Оверлорд 14

Поролог

Последний этаж Назарика, комната Айнза.

Эта комната, находившаяся ближе всего к главному залу, была преобразована в офис. Ее владелец отсутствовал, но изнутри можно было услышать легкое перетасовывание документов.

Внутри находился Смотритель Стражей этажей подземной гробницы Назарика Альбедо.

Сидя за столом, гораздо менее экстравагантным, чем тот, которым владел Айнз, Альбедо проверяла различные документы.

Конечно, Айнз также дал Альбедо и свой личный кабинет.

Ей дали одну из пустых комнат, зарезервированных для потенциальных новых членов гильдии, которые она первоначально использовала как спальню и офис.

Однако однажды она больше не могла сопротивляться своим чувствам к Айнзу.

Она хотела работать в той же комнате, что и тот, кто управлял ею.

Хотя поначалу он колебался, Альбедо красноречиво говорила о практических преимуществах работы в одной комнате. Ее настойчивое нытье постепенно утомляло его, и Айнз в конце концов предоставил ей разрешение.

Альбедо слегка опустила голову, чтобы скрыть ее от личной горничной, назначенной на тот день Айнзом, которая стояла позади нее.

Никто не мог видеть выражение ее лица.

Ее хозяин был занят, и по этой причине в настоящее время был вне Назарика. Он занимался рутинными делами в городе Э-Рантэл.

Если бы у нее было разрешение ее хозяина, она бы жестоко наказала идиотов, которые, организовав встречу, осмелились посягнуть на время, которое она должна была провести с ним.

Конечно, она знала, что такой запрос никогда не будет одобрен. Таким образом, она силой подавила свое желание, чтобы превратить Э-Рантэл в море огня, но ее усилия были напрасны. Недовольство в ее сердце росло и сумело закипеть, чтобы проявиться в качестве жалоб.

«Как раздражают … эти насекомые …»

С потолка можно было слышать затрудненное дыхание, наполненное ужасом, но Альбедо намеренно его игнорировала. Она все еще помнила, как они разрушили ее шанс, и была уверена, что они заслуживают того, чтобы их напугали, по крайней мере, в несколько раз сильнее. С другой стороны, она по какой-то причине уже простила Маре за его участие в инциденте. Чтобы взять под контроль свои эмоции, Альбедо тяжело вздохнула. Пару раз она слегка скрутила плечи, прежде чем повернуться, чтобы взглянуть на оставшиеся документы.

После быстрого расширения Назарика – нет, Колдовского Королевства, – ее

рабочая нагрузка пропорционально увеличилась.

Что касается дипломатии:

За завесой сердечных взаимодействий, которые у них были с множеством других стран, уже прозвучали рога, сигнализирующие о начале шпионской войны.

Хотя они подтвердили присутствие шпионов из Теократии, Королевства и Альянса городов-государств в Э-Рантэле, Колдовское Королевство предпочло просто наблюдать за их действиями. Поскольку Демиург отвечал за эти дела, Альбедо нужно было только отдавать отчеты самой себе.

Что касается внутренних дел:

Э-Рантэл не сталкивался со многими инцидентами, вызванными расовой напряженностью. Не то чтобы было о чем говорить, но по сравнению с другими странами их число было шокирующе низким.

Технически гражданам также не угрожали в этом государстве. У них просто было четкое понимание того, насколько ужасными могут быть Король-Заклинатель и его подчиненные — нежить до такой степени, что они захотят сохранить себя и жить мирной жизнью по собственной свободной воле.

Таким образом, уровень преступности был минимальным. Несмотря на то, что имели место быть проступки, никто не смел совершить уголовное преступление. Э-Рантэл стал пристанищем, где женщины и дети могли ходить по улицам ночью, не беспокоясь о собственной безопасности. Наступил момент, когда у них кончились преступники для экспериментов, и им пришлось получать их из Империи.

Преступление, которое происходит в таком мирном городе, является тогда вопросом второстепенной важности для Альбедо. Согласно закону Генриха, крупное происшествие указывает на наличие 29 незначительных происшествий, что, в свою очередь, может указывать на более чем 300 странностей. Несмотря на это нужно следить за всеми событиями, какими бы малыми они не были.

В папке в ее руке хранились судебные записи за месяц из Э-Рантэла.

Из-за того, насколько подробными были отчеты, чтение хотя бы одного из них потребовало бы много времени. Тем не менее, Альбедо могла обрабатывать эти документы гораздо быстрее, чем обычный человек, создавая у зрителей ложное впечатление, что она просто просматривает их, даже не задумываясь о них.

В сочетании ручка, которая держалась в ее другой руке, двигалась с невероятной скоростью, записывая всю информацию на белый лист бумаги.

{Было ли уместно решение судьи? Почему обвиняемый совершил такое преступление? Из вышеизложенного можно предположить текущее состояние общественного порядка и морали в Э-Рантэл. Необходимо ли создание новых законов в ответ на вышесказанное?}

Альбедо делала то, что обычно требовало тщательного изучения документов должностными лицами, собираемыми со всех уголков страны: анализировать, оценивать, обрабатывать. Чтобы сделать это, потребовалось бы глубокое понимание внутренних дел наравне с нечеловеческим уровнем ясности.

Ее ручка перестала двигаться, как только она закончила читать отчет, и начался процесс расшифровки ключевых слов, которые она записала. В конце концов, это было что-то, что ее хозяин собирался прочитать, неразборчивый почерк был бы абсолютно неприемлемым. Потратив больше времени на расшифровку наиболее важных деталей, предложений и других подобных документов, чем она потратила на чтение, она была наконец готова.

Губы Альбедо образовывали мельчайшую полоску улыбки, пока она сверху донизу просматривала законченный документ. Это было не из-за того, что она только что выполнила еще одно задание, а просто из-за удовольствия, которое она испытала, зная, что доказывает, что она полезна своему хозяину. Она положила документы обратно в папку и осторожно подняла их в воздух, где они были получены служанкой, которая впоследствии положила их на стол своего хозяина.

Это была пятая папка, через который ей пришлось пройти сегодня. На ее лице можно было увидеть слегка обеспокоенное выражение, ее нынешняя ситуация, мягко говоря, не так хороша.

Колдовское Королевство прямым или косвенным образом значительно расширило свою территорию, не создавая им никаких неприятностей. По сравнению с предыдущим количество документов, которые должны быть доведены до сведения ее хозяина, значительно возросло. Лидер, вынужденны тщательно исследовать горы документов, будет означать недостаток в организации.

Как и предполагалось изначально, ее начальник должен был только диктовать общее направление или цель, к которой его подчиненные должны стремиться. Все, что ему нужно сделать, это сесть на свой трон и понаблюдать за тяжелой работой его творений.

Тот факт, что реальность не соответствовала ожиданиям, был не по ее вине. Те, которые могли соответствовать его ожиданиям, были немногочисленны, иными словами, его подчиненным не хватало таланта. Будучи назначенным руководителем внутренних дел и человеческих ресурсов Назарика, Альбедо не могла не чувствовать стыд за себя. Хотя она приняла меры предосторожности, будущее остается неопределенным.

{Беспокоить моего господина такими мелочами было бы абсолютно нелепо, но … мой господин должен определить политику расового единства, планы проверки национальных законов, экономическую политику и многое другое … если я выполню все проверки прогресса по заданиям, порученным Стражам Этажей, это всех разозлит, потому что они не смогут увидеть Момонгу-саму, верно? …}

На данный момент ее хозяин дал ей возможность свободно управлять всеми своими делами, какими бы важными или незначительными они ни были. Ей также сказали, что если она сама что-то одобрит, это будет хорошо в его глазах. Тем не менее, чтобы избежать каких-либо ненужных осложнений, лучше оставить право окончательного одобрения ее хозяину. Ведь даже Альбедо совершает ошибки

Там был один момент, когда она собиралась отправить какого-то идиота и его семью в Ледяную тюрьму за оскорбление своего хозяина (по крайней мере, это было по ее мнению) и спросила его мнения. К ее великому удивлению, ее господин возразил против наказания.

{Я знала, что Момонга-сама милосерден, но я все же…}

Хм… альбедо надулась губы. Для нее это было действительно редкое выражение лица, она продержала его лишь мгновение, пока ее хозяина отсутсвует.

Вскоре ее улыбка вернулась, как она подняла следующий документ. Во время чтения, ее мысли стали заняты чем-то другим. Среди всех Стражей Этажей, был один, по отношению к которому она должна была оставаться максимально бдительной — Демиург.

Так как операция против Святого Королевства подошла к концу, Демиург путешествовал далеко и широко, чтобы создать спецслужбу с Назариком в ее центре. Для Альбедо, спецслужба может оказаться проблематичной. Все было бы хорошо, если они будут во главе с альбедо, Смотрительницей этажей, но это было не исключено, что новая должность будет уделена Демиургу. Это была бы неприятная ситуация.

Если появится возможно, она хотела бы взять эти полномочия на себя, позволяя легко манипулировать марионеткой ввиде спецслужбы.

Ей пришло на ум несколько лиц, но все они были недостаточно хороши.

{Если я не могу получить работу, то единственным кандидатом на дальнее поле будет Актер Пандоры. Очень тяжело было бы тягаться с Демиургом за такие серьёзные полномочия контроля…}

Если бы дело дошло до подобного, он вполне мог бы узнать об истинных намерениях Альбедо.

И тогда это стало бы серьёзным поводом для беспокойства. Пожалуй, лучше не делать сейчас ничего опрометчивого.

Ее старшая сестра может быть достойный выбор, но она была не союзником, которому Альбедо может безоговорочно доверять. Если она выяснит истинные намерения Альбедо, то вполне возможно, что они станут врагами.

Ее младшая сестра была самым сильным существом в Назарике, вероятно, она остнется на ее стороне даже если она узнала бы о плане Альбедо. Что, впрочем, потому, что ее хозяин приказал ей повиноваться командам Альбедо.

Вздох. Какой ужас.

Они недоукомплектованы.

Нет, рабсила не единственное, чего им недоставало. Существует также вопрос средств, которые Альбедо могла сама потратить свободно. В этом случае план ее хозяина по расширению влияния за пределами Назарика сработает в ее пользу.

{Реорганизованная Гильдия Авантюристов может быть моей … действия Маре … необходимости быть начеку для Ауры … под командованием Коцита … информация от Виктима … ценности транспортной сети Шалтир … накапливая секретный фонд из Гильдии Торговцев … рабочая сила … а также Демиург и эта девушка, да …}

Альбедо потребовалось лишь мгновение, чтобы рассмотреть различные аспекты, подвиг, на который не способен обычный человек, после чего ее брови слегка нахмурились.

{Это не сработает. Я должна быть осторожена с Демиургом. Связываться с этой девушкой тоже было бы слишком опасно. Если я не буду осторожна, она может стать противником, которого я должна опасаться, даже больше, чем Демиурга …}

Она выполнила другое задание, размышляя о всевозможных стратегиях и потянулась за другой папокой.

Документ содержал ограниченное количество информации. Либо была представлена новая проблема, либо она была подготовлена кем-то, не привыкшим к оформлению документов, например, Шалтир.

Альбедо взглянул на обложку под заголовком «Что касается проблем, с которыми сталкивается команда, поддерживающая управление зерном в Святом Королевстве».

Видимо, это старая проблема. Альбедо ничего не могла вспомнить в отношении такой проблемы.

Что-то случилось? Альбедо моргнула несколько раз, когда читала, ее глаза широко открылись в плавные круги. Она прочитала его снова с самого начала и, убедившись, что в нем нет метафор или лжи, ее рот слегка приоткрылся, словно в оцепенении.

«А?»

Ее обычно достойное лицо казалось более озадаченным, чем что-либо еще, как будто она не в состоянии понять то, что прочитала.

У Альбедо, одной из главных умов Назарика, было выражение, редко встречаемое другими, свидетельствующее о серьезности ситуации. Несмотря на это, ясный ум Альбедо все еще двигался вперед, обдумывая причину и возможность возникновения проблемы.

{Весьма вероятно, что девушка предала нас, но … она приняла лучшее предложение от другой организации? Но, по моему мнению, это предложение невозможно было превзойти … Нет, пока ничего не подтверждено. Снова недостаточно информации.}

Кто бы не представил доклад, он должен объяснить ей все более подробно. В то же время она должна обсудить этот вопрос с Демиургом, ее коллегой, который, вероятно, тесно связана с этой проблемой.

Отчету своему хозяину придется подождать.

Она просмотрела два других отчета, подтвердила, что они не так важны, и сказала служанке, стоящей позади нее:

«Мы должны провести экстренное совещание. Сначала я пойду на седьмой этаж, чтобы обсудить вопросы с Демиургом. Если кто-нибудь придет за мной, скажите им, что я сейчас отсутствую».

На левом безымянном пальце она активировала кольцо «Кольцо Аинза», как только закончила диктовать свои приказы.

Как Смотритель стражей этажей, она должна была знать, где находился каждый Страж.

Демиург только что закончил свою работу в Святом Королевсте. Чтобы подготовить планы против Союза Агранд, Теократии Слэйн и Альянса городов-государств, он должен был вернуться в свою обитель на Седьмом этаже.

Если бы Демиурга там не было, ей пришлось бы найти Энтому, используя [сообщение], или попросить свою старшую сестру выяснить его местонахождение.

Помня об этом, Альбедо начала телепортацию.

———

Королевство Ре-Эстиз и его столица Ре-Эстиз.

Там находится замок Ро Ленте, в котором находится Дворец Валенсии, внутри которого находится офис.

В кабинете, где целые поколения королей исполняли свои обязанности, его законного владельца, Рампозы III, нигде не было видно. Вместо этого комнату занимал второй принц, Занак Варлеон Игана Райль Вайсельф.

Лицо Занака потемнело, когда он уставился на документы, которые были представлены, он тяжело вздохнул. Конечно, никто не мог сохранить бодрое выражение лица после прочтения таких документов, их содержание подробно описывало текущее состояние Королевства.

Во время битвы на Равнинах Катз, хотя правильнее было бы назвать ее резней, большая часть населения королевства погибла. Но даже в этом случае ущерб, нанесенный Королевству, не был смертельным. Его население составляло около девяти миллионов человек, и из них погибло 180 000, что составляет всего лишь 2% потерь. Кроме того, многие из них были вторыми или третьими сыновьями фермеров, так что они были практически “запасными людьми”. В других случаях они теряли учеников, у которых почти не было опыта. Поэтому, хотя произнести это вслух было бы жестоко, ничего ценного не было потеряно из-за их смерти.

Тем не менее, они потеряли 4% своего мужского населения, тех, кто был молод и силен. Негативные последствия этой потери постепенно становились очевидными, и все это было четко изложено в документе.

Занак застонал, когда положил документ на стол, его взгляд переместился на другого человека в комнате.

— Слушай, сестра. Как бы ты справилась с этим, если бы была главной?

Услышав этот вопрос, его сестра Реннер Тэйре Шарделон Райль Вайсельф, сидевшая в шезлонге далеко от него, улыбнулась и подняла голову. У Реннер, которая просматривала другой пакет документов, была тревожная улыбка.

— Даже если ты спросишь меня, брат, что я буду делать, как я могу дать ответ, когда твой вопрос слишком расплывчатый?

— Дело в этом.

Занак не стал утруждать себя объяснениями, он просто взял лежавшие на столе документы и развернул их веером. Реннер встала, подошла к Занаку и взяла у него документы.

— …В этом?

Просмотрев документы сверху донизу, Реннер небрежно ответила:

— Что…мы ведь ничего не можем с этим поделать, верно?

— О боже…

Занак поднял голову к небу.

Если его сестра, которая была намного умнее его, сказала это, то они действительно ничего не могли с этим поделать. Однако, как правители, они не могли так легко отказаться от чего-то подобного.

— Неужели это дело действительно так хлопотно? Хотя сила нашей нации временно ослабла, но это все временно. Я не верю, что это достаточно серьезно, чтобы оправдать наши действия?

— Если власть нашей нации ослабнет, то люди начнут умирать от голода, верно?

Из-за постоянных столкновений с Империей их неспособность хранить достаточное количество зерна сохранялась и по сей день. Именно в этих условиях они уступили важнейший производивший хлеб регион Э-Рантэл, находившийся непосредственно под властью короля, Колдовскому Королевству. Гибель людей на поле боя также означала, что они потеряли значительную часть своей рабочей силы.

Возможно, в настоящее время последствия этого были не столь очевидны, но в последующие годы было весьма вероятно, что снижение производства зерна приведет к тому, что цены на зерно взлетят до такой степени, что бедняки уже не смогут себе его позволить. Даже можно было с уверенностью сказать, что это определенно произойдет.

— В этом есть смысл.

— В этом очень много смысла. Скажи, сестра, если это так незначительно, как ты это себе представляешь, то как мы будем бороться с вероятностью того, что произойдет засуха или резкое похолодание, что приведет к неурожаю?

— Похоже, друиды высокого уровня способны управлять погодой, так что я думаю, что у нас, по крайней мере, будет способ справиться с проблемами, связанными с солнечным светом. Поскольку нам придется нанимать только авантюристов, это будет очень экономично. И все же, существуют ли такие высокоуровневые друиды-искатели приключений, мы должны выяснить как можно скорее. Если бы это было в прошлом, мы всегда могли бы положиться на авантюристов из империи в случае крайней необходимости, но теперь, когда империя стала вассальным государством Колдовского Королевства, это может оказаться трудным делом.

— А, понятно, тогда давай справимся с засухой вот так. А как насчет похолодания, сестра?

— Друидам тоже придется потрудиться над этим.

Занак внимательно наблюдал за лицом Реннер, которое показалось ему слишком знакомым.

«Разве она не знает об этом?» — Подумал Занак.

Как сказала Реннер, высокоуровневые друиды могут использовать заклинания, чтобы создать временный дождь, поэтому с засухой можно справиться. Тем не менее, он

вспомнил, как слышал от маркиза Рэйвена, своего доверенного лица, что магия друидов бессильна против холодов.

При резком похолодании погода должна поддерживаться в течение всего сезона. Для этого в каждой деревне должен быть назначен друид высокого уровня. Было просто невозможно собрать несколько сотен высокоуровневых друидов, которые еще и были редкостью.

Этот уровень знаний в магии не был частью обычного образования, поэтому его не преподавали даже в благородных семьях. Это относится и к королевской семье. Единственная причина, по которой принц Занак знал то, что он знал о друидах, заключалась в том, что он активно искал эту информацию.

Вероятно, сыграл роль тот факт, что магические заклинатели не имели никакого статуса в Королевстве. Если бы это было похоже на империю, где существует кто-то столь же великий, как заклинатель, использующий магию третьего ранга, это могла бы быть совершенно другая история. Однако незнание Королевством магии и преобладание сильной кавалерии в армии уже глубоко укоренились в их культуре. Магический заклинатель, способный изменить нынешнее положение, так и не появился.

В результате дворяне, которые верили что магия — это трусость на поле боя, передавали это понятие следующим поколениям. Незнание магии превратилось в презрение, и возник порочный круг.

Для Занака магия была искусством с невероятной силой. Для людей, огораживающих себя от магии с детства до глубокой старости, это означало бы день, когда королевство безоговорочно проиграет в борьбе за власть с соседними странами, сродни смерти от удушья. Поэтому Занак решил нанять для своих будущих детей учителя, хорошо разбирающегося в магии. Некоторые дворяне должны последовать его примеру, как только узнают, что королевская семья получает образование в этой области, верно?

Нет, даже не делая ничего подобного, появление Короля-Заклинателя, того, кто управляет могущественной магией, вызвало сдвиг парадигмы в умах граждан Королевства, благородных или нет. Возможно, наконец закончилась эпоха, когда никто не хочет изучать магию.

Хотя это было разочаровывающе, что причиной для изменений был внешний источник, в конечном счете это было выгодно Королевству.

Учитывая нынешнее положение дел в Королевстве, для Реннер было вполне естественно ничего не знать. Даже гений пришел бы к неверному ответу на незнакомой территории. Слепое доверие к своей сестре может оказаться очень опасным.

Реннер, однако, была близка к команде искателей приключений Адамантитового класса Синяя Роза, так что получить подробную информацию о заклинании для нее было, вероятно, не слишком сложно. Возможно ли, чтобы его сестра, личность, которую можно было бы охарактеризовать как исключительную по интеллекту, знала об этой проблеме, но не удосужилась проверить ее источники?

С другой стороны, у Реннер не было причин лгать о такой маленькой детали. Вероятно, это было просто редкое проявление ее человеческой стороны.

Было ясно, что она не имеет никакого интереса к трону, ее цель казалась Занаку ничтожной. Лучше сказать, что ее цель станет недостижимой, если она взойдет на трон. Даже если она замышляет что-то против него, это не принесет ей прямой выгоды.

— Сестра, с резким похолоданием трудно справиться даже с силой друида.

— Неужели это так? Если это так, то это было бы весьма прискорбно. Но проблема ведь в зерне, верно? У нас достаточно припасов, так что это не проблема. Это отличная новость, старший брат.

Реннер улыбнулась, но у Занака на лице была совершенно противоположная эмоция.

— Под зерном ты подразумевала именно это? Я бы не хотел прикасаться к этому…ты уверена, что люди не превратятся в нежить от того, что съедят слишком много этого?

Если бы кто-то задал вопрос: “есть ли в Королевстве излишки зерна?», ответ был бы утвердительным: щедрый запас ждал на складах некоторых торговцев. Но они не должны были строить планы, основанные на упомянутом зерне, потому что технически оно не принадлежало Королевству.

Колдовское Королевство, управляемое ужасом, который был Королем-Заклинателем, арендовало эти склады у торговцев Королевства и поместило туда зерно. Такого никогда не случалось за всю историю королевства.

По-видимому, купцам было разрешено продавать зерно, но его цена была немного выше рыночной из-за тарифа. Цена была установлена Колдовским Королевством без каких-либо условий для переговоров. Таким образом, люди не покупали ничего из этого, и оно лежало на складах.

Богатство Королевства в данный момент не утекало в Колдовское Королевство, так что, откровенно говоря, это не было вредно для Королевства. Но Занак, соглашаясь с Реннер, считал, что это было частью стратегии Колдовского Королевства.

— Святое Королевство потребляет то же зерно, так что само зерно должно быть безвредным, верно?

— Нет, может быть, они хотели, чтобы мы так думали, и только зерно в столице было испорчено?

Реннер горько усмехнулась.

— Ты ведь на самом деле так не думаешь, правда?

— Ну, думаю, что нет. В конце концов, мы проверили содержимое.

Что касается использования складов в столице, то официальное заявление Колдовского Королевства заключалось в том, что они должны были хранить зерно для использования в качестве продовольственной помощи Святому Королевству. По-видимому, с этих складов планировалось перевезти зерно в Святое Королевство.

По поводу логистики. Из-за отсутствия защиты для караванов, если они будут атакованы бандитами или монстрами, ответственность за это ложится на Колдовское Королевство. Наем наемников был бы очевидным решением, но Волшебное Королевство предложило просто установить флаг, который сделает чрезвычайно очевидным, что эти экипажи принадлежат им, очевидно, как некоторая форма самообороны. Королевство, желая избежать ненужных конфликтов, согласилось с предложениями Колдовского Королевства при условии, что их нежить не должна входить в границы Королевства и что должен быть оплачен транзитный налог. Оглядываясь сейчас в прошлое, принять это, несомненно, было ошибочным решением.

По сути, они позволили караванам, поднимающим флаг Колдовского Королевства, проходить через королевскую столицу в процессии вплоть до доков, где они направлялись в Святое Королевство. Это ясно показало, как внутреннему, так и внешнему взгляду, насколько слабым было Королевство по сравнению с Колдовским Королевством. Не говоря уже о том, что Колдовское Королевство с энтузиазмом относилось к такой помощи, и эти поставки были частыми и продолжались по сей день.

Если бы достоинство нации понемногу терялось, как сейчас, рано или поздно Королевство должно было бы сделать выбор между полным восстанием против Колдовского Королевства или преклонением колен перед ними. Предполагается, что Империя уже подверглась такой атаке и была вынуждена выбрать последний вариант. Это коварный заговор, но неоспоримо эффективный.

Что еще хуже, так это тот факт, что они делали это во имя гуманитарной помощи, было практически невозможным для Королевства что-либо возразить.

Ялдаваоф, который когда-то перевернул столицу Королевства с ног на голову, тот, кто в конечном итоге потерпел поражение от Короля Заклинателя, привел армию полулюдей для нападения на Святое Королевство. Северный регион был разорван на части и искажен до неузнаваемости. По сравнению с ущербом, нанесенным Королевством, Святое Королевство постигла худшая участь. По крайней мере, в соответствии с тем, что слышал Занак.

Хотя северная половина Святого Королевста была почти полностью разрушена, его южная половина была едва затронута.

После того, как Святая Королева скончалась и новый правитель взошел на престол, смерть дворян на севере вызвала всеобщие волнения на их землях, дворяне на юге начали враждовать внутри страны, а другие подобные инциденты вызвали немало неприятностей для Святого Королевства.

Одновременные конфликты заставили две половины Святого Королевства бороться за власть и свои собственные интересы.

В результате была отсрочена помощь для жителей севера, некоторые даже не смогли вовремя приобрести продовольствие. Их спасительной благодатью было зерно, предоставленное Колдовстким Королевством, зерно, которое отправлялось со складов Колдовского Королевства в Святое Королевство по суше и морским путям.

{Абсолютно блестящий план}, подумал Занак.

В таком тяжелом положении у них не было времени на угрызения совести о том, откуда взялась еда, даже если она предоставлялась нежитью.

«Если бы мы вместо этого оказывали продовольственную помощь, доброжелательность, которую получает Король Заклинатель, несомненно была бы нашей. Но … мы не могли бы сделать это в этих условиях».

Что если бы эта битва никогда не произошла?

Нет, по крайней мере, если бы Ялдаваоф не разграбил все виды ресурсов во время хаоса в королевской столице, они, по крайней мере, были бы в лучшем положении, чем были сейчас. Если бы они были теми, кто предоставил Святому Королевству продовольственную помощь, не было бы никакой возможности, чтобы репутация нежити была такой же хорошей, как сейчас.

Но этого не произошло. После получения известий о коронации нового короля, дипломат, посланный Королевством, получил холодный прием согласно сообщениям позже. Это была не холодная война, вызванная национальной политикой, которая противодействовала соседним странам. Отношения между двумя странами никогда не были такими плохими во времена правления покойной Святой Королевы, Кальки Бессарез.

Возможно, отношения начали ухудшаться до нехватки зерна, когда Королевство отказалось оказывать военную поддержку против вторжения Ялдаваофа в Святое Королевство. Это могло бы нанести смертельный удар по их отношениям.

Конечно, об отправке помощи в то время не могло быть и речи.

В конце концов, это было еще более хаотичное время для Королевства из-за больших потерь, нанесенных могущественной магией Короля Заклинателя, Айнз Оал Гоуном. Кроме того, они потеряли некоторых из своих самых знаменитых воинов, самым важным из которых был воин капитан Газеф Стронофф, прославившийся тем, что он был самым сильным во всем королевстве. Какую помощь они могли оказать против такого могущественного демона в то время?

Что бы они ни говорили сейчас, это будет звучать как горькое оправдание бездушного королевства, но любая другая страна, находящаяся в том же положении, что и Королевство, получившее такую просьбу о помощи, отреагирует так же. Только Колдовское Королевство послало как военную, так и гуманитарную помощь, поэтому Королевство побледнело в сравнении.

На самом деле, по словам дипломатов, Северное Святое Королевство уже довольно благоприятно относилось к Колдовскому Королевству.

«Проблема за проблемой без решения вызвала задержку ответа …»

Именно в этот момент он наконец смог увидеть более широкую картину и столь же большую проблему. Хотя это казалось слиянием многочисленных совпадений, ситуация могла создать ложное впечатление, что все связано.

«Нет, это может быть …»

«Старший брат!»

«Ой! … ой сестра. Я хорошо тебя слышу, не надо кричать. Я не настолько стар».

«… потому что ты проигнорировал свою сестру, которая стоит прямо перед тобой, чтобы погрузиться в свои мысли, я создам для тебя некоторые неприятные воспоминания в качестве наказания. Или ты о чем-то думал?»

«Ничего … просто … я слишком параноидален».

Реннер повернулась к нему, ее глаза наполнились жалостью: «Я не слишком уверена, но это должно быть так. Ты все время говоришь о негативных вещах, поэтому, естественно, каждый ход твоих мыслей неизбежно будет отклоняться от наихудших сценариев».

Это имело смысл.

«Может быть.»

«Мм, так и должно быть… Что касается Святого Королества, раскол между севером и югом означает, что они всего лишь в шаге от гражданской войны, верно? Если это так, то какая сторона победит? Хотя у истощенного севера, похоже, нет шансов на победу … »

«Ну, возможно. Тот факт, что кто-то очень известный с севера умер, является влиятельным фактором. В конце концов, эта женщина-паладин тоже умерла …

«Я много не знаю об этом. Это был кто-то известный?

«Ммм. Из того, что я слышал, она может быть сравнима с нашим капитаном-воином. Однажды она побывала в нашем королевстве. Жаль, что мы не смогли встретиться.

Пропускать обычную последовательность встреч, чтобы предоставить немедленную аудиенцию неофициальному посланнику, было неуместно для обеих сторон.

На королевскую семью будут смотреть свысока, если встреча пройдет слишком рано. К тому времени, когда дипломаты приняли такое решение, они уже покинули столицу.

Если бы они знали, что они делают сейчас, они должны были бы назначить встречу с ней, несмотря ни на что. Возможно, это могло бы помочь им получить потенциальную союзника в будущем.

«Тогда твое суждение было дипломатически правильным. Если бы ты не говорил мне не делать этого постоянно, я бы подумал, что встретить их не так уж и сложно. Если бы король встретил их сразу же, это было бы определенно неуместно, но если бы принц сделал это, все было бы хорошо ».

«Разве не старший брат сам принял окончательное решение? …»

Реннер надулась. Это было достаточно милое выражение, чтобы легко завоевать сердца большинства мужчин, бесчисленное количество людей уже стали его жертвами.

«Старший брат является нынешним наследником престола, но не все одобряют тебя за закрытыми дверями. Следует избегать любой возможной причины сплетен, пусть даже небольшой. Меня бы очень беспокоило, если бы ты не закрепил трон. Да, и вызвать мятеж сейчас тоже будет проблемой. Если это произойдет, ты не сможешь выполнить свое обещание ».

«Мм, это правда …»

Она совсем не скрывала своих намерений, но, тем не менее, это было убедительно.

«Хм, обычно так все и происходит… Колдовское Королевство оказывает помощь Северному Святому Королевству, если все пойдет согласно их планам, в их руках будет легко манипулируемая страна. Должны ли мы попытаться связаться с югом?

Если Северное Святое Королевство поддерживало дружеские отношения с Колдовским Королевством, то юг должен считать Колдовское Королевство своим врагом. Если бы Королевство сформировало союз с югом, вполне возможно, что они могли бы сдержать усилия Колдовского Королевства.

«Это правда, это, безусловно, было бы желательным событием.Есть еще одна причина, по которой две половины противостоят друг другу, а именно новые учения безликого прародителя, которые тоже не могут быть полезны для Королевства».

«А-а-а-а, она…»

Безликая.

Прозвище проповедницы, появившейся после хаоса, вызванного Ялдаваофом. Хотя казалось, что ее настоящее имя было обнародовано, прозвище распространилось гораздо дальше, чем ее настоящее имя.

Ее учение, которым дорожили многие ее последователи, заключалось в том, что «слабость без стремления улучшить себя — это грех, каждый должен стремиться к цели стать сильнее». Это было более или менее понятной концепцией для большинства людей.

Хотя ее учение широко распространялось на севере, оно было не только непопулярным, но и избегалось на юге.

Однако это был предсказуемый результат. Для правящего класса такого рода менталитет может вызвать нестабильность только у тех, кто на вершине.

Возможно, это было главной причиной, по которой дворяне на юге, которые все еще сохраняли свою власть, и быстро ухудшающийся север находятся в глотках друг друга.

То, что возглавлялось безликой, было скорее обществом, чем религией. Из-за этого четырем Великим Богам все еще поклонялись как обычно, и проблемы с религиозными учреждениями никогда не возникали. В то же время, недавно коронованный Святой Король дал свое согласие на существование этого общества, далее разделив север и юг.

«… по здравому смыслу, не странно ли скрывать свое лицо?»

Видимо, безликая всегда появлялась на публике в маске.

Отряд дипломатов, отправленных из Королевства, имели те же вопросы, что и Занак, в отношении Безликой, поэтому они опросили ее последователей. Неважно, кого они спрашивали, каждый из их ответов был в лучшем случае расплывчатым, как будто они нарушили бы какое-то табу, если бы ответили правдиво.

Это было невероятно подозрительно.

Скрывая свое лицо, разве она не создает впечатление, что сделала что-то ужасное в прошлом?

«Ее родители были, по-видимому, известными воинами. Если бы она раскрыла свое лицо и проповедовала в открытую, это, вероятно, значительно повысило бы ее репутацию. Возможно ли, что она скрывает свою внешность, потому что лжет о своем наследии?

«Зачем кому-то распространять такую скучную ложь? Я не думаю, что какая-либо польза от сокрытия своей внешности будет применима к ней, если это так.

«Это правда… или, может быть, она не человек, а нежить или что-то подобное?»

— Ты имеешь в виду, что она служит Королю-Заклинателю?

«Я просто подумал, что если бы это было так, то эти вещи обретали бы больший смысл, не так ли?»

«Это могло бы многое объяснить, но почему кому-то это грозит вызвать подозрения у других, скрывая их внешность?»

«Это тоже правда …… но какие еще есть приемлемые причины скрывают свою внешность?»

Возможно также, что она получила какую-то форму уродства лица во время вторжения Ялдаваофа, но опять же это должно было быть вылечено с помощью магии. Разве раны, нанесенные таким сильным злодеем, как Ялдаваоф, не могут быть исцелены магией или чем-то подобным?

«Ну, это более правдоподобно, чем твоя предыдущая теория, тем более что она женщина»

Появление рубца на лице может быть полезным в том смысле, что люди будут больше сочувствовать вам, но это во многом зависит от того, насколько серьезной была рана.

«В любом случае, наша первостепенная задача состояла в том, чтобы собрать подробную информацию о ситуации внутри Святого Королевства. Давайте спланируем наши операции таким образом, чтобы мы могли немедленно оказать помощь на юге, если в этом возникнет необходимость».

«Так будет лучше».

«К югу от нас находится Святое Королевство, в котором половина страны является дружественной по отношению к Колдовскому Королевству, а к востоку — Империя, вассальное государство Колдовского Королевства. С этим будет трудно иметь дело».

«Да»

Взгляд небрежно отвечающего Занака оставался прикованным к Реннер.

«…… По твоим словам это просто».

«А? Но что еще можно сказать по этому поводу? Ситуация, несомненно, хуже, если учесть текущее состояние соседних стран. Помимо всего того, что уже сказал братец, существует также вопрос об оставшихся и процветающих подпольных организациях в Королевстве».

«Ты говоришь о Восьми Пальцах, верно? В последнее время несколько человек наводили повсюду беспорядки в связи с изъятием наркотиков. Так они действительно снова проявили активность? Если бы не этот архи-злодей (Ялдаваоф), появившийся из ниоткуда, мы бы наверняка смогли уничтожить Восемь Пальцев».

Занак вздохнул.

С потерей Газефа Строноффа, самого сильного воина в Королевстве, правительство изменило свою политику, чтобы избежать прямой конфронтации с Восьми Пальцами. Им просто не хватало необходимого количества сильных людей для решения этой проблемы.

Кроме одного.

Человек, нанятый Реннер, Брэйн Унглаус, имел большой потенциал.

Но этот человек был предан только Реннер, так что, вероятнее всего, нет никаких шансов, что он будет готов служить Занаку. Он уже пытался завоевать его расположение, но, похоже, это никак на него не повлияло.

{…… Я не планирую брать на себя роль Воина-капитана, поэтому, вероятно, лучше продвинуть кого-то, кто достаточно талантлив для этой работы. Должны ли мы научить его быть тем, кто достоин должности воина-капитана? Я хотел, по крайней мере, дать ему меч, который является частью сокровищ Королевства, но отец никогда этого не допустит.}

Для его отца, короля, существование Газефа Строноффа было слишком важным.

Как говорится, наверху одиноко.

Зная, что скоро наступит его очередь нести это бремя, Занак, не подозревая для себя, постепенно начал постигать истинное значение этой пословицы.

Как личность, существование Газефа Строноффа было как утешительный костер его одинокому отцу. Несмотря на значительную разницу в возрасте между ними, можно сказать, что в некоторых отношениях они были ближе, чем друзья.

Для его отца, чтобы иметь кого-то подобного в его жизни, Занак не мог не чувствовать зависть.

Будучи вторым принцем, Занак никогда раньше не испытывал такого уровня дружбы. Его старший брат был наследником, очевидно, дольше него, поэтому никто не потрудился сформировать такую глубокую связь с кем-то, кто был просто запасным. Вероятно, они решили, что не стоит рисковать, попав на радар маркиза Боулроба, подружившись с будущим эрцгерцогом.

Единственным, кто поддерживал с ним связь, был маркиз Рэйвен, по-видимому, из-за его заботы о будущем Королевства. Даже тогда их отношения были ближе к отношениям сторонников, чем друзей; В результате Занаку пришлось подавлять депрессию. Останется ли он одинок до конца своей жизни?

Занак покачал головой, отбрасывая свои негативные эмоции в сторону. Реннер оглянулась на него, как будто она смотрела на криптида (существо, которое считается вымершим или которое описывается в легендах).

{Просто игнорируй ее Занак}.

Говоря о Брэйне, в тот момент, когда Занак станет королём, его первым действием, вероятно, будет получение четырех сокровищ Королевства от его отца.

Хотя он не был уверен, сможет ли его отец передать их так легко, ему необходимо доверить сокровища Брэйну, иначе это будет оскорблением жертвы, которую он принес.

Он не был воином-капитаном Королевства, он был просто подчиненным Реннер, крестьянином, о котором нельзя было говорить. Если бы ему были даны сокровища Королевства, не было бы сомнений, что дворяне будут против него.

Несмотря на это.

«Как насчет того, чтобы объявить, что мы намерены стать вассальным государством Колдовсткого Королевства?»

Цель Реннер состояла в том, чтобы прожить свою жизнь в маленьком поместье вместе с Клаймом, что все еще было бы достижимо, даже если бы они стали вассальным государством. Нет, можно с уверенностью сказать, что если бы ценность королевского достоинства упала, это отрицательно сказалось бы на их личной безопасности. Возможно, предложение Реннер создаст для нее лучший результат.

«Хммм!» Занак издевнулся над предложением Реннера: «Состояние внутренних дел нашей страны и империи совершенно иное. Гражданские беспорядки произойдут в тот момент, когда мы это предложим ».

Под предводительством Кровавого Императора Империя была крепкой, как скала. Несогласные дворяне были искорены давным-давно, поэтому, когда они решили стать вассальным государством, не было никакой оппозиции. Не важно, что Империя не почувствовала вкуса гнева Колдовского Королевства. Даже если внутри у них были разглашения, у них не было желания искать возмездия. Империя имела четкое понимание того, насколько ужасным может быть Колдовское Королевство. Королевство, однако, было в другой ситуации.

На данный момент Королевство было разделено между Королевской фракцией, Дворянской фракцией, независимыми и новой фракцией, которая была сформирована после того сражения. Распределение власти между четырьмя фракциями было примерно 3: 3: 2: 2.

Самой неприятнной из них была новая фракция. Она состояла в основном из «запасных людей» из знатных семей, которые потеряли голову и преемника, людей, которые получили власть, не предназначенную для них. Другие члены испытывали недостаток в общих чувствах, которые ожидались от аристократии и не уважали невысказанные правила. В результате многим из них не хватало честности и манер. Шпионские отчеты показали, что многие из них были пьяны от власти. Они были раковой опухолью этой нации.

Однако, поскольку они имели автономию в своих собственных странах, с ними ничего нельзя было сделать, если они не нарушали законы Королевства. Даже если бы они это сделали, не было никакой гарантии того, что другие группировки отреагируют, когда будут применены королевские полномочия. Это была уже не довоенная эпоха, когда королевская фракция одерживала верх в политической власти.

Тем не менее, предложение Реннер о вассализации не было полностью исключено. Это можно было бы рассмотреть, если ситуация резко изменится.

«Нет, этого не произойдет. Не будет никакого гражданского беспорядка, братец.

Реннер, естественно, последовала за ним с противовесом.

{Не ври мне}, — подумал Занак.

Хотя он мог сказать, что она не была серьезной, это не было бы проблемой, даже если Занак был настолько глуп, чтобы поддаться этому. Занак давно научился видеть сквозь ее фасады.

Именно по этой причине нельзя доверять таким женщинам, как она.

{Если бы только Элиас вернулся.}

Занак внезапно почувствовал чувство одиночества глубоко в своем сердце. Хотя он не мог назвать Маркиза Рэйвена своим другом, он все же был тем, кто разделял заботы Занака за Королевство. Занак был обеспокоен тем фактом, что они больше не могут работать бок о бок друг с другом, так как подручные маркиза все были ужасно талантливы, но также неуправляемы и непредсказуемы.

Занак, притворствуя, повернулся к Реннер, как будто это могло избавить его от печали.

“И все же мне трудно поверить, что Империя действительно импортирует товары из Колдовского Королевства.”

«…Ну, это был неловкий способ сменить тему, не то чтобы я против…ммм — все это не так уж плохо для такого вассального государства, как Империя, верно?”

Наиболее экспортируемым товаром из Колдовского Королевства в Империю с точки зрения доходов, которые они приносили, была нежить. По-видимому, они различались по таким категориям, как: рабочая сила, военное дело, перевозка грузов и так далее.

“Ой-ой, мы же говорим о нежити, помнишь? Враг живых?”

— Но они не нуждаются в пище и не устают. Откровенно говоря, они — лучший рабочий, на которого вы могли бы надеяться. Ты прав, думая, что импорт нежити Короля-Заклинателя в нашу страну был бы рискованным, так как это было бы по существу тем, что мы позволили бы солдатам другой нации проникнуть на нашу собственную землю. Но с другой стороны, это еще и знак Колдовскому Королевству, что его вассалу нечего от них скрывать. Они фактически передают другой конец поводка, который они сами на себя надели, Колдовскому Королевству”.

Реннер подняла голову к потолку.

“В некотором смысле это достойное восхищения отношение, и мы могли бы поучиться у них. Это хороший способ показать, что они легко могут угрожать нам.”

“Это правда, если начальник не может доверять своему подчиненному, то гораздо надежнее иметь твердое понимание его слабостей. Я могу немного понять действия Империи, если посмотрю на нее с этой точки зрения. Похоже, что Э-Рантэл и народ дварфов в горах Азерлии налаживают торговые отношения. Они обменивают нежить шахтеров и свежие ингредиенты на руду и высококачественное, сделанное гномами сельскохозяйственное оборудование”.

Это была информация, которую они получили от своего шпиона в э-Рантэле, который встречался с некоторыми дварфами.

— Груз, перевозимый в пределах Азерлийского хребта, может быть просто обработан нежитью. По-видимому, транспортные и трудовые затраты в основном ничтожны, так что им дешевле покупать у дварфов, чем у нас.”

“Совершенно верно.”

“Мы отказываемся от планов заключить союз с Союзом Агранд?”

“Ах да, в настоящее время это происходит, но ситуация не очень хорошая. Хотя Лорд Драконов согласился на это, нам все еще нужно больше времени, чтобы убедить представителей других рас. Хотя даже если все обернется провалом, перспектива альянса не будет полностью исключена”.

Это было правдой лишь отчасти.

Союз против Колдовского Королевства формировался черепашьими темпами, но тем не менее прогресс был плавным. Они находились на той стадии, когда полагались на щедрость и солидарность других стран, надеясь, что они подпишут пакт о взаимном укреплении любой ценой, другими словами, это были ненадежные отношения без письменных соглашений. Что-то подобное не могло быть публично объявлено как союз.

Слишком много всего нужно было сделать, чтобы образовать тесный союз, и им понадобится по крайней мере несколько месяцев, чтобы все уладить.

“Неужели это так?… Было бы здорово, если бы мы могли как можно скорее создать военный союз. А теперь, братец, когда ты собираешься занять трон? Я чувствую, что пришло время тебе выполнить свое обещание”.

Речь шла об обещании, что Реннер будет работать вместе с Занаком в обмен на поместье, чтобы тайно жить с Клаймом, а также разрешение на это.

— Насчет этого, просто подожди немного. Наверняка ты уже знаешь о том, как в ближайшее время будут рассматриваться неофициальные предложения? Я поговорил с нашим отцом, и мы решили подождать, пока он выдвинет свою последнюю крупную политическую установку, прежде чем предпринимать какие-либо шаги”.

Если король совершит роковую ошибку в управлении государством, он возьмет на себя ответственность и отречется от престола.

Если бы он не ошибался, то просто предлагал бы все больше и больше политических мер, призванных расстроить дворянство, дать возможность королю предложить смягчающие меры, чтобы уменьшить их недовольство. Тогда король отречется от престола таким образом, чтобы снискать себе благосклонность знати. Хотя на правление престарелого короля можно было ставить клеймо позора, выгоды для королевской семьи намного перевешивали ущерб.

— Кстати, как там дела в приюте? Ты опять собираешься что-нибудь для них приготовить? Вам нужна какая-то финансовая поддержка?”

“В этом нет необходимости, моего пособия вполне достаточно для его работы.”

Сейчас их должно быть где-то около 50.

Это была значительная фигура, возможно, самая большая среди всех сиротских приютов в Королевстве. Несмотря на это, Реннер не искала внешней поддержки в управлении операциями приюта, которые финансировались исключительно через ее личный кошелек. Хотя в качестве третьей принцессы ее состояние было не очень большим, оно существенно увеличилось, как только две ее старшие сестры вышли замуж. Конечно, для нее вполне возможно самостоятельно финансировать сиротский приют, но для этого нужно было значительно сократить число служанок, ухаживающих за ней.

Теперь, когда он думал об этом, его сестра, казалось, носила только один комплект одежды.

Королевская семья никогда не должна делать то, что заставит аристократию смотреть на них свысока. Занак почувствовал некоторое раздражение, но также и гордость за то, что Реннер знала, как разумно расходовать свои средства.

“Хм, А ты не хочешь, чтобы я поделился с тобой кое-какими своими деньгами? Ведь детский дом-это впечатляющий подвиг в глазах горожан.”

“Я не могу этого допустить”.

Ее отказ был нехарактерно твердым.

«Если в приюте есть выдающиеся дети, я собираюсь взять их с собой в усадьбу. Я не позволю тебе забрать какую-либо мою предполагаемую рабочую силу »

“А-а, так это и есть твой план?……”

— Именно, я попросила Брейна-Сан помочь им обучиться владению мечом. Они также должны скоро начать учиться в школе. Мои усилия по их воспитанию только начались.”

“А как же тогда дети, которые не являются такими уж исключительными?”

“Даже если бы они умели только делать простые вычисления или писать, где-то их ждет работа. Все получится просто замечательно”.

“Значит, ты не против, если я возьму остальных?”

“Если бы ты мог это сделать, это сделало бы меня очень счастливой. Мне не придется беспокоиться о том, что кто-то из детей останется без присмотра”.

Голос Реннер был прерван громким стуком в дверь.

“Что, что происходит? Что это за беспорядок!”

Как только Занак повысил голос, дверь внезапно открылась.

— Ваше Высочество! Чрезвычайная ситуация!”

В комнату вбежал аристократ, одетый в знакомый придворный наряд. Он был одним из чиновников, отвечавших за внутренние дела. В его руке был крепко зажат кусок пергамента.

“Кое-что случилось!”

Занак бросил один взгляд на подаренный ему пергамент, и на его лице появилось удивленное выражение. Он как будто не мог понять его содержания. Нет, это было больше похоже, что он был в недоумении.

“Что произошло?”

У Занака не было сил ответить, вместо этого он просто молча передал пергамент Реннер. И затем-

— А?”

Звук, который она издала, был для нее нехарактерен, казалось, она была совершенно ошарашена.

{О, смотрю, она снова обнажает свою человеческую сторону}. Занак оскалился так, словно только что поддался своему отчаянию.

Конец пролога

Глава 1

Из почти переполненной кружки светлого эля сделали большой глоток.

До этого это был напиток, о котом он мог и не мечтать во всей своей жизни, но в настоящее время вкус первоклассного алкоголя, стекающего по его горлу, казался слишком знакомым.

Он громко изрыгнул сладкий аромат эля, поставив большую кружку с половиной оставшегося содержимого обратно на стол. Если бы это была одна из тех деревянных кружек, к которым он давно привык, он бы бездумно швырнул ее на стол, но не посмел бы сделать это с фарфоровой посудой.

Однако, даже если бы он разбил кружку, ему не пришлось бы за нее платить, в конце концов, этот бар был специально подготовлен его тайной сторонницей Хильмой Цигнеус. Все было бесплатно для любого из дворян, которых он отправит в это место, это также распространялось и на их гостей.

Такого рода инвестиции можно было ожидать от того, кому суждено стать таким влиятельным дворянином, как он, барон Филипп Дейтон Л’Эйр Монтсеррат.

Все, что ему нужно было сделать, — это выразить свою благодарность и отплатить ей за эту услугу позже, а пока все держится на вкладках.

При нынешних обстоятельствах даже Хильма, чье богатство было несопоставимо с богатством Филиппа, все еще была простолюдинкой и должна была склониться перед властью. Возможно, именно поэтому она так старалась познакомиться с таким знатным человеком, как Филипп, поддерживая его фракцию на всех фронтах.

Вот что отличает сильных от слабых в этом мире — различие в статусе.

Тем не менее, он был обязан ей большую услугу за все ее усилия.

Как джентльмен, который считал себя ответственным за свои долги, Филипп надеялся улучшить свое социальное положение как можно скорее. Хильма также должна была ожидать, что он получит власть, по крайней мере, выше ранга барона.

Тогда ему придется погасить свои долги.

Если бы эти долги не были погашены как можно скорее, он застрял бы на уступках, чтобы получить разрешение даже на то, что он лично хотел сделать.

Филипп мечтал иметь свободу делать все, что хотел, и право использовать свои силы по своему усмотрению.

Но-

«Почему у меня ничего не получается!»

Ему следовало и дальше сдерживать свои истинные чувства. Филипп осмотрел свое окружение. Этот бар не был обычным крестьянским трактиром. Хильма превратила один из своих особняков в бар, так что в нем не было места грубому шуму. Поэтому, хотя его голос не был слишком громким, вероятно если бы кто-то был рядом, он, вероятно, услышал бы его.

Убедившись, что никто не смотрит на него, Филипп успокоился.

Позволить другим узнать, что он потерпел неудачу, было бы позором.

Это верно — он потерпел неудачу.

{Умрите, вы все мусор!}

Филипп глотнул эль, как будто он мог буквально погасить пламенные эмоции в его сердце. Это только взволновало его еще больше, поскольку в спешке капли эля просочились из уголков его губ, в результате чего его кожа и одежда стали липкими.

Выражение лица Филиппа исказилось гневе.

Если бы все пошло согласно его планам, производительность его владений была бы увеличена, и он должен был быть окружен людьми, благодарными за то, что он стал их новым лордом. Его имя должно было стать всеобщеизветсным после того, как соседствующие с ним дворяне узнают о его достижениях.

Почему все закончилось именно так?

Мало того, что урожайность его земель начала падать, он также чувствовал, как будто все жители деревни, которых он посетил, смотрели на него с презрением.

{Наглые отморозки!}

Наконец, он был главой дома Монтсеррата, семьи с давней и богатой историей, и эти жители должны были хорошо знать, как они должны уважать его. Возможно ли, чтобы все жители деревни понижали урожайность в попытке ослабить его положение?

Конечно это было возможно.

Мир был полон тупиц, которые в конце концов будут завидовать чужим талантам. Они не могли даже понять эти таланты, а только издевались и завидовали тем, у кого они есть. Таким образом, они могут создать иллюзию мании величия.

Нет, в мире существуют и другие типы людей. Там было слишком много жителей деревни, должна была быть какая-то другая причина. Например,соседний лорд, возможно, заплатил им, чтобы саботировать политические амбиции Филиппа.

Конечно, это было не невозможно.

В целом, если вы сосредоточите производство на более ценных товарах, выручка, естественно, вырастет в огромных пропорциях. Это должно было быть здравым смыслом. Разве не имеет смысла посвящать все имеющиеся сельскохозяйственные угодья более ценным культурам и покупать зерно у торговцев?

Это было настолько очевидно, что число людей, которые не соглашались с ним, было бесчисленным.

{Абсолютный мусор! Как насчет того, чтобы спросить Хильму о том, как я должен наказать этих дураков? Если я сделаю это, они снова начнут усердно работать для меня! Мне все еще нужно выяснить, сговорились ли они против меня, их лорд! …Нет, подождите. Если это что-то такое простое, как вынесение наказания, было бы хорошо, если бы я занялся это самостоятельно?}

Теоретически, это было бы то же самое, что бить коров и лошадей, чтобы заставить их подчиняться вам.

{Да, совсем не нужно говорить об этом Хильме. Если я в конечном итоге буду обязан ей еще одной услугой из-за этого … Да, Хильма проявила ко мне доброту довольно давно, пора отплатить ей за ее щедрость …}

Для дворянина, который скоро станет великим, долг перед таким простым человеком, как Хильма, можно было легко замять, это была легко эксплуатируемая ситуация. Но, увы, это сделало бы его ничем не отличающимся от обычного вора. Для знати такой поступок был крайне отвратительным, поэтому лучше как можно скорее отплатить ей.

Было бы большой проблемой, если бы он позволил Хильме угрожать ему из-за его благородства. Если это когда-нибудь случится, Хильма всегда сможет сделать все по своему и заткнуть Филиппа.

{Вопрос в том, какой будет наилучшая форма погашения в этом случае …?}

Если он пойдет по их предыдущему соглашению, ему придется выплатить ей золото, полученное за счет увеличения доходов его земли, но это, очевидно, невозможно.

Так что же он мог сделать, чтобы продемонстрировать свое великолепие, а также использовать силу недавно сформированной фракции, чтобы принести пользу Хильме?

{Я говорю это, но я все еще не могу полностью контролировать эту фракцию ……}

Как член фракции, у Филиппа была возможность общаться с разными людьми.

Хотя число членов, поддерживающих идею о том, что Филипп должен быть лидером фракции, неуклонно растет, он не получил поддержки от всей аристократии.

Хильма помогла ему в этом стремлении, но, учитывая его возраст, социальное положение и так далее, ему все еще приходилось преодолевать серьезные препятствия. Если бы Филипп был на их месте, он бы огласился с их решениями.

Одна и та же речь старшего графа и младшего барона не будет убедительной в одинаковой степени. {Но разве это не похоже на то, что они просто будут соответствовать традициям более авторитетных фракций?} — подумал Филипп.

Будучи членами новой фракции, они не могли действовать как некая стареющая организация, а скорее вносили радикальные изменения в систему. Как человек, обладающий смелостью экспериментировать и вводить новшества, Филипп идеально подходил для роли лидера в этой фракции.

{Все остальные парни просто неприклонные}.

Ослепленный чувством раздражения, Филипп не заметил, что его кружка опустела.

«Оу! Принесите больше выпивки! »

«Да мой Лорд».

Одна служанка, которая выглядела так, будто она работала в заведении, просто проходила мимо, поэтому он рявкнул на нее свои приказы.

Сделав глубокий поклон, она странным образом ушла, словно приняв позу, и Филипп не смог отвести от нее глаз. Это потому, что ее одежда была слишком тонкой? Можно было разглядеть форму ее ягодиц.

«Ууууф».

Привлекательная внешность — очевидно желательное качество, чтобы выставлять его напоказ, но эта горничная продемонстрировала четкое понимание того, что представляет собой приемлемое взаимодействие между начальником и его подчиненным через ее трудовую этику. Это очень понравилось Филиппу.

Филипп уже позаимствовал у Хильмы двух служанок, но они были несравнимы с той, на которую он сейчас смотрел.

Эти дамы сделали бы все, что вы от них потребуете, вы могли бы даже повысить их жалованье. Все домашние дела Филиппа решались ими. Хильма также рекомендовала таких людей, как дворецкие.

Хотя Филипп хотел уволить тех, кто долгое время был на службе у его семьи, и просто держать своих подчиненных под рукой, горячий отказ отца от этого предложения заставил его сдаться. Ну, если бы он платил за этих слуг, он бы определенно уволил их, чтобы сэкономить расходы.

Пока Филипп размышлял над этими вопросами, кто-то внезапно заговорил с ним.

«О, эй, барон Монтсеррат. В чем дело? Вы, кажется, чем-то обеспокоены.

Он повернул голову к источнику голоса, чтобы увидеть двух дворян перед ним.

Они унаследовали свои владения в одно и то же время, друзья, принадлежавшие к одной и той же фракции. Один из них нес большую кружку эля, а другой — полную тарелку орехов.

«Ой! Барон Дельвин и Барон Рокерсон!

Барон Дельвин был человеком, которому не хватало статуса и престижа, ожидаемых от дворянина его ранга из-за его низкого роста и тонкого телосложения. Единственным его аспектом, который соответствовал его статусу, были его одежда, поэтому, если бы он носил обычную одежду, никто не смог бы сказать, что он был одним из аристократов. В таком его виде можно было убедить большую группу людей в том, что он просто актер, притворяющийся дворянином в комедийной пьесе.

Барон Рокерсон, напротив, выглядел внушительно и крепко. Человек был толстым во всех измерениях. Несмотря на то, что он был физически угрожающим человеком, он не мог придерживаться своего мнения, не поддаваясь влиянию других. По мнению Филиппа Рокерсон больше остальных подходит для выполнения приказов.

Их владения соседствовали друг с другом, и они имели одинаковое отношение к работе.

«Тут занято?»

«Нет, пожалуйста, садитесь».

Рокерсон слегка кивнул и сел рядом с Дельвином. Горничная, казалось, точно рассчитала время своего входа, когда она вошла с элем на подносе.

«Наконец-то!»

«Вот и наше удовольствие!»

Согласно легенде, во время тоста бились стаканами, чтобы смешать содержимое двух стаканов, доказывая, что ни один из них не был отравлен. Филипп знал об этом факте и поэтому использовал больше силы, чем было необходимо.

Алкоголь пролился на стол.

«Ой!»

Часть попала на одежду барона Дельвина.

Было бы грубо сказать, что его одежда, наконец, соответствовала его внешности, но его одежда, хотя и выглядела благородно, не была свежей и чистой. Нет, точнее было бы сказать, что она напоминала более традиционный стиль, то, что Филипп носил в прошлом, будто донашивал за старшими.

Филипп чувствовал жалость.

В настоящее время он носил ткани высшего уровня, которые он поручил Хильме подготовить для него. Другими словами, эти двое не были достаточно ценными, чтобы оправдать такой уровень инвестиций со стороны Хильмы.

Филипп размышлял о трагедии очевидной разницы в их будущих перспективах по сравнению с ним, когда он спросил: «Значит, вы двое тоже здесь, чтобы выпить?»

«-Угу, это так. Мы были здесь только ради выпивки и были приятно удивлены, обнаружив, что барон Монсеррат тоже был здесь, поэтому мы пришли, чтобы выразить свое почтение! Верно?!»

«Все так, как вы сказали, барон Рокерсон».

«Нет, нет, что это за чушь про уважение? Разве мы не равны? Товарищи, которые поддерживают друг друга?

«Ой! Я никогда не знал, что такой великий человек, как барон Монтсеррат, рассматривал таких людей, как мы, как равных! Это приносит радость нашим сердцам! Верно?!»

«Все так, как вы сказали. Теперь, если хотите, попробуйте некоторые из них ».

Человек на противоположном конце торопливо подал закуски.

«Большое спасибо, барон Рокерсон».

«О боже! Мы не чужие, барон Монтсеррат. Не стесняйтесь называть меня Уэйн и его Игторн».

«Понятный. Тогда я бы попросил вас обоих назвать меня Филиппом!

Трое разделили сердечный смех, выпивая светлого эля.

«Но в любом случае — Филипп-сама, что вас беспокоит? Вы, кажется, чем-то очень обеспокоены.

— Разве?- В этот момент алкоголь слегка … да, только чуть- чуть притупил его разум, и гнев снова вспыхнул.

«Аааа, эти бесполезные идиоты продолжают причинять мне головную боль. О, я говорю об идиотах, живущих на моей земле.

«Вот это я понимаю! Очевидно, что такой проницательный человек, как Филипп, злится на тех, кто никогда не надеется понять ваши мысли. Простые люди, такие как мы, не на том же уровне, что и вы, верно?

«Точно, для такого умного человека, как Филипп, совершенно понятно злиться на такие вещи».

Филипп был тронут их согласием с ним.

Они были дворянами, как он, так что, естественно, они могли понять его проблемы. Они также должны быть обеспокоены глупостью своих подданных.

«Вы двое понимаете, что я сейчас переживаю?!”

«Угу, мы понимаем, мы понимаем. Хотя я не такой выдающийся, как Филипп, у меня также есть свой опыт в решении проблем, с которыми вы столкнулись».

«Точно — похоже, что мы выпили весь эль — эй! О чем ты думаешь, не наливая эля для Филиппа!»

Горничная, которая была вызвана, немедленно принесла эля прямо Филиппу. Он поднял свою кружку, теперь наполненную до краев элем.

«Вот, давайте еще раз выпьем друг за друга»

Кружки ударились друг об друга.

Филипп выпил свой эль.

Вкусно.

Ему казалось, что эль никогда не был на вкус лучше, чем в этот момент, возможно, потому, что он делится напитком со своими сочувствующими.

Большинство членов новой фракции решили дистанцироваться от Филиппа, одна из причин в том, что Филипп был у руля фракции; следовательно, он не смог завести друзей. Вот почему у Филиппа было такое хорошее настроение, эти двое, кто подошел к нему, дали ему утешение. Он был в восторге до такой степени, что захотел пообщаться с ними.

«Ах, Филипп! Для меня большая честь, что вы общаетесь со мной, но ваш эль может пролиться. Как насчет того, чтобы вы сначала выпили немного, а потом …

Он снова пролил немного эля. Хотя это было бесплатно, быть таким расточительным было бы оскорблением Хильмы.

Филипп убрал руку от другого дворянина и выпил свой эль громкими глотками.

«Ого! Это то, что я ожидал от вас, вы, конечно, умеете пить алкоголь, я прав?

«Это верно, как и следовало ожидать от Филиппа».

«Псшш! Нет, нет, это не правда. Просто этот эль на вкус лучше, чем обычно, когда наслаждаешься им вместе с такими выдающимися людьми, как вы.

«Невероятно! Абсолютно невероятно! Филипп говорит такие слова, которые наполняют мое сердце радостью. Поскольку у нас двоих более низкая терпимость к алкоголю, мы не можем не трепетать перед вами».

«Э? Вы двое не можете много пить?

Они оба все еще держали свои первые стаканы, и уровень эля не сильно снизился.

«Стыдно признаться, но, по правде говоря, никто из нас не может найти какое-либо пристрастие к алкоголю, верно?»

«Это верно, но, поскольку мы находимся в этом заведении, было бы неловко вообще не пить, поэтому мы делаем только маленькие глотки».

«Поскольку мы не можем пить алкоголь, мы очень завидуем людям, которые могут, как Филипп. Пожалуйста, пожалуйста, возьмите и нашу порцию».

Филипп принял их предложение и пил чашку за чашкой. Чем больше он пил, тем светлее чувствовалась его голова. Примерно в это же время его лицо покраснело.

«Теперь можно и поговорить. Я помню, как Филипп упоминал идиотов на своей земле, так что же именно произошло?»

«А? Ах, я об этом говорил?»

«Да, вы упомянули что-то в этом духе… мне кажется, вы могли бы выпить еще немного, я должен принести немного безалкогольных напитков?

«Это верно. Филипп, хочешь воды? Вода, которую они здесь подают, не воняет мхом».

«Э-э-э, в этом нет необходимости. Я в порядке, я в порядке. Тепло пульсировало по его лицу, ему не нужно зеркало, чтобы знать, что его лицо полностью покраснело. «…… аааа, я говорил о своих бедах. Я сломался, сломался.

«Мы в подобной ситуации, я прав?»

«Правильно, наши земли тоже не процветают»

«Нет нет. Это не то, что вы думаете. Если бы эти бесполезные идиоты сделали то, что я им приказал, в моих карманах должно было быть большое количество золота. Но они недостаточно усердно работают и не слушаются. Это их вина. Каждый из них ничего не стоит».

«Ооооооо»! Филипп абсолютно прав. Этот мир наполнен бесполезным мусором. Я могу понять вашу боль! Кстати, в чем особенность ваших земель, Филипп?

«Ничего, кроме сельскохозяйственной продукции на данный момент. Черт».

Было проведено множество испытаний по различным аспектам производства, но ни одно из них не принесло плодов.

«Сельскохозяйственные продукты, да … Было бы неплохо иметь какой-то уникальный продукт, иначе …»

«Типичные сельскохозяйственные продукты продаются не так часто, но этого следовало ожидать».

Двое дворян высказывали свое мнение.

Они были правы, поэтому была необходимость выращивать более ценные культуры. Это было бы рискованно, так как было вероятно, что они не смогут собрать урожай в краткосрочной перспективе, факт того, можно ли вообще выращивать урожай или нет, также должен был быть исследован. Несмотря на это, это было необходимым капиталовложением в будущее, однако эти скромные крестьяне всегда использовали «наши руки заняты» в качестве оправдания даже перед лицом прямого приказа.

«Учитывая текущую ситуацию, если ничего не изменится, я смогу только дождаться плохого урожая, чтобы цена на зерно выросла!»

«А как насчет твоей собственной территории?»

Уэйн ткнул Игторна локтем в середине предложения, а затем подошел ближе к Филиппу и прошептал. «Вы правы, но даже если произойдет плохой урожай, цена не обязательно будет расти. Знаете ли вы, что из Колдовского Королевства в Королевство перевозится огромное количество дешевого зерна? Таким образом, цена на обычную продукцию вряд ли будет сильно колебаться, и для любого продукта без добавленной стоимости будет одинаково маловероятно получить высокую цену».

«Что!?»

«Ах, Филипп, ты слишком громкий».

Филипп безумно оглядел свое окружение, понизил голос и затем сказал Уэйну: «Это правда?»

«Ммм, информация была получена из достоверных источников, она распространялась среди нескольких торговцев в столице. Очевидно, Колдовское Королевство хранило большое количества зерна на складах, принадлежащих торговцам в столице. Говорили, что им даже было разрешено продавать их, но Колдовское Королевство, очевидно, имело приоритетное право того, как их использовать».

«Хм? Значит, не продавцы, импортирующие товары из Колдовского Королевства, продавали здесь, а Колдовское Королевство хранили продукты в Королевстве? »

«Это верно. Я мало что знаю о точных деталях, за исключением того факта, что они там только для хранения, и Колдовское Королевство уже заплатило за хранение … или это было арендной платой за склады? В любом случае, торговцы делали деньги из этой сделки. Это было немного, но это было все еще кое-что.

«… Люди так легко сдают свои склады?»

«Обычно было бы трудно обеспечить место для хранения. Но разве этот район склада не подвергся нападению того архи-злодея? Я слышал, что многие склады были пусты, поэтому владельцы с радостью сдали их в аренду. Поэтому, пока зерно остается там, торговцы вряд ли будут повышать цены на продукты питания. Легко представить, что люди говорят такие вещи, как «если это станет дороже, я бы предпочел купить у Колдовского Королевства», если цена вырастет. Ах да, вы знали об огромном зерновом хранилище Э-Рантэл?

«Нет нет. Что насчет него?»

«На этом огромном складе, заколдованном заклинанием [Консервация], есть места, где еда никогда не загниет, благодаря волшебному предмету. До недавнего времени из соседних земель тщательно собирались военные пайки для более чем ста тысяч солдат, которые ежегодно готовились к войне с Империей. Сбор пищи требует времени, так что она могла сгнить во время процесса, не говоря уже о том, что получение пищи было сложнее в течение некоторых периодов времени. Этот огромный склад был построен, чтобы противостоять этим проблемам. Очевидно, что магический предмет не был чем-то, что можно было перенести в другое место, поэтому он был официально подарен Колдовскому Королевству. Это означает, что излишки зерна Колдовского Королевства могут храниться там годами».

«Даже если еда может храниться много лет, Колдовское Королевство — это страна с одним городом, Э-Рантэл. Как они могут производить столько еды?»

Даже если слух распространяется по всему Королевству, цены на зерно должны упасть лишь чуть-чуть, учитывая большую численность населения Королевства.

«О, об этом. По некоторым достоверным слухам, Колдовское Королевство использует нежить для обработки больших участков сельхозугодий; в результате они добились огромного роста производительности зерна. Таким образом, даже такая небольшая территория может соответствовать производительности всего Королевства. Если вы не поняли, то мы говорим о нежити, которая не знает усталости. Что ж, если вы думаете о том, что пища готовится нежитью, трудно не испытывать отвращения к ней».

«Что? Это просто обман!

Филипп не мог не кричать. Король-Заклинатель мог легко сделать то, что Филипп не мог заставить сделать своих подданных, независимо от того, как сильно он старался. Король-Заклинатель тоже заслужил всю боль, которую испытал Филипп.

Или, возможно, он также должен использовать нежить для ведения сельского хозяйства?

«При этом не похоже, что в этом нет ничего подозрительного. В конце концов, даже если нежить работала без устали круглосуточно, для них соответствовать производительности всего Королевства — это… Тем не менее, их сельскохозяйственная продукция довольно хорошо, в этом нет никаких сомнений. Прямо сейчас, Колдовское Королевство посылает продовольственную помощь Святому Королевству».

«Гуманитарная помощь?»

«Ммм. Ялдаваоф, который принес хаос в нашу королевскую столицу, появился в Святом Королевстве. Кажется, что его неистовство вызвало некоторые проблемы с нехваткой продовольствия, и Колдовское Королевство отреагировало, послав еду, купленную у торговцев Королевства, в качестве помощи. Караван с вагонами, полными зерна, проезжал через мою территорию, так что это должно быть правдой».

«Сколько продовольствия может остаться на складах торговцев, если пища использовалась в качестве помощи Святому Королевству?»

«Это правда.Тем не менее, необходимо готовить еду, чтобы подготовиться к плохим урожаям. Кроме того, я не думаю, что Колдовское Королевство использовало все зерно, которое они купили в качестве помощи ».

Это имело смысл. Если бы Филипп был Королем-Заклинателем, он бы также использовал излишки пищи, которые долгое время хранились в хранилище, в качестве помощи.

“Именно. Ну, плохие урожаи так просто не случаются, верно-”

«Поэтому рискованно ждать, пока климат повлияет на ситуацию. Требуется лучшее решение. Например, если запасы зерна в Колдовском Королевстве внезапно исчезнут, то продукты питания, произведенные в семье Филиппа, должны продаваться по высокой цене. При этом, вы не можете просто сделать такую вещь, как разжигание войны с единственной целью — заставить врага сжечь запасы зерна».

Именно в этот момент у Филиппа спонтанно возникла идея.

Если тот факт, что зерно много не продается даже во время плохого урожая, зависит от оставшегося запаса зерна в Колдовском Королевстве, что произойдет, если оно исчезнет?

Был только один ответ.

Цены на зерно будут расти.

Следующий вопрос: как можно сделать так, чтобы запасы зерна в Колдовском Королевстве внезапно исчезли?

Намек был в словах Уэйна. Производство зерна в Колдовском Королевстве должно упасть. Но это была нелегкая задача. В конце концов, Филипп не мог просто проникнуть в Колодовское Королевство и сжечь все их поля, верно?

Как насчет кражи зерна?

В тот момент, когда Филипп подумал об этом решении, он почувствовал, как молния только что ударила его тело.

Взятие собственности иностранного государства силой, по здравому смыслу было чрезвычайно опасным действием. Даже не принимая во внимание последствия, у Филиппа просто не было военной силы, чтобы взять на себя всю страну в данный момент. Но Королевство должно видеть Колдовское Королевство своим врагом. Ведь значительная часть граждан Королевства погибла на войне. Было бы странно не рассматривать их как врагов. Если бы это было так, разве не было бы блестящим шагом украсть у врага?

Таким образом, Филипп сможет заручиться поддержкой правящего класса Королевства, и, возможно, есть даже шанс, что он будет повышен до уровня в свете своего вклада.

{…Неплохо. Разве это не отличная идея?}

Как вишенка на верхушке торта, он также мог продавать зерно, которое было взято из Колдовского Королевства.

{Это все равно что убить трех зайцев одним выстрелом. План, который был настолько совершенен, что его нельзя было улучшить. Но как я отниму у них зерно? Должен ли я обсудить это с Хильмой и нанять наемников? Нет, это не хорошо. У наемников нет чувства чести. Эти идиоты могут оставить след, который можно отследить и использовать в качестве материала для шантажа.}

Следуя этой логике, работать могли только его собственные солдаты. Он назвал их солдатами, но на самом деле они были бы всего лишь несколькими вооруженными жителями деревни. Он подумывал о создании корпуса с обученными солдатами, а не с жителями деревни, которые могли выполнять только сельскохозяйственную работу. Платить солдатам зерном, которое они захватят, было бы отличным вариантом.

{Но, тем не менее, идти прямо на территории Колдовского Королевства все равно будет опасно.}

Владения Филиппа находились на некотором расстоянии от колдовского Королевства, так что стоимость походной армии не была чем- то таким, от чего он мог просто отмахнуться.

{Нет, подожди, разве он не говорил о караванах Колдовского Королевства, проходящих через его земли? Что если я нападу на них?}

Был ли Филипп способен в одиночку взять на себя такие большие караваны? Количество жителей деревни, которых он мог мобилизовать, было ограничено, но абсолютное численное превосходство, достаточное для того, чтобы враг сдался без какого-либо сопротивления, было абсолютно необходимо.

«Я могу вам доверять? У меня есть вещь, которую я хочу обсудить со всеми вами.

«Конечно, но что это за «вещь»?»

«Ммм, кое что хорошее».

Филипп подошел к паре и с гордостью начал объяснять свой безупречный план.

«Какого черта,по крайней мере он должен был извиниться». Уэйн усмехнулся, попрощавшись с Филиппом.

Одежда, которая теперь была испачкана пивом, раньше принадлежала его отцу и была довольно старой как по фактуре, так и по дизайну, что делало ее довольно редким предметом. Первоначально он планировал явиться на официальные общественные собрания в этой одежде, но теперь ему снова придется готовиться.

В конце концов, аристократия была не более чем кучкой существ, чьи глаза не могли видеть дальше собственной внешности. Одежда, естественно, была частью игры, поэтому то, что только что произошло, было абсолютно неприемлемым. Но правда заключалась в том, что Уэйн был на дне высшего сословия, поэтому ему не было проку от хорошей одежды.

Напротив, эта потертая одежда могла означать слабость владельца и поэтому была очень полезна для тех, кто хочет быть под защитой своего начальства. Такая одежда была обязательной для него, чтобы играть роль слабого дворянина на этой сцене. Поэтому до тех пор, пока он не возьмет на себя роль другого персонажа, он был под его опекой.

Вот почему было еще более невыносимо, чем обычно, видеть его запятнанным.

«Действительно».

Раздавшийся рядом с ним голос заставил Уэйна обернуться и посмотреть на его источник.

«…Ну хватит, хватит уже ”.

Его голос стал мрачным вместе с окружающей атмосферой. Если бы Филипп был свидетелем этой перемены, он был бы потрясен до глубины души .

Уэйн никогда не был экстравертом, он просто не любил общаться с другими людьми. Для этого он отчаянно пытался притвориться экстравертом и экспансивным типом.

«Извини, чувак, я не такой хороший атктер, поэтому тебе пришлось позаботиться о большей части этого дельца».

Игторн тоже перешел от своей прежней личности, его язык был теперь настолько грубым, что никто из знати не осмелился бы быть пойманым, используя этот язык.

«Не нужно ивиняться, если ты действительно сожалеешь, попрактикуйся в некоторых из этих любезностях. Дворянство низшего уровня, подобное нам, должно приложить реальные усилия, чтобы ублажать тех, кто наверху».

«Жизнь становится все сложнее и сложнее. Я думал, что как только мы унаследуем землю, мы сможем присоединиться к аристократии… Бесстыдная лесть и заискивание, только эти две вещи раздражают меня до чертиков».

“Пффф, о чем ты говоришь?.. Крестьянам приходится иметь дело с таким же дерьмом. Неважно, у кого это хуже, каждый, кто работает под чьим-то началом, должен быть своего рода подхалимом.”

«И именно поэтому я никогда не хотел взрослеть… Чувак, я скучаю по тем дням, когда мы были достаточно беззаботны, чтобы размахивать палками и притворяться убийцами драконов».

«У нас нет пути назад, так что не думай об этом. В любом случае, просто научись льстить другим. Этот безмозглый, кажется, хороший кандидат для практики, верно? Даже если у нас не получится, наши потери будут небольшими».

Для аристократов высшего эшелона или людей с большим жизненным опытом, ничто не могло удовлетворить их, если оно не было доведено до совершенства. Вот почему они должны были практиковаться каждый раз, когда у них был шанс.

«Серьезно…? Что ж, в следующий раз, когда мы встретимся с ним, я очень постараюсь.

«Да, конечно, конечно. Никто не любит лести. Если кто-то, с кем ты разговариваешь, раздражен из-за тебя, это просто означает, что твои способности вести разговор еще … Игторн, я знаю, что это сложно. Я восполню твои недостатки, а ты сможешь восполнить мой, это была наша сделка, но из-за этого ты не можешь просто перестать пытаться преодолеть свои слабости. Не похоже, что мы будем друг с другом вечно.

Хотя Уэйн был умнее обычного человека, он был абсолютно непревзойден с точки зрения атлетизма. Игторн был полной противоположностью.

Если бы они были одного типа, возможно, они были бы конкурентами. Именно по этой причине они были благодарны за то, что ни один из них так не думал. Для соседствующих лордов дружба была необычным явлением, но, поскольку они были третьим и четвертым сыновьями своей семьи, они не вспоминали обыды прошлого. Вот почему они были так близки.

Самое главное, они были сыгранны.

«Это так…? Так что насчет того, что мы с ним обсуждали?

«Абсолютно ужасно».

Уэйн не колебался ни секунды, прежде чем ответить на вопрос своего друга.

Для кого-то вроде него быть во главе фракции было слишком опасно.

«Но разве этим парнем не легко манипулировать?»

«Мм, это правда».

Откровенно говоря, эта фракция была мусорной свалкой.

Её члены состояли в ней, чтобы извлечь выгоду из их статуса как дворян, и не имели абсолютно никакого интереса к развитию их земель. Как ребенок с железным мечом, они злоупотребили своей внезапно упавшей на голову властью. Они ничего не достигли, но были слишком самоуверенны, чтобы поверить, что они всемогущи. Этих людей уже было не спасти. Даже такой человек, как Уэйн, мог понять, что он был просто обычным дворянином, но они не могли. Фракция была полна таких людей.

Можно было с уверенностью сказать, что из-за этого у фракции возникла огромная проблема.

«Колдовское Королевство, хранящее зерно в столице, является тревожным фактором, поскольку теоретически они полностью контролируют его рыночную цену. Они определенно поднимут цены из-за нашего плохого урожая в этом году. Что еще более страшно, так это тот факт, что дворяне, которые с оптимизмом смотрят на такую вопиющую ловушку и переключили свои сельскохозяйственные угодья только на выращивание товарных культур, не являются меньшинством. Их менталитет таков: даже если случится что-то плохое, они могут пережить голод, импортируя зерно из Колдовского Королевства, даже если цена будет немного выше».

У многих дворян в этой фракции был такой менталитет. Несмотря на его попытки тонко намекнуть на опасность происходящего, их отношение ясно продемонстрировало их веру, что их это не затронет. Они были полны решимости претворить свои планы в жизнь.

«… Мы потеряли большое количество рабочей силы в этой войне. Очевидно, что они зациклены на краткосрочной прибыли, основываясь на том, что они распределяют свою оставшуюся рабочую силу в одиночку».

Отпускать мелкие выгоды и вместо этого сосредотачиваться на долгосрочной прибыли должно быть здравым смыслом для тех, кто находится на вершине иерархии.

«Таким образом, даже мысль о том, чтобы ограбить караван Колдовского Королевства, является доказательством того, что у него повреждение мозга. Разумеется, никто не настолько глуп, чтобы не понимать, что нападение на караван, на котором стоит флаг Колдовского Королевства, будет рассматриваться как объявление войны и повлечет за собой серьезное возмездие? Даже если он … Подожди. Мы были обмануты?

Вполне возможно, что они были обмануты, и он просто не мог понять, какова была цель этого человека. Возможно, это был не такой плохой выбор, чтобы в конце концов принять его предложение.

«Нет, ты не задумывался? Вероятно, потому, что он был настолько тупым, что вообще не рассматривал возможные последствия, пока придумывал этот план».

«Эй, — горько улыбнулся Уэйн, — чтобы вообще не думать о последствиях нападения на этот караван — может ли действительно существовать идиот такого масштаба?»

«Ну… если так выразиться…»

В любом случае, не было никакого правдоподобного способа выбрать нездравомыслящего дворянина для наследования титула его семьи; следовательно, у Филиппа должна была быть цель. Какой может быть его цель?

«Лучше всего, если мы проконсультируемся с Цигнеус, верно?»

«Нет, не говори ей».

Хильма Цигнеус, женщина, которая сделала все возможное, чтобы создать эту фракцию.

Ходили слухи, что она была любовницей некого графа, но формирование этой фракции не принесло бы пользы упомянутому графу в какой бы то ни было форме. Итак, происхождение ее чрезмерно обильных средств и широких связей оставалось загадкой.

Вероятно, за женщиной стояла организация, а не частное лицо. С помощью простого процесса исключения можно легко определить, какая организация имела бы такие возможности.

Восемь пальцев.

Преступный синдикат, контролирующий подпольное общество Королевства.

В этом случае Хильма была, вероятно, кем-то, кого можно легко выбросить, как марионетку.

Нет, интуиция Уэйна подсказала ему.

Его несколько разговоров с ней давали ему понять, что она определенно не была какой-то простой жертвенной пешкой. На самом деле, более чем вероятно, что она была одним из руководителей организации. Вовлечение кого-то вроде нее в состав фракции, по меньшей мере, беспокоило. Хотя некоторые дворяне имели право тайно заключать договоры с преступным синдикатом, Уэйн не хотел запутываться в таких незаконных организациях сам.

Именно потому, что они не думали о себе слишком высоко, они захотят воспользоваться ее преимуществами, сохраняя при этом спокойную работу.

«Почему…? Похоже, ты думаешь о чем-то, что я снова не могу понять, разве не пора ли тебе рассказать мне, что происходит? Даже я знаю, что, сказав «да» этому парню, в будущем у нас будут проблемы. Ты собираешься атаковать караван Колдовского Королевства на нашей территории? Этот костлявый ублюдок определенно не позволит тебе ускользнуть. Невозможно, чтобы этот парень не потерял голову после этого, и ты тоже не сможешь долго оставаться на связи со своей шеей.

Игторн был полностью прав, но у Уэйна была идея; он согласился на это предложение с полным пониманием связанных с этим рисков.

«Возможно, что план этого идиота, сделать нас козлами отпущения и забрать всю добычу себе. Как насчет того, чтобы мы согласились с его планом? Мы будем патрулировать наши собственные территории и просто так наткнемся на группу бандитов, группу, которая была ответственна за нападение на караван Колдовского Королевства. После этого мы убьем их всех. Крайне важно, чтобы мы сами позаботились о них».

Если бы на караван человека напали, то ни одна жертва не стала бы просто отступать, получив известие о том, что преступники были убиты. Это справедливо даже на национальном уровне. Возмездие было бы более чем оправданным. Вот почему они не должны оставлять после себя никаких доказательств своей причастности. Более того, им будет легко сохраненить свою невиновность, нарисовав повествование о том, что они просто позаботились об инциденте, который случайно произошел на их землях.

«Как насчет этого? Неплохой план завоевать расположение Колдовского Королевства, верно? Даже если нас подозревают в причастности, мы можем просто сказать, что пытались помочь каравану. Мы будем в порядке, пока все преступники мертвы. Ты знаешь как говорится — мертвецы не рассказывают сказки.

«Мы забегаем вперед, еще мы должны учитывать возможность того, что есть священники, которые могут воскресить мертвых. Ты знаешь, как еще говорится? Ни одна ложь не ускользает от священника”.

«… Ты всерьез полагаешь, что в Колдовском Королевстве есть священники, способные к воскрешению мертвых? В стране, где говорят, что нежить гордо ходит по улицам, мучая живых?»

«Нет наверное?»

Уэйн улыбнулся, соглашаясь с Игторном.

— Независимо от целей этого человека, нападение на караван колдовского Королевства выгодно нам, независимо от результата. Не имеет значения, будет ли атака успешной — а я не думаю, что она будет — или провалится, потому что Колдовское Королевство будет в состоянии повышенной готовности к дальнейшим атакам в будущем в любом случае. Они могут перестать хранить зерно у торговцев Королевства. Таким образом, эти идиоты получат сигнал тревоги и начнут строить планы на более прочной основе. Кроме того, — Уэйн насмешливо рассмеялся, — этот человек будет обманут, несмотря ни на что.

«Он стоит всех хлопот? Чтобы мы взяли на себя все эти риски только ради него?

«Конечно, он не стоит этого лично, но необходимо помешать Цигнеус, женщине, стоящей за ним, даже если это немного. Должно быть, она планирует использовать его, чтобы манипулировать фракцией и отвлечь внимание от нее, что в конечном итоге позволит ее синдикату действовать в одной форме под открытым небом. Если бы это было не так, для них не имело бы смысла вкладывать столько денег во фракцию».

Королевская фракция и Дворянская фракция уже потеряли большую часть своей власти. Если бы кто-то мог свободно манипулировать этой третьей группой, они могли бы обладать ужасающим количеством власти. Это означало, что Восемь Пальцев будут отвечать как за законные, так и противозаконные дела Королевства.

«Я мог бы только придумать временные решения для этих вещей, но ты уже продумал все далеко вперед, да?»

Как сказал Игторн, такая идея должна быть вне досягаемости для знати, не говоря уже о скромном бароне. Правда, конечно, не все бароны были одинаковы, некоторые из них владели большим количеством земли, чем дворяне более высокого ранга. К несчастью для них двоих, их территории имели размеры, соответствующие барону, поэтому они были самыми обычными баронами в королевстве.

Все дворяне, не имеющие связей в королевской фракции или в Дворянской фракции, хотели развивать свою землю. Чтобы это произошло, Королевство также должно измениться к лучшему.

У них было желание не только потому, что они были дворянами, но и их собственных амбиций.

Чего они хотели, так это стать богаче и счастливее.

Вот почему они будут использовать любые выгодные возможности для получения максимальной выгоды.

«Но даже если бы мы переключились на лучшую фракцию, нам пришлось бы заново восстанавливать свою репутацию и связи, верно?»

«Да правильно.»

Они присоединились к фракции, чтобы получить возможности, которые иначе были бы для них недоступны, если бы они присоединились к более устоявшейся фракции. Однако они никогда не ожидали, что «Восемь пальцев» назначат такого кретина на свою руководящую должность. Казалось, что присоединение к этой фракции было ошибкой.

«Кстати говоря, будет ли Колдовское Королевство использовать это в качестве предлога для объявления войны с Королевством?»

Уэйн задумался на мгновение и покачал головой.

«Вряд ли. Колдовское Королевство — это нация с одним городом, им не хватает рабочей силы, чтобы полностью захватить все Королевство. Даже если у них много нежити, они в любом случае подходят только для простого ручного труда. Они не могут должным образом управлять страной, поэтому даже если бы война была объявлена, они бы попросили только землю, которая была бы ближе всего к ним … Это не должно быть проблемой для знати, как мы, чья земля находится далеко от Колдовского Королевства. Тогда…»

Говоря это, он поднял вверх сжатый кулак, и Игторн повторил его движение, чтобы сделать дружеский удар кулаками.

«…Давай сделаем это!»

«Да!»

Филипп наконец добрался до своей цели-участка дороги во владениях барона Дельвина. Он вел своих солдат маршем, начиная с предыдущего дня к месту нападения, им пришлось разбить лагерь на ночь в лесу. Согласно разведданным, караван Колдовского Королевства должен был пройти через это место.

Филипп сидел верхом и смотрел сверху вниз на выстроившихся солдат.

Они были солдатами или, точнее говоря, сельскими жителями под его командованием.

Всего собралось пятьдесят человек.

Он разослал приказы о призыве по всей своей территории, но мало кто откликнулся на призыв. Наиболее распространенным ответом было то, что они уже отслужили положенный срок.

По правде говоря, это сильно расстроило Филиппа.

Этот план был разработан для будущего процветания их земель, для блага всех, кто там жил. Кроме того, имелось множество потенциальных военных трофеев, о которых Филипп подумал и предложил раздать их всем желающим. И все же никто не пришел на помощь.

Они слишком глупы.

Кучка невежд, которые не могут сказать, было ли им что-то выгодно или нет. Нет, именно по этой причине их должен был возглавлять и руководить такой гений, как он сам.

Несмотря на все усилия убедить себя в обратном, его гнев по отношению к тем, кто не понимал его, вспыхнул с новой силой. Он думал о принудительной воинской повинности, но это определенно разозлило бы его старика, который уже был на пороге смерти.

В конце концов он заплатил им вперед деньгами, которые занял у Хилмы.

После всей своей тяжелой работы он сумел собрать пятьдесят человек, но это были либо старые чудаки, которые находились далеко за пределами своего расцвета сил, либо больные юноши с хрупкими телами, либо люди с раздутым эго, которые ходили по своим деревням в поисках драки и обычно были капризны.

Проще говоря, они были помехой для деревни, и ни один из них не стоил таких денег. Несмотря на это, Филипп чувствовал неописуемое волнение, греющееся во взгляде его солдат.

У него было предчувствие, что вот-вот начнется его собственная общеизвестная героическая история. Нет, она уже началась.

По мере того как его территория будет неизбежно расширяться, будет расти и его статус. Он скоро выйдет на мировую сцену под ярким светом прожекторов.

Он собирался нанести первый удар по Колдовскому Королевству — подвиг, который не мог совершить никто другой. Это, несомненно, позволит Филиппу получить высокую оценку от королевской семьи и звание, которое соответствует этому достижению. Может быть, он даже женится на той прекрасной принцессе.

“Итак, милорд, мы действительно можем напасть на них?”

Филипп, нежащийся в своем сне, был возвращен к реальности, как будто на него только что вылили ведро холодной воды.

Он пришел в себя и посмотрел на солдата, который задал этот вопрос.

Солдат был обычным человеком, лет 30-ти. Он был одет в растрепанную одежду и почему-то держал в руках деревянную лопату. Даже дубинка была бы лучше лопаты, иначе даже некоторые из лежащих здесь палок могли сработать не хуже того, что он сейчас держал в руках. Филипп хотел было что-то сказать по этому поводу, но лопата, вероятно, была результатом его приказа принести им их собственное оружие.

Откровенно говоря, видя, что некоторые жители деревни остались даже без палок, у Филиппа немного разболелась голова. Кроме них, вся группа выглядела так, словно они были какими-то нищими бандитами. Возможно, он даже смог бы обмануть своих противников, заставив их поверить в это.

Солдаты вокруг, по-видимому, были согласны с сомнениями этого человека, поскольку все в пределах видимости повернули головы в его сторону, как бы говоря: “да, я думал о том же самом”.

— Все будет хорошо, мы делаем этот шаг ради спасения Королевства.”

“Э-э, милорд, на самом деле мы не понимаем всей ситуации Королевстве, она слишком сложна для нас. Но нас не свяжут и не отрубят нам головы, да?- Спросил другой мужчина, и вскоре все остальные начали эхом повторять свое “да”.

Филипп был очень удивлен вопросами, которые продемонстрировали полное отсутствие понимания справедливости.

-Именно потому, что существует огромное множество таких людей, как они, кто-то такой талантливый, как я, должен руководить ими. Никто не подчинялся моим приказам по управлению фермой, потому что эти люди могут думать только на поверхностном уровне…

“Я же сказал, что никаких проблем не будет, вы что, все глухие?”

“…Нет, нет, мы слышали”.

Ему не удалось убедить солдат, была видна их злость.

Может быть, ему следовало казнить кого-то в пример остальным, но тогда бы оказалось, что он вообще не может быть лидером. Он потеряет свое достоинство, если не сможет заставить их работать, хотя и знает, что это сопряжено с риском.

Когда Филипп уже было запаниковал и не знал, что делать, он услышал оглушительный топот лошадиных копыт по земле. Он повернул голову и увидел двух всадников, скачущих к нему галопом. Их лица были закрыты, за исключением глаз, но он все равно знал, кто они такие.

Они остановились и издалека помахали ему рукой.

Почему они не пришли сюда? Разве они не должны идти мне навстречу, а не наоборот? Филипп подумал, что, может быть, они хотят сказать что-то такое, что нужно держать в секрете.

“Хм, наверное, я должен подъехать”.

Наконец-то он почувствовал себя немного лучше, произнося слова в притязательной манере, и поэтому сменил выражение лица на более легкомысленное, чтобы соответствовать им.

Филипп подъехал к ним верхом. Он уже немного попрактиковался в верховой езде, так что прогулка на лошади по прямой линии не была проблемой.

— Барон, как продвигаются ваши приготовления?”

Лицо мужчины было скрыто маской, так что его трудно было опознать, но судя по голосу и телосложению, это был барон Дельвин (Уэйн).

Однако его наряд был совсем не похож на наряд барона.

Кожаная броня была немного грязновата, а на поясе висел меч. Его лошадь выглядела скучающей и безжизненной, как фермерская лошадь вместо боевого коня. Рядом с ним стоял Барон Рокерсон (Игторн), который выглядел почти так же. Их внешность так хорошо сочеталась, что даже лошади были похожи.

