Гений лаборатории

Глава 1

— ЧП в зверинце! — заорал Кун, ввалившись в дверь лаборатории. — Мутант на Мину набросился!

Все переполошились, вскочили с мест и принялись переглядываться, не зная, что делать. Чёртовы ботаники!

— Беги за охраной! — на ходу бросил я и ринулся в зверинец.

Надеюсь, девушка ещё жива…

За два дня до этого

Я внимательно следил за тем, как ослепительно-белый луч вырвался из прибора и пронзил пробирку с раствором, отчего жидкость окрасилась радужными бликами. Даже сквозь тёмные очки было больно смотреть, но я не спускал взгляда. Прямо сейчас на моих глазах происходила настоящая магия.

— Тэджун, ну ты идёшь? Весь обед здесь проторчим, — недовольно протянул Кун.

— Погоди. Я кое-что исправил, и теперь должно получиться так, как я задумал, — ответил я, снял очки и закупорил пробирку.

— Ты уже третий раз исправляешь. Оставь как есть. И так сойдёт, — ему явно не терпелось опохмелиться после вчерашнего корпоратива.

Я не обратил внимания на его нытьё. Уж если я чем-то занялся, то сделаю хорошо. Пусть даже потрачу на это кучу времени и сил. Сказывается прошлая жизнь, когда я был академиком и даже основал свой научный институт. А потом… потом попал в это тело.

Кун ещё помялся у двери, затем махнул рукой и вышел из лаборатории. Пусть идёт, ведь на этом я не собирался останавливаться, и всё самое интересное впереди. Ведь каждый раз я с замиранием сердца следил за тем, что получилось в результате моих манипуляций.

Убедившись в том, что пробирка хорошо закрыта, опустил его в специальный контейнер, из которого она по трубам рванула в противоположную часть лаборатории. Туда, где находились животные, привезенные для мутации.

Чтобы сотрудники меньше тратили времени на перемещение по огромной территории лаборатории, во всех коридорах были установлены траволаторы — движущиеся дорожки с перилами, которые обычно стоят в аэропортах.

Я вышел в коридор, встал на траволатор, схватился за поручень и нажал кнопку ускорения. Дорожка разогналась с такой скоростью, что даже ветер засвистел в ушах. Ну прям, как настоящий аттракцион. В первые дни попадания в это тело, я то и дело катался на этой чудо-дорожке. А что такого? В моей юности такого не было.

Добравшись до отдела, который мы между собой называли зверинцем, поправил густую шевелюру и, приняв серьёзный вид, зашёл внутрь. Вокруг сновали лаборанты и ветеринары, которые проверяли самочувствие живых существ после введения раствора.

Пробирка с моей подписью уже покоилась в одном из контейнеров.

— Инженер Тэджун, ваш экземпляр готов. Она поела, поспала, бодра и весела. А ещё я ее только полчаса назад постригла, — отрапортовала ветеринар Мина.

Ей было лет двадцать пять. Белокожая блондинка с кукольным личиком. Она мне нравилась, но не только внешне, а ещё и по тому, как относилась к работе: ответственная, расторопная, схватывает на лету и вообще — большая молодец.

— Спасибо, Мина. Надеюсь, на этот раз получится.

— У вас каждый раз получается, — возразила она.

— Да, но не так, как я запланировал. Всегда есть к чему стремиться, — подмигнул я.

Набрав облучённую жидкость из пробирки в шприц, подошёл к клетке с овцой породы меринос. Заказчик хотел, чтобы шерсть росла гораздо быстрее и можно было стричь не один раз в год, а как минимум четыре. Этого эффекта я добился уже с первого укола, но решил ещё улучшить результат — пусть стригут хоть каждый месяц.

— Мне её подержать? — предложила Мина и открыла клетку.

— Нет, не надо. Иголка такая тонкая, что овца ничего не почувствует, — заверил я, наклонился и аккуратно ввёл овце раствор.

Животное даже не дёрнулось.

— Сколько ждать?

— Завтра утром проверим. Пока просто наблюдай за ней и не забывай постоянно доливать воду в поильник. Во время мутации они много пьют.

— Конечно. Можете на меня положиться, — кивнула она.

Я взглянул на часы. Осталось полчаса от обеда. Мне вполне хватит. Благо автоматы с готовой едой стоят на каждом шагу.

Вышел на улицу и хотел с наслаждением вдохнуть ароматный летний воздух, но вместо этого невольно поморщился и продолжительно выдохнул. Выхлопные газы. Никуда от них не деться в большом городе. Особенно в столице.

— Тэджун, иди к нам! — крикнул Кун и махнул рукой.

Он и ещё несколько работников корпорации сидели на скамейке у пруда и попивали слабоалкогольный напиток.

Я купил в ближайшем автомате упаковку запеченного мяса, бутерброд с рыбой и бутылку холодного чая и двинулся к ним.

— Чтоб я ещё хоть раз пошёл с начальником в бар. Он же сам не пьёт, а только подливает, гад. Теперь голова трещит. Даже таблетка не помогла, — пожаловался Кун, намочил руку прохладной водой из пруда и приложил ко лбу.

— Ещё как пойдёшь, — проговорил я с полным ртом. — Иначе он тебя не простит. Мне даже кажется, что он ради тебя и затевает все эти посиделки.

— Почему это? — возмутился он.

— Потому что, когда ты байки травишь, он под столом лежит от смеха. Отличная разрядка. Ему с язвой пить нельзя, а так хоть поржёт и стресс снимет.

— В таком случае пусть мне платит, — буркнул он. — Эти хохмачи-стендаперы немерено денег зарабатывают, а я бесплатно его должен развлекать?

Мы посмеялись, но каждый из нас понимал, что Кун первым побежит, когда начальник предложит сходить посидеть в какой-нибудь бар. Во-первых, он любил выпить. А, во-вторых… ну кто ж отказывает начальству?

Меня вчера не было с ними, так как поступил срочный заказ на пчёл, которые должны производить больше мёда. В нашей лаборатории мы такое делали, и не раз, поэтому я справился буквально за полчаса, но не стал к ним присоединяться, а пешком пошёл домой, любуясь ночным городом.

— Возвращаемся, а то начальник снова будет угрожать, что лишит премии за опоздание, — стокилограммовый лаборант Пак Ю с трудом поднялся и, переваливаясь, двинулся к зданию корпорации, на котором висела позолоченная табличка с названием «Корпорация Биотех».

Мы последовали за ним и, пройдя через пост охраны, двинулись к лифтам. Наш отдел находился на втором этаже, а лаборатория под зданием на минус втором этаже.

Мне нужно было заполнить кое-какие отчёты, поэтому поднялся вместе со всеми. Как только зашёл в отдел, встретился с лисьим взглядом Ким Хани. Она так же, как и я, работала биоинженерном, но была настолько глупа, что не могла даже спрогнозировать малейшее изменение, поэтому постоянно бегала ко мне. Наверняка кто-то из руководства её сюда просунул.

— Тэджун, ты посмотрел мою работу? — протянула она, подошла и присела на край моего письменного стола. В вырезе её юбки соблазнительно оголилось бедро в чулках.

— Нет, — я включил компьютер и уставился в монитор, на котором всплыло окошко с требованием ввести пароль.

— Как это «нет»? Мне её вечером сдавать!

Я с трудом сдержался, чтобы не наговорить лишнего. Прошлый Тэджун так и норовил всем понравиться и выполнял все просьбы. Особенно этим пользовалась Ким Хани. Нет, она была очень даже ничего: высокая, стройная красотка с роскошной гривой светло-русых волос. Вполне в моём вкусе, но вот характер. Бр-р-р. Ну уж нет.

Не обращая внимания на её возмущения, набрал код доступа и включил программу, с помощью которой и высчитывались все показатели. И что в этом сложного? За тебя думает программа, и нужно всего лишь правильно ввести данные и ожидаемый результат.

Ким Хани повздыхала, но, видя, что я не обращаю на неё внимания, сменила тактику:

— Ну-у-у, Тэджун. Ты же знаешь, я в этом плохо разбираюсь. Помоги мне, пожалуйста, — её рука скользнула по моему плечу.

Вот ведь настырная. Можно, конечно, отказать, но она же будет целый день таскаться следом и канючить.

— Хорошо, но это в последний раз, — строго сказал я и поправил очки на носу.

— Конечно-конечно. Обещаю. Сейчас отправлю тебе на почту, — она улыбнулась и поцокала на каблучках к своему столу.

Через полминуты на почту пришло письмо с документами. Мне хватило пяти минут, чтобы найти две серьёзные ошибки. Исправив, вернул документ обратно.

В благодарность Ким Хани отправила мне воздушный поцелуй. Ну лиса.

Когда я углубился в работу, не обращая внимания на то, что творится вокруг, мне на плечо опустилась тяжёлая рука Хён Бина.

— Тэ-э-эджун, всё работаешь?

Я хотел встряхнуть его руку, но он сжал сильнее и навалился всей массой. Был бы я в своём прошлом теле, не задумываясь бы скрутил его, развернул и пинком под зад выпроводил из отдела, но худощавое тело Тэджуна было на это не способно.

— Да, работаю. Что ты хотел? — я снял очки и твёрдо посмотрел на него.

— Пойдёшь с нами в бар в пятницу после работы? Пришла твоя очередь платить за выпивку, — он криво улыбнулся.

— Пока не знаю, — дёрнул я плечом, но Хён Бин даже не думал убирать руку.

— А когда ты будешь знать?

В это время в отдел зашёл начальник. Хён Бин был его племянником, но всё же не хотел при дяде устраивать разборки, поэтому шепнув мне «поговорим позже», направился к своему столу.

— Итак, нам поступили два заказа. Один — на корову молочной породы. Второй — на сторожевого пса, — объявил он, глядя в планшет. — Кто кого возьмёт?

— Я — корову! — поднял руку Хён Бин.

Оно и понятно. Чуть ли не каждую неделю к нам обращался кто-нибудь из фермеров, чтобы мы подняли удой. Все алгоритмы уже давно известны. Работы на десять минут. Особенно если поручить вколоть раствор лаборанту и оставить ветеринара наблюдать за животным, а не заниматься этим самому.

— Пса кто возьмёт? — начальник посмотрел сначала на Ким Хани, которая почти сползла под стол, чтобы стать менее заметной. Затем перевёл взгляд на меня.

Вообще, в нашем отделе было три биоинженера: я, Ким Хани и Хён Бин. И два лаборанта: Кун и Пак Ю. Лаборанты подчинялись инженерам и выполняли лишь несложные поручения.

— Начальник Чжи, я возьму, — с готовностью кивнул я.

За сторожевыми псами к нам тоже часто обращались, поэтому Ким Хани сама бы вполне справилась, но работать она не любила. Только зарплату получать.

— Хорошо. Животных уже привезли. Займитесь разработками, — кивнул он, о чём-то задумался, почёсывая седой затылок, и неспешно направился к своему кабинету, который находился в углу отдела у окна.

Когда начальник скрылся за дверью, Хён Бин откинулся на спинку кресла и с довольным видом произнёс:

— Сегодня на арену пойду. Уже билеты купил. Говорят, из Пусана мощного бойца везут.

— Кого именно? — уточнил заинтересовавшийся Пак Ю.

— Бешеного Арчи. Гиену.

— О-о, на гиену бы и я сходил. А кого против него выставят? — Пак Ю подался вперёд, отчего под ним затрещало кресло, грозясь развалиться на части.

— Мастифа вроде. Но это не точно.

Все оживились, ведь сражения зверей на арене были очень популярным развлечением. Многие из наших заказчиков являлись как раз владельцами таких бойцов. На прошлой неделе я удлинял шипы петуху бойцовской породы и укреплял его клюв.

Меня бои тоже заинтересовали, но только с научной точки зрения. Я внимательно следил за сражением и мысленно делал пометки, как можно улучшить зверя или что ни в коем случае нельзя изменять.

— Вы работать собираетесь или только языками чесать? — послышался грозный голос начальника из-за приоткрытой двери его кабинета.

Все мигом замолчали, а Хён Бин переместился в корпоративный чат, призывая и других сотрудников корпорации присоединиться к сегодняшнему бою и делать ставки на Бешеного Арчи.

Сформировав необходимые алгоритмы, распечатал их и двинулся к лифту, который единственных из всех трех спускался в лабораторию. Вообще, в лаборатории царила абсолютная секретность. Даже для того, чтобы спуститься, мне нужно приложить палец к сканеру. Только после идентификации заработают остальные кнопки.

Когда закрылись двери, я повернулся и посмотрел на себя в зеркало. Худощавый, рост чуть выше среднего, с копной темных чуть вьющихся волос и большими очками с толстыми линзами. М-да, надо бы подкачаться, а в приниципе довольно неплохо. Молод и здоров — что ещё надо?

Лифт остановился, и двери бесшумно разъехались. Я подошёл к охраннику, который смотрел смешные видосы и весело похрюкивал, положил телефон в специальный ящик, так как любую аппаратуру нельзя проносить в лабораторию, и пошел дальше.

Осталась ещё одна железная дверь, которая открывалась лишь после сканирования сетчатки глаза. Неприятная процедура. Каждый раз велико желание зажмуриться, но приходилось, наоборот, вылупиться, чтобы сигнализация не заорала дурным голосом, а дверь любезно открылась.

Первым делом мне следовало взять биоматериал пса, поэтому я встал на траволатор и рванул в сторону зверинца.

Когда зашёл в зверинец, мне навстречу почти побежала Мина.

— Инженер Тэджун, шерсть уже пробилась. Пять миллиметров! — радостно выпалила она, указывая на клетку с овцой.

— Отлично! Значит, я всё правильно рассчитал, — кивнул я.

Это было ожидаемо, поэтому я совсем не удивился.

— Мне сказали, что к вам уже подвезли сторожевого пса. Где он? — я огляделся и увидел корову, размеренно жующую свою жвачку в небольшом загоне.

— Так вот же он, — ткнула она пальцем в небольшую клетку у моих ног.

Я наклонился и увидел питбуля, который радостно вилял хвостом, предано глядя мне в глаза.

— Это и есть сторожевой пёс? — удивился я.

— Да. Хозяин купил его щенком и хотел отправить сторожевым псом в свой загородный дом, но, как видите, Сувон вырос слишком дружелюбным, — улыбнулась она, открыла клетку и погладила пса, который тут же начал тереться о её ладонь.

— Значит, Сувон, — задумчиво проговорил я.

Ну что ж, добавлю чуть-чуть агрессии и бесстрашия. Увеличу отдел мозга, отвечающий за обучаемость, а также повлияю на голосовые связки. Будет лаять так, что грабители и близко не подойдут. Но здесь тоже должна быть мера, иначе соседи съедут или будут регулярно вызывать полицию.

Я срезал клочок шерсти и поднялся наверх, чтобы доработать и немного изменить прошлые алгоритмы. Только после этого вернулся в лабораторию и подошёл к прибору под названием Иннотех. Именно с помощью него мы облучали раствор с днк животного, подвергая его мутации.

Выставив все необходимые параметры, подписал пробирку, насыпал в неё шерсть питбуля и включил Иннотех. Послышалось жужжание механизмов и вентиляторов внутри гигантского прибора.

— Помощь нужна? — послышался сзади голос Куна.

— Нет. Сегодня не буду вводить, чтобы на ночь без присмотра пса не оставлять.

— Понял. Тогда давай я завтра с утра ему введу, пока ты будешь на планёрке? Начальник только что намекнул, что какой-то жирный заказ намечается. Ждём оплаты от заказчика.

— Хорошо, — дёрнул я плечом.

Жирный заказ — это хорошо. Надеюсь, достанется мне.

Когда раствор был готов, я положил пробирку в контейнер и отправил в зверинец. На пробирке моя подпись, поэтому не потеряется.

Забрав у охранника телефоны, мы с Куном поднялись в отдел. Рабочий день подходил к концу, поэтому все были на низком старте, чтобы рвануть по своим делам.

Как оказалось, Хён Бин все же подбил Пак Ю и Ким Хани пойти с ним на арену. Кун сомневался, ведь до зарплаты далеко.

— Тэджун, пойдем с нами. Когда еще к нам гиену привезут? Экзотика все-таки, — предложила Ким Хани, обводя губы помадой.

Притом делала это она так мастерски, что даже в зеркало не смотрелась.

— Да, Тэ-э-эджун, пошли с нами. Не все же тебе с петухами возиться. Может, со временем и к нам с подобным экземпляром обратятся, — хмыкнул Хён Бин. — К тому же ты в последнее время совсем от нас отбился. Игнорируешь. А это нехорошо. К добру не приведет.

Он покачал головой, сделав грустное лицо. Будто ему, действительно, жаль, что я с ними редко куда-то хожу. Ага, конечно! Так я и поверил.

Я уже хотел отказаться, но тут из кабинета выглянул начальник и, окинув нас взглядом, остановился на мне.

— Ли Тэджун, зайдите ко мне.

Я кивнул, зашел в каморку начальника и прикрыл за собой дверь. Интересно, зачем он меня позвал? Неужели хочет поручить тот жирный заказ, про который говорил Кун.

Чжи Ханыль не стал садиться за стол и мне не предложил сесть, а задумчиво помял подбородок и начал издалека:

— Тэджун, я хочу с вами поговорить не как начальник с подчиненным, а по-дружески, — осторожно начал он и выжидательно посмотрел на меня.

Я кивнул, но сразу стало понятно, что сейчас будет какая-то муть. С чего бы это начальнику говорить со мной по-дружески?

— Как вы себя чувствуете? В последнее время выглядите довольно… странно, — он окинул меня оценивающим взглядом с ног до головы.

Что он имеет в виду и к чему клонит? Пока ничего не понятно, поэтому снова кивнул, чтобы он продолжал.

— Дело в том, что я кое-что заметил…

Он снова сделал паузу, но я оставался невозмутим, хотя внутри уже начало бурлить. Какого хрена ему от меня надо и что он задумал⁈

— … коллеги вас не приняли. Вы как белая ворона. А от этого зависит психологическая обстановка в коллективе. Я не могу допустить, чтобы в моем отделе были какие-то конфликты, ссоры, обиды… Я забочусь о вас, Тэджун, и желаю добра. Если вы захотите уйти, то я пойму и напишу рекомендательное письмо, в котором опишу все ваши положительные качества. Вас непременно возьмут на работу в другом месте. Поверьте мне, — он говорил таким тоном, будто и в самом деле заботился обо мне.

Ага, так я и поверил! Хочет, чтобы я ушел по «собственному желанию», так как уволить не за что. Я исправно работаю и постоянно перерабатываю в отличие от некоторых. Уж не потому ли его племянник Хён Бин постоянно к Тэджуну цеплялся? Пытаются спихнуть с хорошего места и поставить кого-то из «своих»? Не получится.

— Спасибо, начальник Чжи, за заботу. Но у меня все хорошо. Увольняться я не собираюсь.

Начальник раздражительно выдохнул, и в его взгляде промелькнуло что-то похожее, на ненависть. Или мне показалось?

— Ну ладно. Иди работай, — буркнул он и распахнул дверь.

Я вышел и увидел, как все уже собрались и направлялись к выходу. Хм, пожалуй, мне все же стоит почаще выбираться с ними, а не искать причины не ходить на их посиделки.

— Погодите, я с вами!

Глава 2

Мы добрались до здания арены «Гладиаторы Сеула». Это было гигантское современное сооружение, таких в мои прошлые годы еще не строили. Полукруглые стены собраны из зеркальных блоков, на которых транслировали различную рекламу. В том числе о том, что сегодня выступает Бешеный Арчи. Яростный оскал гиены сопровождался звуками, похожими на смех душевнобольного человека.

— Будете ставки делать? — спросил Хён Бин, когда мы перешли дорогу и остановились в конце длинной очереди.

— Еще чего! — возмутился Кун. — И так денег не осталось. Еще неизвестно, кто победит.

Оказывается, в прошлый раз он за всех платил в баре, поэтому сейчас был на мели.

— Как это «неизвестно»? Арчи, конечно, — заявил Хён Бин.

— Откуда ты знаешь? Видел его в бою? — недоверчиво покосился на него Пак Ю.

— Нет, не видел. Но у меня есть связи. Те люди разбираются в боях и знают, кто чего стоит. Не хотите — не надо. А вот я поставлю и выиграю, — уверенно сказал он и сложил руки на груди.

Ким Хани, которая до этого стояла неподалеку и с кем-то разговаривала по телефону, подошла и сказал:

— Пожалуй, я поставлю. Десять тысяч вон, не больше. А ты Тэджун?

— Нет, я сначала посмотрю, что это за боец, — мотнул головой.

Я не хотел ставить на «кота в мешке», тем более никогда не доверял Хён Бину.

— Правильно. Лучше дай мне в долг. А то, боюсь, даже на оплату съемного жилья не хватит, — печально вздохнул Кун.

— Дам-дам, не волнуйся, дружище, — я похлопал его по плечу.

Денег для друга не жалко. Тем более Тэджун ему и раньше одалживал и тот всегда возвращал точно в срок.

Вскоре мы добрались до кассы и, купив билеты, направились искать свои места. Хён Бин, Ким Хани и Пак Ю пошли делать ставки.

— О, шикарно, — изумленно выдавил Кун. — Я здесь еще не был.

Удобные сиденья располагались амфитеатром, над головой висели экраны, транслирующие бой в реальном времени. Площадка для сражений огорожена прозрачным пластиковым куполом, который не позволял бойцам добраться до зрителей. Хромированные перила блестели от тысяч софитов, светящих с разных сторон.

— Эту арену всего два месяца назад открыли, — пояснил я, прибегнув к воспоминаниям Тэджуна, который приходил сюда на открытие.

— Да-а-а, не сравнить с той, что стоит у площади Кванхвамун, — кивнул Кун и двинулся по ряду к нашим местам.

Я пошел следом, и вскоре к нам присоединились остальные.

Зал был почти полон. Все люди оживленно обсуждали предстоящий бой.

— Так, а кто соперник этого Арчи? Почему ни где об этом ни слова? — возмутился Кун.

— Мастиф Сук. Ты голову подними и на экран посмотри, — усмехнулась Ким Хани.

Я тоже последовал ее совету и увидел изображение мастифа, над которым поработали в лаборатории. Вот это Сук! Даже через фотографию можно заметить мощную мускулатуру, неестественно увеличенную пасть и длинные, изогнутые когти, как у орла. Такой, пожалуй, может побороться с гиеной и не факт, что проиграет.

— Сук? Так он — чемпион! Зачем я на эту вшивую гиену поставил? — всплеснул руками Пак Ю. — Сук ее в два счета порвет.

— Остынь, — прервал его Хён Бин. — Если я сказал, что гиена победит. Значит, она победит. Ясно?

Пак Ю не осмелился больше возражать, но настроение у него испортилось. Я же снова поднял голову и на этот раз уже внимательно осмотрел гиену, фотографию которой показывали все пять экранов. С первого взгляда было непонятно, что именно ей изменили и были ли вообще хоть какие-нибудь изменения.

По правилам сражений все бойцы делились по категориям в зависимости от веса. Гиена и мастиф попадали в категорию «до ста килограмм». Чаще всего на наши арены попадали псы, волки и медведи. Экзотики было мало, именно поэтому сегодня арена забита под завязку зрителями, предвкушающими зрелищный бой.

Вдруг свет над зрителями приглушили и осветили только площадку в центре арены, где стоял мужчина в синем блестящем костюме и с микрофоном в руках.

— Дамы и господа, добрый вечер! — прокричал он и сделал паузу, в ожидании, когда пройдет первая волна оваций и зал смолкнет. — Добро пожаловать на арену «Гладиатор-р-ры Се-еула»! — очередной восторженный взрыв. — Сегодня нас посетили очень влиятельные и выдающиеся люди! Поприветствуйте их! — он кивнул на вип-ложу.

— Гляньте, там же наш вице-президент, — ткнул пальцем Кун в молодого темноволосого мужчину в белой футболке и джинсах. Он расслабленно сидел в высоком кресле и попивал коктейль через трубочку. Рядом примостилась полуголая девица, которая что-то нашептывала ему на ухо и гладила колено.

За весь месяц, что я был в этом теле, ни разу не видел никого из руководства Биотеха. Правда, из воспоминаний Тэджуна я знал, что он с ними несколько раз спускался на лифте и даже перекидывался парой фраз. Однако своими глазами вице-президента я видел впервые.

— А президент здесь есть? — заинтересовался я, рассматривая богачей в вип-ложе.

— Нет его, — мотнул головой Кун.

Тем временем ведущий продолжал.

— Пора начаться главному событию этого вечера. Итак, встречайте! Неподражаемый Сук и гость столицы — Бешеный Ар-р-рчи!

Ведущий развернулся и быстро покинул площадку под восторженные крики и рукоплескания зрителей.

Сразу после того, как он ушел, на противоположных сторонах площадки раздвинулись двери отсеков, выпуская бойцов. Сначала я увидел Сука. Он, в отличие от мастифов, с которыми я сталкивался, был гладкошерстным и его щеки не болтались на уровне колен, а были подтянутые. Под толстой кожей отчетливо виднелись бугры мышц, в точности как у перекаченного бодибилдера. Такого эффекта нельзя добиться естественным путем, только с помощью мутации.

Длинные, острые когти утопали в мягком полу площадки. Сзади на затылке мигал голубым огоньком небольшой черный прибор, с помощью которого владелец управлял своим бойцом.

Не спуская настороженного взгляда с противника, Сук прошел в центр площадки и замер. Бешеный Арчи все еще стоял у отсека и не переставая мотал головой осматриваясь. Теперь, когда я его видел вживую, то заметил кое-какие изменения. Во-первых, увеличенная передняя часть туловища. У гиен она и так довольно крупная, но зачем-то ее еще увеличили. Непонятно, чего они хотели этим добиться.

Во-вторых, у шкуры металлический отлив, будто покрыт позолотой. Наверняка таким образом ее укрепили.

Больше явных изменений не обнаружил. Возможно, они проявятся во время боя.

— Эта гиена ни на что не годится, — пробурчал Пак Ю. — Она даже на площадку выйти боится. Какой из нее боец? Эх, пропали мои денежки.

— Хватит ныть! Я сказал, что Арчи победит, значит, победит. Ясно? — зло процедил Хён Бин и смерил толстяка Пак Ю недобрым взглядом.

— Увидим, — Пак Ю сложил руки на груди и повернулся к бойцам.

Чуть приподнявшись, я заметил хозяев бойцов. Они стояли вплотную к прозрачному куполу с устройствами на головах, напоминающими наушники. Именно с их помощью мужчины связывались со своими питомцами и давали им команды. Очень удобная штука, но стоит баснословных денег.

Между тем гиена на полусогнутых двинулась в сторону мастифа. Тот же стоял совершенно спокойно, но не спускал настороженного взгляда.

Выпад. Гиена попыталась схватить острыми зубами пса за морду, но тот ловко отскочил в сторону, со всего размаху ударил когтистой лапой и попал по шее. Бойцы закружили по площадке, нанося друг другу удары.

Гиена — злобный зверь, выросший в саванне, в суровых условиях, где до сих пор властвуют законы джунглей: убей или будешь убит. Если Бешеному Арчи удастся схватить мастифа, то для пса это будет означать смерть. Однако и Сук — опытный боец, который, как сказал Пак Ю, прошел не меньше двух десятков сражений и всегда выходил победителем.

Я внимательно следил за боем и заметил, что дисбаланс передней и задней части туловища гиены лишь мешает мутанту. Резвый мастиф с легкостью перемещается по площадке в отличие от гиены, которая с трудом догоняет его и клацает зубами. Скорее всего, именно ради сильного захвата и вносились изменения в переднюю часть тела, но мне было очевидно, что все сделано неверно. Тот, кто сотворил это с животным — чертов халтурщик, который ничего не понимает в пропорциях и в правильном распределении массы тела.

Бой продолжался, зрители неистовствовали. Случались даже вспышки драки между болельщиками бойцов, которые местные охранники быстро приглушали.

Пак Ю, хоть и поставил на Арчи, болел за Сука и то и дело подпрыгивал на кресле, отчего сотрясался весь ряд.

Хён Бин раскраснелся и орал, как резанный, давая советы владельцу гиены:

— По морде! Пусть по морде ударит и в горло вцепится! По носу! Он чувствительный! По носу бей, Арчи!

Ким Хани в особо жестокие ситуации отворачивалась и спрашивала меня:

— Ну что? Кто выигрывает?

— Пока непонятно, — пожимал я плечами.

После очередного забега по площадке, когда гиена уже изрядно выдохлась, мастиф схватил ее за заднюю лапу, резко дернул и потащил. Гиена оглушительно заревела, упала набок и вместо того, чтобы пытаться вырваться из болезненного захвата, подтянулась и вцепилась Суку в загривок.

Пес успел лишь взвизгнуть, прежде чем мощные челюсти раздробили ему шейные позвонки.

Наступила звенящая тишина, которая вскоре разорвалась аплодисментами и поздравлениями.

— Я же говорил! Я говорил, что он выиграет! — Хён Бин сорвался с места и ринулся вниз по лестнице к хозяину гиены.

— Денюжки, — счастливо улыбнулся Пак Ю, с кряхтеньем поднялся и двинулся к выходу.

— Надо было тоже на гиену ставить, — недовольно скривился Кун.

— У тебя денег нет, — осадил я его.

Ким Хани двинулась вслед за Пак Ю, а мы с Куном вышли на улицу. Солнце уже скрылось за домами, и на небе начали появляться звезды.

Мы дошли до метро и, попрощавшись, разъехались в разные стороны. От станции до дома двадцать минут ходьбы, и было бы неплохо иметь машину, а не ходить пешком. Но жизнь в столице стоила немало, поэтому о машине я мог лишь мечтать. Уж не знаю, откуда деньги Хён Бину, но он ездил на роскошном внедорожнике.

На первом этаже моего дома находился круглосуточный магазин, что было очень удобно. Хотя жители второго этажа постоянно возмущались из-за шумных молодежных компаний и грохота грузовых машин, которые привозили продукты. А я был рад, что не надо далеко ходить и достаточно спуститься на лифте и сделать десяток шагов.

Купив целый пакет еды, поднялся на лифте на свой шестой этаж и подошел к двери. Маленькая однокомнатная квартира с дешевым ремонтом все равно была лучше, чем жить с матерью. И я был благодарен Тэджуну за то, что он ее снял еще до моего переселения в его тело.

Пока жарил на ужин яичницу и крошил салат, вполуха слушал новости. Только когда включили репортаж о подпольной арене в Пусане, оторвался от своего занятия и встал напротив телевизора. Прямо под прицелом камер из подпольной арены, которая, кстати, находилась в подвале торгового центра, оперативники выводили мутантов и их владельцев.

— Вот уроды, — вырвалось у меня, когда показали настолько мутировавших зверей, по которым уже невозможно определить, кем они были ранее.

Также в репортаже говорилось о том, что к уголовной ответственности могут привлечь только организаторов. Остальных лишь оштрафуют за неуплату налогов.

Сразу вспомнился сегодняшний бой на арене. Гиену тоже подверг мутации не совсем умелый инженер, иначе он бы учел все параметры, и зверь не спотыкался бы постоянно. Пару раз Бешеный Арчи чуть не кувыркнулся, запутавшись в собственных лапах. Кто же подпускает таких горе-работников к такому сложному прибору, как Иннотех?

Поужинав, лег в кровать, заранее приготовив рядом на кресле еще одну подушку и чистую простыню. Со мной по ночам творилась какая-то ерунда.

Проворочавшись примерно час, сам не заметил, как уснул, и началось… Бросило в жар, будто лежу на горячих углях. Спросонья откинул одеяло, стянул футболку и вновь заснул. Мне приснилось, будто лежу на горячих камнях сочинского пляжа, и солнце насквозь прожигает меня белыми лучами.

С меня пот стекает градом, и даже сквозь дрему я почувствовал, что кровать уже вся мокрая. Усилием воля, заставил себя подняться и поменять постельное белье и подушку. На часах три часа ночи.

Едва заснул, как почувствовал холод. Вскоре меня затрясло так, что зубы застучали. Натянул одеяло на голову, но легче не стало. Пришлось надеть свитер и шерстяные носки, которые тоже лежали на стуле рядом с кроватью и ждали своего часа.

Кое-как заснул и проснулся за полчаса до будильника. Полез за термометром и померил температуру. Тридцать шесть и шесть. Впрочем, как и всегда. Тогда в чем дело? Что творится с этим телом?

Так проходила каждая ночь, но с утра я был свеж и бодр, будто и не было ночных приступов.

Время еще ранее, да и есть не хотелось, поэтому решил выйти на пробежку. Благо небольшой парк находился прямо за домом.

Найти в вещах Тэджуна спортивный костюм было той еще задачкой со звездочкой. Ну не любил этот парень физических упражнений, поэтому в его шкафу висели классические костюмы и рубашки всех оттенков синего.

Перевернув весь шкаф вверх дном, все же нашел зеленые спортивные штаны с белыми полосками по бокам. Ну что ж, вполне сойдут, хотя явно не в моем вкусе.

На мое счастье, нашлись и кеды, правда, изрядно поношенные.

Вышел на улицу и с удовольствием вдохнул прохладный влажный утренний воздух. Людей и машин почти не было, только оранжевый поливочник орошал дорогу.

Обошел дом и рванул к парку. Правда, хватило меня ненадолго. Уже через три километра выдохся настолько, что чуть не блевал. Весь раскраснелся и в голове зашумело. И этому парню двадцать пять⁈ Это ж надо так посадить свой организм!

Обратно я шел уже пешком и то постоянно останавливался, чтобы отдышаться. Хотел подняться пешком на свой этаж, но передумал. Мне еще весь день работать, так что силы понадобятся.

Позавтракав бутербродами и растворимым кофе, надел один из своих скучных серых костюмов и двинулся к метро.

С утра у нас всегда была планерка, которая лишь отнимала время. Я бы с большим удовольствием провел это время в зверинце. Кстати, надо проверить овцу. Интересно, насколько шерсть за ночь выросла?

Планерку проводили в зале совещаний, и на ней присутствовали все начальники отделов, а также мы — три инженера. Ким Хани, как всегда, с утра была недовольна и раздражительна, поэтому грубо оттолкнула руку Хён Бина, который хотел помочь отодвинуть ей стул.

— Обойдусь без твоей помощи, — буркнула она, плюхнулась на мягкий стул и уставилась в экран своего телефона.

Вскоре друг за другом подтянулись все, кто должен докладывать о делах и планах. Последними зашли исполнительный директор и главный бухгалтер. Целый час болтовни я провел в раздумьях. Меня эта ситуация с мокрыми простынями начала сильно напрягать. Пожалуй, надо сходить к врачу. Вдруг у меня какая-то смертельная болезнь, которую нужно срочно лечить, а я о ней ничего не знаю.

— Хочу напомнить, что мы сейчас участвуем в тендере и если выиграем, то будем обеспечены имперскими заказами до конца столетия. Поэтому так важно, чтобы все работники корпорации стали единой сплоченной командой, — сказал исполнительный директор Пак Джин.

Ему бы больше подошла фамилия Поросятин (был у меня в прошлой жизни товарищ с такой фамилией): обрюзгший, с большим мясистым носом, с глазами навыкате и вечно красным лицом.

— Идите, работайте, — махнул он рукой.

Ким Хани вмиг встрепенулась, хотя до этого уже начала клевать носом, и первая ломанулась к выходу.

— Ну что, Тэджун, подумал? — на мое плечо опустилась тяжела рука Хён Бина.

— О чем? — спокойно спросил я и остановился, пропуская остальных.

— О пятничном вечере, конечно же. Я же сказал, твоя очередь платить, — с нажимом сказал он и демонстративно взглянул на дорогие наручные часы.

И откуда ему столько денег? Зарплата у нас одинаковая. Неужели на ставках выигрывает?

— До пятницы еще два дня. Когда решу — оповещу, — сухо ответил я, но Хён Бин и не думал отставать и снова с силой сжал мое плечо.

Я держался как мог, стараясь не выдавать себя, но этот тип у меня уже в печенках сидит. Недолго думая, перехватил его запястье и заломил назад.

Хён Бин охнул и рухнул на колени, морщась от боли.

— Отпусти-и-и, — сипло протянул он, стараясь не привлекать к нам излишнего внимания.

— Если еще хоть раз дотронешься до меня, придется сломать тебе руку. Уяснил? — я говорил спокойным голосом, но мой взгляд не сулил ничего хорошего. Хён Бин понял, что я не шучу и быстро закивал.

— Уяснил.

Я отпустил его руку и неспешно двинулся к лифту, возле которого уже собралась толпа. Похоже, даже никто не заметил того, что произошло между нами.

Изначально в бар я не хотел идти, но вспомнив вчерашний разговор с начальником, который утверждал, что я не пришелся ко двору, решил сходить-таки в этот бар. Но скажу я об этом только в пятницу в конце рабочего дня. Вдруг они уже передумают и мне не придется тратиться на их выпивку.

Лаборант Пак Ю ждал нас в отделе, а Куна не было. Он еще вчера обещал вколоть питбулю раствор, поэтому уже спустился в лабораторию. Надев белые халаты, мы все вместе двинулись к лифту. Ким Хани настолько укоротила свой халат, отчего больше походила на медсестру из фильма для взрослых, поэтому все взгляды были направлены на нее.

Едва мы зашли в лабораторию, как в нее ввалился Кун и заорал:

— ЧП в зверинце! Мутант на Мину набросился!

Глава 3

— Вызывай охрану!

Я выбежал в коридор, встал на траволатор и включил полную скорость. Это было опасно, так как можно было просто не удержаться и вылететь, но сейчас я о себе не думал. Надо спасти Мину. Хотя даже непонятно, кто на нее набросился: овца, корова или добродушный питбуль. Вроде больше никого из зверья там не было.

Вскоре я уже был на месте и рванул дверь зверинца на себя. Несколько ветеринаров взобрались на клетки и испуганно взирали на Мину, которая отбивалась шваброй от питбуля, но… он сильно отличался от того пса, которого я видел вчера. Мне даже показалось, что это совершенно другой питбуль.

Оглянулся в поисках оружия, с помощью которого можно отогнать озверевшее животное, но не нашел ничего, кроме огнетушителя. Выдернув чеку, направил раструб на питбуля и нажал. Белый холодный пар окутал пса, тот оставил в покое швабру, которую пытался вырвать из рук испуганной девушки и попятился назад, продолжая грозно рычать.

— Мина, ружье с транквилизаторами в угловом шкафу! — прокричал я, наступая на питбуля, чтобы загнать его в щель между клетками.

Девушка метнулась к шкафу, вытащила ружье и зарядила шприцем.

— Инженер Тэджун, отойдите! Я выстрелю! — прокричала она и попыталась прицелиться, но ствол ходуном ходил.

— Дай мне! Не хватало еще, чтобы ты в меня попала.

Девушка приблизилась, чтобы отдать ружье, в это время пар уменьшился, и питбуль, чихнув, снова бросился на Мину, не обращая внимания на меня. Мне не оставалось ничего другого, кроме как пнуть пса. Он отлетел на пару метров, ударился о клетку с овцой и, вскочив на ноги, снова ринулся на девушку.

— На стол! Бегом! — крикнул я и выстрелил.

Шприц воткнулся в бок питбуля, но нужно было время, чтобы снотворное подействовало. Схватив швабру, которой до этого орудовала Мина, принялся отгонять пса от стола, на котором стояла девушка.

В это время в зверинец забежали Кун и охранник, который обычно сидел напротив лифта.

— Тэджун, отойди! Сейчас мы его прихлопнем!

Я обернулся и увидел, что охранник вытащил из кобуры табельное оружие и целится в пса.

— Вы с ума сошли⁈ Дубинку давай!

Дубинка не понадобилась, пес замолчал, обмяк и свалился на пол. Наступила тишина, в которой слышались только всхлипы Мины. Перепугалась бедняжка.

Я помог ей спуститься со стола и крепко обнял. Мина, которая до этого крепилась, дала волю чувствам и в голос заревела. Остальные ветеринары спустились с клеток и принялись ее утешать. Кто-то принес воды, кто-то салфеток.

— Что здесь происходит? — послышался сзади возмущенный голос начальника.

— Да вот, питбуль на Мину набросился, — кивнул Кун на мирно посапывающего пса.

— Как это набросился? Почему? — он подошел и склонился над псом. — А это что такое?

Он ручкой отодвинул щеку псу, и я увидел пробивающийся из челюсти второй ряд зубов. Откуда? Я такого с ним точно не делал.

— Кто занимался псом? — Чжи Ханыль поднялся и окинул нас злым взглядом из-под насупленных бровей.

— Я, — кивнул и отодвинул от себя успокоившуюся девушку. — Но что-то здесь не так. Я всего лишь…

— Разберемся, — прервал меня начальник и решительно зашагал к двери. — Ли Тэджун, за мной.

Я пошел следом, но тут вмешался Кун.

— Вообще-то, это я вводил раствор.

— А я ухаживала и наблюдала за Сувоном, — утерев слезы твердо произнесла Мина.

Начальник раздражительно выдохнул и махнул рукой.

— Тогда все трое за мной.

Мы поднялись в отдел и зашли в кабинет-каморку. Начальник грузно опустился в свое кресло, но нам сесть не предложил, поэтому мы остались стоять, как нашкодившие школьники перед директором школы.

— Итак, я слушаю. С чего все началось.

Я подробно рассказал обо всем, что делал и какие изменения вносил. Кун поведал о том, как радостно его встретил Сувон и без проблем дал себя уколоть. Мина доложила о самочувствии пса, о том, что он ел и как себя вел.

— Сон Кун, вы уверены, что взяли правильную пробирку? — начальник пристально посмотрел на лаборанта.

— Конечно. К тому же она там была единственная, — кивнул Кун.

— Ветеринар Чон, как получилось, что пес набросился на вас? — Чжи Ханыль повернулся к девушке.

— Он как-то странно захрипел. Я открыла клетку, чтобы осмотреть его, а он, как набросится, — у девушки на глазах снова выступили слезы.

— Кто-нибудь, кроме Эдуарда, подходил к псу?

— Нет. Я первая пришла и никуда не уходила из зверинца.

Угрюмый начальник обвел нас долгим взглядом и затем ткнул пальцем в Куна и Мину:

— Можете идти. А вы, инженер Ли, принесите мне алгоритмы, которые вы вводили. Хочу посмотреть.

Мы вышли из кабинета.

— Что-то здесь нечисто, — прошептал Кун, опасливо оглядываясь, чтобы никто не подслушал. — Второй комплект зубов просто так не вылезет. Кто-то поработал над твоей пробиркой.

— Кто? Мы же последние уходили. Может, какой-то сбой произошел? — предположил я и распечатал алгоритмы, которые разработал для Сувона.

Кун с Миной вернулись в лабораторию, а я зашел в кабинет начальник и отдал ему распечатки.

— Можете идти, — кивнул он и склонился над бумагами.

В отделе мне нечем заняться, поэтому спустился на минус второй этаж и зашел в зверинец. Питбуль уже лежал в клетке и до сих пор спал. Мина кормила свежей травой овцу-мериноса.

— Ну, как результат? — спросил я, хотя и так было видно, что овца, которая еще вчера была лысая, сегодня вся покрыта шерстью.

— Шесть сантиметров. Только что измерила, — ответила Мина. Она уже успокоилась, но глаза до сих пор были красные.

— Отлично! Думаю, заказчик будет доволен, — поднял я вверх большой палец.

— Еще бы! Столько шерсти — только успевай стричь, — с улыбкой кивнула она.

Я присел рядом с клеткой Сувона.

— Что же с тобой произошло?

— Возьми днк и сравни с первоначальным вариантом. Сразу разницу увидишь, — предложил Кун.

— Да, ты прав. Но шерсть не поможет. Нужна слюна.

Вытащил из шкафа пробирку, стерильную ватную палочку и открыл дверцу клетки.

— Будь осторожен, — Кун схватил швабру и встал рядом для подстраховки.

Мне не пришлось открывать пасть, так как она уже была приоткрыта и виднелся второй комплект острых зубов. Они значительно подросли с тех, пор, как их обнаружил начальник.

Аккуратно, чтобы не потревожить пса, взял материал и убрал в пробирку.

— Так-с, теперь осталось выяснить, что же с тобой случилось.

* * *

Как только дверь кабинета закрылась, Чжи Ханыль мельком просмотрел листы с алгоритмами, затем выбросил их в мусорку и набрал номер телефона секретаря исполнительного директора Пак Джина.

— Директор Пак на месте?

— Да, — послышался мелодичный женский голос.

— Спросите, примет ли он меня?

— Минутку…

Из трубки послышался шорох, приглушенные голоса, и вскоре девушка ответила:

— Да, начальник Чжи. Поднимайтесь.

Начальник поспешно вышел из кабинета и торопливо двинулся к двери.

— Самчон, что-то случилось? — встревожился Хён Бин, который до этого залипал в телефоне. В отделе больше никого не было. (Самчон — дядя, по-нашему).

— Самчон, — передразнил его начальник. — Когда уж вырастишь, болван.

— Так, что случилось-то? Помощь нужна?

— Обойдусь без сопливых.

Он вышел в коридор и подошел к лифту. Пока ждал, когда лифт спустится с девятого этажа, вспомнил, как на прошлой неделе вице-президент снова намекнул, что пора бы уходить на пенсию и «дать дорогу молодым». В принципе, Ханыль был не против дать им дорогу, но только одному конкретному молодому — своему племяннику. Он понимал, какое будущее ждет корпорацию, которая занимается мутациями, поэтому хотел иметь верного человека, с помощью которого можно будет пристраивать остальных племянников и даже внуков, а также проворачивать кое-какие делишки.

Однако на пути исполнения этого плана стоял очень умный и талантливый молодой человек — Ли Тэджун. Когда придет время назначать начальника, наверняка первым подумают на него. Именно поэтому Ханыль решил сделать все, чтобы убрать Тэджуна с пути своего племянника. А тут такой хороший повод подвернулся.

Единственный, с кем из руководства ладил начальник — это Пак Джин. Поэтому именно к нему он сейчас и направлялся.

— Могу зайти? — спросил Чжи Ханыль у секретаря, которая стучала длинными красными ногтями по клавиатуре.

— Зайдите. Директор Пак вас ждет.

Начальник причесал взлохмаченные волосы, осторожно постучал и заглянул в кабинет.

— Директор Пак, не отвлекаю? — заискивающе улыбнулся он.

— Нет-нет, заходи. Чего хотел?

Пак Джин шумно хлебал чай из толстостенной кружки. Его лицо еще сильнее раскраснелось, а по вискам стекали капли пота.

— У меня к вам конфиденциальный разговор, — вполголоса сказал начальник и плотно прикрыл за собой дверь.

— Слушаю, — заинтересовался директор.

Мужчина вплотную подошел к массивному деревянному столу и прошептал:

— Уволить кое-кого надо.

— Кого это?

— Инженера моего Ли Тэджуна.

— Зачем? Он же вроде на хорошем счету, — удивился исполнительный директор.

— Ничего примечательного в нем нет, — отмахнулся начальник и опустился на стул. — Инженер как инженер. Не то что Хён Бин. Вот он умница. Все делает быстро и качественно — нарадоваться на него не могу, — Чжи Ханыль решил не терять возможности похвалить племянника.

— Понял. А зачем увольнять Ли Тэджуна? Сам же говорил, что надо расширять штат. Если тендер выиграем, то нам понадобятся еще несколько инженеров и лаборантов. Деньги рекой потекут в корпорацию, — он расплылся в довольной улыбке.

— Обязательно понадобятся инженеры и лаборанты, но не такие, как этот Ли. Сегодня из-за него чуть девушка-ветеринар не погибла.

— Да ты что? А ну-ка, расскажи поподробнее, — оживился директор.

Ханыль в красках описал нападение на девушку и как ее еле отбили охранники. Его при этом не было, зато на фантазию никогда не жаловался и привнес от себя несколько жутких подробностей. Пак Джин качал головой и тяжело вздыхал.

— Ну, Слава Богу, что жива осталась. А Тэджун тут при чем?

— Так это же он псу раствор приготовил. Видать напутал что-то, поэтому у пса и перемкнуло в голове.

— М-да, дела-а… Только я тебе в этом помочь не смогу. К лаборатории отношения не имею. Иди к Хану, — махнул рукой директор Пак.

— К которому?

— К вице-президенту, конечно же. Президент еще из поездки не вернулся.

Чжи Ханыль замялся. Не хотелось ему привлекать к этому делу правящую семью.

— А, может, все-таки…

— Нет-нет, даже не проси, — прервал его директор. — Ты же сам знаешь, что семейство Хан распорядилось все вопросы лаборатории решать через них и никакой самодеятельности. Ладно бы ты задумал ветеринара уволить, но вот биоинженера — он покачал головой. — Я за такое по шапке получу.

— Никто же не узнает. Уволим по-тихому и все, — не отступал начальник

— Ханыль, ты знаешь, что я тебя уважаю, — Пак Джин посерьезнел. — Ты многое сделал для корпорации, стоял у самых истоков, но… — он сделал паузу и многозначительно посмотрел на замершего начальника. — Но против распоряжений Хана я не пойду. Понял?

Пожилой мужчина потупил глаза, встал и, поблагодарив за встречу и попросив прощения за отнятое время, попятился к двери.

— Жирный хряк, я тебе это еще припомню, — прошептал он, когда вышел за дверь и двинулся к лифту.

