Призрачный страж 3

Глава 1

Когда подъехал к имению, то сразу увидел ослепительно-белый вход в Разлом, который виднелся за домом. Таксист не глядя забрал деньги за проезд и, резко развернувшись, поехал обратно, взвизгнув тормозами. Я его понимал, Разломы у обычных людей вызывали панический ужас… Хотя не только у обычных. Некоторые маги тоже ни разу не были в Разломе и не зашли бы в него ни за какие деньги.

Я оббежал высокий забор и приблизился к Разлому. Напротив него стояли охранники и не спускали глаз, выставив перед собой оружия. Ко мне подошел старший охранник Сергей.

— Приветствую, Ваше Сиятельство. Вашу семью с прислугой, я отправил на нашей машине в город, — мы пожали друг другу руки.

— Хорошо, спасибо. Монстры не показывались?

— Нет. Но мы наготове. В Ведомство я уже доложил. Сказали, что пришлют людей в течение двух часов.

— Ты все правильно сделал. Здесь неподалеку наша деревня, поэтому будьте на страже, а я пока загляну и посмотрю, что там внутри, — сказал я и направился к входу, но Сергей поспешил за мной.

— Ваше Сиятельство, вы уверены, что это хорошее решение? Может, не надо туда заходить? Лучше вызовите свою гильдию.

— Своей гильдии у меня нет. Пока. К тому же наверняка Ведомство уже связалось с какой-нибудь из гильдий и отправило сюда. Не волнуйтесь за меня. Я знаю, что делаю, — заверил я, набросил на себя броню, сформировал меч и решительно зашел в Разлом.

В глаза ударило яркое солнце. Воздух был тяжелый и горячий. Когда глаза привыкли, я смог рассмотреть мир, в который попал. Это была пустыня. Мелкий белый песок лежал барханами и изредка с тихим шорохом сыпался, подгоняемый слабым ветром.

На первый взгляд жизни здесь не было. Однако я знал, как обманчивы порой Разломы, поэтому отправил фантома показать мне округу. Через полчаса поисков ни я ни фантом никого не нашли. Разлом оказался нежилым. Я сначала обрадовался, но потом вспомнил, что даже после самой тщательной зачистки монстры вновь неизвестно откуда появляются, поэтому и здесь могут также возникнуть.

Я вышел на Землю и увидел машины Ведомства, которые парковались неподалеку. Мне навстречу поспешил представитель, а за ним охранники с временной стеной в виде сетки, через которую пропускали ток.

— Доброй ночи! Вылезал из Разлома кто-нибудь? — спросил представитель.

Он был явно встревожен и, скорее всего, давно не спал, так как глаза были красные и даже слезились.

— Здравствуйте. Нет, никто не вылезал. Я проверил Разлом. Он пустой.

— Как это «пустой»? Совсем ничего нет? — удивился он.

— Нет, только песок.

— Ладно, разберемся, — кивнул он и, повернувшись к охранникам, прокричал. — Устанавливайте сеть! Гильдия только утром приедет.

— Кого вызвали? — поинтересовался я.

— «Сириуса».

— Погодите, но ведь у них низкие ранги. Как можно в непроверенный Разлом отправлять слабых магов? Ведь это опасно, — возмутился я.

— У нас нет выбора. Вы знаете, что творится? У нас нет столько гильдий, сколь Разломов появилось. Приходится выкручиваться, — развел руками представитель и горестно вздохнул.

— Что же нам теперь делать? Ведь это наше имение, — я обернулся к своему родному дому.

Мне очень не хотелось его оставлять. Тем более, его теперь даже никто не купит.

— Много таких вопросов к нам поступает, но пока никаких распоряжений на этот счет не поступало. Несколько Разломов появились посреди жилого многоквартирного дома. Всех выселили, но что делать дальше, пока не знаем. Я опишу ситуацию, укажу ваш номер телефона и передам в Ведомство. Как только что-то решится, они с вами свяжутся.

Представитель подробно изложил на своем бланке, где и когда появился Разлом, а также мой номер телефона. Я внимательно прочел и поставил подпись. В это время охрана Ведомства растянула вокруг Разлома сеть высотой в три метра и подключила к ней прибор, который преобразовывал энергию из сплотов в ток. Я знал, что этими сетями опоясывали особо опасные Разломы, из которых частенько вырывались монстры.

Тут ко мне подошел Сергей.

— Ваше Сиятельство, нам-то что делать? Похоже, мы здесь больше не нужны, — спросил он.

— Да, Разломом займутся специально обученные люди, — кивнул я и задумался.

Я и раньше думал перевезти семью в Москву, поэтому это событие лишь ускорило то, что и так было задумано. После смерти Зайцевича больше никаких нападений на нас не было, поэтому я решил отказываться от услуг охранного предприятия.

— Вы свободны. Утром заеду в вашу контору и переговорю с руководством.

Я попросил подвезти меня в город и, попрощавшись с представителем, направился к бронированной машине, которая недавно вернулась. От водителя я узнал, куда заселились мои родные.

Когда приехали в город, то первым делом заехал офис охранного предприятия.

— А-а-а, Константин Сергеевич. Доброе утро! Чем обязан столь раннему визиту?

— Здравствуйте, Руслан, — я пожал протянутую руку. — Я хочу расторгнуть договор с вашим предприятием.

— Что случилось? Кто-то накосячил? — вмиг посуровел он.

— Нет-нет, ничего такого. Просто рядом с нашим домом появился Разлом.

— Да вы что⁈ Надеюсь, никто не пострадал?

— Нет, но и охранять больше некого. Сейчас мои пока живут в гостинице, но я намерен им снять квартиру, а там посмотрим.

— Все понятно. Разлом — это серьезно. Очень жаль, что так получилось. Во всяком случае вы теперь знаете, куда обращаться, если потребуется охрана. Кстати, так как по условиям договора вы оплатили два месяца, а мы проработали на вас всего месяц, оставшуюся сумму мы вам вернем, — заверил он и, повернувшись к двери, прокричал. Света, зайдите!

Послышался стук каблучков, и в кабинет вбежала красотка в облегающем платье.

— Проводите Константин Сергеевича до бухгалтерии и велите Надежде Васильевне вернуть оплату за месяц.

Мы попрощались, и я пошел за девушкой. Бухгалтер вернула мне три тысячи, после чего я вызвал такси и поехал в риелторскую организацию, чтобы подыскать квартиру для своей семьи.

Едва зашел в величественное здание в центре города, как ко мне подбежали две женщины и наперебой принялись предлагать поработать с ними.

— Я так понимаю у вас большая конкуренция, — усмехнулся я.

— Не то слово, все бегут из города. Никто ничего не покупает и не снимает. Даже не знаем, что делать, — честно ответила женщина в строгом синем костюме.

Вторая вытаращила на нее глаза и жестом попросила помолчать, но та и не думала следовать ее совету и продолжила:

— Надеюсь, вы не хотите продавать? Лучше подождите до лучших времен. Сейчас люди не в том состоянии, чтобы тратиться на дорогую покупку.

— Нет, я не хочу продавать, а только снять квартиру.

— Отлично! Пойдемте к моему столу, я вам подберу отличный вариант, — она показала на идеально чистый стол, который совсем не походил на рабочий.

Она указала мне на кресло, а сама села за стол и вытащила из ящика две папки.

— Давайте для начала познакомимся. Меня зовут Валентина. Можно просто Валя. Я уже десять лет занимаюсь недвижимостью, поэтому могу считать себя экспертом в этом деле.

— Приятно познакомиться, Валентина. А я Константин Сергеевич, — кивнул я и, прикинув в уме, продолжил. — Мне нужна квартира с пятью спальнями.

— Ого! У вас большая семья. Может, сразу дом посмотрим? — предложила она.

— Дом я вряд ли потяну, — задумчиво проговорил я.

— Нет-нет. Сейчас цены упали. Давайте я вам покажу, что у нас есть и по какой цене, а вы уже решите?

— Хорошо, показывайте.

Валентина открыла первую папку и разложила передо мной несколько листов с описанием домов, адресами и стоимостью за месяц.

Цены, действительно, были гораздо меньше, чем я ожидал. Я просмотрел первый лист, затем взял второй и удивленно уставился на знакомый адрес.

— Это же наш особ… Всего пять тысяч за месяц? Мне это подходит. Беру! — воскликнул я.

Валентина обрадовалась не меньше меня и принялась оформлять документы. Но тут у меня появились сомнения.

— Погодите, а кто сдает этот дом?

Женщина замялась, тщательно подбирая слова:

— Понимаете, этот дом был собственностью одного известного человека, который совсем недавно умер. После него дом получил его родственник, который тоже умер. Так как завещания нет, и никто не претендует на этот дом, власти города взяли его под свое управление на ближайшие полгода. Если никто не вступит в наследство, то потом его будут продавать.

Продавать? Интересно, за сколько? Это же отличная возможность вернуться себе родной дом!

Не подавая виду, я кивнул:

— Хорошо. Надеюсь, никто не объявится, и мы сможем проживать в нем столько, сколько потребуется.

— Я тоже на это надеюсь, но договор с вами могу заключить только на эти пять месяцев. Ну, или просто выберите другой дом, — она вновь подвинула ко мне листы.

— Оформляйте этот. Он мне подходит, — твердо ответил я.

После того как все документы были оформлены и подписаны, я заплатил в кассу двадцать пять тысяч рублей. Мой кошелек снова истончился, но на первое время еще оставалось несколько тысяч на питание и мелкие расходы семьи. Однако теперь я не боялся остаться без денег, так как уже умел их зарабатывать.

Забрав у Валентины ключи, я вызвал такси и поехал к особняку. Увидев из окна знакомые ворота, сердце сжалось. Вот он — мой дом детства. Здесь я родился, рос и взрослел.

Расплатившись с таксистом, я подошел к воротам, отпер большой замок и медленно поднялся на крыльцо, утопая по колени в снегу. Здесь никто не жил и, соответственно, не чистил снег.

Провернув ключ в замке, я разгреб снег ногами и открыл дверь. В нос ударил запах пыли и плесени. Здесь требовалась тщательная уборка.

Я прошелся по дому, с улыбкой рассматривая зарубки на косяке кухонной двери, на которой отмечал каждые полгода свой рост, рисунки Даши на обоях, свой сдувшийся мяч и еще много того, что осталось после нашего отъезда. Похоже, с того самого времени сюда вообще никто не заходил.

Поднявшись в свою комнату, я провел пальцем по письменному столу, покрытому толстым слоем пыли, и опустился на кровать. Маленькие оловянные солдатики на полке, книги про путешествия, деревянные игрушки, которые я сам вырезал, плакат певца и гантели. Все это перенесло меня во времени назад в детство. Но жизнь продолжалась и не следовало держаться за старое, поэтому я снял с подушки наволочку и сгреб туда все, что лежало на полках и в шкафах.

Закинув полную наволочку на плечо, я спустился вниз и прошел на кухню. Вся еда, что оставалась в шкафах, испортилась. В крупах и муке завелись личинки и жучки, консервы вздулись, сахар и соль окаменели. Дому требовалась генеральная уборка. И именно этим я решил заняться, только не сам, а пригласив наемную прислугу.

В коридоре на ключнице лежала толстая телефонная книга. Я предполагал, что некоторые номера телефонов поменялись, но с первого же раза дозвонился до службы наемных работников для дома. Назвав адрес и объяснив фронт работ, я сбросил звонок и направился в гостиную. Камин, возле которого мы проводили все зимние вечера, был полон сора и осыпавшейся сажи с трубы. Я сначала хотел сам убрать, но потом подумал, что профессионалы быстрее и качественнее все сделают.

Через полчаса приехали четыре человека, среди которых были две горничные, дворник и слесарь. Они прошлись по дому и заверили, что через два часа все будет сделано. Я заверил, что через два часа вернусь, вышел на улицу, остановил такси и поехал в гостиницу к семье.

— Костя, ну что там? — обеспокоенно спросил дед, торопливо семеня ко мне.

Я позвонил ему, как только зашел в фойе гостиницы.

— Назад мы не сможем вернуться. Разломы не пропадают. Ведомство уже закрыло его сеткой и поставило охрану.

— Не сможем вернуться? А где же мы жить будем? — опешил он.

— Я уже нашел одно местечко. Думаю, вам понравится, — ответил я.

— Местечко? А мы все туда влезем?

— Конечно. Иди собери вещи и позови Дашу. Сейчас перекусим где-нибудь и поедем к нашему новому дому, — велел я.

— Мы особо вещи и не собирали. Взяли только документы и все самое необходимое, — ответил дед, развернулся и поспешил обратно к комнате.

Через полчаса мы уже сидели в кафе и уплетали блины с различными начинками. Кроме Марии Ильиничны, с ними поехала наша кухарка Люба, которая без конца критиковала еду.

— Вот вернемся домой, тогда я вам напеку таких блинчиков — пальчики оближешь, — проговорила она и приобняла Дашу, которая сидела рядом.

— Домой пока не поедем. Я снял дом в городе, поэтому останемся жить здесь, — сказал я.

— Здесь? Ура! — захлопала в ладоши Даша.

— Любовь, вы согласны остаться с нами или вернетесь домой.

— А что мне дома делать? Останусь с вами. Тем более, непонятно, что будет с этим Разломом. Может, всей деревней придется выезжать, — пожала она плечами.

После обеда я вызвал машину с большим салоном и назвал таксисту адрес так, чтобы остальные не услышали.

Когда мы подъехали к особняку, дед и Даша не могли поверить своим глазам.

— Костик, это же наш дом, да? — сестра взяла меня за руку.

— Да, наш. Заходите, там, наверное, уже прибрались.

Крепко держа сестру за руку, я открыл ворота и первым делом отметил прочищенные дорожки от снега и чистое крыльцо.

Когда мы вошли в дом, то пахло свежестью и чистотой, а не пылью и плесенью, как до этого. Сразу видно, что люди знали свое дело.

— Это же мои сандалии! Жаль, только маленькие… А это же мой рисунок! Как же коряво я рисовала… Ах, это же моя любимая статуэтка! А я думала, что потеряла ее, — восклицала Даша, порхая по дому.

— Костя, а почему мы здесь? — осторожно спросил дед. — Нас пустили вещи собрать или что?

— Мы здесь будем жить. По крайней мере, ближайшие пять месяцев. А дальше видно будет, — ответил я и повернулся к замершим на пороге гувернантке и кухарке. — Размещайтесь.

Те несмело прошлись по дому, восхищенно рассматривая ковры, лепнину и фрески. Я подумал о том, что это они еще не видели дом до того, как отец начал все распродавать.

Кухарка быстро нашла кухню и принялась за дело, обшаривая шкафы и составляя список всего необходимого. Мария Ильинична нашла место, где будет проводить обучение Даши, а также приметила себе комнату рядом с детской.

Я опустился возле камина, чтобы растопить его, но в это время в кармане зазвонил телефон. Это был Влад.

— Алло, Костя! Нас тоже на новый Разлом бросают. У меня в гильдии только пять человек. Не хочешь присоединиться? — послышался встревоженный голос лидера гильдии «Победителей».

— Конечно. Когда и где?

— Сейчас! Ты где? В академии? Я подъеду.

— Нет, не в академии, а в центре города. Запоминай адрес…

Продиктовав адрес, я снова опустился возле камина, но тут ко мне подошел дед.

— Что-то случилось?

— Да, еду на зачистку. Хотел провести дни до начала учебы с вами, но, по-видимому, сейчас не время расслабляться.

Я поджег сухие поленья, которые тут же весело затрещали, и выглянув в окно, направился к двери. Дед проводил меня и заверил, что не ляжет спать, пока я не вернусь. Я ответил, что в этом нет никакой надобности, но он был непреклонен.

В это время к воротам подъехал небольшой автобус, в котором сидела вся гильдия «Победителей».

— Костя, здорова! Сто лет, сто зим! — обрадовался Соловей.

— Здорова! — кивнул я, поздоровался с каждым за руку и повернулся к Владу. — Куда едем?

— Под Тверью. Говорят, переполненный. Местные успели сами двоих монстров убить, прежде чем Ведомственные охранники прибыли.

— Что-нибудь про уровень известно? Если монстров убили, значит, должны были сплоты достать.

— Судя по сплотам, Разлом среднего уровня, — ответил он и глубоко вздохнул.

Похоже, его это сильно тревожило. Он, как ответственный лидер, не хотел рисковать своими бойцами, но сейчас такое время, когда не откажешься от зачистки. Все-таки в первую очередь все гильдии подчинялись Ведомству.

Через пару часов мы прибыли на место. Как и Разлом в имении, этот тоже был окружен сетью. Машина охраны стояла неподалеку.

Как только мы подъехали и вышли из автобуса, как охранники поспешили нам навстречу.

— Ну, наконец-то! Сколько можно вас ждать? — напустился на Влада пожилой мужчина.

— А что такое? Мы выехали сразу, как получили задание от Ведомства, — сухо ответил Влад.

— Как «что такое»? Они же, гады, все лезут и лезут. Мы уже по две обоймы на них потратили, — он развернулся и показал на мертвых тварей, лежащих в сугробе.

Я подошел поближе и увидел, что восемь монстров были буквально изрешечены пулями.

— Во, гляньте, опять лезут! — воскликнул охранник и снял с плеча автомат.

Обернувшись, я увидел, как возле сетки мечется тварь, которую бьет током. Недолго думая, я сформировал арбалет и выпустил болт ей в голову.

Тварь отлетела обратно к Разлому и исчезла в ослепительно-белом свете входа.

— Не знал, что ты умеешь, — проговорил Соловей и удивленно посмотрел на меня.

— А я раньше и не умел. Недавно научился, — пожал я плечами.

Тем временем Влад подошел к Разлому и крикнул:

— Заходим!

* * *

Мы очутились в сером мире, пропахшем тухлятиной. Монстров было столько, что с первых шагов мы оказались в полукруге озлобленных голодных тварей. На этот раз я не хотел скрывать свои способности, ведь здесь не было Ефима Прохоровича, который бы сразу понял, что у меня явно не оранжевый ранг.

Выпустив из пространственного кармана ящера и дав команду убивать монстров, я сформировал огненный вихрь и запустил в самую гущу монстров, а остальных отстреливал арбалетом. Вдали в холме виднелись норы, из которых беспрерывно выбегали монстры.

Мы с трудом продвигались вперед, но, казалось, тварей меньше не становилось. Я еще никогда не видел столь заполненный Разлом.

Арбалет работал беспрерывно, поэтому я порадовался, что оружие больше не такое слабое, как раньше. Между тем я заметил, что остальные члены гильдии устали и сильно отстают от меня. Взглянув на часы, я понял, что мы здесь уже больше двух часов и скоро Разлом начнет забирать жизненные силы людей.

Для того чтобы остановить поток тварей, нужно было добраться до нор. Не придумав ничего лучшего, я просто взмыл в воздух и полетел.

Через десять секунд был уже на месте и запустил фантома внутрь одной из нор. Он показал мне многоуровневую систему наподобие муравейника, только вглубь земли. Чтобы перекрыть выходы, нужно было сделать так, чтобы верхняя часть возвышенности обрушилась.

— Ну что ж, попробуем, — прошептал я и оторвал голову твари, которая пыталась прокусить мою броню.

Я знал, что с помощью магии огня можно устроить взрыв, но никогда этого не делал. Запустив несколько мощных огненных шаров вглубь норы, понял, что они слишком слабы для такого. Огненный вихрь внутрь возвышенности тоже не принес результата. Правда, убил пару десятков монстров, но все же эффект был не тот, что мне нужен.

В это время мне пришло в голову использовать огненные браслеты. Сформировав три браслета, я отправил их на холм и растянул по всему периметру.

— Костя, бей гадов! Чем ты там занят? — услышал я сзади крик Соловья.

— Сейчас увидишь, — тихо проговорил я, совершенно не заботясь о том, услышит он мой ответ или нет.

Мысленно я приказал браслетам сжаться. К моему удивлению, они с легкостью прорезали холм диаметров не меньше пятидесяти метров. Земля осыпалась и завалила норы и верхние проходы. Монстры оказались заперты под землей. Возможно, они смогут выбраться, но, по крайней мере, не сейчас.

— Это как так? — спросил ошарашенный Соловей, который уже добрался до меня и с трудом махал мечом.

— Нет времени объяснять. Вытаскивай сплоты, а я тебя прикрою. Осталось совсем мало времени.

Когда прошло три часа и прозвенели будильники на наручных часах, уставшие и обессиленные «Победители» вышли из Разлома. Я же остался еще на полчаса и вытащил все сплоты из убитых монстров. Мой контейнер быстро заполнился. Благо у меня с собой в пространственном кармане была еще парочка пустых контейнеров.

— Ты чего так долго? Я уже хотел зайти за тобой, — возмущенно проговорил Влад, когда я вышел из Разлома.

— Все в порядке, меня броня защищает от влияния Разлома.

Я не знал, правда это или нет, но решил объяснить так.

Оказалось, что представителя здесь нет и не надо ни перед кем отчитываться за добычу. Впрочем, как и платить налоги.

— А-а-а, так ты владеешь призрачной магией. Уважаю таких, — послышался сзади голос старика-охранника.

Он подошел поближе и внимательно рассмотрел броню, которая все еще была на мне.

— У меня дальний родственник владел это магией. Правда, умер уже пять лет назад от старости. Но я до сих пор помню, как он забавы ради выстраивал у нас во дворе своих двойников в такой же броне и заставлял их маршировать или сражаться друг с другом.

— Каких еще двойников? — заинтересовался я.

— Своих, каких же еще. Говорил, что призрачная магия позволяет создать все, что угодно. Лишь бы силы были.

Я с ним попрощался и, погруженный в свои мысли, направился к машине. Оказывается, я не все знаю про свою магию. Надо бы выяснить, что это за двойники такие и как их создавать.

Глава 2

Всей гильдией мы подъехали к обшарпанному магазинчику скупщика Михаила. Тот обрадовался, увидев нас. Пересчитав сплоты, что мы добыли в Разломе, он заплатил Владу три тысячи рублей и пригласил меня в свой кабинет.

— Я рад, что вы ко мне заглянули. Так уж получилось, что оба моих верных помощника погибли, зачищая новые Разломы, а заказы все копятся, — проговорил он, сел за стол и устало вздохнул. — Хотя, признаться, доход у меня сильно вырос благодаря тому, что происходит. Мне стала такая ценная добыча попадаться, о которой можно было только мечтать. Вот сейчас, например, прямо перед вами мне на продажу принесли три шкуры с серебристой шерстью. Даже страшно представить, сколько за них можно выручить на аукционе.

Я кивнул и в нетерпении посмотрел на часы. Скупщик понял, что я тороплюсь, и перешел к делу.

— Те яйца, что вы мне приносили, я продал за хорошие деньги одной лаборатории. Совсем недавно они что-то выяснили и теперь трясут меня, требуя еще живых монстров. Я не знаю, что конкретно они узнали, но по заверению их директора, это будет сенсация. Поэтому они готовы заплатить любые деньги за возможность заполучить в свою лабораторию живого монстра.

— Хорошо. Я понял. Постараюсь что-нибудь придумать, — я кивнул, встал и направился к выходу.

— Погодите, — Михаил поднялся с кресла и подошел ко мне. — Это еще не все. Есть условие.

— Какое?

— Монстр должен быть из нового Разлома.

— Не могу гарантировать, что смогу еще раз вынести живого монстра, но если с яйцами удалось, то постараюсь найти еще одну кладку.

— Яйца — это хорошо. Так они будут целее и не погибнут в пространственном кармане, однако будет лучше, если вы сможете добыть уже живую особь, — заговорщически прошептал он.

— Живую? Но, как мне ее пронести? Все-таки я охочусь с гильдией, и вход всегда охраняется.

— Я все это понимаю, но вы уж как-нибудь постарайтесь. Я готов заплатить вам за одно яйцо три тысячи, а за живого монстра — десять тысяч.

Предложение было очень заманчивое, но и риск был очень большим. Уверен, из-за всей этой неразберихи с Разломами любое нарушение будет серьезно караться. Теперь, когда я только обрел силы и планирую вернуть благосостояние семье, мне совсем не хотелось из-за денег разрушать всю жизнь.

— Я уже сказал, что постараюсь что-нибудь придумать, но не обещаю, — довольно сухо ответил я и вышел из кабинета.

Влад ждал меня на улице и отдал полагающуюся мне часть заработка.

— Куда тебя подвезти? — устало спросил он.

— Туда, откуда забрал, — улыбнулся я.

Позже, когда я вышел из машины и направился к особняку, то увидел, что в нескольких окнах до сих пор горит свет, хотя время было уже за полночь. Скорее всего, дед так и не лег спать и дожидается меня.

Дверь не была заперта, поэтому я не стал стучаться. На звук моих шагов из кухни показался дед.

— Костик, вернулся наконец-то. Я уж думал не дождусь, — он широко зевнул и потер уставшие глаза.

— Не надо было меня ждать. Иди ложись, — ответил я, снял верхнюю одежду и направился на кухню. Очень хотелось есть.

— Как же не ждать, когда ты в такое опасное место поехал. Вдруг тебе помощь понадобится, а я сплю, — он зашаркал за мной следом.

— И чем бы ты мне помог? — усмехнулся я и подошел к плите, на которой стояла кастрюля. От запаха тушеного мяса с овощами засосало под ложечкой.

— Как чем? Я же тоже маг, а не дитя. Когда-то и у меня были силы, чтобы зачищать Разломы… Правда, теперь я больше получаса гулять не могу. Все суставы ломит, и пятки болят, — пожаловался он.

Вдруг мне в голову пришла замечательная идея, а что, если отправить деда к Семену Семеновичу. Вдвоем им будет веселее, а дед себе здоровье подправит.

— Дед, помнишь я тебе рассказывал про Семена Семеновича?

— Конечно, помню. Очень необычный маг, — кивнул он.

— А ты бы не хотел пожить у него? — осторожно спросил я, накладывая мясо в глубокую тарелку.

— Пожить? Хм… Может, и хотел бы, но как же я вас оставлю? Вот, когда все утихомирится, тогда и можно съездить. А так я вас без присмотра не оставлю, — упрямо заявил он.

— Ну ладно. Тогда позже вернемся к этому разговору, — кивнул я, сел за стол и принялся есть.

В это время дед рассказал, как они провели вечер, чем занимались и о том, с какой радостью Даша порхала по дому, вспоминая каждую вещицу.

Спать мы легли около двух часов ночи, но выспаться мне не удалось. В шесть утра зазвонил телефон. Это был Ефим Прохорович.

— Костя, здравствуй! Мне только что позвонил Захар и сказал, что нас направляют на зачистку в Разлом, который появился в центре Воронежа. Ты с нами?

— Конечно, — сонно ответил я, но тут вспомнил про Фаника, который остался в академическом доме. Его надо покормить. — Только мне сначала надо в свой дом в академии. Я сейчас подъеду туда, а потом приду к вам.

— Хорошо, только не задерживайся. Поедем на машине. Нет времени ждать поездов и дирижаблей. Все-таки это город, поэтому особо опасно, — строго ответил он и сбросил звонок.

Я заказал такси и пошел умываться. Ефим Прохорович говорил, что ему придется отказаться от преподавания, пока идет вся эта неразбериха. Может, и мне взять небольшой отпуск? В такое сложное время не хочется сидеть за партой и тренироваться со слабыми противниками. К тому же у меня теперь черный ранг, выше которого не подняться. Единственное, что мне доступно, так это новые заклинания. Кстати, надо будет у Ефима Прохоровича спросить по поводу двойников, про которых говорил старик-охранник.

Умывшись и переодевшись в теплый удобный костюм, я спустился на кухню и увидел кухарку, которая уже приготовила завтрак.

— Доброе утро, Константин Сергеевич! Вы раньше всех встали. Но у меня уже все готово. Если хотите, то могу накрыть в столовой, — предложила Люба.

— Нет, спасибо. Здесь поем и побегу, скоро машина приедет, — ответил я и сел за небольшой стол у окна.

Кухарка тут же поставила передо мной тарелку с молочной кашей, отварные яйца и бутерброды с сыром. Я не успел съесть даже половину того, что она поставила передо мной, когда увидел в окно подъезжающую машину такси. Поблагодарив Любу за вкусный завтрак, я поспешил на улицу. За ночь снова намело полно снега, поэтому пока дошел до машины, промочил все ноги и решил, что надо нанимать постоянного дворника.

Фаник встретил меня с радостным писком и тут же сам забрался мне на плечо.

— Проголодался? Сейчас покормлю, — я погладил его по шерстке и пошел на кухню. Однако, как оказалось, зверек и сам себя вполне может прокормить. На полу лежали недоеденные бананы, откушенные яблоки, орехи валялись вразброс, а на кухонном столе в тарелке белели остатки куриных лап.

— М-да, ну и бардак. Ну ладно, зато голодным не сидел, — я переложил Фаника на диван и взялся за уборку.

Но зверек не только на кухне ел, а по всему дому, поэтому уборка затянулась. Стряхивая с кровати крошки сахарного печенья, которое он смог достать с верхнего шкафа, мой взгляд упал на зеленый камень, который мы украли с Лизой из Разлома-музея. Он немного подсвечивался, поэтому навел меня на мысль, что можно изготовить себе амулет из такого же камня только оранжевого цвета. Конечно, отличия есть, но никто же не будет приглядываться. Свой черный амулет я убрал в пространственное кольцо, но по закону все маги были обязаны носить амулеты, показывающие на каком ранге они находятся. Если у меня попросят показать амулет, а у меня его с собой нет, то могут дать чужой, чтобы проверить правду ли я говорю. А я так рисковать не мог, потому что так и не придумал, как объяснить свой черный ранг.

Прибравшись и оставив Фанику на столе недоеденные фрукты, я поспешил к Ефиму Прохоровичу. Тот уже был готов и ждал только меня.

— Что-нибудь известно про тот Разлом? — спросил я, когда мы выехали с парковки и помчались по оживленной трассе.

— Только то, что вход располагается в квартире.

— А-а-а, я слышал уже про такие Разломы. Представляю, что было с жильцами.

— Страшно подумать, — кивнул он.

— Интересно, а как Разлом появляется? Что в это время происходит?

— По утверждению тех, кто при этом присутствовал, сначала раздается сильный скрежет и треск, а потом яркая вспышка и все.

Я снова вспомнил про Разлом у дома в имении и мысленно поблагодарил всех богов, что он не появился в доме. Даша бы сильно испугалась.

— Ефим Прохорович, я слышал, что с помощью призрачной магии можно создавать своих двойников. Это правда? — я внимательно посмотрел на преподавателя.

— Да, я читал про это. Но требуется не только магия, а специальный артефакт. Он как бы впитывает твой образ в броне, а потом его проецирует, — попытался объяснить он.

— Получается, что им может воспользоваться любой вне зависимости от магии? — не понял я.

— Нет, он не может создавать живые объекты. Поэтому тебе сначала надо закрыть себя броней, потом воспользоваться артефактом, и он повторит призрачную броню, а не тебя. А потом с помощью своей магии ты сможешь управлять своими копиями. Правда, тебе об этом еще рано думать. Это доступно лишь тем, кто достиг коричневого ранга, так как каждый двойник будет черпать энергию из тебя.

— А где мне достать такой артефакт? — как бы между прочим спросил я.

— Заказать у мага-артефактора.

По пути мы забрали еще двоих магов и направились в Воронеж. Всю дорогу я думал об этом артефакте и попытался узнать о нем больше, но преподаватель ответил, что не сильно задавался этим вопросом, поэтому не знает, и подсказал, что лучше сразу обратиться к артефакторам. Уж они-то точно знают, что это за артефакт.

К обеду мы доехали до Воронежа, который, казалось, опустел: машин почти не было, прохожие попадались редко, магазины, кафе и рестораны были закрыты.

— Неужели все сбежали отсюда? — спросил один из магов, сидящих на заднем сиденье.

— Не думаю. Просто сидят по домам. И правильно делают. Неизвестно что за Разлом появился и кто из него может выбежать, — проговорил Ефим Прохорович.

Как только свернули на очередном перекрестке с неработающим светофором, мы издали увидели дом с Разломом. Ослепительно-белый свет проходил сквозь стены и крышу.

— М-да, как возле него защитную стену ставить? Скорее всего, будут дом сносить, — предположил один из магов.

— Зачем? Сторожку охранникам прямо в квартире оформить и пусть сидят, — усмехнулся второй маг.

Когда мы подъехали к дому, остальные члены команды были уже у подъезда и ждали приказа заходить. Мы вышли из машины и нам навстречу двинулся суровый Захар.

— Вы где пропадали? Мы вас уже час ждем.

— Дела, — отмахнулся Ефим Прохорович. Ну не мог же он сказать, что мне просто нужно было покормить своего зверька и прибраться в доме.

— Ладно, — кивнул лидер гильдии, вмиг успокоившись, и вполголоса добавил. — Мы заходим не одни. К нам каких-то ученых приставили. Те что-то измерять будут. Позвонили с Ведомства и попросили сберечь их, а то они, как дети, даже ружье в руках не держали… Черви книжные.

Он повернулся и ткнул пальцем в двух тщедушных мужичков с какими-то приборами в руках. Те в нетерпении переминались с ноги на ногу и с интересом поглядывали на светящийся дом.

— Костя, может ты возьмешь их на себя? Не хочется, чтобы эти увальни под ногами мешались, — обратился ко мне Захар.

— Что это значит? Мне таскаться за ними в виде телохранителя? — недовольно пробурчал я.

Вообще-то, я намеревался подзаработать, а не тратить время попусту, охраняя каких-то недотеп.

— Они сказали, что им всего лишь нужно что-то проверить, поэтому это ненадолго. Постоишь возле них, поработаешь мечом и проводишь на выход, делов-то, — дернул плечом Захар.

— Хорошо. Но, если они будут долго возиться, я займусь своими делами, — пригрозил я.

— Понятно. Так им и скажу, — кивнул лидер гильдии.

Он подвел меня в ученым и представил. Одного звали Иван Степанович, а второго — Степан Иванович. Было понятно, что они от разных отцов, но почему-то очень похожи: худощавые, сутулые, в очках с толстыми линзами, но с очень живыми и умными глазами.

Они обрадовались, узнав, что я буду защищать их, потому что боялись монстров, но эксперимент, проводимый с участием Ведомства, могли провести только они.

В это время Захар обвел взглядом присутствующих и, убедившись, что все на месте, крикнул:

— Заходим!

Друг за другом мы зашли в подъезд и через распахнутую дверь квартиры на первом этаже, увидели вход. Напротив него стояли три охранника, держа оружие на изготовку.

— Охотники, приветствую вас, — к нам подошел один из охранников. — Мы второй день стоим. В Разлом еще никто не заходил и не выходил. Пока все спокойно.

Захар кивнул и первым зашел в Разлом. За ним потянулись остальные, а я с учеными зашел последним.

Мы очутились в густом заросшем тропическом лесу с огромными растениями. Вообще, этот мир походил на землю великанов. Все растения просто гигантских размеров.

— Распределись по двое! Костя, ты остаешься с учеными! — распорядился лидер гильдии и исчез за растением, стебли которого толщиной были со ствол дерева.

Не теряя времени, Иван Степанович и Степан Иванович разложили свои приборы прямо на земле и, опасливо оглядываясь, начали крутить какие-то ручки и нажимать кнопки.

С помощью фантома я удостоверился, что рядом нет монстров, и отправил его исследовать остальную часть Разлома, а сам обратился к ученым.

— Что вы проверяете? Неужели в Разломах осталось еще что-то неизведанное? Вроде как все полезные ресурсы уже можем отсюда добывать, — спросил я.

— Константин Сергеевич, вы не правы. За все время существования нашего исследовательского отделения в Ведомстве, мы открываем все новые и новые неизвестные ранее факты. Вот, как теперь. Видите эти показатели? — Иван Степанович ткнул пальцем в небольшой монитор на приборе.

— И что это значит? — вгляделся я в непонятные цифры и значки.

— Мы недавно выявили, что все Разломы взаимосвязаны. И что еще немало важно, фон на определенном уровне разнится по мере приближения или отдаления от одного из Разломов, — многозначительно посмотрел на меня Степан Иванович.

Я пытался понять, о чем он говорит, но не разобравшись, честно в этом признался.

— Под Пермью есть старый Разлом высшего уровня. Он необъятный, поэтому еще ни одна гильдия не могла пройти его полностью. Так вот, там излучение этого фона больше всего. И чем ближе к нему другие Разломы, тем больше они фонят и чем дальше, тем меньше. Есть такое предположение, что именно тот Разлом снабжает энергией остальных и способствует появлению новых. Но это только предположение.

— А почему его никому не удавалось пройти? Неужели не нашлось смельчаков?

— Смельчаков-то достаточно, но никто не выдерживает больше часа, потому как фон очень сильный. Охотникам становится плохо. Именно поэтому Разлом до сих пор не изучен.

— А запустить какой-нибудь летательный аппарат с вашим прибором или камерой? — не сдавался я.

— Никак не получается. Высокочувствительные приборы сразу же выходят из строя. Мы смогли измерить фон только у самого входа. Очень подозрительный Разлом.

Между тем они снова вернулись к приборам, а я увидел глазами фантома первого монстра. Это было зеленое существо, напоминающее тех существ, что стреляли зелеными стрелами, только с огромной овальной головой, большой зубастой пастью и тремя глазами. Существо сидело на листе гигантского лопуха и пристально наблюдало за одним из охотников, который даже не подозревал о том, что совсем рядом с ним монстр.

Я видел, как существо облизнулось раздвоенным языком и приготовилось к прыжку.

— Берегись! Посмотри наверх! — прокричал я, надеясь, что он услышит меня.

Но фантом показал, что охотник, никак не отреагировал на мой крик. Скорее всего, не услышал или подумал, что это не имеет к нему отношения, а его имени не знал.

— Стойте здесь. Я быстро, — сказал я ученым и рванул в сторону существа, которое уже подползло к краю листа и находилось прямо над охотником.

Бежать по густому лесу, в котором каждая былинка была с тебя ростом, было нелегким делом. Но я продолжал следить с помощью фантома за тварью, которая уже вытягивала когтистую лапу к голове охотника. Вот-вот схватит!

Увидев ее между растениями, я на бегу сформировал арбалет и выстрелил. Болт угодил прямо в лоб и вылетел с обратной стороны. Мертвая тварь свалилась на охотника. Тот сначала испуганно откинул ее и занес свой боевой топор, но тут разглядел, что она уже мертва и оглянулся на меня.

— Студент, это ты ее?

— Да. Сидела прямо над тобой. Еще чуть-чуть и остался бы без скальпа. Ну, или головы, — пожал я плечами и приблизился к нему.

— Спасибо, дружище, — он крепко пожал мне руку.

В это время к нам подошел Ефим Прохорович и спросил:

— Что тут у вас? Я слышал какой-то крик.

— Студент твой постарался. Спас меня, — охотник похлопал меня по плечу.

Преподаватель с удивлением посмотрел сначала на дыру в голове монстра, а потом на меня и вполголоса спросил:

— Призрачный арбалет?

Я кивнул.

— Ты уже стреляешь такими мощными болтами?

Я снова кивнул.

— Давно?

— С тех пор как вернулся от Семена Семеновича. У меня же уже оранжевый ранг, — ответил я.

— Я, конечно, заметил в тебе изменения, но даже не думал, что они такие значительные, — сказал Ефим Прохорович и одобрительно кивнул. — Ты большой молодец! Обязательно расскажу ректору о твоих достижениях.

— Это, пожалуй, лишнее.

Вдруг издали, со стороны входа раздались крики.

— Ученые, — выдохнул преподаватель и испуганно посмотрел на меня.

Я же развернулся и помчался к ним, отправив перед собой фантома. Оказывается, точно такая же тварь напала на ученых. Притом подобралась со спины и отрезала путь к отступлению. Те же не придумали ничего лучшего, чем отбиваться своими же приборами.

В это время фантом показал, что еще одна тварь приближается к ним, прыгая сверху по листам. Лес возле входа рос густо, поэтому я не мог воспользоваться арбалетом, а, сформировав меч, ускорился.

Глазами фантома я видел, как тварь, которая прыгала по листам, уже добралась до них и теперь свисала сверху, выбирая кого же первым съесть. Я не дал ей определиться с выбором и сильным ударом меча перерубил стебель растения, на листе которого она сидела, а затем вонзил острие ей в грудь. Иван Степанович испуганно взвизгнул и, попятившись, споткнулся и упал на землю. Второй же просто свалился в обморок.

В это время тварь, нападающая на них, переключилась на меня и, ощерив зубастую пасть, прыгнула. Я поймал ее на лету за шею и крепко сжал. Под пальцами захрустело. Тварь пронзительно заверещала, прежде чем испустила дух и ее голова безвольно свалилась набок.

Пока Иван Степанович приводил в чувство своего напарника, я понял, что на самом деле зеленых тварей здесь много, просто они сливаются с зеленью, и их не видно. Хотя фантом показывал мне их, но я не замечал зеленую тварь на точно таком же зеленом листе.

Чтобы больше не рисковать ценными сотрудниками Ведомства, я вывел их обоих из Разлома и передал охранникам. Вернувшись обратно в Разлом, я разрезал грудь одного из монстров, и вытащил сплот. Исходя из его размеров, Разлом подпадал под низший бесплатный уровень. Наверняка гильдия «Викингов» снова расстроится, ведь эти сплоты были в три раза дешевле тех, к которым они привыкли.

Между тем закончились три часа, и все вернулись к выходу. Каждому удалось убить всего от трех до пяти монстров, однако они не расстраивались. Это были опытные охотники, которые точно знали, что можно продать за хорошую цену, поэтому вытащили не только сплоты и другие внутренности, а также сняли изумрудно-зеленую кожу. Я удивился, так как она особой прочностью не отличалась, но они ответили, что это не для брони, а одежды. Кожевенные заводы с руками оторвут такую красивую кожу, чтобы сшить из нее куртки, плащи и кошельки.

Когда мы выехали обратно в сторону Москвы, я вспомнил про паренька, который дал мне свою визитку после соревнований. Это тот самый призрачный маг, семья которого были потомственными артефакторами.

Я отыскал его визитку и позвонил.

— Алло, слушаю, — послышался голос паренька.

— Егор, это Костя. Мы познакомились на соревнованиях. Я тоже призрачный маг, — объяснил я.

— А-а-а! Костя! Привет! Как дела⁈ — он так закричал, что услышал даже Ефим Прохорович и покосился на меня.

— У меня все хорошо. Я тебе по делу звоню. Сможет ли кто-нибудь из твоей семьи изготовить артефакт, с помощью которого я смогу создавать свои копии?

— Копии? А зачем тебе? — заинтересовался он.

— Долго объяснять. Просто скажи, да или нет, — я старался говорить потише, чтобы не обращать на себя внимание двух магов, сидящих на заднем сиденье.

— Погоди, сейчас спрошу.

Я услышал приглушенные голоса и вскоре он мне ответил:

— Сможем.

— Отлично! Сделайте мне такой артефакт, — обрадовался я.

Глава 3

Мы вернулись в Москву. Я попросил высадить меня у академии, так как завтра был первый день учебы. По пути в свой дом, я заглянул в здание академии, чтобы посмотреть расписание. На завтра с самого утра у меня были занятия по управлению огнем с Анастасией Владимировной. Похоже, Ефим Прохорович уже отказался от преподавания. Интересно, как будет проходить мое дальнейшее обучение, если он был единственным преподавателем по призрачной магии?

Я прошелся по академии, но встретился лишь с двумя студентами, которые искали своих преподавателей. Двери деканата и приемной ректора пока были закрыты. Пока никого не было на рабочем месте. Я хотел предупредить, что участвую в зачистках и, вероятнее всего, буду много прогуливать. По крайней мере, в ближайшее время.

Я вышел на улицу и направился в сторону своего дома. По пути позвонил Никите.

— Костян, здорова! Ты где?

— Привет. Иду к себе, а ты где? — устало проговорил я.

— Сейчас к тебе прибегу, — ответил он и сбросил звонок.

Я не успел дойти до дома, как сзади послышался топот. Обернувшись, увидел Никиту, в руках которого была бутылка коньяка.

— Завтра учеба начинается. Надо с честью проводить каникулы, — он показал бутылку.

— Да, надо. Как у тебя дела?

— А-а, — махнул он рукой. — Так себе. Пол-общаги не вернулись на учебу. Кстати, ты слышал, что сегодня еще девять новых Разломов появились?

— Нет, — мотнул я головой и почувствовал, как по спине пробежали мурашки, но тут же успокоились, добравшись до затылка.

— Один из них в пригороде Москвы. Где-то на северо-востоке. Если так дальше продолжится, то безопасных мест не останется.

Мне эта новость совсем не понравилась. Почему-то мне казалось, что на тех тридцати Разломах все должно закончиться, но, как оказалось, я ошибался.

Между тем мы дошли до дома, и я открыл дверь. Навстречу нам тут же рванул Фаник.

— Проголодался? Сейчас найду чем тебя покормить, — я посадил его на плечо и прошел на кухню.

Те огрызки, которые я собрал и сложил на стол, чтобы зверек съел, лежали на прежнем месте. Похоже, Фаник был привередой.

Порывшись в шкафах, я не нашел ничего, что любил Фаник. Тогда я заглянул в свое пространственное кольцо и нашел полпакета орешков и несколько яблок. Фаник тут же забрал у меня все и, взобравшись на стол, приступил к трапезе.

Нам с Никитой есть было нечего, поэтому приняли решение пойти в ближайшее кафе. Кормили там плохо, но зато пускали со своей выпивкой.

Как только мы заказали то, что более-менее было съедобно, в кармане зазвонил телефон. Это была Лиза.

— Костя, привет! Никак не могу до тебя дозвониться. Ты все по Разломам ходишь?

— Привет, Лиза. Да, работы у гильдий прибавилось, — ответил я.