В отличие от Филиппа, который имел некоторую финансовую поддержку, они, должно быть, были довольно бедны. Филипп вспомнил, как однажды видел их в поношенной одежде, и изо всех сил постарался скрыть чувство превосходства, которое вот-вот должно было отразиться на его лице.

Ну, а теперь я не могу показать этому жалкому дуэту, что меня раздражает низкий моральный дух моих солдат, не так ли? Это такая головная боль.

Он, как человек более высокого положения, должен показать тем, кто ниже его, что именно делает его выше их. Филипп должен служить образцом для подражания обществу, а низшие должны следовать за Филиппом. Таким образом, мир мог бы гладко работать.

“Только вы двое? А как же ваши люди?”

“Мы ведь их уже подготовили, верно?”

— “Вот именно, наши солдаты обойдут Филиппа с фланга и сформируют Строй Журавлиных Крыльев.”

— “О! Строй Журавлиных Крыльев!”

Даже Филипп знал об этой формации. Развертывание такого знаменитого формирования было довольно приятным делом; это было похоже на то, как если бы он стал главным героем какой-то сказки.

— Итак, если все пойдет наперекосяк, пожалуйста, рассредоточтесь направо и налево. Враг не рассеется, если мы пойдем только в одном направлении. Не забывайте при отступлении раздвигаться как можно дальше друг от друга”.

“Я понимаю. Все в порядке, тебе не нужно напоминать”.

-А не лучше ли заранее решить, кто куда пойдет? Успешное отступление может быть затруднено в пылу сражения. Это относится и к господину Филиппу. В каком направлении вы будете отступать?”

Они говорили так, словно предвидели его поражение, и это очень расстроило Филиппа.

“Так ты уверен, что я проиграю?”

-Нет-нет, ничего подобного, Филипп. Вы слышали о тактике симуляции отступления, чтобы уничтожить всех преследующих врагов одним махом?”

“а-а, ага, да, слышал”.

Филипп принял их объяснение, но так как было бы неприятно признаться в своем невежестве, он действовал так, как будто уже знал об этой тактике.

“Как я и предполагал, вы знаете об этой тактике. Ну вот и все, это стратегия, которая включает в себя стратегическое отступление.”

Что ж, в таком случае… пока Филипп готовился обсудить, в какую сторону отступать, он понял, что упустил важную часть информации.

— Прежде чем я отвечу, у меня есть вопрос. Вы двое еще не сказали мне о численности ваших сил. Сколько человек вы привели с собой?”

— Каждый по 75.”

Филипп был так потрясен тем, что они смогли собрать больше людей, чем он сам, что мысль о том, что при таком количестве людей бегство в любом направлении будет одинаковым, никогда не приходила ему в голову раньше. Филипп рассудил, что раз уж это все-таки их владения, то вполне логично, что им будет не так уж трудно это сделать. Если бы это был просто вопрос количества, все было бы гораздо проще, проблема заключалась в их предыдущих соображениях. Филипп подсчитал, что он мог бы собрать по меньшей мере вдвое больше людей, если бы это были его владения.

«…если у нас так много людей, то не лучше ли нам атаковать одновременно? В конце концов, у нас здесь около 200 человек.”

“Хотя это тоже было бы приемлемым вариантом, но это не было бы Строем Журавлиных Крыльев. Для того чтобы это был Строй Журавлиных Крыльев, солдаты господина Филиппа должны наступать первыми, а наши войска прикрывать боковые фланги.”

“Ах, так вот почему!”

Да, именно поэтому. Ему удалось полностью забыть об этом.

Уэйн громко вздохнул. Поскольку его лицо было полностью закрыто, никто не мог видеть его выражения лица.

— Я рад, что вы меня поняли. Итак, в каком направлении нам следует отступать?”

— Ах, да. Тогда мы отступим в направлении господина Игторна”.

“Значит, на левый фланг, как я понимаю. Тогда я попрошу вас придерживаться плана сражения, который мы обсуждали ранее. Пожалуйста, также следите за лучниками, это не так уж редко, когда лошади убивают своих всадников в панике после того, как они были поражены стрелами”.

“Пока я в этих доспехи, я буду в порядке, даже если на меня наступит лошадь. Это высококачественный предмет, который был изготовлен известным кузнецом и зачарован магическими заклинателями”.

Набор доспехов Филиппа был подарком от Хильмы. Доспехи были зачарованы магией, которая усиливала их защиту, позволяя тем самым превзойти набор доспехов, который передавался как семейная реликвия в его доме. Хотя он получил этот дар довольно давно, у него еще не было возможности испытать его. Это будет дебют брони.

У этих двоих, конечно, не было ничего подобного. Филипп изо всех сил старался подавить в своем голосе чувство превосходства.

«Несмотря на это, лучше быть излишне осторожным. Все будет напрасно, если Филипп будет убит в битве. Это верно».

“Это верно, потому что Филипп — наш генерал”.

“Даже если вы облачены в такие превосходные доспехи, все равно есть слабые места, куда может попасть стрела. Кроме того, независимо от того, насколько прочна броня, она не может защитить от большинства заклинаний. Пожалуйста, не теряйте бдительности из-за доспехов, ведь Филипп — наш генерал”.

Их неоднократные предупреждения сильно раздражали Филиппа, но он понимал, откуда они исходят. Если бы полководец был убит, то сражение было бы окончено, таков был здравый смысл.

Зная, что эти двое видят в нем своего лидера, Филипп не мог не улыбнуться.

“Конечно, я все понимаю.”

«…Кроме того, где Филипп развернет наши войска? Было бы слишком опасно разворачиваться на дороге. Я считаю, что лучше всего было бы остаться в стороне, чтобы мы могли поспешить вам на помощь, если нам придется отступить. Будет лучше, если вы расскажете нам о своей позиции”.

Угу, угу. Филипп был с ним согласен.

Когда генерал находится в опасности, долг его подчиненных-броситься к нему на помощь. Хотя это был здравый смысл, Филипп был шокирован тем, что он не был тем, кто предложил это в первую очередь.

Я бы заметил эти вещи, если бы это был обычный я…сейчас я просто слишком взволнован. Я впервые организовываю сражение такого масштаба.

Филипп слегка сглотнул и глубоко вздохнул.

“Что… что-то не так?”

— А, ничего. Я просто пытаюсь умерить пламенную страсть к этой битве в своем сердце.”

«…Ах, я понимаю. Это так?.. МММ, тогда где же господин Филип хотел бы ждать караван?”

“Прежде всего-”

Филипп посмотрел налево и направо.

Мощеные дороги были довольно широкими, и по ним бок о бок могли проехать два экипажа. Эта дорога, по-видимому, была главным источником дохода для Барона Дельвина.

По обеим сторонам дороги тянулись густые леса, но самые близкие места, где обычно прятались бандиты, были полностью расчищены до самой травы.

Лес эксплуатировался людьми, очевидно, чтобы позволить свиньям питаться желудями и тому подобным, так что им не нужно было быть настороже из-за монстров или диких зверей.

Если это действительно так-

“Мы устроим засаду в лесу”.

— Я понял. Если это так, то я знаю подходящее место. Есть участок леса, где уже вырублены ветки, сорняки и тому подобное, что может позволить нам отступить верхом. Как вы к этому относитесь?”

“Действительно есть такое место?”

“Действительно. Когда господин Филипп решил устроить засаду в этих землях, мы знали, что нечто подобное понадобится, поэтому мы нашли время, чтобы подготовиться”.

Филипп неоднократно выбирал этот участок земли для засады во время их предыдущих встреч. Хотя он и спрашивал мнения Уэйна и Игторна, оба они уступали Филиппу. После этого им, должно быть, было очень трудно подготовиться.

“Тогда я вам искренне благодарен”.

— Чепуха, раз уж вам пришлось взять на себя риск возглавить первую атаку, то, то что мы сделали, было только нашей честной долей, верно?”

“Все именно так, как и предполагал господин Уэйн!”

Они вдвоем привели Филиппа к тому месту, и все оказалось именно так, как они описали. Там не должно возникнуть проблем для лошадей, чтобы они могли скакать галопом.

Закончив разговор с этими двумя, Филипп просто вернулся к своим солдатам.

Филипп не мог перестать потеть из-за своего полного комплекта брони, а поскольку они находились на неровной земле, его шлем мог заставить его потерять равновесие и легко упасть.

“УУУ, УУУ”

Филипп тяжело дышал, снимая шлем, чтобы закрепить его ниже пояса. Он достал носовой платок и принялся яростно вытирать лоб.

Филипп почувствовал, что доспехи не выдержали испытания. Даже если защитные возможности брони являются ее самым важным качеством, мобильность не менее важна. Он, кажется, помнил, что существуют чары, которые облегчают броню, и ему придется достать что-то подобное в будущем. Или, возможно, чары, которые не дадут ему потеть, пока он носит доспехи.

Он должен поговорить об этом с Хильмой в следующий раз, когда будет в столице.

Сделав мысленную пометку об этом, он вернулся на место, где увидел своих солдат, скучающих до безумия и ничего не делающих.

— Извините за ожидание.”

— …Милорд. Кто этот человек, с закрытым лицом? Его внешний вид говорит о том, что он бандит. Неужели нас подставляют?”

“Это невозможно, этот человек, очевидно, уважаемый дворянин Королевства. Кстати, о внешности, не упоминай об этом. Ведь не каждый дворянин может позволить себе полный комплект брони”.

Кроме того, во время битвы на равнинах Катз те семьи, которые потеряли своих преемников, также потеряли много фамильного оружия и доспехов. Домочадцы Филиппа находились именно в таком положении, и если он потеряет этот комплект доспехов, то будет трудно приобрести новый.

Хотя солдаты, похоже, не верят в его доводы, не было никакой необходимости заставлять их принять их.

— Окей! Давайте подождем, пока прибудет караван! После этого мы немедленно атакуем его!”

Филипп не услышал ответа и повысил голос:

“Все поняли!!?”

“Поняли…”

Хотя все отвечали неохотно, их голоса в унисон были все еще достаточно громкими, чтобы быть услышанными.

Филипп был недоволен их ответом, но ему придется оставить все как есть. В конце концов, это их первая битва, и им не нужно было оправдывать все ожидания.

Чтобы они превратились в отличных солдат, им придется сосредоточиться на самых насущных проблемах.

Размышляя над этими мыслями, Филипп сидел на земле так, словно его тело уступало желанию отдохнуть.

Огромный преступный синдикат, известный как Восемь Пальцев, скрывался в тени Королевства.

В синдикате существовало восемь подразделений, одним из которых был отдел контрабанды. Кристофер Олсен, член упомянутого отдела, щеголял лицом честного торговца. Его слова имели немалый вес на главном торговом пути, соединяющем королевскую столицу с западной частью Королевства. Так же, он имел непосредственный опыт потери всех своих разнообразных товаров на складах из-за грабежа во время буйства Ялдаваофа.

Они понесли значительные потери, но это не означало конец для его бизнеса. Тем не менее, теперь требовалось значительное время, чтобы возместить эти потери, поэтому он счел необходимым занять часть средств у «Восьми Пальцев».

Вы должны тратить деньги, чтобы делать деньги, вот как действовал бизнес. Конечно, это также могло привести к большим потерям, но пока он держал голову опущенной и избегал ненужного риска, беспокоиться было не о чем.

Однако заимствование денег у «Восьми Пальцев» могло бы начать постепенный путь к потере самого себя. Восемь пальцев заставяляют торговцев, которые понесли убытки, заниматься преступной деятельностью, такой как контрабанда, продажа или транспортировка наркотиков.

Торговцы довольно часто попадались в эту ловушку.

Но что насчет Кристофера, который уже был пойман в ловушку?

Чтобы занять денег, он провел встречу с руководителями отделов, которая его, мягко говоря, шокировала. Кристофер принадлежал к отделу контрабанды, так что управление кредитами должно было осуществляться его начальством в том же отделе. Встречи с руководителями других подразделений должны были стать невозможными.

Несмотря на все это, ему удалось встретиться с высшим начальством. Может быть, потому, что его достижения принесли ему высокую качественную характеристику? Или это была какая-то другая причина, о которой он не знал? Он не мог понять почему, даже после того, как встреча закончилась. Единственное, в чем он был уверен, так это в своих подозрениях относительно необычайно дружелюбного отношения к нему руководителей отделов, прекрасно зная, как их боятся даже темные стороны общества.

Конечно, доброжелательность глав мафии можно было так же легко подделать, как и все остальное.

Еще одна вещь, привлекшая его внимание, заключалась в том, что они, соответствуя своему статусу в высшем эшелоне организации, видимо, весьма серьезно относились к собственному здоровью. Хотя он задавался вопросом, не слишком ли они тощие, они определенно были здоровее Кристофера с его избыточным весом.

Эти высокопоставленные люди сразу же дали ему работу.

Вид работы, которую нужно было выполнить, зависел от различных факторов, таких как сумма денег, взятых взаймы, ценность человека как личности и то, сможет ли этот человек быть полезным Восьми Пальцам в будущем. Те, у кого были лучшие характеристики, получали более безопасные рабочие места и наоборот.

Порученная ему работа была такова-

— …Транспортировка зерна Колдовского Королевства, хм. Безопасно это или нет, пока неясно”.

“Мм, что-то не так? Вы что-то сказали, сэр?”

“О, не обращайте на меня внимания. Я просто бормочу себе под нос”.

Тот, кто ответил на его вопрос, был командиром отдела наемников.

Это был крепкий мужчина.

Он очень сильно отличался от Кристофера, которому было за сорок и который накопил толстый слой жира вокруг талии. Этот человек был молод, остроумен и, по-видимому, ему было всего двадцать с небольшим.

Он носил стальной нагрудник с кольчугой под ним. Рядом с ним лежал шлем, который мог полностью закрыть его лицо, а также изрядно поношенный меч.

Этот человек был главным в охране зернового каравана Колдовского Королевства, состоявшего из семи повозок.

Охрана состояла в общей сложности из 24 человек, все они были наняты Восемью Пальцами и, как и сам Кристофер, принадлежали к отделу контрабанды.

Хотя они были членами одного и того же отдела, они все еще брали плату за свою службу и тем не менее по ставке выше, чем наемники аналогичного уровня. С другой стороны, им больше не нужно было беспокоиться об утечке информации для секретных миссий.

Перед лицом угроз, о которых нельзя было позаботиться, обычные наемники, вероятно, просто покинут миссию, но эти люди будут сражаться в качестве арьергардов до самой своей смерти. Это было понятно, так как отказ от миссии стоил бы высшим чинам их достоинства; в результате они были бы выслежены и убиты, даже если бы им удалось выбраться живыми.

Поэтому для такого человека, как Кристофер, который не знал ни одного надежного наемника, эти люди из Восьми Пальцев были, вероятно, лучшим выбором. Но опять же, для этой миссии они были его единственным выбором.

Это был прямой приказ от начальства использовать этих людей.

Чтобы компенсировать нехватку вариантов, они должны были предоставлять свои услуги бесплатно, и поэтому у него были лишние средства, чтобы нанять еще больше наемников. Однако наем дополнительных наемников будет рассматриваться как признак недоверия к этим людям. Неважно, что их назначение было оговорено высшим начальством, поэтому найм других наемников можно было рассматривать как неподчинение их приказам.

Поразмыслив немного, Кристофер решил не нанимать дополнительных наемников.

Более того, все стражники казались вполне способными, но, конечно, Кристофер, который не был воином, не мог должным образом оценить их силу. Однако это не было проблемой, поскольку высшие чины ручались за них, утверждая, что они были выдающимися воинами. Идти против приказа было бы опасно, независимо от причины.

Тем не менее, если бы его спросили, чувствует ли он себя в безопасности, уезжая с такой маленькой группой, он пожелал бы иметь более способных людей.

Было бы здорово, если бы он мог позаимствовать босса из отдела безопасности, члена «Шести Рук», группы подавления Восьми Пальцев. Нет нужды говорить, что это желание никогда не сбудется.

Поговаривали, что Шесть Рук, включая ее лидера Зеро, который, как говорили, был самым сильным воином во всех Восьми Пальцах, был уничтожен в конфликте с королевской семьей, как раз перед бедствием, вызванным Ялдаваофом.

Достоверные источники приписывали их поражение Брэйну Унглаусу, воину, служившему под началом Золотой принцессы.

Было бы возмутительно предположить, что все шестеро из них были побеждены одним человеком, но, очевидно, Синяя Роза, группа искателей приключений Адамантитового ранга, также присоединилась к борьбе. Кристофер сделал из этого вывод, что, скорее всего, это была битва шесть на шесть.

Говорили, что отдел безопасности потерял в этой битве большую часть своих сотрудников. В настоящий момент каждый отдел наращивал свои собственные силы, чтобы компенсировать эту потерю, вплоть до того, что даже члены отдела убийств выгли на свет.

Тем не менее, это сумело улучшить настроение тех, кто находился в пределах Восьми Пальцев, до такой степени, что теперь ситуация была даже лучше, чем до появления Ялдаваофа.

Внутренние конфликты были широко распространены в прошлом, и вполне вероятно, что кто-то станет жертвой грязных трюков, которые разыгрываются за их спиной. О некоторых купцах даже сообщали властям люди из других отделов на самых критических этапах контрабандной миссии.

Однако в данный момент начальство было настолько слажено, что даже думать об этом было почти противно.

В результате бизнес расширился, и незаконная прибыль от каждого отдела также росла.

“*пук*-ааах.”

Главарь наемников громко пукнул и зевнул. Это было неизбежное физиологическое явление, но он не собирался извиняться.

Это был позорный поступок.

Кристофер нахмурился. Это был худший звук, чтобы проснуться ото сна.

Он искренне хотел пожаловаться, но этот человек должен был сопровождать его во время поездки в Ре-Ловелл, большой портовый город на западной стороне Королевства, и обратно. Его желание поддерживать с ним дружеские отношения подавляло желание жаловаться.

Корабли будут перевозить груз из Ре-Ловелла в Святое Королевство, так же для этой работы будет использоваться определенный морской торговец. Он был великим человеком, и Кристофер хорошо его знал. Для него было неожиданностью, что этот человек также был членом «Восьми Пальцев», но тот утверждал, что они сотрудничали исключительно ради взаимной выгоды.

И все же он не мог не волноваться.

“Ты выглядишь расслабленным. Думаешь, что на нас никто не нападет?”

— Хм? О, у меня чувства приближающейся опасности, так что проблем не возникнет -О, вы, наверное, хотите сказать, что чувствам нельзя доверять, а? Ну, я понимаю, откуда вы пришли, но у вас наверняка были моменты, когда вы думали: «все будет хорошо», верно? Бывают также случаи, когда у вас есть плохое предчувствие о чем-то, поэтому вы пытаетесь предотвратить это, и в конечном итоге предчувствие оказывается правдой”.

“ … Да, у меня был такой опыт”.

— Вот видишь! Наш прошлый опыт может работать как наша интуиция”.

Главарь наемников говорил тоном, который совершенно не соответствовал его внешности.

“Понимаю. Ну, а еще мы будем под флагом Колдовского Королевства. Только невежественные крестьяне, превратившиеся в бандитов, осмелились бы напасть на такой караван, и в этом случае мы легко справимся даже с сотней человек”.

“А что, если это будут не деревенские жители?”

“Ты беспокоишься о наемниках? Неужели они не смогут узнать флаг Колдовского Королевства? -он пожал плечами, — опытные наемники на удивление хорошо информированы. А те, кто даже не знает о флагах соседних стран, меня совсем не пугают. …Похоже, ты не понимаешь. Подумай об этом, разве не было бы тревожно не знать, с каким дворянином ты затеял драку? Ты же не хочешь попасть в беду из-за этого, не так ли?”

— Это имеет смысл… мне любопытно, с какими дворянами рискованнее всего затевать драку?”

“Немного об этом — например, с такими знаменитыми людьми, как Рэйвен или Боулроб. У таких, как они, есть сильные армии, размещенные на их собственных территориях, и было бы опасно столкнуться с ними. Ну, они оба понесли большие потери в той войне, так что, возможно, сейчас они не так опасны, как раньше… но не будьте беспечны. Волумлэш хорошо платит, так что я не хочу становиться врагом с ним … Ну, я просто не хочу вражды ни с одним из благородных лордов.”

“Но вас поддерживает преступный синдикат. Вы это серьезно говорите?”

“И тебя тоже, верно? Если я попаду в неприятности, то большие шишки просто бросят меня, не задумываясь. То же самое касается и тебя, да?”

“Да.”

Они замолчали, атмосфера стала немного мрачной.

Им напоминали о безжалостности высшего начальства, но они ничего не могли с этим поделать как люди, которые были частью такой организации исключительно ради прибыли. Возможно, для него существовал образ жизни, который не требовал никаких связей с организацией, но это не привело бы к тому, что он стал бы великим торговцем, каким он является сегодня. Возможно, ему и по сей день пришлось бы придерживаться более мелких деловых сделок.

Слово «если бы» несло в себе значение бесконечного количества возможностей, но без средств для путешествия назад во времени человек должен был быть удовлетворен настоящим.

“ … В любом случае, просто не волнуйтесь, ладно? Я все понял. Так с какой же самой страшной угрозой мы можем столкнуться на данный момент?”

“Если бы враг использовал огненные стрелы, чтобы попытаться сжечь караван — сжечь, а не ограбить, — это означало бы, что мы будем вовлечены в какой — то большой заговор, это станет национальной проблемой. Или это будет уловкой конкурирующей организации.”

— Организация, которая может соперничать с «Восемью Пальцами» … это вообще возможно?”

“Даже не знаю. Даже конкурирующая группа, вероятно, не захочет сжигать товары Колдовского Королевства, если они не уверены, что никаких улик не останется. Лично я думаю, что заговоры или уловки Королевства или других соседних стран вызывают больше беспокойства. Вероятно, если на нас и нападут, то именно по этим причинам…”

“Если это так, то нет никакого смысла беспокоиться об этом”.

— Так ли это? В любом случае, пока мы находимся в безопасности. Не волнуйтесь, просто сидите тихо”.

Караван уже приближался к лесу.

Благодаря этому они могли приблизительно оценить свое местоположение.

Кристофер мысленно представил образ карты, чтобы убедиться в том, что они действительно продвигаются вперед. Наконец-то он смог расслабиться. Провалить задание, связанное с Колдовским Королевством, означало бы навлечь на себя ужасающие последствия.

Время было около полудня. Им просто нужно было пройти через этот лес, и тогда они смогли бы сделать перерыв, как и планировали. Это был не дикий лес, он явно был хорошо ухожен людьми, так что им не потребуется слишком много времени, чтобы пройти через него.

В раскачивающейся карете послышался топот копыт бегущих лошадей, и в этот момент карета начала замедлять свой ход.

Кристофер взглянул на главаря наемников и обнаружил, что его аура кардинально изменилась, что-то было не так.

— “Извините, но, похоже, у меня появилась работа.”

Из-за двери высунулись две мужские головы, подчиненных главаря наемников.

— “Простите, босс! Этот парень сказал, что в лесах прячется много деревенских жителей”.

— Доложивший наемник повернулся лицом к Кристоферу. Тот, кого он назвал «этим парнем”, был их разведчиком.

«…Не бандиты, а сельские жители? — Откуда ты это знаешь?”

“Да. Во-первых, это их снаряжение. Они не были ни вооружены, ни закованы в броню. Многие из них используют мотыги в качестве импровизированного оружия…не дубины, а мотыги”.

— “Даже камни могут сгодиться в качестве оружия…но ты говоришь мотыги? Это очень странно. Нет, это были металлические мотыги?”

— Я не смог рассмотреть их поближе, но они, похоже, были сделаны из дерева”.

Кристофер, который молча прислушивался к разговору, подумал, что это, должно быть, обычные деревенские жители, возвращающиеся домой после работы на своих фермах.

— Ха? Неужели? Мотыги? Это что, розыгрыш?..”

“Не похоже, чтобы это было так …”

— Послать несколько человек, чтобы разогнать их? Может быть, мы слишком осторожны…”

— Пробормотал главарь наемников.

Ситуация требовала, чтобы каждый высказал свое мнение, и, вероятно, именно поэтому он бормотал себе под нос достаточно громко, чтобы остальные услышали. Возможно.

— Простите, что вмешиваюсь в ваш разговор, но могу я кое-что сказать?”

“А, конечно. Пока это конструктивные предложения, у нас их никогда не будет слишком много.”

— Во-первых, этот лес хорошо ухожен, люди пасут здесь своих свиней или что-то в этом роде. Разве они здесь не для этого? Если это так, то если мы разгоним их, может показаться, что мы пытаемся украсть у них их скот. Мы едем под флагом Колдовского Королевства, если бы пошли слухи, что Колдовское Королевство ворует свиней… разве не было бы ужасно, если эта страна узнает об этом?”

— Тсссс, — главарь наемников втянул в себя воздух губами.

До этого момента их безопасность была гарантирована флагом. Они имели право проезжать через некоторые города на своем пути, также к ним относились с уважением, но теперь казалось, что благодать Колдовского Королевства вместо этого превратилась в кандалы. Навлечь позор на колдовское Королевство означало бы навлечь беду на самих себя.

Вот почему Кристофер не осмеливался провозить с собой контрабанду для последующей продажи.

“Вы сказали, что их было много, а «много» это сколько?”

“По самым приблизительным подсчетам… Ощущалось, что там было около 50 человек”

“Я думаю, что их слишком много для простой работы на ферме, а ты что думаешь?”

Он был одним из тех, кто занимался сельским хозяйством, но его родители тоже были торговцами. Кристофер не имел никакого опыта в разведении свиней.

“Нет-нет. Я не знаю, слишком ли это много или слишком мало. Я понятия не имею, сколько людей нужно, чтобы поймать свинью. Может быть, они здесь для того, чтобы посадить побольше деревьев или даже срубить их. Я слышал, что есть также некоторые виды сельскохозяйственных работ, которые требуют свиней или что-то в этом роде…”

Ну, если они принесли мотыги, то это более вероятно.

“А как же тогда владелец этой земли? Есть какие-нибудь рассказы о том, как он загонял своих рабов до смерти?”

Кристофер помассировал свою толстую шею и ответил:

“Нет, я видел его однажды в прошлом. Он довольно молод, но в то же время очень надежен. Его владения также были стабильны под его управлением. Если бы он побольше узнал об этикете аристократии и политических стратегиях, его ждало бы блестящее будущее.”

Хотя он и не очень хорошо его знал, но они беседовали пару раз еще тогда, когда Кристофер поставлял алкоголь в какую-то столичную таверну, финансируемую «Восемью Пальцами».

К несчастью, Кристоферу не выдали ордер на назначение, так что он никогда не имел дела с этим аристократом, даже когда ему приходилось проходить через этот участок дороги к своим владениям раньше. Здешний лорд обладал потенциалом, достойным внимания Кристофера,и он был не из тех, кто способен мобилизовать жителей деревни для нападения на караваны. Насколько Кристофер помнил, в его владениях было не так уж много деревенских жителей, которые были бы достаточно голодны, чтобы напасть на торговый караван, не говоря уже о пятидесяти человек.

Между ним и человеком, которого Хильма Цигнеус представила Кристоферу, была огромная разница. Нет, этот человек просто не имел себе равных в своей неполноценности.

Кристофер не сдержался и внезапно напряг лоб при воспоминании о том, как плохо с ним там обращались.

— Босс, даже если они нападут, то это всего лишь пятьдесят безоружных и беззащитных жителей деревни. Мы должны быть в состоянии легко победить их”.

“А каковы шансы на то, что это просто приманка и там еще больше солдат подстерегает в засаде?”

Два наемника посмотрели друг на друга, услышав, что сказал их лидер.

“Это вполне возможно. Может, нам стоит разведать окрестности? Если так, то нам понадобится некоторое время”.

— Лучше перестраховаться, чем жалеть после этого”.

— Пожалуйста, не задерживайтесь слишком долго, если мы слишком сильно отклонимся от намеченных планов, мне придется в следующий раз провести целую армию повозок, чтобы наверстать упущенное время”.

— Просто осмотритесь и возвращайтесь как можно скорее.”

Разведчик кивнул и выбежал наружу.

Примерно через десять минут он вернулся и доложил, что, кроме пятидесяти человек, в засаде больше никого нет.

Они пришли к выводу, что эти люди там для работы на ферме, и продолжили свой путь. Не прошло и пяти минут, как карета снова остановилась.

«…шеф, я приношу свои извинения, но могу ли я попросить вас выйти на минутку? Жители деревни преградили нам путь. Если бы у них были какие-то злые намерения, мы бы просто бросились к ним, чтобы отпугнуть, но они кажутся равнодушными, вялыми или…они просто выглядят неправильно. Так что я надеялся, что вы сможете выйти и поговорить с ними? Конечно, ваша безопасность-наша главная забота, поэтому мы подготовили этот щит для вас”.

По правде говоря, Кристоферу очень хотелось отклонить просьбу наемника. Он не верил в свои собственные способности, в конце концов, он избегал любых столкновений на протяжении всей своей жизни.

Но это не было тем, что он мог игнорировать. Если бы они были втянуты в спор о том, что произошло сегодня, это стоило бы Кристоферу его доступа к этой дороге. В таком случае это повлияет не только на него, но, возможно, и на его детей, которые унаследуют его бизнес.

«…да, поехали”.

Кристофер и главарь наемников вместе вышли из кареты и направились к передней части каравана. Их сопровождали наемники, несущие большой щит, известный как башенный щит, который мог бы покрыть половину его тела во время переговоров.

Кроме того, за ними также следовали алебардщики, которые были там в качестве сдерживающего фактора, и лучники, которые прятались в лесу. Конечно, главарь наемников тоже был там. Он предупредил Кристофера, чтобы тот внимательно слушал его команды, если что-то пойдет не так.

Между двумя опушками леса на дороге перед ними сидели несколько болтающих деревенских жителей.

Не было никакой ошибки, действительно могли быть только сельскими жителями, которые возвращались домой после того, как закончили дневную работу на ферме.

Но если это так, то почему они остановились посреди дороги, чтобы преградить им путь?

Возможно, главарь наемников заметил беспокойство Кристофера, когда тот начал что-то бормотать ему вслед, пытаясь завязать разговор.

— Эй, довольно смущающе, правда? Если они собираются напасть на нас, то должны были разделиться на две равные части и спрятаться в лесу или еще где-нибудь. Есть много способов устроить засаду, но ни один из них не требует, чтобы вы показались посреди дороги. Ни один командир не был бы настолько глуп, чтобы совершить такую ошибку”.

“Может быть, они хотят нас напугать?”

— Напугать нас? Их снаряжением? Их численностью? Разве это не было бы серьезным оскорблением для нас, если бы это было так? Неужели мой шеф раньше нанимал только наемников такого низкого уровня?”

Все было именно так, как он сказал.

Кристофер не стал утруждать себя ответом, а только пристально посмотрел на деревенских жителей. Тем не менее, расстояние между ними было огромным, и перед ними стояли ряды за рядами наемники.

“Я всего лишь простой торговец, который заключил контракт на перевозку. Если вы собираетесь просить милостыню у какого-нибудь дворянина или кого-то еще, мы не хотим иметь с этим ничего общего. Пожалуйста, освободите дорогу, иначе мы будем вынуждены применить оружие против вас всех по причине самообороны”.

Как раз в тот момент, когда он закончил говорить с жителями деревни, из леса вышел человек.

Этот человек был облачен в изящный комплект полной пластинчатой брони, но поскольку на нем не было шлема, Кристофер мог видеть его лицо.

Это был кто-то, кого Кристофер встречал раньше.

— “К сожалению, ради будущего Королевства я не могу позволить вам пройти!”

“…Чего?”

— Кристофер не мог удержаться от восклицания. И дело было не только в нем, наемники вокруг него тоже издавали подобные звуки.

“…Я понял. Похоже, произошло какое-то недоразумение, мы просто перевозим продовольственную помощь Колдовского Королевства в Святое Королевство.”

“Я знал это! Кхм-! Я знал это! Именно поэтому я и делаю это!”

{О чем, черт возьми, говорит этот парень?}

Кристофер был ошеломлен до глубины души.

Подождите-

{Не имеет значения, о чем думает этот идиот. Я не думаю, что его владения находятся даже близко к этому месту. Почему он здесь? Они что, в сговоре? Будет ли лорд этой земли вообще утруждать себя работой с этим парнем?}

{Пх, неважно.}- Подумал Кристофер. Этот человек уже признал свою вину, и теперь Кристофер мог доложить своему начальству, что их задержали глупцы, вставшие на пути Колдовского Королевства. Это даже не будет проблемой для Королевства или Колдовского Королевства, если они убьют их всех. Как раз в тот момент, когда он собирался двинуться к окружавшим его наемникам, чтобы приказать им убить их, он ощутил сильное предчувствие, что не должен этого делать.

Человек, которого они назвали Филиппом, — это аристократ, пользующийся поддержкой Хильмы Цигнеус. Кристоферу, который тогда был унижен и вынужден был скрывать свой гнев под фальшивой улыбкой, сказали, что хоть этот человек и идиот, но все же имеет ценность, так что лучше просто игнорировать собственное унижение.

Разве это такая хорошая идея — убить ценную пешку из Восьми Пальцев?

Исходя из здравого смысла, местный аристократ ни за что не нападет на караван, который находится под флагом Колдовского Королевства. Все должны знать, что это только вызовет гнев Колдовского Королевства и всеобщую войну между двумя государствами. Каким бы тупым ни был дворянин, он, конечно же, не стал бы делать что-то настолько безмозглое.

Если это было так, то с какой стати он взялся за такое дело?

{Кроме того, если бы он пытался притвориться бандитом, то по крайней мере закрыл бы свое лицо. Я не могу понять его мысли}.

Каким бы глупым ни был человек, он должен хотя бы знать, что в этой ситуации ему следует скрывать свою личность. Поскольку он был одет в полный комплект брони, то у него должен был быть и шлем, который мог бы полностью закрыть его лицо. Если бы это было так-

{Он хочет, чтобы мы увидели его лицо. Он хочет, чтобы мы опознали его как Филиппа? Зачем ему … а!}

Кристофер вдруг вспомнил о существовании магии иллюзии.

{Вот именно! Это же иллюзия! Кто-то пытается подставить Филиппа, подделывая его внешность. Может быть, эти крестьяне вовсе и не крестьяне вовсе…}

Он умудрился сделать из этого идеальный вывод.

Затем-

“Так ты говоришь, что грабишь нас именно потому, что мы везем зерно Колдовского Королевства. — Это правда?”

— Ой, ой? Шеф, что случилось?”

— Спросил стоявший рядом с ним главарь наемников с озадаченным выражением лица. Этого и следовало ожидать. Он ожидал приказа убивать, поэтому Кристофер, должно быть, показался ему сумасшедшим.

“Вот именно! Мы будем использовать это зерно эффективнее!”

— ответил с гордостью человек, который якобы был Филиппом.

{Он говорит как умственно отсталый… человек, притворяющийся им, должно быть, тоже думает, почему он должен был сказать что-то настолько глупое. Но…}

Может быть, это заранее подготовленный сценарий? Но ради чего?

Первая мысль Кристофера была о конкурирующих организациях, о которых упоминал лидер наемников в их предыдущем разговоре, а следующая — о лидерах Восьми Пальцев.

Если это было первое, то они должны были немедленно убраться отсюда. Восемь Пальцев жестоко наказывали тех, кто предавал их, а затем тем, кто проваливал порученную им работу. Если это было так, то их противники должны были иметь достаточно сил, чтобы победить охрану Кристофера. Но даже если они просто переоделись или что-то в этом роде, Кристофер не мог придумать причины, по которой здесь могли бы быть крестьяне с лопатами в руках.

Теперь, когда он думал об этом, последний вариант казался ему более естественным. Если это так, то они имеют дело с чем-то действительно неприятным, с чем-то чрезвычайно неприятным. Это может означать, что лидеры Восьми Пальцев не были так едины, как считалось ранее, но все еще пытались саботировать друг друга. Или же такова была воля всей верхушки?

{-неужели нас выбросят? Неужели они пытаются навязать мне убийство Филиппа, знатного человека Королевства? …с его настоящим телом, возможно, уже разобрались}.

Если это так, то каков будет их следующий лучший шаг?

— Эй, шеф? Что же нам делать? Ты что, боишься? Ты же знаешь, что мы легко можем отбиться от такого человека, как он, верно? Хотя этот благородно выглядящий псих имеет довольно впечатляющие доспехи, он, похоже, не имеет соответствующих навыков” — заговорил приглушенным голосом главарь наемников.

Сейчас было не время для этого, он не должен был прерывать мысли Кристофера.

“-потерпи. Просто подожди минутку”.

Их проблема никуда не делась. Если бы они пытались навязать ему эту работу, чтобы убить Филиппа, то почему не сказали об этом раньше? Если бы они предупредили Кристофера заранее, ему не пришлось бы так волноваться. Он бы просто позаботился об этом человеке, как если бы тот был обычным бандитом.

Значит, их план состоял в том, чтобы караван Колдовского Королевства убил одного из знатных людей Королевства и поставил нации на грань войны? Эта мысль заставила Кристофера покачать головой.

В сложившейся ситуации это было больше похоже на убийство торговцем Королевства одного из его дворян в целях самообороны.

Было бы трудно навязать войну на таких условиях. Конечно, Кристофер, как человек, имевший глубокие связи с преступным миром, прекрасно понимал, что многие люди не станут долго раздумывать, прежде чем что-то предпринять, пока у них есть на то причины. Были также люди, готовые убить за самое простое оскорбление, но трудно было представить себе столь импульсивную страну.

{…Тогда остается только одна возможность. Высшее начальство уже решило это, но до меня это решение так и не дошло, так что это просто недоразумение. В конце концов, они ни за что не поверят, что могут убить нас всех прямо сейчас и не допустить, чтобы новость об этом распространилась повсюду.}

Совершение ошибок по неосторожности было сказкой столь же древней, как и время, так что это не было необоснованным предположением. Каков будет его лучший шаг с этого момента?

Если он будет действовать самостоятельно, то есть шанс, что о нем «позаботятся». Если он хочет избежать подобной ситуации, то у него должно быть хотя бы оправдание для себя — он должен действовать так, чтобы можно было переложить ответственность на кого-то другого.

{Убийство этого парня Филиппа было бы худшим вариантом. Как только он умрет, мы не сможем вернуть его обратно, и это, вероятно, рассердит Цигнеус. Если это действительно так…}

“…Оставьте груз…покиньте это место. Если мы сделаем это, он же не станет нас преследовать, так ведь?”

— “Чего?”

Кристофер изо всех сил старался не обращать внимания на звуки, вырывавшиеся изо рта главаря наемников.

“Ну конечно же! Я не собираюсь причинять вред купцам Королевства!”

{Даже если это не напрямую, ты все равно причиняешь мне вред.} Хотя у него и были полные ненависти мысли, Кристофер не позволил им отразиться на своем лице.

“Воу, воу, воу? Неужели ты это всерьез? Ты сейчас серьезно говоришь? Что тут происходит? Что происходит? Ты что, заколдован? Или ты видишь целую армию, которую я сейчас не вижу?”

“Это приказ вашего шефа, приготовьтесь к полному отступлению”.

Главарь наемников закатил глаза и на мгновение замолчал. Возможно, он обдумывал возможность того, что Кристофер был околдован, как и его собственное мнение и его будущее. Через некоторое время, с выражением, которое говорило, что он не может принять ничего из этого, он сказал: “Я понял”.

Наемники отступали назад, прикрывая Кристофера.

Он разрешил забрать зерно, но знал точное количество и то, что именно было в грузе. Если дело дойдет до худшего, он всегда сможет снова купить груз и отправить его в Святое Королевство. Они ведь не настолько разборчивы, чтобы хотеть только этот самый караван зерна, верно?

Хотя он должен был извиниться перед морским торговцем, который его ждал, ему необходимо было вернуться в столицу, чтобы спросить о случившемся у самой Цигнеус.

В глубине души Кристофер понимал, что легкого выхода из этой ситуации нет.

—

Может быть, потому, что купцы знали, с какой стороны было право? Они отступили, даже не вынув из ножен своих мечей.

В качестве военной добычи они получили многочисленные повозки.

Он заглянул внутрь: все они были заполнены бочонками и ящиками, каждый до краев наполнен зерном. Хотя это были все виды зерна, которые было легко хранить и которые ни в коем случае не были свежими, они должны были быть безопасны для потребления.

Было обидно, что это всего лишь еда.

Филипп хотел взять что-нибудь в качестве трофея, чтобы отметить свое великое достижение, но зерно не могло выполнить эту цель.

{Если бы только здесь были наборы доспехов или мечей, я мог бы взять один из них в качестве сувенира… я действительно должен был приказать тем людям оставить свое оружие, а?}

Филипп оглядел повозки, которые были его добычей.

Лошадей уже увели, так что у них не было возможности сдвинуть их с места. Конечно, Филипп приказал им оставить лошадей, но кто-то, выглядевший так, будто он возглавлял отряд наемников, отказался выполнить его приказ.

Он даже пустил стрелу в дерево рядом с Филиппом.

Хотя Филипп невзлюбил его до глубины души, у него не было другого выбора, кроме как отступить.

{Я в полном комплекте пластинчатой брони, так что со мной все будет хорошо, но эти солдаты не в той же лодке, что и я. Ах, как милостив я к тому, что из уважения к этим людям теряю свои собственные выгоды! Хотя, учитывая, что все прошло так хорошо — ни единой раны и ни одной пролитой капли крови , — я хотел бы, чтобы все так и осталось}.

Филипп оглядел свои трофеи, и его взгляд упал на флаг Колдовского Королевства.

-О, я могу оставить это себе на память. Первый, кто захватил флаг Колдовского Королевства, страны, которая победила в битве 200-тысячную армию Королевства, — это я!}

Филипп кивнул головой.

Хотя он и хотел скрыть свою радость, но не смог сдержать улыбки.

Идеальный итог подходил ему больше всего — как он и думал, он действительно был человеком с исключительными способностями. Это его чрезвычайно обрадовало.

Перед ним были прекрасные плоды его труда.

Так как вокруг было много флагов, было бы неплохо, если бы он сделал это с одним из них, верно? Покончив с этой мыслью, Филипп бросил флаг и принялся топтать его ногами.

Образ оскверненного грязью флага Колдовского Королевства наполнил его сердце волнением. Это было не то, что мог сделать кто-то другой в Королевстве.

Да, Филипп сделал то, что не смог бы сделать ни один другой человек.

{Только гляньте! В конце концов, я не бесполезный! По сравнению с братом, по сравнению с отцом, по сравнению со всеми остальными в Королевстве! Я действительно самый великий!}

“Ах, ммм, милорд. Мы действительно можем их взять? Или лучше оставить их там, где они стоят?”

— Робко спросил один из крестьян, проверявших повозки. Сдерживая волнение, Филипп спросил, не скрывая своих эмоций: «что случилось?..- О чем ты говоришь?”

“Нет, Видите ли, мм, разве те, кто убежал, не вернутся сюда с солдатами?”

“Что ты имеешь в виду? Ты думаешь, будет лучше, если мы убьем этих торговцев?”

“Н-нет! Я вовсе не это имел в виду! Убивать их было бы излишне.”

“Тогда что ты пытаешься сказать?”

“Ммм, милорд. Что же нам с ними делать? Если бы мы смогли вернуть их обратно, как бы мы это сделали?”

В разговор вмешались другие жители деревни, это беспокоило Филиппа.

“Что же нам делать?…”

Даже если он заставит все пятьдесят человек тащить всю добычу обратно на своих спинах, этого все равно будет недостаточно, чтобы перевезти все их трофеи. Сами экипажи тоже были высокого качества, так что они, вероятно, могли бы получить приличную сумму за них, или Филипп мог бы просто использовать их.

Но с той рабочей силой, которая у него есть, переместить их обратно будет нелегко — это будет тяжелый, изнурительный физический труд.

Как раз в тот момент, когда Филипп мучительно размышлял над этим вопросом, он услышал звук бегущих по траве людей. Взглянув на источник звука, он увидел силуэты двух мужчин в масках.

-“Господин Филипп!”

Это был голос Уэйна, но его снаряжение выглядело совершенно иначе, чем раньше. Грязные кожаные доспехи, которые он носил, теперь были заменены крепким нагрудником, а на поясе у него висел меч. Зачем ему менять свое снаряжение? Филипп почувствовал сомнение в своем сердце, но чувство возбуждения по поводу результата этой операции было гораздо сильнее и поэтому пересилило его.

— “Эй! Вы двое! Идите сюда , посмотрите на наш улов!”

“Это… что, что случилось?”

Уэйн стоял неподвижно, оглядывая окрестности, и говорил с недоверием в голосе, как будто грузовые повозки, находящиеся там, были странным зрелищем. Помимо регулярных боев и рейдов — как только он подумал об этом, Филип понял, какие вопросы имел в виду Уэйн.

Словно подтверждая мысли Филиппа, Игторн открыл рот, чтобы спросить:

«…Именно так. Похоже, никто из солдат господина Филиппа не пострадал. Земля выглядит прекрасно — воздух выглядит прекрасно, даже запаха крови нет. Какую тактику вы использовали? Были ли у вас при себе какие-то особые магические предметы?”

Если бы только у него были какие-то тайные таланты, но ведь Игтор говорил не об этом, не так ли?

— “Ничего подобного, ведь я собрал огромное количество людей, враг просто не хотел сражаться насмерть. Я думаю так”.

Они оба повернулись лицом друг к другу, но из-за того, что их лица были скрыты, они не могли видеть их выражения.

“Ну а теперь — как нам это разделить?”

Если быть честным, то военные трофеи, лежавшие здесь, были здесь исключительно из-за действий Филиппа. Его несколько раздражало, что ему пришлось делить приз с двумя людьми, которые только что стояли далеко позади в качестве зрителей. Однако если Филипп возьмет все это на себя, они тоже наверняка будут недовольны. В конце концов, они также должны были мобилизовать жителей своих владений. Восемьдесят процентов добычи должно достаться Филиппу, а остальные пусть забирают эти двое.

{Чтобы взять десятую часть добычи каждому, только за мобилизацию некоторых жителей деревни, они ни за что не захотят больше, верно?}

“Ах, об этом не стоит беспокоиться. Если мы возьмем часть добычи, ничего не сделав, то это будет не совсем правильно для нас. Пожалуйста, господин Филипп, вы должны принять все это. Надеюсь, никаких возражений нет?”

— Правильно, господин Филипп должен забрать все, включая грузовые повозки”.

Даже такой человек, как Филипп, почувствовал бы себя виноватым, услышав такие сердечные слова. Хотя они и говорили, что их лагеря слишком малы, чтобы Филипп мог там оставаться, тот факт, что они разбили лагерь возле леса и приготовили ему еду, означал, что эти милости должны быть вознаграждены.

— “Чепуха, чепуха. Разве мы не партнеры? Мне все равно придется оставить кое-что из добычи, пожалуйста, не стесняйтесь”.

-“Нет-нет, у нас и так зерна более чем достаточно, господин Филипп”.

Уэйн ответил без колебаний, в его ответе не было ни малейшего сомнения.

“Все это было заработано усилиями господина Филипа. Как предписывает этикет знати, мы не можем принять эту милость”.

“Это правда?”

“Да, — ответили они одновременно. Они, казалось, обладали непреклонной волей в этом вопросе, так что он ничего не мог с этим поделать. {Это все мое!} Сердце Филиппа затрепетало при этой мысли.

— Раз уж дело дошло до этого, я возьму все. И еще — хотя мне неловко спрашивать, но у меня есть просьба к вам двоим. Можно мне одолжить несколько лошадей, чтобы переместить эти повозки?”

— Лошади?”

«…Что же нам теперь делать?”

“Мы немного побеседуем наедине, прошу нас извинить.”

Те двое, что временно покинули его присутствие, казалось, обменивались мнениями, но с такого расстояния было трудно сказать, разговаривали ли они вообще. Через некоторое время они, казалось, пришли к соглашению и быстро вернулись к Филиппу.

— Мы подготовим лошадей как можно скорее. Однако, поскольку это не боевые кони, а рабочие, не могли бы вы вернуть их вскоре после того, как закончите с ними?”

“Большое вам спасибо”.

“Ммм, важно отметить, что, вероятно, лучше всего было бы опустить флаги Колдовского Королевства. Вы ведь не хотите, чтобы вас увидели обычные люди, когда вы будете перевозить свои трофеи обратно, поэтому, хотя это будет трудно, пожалуйста, подумайте о том, чтобы перевезти их через лес”.

— “Понятно, тогда я так и сделаю”.

Как только они закончили говорить, оба быстро зашагали прочь.

Вскоре их силуэты уже пропали в лесу. Филипп снова оглядел грузовые повозки.

Это было доказательством его победы.

Оно было таким же светлыми, как и его будущее.

С другой стороны, то, что сейчас покоится под ногой Филиппа, покрытое грязью знамя Колдовского Королевства, было символом окончательного падения этой страны.

Аинз гордо шагал по улицам Э-Рантэля.

Момон шел рядом с ним.

Нет надобности говорить, что это был Актер Пандоры.

Чтобы соответствовать внешнему виду Момона, он был одет в полный комплект пластинчатых доспехов и вооружен двумя огромными мечами, которые висели у него за спиной.

Его властная и строгая походка снискала ему много похвалы и престижа. На самом деле, его версия Момона казалась еще более героической, чем у Аинза.

По правде говоря, Аинз подумывал попросить его поменять походку на случай, если горожане смогут отличить одну версию от другой.

Конечно, это не было тем, что он действительно мог сказать вслух, поэтому он решил, что может по крайней мере попытаться тайно скопировать его походку. С этой целью он украдкой поглядывал на Актера Пандоры своим боковым зрением и, к счастью, тот пока ничего не заметил.

Той, кто молча следила за этими двумя, прикрывая их тыл, была Нарберал Гамма. Хотя казалось, что у них не было никаких телохранителей, на самом деле поблизости прятались несколько Ханзо и находились в состоянии боевой готовности; следовательно, Нарберал, чей уровень был ниже, чем у них, была в значительной степени лишней.

Однако, учитывая то, как она вела себя подобным образом с тех пор, как впервые появилась в качестве компаньонки Момона, Аинз чувствовал, что нет необходимости приказывать ей остановиться.

Важно отметить, что эти трое шли по улицам этого города вообще без каких-либо целей.

Это было просто знакомое всем упражнение.

Во время этой процессии с Момоном и Набэ Аинз смог продемонстрировать толпе самые разные вещи. Именно по этой причине Аинз не взял с собой горничных.

Этот акт служил многим целям, самой важной из которых была подтвердить тот факт, что Аинз все еще работал вместе с Момоном, поэтому было бы неуместно исключать Нарберал из этой операции. В конце концов, Момона всегда видели в полном латном доспехе, и его внешность была известна не многим. Так что, если бы они не взяли с собой Нарберал, пошли бы слухи, что » Момон уже был убит Королем Заклинателем, и это на самом деле нежить в доспехах.” На самом деле эти слухи уже начали циркулировать, так что для них было крайне важно избежать дальнейших недоразумений.

Все пешеходы держались по сторонам дороги, как будто это была ничейная земля, заметив силуэты троицы.

Это было, конечно, главным образом из-за присутствия Короля Заклинателя. Если бы Аинз шел по этим улицам в лице Момона, этого бы не случилось. Хотя с момента основания Колдовского Королевства и до сегодняшнего дня прошло много времени, горожане все еще боялись Аинза.

Так реагировали на него не только люди, но и некоторые полулюди.

Это было потому, что Э-Рантэл, который раньше был чисто человеческим населенным городом, больше не был таковым. Среди толпы можно было увидеть полулюдей.

Если бы кто-то оглянулся вокруг, то увидел бы очертания нескольких полулюдей (хотя и не очень многих) у прилавков. Они были одновременно и служащими, и покупателями, а иногда даже владельцами.

Та часть города, которая раньше была трущобами, по приказу Аинза была переделана в жилые зоны для полулюдей. Если бы они жили в этой части города, то это не было бы таким уж необычным зрелищем, но Аинз и остальные шли по одной из главных улиц Э-Рантэла, далеко не похожей на трущобы былых времен.

Уже из одного этого факта было легко понять, что в Э-Рантэл стекалось значительное количество полулюдей.

Хотя это не было связано с какой-то особой политикой, которую ввел Аинз, в конце концов, той, кто прилагала усилия в этих вопросах, была альбедо, но он все еще чувствовал гордость за этот факт. Это говорило ему о том, что его планы по объединению рас развиваются в устойчивом темпе.

{Если бы это было так, я действительно хотел бы принять политику, которая могла бы ускорить процесс объединения их всех…}

На самом деле у него уже был такой план на уме. Аинз подумывал о том, чтобы провести какое-нибудь мероприятие в Э-Рантэле для того, чтобы привлечь больше туристов и увеличить их доходы из иностранных источников. Но вот чего он не учел, так это того, что этот мир в целом был непостоянным и необщительным, что и было причиной его скуки все это время.

Хотя гладиаторская арена, подобная той, что была в Империи, была бы не так уж плоха, Аинз хотел того, что еще не было сделано, чего-то действительно особенного.

Если он должен был провести большое мероприятие, которое включало бы участие аудитории или что-то такое, что позволило бы межрасовой команде блистать, это, несомненно, повысило бы расовое единство. Если бы у людей было что-то общее, о чем они могли бы говорить, то им, конечно, было бы легче ладить.

{Как насчет какого-нибудь вида спорта, основанного на мяче, например бейсбола или футбола? Или я должен сделать что-то, чтобы оживить уже существующие мероприятия…}

Размышляя над этими вопросами, Аинз также наблюдал за продавцом орком, который, похоже, серьезно обсуждал их с покупателями людьми.

Он, вероятно, был частью орков, с которыми он столкнулся в Святом Королевстве, теми, которые были разорены гневом Злого Лорда и затем объединились под властью Аинза. Он не мог вспомнить, когда еще приводил орков в Э-Рантэл.

Кем именно был этот орк, Аинз понятия не имел. Хотя он принял под свое владычество большое количество орков, главная причина заключалась в том, что Аинз, как человек с человеческими чувствами, вообще не мог отличить орков друг от друга.

Точно так же он не мог отличить представителей других рас друг от друга. Например, самки Зернов различались по своему цвету. Говоря о зернах, он не мог не задаться вопросом: А как они вообще «видят»? В любом случае, для Аинза они все выглядели примерно одинаково.

Эта проблема была применима к большинству людей в любом случае.

Орку было так же трудно различить двух людей, как и человеку двух орков.

По этой причине они старались распознавать людей по таким признакам, как длина волос, цвет зрачков и так далее, но все равно возникали случаи, когда товары, зарезервированные для конкретного человека, продавались кому-то, кто выглядел похожим, хотя для кого-то вроде Аинза эти два человека выглядели совершенно по-разному.

У Колдовского Королевства не было никаких проблем с общественным порядком. Уровень совершенный мелких правонарушений был низким, и это не считая тяжких преступлений. Однако это происходило не из-за строгого соблюдения закона, а скорее из-за страха людей, что их трупы будут превращены в нежить, чтобы служить стране после их смерти.

Именно по этой причине большинство недоразумений устранялось быстро и без особого шума, горы не были сделаны из кротовых нор. Вот почему орк спокойно обсуждал дела со своими клиентами-людьми.

— “Гильдия искателей приключений также начала принимать в свои ряды полулюдей. Я верю, что в обозримом будущем все полулюди смогут реализовать свой потенциал”. — сказал Аинз себе под нос без долгих раздумий, побуждая актера Пандоры ответить.

“Аинз-сама, все именно так, как вы и предполагали. Эти полулюди, увидев созданную Финз-сама нежить, должно быть, решили, что карьера простого солдата больше неосуществима. Те, у кого есть таланты в области искусства, производства и исследований, тогда будут более склонны использовать эти таланты в максимальной степени”.

Колдовское Королевство все еще придерживалось системы: “ваша раса довольно хороша в этом, так что вам, вероятно, следует искать работу в этой области. Однако по мере того, как знания граждан о других расах и их соответствующих культурах будут возрастать, они, вероятно, начнут желать различных других профессий. Хотя это изменение все еще находилось на ранних стадиях, стремление к самоопределению, несомненно, расцветет со временем.

Главной движущей силой этого изменения был тот факт, что теперь вся черная работа выполнялась нежитью.

— Похоже, Альбедо хорошо управляет этим сектором страны. В конце концов, нам необходимо остановить развитие проблемных ремесел”.

Аинз и остальные уже находились верхних уровнях прокачки, так что нужно было планировать против тех, кто был слабее их и таким образом имел потенциал стать сильнее.

В рамках этих планов они не могли позволить своим собственным людям достичь превосходства в знаниях над ними. Слабаки должны оставаться слабаками.

В то же время они должны были обеспечить, чтобы превосходство их страны в целом хорошо сохранялось по отношению к соседним странам. Возможно, Альбедо была единственной, кто мог поддерживать это хрупкое равновесие.

{Для этого мы отчаянно нуждаемся в шпионах, способных получить сверхсекретную информацию от наших соседей… мы все еще слишком слабы на этом фронте.}

Чтобы создать монстра, который не будет автоматически возрождаться в Назарике, требовалось два ингредиента. Один из них представлял собой данные монстра, а второй-соответствующее количество золотых монет из Иггдрасиля.

Хотя библиотека Назарика содержала данные о различных типах монстров, она не содержала данных о каждом отдельном типе монстров из Иггдрасиля. Некоторые данные монстра тоже имели ограниченное применение. Например, они уже исчерпали свой запас данных Ханзо, и в библиотеке не было никаких данных для создания Восьминогого кинжалопаука-убийцы.

Создание монстров более высокого уровня обойдется в большую сумму золота.

Если это так, разве более слабых монстров не будет достаточно? Хотя он и хотел, чтобы это было правдой, но на самом деле использование низкоуровневых монстров означало бы, что у них будет больше шансов быть пойманными всякий раз, когда они попытаются проникнуть в какое-то место.

Среди остальных государств не было ничего невероятного в том, что они были единственными, кто мог использовать монстров. Для них было бы лучше использовать монстров более высокого уровня, которых другим было бы труднее обнаружить, пока их страна все еще была скромного размера. А может быть…

“ … люди шпионы?”

Аинз случайно высказал свои мысли вслух. Услышав его слова, Набэ подошла к нему сзади и сказала:

“Аинз-сама. Кстати говоря, как продвигается подготовка шпионов? Должна ли я удостовериться, что эти свиньи знают, кто их хозяин?”

Аинз понизил голос и ответил:,

«…Нарберал. Ты теперь спутница народного героя Момона, не забывай о своем положении”.

В конце концов, они сделали так, что Момон и Наэб были связаны с этим городом из-за беспокойства о безопасности его жителей, и именно поэтому они работали с Аинз Оал Гоуном в первую очередь.

Возможно, прошло уже достаточно времени, и было бы неплохо, если бы их герои изменили свое мнение и вместо этого остались в городе из уважения к Королю Заклинателю. Тем не менее, было бы безопаснее обсудить этот вопрос заранее с Альбедо и другими, чтобы сформулировать лучший сценарий, прежде чем брать на себя какие-либо обязательства. До тех пор лучше было не делать никаких предложений непосредственно Аинзу. Было лучше обсуждать эти вопросы внутри Назарика и полностью избегать этих тем, находясь снаружи.

-“Я приношу свои глубочайшие извинения”.

“Ты прощена», — вот что он сказал бы, пока хорошенько не огляделся бы вокруг.

Многие люди пристально наблюдали за происходящим с выражением ужаса на лицах, надеясь, что они не слышали, что сказала Набэ. В конечном счете, для него было бы невозможно убить их всех из-за подозрений в том, что они могли подслушать, иначе ему было бы труднее поддерживать видимость того, что он был “уникальной нежитью, способной говорить, которая отличался от других представителей его вида”.

Тем не менее, проигнорировав вопрос Набэ и заставив ее изобразить смятение на лице, Аинз почувствовал к ней жалость.

Было бы очень неприятно, если бы она совсем перестала задавать свои собственные вопросы. Помня об этом, Аинз пробормотал свой ответ на том языке, который был непонятен окружающим,

«…Мы уже одолжили Ханзо. В настоящее время Тина отвечает за их обучение, но если быть честным, они не лучше, чем один Восьминогий кинжалопаук-убийца …хммм, просто считай это инвестицией на будущее”

Хотя было маловероятно, что они получат отдачу от инвестиций, пропорциональную золоту и времени, которые они вложили в эту программу, это не было совершенно невозможно. То же самое относилось и к их инвестициям в рунном оружии и других магических технологиях.

Они были совершенно слепы к тому, принесут ли эти усилия плоды или нет, так что лучше всего было пока свести свои траты к минимуму.

Аинз замолчал.

И все это время троица продолжала молча идти по улице.

Иногда они натыкались на патрули, состоящие из Рыцарей Смерти, Магов Смерти, Воинов Смерти, Жрецов Смерти и Ассасинов Смерти. Хотя они тоже шли по улицам, они держались плотным строем, а Ассасины Смерти молча наблюдали за ними спереди. Это было связано не с какими-то ощутимыми опасностями, а скорее с тем, что они просто выполняли свой первоначальный приказ патрулировать в строю.

Что-то примечательное было в том, что хотя Ассасины Смерти плохо скрывали себя, у них был высокий урон благодаря их высокому шансу критического удара. Если бы враг ослабил свою бдительность, веря, что Ассасин Смерти не представляет для них угрозы, тогда они были бы в состоянии нанести ощетимый ущерб. Вот почему Аинз не мог сделать из них шпионов.

{Несмотря на то, что мы экспортируем нежить, этот экспорт в основном состоял из слабых скелетов…}

Конечно, они взимали совершенно разную плату за более слабую нежить по сравнению с более сильной, так что самым популярным продуктом по-прежнему были те, которые предназначались для дешевой черной работы.

Следовательно, количество нежити на уровне Рыцаря Смерти, которое они экспортировали, было минимальным.

Было бы расточительством не использовать свой ежедневный лимит [создания нежити], поэтому Аинз истощал свои способности ежедневного использования; в результате количество нежити, которое он создал, уже стало для него помехой.

{Если бы я снизил их арендную плату и повысил ее в будущем, никто бы больше не арендовал у нас. Кроме того, я не хочу напрямую снижать цены… должен ли я создать систему вознаграждений? Империя арендовала у нас довольно много Рыцарей Смерти, так что нам, вероятно, следует сосредоточиться на маркетинге…но…}

Аинз взглянул на Актера Пандоры, который стоял рядом с ним.

{Как-то неловко вот так просто идти и молчать. Но на самом деле мне не о чем с ним разговаривать.}

Если бы люди поняли, что их отношения все-таки не так уж хороши, то в этом упражнении не было бы никакого смысла.

— А … Мисс Набэ

Разговор с Актером Пандоры был бы невыносим, поэтому Аинз предпочел поговорить с Набэ.

— Да!

-{Погоди, ты же не обязана отвечать с так энергично, понимаешь?}- Подумал Аинз, но не потрудился произнести это вслух. Ее действия не были такими уж странными в ретроспективе; когда все было сказано и сделано, они были по существу подчиненными Аинза.

-Ммм, как бы это сказать. Как там детский дом Юри? Вы уже бывали там?

-Нет, я там еще не была.

И на этом их разговор закончился.

Это не могло быть из-за того, что у нее были плохие отношения с Юри, а просто потому, что у нее не было никакого интереса к этому вопросу, верно? Подождите секунду-

{неужели кто-то действительно будет так равнодушен к работе того, чье существование было самым близким аналогом семьи? Но такого ответа и следовало ожидать от Нарберал}.

{Стала бы она так же реагировать, если бы вопрос касался работы Шизу или Энтомы?} Аинз пожал плечами, когда эта мысль пришла ему в голову.

“Может быть, тогда мы его посетим?”

Поскольку вся ответственность за сиротский приют была возложена на Юри, даже Аинз не знал о его нынешнем статусе. Конечно, ему были даны подробные планы на этот счет, но никаких воспоминаний об этом не осталось в пустой, костлявой голове Аинза.

Кроме того, следовало бы подготовить несколько запланированных отчетов о финансах сиротского приюта, но поскольку Аинз делегировал эти обязанности Альбедо, он только притворился, что читал эти отчеты.

Хоть он и выступал за поиск талантов в образовательном секторе, Колдовское Королевство на сегодняшний день еще не реализовало нереалистичную политику всеобщего образования.

Если уровень образования повысится, то это приведет к технологическому и культурному прогрессу, но это также может усилить слабаков. Хотя их нынешняя политика может привести к тому, что некоторые люди с нераскрытыми талантами останутся фермерами на всю оставшуюся жизнь, обеспечение мира для Назарика было главным приоритетом.

“Не думаю, что это плохая идея”.

После того как Актер Пандоры согласился, троица двинулась в другом направлении во главе с Нарберал.

Не прошло и двух минут, как Аинз получил [сообщение].

— …Аинз-сама.

-… Энтома? — Что-то случилось?

Аинз говорил на ходу, и чувствовал себя довольно скверно.

Он не мог вспомнить, когда в последний раз получал подобное сообщение в этом году, так что, должно быть, это была какая-то чрезвычайная ситуация.

Но … — бесстрашная улыбка Аинза не дрогнула.

Все те испытания в Святом Королевстве были такой болью, что ничто не могло сравниться с ней.

{По сравнению с адом, через который мне пришлось пройти, ничто из того, что этот мир мог бы противопоставить мне, не является непреодолимым.}

Просьба, как он и ожидал, состояла в том, чтобы он немедленно вернулся в Назарик. Ответив, что он это сделает, Айнз поручил Нарберал вернуть остальных горничных в Назарик. Он открыл [врата] после того, как попрощался с группой, чтобы позволить Ханзо, которые охраняли их периметр, вернуться назад.

Только тогда Аинз вернулся в Назарик сам.

Отпустив Ханзо, он взял кольцо Аинз Оал Гоун у Солюшн, которая поприветствовала его после возвращения. Используя кольцо, он телепортировался на десятый этаж и направился к комнате, которая была его целью.

Все комнаты, которые были важными или особенными в Назарике, были помечены так, чтобы можно было телепортироваться прямо к их дверям с помощью кольца. Это было не так с комнатами, которые с самого начала считались «нормальными», и поэтому никто не мог телепортироваться прямо к ним.

Это можно было рассматривать как единственный недостаток кольца, который позволял его пользователю свободно телепортироваться в пределах Назарика, но он больше не мог изменить его функционал. Если бы у них все еще были наборы разработчиков Иггдрасиля, это было бы возможно, но ни у Аинза, ни у Назарика их не было.

Альбедо стояла перед дверью, ожидая прибытия Айнза. Аинз не стал выяснять, как долго она там прождала, а только о том, как продвинулась в выполнении поставленных перед ней задач.

— …ты хорошо поработала, спасибо.”

— Я не достойна вашей похвалы!

Аинз внутренне вздохнул, увидев, как Альбедо низко опустила голову.

Хотя он сказал, что вернется немедленно, он не назвал им конкретных сроков. Мысль о том, что он мог впустую потратить время Альбедо, заставив ее ждать, выбила Аинза из колеи. Он не хотел и не мог позволить этим мыслям отразиться на своем лице.

Такое уже случалось несколько раз. Несмотря на то, что он говорил Альбедо, что нет никакой необходимости ждать его каждый раз, она всегда настаивала, говоря, что это естественно для слуги — приветствовать возвращение своего хозяина.

На самом деле он говорил об этом не только со Стражами этажей, но и с местными стражами и служанками тоже. Каждый раз, когда он поднимал эту тему, их ответы были такими же, как тот, что альбедо давала ему прямо сейчас. Служанки были особенно увлечены своими ответами, демонстрируя такой уровень решимости, который мог бы даже заставить кого-то вроде Аинза съежиться и извиниться.

Если таково было общее мнение, то Аинз, как их повелитель, должен был отказаться от своего личного мнения по этому вопросу.

Альбедо открыла дверь в комнату и пригласила Аинза войти.

Аинз считал, что он недостаточно выдающийся человек, чтобы быть достойным такого обращения, и с большим чувством вины он сделал вид, что этого следовало ожидать, и вошел в комнату раньше нее.

Шалти.

Коцит.

Аура и Маре.

Демиург тоже был здесь.

Стражи этажей уже собрались в этой комнате и все кланялись трону, который каким-то образом излучал темноту.

За троном висел флаг Колдовского Королевства Аинз Оал Гоун.

Похоже, все, кто должен был быть здесь, уже присутсвовали. В таких случаях, как этот, когда все были в сборе, Аинз должен был прибыть последним в соответствии с процедурой. Если только это не был особый случай, никто не придет позже него.

Аинз оглядел обремененных стражей перед собой.

В прошлом у каждого стража этажа были свои обязанности, но в последнее время сфера их деятельности значительно расширилась.

Воздушно транспортная система, которая в основном опиралась на летающих монстров (в основном драконов), создала транспортную сеть между Колдовским Королевством, Империей, Королевством дварфов и пустынным, населенным полулюдьми регионом к востоку от Святого Королевства. Шалти была назначена ответственной за эту сеть, и теперь должна была использовать свои навыки для постепенного создания наземной транспортной сети.

Маре отвечал за контроль погоды на территориях и строительство подземной гробницы на окраине Э-Рантеля, также работал вместе с недавно созданной Гильдией искателей приключений.

Коцит отвечал за командование, управление и обучение армии Колдовского Королевства, которая состояла в основном из нежити, но также включала различные типы полулюдей и небольшое количество людей.

Аура, которая раньше командовала только своими собственными магическими зверями, теперь должна была управлять отделом, который развернул предупреждающую сеть, которая обеспечивала адекватное покрытие все увеличивающихся границ территорий Колдовского Королевства.

Демиург создавал разведывательное управление на седьмом этаже Назарика.

Точно так же и обязанности каждого стража этажа со временем росли.

Именно поэтому планировалось переложить некоторые из этих обязанностей на тех, кто до этого момента занимался только внутренней обороной Назарика, Областных Стражей.

Излишне говорить, что ответственной за проверку прогресса каждого, рассмотрение просьб или предложений и одобрение различных дел Колдовского Королевства, Смотритель Стражей Этажей Альбедо, была самой занятой из них всех.

По правде говоря, никто не был так ленив, как Аинз.

Его ежедневные обязанности сводились к простому упражнению в том, чтобы больше походить на повелителя, и это было очень неловко признавать.

Так что в основном он был вызван для чего-то, что те, кто был занят самыми важными делами, посчитали необходимым его присутствия.

Аинз с достоинством прошел через центр комнаты. Альбедо закрыла за ними дверь и вплотную последовала за ним.

Он сел на единственное сидячее место в комнате. Альбедо опустилась перед ним на колено и сказала:,

“Аинз-сама. Все стражи этажей прибыли.”

{Что значит «прибыли»? Они уже были здесь!} Конечно, Аинз не сказал и не мог сказать этого вслух.

-Угу. Вы, Стражи Этажей, много работали. Поднимите головы.

— Да!

Хранители подняли головы, давая свои четкие ответы, действие, которое было одновременно безупречным и согласованным.

Первоначально именно Альбедо просила их поднимать головы, но Аинз решил положить этому конец. Хотя было сказано, что начальник не должен так легко разговаривать со своими подчиненными, Аинз не хотел так сильно отдаляться от них.

Пристальный взгляд стражей, делавший очевидной их абсолютную преданность, упал на тело Аинза. В прошлом Аинз не мог справиться с таким вниманием, но его кожа за прошедшее время стала настолько толстой, что сейчас это оказывала на него ни малейшего влияния.

{Но…почему? У меня сложилось неверное впечатление, или они чувствуют себя еще более преданными, чем раньше?.. нет…это должно быть, это неверное впечатление, верно…?}

Аинз, который не мог припомнить, чтобы делал что-то, что могло бы повысить их лояльность, избегал приветливых взглядов стражей, чтобы невзначай осмотреть комнату, в которой он находился. Это было не потому, что он не мог выдержать их пристальных взглядов, но он все равно сделал это.

По обеим сторонам комнаты были двери, не похожие на ту, через которую они только что прошли, двери, которые были неоправданно большими, учитывая относительно небольшой размер комнаты. Комната была украшена в такой изысканной манере, что от нее веяло величием.

Она была создана для аудиенций в Назарике. Другая была создана в Э-Рантэле.

Тронный зал Назарика был великолепен, но он был слишком просторен и казался бы пустым, если бы в нем не собралось достаточно людей. Он мог бы собрать достаточно людей, если бы захотел, но учитывая такие проблемы, как наличие там мирового предмета, который был одним из самых сильных активов Назарика, мог быть случайно замечен другими, поэтому был построен зал для аудиенций.

Все в Назарике было сделано членами его гильдии в прошлом, кроме этой комнаты для аудиенций. По приказу Аинза стражи этажей уделили большое внимание (хотя в любом случае особого внимания не требовалось) переоборудованию пустой комнаты именно для этой цели.

Это сделало Аинза вполне счастливым.

НПС, созданные членами гильдии, выросли за пределы того, чтобы быть простыми НПС. Это было так, как если бы они стали игроками.

{Всегда настанет день, когда птенцы покинут свое гнездо и полетят сами, а?}

Аинз мысленно улыбнулся.

Каждый из них заставлял его гордиться собой.

У Судзуки Сатору не было детей, да и у многих других членов гильдии тоже. Он не был уверен, но, возможно, именно таково было быть отцом. Во всяком случае, это было совсем не так, как быть матерью, наверное.

Он ненадолго погрузился в собственные мысли. Однако никто не собирался говорить, пока он не заговорит, так что он был вынужден это сделать, несмотря на то, что не был ведущим или кем-то подобным.

— Итак, Альбедо. Скажи мне, зачем все собрались здесь. Это ведь что-то важное для Назарика, вернее, для Колдовского Королевства, так?

— Да. Проще говоря, наше зерно, которое везли через Королевство в сторону Святого Королевства, было разграблено четыре дня назад.

— О… и кто же это сделал?

— Один из знатных людей королевства.

Свет в глазах Аинза на мгновение вспыхнул. — Альбедо говорила как-то неопределенно. Обычно она сообщала имя, военную мощь и цель благородного человека сразу. {Почему так?} Аинз подумал об этом и спросил дальше,

“Разве у торговца Восьми Пальцев, отвечающего за транспорт, не было солдат, охраняющих караван? Более того, согласно правилам, наш флаг должен был развеваться над караваном, не так ли? А это значит, что королевство решило начать войну с нами?

Он думал, судя по действиям Королевства, что они пытаются избежать войны, но теперь это казалось неправильным суждением. Или же сам инцидент был своего рода стратегией? По мере развития своих мыслей Аинз обратил внимание на еще одну возможность.

— Может быть, Восемь Пальцев предали нас?

— Нет, так…

Альбедо опустила голову и что-то пробормотала, а затем посмотрела на Аинза, словно пытаясь украдкой взглянуть на него.

Аинз подумал, что ее нынешнее отношение было довольно необычным. Скорее всего, это был первый раз, когда она вела себя подобным образом. Она вела себя как маленькая девочка, которая боится, что ее отругают, и совершенно не походила на Смотрителя, которым всегда была.

— Что случилось, Альбедо? Что-то не так?

Аинз старательно сохранял свой величественный вид и чувствовал себя так, словно его спина взмокла от пота. Аинз, конечно же, не мог потеть.

Было ли это из-за ошибки, которую совершил Аинз? Если бы это было так, то ответ альбедо имел бы смысл.

Она вела себя как служащая, которая должна была указать на ошибки своего босса, которые все испортили.

{Знатный человек Королевства? Я понятия не имею… я что-то натворил? Я ведь не делал ничего смешного за последние несколько месяцев, правда? Нет, или делал?}

Когда Аинз, который даже не мог вспомнить документы, которые он проштамповал несколько недель назад, подумал об этом, ему все больше и больше казалось, что это была его собственная ошибка. Его тревога росла вместе с мыслями.

{Нет, подождите! Я все понял! Я все понял! Разве я не говорил Альбедо и Демиургу во время церемонии Святого Королевства? И я сказал многим людям то же самое после возвращения. Да, я сознательно совершил ошибку! По сравнению со мной, ты просто великолепна! Подождите, сейчас самое время … использовать это оправдание!}

Аинз всегда считал, что титул абсолютного повелителя — это слишком много для него. Ему уже давно пора было его снять.

На его лице играла сердечная улыбка.

— Не беспокойся об этом, Альбедо. Расскажи свои мысли.

— Да… Аинз-сама. Конечно же вы помните наш план использовать идиотского дворянина для получения контроля над королевством…

{Хм?} Аинз мысленно задал вопрос. То, что она сказала, было совсем не то, чего он ожидал, но в этот момент Аинз знал, что сказать.

Этот дурак имеет к этому какое-то отношение?

Альбедо кивнула: «Да. Этот болван и был причиной всего этого инцидента. Аинз-сама, вероятно, уже осознал возможность того, что это может быть схема правящего класса Королевства.”

{Опять недоразумения, а?} «Хм…» — задумался Аинз. Он не мог видеть более глубоких аспектов такого плана, но, вероятно, Королевству было выгодно осудить дворянина, связанного с Назариком. Таким образом, они могли бы очистить свои ряды от вредителей.

— Я понимаю… но действительно ли вина лежит на этом идиоте? Это ведь не какая-то уловка Королевства, не так ли? Погодите, Альбедо, должно быть, уже изучила информацию. Извините за ненужные вопросы.

— Нет, эти вопросы были вполне естественны для вас, Аинз-сама. Для этого мы подготовили свидетеля. Шалти.

— Понятно.

Шалти присела в реверансе, встала и вышла через левую дверь.

Сразу после этого женщина, удерживаемая с обеих сторон рыцарями смерти, вернулась с Шалти.

Она была такой худой, что ее кости были видны, как будто она была больна. Кроме того, у нее были тяжелые мешки под глазами, она не пользовалась косметикой и имела растрепанные волосы.

Вокруг ее налитых кровью глаз виднелись пятна слез, которые неудержимо метались, как испуганное крошечное существо.

Аинз помнил, что где-то видел эту особу, но не мог вспомнить таких важных деталей, как ее имя и должность.

Пока он изо всех сил пытался разобраться в своих воспоминаниях, Рыцари Смерти отпустили ее.

Женщина одним плавным движением опустилась на колени. Оно было безупреченым, можно даже сказать, что оно было прекрасеным.

Это было то, что было возможно только через соответствующее количество тренировок. Аинз даже почувствовал некоторое уважение к ней из-за этого.

“В-ваше в-величество, в-ваше в-величество…- ее голос сильно дрожал. — Она немного помолчала, а потом снова заговорила: — Ваше Величество.

В комнате воцарилась тишина. Поняв, что настала его очередь говорить, Аинз сказал глубоким голосом:- женщина, я разрешаю тебе произнести свое имя.

— Ах! — Хильма Цигнеус, Ваше Величество!

Его пробужденные воспоминания расползались, как виноградные лозы. Она была одним из лидеров «Восьми Пальцев», преступного синдиката Королевства.

“Ах, ах.”

Неизвестно, как она поняла тот шум, который подсознательно издавал Аинз. Хилма, которая ни разу не подняла головы, вскрикнула и потерлась лбом об пол.

“Я, я понятия не имею! — Понятия не имею! У меня нет абсолютно никакого намерения ослушаться! Грабеж зерна не имеет ко мне никакого отношения!”

Аинз бросил быстрый взгляд на спину альбедо.

Было бы невероятно легко определить, лгала ли эта женщина, так что Альбедо, должно быть, так и сделала. Так почему же она не доложила о результатах непосредственно Аинзу?

Аинз не знал, о чем думает Альбедо, но уж точно не о том, чтобы ударить его ножом в спину. На самом деле, скорее всего, все было наоборот. Было какое-то неизвестное недоразумение, которое было вызвано тем, что она слишком высоко ценила Аинза. Было бы неуместно спрашивать ее об этом прямо.

{Я сам попал в эту ситуацию, потому что неоднократно выступал в качестве своей сильной личности, не так ли? Альбедо не поймет, если так будет продолжаться и дальше. Может быть, мне стоит спросить и посмотреть, что произойдет? Все было бы прекрасно, если бы здесь была только Альбедо, но остальные тоже здесь…} Аинз посмотрел на Ауру и Маре. {Хм, Наверное, в следующий раз.}

— Угу. Прежде всего, позвольте мне подтвердить, говорил ли Цигнеус правду. [Доминирование].”

После того как заклинание было произнесено, Аинз спросил Цигнеус:

— Ты играла какую-нибудь роль в том благородном ограблении нашего каравана?

— Вообще никаких!

Под действием заклинания никто не мог солгать своему хозяину, а это означало, что у Цигнеус не было прямой связи с этим инцидентом. Хотя косвенная связь все еще была возможна, это не делало ее ответственной. Гипотетическое предположение о том, что она лгала с помощью манипуляций с памятью, было маловероятным.

— говорили ли другие, что у вас множественная личность?

— Нет!

— Угу…значит, вы хотите выступить против нас?

— Вовсе нет! У меня нет ни малейшего намерения это делать! Ни в коем случае!

Она отрицала это самым яростным тоном, на который только была способна. Свидетельствуя об этом, Аинз освободил ее от своего [Доминирования].

— Если бы мы наказали ее за преступление, за которое она не была сознательно ответственна, это было бы слишком жестоко. Цигнеус, не виновата. Таково мое решение.

Цигнеус подняла голову и посмотрела на Аинза с сияющей страстью в глазах, до такой степени, что Аинз нашел ее ужасающей.

— Но, Аинз-сама. Разве за ошибки подчиненных не должно отвечать их начальство? Этот кретин был ее обязанностью.

Альбедо была права.

— Вы, вы абсолютно правы! Но он сделал это по собственной воле! Я уже несколько раз давала ему указания! ’Нужно было связаться со мной, прежде чем что-то предпринимать!’ Я даже назначила подчиненного следить за ним именно по этой причине!

Альбедо не возражала против ее объяснений. Так что это была чистая правда. Она полностью выполнила свои обязанности, поэтому было бы слишком жестоко позволить ей взять на себя всю ответственность за этот инцидент.

Альбедо, отдел кадров, нанял идиота, который вызвал серьезные проблемы в отделе Цигнеус. Хотя очевидно, что в этом отделе были проблемы, Аинз также понимал тенденцию хотеть обвинить в этом отдел кадров.

Аинз, офисный работник, думал об этом вопросе с точки зрения Цигнеус.

Если он оставит это дело Альбедо и остальным, они, конечно же, сурово накажут ее.

“За ошибки подчиненного несет ответственность его начальник. Я согласен с этим утверждением”.

Аинз наблюдал, как краска сошла с лица Хилмы, и продолжил:

“Но эта пословица была сказана лидером, который хотел взвалить на свои плечи бремя подчиненных, и она не была предназначена для того, чтобы подчиненные перекладывали вину на своих начальников. Что касается того, насколько всеобъемлющим может быть это утверждение. Альбедо, позволь мне задать тебе один вопрос. За этого болвана отвечала Цигнеус, но кто же тогда отвечал за Цигнеус?”

— Это… это моя обязанность.

— Угу. Я твой хозяин, так что ответственность за этот инцидент в конце концов ложится на меня, верно?

— М-м-мы бы не посмели! Это абсолютно не вина Аинза-самы!

Альбедо отрицала его заявление с несвойственным ей паническим выражением лица.

Цигнеус, чье выражение лица всего лишь мгновение назад было предвестием ее собственной гибели, теперь смотрела на Аинза с тем же блеском в глазах, что и раньше. Ее лицо почти постоянно менялось.

— Хотя образ действий Цигнеус может быть ошибочным, она действовала в соответствии с ожиданиями своего начальства. За это она была прощена. В первый раз ошибка возникает потому, что все совершают ошибки. Во второй раз это было бы результатом небрежности. Третьего раза следовало бы избежать. Четвертый раз-это тот, который указывает на свою некомпетентность, Цигнеус.

— Да!!

Цигнеус опустила голову так низко, что она громко ударилась об пол. Это выглядело болезненно даже со стороны.

— Чтобы предотвратить повторение подобного инцидента, работай усерднее над своими превентивными мерами. Подготовь список всех планов, которые ты могла бы придумать, представь их альбедо и жди одобрения. Это будет твоим наказанием.

— Да!!

Цигнеус потерлась головой о землю, словно пытаясь еще ниже опустить голову.

{Это кажется излишним.}- Подумал Аинз, поворачиваясь к стражам.

— Это мое решение — у вас есть какие-нибудь претензии? Я не буду сердиться, вы можете свободно высказывать свое мнение.

Никто, казалось, не возражал. И все же каждый из них сказал бы что-то вроде: «решения Аинз-сама всегда верны». Даже если бы у них были какие-то несогласные мнения, вряд ли они высказали бы их вслух. Во всяком случае, лучше было подтвердить, чем нет.

— Альбедо.

— Никаких возражений.

— Демиург.

— Я согласен с Альбедо.

— Аура.

— Никаких.

— Маре.

— Ах! Д-да. У меня нет никаких возражений.

— …Коцит.

— Нет. Возражений.

— Шалти.

— Никаких.

Действительно ли они были согласны или они слишком боялись говорить об этом? Аинз не был уверен, но он, по крайней мере, получил их одобрение.

Аинз решительно кивнул головой и вынес окончательное решение.

«…Хорошо. Ну а теперь, Цигнеус. Подготовь эти планы в течение нескольких дней…пусть они будут готовы в течение двух дней.”

Цигнеус громко вскинула ее голову вверх.

“Я буду повиноваться!! Я благодарна милостивому суду моего Господа!! Я благодарю вас от всей души!! О Король-Заклинатель-Хейка!! Пожалуйста, позволь мне, Хильме Цигнеус, и впредь преданно служить вам!!”

“Так ли это..?”

Почти отвратительная страсть лебедя напомнила ему о девушке с пугающими глазами, которую он встречал в прошлом.

“Я с нетерпением жду твоей преданной службы. А теперь, Шалти, пожалуйста, отправь Цигнеус обратно.”

“Поняла.”

Шалти взяла Хильму с собой, когда она активировала свое кольцо, целью их телепортации была поверхность. Она должна будет использовать [Врата] после этого, так что это не займет слишком много времени. Помня об этом, они ждали ее на месте. Вскоре после этого Шалти вернулась одна, как он и ожидал.

“Но ведь это не единственная причина, по которой меня сюда вызвали, верно?”

Если бы это была единственная причина, то он был бы благодарен звездам,но это желание было разбито альбедо.

“Да, все именно так, как вы и предполагали.”

Аинз посмотрел на альбедо так, словно затаил на нее обиду. Он был бы в восторге, если бы она позволила ему сохранить эту надежду еще на какое-то время.

“МММ, что-то случилось? Может быть, тогда…”

“Нет, все в порядке. А теперь, как насчет того, чтобы рассказать мне об истинной цели вашего вызова?”

Альбедо и Демиург обменялись взглядами, когда их спросили.

— Прежде всего, с какой целью этот шут предпринял свои действия? Может быть, кто-то манипулирует им как частью своего плана? Это, конечно, возможно. В зависимости от ответа на эти вопросы нам, возможно, придется пересмотреть наши планы в отношении Королевства. Для этого нам нужно только знать, что думает по этому поводу Аинз-сама, и было бы пустой тратой времени моего господина, если бы нам пришлось беспокоить вас, чтобы вы сами справились с этим.”

— Угу… на данный момент наша стратегия против Королевства была «пряник и хлыст», не так ли? Вы уже объясняли эту концепцию Ауре, Маре, Коциту и Шалти ранее?”

— Мы с Демиургом как раз собирались это сделать, но нам еще предстоит объяснить конкретные детали плана.

— Неужели это так? Тогда ,Альбедо, пожалуйста, поделись информацией со всеми. Любые предложения или мнения от вас всех могут быть полезны.

— Поняла.

Альбедо начала свои объяснения всем четверым.

Стратегия пряника и хлыста (этот термин был популяризирован после того, как его придумал Аинз) для подготовки Королевства к захвату была по сути планом дестабилизации Королевства изнутри до такой степени, что часть граждан Королевства активно надеялась на мирное иностранное вмешательство Колдовского Королевства.

Может быть, потому, что Демиург тоже был вовлечен в процесс планирования? Этот план все больше и больше напоминал то, что они делали в Святом Королевстве. Это была стратегия, которая зависела от внутренних конфликтов и, таким образом, привела бы к массовым человеческим жертвам в самом начале. Его предпочтение внутренних конфликтов перед физическим вторжением в страну было, вероятно, связано с тем, что он был дьяволом. Если бы Коцит или Шалти отвечали за планирование, они, вероятно, предпочли бы более прямые методы, такие как полномасштабное вторжение.

Но, очевидно, этот план был разработан кем-то в Королевстве, и Альбедо и Демиург внесли лишь незначительные изменения поверх оригинала.

Этот слабоумный дворянин был решающим элементом этой стратегии.

Он должен был начать революцию. В связи с внутренними конфликтами, вызванными нехваткой зерна, Королевство будет вынуждено просить помощи у Колдовского Королевства. Это были не единственные методы, с помощью которых можно было достичь желаемого эффекта, они просто должны были создать причину для вмешательства Колдовского Королевства в дела Королевства.

Это означало, что для Аинза все по-прежнему шло по плану. Инцидент, вызванный этим тупицей, был более чем достаточным оправданием для того, чтобы Колдовское Королевство ввязалось в это дело.

Однако, похоже, Альбедо и Демиург были немного обеспокоены своим нынешним положением. Должно же быть что-то, чего не хватало Аинзу.

“Ну а теперь, Альбедо. Я хочу задать несколько вопросов… действительно ли у нас есть доказательства против этого дворянина за тот инцидент? Есть ли у нас доказательства, что это была уловка Королевства? Я кое-что припоминаю…о запланированной переписке Альбедо с тем дворянином, который был нам обязан?”

Альбедо раз за разом жаловалась Аинзу на «необходимость посылать письма этому неприятному аристократу», «простому человеку…» или что-то подобное. Она также попросила Аинза просмотреть эти письма, так что ему пришлось читать их много раз.

Если бы это была простая бумажная работа, Аинз все еще немного разбирался бы об этом, но он не был уверен в своей способности корректировать или редактировать. Он старался не делать этого, но Альбедо умоляла его всерьез, так что ему пришлось это сделать.

Кстати, хотя прошло уже много времени с тех пор, как он пришел в этот мир, Аинз все еще не научился читать на этом языке.

Самое лучшее, что он мог сделать, — это записать свои и Момона имена и цифры. По сравнению с Альбедо, Демиургом и Актером Пандоры, понимавшим язык нескольких стран, было легко увидеть, как их мозг функционирует на совершенно ином уровне, чем его. Именно по этой причине Аинз должен был полагаться на магические предметы, чтобы понимать любые тексты.

Если быть честным, то он вообще не стал корректировать эти письма и просто вернул их обратно Альбедо.

“Я также видел письма, которые тот аристократ прислал в ответ, и, честно говоря, мне кажется, что он был совершенно очарован тобой. Я не думал, что он из тех, кто будет противостоять Колдовскому Королевству.”

Он слышал поговорку о том, что предательство из-за своей влюбленности может привести к иррациональной ненависти. Например, узнать, что у милого актера озвучки, который тебе нравится, был парень. Когда эта мысль пришла ему в голову, Айнз мог видеть отражение своего друга прошлых лет, кричащего слезами крови на месте Шалтир.

Он также мог видеть на месте Ауры и Маре, что сестра этого друга смеется над ним.

— Да, мы провели детальное расследование этого дела, исходя из предположения, что этот человек был единственным организатором ограбления зерна. Но…возможность того, что его могли очаровать, промыть мозги или контролировать каким-либо другим способом, конечно же, не исключена… единственное, в чем мы можем быть уверены, так это в том, что он совершил преступление.

— Возможно, это была уловка кого-то с еще более высоким интеллектом, чем у нас. Если это так, то есть вероятность, что они каким-то образом хотят воспользоваться его действиями…

У Альбедо было обеспокоенное выражение лица, и у Демиурга тоже. Что Аинз находил невероятным, так это возможность того, что кто-то, кто мог бы соперничать с интеллектом этих двоих, просто появится из ниоткуда. Вернее-

— Может быть, этот дворянин сделал то, что сделал, хорошенько не подумав?

Если бы это было так, то для Аинза это имело бы гораздо больше смысла.

— Аинз-сама, я не верю, что это возможно…

— Ответила Альбедо таким тоном, словно извинялась. Это был первый раз, когда она показала такое отношение, и Аинз не мог не чувствовать себя отдохнувшим из-за этого нового вида поведения.

— Нет, подожди секунду, Альбедо. Мы рассматривали факты только в предположении, что наш противник был гением, но Аинз-сама, в дополнение к нашим собственным соображениям, рассматривал возможность того, что они тоже были опрометчивыми идиотами. Всегда есть вероятность, что это может быть так, не так ли? Нет, разве это объяснение не самое правдоподобное?

— Н-но … быть таким идиотом … неужели это действительно возможно?.. Но Аинз-сама…

— Если Аинз-сама так сказал, то разве это не правда? Альбедо.

— Я … наверное, да, я тоже так думаю…

По какой-то причине Аура и Маре вмешались в спор Демиурга, ошеломив Аинза, который просто пробормотал невнятный комментарий.

— Если это действительно так-

Альбедо и демиург нахмурились и начали спорить.

— По … Подожди секунду. Давайте выслушаем мнения других стражей этажей относительно этой операции. У них должно быть очень много вопросов, так что давайте отложим этот вопрос на это время. Те из вас, у кого есть вопросы, могут просто поднять руки, и Альбедо или Демиург ответят на них.

{Пожалуйста,не задавайте мне никаких вопросов.} Аинз уже поднял в своем сознании белый флаг.

“МММ, у меня есть вопрос, — сказала Аура, поднимая руку, — почему мы просто не привлекли столько знати, сколько смогли в начале операции? Если бы мы это сделали, то могли бы просто убить этого аристократа и продолжить операцию, как мы и планировали, верно?”

Единственным, кто мог ответить на этот вопрос, был Демиург.