Когда зашел в кабинку, на мгновение замер, не зная, как поступить. Поразмыслив пару секунд, принял решение и нажал на кнопку. Двери лифта закрылись.

* * *

— Ну что? Что там? — возле меня крутился Кун, ожидая результата экспертизы.

— Да погоди ты, центрифуга еще даже не остановилась.

К нам подошла Ким Хани, которая без дела слонялась по лаборатории и не возвращалась в отдел, чтобы начальник не поручил ей какую-нибудь работу.

— Что вы вообще делаете?

— Хочу кое-что проверить, — отмахнулся я.

— Что именно? — не отставала она, заглядывая мне через плечо.

В это время центрифуга остановилась, и я переместил пробирку в специальный прибор-робот, который высветил на экране днк Сувона. Мне одного взгляда хватило, чтобы найти различия. К тому же я понял, что произошедшее с питбулем не моя ошибка.

Кун был опытным лаборантом и участвовал почти во всех моих экспериментах, поэтому тоже быстро нашел разницу в двух графиках.

— Ты этого не делал? — на всякий случай уточнил он.

— Нет.

— Тогда, что произошло?

— Пока не знаю. Впервые вижу такие серьезные отклонения от задуманного.

Ким Хани, которая все еще пыталась понять, что же происходит, не выдержала и выпалили:

— Если вы мне сейчас не скажете, что обнаружили, то я… то я… — она никак не могла придумать, чем же пригрозить.

— Успокойся. Мы всего лишь сравниваем днк питбуля до и после мутации, — отмахнулся я.

Ким Хани еще немного покрутилась, но потом потеряла интерес и принялась в очередной раз протирать столы и шкафы антибактериальными салфетками. Работа как раз для нее.

Весь день я провел в раздумьях. Энергия — ци-спирит, которая хранилась в кристаллах и с помощью которой Иннотех облучал раствор, не могла изменять днк по своему усмотрению. С помощью алгоритмов мы направляли ее воздействие на определенные зоны, которые хотели улучшить или изменить. Тогда, что же произошло? Как из добродушного пса питбуль превратился в агрессивного зверя с двумя рядами зубов? Жаль, что в лаборатории из-за повышенной секретности нет камер видеонаблюдения. Они бы здорово помогли выяснить причину.

После обеда явился владелец овцы-мериноса. Когда он узнал, что его годовой доход с шерсти увеличится в шесть раз, то был безмерно счастлив и заявил, что не будет ждать потомства этой овцы, а привезет все стадо для мутации. Это был несомненный плюс для корпорации, ведь облучение стоило больших денег.

Когда я поднялся в отдел, то меня сразу же вызвал начальник.

— Ли Тэджун, надо его утилизировать.

— Кого? — не понял я.

— Пса, конечно же. Поговорил с владельцем и тот отказался забирать его. Деньги за мутацию мы ему, конечно же, вернем и сверху за моральный вред добавим, но вот наша репутация, боюсь, может пострадать, — он смерил меня долгим неприязненным взглядом.

— Я к этому не имею никакого отношения, — сухо ответил я.

— С этим нам еще предстоит разобраться, — отмахнулся он. — Усыпите пса, и пусть кто-нибудь из лаборантов отвезет его на кремацию.

Он протянул мне лист с разрешением вывезти пса из лаборатории. Я забрал его, вышел из кабинета и направился к зверинцу. Пес уже пришел в себя и теперь лишь грозно рычал, не спуская с проходящих мимо людей ненавистного взгляда.

— Хочу успокоительное ему в еду накапать, — сказала Мина, с сочувствием глядя на питбуля. — Может, ему легче станет. Извелся уже весь.

— Не надо его кормить. Начальник велел усыпить и отвезти в крематорий.

— Что⁈ Нет, он в этом не виноват! Вы же сами видели, каким он был. Добрейший пес, — она схватила меня за руку и с надеждой спросила. — А как же владелец? Что он скажет?

— Владелец от него отказался.

Девушка всхлипнула и поспешила к выходу. Наверняка, чтобы коллеги снова не видели ее в слезах. Я понимал Мину. Сам не хотел убивать питбуля.

Опустившись на корточки у клетки, внимательно осмотрел изуродованного Сувона. Если его убить, то мы так и не поймем, что случилось. Однако начальник уже распорядился и все письменно оформил.

Тут мне в голову пришла одна идея, которая сначала показалась дикой, но чем больше обдумывал, тем больше она мне нравилась. Я решил действовать, пока в зверинце никого нет.

Друзья-читатели, не забудьте добавить книгу в библиотеку и поставить сердечко. Это поможет мне продвигать книгу и радовать вас продолжением истории. Приятного чтения!

Глава 4

Я подошел к угловому шкафу, достал ружье с транквилизатором и, недолго думая, выстрелил в пса сквозь решетку. Питбуль принялся яростно облаивать меня и грызть решетку, но его хватило ненадолго. Вскоре он покачнулся и свалился. Убрав шприц, я вышел к лифту, вытащил из ящика телефон и заказал машину.

Когда вернулся, Мина уже была в зверинце.

— Вы сами его усыпили? — упавшим голосом спросила она и тяжело вздохнула, глядя на неподвижного пса.

— Да. Не хотел, чтобы ты еще сильнее переживала. Сейчас подъедет машина, и я сам отвезу его в крематорий.

— Хорошо, — еле слышно ответила она и направилась к клетке с овцой, изредка бросая на пса сочувствующий взгляд.

Через десять минут пришел охранник и сказал, что грузовик подъехал и ожидает у черного выхода.

Грузовик принадлежал транспортной компании, с которой у корпорации договор, поэтому водителя совершенно не интересовало, куда я повезу клетку. Он помог погрузить ее в кузов и спросил, куда везти. Я назвал свой адрес.

* * *

— Самчон, ты меня звал? — Хён Бин зашел в кабинет, плюхнулся на мягкий стул и вопросительно уставился на начальника.

— Забудь это слово. На работе я для тебя, начальник Чжи, — недовольно поморщился мужчина. Хён Бин с детства был избалованным маменькиным сынком и до сих пор не научился вести себя, как полагается.

— Хорошо, начальник Чжи. Зачем звали? — закатил глаза Хён Бин.

— Что ты знаешь про Ли Тэджуна?

— Пф-ф-ф, лопух он, — усмехнулся Хён Бин, но потом задумался и добавил. — Правда, в последнее время изменился.

— Я тоже заметил, что изменился. Почему? Что произошло?

Хён Бин пожал плечами.

— Что-нибудь знаешь о личной жизни?

— Да какая у него личная жизнь, — усмехнулся племянник. — Кому он нужен? Знаю, что у него мать есть и все.

— Хм, — Ханыль задумался.

Он тоже заметил, что Тэджун стал жестче, прямо смотрит в глаза, не прогибается и не извиняется постоянно, как было раньше. Просто так люди не меняются. Что-то случилось в его жизни. Но что?

— Ладно, иди, — махнул рукой начальник, но потом вспомнил о задании, которое дал вчера. — Что там с коровой? Можно звонить владельцу, чтобы забрал?

— Нет, конечно. Мне еще дня два надо.

— Два дня⁈ Ты совсем оборзел? Даю полчаса! Если не успеешь, лишу месячной премии. Ясно? — Чжи Ханыль был возмущен до глубины души.

Неужели дело всей своей жизни он оставит на этого лентяя? Может, все-таки пусть лучше отдел возглавит инженер Ли?

Нет-нет, надо думать о будущем своей семьи. Вот уже и внучка через год закончит химико-биологический, и младший племянник возвращается из Англии и тоже захочет устроиться в престижную корпорацию. Везде нужны связи.

Он помял переносицу, отпил воды и вновь приступил к обдумыванию плана изгнания Тэджуна из отдела, только так он сможет спокойно уйти на пенсию. Подняться к вице-президенту он так и не осмелился.

* * *

Перед отъездом из лаборатории предупредил Куна, что поехал сопровождать пса в крематорий, и обратно не вернусь на работу, поэтому теперь сидел на полу квартиры и задумчиво смотрел на питбуля, который уже пришел в себя и набрасывался на дверь клетки, пытаясь выбраться.

В принципе агрессию можно исправить, но зубы только выдирать. А, может, не выдирать и пусть учится управляться двумя комплектами?

Открыть клетку, чтобы покормиться его, я не мог. Это очень опасно. У пса превышены все допустимые пределы по агрессии. Он просто не сможет остановиться и будет бросаться на всех, пока жив.

Однако покормить и напоить следовало, ведь он со вчерашнего дня ничего не ел и не пил. Я не придумал ничего лучше, чем просунуть между прутьями ложку с водой. В первый раз пес просто отбил ложку лапой. Но уже со второй попытки понял, что от него требуется, и вылакал воду. Ложек тридцать он выпил, прежде чем отказался от следующей порции.

Размороженную курицу нарезал небольшими кусками и скормил с помощью вилки. Когда Сувон напился и наелся, он перестал бросаться на дверь и грызть прутья, но не спускал с меня настороженного взгляда и рычал каждый раз, когда я приближался.

Мне нужно было взять немного его шерсти для завтрашнего эксперимента, но травить пса снотворным я больше не хотел, поэтому решил дождаться, когда он устанет и ляжет спать. Ждать пришлось долго. Только после полуночи, пес лег на пол клетки, но еще долго смотрел на меня.

Около часу ночи Сувон, наконец-то уснул. Я медленно приблизился к клетке, подцепил пинцетом клок шерсти и отрезал ножницами. Свой трофей завернул в чистый лист бумаги и убрал в нагрудный карман пиджака. Завтра я постараюсь все исправить. Только нужно быть осторожным, чтобы не попасться начальнику. Энергия кристаллов очень дорогая и использовать ее в личных целях строжайше запрещено под угрозой увольнения.

Я лег в кровать и тут же заснул. День был насыщенный, к тому же на часах уже полвторого ночи.

Вскоре снова начались приступы жара и холода. Мне снилось, будто стою под водопадом, и сверху на меня льется кипяток. Я закрываюсь рукам, пытаюсь уйти, но мои ноги будто приклеились к плоскому камню, покрытому тиной.

Вслед за жаром, начался холод. Я натянул на себя все, до чего дотянулся, но так и не смог согреться, в полудреме дрожа всем телом.

Проснулся от грозного рыка Сувона.

— Чего тебе не спится? — пробурчал я, взглянув на часы.

Только лишь пять утра.

В ответ пес пару раз гавкнул. М-да, теперь еще и с соседями разбираться. В нашем старом доме с тонкими стенами пса не утаишь.

Я немного повалялся, но заснуть не смог, поэтому решил снова пойти на пробежку. Натянув зеленые спортивки и кеды, вышел из дома и побежал к парку.

На этот раз пробежал целых пять километров. На обратном пути увидел спортивную площадку, на которой покрутил педали, отжался и даже смог пару раз подтянуться на турнике. Неожиданно, особенно учитывая то, что в прошлый раз после трех километров с трудом вернулся домой.

По пути назад заглянул в магазин на первом этаже, где купил замороженных куриных лап и пару свиных суповых наборов. В лаборатории кормили дорогим кормом, но я не собирался тратить столько денег. Пусть ест, что даю.

Когда зашел в квартиру, увидел, что пес мечется по клетке. Тут до меня дошло, что его нужно вывести на улицу, иначе он обгадит клетку.

— Что же мне с тобой делать? Ты же меня сожрешь, едва я открою клетку, — задумчиво проговорил я.

Ни поводка, ни намордника у меня не было. Зато были ремни. Я сложил рядом с собой у клетки махровое полотенце и несколько ремней. На всякий случай оставил дверь в квартиру открытой, чтобы успеть убежать и запереть его внутри.

— Ну что ж… Не подведи меня. Я не желаю тебе зла, — сказал я псу, но он снова ответил злобным рыком.

Глубоко вздохнув, задержал дыхание и открыл дверь клетки. Пес тут же ринулся наружу, но я успел накинуть на морду махровое полотенце и, навалившись сверху, обмотал пасть ремнем. Еще один ремень замотал на его шею и зацепил к нему третий ремень, на манер поводка.

Совсем неплохо. Осталось только аккуратно прорезать дырки в полотенце на глазах и на носу.

Питбуль рвался, мотал головой и глухо рычал, поэтому у меня ушло не меньше двадцати минут, чтобы доделать задуманное.

Убедившись, что ремни крепко держат, я вывел пса на улицу и повел к парку. Время еще ранее, поэтому, кроме пары тренирующихся спортсменов, никого не встретил. Питбуль сначала рвался и извивался всем телом, пытаясь избавиться от ремней, но вскоре понял, что ему меня не одолеть, поэтому успокоился и присел у кустиков.

Чтобы отвести его обратно в квартиру, мне тоже пришлось повозиться. К тому же по пути встретилась женщина, которая пригрозила, что заявит в полицию за то, что издеваюсь над животным. Но я быстро успокоил ее, соврав, что пес просто болен, поэтому у него на голове полотенце.

В клетку Сувон забежал сам, будто считал ее своей конурой. Через щели между прутьями я отцепил и стянул ремни и полотенце. Почувствовав свободу, пес тут же разразился яростным лаем.

Я уже не успевал приготовить себе завтрак, поэтому поел по пути на работу купленным в автомате сэндвичем и запив сладким газированным напитком.

Пока ехал в метро, вспомнил момент, когда очнулся в теле Тэджуна. Я лежал на полу в лаборатории, а прибор Иннотех гудел так, будто только что прошло облучение — работали вентиляторы. Время было позднее, поэтому, кроме меня, никого уже не было. Интересно, что случилось? Поскользнулся, упал, ударился головой?

К тому же эти ночные приступы. Со мной явно что-то нет так. А вдруг у меня какая-то серьезная неизлечимая болезнь? Надо выяснить.

По пути к зданию корпорации позвонил в поликлинику и записался на прием. Нас, работников корпорации Биотех, принимали за счет организации в частной клинике, что было очень удобно: нет очередей и обслуживание соответствующее.

Администратор предложила подъехать сегодня после обеда. Я согласился. Чем быстрее выясню, что со мной, тем лучше. Не хватало еще, чтобы я мучался в этом теле от какой-то смертельной болезни.

Как только зашел в отдел, чуть нос к носу не столкнулся с начальником.

— Инженер Ли, мне сказали, что вы сами отвезли труп пса в крематорий? — спросил он, подозрительно прищурившись.

— Да, это так. А что?

— Для этого у нас есть лаборанты, — он кивнул на Пак Ю и Куна, которые делали вид, что работают и не слышат слова Чжи Ханыля.

— У них и так много работы, а я закончил все порученные задания, — пожал плечами.

— Ну, у вас сейчас будет столько работы, что вряд ли сможете в ближайшие три дня выйти из лаборатории.

— Неужели тендер выиграли? — воодушевился я.

Чем больше работы — тем выше зарплата. Элементарная сдельщина, хоть и в рамках лаборатории.

— Тендер пока не выиграли. Но в ближайший час к нам привезут стадо мериносов. А так как вы добились в их мутации значительного успеха, вам и продолжать.

Я кивнул, но тут же вспомнил про обследование.

— Начальник Чжи, я хотел отпроситься сегодня после обеда.

— Вы что, не слышали меня сейчас? — возмутился он. — Я же сказал, к нам едет блеющее вонючее стадо…

— Это я услышал. Просто чувствую себя неважно и хотел провериться, поэтому записался на прием к врачу.

— Неважно себя чувствуете? — он внимательно посмотрел на меня. — Хм, да-да, я заметил, что с вами что-то не так. Хорошо, идите. Если освободитесь раньше, то возвращайтесь на работу… Скоро наша лаборатория превратится в ферму, — последнюю фразу он недовольно пробурчал под нос и вышел из отдела.

Как только я сел за стол и включил компьютер, ко мне на своем офисном кресле подкатила Ким Хани.

— Тэджун, мне тут начальник поручил разработать алгоритмы для улучшений кур-несушек. Ты мне поможешь? — попросила она.

— Нет, у самого работы невпроворот. Ты же слышала про овец.

— Да, слышала. Но я же не займу много времени. Просто подскажи, с чего начать, а потом я сама как-нибудь, — она посмотрела на меня щенячьими глазами. Я сразу вспомнил Сувона. Надо бы купить для него нормальный поводок и намордник.

— Нет, даже не проси, — мне надоела эта недалекая вертихвостка, от которой толку никакого.

Прошлый Тэджун был в нее влюблен и с радостью брался за любые просьбы, пытаясь тем самым ее завоевать, но я в эти игры не играю. Кто и достоин моего внимания, так это ветеринар Мина.

— Ну-у, пожалуйста, — она провела рукой по моей спине и прикоснулась к шее. — Я буду тебе благодарна.

— Да, и на что же ты согласна?

Вот это уже другой разговор. Интересно, что она мне предложит?

— Если результат будет согласно техзаданию, то можешь просить все, что захочешь, — она томно взглянула на меня.

Ага, так я и поверил. Потом выяснится, что она совсем другое имела в виду, а именно попить вместе кофе в обеденное время или что-то типа того. Знаю я эту хитрую лису.

Однако я не хотел, чтобы она целый день таскалась за мной следом и ныла, поэтому махнул рукой.

— Ладно, уговорила. Давай свое техзадание.

Обрадованная Ким Хани тут же принесла документы. В задании не было ничего сложного. Мне понадобилось двадцать минут, чтобы правильно составить алгоритмы.

— Только сопоставь сначала с днк конкретной курицы, — напомнил я, пересылая ей по почте готовый документ.

— Спасибочки, Тэджун! Ты настоящий друг, — она отправила мне воздушный поцелуй и, накинув микрохалатик, вышла из отдела.

Вскоре явился Хён Бин, который, по всей видимости, опять гулял всю ночь, поэтому выглядел помятым и невыспавшимся.

— Слушайте и не говорите, что не слышали, — сказал он и посмотрел на нас самодовольным взглядом. — На этих выходных будет эпичный бой между вараном и крокодилом. Мне шепнули, что победит крокодил.

— Ого, какие гости! Я бы сходил, — восхищенно произнес Кун. — Цена билета тоже запредельная?

— Если поставишь на крокодила, то отобьешь без проблем, — усмехнулся Хён Бин.

— Это кто ж такой умный тебе шепчет, на кого ставить? Мне нужно больше информации, — сказал Пак Ю.

Судя по воспоминаниям Тэджуна, я знал, что Пак Ю по жизни был всегда на страже и старался не рисковать. Даже в спортзал не ходил из-за того, что на него могла упасть какая-нибудь гиря и сломать ногу.

— Так я тебе и сказал. Эта информация больших денег стоит, а вам, дурачкам, бесплатно подсказываю. Лучше бы спасибо сказали, — пробурчал он.

— Вот когда выиграет крокодил, тогда и скажем, — сложил руки на груди Пак Ю. — Когда и во сколько?

— В субботу, в восемь.

В это время из каморки выглянул начальник и прикрикнул, чтобы мы не отвлекались от работы.

Хён Бин опустился за компьютер и с недовольной миной занялся, наконец-то, коровой. Я же, пользуясь тем, что все заняты делом и никто не отвлекает просьбами и предложениями, накидал в программе новую мутацию питбуля. Уменьшил агрессию, чуть увеличил скелет, укрепил шкуру.

Следовало также вытащить новую цепочку днк. Можно было воспользоваться предыдущей, но я решил, что будут точнее актуальные изменения. Ведь мутация происходила в течение нескольких часов.

Когда я вышел из отдела и направился в лабораторию, следом за мной увязался Кун. При нем я не мог проводить никаких процедур, ведь он мог заметить, что я делаю. Но на мое счастье, как раз в это время привезли овец, поэтому я отправил его сажать животных в клетки и помогать с перевозкой.

Сделав все необходимое, облучил раствор и понял, что не смогу забрать с собой пробирку. Без особого разрешения нельзя выносить из лаборатории даже лист бумаги, не говоря уж о пробирке.

Если меня поймают, то сразу уволят без разбирательств. Секретность таких разработок превыше всего. Черт возьми! И почему я сразу об этом не подумал.

Вскоре из зверинца вернулся Кун.

— Тэджун, всех овец разместили. Клеток не хватило, поэтому запустил в загон к корове. Она вроде не против. Стоит спокойно.

— Хорошо. Возьми с каждой шерсть, только не забудь подписать и пронумеровать.

— Зачем? Давай их по общему алгоритму. Ты же только вчера новый составил.

— Нет, результат будет хуже. Думаю, хозяин будет недоволен, если одну овцу он будет стричь раз в два месяца, а вторую раз в полгода. Он заплатил за каждую овцу по отдельности, поэтому над каждой мы и должны поработать.

— Но на это уйдет уйма времени, — простонал лаборант.

— А мы никуда не торопимся. Главное — результат. Вон корова третий день стоит, а Хён Бин и не чешется. Даже не подходил к ней ни разу. Вот и мы не будем торопиться, — улыбнулся я и убрал пробирку с раствором для Сувона в карман.

Потом придумаю, как вынести. А сейчас меня ждут овцы, блеяние которых доносилось даже до сюда.

Глава 5

Пока возился с мериносами, постоянно думал о том, как бы вынести пробирку. Энергия ци-спирит из раствора улетучится в течение трех, в лучшем случае пяти часов, поэтому нужно действовать быстро.

Вынести пробирку в кармане очень опасно. Я не хотел лишаться этой работы. К тому же на выходе через пропускной пункт располагались множество датчиков. Вдруг один из них среагирует на энергию?

— Чем же мне кормить столько овец? — задумчиво проговорила Мина. — Придется целый стог сена заказывать. Но где его хранить?

— В коридоре. Места там навалом. Только смотри, чтобы траволатор не загружали. Он очень экономит время.

— Хорошая идея, Тэджун. Выйду, позвоню владельцу. Хотите конфетку? — она вытащила из кармана и протянула леденец в обертке.

— Нет, во мне и так много энергии. Только успевай тратить, — улыбнулся я.

И это была правда. Уж не знаю почему, но у этого худощавого болезненного вида молодого человека, энергии было хоть отбавляй. Не сравнить с моим прошлым телом.

Девушка положила конфету в рот, смяла и бросила обертку в мусорное ведро.

Вот тут меня осенила идея.

— Мина, скажите, а кто выносит мусор?

— Мы сами. Уборщиц здесь нет и быть не может. Мы сами все делаем: убираем, моем, кормим животных, стрижем…

— Понял-понял. Я о другом хотел спросить. Куда вы этот мусор выбрасываете?

— В мусорный бак, конечно же, — пожала она плечами.

— А где находится этот мусорный бак? — не унимался я.

— Рядом с запасным выходом. Никогда не замечали? Оттуда его отвозят на свалку и сжигают.

— Понял. Идите, звоните владельцу, а то у меня от этого блеяния уже в ушах звенит. Может, когда поедят, замолчат.

Девушка кивнула и поспешила на выход.

Я же вытащил пробирку из кармана, завернул ее в бумагу и засунул в один из мусорных ведер, которое было уже наполовину заполнено. Рабочий день ветеринаров такой же, как и у нас. Это значит, что перед уходом они приберутся и выбросят мусор. Мне же только остается найти свою пробирку в мусорном баке.

— Тэджун, я сегодня на машине. Хочешь, подвезу? — похвастался Кун.

— Откуда тебе машина? — удивился я.

— Друг отца подарил. Сам уже не ездит — глаза совсем не видят. Правда, это старенький фургон, но все же лучше, чем пешком ходить.

— Согласен, — кивнул я и взглянул на часы.

До приема в поликлинике оставался один час. Нужно закругляться и постараться успеть вернуться до конца рабочего дня, а то будет подозрительно, если я вернусь поздно вечером и сразу же пойду к запасному выходу. К тому же толку от пробирки уже не будет, ведь энергия за это время улетучится.

Я предупредил Куна, что ухожу, и поднялся наверх. Хён Бин до сих пор корпел над заданием, Пак Ю играл на телефоне.

— Тэ-э-эджун, а ты с нами пойдешь на арену? — скосил на меня взгляд Хён Бин.

— Не знаю. Может быть.

— Что тут думать? — спросил Пак Ю. — Волков и собак сотни раз видели, а вот варана и крокодила еще долго не привезут. Кстати, я тут решился. Пожалуй, сделаю ставку на крокодила. Если так подумать, то он и в живой природе сильнее варана, а уж после мутации-то…

— С чего ты решил, что он тоже мутант? — спросил я, надевая пиджак.

— А кто же сейчас не мутант? — усмехнулся Пак Ю. — Если бы можно было облучать людей, то у нас бы очередь выстроилась и работа была расписана на годы вперед.

— Да, эксперименты над людьми запрещены. Правда, я слышал, что хотят использовать энергию для сращения костей после перелома, но это пока только планируется. Лично я бы не рискнул облучаться, — сказал Хён Бин.

— Конечно, ведь избыток энергии курсирует по телу и ищет, куда бы вылиться. Почти у каждого облученного животного, кроме тех изменений, что внесли мы, еще что-нибудь вырастает или усиливается. Помните тот гуся, которого мы в размерах увеличили? Так энергия повлияла на голосовые связки, и он начал орать, как сирена. Мы тогда ходили в берушах и никак не могли дождаться, когда его заберет хозяин.

В моих воспоминаниях не было этого эпизода. Возможно, это случилось еще до того, как Тэджун попал в корпорацию. Но я знал о том, что почти всегда появляются еще какие-то изменения. Обычно это то, чем занимается животное и на что тратит основные силы. Своего рода компенсация энергетических затрат.

Я вызвал такси и вышел из здания корпорации.

Добрался до поликлиники раньше назначенного времени, поэтому опустился на мягкое кресло, взял журнал и принялся его перелистывать.

Как всегда самые выгодные первые страницы занимали рекламные модули различных арен. Сражения животных являлись распространенным развлечением в этом мире. Хотя многое мне здесь знакомо и привычно, но все же я оказался в каком-то параллельном мире.

Корпорация Биотех принадлежит семье Хан. Им управляют два брата. Старший — Вон — президент, а младший — Рим — вице-президент.

У Биотеха есть несколько конкурентов, с которыми именно сейчас происходит борьба за получение госзаказа. Я — мелкая сошка, поэтому совсем не в курсе того, что происходит «на верхах», мне и моих забот хватает.

Пролистав журнал и не найдя в нем ничего интересного, принялся размышлять о Сувоне. Если успею вколоть раствор до того, как энергия улетучится, то уже сегодня его можно выпускать из клетки. Он вновь станет обычным псом, а не машиной для убийств.

Однако мне до сих пор непонятно, что произошло. Кун сказал, что взял пробирку, на которой стояла моя подпись, и вколол раствор псу. Пробирка всю ночь хранилась в свинцово-магнитном контейнере, откуда энергия не улетучивается, поэтому она наверняка сохранилась. Но почему все пошло не по плану? Почему настолько исказились результаты?

— Господин Ли, здравствуйте! Прошу, проходите в кабинет, — послышался женский голос.

Я повернулся и увидел девушку, облаченную в белоснежный костюм, белые тапочки, в белую шапочку и с белой маской на лице. Только зеленые глаза выделялись на белом фоне.

— Куда идти… Снегурочка, — не удержался я.

Она никак не отреагировала и указала на дверь с табличкой «Врач высшей категории, терапевт Чхве Гю Ха».

— Понял.

В кабинете сидел взрослый мужчина с едва поседевшими висками и умными, проницательными глазами. Он оторвался от созерцания моем амбулаторной карты и указал на стул, рядом с его столом.

— Присаживайтесь, господин Ли. Что вас привело к нам? — он откинулся в кресле и внимательно посмотрел на меня.

— Здравствуйте, доктор, — я опустился на стул. — По ночам сильно потею. Еще приступами накатывает жар и озноб. Возможно, вирусное…

— Что-то еще? — спросил доктор, видя, что я запнулся.

Я задумался. По большому счету меня больше ничего не беспокоит.

— Может у вас першение в горле или заложенность носа? — попытался помочь мне доктор.

— Нет у меня никакой заложенности.

— Проблемы с пищеварением? Как часто ходите в туалет?

— По расписанию, — отмахнулся я.

— А ночью вы температуру у себя измеряли?

— Да.

— И? — оживился доктор.

— Тридцать шесть и шесть.

Доктор Чхве задумчиво почесал щеку и вновь опустил взгляд на мою карту.

— Вообще, по одному симптому судить сложно. Это могут быть как проблемы в эндокринной системе, так и абстинентный синдром. Я уж не говорю, что так может проявлять себя туберкулез и даже опухоль. Для начала сдайте анализы, я сейчас выпишу все направления. А там и будем разбираться.

Забрав целую кипу различных направлений, я вышел из кабинета и, уточнив у медсестричек, что и куда сдавать, устроил забег по процедурным кабинетам. В течение нескольких часов меня подвергали различным пыткам. Я насквозь пропах лекарствами и антисептиком.

Когда анализы были готовы и меня снова пригласили в кабинет, терапевт выглядел довольно растерянно, рассматривая результаты анализов, УЗИ, ЭКГ и различных других тестов.

— Вы абсолютно здоровы, — наконец выдавил он. — Это очень странно, исходя из вашего анамнеза, в котором указано, что у вас хронический гастрит и анемия.

— Что же мне тогда делать? Так и потеть, как после запоя? — возмутился я.

— Возможно, позже появятся еще какие-нибудь симптомы, но сейчас я не могу поставить вам диагноз и назначить лечение, — развел он руками.

— Понятно, — кивнул я и направился к выходу.

Чхве мне вслед предложил пройти еще несколько тестов, но я лишь махнул рукой и вышел из кабинета. И так много времени потратил зря.

Если ничего страшного не нашли — значит, здоров. Болезнь обязательно себя бы проявила. Возможно, это какой-то побочный эффект моего подселения в это тело. Во всяком случае я об этом никому никогда не скажу и просто куплю еще пару комплектов постельного белья.

Вернулся к корпорации уже, когда рабочий день закончился и все сотрудники друг за другом проходили через пропускной пункт мне навстречу.

— Тэджун, ты чего вернулся? Уже все домой уходят, — сказал Кун, с которым я столкнулся у лифта.

— Хочу овец проверить.

— Что их проверять? Мы с ветеринарами все образцы собрали, овец пометили, чтобы не перепутать. Завтра с новыми силами начнем облучение.

— Ну ладно. Тогда в уборную схожу и пойду на метро.

— Давай я тебя подвезу? Мне практиковаться надо, а то уже давно не ездил.

— Ладно, жди меня у входа.

Кун направился к охранникам, стоящим у двери, а я к запасному выходу. Благо в той стороне находились туалеты и различные кладовые, поэтому ни у кого не должно возникнуть никаких вопросов.

Чтобы все выглядело правдоподобно, сначала завернул в туалет, постоял там пару минут, затем вышел и двинулся к запасному выходу. Поднес свой пропуск к замку, и дверь открылась.

Слева увидел серый металлический контейнер, а потом переместил взгляд повыше и с раздражением выругался. Вся территория была напичкана камерами, если я начну рыться в мусорном баке, охранники тут же это заметят. Что же делать?

Я постоял немного в дверях, развернулся и двинулся к выходу. Забрать что-то с мусорного бака нереально. Нужно придумать другой план.

Как и договаривались, Кун ждал меня напротив дверей в стареньком потрепанном фургоне зеленого цвета. Он просто светился от счастья, хотя эта рухлядь тарахтела и выпускала черный вонючий дым.

— Тэджун, садись! — махнул он мне рукой.

Я забрался на пассажирское сиденье и был приятно удивлен чистотой и свежестью внутри фургона.

— Этой машине уже лет пятьдесят, а выглядит как новенькая, — Кун любовно провел рукой по приборной панели.

— Внутри — да, но вот снаружи… Нужен небольшой ремонт. Хотя бы покраска. Ну и фильтр на выхлопную трубу, а то могут оштрафовать за вред, нанесенный окружающей среде, — улыбнулся я.

— В этом ты прав. Вот заработаю в субботу денег на крокодиле и сделаю.

— У тебя денег нет, чтобы ставки делать, — напомнил я.

— Пока нет, но ты же мне одолжишь. Правда? — с надеждой спросил он. — Не хочу у родителей просить. Они, конечно, дадут, но столько будет нотаций и нравоучений, что уши завянут.

— Одолжу, конечно. Но на большую сумму не рассчитывай. Моя зарплата ненамного выше твоей.

— Зато, когда станешь начальником отдела — тогда заживем, — Кун вырулил на оживленную дорогу и повез меня в сторону дома.

Фургон чихал и пыхтел, коробка передач трещала при каждом переключении. Стало ясно, что одной покраски явно будет маловато.

Когда подъехали к моему дому, Кун схватился за живот и попросил:

— Можно я к тебе зайду? Что-то живот с обеда крутит.

— Пора прекращать есть из автоматов, — нравоучительно произнес я и уже хотел пригласить в дом, но тут вспомнил про Сувона.

— Может, в кустики сходишь? За домом парк есть. Там обычно пусто.

— В кустики? Ты с ума сошел? Тебе что, унитаза жалко? — возмутился Кун, продолжая держаться за живот.

Я тяжело вздохнул и кивнул:

— Нет, не жалко. Пошли.

Когда мы поднялись на мой этаж и подошли к квартире, я повернулся к другу и строго сказал:

— Никому не говори то, что увидишь. Понял?

Он удивленно уставился на меня и кивнул.

— Понял, но если ты маньяк-убийца, то мне лучше сходить в кустики.

— Не волнуйся. От трупов я сразу избавляюсь и дома их не держу, — хохотнул я.

Как только дверь открылась, из глубины квартиры послышался яростный лай.

— Ты собаку завел? А она меня не покусает? — осторожно заглянул мне через плечо Кун.

— Не волнуйся, он в клетке… Черт, я же хотел поводок и намордник купить. Придется сходить в ближайший зоомагазин.

Мы зашли в квартиру, и Кун сразу прошел дальше, чтобы посмотреть на собаку.

— Тэджун, это же тот самый питбуль! Ты что, украл его?

На лице лаборанта одновременно читались удивление, возмущение и страх. Он указывал на клетку с яростно бросающимся на дверцу клетки псом и не сводил с меня ошарашенного взгляда.

— Да, украл. Хозяин от него отказался, а начальник велел убить и сжечь. Раз он никому не нужен, то я забрал его себе. Не вижу в этом ничего предосудительного, — пожал я плечами.

— Ты не думай, я не против. Но… он ведь тебя убьет, — последнюю фразу он сказал шепотом.

— Нет, не убьет. Я знаю, как все исправить. Осталось только вколоть ему еще одну дозу облученного раствора.

— Никто не разрешит тебе тратить энергию на этого пса. Он уже списан и никому не нужен, — покачал головой Кун.

— Ты прав. Но я все же хочу вернуть его к нормальной жизни. Осталось только придумать, как вынести раствор с ци-спиритом и не попасться, — задумчиво проговорил я и опустился на корточки у клетки, из которой на меня смотрели для ненавидящих глаза. — Хотел попробовать через мусорку, но бак стоит под камерами. Из него не получится ничего забрать.

— Погоди, а если дождаться, когда мусор повезут на уничтожение. Может, там получится забрать пробирку? — подсказал Кун. — Давай подкараулим мусоровоз и поедем следом. Сейчас я при машине, поэтому все получится.

— Хорошая идея! — щелкнул я пальцами. — Поехали прямо сейчас, чтобы мусоровоз не успел уехать.

— Погоди, мне все же сначала нужно встретиться с унитазом, — простонал Кун и опрометью бросился в туалет.

* * *

Мы уже два часа стоим напротив ворот на задний двор корпорации. Между прутьями высокой решетки виднеется мусорный бак.

— Может, сегодня вообще не заберет? — предположил Кун.

— Должен, — твердо заявил я.

— Энергия все равно улетучится. Уже девять часов прошло, — махнул рукой друг.

— Даже если и так. Зато мы проверим схему. Если она рабочая, то всего-то и надо будет облучить еще одну пробирку.

Перед поездкой сбегал в зоомагазин, купил поводок и намордник и вывел пса на прогулку. Все это время Кун просидел в туалете, чтобы не встретиться с «кровожадным монстром-убийцей».

Кормить с вилки мне было некогда, поэтому просто запихал в клетку замороженный суповой набор — пусть грызет.

— Гляди, едет, — оживился Кун и ткнул пальцем в окно.

Из-за поворота показался мусоровоз с эмблемой той же фирмы, которая обслуживала наши поездки.

Когда машина подъехала к высокому забору, водитель протянул к сканеру свой пропуск, и ворота отъехали в сторону.

Через пять минут он выехал обратно, и ворота закрылись. Кун завел фургон, и мы поехали следом.

Мусоровоз остановился еще в парочке мест и выехал из города.

— Похоже, к свалке едет, — сказал Кун. — Осталось только узнать, куда он вывалит мусор.

— Не в общую кучу. По правилам они должны его сжечь.

Как только мы очутились на территории свалки, он съехал с главной дороги и поехал в объезд, туда, где виднелись крыши строений. Мы ехали следом, но держались на некотором отдалении, чтобы не привлекать ненужного внимания.

За очередным поворотом мы увидели, что грузовик остановился у длинного амбара и вываливает содержимое кузова на расчищенную площадку. За амбаром вился черный дым.

— Ты был прав, сжигают. Только надо поторопиться, пока работники свалки не набежали. Будет странно рыться в мусоре при посторонних, — недовольно проговорил Кун.

Я с ним согласился, и едва мусоровоз развернулся и скрылся за поворотом, как мы вышли из фургона и побежали к площадке у амбара. Теперь дело за малым — перелопатить гору мусора в поисках пробирки, завернутую в бумагу.

Глава 6

— На нас уже местные бомжи косятся, — пробурчал Кун и кивнул на двух мужчин, которые прохаживались неподалеку и неприязненно посматривали в нашу сторону.

— Так скажи им, что ничего для них ценного мы не возьмем, — усмехнулся я, не отвлекаясь от поисков пробирки.

На наше счастье, мусор был собран в основном из различных организаций, поэтому ничего особо противного не было: комки бумаги, стаканчики из-под кофе, пустые пачки сигарет и тому подобное.

— Господа, можете не волноваться, алюминиевые банки нас не интересуют! Мы просто кое-что потеряли! — прокричал Кун.

Мужчины отвернулись, о чем-то поговорили и крикнули в ответ:

— Так, может вам помочь?

Мы с Куном переглянулись. Хорошая идея. Вчетвером дело пойдет быстрее.

— Присоединяйтесь! Если найдете раньше нас — заплачу! — уверил я.

Радостные бомжи двинулись к нам. Я объяснил, что мы ищем, и они тоже приступили к поискам. Через пять минут один из них подошел ко мне и протянул пробирку.

— О, отлично! Спасибо, — я вытащил из кошелька пару купюр и протянул им.

Мужчины попрощались и почти бегом двинулись по дороге, ведущей в город. Наверняка чтобы отовариться в ближайшем продуктовом магазине.

Кун подвез меня до дома и поднялся в квартиру, чтобы посмотреть, подействует раствор или нет.

Мы услышали глухой рык пса, едва перешагнули порог квартиры. Я вытащил из аптечки шприц, набрал из пробирки раствор и, пока Кун отвлекал его, дразня ногой у решетки, вколол раствор в заднюю лапу.

— Теперь осталось ждать. Прошло уже много времени, если ци-спирит испарился, то ничего не получится, — Кун достал из холодильника энергетик и не спеша пил.

Я же опустился на пол у клетки и не сводил внимательного взгляда с пса, который ощерился и весь напрягся, готовый атаковать. Тяжело ему приходится. Уверен, он сам не понимает, что с ним произошло, и не может контролировать свое состояние. Кто же приложил руку к пробирке с моим раствором? Или это всего лишь случайность и ци-спирит подействовал не на те отделы мозга, которые должен был?

Через час ожидания стало ясно, что энергия улетучилась.

— Давай завтра еще раз попробуем? — предложил Кун, который уже доедал пачку сосисок. — Только заряди раствор прямо в конце рабочего дня.

— Бесполезно. С пробиркой мы вернулись полдвенадцатого, — я мельком взглянул на часы. — Без специального контейнера энергия улетучится через три часа. Через пять в растворе не останется ни следа ци-спирита. Надо придумать, как задержать его?

— Да-а-а, контейнер не пронесешь. Я на прошлой неделе забыл ручку из кармана вытащить, так один из датчиков так взревел, что охранник аж со стула свалился. Пришлось выворачивать карманы. Даже ботинки заставил снять.

— Еще бы. Вдруг у тебя в ручке видаокамера встроена? — усмехнулся я. — Жаль, что в лаборатории нет камер. Теперь бы не пришлось ломать голову над тем, что же случилось с Сувоном… Ты уверен, что правильную пробирку взял?

— Если ты меня еще раз об этом спросишь, то я…

Он сделал страшное лицо и изобразил, что придушит меня.

— Понял, не горячись. Просто… Неужели у нас завелся вредитель? Или кто-то на меня зуб точит? — задумчиво проговорил я.

— Не бери в голову. Я все-таки думаю, что это произошло из-за того, что раствор всю ночь провел в контейнере. В следующий раз сразу вколю.

Я проводил Куна до двери и забрался под одеяло. Сувон, голос которого уже охрип, все еще злобно рычал, пристально уставившись на меня.

Ночь прошла спокойно. Я даже не вспотел, что было удивительно. Неужели отступила неизвестная болезнь?

Проснувшись по будильнику, первым делом вышел на пробежку. На этот раз я практически на одном дыхании преодолел десять километров. Мог бы пробежать еще больше, но решил, что на сегодня хватит. Зато на турниках и тренажерах оторвался на славу. Давно так тренировался. Даже мышцы почувствовал, о которых не подозревал.

Выгуляв пса, который хоть и продолжал набрасываться на меня, но все же был рад прогулке, оставил в его клетке миску с водой и куриные лапки.

После душа подошел к шкафу и остановил взгляд на зеркале. Хм, мое тело немного изменилось. Лопатки уже не торчали, как крылья птицы, живот подтянулся, и грудные мышцы объявились. И это всего за три зарядки? Странно.

Надев один из скучных костюмов, вышел на улицу, и тут в кармане зазвонил телефон. Это была мать Тэджуна. Она частенько названивала, но я каждый раз отвечал, что занят, и сбрасывал звонок. Не хотелось мне выслушивать вечные жалобы и болячки постороннего человека, но сегодня я решил с ней поговорить. Все-таки мать, хоть и не моя.

— Доброе утро, омони, — вежливо поздоровался я, выудив это слово из памяти Тэджуна.

— Здравствуй, сынок. Как ты себя чувствуешь?

— У меня все хорошо. Иду на работу. А вы как поживаете?

— Ох, всё, как всегда. То там кольнет, то здесь потянет. А вчера с Га-Ён ходили в ресторанчик поесть устриц, так у меня такие рези в животе начались. Хотела даже врача вызвать, но потом Га-Ён мне какой-то гель принесла, и он помог. Сегодня уже все хорошо.

— Гель, — задумчиво повторил я.

— Да-да, сорбент какой-то. Если тебе нужно название, то я потом напишу сообщение.

— Нет, не нужно. Хорошего дня вам, омони. Не болейте.

— Сынок, только ради тебя живу. Приезжай ко мне в выходной день.

— Попробую вырваться, но не обещаю, — ответил я и сбросил звонок.

Ага, гель. Пожалуй, это хорошая идея. Плотный гель наверняка лучше задержит ци-спирит, чем раствор. Однако самому пронести гель в лабораторию — нереально. Может, Мину попросить?

Я остановился у станции метро и набрал номер телефона ветеринара Мины.

— Доброе утро, инженер Тэджун, — послышался ее мелодичный голосок. Только она называла меня так. Для остальных я был инженером Ли.

— Здравствуй, Мина. Ты уже на работе?

— Да, только пришла. Проверила животных. Все живы, здоровы.

— Хорошо, это радует. Послушай, я знаю, что вы для животных заказываете различные добавки и препараты. Есть ли в зверинце какой-нибудь гелевый сорбент?

— Гелевого нет. Только порошки, которые при необходимости разбавляем физраствором. А что? Кто-то из овец заболел? — в голосе послышалась тревога.

— Нет, не волнуйся. Просто хочу кое-что проверить. Можешь заказать пару упаковок гелевого сорбента? Я бы сам принес, но ты же знаешь, в лабораторию всё должно прийти от снабженцев с соответствующими документами.

— Хорошо, закажу. Обычно к обеду уже привозят.

— Отлично!

На планерке снова говорили про тендер, поэтому я перекинулся на обдумывание изменений Сувона. Обычно на обеде уже никого нет в лаборатории, поэтому лучше всего облучить гель именно в это время. Затем также, как и вчера, бросить в мусорку и забрать со свалки. Осталось только надеяться, что гель все же сможет лучше удержать ци-спирит.

А, может, рискнуть и облучить пробирку в конце рабочего дня? Задержусь на работе, тем более сейчас у меня отличный повод — блеющее стадо.

— Инженер Ли, — услышал я сзади голос начальника, едва мы вышли из зала совещаний. — Подождите, мне нужно с вами кое о чем поговорить.

Ну что еще? Опять будет намекать, что лучше бы мне уволиться и освободить место?

— Слушаю вас, начальник Чжи.

— Звонил владелец стада мериносов и сказал, что завтра в первой половине дня приедет за овцами. Надеюсь, вы успеете?

Отлично! Теперь можно хоть весь вечер проторчать в лаборатории.

— Успею, — кивнул я, но, видимо, что-то отразилось на моем лице, поэтому он подозрительно прищурился и проговорил:

— Неудобно будет, если не успеете. Он же наверняка будет платить за транспорт-перевозку почасовую оплату. Мы не можем заставлять его ждать, поэтому дам вам в помощь Хён Бина и Куна. Втроем вы гораздо быстрее справитесь.

— Я же сказал, что успею. Мне помощники не нужны, — сухо ответил я.

— Нет-нет, я уже все решил. Мы не можем снова рисковать нашей репутацией, — смахнув несуществующий сор с рукава пиджака, начальник двинулся к лифту.

Рисковать репутацией? На питбуля намекает, будто я виноват в том, что с ним стало. Если только узнаю, кто это сделал — руки оторву гаду!

Хён Бин, конечно же, был недоволен тем, что ему поручили помогать мне, поэтому, едва я показался в отделе, недовольно протянул:

— Тэ-э-эджун, говорят, тебе помощь нужна? Не справляешься с бедными овечками?

— А ты все переработать боишься? — улыбнулся я в ответ. — Корова скоро помрет от старости, а ты ей до сих пор удой не повысил.

— Корова почти готова. Осталось забить алгоритмы в Иннотех. Кстати, Пак Ю, — он повернулся к пухляшу Ю, который уже что-то жевал. — Хватит тебе сидеть на месте. Скоро кресло под тобой сломается. Спустись лучше вниз и облучили раствор.

— Хорошо. Остальное сам сделаешь? — уточнил он и с трудом поднялся на ноги.

— Нет, конечно. Сделай укольчик корове и вели ветеринарам проследить за ней. Не все же нам — инженерам, за вас горбатиться. Мне вон еще работу Тэджуна поручили, — недовольно пробурчал он.

Когда Пак Ю вышел из отдела, а Ким Хани увлеклась разговором по телефону, я окликнул Хён Бина и предложил:

— Если ты так хочешь помочь мне с овцами, давай поработаем на обеде, вечером я сам станусь и доделаю, а ты можешь быть свободен.

— Еще чего! Хочешь, чтобы мне попало из-за тебя? Начальник Чжи наверняка придет проверять, а меня нет. Будешь потом изображать из себя бедного несчастного, а меня лишат премии. Ну уж нет, — он сложил руки на груди.

Черт! Его только не хватало. Надеюсь, удастся от него избавиться, иначе придется отложить облучение геля для Сувона.

Пока Кун занимался выделением днк из шерсти овец, а я набивал алгоритмы, Хён Бин ходил между нами, давая никому не нужные советы. Но делал это, только когда начальник проходил через отдел или оставлял приоткрытой дверь кабинета, в остальное же время просто покачивался в кресле, переписываясь с очередной пассией.

На обеде Кун сбегал в кафешку напротив офиса и принес нам по упаковке кимбапа и по стакану ледяного американо. То, что нужно, что насытиться и взбодриться.

Хён Бин ушел на обед и вернулся, опоздав на целых пятнадцать минут.

— И зачем начальник дал его нам в помощники? Толку никакого, — прошептал Кун, покосившись на Хён Бина, который уже в тысячный раз подкатывал к ледяной Ким Хани.

— Нам нужно от него избавиться. Он намерен просидеть с нами весь вечер, — ответил я, и тут мне в голову пришла потрясающая идея.

Я встал, подошел с кружкой к кулеру и, обернувшись к скучающим коллегам, вполголоса произнес:

— Кажется, сегодня моя очередь платить за выпивку. У кого-нибудь есть желание пойти в бар.

От скуки в глазах Хён Бина и Ким Хани не осталось и следа. Они вмиг оживились и принялись предлагать, куда бы пойти. Мы с Куном переглянулись. Дело сделано. Хён Бин не будет засиживаться с нами, когда в баре его ждет бутылка холодного чхонджу.

Мы с Куном трудились без перерывов на отдых, поэтому к концу рабочего времени успели вколоть всем овцам облученный раствор. Правда, никому об этом не сказали.

— Вы только сильно не задерживайтесь. Не хватало еще самой платить, — Ким Хани многозначительно посмотрела на меня и оросила свою шею струей дорогих духов.