— Слушай, а ты на меня не обижаешься? — понизив голос, спросила она.

— Конечно, нет. Я прекрасно понимаю твоего отца. Если бы у меня была возможность отправить свои родных подальше от Разломов, я бы сделал то же самое.

— Ну хорошо, — она с облегчением выдохнула и предложила. — А, может, ты ко мне приедешь? Здесь большой дом, и всем хватит места.

— Не думаю, что твоим родным это понравится, — усмехнулся я. — Да и свою семью я никогда не оставлю. Будем надеяться, что скоро все успокоится и ты сможешь вернуться.

— Да, я тоже этого хочу. Очень по тебе соскучилась, — голос тут же стал грустным.

Я пообещал, что буду звонить ей, когда выдастся свободная минута и, попрощавшись, выключил телефон. В это время нам принесли пережаренные жесткие куски мяса и заветренную сырную нарезку. Мы приступили к еде, однако разговор никак не клеился. Я вновь и вновь мысленно возвращался к Разломам, в то время как Никита рассуждал о том, что надо бы выяснить, где меньше всего Разломов и переехать жить туда.

Тут я вспомнил, что хотел посетить Разлом-музей и, взглянув на часы, вызвал такси.

— Куда поедем? — уточнил Никита.

— В музей, — ответил я и, расплатившись, направился к выходу.

Никита недоуменно уставился на меня и, прихватив недопитую бутылку, поспешил следом. Когда мы подъехали к ослепительно-белому входу в Разлом, Никита энергично замотал головой.

— Нет-нет, больше я туда ни ногой.

— Не волнуйся. Там ничего нет, кроме камней, а мне нужен оранжевый камень. Ты можешь мне понадобиться, поэтому пойдем вместе, — твердо сказал я и направился к кассе.

После оплаты женщина протянула мне правила посещения музея и потребовала поставить подпись.

— Иначе не пущу. Я уже трех камней недосчиталась. Если так и дальше пойдет, то не на что будет смотреть, — недовольно пробурчала она.

— Скоро людям точно будет не до музеев, поэтому останетесь без работы,— пробурчал Никита.

Женщина смерила его недобрым взглядом, но ничего не сказала. Мы подошли к Разлому. Было видно, что Никита нервничает, но он доверился мне и, прижав к груди бутылку с остатками коньяка, последовал за мной.

Когда мы оказались в пещере, я заметил еще двоих молодых людей, парня и девушку, которые с интересом прохаживались, внимательно разглядывая каждый камень. Я кивком поздоровался с ними и неспешно двинулся вдоль стены, выискивая подходящий оранжевый камень. В самом конце пещеры я нашел то, что искал, но теперь надо было как-то вытащить его из стены.

Камень располагался на полу, поэтому я наклонился, будто завязывал шнурки, и попробовал достать его из каменного плена, но тот сидел крепко и даже не шевельнулся. Ну что ж, придется выковыривать.

Я оглянулся на посторонних, а потом на Никиту, тот без лишних вопросов понял, поэтому тут же подошел к ним и предложил выпить. Те отказались, но Никита проявил настойчивость и снова предложил составить компанию.

— Ну что вам стоит? Правда, рюмки у меня нет, поэтому давайте по очереди из горла? Вы не волнуйтесь, я здоровый, — уверил он.

— Ваня, пойдем отсюда, — прошептала девушка и потянула парня за рукав к выходу.

Тот хотел возразить и, уже, насупившись, двинулся на приставучего Никиту, но девушка направилась к выходу и парень последовал за ней.

— Молодец! — похвалил я.

Сформировав кинжал, я быстро застучал им вокруг оранжевого камня. Кинжал, как и все в моем арсенале, стал намного крепче, поэтому мне вскоре удалось достать светящийся оранжевым огнем камень. Он, конечно же, горел не совсем так, как амулет, но я надеялся, что никто не будет приглядываться.

Спрятав камень в пространственное кольцо, я вернулся к Никите, который изредка выглядывал из Разлома, и вместе мы вышли на Землю.

— Молодые люди на вас пожаловались, — строго сказала женщина, когда мы проходили мимо нее.

— А мы ничего плохого не делали! — возмутился Никита. — Я всего лишь предложил составить мне компанию. Хотите?

Он достал из кармана бутылку и показал ей. Женщина недовольно скривилась и отвернулась.

— Не хотите как хотите, — ответил Никита, и мы направились к ожидающему нас такси.

Пока ехали обратно к академии, мне позвонил Егор Смирнов, чья семья занимается артефактами.

— Привет, Костя! Твой артефакт будет делать мой дядя, только он знает, какой нужен. Когда ты сможешь подъехать за ним?

— Напомни, где вы находитесь?

— В Кирове. Наша мастерская прямо в центре города, в старинном здании. Адрес продиктовать?

— Пока не надо. Прибуду в город, позвоню тебе. Я попробую на днях к вам подъехать. А сколько будет стоить артефакт?

— Три тысячи. Это со скидкой. Я сказал ему, что мы с тобой друзья.

— Так и есть. Спасибо тебе большое! — ответил я и сбросил звонок.

Никита, искоса взглянув на таксиста, вполголоса спросил:

— Что за артефакт?

— Тот, что создает двойников. Оказывается, призрачные маги могут делать свои копии.

— Как магия иллюзий, что ли? Бестелесные миражи? — заинтересовался друг.

— Нет, именно двойников. Они даже могут выполнять приказы, но это пока неточно. Вот научусь создавать и покажу тебе.

— И зачем они тебе?

— Во-первых, они будут помогать мне зачищать Разломы…

— А во-вторых? — усмехнулся он после продолжительной паузы.

— Не знаю, но у меня стойкое ощущение, что они мне понадобятся, а я привык доверять своей интуиции.

Никита дернул плечом и отвернулся к окну, попивая коньяк. Вскоре мы вернулись к академии и разошлись по домам.

На следующее утро я направился к полигонам. Анастасия Владимировна радостно поприветствовала и предложила сначала повторить то, чему я и так научился до каникул.

Я старался ограничивать силы, но все равно шары получались мощными, а огненный хлыст больше походил на огненную змею. Магиня восторженно наблюдала за моими упражнениями и призналась, что лучшего ученика у нее еще не было. Я лишь махнул рукой. Ну, не признаваться же ей, что это заслуги не нынешней жизни, а прошлой.

Далее следовали огненный вихрь и огненный дождь.

— А что же мы с вами будем изучать в следующем году?

— Неужели на этот год что-то осталось? — удивился я.

Мне казалось, что в этом виде магии мне уже известно все.

— Да, но это уже повышенный уровень. Его изучают на четвертом курсе. Если хотите, то можем начать.

— Конечно, хочу! — воодушевился я.

— Первое, чему хочу вас научить — это огненный след. Вы сможете пускать огненные шары по следу. Притом шары, в отличие от собак, никогда не собьются с пути, так как используют оставленную энергию, а не запах. Поэтому чем сильнее маг или монстр прошел, тем четче его след. Правда, держится он недолго. Максимум пару дней.

— Отличное заклинание! С ним от меня ни один монстр не уйдет.

Услышав про монстра, Анастасия Владимировна погрустнела. Видимо, она тоже волновалась из-за внезапно возникающих Разломов. Впрочем, как и все. Хотя я сохранял спокойствие и хладнокровие, но меня эта ситуация тоже напрягала. Особенно после того, как Разлом появился на нашей земле.

Анастасия Владимировна прошла вдоль защитного купола, затем сформировала огненный шар, который в два раза был меньше обычного, и опустила его на пол полигона. Шар тут же подскочил, будто был резиновый и попрыгал по шагам, оставленным девушкой. Когда шар обошел купол по периметру, Анастасия Владимировна словила его и испарила.

— Круто! — признался я.

Через десять минут шары, которые сформировал я, прыгали по нашим следам, сталкиваясь друг с другом и выпуская искры.

— У вас, как обычно, все получилось с первого раза. Я уже говорила, что вы мой лучший ученик, — улыбнулась довольная магиня.

— В первый раз слышу, — ответил я, и мы рассмеялись.

До конца занятий еще оставалось достаточно времени, которое мы просто провели в беседах. Оказывается, у Анастасии Владимировны погиб дядя, зачищая новый Разлом. Я посочувствовал ей, а она взяла с меня обещание быть осторожным и не пренебрегать защитой во время охоты.

Как только она отключила купол, и мы вышли за пределы полигона, к нам подошел представительный седовласый мужчина и, оглядев меня с ног до головы, спросил:

— Константин Родионов?

— Да, я. А вы кто такой?

Я сразу почувствовал от него неприятный холодок. Во-первых, мне не понравилось, как он рассматривал меня. Это было так откровенно и неприязненно, что сразу захотелось дать по морде. Во-вторых, говорил он высокомерно и не смотрел в глаза. Наверняка сволочь. Осталось только выяснить, что ему понадобилось от меня.

— Меня зовут Ростислав Богданович. Я ваш новый преподаватель.

— Преподаватель? Чему же вы обучаете? — вмешалась в разговор Анастасия Владимировна. Она явно видела его в первый раз.

— Призрачной магии, конечно. Ваш ректор слезно просил меня временно заменить отсутствующего преподавателя.

Мы с магиней переглянулись. Нам обоим он не понравился, но выбора у меня не было, поэтому придется как-то взаимодействовать.

— Сегодня после обеда я проведу с вами пробное занятие на четвертом полигоне. Не опаздывайте, а то придется придумать систему штрафов, — строго сказал он, развернулся и направился к академии.

— Хорошо, что нашли преподавателя. Призрачная магия очень редкая, поэтому наверняка он сам здесь когда-то обучался, — сказала девушка и кивнула вслед преподавателю.

— М-да, только слишком уж он какой-то… скользкий. Но посмотрим, что дальше будет.

Мы попрощались, я и пошел в сторону столовой. По пути встретил Никиту, который пожаловался на то, что его преподаватель тоже на зачистке, поэтому у него всю неделю теоретические занятия.

Я хотел отпроситься у декана и поехать завтра в Киров за артефактом, но решил сначала сходить на занятие с новым преподавателем.

Обычно во время обеда в столовой не протолкнуться, сегодня же только несколько столов были заняты, а очереди возле раздаточного стола и вовсе не было. Неужели столько студентов решили бросить академию из-за ситуации с Разломами?

Мы, не спеша, пообедали и направились на занятия. Когда подошел к полигонам, то увидел, что Ростислав Богданович с недовольным видом прохаживается по площадке. Взглянув на часы, я понял, что опоздал на две минуты.

Увидев меня, преподаватель постучал пальцем по своим часам и многозначительно посмотрел на меня.

— Очереди в столовой, — соврал я.

— Я не потерплю наплевательского отношения к учебе. Если еще раз такое повторится, то я вас оштрафую, — пригрозил он.

— Интересно, что у вас за система штрафов? Опоздание на минуту — штраф, рубль, на пять минут — пять рублей. Так? — усмехнулся я.

— Нет, не так. Опоздание на одну минуту — занятие продлевается на десять минут, при повторном опоздании добавляю вопрос на зачете. Если еще раз осмелитесь прогулять, то занижение на балл всех оценок по профилю. Понятно?

— Понятно. А что будет за прогул?

— Вы собрались прогуливать мои занятия? — удивился он.

Мне стало смешно. Похоже, он считал себя очень значимым человеком для своих студентов. Возможно, для кого-то это было так, но не для меня.

— Дело в том, что я состою в двух гильдиях, поэтому периодически езжу на зачистки. Декан и ректор знают об этом, поэтому относятся с пониманием к вынужденным прогулам.

— Я обговорю это с ними, но вам придется каждый раз приносить мне подтверждение от лидера гильдии, в котором будет написано, где, когда и во сколько шла зачистка, — сухо ответил он.

Ну вот, я так и знал, что та еще сволочь. В империи такое творится, а ему бумажки подавай!

— Вставайте напротив меня и закройтесь броней. Конечно, если вы научились за первое полугодие хотя бы защитным заклинаниям, — пренебрежительно сказал он, а у меня кулаки зачесались. Едва сдержался и сделал так, как он велел.

При виде моей брони он изменился в лице, подошел поближе и внимательно рассмотрел.

— Отличная броня. Даже удивительно, — тихо проговорил он и продолжил. — Каким оружием вы владеете?

— Мечом, копьем, арбалетом, кинжалом…

— Арбалетом? — заинтересовался он. — Неужели даже стреляет?

— Конечно. Зачем же еще он нужен? — меня уже начали напрягать его подковырки.

Ростислав Богданович отошел от меня и, сложив руки на груди, велел:

— Продемонстрируйте.

Я сформировал арбалет и зарядил его болтом.

— Стрелять? — уточнил я.

— А как иначе вы мне продемонстрируете?

Пожав плечами и не целясь, я выпустил болт в купол. Он вылетел с огромной силой и ударился по защите, отчего купол даже вздрогнул и по нему пробежали всполохи.

Я с удовольствием заметил, как брови преподавателя полезли наверх, а глаза расширились.

— Какой у вас ранг? — выдавил он.

— Оранжевый.

Он перевел взгляд с купола на меня и велел:

— Покажите амулет.

— Я его снял и забыл надеть, — тут я понял, что зря показал ему лишнее.

— Забыл? Ну, тогда держите мой, — он вытащил амулет из-под рубашки и принялся отстегивать цепочку.

— Зачем? — я невольно попятился, понимая, что ни за что нельзя ему демонстрировать свой реальный ранг.

— Хочу убедиться в правдивости ваших слов, — он, наконец, справился с застежкой и протянул амулет мне. — Возьмите и повесьте на шею.

Я уперся о купол и понял, что мне некуда отступать, а преподаватель тем временем сам двинулся ко мне.

Глава 4

Я смотрел на то, как его амулет, болтающийся на цепочке и до этого светившийся коричневым огнем, посветлел и вскоре стал прозрачным.

— Наденьте амулет! — велел Ростислав Богданович и сам направился ко мне.

— Это против моих правил. Я не ношу чужие амулеты, — твердо сказал я.

— Если хотите, то могу сходить в деканат и принести новый? — дернул плечом преподаватель.

— Не надо. Завтра я буду со своим амулетом. Тогда и убедитесь в моем ранге. Но я все равно не понимаю, почему это вас так интересует? Неужели моих слов недостаточно? — я попытался изобразить оскорбленный вид.

— Если бы я ничего не смыслил в призрачной магии, то мне ваших объяснений было бы достаточно, но так как я сам путем длительных тренировок и с огромным трудом переходил из ранга в ранг, то прекрасно знаю отличительные особенности каждого этапа. Для оранжевого ранга вы слишком быстро формируете оружие. К тому же оно такое сильное, будто вы уже достигли коричневого ранга, как и я.

При последней фразе он горделиво приподнял голову. Мне хотелось щелкнуть его по носу и сказать, что у меня уже черный, но я знал, что нельзя выдавать свои реальные силы.

— Я обещаю, что завтра же приду на занятия со своим амулетом, — еще раз повторил я.

— Хорошо. Но если вы снова забудете, то мы вместе пойдем к декану, и вы при нем наденете новый амулет, — пригрозил он и зацепил амулет на своей шее.

Камень тут же вспыхнул коричневым огнем.

— На сегодня занятия закончились, поэтому можете идти, — сказал он и выключил магический купол.

— Закончились? Но вы же меня ничему не обучали, — возмутился я, когда он развернулся и направился к академии.

— Вы и так слишком многое умеете для первокурсника, — бросил он через плечо.

М-да уж, похоже, с ним будет не так-то просто. Надеюсь, Ефим Прохорович все же вернется к преподавательской деятельности.

Я вызвал такси и двинулся в сторону восточного выхода. Мне нужно было найти человека, который из большого куска камня из Разлома сделает мне точную копию амулета. Для этого я намеревался проехаться по ювелирным мастерским. Может, кто-нибудь и согласится.

Забравшись на заднее сиденье такси, я объяснил водителю, кто мне нужен, и он сказал, что знает парочку таких мест. Одно из них располагалось неподалеку, в ломбарде.

— Скажите, что от Жени-таксиста, он вам скидку сделает. Абрамов любую вещь может переделать так, что никто не догадается, — вполголоса сказал он и многозначительно посмотрел на меня через лобовое зеркало.

Я понял, к чему он клонит, но не стал отпираться или объяснять, а лишь коротко кивнул. Переделывали обычно краденные украшения, чтобы владелец не смог их узнать. Скорее всего, именно на это намекал таксист, но мне все равно. Главное, чтобы ко мне не придирались. Эта ситуация с преподавателем подтолкнула меня к решению вопроса с амулетом. Ведь так мог поступить лидер гильдии или представитель Ведомства. От них бы я так легко не отделался.

Когда мы остановились у большого здания с различными конторами и небольшими магазинчиками, таксист ткнул пальцем на еле приметную дверь, над которой висела выцветшая вывеска «Ломбард».

— Не забудьте сказать, что от меня, — напомнил таксист.

— Не забуду, — заверил я и вышел из машины.

Когда открыл дверь, над головой зазвенел колокольчик, и из подсобки выбежала взлохмаченная женщина, на ходу застегивая блузку.

— Добро пожаловать! — премило улыбнулась она, вытирая рукавом размазанную по лицу помаду. — Что-то конкретное ищете?

— Да. Мне нужен Абрамов, — ответил я и окинул взглядом витрину с украшениями.

— Володя? А зачем? — встревожилась она и бросила быстрый взгляд на подсобку.

— По делу. Скажите, что от Жени-таксиста, — заговорщически прошептал я и подмигнул.

Женщина закивала и прошептала в ответ:

— Поняла. Сейчас позову.

Она ринулась в подсобку, из которой послышался торопливый шепот. Вскоре показался мужчина с толстым пузом, обтянутым тонкой футболкой, и черной щетиной на жирных щеках и двойном подбородке.

— Приветствую, господин. Что вас привело ко мне? — спросил он, окинув меня взглядом.

Его наглое выражение лица тут же сменилось на заискивающее. Он сразу понял, что я не обычный человек, который хочет продать кольцо своей умершей бабушки, и не вор-карманник, незаметно снявший с кого-то украшения.

— Мне нужно, чтобы вы изготовили амулет, что носят на шее все маги, — ответил я.

— Амулет? Но я не могу. У меня нет такого материала. Его добывают из Разломов и только под заказ, — развел он руками.

— Материал у меня есть. Надо только изготовить точную копию. Сможете? — я внимательно посмотрел на него.

Мужчина сначала замялся, но потом еле слышно спросил:

— А зачем вам? Может, я лучше настоящий амулет для вас достану?

— У меня есть настоящий. Так вы возьметесь за эту работу или мне поискать другого мастера? — я начал терять терпение.

— Возьмусь, конечно. Только для начала покажите мне материал. Ведь не каждый сможет подойти.

Я достал из пространственного кольца камень, который украл вчера в Разломе, и положил перед ним на прилавок.

— Какой необычный камень, — сказал он, рассматривая его через лупу, которую достал из кармана. — Откуда он вам?

— Неважно. Сколько времени у вас уйдет на амулет?

— Думаю, дня два-три понадобится, чтобы…

— Плачу тройную цену, если будет готово завтра утром, — прервал я его.

Мужчина прикинул что-то в уме и кивнул:

— Хорошо. Завтра утром можете забирать.

Я развернулся и направился к выходу.

— А предоплата? — послышалось сзади.

— Все будет завтра утром, — заверил я и вышел на улицу.

Таксист прохаживался возле машины, ожидая меня. Когда я приблизился к машине, он открыл мне дверь и спросил:

— Ну, как все прошло? Сделал скидку?

— Все хорошо, — кивнул я, не вдаваясь в подробности.

Я решил не возвращаться к академии, а переночевать в особняке, поэтому сначала заехал в кондитерскую, а потом поехал домой к родным.

Даша и Мария Ильинична встретили меня на улице. Снег немного подтаял, поэтому они лепили снежные фигуры и поливали их водой.

— Костя, иди к нам? — закричала Даша и замахала рукой.

Закинув на плечо сумку с продуктами, я направился к ним.

— Здравствуйте, Константин Сергеевич, — поздоровалась гувернантка.

Ее щеки пылали от мороза, а глаза светились от радости.

— Здравствуйте, Мария Ильинична. Как ваши дела?

— У нас с Дашей все хорошо. Хотим завтра сходить в школу с документами. Думаю, ее без вопросов возьмут в шестой класс.

— Как шестой? Я думала в седьмой, — надулась сестра.

— У тебя для седьмого нос не дорос, — рассмеялся я и прикоснулся к ее носу.

Даша тут же запустила в меня снежком. Началась перестрелка. Они с Марией Ильиничной прятались за свои фигурки, а я ловко уворачивался и подпрыгивал. Желтый свет фонарей делал наш сад сказочным местом. Мне даже на мгновение показалось, что мы отсюда вообще никогда не уезжали.

Чуть позже, мокрые и уставшие, мы завалились домой и, переодевшись, спустились к столу.

— С тобой неинтересно играть. Ты всегда наклоняешься и пропускаешь снежок мимо себя. Мог бы и поддаться разок, — пробубнила Даша.

Ей досталось больше всех, даже с учетом того, что она пряталась за здоровенным снежным зайцем.

— Ну, также будет нечестно. Разве можно получить радость от победы, если противник тебе поддается? — ответил за меня дедушка.

— Я была бы очень рада, если бы противник просто поднял руки и сдался, — расхохоталась она.

Мы вкусно поужинали и разбрелись по комнатам. Даша попросила меня почитать ей перед сном, на что я, конечно же, согласился. Раньше мы много времени проводили вместе, а сейчас я был всегда занят, поэтому понимал, как она скучает.

Когда она заснула, я поправил ей одеяло, вышел из комнаты и чуть не столкнулся с Марий Ильиничной.

— Можно с вами поговорить? —спросила она.

— Конечно. О чем? — я почему-то напрягся. Слишком много в последнее время было плохих новостей.

— Вы сказали, что пригласите меня на свидание, но до сих пор этого не сделали, — еле слышно проговорила она, и ее щеки тут же вспыхнули. — Может, я что-то сделала не так или…

— Ох, Мария Ильинична, это моя вина, — я взял ее руку и прижал к своей груди. — Столько всего навалилось, что я просто забыл об этом. Мария Ильинична, вы пойдете со мной завтра на свидание?

Девушка улыбнулась и кивнула.

— Хорошо. Я согласна. Только мне надо знать, куда мы пойдем и во сколько, чтобы предупредить Дашу?

— Куда бы вы хотели? Я не знаток культурных мест в городе. Редко хожу по театрам и музеям.

— А мы можем просто погулять? — она подняла на меня свои бездонные глаза.

— Погулять? Можем! Тогда завтра в шесть вечера я приглашаю вас на прогулку. Вы согласны?

Она тихонько рассмеялась и кивнула. Я поцеловал ее руку и проводил до комнаты. Пожелав спокойной ночи, она скрылась за дверью.

Весь вечер перед сном я думал о ней. Мария Ильинична с ее кротким нравом, точеной фигуркой и обворожительным личиком казалась мне идеальной. К тому же она хорошо ладила с моей семьей, что тоже было очень важно. Может и хорошо, что Лиза уехала и я не совершил ошибку, женившись на ней. Как всегда, время все расставляет по своим местам.

На следующее утро перед учебой я поехал в ломбард. Ювелир Абрамов сделал на удивление хорошую копию магического амулета. Правда, я теперь еще сильнее убедился в том, что светится он намного хуже, чем настоящий амулет. Но выбора у меня не было. Расплатившись, я сел в такси и поехал на учебу. Пока ехали, надел на шею амулет и, посмотрев на себя через зеркало на лобовом стекле, удостоверился, что если не приглядываться, то особой разницы нет.

Сегодня с самого утра у меня были занятия с новым преподавателем. Я особо не торопился идти на полигон, а намеренно тянул время, общаясь со знакомыми. Мне хотелось проверить Ростислава Богдановича на прочность. Все-таки вчера он был очень суров и хотел показаться строгим.

В конце концов, опоздав на десять минут, я направился к полигону, на котором уже в нетерпении прохаживался преподаватель.

— Где вы были? — вместо приветствия спросил он.

— Доброе утро, Ростислав Богданович. Я был в академии. А что?

— Вы опоздали, — сухо проговорил он и бросил на меня грозный взгляд.

— Не совсем. Я приехал в академию вовремя, но был занят немного другими делами, — пожал я плечами.

— И какими же? — он прищурился.

— Искал в своем пространственном кармане амулет.

— И как? Нашли?

— Конечно. Как и обещал.

Я намеренно не приближался к нему и показал амулет издали, всего на мгновение и вновь спрятал под рубашку.

Преподаватель с сомнением посмотрел на меня, но ничего не сказал.

— Проходите в центр полигона. Я хочу проверить ваши способности в фехтовании.

Сформировав меч, я прошел и встал туда, куда он показал. В отличие от меня, преподаватель закрылся призрачной броней, которая выглядела гораздо менее впечатляющей, чем моя. Она больше походила не на стандартную рыцарскую броню, а на ту, что охотники носят на зачистки — облегающую кожаную. Ну что ж, вот и проверим, насколько прочна такая броня.

Мужчина встал напротив и без предупреждения атаковал. Он, видимо, хотел застать меня врасплох, но не учел, что я всегда на страже. Успешно отбив его меч, я ударил в ответ. Ростислав Богданович выставил щит, который появился в его руке буквально за секунду до этого. Теперь он был закрыт не только броней, но и щитом. В то время как я был вообще без какой-либо защиты. Что его, кстати, совсем не волновало.

Мы закружились по полигону, изучая друг друга и пробуя все новые упражнения. Мне сначала показалось, что преподаватель дерется довольно сносно, но потом я в нем разочаровался. Если бы я дрался в полную силу, то он бы не смог отбить ни один выпад. Кстати, Ефим Прохорович был более искусным фехтовальщиком.

После получаса бессмысленного сражения я потерял терпение и, отбив меч и увернушись от щита, ударил мужчину мечом плашмя по руке. Я по себе знал, что призрачная броня не пропускала удара. Когда я был в броне, то даже если запустить в меня камнем, ничего не почувствую. Однако Ростислав Богданович схватился за руку и сдавленно вскрикнул.

— Похоже, у вас совсем слабая броня, — усмехнулся я.

— А что ты зубы скалишь? Забыл, с кем разговариваешь? — зло выдавил он и снова ударил мечом.

Я с силой отбил оружие, отчего оно упало на пол, и в ту же секунду пропало. Хм, похоже, и меч у него довольно слабый. Я думал, что бой уже окончен, и убрал меч, но тут в его руке появилась острая шпага, с которой он тут же набросился на меня.

Я ловко увернулся и поднял руки.

— Вижу, вы устали. Может, продолжим в следующий раз? — сказал я, глядя на то, как он вытирает пот со лба и тяжело дышит.

— Я буду решать, когда закончится бой, — он так распалился, что сформировал в другой руке боевой топор и пошел на меня.

Чего он добивается? Ему так важно победить меня?

Между тем он поднял топор над головой и с боевым кличем побежал на меня. С ним явно было что-то не так. А, может, он просто не хотел проигрывать, тем более студенту, который на несколько рангов был ниже его?

Во всяком случае, мне пришлось снова сформировать меч, чтобы обороняться. Еще через десять минут, когда он окончательно выдохся, бой прекратился. Ростислав Богданович опустился на корточки и, тяжело дыша, приложил к груди лечебный артефакт.

— Лекаря позвать? — уточнил я.

— Нет, не надо, — буркнул он.

Похоже, бой прошел не по его плану. Видимо, он не ожидал, что придется по-настоящему сражаться.

— Вы ходите на зачистки в Разломы? — спросил я, когда его дыхание стало более-менее спокойным.

— Вот еще! Только нищеброды зарабатывают в Разломе, — он презрительно скривил губы.

— Эти, как вы говорите, нищеброды, каждый день рискуют жизнью, чтобы монстры не заполонили всю землю. Поэтому я бы посоветовал…

— Оставь свои советы тем, кто их готов слушать. Еще не хватало, чтобы меня студентики учили жизни, — недовольно проговорил он, поднялся и убрал артефакт.

Мне он все больше не нравился. Ох и мерзкий тип! Я уже начал продумывать варианты, как бы мне отказаться от него, как вдруг заметил, что он чуть отклонился в сторону и что-то прячет за спиной.

Мне это показалось странным. К тому же он так и не убрал броню. Когда я уже хотел спросить, чем еще будем заниматься, как вдруг он резко развернулся и запустил в меня копьем.

Острое полупрозрачное лезвие сверкнуло и ударилось о щит, который я создал за секунду до этого. Копье пропало, прежде чем упало на пол.

Вот это была самая настоящая подлость. Он видел, что я безоружен и не защищен, но все равно атаковал. Притом не открыто, а пряча свое оружие.

— Не ожидал, что сможешь отразить, — выдавил он, после секундного замешательства.

Я не успел ответить, как в ту же секунду он атаковал меня кинжалами. На этот раз я здорово рассердился и, отбив их, закрыл себя броней и двинулся на мага. Тот увидел решимость на моем лице, поэтому тут же заискивающе заулыбался и проговорил:

— Поздравляю вас, Константин. Вы успешно прошли мою проверку.

— Теперь пришла моя очередь проверять, — ответил я с металлом в голосе и занес над ним свой меч.

Глава 5

Я всерьез рассердился на преподавателя, который действовал не по правилам честного боя, а постоянно пытался действовать исподтишка. В голове у меня уже наметился план мести, но тут в кармане завибрировал телефон.

— Похоже, вам звонят, — подал голос Ростислав Богданович.

Он явно испугался меня и почти весь вжался в магический купол, закрывающий полигон.

Я остановился, продолжительно выдохнул и полез в карман за телефоном. Это был Ефим Прохорович.

— Костя, надеюсь, я тебя не отвлекаю? — послышался его взволнованный голос.

— Здравствуйте, Ефим Прохорович! Нет, не отвлекаете, — ответил я и отвернулся от преподавателя, который как-то странно смотрел на меня.

— У нас вчера трое попали в госпиталь. Пойдешь с нами на зачистку?

— Конечно. Когда?

— Захар сказал, что через два часа поезд отъезжает.

— Далеко?

— Недалеко от Екатеринбурга.

— Погодите-ка, но ведь там есть свои гильдии. Притом достаточно много. Почти все Разломы высшего уровня находятся в том регионе.

— Так и есть, но большинство Разломов находятся там же. Притом сегодня ночью появились еще одиннадцать. К тому же надо успевать старые зачищать. Короче, дел невпроворот. Если поедешь, то подходи к моему дому через пятнадцать минут.

— Хорошо, буду, — ответил я, отключился и задумался.

Так, до Екатеринбурга ехать примерно сутки. На обратном пути можно проехать через Киров и забрать артефакт. Блин, еще же надо покормить Фаника.

Я взглянул на часы и повернулся к Ростиславу Богдановичу, который уже пришел в себя и снова с высокомерным видом поглядывал на меня.

— Прямо сейчас я еду на зачистку. Меня не будет три дня, — сказал я, отключил купол и ринулся к академии.

— А вы не хотите у меня спросить разрешения? — раздалось сзади.

Я раздраженно выдохнул, но даже не остановился. Ага, еще чего!

Когда выбежал на улицу, то ринулся в сторону дома, но тут мне пришло в голову, что Фаника можно поручить Никите. Они хорошо ладят, поэтому Никита точно справится.

Я сразу же позвонил ему.

— Здорова, Костян! Что хотел? — послышался сонный голос друга.

— Здорова! Ты сейчас где?

— В общаге, сплю. У меня занятия только после обеда.

— Спустись вниз, я тебе ключи от дома дам. Покормишь Фаника, пока я в отъезде.

— Хорошо, — с готовностью согласился он.

Общежитие располагалось неподалеку, поэтому через пару мину я уже зашел в фойе и чуть не столкнулся с вахтером Иваном Герасимовичем.

— Константин Сергеевич, давно вас не было. Знаете, я поговорить с вами хотел, — прошептал он и оглянулся.

— О чем? — спросил я, заглядывая ему за спину в поиске Никиты.

— Похоже, я знаю, как к вам в комнату тварь из Разлома пронесли.

— Да? И как же? — заинтересовался я.

— Я совсем забыл и только недавно вспомнил. В тот день в общежитие заселялась девушка. Она приехала со своей мебелью, которую заносили грузчики, когда я с ней оформлял документы. Возможно, тогда и пронесли эту тварь в коробке.

— И кто же эта девушка?

— В том-то и дело. Больше она здесь не появлялась. На прошлой неделе я проверял свои журналы и увидел ее имя. Пошел к секретарю в приемной, чтобы выяснить, почему она не проживает в общежитии, а девушка, оказывается, даже не студентка.

— А кто же? — озадаченно уставился я на него.

— Никто не знает. Нет ее ни в одних списках, — развел руками старик.

В это время по лестнице спустился Никита, подошел к нам и прислушался к разговору.

— А вы можете сказать, как ее зовут?

— Да-да, конечно, — он торопливо вернулся за стол, раскрыл журнал, перевернул несколько страниц, обыскивая взглядом списки, и прочитал. — Феликсова Фиона Филипповна.

— Хм, первый раз слышу, — пожал я плечами и обратился к Никите. — Я уезжаю на несколько дней на зачистку, поэтому доверяю тебе кормить Фаника.

Я протянул ему ключ от дома и несколько смятых купюр из кармана.

— Он любит фрукты, орехи, печенье и куриные лапы.

— Хорошо, будет сделано… А можно я поживу в твоем доме, пока тебя нет? — попросил он.

— Можно, — кивнул я. — Только не спать на моей кровати и за собой все убрать.

Никита расплылся в улыбке и мечтательно посмотрел вверх, прижимая к груди ключ. Я развернулся и хотел уже выйти, как Иван Герасимович снова меня окликнул:

— Константин Сергеевич, мне-то что делать? Звонить в полицию?

— Нет, не надо. Дело уже закрыто.

Я вышел на улицу и направился в сторону дома Ефима Прохоровича, он меня увидел издали и пошел навстречу.

— Захар должен подъехать на такси. Ты налегке? — спросил он, окинув меня взглядом.

— У меня всегда все с собой, — я показал на пространственное кольцо.

Еще планируя поездку к Семену Семеновичу, я забил кольцо под завязку всякой всячиной, которая мне может пригодиться, поэтому сейчас мне не требовалось собирать вещи, и я в любой момент мог сорваться в дорогу.

Как только мы вышли за пределы академии, как увидели такси, стоящую неподалеку.

— Костя, хорошо, что ты с нами, — сказал Захар, когда вышел на навстречу и протянул руку.

— Здравствуйте. А как может быть иначе, если я член гильдии «Викингов»? — ответил я и мы обменялись рукопожатием.

— Так и есть. Ты наравне со всеми. В этот раз нас всего пятеро. Надеюсь, все пройдет хорошо и больше никто не пострадает, — сказал он и тяжело вздохнул.

Мы сели в машину и поехали к вокзалу. По дороге я позвонил деду и предупредил, что уезжаю.

— Хорошо, счастливой дороги! После охоты обязательно позвони мне, чтобы я не волновался, — попросил дед.

— Позвоню, — я хотел отключиться, но тут вспомнил, что пригласил гувернантку на свидание. — Дедушка, скажи Марии Ильиничне, что сегодняшнее мероприятие обязательно состоится, но немного позже.

— Что за мероприятие?

— Да так, ничего особенного. Ты, главное, передай.

— Передам, Костик.

Вскоре мы подъехали к вокзалу. Как обычно, заняли самые дорогие купе. Проводница, довольно миловидная женщина средних лет, предложила нам чай с кексами и орешки.

— А чего-нибудь покрепче у вас есть? — спросил Захар.

— Кофе, — пожала она плечами. — Остальное — только в вагоне-ресторане.

— Хочу выпить, — лидер гильдии поднялся и протиснулся мимо проводницы, чмокнув ее в щеку.

Та зарделась, хихикнула и убежала к себе.

Мы с Ефимом Прохоровичем присоединились к Захару, который уже заказал горячего и выпивки на всех членов гильдии. Весь день до позднего вечера мы обсуждали то, что творится в Разломах. Если старые Разломы уже были изучены и, как правило, представитель знал о нем все и щедро делился информацией, то в новых часто случались сюрпризы.

— Боюсь, что мы можем попасть в Разлом высшего уровня, — проговорил охмелевший Захар и захрустел соленым огурцом.

— Почему ты так решил? — спросил один из охотников, которого звали Игорь.

— В том районе почти все высшего или среднего уровня. Уж не знаю почему, но это так. В Ведомстве у главы нашего региона висит карта империи. На ней изображены все Разломы по цветам. Так, в том регионе, в который мы едем, эти Разломы друг на друге сидят и все как один отмечены темными кружками, — Захар откинулся на спинку дивана и смачно рыгнул в рукав. — Давай ложиться. Надо выспаться. Если мои опасения верны, значит, Разлом из нас все силы вытянет.

Мы разошлись по купе, и вскоре весь вагон заполнился заливистым храпом.

На следующее утро некоторые чувствовали себя плохо после вчерашних посиделок, поэтому нацепили на грудь лечебные артефакты, и попивали крепкий чай. Я же был бодр и в отличном расположении духа. Уж не знаю, почему: то ли выспался, то ли сила Императора так на меня влияет.

После полудня мы прибыли в Екатеринбург, а уже оттуда наняли машину и направились в сторону Разлома. Сложность заключалась в том, что сам Разлом хоть и располагался возле поселения, но все же в лесу, где снега навалило нам по пояс. Пришлось просить отвезти нас на санях. Я, конечно же, мог просто пролететь это расстояние, но точно не при Ефиме Прохоровиче и остальных магах. Не знаю почему, но я оберегал свои силы от чужих глаз. Мне казалось, что для этого еще не пришло время.

Вокруг Разлома была натянута сеть, которая служила временным заграждением. Правда, охранников не было. Они располагались в поселении на тот случай, если монстры смогут прорваться на Землю и прибегут к людям.

Когда мы оказались у входа и сошли с саней в снег, местные тут же развернули лошадей и поехали обратно, опасливо оглядываясь.

— Не забудьте вернуться через три часа! — прокричал им вслед Захар.

Возле Разлома снег был уже утоптан, поэтому охотники без труда приготовились и, крепко сжав в руках оружия, друг за другом зашли в отголосок чужого мира.

Я последним шагнул в ослепительно-белый вход и попал в тусклый серый мир. Мне даже показалось, что у меня что-то с глазами, и потер их, но ничего не поменялось. Здесь практически не было другого цвета, кроме серого. Тяжелые нависшие тучи, равнина, покрытая вместо растительности мелкими камнями, одинокие деревца с тонкими листьями, больше похожими на хвою.

— Похоже, здесь никого нет, — сказал Игорь и поворошил ногой камни.

— Разойдемся, осмотримся, — Захар осторожно зашагал вперед, постоянно осматриваясь.

Мы с Ефимом Прохоровичем двинулись налево. Я отправил перед собой фантома и велел ему найти живых существ. Едва он отошел от меня на пару метров, как тут же показал гигантскую плоскую тварь, расцветка которой походила на камни, разбросанные вокруг, поэтому ее не было видно.

— Осторожнее! Они под ногами! — прокричал я, сформировал арбалет и выпустил болт в голову твари.

Та истошно завизжала и поднялась. Мы с Ефимом Прохоровичем отпрянули от неожиданности. Серая плоская голова с черными бусинками-глазами покачивалась на длинной шее, которая плавно переходила на тощее тело, покрытое костяными шипами.

Крик чудища будто стал сигналом для остальных, поэтому со всех сторон послышалось шуршание камней, и твари поднялись.

— Да их тут сотни, — выдохнул ошарашенный Ефим Прохорович.

Охотники с боевым кличем набросились на монстров, а я сначала вытащил из пространственного кольца ящера Гекко и отправил его на охоту, а затем продолжил стрелять болтами из арбалета. Однако даже три болта, пролетевшие навылет через плоскую голову, не убивали монстра, поэтому я сформировал меч и пошел крушить их тощие тела.

Вдруг слева послышался крик. Я обернулся и увидел, что два монстра схватили Игоря и тянут его в разные стороны. Недолго думая, я сформировал копье и запустил в тонкую шею одного, а второму зарядил сразу пять болтов в голову. Игорь свалился на землю, а сверху на него рухнул второй монстр. Я ринулся к охотнику и помог освободиться, но он пожаловался на ногу и плечо. Броня защитила его от острых когтей, но не от ушибов и вывихов.

Я закинул его руку себе на плечи, подхватил за корпус и повел к выходу.

— Что-то меня тошнит, — пожаловался он.

— Может, еще и головой ударился? Потерпи, сейчас артефактов наклею. До лечебницы доживешь, а там уж тебя поставят на ноги, — я попытался его успокоить и ускорился.

Когда мы подошли к выходу, сзади раздалось распоряжение Захара:

— Все на выход!

Я оглянулся и увидел, что он торопливо шел к нам.

— Что случилось? — спросил я.

Захар ответить не успел. Он схватился за живот, скрючился и, простонав, вырвал. В это время я увидел остальных охотников. Все выглядели бледными и встревоженными.

— На выход, — повторил лидер гильдии и, утерев губы рукавом, поспешил к выходу.

Я вывел Игоря на морозный воздух, а следом вышли остальные.

— Фух-х-х, думал свалюсь где-нибудь. Фон просто адский, — пожаловался Захар, сгреб рукой нетронутый снег и засунул в рот.

— Кто-нибудь успел достать хоть один сплот? — Ефим Прохорович обвел взглядом присутствующих.

— Я — нет. Хотел на обратном пути ими заняться, — ответил охотник, имени которого я не знал. — Но больше я туда не зайду. Еще чуть-чуть и кишки бы разорвало.

Я переводил взгляд с одного на другого, но не мог понять, о чем они говорят, так как ничего не почувствовал.

— Ефим Прохорович, а вам тоже было плохо? — уточнил я.

Он тоже был с головы до ног закрыт призрачной броней.

— Да, Костя. Но я почувствовал неладное уже через десять минут. В голове появился какой-то шум.

— Во-во, у меня также, — поддержал его Игорь, который уже достал свой лечебный артефакт и прикреплял его к груди. — Поэтому я и отвлекся. Кстати, спасибо тебе, Костя. Ты спас меня.

Мы пожали друг другу руки.

— Предлагаю не ждать местных и пойти по следу саней. Неизвестно еще, приедут за нами или нет. Судя по ошалелым глазам мужиков, они бы точно не хотели сюда возвращаться, — проговорил Захар, вытащил из пространственного кармана шубу и накинул на плечи поверх брони.

Остальные согласно кивнули, но не я.

— Мы что, уйдем отсюда с пустыми руками? Даже сплоты не заберем? — возмутился я.

— Костя, запомни: жизнь и здоровье важнее денег, — Захар похлопал меня по плечу.

Между тем Ефим Прохорович убрал призрачную броню и натянул на голову шапку-ушанку. Охотники явно намеревались уйти, даже не попытавшись вернуться и забрать хоть какую-то часть добычи. Меня такое положение дел не устраивало. Все-таки в Разломы я ходил в первую очередь ради заработка.

— Стойте здесь. Я быстро, — выпалил я и зашел в Разлом под крики охотников.

Монстры уже успокоились и снова спрятались среди камней. Я огляделся и насчитал двенадцать убитых тварей, возле которых уже появились полчища мелких тварей. Скорее всего, они тоже прятались где-то под землей, но запах крови заставил их выйти.

Первым делом я направил перед собой фантома, чтобы случайно не нарваться на плоскую голову с зубастой пастью. Затем вытащил из каждого убитого монстра его сплот. Он был довольно большой, но я сомневался, что этот Разлом высшего уровня. Слишком уж какие-то невзрачные здесь монстры, которые даже толком не сопротивлялись.

После того как вытащил все сплоты, решил кое-что сделать. А именно — снять броню и попробовать продержаться хотя бы еще минут десять. Хотя Ефима Прохоровича даже броня не спасла от негативного фона.

Я встал у входа, убрал броню и окунулся в свои ощущения. Фантом все это время находился поблизости и показывал обстановку, поэтому я не боялся внезапного нападения.

Прошло десять минут… двадцать… тридцать…

— Костя, выходи! Мы за тебя волнуемся, — услышал я голос Ефима Прохоровича.

Он снова закрылся броней и, выставив перед собой меч, подошел ко мне.

— Почему на тебе нет брони?

— Пропала. Слишком сильное воздействие. Я пока оранжевого уровня, поэтому не могу так долго питать броню, как вы, — соврал я.

— Ясно, выходи. Мне уже не по себе. И как ты здесь столько продержался? — он махнул рукой и, еще раз оглядевшись, вышел из Разлома.

Я пошел следом, так и не почувствовав того влияния, которое испытали остальные. Может, все дело в том, что сила, которая сейчас живет во мне, очень похожа на здешнюю энергию. Получается, что теперь я часть инородного мира. Часть Разлома.

Как только я вышел, все бросились ко мне с расспросами, поэтому пришлось изобразить, что меня тошнит. Захар тут же полез за артефактами, но я остановил его, уверив, что мне уже лучше.

— Ты нас напугал. Мы уже хотели пойти на твои поиски, — сказал он, схватил мою руку и посчитал пульс.

— Ну что, добыл сплоты? — спросил Игорь.

Он подволакивал ногу и с трудом поднимал руку. Лечебный артефакт помог снять боль, но, похоже, у него были травмы посерьезнее, чем просто ушиб.

— Да. У всех двенадцати убитых собрал, — я достал контейнер, открыл его и вытащил сплот.

— О! Почти высший уровень, но все же средний, — Захар повертел сплот в руках и снова опустил в мой контейнер. — По пятьсот на каждого будет. Молодец, студент! На тебя можно положиться. Только в следующий раз не рискуй. Если в первый раз Разлом вытянул твои силы за час, то второй раз за десять минут полностью опустошит. Не рискуй понапрасну.

— Хорошо, понял, — кивнул я.