“Мы рассматривали это на этапе планирования, но в конечном итоге решили отказаться от этой идеи. Было бы прекрасно, если бы мы привлекли выдающихся аристократов, но они не совсем известны своим интеллектом, не так ли? Имея это в виду, чем больше людей мы втягивали в заговор, тем больше вероятность того, что произойдет неожиданная утечка информации. Вот почему мы решили сосредоточиться на одном человеке, чтобы он сформировал новую фракцию и управлял ею.”

Все было именно так, потому что они не ожидали, что этот человек будет таким непредсказуемым.

Следующим, кто поднял руку, был Коцит.

“Мы. Не. Могли. Воспользоваться. Высшей. Знатью?”

— Это не так, как если бы мы не могли … на самом деле мы уже завербовали кого-то подобного. ..но избалованных сопляков просто гораздо легче принудить. Мы рассмотрели тот факт, что мы хотели бы пощадить дворян, которые были хотя бы отчасти способными, поэтому мы выбрали расходную часть дворянства. Разве ты не веришь, что нам необходимо избавиться от нескольких идиотов, чтобы страна стала достойной того, чтобы ею управлял Аинз-сама? Вот почему мы создали фракцию, которая была заполнена людьми, которые были некомпетентны в различных формах. В качестве метафоры представь себе, что ты готовишься выбросить мусор, ведь сначала ты поместишь его в мусорное ведро. Конечно, мы получили информацию о талантливых людях Королевства, но мы также хотели собрать свои собственные данные непосредственно из источника.”

— Потому что Колдовское Королевство не нуждается в знати, кроме нескольких талантливых или трудолюбивых отшельников.

— У меня есть вопрос, — сказала Шалти, поднимая руку: я не уверена, что поняла … Даже если этим болваном-дворянином манипулируют, чтобы заставить его сделать то, что он сделал, разве его действия не являются нападением на Колдовское Королевство? Если так, то не должно ли Колдовское Королевство использовать это как повод для объявления войны, чтобы вторгнуться в Королевство? Если это действительно была ловушка, поставленная кем-то, разве мы не можем просто раздавить их?

— Это верно, мы должны были бы сделать это, если бы не было никаких скрытых манипуляторов…но…хмм.

Альбедо взглянула на Демиурга, побуждая его ответить: “Это правда”. Затем Демиург перевел свой пристальный взгляд на Аинза, прежде чем посмотреть на стражей.

— Крайне трудно найти правильный баланс в решении этой ситуации. Хотя теперь, когда у нас есть превосходная проницательность Аинз-самы, мы пришли к пониманию, что аристократ совершил этот поступок, не придавая ему особого значения. Если мы слегка накажем его за это преступление, то на Колдовское Королевство будут смотреть свысока другие народы. Итак, что же вы все считаете подходящим наказанием для того, кто напал на караван под флагом Колдовского Королевства — что-то, что по сути равносильно нападению на самого Аинза-сама — и запятнал репутацию Аинза-сама?”

— Мы должны убить его.

— Да, я думаю, что сестренка права.

— Совершенно верно. Так это и будет. А теперь я должен спросить вас всех. Неужели мы просто оставим все как есть после того, как разберемся с самим преступником?

— Этого. Не. Произойдет.

Его. Мастер. Должен. Также. Ответить. За. Это. Преступление.

Коцит тихо кивнул головой.

Никогда еще Аинз не был так потрясен, как сейчас.

Хотя было удивительно, что стражи так остро реагируют, это не было слишком необычно, учитывая их личности. Аинз был шокирован тем, как они приняли его небрежное замечание о дворянине за чистую монету.

Честно говоря, это было довольно страшно.

— Совершенно верно, я также согласен с мнением Шалти. Чтобы они были достаточно глупы, чтобы сделать из Аинз-самы дурака, я говорю, что мы должны назначить соответствующие наказание всему королевству! Но тогда…

— Аинз-сама однажды сказал, что «править разоренной нацией было бы плохо для нашей репутации.» Я также слышал, что Аинз-сама не заинтересован в том, чтобы стоять на вершине груды обломков, поэтому мы должны постараться сделать все возможное, чтобы избежать подобной ситуации.

Услышав, что сказал Демиург, Альбедо кивнула головой.

У Аинза в голове было два вопроса.

Во-первых, говорил ли он что-нибудь подобное раньше?

Если вы опросите сотню жителей Назарика «Кто прав, Аинз или Демиург? — возможно, большинство, нет, 99 из них были бы уверены, что это Аинз. Только один человек будет против этого представления, и этот человек — Аинз Оал Гоун.

Но как можно доверять ему как человеку, который даже не помнит, что произошло неделю назад?

Вот почему, хотя у Аинза не было никаких воспоминаний об этом, поскольку Демиург сказал так, он должен был сказать что-то подобное в прошлом. Если это так, то есть только один правильный способ подойти к этому вопросу.

— Как и следовало ожидать, ты запомнил мои слова. Демиург, ты меня сильно порадовал.

— Я…я тоже запомнил!

— Я тоже, Аинз-сама.

— Угу. Угу. Шалти, Аура. Я тоже рад за вас двоих.

Он не мог понять, действительно ли они помнили или нет, или просто соглашались с Демиургом, точно так же, как он делал.

Кстати говоря, как они до сих пор не выяснили правду о том, что он некомпетентен? Неужели он действительно так хорошо играет?

Много времени прошло с тех пор, как он пришел в этот мир в качестве повелителя Назарика. Все это время он действовал как их повелитель. Они уже должны были разглядеть его маскировку «повелителя», они уже должны были разглядеть бесполезную природу Сатору.

Разговор продолжался, пока он мучительно размышлял об этом.

— Итак, в соответствии с желаниями Аинз-сама, мы не будем наказывать все Королевство. Однако мы не можем просто отпустить их с легким наказанием. Нам также придется приостановить этот план или полностью отказаться от него на данный момент. По крайней мере, это потребует серьезных отклонений.

Аинз не мог не испытывать острого чувства вины за то, что его слова занимали такое важное место в их сознании.

“ … Так вот почему. Но, Демиург, неужели на этот раз планы действительно провалятся?”

Демиург, альбедо и их помощник в Королевстве обладали непостижимым уровнем гениальности с точки зрения Аинза. Неужели план, который был кульминацией их мыслей, действительно провалится? Если это так, то он должен помнить о том, что говорит им с этого момента и далее. Наверное, будет лучше, если он впредь будет держать рот на замке. Поэтому, на всякий случай, он снова спросил:

— Неужели мы действительно отказываемся от плана пряника и хлыста?

— …

Демиург озадаченно посмотрел на Аинза, он видел это выражение много раз. Это было выражение, которое он делал, когда пытался понять истинный смысл его слов, как будто все они были эвфемизмами, сказанными существом на совершенно другом уровне.

{Ошибаешься, Демиург, я просто пытаюсь подтвердить то, что ты сказал. Здесь нет скрытого смысла в моих словах. Ты должнен расслабиться, приняв ванну в первую очередь.}

Эти мысли исчезли сразу же, как только Аинз собрался их озвучить.

Как только неприятное предчувствие всплыло в его сознании, как и ожидал Аинз, Демиург застыл в ужасе, как будто его внезапно осенило.

— … Нет, подождите, может быть…Аинз-сама. Может быть, у вас были те же самые намерения, когда вы безукоризненно подчинили империю нашему владычеству?

Его предчувствие не ошиблось.

{О чем он говорит?}

Аинз начал мысленно разглагольствовать в сторону Демиурга, {что привело тебя к такому выводу?}

{«Нет, это совсем не тот случай», — было бы лучшим ответом, верно? Но будет ли такой ответ действительно уместен?}

— …именно.

После того как он довольно долго колебался, это был его ответ. По какой-то непонятной причине глаза Альбедо были открыты так же широко, как и у Демиурга.

Это было немного, нет, это было очень страшно.

— Я понял…так вот почему Айнз-сама не раз просил нас об этом…пожалуйста, простите вашего подчиненного за то, что он не сразу понял этого, я разочаровал своего хозяина.

— Нет, Демиург. Как может кто-то вроде тебя, нет, как могут такие люди, как мы, надеяться когда-нибудь полностью понять гениальные планы Аинза-самы? Забыть, что каждое движение Аинза-самы было сделано с множеством намерений, возможно, было нашей самой большой ошибкой.

— …вот именно. Все именно так, как ты сказала. Применить тактику пряника и хлыста на национальном уровне. Как и ожидалось от нашего Аинза-самы. Как и следовало ожидать от лидера высших существ…”

{Хпхппх.} Аинз посмеялся над собой.

Он уже не понимал, о чем говорят эти двое.

В этот момент в его голове мелькнула мысль. Что, если эти двое уже раскрыли некомпетентность Аинза и просто пытались прикрыть его?

{Они оба гении. По правде говоря, я даже не могу понять, насколько они умнее меня. Как долго такие люди, как они, будут продолжать принимать мою глупость за гениальность? Нет, это даже не должно было быть возможно!}

— Аинз. Сама. Является. Действительно. Величайшим. Умом. Назарика.

— Вот именно, ты совершенно прав, Коцит. Для Аинза-самы, того, кто способен планировать в масштабе тысячелетий и мириадов лет в будущее, что-то в масштабе нескольких лет — ничто.

— А? Э…это правда?.. Как и ожидалось от Аинза-самы.

— Чтобы иметь возможность планировать на тысячелетия вперед, я действительно испытываю благоговейный трепет…Аинз-сама.

{О чем говорит Демиург?}

— {Это они про меня? На сколько они сказали? Как кто-то может планировать так далеко в будущее? Что за выдумки.} Аинз подавил желание выкрикнуть свои мысли. Было бы плохо, если бы два наивных ребенка приняли это за правду.

Однако, поскольку он одобрял каждое предложение Демиурга, он не знал, как лучше всего ответить ему сейчас. К тому же, если он будет возражать сейчас, это, скорее всего, создаст ему проблемы в будущем.

{Значит, я все еще должен вести себя как обычно?}

Если бы Аинз был способен менять выражение своего лица, то сейчас у него, вероятно, была бы сомнительная улыбка. После долгих размышлений ему удалось придумать ответ, который не подтвердил и не опроверг заявления Демиурга,

— Нет, это не совсем так.

“Нашему повелителю вовсе не обязательно быть таким скромным. О великий Аинз-сама!

— Быть. Способным. Думать. Так. Далеко. В. Будущее…Нет., Если. Бы. Это. Было. Не. Так. То. Он. Бы. Не. Был. Лидером. Высших. Существ.

Он больше не мог с этим мириться, ему следовало просто отказаться от внешнего вида повелителя.

Аинз принял решение.

-А теперь, поскольку у нас теперь есть разрешение Аинза-самы, давайте назначим Королевству самое жестокое наказание.

— А?

Как до сих пор в их разговоре могло звучать слово “жестокое”? Аинз был совершенно сбит с толку.

Альбедо сложила руки вместе и широко улыбнулась. Очаровательная Альбедо и демиург заговорили в унисон,

— Империя, которая немедленно сдалась Аинзу-саме, получила пряник. Королевству, которое не сдалось, будет дан кнут. Поступая таким образом, мы будем посылать сообщение всем остальным. Пряник и хлыст, люди этого мира должны будут выбирать между ними. Ууу, все становится немного интереснее, не так ли, Аинз-сама?”

«…Ух”

—-

Хильму яростно отбросило назад, туда, откуда ее забрали. К тому времени, как она обернулась, чтобы посмотреть, [врата], которые перенесли ее обратно, уже исчезли.

Она огляделась вокруг, пока придерживала руку, которая ударилась о землю, когда ее выбросило наружу. Она находилась в хорошо проветриваемой, просторной и знакомой комнате.

Когда-то это был особняк главы игорного отдела Ноя Зведена. Первоначально он купил этот участок земли с намерением построить на нем казино, что было незаконно. Они успешно построили соответствующий особняк, но из-за непредвиденных обстоятельств остальные планы пришлось отменить.

Из-за этого особняк включал в себя огромные комнаты, предназначенные для азартных игр, и Хильма находилась в самой большой комнате из всех.

Наконец Хильма успокоилась и глубоко вздохнула.

Ее тело дрожало от переполнявшей его радости.

— Хильма!

Ее компаньон бросились к ней. В комнате было еще трое, включая Оскуза, который звонил в колокольчик на столе.

Их глаза были полны слез.

Конечно же, их бледные лица были полны беспокойства о ее благополучии.

— С тобой все в порядке?? Что-нибудь не так!? Как твой живот?

— У нас есть немного фруктового вина! Может быть, ты хочешь немного выпить?

— Остальные скоро придут сюда!

— Ной, Эндио и Оскуз … — услышав голос Хильмы, все трое притихли. — мне очень жаль, что я заставила вас беспокоиться обо мне.

— Да ладно тебе! Ты, должно быть, очень много пережила, тебе нужно отдохнуть.

Ной вытирал слезы в уголках своих глаз, когда говорил это. Он, должно быть, думал, что она испытала «это » или нечто столь же ужасное. У Хильмы не было другого выбора, кроме как объясниться.

— Я не проходил через «это», они ничего мне не сделали.

{Атмосфера становилась все более плотной, когда спутники, окружавшие ее, смущенно переглянулись, словно говоря: «неужели это вообще возможно?}

— Я также встретилась с Его Величеством, Его Величеством Королем Заклинателем.

Влажные глаза Хильмы были похожи на разбитый волнорез, из которого лился нескончаемый поток слез.

“Его Величество Король Заклинатель…”

Поскольку один его титул внушал немыслимое количество страха, Эндио сделал жест Бога [RRT: перекрестился или что-то вроде этого], в которого он даже не верил, в то время как остальные двое начали лихорадочно оглядываться по сторонам.

Возможно, они пытались обнаружить подслушивающих, хотя никогда их не видели. Им было хорошо известно, что всегда существует вероятность того, что кто-то может подслушивать их разговор.

— Вы встречались — нет, тебе была дарована аудиенция у него? Рад, что ты смогла вернуться оттуда.

*Хнык хнык*…

Хильма, которая все еще плакала, улыбнулась в ответ.

Хотя Король Заклинатель призывал их всех к себе, они все время кланялись, так что никто толком не разглядел его лица.

Однако, благодаря собранным разведданным и рассказам из вторых рук от людей, которые украдкой поглядывали на него, Восемь Пальцев, включая Хильму, пришли к безошибочному выводу, что Король Заклинатель был воплощением зла. Нет, он был просто магическим заклинателем, который использовал жестокие методы пыток и мог безжалостно сокрушить солдат Королевства.

— Его Величество был там…Его Величество был действительно разумным королем. Он был не только терпим к моим неудачам, но и милосерден в своем решении.

Внезапно окружающим показалось, что время остановилось.

Ной был потрясен на мгновение, но затем закрыл глаза, как бы выражая свою жалость.

По правде говоря, если бы это сказал кто-то другой, Хильма несколько минут назад, вероятно, подумала бы так же, как и они. {Так вот что случилось, она просто не в себе} или что-то подобное.

Двое позади нее говорили с налитыми кровью глазами: «Хильма…Я более или менее завидую твоему нынешнему положению.», «Ах, если бы только я был там с тобой …» и другие причитания.

— Нет, подожди секунду. Возможно, на нее наложено какое-то заклинание контроля сознания, Хильма, это так?

Ной не переставал спрашивать. Конечно, она сама знала, что не находится под влиянием каких-либо заклинаний, но в то же время не могла доказать им это окончательно. Из-за этого она просто игнорировала его вопросы и продолжала говорить. Поверят они ей или нет — это их дело.

— Я тоже не думала, что вернусь живой, но смогла вернуться без единой царапины только благодаря нашему хозяину. Его Величество Король Заклинатель — поистине тот, кого можно назвать королем. Если бы там не было нашего хозяина…”

Возможно, ей пришлось бы взять на себя ответственность за случившееся. Возможно — нет, это не было просто догадками, она определенно была бы вовлечена из-за действий того идиота и понесла бы адское наказание за это. Премьер министр Колдовского Королевства Альбедо определенно сделал бы это.

Если бы она была на ее месте, то тоже заставила бы кого-нибудь взять вину на себя, даже если бы наказание было не смертью, а просто болью и страданием. Поэтому, с ее точки зрения, наказание, выбранное Королем Заклинателем, было бесконечно более милосердным, чем то, которое она могла бы получить.

-…Хильма. Прости, что прерываю твою болтовню о милости Его Величества, но это произошло из-за его политики пряника и хлыста.

— Неужели это так?.. Ммм, возможно, это правда.

Хотя она так и сказала, Хилтма не верила, что это правда.

Хильма могла определить внутренние мысли человека по колебаниям его голоса, выражению лица и пристрастиям.

Это была не какая-то необычная способность, а просто что-то, чему она научилась со временем. Она могла определять это до некоторой степени точно, и если этим чувствам можно было доверять, то Король Заклинатель и Альбедо не играли в хорошего копа — плохого копа.

Причина, по которой она не была полностью уверена в своем собственном суждении, заключалась в том, что было невероятно трудно читать мысли Короля Заклинателя, учитывая, что у него не было никакого выражения лица, о котором можно было бы говорить. Так что есть шанс, что его предположения верны.

— Совершенно верно. В конце концов, я тоже проходила через это в прошлом, так что я вполне знакома с этим. Но…ах, как сладок этот пряник для тех, кто вкусил боль, которую мог причинить хлыст. Возможно, нам солгали, возможно, Его Величество Король Заклинатель — это ужасное существо, которое не может сопереживать людям, и его приближенные были там, чтобы убедиться, что он не переборщит. Но даже если так, я все равно склонна ему верить. Нет…или Мне хотелось бы ему верить.

Ночные дамы, которых легко обманывали мужчины и которые впоследствии были опустошены, были чем-то таким, что Хильма видела слишком много раз. Она знала, что ничем не отличается от тех несчастных женщин, которых видела в прошлом. Но даже в этом случае она не могла сопротивляться способности Короля Заклинателя притягивать людей ближе к себе.

-…Хилма. Ты знакома с бесчисленными типами мужчин. Ты самая лучший из всех нас с точки зрения понимания людей, особенно мужчин. Скажи правду, что за человек Его Величество Король Заклинатель?

Будучи проституткой высокого класса, она действительно встречалась с самыми разными мужчинами, особенно с теми, кто имел высокий статус или большую власть над людьми. Она так часто встречалась с подобными мужчинами, что это стало ее раздражать.

Если бы она могла сравнивать и противопоставлять их—

— Если бы я описала его одной фразой, то это было бы «милостивый господин». У него есть ясность ума, чтобы думать и судить, но также гибкость, чтобы приспособить конструктивные предложения своего подчиненного к его собственному ходу мыслей. Он не злорадствует в качестве хобби, что было бы вполне приемлемо для него. Как бы это сказать…..да, он просто не излучал такой ауры, понимаешь? Конечно, он по-прежнему будет жестоко наказывать людей, если сочтет это необходимым.

— Ты его очень высоко оценила.

Малейший намек на улыбку вспыхнул на заплаканном лице Хильмы, когда она рассмеялась:

— Совершенно верно. Хотя наш хозяин является нежитью, он олицетворяет собой справедливость и милосердие. Даже когда он бессердечен, он не жесток. Ведь следствием неудачи является наказание. Он мог бы убить меня, чтобы послать сообщение всем вам, но его величество этого не сделал.

Она не знала, кто только что громко сглотнул, но звук эхом разнесся по просторной комнате.

— Я надеюсь, что Его Величество Король Заклинаетель останется с нами навсегда. Если бы это был наш хозяин, он бы так и сделал…

Гнетущая тишина тяжело давила на их сердца.

— Уууууф…

Кто-то выдохнул так, как выдохнул бы проповедник, если бы он стал свидетелем чуда.

Они не знали, когда их постигнет эта адская участь, но для людей, которые жили в постоянном страхе, это было спасением.

— Я … понял…так ты хочешь сказать, что мы должны быть еще более преданными, чем сейчас, верно?

— Да, Ной. Мы должны это сделать…теперь, когда мы знаем. Но премьер-министр Колдовского Королевства Альбедо все еще остается грозным начальником. Я не могу себе представить, чтобы она произнесла те же слова, что и Его Величество Король Заклинатель сказал мне…”

Хотя она пробормотала эту последнюю фразу про себя, на лицах ее спутников, которые слышали ее, отразилось удивление.

Было трудно читать мысли демона по имени Альбедо, но интуиция подсказывала ей, что в тот момент что-то было не так.

Возможно, все дело было в том, что в таких экстремальных условиях ее мозг был перегружен.

Интуиция подсказывала ей:

Несмотря на то, что Король Заклинатель мог считаться сострадательной фигурой, Альбедо была той, кто видела в людях только игрушки. Что-то вроде этого.

Хильме очень хотелось сделать все возможное, чтобы она и ее спутники стали прямыми подчиненными Короля Заклинателя. Он был бы тем типом начальства, которые вознаграждает кого-то, основываясь на его работе, и не будет относиться к своим подчиненным необоснованно.

Все мы. Давайте работать еще усерднее для Его Величества Короля Заклинателя”, — сказала Хильма всем троим, сидевшим перед ней, и поделилась своими мыслями. После этого она начала искать помощи из различных источников для выполнения задания, которое ей дал Король Заклинатель.

—-

Глава 2

В столице Королевства Ре-Эстиз, во Дворце Валенсии.

В одной из комнат стояла духота, типичная для большого количества людей, собравшихся внутри. Хотя это число ни в коем случае не было высоким, комната тоже не была просторной. Дело в том, что люди в этой комнате были настолько серьезны и заняты своими делами, что постепенно начали поднимать температуру в комнате.

В центре комнаты стоял прямоугольный стол для совещаний, а на во главе сидел Ланпоса III, справа от него сидел второй принц Занак, а остальные места были заняты придворными и министрами Королевства. Из-за того, что все они были в преклонном возрасте, если бы вы оглядели комнату, то увидели бы на головах только белые волосы и блестящие лысины.

Если бы это была нормальная ситуация, все, кроме короля, встали бы, чтобы засвидетельствовать свое почтение, а затем должным образом инициировать встречу — в конце концов, так было принято, — но этого не произошло. Перед каждым из них стояла чашка, наполненная чаем, что означало потенциальную продолжительность этой встречи.

Убедившись, что все получили подготовленные материалы, Занак громко сказал:,

— Давайте начнем собрание. Темой этой встречи будет объявление войны, которое мы получили от Колдовского Королевства, — он употребил такой сильный термин, как «объявление войны», в надежде, что все отнесутся к этой встрече с той серьезностью, которой она заслуживает.

Правда заключалась в том, что у седовласого министра внутренних дел, который был примерно ровесником его отца, было самое недовольное выражение лица из всех присутствующих. Судя по всему, он был очень обеспокоен этим чрезвычайным происшествием.

Занак украдкой взглянул в сторону лица своего отца. Больше всего его беспокоило мнение отца. Был ли его отец все еще способен полностью понять, насколько опасной может быть эта ситуация, и принять соответствующие меры против нее?

{Вероятно, у него есть какие-то убеждения против Короля Заклинателя, который убил «того парня»…}

Он слышал, что после того, как его отец получил известие о смерти воина капитана Газефа Стронофа, он был потрясен до глубины души и не мог ясно мыслить. После того, как ему объяснили, что воскрешение невозможно, он пришел в такую ярость, какой никогда раньше не поддавался. Занак был свидетелем всего этого, так как он был там со своим отцом, когда это произошло.

С тех пор его отец заметно постарел. Он потерял всякую мотивацию и был так же безжизнен, как манекен, сделанный из плоти и костей.

Сможет ли его отец, который был так сильно подавлен, спокойно судить о своем заклятом враге, Колдовском Королевстве?

{Тогда все будет зависеть от меня—}

Занаку стало не по себе, и он взглянул на министров.

Темой этой встречи было то, что было доставлено им несколько дней назад посланником из Колдовского Королевства, официальный документ, который носил королевскую печать Колдовского Королевства. Содержание документа гласит “Зерновой конвой, предназначенный для доставки гуманитарной помощи из Колдовского Королевства в Святое Королевство, был взят силой гражданином вашего Королевства. Мы расцениваем это как враждебное действие против Колдовского Королевства, сим объявляем войну вашей стране.”

На документе были также печати других стран, которые одобряли действия Колдовского Королевства.

В данный момент посланник находился в столице, ожидая возвращения ответного письма Королевства. Учитывая, что это была официальная коммуникация между странами посредством документов, не было бы ничего необычного в том, чтобы дать другой стороне неделю или две для ответа. Но даже в этом случае для того, чтобы они пришли к консенсусу относительно ответа, завершили свою подготовку, завершили расследование и так далее, им, вероятно, потребуется больше времени, чем у них есть, даже если они будут торопиться с каждым процессом.

— Мне очень жаль, но нам пришлось исследовать две из шести печатей на документе посланника, и это заняло у нас довольно много времени.

Тот, кто опустил голову, был министром иностранных дел, который также являлся министром печатей и отвечал за расследование в отношении печатей, одобряющих решение Волшебного Королевства.

— Те, в ком мы были уверены раньше, были четверкой из Колдовского Королевства, Империи, Драконьего Королевства и Святого Королевства, верно?

Министр иностранных дел кивнул в ответ на вопрос министра финансов.

— Совершенно верно. Из двух оставшихся — одна из народа дварфов. Хотя мы и определили этот рисунок как дворфский, печать все еще имела некоторые вариации по сравнению с теми, что были на документах, которые мы получили от них два столетия назад. После того, как мы получили помощь из Ре-Блумрушер в расследовании, мы нашли похожую печать, поэтому мы решили, что это, вероятно, ремейк оригинала после определенной эпохи. Другая печать, та, что была рядом с печатью Святого Королевства, оказалась печатью той, которую они называют «безликой»”.

— Они поставили личную печать рядом с государственными печатями?

Министр обороны пребывал в полном недоумении.

Он был самым молодым из министров. И он, и Занак значительно снизили средний возраст комнаты. С учетом сказанного, ему было уже за 40.

Его внешность никак не соответствовала рангу министра обороны; он был худощав, слаб и имел лицо, которое говорило о том, что он невротик. Он казался скорее финансовым сотрудником, чем военным.

Его отношения с Газефом были не очень хорошими — или, скорее, он намеренно выставлял напоказ свою неприязнь к нему, — так что Ланпоса не слишком полагался на него и тот довольно часто отсутствовал на собраниях. Отсутствие контакта между ними делало Занака неосведомленным о его возможностях.

Однако, поскольку Маркиз Рэйвен хвалил его способности перед Занаком, он должен был быть кем-то, кто мог бы по крайней мере заработать себе на пропитание. Каким бы он ни был человеком, он должен быть по крайней мере компетентным, верно? Нет, если бы он не был хотя бы компетентен, то не стал бы министром.

— Похоже, что министр обороны не слишком хорошо знаком с этим вопросом. Обычно, когда Святое Королевство накладывает свою национальную печать на документ, их Верховная жрица также ставит печать. Это должно быть что-то подобное.

-… то есть они пытаются послать сообщение о том, что «безликая» уже захватила власть их церкви, или что она имеет власть выше власти их нынешней церкви?

— Ваш слуга считает, что так оно и есть, Ваше Величество. На документе, который мы получили для коронации нынешнего святого короля, все еще была печать их храма, так что, похоже, она начала быстро консолидировать власть сразу после этого события. Поэтому, хотя мы никогда не видели печати этой «безликой» и не можем подтвердить ее подлинность, поскольку она была поставлена рядом с национальной печатью Святого Королевства, мы можем только предполагать, что это так.

— За исключением Союза Агранд и Теократии, большинство стран одобрили и присоединились к точке зрения Колдовского Королевства. Это была не уловка Колдовского Королевства, а чистая правда.

— Да, Ваше Величество.

Его отец устало вздохнул.

— Неужели Драконье Королевство тоже преклонило колени перед Колдовским Королевством?

— Мы не можем быть уверены, Ваше Величество, потому что нам еще предстоит получить информацию о том, что произошло в Драконьем Королевстве. Возможно, они пали жертвой каких-то сладких слов, а может быть, просто почувствовали, что они больше выиграют, Перейдя на сторону Колдовского Королевства, чем на нашу сторону.

Драконье Королевство, вероятно, только одобряло действия Колдовского Королевства и не участвовало в самой войне.

— Неужели это так? Я понимаю, министр иностранных дел. Спасибо вам за вашу тяжелую работу. Ну а теперь…..министр внутренних дел, сколько людей в Королевстве верят в содержание этого документа?

— Да. Хотя мы не слишком уверены во всей полноте королевства, около семи десятых тех, кто находится при дворе, считают, что это уловка Колдовского Королевства. Примерно десятая часть из нас считает, что это сделали разбойники с большой дороги — та часть крестьянства, которая была бы достаточно грубой и глупой, чтобы сделать такое. Остальные две десятых полагают, что это мог быть заговор третьей нации.

— Хм, если бы это был заговор, то их целью, скорее всего, было бы ослабить Королевство и Колдовское Королевство или просто нарушить мир между Колдовским Королевством и Королевством. Если это так, то это должно быть Союз Агранд и Теократия.

— Ваше Величество, я считаю это заключение слишком поспешным. Существует также вероятность того, что Империя замышляет изменить свой статус вассального государства. В конце концов, если бы это были рыцари империи, они, вероятно, могли бы легко атаковать и сокрушить конвой.

— … это невозможно. Инцидент произошел на территории Королевства. Разве наше расследование не показало, что там были десятки мужчин? Даже если бы это была Империя или Союз Агранд и Теократия, они никак не могли бы привести так много солдат на нашу землю за нашими спинами. А может быть, у них была помощь изнутри. Возможно, они наняли бандитов внутри Королевства, наемники тоже были бы вариантом — конкретика не имеет значения, важно то, что мы как нация совершили ошибку.

Министр обороны утверждает, что это не могло быть заговором, который был осуществлен солдатами, не имеющими отношения к королевству.

Все знали, как усердно он трудился, чтобы сохранить общественный порядок, который после той битвы почти разрушился в Королевстве. Он доказал свои способности во время бойни, возможно, именно поэтому он был так уверен в своих собственных суждениях.

— С бандитами было бы трудно, но я все же надеюсь, что мы сможем принять в свои ряды несколько наемников, но у нас просто нет для этого капитала.

— Вы хотите сказать, что у нас недостаточно финансов?

— Я вовсе этого не говорил.

— Но ты намекал на это.

— Министр финансов, министр обороны, пожалуйста, перестаньте спорить. У нас нет на это времени.

Услышав слова короля, они оба опустили головы.

Министр обороны продолжал говорить, обращаясь теперь уже к безмолвному залу.

— Но, я не сомневаюсь, что это какой-то заговор. У меня есть свидетельство охранников у ворот, что караван шел под флагом Колдовского Королевства и имел довольно внушительную охрану, когда они покидали столицу.

Большинство жителей Королевства знали о резне, которую Колдовское Королевство учинило на равнинах Катз, поэтому никто в королевстве не осмелился бы спровоцировать такую ужасную страну.

Если бы им пришлось выяснить, кто стоит за всем этим, то была бы только одна страна, которая проверяла груз.

— Колдовское Королевство.

Все заимело смысл, как только они рассмотрели ситуацию как самоорганизованный, самоисполняющийся заговор.

Вероятно, они приказали каравану сжечь или избавиться от груза — а может быть, они просто не загрузили эти повозки с самого начала — и придумали предлог, что на них напало какое-то несуществующее существо. Трудно было представить себе более правдоподобное объяснение.

— Занак, хотя прошло не так уж много времени, насколько ты продвинулся в своих расследованиях?”

— На самом деле…ваш сын я уже выяснил, кто стоит за этим инцидентом.

У всех придворных были потрясенные лица.

-…Именно это и осложнило дело. Мы сомневались в том, что это был заговор именно потому, что так легко было найти преступника. Не будете ли вы так любезны дать мне еще немного времени?

— Конечно, мы должны расследовать точные детали этого инцидента, но в данной ситуации любая информация была бы полезна. Можешь ли ты доложить о том, что вы выяснил — в чем ты абсолютно уверен?

— Как пожелаете, мой король. В чем мы уверены, так это в том, что преступники, о которых идет речь, включают того, кто известен как Барон Филипп Дейтон Л’Эйр Монтсеррат и его крестьяне.

Придворные начали говорить: «Монтсеррат?» «Ты слышал об этом имени?» «Барон и его крепостные напали на конвой?» «Пытались ли они отомстить за кого-то, кто погиб в бою?» «Возможно, он один из тех, кто не придаёт особого значения их действиям?» «Эмоции могут привести к неожиданным буйствам, не так ли?»

В разгар этого разговора первым заговорил министр юстиции, который, казалось, был очень раздражен,

— Вот это, Ваше Величество…это должно быть схема Колдовского Королевства, верно? Ваш слуга никак не может понять, почему аристократ Королевства задумал нечто подобное.

— Я согласен. Разве Колдовское Королевство не является страной, которая беззаботно использует [Очарование человека] при своих дворах? Вполне возможно, что на национальном уровне они не могли бы безразлично относиться к использованию столь же подлых методов. Например — контролировался ли этот барон с помощью [Очарование человека]?.

Фраза «Я понял» была слышна по всей комнате. Занак не мог не чувствовать сожаления за утечку этой информации после того, как услышал обвинения, выдвинутые министром во второй половине совещания.

— Если это так, то мы должны как можно скорее предложить защиту этому барону. Хотя я не слишком разбираюсь в этом вопросе, я слышал, что заклинание под названием «очарование человека» оставляет жертве память о том, что произошло, когда заклинание было наложено на нее. Поэтому он и не собирался молчать.

Занак не был так хорошо осведомлен в магии, как министр, поэтому он совершил ошибку новичка.

— Найдите этого барона. Выясните, что произошло. В то же время, защитите его.

— Мой король, — Занак не хотел этого говорить, но, собравшись с духом, сказал: — после того, как мы узнаем, что произошло, не могли бы мы принести голову этого барона в качестве извинения перед Колдовским Королевством?

— О чем это ты говоришь?

Взгляд отца был настолько острым, что казалось, будто он пронзает его насквозь. Даже когда он превратился в тощего старика, у человека, который носил титул короля в течение долгого времени, все еще была аура, достойная похвалы.

{Я сомневаюсь, что у меня есть такой же уровень величия, но я не отступлю так легко.}

Даже если это был замысел Колдовского Королевства, действительно ли он стоил того, чтобы сражаться на поле битвы, которое враг специально подготовил для нас? Он был в ужасе от перспективы того, что они будут постоянно спорить о том, «это план» или «это не план», вплоть до того момента, когда они будут вовлечены в полномасштабную войну.

Вместо того чтобы ждать, пока все дойдет до этого момента, было бы лучше просто отказаться от головы благородного человека, который все это начал раньше, чем позже, и надеяться, что это приведет к деэскалации ситуации.

Было бы абсолютно глупо сражаться с противником, который уже продемонстрировал свои превосходящие силы в предыдущей битве. Если бы началась война, ему было бы трудно представить, что дворяне, знавшие об этой трагедии, все еще будут платить налоги.

Даже если бы они были готовы послать своих собственных солдат, они просто подвергли бы себя опасности.

— Мой король, я считаю, что нам следует избегать войны с Колдовским Королевством.

— И поэтому ты готов принести в жертву невинного дворянина? Разве так должен говорить наследник престола? Сын мой, подумай, прежде чем говорить.

Занак облизнул губы и ответил:,

— Мой ответ остается неизменным, независимо от того, что скажут другие. Я считаю, что для нас крайне важно избежать больших человеческих жертв за небольшую жертву.

— Если бы мы так поступили, разве мы должны не были бы просто отдавать голову за головой других верных слуг каждый раз, когда Колдовское Королевство стучится в нашу дверь? Ты понимаешь эту простую логику?

— Я все понимаю…но отец должен был видеть трагедию на равнинах Катз, а я — нет. Неужели вы бы все равно рискнул вступить в конфликтом с Колдовским Королевством, имея это в виду?”

Отец тяжело вздохнул и скривил губы в прямую линию. Занак продолжал давить: «Я против этой идеи. Позвольте мне еще раз повторить, что я считаю, что войны с такой страной следует избегать любой ценой, даже если нам придется принести в жертву невинного дворянина”.

Его речь едва ли подходила для наследника престола. Возможно, за его спиной его назовут слабым и из-за этого он потеряет верность нескольких придворных, но Занак верил, что это единственный путь, следуя по которому, Королевство сможет выжить.

«…Ваше Величество. Ваш слуга тоже поддерживает предложение Его Высочества.”

Единственным, кто согласился с ним, был министр внутренних дел, но он собирался добавить к предложению Занака еще одно.

— Ваше Величество, ваш слуга понимает ваше желание защитить всех граждан. Так как насчет того, чтобы мы просто-напросто стали вассалом Колдовского Королевства?

Придворные начали кричать «О чем ты говоришь!?», «Неужели ты потерял чувство чести!?» услышав, что сказал министр внутренних дел. Министр проигнорировал их всех, устремив пристальный взгляд на отца Занака.

Столкнувшись с предложением, которое заклеймило предложившего как предателя, его отец постепенно позволил себе улыбнуться.

— Этого я точно не могу сделать. Это было бы равносильно предательству верности поколений людей, служивших этому королевству. Как же тогда мы сможем встретиться с ними лицом к лицу? Я приношу вам свои извинения. Спасибо вам за ваше предложение.

— Ваш слуга не заслужил такого извинения.

Занак видел, что они общались на более глубоком уровне через свои пристальные взгляды.

Сможет ли он иметь таких преданных ему придворных?

Его отец был милосердным человеком, но не более того. Нет — возможно, именно поэтому талантливые люди были готовы служить ему. Его отец был исключительно талантлив в вербовке людей более талантливых, чем он, таких как воин-капитан Газеф Строноф.

Занак чувствовал, что ему лучше стать королем, чем его брату, который скорее станет марионеткой Восьми Пальцев или благородной фракции и погубит страну. Вот почему он работал вместе с Маркизом Рэйвеном, чтобы стать королем или могущественным великим герцогом, готовясь к будущему.

Но сейчас Занак не мог не чувствовать себя неполноценным по сравнению с гениальностью его сестры и харизмой его отца. Даже если бы он стал королем, вряд ли он сделал бы Королевство лучше.

Единственное, что он мог сделать, это улучшить себя, но это была не такая уж легкая задача, учитывая его возраст и личность, плюс он никогда не хотел самосовершенствоваться в любом случае. Вероятно, он сохранит свою индивидуальность до самой смерти.

— Министр обороны, я хочу предложить гипотетический вариант. Что мы можем сделать, чтобы выиграть войну против Колдовского Королевства?

— А не могли бы мы для этого заключить союз с другой страной? Неужели мы должны встретиться с ними наедине?

Занак, Ланпосса III и министр иностранных дел обменялись взглядами. Занак, как их представитель, ответил:

— Нам не удалось заключить союз с Союзом Агранд. Мы начали переговоры с ними еще в далеком прошлом — сразу после окончания той битвы. В то время мы не смогли заключить приемлемый союз. Если они узнают, что наши отношения с Колдовским Королевством ухудшились, вероятность отказа только возрастет.

— Неужели это так?..тогда Ваше Величество, хотя этот вопрос, возможно, и выходит за рамки дозволенного. Что вы считаете условием победы в этой войне? Неужели мы должны разбить врага в бою? Или нам придется убить — или, скорее, уничтожить Короля Заклинателя? Если это последнее, то я вообще не верю, что у нас есть какие-то шансы на победу.

-…министр обороны, это совсем не так. А что, если нам всего лишь придется заставить противника отвести свои силы?

— Дайте мне подумать… — министр обороны задумчиво склонил голову набок.

-.Удача должна быть на нашей стороне, -ответил он, — но если бы мы выдвинули армию в обход и заняли Э-Рантэл, пока их войска все еще идут из Э-Рантэля к столице, у нас был бы шанс переломить ход сражения.

— Нам придется прорваться через три слоя укреплений?

— Да, Ваше Величество. Это было бы то, что можно было бы сделать только в том случае, если бы нам удалось протащить такую большую армию, какую мы можем собрать, мимо их обороны — вот почему я сказал, что удача должна быть на нашей стороне. Конечно, если Король Заклинатель, тот самый, кто способен сотворить это ужасное заклинание, не вспотев, останется в Э-Рантеле, то этот план, несомненно, провалится.

Иначе говоря, если удача была не на их стороне, у них вообще не было шансов на победу. Занак не был уверен, что его отец полностью понял смысл слов министра.

“Если бы это было так, то если бы Колдовское Королевство вторглось к нам без официального объявления войны, все было бы кончено. Внезапная атака лишила бы нас возможности вовремя собрать достаточное количество войск, и в этом случае мы даже не смогли бы осуществить задуманное.”

Такова была традиция официального объявления войны между нациями, своего рода джентльменское соглашение или этикет.

Послать официальное объявление войны означало дать понять другим народам, что «наша страна уважает этикет». Если бы они этого не сделали, то их рассматривали бы как варварскую нацию, что оказало бы серьезное негативное влияние на их дипломатические усилия.

Между народами разных рас эта традиция соблюдалась нечасто. Однако даже когда речь шла о народах разных рас, это зависело от возраста, истории, дипломатических отношений с соседними странами и так далее.

Итак, учитывая этот контекст, как поведет себя нация, управляемая нежитью, которая ненавидит живых? Будут ли они официально объявлять войну?

— Мой король. Как я и предполагал, у нас будет лишь самый ничтожный шанс на победу, если мы вступим в войну. Если это так, то не должны ли мы сделать все возможное, чтобы избежать такого исхода, пожертвовав немногим?

— Пожертвовав немногим…?”

— Да, мой король. Мы должны немедленно вызвать этого барона и отдать его под суд. После этого мы заставим его взять на себя ответственность за свои действия, независимо от результата, и отрубить ему голову.

-…Мы не можем этого сделать, Занак. Вызвать этого барона и отдать его под суд было бы прекрасно, но если бы он был невиновен или если бы мы могли заявить о его невиновности, я бы этого не сделал. У меня есть план получше.

— План получше?.. Какой?

Король замолчал и покачал головой.

Увидев это, Занак пришел к выводу, что его отец, вероятно, лжет. Если действительно есть план получше, то он должен был сказать его вслух. Если нет, то он, вероятно, лжет, чтобы скрыть тот факт, что не придумал веской причины, по которой они должны пощадить этого дворянина.

Занак почувствовал разочарование в своем отце и задумался, что же ему делать дальше.

{Независимо от того, как я смотрю на это, будущее Королевства кажется мрачным…Похоже, мне придется сделать это силой.}

Прежде всего, им было необходимо возложить всю ответственность на этого барона.

Хотя вероятность этого ничтожна, этот барон мог быть источником всех их неприятностей в любом случае. В любом случае, если бы они могли сделать это правдой, то их проблемы были бы решены.

Однако Занак не мог придумать способа возложить на него всю ответственность. Что, если он убьет барона по дороге в столицу, а потом возложит всю ответственность на него же? Его отец не смог бы сказать иначе, если бы это было так.

Даже если его отец будет возражать против этого плана, пока он сможет осуществить его самостоятельно, все будет хорошо. Он уже думал, не обернется ли все именно так, как только услышал об этом инциденте. Тогда он уже пришел к какому-то выводу.

Узурпация трона — тяжкое преступление.

Он был так близок к тому, чтобы унаследовать трон, что ему даже не нужно было ничего делать, кроме как ждать. Количество недостатков в том, что он собирался сделать, было слишком велико, чтобы их можно было сосчитать. Единственное преимущество этого плана заключалось в том, что он решал насущную проблему.

Если бы это было так, то узурпация могла бы быть глупой идеей на бумаге, но если бы он позволил существующему положению оставаться таким, какое оно есть, то скоро не было бы Королевства, о котором можно было бы говорить.

Занак надеялся, что по крайней мере получит одобрение присутствующих придворных. Кроме того, ему необходимо было попросить об услугах этого человека свою сестру. Брэйн Унглаус был неотъемлемой частью его плана. Если бы там был Брэйн, то они определенно одержали бы верх в плане силы.

{- ах, как это неприятно! Почему я должен планировать это в первую очередь! Если бы только не существовало Колдовского Королевства! Если бы только не существовало этой жутко могущественной нежити!}

Если бы не Колдовское Королевство, если бы не его вмешательство в их ежегодную войну с Империей, хотя его брат, возможно, уже стал бы королем, Королевство все еще не было бы загнано в угол, как это было сейчас.

Занак мысленно выругался.

Кто-то постучал в дверь.

У Занака было дурное предчувствие.

Чтобы прервать столь важную встречу, это должно быть что-то чрезвычайное. Честно говоря, то, как они стучали в дверь, тоже было довольно необычным.

Вопросы такой важности обычно были — Нет, они определенно были плохими новостями. Таково было предчувствие Занака.

Занак, как их представитель, разрешил им войти. Рыцарь в панике вошел в комнату, как он и ожидал.

— Представитель из Колдовского Королевства только что известил нас, что их премьер-министр Альбедо прибудет в столицу менее чем через два часа!”

В их предыдущих сообщениях титул Смотрителя Стражей Этажей не имел для них большого смысла, поэтому они, по-видимому, сменили ее титул на титул легко понятного премьер-министра. Неужели появление человека такого калибра подтвердило его опасения?

Нет, подождите.

Его предчувствие было не совсем верным. Это была не плохая новость — а самая плохая.

{Итак — с какой целью она пришла?}

Посланника, который принес официальный документ, в этом дворце не было. Хотя он и хотел, чтобы он задержалась в столице, у них не хватило смелости позволить нежити остаться с ними. Вот почему в настоящее время он находился в особняке в аристократической части города.

Они выставили охрану вокруг особняка под видом охраны, периметр был так тщательно охраняем, что даже муха не могла проникнуть туда незамеченной, но посланник, по-видимому, еще не связывался с Колдовским Королевством.

Может быть, они общались с помощью магических средств? Или же они собирались посетить Королевство, даже если посланник не вернется?

Кроме того, они не послали представителя до того, как отправились в путь, а отправились так поздно. — Но зачем?

{С учетом сказанного — не похоже, что они здесь для того, чтобы объявить войну.}

Если бы они были здесь, чтобы объявить войну, они бы не посылали своего второго по силе чиновника на территории, где они не были уверены в том, что может произойти.

Как посланник чужой страны, Королевство не посмеет причинить ей вред — хотя у нее, возможно, и есть такая наивная идея. Однако, с точки зрения Занака, она была не из тех людей, которые бродят по территории, которая, как она знала, была бы опасна для нее.

— Предоставьте ей аудиенцию. Немедленно подготовьте тронный зал к соответствующему приему.

— Да, Ваше Величество!

Услышав приказ отца, рыцарь вышел из комнаты.

Обычно, даже если иностранный чиновник должен был приехать в столицу, это не означало, что они получат аудиенцию у короля в один и тот же день. Но, учитывая их нынешнее положение, они не могли просто сказать премьер-министру Колдовского Королевства такие вещи, как “вы получите аудиенцию через несколько дней.”

— Прошу прощения, но не могли бы вы все переодеться в более официальную одежду и собраться в тронном зале?

Услышав просьбу своего короля, придворные, включая Занака, опустили головы.

Тронный зал, используемый для аудиенций с посланниками (там было несколько тронных залов, каждый для разных целей), был не слишком велик, но подготовить его так, чтобы он был достаточно хорош для сановников, все еще требовало значительное время. Однако, поскольку проводник, которого они послали, был довольно медленным — это не было преднамеренным шагом с их стороны, чтобы выиграть больше времени — у них было достаточно времени, чтобы подготовить зал и собрать придворных, которые теперь были одеты в церемониальные одежды, прежде чем прибыла премьер-министр Колдовского Королевства Альбедо.

Запах свежесрезанных цветов начал проникать в комнату.

Для Занака все это просто пахло травой, но Реннер, вероятно, сказала бы так: “У братика, вероятно, просто заложен нос”. — или что-то похожее.

Он чувствовал, что настоящие цветы не нужны, потому что все они пахнут какими-то духами, но он понимал, что есть определенная красота в цветущих бутонах. Но если это так, то почему бы им просто не использовать искусственные цветы? Ну, поскольку прецедентов для этого не было, использование искусственных цветов могло создать у посланников неверное впечатление, что им там не рады, и это было бы неприятно.

Каждая раса имела схожие правила этикета, но одно и то же действие могло быть по-разному истолковано разными расами. Так как же Союз Агранд, который был домом для различных нечеловеческих рас, решил этот вопрос?

Причина, по которой эта мысль пришла ему в голову из ниоткуда, заключалась в рогах и крыльях премьер-министра Колдовского Королевства Альбедо, которая только что вошла.

Как премьер-министр Колдовского Королевства, эта соблазнительная красавица обладала темным очарованием, которое не изменилось с тех пор, как он видел ее в последний раз. Ее красота была такова, что они почти забыли, что она была высокопоставленным чиновником презренного Колдовского Королевства. Он не был уверен обручена ли она, но она была достаточно очаровательна, чтобы страны начали войну из-за нее.

Это была премьер-министр Колдовского Королевства Альбедо.

По всей комнате раздавались голоса мужчин, которые сразу же стали жертвами любви, можно было услышать по всей комнате, звук, который они издали, когда вздохнули, «оооо». В глазах аристократов, издавших этот звук читалось восхищение.

Красавица, которая была способна мгновенно пленить их умы, постепенно показала улыбку, похожую на улыбку любящей матери.

Хотя сестра Занака тоже считалась красавицей, он считал, что красота Альбедо может затмить даже его сестру.

Единственной странностью в ней было ее платье.

Если бы они были на балу, ничто не было бы более подходящим, чем это светло-персиковое платье, но учитывая их нынешнее положение, это было совсем неуместно.

Она не могла надеть его по ошибке. Должно быть, это было сделано специально. В чем же скрытый смысл всего этого?

Занак не имел ни малейшего представления о том, что означают различные типы платьев, которые носят женщины. Возможно, его сестра что-то в этом понимает, но она была не совсем нормальной по сравнению с другими женщинами аристократии. С учетом сказанного, ее решение не тратить слишком много на себя из-за незаинтересованности в том, чтобы привести себя в порядок, заслужило уважение Занака.

Занак украдкой взглянул на сестру.

Она была одета не в свое обычное платье, а в то, которое надевала для церемоний. Она ведь не могла быть одета так же, как в прошлый раз, когда они приветствовали Альбедо, верно?

Хотя он хотел сказать Реннер, чтобы она не надевала этот наряд, так как люди будут смотреть на нее свысока, ее платье не было слишком необычным по сравнению с тем, что носила Альбедо.

Некоторые придворные также заметили, что Реннер была одета в то же самое платье, что и в прошлый раз, и на ее лице появилось озабоченное выражение, но это выражение появилось лишь на мгновение, прежде чем исчезнуть.

— Давно не виделись, госпожа Альбедо.

Услышав голос Ланпосы, дворяне, очарованные красотой Альбедо, наконец-то вернулись к реальности.

— Вовсе нет, это моя вина, что я так долго не навещала Ваше Величество.

Альбедо ответила удивительно умоляющим голосом, который соответствовал ее внешности. Ее спина оставалась прямой, а вертикальное положение головы — неизменным, как и в прошлый раз. Это было прямой противоположностью ее мягкому поведению, оно ясно давало понять, что люди были слишком незначительны для нее, чтобы склоняться перед ними.

— Вы, кажется, не очень изменились, и это большое облегчение.

— Вы тоже, Ваше Величество.

По тому, как эти двое улыбались и смотрели друг на друга, можно было подумать, что это просто дружеская встреча, и ничего больше.

— Вы, кажется, заняты, так что я буду откровенен: зачем вы пришли сюда сегодня?

— Действительно. Я здесь по поводу недавнего происшествия — одним из ваших людей был ограблен караван моей страны, который должен был доставить гуманитарную помощь Святому Королевству.

Хотя это не было поводом для смеха, улыбка Альбедо по-прежнему оставалась неизменной.

Напротив, король встал со своего трона, чтобы сказать:

— Я понял, вы здесь именно для этого. Тогда позвольте мне, во-первых, извиниться за действия моего гражданина.

Его отец опустил голову и низко поклонился. Король Королевства принимал слова другой стороны за чистую монету. В дипломатии это было то, чего не следовало делать ни по какой причине. В мире дипломатии, где даже самые проницательные люди не были защищены от обмана, подтвердить недостатки своей страны было большой ошибкой.

Не говоря уже о том, что главе государства было бы неразумно прямо извиняться за что-то, потому что это было бы сродни признанию вины всей страны.

Сделать это означало бы проклинать свою страну на все прихоти и фантазии колдовского Королевства. Нет—

{Учитывая, что мы пытаемся избежать тотальной войны, это, возможно, не самая плохая идея. Но теперь если Колдовское Королевство потребует голову этого аристократа, разве они не будут обязаны это сделать?}

Он и представить себе не мог, что все так обернется, учитывая то, что сказал ему отец раньше. Если он намеревался отказаться от требований Колдовского Королевства в этот момент, то извиняться должен был кто-то вроде Занака, а не он. В конце концов, разница в весе слов главы государства и его сына была очень велика.

Но как только ход мыслей Занака достиг этой точки, последующие слова отца поставили его в тупик.

— А теперь…моя собственная голова позволит получить Королевству прощение от Колдовского Королевства?

В тот момент, когда эти слова слетели с губ его отца, ему показалось, что вся комната замерзла.

После того, как его шок прошел, Занак не мог не чувствовать стыда за себя от всего сердца.

Несомненно, это был главный козырь его отца.

Хотя масштаб инцидента повлиял бы на ответную реакцию, если бы дар раскаяния принадлежал главе государства, то другая сторона должна была бы принять его независимо от того, кто они такие, верно? Нет, если бы они стали обращаться с дальнейшими просьбами сверх того, что было предложено, их отсутствие великодушия, несомненно, вызвало бы осуждение со стороны всех.

Его отец не считал себя несчастным из-за того, что ему пришлось пожертвовать своей жизнью не потому, что он хотел умереть, а потому, что пожертвовать собой ради собственного Королевства — это для короля значит стоять на своем.

Его отец был настоящим королем.

Хотя было фактом, что слабость его отца заключалась в том, как он справлялся с делами, похоже, Занак долгое время недооценивал своего отца.

— Конечно, Королевство возьмет на себя ответственность за потерю зерна Колдовского Королевства, мы даже можем возместить вдвое больше зерна, если вы этого пожелаете. Это в дополнение к моей голове. Каково Ваше мнение об этом предложении? Госпожа Альбедо.

— Хммм…

Выражение лица Альбедо стало тяжелым. Хотя она все еще была улыбчивой красавицей, это было странно пугающе.

-…Хе-хе, похоже, ты немного ошибся в своих прогнозах, Ланпоса третий?

Альбедо перевела взгляд, очевидно, на его сестру.

— Это потому, что ты потерял того воина? Или это из-за чего-то другого? Может быть, ты узнал о великолепии … — Альбедо посмотрела на Занака, —своего ребенка и поэтому решил передумать?

— Я не верю, что мое сердце изменилось…

— О, но ты все же это сделал. Если бы это был ты из прошлого, ты бы не принял такого решения…возможно, это было сочетанием множества факторов, которые повлияли на тебя, но твоя основа как личности не сильно изменилась? Впрочем, это не имеет значения. Во всяком случае, мы не будем менять свою политику в этом вопросе.

Из-за того, как внезапно и необычно произошло изменение ауры Альбедо, сначала никто этого не заметил. Она совершенно забыла об этикете, который полагается соблюдать посланнику во время аудиенции у главы государства. Даже если она была иностранкой, такое поведение было неприемлемо по отношению к королю, который активно руководил своей страной. Удивительно, но это ее отношение казалось Занаку более естественным, возможно потому, что разница в силе между королем Королевства и премьер-министром Колдовского Королевства была непреодолима с самого начала.

Человек и дьявол.

С этой точки зрения ее поведение казалось самым естественным.

Возможно, именно поэтому. От Альбедо исходило невидимое давление, которое не давало никому высказать свое недовольство.

Это было лишь временно, так как дьявол быстро надел на нее овечью шкуру, посланника Колдовского Королевства.

Альбедо обвела взглядом придворных, стоявших по разные стороны прохода, и громко провозгласила:,

— Это официальное объявление войны со стороны Колдовского Королевства. Мы развернем наши войска через месяц с этого дня в полдень! Однако, если вы отправите войска к Э-Рантэлу, чтобы пересечь границы Колдовского Королевства, мы перестанем следовать этой временной линии.

— Пожалуйста, подождите!

— Я больше не намерена здесь задерживаться. Ладно, с этим моя работа здесь закончена. Последнее, что я должна была передать от Его Величества, было:—

— Ты ведь с самого начала планировала, что все обернется именно так, не так ли?!, — сказал разъяренный придворный.

Альбедо, прищурившись, посмотрела на него. Сообщение, переданное через эти глаза, было, вероятно, угрозой.

— Ты смеешь прерывать послание Его Величества Короля Заклинателя. Неужели тебе не терпится дождаться смерти через месяц?

Краски мгновенно исчезли с лица придворного, хотя Альбедо не слишком повысила голос и не сделала ничего необычного. И все же выражение лица придворного, которому раньше какой-то феодал угрожал солдатами, резко изменилось под пристальным взглядом красавицы.

-…Хм. А теперь позвольте мне передать послание Его Величества Короля Заклинателя. ‘Я не собираюсь использовать великую магию, как в прошлый раз, так что давайте насладимся процессом. Это все’. — Сказав это, Альбедо впервые за все время смутилась: Даже если вы скажете, что это был план, который мы спланировали, чтобы быть полностью правыми, то то, что произошло, было полностью вне наших ожиданий. Мы также хотели выяснить, как все обернулось таким образом.

Судя по выражению ее лица и голосу, Альбедо говорила правду, и никто бы не поверил, что она лжет. Конечно, вероятность того, что все это было притворством, также была невероятно высока.

— Если вы хотите рассматривать этот инцидент как план нашей нации, то я не возражаю. История пишется победителями. Все ваши ложные обвинения скоро будут стерты.

Занак понимал, какую позицию заняло Колдовское Королевство в связи с этим инцидентом.

Мысль о том, что они могут избежать войны, была тщетной.

Колдовское Королевство стремилось не к расширению своих территорий путем завоевания, а к полному уничтожению Королевства. Можно было с уверенностью сказать, что война неизбежна. Через месяц нежить Колдовского Королевства наверняка двинется к границам Королевства.

— Нет никакой необходимости сопровождать меня, я не хочу больше отнимать у вас драгоценное, ограниченное время.

После того как Альбедо продемонстрировала свое отношение, которое говорило им, что она сказала все, что хотела, она повернулась спиной к остальным и вышла за дверь.

Было ли действительно выгодно для Королевства отпустить ее, не наложив на нее руки вообще?

Если они убьют эту женщину, занимавшую пост премьер-министра, то это временно повергнет политику Колдовского Королевства в хаос и сделает их неспособными начать войну?

Однако один взгляд на ее величественную спину заставил его заколебаться.

Пока Занак обдумывал все возможные варианты, никто не осмелился помешать Альбедо выйти из комнаты.

Гигантские двери закрылись как раз в тот момент, когда силуэт Альбедо исчез за дверным косяком.

Занак сказал своему отцу: “Что же нам теперь делать? Если мы ее догоним…”

— Не делай ничего подобного. Если бы мы сделали что-то вроде убийства посланника другой нации, то вина за всю эту ситуацию легла бы на наши плечи. Тогда никакие другие народы никогда не придут нам на помощь.

Отец ответил слабым голосом и приложил руку ко лбу, как будто у него болела голова. Занак чувствовал себя так, словно его отец только что быстро постарел по сравнению с тем, что было всего несколько мгновений назад.

— Ваше Величество. Ваш слуга желает распространить весть о том, что вы принесли свою голову в дар покаяния за свой народ.

-…Да, я оставляю это на ваше усмотрение, министр иностранных дел. Если вы сделаете, это…в худшем случае…

— Пожалуйста, не говорите о самом худшем варианте развития событий. Разве мы не будем в порядке, пока нам удастся победить армию Короля Заклинателя?

— Да, конечно. Вы совершенно правы.

Слова министра иностранных дел немного оживили лицо отца, но его улыбка все еще была полна горя.

— Занак, Реннер. Мне нужно вам кое-что сказать. Не могли бы вы зайти ко мне попозже? А теперь я приношу свои извинения всем собравшимся здесь, но нам придется собраться еще через час, чтобы обсудить то, что произойдет через месяц.

Все придворные опустили головы и поклонились.

После того как начальник стражи выпроводил отца из комнаты, Занак и Реннер ушли вместе.

Хотя Клаим и Брэйн ждали снаружи в качестве охранников Реннер, Реннер сказала им подождать в ее комнате, поэтому они просто смотрели, как Занак и Реннер уходят.

Они шли плечом к плечу по коридорам.

— Итак, сестра. Ты знаешь, зачем отец вызвал нас?

— Да, я думаю, что это по той же самой причине, что и та, которую сейчас имеет в виду братик.

— Неужели это так? Отец собирается показать нам восхитительные десерты, которые принесла госпожа альбедо?

— Да! Как и ожидалось от братика, я тоже так считаю!

Занак на секунду уставился на Реннер широко открытыми глазами, на что Реннер ответила улыбкой, как будто ничего не произошло. С этой женщиной так тяжело иметь дело.

— И что же ты собираешься делать?

— Хм—

Реннер приложила указательный палец к подбородку и склонила голову набок. Занак увидел, что она делает, и намеренно тяжело вздохнул.

— А что ты получаешь от того, что ведешь себя мило перед собственным братом? Иди занимайся этим с Клаймом, он из доверчивых.

— Братик, это было очень грубо с твоей стороны. Я попробую сделать это с Клаимом следующим — хотя я и не планировала этого делать. Разве братик не тот, кого следует спросить о том, что он собирается делать?”

— Я хочу сбежать отсюда. Но это невозможно. Колдовское Королевство наверняка выследит нас.

— Я думала о том же самом, понимаешь?

Для женщины, которая хотела выйти замуж за человека, чей социальный статус был далек от ее собственного, и намеренно вступила в союз с Занаком, этот ответ был слишком прямолинеен. Занак думал, что Реннер будет из тех, кто больше ценит выживание, и планировал покинуть дворец к завтрашнему дню или что-то в этом роде. Возможно, она тоже понимала, что им не удастся вырваться из цепких объятий Колдовского Королевства, и поэтому подавила свое желание сделать это.

Занак украдкой взглянул на Реннер, но не мог понять ее чувства по этому поводу только по выражению ее лица.

После того как они оба вошли в комнату, первые слова из уст отца были именно такими, как он и ожидал.

— Занак, Реннер. Немедленно покиньте это место. Вы всего лишь принц и принцесса этой страны, и нет никакой необходимости умирать вместе с ней.

Они оба посмотрели друг на друга и ответили в унисон—

Они и не собирались этого делать.

Выражение лица их отца было горько-сладким.

— Неужели это так?..но время еще есть. Если вы двое передумаете, скажите мне немедленно.

Хотя он и не верил, что его намерения изменятся, разум человека был более всего подвержен колебаниям.

Занак мягко кивнул головой в сторону отца.

Реннер, стоявший рядом с ним, сделал то же самое.

Дети, увидев, что Брэйн вернулся, бросились к нему.

— Одзи-сан, ты вернулся!”

— Одзи-сан, Одзи-сан!”

(Примечание: неофициальная форма Одзи-сан, странная середина между ‘стариком», «сэром», «дядей» и т. д. так что прямого аналога нет)

Десятеро детей окружили Брэйна, девять мальчиков и одна девочка. Все они были сиротами. Брэйн забрал тех, кто, как он полагал, обладал каким-то потенциалом, позволил им жить с ним и обучал их искусству владения мечом.

Поскольку они росли в суровых условиях, они полностью понимали важность силы и были в состоянии идти в ногу с его суровым режимом обучения. Но они все еще были просто детьми, так что Брэйн все еще не был уверен, смогут ли они оправдать его ожидания. Конечно, если они будут продолжать так тренироваться, то смогут, по крайней мере, достичь уровня Клаима.

От детей несло потом, но это не было проблемой для Брэйна. В конце концов, он будет таким же после тренировки, это было доказательством того, что дети усердно работали.

— Ой-ой, ребята. Вы закончили с практикой?

— Перерыв—

— Я так много тренировалась—

— Моя рука—

Поскольку все они отвечали одновременно, было трудно полностью понять, что они пытались сказать, но они уже закончили свою практику, и он многое понял.

-А теперь идите и отдохните. Помните, я говорил вам, ребята, что перерывы — это тоже часть тренировки, верно?

Дети дружно согласились, издавая какофонию звуков.

— Я попрактикуюсь с вами, ребята, через некоторое время, только не говорите мне, что вы слишком устали к этому времени, чтобы тренироваться, понимаете?

Дети в очередной раз согласились с ним издавая эту какофонию звуков.

— Вот и хорошо! Не забудьте также попить воды. Кроме того, не забудьте про соль только потому, что вы так сильно вспотели!

Некоторые дети говорили «Мы уже поняли» или «Одзи-сан такой ворчливый», но большинство из них отвечали, что понимают.

— Хорошо, а теперь идите. А, ну да. Прежде чем вы уйдете, скажите, где те двое?

Самый старший из них, их старшина, сказал ему: «на заднем дворе.”

Брэйн ответил “О», попрощался с детьми и пошел на задний двор.

Дети вернулись в дом, чтобы пообедать едой и напитками, которые они получили от пожилой пары, ожидавшей их, и, вероятно, вздремнуть после этого.

Хорошие физические упражнения, хорошая диета и хороший сон. Именно так строились превосходные мускулы.

Брэйн удовлетворенно кивнул головой.

— Ты заставил меня ждать так долго.

— Крикнул женский голос, когда Брэйн вошел на задний двор.

— Ах, мне очень жаль. Мне нужно было заранее подготовиться, чтобы сопровождать Ее Высочество принцессу на ее встречу со знатью, купцами и так далее, поэтому я немного опоздал.

Там были мужчина и женщина, которые обучали детей еще до его приезда.

Женщина, говорившая с Брэйном, собрала свои волосы в пучок — очевидно, такую прическу на юге называли «Магай».

Ее внешность, считалась красивой, создавала впечатление, что она холодна и проницательна. Она была не слишком высокой, возможно, чуть ниже большинства женщин ее возраста.

Другой человек там, мужчина, хранил молчание.

Хотя у него было безразличное отношение, которое могло заставить думать, что он несчастлив, это было не так. Он поднял руку, как бы приветствуя Брэйна.

Он просто не был склонен к самовыражению. Брэйн действительно слышал, как он говорил несколько раз в прошлом, но его голос был тихим, как у муравья.

Мужчина тоже был не слишком высок. У него были короткие ноги, но в остальном он был физически здоров, но если бы распространился слух, что он имеет дворфское происхождение, у него не было бы много доказательств против этого.

Оба они числились в шести великих учениках фехтовальщика, известного как Вестюре Крофф ди Леоган.

Брэйн имел свои замечания по поводу того, как они обучали, по его мнению, его практическая подготовка по фехтованию была более полезной, чем их перформативная практика по фехтованию.

По сравнению с несколькими сотнями взмахов руками, тренировка с настоящим мечом — даже если это был фальшивый меч — была намного эффективнее. Брэйн считал, что его метод позволит человеку приобрести больше мышечной памяти, чем просто тренировать свое тело.

Тем не менее, это был хороший способ позволить им сначала изучить технику и построить достаточно прочный фундамент, чтобы они с меньшей вероятностью погибли в реальном бою.

Трудно было с уверенностью сказать, кто из них прав, а кто нет.

Хотя все они обрели силу, у них был совершенно другой образ жизни.

Для Брэйна будет очень неприятно, если дети погибнут в бою, даже не успев полностью реализовать свои таланты. Вот почему он предпочел, чтобы дети тренировались вместе с ними, чтобы передавать им свой собственный опыт; в результате режим обучения детей стал более жестким.

— Их размещение было окончательно оформлено?

— Да, они были окончательно доработаны. Они планировали отправиться на северо-запад с группой торговцев, действующих в городе, близком к Союзу Агранд.

Женщина слегка нахмурилась.

— Прошло уже две недели с тех пор, как Колдовское Королевство объявило нам войну, но не было никаких известий о мобилизации армий обеих стран. Согласно некоторым слухам, которые я слышал, Колдовское Королевство хочет только заставить Королевство отступить в некоторых переговорах и на самом деле не хочет вести полномасштабную войну? Если это правда, то не окажутся ли усилия Мистера Унглауса напрасными?

— Неужели этот Король Заклинатель действительно способен на такое?

Если бы Брэйн не встретился с Королем Заклинателем лично, он бы тоже решил, что это всего лишь тактика переговоров. Но как свидетелю той трагической битвы ему было трудно не усомниться в том, что Король Заклинатель что-то замышляет. Возможно, он снова готовился произнести то заклинание.

Неужели тревога Брэйна перекинулась и на нее? Женщина заговорила приглушенным голосом,

— …Мистер Унглаус встречался с этим Королем Заклинателем?

— Я не только встречался с ним, но и был свидетелем его дуэли с Газефом…хммм, я до сих пор не знаю, что случилось с Газефом до этого дня.

Ее взгляд переместился на талию Брэйна.

Рядом с ним в ножнах лежало одно из сокровищ Королевства — Бритвенный клинок.

Это было то, что ему было даровано, когда была объявлена война, хотя он неоднократно отказывался от нее. Для Брэйна этот меч был слишком тяжелым бременем, поэтому он относился к нему как к чему-то, что было доверено ему только для сохранности. Он не собирался вынимать меч из ножен.

Хотя этот меч был похож на горячую картофелину, которую он предпочел бы передать кому-то другому, если этот человек не мог сравниться со способностями Газефа Стронофа, он не собирался так легко отдавать его.

— Дуэль с мистером Стронофом? Я…

Она остановила себя прежде, чем смогла закончить эту фразу.

Возможно, она хотела сказать что-то вроде: «я тоже хотела бы присутствовать там».- Брэйн не придавал этому особого значения, ведь она тоже была воином. Желание быть свидетелем дуэли Газефа было для них вполне естественным.

Нет, более уместно было бы сказать, что он хотел, чтобы она тоже была свидетелем этого. Он только что сказал, что до сих пор не может понять, что произошло во время той дуэли, так что если кто-то другой сможет объяснить ему это, то это будет отлично.

— Я думаю, что Король Заклинатель что-то замышляет, но я не уверен, что именно он замышляет, у меня нет оснований для такой мысли в конце концов. Мои инстинкты сейчас бьют тревогу, и я склонен доверять своим инстинктам без всяких вопросов.

— Если это воинственные инстинкты кого-то вроде Мистера Унглауса, то это вполне может быть правдой…

— Я не слишком уверен в деталях…в любом случае, мы должны как можно скорее вытащить этих сопляков отсюда. Даже если я умру, Они все равно смогут зарабатывать себе на жизнь искусством фехтования, которому я их научил — даже если это не так уж важно.

— …на самом деле наш сэнсэй сказал нам то же самое, что и Мистер Унглаус, — что Уолдовское Королевство что-то замышляет в темноте. Поэтому, когда детей отошлют, —женщина посмотрела на молчаливого мужчину рядом с ней, —не могли бы вы попросить его пойти с ними?

— Да ладно? Неужели он это сделает?

Он взглянул на человека, который молча кивнул ему. Он казался раздраженным, но, вероятно, это было не так.

Не будет ошибкой сказать, что этот человек был терпелив с детьми.

Хотя все шесть великих учеников были здесь в какой-то момент, один из них нравился детям больше всех -тэто он.

— Да, сэнсэй, похоже, уже обдумал этот вопрос. Пока он жив, наше искусство владения мечом может передаваться из поколения в поколение.

Другими словами, у них была та же мысль, что и у Брэйна.

Если это так, то у него нет причин отклонять их просьбу.

— Я не возражаю, лишь бы твой конец меня устраивал. Сказав это, я благодарен вам всем. Я пойду поговорю с торговцами, которые их заберут

Брэйн услышал, как мужчина сказал что-то своим тоненьким голоском, вероятно, что-то вроде: “Пожалуйста, позаботьтесь о нем как следует” или что-то в этом роде.

Брэйн в ответ поднял руку, на что мужчина ответил ему тем же глубоким кивком головы.

— Ну а теперь, когда эти отродья отдохнут, настанет моя очередь обучать их. Извините, что побеспокоил вас обоих, чтобы обучить их, пока меня не было.

Благодарность была единственной вещью, которая текла из его рта. Несмотря на то, что он платил им не так уж много, они все равно находили время, чтобы учить детей.

Их сэнсэйские одежды, вероятно, подразумевали тот факт, что Брэйн был одним из тех, кто обладал выдающимся мастерством фехтования, и поэтому хотел познакомить его с Шестью Великими Учениками, возможно, сделав Брэйна своим должником, так что благодарность Брэйна не была такой уж и великой. С другой стороны, Шестеро Великих Учеников отличались друг от друга, возможно, они были заинтересованы в том, чтобы иметь возможность обучать детей, чтобы кто-то, кто мог бы бить их умело, умно, по их мнению, имел потенциал, или, возможно, они просто были заинтересованы в передаче детям навыков, которые они могли бы использовать, чтобы выжить? Во всяком случае, они с самого начала были мотивированы помогать детям без каких-либо скрытых мотивов.

Поскольку он был личным телохранителем принцессы, ему пришлось вступить в контакт с этими надоедливыми дворянами. Вот почему такие прямолинейные люди, как Шестеро Великих Учеников, сияли в его глазах еще ярче.

-…Должен признаться, я был весьма впечатлен тем, насколько великодушен мистер Унглаус на самом деле. Усыновить этих детей и научить их навыкам, чтобы они могли выжить…

Лицо Брэйна потемнело.

Он не делал никакой благотворительности, которая была бы достойна такой похвалы.

— Перестань мне льстить. Я не такой уж хороший парень. Хотя это правда, что я забрал этих детей из трущоб, это было сделано с определенной целью. Некоторые из них были на грани смерти, но я все равно прошел мимо них, даже не пошевелив пальцем, чтобы помочь. Если вы хотите похвалить кого — за его милосердие, сделайте это с тем, кто действительно этого заслуживает — например, с принцессой.

Он видел, что у женщины было озадаченное выражение лица, но не был уверен, чем оно вызвано.

— Вы говорите о принцессе Реннер-саме? О том, как она финансировала свой сиротский приют? Это правда, что принцесса совершила нечто экстраординарное, но я верю, что мистер Брэйн также совершил то, что не смог бы сделать ни один другой человек. Разве вы оба не одинаково достойны похвалы?”

— Не похоже, что я смогу достучаться до тебя. Думай, что хочешь, но не делай этого при мне. У меня бы сердце болело только от чувства вины.

— Тогда я приношу свои извинения.

-… Нет, не задумывайся об этом, это была шутка. Я не настолько невинна, чтобы чувствовать вину из-за такой мелочи.

Брэйн отвел взгляд от потрясенного выражения ее лица и посмотрел в сторону резиденции Газефа Стронофа, теперь уже Брэйна.

Его мысли были заняты детьми, которые только что поели и, вероятно, сейчас спят.

В комнате на девятом этаже Назарика, примерно через месяц после объявления войны.

В одной из комнат, отведенных для новых потенциальных членов гильдии, находились Аинз и Стражи Этажей. Они сидели вокруг стола в форме буквы » С » и читали документы, подготовленные для этой встречи.

Кстати, там были не только Стражи Этажей, за каждым из них стояло равное количество обычных служанок, а за спиной Аинза стояла Пестония. Они были там, чтобы время от времени заботиться о случайно возникающей работе, и поэтому молча стояли позади всех.

Аинз никак не мог взять в толк, почему они молчат, очевидно, это должно было символизировать, что они были инструментами, готовыми к использованию. По этой причине Аинз не обращал на них никакого внимания, чтобы удовлетворить их желания.

“Угу…”

Аинз всерьез читал документы, но чувствовал, что присутствие Пестонии у него за спиной лишает его сосредоточенности. И все же он старался как можно лучше сосредоточиться на этой задаче.

Поскольку позже им предстояло обменяться мнениями по этому вопросу, вполне естественно, что у Аинза возникли тревожные мысли, такие как: {как неловко будет, если я скажу что-нибудь глупое}

В любом случае, они отличалось от документов, которые Альбедо обычно присылала из Назарика по таким темам, как политика, экономика и юриспруденция; это было то, что мог понять даже такой человек, как Аинз.

Даже при самом большом количестве доброты, интеллект Аинза можно было оценить только как средний в лучшем случае. Просить кого-то найти в нем качества, которые позволили бы ему править страной, значило бы навязывать ему невозможное. Это вовсе не означало, что он был ленив, на самом деле он был прилежным человеком, который старался изо всех сил делать все, что на него сбрасывали. Это еще больше усугублялось недопониманием, со стороны НПС Назарика, чей интеллект был несравненно выше, чем у него. Чтобы оправдать их ожидания, Аинз не мог позволить себе лениться.

Сначала он делал это из желания сохранить верность НПС, но теперь это было больше из его желания как отца не разочаровывать своих детей.

Дело дошло до того, что он стал читать книги о саморазвитии и бизнесе. Кроме того, он изо всех сил старался совершенствоваться в тактике боя — единственном предмете, в котором мог претендовать на опыт.

Хотя было безопасно оставить все на усмотрение Альбедо и остальных, оставалось еще много вещей, которые они сочли необходимым обсудить с Аинзом. Если он скажет какую-нибудь глупость, когда придет время, и они ответят: “как пожелает Аинз-сама, так и будет”, и предпримут немедленные действия, это может привести к серьезному сопутствующему ущербу. Чтобы избежать такого исхода, личностный рост Аинза был просто необходим.

Из-за этого Аинз проявил особый интерес к этому документу и был даже более сосредоточен на нем, чем обычно.

Аинз, закончив большую часть и подтвердив, что назначенное время пришло, сказал:

— И так. Все уже закончили читать?

— Да, Аинз-сама.

Как их смотритель, Альбедо окинула всех взглядом и ответила:

— Отлично. А теперь — нам нужно повыжидать. Хотя прошел уже месяц с тех пор, как мы объявили войну Королевству, наше вторжение еще не началось. Они по-прежнему должны думать, что наши силы до сих пор отсиживаются в Э-Рантэле.

— Хорошая работа, Демиург. Твоя способность ловко управлять всем так, чтобы ни одна часть информации не просочилась, действительно впечатляющая.

— Я очень благодарен моему господину за комплименты.

— С другой стороны, Альбедо, то, что ты пригрозила бунтом какой-то части королевской знати, тоже является великолепным достижением.

— Большое вам спасибо, Аинз-сама.

Альбедо, как и демиург, опустила голову.

— Угу. Этот вопрос имеет гораздо большее значение, поэтому подробно доложите мне о проделанной работе.

Аинз постучал по одной из страниц документа тыльной стороной пальца и подтвердил, что они оба поняли, что он имел в виду. Он кивнул в манере, которая соответствовала его статусу повелителя, и оглядел стоящих перед ним стражей. Хотя служанки, находившиеся в пределах его видимости, смотрели на него серьезными глазами, он подавил желание обратить на них внимание.

— Ну что ж, тогда давайте обменяемся мнениями по этому вопросу. Прежде всего, меня очень радует тот факт, что мы смогли завоевать города даже тогда, когда применялась эта тактика. Коцит, ты хорошо поработал.

— Я. Благодарен. За. Похвалу. Моего. Повелителя. Но. Это. Было. Возможно. Только. Благодаря. Армии. Нежити. Аинза. Самы. Которую. Вы. Одолжили. Мне.

То. Есть. Можно. Сказать. Что. Это. Достижение Принадлежит. Айнзу. Саме.

Не. Было. Бы. Неправильно. Сказать. Что. Я. Ничего. Не. Сделал.

Все именно так, как сказал Коцит—

Аинз протянул руку, чтобы прервать Альбедо, прежде чем она успела закончить фразу.

— … нет никакой необходимости льстить мне. Коцит, просто искренне прими мою благодарность. Я уже говорил вам, что на этот раз ты проделал большую работу.

— Да! Благодарю. Вас!

— Отлично. Теперь мы в состоянии подчинить себе города Королевства без всяких проблем.

В самом начале войны между Колдовским Королевством Аинз Оал Гоуна и этим Королевством они приняли тактику сначала атаковать восточную часть, а затем двинуться на север. Западная часть королевства — там, где находится столица, — вообще не затрагивалась.

Главная цель этой тактики состояла в том, чтобы не допустить вмешательства в войну подкреплений из других стран и окружить Королевство, установив контроль над границей с Союзом Агранд и другими государствами.

Это была стратегия Коцита, шаг, который сам Аинз тоже считал исключительным.

— Я нахожу этот результат более чем удовлетворительным — так вот, Демиург и Альбедо, что касается блокировки информации, то в отчете говорится, что весьма вероятно, что этот план удастся. Мой вопрос заключается в том, при каких условиях он потерпит неудачу? Демиург, ответь мне как их представитель.

— Да! Мы установили полное наблюдение на каждой улице, мы также послали теневых демонов, чтобы разведать соседние города. Но если есть отшельники или друиды, люди, живущие вне цивилизации, мы не сможем за ними присматривать. Если информация и просочится, то только от них.

— Тогда обсуди этот вопрос с Альбедо, укрепляй сеть наблюдения до тех пор, пока те, кого вы упомянули, также не будут под присмотром.

— Да!

— А теперь, следующий … — Аинз переключил свое внимание на другие документы и продолжил листать, — уму…несколько городов уже пало, да?

На этих страницах содержались исчерпывающие сведения о том, кто какую стратегию использовал, чтобы полностью уничтожить тот или иной город. Самая последняя запись была о городе, который был разрушен Коцитом.

-…Бесстрашно напасть на город с небольшим отрядом, безупречно уничтожить город и перебить всех его жителей. Точно так же, как это сделал Коцит, остальные из вас также придумали различные способы завоевания города за городом и деревню за деревней. Я действительно впечатлен.

Колдовское Королевство развязало жестокую войну, в которой их политика состояла в том, чтобы полностью уничтожить все города и деревни на своем пути и убить всех их жителей. Все, что оставалось бы после неожиданных нападений армии Колдовского Королевства, — это безжизненные груды пепла и обломков.

Говоря об этом, Аинз внезапно почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд, который должен был быть прикован к нему.

Он совершал эти ужасные и безжалостные поступки не потому, что хотел этого, а потому, что за ним стояла цель. «Надеюсь, она сможет это понять», — подумал про себя Аинз.

— Большое вам спасибо, Аинз-сама. Альбедо опустила голову, побуждая остальных стражей этажа последовать ее примеру. “Чтобы оправдать ожидания Аинз-самы, начиная с этого дня, мы всецело посвятим себя улучшению ситуации.

-… А, угу. Я с благодарностью приниму решимость и преданность каждого Стража Этажа. Далее идет—

{Вот и все, верно?}

Аинз притворно кашлянул и продолжил,

-… но меня беспокоит, что ни один из вас не потерпел неудачи.

Прежде чем стражи успели отреагировать на это своим озадаченным выражением лица, Аинз добавил:

— Коцит, ты испытал вкус поражения во время битвы с людьми-ящерами. Я полагаю, что ты многому научился из этого опыта?

— Все. Так. Как. Сказал. Аинз. Сама. Имеет.

Я. Многому. Научился. Из. Тоо. Опыта.

-Именно об этом я и говорил: Ты больше учишься на своих неудачах. Нет, я бы сказал, что есть некоторые уроки, которые можно извлечь только из неудач.

Это было верно еще в Иггдрасиле, после проигрыша они могли думать только о том, как стать лучше.

Сброс заданий, различное снаряжение и новая тактика. Если бы кто-то всегда побеждал, они стали бы самодовольными, бесчувственными и беспечными. Они бы потеряли свое стремление к самосовершенствованию.

{Хотя были и исключения из этого правила, такие как Тач Ми-Сан.}

Он не так уж часто терпел поражения, но постоянно стремился стать сильнее. Человек, который искал лучшую работу, чтобы минимизировать свою производительность до уровня одержимости, должен считаться аутсайдером, когда думает о среднем игроке.

Отбросив эти исключения в сторону, Аинз верил, что существуют некоторые вещи, которые можно узнать только через поражение.

Вот почему он надеялся на некоторые неудачи в их усилиях по завоеванию городов.

Это была часть плана, где неудачи не имели бы большого значения, они могли бы повторить попытку столько раз, сколько захотят. Они должны были быть готовы к будущей битве, которая неизбежно должна была произойти, и если они проиграют, то это будет равносильно полному поражению. Они должны были потерпеть неудачу сейчас, чтобы накопить достаточно опыта, чтобы избежать неудачи, когда придет время.

Поскольку они несли огромные потери человеческих жизней, это должно было привести к тому, что Назарик получит какую-то выгоду. Правильно, потерянные жизни должны быть использованы самым выгодным образом.

Было еще кое-что — Аинз решил, что ему следует подготовиться к этому после того, как он выслушает пожелания этих двоих.

{Вперед, эта следующая вещь определит, выиграю я или проиграю.}

— Те, кто мудр — он не мог придумать, что сказать после этого, он забыл сценарий, который подготовил. — Забудьте об этом. Глупые, учатся на собственном опыте. Я не говорю, что вы все глупы, но я указываю на тот факт, что даже идиоты могли бы понять необходимость сбора опыта.

Аинз был разочарован в самом себе.

Почему он забыл, что хотел сказать в этот решающий момент? Почему он был таким бесполезным?

Почему те, кто хорошо говорил, были еще и умны? Как же им удавается безостановочно выплевывать выученные слова и фразы? Обычно, даже если кто-то забывал, что он собирался сказать, он не останавливался, не так ли?

Был только один вероятный вывод: их мозг устроен иначе.

-…Ааа… неважно, если бы мы разрушили города Королевства или вырезали его граждан, это не было бы слишком большой проблемой, учитывая мощь Великой Подземной Гробницы Назарика. Но наше внимание должно быть сосредоточено на накоплении опыта. Если бы нам пришлось столкнуться с гораздо более сложной ситуацией, то уроки, которые вы извлечете из этой войны, могли бы нам помочь.

У Аинза был опыт проведения атак на вражеские базы и осаждения городов во время прошлых войн гильдий и других подобных событий. Однако это было еще в Иггдрасиле. Знания, которые он получил от игры, должны быть должным образом реализованы в реальности.

В этом контексте опыт, накопленный ими в результате применения различных методов уничтожения различных типов городов, несомненно, будет полезен в будущем.

Великая Подземная Гробница Назарика должла был укрепиться. Вера в то, что Аинз Оал Гоун и Великая Подземная Гробница Назарика были единственной гильдией и базой гильдии в этом мире, была наивной. Аинз существует в этом мире, поэтому в этом мире должны быть и другие игроки и гильдии, возможно, они появятся в будущем.

Чтобы подготовиться к этому будущему, нам необходимо укрепить свои собственные силы.

Действительно, всем им было необходимо иметь личный опыт в этих вопросах.

Аинз продолжил свою речь, обращенную к стражам, которые внимательно слушали его,

— Говоря о нынешней ситуации, я могу сказать, что бремя ответственности становится все более тяжелым для каждого стража этажа. В то же время число таких людей, как вы, которым я мог бы доверить эту работу, очень невелико.

Стражи Этажей, исключая Виктима, все были сильными существами 100-го уровня, которые могли выполнить любой каприз Аинза. Областные Стражи были слабее Стражей Этажей, поэтому Аинз чувствовал себя неловко при мысли о том, чтобы вывести их наружу, где могли быть сильные враги. Вот почему число заданий, которые давались Стражам Этажей, постоянно увеличивалось.

— Однако, если мы оставим все как есть, многие проблемы начнут всплывать на поверхность. Когда Колдовское Королевство Аинз Оал Гоун придет, чтобы подчинить себе достаточно обширную территорию, Областные Стражи возьмут на себя ответственность за широкий спектр задач. Возможно, настанет день, когда даже управление войной придется кому-то поручить.

— То есть наш повелитель желает, чтобы у тех, кто не имеет опыта, была уникальная история, верно?

Демиург снова начал изрыгать непонятные вещи. Но то, что он сказал о формировании собственной истории, более или менее попало в цель. Это тоже звучало довольно круто.

— … Совершенно верно. Все именно так, как ты и предположил, Демиург.

Хотя он и не чувствовал, что передал все должным образом, Аинз все еще улыбался, используя свой отработанный ‘как бы звучал серьезный правитель!’ голос.

Говоря об этом, если бы он услышал себя, слушая этот голос через запись, он не смог бы выдержать то количество дрожи, которое он бы чувствовал, но сейчас он действительно не задумывался об этом. В конце концов, он чувствовал, что его эмоции быстро подавлялись бы, если бы он представлял себе голос, который он использовал.

В любом случае, идея «истории» Демиурга была хорошей.

Они получили знания о различных методах осады городов во время этого вторжения в Королевство, и они должны были записать все это в книгу или что-то в этом роде. Принимая во внимание Областных Стражей, обитатели Великой Подземной Гробницы Назарика должны были бы получить некоторые знания через этот общий опыт, не так ли?

Конечно, как говорится, «картина стоит тысячи слов», те, кто пережил реальный опыт, могли извлечь из него больше, чем те, кто только слышал об этом впоследствии. Однако он чувствовал, что у них не будет больше таких возможностей, как эта.

— Итак, Стражи Этажей, начиная с этого дня, пытаются придумать как можно больше уникальных стратегий для осады городов. Демиург и Альбедо, вы оба слишком умны для этого, так что просто слушайте и записывайте предложения других. С моей точки зрения, до сих пор Шалти была самой креативной в своих стратегиях.

— Я … Аинз-сама говорит о том, как я использовала Ледяных Драконов, чтобы сбрасывать солдат с неба …?”

— Совершенно верно. Я думаю, что именно потому, что я доверил Шалти все связанные с транспортом задачи, она смогла придумать эту идею. Имея эту тактику в качестве основы, мы могли бы организовать — как это опять называется? Десант? Уметь организовывать что-то подобное — совсем неплохо.

Она не просто использовала дыхание дракона для тактики удара и бегства, но и сбрасывала пожирателей душ с высоты 500 метров в город. Пожиратели душ исцеляли себя, а затем бесчинствовали по городу, убивая массы своей аурой.

Даже если это были пожиратели душ, падение их с высоты 500 метров неизбежно повлекло бы за собой некоторый ущерб. В этом мире ускорение, вызванное гравитацией, казалось, не зависело от сопротивления воздуха, поэтому скорость свободного падения человека могла увеличиваться бесконечно. Возможно, так оно и было, но Аинз не хотел тратить время и силы на подобные эксперименты, поэтому у него не было подробной информации.

Пожиратели душ были в состоянии активировать ауру, которая поглощала души, чтобы преобразовать их в HP, что означало, что эта стратегия включала способ свести на нет урон от падения, полученный юнитами почти сразу.

— Хотя этот план был неудачным в некоторых аспектах — но это был хороший урок, чтобы извлечь из него урок на будущее. Короче говоря, они проламливались сквозь крыши домов.

Аура рассмеялась, читая отчет, и Аинз мысленно сделал то же самое. Конечно, они не смеялись над стратегией Шалтир, это было просто то, чего они не ожидали, но было так очевидно в ретроспективе.

Из тех пожирателей душ, которые были сброшены сверху, один отскочил от нескольких остроконечных крыш, отлетел под странным углом и получил больше повреждений, чего они и ожидали. Но это было лучше по сравнению с тем, который пробил крышу, а потом попытался протаранить двери и в итоге застрял.

Из четырех упавших только один оказался обездвиженным. Размер выборки был невелик, но тем не менее частота неудач оказалась довольно высокой.

— Лучше всего провести этот эксперимент еще несколько раз, мы можем получить ценные наработки благодаря этим десантным войскам.

— Да!

— Тогда я оставлю это тебе, выбери несколько городов для экспериментов.

— Как пожелает Аинз-сама, я немедленно составлю и приведу в исполнение эти планы.

Другие детали, которые привлекли внимание Аинза, включали в себя то, как 300 старших личей былут использованы для ковровой бомбардировки города, синхронизируя свои заклинания [огненного шара], и как убийцы былуь посланы, чтобы убить главу города, после чего наступление начнется, пока город будет погружен в хаос.

Эти записи о методах, которые они использовали для уничтожения городов, были полезны не только для обучения Областных Стражей, но и для изучения того, какие стратегии враг может использовать для вторжения в Назарик.

Аинз внутренне вздохнул.

Возможно, Стражи решили, что он был слишком параноидальным.

Если бы Назарик был действительно непобедим, то не было бы никакой необходимости делать эти вещи, но это было невозможно.

Абсолютно невозможно.

-… Это для того, чтобы подготовиться к нашей неизбежной борьбе против гильдии, которая так же сильна, если не сильнее нас.

После того, как Аинз закончил говорить, стражи ответили в унисон, что они будут повиноваться.

— А теперь — самое время начать нашу следующую осаду.

Аинз взглянул на Альбедо — поскольку у Аинза не было глазных яблок, большинство людей не могли заметить, что он смотрит на них. Большую часть времени ему приходилось поворачивать голову, чтобы посмотреть им в лицо, но Альбедо была достаточно проницательна, чтобы заметить это и без него — Альбедо кивнула так, словно передавала сообщение: “все именно так, как сказал Аинз-сама.

— Говоря. Об. Этом, Аинз. Сама.

То. Количество. Войск. Которое. Мы. Развернули. Для. Этой. Войны. Кажется. Довольно. Скудным, Какова. Причина. Этого?

Аинз тут же замер.

Он не мог придумать ответа на такой логичный вопрос. Честно говоря, он думал, что сможет держать сцену гораздо лучше, чем сейчас. Демиург и Альбедо не задавали никаких вопросов, он надеялся, что Коцит и остальные сделают то же самое—

{—так вот почему. Поскольку Коцит потерпел поражение в битве с людьми-ящерами, я велел ему тогда думать самому.}

Как ни посмотри на это, источником его страданий всегда было то, что он говорил в прошлом. Почему? Нет, то, что он сказал тогда, было правильно. С точки зрения того, что он хотел укрепить Назарик, его заявления были прекрасны. Именно из-за того, что он сказал тогда, Коцит мог бы иметь тот же рост, что и сегодня.