— Не волнуйся. Осталось немного, — отмахнулся я.

— Немного? Может, тогда и я останусь? Закончим вместе и скажем, что весь день трудились рука об руку, — загорелся идеей Хён Бин.

Я раздражительно выдохнул. Сегодня он меня особенно сильно раздражал.

— Не стоит. Мы еще не вкололи ни одну пробирку. Работы часа на два. Идите лучше в бар и закажите чего-нибудь горячего. Мы с Куном сегодня почти ничего не ели и жутко голодны.

— Хорошо. Закажу вам большую миску кимчхиччигэ, — кивнула Ким Хани, подхватила миниатюрную сумочку и двинулась к выходу.

— Пусть мясо не пожалеют! — крикнул ей вслед Кун.

Пак Ю и Хён Бин пошли вслед за девушкой. После того случая после планерки, когда я дал понять Хён Бину, что меня не следует трогать руками, он старался держаться подальше, хоть и продолжал цеплять языком. Ну и с этим я со временем разберусь. Все же мне нужно быть осторожнее и не выдать себя. Пожалуй, могут даже в психушку упечь, если ни с того ни с сего стану другим человеком.

Удостоверившись, что с отдела все ушли, мы с Куном снова спустились в лабораторию. Он встал на шухере у двери, а я выдавил из тюбика гелевый сорбент в пробирку и опустил в нее последние оставшиеся волоски шерсти питбуля. Нужно было перед уходом из дома срезать еще, но я совсем забыл об этом, впечатленный успехами зарядки.

Когда Иннотех пронзил белым потоком ци-спирита пробирку, гель начал пузыриться, будто закипает. А вдруг ничего не получится? А вдруг Сувон станет еще страшнее, чем сейчас?

— Тэджун, начальник идет! — громким шепотом оповестил Кун и бросил на меня испуганный взгляд.

Он стоял у двери и смотрел в щель в двери в направлении прохода. Иннотех еще работал, поэтому я не мог забрать пробирку. Если начальник увидит, как из пробирки вытекает бурлящий гель, то не просто лишит премии, но и уволит. Есть четкий регламент, который мы должны неукоснительно соблюдать, и после прочтения которого мы поставили подписи.

— Кун, иди сюда. Как только Иннотех закончит, спрячь пробирку куда-нибудь, а я пока отвлеку начальника.

Я вышел из лаборатории и, будто не заметил Ханыля, встал на траволатор.

— Инженер Ли, вы еще не закончили? Обещали успеть, — начальник выглядел недовольным.

— Почти закончили. Хотите посмотреть на мериносов? Владелец привез их стриженными, поэтому на некоторых уже можно увидеть результат мутации.

Начальник повернулся в сторону лаборатории, из которой доносился звук работающего Иннотеха.

У меня даже сердце перестало биться.

— Ладно, пойдемте взглянем на ваших овец, — кивнул он и встал рядом со мной.

От поездки «с ветерком» пришлось отказаться, поэтому мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем мы добрались до зверинца. Овцы, которым мы вкололи раствор в первой половине дня, уже обросли шерстью, у остальных же она только начала пробиваться.

— Думаю, владелец будет рад, — начальник прохаживался между клеток, но потом его взгляд остановился на загоне. — Какого дьявола здесь до сих пор делает эта корова⁈

Овцы, которым не хватило клеток, прохаживались под коровой, будто та была аркой.

Я пожал плечами. Мы оба знали, кому поручено заниматься коровой.

— Хён Бин еще здесь?

Я видел, что Ханыль едва сдерживается, чтобы не взорваться. Вот так-то, а еще хочет меня уволить. Лучше бы убрал своего никчемного племянника и бестолковую Ким Хани и на их место взял грамотных биоинженеров. Это пошло бы корпорации на пользу.

— Нет, он ушел.

— Куда? Домой?

— Не знаю, но, вообще-то, мы договорились встретиться в баре за углом. Называется «Золотой дракон». Если хотите, то присоединяйтесь. Мы с Куном все приберем, выключим и тоже пойдем.

— «Золотой дракон», говоришь? Ну-ну, я ему сейчас продемонстрирую такого дракона, мало не покажется, — грозно заявил он и решительно вышел из зверинца.

Надеюсь, Кун успел забрать и спрятать пробирку.

Однако начальник Чжи даже не заглянул в лабораторию, а сразу направился к выходу. Пошел племянничка уму-разуму учить. Правильно, а то тот совсем расслабился.

Кун осторожно выглянул из лаборатории и, увидев, что я один, с облегчением выдохнул.

— Иннотех только выключился. Чуть весь гель не вытек из пробирки, — он показал мне продолговатую стеклянную емкость, в которой геля осталось чуть меньше половины.

— Должно хватить, — я забрал пробирку, закупорил ее и, завернув в лист бумаги, опустил в пустую мусорку.

Ветеринары уже вынесли мусор, а я и не заметил. Пришлось накидать сверху еще несколько листов смятой бумаги. Будет подозрительно выбрасывать почти пустой пакет.

Охранник, сидящий у лифта, заметил черный пакет в моих руках, но ничего не сказал. Однако был уверен, что он по камерам проследит, что я буду делать дальше, поэтому сразу направился к запасному выходу и бросил пакет в мусорный бак.

Как только мы с Куном вышли из здания корпорации и направились к бару, в кармане зазвонил телефон. Звонила мать Тэджуна.

— Алло, омони, как ваше самочувствие?

— Тэджун, сынок, это что ж такое творится? — в голосе слышались панические нотки. Неужели у нее есть ключ от моей квартиры, и она увидела Сувона? Мутант с двумя рядами зубов мог кого угодно вывести из равновесия.

— Не понимаю, о чем вы?

— Как о чем? О той подпольной арене, из которой вырвалась какая-то тварь и теперь бродит по городу. Беги домой, закройся и не выходи на улицу, пока ее не поймают!

Глава 7

— Успокойтесь, омони, наверняка мутанта найдут быстро. Весь город напичкан камерами, — сказал я матери Тэджуна.

— Но ты все равно будь осторожен, сынок. У меня даже сердце прихватило от переживаний. Придется выпить успокоительного и лечь пораньше.

— Да, так и сделайте. А завтра я приеду к вам в гости.

— Буду ждать тебя, сынок. Наготовлю все, что ты любишь, — вмиг успокоилась женщина.

Я сбросил звонок и повернулся к Куну, который в это время просматривал новости на телефоне.

— Представляешь, прямо напротив «Гладиаторов Сеула» в здании старого бассейна работала подпольная арена. Во время задержания вырвался какой-то зверь и сумел сбежать. Подняли всю полицию и прочесывают город.

— Что за зверь?

— Не написано. Но ты же сам знаешь, каких зверей там обычно выставляют. Уродцев, одним словом. Даже странно, почему «зеленые» до сих пор не подняли эту тему и не пошли с протестами по Сеулу.

— Ты прав. Давно пора запретить плодить мутантов с помощью ци-спирита. Одно дело, когда энергия идет на мирные цели и в помощь сельскому хозяйству, и совсем другое, когда животных изменяют настолько, что это больше напоминает издевательство. Похоже, кому-то это на руку, поэтому даже на официальных аренах появляются мутанты, — я вспомнил ту гиену, которую явно создали не в уважающей себя корпорации, а тоже подпольным путем.

Мы дошли до «Золотого дракона». Посетителей пока было мало, поэтому сразу же увидели Ким Хани, Хён Бина и Пак Ю, расположившихся на мягких диванах.

Угрюмый Хён Бин ломал зубочистки, а Ким Хани и Пак Ю заразительно смеялись, глядя в телефон девушки.

— Бин, ты чего такой злой? — я плюхнулся рядом с ним и потянулся за бутылкой соджу.

— Не твое дело, — буркнул он.

— Да ладно тебе. Конец рабочей недели, можно выдохнуть и расслабиться, — я отхлебнул прохладный напиток и мельком взглянул на часы. Семь часов вечера. После одиннадцати нужно будет поехать на свалку и ждать мусоровоз. Вдруг он будет в другом месте выгружаться.

— Ага, расслабиться. Как бы не так! Начальник Чжи велел завтра выйти на работу и закончить с коровой. Кому она мешает? — Хён Бин сломал последнюю зубочистку и потянулся за деревянной палочкой, но либо она оказалась сильнее, либо он такой слабак, но справиться с палочкой он не смог и со злостью бросил ее на стол.

— Она всем мешает, — сказал Кун, накладывая себе в тарелку горячий острый суп. — Ветеринарам и так много работы со стадом овец, а тут еще твоя корова. Ее ведь не только поить и кормить нужно, но и доить. Правильно начальник сказал, что скоро у нас будет ферма. Уже пахнет точно так же — навозом.

Хён Бин еще немного побурчал, но потом пересел поближе к Ким Хани и принялся что-то нашептывать ей на ухо. Девушка сидела с каменным лицом и смотрела на экран своего телефона, будто его не существовало.

Как я уже заметил, она никогда открыто не отвергала его приставаний. К тому же изредка сама флиртовала с ним. Я даже не старался понять, что она от него хотела. Возможно, все дело в том, что он племянник начальника. Или потому что постоянно при деньгах.

Через пару часов народу стало невпроворот, а Хён Бин и Пак Ю изрядно опьянели, постоянно прикладываясь к бутылке и заказывая все больше выпивки.

— Эх вы, дураки, — махнул рукой раскрасневшийся Хён Бин. — Даже не можете воспользоваться тем, что имеете. В ваших руках такая власть, а вы с петухами и овцами возитесь.

Он пьяно рассмеялся и откинулся на спинку дивана.

— О чем ты? — уточнил Кун, который вообще не пил, так как был за рулем.

— С помощью ци-спирит можно ТАКОЕ делать, а вы…Эх-х-х, правильно дядя говорит, что вы — лягушки в колодце.

— Это в каком смысле? — протянул Пак Ю, который не стесняясь растянулся на диване и почесывал свой огромный живот.

— Дальше своего носа не видите. Живете в своем мирке и ни на что не годитесь. Вот мы умеем выжать все, из того, что имеем.

Тут он замолчал. Видимо, понял, что сболтнул лишнего.

Я посмотрел на часы, подозвал официантку и, расплатившись, поднялся из-за стола.

— Э-э-э, вы куда собрались? — Хён Бин хотел схватить Куна за руку, но тот увернулся, и пьяный племянник начальника с грохотом свалился на пол.

— У нас еще дела, — сухо ответил я и повернулся к девушке, которая уже скучала. — Ким Хани, если хочешь, мы подвезем тебя до дома.

— Да-да. Спасибо, Тэджун. Я уже сама хотела такси вызывать.

Пак Ю помахал нам на прощанье рукой и снова потянулся к блюду с закусками. Хён Бин все еще сидел на полу и зло ругался, проклиная стол, диван, Куна и выпивку.

После душного шумного бара прохладный вечерний воздух бодрил. Кун торопливо направился за фургоном к открытой парковке корпорации, а мы с Ким Хани не спеша двинулись к дороге.

Вдруг слева из подворотни раздался испуганный вскрик и выбежала ошарашенная женщина. Она растолкала прохожих и рванула прочь, продолжая вопить.

— Что с ней случилось? Кого она так испугалась? — спросила Ким Хани.

Ответить я не успел. Послышалось хриплое дыхание, и из полутьмы показалось гигантское черное существо со светящимися зелеными глазами. Я инстинктивно отодвинул Ким Хани, которая замерла, как кролик перед удавом, и встал перед ней.

Прохожие с криками сиганули в разные стороны, а существо продолжало медленно приближаться, царапая когтями мостовую. Когда уличный фонарь осветил темно-коричневую морду с неестественно удлиненными клыками и маленькими злыми глазами, я понял, кто перед нами. Медведь. Мутант-медведь.

Он был весь изранен, с глубокого пореза на правом боку тонкой струйкой стекала кровь. Одного уха не было, а в разорванной щеке виднелись желтые зубы.

Не знаю почему, но я не испытывал страха. Только жалость.

— А-а-а-а!!! — истошно завизжала Ким Хани и опрометью бросилась бежать, сбросив на бегу туфли.

Медведь вскинул голову и грозно взревел, оглашая округу яростным рыком.

«Успокойся. Здесь нет врагов. Тебя никто не тронет», — мысленно проговорил я и медленно двинулся к нему.

Это было похоже на безумие, но я точно знал, что он мне ничего не сделает. Не знаю, откуда взялась эта уверенность, но я ни секунды не сомневался.

Медведь замолчал и, шумно выдохнув, опустился на мостовую. Если бы была возможность перенести его в лабораторию, то я бы смог его вылечить. С помощью ци-спирит можно в разы увеличить регенерацию. Но сейчас я мог только с щемящим чувством в груди наблюдать за тем, как силы покидают некогда величественное создание.

Вдали послышались сирены. Кто-то уже вызвал полицейских. Я решил не оставлять мутанта одного, поэтому приблизился и опустился на корточки. Медведь поднял на меня глаза полные боли и глухо простонал. Ему было больно, очень больно, но я не мог помочь.

«Прости», — я провел рукой по мокрой от крови шкуре и почувствовал ком в горле.

Вскоре подъехала полицейская машина. Из нее выбежали два бравых сотрудника и велели мне отойти от мутанта.

— Что вы с ним сделаете? — спросил я не оборачиваясь.

— Господин, прошу, отойдите от зверя, — повторил один из них.

— Я хочу знать, что с ним будет, — в моем голосе послышались металлические нотки.

— Господин, нам приказали убить мутанта.

Я глубоко вздохнул. А что еще от них можно ожидать? Для этого общества убийство животных уже давно стало легальным развлечением.

«Прощай».

Медведь поднял на меня глаза. Он будто умолял не оставлять его.

— Господин, это опасно. Отойдите от зверя, — меня грубо схватили за руку и оттолкнули в сторону.

Послышался звук выстрела, который эхом пронесся по городу, отражаясь от стеклянных небоскребов. Я не стал оборачиваться и двинулся к фургону, возле которого переминался встревоженный Кун.

— Тэджун, ты в своем уме⁈ Я же чуть не обосрался, а ты прямо к нему подошел. Мутант же мог тебя убить! — его трясло, и он слегка заикался.

Похоже, здорово переволновался.

— Все хорошо, дружище, — я похлопал его по спине. — Это был просто загнанный, испуганный, раненый медведь. Он не хотел нападать, а молил о помощи.

— Откуда ты знаешь, что он хотел? — Кун немного пришел в себя, но все еще сердился на меня.

— Просто знаю и все, — дернул я плечом и обернулся в поисках Ким Хани.

Ее туфли до сих пор валялись на тротуаре.

Чуть позже мы нашли девушку в магазине верхней одежды, куда она забежала и спряталась в примерочной. Пока шли к фургону, Хани не меньше пяти раз спросила, точно ли мерзкая тварь сдохла.

— Тэджун, мусоровоз, — Кун кивнул в сторону ворот корпорации, где остановился мусоровоз.

— Поехали уже. Хочу домой, — недовольно протянула Ким Хани, разглядывая свое заплаканное лицо в лобовом зеркале.

Она жила в противоположной части города, совсем не по пути. Сейчас мы либо высадим ее и поедем за мусоровозом. Либо отвезем девушку домой и не будем знать, какая из куч с мусором нам нужна.

— Ким Хани, давай я тебе вызову такси и оплачу. Нам с Куном надо срочно ехать.

— Что ты несешь, Тэджун? Я не хочу, чтобы меня видели в таком виде.

Она указала на порванные колготки, черные следы под глазами от туши и растрепанную прическу.

— Ты хоть понимаешь, что обо мне могут подумать? Я не выйду из этой машины, пока вы не отвезете меня домой, — упрямо заявила она и демонстративно вцепилась ногтями в водительский подголовник.

Кун выжидающе посмотрел на меня. Мне не хотелось посвящать еще и Ким Хани в мои дела, но и упускать возможность помочь Сувону я не хотел. Еще неизвестно, смогу ли я еще раз облучить пробирку с его днк.

— Ладно. Поехали. Сначала по делу, а потом отвезем Хани, — кивнул я.

— Так бы сразу, — довольная девушка, пристегнулась и откинулась на спину кресла.

Однако, как только мы выехали из города и повернули к свалке, от ее хорошего настроения не осталось и следа.

— Вы куда меня привезли? Вы что, издеваетесь надо мной? Фу-у-у, как воняет! Закройте окно!

— Я предлагал вызвать такси, — усмехнулся я. — Теперь сиди и не возникай.

— Решили пошутить, да? Вы поплатитесь за это! — продолжала возмущаться она.

— Тихо! — прикрикнул я. — Сделаем дело и отвезем тебя домой.

В это время мусоровоз вывалил содержимое кузова на ту же самую площадку, развернулся и уехал. Мы с Куном вышли из фургона и направились к мусору.

— Что вы собираетесь делать? — увязалась следом Ким Хани, закрывая нос воротником.

— Придется ей рассказать, а то неизвестно, что подумает, — шепнул мне Кун.

Я с ним согласился. Какой бы хитрой стервозиной она не была, но все же на нее можно положиться. Резко остановившись, я взял ее за плечи и вкратце рассказал, зачем мы сюда приехали.

— Тэджун, ты с ума сошел, — выдохнула она. — Если об этом узнаю, то… с позором уволят, и больше ни одна уважающая себя лаборатория тебя не возьмет. Ты что, не понимаешь этого?

— Я знаю об этом, поэтому надеюсь, что ты будешь молчать, — подмигнул я.

Она вздохнула и кивнула.

— Хорошо. Но только ради пса.

Мы с Куном приступили к поискам, но девушка не изъявила желания присоединиться и вернулась в фургон.

— Помощь нужна? — услышали мы голос за спиной.

Это были те самые бомжи, которые помогли нам в прошлый раз. Вчетвером мы быстро перерыли всю кучу, и вскоре Кун нашел пробирку. Я расплатился с мужчинами. Хоть они и не нашли сверток с пробиркой, но все же помогли в поисках. Без них мы бы провозились гораздо дольше.

— Вы тоже держите язык за зубами, — грозно сказала Ким Хани, когда мы вернулись к машине. — Не хочу, чтобы кто-то узнал, что я была на свалке. Это сильно скажется на моей репутации.

— Обещаем молчать, — улыбнулся я.

Мы подвезли девушку до дома и поехали ко мне. Гель следовало ввести в пасть питбуля, а не уколом, как раствор, поэтому пришлось повозиться.

— Надеюсь, ци-спирит не полностью испарился, — сказал я, взглянув на часы.

Четверть первого часа ночи. Две минуты назад питбуль чуть не проглотил ложку, которой я скормил ему гель.

— Надо вывести его на прогулку.

— Подождем. Может подействует? — предложил Кун, опасливо поглядывая на грозно рычащего питбуля.

— Думаю, бесполезно ждать, — упавшим голосом ответил я. — Прошло уже десять минут. Обычно раствор срабатывает сразу же.

— Раствором, конечно же, быстрее. Но это же гель. Через желудок всегда дольше всасывается.

— Нет, я просчитался, и гель тоже не сработает.

Едва я это сказал, как питбуль замер. Он недоуменно уставился перед собой, потом лег на пол клетки и заскулил.

— Сувон, Сувон, — позвал я.

Питбуль повернул ко мне голову и завилял хвостом.

— Ха! Подействовало! — Кун даже подпрыгнул от радости.

Я осторожно открыл клетку и погладил пса. Тот принялся лизать мою руку.

— Фух-х-х, — с облегчением выдохнул я.

Надев поводок на питбуля, вывел его на улицу. Кун собрался ехать домой, поэтому я поблагодарил его, проводил до машины, а затем вместе с Сувоном двинулся к парку.

После прогулки накормил питбуля, поменял воду в миске и постелил ему плед у кровати. Пес тут же растянулся на мягком ложе и заснул.

Мне же сон никак не шел. В голове крутилось происшествие с медведем. Откуда во мне вдруг взялась такая уверенность, что он меня не тронет? Вообще, это было довольно безрассудно. Даже от раненого медведя я бы не смог сбежать, если бы он захотел меня поймать. Я будто чувствовал мутанта и знал, чего он хочет.

Почти то же самое было с Сувоном. Пес сам мучился от того, что стал таким агрессивным. Он пытался подавить в себе враждебность, но изменения в отделе мозга и в соответствующих гормонах, оказались намного сильнее его воли.

Я пришел к выводу, что каким-то непостижимым образом устанавливал ментальную связь с этими животными. Или мне это только показалось? Все же надо проверить опытным путем. Благо животных в лаборатории хватает.

Наутро мы с Сувоном вышли на пробежку. Я снова надел на него намордник. Но на этот раз это было связано не с агрессией, а с двойным комплектом зубов, от которых невозможно избавиться. Обратной силы ци-спирит не имеет.

Если буду выгуливать мутанта, то привлеку к себе ненужное внимание. Не хватало еще, чтобы на работе об этом узнали. Все же по регламенту и по приказу начальника я должен был убить пса.

Целый час мы с Сувоном провели в парке. Он радостно носился рядом, пугал белок заливистым лаем и приносил мне палку. Я же на этот раз решил проверить свои возможности и пробежал аж тридцать километров. Тридцать! Несколько дней назад после трех километров я чуть не выплюнул свой желудок, а сегодня пробежал тридцать и был полон сил.

У меня пока не было объяснений этому феномену, но достижения радовали. К тому же и ночь проходила спокойно. Больше не было приступов.

А, может, это энергия ци-спирит на меня так подействовала? Надо выяснить, замечали ли остальные какие-нибудь изменения.

Сегодня я обещал навестить мать Тэджуна. Раз уж меня каким-то образом переместило в это тело, то я обязан заботиться не только о нем, но и о родных парня.

Мать Тэджуна звали Ли Синхэ. Она жила в пригороде Сеула и одна воспитывала сына. Тэджуну она говорила, что отец погиб в автокатастрофе до его рождения. Так это или нет, парень не знал, но и выяснить не пытался.

На двух автобусах добрался до пригорода и, закупив пакет продуктов, подошел к небольшому частному дому. Выглядел он опрятно и был покрашен светло-желтой краской.

Не успел я постучать, как дверь открылась.

— Сынок, наконец-то ты приехал, — мать Тэджуна крепко обняла меня и потянула в дом.

Синхэ была невысокой, стройной женщиной, в которой, несмотря на возраст, сохранились былая красота и природная грация.

Внутри дом тоже был чистый и обставлен со вкусом.

— Как я рада, что ты наконец-то нашел время меня навестить, — она накрывала на стол, раскладывая небольшие блюдечки с различной закуской. — Расскажи мне о себе. Как самочувствие? Как дела на работе?

— Все хорошо. Завел собаку, — я решил признаться, ведь она все равно рано или поздно узнает.

— Собаку? Кто же за ней будет ухаживать? Ведь ты постоянно пропадаешь на работе.

— Сам и буду. Пес добрый и воспитанный, — взял двумя пальцами кимчхи и с наслаждением захрустел.

За месяц я уже привык к местной еде и находил ее довольно вкусной и полезной.

— Ну и хорошо, — она наконец перестала мелькать перед глазами, села за стол и внимательно посмотрела на меня. — Ты же знаешь, как я волновалась из-за вашего разрыва с Го-ын. Думала, что ты в депрессии.

— Разрыва с кем? — не понял я.

— Хорошо-хорошо. Даже не будем вспоминать о ней, — она замахала руками и подвинула ко мне тарелку. — Лучше положи себе рыбки.

Что еще за Го-ын?

Глава 8

За время разговора выяснилось, что у Тэджуна была невеста, которая бросила его за пару месяцев до свадьбы. Все это довольно странно, ведь в памяти не осталось никаких воспоминаний о ней. Вообще никаких. Я не понимал, как это возможно, ведь по словам Синхэ Тэджун встречался с ней почти три года.

Притом эти годы не выпали из моей памяти. Я знал, куда он ездил и чем занимался, только оставалась заблокированной информация про Го-ын. Даже лица не помнил. Очередная странность.

До пяти часов вечера я просидел в доме детства Тэджуна и многое про него узнал. Оказывается, он всегда любил животных и мечтал стать ветеринаром. Однако, когда подрос и узнал от матери, что отец был биоинженером, решил пойти по его стопам.

Корпорация Биотех считалась самой престижной и имела отделения почти в каждом городе Кореи, поэтому сразу после окончания университета Тэджун претендовал на вакантную должность и прошел по всем требованиям.

— Отец бы гордился тобой, — Синхэ взяла мою руку и легонько сжала. В ее глазах стояли слезы.

— Ты говорила, что он погиб за несколько месяцев до моего рождения. Как это случилось?

— Он возвращался из деловой командировки из Пусана. Их автомобиль съехал с дороги, опрокинулся и загорелся. Водитель и его коллега сумели выбраться, а отец нет. Он ударился головой и потерял сознание.

— Как его звали?

— Чан-Ук.

— А фамилия?

— Уже не помню, — отмахнулась она и сразу переключилась на грязную посуду.

— Ты не помнишь фамилию своего жениха? — удивился я.

— Много лет прошло. Не помню, — она отвернулась к раковине и включила воду.

— Может, ты знаешь кого-нибудь из его родных?

— Нет, никого не знаю, — быстро ответила она.

Мне показалось подозрительным, что Синхэ не хотела разговаривать об отце Тэджуна. Зачем ей что-то скрывать?

— Только не говори мне, что ты была любовницей, а не невестой, — пронзила меня догадка.

— Ты выдумываешь глупости, Тэджун! — возмутилась она. — Лучше езжай домой и покорми собаку, пока она не съела твои ботинки.

М-да. Наверняка что-то скрывает, иначе не стала бы так себя вести. Однако она была права, нужно возвращаться. К тому же сегодня должен состояться бой между крокодилом и вараном, а я не хотел его пропускать. Уверен, там будет на что посмотреть.

Пообещав навещать чаще, чем раз в месяц, вышел на улицу и двинулся к автобусной остановке. Первым делом предстояло накормить и выгулять Сувона, а потом ехать к «Гладиаторам Сеула».

По пути позвонил Кун и сказал, что заберет меня. Ему тоже не терпелось побывать на таком зрелищном сражении.

Радостный Сувон встретил меня у двери. Пока мы с ним гуляли в парке, приехал Кун.

— Тэджун, ты обещал мне дать взаймы, — осторожно начал он, когда мы зашли в квартиру.

— Дам, если обещал. Сколько надо? — я нарезал мясо нетерпеливому псу, который крутился у моих ног и жалобно поскуливал.

— Хотя бы двести тысяч вон.

— Тебе на аренду квартиры не хватает?

— Нет, хочу поставить на крокодила, — признался он. — Похоже, у Хён Бина, действительно, есть связи, поэтому он знает, кто победит.

Я вздохнул. Делать ставки — все равно что поощрять смертоубийство на арене. Хотя если так рассуждать, то и покупка билета является тем же самым.

— Хорошо, дам. Но больше не смогу, поэтому, если ты проиграешь…

— Не волнуйся, больше не попрошу… По крайней мере, в этом месяце, — заверил он.

Когда подъехали к арене, Хён Бин и Ким Хани уже были там.

— А где Пак Ю? — спросил Кун, когда мы подошли к ним.

— После вчерашнего еще не оклемался, — махнул рукой Хён Бин, который, кстати, тоже выглядел неважно. — Ставки будете делать?

— Будем. Хочу поставить двести тысяч, — кивнул Кун. — Но если крокодил проиграет, то ты мне возмещаешь.

— Не проиграет, мне обещали, — буркнул Хён Бин и первым направился к стеклянным двустворчатым дверям.

Я задумчиво посмотрел ему вслед. Что он имел в виду, говоря «мне обещали»? Подставной бой или ему подсказывает кто-то, кто на самом деле разбирается?

Похоже, он вращается среди людей, которые-либо являются ярыми болельщиками и знают все слабые и сильные стороны бойцов. Либо этот кто-то сам участвует в сражениях и выставляет бойцов.

Я перевел Куну двести тысяч и двинулся к кассе за билетом вслед за Ким Хани. Когда мы зашли на арену и сели на свои места, девушка повернулась ко мне и прошептала:

— Как Сувон? Все получилось?

— Да, он успокоился.

— Я рада, но обещай мне, что больше никогда не будешь так рисковать и выносить ци-спирит из лаборатории?

Она сделала строгое лицо.

— Когда ты так смотришь на меня, то напоминаешь мою первую учительницу, — усмехнулся я.

— Вообще-то, это не смешно. Если не думаешь о себе, то хотя бы подумай обо мне.

В это время к нам сзади незаметно подошли остальные, и Хён Бин тут же заинтересовался нашим разговором:

— Хани, почему Тэ-э-джун должен думать о тебе? Вы от нас что-то скрываете?

Девушка не удостоила его ответом и повернулась к экранам, на которых по очереди мелькали то гигантский крокодил, то грозного вида варан.

Вскоре свет над зрительскими местами приглушили и на площадку вышел ведущий. Зал взорвался аплодисментами.

Когда с приветствиями было закончено, он вкратце рассказал, какой из бойцов, откуда приехал и на каких соревнованиях выигрывал. Получалось, что послужной список варана был гораздо более внушительный, чем у крокодила. К тому же ведущий упомянул о том, что варан ядовит и с помощью мутации его яд стал гораздо более губительным и быстродействующим.

— Хён Бин, даешь голову на отсечение, что победит крокодил, а не варан? — с сомнением посмотрел Кун на племянника начальника.

Тот не удостоил его ответом, но выглядел не таким уверенным, как в отделе. Похоже, он все-таки сомневался.

Ведущий объявил начало боя и удалился с площадки. Все замерли и подались вперед, ожидая появления бойцов.

Двери отсеков раздвинулись, и первым вышел гребнистый крокодил. Длиной он был метров семь, а весом не меньше тонны. Гигант медленно двинулся по площадке, приподняв туловище и волоча за собой хвост. На его голове мигала черная коробочка управления. В этом изобретении использовалась энергия ци-спирит, связывая питомца и владельца ментальной связью, поэтому прибор стоил больших денег.

Одного взгляда на рептилию хватило, чтобы понять, какие именно изменения были привнесены в его тело. Во-первых, гребни. Костяные, заострённые кверху, они располагались в пять рядов, образуя защитный частокол.

Во-вторых, кожа. Даже издали заметно, что она укреплена и имеет металлический блеск.

А также зубы. Их стало гораздо больше, чем у обычного крокодила.

Над крокодилом явно поработал профессиональный биоинженер, который хоть и изменил рептилию, но все же умеренно и лишь улучшил уже имеющееся.

В это время появился второй боец — варан.

— Эх, надо было на варана ставить, — удрученно выдохнул Кун.

Варан больше походил на динозавра — настолько сильно его изменили: острые зубы, броня из костяных пластин, а еще мощный горловой рык, которым он возвестил свое появление. Он не был похож на того варана, фотографию которого показывали на экранах.

— Это что за подстава! — возмущенно воскликнул Хён Бин и вскочил на ноги. — Это совсем другой варан!

— Похоже, на этот раз ты облажался. И мы вместе с тобой, — воззрился на него недовольный Кун.

— Заткнись, Кун! — рявкнул Хён Бин. — Нечестно вносить изменения после объявления боя. Как администрация арены допустила такое⁈ Если крокодил проиграет, я им такое устрою…

Он недоговорил, но судя по раскрасневшемуся от негодования лицу и кулаками, которыми сотрясал перед невидимым врагом, он вознамерился разобраться с теми, кто допустил такую оплошность. Интересно, в правилах арены есть пункт, запрещающий вносить изменения? Если нет, то администрация ни при чем и предъявить им нечего.

— Хён Бин поставил на крокодила полтора миллиона вон, — шепнула мне Ким Хани.

— Теперь понятно, почему он так взбешен, — кивнул я.

Между тем бой начался. Варан был меньше крокодила и гораздо проворнее, поэтому оббежал его и, пока громоздкая рептилия поворачивалась, цапнул за заднюю лапу. Сам укус не представлял серьезной опасности здоровью крокодила, но яд, о котором предупреждал ведущий, уже попал в его кровь. Теперь дело времени.

Одного укуса крокодила хватило бы, чтобы бой прекратился его победой, но хозяин варана прекрасно понимал это, поэтому заставлял бойца постоянно двигаться и держаться на расстоянии от зубастой пасти.

Пару раз крокодил чуть не схватил варана, но вскоре стало понятно, что яд начал действовать. Укушенная задняя лапа раздулась до неимоверных размеров, отчего животное старалось не наступать на него и стало еще медлительнее. К тому же я заметил, что у рептилии подрагивает голова. Возможно, в железах варана находится нервно-паралитический яд.

Кун с недовольной миной наблюдал за сражением. Хотя сражением происходящее на площадке можно назвать с большой натяжкой. Крокодилу ни разу так и не удалось схватить варана, тот же, в свою очередь, успел укусить и за вторую заднюю лапу, и за хвост.

— Пойдем отсюда. Не хочу на это смотреть. Лучше спать лягу пораньше, — пробурчал Кун. — Деньги верну с зарплаты. Надеюсь, тебе не к спеху?

— Нет, все нормально. Вернешь, когда сможешь, — отмахнулся я.

В это время крокодил лег на пол, раскинул подёргивающиеся лапы и замер.

— Он что, умер? — Ким Хани подалась вперед, чтобы лучше видеть то, что творится на площадке.

— Похоже на то, — кивнул Кун, поднялся и двинулся к выходу.

Варан издал победоносный рык, развернулся и пошел к открывшемуся отсеку. В это время крокодил распахнул пасть, сделал рывок и схватил варана. Мощная челюсть сомкнулась, и дикий крик боли разнесся по арене. Однако продолжался он недолго. Крокодил еще пару раз клацнул зубами, раздробил костяные пластины и располовинил тело варана.

— Ура!!! Победа! — заорал Кун.

К нему присоединился радостный Хён Бин. Они даже обнялись от радости, хотя в обычной жизни недолюбливали друг друга.

Такое непредсказуемое окончание сражения взбудоражило весь зал. Крики, овации, ругань, драки еще долго не смолкали.

Кун с Хён Бином поспешили за выигрышем, а мы с Ким Хани вышли на улицу.

— До сих пор не могу забыть того мутанта. Стоит перед глазами, — призналась она и поежилась.

— Да, бедное животное. Это был медведь. Скорее всего, гималайский, но точно невозможно сказать. Его сильно изменили. Шерсть как проволока. К тому же…

— Тебе что, мутанта жалко? Он же чуть не набросился на нас, — возмутилась девушка.

— Жалко, конечно же. Он же ни в чем не виноват. А тебе, нет?

Ким Хани замялась. В этом обществе сражения и убийства животных — норма, поэтому люди не видели в этом ничего предосудительного. К тому же были сторонники теории, что, выплескивая агрессию через бойцов, люди перестанут совершать преступления. Я в это не верил. По-моему, совершенно наоборот, агрессия порождает агрессию.

В это время из здания вышли Кун и Хён Бин. Кун с довольным видом вернул мне занятые деньги и предложил:

— Может, в кафешку? Поедим лапши, выпьем соджу?

— Только за твой счет, — ответил Хён Бин.

— Что⁈ Ты выиграл гораздо больше меня. Имей совесть!

— Они мне для дела нужны, так что считай, что у меня этих денег нет, — возразил Хён Бин.

— Тогда расходимся по домам. Мне еще за квартиру платить, — буркнул Кун.

Хён Бин предложил подвезти Ким Хани до дома, но та отказалась, заверив, что встречается с подружкой в торговом центре, возвышающемся в паре десятков метров от нас. Наверняка не хочет оставаться с ним наедине. Непонятно только почему прямо об этом не скажет. Держит на коротком поводке?

Кун подвез меня до дома, мы закупились в продуктовом и поднялись в квартиру. Пока я выгуливал Сувона, он пожарил мясо и нарезал овощи.

— Как думаешь, откуда Хён Бин знает, кто выиграет? — спросил он, когда мы сели за стол перед телевизором.

— Не знаю. Возможно, кто-то из его знакомых вертится в тех кругах и знает, кто на что способен? — предположил я и бросил Сувону кусок мяса.

Пес поймал его на лету, проглотил, не жуя и, облизываясь, снова уставился на нас.

— Хм, скорее всего, ты прав, но все странно как-то. Кстати, не хочешь выставить Сувона на бой?

— Нет, никогда не буду участвовать в сражениях. И вообще, я категорически против арен.

— Кому ты чешешь? — хмыкнул он. — Сам постоянно говорил, что мечтаешь накопить на тигра и сделать из него первоклассного бойца.

— Люди меняются, — дернул я плечом. — Больше не хочу.

Из воспоминаний Тэджуна я знал, что он был ярым болельщиком и не пропускал ни одного соревнования, а также ездил по всей Корее, чтобы посмотреть на бой полюбившегося зверя. Он родился и рос в этой реальности, поэтому не понимал, как на самом деле ужасно то, что происходит.

— Я сегодня нечаянно кое-что подслушал, — признался Кун, когда опустошил вторую бутылку соджу.

— И что же? — равнодушно спросил я.

По телевизору шла прямая трансляция с одной из арен города Тэгу, где проходил турнир петушиных боев.

— Хён Бин договаривался с кем-то по телефону в следующую субботу встретиться на арене в парке Кванаксан.

— В природном парке? — удивился я. — Там нет никаких арен. Ты что-то напутал.

Тэджун часто ездил с мамой в тот парк и знал каждую тропинку.

— В том-то и дело, что официальной арены там нет. Но это еще не самое интересно, — он понизил голос, будто кто-то нас мог подслушать.

— Ну?

— Хён Бин сказал, что привезет своего бойца.

Кун вытаращился на меня так, будто раскрывал государственную тайну.

— Бойца? У него есть свой боец? — я задумался, но в памяти Тэджуна такой информации не было.

— В том-то и дело. А нам он ни слова об этом не говорил, хотя очень любит хвастаться. Как думаешь, откуда ему боец?

Я пожал плечами. Бойцом мог быть кто угодно. Жук-олень, например. Да-да, здесь сражались все, кроме людей.

— Хочу съездить в парк и посмотреть, что от нас скрывает Хён Бин, — Кун отрыгнул, встал из-за стола и плюхнулся на диван.

— Зачем тебе это?

— Никогда не помешает компромат. Тем более на такого, как Хён Бин. Если он до сих пор нам ничего не сказал, значит, есть что скрывать.

Кун прав. Хён Бин даже когда покупал дорогую рубашку обязательно хвастался, а тут боец. Мне тоже стало интересно.

— Поеду с тобой. Что-то тут нечисто.

Вскоре Кун уехал домой на такси, а я вывел Сувона на улицу. Время было уже за полночь, поэтому в парке прохаживались только влюбленные парочки.

Я отвел пса подальше от людей и снял поводок — пусть побегает. Питбуль тут же исчез в кустах, а я не спеша двинулся по узкой тропе, которая вела к небольшому пруду.

Вдруг из темного лесного массива за прудом, где нет фонарей, раздался вскрик. Я замер и прислушался. Тишина.

— Сувон, ко мне! — позвал я.

Пес выбежал из кустов и притащил обломок доски.

— Хочешь поиграть? В другой раз. Пора возвращаться, — я погладил его по морде и уже хотел зацепить поводок, но мне не давал покоя тот вскрик. Это могла быть птица, но тревожное чувство не оставляло меня.

Чтобы не мучиться неизвестностью, решил проверить. Спустившись к пруду, обошел его по берегу и двинулся в лесную чащу. Вокруг царила тишина, слышались только далекие сирены полицейских машин.

Я прошел уже довольно далеко, и впереди между деревьями снова показались фонари, но больше ничего необычного не слышал. Когда уже решил возвращаться тем же путем, как вдруг увидел в полутьме две мужские фигуры и одну женскую. Они о чем-то тихо разговаривали. Вроде ничего подозрительного не наблюдается, но я все же решил подойти поближе и услышал сначала всхлипы, а потом грубый мужской голос.

— Если еще хоть раз выступишь со своей поганой инициативой, то умрешь. Ты все поняла, сука?

Глава 9

Девушка всхлипнула, вытерла слезы тыльной стороной ладони и твердо заявила:

— Я не одна. Нас много и с каждым годом будет все больше и больше. Мы истребим раковую опухоль в виде вас и ваших хозяев.

Послышался звук пощечины, и девушка, вскрикнув, упала на землю. Я ломанулся через кусты и выбежал перед двумя бугаями в спортивных костюмах.

— Тебе чего, придурок?

— Оставьте ее в покое, — я говорил спокойно, но внутри буквально кипел.

— Приходи мимо, пока можешь ходить, — криво усмехнулся один из них и выдвинулся ко мне, демонстративно закатывая рукава.

Ну что ж, в прошлой жизни мне приходилось встречаться с такого рода людьми и ставить их на место. Придется и здесь заниматься воспитанием недоумков.

Я увидел, как второй схватил девушку за плечо и грубо поднял на ноги. Пора действовать.

«Сувон, отвлеки второго», — велел я.

Словно в замедленной съемке я видел, как мне в лицо летит здоровенный кулак. Чуть наклонившись в сторону, схватил его за руку и резко дернул вперед. Верзила полетел вслед за своим кулаком, не удержался на ногах и свалился в кусты.

В это время Сувон облаивал второго мужчину, которому уже не было дела до девушки. Он испуганно смотрел на питбуля с двумя рядами острых зубов и отступал к освещенной дорожке.

Верзила, осыпая меня грязными ругательствами, вылез из кустов и снова набросился. Я не был уверен в силе удара в этом теле, поэтому решил действовать по-другому. Уклонившись от его ударов, сделал подсечку и навалился на упавшего злодея, прижимая его к земле.

— Ах ты гаденыш! Я тебя на куски разорву! — взревел он, пытаясь спихнуть меня. Я перехватил его правую руку и завел назад.

Послышался отборнейший мат, но верзила перестал пытаться вырваться. Еще бы. Стоило мне чуть-чуть надавить, и его рука просто выскочит из плечевого сустава и будет плетью болтаться на уровне колена.

В это время Сувон схватил второго за ботинок и с грозным рычанием яростно тряс головой. Мужчина орал дурным голосом.

— Девушка, вы в порядке? Сможете вызвать полицию? — спросил я.

Она стояла, прижимаясь спиной к стволу дерева, и тихонько плакала.

— Д-да, в порядке. С-спасибо, — всхлипывая ответила она. — Не надо полицию. Не хочу, чтобы об этом стало известно журналистам. Мои люди сами с ними разберутся.

Верзила подо мной перестал вырваться и испуганно посмотрел на нее. Похоже, он сам не знает, с кем связался. Впрочем, как и я.

— Ну ладно, — дернул я плечом. — Тогда уходите, а мы с Сувоном подержим их здесь.

— Еще раз спасибо, — кивнул она, вышла на дорожку и побежала в сторону виднеющихся над деревьями высотных домов.

Я подождал минут пятнадцать, чтобы дать ей время скрыться, и позвал Сувона, который продолжал удерживать второго бандита. Питбуль отпустил ботинок, но продолжал грозно рычать. Бандит же хромая, рванул в противоположную сторону, нисколько не заботясь о своем подельнике.

Когда Сувон подошел ко мне, я отпустил верзилу. Тот поднялся на ноги, попятился к дороге, не спуская настороженного взгляда с пса, а затем грузно побежал за вторым.

Возвращаться обратно через лес не хотелось, поэтому мы с Сувоном обошли парк по освещенным дорожкам.

Пока шел, обдумывал то, что произошло. Бандиты говорили про какую-то «поганую» инициативу. То есть это были не грабители или насильники. Скорее всего, они просто пытались ее напугать.

В свою очередь девушка отказалась вызывать полицию, хотя они ее ударили. К тому же сказала, что ее люди сами с ними разберутся.

М-да, ничего не понятно.

* * *

Хан Сюзи полулежала на кожаном диване и прикладывала к распухшей щеке холодную бутылку газировки.

— Какого дьявола ты вообще поперлась ночью в тот парк⁈ — брат был вне себя от злости и метался по своему роскошному кабинету, ожидая приезда начальника службы безопасности, который жил за городом в частном доме.

— Я же сказала, что меня заманили. В течение двух месяцев я переписывалась с правозащитницей, которая оказалась перекаченным амбалом.

— А тебя не насторожило, что правозащитница хочет встретиться с тобой ночью в парке, а не днем в кафе или еще где-нибудь? Я просто поражаюсь твоей наивности, — всплеснул он руками.

— Нет, не насторожило, — она с тихим хлопком открыла бутылку и пригубила сладкий напиток. — Ты же сам знаешь, как их преследуют. Сейчас все правозащитные организации, выступающие против боев животных, либо подставные и на самом деле ничего не делают и лишь пыль в глаза пускают. Либо очень хорошо прячутся, чтобы на них не давили. Я подумала, что нашла одно из них, но, как видишь — это была подставная.

— Когда же ты уже придешь в себя и перестанешь заниматься ерундой?

— Это не ерунда, — она повысила голос и смерила брата строгим взглядом. — Так не может продолжаться. Ты видел тех уродцев, которых достают из подпольных арен? К тому же в последнее время и официальные арены допускают на сражения мутантов, по которым уже трудно определить, кем они были. Что будет дальше? Куда это приведет? — она распалялась все сильнее. — А я тебе скажу, куда — разрешат мутацию людей. Да-да, женщины перестанут накачивать губы и сиськи силиконом, а просто будут облучаться, меняя свою внешность и формы. Начнут облучать детей, чтобы те соответствовали нужным параметрам родителей…

— Мутация людей законодательно запрещена и преследуется Уголовным кодексом, — прервал ее брат.

— Рим, законы меняются. Сегодня запрещено, а завтра разрешат. Кто-то же должен остановить это безумие, — она поставила бутылку на письменный стол и растянулась на диване.

После удара до сих пор трещала голова и горела щека.

— Когда об этом узнает Вон, то…

— Не говори ему. Зачем зря тревожить? Я жива и почти здорова.

Рим тяжело вздохнул, опустился в кресло и потер виски. Хан Сюзи была его младшей сестрой и руководила отделением Биотеха в городе Пусане. Пусанское отделение занималось мутациями, направленными только на улучшение растений и насекомых для нужд сельского хозяйства.

— Сюзи, ты должна знать… — Рим замолчал, подбирая слова. — Старший брат Вон распорядился принимать заказы на облучение животных, участвующих в боях. Мы уже три месяца работаем с такими заказами.

Сюзи приподнялась и побледнела. Даже больная щека перестала пылать.

— Что? — выдохнула она, собираясь с мыслями. — Но ведь отец запретил делать из Биотеха корпорацию монстров. Что бы он сказал, если был бы жив?

— Таковы новые реалии. Теперь на коне лишь те, кто готовит бойцов для арен. Вон принял правильное решение, а тебе пора успокоиться. Ты все равно не сможешь добиться отмены боев. Они приносят большие деньги не только корпорациям, но и государству.

Сюзи не верила своим ушам. Теперь она не имеет никакого права выступать против мутации животных для кровавых боев, ведь ее собственные братья занимаются тем же самым.

В это время в дверь кабинета постучали и зашел Чо Никкун — начальник службы безопасности.

— Вице-президент Хан, вызывали? — поклонился он.

— Да, проходи. Надо кое-кого найти и наказать, — кивнул Рим и посмотрел на сестру, которая до сих пор не пришла в себя и невидящим взглядом смотрела перед собой.

Именно поэтому ее и не ставили в известность об изменениях в головном офисе корпорации. Слишком уж она правильная и поддерживала принципы давно умершего отца.

* * *

Весь следующий выходной день я провел с Сувоном и занимался его дрессировкой. Правда, это была довольно необычная дрессировка. Я отдавал приказы мысленно, а питбуль в точности их исполнял. Теперь я на сто процентов убедился, что могу ментально общаться с ним. Как и почему между нами возникла такая связь, я не знал, но очень хотел докопаться до истины, поэтому позвонил Куну.

— Слушаю, — из трубки послышался сонный голос друга.

— Ты спишь до сих пор? — я взглянул на часы, на которых было почти три часа дня.

— Конечно. Что еще делать в выходной день?

— Например, забрать фургон, — я подошел к окну и посмотрел на зеленый автомобиль у моего подъезда.

— Черт! Совсем забыл о нем. Сейчас приеду.

Через полчаса мы уже сидели за столом и пили свежезаваренный чай с пончиками, которые принес Кун.

— Слушай, а ты давно работаешь в Биотехе? — как бы между прочим спросил я.

— Третий год, а что?

— Ты замечал в себе какие-нибудь изменения.

— Какие еще изменения? — он недоуменно уставился на меня.

— Любые. В теле или в сознании.

Кун на мгновение задумался.

— Да, есть изменения. Во-первых, зрение ухудшилось. Ненамного, но все же, — он принялся загибать пальцы. — Спина болит, особенно поясница. После корпоративов гораздо хуже отхожу. Часто мучаюсь изжогой…

— А что-то хорошее с тобой произошло? — прервал я его.

— Что хорошего может быть от частых недосыпов, сидячей работы и покупной еды из автоматов? — пробурчал он.

Кун описал проблемы со здоровьем типичного офисного работника, но ведь со мной происходили противоположные изменения. Сегодня утром после душа я вновь подошел к зеркалу и заметил, что мышцы стали более рельефными, чем пару дней назад. Даже если упахиваться в тренажерном зале до седьмого пота и горстями пить анаболики, все равно невозможно достичь таких результатов за столь короткое время.

Мы еще немного посидели, и Кун засобирался домой, а я вывел Сувона на улицу. Включив шагомер, сначала пробежал пять километров, а затем направился к месту ночного происшествия. Вдруг бандиты что-то обронили. Все же интересно, кем они были.