Мы вернулись в поселение и попросили охранников отвезти нас в город. Те согласились, но всю дорогу расспрашивали о том, что творится в Разломе. Мы их успокоили, что монстры выглядят довольно смирными, если их не трогать.

Добычу решили продать проверенным людям в Москве, поэтому я отдал свой контейнер со сплотами Захару, а сам купил себе билет на дирижабль до Кирова.

Поезд в Москву был вечером, а дирижабль до Кирова на следующее утро, поэтому я проводил гильдию до вокзала и, попрощавшись, заселился в дешевую привокзальную гостиницу. Обстановка в номере была скудная, но на одну ночь меня вполне устраивала.

Поужинав в кафе, я вернулся в гостиницу и, уже лежа в кровати, вспомнил о том, что говорил вахтер. Какая-то девушка заселилась в общежитие в тот самый день, когда подбросили тварь в мою комнату. Это может быть совпадением, но то, что она не была студенткой и ни дня не жила в общежитие, наводило на определенные мысли. А не та ли это девушка, которая намутила с документами в Ведомстве и отправила гильдию «Победителей» вместе со мной в Разлом среднего уровня? Хм, кто же она такая?

Глава 6

Наутро я позавтракал в ближайшем кафе и поспешил на вокзал. Дирижабль был полупустой, видимо, в этом направлении редко летали. От девушки, которая пришла предложить мне чай, я узнал, что дирижабли летают из Екатеринбурга в Киров всего раз в неделю. Я порадовался, что приехал вовремя зачищать Разлом, а то пришлось бы добираться с пересадками.

В три часа дня дирижабль опустился на вокзал Кирова. С неба сыпался мелкий снег, а сильный ветер закручивал его в небольшие вихри. Я вышел на улицу и позвонил Егору Смирнову.

— Привет, Костя! Ты уже приехал? — вновь закричал он в трубку.

— Да, я на вокзале. Куда мне дальше?

— Стой там! Я сейчас заберу тебя!

— Зачем? Я сам доберусь…

Я не успел договорить, потому что он уже сбросил звонок. Ну ладно, подожду.

В ожидании Егора я решил пройтись по округе и осмотреться. Город мало чем отличался от остальных городов империи: те же дома, дороги, люди. Однако вскоре я набрел на целую вереницу небольших магазинчиков. В них продавали сувениры и различные сладости. Я сразу же набрал два бумажных пакета гостинцев Даше, деду и Марии Ильиничне. Сам того не осознавая, я считал ее уже частью нашей семьи. Мне стало казаться, что она всегда была с нами.

Когда вышел из очередного магазинчика, зазвонил телефон. Это был Егор.

— Алло, Костя, ты где? Я подъехал к вокзалу.

— Сейчас буду.

Еще издали я увидел Егора, который стоял у шикарной дорогой машины и махал мне двумя руками.

— Я рад, что ты здесь! Ох и погуляем! — мы обменялись рукопожатиями.

— Насчет «погуляем» — не уверен. Мне надо возвращаться. Сам знаешь: учеба, зачистки — на отдых времени совсем нет, — признался я, хотя сам был не прочь задержаться здесь на пару-тройку дней.

— Ну вот, а я-то надеялся…

— Но сегодня у меня вечер свободный, — заверил я, отчего на лице юноши расплылась улыбка.

Автомобиль был совсем новенький, поэтому внутри до сих пор пахло новой кожей. За рулем сидел водитель, который поздоровался со мной и обратился к Егору.

— Егор Павлович, куда едем?

— В мастерскую, Веня, — важно кивнул тот.

Мастерская находилась в самом центре города, поэтому, пока мы ехали, Егор провел для меня мини-экскурсию. Больше всего мне понравилась пешеходная улица, возле которой мы проезжали. На ней стояли необычные статуи и различные старинные автомобили.

Как только мы подъехали к зданию, в котором располагалась мастерская, я сразу понял, как богат род Смирновых. Во-первых, это было самое красивое здание в этом городе, по крайней мере, из всех, что я успел увидеть. Во-вторых, оно располагалось между городской ратушей и центральной площадью. То есть, занимало очень выгодное и престижное место. К тому же Егор сказал, что здание принадлежит им уже несколько поколений.

На входе нас встретили двое охранников. Они доброжелательно поздоровались с Егором и очень настороженно отнеслись ко мне, но проверять не посмели.

— В первый раз вижу, чтобы мастерские так охранялись, — сказал я Егору, кивнув на камеры, натыканные повсюду.

— Мы выполняем различные артефакты. В том числе очень опасные, которые не должны попасть в чужие руки.

— В смысле? А в какие руки обычно попадают ваши артефакты? — заинтересовался я, когда мы прошли коридор и оказались у лестницы, ведущей вниз, а рядом с ней находился еще один пост охраны.

— По заказу императорского дворца, — вполголоса пояснил он и повернулся к охранникам. — Запишите в журнал, что со мной прибыл граф Родионов Константин Сергеевич.

Двое охранников кивнули, но все равно пристально рассмотрели меня с ног до головы.

Мы с Егором спустились на цокольный этаж и очутились в огромном, хорошо освещенном зале. Везде располагались стеллажи, столы, какие-то стеклянные кубы, ящики и сейфы. Однако во всем зале я увидел только двоих человек. К одному из них мы и направились.

— Дядя Алик, это и есть тот самый Костя Родионов, про которого я говорил, — сказал Егор.

Пожилой мужчина, скрючившись, сидел за столом и, глядя в лупу, иглой ковырялся в каком-то механизме.

— Минуточку… одну минуточку, — еле слышно проговорил он, не отрываясь от своего занятия.

Мы с Егором замерли, стараясь даже не шевелиться, чтобы не помешать мастеру.

Прошло пару минут и он, наконец, удовлетворенно крякнув, выпрямился и посмотрел на нас.

— А-а-а, вы и есть тот самый призрачный маг, про которого Егорка мне все уши прожужжал? — улыбнулся он, встал и протянул мне руку.

— Ничего я не жужжал, — обиженно буркнул Егор.

Дядя Алик не обратил на него внимания, а показал мне на кресло напротив его стола и предложил:

— Прошу, присаживайтесь.

— Благодарю, — кивнул я и опустился в продавленное кресло, подлокотники которого были засалены до блеска.

Он убрал механизм в деревянную коробочку и вытащил из ящика стола сверток. Развязав кожаный ремешок, он откинул бархатную ткань и показал мне ограненное… яйцо.

— Однажды я уже делал такой артефакт, но он предназначался для воина из императорской стражи. В те года было очень неспокойно, поэтому требовалось много стражников, но за короткое время их было невозможно подготовить, поэтому я нашел в записях своего деда артефакт, который позволяет размножить объекты, но только созданные призрачной магией. Признаюсь честно, над первым артефактом я трудился пару лет, но сейчас справился на пару дней. Вот что значит — опыт, — усмехнулся он и протянул мне камень. — Возьмите и попробуйте.

Я встал, осторожно взял прозрачный камень в виде яйца со множеством мелких граней.

— Я взял на себя смелость и изготовил самое большое число граней, которые уместились на этом камне. Дело в том, что от количества граней зависит, сколько копий вы сможете создать, — пояснил он, будто прочитал мои мысли.

Я кивнул и, повертев артефакт в руках, спросил:

— А как он работает?

Дядя Алик не успел ответить, так как ко мне тут же подошел Егор и, забрав камень, сказал:

— Я покажу.

Он отошел от нас на несколько шагов и сформировал в левой руке бокал. Затем поднес яйцо вплотную к призрачному бокалу.

Я замер, пристально наблюдая за его действиями. Вдруг артефакт вспыхнул, и в ту же секунду вокруг Егора на расстоянии двух метров прямо в воздухе появились бокалы. Егор медленно опустился на корточки и поставил свой бокал на пол. Остальные бокалы также опустились на пол.

— Ну вот, получилось, — с довольным видом сказал парень.

— Невероятно, — вырвалось у меня.

Я подошел к одному из бокалов и уже протянул руку, но он пропал, как и все остальные.

— Моя магия еще не такая сильная, поэтому долго без моей энергии бокал не может простоять, — извиняющимся тоном проговорил Егор.

В это время к нам с кряхтеньем приковылял дядя Алик и предложил:

— Костя, теперь ваша очередь. Только попробуйте сначала с чего-нибудь менее энергозатратного, потому что если у вас появился сразу двадцать два меча, то и энергию вашу заберет не один меч, а все двадцать два. Не хотелось бы мне звать сюда лекарей, чтобы привести вас в чувство.

Моя магия была связана только с оружием, поэтому я подумал и решил умножить кинжалы. Егор еще раз проинструктировал меня, как сделать копии, и они с дедом отошли подальше. Я сформировал кинжал и приложил его к одному из граней прозрачного яйца.

Прошла секунда, две, три…

— Не получил…

Начал было я, но в то же мгновение камень загорелся, и вокруг меня в воздухе появились кинжалы.

Дядя Алик и Егор с облегчением выдохнули и ударили по рукам.

Я повернул кинжал в руке, и остальные кинжалы с точности повторили мое движение. Убрав яйцо в карман, я перекинул кинжал в другую руку, и остальные тоже сместились.

— А как мне управлять ими, кроме того, что они просто повторяют мои движения? — спросил я у дяди Алика.

— Этого я не знаю. Моя задача — сделать артефакт, а с призрачной магией я не очень хорошо знаком. В академии я обучался лишь управлять водной стихией, — развел он руками.

— Понятно. Тогда сам разберусь, — я вытащил яйцо из кармана, еще раз внимательно рассмотрел его. — Из чего он сделан?

— Камень из Разлома, конечно же. Ничто в нашем мире не сможет заменить по энергии руду из Разлома. Я очень надеюсь на то, что в новых Разломах будет еще больше полезных ископаемых.

— Похоже, только вы рады новым Разломам, — усмехнулся я.

— Да, я их совсем не боюсь. Сам в молодости состоял в гильдии. Сейчас возникли сложности только из-за того, что недостаточно гильдий. Но ничего, это дело быстро решается. Всего лишь надо в каждой магической академии формировать свои гильдии и ходить на охоту. Конечно, лидером должен быть опытный боец, но рядовыми могут служить и обычные студенты, которые научились азам своего вида магии, — ответил дядя Алик и вернулся за свой стол.

— Вы правы, гильдий катастрофически не хватает, — кивнул я и уточнил. — Егор сказал, что артефакт мне обойдется в три тысячи. Это верно?

— Да, три. Для чужого человека назвал бы пять, а вам, как другу моего дорогого племянника, я сделал скидку.

— Спасибо, — я достал нужную сумму и протянул ему.

Старик не стал пересчитывать, а сразу убрал в ящик стола и пожелал мне хорошей дороги. Я еще раз поблагодарил за работу и в сопровождении Егора направился к лестнице.

Теперь мне предстояло научиться управлять копиями, а потом можно и одному ходить на зачистки.

Мы поднялись на первый этаж, вышли на улицу, и Егор предложил сходить куда-нибудь поесть. Я согласился, хотя сгорал от нетерпения начать упражняться с артефактом.

Подняв воротники, чтобы спастись от усилившегося снега, мы поспешили к ресторану с вывеской «Малинка».

— Здесь рыбу очень вкусно готовят на углях, — сказал Егор, когда мы забежали внутрь.

Швейцар закрыл за нами дверь, забрал пальто и проводил в один из залов большого ресторана. Здесь было очень красиво: позолоченные канделябры, мягкие красные дорожки, белоснежные скатерти и стулья с резными спинками.

Егор, по всей видимости, здесь бывал частенько, поэтому к нам подошел официант и, поздоровавшись, спросил подавать, как обычно, или чего-то новенького. Егор посмотрел на меня, я кивнул и ответил, что доверяю его выбору.

— У меня есть пропуск на тренировочный полигон. Не хочешь сходить? — спросил Егор, после того как официант поспешил на кухню.

— Хочу, конечно. Надо с артефактом поупражняться, — кивнул я, рассматривая винную карту.

— Ты обещал научить меня создавать хоть какое-то оружие, — несмело продолжил он.

— Научу. По крайней мере, на кинжал хватит пары часов упражнений.

— Отлично! — воодушевился он.

Вскоре нам принесли запеченную семгу в сливочном соусе, картошку с грибами тушеную в глиняных горшочках и большую тарелку с сырной и мясной нарезками.

Егор был прав, готовили здесь вкусно. Пока ели, он засыпал меня вопросами о призрачной магии и зачистках в Разломе. Я с готовностью отвечал на все его вопросы, так как видел, как горят его глаза при упоминании мече или арбалете, с помощью которых я охочусь.

— Как бы я хотел побывать в Разломе, — мечтательно проговорил он, будто говорил о каком-то райском месте или курорте.

— Моему другу Никите хватило одного раза, чтобы больше никогда не возвращаться туда. Притом он четверокурсник и достиг оранжевого ранга.

— Я понимаю, что меня никто не пустит в Разлом, но очень хочется испытать себя.

— Твоя семья занимается очень сложным и серьезным ремеслом, поэтому будет лучше, если ты посвятишь себя артефакторному делу. Охотников много, а хороших артефакторов на пальцах пересчитать, — сказал я, с наслаждением уплетая сочную рыбу.

— Ты говоришь, как мой отец, — горько усмехнулся Егор. — Он даже слышать не хочет о том, что я хочу заниматься чем-то другим… Если у меня быстро получится кинжал, ты научишь меня создавать меч? — с надеждой спросил он.

— Посмотрим. Но, судя по бокалу, твои изделия недостаточно напитаны энергией, а оружие требует достаточно больших вложений. Особенно в бою, — предупредил я.

— Я это понимаю, но мне так неинтересно заниматься бытовой магией, что просто давно перестал стараться и с нетерпением жду окончания академии, чтобы пуститься в свободное плавание… Хотя, какое может быть свободное плавание, если я буду привязан к мастерской точно так же, как и остальные члены моей семьи? Повезло только старшей сестре, которая вышла замуж и уехала жить в столицу.

— Не вешай нос. Все в твоих руках. Но лучше старших слушать, чем совершать собственные ошибки, — нравоучительно сказал я и с довольным видом откинулся на спину стула.

После сытного обеда мы вышли из ресторана. На улице совсем стемнело, но уже повсюду зажглись фонарные столбы с тусклым желтым светом. Егор заранее вызвал машину, поэтому мы забрались на заднее сиденье и поехали на тренировочный полигон.

Полигон был небольшой, но места было достаточно для тренировки. Мы заплатили за вход и прошли внутрь. Было видно, что это место пользовалось популярностью, поэтому все манекены, стоящие вдоль стены, представляли собой жалкое зрелище: обожженные, в порезах, дырах, с оторванными руками и ногами. Стены и пол полигона маги тоже не пожалели.

— Я готов, — сказал Егор и встал в центр полигона.

— Если готов, то давай пробовать, — кивнул я.

Объяснив, что следует делать, я отошел в сторону и наблюдал. Кинжал у Егора получился быстро, но даже находясь в руке оружие быстро пропадало. Промучившись больше часа, Егор удрученно произнес:

— Мой удел — кастрюли и вилки.

— А вот и нет. У многих на моем курсе долго не получался кинжал, а у тебя с первого раза. Поупражняешься и все получится, — успокоил я его и, оглянувшись, прошептал. — Раз уж мы здесь, то грех не воспользоваться возможностью.

Вытащив из пространственного кармана артефакт, я накинул на себя броню. Ошеломленный Егор присвистнул.

— Твоя броня стала еще внушительнее, чем была на соревнованиях. Ты весь сияешь и переливаешься.

— Да, с того времени я поднял свой ранг, — кивнул я и поднес артефакт к груди.

Мы с Егором замерли, неотрывно глядя на прозрачный камень. Когда уже прошло достаточно времени, но ничего не произошло, Егор сказал:

— Завтра снова пойдем к дяде Алику. Что-то его артефакт не работает.

— Работает, просто нужно время… наверное.

Я уже хотел убрать артефакт на место, но тут он вспыхнул, и друг за другом появились двадцать два кристальных воина. Они закрыли меня плотным кольцом и не двигались, только правая рука была прижата в груди.

— Вот это да, — вырвалось у изумленного Егора.

Я протянул руку и дотронулся до одного из них. На ощупь он был в точности, как моя броня, такой же твердый и холодный.

— Как же вами управлять? — прошептал я, разглядывая своих воинов.

Глава 7

Я стоял, окруженный своими копиями, и не знал, что с ними делать. Они в точности повторяли все мои действия, но по-прежнему ни на шаг не отходили. Как можно бороться с монстрами, если эти истуканы держат меня в круге и также направляют на меня кинжалы, которые я им дал также с помощью артефакта.

— Как же вами управлять? — уже в который раз раздраженно спросил я и повернулся.

Они точно так же повернулись. Затем я присел и положил кинжал на пол, они сделали то же самое. М-да, и ради этого я приехал сюда? Совершенно бесполезная вещь, только три тысячи зря потратил.

— Поехали отсюда, — сказал я и мигом смахнул с себя призрачную броню, а вместе с ней и воинов.

Егор подбросил меня до ближайшей гостиницы. Завтра в восемь утра у меня был поезд, поэтому надо было пораньше ложиться спать.

Я хотел еще раз испытать артефакт, но осмотревшись, понял, что двадцать два здоровенных лба точно не уместятся в гостиничный номер. Тогда я встал в центр комнаты, создал меч и приложил артефакт к нему. Призрачные искрящиеся мечи окружили меня и зависли в воздухе.

Зрелище было потрясающее, но бесполезное. Поупражнявшись с артефактом еще полчаса, я убрал его в пространственное кольцо, в надежде, что все же смогу разобраться и правильно его использовать.

На следующее утро, как только сел в поезд, раздался звонок. Номер был незнакомый, поэтому я прижал трубку к уху и настороженно спросил:

— Кто это?

— Константин Сергеевич? Здравствуйте! Это секретарь Алексей Филипповича. Меня зовут Наталья Иосифовна, — послышался незнакомый женский голос.

У декана Филина есть секретарь? Ни разу не видел.

— Слушаю.

— Поступила жалоба, что вы не посещаете занятия. За первое полугодие вы пропустили более ста учебных часов. Ваш преподаватель поднял вопрос о целесообразности вашего нахождения в академии. Вы должны будете предоставить справки или иные документы, подтверждающие то, что вы пропускали по уважительной причине.

— Погодите, какой еще преподаватель? — уточнил я.

— Ростислав Богданович.

Ага, так и знал, что от него нужно ждать неприятностей. Он мне сразу не понравилось. Чувствовалось в нем говнецо.

— А если я не предоставлю таких справок?

— Тогда будет подниматься вопрос о вашем отчислении из академии, — сухо ответил она.

Наверняка этот Богданович выставил меня в не лучшем свете.

— Хорошо, я понял.

Сбросив звонок, я тут же позвонил Ефиму Прохоровичу.

— Алло, Костя. Слушаю.

— Ефим Прохорович, здравствуйте! Можно ли в Ведомстве взять справку о том, что я участвовал в зачистках?

— Вряд ли такую справку они выдадут. Можно взять график посещения Разломов гильдией. А зачем тебе?

— В академию, — ответил я и сменил тему. — Когда в следующий раз в Разлом?

— Захар дал два дня отдыха, а то мы почти каждый день ходили на зачистки. Конечно, сейчас не время отдыхать, но о себе тоже надо подумать. Когда появится работа, я тебе позвоню.

— Договорились.

Я не особо переживал из-за того, что сказала секретарь, ведь с деканом, впрочем, как и с ректором, я был в хороших отношениях.

После полуночи поезд прибыл в Москву. Я добрался до академии, но когда подошел к воротам, то не смог открыть их. Магическая печать на запястье, с помощью которой все студенты беспрепятственно перемещались по территории академии, не срабатывала.

Я решил, что восточные ворота неисправны, и торопливо направился к северным. Однако и на этот раз вход для меня был закрыт.

— Что за ерунда! Почему ворота не открываются? — выругался я и, схватившись за толстые железные ворота, потянул их на себя. Но как бы я ни старался, створки оставались плотно закрытыми. Не оставалось ничего другого, как позвонить Никите.

Тот долго не отвечал, и я уже хотел поймать такси и поехать в особняк, но тут услышал его сонный голос.

— Костян, это ты?

— Я! Открой мне ворота, — выпалил я.

— Какие еще ворота? — не понял он.

— Любые. Печать не работает, не могу попасть на территорию академии.

— Странно… Погоди, сейчас выйду к восточным воротам.

Я снова прошел к нужным воротам и вскоре увидел Никиту, который шаркал мне навстречу в домашних тапочках и в шубе, из-под которой выглядывали шорты.

С помощью своей печати он открыл створку и пропустил меня.

— А что случилось с твоим пропуском? — широко зевая, спросил он.

— Пока не знаю, но завтра обязательно выясню… Фаника кормил?

— Конечно. Ну и проглот он у тебя! Это ж надо: такой мелкий, а столько ест! Я два раза в магазин бегал по его милости, — возмутился Никита, достал из кармана ключи и отдал мне.

— Сколько ты на него потратил? Я возмещу, — я полез за кошельком, но друг остановил меня.

— Не надо. Не так уж много потратил, просто понять не могу, как целая связка бананов может за пару минут уместиться в нем? — он зябко поежился.

Я пожал плечами. Меня самого этот вопрос периодически интересовал.

Мы подошли к общежитию, и Никита, попрощавшись, забежал внутрь. Я же поднял воротник, спасаясь от холодного ветра, и поспешил к своему дому.

Еще издали я заподозрил неладное, увидев на крыльце моего дома какие-то коробки. Когда подошел поближе, то понял, что это — мои вещи. Притом они просто свалены в коробки, которые никто не удосужился закрыть, поэтому их засыпало снегом.

— Что творится? Кто посмел рыться в моих вещах? — воскликнул я.

Я хотел вставить ключ в замок, но он не подходил. Похоже, замки тоже поменяли.

— Черт возьми, что здесь происходит? Где Фаник?

Я перерыл коробки, но зверька не нашел, тогда отправил на поиски свой фантом. Тот обошел весь дом, заглянул в каждый шкаф и в каждый угол, но так и не нашел Фаника. Тогда я отправил его пройтись по округе и поискать зверька в соседних домах и на улице, но все было тщетно: Фаник пропал. А что, если его нашли? Меня ведь за это могут даже посадить. В империи существовал строжайший запрет на вынос монстров из Разлома. А Фаник, хоть и был довольно забавным зверьком, все равно относился к иномирному созданию.

Я не знал, как поступить. Может мне пора бежать и скрываться, чтобы не попасть на скамью подсудимых? Или пойти и самому признаться в том, что сделал?

Поразмыслив немного, я понял, что единственный выход — это дождаться утра и пойти к декану. Уж он-то точно знает, что происходит.

Ехать домой среди ночи мне не хотелось, поэтому я убрал ящики с вещами в пространственное кольцо, предварительно вытряхнув снег, и направился к общежитию.

Вахтер, казалось, никогда не спит. Вот и теперь он сидел за столом и прислушивался к тому, что говорил радиоведущий. Увидев меня, он приложил палец к губам и еле слышно сказал:

— Срочные новости.

Я кивнул, опустился в продавленное кресло напротив его стола и тоже прислушался. Речь шла о том, что у ученых есть предположение откуда берут начало все Разломы. Оказывается, есть Разлом, в котором почти невозможно находиться, поэтому его даже не зачищают, а просто закрыли непроницаемой стеной, а внутри установили приборы, бьющие током, а также различную взрывчатку.

Когда из Разлома на Землю пробираются монстры, их просто убивают, но трупы даже не выносят, и они гниют там. Ученые предполагают, что внутри этого Разлома находится что-то, что питает остальные Разломы и способствует их появлению.

— Всё только предполагают и предполагают, — проворчал вахтер. — Действовать надо, а не предполагать. Уж не могут залезть и посмотреть, что там внутри. Столько охотников — сильных магов, различной техники, а толку нет. А вы чего, Константин Сергеевич, спать не идете? Поздно уже.

Он отодвинул радио от себя и вопросительно посмотрел на меня.

— У меня что-то с дверным замком заклинило. Утром пойду разбираться, — соврал я и, не сдержавшись, зевнул.

Иван Герасимович развернулся, открыл дверь ключницы и задумчиво окинул ее взглядом.

— Вообще-то, ваша комната все еще свободна, поэтому можете подняться и отдохнуть, — он протянул мне ключи.

— Благодарю, Иван Герасимович. Утром я освобожу комнату, — заверил я.

— Не торопитесь. В середине года редко кто-то претендует на комнату в общежитии. Наоборот, все хотят быстрее переселиться в отдельный дом, и под конец учебного года половина общежития пустует, — махнул он рукой.

Я еще раз поблагодарил и поднялся на третий этаж. Фантом показал, что Никита уже спит, поэтому не стал к нему стучаться, а зашел в свою комнату и опустился на диван.

Получается, меня без предупреждения выселили из дома и забрали право прохода на территорию академии. Как такое возможно и кто дал такое распоряжение?

К тому же Фаник куда-то пропал. Кто-то мутил воду за моей спиной.

На следующее утро я вскипятил чайник и постучался к Никите.

— Ты что здесь делаешь? — удивился он, увидев меня на пороге.

— У тебя кофе есть, — я потер сонные глаза.

— Есть.

— Бери и пошли, — махнул я.

Мы сели за стол с кружками горячего кофе. Никита не спускал с меня вопросительного взгляда, поэтому пришлось все объяснить.

— Скорее всего, произошла какая-то ошибка, — проговорил он после минутной паузы.

— Не знаю. Пойду к Филину и все выясню.

— Подожди, я с тобой, — он поднялся и поспешил в свою комнату.

Через десять минут мы спустились вниз. Вахтера на месте не было, поэтому я оставил ключ на столе и вышел на улицу.

— Может, сразу к ректору? Без его ведома такого безобразия никто бы не смел провернуть, — предложил Никита, натягивая шапку на голову.

— Ты прав. От декана толку нет. Пойду сразу к Владимиру Борисовичу.

Мы зашли в здание академии и направились к кабинету ректора. Дверь в Приемную была настежь открыта, и девушка-секретарь торопливо складывала в коробки какие-то папки. Она была так увлечена свои делом, что даже не заметила, когда мы зашли.

— Доброе утро! Владимир Борисович у себя, — обратил я на себя внимание.

Девушка испуганно вздрогнула, повернулась и с облегчением выдохнула.

— Доброе утро. Нет, он с сегодняшнего дня в Ведомстве, — она смахнула волосы с лица и продолжила складывать папки.

— А когда он вернется? — уточнил Никита. — У нас к нему дело.

Секретарь посмотрела на него, как на умалишенного.

— Зачем ему сюда возвращаться? Он уже вчера забрал все свои личные вещи.

— Как это? Объясните толком, что происходит? — вспылил он, в то время как я уже понял, что произошло.

— Владимир Борисович назначен на высокую должность в Ведомстве. Поэтому у нас теперь новый ректор, который дал мне срок до обеда сдать все дела в архив. А вы меня отвлекаете, — возмущенно проговорила она.

— Новый ректор? И кто ж это? — мы с Никитой переглянулись.

— Ростислав Богданович Лисицын.

Теперь мне стало многое понятно. Он еще не вступил в должность, а уже начал избавляться от неугодных ему людей.

Я вышел из приемной и направился к кабинету декана.

— Костян, у тебя какие-то терки с этим Лисицыным? — спросил Никита, когда догнал меня.

— Похоже, что да.

Еще издали я увидел, как декан Филин, не спеша, направляется к своему кабинету.

— Алексей Филиппович, здравствуйте! — поспешил я к нему.

— А-а-а, Константин Родионов. Доброе утро. Как ваши дела? — он вытащил карманные часы и посмотрел время.

— У меня к вам серьезный разговор.

— Серьезный? Ну тогда пройдемте в мой кабинет, — он вытащил ключ из кармана и вставил в замок.

В это самое время дверь открылась и чуть не ударила старика. На нас удивленно уставилась молодая женщина.

— Вообще-то, дверь уже открыта. Зачем ковыряться в замке? — неприязненно спросила она.

— Ой, а я и забыл, что у меня теперь секретарь есть. Простите, Наталья. Запамятовал, — махнул рукой декан.

Та покачала головой и отошла от двери. А мы с деканом и Никитой зашли в кабинет.

Здесь тоже была перестановка, и стол секретаря находился прямо напротив стола декана. Женщина опустилась в кресло и, казалось, всецело погрузилась в чтение каких-то бумаг, но я видел, что она делает вид, а на самом деле прислушивается.

— Что привело вас ко мне? — Алексей Филиппович с кряхтеньем сел за стол и поднял на меня мутные, в красных прожилках глаза.

А вкратце рассказал ему про ворота и дом, но, конечно же, не стал упоминать о Фанике.

— Я не в курсе того, что происходит, — развел он руками и покачал головой. — Надо разбираться. Сегодня вступает в должность новый ректор. Сходим к нему.

— Хорошо, но мне еще звонила ваш секретарь и сказала, что я должен принести какие-то справки.

— Секретарь? — он внимательно посмотрел на женщину.

Та перестала делать вид, что занята работой, и, кинув на меня настороженный взгляд, ответила:

— Да, я звонила. Это было распоряжение Ростислава Богдановича.

— Распоряжение? Но он еще только сегодня в обед приступает к своим обязанностям, поэтому он не мог давать никаких распоряжений, — задумчиво произнес декан и поднял на меня задумчивый взгляд.

Женщина пробурчала под нос что-то про «ничего не знаю, я здесь мелкая сошка» и уткнулась в свои документы.

Я понял, что мне придется самому во всем разбираться. Вот не зря мне этот Ростислав Богданович сразу не понравился! Да и зовут его как Зайцевича.

Мы с Никитой вышли из кабинета декана, и он поспешил на занятие. Я подошел к расписанию и увидел, что вместо моих занятий стоят росчерки.

До обеда было еще три часа, поэтому я решил позвонить Ефиму Прохоровичу и обсудить с ним произошедшее.

Он так же, как и я, ничего не знал, но пообещал разузнать по своим каналам и перезвонить мне.

В это время со стороны столовой донесся запах свежей выпечки. В животе сразу же заурчало. С утра студентов в столовой почти не было, поэтому я набрал целый поднос еды и сел за стол.

Сразу вспомнился Фаник. Надеюсь, он сумел сбежать. Иначе ему будет ой как несладко в лаборатории какого-нибудь исследовательского центра.

Через пятнадцать минут Ефим Прохорович перезвонил.

— Короче, все преподаватели не в курсе того, что происходит. Их ни о чем не уведомляли. Сегодня в три часа дня будет педсобрание, на котором все и объяснят. Этот Ростислав Богданович явился из какой-то академии. Вроде из той, где обучают магии «незримого тела». Но это не точно.

— «Магия незримого тела», — задумчиво произнес я, а затем подскочил и даже ложку выронил. Там же обучался Горин старший! Это наверняка не просто совпадение. Получается, что Лисицын связан с Гориным. Теперь много становится ясно.

— Костя, ты куда пропал? — послышался из телефона голос преподавателя.

— Я здесь. Спасибо, Ефим Прохорович. Буду держать вас в курсе дел.

Сбросив звонок, я встал из-за стола и вышел из столовой. Мне в голову пришла одна идея.

В коридоре я увидел задумчивого вахтера, который что-то бормотал под нос и выглядел потерянным.

— Иван Герасимович, с вами все в порядке?

— Константин Сергеевич, похоже, я старею, — еле слышно сказал он и поднял на меня глаза.

— По-моему, вы еще довольно крепкий и…

— Я не про то. Помнишь, я тебе рассказывал про студентку Феликсову, которая заселялась в общежитие, но ни дня не прожила?

— Помню. И что?

— Я сейчас по деканам прошелся. Мне нужны актуальные списки студентов после каникул. Так вот, у Алексея Филипповича секретарша — просто копия той студентки. Я даже к ней сначала также обратился, а она ответила, что никакую Фиону знать не знает, а ее зовут Наталья Иосифовна… Похоже, меня голова уже подводит… Или глаза.

— Вы просто слишком много работаете. Вам нужно больше отдыхать. А еще лучше — в отпуск съездить, — я пожал ему руку и направился к входу.

Теперь потихоньку все становилось на места.

Возле стенда с расписаниями находился кабинет заведующей. Именно она мне и была нужна. Я достал из пространственного кармана коробку конфет, которую купил в Кирове и постучал в дверь.

— Входите!

За столом сидела грузная заведующая и пила чай. Увидев меня, она махнула рукой и сказала:

— Давай-давай, заходи. Чаю будешь?

— Нет, спасибо. Я только со столовой. А вот это вам. Как раз к чаю, — я положил перед ней коробку конфет.

— О-о, с орехами! Я такое люблю, — она открыла коробку, взяла наманикюренными пальцами одну конфету и положила в рот. — М-м-м, какая вкуснятина. Угодил, студент. Что хотел?

— Я домой не смог попасть. Не подскажете, что случилось?

— Как фамилия?

— Родионов.

Она вытащила из ящика стола журнал, раскрыла его и перелистала.

— А-а-а, так тебе бесплатно этот дом давали. Ректор сменился, поэтому этой привилегии ты лишаешься. Таково распоряжение нового ректора.

— Все ясно. Кстати, не подскажете, куда новый ректор заселился?

— А зачем тебе? — она вновь потянулась к конфетам.

— Просто так, интересно, как ректоры живут.

— Этот взял себе самый дорогой особняк. Тот, что сразу за академией. С белой крышей. К тому же сказал, что ничего платить не будет. Типа пусть государство об этом позаботится, — она недовольно покачала головой. — Владимир Борисович никогда так себя не вел. Намного скромнее был.

— Понятно. Я к вам еще подойду, чтобы новый дом снять. А пока у меня дела.

— Подходи, — кивнул она.

Я вышел из кабинета и отправил фантома перед собой. Тот показал, что новый ректор один дома. Отлично!

Глава 8

Я подошел к дому ректора и окинул его взглядом. Как заведующая и говорила, это был самый роскошный особняк на территории академии: широкое крыльцо с витиеватыми перилами, белые колонны, огромный балкон со статуей. За домом находился сад с местом для отдыха. Раньше этот особняк держали для гостей академии, которых приглашали на различные мероприятия. Теперь же в доме с восьмью спальнями вознамерился жить новый ректор Ростислав Богданович.

Я зашел в ворота и поднялся на крыльцо. Фантом показал, что ректор сидит в столовой за столом и не спеша потягивает кофе.Но не успел подойти к двери, как к дому подъехала машина. На ее дверях красовалась эмблема охранного предприятия «Сокол», которое я нанимал для защиты своей семьи в имении.

— Константин Сергеевич, здравствуйте! — из пассажирского места вылез директор «Сокола» Руслан Зокин. — Вот так встреча! Вы здесь учитесь?

Он поднялся на крыльцо и протянул мне руку.

— Здравствуйте, Руслан! Да, вы правы, — мы обменялись рукопожатием. — А вы какими судьбами?

— С сегодняшнего дня охраняем Лисицына Ростислава Богдановича. Вот, пришел все проконтролировать и дать указанием своим бойцам-телохранителям, — он кивнул на двух поджарых парней.

Я с раздражением выдохнул. Только этого не хватало.

В это время дверь открылась, и на пороге появился новый ректор. Он удивленно посмотрел на нас и строго спросил:

— Что за собрание вы здесь устроили?

— Ростислав Богданович, я привез вам своих бойцов, как и договаривались, — сказал Руслан.

— Хорошо, а тебе, что здесь надо? — грубо спросил он и уставился на меня.

— Мне нужно с вами поговорить, — твердо сказал я и выдержал его тяжелый, неприязненный взгляд. От него так и прет дерьмом.

— О чем, Родионов? Для посетителей у меня будут приемные часы. Вот тогда и приходи, а вы заходите, — махнул он рукой Руслану и прошел в дом.

Я хотел зайти следом, но понял, что свидетели мне точно не нужны. Ну ничего-ничего, придет время.

Когда дверь за бойцами захлопнулась, я вернулся в академию к заведующей. Та все еще сидела за столом и просматривала модный журнал, а пустая коробка из-под конфет валялась в мусорной корзине.

Я попросил себе дом в первом ряду, и она предложила мне несколько вариантов. Одним из них был дом Лизы. В последнее время я был так загружен, что совсем забыл о ней, да и сама она мне не звонила.

Выбрав дом поближе к общежитию и восточным воротам, я заплатил за месяц и, забрав ключи, пошел заселяться. Был он, конечно же, лучше того, в котором я жил до этого: три спальни, просторная гостиная, новая мебель. Я быстро прошел по дому, все рассмотрел и опустился на мягкий диван. Больше всего мне понравилось то, что здесь было достаточно места для двадцати двух моих копий.

Я отодвинул всю мебель к стене, встал посреди комнаты и вытащил из пространственного кармана артефакт. Через пару минут меня снова окружили призрачные воины.

— Та-ак, ну что ж, попробуем еще раз.

Я вытянул правую руку, они повторили. Присел, они в ту же секунду опустились следом за мной. Тогда я сформировал меч, но в их руках он появился только после того, как я прикоснулся артефактом к оружию.

Все упражнения с мечом они выполнили вслед за мной и даже один раз чуть не пронзили меня мечами, когда я забылся и сделал резкий выпад.

— Что ж вы за болваны такие⁈ — вспылил я, когда понял, что они совершенно бесполезны.

Можно было бы, конечно, спросить у Ефима Прохоровича, как управлять ими, но я сильно сомневался, что он знает, что делать.

Убрав броню и меч, отчего копии сами пропали, я опустился на диван и задумался. Мысль о том, что новый ректор может знать, как управлять копиями, я тут же отринул. Даже если это и так, я к нему точно не буду обращаться за помощью, поэтому у меня остался единственный выход — позвать Духа-хранителя. Правда, он еще ни разу не появлялся, когда я этого хотел, но все же можно было попробовать.

— Дух-хранитель, ты мне нужен, — проговорил я и прислушался. Ничего, только ветер завывает за окном.

— Дух-хранитель! — повысил я голос. Снова ничего.

— Ну и зачем ты нужен, если не дозваться? — с раздражением выдохнул я. — От Фаника было больше толку, чем от тебя.

Вдруг меня окутала кромешная тьма, а сразу за ней я попал в белый лес. Правда, некоторые деревья уже были раскрашены, но в неестественные цвета: фиолетовый, розовый, грязно-желтый.

Передо мной на постаменте сидел ястреб, но с хвостом ящерицы.

— Ты звал меня, человек! — раздался громогласный голос.

— Приветствую тебя, О Великий и Могучий Дух! — поклонился я. — Не гневайся за мои слова.

— Да ладно тебе. Уж и пошутить нельзя, — усмехнулся ястреб. — Чего хотел?

Он высунул изо рта длинный раздвоенный язык и облизал клюв.

— Похоже, тебе нравится экспериментировать, — улыбнулся я.

— А то! Это так интересно! Хочешь, я превращусь в монстра из Разлома? У меня уже хорошо получается.

— Нет, не надо. Я их и так часто вижу. Уж лучше оставайся таким, как есть.

Ястреб взлетел, но высоко подняться не смог, так как его вниз тянул большой чешуйчатый хвост ящерицы.

— М-да, надо поработать над пропорциями, — он снова опустился на постамент. — Зачем звал меня?

— Не могу разобраться с новым артефактом.

— А-а-а, видел-видел. Хорошая штука, — кивнул ястреб.

— Ты можешь подсказать, как управлять копиями? Они просто повторяют за мной, но толку в этом нет. Как бы мне сделать так, чтобы они выполняли мои приказы? — задумчиво проговорил я.

— Приказать, — ответил он и снова показал ярко-красный язык.

— Как это? Они не живые, — не понял я.

— Вся твоя магия — это неживое. Где ты в природе видел призрачный меч или щит? Но они появляются по твоему желанию. В этом случае происходит то же самое. Они выполнят любой твой приказ, — Дух-хранитель еще раз посмотрел на свой неуместный хвост, затем схватил его клювом и выдернул.

Я невольно поежился и отвернулся. То еще зрелище.

— То есть ты говоришь, что я просто должен приказать? Типа: Равняйсь! Смирно!

Ястреб хрипло рассмеялся.

— Ну да, типа того.

— Ладно, попробую… А ты, случайно, не знаешь, где Фаник?

— Не-е-ет, не хватало еще за твоими питомцами следить, — пробурчал он и принялся рыться клювом под крылом.

— Тогда возвращай меня обратно. Спасибо за подсказку! Не думал, что смогу дозваться.

— Обращайся. А хочешь, я тебе еще одно свое превращение покажу? Правда, я его еще не до конца продумал и местами он выглядит немного… странно, — замялся ястреб.

— Странно? Не верю! Ты всегда такой обычный. Но давай в следующий раз. Мне не терпится воспользоваться твоим советом, — попросил я.

— Ну, ладно. Возвращайся.

В ту же секунду я очутился в гостиной. Первым делом я накинул на себя броню и поднес к ней артефакт. Когда вокруг меня выстроились копии, я глубоко вздохнул и велел:

— Приказываю выстроиться в две шеренги! — выпалил я, не веря, что из этого что-то получится.

Копии в ту же секунду задвигались и выстроились, как я и велел, в две шеренги. Они действовали так слаженно, будто точно знали, кто и куда должен встать, отступить и повернуться.

— Ого! Невероятно, — вырвалось у меня.

Когда с помощью артефакта я раздал им мечи, то сразу же велел.

— Встаньте парами и сразитесь.

Места в гостиной было не так много, поэтому нескольким парам я велел расположиться в прихожей и на кухне. Вскоре весь дом наполнился звуками бьющихся друг об друга призрачных мечей. Никто из них не мог победить, ведь они были совершенно одинаковые.

Я опустился на диван и с радостью наблюдал за их сражением. Теперь у меня был подготовленный отряд бойцов, которым не требовалось ни воды, ни еды, ни жилья.

Волновало лишь одно: если они питаются моей энергией, то насколько ее хватит? Я решил проверить это опытным путем, поэтому не останавливал сражения в течение часа, а когда убрал броню, а вместе с ней и все копии, то прислушался к себе и понял, что устал, но еще полон сил. Не так уж и плохо.

Чуть позже мы с Никитой сходили в магазин за продуктами, потому что у меня до сих пор не работала печать на руке.

— Тебе надо попросить декана поставить тебе новую печать, — сказал Никита, когда мы зашли в мой новый дом. — Ого! А здесь хорошо.

Он одобрительно поцокал языком, обходя комнаты.

— Места навалом! Давай вечеринку закатим? — прокричал он из кухни.

В это самое время в кармане зазвонил телефон. Это был Вадим.

— Костя, здорова!

— Привет, Вадим. Зачистка?

— Да, завтра в шесть утра заеду за тобой.

— Хорошо, куда едем?

— Недалеко. В Коломну. Но предупреждаю сразу: Разлом новый. Я хотел отказаться, но в Ведомстве сказали, что три гильдии уже распустили, так как не осталось людей. Кто-то ранен, кто-то убит, а кто-то просто отказывается участвовать в зачистках. Люди устали. Вон, даже Соловей уже поговаривает, что хочет отдохнуть пару месяцев, но я его уговорил остаться. Сейчас всем тяжело, время такое.

— Понимаю. До завтра.

Я сбросил звонок и посмотрел на Никиту, который стоял в дверях.

— А как же учеба? Надо решить вопрос с ректором, а то он, похоже, всерьез взялся за тебя.

— Не волнуйся. Я все решу… Только без свидетелей.

— Кстати, ты не знаешь, где может быть Фаник?

— Не-а. Я сам уже всю голову сломал, как его найти. Боюсь, как бы ни замерз насмерть, — тяжело вздохнул он.

Я приготовил пельмени, и мы вместе поужинали. Поздно вечером Никита пошел в общежитие, а я снова «призвал» копии и заставил их выполнять разные акробатические упражнения. Притом все они делали разные упражнения. Я мог давать каждой копии отдельное задание. Это было здорово.

Выложив вещи из пространственного кармана и разложив их по шкафам, я лег в кровать и задумался о том, как действовать дальше. Конечно, мне сейчас было совсем не до учебы, поэтому можно было бы взять академический отпуск и всецело погрузиться в зачистки. И я бы так сделал, если бы не этот хмырь — Ростислав Богданович. Который почему-то с самого первого дня вел себя не совсем адекватно. К тому же откуда у декана Филина появилась секретарша, так похожая на девушку-студентку? Вахтеру я верил, так как он человек военный и не стал бы ничего придумывать.

Погруженный в раздумья, я не заметил, как уснул. Я уже привык к тому, что больше не вижу снов-воспоминаний Императора, но едва заснул, как попал в уже знакомый лес. В тот самый диковинный лес, в котором я когда-то получил от Отшельника силы всего своего рода.

Я блуждал по мрачной чаще, ощущая на себе тяжелый пристальный взгляд.

— Что тебе нужно от меня? — крикнул я.

— Ты сам знаешь, — прошелестел голос в сплетенных кронах деревьев. — Я хочу прожить человеческую жизнь. Ты должен помочь мне.

— Как я могу это сделать? — я задрал голову, но никого не увидел.

— Просто укажи мне на этого человека.

— Ты убьешь его?

Отшельник ответил не сразу. Мне даже показалось, что он не расслышал, и я хотел повторить вопрос, но тут его голос раздался за спиной:

— Да, я займу его тело. Только убедись, что это сильное и здоровое тело. Я намерен прожить как можно дольше.

Я обернулся и увидел среди кустов темную худую фигуру. Мне захотелось подойти поближе и рассмотреть его, но тут сон прервался, и я проснулся. Время было около двух часов ночи, поэтому закутался в шерстяной плед и снова захотел уснуть, но тут услышал какой-то звук.

Прислушавшись, я понял, что звук идет от входной двери. Будто кто-то царапался. На всякий случай я закрылся призрачной броней, сформировал меч и приоткрыл дверь. Никого.

— Показалось, что ли? — прошептал я, закрыл дверь и, убрав броню, зашаркал в спальню.