Почему Аинз организовал такое количество войск, которое не могло гарантировать им победу? Объяснение было не таким уж сложным, но он не мог просто рассказать об этом стражам этажа.

Но почему это было так? Это было потому, что такое объяснение могло привести к падению Назарика.

Аинз сглотнул свою (несуществующую) слюну.

Он слишком долго молчал. Он должен был что-то сказать, что-то такое, что казалось бы имело смысл.

— Кстати говоря, то же самое было и тогда, когда мы штурмовали соседние города. Небольшой части людей было позволено сбежать, верно? В чем же была причина этого?

— Вопросы Коцита и Ауры были вполне ожидаемы, возможно, среди вас есть и другие, кто задается теми же вопросами. — Аинз обвел взглядом тех, кто стоял перед ним, и каждый страж этажа кивнул головой. “…Я понял. Ну что ж, давайте посмотрим, как развернется наша первая битва. А потом я расскажу вам, почему я принял это решение.

Аинз просто тянул время, оставляя эти назойливые проблемы для своего будущего «я».

—-

На северной границе Королевства, обращенной к Риндскому морю, находился город Э-Науру.

Это был самый большой город во владениях графа Науа, город, благословенный морем.

Несмотря на то, что это был самый большой город в пределах его владений, если бы вы направились на восток через границу этих владений, вы не оказались бы слишком далеко от города, известного своим морским портом, Ре-Уровуа. У этого города было больше суши и кораблей, пришвартованных в его портах, единственное преимущество Э-Науру перед этим городом, вероятно, заключалось в том, что у него были лучшие рыбные перевозки. Иными словами, Э-Науру не имел никаких стратегических целей вообще.

Можно с уверенностью сказать, что именно гурманы подчеркивали истинную ценность Э-Науру. Родословная графа Науа изучала морепродукты в течение многих поколений, чтобы обеспечить себе право хвастаться, что у них есть лучшие морепродукты во всем Королевстве. В результате этих исследований был получен соус, приготовленный путем смешивания соевого соуса и меда, который использовался для глазирования других ингредиентов. Жар нужно было точно контролировать во время процесса жарки, чтобы соус не подгорел. Все это вылилось в создание жареной рыбы в стиле Э-Науру, история которой была довольно широко распространена.

Атмосфера такого города оставалась неизменной, несмотря на объявление войны еще несколько дней назад. Рыбаки все еще ходили на рыбалку, и на рынках было полно людей, которые покупали свежую рыбу и моллюсков. Если не считать уменьшения числа бродячих торговцев на улицах, жизнь в городе шла своим чередом.

Было неизбежном то, что никто не предпринимал никаких особых действий.

Они получили известие о том, что Колдовское Королевство объявило войну Королевству от гонца, посланного из столицы около месяца назад, но они не верили, что Колдовское Королевство нападет на самые северные пределы Королевства. По общепринятой логике, прежде чем это произойдет, столица должна будет пасть и положить конец войне.

Рядом с ними были и другие крупные города, принадлежавшие другим владениям, не говоря уже о многочисленных деревнях в пределах их собственных владений. Колдовское Королевство должно было пройти через них, прежде чем они доберутся до этого города.

Если и когда война дойдет до них, они должны будут сначала получить просьбы о помощи от этих городов. Вот почему они не пытались укрепить оборону, самое большее, что они делали, — это готовились к отправке своих солдат.

Однако все обернулось совсем не так, как они ожидали.

Соседний Барон, несколько его подчиненных и остальная семья поспешно бежали в Э-Науру.

Объяснение барона было простым “внезапно появилась какая-то нежить и перебила всех гражданских в моих владениях”.

Нежить могла появиться естественным путем, и такая, которая мог уничтожить целые деревни, не была чем-то неслыханным.

Но для того, чтобы такая сильная нежить естественным образом появилась, требовалось время. За исключением равнин Катз, многочисленная более слабая нежить должна была бы занять место, прежде чем появился бы даже шанс для появление более сильной нежити.

Если бы его владения были хорошо управляемы, то было бы легко задушить нежить в колыбели, прежде чем она сможет даже бороться, так сказать.

Именно поэтому сильная нежить обычно не появлялась рядом с человеческой цивилизацией. Из этого правила было только два исключения.

Либо здесь был злой магический заклинатель, который мог контролировать нежить поблизости, либо эта нежить прибыла сюда из какой-то далекой страны.

Если это так, то на ум приходил только один человек.

Аинз Оал Гоун, Король Заклинатель.

Они, должно быть, также получили информацию о том, что была объявлена война. Если они будут относиться к этой нежити как к части армии Колдовского Королевства, у всего появится смысл. Кроме того, вопросы продолжали возникать один за другим.

А как насчет других соседних городов?

Насколько многочисленны силы противника? Что же это за армия нежити такая?

А что случилось со столицей?

Другие вопросы продолжали всплывать на поверхность, но им предстояло заняться более важными делами, прежде чем они смогут найти ответы на эти вопросы.

После того как они подробно выслушали рассказ барона и проанализировали имевшуюся у них информацию, они предположили, что Э-Науру находится на пути, по которому пойдет нежить, чтобы вторгнуться в Королевство.

Они немедленно послали гонцов на самых быстрых лошадях в каждую деревню и город в пределах своих владений, приказывая им эвакуироваться.

С той информацией, которой они располагали, они не могли сказать, с какой целью армия Колдовского Королевства двигалась к такому отдаленному порту. Возможно, это было потому, что Колдовское Королевство было страной, не имеющей выхода к морю, и хотело немедленно прибрать к рукам портовый город, поэтому они решили напасть на такое незащищенное место. Возможно, они надеялись использовать Э-Науру в качестве плацдарма для своих будущих военных действий.

Хотя людям все еще было опасно эвакуироваться в город, не так уж много было тех, кто мог бы убежать от постоянно наступающей армии Колдовкого Королевства и добраться до других владений.

В конце концов, подавляющее большинство людей предпочли остаться в защищенных стенах Э-Науру.

Через пять дней после того, как эвакуация граждан в пределах владений закончилась, они увидели силуэт нежити с вершин сторожевых башен Э-Науру.

Утром, через три дня после этого, на вершине сторожевой башни стоял человек.

На вид ему было за сорок, у него была загорелая кожа, и его запах был больше похож на волны, разбивающиеся о скалы, чем на запах воина. По одному только запаху можно было сказать, что он был человеком, чья жизнь зависела от моря.

Хотя макушка его головы была совершенно лысой, по бокам и на затылке все еще виднелись остатки роскоши его юности. Он старался изо всех сил расчесать их вверх, чтобы скрыть пустошь, которая находится на его макушке.

Хотя его внешность кричала о том, что он рыбак, его одежда была одеяниями первоклассного дворянина; таким образом, можно было легко различить его статус.

“Ооох — они везде —”

Его тон совершенно не соответствовал внешнему виду и вообще был недостойным, но этот человек был правителем этих земель: Граф Науа.

В поле его зрения находилась большая группа зомби, численность которых примерно в двадцать раз превышала силы обороны Э-Науру. Армия нежити остановила свой марш, чтобы дождаться отставших, но оказалось, что приток зомби в их ряды уменьшился, так что, вероятно, это уже была вся армия. Учитывая сложившуюся ситуацию, до войны оставалось совсем немного.

— Даже если так, это всего лишь Рой зомби. Это не так уж и страшно.

Той, кто утверждала это, была женщина, стоявшая рядом с графом.

Ее белоснежные волосы танцевали на ветру.

Тем не менее, ее седые волосы не были результатом возраста, она специально их так покрасила.

Ее первоначальный цвет волос был золотистым, что было обычным явлением во всем королевстве. До прошлого года она красила волосы в черный цвет.

Крашеные волосы были не для модного заявления или для развлечения, она использовала свою броскую внешность как своего рода рекламу для своей группы искателей приключений. Авантюристы вроде нее не были такой уж редкостью, были даже такие, кто красил волосы в розовый цвет, чтобы стать знаменитым.

Именно по этой причине она сменила цвет волос с черного на белый.

Из активных групп авантюристов адамантитового ранга уже были команды с ассоциациями «красного» и «синего», но недавно появилась и «черного». В кругах искателей приключений в тот момент, когда вы упоминаете черный цвет, мысли большинства людей естественным образом тяготеют к Момону из Тьмы. Тем не менее, поскольку мало кто видел истинную внешность Момона, она задумалась, окажет ли сохранение ее черных волос положительное влияние на их рекламу или нет. Она отказалась от этой идеи после того, как узнала, что у партнерши Момона были великолепные черные волосы.

Следовательно, цвет ее команды также изменился с черного на белый. Что же касается ее, Скамы Гербелот, то она была просто рада, что они не включили этот цвет в название своей команды, а только назвали себя «Четверка Оружий».

— Они явно не появились естественным путем. Многие из них выглядят как фермеры, так что они не могут быть из Колдовского Королевства. Должно быть, они уничтожили окрестные деревни и превратили их трупы в зомби. Как это отвратительно!

Скама говорила так, словно ее вот-вот стошнит.

Хотя среди них были и те, кто имел более совершенное снаряжение — кожаные доспехи, кольчуги и другие виды легких доспехов, — которые создавали впечатление, что они были солдатами, превратившимися в зомби, большинство из них носили только обычную одежду, одежду даже не отличавшуюся заметным качеством.

— А кто-нибудь вообще способен на такое?

— Возможно ли создать такое количество зомби или нет, я понятия не имею. Но, поскольку заклинания для создания нежити существуют, это должно быть возможно, верно?

— Ох, ууух

Граф Науа глубоко вздохнул.

В эти тяжелые времена в его голосе не было ни капли настойчивости. Это могло бы привести некоторых в бешенство, но выражение лица Скамы оставалось неизменным.

— Если это так, то почему бы нам не создать собственную армию нежити, чтобы сдержать их?

— Если бы здесь были десятки магов, предпочитающих некромантию и могущих использовать заклинания высшего уровня этой дисциплины, это не было бы полностью невозможным. Жаль, что в этом городе их нет.

Была причина, по которой она была так уверена в себе.

Граф Науа посылал запросы в Гильдию магов, Церковь, Гильдию искателей приключений и другие — он фактически послал призыв ко всем магическим заклинателям в городе присоединиться к ним в создании защиты, в надежде, что он сможет сформировать подразделение, полностью состоящее из магических заклинателей.

Из-за того, что Гильдия искателей приключений имела больше всего магических заклинателей, а у искателей приключений было много опыта в бою, самая высокопоставленная группа искателей приключений — Четверка Оружий Скамы — была выбрана для управления этого отряда заклинателей. По этой причине Скама имела подробные сведения о каждом магическом заклинателе в городе.

— Неужели это так? Значит … все будет хорошо, верно? Вот уже сто двадцать лет этот город ни разу не подвергался осаде с тех пор, как он был основан в качестве деревни. У нас действительно нет большого опыта в этом деле.

Это было не тем, что правитель города должен был сейчас сказать.

И все же Скама, казалось, ничуть не рассердилась на это. При этом, как обычно, в ее голосе не было слышно ни капли уважения, когда она ответила:

— Все будет хорошо? — Я так не думаю, Граф. Если мы не сможем придумать план на этот счет, все превратятся в нежить. Все стараются изо всех сил помочь нам, потому что хотят избежать такого исхода.

— Я понимаю— почему нечто подобное должно было произойти в мое время. Если бы только этого не случилось еще через 5 лет, то к тому времени мой старший сын, вероятно, стал бы моим преемником.

— Несчастный~. Хоть, вы так говорите, но мы все в одной тарелке. Почему, почему это должно было случиться, когда мы решили приехать в этот город? Если бы это случилось несколькими месяцами позже, мы бы, наверное, переехали в другой-более крупный город.

— Чт-По-погоди секунду, ладно? Давайте будем благоразумны. Пожалуйста, не покидайте этот город!

— Если бы мы действительно хотели убежать, сейчас было бы самое лучшее время! Взгляните-ка сюда.

Скама указал на две нежити, которые стояли во главе армии зомби.

Их было довольно легко заметить, учитывая, что они были примерно на две головы выше окружающих их зомби. В сочетании с подавляющим, поднимающим волосы давлением, которое они испускали, что подчеркивало их присутствие, их сила была очевидна.

Эта нежить держала флаги по сторонам.

— Колдовское Королевство.

— Да…участвовал ли Граф в битве на равнинах Катз?

— Хм? Я послал только нескольких доверенных подчиненных вместе с другими призывниками. Ни я, ни моя семья в этом не участвовали…но, похоже, они все равно не вернутся.

— МММ…Надеюсь, они смогут покоиться с миром рядом с Богом. Только две необычные нежити были посланы Королем Заклинателем, который убил 200 000 человек — Колдовское Королевство…вы правда считаете их слабыми?

— Я так не думаю, вздох— они, должно быть, умопомрачительно сильны—

“Верно… а вы не сердитесь? Что они решили, что им хватит только две нежити, чтобы уничтожить этот город?

— Нет-нет, я думаю только о том, как бы нам спастись от всего этого.

Как слова правителя этих земель, они были довольно неубедительны, но они были простой правдой.

— Хотя я хочу послать гонца, чтобы объявить о нашем намерении сдаться, я сомневаюсь, что это вообще сработает.

— А вы не можете просто сбежать по морю? Вы, наверное, уже подготовились к этому, не так ли?

Скама спросила то, что было у всех на уме во время их предыдущих встреч, но никто не сказал этого вслух.

Граф горько улыбнулся и ответил не сразу. Вместо того чтобы что-то скрывать, он, скорее всего, просто пытался понять, что Скама на самом деле имела в виду под этим вопросом.

Хотя она не была слишком хорошо знакома с графом, они довольно часто общались из-за своей работы. С тех пор она знала, что он довольно сообразителен.

К несчастью, хотя сын графа и был подходящей ему заменой, он не был таким выдающимся человеком, как его отец. Тем не менее, были люди, которые верили, что его сын сможет опередить его с достаточным опытом.

— Кхм. Конечно, но мы не можем вывезти всех из этого города по морю. Даже если мы сделаем несколько рейсов, чтобы сбросить людей на близлежащие берега, что мы будем делать с продовольственной проблемой? Куда мы сможем убежать? И все новые вопросы продолжают возникать…

— Но если это будет только граф и его семья, то они должны быть в порядке, верно?

Граф снова задумался на мгновение и ответил:

— Наверное, но это будет последним средством. «Все, пожалуйста, эвакуируйтесь в город, мы с семьей выберемся отсюда первыми» или что-то вроде этого будет сильно давить на мое сознание…

Обычно, когда город был захвачен, его правящий класс был либо убит, либо вынужден подчиниться. С другой стороны, граждане — хотя их имущество может быть разграблено-будут просто находиться под новым управлением. Убивать мирных жителей города — все равно что убивать гусыню, несущую золотые яйца.

Если бы разрушение города не приносило выгоды захватчикам, они никогда бы так не поступили.

Однако—

— Слова барона, спасающегося от вторжения Короля Заклинателя в этом месте, и слова беженцев из моих деревень, вы, наверняка, уже слышали? Дела идут не слишком хорошо для нас.

— Ты хочешь сказать, что беженцев должно было быть больше, верно?

— Да, это так, — ответил граф.

Те, кто эвакуировался первыми, уже были здесь, но их было слишком мало по сравнению с численностью населения в окрестностях. Что случилось с теми людьми, которые остались позади или не смогли этого сделать?

Неужели они не хотят бежать, потому что теперь живут в утопии? Или же они находились под наблюдением государства, в котором ни один муравей не мог убежать? Или их всех увезли в Колдовское Королевство? Эти три варианта были единственными оптимистичными, о которых он мог думать.

Но, увидев превращенных фермером зомби, он почувствовал, что Колдовское Королевство ни за что не будет относиться к ним хорошо.

— Хотя он и правит Э-Рантэлем, похоже, что он все еще чудовище, которое не терпит живых.

— Итак, цель этой войны состояла в том, чтобы превратить своих поверженных врагов в солдат, чтобы укрепить их ряды. Они не спят, не едят, не устают, бесстрашны и абсолютно лояльны. Вздох, вполне понятно, почему они не проявили милосердия к своим врагам, верно?

— Для врага это вполне логично. Если бы они пытались подчинить себе город и заставить его жителей работать на них, они бы не сделали ничего подобного… возможно, они не собираются оставлять в живых никого из жителей Королевства. Если это так, то имеет ли вообще значение, куда мы бежим?

Пытался ли он сопереживать ей или заставлял ее сопереживать ему?

Скама кое-что уловила.

Она была самой сильной авантюристкой в этом городе. Если она покинет этот город, то то, что могло быть победой, может обернуться поражением. Вот почему граф пытался внушить ей, что бежать некуда.

Как только Скама собралась что-то сказать, где-то рядом с ними произошло какое-то волнение.

Ради уединения — или лучше сказать, ради подготовки к обороне — они оба ускользнули, чтобы понаблюдать за строем противника.

Теми, кто появился перед Скамой, были ее товарищами по команде. В ее команде, Четверке Оружий, было четыре человека, включая ее саму. Соотношение мужчин и женщин было одинаковым. Кроме воина скамы, там были еще разбойник, жрица и маг-заклинатель из школы призыва. Их командный состав был достаточно сбалансирован.

Позади ее товарищей по команде были магические заклинатели, собранные со всего города.

Количество магических заклинателей было меньше пятидесяти, но это количество создавало более чем внушительную армейскую единицу.

Причина, по которой они смогли собрать так много магических заклинателей, заключалась в лазейке к негласному правилу среди авантюристов — о том, что они не могут участвовать в войнах между странами.

Это было бы невозможно, если бы Колдовское королевство послало людей-солдат, но их армия состояла из нежити — среди которых они были почти уверены, что это были гражданские лица Королевства, которые были превращены в нежить.

Они могли бы в принципе рассматривать это как совпадение, что эта армия нежити несла флаг Колдовского Королевства.

Они должны были использовать эту причину, потому что не было никакого способа, которым они могли бы использовать это правило, чтобы оправдать себя от борьбы с нежитью, которая могла бы превратить мертвых жителей деревни в другую нежить.

Сформировать из присутствующих здесь людей единый отряд заклинателей означало, что вместе они —Ну, не все были магами одной волшебной школы, так что это было скорее гипотетически… —могли использовать стратегию непрерывного огня [Волшебные стрелы] на врага, которая теоретически могла бы убить даже драконов.

В отличие от обычных стрел, [Волшебные стрелы]были гарантированно поражали цель независимо от навыков вызывающего. Использование их на более высоком уровене увеличило бы количество генерируемых снарядов, а также индивидуальный урон от каждого снаряда. Но даже в этом случае урон от одного снаряда все равно был ничтожным. Для них было практически невозможно выстрелить в своих врагов одним махом.

Урон, наносимый заклинанием, не зависел от того, куда он был нанесен, что одни считали его преимуществом, а другие — недостатком.

Учитывая все это, это было все еще удобное заклинание для использования в группе. Если бы они сформировали армейский корпус из людей, которые выучили это заклинание, это, вероятно, имело бы большой успех. Однако никаких исторических свидетельств о применении такой тактики не существует.

Это было связано с тем, что для изучения даже начального уровня заклинаний первого уровня требовался определенный потенциал, не говоря уже о количестве времени, которое нужно было потратить на обучение заклинателя магии. Учитывая такое же количество времени и ресурсов, было более выгодно обучить сотню лучников, чем одного магического заклинателя для боя.

Если бы существовал какой-то организм, который мог бы врожденно использовать [Волшебные стрелы], и из них была бы сформирована армия, то это имело потенциал быть абсолютно ужасающим. Если даже эти требования к таланту не могут быть удовлетворены — нет, было бы безопаснее сказать, что именно потому, что такого организма не существует, армия, состоящая исключительно из магических заклинателей, была всего лишь несбыточной мечтой.

За этой несбыточной мечтой об армейском подразделении стояли солдаты под началом графа и искатели приключений, искусные в стрельбе из лука и других видах оружия дальнего боя.

То есть те, кто собрался на городских стенах, намеревались первыми нанести удар по армии Колдовского Королевства.

Граф Науа, стоявший впереди всех, повысил голос и сказал:

— Я благодарен всем, кто здесь собрался! Я хотел бы поблагодарить каждого из вас за вашу помощь.

Скама больше не чувствовала в его тоне той ненадежности, все, что осталось — это достоинство и уверенность, подобающие лидеру.

Его отношение — результат того, что он вел благородный образ жизни, — повергло Скаму в благоговейный трепет.

— Поблагодарите нас более практичными способами, пожалуйста! — ответил один из спутников Скамы, маг-заклинатель.

За его спиной послышался взрыв смеха. Граф не был недоволен тем, что сказал ему один из представителей авантюристов. Напротив, улыбка, которая расцвела на его лице, была искренней.

— Предоставьте это мне! Вы будете вознаграждены достаточно щедро, чтобы даже если каждый другой авантюрист заставит вас взять их на обед, вы не разоритесь. Я вручу вам ваши награды на глазах у всех, в открытую.

— У-у-у, — зааплодировали все присутствующие.

— Разумеется, это относится и к моим солдатам. Хотя ваше жалованье может быть не столь щедрым, как у авантюристов, я выплачу вам премию достаточно большую, чтобы вам больше не пришлось беспокоиться о будущем ваших жен и детей! Но — граф перешел на игривый тон, — Не смейте растрачивать все свое новообретенное богатство, вы меня поняли?

Он видел, что напряженные лица его солдат немного расслабились.

— Я думал об альтернативных формах компенсации. Наверняка у графа есть несколько магических предметов в качестве фамильных реликвий или что-то в этом роде? В конце концов, ваша родословная уходит довольно далеко в прошлое.

Той, кто это сказала, была женщина, излучающая извращенную ауру. На ее шее висел священный символ Бога Земли, зажатый между ее пышной грудью. Было бы правильно назвать это святотатством.

Эта женщина, Лилинетт Пиани, также была одной из компаньонок Скамы, и нет, она не носила этот наряд жрицы, потому что она проститутка, которая удовлетворяла фетиш своего клиента или что-то в этом роде.

— Ух. Фамильный магический предмет был бы очень трудной задачей. Однако он существует, у меня есть волшебный предмет, который передавался из поколения в поколение. Многие люди знают о нем, он называется Священный Меч Пентехромата.

Это был длинный меч, зачарованный стихийными силами огня, грома, кислоты, звука и льда, которые наносили соответствующие типы урона пораженной цели.

Но клинок был без лезвия, поэтому его можно было использовать только как тупое оружие, как муляж меча для практики фехтования. Он понятия не имел, зачем кому-то понадобилось создавать такой меч. Что еще больше сбивало с толку, так это то, что он не наносил святого урона и все же назывался священным мечом, возможно, это название было изменено через несколько поколений после его создания, так что на самом деле это не имело большого значения.

— Я хочу его

В конце концов, это все еще был ценный предмет, поэтому отдать его авантюристу в качестве компенсации казалось совершенно неуместным.

— Ты хочешь меч? Хм, в зависимости от ситуации я бы не исключил этого полностью. — Мой сын, — продолжал Граф, задыхаясь, — я хотел бы, чтобы ты стал наложницей моего сына.

На лице Скамы появилось опасливое выражение.

Граф сказал то, чего не должен был говорить.

Некоторые авантюристы смотрели на графа широко открытыми глазами — это были те, кто по уши влюбился в Лилинетту. По сравнению с этим у той, что затеяла все это, глаза были остры, как у орла.

Возможно, эта шутка перешла все границы. Как только граф Науа открыл рот, чтобы извиниться, Лилинетта спросила:

— У графа ведь четверо детей, верно? Ваша жена родила вам старшего сына и третьего сына. Твоя наложница родила тебе второго сына и старшую дочь. О твоем старшем сыне не может быть и речи, так о каком сыне ты говорил?

Ее тон совершенно изменился. От ее небрежного отношения тогда до серьезности, которую следовало ожидать от авантюриста. Это была ее настоящая личность.

А это означало, что Лилинетт говорила совершенно серьезно.

Лицо Скамы еще больше потемнело. Она посмотрела на своих товарищей по команде, которые хладнокровно избегали встречаться с ней взглядом.

Эти трусы.

-…Я говорил о своем третьем сыне

-Твой третий сын? Но разве этому ребенку не двенадцать лет? Тот, чей день рождения скоро наступит? Быть наложницей этого ребенка?

Граф уже собирался кивнуть головой, как вдруг замер.

-…именно. Как вы узнали о возрасте моего ребенка? Даже дата рождения третьего сына местного дворянина … это важная информация? Или все вы такие же высокопоставленные авантюристы?

“Н-нет”, «Кхм, нет» и другие отрицания исходили от других авантюристов. Лилинетта проигнорировала их все и продолжила свою речь, подняв вверх волосы,

— Ха, хорошооо. Кхм. Хорошо, тогда я стану наложницей твоего сына за Священный Чеч Пентехромата.

Граф внимательно посмотрел на Лилинетту и перевел взгляд на Скаму, как будто у него был вопрос, на который он хотел получить ответ именно в этот момент.

Скама прекрасно знала, что это за вопрос.

— Хотя именно я высказал это предположение. Погоди, а почему у нее слюнки текут? Она действительно охотится за моим сыном или за волшебным предметом?

“Это первое,” попыталась сказать Скама, но прежде чем ее слова дошли до кого-либо, раздался громкий голос:,

— Ну и дурак же ты! Незрелые плоды-самые вкусные, не так ли?

Безмолвная атмосфера была нарушена в тот момент, когда они поняли, чей это голос. В то же самое время несколько авантюристов уже упали на землю, в результате их фантазии были раздавлены суровой реальностью всего этого.

Скама могла сочувствовать горю этих авантюристов.

{Извините,} подумала она. Те, кто заискивал перед ней, теперь должны были понять, почему они не добились успеха.

Возрастные предпочтения.

— Я так и думал, что ты спросишь: «почему наложница?» или что-нибудь в этом роде.

Лилинетта ответила графу Науа, который что-то бормотал себе под нос.

— А, тесть-сама. Даже если он твой третий сын, он все равно родился от твоей жены. Если все пойдет хорошо, он сможет получить титул барона и небольшой участок земли, верно? Имея это в виду, было бы слишком много требовать от авантюриста, чтобы быть его женой, даже если это могущественная женщина, верно? Хотя у меня и есть связи с храмами, но все же, знаете ли. Вы ведь собирались сказать что-то вроде: «Если вы проявите выдающиеся качества в этой битве, я подумаю о том, чтобы позволить вам стать его женой», верно? Но если меня удовлетворит предложение стать его женой в одиночку, то я никак не смогу заполучить в свои руки Священный Меч Пентехромата. В конце концов, жена вашего третьего сына, унаследовавшая семейную реликвию, нарушила бы мир в нашей семье.

Она уже называла его тестем.

— …Я недооценил тебя… если бы ты появилась раньше, я бы сделал тебя наложницей моего старшего сына.

— А, пятнадцать…подожди, нет…семнадцать и выше — это слишком много для меня, тесть-сама.”

Граф то и дело поглядывал на Скаму, а она изо всех сил старалась не обращать на него внимания. Выражение лица графа Науа выглядело так, словно он только что получил сильный удар и хотел назвать ее лукавой, но это не вызвало бы никакого сочувствия у толпы.

— Ммм, кое-что я должен спросить— даже если это его третий сын, все равно настанет день, когда ему исполнится 17 лет!

— Это правда— если бы только он принадлежал к расе с более длительной продолжительностью жизни. Но если бы это было так, разве я не была бы той, кто состарится быстрее.. Итак, то, что вы сказали, вполне приемлемо для меня.

— Ты думала, что это стоит подчеркнуть!? Ты думала, что из всего того, что я сказал до сих пор, именно это было самым достойным внимания!?

— А? Свекор-сама. Ваше самообладание, вы, кажется, теряете его?

-…Ты-последний человек, от которого я хотел бы это услышать.

Судя по личному мнению Скамы, Лилинетт была честным и заботливым человеком, поэтому она должна была стать хорошей невестой. Однако сейчас не это было выставлено на всеобщее обозрение.

Если так будет продолжаться и дальше, это не только навлечет позор на ее компаньона, но и поставит репутацию всей ее команды на какую-то странную траекторию, которая доставит немало хлопот. Скама не хотела, чтобы ее белые волосы выдавали в ней отрицательные оттенки.

-…Ну а теперь, граф. Хотя мы высоко ценим ваши усилия по облегчению нашего стресса с помощью некоторого юмора, мы должны продолжать наши приготовления к битве. Могу я попросить вас вернуться в центр управления?

Даже если бы он остался, он, лишенный всякой боевой доблести, не смог бы сделать многого. Его роль будет лучше сыграна в другом месте. Граф Науа кивнул головой в ответ на это логичное предложение, вероятно, из желания держаться как можно дальше от Лилинетты.

— Ах да, теперь. Все вы, мы положимся на вас!

С высоты городских стен казалось, что у врагов вообще не было никакого строя, а они просто собирались в одном месте. Для такого искателя приключений Мифрилового ранга, как Скама, они не представляли проблемы, если бы только этих двух монстров там не было.

— Никакого движения, а? Итак — кто-нибудь узнает эту нежить?

Там, куда указывала Скама, стояло две нежити.

Один из них держал в одной руке огромный щит, а в другой — огромный меч, в то время как другой был вооружен двумя мечами.

Магические заклинатели вокруг нее покачали головами после того, как она задала свой вопрос. Скама перевела взгляд на Лилинетту.

Жрицы обычно были хорошо осведомлены в вопросах, касающихся нежити, будь то хорошо известные или эзотерические существа.

В ответ она лишь пожала плечами, и это означало, что есть только две возможности.

Это был чрезвычайно редкий тип нежити или новый вид.

И то и другое вызывало тревогу. Для остальных авантюристов не было ничего необычного в том, чтобы подумать о побеге в этот момент.

Другие ситуации, в которых им пришлось бы рассматривать отступление, были бы, если бы у него были какие-то особые способности, которые могли бы нокаутировать одним ударом или были попросту смертельно опасные.

Это был сценарий, в котором у них не было никакой информации, чтобы начать действовать.

Например, у упырей была атака когтями, которая могла парализовать их противников с помощью яда, когда они наносили им урон.

Если не знать о его парализующем действии и не подготовиться к нему, то можно пострадать от паралича или даже угробить всю партию. Что будет с партией, которая не знает о способности призраков красть жизнь? Или как насчет партии, которая не знает о сопротивлении оборотней и других подобных монстров любым атакам, не совершенным оружием из определенного металла? Или как насчет монстров, которые могут регенерировать, если вы не поразите его огнем или кислотной?

Разведка была одновременно и наступательным, и оборонительным инструментом. Если кто-то будет сражаться без какой-либо информации, то степень опасности, которой они подвергнут себя, должна быть очевидной.

-…Это совсем нехорошо. Мы должны попытаться ударить по ним всеми видами атак, чтобы увидеть, что возымеет эффект, какие-то возражения?

Никто не возразил.

— Тогда именно это мы и сделаем — подробности о том, кто и какие заклинания будет использовать, я предоставлю обсуждить вам, профессионалам. Просто сделайте суждение, основанное на том, как вы считаете на что он способен, основываясь на его внешнем виде. — Во-первых, оба они, по-видимому, являются бойцами ближнего боя.

Они действительно выглядели таковыми, так что они не должны отклоняться слишком далеко от своих ожиданий, верно? Не то чтобы чудовищ, способных скрывать свою внешность, вообще не существовало, просто Скама еще ни одного не видела лично.

— Похоже, что они действительно обладают высокой защитой, поэтому было бы опасно вступать с ними в ближний бой. Мы будем атаковать их издалека, если это так, как мы поняли, то физические стрелы могут не иметь большого эффекта. Возможно, нам все еще придется вступить с ними в рукопашную схватку, так что количество повреждений, которое мы сможем нанести этой твари до того, как она достигнет стен, будет определять, выиграем мы эту битву или проиграем. Но так как мы также должны подготовиться к тому, что враги могут прорваться через стены и перспективе битве внутри города, нам придется зарезервировать несколько заклинателей, чтобы обеспечить Авангард баффами и наступательной магией.

Тем не менее, она уже предупредила их, чтобы они не слишком скупились на использование своей маны, это было необходимо.

— Если ни у кого нет идей получше, то мы приступаем. Хорошо, давайте начнем.

Магические заклинатели начали обмениваться мнениями в соответствии с приказом Скамы.

Скама куда-то ушла от туда в довольно далекое место, где она должна была воссоединиться со своими товарищами, хотя один из них и отсутствовал.

— Итак, лидер, что же нам теперь делать?

Скама ответила: Что ты имеешь в виду?- на вопрос этого негодяя.

Он уже знал о плане сражения, которые ему объяснили, так что он, должно быть, спрашивал о чем-то другом.

Вопрос “Что же нам делать?” для нее был слишком туманным.

— Как сильно мы должны стараться ради этого города — вот что я имею в виду. Поскольку враги в основном зомби и город не будет окружен со всех сторон, если бы мы хотели бежать, то с нашими навыками это было бы легко, да? Украсть одну из лодок и сбежать на ней — совсем не плохая идея, понимаешь? Еда уже была приготовлена в соответствии с приказом, понимаете?

— Болван, — ответила Лилинетт раздраженным тоном, — наши противники — нежить, понимаешь? Меня бы не шокировало, если бы они поднялись с моря.

Поскольку Северная часть этого города имела выход к морю и на ней было множество причалов, на этой стороне города не было никаких стен. Если бы их враги были хоть сколько-нибудь разумны, они бы предпочли атаковать с этой стороны. Вполне возможно, что их главная армия поджидает со стороны моря.

— А… это так? Это довольно тревожно. Вы уже рассказали об этом графу?

— Нет, это не помогло бы, даже если бы я так и сделала. Даже если бы мы установили только блокпосты, периметр слишком широк для этого. Произойди это…в первую очередь это создаст ненужную панику в городе. Возможно, была какая-то причина, почему они не окружают нас полностью. Например, если они оставят нам маленькую дырочку в своем периметре, и если мы попытаемся сбежать через нее, то это окажется ловушкой?

— Тогда что же нам делать?

— Если вы хотите бежать, сделайте это вон там,- сказала Скама, указывая на скопление врагов, — если это зомби, то легко сломать их строй, в худшем случае нам просто придется провести разведку с помощью [Полет], чтобы убедиться, что главные силы противника не скрываются дальше.

— Я вижу, ты все продумала, а?,- сказал разбойник, не замечая свирепых взглядов двух своих спутниц, как будто они пытались сказать: это потому, что ты единственны кто вообще об этом не думал.

— Итак, если мы должны бежать, то куда же нам бежать? В соседний город или куда-то рядом со столицей?

— Нам следует просто отказаться от этой страны.

— Ты это серьезно??

— Ты слишком громко кричишь,- Скама удостоверилась, что их окружение было чистым, прежде чем продолжить говорить…да.

Остаться и быть управляемыми Колдовским Королевством, страной, которая превратила так много людей в нежить (даже если бы они были гражданами враждебного государства), несомненно, обеспечило бы им всем несчастный конец.

Теперь вопрос стоял так: куда им бежать?

Хотя им, как команде авантюристов, было бы легко сбежать, лидер команды все равно должен был рассмотреть различные варианты.

Кроме Колдовского Королевства, к нему примыкали еще три страны: Союз Агранд, Святое Королевство и Империя.

В результате метода исключения все, что осталось, — это Союз Агранд, поскольку Святое Королевство было дружественным к Колдовскому Королевству, а Империя была его вассалом. Преимущество выбора Союза Агранд состояло в том, что оно было относительно близко к тому месту, где они находились, но кроме этого, их варианты, вероятно, были Альянсом городов государств или Теократией. Последнее, что она слышала о Драконьем Королевстве, было не очень хорошим, а в других странах люди составляют меньшинство. С другой стороны, люди были меньшинством в Союзе Агранд и Альянсе городов государств тоже.

Если бы им пришлось принимать во внимание процентное содержание людей в населении той или иной страны, им пришлось бы исключить Союз Агранд из своего списка стран, на которые они могли бы опереться. Она слышала, что люди составляют менее 10% населения страны.

Если расстояние не было проблемой, то Альянс городов государств, казалось, был их лучшим вариантом. Очевидно, половина населения некоторых городов Альянса была людьми.

— *Вздох* — неужели мы действительно убегаем? Скама, ты должна больше стараться ради моего собственного счастья.

-… Значит, ты не притворялась, когда говорила об этом ребенке?

Желание помочь и желание убежать — эти противоречивые эмоции нарастали в Скаме. Примерно в это время Скама заметила, что заклинатели закончили свой спор.

— Лидер! Мы закончили.

— Понятно! — Итак, начинаем? Действуйте по плану, если случится худшее — прыгайте вниз и постарайтесь прорваться сквозь скопление зомби.

Спрыгнуть с такой высоты означало бы получить некоторые повреждения даже такому сильному человеку, как Скама. Эта проблема должна была решиться их магическим заклинателем, который должен был наложить на нее [контроль падения], чтобы она упала безопасно.

Скама и остальные двинулись к своему посту и стали ждать действий врагов.

Должны ли они считать себя счастливчиками, что враги решили не дожидаться наступления ночи, чтобы сделать свой ход?

Не было никакого специального сигнала, который обозначил бы начало битвы.

Обмен стрелами был совершен без какого-либо предупреждения, ни одна из сторон не объявила о своей атаке, просто огромное количество зомби, спотыкаясь, приближалось к городским стенам. Это было совсем не похоже на то, как начиналось обычное сражение.

Ворчащие трупы, быстро приближались к ним, для некоторых людей это должно было быть ужасающим зрелищем, но для кого-то вроде Скамы это было смехотворное зрелище. Если бы это были зомби других рас, кроме людей, таких как гиганты, драконы или другие гигантские монстры, то это была бы совершенно другая ситуация. Даже неоперившиеся искатели приключений не испугались бы простых человеческих зомби. В конце концов, стены этого города не были чем-то таким, что зомби такого калибра могли пробить.

Зомби, хотя и обладали большей силой, стойкостью и выносливостью, чем среднестатистический Джо, все же были хуже авантюриста, обладающего хотя бы малой толикой опыта. Это еще без учета того факта, что зомби не были разумными существами.

Пока лучники готовили свои луки, взгляды искателей приключений были прикованы к этим двум нежитям.

Они вообще не двигались. Почему? Неужели они вообще не собирались атаковать?

В конце концов, когда они убедились, что зомби оказались едва ли в пределах их досягаемости, лучники выпустили стрелы по сигналу Скамы.

Обычно они ждали, пока расстояние между ними станет меньше, чем сейчас, чтобы начать стрелять, чтобы убедиться, что они могут поразить свои цели, но поскольку это были зомби, количество имело большее значение, чем точность.

Как и следовало ожидать от солдат, уверенных в своих навыках стрельбы из лука, они были довольно точны даже с такого расстояния. Возможно, только две из десяти стрел промахнулись мимо цели, что было незначительной потерей.

Однако это было не так, как если бы зомби упал от одной стрелы. Тем не менее, они могли избавляться от своих противников, пока делали свои выстрелы.

Второй и третий залпы начали уничтожать большое количество врагов.

Авантюристы и солдаты не радовались при виде и звуке падающих на землю зомби, ничего такого, что выходило бы за рамки их ожиданий, еще не произошло.

Их главной проблемой по-прежнему оставались эти две нежити.

Сильные монстры могли в одиночку изменить ход битвы.

— … они начали двигаться.

Нежить щитовик начала двигаться. Со скоростью, которая была значительно больше, чем у зомби, когда он мчался к городским воротам. Несущая щит нежить отправляла зомби в полет без особого внимания, когда она проносилась через них со своим щитом.

Скама, потрясенная необычайной скоростью, с которой двигался их противник, отдала приказ:

— Начать атаку!

Заклинания магов вылетели одновременно.

Среди них самым разрушительным был огненный шар товарища Скамы, как она и ожидала.

[Огненный шар] пролетел по воздуху и попал прямо в неизвестную нежить, огромный огненный шар появился из взрыва и окутал зомби вокруг этой нежити. Даже если бы он был за щитом, который уменьшил бы количество первоначального урона, последующее яростное пламя пожара должно было поглотить его.

В сторону “щитоносца” были пущены различные заклинания.

И все же он продолжал двигаться вперед, как и прежде, как будто не получал никаких повреждений. Это вызвало некоторый шум в рядах солдат.

— Только без паники!- завопил какой-то авантюрист.

Для авантюристов это был вполне логичный исход. Движения нежити не были затруднены количеством наносимого ей урона. Независимо от того, сколько повреждений она получит — даже если этого было достаточно, чтобы довести живое существо до грани смерти — нежить могла передвигаться как обычно, пока ее ХП не станет равно нулю.

Даже хорошо известное заклинание [Огненный шар] не было беспрецедентным по наносимому урону. Некоторые из более сильных авантюристов могли выдержать такой удар и остаться в живых, более сильные могли даже принять несколько таких ударов.

Магии такого калибра было недостаточно, чтобы сбить с ног щитоносца, авантюристы, которые не учли такой возможности, должны были выстрелить давным-давно.

Но вопрос все же оставался.

Он вообще получил повреждения или нет? Они никак не могли это выяснить.

Вот почему Скама сосредоточила на нем все свое внимание.

Обычно, урона от заклинаний нельзя было избежать, защититься от него или уменьшить его с помощью физической брони. Чисто энергетические атаки заклинаний, подобные этим, должны быть эффективны против врагов с броней или экзоскелетом. Тем не менее, это не означало, что монстры с магическим или элементарным сопротивлением не существовали.

Если бы ей пришлось придумать пример среди нежити, то это было бы хорошо известное, сверх опасное существо, известное как скелет-дракон, который обладал полным иммунитетом ко всей магии. Были также монстры, которые имели сопротивляемость к урону от огня, который они получали, или даже могли исцелиться от огненных атак.

Нельзя было исключать то, что у этой нежити были похожие способности.

Если магические атаки не сработают, им придется резко изменить свою стратегию битвы.

— Все в порядке! Наши атаки эффективны!,- закричал ее спутник, тот, который бросил огненный шар.

Заклинатели один за другим с помощью своей интуции ощущали величину урона, который они наносили, и начали повторять “это работает”, “мы наносим урон” и другие подобные фразы.

— Скама! Каждый тип магической атаки, кажется, эффективен против этой нежити!

Скама вздохнула с облегчением, услышав самую лучшую новость за весь день. Возможно, у них все-таки есть шанс на победу.

— Понятно! А теперь — продолжайте атаковать!

Противник все еще бежал к ним с головокружительной скоростью. Она молилась, чтобы они успели уничтожить его прежде, чем он достигнет ворот. Если они считали, что у этого существа не было никакого сопротивления, то сумма урона, которую оно уже вынесло, должна быть доказательством того, что оно вообще не было обычным врагом.

{Я не хочу сражаться с чем-то подобным в ближнем бою!}

Словно в знак согласия с мыслями Скамы, была послана еще одна волна заклинаний.

Многие зомби уже пали в этот момент, но щитоносец продолжал наступать.

Большинство нежити было бы побеждено после нескольких десятков заклинаний.

Скама почувствовала, как по спине у нее пробежал холодок.

{Она сильнее, чем мы ожидали…нет — она слишком сильная…эта нежить, мы действительно сможем победить ее?}

Щитоносец был не единственным врагом, которого они должны были опасаться, был еще один, который все еще ждал на месте. Почему он не двигался, они понятия не имели.

— Это и есть главный козырь Колдовского Королевства? Вот почему их только двое…? Или они хотят сказать, что этот город, в котором мы находимся, настолько слаб, что требуется только две таких нежити?}

Еще один холодок пробежал по ее спине.

Что, если Колдовское Королевство получило информацию о каждом авантюристе в городе, включая Четверку Оружий Скамы, и послало точное количество войск, чтобы гарантировать победу? И «войска», о которых идет речь, были не зомби, а скорее эти двое?

Словно пытаясь опровергнуть ее опасения как паранойю, Скама прикусила губу и подавила желание закричать: «убей его быстрее».

Все уже были сосредоточены на этом и старались изо всех сил. Какой эффект произведет на их умы то, что она, самая могущественная авантюристка здесь, будет кричать об этом?

Если бы не нейтральное воздействие, это, вероятно, подорвало бы их моральный дух.

Сейчас она должна была сопротивляться своим желаниям.

Скама вознесла молитву своему Богу, Богу Огня, но это не вызвало улыбки на ее лице.

Щитоносец был уже у ворот.

Теперь он был в слепой зоне заклинателей, где они не могли прицелиться как следует.

Скама подумала, не спрыгнуть ли ей с городских стен и не убежать.

Один взгляд на другую, неподвижную нежить убил эту идею.

Если эта вторая нежить была так же быстра, как щитоносец, она легко могла догнать ее.

Для нее не было невозможным выбраться оттуда живой, она уже использовала [Полет], чтобы разведать, что находится за пределами армии зомби и не нашла ничего, кроме этих двоих нежитей.

Так что если бы они объединили [Полет] с [Плывущим блоком] или втянули врагов в город и выскользнули во время хаоса, это могло бы сработать. До тех пор, пока не было никакой другой нежити резерве, ничто не могло остановить ее побег.

Если бы они пошли по последнему плану и заманили врага в город, то это, несомненно, взвалило бы на них вину, которая была бы гораздо сильнее, чем если бы они просто покинули город. Возможно, чувство вины, которое могло бы вызвать сожаления на всю жизнь.

Когда Скама заскрежетала зубами, она услышала громкий звук удара от городских ворот, как будто в них только что врезался таран.

У них не хватало времени.

Скама сделала свой выбор.

-…Теперь наша очередь! Вы, ребята, сосредоточте свое внимание на той неподвижной нежити и на той, что находится под стенами! Я заманю ее в ваше поле зрения. Как только вы его увидите, немедленно произносите свои заклинания!

После краткого приказа своим товарищам по команде и подробных приказов солдатам и заклинателям Скама побежала к лестнице, ведущей к подножию городских стен. Ее спутник, который все еще держал свое заклинание [Полет] активным, следовал вплотную за ней.

— Эта штука обладает невероятной стойкостью, но она уже должна была получить довольно много повреждений!

{Но правда ли это?.. Это не слишком оптимистичный вывод, не так ли? Но…}

На лице Скамы появилась горькая улыбка.

{Нежить, которая уже приняла так много атак заклинаний. Я бы не хотел выйгрывать время для заклинателей, чтобы покончить с ним, принимая его атаки.}

Но она должна была сделать это, чтобы хоть как-то пережить это испытание.

Городские ворота представляли собой простую, единственную гигантскую дверь, сделанную из бревен. Ворота было предметом гордости для рыбацкой деревни, но не сейчас, учитывая нынешнюю ситуацию.

Удар тарана, скорее всего, снес бы все петли. Поскольку они не могли заменить их чем-то более прочным, учитывая количество времени, которое у них было, они могли только укрепить их деревянными досками и запечатать раму. Толщина ворот была примерно в два раза больше, чем раньше.

С другого конца такой двери раздавался грохот повторяющихся ударов.

— Что за силища?..

Со звуком «скрря!», часть деревянных досок начала ломаться.

Между ударами был промежуток, возможно, щитоносец отступал назад, чтобы разбежаться, прежде чем снова врезаться в ворота.

— Что же нам теперь делать? [Молния] может попасть в него через ворота, должны ли мы это сделать?”

Двери, подобные этой, были устойчивы к атакам на основе молний, но это не означало, что они вообще не будут получать урон от таких заклинаний.

Потенциальный урон, который такое заклинание могло нанести двери, нужно было сравнить с тем, что оно могло сделать с нежитью. Нужно было также учитывать преимущества использования [Молнии] сейчас или сохранения маны для других заклинаний после того, как щитоносец прорвется через врата.

Нет, в этом не было необходимости.

Они должны были не пытаться встретиться с врагом лицом к лицу, а нанести ему как можно больше урона прямо сейчас.

Скама кивнула головой, и ее спутник тут же начал произносить заклинание.

“[Молния]”

Дуга молнии вырвалась наружу и прошла сквозь дверь, несомненно нанеся некоторый урон Щитоносцу.

“ГРААААР!”

Вне зависимости от того, раздражался он или нет, нежить начала реветь достаточно громко, чтобы ее звуки проникли через ворота. В этом реве было столько решимости, что можно было забыть дышать.

По лицу Скамы потекла струйка пота.

Способность крика не была использована, но рев все еще мог заставить дрожать все тело, так что это, должно быть, было вызвано только разницей в их силе — ее подсознание понимало разницу в силе между ними.

{Нехорошо, это, это совсем нехорошо… вопрос уже не в том, сможем ли мы победить или нет. Если Король Заклинатель может контролировать эту нежить…Аааа, это имеет смысл. В конце концов, он чудовище, способное убить более ста тысяч человек одним махом.}

Было трудно представить, как можно контролировать большое количество нежити такого уровня. Возможно, эта нежить была козырной картой Колдовского Королевства.

Стоит ли этот город таких инвестиций?

Во-первых, почему она оказалась в таком ужасном городе? Скама сокрушалась по поводу своего невезения.

— Бум!- раздался еще один громкий звук, несколько укрепленных бревен уже треснули.

“[Молния]”

Сверкнула еще одна вспышка молнии, оставив после себя белое остаточное изображение, но звук повторяющихся ударов не прекратился.

Единственное, что изменилось, — это дверь. Бревна были сломаны пополам, арматурные доски снесло ветром, и на раме остались только скрученные гвозди петель.

— Хватит с меня этих атак магией. А ты не мог бы вместо этого баффнуть меня?

-…ААГХ.

Скама изо всех сил старалась увернуться от деревянных осколков, одновременно пятясь назад. Она получала божественные баффы и баффы скрытности от обоих своих спутников.

Они использовали заклинание первого уровня [Защиты от зла], заклинания второго уровня [Малой силы] и [Малой ловкости], заклинание третьего уровня [Спешки] и многое другое. По сравнению с заклинаниями для противодействия особым способностям, на нее было наложено больше заклинаний, чтобы усилить возможности ее тела.

Когда они закончили подготовку, ворота наконец поддались и с громким шумом рухнули на землю.

В медленно оседающем облаке пыли, которое только что поднялось, появилась пара ярко-красных глаз. Невыносимый страх охватил все ее тело, когда она встретила взгляд этих свирепых глаз.

Ее зубы клацали, а руки дрожали. Чтобы скрыть этот факт от остальных, ей пришлось подавлять его почти до обморока.

Этот уровень ужаса нельзя было почувствовать на вершине городских стен, это было то, что можно было испытать только после встречи с этим монстром лицом в лицу.

— На что это я смотрю?.. Только одному из них удалось разрушить укрепленную стену…Король Заклинатель контролирует этот вид нежити…

— Я говорю это от всего сердца: в следующий раз нам не следует становиться врагами Короля Заклинателя,- ответила Скама своим спутникам, сглотнув слюну.

Хотя она уже слышала о том, как Король Заклинатель уничтожил армию из более чем ста тысяч человек, она не чувствовала настоящего, осязаемого страха. Однако то, что происходило перед ее глазами, повлияло на ее страх перед Королем Заклинателем, который имел власть над этой нежитью.

Она вообще не хотела сражаться с этой нежитью. Честно говоря, ей хотелось просто убежать как можно дальше.

Но эта презирающая жизнь нежить перед ними ни за что не позволит им сделать это.

В любом случае, их единственная надежда выжить заключалась в том, чтобы сделать что-то против этой нежити.

Ужасающее воплощение смерти смахнуло пыль со своего щита, перешагнуло через сломанный порог и двинулось к ним.

Наконец-то они прорвались сквозь стены.

Были ли зомби слишком отвлечены людьми на стенах или их окружение еще не распространилось на эту часть стен?

Тот факт, что нежить перед ними прорядила рады зомби возле ворот на своем пути сюда, был для них удачей, но они не сомневались, что их удача скоро иссякнет.

Скама подняла свой томагавк. Судя по скорости этой нежити, она считала, что находится в пределах досягаемости ее удара.

После активации способности топора рядом с ней появилась его эфирная копия. Это была способность ее оружия, Доппель, который создавал свою копию, чтобы левитировать на расстоянии, которое не было слишком близко или слишком далеко от владельца. Он мог автоматически поражать противника с той же точностью и скоростью, что и его обладатель.

Это эфирное оружие нельзя было уничтожить грубой силой, чтобы сломать его, потребовались бы специальные способности к уничтожению оружия; в результате он мог бы даже пережить Скаму в бою.

Хотя эта способность была лишена каких-либо реальных слабостей, она могла нанести только половину урона, который могло нанести настоящее оружие.

ГРААААААР!!

Нежить издала еще один рев, заставивший их задрожать от страха.

Радовало ли его то, что он собирался убивать людей? Он поднял свой щит высоко над собственной головой и обрушил его на остатки ворот.

Деревянные осколки летели к ним с огромной скоростью, но Скама взмахнула своим оружием, чтобы легко отразить их.

Ее действия, казалось, вызвали агрессию щитоносца, который двинулся, чтобы вступить с ней в бой.

Он приготовил свой меч с волнообразным лезвием и бросился к ней со щитом.

{Это очень плохо…Кстати говоря, почему он все еще жив после стольких атак заклинаний? Не слишком ли это несправедливо?}

Это была явная ложь, что она без особых усилий отразила эти осколки. Ей едва удавалось это делать с помощью магических баффов.

— Все, не спешите—

Щитоносец бросился к ним. Расстояние между ними мгновенно сократилось, как будто к ним неслась стена, как будто она собиралась использовать свой щит, чтобы раздавить ее насмерть.

Но—

Скама была недостаточно хороша, чтобы использовать [неприступную крепость], поэтому она решила просто использовать [крепость] вместо того, чтобы остановить щит своим томагавком. Щитоносец ловко отразил томагавк своим щитом, намереваясь сломить стойку Скамы. Это был трудный маневр, от которого Скаме показалось, будто ее топор засосало в щит. Скама перестала сопротивляться его силе, откатилась в сторону и использовала противодействующую силу этого действия, чтобы встать обратно.

Эфирный топор качнулся сверху вниз, но был отклонен мечом с волнообразным лезвием. В то же самое время нежить бросилась на Скаму.

У нее даже не было времени перевести дыхание. Вынужденная снова занять оборонительную позицию, Скама отразила атаку своим томагавком и бросилась на противника.

Если ее противник был так велик, то иногда было бы лучше атаковать, а не стоять на месте.

“[Солнечный свет]!”

Как будто для того, чтобы подтолкнуть ее вперед в ее решении, ослепительная вспышка света была выпущена позади нее.

Это было божественное заклинание третьего уровня.

Этот яркий свет не только ослепил врага, но и нанес урон нежити. Хотя было заклинание того же уровня под названием «Святой Свет», которое нанесло бы больший урон злым существам, оно не ослепило бы их. [Солнечный свет], вероятно, был выбран, чтобы поддержать ее, а не наносить чистый урон.

Летающий заклинатель послал три стрелы в сторону нежити с помощью [волшебной стрелы].

Несмотря на то, что она получала поддержку, щит все еще блокировал все, как будто это была стена, и не оставлял никаких шансов для успешной атаки. Скама рубанула его своим томагавком, но тот легко отклонился.

{Черт возьми! Его движения слишком хороши. Он не был так силен, когда использовал свой меч — его мастерство со щитом слишком высоко! Значит, его главная особенность-это защита? Ха? Но как насчет того тяжелого удара? Нет, это невозможно…}

Испуганная собственным откровением, Скама медленно отступила назад. Излишне говорить, что это было сделано для того, чтобы заклинатели на стене смогли направитт в него свои заклинания. Она не могла отойти слишком далеко, чтобы он не потерял ее и не убежал в город. Это был сценарий, которого следовало избегать любой ценой, учитывая, как быстро эта штука бежала, ни Скама, ни другие не смогли бы догнать ее, если бы это случилось.

Если это произойдет, то беззащитный город понесет огромные потери.

Лучше уж было идти по безопасному пути. Разбойник из команды Скамы ждал на боковой линии, а не помогал с боем специально, чтобы догнать монстра, если он решит бежать в город. Это был план, чтобы предотвратить бегство врага, но его физические способности делали неудачу вполне вероятной.

Она редко ударяла его, внимательно следя за каждым его движением. Казалось, он ничего не замечал и следовал за ней на некотором расстоянии.

Как раз в тот момент, когда они собирались вывести его на линию огня, сверху послышались вопли.

— Нет! Второй уже идет на нас! Люди там, наверху, пытаются его остановить!

Смысл этих слов медленно запал ей в голову. {Ах…»шах и мат}, — подумала Скама.

Если втарая нежить находится на том же уровне, что и щитоносец, то Скама и остальные не смогли бы справиться с ними одновременно. Нет, возможно, они будут умрут в тот же момент, как только вступят в схватку с врагом.

— Скама, что же нам делать??

-…Давай сначала разберемся с этим парнем.

Скама решительно заговорила после того, как испуганный голос ее спутника немного успокоил ее. Если они даже не смогут уничтожить его, у них не будет ни единого шанса на спасение. Они могли только надеяться, что здоровье этой твари уже сократилось до длины фитиля благодаря магическим атакам.

Как только она перестала отступать, Скама повернулась лицом к щитоносцу и бросилась к нему.

Ее томагавк был легко заблокирован щитом, как и эфирная копия. Атаки Скамы были недостаточно сильны, чтобы сломить защиту щитоносца.

Она ожидала, что ее атака будет сорвана, но это было все, что от нее требовалось.

Настоящей атакой была последовавшая за этим [Волшебная стрела] и [Ударная волна].

За атаками заклинаний последовал разбойник, который швырнул бутылку в сторону ноги нежити.

Жидкость, которая сочилась из разбитой бутылки ее товарища, была обычным клеем, который мог изготовить любой алхимик или ему подобные. Это была стратегия, которая могла сработать только в том случае, если враг стоял на полированном камне.

Как бы хорошо ни был защищен щитоносец, его способность уклоняться не имела значения против брошенной в него бутылки.

Нежить увязла своими ногами в клее.

Даже если это было только на краткий миг, их противник был обездвижен. Это была обычная тактика, которую они использовали, вступая в бой с противником, который был намного сильнее их.

Скама подошла к руке щитоносца, которая не держала щита, к руке, которая держала меч с волнообразным лезвием, и начал атаковать.

Щитоносец взмахнул своим огромным мечом, умело парируя каждый направленный в него удар. Даже несмотря на то, что обе его ноги полностью застряли, а Скама использовала боевые искусства, чтобы сковать его атаки, Скама не смогла нанести ни одного удара.

{Эта штука похожа на металлическую стену!}

Краем глаза Скама увидела, как нежить с помощью грубой силы отрывает свою ногу от выложенной каменными плитками земли. Были произнесены еще два атакующих заклинания, но они все еще не смогли сбить его.

{- регенеративная способность? Или что-то такое, что могло бы исцелить его со временем?}

Существовали монстры вроде гидры или троллей, которые обладали способностью к регенерации. Им вы не могли просто наносить урон постепенно, но должны были бы нанести один смертельный удар, который мог бы свести здоровье монстра к нулю.

Продолжать атаковать было бесполезно.

Скама не смогла нанести по нему даже одного удара.

{Черт возьми!}

-…он приближается!

Услышав крик разбойника, Скама невольно отвела взгляд. У ворот стоял силуэт другой нежити.

Он был димахером (RRT: боец с двумя мечами/саблями).

Скама почувствовала, как у нее скрутило живот, и от их общего давления ей захотелось блевать.

{Неужели я здесь умру!?}

Разбойник, который выполнял совместную атаку со Скамой, не выдержал давления и отступил к ней. Димахер ответил тем же и двинулся в сторону щитоносца.

-…Они не нападают. Это значит…черт. Эта нежить очень умна.

Скаме показалось, что она заметила улыбку на гнилом лице димахера. Щитоносец показал им атаки, которые были не на том же уровне, что и его оборонительные возможности, но, возможно, это было просто для того, чтобы вселить в них отчаяние, чтобы выиграть время для появления димахера.

Оба врага были там, это была хорошая возможность атаковать заклинаями по площади. И все же никто не их произнес. Нет, лучше было бы сказать, что они не могли начать кастовать заклинания.

Причина этого должна была быть очевидна. Хотя было доказано, что атакующие заклинания эффективны, это также спровоцировало бы их начать свои атаки.

Тогда их судьба была определена.

Даже если их сторона воздержится от нападения, враг рано или поздно сделает это. Но они просто не могли собраться с духом, чтобы взять себя в руки.

После мучительных раздумий Скама приняла решение.

— Вы двое, бегите отсюда!- Она похлопала по плечу разбойника: Мы выиграем тебе немного времени.

— Ха? Правда!? И я тоже!? Подожди, ты же хочешь, чтобы я это сделал!?

Разбойник завыл, но Скама не обратила на него внимания.

У них было двое противников, и если у них не было, двух воинов, чтобы сдержать их, они могли только … » бум » зазвенело у них в ушах.

-…а?

Голова щитоносца перед ними была пронзена чем-то похожим на длинную иглу.

Подождите, нет.

То, что пронзило голову щитоносца, не было иглой; то, что пронзило его череп и теперь было воткнуто в каменную плитку под ним, было чем-то размером с указательный палец.

Это означало, что эта штука была настолько быстра, что зрение Скамы вообще не могло видеть, как она летит по воздуху, а только улавливало ее остаточное изображение, похожее на иглу.

Щитоносец дрожал, его ноги дрожали, когда они топали по плиткам внизу, едва позволяя ему встать. Возможно, только потому, что он был нежитью, он мог оставаться на ногах даже после того, как его голова была пронзена.

Скама и остальные не могли удержаться, чтобы не отвести взгляд от врага, стоящего перед ними, и не посмотреть туда, откуда была совершена атака. Нежить не пыталась напасть на них в течение этого времени, так как они также смотрели в том же направлении.

Еще одна атака снова пронзила голову щитоносца, и после этого гигантское тело щитоносца рухнуло.

Для этого потребовалось всего два выстрела. Нет, возможно, это было потому, что он уже принял так много атак заклинаний и был уже ослаблен. Но кто же мог совершить такое—

В воздухе виднелся силуэт мужчины—

-Ч-Что?

— Чей это был голос?

Это была сама Скама или ее спутники? Она была так потрясена, что больше не могла говорить такие простые вещи.

Перед ними стоял бронированный гигант.

Примерно трехметровое существо, одетое в странную кроваво-красную броню, взмыло в воздух. В руках у него был предмет в форме трубы, который он держал как арбалет, возможно, именно из него вышли эти иглы размером с указательный палец.

Поскольку он напал на щитоносца, они могли сделать вывод, что это был не их враг, даже если он и не был их союзником.

Скама и остальные медленно отошли от димахера. Если они будут втянуты в эту битву, она точно знала, что они встретят свой конец прямо здесь.

Возможно, димахер уже потерял интерес к группе Скамы, а может быть, потому, что бронированный гигант в воздухе был единственной угрозой, достойной его внимания, но какова бы ни была причина, он не пытался остановить их отступление.

А потом началась битва.

Теперь настала очередь димахера атаковать.

Он метнул один из своих мечей.

Он метнул меч с такой силой, что Скама никак не смогла бы уклониться от него. Если бы она попыталась заблокировать его, то все равно получит смертельный урон.

Гигант не пытался уклониться от удара, а лишь заглушил его своим собственным телом. Может быть, он не мог избежать атаки, а может быть, он вообще не чувствовал необходимости избегать ее?

Пронзительный звук металла, бьющегося о металл, зазвенел, когда брошенный меч отскочил от брони. Затем он исчез, как будто испарился в воздухе, только чтобы снова появиться в руках димахера.

Он не вернулся в его руку. Вернее, появился еще один.

Гигант в воздухе направили трубу на димахера одним плавным движением, как будто этот бросок меча не причинил ему никакого вреда.

Труба нашла свою цель, а затем — она выплюнула что-то после короткой вспышки огня и молнии.

То, что раньше было одиночной атакой, превратилось в бесчисленное количество снарядов. «Трататататата» — звук апатичного насилия был слышен повсюду.

Столкнувшись с неизвестными снарядами, димахер махнул мечами. Были слышны резкие «звенящие» звуки того, что летело к нему и было разрезано на куски. Но всему этому был предел.

Два меча не смогли бы справиться с десятками или даже сотнями снарядов. Крошечные снаряды летели с ужасающей скоростью, пронзая врага. Димахер начал дергаться, как будто у него были мышечные спазмы, и, как и щитоносец перед ним, он исчез.

Две нежити исчезли в мгновение ока.

Скама действительно лишилась дара речи.

Честно говоря, она понятия не имела, что только что произошло.

Но Скама понимала одно: Гигант был умопомрачительно сильным, сильнее всех, кого она знала.

Она не могла перестать моргать.

Ничто из этого не казалось реальным. Ей было трудно смириться с тем, что они были спасены. Их отчаяние и готовность к самопожертвованию были разрушены так легко, что ее разум вообще не мог за ними уследить.

— Ч-что это за чертовщина?

-…Эй, а это не пластинка из Гильдии искателей приключений?

— Ха?

Она прищурилась, чтобы сосредоточиться на деталях после того, как разбойник сказал это, и увидела, что на шее гиганта — хотя она едва могла различить его форму — было ожерелье, которое держало металлическую пластину. Хотя она была примерно такого же размера, как у Скамы, на этой гигантской фигуре она казалась крошечной. Как и следовало ожидать от разбойника, заметившего что-то, что она пропустила бы.

Металлическая пластинка на ожерелье была какого-то незнакомого ей цвета.

Она уже видела цвет орихалька раньше,поэтому поняла, что они отличаются.

— Авантюрист Адамантитового ранга?

В Королевстве было три группы Адамантитового ранга, и цвет доспехов дал ей понять, к какой команде он принадлежит.

— Может быть, это кто-то из Красной капли? ..

Услышав вопрос Лилинетт, Скама ответила: Должно быть. Если бы это был кто-то из Синей розы или Тьмы, она бы разглагольствовала о том, почему они выбрали этот цвет для своих доспехов.

Гигант повернулся спиной к Скаме.

-П-подожди!

Он откликнулися на ее голос и медленно повернулися.

Он поднял левую руку, выпрямил указательный и средний пальцы и направил их на свой лоб. Словно прощаясь, гигант мягко махнул им рукой.

А потом он просто улетел.

Скама рассеянно уставился в пустое небо и спросил разбойника:

-…И что это было?

— Кто знает…

Она вообще ничего не понимала, но кто-то из «Красной капли» пришел, чтобы помочь им, наверное, так оно и было.

— Но, ммм, я понял одну вещь. Если у нас есть кто-то настолько сильный — возможно, вторжение Колдовского Королевства закончится прямо здесь. Конечно, это делается под тем предлогом, что он все равно будет готов нарушить кодекс авантюриста и с этого момента будет продолжать участвовать в сражениях.

——————-

Ему показалось, что он только что произнес звук «а?». Аинз подумал, что это прозвучало так, словно он говорил сам с собой.

Рыцарь Смерти и Воин Смерти, две нежити внезапно умерли. Тот, кто победил их, также носил предмет из Иггдрасиля, Силовой Костюм.

Аинз чувствовал, что потерял две звязи — хотя это чувство было не слишком сильным, учитывая, сколько у него было связей одновременно, — и именно поэтому он понял, что это не иллюзия.

В комнате воцарилась тишина.

Он чувствовал на себе пристальные взгляды всех Стражей Этажей — возможно, и служанок тоже.

Аинз был главным организатором этой осады, поэтому не было бы ошибкой рассматривать это как поражение Аинза.

Хотя произошло нечто неожиданное, жалкие силы, которые они потеряли, были посланы туда именно потому, что потеря их не была бы большой проблемой. Поэтому Аинз хотел, чтобы они не действовали так узко и осторожно.

Однако, учитывая нынешнюю ситуацию, если бы он сказал им, что это нормально — проиграть битву, это было бы больше похоже на оправдание больного неудачника. Ретроспектива всегда совершенна.

Его вера в то, что он здесь чужой, несомненно, усилилась.

Аинз решил использовать свои давно отработанные актерские навыки, которые он, конечно же, приобрел, упражняясь перед зеркалом в отсутствие обычных служанок.

— Хммм…как я и ожидал, ммм.

Ситуация была под контролем.

Аинз демонстрировал то же высокомерие, что и боссы мафии, тихо разговаривающие сами с собой, когда они наслаждались ароматом красного вина из своего бокала.

Важной частью этого акта было не говорить громким голосом. Громкий голос сейчас был бы совсем неубедительным. Весь фокус был в том, чтобы вести себя так, будто он просто бормочет себе под нос.

Его игра, результат напряженных тренировок, вызвала волну волнения, которая эхом прокатилась по комнате.

Аинз сглотнул несуществующую слюну.

Удалось ему это или нет, зависело от реакции Демиурга.

— Я. Понял.

Так. Вот. Зачем. Это. Было…

{- Что?? Коцит!?}

Пока Аинз паниковал, Шалти ответила: «Да, да, да!- когда обе ее руки взметнулись вверх. Хотя казалось, что она окликает его, она просто привлекала к себе внимание. Шалти гордо улыбнулась, когда все взгляды устремились на нее.

— Я тоже это поняла! Аинз-сама предсказал, что нечто подобное произойдет! Вот почему мы послали такую слабую силу, я права!?

Это ощущение отличалось от обычного.

Был ли это успех или неудача? Аинз украдкой взглянул на Демиурга, но тот лишь загадочно улыбнулся и кивнул головой.

— Как и ожидалось от вас обоих.

Они оба высоко подняли головы, услышав похвалу Демиурга. Возможно, Демиург уже пришел к такому выводу, но сначала должен был дать ответ этим двоим.

Аинз облегченно вздохнул.

Похоже, это был настоящий успех.

Альбедо продолжила объяснение.

— Разведка от Себаса, Демиурга, а также наши помощники в столице упоминали, как красная капля действовала в северной части Королевства. Из-за этого Синз-сама решил развернуть недостаточно войск, чтобы выманить их оттуда. Количество войск, ударивших по этому городу, были легкой добычей для того праня, но в то же время достаточноми, чтобы завоевать город без его вмешательства. Сасуга Аинз-сама.

— Как. Рыба. Попавшаяся. На. Крючок…

{А? Это была красная капля? Можем ли мы доверять этой информации? Какова вероятность того, что это был игрок?}

Если он был в Силовом Костюме из Иггдрасиля, то разве вероятность того, что он был игроком не довольно высока?

Могли ли они быть уверены, что это была Красная капля? Если так, то разве эта информация не должна была дойти до него в тот или иной момент?

Нет, погодите— это было абсолютно более вероятно, что Аинз просто пропустил эту часть информации, пока читал документы. По этой причине Аинз сделал вид, что все идет по плану, и тихонько рассмеялся.

Излишне говорить, что он тоже несколько раз практиковался в этом смехе.

—хехехе. Ммм, я не думал, что он действительно появится. Я тоже был потрясен до глубины души…Я подумал, что, возможно, они берегут свои силы для защиты столицы.

— Аинз-сама всегда может продумать ситуации, которые мы не смогли бы!

— Сказала Аура, когда Маре пробормотал про себя: Удивительно.

Неподдельные благоговейные взгляды этих двоих нанесли мощный удар по теперь уже хрупкому, как стекло, суперэго Аинза.

{Это совсем не так.}

Но он никогда не смог бы произнести эти слова.

Аинз никогда не думал, что такое может случиться. Хотя он придерживался мнения, что проигрывать — это хорошо, а выигрывать — отлично, это было совсем не то, о чем они сейчас думали.

Аинз вспомнил встречу между ним, Себасом и остальными, встречу, которая заставила Аинза взять на себя ответственность за эту битву.

—-

— В чем дело, Себас? Что-то случилось?

Аинз только что вернулся в Назарик, и перед ним был Себас, который должен был работать в Э-Рантэле, так что для него было естественно что-нибудь спросить.

Аинз ничего не помнил о содержании своего последнего приказа ему, не говоря уже о том, чтобы приказать ему уйти куда-то. Возможно, он был здесь по собственной воле, Аинза это тоже устраивало.

Хотя Себас работал в Э-Рантеле, ему все еще предоставлялась значительная свобода. Право вернуться в Назарик в любое время было данностью.

Однако, если его целью была встреча с Аинзом, он мог бы сделать это и в Э-Рантеле. Должно быть, речь шла о чем-то важном и срочном.

— Мне ужасно жаль, Аинз-сама. Не будете ли вы так любезны уделить мне немного вашего драгоценного времени— или, вернее, я могу побеспокоить вас на некоторое время?

Аинз почувствовал, что в сбивчивом выборе слов Себаса таится что-то зловещее. Он приказал ближайшей к нему обычной служанке — той, что была назначена в этот день к Аинзу, — оставить их в покое. Горничная вместе с другой служанкой, которая была назначена в эту комнату, мягко опустили головы и вышли из комнаты.

Аинз посмотрел на восьминогих кинжалопауков на потолке.

— Все вы, оставьте наедине.

Восьминогие кинжалопауки свалились с потолка, как будто они были совершенно невесомы, и бесшумно покинули комнату.

Если бы Аинз приказал им никогда не говорить о том, что было сказано в этой комнате, они, вероятно, следовали бы этому приказу до самой смерти, но в этом мире существовала магия, которая могла заставить кого-то доминировать над их разумом и извлекать информацию с помощью этих средств. Излишне говорить, что даже если Аинз никогда бы этого не допустил, все равно лучше было оставаться начеку.

— Аинз-сама, я вам бесконечно благодарен.

Если бы Себас приказал им уйти, это было бы сродни тому, как если бы он сказал, что не доверяет своим коллегам, обычным служанкам.

Так что его благодарность, вероятно, была направлена на то, чтобы Синз не стал создавать между ними никаких трений.

Аинз мягко покачал головой в ответ на то, что сказал Себас. Чтобы получить ответ на вопрос, который он имел в виду, Аинз спросил снова

— Так в чем же дело? Это не похоже на что- обычное. Может быть, чрезвычайная ситуация?

— Да … кхм, нет. Я не слишком уверен, считается ли это необычным или нет… кто-то хочет поговорить с Аинза-самой наедине… меня попросили попросить разговор с Аинза-самой.

— Значит, они хотят, чтобы я пришел к ним? Они не могут прийти ко мне в комнату?- Учитывая, что Аинз был верховным правителем Великой Подземной Гробницы Назарика, это была необычная просьба.

— …Это ведь не из-за того человека, не так ли?

— Нет, это не Цуаре. Это страж, который не получил разрешения покинуть их территорию. Они знали, что это было бы неуважительно, но все же хотели немного побеспокоить Аинза-саму…

Себас посмотрел на Аинза с извиняющимся выражением лица.

— А-а, понятно.- Аинз все понял.

Если это был областной страж, то все это имело смысл.

Конечно, если он прикажет им прийти, они, скорее всего, так и сделают. Некоторые НПС могли бы ответить отрицательно из-за предыдущего приказа союзников Аинза, которые были их создателями и которых они называли сорок одним высшим существом. И все же большинство из них подчинилось бы приказу Аинза.

Были и такие, кому просто нельзя было позволить уйти.

Хороший пример тому — один из областных стражей на седьмом этаже, Гурен.

Из-за своей пассивной ауры он наверняка нанесет большой сопутствующий ущерб, просто переместившись на девятый этаж. Такие вещи, как вспыхивающие шерстяные ковры, были бы прекрасны, но если бы его путь пересекался с существами, подобными обычным служанкам, они наверняка получили бы большой урон.

Если это так, то для Аинза было лучше пойти туда, чем наоборот. В любом случае Аинз никогда не любил напускать на себя напыщенный вид. Кроме того, у него не было под рукой никаких задач, которые требовали бы немедленного решения. По крайней мере, так думал Аинз.

— Понятно. Я пойду к ним. Итак, кого мне искать?

— Это были Нигредо-сама и Пестония.

Себас был одним из тех, кто обращался ко всем остальным с почетным “сама», но он не делал этого с Пестонией, потому что они были коллегами?

— Так это те двое…

Выражение лица Аинза стало удрученным, и он изо всех сил старался скрыть этот факт. Хотя на скелетообразном лице Аинза не было видно никаких выражений, казалось, что некоторые избранные стражи действительно могли читать его мысли. Альбедо была одной из них. В качестве побочного замечания, Демиург, по-видимому, всегда будет интерпретировать его выражение странным образом.

Это было сделано специально?

Аинз думал, что он достаточно хорошо скрывал свои эмоции, но, похоже, Себас все еще мог уловить несколько намеков, которые выскользнули из его манеры говорить. В результате выражение лица Себаса становилось все более и более извиняющимся.

{Хотя мне очень жаль Себаса…но, честно говоря, я не хочу туда идти.}

Ничего хорошего из этого не выйдет.

Он мог уверенно заявить об этом.

Представьте себе, что вы находитесь в офисе и кто-то говорит вам: Люди из другого отдела ищут вас. Они не хотят вам звонить, но хотят, чтобы вы обратились к ним напрямую.- В восьми или девяти случаях из десяти это было бы просто хлопотно.

Тем не менее, у Аинза не было выбора в этом вопросе. Если из-за того, что он пренебрег более мелкими проблемами, возникнет более крупная проблема, то ответственность за последствия в конечном счете ляжет на него.

Хотя Аинз и был абсолютным повелителем Назарика, почивать на лаврах для него было бы полным идиотизмом.

Аинз хотел, чтобы никто из НПС не испытывал к нему неприязни, но скорее он хотел, чтобы они обожали его так же, как он обожал их, как если бы они были его детьми.

-…Пойдем. А что касается моего расписания…- Аинз вытащил блокнот, чтобы проверить, что он запланировал на сегодня. Он был тем, кто откладывал дела, которые, как он считал, раздражали его, но также был тем, кто хотел бы, чтобы эти раздражающие дела были решены как можно скорее. “Этот временной промежуток в порядке, он пуст. Мы можем поехать туда прямо сейчас?”

Нигредо и Пестония. Хотя обе они были областными стражами, как только что заявил Себас, Аинз точно знал, куда нужно идти. Вот почему он все еще мог сообщить Себасу о своих намерениях даже с этими полувопросами.

— Если мы позволим Пестонии прибыть туда первой, то как насчет часа спустя?

-…Вот и прекрасно. Похоже — было бы неуместно брать с собой Альбедо и Демиурга.

— Да. Хотя мне больно это говорить, они надеялись, что Аинз-сама отправится туда один.

Аинз кивнул головой.

— А что насчет той куклы?

— Я попрошу Пестонию позаботиться об этом деле, там не должно возникнуть никаких проблем.

— Хороший. Значит, через час…хм? Себас, ты тоже пойдешь?

— Да. Я надеялся, что вы дадите мне на это разрешение. Мне позволено?

Себас опустил свою Белую Голову, получив одобрение Аинза.

Час спустя Аинз использовал силу кольца, чтобы телепортироваться в замерзшую тюрьму на пятом этаже.

Его никто не сопровождал. Он сказал обычной служанке, приставленной к нему, что у него есть важные дела, и приказал ей хранить это в тайне и оставаться у себя в комнате.

Сначала она протестовала, говоря: «Я сделаю вид, что вообще ничего не видела. Вы можете просто полностью игнорировать мое присутствие, так что, пожалуйста, возьмите меня с собой.- В то время как Аинз находил ее предложение заслуживающим доверия, она, казалось, получала некоторую форму удовлетворения от того, что ее игнорировали.

Он уже говорил с ней об этом в прошлом, и она ответила, что возражать до конца означало бы, что они выполнили свой долг служанки в высшей степени. Очевидно, они также активно искали такого рода взаимодействия. С другой стороны, он спросил только одну из них, так что, возможно, она была единственной — нет, она должна была быть единственной с таким фетишем.

Даже если это была обычная служанка, как она, чтобы гарантировать, что он не оставит даже 1% вероятности того, что это может превратиться в нечто большее, Аинз собрался с духом.

— Я должен сделать что-нибудь, что сделает ее счастливее, когда я вернусь…может быть, поручить ее какому-нибудь надоедливому и черному человеку… так она будет счастлива или что-то в этом роде. Да я вообще ничего не понимаю…}

В Назарике было слишком много людей, которые вели себя так же, как эта горничная, вот почему ни один из его долгосрочных отпусков никогда не отменялся. Если это будет продолжаться, все надежды и мечты Аинза обречены на провал.

Аинз распахнул двери, покрытые слоем льда, они были в стиле сказочного замка. Как и прежде, изнутри дул холодный ветер, но Аинза, как нежить с полным иммунитетом к морозу, это все равно не беспокоило.

Аинз шел один по мрачным коридорам. Кроме того, что он проверял на ходу дыры в потолке, он безостановочно шагал к двери, которая стояла в центре гигантской фрески, занимавшей всю стену.

Как и прежде, штукатурка на некоторых местах фрески уже отвалилась. Все это выглядело довольно жалко.

Он сделал один толчок, и дверь бесшумно скользнула в сторону, троица, находившаяся в комнате, встала, чтобы поприветствовать Аинза.

Владелец комнаты, Нигредо.

Горничная с собачьей головой, Пестония.

И последний из этой троицы, Себас.

— Добро пожаловать, Аинз-сама.

По приглашению хозяина комнаты, Нигредо, Аинз подошел к столу, за которым они сидели.

В последний раз, когда он был в этой комнате, там была только колыбель. На этот раз колыбели нигде не было видно, только стол и четыре стула.

Они, вероятно, были взяты из других комнат в Ледяной тюрьме. Кроме того, Нигредо была всего лишь стражем надземной части замороженной тюрьмы, а Нейронист — стражем подземной части.

После того как Аинз занял свое место, Пестония немедленно начала готовить чай. Пар, исходивший из чайной чашки перед ним, нес с собой аромат черного чая, хранившегося внутри. Себас в то же время принес несколько бисквитов.

Конечно, Аинз ничего не мог съесть, но все равно с радостью принял их гостеприимство. После этого Аинз приказал все еще стоявшей троице сесть.

Печенье, которое предложили Аинзу, вовсе не было изысканным, это были простые квадратики. Можно сказать, что это было редкое зрелище в Назарике.

Был ли это чей-то эксперимент? Аинз посмотрел на Себаса и спросил о них только своим взглядом, побуждая Себаса ответить.

— Это не из Назарика, а товары, которые я привез из Э-Рантеля. Благодаря нынешнему обилию дешевых и свежих ингредиентов, привозимых в город, там медленно развивается культура питания. Этот бисквит входит в число разрабатываемых продуктов питания. Раньше говорили, что слишком жесткий, но теперь стал совсем мягким.

— Я уже пробовала некоторые, они вполне приемлемого качества для закуски, гав.

— Хммм.

Аинз взял печенье и откусил кусочек. На самом деле все оказалось не так сложно, как он ожидал.

Бисквит треснул пополам, затем Аинз выловил крошки из внутренней полости челюсти и положил их рядом с чашкой черного чая.

Он мог определить текстуру печенья, но не его вкус. Это был еще один недостаток его тела.

Однако с точки зрения Аинза это было совсем не так. Именно из-за того, что у этого тела не было либидо (RRT: Половое влечение к лицам противоположного пола), аппетита и сонливости, он мог преуспеть в своей роли правителя Назарика.

Если бы он не был лишен хоть одного из этих аспектов, то, несомненно, он впал бы в бесконечное грехопадении с самого начала.

— Если бы Аинз-сама сдавал в аренду больше своей нежити для сельскохозяйственных целей, то, несомненно, произошли бы положительные изменения в увеличении разнообразия пищи. Пищевая культура, несомненно, расцветет, и, возможно, они даже смогут производить пищу такого же качества, как и ту, что была в Назарике.

— Это было бы здорово. Из-за моего тела, я не мог выяснить баффы, получаемые различными продуктами питания раньше. Если бы мы вложили в это больше ресурсов, это могло бы помочь укрепить Назарик. Но – если мы хотим этого достичь, я предполагаю, что те, кто не имеет уровней [повара], вообще не могут готовить?

— Мы тоже беспокоились об этом, так что было бы лучше сохранить как можно больше чистокровок.

Аинз одобрительно кивнул в ответ на предложение Нигредо.

Внезапно Аинзу вспомнились европейские биодомы (RRT: Закрытые экологические системы) прошлого и конфликты, возникавшие вокруг фонда семян. Хотя тогда он не слишком интересовался этой темой, голубая планета была раздражена всем этим.

— Ах, да. Так будет лучше всего. Для решения этого вопроса должна быть сформирована рабочая группа.- Наверное, ему следует предложить эту идею альбедо. “Ну а теперь-самое время обратиться к главной теме нашего разговора. Скажите мне. Зачем меня позвали сюда?”

Нигредо, как их представительница, заговорила:

— Да. Учитывая нынешнюю ситуацию, не пора ли нам прекратить массовые убийства граждан Королевства?

— Нет. В любом случае, разве это не должно быть чем-то, что ты должна спросить у своих непосредственных начальников, Стражей этажей, а не у меня? — Немедленно ответил Аинз.

Жители Назарика, особенно областные стражи — были письменно проинформированы о действиях Стражей этажей и стоящих за ними целях.

Если у них есть какие-то предложения, они должны отчитываться перед своим начальством, Стражами этажей. Это было сделано для того, чтобы объединить различных обитателей Назарика, завоевать мнения тех, кто придерживался различных точек зрения, и пробудить интерес и любопытство у них всех.

Однако, хотя Нигредо и высказала свое мнение именно так, как он надеялся, она должна была сделать это своему непосредственному начальнику, Стражу пятого этажа Коциту. Если бы Аинз принял ее предложение напрямую, это нанесло бы ущерб авторитету Коцита.

Как социальный конформист, он абсолютно не мог этого сделать.

Если кто-то из вас не понимает, попробуйте пропустить своего собственного начальника и обратиться к вышестоящему начальству из другого отдела. Теперь понимаете? Ничего хорошего из этого не выйдет.

С этой точки зрения Аинз, как глава совета директоров — аналог гильдмастера в иерархии компании — должен быть в состоянии сделать это, но вызвать раздор среди своих подчиненных может в конечном итоге привести компанию в трудное положение, и поэтому этого следует избегать любой ценой.

Если бы он решал вместо Стража четвертого этажа, Гаргантюа, то Аинз был бы готов сделать это.

— Айнз-сама прав. Так что позвольте мне высказать и свое предложение, гав.

В некотором смысле непосредственным начальником Пестонии был Себас.

Если бы на девятый и десятый этажи был назначен Страж этажа, то Себас был бы стражем этажа девятого, а Альбедо — стражем десятого.

Поскольку Себас был тем, кто пригласил Аинза, не должно было появиться никаких возмущений.

— …Теперь я понимаю твои чувства, но все же хочу задать тебе один вопрос. Эта война — грандиозный эксперимент на благо укрепления Великой Подземной Гробницы Назарика, нашего дома. Она не остановится только из-за милосердия. Итак, было ли твое предложение построено на этой предпосылке?

Не ошибайтесь, Великая Подземная Гробница Назарика — Колдовское Королевство Аинз Оал Гоун — не уникальна и не непобедима. Если бы они столкнулись с другой гильдией, которая также была перенесена в этот мир, они могли бы проиграть.

Предполагать, что они были единственными, кто перенесся сюда…это было бы слишком оптимистично.

Честно говоря, он уже чувствовал присутствие других предметов мирового класса, так что не было большой натяжкой воображения предположить, что где-то еще существовала какая-то другая Гильдия.

Вот почему, чтобы гарантировать победу в неизбежной войне гильдий, он был обязан как глава Гильдии укрепить Назарик настолько, насколько это возможно.

— Но как они могут быть спасены, если не по одной только милости? Гав.

-…ух. Что ты имеешь в виду? Если есть какие-то преимущества, которые можно извлечь из твоего предложения, говори. Тем не менее, если это что-то вроде «если мы пощадим как можно больше людей, то в будущем может родиться сильное существо», я не буду этого делать. На протяжении всей истории Королевства она не производила ничего более сильного, чем авантюристы Адамантитового ранга. С точки зрения одной только чистой силы, возможно, это был предел человечества. Если это так, то лучше отдать предпочтение Драконам или другим более сильным расам.

— У всех младенцев есть потенциал, Аинз-сама.

Пестония одарила Нигредо холодным — по крайней мере, ему так показалось — взглядом.

— Не только младенцы, гав.

У Нигредо была слабость к младенцам, возможно, даже превосходящая сострадание Пестонии, однако ее сострадание ограничивается только младенцами. Как только они доживают до двух лет, она видит в них только мешки с мясом, от которых нужно избавиться.

По этой причине малыши, спасенные во время штурма столицы, покинули опеку Нигредо и были помещены под опеку Пестонии, как только им исполнилось два года.

Наверное, их уже перевели в детский дом Юри.

— Я понимаю, что это так. Но разве то же самое не относится и к дракончикам?

— То, о чем мы только что говорили, увеличение разнообразия пищи, разве это не относится и к людям? Если бы мы применили различные методы, которые мы имеем в Назарике, чтобы усилить их, конечно, можно было бы создать более сильные разновидности людей. Кроме того, ценность расы заключается не только в ее силе, склонность человечества к творчеству… вы можете назвать это способностью культурного развития, я думаю, что у них есть такая способность. Если бы мы сократили их население до нуля, разве это не было бы большой потерей для Назарика?

Может быть, именно поэтому они дали Аинзу печенье? Если это было так, то все именно так, как они и предполагали. Нет, это не имело большого значения. Пока они смогут убедить Аинза, это будет их победой.

— Действительно, это стоит обдумать. Однако я не хочу, чтобы обитатели этого мира стали слишком сильными, даже в той степени, в какой я считаю их развитие цивилизации угрозой.- Аинз сжал руку в кулак. «Те, кто силен, но не может стать сильнее, и те, кто слаб, но все еще имеет место для роста, этого переломного момента следует избегать любой ценой. Как только мы обнаружим малейшую возможность того, что это произойдет, мы должны предотвратить это любой ценой. Это все для блага Назарика…разве не так?”

Они оба замолчали. Аинз перевел взгляд на Себаса.

С тех пор Себас не произнес ни слова.

— Я благодарен за то, что Аинз-сама согласился спуститься сюда и выслушать их мысли. Вот почему я больше не буду делать никаких просьб.

— Хммм…

Аинз приподнял подбородок и снова перевел взгляд на них двоих.

— Ммм, это правда, что нам было бы невыгодно толкать человечество на грань вымирания. Когда дело доходит до толчка, они делают все, чтобы стать сильнее от отчаяния. По этой причине нам лучше всего уничтожить всех, кто имеет подобный опыт. Если вы хотите воспитывать их, воспитывайте тех, кто не прошел через подобные переживания — тех, у кого нет стремления к самоутверждению.- Аинз поочередно переводил взгляд с одного на другого. “Мы здесь закончили?”

— Еще нет, гав!

— Голос Пестонии прозвучал слишком громко. Она со стыдом опустила голову и сказала:

— Все в порядке. Вместо того чтобы извиняться, выскажи свое мнение.

— Да, Аинз-сама. Я слышала, что ваша стратегия на этот раз называется «пряник и хлыст», чтобы дать понять окружающим странам разницу в результатах между Империей, которая решила стать нашим вассалом, и Королевством, которое решило выступить против нас как враги. Это и было причиной нынешней резни, гав?- По мере того как все больше и больше людей умудряются спасаться от великих бедствий, — Пестония продолжила после того, как Аинз кивнул, — не станет ли более распространенным представление о том, как глупо не повиноваться Аинз-сама или, скорее, Колдовскому Королевству? Гав.

— Ты намекаешь, что я должен намеренно отпустить большинство из них?

— Да, гав.

Если это так, то есть некоторая ценность в том, чтобы позволить им сбежать.

Но.

Он не верил, что Альбедо и Демиург не придали этому значения. Оба они были из тех, кто не выполняет план, пока не обдумает даже такие возможности. Если бы Аинз допустил это, он бы выполнил план, от которого Альбедо и Демиург по какой-то причине отказались.

Как отреагируют на это те двое, которые всегда принимали действия Аинза за действия гения?

Несуществующий желудок Аинза свело судорогой, как только он подумал об этом.

Подождите, нет, он сказал им, что ”я буду делать ошибки намеренно», так что даже если произойдет что-то из ряда вон выходящее, это все равно может хорошо сработать в конце. Однако реальная проблема заключалась в том, что произойдет потом, а именно в действиях тех, кто назовет белый цвет черным и наоборот, если он сделает это первым.

{Если они откажутся от этого плана из-за фатальной ошибки и я прикажу им выполнить его в любом случае, это может привести к огромным потерям с нашей стороны.}

Это было бы то же самое, что компания, которая понесла огромные убытки из-за некомпетентности генерального директора, в то время как сотрудники были беспомощны, чтобы остановить это.

{Даже если бы им пришлось возместить утрату, кто-то вроде меня был бы слишком кроток и бессилен, чтобы что-то предпринять. Кто-то, кто даже не мог взять на себя ответственность и последствия своих действий, не должен был делать что-то подобное.}

Но даже если бы он захотел отказаться, то не смог бы точно сказать, что именно было не так с предложением Пестонии.

Хотя простого «нет», наверное, было бы достаточно.

{…Значит, я должен был силой взять с собой Альбедо и Демиурга? Но…}

Он не сделал этого, потому что более или менее понял, о чем будет эта встреча, узнав, что она была с Нигредо и Пестонией.

Вот почему он оказался в трудном положении.

Потому что эти двое уже были заключены в тюрьму раньше. Тогда Альбедо уже предлагала их казнить. Он боялся, что если то же самое произойдет снова, то Альбедо будет настойчиво требовать казни. Он также боялся будущего непримиримого разделения.

Организация, которая казалась грозной для посторонних, все еще могла рухнуть изнутри.

Вот почему они должны были избегать всего, что могло представлять для них угрозу.

Так что же ему теперь делать?

Здравый смысл подсказывал ему отвергнуть их предложение, но что-то все же беспокоило его — будущее.

Хотя Великая Подземная Гробница Назарика могла принять в свои ряды только одну группу чужаков, Колдовское Королевство Аинз Оал Гоун уже поглотило большое количество чужаков. Хотя они, возможно, и не занимают никаких важных постов, это, вероятно, было лишь временной мерой.