Я прошел тем же путем возле пруда и выяснил, что расстояние от того места, откуда услышал вскрик девушки, до места нападения более трех километров по прямой. Разве можно услышать с такого расстояния?

Нарочно залез в телефон и на одном научном сайте прочел, что человеческий крик можно услышать за километр. Максимум за полтора. Хм, может все дело в эхо? Все-таки это парк, и притом довольно заросший.

Мы с Сувоном обошли участок, но кроме примятой травы и следов от мужских ботинок и тонких женских каблуков больше ничего не нашли. Девушку я плохо рассмотрел в темноте. Помню только, что она была хрупкая и темноволосая. Надеюсь, она знает, что делает, и больше не встретится с этими бандитами. Все-таки не надо было ее слушать и самому вызвать полицейских. Какая-то мутная история.

На следующее утро с самого утра начальник Чжи был весь на нервах. Даже не поздоровался, а что-то буркнул под нос и пронесся мимо.

— Тэджун, привет, — махнул мне рукой Кун, который пришел раньше меня. — Ты уже слышал?

— О чем?

— С сегодняшнего дня в нашем отделе хозяйничает аудиторский отдел. Предупредили, чтобы мы работали, как обычно и не отвлекались на них.

— С чего вдруг они нами заинтересовались? — я опустился за свой стол и включил компьютер.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Вроде плановая проверка, но начальник что-то очень уж нервничает.

Все приступили к работе. Близился конец месяца и нужно было сдавать отчеты. Вскоре явился начальник злой, как черт, и впервые на моей памяти, да и на памяти Тэджуна тоже, заорал так, что даже охрип:

— Какого дьявола корова до сих пор в лаборатории⁈ Хён Бин, ты смерти хочешь⁈

Племянник испуганно воззрился на него и торопливо ответил:

— Я все сделал. На выходных владелец не мог ее забрать, договорились, что после обеда подъедет.

— Ну смотри, если не заберет, то в конце рабочего дня ты отвезешь ее к себе домой. Понял?

Хён Бин энергично закивал.

Начальник Чжи продолжительно выдохнул, ослабил галстук и устало поплелся к своему кабинету.

Когда дверь за ним закрылась, все пришли в движение и принялись перешептываться. Ко мне подошла Ким Хани.

— Как думаешь, почему он так раздражен?

— Похоже, это реакция на аудит, — дернул я плечом.

— Это я поняла. Но почему? В чем проблема?

Я тоже думал об этом. Проблем с заказами не было. Мы все выполняли в срок и получали лишь положительные отзывы. За то время, что я здесь работал, не было ни одного возврата.

Только одно меня тревожило — Сувон. Его хозяин получил обратно полную стоимость услуги и еще сверху половину той суммы в качестве извинений, поэтому с ним не должно возникнуть проблем. Но если аудиторы захотят проверить судьбу пса, то узнают, что его не сжигали в крематории. Может и у начальника есть такие «Сувоны», раскрытия которых он очень боится?

— Тэджун, ты меня не слушаешь, — надула она губки.

— У меня нет ответа на твои вопросы. Лучше спроси у Хён Бина. Уж он-то должен знать о делах своего дяди.

— Он ничего не расскажет, но явно что-то скрывает. Пьяным он делает какие-то намеки, но никогда прямо не говорит, — прошептала она и покосилась на Хён Бина, который по телефону упрашивал хозяина коровы забрать ее пораньше. — Помнишь, как в прошлый раз он говорил, что мы лягушки в колодце и не можем воспользоваться тем, что имеем. Как думаешь, что он имел в виду?

— Не знаю. Но им явно есть что скрывать.

Тут дверь кабинета начальника открылась и Ким Хани поспешила на свое рабочее место.

Ближе к обеду поступил следующий заказ. Нужно было облучить пятьдесят белых норок, чтобы их шкурки стали розовыми. Наверняка какой-то богатей хочет порадовать дочь или любовницу розовой шубкой.

Это задание Ханыль поручил Ким Хани, которая согласилась, но сразу же связалась со мной по корпоративному чату и попросила о помощи. Я обещал посмотреть ее алгоритмы, но составить должна их сама. В конце концов, она все-таки инженер и базовые знания у нее имеются.

Пообедать мы с Куном решили в нашей столовой. Правда, походила она больше на пятизвездочный ресторан, но еда была типичная столовская: лапша, тушеные овощи, пережаренное мясо и несладкая выпечка. Для руководства готовили под заказ и разносили по кабинетам, поэтому даже здесь мы с ними не встречались.

— Аудиторы забрали мой ноутбук, — сказал Кун, склонившись над тарелкой с горячей лапшой. — Поэтому отчетами я займусь завтра. Тебе помощь нужна?

— Сегодняшний заказ получила Ким Хани. Вот ей нужно будет помочь. Все-таки пятьдесят норок.

— Я категорически против ей помогать, — возмутился друг. — Пусть сама поработает хоть раз, а то снова все на меня и ветеринаров скинет. Знаю я ее.

— Пока в нашем отделе снуют вездесущие аудиторы, лучше не создавать конфликтов и помогать друг другу. Не только Ханыля они напрягают, но и меня.

— Тебя-то почему? — удивился Кун. — Ты всегда был на хорошем счету. К тебе должно быть меньше всего вопросов.

— А Сувон? — оглянувшись, напомнил я. — Наши аудиторы — настоящие ищейки. Им бы в детективном агентстве работать.

— В этом ты прав. В прошлом году они раскрыли растрату финансового отдела и отправили под суд тогдашнего начальника, хоть он и пытался скрыть свои махинации, подделывая подпись президента и вице-президента.

К нам подсел Хён Бин. Вид у него тоже был удрученный.

— Все еще с коровой возишься? — усмехнулся Кун.

— Пропади пропадом эта говядина! — он грохнул поднос на стол, отчего пролился суп. — Чтоб я еще хоть раз связался с травоядными. Уж лучше бойцов облучать, чем эту живность.

— Хм, интересно, а где же ты облучал бойцов? — я внимательно посмотрел на него.

Хён Бин опешил, лицо покрылось красными пятнами. Все мы знали, что бойцов Ханыль поручал мне.

— Как это где? В нашей лаборатории, конечно же. Ты тогда в отпуске был, — выкрутился он.

— Так, что с коровой? Забрали уже? — напомнил Кун.

— Нет, хозяин сказал, что он в отъезде, поэтому сможет забрать завтра утром. Мне сегодня лучше не попадаться на глаза начальнику Чжи… от греха подальше.

* * *

— А это не он? — спросил начальник службы безопасности Чо Никкун и указал на размытое лицо на мониторе.

— Разве можно здесь кого-то узнать? — вспылила Хан Сюзи и откинулась на спинку кресла.

Двоих негодяев они вычислили уже вчера, а вот спасителя не могли найти.

— Надо было спросить хотя бы имя, — сказал Рим и налил себе мартини, который привез из поездки по Европе.

— Знаешь, я была не в том состоянии, что мыслить, — съязвила она. — Я должна была успеть скрыться, пока он удерживал тех двоих.

Чо Никкун внимательно посмотрел на нее и спросил:

— Как же он двоих удерживал?

— Я же говорила, что он держал одного, а на второго нападал его пес… Правда, он довольно странно выглядел. Мне показалось, что у него два ряда зубов.

— У кого? — не понял Чо Никкун.

— Ну не у парня же, — раздраженно выдохнула она. — У пса, конечно же.

Рим и Чо Никкун переглянулись. Владельца пса-мутанта с двумя рядам зубов не так уж и трудно найти.

— Ну хоть какая-то информация, а то второй день топчемся на одном месте, — Рим опустился на мягкое кресло и отпил терпкий напиток. — Теперь мы его быстро найдем.

Глава 10

Вся неделя пролетела незаметно. Я помог Ким Хани с норками, выполнил два заказа для фермеров, навел порядок в отчетах, а также тренировался сам и дрессировал Сувона.

На днях я заметил, что стал лучше видеть, и очки мне больше мешают, чем помогают. В пятницу я уже настолько хорошо видел, что пришел на работу без очков. Первой, конечно же, обратила внимание Ким Хани.

— Тэджун, ты перешел на линзы? — уточнила она.

— Да, — соврал я.

— Тебе так больше идет, а то в очках ты походил на унылого ботаника средних лет. А теперь помолодел и похорошел, — подмигнула она.

— Рад, что тебе понравилось, но я не для тебя старался, — улыбнулся я.

Она закатила глаза, но больше ничего не сказала.

Кун почти каждый день по пути домой нудил насчет поездки в природный парк, где, по его заверению, Хён Бин выставит бойца.

— Ты уверен, что он тебя не разыграл? — вполголоса спросил я, не спуская взгляда с Хён Бина, который вновь подкатывал яйца к Ким Хани.

Мы всем отделом, кроме начальника Ханыля, сидели в небольшом пабе и попивали пивко. Сегодня за всех платил Пак Ю.

— Уверен. Он отошел в сторону и ответил на звонок. Я подошел к нему сзади, поэтому он даже не подозревает, что я все слышал.

— А зачем ты вообще к нему подходишь со спины? — не удержался я и подмигнул возмутившемуся другу.

— Не смешно. Если не веришь мне, то и не надо ехать. Я съезжу один, а потом пришлю фото. Тебе будет стыдно.

— Ладно-ладно, — примирительно поднял я руки. — Поедем и посмотрим, что там за арена. А если ее там нет, то просто хорошо проведем время. Горы здорово снимают стресс.

Мы посидели еще два часа, болтая ни о чем, и разошлись по домам. По обыкновению перед сном вывел Сувона на прогулку.

«Принеси палку», — мысленно велел я.

Пес сорвался с места и понесся по лесу в поисках подходящей для игры палки. Я же решил провести эксперимент.

На противоположной стороне парка пролегала пешеходная улица, на которой часто собирались начинающие музыканты и певцы. Именно их я и хотел услышать.

Закрыв глаза, замер, пытаясь услышать звуки, которые обычно разносились по пешеходной улице. Сначала услышал шелест листьев от ветра, пробегающего по кронам, кваканье лягушек в пруду, уханье ночной птицы, затем звуки проезжающих машин и скрип тормозных колодок какого-то грузовика, гомон подвыпившей компании и… звуки скрипки. Неумелый скрипач пытался воспроизвести мелодию популярной попсовой песни, но частенько брал не ту ноту.

От него я перекинулся на болтовню каких-то дамочек, обсуждающих мужчин, потом на плач ребенка, которого уводили с детской площадки домой и обещали дать сахарную вату перед сном.

Я продвигался все дальше по улице, будто шел по ней. Разговоры сменялись смехом, невнятным бормотанием старухи, радостными криками, звуками колокольчиков над дверью забегаловки и звоном посуды.

Вынырнул я из мира звуков, только когда к моим ногам легла палка, которую Сувон отыскал в лесу.

«Молодец» — я потрепал его за ухом, подобрал палку и запустил в сторону стриженого газона.

Все, что со мной происходило, имеет отношение к ци-спириту — в этом нет сомнений. Но как энергия попала в мое тело? Неужели Тэджун целенаправленно это сделал? Если так, то зачем? Что он намеревался делать?

Как назло, из памяти исчезли последние дни жизни прежнего владельца тела, поэтому я не знал его планов и намерений насчет ци-спирита.

К тому же стали понятны ночные приступы. Энергия курсировала по телу, ища себе применение. Только когда я начал заниматься зарядкой, ци-спирит принялась наращивать работающие мышцы, а также улучшать все состояние тела. Именно поэтому у меня прошли даже хронические заболевания и анализы оказались идеальными. Что ж, меня это вполне устраивает.

Мы с Сувоном вернулись домой, по пути заскочив в круглосуточный магазин и прикупив лапши и сосисок.

* * *

— Ты уверена, что была собака, а не леопард? — на всякий случай уточнил Рим.

Они с сестрой сидели в небольшом ресторанчике и наслаждались морепродуктами.

— Ты за кого меня держишь? — вспыхнула она. — Я что, по-твоему, пса от леопарда отличить не могу?

Рим пожал плечами. За целый день поисков служба безопасности узнала только, что на камерах, расположенных по всему городу, пару раз мелькнул мутант-леопард с двумя рядами зубов. Вообще, это была не редкость. Как только не изгалялись хозяева бойцов, чтобы навести страха на противника. Даже рога выращивали и две головы, но под описание Хан Сюзи больше никто не подходил.

— Получается, что твой спаситель так и останется без заслуженной награды. Чо Никкун продолжит поиски, но я не уверен, что сможет найти.

— Слушай, я тут подумала… Может все-таки мне показалось, и это был обычный пес? — задумчиво проговорила Хан Сюзи. — Все-таки была ночь. К тому же я подверглась нападению и плохо соображала… Кстати, что стало с теми двумя?

Рим махнул рукой и засунул в рот еще извивающуюся щупальцу осьминога.

— Не думай об этом. Никкун все сделал по высшему разряду. Ты должна знать только одно — они больше тебя не потревожат.

Девушка кивнула и пригубила сладкий слабоалкогольный напиток из высокого стакана.

— Я завтра возвращаюсь в Пусан.

— Отличная идея, — похвалил брат. — Не стоит надолго оставлять без присмотра лабораторию. И вообще, ты обязана ставить нас в известность, если покидаешь филиал. Мы с Воном должны знать, где ты и чем занимаешься, — он строго посмотрел на Сюзи.

— Согласна. Я так и намеревалась сделать, но потом передумала под влиянием подставной правозащитницы. Кстати, вам удалось узнать, на кого работают те амбалы?

— Работали, — поправил ее Рим. — Да, удалось. Как я и предполагал, они были цепными псами ГлобалВижн.

— Скоты! Они и есть главные поставщики уродцев на арены. Ты видел слона, которого они притащили на выставку сельхозтехники в Тэгу?

— Нет, что за слон? — заинтересовался Рим.

— О-о-о, это нужно увидеть, — она полезла в телефон и вскоре показала брату фотографию, на которой было существо, похожее на слона лишь хоботом. Но и тот заканчивался челюстями.

— Фу-у, на это даже мерзко смотреть, — Рим отложил палочки, так как аппетит тут же пропал. — Что они этим хотели показать?

— Лозунг был следующий: «Мы можем создать мутанта под любые запросы».

Рим отодвинул от себя тарелку и запил застрявший в горле ком глотком соджу.

— Нет, это уже за гранью.

— В том-то и дело. Поэтому я выступаю против таких жутких мутаций животных и арен, где они убивают друг друга. Это к добру не приведет.

Остаток ужина они провели молча. Каждый думал о своем. Слова сестры и фотография мутанта-слона оказали на Рима сильное воздействие. Быть владельцем процветающей корпорации — это, безусловно, хорошо. Но была и другая сторона этой монеты — этическая. Одно дело изредка посещать сражения и болеть за понравившегося бойца, и совсем другое — быть соучастником кровожадного убийства. Здесь явно есть над чем подумать.

* * *

После завтрака я подошел к зеркалу. Сегодня мне нужно пройтись по магазинам и прикупить новые вещи, ведь я с трудом застегнул рубашку. Швы трещали, грозясь разойтись. Я стал значительно шире в плечах и в груди.

Также брюки, которые до этого болтались, и если бы не ремень, то сползали бы вниз, сейчас стали тесными.

— М-да, надеюсь, никто не заметит, что я так сильно изменился.

Сувон поскулил во сне и снова хрипло засопел.

В это время заиграла мелодия на телефоне.

— Алло, Тэджун, я уже приехал. Выходи, — послышался голос Куна.

— Так рано? Еще полдня до сражения. Я хотел по магазинам пройтись.

— Ладно, давай по магазинам и оттуда сразу в парк. Лучше приехать пораньше и заранее все разузнать.

Кун привез меня к большому торговому центру, в котором можно найти все — от иголки до новой машины.

Для повседневной жизни я купил пару джинсов и три футболки, а также спортивный костюм, так как зеленые штаны тоже стали малы, и новые кроссовки. Для работы приобрел два новых костюма и пять рубашек разных цветов. Потратился сильно, но этих вещей должно хватить надолго.

— Ты заразился шопоголизмом? — удивился Кун, когда я вернулся к фургону с пакетами. Сувона мы взяли с собой, поэтому он радостный кинулся мне навстречу и принялся лизать руки.

— Нет, просто решил обновить гардероб, а то в последнее время немного… поправился, — выкрутился я.

— Это я заметил, но не стал ничего говорить — типа толерантность и все такое. Только поправился ты как-то странно. Я бы сказал, что просто подкачался. Ты только на шею свою посмотри. Ну или руки. Просто атлет, — с нотками восхищения произнес он.

— И это тоже. Каждый день утром и вечером мы с Сувоном гуляем по парку. А там тренажеры и беговые дорожки. Вот и занимаюсь.

— На тебя положительно влияет эта псина. Хорошо, что ты его не убил, — Кун погладил питбуля по голове.

— Верно. У нас с ним особая связь.

Прикупив сэндвичей и воду, мы направились в природный парк Кванаксан.

Кун утверждал, что подпольные бои проводятся по ночам, чтобы глаза людям не мозолить, а то те могут и в полицию позвонить. Поэтому у нас было еще около четырех часов. Конечно, если вообще здесь есть такая арена, в чем я сильно сомневался. Обычно нелегальные сражения проводились на территории заброшенных предприятий или на подземных парковках.

Здесь же особая природная охраняемая территория, поэтому вряд ли кто-то осмелится приехать сюда. Все же бои проводятся с целью получения денег, поэтому на таких аренах всегда много зрителей, которые горят желанием наблюдать за боями без правил между уродливыми мутантами.

Пока ждали, обошли почти весь парк, перемещаясь то вверх, то вниз по различным тропам. Горы здесь были невысокие, но Кун все равно уже через час взмолился, так как с трудом поднимался на следующую возвышенность.

— Придется идти дальше. Мы же до сих пор не нашли подходящего места, где могут проводиться сражения. Все же нужна пусть и небольшая, но очищенная площадка и места для зрителей.

— Может, ты сам поищешь? Честное слово, я больше не могу. Надо бы и мне начать делать зарядку, — он устало опустился на ступеньку деревянной лестницы.

— Вообще-то, это ты меня сюда притащил, — напомнил я.

— Знаю-знаю. Если я ошибся и Хён Бин решил таким образом меня разыграть, то я готов всю неделю выгуливать Сувона.

— Сувона я сам выгуляю. Мне не в тягость. Давай лучше подумаем, где могут проводиться сражения, — я опустился рядом с ним и окинул взглядом зеленое море растительности и горы, возвышающиеся по обе стороны от нас.

— Даже не знаю. Парк оказался гораздо больше, чем я его себе представлял, — пожал плечами друг.

— Надо логически подумать. Для машин сюда проход закрыт. Дальше парковки не проехать. Вести зрителей на другой конец парка организаторы точно не станут. Значит, надо искать нужное место недалеко от парковки, но в то же время подальше от троп, чтобы случайные зрители не увидели.

— Ты прав. Возвращаемся. Надеюсь, нам не придется прочесывать весь лес. Все же запасного комплекта ног у меня нет.

— Мы поступим по-другому. Нам поможет Сувон.

— Как? Он что ищейка? — удивился Кун.

— В том числе, — улыбнулся я.

Дав мысленный приказ Сувону, отцепил поводок. Питбуль опрометью бросился бежать вниз по тропе. Он найдет арену, я в этом уверен.

Когда мы с Куном вернулись к парковке, то заметили, что машин стало гораздо больше, хотя уже вечерело. Кун предложил проследить за вновь приехавшими, но люди, как назло, расходились в разные стороны.

Мы решили пойти вслед за молодой парой, но они добрались до террасы на берегу горной речки и остановились там. Затем мы увидели собачника с громадным догом, но и он закупил в ларьках уличной еды и расположился на небольшой поляне у тропы, по которой мы недавно вернулись.

— Похоже, я неправильно все понял. Либо Хён Бин меня обманул, — тяжело вздохнув, проговорил Кун. — Заметил, что я подслушиваю, и сыграл сценку «Подлови дурачка».

— Похоже на то. Да и Сувона давно нет. Надеюсь, он не заблудится. Ведь в наморднике он не сможет ни поесть, ни попить, — встревожился я.

Солнце скрылось за горизонтом и стало быстро темнеть. Мы решили вернуться к фургону и подождать пса там. Я несколько раз мысленно приказал ему вернуться, но, видимо, он слишком далеко убежал и не слышит меня.

— Гляди, Сувон, — радостно сказал Кун, тыча пальцем куда-то мне за спину.

Я повернулся и увидел питбуля, который бежал к нам.

— Хороший мальчик! — Кун потрепал его по загривку. — Мы уже испугались за тебя.

«Ты нашел место сражения? Если да, то отведи нас к нему» — велел я.

Питбуль мельком взглянул на меня, развернулся и пошел прочь.

— Куда это он? — удивился Кун.

— Пойдем и узнаем.

Идти пришлось недолго. За пару сотен от парковки была довольно широкая, но свежая тропа. Будто по ней совсем недавно проехалась газонокосилка.

Сувон не торопился и частенько останавливался, поджидая нас.

Вскоре мы увидели вдали небольшое открытое пространство, в центре которого располагалась посыпанная песком и огороженная сеткой площадка.

Вокруг сетки прохаживались несколько человек.

— Нам лучше сойти с тропы и углубиться в лес, пока нас не заметили. Вдруг у них пропускная система или мы должны назвать им пароль, или что-то типа того? — прошептал я.

Кун согласился, и мы углубились в лес, обходя стороной площадку. Сувон побежал вслед за нами и, как мне показалось, был очень горд собой. Ну что ж, он действительно молодец и заслужил вкусную кость из зоомагазина.

Мы подошли к площадке с противоположной стороны от прохода и заметили, что народу значительно прибавилось. Даже можно выйти из леса и незаметно смешаться с толпой. Впрочем, мы так и сделали. Только Сувону я велел оставаться в лесу и чтобы ни происходило не подавать голос.

Люди с нетерпением ждали появления мутантов и то и дело посматривали в сторону прохода.

— Интересно, откуда эти люди узнают о месте проведения сражения? — шепотом спросил Кун.

— Только не вздумай спрашивать у них. Сразу заподозрят неладное. Чего доброго, примут нас за соглядатаев. Тогда мы точно отсюда живыми не уйдем, — предупредил я.

Кун энергично закивал и опасливо оглянулся, чтобы убедиться, что никто не подслушал наш разговор.

Минут через двадцать, когда людей стало столько, что нам пришлось отойти немного в лес, на тропе показался первый боец. Это был гигантский черный волк с выдвинутой вперед зубастой пастью и мощными когтистыми лапами. Рядом с ним шел его хозяин, и их головы были на одном уровне.

— Как не страшно заводить такого монстра? Он же в два укуса проглотит, — покачал головой Кун.

— На нем коробка управления, поэтому он полностью подчиняется воле хозяина. Сопротивление бесполезно. Сам он мыслить не может, — ответил я.

Вчера я весь вечер провел в интернете, изучая принцип работы коробки управления. Наушники на голове хозяина напоминали джойстик, без которого герой компьютерной игры не может действовать. В данном случае героем является мутант. Крошечные кристаллы с энергией ци-спирит находились как в коробочке, так и в наушниках. Точно таким же образом я связывался с Сувоном, ведь во мне и в нем циркулировала энергия. Однако было одно большое отличие: я не подавлял волю Сувона. Он по-прежнему оставался активным дружелюбным псом, но дрессированным.

— Гляди-ка, Хён Бин, — воскликнул Кун и указал на проход. — Я же говорил!

Он стоял на пеньке, поэтому все хорошо видел.

Передо мной образовалась толпа, которая закрывала от меня площадку и проход. Пришлось обойти людей слева по лесу, и только тогда я убедился, что по проходу на самом деле шел Хён Бин.

Выглядел он серьезным и сосредоточенным. Но направлялся к площадке он не один, а со своим бойцом. Ну что ж, теперь мне многое становится понятным.

Глава 11

Рядом с Хён Бином шел леопард. Он хрипло рычал и злобно смотрел на попятившихся зрителей. Его шерсть отливала металлическим блеском, а из ощерившейся пасти капала тягучая слюна.

— У бойца два ряда зубов… Прямо, как у Сувона, — произнес изумленный Кун.

— Угу, — кивнул я.

Это не может быть совпадением. Раствор с измененным составом Хён Бина оказался в пробирке с моей подписью. Зачем Хён Бин это сделал? Хотел подставить меня? Но почему, ведь сам частенько обращается ко мне за помощью?

— И откуда ему деньги на леопарда? — Кун спустился с пня, чтобы Хён Бин его не заметил, и теперь выглядывал, прячась за двумя дамами с пышными прическами.

Я пожал плечами. Меня его финансы совсем не волновали.

Вообще, судя по виду зрителей и по машинам на парковке, все здесь были довольно обеспеченными людьми. Таким, как всегда, не хватает зрелищ. Как говорила моя бабушка: с жиру бесятся.

Мутантов запустили на площадку и закрыли за ними решетку. Леопард под управлением Хён Бина тут же набросился на волка. Однако тот даже не подпустил его к себе, а, подпрыгнув, ударил с размахом лапой по морде, оставив глубокие раны.

Хён Бин чертыхнулся и буквально впился пальцами в решетку, не спуская взгляда со своего бойца, который снова атаковал. Пока мутанты кружились по площадке, осыпая друг друга ударами и оставляя зубами рваные раны, я не спускал взгляда с Хён Бина.

Что за игру вели они с начальником? Ханыль не раз проводил беседы с Тэджуном, намекая, что тот «не пришелся ко двору» и лучше бы ему уйти. Потом Хён Бин заменил раствор, подставляя меня. Наверняка они надеялись, что Сувон успеет натворить дел и возможно даже кого-то сильно ранит или убьет, тогда бы меня не только уволили, но и посадили в тюрьму. Хорошо, что Мина среагировала и не подпустила к себе разъяренного пса.

Вдруг раздался пронзительный вой. Леопард вцепился волку в заднюю лапу и превращал ее в кровавое месиво. На лице Хён Бина появилась торжествующая улыбка.

— Похоже, леопард победил, — сказал Кун. — Интересно, сколько отвалят Хён Бину за эту победу? Теперь ясно, откуда ему деньги на дорогую машину и часы.

В это время волк перестал вопить, замер и посмотрел на хозяина. Наверняка тот смог установить связь с бойцом и теперь подсказывал, как поступить. Зрители, которые также, как и Кун, решили, что победа за леопардом, поняли, что волк просто так не сдастся, и подались вперед, не желая пропустить зрелищного представления.

Хён Бин тоже напрягся, понимая, что сейчас что-то будет. Леопард отпустил ногу волка и хотел отпрыгнуть в сторону, но ударился об решетку. Противник среагировал молниеносно. Он вонзил в леопарда когти, подтянул к себе и сомкнул огромные челюсти на шее хищника. Послышался хруст и звук раздираемой плоти. Волк с глухим рыком буквально отгрыз голову леопарда.

Зрители были в полном восторге от увиденного. Послышались аплодисменты и восхищенные возгласы. Больные ублюдки…

Когда волка увели, разгневанный раскрасневшийся Хён Бин забрался за решетку, сорвал коробочку с головы леопарда и быстро зашагал прочь от площадки. Он явно не ожидал проигрыша.

Тело леопарда унесли с площадки и просто выбросили в лес. В это время к сражению начала готовиться следующая пара бойцов.

— Пошли отсюда, — сказал Кун.

— Погоди. Хочу внимательнее рассмотреть леопарда.

Я подошел к почти обезглавленному телу и склонился над ним, включив фонарь на телефоне. Укрепленная шкура, массивный череп с довольно крупным лбом, нижняя челюсть чуть выдвинута и двойной ряд зубов. М-да, изменения очень похожи на те, что произошли с Сувоном. У меня нет ни малейшего сомнения, что именно Хён Бин создал раствор, который Кун вколол Сувону. Для таких изменений не потребовалась даже днк пса, ведь эти уродства не имеют никакого отношения к его телу. Можно даже вколоть корове, и у нее вырастут лишние зубы.

Вырвав лист лопуха, завернул в него клок шерсти леопарда и засунул в карман. На досуге посмотрю, что с ним сделали.

Я позвал Сувона, и мы втроем направились к парковке. Автомобиля Хён Бина не было, значит, он уже уехал.

Что же мне с ним сделать? Припереть к стенке и заставить признаться? Но что это даст? Меня не уволили, а его и тем более. Я ему, конечно, все выскажу, но вмешивать в это дело руководство не следует. Хён Бин достаточно труслив, поэтому мне ничего не стоит припугнуть его, чтобы больше такого не повторялось.

На следующее утро, когда все пришли на работу и включили компьютеры, из кабинета вышел Чжи Ханыль и с довольным видом направился к лифтам, зажимая подмышкой папку с бумагами.

— Аудиторы закончили проверку, и начальник сразу успокоился, — сказал Ким Хани, расчесывая свои роскошные волосы. — По всей видимости, проверка прошла успешно, и они ничего не обнаружили.

— Хорошо, если так. Я пару раз забывал отключить Иннотех после работы, поэтому волновался, что к этому могут придраться, — признался толстяк Пак Ю.

— Да кто узнает, выключал ты или нет, если камер в лаборатории нет, — махнул рукой Кун.

— Аудиторы все знают, везде лезут и обо всех вынюхивают, — заговорщически прошептал он.

— Ой, ну прям агенты секретных служб, — рассмеялась Ким Хани. — Пак Ю, ты, наверное, фильмов пересмотрел.

— Я прав. Вот увидите, — пробурчал он.

Хён Бин угрюмо смотрел в экран и не обращал ни на кого внимания. По всей видимости, на леопарда он возлагал большие надежды.

* * *

— Доброе утро, начальник Чжи, — поклонилась секретарь.

— Доброе утро! Доложите вице-президенту о моем приходе, — попросил он.

Девушка скрылась за дверью, а Ханыль осмотрелся. За все время работы он всего три раза был на этаже вице-президента. Кроме его кабинета, здесь находились зал совещаний, тренажерный зал и комната отдыха с кроватью и душем, напоминающая гостиничный номер.

Огромные панорамные окна создавали вид, будто паришь над землей, а яркое утреннее солнце приподнимало и так хорошее настроение. Сегодня прекрасный день.

— Проходите, вице-президент ждет вас, — девушка распахнула дверь кабинета и склонила голову.

Ханыль провел рукой по волосам, откашлялся и, перехватив поудобнее документы, зашел в кабинет.

Вице-президент Хан Рим сидел за столом и что-то внимательно изучал на мониторе компьютера.

— Доброе утро, господин Хан, — Чжи Ханыль низко поклонился и чуть не выронил документы.

— Доброе, начальник Чжи. Присаживайтесь. Что привело вас ко мне? — он откинулся на спинку кресла и, сцепив пальцы в замок, пристально посмотрел на пожилого Ханыля с неприятными бегающими глазами.

Рим знал, что Ханыль многое сделал для корпорации и не зря занимает должность начальника отдела, но все же чувствовал к нему неприязнь. Это чувство ничем не подкреплялось, но вице-президент не мог подавить его.

— Я пришел поговорить по поводу аудиторской проверки.

— Да-да, я видел результаты. В принципе неплохо, если не считать большого перерасхода ци-спирита. Как вы можете это прокомментировать?

— Именно поэтому я и пришел к вам, — Ханыль раскрыл папку и выудил оттуда какие-то графики. — Перерасход такой дорогостоящей энергии, как ци-спирит, ни за что нельзя прощать. Один кристалл стоит баснословных денег и нам требуется больше года, чтобы…

— Ближе к делу, — прервал его вице-президент.

— Да-да. Я потребовал у службы безопасности график посещения лаборатории, а также снял показания с Иннотех о том, кто сколько раз включал прибор, — он протянул два листа.

Хан Рим окинул их взглядом.

— Что дальше?

— Как видите по первой таблице все лаборанты и инженеры посещали лабораторию примерно одинаковое количество раз. Но вот Иннотех один из инженеров включал чаще других почти в три раза. Полагаю, что именно он допустил перерасход ци-спирита, потому что постоянно переделывал свою же работу из-за некачественно сделанных алгоритмов.

— Хм. И кто же это?

— Ли Тэджун.

— Понятно, — Хан Рим глубоко вздохнул. — Лишите его месячной премии и обязательно проведите разъяснительную беседу. Нам очень дорого обходится добыча кристаллов, поэтому все должны понимать ценность энергии и не расходовать зря.

— Полностью с вами согласен. Только думаю, что лучше уволить Ли Тэджуна.

— Зачем? К тому же если мы выиграем тендер, то работников будет не хватать. До меня доходили слухи, что он хороший инженер.

— Не такой уж он и хороший, — покачал головой Ханыль. — Возможно, вы не знаете, но пару недель назад из-за Ли Тэджуна чуть не погибла девушка-ветеринар. Ее чудом успели спасти охранники.

— Как это случилось? — Хан Рим облокотился о стол и в напряжении уставился на начальника.

— Он неправильно рассчитал алгоритмы и создал агрессивного мутанта, который набросился на ветеринара почти сразу после инъекции. Страшно представить, что было бы, если бы он накинулся на своего хозяина или его детей, — он поцокал языком. — Репутация корпорации сильно бы пострадала, и о выигрыше в тендере мы могли бы только мечтать.

Хан Рим не любил увольнять подчиненных, но судя по рассказу начальника, Ли Тэджун заслуживает увольнения. Не хватало еще, чтобы облученные в их лаборатории животные нападали на людей.

— Вы правы, начальник Чжи. Он ваш подчиненный, и вы, как никто другой, знаете его слабые стороны и нарушения. Если считаете, что нужно уволить, то так и сделаем.

— Благодарю, господин Хан, — Ханыль склонил голову. — Я взял на себя смелость и попросил заранее приготовить приказ об увольнении. Вам всего лишь нужно его подписать.

Из папки появилась очередной лист. Хан Рим пробежался по нему взглядом и поставил подпись.

— Хорошего дня, господин Хан, — начальник Чжи убрал приказ в папку, поклонился и почти бегом вышел из кабинета.

Его счастью не было предела. Теперь можно со спокойной душой уходить на пенсию. Когда Хён Бин сядет на его место, то не только устроит на работу остальных родственников, но и продолжит облучать растворы и создавать мутантов, которые приносят хороший доход всей семье.

* * *

С утра меня мучила жажда. Скорее всего, из-за ужина, во время которого я съел целую упаковку морской вяленой рыбы. Иногда я скучал по блюдам из прошлой жизни, но и здесь я нашел для себя еду по вкусу.

— Кун, тебе принести попить? — спросил я, остановившись у двери.

— Нет. Если нетрудно, то лучше принеси орешков. До обеда еще далеко, а у меня уже под ложечкой сосет.

— Кто у тебя ложки сосет? — хохотнул толстяк Пак Ю.

— Кто надо, тот и сосет, — огрызнулся Кун.

— Тэджун, принеси мне яблочного сока, пожалуйста, — попросила Ким Хани. — Только в бутылке, а не в пачке.

Я кивнул и вышел из отдела. Возле лифтов стояли автоматы с различными напитками и снеками. Купив бутылку воды, тут же ее опустошил и взял еще одну. Яблочного сока в банках не было, поэтому взял в пачке. Если не любит пить из трубочки, то пусть перельет в стакан.

Для Куна купил две упаковки орешков. Один с кокосовой глазурью, второй со вкусом копчёностей.

Когда подходил к отделу, дверь открылась, и вышел Хён Бин. В коридоре, кроме нас, никого не было, поэтому я решил, что лучше выяснить отношения здесь и сейчас.

Уронив упаковки с орешками, схватил его за грудки и с силой припечатал к стене. Удар получился гораздо сильнее, чем я ожидал, поэтому Хён Бин схватился за ушибленный затылок и испуганно воззрился на меня.

— Тэджун, ты чего?

— Это ты подменил раствор в моей пробирке? — процедил я сквозь зубы, удерживая его одной рукой.

— Какой еще раствор? Ты о чем?

— О питбуле, у которого выросли лишние зубы. Прямо как у твоего леопарда, которого ты вчера привез к парку Кванаксан.

Его глаза стали еще шире, чем до этого.

— Откуда ты знаешь? — прошептал он.

— Сам видел.

Хён Бин сглотнул и огляделся в поисках спасения, но мы по-прежнему были одни. Хотя охранники наверняка видят на мониторах, что творится, но пока не вмешиваются.

— Тэджун, давай ты остынешь, и мы спокойно поговорим, — предложил он и попытался вырваться, но я держал крепко и еще раз встряхнул его.

— Я спокоен. А ответа от тебя до сих пор не услышал. Зачем ты подставил меня?

Он сглотнул, оттянул ворот рубашки и ответил:

— Ты прав. Леопард мой, но я тебя не подставлял. Вообще не понимаю, о чем ты говоришь… Клянусь.

Выглядел он искренним.

Дзинь. Двери лифта раздвинулись, и показался начальник Чжи.

— Эй, что там у вас происходит? — крикнул он и энергично зашагал к нам.

Я отпустил Хён Бина и подобрал с пола упаковки с орешками.

— Мы еще поговорим об этом, — сухо сказал я ему.

— Нам не о чем разговаривать. Я этого не делал, — повторил он и поправил рубашку.

Начальник подошел к нам, внимательно осмотрел племянника и неприязненно воззрился на меня.

— Потрудитесь объяснить!

— Мы разговаривали, — ответил я.

Ханыль перевел взгляд на племянника. Тот лишь кивнул.

— Ладно, допустим. Оба за мной.

Мы зашли в отдел, но не успел я опустить за свой стол, как начальник Чжи громко объявил:

— Ли Тэджун, с сегодняшнего дня вы уволены. Вот приказ, подписанный вице-президентом. За окончательным расчетом вас ждут в бухгалтерии.

Наступила звенящая тишина. Все переводили взгляд с меня на начальника и обратно.

— За что? Что он такого сделал? — не выдержала Ким Хани.

— За огромный перерасход ци-спирита, — сухо ответил начальник и бросил копию приказа на ближайший стол. — Передайте свои дела Ким Хани и Куну, а также сдайте свой пропуск охранникам.

Он развернулся и скрылся в своем кабинете, а я так и остался стоять, не понимая, что произошло.

— Откуда взялся перерасход? — спросил Кун.

— Вот именно! Еще такой, чтобы из-за него уволили, — кивнула Ким Хани и взяла в руки приказ. — Написано «за троекратный перерасход ци-спирита». Ты куда столько энергии потратил?

— Не должно быть никакого перерасхода. На каждого животного заложено три облучения раствора. Ты когда-нибудь облучал больше трех? — спросил Кун.

Я мотнул головой. Обычно получалось с первого раза, но я часто хотел улучшить результат и облучал еще одну пробирку, но больше трех не было никогда. Даже на Сувона я потратил не выше нормы. Откуда взялся троекратный перерасход и почему все решили, что это сделал я? Надо разобраться.

— Начальник Чжи, мне нужно с вами поговорить, — сказал я и без стука зашел в его кабинет-каморку.

— Чего тебе, Тэджун? Я вроде все уже сказал, — он оторвался от монитора и с недовольным видом уставился на меня.

— Нет, не все, — я закрыл за собой дверь и опустился на стул напротив его стола. — Откуда взялся перерасход, если я не тратил больше положенного?

— Вот это надо спрашивать у тебя, — он откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди. — Куда ты потратил драгоценную ци-спирит? Украл?

Я невольно напрягся. Да, украл, но только для Сувона и в очень малых количествах. Никакого перерасхода не может быть.

— Я тратил столько энергии, сколько положено, и только на животных заказчиков, которые платят за эту услугу большие деньги. Ни о каком перерасходе не может быть речи. С чего вы вообще решили, что перерасход случился из-за меня?

— Это выяснили аудиторы, — сухо ответил начальник. — А решение принял вице-президент. Всё, разговор окончен. У меня нет времени.

Аудиторы, значит. Хм. Был у Тэджуна знакомый из аудиторского отдела. Пожалуй, нужно с ним встретиться.

Начальник снова уперся взглядом в монитор, а я вышел из кабинета.

— Тэджун, удалось что-нибудь выяснить? — спросил Кун.

Он выглядел расстроенным, впрочем, как и остальные, кроме Хён Бина. Он с равнодушным видом пролистывал свои алгоритмы.

— Пока нет. Но сейчас выясню, — кивнул я, вышел из отдела и направился к лифтам.

Глава 12

Я подошел к аудиторскому отделу, но не успел взяться за дверную ручку, как дверь распахнулась и на пороге возник Мин Су. Ему было лет тридцать, но на висках уже белела седина.

— Тэджун, привет. Ты здесь какими судьбами? — улыбнулся он и протянул руку.

— Привет, Мин Су. К тебе пришел.

Мы обменялись рукопожатиями и отошли к окну, находящемуся напротив лифтов.

— Слушай, вы проводили аудиторскую проверку в нашем отделе… — начал я, но Мин Су меня прервал и замахал руками.

— Даже не проси! Я не могу раскрывать подробности проверки. Мы подписываем документ о неразглашении.

— И это правильно, — кивнул я и подошел к кофемашине. — Тебе американо или капучино?

— Давай американо, но это ничего не изменит. Я тебе ничего не расскажу, — упрямо заявил он.

Я купил два стаканчика кофе, забрал их и протянул Мин Су.

— Спасибо. Но я мог бы и сам себе купить.

— Ну что ты сразу начинаешь бухтеть. Я же по-дружески, — подмигнул я и отпил горячий напиток. — Может, ты еще и батончик хочешь? Или сэндвич?

Мин Су тяжело вздохнул, оглянулся и вполголоса спросил:

— Тэджун, что ты хочешь от меня?

— Говорят, у нас большой перерасход ци-спирита. Это правда?

— Конечно, правда. У вас и раньше было не гладко, и перерасход случался, но в этот раз просто вопиюще много. Вы его ложками едите, что ли? — всплеснул он рукой и отпил кофе.

— Вы смогли выяснить, кто к этому причастен?

— Нет. Мы всего лишь аудиторы, а не технические специалисты. Для того чтобы выявить, на что именно тратилась энергия, нужно, чтобы из Иннотеха спецы вытащили всю информацию. А потом мы должны все перелопатить, проверить и соотнести. Только после этого сможем найти причину траты. А что? Премии вас лишили?

Я мотнул головой.

— Нет. Меня уволили.

Мин Су чуть стаканчик не выронил и схватил меня за руку:

— За что? Что ты такого натворил?

— В приказе написано, что за перерасход, — пожал я плечами.

— Как это? Почему на тебя повесили? — возмутился аудитор.

— Вот и мне хотелось бы знать, — задумчиво проговорил я. — Ладно, выкручусь как-нибудь. Спасибо за информацию.

Мы попрощались, и я пошел к лестнице, чтобы подняться на один этаж в бухгалтерию.

Пока шел, обдумывал слова Мин Су. Получается, что нет прямых доказательств, которые бы подтверждали, что я имею отношение к перерасходу. Впрочем, их и не должно быть.

Тогда на основании чего было принято решение о моем увольнении? К тому же приказ подписал сам вице-президент. А он наверняка потребовал разъяснений. Что же наговорил про меня этот Ханыль?

Женщины в бухгалтерии встретили меня как родного: посочувствовали, предложили чай с конфетами, развлекали разговорами, пока я подписывал документы. Короче, милахи. И почему я к ним раньше не заходил?

Когда вышел из бухгалтерии и подошел к лифтам, решил, что будет лучше поговорить с вице-президентом и попробовать объясниться. Получается, что меня уволили незаконно, ведь никаких прямых доказательств перерасхода нет. К тому же любой суд встанет на мою сторону и обяжет корпорацию вновь взять меня на работу. Доводить дело до суда я не хотел и, уверен, вице-президент этого не захочет. Не знаю, что там наплел на меня Ханыль, но я должен доказать, что не виновен.

Прежний Тэджун с малолетства мечтал здесь работать и все сделал для этого, поэтому я не мог подвести его.

Как только двери лифта открылись на этаже вице-президента, я невольно зажмурился от яркого солнца, пронизывающего этаж насквозь.

Секретарь встала из-за стола и выжидающе смотрела на меня.

— Добрый день, секретарь Сон, — я подошел и учтиво поклонился.

— Добрый день, инженер Ли, — ответила она.

— Я бы хотел поговорить с вице-президентом.

— Его нет. Он уехал и предупредил, что вернется только завтра.

— Жа-а-аль, — задумчиво протянул я. — Секретарь Сон, я знаю, что вы очень ответственный работник, но не могли бы вы дать мне номер телефона вице-президента?

Я знал, что это бесполезно, но не мог не попытаться.

— К сожалению, не могу дать вам такую информацию. Приходите завтра, — предложила она.

Неужели не знает, что меня уволили, и завтра охрана не пустит меня даже в фойе корпорации?

— Завтра не смогу. Только сегодня.

— А что такое? Уходите от нас? — удивилась она.

Похоже, действительно, ничего не знает. Кто же тогда напечатал приказ о моем увольнении? Сам Ханыль постарался? Вот жучара.

— Меня увольняют, — я развернулся и направился к лифту.

Секретарь сочувственно покачала головой и снова вернулась к работе, подумав о том, что надо бы спросить у ветеринара Мины, за что уволили Ли Тэджуна.

Я спустился на свой этаж и зашел в отдел. Хён Бина не было на месте, как и начальника. Дверь его кабинета была настежь открыта.

— Тэджун, может, тебе следует поговорить с вице-президентом? — спросила Ким Хани.

— Хотел, но его нет на месте и сегодня не будет. Пойду доделаю все дела в лаборатории, чтобы вам не оставлять, — я уже потянулся к халату, но Хани меня остановила.

— Тебе нельзя. Начальник сказал, что уже распорядился не пускать тебя в лабораторию. Вдруг ты со злости что-то натворишь, а там дорогостоящие приборы и кристаллы, — усмехнулась она.

— Боится, — улыбнулся я. — Уж не потому ли его сейчас здесь нет, как и его племянничка.

— Скорее всего, — дернула она плечом. — Начальник Чжи сказал, что ему нужна помощь в лаборатории, и взял с собой Хён Бина.

— Ага, спрятались туда, куда тебе вход закрыт, — рассмеялся Кун. — Не вешай нос, дружище. Такого грамотного инженера в любую лабораторию возьмут.

— Верно. Но только я хочу работать здесь.

* * *

— Что за разборки были у вас в коридоре? — спросил Ханыль, когда они с племянником прошли через все двери и оказались в лаборатории.

— Он сказал, что я подменил какой-то раствор. Что за раствор? Ничего я не подменял, — пожал плечами Хён Бин.

— Это я его подменил, — сухо сказал начальник и подошел к Иннотеху. — Подлил тот, что ты приготовил леопарду.

— Понятно… Кстати, он знает про леопарда, — вполголоса сказал Хён Бин и весь сжался.

Знал, что за этим последует.

— ЧТО⁈ Откуда? Ты рассказал, паршивец? Это же подсудное дело! Хочешь разрушить все, что я так долго создавал⁈

На Ханыля было страшно смотреть. У него чуть дым из ушей не валил.

— Дядя, я ни при чем. Оказывается, он был в парке. Я его не заметил.

— Был в парке? — начальник провел рукой по раскрасневшемуся лицу, вытер рукавом пот со лба. — Ты же говорил, что он не поддерживает сражения. А тут приперся на подпольный бой. И как он нашел ту арену?

Хён Бин пожал плечами и с облегчением выдохнул. Гнев дяди черной тучей прошел мимо.

— Хорошо, что леопарда больше нет. Даже если он о нем расскажет, то ничего не сможет доказать. Нет тела — нет дела, как говорится… Ну ладно. Сегодня мы от него избавились раз и навсегда. Через недельку напишу заявление и уйду на пенсию. Начальником поставят тебя. Все знают, что эта Ким Хани — недалекая дурочка. Если бы не покровительство директора Пак Джина ни за что бы не взял ее на работу.

* * *

Я окинул взглядом свой рабочий стол и понял, что здесь нет ничего моего. Даже ручка и та с логотипом корпорации.

Ким Хани, Кун и Пак Ю стояли рядом и пытались развлечь меня разговорами, будто это что-то поменяет. Мне придется уйти. А вот смогу ли я вернуться — большой вопрос. Я, конечно, попытаюсь поговорить с вице-президентом, но, думаю, он даже не даст разрешения впустить меня в корпорацию.

— Ну что ж. Я пошел, — улыбнулся я.

— Тэджун, мы будем тебя ждать, — у Ким Хани опустились уголки губ, и она, не сдержавшись, заплакала.

— Не надо плакать, не на кладбище провожаешь, — я приобнял ее.

— Все равно нам грустно, — пробурчал Пак Ю и обнял нас обоих.

— А как же я! — Кун насколько мог, обхватил нас руками.

— Вы меня раздавите, — пожаловалась девушка.

Все рассмеялись, и напряжение спало.

— Еще увидимся. Не надо меня провожать, — я махнул рукой и вышел из отдела.

Охрана уже была в курсе того, что меня уволили, поэтому охранники забрали пропуск и пожелали удачи.

Я вышел на улицу и вдохнул полной грудью. Это был не тот вдох свободы, когда увольняешь с опостылевшей работы, а наоборот. Грусть-печаль меня съедала.

Ну, ничего-ничего, я вернусь сюда. Осталось только придумать, как это сделать.