Вновь закутавшись в плед, я закрыл глаза, но тут же открыл их и прислушался. В это время послышался шорох. Притом звук был совсем рядом, прямо в доме. Я помнил про магию «незримого тела», с помощью которого Горин старший скрывался от меня, поэтому тут же закрылся броней, сформировал арбалет и медленно вышел из спальни.

Шорох повторился, и он слышался уже из кухни. Поймать невидимку можно было на свету, ведь он отбрасывал тень, поэтому я взял арбалет на изготовку, вбежал на кухню, включил свет и прицелился.

На столе сидел Фаник и уплетал пряники из разорванного пакета.

— Ты вернулся! — я подошел к зверьку и погладил по шерстке. — Где ты был все это время?

Он, конечно же, ответить не мог, но тут же поднялся по руке и, усевшись на плече, легонько ущипнул меня. Я вытащил и сложил на стол все продукты, что купил, и предложил ему. Фаник выбрал сосиски, банку шпрот и яблоко. Когда он, мурча от удовольствия, принялся за еду, я вернулся в кровать и вскоре заснул.

На следующее утро проснулся раньше будильника от мелодии Фаника, которую он напевал, сидя на подушке у моей головы. Наскоро умывшись и перекусив, я поспешил к воротам, на ходу набирая Никите.

— Ты на часы смотрел? — недовольно пробурчал он.

— Открой мне ворота и спи дальше.

— Попроси кого-нибудь другого.

— Время шесть утра, на улице никого. Я жду тебя у ворот, — я сбросил звонок и поднял воротник, спасаясь от мелкого снега.

Я знал, что на Никиту можно положиться, поэтому нисколько не удивился, когда он снова в шортах и в шубе выбежал на улицу и торопливо направился к воротам. Открыв ворота, он проговорил:

— Надеюсь, мне не сильно попадет за то, что я провожу тебя через ворота. Не хотелось бы мне вылететь из академии на четвертом курсе, — он озадаченно посмотрел на меня.

— Разберемся, — ответил я и направился к такси, в котором уже сидели Влад, Соловей и Топор.

* * *

Мы стояли у огороженного сеткой входа в Разлом. На этот раз повезло, и он появился не посреди леса, а прямо на трассе. Дорогу, конечно же, перекрыли и, закрыв Разлом электрической сеткой, поставили пост охраны. Вооруженные до зубов молодые охранники совсем недавно приступили к работе, поэтому, как только мы подошли к Разлому, принялись проситься с нами. Им, видите ли, интересно посмотреть, что творится внутри.

— Это строжайше запрещено! — твердо сказал Влад. — Ваша задача — следить за тем, чтобы ни одна тварь не вырвалась на свободу. Даже если нас не будет больше трех часов, вы должны сообщить об этом в Ведомство и ждать дальнейших распоряжений, а не заходить в Разлом. Вам не проводили инструктаж?

Те замялись, но вынуждены были признать, что все знают.

— Но это несправедливо! Может, мы тоже хотим принести пользу империи! — возмутился один из охранников.

— Денег вы хотите, а не пользы, — буркнул Соловей и зашел в Разлом.

За ним последовали остальные.

Мы попали в довольно небольшой Разлом, в котором тоже было грязно, вонюче и тоскливо. На первый взгляд монстров здесь не было, но фантом показал мне мелких зубастых существ, прячущихся в самом конце Разлома среди скал.

— Похоже, здесь пусто, — проговорил Топор, подбрасывая топор.

— Нет, вон там, среди скал мелкая живность сидит. Их там довольно много. Штук двести, не меньше, поэтому будь осторожен.

Топор и Соловей удивленно посмотрели на меня.

— И откуда ты это знаешь? — спросил Соловей и прищурился, вглядываясь в скалы.

— Неважно, — ответил я и замер, рассматривая то, что показал мне фантом.

— Костян, ты чего застыл? — Соловей потряс меня за плечо.

Я оторвался от взгляда фантома и повернулся к нему.

— Здесь есть еще кое-что. И оно опаснее всего, что я встречал до этого, — выдавил я и почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

Глава 9

Фантом показывал мне то, что я совсем не ожидал увидеть. Это было человекоподобное существо с большой шишковатой головой и кожей, напоминающей потрескавшуюся кору старого дерева. Но самое страшное было то, что в прошлой жизни, будучи Императором, я боролся именно с этими существами и знал, на что они способны.

— Костя, о чем ты говоришь? — к нам подошел Влад.

— Оно тоже там, в пещере.

— И что это за монстр? И как с ним бороться? — Топор крепко сжал рукоять своего топора и вглядывался вдаль, туда, куда указал я.

— Это не совсем монстр. Он разумен и, более того, владеет магией… Оставайтесь здесь, я пойду один, — сформировав арбалет, я направился к скалам.

— Откуда ты знаешь? — крикнул мне вслед Влад.

— Уже встречался с такими, — бросил я через плечо.

Вскоре сзади раздались тяжелые шаги, и Соловей безапелляционно заявил:

— Я с тобой.

Я оглянулся и увидел, что остальные разошлись по Разлому, прочесывая его, но все равно бросали в нашу сторону настороженные взгляды. Я знал, что Соловей не справится с тем существом, поэтому решил отослать его ловить мелких зубастых тварей.

— Иди с той стороны, только будь аккуратен, монстры прячутся между скал. Их много, поэтому лучше сразу используй свою магию и обвали часть скал, — напутствовал я его.

— А ты куда? — насторожился он.

— Я обойду слева. Гряда небольшая, поэтому скоро встретимся.

— Ладно, но если понадобится помощь, то ты мне крикни. Я быстро прибегу, — предупредил он, а потом с сомнением посмотрел на меня и спросил. — А, может, все-таки вместе пойдем?

— Нет. Мелких тварей пару сотен, поэтому лучше возьми их на себя, пока я постараюсь одолеть Теневого живорода.

— Это он так называется? В первый раз слышу, — задумался он.

— Да, я тоже даже не предполагал, что когда-нибудь еще раз встречусь с ним, — еле слышно проговорил я, кивнул Соловью и направился туда, где сидел один из тех существ, что так портили мне прошлую жизнь.

Один живород не был так страшен, но все же и я пока не был столь могуществен, как в теле Императора. Даже то, что моя сила вернулась, еще не значило, что я стал таким же. Тело восемнадцатилетнего парня хоть и было достаточно тренировано, но все же ограничивало меня. С годами я буду совершенствоваться и увеличивать возможности, но сейчас я еще не достиг пика своей силы.

Фантом показал мне путь до существа, поэтому я знал, что через пару шагов увижу пещеру, в которой он обитает. Я прочертил вокруг запястья три браслета, перехватил поудобнее арбалет и, поднявшись над землей, полетел к пещере.

Вход в пещеру был узкий и высокий, поэтому я намеревался залететь внутрь и не дать возможности живороду оказать сопротивление. Однако я недооценил его, поэтому уже на входе столкнулся с невидимой преградой, которая с силой отбросила меня назад.

Я пролетел несколько метров и ударился спиной о скалу. Если бы не призрачная броня, то наверняка переломал бы себе все кости.

— Ах ты черт, я совсем забыл, что они всегда ставят заградительные заклинания, — выругался я.

Живород понял, что у него гости. Он стоял недалеко от входа и смотрел на меня своими горящими зеленым огнем глазами.

— Что ж ты тут, сволочь, делаешь? Я думал, что всех вас перебил, а ты тут прячешься, — я поднялся и неспеша пошел к нему, держа на мушке арбалета.

Я знал, что пока живород находится в пещере и закрыт защитным полем, болт не сможет добраться до него. В прошлой жизни у меня уходило много времени и сил, чтобы пробить их защиту, поэтому теперь мне нужно было выманить его наружу.

— Как же вы меня боялись и прятались по всем щелям, когда я приплывал на своем корабле к вашему берегу. Да, ты меня не узнаешь, потому что поменялся, но наверняка вспомнишь вот это, — я взмахнул рукой, и все три браслета зависли в воздухе. Затем принялись то увеличиваться в размерах, то уменьшаться.

Живород повернул шишковатую голову набок, разглядывая браслеты.

— С помощью этих браслетов я разорвал на части десятки таких, как ты, — я улыбнулся, делая вид, что мне приятно об этом вспоминать. — Каждый вечер мы устраивали большой костер из этих частей и радовались жаркому пламени. Особенно хорошо горели головы и очень забавно лопались.

Существо вздрогнуло, будто его облили холодной водой, и подняло руки с шестью длинными пальцами.

«Ну же, выходи», — подумал я, продолжая веселиться.

— Ваши детеныши такие мерзкие, что мне не хотелось к ним приближаться, поэтому я натравливал на них своих псов, которые просто выгрызали их…

В это время живород выбежал из пещеры и отправил в меня черный сгусток. На его лице застыла гримаса ненависти, а глаза горели красным огнем.

Я знал, что от него ожидать, поэтому отпрыгнул в сторону и выстрелил. Болт ударился о костяной нарост на голове и отскочил в сторону. Между тем черный сгусток снова полетел на меня. Я не знал, сможет ли призрачная броня противостоять этой магии, поэтому не хотел рисковать и, сотворив огненный вихрь, пустил его навстречу.

Огонь смешался с черной магией и остановил ее. Я же снова запустил во врага несколько болтов, отвлекая на себя и уводя в сторону от браслетов, которые продолжали кружиться в воздухе.

— А ты знаешь, почему я так поступал с твоими собратьями? Наверняка знаешь. Ведь вы питаетесь теми, кто не может вам противостоять. Вы убили и сожрали целый город за пару дней. Когда я добрался, чтобы помочь, то остались лишь недоеденные тела и ни одного живого человека. Ни одного!

В меня снова полетели сгустки, но в это же время я отправил в живорода браслеты.

— Костя, мы пришли тебе помочь, — послышался голос Влада.

Они с Топором стояли у скалы и видели только меня.

Существо повернуло голову на голос и успело заметить браслеты, которые почти добрались до него. Выставив руку перед собой, он закрылся своей защитой, и сколько бы браслеты не бились о невидимую стену, не могли пройти через нее.

Я же едва успел уйти от сгустков, которые при попадании на человека оставляли после себя лишь скелет.

— Уходите! Быстро! — закричал я и атаковал врага болтами, но тот был начеку и второй рукой отбил нападение.

Они удивленно переглянулись, но вместо того, чтобы сделать, как я велел, наоборот, двинулись ко мне.

— Здесь опасно! — успел выкрикнуть я, прежде чем один из сгустков полетел в Топора.

Я с ужасом смотрел на то, как чернота окутала охотника. Раздался пронзительный крик боли, а затем оглушительная тишина. Ошарашенный Влад отпрянул и попятился назад, увидев, что Топор превратился в кровавое месиво.

Живороду похоже, нравилось это зрелище, поэтому он даже позабыл обо мне. Я же воспользовался этим и снова отправил браслеты. На этот раз они достигли цели и, сковав коварное существо, разрезали его на части.

Вместе с живородом пропали и черные сгустки, которые продолжали летать в округе в поисках жертвы.

— Влад, — позвал я лидера гильдии, который застыл, не сводя взгляда с останков Топора.

— Что… это… было? — еле слышно выдавил он и поднял на меня глаза, в которых застыли слезы.

— Это демоны. Они питаются всем живым, что попадается им на пути. Мы их называли Теневыми живородами.

— Кто это «мы»? — отозвался Влад, но я знал, что его сейчас ничего не интересует. Он в шоке, и его надо быстрее выводить на Землю.

— Пошли отсюда, — я взял его за руку и потянул к выходу.

— Нет, Топора нельзя здесь оставлять. Заберем его с собой, — замотал он головой и шмыгнул носом.

— Мы с Соловьем все сделаем.

В это время впереди показался Соловей. У него был довольный вид.

— Семерых одним ударом — это про меня. Эту мелочь я руками, как мух, похлопал. А вы чего такие смурные? — он подошел поближе и увидел то, что осталось от Топора. — Вы шкуру с твари сняли?

— Это не тварь, а Топор! — выпалил Влад и зарыдал.

Соловей вопросительно уставился на меня. Пришлось вкратце рассказать о том, что случилось. Соловей на мгновение тоже завис, но уже через пару минут продолжительно выдохнул и вытащил из своего пространственного кольца плащ.

Вдвоем мы переложили Топора на плащ и понесли к выходу. Влад шел следом, не разбирая дороги, и безучастно смотрел перед собой.

Через три часа я вышел из машины и направился к воротам академии. Тело Топора мы передали Ведомству и объяснили, что случилось. Как оказалось, вчера вечером погибла целая гильдия, состоящая из двенадцати человек. Тела охотников вытащили из Разлома только сегодня утром, и они были точно в таком же состоянии. Следствие предположило, что это могли быть какие-то существа, плюющиеся кислотой, но услышав нас рассказ, поняли, что охотники встретились с живородом.

Влада мы с Соловьем отвезли в лечебницу и настояли на том, чтобы он остался там на ночь. Он до сих пор находился в шоковом состоянии и почти не реагировал на наши вопросы.

Я подошел к воротам и зашел на территорию вместе с тремя девушками-студентками, которые обсуждали какую-то вновь созданную гильдию.

— Мой папа сказал, что был бы помоложе, обязательно вступил бы в ряды «Освободителей», — сказала белокурая красотка в дорогой шубе.

— Да-а-а, с таким человеком, как Владимир Борисович, ничего не страшно. Вот почему он ушел с поста ректора и перешел в Ведомство. Я бы сама хотела пойти в охотники, но мне сказали, что женщин не берут, — надула губки Лена.

Я знал ее имя, так как в начале учебного года Никита знакомил меня с ней и представлял, как свою любимую. Правда, уже через две недели «любимой» он называл другую.

— Здравствуйте, милые девушки! Я нечаянно подслушал ваш разговор, но не совсем понял связь гильдии охотников и Владимира Борисовича, — обратился я к ним.

Они повернулись ко мне и премило улыбнулись.

— Здравствуйте, Костя! Давно не виделись, — стрельнула глазками Лена. — А вы что, не знаете, что наш Владимир Борисович основал свою гильдию, которую назвал «Освободители», и теперь набирает охотников? На стенде с расписанием висит объявление.

— Нет, не знал. Спасибо за информацию! — подмигнул я.

Девушки свернули к домам, а я направился в академию. Как только зашел, увидел толпу студентов. Они стояли у стенда с расписаниями и что-то оживленно обсуждали. Когда подошел поближе, то увидел объявление, о котором говорили девушки, а под ним лист с расчерченной таблицей, в которую записывались те, кто хотел попасть в гильдию. Большая часть листа была заполнена.

— Говорят, записаться — это еще полдела. Владимир Борисович сам будет проводить с каждым отдельно собеседование, — сказал третьекурсник, который жил когда-то со мной на одном этаже в общежитии, своему другу.

— А когда будет проходить собеседование? — вклинился я в их разговор.

— Не знаю, — пожал плечами третьекурсник. — В объявлении ничего не написано.

— Тогда откуда ты знаешь, что будет проводиться собеседование?

— Так он сам сказал, когда вешал сюда этот лист. Я как раз здесь проходил после первого занятия.

— Понятно.

Я вытащил из нагрудного кармана ручку, подошел к листку и записался. По счету был уже тридцать седьмой.

— Это что за столпотворение вы здесь устроили⁈ — раздался громкий голос нового ректора.

— Только тебя здесь не хватало, — прошептал кто-то за моей спиной.

Ректор стоял неподалеку и сверлили толпу неприязненным взглядом.

— А ну, марш на занятия!

Все начали расходиться, а я взглянул на расписание и увидел, что у меня сегодня снова не было занятий. Впрочем, как и завтра.

Обернувшись, я увидел, что все уже разошлись и остались только мы с ректором.

— Родионов, вы что здесь делаете? — он сложил руки на груди и, прищурившись, оглядел меня.

— Пришел посмотреть расписание и записаться в гильдию ректора, — спокойно ответил я. — Кстати, хорошо, что мы встретились. У меня есть к вам несколько вопросов.

— Вопросы ко мне? Ты в своем уме! Это я должен задавать вопросы! Где справки, которые я просил? Почему до сих пор не предоставил? — не сдержался он.

— Вы можете сделать официальный запрос в Ведомство, и вам ответят, в каких гильдиях я состою, и в какие дни осуществлялись зачистки. Думаю, этого должно хватить, чтобы объяснить все мои пропуски. У меня же к вам пара вопросов, на которые я хотел бы получить ответы. Во-первых, почему не работает мой магический пропуск на территорию академии? А, во-вторых…

— Родионов, ты сошел с ума? Ты требуешь ответа у ректора? Да кто ты такой? — он презрительно скривил губы. — Сын забулдыги, игромана и…

Я за секунду оказался рядом и швырнул его об стену. Ректор ударился и ошеломленный начал сползать на пол, но я схватил его за шею, приложил еще раз головой об стену и прошептал:

— Это тебе за отца, гнида. Уж не знаю, что ты задумал, но если не прекратишь вставлять мне палки в колеса, то я тебя просто-напросто превращу…

— Отойди от него, — послышался сзади повелительный голос, а затем щелчок.

Я повернул голову и увидел двух телохранителей, которые направили на меня дула пистолетов. Расправиться с ними было для меня плевым делом, но я не хотел их вмешивать в разборки с ректором. В конце концов, они просто делали свою работу.

— Убейте его! Убейте, — пропищал тоненьким голоском ректор, упал на колени и пополз к парням, которых привез директор охранного предприятия.

— Наша задача — защищать вас, а не убивать людей. К тому же это незаконно, и нас самих могут казнить. Вы должны знать законы, — строго ответил один из телохранителей.

— Придурки! Идиоты! Теперь и вы меня учить вознамерились? — визгливо прокричал ректор и поднялся на ноги. — Я разрываю договор с вашим предприятием. От таких тугодумов, как вы, толку никакого! А ты, Родионов, держись! Я не успокоюсь, пока не выкину тебя отсюда с «волчьим билетом», чтобы потом ни одна академия тебя не взяла на обучение, — прокричал он, брызжа слюной и тряся пальцем, затем развернулся и зашагал прочь.

Телохранители двинулись следом.

Я продолжительно выдохнул, чтобы взять себя в руки, и пошел к кабинету декана. Филин был на месте и со скучающим видом подписывал какие-то бумаги. Секретаря в кабинете не было.

— Алексей Филиппович, здравствуйте!

— О, здравствуйте, Константин! — обрадовался он, узнав меня. — Заходите, присаживайтесь.

— А где же ваша помощница? — спросил я и кивнул на соседний стол.

— Ох уж эта помощница. Лучше б ее не было, — понизив голос, сказал он и, уставившись на дверь, продолжил. — Новый ректор привел и сказал, что будет здесь работать. Даже не спросил меня. А я, между прочим, был против. Она же везде нос сует, разговоры подслушивает, в шкафах роется и постоянно что-то в свой блокнот записывает. Не зря он ее сюда посадил. Под меня копает.

Он оторвал взгляд от двери и многозначительно посмотрел на меня. Я не знал, что сказать. Возможно, это действительно было так. Но также я был уверен, что он хочет избавиться от меня. Интересно, зачем ему это? Что он с этого будет иметь? Неужели они с Гориным были так близки, что теперь он мстит мне?

— Костя, а вы зачем ко мне пришли? — вывел меня из раздумий декан.

— У меня печать-пропуск не срабатывает. Можете сделать новую, а то неудобно просить каждый раз друга провести через ворота?

— Не срабатывает? Хм, странно. Вы же не отчислены, а значит, должна работать, — он взял мою руку, посмотрел на запястье с печатью и задумчиво помял подбородок. — Не знаю, связано ли это как-то между собой, но вчера ректор в своем первом приказе обозначил, что все магические печати будет ставить лишь он, и велел деканам отдать ему артефакты.

— То есть вы не сможете поставить мне новую печать? — уточнил я.

— Нет, не могу. Но я знаю того, кто может это сделать, — заговорщически зашептал он.

— И кто же это?

— Мой друг с факультета стихийных магий. Его вчера не было, поэтому он пока не сдал печать. Пойдемте к нему.

Он встал, с кряхтеньем разогнулся и пошел к двери. Я направился за ним, но в этот момент дверь резко открылась. На пороге стояла секретарша и переводила удивленный взгляд с меня на декана и обратно.

— Наталья Иосифовна, хорошо, что вы пришли. Заполните на завтра расписание, а мне нужно уйти.

— Куда это вы собрались? — возмущенно проговорила она.

— Милочка, займитесь своим делом и не задавайте глупых вопросов, — сухо проговорил декан, вышел из кабинета и не спеша двинулся по коридору.

Декан стихийных магий без лишних вопросов восстановил мою печать. Я поблагодарил обоих, вышел на улицу и двинулся в сторону дом.

На улице уже совсем стемнело и небо переливалось белыми огнями звезд. Как только я зашел в дом, как мне навстречу прибежал обрадованный Фаник. Мы с ним плотно поужинали и завалились на кровать. Он занял соседнюю подушку и, раскинув лапы, вскоре засопел.

Мне же сон никак не шел, так как я не мог успокоиться после инцидента с ректором. Он перешел все границы дозволенного, когда назвал моего отца забулдыгой и игроманом. Откуда он вообще про него знает? Неужели наводил про меня справки?

Я, конечно же, не испугался его угроз насчет отчисления и «волчьего билета», потому что был уверен, что любой суд встанет на мою защиту и ему придется зачислить меня обратно. Однако у меня сейчас точно не было ни времени, ни желания устраивать разборки. Деньги заканчивались, на зачистках в последнее время не везло, поэтому придется снова выходить на ринг.

Вдруг мне в голову пришла интересная мысль. Я приподнялся и позвал:

— Отшельник, ты здесь?

Глава 10

Едва я позвал Отшельника, возле окна появилась высокая, темная фигура. Он плавно прошел вдоль стены и остановился неподалеку, но так, чтобы свет с улицы не попадал на него. Я смог рассмотреть лишь истлевшую одежду, которая лохмотьями висела на тощем теле с потемневшей кожей.

Глаза Отшельника сверкнули зелеными светом, и послышался шелестящий голос:

— Ты звал меня?

— Да. У меня есть для тебя отличное тело, — ответил я и приподнялся на кровати.

— Опиши его.

— Это мужчина средних лет. Высокий, подтянутый, занимает большую должность в моей академии. А также владеет призрачной магией.

— Хм, он здоров и богат? — уточнил Отшельник.

— Да, так и есть. Лучшего тела не сыскать, — кивнул я.

— Хорошо, но я хочу посмотреть на него. Отведи меня к нему.

Я задумался. Среди ночи идти в дом нового ректора, где к тому же обитают два его телохранителя, так себе идея. К тому же идти в обществе столь необычного существа, как Отшельник, — это значит привлечь много ненужного внимания. Студенты даже ночью не спят.

— Как мне это сделать? — задумчиво проговорил я. — Укутать тебя чем-нибудь?

— Назначь с ним встречу и позови меня. Я сам появлюсь там, где будешь находиться ты.

— Даже днем?

— Да.

Я откинулся обратно на подушки, а Отшельник пропал. Завтра был выходной день, поэтому придется отложить встречу Отшельника и ректора. Тем лучше, я все еще надеялся, что конфликт с Ростиславом Богдановичем разрешиться. Все же я так и не понимал его особое отношение ко мне.

На следующий день я подошел к воротам и провел рукой с печатью, створки раскрылись. Отлично! Теперь я мог спокойно проходить, а не дергать других.

Я намеревался съездить до особняка и повидаться с родными, а вечером выйти на ринг. Однако не успел дойти до троллейбусной остановки, как зазвонил телефон. Это был Ефим Прохорович.

— Алло, Костя!

— Да, слушаю.

— Ты не хочешь вступить в гильдию «Освободителей», которую основал наш бывший ректор Владимир Борисович?

— Хочу. Уже записался, но, говорят, что надо еще через собеседование пройти.

— Тебе не надо. Опытных охотников берем сразу. В понедельник Владимир Борисович уже начнет регистрировать членов гильдии, а во вторник приступаем к зачисткам. Только хочу предупредить сразу, что зачищать будем новые Разломы и каждый нужно будет подробно описывать.

— Погодите, вы вышли из «Викингов» и теперь только в «Освободителях»?

— Да, правая рука лидера, так сказать, — усмехнулся он и продолжил. — Мы тебя берем, поэтому будь готов к длительным командировкам и тяжелым зачисткам. В понедельник позвоню и скажу, куда едем.

— Понял. Буду ждать звонка.

— А-а, чуть не забыл. Кроме добычи, с которой не нужно будет платить налоги, Ведомство нам будет перечислять на счет по тысяче за каждую зачистку.

— Отлично! — обрадовался я. — А то в последнее время доход совсем упал.

— Да, Владимир Борисович постарался и выбил нам такую привилегию.

Мы попрощались, и я забежал в троллейбус, который уже отходил от остановки.

По пути в особняк купил пирожных и цветы. Мне хотелось извиниться перед Марией Ильиничной и попытаться еще раз пригласить ее на свидание.

На долгий стук дверь открыла кухарка Люба.

— Здравствуйте, Ваше Сиятельство! — склонила она голову и распахнула пошире дверь.

— Здравствуйте, Люба. А где все?

— У Дашеньки сегодня занятия в школе до часу. Мария Ильинична пошла ее встречать. Афанасий Петрович в своей комнате. Хандрит что-то второй день, — последнюю фразу она сказала вполголоса и покосилась на лестницу, ведущую на второй этаж.

— Ясно. Поставьте, пожалуйста, в воду, — я протянул ей букет и пакет с пирожными, а сам поспешил на второй этаж.

Дед сидел в кресле-качалке у окна и, укрывшись пледом, дремал. Однако стоило мне сделать пару шагов, как он тут же встрепенулся и повернул ко мне голову.

— А-а-а, Костя.

— Здравствуй, дедушка. Как ты себя чувствуешь? — я опустился на стул рядом с ним.

— Хорошо, — кивнул он.

Голос у него был слабый.

— Нигде не болит?

— Нет. Я здоров как бык, — он улыбнулся. — Хорошо, что ты зашел. Я поговорить с тобой хотел.

— О чем?

— А, может, ты сюда переедешь? На учебу можно и отсюда ездить. Все-таки за Дашей нужен присмотр.

— Конечно, нужен. Поэтому ты за ней и присматриваешь, пока я учусь и деньги зарабатываю.

— Недолго мне осталось, — он поднял на меня ясные, голубые глаза. — Чувствую, что скоро помру.

— Сердце болит? — встревожился я. — Давай я тебя в лечебницу свожу или даже в госпиталь? Надо лечиться. Ты нам очень нужен.

— Костик, мне уже восемьдесят. Мне ни один врач не поможет. Пришла моя пора, — он отвернулся, но до этого я видел, как опустились уголки его губ.

— Дед, не выдумывай. Тебе еще жить и жить. Пока Дашу замуж не выдадим, даже не думай о смерти, — строго сказал я. — Пойдем лучше чай попьем. Я там пирожные бисквитные привез. Ты такие любишь.

— Шоколадные? — вмиг оживился он.

— Да. И крем шоколадный.

— Тогда пошли, — он откинул покрывало.

Я помог ему подняться с кресла-качалки и, придерживая под руку, повел к лестнице. Уже не первый год дед готовил нас к своей смерти, поэтому я привык к таким разговорам. Однако я также осознавал, что это может случиться в любой момент, поэтому нужно в ближайшее время постараться как-то отправить его в Разлом к Семену Семеновичу.

Как только кухарка заварила свежий чай и накрыла на стол, как пришли

Даша с гувернанткой.

Я тут же вручил Марии Ильиничне букет и попросил прощения за то несостоявшееся свидание.

— Я совсем не обиделась, — ответила она, прижала к груди цветы и с наслаждением вдохнула их аромат.

— Тогда может, вы позволите мне пригласить вас еще раз?

— Да, буду очень рада.

Я задумался. С нынешней нестабильно обстановкой невозможно ничего планировать. Завтра мне мог позвонить Влад и позвать на зачистку. А после вступления в «Освободители» вообще непонятно, по какому графику я буду жить.

— А давайте пойдем сейчас? — оживился я. — У меня как раз есть несколько свободных часов.

— Я согласна. А куда?

— Помнится, вы хотели прогуляться? Пойдемте гулять, а потом зайдем куда-нибудь пообедать, — предложил я.

— Хорошо. Я только переоденусь, — она поспешила к лестнице, счастливо улыбаясь.

— Можно мне с вами? — протянула Даша полным ртом, набитым шоколадным пирожным.

— Нет, нельзя, — твердо сказал дед и сурово посмотрел на нее. — Бедная Мария Ильинична и так привязана к тебе с утра до вечера. Пусть сходит, развеется.

Даша обиженно надула губы, но больше не посмела настаивать. Дед хоть и любил ее безмерно, но все же старался держать в строгости.

Вскоре Мария Ильинична спустилась. Вместо коричневого пальто, а ней было белоснежный шерстяной плащ и белая меховая шапка. Наверняка она очень берегла эти вещи и надевала их только по особым случаям.

Мы вышли на улицу и не спеша двинулись по дороге. Местами был лед, который дворники не посыпали песком, поэтому я предложил взять меня под руку, чтобы не поскользнуться. Она согласилась. Почувствовав ее руку на своей, по мне прокатилась горячая волна. Такого никогда не было ни с Лизой, ни с кем-нибудь еще. Это девушка меня будоражила.

Сначала Мария Ильинична рассказала мне про Дашу. Она говорила о ней с такой любовью и так радовалась ее достижениям, будто была старшей сестрой, а не наемным работником.

На вопросы о личной жизни она отвечала односложно, но я все же смог выяснить, что у нее еще ни с кем не было серьезных отношений. Это объясняло то, что она часто смущалась и скромно отводила взгляд.

Ей было тоже интересна моя жизнь. Оказывается, она слышала от деда про Лизу, поэтому осторожно задала вопрос о ней.

— Лиза уехала. Мы с ней в последнее время почти не общаемся. К тому же она даже не знает, когда вернется и вернется ли вообще.

— У вас были серьезные отношения? — еле слышно спросила она и выжидательно посмотрела на меня.

Я не знал, что ответить. С Лизой мы встречались не больше двух месяцев. А замуж я ее хотел позвать только для того, чтобы спасти от отъезда. Всерьез о женитьбе на ней я даже не задумывался. Возможно, не хотел торопить события. Или просто не любил.

— Давай лучше подумаем, куда пойдем обедать? Есть хочется, — сменил я тему.

Девушка все поняла и не стала настаивать на своем вопросе. Вскоре мы увидели небольшое уютное кафе, в котором и решили пообедать.

На обратном пути, почти у самых ворот, я притянул ее к себе и поцеловал. Девушка не сопротивлялась, а сначала замерла от неожиданности, но потом обхватила меня за шею и прижалась всем телом.

Сколько мы так простояли, я не знаю — потерял счет времени. Но мне очень не хотелось, чтобы это прекращалось. Только сейчас я понял, что влюблен.

Вдруг послышался стук. Мы повернулись к дому и увидели Дашу, которая стучала в окно и махала нам рукой. Переглянувшись, мы рассмеялись и зашли во двор.

Я не стал заходить в дом, а пожелав Марии Ильиничне доброй ночи, обещал завтра позвонить.

— Куда ты сейчас? В академию? — спросила она, крепко сжимая мою руку.

— Нет, у меня еще дела.

— А когда ты снова к нам приедешь?

— Пока не знаю. Но постараюсь приходить почаще.

Мы на прощание снова поцеловались, и я поспешил к дороге, чтобы поймать машину и поехать в клуб. Мария Ильинична стояла на крыльце и не спускала с меня взгляда, пока я не сел в такси.

Сегодня была суббота, но клуб был открыт всегда. Ведь кроме ринга, там были бар и колонки с разнообразной музыкой, поэтому люди приходили просто отдохнуть. Я же намеревался подойти к судье и попросить его устроить бой. Мне нужны были деньги.

Подпольный клуб, как обычно, встретил меня запахом алкоголя, дорогих духов и сигарет. А также яростными криками зрителей. Это означало, что идет сражение.

Я прошел по темному коридору и очутился в хорошо освещенном зале. На ринге под куполом сражались маги.

— Здорова! Кто такие? — спросил я у бармена и кивнул на ринг.

— Эти часто здесь подрабатывают. Оба красного ранга. Ты сегодня тоже хочешь сразиться?

— Да, — кивнул я и увидел, как вздрогнул купол от очередного сильного магического удара. Бой был ожесточенный. Один из магов уже весь был в крови и еле держался на ногах, но не сдавался.

— Боюсь, не получится. В обычные дни только приглашенные приходят. Завтра, как обычно, будут все желающие.

— И что же делать? Хотелось бы подзаработать, — помрачнел я.

— Поднимись к Григорию Архиповичу. Он что-нибудь придумает, — предложил бармен и поспешил к пьяному посетителю, который стучал пустой кружкой по барной стойке.

Я поднялся на балкон. Охранник судьи поздоровался со мной кивком, а сам Григорий Архипович внимательно следил за боем. Я не стал его отвлекать и просто встал рядом, наблюдая за тем, что творится на ринге.

Было очевидно, что маг с заплывшим глазом и темным лицом от запеченной крови, уже проиграл, но он все равно продолжал атаковать второго небольшими голубыми стрелами, не особо заботясь о защите. Второй же играючи отбивал стрелы и запускал в него ледяные снежки, оставляя на теле мага новые кровоподтеки.

— Остановите бой. Это ж просто издевательство какое-то! — не выдержал я, когда очередной снежок оставил большую шишку на лбу мага.

Судья удивленно посмотрел на меня, потому что не видел, как я поднялся и ответил:

— По правилам я могу остановить бой, только если он без сознания. Хочет терпеть, пусть терпит.

Между тем второй уже совсем расслабился и откровенно потешался над противником. Вдруг я заметил, как маг, который уже покачивался, не в силах стоять прямо, сформировал за спиной синюю разрушительную сферу. Притом она была в сиреневых росчерках, будто в нее подмешана еще какая-то магия.

Криво усмехнувшись разбитыми губами, маг резко вскинул руку, и сфера полетела в противника, который как раз отвлекся на зрителей. Мощная разрушительная энергия припечатала его к куполу.

Весь зал замер, напряженно всматриваясь на ринг.

— Только бы не умер, — выдохнул судья и ударил по гонгу. — Бой окончен!

Купол убрали, и два лекаря ринулись к помосту. Маг, который был весь в крови, теперь светился от счастья, подмигивая зрителям целым глазом. Второй лежал без движения.

Судья не спускал взгляда с лекарей, которые склонились над мужчиной и проводили все необходимые мероприятия. Один из лекарей поднял голову и крикнул судье.

— Контузия! Надо в госпиталь отвезти!

Судья кивнул и повернулся к охраннику:

— Ты все слышал. Подгоняй машину. Только не перепутай, вези в «нашу», чтобы лишних вопросов не было.

— Сделаю, — глухо отозвался охранник, скатился вниз по лестнице и поспешил к выходу.

Григорий Архипович что-то посмотрел в своих записях, принял «купюры благодарности» от двоих зрителей и объявил:

— Победил Несокрушимый! Его выигрыш составляет три тысячи восемьсот рублей!

Маг, которому лекари обрабатывали раны, поднял руки и издал победный клич.

— Кто бы мог подумать, что он выиграет, — задумчиво проговорил судья, глядя на то, как лекари помогают магу спуститься с ринга. — А ведь он выбрал правильную тактику. У Эдика Щеглова сильная защита, поэтому Несокрушимый вряд ли смог бы ее прорвать и добраться до него. Поэтому предпринял очень опасную для него уловку. Щеглов слишком быстро поверил в свою победу и расслабился, за что и поплатился. Хорошо, хоть жив остался.

Я согласился, потому что даже подумать не мог, что человек может так пожертвовать своим здоровьем, чтобы потом нанести сокрушительный удар. Я был уверен, что дело не в деньгах, а в принципе. Не просто так Несокрушимый выбрал себе такой псевдоним.

— Костя, а ты чего сегодня пришел? Решил отдохнуть? — вырвал меня из раздумий голос судьи.

— Нет, мне деньги нужны…

— В долг даю только под проценты, — предупредил он.

— В долг я не беру, поэтому хочу подзаработать.

— Хм, сегодня выступали только приглашенные, поэтому желающих больше не было. Но здесь среди зрителей много магов, поэтому могу обратиться к ним?

— Да. И чем выше ранг, тем лучше, — предупредил я.

— А как тебя представить: Константином или Призрачным стражем?

— Стражем, — твердо ответил я и полез в пространственный карман за маской, которую когда-то взял у Никиты, но так и не вернул.

Судья включил микрофон, поднялся со своего места и заговорил:

— Уважаемые дамы и господа! Бой, который закончился совсем недавно, сильно взбудоражил всех нас и принес массу эмоций. Но на сегодня это еще не все. Наш клуб посетил небезызвестный Призрачный страж, который выразил готовность принять бой от мага любого ранга. Есть среди вас тот, что осмелится выступить против него?

Зрители загомонили, но никто не согласился сразиться со мной. Я уже хотел спуститься с ринга и пойти домой, но тут мне в голову пришла идея.

— Скажите, что магов может быть столько, сколько захотят. Я сражусь со всеми одновременно.

Судья с сомнением посмотрел на меня.

— Ты уверен? Все же не следует брать пример с Несокрушимого. Я подозреваю, что у него с головой не все в порядке.

— Я уверен.

Григорий Архипович покачал головой, но объявил о моем решении. Несколько магов тут же объединились и, быстро переговорив между собой, встали и подняли руки.

— Ого! Сразу пятеро? Похоже, Призрачному стражу придется несладко! — проговорил судья в микрофон и с тревогой посмотрел на меня.

Я поблагодарил, спустился с балкона и направился к рингу, на ходу накидывая на себя призрачную броню, чтобы меня никто не узнал. Маска закрывала только пол-лица, поэтому была вероятность, что поймут, кто прячется под псевдонимом Призрачный страж, а мне этого не нужно было.

Я поднялся на ринг и повернулся к магам, которые готовились к бою, снимая дорогие пиджаки и натягивая прочную броню. Вскоре они друг за другом поднялись на ринг и полукругом встали напротив меня.

— Напоминаю, что, исходя из правил, которые все вы подписали, за убийство мы вас дисквалифицируем и больше не выпускаем на ринг. Поэтому постарайтесь обойтись малой кровью, — предупредил судья.

— Ну, это уж как получится, — ответил один из моих противников, маг в зеленой броне из кожи марийского варана.

Остальные рассмеялись, хищно уставившись на меня. Они явно надеялись на быструю победу, но они еще не знают, против кого выступили.

Я хотел повернуться к судье и дать знак, что готов и пора начинать бой, как вдруг увидел двоих людей, которые зашли в зал и заняли столик неподалеку от ринга. Это были Владимир Борисович и Ефим Прохорович.

Только этого мне не хватало! Что вообще они здесь делают?

Глава 11

Над рингом появился магический купол, и маги, не сговариваясь, атаковали. В меня полетели огненные шары, ледяные копья, по полу поползли жгучие лианы, совсем рядом пролетел воздушный кулак. Я едва успел увернуться от него и выставил перед собой призрачный щит. Копье ударилось и разбилось вдребезги. Шары взорвались, рассыпая искры.

Я отвлекся на воздушные удары, которые посыпались друг за другом, и едва не попался в цепкие объятия лиан. Разрубив зеленые щупальца, я бросился к магам. Те, в свою очередь, не стали дожидаться меня, ведь их магия не предполагала ведения ближнего боя. Поэтому в меня полетел весь арсенал их умений.

Огненный вихрь закружился в центре ринга, поднялся до самого купола и полетел на меня. Я присел и прикрылся щитом. Как в случае с воздушным вихрем, огненный пропал сразу же, как только прикоснулся к щиту. Скорее всего, я мог поглощать этот вид заклинаний. Другого объяснения у меня не было.

В это время воздушный маг яростно заработал руками. Я знал, что это значит — воздушные клинки. В ту же секунду я поднял щит над собой, и по нему посыпались сильные удары.

Лианы между тем не прекращали ползать за мной и хватали за руки и ноги. С помощью меча я легко перерубал их, но тут же приползали новые. В это же время вокруг меня закружились острые листья, которые прицельно били по голове, лицу и шее. Я был полностью закрыт броней, поэтому они не могли навредить мне, но листья мешали обзору, мелькая перед глазами.

Я сделал еще одну попытку добраться до магов, которые распределились вдоль всего ринга, но понял, что и шагу ступить не могу. Пока я стоял на месте и отбивался, маг воды не терял времени зря и просто сотворил подо мной лед, поэтому мои ноги разъезжались в разные стороны.

На этом мое терпение закончилось. Для большего заработка я хотел удлинить бой и сделать его более зрелищным, но понял, что больше не хочу только отбиваться и защищаться. Пришла пора нападать.

Первым делом я убрал меч и сформировал арбалет. Первые же два болта вывели мага воды из сражения. Один болт пробил его плечо и вылетел с другой стороны, а второй болт пролетел через бедро. Мужчина упал и заорал, обливаясь кровью. Однако ему никто не мог помочь, пока бой не закончен. А бой закончится, только когда я решу.

Увидев, что стало с их напарником, маги перестали ухмыляться. Если раньше они были уверены, что победа за ними, то теперь стали в этом сомневаться. И правильно, я только начал.

Сразу после поражения мага воды, лед под ногами пропал. Его больше никто не поддерживал, поэтому он просто растаял, ведь маг огня постарался, чтобы здесь стало довольно жарко.

Следующим я решил избавиться от мага растений, листья и лианы которого постоянно отвлекали меня. Однако он уже понял, что можно от меня ожидать, поэтому сформировал щит, который надежно спасал его от болтов, которые я в него выпустил. Увидев, что призрачные болты не могут причинить ему вред, он криво усмехнулся и прокричал:

— Все? Закончились сюрпризы, Страж?

В это время его лианы снова доползли до моих ног и поползи вверх. Я разрубил их мечом и вызвал огненный дождь. Было видно, что мои противники не были к этому готовы, ведь ошибочно думали, что я владею только призрачной магией.

Сотни небольших огоньков обрушились магов, а также на листья и лианы. Растения тут же обуглились, а маги, хоть и закрылись щитами, все равно получили несколько ожогов. Магический огонь в несколько раз был сильнее обычного, поэтому даже небольшая искра могла прожечь глубокую рану.

— Страж, ты хоть кто такой, а? — спросил маг воздуха — стройный молодой человек с короткими темными волосами и острыми чертами лица.

— Какая тебе разница? — прокричал я в ответ и отбил воздушный клинок, который все это время не прекращая, летал вокруг меня, нанося удары.

Благодаря броне лезвие клинка не причиняло мне никакого вреда. Правда, каждый удар я чувствовал. Это говорило о силе и мастерстве мага.

— Просто интересно, откуда ты взялся? Я уже полгода на ринге, но вижу тебя в первый раз. А, может, ты приезжий, а?

Мне было не до разговоров, ведь меня продолжали атаковать со всех сторон. Я уже подумал вызвать моих бойцов, и пусть расправятся с противниками, но, осмотревшись, понял, что двадцать два воина здесь точно не поместятся.

Зато у меня был еще один козырь в рукаве. Я провел пальцем по запястью и создал три браслета, которые завертелись вокруг моей руки мерцая и переливаясь.

— А это еще что такое? — подал голос маг воздуха.

— Ты что, не видишь, что ли? Бабушка в наследство оставила, — расхохотался маг огня.

Я не стал отвечать, а отправил все три браслета в разных магов. Они пытались отбиться, но браслеты расширились и схватили их, крепко прижав руки к телу.

— Это что за кандалы? Ты что удумал? — закричал маг огня, который как раз в это время хотел ударить меня огненным хлыстом, но теперь его руки были сильно прижаты к телу, а хлыст лежал у ног.

— Сдавайтесь, или я сделаю вам больно, — спокойным голосом ответил я.

— Да пошел ты!

— Это не по правилам! Дисквалификация!

— Так и скажи, что струсил честно сражаться!

Пока три плененных мага кричали и извивались, пытаясь сбросить с себя оковы, еще один маг, который все это время стоял в стороне и не участвовал в сражении, попытался обойти меня и ударить со спины. Однако благодаря фантому я видел все, что творится вокруг, и вовремя выставил щит навстречу трем кинжалам, лезвия которых прямо на лету удлинились. Мужчина владел магией металла.

Я не стал с ним церемониться, поэтому в два прыжка оказался рядом и ударил призрачным мечом. Он отбил нападение еще одним кинжалом, который неизвестно откуда появился в его руке. В ответ он попытался пырнуть меня в живот, но я уклонился в сторону и со всего размаху ударил кулаком по щеке. Мужчина отлетел в сторону, упал и потерял сознание.

Я встал в центре ринга и огляделся: один сидел, навалившись спиной в краю ринга, прижимал руки к ранам, чтобы хоть как-то остановить кровь, трое не могли двигаться и морщились от боли, еще один лежал без сознания.

Повернувшись к залу, я встретился взглядом с Владимиром Борисовичем, который, облокотившись о стол, с интересом рассматривал меня. Рядом с ним сидел Ефим Прохорович и, сложив руки на груди, как-то подозрительно всматривался в мое лицо. Скорее всего, он узнал меня, но не мог в это поверить. К тому же на мне была маска Никиты.

— Эй, отпусти меня. Я сдаюсь, — проговорил огненный маг и исподлобья взглянул на меня.

— Я отпущу всех сразу или не отпущу никого, — ответил я.

— А я не сдаюсь! Хрен тебе, понял? Хоть два дня здесь просижу, а не сдамся! — маг растений снова попытался вырваться из крепких объятий браслета, но одним взмахом руки я сжал его так, что послышался хруст ломающихся костей. Он сморщился от боли и пропищал:

— Сдаюсь-сдаюсь.

В это время раненый маг поднял окровавленную руку вверх.

Купол пропал, и послышался голос судьи:

— Бой окончен. Победил Призрачный маг!