Если бы эти посторонние люди стали высокопоставленными чиновниками, они, конечно, придерживались бы довольно большого количества различных мнений. Возможно, там также были бы предложения о благожелательности, которые заставили бы Альбедо и остальных назвать их «слабовольными» или что-то подобное.

Можно ли было бы поручить Нигредо и Пестонии объединить эти виды мнений?

Если это так, то игнорирование их предложений сейчас может привести к проблемам позже.

Если люди с такими же взглядами, как у них, были исключением в Назарике, то он должен был отвлечь еще больше внимания на этот вопрос.

Также—

{Я уже отплатил за доброту, проявленную ко Тач Ми-Саном, так что если я буду считать это отплатой за доброту Моти-тян и Табулы-Сан, то все будет в порядке.}

-…хотя я считаю, что все вы уже должны это знать, я повторю это снова. Я никогда не собирался уничтожать всех людей в Королевстве. Мы уже убедили, несколько дворян присоединиться к нам…но большинство, около 90% из них будут убиты.

— Значит, некоторые люди, которых мы пощадим, будут жить под властью Назарика, гав. Я не думаю, что это будет разносить сообщение громче, чем если бы мы позволили уйти тем, кто не был выбран для сотрудничества.

Он мог понять желание Пестонии помочь тем, кто не был ими избран.

— Я прекрасно понимаю, что ты хочешь сказать. Если это не из милосердия, а скорее для большего блага Назарика, то тут есть над чем подумать…Я подумаю о том, чтобы отпустить некоторых из них.

— Мы вам бесконечно благодарны.

— Мы вам бесконечно благодарны, гав.

Себас тоже молча опустил голову.

И все же, хотя он и сказал это, он не знал точно, как ему следует поступить. На сердце у Аинза стало тяжело.

Он должен был придумать какое-то решение. Возможно, ему просто нужно было отпустить несколько сотен человек, чтобы успокоить их.

Хотя это было совершенно неожиданно, подавляющее большинство населения города действительно выжило. Если бы он позволил им сбежать, то выполнил бы свое обещание, данное этим двоим. Тем не менее, они не будут считаться выжившими, спасшимися от большого бедствия.

Должен ли он послать более сильную нежить, чтобы попытаться снова?

Нет, до этого он должен был кое-что подтвердить.

— Кхм! Ну а теперь, Альбедо. Хоть ты и сказала, что это была Красная Капля, насколько надежен наш источник информации по этому вопросу?

— Мне очень жаль, Аинз-сама. Действительно, у нас нет конкретных доказательств этого утверждения. Это был всего лишь поверхностный вывод, основанный на Адамантитовой пластине на броне, а также на ее цвете.

Альбедо встала и низко поклонилась.

— Не нужно. Я просто хотел проверить, есть ли у вас доступ к информации, которой у меня нет. Меня это не слишком беспокоит.

Хотя он и был счастлив, что она так преданна ему, такое обращение обычно доставляло ему немало неудобств. Для Аинза, воплощения концепции неудачи, это было не так уж и важно. Однако то, что она только что описала, никак нельзя было отнести к разряду неудач.

— Примите мою бесконечную благодарность, Аинз-сама.

— Да уж … угу…так была ли это Красная Капля или обманка кого-то, кто хочет, чтобы мы поверили, что это — Красная Капля? Стражи Этажей, выскажите свое мнение.

Судя по их кратким мнениям, большинство из них поддерживали первое. Аинз тоже подумал, что это первое.

— Ну а теперь я должен еще раз кое-что спросить у вас всех. Кто-нибудь знает о характеристиках силового костюма? Если вы все не слишком уверены в этом, я расскажу.

Аинз подтвердил, что стражи ничего не знали о силовом костюме, и начал излагать то, что он помнил о способностях силового костюма.

Еще в игре Иггдрасиль силовой костюм изначально не существовал, но позже был добавлен в качестве предмета для новых игроков.

Кроме того, в то время были популярны боевые игры мехов, так что это, должно быть, также была попытка привлечь эту категорию игроков.

Хотя он не мог сказать, способствовало ли это этому факту или нет, возможности силового костюма были довольно высоки.

Прежде всего, как они уже видели, скафандр обладал способностью летать по воздуху с большей скоростью, чем [Полет]. Он мог поддерживать работу в течение более часа под водой без каких-либо повреждений и был практически невосприимчив к любому урону, исходящему от окружающей среды.

Он мог даже применять и активировать своими плечами, туловищем — и в зависимости от типа, даже запястьями и ногами — различные виды атакующих заклинаний.

Хотя это может показаться очевидным, у него есть человеческие пальцевидные отростки, которые могли бы — если бы рука сама не была преобразована в оружие — держать оружие.

Магические заклинания можно было свободно настраивать в пределах настроек силового костюма, но половина из них была эксклюзивом микротранзакций, а другая половина требовала долгого гринда.

Хотя эти настройки можно было менять практически в любом месте вне боя, все же существовали некоторые ограничения на них.

Самым высоким уровнем заклинаний, которые можно было хранить на броне, был десятый уровень, и использование этого заклинания было ограничено одним использованием в час. Более сильные заклинания имели еще больше ограничений. Хотя количество раз, которое заклинание может быть использовано, восстанавливается с течением времени, оно, по-видимому, имеет ограничение, при котором заклинание, хранящееся в броне, не может быть заменено в течении некоторого времени, даже если это было экономное(в плане маны) заклинание.

Физический и магический урон брони были высокоуровневыми, не зависящие от способностей пользователя. То же самое можно было сказать и о его оборонительных и маневренных возможностях.

Ее можно было бы назвать броней, которая мгновенно стирает пропасть между слабыми и сильными.

Кстати о слабостях, у него действительно было два незначительных недостатка.

Одна из них заключалась в том, что поскольку он считался полной броней, его нельзя было комбинировать с другими частями брони. Тем не менее, ожерелья и другие декоративные элементы одежды все еще можно было носить с ней.

Другой недостаток заключался в том, что магия, хранящаяся в доспехах, не могла быть усилена метамагией(RRT: приемы, позволяющие модифицировать эффекты заклинаний). Но, поскольку эти заклинания все еще могли быть усилены с помощью другого снаряжения, это вообще не могло считаться слабостью.

Однако, если слабак должен был использовать эту броню, у него действительно была большая слабость.

ХП и МП

Несмотря на то, что урон, наносимый скафандром, мог компенсировать низкие характеристики владельца, значения ХП и МП владельца оставались неизменными.

То есть слабак в доспехах будет обладать высокими защитными возможностями, но и низким запасом здоровья. Конечно, если противник не может пробить относительно высокую защиту, это вовсе не слабость.

С точки зрения Назарика, у Стража Этажа вообще не должно возникнуть проблем при борьбе с этой броней.

Реальную угрозу он представлял для НПС вроде Плеяд, которые не были настолько сильны. Если их пути пересекутся с костюмом, они должны будут отступить.

Аинз закончил свое объяснение и начал отвечать на вопросы.

Первой задала вопрос Альбедо.

— Значит, пока мы сами этим занимаемся, все должно быть в порядке, верно?

— Верно. Даже самые сильные силовые костюмы могли иметь только наступательные возможности, эквивалентные восьмидесятому уровню персонажей. Однако это отталкивается от моих знаний о том, что силовые костюмы совершенны. Гипотетически, если бы существовали более редкие или артефактные силовые костюмы, это была бы совершенно другая ситуация. Если бы это было так, то могли бы существовать силовые костюмы гораздо более мощные, чем те, что я описал.

— Разве вы не можете судить об этом по одному его виду?

— Угу, я прошу прощения, Аура. Поскольку я не слишком хорошо знаком с силовыми костюмами, я не могу определить их возможности только по внешнему виду. Кроме того, хотя никому не позволялось слишком сильно изменять его внешний вид, все же существовали небольшие изменения, которые владелец мог внести в него.

В то время как силовой костюм мог быть полезен слабым игрокам, он был совершенно бесполезен для сильного игрока.

Неважно, что снаряжение Божественного класса, даже снаряжение Легендарного класса, может превзойти силовой костюм. Вот почему, когда в Иггдрасиль добавили силовой костюм, Аинз и его друзья, которые уже были на максимальном уровне, не проявили к нему никакого интереса.

Более серьезной проблемой для Аинза в то время было то, что он едва мог произносить заклинания с этим снаряжением.

— Их было два или три? В Назарике должно быть несколько комплектов силовых костюмов, позже я отправлюсь за ними в сокровищницу. Может быть, каждый должен почувствовать, каково это — носить его.

Он вспомнил, что эта штука все еще должна быть там, что-то такое, что Аманомахитоцу раздобыл после того, как узнал, что даже те, у кого есть производственные уровни, могут вступить вместе с ними в бой. По-видимому, втайне он был вполне уверен в себе, потому что тоже играл в воздушные боевые игры, но потом его легко разбил Перорончино в притворном бою. После этого костюмы больше никогда не появлялись.

Он также вспомнил, как Нисики Энрай сказал: “Тогда играй Эбирэйдж(RRT: другая игра с мехами) лмао.”

Аинз путешествовал по своим воспоминаниям, когда осознал это.

Если бы у Красной Капли был силовой костюм из Иггдрасиля — черный меч лидера другой команды Адамантитового ранга, Синей Розы, мог бы иметь такой же уровень мощности.

Согласно сведениям, которые они получили от своих помощников в столице, оружие, которым она владела, было достаточно мощным, чтобы сравнять с землей целый город. Хотя этот помощник счел информацию нелепой, она исходила от самого члена команды.

Аинз всегда думал, что она либо лжет своим товарищам по команде, либо просто все выдумывает.

Но учитывая то, что он знал сейчас — возможно, эта информация была правдой.

Он слышал, что лидеры Синей Розы и Красной Капли были родственниками.

Если бы они были родственниками, то наличие снаряжения одного уровня вообще не должно было бы быть странным.

Конечно, Аинз не был настолько параноиком, чтобы поверить, что Стражи Этажей могут быть побеждены одним ударом чем попало, но у него также не было доказательств, что это было совершенно невозможно. Возможно, защиту Стражей можно было бы легко преодолеть с помощью какого-нибудь сильного оружия из этого мира.

Аинз не хотел страдать от каких-либо серьезных последствий из-за того, что вынудил свою противницу подняться на ту ступень, где сила этого меча уже могла убить своего пользователя.

Если бы дело дошло до битвы с Синей Розой, он, вероятно, должен был бы использовать призванных монстров, чтобы заставить их использовать эту способность, а затем победить их.

Однако это было последним средством.

Он помнит поговорку о том, что «лучшая часть отваги — это благоразумие», и ему следует последовать этому совету.

В конце концов, главной целью уничтожения Королевства было вовсе не уничтожение Синей Розы, но если бы они встали у него на пути, он был бы не прочь уничтожить их. Тем не менее, было лучше не делать никаких необдуманных ходов, прежде чем они узнают все возможности меча этой девушки. {Я должен извиниться перед Энтомой и надеяться, что она поймет.}

Аинз мысленно вздохнул про себя и покачал головой, пытаясь вернуть ход своих мыслей в нужное русло.

Сейчас было не время думать о таких вещах.

“Еще вопросы?”

Аинз огляделся вокруг, и оказалось, что ни у кого из стражей больше нет вопросов.

— Если так, то мы пока приостановим обсуждение силового костюма. А теперь, Демиург, как мы поступим с этим городом? По моему мнению, то, что он выманил этого парня, было более чем удовлетворительно.

— Для них было бы большим заблуждением, что они победили Колдовское Королевство.

Мы должны послать более сильную нежить, и они обратятся в прах.

— Хммм, было бы неплохо…

Нет, это было совсем не хорошо.

Если они это сделают, ему придется очень постараться, чтобы спасти какой-нибудь другой город, чтобы сдержать обещание, данное тем двоим. Хотя у него и получилось все уладить в этот раз, сделать это снова будет чрезвычайно трудно.

Ради Пестонии, которая стояла у него за спиной и подслушивала, он должен был спасти жителей этого города, чтобы выполнить свое обещание.

— Нет, Демиург. Давай пока не будем этого делать. Это подготовит нас к подобным ситуациям, если они повторятся. В любом случае, сейчас самое время осадить столицу. Давайте закроем занавес над этой битвой. Все будет в порядке, пока мы систематически выжигаем землю в остальных городах. А ты как думаешь?

Он давал жителям этого города шанс и время убежать. Если их потом убьют, потому что они не сбежали, у этих двоих не будет претензий, верно?

— Если Аинз-сама так считает, пусть будет так.

Хотя могло показаться, что Демиург ответил с сарказмом, он бы никогда такого не сделал с Аинзом.

Некоторые люди всегда могли услышать всевозможные оттенки в словах других людей, тех, кому обычно есть что скрывать, и Аинз был одним из них.

— Не говори так, Демиург. Если у тебя есть идея получше, то мы так и поступим.

— Как и ожидалось от Аинза-самы. Я действительно в восторге от того, насколько вы скромны.

Мнение Аинза о кланяющемся Демиурге смешалось.

Во-первых, то, что он сказал, было здравым смыслом, и это не заслуживало похвалы.

Хотя он был польщен, ему казалось, что с ним обращаются скорее как с ребенком, если даже самые тривиальные вещи, которые он говорил и делал, были одобрены.

Возможно, это было просто из-за его низкой самооценки.

— … У кого-нибудь из Стражей есть другое мнение?- Аинз повернулся к Шалти, убедившись, что возражений нет, — Верни нежить, которую мы послали через [Врата]. Затем собери наши силы в Э-Рантеле и приступай к осаде столицы.

— Да, повелитель. Я немедленно займусь этим.

— А в основную армию войдут люди из Назарика?

— Пошлите тюда Мастеров-гвардейцев Назарика и других элитных гвардейцев. Они не слишком сильны по отдельности, но довольно приятное зрелище, когда смотришь на них как на единое целое.

— Понял.

— Отлично. Мы будем завоевывать города один за другим и устроим финальную битву в столице, как и планировалось. После этого, хотя это может быть и не по плану, мы закончим убивать жителей всех бесполезных городов. Благодаря этой демонстрации силы мир придет к пониманию последствий того, что будет, если он не склонится перед силой Назарика.

Все Стражи Этажей с уверенностью согласились. Аинз глубокомысленно кивнул.

— Тогда очень хорошо, Стражи Этажей — Аинз ненадолго задумался о будущем и снова открыл рот, чтобы сказать: — пусть часть Стражей отойдет в строну. Все остальные, покажите мне вашу истинную силу.

Интерлюдия

В городе, который состоял в составе Альянса городов-государств Карнассус, Бебад.

Резиденция мэра города была ярко освещена, как обычно.

Владелец резиденции, Ри Киста Каберия, взяла накопившиеся документы и начала читать.

Альянс городов-государств состоял из:

Карнассус.

Беппо Алло.

Восточный Гейт.

Западный Гейт.

Венерия.

Великий Листаран.

Оркнейас.

Новый Оркнейас.

Великий Уайт.

Рис.

Франклин.

И наконец, Бебад.

Этот город был частью двенадцати упомянутых городов, образовавших Альянс. Каждый город, включая другие территории, которыми они владеют, имел в среднем 400 000 жителей. Самый большой город был домом для 600 000 человек.

Среди этих городов Бебад был исключением в том смысле, что в других городах никогда не было ни одной расы, составляющей свыше 40% населения. Альянс городов-государств был союзом множества рас и городов. Если бы кто-то перемотал время назад на несколько столетий, они увидели бы огромную нацию, которая породила Альянс городов-государств.

Из-за коллапса этой огромной нации возникло четырнадцать городов-государств, с находящимися в центре каждого из них своего мегаполиса. После того как это произошло, между городами-государствами — вернее, маленькими странами — произошло большое кровопролитие. Эта ситуация проходила с объединениями и расколами государств до тех пор, пока не произошло событие, которое они назвали Великие Дебаты, на которых был образован нынешний союз между двенадцатью городами-государствами.

Но даже в этом случае всем было трудно отказаться от своих предрасположенностей друг к другу. Хотя для рас с более короткой продолжительностью жизни столетие назад было прошлым, для некоторых из более долгоживущих рас это все еще было недавним воспоминанием.

По этой причине проводили пятилетний турнир как отдушина для тех, кто все еще держал обиду из прошлого, и скоро он должен был начаться.

Городом в списке на проведение следующего турнира был Бебад.

Хотя это было правдой, что у них было четыре года на подготовку, и у них осталось все четыре года.

Турнир состоял из шестнадцати состязаний, одно из которых привлекало больше внимания, чем остальные.

Коннелир — или имитация боя. Он также был известен в просторечии как взаимный бой.

Каждый город-государство посылал десять своих самых сильных бойцов, которые затем сражались с другими воинами под защитой магического предмета, известного как Знамя Мира.

Это было самое зрелищное и яркое из всех событий, и оно было довольно популярно среди населения. Дело дошло до того, что большинство людей считали, что можно пропустить все состязания, кроме этого. Вот почему они не могли допустить даже малейшей ошибки во время подготовки к этому состязанию.

Это не было метафорой, бунт с многочисленными жертвами был спровоцирован в прошлом, когда город-государство Оркнейас плохо подготовилось к этому состязанию. Даже несмотря на то, что с тех пор прошло сорок лет, фраза “Оркнейский начальник” оставалась уничижительным именем для некомпетентного человека.

Хотя оплошность в любом из этих состязаний могла вызвать гнев, Коннелир был единственным состязанием, где не допускалось даже половины ошибки.

Тем не менее, высшее правительство каждого города знало, что оркнейский организатор состязания был не так уж плох, их проблема заключалась в слабой бдительности по отношению к Призракам Побежденных.

Прямых доказательств существования призраков не было. Даже если это был первый раз, когда они появились, ошибка, которую они допустили, была фатальной.

Закончив читать документы, Киста потерла глаза.

Последний раз Бебад проводил этот турнир около пятидесяти лет назад. Члены основной команды, ответственной за организацию этого дела, уже давно умерли.

Несмотря на то, что она собралась с духом, чтобы изучить документы с нуля, она все еще чувствовала, что может свалиться от напряжения и давления всего этого испытания.

Она не могла уснуть всякий раз, когда ей приходила в голову мысль, что турнир может закончиться неудачей.

Киста не смогла сдержать смешок.

Ей оставалось еще четыре года, но она уже была в таком состоянии. А как она будет выглядеть, когда начнется церемония открытия?

Ее это уже раздражало.

Но пока она читала документы, оставленные ее предшественниками, и записывала все свои мысли и идеи, наступил краткий миг утешения.

Как раз в тот момент, когда Киста собиралась взять еще одну пачку документов, кто-то постучал в ее дверь.

Она встала со стула и направилась к двери. Там она увидела знакомое лицо, которое она ожидала увидеть. Это был ее дед, бывший мэр города Ри Берун Каберия.

Он был не только великим человеком, ответственным за прочный мир Бебада, но и мэром, когда турнир в последний раз проводился в Бебаде.

— Дедушка-сама, — с улыбкой поприветствовала его киста — ты пришел сюда специально или просто был поблизости? Я бы пришла к тебе, если бы ты мне сказал.

— Все в порядке, все в порядке, я просто тренирую свой позвоночник. Даже если мои ноги не будут работать так, как раньше, если я буду вечно сидеть взаперти в этом доме, он атрофируется еще быстрее. Кстати, Киста, извини, что прерываю твою работу, но ты в порядке?

— Ммм, конечно, я в порядке, дедушка-сама. Пожалуйста, входи.

Киста подвела дедушку к дивану, где они сели друг напротив друга.

Берун налил горячего чая в две чашки, которые приготовила для них Киста. Бледно-зеленая жидкость источала мягкий и освежающий аромат, который пронизывал всю комнату.

— Итак, Киста. Я слышал от одной из горничных, что ты плохо спишь последние несколько дней?

Хотя она и не хотела, чтобы дед беспокоился, но больше не могла этого скрывать.

— Да, Дедушка-сама. Мне трудно засыпать каждый раз, когда я вспоминаю о том, что может случиться через четыре года…

Большинство людей посмеялись бы над тем, что кто-то будет беспокоиться о том, что произойдет через четыре года, возможно, они даже сказали бы, что она была слишком взволнована. Однако Беруну было не до смеха. Тяжесть бремени, взваленного на плечи мэра, была тем чувством, которое он, естественно, слишком хорошо знал за долгие годы своей службы в качестве мэра этого города.

— Киста. Если ты уже находитесь в этом состоянии, ты погубишь себя. Это травяной чай, который поможет тебе успокоиться. Выпей его и ложись спать пораньше. Исключительный лидер — это не тот, кто может достичь наибольшего результата в кратчайшие сроки, а тот, кто понимает, как правильно делегировать свои обязанности соответствующим подчиненным. Неважно, ты или я, но как много мы действительно можем достичь сами, верно?

— Большое тебе спасибо. Но…у меня еще есть кое-какая работа, которую нужно закончить в ближайшее время.

— Это как-то связано с соседними городами? Но я что-то не припомню, чтобы слышал, чтобы Король Эквестрии делал какие-то движения.

Врагом Альянса городов-государств был тот, кто оккупировал обширные восточные равнины, Король Эквестрии. Поскольку Бебад не находился рядом с равнинами, всякий раз, когда страна подвергалась нападению, они просто должны были посылать своих солдат.

-…Новости о том, что Империя недавно стала вассальным государством, наверняка вы уже слышали об этом. Вопрос в том, насколько сильно мы должны опасаться Колдовского Королевства, должен быть решен как можно скорее.

— А, Колдовское Королевство…

На лице Беруна появилось опасливое выражение.

Страна, которая вассализировала Империю, пока имела только один собственный город. Ходили также слухи, что они ассимилировали организацию убийц в свои собственные ряды.

Вокруг ходили всевозможные слухи и сплетни, и трудно было сказать, правдивы они или нет.

Кисте это кое-что напомнило.

Император Империи, Зикрниф Рун Фэлод Эль Никс.

Молодой император, получивший титул кровавого императора, она встретила его однажды в рамках дипломатической миссии — в качестве высокопоставленного чиновника посланника в Империю. Они беседовали друг с другом на торжественном приеме, который состоялся после этого.

Он был одним из тех, кто был богат интеллектом, деньгами и обаянием, как и ожидалось от лидера страны. Как такой человек, как он, мог стать вассалом другого государства?

Должна же быть какая — то причина, почему он так поступил.

— Что касается процесса сбора разведданных о Колдовском Королевстве, могу ли я побеспокоить дедушку-саму, чтобы он потянул за кое-какие ниточки?

У Беруна, как у давно правящего мэра города, было довольно много связей, намного больше, чем у Кисты. Конечно, она встречалась с большинством его знакомых, когда унаследовала его должность, но если бы Берун был тем, кто запрашивает такую информацию вместо нее, это было бы гораздо эффективнее.

— Конечно, Киста. Хотя это не совсем благодаря моим связям, я слышал о некоторых блестящих авантюристах, которые только что иммигрировали из Империи сюда, должен ли я спросить их об этом?

— Да, пожалуйста, извини, что беспокою тебя … дедушка-сама, большое тебе спасибо.

Киста глубоко опустила голову. Даже если они были родственниками, он был кем-то, кому было почти восемьдесят лет, но все еще мог взять на себя роль мэра без каких-либо проблем. В окрестностях его даже благоговейно называли «Орлом Бебада». Это было то, о чем она помнила с юности.

— Благодарить меня было бы слишком, неважно, я принимаю твою благодарность, Киста. Начиная с сегодняшнего дня, ложись спать пораньше. Ты меня поняла?

— Да, Дедушка-сама. Благодарю тебя за всю ту заботу, которую ты мне до сих пор оказывал.

Глава 3

В этом кабинете находилось несколько чиновников, которых было собрано большое количество документов. На их лица было трудно смотреть, причина была в том, что на них сказалась возросшая нагрузка. Еще одной причиной этого могло быть напряжение, которое они испытывали, зная об опасном положении Королевства.

Занак потряс своей правой рукой, которая подписывала так много документов, что она начала болеть, и повел плечами по кругу. При этом он слышал, как скрипит его тело.

Казалось, что его тело, как и все остальные, отчаянно жаждало немного отдохнуть.

Хотя он хотел сделать перерыв прямо сейчас, объем работы, который им давался, к сожалению, постоянно увеличивался.

Учитывая это, он должен был либо собрать больше рабочих рук, чтобы справиться с этим, либо распределить свою работу среди других. К сожалению, там не было никого, кому Занак мог бы поручить свою работу. Если кто-то и должен был взять на себя работу Занака, то это должен был быть другой член королевской семьи.

У Занака были свои причины не просить помощи ни у отца, ни у Реннер.

Правда заключалась в том, что у него был доступ к помощи, но он просто не мог обратиться к ней.

Занак снова поднял ручку, просмотрел лежащий перед ним документ, подписал его и поставил печать.

Повторив ту же процедуру в восьмой раз, раздался стук в дверь.

Послышались вздохи нескольких чиновников. Возможно, это была очередная партия еще большего количества документов.

Один из чиновников, чье тяжелое дыхание неестественно напоминало визг свиньи, встал и черепашьим шагом направился к двери. Его движения были настолько вялыми, что казалось, чем медленнее он будет двигаться, тем меньше ему придется работать.

За дверью стоял рыцарь.

— Я ужасно сожалею, что беспокою вас в такое напряженное время, но Реннер-сама хочет поговорить с вашим Высочеством.

Это было совсем не то, чего он ожидал, но все же не менее неприятное дело.

— Я занят, так что нет. Скажи ей, чтобы она поговорила со мной за ужином, если ей есть что сказать.

С тех пор как пропал его брат, Занак и его семья старались как можно чаще обедать вместе. Последние несколько дней были исключением, Реннер, вероятно, уже некоторое время обедала в одиночестве.

Но она никак не могла чувствовать себя одинокой. В это тяжелое врема, когда не хватало горничных, она ужинала с Клаимом и Брэйном вместо него. Возможно, сейчас она была счастливее, чем когда-либо, возможно, счастливее, чем Занак или их отец.

— Да, Ваше Высочество.

Рыцарь закрыл двери и вышел, но Занак знал, что Реннер вообще не примет это оправдание.

Занак перестал писать и приказал чиновнику, который собирался вернуться на свой пост, оставаться на месте.

Примерно через минуту в дверь снова постучали, и за ней появился тот же рыцарь с точно таким же посланием, что и раньше.

— Мне очень жаль, Ваше Высочество. Принцесса сказала, что если вы не хотите, чтобы она распространяла какие-то слухи, которые могут быть правдой, а могут и не быть, немедленно отправляйтесь к ней.

Неужели она всерьез прибегает к угрозам? Занак криво улыбнулся. Хотя он и не верил, что его сестра действительно поступит так, как она утверждает, но если она готова угрожать ему, то ему, вероятно, следует прислушаться к тому, что она скажет. Если бы слухи действительно распространились, то, без сомнения, его нагрузка возросла бы еще больше.

Он просто должен был действовать так, как будто его заставляли против воли.

— Понял, впусти ее, но никого, кроме Реннер. А эти двое пусть подождут в соседней комнате.

— Да, Ваше Высочество.

По немедленному ответу рыцаря Занак мог сказать, что его предсказания были верны, эти двое следовали за ним по пятам.

Брэйн был лучшим воином Королевства, не имеющим себе равных по силе. Клаим был также намного сильнее обычного воина. То, что эти двое остались во дворце на весь день и были телохранителями Реннер, казалось пустой тратой таланта.

Эти двое не состояли в непосредственном подчинении дворца, а вместо этого получали жалованье из личного кошелька Реннер и, следовательно, были ее непосредственными подчиненными. Занак ничего не сказал об их назначении.

После того как рыцарь закрыл двери, Занак повернулся к чиновникам, все еще трудившимся в комнате, и сказал:

— Вы все, моя сестра скоро приедет, что же мне с ней делать? Радуйтесь, ибо у вас всех наступил перерыв. Возвращайтесь через три часа, начиная с этого момента. Отдохните и приступите к работе помолодевшими.

Чиновники устало улыбнулись и тяжелыми шагами, словно зомби, побрели прочь.

Вскоре вошла принцесса Реннер. В отличие от чиновников, которые только что ушли, она сияла лучезарной улыбкой.

— Брааатик, прости меня за то, что я не в свое дело, но эти чиновники могли бы быть гораздо более эффективными, если бы ты дал им хорошо отдохнуть. Люди обычно совершают больше ошибок, когда устают. Кстати говоря, с братиком все хорошо?

Занак потер свой покрытый щетиной подбородок. Он работал столько же времени, сколько и эти чиновники, поэтому, естественно, выглядел таким же усталым, как и они. Он действительно хотел отдохнуть, но как начальник, слишком многое зависело от него.

— Я искренне считаю, что нам следует нанять кого-то, кто сможет подделать мою подпись.

— У нас был человек, который мог подделать подпись отца, может, мне его позвать?

Реннер молча уставилась на Занака. Он знал, что означал ее вопрос, но лучше было проверить, чтобы быть уверенным.

— Что ты имеешь в виду?

— Наш отец все еще впорядке?

У Занака была кривая улыбка.

— Ой-ой…ты думаешь, что я замышляю убить нашего отца? В нынешней ситуации…? Отец чувствует себя не очень хорошо, он отдыхает в своей комнате. Я сомневаюсь, что он мог бы хорошо отдохнуть, если бы ему напомнили о его обязанностях короля. Вот почему ты, как принцесса, не должна встречаться с ним сейчас.

Улыбка Реннера была такой же, как и у него. Увидев ее, он понял, что она все поняла.

— Братик, говоря между нами, нет никакой необходимости лгать. Братик, без солдат Маркиза Рэйвена, имеет достаточно людей, чтобы поставить нашего отца под наблюдение. Министры внутренних и военных дел, должно быть, уже встали на сторону братика…А что собирается делать отец?”

— Он все еще хочет поговорить об этом с Колдовским Королевством.

Из-за этого Занак должен был стать регентом короля и позаботиться обо всем остальном как можно лучше.

С тех пор как он запер своего отца, он должен был взять все эти дела в свои руки. Если бы он все еще просил помощи у своего отца, учитывая эти обстоятельства, он действительно был бы самым жалким человеком на свете.

— Ммм…И все же я понимаю ход мыслей отца. В конце концов, он был свидетелем того, как 200 000 человек были мгновенно уничтожены на поле боя…

К тому же он потерял Газефа Стронофа и собственного сына. Занак не высказал этих мыслей вслух, а просто ворчал в своем сердце.

— Дело не в том, что я не могу понять его желания урегулировать этот вопрос дипломатическим путем, сократить число жертв до минимально возможного уровня, но ситуация уже дошла до такой стадии, когда дипломатическое урегулирование уже невозможно.

Занак достал огромный лист бумаги и разложил его на столе.

Это был не обычный клочок бумаги, а роскошный кусок тонкой белой бумаги. На нем была полная карта Королевства, сделанная через [Копию].

— Смотри. Это те города Королевства, которые уже пали от рук Короля Заклинателя.

Многочисленные знаки «X» усеивали северную и восточную границы Королевства, более половины городов были помечены. Кто-то, хорошо разбирающийся в картографии, мог бы понять, что только по размерам этих городов они были домом для большого количества людей. Те, кто был достаточно умен, уже должны были понять, что если бы эта карта включала деревни, то знаков «X» было бы намного больше.

Занак провел пальцами по карте.

— Хотя Колдовское Королевство, казалось, не предпринимало никаких шагов с тех пор, как началась война, на самом деле они вторглись на север.

Реннер посмотрела на страну, на которой остановился палец Занака.

— Чтобы оказать давление на наших соседей, таких как Союз Агранд, чтобы предотвратить отправку сюда какого-либо подкрепления, верно?

— Совершенно верно. Мы думали, что они вообще не двигались и что объявление войны было просто пустой угрозой. В то время как наш наивный отец пытался вести с ними переговоры, все уже развивалось до этой стадии. Города были разрушены, и наши люди были убиты в массовом порядке.

Занак громко заскрежетал зубами.

-…Такое варварство. Абсолютно непростительно.

Те, кто мог терпеть подобное обращение, не годились для того, чтобы называться королевскими особами.

— Значит, Колдовское Королевство не собирается вступать с нами в контакт. Наверняка они планируют что-то беспрецедентное? Так ведь?

— Ты прав, то, что произойдет дальше — возможно, будет более открытым актом агрессии.

Занак кивнул головой.

Вот почему он был занят разработкой плана призыва в армию, чтобы послать его каждому дворянину в стране.

— Скажи мне, моя сестра, пожалуйста, воспользуйся своим блестящим умом. Почему мы не заметили вторжения Колдовского Королевства? Почему мы не получили никаких сведений о вторжении до того, как северный город Э-Науру отразил атаку врага?

Когда Колдовское Королевство осаждало город, говорили, что ни одна душа не может быть спасена от последовавшей резни. Однако сделать так, чтобы никаких утечек не произошло, было практически невозможно. В конце концов, купцы и путешественники все еще расхаживали с важным видом даже во время войны.

Что же они сделали, чтобы запечатать всем рты?

Может быть, это было какое-то заклинание Короля Заклинателя?

— Братик тоже почувствовал это, верно? Колдовское Королевство изолировало все наши источники информации.

— А…так ты тоже так думаешь. Так что если это так, то эти знаки «Х» тоже могут быть неверными.

— Если бы это не было чем-то, что сделало Колдовское Королевство, все было бы гораздо проще объяснить. Возможно, среди нас есть предатель.

Основная возможность заключалась в том, что какой-то чиновник предал их и сообщил ложную информацию. Другая возможность заключалась в том, что часть знати Королевства переметнулась на сторону Колдовского Королевства и представили ложные отчеты.

Палец Занака продолжал чертить линии на карте. Он задумался, какой дворянин мог предать их, чтобы манипулировать таким огромным количеством информации.

Палец Занака остановился на каком-то городе, и он отодвинул его в сторону, чтобы посмотреть.

-…О Сестра моя, ты ведь уже догадалась, кто из знати предал нас?

— А разве не может быть другой возможности?

Она могла видеть его насквозь. Хотя в прошлом он находил ум своей сестры раздражающим, сейчас она чувствовала себя более надежной, чем что-либо еще.

-…Я мог бы пересчитать по пальцам одной руки количество людей, которые имели бы такой большой контроль над информацией, поступающей в столицу. Например, министр обороны, но даже он не может контролировать поток купцов и путешественников в столицу и обратно. Для тех, кто находится в столице, невозможность блокировать поступающую информацию.

— Если ты так много понял, то наверняка у братика уже есть ответ на этот вопрос. Если подумать…это Маркиз Рэйвен.

— Как же так? Невозможно.

Занак тут же отверг эту мысль, хотя его палец все еще лежал на Э-Либере.

— Ты действительно считаешь, что это невозможно? Маркиз Рэйвен очень любит своего сына. А что, если кто-то похитит его сына и возьмет его в заложники?

— … Так вот как они принудили Маркиза Рэйвена? Совершенно отвратительно!

— Хотя я думаю, что он мог предать нас просто потому, что считал, что «корона обречена на гибель».

Хотя он не желал верить в предательство Маркиза Рэйвена, не было другого аристократа, который был бы столь же могуществен, как он. Ему нужно будет лишь попросить о нескольких милостях других приближенных к нему дворян, прежде чем он сможет полностью перекрыть поток информации в город по своему выбору. Оставшиеся в живых также предпочли бы искать убежище и защиту в более крупных городах, и в этом отношении Э-Либера была бы отличным выбором.

Может быть, именно из-за этих факторов Колдовское Королевство обратило на него свой взор?

— …Каким человеком ты считаешь Короля Заклинателя?

— Необычайно гибкий в своих способах мышления человек, обладающий интеллектом и хитростью целой нации. Самое страшное в нем то, что он не просто полагается на свою подавляющую силу, но тщательно планирует каждый свой шаг. Можно сказать, что он -чудовище, которому совершенно чуждо понятие высокомерия.

{Чего???} Занак посмотрел на Реннер, будто что-то в ней было не так. Выражение ее лица было таким же, как обычно, но в голосе звучали необычные эмоции — благоговение и почтение.

— Паутина заговоров, разворачивающаяся перед нашими глазами, возможно, была соткана в Королевстве много лет назад. Мы всего лишь застрявшие мотыльки.

— Я бы предпочел сказать «бабочки».

— В любом случае, мы в их власти, и не важно, предпочитает ли братик использовать бабочек в этой метафоре или нет. Даже если мы проскользнем сквозь эту паутину невредимыми, там просто будет еще один слой… это откровенно пугает. Я не верила, что кто-то вроде него может существовать в этом мире. А что, если все наши действия хорошо укладываются в его расчеты?

— Так ты говоришь, что он лучше тебя?

Реннер рассмеялась и ничего не ответила.

— Давай вернемся к нашей предыдущей теме, братик, вероятно, подумывает об обыске в резиденции Маркиза Рэйвена, верно? Я не думаю, что вы найдете там что-нибудь существенное.

— Это верно, но ведь мы не можем просто сидеть сложа руки, верно?

Учитывая, вероятность предательства Маркиза Рэйвена, они должны были что-то предпринять. Он все еще надеялся, что они смогут найти хоть малейший намек на это.

— Прежде чем мы это сделаем, у меня есть вопрос к братику. Если нынешняя ситуация будет развиваться и дальше, то Колдовское Королевство наверняка начнет последнюю битву возле столицы. Отдаст ли братик приказ солдатам защищать город или отправит их в наступление? Как мы будем использовать наши силы?

— Я уже получил удовлетворительные ответы от ближайших дворян.

Те, которые находится подальше, еще не ответили. Это было не потому, что они еще не получили его сообщение, а потому, что они хотели наблюдать со стороны. Вероятно, они хотели уничтожить королевскую власть, чтобы поклониться Королю Заклинателю как его новым подданным. Или, возможно, это было потому, что они не хотели становиться на плохую сторону Колдовского Королевства.

Любой ход мыслей был по меньшей мере наивен.

Их вера в то, что они могут дистанцироваться от всего этого, сама по себе была достаточным доказательством их полной глупости.

Нет, он не должен был насмехаться над их идиотизмом. Если бы они знали, насколько безжалостным было Колдовское Королевство, они бы этого не сделали. Все они были просто жертвами информационной блокировки, которая была наложена на них всех.

Как только столица падет, он не сомневался, что Колдовское Королевство распространит свою жестокость и на другие города. Дворяне, пожелавшие воздержаться от этой битвы, в любом случае потерпят бы поражение.

— Неужели ты в это веришь?..мы сможем победить?

Занак криво улыбнулся и спокойно ответил на этот запутанный вопрос.

— Дело не в том, победим мы или проиграем, у нас просто нет другого выбора, кроме как встретиться с ними в бою. Колдовское Королевство сожжет каждый дюйм этой страны и убьет всех наших граждан. Это наша последняя ставка на выживание.

— …Братик… уже король, да?

— Ну и что? Что ты имеешь в виду? Ты хочешь сказать, что я слишком много о себе думаю?

— …Если мы потерпим поражение в этой битве, разве Королевство не будет уничтожено? Если это так, то граждане Королевства не будут в безопасности, куда бы они ни бежали. Хотя я не верю, что решение братика поставить все на карту в этой битве было неверным, Маркиз Рэйвен, возможно, предал нас, чтобы спасти граждан.

— Я понимаю… его город может стать убежищем для беженцев, ммм.

— Но я сомневаюсь, что Король Заклинатель позволит этому случиться. Возможно, он также приказал Маркизу Рэйвену убивать людей, ищущих убежища в его городе, чтобы проверить его лояльность.

Почему Маркиз Рэйвен предал их? Нет, неужели он вообще их предал? Возможно, это тоже была очередная уловка Уороля Заклинателя, чтобы посеять среди них семена сомнения и заманить их с Реннер в ловушку.

Занак вспомнил Маркиза Рэйвена, который хотел только лучшего будущего для Королевства.

Может быть, ему следует написать ему письмо и откровенно поговорить с ним, но это может оказаться опасным шагом.

Предатель, который продолжает получать от них письма. Это наверняка заставит Короля Заклинателя усомниться в нем.

Это могло быть уловкой, которую он мог бы использовать против них, но ее лучше было приберечь для ситуации, в которой Маркиз Рэйвен будет маршировать вместе с армией Короля Заклинателя. Сейчас было не самое лучшее время для подобных действий. Если Маркизй Рэйвену действительно угрожали благополучием его семьи, он не мог винить его.

Занак вспомнил Маркиза Рэйвена, который безмерно любил своего сына.

Он так усердно предавался воспоминаниям, что его глаза почти сощурились в одну линию, пока вид сестры не вернул его к реальности.

— Беженцы? .. Кстати говоря, отец сам этого хотел…ну, он хотел, чтобы мы нашли убежище в Альянсе городов-государств как представители Королевства. Это было задолго до того, как я поставила отца под наблюдение. Если ты все еще хочешь сделать это, тебе лучше поскорее убраться из столицы.

Довольно скоро ему придется призвать всех, кого он сможет, и вступить в решающую битву против Колдовского Королевства. Если быть честным, то у них вообще не было никаких шансов. Поражение означало, что столица и другие города будут стерты с лица земли.

Это означало, что нигде в Королевстве не было безопасно. Возможно, им следует последовать совету отца и покинуть страну.

В обычных обстоятельствах победитель имел бы дело с бывшими членами королевской семьи двумя способами.

Одна из них состояла в том, чтобы смешать их родословную через политические браки, другая в том, чтобы стереть их всех с лица земли.

Колдовское Королевство определенно выберет последнее.

— Это отличная идея, может быть, братик тоже пойдет?

— В данный момент, как я могу это сделать?..Если бы наш старший брат все еще был здесь, я бы тоже решил бежать. Не обращай на меня внимания, что ты собираешься делать? Король Заклинатель — нежить, поэтому он, вероятно, не будет проявлять никакого интереса к женщинам, поэтому они, несомненно, тоже будут убиты.

— Если Колдовское Королевство нападет на нас, кто-то достаточно отчаянный может меня изнасиловать, даже кто-то из наших.

На лице Занака отразилось отвращение, когда он услышал, как спокойно его сестра произнесла эти слова. Но он должен был признать, что она тоже была реалисткой.

Красота Реннер была известна, и о существовании таких людей не могло быть и речи.

— Тогда не забудь пока оставить Клаима и Унглауса у себя.

— Ммм, хорошо, я не позволю Клаиму оставить меня.

— Здесь нет никого, кроме нас двоих, и я не буду говорить об этом, учитывая нынешнюю ситуацию, но ты должна ответить мне «по поводу этих двих».

Почему Брейн Унглаус решил служить под началом Реннер?

Хотя до него доходили слухи, что Брэйн интересуется Клаимом, но они были безосновательны. Однако после некоторых исследований выяснилось, что у него вообще не было женщины, это не может быть потому, что он интересуется только детьми, верно?

Он не стал озвучивать эти мысли, учитывая, насколько страшна его сестра. Если эти двое узнают об этом, это будет очень неприятно.

— В любом случае, я не собираюсь бежать. Как принцесса, я буду встречать смерть с достоинством и грацией.”

Это было неожиданно.

Он уже думал об этом в прошлом, о том, что ей будет хорошо, пока она будет с Клаимом. Возможно, она только прикрылась и уже приготовилась к побегу.

{Она была бы как раз из тех, кто так поступает…}

— Но даже труп может быть использован Королем Заклинателем.

— Может быть, братик поведет армию против Короля Заклинателя?

— А, ну да. Даже если мое присутствие не будет иметь никакого значения, армия нуждается в Королевском командовании — я должен занять этот пост.

Занак посмотрел в потолок.

— Ты сказала что-то вроде того, что я будущий король в прошлом, вот почему эта ответственность ложится на меня…надеюсь, отец позаботится о моих похоронах…ты можешь убежать когда захочешь.

Хотя он находил свою сестру раздражающей большую часть времени, они все еще были одной крови. Сделать то, что должен был сделать брат, — это самое малое, что он мог сделать. Может быть, он получит Божью милость после своей смерти.

— Я все понимаю. Я сделаю это, когда придет время.

Когда Занак снова посмотрел на нее, он увидел, что Реннер ответила ему со своей обычной улыбкой.

Колдовское Королевство наконец-то начало свое вторжение на Запад. Город за городом и деревня за деревней уничтожались вслед за ними. Они приближались к столице, хотя и очень медленно.

Чем больше была армия, тем медленнее она двигалась. Однако, по словам ее спутника, Эвилай, это не должно относиться к армии Колдовского Королевства, которая полностью состояла из нежити. Она считала, что это делается для того, чтобы вывести из равновесия жителей Королевства.

Стресс от вторжения уже вызвал хаос в столице, и в результате этого многие погибли. После этого, у жителей столицы было два варианта.

Первый — бежать из столицы и двигаться в противоположном направлении от Э-Рантэля на Запад.

Другой вариант — остаться в столице, закрыть свои двери и не выходить из укрытия.

Что касается того, какой вариант был более популярен, то подавляющее большинство людей выбрали именно последний. Теми, кто выбрал первый, были людьми с деньгами, связями или навыками, гарантирующие их выживание даже в далеких землях.

Именно поэтому более 95% жителей столицы предпочли остаться.

Но это оставалось правдой только до вчерашнего дня.

Королевская власть издала соответствующий указ.

Указ гласил, что из-за вторжения армии Колдовского Королевства городу требуется больше людей для его защиты. Все здоровые мужчины должны были вступить в бой. По сути, это был обязательный призыв.

Конечно, были и те, кто боялся поля боя и поэтому все еще предпочитали скрываться, но количество людей, которые верили, что если они не будут участвовать в военных действиях, то их близкие умрут, составляло большинство.

Пламенная страсть народа начала распространяться по столице, пораженные ею стали впадать в безумие. Улицы кишели людьми, готовящимися к войне. Как отцы, так и сыновья стали солдатами. Те солдаты, которые желали лучшего рациона, пока они будут защищать город, вызвали бум кулинарной индустрии. Все это усугублялось знанием людей о том, что королевская власть приказала каждому торговцу в городе держать цены на продовольствие на низком уровне.

Члены «Синей Розы»пробирались сквозь толпу.

У Лакюс было предложение для ее спутников, которые следовали позади нее.

— Ребята, я же сказала, что сама справлюсь. В запросе не было указано, кто должен ехать, но это не значит, что мы должны идти все сразу. Держу пари, что у всех дел по горло, верно? Как насчет того, чтобы мы разошлись?

— …Что это с тобой, Лакюс? Есть ли причина, по которой ты не хочешь, чтобы мы следовали за тобой?

Лакюс с усилием изобразила улыбку, услышав, что сказала Эвилай. Хотя про себя она подумала: “Как это мило с твоей стороны!” — она не высказала эту мысль вслух. Эвилай была прекрасна в этом отношении, Тина и Тиа были намного жестче, нее. Слава Богу, она не стояла перед ними лицом к лицу.

— Я понимаю, что сейчас чувствует Лакюс. Я слышала, что мастер Азут тоже приедет, так ведь?

Лакюс на мгновение почувствовала, как у нее упало сердце.

Это было правдой. Дядя Лакюс, лидер адамантитовой группы искателей приключений «Красной Капли», Азут Айндра был приглашен вместе с ними.

— Вы же семья. Должно быть, вы двое хотите многое обсудить наедине, верно? Мы все понимаем.

Хорошо, что ее предположение уводило их от истинной причины. Лакюс согласилась с тем, что сказала Гагаран.

— Совершенно верно. Не могли бы вы, ребята, просто сделать это для меня? Он даже не искал меня после того, как приехал в столицу. Так что—

— Как это странно.

— Невероятно.

— А?

Лакюс взглянула на Близнецов.

— Вы двое родственники, и обе — лидеры групп искателей приключений Адамантитового ранга. Учитывая сложившуюся ситуацию, он до сих пор не сообщил вам о своем прибытии в столицу, так как же наш информатор узнал об этом?

— Если он был связан с Красной Каплей, то должен был так и сказать. Но этот информатор вообще ничего не сказал.

Вчера вечером в гостиницу, где остановилась «Синяя Роза», явился человек небольшого роста, сказал им, что для них есть работа, и что они должны направиться именно сюда. То, что он напрямую обратился к ним, а не через Гильдию искателей приключений, было достаточно подозрительным поступком, чтобы заставить Лакюс отказаться от его предложения. Однако, узнав, что Азут из Красной Капли тоже будет там, она должна была появиться.

— Совершенно верно. Это уже вне подозрений, это даже можно назвать заговором. Это может оказаться ложью, чтобы заманить нас в ловушку или что-то подобное.

— Да. Учитывая возможность того, что это может быть ловушка — даже если ты сильна, есть некоторые вещи, с которыми невозможно справиться в одиночку. Если другая сторона пытается причинить нам вред, мы должны постараться не быть убитыми одним за другим.

— Ребята…

Лакюс была счастлива, что все так переживают за нее. Но—

— Кроме того, мы тоже хотим встретиться с этим героем-сэмпаем.

— Я только слышала его имя, но никогда не встречалась с ним. Если ты с ним родственники, то нам будет легко встретиться с ним, верно?

Лакюс почувствовала, как ее желудок сжался сам по себе.

Хотя ее дядя был не совсем плохим парнем, его тоже нельзя было назвать хорошим человеком. В общем, она была уверена лишь в том, что он из тех, кто может плохо повлиять на детей.

Когда Лакюс встречалась с ним в детстве, он казался нормальным, но, возможно, он просто скрывал свою истинную природу. Может быть, во время своих приключений он потерял рассудок?

У нее было только одно решение для вещей, которые она не могла понять — хотя это было не совсем то, что беспокоило бы Бога — и это была молитва. Кроме этого, она ничего не могла с этим поделать.

Ее дядя был из тех людей, которые при первой встрече с кем-то ведут себя честно и откровенно. Он также был из тех, кто изрыгает банальные реплики вроде: “Если ты нуждаешься в герое, то долг этого героя — исполнить твое желание.

Она могла только надеяться, что он сделает то же самое и на этот раз.

Лакюс и ее компания прибыли в гостиницу, куда им было приказано идти.

Бизнес здесь, казалось, был довольно запущенным, и в целом это место было просто грязным.

Двери в гостиницу были сделаны хорошо и на удивление тяжелыми.

Сразу после того, как Лакюс распахнула дверь, Тиа и Тина дважды похлопали ее по талии.

Это был сигнал для нее быть начеку. Должно быть, они что-то заметили.

Напротив двери располагался прилавок, но они не видели никаких признаков того, что здесь велись какие-то кабацкие дела.

Это означало, что это место было достаточно отдаленным, чтобы это заведение могло работать не как таверна, а только как постоялый двор.

Лакюс почувствовала, что все напряглись из-за жуткости этого места. Они были готовы к бою, который мог начаться в любую секунду.

Лакюс заговорила с отчужденным человеком за стойкой:

— …Мы — Синяя Роза, прибыли, чтобы встретиться с нашим клиентом.

— Идите в комнату 301. Мистер Азут из Красной Капли уже там.

Неужели он действительно здесь? Пришло время это выяснить.

Лакюс поблагодарила его и сразу же поднялась по ступенькам сбоку.

В трактире было невероятно тихо. Всю дорогу они не пересекались с другими людьми и вообще не слышали никаких звуков. Было ли это потому, что стены обладали большими звукоизоляционными свойствами, или потому, что гостиница была фактически пуста?

Группа добралась до третьего этажа и обнаружила, что количество комнат на этом этаже было удивительно низким. Комнаты на этом этаже, вероятно, были огромными.

Лакюс постучал в дверь, на которой висела табличка с номером 301.

— Дядя, это я, Лакюс!

Сосредоточившись, она едва расслышала мужской голос за дверью: “Войдите”. — Голос был таким тихим, что она не могла сказать, принадлежал ли он ее дяде или нет.

Остановив Тиу и Тину, Лакюс сама распахнула двери.

Внутреннее убранство комнаты сильно отличалось от ее экстэрьера.

Комната была обставлена изысканной и тяжелой мебелью, гораздо более роскошной, чем гостиница Лакюс. Честно говоря, это ее пугало. В конце концов, эта гостиница была ужасно подозрительной.

Они даже не закончили осматривать всю комнату, как к Лакюс обратился чей-то голос:

— Ай, Лакюс! Давно не виделись!

— Дя…

Это действительно был голос ее дяди.

Лакюс с силой захлопнула дверь в ту сторону, откуда доносился голос ее дяди.

— Ч-что происходит, Лакюс?

Первой спросила Гагаран.

Должно быть, все уже слышали голос ее дяди. Ей было трудно сказать, что после этой демонстрации все было в порядке.

— Ребята, я чувствую, что должна встретиться с моим дядей наедине.

— Эта леди…Неужели ты всерьез говоришь такие вещи даже после того, как мы проделали весь этот путь сюда?

Ошарашенный голос Эвилай был вполне ожидаем.

Лакюс посмотрела на лица всех присутствующих. Эвилай говорила за всех, она могла сказать, что у остальных была та же мысль только по выражению их лиц.

Затем—

— *Вздох*, ребята. Позвольте мне прояснить ситуацию. Мой дядя — странная личность.

— …Лидер «Красной Капли»?

Лакюс сделала строгое выражение лица, как и положено лидеру, и кивнула, услышав, что сказала Тина, а затем посмотрела на остальных. Они были сбиты с толку, но, зная Лакюс уже давно, они знали, что она честна. После того как она поняла это по выражению их лиц, Лакюс снова открыла дверь.

В комнате стоял блестящий бархатный шезлонг.

На нем сидел мужчина, которого она хорошо знала — это была Азут Айндра во плоти.

Верхняя часть его туловища была полностью обнажена, можно было ясно разглядеть четко очерченный пресс и раздутые грудные мышцы. Это было не совсем то, как следует представать перед своим клиентом, но все же это не было причиной, по которой Лакюс остановила своих спутников от продвижения вперед.

Поверх тела Азута, слева и справа от него, прижимались к нему две полуобнаженные женщины.

Нет, их нельзя было назвать полуголыми. Их пышные груди были полностью обнажены, и хотя они были одеты в нижнее белье, это были просто веревки, которые вообще что-либо едва прикрывали.

Судя по их внешнему виду, они были высококлассными проститутками.

Эротические наряды, которые, вероятно, были сняты недавно, были разбросаны по всему полу. Азут держал обеих женщин в своих объятиях, его руки были прижаты к их грудям, потирая их.

— Дядя…твоя племянница была вызвана сюда тем же клиентом. Неужели ты не можешь поприветствовать меня более подобающим образом?- сказала Лакюс.

Однако руки Азута не отрывались от грудей этих женщин, и он продолжал мять их, не слишком задумываясь. Женщины, казалось, вовсе не были против группы Лакюс, а просто беззаботно продолжали свои тихие стоны.

Такое отношение, честно говоря, немного взбесило Лакюс. Если эти женщины были наняты их клиентом, Лакюс хотела бы поговорить с ними.

— Нууу, я думал, что вы, ребята, придете чуть позже. Э-э-э, вообще-то я не занимаюсь этим на кровати, так почему это должно иметь значение?

— Конечно, имеет! Лакюс даже не потрудилась обернуться, чтобы проверить выражение лиц своих спутников.

…Неужели? — у Азута было смущенное выражение лица, но он не переставал лапать женщин. “Ты просто слишком непреклонна в своем образе мыслей! Это в природе каждого мужчины — хотеть трахать красивых женщин. Мои дети, вероятно, тоже родятся с таким же даром. Разве ты не знаешь, что очень важно обеспечить продолжение нашей родословной?”

— Хммм, даже несмотря на то, что ты знатного происхождения, этот тип мышления все еще так глубоко укоренился в твоем сердце?

Услышав, что сказала Эвилай, Азут недовольно нахмурилась и уставился на нее. Хотя они могли чувствовать давление только от его пристального взгляда, никто из Голубой Розы не отступил. Эвилай в особенности, почувствовала, этот взгляд как мягкий бриз. Она продолжила:

— …*Вздох*. По одному твоему выражению лица я могу сказать, что это было в точку. Они называют тебя героем, но ты ничем не отличаешься от ребенка. На самом деле, может быть, причина, по которой вы отказались от своего статуса дворянина и выбрали жизнь авантюриста, была именно в том, что вы такой человек, какой вы есть…? В любом случае, это неправильно отношение к приему ваших клиентов. Дамы, уходите.

— А что это за ребенок?

Женщина, лежавшая справа, сердито посмотрела на Эвилай.

— *Вздох*, какая досада. Эй, Айндра…комната на той стороне еще свободна?

Эвилай указала на дверь, которая не вела в коридор.

— Аааа. Это спальня, я ее уже проверил.

— Неужели это так? Тогда пошлите их туда.

— А что это за ребенок? Чего она добивается?- Женщина слева сердито посмотрела на Эвилай. “Не веди себя так высокомерно, ты просто соплячка, которая даже не смеет показать свое лицо.”

— …*вздох*. [Очарование Человека]. Иди.

— Ах, да. Поняла.

Женщина слева немедленно встала, заставив женщину справа принять шокированное выражение лица с широко открытым ртом—

— И ты тоже. Не забудь про одежду на полу.

Прежде чем женщина успела ответить, ее тоже очаровало. Женщины послушно прошли в соседнюю комнату.

Азут надул губы и пожал плечами. С точки зрения авантюриста, то, что сделал Эвилай, ничем не отличалось от того, что кто-то вытащил свой клинок, но он, казалось, не винил ее за это. Хотя она и не хотела признавать этого, Эвилай считала его довольно снисходительным в этом отношении.

— Эвилай… отличная работа! — Тина похвалила Эвилай, подняв большой палец вверх. — Выкинуть такое перед лицом убийцы Адамантитового ранга. Как и следовало от тебя ожидать.

— Действительно?

— Нас тоже обучали делать такие вещи. Женщины, которые не были одарены грубой силой или тайными талантами, могли только прибегнуть к оружию своей женственности. Хотя Гагаран вообще ничего не поймет, я все же объясню их методы. Первый—

Эвилай отключилась от объяснений Тии и вместо этого заговорила с Лакюс.

— Было бы очень неприятно, если бы я этого не сделала. Ну, я больше не буду прерывать вас на эту тему. Я думаю, ты можешь говорить о чем угодно.

— Спасибо, Эвилай. Ну а теперь…..эээх…- она уже была измотана, прежде чем произнесла хоть одно слово: Так вот, дядя, наш клиент на этот раз крайне подозрителен. А кто он такой?

— Хм? Ой-ой, вы пришли сюда, не зная о них? Хм, возможно, это кто-то с огромной организацией за спиной.

— Наверное? Кстати говоря, не являются ли они кем-то, с кем ты знаком?

— Лично я с ними не встречался. Если бы у них были манеры, то хотя бы преставились бы. Хммм, если они хотят скрыть свою личность, то — Азут улыбнулся — они должны быть кем-то подозрительным. Итак, что же ты собираешься делать?

— Что ты имеешь под этим в виду?

— Если вы, ребята, хотите сбежать отсюда, то можете воспользоваться тем путем, который я наметил.

— Мы не собираемся убегать.

Лакюс почувствовала на себе взгляды всех присутствующих.

— …Пффф. Подумай об этом. Армия Короля Заклинателся убила всех гражданских на своем пути сюда и сравняла с землей все города. Если вы думаете, что в столице все будет по-другому, не слишком ли вы наивны?

— Тогда, дядя, будем сражаться бок о бок!

— Это невозможно. Поскольку я лично не видел его силу напрямую, я не могу сказать наверняка. Но если все эти слухи правдивы, я, мы не сможем победить этого парня. Только чудовище может сражаться с чудовищем, и людям было бы неразумно вмешиваться.

Азут устало вздохнул. Лакюс никогда не видела своего дядю таким.

— …Я знал, что это пустая трата времени, поэтому и не взял с собой остальных членов команды. А еще я сказал своему брату, чтобы он убегал.

— Но…но ведь никто из них этого не сделал, верно?

— Эх. Ну и куча…идиотов. Но он отдал своего ребенка на мое попечение. Моим людьм было приказано доставить ребенка в Союз Агранд и, вероятно, он уже находятся там.

Как только в сердце Лакюс возникли сложные эмоции, Тиа нервно произнесла: “босс”. В то же время из коридора донесся мужской голос: “Вы все пришли вовремя!”

Те трое, что стояли у двери -Тиа, Тина и Гагаран, — казалось, были втолкнуты в комнату невидимой силой. За ними последовали мужчина и женщина.

Впереди шел молодой человек.

Все десять его пальцев были украшены кольцами. Нежная улыбка озаряла его лицо.

Позади него стояла усталая женщина. На ней была свободная одежда, и она шла так, как будто ей совсем не хотелось идти. Необычно большая шляпа сидела на ее голове, закрывая большую часть лица.

Лакюс усилила свою бдительность.

Ее спутники были подавлены на биологическом уровне — то есть только из-за ощущения силы этих людей. Оба посетителя были способны напугать всемирно известного авантюриста Адамантитового ранга Лакюс так, что она не могла выразить это словами.

И все же, как только человек за ними появился, атмосфера изменилась еще больше, чем было до этого.

Гигантское тело этого человека медленно пробиралось в комнату. Его одежда была похожа на одежду Варвара с топором в руках, от него исходило сильное, давление, которое заставляло их чувствовать, что пространство вокруг них искажается.

Те двое, что стояли перед ними, были действительно сильны.

Но этот человек гораздо сильнее их обоих.

Лакюс не могла пошевелиться, словно ее душили.

Будучи авантюристкой Адамантитового ранга, она победила множество могущественных монстров и полулюдей, но все они бледнели в сравнении с этим человеком. Возможно, он даже сильнее того демона в маске, который появился во время волнений Ялдабаофа.

Этот человек, вероятно, был телохранителем тех двоих.

Такие сильные люди, как они, если бы они не принадлежали к какой-либо организации, неизбежно вызвали бы распространение слухов о них. Если это так, то то, что стоит за ними, должно быть огромной организацией национального уровня, способной полностью скрывать информацию о них.

— …Мы сделали правильно, взяв с собой наше снаряжение.

— …каждый из них сильнее нас.

— Эээ. Я не слышала о таких сильных людях в Королевстве.

— Ой-ой-ой, ты же опаздываешь, так что не распространяй вокруг себя эту опасную ауру. Разве руководство поручало вам это сделать? Сделать что-то настолько скучное?

Женщина издевательски возразила Азуту:

— Взять с собой шлюх — это очень впечатляюще, старина. Но это не отель для влюбленных~

Азуф ответил ей тем же:

— Хм, это место было именно той причиной, по которой я позвал их сюда, я хотел, чтобы вы все испытали такое же отвращение, как и я.

— Что … — женщина заскрежетала зубами, приняв выражение, на которое было трудно смотреть.

Она не возражала против того, что сказал Азут, имея в виду, что эта гостиница действительно была связана с ними. Есть только две страны, которые имеют возможность создавать организации на национальном уровне. Одной из них было Союз Агранд, другой — Теократия.

Последний вариант был гораздо более вероятным.

— Ну-ну, если вы все сейчас же закончите, я буду очень счастлив

— Куай-тян…*вздох*, на этот раз Куай-тян командир, так что я просто послушаю тебя.

(Примечание: Куайс, брат Клементины)

После того как джентльмен отругал ее, женщина заставила себя пожать плечами и кивнуть в ответ:

— Азут-сама абсолютно прав. Вы выбрали время из своего плотного графика, чтобы встретиться с нами, но мы прибыли последними. Я приношу свои извинения вашей уважаемой персоне.

— Хм.

Азут слегка усмехнулся, но улыбка того джентльмена не дрогнула.

— А теперь, простите меня за грубость — давайте перейдем к делу, Азут Айндра-сама и присутствующие члены «Синей Розы».

Лакюс заострила внимание.

Ее дядя отказался от титула дворянина, но поскольку он все еще сохранял титул почетного рыцаря, надлежащий этикет требовал, чтобы его называли полным именем. Однако Азут не любит, когда его называют полным именем.

Те, кто встречался с ним впервые и хотел следовать этикету, попадали в эту ловушку.

Однако этому джентльмену удалось этого избежать. Это означало, что этот человек провел свое тщательное расследование, нет, скорее всего, правильнее было бы сказать, что люди, стоящие за ним, провели свое исследование.

— Лакюс Алвейн Дейл Айндра-сама. Эвилай-сама. Тиа-сама. Тина-сама. Гагаран-сама. Мы здесь для того, чтобы убедить Вас присоединиться к нам. Хотя сражаться здесь до последнего вздоха — это почетный вариант, мы умоляем всех присутствующих подумать о будущем.

— Хм. Какой невежливый малой. Итак, какая страна вас послала?

— Не имеет значения, из какой мы страны. Это не имеет —

Внезапно из-за спины женщины появилась рука и закрыла ей рот.

— Что!

— Да ты шутишь!

Тиа и Тина удивленно выхватили оружие.

За спиной женщины стоял мужчина в странном наряде. Все его тело, включая лицо и руки, было закрыто. Металлические пластины покрывали его одежду для лучшей защиты.

— Нехорошо, этот ассасин намного лучше нас.

— Нехорошо, он намного сильнее нас.

Эти двое были самыми сильными — самыми порочными — убийцами из всех известных Лакюс, но этот человек был сильнее их обоих.

— Пожалуйста, не волнуйтесь и уберите оружие в ножны. Если бы нашей целью была ваша гибель, мы бы не стали прибегать к такому пустяковому способу.

Джентльмен был прав. Чтобы войти в эту комнату так, чтобы никто из этих авантюристов Адамантитового ранга не мог этого заметить, необходимо было использовать способность, которая была способна полностью маскировать себя. То, что он проявил себя таким идиотским образом, означало, что он не был там, чтобы убить их.

Или, возможно, это тоже было частью их тактики. Они напоминали им, что если они не присоединятся к ним, то выдающиеся ассасины могут прийти за ними в любой момент.

— Кроме того, что касается слегка неуместной речи моего компаньона, то я глубоко извиня—

— Ой-ой. Что толку скрывать этот факт от нас? Вы же, ребята, из теократии, верно?

— Неужели они действительно из теократии? ..Я не могу поверить, что такие люди там существуют.

В шоке сказала Эвилай. Лакюс тоже удивилась.

Они сражались против отряда, который в прошлом сжигал деревни полулюдей, и они были сильны. Особенно капитан этого отряда, который в то время был сильнее Лакюс. И все же никто из этого отряда не был так силен, как люди перед ними.

— А вы разве не знали? Я думал, что вы, по крайней мере, слышали слухи о них… они -гордость Теократии, их подразделение героев, Черное Писание. Вполне вероятно, что одни из них даже преодолел царство героев.

Азут смотрел в сторону Варвара.

Этот человек изобразил на лице улыбку, которая была бы у зверя прямо перед тем, как он начал бы лакомиться своей добычей.

— Ха-ха-ха… Похоже, ты знаешь о нас довольно много. Но, может быть, у тебя тоже кто-то есть? Кто-то вроде меня или даже сильнее меня? — он указал на Эвилай, — Эвилай из Синей Розы. Есть очень мало вещей с которыми я не могу справиться.

Тем не менее, его отношение не было похоже на признание поражения, скорее, выражение его лица говорило им, что он относился к Эвилай как к равной.

— …Хм. Есть люди, которые сильнее меня…Хмм…исключая демонов, из всех людей и полулюдей только Момон-сама сильнее.

— Только Момон? Хммм…

Варвар что-то пробормотал себе под нос, и на его лице расцвела слабая улыбка, но больше он ничего не сказал.

— Я же говорю. Люди из секретного подразделения Теократии. Вы не будете сражаться вместе с нами против Короля Заклинателя?

— Может быть, эта женщина тоже… нет это было… — Эвилай продолжала бормотать про себя, но Азут проигнорировала ее и обратилась к джентльмену, который ответил ей своей неизменной улыбкой.

— Это высшая честь лицезреть вас на этой встрече, однако наша миссия в том что мы ищем и нанимаем лучших людей. Мы пожалуй откажемся от твоей кандидатуры. Солдат что принимает сражение в боевых действиях по своему усмотрению принесет лишь вред нашей организации.

— Я понимаю, ты пытаешься использовать приказы в качестве козла отпущения. И все же мне интересно услышать твое личное мнение.

— Какая скука — разве все не станет намного проще, если мы просто выполним приказ нашего начальства?

— Сказала раздраженная женщина. Улыбка джентльмена исчезла, сменившись озабоченным выражением лица.

— Держу пари, что ты из тех, кто находит раздражающим даже свой собственный мыслительный процесс.

— Да, примерно так оно и есть. Пока я выполняю свои приказы, ответственность за них всегда будет лежать на моем начальстве. Это слишком раздражает, чтобы самому брать на себя ответственность, поэтому я не беспокоюсь об этом. Я довольно хорошо умею перекладывать ответственность на других, меня даже хвалят за это~

— Я не хвалит тебя.

— Прошептал Варвар себе под нос.

— Хехе. Итак, Айндра-сама…мои извинения. Азут-сама, мы поняли вашу позицию. Так что же насчет членов «Синей Розы»?

-А до этого не могли бы мы задать вам один вопрос? Как вы планируете сбежать?

— Я расскажу вам, как это сделать, когда вы присоединитесь к нам. Кстати, мы уже сделали подобное предложение множеству других групп искателей приключений, и все они приняли его. Эти группы уже перебазировались в более безопасные места.

— …Ой. Вы использовали насилие или угрозы, чтобы заставить их пойти с вами?

Как сказала Гагаран, если кто-то настолько сильный, как они, будет угрожать другим людям, им будет трудно отказаться.

— Мы бы не сделали ничего подобного. Если бы мы принудили вас силой, было бы не ясно когда вы захотите предать нас. Мы искренне хотим чтобы вы встали на нашу сторону, чтобы в будущем помогать людям.

Судя по всему, этот джентльмен вовсе не лгал. Вероятно, именно из-за его личности его и выбрали в качестве переговорщика.

— Я отказываюсь.

Прежде чем кто-либо успел что-нибудь сказать Гагаран первая открыла рот.

— Не нужно никакого «я»…мы будем следовать решению лидера.

Ее спутники начали кивать головами в знак согласия, услышав, что сказала Гагаран.

— Это правда?.. Похоже, ничто из того, что я могу сказать, не поколеблет вашего мнения. Похоже, у меня больше нет выбора.

Джентльмен воспринял их отказ необычайно спокойно. Лакюс опустила голову на случай, если он прибегнет к силе.

Увидев, что сделала Лакюс, джентльмен криво усмехнулся.

— Пожалуйста, не беспокойтесь, Лакюс-сама. Мы не планируем применять силу. Мы надеемся, что все присутствующие здесь смогут отомстить за тех, кто пал перед Королем Заклинателем. Мы оставили плату за ваши хлопоты на стойке регистрации, пожалуйста, примите ее до вашего возвращения. А теперь — мы отправляемся в путь.

После того, как джентльмен отдал свои распоряжения, люди Теократии направились к выходу. Казалось, все закончилось мирно. Как только Лакюс облегченно вздохнула, Азут окликнул джентльмена:

— Ой, кстати об этом … мистер по имени Руфус или Залупус, он все еще в порядке?

— Ру…? Мне ужасно жаль. Наша страна охватывает огромную территорию, поэтому я не знаю, кого вы имеете в виду… если бы вы могли быть немного более конкретны—

— Ах, вот как. Полагаю, для людей вашего ранга вполне естественно не знать его по имени. Итак, как вы, ребята, обычно обращаетесь к этой нежити? Милорд, что ли?

Каждый член Черного Священного Писания был ошеломлен и впоследствии наполнен злобой. Вся комната внезапно наполнилась аурой жажды крови, которая заставила их чувствовать себя так, словно в любой момент может начаться бой. Джентльмен первым сделал шаг вперед.

Он протянул обе руки, чтобы остановить людей позади себя.

— Куай-тян. Что случилось? Разве мы их не убьем?

Джентльмен уставился на Азута холодными, неподвижными глазами и спокойно ответил женщине:

— Он блефует. Не своевольничайте. Это приказ. — Жажда крови, исходившая от них, исчезла так же быстро, как и появилась. Холодный взгляд джентльмена остался на Азуте: “…хотя мне крайне любопытно узнать, насколько вы осведомлены в этом вопросе… Я доложу об этом своему начальству. Все, нам пора уходить.”

Члены Черного Священного Писания были начеку, когда выходили из комнаты, на случай, если группа Лакюс что-нибудь предпримет.

Через некоторое время, когда Лакюс убедилась, что Черное Писание уже ушло, она начала отчитывать Азута.

— Дядя…ты самый слабый из всех нас. Пожалуйста, перестань провоцировать других людей.

— Ха…? Действительно, это было довольно опасно. Я не ожидал, что они так сильно разозляться. Если бы не этот человек с фальшивой улыбкой, я был бы уже мертв. Они, вероятно, думали что-то вроде: «вместо того, чтобы пачкать свои собственные руки, будет более выгодно, если мы дадим Королю Заклинателю насытиться чуть раньше нас» или что-то в этом роде. Хотя я сомневаюсь, что мы заслуживали такого внимания.

Лакюс намеренно направила свой вздох в сторону Азута, который громко смеялся.

Так ли это на самом деле?

Ее дядя открыл Черному Писанию, что у него есть какая-то важная информация о Теократии, и для них не было ничего необычного в том, чтобы убить его, чтобы предотвратить попадание этой информации в руки Короля Заклинателя. Другой вероятный исход был бы для них — похитить его, чтобы допросить или использовать магию, чтобы вытянуть из него информацию.

Корень проблемы был в том, почему ее дядя дал знать Теократии, что у него есть такие сведения. Если бы он этого не сделал, разговор закончился бы без происшествий.

Почему он пилит ветку на которой сидит?

Азут был не из тех, кто не видит общей картины. Учитывая, что это было так, должно было быть что-то на заднем плане, о чем Лакюс не знала.

Она не получит ответа, думая об этом только в своей голове. Лакюс остановила этот бесполезный ход мыслей.

— Ради Бога…так, что дядя планируете делать дальше?

— Ха? Я планирую подождать, пока армия Короля Заклинателя не доберется сюда. Крупные шишки там, наверху, похоже, планируют послать солдат на соседние территории, чтобы они заняли позиции. Честно говоря, я не думаю, что у них есть шанс на победу. Король Заклинатель и его подчиненные придут сюда рано или поздно… ты недостаточно сильна, чтобы обменяться с ним ударами, просто сбеги.

Он ясно изложил свои намерения.

— Даже если так, я не брошу этот город, чтобы сбежать. Дядя…

Если что-то и должно было победить Короля Заклинателя, то это был не удар воина, а скорее удар ассасина. Именно из-за этого Лакюс пришлось стиснуть зубы и просто наблюдать, как волны людей отправляются на защиту от нападения Короля Заклинателя.

— Если ты хочешь пригласить меня сражаться бок о бок с тобой, я откажусь. У меня есть свои собственные планы.

— Неужели?

— Да. Я буду делать то, что у меня получается лучше всего, а ты должна делать то, что у тебя получается лучше всего. Однако ради моей милой племянницы я еще раз повторюсь. Для вас всех будет лучше убежать. Вы все ничто перед лицом силы Короля Заклинателя.

— …Хм, И что это значит? Ты хочешь сказать, что сможешь принести больше пользы чем мы?

Столкнувшись с вопросом Эвилай, Азут рассмеялся, как будто у него не было ответа на этот вопрос.

— Действительно, даже я не смог бы победить Короля Заклинателя. Я всего лишь простой человек. Но даже если Король Заклинатель окружит всю столицу, в одиночку я все равно смогу спастись.

Азут встал.

— А теперь я пойду в другую комнату, чтобы размять бедра, а вы, ребята, что будете делать?

Лакюс поняла, что имел в виду ее дядя, и нахмурилась.

— Мы еще вернемся. В конце концов, есть вещи, к которым нам нужно подготовиться.

Лакюс попрощалась с дядей и осторожно спустилась по лестнице вместе с остальными членами своей группы. Они взяли свою награду на первом этаже и вышли из гостиницы. Было не похоже , чтобы Черное Писание поджидало их там в засаде.

———————————————————————

На таком расстоянии от столицы, на которое обычному путешественнику потребовалось бы три дня, чтобы пересечь его, уже можно было увидеть армию Колдовского Королевства. Этот отчет попал в руки Занака. Чтобы принять атаку армии Колдовского Королевства, вся армия Королевства была мобилизована под командованием Занака.

На равнинах, примерно в полудне пути от столицы, армия королевства уже образовала фронт, получив известие, что Колдовское Королевство вторгается с запада. Согласно их боевым планам, они должны были ждать там армию Колдовского Королевства.

Фронт был построен на широком участке дороги, который был заблокирован для этой цели. Если бы армия Колдовского Королевства продолжала двигаться по своей нынешней прямой траектории, это было бы наиболее эффективно. Однако если Колдовское Королевство изменит направление своего наступления, то возникнет необходимость в формировании нового фронта. Хотя они и были обеспокоены такой возможностью, все сообщения указывали на то, что Колдовское Королевство напрявлялось к ним по прямой. Казалось, что им не нужно беспокоиться о том, что эта возможность может сбыться.

Но никто этому не радовался.

Армия Королевства, которая на этот раз столкнется с армией Колдовского Королевства, состояла из рекрутов из соседних дворян, столичного ополчения и здоровых мужчин, набранных из беженцев. Не будет ошибкой назвать эту армию последней надеждой Королевства.

В общей сложности их насчитывалось более 400 000 человек.

То, что они сформировали такую большую армию, было чем-то достойным похвалы, но реальность заключалась в том, что это была последняя спица в колеснице. Не у многих было подходящее обмундирование, у многих была только дубина.

Даже в этой ситуации боевой дух был на высоте. Однако причина этого заключалась исключительно в том, что они обладали духом загнанного в угол зверя. Они знали степень жестокости, проявленной Колдовским Королевством, и поэтому взяли в руки оружие, используя только силу воли, чтобы защитить то, что им дорого. Если бы их мужество заключалось в том, чтобы принять удар в любой форме, армия королевства, несомненно, мгновенно рухнула бы.

Размер армии был оружием сам по себе, только длинные ряды солдат подавляли своей колоссальностью, даже ничего не делая. Итак, с какой же целью армия Колдовского Королевства двигалась прямо на эту 400-тысячную армию?

Даже те, кто не слишком хорошо разбирается в тактике боя, знают, что столкновение лицом к лицу с такой большой армией — не самая лучшая стратегия. Для Колдовского Королевства лучшей стратегией было бы «ничего не делать». У них была целая армия нежити, которая вообще не нуждалась в снабжении. По сравнению с этим 400-тысячная армия королевства была сродни гигантскому, но голодному зверю. Пока им удается полностью окружить их и оказать давление внутрь, этот гигантский зверь вскоре обречет себя на голодную смерть.

И все же армия Колдовского Королевства двигалась по прямой линии, уничтожая все на своем пути. Он знал о твердой хватке Короля Заклинателя, поэтому было трудно представить, что они делали это без всякой цели.

Колдовское Королевство просто было уверено в своей скорой победе.

Для Колдовского Королевства это вовсе не было безрассудным поведением. Для тех, кто мог победить армию из 200 000 человек одним заклинанием, эта армия могла быть уничтожена только с помощью двух заклинаний.

Конечно, Занак, как генерал, не хотел верить, что такое может случиться. Однако люди, особенно дворяне, которые верили в это, тоже не были меньшинством.

Он понимал, почему они предложили разделить свои силы на группы. Хотя они могли падать один за другим, они также избегали возможности того, что вся их армия поддастся одному заклинанию.

Но они не могли этого сделать.

Из-за опустошительных потерь, которые они понесли во время битвы на равнинах Катз, а также из-за нынешнего вторжения Колдовского Королевства, осталось не так много дворян, которые имели навыки командовать таким большим количеством солдат и кавалерии. Разделение их сил не привело бы к созданию меньших армий, эта сила из 400 000 солдат внезапно превратилась бы в 400 000 простолюдинов.

Именно потому, что они собрали столько людей — столько товарищей — в одном месте, у людей хватило мужества встретиться лицом к лицу с Колдовским Королевством.

Они находились на этом фронте уже два дня.

Много времени было потрачено на подготовку, которая требовалась столь многим мужчинам.

————————

После того, как обе стороны встали друг на против друга, армия Колдовского Королевства приняла гордую позицию, которая громко и ясно говорила: “мы дали вам достаточно времени, чтобы подготовиться.”

Их силы насчитывали около 10 000 человек, включая 3-4 вида нежити. Это было ничтожное число перед лицом 400 000 человек. Однако с точки зрения чистой силы армия Колдовского Королевства, несомненно, имела подавляющее преимущество перед ними.

— Ваше Высочество.

— Я все понимаю.

Занак быстро ответил министру военных дел.

Движения министра были скованными, временами почти комичными из-за его незнания доспехов, которые он носил. Но Занак тоже был обременен подобной ношей.

Он был одет в то, что раньше было доспехами Газефа, одним из сокровищ Королевства. Занак знал, что это ему совсем не подходит, он был далек от уровня Газефа.

Но Занак был благодарен за эту магически зачарованную броню.

Последние несколько дней Занак набирал лишние килограммы из-за своих стрессовых привычек к еде. Если бы не заколдованные доспехи, ему пришлось бы просить кузнеца добавить еще один дюйм к поясу.

— Приведите моего коня!

Рыцарь, следуя его приказу, подвел коня к большому шатру Занака.

Занаку потребовалось немало усилий, чтобы взобраться на свою любимую лошадь, которая выглядела не слишком счастливой. Он не взял с собой ни одного телохранителя, когда выехал с фронта и направился к армии Колдовского Королевства.

Даже если он приведет с собой телохранителей, если Король Заклинатель захочет убить его, телохранители будут совершенно бесполезны. Они вообще не будут служить сдерживающим фактором.

Вот почему переговоры в одиночку были фактически демонстрацией его храбрости зрителям. Если его убьют, когда он будет скакать в одиночку, это повредит общественному имиджу Короля Заклинателя.

{Герой Ре-Эстиза… звучит неплохо}

Занак достиг середины пути между двумя армиями, не встретив никаких препятствий. Он активировал магический предмет, чтобы усилить свой голос.

— Я принц Королевства Ре-Эстиз, Занак Варлеон Игана Райл Вайсельф! Я хочу получить аудиенцию у Его Величества Короля Заклинателя!

Занак не собирался вступать в битву умов против Короля Заклинателя. Все уже дошло до того, что это было совершенно бессмысленно.

Он просто хотел выяснить, что могло заставить короля Заклинателя сделать то, что он сделал.

——

Аинз из трехгранной брезентовой палатки оглядел фронт, который его армия сформировала. Из-за того, что армия Колдовского Королевства состояла из нежити, которая не нуждалась в пополнении запасов продовольствия, фронт, который они сформировали, был намного меньше, чем у обычной армии.

С объективной точки зрения, не было никакой необходимости создавать фронт вообще, и некоторые даже предлагали ему это. Однако Аинз считал, что воздение фасада — это тоже ценный опыт.

На самом деле, из нескольких фронтов, которые они уже сформировали, тот, что был перед ним, выглядел намного крепче, чем тот, что они имели в начале.

Поначалу эти фронты формировались с помощью магии Мара, но по какой-то особой причине Мару пришлось просто наблюдать, как солдаты выстраивают фронт рядом с Аинзом.

Аура тоже наблюдала за солдатами со стороны, но казалось, что она наблюдает только за своими собственными слугами.

Независимо от того, было ли это сооружение или палатка, магия всегда могла дать результат более высокого качества. Однако по той же причине, что и выше, Аинз приказал перенести эту палатку, которая в настоящее время использовалась в качестве их передвижного штаба, в это место с помощью физических средств.

{Возможно, было бы неплохо оставить все задачи гражданского строительства в будущем на Маре.}

Среди населения Колдовского Королевства было много рас полулюдей и гетероморфов, которые были искусны в рытье туннелей. Было бы неплохо сделать их подчиненными Маре. Тем не менее, Альбедо или кто-то еще, возможно, тоже имел эту идею и уже привел ее в действие. Если кто-то уже сделал это, то соответствующая документация для этого уже должна была быть изучена Аинзом. Позже ему нужно будет окольным путем расспросить об этом Альбедо.

Неужели она молчит? Альбедо, которая должна была упорно трудиться, чтобы создать фронт, вернулась вместе с Коцитом.

— Аинз-сама. Похоже, что люди послали сюда своего переговорщика. Как же мы будем действовать дальше?

— Разве это не гонец, объявляющий о начале битвы? Подготовьте прием… также подготовьте напитки.

Когда Альбедо начала готовить стол, стулья и тому подобное, в поле зрения Аинза появился человек в полном латном доспехе верхом на лошади.

Аинз узнал броню, которую носил этот человек.

{Вот именно…Я думаю, это доспехи Газефа Стронофа. Этот человек — воин-капитан? Он совсем не похож на те описания, которые я слышал.}

Посланник остановился между двумя армиями и начал выкрикивать свое представление.

— Я принц Королевства Ре-Эстиз, Занак Варлеон Игана Райл Вайсельф! Я хочу получить аудиенцию у Его Величества Короля Заклинателя!

Он отчетливо слышал его даже на таком расстоянии. Должно быть, он использовал какой-то магический предмет.

— Что же нам делать, Аинз-сама? Если он здесь не для того, чтобы объявить о начале битвы, то беседовать с ним было бы пустой тратой времени. Может быть, мы начнем сражение как есть?

— Нет. Альбедо. Мы. Не можем. Так. Поступить.

Противник. Желает. Побороться. Умами. С. Аинзом. Самой, Если. Мы. Откажем. Ему. Прямо. Это. Негативно. Отразиться. На. Народном. Впечатлении. О. Великодушии. Аинза. Самы.

— А какую ценность имеют слухи? — Они ходячие мертвецы, — усмехнулась альбедо, — что толку от слухов, которые не доходят до ушей?

Аинз не был слишком заинтересован битвой умов или чем-то подобным, конечно же, королевская власть этой страны не проиграет ему ни в чем, кроме боевой доблести. Еще—

— Альбедо. Неужели ты забыла? О возможности того, что слух может быть передан с помощью магии?

— …Мне очень жаль.

— Хм…Тогда я пойду. Королевская власть нашей оппозиции пришла в одиночку. Если я не сделаю тоже самое, то это плохо отразится на нас.

— Вы уверены, что все будет в порядке? Аинз-сама.

— Понятия не имею. Аура, если мне промоют мозги или возьмут под контроль мой разум, ты должна будешь использовать свой предмет мирового класса, чтобы защитить меня.

Предмет мирового класса Аинза находился в хранилище Назарика, так что если бы аура использовала [Картину природы и нации] на нем, он был бы пойман в ловушку. Таким образом, даже если бы ему промыли мозги, они не смогли бы похитить его с помощью телепортации или других подобных методов.

— Понятно!

— Угу, — ответил Аинз Ауре и вышел вперед на Пожирателе душ. Стоит отметить, что после того, как Аинз попрактиковался в верховой езде, он выглядел вполне адекватно. Однако, поскольку он не был слишком склонен к этому, чтобы не допустить промаха перед двумя армиями, Аинз все же предпочел ехать верхом на Пожирателе душ, чтобы быть в безопасности.

Другая сторона ждала Аинза рядом со своей лошадью, так что Аинз тоже слез с Пожирателя душ, когда прибыл к месту назначения. Независимо от того, насколько плохо это будет для него, Аинз заставил себя сделать тоже самое, что сделал и вторая сторона.

Его противником был пухловатый человек. Грим покрывал его лицо, чтобы скрыть темные круги под глазами.

— Приятно познакомиться, Ваше Величество Король Заклинатель. Меня зовут Занак Варлеон Игана Райл Вайсельф.

— Приятно познакомиться, я Король Заклинатель Аинз Оал Гоун. Тогда я буду под вашим присмотром. Так вот, разговор стоя будет некстати. — Аинз дважды произнес заклинание, создав два черных трона, стоящих лицом друг к другу. Поскольку он был создан с помощью магии, два трона были естественно идентичны.

— Хотя они твердые и металлические, мы все равно должны сначала сесть. Как вы к этому относитесь?

— С удовольствием, Ваше Величество.

Когда они оба уселись на троны, Аинз произнес еще одно заклинание, чтобы создать глянцевый черный стол между ними.

Хотя Аинз начал колдовать в тот момент, когда они встретились, Занак, казалось, совсем не был настороже. Казалось, что у него не было никакого намерения убивать Аинза.

После этого Аинз достал из своего инвентаря две чашки и контейнер со льдом.

— А как насчет воды? Алкоголь был бы неуместен, учитывая нашу нынешнюю ситуацию, так что же насчет апельсинового сока вместо этого…?

— Большое вам спасибо, Ваше Величество. Просто воды было бы достаточно.

— Ну а теперь мы готовы к разговору. Что же нам тогда обсуждать? Может быть причина нашего вторжение?

— В этом нет необходимости, Ваше Величество. Меня больше интересует причина, по которой вы настояли на совершении столь гнусных деяний? Почему вы отказались от нашего предложения сдаться?

Это был вполне естественный вопрос для него. Хотя для Аинза его доводы были ясны и оправданны, для них это должно было показаться бессмысленной резней.

— Угу,- кивнул головой Аинз. Учитывая, как все обернулось, больше не было смысла скрывать свои намерения. Он начал рассказывать Занаку о планах Колдовского Королевства.

— Потому что от этого мы ничего не выиграем. Я намерен принести ваш народ в жертву миру в качестве примера того, что случится с ним, если он выступит против Колдовского Королевства. С этой целью вы все будете уничтожены, а Королевство превратится в гору пепла. Эта гора будет по-прежнему служить предупреждением через века, через тысячелетия о том, как глупо было бы идти против Колдовского Королевства.”

— …Вы, кажется, не шутите.

— Конечно, нет, я просто констатирую то, что должно произойти.

— Но почему же?

— Что вы имеете в виду?

Аинз не мог читать Занака как открытую книгу и поэтому ответил вопросом.

— Ваше Величество Король Заклинатель обладает огромной властью. Даже если вы не сделаете того, что обещали, люди всего мира все равно узнают о вашей удивительной силе. Занак облизал губы, сглотнул слюну и спросил: «Почему вы такой мелочный?”

— Мелочный я, что ли?

Занак напрягся при мысли о том, что он разозлил Аинза, но Аинз вовсе не был зол.

— А какова ваша цель?

Аинз проворчал про себя: «какова же цель?”

В прошлом для Аинза, нет, для Сатору встреча с сдрузьями, которые были у него в Иггдрасиле, была воплощением всей его жизни. Это было такое чудесное воспоминание, что все, чего он желал, — это снова воссоединиться со своими друзьями.

Когда он уже был готов вылететь из игры, когда все это должно было закончиться ничем, вместо этого он был перенесен в этот мир.

Но конец оказался новым началом.

НПС, созданные его друзьями, начали проявлять собственную волю. От каждого их движения он чувствовал остатки своих бывших товарищей. Нет, честно говоря, шок, который он испытал в самом начале, настолько сбил его с толку, что он постоянно беспокоился об их предательстве. Оглядываясь назад, становится понятно, что это было глупо с его стороны. Сейчас он вообще не сомневался в их преданности.

Тем не менее, было не похоже, что Аинз был единственным, кто был перенесен в этот мир. Он видел следы, оставленные другими игроками.

Возможно, тогда для него было вполне естественно думать, что его товарищи, люди, разделявшие с ним те счастливые времена, тоже смогли прийти в этот мир. Для него было вполне естественно желать этого. Конечно, Аинз знал, что он был перенесен сюда в последние моменты работы игры, что делало появление его друзей в этом мире маловероятным.

На самом деле, благодаря использованию множества заклинаний и источников информации, он мог слабо чувствовать отсутствие их присутствия. Однако, поскольку у него не было конкретных доказательств этой веры, возможность того, что это произойдет, все еще оставалась.

Можно было бы назвать его идиотом за то, что он цеплялся за такие тщетные надежды, но можно было бы также назвать его тщетным неудачником.

Но для Айнза это было все, что составляло его жизнь.

И теперь этот сон постепенно угасал.

Конечно, его друзья были важны для него, но теперь, НПС тоже были важны.

По сути, это были дети, оставленные его товарищами.

Аинз, как единственный оставшийся, должен был защищать их любой ценой.

Из-за этого Аинз был готов пожертвовать всем, чтобы гарантировать, что НПС никогда не пострадают. Чтобы гарантировать, что Назарик никогда не попадет в руки внешних сил, он должен был уделять приоритетное внимание расширению возможностей каждого аспекта организации.

Шалти была во власти кого-то неизвестного в прошлом. Хотя ему и удалось вернуть контроль над ней, но если бы тогда все обернулось еще хуже, то важные сведения о Назарике могли бы стать известны посторонним; следовательно, это могло бы привести к уничтожению гильдии.

Он не мог допустить, чтобы подобное когда-нибудь повторилось.

— Какова моя цель, спросите вы? Я ищу то, что трудно, но также легко получить. Все, чего я хочу… это одна вещь. Это счастье.

— Счастье?

Занак несколько раз удивленно моргнул.

Аинз слегка рассмеялся в ответ. То, что он сказал, не показалось ему таким уж возмутительным.

— Независимо от того, человек ты или нет, стремление к счастью — это конечная цель, не так ли?

Аинз отбросил свою игру и начал беседовать с Занаком, как будто тот был его близким другом.

— И вы готовы переступить через чужое счастье, чтобы добиться своего?

— Разве это не очевидно? Если счастье тех, кто мне дорог, можно гарантировать, то счастье других для меня вообще не имеет значения. Если бы вы могли обеспечить счастье своих подданных, причиняя страдания гражданам другой страны, что бы вы сделали? Может быть, вы скажете, совсем отказаться от своего счастья?

— Но это же крайности! Занак успокоился, он опустил голову и сказал: «Это не по моей части. Прошу прощения, Ваше Величество.

Аинз вернулся к своему образу правителя.

— Все в порядке, совершенно не о чем беспокоиться.

— Даже с интеллектом и силой Вашего Величества Короля Заклинателя, нет ли других возможных способов гарантировать счастье?

— …Возможно, но я могу сказать только «возможно». Если бы у вас был гарантированный способ обрести счастье, что было бы лучшим вариантом. Искать возможно несуществующий вторичный метод или придерживаться того, что было испытано? Как говориться ‘Богиня удачи лысеет на затылке’. (RRT: главное не упустить момент)

Занак был абсолютно скептичен.