Когда приехал домой, переоделся в спортивный костюм и вывел Сувона на улицу. Было еще светло, поэтому пришлось оставить намордник, но отцепил поводок. Пес тут же бросился обследовать кустики, а я побежал. На бегу лучше думалось.

Аудитор Мен Су дал мне хорошую идею: нужно провести еще один аудит, но уже совместно с техническими специалистами. Только так можно обнаружить, куда на самом деле подевалась энергия. Но, как уговорить вице-президента устроить этот аудит? Он вряд ли поверит мне на слово. Подумает, что я просто хочу отомстить начальнику за увольнение и потрепать его нервы проверками.

Пробежав пять километров, я вернулся туда, где оставил Сувона. Пес нашел теннисный мяч и играл сам с собой, катая его носом.

— Да-а, с намордником неудобно. Ночью погуляешь без него. Тогда и покидаю тебе твой мяч, — пообещал я и засунул руки в карман. — А это что за мусор?

Я вытащил лист и уже хотел выбросить, но тут же спохватился. Я же в лопух заворачивал шерсть леопарда! Аккуратно развернув лист, увидел окровавленный клок шерсти. Его наверняка изменяли раствором, облученным в нашей лаборатории. Если вице-президент согласится провести еще одну проверку, то аудиторы смогут найти среди алгоритмов, которые забивали в Иннотех, ту, с помощью которой изменили леопарда.

Но для этого нужно разложить днк и обозначить внесенные изменения. Если вице-президент поручит это сделать Ханылю, то он наверняка подтасует результаты.

Нужен кто-то надежный, чтобы все сделал и скинул на флешку, а потом передал мне. Может попросить Куна? Не-е-ет, он всего лишь лаборант, и если сам будет заниматься такими делами, то вызовет подозрения. Нельзя его подставлять, иначе уволят следом.

Ким Хани? Хм. Она, конечно, глуповата, но в элементарных вещах соображает. А что может быть легче для биоинженера, чем разложить днк?

Я посмотрел на часы. Рабочий день закончился. Ну что ж, надеюсь, она не откажет.

— Алло, Тэджун.

— Хани, ты уже ушла с работы?

— Конечно. У нас сегодня семейный праздник, еду в ресторан. А что?

— Ты можешь сейчас ко мне подъехать?

Тишина. Мне даже показалось, что она сбросила звонок.

— Что-то случилось? — упавшим голосом спросила она. — Если хочешь, то я предупрежу своих и не пойду в ресторан, а останусь с тобой.

— У меня все хорошо. Просто хочу кое-что тебе передать и кое о чем попросить. Это не займет много времени, так что успеешь на свой праздник.

— Хорошо. Скоро буду.

Мы с Сувоном вернулись домой, и через полчаса подъехала Ким Хани. На ней было облегающее черное платье, выгодно подчеркивающее ее роскошную фигуру. Красотка!

Узнав, что я от нее хочу, Ким Хани попятилась назад и замотала головой.

— Даже не проси, Тэджун. А вдруг меня поймают? Моя мать приложила столько сил, чтобы меня взяли в Биотех. Если меня выкинут оттуда, то я даже не знаю, что она со мной сделает.

— Мать? Она тоже работает в Биотехе?

— Нет, не работает, — отмахнулась она, не желая вдаваться в подробности.

Я глубоко вздохнул и попытался объяснить так, чтобы она поняла.

— Хани, в этом нет ничего опасного для тебя. Я же не прошу облучать раствор, а просто разложить днк животного в программе и на флешке принести мне. Хочу понять, что и как изменили у одного мутанта.

— У Сувона, что ли? — спросил она и кивнула на пса, лежащего у моих ног.

— Да, у Сувона. Теперь он мой пес, и я должен все о нем знать, — тут же среагировал я. Хорошо, что она сама дала мне подсказку.

— А почему сам этого не сделал? — с подозрением прищурилась она.

— Именно сегодня я и хотел заняться его днк. Даже клок шерсти приготовил, но… ты сама знаешь, что случилось.

Я изобразил печаль и опустил плечи. Нужно же как-то уговорить ее!

Ким Хани сочувствующе посмотрела на меня и приобняла.

— До сих пор не понимаю, как ты мог столько израсходовать. А ведь мы с Куном тебе говорили, что не надо постоянно добиваться высшего результата. Чуток что-то поменялось и на этом хватит.

— Чуток меня не устраивает. Я всегда работаю на результат. Ну так что, выполнишь мою последнюю просьбу?

Ким Хани повздыхала и кивнула.

— Ладно. В конце концов, в правилах не прописано, что нельзя раскладывать днк. Речь постоянно лишь о ци-спирит и алгоритмах.

— Спасибо тебе, Хани! Ты настоящий друг, — я поцеловал ее руку и протянул пакетик с шерстью. — Надеюсь, завтра будет готово?

— Да, жди меня на обеде в кафе напротив корпорации.

Я проводил ее до двери и еще раз поблагодарил за помощь. Интересно, она поймет, что шерсть даже по цвету не похожа на шерсть Сувона? Скорее всего, нет.

Чуть позже подъехал Кун и привез целую упаковку рисового пива — макколли.

— Что будешь делать? Отправишь анкету в ГлобалВижн? — спросил Кун, потягивая пиво.

Мы смотрели по телевизору очередные бои. На этот раз это была запись сражения двух белых медведей, которое проводилось прямо на льду Чукотского моря. М-да, как только не изгаляются, чтобы привлечь больше внимания и денег.

— Нет, ни в какой Глобалвижн я не пойду, а вернусь в Биотех.

— Как?

— Пока не знаю. Можно, конечно, обратиться в соответствующие ведомства и объявить о незаконном увольнении, но сначала хочу поговорить с вице-президентом.

— И что ты ему скажешь? Ведь он сам тебя уволил.

— В том-то и дело. Я не знаю, что ему наплел Ханыль. А хотелось бы узнать.

— Ты думаешь, он согласится с тобой поговорить? — Кун покачал головой.

— Если откажется, придется заставить.

Друг озадаченно воззрился на меня, но промолчал. Да, мне надоело прятаться за личиной Тэджуна, и все больше я становлюсь самим собой.

Глава 13

На следующий день я зашел в кафе «Дикая вишня» и опустился на диванчик у окна, с которого открывался вид на корпорацию.

Мы договаривались с Ким Хани встретиться на обеде именно в этом кафе. Надеюсь, у нее все получилось. Хотя место выбрано неудачное, ведь здесь часто обедали и другие сотрудники Биотеха, поэтому была большая вероятность встретить знакомых.

Вскоре друг за другом из прозрачных дверей Биотеха вышли компании и принялись обсуждать, куда пойдут на обед.

Я подвинулся ближе к окну и увидел Хён Бина, который стоял поодаль от других и разговаривал по телефону, активно жестикулируя. Похоже, нервничает. Интересно, что там у них происходит?

Когда вышли Кун и Ким Хани, я с облегчением выдохнул. Мне показалось, что прошла целая вечность ожидания. Если у нее не получилось разложить днк, то мне не с чем приходить к вице-президенту.

— Ну наконец-то. Уже полчаса с обеда прошло, — ворчливо проговорил я.

— Хорошо, что нам вообще удалось вырваться, — ответил Кун.

— А что такое? — я невольно напрягся.

Промелькнула мысль, что снова что-то случилось в лаборатории.

— Мы выиграли тендер! — торжественно заявила Ким Хани и засияла, как новогодняя елка.

— Потрясная новость! — кивнул я. — Теперь заказов будет хоть отбавляй. Зарплаты поднимут.

— Да-а, только жаль, что тебя нет с нами, — погрустнела она.

— Если ты сделала, что обещала, то вполне вероятно, что я смогу вернуться, — вполголоса проговорил я и многозначительно посмотрел на нее.

Девушка кивнула, порылась в сумочке и, оглянувшись, протянула мне флешку в виде розового пони.

— Вот здесь все, что ты просил.

— Отлично! Спасибо тебе большое. Теперь осталось встретиться с вице-президентом.

* * *

— Господин Хан, звонил Ли Тэджун и сказал, что хочет с вами встретиться, — сказала секретарь Сон, протягивая Хан Рим документы на подпись.

— Инженер Ли? Зачем ему встречаться со мной?

— Я не знаю. Вчера после вашего отъезда он приходил сюда.

Хан Рим тяжело вздохнул. Это была одна из причин, почему он не любил увольнять людей — они давили на жалость и умоляли взять их обратно. С одной стороны, ему было жаль их, но с другой, из-за них ухудшалась эффективность работы во благо корпорации. А этого ни в коем случае нельзя допустить.

— Если еще раз позвонит, скажи, что я не принимаю. У нас и так столько работы навалилось, что придется ночевать здесь.

Секретарь Сон кивнула, забрала подписанные документы и вышла из кабинета.

Рим откинулся на спинку кресла и потер переносицу. Старший брат Вон до сих пор в поездке и еще неизвестно, когда вернется, поэтому все придется делать самому. Хорошо, хоть Сюзи уехала в Пусан, а то каждый раз с ней что-то случается и приходится разруливать ее проблемы.

Ее спасителя так и не удалось найти, зато нападавшие получили по полной. ГлобалВижн совсем обнаглел. Они, конечно же, не сознаются, что имеют отношение к этим амбалам, но наша служба безопасности вычислила, с кем они общались до нападения. Это был один из братьев семейства Хван, которым принадлежал ГлобалВижн.

У Биотеха с ГлобалВижн давняя вражда и конкуренция. Началось все с того, что два друга работали инженерами на одном из рудников, добывающих кристаллы с энергией ци-спирит. Раньше эту энергию применяли только в военных целях для создания оружия и мощных двигателей. Чуть позже все стали замечать, что животные, проживающие в лесах у рудников, начали мутировать. Ученые выявили способность ци-спирит изменять живых существ.

Вот тогда Хан Чинжо и Хван Кен-Хо решили создать Иннотех и целенаправленно излучать животных, изменяя их под потребности населения. Чуть позже друзья поссорились и расстались. А все из-за того, что Хван Кен-Хо хотел создавать мутантов для боев, а Хан Чинжо был против этого. Он хотел использовать чудодейственную энергию земли в мирных целях. Обоих мужчин уже нет в живых, но вражду продолжают их сыновья.

Хан Рим потянулся к переговорному устройству и нажал на кнопку:

— Секретарь Сон, вызовите директора Пак Джина. Пусть берет все документы по тендеру и поднимается.

— Хорошо, господин Хан, — ответил мелодичный голосок. — Кстати, опять звонил Ли Тэджун. Я сказала, что вы очень заняты и не можете его принять.

— И что он ответил?

— Ничего. Он сбросил звонок.

— Хорошо. Надеюсь, он больше нас не побеспокоит.

* * *

Я выключил телефон и убрал в карман джинсовой куртки. Секретарь Сон наверняка обманывает. Вряд ли вице-президент так занят, что не может поговорить со мной. Скорее всего, просто не хочет. Оно и понятно, зачем разговаривать с работником, которого сам и уволил.

Мы с Сувоном вышли на прогулку и шли вдоль оживленной дороги к самому большому зоомагазину в нашем районе. Хотел побаловать пса вкусняшками и игрушками.

Пообедав с Ким Хани и Куном, мы договорились созваниваться, и разошлись. Ким Хани очень нервничала из-за того, что теперь ей придется много работать, а меня рядом нет, чтобы проверить ее алгоритмы. Я предложил ей обращаться к Хён Бину, ведь он тоже не так уж и плох, но она отказалась. Оказывается, он намекнул ей, что за помощь ей придется расплачиваться. Чем именно не пояснил, но и так всем было понятно.

— Ты же вроде не была против его подкатов, — с набитым ртом сказал Кун.

— С чего ты так решил? — вспыхнула она.

— Ну-у-у, вы на всех посиделках довольно мило общались и любезничали, — пожал он плечами.

— Думай, что говоришь! — разозлилась она. — Я не могу грубо отшить племянника начальника, у которого связи по всей корпорации.

Кун пожал плечами и продолжил уминать свою курицу. У Ким Хани аппетит пропал, поэтому она допила свой чай, глядя в окно.

Вскоре впереди показался зоомагазин. Над ним висел экран, с которого подмигивали и зазывали анимешные кошечки-собачки.

Пес будто понял, куда мы идем, поэтому ускорился и буквально потянул меня за собой. А, может, просто учуял запах собачьего корма.

Когда мы уже подходили к магазину, я обратил внимание на автомобиль, который ехал хоть и медленно, но прямо посреди дороги. Приглядевшись, увидел, что голова водителя лежит на груди. Он был без сознания.

Сзади меня находился перекресток со светофором, возле которого собралась уже целая толпа, ожидая разрешающего сигнала. Среди них было много детей детсадовского возраста, которых куда-то вели воспитатели.

Недолго думая, я отцепил поводок и велел.

«Сувон, не дай людям выйти на дорогу».

Пес развернулся и бросился наперерез толпе, облаивая и набрасываясь на них. Дети с визгом бросились прочь, воспитатели за ними. Остальные люди попятились назад, закрываясь от яростно лающего пса сумками и зонтами. Сувон был в наморднике, но так грозно рычал, что никто не осмелился приблизиться к пешеходному переходу.

Я пропустил две машины, которые на большой скорости пронеслись мимо, и рванул к неуправляемой.

— Эй! Просыпайтесь! — я постучал по лобовому стеклу, но водитель даже не шелохнулся.

Тогда я дернул дверь на себя. К счастью, она не была заблокирована и открылась. Машина уже почти докатилась до перекрестка, поэтому нужно было действовать быстро.

Подпрыгнув, забрался прямо на колени водителя, нажал на тормоз, а затем заглушил машину.

— Вызовите скорую! Человеку плохо! — закричал я толпе зевак, остановившихся поглазеть на бесплатное представление, разворачивающееся прямо посреди оживленной дороги.

Кто-то вытащил телефон и начал звонить, двое мужчин подбежали ко мне и помогли вытащить водителя из машины.

Мы перенесли его на тротуар и уложили на плащ, который любезно постелила какая-то девушка. Водителем оказался пожилой мужчина. У него было белое лицо и посиневшие губы, но сердце билось. Я слышал его даже сквозь одежду. Все-таки слух у меня значительно обострился.

«Сувон, ко мне», — велел я псу, который, исполняя мой приказ, до сих пор никого не подпускал к переходу.

Питбуль развернулся и, радостно виляя хвостом, побежал ко мне и остановился у ног. Пешеходы удивленно воззрились на нас, но только одна женщина сообразила, что происходит.

— Он спас нас! Этот милый песик не хотел, чтобы мы выходили на дорогу, пока его хозяин останавливает неуправляемую машину.

Нас окружили со всех сторон и принялись благодарить. В это время вдалеке послышались звуки сирены.

Я решил не дожидаться скорой помощи, все равно рядом много народу, и они объяснят, что случилось. Поэтому выбрался из толпы и двинулся к магазину. Сувон бежал следом.

Чуть позже, когда я уже стоял возле кассы с полной корзиной различных собачьих вкусняшек и игрушек, увидел через стеклянную витрину магазина, как мужчину погрузили в карету скорой помощи и быстро увезли. У автомобиля, оставленного прямо посреди дороги, уже стояла полицейская машина.

Пока я оплачивал покупки, толпа разошлась. Мы с Сувоном вышли на улицу и не спеша двинулись в сторону дома. Он в нетерпении обнюхивал пакет в моих руках. Затем начал забегать вперед и с укоризной смотрел на меня, будто поторапливал.

Когда мы добрались до дома и Сувон получил целую упаковку подсушенный утиных грудок, позвонил Кун.

— Тэджун, пошли со мной на «Гладиаторов Сеула». Сегодня там будут сражаться довольно необычные бойцы, — загадочно проговорил он.

— И кто же? Богомолы? — усмехнулся я.

— Не-е-е, такую мелкую живность «Гладиаторы» не берут…. Бараны!

— Бараны? Уже и до них добрались. Скоро коров начнут стравливать.

— Может быть… Ну так пойдешь?

— Хён Бин тоже идет? Опять знает, на кого ставить?

— Не-е-е, он какой-то понурый. Я ему предложил пойти на арену, так он разорался, что его уже тошнит от этих сражений. Наверное, до сих пор переживает проигрыш. Видать, леопард стоил больших денег.

— Конечно, больших. Нам бы пришлось не один год копить на такого зверя. Ладно, давай сходим. Мне самому интересно посмотреть, что за бараны такие.

— Хорошо. Заеду за тобой после работы.

Пока ждал Куна, пожарил рыбные палочки и нарезал кимчхи. Сражение начиналось только в восемь вечера, поэтому мы могли спокойно поужинать и только после этого ехать.

Кун привез с собой ассорти сырых морских гадов. Честно признаться, я так и не привык их есть. Все-таки для меня они вкуснее в приготовленном виде. Кун же макал тонко нарезанные кусочки в острый соус и с наслаждением уплетал, не забывая делиться с Сувоном, который, как настоящий корейский пес, тоже любил такие деликатесы.

— Ну что, смог договориться о встрече с вице-президентом? — спросил Кун, когда мы вышли из дома и двинулись к припаркованному фургону.

— Нет. Дальше секретаря Сон дело не дошло. Она, как верный цербер, стоит на страже вице-президента, — усмехнулся я.

— В смысле?

— Говорит, что он очень занят, поэтому не может уделить мне время, — пояснил я.

— А ты еще раз позвони. Вдруг он окажется свободен.

— Сомневаюсь. Если я не могу пройти на территорию корпорации, то нужно поймать его за пределами.

— Что ты имеешь в виду?

— Какой-то ты сегодня недогадливый, — всплеснул я руками. — Подкараулю Хан Рима и поговорю.

Кун с недоверием посмотрел на меня и покачал головой.

— Ну не знаю. Он просто развернется и уйдет. Не будет с тобой разговаривать.

— Это мы еще посмотрим, — сухо ответил я.

Мы добрались до арены «Гладиаторы Сеула» за полчаса до начала сражения. На экранах, расположенных над кассами, показывали тех, кто сегодня сражается.

Первой парой выступали два пса. Один из них был ротвейлером, а второй — бульдог. Как всегда опытным взглядом я сразу же определил, что в них поменялось. Однако вынужден был признать, что изменения грамотные и на самом деле необходимы для участия на аренах.

Вторая пара — бараны каракульской породы с мощными закрученными рогами и массивными лбами. От такого живым не уйдешь.

Мы купили билеты и направились к своим местам. На этот раз зрителей довольно мало. Лишь четверть зала заполнена. Многим нравились кровавые сражения, с фонтанами крови и вырванными кусками тела. Всем было понятно, что от баранов такого не дождешься.

— Одного зовут Зевс, а второго Молот. Ты за кого будешь болеть? — спросил Кун и кивнула на большие экраны.

— Оба выглядят довольно внушительно, — ответил я, рассматривая фотографии. — У Зевса рога больше и ноги сильнее, зато у Молота массивное тело и выпуклый лоб.

Мы купили у мимо проходящей девушки по бутылке газировки, и в это время свет в зале приглушили.

На площадку вышел тот самый ведущий. Он представил бойцов и пообещал зрелищный бой. Зрители на этот раз вели себя тихо и после его речи послышались лишь одинокие хлопки.

Вскоре друг за другом показались оба бойца. Они были значительно крупнее обычных баранов и ростом примерно с пони. Обоих коротко остригли, поэтому видны все мышцы.

Первым делом бараны принялись скакать по площадке, демонстрируя себя противнику. Так они делают в живой природе, поэтому хозяева не стали их останавливать. На затылках баранов тоже перемигивались коробки управления.

Мы сидели далеко от площадки, но на экране крупным планом выводили то, что происходит на арене.

Баран Зевс прыгал гораздо выше. Он сначала разбегался, потом с подскоком резко отпрыгивал назад. Молот подпрыгивал на месте и не спускал с противника настороженного взгляда из-под массивного лба.

Пока трудно сказать, кто из них сильнее.

— Когда же они начнут сражаться? Мы будто в цирк пришли, — недовольно пробурчал Кун.

В это же время несколько зрителей поднялись со своих мест и двинулись к выходу.

Молоту вскоре надоело прыгать, поэтому он остановился и принялся топать копытами и громко реветь, покачивая головой.

Зевс последовал его примеру, но рев был гораздо тише и походил на блеяние голодной овцы. Точно такое же блеяние стояло в зверинце, когда привезли стадо мериносов.

Когда бараны напрыгались и показали свою удаль, хозяева поставили их друг напротив друга на расстоянии метров десяти.

— Сейчас начнется, — воодушевился Кун.

Бараны опустили головы и стремительно бросились вперед. Послышался глухой, но довольно громкий звук, который эхом разнесся по залу. Молот чуть покачнулся после удара, но не упал, а снова занял боевую стойку.

Зевс отбежал назад, развернулся и снова бросился в атаку. Молот остался стоять на месте, пригнув голову, чтобы отбить удар, однако в последнюю секунду Зевс резко ушел в сторону и ударил противника в бок. Молот отлетел на несколько метров, ударился о прозрачный купол и сполз на землю.

— И это все? — разочарованно протянул Кун. — Попрошу вернуть деньги за билеты.

— Погоди. Похоже, все самое интересное впереди, — ответил я, наблюдая за тем, как Молот как ни в чем не бывало, поднялся на ноги и, выставив массивный лоб, побежал на Зевса, который, отвернувшись, смотрел на своего хозяина.

Глава 14

Хозяин Зевса увидел приближающегося Молота и дал команду своему бойцу, но тот не успел среагировать. Молот с разбегу ударил массивным лбом Зевса по задней ноге. Баран отлетел в сторону, упал на мягкий пол площадки, но подняться не смог и жалобно заблеял. Наверняка кость не просто сломалась, а раздробилась.

— Теперь точно — всё, — махнул рукой Кун.

Однако Молот снова развернулся и опустил лоб, готовый броситься на противника. Видимо, хозяин барана решил добить Зевса, который по-прежнему лежал на полу и блеял.

Молот разогнался и ударил Зевса по голове. Зевсу удалось поставить под удар рог. Молот пробежал дальше и вновь принял боевую стойку. В это время на экранах появилось изображение растрескавшегося рога Зевса, у основания которого появилась кровь.

Боевой баран издал грозное блеяние и снова побежал на противника. То, что делал его хозяин, уже не походило на сражение, а больше на убийство. Молот просто добивал Зевса, пользуясь его ранением.

«Стой!» — мысленно приказал я, не спуская взгляда с Молота, который уже почти достиг противника.

Баран остановился как вкопанный и замотал головой.

Неужели он «услышал» меня?

«Вернись к своему отсеку».

Молот развернулся и побежал к отсеку, из которого вылез.

Я посмотрел на хозяина, который снял прибор управления с головы и что-то на нем нажимал. Видимо, подумал, что он неисправен.

В это время Зевс встал и потихоньку двинулся к своему отсеку, подволакивая больную ногу. На морде подсохла кровь с поврежденного рога.

Когда он почти добрался до отсека, Молот снова ринулся в атаку — хозяин надел «наушники» и дал приказ своему бойцу.

«Стой!» — вновь велел я.

Молот замедлился.

«Я сказал — Стой!!!» — мысленно прокричал я.

Баран остановился и снова принялся мотать рогатой головой. Он явно не понимал, что происходит и почему звучат противоречивые приказания.

Зевс добрался до отсека и исчез в нем. Бой прекратился.

— Что вообще с этим Молотом? — возмутился Кун. — Мозги отшиб? Сам не понимает, что делает: то бежит, то резко останавливается. Такое ощущение, будто в нем борются две сущности.

Я улыбнулся и кивнул. Сущностью меня еще никто не называл. Ну не объяснять же ему, что это я вмешался. Для меня самого это было удивительно. Получается, что могу управлять не только Сувоном, но и любым животным, которого облучали ци-спиритом.

Что ж неплохо, но надо еще на ком-нибудь испытать.

— Сегодня здесь еще будут сражения? — спросил я у Куна, когда вышел ведущий и объявил победителем Молота.

— Нет. Это был последний, а что?

— Хотел кое-что проверить, — отмахнулся я.

Просмотрев анонсы предстоящих сражений и не обнаружив ничего интересного, мы вышли из здания арены и направились к фургону. В это самое время неподалеку остановился микроавтобус, и из-за руля вышел мужчина. Я узнал его, это был хозяин Молота.

Он вытащил из-под сиденья биту, обошел микроавтобус и распахнул заднюю дверь.

— Ты посмел меня ослушаться⁈ — услышали мы его крик. — Тебя снова надо проучить?

Послышался звук глухого удара, крик боли и блеяние. Я ускорился и подбежал к нему, как раз когда он снова поднял биту, чтобы ударить бедное животное, вжавшееся в угол багажника.

Я схватил биту и с силой вырвал его из рук живодера.

— Э-э-эй, вы кто? — воззрился он на меня своими серыми глазами навыкате.

— Не смей бить барана, — процедил я сквозь зубы.

— Это мой баран. Что хочу, то и делаю! — он вытянул руку и потряс пальцем в сторону животного. — Молот ослушался! Он не выполнял приказы своего хозяина! Отдайте биту или я…

Он раздувал ноздри и буравил меня взглядом.

— Или что? — грозно спросил я и перехватил биту поудобнее.

Мужчина, которому требовалось выпустить пар, решил выместить злобу на мне, поэтому выхватил из ящика в багажнике гаечный ключ и ударил меня им. Вернее, хотел ударить. Я подставил биту и сильным ударом кулаком по скуле отбросил назад.

Мужчина не удержался на ногах и упал на одно колено.

— Сволочь. Я убью тебя!

Подобрав кусок разбитой брусчатки, с силой бросил мне в голову. Я пригнулся, и камень ударился об открытую дверь микроавтобуса.

Краем глаза я заметил, как Кун бежит к охране арены и что-то кричит. В это время мужчина подобрал с земли гаечный ключ и снова бросился на меня. Я воспользовался его же битой и ударил по руке с гаечным ключом. Мужчина взвыл дурным голосом и схватился за руку.

— Ты ее сломал! Ты сломал мне руку!

В это время к нам подбежали охранники. Они не стали разбираться, кто прав, а кто виноват, и скрутили нас обоих. Я не стал сопротивляться, все-таки они делали свою работу.

— Отпустите вы его! — кричал Кун. — Он пострадавший. Этот урод набросился на него.

— Полиция приедет и во всем разберется, — сурово ответил один из охранников.

Полиция приехала быстро. Сначала опросили мужчину, который назвался Ко Ыном. Он, конечно же, обвинил меня в нападении. Типа он просто подошел проверить самочувствие своего барана после сражения, а я напал на него сзади и начал избивать.

— Ну ты и придурок, — усмехнулся Кун. — Здесь же полно камер. Тэджун просто отобрал у тебя биту, которой ты избивал барана.

— Мой баран, что хочу то и делаю, — огрызнулся Ко Ын.

— Вам придется проехать в отделение, — обратился ко мне полицейский. — На месте невозможно определить, что случилось. Нам нужно изъять видеозаписи.

— Хорошо. Только вызовите ветеринарную службу, чтобы забрали барана. Его нельзя оставлять с этим человеком.

— Мы со всем разберемся.

Я отдал Куну ключи от квартиры и попросил покормить и выгулять Сувона. Кун пообещал присмотреть за псом.

Через полчаса мы с живодером Ко Ыном вышли из машины и направились к полицейскому отделению в сопровождении двух полицейских.

Отделение представляло собой двухэтажное отдельно стоящее серое здание, на котором висел логотип полиции и флаг Кореи.

Когда мы подошли к дверям, те раздвинулись, пропуская нас внутрь. Я еще никогда не был в полицейском отделение этой страны, поэтому с интересом все рассмотрел.

Внутри все выглядело современно и функционально: новейшие оборудования, информационные стенды, экраны с актуальной информацией, ряды мягких стульев.

Нас с Ко Ыном развели по разным кабинетам.

— Господин Ли, подождите здесь, — сказал полицейский и распахнул дверь кабинета.

Внутри почти ничего не было, кроме стола и двух стульев. Напротив стола на стене находилось зеркало. Я знал, что оно здесь установлено не для того, чтобы любоваться собой. Это было зеркало с односторонним видением, с помощью которого можно наблюдать за допросом из соседней комнаты.

Едва я опустился на один из стульев, как дверь снова открылась и зашел мужчина средних лет с невероятно уставшим лицом. Его будто разбудили сразу, как только он лег спать, и отправили на службу.

— Ли Тэджун? Верно? — уточнил он, глядя на раскрытую папку в его руках.

— Да, это я.

— Хорошо, — он кивнул и опустился напротив.

После того как следователь перечислил мои права и обязанности, он предложил вызвать адвоката, но я отказался. Зачем он здесь нужен? Я ничего преступного не сделал. Следователь с облегчением выдохнул и попросил рассказать, что случилось на парковке у «Гладиаторов Сеула».

Само собой, я не стал говорить о том, что вмешался в бой и запретил Молоту калечить Зевса. Поэтому начал с того, что Ко Ын вытащил биту и ударил барана.

Следователь внимательно выслушал, сделал какие-то записи и ушел, не сказав ни слова.

* * *

— Ман Джун, тебе не кажется, что это тот самый парень, который остановил машину? — сказал полицейский Чо Мён и пригубил горячий кофе из бумажного стаканчика.

Они с напарником стояли по другую сторону зеркала и наблюдали за Ли Тэджуном, который заступился за барана.

— Похож, — кивнул Ман Джун и укусил сэндвич с копченной курицей. — Запись на камере зоомагазина мутная, поэтому четкого изображения не смогли получить.

— Нужно будет спросить у него. Если это и в самом деле он, то ему полагается государственная награда. Неизвестно, сколько людей бы погибло, если бы неуправляемая машина выехала на оживленный перекресток.

— А еще тот чудо-пес. Он же не подпускал людей к дороге, пока его хозяин не остановил машину. Такие сообразительные псы и нам бы не помешали.

— Дрессура высшего пилотажа. Нашим кинологам далеко до такого уровня, — Чо Мён допил кофе и вышел в коридор, где хотел поймать Тэджуна, прежде чем его отпустит следователь.

* * *

Прошло минут двадцать, прежде чем дверь снова открылась. Я уже был порядком раздражен тем, что трачу на эту ерунду столько времени, но даже мысли не возникло, что не надо было вмешиваться, и позволить этому ничтожеству Ко Ыну обращаться с бараном так, как он считал нужным. Нет! Я против насилия над животными и никогда не закрою глаза на беззаконие.

— Господин Ли, вы можете быть свободны. Запись с камер видеонаблюдения подтвердила ваши слова. Ко Ын первым напал на вас, а вы всего лишь защищались. Прошу простите, что нам пришлось задержать вас, — сказал следователь и поклонился.

— Что будет с Ко Ыном? — уточнил я.

— Это решит суд, но думаю, что его оштрафуют.

— А баран? Какова его судьба?

— Сейчас он в ветеринарной клинике. Врачи выяснили, что у него сломано два ребра и трещина на черепе. Возможно, это последствие сражения. После оказания необходимой помощи его вернут хозяину.

— Ясно. Надеюсь, с ним провели беседу о том, что не стоит издеваться над животным?

— Да, конечно. Камера зафиксировала момент удара, поэтому за это он тоже получит заслуженное наказание.

— Хорошо. Я доволен этим.

Следователь вернул мне телефон и открыл дверь кабинета. Как только я вышел в коридор, ко мне тут же подошли два сотрудника, которые и привезли меня сюда.

— Не надо извинений. Это всего лишь ваша работа, — махнул я рукой, не дав им возможности кланяться и просить прощения.

Однако полицейские переглянулись, и один из них заговорил.

— Мы к вам по другому поводу.

— И по какому же? — я невольно напрягся.

— Мы были на вызове с неуправляемой машиной. На камеры попал человек очень похожий на вас и одет так же. С ним был пес породы питбуль. Это, случайно, не вы?

Я уже хотел сказать, что они ошиблись, но потом подумал, что не стоит врать полиции. Если они все же выяснят, что это был я, то мне будет жутко неудобно за обман.

— Да, я. И что? — с вызовом спросил я.

Вдруг мне впаяют штраф за то, что выбежал на дорогу. Или за то, что натравил Сувона на пешеходов.

— Отлично! Спасибо за помощь! — они расплылись в улыбке и раскланялись. — Благодаря вам и вашему псу удалось избежать жертв.

— Не стоит благодарностей. На моем месте так бы поступил каждый, — отмахнулся я.

— Нет, не каждый. К нам поступило как минимум десять звонков от людей, которые утверждали, что машина едет не по правилам, а водитель, кажется, без сознания. Но никто из них никак не попытался остановить машину. Поэтому мы вам очень благодарны.

Они снова начали кланяться. С одной стороны, мне было приятно. Но, с другой, я чувствовал себя неловко.

— Хорошо, что мы выяснили, что тем человеком были вы. Начальник велел нам разыскать вас.

— И что дальше? — не нравится мне чрезмерное внимание полиции к моей персоне.

— Вас наградят, — кивнул один из полицейских.

— Наградят? Как?

— Мы не можем знать, но обычно это денежная премия, почетная грамота или даже медаль. Это уж как решит начальник нашего отделения господин Син.

— Понятно. Я могу идти? — кивнул в сторону двери.

— Да-да, конечно. Хорошего вечера! Если хотите, мы можем вас подвезти.

— Нет, спасибо. Я сам как-нибудь.

Еще не хватало, чтобы меня на полицейской машине домой подвозили. И так соседи как-то подозрительно щурятся.

Как только вышел из отделения, позвонил Куну. Тот до сих пор был в моей квартире. Он предложил приехать и забрать меня, но я отказался и вызвал такси. Так гораздо быстрее, чем ждать, когда Кун приедет на своем старинном фургоне.

Радостный Сувон бросился мне навстречу, едва Кун открыл дверь квартиры.

— Ну что? Разобрались? — спросил Кун.

Он пожарил тонкие ломтики говядины и теперь аппетитно уплетал их с хрустящей кимчхи.

— Да. Хорошо, что везде камеры. Теперь тому придурку не отвертеться. Представляешь, он говорил, что я ни с того ни с сего на него набросился. И глаза такие честные делал. Совсем стыд потерял, живодер.

— Угумс, — поддакнул Кун набитым ртом. — Только зря ты к нему вообще прицепился.

— Почему это?

— Ты просто редко бываешь на подпольных аренах и не знаешь, что происходит там.

— Хм, и что же там происходит?

— При мне один придурок до смерти избил мутанта железным прутом за проигрыш. Часто владельцы бьют хлыстом во время боя для острастки. Зверь слышит знакомый щелчок и понимает, что если в точности не выполнит приказание хозяина, то ему этим хлыстом попадет.

— Вот уроды.

Я устало опустился на диван и посмотрел на часы. Без четверти двенадцать. Почти полночь.

— Сувона я накормил и выгулял. Как ты и велел, намордник и поводок не снимал, — сказал Кун и направился к двери.

— Спасибо тебе, дружище, — я пошел его провожать.

Обычно перед сном мы с Сувоном шли в парк, но сегодня не было настроения идти на пробежку. Лучше бы Кун не рассказывал о том, что происходит на подпольных аренах. У меня теперь перед глазами стояли эти сцены и сердце непроизвольно ускорялось.

Я съел пожаренное Куном мясо и с бутылочкой макколли подошел к своему компьютеру. Раз нельзя ни дозвониться, ни встретиться с вице-президентом, то можно попытать счастье и написать письмо.

В корпоративной почте были забиты все электронные адреса вплоть до президента Биотеха — Хан Вона. Каждый мог в обход непосредственного начальника обратиться к вышестоящему, однако никто так не делал. Корпоративную этику соблюдали все без исключения. Так здесь заведено.

Когда на экране появился какой-то актер, фанатом которого являлся Тэджун, я опустился в кресло и зашел в браузер. Не так давно для удобства я устанавливал корпоративную почту и на свой домашний компьютер, поэтому сейчас планировал воспользоваться им.

Нажав на иконку почты, меня перенесло на страницу с изображением замка и надписью: Доступ запрещен.

— Черт побери! — выругался я и стукнул бутылкой по столу. — Уже успели заблокировать. Теперь точно придется караулить вице-президента.

Глава 15

На следующее утро я поехал к Биотеху. Время было еще ранее, поэтому парковка у корпорации пустовала. Я хотел выяснить, на чем приезжает вице-президент и где оставляет машину.

Я устроился на скамейке напротив пруда в небольшом сквере за территорией Биотеха. Отсюда хорошо просматривались парковка и центральный вход. Сувон в наморднике носился неподалеку, распугивая голубей и уток.

Вскоре друг за другом потянулись сотрудники. Кто-то шел от метро, кого-то привозило такси, несколько человек приехали на своих машинах и оставили их на парковке, однако вице-президента до сих пор не было. За десять минут до начала рабочего времени на парковку заехал пыхтящий зеленый фургончик.

Сувон сразу узнал Куна и опрометью бросился вслед за ним.

— Сувон, дружок, как ты тут очутился? — Кун потрепал за ухо питбуля и огляделся.

Я махнул рукой и пошел ему навстречу.

— Что вы здесь делаете в такую рань?

— Вице-президента караулю. Ты, случайно, не знаешь, во сколько он приезжает? — я кивнул на парковку.

— Пф-ф-ф, долго придется сидеть и все без толку, — усмехнулся Кун. — Он сразу заезжает на подземную парковку. Здесь машину не оставляет.

Въезд на подземную парковку был через задние ворота. Там, где стоял мусорный бак. И почему я сразу об этом не подумал?

— На чем он ездит?

— На черном мерсе последней модели. Шикарный автомобиль, — Кун поцокал языком. — Мне о такой мечтать. Вчера видел, как он выезжал. Вылетел из ворот и пронесся мимо так, что все опавшие листья поднял. Интересно, как часто ему приходят штрафы за превышение? Или таким большим людям их не отправляют?

Я пожал плечами. Мне-то откуда знать. Я вообще не местный.

— Ладно, иди на работу, а то попадет от начальника Чжи.

Кун кивнул и торопливо зашагал к входу.

Я сменил локацию и теперь слонялся во дворе дома сразу за корпорацией. Если вице-президент еще не приехал, то я успею добежать до его машины, пока открываются ворота.

Через час одна старушка принялась слоняться возле меня, не спуская подозрительного взгляда. В конце концов, она не выдержала и подошла:

— Вам что здесь надо? Вы кого-то ищете?

— Жду своего знакомого, а что? — с улыбкой ответил я.

— Вам лучше подождать его в другом месте, — с нажимом произнесла она.

— Хорошо.

Я чуть склонил голову, позвал Сувон и перешел на другую сторону дороги. Не хватало еще с местными ссориться. Однако старушка не отставала и снова подошла ко мне.

— Как вас зовут?

— Зачем вам знать мое имя, аджумма? — я как мог, старался оставаться вежливым и даже применил нужное слово.

— Не нравятся мне молодые люди, слоняющиеся без дела. Только бандиты в такое время не на работе, — она прищурилась и оценивающе посмотрела на меня.

Оглянулся, чтобы убедиться, что рядом никого нет, наклонился над ней и зловеще прошептал:

— Я и есть бандит. Вам лучше держаться подальше от меня, если не хотите проблем.

Женщина испуганно охнула, развернулась и засеменила прочь, постоянно оборачиваясь.

Сувон для острастки пару раз грозно гавкнул ей вслед. Отчего старушка еще быстрее припустила.

До самого обеда я дежурил у ворот, но так и не дождался вице-президента. Скорее всего, он приехал раньше.

— Алло, Кун. Спроси у охраны, приехал вице-президент или нет, — попросил я, набрав номер друга.

— Ты все еще здесь? — удивился он.

— Конечно. Мне же надо как-то с ним встретиться.

— Хорошо. Узнаю и перезвоню, — он сбросил звонок.

Я зашел в ближайшее кафе и заказал суп с лапшой. Через несколько минут позвонил Кун.

— Да, он здесь.

— Хорошо. Тогда дождусь, когда он будет выезжать. Приходи на обед в «Мандариновый рай».

Вместе с Куном пришли Ким Хани и Пак Ю.

— Прямо как в старые времена, — улыбнулся Пак Ю и похлопал меня по плечу. — Тэджун, нам тебя не хватает. Заказы еще не поступили, но все уже на нервах. Даже не представляю, как мы справимся без тебя.

Толстяк тяжело вздохнул и покачал головой.

— О чем думал вице-президент, когда уволил тебя? Почему начальник Чжи не заступился? — Ким Хани ковырялась в тарелке с салатом из морепродуктов.

Я не стал говорить, что подозреваю, что именно начальник приложил руку к моему увольнению.

— Слышал, будут набирать новых инженеров и лаборантов, — Кун уплетал рис с овощами и мясом. — Только пока неизвестно когда. Тэджун, может тебе попытать счастье и снова подать анкету?

— Это бесполезно. Повторно никого не берут, — покачала головой Ким Хани.

— Откуда ты знаешь? — Пак Ю потянулся за острым соусом.

— У меня подруга работает в Отделе управления персоналом. Анкету Тэджуна даже рассматривать не будут.

За столом наступила напряженная тишина. Я постоянно ловил на себе сочувствующие взгляды бывших коллег, а потом они и вовсе предложили оплатить мой обед. Конечно же, я отказался. Этого только не хватало. Рано или поздно я вернусь в Биотех.

После обеда вновь вернулся к воротам, карауля вице-президента.

Когда рабочий день закончился и из здания корпорации потянулись уставшие сотрудники, ко мне подошел Кун.

— Долго ты собираешься здесь стоять? — спросил он.

— Пока не поговорю с Хан Римом. Меня подставили, и я это докажу, — твердо заявил я.

— Тебя уже охранники заметили и наблюдают. Один из них меня остановил и спросил, что тебе надо. Я ответил, что меня ждешь.

— Черт! Придется отойти подальше, чтобы не привлекать излишнего внимания.

— Я не могу с тобой остаться. Меня мать попросила свозить ее на рынок.

— И не надо. Сам справлюсь.

Мы попрощались, и Кун уехал, а я перешел через дорогу и опустился на скамью на автобусной остановке. Стены остановки выполнены из прозрачного пластика, поэтому все хорошо просматривалось.

На улице совсем стемнело, когда за воротами Биотеха показались фары. Я вскочил и побежал навстречу. В это время тонированный мерседес уже выехал с территории и двигался мне навстречу.

— Господин Хан! Мне нужно с вами поговорить! — я замахал руками, привлекая к себе внимание. — Это я — Ли Тэджун. Инженер Ли!

Я не видел, кто за рулем из-за слепящих фар, но он-то должен меня видеть. Когда между мной и машиной оставалось не больше пяти метров, мерседес вдруг взревел и пронесся мимо, обогнув меня.

— Эй! Ты что делаешь? — послышался сзади возмущенный старушечий голос. — Смерти захотел? Куда под машины бросаешься?

Я обернулся и увидел ту самую старушку. Похоже, она продолжала следить за мной из окна своей квартиры.

— Все хорошо, не надо так кричать. Просто хотел поздороваться с другом, — еще не хватало, чтобы она подумала, что я самоубийца, и вызвала психиатрическую службу.

— Разве настоящий друг так поступит? — покачала она головой, но уже немного успокоилась. — Он же чуть не задавил тебя.

— Не узнал, наверное, — пожал я плечами и двинулся в сторону метро. Сувон бежал рядом.

— Держись подальше от таких друзей! От них одни проблемы… Уж я-то знаю! — прокричала мне вслед старуха.

Интересно, вице-президент узнал меня или нет? Если нет, то стоит попытаться завтра еще раз его подкараулить. А, если да, то караулить бессмысленно. Чего доброго, заявит на меня в полицию за преследование.

Как только я добрался до дома, подъехал Кун.

— Терпеть не могу эти рынки. От меня до сих пор тухлой рыбой воняет, — он понюхал свою куртку и брезгливо поморщился. — Как у тебя дела? Удалось поговорить с вице-президентом?

— Нет. Он даже не остановился. Проехал мимо.

— Это было предсказуемо.

— Почему?

— Потому что он ясно дал понять, что не хочет с тобой общаться, еще когда ты звонил его секретарше… У тебя есть поесть? — он открыл холодильник, пробежал по нему взглядом и снова закрыл. — Ясно. Пусто.

Кун прав, но я не собираюсь отступать. Нужно найти способ поговорить с вице-президентом. Тут мне в голову пришла интересная мысль, и чем больше я ее обдумывал, тем сильнее она мне нравилась.

— Я знаю, как мне с ним поговорить. Но для этого мне нужен ты.

— Хочешь, чтобы я тебя в рюкзаке пронес в корпорацию? — усмехнулся он.

— Хорошая идея, но, боюсь, ты тот рюкзак не сможешь даже приподнять.

— Конечно! Ты посмотри на себя: растешь прямо на глазах. Скоро и новая одежда тебе будет мала.

— Если бы ты вместо бутылочки соджу по вечерам бегал и подтягивался на турнике, то тоже бы подрос.

— Мне и так хорошо, — отмахнул он. — Так, что ты придумал?

* * *

Хан Рим остановился у своего загородного дома, но не спешил выходить из машины. Он узнал парня, который выбежал перед ним на дорогу. Это был Ли Тэджун.

Тэджун что-то кричал ему, но из динамиков доносилась громкая музыка, поэтому Рим ничего не услышал. Однако останавливаться он поостерегся. А вдруг этот Тэджун так на него зол, что вытащит из-за пазухи пистолет и пристрелит его?

Никогда не знаешь, что ожидать от оскорбленных бывших сотрудников.

Первым порывом было позвонить начальнику службы безопасности и велеть подобрать телохранителей. Но потом вице-президент отринул эту идею. Не хватало еще, чтобы кто-то подумал, будто он испугался двадцатипятилетнего паренька-биолога.

Скорее всего, он, как и многие до него, будет умолять взять его обратно, обещая стать лучшим работником. Однако у него, как и у остальных, была возможность показать себя с лучшей стороны, но он этим не воспользовались.

Хан Рим загнал автомобиль в гараж и зашел в дом. Везде царила идеальная чистота, свет от точечных светильников отражался от поверхностей, поэтому казалось, что свет идет отовсюду.

Это был дом детства, но Рим его так изменил, что единственное, что осталось неприкосновенным — это сосна во дворе. Когда-то скромный деревянный дом превратился в современное сооружение из стекла и металла. Хан Сюзи очень возмущалась, когда приехала сюда после ремонта.

— Зачем ты это сделал? Здесь нет тепла и счастливых воспоминаний. Это просто бездушная махина.

— Я сохранил сосну, — попытался оправдаться он, но сестра продолжала возмущаться.

Для нее этот дом соотносился со счастьем, для него же стал первым крушением надежд и разочарованием. Именно здесь они жили, когда отец, вконец вымотанный истериками матери, собрал вещи и ушел. Он тогда только строил корпорацию и нуждался в поддержке и заботе, но вечно недовольная сварливая жена попрекала его и постоянно повышала голос, желая добиться своего.

Сюзи была маленькая и не помнит, каково жилось ее старшим братья. Ни Рим, ни Вон не рассказывали ей о том времени, но никогда не забывали.

Их мать и сейчас была жива и довольно активна. Правда, никто из троих детей не горел желанием с ней общаться. Ей ежемесячно выделяли из фонда довольно крупную сумму, а она каталась по всему миру, проживая в пятизвездочных отелях и меняя мужчин.

Хан Рим прошел на кухню и открыл холодильник. Его холодильник всегда полон — прислуга старалась.

Он был голоден, поэтому достал кастрюлю с прозрачной крышкой и глубокую миску. В кастрюле был его любимый суп — сундэ с колбасками из крови и кишок, а в миске жареная говядина с овощами. Даже не имея жены, в его доме всегда царит чистота, а в холодильнике ждала свежеприготовленная вкусная еда. Все это благодаря отцу, который оставил им в наследство процветающую корпорацию.

Жаль, что он так рано погиб и не успел насладиться плодами своей работы.

Хан Рим устроился напротив телевизора, по которому показывали триллер, но сюжет его мало волновал. Он вновь и вновь мысленно возвращался к происшествию на дороге. Чего добивается этот Ли Тэджун? Что такого важного хочет сказать? А, может, выслушать его?

Он уже хотел позвонить секретарю Сон, чтобы та пригласила завтра Тэджуна к нему в кабинет, но в последнюю секунду передумал и сбросил звонок.

— Что такого важного может сказать обычный инженер? Ничего. Пусть ищет другую работу. Все-таки из-за него случился большой перерасход, — вслух проговорил он и потянулся к бутылке малинового вина.

Сегодня был тяжелый день, поэтому требовался отдых. Приезжали представители министерства сельского хозяйства и продовольствия. Именно их заказы предстоит выполнять Биотеху. От них Хан Рим узнал, что кроме Биотеха и еще парочки корпораций, в тендере участвовал еще и ГлобалВижн. Тогда он сдержался, но сейчас позволил себе расплыться в улыбке. Все-таки приятно обходить конкурентов.

* * *

— Ты с ума сошел! Я на такое не пойду, — замотал головой Кун, когда я изложил ему свой план.

— Никто не пострадает. Если сделать грамотно, то все получится.

— Нет, нет и еще раз — нет! Меня уволят! Я не хочу обивать пороги с протянутой рукой. Мне моя работа нравится, — упрямо заявил он и сложил руки на груди.

— Хорошо. Тогда просто одолжи мне свой фургон.

— А ты на нем ездить-то умеешь? — Кун с сомнением посмотрел на меня.

— Конечно. Это же старая добрая механика.