Зал взорвался восторженными криками и аплодисментами. Зрители поднялись со своих мест и разделились на две группы: одни поспешили на балкон к судье, а остальные приблизились к рингу, чтобы поздравить меня.

Лекари поднялись на помост и подбежали к магу, который уже был бледный, как полотно, а под ним натекла целая лужа крови. Я отозвал браслеты и спустился с ринга. Меня тут же обступила толпа. Каждый намеревался пожать руку, похлопать по плечу и выразить восхищение моим умениям.

Тут я увидел в толпе Владимира Борисовича, который терпеливо ждал возможности подойти ко мне поближе. Ефим Прохорович тоже стоял неподалеку и по-прежнему пристально смотрел на меня.

Вскоре раздался голос судьи:

— Призрачный страж благодаря щедрым зрителям и мне, конечно же, получает выигрыш в размере десяти тысяч рублей!

Тут ко мне подошел Владимир Борисович. Он протянул руку и представился.

— Меня зовут Владимир. Я лидер гильдии «Освободителей». Можете уделить мне несколько минут?

Я пожал протянутую руку и кивнул:

— Конечно.

Мы отошли к барной стойке. Ефим Прохорович пошел следом, но близко не подходил.

— Дело в том, что сейчас я набираю команду, чтобы зачищать новые Разломы. Мне нужны сильные и опытные маги. Всю добычу мы делим поровну, и за каждую зачистку Ведомство платит по тысяче рублей каждому. Конечно, это ни в какое сравнение не идет с заработком на этом ринге, но все же я осмелюсь попросить вас присоединиться к нам.

Бывший ректор выжидательно уставился на меня. Я же никак не мог решиться: выдать ему свою тайну или отказаться от предложения.

В это время Ефим Прохорович все же подошел ко мне и задумчиво произнес:

— Меня не покидает ощущение, что мы с вами знакомы. Не могли бы вы убрать броню и снять маску?

Мне не хотелось обманывать или убегать, поэтому я глубоко вздохнул и ответил:

— Конечно, мы с вами знакомы, Ефим Прохорович.

— Костя? — выдохнул изумленный преподаватель и, повернувшись к Владимиру Борисовичу, сказал. — Это Костя Родионов.

Мне стало не по себе от их ошарашенных взглядов, поэтому я предложил:

— Подождите меня на улице. Я заберу выигрыш и выйду.

Мужчины кивнули и направились к выходу, постоянно оглядываясь на меня.

Я зашел в кабинет Кристины, которая снова выглядела обворожительно с облегающем атласном платье.

— Костя, бой был просто эпичный! Я так за вас переживала, что чуть не бросилась на выручку, — восхищенно сказала она.

— Я был бы очень рад, если бы вы оказались рядом, — подмигнул я.

— А почему же вы мне так и не позвонили? — она выпятила нижнюю губу.

— Потерял вашу визитку, — развел я руками и сделал честные глаза.

— Вот, держите еще одну, — она протянула картонный прямоугольник.

Я поблагодарил и убрал в пространственное кольцо, так как до сих пор был закрыт призрачной броней.

Кристина отсчитала нужную сумму и протянула мне.

— Я буду ждать звонка, — томно протянул она и подмигнула.

— Обязательно позвоню, — соврал я и вышел из кабинета.

Владимир Борисович и Ефим Прохорович стояли на улице и тихо переговаривались. Я подошел к ним, смахнул броню и стянул маску.

— Костя, это действительно ты, — проговорил бывший ректор. — Но как? Как ты стал таким?

— Мне тоже это очень интересно, — кивнул Ефим Прохорович.

Под их пристальными взглядами мне стало не по себе, но рассказать про свою прошлую жизнь я не мог. Во-первых, мне казалось, что все равно никто в это не поверит. А, во-вторых, не хотел подставлять Семена Семеновича, который просил никому не рассказывать о своем Разломе.

— Я не могу вам рассказать, — наконец выдавил я.

Они переглянулись. По их взглядам я понял, что они именно такой ответ ожидали.

— Хорошо. Не хочешь говорить — не надо, — махнул рукой Ефим Прохорович. — Но ты хотя бы можешь сказать, какой у тебя ранг?

— Черный.

— Невероятно, — вырвалось у Владимира Борисовича.

В это время дверь клуба открылась, и вывалилась пьяная компания, которая до сих пор с жаром обсуждала бой.

— Поехали, — сказал Владимир Борисович.

Мы подошли к машине Ефима Прохоровича. Владимир Борисович все еще не мог поверить в то, что у меня черный ранг, поэтому снял с шеи амулет и протянул мне. Я не стал отпираться и, приложив к груди, продемонстрировал черный камень.

— Ты просто уникум какой-то. Я сам только в тридцать пять лет до черного ранга смог подняться, — признал он. — Ты согласен вступить в нашу гильдию?

— Да, конечно. Я уже записался в тот лист, что вы повесили под объявлением… Кстати, Владимир Борисович, я хотел спросить про нового ректора. Почему ректором поставили того, кто только появился в нашей академии? Не лучше ли было назначить кого-нибудь из деканов?

— Меня тоже интересует этот вопрос, но там, наверху виднее. К тому же у нас много молодых и прогрессивных преподавателей, которые вдохнули бы новую жизнь в академию, но меня никто не спрашивал. Я слышал, что он порядки начал наводить еще до вступления в должность. Притом такие порядки, которые внесли больше беспорядка. Зачем-то уволил половину преподавательского состава, привел своих людей, которые никакого отношения к магическим академиям не имели, — мужчина тяжело вздохнул и покачал головой.

Даже после увольнения он все еще болел сердцем за академию, в которой проработал много лет.

— А почему вы перешли в Ведомство? — спросил я, выдернув его из горестных мыслей.

— Попросили. Вчера еще пять Разломов появились. Гильдий и раньше не хватало, а сейчас тем более. Никогда не знаешь, что прячется в новом Разломе. Бывает, отправляют на зачистку сильных магов, а внутри делать нечего: одни камни и песок. А слабые гильдии иногда в такую жуткую заварушку попадают, что не всем удается оттуда вырваться. К тому же старые Разломы тоже надо зачищать. В общем, дел много, а людей не хватает. Директор Ведомства Тимофей Аркадьевич — мой старинный друг. Вот он и попросил меня включиться в это дело.

— Понятно. Во всяком случае, можете на меня рассчитывать, — кивнул я.

— Спасибо, Костя, — ректор похлопал меня по плечу.

Еще я рассказал о том, что мне нужны справки иначе отчислят, и Владимир Борисович пообещал заняться этим делом.

Мы отвезли бывшего ректора домой и приехали к академии. Ефим Прохорович не увольнялся, а взял длительный отпуск, поэтому имел право проживать на территории академии.

Когда мы подошли к воротам, я взмахнул рукой, но створки даже не шелохнулись. Я проделала это еще два раза, но ворота не открывались.

— Что за фигня? Неужели опять с печатью проблемы?

— Странно, — проговорил преподаватель, поднял рукав и поднес руку с печатью к воротам.

Те щелкнули, и створки раскрылись.

— Может, ты как-то повредил печать? Сходи завтра в деканат, — посоветовал Ефим Прохорович.

Я не стал говорить, что со мной такое уже второй раз. Мы попрощались и разошлись по домам. Однако, как только я приблизился к своему новому дому, то остановился и крепко выругался. На крыльце снова стояли коробки.

Я подошел поближе и увидел, что на двери висит лист бумаги. Поднявшись на крыльцо, обошел коробки и прочитал следующее: «Родионов, вы отчислены, поэтому больше не можете проживать в академическом доме. Завтра вам надо явиться к секретарю декана и подписать документы. Также уведомляем, что в вашем доме найдено существо, которое мы намерены передать органам полиции для дальнейших разбирательств».

— Отшельник, пойдем, я тебя познакомлю с новым телом, — зло процедил я и, скомкав лист бумаги, направился в сторону дома ректора.

За мной следом поплыла худая черная фигура.

Глава 12

Я дошел до дома ректора, осмотрелся и поднялся на крыльцо. Фантом показал, что один из телохранителей спит, а второй сидит за столом на кухне и рассматривает красочный журнал. Наверняка они по очереди дежурят.

Я не хотел вредить парням, но они всегда сопровождали ректора, поэтому не было никакой возможности избежать стычки с ними.

Сам Ростислав Богданович полулежал на диване в роскошной гостиной и медленно пил из стакана янтарного цвета жидкость.

Я задумался, не зная, как поступить: врываться в дом или вежливо постучать. В это время ко мне приблизился Отшельник. Хотя напротив дома стоял уличный фонарь, он все равно находился в тени, будто и был тенью. От него пахло влажным лесом и еще чем-то приторно-сладким. Мне захотелось отойти от него, но я сдержался.

Отшельник взмахнул рукой, и дверь с тихим щелчком открылась.

— Не знал, что ты так умеешь, — прошептал я, вглядываясь вглубь дома.

— А как, по-твоему, я прихожу к тебе? К тому же ты должен был уже уяснить, что мои возможности безграничны, — прошелестел голос.

Вдруг мне в голову пришла неприятная мысль, поэтому вместо того, чтобы зайти в дом, я повернулся к нему и спросил:

— Зачем тебе жить на Земле? Что ты хочешь?

— Разнообразия. Хочется чего-то нового. Устал сотни лет жить в нашем с тобой мире. Хочу ощутить вкус жизни в новом теле, — ответил он.

Мне показалось, что Отшельник был искренним. Во всяком случае, я знал, что он никогда никому не чинил вреда.

Я кивнул и почти бесшумно зашел в дом. Фантом показал мне, что парень, сидящий на кухне, что-то услышал и насторожился. Ну что ж, придется сначала разобраться с ним.

Натянув на голову маску Никиты, я за считаные секунды добрался до кухни и вбежал в нее раньше, чем телохранитель поднялся из-за стола. Увидев меня, он напрягся и полез в кобуру за пистолетом.

Однако я уже подготовил браслеты, один из которых сорвался с моей руки, и ринулись к нему. Парень отшатнулся, не зная, что ожидать от тонких огненных обручей, которые перекинулись на него и плотно сжали.

Я подошел и, не говоря ни слова, засунул ему в рот кухонное полотенце.

Прежде чем идти к ректору, я с помощью фантома посмотрел на второго телохранителя, который спал в комнате для прислуги и ни о чем не догадывался. Отлично!

Между тем Ростислав Богданович допил из стакана, поднялся с дивана и снова подошел к столику, на котором стояла различная выпивка.

— Вредно столько пить. Тем более в вашем возрасте, — проговорил я, отправил в него браслет и закрыл за собой стеклянные двери гостиной.

Браслет прижал руки ректора к его телу, отчего тот выронил стакан на пол. Тот с глухим звуком упал на ковер с толстым ворсом.

— Ты кто такой? — испуганно выдавил Ростислав Богданович, бросив попытки освободиться из крепких объятий.

Не говоря ни слова, я стянул маску, прошел в центр гостиной и плавно опустился в кресло.

— Родионов⁈ — воскликнул мужчина. — Ты что удумал? А ну, отпусти меня! Сволочь! Я тебя не только из академии выкину, но и на каторгу сошлю.

— Вот об этом мы сейчас и поговорим, — спокойным голосом ответил я и, взмахнув рукой, отправил браслет вместе с пленником на диван.

— Что ты хочешь от меня? Чего тебе надо? Помогите! Где эти олухи? По-мо…

Я сформировал арбалет и прицелился ему в голову. Ростислав Богданович тут же закрылся призрачной броней.

— Ты меня не достанешь, ублюдок! Не знаю, что ты задумал, но ты поплатишься! Ох, как сильно поплат…

Прицелившись, я выстрелил ему в ногу, но так, чтобы не повредить кость. Болт пролетел насквозь, вонзился в пол и пропал. Я был намного сильнее ректора, поэтому болт легко прошел сквозь броню.

Ректор закричал и с широко раскрытыми глазами уставился на рану, из которой потекла кровь на толстый ковер.

Прежде чем он снова откроет рот и начнет орать, я предупредил:

— Еще один звук и точно такую же дырку я сделаю на второй ноге.

Мужчина, который уже открыл рот, что продолжить посыпать меня проклятьями и угрозами, с силой захлопнул его обратно, клацнув зубами.

— А теперь ты мне расскажешь все начистоту. С самого начала. Ясно?

— Что… что рассказать? — плаксивым голосом спросил он, глядя на то, как под его ногой расплывается пятно крови.

— Начни с Горина, — подсказал я.

Он затравленно посмотрел на меня и еле слышно спросил:

— Откуда ты знаешь?

Я не стал отвечать, а вновь сформировал арбалет и наставил на него.

— Хорошо-хорошо, я все скажу! — запаниковал он.

Я пристально уставился на него, но арбалет не убирал.

— Паша Горин обещал мне кое-что из сокровищницы его предка.

— Что именно?

— Артефакт, с помощью которого можно поменяться телами.

— Телами? — задумался я, а потом рассмеялся. — Женщиной захотели стать?

— Нет, — угрюмо ответил он.

— Дайте-ка отгадаю… Неужели императором?

Ректор ничего не ответил, но по его взгляду я понял, что не ошибся.

— Горин младший хотел занять трон, поэтому ничего бы у вас не вышло, — усмехнулся я.

— Женя? — удивленно воскликнул он.

— Да. Он мне сам признался.

— Не может быть! Я не верю! — взвизгнул ректор и мотнул головой.

— Я даже переубеждать вас не буду, — махнул я рукой. — Лучше расскажите, почему вы до сих пор мне житья не даете? Ведь Гориных уже нет. Все наследство перейдет государству.

— А вот и нет! Я видел завещание. В нем не указано, что наследство могут получить только Горины. Любой может заявить права на артефакты, потому что единственное условие: чтобы прекратил существовать род Родионовых.

— Хм, — задумался я. — Зачем же вы так стремились отчислить меня из академии, а не убить?

— Ты что ж, до сих пор ничего не понял? — криво усмехнулся ректор. — Это моя помощница отправила гильдию «Победителей» в Разлом среднего уровня. Я очень надеялся на то, что тебя там убьют. Это я с помощью своей помощницы пронес в твою комнату тварь из Разлома. Сейчас я тебя убью, а потом возьмусь за сестру с дедом.

В это время сзади послышался щелчок. Я обернулся и увидел второго телохранителя, который держал меня на мушке.

— Только шевельнись, и он тебя прикончит, — насмешливо сказал ректор. — Ты забрался в мой дом, прострелил ногу и угрожал расправой. Мне даже не надо ничего придумывать, когда вызову полицию на твой труп.

Я понимал, что не успею сформировать арбалет, который уже убрал, и выстрелить в парня, но со мной все еще был третий браслет. Пока я думал, как лучше поступить, телохранитель вдруг охнул и повалился на пол. Рядом с ним появилась черная колышущаяся фигура.

Ростислав Богданович в ужасе замер, глядя на то, как вместе со странным существом в гостиной наступила полутьма.

— Это он? — спросил Отшельник.

— Да. Можешь забирать. Правда, я прострелил ему ногу, но постарался сохранить кость.

— О чем вы говорите? Кто это такой? Родионов, ты что задумал! — закричал ректор и буквально вжался в диван, не сводя взгляда с Отшельника, который медленно поплыл к нему, не касаясь пола.

— Вы же хотели поменяться телами, — развел я руками.

— Нет! Помогите!

Отшельник приблизился к нему, поднял руку и провел над ректором, не прикасаясь к нему. Ростислав Богданович тут же заткнулся, а рана на его ноге затянулась.

— Хорошее тело. Правда, я рассчитывал на более молодое, но и это тоже хорошее.

— Что ты намерен делать, когда поселишься в его теле? — уточнил я, подошел и встал напротив ректора, который застыл и даже не моргал.

— Путешествовать. Я хочу своими глазами увидеть этот мир и ощутить все прелести плотской жизни.

Он наклонился и положил руку, окутанную черным туманом, на лоб Ростислава Богдановича. Послышался продолжительный выдох со свистом, и Отшельник пропал. В то же мгновение ректор глубоко вздохнул, пару раз моргнул и повернул ко мне голову.

— Убери браслет. Ты делаешь мне больно, — голос был точь-в-точь как у Ростислава Богдановича, но слышались шелестящие нотки.

— Конечно.

Отшельник встал, прошелся, осмотрел розовое пятно на ноге, которое до этого было сквозной раной, посмотрел на руки, провел по лицу и улыбнулся.

— Я уже забыл, как это здорово — чувствовать свое тело, дышать и моргать.

— Рад, что оно вам понравилось, — кивнул я и направился к выходу.

Уже у самой двери гостиной, вспомнил про Фаника.

— У меня забрали моего зверька. Сможете помочь его вернуть?

— Забирай. Он здесь. За этой стеной, — Отшельник отвлекся от ощупывания своего нового тела и ткнул пальцем в стену, на которой висели картины в позолоченных рамах.

Я вышел из комнаты и увидел следующую дверь. За ней оказалась гардеробная. В дальнем углу в клетке сидел Фаник и тихонько напевал одну из своих песен. Фантом мне не показал его только потому, что я даже не подозревал, что зверек может быть здесь.

— Привет, дружок, — я вытащил его из клетки и посадил на плечо.

Фаник радостно замурлыкал и ущипнул меня за мочку уха.

Забрав браслет, который стягивал первого телохранителя на кухне, я вышел на улицу. Думаю, Отшельник как-нибудь объяснится с ними.

* * *

На следующее утро мы с Фаником плотно позавтракали, и я поспешил в академию. Вчера я просто срезал призрачным мечом замок и зашел в дом, в котором имел полное право проживать, ведь заплатил за месяц вперед.

Первым делом я направился в Приемную ректора. Два телохранителя как ни в чем не бывало сидели возле двери в кабинет. Увидев меня, они кивком поздоровались.

Мне было это очень странно, ведь второй точно видел меня в доме Ростислава Богдановича и даже держал меня на прицеле.

Секретарское место пустовало, поэтому я подошел к кабинету и постучал.

— Входите!

Я осторожно открыл дверь и заглянул внутрь. Ректор сидел за столом и аккуратно, будто боялся сломать листы, просматривал какой-то документ. Когда я зашел в кабинет, он, не поднимая головы, проговорил:

— Очень занятная биография моего тела. По крайней мере, известной ее части. Однако мне все же удалось сохранить воспоминания, поэтому никто не заметит подмены, — прошелестел знакомый голос.

Я с облегчением выдохнул. Наутро мне все произошедшее ночью казалось сном.

— Как тебе в новом теле? Освоился? — спросил я и опустился в кресло напротив его стола.

— Да. Довольно быстро. Мне в нем нравится все. Даже перелистывать страницы своего Личного дела мне очень приятно, так как я чувствую структуру бумаги и вдыхаю ее запах. Все-таки я очень скучал по здоровому человеческому телу, — он провел рукой по лицу, потрогал щетину и взъерошил себе волосы. — Как же приятно все чувствовать. Цени это.

— Рад, что ты доволен, — я встал и направился к двери.

— Не волнуйся, я все исправлю, — сказал он мне вслед.

Я обернулся и встретился с его взглядом. Зеленые глаза ректора теперь были темно-карими, но уже через секунду снова позеленели.

— Спасибо, — кивнул я и вышел.

Заглянув к декану, я восстановил свою печать. Декан ничего не знал про записку, которая висела на двери моего дома. Вскоре пришла секретарша и, опустившись на стул, уставилась перед собой невидящим взглядом.

— Слушайте, Наталья Иосифовна, может, вы знаете что-нибудь про записку на двери Константина? — вывел ее из раздумий Филин.

Она перевела взгляд на него, потом на меня и кивнула:

— Я написала. Ректор велел, но сейчас он сказал, чтобы я порвала все приказы об отчислении Родионова… Ничего не понимаю, — развела она руками.

— Вы порвали? — строгим голосом спросил декан.

— Да, прямо при нем… Ничего не понимаю, — повторила она, затем вытащила из тумбочки свою сумку и положила в нее чашку с блюдцем, несколько ручек и блокнот.

Мы с деканом переглянулись, и он уточнил:

— Наталья Иосифовна, что вы делаете?

— Меня уволили, — она остановилась, посмотрела на нас и еле слышно произнесла. — Ничего не понимаю.

Конечно же, я не стал ничего ей разъяснять, а, попрощавшись с деканом, направился к стенду с расписанием. Напротив моей фамилии было указано три занятия. Все они были теоретическими в аудитории вместе с другими студентами. Быстро же Отшельник все разрулил.

Все занятия были посвящены изменениям в Ведомстве и призывам вступать в ряды гильдий, чтобы предотвратить прорыв монстров на Землю. Кроме лектора, был также приглашен представитель Ведомства, который сказал, что на сегодняшний день почти половина новых Разломов еще не изучена. Гильдий катастрофически не хватает, и чтобы привлечь больше охотников, отменили налоги с добычи.

Однако студенты уже были наслышаны про то, что целые гильдии погибали в Разломах, поэтому желающих из числа первокурсников не было.

После занятий я вышел из академии и направился к остановке. Мне хотелось встретиться с Марией Ильиничной. С Машей.

Дверь мне открыла Даша и, прокричав на весь дом, что приехал ее любимый братик, бросилась меня обнимать. Вскоре послышался торопливый стук каблучков, и на лестнице появилась гувернантка. Увидев меня, она расплылась в улыбке и побежала вниз. Я не хотел скрывать наши отношения, поэтому притянул ее к себе и поцеловал.

— Здесь же дети, — прошептала раскрасневшаяся Мария Ильинична.

— Это кто «дети»? Я, что ли? — тут же возмутилась Даша.

Я поднялся к деду поздороваться. Тот полулежал на кровати, просматривал старые фотографии и громко сморкался в носовой платок.

— Костя, как хорошо, что ты пришел, — он вытер тыльной стороной ладони слезы и протянул мне свою худую старческую руку.

Я аккуратно пожал ее и присел рядом.

— Что делаешь?

— Вот, — он ткнул на коробку, в которой лежали черно-белые фотографии. — Вспоминаю былые времена. Тогда я даже не осознавал, насколько счастлив. Все бы отдал за возможность хотя бы день провести с ними.

Он взял фотографию, на которой обнимал бабушку и держал на руках моего отца и показал мне.

— Да, я тоже скучаю. Но жизнь продолжается. Не надо жить прошлым, — я приобнял его.

— Ты прав. Только у меня сердце за вас с Дашей болит. Женился бы ты, что ли, а? — он поднял на меня мутные, в красных прожилках глаза.

— Женюсь, — кивнул я.

— А когда? — с надеждой спросил он.

— Вот все успокоится и женюсь. Сейчас не до свадьбы.

— Но ты не тяни. Даже в самые темные времена есть место для радости, — он сложил фотографии в коробку и протянул ее мне. — Положи на полку, а я вздремну. Перед ужином разбудите меня.

Я спустился на первый этаж и направился в кабинет, из которого слышался девичий смех. Даша и Мария Ильинична играли в какую-то настольную игру. Я замер на пороге, навалился на дверной косяк и с улыбкой смотрел на них. Только здесь, в кругу семьи я был счастлив. Вокруг творилось черт-те что с Разломами, с учебой и боями на ринге, а здесь тепло, радостно и спокойно. Может, действительно, жениться? По-моему, лучшей кандидатуры, чем Мария Ильинична, не найти.

Вскоре кухарка Люба позвала нас к столу. Я поднялся на второй этаж, чтобы позвать деда, а он уже сам услышал и, опираясь на трость, неспешно шел по коридору.

За ужином разговоры снова зашли о Разломах. Оказывается, Мария Ильинична очень зорко следила за новостями и рассказала нам много нового. Некоторые Разломы были пустыми, но от их сильного негативного фона охотникам быстро становилось плохо. Многие Разломы хоть и были населены различными монстрами, но в их груди были самые слабые сплоты, какие даже в бесплатных Разломах не ценились.

Я не хотел пугать их понапрасну, поэтому соврал, что хожу в старые проверенные Разломы, которые изучены вдоль и поперек, и в них ничего опасного нет.

Чуть позже, когда все разошлись по комнатам, я проводил Марию Ильиничну до спальни и, страстно поцеловав, пожелал ей спокойной ночи, но девушка взяла меня за руку и потянула за собой. Я оглянулся, чтобы убедиться, что никто не подглядывает, плотно прикрыл дверь и задвинул щеколду. Мария Ильинична сняла строгое закрытое платье и осталась лишь в полупрозрачном нижнем белье.

— Ну, как я тебе? — несмело спросила она.

— Обалденно! — выдохнул я и ринулся к ней.

Глава 13

Я проснулся оттого, что заболела рука, на которой спала Мария Ильинична. То есть Маша. Даже странно ее так называть.

Аккуратно вытащив руку, я размял ее и посмотрел на часы. Было уже пять утра. Блин! Я же хотел в воскресных сражениях на ринге поучаствовать. Совсем забыл об этом в объятьях девушки.

За окном было еще темно, но впереди, над домами, небо уже начало светлеть. Собрав с пола вещи, я вышел в коридор, осторожно прикрыл за собой дверь и поспешил в свою комнату. Приняв душ и переодевшись, спустился в кабинет. За всеми проблемами в академии, вызванными одним из желающих получить наследство предка Горина, я задвинул подальше дела имения. Конечно, жить рядом с Разломом было опасно, но ведь там была еще и наша деревня. Староста Антон Павлович подготовил землю для весенней посевной, овцы-мериносы снова обросли шерстью.

Я сел за письменный стол и задумался над тем, что делать дальше. У меня было имя того, кто купил у Горина старшего нашу часть земель. Надо будет связаться с ним и выкупить земли обратно. Не думаю, что за них много попросят.

Также я не забыл о ткацкой фабрике. Она приносила стабильно хороший доход, и даже если со мной что-то случится, моя семья не останется без денег. Фабрика их прокормит, поэтому ее тоже надо вернуть.

На покупку фабрики у меня денег нет, и в ближайшее время я вряд ли соберу, ведь надо будет еще выкупить особняк, за который я внес только арендную плату. Но поговорить с владельцем фабрики все же стоило.

Вскоре из кухни раздались звуки. Это встала кухарка и приступила к приготовлению завтрака.

У меня сегодня был учебный день, поэтому я позавтракал яичницей и бутербродом с ветчиной и вызвал такси. Кухарка Люба уговаривала подождать еще немного, ведь она уже засунула в духовку творожную запеканку с ягодами, но я отказался.

Надо было еще успеть заскочить домой и покормить Фаника. За все время, что мы были вместе, я понял, что он не причинит вреда Даше, поэтому решил привезти сюда. С завтрашнего дня к зачистке приступала гильдия «Освободителей», поэтому я не знал, сколько времени буду отсутствовать, а зверька кормить надо.

Я спокойно прошел через ворота, которые открылись, едва приблизился к ним. Мне даже не верилось, что все неприятности с учебой закончились.

Фаник бросился навстречу, едва я открыл дверь. Я посадил его на плечо и прошел на кухню. Везде валялись обертки из-под конфет и печенья, на диване почернела кожура банана, дверца холодильника открыта нараспашку.

— М-да, тебя точно нельзя одного надолго оставлять. Интересно, где ты обитал, когда пропал в первый раз? — я погладил его по голове, отчего Фаник замурлыкал и прикрыл глаза.

Порывшись по шкафам, я нашел галеты и банку куриного паштета. Фаник сначала поморщился, попробовав сухую пресную галету, но, когда я ее намазал паштетом, с аппетитом умял и попросил еще.

Скормив ему всю пачку галет и банку паштета, я направился к академии. По пути зашел в общежитие за Никитой.

— А новый-то ректор не таким уж и плохим отказался, — сказал он, когда мы поздоровались и вышли из общежития.

— Да? И что же в нем хорошего? — изобразил я удивление.

— Иван Герасимович сказал, что ректор издал приказ и все жилье на территории академического городка будет стоить одинаково.

— Как это?

— Особняк по цене комнаты в общежитие, — рассмеялся Никита. — Я уже присмотрел себе вчера один дом, прямо рядом с тобой. Так что теперь мы соседи. Здорово, правда?

— Здорово, — согласился я.

— А еще теперь декан отвечает за ранг, с которым выпускается студент. Если не поднялся до оранжевого, то лишают премий и прочих надбавок.

— Представляю, как расстроился Филин.

— Не только Филин. Все! Раньше им были не важны твои результаты, а теперь они начнут с каждым студентом носиться и помогать поднимать ранг.

Я подумал о том, что ректор с такими нововведениями не задержится на этом месте. А, может, Отшельник того и добивается, чтобы со спокойной совестью уволиться и путешествовать по миру, как он и хотел? Во всяком случае, я решил заглянуть к нему после занятий и пообщаться.

Сегодня у меня снова были теоретические занятия. Скорее всего, не так-то легко найти преподавателя, владеющего призрачной магией. Снова много говорили о том, что ждет империю, если Разломы не перестанут появляться, и как можно обезопасить себя и своих близких — участвовать в зачистках. Также я заметил, что студентов с каждым днем становится все меньше. Скорее всего, никто не верил, что в счастливый исход, и многие просто сбегали.

Когда лектор, пожилой худощавый мужчина в очках на тонком носу, в очередной раз напомнил о том, что сейчас любой желающий может вступить в гильдию, я поднял руку.

— Слушаю вас? — он поправил очки и внимательно посмотрел на меня.

— Скажите, неужели только в нашей империи появляются Разломы?

— Хороший вопрос, — кивнул он. — Нет, не только в нашей, но большая часть Разломов, процентов восемьдесят, находится именно здесь. У ученых есть предположение, что эпицентр, от которого и расходятся все другие Разломы, находится недалеко от Красноярска. Так это или нет, нам пока неизвестно, но научные центры и лаборатории работают без выходных, пытаясь найти причину и остановить разрушение империи.

— То есть нашей империи может не стать? — встревожился студент на первом ряду.

— Да. Когда Разломы переполнятся, монстры хлынут на Землю. Если это произойдет, то придется бежать подальше отсюда и построить гигантскую стену, наподобие той, что окружает каждый Разлом.

От такого мрачного будущего все приуныли. Остаток занятия прошел в тягостной тишине.

Когда прозвенел звонок и я поспешил в столовую, позвонил Ефим Прохорович.

— Алло, Костя, привет!

— Здравствуйте, Ефим Прохорович.

— Давай без отчества. Я уже не твой преподаватель, — усмехнулся он.

— Хорошо… Ефим.

— Звучит отлично! Короче, слушай. Мы с Владимиром Борисовичем всех зарегистрировали, поэтому сегодня вечером выезжаем. Нас отправляю в бессрочную командировку. Когда вернемся домой — неизвестно, поэтому возьми с собой вещи на все случаи жизни.

— А куда едем?

— Пока в Новосибирск. Нам выделили участок для зачистки от Новосибирска до Красноярска. На сегодняшний день он самый сложный из всех. Поедут только самые сильные и опытные. Студентов и магов желтого уровня пока перебросят зачищать старые бесплатные Разломы, чтобы набрались опыта.

— Во сколько выезжаем?

— Сегодня в семь вечера на дирижабле. Заеду за тобой в шесть.

— Хорошо, буду готов. Забери меня от особняка.

Я поспешил к дому. Собрав все необходимые вещи, сложил в пространственное кольцо, а Фаника посадил в рюкзак.

По пути в особняк обошел несколько магазинов и под завязку набил пространственное кольцо. Конечно, можно было вытащить оттуда механического ящера, который занимал почти половину пространства, но не хотел привлекать к себе ненужного внимания. Слишком уж он был необычен, будто явился из будущего.

Дверь открыла кухарка Люба и предупредила, что не отпустит меня, пока я не отведаю ее фирменных голубцов в сметанном соусе. Я взглянул на часы и ответил, что у меня есть полчаса. Она кивнула и поспешила на кухню.

— Костик, иди к нам, — послышался Дашин голос из кабинета. — Мы уроки делаем.

Я подошел к открытой двери и встретился с ласковым взглядом Марии Ильиничны.

— Привет, — еле слышно сказала она.

— Привет, — улыбнулся я, подошел и поцеловал ее.

— Я даже не слышала, как ты ушел.

— Мне нужно было на учебу и покормить кое-кого.

— Покормить? Ты что, кошку себе завел? — вмиг оживилась Даша, которая до этого делала вид, что очень занята математикой.

Я подмигнул ей и положил на стол рюкзак.

— Не совсем кошку, но тоже умеет мурлыкать. Мне нужно будет уехать, поэтому я оставляю его здесь. Надеюсь, ты о нем позаботишься, — строго сказал я и посмотрел на сестру.

— Конечно! Доставай уже, — в нетерпении проговорила она и вплотную подошла к рюкзаку.

Я медленно раскрыл молнию и вытащил Фаника. Послышался вздох восхищения.

— Какой хорошенький! Дай мне, — протянула руки Даша.

— Только будь аккуратна. Не делай ему больно, — предупредил я.

— Нет, конечно… Милашка, — Даша прижала его к себе и погладила.

— Что это за зверек? — спросил Мария Ильинична.

Я наклонился и прошептал ей на ухо:

— Это тварь из Разлома.

— Неужели? — удивленно посмотрела она на меня. — Неожиданно. Я думала, что там совсем другие твари обитают.

— Всяких можно встретить.

В это время с кухни донесся крик кухарки:

— Голубцы готовы! Прошу за стол.

За ужином я оповестил, что уезжаю и не знаю, когда вернусь. Дед тяжело вздохнул, покачал головой, но ничего не сказал. Мария Ильинична тоже промолчала, но тут же пригорюнилась. Одна Даша подсунула зверьку еще один кусок голубца и проговорила:

— Хорошо, что теперь у меня есть Фаник. Буду не так сильно по тебе скучать… Но все равно буду.

Вскоре позвонил Ефим Прохорович и сказал, что уже ждет у ворот. Я всех обнял по очереди и поспешил к двери. Мария Ильинична пошла провожать и уже на крыльце прильнула к моей груди и проговорила:

— Береги себя. Я буду тебя ждать. Делай, что должен, а я позабочусь о Даше и Афанасии Петровиче.

— Спасибо тебе, — я крепко обнял ее, поцеловал и направился к машине.

* * *

Мы стояли у Разлома. Кто-то натягивал броню, кто-то проверял оружие. Владимир Борисович выбрал семь самых опытных охотников, среди которым были мы с Ефимом Прохоровичем.

— Так, ребята, понапрасну не рискуем. С этого Разлома не вернулась гильдия «Капитанов». А в ней, между прочим, были все не ниже красного ранга. В ведомстве до сих пор не знают, что с ними случилось, — проговорил лидер гильдии и придирчиво осмотрел каждого.

— Кто-нибудь туда входил? Может, охрана? — спросил Федор.

Это был опытный охотник лет сорока, владеющий магией воды. Совсем недавно он являлся лидером гильдии «Соколов», в которой погибли пять охотников. После случившегося он больше не хотел даже говорить про Разломы, но Владимир Борисович уговорил его присоединиться к «Освободителям» и продолжить зачистки.

— Не знаю. В Ведомстве таких сведений нет, — пожал плечами лидер.

Вокруг Разлома мерцала сеть, бьющая током, но охранников не было. Их тоже катастрофически не хватало. Империя совсем не была готова к такому. Говорили, что многие Разломы уже охраняли военные и полиция, но я пока их не встречал.

Владимир Борисович окинул взглядом охотников, глубоко вздохнув, громко сказал:

— Заходим!

Мы очутились в густом лесу, похожем на тропический. Вокруг, куда ни глянь, только темно-зеленые растения. Но что-то было не так. Сначала я не мог понять, что именно меня тревожило, но уже через пару секунд осознал. Царила абсолютная тишина. Ни единого звука, ни ветерка, ни пения птиц.

Я отправил перед собой фантома. В это время Владимир Борисович велел разделиться по парам и прочесывать лес, страхуя друг друга.

Мы двинулись вместе с Ефимом Прохоровичем. Фантом показывал лишь зеленый лес. Я давал ему различные задания, но видел только зелень. Когда-то так уже было, поэтому я знал, что фантом может показать монстра, но я могу его не увидеть, если он сливается с окружающим миром.

Мы прошли метров десять, прежде чем фантом показал мне что-то напоминающее жвала: изогнутые, с зазубринами, покрытые щетиной и какой-то слизью. Я велел фантому показать мне поближе, но вдруг жвала пропали, будто их и не было.

В это время издалека раздался голос охотника Димы:

— Идите сюда! Я кое-что нашел!

Мы с Ефимом Прохоровичем пошли на его голос, но не забывали об осторожности и внимательно осматривались.

Дима был всего на пару лет старше меня, но вместе с отцом ходил в Разломы среднего уровня уже больше года. Его отец погиб еще до появления новых Разломов при стандартной зачистке: провалился в логово подземных тварей, которые за считаные минуты растащили его по кусочкам.

Когда мы подошли к парню, то увидели кучу засохшего помета, из которого виднелись обрывки одежды, рукоять меча и массивная фигурная пряжка от ремня.

— А вот и гильдия «Капитанов», — сказал Владимир Борисович, присел рядом с кучей и принялся доставать из нее то, что могли опознать родные погибших.

— Это кто ж такой огромный здесь обитает? — спросил Федор и внимательно осмотрел землю возле помета. — Я не заметил ни одного следа.

— А, может, монстр перемещается по воздуху? — предположил Дима, и мы все как один задрали головы вверх.

Но над нами виднелся лишь кусок сиреневого неба с белыми прожилками облаков.

Между тем фантом продолжал блуждать по Разлому, но меня больше ничего не заинтересовало.

Мы с Ефимом Прохоровичем вернулись на прежнее место и продолжили искать монстров.

Вдруг фантом снова показал мне нечто, похожее на жало. Черное острие поблескивало от слизи и размером было примерно с мою руку.

— Стой! — гаркнул я, когда Ефим Прохорович двинулся в ту сторону, где сейчас находился фантом.

— Что такое? — опешил он, выставил перед собой лезвие призрачного меча и осмотрелся.

— Здесь поблизости кто-то прячется, — проговорил я, но тут жало пропало.

Просто исчезло, едва я моргнул. Как такое возможно?

— Пойду первым, — прошептал я, сформировал арбалет и двинулся в чащу.

Я нашел разлапистое растение с листьями, покрытыми розовыми прожилками, возле которого фантом показал мне жало. Я внимательно осмотрел каждый куст, пригнулся к земле и поискал следы, задрал голову наверх, но ничего не обнаружил. Но ведь только что, буквально минуту назад, здесь находилось существо!

В это время снова послышался голос Димы.

— Я кое-что нашел!

В ответ прозвучал вопрос Владимира Борисовича:

— Очередную кучу говна?

— Нет. Похоже, это… Монстр! Он здесь! — истошно завопил Дима. — Не-е-ет!

Мы с Ефимом Прохоровичем рванули к нему.

Глава 14

Я бежал, уворачиваясь от растений, которые очень густо росли в этом Разломе, и совершенно не заботился о собственной безопасности, потому что Дима продолжал истошно вопить. Причем его голос не приближался, а отдалялся. Я не знал, он просто убегает от монстра или его уже схватили и теперь волокут туда, где потом съедят.

Следом за мной бежал Ефим Прохорович, а впереди мелькала массивная фигура Владимира Борисовича. Мы спешили на выручку, поэтому не сразу заметили, как нам наперерез рвануло что-то большое.

Помог фантом, который все время находился рядом и показывал то, что я не мог видеть. Монстр, похожий на гигантского муравья, вынырнул перед нами, поднялся на задние лапы и издал пронзительный визг.

За секунду до того, как он появился перед нами, я сформировал щит и выставил перед собой, защищая также Ефима Прохоровича, который бежал следом и буквально наступал мне на пятки.

Преподаватель чуть не сшиб меня с ног, но, когда задрал голову и увидел, что над нами возвышается монстр, тут же сформировал кинжал и бросил в его открытую пасть, из которой вслед за визгом вырвалась зеленая ядовитая струя.

— Как он здесь оказался? Где прятался такой гигант? — прокричал он и зло выругался, увидев, как чудище перехватило жвалами кинжал и отбросило в сторону.

— Сам не знаю! — прокричал я, и в ту же секунду на щит обрушилась ядовитая струя.

Между тем голос Димы слабел и скоро совсем пропал. Фантом показал, что Владимир Борисович и остальные охотники видели монстра, который появился перед нами, но предпочли помочь Диме. Я был с этим согласен.

Отправив фантома вслед за ними, я сформировал арбалет и друг за другом выпустил пять болтов. Они пролетели сквозь монстра, отчего он недовольно взвизгнул, но ощутимого урона болты не нанесли.

В это время монстр спустился на все шесть лап и бросился на нас, щелкая жвалами.

— Костя, приготовься! — прокричал Ефим Прохорович.

Я и так был готов, поэтому крепко сжал меч и ринулся ему навстречу. Когда до жвал оставалось не больше пяти метров, муравей-переросток просто пропал. Я остановился и недоуменно огляделся, но в это время по мне что-то ударило и отбросило на несколько метров.

Я отлетел и ударился спиной о толстый стебель. На меня посыпалась желтая пыльца. Тут до меня дошло: монстр не пропал, а просто стал невидимым. Уж не знаю, как ему это удалось, но вспомнился Горин и его магия «незримого тела». Терпеть не могу невидимок!

Между тем Ефим Прохорович отступал, без устали размахивая мечом. Он тоже понял, что монстр не пропал, а все еще здесь, и стал еще опаснее.

Бороться с невидимкой было трудно, ведь никогда не знаешь, откуда ждать удара, поэтому я начал судорожно перебирать, что из находящегося в пространственном кармане может помочь окрасить врага. Пока я поднимался, то нечаянно задел растение, с которого на меня снова посыпалась пыльца.

Я задрал голову и увидел соцветие с белыми цветами. Недолго думая, ударом меча срубил цветок и побежал с ним к Ефиму Прохоровичу, который отступал все дальше под натиском невидимого чудища.

Передо мной ничего не было, даже следов, но трава и растения раздвигались, пропуская гигантскую тушу. Я принялся бить цветком и посыпать все вокруг желтой пыльцой. Через пару секунд монстр был как на ладони.

— Молодец, Костя! — прокричал Ефим Прохорович и, приободрившись, ринулся в атаку.

Я с разбега наступил сначала на лапу существа, которое состояло из зазубрин, поэтому не оставляло четкого следа, а будто просто кто-то причесал землю, затем поднялся на спину и вонзил меч в панцирь.

Муравей заметался, пытаясь сбросить меня на землю, но я крепко держался за меч, который прочно засел в его спине.

Ефима Прохоровича он отбросил, резко развернувшись и ударив брюхом, я же присел и, держась одной рукой, второй отправлял ему в голову огненные шары.

Монстр понял, что с нами не справиться, и помчался вглубь Разлома. В это время я сформировал на руке огненные браслеты. Браслеты распределились по телу муравья и резко сжались, разрывая его на куски. Это произошло так быстро, что я не успел среагировать и вылетел с его спины. Сгруппировавшись, упал не на лицо, пропахав при этом землю, а кувыркнулся и встал на ноги.

С облегчением выдохнув, я обратил внимание на то, что упорно показывал мне фантом, но в пылу сражения, мне было не до него. Охотники стояли возле раненого Димы и охраняли, в то время как Владимир Борисович оказывал ему помощь. У парня были растерзаны обе ноги выше колена. Скорее всего, точно такой же муравей схватил его жвалами.

Я велел фантому найти монстра, но он снова показал лишь растительность. Оглядевшись, я увидел, что растений с соцветиями здесь довольно много.

Когда мы добрались до остальных членов гильдии, то рассказали про монстра и про цветы, которые можно использовать, как проявитель невидимки. Все срубили себе по цветку, а мы с Ефимом Прохоровичем подхватили парня и в окружении остальных охотников двинулись в сторону выхода.

— Оставьте меня здесь. Я сам смогу добраться до выхода, — пытался протестовать он, но Владимир Борисович был непреклонен.

— А вдруг он ядовит? Нет, тебе срочно нужно в лечебницу.

Мы благополучно добрались до ослепительно-белого выхода и вынесли его на Землю. Неподалеку стояла машина, которую мы наняли. Водитель прохаживался неподалеку.

— Что случилось? — забеспокоился он и бросился нам навстречу.

— Монстр ранил. Отвезите его в ближайшую лечебницу и возвращайтесь за нами, — велел Ефим Прохорович.

Мы положили Диму на заднее сиденье и попросили позвонить после осмотра врачей. Потеря охотника в самом начале зачистки было зловещим предзнаменованием.

Когда мы вернулись, то принялись обдумывать дальнейшие шаги. Мы не могли уйти из этого Разлома, зная, что в нем таится такое зло. Если невидимый монстр вырвется на Землю, то погибнут многие, прежде чем его удастся найти и убить. К тому же он здесь заперт в ограниченном пространстве, а в империи много лесов и большая часть обширной территории еще не освоена людьми, поэтому на его поиски может уйти не один год. Нужно прикончить его здесь и сейчас.

Мы решили, что начнем его поиски оттуда, где охотникам удалось отбить Диму, а затем дойти до самого конца Разлома, где, скорее всего, он и прячется. Все-таки Владимиру Борисовичу удалось его ранить.

Вооружившись цветами и мечами, мы двинулись на поиски муравья-переростка. Если раньше мы не замечали его следов, то теперь, когда мы знали, что он оставляет после себя причесанную землю, то быстро пошли по следу и уже через двадцать минут увидели их логово. На первый взгляд казалось, что это просто овраг, но спустившись, увидели проход, закрытый со всех сторон нависающими растениями.

Владимир Борисович решительно направился к проходу, но я остановил его.

— Подождите. Я проверю.

— Как? — удивился он.

Но я не ответил и отправил фантома. Тот показал бесчисленные туннели, закутки и комнаты. Прошло больше десяти минут, когда он, наконец, добрался до самого низа этого муравейника и показал целых семь монстров. У одного из них на боку зияла дыра.

— Туда нельзя заходить. Мало места для маневра, а их семеро, — ответил я.