— Какая странная богиня. Простите, я не хотел принижать богиню, в которую вы верите. Пожалуйста, простите меня.

— Ха-ха, я совсем не возражаю. Это не моя вера, просто пословица, которую я помнил. Ну что ж, тогда это и есть предел всего происходящего. Ради счастья моих подданных я должен пожертвовать вашим народом. Это основа для этой войны, вы понимаете?

— Пожалуй, да. Я действительно разделяю желание Вашего Величества. Стремление к улучшению своей собственной страны и гарантия счастья своих соотечественников — это, можно сказать, единственная ответственность правителя. Если уничтожение нашего народа гарантирует людям Колдовского Королевства их счастье, то я понимаю, почему вы не приняли нашу капитуляцию. Наверное, тут уж ничего не поделаешь.

— Правда? Ты все понял. Теперь моя очередь задавать вопросы, но у меня их нет…

Аинз огляделся вокруг, размышляя: «А, точно. Доспехи, которые ты носишь, напомнили мне об этом, так что я спрошу об этом мече. Меч, которым владел Газеф Строноф, кто сейчас им владеет?

— В настоящее время он находится на хранении у человека по имени Брэйн Унглаус.

— Брэйн Унглаус? Ах, тот человек.

Когда он дрался с Газефом, их двух мужчинам, которые были свидетелями той дуэли, был кто-то с таким именем. Однако, учитывая, как давно это было, он едва помнил его внешность.

Хотя он планировал превратить столицу в пепел, он все же планировал получить несколько предметов, одним из которых был меч Газефа.

— Этот человек тоже пришел сюда?

— Нет, Ваше Величество. Он все еще должен быть в столице.

— Неужели это так? Тогда вам должно быть все равно, какую магию я использую, чтобы уничтожить вас всех, верно?

Осаждать столицу должен был Коцит, так что позже ему придется приказать ему не упустить меч.

— Хотя я не собираюсь проигрывать в этой битве, я был бы бесконечно благодарен, если бы Ваше Величество применили магию, которая причинила бы наименьшее количество страданий моему народу.

— …Хмм. Ты прав. Я понимаю. В конце концов, такие приятные разговоры, как этот, довольно редки. Особенно это касается тебя, я постараюсь убить тебя как можно милосерднее.

— Большое вам спасибо.

Занак одарил его ослепительной улыбкой, на которую Аинз не мог не удивиться.

Мужество этого человека было невероятным. Если бы Аинз был на его месте, смог бы он сделать то же самое?

{—Я так не думаю. Как и следовало ожидать от особ королевской крови. Это было очень познавательно.}

Занак взял стоявшую перед ним стеклянную чашку и одним глотком выпил воду, как будто его совсем не волновали яды.

— Восхитительно, Ваше Величество. Послушайте, я очень надеюсь, что вы ответите на мой последний вопрос — это Ваше Величество убили моего брата, или это был один из подчиненных Вашего Величества?

— Твой брат?

Аинз наклонил голову и через некоторое время вспомнил о принце Королевства, от которого они уже избавились. Он не мог вспомнить его имя, но помнил, что оно было очень длинным.

— Вероятно, это был один из моих подчиненных.

— Так это правда… в конце концов, он умер…Я чувствую себя так, словно с моих плеч свалился огромный груз…Ваше Величество, спасибо, что рассказали мне. Я предполагаю, что это время для нас, чтобы проститься.

Сказав это, Занак направился к своей лошади.

Аинз подошел к Пожирателю душ после того, как все убрал, но обнаружил, что Занак все еще ждет его возле лошади.

Аинз мысленно спросил себя, почему он еще не сел на своего коня, когда забирался на Пожирателя душ. Только после этого Занак сел на своего коня.

Между принцем и королем было легко определить, кто имеет более высокий статус, поэтому он, вероятно, сделал это, чтобы не смотреть на Аинза сверху вниз со своего высокого коня. Для Аинза, человека, который не изучал этикет всадников, это был правильный выбор, которому аристократия должна была стремиться следовать. Положение Занака в его сознании немного улучшилось.

{Похоже, изучение этикета высшего класса стало обязательным…а чего не хватает данный момент? Уменьшится ли когда-нибудь количество вещей, которые мне предстоит узнать?..?}

——

— Ваше Высочество!

Все дворяне вышли поприветствовать Занака, почти все дворяне, откликнувшиеся на его зов, были здесь.

Никто не остановил его выход из передней части, но теперь он чувствовал, что не сможет вернуться, даже если попытается. Это означало, что все ждали хороших новостей, и лучше всего было бы, если бы Король Заклинатель согласился на фору—

Занак коротко ответил на их вопрос.

— У меня не получилось. Его Величество Король Заклинаетель планирует убить нас всех, это было для него не обсуждаемо.

Что его удивило, так это то, что многие дворяне все еще бледнели от этой новости. Может быть, они все еще надеются, что даже в нынешней ситуации все будет хорошо?

Занак соскочил с коня и оставил этих дворян позади, которые все прикусывали нижнюю губу и были погружены в глубокое раздумье, чтобы подойти к своей палатке.

После того как он вошел в палатку, министр военных дел приветствовал его, но на его лице появилась лишь саркастическая улыбка.

— Не похоже что у вас есть хорошие новости.

— Другими словами, все было так, как мы и ожидали, но кое-что все-таки удивило меня.

— Неужели? Кстати говоря, я никогда не встречался с Королем Заклинателем, но что за монстра он из себя представляет?

Занак улыбнулся.

— Он оказался более человечным, чем я думал.

Министр военных дел был потрясен этим ответом, его глаза были так широко раскрыты, что почти превратились в круги. Возможно, это был первый раз, когда Занак видел его таким.

Занак начал вспоминать свой разговор с Королем Заклинателем.

Это было правдой, что снаружи он казался ужасающим монстром, который излучал гнетущую ауру. Занак даже не мог понять, насколько ценна была его одежда. Но даже в этом случае его единственным приоритетом, причиной всех его поступков, было счастье тех, кто был ему дорог. Разве это не самое распространенное желание?

Честно говоря, он не вел себя как нежить, враждебно настроенная ко всему живому. Он был слишком человечен.

Он не мог понять, какое именно внимание Король Заклинатель уделил этому вопросу, чтобы прийти к такому выводу, но после этого разговора он мог немного посочувствовать ему.

— Ха-ха, да, конечно. Совсем как обычный человек.

Занак перевел взгляд с министра на внешнюю часть шатра.

Раньше, до того, как все обернулось таким образом, он мог бы придумать лучший способ решения этого конфликта. Но они уже миновали точку невозврата.

— … Как обстоит подготовка к битве?

— Подчиненные Вашего Высочества — те, что из столицы, доказали свою эффективность и готовы немедленно выехать, распределив наших людей между столичными резиденциями. Однако скорость знати оставляет желать лучшего. Они все еще спорят о том, кто должен быть авангардом.

Министр военных дел продолжал разглагольствовать, не скрывая своего презрения.

— Хм, тут уж ничего не поделаешь. В конце концов, они не находятся под нашим командованием. Некоторые из дворян даже не решились на самопожертвование. Мы можем только надеяться, что они не начнут битву до того, как все остальные будут готовы. Чем ниже наши ожидания, тем меньше мы будем разочарованы.

Это было действительно тревожно, если они не могли даже синхронизировать свои собственные войска для этой битвы. Однако без тех сил они потеряли бы четверть своих мобилизованных солдат. Этот сценарий был бы не менее неприятным.

Даже если магия Короля Заклинателя убьет только 200 000 человек, как в прошлый раз, то если предположить, что половина их армии и соответствующие дворяне выживут, то какая ответственность ляжет на четверть их нынешних сил?

— Так какова же наша нынешняя стратегия?

— Абсолютно никакая, Ваше Высочество. — Министр военных дел устало и апатично рассмеялся. — У нас нет никакой стратегии, мы будем просто слепо атаковать их. Из-за этого… если мы ничего не сделаем, чтобы не дать солдатам потерять боевой дух, будет нехорошо… может быть, я сформирую отряды, которые предотвратят отступления?

— Не стоит. Вместо этого королевские рыцари должны быть размещены на переднем крае, и—

— Ваше Высочество, простите меня за то, что я вас перебиваю, но давайте будем Авангардом.

Занак посмотрел на него взглядом, который говорил: «Ты уверен?».Не беря в расчет его собственное состояние, ему было трудно представить себе этого тощего, желтушного мужичка, размахивающего мечом.

— Если кто-то должен стоять в первых рядах, пожалуйста, позвольте мне быть этим человеком. Ваше Высочество должны командовать с тыла.

Занак и министр некоторое время смотрели друг на друга, и он кивнул головой.

— Я очень рад, что вы меня поняли…- взгляд министра устремился к потолку палатки. Там не было ничего примечательного, и он не видел неба, но все же некоторое время смотрел на него, бормоча что-то себе под нос.

— Честно говоря, мне никогда не нравился этот Строноф, но не проходит и дня, чтобы я не желал видеть его здесь…

— Я могу вам посимпотизировать. Просто он мне очень нравился.

Как раз в тот момент, когда министр кротко улыбнулся, снаружи послышался шум.

— Что происходит? Неужели Колдовское Королевство сделало свой ход?

— Нет… — Занак поднял ухо и рассмеялся — вовсе нет.

Группа разгоряченных людей ворвалась в палатку.

Это были дворяне, чьи вотчины находились вблизи — хотя и на некотором расстоянии — столицы. Среди них были дворяне, которые недавно побледнели, и то, что казалось наемниками, держащими окровавленные мечи.

— Что вы собираетесь делать со своими обнаженными мечами в шатре Его Высочества? Отходим!

Никто из знати не ответил на рев министра военных дел. Все они смотрели на Занака, как загнанные в угол крысы.

Занаку хотелось схватиться за живот и от души расхохотаться.

Он более или менее почувствовал это, когда вошел в лагерь, он полностью понял, какие мысли породила их глупость.

Он назначил подчиненных ему рыцарей на командные посты, так что для них само по себе отдаление от него было неудачей. Это был мятеж, вызванный его потерей свободы воли, но он не ожидал, что они замышляли что-то против него, особенно при таких обстоятельствах. Он никак не ожидал, что разум людей опустится так низко.

Нет, это неправильная формулировка.

Их действия в определенном смысле были правильными. Они просто изо всех сил старались выжить.

Занак мог винить только самого себя. Он не был способен сопереживать им, он не был способен утолить их угрызения совести, он не был способен объединить их под одним знаменем.

А что бы сделал его отец? Занак едва не испортил серьезное лицо, которое он изо всех сил старался изобразить, громко рассмеявшись.

— Отойдите назад! Вы идиоты!

— …Пожалуйста, остановись! Министр!

— Но Ваше Высочество!

— Я сказал, остановись! Ты должен отступиться.

— Я не могу принять этот приказ.

— Министр—

— …это конец, Ваше Высочество. Теперь нет смысла тянуть время.

— …Хм. Я ничего такого не планировал

Несмотря на то, что он носил доспехи, которые были национальным достоянием, Занак не был хорошо подготовлен к бою. Если бы это был его брат, все было бы по-другому, но Занак в одиночку не смог бы здесь уничтожить всех врагов.

Если бы их предательство не было спонтанным, а было хорошо спланировано с самого начала, у него вообще не было бы шансов на спасение.

Он сосредоточил свой взгляд на них и увидел, что они были напуганы.

Какой позор! Если бы они действительно верили в себя, то держали бы свои головы высоко поднятыми. Вот почему Занак высоко поднял голову, чтобы показать свою выдержку.

— Так о чем же таком важном вы пришли ко мне в палатку, чтобы поговорить? Неужели вы не понимаете, что значит обнажить свои мечи здесь, в моем присутствии?

— Конечно, Ваше Высочество. Эта война, пожалуйста, прекратите ее.

Занак улыбнулся.

— Сдаваться Его Величеству Королю Заклинателю — пустая трата времени. Я получил его послание громко и ясно: он никогда не примет нашего подчинения… Хотя ты можешь мне не верить, наша единственная надежда — это победить Его Величество Короля Заклинателя.

— Мы никак не можем победить его…

Один из дворян что-то пробормотал, и Занак согласился.

— Даже если так, у нас нет другого выбора, кроме как сражаться. Я предложил вассалитет, но это было бесполезно. Я еще раз повторю, что наша единственная надежда на выживание — это битва.

— …Может быть, так оно и есть для Вашего Высочества, но, может быть, если наши заслуги будут достаточно велики, они оставят нас в живых — пожалуйста, пожертвуйте собой, чтобы

мы могли жить.

Аристократы начали объединяться в согласии.

— Все это началось из-за людей, которые встали на пути транспортировки зерна из Колдовского Королевства. Мы не должны нести за них ответственность!

— Мы поклянемся в верности Королю Заклинателю.

Для Занака то, что они говорили, ничем не отличалось от того, что говорили благородные женщины о своем идеальном рыцаре во время чаепитий. И все же он понимал, откуда они взялись.

— Позвольте мне сказать одно: вам совершенно бесполезно вести меня к нему. Я, как член королевской семьи, решил сражаться до конца. Те из вас, кто хочет умереть здесь, пусть попробуют!

Ну и ну.

Воюют против самих себя, какая шутка.

Нет, он должен считать себя счастливчиком, что эти глупцы встретят свой конец прямо здесь. Конечно же, они не смогут обременить его сестру или отца после этого, верно?

Что ж, его сестра будет в безопасности от этих идиотов только благодаря тому воину, что будет рядом с ней.

— Хотите мою голову? Подходите, если осмелитесь!!

Занак вытащил свой меч и встал плечом к плечу с министром.

Хотя он не был уверен в своем мастерстве владения мечом, но его доспехи с лихвой восполнят этот недостаток.

Занак уставился на дворян, застывших на месте.

— Как же так!? Разве вы все не жаждали крови!? Разве вы не должны были хотя бы приготовиться запачкать свои собственные руки, даже если бы вам пришлось насильно влить мне в глотку яд?? Разве вы не должены были уже принять решение?!

Дворяне посмотрели друг на друга.

Они даже не подумали об этом, чертовски жалкие. Неужели его жизнь действительно оборвется из-за таких некомпетентных ублюдков, как они?

После того как они увидели военную мощь Короля Заклинателя, должно быть, именно страх сделал их настолько жалкими.

В конце концов, он не годился для того, чтобы править. У него не было ни отцовской добродетели, ни харизмы брата, ни интеллекта сестры. У него вообще ничего не было, но это было прекрасно. Он не хотел быть королем в любом случае, он просто хотел, чтобы это королевство процветало.

— Вот именно.

Отдать эту страну, ее народ и его семью.

Чтобы дать им счастье.

Затем один из аристократов окликнул людей снаружи палатки, и несколько крепких на вид наемников вошли внутрь.

Занак облизнул свои губы и вспомнил силуэт своего брата, размахивающего мечом. Он повторил движения своего брата и бросился на дворян.

——————

В это время Коцит, Аура и Маре как раз обсуждали предстоящую осаду столицы, когда Альбедо, которая, как предполагалось, проводила заключительную строевую проверку, вошла с озабоченным выражением лица.

— Что случилось?

— Аинз-сама, кажется, в лагере врага происходит какое-то волнение, — ответила Альбедо.

— …Что? Волнение? Что случилось?

Аинз встал и вышел из палатки. Было похоже, что там действительно произошла какая-то неприятность или, точнее сказать, вспыхнула драка между ними.

В конце концов из вражеского лагеря вышла группа кавалерии. Было не похоже, чтобы они были нетерпеливым авангардом.

Пока Аинз молча наблюдал за ними, группа быстро достигла границы войск Колдовского Королевства. Это были наемники, оснащенные всевозможным снаряжением, а также несколько дворян.

Из толпы вышел мужчина в расцвете лет, одаренный благородной внешностью. Этот человек начал кричать почти истерически, ветер донес его голос до Аинза.

— Мне нужно обсудить кое-что с Его Величеством Королем Заклинателем! Пожалуйста!

Занака среди них не было. Суматоха в их лагере плюс небольшое количество знати в этой группе сказали Аинзу все, что ему нужно было знать.

— …Альбедо, приведи их сюда.

Он не смотрел в сторону кланяющейся Альбедо, а вместо этого вернулся в свой шатер, где его тело тяжело опустилось на временный трон. Трое стражей молча стояли рядом с Аинзом.

Через некоторое время Альбедо привела с собой десятерых аристократов. Наемники, служившие телохранителями, похоже, остались позади.

Они были потрясены видом Аинза на троне, но еще больше их потрясло видом Коцита рядом с ним и смутило присутствием Ауры и Мара.

— Делайте то, что должно, перед тем, кто выше всех.

Дворяне Королевства опустились на колени у входа в шатер и склонили свои головы перед Аинзом.

— Поднимите головы, — сказала Альбедо, стоявшая перед Айнзом.

— Мы рады познакомиться с Вами, Ваше Величество.

Заговорил самый старший из дворян. Судя по выражению лиц остальных, он был главным.

— Мы преклоняемся перед Вашем Величеством и желаем служить под вашим началом. Прежде всего, у нас есть предложение для Вашего Величества…

Один из дворян достал из-за спины какой-то мешковатый предмет. Альбедо уже собиралась ответить, но Аинз остановил ее. Он медленно встал — как уже много раз практиковался — со своего трона и подошел к аристократу.

Ему вручили мешок.

{Похоже, это не ловушка, ха…}

Разочарованный Аинз посмотрел на мешок.

Из мешка хлынул запах крови, и он уже мог догадаться, что там внутри.

Аинз открыл его, чтобы заглянуть внутрь.

Его глаза встретились с глазами Занака.

Аинз внимательно смотрел на него. Они только что познакомились, так что ему было трудно сказать, был ли это двойник или нет. Однако, учитывая то, как они действовали, было маловероятно, что это была голова двойника.

Аинз закрыл мешок, вернулся к своему трону, чтобы передать мешок Альбедо, и сказал:

— Похорони его как следует.

У него было множество других трупов, которые он мог использовать для создания нежити, и отпустить Занака не было плохой идеей.

— Что случилось с доспехами, которые он носил?

Дворяне посмотрели на Аинза с озадаченными выражениеми лиц, услышав его вопрос. Они, вероятно, думали, что головы их генерала было более чем достаточно.

— Ну и что же? Вы не можете ответить на вопрос Аинза-самы?

— Н-Нет! Да, эти доспехи все еще должны быть на трупе принца в его шатре.

Аристократ, выступавший в роли их представителя, поспешно ответил на бесстрастный вопрос альбедо:

— Неужели это так?.. Я понял… вас всех. хорошая работа.

Все дворяне ответили “Да”! — когда облегчение расцвело на их лицах и они опустили головы.

— Я должным образом вознагражу вас за ваши достижения. Итак, чего же вы желаете?

— Пожалуйста, пощадите меня и мою семью! Ваше Величество Король Заклинатель! Я клянусь вам в своей абсолютной верности!

Внезапно аристократ позади представителя начал кричать, заставив раздраженного представителя залаять,

— Этот парень! И я тоже! Ваше Величество! Пожалуйста, окажите такую же милость и мне!

Все больше и больше “я тоже! — они навалились друг на друга. Аинз великодушно взмахнул руками, чтобы заглушить их мольбы.

— … Я понял. Я понял. Я полностью понял вас всех. Все здесь желают одного и того же, верно? — Дворяне начали яростно кивать головами — неужели это так? Ну, тогда я вас не убью. Альбедо, отправь их к Нейронисту.

— Поняла.

— Ваше Величество, а как же наши семьи?…

Аинз не упустил из виду одного из дворян, пытавшегося что-то шепнуть ему.

— И ваши семьи тоже? — Аинз улыбнулся. Конечно, они никак не могли этого понять. — Что же мне теперь делать со всеми вами? Альбедо, спроси, где их семьи, и отправь их туда же.

— Да, Аинз-сама. Вы все, сюда.

Альбедо увела аристократов из шатра. Когда они ушли, Аинз жестом пригласил Ауру выйти и отдал следующий приказ:

— Не убивай тех, кто не желает смерти. Это приказ.

— Да, Аинз-сама!

Аинз поймал Ауру за руку, когда она уже собиралась уходить. Он продолжил говорить уже смущенной ауре:

— Даже если они желают смерти, не давай им ее сейчас.

— Понятно!

После того как он отпустил ее руку и она удостоверилась, что у него нет других приказов, Аура побежала за Альбедо.

Пристальный взгляд Аинза оставался прикованным к ее спине, пока он отдавал приказы двум оставшимся стражам.

— Теперь я потерял всякий интерес. С Коцитом в качестве командира и Маре в качестве заместителя командира я разрешаю вам обоим использовать все свои способности. Не оставляйте ни одного гражданина Королевства невредимым.

Оба ответили утвердительно.

Час спустя армия, которая была последней надеждой Королевства Ре-Эстиз, полностью исчезла с лица этого мира.

Глава 4

Министр военных дел был потрясен этим ответом, его глаза были так широко раскрыты, что почти превратились в круги. Возможно, это был первый раз, когда Занак видел его таким.

Занак начал вспоминать свой разговор с Королем Заклинателем.

Это было правдой, что снаружи он казался ужасающим монстром, который излучал гнетущую ауру. Занак даже не мог понять, насколько ценна была его одежда. Но даже в этом случае его единственным приоритетом, причиной всех его поступков, было счастье тех, кто был ему дорог. Разве это не самое распространенное желание?

Честно говоря, он не вел себя как нежить, враждебно настроенная ко всему живому. Он был слишком человечен.

Он не мог понять, какое именно внимание Король Заклинатель уделил этому вопросу, чтобы прийти к такому выводу, но после этого разговора он мог немного посочувствовать ему.

— Ха-ха, да, конечно. Совсем как обычный человек.

Занак перевел взгляд с министра на внешнюю часть шатра.

Раньше, до того, как все обернулось таким образом, он мог бы придумать лучший способ решения этого конфликта. Но они уже миновали точку невозврата.

— … Как обстоит подготовка к битве?

— Подчиненные Вашего Высочества — те, что из столицы, доказали свою эффективность и готовы немедленно выехать, распределив наших людей между столичными резиденциями. Однако скорость знати оставляет желать лучшего. Они все еще спорят о том, кто должен быть авангардом.

Министр военных дел продолжал разглагольствовать, не скрывая своего презрения.

— Хм, тут уж ничего не поделаешь. В конце концов, они не находятся под нашим командованием. Некоторые из дворян даже не решились на самопожертвование. Мы можем только надеяться, что они не начнут битву до того, как все остальные будут готовы. Чем ниже наши ожидания, тем меньше мы будем разочарованы.

Это было действительно тревожно, если они не могли даже синхронизировать свои собственные войска для этой битвы. Однако без тех сил они потеряли бы четверть своих мобилизованных солдат. Этот сценарий был бы не менее неприятным.

Даже если магия Короля Заклинателя убьет только 200 000 человек, как в прошлый раз, то если предположить, что половина их армии и соответствующие дворяне выживут, то какая ответственность ляжет на четверть их нынешних сил?

— Так какова же наша нынешняя стратегия?

— Абсолютно никакая, Ваше Высочество. — Министр военных дел устало и апатично рассмеялся. — У нас нет никакой стратегии, мы будем просто слепо атаковать их. Из-за этого… если мы ничего не сделаем, чтобы не дать солдатам потерять боевой дух, будет нехорошо… может быть, я сформирую отряды, которые предотвратят отступления?

— Не стоит. Вместо этого королевские рыцари должны быть размещены на переднем крае, и—

— Ваше Высочество, простите меня за то, что я вас перебиваю, но давайте будем Авангардом.

Занак посмотрел на него взглядом, который говорил: «Ты уверен?».Не беря в расчет его собственное состояние, ему было трудно представить себе этого тощего, желтушного мужичка, размахивающего мечом.

— Если кто-то должен стоять в первых рядах, пожалуйста, позвольте мне быть этим человеком. Ваше Высочество должны командовать с тыла.

Занак и министр некоторое время смотрели друг на друга, и он кивнул головой.

— Я очень рад, что вы меня поняли…- взгляд министра устремился к потолку палатки. Там не было ничего примечательного, и он не видел неба, но все же некоторое время смотрел на него, бормоча что-то себе под нос.

— Честно говоря, мне никогда не нравился этот Строноф, но не проходит и дня, чтобы я не желал видеть его здесь…

— Я могу вам посимпотизировать. Просто он мне очень нравился.

Как раз в тот момент, когда министр кротко улыбнулся, снаружи послышался шум.

— Что происходит? Неужели Колдовское Королевство сделало свой ход?

— Нет… — Занак поднял ухо и рассмеялся — вовсе нет.

Группа разгоряченных людей ворвалась в палатку.

Это были дворяне, чьи вотчины находились вблизи — хотя и на некотором расстоянии — столицы. Среди них были дворяне, которые недавно побледнели, и то, что казалось наемниками, держащими окровавленные мечи.

— Что вы собираетесь делать со своими обнаженными мечами в шатре Его Высочества? Отходим!

Никто из знати не ответил на рев министра военных дел. Все они смотрели на Занака, как загнанные в угол крысы.

Занаку хотелось схватиться за живот и от души расхохотаться.

Он более или менее почувствовал это, когда вошел в лагерь, он полностью понял, какие мысли породила их глупость.

Он назначил подчиненных ему рыцарей на командные посты, так что для них само по себе отдаление от него было неудачей. Это был мятеж, вызванный его потерей свободы воли, но он не ожидал, что они замышляли что-то против него, особенно при таких обстоятельствах. Он никак не ожидал, что разум людей опустится так низко.

Нет, это неправильная формулировка.

Их действия в определенном смысле были правильными. Они просто изо всех сил старались выжить.

Занак мог винить только самого себя. Он не был способен сопереживать им, он не был способен утолить их угрызения совести, он не был способен объединить их под одним знаменем.

А что бы сделал его отец? Занак едва не испортил серьезное лицо, которое он изо всех сил старался изобразить, громко рассмеявшись.

— Отойдите назад! Вы идиоты!

— …Пожалуйста, остановись! Министр!

— Но Ваше Высочество!

— Я сказал, остановись! Ты должен отступиться.

— Я не могу принять этот приказ.

— Министр—

— …это конец, Ваше Высочество. Теперь нет смысла тянуть время.

— …Хм. Я ничего такого не планировал

Несмотря на то, что он носил доспехи, которые были национальным достоянием, Занак не был хорошо подготовлен к бою. Если бы это был его брат, все было бы по-другому, но Занак в одиночку не смог бы здесь уничтожить всех врагов.

Если бы их предательство не было спонтанным, а было хорошо спланировано с самого начала, у него вообще не было бы шансов на спасение.

Он сосредоточил свой взгляд на них и увидел, что они были напуганы.

Какой позор! Если бы они действительно верили в себя, то держали бы свои головы высоко поднятыми. Вот почему Занак высоко поднял голову, чтобы показать свою выдержку.

— Так о чем же таком важном вы пришли ко мне в палатку, чтобы поговорить? Неужели вы не понимаете, что значит обнажить свои мечи здесь, в моем присутствии?

— Конечно, Ваше Высочество. Эта война, пожалуйста, прекратите ее.

Занак улыбнулся.

— Сдаваться Его Величеству Королю Заклинателю — пустая трата времени. Я получил его послание громко и ясно: он никогда не примет нашего подчинения… Хотя ты можешь мне не верить, наша единственная надежда — это победить Его Величество Короля Заклинателя.

— Мы никак не можем победить его…

Один из дворян что-то пробормотал, и Занак согласился.

— Даже если так, у нас нет другого выбора, кроме как сражаться. Я предложил вассалитет, но это было бесполезно. Я еще раз повторю, что наша единственная надежда на выживание — это битва.

— …Может быть, так оно и есть для Вашего Высочества, но, может быть, если наши заслуги будут достаточно велики, они оставят нас в живых — пожалуйста, пожертвуйте собой, чтобы

мы могли жить.

Аристократы начали объединяться в согласии.

— Все это началось из-за людей, которые встали на пути транспортировки зерна из Колдовского Королевства. Мы не должны нести за них ответственность!

— Мы поклянемся в верности Королю Заклинателю.

Для Занака то, что они говорили, ничем не отличалось от того, что говорили благородные женщины о своем идеальном рыцаре во время чаепитий. И все же он понимал, откуда они взялись.

— Позвольте мне сказать одно: вам совершенно бесполезно вести меня к нему. Я, как член королевской семьи, решил сражаться до конца. Те из вас, кто хочет умереть здесь, пусть попробуют!

Ну и ну.

Воюют против самих себя, какая шутка.

Нет, он должен считать себя счастливчиком, что эти глупцы встретят свой конец прямо здесь. Конечно же, они не смогут обременить его сестру или отца после этого, верно?

Что ж, его сестра будет в безопасности от этих идиотов только благодаря тому воину, что будет рядом с ней.

— Хотите мою голову? Подходите, если осмелитесь!!

Занак вытащил свой меч и встал плечом к плечу с министром.

Хотя он не был уверен в своем мастерстве владения мечом, но его доспехи с лихвой восполнят этот недостаток.

Занак уставился на дворян, застывших на месте.

— Как же так!? Разве вы все не жаждали крови!? Разве вы не должны были хотя бы приготовиться запачкать свои собственные руки, даже если бы вам пришлось насильно влить мне в глотку яд?? Разве вы не должены были уже принять решение?!

Дворяне посмотрели друг на друга.

Они даже не подумали об этом, чертовски жалкие. Неужели его жизнь действительно оборвется из-за таких некомпетентных ублюдков, как они?

После того как они увидели военную мощь Короля Заклинателя, должно быть, именно страх сделал их настолько жалкими.

В конце концов, он не годился для того, чтобы править. У него не было ни отцовской добродетели, ни харизмы брата, ни интеллекта сестры. У него вообще ничего не было, но это было прекрасно. Он не хотел быть королем в любом случае, он просто хотел, чтобы это королевство процветало.

— Вот именно.

Отдать эту страну, ее народ и его семью.

Чтобы дать им счастье.

Затем один из аристократов окликнул людей снаружи палатки, и несколько крепких на вид наемников вошли внутрь.

Занак облизнул свои губы и вспомнил силуэт своего брата, размахивающего мечом. Он повторил движения своего брата и бросился на дворян.

——————

В это время Коцит, Аура и Маре как раз обсуждали предстоящую осаду столицы, когда Альбедо, которая, как предполагалось, проводила заключительную строевую проверку, вошла с озабоченным выражением лица.

— Что случилось?

— Аинз-сама, кажется, в лагере врага происходит какое-то волнение, — ответила Альбедо.

— …Что? Волнение? Что случилось?

Аинз встал и вышел из палатки. Было похоже, что там действительно произошла какая-то неприятность или, точнее сказать, вспыхнула драка между ними.

В конце концов из вражеского лагеря вышла группа кавалерии. Было не похоже, чтобы они были нетерпеливым авангардом.

Пока Аинз молча наблюдал за ними, группа быстро достигла границы войск Колдовского Королевства. Это были наемники, оснащенные всевозможным снаряжением, а также несколько дворян.

Из толпы вышел мужчина в расцвете лет, одаренный благородной внешностью. Этот человек начал кричать почти истерически, ветер донес его голос до Аинза.

— Мне нужно обсудить кое-что с Его Величеством Королем Заклинателем! Пожалуйста!

Занака среди них не было. Суматоха в их лагере плюс небольшое количество знати в этой группе сказали Аинзу все, что ему нужно было знать.

— …Альбедо, приведи их сюда.

Он не смотрел в сторону кланяющейся Альбедо, а вместо этого вернулся в свой шатер, где его тело тяжело опустилось на временный трон. Трое стражей молча стояли рядом с Аинзом.

Через некоторое время Альбедо привела с собой десятерых аристократов. Наемники, служившие телохранителями, похоже, остались позади.

Они были потрясены видом Аинза на троне, но еще больше их потрясло видом Коцита рядом с ним и смутило присутствием Ауры и Мара.

— Делайте то, что должно, перед тем, кто выше всех.

Дворяне Королевства опустились на колени у входа в шатер и склонили свои головы перед Аинзом.

— Поднимите головы, — сказала Альбедо, стоявшая перед Айнзом.

— Мы рады познакомиться с Вами, Ваше Величество.

Заговорил самый старший из дворян. Судя по выражению лиц остальных, он был главным.

— Мы преклоняемся перед Вашем Величеством и желаем служить под вашим началом. Прежде всего, у нас есть предложение для Вашего Величества…

Один из дворян достал из-за спины какой-то мешковатый предмет. Альбедо уже собиралась ответить, но Аинз остановил ее. Он медленно встал — как уже много раз практиковался — со своего трона и подошел к аристократу.

Ему вручили мешок.

{Похоже, это не ловушка, ха…}

Разочарованный Аинз посмотрел на мешок.

Из мешка хлынул запах крови, и он уже мог догадаться, что там внутри.

Аинз открыл его, чтобы заглянуть внутрь.

Его глаза встретились с глазами Занака.

Аинз внимательно смотрел на него. Они только что познакомились, так что ему было трудно сказать, был ли это двойник или нет. Однако, учитывая то, как они действовали, было маловероятно, что это была голова двойника.

Аинз закрыл мешок, вернулся к своему трону, чтобы передать мешок Альбедо, и сказал:

— Похорони его как следует.

У него было множество других трупов, которые он мог использовать для создания нежити, и отпустить Занака не было плохой идеей.

— Что случилось с доспехами, которые он носил?

Дворяне посмотрели на Аинза с озадаченными выражениеми лиц, услышав его вопрос. Они, вероятно, думали, что головы их генерала было более чем достаточно.

— Ну и что же? Вы не можете ответить на вопрос Аинза-самы?

— Н-Нет! Да, эти доспехи все еще должны быть на трупе принца в его шатре.

Аристократ, выступавший в роли их представителя, поспешно ответил на бесстрастный вопрос альбедо:

— Неужели это так?.. Я понял… вас всех. хорошая работа.

Все дворяне ответили “Да”! — когда облегчение расцвело на их лицах и они опустили головы.

— Я должным образом вознагражу вас за ваши достижения. Итак, чего же вы желаете?

— Пожалуйста, пощадите меня и мою семью! Ваше Величество Король Заклинатель! Я клянусь вам в своей абсолютной верности!

Внезапно аристократ позади представителя начал кричать, заставив раздраженного представителя залаять,

— Этот парень! И я тоже! Ваше Величество! Пожалуйста, окажите такую же милость и мне!

Все больше и больше “я тоже! — они навалились друг на друга. Аинз великодушно взмахнул руками, чтобы заглушить их мольбы.

— … Я понял. Я понял. Я полностью понял вас всех. Все здесь желают одного и того же, верно? — Дворяне начали яростно кивать головами — неужели это так? Ну, тогда я вас не убью. Альбедо, отправь их к Нейронисту.

— Поняла.

— Ваше Величество, а как же наши семьи?…

Аинз не упустил из виду одного из дворян, пытавшегося что-то шепнуть ему.

— И ваши семьи тоже? — Аинз улыбнулся. Конечно, они никак не могли этого понять. — Что же мне теперь делать со всеми вами? Альбедо, спроси, где их семьи, и отправь их туда же.

— Да, Аинз-сама. Вы все, сюда.

Альбедо увела аристократов из шатра. Когда они ушли, Аинз жестом пригласил Ауру выйти и отдал следующий приказ:

— Не убивай тех, кто не желает смерти. Это приказ.

— Да, Аинз-сама!

Аинз поймал Ауру за руку, когда она уже собиралась уходить. Он продолжил говорить уже смущенной ауре:

— Даже если они желают смерти, не давай им ее сейчас.

— Понятно!

После того как он отпустил ее руку и она удостоверилась, что у него нет других приказов, Аура побежала за Альбедо.

Пристальный взгляд Аинза оставался прикованным к ее спине, пока он отдавал приказы двум оставшимся стражам.

— Теперь я потерял всякий интерес. С Коцитом в качестве командира и Маре в качестве заместителя командира я разрешаю вам обоим использовать все свои способности. Не оставляйте ни одного гражданина Королевства невредимым.

Оба ответили утвердительно.

Час спустя армия, которая была последней надеждой Королевства Ре-Эстиз, полностью исчезла с лица этого мира.

Силуэт Альбедо постепенно уменьшался, пока она гналась за красным силовым костюмом.

И теперь Аинз остался в лагере в одиночку. Если все пойдет по плану, то скоро должна начаться главная битва.

Аинз произнес заклинание, [Тело Лучезарного Берилла].

Те, кто хочет уничтожить Аинза, даже если они мало знают о слабостях монстров скелетного типа, будут знать, как использовать дробящее оружие. Если Аинз потеряет значительную часть своего ХП из-за своих слабостей, прежде чем он достигнет своей цели, это будет несколько тревожно.

Затем, [Задержка Телепортации], которую Аинз использовал раньше, возымела действие.

Другими словами, все действительно шло так, как он и предсказывал.

Похоже, Альбедо вовсе не была их целью. Аинз почувствовал облегчение. Если бы она была их целью, то все было бы очень сложно.

Но так ли это на самом деле? Может быть, это двойная ловушка?

Враг телепортировался вслед за Аинзом.

Единственный враг.

Враг, который предпочитает ближний бой.

Аинз наложил заклинание [Взрывная Мина] на точку выхода своего врага после телепортации. После этого он стоял неподвижно, ожидая появления своего противника. Сначала он планировал использовать [Сущность Жизни], чтобы подтвердить, что его враг потерял здоровье, но в конечном итоге решил этого не делать.

Он услышал звук взрыва в тот момент, когда появился его противник.

Аинз немедленно начал двигаться вперед, прочь от своего врага, и обернулся.

— Серебро…нет, подождите, блестит по другому. Это что, платина? Или металл, о котором я ничего не знаю?

Взрыв поднял довольно много пыли, и в его центре стояла полный доспех платинового цвета.

Четыре орудия парили вокруг него, следя за каждым его движением.

Копье, катана, молот и огромный меч.

Все они были слишком велики для людей, их внешний вид кричал о преобладании размера над функциональностью. В сокровищнице Назарика хранилось еще много оружия, подобного этому.

Оружие имело такой же блеск, как и доспехи, и тогда весьма вероятно, что оно было не серебряным, а платиновым.

Однако, учитывая это, появилось больше вопросов, чем ответов. Не обращая внимания на денежную ценность драгоценного металла, платина вообще не обладала особыми магическими свойствами. Он не мог понять, какие преимущества можно получить, создав из нее оружие и доспехи.

Наиболее вероятным объяснением было то, что он был только покрыт платиной, чтобы скрыть истинный металл, из которого было сделано снаряжение. В качестве примера он мог привести Голема, который, как он только что узнал, находился во владениях Кефуко. Были и другие примеры использования той же техники в Назарике.

Следующим наиболее вероятным объяснением было то, что это был металл, идентичный платине по внешнему виду, но Аинз не был хорошо знаком с типами металлов в этом мире.

Аинз не отводя глаз следил за каждым движением своего противника. В конце концов, даже тривиальная разведка может нарушить равновесие боя.

Что его тревожило, так это то, что его противник, начиная с самого своего появления, вообще не проявлял никакой эмоциональной реакции. С момента своего дебюта они стояли неподвижно на одном месте в устрашающей позе. Было ли это потому, что они не получили никакого урона — у них вообще не было крови, — что они прибегли к такому эффектному зрелищу?

Было невозможно, чтобы они вообще не пострадали.

Аинзу было трудно поверить, что он принял на себя всю тяжесть его [Взрыва Мины], но все, что он сделал, это запачкал пылью эту привлекательную броню. Даже специализация Аинза в некромантии не давала ему полный иммунитет к повреждениям от высокоуровневого заклинания. Это было невозможно без коварных трюков, особенно потому, что тип повреждения [Взрыва Мины] был не элементарным, он не мог быть сведен на нет так просто.

В таком случае, исходит ли его беззаботное отношение от того, что они все это затянули, или от его решимости сделать или умереть? Или, возможно он действительно обладал способностью сводить ущерб на нет.

— Неужели ты думал, что я буду просто стоять здесь, не принимая никаких мер предосторожности? Поблизости есть и другие люди помимо тебя—

Он попытался оценить реакцию своего противника через разговор, или, по крайней мере, это было то, что он намеревался сделать в любом случае. Его противник, однако, не дал ему много времени, чтобы поговорить, так как парень в броне занял наступательную позицию. Молот в его арсенале поплыл туда, где можно было легко схватиться за него.

Это поведало Аинзу часть информации, заставив его мягко рассмеяться в глубине своего сердца.

Это означало, что их целью была не Альбедо, а сам Аинз.

Поскольку они вообще не пытались поговорить с Аинзом, то и не пытались выиграть время. Они, вероятно, планировали закончить этот бой до того, как прибудет подкрепление.

Если бы они появились с неба и заговорили с ним, это означало бы, что их целью была Альбедо или что они оба были их целями.

Все, что происходило до этого момента, вполне укладывалось в рамки плана Аинза.

Однако даже Аинз не мог предсказать следующий ход своего противника.

Поскольку его оружие двигалось вместе с ним, он подумал, что его противник является воином и захочет сократить расстояние между ними. Вместо этого его противник сделал соматический жест рукой, заставив гигантский молот внезапно выстрелить вперед.

Так быстро.

Это было похоже на то, как будто высокоуровневый воин швырнул молот прямо в него, Аинз вообще не мог увернуться. Если бы это оружие не было зачаровано, урон от него был бы сведен на нет его невосприимчивостью к не зачарованным снарядам, но независимо от того, каким способом Аинз отобьет его, оно должно было быть зачаровано. И исходя их этих догадок, Аинз стоял неподвижно, подражая позе, которую принял его противник, принимая удар. Конечно, заклинание активировалось в тот момент, когда молот соприкоснулся с телом Аинза.

Дробящий урон был полностью сведен на нет заклинанием [Тело Лучезарного Берилла]. Все это время он неотрывно смотрел на своего противника, наблюдая за каждым его движением. В этот момент его противник перестал двигаться, вероятно, от шока, что он получил нулевой урон.

Молот вернулся в свое первоначальное положение так же быстро, как и был запущен, плавая вокруг врага.

— Мувахахахаха

Аинз громко рассмеялся, вытянув руки вперед, чтобы показать, что он невредим.

— … Теперь ты понимаешь? Я уверен, что ты знаешь о слабости скелетов к дробящим атакам. Это верно и для меня тоже. Так ты действительно верил, что я не приму никаких мер предосторожности против этого? Что я буду таким тупым? …Вот что

Аинз похлопал себя по телу: «я невосприимчив к дробящим атакам.”

Пока он ухмылялся, его противник не воспользовался возможностью атаковать. {Что это значит?} Аинз задумался. Если он допустит здесь ошибку, то вряд ли сможет выкрутиться из ситуации.

Враг приземлился, поднял руку и заговорил. Его голос принадлежал мужчине.

[Мировой Изолирующий Барьер]

От его противника начал разрастаться купол, искривляя пространство, но ударная волна прошла мимо Аинза.

Он продолжал расширяться в своем первоначальном виде, вся местность была заключена в огромный купол. Он был просто гигантским, по меньшей мере километр в ширину. Альбедо и другие стражи должны быть вне его досягаемости.

Мысли Аинза запутались во время его раздумий.

Это был один из самых старых трюков, чтобы отрезать связь врага с внешним миром. Тогда, насколько трудно будет проникнуть внутрь? Сможет ли он помешать кому-то проникнуть внутрь? Будет ли работать телепортация?

Его влияние и область действия также должны были быть рассмотрены. Поскольку это был купол, мог ли кто-то войти в него через землю?

И самое главное, может ли он уничтожить его каким-либо способом?

Ему очень не хватало информации, и поэтому он не мог быть ни в чем уверен, но по крайней мере мог сделать некоторые элементарные выводы..

Во-первых, его противник точно знал, что Аинз был магическим заклинателем, так что купол должен был по крайней мере блокировать заклинания телепортации.

До тех пор, пока у него не было причины не использовать предмет мирового класса, который мог контролировать разум, этот человек не был тем, кто промыл мозги Шалти. А что, если есть какая-то особая причина, по которой он им не пользуется? Вопросы продолжали сыпаться, но в одном он был уверен: не стоит недооценивать этого врага.

Это было потому, что Аинз владел широким спектром заклинаний и особых способностей. Из опыта, накопленного им в ходе экспериментов, он знал все их возможности. Это поставило Аинза на вершину Назарика с точки зрения боевой тактики.

Однако способность, которую только что использовал этот враг, Аинз вспомнить не мог. Способность, которая могла бы покрыть такую большую территорию, должна была быть от сверхуровнего заклинания или предмета мирового класса. Это означало, что его противник имел возможность к немедленному использованию навыков, которые могли конкурировать с вершинами этих способностей.

Он, несомненно, был сильным врагом.

Кто-то, кто мог бы стереть Аинза и других стражей 100-го уровня с картины.

Однако, столкнувшись с этим врагом, Аинз совсем не испытывал эмоций.

Конечно, лицо Аинза не могло выражать никаких эмоций, но его неуверенность все еще можно было заметить по его поведению и тону. Аинз Оал Гоун никогда бы не сделал ничего столь неприглядного.

В то же время он не мог позволить врагу увидеть радость и облегчение Аинза.

Мне пришла в голову мысль: «Это было мудро с моей стороны — встретиться с ним лицом к лицу».

Аинз прищурился и продолжал наблюдать за ним.

Хотя эта способность была ему неизвестна, он все же мог уловить некоторые ее аспекты. Во-первых, это была способность, которая расходовала довольно много ХП. Учитывая это, этот барьер не мог быть только косметическим. Если он не сможет точно определить его свойства, то окажется в большой беде.

Аинз через свое заклинание [Сущность Жизни] видел, как его противник мгновенно потерял ХП после активации этой способности. [Сущность Маны], однако, ничего не улавливала, а это означало, что его противник был чистым воином, у которого вообще не было маны.

Если таинственный барьер был неотвратимой тюрьмой, то для его противника, который фактически заключил Аинза в этот купол, не было ничего странного в том, чтобы немного расслабиться.

Аинз начал спокойно задавать вопрос, имея это в виду.

Он говорил нехарактерно мягким тоном, учитывая, что его только что ударили молотом.

— Я прощу вам вашу предыдущую атаку. Я полагаю, что вы уже знаете мое имя, но позвольте мне представиться еще раз. Я — Король Заклинатель Аинз Оал Гоун. Ну а теперь ваша очередь. Не могли бы вы назвать мне свое имя?

После нескольких секунд молчания он получил ответ.

— …Рику Агней

Аинз немедленно начал анализировать только что полученную информацию.

Вероятность того, что этот барьер не только помешает ему сбежать, но и помешает подкреплению пробраться внутрь, резко возросла. Тот факт, что он рискнул открыть такую информацию, означал, что он пытался сказать ему: “У тебя не получиться сбежать”, а также: “Твое подкрепление не пройдет.”

В документах, составленных Себасом и Демиургом, не было никаких упоминаний имени «Рику». Кто-то настолько сильный не смог бы проскользнуть через их сеть сбора информации. Даже если он был отшельником, все равно оставались вещи, которые невозможно было объяснить. В любом случае, кто-то настолько сильный наверняка попал бы в учебники истории Королевства. То что вообще не было никаких записей о нем, это было абсурдно.

Наиболее вероятным объяснением было то, что ему дали вымышленное имя.

Но почему он придумал себе псевдоним?

Если бы он был из Королевства, то должен был бы с гордостью объявить свое имя и свое намерение уничтожить корень всего зла, которое начало эту войну. Может быть, потому, что он был тем, кто хотел остаться неизвестным по собственной воле? Другая возможность заключалась в том, что он пытался привлечь агрессию Аинза к настоящему Рику Агнейю, или, возможно, знание его истинного имени давало Аинзу власть над ним или что-то еще.

Хотя, когда эти земли перешли под его власть, они по сути были чистой дикой местностью, они все еще собирали довольно много информации от получеловеческих жителях этой земли. Из полученной ими информации одна касалась связи между их истинным именем и душой, а также того, как можно стать более восприимчивым к проклятиям, если станет известно их истинное имя. Однако после долгих исследований Назарика они не смогли найти убедительных доказательств такого явления. Они отнесли эту информацию к разряду простых народных легенд.

Так возможно ли, что Рику принадлежал к племени, которое придерживалось подобных верований?

У него почти не было информации. Это была не самая идеальная ситуация для него, чтобы делать какие-либо выводы. Насколько он помнил, существовали только два могущественных существа, связанных с платиной. Один из них был гуманоидом, а другой — нет.

— Я слышал в песнях бардов героическую повесть о тринадцати героях. Довольно много их имен было потеряно, хотя я помню, что один из них носил доспехи, выкованные из платины… если я правильно помню, его звали Рику Агней. Неужели эти барды не обрадуются, узнав, что их рассказы были правдой?

— Обрадуются ли? Я не знал, что был достаточно знаменит для того, чтобы барды воспевали мое имя, — его противник ответил спокойно, не пожал плечами и не сделал никаких движений.

Действительно ли он был одним из тринадцати героев или самозванцем? Возможно, он упустил какие-то детали.

{Какая досада} — подумал Аинз.

Что было правдой, а что ложью, ему было трудно сказать. Но, учитывая то, что его противник был достаточно уверен в себе, чтобы противостоять Аинз Оал Гоуну, который мог легко победить армию из 200 000 человек одним заклинанием, в этой битве необходимо было изучить все его возможности.

— Рику, вы не будете возражать, если я буду обращаться к вам по имени?

— Отказываюсь.

Это был немедленный ответ, наполненный приятным тоном отвращения.

— Это было очень грубо с моей стороны. Возможно, это слишком дружеское обращение. Может быть, тогда я буду называть вас Агнейем? Вы все еще будете возражать?

— Так можно.

— О. Ну что ж, тогда у меня есть к вам предложение. Как насчет того, чтобы стать моим подчиненным?

Воздух вокруг Рику немного застыл. Он не принял никакой позы и даже не пошевелился. Рику просто стоял там совершенно невозмутимый.

Аинз никак не мог его понять.

Если бы Рику смотрел на него как на неравного, то было бы понятно, почему он вообще не занял боевую стойку. В конце концов, Коцит был таким же во время битвы с ящерами. Итак, смотрел ли Рику на него сверху вниз или нет?

Он чувствовал себя совсем иначе, чем Коцит.

Так что, возможно, это уже была та позиция, которую он намеревался занять в этой битве.

Возможно, он планировал стоять на одном месте, и его плавающее оружие делало бы всю работу за него, поэтому он и принял такую боевую стойку.

— …Похоже, это отказ. Как это печально. Могу ли я спросить вас еще раз? В настоящее время я пытаюсь привлечь на свою сторону влиятельных людей. Даже тот Момон из Тьмы счастлив у меня на службе. Если вы готовы стать моим подчиненным — я даже закончу свое завоевание Королевства прямо здесь. Ты один стоишь больше, чем эта страна.

— Отказываюсь.

Если бы только слова могли убивать. В его голосе не было ни малейшего колебания.

Аинз, не выказывая никаких эмоций, начал размышлять о скрытых значениях, скрывающихся за маленькими перемещениями оружия туда-сюда.

Даже если он был уверен, что сможет победить Аинза и спасти Королевство, неужели у него действительно не было никаких сомнений или колебаний? Даже если бы Аинз был убит, был ли он действительно уверен в своей вере, что армия Колдовского Королевства просто сдастся?

{…Может быть, ему все-таки наплевать на Королевство?.. Он что, из другой страны?}

[Плащ Света]

Броня Рику начала светиться. На краткий миг Аинз подумал, что это солнце отражается от его брони, пока не заметил, что ХП Рику только что уменьшилось. Это, несомненно, была активация какой-то способности.

Теперь у него были конкретные доказательства.

Способности Рику питались от его собственного бассейна здоровья.

Однако, поскольку потерянное ХП можно было просто восстановить с помощью заклинаний восстановления или зелий, способности, которые питались ХП, обычно были слабее по сравнению с ними. В общем, чем выше стоимость ХП способности, тем сильнее она будет. Та же логика должна быть применима и в этом мире.

Рику активировал свою особую способность, и это означало, что их переговоры закончились. Аинз немедленно произнес заклинание.

[Великая Телепортация]

Аинз телепортировался до самого края полупрозрачного купола. После того, как его зрение приспособилось, он обнаружил полупрозрачный барьер, преграждающий ему путь.

— Телепортация не удалась…

Он огляделся вокруг. Казалось, что у Рику не было возможности следовать за ним через его телепорт, его нигде не было видно.

Перед Аинзом, не слишком далеко, находилась его предполагаемая цель — Великая Подземная Гробница Назарика.

Он мог, по крайней мере, подтвердить одно свойство этого барьера: он полностью отрезал телепортацию. Тем не менее, поскольку он теперь находился перед барьером, это означало, что телепортация к месту назначения внутри него все еще была возможна. Только телепортация внутрь и наружу купола была невозможна. Казалось, что если бы кто-то попытался телепортироваться наружу, то вместо этого он был бы телепортирован к краю купола, ближайшему к их предполагаемому месту назначения.

Это была важнейшая информация.

Первоначально он не собирался использовать телепортацию в течение всего этого сражения, но все же это стоило того, чтобы получить эту информацию ценой одной из своих козырных карт.

Затем Аинз протянул руку, чтобы коснуться барьера.

Если бы у барьера были защитные способности, он, вероятно, получил бы повреждения немедленно, но это было маловероятно. Он так думал, потому что прерванная телепортация тоже не причинила ему вреда.

Кости его пальца соприкоснулись с барьером.

Вопреки своему мягкому виду, он был чрезвычайно твердым. Когда он попытался приложить к ней силу, она не то чтобы не сломалась, она даже не дрогнула. Это было похоже на стену, которая отделяла миры друг от друга.

Аинз вытащил обычную золотую монету и бросил ее.

Монета ударилась о барьер и отскочила.

Затем он произнес заклинание [Молнии] под заранее рассчитанным углом.

— … Оно не может пройти, хммм.

Как только он удовлетворился в результатах своих экспериментов, заклинание [Замедленной Телепортации] снова активировалось. Без сомнения, это был Рику.

Аинз произнес [Тело Лучезарного Берилла] и встал там, повернувшись спиной к Рику.

После того как появился Рику, он использовал какой-то неизвестный предмет, чтобы врезаться в тело Аинза на большой скорости. Поскольку это был удар дробящим, он был полностью сведен на нет [Телом Лучезарного Берилла].

Но по какой-то причине его тело было отброшено в сторону и прижато к барьеру. Это было очень необычно. Обычно, когда урон от нападения был сведен на нет, его вторичные эффекты не применялись. Однако атака Рику не соответствовала этому правилу. Так что же это значит? Он пока не имел об этом ни малейшего представления.

Аинз медленно и царственно обернулся.

Молот вернулся к Рику. Четыре оружия, окружавшие Рику, отличались от прежних: все они светились белым. В сочетании с доспехами они выглядели бесспорно круче.

С другой стороны, здоровье Рику уменьшилось еще больше.

Он потерял больше здоровья, чем когда активировал эту способность на своей броне прямо сейчас. Может быть, потому, что он должен был применить эту способность к каждому оружие отдельно, или потому, что телепортация тоже стоила ему немного ХП? Аинз хотел получить больше информации.

— Кажется, я уже говорил, что у меня иммунитет к дробящим ударам …так как ты это сделал?

— …Даже если ты можешь телепортироваться, ты не сможешь убежать отсюда. Твоя судьба — погибнуть здесь.

{Отвечай на вопрос, тупица}, — подумал Аинз, но вслух этого не сказал. В конце концов, если он хочет, чтобы его противник заговорил, ему не следует его раздражать.

— Я все понимаю. Я поражен, что ты смог создать такой непреодолимый барьер. Тогда я полагаю, что ты уже принял решение?

Ответа не последовало. Одно из четырех орудий, огромный меч, перестало двигаться.

— Он приближается.

Казалось, Рику вовсе не хотелось с ним разговаривать. Аинз сделал первый шаг, помня об этом.

[Двойная магия: Обсидиановый Меч]

Аинз вызвал два обсидиановых меча и бросился на Рику.

Если бы его противник использовал плавающее оружие, он сделал бы то же самое.

Один из мечей был отклонен большим мечом Рику, а от удара другого он увернулся неестественным образом.

— Что!?

Айнз озвучил свои мысли.

Шокировало не то, что Рику удалось увернуться от нападения, а то, как он сумел увернуться. Даже Коцит не смог бы сделать то, что только что сделал Рику.

Рику сделал боковое сальто на высоте головы, чтобы увернуться от атаки. Хотя были и другие странности помимо того, что он только что сделал, Аинз не должен был сейчас сосредотачиваться на этих деталях. Вопросы заключались в том, что эти движения были нечеловеческими.

Обычно, когда гуманоид прыгал, сгибались колени и к ним прикладывались силы. Перед самим прыжком должны быть рефлекторные движения. Однако Рику пропустил все это, не применил никакой силы вообще, но все же выполнил боковое сальто в той же самой стойке, в которой он был все это время.

Хотя это не было невозможно, особенно с такими заклинаниями ,как [Полет], даже Аинз не смог бы это сделать. При выполнении таких действий тело человека всегда рефлекторно двигалось определенным образом.

Возможно, те, кто был искусен в использовании [Полета], смогли бы повторить эти движения, но Аинз все еще чувствовал себя странно. Объяснение этому уже вертелось у него на кончике языка, но мозг никак не мог его правильно выразить.

В то время как Аинз все больше раздражался, Рику контратаковал своим огромным мечом. Два меча Аинза были отбиты другим оружием, плавающим вокруг Рику.

Огромный меч, словно обладая собственным разумом, полетел в сторону Аинза, заставив его подумать о своем Гильдийском Оружии. Аинз в ответ применил защитную магию.

[Стена Скелетов]

Огромный меч столкнулся с только что созданной стеной. Стена скелетов была разрушена одним ударом.

— Впечатляюще.

На том месте, где стояла [Стена Скелетов], заточенное острие большого меча указывало на Аинза, когда он завис. Он думал, что после этого оно вернется к Рику, но вместо этого оно полетело к Аинзу, как будто кто-то держал ее в руках. Напротив, Рику стоял неподвижно в своем первоначальном положении.

После его наблюдения за этой позой, то, что было на кончике языка Аинза, наконец-то вырвалось наружу.

В самом деле, он был похож на марионетку.

Рику двигался вокруг него, как марионетка, чьи нити все еще были целы.

Казалось, будто за спиной у него были гигантские руки, одна из которых управляла телом, а другая оружием.

{Это не что-то вроде [Психокинеза], контролирующего оружие, но и броню тоже? Если только внутри никого нет? Или там тоже был живой человек?}

Столкнувшись с острием большого меча, Аинз вытащил [Взрывной Посох], чтобы отбить его.

Такое сильное давление на него заставляло его чувствовать себя так, словно он проваливается в землю.

Если бы у него были навыки уничтожения оружия, то стоило бы потратить время на то, чтобы уничтожить этот огромный меч, но Аинз не потрудился научиться таким навыкам. Даже разрушающие кислотные заклинания заняли бы довольно много времени, чтобы привести в негодность этот меч, поэтому ему было лучше атаковать Рику.

[Захват Сердца]

Это было любимое заклинание некромантии Аинза, но на Рику оно никак не подействовало.

Есть ли у него иммунитет против некромантии? Или это было сопротивление негативным статусным эффектам? В то время как Аинз все еще обдумывал эти вещи, огромный меч замахнулся на него с еще большей скоростью.

— Вжух!

Он не мог ни отбить удар, ни уклоняться вовремя, поэтому его тело приняло на себя всю тяжесть этой атаки. Получив удар, Аинз немного отступил назад, но лишь для того, чтобы наткнуться на барьер позади себя. Это положение было для него невыгодным.

[Великая Телепортация]

Аинз телепортировался вверх. Поскольку они были вызваны с помощью необычной магии призыва, два меча вскоре вернулись к Аинзу.

Поскольку он находился прямо над своим противником, его было бы легко заметить. Аинз не стал телепортироваться на большое расстояние и не собирался тянуть время до прибытия Альбедо. Эта битва была именно тем, чего он жаждал.

Просто в качестве предосторожности он снова произнес [Тело Лучезарного Берилла], наблюдая за Рику, который с его точки зрения казался точкой. Он начал подниматься, как только заметил Аинза.

Он не пытался атаковать Аинза своим оружием, вероятно, это было связано с ограничением дальности стрельбы.

Аинз ответил тем, что спустился вниз.

В тот момент, когда они проходили мимо друг друга, он метнул два обсидиановых меча.

[Обсидиановый меч] мог использоваться только в качестве наступательного инструмента и не мог быть использован для самозащиты. Это было потому, что обсидиановые мечи страдали от потери прочности, если их использовали для блокировки атаки противника. При использовании в обороне прочность мечей будет быстро уменьшаться, пока они не разобьются вдребезги.

Рику использовал оружие вокруг себя, чтобы отразить два меча, которые летели на него с неба.

Неужели он все свои силы отдал защите? Рику не решился на контратаку.

Проскочив мимо Рику, Аинз приземлился на землю только для того, чтобы обнаружить копье, падающее на него с нелепой скоростью.

Аинз прыгнул вперед, едва увернувшись от атаки. Поскольку он уже активировал [Полет], у него не было никаких проблем с тем, чтобы снова встать на ноги.

Аинз встал, чтобы отойти подальше от этого места, когда Рику небрежно опустился на землю. Три его оружия плавали вокруг него, и копье, воткнутое в землю, вскоре снова присоединилось к их рядам.

Аинз также держал наготове два своих обсидиановых меча.

Его движения делали все менее правдоподобным для Аинза то, что в этих доспехах было живое существо. Его колени совсем не согнулись, когда он приземлился.

Именно в это время Рику, который все это время стоял в одной и той же позе, внезапно взял большой меч в свои руки.

Расстояние между ними мгновенно сократилось. Это была самая быстрая скорость, с которой он двигался до сих пор.

Он был похож на падающую звезду.

Аинз послал два обсидиановых меча, чтобы перехватить атаку Рику, но они были отклонены катаной Рику, а затем упали на землю.

[Призыв Великого Грома]

Многочисленные полосы молний сошлись на Рику, но он даже не замедлил шаг. Это было не так, как если бы он не получил повреждения, Аинз мог видеть, как падает его ХП. Более вероятно, что он подавлял все формы боли.

Огромный меч был поднят высоко над головой Аинза, когда тот рубанул его вниз.

— Уууф!

В тот момент, когда Аинз получил повреждение, он увидел краем глаза, как катана Рику качнулась в сторону.

Аинз начал размахивать своим взрывным посохом.

Рику отбил эту атаку своим собственным телом. Физические удары магического заклинателя не были столь впечатляющими, так что если он решил станковать этот удар, то он, должно быть, планировал нанести удар и по Аинзу.

Его умозаключение оказалось верным.

Если бы Аинз был на его месте, он сделал бы то же самое.

Однако в этих обстоятельствах это была ужасная, ужасная ошибка.

Аинз улыбнулся в глубине души, когда ударная волна начала распространяться наружу. Рику отбросило далеко в сторону.

Взрывной посох обладал таким же усиленным отбивающим заклинанием, как и Железный Кулак Гнева Ямайко. Ценой этого заклинания было полное отсутствие у посоха наступательных способностей, но оно обеспечивало дистанцию между магическим заклинателем и его противником, что было одной из самых важных вещей для заклинателя.

Может быть, потому, что его отбросило назад, удар катаны лишь слегка задел Аинза, едва коснувшись его грудины.

Рику оставался в своей непреклонной позе даже после того, как его отбросили назад. Аинз произнес Еще одно заклинание.

[Вызов Нежити Десятого Уровня]

Тем, кто заменил два обсидиановых меча, был воин ближнего боя 70-го уровня — Повелитель Рока. На его голове красовалась ржавая корона, а со спины свисал окровавленный плащ. Его полный доспех украшали многочисленные изогнутые лезвия, похожие на косы.

Ничтожное количество отрицательной энергии вырывалось из щелей в его броне в виде черного тумана. Его здоровье постоянно уменьшалось — это был штраф, наложенный на Повелителя Рока за его ловкость, которая была немыслимо высока для 70-го уровня. Оптимальное использование такого призыва требовало мастерства в умении размещения юнитов.

Однако Аинз просто хотел, чтобы он был его щитом, так что все это не имело для него никакого значения.

Призывы использовались либо как щиты, либо как мечи.

Магические заклинатели, которые могли использовать их, были все довольно сильны в целом. Тем не менее, мощный чистый воин мог легко игнорировать эти призывы.

Например, что сделал бы Коцит?

Он, вероятно, направил бы призванных существ в сторону призывателя, чтобы привести их обоих в его зону действия.

А что сделала бы Альбедо?

Она, вероятно, использовала бы свои защитные возможности в своих интересах, чтобы броситься прямо на заклинателя, полностью игнорируя призыванных существ. Она также могла перенаправить агр, чтобы они убили друг друга.

Итак, что же будет делать Рику? Тактика Рику до этого момента состояла в том, чтобы полагаться на свое автоматически атакующее оружие. Хотя он и владел своим большим мечом, он не использовал никаких особых способностей или боевых искусств, чтобы атаковать вместе с ним. По этой причине Аинз вообще не имел четкого представления о своих способностях воина.

Вот почему—

Рику сократил расстояние между ними и без малейшего колебания направился к Аинзу. Непреклонный поступок.

Вероятно, он был из тех, кто специализировался на сверхблизком бою, а не просто полагался на свое плавающее оружие. По этой причине, если бы он смог быстро уничтожить его призванное существо, Аинз потерял бы возможность увеличить расстояние между ними.

Столкнувшись с быстро приближающимся Рику, Повелитель Рока крепче сжал свое оружие — длинный изогнутый клинок, укрепленный на шесте, это была боевая коса. Коса была окутана негативной энергией, окутана тем же черным туманом, что и сам Повелитель Рока.

Аинз использовал магическую связь, которая была у него с повелителем Рока, чтобы отдавать ему свои приказы.

— Весьма вероятно, что наш противник не является живым существом, но все равно попытайся это подтвердить, — туманно ответил он. Само собой разумеется, призванное существо обладало частью знаний своего призывателя, так что он должен был понять его намерения даже без его приказа, но лучше было бы перестраховаться.

Повелитель Рока активировал свою особую способность.

[Губительная Ночь]

Силуэт Альбедо постепенно уменьшался, пока она гналась за красным силовым костюмом.

И теперь Аинз остался в лагере в одиночку. Если все пойдет по плану, то скоро должна начаться главная битва.

Аинз произнес заклинание, [Тело Лучезарного Берилла].

Те, кто хочет уничтожить Аинза, даже если они мало знают о слабостях монстров скелетного типа, будут знать, как использовать дробящее оружие. Если Аинз потеряет значительную часть своего ХП из-за своих слабостей, прежде чем он достигнет своей цели, это будет несколько тревожно.

Затем, [Задержка Телепортации], которую Аинз использовал раньше, возымела действие.

Другими словами, все действительно шло так, как он и предсказывал.

Похоже, Альбедо вовсе не была их целью. Аинз почувствовал облегчение. Если бы она была их целью, то все было бы очень сложно.

Но так ли это на самом деле? Может быть, это двойная ловушка?

Враг телепортировался вслед за Аинзом.

Единственный враг.

Враг, который предпочитает ближний бой.

Аинз наложил заклинание [Взрывная Мина] на точку выхода своего врага после телепортации. После этого он стоял неподвижно, ожидая появления своего противника. Сначала он планировал использовать [Сущность Жизни], чтобы подтвердить, что его враг потерял здоровье, но в конечном итоге решил этого не делать.

Он услышал звук взрыва в тот момент, когда появился его противник.

Аинз немедленно начал двигаться вперед, прочь от своего врага, и обернулся.

— Серебро…нет, подождите, блестит по другому. Это что, платина? Или металл, о котором я ничего не знаю?

Взрыв поднял довольно много пыли, и в его центре стояла полный доспех платинового цвета.

Четыре орудия парили вокруг него, следя за каждым его движением.

Копье, катана, молот и огромный меч.

Все они были слишком велики для людей, их внешний вид кричал о преобладании размера над функциональностью. В сокровищнице Назарика хранилось еще много оружия, подобного этому.

Оружие имело такой же блеск, как и доспехи, и тогда весьма вероятно, что оно было не серебряным, а платиновым.

Однако, учитывая это, появилось больше вопросов, чем ответов. Не обращая внимания на денежную ценность драгоценного металла, платина вообще не обладала особыми магическими свойствами. Он не мог понять, какие преимущества можно получить, создав из нее оружие и доспехи.

Наиболее вероятным объяснением было то, что он был только покрыт платиной, чтобы скрыть истинный металл, из которого было сделано снаряжение. В качестве примера он мог привести Голема, который, как он только что узнал, находился во владениях Кефуко. Были и другие примеры использования той же техники в Назарике.

Следующим наиболее вероятным объяснением было то, что это был металл, идентичный платине по внешнему виду, но Аинз не был хорошо знаком с типами металлов в этом мире.

Аинз не отводя глаз следил за каждым движением своего противника. В конце концов, даже тривиальная разведка может нарушить равновесие боя.

Что его тревожило, так это то, что его противник, начиная с самого своего появления, вообще не проявлял никакой эмоциональной реакции. С момента своего дебюта они стояли неподвижно на одном месте в устрашающей позе. Было ли это потому, что они не получили никакого урона — у них вообще не было крови, — что они прибегли к такому эффектному зрелищу?

Было невозможно, чтобы они вообще не пострадали.

Аинзу было трудно поверить, что он принял на себя всю тяжесть его [Взрыва Мины], но все, что он сделал, это запачкал пылью эту привлекательную броню. Даже специализация Аинза в некромантии не давала ему полный иммунитет к повреждениям от высокоуровневого заклинания. Это было невозможно без коварных трюков, особенно потому, что тип повреждения [Взрыва Мины] был не элементарным, он не мог быть сведен на нет так просто.

В таком случае, исходит ли его беззаботное отношение от того, что они все это затянули, или от его решимости сделать или умереть? Или, возможно он действительно обладал способностью сводить ущерб на нет.

— Неужели ты думал, что я буду просто стоять здесь, не принимая никаких мер предосторожности? Поблизости есть и другие люди помимо тебя—

Он попытался оценить реакцию своего противника через разговор, или, по крайней мере, это было то, что он намеревался сделать в любом случае. Его противник, однако, не дал ему много времени, чтобы поговорить, так как парень в броне занял наступательную позицию. Молот в его арсенале поплыл туда, где можно было легко схватиться за него.

Это поведало Аинзу часть информации, заставив его мягко рассмеяться в глубине своего сердца.

Это означало, что их целью была не Альбедо, а сам Аинз.

Поскольку они вообще не пытались поговорить с Аинзом, то и не пытались выиграть время. Они, вероятно, планировали закончить этот бой до того, как прибудет подкрепление.

Если бы они появились с неба и заговорили с ним, это означало бы, что их целью была Альбедо или что они оба были их целями.

Все, что происходило до этого момента, вполне укладывалось в рамки плана Аинза.

Однако даже Аинз не мог предсказать следующий ход своего противника.

Поскольку его оружие двигалось вместе с ним, он подумал, что его противник является воином и захочет сократить расстояние между ними. Вместо этого его противник сделал соматический жест рукой, заставив гигантский молот внезапно выстрелить вперед.

Так быстро.

Это было похоже на то, как будто высокоуровневый воин швырнул молот прямо в него, Аинз вообще не мог увернуться. Если бы это оружие не было зачаровано, урон от него был бы сведен на нет его невосприимчивостью к не зачарованным снарядам, но независимо от того, каким способом Аинз отобьет его, оно должно было быть зачаровано. И исходя их этих догадок, Аинз стоял неподвижно, подражая позе, которую принял его противник, принимая удар. Конечно, заклинание активировалось в тот момент, когда молот соприкоснулся с телом Аинза.

Дробящий урон был полностью сведен на нет заклинанием [Тело Лучезарного Берилла]. Все это время он неотрывно смотрел на своего противника, наблюдая за каждым его движением. В этот момент его противник перестал двигаться, вероятно, от шока, что он получил нулевой урон.

Молот вернулся в свое первоначальное положение так же быстро, как и был запущен, плавая вокруг врага.

— Мувахахахаха

Аинз громко рассмеялся, вытянув руки вперед, чтобы показать, что он невредим.

— … Теперь ты понимаешь? Я уверен, что ты знаешь о слабости скелетов к дробящим атакам. Это верно и для меня тоже. Так ты действительно верил, что я не приму никаких мер предосторожности против этого? Что я буду таким тупым? …Вот что

Аинз похлопал себя по телу: «я невосприимчив к дробящим атакам.”

Пока он ухмылялся, его противник не воспользовался возможностью атаковать. {Что это значит?} Аинз задумался. Если он допустит здесь ошибку, то вряд ли сможет выкрутиться из ситуации.

Враг приземлился, поднял руку и заговорил. Его голос принадлежал мужчине.

[Мировой Изолирующий Барьер]

От его противника начал разрастаться купол, искривляя пространство, но ударная волна прошла мимо Аинза.

Он продолжал расширяться в своем первоначальном виде, вся местность была заключена в огромный купол. Он был просто гигантским, по меньшей мере километр в ширину. Альбедо и другие стражи должны быть вне его досягаемости.

Мысли Аинза запутались во время его раздумий.

Это был один из самых старых трюков, чтобы отрезать связь врага с внешним миром. Тогда, насколько трудно будет проникнуть внутрь? Сможет ли он помешать кому-то проникнуть внутрь? Будет ли работать телепортация?

Его влияние и область действия также должны были быть рассмотрены. Поскольку это был купол, мог ли кто-то войти в него через землю?

И самое главное, может ли он уничтожить его каким-либо способом?

Ему очень не хватало информации, и поэтому он не мог быть ни в чем уверен, но по крайней мере мог сделать некоторые элементарные выводы..

Во-первых, его противник точно знал, что Аинз был магическим заклинателем, так что купол должен был по крайней мере блокировать заклинания телепортации.

До тех пор, пока у него не было причины не использовать предмет мирового класса, который мог контролировать разум, этот человек не был тем, кто промыл мозги Шалти. А что, если есть какая-то особая причина, по которой он им не пользуется? Вопросы продолжали сыпаться, но в одном он был уверен: не стоит недооценивать этого врага.

Это было потому, что Аинз владел широким спектром заклинаний и особых способностей. Из опыта, накопленного им в ходе экспериментов, он знал все их возможности. Это поставило Аинза на вершину Назарика с точки зрения боевой тактики.

Однако способность, которую только что использовал этот враг, Аинз вспомнить не мог. Способность, которая могла бы покрыть такую большую территорию, должна была быть от сверхуровнего заклинания или предмета мирового класса. Это означало, что его противник имел возможность к немедленному использованию навыков, которые могли конкурировать с вершинами этих способностей.

Он, несомненно, был сильным врагом.

Кто-то, кто мог бы стереть Аинза и других стражей 100-го уровня с картины.

Однако, столкнувшись с этим врагом, Аинз совсем не испытывал эмоций.

Конечно, лицо Аинза не могло выражать никаких эмоций, но его неуверенность все еще можно было заметить по его поведению и тону. Аинз Оал Гоун никогда бы не сделал ничего столь неприглядного.

В то же время он не мог позволить врагу увидеть радость и облегчение Аинза.

Мне пришла в голову мысль: «Это было мудро с моей стороны — встретиться с ним лицом к лицу».

Аинз прищурился и продолжал наблюдать за ним.

Хотя эта способность была ему неизвестна, он все же мог уловить некоторые ее аспекты. Во-первых, это была способность, которая расходовала довольно много ХП. Учитывая это, этот барьер не мог быть только косметическим. Если он не сможет точно определить его свойства, то окажется в большой беде.

Аинз через свое заклинание [Сущность Жизни] видел, как его противник мгновенно потерял ХП после активации этой способности. [Сущность Маны], однако, ничего не улавливала, а это означало, что его противник был чистым воином, у которого вообще не было маны.

Если таинственный барьер был неотвратимой тюрьмой, то для его противника, который фактически заключил Аинза в этот купол, не было ничего странного в том, чтобы немного расслабиться.

Аинз начал спокойно задавать вопрос, имея это в виду.

Он говорил нехарактерно мягким тоном, учитывая, что его только что ударили молотом.

— Я прощу вам вашу предыдущую атаку. Я полагаю, что вы уже знаете мое имя, но позвольте мне представиться еще раз. Я — Король Заклинатель Аинз Оал Гоун. Ну а теперь ваша очередь. Не могли бы вы назвать мне свое имя?

После нескольких секунд молчания он получил ответ.

— …Рику Агней

Аинз немедленно начал анализировать только что полученную информацию.

Вероятность того, что этот барьер не только помешает ему сбежать, но и помешает подкреплению пробраться внутрь, резко возросла. Тот факт, что он рискнул открыть такую информацию, означал, что он пытался сказать ему: “У тебя не получиться сбежать”, а также: “Твое подкрепление не пройдет.”

В документах, составленных Себасом и Демиургом, не было никаких упоминаний имени «Рику». Кто-то настолько сильный не смог бы проскользнуть через их сеть сбора информации. Даже если он был отшельником, все равно оставались вещи, которые невозможно было объяснить. В любом случае, кто-то настолько сильный наверняка попал бы в учебники истории Королевства. То что вообще не было никаких записей о нем, это было абсурдно.

Наиболее вероятным объяснением было то, что ему дали вымышленное имя.

Но почему он придумал себе псевдоним?

Если бы он был из Королевства, то должен был бы с гордостью объявить свое имя и свое намерение уничтожить корень всего зла, которое начало эту войну. Может быть, потому, что он был тем, кто хотел остаться неизвестным по собственной воле? Другая возможность заключалась в том, что он пытался привлечь агрессию Аинза к настоящему Рику Агнейю, или, возможно, знание его истинного имени давало Аинзу власть над ним или что-то еще.

Хотя, когда эти земли перешли под его власть, они по сути были чистой дикой местностью, они все еще собирали довольно много информации от получеловеческих жителях этой земли. Из полученной ими информации одна касалась связи между их истинным именем и душой, а также того, как можно стать более восприимчивым к проклятиям, если станет известно их истинное имя. Однако после долгих исследований Назарика они не смогли найти убедительных доказательств такого явления. Они отнесли эту информацию к разряду простых народных легенд.

Так возможно ли, что Рику принадлежал к племени, которое придерживалось подобных верований?

У него почти не было информации. Это была не самая идеальная ситуация для него, чтобы делать какие-либо выводы. Насколько он помнил, существовали только два могущественных существа, связанных с платиной. Один из них был гуманоидом, а другой — нет.

— Я слышал в песнях бардов героическую повесть о тринадцати героях. Довольно много их имен было потеряно, хотя я помню, что один из них носил доспехи, выкованные из платины… если я правильно помню, его звали Рику Агней. Неужели эти барды не обрадуются, узнав, что их рассказы были правдой?

— Обрадуются ли? Я не знал, что был достаточно знаменит для того, чтобы барды воспевали мое имя, — его противник ответил спокойно, не пожал плечами и не сделал никаких движений.

Действительно ли он был одним из тринадцати героев или самозванцем? Возможно, он упустил какие-то детали.

{Какая досада} — подумал Аинз.

Что было правдой, а что ложью, ему было трудно сказать. Но, учитывая то, что его противник был достаточно уверен в себе, чтобы противостоять Аинз Оал Гоуну, который мог легко победить армию из 200 000 человек одним заклинанием, в этой битве необходимо было изучить все его возможности.

— Рику, вы не будете возражать, если я буду обращаться к вам по имени?

— Отказываюсь.

Это был немедленный ответ, наполненный приятным тоном отвращения.

— Это было очень грубо с моей стороны. Возможно, это слишком дружеское обращение. Может быть, тогда я буду называть вас Агнейем? Вы все еще будете возражать?

— Так можно.

— О. Ну что ж, тогда у меня есть к вам предложение. Как насчет того, чтобы стать моим подчиненным?

Воздух вокруг Рику немного застыл. Он не принял никакой позы и даже не пошевелился. Рику просто стоял там совершенно невозмутимый.

Аинз никак не мог его понять.

Если бы Рику смотрел на него как на неравного, то было бы понятно, почему он вообще не занял боевую стойку. В конце концов, Коцит был таким же во время битвы с ящерами. Итак, смотрел ли Рику на него сверху вниз или нет?

Он чувствовал себя совсем иначе, чем Коцит.

Так что, возможно, это уже была та позиция, которую он намеревался занять в этой битве.

Возможно, он планировал стоять на одном месте, и его плавающее оружие делало бы всю работу за него, поэтому он и принял такую боевую стойку.

— …Похоже, это отказ. Как это печально. Могу ли я спросить вас еще раз? В настоящее время я пытаюсь привлечь на свою сторону влиятельных людей. Даже тот Момон из Тьмы счастлив у меня на службе. Если вы готовы стать моим подчиненным — я даже закончу свое завоевание Королевства прямо здесь. Ты один стоишь больше, чем эта страна.

— Отказываюсь.

Если бы только слова могли убивать. В его голосе не было ни малейшего колебания.

Аинз, не выказывая никаких эмоций, начал размышлять о скрытых значениях, скрывающихся за маленькими перемещениями оружия туда-сюда.

Даже если он был уверен, что сможет победить Аинза и спасти Королевство, неужели у него действительно не было никаких сомнений или колебаний? Даже если бы Аинз был убит, был ли он действительно уверен в своей вере, что армия Колдовского Королевства просто сдастся?

{…Может быть, ему все-таки наплевать на Королевство?.. Он что, из другой страны?}

[Плащ Света]

Броня Рику начала светиться. На краткий миг Аинз подумал, что это солнце отражается от его брони, пока не заметил, что ХП Рику только что уменьшилось. Это, несомненно, была активация какой-то способности.

Теперь у него были конкретные доказательства.

Способности Рику питались от его собственного бассейна здоровья.

Однако, поскольку потерянное ХП можно было просто восстановить с помощью заклинаний восстановления или зелий, способности, которые питались ХП, обычно были слабее по сравнению с ними. В общем, чем выше стоимость ХП способности, тем сильнее она будет. Та же логика должна быть применима и в этом мире.

Рику активировал свою особую способность, и это означало, что их переговоры закончились. Аинз немедленно произнес заклинание.

[Великая Телепортация]

Аинз телепортировался до самого края полупрозрачного купола. После того, как его зрение приспособилось, он обнаружил полупрозрачный барьер, преграждающий ему путь.

— Телепортация не удалась…

Он огляделся вокруг. Казалось, что у Рику не было возможности следовать за ним через его телепорт, его нигде не было видно.

Перед Аинзом, не слишком далеко, находилась его предполагаемая цель — Великая Подземная Гробница Назарика.

Он мог, по крайней мере, подтвердить одно свойство этого барьера: он полностью отрезал телепортацию. Тем не менее, поскольку он теперь находился перед барьером, это означало, что телепортация к месту назначения внутри него все еще была возможна. Только телепортация внутрь и наружу купола была невозможна. Казалось, что если бы кто-то попытался телепортироваться наружу, то вместо этого он был бы телепортирован к краю купола, ближайшему к их предполагаемому месту назначения.

Это была важнейшая информация.

Первоначально он не собирался использовать телепортацию в течение всего этого сражения, но все же это стоило того, чтобы получить эту информацию ценой одной из своих козырных карт.

Затем Аинз протянул руку, чтобы коснуться барьера.

Если бы у барьера были защитные способности, он, вероятно, получил бы повреждения немедленно, но это было маловероятно. Он так думал, потому что прерванная телепортация тоже не причинила ему вреда.

Кости его пальца соприкоснулись с барьером.

Вопреки своему мягкому виду, он был чрезвычайно твердым. Когда он попытался приложить к ней силу, она не то чтобы не сломалась, она даже не дрогнула. Это было похоже на стену, которая отделяла миры друг от друга.

Аинз вытащил обычную золотую монету и бросил ее.

Монета ударилась о барьер и отскочила.

Затем он произнес заклинание [Молнии] под заранее рассчитанным углом.

— … Оно не может пройти, хммм.

Как только он удовлетворился в результатах своих экспериментов, заклинание [Замедленной Телепортации] снова активировалось. Без сомнения, это был Рику.

Аинз произнес [Тело Лучезарного Берилла] и встал там, повернувшись спиной к Рику.

После того как появился Рику, он использовал какой-то неизвестный предмет, чтобы врезаться в тело Аинза на большой скорости. Поскольку это был удар дробящим, он был полностью сведен на нет [Телом Лучезарного Берилла].

Но по какой-то причине его тело было отброшено в сторону и прижато к барьеру. Это было очень необычно. Обычно, когда урон от нападения был сведен на нет, его вторичные эффекты не применялись. Однако атака Рику не соответствовала этому правилу. Так что же это значит? Он пока не имел об этом ни малейшего представления.

Аинз медленно и царственно обернулся.

Молот вернулся к Рику. Четыре оружия, окружавшие Рику, отличались от прежних: все они светились белым. В сочетании с доспехами они выглядели бесспорно круче.

С другой стороны, здоровье Рику уменьшилось еще больше.

Он потерял больше здоровья, чем когда активировал эту способность на своей броне прямо сейчас. Может быть, потому, что он должен был применить эту способность к каждому оружие отдельно, или потому, что телепортация тоже стоила ему немного ХП? Аинз хотел получить больше информации.

— Кажется, я уже говорил, что у меня иммунитет к дробящим ударам …так как ты это сделал?

— …Даже если ты можешь телепортироваться, ты не сможешь убежать отсюда. Твоя судьба — погибнуть здесь.

{Отвечай на вопрос, тупица}, — подумал Аинз, но вслух этого не сказал. В конце концов, если он хочет, чтобы его противник заговорил, ему не следует его раздражать.

— Я все понимаю. Я поражен, что ты смог создать такой непреодолимый барьер. Тогда я полагаю, что ты уже принял решение?

Ответа не последовало. Одно из четырех орудий, огромный меч, перестало двигаться.

— Он приближается.

Казалось, Рику вовсе не хотелось с ним разговаривать. Аинз сделал первый шаг, помня об этом.

[Двойная магия: Обсидиановый Меч]

Аинз вызвал два обсидиановых меча и бросился на Рику.

Если бы его противник использовал плавающее оружие, он сделал бы то же самое.

Один из мечей был отклонен большим мечом Рику, а от удара другого он увернулся неестественным образом.

— Что!?

Айнз озвучил свои мысли.

Шокировало не то, что Рику удалось увернуться от нападения, а то, как он сумел увернуться. Даже Коцит не смог бы сделать то, что только что сделал Рику.

Рику сделал боковое сальто на высоте головы, чтобы увернуться от атаки. Хотя были и другие странности помимо того, что он только что сделал, Аинз не должен был сейчас сосредотачиваться на этих деталях. Вопросы заключались в том, что эти движения были нечеловеческими.

Обычно, когда гуманоид прыгал, сгибались колени и к ним прикладывались силы. Перед самим прыжком должны быть рефлекторные движения. Однако Рику пропустил все это, не применил никакой силы вообще, но все же выполнил боковое сальто в той же самой стойке, в которой он был все это время.

Хотя это не было невозможно, особенно с такими заклинаниями ,как [Полет], даже Аинз не смог бы это сделать. При выполнении таких действий тело человека всегда рефлекторно двигалось определенным образом.

Возможно, те, кто был искусен в использовании [Полета], смогли бы повторить эти движения, но Аинз все еще чувствовал себя странно. Объяснение этому уже вертелось у него на кончике языка, но мозг никак не мог его правильно выразить.

В то время как Аинз все больше раздражался, Рику контратаковал своим огромным мечом. Два меча Аинза были отбиты другим оружием, плавающим вокруг Рику.

Огромный меч, словно обладая собственным разумом, полетел в сторону Аинза, заставив его подумать о своем Гильдийском Оружии. Аинз в ответ применил защитную магию.

[Стена Скелетов]

Огромный меч столкнулся с только что созданной стеной. Стена скелетов была разрушена одним ударом.

— Впечатляюще.

На том месте, где стояла [Стена Скелетов], заточенное острие большого меча указывало на Аинза, когда он завис. Он думал, что после этого оно вернется к Рику, но вместо этого оно полетело к Аинзу, как будто кто-то держал ее в руках. Напротив, Рику стоял неподвижно в своем первоначальном положении.

После его наблюдения за этой позой, то, что было на кончике языка Аинза, наконец-то вырвалось наружу.

В самом деле, он был похож на марионетку.

Рику двигался вокруг него, как марионетка, чьи нити все еще были целы.

Казалось, будто за спиной у него были гигантские руки, одна из которых управляла телом, а другая оружием.

{Это не что-то вроде [Психокинеза], контролирующего оружие, но и броню тоже? Если только внутри никого нет? Или там тоже был живой человек?}

Столкнувшись с острием большого меча, Аинз вытащил [Взрывной Посох], чтобы отбить его.

Такое сильное давление на него заставляло его чувствовать себя так, словно он проваливается в землю.

Если бы у него были навыки уничтожения оружия, то стоило бы потратить время на то, чтобы уничтожить этот огромный меч, но Аинз не потрудился научиться таким навыкам. Даже разрушающие кислотные заклинания заняли бы довольно много времени, чтобы привести в негодность этот меч, поэтому ему было лучше атаковать Рику.

[Захват Сердца]

Это было любимое заклинание некромантии Аинза, но на Рику оно никак не подействовало.

Есть ли у него иммунитет против некромантии? Или это было сопротивление негативным статусным эффектам? В то время как Аинз все еще обдумывал эти вещи, огромный меч замахнулся на него с еще большей скоростью.

— Вжух!

Он не мог ни отбить удар, ни уклоняться вовремя, поэтому его тело приняло на себя всю тяжесть этой атаки. Получив удар, Аинз немного отступил назад, но лишь для того, чтобы наткнуться на барьер позади себя. Это положение было для него невыгодным.

[Великая Телепортация]

Аинз телепортировался вверх. Поскольку они были вызваны с помощью необычной магии призыва, два меча вскоре вернулись к Аинзу.

Поскольку он находился прямо над своим противником, его было бы легко заметить. Аинз не стал телепортироваться на большое расстояние и не собирался тянуть время до прибытия Альбедо. Эта битва была именно тем, чего он жаждал.

Просто в качестве предосторожности он снова произнес [Тело Лучезарного Берилла], наблюдая за Рику, который с его точки зрения казался точкой. Он начал подниматься, как только заметил Аинза.

Он не пытался атаковать Аинза своим оружием, вероятно, это было связано с ограничением дальности стрельбы.

Аинз ответил тем, что спустился вниз.

В тот момент, когда они проходили мимо друг друга, он метнул два обсидиановых меча.

[Обсидиановый меч] мог использоваться только в качестве наступательного инструмента и не мог быть использован для самозащиты. Это было потому, что обсидиановые мечи страдали от потери прочности, если их использовали для блокировки атаки противника. При использовании в обороне прочность мечей будет быстро уменьшаться, пока они не разобьются вдребезги.

Рику использовал оружие вокруг себя, чтобы отразить два меча, которые летели на него с неба.

Неужели он все свои силы отдал защите? Рику не решился на контратаку.

Проскочив мимо Рику, Аинз приземлился на землю только для того, чтобы обнаружить копье, падающее на него с нелепой скоростью.

Аинз прыгнул вперед, едва увернувшись от атаки. Поскольку он уже активировал [Полет], у него не было никаких проблем с тем, чтобы снова встать на ноги.

Аинз встал, чтобы отойти подальше от этого места, когда Рику небрежно опустился на землю. Три его оружия плавали вокруг него, и копье, воткнутое в землю, вскоре снова присоединилось к их рядам.

Аинз также держал наготове два своих обсидиановых меча.

Его движения делали все менее правдоподобным для Аинза то, что в этих доспехах было живое существо. Его колени совсем не согнулись, когда он приземлился.

Именно в это время Рику, который все это время стоял в одной и той же позе, внезапно взял большой меч в свои руки.

Расстояние между ними мгновенно сократилось. Это была самая быстрая скорость, с которой он двигался до сих пор.

Он был похож на падающую звезду.

Аинз послал два обсидиановых меча, чтобы перехватить атаку Рику, но они были отклонены катаной Рику, а затем упали на землю.

[Призыв Великого Грома]

Многочисленные полосы молний сошлись на Рику, но он даже не замедлил шаг. Это было не так, как если бы он не получил повреждения, Аинз мог видеть, как падает его ХП. Более вероятно, что он подавлял все формы боли.

Огромный меч был поднят высоко над головой Аинза, когда тот рубанул его вниз.

— Уууф!

В тот момент, когда Аинз получил повреждение, он увидел краем глаза, как катана Рику качнулась в сторону.

Аинз начал размахивать своим взрывным посохом.

Рику отбил эту атаку своим собственным телом. Физические удары магического заклинателя не были столь впечатляющими, так что если он решил станковать этот удар, то он, должно быть, планировал нанести удар и по Аинзу.

Его умозаключение оказалось верным.

Если бы Аинз был на его месте, он сделал бы то же самое.

Однако в этих обстоятельствах это была ужасная, ужасная ошибка.

Аинз улыбнулся в глубине души, когда ударная волна начала распространяться наружу. Рику отбросило далеко в сторону.

Взрывной посох обладал таким же усиленным отбивающим заклинанием, как и Железный Кулак Гнева Ямайко. Ценой этого заклинания было полное отсутствие у посоха наступательных способностей, но оно обеспечивало дистанцию между магическим заклинателем и его противником, что было одной из самых важных вещей для заклинателя.

Может быть, потому, что его отбросило назад, удар катаны лишь слегка задел Аинза, едва коснувшись его грудины.

Рику оставался в своей непреклонной позе даже после того, как его отбросили назад. Аинз произнес Еще одно заклинание.

[Вызов Нежити Десятого Уровня]

Тем, кто заменил два обсидиановых меча, был воин ближнего боя 70-го уровня — Повелитель Рока. На его голове красовалась ржавая корона, а со спины свисал окровавленный плащ. Его полный доспех украшали многочисленные изогнутые лезвия, похожие на косы.