— Ладно, бери. Но знай, что я не одобряю то, что ты намерен делать. Во-первых, это опасно. Во-вторых, тебя могут посадить.

Мы сидели на скамейке в парке за моим домом и бросали по очереди Сувону мяч. Пес был безмерно счастлив и, не переставая, вилял хвостом.

— Не перегибай палку. Я всего лишь хочу поговорить и все.

— Лично я сильно сомневаюсь, что он захочет тебя выслушать после того, что ты сделаешь. Скорее всего, вызовет службу безопасности или даже полицию. И правильно сделает! Посчитает, что ты сталкер.

— Не моя вина, — пожал я плечами. — Не надо увольнять человека без веских оснований и доказательств. Пусть будет ему наукой.

— Тоже мне учитель нашелся. Ладно, побежали, что ли? Тоже хочу такие мышцы, как у тебя.

Я свистнул Сувона, и мы не спеша побежали по темной дорожке, подсвеченной лишь тусклыми лампами. Правда, Куна хватило на два километра. Он добежал до скамейки и буквально рухнул на нее.

— Всё. Хватит на сегодня, — тяжело дыша, сказал он.

— Надо почаще брать тебя с собой на пробежку.

— Нет, не надо. Бег не для меня, — отмахнулся он.

Я оставил его отдыхать, и вместе с Сувоном пробежал еще двадцать километров.

Когда вернулся к Куну, тот уже отдышался и просматривал что-то в телефоне.

— Появились вакансии, — он повернул ко мне экран. — Будут набирать целых пять новых инженеров и трех лаборантов… Вряд ли вице-президент согласится вновь тебя принять на работу.

Он тяжело вздохнул, внимательно посмотрел на меня и добавил:

— Я согласен, Тэджун.

— Ты о чем? — я опустился рядом.

— О твоем плане. Помогу тебе.

— Спасибо, друг, — я крепко сжал ему руку.

Глава 16

На следующий день за обедом мы с Куном еще раз прошлись по плану.

— Если что-то пойдет не так, нас могут посадить, — шепотом проговорил он.

Мы сидели в кафе, неподалеку от корпорации. Было обеденное время и почти все места заняты.

— Ты же опытный водитель. Все пойдет как по маслу. Не накручивай себя, — попытался успокоить его.

Мне была понятна тревожность Куна. У нас всего один шанс провернуть задуманное. К тому же неизвестно, какие будут последствия. Вице-президент может послушать меня и назначить еще один аудит, подключив технических специалистов. Либо он даст задание службе безопасности, и нас с Куном через несколько дней выловят в водах реки Ханган, которая протекает за две улицы от корпорации.

— Я слышал, сегодня у высшего руководства будет корпоратив в честь выигрыша тендера. Они идут в Даол, — сказал Кун, доедая лапшу.

— Во сколько?

— Не знаю. Но вряд ли во время рабочего дня. Скорее всего, вечером, как обычно, часов в шесть — семь, — пожал он плечами и с довольным видом откинулся на спинку дерматинового дивана.

— Значит, вице-президент не будет задерживаться. Осталось надеяться, что в машине больше никого не будет. Свидетели не нужны, — задумчиво проговорил я.

Кун допил свой холодный фруктовый чай и поспешил на работу. Я же доел острый суп, на десерт съел пирожок со сладкой фасолью и вышел на улицу.

Погода радовала: теплое солнце, легкий ветерок и разноцветные опавшие листья. Я всегда любил осень: уютные вечера с горячим напитком, пестрый лес и тишина. Природа замирает. Это прекрасное время для размышлений и переосмысления всего, что происходит в твоей жизни.

Первые два дня после пробуждения в новом теле я хотел вернуться обратно к прежней жизни, но потом понял, что это уникальная возможность, которую нельзя упускать. В той жизни я был престарелым академиком, у которого все позади. К тому же я всю жизнь так увлекался наукой, что не успел создать семью. Я даже не замечал, как одинок.

Эту жизнь я решил прожить совсем по-другому. Однако из уважения к Тэджуну, я обязан восстановиться на работе, ведь он всю жизнь мечтал работать в Биотехе.

Прогулявшись по узким улочкам, я вновь вернулся к корпорации, к концу рабочего дня. Кун одним из первых вышел из здания и, махнув мне, направился к парковке.

Мы забрались в фургон, объехали Биотех и остановились во дворе дома напротив ворот.

Я видел, что Кун нервничает, но он ни словом не обмолвился, что передумал и хочет отказаться от задуманного. Он рисковал сильнее меня, но, как настоящий друг, решил идти до конца.

Вскоре за воротами показались фары. Кун завел двигатель и вцепился в руль.

— Стой! Это не он, — успел предупредить я, заметив, что цвет фар более теплый, чем был у машины вице-президента.

Кун продолжительно выдохнул, а мимо нас пронесся генезис исполнительного директора.

Не прошло и пяти минут, как снова показались фары.

— Он? — спросил Кун.

— Подожди, сейчас выедет за ворота и увидим.

Мы прильнули к лобовому стеклу, не спуская взгляда с автомобиля. Когда ворота раскрылись, стало понятно, что это мерседес Хан Рима.

— Пора!

Фургон сорвался с места и понесся прямо на мерседес, который уже выруливал в сторону оживленной дороги.

Резкий разворот и Кун перекрыл дорогу прямо перед дорогущим блестящим автомобилем. Мерседес едва успел остановиться.

Я вышел из фургона и решительно направился к водительской двери автомобиля. Окно мерседеса открылось и показалось дуло пистолета.

— Еще шаг и я выстрелю, — в голосе вице-президента слышались угрожающие нотки. Он не шутил.

— Господин Хан, мне нужно с вами поговорить. Это я — Ли Тэджун.

— Я узнал тебя, инженер Ли. Зачем ты преследуешь меня? Неприятностей хочешь?

— Нет. Всего лишь хочу доказать, что я ни в чем не виноват и меня незаконно уволили.

Хан Рим глубоко вздохнул, убрал пистолет в бардачок и вышел из машины.

— Слушаю. У тебя есть две минуты, — сухо сказал он, напряженно глядя на меня.

— Я знаю о результатах аудита, но он сделан поверхностно, поэтому принятое решение было основано лишь на догадках…

— Каких еще «догадках»? Ты чаще других пользовался Иннотехом. Начальник Чжи сказал, что это происходило из-за того, что ты неграмотный специалист и постоянно переделываешь свою работу.

— Это не так. Я никогда не превышал норму. В смете каждого заказа заложено три попытки, поэтому я имел полное право облучать раствор три раза, добиваясь наивысшего результата. Для того чтобы выяснить, куда уходила энергия, надо подключить технических специалистов. Они могут вытащить из пробора все облучения. Нужно будет только сопоставить их с заказами.

— И что нам это даст? — он все еще с недоверием смотрел на меня.

— Я подозреваю, что облученные растворы покидают Биотех.

— Ты хочешь сказать, что кто-то из сотрудников лаборатории ворует ци-спирит? Это твои фантазии или есть доказательства?

— Вот на этой флешке днк измененного животного, которое выступало на подпольной арене. Я предполагаю, что облучение его днк происходило на нашем Иннотехе, — я протянул флешку, которую передала мне Ким Хани.

Вице-президент покосился на флешку и нехотя забрал.

— Еще что-нибудь?

— Нет, я сказал все, что хотел. Спасибо, что выслушали, — я склонил голову.

Хан Рим кивнул и забрался в мерседес. Я сел в фургон, и мы с Куном поехали в сторону моего дома.

— Фух-х-х, пронесло, — с облегчением выдохнул Кун. — Я боялся, что он не успеет среагировать и врежется в фургон. Хорошо, что все обошлось. Как думаешь, вице-президент тебя послушает?

— Не знаю. Теперь все зависит от него. Ведь здесь дело не только в том, чтобы восстановить меня на работе, но и в остановке кражи. Кто-то в больших объемах ворует ци-спирит.

— И я даже знаю кто, — усмехнулся Кун.

— Без доказательств мы можем только предполагать.

* * *

Хан Рим был вне себя от злости. Как Тэджун посмел так себя вести? А та зеленая развалюха разве не принадлежит кому-то из корпорации?

— Чо Никкун, выясни, кому принадлежит зеленый фургон с номером… — он назвал номер машины Куна.

— Будет сделано, господин Хан, — отчеканил начальник службы безопасности. — Что-нибудь еще?

Хан Рим задумался. Тэджун предполагает, что кто-то крадет ци-спирит. А вдруг это правда? Как он и сказал, в этом помогут разобраться лишь технические специалисты, обслуживающие Иннотех, а не служба безопасности.

— Больше ничего. Ответ напиши сообщением, — Рим сбросил звонок и набрал номер секретаря Сон.

— Слушаю вас, господин Хан.

— Завтра с самого утра пусть ко мне явятся начальник аудиторского отдела и главный инженер технической службы.

— Поняла. Я сейчас же обзвоню их.

— Сразу предупреди, что будет конфиденциальный разговор, и чтобы даже о встрече не трепались.

— Хорошо.

Хан Рим убрал телефон в нагрудный карман пиджака и остановился у ресторана Даол. Наверняка начальник аудиторского отдела и главный инженер уже ждут его там вместе с другими руководителями и директорами корпорации, но при всех он не скажет им ни слова. Только рядовые сотрудники корпорации не могу войти в лабораторию, у топ-менеджеров и большинства начальников отделов есть доступ к прибору, поэтому никому доверять нельзя. Если Тэджун прав, то среди них есть крыса, которая крадет из-под носа кота.

* * *

— Хён Бин ходит по отделу, как начальник. Он всем говорит, что Ханыль скоро уйдет на пенсию, и его должность займет он, — сказал Кун.

Мы сидели в небольшом ресторанчике по ту сторону парка за моим домом и ужинали куриными потрохами. Не сказать чтобы я был фанатом такой еды, но Кун заслужил, поэтому я оплачивал ужин, а он выбирал место.

— Вполне возможно, — кивнул я. — Больше некого.

— А меня? — надулся Кун. — Я бы был отличным начальником.

Я улыбнулся. Кун хороший человек и отличный друг, но на должность начальника точно не подходит. К тому же он даже не дорос до инженера, поэтому о посте начальника может лишь мечтать.

Вскоре со стороны соседнего стола, за которым сидела компания взрослых мужчин, послышались громкие пьяные разговоры.

— Я тебе говорил ставить на ротвейлера, а ты меня не послушал, поэтому проиграл.

— Почему я должен тебя слушать? Ты чаще ошибаешься, чем бываешь прав.

— А в этот раз я был уверен. Это же был ротвейлер из псарни Дон Ука.

— Дон Ука? Сколько же у него мутантов? Я только в прошлом месяце видел его с тремя разными бойцами.

— Много. Он на них столько денег делает, — мужчина присвистнул. — Говорят, у подпольщиков его псарня на первом месте. Он всегда даст бойца на потеху. Не жалеет своих псов.

В это время к ним подошел хозяин заведения и попросил вести себя потише, чтобы не мешали остальным посетителям. Мужчины притихли, но продолжили обсуждение псарни.

— Ты что-нибудь знаешь о том Дон Уке, о котором говорят? — вполголоса спросил я у Куна.

— Не-а, в первый раз слышу. Но для этого есть интернет. Сейчас найдем, — он вытер жирные пальцы о салфетку и вытащил свой телефон.

— Так-так, на запрос о Дон Уке вылезла реклама о приюте «Брошенный щенок», — он повернул телефон ко мне экраном.

На фотографии был изображен мужчина с щенком в руке. Он добродушно улыбался и указывал на вывеску с надписью: «Вместе поможем брошенным щенкам. Для пожертвования достаточно отсканировать QR-код».

— Это и есть Дон Ук?

— Не знаю. Может, просто актер.

— Где находится эта псарня?

— В пригороде, — ответил Кун, порывшись в интернете. — Кстати, недалеко от дома твоей матери. Наверняка она слышала о ней.

— Перешли мне адрес.

— Хорошо, но зачем тебе? Хочешь Сувона пристроить?

— Нет, конечно. Сувон — мой пес, и я его никому не отдам. Просто интересно узнать, действительно ли эта псарня поставляет мутантов для боев.

— Только я тебя умоляю, не суй свой нос в такие опасные дела. Там, где крутятся большие деньги, человеческая жизнь ничего не стоит, — попросил Кун.

— Не волнуйся. Я всего лишь хочу побольше узнать об этой псарне.

Мы доели свой ужин и не спеша направились через парк к моему дому, где Кун оставил фургон.

— Интересно, что завтра меня ждет? — тяжело вздохнув, протянул Кун.

— Ты о чем?

— Наверняка вице-президент уже знает, что это я был за рулем и подрезал его. Не уволил бы.

— Не уволит. Если буду проблемы, все вали на меня. Скажи, что я руль дернул.

Кун кивнул, но ничего не ответил. Его настроение передалось мне. Не хватало еще, чтобы из-за моей выходки его уволили. Надеюсь, вице-президент — здравомыслящий человек и не совершит такого самодурства.

Я проводил его до фургона и вывел Сувона на прогулку. Бегать с полным желудком не хотел, поэтому просто прогулялся и подышал прохладным вечерним воздухом.

Теперь мне ничего не остается, кроме как ждать. Если вице-президент поверил мне, то на аудит снова уйдет несколько дней. Если не поверил, то… Об этом я даже думать не хотел. Другого пути вернуться на работу у меня не было.

Чтобы переключиться, я решил завтра съездить к матери Тэджуна. Проведаю и заодно спрошу насчет псарни. Кун был прав, она находилась за пару перекрестков от дома Ли Синхэ, поэтому она наверняка что-то слышала о Дон Уке.

Вернувшись с прогулки, сел за компьютер и еще раз прошерстил интернет в поисках информации о псарне и Дон Уке. Однако, кроме рекламы с призывом о помощи «бедным брошенным щенкам», больше ничего не нашел. Зато наткнулся на корпоративную дораму и залип на ней до трех часов ночи.

Утром меня разбудил телефонный звонок.

— Алло, Тэджун, ты спишь, что ли? Не похоже на тебя, — услышал я голос Куна.

— Угумс. Имею право. Я безработный, — пробурчал я и взглянул на часы — девять утра.

Давно я так много не спал. Обычно просыпался в пять часов утра и сразу шел на пробежку. Видимо, накопилась усталость и требовался отдых.

— Это ненадолго! — торжественно объявил Кун.

— В смысле? — я сел на кровати и спустил ноги. Сувон похрапывал на пледе у кровати.

— Новый аудит! Начальник только что сказал. Он думает, что вице-президент организовал аудит из-за увеличения штата сотрудников.

— Отлично! Пусть так и думает. Тогда он не сможет помешать спецам вытащить информацию из Иннотеха, — обрадовался я. — Держи меня в курсе дел.

— Обязательно.

Я больше не стал ложиться. Перекусив и выгуляв пса, купил в кондитерской большую упаковку пирожных и поехал к матери Тэджуна — Ли Синхэ.

По пути позвонил и предупредил, что еду, чтобы никуда не ушла.

— Сынок, я так рада! Что тебе приготовить?

— Что хотите. У вас всегда всё очень вкусно получается.

— Твоя похвала для меня очень ценна, сынок, — расчувствовалась она. — Ты — единственная моя радость и отрада. Вот бы еще внуков. Тогда не было бы на свете счастливее человека.

— Внуки обязательно будут. Вы только дождитесь, — заверил я. — Приеду через полчаса.

Ли Синхэ накрыла на стол. На нем было столько всего, что глаза разбегались. Как и любая другая мать, она получала истинное удовольствие, наблюдая за тем, как ест ее сын.

— И вот это попробуй. Сама мариновала, — она подвинула блюдце с тонко нарезанными кружками редиса.

— Спасибо. Все очень вкусно. Вам бы работать шеф-поваром в ресторане.

— Ой, что ты, сынок. Разве в моем возрасте можно профессию поменять?

— Конечно! Никогда не поздно заняться тем, что любишь.

Она лишь отмахнулась и принялась докладывать в опустевшие блюдца.

— Омони, вы слышали что-нибудь о псарне «Брошенные щенки»? — спросил я, отодвинувшись от стола. Я так объелся, что даже дышать тяжело.

— Да эту псарню на всю округу слышно, — всплеснула она руками. — Постоянный визг, лай, скулеж — будто режут там этих щенков.

— А про владельца слышали что-нибудь?

— Про Дон Ука, что ли? Конечно, слышала. Мерзкий гнусный тип, — раздраженно ответила она. — Я как-то сделала замечание, что его щенки очень шумно себя ведут и мешают спать всей округе. Так, он велел мне рот закрыть, а то всех щенков ко мне домой притащит.

Я вытащил телефон и открыл рекламу, на которой был изображен мужик с щенком.

— Это он?

— Да, но у него такой улыбки с роду не было. Подрисовали, наверное. Этот тип вечно угрюмый ходит и на всех огрызается. Терпеть его не могу.

— И давно эта псарня открылась?

— С полгода, наверное. Только на нем не псарня написано, а приют. Благотворителем себя выдает, старый хрыч. А вот же он! — она ткнула пальцем в окно.

Я тут же вскочил на ноги и быстро подошел к ней. По улице шаркал сутулый пузатый мужик в поношенной шляпе с полями. Он свернул к небольшой забегаловке и скрылся внутри.

— До самого вечера там просидит. Дел у него нет, — продолжала ворчать Синхэ. — Наверняка все пожертвованные деньги себе забирает, а щенков впроголодь держит. А иначе, почему они постоянно воют и скулят?

Я помог ей помыть посуду, прибил полку, закрутил дверь шкафа и, пообещав приходить почаще, вышел из дома. Однако пошел не на остановку, а в ту самую забегаловку, куда зашел Дон Ук.

Когда зашел, сразу увидел его. Мужчина сидел в дальнем углу, с шумом хлебал суп и запивал соджу. Я опустился за соседний стол и подозвал официанта.

— Добрый день. Чего желаете, уважаемый гость?

— Можете принести самое дешевое блюдо из вашего меню. Боюсь, у меня совсем мало денег, — вполголоса сказал я, но так, чтобы Дон Ук услышал.

— Могу предложить лапшу и кимчхи.

— Хорошо. А попить принесите стакан воды.

Официант кивнул и поспешил на кухню. Я повернулся и встретился взглядом с Дон Уком.

— Не хотите куртку купить? Почти новая. Всего три года ношу, — предложил я и протянул ему джинсовку, которую купил несколько дней назад.

— Нет. Мала будет, — буркнул он и вновь с шумом хлебнул. — У тебя работы нет?

— Постоянной — нет, только подработки. Никуда не берут. Везде нужны либо связи, либо большой опыт. А откуда мне большой опыт? Я только недавно учебу закончил, на которую кредит брал. Теперь каждый свободный вон, который удалось заработать грузчиком или уборщиком, в банк отношу. Иначе в тюрьму посадят, — я тяжело вздохнул и опустил уголки губ, старательно изображая из себя несчастного.

— Не хочешь у меня подработать? — предложил Дон Ук.

— Хочу! — с готовностью ответил я. — А что делать надо?

— Клетки и вольеры чистить. Работа грязная, поэтому работники надолго не задерживаются. Плачу каждый день в семь вечера по тридцать тысячи вон. На работу в семь утра.

— Я согласен! Когда можно приступать?

— Можешь прямо сейчас… Только заплачу половину дневного заработка, — предупредил он.

— Справедливо, — кивнул я.

— Тогда ешь и пошли.

Глава 17

Есть совсем не хотелось, но, чтобы не вызвать подозрений, пришлось давиться лапшой.

Расплатившись, мы с Дон Уком вышли из забегаловки и направились в сторону псарни, из которой даже до сюда доносился лай собак.

Псарня располагалась между двумя нежилыми зданиями. В одном находилась автомастерская, а во втором — магазин с хозяйственными товарами.

Мы подошли к высокому ржавому забору и зашли внутрь. Лай усилился. По периметру небольшой площадки располагались вольеры, а из открытой двери деревянного сарая виднелись клетки.

Собак было много. Не меньше трех десятков. Когда подошел к вольерам поближе, то понял, что все взрослые собаки — мутанты. Притом сделаны очень топорно, и скорее эти изменения были призваны внушить ужас противнику и не имели практического применения: красные глаза, клыки, выпирающие вперед, как у кабана, массивные слоновьи конечности, которыми наверняка трудно управляться, два хвоста, костяные наросты по всему телу и еще много чего. Просто издевательство над животными.

— Ну как? Не страшно? — криво усмехнулся Дон Ук.

— Если честно, то как-то не по себе, — ответил я, но на самом деле, кроме жалости, ничего не испытывал.

Однако мне надо было изображать обычного паренька, у которого нет денег даже на билет на арену, а вблизи он мутантов точно нигде не мог видеть.

— Здесь и будешь работать. Моих собак нужно кормить, поить и говно из вольеров соскребать. Понял?

Я кивнул.

— Сегодня их уже кормили, поэтому тебе всего лишь нужно будет почистить вольеры.

— А как чистить? Они же там внутри. Съедят меня, — я сделал испуганное лицо.

— Сейчас тебе покажут. Эй, Орён, иди сюда! Пошевеливайся! — крикнул владелец псарни в сторону сарая.

Послышалось ворчанье, и в дверях показался старик, который переводил неприязненный взгляд с Дон Ука на меня и обратно.

— Иди сюда. Не заставляй меня ждать, — грубо поторопил хозяин парни, затем повернулся ко мне и шепнул. — Старый и вредный, но работает, в отличие от других. Молодые у меня долго не задерживаются.

— Почему?

— Работать нужно. Молодежь привыкла только пальцем тыкать в смартфоне, больше ничего не хотят делать. Растет целое поколение ленивых негодяев, — он отвернулся и сплюнул.

В это время к нам не спеша подошел Орён и проворчал:

— Чего опять надо?

— Ты щенков покормил?

— Еще утром. А чего? Опять кто-то отравился? Так, я в этом не виноват, что покупаете, тем и кормлю.

— Никто не отравился. У нас новый работник. Будет помогать тебе. Кстати, как тебя зовут? — повернулся ко мне Дон Ук.

Я не хотел называть свое настоящее имя, поэтому позаимствовал у Ким Хани и Куна.

— Ким Кун.

— Значит, Кун. Хорошо. Орён покажет тебе, что и как делать? Если будешь в точности выполнять его рекомендации, то не пострадаешь, — заверил Дон Ук.

— То есть кто-то уже пострадал?

— Забудь об этом, — отмахнулся он. — Всякое бывает. Бойцы все-таки.

— Вы их на арены отправляете? — изобразил удивление.

Как же тяжело актерам! Постоянно нужно напоминать себе, что ты — это не ты, и вести себя соответственно.

— Конечно. Зачем же они еще нужны? — дернул он плечом, развернулся и двинулся к воротам. — Работайте. Я приду в конце дня.

Когда Дон Ук скрылся за поворотом, я подошел к одному из вольеров и внимательно рассмотрел бультерьера. У него была чешуйчатая кожа, которая облазила и клоками висела по бокам. Уши отсутствовали — только дырки на голове.

Было понятно, что такие мутанты сражались лишь на подпольных аренах, ведь официальные арены требовали сертификаты от корпорации, которая их облучала. На данный момент даже в ГлобалВижн, который являлся главным поставщиком мутантов на арены, так не издевались над животными.

— Эй, Кун, пошли за мной, — махнул рукой Орён. — Не надо на них глядеть. Кошмары будут сниться.

Мы зашли в сарай, и я увидел три ряда клеток со щенками. Выглядели они худыми и изнеможёнными. За ними плохо ухаживали и, вероятно, кормили скудной едой. Многие щенки были с проплешинами, у некоторых гноились глаза. К тому же вокруг летало много мух, что говорило об антисанитарии. Хотя и без мух было понятно, что здесь никакие нормы не соблюдаются.

Куда смотрят соответствующие органы? Или они вообще не знают, что существует эта псарня? Нет, такого быть не может. Наверняка местные жители уже не раз обращались из-за шума и вони. Скорее всего, Дон Ука «крышуют» — как говорили на моей родине. И эта «крыша» состоит не из рядовых сотрудников.

— Вон там лопата. Бери, — кивнул Орён в угол сарая.

Я прошел внутрь, взял лопату, облепленную высохшим говном, и поспешил выйти. Дышать было невозможно.

Орён что-то снял со стены и вновь позвал меня за собой.

— Вон там тележка. Возьми и за мной.

За последним вольером, в котором сидел поистине адский пес, стояла тележка. Я положил в нее лопату и покатил к Дон Уку.

— Я открою дверь, а ты выгребай лопатой и в тележку. Понял?

— А пес меня не укусит? — спросил я и опасливо заглянул внутрь вольера.

У каждого мутанта агрессия была превышена, поэтому они ни на миг не замолкали и бросались на решетку.

— Не укусит. Они знают, что их ждет.

Мы подошли к вольеру, из которого смотрели на меня кроваво-красные глаза и раздавался глухой злобный рык.

— Смотри, как надо делать.

Орён подошел вплотную к решетке и просунул сквозь него длинный металлический щуп. Пес будто знал, что за этим последует, и вжался в заднюю деревянную стену вольера.

— А теперь нажимаем вот на эту маленькую красную кнопку, — сказал Орён.

На другом конце щупа находился небольшой вытянутый прибор с кнопкой. Как только старик нажал на кнопку, прибор затрещал и пса ударило током. Это был электрошокер.

— Вы что делаете? — не выдержал я и вырвал прибор из его рук. — Ему же больно!

Пес заскулил и прижался к земле, не спуская испуганных глаз с блестящего металлического щупа.

— Зато теперь он к тебе и близко не подойдет, — он снова отобрал у меня электрошокер и кивнул на тележку. — Давай, выгребай дерьмо. К вечеру надо успеть, а то Дон Ук урежет оплату.

Я открыл дверь вольера и почистил его.

— Надо хотя бы опилками посыпать, чтобы под ногами было сухо, — предложил я.

— Кто же будет возиться с этими опилками? Пусть так. Всё равно они здесь долго не живут.

— Почему? Дон Ук их продает?

— Можно и так сказать. На арены отвозит, но обратно частенько возвращается один. Видать мрут, как те мухи в сарае, — он хрипло рассмеялся.

Что смешного в смерти? Или он не знает, в каких муках погибает животное на арене?

Остальных псов я запретил Орёну бить током и отгонял их лопатой. Старику было все равно, каким образом я буду чистить вольеры. Главное, чтобы Дон Ук был доволен и не оштрафовал.

Через час работы я почистил все вольеры и, вывалив дерьмо из тележки в большой черный мешок, устало опустился на скамейку у сарая. Орён сел рядом и вытащил из кармана портсигар.

— Будешь? — предложил он сигареты, которые даже на расстоянии сильно пахли ментолом.

— Нет, не курю.

— И правильно. Я вот всю жизнь курил и так пристрастился к этой заразе, что теперь бросить никак не могу — хоть пусть режут.

Он поджег кончик сигареты и втянул в себя дым.

— Вы давно здесь работаете? — спросил я.

— Полгода где-то. Не помню точно.

— Откуда Дон Ук берет этих мутантов? Ведь они больших денег стоят.

— Это его мутанты. Он их с молодых когтей растит, а потом какой-то укол колет, и они сами в таких чудищ превращаются.

— Укол? — задумчиво повторил я. — А откуда ему этот укол?

— Мне-то откуда знать. Я в эти дела не лезу.

Получается, что Дон Ука кто-то снабжает готовыми растворами. Интересно, кто это может быть? Крупные корпорации не стали бы рисковать репутацией и связываться с каким-то мелким дельцом. Скорее всего, кто-то помельче этим занимается. Надо бы выяснить — кто, и прикрыть их лавочку.

После отдыха я почистил клетки щенков и заметил, что у некоторых загноились когти от сырости и грязи. Нужно обработать, пока воспаление не пошло выше, и щенок не погиб.

Около семи часов вечера вернулся Дон Ук. Увидев меня, он удивился.

— А я думал, что ты такой же белоручка, как и остальные.

— Мне нужна работа, — ответил я.

— Да-да, я помню. Ну-у, что вы за сегодня сделали?

Он двинулся вдоль вольеров, заглядывая внутрь.

— Кун почистил все клетки и вольеры. А я ему помогал, — Орён поплелся следом.

— Хорошо, очень хорошо. Тогда заслужили свой заработок.

Дон Ук вытащил из нагрудного кармана толстый кошелек и отсчитал Орёну тридцать тысяч вон, а мне пятнадцать.

— Ты поработал полдня, поэтому все справедливо, — нравоучительно сказал он.

Я промолчал, ведь был здесь не ради денег. Однако теперь мне стало понятно, почему не задерживаются работники. И дело не в мутантах или в грязной работе, а в оплате труда.

Пока мы ждали возвращения Дон Ука, я успел залезть в телефон и узнал, что среднедневная оплата труда уборщиков — восемьдесят тысяч, а он платит за полный день всего лишь тридцать. Это же грабеж!

Орён здесь сидит, потому что уже на пенсии и на другую работу его не берут. Ни один взрослый человек не стал бы горбатиться за такие гроши.

— Завтра придешь? — спросил Дон Ук.

— Обязательно, — кивнул я и вышел за ржавые железные ворота.

Пока у меня есть время, я решил поподробнее узнать о делах Дона Ука. Может даже удастся выйти на его поставщика.

Я не хотел светиться возле дома матери, поэтому перешел на соседнюю улицу и сел на автобус. Когда уже подъезжал к дому, позвонил Кун.

— Тэджун, ты где? С тобой все в порядке? — услышал я встревоженный голос друга.

— Еду в автобусе. А что?

— Просто я стою возле твоей двери, а внутри Сувон скулит и царапается.

— Гулять хочет. Скоро буду. Уже подъезжаю, — заверил я.

Кун встретил меня у двери подъезда, я выпустил Сувона, и втроем мы направились в парк.

— Ты где был? — спросил Кун, вытащил из кармана теннисный мяч и бросил в кусты. Сувон с радостным лаем побежал его искать.

— Работал уборщиком у Дон Ука, — усмехнулся я.

— Что? Зачем? Тебе деньги нужны? Давай, я тебе одолжу? — Кун уже полез в смартфон, чтобы перевести мне денег, но я остановил его.

— Я хочу выяснить, кто поставляет ему растворы, облученные ци-спирит.

— И долго ты там собираешься работать?

— Пока не знаю. Кстати, есть новости?

Кун расплылся в улыбку, забрал у Сувона мяч и снова бросил:

— Жаль, тебя с нами нет. Ты бы видел лицо Ханыля, когда пришли спецы, отключили Иннотех и полезли в нутро прибора. Сначала побелел, потом раскраснелся и начал орать, что у нас сроки и заказы, а они мешают ему работать. Ребята ему тут же распоряжение вице-президента под нос подсунули.

— Теперь он понял, что с моим уходом ничего не закончилось и перерасход может всплыть.

— Мне интересно, на кого бы он стал сваливать следующий перерасход? — Кун снова бросил мяч Сувону, но на этот раз он отскочил от ствола дерева и отлетел в пруд.

Питбуль недолго думая с разбегу бросился в воду, довольно быстро подплыл до мяча и поймал зубами. Однако вылезать не спешил и играл в воде сам с собой.

Не знал, что он любит плавать.

— Аудиты проходят редко. Не чаще раза в год, поэтому к тому времени они бы придумали, что делать с перерасходом.

— Они? Ты и Хён Бина тоже подозреваешь?

— Конечно. Ты думаешь, Ханыль убрал меня, потому что я рожей не вышел? Нет. Он не хотел конкуренции за пост начальника отдела. Знал, что у меня больше успешных заказов, поэтому на его место посадят меня. Теперь же перед Хён Бином двери открыты. Из новичков никого не будут ставить на такую важную должность.

— Ты прав. Я об этом не подумал… Кстати, Ким Хани сегодня сама без подсказок и переделок с первого раза получила нужный результат.

— Даже не верится, — улыбнулся я. — Когда не на кого надеяться, приходится думать самому. И кого же она облучила?

— Кошку, — отмахнулся Кун.

— Зачем?

— Чтобы та мебель не царапала. Какой-то чеболь купил дочери кошку, о которой та мечтала, а кошка принялась драть дорогущую мебель. Вот и попросили избавить ее от когтей.

— И что же сделала Ким Хани?

— У кошки просто выпали все когти. Правда, неизвестно, отрастут они снова или нет, — хмыкнул Кун.

Мы еще немного поговорили и вернулись к дому. В холодильнике кроме заплесневелого сыра и соусов больше ничего не было, поэтому закупил продуктов, и мы с Куном поднялись в квартиру.

— Что будет, когда ты узнаешь, кто поставляет ци-спирит Дон Уку? Что ты дальше намерен делать? — Кун макал жареные сосиски в острый соус и с аппетитом ел.

— Пока не знаю.

— Ты думаешь, ему поставляют нашу энергию?

— Может быть. Ведь куда-то же ее реализуют. Таких Дон Уков может быть не один десяток по всей Корее.

— Мда-а. Правительство на подпольщиков смотрит сквозь пальцы. Если бы хотели закрыть их всех, то давно бы уже это сделали. Кстати, не хочешь завтра на бои сходить?

— В «Гладиаторы Сеула»?

— Нет, подпольщики. Будут проводить на острове Памсом.

— И откуда ты знаешь? Тоже имеешь к ним какое-то отношение? А, может, это ты воруешь энергию? — я сделал грозное лицо и потянулся к вилке с длинными зубьями.

— Очень смешно, — отмахнулся он. — Просто кто-то умеет слушать.

— Опять чей-то разговор подслушал?

— Ага, — кивнул он и с довольным видом пригубил макколли, но карты раскрывать не спешил.

— И чей же? — после минутного ожидания спросил я.

— Пак Джин с кем-то по телефону разговаривал в туалете, а я в кабинке сидел и все слышал.

— Исполнительный директор? Неужели и он в этом замешан? — задумчиво проговорил. — А, может, вся верхушка корпорации связана с подпольщиками?

Кун пожал плечами и продолжил есть острую сосиску.

Глава 18

Утром пришлось пропустить тренировку, так как до псарни добираться не меньше часа. Выгулял Сувона и, прикупив в автомате сэндвич и сладкую газировку, поспешил на остановку.

К семи часам я уже подошел к ржавым воротам. Дон Ук и Орён сидели на скамейке у сарая и дымили сигаретами. Собаки не любят сигаретный дым, но разве их это волнует?

— Доброе утро! — поздоровался я и открыл скрипучую створку.

— Кун, ты пришел? Я даже не ждал, — удивленно вскинул кустистые брови Дон Ук. — Обычно обещают, но больше не приходят.

— Я всегда выполняю обещания.

— Приятно слышать. Иди садись рядом с нами.

— Я бы предпочел сначала делом заняться, а уже потом отдыхать, — ответил я.

На самом деле просто не хотел приближаться к дымному облаку, в котором они сидели.

— Похвально. Ты меня все больше удивляешь, — Дон Ук растянул губы в улыбке, обнажив пожелтевшие пеньки зубов. — Тогда принимайся за работу. Надо псам кашу сварить. В большой кастрюле для взрослых. В маленькой для щенков. Большим в кашу брось несколько костей. А щенкам — не надо. Обойдутся. Толку от них пока нет.

Орён потушил сигарету, с кряхтеньем поднялся на ноги и махнул рукой:

— Пойдем, покажу, где что лежит.

Слева в сарае за перегородкой находилась небольшая кухня. Хотя «кухня» слишком громкое название для стола, на котором стояла двухконфорочная плита. На полу стояли мешки с крупой, а в ведре лежали обветрившиеся кости, облепленные мухами.

Орён притащил две грязные кастрюли и поставил их на плиту.

— Каждую наполни водой наполовину. В большую положи две кружки крупы, а в мелкую — полкружки, — велел он.

— А где воду брать? — уточнил я оглядевшись.

— Вон там пластиковое ведро. Сходи в автомастерскую и набери у них в туалете. У нас с ними договоренность, поэтому не будут возмущаться.

Я взял ведро и пошел в автомастерскую. Один из работников — бородач в грязном комбинезоне, проводил меня взглядом, но ничего не сказал. По всей видимости, они уже привыкли, что каждый раз новый человек приходит от псарни.

Пока ходил за водой, увидел неподалеку аптеку. На обратном пути зашел и купил капли для глаз, антибактериальный крем и бинты. Жалко мне щенков, надо подлечить.

Когда вернулся, Дон Ука уже не было, поэтому пока каши кипели на плите, я вытащил по очереди щенков, почистил глаза и накапал капли, а также обработал больные лапы, перевязав чистыми бинтами.

— И не лень тебе с ними возиться? — недовольно покачал головой Орён.

— Нет, они же живые. Мучаются, — ответил я и погладил щенка, больше похожего на медвежонка. Худого облезлого медвежонка.

Когда каша сварилась, я распределил ее по пластиковым плошкам и раздал щенкам. Те мигом набросились на еду, даже не дожидаясь, когда она остынет.

— Вы что их один раз кормите? — удивился я.

— Конечно. Чтоб с голоду не сдохли и все. Дон Ук не будет тратить зря деньги. И я его в этом поддерживаю. С этим прибором для мутантов даже самые больные и худые собаки становятся красавцами.

Я промолчал, хотя мне было что ответить. Этот Дон Ук обыкновенный торгаш, который использовал псов для собственной выгоды и относился к ним, как к товару. Не было в нем ни сочувствия, ни жалости к живым существам. Презираю таких людей!

На обеде Орён позвал меня с собой в ту забегаловку, в которой мы вчера познакомились с Дон Уком, но я отказался. Не хватало еще, чтобы мать Тэджуна меня увидела.

Пока Орён обедал, я прошелся по округе и нашел зоомагазин, в котором купил витаминный комплекс для щенков, большую бутылку рыбьего жира и две банки влажного корма. Я точно знал, что не оставлю животных в этом месте, но сначала мне надо выяснить, откуда Дон Ук берет ци-спирит. Для этого нужно войти к нему в доверие.

Орён предупредил, что не вернется, пока не закончится обед, поэтому я накормил щенков влажным кормом, щедро полив сверху рыбьим жиром, а затем раздал по витаминке, сделанной в виде косточки.

Взрослые собаки получали хотя бы мясо вместе с кашей, щенки же не ели ничего, кроме каши на воде, а им для роста и развития требовалась разнообразная еда и витамины.

Чтобы Дон Ук и Орён ничего не заподозрили, я спрятал пустые банки из-под корма в черный мешок с дерьмом, а бутылку с рыбьим жиром засунул в мешок с крупой.

Как только обед закончился, Орён вернулся вместе с Дон Уком.

— Чего это у вас так рыбой воняет? — поморщился Дон Ук.

— Это не рыбой пахнет. Это кости в ведре стухли, — пояснил я.

— Так выбросьте их! Завтра еще привезу. Все равно на скотобойне рога и копыта выбрасывают.

Я едва сдержался, чтобы не плюнуть ему в рожу. Наверняка он много зарабатывает на боях, но кормит собак тем, что идет на выброс.

— А что это с щенками? — он увидел перевязанные лапы.

— Кун постарался, — кивнул Орён.

— Тебе заняться нечем? — Дон Ук неприязненно взглянул на меня. — Имей в виду. Я возмещать покупку бинтов не буду. Сам захотел — сам купил. Я тебя не просил.

— Я и не прошу. Если за щенками не ухаживать, они помрут раньше, чем вы их на арену отправите.

Дон Ук повздыхал, а потом махнул рукой и пробурчал:

— Делай что хочешь. Только я за это платить не буду… А рыбой все-таки воняет. С мастерской, что ли, несет? — брезгливо сморщил он нос.

Орён пожал плечами, а я взял лопату с тележкой и пошел к клеткам взрослых собак.

— Кстати, господин Дон, надо бы под ноги собакам хотя бы опилки насыпать, чтобы сухо было.

— Еще чего! И так сойдет, — отмахнулся он и опустился на скамью.

Мутанты бросались на меня каждый раз, когда открывал дверь вольера, но я спасался лопатой и даже не думал взяться за электрошокер. Я же не живодер какой-нибудь. На примере Сувона я прекрасно понимал собак, которым просто искусственно повысили агрессию, создавая бойцов для сражений.

Когда справился с работой и покатил тележку на место, Дон Уку позвонили. Если раньше я старался не подслушивать чужие разговоры, то пример Куна показал, что можно многое узнать, просто не закрывая уши.

— Алё! Это кто? А-а-а, не узнал, богатым будете. Хе-хе-хе… Сегодня? Где? А-а, на Памсоме. Хорошо, буду. Сколько собак привезти? Возьму сразу троих? Ну, не надо — так не надо. Не настаиваю… Вы расценки помните? Полтора миллиона за одного, — строго предупредил он. — Хорошо. До встречи.

Я опустился рядом с ним на скамейку и тяжело вздохнул, будто устал.

— Наработался? Орён все на тебя спихнул, старый черт? — усмехнулся Дон Ук и кивнул на Орёна, который разбирал какую-то технику, похожую на газонокосилку, и тихо ругался под нос.

— Я не жалуюсь. Это с непривычки, — отмахнулся я. — Краем уха слышал, что вы куда-то собак везете? — как бы между прочим спросил я.

— Купили двоих. Повезу сегодня. Не хочешь со мной прокатиться? Заодно поможешь с бойцами.

— Конечно, хочу! — изобразил радость. — Еще ни разу на арене не был, только по телевизору смотрел. А это, как все знают, не идет ни в какое сравнение с тем, что происходит прямо перед твоими глазами.

— Ну тогда через час выдвигаемся. Поедем на остров Памсом.

— Разве на Памсоме есть арена? — сделал вид, что пытаюсь вспомнить.

— Есть, но только для избранных. Ты об этом тоже не треплись. Понял? — предупредил он.

— Можете не волноваться. Никому ничего не скажу, — заверил я.

Вытащив телефон, сделал вид, что смотрю смешные видосы, и написал Куну, что еду на Памсом и, если он будет там, чтобы не подходил ко мне, будто мы незнакомы. Он ответил, что ему это не нравится, но обещал не подходить.

Дон Ук ушел, и вскоре подъехал на небольшом грузовичке с надписью: Приют «Брошенный щенок».

Орён приготовил электрошокер, снял со стены сарая захватные клещи, и вместе они двинулись вдоль вольеров, решая, кого взять с собой на арену.

— Вот этого я держу для щедрых клиентов, — кивнул Дон Ук на адского пса с красными глазами. — Господин Мён щедро платит, не скупится.

— Может, вот этого, рогатого? — предложил Орён.

— Давай, — кивнул владелец псарни. — И соседнего ротвейлера… Надеюсь, они не съедят друг друга.

Орён обернулся и махнул мне рукой.

— Эй, Кун. Иди сюда! Я его шокером жахну, а ты клещами хватай и тащи к грузовику.

Я не хотел участвовать в этом, но решил, что старик покалечит собак, пока дотащит их до грузовика, поэтому лучше я сам это сделаю.

— Уберите эту штуковину. Без нее справлюсь, — кивнул я на электрошокер, забрал у него клещи и открыл дверь вольера.

Злобный пес тут же набросился на меня, но я успел схватить его клещами за шею и потащил к грузовику.

Дон Ук забежал вперед и открыл дверь машины. Я сначала поднялся сам, а затем затащил упирающегося пса и мысленно велел.

«Стой на месте!»

Пес все еще яростно рычал, но его будто приклеили к полу — даже на шаг не переступил. Теперь главное, чтобы Дон Ук ничего не заметил.

— Закрывайте дверь! — крикнул я и выпрыгнул из грузовика.

Дон Ук захлопнул дверь и вытер испарину со лба. Он сам боялся тех, кого создал.

— Как будем второго загонять? Надо его посильнее шокером, чтобы не смел и пасти открыть.

Я бросил на него презрительный взгляд, но Дон Ук не заметил, он был слишком увлечен обдумыванием того, как сильнее запугать ротвейлера, чтобы тот не отомстил хозяину за свое уродство.

— Или лопатой его пару раз по хребту, чтобы вел себя потише? — продолжал вслух рассуждать он.

Я бы мог помочь ему с погрузкой второго пса, но не хотел. Пусть сам думает. Как только я узнаю, кто поставляет ему ци-спирит, то самолично скручу его и передам полиции, а псов отправлю в настоящие приюты, где за ними будет должный уход и никакого насилия.

— Ладно, давайте его в клетку загоним и так погрузим. Как раз под пассажирское сиденье влезет, — после пары минут раздумий предложил Дон Ук.

Орён приволок старую низкую клетку. Пса они сначала хотели битьем и током загнать в клетку, но тут я снова не выдержал и велел положить в клетку кусок мяса, заманив пса.

Они так и сделали. Правда, вместо мяса положили тухлую кость, которую Орён так и не выбросил. Голодный пес, не раздумывая, бросился в клетку, которая сразу за ним захлопнулась.

Мы с Ореном погрузили клетку на тележку и покатили к грузовику. С трудом засунули клетку на пол кабины со стороны пассажирского места.

— Ну вот, справились, — Дон Ук выглядел довольным и почесывал свой обрюзгший живот.

Еще бы! Ему за этих псов три миллиона вон заплатят.

— Кун, поехали. Если кто-то из них живым останется, то поможешь обратно привезти, — махнул он мне рукой и забрался за руль.

Я опустился на пассажирское сиденье, с трудом просунув ноги рядом с клеткой. Ротвейлер грозно зарычал, пронизывая меня злобным взглядом.

— Заткнись уже, блохастый! Покоя нет от вашего лая. Кун, если будет сильно брехать, вытащи из бардачка гаечный ключ и дай его по морде, пусть притихнет, — посоветовал Дон Ук.

Я бы с огромным удовольствием тебе по морде дал, а не псу.

«Успокойся. Я не причиню тебе вреда», — мысленно проговорил я, глядя ему в глаза.

Ротвейлер сразу притих, но продолжал буравить меня взглядом.

— Я видел у всех бойцов на затылке коробочку. Говорят, она команды хозяина передает. У вас такая тоже есть? — я как мог, изображал простачка.

— На кой дьявол мне такой прибор? Я их по одному на арену выпущу, а дальше они уж сами как-нибудь, — отмахнулся он и тронулся с места.

— Вы не хотите победить?

— Разве с ними можно победить? — криво усмехнулся он и кивнул на клетку. — Они для другого нужны.

— И для чего же? — заинтересовался я.

— Раззадоривают бойца перед боем. Сейчас я их везу на потеху тигру. Думаешь, пес сможет победить тигра? — он расхохотался. — Такое только в легендах возможно. В реальной жизни все намного проще: побеждает сила.

Я с жалостью посмотрел на ротвейлера. Даже такой мутант не сможет противостоять тигру, который наверняка тоже улучшен ци-спиритом.

По пути Дон Ук еще много рассказывал про то, на каких аренах бывал и против кого выставлял псов, но я слушал вполуха. Мне это неинтересно. Он с удовольствием и гордостью говорит о том, что поставляет «мясо» для хищников, чтобы те тренировались.

Когда мы добрались до реки Ханган, то сразу же встал вопрос: как добраться до острова вместе с мутантами? Однако у Дон Ука было все продумано.

Он остановился на берегу и полез в карман за телефоном.

— Я на месте. Отправьте за мной, — сказал он собеседнику и сбросил звонок.

— Как мы доберемся до Памсома? — поинтересовался я.

— Сейчас увидишь, — отмахнулся он.

На улице вечерело. На город опустились сумерки. Кун написал, что не знает, как попасть на арену, поэтому уехал домой. Мы же продолжали чего-то ждать.

Прошло минут двадцать, когда впереди на водной глади показалось судно. Когда оно приблизилось, я понял, что это паром. Нас прямо на грузовике доставят на остров. У них все продумано и непрошеных гостей не будет.

Паром приблизился к бетонной площадке и опустил мостовой спуск. Мы заехали на него, а за нами еще три машины. Оказывается, не одни мы ждали паром.

До острова было рукой подать, поэтому вскоре мы съехали с парома и остановились на небольшом открытом месте, где уже стояли несколько очень дорогих автомобилей.

Когда мы вышли из машины, к нам подошел мужчина в дорогом костюме.

— Приветствую тебя, Дон Ук, — чуть склонил он голову и взглядом указал на меня.

— Добрый вечер, Мун Во Иль. Это мой работник Ким Кун. Взял его с собой для помощи. Одному мне с двумя мутантами не справиться.

— А он в курсе, что нужно помалкивать о том, что здесь произойдет? — вполголоса спросил мужчина.

— Конечно. Он смышлёный, все понимает, — ответил Дон Ук и многозначительно посмотрел на меня.

— Господин Дон прав. Я никому не расскажу. Можете на меня положиться, — заверил я.

Мун Во Иль еще раз мельком взглянул на меня и кивнул.

— Ну хорошо. Выводи первого и идите за мной.

Я взял клещи, а Дон Ук приоткрыл дверь. Пес пулей вылетел из грузовика, я едва успел схватить его за шею.

Был велик соблазн отпустить мутанта, но я понимал, что ничего хорошего не выйдет из этой затеи. Прежде чем его убьют, он успеет навредить кому-нибудь. Все-таки он не может совладать со своей агрессией.

Мы пошли по узкой тропе вслед за мужчиной и через пару минут очутились на краю хорошо освещенной поляны. Слева располагались столы, заваленные всевозможными яствами, и мягкие стулья. От ароматного запаха еды засосало под ложечкой, ведь я пропустил обед, поэтому жутко проголодался.