— И откуда ты это знаешь? — всплеснул руками Федор.

— Неважно. Знаю, и все.

Если остальные охотники с сомнением отнеслись к моим словам, то Владимир Борисович и Ефим Прохорович посерьезнели и задумались.

— Как же нам их достать? У меня с собой нет никакого подходящего оружия, — проговорил лидер гильдии.

— У меня есть идея. Но предупреждаю сразу: никаких вопросов. Просто примите, как данность, — строго произнес я и достал из пространственного кольца артефакт.

Все с интересом уставились на стеклянное яйцо, которое я прижал к своей груди. Через несколько минут друг за другом появились двадцать две мои копии и окружили охотников.

Федор присвистнул и дотронулся до одного из них.

— Слышал о таком, но сам никогда не видел. Даже не скажешь, что ты всего лишь студент.

Я мысленно дал приказ воинам спуститься и убить монстров. Друг за другом они исчезли в темном проходе. С помощью фантома я видел все, что творилось в муравейнике, и докладывал остальным. Охотники не понимали, как я это делаю, но больше не задавали вопросов.

Копии спустились и, добравшись до монстров, просто разрубили их на куски. Те ожесточенно нападали, но ничего не могли поделать. Их сильные жвала пытались оторвать воинам руки или ноги, но те по прочности не уступали моей броне, поэтому у муравьев не было никаких шансов на спасение.

Когда все закончилось, я велел вытащить у монстров сплоты и принести мне. Вскоре воины ровным строем вышли из муравейника. Я забрал у них сплоты, а самих воинов убрал, будто их и не было.

— Ого! Этот Разлом высшего уровня, — сказал Федор, забрал у меня один из сгустков энергии и взвесил в руке. — Хотя нет… Высочайшего уровня!

Все согласились, что даже в Разломе высшего уровня редко можно найти такие крупные и тяжелые сплоты. Также мы забрали сплот из того монстра, которого убил я, и двинулись к выходу.

Мы решили, что не будем продавать добычу местным скупщикам, так как те сильно занижали цену, чтобы потом перепродать в Москве, поэтому возле выхода я сложил все сплоты в контейнер Владимира Борисовича.

На Земле нас уже ждал водитель, в нетерпении прохаживаясь возле машины. Он уже успел отвезти раненого Диму и боялся, что с нами что-то случилось. Как оказалось, именно он привез сюда погибшую гильдию.

Мы разместились в дешевой гостинице Новосибирска со столовой на первом этаже. После того как водитель привез нас к гостинице, Владимир Борисович договорился с ним на следующую поездку, завтра в шесть утра.

— Куда на этот раз? — спросил Федор, когда мы направились к столовой.

— Здесь неподалеку. Возле небольшого села. Разлом появился еще в первой волне, но до него так никто и не добрался. Дежурят возле него по очереди участковый и местный охотник. Говорят, никто не выходил.

— Охотник? На монстров? — заинтересовался я.

Я подумал о том, что можно было бы привлечь его, пока Дима восстанавливается.

— Нет, обычный охотник за пушниной. К Разломам никакого отношения не имеет, но стреляет хорошо, — ответил лидер и распахнул дверь столовой.

— Откуда вы знаете? — спросил Ефим Прохорович.

— Я подготовился перед поездкой и собрал всю имеющуюся информацию о каждом Разломе, который нам придется посетить.

Мы взяли по подносу и подошли к раздаточному столу. Еда была самая простая, но никто из нас не возмущался и не требовал чего-то другого. Я взял солянку, картофельное пюре с биточками, салат из свеклы со сметаной и компот из изюма.

Сдвинув два стола, мы расселись по кругу и принялись есть, не спеша обсуждая сегодняшний день.

— Редко встретишь в Разломах существ, владеющих магией. По большей части это просто зубастые тупые твари, которые вечно хотят есть. А тут мало того, что оказались умными, так еще и магией владеют, — проговорил охотник, которого звали Кирилл.

Он был малоразговорчив, поэтому я в первый раз услышал его голос.

— А это все взаимосвязано. Чем выше интеллект, тем больше способностей. Тупым тварям магия ни к чему, в отличие от разумных существ, — ответил Владимир Борисович. — Пару лет назад я был в Разломе, в котором до сих пор проводятся испытания. Охотники там обнаружили деревню. Глиняные домики, украшенные зубами монстров. Также неподалеку на земле лежали куклы, сделанные из костей.

Я чуть не поперхнулся, услышав об этом. Откашлявшись, я сипло спросил:

— А не было ли по периметру домиков небольших, круглых окон?

— Были. Мы еще подумали, что это очень удобно. Весь дом хорошо освещен, где бы ни находилось солнце. А ты откуда знаешь? — уточнил Владимир Борисович, отодвинул пустую тарелку из-под плова и потянулся за пирожком с капустой.

Вместо ответа я продолжительно выдохнул и потер переносицу.

— Это деревня живородов.

— Что еще за живороды?

Ефим Прохорович откинулся на спинку стула и внимательно посмотрел на меня. Пришлось рассказать им о том, что случилось с Топором, а также все, что я знаю о живороде. Правда, не стал упоминать, что встречался с ними еще и в прошлой жизни.

— М-да, хорошо, что деревня пуста. Вообще-то, весь Разлом был пуст. Ни охотники, ни исследователи не нашли ни одно живое существо.

— Надеюсь, мы с ними не столкнемся. Меня от рассказа Кости дрожь берет, — Федя поежился и обнял себя.

Остаток ужина мы провели в раздумьях. Я не хотел их пугать, поэтому не стал рассказывать о предводителе Теневых живородов, который ушел от меня. Я убил всех из их мерзкого племени, но, когда добрался до каменного замка предводителя и жреца, тот оказался пуст.

Вернувшись на свою землю, я снарядил корабли и отправил на его поиски, но все они через пару лет вернулись, но так никто и не вышел на след главного живорода.

Звездочеты, которых я держал при дворе, неоднократно говорили, что я с ним еще встречусь, но этого не произошло. При мысли о том, что это может произойти здесь и сейчас, у меня невольно участилось сердцебиение. Я не был уверен, что в этом теле и с нынешними силами справлюсь с ним, ведь даже с рядовым живородом пришлось повозиться.

После ужина мы разошлись по комнатам. Я лег в кровать, включил телефон и позвонил Марии Ильиничне. Она обрадовалась моему звонку.

— Даша не спускает зверька с рук. Они даже спят вместе. Сегодня просила разрешения взять его с собой в школу, но Афанасий Петрович запретил, а также напомнил, что не следует о Фанике никому рассказывать, иначе придется вернуть в Разлом к мерзким тварям, которые его съедят.

— Суров дед, — улыбнулся я.

— По-моему, он все правильно сказал. Даша очень добрая и хорошая девочка, но язык без костей. Пусть хотя бы из боязни потерять зверька, не будет хвастаться в школе.

— Ты права… Как у тебя дела?

— Все хорошо. Только по тебе скучаю, — прошептала она.

— И я. Но даже не знаю, когда вернусь. Видел список Разломов у Владимира Борисовича, которые нам предстоит посетить. Так там их более двадцати. В этом районе особо много Разломов появилось, — я услышал, как девушка тяжело вздохнула.

— Главное, береги себя. Помни, что мы тебя очень любим и ждем.

Я улыбнулся. Она в первый раз призналась в любви.

— И я вас люблю.

На следующее утро мы не смогли позавтракать, потому что столовая открывалась только в обед. Перекусив тем, что у нас было с собой в пространственных карманах, мы засобирались к следующему Разлому.

На пути я позвонил деду и дал контакты человека, который владеет ткацкой фабрикой, и попросил узнать, готов ли тот продать ее нам обратно и сколько за нее хочет. Дед заверил, что все узнает и, если надо, то даже встретится с ним.

Попрощавшись с дедом, я позвонил старосте нашей деревни Антон Павловичу и велел узнать, какие планы у владельца на землю, которую у нас когда-то выкупил Горин.

— Так, она же уже продается, — ответил он.

— Да? Откуда вы знаете?

— Колонку в газете просматриваю. Вторую неделю уже стоит. Наверное, брать никто не хочет.

— А сколько стоит? — воодушевился я.

— Не знаю, но могу уточнить.

— Хорошо. Как узнаете, позвоните мне, — велел я и отключился.

Дед продал ее за бесценок. Интересно, сколько запросит новый владелец?

На этот раз, как и говорил Владимир Борисович, мы подъехали к Разлому, который располагался у небольшого поселка. Дорога до Разлома не была расчищена, поэтому водитель остановился в центре поселка, и мы двинулись пешком в сторону светящегося входа, который был виден издалека.

Перед нами из калитки вышла пожилая женщина с пустыми ведрами и намеревалась перейти дорогу, направляясь к колодцу.

— А ну, стоять! — рявкнул Федор.

Женщина испуганно охнула, прижала руку к груди и повернулась к нам.

— Куда перебегаешь дорогу с пустыми ведрами? Примет не знаешь? — пожурил пальцем Федор, но тут же улыбнулся и подмигнул. — Может, вам помощь нужна. Хотите, я вам воду принесу?

— Ох ты ж, окаянный! Чего пугать-то? — напустилась она на него, но потом окинула нас внимательным взглядом и спросила. — Вы охотники, что ли?

— Охотники, — кивнул Владимир Борисович и строго посмотрел на Федора.

Тот улыбнулся и пожал плечами.

— Как же хорошо, что вы приехали! — всплеснула она руками. — Мой зять уже которую неделю этот треклятый Разлом караулит. Все себе отморозил, пока наши мужики ему сторожку с печкой наскоро не сколотили. Уж вы там подчистите все хорошенько, а я пока обед сготовлю. Как выйдете, сразу ко мне! Запомните мой дом, с зеленой калиткой.

— Спасибо, бабушка. Обязательно заглянем, — заверил Кирилл.

Остальные согласно закивали. Не хотелось обижать пожилую женщину.

— Вот и молодцы! А теперь идите-идите, я подожду. Нехорошо перед такой опасной работой с пустым ведром встречаться, — проговорила она, зашла в калитку и поплелась к дому.

Мы рассмеялись и ускорились. Конечно, у охотников тоже были свои суеверия, ритуалы и традиции, но Федор пошутил насчет пустых ведер. Одной из лучших традиций было надеть броню до перемещения в Разлом или наточить оружие накануне охоты и только специальным точилом. Вот тогда была большая вероятность, что зачистка пройдет хорошо и никто не погибнет, но все предвидеть было невозможно.

Когда мы подошли к сторожке, нам навстречу вышел взрослый мужчина с охотничьим ружьем на плече.

— Здорова! Заждались вас уже, — сказал он и поздоровался с каждым за руку.

— Как обстановка? Показывался кто-нибудь? — уточнил Владимир Борисович.

— Не-а. Тишина… Но кое-что приметил, — понизив голос, проговорил он.

Мы напряглись и прислушались. Охотник меж тем выдержал паузу и продолжил:

— Птицы стороной облетают. Бывает лисица или заяц неподалеку покажется, так сразу наутек. Лось вышел пару дней назад, учуял, загудел и ломанулся обратно в лес.

— Сеть чуют. Ток через него бежит, — пояснил Федор.

— Что-то от электростанции не бегут. Зайцы, сволочи, уже весь забор обгрызли, — возразил охотник. — Ласточки каждый год под крышей гнезда вьют. Не-ет, они плохое от Разлома чуют.

— Сейчас проверим, — проговорил Владимир Борисович и первым двинулся по узкой тропинке, проложенной от сторожки до входа в Разлом.

Мы пошли за ним и друг за другом зашли в другой мир. На первый взгляд он ничем не отличался от Разломов, в которых я уже был неоднократно: низкое серое небо, каменистая местность, тошнотворная вонь разлагающихся тел и подступающие к нам со всех сторон кровожадные твари, для которых мы только добыча.

— Понеслась! Умрите, твари! — крикнул Кирилл и ударил мечом монстра, подбирающегося к нему слева.

Я сформировал арбалет, но не успел выстрелить. Земля под ногами задрожала, и монстры с визгом бросились врассыпную, позабыв о нас.

— Похоже, ты разбудил Лихо, — обреченно выдохнул Федор и повернулся к Кириллу, который уже пожалел, что подал голос.

Глава 15

Впереди из-за разрушенных скал показалась гигантская зубастая морда. Монстр шумно втянул носом и прорычал.

— Это он твой парфюм учуял, — прошептал Федор и ткнул Кирилла локтем в бок. — На хрена на охоту духами брызгаться?

— Чтоб не вонять, как эти твари, — вполголоса ответил он и потер бок.

— Ты все равно будешь вонять, как твари, но плюс еще и духами. Убойное амбре.

Кирилл насупился и хотел возразить, но в это время монстр двинулся в нашу сторону.

— Приготовились! — велел Владимир Борисович.

Но в это время охотник по прозвищу Хирург, который стоял сразу за мной, резко согнулся и схватился за живот.

— Ты чего? — спросил Ефим Прохорович, но не спускал взгляда с приближающегося монстра.

— Плохо мне что-то, — прохрипел он и в ту же секунду вырвал.

В это же время схватился за голову и попятился к выходу Федор. Владимир Борисович сразу понял, что случилось, и прокричал:

— На выход! Здесь сильный фон!

С ним все согласились и, не дожидаясь монстра, заспешили к выходу.

— Костя, выходим, — дотронулся до моего плеча Ефим Прохорович.

— Я ничего не чувствую, поэтому останусь, — ответил я, поудобнее перехватил меч и пошел навстречу монстру, который не спеша приближался, не спуская с нас хищного взгляда.

— Ты один не справишься! — прокричал он и попытался остановить меня, но вдруг пошатнулся и чуть не свалился на полуразложившегося монстра, труп которого покрывали черви.

Ефиму Прохоровичу становилось плохо, хотя он также, как и я, был покрыт призрачной броней. Значит, все-таки дело не в броне, а во мне. Я еще раз в этом убедился.

— Костя, не рискуй, — бросил мне вслед преподаватель и вышел из Разлома.

Я же подпустил монстра поближе, взлетел в воздух и сформировал на руке браслеты.

— Посмотрим, что за сплот прячется в тебе, — браслеты сорвались с запястья и ринулись на монстра.

Тот недоуменно смотрел на то, как браслеты приблизились к нему и не успел издать ни звука, прежде чем они разорвали его на четыре куска. Во все стороны брызнула густая темно-красная кровь.

Я спустился на землю, сформировал меч и, разрезав толстую кожу, вытащил сплот. Как и в предыдущем Разломе, он был достаточно большим. Значит, Разлом — высшего уровня. Отлично! Пришло время подзаработать.

Дело в том, что в таких Разломах сплоты в остальных монстрах тоже большие, вне зависимости от размера самих монстров.

Между тем на запах крови набежало много мелких проголодавшихся тварей. Они были настолько глупы, что даже не убегали, когда я начал их отстреливать с помощью арбалета. Через несколько минут более двадцати монстров лежали с простреленными головами, а я приступил к извлечению сплотов.

Как я и предполагал, сплоты даже в самой мелкой твари были больше, чем у крупного чудища среднего Разлома. К тому же я не ощущал негативного фона, поэтому мог оставаться здесь столько, сколько захочу. Вытащив сплоты, решил исследовать весь Разлом.

Пару раз слышал крики Владимира Борисовича и Ефима Прохоровича, что пора выходить, но отвечал, что у меня все отлично и продолжал идти. Пока дошел до конца Разлома, убил еще с десяток тварей, а потом фантом показал мне кладку голубых яиц с красными крапинками. Мне сразу вспомнился скупщик Михаил, который просил вытащить для его заказчиков мелких тварей или яиц. За каждого он обещал десять тысяч. Надеюсь, с тех пор ничего не изменилось.

Я дошел до кладки и, оглянувшись на вход, чтобы убедиться, что никто не видит, убрал все пять яиц в пространственный карман.

Побродив еще немного по каменным выступам и плитам, нашел пещеру, в которой обитали мелкие твари. Фантом показал мне всего семь особей, но я все равно остановился у входа и выкурил их из пещеры с помощью огненных шаров. По опыту я уже знал, что один такой сплот мы сможем продать за двести рублей. А это большие деньги. Тем более все равно добычу придется делать поровну.

Расправившись с монстрами и вытащив сплоты, я двинулся к выходу, где снова уже дожидался меня Ефим Прохорович. У него было бледное лицо и посиневшие губы. Да и сам он стоял, опершись на меч, но выходить не спешил.

— Костя, я хотел бы с тобой поговорить, — слабым голосом сказал он и сдавленно вздохнул.

— Может, поговорим на Земле? — предложил я.

— Дело ведь не в броне, верно?

— Ты прав. Броня не спасает от фона.

— Тогда что?

— Точно не знаю, но предполагаю, что имею отношение к этой энергии.

Ефим Прохорович внимательно оглядел меня и уточнил:

— И давно ты таким стал?

— После того как вернулся от Семена Семеновича.

— Ясно, — ответил Ефим Прохорович и со стоном скрючился.

Пришлось брать его под руку и помочь перейти на Землю.

Когда я показал гильдии, сколько сплотов смог добыть, то они все по очереди благодаря пожали мне руку, а Владимир Борисович сказал, что выпишет премию.

Мы добрались по сторожки, в которой, кроме охотника сидел еще и местный участковый, который сменял охотника на его посту. Владимир Борисович сказал, что теперь они могут быть спокойны: Разлом зачищен.

— А когда к нам отправят охрану? — спросил участковый. — Жители очень нервничают от такого соседства.

— Не знаю, — честно признался Владимир Борисович. — Людей не хватает, поэтому быстро этот вопрос не решится. Но сеть должна защитить от мелких тварей, поэтому выдохните и оставьте свой пост. Константин зачистил Разлом, поэтому в нем нескоро появятся новые монстры.

— Не-е-ет, уж лучше я буду караулить. Так всем спокойнее, — помотал головой охотник.

— Дело ваше, — кивнул лидер группы.

Мы попрощались и двинулись в сторону поселка. Возле зеленой калитки нас уже высматривала женщина, которую мы встретили утром.

— Ой, как хорошо, что вы вернулись! А я-то уже себе места не находила. Давайте-давайте, заходите.

Мы не стали отказываться, так как действительно проголодались. К тому же утром столовая была закрыта, а на галетах далеко не уедешь.

В доме женщины было довольно уютно и вкусно пахло выпечкой. Умывшись и скинув броню, мы прошли к столу, который ломился от еды. Пока с аппетитом уплетали печеную картошку с гуляшом и солеными грибочками, она засыпала нас вопросами о том, что происходит в Разломах. Мы рассказали в общих чертах, не вдаваясь в подробности. Зачем пугать пожилого человека?

— Как же вы осмеливаетесь сами заходить к этим тварям? — покачала она головой. — Ведь страх-то какой. Врагу не пожелаешь с ними встретиться.

— Кто-то же должен зачищать. К тому же мы люди привычные. Это в первый раз страшно. Во второй уже легче, а в третий — как к себе домой, — махнул рукой Федор.

— Правда? Ни за что бы не подумала. Я вот своему сыну строго-настрого запретила туда соваться. Так обиделся, что даже не пишет. В какую-то гильдию «Капитанов» вступил.

Тут она о чем-то вспомнила и, всплеснув руками, вышла в кладовую.

— Уж не та ли это гильдия, которая из Разлома не вышла? — вполголоса уточнил Кирилл у Владимира Борисовича.

— Да. Потому-то сын и не пишет. Нет его больше, — горестно вздохнул лидер и предупредил. — Об этом молчок. Вдруг его там не было. Ведомство во всем разберется и оповестит.

Все согласно закивали. Настроение у всех испортилось, поэтому больше не шутили. Женщина вернулась из кладовой с тарелкой квашеной капусты и продолжила задавать вопросы, но мы старательно избегали говорить про опасности в Разломе и переводили разговоры на земную жизнь.

Поблагодарив за ужин, мы двинулись в центр поселка, где нас уже ждала машина. Вернувшись в гостиницу, я включил телефон и увидел пропущенные вызовы от деда и старосты.

Первым делом набрал деда.

— Костя, я все узнал! — выпалил он. — Слушаешь?

— Да, говори, — я подавил зевоту.

— Леонид Олегович оказался приятным человеком. Он сам подъехал к нам после обеда.

— И? О чем договорились? — оживился я.

— Он уже вывез свою семью, но еще раздумывал над тем, продавать или нет фабрику. Однако, когда он узнал по какой причине мне пришлось ее продать, то согласился нам вернуть фабрику.

— Вернуть? Бесплатно? — удивился я.

Дед весело рассмеялся.

— Кто же бесплатно фабрику отдаст? Но скидку сделал хорошую и сказал, что готов продать за сто тысяч.

— Сто? Отлично! Я быстро соберу такую сумму! — воскликнул я, вспомнив, что у меня в пространственном кармане пять яиц по десять тысяч.

К тому же на счету сколько-то уже набралось.

— Только условие поставил, — продолжил дед, а я тут же насторожился.

— И какое же?

— Чтобы мы предоплату внесли. Ему за что-то нужно заплатить, и чтобы не брать деньги у банка, он просит внести пятьдесят процентов за фабрику… И откуда нам такие деньги взять? — горестно вздохнул он.

— Когда нужно внести предоплату?

— Сказал, чтобы деньги были в этом месяце. Сегодня уже семнадцатое число.

Я задумался. Разломов оставалось еще много. Вряд ли до конца месяца успеем вернуться.

— Придумаю что-нибудь, — наконец ответил я. — Как дома дела?

— Все хорошо. Мария Ильинична и Даша тебе привет передают.

— Им тоже передай. Пока.

Сбросив звонок, я поднялся с кровати и принялся прохаживаться по комнате. Так мне лучше думалось. Сначала хотел пойти к Владимиру Борисовичу и попросить его продать добычу здесь, в Новосибирске, но быстро отринул эту мысль. Таким образом, мы можем потерять процентов тридцать. Тем более добычу поделят между всеми.

Потом мне пришло в голову отпроситься на несколько дней и слетать до Москвы, чтобы продать яйца и добычу там, но это было нечестно по отношению к другим охотникам, которые в это время будут продолжать рисковать жизнью в Разломе.

В конце концов, я набрал скупщика Михаила.

— Слушаю, — послышался знакомый голос.

— Михаил, здравствуйте! Это Константин.

— Узнал, конечно! — обрадовался он. — Я рад слышать ваш голос. Столько всего произошло. Столько плохих новостей, поэтому рад, что мне еще кто-то звонит, — он горестно вздохнул.

— Да, время сейчас тяжелое. Главное — не падать духом и делать то, что можешь.

— Согласен. Я вот уже спонсирую одну гильдию. Хоть так помочь империи справиться с напастью. Вы звоните по делу?

Я отошел к окну и понизил голос.

— Сегодня вытащил из Разлома пять яиц. Этот заказ еще актуален?

— Конечно! Еще как! К тому же император официально разрешил научным центрам и частным лабораториям использовать монстров для опытов. Все пытаются найти универсальное средство борьбы с монстрами. Буду рад, если вы сегодня привезете мне эти яйца.

— Дело в том, что я в Новосибирске и не знаю, когда вернусь. Не могли бы вы сами приехать за ними?

— Приехать в Новосибирск? Хм, — скупщику потребовалось пару минут, чтобы принять решение. — Да, приеду. Завтра вылетаю. Когда прибуду в город, позвоню вам.

Я с облегчением выдохнул и, попрощавшись, сразу же набрал старосте.

— Константин Сергеевич, добрый вечер. Вы просили узнать насчет стоимости земли.

— Здравствуйте, Антон Павлович. Слушаю вас.

— Продают за семь тысяч, но сказали, что могут скинуть рублей пятьсот, если мы выкупим землю до весенних посадок.

— Это очень выгодное предложение! Берем.

— Но, Константин Сергеевич, я не уверен, что сейчас нужно закупать земли. Вдруг на том участке тоже появится Разлом, — попытался опротестовать староста.

— В том-то и дело. Когда все устаканится, эта земля подскочит в цене. Надо брать сейчас.

— Понял. Я займусь этим. К тому же сейчас будем овец стричь и молодняк продавать. Рассчитываю заработать тысячи две, не меньше.

— Это хорошо. Заплатите работникам, остальное отложите. Весной траты увеличатся.

— Понял. А когда денег ждать на покупку участка?

— Завтра переводом отправлю. Оформляйте все на деда, и пусть нотариус все проверит.

— Обязательно. Можете на меня положиться.

Решив все дела и порадовавшись тому, что появилась возможность вернуть имущество в семью, я лег на жесткую кровать и сразу же уснул. Снилась мне прошлая жизнь. Давно такого не было.

Я стоял у каменного трона предводителя живородов. Мои люди обшарили каждый сантиметр дворца и обошли весь остров, но не нашли его.

Когда мы приплыли к этому острову, который искали в течение последних двух лет, я был полон решимости уничтожить каждого живорода за смерть моих людей. Но, когда добрался до замка, а он оказался пуст, то испытал глубокое разочарование.

Предводитель Теневых живородов называющий себя Арлас Бессмертный, обладал огромной силой, с помощью которой создавал из пустоты своих подданных. О нем было очень мало известно. Даже мои заклинатели, звездочеты и прорицатели, перерывшие все библиотеки мира, не нашли никакого описания его внешности и почти ничего не узнали о его силах и возможностях.

В тот день я был готов к встрече с ним, но он ушел. Как он это сделал — осталось загадкой, но даже через несколько лет, мы так и не вышли на его след.

Я проснулся в плохом настроении. Меня до сих пор тревожило то, что было много лет назад, в прошлой жизни. Новость о том, что в одном из Разломов найдена заброшенная деревня живородов, а я сам даже столкнулся с одним из них, навевали на мысль, что скоро состоится встреча с Арласом. Не зря мои звездочеты настаивали на этом.

Умывшись и переодевшись, я спустился в фойе, где уже собралась вся гильдия. Мы расположились на диванах и выжидательно уставились на Владимира Борисовича, который решал, в какой из Разломов нам лучше сегодня зайти.

— Здесь неподалеку есть Разлом, в котором сильный фон и много мелких тварей. Они постоянно вырываются на землю, поэтому охрана там постоянно на страже. Зачищать смысла нет, так как сплоты очень маленькие, а больше ничего ценного нет, поэтому в Ведомстве приняли решение разложить взрывчатку и просто уничтожить все живое.

— Охрана сама не может справиться со взрывчаткой? Обязательно охотников туда отправлять? Нам-то, зачем это нужно? — недовольно пробурчал Федор.

Владимир Борисович бросил на него недовольный взгляд.

— Охрана не имеет права заходить в Разлом. Для этого есть гильдия. К тому же нам заплатят по тысяче за каждую зачистку, вне зависимости от того, как она будет проходить.

— А фон там какой? — спросил Кирилл.

— Сильный. По мере приближения к Красноярской аномалии он будет только увеличиваться.

— Что еще за аномалия? В первый раз об этом слышу? — спросил Хирург и почесал щеку, как раз там, где была татуировка головы орла.

— Мы все ближе подбираемся к Разлому, к которому близко подойти нельзя из-за его фона. Не говоря уж о том, чтобы зайти внутрь. Вокруг него три стены стоят и охрана на расстоянии пятидесяти метров.

— Погодите-ка, что-то подобное я уже слышал. Ученые из Ведомства говорили про Разлом под Пермью, в котором высокий фон, — сказал я, вспомнив, как меня приставили к двум ученым, которые делали какие-то измерения внутри Разлома.

— Да, раньше тот Разлом считался с самым сильным и опасным фоном. Но с тех пор многое поменялось, и поэтому он меркнет перед тем, что появился здесь. Но мы к нему даже не подойдем. Наша задача — зачистить остальные. Давайте так: сначала разберемся с Разломом, в котором все надо выжечь к чертовой матери, а потом поедем еще к одному. Освободимся поздно, но зато убьем двух зайцев, — предложил Владимир Борисович.

Все согласились с его предложением. Уточнив у администратора гостиницы, где находится ближайший ресторан, в котором можно позавтракать, мы вышли на улицу и двинулись по улице, прикрываясь воротниками и капюшонами от сильного снегопада.

В Москве уже чувствовалось приближение весны, здесь же до сих пор продолжалась зима.

После сытного завтрака лидер вызвал водителя, и мы поехали к Разлому. На этот раз вход в другой мир располагался в лесу, но к нему была проложена зимняя дорога. По тому, как сильно она была накатана, было понятно, что по ней ездили часто.

Еще издали мы увидели сеть, которой два раза был обернут Разлом. Возле него прохаживались три охранника с автоматами наперевес. Увидев нас, они заметно повеселели и пошли навстречу.

Мы поздоровались, и Владимир Борисович велел доложить об обстановке.

— Каждый день то по двое, то по трое выбегают оттуда. Плохо, когда это происходит ночью, так как твари умеют маскироваться и быстро прячутся в снег. Сеть их не пропускает, но сверху все открыто. Купола здесь нет и никак не допросимся, — доложил старший охранник и провел рукой по густым рыжим усам.

— Мне говорили, что вы сами подкладывали взрывчатку у входа?

— Да. Было пару раз, но не сильно помогло. Толку нет. Даже если десяток погибнет, по всему Разлому их тысячи, поэтому быстро набегут новые.

— Понятно. А взрывчатка где и как ее активировать? — Владимир Борисович огляделся.

— У нас уже все готово. Вон в том вагоне держим, — указал он в сторону леса.

Только сейчас я заметил между деревьев три жилых вагона. Скорее всего, пока здесь караулили трое, остальные охранники отсыпались.

Вскоре возле входа поставили три тяжелых ящика. Старший охранник объяснил, как устанавливать и соединять между собой коробки со взрывчаткой. Когда мы подхватили ящики и двинулись к входу, нам навстречу из Разлома выбежали две твари.

На тонких шеях покачивались головы с массивными зубастыми челюстями. Твари были такие худые, что сквозь натянутую кожу просматривались все кости. Теперь понятно, почему они выбегают. В Разломе просто нечего есть. Наверняка они начали поедать друг друга.

Недолго думая, я сформировал арбалет и выстрелил. Один болт пролетел через обе головы и исчез в Разломе.

— Заходим! — прогремел голос Владимира Борисовича.

Первым зашел он, следом мы с Ефимом Прохоровичем, держа с двух сторон один из ящиков.

Столько монстров я в жизни не видел. Серая движущаяся масса колыхалась, как бурные морские потоки. Отовсюду слышался вой, постоянно разгорались какие-то стычки.

— Если охотники не будут зачищать Разломы, то наша земля превратится в нечто подобное, — вполголоса проговорил Кирилл.

Остальные с ним согласились. В это время твари обратили на нас внимание и с пронзительными криками атаковали.

Я видел, как некоторые охотники попятились назад, с ужасом глядя на серую ораву, клацающую зубами. М-да, зрелище не для слабонервных.

Глава 16

Первую волну атакующих мы отбили с помощью магии. Я сформировал огненный вихрь, вложил в него побольше энергии и пустил в самую гущу серых тварей. Магическое пламя поднялось на пять метров над землей и медленно двинулось вглубь Разлома, уничтожая монстров и превращая их в горящие головешки.

Вслед за ним я отправил огненный дождь, но он оказался неэффективным, потому что твари получали ожоги, но не умирали и продолжали наступать. Голод гнал их вперед.

Нам надо было разложить коробки по всей площади, к тому же фон был сильный, и долго охотники не смогли бы продержаться, поэтому я принял решение задействовать все, что у меня было.

Первым делом достал артефакт и создал призрачных стражей. Получив приказ, они разошлись в разные стороны, без устали орудуя мечами. Затем вытащил из пространственного кармана механического ящера, который тоже мог хорошо проредить ряды зубастых тварей.

— Откуда тебе такое чудо⁈ — воскликнул Федор и указал на ящера, который пробежал мимо него, ринулся в самую гущу серой массы и принялся разрывать на куски худые тела.

— Друг подарил, — пожал я плечами, забрал из раскрытого ящика несколько коробок и взмыл вверх.

— Кто он вообще такой? — услышал я изумленный голос Кирилла.

— Мой студент, — с гордостью ответил Ефим Прохорович.

Мысленно я продолжал его называть по имени и отчеству из безмерного уважения.

Пока летел, увидел не меньше десятка больших нор, в которых жили и плодились монстры. Я решил, что лучшего места для установки взрывчатых коробок не найти, поэтому подлетал к каждой норе, спускался и устанавливал коробку, присыпая ее землей.

Несколько раз на меня набрасывались те, кто сидел в норе и ждал возвращения добытчиков, но с помощью арбалета я быстро с ними расправлялся и летел дальше. Между тем, когда часть монстров была перебита, часть осознала, что охотники опасны, и попряталась, члены гильдии, прихватив коробки, разошлись в разные стороны.

Когда закончились коробки, которые брал с собой, и я полетел обратно к ящикам, то заметил Федора, которого потянуло вбок, и он, не удержавшись, упал на землю. К нему тут же ринулись монстры, которые прятались неподалеку и не спускали голодного взгляда.

То, что произошло, никто не заметил, кроме меня, а я еще был довольно далеко, в отличие от тварей, которые уже приготовились напасть и разорвать на куски. Я не знал, как спасти соратника, так как боялся, что мощный арбалетный болт пролетит сквозь монстра и ранит Федора.

Мне ничего другого не оставалось, как применить одно из своих умений из прошлой жизни. Я завис в воздухе и, вперившись глазами в неподвижного охотника, в которого уже вцепилась тварь, резко поднял руку. Охотник взмыл в воздух. Тварь, сжимающая челюстями его ногу, отцепилась и рухнула вниз на своих собратьев.

В это время остальные охотники увидели парящего Федора, который оставался неподвижен. Я подлетел к нему, взял на руки и, опустившись на землю, поспешил к выходу.

— Все на выход! — прокричал Владимир Борисович и поспешил за нами.

— Но мы еще не все коробки установили? — возразил Кирилл.

— Я сказал: на выход!

Громогласный голос бывшего ректора разнесся по Разлому. Охотники сложили подготовленные коробки на землю и побежали к нам.

Я не стал их дожидаться и с Федором на руках вышел на Землю. Ко мне тут же поспешили охранники. Они забрали охранника, который не подавал признаков жизни, и потащили к своим вагонам. Из раны на ноге Федора капала кровь на снег.

В это время друг за другом выбежали остальные охотники.

— Что случилось? — подошел ко мне обеспокоенный Владимир Борисович.

— Думаю, фон на него повлиял, — пожал я плечами.

— Странно, я пока ничего не чувствовал, — ответил он и поспешил к вагону, в который занесли Федора.

Остальные охотники подошли ко мне и тоже сказали, что пока не ощущали негативного влияния чужеродной энергии.

— Два ящика взрывчатки мы успели установить. Может, вернемся и разложим оставшиеся коробки? — предложил мне Ефим Прохорович.

Я ответить не успел. Дверь вагона открылась, и к нам не спеша двинулся Владимир Борисович. Мы сразу все поняли по его лицу.

— Федя мертв, — выдохнул он и провел рукой по лицу.

— Как это? Не может быть! — воскликнул Кирилл и побежал ему навстречу. — Надо отвезти его в лечебницу! Лекари помогут!

— Поздно, — выдохнул Владимир Борисович.

Кирилл забежал в вагон, а бывший ректор подошел к нам.

— Костя, ты видел, что с ним случилось?

— Он просто упал на землю. Один из монстров успел подбежать и вцепиться в ногу. Неужели были еще какие-то раны, которые я не заметил? — озадаченно спросил я.

— Нет, ты прав. Раны от зубов только на правой голени. Ничего страшного, выздоровел бы, если бы не умер.

В это время показался Кирилл. Он побрел к нам, глядя под ноги.

— Охранники уже вызвали лекарей, но вы были правы… Федя умер, — проговорил парень, не поднимая головы.

Разговаривать не хотелось, поэтому все просто замолчали и бросали сочувствующие взгляды на вагон, в котором лежал охотник.

— Надо доделать, — через десять минут сказал Владимир Борисович и кивнул в сторону входа в Разлом.

— Я сам все сделаю. Не заходите, — ответил я и решительно двинулся к Разлому.

— Пойду с тобой, — твердо сказал Ефим Прохорович и пошел рядом.

Монстров было столько, будто мы их и не убивали. Однако на этот раз они были заняты поеданием своих убитых сородичей, поэтому не обратили на нас внимания. Мы поделили ящик со взрывчаткой поровну и разошлись в разные стороны.

Одним из условий правильного расположения коробок было то, что они не должны находиться дальше десяти метров друг от друга. От взрыва одной коробки детонирует вторая и так далее.

На обратном пути я еще раз проверил все ярко-оранжевые коробки и убедился, что мы сделали все правильно. Ефим Прохорович быстрее вернулся к выходу и уже ждал меня.

— Ну что? Устроим фейерверк? — спросил он, когда я подлетел и плавно опустился рядом с ним.

— Да, но поджигать лучше с дальней коробки. Так, мы сможем отреагировать, если что-то пойдет не так.

— Погоди, а как же мы доберемся до дальней коробки. Надо ведь еще успеть вырваться отсюда, иначе сами пострадаем.

— Положитесь на меня.

Я подозвал ящера, который был весь в крови монстров, убрал его в пространственное кольцо и поднялся в воздух.

Самую дальнюю коробку я установил на небольшом возвышении, чтобы она была видна издалека. Сформировав один браслет, отправил его прямо на коробку.

— Ефим Прохорович, выходите! Сейчас рванет! — прокричал я с высоты.

— Я же просил называть меня просто Ефимом, — пробурчал он, развернулся и исчез в белом свету.

Прищурившись, я увидел, как браслет опустился на коробку и сжал ее. Прозвучал взрыв, от которого, казалось, содрогнулась вся земля. За ней еще один и еще. Друг за другом взрывались все коробки.

Монстры в панике заметались, но вскоре поняли, что с трех сторон окружены пламенем, который к тому же взрывался так, что можно оглохнуть, и рванули туда, где было безопасно. К выходу из Разлома.

— Ох ты, черт!

Сформировав арбалет, я принялся их отстреливать, в то время как взрывы гремели и приближались. Огонь мне не был страшен, призрачная броня спасала от всех невзгод, поэтому я не спешил выходить из Разлома и боролся с тварями с этой стороны. Конечно, многим удавалось вырваться на Землю, но там были охотники, которые ни за что не подпустили бы их к людям.

Через пять минут горел уже весь Разлом. От пронзительного визга, доносящегося отовсюду, хотелось побыстрее уйти, но я решил убедиться в том, что зачистка прошла успешно.

В этом ограниченном мире после взрывов стало очень жарко. На мне вся одежда промокла от пота, но я облетел весь Разлом, добив уцелевших, и только после этого вышел на Землю.

Как я и думал, все монстры, которые выбежали из Разлома, теперь рядком лежали на снегу.

— Костя, ты в порядке, — Владимир Борисович внимательно осмотрел меня и с облегчением выдохнул.

— Да, все хорошо. Все коробки сработали.

— Ты только посмотри, какие сплоты в этих монстрах, — Ефим Прохорович вытянул руку, на которой лежал сплот размером с ноготь. — Таких нужно с десяток, чтобы хотя бы фонарь зарядить.

Вскоре подъехали лекари. Они зафиксировали смерть охотника и забрали тело с собой. Мы хотели посетить сегодня еще один Разлом, но решили вернуться в гостиницу.

За ужином мы все встретились в столовой.

— Я позвонил в Ведомство и рассказал о Феде. Оказалось, за последние три дня это уже пятая необъяснимая смерть в Разломе. Здоровые мужики просто падают замертво. Говорят, что вскрытие ничего не показало.

— Подождем, что скажут по поводу Феди, — упавшим голосом проговорил Кирилл.

Он набрал целый поднос еды, но так ни к чему и не прикоснулся.

За столом наступило тягостное молчание. Дима лежал в лечебнице со сломанными ногами, Федя умер, а прошло всего несколько дней, как мы приступили к зачисткам. К тому же были не в самых сложных Разломах.

Мы молча поели и разошлись. Я пошел в ближайший банк, чтобы перевести старосте деньги на покупку земли. Владимир Борисович и Ефим Прохорович поехали в больницу, чтобы узнать результаты вскрытия. Остальные направились в свои номера.

Как только перевел деньги на счет старосты, то позвонил ему и велел заняться покупкой. Тот снова попытался меня отговорить, но я был непреклонен. Не знаю почему, но я был уверен, что скоро вся эта заварушка с Разломами закончится и все наладится. А я привык доверять себе.

На следующее утро мы поехали к очередному Разлому. Смерть Федора сильно пошатнуло моральный дух гильдии. Все предпочитали молчать, погрузившись в свои мысли.

— Владимир Борисович, вы ездили вчера в лечебницу. Что они сказали о причине смерти Феди? — спросил я.

Мы выехали еще затемно, поэтому только начало светать.

— Как и при других смертях в Разломах — никаких причин. Здоров… Был, — лидер снова тяжело вздохнул.

— Что же такое происходит? Как такое возможно: просто взять и умереть? — Кирилл до сих пор сильно переживал. — Может, отравился? Или тромб оторвался?

— Нет, ничего подобного. Они бы такое обязательно выявили, — Владимир Борисович положил руку ему на плечо и сжал.

Кирилл горестно вздохнул и вытер влажные глаза тыльной стороной ладони.

Вдруг у меня перед глазами предстала картина, которую я неоднократно наблюдал в новых Разломах: это трупы монстров. Они просто лежали в Разломе и гнили. Их даже сородичи не ели, хотя эти твари вечно голодные. Как они умерли? Есть ли взаимосвязь между смертью охотников и монстров?

Я поделился своими наблюдениями с Владимиром Борисовичем. Тот серьезно отнесся к моим словам и сказал, что обязательно свяжется с Ведомством и расскажет об этом. Возможно, они что-то важное упускают из виду.

Между тем мы добрались до Разлома. Из-за фона гильдия смогла в нем поохотиться лишь полчаса, поэтому снова пришлось оставаться мне одному и добивать оставшихся. На этот раз сплоты соответствовали среднему уровню Разлома, поэтому мы снова смогли подзаработать. К тому же у некоторых монстров была красивая изумрудная кожа, которую можно было выгодно продать, поэтому я вытащил на Землю семь монстров.

Охотники быстро освежевали их и сложили шкуры и внутренности в пространственный карман Владимира Борисовича. Никто не сомневался в его честности.

Когда ехали обратно в сторону города, в кармане зазвонил телефон. Это был скупщик.

— Алло, Михаил. Вы уже приехали? — вполголоса спросил я и покосился на лидера гильдии, который уже клевал носом.

— Да, Костя. Я в Новосибирске. Заселился в небольшой, уютный мотель с рестораном под названием «Спелая вишня». Может, вы подъедете сюда? Просто я совсем не знаю этот город и, боюсь, потрачу на поиски вашей гостиницы гораздо больше времени.

Я хотел ответить, что достаточно назвать таксисту адрес, он сам привезет куда надо, но передумал и ответил.

— Хорошо. Через полчаса буду.

Мы несколько раз проезжали через центр города, и я видел вывеску ресторана, поэтому знал, что смогу добраться пешком за десять минут. Конечно, можно было бы попросить водителя подвезти, но в таком деле чем меньше свидетелей, тем лучше.

Когда подъехали к гостинице, я сказал, что хочу купить домашним сувениры, поэтому прогулочным шагом направился в сторону ресторана. Однако едва зашел за угол, как ускорил шаг и вскоре добрался до мотеля.

Михаил сидел в самом конце ресторана, в темном углу. Наверняка этот стол использовали влюбленные парочки, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания.

Я подошел к нему и сел напротив.

— Костя, вы обязаны попробовать местные мясные деликатесы. В Москве таких нет, поэтому я хорошенько закуплюсь перед обратной дорогой.

— Хорошо, буду иметь в виду. Какие новости? Мы не успеваем читать газеты и слушать радио.

В это время к нам подошел официант. Я заказал запеченного мяса с овощами и кусок пирога с брусничной начинкой.

— Новостей много, и все плохие. Разломы уже не в таком большом количестве возникают, как в самом начале, но каждый день говорят о двух-трех новых. Мне кажется, они появились значительно раньше, просто их не сразу обнаружили… Из-за новых Разломов совсем перестали следить за старыми, поэтому то тут, то там к людям выходит очередной монстр. Пару раз монстрам удавалось уйти от охранников, но их все равно убивали. Люди снова озлобились и выступают против Разломов. Боюсь, как бы ни начались волнения.

— Что принесут эти волнения? Империя и так прикладывает много усилий, чтобы сдержать натиск монстров и уменьшить опасность.

— Я слышал разговоры о том, чтобы стены и купол, которые сооружают вокруг Разломов, сделать полностью закрытыми. Что бы нельзя было ни войти, ни выйти.

— Мне кажется, это будет бесполезно. У монстров есть когти и зубы, которыми они смогут проделать дыру. Пусть не сразу, но со временем. Поэтому посты с охраной все равно нельзя будет снимать. Уж лучше увеличить число гильдий и платить достойную зарплату.

— В этом вы правы. Кстати, могу я посмотреть яйца? — понизив голос, спросил он.

Я оглянулся, чтобы убедиться, что никто не подсматривает, вытащил из пространственного кармана яйцо и протянул Михаилу под столом.

Тот аккуратно забрал его, положил себе на колени и внимательно рассмотрел.

— Отличный товар: ни сколов, ни трещин. Надеюсь, все яйца такого хорошего качества?

— Да. Можете не сомневаться.

— Тогда я покупаю.

Он положил яйцо в свое пространственное кольцо и протянул кольцо мне. Я незаметно переложил оставшиеся яйца в кольцо и вернул обратно.

— Вы как предпочитаете: наличными или вам на счет положить?

Я задумался. Если он отдаст мне наличными, то могу не успеть вернуться в Москву и внести предоплату за фабрику. Если положит на счет, то ко мне могут появиться вопросы насчет происхождения этих денег.

— А вы сможете отдать деньги моему деду?