Ничтожное количество отрицательной энергии вырывалось из щелей в его броне в виде черного тумана. Его здоровье постоянно уменьшалось — это был штраф, наложенный на Повелителя Рока за его ловкость, которая была немыслимо высока для 70-го уровня. Оптимальное использование такого призыва требовало мастерства в умении размещения юнитов.

Однако Аинз просто хотел, чтобы он был его щитом, так что все это не имело для него никакого значения.

Призывы использовались либо как щиты, либо как мечи.

Магические заклинатели, которые могли использовать их, были все довольно сильны в целом. Тем не менее, мощный чистый воин мог легко игнорировать эти призывы.

Например, что сделал бы Коцит?

Он, вероятно, направил бы призванных существ в сторону призывателя, чтобы привести их обоих в его зону действия.

А что сделала бы Альбедо?

Она, вероятно, использовала бы свои защитные возможности в своих интересах, чтобы броситься прямо на заклинателя, полностью игнорируя призыванных существ. Она также могла перенаправить агр, чтобы они убили друг друга.

Итак, что же будет делать Рику? Тактика Рику до этого момента состояла в том, чтобы полагаться на свое автоматически атакующее оружие. Хотя он и владел своим большим мечом, он не использовал никаких особых способностей или боевых искусств, чтобы атаковать вместе с ним. По этой причине Аинз вообще не имел четкого представления о своих способностях воина.

Вот почему—

Рику сократил расстояние между ними и без малейшего колебания направился к Аинзу. Непреклонный поступок.

Вероятно, он был из тех, кто специализировался на сверхблизком бою, а не просто полагался на свое плавающее оружие. По этой причине, если бы он смог быстро уничтожить его призванное существо, Аинз потерял бы возможность увеличить расстояние между ними.

Столкнувшись с быстро приближающимся Рику, Повелитель Рока крепче сжал свое оружие — длинный изогнутый клинок, укрепленный на шесте, это была боевая коса. Коса была окутана негативной энергией, окутана тем же черным туманом, что и сам Повелитель Рока.

Аинз использовал магическую связь, которая была у него с повелителем Рока, чтобы отдавать ему свои приказы.

— Весьма вероятно, что наш противник не является живым существом, но все равно попытайся это подтвердить, — туманно ответил он. Само собой разумеется, призванное существо обладало частью знаний своего призывателя, так что он должен был понять его намерения даже без его приказа, но лучше было бы перестраховаться.

Повелитель Рока активировал свою особую способность.

[Губительная Ночь]

Человек в доспехах, которого звали Рику Агнейя, использовал [Мировую Телепортацию], чтобы добраться до заранее выбранного места встречи. Он появился перед своим коллегой, который уже ждал его там.

— Извини, я опоздал.

— Не нужно так переживать. Я только пришел, — отвечал не кто иной, как лидер адамантитовой группы авантюристов «Красной Капли» Азут. Поскольку он был одет в свой знакомый силовой костюм, Рику приходилось смотреть снизу вверх, когда он говорил с ним.

Однако он не был честен, Азут ждал там уже пять минут.

А что касается причины, по которой Рику это было известно, то он уже некоторое время наблюдал за этим местом издалека.

Причина, которая должна была быть очевидной, он беспокоился, что Азут служит приманкой.

Если бы подчиненные Короля Заклинателя действительно следили за Азутом, Рику немедленно покинул бы его и вернулся в свою страну. Вот почему еще до того, как он начал проверять, не следят ли за ними, он внимательно следил за своим окружением.

Тем не менее, здесь таилась другая опасность, та, для подтверждения которой потребовалось бы поговорить с Азутом. Именно поэтому Рику появился перед Азутом.

— Извини, Ца. Она убежала. Я думаю, она направилась в твою сторону…ты прикончил Короля Заклинателя?

— К сожалению, нет. Хотя ты и одолжил мне свою силу, я искренне сожалею.

Тот, кто назвался Риком Агнейем перед Королем Заклинателем — Цайдоркус Вайшен, опустил голову.

Возможно, другие Лорды Драконы сказали бы, что это ниже достоинства, ожидаемого от старого Лорда Дракона, того, кто стоит на вершине этого мира, но Ца это не очень заботило. Если его поклон позволял ему выслужиться перед другой стороной, он кланялся бы сколь угодно раз.

— Нет никакой необходимости извиняться. Это была моя вина, что я не смог задержать ту женщину чуть дольше. Ты не смог победить его, потому что у тебя не было достаточно времени, верно?

Ца долго и напряженно размышлял о том, какой ответ выставит его в лучшем свете, и в конце концов просто сказал Азуту: Вовсе нет.

— Нет, Азут. Хотя и очень жаль, что премьер-министр Колдовского Королевства Альбедо не та, с кем ты можешь справиться, ты все еще был в состоянии удерживать ее так долго. Это было, честно говоря, очень кстати. Я не смог победить Короля Заклинателя только потому, что он был намного сильнее, чем я ожидал.

По правде говоря, так оно и было.

Во время их предыдущих встреч Азут получил задание отвести Альбедо подальше от барьера. Если быть честным, он думал, что не будет ничего удивительного, если Азут будет убит Альбедо, но если бы он сказал это вслух, вполне вероятно, что Азут больше не будет предлагать свою помощь. По этой причине он не объяснил ему всех подробностей своего плана.

Учитывая вышесказанное, было действительно впечатляюще, как Азут сумел выжить в драке с Альбедо.

Для Ца его самым важным долгом было оставаться бдительным к игрокам, которые имели злые намерения по отношению к этому миру, и именно поэтому он не хотел просто слепо тратить свои силы.

И все же у него на уме был вопрос, вернее, нечто такое, чего он никак не мог понять.

Конечно, именно поэтому Азут выжил. Силовой костюм, который он носил, действительно мог повысить наступательные и оборонительные способности владельца, а также предоставить пользователю различные способности. Тем не менее, он вообще не повышал Хп или Мп владельца. Это было похоже на прочный хитиновый экзоскелет, покрывающий мягкие внутренности насекомого.

Хотя его боевое взаимодействие с Альбедо было коротким, он все же понимал одну вещь — она была намного сильнее Короля Заклинателя.

Вероятно, это было связано с тем, что Король Заклинатель был более искусен в обращении с большими армиями, поэтому он, возможно, не смог бы сражаться в полную силу один на один.

В любом случае, Азут определенно не был достаточно силен, чтобы с легкостью пережить схватку с Альбедо.

Итак, как именно Азут выжил?

— Этот демон, Альбедо, есть ли какой-нибудь способ уничтожить ее?

— Нет, это почти невозможно. Мне пришлось использовать все способности костюма и создать как можно большее расстояние между нами, чтобы едва-едва держаться за жизнь.

Так вот как это было.

Действительно, Альбедо не использовала никаких дальнобойных атак, и у нее, похоже, не было никакого дальнобойного оружия.

Тогда все обретало смысл. Его предыдущие предположения казались немного злонамеренными в ретроспективе.

Ца почувствовал стыд за свои собственные мысли. Он подозревал, что Азут заключил сделку с Альбедо или, возможно, с самим Королем Заклинателем, чтобы предать его. С учетом сказанного, все было правдиво с гипотетической точки зрения. В конце концов, Азут был просто помощником, а не напарником. Более того, у него не было никаких конкретных доказательств того, что Азут не предавал его.

— Ах да. Я сказал Королю Заклинателю, что меня зовут Рику Агней, и чтобы он запомнил это. Если Король Заклинатель спросит, скажи ему, что это фальшивое имя.

— Рику Агней? Это имя вообще имеет смысл?

— Вообще не имеет, просто случайное имя, которое я придумал. Но если бы у кого-то в мире действительно было такое имя, это, вероятно, причинило бы ему много неприятностей.

Это была лишь полуправда.

Действительно, он никогда раньше не слышал, чтобы Агней использовалось в качестве фамилии, но имя Рику было настоящим.

— Это вызовет гнев Короля Заклинателя по отношению к Рикам, что было бы не такой уж незначительной проблемой

— Действительно. Не забывай и о гневе премьер-министра Колдовского Королевства, Альбедо тоже.

Оба негромко рассмеялись.

Конечно, если бы кто-то по имени Рику Агней действительно существовал в этом мире, это не было бы чем-то, над чем можно было бы смеяться, по крайней мере, для этого парня.

Вспомнив это, Ца рассмеялся.

Демон по имени Альбедо.

Король Заклинатель не смог прорваться сквозь барьер, так что он не представлял особой угрозы. Этот демон, однако, смог пройти через заклинание дикой магии, [Мировой Изолирующий Барьер].

Это заклинание дикой магии среднего уровня могло создать пространство, которое было отделено от реальности. Он препятствовал проникновению внутрь с помощью обычных средств, а также любым попыткам телепортироваться из него. Возможность проникнуть внутрь барьера означала, что Альбедо либо пользовалась дикой магией, либо обладала Мировыми Предметами.

Хотя он не подтвердил, был ли этот демон игроком или НПС, из отношений между хозяином и слугой между ними, скорее всего, это было последнее. Но если это так, то почему бы Аинзу самому не носить с собой этот Мировой предмет, а отдать его Альбедо? Это была настоящая загадка.

{Только если Альбедо игрок, а Король Заклинатель НПС?}

Это не было бы слишком нелепой идеей. Занять второе место в иерархии этого мира было, вероятно, более безопасным выбором.

{Может быть, у Короля Заклинателя тоже был Мировой Предмет? Но так как он не мог прорваться через барьер, то вероятность этого была очень мала, верно? Или, может быть, он оставил свой Мировой Предмет в другом месте?}

Это было вполне возможно. Он слышал от Рику, что есть гильдии, которые владеют двумя Мировыми Предметами, так что вполне возможно, что у них тоже есть два.

— Ца, насколько силен Король Заклинатель? Если он кто-то, кого даже ты не смог победить, я чувствую, что он действительно силен. Если бы это был я, нет, если бы это было {оно}, смогло бы оно победить?

— Азут, не обижайся, но нет. Он — противник, которого даже мне не так-то легко одолеть.

— Неужели это так…?

— Но благодаря твоей помощи я теперь имею общее представление о его возможностях. Конечно, если я снова столкнусь с Королем Заклинателем один на один, то смогу одержать победу.

Хоть он так и говорил, но если он будет полагаться только на эти доспехи, победа будет трудной. Возможно, ему следует подготовить место битвы.

{Но…} Цайдоркус вздохнул.

Если бы он был такого же уровня, как вампир в тот раз, этой броне, вероятно, было бы тяжело. Однако если он не воспользуется доспехами, а встретится лицом к лицу с Королем Заклинателем, то не сможет проиграть. Это было бы правдой, даже если бы он был так же силен, как вампир. Пока он будет сражаться, используя свое настоящее тело, никаких проблем не возникнет.

И все же, если он даст им слишком много времени для расширения своего влияния, ситуация выйдет из-под контроля.

— Как и ожидалось от тебя, самого сильного Лорда Дракона в мире.

— Я так не думаю. Есть много людей, которые сильнее меня. Хммм…Я могу победить Короля Заклинателя, потому что мне посчастливилось противостоять ему.

Способности Ца были более эффективны против нежити. Он также подтвердил это в сражении, что его способности действительно работают на Короля Заклинателя. Вот почему Ца считал Короля Заклинателя противником, не заслуживающим особой осторожности.

По сравнению с Королем Заклинатель демон по имени Альбедо была гораздо опаснее.

— Прости меня, Азут, но если возникнет еще одна подобная ситуация, ты согласишься мне помочь?

— В следующий раз?.. Хмм.

Азут торжественно пробормотал одну-единственную фразу. Ца понял смысл его слов и больше ни о чем его не расспрашивал.

После того, как прошло некоторое время, Азут, наконец, заговорил.

— Неужели Королевство погибнет?

— … Вероятно, так и будет. Я мало чем могу помочь, даже если захочу.

— Это так… значит, в следующий раз мне тоже придется выиграть время с этой демонессой? Я мог бы, но ты же знаешь, что есть шанс, что в следующий раз я вообще не смогу выиграть время, верно?

— Действительно, в следующий раз они могут и не расстаться. Вот почему, если эта демоница покинет Короля Заклинателя по какой-либо причине, ты будешь готов сражаться с Королем Заклинателем вместе со мной?

Если Азут справится с призывом, Ца определенно сможет победить Короля Заклинателя.

Он не подвергся нападению со стороны подчиненных Короля Заклинателя во время их небольшой беседы. У него не осталось здесь дел. Ца перевел взгляд на далекую столицу.

Ца уже был свидетелем падения многих наций. Эта скоро столкнется с собственной гибелью. Ца чувствовал себя немного одиноко, но по сравнению с этим его больше беспокоил тот факт, что эти земли скоро попадут под власть Колдовского Королевства.

Хотя он не получил никакой милости от этого Королевства, он все равно будет очень скучать по нему.

Хотя он уже известил своих компаньонов, возможно, было также необходимо обратиться и к другим Лордам Драконам.

— …Чуть не забыл, я встречался с людьми из Теократии и упомянул имя, которое ты мне назвал.

— Неужели? Теперь они будут знать, что тебя кто-то поддерживает.

Если это так, то безопасность Азута была более или менее гарантирована.

Сам Азут не представлял никакой ценности, но силовой костюм, находившийся в его распоряжении, был предметом огромной ценности, достаточно ценным, чтобы теократия могла составить против него заговор. По этой причине он должен был заставить их думать, что у Азута есть защита, чтобы они не сделали никаких шагов против него. Это также укрепило его отношения с Азутом. Это был шаг, который не имел ничего, кроме выгод.

— У меня есть вопрос, почему бы не сказать им, что я слышал это непосредственно от тебя?

— Проще говоря, если они не будут знать, где находится источник информации, то попытаются его найти. Есть вероятность, что это может вызвать некоторые трения среди высших эшелонов Теократии.

Кроме этого, была еще одна причина.

Если возникнет чрезвычайная ситуация, он сможет убить Азута, не оставляя никаких следов.

— Здесь не место для разговоров, давай вернемся. Твои спутники, должно быть, ждут тебя, верно?

— Да, они ждут меня. Тогда я оставлю это на тебя, Ца.

Как раз в тот момент, когда Ца собиралась применить [Мировую Телепортацию], он подумал об Азуте.

Это было сделано только по одной причине, он подумал о том, было ли все еще полезно помогать ему или нет.

Конечно, силовой костюм Азута был очень ценен, но без него он был никем. Проще говоря, если бы силовой костюм был в более умелых руках, они наверняка смогли бы использовать его в полной мере.

Кроме того, у Ца не было уверенности, что он сможет управлять им.

Азут, пока он стоял, был скорее помощником Ца, чем напарником.

Если бы он выбился из плана, как в прошлый раз, это, скорее всего, привело бы к катастрофическим потерям.

Действительно, Ца и в этот раз был неправ.

Чтобы придать Азуту надлежащий уровень бдительности против вторжения Короля Заклинателя, он подробно обсудил с ним возможные последствия вторжения.

Азут попросил у Ца помощи в победе над Королем Заклинателем, чтобы спасти Королевство. Тогда ему следовало бы предсказать, что он воспользуется силовым костюмом, чтобы спасти этот город.

Если бы он тогда не предпринял самостоятельных действий, то наверняка сумел бы победить Короля Заклинателя во время осады столицы.

Может, ему просто убить Азута и забрать силовой костюм?

Это была не слишком плохая идея для Ца. Если бы он отдал силовой костюм кому-то, кто был достаточно силен, чтобы управляться с ним, это определенно было бы более полезно, чем позволить Азуту оставить его себе. Тогда он мог бы также получить более сильную карту для своей руки.

Лично Ца не испытывал никакого презрения к Азуту, да и не хотел убивать его сам, но чего стоят эмоции в этом мире.

{…Рику}

{О чем я думаю, когда все обернулось именно так?} Ца внутренне посмеялся над собой. Обе его руки уже были испачканы кровью. Лучше сделать это сейчас, чем потом.

Кроме того, он мог бы обвинить в этом Короля Заклинателя, если бы сделал это сейчас.

Азут боролся до потери сознания с Альбедо, а потом передал силовой костюм Ца. Это было бы хорошим прикрытием.

Но неужели он действительно должен позволить истории повториться снова?

— Оу, что случилось, Ца?

— А?

Наконец Ца заметил, что он глубоко погрузился в свои мысли.

— Что случилось? Ты заметил что-то подозрительное?

— …Ничего. Азут, давай возвращаться.

Ему следовало бы отбросить эти мысли. Магию воскрешения не стоит недооценивать, смерть не может гарантировать молчание человека. Если бы он вернулся только с силовым костюмом, но без тела Азута, это вызвало бы подозрения. Если бы человек действовал исключительно по утилитарным принципам, то это чаще всего приводило к негативным последствиям.

Просто чтобы у него не было никаких сожалений, ему лучше было бы вернуться и хорошенько подумать, прежде чем принимать решение о том, стоит ли ему отказаться от Красной Капли.

Ца молился, чтобы его действия в этот день не привели к фатальным ошибкам в будущем, затем он использовал [Мировую Телепортацию].

Ночные ветра пронеслись сквозь пустое пространство.

————

Аинз вернулся в Назарик с помощью [Врат] и как обычно взял кольцо с его положенного места. Он использовал его силу, чтобы переместиться на девятый этаж вместе с Альбедо.

Пройдя некоторое время пешком, они добрались до комнаты, которая была их целью.

— Альбедо, не хочешь зайти внутрь первой?

— Нет, все в порядке. На этот раз твой вклад оказался больше, так что ты должен быть тем, кто войдет первым.

Аинз поблагодарил ее и открыл гигантские двери.

Он вышел на середину комнаты, перед троном, и, поклонившись, опустился на одно колено. Он чувствовал, что Альбедо, стоявшая позади него, делает те же самые движения.

— Отличная работа, Актер Пандоры и Альбедо.

— Мы не достойны вашей похвалы.

Подняв голову, он увидел, что его хозяин царственно кивает. По бокам от него стояли Шалти и Демиург, который держал в руках зеркало дистанционного наблюдения.

Он, должно быть, наблюдал за битвой с Рику через этот предмет.

Актер Пандоры принял свой обычный облик.

— Хотя мы хотели вернуть магические предметы, которые позаимствовали у Аинза-самы, мы сочли неуважением заставлять Аинза-саму ждать еще дольше. Простите нас за то, что мы все еще не вернули снаряжение Аинза-самы.

Он имел в виду снаряжение, которое он сейчас носил, низкоуровневую копию одежды, которые они одолжили у своего хозяина. Он очень извинялся за то, что до сих пор не отдал эти предметы экипировки.

— Хаха. Актер Пандоры, не обращай на это внимания. Было бы прекрасно, если ты поступишь так, как пожелаешь. В конце концов, это не так уж и важно. Что важно, так это ваш противник. Теперь, когда мы видели сражение, я все еще хочу услышать мнение самого воина. Ну и как это было?

— Да. Я считаю, что это танк, чей уровень был около 90. Потому, что магия, как правило, была неэффективна против него, и именно поэтому я решил, что он такого уровня.

— Я понял. Сильный противник. Хммм…а? Что случилось, Альбедо? У тебя есть другое мнение?

— Да, мое мнение отличается от мнения Актера Пандоры, я не верю, что он настолько силен. Конечно, я нанесла ему всего два удара, так что не могу судить так точно, но чувствовался он как танк примерно… 80-го уровня или около того.

Учитывая, что они были уверены, что он танк, то мнение Альбедо как танка должно быть гораздо более точным, чем его собственное.

— Я все понимаю. Хотя я придерживался мнения, что Актер Пандоры, который был заперт в бою с ним дольше, сможет сделать более точное суждение, Шалти, которая наблюдала за битвой рядом со мной, оценила такой же диапазон, как и Альбедо. Учитывая это, кажется, что есть необходимость вызвать Коцита и Себаса.

В то время как боевые способности Шалти были высоки, ее билд(RRT: Сборка(предметов, умений и тд) на что-то определенное) не был сосредоточен на чистом физическом уроне. К несчастью, Себас находился в Э-Рантеле, а Коцит наблюдал за осадой столицы, так что их нельзя было вызвать в настоящий момент.

— Если эти две, нет, если мы объединим все три ваши оценки… Итак, вы трое согласны, что противник был танком, который специализировался на сопротивлении к магии?

Все трое погрузились в глубокое раздумье.

— …Шалти, почему ты так встревожена? Если что-то не так, выскажи свое мнение

— Возможно, у меня просто сложилось неверное впечатление…

— Это тоже прекрасно. В конце концов, вся эта операция должна была выявить способности врага и поэтому была тщательно спланирована с самого начала. Пока мы можем получить хоть какое-то представление о нашем противнике, не стесняйтесь высказывать свое мнение.

— Если это действительно так. Аинз-сама, поскольку я тоже могу вызывать Повелителей Рока, возможно, Аинз-сама уже заметил. Чувствовалось, что его боевые способности были значительно ослаблены, это потому что актер Пандоры был призывателем?

— Это не так. Хотя трансформации Актера Пандоры слабее оригинала, его призывы не будут слабее. Кроме того, он был проинструктирован не использовать какие-либо мои особые способности для усиления призыва… в любом случае, может быть после этого, мы оба вызовем Повелителей Рока, чтобы вы все посмотрели? Может быть, ты сможешь понять, что именно тебя беспокоило.

— Понятно!

— Итак, Актер Пандоры, ты говорил с ним, верно? О чем вы говорили, как он себя вел, и какие эмоции ты чувствовал от него? Расскажи нам все подробно. В конце концов, это зеркало не может передавать звук.

— Понял!

Актер Пандоры начал воспроизводить свои разговоры с Рику. Их разговоры были недолгими, так что действовать было довольно легко. Он даже ввел некоторые из своих собственных интерпретаций в середине диалога: эмоции, которые он чувствовал через тон Рику и соответствующие объяснения.

На середине рассказа Актер Пандоры почувствовал позади себя неприятную ауру, исходящую от Альбедо. Она заговорила раздраженным тоном.

— Даже если ты хочешь, чтобы наш противник ослабил свою защиту, преклонить колени в облике Короля Заклинателя и, следовательно, как абсолютного Властелина Великой Подземной Гробницы Назарика, Аинза-самы, это просто не соответствует правилам.

Действительно, он чувствовал, что переборщил. Если бы вместо него там был его хозяин, он бы никогда этого не сделал. {Я должен заплатить за свой проступок}, — подумал он, подняв голову и увидев, что его хозяин удовлетворенно кивает.

Должно быть, он согласен с мнением Альбедо.

Но только Актер Пандоры собрался опустить голову, как до его ушей донесся голос хозяина:

— Нет, это было прекрасно исполнено.

Хотя его голос звучал несколько саркастично, его хозяин, казалось, был в хорошем настроении. Актер Пандоры не мог сказать, на чьей он стороне, и поэтому упустил возможность поклониться.

— Это коленопреклонение было великолепно. Если бы простое коленопреклонение могло заставить противника пошатнуться, я бы преклонил колени сколько угодно раз. Мы ничего не потеряли из-за этого, но это заставило противника думать, что ему нечего было опасаться. Хе-хе… он еще не должен был заметить, что его обманули.

Как же это внушает благоговейный трепет.

Хотя он уже имел представление о степени стремления своего создателя к победе, по спине Актера Пандоры все еще пробегали мурашки.

Даже против противника, которого можно было бы легко победить, если бы он был серьезен, он все равно не соизволил бы сделать это слишком решительно, чтобы вызвать в них ложное чувство безопасности.

Может ли любой король, нет — может ли любой Повелитель действительно не заботиться о своей собственной репутации, чтобы строить планы на таком уровне?

Может ли любое существо, которому только служили, но никогда не служило само, решительно преклонить колени перед своим врагом?

Такого существа не существовало, кроме его хозяина, сидящего перед ним.

У других стражей, должно быть, была та же мысль, на их лицах были выражения, которые говорили о благоговейном страхе, вызванном в них.

Среди них, Демиург единственный задал вопрос.

— Не вызовет ли это еще больше подозрений у нашего противника, если такой великий человек, как Аинз-сама, встанет на колени в таких обстоятельствах? Он, должно быть, рассудил, что Аинз-сама был тем, кто был способен предугадать лучший ход для любой ситуации.

— Нет, конечно же, ни один мыслительный процесс не привел бы его к такому выводу, верно? ‘В конце концов, он не так уж и впечатляет’ или ‘так вот какой ты на самом деле » — вот, наверное, что творилось у него в голове, верно? Если бы ситуация была перевернута… если бы я был на его месте, я, вероятно, был бы так же беспечен, как и он, верно? Нет, скорее всего, я бы убил его немедленно. Что бы сделала ты, Альбедо?

— Если бы это был обычный гражданский, я бы убила его немедленно, но если бы это был король, я могла бы захватить его для разведки. Стану ли я беспечной?..может быть.

— Неужели это так?.. Шалти, а что насчет тебя?

— Я бы поразмыслила над этим.

— …Ммм… Возможно, это вообще не возымеет никакого эффекта… было бы лучше, если бы не было необходимости вставать на колени. Это была бы не самая лучшая ситуация, если бы вы не могли уклоняться от вражеских атак. А теперь — давайте сменим тему. Насчет этого барьера.

Актер Пандоры никак не мог понять, что это за барьер. Он думал, что он блокирует физический и магический доступ туда и обратно, но Альбедо смогла войти беспрепятственно. Итак, загадка была раскрыта?

— Возможно, вы оба уже догадались об этом, но я действительно верю, что это произошло из-за Мирового Предмета. Актер Пандоры, судя по тому, что ты сказал, ты не слишком уверен, не так ли?

Глаза Актера Пандоры расширились.

В самом деле, если это так, то все обретает смысл. Тогда у Альбедо был Мировой Предмет, а у него — нет. Но—

— Как же Аинз-сама догадался об этом?

— Логичный вопрос … я использовал зеркало, чтобы наблюдать за битвой Актера Пандоры и Рику. Даже после того, как этот барьер был воздвигнут, зеркало вообще не пострадало. Сначала я думал, что это просто косметическое средство, чтобы напугать нас… — взгляд Аинза упал на актера Пандоры, — Но он действительно возымел эффект. Я переключил ход своих мыслей и начал исследовать различия между нами — точнее, различия между мной, пользователем зеркала, и Актером Пандоры.

Аинз прикоснулся к Мировому Предмету в своем животе.

— После того, как я снял это, я больше ничего не мог видеть через зеркало. Оснащение его позволило мне снова увидеть эту сцену. Весьма вероятно, что Рику обладает способностью, которая похожа на Мировой Предмет Ауры.

— …Пожалуйста, подождите, Аинз-сама. Рику действительно пробормотал фразу [Мировой Изолирующий Барьер], и это действительно израсходовало его ХП. Так не было ли это особым навыком, который могли получить только существа более высокого уровня, такие как Аинз-сама? Как козырная карта Аинза-самы?

— Было бы невозможно сделать то, что он сделал, используя ту же самую систему, из которой пришли наши силы. Но не более ли вероятно, что он использовал этот эффект как блеф? Расходование ХП может быть условием активации для Мирового Предмета. Проблема в том, что я никогда не слышал о таком Мировом Предмете. В то время как многие действительно имеют затраты на активацию, простое снижение ХП одного человека было бы почти невозможно…малой платой.

— Его ХП постоянно истощалось?

Актер Пандоры покачал головой на вопрос Альбедо.

— Оно упало только после того, как он активировал барьер. Барьер, казалось, не истощал его постоянно, чтобы поддерживать себя.

— Именно. Разве вы не говорили, что другие его способности также истощили его здоровье? Действительно, есть Мировые Предметы с несколькими способностями, например, этот. — Его мастер коснулся своего шара — но правила, по которым он играл, слишком отличались от наших.

Способности, которые он использовал, вероятно, были усилением оружия, усилением брони, телепортацией и барьером.

— …Я уже говорил о системах способностей, потому что если бы его способности были уникальны для этого мира, тогда все было бы объяснено. Если предположить наихудший сценарий, то это какая-то необычная способность, которая может соперничать с Мировыми Предметами. Если это так, то мы даже не можем быть уверены, было ли то, что промыло мозги Шалти, Мировым Предметом или нет. Мы должны пересмотреть эту ситуацию. Как это раздражает!

— Аинз-сама, как бы то ни было, у нас недостаточно информации.

— Вот Именно, Демиург…возможно, есть необходимость снова проиграть Рику.

У двух Стражей рядом с троном были недовольные выражения на лицах, и было легко представить, что Альбедо позади него, должно быть, имело точно такое же.

Даже если бы это было сделано намеренно, никто из присутствующих не был бы счастлив, что их хозяин проиграет.

— Сотрите это выражение с ваших лиц. Я проигрываю не потому, что хочу проиграть, а потому, что необходимо понять способности нашего противника. Вот как мы гарантируем победу, тут уж ничего не поделаешь. Если бы это было простое тренировочное упражнение, проигрыш не означал бы смерть, и нам не пришлось бы мириться с таким актом. Однако это уже настоящий бой.

Все, включая Актера Пандоры, спокойно слушали каждое слово своего хозяина.

— Мы уже убедились, что вы все и все обитатели этого мира можете быть воскрешены — но как насчет меня? Хотя у нас нет твердых доказательств этого, Шесть Великих Богов и Восемь Королей Жадности прошлого, вероятно, были существами, подобными тому, что я есть. Их легенды заканчивались их смертью, так что вполне вероятно, что они не могли быть воскрешены. У нас нет другого выбора, кроме как предположить, что это правда при проведении этих операций. Проще говоря, чтобы избежать моей смерти, худшей формы поражения, у нас нет другого выбора, кроме как принять другие формы поражения.

— … Аинз-сама.

— Что-то не так, Альбедо?

— Аинз-сама, то, что вы только что сказали, имеет большой смысл. Так не лучше ли вам остаться в Великой Подземной Гробнице Назарика, чем отправляться наружу?

Совершенно логичный вывод. Если существует вероятность того, что их хозяина нельзя будет оживить, то лучше всего будет оставить его там, где ему будет безопаснее всего, и не выходить из этого места.

— …Действительно. Я думал об этом, но вы, конечно, уже должны были все понять. В особенности вы.

Его мозг заработал в полную силу, пытаясь понять, о чем говорит мастер, но ничего не приходило в голову.

Какая прискорбная вещь.

Как один из самых выдающихся умов Назарика, он все еще не мог сразу понять мысли своего мастера.

Актер Пандоры ломал себе голову, пока из него почти не начала сочиться странная жидкость. То же самое было и у Демиурга с Альбедо, это было видно по их лицам. Шалти же, напротив, выглядела так, словно вообще ни о чем не думала.

{Не думай об остальных.} Актер Пандоры заставил себя отвлечься от них.

На некоторое время в группе воцарилась тишина, которую нарушил лишь разочарованный вздох хозяина.

Актер Пандоры чувствовал невыносимый стыд, и Демиург тоже. Хотя он не мог видеть Альбедо, которая стояла позади него, она, несомненно, была такой же.

— Что случилось? Поднимите головы.

Он говорил таким резким тоном, но Актер Пандоры не мог позволить себе ослушаться прямого приказа своего хозяина.

— Он поднял голову.

— …Ммм, давайте перейдем к следующей теме. Кто же этот человек? Вы знаете кого-нибудь связанного с платиной?

Первой заговорила Альбедо:

— …Одна из возможностей заключается в том, что, как и говорил Актер Пандоры, наш противник был одним из тринадцати героев.

Ее хозяин согласно кивнул.

— Другая возможность заключается в том, что он — один из советников Соза Агранд, Платиновый Лорд Дракон. Это единственные существа, которые, как мне кажется, имеют отношение к платине.

— Учитывая это, позвольте мне задать вам один вопрос. Пытался ли он обмануть нас, заставив поверить, что он Платиновый Лорд Дракон или один из тринадцати героев, чтобы мы пошли против них или нет? Ответ может также лежать между этими двумя крайностями. Итак, что же вы считаете правильным ответом?

— Мне ужасно жаль, Аинз-сама. Поскольку у нас нет достаточной информации, чтобы отрабатывать ее, трудно окончательно решить, какой ответ является правильным.

Так ответил Демиург.

Актер Пандоры согласился, но поскольку его мастер спросил: «Как ты думаешь, какой ответ был правильным? — правильный ответ должен был быть одним из вариантов. Наверное, поэтому он и начал свой ответ с извинений.

— А есть еще какие-нибудь мнения? .. По-видимому, их там нет. Я тоже согласен с мнением Демиурга, что у нас недостаточно информации. После того, как мы закончим с Королевством, соберите мнения других Стражей Этажей по этому поводу. Возможно, кто-то из них заметил какую-нибудь деталь, которую мы упустили. Во всяком случае, мы все еще продолжаем осуществлять наш план по отправке послов в Союз Агранд. Пока они будут приветствовать глав союза, пусть они саркастически посмеются над этим Платиновым Лордом Драконом несколько раз. Альбедо.

— Понятно. Как мне поступить с содержанием послания?

— Я оставлю это на твое усмотрение.

— Понятно.

— На этой ноте наша встреча заканчивается. Я скоро вернусь в столицу. Актер Пандоры, хотя это может быть неловко, я должен попросить тебя об этом.—

Послышался звук “ах”. Ее мастер повернул голову к Стражу, который издал этот звук.

— Что случилось, Шалти? Ты что-то забыла?

— Да, Аинз-сама. У меня действительно есть вопрос. Вы действительно собирались завербовать этого человека Рику в качестве подчиненного?

— А-а, насчет этого. Конечно же, нет. Если он действительно попадет под мое крыло, я соберу всю необходимую мне информацию — об организации, которой он служит, о ее целях и так далее, а потом убьют его.

— А не будет ли напрасной тратой времени убить его?

Он почувствовал, что его хозяин криво улыбнулся, услышав вопрос Альбедо.

— Я не уверен в своих способностях управлять им. Если вы спрашиваете, можем ли мы использовать эти необычные способности или его Мировой Предмет…Альбедо, ты достаточно уверена в себе, чтобы сделать это? Если это так, то я оставлю все на твое усмотрение…

— Это будет трудно сделать до того, как мы соберем достаточно подробную информацию. Но если окажется, что это действительно возможно для нас, то есть много мест, где он мог бы быть нам полезен.

— Ммм.

Взгляд его хозяина задержался на Альбедо.

Вероятно, он размышлял о способностях Альбедо и Рику. Если его создатель был одним из тех, кто даже включил то, что могло произойти через тысячелетие после этого, в свой великий план, он, вероятно, анализировал, как Рику мог учитывать его планы.

Разрушение Королевства также должно быть частью этих планов.

Должно быть, у него были скрытые мотивы, помимо демонстрации миру разницы в обращении, получаемом Королевством и Империей из-за их действий, поэтому он должен был вернуться к своим словам, чтобы вторгнуться в Королевство. Это было общее мнение, разделяемое Актером Пандоры, Альбедо и Демиургом.

Не нужно было бы слишком сильно думать, чтобы связать эксперименты по созданию нежити с этим.

В конце концов, он был его создателем. Это было, несомненно, предчувствие чего-то большего, чего даже он не мог постичь.

Его создатель, Высшее Существо, чей интеллект заключал в себе такие глубины, насколько же он был устрашающим? Честно говоря, Актеру Пандоры было жаль остальных. Ему было больно, как он должен был сдерживаться, чтобы не похвалиться своим дорогим создателем.

— Я все понимаю. В самом деле, мертвый он был бы для нас бесполезен. Я также выслушаю мнение Демиурга по этому поводу, и в зависимости от ситуации Альбедо будет назначена ответственной за это. Конечно, это при условии, что Рику будет готов служить под моим началом. Если он не хочет, то его убийство допустимо.

Возражать против этого было невозможно. Если их хозяин так хочет, то это должно быть правильно.

— Хорошо. Сейчас…другие мнения…похоже, что нет. Мне уже пора возвращаться в столицу. Я все еще должен закрыть кулисы на этой сцене.

— …такая мелочь не потребует от Аинза-самы личного участия, верно? Я верю, что смогу справиться с этим самостоятельно…

— Нет, Альбедо. Не обращай на это внимания, я пойду. Хе-хе, хотя я и не могу быть на том же уровне, что и Ульберт-сан и остальные, у меня все еще есть свои собственные стандарты, которые нужно применять против форм сопротивления.

— …Понятно, и это было причиной?

Альбедо ответила таким тоном, который подразумевал, что она разгадала скрытый смысл его слов, заставив ее хозяина взглянуть на нее. Должно быть, он проверял, насколько хорошо она понимает его слова.

По прошествии некоторого времени ее хозяин, казалось, был удовлетворен, когда он объявил в манере, ожидаемой от уважаемого правителя.

— …Вот Именно, Альбедо. Все именно так, как ты и предположила.

Несколько оставшихся рыцарей сообщили Клаиму, Реннер и Брэйну, что после их возвращения во дворец их ждут гости.

“Синяя Роза» потребовала аудиенции.

При обычных обстоятельствах их немедленно привели бы в эту комнату, но нынешний прикид троицы вряд ли был подходящим. Особенно Реннер, чья одежда больше говорила о статусе служанки, чем принцессы. Они были совершенно мокрые от пота. Рыцарям было приказано привести их через час, чтобы дать достаточно времени привести себя в порядок.

Армия Колдовского Королевства находилась за пределами столицы и могла напасть в любой момент. Для защиты столицы и замка рыцари бегали туда и обратно. Вот почему они должны были взять на себя всю черную работу, потому что там не было ни одной служанки.

Большинство служанок во дворце были дочерьми знатных людей. Они бежали из дворца в свой семейный особняк. Был ли это более безопасный вариант, еще предстоит выяснить.

Он слышал от своей хозяйки Реннер, что зверства, совершенные армией Колдовского Королевства на пути к столице, скорее всего, будут совершены и здесь. Это был вполне логичный вывод. Теперь нигде в столице не было безопасно.

Так что же можно сделать, чтобы гарантировать их безопасность? Реннер решила ответить на этот вопрос гамбитом, заключавшимся в том, чтобы покинуть столицу.

Из-за этого Клаим и Брэйн втайне обсуждали вопрос о подготовке кареты вне дворца. Если Реннер решит сбежать, это может оказаться полезным.

Конечно, он знал, что Реннер вовсе не собирается бежать, но все же не мог с уверенностью сказать, что она не передумает. Это был всего лишь план на тот случай, если она так поступит.

Клаим приготовил воду и полотенце для Реннер, чтобы вытереть ее пот. В обычное время он приготовил бы ей ванну, но у них был только час, так что это было не обсуждаемо.

Поскольку горничных там не было, Клаиму ничего не оставалось, как помогать ухаживать за Реннер. Обязанность приготовить чай легла на Брейна. Сцена, когда мечник рылся в шкафах в поисках чая, была по-настоящему веселой, хотя он и чувствовал к нему жалость.

После того как Реннер вытерла с себя пот и надушилась, пока она выбирала себе платье, двое мужчин приняли душ.

В отличие от женщины — в отличие от принцессы — двое мужчин готовились к гораздо более простым процессам.

Они разделись, дали воде стечь вниз по их головам и вытерлись. Еще одно промывание и все было готово. Конечно, они тоже должны были переодеться в чистую одежду, но весь процесс занял у них не больше десяти минут.

Прошел час, который показался короче, чем следовало бы, и все трое были готовы. Реннер, казалось, уловила какой-то неприятный запах, когда обнюхивала свои волосы и запястье. Клаим не чувствовал запаха пота, но он мог уловить слабый запах масла и дыма, которые были вкраплены в ее волосы, когда она готовила. Это не должно было быть так заметно после того, как он смешался с запахом ее духов.

Рыцари привели сюда не только Лакюс.

Вся Синяя Роза была в сборе. Лакюс была единственной в мантии, остальные были в боевой экипировке. Похоже, они били телохранителями.

Клаим был немного шокирован.

Вообще-то Лакюс обычно не приходила одна, но редко можно было увидеть их всех вместе. Возможно, это был первый раз, когда они собрались все вместе.

— Ты выделила время из того немногого, что у тебя было, и все же я заставила тебя ждать. Я ужасно сожалею об этом.

— Нет, все в порядке. Я не сообщила вам о своем приезде раньше, так что это был импровизированный визит. Я должна быть той, кто поблагодарит вас за то, что вы нашли время встретиться с нами — ах, нет никакой необходимости в чае. В конце концов, у нас не так уж много времени.

Как раз когда Реннер собиралась заварить чай, приготовленный Брэйном, Лакюс остановила ее.

— Ой, Лакюс. Я чувствую, что у нас должно быть достаточно времени, чтобы выпить чашку чая, верно?

Той кто это сказала была Эвилай. Остальная часть Синей Розы согласно кивнула, и на лице Лакюс появилось шокированное выражение.

— Все…хотят выпить чаю?

Эвилай нарочно тяжело вздохнула.

— Принцесса была так любезна принять гостей, которые ворвались без предупреждения, неужели наша глава будет настолько жестокой, чтобы отказаться от ее предложения выпить чаю? Что за безразличный человек!

Она не получила никакого ответа от Гагаран. Хотя взгляды всех присутствующих были прикованы к Гагаран, она сделала вид, что ничего не слышала и не видела.

— Эй, ты там с застенчивым выражением лица, женщина, которая сразу пойдет ко дну, если упадет в море.

Ее действительно полностью игнорировали. Эвилай громко вздохнула в ответ на ее поведение.

— Ой, Гагаран.

— О? А? Что? А зачем я вам понадобился? Что происходит, Эвилай?

— …ты ведь тоже хочешь что-нибудь выпить, верно?

— Аааа, да. Мне очень сильно хочется пить. Я бы, наверное, выпила и десять литров, если бы могла.

— Сколько… ты же знаешь, сколько времени ты потратила только на то, чтобы услышать это от меня…Ммм, Как скажешь. Независимо от того, сколько там есть, босс, мы тоже можем выпить немного?

— Аааах, конечно…ты тоже выпьешь, Эвилай?

Глаза Лакюс расширились, когда она заговорила. Действительно, если бы Эвилай тоже выпила, Клаим был бы так же удивлен, как и она. Чтобы выпить чай, ей придется снять маску, но, насколько Клаим знал, этот магический заклинатель не снимал ее ни при каких обстоятельствах.

Эвилай не ответила на ее вопрос, а только пожала плечами, как бы говоря «нет».

— Ну что ж, тогда мы будем заваривать чай, пока босс и принцесса разговаривают. Я гарантирую, что чай будет вкуснее, чем вы могли бы мечтать.

— А? Вы уже разливаете его по чашкам, да? — воскликнула Лакюс с потрясенным выражением лица, когда Тиа кивнула.

— У нас их может не хватить, учитывая количество людей здесь. А там посмотрим.

Тиа начала разливать чай, но ее движения были настолько неосторожными, что большая часть чая расплескалась на блюдце. Чайная культура этой страны не требовала, чтобы чай пили из блюдца, поэтому Лакюс нахмурилась. Как она и сказала, чая было недостаточно для восьми обитателей этой комнаты.

— Мне можешь не наливать, хорошо?

— А, и мне тоже.

Клаим отказался от чашки после того, как Брейн сделал то же самое. Но это вовсе не означало, что у них было достаточно чая для всех остальных. Даже когда эти двое отказались, количество чая, которое они имели, все еще было недостаточным для шести человек.

Несколько оставшихся рыцарей сообщили Клаиму, Реннер и Брэйну, что после их возвращения во дворец их ждут гости.

“Синяя Роза» потребовала аудиенции.

При обычных обстоятельствах их немедленно привели бы в эту комнату, но нынешний прикид троицы вряд ли был подходящим. Особенно Реннер, чья одежда больше говорила о статусе служанки, чем принцессы. Они были совершенно мокрые от пота. Рыцарям было приказано привести их через час, чтобы дать достаточно времени привести себя в порядок.

Армия Колдовского Королевства находилась за пределами столицы и могла напасть в любой момент. Для защиты столицы и замка рыцари бегали туда и обратно. Вот почему они должны были взять на себя всю черную работу, потому что там не было ни одной служанки.

Большинство служанок во дворце были дочерьми знатных людей. Они бежали из дворца в свой семейный особняк. Был ли это более безопасный вариант, еще предстоит выяснить.

Он слышал от своей хозяйки Реннер, что зверства, совершенные армией Колдовского Королевства на пути к столице, скорее всего, будут совершены и здесь. Это был вполне логичный вывод. Теперь нигде в столице не было безопасно.

Так что же можно сделать, чтобы гарантировать их безопасность? Реннер решила ответить на этот вопрос гамбитом, заключавшимся в том, чтобы покинуть столицу.

Из-за этого Клаим и Брэйн втайне обсуждали вопрос о подготовке кареты вне дворца. Если Реннер решит сбежать, это может оказаться полезным.

Конечно, он знал, что Реннер вовсе не собирается бежать, но все же не мог с уверенностью сказать, что она не передумает. Это был всего лишь план на тот случай, если она так поступит.

Клаим приготовил воду и полотенце для Реннер, чтобы вытереть ее пот. В обычное время он приготовил бы ей ванну, но у них был только час, так что это было не обсуждаемо.

Поскольку горничных там не было, Клаиму ничего не оставалось, как помогать ухаживать за Реннер. Обязанность приготовить чай легла на Брейна. Сцена, когда мечник рылся в шкафах в поисках чая, была по-настоящему веселой, хотя он и чувствовал к нему жалость.

После того как Реннер вытерла с себя пот и надушилась, пока она выбирала себе платье, двое мужчин приняли душ.

В отличие от женщины — в отличие от принцессы — двое мужчин готовились к гораздо более простым процессам.

Они разделись, дали воде стечь вниз по их головам и вытерлись. Еще одно промывание и все было готово. Конечно, они тоже должны были переодеться в чистую одежду, но весь процесс занял у них не больше десяти минут.

Прошел час, который показался короче, чем следовало бы, и все трое были готовы. Реннер, казалось, уловила какой-то неприятный запах, когда обнюхивала свои волосы и запястье. Клаим не чувствовал запаха пота, но он мог уловить слабый запах масла и дыма, которые были вкраплены в ее волосы, когда она готовила. Это не должно было быть так заметно после того, как он смешался с запахом ее духов.

Рыцари привели сюда не только Лакюс.

Вся Синяя Роза была в сборе. Лакюс была единственной в мантии, остальные были в боевой экипировке. Похоже, они били телохранителями.

Клаим был немного шокирован.

Вообще-то Лакюс обычно не приходила одна, но редко можно было увидеть их всех вместе. Возможно, это был первый раз, когда они собрались все вместе.

— Ты выделила время из того немногого, что у тебя было, и все же я заставила тебя ждать. Я ужасно сожалею об этом.

— Нет, все в порядке. Я не сообщила вам о своем приезде раньше, так что это был импровизированный визит. Я должна быть той, кто поблагодарит вас за то, что вы нашли время встретиться с нами — ах, нет никакой необходимости в чае. В конце концов, у нас не так уж много времени.

Как раз когда Реннер собиралась заварить чай, приготовленный Брэйном, Лакюс остановила ее.

— Ой, Лакюс. Я чувствую, что у нас должно быть достаточно времени, чтобы выпить чашку чая, верно?

Той кто это сказала была Эвилай. Остальная часть Синей Розы согласно кивнула, и на лице Лакюс появилось шокированное выражение.

— Все…хотят выпить чаю?

Эвилай нарочно тяжело вздохнула.

— Принцесса была так любезна принять гостей, которые ворвались без предупреждения, неужели наша глава будет настолько жестокой, чтобы отказаться от ее предложения выпить чаю? Что за безразличный человек!

Она не получила никакого ответа от Гагаран. Хотя взгляды всех присутствующих были прикованы к Гагаран, она сделала вид, что ничего не слышала и не видела.

— Эй, ты там с застенчивым выражением лица, женщина, которая сразу пойдет ко дну, если упадет в море.

Ее действительно полностью игнорировали. Эвилай громко вздохнула в ответ на ее поведение.

— Ой, Гагаран.

— О? А? Что? А зачем я вам понадобился? Что происходит, Эвилай?

— …ты ведь тоже хочешь что-нибудь выпить, верно?

— Аааа, да. Мне очень сильно хочется пить. Я бы, наверное, выпила и десять литров, если бы могла.

— Сколько… ты же знаешь, сколько времени ты потратила только на то, чтобы услышать это от меня…Ммм, Как скажешь. Независимо от того, сколько там есть, босс, мы тоже можем выпить немного?

— Аааах, конечно…ты тоже выпьешь, Эвилай?

Глаза Лакюс расширились, когда она заговорила. Действительно, если бы Эвилай тоже выпила, Клаим был бы так же удивлен, как и она. Чтобы выпить чай, ей придется снять маску, но, насколько Клаим знал, этот магический заклинатель не снимал ее ни при каких обстоятельствах.

Эвилай не ответила на ее вопрос, а только пожала плечами, как бы говоря «нет».

— Ну что ж, тогда мы будем заваривать чай, пока босс и принцесса разговаривают. Я гарантирую, что чай будет вкуснее, чем вы могли бы мечтать.

— А? Вы уже разливаете его по чашкам, да? — воскликнула Лакюс с потрясенным выражением лица, когда Тиа кивнула.

— У нас их может не хватить, учитывая количество людей здесь. А там посмотрим.

Тиа начала разливать чай, но ее движения были настолько неосторожными, что большая часть чая расплескалась на блюдце. Чайная культура этой страны не требовала, чтобы чай пили из блюдца, поэтому Лакюс нахмурилась. Как она и сказала, чая было недостаточно для восьми обитателей этой комнаты.

— Мне можешь не наливать, хорошо?

— А, и мне тоже.

Клаим отказался от чашки после того, как Брейн сделал то же самое. Но это вовсе не означало, что у них было достаточно чая для всех остальных. Даже когда эти двое отказались, количество чая, которое они имели, все еще было недостаточным для шести человек.

Клайм был бессилен перед лицом угроз Эвилай.

{Если бы я встретился с Брэйном — если бы я сообщил Тине о происходящем…} пока Клайм размышлял, необычная ситуация среди членов Синей Розы продолжала набирать обороты.

Тиа, казалось, что-то бормотала в сторону Лакюс.

— Я уже довольно давно веду наблюдения, ищу способы обезвредить Лакюс…Обычные методы не подошли бы, поэтому придется использовать комбинацию магии и яда. Это единственный способ сделать это. Конечно, даже ты не сможешь противостоять действию нескольких ядов одновременно, верно? Эвилай, твой черед.

— Хорошо.

Растерянная, униженная и опечаленная. Боль была не единственной вещью, которая чувствовалась через выражение лица Лакюс, что особенно выделялось, так это ее неспособность понять, что вообще происходит. Эвилай кастанула на нее заклинание.

— Поняла. [Ослабление Сопротивления]… Бесполезно. У нее сопротивление.

— Плевать.

Гагаран нанесла еще один удар в живот Лакюс, в ту часть ее тела, которую она старалась защитить, как черепаха, прячущаяся в свой панцирь. Тиа достала новый шип и без малейшего колебания вонзила его в Лакюс.

— [Ослабление Сопротивления]…отлично. А теперь — [Очарование Человека]. Готово. Хорошая работа, вы двое. Мы это сделали.

Гагаран и Тиа отстранились от Лакюс.

— Лакюс, быстро, Исцели себя.

— Да, поняла. Тиа, не могла бы ты мне помочь вытащить это?

Лакюс заговорила так, словно ничего не произошло. Ужас управления разумом заставил Клайма задрожать от страха.

Как только Тиа собралась сделать это, Эвилай повысила голос, чтобы остановить ее.

Если ты причинишь ей боль, она начнет воспринимать тебя как врага, и магия может рассеяться. Лакюс, извини, но вытащи их сама. Они не должны были проникнуть слишком глубоко.

— Ее целью было только ввести яд, так что сам шип был не слишком толстым… это такой тип шипов, которые будут совершенно бесполезны против брони.

— Я знаю, но чтобы вытащить его самостоятельно, все равно потребуется немного решимости.

Лакюс прикусила нижнюю губу и вытащила шим. Затем она начала накладывать на рану исцеляющую магию.

— Гагаран. Открой окно и впусти немного воздуха… что нам делать с кровью на полу?

— Почти вся кровь впиталась в ее платье, так что почти ничего не попало на пол. Не стоит об этом беспокоиться, — спокойно ответила Реннер.

Все, кроме Клайма, были такими спокойными, что ему показалось, будто то, что он видел, было иллюзией. Он словно перенесся в параллельный мир.

— Ого! Какая ты невозмутимая. Я с самого начала знала, что у тебя есть мужество.

— Я так не думаю… Я просто почувствовала, что все не будут просто так вредить друг другу без всякой причины, — озадаченно сказала Реннер… — Но контроль над разумом это действительно страшная штука…Клайм, что ты об этом думаешь?

— Да, у меня была такая же мысль.

— Так…не могли бы вы рассказать нам, почему вы это сделали?

— А что, если я скажу тебе, что не буду этого делать?

— Неужели ты не чувствуешь ни капельки вины за то, что испачкала эту комнату?

Казалось, Эвилай рассмеялась за своей маской.

— Ладно, я ничего не могу сказать по этому поводу. Причина этого проста. По сравнению с Королевством или чем-то еще, мы считаем, что жизнь наших товарищей гораздо важнее. Вот и все.

— В любом случае защита столицы была решением Лакюс. Мы были против этого в глубине души с самого начала.

— Но если бы мы ей сказали, то эта дурочка обязательно сказал бы: «Тогда я буду защищать столицу сама» или что-то в этом роде. Итак, мы решили, что наш единственный выход — насильно увезти ее отсюда, но похищение днем — это не так просто. Мы также не были уверены в своей способности заставить ее уйти обманом, поэтому, хотя мы и должны извиниться перед вашим Высочеством принцессой за то, что мы сделали, мы должны были использовать эту возможность.

Тиа и Гагаран согласно пожали плечами. Это, должно быть, было коллективное решение, принятое Синей Розой, за исключением Лакюс, конечно. Брэйн все еще не вернулся, так что Тина, должно быть, не давала ему покоя.

— Неважно зачем, это было уже слишком.

— Ха-а-а, я тоже так сказала, но эти… —

— Было бы плохо, если бы она впала в состояние повышенной готовности после нашего предложения… чтобы поймать Лакюс наверняка, требуется, чтобы она полностью отбросила свою осторожность. Это я говорю по собственному опыту.

— Значит есть определенный метод для поимки Лакюс?

— Да. Мы использовали пять видов яда, не позволили ей использовать свое снаряжение, использовали магию дебаффа, и все же нам пришлось полагаться на удачу, чтобы увидеть, сможем ли мы очаровать ее. Вот почему мы должны были пройти через все эти неприятности, если бы даже один из этих элементов отсутствовал, мы бы потерпели неудачу. А теперь — Эвилай хлопнула в ладоши, — когда Тина вернется, мы вернемся в гостиницу с помощью телепортации, заберем снаряжение Лакюс и телепортируемся из этого города.

Эвилай посмотрела на Клайма и Реннер.

— …О, такие возможности не появляются дважды. Вы ведь знаете, что я могу взять вас с собой, ребята? Я буду с вами откровенна, эта страна обречена, и судьба, которая ждет принцессу обреченного народа, не будет красивой. Возможно, это ваш последний шанс сбежать.

Клайм не мог не посмотреть на Реннер.

Разве это не было именно то, на что он надеялся?

Если бы это была телепортация, они могли бы сбежать, даже если бы город был окружен. Плюс, сказанное Эвилай было правдой. Какая бы судьба ни ждала Реннер, она не будет благосклонна к ней, и он никак иначе не мог предвидеть, как сложится эта ситуация. В конце концов, их врагом была нежить, которая убивает невинных.

— Я хочу задать вам один вопрос. И куда же вы направитесь?

— Ну, во-первых, мы должны покинуть эту страну. Об этом…я думаю, мы, вероятно, направимся на северо-восток? Если мы будем продвигаться в этом направлении достаточно долго, то попадем в одну давным-давно разрушенную страну. Мы направимся к руинам столицы, очищенным огнем. Поскольку это место находится довольно далеко, нам придется телепортироваться несколько раз. Во всяком случае, это очень далекая страна, о которой никто из вас никогда не слышал.

— Правда?..

Реннер слегка наклонила голову. Неужели она колеблется? Вскоре после этого она подняла голову, как будто приняла твердое решение.

— Спасибо, но я не могу уйти.

— Действительно ли не можешь?..

Эвилай не стала продолжать.

В сердце Клайма начали возникать панические чувства. Если таково было ее решение, то судьба Реннер была предопределена. Это было все, о чем он мог думать.

Истинная верность. Разве не это демонстрировали члены «Синей розы»? Должен ли он отвезти Реннер в безопасное место, независимо от того, придется ли ему прибегнуть к насилию или нет?

Чтобы избавиться от нахлынувшего на него разочарования, он посмотрел на Реннер, чья улыбка говорила ему, что она полностью его понимает. Это было выражение, которое встречало Клаима каждый раз, когда она собиралась выложить правду.

— Клайм. Как член королевской семьи, я должна исполнять свои обязанности, даже если это будет стоить мне жизни.

Он чувствовал себя так, словно его только что ударили.

Хотя существование Реннер как личности было для него важно, не менее ценным был и ее статус как его госпожи.

В таких ситуациях необходимость выполнять свои королевские обязанности была совсем не к добру. И все же Реннер, как член королевской семьи, как человек, заботящаяся о своем народе, была готова оставаться верной своему королевскому статусу до самого конца.

По сравнению с ним, человеком, чьи мысли были только о выживании, насколько великодушной она была?

Клайм принял свое решение.

В конце концов, его обязанность заключается в том, чтобы защищать жизнь Реннер как можно дольше. Он умрет от рук армии Колдовского Королевства, служа щитом Реннер до самого конца.

В то же время Клайм собрался с духом и услышал, как Эвилай тихо сказала: “Как шумно.” Раздался стук в дверь, когда она открылась, снаружи стояли Брэйн и Тина, держащие наполненные подносы.

— Мы нашли и принесли несколько десертов.

— Потому что этот парень рядом со мной захотел свести счеты, это заняло некоторое время, и мы смогли сделать это — чего? Что, черт возьми, здесь произошло?

Хотя окна были открыты, Брэйн все еще мог уловить слабый запах крови, который до сих пор не выветрился. Он переместил свой центр тяжести вниз и внимательно оглядел комнату.

— …леди. У тебя на одежде кровь — неужели появлялся кто-то подозрительный?

— Нет—

— Не обращай на это внимания. Просто спроси Ее Высочество об этом после того, как мы уедем.

Гагаран прервала Лакюс. Возможно, она все еще чувствовала себя неловко, но Брэйн бросил быстрый взгляд на Реннер. Можно было почувствовать вопрос «все ли в порядке?» только по его глазам. Если бы Реннер ответила отрицательно, он, вероятно, выхватил бы свой меч из ножен.

— Все в полном порядке. Незачем быть начеку.

Взгляд Брейна повернулся в трону, Клайма.

Клайм ответил в той же манере, что и Реннер.

— …неужели это так? Тогда это очень приятно слышать.

— А, понятно. Брэйн Унглаус, у меня есть к тебе предложение. Хочешь убраться отсюда подальше?

— …Что?

Услышав вопрос Эвилай, Брэйн снова принялся осматривать комнату.

— А что эти двое собираются делать? — Ответил Брэйн своим собственным вопросом, когда его взгляд метнулся к Клайму и Реннер. Его губы изогнулись в улыбке, когда Эвилай покачала головой. — Неужели это так? Если это так — нет, несмотря ни на что, я бы не стал убегать — в этом все равно нет никакого смысла… честно говоря… я тогда сказал, что выберу путь наименьшего сопротивления, а теперь, похоже, так оно и есть.

— …Неужели? Я думала, что ты так и ответишь, получается, я была права.

Члены Синей Розы собрались вокруг Эвилай и внезапно исчезли, как будто они уже попрощались. От них остался только запах крови и черного чая.

Это должно было стать их последним прощанием, но все закончилось так внезапно. Но, учитывая боль, которую эти двое должны испытывать, когда у них нет другого выбора, кроме как расстаться, возможно, не было лучшей альтернативы этому прощанию.

Однако это были мысли Клайма, а не Реннер.

Должно быть, ей нанесли ментальный удар, так как же ему утешить ее? Клайм украдкой взглянул на Реннер и увидел, что она совершенно безучастна. Нежной улыбки, которая обычно появлялась на ее лице, нигде не было видно, словно она надела маску.

Должно быть, это произвело на нее сильнейшее впечатление.

Клайм стоял рядом с Реннер.

— Принцесса, я могу себе представить, какой шок вы сейчас испытываете, но …

Он не мог закончить это предложение. Точнее было бы сказать, что он не хотел заканчивать эту фразу. Хотя он хотел сказать, что останется с ней до самого конца, но как он мог сравниться с этой авантюристой Адамантитовского ранга, которая была одновременно дворянкой и подругой Реннер? Тем не менее, он должен был как-то утешить принцессу, поэтому он ломал голову.

Возможно, его намерения были переданы достаточно хорошо, потому что выражение лица Реннер внезапно изменилось. Это была ее обычная, нежная улыбка.

— Я в полном порядке, Клайм…Не обращай на это внимания, у Брейна-Сана есть важные дела, не так ли?

— Аах… Тогда, Ваше Высочество, Клайм. Сейчас самое подходящее время, мне пора попрощаться. Я прошу прощения, но сейчас мне придется уйти.

Что же это было за внезапное развитие событий?

Клайм не мог понять, о чем думал Брэйн, поэтому он задал вопрос:

— Куда это ты собрался?

— Хммм? Я планирую бросить вызов Королю Заклинателю. Ммм, скорее всего, я проиграю, но я должен быть в состоянии, по крайней мере, убить одного из его подчиненных.

Брэйн снял меч, который висел на его поясе, бросил его в сторону Клайма и сказал: “Я возвращаю это”.

— Что!? О чем ты говоришь!? Единственный, кто способен владеть этим мечом, — это тот, кто унаследовал волю Стронофа-сама! Брейн-Сан!

— Ой-ой, я же тебе тогда говорил, да? Я не наследую его волю. Во-первых, это ведь одно из национальных сокровищ, верно? Оно не соответствует такому ничтожеству, как я. Принцесса-Сан, извините, но, пожалуйста, верните это Его Величеству.

— Я все поняла.

— Принцесса-сама!

— Клайм, Брэйн-Сан уже принял свое решение.

— Как и следовало ожидать от принцессы-Сан, вы хороший человек. Тем не менее, я все равно не очень хорошо понимаю женщин. М-м-м, как бы это сказать — Брэйн стоял прямо — Наверное, это мое последнее прощание. Принцесса, я очень хорошо провел здесь время. Клайм, тогда мне повезло, что я встретил тебя и Себаса-Сан. Это привело меня в чувства…и я благодарен вам за это.

Брэйн повернулся к ним спиной и зашагал вперед.

— Вы и Газеф, для меня было честью познакомиться с вами обоими.

После этих слов силуэт Брэйна исчез за другой стороной двери.

— …Как же все так закончилось?..Король Заклинатель…если бы только тебя не существовало…

Все вокруг Клайма было разрушено. Все остальное, кроме того, что было для него самым важным, было отнято, и даже это скоро перестанет быть правдой. Время кончалось.

— Клайм, я хочу сначала передать этот меч отцу-саме.

Депрессивное настроение овладело им, и эти слова заставили его отступить. Действительно, до этого момента он поклялся отдать ей все — спасти женщину, которая спасла его, служить самому важному для него человеку.

— …скажи, что, это, ммм. — Звуки, исходящие из уст Реннер, совершенно не соответствовали атмосфере комнаты в тот момент. “Можно мне немного подержать меч?”

— А? Конечно можно!

После того как он передал ей меч, Реннер вытащила его.

— Он довольно тяжелый.

Реннер передала ножны Клайму. Бритвенный Клинок мог прорезать броню, как бумагу. Прежде чем Клайм успел сказать “это опасно», Реннер начала размахивать мечом в воздухе.

Клайм был немного шокирован. Действительно, из-за тяжести ее движения были шаткими, и кончик лезвия задел половицу. Это было просто потому, что у нее не было достаточно сил, чтобы владеть им, но ее умение было заметно через позу и движения. Он мог чувствовать остроту лезвия издалека. Если бы человек без опыта размахивал этим мечом, он не смог бы заставить его сверкать так, как он сверкал в ее руках.

— Ууу — Хммм. Я не слишком подхожу для него.

— Н-нет, вовсе нет. Я думаю, что если ты будешь больше тренироваться, то сможешь победить меня в поединке.

— Ты шутишь. Кроме того, маловероятно, что я когда-нибудь снова возьму в руки меч.

Реннер убрала меч в ножны после того, как Клайм передал их ей, а затем вернула обратно Клайму.

— А теперь давай пойдем к отцу-саме, но прежде — Реннер посмотрела на себя.

— Мне нужно кое-что подготовить.

—-

Брэйн Унглаус шел по пустым улицам столицы. Обычно на этих улицах кипела жизнь, но сегодня здесь не было видно ни души. Все прятались по своим домам из страха перед Королем Заклинателем , но Брэйн знал, что это не принесет им спасения.

Брэйн был рядом с Реннер достаточно долго, чтобы понять, что у Короля Заклинателя нет причин не разрушать столицу.

Однако если бы кто-нибудь спросил его: Как нам спастись? — он не знал бы, что ответить.

Если бы все скоординировались и побежали из столицы во все стороны, то наверняка кто-то из них остался бы жив. Это был единственный ответ, который у него был.

Брэйн посмотрел на здания вдоль улицы, все двери и окна были плотно закрыты. Они, должно быть, были заколочены изнутри гвоздями, так что легкого пути внутрь не было.

{Сейчас…за этими дверями наверняка скрываются несколько самоубийц или даже целые семьи погибших…}

Не может быть, чтобы это было не так.

Слухи уже передавали ужас, приносимый армией Короля Заклинателя.

Он думал о том, как можно было бы изменить эту ситуацию, если бы того пожелал Бог. Если бы каждый житель столицы восстал, чтобы отомстить — хотя это было бы бесполезно — это, вероятно, сильно напугало бы врага. Но чтобы это произошло, кто-то должен был объединить людей под одним знаменем.

Если бы это была принцесса, она, вероятно, могла бы добиться этого, но она не выглядела так, как будто хотела сделать такой шаг.

{Если бы здесь был не я, а он, то все обернулось бы иначе?.. Возможно.}

Он очень хорошо знал, что у них не было никаких шансов на победу, Брэйн видел это по его глазам, когда он вел 400-тысячную армию прочь. И все же он не мог надеяться больше чем 0,01% — нет, 0,000001% или даже 0,0000000001% шанса на то, что они смогут победить.

Занак, может быть, и вел их на самоубийственную миссию, но это была не несбыточная мечта. Он просто действовал в соответствии с их лучшей ставкой в этом сценарии

Точно так же, как и то, что собирался сделать Брэйн.

Брэйн рассмеялся в своем одиночестве и что-то почувствовал.

{Воздух…изменился?}

На самом деле ничего не изменилось, столица все еще пахла так же, как и всегда, но была заметная разница. Это было то, что воин мог понять, пройдя множество сражений на грани жизни и смерти. Он несколько отличался от резкого запаха, это был своего рода психологический запах.

Это был тот же самый запах, который он чувствовал, когда они с Клаймом смотрели в ночное небо Э-Рантеля.

Запах потери и поражения.

{Неужели армия Короля Заклинателя наконец сделала свой ход?}

По его мнению это была единственная причина, такой внезапной перемены.

Ему представилась возможность.

Если бы Брэйн не использовал никаких уловок, приближаясь к Королю Заклинателю, вероятность того, что он сможет добраться до него, была бы очень мала. Нет, это было бы преуменьшением — правильнее было бы сказать, что у него вообще не было шансов.

Тем не менее, был шанс, что он сможет достичь своей цели в разгар хаоса битвы. Конечно, это зависело от ситуации с безопасностью в лагере противника. Тем не менее, чтобы растоптать такой большой город, как столица, потребовались бы перерывы в строю, а затем и спущенная охрана.

Брэйн остановился, чтобы обдумать свои дальнейшие действия, и увидел, что контрфорсы(RRT: контрфорсы) побелели.

Казалось, будто их облили белой краской.

Издалека начали доноситься вопли.

Это было ознаменованием осады. Вопли доносились из временных убежищ, построенных для беженцев из других городов неподалеку от контрфорсов. Целью врага должен был быть замок, так что, вероятно, не будет никаких беженцев, которые решат бежать к Брэйну — к замку.

{Что же мне делать? Может быть, лучше отказаться от первоначального плана, как только начнется осада?}

Его первоначальный план состоял в том, чтобы сначала выйти из столицы и дождаться момента, когда вражеская армия войдет в столицу. Он планировал проскользнуть мимо армии в хаосе осады, чтобы подобраться поближе к Королю Заклинателю.

Однако если враг уже пробрался в столицу, то ему лучше пока спрятаться, дождаться, пока армия пройдет мимо, а затем выйти за городские стены.

Но если он это сделает, то велика вероятность, что Король Заклинатель решит покинуть свой лагерь. Сначала он должен был выяснить, где находится, чтобы не тратить время впустую.

Возможно, он мог бы спрятаться возле замка и подождать, пока Король Заклинатель не поведет свою армию внутрь, чтобы нанести удар.

Ну, во всяком случае—

{Все эти планы основываются на том, что я спрячусь.}

Тем не менее, ему не придется полностью маскировать свое присутствие, как вору или ассасину. С ним все будет в порядке, пока он прячется от глаз врага.

Пока он раздумывал, где лучше всего спрятаться, городские ворота начали рушиться. Белая шрапнель, разрушавшая ворота, отражала свет таким ярким и прекрасным образом, что Брэйн не мог не остановиться и не восхититься этим зрелищем, даже в такой ситуации.

{Это был…какой-то навык? Но если подумать о том, что Король Заклинатель это враг, способный вызывать самых разных ужасных существ, то это для него не должно являться ничем необычным.

Крошечная точка переступила через рухнувшие ворота. Он казался крошечным только потому, что был так далеко, но с поправкой на перспективу он должен был быть гигантом по сравнению со средним человеком.

Несмотря на то, что он переступил порог, ни один солдат не бросился к нему, чтобы остановить. Для этого могла быть только одна причина.

Они уже были мертвы.

Все тело Брэйна начало содрогаться.

Должно быть, это был супер-монстр или что-то в этом роде.

Фигура существа медленно начала увеличиваться в размерах, его шаг был медленным и ровным.

Выражение лица Брэйна исказилось.

Это было существо с ошеломляющей физической силой, поэтому его скорость должна была быть на одном с ним уровне. Продвижение по пустой улице не должно занимать слишком много времени, так зачем же тратить его впустую—

{Аааа, действительно. Они уже прорвали оборону столицы, так что последующая резня должна была быть для них легкой задачей. Они могли бы растягивать ее столько времени, сколько захотят!}

Тогда уже не было ничего странного в том, что враг был спокоен.

Однако Брэйн прищурился и посмотрел в сторону своего медленно приближающегося, но все еще далекого противника.

Это была та самая улица, где его подобрал Газеф и с силой потащил за собой.

Это была улица, по которой он бежал вместе с Клаймом, чтобы совершить набег на Восемь Пальцев, где он встретил Себаса.

Именно по этой улице он вел детей, которым суждено было стать следующими воинами-капитанами.

Теперь по этой дороге небрежно тащилось чудовище. Дорога, по которой Брэйн шел вместе со всеми, кто был ему дорог, теперь топталась этим чудовищем.

Непростительно.

Брэйн изменил свое мнение. Ему уже было наплевать на Короля Заклинателя. Прямо здесь, прямо сейчас, этот монстр перед ним—

Он поклялся сделать так, чтобы чудовище дорого заплатило.

Дети, находившиеся под опекой Брэйна, уже покинули это место.

{Интересно, благополучно ли они выбрались? Они были как семена, которые он посеял для будущего, источник его спокойствия. Возможно, был шанс 0,01%, нет, 0,000001%, что один из них вырастет и станет достаточно могущественным, чтобы соперничать с королем Заклинателем. Эти несбыточные мечты еще больше улучшили его настроение.}

Брэйн стоял посреди дороги, ожидая, когда его противник подойдет поближе.

Должно быть со стороны, это выглядит ужасно глупо!

Что он должен был сделать, так это спрятаться и ждать возможности отомстить Королю Заклинателю, а не противостоять чудовищу, которое служило их Авангардом.

Наблюдающий со стороны мог бы сказать ему что-то вроде: “Посмотри на общую картину, не делай ничего настолько глупого”.

Однако целью Брэйна в жизни было жить своим мечом, поэтому он скорее слепо позволил бы себе сражаться со всем своим существом.

После того как прошло довольно много времени, монстр наконец оказался на таком расстоянии, что Брэйн смог разглядеть большинство его черт.

Его противник не был человеком.

И все же он прекрасно понимал, что этот светло-голубой гигант принадлежит к расе, намного превосходящей его собственную.

Вскоре после этого—

{…так холодно.}

С той стороны, где находился противник, поднялась и направилась к нему буря, температура которой была такой же холодной, как в морозный зимний день. Все тело Брэйна дрожало, но не от жажды крови или давящей ауры, а от одного только холодного ветра. Белые клубы дыхания, вырывавшиеся изо рта Брэйна, доказывали, что это не было иллюзией.

— Что?..

Он не мог не пробормотать что-то себе под нос.

Был ли его противник существом, успускающим холодный воздух? Теперь, когда он думал об этом, ворота тогда — разве они не были покрыты льдом, а затем разбиты вдребезги?

{Насколько же он холодный…}

Врата вовсе не были маленькими, так что независимо от того, к какому типу принадлежал этот монстр, Брэйн был серьезно напуган.

Тем не менее, он уже знал это.

Брэйн крепче сжал катану и стал ждать своего противника.

Руки его дрожали, но не от волнения и не от холода, а от какого-то особого чувства.

Чувства, известного как страх.

Раз за разом он жаловался в своем сердце, сердце, которое велело ему отойти в сторону и забиться в угол. Эта тварь, хотя и была чудовищем, но то, как она тянула свою алебарду по земле, когда шла, излучало ауру воина. Если он свернется калачиком в сторонке, то, возможно, его будут игнорировать, как камешек.

Дома, выстроившиеся по обеим сторонам улицы, подавали признаки жизни, но ни один из них, казалось, не хотел иметь с этим ничего общего.

И из-за этого Брэйн, возможно, должен был сделать то же самое.

Если бы он это сделал, то, вероятно, его жизнь была бы спасена.

Но … его ноги отказывались двигаться.

Он не собирался убегать.

Он сосредоточил всю свою силу в одной руке, которая сжимала рукоять меча, а другой хлопнул себя по плечу.

— Ну хорошо!

Он больше не дрожал. Он принял твердое решение и телом, и душой.

Хотя он уже визуально определил присутствие Брейна, светло-голубой гигант продолжал двигаться вперед, не меняя своего темпа.

Существо, державшее в одной руке алебарду, излучало все возрастающее ощущение давления, по мере того как расстояние между ними постепенно сокращалось. Брэйн проглотил полный рот слюны.

Брэйн ждал, словно преграда для светло-голубого гиганта.

Из-за его подавляющего присутствия Брейн до сих пор не замечал, что за этим существом стоят женщины. Они были одеты в белое, их кожа была такого же оттенка, как и у него, их длинные волосы были черными, и от них тоже исходили холодные ветра.

Он остро ощущал на себе их взгляды.

Враг еще не предпринял никаких действий против Брэйна, который стоял у них на пути.

Он вытащил из-за пояса бутылек и одним глотком осушил его. Потом он выпил еще один бутылек, потом еще один. В общей сложности Брэйн применил к своему телу три типа магических баффов.

Даже несмотря на то, что он выпил зелья, что само по себе было актом агрессии, его враги, похоже, не собирались нападать сразу. И все же он чувствовал в них что-то сродни боевому духу.

Расстояние между ними сократилось примерно до пяти метров.

{Ой — ой-ой, нужно преодолеть еще один отвесный утес, а?}

На таком расстоянии Брэйну становилось все яснее, что его противник — существо, обладающее абсолютным превосходством над ним. Оно достигло таких высот, на которые Брэйн даже не надеялся. Для Брэйна, поднявшего свои способности всего лишь на длину пальца, это было существо, против которого у него не было абсолютно никаких шансов победить.

Но даже так — даже зная это, Брэйн по-прежнему отказывался отойти в сторону.

Его противники остановился.

Расстояние между ними составляло три метра.

Учитывая длину его руки и алебарду в руке, Брэйн уже был в пределах досягаемости удара.

— Брэйн Унглаус.

Он назвал свое имя, поднял меч и сосредоточился.

— Тот. Кто. Служит. Под. Началом. Высшего. Существа, Его. Величества. Айнз. Оал. Гоуна, Коцит.

В этот момент глаза Брэйна расширились от шока.

Вероятно, так звали его противника. Он вообще не ожидал получить ответ.

Хотя он был потрясен, он также почувствовал дежавю.

{Что же это было? Ему казалось, что он уже слышал это имя раньше, но никак не мог вспомнить где. Возможно, он просто слишком много думал об этом.}

А потом Брэйн почувствовал невыносимый стыд за свою грубость.

Противник перед ним был готов ответить ему, но он был так груб, что потерялся в собственных мутных воспоминаниях.

Причина, по которой его мысли пошли в этом направлении, заключалась в том, что его противник был монстром, с которым он никогда не мог бы сравниться, вероятно, он был на том же уровне, что и Себас или Шалтир Бладфоллен. Это означало, что для своего противника он был всего лишь муравьем на своем пути. Несмотря на все это, его противник не относился к нему как к низшему существу.

Если бы их роли поменялись местами, что бы сделал Брэйн? Он бы, наверное, просто убил оппонента без особых раздумий и продолжил свой путь. Брэйн был настолько ничтожен по сравнению с его противником, что он, вероятно, даже не мог оставить в его сознании впечатления о себе.

Брэйн выпрямил спину и мягко опустил голову, как это сделал бы ученик для своего наставника.

— Большое вам спасибо.

— Нет. Необходимости.

Брэйн крепко сжал рукоять своей катаны. {Сильнее, сильнее.}

Поднять оружие против существа, обладающего подавляющей силой без всякого плана, казалось ему предательством доброй воли тех, кто спас его. То, что он сейчас делал, ничем не отличалось от самоубийства.

Кроме того, если бы он задумался об этом, то какой вообще смысл был останавливать врага здесь?

Вообще никакого.

Но все же—

{Я такой идиот, этот Коцит-Данно не может быть единственным, кто напал на этот город. Я и так уже дважды проиграл…нет — я уже не ребенок. Мое будущее зависит только от меня. Это правильно…оно только в моих руках.}

Коцит, который смотрел на Брэйна, воткнул свою алебарду в землю.

— Поражающее. Богов. Императорское. Лезвие.

Одати(RRT: длинный японский меч) гигантских размеров, намного длиннее роста Брэйна, появился из воздуха, и Коцит принял боевую стойку.

Это была великая честь.

Слова были излишни. Коцит уже показал свое желание решить эту проблему с помощью клинка.

Брэйн тяжело выдохнул и быстро втянул воздух. Это было похоже на то, как будто он пытался выдохнуть весь воздух, оставшийся в его легких.

При этом он был совершенно беззащитен, но Коцит не сдвинулся ни на дюйм. По его позе Брэйн мог сказать, что он питал к нему огромное уважение.

Не только его сила была на высшем уровне, но и характер тоже.

Если бы он был такого же уровня, как монстр, известный как Шалтир, то он, вероятно, мог бы использовать свое оружие со скоростью намного большей, чем все, чего мог достичь Брэйн, даже в таком честном положении. Но даже в этом случае Коцит по-прежнему сохранял свою позицию.

И вовсе не потому, что он считал Брэйна грозным противником.

Но под тем предлогом, что Брэйн принял решение, Коцит обращался с ним с честью собрата-воина.

Такое действие переполняло Брэйна радостью.

{Он совсем не такой, как Шалтир.}

Нет, с его стороны было бы невежливо сравнивать этих двоих.

{Хм. Шалтир? Коцит? Клянусь, я где-то слышал эти имена… я думаю … нет, не нужно! Как ты можешь тратить время на эти ненужные мысли в такой момент? Что за идиот!}

Брэйн сосредоточил свои умственные силы исключительно на победе.

Парировать удар одати этого гиганта, несомненно, будет трудно. Если бы его противник обладал такими же физическими способностями, как Шалтир, то сам по себе удар катаной не смог бы остановить удар Коцита. Голова Брэйна, вероятно, была бы разрублена пополам, его катана, вероятно, тоже сломалась бы.

Так стоит ли ему попытаться увернуться от первого удара Коцита?

Нет, даже если ему повезет и он уклонился от первой атаки, его противник просто так не остановится. Второй и третий удары, несомненно, последуют после этого. Общая стратегия будет состоять в том, чтобы отклонить первый удар противника и контратаковать, пока он исправляет свою позицию. Однако против этого необычного врага даже для того, чтобы нарушить его равновесие и позу, потребовалась бы вся сила Брэйна. Это означало, что даже если он достигнет этого, у него не останется достаточно сил, чтобы контратаковать. Из-за этого Коцит, вероятно, закончит бой, ударив вверх в качестве продолжения.

А это означало, что—

{Это ситуация «сделай или умри», не так ли?}

Он вспомнил, что ему говорил Вайс(RRT: Наставник Газефа).

Если он хотел победить Коцита, то у него не было другого выбора, кроме как нанести удар на несколько миллисекунд быстрее него. Тем не менее, даже если ему удастся пронзить тело или голову Коцита, это не изменит траекторию его клинка. Битва закончится тем, что они оба нанесут друг другу удары.

Поэтому ему пришлось целиться в запястье Коцита, которое держало его клинок.

Желание двигаться быстрее монстра на уровне Шалтир и перерезать ему запястье было абсолютной шуткой.

Но—

{Это мой единственный вариант, у меня нет другого выбора, кроме как использовать этот ход…}

Брэйн опустил талию.

Он принял позу для техники, способной срезать ноготь Шалтир — “Скрытое срубание ногтя”.

Нет.

Это был уже не просто “Скрытое срубание ногтя”.

Первоначально “Скрытое срубание ногтя”, который включал в себя боевое искусство, гарантирующее попадание, [Поле], молниеносный [Божественный разрез] и [Четырехкратный удар света]. Объединение всех навыков, которыми пользовался Брэйн, все еще требовала от него всю его силу, чтобы отколоть ноготь Шалтир. Конечно, отрезать ей ноготь было уже большим достижением — не было бы слишком странно, если бы это стало легендой, передаваемой через поколения. Однако Брэйн не остановился на достигнутом, он продолжил совершенствоваться с единственной целью — достичь той же вершины, что и она.

Именно по этой причине Брэйн стремился стать сильнее, доходя до того, что просил помощи у этого человека — учителя Газефа Стронофа и бывшего авантюриста Адамантитового ранга, Вайса Крофта де Лефана. С его помощью и благодаря непрерывным тренировкам он, наконец, смог использовать [Шестикратный удар света]. К сожалению, он не смог достичь того уровня понимания этого искусства, который был у Газефа.

Таким образом, в то время как использование [Роля] и [Божественного разреза] оставалось тем же самым, использование [Шестикратного удара света] поверх [Четырехкратного удара света] сделало его новой техникой.

Боевые искусства использовали нечто похожее на фокус. Чем сильнее было боевое искусство, тем больше его требовалось. Исключительным высокоуровневым воинам, хотя у них было больше возможностей для этого, было трудно использовать несколько боевых искусств одновременно. Действительно, у Брэйна было невероятное умение к концентрации, намного лучше чем у среднего воина, но он уже достиг своего предела, когда использовал “Скрытое срубание ногтя” против Шалтир.

Таким образом, для него было бы невозможно использовать [Шестикратный удар света], навык, требующий гораздо больше концентрации, чем [Четырехкратный удар света], с другими его боевыми искусствами.

Несмотря на все это, была только одна причина, по которой он мог это сделать.

Брэйн Унглаус, стоявший там, уже превзошел Газефа Стронофа — он вошел в царство героев.

Все это вылилось в новую технику Брэйна — “Истинное срубание ногтя”.

Коцит слегка подвинул ногу вперед, чтобы сократить расстояние между ними, это было действительно небольшое расстояние.

Учитывая разницу в их силе, для Коцита не было бы ничего странного в том, чтобы легко сократить разрыв между ними и рубануть прямо вниз своим одати.

Так почему же он так не поступил?

Ответ был прост: он хотел даровать Брэйну смерть, подобающую воину.

Впечатление Брэйна о Коците как воина еще больше улучшилось, когда он принял позу “Истинного срубания ногтя” .

{Еще…рано…}

{Не…в зоне поражения…}

Магические баффы, дарованные Брэйну его зельями, означали, что он был намного сильнее, чем тогда, когда столкнулся с Шалтир.

Несмотря на это.

Человек по имени Брэйн Унглаус не мог надеяться вырасти до уровня таких чудовищ, как Коцит.

Он ничего не мог с этим поделать. В конце концов, муравей не может победить дракона. Факт, который было трудно принять, но тем не менее он должен был это сделать.

И все же он не хотел проигрывать. Что же ему теперь делать? Было бы неплохо хоть немного уменьшить непреодолимый разрыв в силе между ними, но как ему это сделать?

{—Я воин, поэтому должен поступать так, как поступил бы воин.}

— [Повышение Способностей]

Брейн активировал боевое искусство.

Он израсходовал всю свою концентрацию на “Истинное срезание ногтя”, ему не должно было хватить для других боевых искусств.

Однако глаза Брэйна начали наполняться кровью, она потекла из его ноздрей. Его капилляры только что лопнули.

Раздался звук {Шух}, как будто означающий переход. Его физические возможности поднялись на новый уровень.

Он активировал еще одно боевое искусство.

Его физические возможности снова возросли.

Но — {Еще…рано…}

Он все еще не мог этого сделать.

Так что же ему делать?

Ответ был только один.

Брэйн активировал еще одно боевое искусство.

— [Великое Повышение Способностей]

Брэйн Унглаус в очередной раз достиг чего-то невозможного.

Он и сам этого не ожидал.

Истинной природой его таланта было увеличение его способности концентрации, только с этим и его высоким уровнем он мог активировать боевые искусства, необходимые для Срубания ногтя.

Но даже в этом случае Брэйн имел свои пределы. Он не мог использовать больше никаких боевых искусств — это было ограничение, наложенное на него миром.

Но в тот момент Брэйн снова нарушил правила этого мира.

Произошло второе чудо.

Первое — когда он срубил ноготь Шалтир.

Второе, было сделано в этот момент.

Последствием нарушения правил было то, что его тело начало разрушаться.

Его тело, вероятно, не протянет и минуты.

Однако для тех, кто был силен, минута — это очень долго.

Коцит вошел—

В зону досягаемости Брэйна—

Поражающий Богов Императорский Клинок начал свое движение—

Брэйн вытащил свою катану, чтобы принять атаку от одати Коцита—

И затем—

—послышался звук разрываемой плоти и крови.

Взмахнув Поражающим Богов Императорским Клинком, Коцит стряхнул кровь и жир с одати и вернул его на прежнее место. Он вытащил свою алебарду из земли и посмотрел вниз на труп человека, которого только что убил.

Он … был прекрасным воином.

Коцит остался невредим, клинок не успел достать его, но его мастерство воина было достойно похвалы.

{…Никогда. Не. Слышал. О. Таком. Превосходном. Воине…}

Это был такой позор, что ему пришлось убить его.

Если бы это было возможно, он хотел бы спасти его жизнь и заставить стать верным своему хозяину. Он мог бы легко сломать меч своего противника, отбить его удар или сломать все четыре конечности, но это не был путь воина.

Коцит уже почувствовал это, когда издали увидел этого человека, стоящего в одиночестве, и еще лучше понял, когда оказался лицом к лицу с ним: это был воин, который принял решение.

Коцит не мог обесчестить такого человека.

Он точно знал, как выгодно будет подчинить его их власти, но все же убил его. Не будет ошибкой сказать, что он предал Назарик.

Еще.

Он хотел поговорить с ним сквозь звон их клинков.

Если бы здесь был воин Такэмикадзути, он, вероятно, похвалил бы Коцита за его решение.

{Его. Уровень. Был. Около. 40.}

Однако он чувствовал, что, кроме этого единственного удара, в нем не было больше никакой силы. Возможно, это было что-то вроде Удара Видьяраджи Коцита, или же он использовал особые способности, чтобы укрепить себя.

Он был ничтожен по сравнению с Коцитом, но в этом мире он был силен.

Коцит поднял катану, выроненную Брэйном.

— Я. Возьму. Это.

По сравнению с оружием, имевшимся у Коцита, это было исключительно слабым, было практически бесполезно для него. Возможно, было бы лучше положить этот меч рядом с ним, чтобы отметить его могилу, но Коцит решил взять меч.

Он не собирался оставить тело таким, как оно есть.

— Вы, Заморозьте. Этого. Мужчину.

После того как он отдал команду Ледяным Девам, тело человека по имени Брэйн начало медленно замерзать.

Как только Коцит собрался перешагнуть через Брэйна, он снова остановился.

Он посмотрел в сторону замка позади Брэйна.

— …

Глубоко задумавшись, Коцит повернул голову.

Он повернул направо и пошел по тропинке. Он шел по дорожке, пока снова не вышел на главную улицу, после чего снова повернул направо. Он шел вперед, проверяя местоположение замка, делая каждый поворот направо, который попадался ему на пути, и возвращался на главную улицу.

Коцит посмотрел направо.

Останки Брэйна теперь находились довольно далеко.

Затем Коцит молча пошел налево — к замку.

— Приветики~, Не вставайте у меня на пути~.

Аура окликнула съежившихся солдат на вершине городских стен. Она воспользовалась неровностями стены, чтобы подняться наверх на одном дыхании.

В то время как солдаты наверху хотели использовать свои копья для атаки, то, что они увидели дальше, было нечеловеческими движениями — она перепрыгнула через солдат и закружилась в воздухе—

— Алле

—и идеально приземлилась по другую сторону зубчатой стены.

— Оп!

Ее руки сложились в V-образный жест для выстроившихся солдат.

Глаза, устремленные на Ауру, которая выглядела как ребенок, были полны страха. Увидев ее необычайно легкое тело в действии, никто из них, конечно же, не верил, что она нормальный ребенок. К тому же там, внизу, ее команды ожидали магические звери.

Аура проигнорировала людей и небрежно вытащила листок бумаги из кармана на поясе.

Солдаты шаг за шагом начали приближаться к Ауре, чтобы окружить ее, их копья были направлены на нее, но она продолжала игнорировать их.

— Окей, ребята. Я повторю это еще раз~ — не вставайте у меня на путиии~

Аура развернула бумагу, чтобы сравнить столицу перед собой с тем, что было нарисовано на карте.

Если бы все ориентиры совпадали, сравнивать было бы намного легче.

Она легко нашла Гильдию магов, ее первую цель.

Аура, теперь уже удовлетворенная, обернулась и увидела окружавших ее солдат. Кончики нескольких копий были расположены прямо перед ее глазами на таком расстоянии, что малейшее движение заставило бы ее прикоснуться к ним.

— Послушайте, даже если бы я была единственной, кто забрался сюда, было ли действительно разумной идеей сосредоточить ваше внимание только на мне? Вы ведь знаете, что ОНИ тоже придут сюда, верно?

Солдаты посмотрели друг на друга и прыгнули, как пружины, к внешнему краю стен, но было уже слишком поздно. Магические звери Ауры карабкались вверх по стене один за другим.

Отовсюду начали слышаться жалобные вопли других солдат.

Аура обладала большей боевой мощью, чем они, и хотя это было правдой, что внешность может быть обманчива, все же им было слишком тяжело это принять.

Солдаты, полностью потерявшие волю к бою, начали давить друг друга, чтобы первыми убраться отсюда.

Еще были солдаты, которые считали, что эту позицию нужно удерживать, но с таким количеством их соотечественников, спешащих прочь, им было трудно сохранять свой боевой дух.

Городские стены были толстыми, так что зубцы были довольно широкими, но охваченные страхом солдаты все еще толкали и пихали друг друга в своих попытках убежать. Если бы в их потугах было хоть какое-то подобие порядка, они, вероятно, справились бы быстрее. Те, кто толкали друг друга спереди, сделали бегство абсолютно хаотичным.

Хотя для магических зверей было бы незначительно задачей преследовать их всех и уничтожить, они вовсе не были заинтересованы в этом. Они еще не получили приказов от своей хозяйки, поэтому и отпустили их. Это было справедливо для всех магических зверей, кроме одного.

Магический зверь 71-го уровня, самый крупный из тех, что она взяла с собой по этому случаю, Ирис Тираннус Басилеус(RRT: что-то вроде Сияющего Тирана). Его поза соответствует позе Тираннозавра Рекса, но у него также есть спинные плавники на спине. Как и следовало из названия, он сиял ярким светом. Аура не была слишком уверена в деталях, но она помнила, что ее мастер сказал: «Его первоначальный дизайн должен был быть основан на Короле монстров(RRT: Годзилла).”

Ирис Тираннус Басилеус взревел.

Взревел, достаточно громко, чтобы земля загрохотала.

Это не было знаком доминирования или выражением собственных эмоций.

Это была своего рода особая способность — Окаменяющий рев.

Для кого-то, обладающего подобным уровнем или сопротивлением к ментальным воздействиям, это был бы просто раздражающий рев. Солдаты были наглядным примером несоблюдения обоих требований.

Страх исказил их лица до крайности, когда солдаты начали падать.

Это была вызванная страхом мгновенная смерть.

Он сделал это не потому, что смерть суетящихся людей приносила ему радость, а просто потому, что ему было неудобственно оглядываться на них по сторонам. Солдаты погибли именно по этой причине.

Но это было несправедливо, как если бы Ирис Тираннус Басилеус не платил великую цену за такую силу.

Вокруг Ириса Тираннуса Басилеуса находились пятеро из шестерых оставшихся зверей -Фенрир 78-го уровня, Гончая Дикой Охоты(RRT: привет ведьмаку) 77-го уровня, Кирин 76-го уровня, Амфибаена 76-го уровня и Василиск 74-го уровня.

Кирин начал с того, что брыкнул его, после него и Гончая Дикой Охоты начала топтать его. Другие магические звери присоединялись один за другим к избиению Ириса Тираннуса Басилеуса.