Однако Мун Во Иль не предложил нам угоститься, а указал на противоположную сторону поляны, где находилась огороженная решеткой небольшая площадка.

— Сегодня день рождения моей жены. Для нее и ее гостей я хочу устроить демонстрацию силы моего тигра, которого я еще не выставлял на арену.

— То есть, сегодня первый бой вашего тигра? — уточнил Дон Ук.

— Так и есть. Я пока не знаю его в деле. Тем интереснее, — он в предвкушении потер ладони и кивнул на площадку. — Запускайте пса, пусть пока гости полюбуются на него. Чуть позже я приведу своего Хоранги.

Глава 19

Дон Ук раскрыл ворота решетки и отошел, я затащил пса на площадку. Пес будто чувствовал неладное, поэтому упирался и пытался вырываться. Мне снова пришла в голову мысль: может отпустить его? Но оглядевшись, увидел, что вокруг много людей и даже есть дети. Мутант может навредить им, и в этом буду виноват я.

Я затащил пса на площадку и Дон Ук ловко закрыл ворота. Пес с яростным лаем набрасывался на решетку, грыз прутья, но конструкция установлена на совесть, поэтому вырваться у него не получится.

Гости окружили площадку, со страхом и интересом глядя на мутанта. Дети испуганно жались к родителям, а женщины с сочувствием отмечали уродства пса. Похоже, в этом мире не все потеряно и остались люди, для которых мутанты не являются нормой. Меня это радует, значит, есть возможность все исправить.

Вскоре явилась именинница, и все переключились на нее. Это была высокая стройная молодая женщина в дорогих украшениях. Она говорила мало и одаривала каждого холодной полуулыбкой. Этакая Снежная королева.

По поляне закружились официанты в белых перчатках, предлагая выпивку и закуски. Я не стал отказываться и с удовольствием попробовал все, до чего успел дотянуться.

— Кто этот господин? — спросил я у Дон Ука и кивнул на Мун Во Иля, произносящего тост.

— О-о-о, это большой человек. Он занимает высокую должность, — вполголоса ответил тот.

— И какую же? Неужели из правительства?

— Так оно и есть. Но ты об этом — молчок. Понял? — он сурово сдвинул брови. — Не смей никому рассказывать, что здесь видел.

— Кому мне рассказывать? — равнодушно пожал я плечами и неспешно двинулся по поляне, насвистывая простенькую мелодию.

Я обязательно выясню, кто же этот Мун Во Иль. Если он пользуется услугами такого дельца, как Дон Ук, то это в первую очередь показывает его «нечистоплотность» в делах. Таких людей не должно быть в правительстве.

Когда гости наелись, им предложили развлечение: понаблюдать за боем тигра и мутанта.

Опьяневшие мужчины с большим энтузиазмом поддержали предложение. Послышались выкрики типа: «Хоранги не оставит от мутанта и мокрого места», «С этими уродами только так и поступать», «Наконец-то мы увидим настоящего бойца, а не тех полудохлых зверей на арене».

Мун Во Иль махнул кому-то рукой, и вскоре показался внедорожник с прицепом. Когда машина подъехала к огороженной площадке и сняли тент с прицепа, все ахнули, увидев тигра в клетке. Я подошел поближе, ведь на улице было уже довольно темно, и невольно отпрянул.

Первое, что я увидел — огромные светящиеся желтые глаза с тонкими продольными зрачками. Этот взгляд будто гипнотизировал, подчиняя своей воле.

Я сглотнул и невольно поежился. Если такой вырвется на свободу, то много бед натворит.

Из приоткрытой пасти виднелись острые зубы и длинные клыки, с которых капала тягучая слюна, будто он ужасно проголодался и видел кусок мяса. Скорее всего, этим «куском мяса» были люди, окружившие клетку.

Окрас тигра оказался довольно необычным: черная шерсть с оранжевыми вкраплениями. Для чего нужно было вносить такие изменения — непонятно.

Хвост на удивление короток, будто обрубили. Мешает в бою или прихоть хозяина?

— Дорогие гости, как и обещал, сегодня вас ждет незабываемое зрелище, — провозгласил Мун Во Иль и кивнул двум мужчинам, стоящим у прицепа.

Один из них принялся стучать битой по решетке, отгоняя пса от ворот, а второй приготовился открыть клетку с тигром.

Когда пес, яростно лая, все же отбежал подальше, дверь клетки и ворота решетки мужчины одновременно открыли. Тигра не надо было упрашивать. Едва дверь открылась, как он большим прыжком очутился на площадке.

Все восторженно ахнули, и послышались одинокие хлопки. Мутант-пес хоть и был довольно агрессивен, но при виде тигра отбежал в самый дальний угол площадки и уже оттуда разразился лаем.

— Тигр подчиняется только мне. С помощью вот этого модуля я могу управлять им, — он показал прибор, похожий на наушник.

Такие я уже видел на головах хозяев бойцов, участвующих на арене.

— Прошло всего три дня с его последней мутации, и сейчас я вместе с вами увижу, на что он годится.

Мун Во Иль надел на голову «наушник» и пристально уставился на тигра. Тот, получив приказ, огласил округу мощным горловым рыком.

Гости были в полном восторге.

— Дон Ук, подойди поближе и посмотри, как мой Хоранги расправиться с твоим мутантом, — усмехнулся мужчина.

Дон Ук с довольным видом приблизился, будто это великая честь — стоять рядом с этим человеком.

— Бой начинается! — провозгласил Мун Во Иль.

Тигр повернулся в сторону лающего пса и не спеша двинулся к нему. Пес наверняка чувствовал опасность и если был бы в своем уме, то непременно убежал бы, но не для того его создавали. Не ведая страха, он закружился вокруг тигра, пытаясь подобраться поближе и атаковать.

Все понимали, что пес обречен, в том числе и Мун Во Иль. Именно поэтому он не торопился отдавать приказ тигру, давай возможность гостям насладиться зрелищем.

Когда пес осмелел настолько, что чуть не укусил тигра за лапу, тот клацнул зубами почти у самой его головы. Зрители охнули и отступили на пару шагов от решетки.

— Не бойтесь, друзья. Мой Хоранги делает только то, что я ему разрешу. Он не будет так быстро лишаться своей игрушки, — усмехнулся Мун Во Иль.

Между тем пес продолжал облаивать тигра, наворачивая круги вокруг него. Тигр пару раз грозно рыкнул, не спуская с него настороженного взгляда.

Вдруг пес резко рванул вперед и схватился за обрубок хвоста. Тигр рыкнул, развернулся и, схватив когтями противника, подтянул его к себе. Послышался хруст, вой и… тишина. Пес замертво свалился на землю.

По ошарашенному взгляду Мун Во Иля было понятно, что он этого не планировал. Мутант сделал так, как посчитал нужным, не спрашивая ни у кого разрешения.

Зрители не поняли, что что-то пошло не так, поэтому уже через несколько секунд принялись рукоплескать и восхищаться силой тигра.

Ко мне подошел Дон Ук.

— Кун, пошли за вторым псом.

— Уже? Решили по-быстрому от них избавиться? — не удержался я.

— При чем здесь я? За этих псов мне уже заплатили, поэтому они принадлежат господину Мун Во Илю. Пошли скорее.

Он схватил меня за рукав джинсовки и потянул к тропе, ведущей к грузовику. Я понимал, что сейчас и здесь я никак не смогу остановить это безумие. У псов нет ни малейшего шанса выжить, и, похоже, такое положение дел всех устраивает, кроме меня.

— Может, не будем отдавать ротвейлера? Сами же видели, какое чудище привез ваш заказчик, — с надеждой спросил я.

— Ты что себе позволяешь? — возмутился он. — Давай, вытаскивай клетку! Ишь, учить меня вздумал.

Я открыл дверь и подтащил клетку с псом. Тот недовольно прорычал, но лаять не стал. Вдвоем с Дон Уком мы принесли клетку на поляну.

Оказалось, что гости вновь решили подкрепиться и выпить, поэтому Мун Во Иль велел немного подождать. Это был шанс спасти ротвейлера.

Предупредив Дон Ука, что мне нужно «в кустики», спрятался среди деревьев и позвонил в полицию. Подпольные бои были незаконны, поэтому они обязаны принять меры.

В полиции все тщательно расспросили и пообещали разобраться. Надеюсь, они успеют до того, как пес окажется в опасности.

Между тем гости совсем расслабились, и некоторые даже пошли танцевать, не обращая внимания на тигра, который не сводил с людей пристального желтого взгляда. Интересно, о чем он думает? Надеюсь, не о том, какие люди на вкус.

Я прислушивался, в надежде, что услышу звуки моторных лодок или того же парома, на котором приплывут полицейские. Однако, кроме музыки и пьяных разговоров, ничего не было слышно. Никто не торопился прикрыть это безобразие.

Примерно через полчаса к нам подошел раскрасневшийся подвыпивший Мун Во Иль и велел запускать пса к тигру.

— Может, оставим его до следующего раза? — предложил я. — Думаю, все уже поняли, насколько силен ваш тигр.

Мун Во Иль прищурившись посмотрел на меня, будто в первый раз видел и обратился к Дон Уку:

— Это кто такой?

— Я же говорил, господин Мун, это мой работник Ким Кун, — напомнил он.

— Работник? Хм, а почему твой работник мне советы дает? Я его просил об этом?

— Простите, его, пожалуйста, — Дон Ук низко поклонился и прожог меня злобным взглядом. — По нему же видно, что он небольшого ума человек. Болтает, что в голову взбредет.

— Да-да, ты прав. По нему видно, что дурень, — кивнул мужчина, который, казалось, пьянеет с каждой минутой. — Так, давайте выпускайте своего уродца. Я его сейчас тигру скормлю. Хоть не надо будет тратиться на мясо.

Последняя фраза его позабавила, поэтому он захихикал в ладошку. Ну, и кто из нас дурень?

Вдруг я услышал странный звук, который приближался. Моторная лодка или катер? Нет. Тогда, что?

Звук идет от города и быстро приближается. Вертолет! Сюда летит вертолет. Наверняка полицейские.

— Ты чего застыл? Неси клещи из машины. Боюсь, мутант сам на площадку не зайдет, — покачал головой Дон Ук, глядя на испуганного пса, который не спускал взгляда с тигра, прогуливающегося по площадке.

Я кивнул и направился к машине. Но вместо того, чтобы принести клещи, отошел подальше и бросил их в кусты.

В это время вертолет подлетел достаточно близко, чтобы его услышали остальные.

— Кун! Где тебя дьявол носит? — послышался злой голос Дон Ука.

— Клещей здесь нет, — развел я руками.

— Как это нет? Куда же они подевались? — он заглянул в кабину, посмотрел в кузове, огляделся вокруг. — Ну тогда тебе придется…

В это время вертолет добрался до острова и осветил его своими мощными прожекторами.

— Всем оставаться на своих местах! Это полиция! — донесся сверху голос, усиленный динамиками.

Дон Ук испуганно воззрился на меня.

— Кто-то вызвал полицию. Надо бежать, — он принялся в панике озираться, но пути к отступлению с острова не было.

Ветер, поднятый лопастями вертолета, разметал посуду с едой. Все гости устремились к своим машинам, но парома нигде не было видно, поэтому ехать некуда.

Между тем вертолет опустился на поляну. Из него вышли четверо человек и принялись расспрашивать официантов и других работников, которым ничего не оставалось, как попытаться спасти столы, стулья и посуду. Наверняка все организовывало нанятое агентство праздников.

— Что же теперь будет? Что же будет? — шептал Дон Ук, в надежде посматривая на водную гладь — вдруг появится паром.

Однако вместо парома прибыли два катера с полицейскими. Однако Мун Во Иль, действительно, оказался большой шишкой. Стоило ему сделать пару звонков, и полицейские просто исчезли, будто их и не было.

Одно хорошо — праздник испорчен, поэтому никому нет дела до тигра и пса. Следующее сражение отменили и посадили Хоранги в прицеп.

Вскоре приплыл паром, и нам с Дон Уком удалось в первом заходе уехать с острова. Правда, пришлось оставить ротвейлера Мун Во Илю, ведь он заплатил за него.

— Какая гнида нас сдала? Чуть не попались, — с облегчением выдохнул Дон Ук, когда мы съехали с парома и поехали в сторону псарни.

— Кто угодно, — пожал я плечами. — Народу там было не меньше сотни человек.

— Это да-а-а, всегда найдутся завистники. У меня тоже есть враги. Несколько раз натравливали проверки. Каждый раз господин Мун Во Иль помогал. Правда, мне пришлось отдать ему забесплатно целых пять мутантов, но это ничего. Главное, что меня оставили в покое.

Ага, теперь я знаю, кто его крышует. Осталось узнать, кто такой этот Мун Во Иль.

Было уже поздно, поэтому Дон Ук подвез меня до станции метро и заплатил положенные тридцать тысяч вон. Вот жадюга! Я с ним весь вечер провозился, а он и пару тысяч не добавил.

— Завтра у меня покупают целых трех мутантов, поэтому не опаздывай. Поедем с самого утра в Инчхон, — предупредил он.

— Хорошо. А что в Инчхоне? Арена?

— Сам не знаю. Есть у меня постоянный покупатель. Каждый месяц берет от трех до пяти мутантов.

— Что же он с ними делает? — задумался я.

— Какая тебе разница? — раздраженно вспылил он. — Выметайся из машины, а завтра в семь утра чтобы был в псарне.

Я вышел из машины и направился к метро. Получается, у подпольщиков какие-то свои схемы. Пока работаю у Дон Ука, нужно побольше узнать об этом всем.

Когда добрался до дома, первым делом выпустил Сувона. Кун выгулял его после работы, но с тех пор прошло уже достаточно времени, поэтому пес тут же свернул к ближайшим кустикам.

Я пустился на скамейку, достал телефон и набрал в поисковой строке имя Мун Во Иля, чтобы выяснить, кто же он такой. По запросу выскочило несколько сотен людей с таким именем. Большинство упоминаний были без фотографий, поэтому я просмотрел первые две страницы и понял, что лучше действовать по-другому.

Если Мун Во Иль имеет влияние на полицию, то, скорее всего, где-то в их кругах и вертится, поэтому я, кроме имени, набирал еще и по очереди все министерства, в надежде, что на их официальных сайтах он выплывет. Однако все было тщетно.

Хм, не думал, что возникнут сложности с этим.

Поужинав лапшой и покормив пса, лег в кровать и уже засыпая, почувствовал, как меня вновь окунают в пекло. Неужели опять начинаются приступы? Только не это.

Усилием воли заставил себя проснуться и, отогнав остатки дремы, надел спортивный костюм и вышел на улицу. Я уже понял, что во мне каким-то непостижимым образом циркулирует энергия ци-спирит и требует выхода. Вот почему, когда я начал заниматься физическими упражнениями, приступы пропали, а тело начало быстро изменяться.

Отличное зрение, чуткий слух, подтянутое тело и возможность ментально общаться с мутировавшими животными — все это заслуги энергии.

Я даже не знаю, сколько пробежал, но остановился, только когда почувствовал усталость. Вот теперь есть чем заняться энергии, поэтому она перестанет мучать меня во сне.

Приняв душ, забрался под одеяло и сразу же заснул крепким здоровым сном.

На следующее утро, пока выгуливал Сувона, снова потренировался. Чтобы не бегать по ночам — нужно давать работу ци-спириту в течение дня.

К семи часам я уже подошел к псарне. Дон Ук и Орён обсуждали, кого из мутантов продать. Выбрали самых уродливых из оставшихся.

На этот раз всех троих посадили по клеткам и загрузили в кузов грузовичка.

Как только мы отъехали от псарни, как у меня в кармане зазвонил телефон. И кому я понадобился в такую рань?

— Алло, — настороженно ответил я, так как номер неизвестный.

— Инженер Ли, доброе утро. Это Секретарь Сон. Вице-президент Хан хочет поговорить с вами. Вы сможете сегодня подъехать к Биотеху?

— Да, конечно. Во сколько? — быстро ответил я.

— Во второй половине дня.

— Обязательно приду. Спасибо, секретарь Сон, — я сбросил звонок.

Дон Ук с подозрением посмотрел на меня из-под кустистых бровей и недовольным голосом спросил:

— Куда это ты собрался?

Глава 20

Я, конечно же, не собирался рассказывать ничего Дон Уку, поэтому соврал, что рассылал свою анкету в поисках работы и меня пригласили на собеседование на должность бармена.

— А как же я? Ты что ж это, не будешь у меня работать? — недовольно проговорил он.

— Буду. Это же просто собеседование. Могут и не взять, — пожал я плечами.

— Знаешь, что: я повышаю твою зарплату на десять тысяч вон. Теперь ты будешь получать сорок тысяч вон за день работы, — провозгласил Дон Ук и внимательно посмотрел на меня, ожидая реакции.

Ну что ж, придется играть роль простачка и дальше.

— Правда? Большое спасибо, господин Дон! — я раскланялся и чуть не ударился головой о приборную панель.

— Вряд ли тебе в том баре предложат больше, поэтому не советую тратить время на эти собеседования.

— Все-таки сходить стоит, а то подумают, что я обманщик. Нехорошо это, — покачал я головой.

Дон Ук недовольно поморщился и кивнул:

— Хорошо, но потом сразу назад. Сегодня нужно будет вычистить освободившиеся вольеры и отмыть миски. Будем готовить щенков к переселению. Жаль, они медленно растут, а то у меня покупателей с каждым месяцем все больше, и бывает даже очередь выстраивается. Я уж думал отлавливать бродячих, но сейчас даже их не найдешь.

Я кивал, будто слушал, но сам был погружен в свои мысли. Зачем вице-президент позвал меня? Неужели уже все выяснил? Нужно поговорить с Куном и узнать, на каком этапе сейчас аудит.

Когда мы приехали в Инчхон и Дон Ук зашел в старое кирпичное здание, я позвонил Куну.

— Алло, Тэджун, — послышался его бодрый голос.

— Привет, Кун. Как дела в отделе?

— У нас все хорошо. Сегодня поступил первый заказ от Министерства сельского хозяйства и продовольствия.

— И что же им нужно?

— Хотят новые рыбные фермы открыть. Мы должны как можно скорее усовершенствовать некоторые особо ценные виды рыб: повысить сопротивляемость к болезням, увеличить скорость роста и остальное. Короче, Ким Хани и Хён Бин волосы рвут не только на голове, — рассмеялся он.

— Так им и надо. Пусть, наконец-то, начнут работать, а не на чужом горбу выезжать, — улыбнулся я. — А как там аудиторы? Закончили уже?

— Да. Вчера начальник Чжи объявил, что аудит окончен и можно спокойно работать.

В это время Дон Ук вышел из здания с тремя мужчинами. Они направились к грузовику.

— Понятно. Приезжай ко мне после работы. Есть разговор, — сказал я и сбросил звонок.

Дон Ук махнул мне рукой и пошел к кузову. Я вышел из кабины и присоединился к нему.

— Помоги занести псов. Только клетки обратно верни, а то на всех не напасешься, — недовольно пробурчал он.

Двое мужчин вытащили клетку с жуткого вида питбулем, а я и еще один рабочий взялись за вторую клетку. Когда мы отошли от Дон Ука, я вполголоса спросил:

— Куда теперь этих псов? Неужели на арену?

— Куда же их еще? Конечно, на арену. Наш хозяин кого только не поставляет. В прошлом месяце мы даже слона привезли и перепродали.

— Слона? Неужели уже слоны сражаются? —искренне удивился я.

— А то. У нас даже косули были. И буйволы, — похвастался он.

Дожили. Уже и диких травоядных заставляют сражаться.

Мы зашли в кирпичное здание, в котором пахло примерно так же, как в сарае в псарне Дон Ука. Псов с помощью палок загнали в другие клетки, а эти обратно отнесли к грузовику. Третью клетку тоже пришлось тащить мне. Я старался не смотреть на псов, но все равно было тяжело их отдавать. Знал, что им осталось жить совсем недолго.

На обратном пути Дон Ук высадил меня у метро и еще раз напомнил, что рабочий день еще не закончен и если хочу получить хотя бы половину заработка, то должен вернуться. Я ответил, что постараюсь, и поспешил к метро.

Когда подошел к зданию Биотеха, то сердце невольно сжалось, будто вернулся в родной дом после длительной поездки. Соскучился, что ли.

Охрана на входе была предупреждена, поэтому меня без проблем пропустили, но настояли на том, чтобы прошел через рамку металлоискателя.

Я поднялся и вышел из лифта на освещенный осенним солнцем восьмой этаж. Ноги утопали в мягком ковре, и я совершенно бесшумно подошел к приемной. Секретарь не сразу заметила меня, поэтому испуганно вскрикнула, когда я подошел к ее столу:

— Добрый день, секретарь Сон, — поздоровался я и чуть склонил голову.

— Добрый день, инженер Ли. Прошу, присядьте, — она кивнула на мягкие кресла, стоящие вокруг небольшого, круглого стола. — Я сейчас доложу о вашем приходе.

Она поднялась и скрылась за дверью. Я остался стоять. И так насиделся, пока ездили с Дон Уком в Инчхон.

Ждать пришлось недолго. Уже через пару минут секретарь пригласила меня войти. Я в первый раз был в кабинете вице-президента, поэтому пока шел к его столу, бегло осмотрелся. Все строго, минимально, но со вкусом. Я бы тоже свой кабинет обставил подобным образом.

Вице-президент Хан Рим сидел за столом, но как только я приблизился, он поднялся.

— Приветствую вас, господин Хан, — я поклонился, как того требует местный этикет.

— Здравствуйте, инженер Ли, — он тоже склонил голову и указал на кожаные стулья у его стола. — Присаживайтесь.

Я опустился на мягкий стул и внимательно посмотрел на него.

Вице-президент не торопился начать разговор. Он взял папку со стола и разложил передо мной какие-то графики и таблицы. Одного взгляда хватило, чтобы я все понял.

— Это та информация, которую вытащили технические специалисты из Иннотеха?

— Да, все верно. Изначально я сомневался в правильности своего решения, но после того как спецы мне все предоставили, а аудиторы объяснили, понял, что вы были правы. На заказах, доверенных вам, не было превышения расходования, поэтому нет основания для увольнения. С завтрашнего дня вы можете возвращаться на работу. Конечно, если не передумали? — он вопросительно уставился на меня.

— Нет, не передумал! — с жаром ответил я. — Благодарю вас, вице-президент Хан!

Я вновь поклонился.

— Хорошо, я рад, что вас не успели перехватить наши конкуренты, — улыбнулся он, но когда его взгляд упал на документы, то вновь посуровел. — Вы были правы еще и в том, что кто-то крадет ци-спирит. Нашлись облучения, которые не имеют никакого отношения к тем заказам, которые к нам поступали. Притом их чуть ли не в два раза больше, чем официальных… Кстати, та информация, которую вы передали на флешке, соответствует одной из мутаций. Откуда вы взяли образцы днк?

Если раньше я сомневался, говорить или нет про Хён Бина, то после того, как побывал в псарне Дон Ука и увидел, что творится под носом у властей, понял, что нужно закрывать эту лавочку.

— С этим мутантом инженер Хён участвовал в сражении. Это был леопард, и сражался он на подпольной арене в парке Кванаксан.

— Инженер Хён? Наш инженер Хён? — удивился вице-президент.

— Да. Племянник начальника Чжи Ханыля.

Мужчина уставился в окно и принялся задумчиво мять подбородок. Прошло несколько минут, прежде чем он заговорил.

— Получается, что они в сговоре и воруют энергию у корпорации. Но как они выносят ци-спирит из лаборатории? Тем более в таком количестве?

Я пожал плечами. Мне самому это было интересно. Вряд ли они пользовались мусоркой, как я.

— Может, установить скрытые камеры и проследить? — предложил я.

— Нет, я против камер в лаборатории. Никогда не знаешь, что может случиться с записью. Я уже понял, что никому нельзя на сто процентов доверять. Всегда найдутся люди, готовые за большие деньги, продать что угодно, даже секретные разработки.

Я хотел возразить, что ничего такого уж секретного в нашей лаборатории нет, но не стал. Похоже, мы совсем по-разному смотрим на ситуацию.

— Как же поступить? — еле слышно проговорил он, но было понятно, что обращается не ко мне, а к самому себе.

Тут мне в голову пришла одна идея.

— Вице-президент, я сейчас работаю в псарне. Ее владелец — Дон Ук занимается тем, что поставляет псов-мутантов.

— Откуда ему псы-мутанты? — вмиг заинтересовался он.

— В том-то и дело, что он закупает у кого-то готовые пробирки и сам вводит раствор животным.

— У кого закупает?

— Я пока не знаю.

— Так-так, сейчас мы это выясним, — он наклонился к переговорному устройству и нажал на кнопку, — Секретарь Сон, вызовите ко мне Чо Никкуна. Срочно!

Начальник службы безопасности явился через пять минут. Вице-президент попросил меня еще раз и более подробно рассказать о псарне и Дон Уке. Я начал с того самого разговора мужчин, когда впервые услышал о Дон Уке. Затем вспомнил и рассказал обо всем, что слышал и видел. Про Мун Во Иля ни вице-президент, ни начальник службы безопасности ничего не знали, но хотели выяснить.

Когда я окончил свой рассказ, все задумались о том, как узнать, откуда у Дон Ука растворы. Начальник Чо предложил установить круглосуточное наблюдение, на что вице-президент ответил отказом. Дон Уку, как угодно, могли передавать растворы. Даже посылкой или оставляли в ячейке. Нужно узнать наверняка.

— Тогда необходимо действовать от обратного, — предложил я.

— Что ты имеешь в виду? — наклонился ко мне вице-президент.

— Установить наблюдение за Ханылем. Только сегодня Дон Ук жаловался, что щенки медленно растут. Я подам ему идею, что с помощью ци-спирит можно в разы увеличить скорость роста. Уверен, он тут же свяжется со своим поставщиком и попросит такие растворы.

— Отличная идея! А мы все это время будем следить за Чжи Ханылем и его племянником. Если они причастны к этому, то выдадут себя, — оживился вице-президент.

— А если не они поставщики Дон Ука? — осторожно уточнил начальник Чо.

— Если нет, то будем дальше думать, как поймать вора. А пока займемся этим делом.

Мы договорились, что я поработаю в псарне до тех пор, пока новые растворы не поступят Дон Уку. Вколоть их щенкам не позволю и вызову соответствующие органы.

Мы еще раз проговорили, как будем действовать, и я, попрощавшись, двинулся к метро. Время было три часа дня, поэтому я еще успею поговорить с Дон Уком и бросить ему наживку.

Однако, когда пришел к псарне, то застал только Орёна.

— А где Дон Ук? — спросил я как бы между прочим.

— Дома. Где же ему еще быть? — пробурчал Орён и кивнул на бутылку с рыбьим жиром. — Ты ее сюда притащил?

— Да, я. Щенков нужно хорошо кормить, чтобы они не умерли в этих клетках.

— И не лень тебе с этими тварями возиться? — хмыкнул он, откупорил бутылку и принюхался. — Скумбрией пахнет.

— Нет, не лень. Он же живые.

Я отобрал бутылку и подошел к клеткам.

— Ну, смотри. Дон Ук ничего тебе возмещать не будет, — махнул рукой старик. — Я бы не стал свои деньги на них тратить. И так мало платит.

— А почему вы работаете здесь? Неужели не найдется более достойного места? — спросил я, подливая рыбий жир в тарелки щенков.

Те тут же принялись облизывать тарелки, махая хвостиками.

— Кто ж меня возьмет? Такие старики, как я, никому не нужны. Нас уже давно списали на свалку, — усмехнулся он, но глаза не улыбались. — Ты нужен, только когда молод и полон сил. А потом… Потом даже семья может от тебя отвернуться.

Я не стал расспрашивать его. Сам расскажет, если захочет, ни к чему лишний раз бередить душевную рану. Не думаю, что Орён здесь ради денег. Скорее всего, ему просто нужно куда-то выйти и что-то делать, чтобы не оставаться одному.

После того как обработал глаза и больные лапы щенкам, зашел в соседний магазин с хозтоварами и купил мешок опилок. Увидев, что я посыпаю пол в вольерах опилками, Орён снова что-то недовольно пробурчал, но я не обращал на него внимания. Каждый волен поступать так, как позволяет совесть. Я не могу смотреть на то, как псы лежат на грязном влажном земляном полу. Правда, один из мутантов чуть меня не укусил, но я вовремя задвинул его лопатой.

Переделав все дела, с чувством удовлетворения прошелся по псарне и опустился на скамейку рядом с дымящим Орёном.

— Будешь? — протянул он мне пачку сигарет.

— Нет, не курю, — отмахнулся я.

— Какой-то ты слишком правильный, — недовольным голосом протянул он и скосил на меня глаза. — Таким по жизни больше всего достается. Все-таки надо нарастить броню и острые зубы.

— Чтобы стать, как наши подопечные? — усмехнулся я и кивнул на дьявольского пса.

Старик хрипло рассмеялся и кивнул:

— Если хочешь, то можешь и такие, но я тебе о другом говорил.

— Понял я, — отмахнул я.

В это время ворота заскрипели. Явился Дон Ук. Увидев меня, он заметно повеселел.

— Ну, как прошло собеседование? — спросил он, когда, неспешно переваливаясь, добрался до нас.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Сказали, что позвонят.

Дон Ук опустился на скамью по другую сторону от Орёна и откашлявшись, проговорил:

— Значит, зря съездил. Они всегда так говорят, когда хотят избавиться. Не возьмут тебя барменом. Будешь у меня работать.

Он явно был доволен. Еще бы, наконец-то у него появился молодой расторопный работник.

Чуть позже он увидел светлые опилки в вольерах и снова повторил, что не будет возмещать траты, так как не просил их покупать.

Когда они с Орёном раскурили еще по сигарете, Дон Ук отсчитал тридцать тысяч вон Орён и двадцать мне.

— Почему так мало? — искренне возмутился я.

— Потому что полдня по собеседованиям ходил. Завтра отработаешь полный день и получишь сорок тысяч.

Услышав о сорока тысячах, оживился Орён.

— А почему ему сорок, а мне всего тридцать? — возмутился он. — Между прочим, я здесь дольше всех работаю и никуда сбегать не собираюсь.

Дон Ук недовольно поморщился, понимая, что не надо было заводить разговор о деньгах при нем.

— Ну, ладно-ладно. И тебе подниму до сорока, но ты не сваливай всю работу на Куна. А то сидишь, как господин, а он один все делает, — строго предупредил Дон Ук.

Старик принялся перечислять и загибать на пальцах, что он делает сам и никогда мне не поручит, но Дон Ук лишь махнул рукой и двинулся к воротам. Я пошел рядом с ним.

— Господин Дон, я сегодня пока в метро ехал, одну статью в интернете вычитал. Там говорилось, что с помощью энергии можно гораздо быстрее вырастить любое животное.

— Вырастить? Насколько быстро? — заинтересовался он.

— Точно не знаю, но вроде как в три раза быстрее. Зависит от животного и концентрации энергии.

— Хм, это бы мне очень пригодилось, а то мутантов почти не осталось. Завтра после обеда еще двух забирают. Уже половина вольеров освободилась. Нужно связаться с… — тут он осекся, а я, наоборот, весь обратился вслух.

Ну же, говори!

Но Дон Ук, видимо, понял, что лучше не называть имен, поэтому попрощался и двинулся к высотным домам, на ходу набирая чей-то номер.

Я тут же позвонил начальнику службы безопасности Чо Никкуну.

— Все сделал так, как мы договорились. Дон Ук звонит кому-то, — прошептал я, глядя ему вслед.

— Хорошо, инженер Ли. Хён Бин и Чжи Ханыль уже под нашим наблюдением. Если что-то выяснится, я свяжусь с вами. И вы держите меня в курсе происходящего.

— Обязательно.

Теперь, когда Дон Ук передал заказ своему поставщику, тот начнет облучать растворы. Жаль, в лаборатории нет камер. Тогда бы сразу стало понятно, кто этим занимается.

Я не сомневался в том, что Хён Бин к этому причастен, ведь его боец леопард — продукт нашей лаборатории. Но знает ли о делах племянника Чжи Ханыль или он сам всем этим и заведует? Без доказательств их нельзя ни уволить, ни заявить в полицию, поэтому нужно действовать осторожно.

Я сначала хотел проследить за Дон Уком, чтобы узнать, где он живет, но отмахнулся от этой идеи. Наверняка они будут встречаться не в его доме.

Теперь осталось только ждать. Для того чтобы прописать правильные алгоритмы и облучить достаточное количество растворов, потребуется время. Может день или два.

Даже если выяснится, что Дон Ук закупает растворы не из Биотеха, я намерен закрыть псарню и спасти животных.

Глава 21

Вернувшись домой, я застал Куна и Сувона возле подъезда.

— Как дела? Ким Хани сказала, что видела из окна, как ты выходишь из Биотеха.

— Да. Вице-президент позвал меня на разговор, — кивнул я и потрепал Сувона за ухо.

— И-и-и? Говори, не тяни время, — Кун выжидательно уставился на меня.

— Меня обратно берут на работу, — улыбнулся я.

— О! Я так рад! Поздравляю! — он похлопал меня по плечу.

— Да, я тоже. Но пока поработаю в псарне Дон Ука, — понизив голос, ответил я.

— Это еще зачем?

— Зайдем, и я обо всем расскажу.

Пока готовил ужин, рассказал Куну обо всем. Тот тут же вспылил и сказал, что давно подозревал, что Хён Бин — тот еще говнюк. А начальник Чжи всегда казался подозрительным и не вызывал доверия.

Тут мне в голову пришла одна идея.

— В лаборатории нет камер, поэтому нельзя проследить за Хён Бином и начальником. А ведь им придется облучать много растворов. Может, ты проследишь за ними?

Кун недоверчиво посмотрел на меня и мотнул головой.

— Вряд ли они будут этими делами заниматься при всех. Скорее всего, дождутся окончания рабочего времени.

— Даже если и так. Вернись в лабораторию, будто забыл убрать образцы или не выключил электронные микроскопы. Придумаешь сам. Если они будут что-то облучать, то это явно неофициальный заказ.

Кун задумался, но уже через несколько секунд кивнул.

— Хорошо, но предупреждаю — я плохо обманываю. Сразу же краснею и даже могу начать заикаться.

— Они наверняка не в курсе этой твоей особенности, поэтому ничего не заподозрят, — улыбнулся я.

— Ну ладно. Попробую, — он подвинул к себе тарелку с жареным беконом.

— Езжай прямо сейчас, — я забрал тарелку. — Дон Ук связался со своим поставщиком, поэтому они могут уже сегодня сидеть в лаборатории и облучать растворы.

Кун тяжело вздохнул и с мольбой посмотрел на тарелку с еще горячим беконом.

— Только посмотри и назад. Я как раз салат накрошу и лапшу сварю.

— Ладно. Но только потому, что ты мой лучший друг, — буркнул он, встал из-за стола и двинулся к двери.

В ожидании возвращения Куна включил телевизор и попал на новости. Показывали момент захвата очередной подпольной арены.

— В городе Пусане члены правозащитной организации «Слуги природы» окружили здание заброшенной пекарни и удерживали участников сражений и зрителей до приезда полицейских, — вещала репортер. — На этот раз они подоспели вовремя и сражения еще не начались. Всех мутантов изъяли и передали в приют «Защитники животных». Организаторы арены еще неизвестны, но полицейские уже выясняют. Оставайтесь с нами и следите за развитием ситуации.

— Хорошо, что есть такие организации, как эти «Слуги природы», — сказал я, присел рядом с Сувоном и погладил его по голове. — Может, и до остальных дойдет, что все эти мутанты и арены — неоправданная жестокость.

Вскоре явился недовольный Кун.

— Ну что? Застал их? — нетерпеливо спросил я.

— Нет никого в лаборатории. Охранник сказал, что Ким Хани последняя ушла, — он подтянул к себе тарелку с горячей лапшой, полил ее сверху острым соусом и начал есть.

— Хм, может, завтра начнут облучать? — задумчиво проговорил я, наматывая лапшу на вилку. К палочкам я до сих пор относился с недоверием.

— Или они вообще не имеют никакого отношения к Дон Уку, — набитым ртом проговорил Кун. — Иннотех много где используют. К тому же, судя по твоим рассказам, псы сильно изменены, а кто главный поставщик мутантов на арены?

— ГлобалВижн, — задумчиво проговорил я.

— То-то и оно. Скорее всего, у Дон Ука поставщики из ГлобалВижн, а не из Биотеха.

— Ну куда-то же уходит энергия из Биотеха, — возразил я.

Кун пожал плечами и, обмакнув кусок бекона в соус, отправил его в рот.

— А кимчхи есть? — спросил он.

Я не ответил, погруженный в свои мысли. Вероятно Кун прав, и Дон Ук закупает растворы из ГлобалВижн. Интересно, как к нему поступают эти растворы: передают из рук в руки или есть другой путь?

Мы с Куном поужинали, и я проводил его до фургона.

— Присматривай за Хён Бином и никому не говори, что я возвращаюсь.

— Так, когда тебя ждать?

— Пока не знаю, но точно после того, как Дон Уку передадут растворы. Даже если этим занимается кто-то из ГлобалВижн, я уверен, что делает он это в обход руководства, поэтому мы с радостью поделимся с ними этой информацией.

— Понял. Удачи. Будь осторожен. Такие люди, как этот Дон Ук, наверняка очень мстительные. Не выдавай себя, — прошептал Кун и оглянулся.

— Знаю. Ты тоже аккуратно следи за Хён Бином и начальником. Им доверять нельзя.

Мы пожали друг другу руки, и Кун уехал, а мы с Сувоном побежали в парк.

* * *

На следующее утро, когда шел от остановки к псарне, встретил мать Тэджуна. Ли Синхэ распахнула объятия и бросилась навстречу.

— Вот это сюрприз! Сынок, что ж ты не предупредил, что приедешь? Мне ведь на работу пора, — она крепко обняла меня.

— Здравствуйте, омони, — низко поклонился. — Я здесь по делам, поэтому не волнуйтесь и со спокойной душой езжайте на работу. В выходные загляну к вам в гости.

— По делам? Какие дела у тебя здесь могут быть? — удивилась она и окинула взглядом старые одноэтажные дома.

— Рабочие дела, — отмахнулся я. — Вы же знаете, что в Биотехе очень строго с безопасностью, и секретность на самом высоком уровне, поэтому не могу распространяться о своей работе.

Она понимающе закивала.

— Хорошо-хорошо, сынок. Как скажешь. Я тебе полностью доверяю, — она прикоснулась к моей щеке.

На мое счастье подъехал нужный автобус, и она поспешила к остановке, на бегу крикнув, что будет ждать меня в гости и приготовит том-ям с креветками.

Я перешел дорогу и заметил Орёна, который внимательно смотрел на меня.

— Доброе утро, аджосси — поздоровался я.

— Доброе утро, Кун. А это, случайно, была не Ли Синхэ? — кивнул он на отъезжающий автобус.

— Она, — я понял, что сейчас лучше не отрицать очевидного.

— Она назвала тебя «сынок»? Разве у Синхэ сына не Тэджун зовут? — прищурившись посмотрел на меня.

— Конечно, Тэджун. Мы с ним в детстве были очень дружны, поэтому Синхэ называет меня сынок.

— Хм, неужели ты тоже отсюда? Кто твой отец? — продолжал допытываться Орён.

— Мы переехали в центр Сеула, когда меня было лет семь. Поэтому и не помните, — я взглянул на часы. — Опаздываем! Пойдемте скорее, а то Дон Ук снова накажет и не выплатит положенные сорок тысяч.

Я торопливо зашагал в сторону псарни, Орён пошел рядом.

— И как тебе удалось заставить его поднять зарплату? — переменил он тему, чему я был очень рад, ведь легенду о себе я так и не придумал.

— Всего лишь сказал, что разослал анкеты и мне уже позвонили из одного места.

— Молодец! Хорошо придумал. Полгода поработаешь, и еще проси повысить. Он мной, стариком, совсем не дорожит, а ты — молодой и сильный, поэтому не захочет тебя терять.

Мы добрались до псарни и увидели грузовик Дон Ука.

— Где вас черти носят⁈ Давайте, грузите. Мне уже ехать надо, — зло прокричал он.

Мы с Орёном посадили мутантов в клетки и погрузили в кузов. Дон Ук велел мне ехать с ним, чтобы помочь с клетками.

Сначала мы обсудили то, что крутилось по всем новостям — захват подпольной арены «Слугами природы», а затем я плавно перевел разговор на щенков:

— Когда будем щенков колоть? Надо бы какой-нибудь антисептик купить, чтобы заразу шприцом не занести.

— Слышал выражение: заживает, как на собаке? Так оно и есть, на собаках все быстро заживает, и никаких антисептиков не надо. А колоть будем… Хм, пока не знаю. Скорее всего, завтра. Но это не точно. Не звонили еще.

Мы проехали через весь Сеул и остановились у шикарного современного дома, больше похожего на конструктор: комнаты располагались на разном уровне и высоте, будто кубики собирал ребенок. Не пойму я эту архитектуру.

Задний двор окружен высокой каменной стеной с широкими двустворчатыми воротами. Именно к ним мы и подъехали. Нам навстречу вышел хорошо одетый мужчина.

— Доброе утро, господин Лим, — поклонился Дон Ук. — Как и договаривались, привез двух самых лучших псов.

Я усмехнулся. Эти псы точно лучшими не были. Скорее наоборот, но Дон Ук был прежде всего торгашом, поэтому по обыкновению расхваливал свой товар.

— Хорошо. Деньги я тебе отправил. Сейчас мои люди заберут псов.

— Спасибо, господин Лим, — Дон Ук снова низко поклонился. Вот лизоблюд, никому еще так не кланялся. — Приятно иметь с вами дело. Вы всегда так щедры.

Господин Лим лишь коротко кивнул и исчез в доме. Вскоре вышли двое плечистых мужчин с кобурами на плечах и забрали клетки с псами.

— Ну все, возвращаемся, — махнул он рукой и забрался за руль.

Как только мы подъехали к ближайшему перекрестку и остановились на светофоре, как зазвонил телефон в кармане Дон Ук. Он до сих пор пользовался обычным кнопочным в резиновом чехле.

— Слушаю… Хорошо… Да-да, заберу сегодня. Давайте, как обычно.

Он сбросил звонок и повернулся ко мне.

— Завтра с утра будем колоть щенков. Не опаздывай.

— Погодите-ка, а завтра разве не выходной? — я снова включил простачка, чтобы не вызывать подозрений.

— Завтра — суббота. А по субботам отдыхает Орён. Твой день — воскресенье. Если хочешь, то можешь поменяться с ним, — дернул он плечом и повернулся к дороге.

В это время зажегся зеленый сигнал светофора, и все машины рванули с места.

— Нет, воскресенье меня вполне устраивает, — кивнул я.

Ага, значит, сегодня Дон Ук заберет растворы. Надо будет напроситься с ним.

Когда мы вернулись к псарне, я взял ведра и пошел в автомастерскую за водой, а на самом деле это был лишь повод, чтобы уйти из псарни и позвонить начальнику службы безопасности. Чо Никкун выслушал меня и ответил, что они продолжают следить за начальником и его племянником, но еще ничего подозрительного не обнаружили.

Я рассказал о своих планах напроситься с Дон Уком и посмотреть, от кого и каким образом тот получает растворы. Чо Никкуну не понравилась моя затея. Он выразил обеспокоенность, что я нечаянно выдам себя и поплачусь за это. Ведь все, что творит Дон Ук и его подельники — незаконно. Даже предложил мне взять с собой его оружие, но я отказался. Надеюсь, до этого не дойдет.

Сразу после разговора с начальником Чо, позвонил Куну.

— Алло, Тэджун.

— Как дела в лаборатории?

— Я не знаю. Начальник посадил меня за перепечатывание техзаданий, поэтому в лаборатории еще не был.

— А Ким Хани?

— Она носится туда-сюда. Вся красная как рак. Говорит, не имела дел с рыбами и не знает, за что взяться. Хён Бин тоже весь в раздумьях. Начальник сказал, что раз рук не хватает, то тоже займется заказом министерства. Короче, все на нервах. Зря они тебя уволили, ох как зря.

— Слушай меня внимательно, — я понизил голос и на всякий случай проверил все кабинки в туалете. — Сегодня Дон Ук встречается со своим поставщиком, поэтому тебе нужно постараться проследить за начальником и Хён Бином. Если они в этом замешены, то им понадобится время, чтобы облучить все растворы и вынести их из здания корпорации.

— Я попробую, но не обещаю. Мне надо перелопатить весь этот канцеляристский талмуд от Министерства, и сделать краткие техзадания. Ты же сам знаешь, как эти бюрократы любят воду лить, а по сути — два слова, — пожаловался он.

— Знаю, но наше дело превыше всего. Если все пройдет успешно, то мы не только вора поймаем, но и прикроем незаконный оборот мутантов.

— Понял. Постараюсь. Не могу больше разговаривать, — прошептал он и сбросил звонок.

Я принес воды и принялся вычищать освободившиеся клетки. Дон Ук и Орён осматривали щенков, выбирая крупнее и здоровее.

— Сколько у нас свободных вольеров? — спросил Дон Ук, когда вышел из сарая.

— Двенадцать, — быстро сосчитал я.

— Хорошо. Сегодня выкуплю первую пробную партию растворов. Попробую пока на пяти щенках. Если все пройдет успешно, то закажу еще.

— Я думал, вы всем вколете.

— Нет, конечно. А вдруг эти растворы никуда не годятся? Ты хоть знаешь, сколько я за одну пробирку плачу? — возмутился он.

Я помотал головой.

— Пятьсот тысяч! А ведь они никакой гарантии не дают. Говорят, хочешь гарантий — обращайся официально и плати в пять раз больше. Я бы с радостью так делал, только откуда мне столько денег взять? Черти проклятые!

Он скривился, будто съел что-то кислое, и с кряхтеньем опустился на скамейку. Мы с Ореном посадили выбранных щенков в вольеры. Я попросил разрешения покормить их еще раз, чтобы они были полны сил для мутации. Дон Ук согласился.

Я сварил полную кастрюлю каши, щедро налил рыбьего жира и раздал щенкам. Всем, а не только тем, кого выбрали для мутации.

На обед Дон Ук позвал нас в небольшое кафе за углом. Оно находилось в противоположной стороне от дома Синхэ, поэтому я согласился пойти с ними.

Пока обедали, я пытался выяснить, когда и откуда будет забирать Дон Ук растворы, но оказалось, что он сам пока не знал. Поставщик каждый раз назначал новое место для встречи и предупреждал о нем за полчаса.

— Вам помощь нужна? Если надо, то я могу задержаться, — предложил я.

Особо настаивать в этом деле нельзя, иначе появятся подозрения.

— Нет, не надо. Ничего сложного в этом нет. Уже и не помню, сколько мутантов я создал, — махнул он рукой с жирными пальцами, которыми ел куриные голени.

— Как хотите, — пожал я плечами. — Просто я своему деду уколы делал, когда он болел, поэтому у меня довольно неплохо получается.

— Да? Хм, ты меня удивляешь. Я уж думал, что нынешняя молодежь ничего не умеет… Посмотрим, если пораньше позвонит, то могу и тебя взять с собой. Бывает, что мы встречаемся после полуночи. Где я тебя в это время искать буду? Быстрее одному скататься, забрать и вколоть.

Я кивнул и продолжил уминать довольно вкусную рисовую кашу с фаршем. После обеда Дон Ук уехал, Орён завалился на продавленное кресло в сарае и засопел, а я обработал глаза и лапы щенкам.

Некоторым взрослым псам тоже требовался уход, но они слишком агрессивны и не подпускают к себе, поэтому я скармливал им витамины и поил рыбьим жиром.

Когда до конца рабочего времени оставалось всего полчаса, подъехал Дон Ук. Правда, на этот раз он был не на грузовике, а на довольно дорогой спортивной машине.

Вот, значит, на что он тратит деньги, заработанные на убийствах собак. Хочет красиво жить за счет смерти.

У меня невольно сжались кулаки, но я себя ничем не выдал. Придет время отвечать за свои поступки.

Дон Ук раздал суточную зарплату и обратился ко мне:

— Поедешь со мной?

— Поеду. А куда? — заинтересовался я.

— Увидишь.

Меня это немного напрягло. Я бы хотел знать заранее о том, куда поеду, но решил, что не стоит расспрашивать.

— Садись, поехали, — Дон Ук забрался на водительское сиденье.

Я открыл дверь и с наслаждением втянул носом аромат новенького автомобиля.

— Давно купили?

— На прошлой неделе. Еще и не ездил на ней толком.

Когда Дон Ук выехал с пригорода и рванул по оживленной дороге в сторону центра города. Я достал телефон и написал сообщение начальнику службы безопасности. Тот попросил держать его в курсе того, что происходит, и сам оповестил, что начальник Чжи и Хён Бин разошлись по домам в конце рабочего дня.

Хм, получается, что они здесь ни при чем. Ну что ж, на сцену выходят новые люди.

Мы добрались до Мёндона — самой оживленной улице с множеством магазинов и кафешек, вышли из машины и пешком двинулись по пестрящей вывесками дороге. Людей было столько, что пришлось влиться в поток и двигаться вместе со всеми.

— Куда мы идем?

— За растворами, — вполголоса ответил он и завернул к небольшому книжному магазину. — Нам сюда.

За круглым столом сидел мужчина. Его лицо было скрыто журналом, который он просматривал.