— Деду? Конечно. Можете на меня положиться.

— Отлично!

Я написал на салфетке адрес особняка и протянул ему. Остаток вечера мы обсуждали Разломы, политику и погоду. Обычная светская беседа, от которой я уже отвык.

* * *

Между тем дни шли, а мы продолжали зачистку Разломов. Некоторые из них были пустые, поэтому успевали пройти три Разлома в день. Скупщик, как мы и договаривались, отдал деньги деду. Тот очень обрадовался и, оформив с помощью юриста все необходимые документы, внес предоплату за фабрику. Потихоньку мы выходили из той финансовой ямы, в которой оказались.

С Марий Ильиничной мы созванивались каждый день, поэтому вскоре я поймал себя на мысли, что уже не представляю свою жизнь без нее. Я был на сто процентов в Маше уверен и спокоен за деда и Дашу, пока она за ними присматривает.

В последний день марта мы зачистили последний Разлом и решили напоследок поужинать в ресторане и отметить успешное завершение командировки. Правда, успешным я бы его не назвал. Все-таки непонятная смерть Федора вызывала тревогу.

— Друзья, я рад, что всех вас нашел, — начал Владимир Борисович и поднял рюмку с беленькой. — Я знал, что могу положиться на каждого из вас. Вы сильные и опытные воины, а также талантливые маги. Уверен, у нашей гильдии впереди еще много свершений. Ура.

— Ура! — поддержали мы его и чокнулись рюмками.

Вскоре мы все расслабились и, наконец, почувствовали, что все закончилось, и скоро вернемся домой. Послышался смех, кто-то пошел танцевать, кто-то решил напиться и сбросить напряжение последних недель.

У меня же из головы не выходил аномальный Разлом, в котором никто не был. Я подошел к Владимиру Борисовичу и опустился рядом с ним.

— Мне нужно посмотреть, что находится в аномальном Разломе. Можете это устроить? — спросил я.

Подвыпивший Владимир Борисович удивленно уставился на меня.

— Не понимаю, зачем тебе это?

— А что, если предположения ученых верны и все Разломы берут начало с того, аномального? Я не чувствую негативного фона, поэтому смогу пройтись и осмотреться.

— Не дури, Костя! — воскликнул Кирилл, который сидел по другую руку от лидера. — Поехали уже домой. Сдался тебе этот Разлом.

Однако Владимир Борисович серьезно отнесся к моим словам. Он вытащил из кармана телефон, откашлялся и набрал чей-то номер.

— Алло, Сергей Геннадьевич. Как дела твои, дружище? А-а… Ну, пора-пора. Приеду, поздравлю. Жди в гости… Слушай, я звоню по делу. Один из моих охотников хорошо переносит фон, поэтому хочу завтра с ним заглянуть в аномальный Разлом. Дашь приказание своим охранникам, чтобы нас впустили? Да-да, все будет хорошо. Ответственность беру на себя… Спасибо, Серега!

Владимир Борисович сбросил звонок, повернулся ко мне и кивнул:

— Завтра с утра поедем.

— Спасибо. Это правильное решение… Я чувствую.

Глава 17

На следующее утро мы с Владимиром Борисовичем и Ефимом Прохоровичем встретились в фойе гостиницу. Оба выглядели неважно, но были полны решимости пойти вместе со мной.

— Вы же знаете, что на меня фон не действует, в отличие от вас. Поэтому не стоит вам заходить в тот Разлом, — я попытался переубедить их.

— Костя, я, как лидер гильдии, не могу рисковать тобой. Или мы заходим вместе, или никто не зайдет, — твердо сказал Владимир Борисович и поправил на груди лечебный артефакт.

— Я тоже тебя одного не отпущу, — кивнул Ефим Прохорович. — Мы уже потеряли одного. Не хватало еще тебя лишиться.

Я понял, что бесполезно с ними спорить, поэтому согласился с тем, чтобы они меня проводили до Разлома, а там уж дальше видно будет. Наверняка им станет плохо еще до входа в Разлом, и сами не полезут туда, где опасно.

Остальные члены гильдии отсыпались после вчерашнего веселья, поэтому втроем мы позавтракали в ресторане и вызвали машину. Услышав, куда нужно ехать, водитель помрачнел.

— Вообще-то, там очень опасно, поэтому гражданским запрещено подъезжать к тому Разлому. К тому же, я уверен, мы даже не сможем проехать через пост.

— Ничего страшного. Прогуляемся, — махнул рукой Владимир Борисович. — Плачу двойную стоимость.

Водитель пожал плечами и больше не возражал. Похоже, власти сильно напугали жителей, чтобы те не совали нос, куда не следует.

Через сорок минут пути я увидел пост с охранной, но ослепительно-белого входа в округе не было. Мы остановились у шлагбаума и три вооруженных охранника подошли к машине.

— Проезд закрыт. Разворачивайтесь, — сказал один из них, заглянув в машину и окинув нас подозрительным взглядом.

— У нас есть разрешение пройти к Разлому, — сказал Владимир Борисович.

— Какое еще разрешение? Сюда нельзя! — он метнул на лидера грозный взгляд, но тот с легкостью его выдержал и полез в карман за телефоном.

— Мы из гильдии «Освободителей». Вас должен был предупредить Сергей Геннадьевич.

Охранники переглянулись и тот, что заглядывал в окно машины, уже примирительно сказал:

— Да, нам звонили. Могу я посмотреть ваше удостоверение?

— Конечно.

Пока охранник разглядывал удостоверение лидера гильдии, я пытался определить, где же находится вход в тот злополучный Разлом. Обычно он так ярко светился, что виднелся издалека, но здесь везде был темный лес.

— Извините, а все находящиеся в машине имеют отношение к гильдии? — от былой грубости не осталось и следа.

— Нет, я всего лишь водитель, — послышался торопливый ответ.

— Тогда вам придется остаться здесь. У нас разрешение только на членов гильдии «Освободителей».

— Хорошо, мы без проблем прогуляемся, — кивнул Владимир Борисович. — Только скажите, куда идти.

— Прямо по дороге. Мимо не пройдете, — заверил охранник.

Мы вышли из машины и двинулись по заснеженной дороге, утопая по колено в снегу, потому что по ней уже давно никто не ездил.

— Сколько хоть идти до него? — обернувшись к охранникам, прокричал Ефим Прохорович.

— Километра три!

— Могли бы снегоход какой-нибудь подогнать, — проворчал преподаватель, вытряхнул снег из ботинок и закрылся призрачной броней.

Минут через пятнадцать мы повернули направо и увидели Разлом. Он был закрыт тремя сетями, расположенными на разном расстоянии от него. Это было сделано для того, чтобы никто даже близко не смог подойти к аномальному Разлому.

Едва мы приблизились к первой сети, как Владимир Борисович остановился и прижал руку к груди.

— Фух-х-х, давайте отдохнем. Что-то я перетрудился за время командировки. Сердце начало пошаливать… Или, может, после вчерашнего?

— Нет, — твердо сказал Ефим Прохорович. — Это Разлом.

Он поднял и показал нам руки, которые мелко дрожали. А сам он буквально на глазах начал бледнеть.

— Дальше нельзя. Мне уже плохо, — признался он, вытащил из пространственного кольца бутылку воды и сделал пару глотков.

— М-да, не зря говорили про аномалию. Возвращаемся. Нам здесь не место, — Владимир Борисович и зашагал обратно, стараясь попасть в наши шаги.

— Я зайду в Разлом. Ждите меня у поста охраны, — сказал я и решительно направился к двери в решетке.

Ефим Прохорович хотел последовать за мной, но, сделав пару шагов, чуть не свалился в снег от слабости.

— Возвращайтесь! Не рискуйте понапрасну, — оглянувшись, сказал я, открыл щеколду и зашел за первую решетку.

— Костя, будь осторожен. Я подожду тебя здесь. Загляни на минуту и выходи, — напутствовал меня Ефим Прохорович и отошел к лидеру гильдии, который опустился на корточки, но до сих пор прижимал руку к груди.

От первой решетки до следующей было метров двести. Пока шел, насчитал более двадцати мертвых птиц, трупы которых виднелись в снегу. Прямо при мне из ближайшего леса вылетел снегирь и, пролетев над первой решеткой, вдруг дернулся и, сложив крылья, свалился в снег. Наверняка звери и птицы чувствовали опасность этого места и избегали его, иначе трупов было бы гораздо больше.

Я подошел ко второй решетке, отпер ее и только сейчас заметил, что свет от входа не такой уж и белый. Он весь был пронизан красными прожилками. Мне сразу вспомнилось собственное красное сердце из сна.

Обернувшись, увидел, что Владимир Борисович и Ефим Прохорович стоят на прежнем месте и не спускают с меня взгляда. Мне вдруг стало немного тревожно из-за неизвестности, которая таится в чужом мире. У меня не было сомнений в своих силах, только в возможностях тела. В прошлой жизни я не знал ни болезней, ни ран, ни ушибов. Мне не нужна была броня или другая защита.

Глубоко вздохнув, я продолжил путь и вскоре зашел за третью решетку и приблизился к Разлому. Еще раз оглянувшись, я поднял взгляд на небо. Какое же оно красивое! Здесь, на Земле, все очень красивое. Как бы я хотел прожить здесь долгую счастливую жизнь, но теперь сомневался, что у меня это получится. Было что-то зловещее в этом Разломе.

Я закрылся броней, в одной руке сформировал меч, во второй щит и, набрав побольше воздуха, шагнул в другой мир.

* * *

Первое, что я увидел — это яркое летнее солнце и безбрежное море зелени. Я сделал пару шагов и, не сдержавшись, произнес:

— Не может быть.

Этот Разлом был точной копией того, в котором жил Семен Семенович. Та же равнина, леса, горы, река, сбегающая с гор. Мне даже показалось, что каким-то невероятным образом я снова попал в тот мир. Но, когда внимательнее осмотрелся, то увидел разницу.

Во-первых, река была гораздо шире. Во-вторых, лес был в проплешинах, будто там находились луга или даже поселения. К тому же всю равнину пересекали тропы. Здесь явно кто-то жил, и это были не монстры. Они бы не стали ходить по тропам.

Мне нестерпимо захотелось изучить этот мир, но я понимал, что на той стороне не находят себе места от волнения мои близкие. Именно так я мог назвать Владимира Борисовича и Ефима Прохоровича.

Я вышел из Разлома и направился по своим следам обратно. Лидер гильдии и преподаватель с облегчением выдохнули и уже хотели пойти мне навстречу, но вовремя одумались и вернулись на прежнее место.

— Костя, ну что там⁈ — в нетерпении прокричал Ефим Прохорович.

— Большой светлый Разлом! Монстров не видел!

Ускорившись, я скоро добрался до них.

— Что еще? Что-то же там должно быть? — озадаченно посмотрел на меня бывший ректор.

— Я вернулся предупредить, чтобы вы меня не ждали. Хочу исследовать тот мир.

— Что? Нет! — рубанул рукой Ефим Прохорович. — Мы несем за тебя ответственность.

— Костя, тебе нельзя одному заходить в Разлом. Вдруг тебе понадобится помощь? — поддержал его Владимир Борисович.

— И кто же пойдет со мной? — спокойным голосом спросил я и внимательно посмотрел на них.

Ответа не последовало. Это и так было понятно.

— Значит так, с собой у меня есть все необходимое. Если что-то пойдет не по плану, то я всегда смогу выйти. Я не хочу упускать возможность выяснить причину возникновения Разломов… Если удастся, конечно.

Владимир Борисович покряхтел, задумчиво помял подбородок и снова прижал руку к груди. Мы с Ефимом Прохоровичем не спускали с него взгляда, ожидая решения. Я понимал их волнение и озабоченность, но это был шанс проверить теорию ученых. А вдруг она окажется верной, и смогу найти способ остановить появление Разломов? К тому же я всегда доверял своей интуиции, а она ясно давала понять, что мне нужно быть в этом Разломе.

В конце концов, Владимир Борисович кивнул и ответил:

— Хорошо. Но через три часа ты должен выйти, — строго сказал он.

— Нет, не успею. Уйдет несколько дней для того, чтобы пройти весь Разлом. Тот мир очень велик.

— Несколько дней? Ты с ума сошел? Никто не выдержит в Разломе несколько дней! — возмутился Ефим Прохорович.

Он явно не хотел, чтобы я туда заходил.

— Я выдержу, и вы оба об этом знаете. Ничего плохого со мной не случится, — терпеливо проговорил я.

Прошло еще несколько минут, прежде чем они оба скрепя сердце согласились со мной. Мы договорились, что остальные члены гильдии разъедутся по домам, а Владимир Борисович и Ефим Прохорович останутся в гостинице и будут ждать моего возвращения. Охрану они предупредят о том, что я остался в Разломе, поэтому те каждые два часа будут патрулировать до границы первой сети.

— Костя, обещай мне, что не будешь рисковать понапрасну. Твоя жизнь дороже, чем теории всех ученых, вместе взятых, — Ефим Прохорович протянул руку.

— Все будет хорошо. Не стоит за меня волноваться.

Я пожал им обоим руки и вновь направился к Разлому. На этот раз я уже знал, что меня ожидает, но с каждым шагом все равно тревога только нарастала.

Перед тем как зайти, я обернулся и увидел, что мужчины по-прежнему стоят на месте и даже не думают уходить. Уверен, они не уйдут, пока не замерзнут.

Как только я перешагнул в другой мир, как первым делом снял с себя теплую одежду и переоделся в легкий спортивный костюм.

Призрачная броня не имела веса и не добавляла никаких неприятных ощущений. Поэтому я решил вообще не снимать ее, пока здесь нахожусь. К тому же, судя по всему, в этом мире жили разумные существа, а они гораздо опаснее монстров.

Чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, решил пойти пешком, хотя мог просто пролететь, но это было опасно. Живущие здесь существа также могли обладать магией или иметь оружие, поэтому лучше быть на страже.

Сформировав арбалет, я направился к равнине, чтобы по тропе добраться до местных жителей. Густая трава цеплялась к ногам, поэтому быстро идти не получалось. К тому же вскоре я увидел, как неподалеку зашевелилась трава. Ветра не было, поэтому стало ясно, что там кто-то прячется.

Я остановился, прицелился и принялся ждать. В это время отправил фантома, который показал, как ко мне ползет монстр с вытянутым телом, как у ящера-переростка. Позади него замерли еще три таких же монстра. Ага, вот и еще одно отличие с Разломом Семена Семеновича. Похоже, здесь довольно много существ.

Я знал, где они прячутся, поэтому ринулся вперед и выстрелил в тварь, так и не показавшуюся из травы. Остальных монстров я тоже убил, так как не хотел оставлять за спиной опасных существ.

В их груди хранился сплот высшего уровня Разлома. Я аккуратно вытащил все четыре сплота и убрал в контейнер. Не успел продолжить путь, как фантом показал мне ловушку. Ее соорудили те разумные существа, что проживали здесь. Эти были натянутые между колышками жилы монстров. На каждую жилу были прикреплены шипы. Наверняка шипы были ядовиты. Мне они навредить не могли, но это не означало, что не нужно было быть осторожнее.

Я обошел ловушку и, наконец, дошел до первой тропы. Она шла от реки и убегала вглубь леса. Фантома отправил вперед, а сам с опаской двинулся за ним. Сложность заключалась в том, что фантом показывал мне так, как бы я видел сам, а не всю округу.

Углубившись в лес, я скоро увидел то, отчего неприятно сжалось сердце. Фантом показал, что через пятьдесят метров стоят домики. Глиняные домики с небольшими, круглыми окнами, обращенные в разные стороны. Здесь жили живороды.

Я совсем не удивился, так как именно это и предполагал, но одно дело догадки, и совсем другое — подтверждение. Теперь я знал, что здесь живут живороды и, скорее всего, их предводитель Арлас Бессмертный тоже находится в этом мире.

Я сошел с тропы и направился в сторону деревни. Можно было бы обойти ее, но я не хотел оставлять в живых таких опасных существ. Страшно подумать, что будет, если они вырвутся из Разлома на Землю.

Для начала решил разузнать, сколько всего здесь живородов, ведь фантом показывал мне только дома, которые к тому же были пустые. Куда же они все подевались?

Вскоре нашел место, с которого хорошо просматривалась вся деревня, и притаился. Ждать пришлось недолго. Послышался гул, и из леса, по другую сторону от меня, вышли живороды. Они переговаривались звуками с различной интонацией, поэтому казалось, будто гудит рой пчел. Они несли что-то большое и темное.

Когда дошли до центра деревни, то опустили свою ношу на землю и разошлись по домам. Я подобрался поближе на пару шагов и понял, что принесли живороды. Это была сирена. Большая часть ее тела была поедена, поэтому нетронутыми остались лишь сиреневые лапы и хвост.

Между тем фантом показал мне, что живороды легли на пол своего дома и снова загудели. Уж не знаю, о чем они переговаривались, но это навевало тоску.

С помощью фантома я насчитал двенадцать существ. Плохо. Если они все разом нападут, то мне придется отступить. Что же делать?

В это время гул прекратился, и два живорода вышли на улицу и принялись доедать сирену. Мне пришло в голову, что лучше поделить их и убивать по очереди. Сформировав арбалет, я выпустил несколько болтов в дерево неподалеку от живородов. Те встрепенулись и повернулись ту сторону. Тогда я прокрался подальше и выпустил еще несколько болтов, которые с треском раздробили тонкое дерево. Живороды оставили тушу и направились туда, откуда доносились звуки.

Между тем я отходил вглубь леса и уводил их от деревни. Когда дома скрылись из глаз, я прицелился и выстрелил в голову живорода, который был ближе ко мне. Тот даже не успел обернуться, а с простреленной шишковатой головой повалился на землю. В это время я уже стрелял во второго, но тот успел поднять руку и выставить защиту. Призрачные болты ударились о невидимую преграду и пропали. Живород же пошел в мою сторону, пристально вглядываясь в густую растительность и закрывая себя непробиваемой защитой.

Глава 18

Пробить защиту живорода было сложной задачей, но вполне выполнимой. Однако меня беспокоило то, что совсем рядом находится деревня, и если он позовет на помощь, то набегут все разом, а мне этого не нужно было.

Я решил пока не нападать, а увести его поглубже в лес. Изредка я выглядывал из-за очередного дерева и отправлял в него болт, который пропадал, едва долетал до невидимой защитной стены, которую умели создавать живороды.

Только, когда мы отошли от деревни примерно на пятьсот метров, я сформировал браслеты и взмыл вверх. Живород заметил меня и отправил черный сгусток. Я ушел в сторону и спрятался в кроне деревьев, но даже пролетев мимо, сгусток представлял опасность, так как не пропадал, а беспорядочно носился в округе. Перед глазами возник труп Топора, которого буквально разъела до костей черная магия.

Выглянув из-за веток, я отправил в живорода браслеты с трех разных сторон, а сам взмыл вверх, привлекая к себе внимание.

— Эй, урод, поймай, если сможешь!

Существо подняло обе ладони и выпустило из каждой по сгустку. Мне это и нужно было. Браслеты сразу ринулись к нему, и за доли секунды разорвали на части.

Спустившись обратно в лес, я начал думать, как выманить остальных живородов. Тратить время на слежку и ждать, когда представится возможность расправиться с ними по одному, мне совсем не хотелось. Поэтому прокрался обратно к деревне и, спрятавшись за пышным кустом с белыми цветами, вытащил из пространственного кольца артефакт-яйцо.

Вокруг меня выстроились двадцать два воина с мечами в руках. Получив приказ, они ломанулись через кусты и напали на деревню. Я стоял неподалеку и видел все, что происходило.

Благодаря внезапности, моим воинам удалось убить троих живородов. Остальные же быстро сообразили, что к чему, поэтому высыпали на улицу и выстроившись в круг, закрылись защитой. Воины окружили их, без устали орудуя мечами, но существа стойко держали оборону.

Прошло примерно полчаса, и один из воинов смог пробить защиту. Живоглоты, в отличие от моих копий, были живыми и тратили свою энергию на магию. Правда, воины забирали мои силы, но я пока не чувствовал усталости.

Я выбежал из укрытия и ринулся в созданную воином брешь, в то время как остальные продолжали отвлекать живородов на себя. В меня полетели сгустки, от которых я дополнительно закрылся щитом, и принялся рубить мечом на лево и направо.

В это время с противоположной стороны воины пробили еще одну брешь в защите, и три воина встали со мной плечом к плечу, уничтожая живородов, которые оказывали ожесточенное сопротивление.

Вокруг летало множество сгустков, которые неоднократно попадали по моей броне, но та выдержала. Правда, мерцать стала сильнее. Мне это не нравилось, поэтому я старался скорее расправиться с живородами, ведь только так сгустки исчезнут.

Потребовалось еще полчаса, чтобы убить всех существ. За это время мои воины заметно ослабли, а трое просто пропали.

Чтобы не тратить энергию, я убрал воинов и совершенно без сил рухнул на землю. Если объявится хотя бы еще один живород, то просто убьет меня, а я даже не смогу сопротивляться. Эта ситуация еще раз показала, насколько я слаб по сравнению с тем, каким был в прошлой жизни.

Я подкрепился тем, что было в пространственном кольце, и уже хотел выйти из деревни и продолжить изучать этот мир, но тут обратил внимание на мертвых живородов. Пересчитав по головам, я понял, что не хватает троих. Как им удалось сбежать, осталось для меня загадкой, ведь деревня хорошо просматривалась с того места, где я находился, и я бы точно заметил, если бы кто-то убегал. К тому же фантом тоже постоянно крутился рядом, предупреждая меня об опасности.

На всякий случай оббежал деревню, заглянул во все дома, буквально прочесал лес в округе с помощью фантома, затем взмыл вверх и огляделся, но не нашел сбежавших живородов. А что, если они быстрее меня доберутся до Арласа и предупредят о моем приходе? Нет, этого нельзя было допустить!

Я вспомнил, что на входе в Разлом видел несколько проплешин в лесу, одна из которых оказалась деревней. Скорее всего, остальные тоже являлись поселениями живоглотов.

Чтобы не попасть в ловушку сбежавших живородов, я поднялся в воздух и полетел над лесом. Лучше было бы поберечь энергию и дать своему телу восстановиться, но теперь время играло против меня, поэтому нужно действовать быстро.

Вскоре я увидел открытое место посреди леса и спустился, чтобы не привлекать внимания. Едва я опустился на землю, как чуть не провалился в нору, закрытую сверху сухими ветками и листьями. Видимо, это была еще одна ловушка для здешних монстров. Я обошел нору стороной и уже хотел продолжить путь, но тут из нее с шипением вырвался монстр. Он был похож на змею, но с двумя головами и наростами по всему длинному телу.

Это произошло так внезапно, что я замешкался и поплатился за это. Монстр распахнул огромную пасть и схватил меня за ногу. Призрачная броня защищала, поэтому я не чувствовал ни острых зубов, ни крепкого хвата, однако монстр начал тянуть меня в свою нору, и сколько бы я ни пытался отцепить ногу, мне это никак не удавалось. Сформировав арбалет, я выпустил в голову монстра несколько болтов, но они не могли пройти сквозь костяные наросты, которые покрывали всю голову.

— Тебя мне только не хватало! — воскликнул я и попытался ударить монстра копьем, но тот резко дернулся в сторону и обвил меня своими кольцами.

— Ах ты, гад!

Я хотел сформировать огненные браслеты, но вдруг из норы вылетел еще один монстр и схватил меня за правую руку.

После сражения с живородами я еще не восстановился, поэтому даже оружия у меня были слабые. Однако сдаваться был не намерен, поэтому сформировал кинжал, наклонился к правой руке и вонзил острие в желтый глаз с продольными зрачками.

Монстр зашипел, отпустил мою руку и заметался по земле. Я сформировал браслеты и разорвал змей на куски. Но это заклинание забрало оставшиеся силы, поэтому я понял, что не смогу справиться даже с одним живородом, не говоря уже о целой деревне. Мне нужно было отдохнуть и восстановить силы.

Оставаться в лесу, где столько опасных существ, я не мог, поэтому принял решение вернуться к равнине и подняться на возвышенность, откуда хорошо просматривался весь Разлом.

Чтобы не заплутать и не встретиться с новыми врагами, я вернулся по тому же пути, по которому и пришел сюда. Проходя по деревне живородов, подумал о том, что можно было бы остаться здесь и отдохнуть в прохладном глиняном доме, но тут же отмел эту идею, ведь сбежавшие существа могли вернуться.

Когда добрался до равнины, то отправил фантом перед собой, чтобы тот показывал мне то, что находится в высокой траве, а сам немного расслабился и не спеша двинулся к возвышенности.

Вдруг я за что-то зацепился ногой. Думал, что трава, поэтому резко дернул и в ту же секунду провалился под землю. Летел недолго, но упал на острые колья. Призрачная броня заискрилась, когда в нее воткнулись десятки острых кольев, но выдержала. Если бы она пропала, я бы погиб. Колья были настолько острые, что можно было уколоть палец. К тому же все они были черные от напитавшей их крови.

Я пулей вылетел из глубокой ямы и опустился на землю возле нее. Осмотревшись, понял, за что зацепился: это были те самые жилы на колышках. Интересно, на кого охотились?

Оставшийся путь я был очень внимателен и осматривал землю каждый раз, прежде чем сделать очередной шаг, чтобы не нарваться на ловушку или врага.

Увидев выход из Разлома, я ускорился и уже почти достиг возвышенности, как сзади раздался пронзительный крик. Обернувшись, увидел, что на меня, сложив крылья, несется гигантская птица. За доли секунды я сформировал арбалет и выпустил в нее несколько болтов.

Птица оказалась не птицей, а монстром с острым клювом и необычным окрасом кожистых крыльев. Обычно монстры были зеленые, коричневые или серые. Редко сиреневые и красные. Но крылья этого монстра были белые в черную крапинку, поэтому я принял его за птицу.

Мне казалось, что болты должны были прошить монстра насквозь, но он продолжал приближаться. Тогда я завел руку назад и со всей силы бросил в него копье. Призрачное оружие запело, заискрилось на солнце и вонзилось в тело монстра.

Послышался крик боли, и тварь задергалась, нервно дергая крыльями. В это время я снова сформировал копье, чтобы добить ее, но тут заметил, как с гор поднялась стая точно таких же монстров.

Между тем тварь продолжала кричать, будто звала сюда своих сородичей. Недолго думая, я запустил в нее очередное копье. На этот раз оно вонзилось чуть выше. Как раз туда, где начиналась шея. Вместо крика из ее пасти послышалось бульканье. Несколько раз тварь судорожно дернулась и свалилась на землю.

Между тем стая приближалась. Я насчитал тринадцать монстров. Этого только не хватало! А я так мечтал немного отдохнуть.

За моей спиной на расстоянии двадцати метров находился выход из Разлома. Я не мог допустить, чтобы они вылетели на Землю, поэтому взмыл вверх и помчался им навстречу.

Я пока не знал, что буду делать. Сейчас моей задачей было — увести их подальше от выхода.

— Э-ге-ге! Я здесь! Поймайте, если сможете! — прокричал я, замахал руками и ринулся к реке.

Стая с криками помчалась за мной, а я не придумал ничего лучше, чем просто нырнуть в воду.

Монстры не последовали за мной, а принялись летать над рекой, всматриваясь в воду. Я думал, проплыть вниз по течению, выбраться на берег и атаковать их браслетами. Но тут увидел, как что-то черное приближается ко мне.

Я заработал руками и ногами, стараясь быстрее добраться до берега, когда понял, что это сирена.

Эта река была в два раза шире той, что текла в Разломе Семена Семеновича, поэтому до берега оставалось еще три метра, когда меня за ногу схватили и потянул вниз, на самое дно.

На мгновение я даже пожалел, что вообще зашел в этот Разлом. Надо было посоветовать законсервировать его и никого не подпускать, а не лезть самому и подвергать свою жизнь опасности. Но эта мысль исчезла так же внезапно, как и появилась. Как бы сложно ни было, я справлюсь!

Я сформировал браслеты и запустил один в сирену. Сиреневая голова с щупальцами отсоединилась от тела и исчезла в черной глубине. Хватка тут же ослабла, и я ринулся наверх.

Когда вынырнул и сделал глубокий вдох, то чуть не получил длинным клювом по голове. Успел выставить руку в перчатке.

Монстры кружили надо мной и пронзительно кричали, прямо как чайки. Только в этом случае рыбой был я.

Я держался на плаву, но подплыть к берегу не мог, так как эти докучливые создания постоянно пытались схватить меня за голову. Призрачная броня выручала, но я не знал, насколько ее еще хватит.

Выпустив несколько огненных шаров, я немного разогнал их и даже успел проплыть пару метров, но в это время меня снова схватили за ноги и потянули на дно. Нет, это издевательство какое-то!

Очередная сирена решила, что из меня получится вкусный ужин, но ошиблась. Я так разозлился, что приложил все свои силы и вылетел из воды вместе с сиреной.

Сиреневая тварь вращала глазами и обвивала меня не только руками, но и щупальцами. Летучим монстрам было все равно, кого есть, поэтому, намучившись со мной, они перекинулись на сирену. Та сообразила, что легче будет скрыться от врагов в воде, поэтому отпустила мою ногу, но вместо того, чтобы плюхнуться в воду, взлетела вверх. Два монстра схватили ее за руку и ногу и резко дернули в разные стороны, разрывая тварь на две части.

В это время остальные набросились на меня, но верные браслеты быстро расправились с ними, и я устало опустился на берег. Ноги и руки мелко дрожали от напряжения, но не мог остаться здесь. Эта река кишела тварями. Впрочем, как и весь Разлом.

Между тем уже начало вечереть, а я не хотел оставаться здесь в темноте, поэтому ринулся к возвышению. Бежать было тяжело. Мне даже начало казаться, что сам Разлом забирает мою энергию, ведь после получения силы из прошлой жизни, я так сильно не уставал.

На всякий случай я выпустил механического ящера и отправил его перед собой. Вполне могли быть еще ловушки.

На мое счастье, в этот раз мы добрались до возвышения без происшествий. Ящера решил оставить караулить меня ночью. Когда полез в пространственный карман за палаткой, то разочарованно выдохнул, так как совсем забыл, что она белого цвета. А это значит, что ее будет видно издалека.

Однако спать под открытым небом совсем не хотелось. Тогда я нарубил мечом веток у ближайшего куста и соорудил палатку. Получилась совсем хлипкая, но все же это было лучше, чем белая зимняя палатка.

Поужинав вареными яйцами и чистой водой из фляги, забрался в палатку и попытался уснуть. Однако сон никак не шел: тревога не отступала. Промучившись полчаса, я уже думал выйти из Разлома и пойти в сторожку к охранникам, но как вспомнил, что придется три километра по снегу идти, отказался от этой идеи.

В конце концов, усталость взяла свое, и я заснул. Провалившись в темноту, отчетливо услышал голос. Меня будто кто-то звал. Я уже подумал, что это сирены, но тут темнота расселась, и я оказался перед тем самым каменным замком, в котором в прошлой жизни намеревался найти Арласа Бессмертного. Осторожно, будто все было наяву, я подошел к высокой двустворчатой двери и, взявшись за круглые ручки, потянул на себя.

В нос ударил гнилостный смрад. Прикрыв нос воротом рубашки, я двинулся вглубь темного замка. Вдруг вдали что-то мелькнуло. Я ускорился и вскоре начал увязать в чем-то липком. Я не знал, что это, но по усилившемуся запаху понял, что иду по разлагающимся трупам. Иногда под ногами хрустели кости, иногда что-то лопалось. Вонь стояла такая, что я едва сдерживался, чтобы не покинуть замок. Но я хотел увидеть его — Арласа Бессмертного предводителя Теневых живородов.

Широкий проход с высокими потолками закончился, и я очутился в зале, в центре которого стоял трон. На троне кто-то сидел, но каждый раз, когда я хотел посмотреть на него, мои глаза сами собой закрывались.

— Мне нужно больше… Еще больше, — послышался сухой, лишенный эмоций голос.

В это время я увидел монстра. Он вышел откуда-то слева и, принюхиваясь, двинулся к трону.

— Этого мало, очень мало… Но хоть что-то.

Монстр ощерился, и в ту же секунду замер. От его груди поплыла в сторону трона красная нить энергии.

— Мало.

Монстр рухнул замертво, а я проснулся в холодном поту. Теперь я знаю, что случилось с Федей.

Глава 19

Я вытащил флягу из пространственного кармана и сделал большой глоток прохладной, чистой воды. Сон до сих пор стоял перед глазами. Я был уверен, что это не воспоминание или вымысел, а подсказка.

В древних книгах, которые нашли мои посланники в библиотеке далекого от нас государства Наливии, говорилось, что Арлас Бессмертный создавал своих подданных из пустоты, но вкладывал в них живую энергию. Откуда он брал живую энергию? Из других существ. Он вытягивал жизненную силу из монстров, чтобы создавать живородов. Скорее всего, Федю и остальных умерших охотников постигла та же участь.

Судя по тому, сколько умерших монстров я видел в Разломах, но живородов должно быть несколько сотен, а, может, даже тысяч. Но где они все?

Я выбрался из шалаша и размял затекшую спину. Все-таки на мягком полу палатки спалось гораздо лучше, чем на ветках.

Семен Семенович вживил в своего механического ящера датчик, который улавливал монстров, и ящер предупреждал об этом. Сейчас же он стоял неподвижно и смотрел перед собой. Только небольшой мигающий огонек внутри головы давал понять, что ящер работает.

Я прошелся по округе, пытаясь избавиться от остатков неприятного сна, но тот тошнотворно-приторный запах так и стоял в носу. Жаль, что не смог увидеть самого Арласа. Мне было очень интересно, как он выглядит и похож ли на своих подданных.

Через полчаса небо начало светлеть, поэтому я принял решение больше не ложиться и продолжить изучать этот мир. Разлом был очень похож на тот, в котором жил Семен Семенович, а я даже там не доходил до конца. Возможно, за горной грядой этот мир продолжается еще на несколько километров. Впрочем, как и лес. Во всяком случае, даже с этого возвышения не было видно его конца.

Позавтракав вареными яйцами с тушенкой, я продолжил путь. Ящер бежал передо мной, фантом показывал то, что находится в округе. Благополучно добравшись до первой деревни, я увидел, что трупы живородов пропали. Видимо, за ними приходили те, кто сумел сбежать. Интересно, что они делают с умершими: закапывают в землю, сжигают или… съедают? Меня даже передернуло от омерзения. Ненависть с этим существам передалась мне от прошлой жизни.

От деревни вглубь леса убегала еще одна тропа. Идти по ней я поостерегся, поэтому сошел с тропы и пошел вдоль на расстоянии, с которого она хорошо просматривалась. К тому же фантом тоже не отходил далеко и постоянно показывал то, что находится вокруг. В этом мире можно было ждать опасности откуда угодно.

Ящера убрал в пространственное кольцо, так как при движении он все же издавал жужжание, нехарактерное для лесных звуков, поэтому мог привлечь ненужное внимание.

Как я и думал, примерно через пятьсот метров показалась следующая деревня. Она была намного больше предыдущей. Неподалеку высилась целая гора обглоданных костей. Фантом показал мне все дома, но они были пустые. В деревне не было ни одного живорода. Где они? На охоте? Или были предупреждены о том, что случилось в предыдущей деревне?

Прождав два часа, я решил подняться над деревьями и посмотреть, что творится вокруг. Это могло быть опасно, ведь надо мной частенько пролетали те твари, которые вчера напали на меня, также могли заметить живороды.

Я взобрался на верхушку высокого дерева и, спрятавшись среди веток, посмотрел вдаль. Сначала кроме безбрежного моря зеленого леса ничего не увидел, но, когда повернулся к горной гряде, то заметил какое-то движение между скал. Сколько бы я ни всматривался, не мог понять, что же там происходит, поэтому отправил фантома.

Тот быстро добрался до гор и показал вереницу живородов, которые длинной змеей тянулись из леса в горы. Скорее всего, среди них были также жители этой деревни. Куда они идут? Это кто-то связано с тем, что я убил часть их сородичей или это запланированное шествие?

В это время сзади раздались крики летающих монстров, поэтому я решил спуститься на землю и продолжить путь по тропе, которая вела от этой деревни вглубь леса. Едва я выбрался из кроны, как заметил какое-то движение в деревне. Не успел опуститься на землю, как почувствовал опасность, и в ту же секунду в меня полетели два черных сгустка.

Я уже знал, что они не смогут пробить призрачную броню и навредить мне, однако по мерцанию брони было ясно, что на сдерживание такой магии уходило очень много энергии, поэтому могло случиться так, что броня просто исчезнет после очередного попадания сгустка.

Отбив атаку щитом, я заметил, как один из живородов перебежал от одного дома к другому и спрятался. Если бы их было больше, то набросились бы сразу, значит, их всего двое. Фантом, который до этого был возле гор и показывал мне живородов, по моему приказу вернулся обратно и подтвердил догадку. Живородов, действительно, было всего лишь двое.

Я сначала хотел заставить их выйти с помощью огненного вихря, но понял, что не смогу остановить лесной пожар, который может начаться. Здесь помог бы маг воды, но я был один. Совсем один против очень сильных существ.

В это время в меня полетели еще два сгустка, один из которых угодил по дереву и оставил на нем черный след. Второй сгусток пролетел мимо, но тут же начал кружить в округе, как и два первых. Сгустки двигались хаотично, поэтому нельзя было предугадать, куда они ринутся в следующую секунду.

Я побежал по кругу, выпуская призрачные болты в сторону домов, в которых спрятались живороды. Болты пробили глиняные дома насквозь и поразили одного из живородов в голову и живот. Второй же будто почувствовал опасность, поэтому выставил руки передо собой, создавая защитный барьер. Фантом показал, что болты пропадали за несколько сантиметров до защиты. Это говорило о том, что живород достаточно силен. Чтобы победить для начала требовалось выкурить его из дома.

Для этот я сформировал огненные браслеты и отправил один прямо на дом. Искрящийся магический браслет растянулся на весь периметр дома, опустился и сжался. Стены затрещали и рухнули, крыша свалилась на живородоа. Но я знал, что существо в целости и сохранности, поэтому притаился неподалеку и ждал, когда он вылезет.

Как я и думал, через несколько минут крыша пришла в движение и отлетела в сторону. Посреди обломков дома выпрямился разъяренный живород, у которого черные глаза теперь горели красным светом.

Он безошибочно определил, где я прячусь, и пошел в мою сторону, выставив перед собой руки. Я не стал больше прятаться, а вышел ему навстречу и приготовился отразить сгустки. Однако вместо того, чтобы атаковать меня, он возвел руки вверх и резко отпустил вниз. Рядом стоящие деревья с треском повалились в мою сторону. Я едва успел отбежать в сторону, прежде чем толстые стволы застучали друг об друга.

Не знал, что живороды так умеют. Все-таки надо быть осторожнее с ними. В это время существо выпустило друг за другом три сгустка, которые на лету рассеялись, даже не добравшись до меня. Это было очень необычно и странно. Я уже было подумал, что живород истратил свои силы на деревья, поэтому сгустки не держали форму и просто испарились, но вскоре я понял, что это не так.

Броня вдруг начала мерцать так, будто меня атаковали сразу со всех сторон. Я не мог понять, что происходит, в то время как живород просто смотрел на меня, чуть наклонив голову вбок.

Между тем мерцание брони усилилось, а я, наконец, понял, в чем дело. Мельчайшие черные частички облепляли меня с ног до головы. Это были те самые сгустки, которые рассеялись в воздухе. Теперь они собирались вновь, но уже на моей броне. Если броня пропадет, то от меня за считанные секунды останется скелет. Единственный способ остановить эту магию, была смерть существа, сотворившего эту магию.

Я отправил три браслета в воздух, а сам сформировал меч и ринулся к нему. Жировод поставил защиту, выставив черную потрескавшуюся руку с шестью длинными пальцами. Но я и так не наделся добраться до него, а хотел лишь отвлечь.

Между тем браслеты приближались. Один из них он заметил и выставил защиту справа от себя. Мне этого и надо было. Оставшийся браслет за мгновение добрался слева, схватил монстра и оторвал ему голову. Сгустки, которые чернели на моей груди и голове, тут же пропали, и броня вновь стала прозрачной, будто была сделана из хрусталя.

Я с облегчением выдохнул и опустился на дерево, лежащее неподалеку. Если один живород может сотворить такое, то что смогут сделать несколько десятков? На мгновение появились сомнения в том, смогу ли я выстоять против них. Но когда я подумал о том, что эти существа могут хлынуть на Землю, то понял, что должен дойти до конца. На той стороне белоснежного входа были люди, которыми я очень дорожу и не хочу, чтобы они пострадали.

Я отпил из фляги, протер лицо прохладной водой и двинулся по тропе, которая бежала в сторону горной гряды. Наверняка именно по ней ушли жители этой деревни.

Идти пришлось долго, и больше ни одного поселения по пути не попалось. Когда начало темнеть, я понял, что лучше найти укромное местечко и переночевать. На этот раз я не мог вернуться, поэтому углубился в лес подальше от тропы и на небольшом открытом участке, на котором росли оранжевые грибы, разложил палатку. Чтобы сделать ее менее приметной, нарубил веток и обложил со всех сторон, но все равно белый цвет в темном лесу выделялся. Я наделся на то, что ночью на меня никто не будет нападать, но все же оставил у входа в палатку ящера.

На этот раз я заснул, едва лег. Мне ничего не приснилось, и я был этому рад. Тяжелое чувство безысходности и запах гнили от прошлого сна продержались довольно долго, поэтому мне не хотелось больше ничего такого видеть. И так было понятно, что Арлас Бессмертный — это всемирное зло, и я не отступлю, пока жив.

Проснулся за от какой-то возни, доносящейся снаружи. Среди треска веток и жужжания механизмов внутри ящера слышался какой-то писк. Наверняка ящер сражался с каким-то монстром. Я не успел подняться на ноги, как по палатке с силой ударили. Затем еще раз и еще.

На полусогнутых я добрался до выхода и, сформировав меч, выбежал на улицу. На улице было темно, но тусклого света с неба хватило, чтобы я увидел очертания нападающих. Это были пауки. Такие же, какого я встретил в пещере в Разломе Семена Семеновича. Только на этот раз их было трое.

Ящер схватил одного за ногу и перемалывал в своих железных зубах. Тварь пищала и пыталась отбиться, но ящеру было все равно на укусы жвалами и удары ногами с длинным черным когтем.

— Держи, не отпускай! — велел я и осмотрелся.

Один паук находился за палаткой и бил по ней передними ногами. Ветки отлетели в разные стороны. Острые когти на передних лапах оставляли дыры на прочной палаточной ткани. Я с раздражением выругался, ведь теперь она не защитит от снега и дождя с такими дырами.

Еще один паук замер среди деревьев, не спуская с меня многочисленных блестящих глаз. Он явно намеревался напасть на меня.

Я не стал дожидаться этого, а сформировал браслеты и отправил на монстров. Хватило пары секунд, чтобы их бездыханные тела рухнули на землю. Черная кровь одного из монстров окрасила палатку.

— Ну вот, теперь ее точно придется выбросить, — пробурчал я и досадливо покосился на черное небо.

Мне хотелось спать. Уже вторая ночь проходит без сна. Осмотревшись, я решил вздремнуть, прислонившись к стволу одного из толстых деревьев. Призрачная броня и ящер защитят при возможном нападении монстров.

Пройдя несколько метров от своего лагеря, увидел довольно неплохое местечко, но тут ящер внезапно насторожился и повернулся назад.

— Что там? — вполголоса спросил я, вглядываясь в темноту между деревьев.

Я замер, прислушиваясь, но ничего не услышал. Только где-то вдали прозвучал рык, и слева хрустнула ветка.

Между тем ящер сорвался с места и ринулся обратно к лагерю. Я хотел позвать его обратно, но передумал и пошел следом. Вскоре пришлось перейти на бег, так как ящер пересек грибную поляну и побежал дальше в лес. Я

Через некоторое время я уже подумал, что потерял его, но тут услышал сильный удар и скрежет совсем неподалеку.

Когда приблизился, то чуть не наступил на голову ящера. Он буквально был разорван на части. Задняя нога, лежащая неподалеку, до сих пор двигалась в суставах. Кто-то очень сильный расправился с ним. Но кто?

Сколько бы я ни вглядывался и ни прислушивался, не заметил ничего подозрительного. Вокруг был только темный лес. Однако чувство тревоги говорило, что этот кто-то до сих пор здесь.

Я прошелся по округе, крепко сжимая в руках меч, и на всякий случай сформировал на запястье три браслета. Но даже следа не нашел того, кто так расправился с ящером.

Спустя полчаса блужданий по лесу, я снова вернулся к ящеру и, склонившись, принялся собирать его. Я решил, что, как только рассветет, попробую собрать, если получится, конечно.

Вдруг в спину словно воткнули острые иглы. Чувство опасности вновь предупреждало меня. Значит рядом очень сильный враг. Неужели сам Арлас Бессмертный явился?

Я выпустил из рук голову ящера, сформировал щит и меч и огляделся. Никого. По крайней мере, я никого не видел, но интуиция подсказывала, что враг где-то рядом. Фантом закружился вокруг меня, подсвечивая все, что видел, но кроме старого леса вокруг ничего не было.

Вдруг я получил такой мощный удар, что отлетел в сторону и ударился о дерево. Броня спасла, иначе все кости бы себе переломал. Тут же поднявшись на ноги, я выставил перед собой меч, но по-прежнему не видел того, кто меня ударил. И тут до меня дошло. Это мог быть тот муравей-переросток, который умел становиться невидимым. В прошлый раз меня выручила пыльца, но в этом лесу ничего подобного не было.

В это время невидимка снова ударил, но попал не по мне, а по дереву. Во все стороны разлетелась древесная крошка. На стволе осталась вмятина.