— Ты чертовски громко ревешь, — вероятно, именно это они и пытались сказать ему.

В то время как боевая мощь не имела ничего общего с этим, он все еще подвергался издевательствам со стороны магических зверей более высокого уровня, чем он сам. Ирис Тираннус Басилеус, хныкая пытался вызвать сочувствие у Ауры, что только заставляло других магических зверей усиливать свои атаки.

Если их предыдущие атаки были сравнимы с атаками старших, дисциплинирующих своих младших, то то, что происходило сейчас, было больше похоже на избиение, вызванное его собственными недостатками.

Кстати, единственным монстром, который не участвовал в избиении, была Алчная Лягушка 58-го уровня по имени Гагарпур.

Это был волшебный зверь, который выглядел как нечто прямо из чьего-то кошмара, как гигантская лягушка, но…неправильная. Во рту у нее были ряды грязных желтых зубов, а глаза были похожи на глаза похотливого мужчины средних лет.

— Так! Ребята, пока я не разозлилась, прекратите издеваться над Ирис-тян сейчас же.

Аура скрестила руки на груди и посмотрела на магических зверей, приоткрыв один глаз. Волшебные звери начали скулить.

— Ладно, ладно, я не сержусь.

После того, как она сказала это, магические звери — кроме Ириса Тираннуса Басилеуса — собрались вокруг Ауры и использовали свои гигантские тела, чтобы уткнуться в нее носом.

— Ууух

Аура издала восхитительный крик. Хотя ее физическая сила была ничуть не меньше, чем у любого из них, толчки их гигантских тел все еще заставляли ее издавать этот звук.

— Эй, эй! Дайте мне немного … пространства!

Перед Аурой, которая хлопала в ладоши, начали выстраиваться магические звери — правда, их тела были огромными, так что выстроиться гуськом было довольно сложно. Каждый из них нашел место, чтобы встать, и принял озлобленное выражение. Игривой позы, которую они имели, когда терлись об Ауру, нигде не было видно.

— А теперь мы начнем вторжение в столицу, чтобы захватить несколько таких зданий. Это просто печально, что некоторые из вас, возможно, не смогут проявить себя.

Самый крупный из них, Ирис Тираннус Басилеус, стал выглядеть безразличным.

— А вот тебе я дам особое задание! Пройди вдоль городских стен и раздави любого человека, которого увидишь.

— Грааар…

Рев Ириса Тираннуса Басилеуса сотряс воздух вокруг них и затем постепенно затих. Он опустил голову и осторожно посмотрел на других магических зверей и Ауру.

— …Ммм, отлично. Итак, все, операция началась! Поспешим!

Аура спрыгнула с городских стен и успешно вошла в столицу. Она приземлилась на какое-то случайное здание и побежала по крышам.

Волшебные звери последовали за ней. Каждый из них двигался словно в невесомости, когда они следовали за Аурой.

Обернувшись, чтобы проверить магических зверей, Аура заметила, что Ирис Тираннус Басилеус размахивает своим толстым хвостом. Аура помахала ему рукой, заставляя его махать хвостом с еще большим рвением, попутно разрушая часть зубчатых стен.

{—тебе также нужно перемещаться!}

Ирис Тираннус Басилеус вскочил на секунду после того, как она телепатически отдала свой приказ, и начал тяжело идти вдоль стен.

Первой целью Ауры была Гильдия магов. Поскольку она был домом для многочисленных магических предметов, она должна быть в состоянии повышенной готовности. По общему мнению, именно это место должно было оказать наибольшее сопротивление в столице.

Хотя боевая мощь врага не была проблемой, чтобы собрать каждую часть магического предмета в этом месте, вероятно, потребуется значительное количество времени. Возможно, ей придется вызвать подкрепление.

Аура пересекла столицу по крышам, размышляя об этих вещах.

Столица охватывала огромное количество земель, но для Ауры на полной скорости, это вообще не было проблемой.

Вскоре после того, как она спрыгнула с городских стен, она добралась до места назначения.

Ни один из магических зверей не замедлил ее движения. Ну уж нет, Гагарпур бы ее притормозил, так что его нес Василиск.

Вдоль длинных стен по периметру стояли три пятиэтажные башни. Гильдия магов, представлявшая собой по существу множество двухэтажных строений, которые тянулись больше в высоту, чем в широту, закрыла свои решетчатые ворота. По бокам от ворот стояли два двухэтажных сторожевых домика.

Она не обнаружила присутствия людей снаружи, но человеческая активность была видна внутри. Люди были на стороже.

Аура прыгнула на землю гильдии и посмотрела на карту, которую держала в руках, сравнивая внешний вид зданий.

— Ммм-ммм. Это там, значит, это здесь, верно?

Используя информацию, полученную ими от своих помощников в столице, они составили приблизительный набросок внешности гильдии. Магические предметы могут быть где-то здесь.

Однако, поскольку существовало множество возможных мест хранения, они не были точно уверены, где точно находятся магические предметы. Они не смогли поймать ни одного высокоуровневого магического заклинателя, чтобы подвергнуть его допросу, так что Ауре пришлось самой принимать решение.

— Пойдем.

В то же время Аура пошла к воротам, из которых начали выходить люди. Там было пятеро мужчин и одна женщина. Перед ними стояла пожилая фигура.

Аура вдруг подумала: {О.}

Если они занимали значительные посты в гильдии магов, это сэкономило бы ей много времени, но Аура не могла не почувствовать разочарования, взглянув на старейшину.

Судя по внешнему виду, старейшина был воином.

Он был одет в типичный костюм додзе, черный от талии вниз и бирюзовый от талии вверх. Два меча висели у него на поясе, а нагрудник прикрывал торс.

У него была седая голова, ни одна прядь волос не была черной. Руки у него были тонкие, как и полагается в его возрасте, но не обвисли. Они были тонкими, но твердыми, как сталь.

Звероподобный взгляд многократно оценил Ауру сверху донизу.

— Пожалуй, давайте сначала это подтвердим. Мальчик. Ты ведь подчиненный Короля Заклинателя, не так ли?

Аура оглядела людей позади старейшины. Хотя они были одеты так же, как и он, никто из них не был вооружен мечами. Этот старейшина, вероятно, был мастером додзе, а остальные были его учениками.

Хотя она не могла понять, что связывает гильдию магов с додзе, но должна же быть какая-то причина, чтобы они защищали это место.

Хотя она чувствовала, что они могли бы предоставить ей больше информации, чем средний магический заклинатель, это, вероятно, будет несущественная информация.

— … Почему ты не отвечаешь? Я хочу, чтобы ты знал, что я не буду щадить тебя, даже если ты просто ребенок.

Они могли выступить таким образом наперекор магическому зверю Ауры, вероятно, потому, что те не выказывали никакого злого умысла или жажды крови. А может быть, их противники были храбры, приняли твердое решение и уверены в себе.

— Ммм-ммм. Если ты хочешь стать моим проводником, я не стану убивать тебя, понял? Ах, эти детишки тоже не нападут на тебя.

Аура планировала сдержать это обещание, так как Мар все равно убьет их всех позже.

— Ты смеешь дерзить, сопляк. Ты не сможешь пройти дальше этой точки. Я не могу допустить, чтобы тот предмет, вызывающий демонов, попал в руки таких людей, как ты.

Аура потеряла самообладание и рассмеялась.

Ей было достаточно узнать, что эта штука все еще здесь. Она должна была обезопасить предмет и вернуть его Демиургу.

— А-а, так ли это. Так каков же твой ответ на мой вопрос?

— Я отказываюсь. Во всяком случае, я, Вес—

Старец с глухим стуком упал на землю.

Аура выпустила стрелу.

Голова старейшины, пронзенная молниеносной стрелой ауры, раскололась, как гранат. Ее содержимое разлетелось повсюду.

— У меня нет времени на болтовню … ну, тогда … похоже, все чувствуют то же самое, да? Если это так, то как насчет того, чтобы сбегать и захватить мощного магического заклинателя, чтобы помочь мне?

Люди, выстроившиеся позади старейшины, были ошеломлены и ничего не ответили. Аура чувствовала, что ждать, пока их мозг перезагрузится, будет слишком хлопотно, поэтому она отдала приказ своим зверям.

— Убейте их всех, — сказала Аура, направляясь к воротам. Магические звери пронеслись мимо нее подобно вихрю и набросились на оставшихся людей. После этого на земле остались только кровь и кишки.

——-

Маре сидел один на вершине второй по высоте башни замка, откуда открывался вид на столицу.

В битве, начавшейся за три дня до того, как они прибыли в этот город, Мар убил значительное число людей. Однако большинство из них были мужчинами, и он не видел среди них ни женщин, ни детей. В таком случае, те, что остались позади, были, вероятно, всего лишь слабаками.

На лице Маре отразилась глубокая печаль.

Он уже не мог сосчитать, сколько раз прокручивал в голове эти цифры.

Он не мог этого понять.

— Что же мне делать?..

Если бы кто-то был поблизости, Маре посоветовался бы с ними, но больше там никого не было. Ну нет, Ханзо должны быть поблизости, но они не появятся перед Маре. К тому же бесполезно было задавать им этот вопрос.

{Ммм. Ч-что мне делать…чтобы уничтожить такой огромный город более эффективно и убить каждого человека в нем…?}

Прежде чем Маре пришел в столицу, он вместе со своим хозяином разрушил несколько городов и приобрел для этого соответствующий опыт. Вот почему у него было ясное понимание того, как трудно разрушить город — как трудно убить каждого его жителя.

Повторное и непрерывное использование магии могло разрушить все строения в городе и превратить его в гору обломков, но гарантировать, что все в городе умрет вместе с этим, было очень трудно.

Например, если бы он использовал магию, чтобы вызвать землетрясение, это разрушило бы все наземные сооружения, а также подземные сооружения. Люди внутри этих структур в значительной степени будут раздавлены насмерть или похоронены заживо.

Магически вызванное землетрясение не могло повлиять на вещи вне зоны действия заклинания, поэтому люди, прячущиеся в домах в других районах, не заметили бы этого. Звук рушащихся зданий и вопли умирающих людей были совсем другим делом.

Если люди услышат эти звуки, то наверняка найдется много людей, которые выйдут из укрытия, чтобы проверить, выглянуть из окон или еще что-нибудь в этом роде.

Люди, которые закрывают глаза и уши от страха, были лучшим вариантом, потому что если они свернутся в клубки внутри своих собственных домов, веря, что все скоро пройдет, он может просто наложить еще одно заклинание и покончить с ними.

В чем была проблема, так это в людях, которые верили, что они будут следующими, кто будет раздавлен, или в том, что они изначально храбрые люди. Еще большую тревогу вызывали слабаки, которые в стрессовой ситуации становились склонными к самоубийству, заставляя их бежать в непредсказуемых направлениях.

Их поведение было заразным.

Как только кто-нибудь из жителей замечал тех, кто убегал, они тоже бросали свои дома, чтобы убежать.

Если бы они решили бежать к все еще стоящим строениям, все было бы по-прежнему легко. Однако напуганные люди склонны принимать иррациональные решения, такие как выбор путей через разрушенные районы или даже пытаться спасти других, оказавшихся под обломками. Из-за них справиться с ситуацией было гораздо труднее.

{Я действительно хочу, чтобы они не убегали…}

Если бы все обернулось именно так, ему пришлось бы использовать другое АОЕ заклинание, чтобы убить их, эффективно выполнив вдвое больше работы для того же результата.

Если бы не ограниченность во времени, повторять все дважды было бы не так уж и сложно, но это была операция, проводимая вместе с его хозяином. Он никак не мог допустить, чтобы такое случилось.

Причина была в том, что он напрасно тратил драгоценное время своего хозяина, но также и потому, что ему было бы стыдно признаться, что он был недостаточно хорош, чтобы покончить с этим сразу.

Если бы это было решение, связанное с землетрясением, он не мог бы гарантировать, что оно убьет всех. Выживших будет больше, чем он ожидал. В то время как он мог бы начать пожар на всякий случай, чтобы убить тех, кто остался, огонь был бы хорошо виден людям далеко отсюда. Это также может вызвать первобытные реакции бегства, заставляя еще больше людей убегать.

Какая дилемма!

{Я должен больше практиковаться и становиться более искуссном в этом!}

Букубукучагама одарил Маре способностью уничтожать большое количество врагов за раз. С точки зрения того, насколько обширную область он мог затронуть, Маре был уверен, что ни один другой страж этажа не мог соперничать с его способностями.

Вот почему, если он не сможет успешно уничтожить город и убить всех его жителей, это заставит его усомниться в собственной ценности и существовании.

Возможно, Букубукучагама рассердился бы, увидев Маре в таком состоянии.

— Нннннммг, нннннмг…

Мар невольно представил себе, как Букубукучагама наказывает его, заставляя глаза слезиться. Прежде чем слезы успели показаться, Маре вытер их.

— Я должен стараться изо всех сил…Аинз-сама тоже так сказал.

Маре был глубоко почтителен и благодарен Аинзу.

Если бы Аинз не позволил Маре практиковаться в разрушении городов и накапливать опыт в течение нескольких попыток, он не смог бы расти так сильно, как сейчас.

Теперь, когда он думал об этом, когда война только началась, Маре было предложено уничтожить маленький город. Результаты этого испытания были действительно ужасны.

Это были результаты, которые навлекли бы позор на Букубукучагаму.

Но в то время как Маре получил огромный удар по его самолюбию, нежные слова Аинза сделали его таким счастливым, что он мог плакать.

Аинз сказал Маре, что пока он понимает, что ему не хватает опыта в чем-то, все, что ему нужно делать — это усердно учиться, чтобы стать лучше.

Если бы кто-то из стражей сказал ему об этом, это не стало бы так сильно волновать Маре. Однако тот, кто сказал это, был существом, равным Букубукучагаме, один из высших существ.

Маре принял твердое решение.

Он разрушит еще больше городов и поселков и убьет еще больше людей, чтобы стать тем, кем хотел его видеть Букубукучагама.

— Окей!

В то время как его голос все еще был голосом милого ребенка, его тон был наполнен необычайно сильным духом, не ожидаемого от Маре. Если бы другие стражи увидели его сейчас и сравнили с тем Маре, которого они знали, они, вероятно, были бы потрясены до потери дара речи.

— Я все сделаю правильно!

Руки Маре сжались в кулаки, когда он держал их перед собой.

В любом случае, он должен был использовать на практике то, что узнал до сих пор—

— Уничтожить столицу и убить всех ее жителей … эй, эй, хо! —

Маре вскинул вверх крепко сжатые кулаки.

Ханзо, прятавшиеся за его спиной, тоже подняли кулаки.

Клайм стоял в коридоре, наблюдая за пейзажем снаружи через чрезмерно толстые стеклянные окна.

Реннер сказала ему, что сейчас она будет занята макияжем, чтобы не опозориться, если армия Колдовского Королевства прибудет раньше, чем она сможет встретиться со своим отцом, поэтому Клайма и выгнали из комнаты. Она также сообщила Клайму, что может даже переодеться из того наряда, который на ней был, естественно, это займет довольно много времени.

Он оглянулся на пустой, безжизненный и безмолвный коридор.

Рыцари, которые остались во дворце до самого конца, готовились встретить армию Колдовского Королевства лицом к лицу. Они оставили свои посты и собрались вместе, чтобы блокировать вход во дворец.

Некоторые могли бы посмеяться над ними за то, что те оказывали бессмысленное сопротивление.

В отличие от группы воинов во главе с Газефом Стронофым, большинство этих рыцарей были лишь немного сильнее среднего солдата. Если бы им пришлось сражаться с чудовищами Колдовского Королевства, они, вероятно, были бы уничтожены так же легко, как если бы кто-то ломал ветви мертвого дерева. И все же, как люди, которые были посвящены в рыцари королевской семьей, они хотели показать свою преданность до самого конца. Они развернулись без всяких жалоб. По-настоящему жалкими были те, кто осмелился насмехаться над ними.

Если быть честным, то из-за прошлого опыта Клайм не испытывал особого расположения к подавляющему большинству рыцарей. Он всегда думал, что если возникнет вопрос жизни и смерти, они разбегутся, как цыплята. Клайм не мог не посмеяться над собственной узколобостью.

Именно потому, что их преданность королевской семье была истинной и безошибочной, они не смогли принять уличную крысу, служащую так близко к королевской особе.

Клайм сильно ошибся в оценке их преданности трону.

Он посмотрел в сторону входа.

Разве он не должен сражаться бок о бок с этими рыцарями? Клайм обдумал все это и пришел к выводу, что ему не следует этого делать.

Тогда его спасла не королевская власть. Той, кто его спасла, была Реннер.

Если Реннер прикажет ему это сделать, он без колебаний присоединится к рыцарям. Однако, поскольку она не отдавала такого приказа, он должен был оставаться рядом с ней. Если бы он мог выиграть хотя бы одну секунду, чтобы умереть раньше Реннер, это был бы его долг, его все.

Его жизнь и душа уже давно принадлежали Реннер, с тех самых пор, как она спасла его.

В этом тихом, пустом коридоре Клайм размышлял о самых разных вещах.

Он думал о своей жизни вплоть до этого момента, о Реннер, об их гипотетическом будущем, и все это время он молчал.

Клайм огляделся вокруг. Конечно, рядом никого не было. Брэйн Унглаус, который служил рядом с ним, давно уже покинул дворец.

Он не знал, куда делся Брэйн.

Если армия Колдовского Королевства добралась до замка, то он, вероятно, уже мертв.

Клайм скорбел в глубине своей души.

Брэйн был для него наставником, другом и братом. Он многому научил Клайма и довольно долго руководил им.

По сравнению с Газефом, Клайм стал гораздо ближе к Брэйну. Для Клайма, который считал Реннер самым важным человеком в своем сердце, Брэйн был кем-то, кто был близок ко второму.

— Почему все кончилось именно так..?

Шепот Клайма рассеялся в этом безжизненном коридоре.

Но как же все так обернулось?

Клайм думал, что их мирная жизнь будет длиться вечно, что завтра все будет так же, как и послезавтра. Однако, глядя на него сейчас — внезапно, двери в комнату резко распахнулись. Раздался громкий хлопок.

Поскольку звук был более громким, чем он мог себе представить, Клайм поспешно посмотрел в сторону двери, чтобы увидеть Реннер. Она не стала переодеваться, только ее лицо слегка покраснело, и он вообще не мог сказать, накрасилась ли она.

Она провела там так много времени, но ее внешность ничем не отличалась от обычной.

В ее руках был Бритвенный клинок, все еще в ножнах.

Неужели что-то случилось? Только Клайм собрался спросить, как Реннер заговорила:

— Клайм, давай поторопимся.

— Да!

Реннер произнесла эту фразу и побежала по коридору.

Клайм последовал за ней и спросил:

— Что-то случилось?

Реннер украдкой взглянула на него и снова посмотрел вперед.

— Да. Я вспомнила кое-что, что нужно было сделать. Мини-месть против Колдовского Королевства, если хочешь. Вот почему мы должны поспешить к моему дорогому отцу. Сначала мы должны проверить, находится ли он еще в своей комнате!

По пути Реннер передала ему Бритвенный клинок. Он последовал ее приказу и направился в комнату короля.

Конечно, там тоже не было рыцарей.

Реннер не собиралась замедляться, когда она с грохотом распахнула двери и в эту комнату.

Внутри находился потрясенный Ланпоса III.

— Реннер. А что..?

После такого шума выяснилось, что это была его собственная дочь. Должно быть, он подумал, что кто-то еще вломился сюда. Ланпоса III прекратил на полуслове.

Клайм почувствовал, что взгляд короля переместился с Реннер на него, поэтому он отвесил поклоном в знак извинения.

— Ах, отец, ты все еще здесь! Я только что вспомнила кое-что очень важное.

Реннер тут же заговорила.

Она бежала сюда, но ее дыхание осталось спокойным и ровным. Клайм был таким же, но ему было любопытно, как Реннер, которую он редко видел за пробежкой, обладала таким же уровнем выносливости, как и он. И все же она бежала не так быстро, так что, вероятно, беспокоиться было не о чем. Клайм быстро убил эту мысль.

— Реннер, что случилось? И вообще, почему ты так распахнул дверь?

— Мне кажется, что сейчас все это не так уж и важно.

Реннер заговорила немного быстрее, чем обычно, заставив Ланпосу III криво улыбнуться.

— …Ну что ж, ты совершенно права. Итак, Реннер, что случилось? Ты упомянула, что вспомнила нечто важное?

— Да! Но все же … — Реннер очаровательно наклонила голову, прежде чем продолжить — отец, почему ты все еще здесь?

— Я был заперт здесь тем ребенком, разве ты не знала об этом?

— Да, это был братик.

— Ээээх, Занак был идиотом, когда сказал, что вы двое уйдете раньше меня. Этот ребенок…

Лицо Ланпосы III было полно печали. К этому моменту все уже знали, что из армии, которую они послали из столицы неделю назад, никто не вернулся. Хотя никто из них не знал об их судьбе, нетрудно было догадаться, почему они не вернулись.

— …а вчера, когда меня наконец отпустили, я подумал, что мы должны подготовиться к приезду Короля Заклинателя. Вот почему я все еще готовлюсь здесь, в своем одиночестве. Рыцари предложили мне свою помощь, но я отослал их всех прочь. Интересно, куда они все ушли..?

Клайм не мог заставить себя сказать ему, что рыцари были у входа, готовясь к последнему бою. Реннер, похоже, думала так же.

— Говоря о приготовлениях, ты имел в виду именно их?

— Да, именно их.

Там, куда смотрели эти двое, лежали такие сокровища, как корона и множество книг.

— … Реннер, почему ты все еще здесь? Это сделал тот ребенок…не дать тебе сбежать?

— А разве тоже самое не справедливо и для отца?

— Я не буду убегать. Этот ребенок был просто принцем. Я должен был быть тем, кто взял бы на себя эту ответственность. И все же этот ребенок … ..хммм? Рэтот меч не..?

Ланпоса III заметил меч на талии у Клайма. Он посмотрел на Клайма, а затем снова на Реннер.

— Тот, кто служил тебе…воин, который мог бы соперничать с Газефом, что с ним случилось?

— Брейн-Сан покинул это место, чтобы сразиться с Его Величеством Королем Заклинателем.

— …хотя я не верю, что он мог победить Короля Заклинателя, он нуждался в этом мече как никогда. Почему, почему он не взял с собой этот меч? Возможно, с этим мечом он и смог бы…

— Я не думаю…что это было бы возможно. В конце концов, это противник, которого даже воин-капитан не смог победить. Все уже стало таким, какое оно есть, так что даже если Король Заклинатель потерпит поражение, ничего принципиально не изменится.

— Неужели это так?..действительно. Это действительно так. Если бы мы не смогли отбросить армию Колдовского Королевства назад, все остальное было бы просто бессмысленно.

Внезапно Ланпоса III выглянул в окно и продолжил:

— Что касается того, почему я все еще здесь. Я считаю своим долгом передать историю нашего королевского рода нашему завоевателю. Я должен, как последний король, продемонстрировать им наше достоинство.

Рампосса III рассмеялся так, словно устал. Ну нет, скорее всего, он действительно устал.

— Клайм. Таков долг короля. Забирай Реннер и бегите. Хотя, возможно, уже слишком поздно, но во дворце есть потайные ходы, ведущие из столицы. Как только армия Колдовского Королевства войдет во дворец, воспользуйтесь этими ходами.

— В этом нет необходимости, Клайм.

До этого момента приказ короля и приказ Реннер никогда не противоречили друг другу. На этот раз все было по-другому.

Клайм на мгновение задумался, но ничего не сделал. Он просто крепко сжал кулаки.

Действительно, Клайм не хотел оставлять Реннер умирать, но выполнение приказов Реннер было для него важнее. В любом случае, если бы он действительно хотел подчиниться этому приказу, то позволил бы Эвилай забрать ее с собой.

— Клайм.

— Клайм.

Увидев, что Клайм не сдвинулся с места, они оба позвали его по имени. Однако эмоции, звучавшие в их голосах, были совершенно иными.

— Отец, Клайм принадлежит мне. Он не станет слушать твои приказы.

— На самом деле…это, кажется, так…но Клайм…если ты действительно верен мне, я думаю, что тебе следует бежать вместе с этим ребенком. Сделай это, даже если это только позволит продолжить родословную Вайсельф на более длительный срок. Если ты сбежишь с этим ребенком, то в награду получишь ее руку и сердце.

Глаза Клайма расширились.

Это предложение было действительно заманчиво для него, заставляя его сердце дрогнуть. Сказать, что он не фантазировал об этом, было бы ложью. Он даже часто фантазировал о Реннер ,чтобы удовлетворить себя.

Но он решил, что его судьба — умереть в качестве щита Реннер.

— В то время как награда, безусловно, соблазнительна…но для меня это слишком ценно, чтобы принять… позвольте мне отказаться от вашего предложения…

Когда Клайм заговорил, он почувствовал, что его рвет кровью.

Он украдкой взглянул на Реннер и увидел на ее лице невероятную улыбку. Конечно же, это была похвала за его преданность.

— …Теперь настала моя очередь сказать, почему я так спешила сюда…Отец. Пожалуйста, оставь корону мне.

— Но зачем?

— Я считаю, что мы не должны просто передать корону, сокровище, которое несет с собой историю нашей семьи, непосредственно Его Величеству Королю Заклинателю.

— …Он — человек, который разрушил эту страну, поэтому символический жест передачи короны должен быть сделан. Кроме того, если такие вещи, как корона, будут продолжать передаваться по наследству, история нашей семьи будет сохранена. Таково было направление моих мыслей, и именно поэтому я достал ее из сокровищницы.

— Я думаю, что все эти вещи должны быть спрятаны в городе. Тогда мы могли бы сказать Королю Заклинателю: Все предметы, которые означают царствование, были спрятаны внутри города, поэтому, если вы разрушите столицу, вы рискуете потерять их все.

— …Я понимаю. Возможно, это было бы…хороший план. Возможно, приобретение короны и разрушение столицы станут для него дилеммой. Хотя моя жизнь не будет сохранена, если это поможет людям, пусть даже немного, это будет сделано.

Ланпоса III снял со своей головы корону.

— Отец, не только эту, но и другую корону тоже. Я считаю, что корона, используемая для церемонии коронации, заслуживает приоритета в сокрытии.

— Ах, вот как. Это действительно так.

— А также другие вещи, которые достал отец. Посох, драгоценности, используемые для коронации, и национальная печать. Не мог бы ты оставить мне все, что символизирует трон и власть? В конце концов, чем больше карт мы могли бы разыграть с нашей стороны, тем лучше.

— …МММ… Конечно, так будет лучше.

— Теперь, Клайм. Могу я попросить тебя спрятать эти вещи?

— Конечно, Реннер-сама. Но где же мне их спрятать?

— Сейчас расскажу. Я уже давно обсуждала это с братиком.

— Что? С Занаком?

— Да, отец. Вообще-то я получила эту идею от братика. План сокрытия этих предметов уже был спланирован заранее. Однако, поскольку он, возможно, позаимствовал эту идею у Маркиза Рэйвена, мне стало не по себе…

— Неужели? Этот ребенок продумал все так далеко вперед? — голос Ланпосы III дрогнул, когда он пробормотал что-то себе под нос. Его глаза, казалось, слегка увлажнились.

— Итак, Клайм. Неподалеку есть складской район, заброшенный из-за нападения Ялдаваофа. Там есть небольшой склад.

Хотя Реннер и объяснила все подробно, ее инструкции были достаточно сложными, чтобы Клайм усомнился в своей способности сделать это.

Реннер обошла Ланпоса III, чтобы с помощью стола нарисовать на листе бумаги легкую для понимания карту. Карта быле очень простая, теперь ему не придется беспокоиться о том, что он заблудится.

— Здесь есть потайной подвал. Пожалуйста, спрячь предметы внутри.

— Да! Я выполню ваш приказ!

— После того, как ты с этим закончишь—

Клайм пристально вглядывался в лицо Реннер, надеясь, что она не скажет что-нибудь вроде: “Не возвращайся.” {Пожалуйста, позволь мне остаться рядом с тобой до самого конца.} Дошли ли до нее его мысли? Реннер заговорилf после продолжительного колебания:

— Пожалуйста, возвращайтесь в целости и сохранности.

Хотя они и не были уверены, куда добралась армия Колдовского Королевства, было весьма вероятно, что они уже ворвались в столицу и шныряют повсюду. В таком случае покидать это место было крайне рискованно. Однако Клайм не колебался ни секунды. Поскольку его госпожа приказала это сделать, он должен был сделать то, что ему было сказано.

— Да!

— Ты должен вернуться невредимым. Не пытайся бороться. Если ты увидишь врага, беги изо всех сил. Ты меня понял?

Казалось, что она понимает его решимость, но не может полностью доверять его способностям. Реннер снова повторила свою мысль.

— Да!

Клайм тяжело кивнул головой. В этот момент, похоже, Реннер наконец почувствовала облегчение.

— Хорошо. Ну а теперь, отец. Учитывая нынешнюю ситуацию, ему было бы трудно выбраться из дворца… ты расскажешь Клайму?

— Ты хотите, чтобы я показал вам потайные ходы из дворца в столицу, верно?

— Да.

— Я все понял. Позволь мне рассказать ему.

Выслушав объяснения короля, Клайм был по-настоящему потрясен. Он много раз проходил через этот туннель, но никогда не замечал присутствия этих скрытых путей.

— Клайм, все будет в порядке, даже если ты вернешься немного позже. Оставайся осторожными и не позволь этим предметам попасть в руки врага.

— Конечно, Реннер-сама! Я выполню свою миссию, даже если это будет последнее, что я сделаю!

— После того, как ты спрячешь вещи, даже если всплывет что-то тревожное, возвращайся сюда как можно быстрее, независимо от цены. Учитывая нынешнюю ситуацию, мы не знаем, когда прибудет армия Колдовского Королевства.

Хотя структура этого предложения была немного другой, она, вероятно, просто повторяла себя, чтобы вдолбить эту мысль в него. Это показывало, как сильно она его любит.

Поэтому Клайм, один из тех, кто сделал все, чтобы хоть немного облегчить ее ношу, выпрямился и положительно ответил.

— Конечно! Я буду бежать назад изо всех сил.

— Хорошо, тогда я оставляю это на тебя.

Реннер улыбнулась так же, как обычно. Прежде чем Клайм вышел из комнаты, он заметил, что Ланпоса III передал Реннер несколько зелий.

Можно было себе представить, что это были за зелья(RRT: мб яды???).

Клайм опустил голову и вышел из комнаты. Он побежал к потайным ходам.

Впоследствии он использовал эти проходы, чтобы попасть в столицу.

Это казалось нереальным. Казалось, будто все жители столицы исчезли. Вот как все было тихо.

Именно тогда он услышал рев какого-то гигантского зверя, но с его нынешнего положения он не мог понять, что это было. Столица была огромна, и если бы у него не было удобного места для наблюдения за замком или городскими стенами, ему было бы трудно понять, что происходит.

Однако для нынешнего Клайма в этом не было необходимости. Все, что ему нужно было сделать — это на максимальной скорости бежать к складу.

Он ни с кем не столкнулся, пока добирался до места назначения.

Он очень спешил, но место находилось довольно далеко. Вдобавок к тому, насколько осторожным он был по пути сюда, он провел довольно много времени в дороге.

Склад оказался не таким большим, как он себе представлял. Клайм подошел к двери и заметил, что она не заперта.

Он вернул приготовленный колокольчик обратно в сумку и прокрался внутрь.

На этом складе ничего не хранилось, он был пуст.

Запах пыли застелил его лицо. Здесь не было никаких светильников, а окна были закрыты, так что внутри было темното. Однако сквозь некоторые щели проникали лучи света, так что здесь было не совсем темно.

Клайм вошел внутрь и задержал дыхание. Он сосредоточился на звуках, доносившихся снаружи.

Он убедился, что со стороны склада не доносится никаких звуков, и направился к противоположной стене, как ему было приказано.

Там было много пустых полок. Он нашел третью полку справа и с силой толкнул ее. Сначала ничего не произошло, но после того, как он постепенно приложил больше силы, послышался щелчок. Полка больше не сопротивлялась его толчку и распахнулась, как дверь.

Внутри была совершенно темная комната без окон.

Клайм надел свой шлем.

С его мощью он мог видеть все, что его окружало. В пустой комнате на полу виднелся выступ, похожий на ручку. При поднятии этой ручки обнаружилась винтовая лестница, ведущая вниз.

У подножия короткой лестницы находилась небольшая комната с единственной полкой.

Она была так же пуста, как и все остальное, на ней не было ничего существенного. Пыль, скопившаяся в комнате, образовала толстый слой, покрывавший все вокруг. Он поместил туда королевские сокровища.

После этого его миссия была завершена.

Клайм вернулся на поверхность и вышел со склада.

Теперь он должен был бежать назад на полной скорости.

Он оглянулся на замок и не мог не пробормотать “Чего?”

Замок стал белоснежным. Замок окружали толстые стены, но они тоже стали белого цвета. Свет, сиявший на нем, ярко отражался.

Для стороннего наблюдателя это должно было быть красивым зрелищем, но как один из его жителей, это была экстренная ситуация—

— Ах! О-отлично, тебя не раздавило…уммм… для тебя опасно оставаться здесь, понимаешь?

Он услышал рядом с собой детский голос.

Он посмотрел туда, откуда доносился голос. На крыше склада стояла девушка и смотрела на него сверху вниз. В руках у нее был черный посох. Ее кожа была темной, вероятно, она принадлежала к расе, известной как Темные Эльфы.

— Ты..?

— …Эх, мм, ммм, мммм. Это место будет уничтожено… тебя тоже может задеть, поэтому было бы лучше для тебя поскорее уйти отсюда, хорошо?

Теперь, когда она это сказала, он все понял.

Эта девочка, несомненно, была из Колдовского Королевства.

Его руки, потянувшиеся к ножнам меча, остановились сами собой.

Хотя она и не казалась сильной, но вряд ли смогла бы добраться сюда одна. Было бы опасно обращаться с ней как с простой девочкой.

Хотя он смог бы победить в этой битве, если бы он вызвал шум и заставил нежить Колдовского Королевства стянуться сюда он не смог бы вернуться к Реннер. Его долг состоял не в том, чтобы победить врага, а в том, чтобы служить Реннер.

Кроме того, разве Реннер не предупреждала его об этом неоднократно?

Он хотел оглянуться на склад, но сумел подавить это желание. Поскольку он не мог убить ее, чтобы заставить замолчать, он должен был сделать все возможное, чтобы не вызвать у нее подозрений.

Клайм повернулся спиной к девочке и побежал. По сравнению с его страхом получить удар в спину, его желание вернуться к Реннер как можно скорее было намного сильнее.

Клайм бросился бежать. Едва он завернул за угол, как услышал грохот рушащихся зданий. Он должен был подавить желание проверить, что происходит.

Нападение, которое он ожидал, так и не произошло. Клайм благополучно добрался до входа в тоннель. Пока он проверял, не следят ли за ним, Клайм заметил клубы дыма, поднимающиеся к небу.

— …Столица в огне?

Из-за домов, загораживающих обзор, он не мог определить, откуда идет дым, но был уверен, что он исходит из нескольких источников.

Получается, что эта девочка не была частью авангарда, но значительная часть армии Колдовского Королевства уже пробралась внутрь и грабила город.

Так почему же он не слышал никаких криков—

Клайм проигнорировал возникшие у него вопросы.

У него не было времени, чтобы тратить его на эти вопросы. Он должен был вернуться к Реннер и доложить, что выполнил свою миссию. После этого он мог остаться рядом с ней до самого конца.

Клайм пробежал по тоннелю и вернулся во дворец.

Внутри дворца было тихо и спокойно. Он не мог понять почему.

До этого замок, казалось, был заморожен. Это, несомненно, было результатом какого-то нападения со стороны Колдовского Королевства. Если это так, то хотя их осталось не так уж много, все же должно остаться несколько рыцарей, чтобы защитить это место.

Несмотря на то, что это место было далеко от оборонительных линий рыцарей, он все еще должен был слышать хоть какой-то шум, даже если это был просто звук удара меча о что-то. Кстати об этом—

{Стало еще тише, чем раньше.}

Тишина стала еще более невыносимой. Не обращая внимания на дворец, он чувствовал себя сейчас так одиноко, словно был последним человеком в этом мире.

Клайм намеренно бежал более тяжелыми шагами, чтобы сделать больше шума, когда он шел в комнату короля. Возможно, ему следовало бы следовать протоколу, открывая дверь, но Клайму было уже все равно. Он изо всех сил распахнул дверь.

Там никого не было.

Он огляделся вокруг. Он не смог найти ни Реннер, ни Ланпосу III.

Комната короля была соединена с другой комнатой, возможно, они были там. Как только Клайм собрался переступить порог, он заметил, что на столе лежит листок бумаги.

Это была та же самая бумага, на которой Реннер рисовала карту.

Он поднял его и внимательно осмотрел.

Это был знакомый почерк Реннер, указывающий ему идти в тронный зал.

В следующее мгновение Клайм уже выбежал из комнаты.

Когда Клайм приблизился к тронному залу, он замедлил шаг. Коридор, ведущий в тронный зал, был заполнен множеством фигур с обеих сторон. Ничего подобного он раньше во дворце не видел.

Это были женщины с бледно-белыми лицами, которые не могли быть людьми.

Они должны были быть подчиненными Короля Заклинателя. Они, казалось, не были настроены против Клайма, который прибежал к ним. Ну нет, скорее они вообще не интересовались им.

Стоит ли ему обнажать оружие или нет?

Клайм никак не мог решиться. Тут заговорила одна из женщин:

— Пожалуйста, войди, последний человек этого королевского двора.

Сказав это, она равнодушно закрыла рот.

У него было плохое предчувствие по поводу того, что она сказала, и холодок пробежал по спине Клайма.

Клайм побежал между женщинами к тронному залу.

В следующий момент в его мозг хлынуло столько информации, что он испытал зрительную перегрузку.

На троне сидел не Ланпоса III, а скелетообразное чудовище, излучавшее подавляющее давление — Король Заклинатель Аинз Оал Гоун. Слева и справа от него сидели человек с длинным хвостом, премьер-министр Колдовского Королевства Альбедо и насекомоподобное чудовище, которое выглядело так, словно было сделано изо льда.

Неподалеку от них, безжизненный, лежал на полу Ланпоса III, его одежда была испачкана чем-то темно-красным, а рядом с ним сидела Реннер, ее одежда была пропитана кровью. На земле, совсем рядом, лежало Бритвенное лезвие.

Лезвие меча было покрыто кровью. Было никакой ошибки, это было оружие, используемое, чтобы убить Ланпосу III.

— Принцесса

— Клайм

— Голубки, — засмеялся кто-то еще. Скорее всего, это была насмешка.

Клайм встал между Реннер и ними и приготовил свой меч. Оба они, вероятно, умрут прямо здесь. Защищать Реннер до конца, несмотря на этот факт, было последней демонстрацией преданности Клайма.

— Перед Аинзом-самой твоя голова поднята слишком высоко.「На колени」.

Клайм тут же опустился на колени. Он вообще не мог сопротивляться. Точнее было бы сказать, что до того, как он это заметил, его тело уже приняло эту позу. Он заметил, что та, кто стояла позади него, сделала то же самое.

Реннер.

Образ Реннер, находящейся под контролем разума, вспыхнул в его сознании, и все вокруг начало сливаться воедино.

— Вы контролировали … контролировали Реннер-саму вот так?

Трагедия перед троном: Реннер была взята под контроль и вынуждена убить собственного отца. Его гнев вскипел, но он все еще не мог пошевелиться. Как будто его собственное тело больше не принадлежало ему.

— А-а-а, я вспомнил. Я встречался с ним во время моей дуэли с Газефом Стронофым. Отмени действие Мантры превосходства.

— Да!「Вы свободны」.

Когда контроль был снят, Клайм отпрыгнул в сторону, чтобы поднять Бритвенное лезвие, которое лежало на земле. Он быстро встал, выровнял дыхание и принял стойку. Его противником был Король Заклинатель.

Конечно, это было бессмысленно против противника, который мог убить воина-капитана с такой скоростью, что тот вообще не мог глазами уследить за его движениями. И все же он был мясным щитом Реннер. Что толку было бы от него, если бы он не стоял между ними?

Король Заклинатель поднялся с трона и неторопливо направился к Клайму.

— Ты должен быть благодарен за то, что такой король, как я, согласился лично сразиться с тобой на дуэли. Ах да…если я выиграю, то заберу этот меч.

Король Заклинатель подошел к нему совершенно беззаботно, он вовсе не был настороже.

Гнев оккупировал тело и ум Клайма.

Это все его вина.

Если бы он не существовал, все жили бы в мире, и никто бы не умер—

— …принцессе не пришлось бы испытывать такого горя!

Король Заклинатель выглядел так, словно насмехался над ним.

Удар клинком до него не доберется. Он подумал о том, как был убит воин-капитан. Каков был бы его лучший ход?

Он крепко держался за Бритвенное лезвие—

Король Заклинатель сделал шаг, и в этот момент Клайм изо всех сил метнул Бритвенное лезвие.

Похоже, даже Король Заклинатель не ожидал этого.

Бросив меч, он потерял равновесие.

Клайм сократил расстояние между ними, сжал кулак и ударил его.

Его кулак был нацелен в лицо Короля Заклинателя.

— Клайм!

Он услышал, как Реннер скорбно выкрикивает его имя.

Всем хорошо известно, что монстры скелетного типа были слабы к дробящим ударам, но он почувствовал сильную боль, как только его кулак достиг цели.

С другой стороны, Король Заклинатель, похоже, вообще не пострадал.

— Если бы только это была сказка—

Король Заклинатель с невероятной скоростью протянул руку, чтобы ухватиться за нагрудник Клайма. Тот попытался вырваться, но не смог даже разжать руку.

— …гнев пробудит дремлющую силу, чтобы дать тебе возможность победить меня.

Король Заклинатель поднял Клайма. Его сопротивление не имело никакого эффекта, как будто он боролся со стенкой.

— Но … это же реальность. Ничего столь совершенного не произойдет.

Его бросили в сторону. Тело Клайма довольно долго летело по воздуху, прежде чем упасть на землю.

Удар его спины об пол выбил из него весь воздух.

Клайм в панике вскочил и посмотрел на Короля Заклинателя. Бросив Клайма, он больше не сделал ни шагу. Похоже, он даже не думал о том, чтобы предпринять следующую атаку.

Это была подавляющая сила.

— Ты умрешь здесь…ты не стоишь того, чтобы тебя спасать. Вы, лишенные таланта и способностей, не заслуживаете спасения. Однако не стоит отчаиваться.

Король Заклинатель, казалось, смотрел сквозь Клайма. Его глаза, казалось, смотрели куда-то вдаль.

— Этот мир несправедлив. Неравенство, которое вы испытываете, началось в тот момент, когда вы родились. Рождение людей с талантом означает так же и то, что есть люди, которые родились без таланта. Кроме того, среда, в которой человек родился, может отличаться. Богатая семья против бедной семьи, даже личность ваших братьев и сестер имеет значение. Те, кому повезло, будут жить полноценной жизнью, а те, кому не повезло — нет. Однако, повторяю, не стоит отчаиваться в таком неравенстве. Причина этого — в том, что смерть является уравнителем, дарованным всем. То есть — меня. Только милость, даруемая повелителем смерти, может считаться абсолютным равенством в мире, пронизанном неравенством.

Клайм вообще не понимал, о чем он говорит, он, вероятно, говорил ему, чтобы тот покоился с миром.

Он не мог не быть ошеломлен его существованием.

Он — смерть, существо, которому не может противостоять ни одно живое существо. Казалось, что Клайм вот-вот будет поглощен одной лишь гордостью Короля Заклинателя.

Разница между ними, на биологическом уровне, была слишком велика.

Конечно, Король Заклинатель, глава государства и тот, кто владел магией, способной легко уничтожить армию, был совершенно другим по сравнению с бездарным воином, которым был Клайм. Однако разница между ними была не только в этом.

Он был похож на муравья, тоскующего по небу. В этом и заключалась разница между их владениями.

Но даже в этом случае, хотя он прекрасно понимал, что не сможет победить — он твердо решил отдать все, что у него есть, и быть щитом Реннер до самого конца.

На него нахлынуло мужество.

Его измученное сердце снова запылало.

Да.

Все это было ради Реннер.

Ради женщины, которая спасла его в тот дождливый день.

Для нее, которая видела в нем человека—

— …Я вижу. Эти глаза.

Король Заклинатель сказал что-то странное.

Он должен был почувствовать намерения атаковать. Король Заклинатель выставил свою беззащитную спину Клайму, поднял Бритвенное лезвие, лежащее на земле, и бросил его ему.

— Вставай.

Король Заклинатель протянул руку, и в тот же миг появился черный меч. Длина клинка была примерно такой же, как у длинного меча.

Клайм уставился на Короля Заклинателя, не поднимая головы, пока тот поднимал Бритвенное лезвие. В этот момент уже ничего нельзя было поделать. Он подумал о дуэли Газефа. Прямо перед началом боя Король Заклинатель сказал, что оружие без соответствующих чар не может навредить ему, но также и то, что этот меч может убить его.

Даже этот набор доспехов, подаренный ему Реннер, на который были наложены многочисленные чары — не мог сломить его защиту. Это был удручающий факт, который он подтвердил во время того столкновения.

— Клайм…

Обращаясь к Реннер, которая наклонилась к нему с беспокойством в глазах, Клайм улыбнулся и прошептал:

— Принцесса, я выиграю вам немного времени. Если…если вы хотите, пожалуйста, сделайте это раньше, чем позже.

Его мысли были поняты, когда Реннер кивнула головой.

Клайм создал некоторое расстояние между ним и Реннер, прежде чем поднять Бритвенное лезвие.

— Вы уже попрощались?

— Я хочу спросить. После того, как вы убьете меня, вы убьете и принцессу тоже?

Король Заклинатель хранил молчание.

Клайм не мог не найти это странным.

Это был не тот случай, чтобы молчать. Ответом на его вопрос было тихое “хе-хе” Короля Заклинателя.

— Как же мне тебя помучить..? Лучше всего было бы не отвечать на твой вопрос.

— Король Заклинатель!

Он взмахнул Бритвенным лезвием, которое легко отбил меч Короля Заклинателя. После нескольких ударов Король Заклинатель остался стоять на месте.

Король Заклинатель не нападал на него, он просто играл с ним, будто развлекает ребенка.

Впрочем, это его вполне устраивало.

Он высоко поднял Бритвенное лезвие и поставил все на этот единственный удар.

Как и прежде, Король Заклинатель парировал его атаку мечом из чистого черного металла.

Сейчас было самое подходящее время.

Поставить на кон все, что у него было.

Клайм активировал свои боевые искусства. И не только это, но он также активировал способность кольца тоже. В этот момент боевая мощь Клайма значительно возросла.

В таком случае — поскольку Король Заклинатель уже привык к его обычным атакам, этот удар больше походил на засаду.

Он сделал вид, что использует всю свою силу, чтобы опустить меч вниз, расслабил мышцы и изо всех сил потянул меч назад, как только тот был заблокирован. Одним движением он метнул его к красному шару в животе Короля Заклинателя.

Он думал об этом уже очень давно.

Вероятно, это было слабое место Короля Заклинателя.

Даже если бы это было не так, если бы он сумел сломать его, разве это не будет также считаться формой мести?

— Уууф.

— … Впечатляющая атака.

Атака, в которую он вложил все свои силы, была отбита одной рукой Короля Заклинателя.

Клайм почувствовал, как горит его плечо, от него начало исходить влажное ощущение, и в следующее мгновение жар превратился в сильную боль.

Он тут же отпрыгнул назад, зная, что его плечо было рассечено.

Доспехи, подаренные ему Реннер, были легко пробиты клинком Короля Заклинателя. Тем не менее, похоже, что у него не было способности к уничтожению экипировки, потому что сама броня не ломалась.

Он все еще мог двигать рукой, но проблема была в том, что он больше не смог бы повторить ту же атаку, что и сейчас.

Мысль о том, что он сможет отомстить за тех, кто пал, была всего лишь мечтой.

— А разве Бритвенное лезвие может сломать предмет Мирового класса? Меня очень интересует результат такого эксперимента. Если бы он смог повредить его, стоимость этого меча взлетела бы до небес. Тем не менее — Король Заклинатель бросил свой меч, и он исчез в воздухе — я могу позволить себе ждать твой смерти, чтобы провести эти эксперименты.

Было похоже, что Король Заклинатель собирается применить магию.

Клайм рассмеялся. Король Заклинатель решил использовать магию против кого-то вроде него, поэтому он не мог позволить своему противнику достаточно времени, чтобы произнести заклинание.

Клайм прыгнул. Когда он услышал слова «Хватка сердца», он почувствовал сильную боль, как будто его тело разрывали изнутри.

— Невероятный.

И затем—

Его зрение—

Действительно—

— Прошу меня извинить, гав.

Он услышал рядом с собой незнакомый голос, за которым последовал звук закрываемой двери. Это сразу же разбудило его, словно сработал спусковой крючок.

Что-то должно было случиться, но все вокруг словно увяло. Он почувствовал что-то похожее на чувство забвения сна по утрам.

Клайм чувствовал, будто его мышцы и кости растаяли, так как он вообще не мог собраться с силами. Даже повернуть голову было чрезвычайно сложно.

Он изо всех сил старался рассмотреть окружение.

Самой роскошной комнатой, которую Клайм видел до сих пор в своей жизни, была комната Реннер, но эта намного превосходила ее по роскоши. У него была практически фотографическая память, но он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь видел эту комнату во дворце.

Что же с ним случилось?

Почему… он все еще жив?

А также — что случилось с его госпожой?

Хотя он не мог нормально двигаться, он чувствовал присутствие кого-то еще в комнате.

— Ааааа…

Он попытался окликнуть его, но звуки, которые исходили из его рта, не были речью. И все же человек в комнате понял его и поспешно подбежал к нему.

— Клайм! Ты проснулся!

Он все еще не мог произнести ни слова, но этого следовало ожидать. Все его тело было обессилено, так что даже голосовые связки не могли двигаться. Но не это было причиной того, что он молчал, а буря эмоций, охватившая его разум.

Его глаза были полны слез.

Да, это был всего лишь страшный сон.

Королевство, подвергшееся нападению Колдовского Королевства, и то, как Реннер была вынуждена принять решение умереть, все это было просто кошмаром.

— Аааа, Сааа…

— Ммм, да. Это я, Реннер. Клайм.

Та же улыбка, что и всегда.

Нет, он видел ее краем глаза, но он все еще мог ясно сказать, что она отличалась от ее обычной улыбки.

Неужели что-то случилось?

Клайм перевел взгляд и обнаружил что-то странное на ее спине.

Черные крылья.

Как у летучей мыши.

Они хлопали, издавая при этом звуки «вух-вух».

Даже если крылья были искусственными, они были слишком реалистичными. В любом случае, он должен был прекратить самообман, чтобы утешить себя.

Возможно, она поняла причину его замешательства. Выражение лица Реннер стало нейтральным.

— Эти крылья…Меня изменила сила Короля Заклинателя. Я больше не человек — а демон.

Глаза Клайма расширились.

— Саааааа…

— Какая трагедия, что я оказалась единственной, кто выжил.

Он хотел сказать ей, что она не права, но не мог собраться с силами, чтобы заговорить. Он мог только стонать со звуками “Ааа” и “Ооо”.

Капли слез начали падать вниз.

Реннер осторожно вытерла его слезы.

Клайм задрожал от эмоций и застонал. Как бы сильно она ни изменилась снаружи, внутри она все еще оставалась Реннер.

— Так…тебе должно быть интересно, почему ты все еще жив, верно? Прежде чем я отвечу на этот вопрос…Клайм…ты готов выслушать кое-что эгоистичное, что я должна сказать? Меня превратили в демона, поэтому я останусь в этом мире навсегда. Жить одной было бы ужасно мучительно.

Реннер посмотрел в его сторону.

— Клайм, ты хочешь тоже превратиться в демона?

Он не колебался, он уже давно решил отдать всего себя Реннер. Клайм изо всех сил боролся со своим обессиленным телом, чтобы кивнуть головой.

— Спасибо…тогда позволь мне ответить на твой вопрос. По правде говоря, я уже присягнула на верность Его Величеству Королю Заклинателю. Такова была цена твоего воскрешения.

Клайм снова широко раскрыл глаза.

— Не бери на себя эту ношу. Я не верю, что это была плохая сделка. В конце концов, мне не придется жить одной…Клайм, ты тоже готов присягнуть на верность Его Величеству Королю Заклинателю?

— Д…да

Хотя он все еще был немного сбит с толку, если Реннер готова присягнуть на верность ради него, он тоже должен был поступить так. Нет, правильнее было бы сказать, что это был единственный вариант, который у него был.

— Спасибо тебе, Клайм. После того, как ты поклянешься в верности Его Величеству Королю Заклинателю, он наверняка заставит вас выполнить некоторые поручения, чтобы проверить нашу преданность. Тебе, наверное, будет больно, и это меня очень огорчает…

— Этого, не, случится.

— …спасибо…Клайм, это все, что я могу рассказать на данный момент. Отдохни, я буду хорошо о тебе заботиться.

Она продолжала улыбаться и исчезла из его поля зрения. С той стороны, куда она пошла, он услышал звук открывающихся и закрывающихся дверей.

Клайм расслабился.

Сразу же после этого им овладело желание спать.

Клайм, чье лицо было покрыто слезами, потерял сознание, как будто только что погрузился в грязь(RRT: грязевые ванны, наверное). Эмоции, скрывавшиеся за этими слезами, были слишком сложными, чтобы он мог их объяснить. Даже сам Клайм не знал, почему он плачет.

—-

Реннер вышла из спальни и направилась в соседнюю комнату. Заметив человека на диване, она в панике опустилась на колени.

— Альбедо-сама — Реннер глубоко поклонилась — я не успела поблагодарить нашего господина вовремя, так что мне очень жаль. Приготовление яда и театрального представления в тронном зале, которые даже побеспокоили Его Величество Короля Заклинателя лично отправиться туда, чтобы помочь, я глубоко благодарна за это.

— Ухуху. Достаточно. Нет никакой необходимости беспокоиться об этом. {Раз уж} все это было ради выдающихся личностей, такие мелочи вполне стоят затраченного времени.

— Большое вам спасибо, Альбедо-сама.

“Раз уж” в этой фразе было подчеркнуто несколько сильнее, чем остальная часть предложения, что заставило Реннер содрогнуться. Она не знала, видели ли они ее насквозь даже с этой точки зрения. Альбедо не стала продолжать, но Реннер почувствовала ее пристальный взгляд на своем затылке.

— …Ухуху. Нет никакой необходимости быть такой напряженной рядом со мной. У нас с Демиургом есть полное представление о ваших возможностях благодаря этому случаю с Королевством.

Тогда, с момента ее встречи с демоном Демиургом и до разрушения королевства, около 90% плана было предложено самой Реннер. Она умело манипулировала всеми сторонами через их тщеславие. Единственное, чего она опасалась, так это того, что план был изменен на убийство почти всех граждан Королевства. Она беспокоилась о том, не выбросят ли ее следом за своим народом. В остальном все шло согласно ее планам.

— Такие исключительные способности должны быть полностью раскрыты в Назарике — под моим командованием.

— Естественно, Альбедо-сама.

— Аинз-сама очень хвалил тебя. Я не позволю тебе разочаровать его.

Незначительную, она могла заметить только незначительную разницу, но тон Альбедо несколько изменился.

Реннер продолжал вести себя покорно. В данной ситуации это был, пожалуй, самый разумный выбор, который она могла сделать.

— Награда за твою службу отныне, и в течение следующих тысячелетий, будет дана тебе авансом.

Послышался звук чего-то, что положили на стол.

— Падшее семя, которое я дала тебе раньше, это еще одно. Следующим шагом будет подготовка к жертвоприношению. Ты можете начать после того, как он поправится. Хотя магия может ускорить восстановление, основываясь на ваших характеристиках, мы не будем этого делать.

— Большое вам спасибо, Альбедо-сама. Пожалуйста, передайте мою благодарность и Его Величеству Королю Заклинателю.

— Реннер. Я повторю…не разочаровывай меня. Я дала тебе это не потому, что ты ценный заложник, а потому, что ты заработала это своими действиями и доверием, которое было создано между нами. Ты меня понимаешь?

Услышав ее мягкий, но холодный голос, Реннер склонила голову еще ниже, чем прежде.

— …Да, Альбедо-сама. Чтобы отплатить вам за вашу щедрость, ваш слуга будет продолжать, нет, я буду стараться служить вам лучше, чем когда-либо.

Ее начальница тихо рассмеялась, встала и вышла.

Реннер не подняла головы, пока не услышала звук закрывающейся двери. Она вздохнула с огромным облегчением. В ее дыхании ощущался страх.

Она преодолела последнее препятствие.

В конце концов, другая сторона была безжалостным демоном, и не было бы ничего странного, если бы она сказала, что все это было сделано только для того, чтобы разбить ее надежды в последний момент. Но ничего подобного не произошло. Наконец на ее душе полегчало, но она ни на секунду не могла позволить себе поверить, что ее положение абсолютно безопасно и надежно.

Для нее завоевать их доверие — было невозможно. В лучшем случае они считали ее ценной пешкой, достойной их благосклонности. Вот почему Реннер должна была сделать все, что в ее силах. Если она не сумеет доказать, что достойна их милости, все быстро пойдет наперекосяк.

В конце концов, это был дом тех монстров, они прекрасно знали, что она была абсолютно бессильна здесь, как бы сильно она ни старалась. Но даже этого им было недостаточно.

По этой причине Реннер должна была показать им свои слабости, и чем больше, тем лучше. Она, по сути, передала им другой конец поводка, чтобы сказать, что она — верный питомец, а они — ее хозяева. Она должна была сделать отношения высшего и низшего между ними как можно более четкими. Если бы она этого не сделала, они, вероятно, даже не стали бы притворяться, что доверяют ей.

Вот почему они устроили такое представление в тронном зале.

Клайм был самой большой слабостью Реннер — чтобы показать, как он важен для нее, она говорила о нем в первом разговоре с Альбедо — только когда эта правда была раскрыта этим монстрам, она действительно надела ошейник.

Ценность Клайма как их заложника была хорошо ей понятна, но у нее была и другая причина для этого. Тем не менее, казалось, что ее видели насквозь, но поскольку все обернулось лучше, чем она ожидала, это не было большой проблемой.

Было еще кое-что, чего даже Реннер не смогла предвидеть.

Она и представить себе не могла, что Король Заклинатель сам разыграет роль.

{Какое ужасное Высшее Существо.}

Каждый раз, когда Реннер думала о существе по имени Аинз Оал Гоун, она не могла не содрогаться всем телом.

Премьер-министра Альбедо было бы более чем достаточно, чтобы разыграть эту сцену, но Король Заклинатель соизволил, по существу, сыграть роль самого шута. Это, должно быть, означало, что он был довольно высокого мнения о ней. Иными словами, Глава нации из кожи вон лез, чтобы сыграть в этой скучной пьесе. Вы, конечно, понимаете, что это значит? Вероятно, именно на это намекала Альбедо в своих фразах.

Должно быть, Альбедо была против этого решения.

Если бы кто-то, кем она восхищалась, должен был сутулиться, чтобы играть на сцене, это тоже было бы ей неприятно. А это означало, что ее доброжелательность к Реннер, человеку, ответственному за то, что он оказался на этой сцене, вероятно, иссякла.

{Если бы Его Величество Король Заклинатель намеренно пошел против Альбедо-самы, чтобы разыграть эту сцену, мне было бы еще хуже. Если бы они хоть на долю секунды поверили, что я им больше не нужна, то наверняка избавились бы от меня…}

Она планировала продемонстрировать лишь часть своих способностей и пока скрыть свои истинные силы, но теперь, когда Король Заклинатель лично пришел сотрудничать с ней, ее загнали в угол.

{…Его Величество Король Заклинатель, вероятно, уже предвидел все это. Похоже, что исключительный начальник не обязательно является хорошей новостью для подчиненных.}

Несмотря на все это, Реннер все еще улыбалась.

Ее мечты прошлого были ничтожны. Они(RRT: мечты) переросли в нынешние изумительные, только благодаря знакомству с ними(RRT: обитателями Назарика).

Как же ей повезло, что она смогла осуществить такую мечту через простое предательство и самопожертвование Королевства?

Ей хотелось танцевать.

Ей хотелось петь.

Ее сердце переполняла радость.

Она была искренне, по-настоящему счастлива. Ей казалось, что ее мозг вот-вот сломается от всего этого счастья.

Демоны были бессмертны. Быть запертой здесь означало, что она только что нашла убежище в самом безопасном месте в мире.

Реннер посмотрел на дверь позади нее. Нет, на молодого человека, спящего на кровати внутри.

— Клайм. Останься здесь со мной навсегда~ Давай обменяемся нашими первыми разами сегодня.

Реннер почти растаяла, пока говорила это.

— Или мне следует беречь этот момент подольше — и не позволять себе этого сегодня? Это первый раз, когда я столкнулась с такой дилеммой — ааах, какое блаженство.

Эпилог

Элиас Брандт Дейл Рэвен вышел из кареты, но тут же остолбенел и с ужасом уставился на открывшуюся перед ним картину.

Перед его глазами расстилалась гора щебня.

Ему не верилось, что это была столица. Он скорее поверил бы, если бы кто-то сказал ему, что все это было просто иллюзией, но это было не так. Сцена перед ним была правдой, результатом сражения.

Лицо маркиза Рэйвена исказилось при виде разыгравшейся перед ним трагедии.

Сколько сил и времени потребовалось бы, чтобы разрушить такой большой город, как столица, до такой степени?

Любая из этих вещей была бы невообразимо огромной для него, единственным, кто обладал такими возможностями, был Король Заклинатель, которого нельзя было назвать человеком.

Кто-то подошел к нему со спины и обратился.

— Маркиз…

Это был дворянин из фракции Рэйвена, тот самый, что сопровождал его по пути сюда. Хотя он был всего лишь бароном, Маркиз Рэйвен высоко ценил его способности. Он планировал повысить титул этого человека раньше чем всем остальным.

Только по этой причине, когда подчиненный Короля Заклинателя спросил его, кто из знати является достаточно выдающимся, чтобы пощадить его, этот человек был вторым, которого назвал Рэйвен. Даже такой выдающийся человек не мог заставить себя говорить, потому что тоже не мог скрыть своего страха, поэтому они оба молча дрожали. Он, должно быть, испытывал те же эмоции, что и сам Рэйвен, наблюдая за сценой перед ними.

Маркиз Рэйвен оглянулся и убедился, что все двенадцать дворян вышли из десяти экипажей.

— Наша аудиенция ждет.

Никто не возражал, и этого следовало ожидать. Они были вызваны сюда Королем Заклинателем, так что не было никакой причины, чтобы они все еще могли сказать что-то вроде “Давайте не будем.” Они не могли набраться такого мужества с самого начала — нет, правильнее было бы сказать, что никто из них не был так безрассуден.

Теперь же проблема заключалась в том, что им было приказано прибыть в столицу без указанного места встречи.

Маркиз Рэйвен огляделся и увидел вдалеке все еще стоящий дворец. Территория дворца, предназначенная для обороны, тоже была превращена в руины.

Причина, по которой Маркиз Рэйвен смог заметить это со своей позиции, вероятно, заключалась в том, что завалы вокруг дворца были специально расчищены.

Это было единственное уцелевшее строение среди горы щебня. Рэйвен не думал об этом прежде, но это не несло никакого утешения. Напротив, дворец превратился в предмет, вызывающий невыразимое и жестокое отвращение у тех, кто его видел.

— Давайте продолжим.

Свита маркиза Рэйвена сейчас находилась в развалинах того, что когда-то было стенами столицы, так что дворец находился довольно далеко от них. Хотя для них было бы быстрее добраться в своих экипажах, они шли пешком из-за боязни проявить неуважение. В любом случае, они прибыли раньше запланированного времени, так что могли бы пройти весь путь пешком.

Маркиз Рэйвен, спотыкаясь, двинулся вперед.

Кто-то позади него пробормотал.

— Эта улица..?

Главная улица, ведущая к дворцу, была свободна от обломков. Она была такой чистой, что ее, вероятно, очистили еще до произошедшего.

Другими словами, единственное, что здесь осталось нетронутым — это улица. Ни домов, ни стен по сторонам улицы не осталось. Вполне вероятно, что они были разрушены, а затем сожжены дотла. По пути в столицу они видели деревни и города, которые тоже были разрушены, но ни один из них не соответствовал масштабам разрушений, выставленных на всеобщее обозрение в столице.

— Маркиз, жители столицы…

— …Не говори об этом.

О безопасности жителей столицы должны были позаботиться. Однако Рэйвен не слышал о том, чтобы их эвакуировали, и не видел беженцев за пределами столицы. Если это так, то у них могла быть только одна судьба.

Маркиз Рэйвен оглядел развалины по сторонам. Сколько людей было похоронено под обломками? Ему даже казалось, что он идет по огромному кладбищу.

Рэйвен больше не использовал свой нос для дыхания, потому что не хотел, вдыхать едкий трупный запах. Но, как ни странно, такого запаха не было вовсе. Единственными запахами, витавшими в воздухе, были невыносимые запахи сгоревших предметов и пепла.

Они шли уже довольно долго, но все еще были далеко от дворца.

Неужели их сердца ослабели при виде такой трагедии? Рэйвен услышал чье-то бормотание.

— Безумный король.

Маркиз Рэйвен тут же обернулся и заорал:

— Ах ты ублюдок!

Его острый взгляд обвел дворян, среди которых был один, чье лицо было бледным и постоянно дергалось.

Люди, которые прожили бы достаточно долго, будучи знатью, научились бы подавлять свои эмоции только для того, чтобы скрыть выражение своего лица, но вид перед этим человеком все еще заставлял его внутренне сдаться.

Рэйвен мог бы посочувствовать им, но даже если бы он согласился с этой мыслью, они были {здесь}. Ему не желательно было делать из {них} врагов, поэтому он должен был вслух упрекнуть их.

— Вы все — феноменальные таланты, вот почему я выбрал спасти именно вас… так что постарайтесь не растрачивать мои усилия из-за таких оплошностей… нет никакой необходимости извиняться или благодарить меня. Просто, пожалуйста, попытайтесь понять, откуда я пришел.

Ответа не последовало, но он был уверен, что его намерения были хорошо выражены.

— Маркиз-сама. Ммм, если мы будем идти, не разговаривая, наши умы, естественно, будут заняты угнетающими мыслями. Как насчет того, чтобы поговорить о некоторых положительных темах, пока мы идем?

— …это хорошее предложение. Тогда…может быть, поговорим о рождении моего второго ребенка?

Дворяне дружно поздравили его. За последние несколько несчастных месяцев для Маркиза Рэйвена это была единственная хорошая новость, которая восторжествовала над всеми остальными. Вот почему он уже несколько раз говорил с ними на эту тему.

Он хвалил своего ребенка часами напролет, но то, о чем он говорил, было по большей части бессодержательно.

Однако, учитывая тот факт, что это могло немного смягчить общее настроение, он все же заговорил о своем ребенке. Когда он резко вернулся к реальности, они уже прошли половину длинной дороги до Дворца.

Возможно, он рассказал немного(намного) больше — на самом деле, только немного(нет) — нужного.

Хотя ему еще так много хотелось рассказать, он знал, что пора остановиться. Рэйвен намеренно изобразил кашель.

Все, кто не обращал на него внимания, тут же

напряглись.

— Ну что ж, тогда мы еще поговорим о моем ребенке, когда вернемся. Что мы должны предложить Королю Заклинателю, чтобы наши дети могли жить счастливо в будущем?

Они обсуждали эту тему много раз, прежде чем приехать сюда, но пришло время, когда они должны прийти к какому-то заключению.

Маркиз Рэйвен обвел взглядом окрестности, чтобы убедиться, что поблизости нет солдат из Колдовского Королевства.

— Хотя это вопрос, который мы должны решить прямо сейчас, Его Величество Король Заклинатель все-таки нежить. В отличие от живых существ, подобных нам, его власть будет вечной. Неужели наши внуки и правнуки забудут эту сцену и сделают что-нибудь такое, что вызовет гнев Его Величества?

— Это весьма вероятно. Хотя наши внуки, возможно, и преуспеют, но те, что придут после них, вызывают во мне беспокойство.

— В конце концов, идиоты могут унаследовать роль главы семьи.

— …Честно говоря, мы не должны брать на себя такую большую ответственность. Если уж на то пошло, почему бы нам просто не позволить им погибнуть? Даровать им быструю смерть?

Речь, которая шокировала бы любого, кто гордился своей благородной родословной, была произнесена женщиной лордом, чья семья получила землю только во времена поколения ее отца. Она была здесь в качестве представителя своего больного отца.

Поскольку это было сказано кем-то, чьи знатные корни не были столь глубоки, многие из них выражали недовольство.

— Взгляни на картину перед тобой, и ты поймешь, что все это не закончится тем, что убьют только твою семью, — слова Рэйвена заставили ее опустить взгляд в землю: Вот почему это единственное, что мы можем сделать — сохранить эту трагическую сцену для потомков и рассказать нашим детям о том, что здесь произошло. Нам придется попросить Его Величество Короля Заклинателя оставить все как есть.

— Разве мы не должны будем построить на этих землях новый город?

Рэйвен услышал вопрос справа от себя, который был встречен опровержением слева.

— Восстановить его после того, как он был разрушен до такого состояния? Тебе не кажется, что это немного нереально?

Маркиз Рэйвен согласился с последним. Однако Король Заклинатель обладает силой, которой не мог обладать ни он сам, ни вся человеческая раса. Возможно, он хотел построить свой идеальный город с нуля, и именно поэтому он сделал то, что сделал.

Но если они задержатся на этой мысли, то ничего не добьются.

— А как насчет ситуации с заложниками? Маркиз?

Это была тема, которую он ненавидел больше всего.

Рэйвен прикусил нижнюю губу.

Они не были уверены, что Король Заклинатель потребует от них заложников, но по сравнению с другой стороной, им было бы более выгодно предложить эту идею. Маркиз Рэйвен поразмыслил и пришел к определенному выводу.

— Я буду тем, кто предложит это Королю Заклинателю.

Судя по его словам, он выступал за то, чтобы они сдали заложников. Многие из дворян, вероятно, в глубине души были не согласны с его решением, но никто из них не произнес ни слова и не изменил выражения лица.

После того, как они приняли окончательное решение по ряду вопросов, дворец наконец предстал перед ними.

То, что увидел Рэйвен и остальные, было горой щебня, которая, казалось, загораживала вход. На ее вершине сидела нежить.

Нежить разговаривала с премьер-министром Колдовского Королевства Альбедо. Возможно, они заметили их присутствие, потому что повернулись к ним лицом.

Между ними все еще оставалось небольшое расстояние, но Рэйвен и его свита бросились бежать навстречу к ним.

Когда они подошли ближе, то наконец поняли истинную форму горы обломков, на которой сидел Король Заклинатель. Ну, было бы неправильно называть это «истинной формой», потому что это действительно была гора обломков, но с другой точки зрения это было не так.

На ней красовалось что-то сияющее — корона Королевства.

Это был трон, сделанный из обломков, произведение искусства, символизирующее конец Королевства.

Им было трудно представить, что обломки, из которых состоял этот трон, были из этого города. Возможно, его перевезли из какого-нибудь другого, более завидного места.

Ужасающе.

Чудовище, способное придумать подобную идею и одновременно исполнить ее в том виде, в каком она есть, внушало ужас.

Они бежали изо всех сил и встали перед ним на колени, как будто споткнулись. Они тяжело дышали “Ух, ух”.

— Мы здесь, чтобы засвидетельствовать свое почтение Вашему Величеству Королю Заклинателю.

Маркиз Рэйвен поклонился и почувствовал, что Король Заклинатель смотрит ему в затылок.

— Рэйвен, правильно? Ты добрался сюда как раз вовремя. Тем не менее, ммм…как бы это сказать, сначала переведи свое дыхание…? Ты вспотел в конце концов.

— З-за это позорное зрелище, я должен принести вам свои глубочайшие извинения.

В его голосе было столько фамильярности, что это его шокировало. Именно поэтому он был так страшен.

Его мозг кричал ему слово «ловушка». Их положение только ухудшится, если они будут продолжать вести себя так неряшливо. Рэйвен вытащил носовой платок, чтобы вытереть пот со лба.

— …В конце концов, я вызвал вас всех сюда, и этикет требует, чтобы я приветствовал вас первым. Однако я не люблю бессмысленной болтовни, так что давайте не будем медлить.

— Понял!

Может быть, он собирался поговорить с Рэйвеном и остальными о чем-то, чего они раньше не обсуждали?

— Моя … армия Колдовского Королевства уничтожила дворянские земли к западу и югу от этого города. Она скоро вернется. Вы все должны будете управлять своими землями, как раньше. Хотя мы могли бы изменить территориальные обозначения в будущем, мы еще не планируем этого делать — я прав, Альбедо?

— Да, все именно так, как и сказал Аинз-сама.

— Ну так вот. Отныне Альбедо будет уведомлять вас о любых важных изменениях, которые мы можем внести в ваши владения. Вы должны следовать тем же законам, которые были до этого момента.

Не только Рэйвен, но и другие аристократы тоже встрепенулись, чтобы ответить.

— У вас есть какие-нибудь вопросы или вещи, которые вас беспокоят?

— Вовсе нет! Просто, чтобы доказать вам мою преданность и моих товарищей дворян, ваш слуга хотел бы сделать несколько предложений.

Маркиз Рэйвен говорил так, словно кашлял кровью. Произнеся эти слова, повергшие его в уныние, он увидел, что Король Заклинатель повернул голову и смотрит куда-то вдаль. Возможно, он думает что-то вроде: “Простые людишки осмеливаются говорить со мной иначе, чем отвечать на мои вопросы? Какое высокомерие!”

Неужели он вызвал гнев Короля Заклинателя? Рэйвену показалось, что его желудок наполнился свинцом. Если бы он собирался покончить с изнурительной работой только для того, чтобы его подчиненный добавил еще больше документов в кучу, он, вероятно, сделал бы такое же выражение лица, как сейчас у Короля Заклинателя. Рэйвен думал об этих вещах в тщетной попытке убежать от реальности.

После того, как, казалось, прошла целая вечность, Король Заклинатель лениво произнес: Хммм, ну раз так. Просто поговори с Альбедо после этого.

— На этом наш разговор заканчивается… так вот, чтобы люди поняли, как глупо было бы выступать против меня и моей страны, это место будет оставлено в его нынешнем состоянии. Тем не менее, если из-за этого появилась бы какая-нибудь чума, было бы довольно хлопотно. По этой причине мы будем применять здесь магию, чтобы сжечь здесь все вдоль и поперек. Чтобы никого не задело, не позволяйте никому приближаться сюда.

— Понял!

— Альбедо, вызови сюда Гурена и сожги все дотла. Однако красивый внешний вид дворца должен быть сохранен. Перенеси мебель и все остальное в Э-Рантел.

— Поняла.

Хотя он и хотел знать, кто такой Гурен, но это, вероятно, было что-то не предназначенное для его ушей. Если он должен был классифицировать вещи на ‘должен знать » и «никогда не должен узнать», то все, что окружало Короля Заклинателя, вероятно, принадлежало последнему.

— Итак, хотя Королевство уже полностью разрушено … Рэйвен, я должен спросить. Истинная степень того, насколько глупо было противостоять мне, должна быть уже общеизвестна, верно?

— Да… факт того, как глупо было бы противостоять Вашему Высочеству могущественному Королю Заклинателю, несомненно, станет общеизвестным на многие века вперед.

Поскольку его голова была опущена, он не мог сказать, какое выражение было у Короля Заклинателя — конечно, у Короля Заклинателя не было никакой кожи на лице и, следовательно, никакого выражения, о котором можно было бы говорить, — но он чувствовал намек на радость в его ответе.

— Неужели это так? Тогда то, что мы здесь сделали, того стоило. Я вполне удовлетворен результатом.

Услышав мнение Короля Заклинателя, того самого, который убил восемь миллионов жителей королевства, Рэйвена чуть не вырвало. Он не мог не молиться.

Что однажды герой убьет этого короля демонов.

——-

— Я не сделал ничего плохого.

Филипп повторил ту же фразу, которую уже несколько раз повторял на протяжении всей этой недели.

Действительно, его действия определенно не разжигали войну. Все это было уловкой Колдовского Королевства. Если бы он думал об этом именно так, то все наконец обрело бы логический смысл.

Его эксплуатировали.

Вполне возможно, что причина, по которой его земли не давали обильного урожая и почему его приказы, казалось, никогда не выполнялись, была связана с планами Колдовского Королевства.

{Должно быть, они либо заплатили тем деревенщинам, либо оклеветали меня. Я знал, что они сделали что-то против меня. Конечно, все должно быть именно так!}

Филипп встал с кровати и протянул руку к тумбе. Он поднял стоявшую на ней бутылку и повертел ее в руках, но уже по одному ее весу понял, что она пустая.

— Пффф

Филипп прищелкнул языком и оглядел свою комнату.

По всему полу были разбросаны пустые бутылки из-под спиртного. Несмотря на то, что комната была наполнена сильным запахом алкоголя, нос Филиппа уже давно приспособился к нему, так что он не чувствовал разницы.

Он наугад выбрал с пола бутылку и поднес ее к губам, но ни одна капля не попала ему в горло.

— Черт!

Он швырнул бутылку.

При звуке разбивающейся бутылки он расстроился еще больше.

— Эу! У меня кончилась выпивка!

Даже после его крика никто не подал ему спиртного. Обычно в этой комнате дежурили горничные — люди Хильмы, но сейчас, когда он подумал об этом, ему показалось, что он не видел ее уже очень давно.

— Принесите мне еще выпивки!

Он крикнул еще раз.

Его тело пошатнулось. “Уувв”, — поморщился он, опершись на кровать. Скорее всего, его тело было вялым из-за того, что он уже много дней не выходил из этой комнаты.

Филипп медленно подошел к двери.

— ЭЭЭУУ!!! Куда, черт возьми, все подевались??

Он крикнул изо всех сил пиная дверь. Он не использовал кулак из страха, что может пораниться.

Ответа не последовало. Он щелкнул языком, открыл дверь и снова заорал во всю глотку.

— Вы что, совсем оглохли? Я же сказал, что у меня кончилась выпивка! Принесите еще!

По-прежнему никакого ответа.

Филипп сердито вышел из комнаты.

В доме было тихо.

Его отец и семья старшего брата переехали в другое место, потому что Филипп хотел воспользоваться главным домом. Кроме него, здесь остались только слуги.

Хотя это был дворянский особняк, он был всего лишь одним из тех, что подобает простому барону. Он легко мог попасть в столовую из своей комнаты.

Когда он открыл дверь в столовую, глаза Филиппа расширились.

Это было потому, что он заметил женщину в белом, сидящую на одном из стульев.

— Ууу, ты уже проснулся? Ты так долго возился, что я уже почти собралась сама за тобой сходить.

Это был премьер-министр Колдовского Королевства Альбедо. Ее улыбка не изменилась с тех пор, как он встретил ее в первый раз. Похоже, она вовсе не сердилась на Филиппа за то, что он сделал. Внезапно в голове Филиппа всплыла мысль о том, что Колдовскому Королевству, вероятно, даже наплевать на то, что он сделал.

Действительно.

Если бы они действительно были настроены против него, то начали бы свое вторжение с владений Филиппа. Однако они этого не сделали, так что, другими словами, они не злились на него. Напротив, они должны быть благодарны ему за то, что он дал им повод начать войну с Королевством. Возможно, она пришла сюда, чтобы выразить ему свою благодарность.

Нет-нет. Может быть, она еще ничего не выяснила. Может быть, они еще даже не знают, что все это сделал Филипп.

Улыбка Альбедо была заразительной, и Филипп тоже улыбнулся ей.

— С-спасибо, что пришли в такое ужасное место, Альбедо-сама. Я не могу поверить, что вам пришлось ждать здесь! Я обязательно отчитаю слуг позже.

Альбедо на мгновение остолбенела, а потом криво улыбнулась.

— То, что ты достиг такого уровня, честно говоря, впечатляет. Я даже испытываю некоторое благоговение… ухуху, я здесь, чтобы закончить то, что должно, но перед этим я приподнесу тебе подарок. Ты хочешь открыть его?

На столе стояла белая коробка шириной не менее пятидесяти сантиметров.

Филипп пожалел, что пролежал в постели так долго, пока поднимал крышку ящика. От чудесного цветочного запаха у него зачесался нос. Затаив дыхание от мысли, что за ценный предмет может находиться в этой коробке, Филипп открыл ее и заглянул внутрь.

Это были головы барона Дельвина и барона Рокерсона.

Испытывали ли они невыносимую боль перед смертью? Их искаженные лица вызывали у него сильное отвращение.

— ЙИИИИК!

Альбедо спокойно заговорила с Филиппом, и тот весь напрягся.

— У тебя хватило наглости опорочить меня? Мы планировали использовать идиота, но никогда в своей голове я не поверила бы, что такой глупый человек, как ты, может существовать.

“Шух”, — это был звук того, как Альбедо встала.

Ее лицо расплылось в улыбке, но теперь, когда дело дошло до этого момента, даже Филипп понял, что она не может не улыбаться.

Она была просто в бешенстве.

Если он не покинет это место, все кончится для него плохо.

Филипп повернулся, чтобы сбежать, но в панике его нога зацепилась за другую, и он упал на землю с громким “Бум”.

— “Цок-цок”, — послышался звук приближающихся шагов. Она уже направилась к нему.

— Ну а теперь — пошли.

— Нет! Нет! Я не хочу туда идти!

Оказав минимальное сопротивление, он свернулся в клубок.

— Неужели ты всерьез веришь, что, ведя себя как избалованный ребенок, сможешь выбраться из этой ситуации?

Его потянули за ухо, отчего мозг пронзила такая сильная боль, что он начал сомневаться, не оторвут ли ему его.

— Это больно! Это больно! Остановись!

— Тогда иди. Вот, встань.

Филипп хотел оттолкнуть руку Альбедо, все еще прижимавшуюся к его уху. Однако, несмотря на то, что ее руки были тонкими и нежными, как и положено женщине, ее хватка была намного сильнее, чем у него.

— Это больно! Больно!

Его притянули в стоячее положение за ухо.

Его зрение было затуманено слезами, но Филипп все же ударил кулаком в лицо Альбедо. Однако его кулаки были легко пойманы в воздухе, и тогда …

— Хияаааа!!

К его кулаку была приложена сила, достаточно сильная, чтобы раздавить кости, и он начал издавать хрустящие звуки.

— …Если ты просто пойдешь, я не раздавлю тебе руки, как насчет этого?

— Я все понял! Я все понял! Я пойду сам! Пожалуйста, больше так не делай! — Она высвободила его кулак. — Почему..? Что я сделал?

Печальные слезы Филиппа хлынули водопадом.

Он старался изо всех сил, но не только не добился успеха, с ним никогда еще так не обращались.

Почему он стал жертвой такого насилия?

Почему никто не пришел ему на помощь? Неужели его отдали Колдовскому Королевству ради безопасности других?

Все они были трусами.

Все они — трусы до единого.

Альбедо никак не отреагировала на то, что Филипп плачет из-за своего кулака и уха. Она просто шла вперед, как будто его вообще не существовало. Филипп последовал за ней без сопротивления, так как ухо его все еще было в ее руке.

Они вышли на улицу через главный вход.

— ЙИИИК!

Филипп взвизгнул при виде открывшегося перед ним зрелища.

Перед особняком вдруг вырос лес.

Но в отличие от обычного леса, этот был сделан не из травы и деревьев.

Там было много деревьев странной формы.

Они были похожи на колья с руками и ногами.

Посажены на кол.

Все жители деревни были посажены на кол.

Мужчин, женщин, стариков и молодых посадили на колья. Ни один из них не был пощажен.

Все они были пронзены от прямой кишки до рта.

Все они рассказывали о своих страданиях через свои выражения, без исключения. Кровь лилась из каждого отверстия, и лужи крови образовались у оснований кольев.

Когда же они сделали это? Филипп просто не мог не заметить этого раньше.

— Это… не сон. Я использовала магию, чтобы сделать твою комнату звуконепроницаемой. Должно быть, было действительно тихо, не так ли? Ха-ха, если бы ты был хоть чуточку умнее, то смог бы заметить что-то неладное…но, судя по тому, что я видела, до сих пор ты был совершенно бестолковым.

Филипп попытался собрать все свои силы в кулаки, чтобы снова попытаться освободить ухо от хватки Альбедо. Альбедо отреагировала, ударив его кулаком по лицу, когда она сказала ему:

— Я подумывала о том, чтобы позволить крестьянам самим казнить тебя, но это было бы скучно. Тот, кем я восхищаюсь, Аинз-сама, придает большое значение практическому опыту и обучению. Вот почему я хотела проверить на тебе некоторые методы пыток для сбора информации. Ты должен быть … чем-то полезен мне.

Увидев выражение лица Альбедо — улыбку, которая, казалось, могла бы разорвать ее собственное лицо, — Филипп потерял сознание.

— Эээ…этот человечешка действительно?.. Ах, хорошо. В конце концов, твой отец просил меня: “Пусть этот идиот попробует на вкус чужую боль!” Я сдержу данное ему обещание.

Филипп не слышал, что она говорила.

————

Поскольку Альбедо сказала, что ей нужно закончить некоторые дела, они разделились на полпути назад в это место. Аинз вернулся в свою комнату один и сказал торжественным тоном горничной, которая работала тут сегодня.

— Я буду пересматривать стратегии, которые Колдовское Королевство должно использовать в будущем. Оставайся здесь и не позволяйте никому войти.

Аинз увидел, что горничная, которая должна была сопровождать его, обратила свой взгляд в сторону двери в его комнату, в сторону горничной, которая сегодня отвечала за его комнату. Она, вероятно, собиралась сказать ей: “Тогда я оставлю все здесь тебе, а сама буду прислуживать Аинзу-саме.” В конце концов, именно так они обычно и действовали.

Аинз знал об этом заранее, поэтому он сделал шаг раньше, чем они успели это сделать.

— Я должен буду рассмотреть все в масштабе нескольких лет на будущее. Все что угодно может нарушить ход моих мыслей, понимаешь?

— Да! Я буду стараться изо всех сил, чтобы полностью скрыть свое присутствие с этого момента!

Хотя Аинз хотел сказать, что он имел не это в виду, но разве это неплохой вариант? Честно говоря, чем больше он думал об этом, тем меньше ему хотелось об этом думать.

— Хорошо. Ну тогда, раз уж ты не можешь пока скрыть свое присутствие, тебе лучше остаться здесь.

— Да, Аинз-сама.

Горничная, отвечавшая за его уход, осталась в кабинете. Сам Аинз направился прямиком в свою спальню.

Его тело было в полном порядке, но разум был совершенно измотан. Аинз прыгнул в свою постель, как будто нырнул в бассейн.

Мягкая постель мягко приняла его тело.

Великолепное погружение.

Если учесть время зависания, расстояние, на которое он прыгнул, место, где он приземлился, позу, в которой он приземлился, и так далее, то его ныряющее движение заслужило бы ему похвалу, которая объективно была вполне заслуженной.

Это был навык, который он приобрел благодаря практике и опыту, потому что он нырял в свою постель каждый раз, когда был умственно истощен.

— Ааах!

Аинз вздохнул с облегчением, как и подобает мужчине средних лет. Этот вздох тоже был прекрасен. Тысяча из тысячи опрошенных сказали бы, что именно так вздыхает мужчина средних лет. Причина этого была та же, что и раньше, Аинз часто практиковал свои вздохи.

После этого Аинз заворочался в своей постели. Иногда налево, иногда направо.

До сих пор он находился в разрушенной столице, поэтому его тело было покрыто пылью и грязью. Хотя он и понимал, что лучше всего будет сначала принять слизевую ванну, у него не было для этого умственных ресурсов.

{Так утомительно…}

Удалось ли ему сыграть роль злодея? Правильно ли он поступил с тем парнем в платиновых доспехах? Хотя было много моментов, которые требовали рассмотрения и пересмотра, они, наконец, разобрались с большой проблемой.

— Нет.

Это был всего лишь первый успешный шаг в их грандиозном плане, можно сказать, что отныне им будет только труднее. С учетом сказанного, однако, они убрали из приоритетов бессмысленное разрушение, одну из самых простых частей плана. То, что должно было произойти, было разрушением в меньшем масштабе, другими словами, точной работой. Что действительно было неприятно, так это усилия по восстановлению, которые последуют после этого.

До этого момента территория Колдовского Королевства была крошечной, за исключением равнин Катз — и все же в качестве его вассалов выступали гигантские народы. Однако теперь все было по-другому. Они только что завоевали большую территорию, и проблемы, которые могли возникнуть из-за этого, были очевидны.

Конечно, внутренними делами заведовала Альбедо, но если возникнет какой-то серьезный вопрос, она обязательно посоветуется с Аинзом. Проблемы, которые могут возникнуть в будущем, несомненно, будут еще более критическими и трудными, чем сейчас. Он совершенно не верил в то, что сможет решить эти проблемы надлежащим образом.

Кроме того, он никак не мог понять, не напортачил ли он тогда где-нибудь. Теперь же в рядах Назарика были не только Альбедо и Демиург, два гения Назарика, но и эта умственно одаренная женщина по имени Реннер. Она не имела никакого отношения к Иггдрасилю, была просто посторонним человеком, и поэтому могла анализировать Аинза с чисто объективной точки зрения. Но еще больше его беспокоило то, что ее интеллект легко сравнялся с двумя гениями Назарика.

Может ли он действительно хорошо сыграть того Аинз Оал Гоуна, которого он создавал до сих пор перед кем-то вроде нее?

— … Я хочу убежать от всего этого.

Это была правда — чистосердечная правда из самых глубин души Аинза.

Аинз говорил как настоящий раб, совершивший большую ошибку, которая, вероятно, будет обнаружена на следующий день, когда он придет.

{Тогда я думал, что достиг своего предела. Не пора ли мне дать всем понять, что я был бездарным халтурщиком все это время? Разве я не подготовился к этому по пути назад?}

Но—

{В тот момент, когда я думаю о приближении этого…Я начинаю бояться того, как они отреагируют…черт. Разве этого недостаточно, чтобы вызвать эмоциональное подавление..??}

Как будто способности Аинза говорили ему, что здесь вообще не о чем беспокоиться.

Аинз все размышлял и размышлял, пока не пришел к какому-то выводу.

— …Ладно, я сбегу.

Однако это было легче сказать, чем сделать. Не было никакого приемлемого способа, чтобы оставить все позади и сбежать. Это было похоже на то, как если бы он не сдал документы для своей замены, но хотел бы использовать весь свой оплачиваемый отпуск за месяц до того, как он уволится. Это было, безусловно, неприемлемым способом бросить работу.

Если бы он мог просто сказать: “Хорошо, я сбегу” и действительно сбежать, на него смотрели бы свысока за это.

Ему понадобится подходящая причина для своего отсутствия.

Неужели у него вообще нет таковых?

Аинз напряг свой несуществующий мозг.

{Точно!}

В голове у него мелькнула одна мысль.

В прошлом он обдумывал несколько планов оплачиваемого отпуска, но все они оказались напрасными. Если это так, как насчет того, чтобы он подал им пример, взяв отпуск первым?

Освободиться от оков Назарика хотя бы на короткое время, передать Альбедо работу, было бы определенно более безопасным выбором, чем оставить работу ему.

Но был шанс, что она скажет, что Аинз, как верховный лидер Назарика, должен быть включен в процесс планирования. Если бы она так сказала…

— Я уже использовал предлог, что они должны тренироваться, чтобы быть самодостаточными, если я умру, так что это может быть просто вариант этого. Я скажу им, что если я перестану все контролировать, Альбедо будет отвечать за все — вот план, с которым я буду работать.

Аинз сжал кулак.

Все было именно так—

{Куда же мне пойти?}

Он мог бы улучшить их отношения с Империей и свои с Зиркнифом, путешествуя по Империи.

Или же он мог исследовать горную цепь, в которой обитал народ Дварфов.

Святое Королевство—

{—Это мое «нет», потому что там все равно нет ничего ценного.}

Все виды мечтаний проявлялись в его сознании по мере того, как они становились все более и более сложными.

А потом Аинзу вдруг что-то вспомнилось.

{Как насчет того, чтобы я отослал этих детей подальше, чтобы они завели себе друзей-эльфов?}

Аура и Маре. Он уже думал об этом раньше, о том, не слишком ли много он на них давит. Хотя это было вполне в пределах нормы в том мире, Ямаико неоднократно повторяла ему, что их способ решать проблемы был неправильным. Если это было так, он, вероятно, был бы более снисходителен к этим детям.

Так что же ему теперь делать? Может быть, ему стоит взять этих двоих на экскурсию?

{Звучит красиво…нет, разве это не отличный план? Если бы я это сделал, это могло бы послужить примером для Стражей этажей относительно оплачиваемого отпуска, но это также был бы эксперимент, чтобы увидеть, насколько хорошо Назарик будет жить без них.}

Он давно заметил проблему возрастающей загруженности Стражей этажей. Возможно, он сумеет найти решение этой проблемы.

— Ну ладно!

После того, как он выполнит определенное количество работы, он должен будет взять этих детей к эльфийскому народу, чтобы они завели там друзей.

Аинз встал и вышел из комнаты, твердо держа этот план в своем сердце.

————-

Канал с книгами для всех @books_fine

Здравствуйте, благодаря нам, вы можете читать эту книгу. На своем канале мы выкладываем книги в процессе их написания. Ждем вас!

https://t.me/books_fine или @books_fine

Спасибо, за поддержку!

Content

Оверлорд 14

Поролог

Глава 1

Глава 2

Интерлюдия

Глава 3

Глава 4

Эпилог

Канал с книгами для всех @books_fine