Между тем я судорожно соображал, как сделать невидимку видимой, и обратил внимание на убитых пауков. Недолго думая, я подбежал к трупам, из которых до сих пор стекала черная кровь. Разрубив одну из мохнатых лап, я принялся махать ею, обрызгивая кровью все вокруг.

После очередного взмаха, капли не упали на землю, а зависли в воздухе. Ага, попался! Недолго думая, я рванул вперед и взмахнул мечом, но не успел ударить. В это же самое мгновение от очередного сильного удара отлетел в сторону. Подняться на ноги я не смог, что-то навалилось на меня сверху, пытаясь раздавить.

Глава 20

Я сформировал в обоих руках по кинжалу и вонзил в то, что давило на меня сверху. Послышался глухой хрип, но не надо мной, а откуда-то сбоку, на расстоянии пары метров.

Когда вынул кинжалы, чтобы ударить вновь, из раны хлынула зеленая жижа и окрасила… толстую щупальцу?

Между тем давление на меня ослабло, и я смог выбраться и сильным ударом меча перерубил щупальцу. На этот раз монстр взревел так, что подхватило эхо и разнесло по всему Разлому. Казалось, этот рев отразился даже от гор, которые находились за несколько километров от этого места.

Из обрубка, пульсируя, вытекала зеленая жижа и орошала землю. Между тем я заметил, что монстр начал появляться. Видимо, в таком состоянии ему было трудно удерживать свою невидимость.

Отбежав подальше, я спрятался за деревом, поросшим мхом, и выглянул. Вскоре монстр предстал во всей красе. Он напоминал медузу, но был покрыт чешуйчатой кожей с зеленоватым оттенком. Два маленьких, близко посаженых глаза находились над огромной зубастой пастью. От массивного тела отходили семь гибких щупалец, восьмой отрубленный, лежал на земле. Щупальца тоже отличались от тех, какие обычно имеют морские гады. Они больше напоминали лапы без костей, что позволяло им двигаться в любом направлении.

Несмотря на то что монстр в диаметре был не меньше пяти метров, перемещался он очень быстро. Похоже, потеря одной из конечностей стала серьезным аргументом, чтобы не преследовать меня, поэтому монстр рванул в противоположную сторону, притом его мягкое, обтекаемое тело двигалось так бесшумно, будто было совсем невесомым.

Я сначала обрадовался, но потом подумал о том, что в следующий раз монстр будет умнее и, возможно, продолжит охоту на меня, поэтому лучше прикончить его сейчас, чем прислушиваться к каждому шороху и ждать удара в спину.

Теперь, когда монстр был виден, я с лёгкостью нашел его и, сформировав арбалет, выпустил друг за другом десять болтов. Я не знал, где находятся его жизненно важные органы в крупном шарообразном теле, поэтому целился в разные места.

Монстр взревел и ускорился, истекая кровью. Тогда я поднялся в небо, пролетел над ним и спустился с мечом в руках. Меч увязал в мягком теле, будто я бил по желе. Монстр ревел, пытался ударить меня щупальцами, но я был начеку и успешно уходил от его атаки. В конце концов, когда все вокруг было в зеленой жиже, а сам монстр весь в глубоких ранах, он хрипло выдохнул и замер.

Я с облегчением выдохнул и, осмотрев себя, порадовался тому, что на призрачную броню не прилипала грязь и не оставались пятна.

Убедившись в том, что монстр действительно мертв, я вернулся к механическому ящеру и собрал оставшиеся части. У меня не было уверенности в том, что я смогу его починить, но попробовать следовало. Все-таки он сильно мне помогал, и было бы жаль лишиться верного соратника в таком опасном месте. Интересно, сколько в этом мире различных существ? Не хотелось бы мне встретиться еще с кем-нибудь похожим на невидимку.

Вскоре небо начало светлеть, но мне требовался отдых, поэтому я забрался в густорастущий куст и заснул. Сколько времени проспал не знаю, но, когда проснулся, солнце стояло в зените.

Первым делом я полез в пространственный карман и вытащил части механического ящера. В темноте не было понятно, смогу его починить или нет. Теперь же, внимательно все рассмотрев, понял, что не смогу: провода порваны, внутри головы что-то бренчит, металл согнут, а стеклянные глаза потрескались. М-да, только Семену Семеновичу под силу починить этот сложный механизм. А, возможно, даже легче собрать нового ящера.

Пообедав тушенкой, галетами и сыром, я продолжил путь.

На этот раз я решил пойти по тропе, а не углубляться в лес. Скорее всего, монстры держались подальше от тропы, по которой ходили живороды. Ведь в этом мире самыми опасными были не зубастые твари, а полуразумные существа.

Через полчаса пути вышел к следующей деревне. Увидев издали дома, я отправил фантома вперед, но он показал только пустую деревню. Живороды тоже ушли отсюда. Неужели они так испугались меня, что бросили дома и сбежали? Или дело не во мне?

Между тем тропа стала шире и пошла вверх. За пару часов пути мне так никто и не повстречался: ни живороды, ни другие монстры.

Я пару раз останавливался на отдых, ведь тропа становилась все круче и на ней стали появляться камни. Горы были совсем близко. Еще пару километров и выйду из леса на открытое место, туда, где до этого видел толпу живородов.

Пока шел, скрупулезно пересматривал все воспоминания из прошлой жизни о живородах и Арласе Бессмертном. Один из моих звездочетов нашел в библиотеке соседнего государства полуистлевший свиток, в котором вскользь упоминалось появление живородов.

Текст было трудно разобрать, ведь от времени испортился не только лист, на котором все было записано, но и сами чернила поблекли, поэтому некоторые буквы приходилось додумывать.

В свитке говорилось том, что Арлас создает жироводов такими, как он сам. Но это говорит о внешности или о способностях? Как показали два последних дня живороды тоже разные: кто-то сильнее, кто-то владеет видами магии, отличными от других. Значит, не такие уж они и одинаковые.

Так как личность и внешность самого Арласа осталась загадкой, меня это немного беспокоило. Все-таки о враге нужно знать все и чуточку больше, а я не знал ничего, кроме имени.

Вскоре лес начал редеть, и я вышел на открытое место, сплошь покрытое камнями разных размеров. Сквозь камни смогла пробиться лишь трава, поэтому все хорошо просматривалось.

Передо мной возвышались скалы и горы, между которыми тропа бежала дальше. Сзади меня зеленел лес, а вдали, за равниной виднелся белоснежный выход из Разлома. Неужели живородам, как полуразумным существам, не было интересно узнать, что же там такое светится? Или они знали, что это выход?

Немного передохнув в тени скалы и отпив прохладную воду из фляги, я продолжил путь. Идти было тяжело, так как плоские камни разъезжались под ногами, но я не хотел подниматься в воздух. По крайней мере, так я смогу спрятаться за камнями и выступами, если появятся непрошеные гости, а в воздухе прятаться негде.

Я поднялся до первой скалы и увидел проход, который явно был выдолблен в камне, а не появился в результате естественных явлений. Значит, живороды умели не только дома строить. Это уже интересно. Что же еще они умеют и насколько разумны? Возможно ли с ними договориться? Хотя этот вопрос я отмел сразу. Даже если и так, то я не собираюсь ни о чем договариваться с существами, которые уничтожили целый город. Пусть это и было в прошлой жизни. Память-то у меня осталась, поэтому я уже не мог разделить свою жизнь на две части, а воспринимал, как единое целое.

Проход был длиной около пятнадцати метров. По нему можно было пройти только по одному, так как он был достаточно узкий. В проходе от влажности стены поросли мхом, под ногами носились какие-то насекомые, которые хрустели, если на них наступить. Я буквально пробежал через проход и с облегчением выбежал из него на каменную площадку, которая образовалась от падения большого куска соседней скалы. По-видимому, это произошло довольно давно, потому что площадка уже покрылась травой.

За площадкой тропа резко уходила вправо, поэтому я отправил перед собой фантом и на всякий случай сформировал арбалет. Однако ничего опасного на первый взгляд не было, только на каменных стенах чернели неровные входы в пещеры. Притом их было достаточно много. Мне даже показалось, что в них тоже могут жить живороды.

Я обогнул угол, притаился за выступом и велел фантому показать, что находится в пещерах. От одного взгляда на то, что таится внутри скалы, стало не по себе.

Пауки. Их столько, что нельзя в кишащей массе разглядеть одного. Каждая пещера буквально была под завязку заполнена этими тварями. Я точно бы не хотел с ними встречаться, поэтому решил поискать другой путь, но фантом показал мне только скалы и пропасти. Вверх шла только одна дорога.

Мне ничего другого не оставалось, как подняться в воздух и пролететь опасное место. Несколько пауков заметили меня и выбежали из пещер, стреляя паутиной, но я выпустил несколько болтов им в голову и скрылся за следующим поворотом.

Я старался не подниматься выше скал, но все равно не был уверен, что меня никто не заметил. Все-таки в стане врага опасность может подстерегать повсюду.

Отправив фантома перед собой, я продолжил путь и уже через несколько минут услышал гул. Мне сначала показалось, что где-то поблизости находится улей и жужжат осы, но по мере того, как поднимался по тропе, гул усиливался и уже не был похож на рой ос. Вскоре я понял, что это гудят живороды.

Чем дальше я шел, тем громче становился звук, и вскоре от вибрации с гор покатились камни. Я успел уйти в сторону, когда на тропу посыпались камни. Фантом опережал меня метров на тридцать, поэтому я уже знал, что увижу, когда обогнул очередной выступ.

Передо мной, прямо посреди каменной гряды распахнулся вид на город. Глиняные дома стояли вразнобой, а поэтому среди них вились бесчисленные тропинки, которые соединялись в широкую дорогу, ведущую к площади.

Я сначала не мог понять, что же происходит, пока фантом не показал мне. Оказывается, живороды сидели на площади, сложив под себя ноги, и гудели, покачивая шишковатыми головами из стороны в сторону.

Их было не меньше двух тысяч. Даже страшно представить, что будет, если все эти живороды набросятся на меня. Думаю, продержусь минуты две, а, может, даже три, прежде чем превращусь в скелет.

За площадью находился дворец Арласа. Он был точной копией того, в котором он жил в моем мире. В попытке найти врага, я обошел весь замок вдоль и поперек, поэтому знал внутреннее обустройство.

Во-первых, помещения располагались как попало и были не только разного размера, но и потолки отличались высотой.

Во-вторых, Арласу, по-видимому, были чужды ценности людей, поэтому на стенах не висели картины, в углах не стояли статуи, не было ни ковров, ни мягких диванов.

Единственное, что было в каждой комнате — это выемка в стене, в которой лежал черный камень. Будучи Императором, я отдавал такой камень своим мастерам, на что они сказали, что ничего примечательного в нем нет. Это был просто камень, каких много везде.

Мебели в замке тоже не было, если не считать трон. В прошлый раз за троном я нашел целую гору обглоданных костей. Скорее всего, Арлас ел и спал прямо на троне. Оставалось загадкой, зачем ему столько комнат, которые все равно пустовали.

Между тем гул продолжался, а я обдумывал, как поступить. Пойти прямо в город было очень опасно, а другого пути не было. Фантом показал, что город по кругу закрыт высокими скалами, которые образовывали естественную защиту. Единственный вход в город был по этой тропе.

Победить такое количество живородов одновременно я бы не смог даже, если бы со мной были все три гильдии, в которых я состоял. Даже один живород может принести много проблем, не говоря уже о тысячах.

Поразмыслив, я понял, что нужно облететь город стороной и добраться сразу в замок. Я не знал, что будет, когда живороды лишатся своего предводителя, но чувствовал, что нужно в первую очередь убить Арласа.

Кстати, во всех книгах, в которых упоминались живороды, Арласа называли Бессмертным. Неужели его нельзя убить? Это надо проверить.

Осмотревшись, я увидел куст, за которым была небольшая трещина в скале. С помощью фантома убедился, что в нем никого нет и, пригнувшись, перебежав через тропу, забрался в эту трещину. Лететь при свете дня было опасно, поэтому решил дождаться ночи.

Между тем гул продолжался. Даже когда солнце скрылось за горами и начало темнеть, раздражающий звук не прекращался. Что они вообще делают?

Убедившись, что на улице достаточно темно, я выбрался из трещины и поднялся в воздух. По моим расчетам, справа за горной грядой был тот самый лес, который я пересек недавно. Что же было по левую сторону? Снова горы?

Я решил облететь город слева, а заодно посмотреть, что находится с той стороны горной гряды.

Перелетев через скалу, в которой прятался, сначала увидел остроконечные вершины, но когда пролетел метров триста, заметил кое-что странное. Как-будто за горами находилось черное поле, на котором светились цветы.

Мне стало любопытно посмотреть, что же там такое. Чем ближе я подлетал, тем яснее становилось, что это не цветы, так как они двигались.

Вскоре я все понял. Это было море или озеро, в котором плавали блестящие рыбы. Я подлетел поближе и завис над водой, любуясь невиданными ранее созданиями. Рыба была довольно крупная. У нее светилась серебристым светом спина и плавники.

Одна из рыбин поднялась повыше, и показалась ее блестящая спина. Я захотел дотронуться до нее, но тут подплыла еще одна рыба, затем еще одна и вскоре их стало не меньше десятка.

Я пожалел, что в пространственном кольце нет ни удочки, ни сети. Уверен, это очень редкая рыба. Вдруг послышался плеск, из воды прямо на меня прыгнула одна из рыбин и щелкнула зубами, в опасной близости от моей ноги. Следом за ней то же самое проделала вторая. А затем все разом. Я поднялся повыше, чтобы не попасться в их зубы, но они продолжали выпрыгивать из воды, думая, что я легкая наживка.

В это самое время послышался уже знакомый крик, и я увидел, как со стороны гор ко мне летит целая стая тварей. Только этого мне не хватало! Я уже жалел о том, что вообще сюда прилетел. Надо было делать то, что задумал, а не поддаваться любопытству.

Я ринулся в сторону, подальше от летящих монстров, думая, что им в первую очередь интересна рыба, но, похоже, более крупная добыча поменяла их планы, поэтому с пронзительными криками стая ринулась за мной.

Летел я намного медленнее этих тварей, потому что держался в воздухе с помощью своей энергии, а управлял полетом, используя движения тела. Поэтому вскоре они догнали меня. Призрачная броня не подвела, и на одна из тварей не смогла прокусить ее.

Яростно орудуя мечом и прицельно стреляя арбалетом, я перебил большую часть стаи. Поверженные монстры падали в воду. Вокруг них тут же появлялись светящиеся рыбы, которые устраивали целое пиршество. Вот так охотники превратились в жертв.

Разогнав оставшихся летающих тварей, я вернулся к горной гряде и, используя зрение фантома, которое позволяло видеть в темноте, полетел в сторону замка Арласа.

Лететь до самого замка было опасно, ведь у предводителя живородов могли быть стражники, которые наверняка заметят человека, летящего по небу. Ведь на улице хоть и было темно, но небо окрасилось не черным цветом, а серым, поэтому кое-что можно было рассмотреть.

Я опустился у каменной стены. Судя по тому, как располагался город, живороды выточили это место из камня, так же как и тот проход, поросший мхом. На полусогнутых и почти бесшумно я двинулся между глиняных домов в сторону замки.

В городе царила тьма, не было ни одного источника света. Из некоторых домов раздавалось еле различимое гудение. Где-то слышались звуки, похожие на храп.

Приблизившись к замку, я пошел вдоль стены к задней двери. Всего входа было два. И это, с одной стороны, было хорошо, далеко не убежит, а с другой — плохо, так как меньше путей отступления.

Окна в замке, как и в домах живородов, были небольшие и круглые. Через них можно было только голову просунуть, поэтому не сбежишь. Хотя я и не собирался отступать. Я знал, что рано или поздно наша встреча состоится. Только никак не мог предположить, что настолько поздно, что я буду жить в другом теле.

Глава 21

Я отправил фантом показать, где находится Арлас, а сам притаился в небольшой, пустой каморке.

Фантом показал мне две комнаты, которые больше походили на святилище, однако вместо божества в выемках в стенах лежали большие черные камни, а под ними на полу — свежие куски мяса. Наверняка это были подношения, но кому? Что значат эти камни?

Я хотел устроиться поудобнее, чтобы успеть вздремнуть до рассвета, ведь в темноте сражаться совсем не хотелось, но тут замер, увидев кое-что глазами фантома.

Это была статуя воина-живорода. Она была выполнена из темно-серого пористого камня, и в точности повторяла этих мерзких существ. Однако была чуть ли не вдвое выше обычного рядового живорода.

Я велел фантому показать его повнимательнее и заметил, что шишковатые наросты на голове будто были сделаны из черного камня. Того самого, которому они все молились.

Кроме того, на плечах и локтях статуи были шипы, похожие на рога. А может, это статуя самого Арласа?

Я уже хотел дать задание фантому продолжить исследовать замок, но тут глаза статуи открылись. Через фантом на меня смотрели два злобных красных глаза. Это была не статуя, а живой живород и, скорее всего, сам Арлас Бессмертный!

Медленно склонив голову сначала в одну сторону, затем в другую, он согнул по очереди обе руки, покрутил их в суставах, будто хотел удостовериться, что не закостенел, и медленно двинулся в мою сторону.

Я видел, как он шаг за шагом приближается к моему укрытию. Неужели он меня чувствует? Или просто пройдет мимо?

Когда живород остановился в нескольких метрах от каморки и повернулся к узкому проходу, лишенному двери, я понял, что он пришел за мной. Недолго думая, выбежал из своего укрытия и атаковал мечом. Живород был начеку и, выставив огромную ладонь, поставил защиту, поэтому меч отбило так, будто я со всего размаху ударил камень.

В ответ в меня полетел не черный сгусток, как обычно, а красная искрящаяся сфера. Такую магию я видел впервые, но даже не думал ее пробовать на себе. На мне был броня, но я все равно рванул в сторону, подальше от сферы.

Все это время фантом крутился вокруг меня и показывал то, что творится, ведь я почти ничего не видел в темноте. Между тем сфера полетела в каморку и, ударившись о стену, исчезла. Мне это показалось странным. Неужели такой большой живород обладает такой слабой магией?

В это время я атаковал огненными шарами, чтобы хоть немного осветить помещение и увидеть все своими глазами. Защита живорода не позволила шарам даже приблизиться к нему, поэтому они просто рассыпались на искры в трех метрах от врага.

Вдруг фантом показал мне то, что я совсем не ожидал увидеть. По стене ко мне приближалось красное пятно. Это была та самая сфера, но уже плоская и плавно перетекающая с выступа на выступ со стены на пол.

— Что это за хрень? — вырвалось у меня, и в это время живород снова отправил в меня сферу.

На тот раз она пролетела надо мной и, ударившись о стену, тоже превратилась в красное пятно, которое потекло по стене в мою сторону.

Я подобрал с пола, сделанного из каменных плит, камушек и бросил в первое пятно, которое уже было у моих ног. Камень прямо на глазах рассыпался в мелкий песок, а потом и вовсе пропал. Интересная магия, но очень опасная.

Между тем живород снова отправил в меня сферы, а я был вынужден не только уклоняться от них, но следить за тем, чтобы ненароком не наступить на красные пятна под ногами, которые явно преследовали меня.

Сформировав браслеты, я тут же выпустил их во врага. Браслеты закружились, по очереди атакуя живорода, но не могли преодолеть невидимую преграду.

Между тем красных пятен под ногами с каждым взмахом руки врага становилось все больше. Я понимал, что одного прикосновения к этой неизвестной магии будет достаточно, чтобы убить меня.

Тем временем, не давая опомниться живороду я стрелял в него из арбалета, а браслеты кружились вокруг и бились о защиту, пытаясь найти зазор или слабое место.

Мы бились довольно долго, уже небо начало светать, однако я так и не смог пробиться к нему. В конце концов, я вытащил артефакт-яйцо и создал свои копии. Один из воинов появился на красном кружке и тут же пропал, будто его и не было.

Дав указание наброситься на врага и, стараться не наступить на кружки, которые постоянно перемещались по полу, я поднялся в воздух и бросил в живорода призрачным копьем. Никакого эффекта. Между тем копии окружили его и, подняв мечи, ожесточенно застучали по защитному куполу.

— Арлас, сдавайся! Тебе не уйти отсюда живым! — прокричал я и снова запустил копье.

Враг задрал вверх шишковатую голову, посмотрел на меня своими красными глазами и загудел. Только этого не хватало! А если сейчас сюда хлынут все живороды? Нужно было быстрее разделаться с ним.

Между тем сферы продолжали вылетать из его рук, но я все же рискнул и, подлетев, принялся одновременно с воинами бить мечом по защите. Нужно было во что бы то ни стало пробить ее и уничтожить Арласа.

Вскоре я почувствовал, что силы покидают меня. Я напитывал энергией копии, которые безостановочно наносили мощные удары, тем самым ослабляя меня.

Чтобы сохранить силы, первым делом убрал браслеты и часть воинов, а затем оставшихся сконцентрировал в одном месте. Сферы не причиняли вреда копиям, но красные кружки делали свое дело, и вскоре осталось только три воина. Я понимал, что если снова создам двадцать две копии, то они заберут оставшиеся силы, поэтому решил надеяться только на себя.

Между тем живород увеличил громкость гула и поменял тональность. Эти существа явно общались таким образом.

— Как же до тебя добраться, гад⁈ — я уже начал терять терпение, к тому же понимал, что не выстою против двух тысяч живородов.

Вдруг защита пропала. Воины, до этого стоящие на месте, двинулись на живорода, но попали в красные ловушки и исчезли.

Увернувшись от очередной сферы, я ринулся на врага и со всей силы ударил по нему мечом. Арлас слегка наклонил голову, подставив черный каменный нарост на голове. Меня с силой отбросило назад и припечатало в стене, будто ударил по высоковольтной линии.

Я сполз на пол, поднялся на ноги и, пошатываясь, направился к живороду, старательно обходя красные кружки. Он пошел мне навстречу и возвел руки вверх. Между его ладонями возникла гигантская сфера, которая заискрилась, напитываясь силой. Не дожидаясь, когда он меня атакует, я снова сформировал браслеты и отправил в него.

Один браслет он успел отбить, зато два других крепко сжали его и разорвали на куски.

— Прощая, Арлас, — проговорил я и устало прислонился к стене.

Сферы и кружки пропали одновременно со смертью их создателя. В это время я мельком взглянул в окно, а затем развернулся всем тело и уставился на улицу.

Серым, волнующимся потоком живороды приближались к замку. Скорее всего, гул привлек их. Как же мне теперь выбраться отсюда?

Я отправил фантома на поиски еще одного выхода, ведь возле того, через который я зашел, уже стояли существа.

Фантом показал мне несколько комнат, затем зал, в центре которого стоял трон и… На троне сидел Арлас. Настоящий Арлас, а не воин, которого я принял за него. Я это понял сразу, так как выглядел он гораздо внушительнее. К тому же даже через фантом почувствовал его силу.

Арлас был похож на живорода, только его покрывала ярко-красная броня, напоминающая панцирь, с черными блестящими наростами. Он не спеша ел сиреневую ногу речного чудища.

Он наверняка знал, что я здесь. Но почему не пытается меня убить? Или хочет поручить это дело своим подданным? Или думает, что я настолько слаб, что не смогу причинить ему вреда?

Ну что ж, у меня тоже есть козырь в рукаве. Я приложил к груди артефакт, призвал воинов и отправил их к нему, а сам глазами фантома наблюдал за происходящим.

При виде призрачных воинов Арлас совсем не удивился. А когда они окружили его и пошли в атаку, размахивая мечами, он отбросил в сторону недоеденную ногу сирены и щелкнул пальцами. Один из воинов, стоящий прямо перед ним, испарился.

Щелчок — пропал еще один воин. Таким образом, друг за другом он уничтожил всех моих воинов. Именно поэтому он был так спокоен — знал, что я не смогу одолеть его.

Тем временем живороды все прибывали и прибывали, окружая замок плотным кольцом. Смысла прятаться не было, поэтому я, глубоко вздохнув и крепко сжав меч в руке, направился в зал, в котором стоял трон.

Арлас повернул ко мне свою большую шишковатую голову и утробно прогудел.

— Можешь не стараться, я не понимаю тебя, — спокойно ответил я.

Тут Арлас замолчал и, чуть наклонив голову вбок, внимательно осмотрел меня и глухо произнес:

— Зачем пришел?

Я удивился. Не ожидал, что он умеет разговаривать.

— Чтобы убить тебя, — я перехватил меч двумя руками и с яростным криком понесся на него.

Арлас щелкнул пальцами, и меня будто кувалдой ударили. Я отлетел к стене и, сильно ударившись, не мог вздохнуть.

— Зачем убить? — снова прозвучал вопрос.

Я отдышался и, удостоверившись, что ничего не сломал, ответил:

— Ты — зло. Ты приносишь смерть.

Арлас склонил голову на другую сторону и ткнул пальцем в окно, из которого виднелась толпа живородов.

— Я создаю жизнь.

— Нет, ты отбираешь ее. У тебя нет права забирать жизни людей или других существ. За это ты умрешь, — зло процедил я, сформировал копье и с силой бросил.

Оружие засвистело, сверкнуло в лучах утреннего солнца и пропало, не долетев до Арласа пяти метров.

В это время он снова загудел, и к нему присоединились остальные. Даже стены замка задрожали от этого протяжного и зловещего гула. Я не знал, что он делает, но и продолжать атаковать было бессмысленно, так как Арлас очень силен. Все-таки я не успел набрать ту силу, что была у меня раньше.

Вдруг мне в голову пришла замечательная идея.

— Отшельник, ты мне нужен, — вполголоса проговорил я.

Арлас замолчал, уставился на меня, а затем принялся крутить пальцем. Я почувствовал, как участилось сердцебиение.

— Что ты делаешь? — встревожился я и только сейчас заметил, как из моей груди прямо по воздуху поплыла тонкая красная нить.

Он забирал мою жизнь. Я попытался схватить эту нить, но она пронизывала мою руку и продолжала плыть к Арласу.

Не желая умирать вот так, без сопротивления, я схватил меч и снова бросился к Арласу. В это время наступила полная темнота и послышался шелестящий голос Отшельника.

— Я смогу снять с него защиту всего на мгновение. У тебя есть один удар.

— Но его одним ударом не убить! — воскликнул я.

— Один удар, — повторил Отшельник.

Можно было бы постараться отрубить Арласу голову, но он был покрыт толстым панцирем, усиленным черными камнями. Наверняка меня снова просто отбросит назад, и единственный шанс убить его будет потерян.

— Решайся, осталось совсем мало времени, — поторопил Отшельник.

Вдруг я вспомнил про артефакт, который выиграл на соревнованиях. Артефакт зачарования — так он назывался. Ефим Прохорович говорил, что с его помощью можно зачаровать любое оружие, отчего оно станет в десятки раз сильнее.

Я тут же достал артефакт из пространственного кольца и сжал в левой руке. Мощный поток энергии помчался по мне, оставляя теплый след, и устремился в правую руку, в которой был меч.

— Я готов! — прокричал я.

Темнота пропала, и я снова увидел Арласа, но на этот раз он не гудел, а застыл как изваяние.

— Бей! — велел Отшельник.

Я ринулся к предводителю живородов, взмахнул мечом и… отлетел к стене. Удар был такой силы, что я потерял сознание.

Глава 22

Мне было плохо. Жутко болела голова, пересохло во рту, но я никак не мог прийти в себя. Мне казалось, что я лечу в бездну, из которой никогда не выберусь.

Пробовал открыть глаза или поднять руку, но ничего не получалось. Мое сознание будто покинуло тело и было не властно над ним. Перед глазами постоянно мелькали неясные образы. Иногда из разноцветного тумана показывался Арлас, с его красным панцирем и шишковатой головой, черный силуэт Отшельника выплывал из мутного кумара, злобные сирены пытались схватить меня своими щупальцами. Враги. Кругом одни враги.

Я понимал, что это сон или что-то типа того, и жаждал проснуться, но никак не получалось. Сколько прошло времени, я не знал. Как и не знал того, что сейчас происходит вокруг меня. А что, если я уже умер? Вдруг в этот самый момент живороды едят меня?

Мне стало не по себе от этих мыслей, и я попробовал крикнуть, но снова ничего не вышло. Когда я уже совсем отчаялся очнуться, то почувствовал щипок. Кто-то осторожно ущипнул меня за щеку. Так, значит, я все-таки не умер и чувствую свое тело. Это очень хорошо.

Однако, сколько ни силился, не мог открыть глаза и ничего не слышал.

Между тем меня снова ущипнули, но на этот раз за мочку уха, и притом довольно сильно. Я хотел возмутиться, но снова не смог произнести ни звука.

Тем временем меня принялись щипать безостановочно, отчего лицо начало гореть. Я не выдержал и дернулся, пытаясь остановить истязание, а затем открыл глаза.

Первое, что я увидел, это большие блестящие глаза. У меня на груди сидел Фаник. Заметив, что я проснулся, он потерся влажным носом о мой подбородок и замурлыкал.

— Дружище, откуда ты взялся? — прохрипел я и окинул взглядом то, что мог увидеть.

Я по-прежнему находился в замке Арласа. В окна позади меня светило солнце, значит, время было уже за полдень. Фаник спрыгнул на пол, а я приподнялся на локтях и осмотрелся.

Трон был пуст, а рядом с ним лежало тело Арласа, но без головы, которой нигде не было видно. Интересно, куда она пропала?

— Фаник, ты случайно не съел голову этого монстра? — спросил я и кивнул на труп.

Зверек фыркнул и отвернулся, давая понять, что он здесь ни при чем.

Однако больше, чем пропажа головы, меня волновали живороды, которые окружили замок. Ведь мне нужно было попытаться вырваться отсюда.

Едва я сел, как почувствовал сильную боль в голове, будто внутри колыхалась раскаленная лава. Я тут же полез в пространственное кольцо и вытащил оттуда три лечебных артефакта, которые прицепил на грудь. Спустя пару минут стало легче, поэтому, отпив холодной воды из фляги, я поднялся и выглянул в окно.

Живороды по-прежнему окружали замок, но уже в другом виде. Они были мертвы и плотным кольцом лежали друг на друге.

Я с облегчением выдохнул. Все закончилось. Понадобилось много лет и даже две жизни, чтобы прикончить врага, который с легкостью забирал чужие жизни.

В это время Фаник деловито прохаживался по замку, суя свой любопытный нос во все углы и закутки.

— Как ты здесь оказался? — спросил я, потому что только сейчас вспомнил, что не брал его с собой, а оставлял с Дашей.

Зверек проигнорировал мой вопрос и попытался допрыгнуть до выемки, в которой лежал очередной черный камень.

Я не хотел здесь больше оставаться, поэтому посадил Фаника на плечо и вышел на улицу через переднюю дверь. На крыльце лежала целая куча мертвых живородов, которые наверняка уже готовились к тому, чтобы зайти внутрь.

Мне хотелось поскорее убраться из деревни ненавистных мне существ, при виде которых становилось дурно, поэтому я просто поднялся в воздух, хотя еще чувствовал слабость, и полетел над горами.

Теперь мне не надо было бояться, что живороды увидят раньше времени и примут меры, поэтому я решил пролететь подальше от тропы, которая проходила возле колонии пауков. Мне стало любопытно, как живороды соседствовали с пауками, ведь их тропа проходила как раз у входа в жилище восьминогих монстров?

Скорее всего, они просто бы уничтожили всех пауков, если бы те им сильно досаждали. Значит, либо они старались друг друга не трогать. Либо живороды просто питались пауками и были заинтересованы в том, чтобы те жили поблизости, и не надо было далеко уходить за добычей.

Вдалеке показалась стая летающих монстров, но я на них не обратил внимания. Теперь, когда мой главный враг мертв, все остальные кажутся каким-то недоразумением и неприятностью. Конечно, они могли причинить много беспокойства, но я знал, что отобьюсь, поэтому продолжал лететь и даже не думал спускаться.

Вскоре показался лес, а за ним зеленела равнина. Фаник крепко держался за мои волосы и изредка несильно щипал лицо. Соскучился, наверное.

Мы без происшествий пролетели через лес. Однако на равнине было какое-то оживление. Когда подлетел поближе, то увидел, что какой-то монстр попал в ту же ловушку, что и я несколько дней назад, и вокруг него уже собралась целая свора, которая наверняка желала не помочь своему сородичу, а ждала, когда можно будет им перекусить.

Чтобы не возвращаться с пустыми руками, я решил расправиться с монстрами и вытащить из них хотя бы сплоты. Сформировав арбалет, я принялся отстреливать. Сначала они ничего не понимали, только удивленно отпрыгивали от умирающих рядом с ними сородичей, чуть позже все же ринулись в разные стороны, спасаясь бегством.

Когда возле ловушки не осталось живых монстров, я спустился на землю и принялся вытаскивать сплоты, которые явно принадлежали Разлому высшего уровня. Пока занимался делом, Фаник спрыгнул с плеча и скрылся в траве.

Тут мне пришло в голову, что пока я отдыхаю, призрачные воины могут поохотиться и добыть еще сплотов. Покричав Фаника, который так и не явился обратно, вытащил артефакт, сформировал копии и отправил их в разные стороны, приказав добыть сплоты.

Когда призрачные воины, переливающиеся перламутром на солнце, разошлись по равнине, я поднялся на возвышенность и опустился у выхода из Разлома. В пространственном кольце нашел пачку галет, нарезку вяленого мяса и горсть орехов. Пока ел сухие галеты с мясом, вернулся Фаник и очень обрадовался, увидев орехи. Сразу закинув в рот три ореха, принялся усиленно их жевать мурлыкая.

— Интересно, как ты сюда попал? — проговорил я и погладил его по голове.

Фаник, конечно же, ничего не ответил и продолжил запихивать в рот орехи. Видимо, сильно проголодался.

Между тем начало вечереть, а я здесь на ночь больше не хотел оставаться, поэтому мысленно велел воинам вернуться. Друг за другом все двадцать две копии вернулись и отдали сплоты, которые успели добыть. Их было столько, что я заполнил два контейнера. Все-таки эти воины просто прирождены зачищать Разломы. А что, неплохая идея создать гильдию под названием «Призрачный страж» и вместе с копиями заниматься зачистками. Тогда и делиться ни с кем не придется.

Переодевшись в зимнюю одежду, посадил Фаника за пазуху и вышел на Землю. Дыхание перехватило от морозного воздуха, а глаза заслезились от яркого солнца, которое отражалось от снега.

— Костя! Живой! — услышал я голос Ефима Прохоровича и повернулся к двери решетки.

Оказывается, все решетки были раздвинуты, а машины охранников стояли почти у самого входа в Разлом.

— Вы что здесь делаете? Фон! Фон же сильный, — возмутился я, прежде чем преподаватель налетел на меня и крепко сжал в объятиях.

Следом за ним подошел Владимир Борисович, который обнял нас обоих.

— Как же я рад, что ты жив, — Ефим Прохорович совсем расчувствовался и вытер слезы, набежавшие в уголках глаз.

— Вы почему здесь? Вам нельзя так близко находиться к Разлому, — не унимался я и попытался увести их от опасного места.

— Фона нет, Костя. Вчера пропал, — объяснил он мне. — Но мы все равно опасались заходить, но если бы ты сегодня не вышел, то мы с Владимиром Борисовичем уже договорились, что завтра сами зайдем за тобой. А теперь рассказывай, что там было?

— Может, есть горячий чай? — спросил я.

— Конечно, есть! Для тебя, что угодно достанем, — заверил бывший ректор и повел меня к одной из машин.

Охранники подвезли нас до своей сторожки, где сразу же вскипятили чай и подогрели мясной суп. Пока ел, рассказал им все, что было в Разломе. Кроме Фаника, конечно же. Они качали головами, испугано вздыхали, с облегчением выдыхали, задавали уточняющие вопросы, а под конец и вовсе застыли с раскрытыми ртами.

— Дела-а, — протянул Владимир Борисович. — Получается, что фон пропал, как только ты убил этого Арласа. Это все его влияние. Ну и силен, гад.

— И Федю, получается, он убил, — печально вздохнув, добавил Ефим Прохорович.

— Как и остальных охотников. Вчера только узнал, что уже более двадцати охотников умерли подобным образом в Разломах. Страшно подумать, что было бы, если бы эти живороды вместе с их предводителем пробрались на Землю. Как же хорошо, что ты у нас есть, — бывший ректор с улыбкой похлопал меня по плечу.

— На каждое зло, найдется свое добро, — вставил пожилой охранник, все это время сидевший у печки-буржуйки и внимательно слушающий мой рассказ.

Чуть позже мы вернулись в город. Охотники из гильдии «Освободителей» не разъехались по домам, а ожидали нашего возвращения, поэтому вечером мы снова все вместе завалились в ресторан, где хорошенько отметили мою победу.

Владимир Борисович выяснил, что негативный фон пропал также и во всех остальных Разломах, что не могло не радовать. Ведь теперь можно было находиться в Разломе неограниченное количество времени.

После того, как вернулся в свой номер, включил телефон и позвонил деду.

— Здравствуй, дед, — устало произнес я, едва услышал его голос.

— Костя! Ну наконец-то. Мы тут все переживаем, ждем новостей. Ты здоров?

— Да, все хорошо.

— Вот и отлично. Возвращайся домой, мы тебя очень ждем… Ой, подожди, здесь что-то Дашенька хочет сказать.

Я услышал какую-то возню, а затем заплаканный голос сестренки.

— Костик, Фаник пропал. Я уже все обыскала, нигде его нет. На улице вчера весь вечер с Марией Ильиничной его кричали, но он так и не вернулся. Что же мне делать? Я с ним хорошо обращалась, честно-честно. Поэтому даже не знаю, почему он сбежал, — она захлюпала носом.

— Не переживай, он… — и тут я понял, что сам его не видел с тех пор, как сел в машину охранников. Как же ему удается так внезапно исчезать? — Он обязательно вернется.

— Надеюсь, а то я по нему уже скучаю.

Я попрощался с ними и набрал номер Марии Ильиничны — Маши.

— Даша только что прибежала и сказал, что ты звонил Афанасию Петровичу. Наконец-то объявился, а я уже начала переживать, — призналась она. — Несколько дней от тебя не было вестей.

— Все хорошо. Завтра возвращаемся домой.

— Я рада. И очень соскучилась, — еле слышно сказала она.

— И я.

На следующее утро мы сели на дирижабль и полетели в Москву. Владимир Борисович постоянно кому-то звонил, что-то узнавал и снабжал нас информацией.

Как оказалось, ученые из независимой лаборатории создали яд, убивающий монстров почти всех видов. Уже прошли успешные испытания в двух Разломах. Яд действует только пять минут, но за это время проникает во все щели, дыры, норы и убивает тварей. Через некоторое время в Разлом заходят охотники и просто выносят всю добычу.

— Это что же получается, теперь не надо убивать монстров, а просто зашел, собрал сплоты, как грибы, и вышел обратно? — удивился Кирилл.

— Так и есть. К тому же после того, как негативный фон пропал, теперь можешь хоть полдня не спеша разделывать туши, фасовать внутренности и искать драгоценные камни, — проговорил довольным голосом Владимир Борисович.

— Красота! Не охота, а сказка.

Все рассмеялись.

— Меня только интересует, как независимая лаборатория смогла создать яд? На ком они его испытывали, если живых существ нельзя выносить из Разлома? — задумчиво проговорил Ефим Прохорович.

Никто не смог ему ответить, и я тоже промолчал. По всей видимости, именно они были заказчиками скупщика Михаила, которому я поставлял яйца.

* * *

Прошла неделя с моего возвращения домой, как во входную дверь кто-то начал скрестись. Мы сидели на кухне и обедали.

— Собака заблудилась, что ли? — предположил дед.

— Нет, это не собака, — усмехнулся я и повернулся к Даше. — Открой дверь.

Девочка с подозрением посмотрела на меня, но послушалась и, стуча пятками, побежала к двери.

— Фаник! Это Фаник! — раздался из прихожей радостный крик.

Мы с Машей с улыбкой переглянулись. Дед же чуть не опрокинул на себя тарелку горячего супа, так как в последнее время чувствовал себя еще хуже и уже с трудом держал ложку, но отказывался от услуг сиделки.

— Нужно ехать, пока не поздно, — решительно сказал я.

— Куда ехать-то? Мне уже никто не поможет, — покачал он головой.

— Семен Семенович поможет. Сегодня же собираем вещи, а завтра выезжаем.

Дед не стал противиться, а лишь пожал плечами и тихо проговорил:

— Если умру в дороге, то не оставляй меня на чужой земле. Обязательно похорони рядом с бабушкой и отцом.

Я не стал на это ничего отвечать, а подумал о том, что лишь бы только успеть добраться до Разлома.

Предупредить Семена Семеновича о том, что привезу деда, я не мог. Поэтому не знал, как он воспримет это, но надеялся на понимание.

Сразу после обеда проехался по магазинам и купил все, что может понадобиться деду в Разломе, включая еду и лекарства. Затем приобрел билеты и заехал в академию, чтобы отпроситься у Ефима Прохоровича на несколько дней. Он снова приступил к работе, так как преподавателей не хватало и призрачной магии студентов никто не обучал.

— Нет, ты никуда не поедешь, — мотнул головой преподаватель.

Я уставился на него, не понимая, шутит он или нет. Однако Ефим Прохорович оставался серьезным.

— Мне нужно отвезти больного деда, — еще раз повторил я, думая, что он не расслышал. — Он один не сможет добраться до места, поэтому я поеду с ним… Даже если вы против.

Последнюю фразу я проговорил с металлическими нотками в голосе. Преподаватель внимательно посмотрел на меня и кивнул.

— Хорошо, но сначала ты отпросишься у Владимира Борисовича.

— Отлично! Уж он-то не станет вставать у меня на пути, — сухо сказал я.

Вдвоем мы вышли из кабинета и молча направились к кабинету ректора, которого тоже уговорили вернуться на прежнее место работы, ведь Отшельник в теле Ростислава Богдановича просто ушел, и никто не знал, где он сейчас.

Ефим Прохорович постучал в дверь кабинета.

— Входите! — послышался зычный голос ректора.

— Добрый день, Владимир Борисович. Вот Константин отпрашивается. Хочет завтра уехать по делам на несколько дней, — сказал преподаватель и кивнул на меня.

Ректор оторвался от бумаг, удивленно посмотрел на меня и проговорил:

— Как это уехать? Нет, никуда не поедет.

Я недоуменно посмотрел на него, затем перевел взгляд на Ефима Прохоровича и вспылил:

— Вы что, сговорились⁈ Еще как поеду!

— Но ведь послезавтра мы все приглашены на прием к императору, — попытался объяснить ректор, но я уже вышел из себя.

— Плевать мне на этот прием и императора! Дед для меня в сотни раз важнее и дороже, чем все ваши приемы, вместе взятые.

Я развернулся и хотел выйти, но преподаватель схватил меня за руку.

— Костя, погоди. Просто не хотели тебе раньше говорить, но тебя будут награждать, и прием состоится в честь тебя. Ты там главный гость. После императора, конечно же.

— Как это? Зачем? — не понял я.

— Потому как заслужил, — ректор встал, подошел ко мне и положил руку на плечо. — Ты не только убил очень опасное существо, но и благодаря тебе больше не появился ни один Разлом. Теперь уже все убеждены, что это происходило под влиянием той силы, которой обладал Алрас. Помнишь, ты говорил про камни?

— Да. Это черные камни повсюду.

— Как выяснилось, они радиоактивны, и под их влиянием могут происходить искажения пространства, из-за чего возникали Разломы. По крайней мере, это теорию выдвинули вчера ученые из Ведомства. Император хочет наградить тебя орденом за заслуги перед Империей и дарует какие-то ценные подарки. Не знаю точно какие, но думаю, тебе понравится.

— Нет, я все равно не могу остаться. Деду с каждым днем все хуже. Лечебные артефакты уже не приносят облегчения. Я боюсь, что если промедлю, то могу не успеть, — признался я. — Тогда я этого себе не прощу.

Ректор задумчиво уставился в окно и, поразмыслив немного, кивнул:

— Хорошо. Я объясню ситуацию, и, уверен, они пойдут тебе навстречу.

Мы обменялись рукопожатиями, и я вышел из кабинета.

* * *

Я стоял у выхода из Разлома и ждал возвращения призрачных воинов. Яд, который изобрели в лаборатории, отлично справлялся со своей задачей, однако больших и сильных монстров он не убивал, а всего лишь делал слабее, поэтому приходилось добивать вручную. Однако мне все реже приходилось делать это самому.

Я отвез деда в Разлом к Семену Семеновичу. Он очень обрадовался, увидев нас, и охотно согласился приютить деда. Они быстро поладили, поэтому я со спокойной душой оставил деда с ним и вернулся в Москву.

Сразу по приезде меня пригласили во дворец в Петербурге, где император лично вручал мне орден, про который говорил Владимир Борисович. Также в награду мне дали чек на сто тысяч рублей и право на пожизненное использование любых трех Разломов, какие сам выберу. Я, конечно же, выбрал самые «жирные» из тех, в которых бывал.

Вернувшись домой, основал гильдию «Призрачный страж», в которой был единственным членом и лидером в одном лице. Воины без труда справлялись с зачисткой, поэтому зачастую я просто стоял у входа и ждал их возвращения. Впрочем, как и сейчас.

Вскоре друг за другом потянулись воины с контейнерами в руках. Когда вернулись все двадцать два стража, я положил контейнеры в пространственное кольцо, убрал воинов и вышел из Разлома.

Сегодня вечером у меня запланировано очень волнительное мероприятие, о котором думал уже не один день.

Попрощавшись с охранниками, дежурившими у Разлома, сел в машину и вытащил из кармана красную бархатную коробочку. Большой бриллиант на кольце заиграл разными цветами, как только открыл коробку. За ужином я намеревался сделать Марии Ильиничне предложение. И уверен на сто процентов, что она согласится.

Content

Призрачный страж 3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22