— Господин, я пришел, — сказал Дон Ук и поклонился мужчине.

Тот убрал журнал.

Глава 22

Я в напряжении замер. Если этим мужчиной окажется Хён Бин или Ханыль, то все дело провалится. Они сразу поймут, что я что-то затеял.

Однако, когда журнал лег на стол, перед нами предстал незнакомый мне человек. Это был худощавый мужчина средних лет с узкими щелочками глаз и желтым цветом лица.

— Дон Ук, заждался я тебя, — он посмотрел на часы. — На целых десять минут опоздал.

— Простите, господин. Были дела. Все готово?

— Да. Все здесь, — он поднял с пола кожаный чемодан и вытащил из него свинцовый контейнер. — Но сначала деньги. С тебя три миллиона вон.

Дон Ук огляделся, но в магазине не было никого кроме нас, девушки-продавщицы и трех подростков в отделе аниме.

— Почему три миллиона? За пять пробирок получается…

— Или платишь три миллиона, или ищи других исполнителей, — грубо оборвал его мужчина. — С каждым разом становится все опаснее выносить ци-спирит.

Дон Ук тяжело вздохнул и вытащил туго набитый кошелек.

— Хорошо, я заплачу. Только с собой у меня всего два миллиона с половиной. Поэтому оставшиеся деньги принесу завтра.

Мужчина недовольно поморщился и кивнул:

— С утра привезешь сюда же. Я предупрежу господина.

Дон Ук кивнул, отсчитал деньги и протянул мужчине. Тот быстро спрятал кипу банкнот в чемодан и открыл контейнер.

В нем лежали пять одинаковых пробирок. На них не было никаких обозначений, поэтому невозможно было понять, откуда они. Все пользовались такими стеклянными пробирками.

Дон Ук убрал их в нагрудный карман куртки, застегнул молнию и, еще раз заверив, что завтра утром привезет деньги, направился к выходу. Я пошел следом за ним.

— Теперь нам нужно как можно быстрее добраться до псарни и вколоть растворы щенкам, — сказал мне Дон Ук.

— Ой, что-то живот скрутило, — простонал я и скрючился.

— Кун, ты чего?

— Живот что-то заболел. Вы идите к машине, а я забегу в туалет и сразу же прибегу, — простонал я и скрючился, будто меня мучает сильная боль.

— Не задерживайся. У нас совсем немного времени, — буркнул он и влился в толпу.

Я дождался, когда он скроется из виду, подошел к книжному магазину и заглянул в стеклянную витрину. Мужчина уже убрал контейнер в чемодан и неспешно направлялся к выходу.

По разговору мне показалось, что он всего лишь посредник, а не поставщик, поэтому я решил проследить за ним и выяснить, на кого же он работает.

Мужчина прошел всего пару десятков метров и завернул в небольшой ресторанчик с домашней едой. Я держался поодаль, чтобы не привлекать внимание. Когда он скрылся за дверью, выждал несколько секунд и зашел следом.

В самом конце ресторана сидел… начальник Чжи. Мужчина-посредник опустился напротив него и положил чемодан под стол у ног Ханыля.

Ага, попался! Теперь-то он не сможет выкрутиться! Стоп, а где служба безопасности? Почему его не берут и не везут в Биотех?

Я притаился за раскидистым деревом в горшке и набрал номер телефона начальника Чо. Оказывается, его люди потеряли Ханыля в толпе и теперь не знают, где он. Я вкратце рассказал о том, что произошло, и подсказал название ресторана. В это время начальник поднялся, забрал чемодан и направился к выходу.

— Он уходит! — прошептал я.

— Задержи его. Мои люди сейчас прибегут.

Я убрал телефон и пошел прямо к начальнику. Он увидел меня и остановился.

— Тэджун? Надо же какая встреча, — недовольным голосом пробурчал он.

— Здравствуйте, начальник Чжи, — я заставил себя поклониться. — Как удачно я вас встретил! Мне нужно с вами поговорить.

— О чем, Тэджун? — устало выдохнул он.

— О моем увольнении. Я думаю, что вице-президент принял неверное решение.

— Распоряжения начальства не обсуждаются, — он хотел пройти мимо, но я преградил ему путь.

— Начальник Чжи, я намерен обратиться в суд. Я уверен, что не было никакого перерасхода с моей стороны. Я действовал строго в рамках правил использования ци-спирита, — твердо заявил я, уперев руки в бок, чтобы он не вздумал прошмыгнуть мимо.

— В суд? Теджун, ты в своем уме? — возмутился Ханыль. — Даже если суд восстановит тебя на работе, вице-президент не простит тебе такого скандала. Он все равно найдет способ от тебя избавиться. Уж поверь мне. Я-то его знаю.

Он говорил так убедительно и так заглядывал мне в глаза, что я едва сдержался, чтобы не рассмеяться ему в лицо. Вот жучара!

— Что же мне делать? Ведь я остался без работы. Денег, что мне выплатили при увольнении, хватит на месяц, не больше. А что потом? Куда я пойду?

Начальник Чжи задумался, будто его, действительно, волновала моя судьба.

— После такого некрасивого поступка, как перерасход энергии, тебя не возьмет ни одна крупная корпорация, поэтому советую обратиться в организации поменьше. Ты же биоинженер, поэтому можешь заняться преподаванием или работать обычным лаборантом в клинике. Я уверен, ты найдешь работу. Стоит только постараться.

Он хотел обойти меня, но в это время подошел мужчина, который передал пробирки и забрал деньги у Дон Ука.

— Вы знакомы? — удивился он.

— А что? — вмиг насторожился Ханыль.

— Этот парень был с Дон Уком во время сделки.

Начальник Чжи испуганно воззрился на меня, затем оттолкнул и рванул к двери. Мне ничего другого не оставалось, как схватить его за руку и заломить ее назад.

— Вы арестованы! — выпалил я, как заправский шериф из голливудского вестерна.

Ему на помощь хотел прийти подельник, поэтому пришлось сильным ударом в глаз отбросить его в сторону. Мужчина отлетел на стол, за которым сидела влюбленная парочка. Девушка испуганно вскрикнула и вскочила. Парень закрыл ее собой и пристально уставился на меня, видимо, ожидая нападения.

Остальные посетители занервничали и полезли за телефонами.

— Сохраняйте спокойствие и оставайтесь на своих местах. Работает служба безопасности корпорации Биотех! — выпалил я первое, что пришло в голову.

Где же люди Чо Никкуна? Если они не явятся в ближайшее время, то кто-нибудь успеет вызвать полицию и мне скрутят руки, как нападавшему.

— Какая еще служба безопасности? — процедил сквозь зубы раскрасневшийся Ханыль. — Если ты меня сейчас же не отпустишь, то…

В это время дверь ресторана чуть не вылетела с петель, и на пороге появились бравые ребята службы безопасности. Они забрали обоих мужчин, портфель и, не говоря ни слова, ушли.

— Все в порядке. Хорошего вечера. Преступники схвачены, — оповестил я испуганных посетителей и вышел на улицу.

В это время в кармане зазвонил телефон. Это был Дон Ук.

— Кун, если ты сейчас же не явишься, я уеду без тебя. У меня нет времени, чтобы…

— Уже бегу! — выкрикнул я, сбросил звонок и побежал к машине Дон Ука.

Он стоял, опершись на свой спорткар, и с недовольной миной, смотрел на меня.

— Ты там застрял, что ли?

— Нет, просто живот скрутило.

— А сейчас как?

— Все нормально. Прошло, — кивнул я.

— Хорошо. Поехали. Энергия быстро улетучивается без контейнера.

Мы сели в машину и поехали. Я тут же полез за телефоном и написал начальнику Чо, что мы едем к псарне.

— С кем ты там переписываешься? — мельком взглянул на меня Дон Ук. — Подружка есть?

— Есть, — кивнул я и отправил следующее сообщение, где попросил начальника служб безопасности вызвать полицию в псарню.

Я не позволю вколоть эти растворы щенкам.

— Как зовут? — спросил Дон Ук.

— Кого? — не понял я и оторвался от экрана.

— Девушку твою.

— А-а, девушку… Ким Хани. Невероятная красотка, — заверил я.

Телефон звякнул. Начальник Чо написал, что вызвал полицию и сам тоже подъедет.

— И давно ты за ней бегаешь?

— За кем? — я снова отвлекся на телефон.

— За своей Ким Хани. Что-то ты совсем меня не слушаешь, — раздраженно произнес Дон Ук и поджал губы.

— Простите, господин Дон. Все мысли только о ней. Никак не могу сосредоточиться.

— Смотри, чтобы это твоя Хани не мешала работе, а то я буду штрафовать, если будешь с утра до вечера в телефоне сидеть, — пробурчал он.

Ага, штрафовать он меня собрался. Впереди тебя ждет не только штраф, но и уголовное дело.

Мы подъехали к псарне. Дон Ук открыл ворота и не спеша двинулся к сараю.

— Шприцы у меня еще где-то оставались. В коробке с инструментами посмотрю, — сказал он и скрылся за дверью.

Я открыл двери вольеров и выпустил щенков. Те принялись носиться по территории и счастливо тявкать.

— Ты зачем их раньше времени выпустил? Будем по очереди колоть. Загоняй остальных, — прикрикнул Дон Ук, когда вышел из сарая.

— Пусть погуляют немного, пока они еще не мутанты, — попросил я и погладил мохнатого щенка мастифа. — Потом их из клетки выпустят только на арену.

Дон Ук что-то недовольно пробурчал под нос и протянул мне шприцы и пробирки.

— Ты говорил, что уколы деду делал. Вот и вспомнишь. Лови щенков и коли, — велел он.

Сначала я хотел разбить вдребезги эти пробирки, но потом подумал, что раствор будет еще одним доказательством причастности Ханыля. Полиции все еще не было, как и начальника Чо, поэтому пришлось потянуть время, бегая за щенками.

— Хватай ты его уже. Хватай! Скоро раствор выдохнется и получится, что я зря три миллиона потратил, — зло выкрикнул он, приблизился к щенку, заинтересовавшегося вольером с грозно рычащим мутантом, и схватил его за шкирку. — Одного поймал! Набери раствор в шприц.

Я прислушался: где-то вдали ревела сирена. Полиция. Отлично!

В это же время к воротам подъехал внедорожник службы безопасности, и из него вышел начальник Чо и еще один боец.

— Это еще кто такие? — напрягся Дон Ук.

— Может, дорогу хотят спросить? — пожал я плечами, изображая неведение.

— Ага, конечно, — Дон Ук выпустил щенка, попятился к сараю и юркнул внутрь.

Между тем начальник Чо и охранник зашли на территорию псарни и двинулись к сараю.

— Убирайтесь отсюда! — прокричал из сарая Дон Ук. — Еще шаг и я стреляю! Это частная территория. Я имею право защищаться от нападения.

— Дон Ук, выходите! — начальник Чо даже не думал останавливаться и решительно зашагал к двери.

Прозвучал громкий выстрел. Я, словно в замедленной съемке увидел, как из небольшого окошка сарая вместе со снопом искр вылетела пуля и полетела прямо в начальника Чо.

— Ложись! — крикнул я, метнулся к начальнику и толкнул его в плечо.

Пуля пролетела мимо и вонзилась во внедорожник.

— Ах ты, паскуда, — процедил сквозь зубы начальник Чо, выхватил из кобуры пистолет и рванул дверь сарая.

Прозвучал еще один выстрел. Только на этот раз звук был другой. Стрелял начальник Чо.

— А-а-а! Больно-о-о-! — взревел Дон Ук.

Я забежал в сарай и увидел, что начальник Чо стоит над Дон Уком, а у того дыра на бедре и из нее вытекает кровь.

— Надо перевязать, а то умрет от потери крови, — предупредил я.

Чо Никкун кивнул, забрал ружье, лежащее на полу возле Дон Ука, и вышел на улицу. Я стянул ремень с брюк мужчины и затянул его чуть выше ранения, чтобы остановить кровь.

В это время подъехала полицейская машина. Охранники быстро объяснили им, что происходит, и те, забежали в сарай с оружием в руках.

— На меня напали. Меня хотели убить, — плаксивым голосом сказал Дон Ук, размазывая слезы по лицу. — Схватите негодяя!

Он вытянул руку и потряс кровавым пальцем, указывая на начальника Чо.

Я вышел на улицу и принялся искать щенков, которые попрятались из-за шума. Вскоре приехала карета скорой помощи. Дон Ука на носилках вынесли из сарая, загрузили в машину и увезли. Полицейские взяли мои показания, забрали пробирки и уехали вместе с охранниками в отделение. Я остался один.

Время было позднее, поэтому вряд ли удастся сейчас пристроить щенков и мутантов, поэтому решил отложить это дело до утра.

Чтобы не ехать домой, позвонил Куну, вкратце все рассказал о том, что произошло, и попросил выгулять и накормить Сувона. Сам же пошел к матушке Тэджуна Ли Синхэ.

— Сынок, что-то случилось? — встревожилась она, увидев меня в дверях.

— Нет, ничего не случилось, омони, — я улыбнулся. — Я просто был в этом районе и решил остаться у вас. Давно не ночевал в родном доме.

— Как хорошо, что ты здесь. Давай-давай, заходи. Я как раз суп сварила и хотела сесть поужинать.

Весь вечер я выслушивал Синхэ и ел. Очень много ел. Мне даже понравилось. Появилось чувство, что я в гостях у своей настоящей матери. Она бы вела себя точно так же.

На следующее утро я встал раньше Синхэ, пришел к псарне и увидел, что там уже орудуют полицейские кинологи и криминалисты. Отлично! Уж они-то точно найдут, куда пристроить псов.

— Кун, что случилось? — послышался сзади обеспокоенный голос Орёна.

— Дон Ука закрыли, — пожал я плечами.

— Как это? Кто посмел?

— Полиция, кто же еще. Вам бы здесь не светиться, а то затаскают по допросам, — шепнул я.

— Да-да, ты прав. Пойду домой. И ты обо мне — молчок. Понял? — он пристально уставился на меня.

— Конечно. Будьте спокойны. Если они о вас узнают, то только от Дон Ука.

Старик развернулся и довольно резво двинулся прочь от псарни.

Я тоже не стал заходить на территорию и поехал домой. Уверен, мне еще не раз придется явиться в полицию, чтобы дать показания, но пока мне никто не позвонил, можно расслабиться.

Как только вышел из метро, в кармане зазвонил телефон.

— Алло, Тэджун, ты где? — послышался голос Куна.

— Домой иду, а что?

— Я сейчас подъеду.

Выгуляв пса, вернулся к дому и в это же время приехал Кун. Он весь сгорал от нетерпения узнать подробности случившегося, поэтому закидал меня вопросами.

За завтраком рассказал ему обо всем.

— Всё! Теперь Ханыля не только уволят, но и закроют, — радостно потер руки Кун. — Интересно, а у них есть что-нибудь против Хён Бина или нам и дальше придется терпеть этого придурка?

— Не знаю. Думаю, служба безопасности умеет надавить на болезненные точки и выяснит все, что им нужно. Меня больше интересует, как он выносил пробирки из Биотеха. Неужели у него и среди охранников есть свои люди?

— Все может быть. У Ханыля не только большие связи в корпорации, но и деньги имеются.

— Ты прав. Только вчера ему за пять пробирок заплатили три миллиона. Если у него много покупателей, то в месяц он зарабатывал не меньше самого президента Биотеха.

— А, может, и больше… Значит, в понедельник ты уже вернешься на работу?

— Да, вернусь. Но первым делом поднимусь к вице-президенту и узнаю, что они выяснили о начальнике Чжи и причастен ли к этому Хён Бин. Когда я припер его к стенке и спросил про подмену раствора, он сказал, что не имеет к это отношения, и выглядел вполне искренним. А вдруг он вообще не знал о делах своего дяди?

— Нет, не сходится, — мотнул головой Кун. — Он привел мутанта-леопарда на сражение на подпольную арену. Думаю, он не только знал о делишках Ханыли, но и сам активно во всем этом участвовал.

— Может быть, — задумчиво проговорил я.

Как я и думал, всю вторую половину дня провел в полицейском отделении. Я рассказал обо всем, что видел и слышал. Дотошный свидетель каждое слово внес в протокол и протянул его на подпись.

— Что будет с Дон Уком? — спросил я.

— Это будет решать суд, но вообще за ним много грешков. Думаю, штрафами не отделается и получит реальный срок.

— Куда отвезли псов и что будет с ними?

— Щенков уже определили в приюты, откуда раздадут желающим. А вот с мутантами будет посложнее. Они очень агрессивные и их опасно отдавать в частные руки. Пока их перевезли в наш кинологический центр, но потом, скорее всего, усыпят, — развел руками следователь.

— Усыпят? Нет, не надо этого делать. Псы в этом не виноваты, — возмутился я. — Я что-нибудь придумаю. Дайте не пару дней.

Следователь с сомнением посмотрел на меня и кивнул:

— Хорошо, я договорюсь, чтобы их пока не трогали. Но только два дня. Дольше я не смогу задержать решение руководства.

— Спасибо.

Глава 23

Первую половину воскресного дня провел с Синхэ, которая еще и позвала гостей — свою подругу с дочерью. Судя по тому, куда они заводили разговор и как часто намекали на то, что девушка свободна, явно планировали нас свести. Вообще-то, она была очень даже симпатичная, но у меня голова другим забита, поэтому сытно пообедав, поспешил домой под предлогом выгула Сувона.

Оставшийся день мы с Сувоном провели в парке. Мне стало интересно узнать, насколько я улучшил свое тело и выносливость, поэтому включил шагомер и рванул по узкой дорожке.

Выдохся я через час и, взглянув на небольшой монитор с удивлением, обнаружил, что пробежал сорок пять километров. Не знаю, какие стандарты у спортсменов, но марафон бы я осилил.

Поупражнявшись на снарядах, надел Сувону намордник и побрел домой. Готовить не хотелось, поэтому, приняв душ и переодевшись, пошел в ближайшее кафе.

Из головы не выходили мутанты Дон Ука. Я собирался проделать с ними то же самое, что и с Сувоном, но на этот раз не красть пробирку, а получить официальное разрешение вице-президента. Думаю, он не может мне отказать в такой услуге, ведь, в конце концов, именно я нашел воров ци-спирита. Интересно, как же все-таки они выносили растворы?

Вечером перед сном я заглянул в корпоративную почту, доступ к которой был закрыт и обнаружил, что я снова в составе работников Биотеха. Значит, вице-президент уже дал всем соответствующие распоряжения. Отлично! Завтра я возвращаюсь на работу!

Ночью мне приснился кошмар. Будто из-за энергии, что циркулирует во мне, я стал изменяться. У меня выросла уродливая шишковатая голова, удлинились уши и ногти превратились в острые изогнутые когти.

Я проснулся и резко сел в кровати. Сердце бешено колотилось, отдаваясь в ушах.

— Фух-х-, это всего лишь сон, — выдохнул я и провел дрожащей рукой по лицу.

Однако никак не мог успокоиться, поэтому встал с кровати и пошел на кухню. Сувон приподнял голову, проследил за мной взглядом и вновь захрапел.

Увиденное во сне стояло перед глазами. Я попил воды, даже включил телевизор, чтобы отвлечься, но уродливый образ никак не хотел улетучиваться.

Что же произошло в то время, когда я попал в тело Тэджуна? Как получилось так, что энергия оказалась во мне?

Надо выяснить подробности того дня, поспрашивать у коллег. Как назло, я не помнил ничего из того, что происходило в последние два дня в жизни Тэджуна.

Неужели он сам ввел себе раствор? Но зачем, ведь это запрещено? Чего он хотел добиться? А вдруг… Вдруг я стану таким, как во сне. Вдруг неконтролируемая энергия начнет изменять меня так, как захочет?

Нет-нет, надо во что бы то ни стало направить ее в нужное русло. Иначе она найдет себе занятие и просто превратит меня в мутанта.

Я тут же опустился на пол и начал отжиматься. Надо прокачивать тело и… мозг? Кстати, можно ли прокачать мозг с помощью ци-спирита?

Надо попробовать. Надо сделать всё, чтобы не превратиться в уродливое чудище.

Только под утро я успокоился, снова забрался в постель и сразу же уснул. Еще бы. Ведь в течение трех часов отжимался, приседал, растягивался и качал пресс.

Когда проснулся с будильником, снова чувствовал себя бодрым и полным сил, будто и не было изматывающей ночной тренировки.

Выгуляв Сувона и позавтракав, поехал на работу.

На входе меня встретили Кун и Ким Хани. По всей видимости, Кун уже успел рассказать девушке о моем возвращении, поэтому она поцокала мне навстречу и крепко обняла:

— Тэджун, ты вернулся! Я так рада! Наконец-то, я избавлюсь от этих ненавистных рыб. Ведь ты мне поможешь, правда?

Она с надеждой заглянула мне в глаза.

— Конечно, Хани. Мы ведь друзья, — улыбнулся я и приобнял ее.

Мы вместе зашли в здание корпорации. Один из охранников протянул мне пропуск и поздравил с возвращением. Он выглядел довольным, хотя сам и забирал у меня его при увольнении. Тэджун был всегда со всеми вежлив, поэтому к нему хорошо относились.

— Вот все удивятся, когда увидят тебя, — потер руки Кун, когда мы зашли в лифт. — Я никому не говорил, кроме Ким Хани. Да и ей сказал, только когда увидел тебя. Думаю, больше всех обрадуется Мина. Она чуть ли не каждый день спрашивала о тебе, — он похлопал меня по плечу, а Ким Хани поцокала языком и закатила глаза.

Р-ревность.

— Вы идите, а мне сначала нужно поговорить с вице-президентом.

— Хорошо. Но если что-то изменится, то сразу позвони мне. Мы тебя в обиду не дадим, — заверил Кун.

— Хорошо, — улыбнулся я.

Ребята вышли на втором этаже, а я поднялся на восьмой. На этаж вице-президента.

Секретарь Сон улыбнулась и поклонилась поздоровавшись. Я попросил доложить обо мне вице-президенту.

— Господин Хан ждет вас, инженер Ли. Он знал, что вы придете, поэтому предупредил, чтобы я вас сразу привела к нему. Прошу, проходите.

Она распахнула передо мной дверь кабинета.

Вице-президент оторвался от экрана ноутбука, встал и пошел мне навстречу. Он выглядел уставшим, рубашка мятая, волосы не уложены. Скорее всего, он всю ночь не спал и даже не был дома.

— Доброе утро, вице-президент Хан, — поклонился я.

— Доброе утро, Тэджун, — кивнул он и протянул руку.

Мы обменялись рукопожатиями и опустились на мягкие кресла.

— Уверен, вы пришли ко мне с вопросами, — сказал он и откинулся на спинку кресла. — Вы были правы. Ци-спирит воровали. И воровали в больших объемах. Как только начальник Чо вынудил Чжи Ханыля все рассказать, как тут же отправил мне запись с его показаниями, — он устало вздохнул и потер переносицу. — Я не ожидал, что человек, которому доверял отец, так подведет нас. Ведь Чжи Ханыль стоял у самых истоков создания Биотеха. Он был вхож в нашу семью и при жизни отца часто сидел за нашим праздничным столом. Мы платили ему щедрые годовые бонусы, регулярно повышали зарплату, но ему все мало. Он решил, что может кусать руку, кормящую его.

На вице-президента было больно смотреть. Он выглядел так, будто у него кто-то умер. Похоже, Чжи Ханыль, действительно, был близок ему.

Мне не требовалось ничего спрашивать. Хан Рим сам обо всем рассказывал. Похоже, ему хотелось с кем-то поделиться. Но, так как я в курсе того, что происходит, то выбор пал именно на меня.

— Чжи Ханыль три года назад подал идею дарить всем заказчикам комплекс витаминов для животных с эмблемой Биотеха. Нам показалось, что это хороший маркетинговый ход. Так, мы будто говорили, что не только меняем животных по требованию заказчика, но и заботимся об их здоровье, — он замолчал и уставился невидящим взглядом перед собой.

Я не торопил его, и ни о чем не спрашивал. Ему требовалось время, чтобы собраться с мыслями.

— Оказывается, он менял содержимое витаминных комплексов, а как только заказчик выезжал за территорию Биотеха, звонил и говорил, что перепутал коробки и менял их.

Тут я вспомнил, что сам пару раз был свидетелем того, как Чжи Ханыль звонил кому-то и говорил, что ветеринары ошиблись и выгрузили просроченные витамины и что сейчас подъедет один из работников и поменяет на свежие. Еще тогда я удивлялся, почему витамины с истекшим сроком годности сразу не выбрасывают.

— Понятно. А Хён Бин причастен к тому, что творил начальник Чжи?

— Да. Хотя Ханыль и пытался все взять на себя, но служба безопасности сразу же перехватила Хён Бина и допросила. Оказалось, что он под видом своих заказов облучал на Иннотехе нужные растворы, а алгоритмы прописывал сам Ханыль. К тому же именно он менял заказчикам коробки с витаминами.

— Теперь понятно, почему бедная корова почти неделю простояла в нашем загоне, — усмехнулся я. — Хён Бин выполнял левые заказы.

— Какая еще корова? — заинтересовался Хан Рим.

Я вкратце рассказал ему о корове, которую начальник доверил изменять Хён Бину. Хан Рим покивал, снова тяжело вздохнул и потер красные глаза. Сказывалась бессонная ночь.

— Кто теперь займет пост начальника отдела? — спросил я.

— Пока не знаю. Надо переговорить с начальником отдела управления персоналом и исполнительным директором, — вице-президент подавил зевоту. — Но это не к спеху. Главное, что мы раскрыли кражу. И всё благодаря вам, инженер Ли. Мне до сих пор не по себе из-за моего опрометчивого поступка с вашим увольнением. Я сначала должен был убедиться в правдивости слов Чжи Ханыля, а после принимать решения. Надеюсь, вы не в обиде на меня? — он выжидающе посмотрел на меня.

— Господин Хан, вас ввели в заблуждение, поэтому вы ни в чем не виноваты. Именно поэтому я добивался встречи с вами, а не пошел в суд. Знал, что как только вы во всем разберетесь, то сразу устраните эту оплошность.

— Все равно одних извинений мало, поэтому я велел выплатить вам солидную премию и повысил зарплату на двадцать процентов.

— Благодарю, — я чуть склонил голову.

Прибавка мне не помешает. Я смогу снять квартиру поближе к Биотеху и не придется каждый день тратить уйму времени на дорогу.

— Я хотел бы попросить вас об одном одолжении, — осторожно начал я.

— Слушаю, — Хан Рим подался вперед.

— У Дон Ука в псарне остались мутанты, которых полицейские хотят усыпить из-за чрезмерной агрессии. Я знаю, как устранить ее с помощью ци-спирит, поэтому прошу разрешения вынести из Биотеха семь облученных пробирок.

Вице-президент на мгновение задумался и кивнул:

— Хорошо. Я выдам соответствующее распоряжение. Только мне нужно точно знать, когда вы собираетесь это делать?

— Сегодня, — ответил я, прикинув, сколько времени уйдет на выставление алгоритмов и облучение. В принципе можно использовать те, что я формировал для Сувона.

— Хорошо. Я все устрою.

— Спасибо, господин Хан, — я встал и поклонился. — Могу идти?

— Да-да, идите. Если возникнут какие-то вопросы, то сразу обращайтесь ко мне. Пока нет начальника отдела, я все обязанности возьму на себя.

— Мудрое решение, — я развернулся и направился к двери.

Когда зашел в отдел, то чуть не умер. Это Пак Ю притаился за дверью и, как только я зашел в кабинет, схватил меня и крепко обнял.

— Ты меня раздавишь, — простонал я.

— Не бойся. Это я вполсилы, а если всю силу применить…

— Не надо… пожалуйста.

Он поставил меня на ноги и с улыбкой оглядел с ног до головы.

— Вроде неделю не виделись, а ты так изменился.

— Да? И что же во мне изменилось? — я поправил рубашку и галстук.

— Возмужал, — наконец подобрал подходящее слово Пак Ю. — Заматерел.

— Вот-вот, я тоже заметила, — поддакнула Ким Хани. — С каждым днем все краше. Если так пойдет, то я соглашусь пойти с тобой на свидание, — лукаво улыбнулась она.

— Ну, давай, рассказывай, — вмешался Кун. — Что с Ханылем и где Хён Бин?

Я не стал вдаваться в подробности и лишь сказал, что это они воровали растворы с ци-спирит.

— Я так и знал! Мне никогда не нравился ни Ханыль, ни его тупоголовый племянник, — вспылил Кун. — Еще тебя хотели подставить, сволочи. Надеюсь, вице-президент доведет дело до конца и их не только уволят, но и посадят.

— Скорее всего. Ведь если перевести перерасход ци-спирита на реальные цифры, то получится, что корпорация недополучила несколько миллиардов вон.

— А кто же теперь будет начальником? — спросил Пак Ю. — Кто будет раздавать нам заказы и связываться с владельцами животных?

— Вице-президент сказал, что пока он возьмет на себя обязанности начальника отдела, — я опустился за свой стол и включил компьютер. — Поэтому не стоит отлынивать. Занимайтесь пока теми заказами, что получили от министерства.

— А ты? Ты-то что будешь делать? — возмутилась Ким Хани.

— Помогу тебе с рыбами.

На лице девушки расплылась счастливая улыбка. Не прошло и двух минут, как она переслала мне документы и попросила проверить. Я с удовольствием с головой окунулся в работу.

Вечером, когда все засобирались домой, я позвонил следователю и предупредил, что приеду с растворами к мутантам. Он пообещал все устроить и дать мне к ним доступ.

— И охота тебе с ними возиться? — пробурчал Кун, которого я попросил подвезти меня до кинологического центра.

— Это просто псы, которым не повезло попасть в загребущие лапы Дон Ука. Если убрать их агрессию, то можно использовать также и в полицейской работе. Я подкину эту мысль следователю. Если им понадобятся псы с особо острым нюхом или улучшенным слухом, они всегда могут обратиться в Биотех и официально сделать заказ.

— Хорошая идея. Только вряд ли у полиции есть такие деньги, — усмехнулся Кун.

После того как все семь пробирок с растворами были готовы, я аккуратно закупорил их и убрал в карман.

— Поехали. Нужно успеть, пока ци-спирит не выветрилась. Свинцового контейнера, как у Ханыля, у меня нет.

У охранника на столе уже лежало распоряжение от вице-президента, в котором указано семь пробирок, поэтому он просто попросил показать их мне и пересчитал.

Мы с Куном сели в его зеленый фургончик и поехали к центру. Куна внутрь не пустили, хотя он очень хотел посмотреть, в каких условиях содержат полицейский ищеек. Меня же привели к одноэтажному длинному зданию.

Еще издали слышался яростный лай псов-мутантов.

— Здравствуйте, — мне навстречу вышла девушка в полицейской форме, обтягивающей ее стройную фигурку. — Меня зовут Пак А-ра. Я кинолог. Мне сказали, что вы попытаетесь спасти мутантов. Очень хорошо. Я расстроилась, узнав, что их хотят усыпить.

— Здравствуйте, — поклонился я. — Я биоинженер Ли Тэджун. Мне когда-то удалось убрать агрессию мутанта, поэтому, надеюсь, что и в этот раз все получится.

— Желаю вам удачи. Пойдемте за мной.

Она провела меня к дальнему помещению и распахнула дверь.

Увидев меня, некоторые из псов принялись радостно крутить хвостами, но продолжали грызть прутья и грозно рычать. Все же изменения оказались сильнее их воли.

— Вам помочь? — спросила девушка-кинолог и кивнула на шприцы и растворы, которые я разложил на металлическом столе.

— Нет, я сам, — мотнул я головой.

Клетки были небольшие, поэтому не составило труда ввести раствор сквозь прутья. Псы вскоре замолчали и наступила звенящая тишина. Они будто пробудились ото сна и недоуменно осматривались. Кто-то начал скулить и царапать когтями дверь клетки.

— Помогло, — с облегчением выдохнула А-ра. — Теперь их можно отдать в частные приюты. Там найдут им хозяев.

— Надеюсь, что так. Они настрадались и нуждаются в хорошем уходе.

— Не беспокойтесь, мы всех их пристроим. Спасибо вам за помощь, — девушка низко поклонилась.

Я вышел на улицу и двинулся к воротам, за которыми меня ждал Кун.

— Ну что, получилось? — спросил он, едва я сел в машину.

— Да. Они успокоились. Правда, псам трудно будет найти хозяев. Ведь они выглядят как адские гончие. Будто вырвались из преисподней. Такими мутантами только людей пугать… Ну или в цирке показывать.

— Во всяком случае ты для них сделал все, что мог. Теперь можно выдохнуть и со спокойной душой радоваться жизни и тому, что ни Ханыль, ни Хён Бин больше не будут портить нам жизнь, — Кун улыбнулся.

— Не знаю… У меня такое ощущение, что все самое страшное еще впереди, — вполголоса ответил я, но Кун меня не услышал.

Он включил радио и подпевал певцу.

Глава 24

На следующее утро я проснулся в отличном настроении. Наконец-то жизнь наладилась.

После зарядки и сытного завтрака поехал на работу. В отделе было оживленно, потому что сегодня приступили к работе два новых биоинженера. Как и говорил вице-президент, он курировал работу отдела, поэтому занял место в кабинете бывшего начальника и вводил в курс дела новых работников.

— Как хорошо, что у нас прибавление, — вполголоса сказала довольная Ким Хани.

— Чему ты радуешься? Вдруг они зануды или стукачи? Мы про них пока ничего не знаем, — пробурчал Пак Ю.

— Мы и про тебя ничего не знали, но приняли с распростертыми объятиями, — улыбнулась она.

— Это все потому, что у меня на лице написано, какой я хороший человек и добряк. А у этих на лицах лишь недовольные мины. Чует мое сердце, не подружимся мы с ними, —выдохнул он.

— Не говори ерунды, — отмахнулась девушка. — Лично я очень даже рада прибавлению. Еще неизвестно, сколько заказов на нас посыпятся.

Вскоре новые инженеры вышли из кабинета и, уточнив, где находится бухгалтерия, направились к лифтам.

— Всем доброе утро! — из кабинета начальника вышел вице-президент и окинул нас взглядом. — Нам поступили три заказа. Один на увеличение массы тела белых широкогрудых индюков в количестве двадцати штук. Второй на изменение бульдога для участия в сражениях. И третий на быка-осеменителя.

Ким Хани рассмеялась, Кун и Пак Ю прыснули, но тут же приняли серьезный вид.

— Кто кого возьмет? — вице-президент обвел нас взглядом.

— Быка отдайте Хани! Она справится, — выкрикнул Кун, но тут же осекся, встретившись с испепеляющим взглядом девушки.

— Я возьму бульдога и быка, — поднял я руку.

Ким Хани с благодарностью посмотрела на меня.

— Хорошо, тогда мисс Ким достаются индюки. Техзадания я отправлю вам на электронную почту. Хорошего, плодотворного дня! — Он развернулся и скрылся в кабинете.

У меня из головы не выходил Мун Во Иль, который был тем, кто прикрывал Дон Ука, поэтому я подошел к распахнутой двери кабинета.

— Доброе утро, господин Хан. Могу я зайти?

— Доброе утро, инженер Ли. Проходите, присаживайтесь, — кивнул он, указал на стул и выжидательно уставился на меня.

— Я пришел спросить про Мун Во Иля. Выяснили, кто он такой?

Хан Рим глубоко вздохнул и откинулся на спинку кресла.

— Да, выяснили. Но мы ничего сделать не можем. Пусть полиция этим занимается.

— Почему? Кто же он такой?

Хан Рим кивнул на приоткрытую дверь:

— Закройте и поплотнее.

Я сделал так, как он попросил, и только после этого вице-президент вполголоса ответил:

— Он занимает высокую должность в министерстве национальной обороны.

— В министерстве обороны? Теперь ясно, почему полиция не смогла ничего сделать на острове. Им дали указание не трогать Мун Во Иля.

— Так и есть. Я думаю, что и сейчас ему ничего не сделают, даже если Дон Ук откроет рот и обо всем расскажет. Таких людей невозможно привлечь к ответственности за такие мелкие правонарушения, как незаконная арена.

— М-да, рыба гниет с головы, — задумчиво проговорил я.

Когда такими делами занимаются чиновники, то обычным людям тоже не зазорно, поэтому подпольные арены процветают, а мутантов становится все больше и больше.

— Кстати, инженер Ли, сегодня мы будем решать, кого поставить начальником вашего отдела, — как бы между прочим сказал Хан Рим, подписывая бумаги.

— Хорошо. Будем ждать новостей, — я встал, поклонился и вышел из кабинета.

Когда вице-президент разостлал техзадания, мы с Ким Хани окунулись в работу. Кун и Пак Ю спустились в лабораторию, чтобы приготовить растворы и включить Иннотех, которому требовалось время, чтобы прогреться перед облучением.

Вскоре вернулись новые биоинженеры, и мы ввели их в курс дела. Оказывается, они никогда не работали с мутациями, поэтому до самого обеда мне пришлось обучать их работе на программе с изменением днк.

На обед мы все вместе пошли в небольшую забегаловку, в которой варили самые вкусные супы во всей округе. Новых инженеров звали Бо-гом и Ин-ёп. Бо-гом был щуплым темноволосым пареньком с умными карими глазами. Мне он сразу понравился — активный, и быстро схватывает.

Ин-ёп его полная противоположность: блондин, плотного телосложения и довольно медлителен. Однако в нем тоже я разглядел то, что поможет ему в работе и за что можно его уважать. Он очень обстоятельно все делает и продумывает каждую мелочь. От внимания такого человека ничего не ускользнет, и он все выполнит по высшему разряду.

Плотно поужинав, мы прошли в сквер у Биотеха и расположились на скамейках с прохладительными напитками.

— Вице-президент сказал, что сегодня будут решать, кого поставить начальником над нами, — сказал я и отпил из стеклянной бутылки газированный напиток. — Как думаете, кто это будет?

— Вряд ли это кто-то из корпорации. Кроме нас никто не разбирается в мутациях. А начальник должен быть в этом как рыба в воде. Иначе все пойдет по кривой, — ответил Пак Ю.

Он аппетитно уплетал шоколадный пончик.

— Согласна, — кивнула Ким Хани и достала из сумочки помаду. — Привлекут кого-то из других лабораторий. Благо у Биотеха по всей стране лаборатории.

— А я думаю, что лучшим начальником будет Тэджун, — заявил Кун и обвел всех взглядом. — Ведь он лучший из нас, к тому же раскрыл воров. Его обязаны наградить.

— Мне уже премию выписали. Думаю, на этом достаточно наград, — усмехнулся я. — Начальником меня не поставят. Я работаю в Биотехе всего лишь год. Думаю, права Хани. Пригласят кого-нибудь из других лабораторий Биотеха.

— А мне все равно, кого поставят. Лишь бы работалось хорошо, — махнул рукой Пак Ю.

Когда мы двинулись к зданию корпорации, у меня в кармане зазвонил телефон. Номер незнакомый.

— Алло. Кто это?

— Ли Тэджун? Это вы? — послышался мужской голос.

— Да. А вы кто?

— Следователь Ха. Вы сможете подъехать сегодня к пятому полицейскому отделению?

— Смогу. Во сколько?

— В три часа.

— Давайте лучше в полшестого? А то я только вышел на работу, не хочется отпрашиваться.

— Хорошо. Жду вас.

Кун, который прислушивался к разговору, вопросительно посмотрел на меня.

— В чем дело? Что от тебя хочет полиция?

— Не знаю. Скорее всего, из-за Дона Ука.

— Да-а-а, теперь затаскают по отделениям из-за этот бирюка. Не надо было с ним связываться, — недовольно пробурчал он, и мы зашли в Биотех.

На самом деле я ни о чем не жалел. Зато прикрыли рассадник мутантов. Надеюсь, когда-нибудь придет время, и ци-спирит будут использоваться лишь во благо, а не ради кровавых увеселений публики.

Для быстрого включения новых инженеров в работу Бо-гома я взял себе, а Ин-ёпа приставил к Ким Хани. Девушка сначала была против, но когда Ин-ёп разработал для нее алгоритмы для индюков, то тут же изменила свое мнение.

Я нашел в их алгоритмах всего одну ошибку и отправил провести облучение первой пробирки. Мы же с Бо-гом разработали алгоритмы согласно техзаданию для бульдога и тоже спустились в лабораторию.

— Инженер Тэджун, вы вернулись! — услышал я радостный голос ветеринара Мины, едва зашел в зверинец.

— Здравствуйте, Мина, — улыбнулся я и склонил голову. — Как у вас дела?

— Теперь все хорошо, — кинула она.

— Я очень рад. Бульдога уже привезли?

— Да. Вот он, — она указала на клетку с довольно крупным псом.

Сквозь прутья решетки я срезал клок шерсти и отдал Бо-гом, чтобы тот разложил днк и сопоставил их с алгоритмами. Тот торопливо вышел из зверинца и побежал к лаборатории. Я подумал, что из этого паренька выйдет толк.

— Инженер Тэджун, я так испугалась, что вы больше не вернетесь, — призналась Мина, когда я подошел к загону, в котором стоял бык.

— Все хорошо, Мина. Вице-президент во всем разобрался и снова взял меня на работу.

— А по какой причине вас вообще уволили? Вокруг вашего увольнения столько слухов ходит.

— Уже не важно, — отмахнулся я. — Главное, что я вернулся… Кстати, Мина, не хотите ли поужинать со мной сегодня?

Девушка замерла и, раскрасневшись, еле слышно ответила:

— Хочу.

— Тогда сегодня в восемь я заеду за вами. Напишите мне сообщением свой адрес.

— Хорошо, — она улыбнулась, но тут же отвернулась и принялась перекладывать на столе медицинские инструменты.

К концу рабочего дня все заказы были выполнены. Правда, мне все же пришлось помочь Ким Хани с индюками, ведь их было целых двадцать штук.

Кун согласился подвезти меня до отделения.

— А почему пятое отделение, если псарня в пригороде находится? Разве это не территория седьмого отделения? — задумчиво проговорил Кун, когда остановился у серого здания с эмблемой полиции.

— Не знаю, — пожал я плечами. — Сейчас выясню.

Я вышел из фургона и зашел в отделение. У меня проверили документы и провели к кабинету следователя. Я сразу же узнал следователя. Это был тот самый мужчина с уставшим лицом, который разбирался с происшествием с бараном.

— Здравствуйте, господин Ли. Проходите, присаживайтесь, — махнул он на ряд стульев, стоящих у стены.

— Здравствуйте, следователь Ха. Неужели история с бараном еще не окончена? — спросил я и опустился на жесткий металлический стул.

— Нет-нет, не волнуйтесь. Здесь вы не по этому поводу.

Я невольно напрягся. Что же еще случилось?

— Подождите немного. Я сейчас вернусь, — следователь поднялся и, с трудом выпрямившись, двинулся к двери.

Не нравилось мне все это. Неужели стало известно о Сувоне?

Время шло очень медленно. Мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем следователь вернулся.

— Господин Ли, пройдемте за мной, — сказал он, распахнул дверь и двинулся по коридору.

Я пошел следом и тут увидел, что в фойе отделения собралась целая толпа. Среди них были люди с профессиональными фотоаппаратами и с микрофонами. Журналисты? При чем здесь я?

— Господин Ли, прошу вас, проходите сюда, — указал следователь на открытое место, вокруг которого расположились журналисты.

— Зачем? Что вообще здесь происходит? — вполголоса спросил я.

— Вас будут награждать, — улыбнулся он.

— В честь чего? Что я такого сделал?

Ответить он не успел. Из коридора напротив вышел мужчина в парадной форме и с бумажным пакетом в руках.

— Господин Ли? Приятно познакомиться. Я начальник отделения Кан Сик, — он протянул мне руку.

Мы обменялись рукопожатиями, и в это время защелкали затворы фотоаппаратов и замигали вспышки. Кан Сик поблагодарил меня за тот случай с неуправляемой машиной и подарил грамоту, сертификат в магазин спорттоваров, и целый пакет со всякой мелочевкой с эмблемой полиции: кружка, блокнот, ручка, брелок и тому подобное.

После награждения посыпались вопросы от журналистов. Я вкратце рассказал о том случае, и под предлогом важной встречи, поспешил на улицу.

Кун ждал меня в фургоне.

* * *

Перед Дон Уком открыли дверь кабинета. За столом сидел пожилой адвокат и теребил в руках дорогую ручку с золотой гравировкой.

— Проходите, господин Дон Ук, — сказал он и указал на стул по другую сторону от стола.

Дон Ук покосился на полицейского, сопровождающего его, переступил через порог и приблизился к столу. Дверь за ним закрылась.

— Присаживайтесь. Здесь мы можем поговорить без утайки. Этот кабинет не прослушивается, — заверил адвокат, будто прочив мысли Дон Ука.

— Ты уверен? — он огляделся, но не увидел ничего подозрительного.

— Полностью уверен. Эта комната для свиданий.

Дон Ук осторожно опустился на стул, но все равно не мог успокоиться и вглядывался в датчик дыма, в ороситель и решетку воздуховода.

— Успокойтесь. Мы здесь одни, и никто не сможет использовать материалы, добытые во время нашего разговора, против вас, — адвоката уже начала раздражать мнительность подзащитного.

— Никому верить нельзя. Любой может подставить, — пробурчал Дон Ук, но не обнаружив ничего, похожего на камеру или микрофон, с облегчением выдохнул. — Ты выяснил, кто меня сдал?

— Да. Это был ваш работник Ли Тэджун, — заглянул в свои документы адвокат.

Дон Ук задумался, а затем помотал головой.

— Не было у меня никакого Ли Тэджуна. Ты что-то перепутал.

— Я никогда ничего не путаю и всегда перепроверяю информацию, — в голосе адвоката послышались металлические нотки. — Ли Тэджун и Хе Орён последними работали в вашем приюте.

— Хе Орён — работал, — кивнул Дон Ук и возмущенно добавил. — Но никакого Тэджуна и в помине не было! Ты что меня за идиота держишь? Я что, по-твоему, не знаюкто у меня работает?

Адвокат глубоко вздохнул и протяжно выдохнул. Если бы не хорошее вознаграждение, послал бы этого хама Дон Ука к чертям собачьим. Там ему самое место.

— Как звали вашего второго работника? — спокойным голосом уточнил адвокат.

Все-таки многолетняя практика научила его находить общий язык и с такими типами, как Дон Ук.

— Ким Кун.

— Это вымышленное имя. На самом деле его зовут Ли Тэджун. Он работает биоинженером в корпорации Биотех.

Дон Ука будто обухом по голове ударили. Он так радовался толковому молодому работнику, который еще и за свой счет ухаживал за щенками, что теперь никак не мог осознать, что ошибся в нем.

— Ты уверен? — на всякий случай уточнил он.

— Уверен. Кроме того, именно Ли Тэджун задержал Чжи Ханыля после того, как тот передал вам пробирки с облученными растворами.

Дон Ук снова задумался. Он вспомнил, как Тэджун скрючился и попросился в туалет. Оказывается, пока он ждал его у машины, паршивец задерживал единственного поставщика энергии!

Мужчина потряс головой, будто пытался таким образом уложить все на свои места.

— Где сейчас Ханыль? — наконец выдавил он.

— Его отпустили под залог. Идет следствие. Его обвиняют в мошенничестве и краже.

— Я могу с ним встретиться?

— Встречаться вам нельзя.

— Тогда дай мне свой телефон, — Дон Ук протянул руку.

— Это запрещено. Я не могу этого сделать.

— Перестань трястись, как овечий хвост! — прикрикнул мужчина и смерил адвоката злым взглядом. — Делай, как я велю, иначе другого наймем.

Адвокат покосился на дверь, затем встретился с угрюмым взглядом Дон Ука и кивнул:

— Только разговаривайте потише, чтобы никто не услышал.

Он вытащил телефон из нагрудного кармана пиджака и положил в раскрытую ладонь Дон Ука.

Тот быстро набрал номер, приставил телефон к уху и замер, ожидая ответа.

— Алло, Чжи Ханыль? Это я — Дон Ук… Я тоже рад тебя слышать. Ты уже знаешь, кто виноват во всем, что с нами случилось? Да-да, Ли Тэджун… Что? Ты был его начальником? Вот так совпадение… Согласен, надо с ним разобраться… Да-да, я подскажу, как это сделать. Тебе нужно встретиться с моим адвокатом, я передам с ним информацию… И тебе удачи.

Дон Ук вернул адвокату телефон и попросил ручку и лист бумаги.

— Сегодня же встреться с Ханылем и передай ему этот лист, — прошептал он и быстро написал имя. — Пусть он свяжется с этим человеком и обо всем расскажет. Это очень умный и влиятельный человек, и он придумает, как расквитаться с Ли Тэджуном. Его можно найти в ресторане «Сакура» или в музее современного искусства.

— Хорошо. Я все передам, — адвокату не нравились такие дела, но он не мог пойти против того, кто ему платит.

Он забрал лист бумаги и мельком взглянул на имя: Мун Во Иль.

Глава 25

Вернувшись домой, выгулял Сувона, принял душ и, надев свой джинсовый костюм, вышел на улицу, где меня уже ждало такси.

Машина подъехала к подъезду довольно респектабельного четырехэтажного дома. Я вышел из машины и позвонил Мине.

— Жду тебя внизу.

— Хорошо, инженер Тэджун. Сейчас выйду, — торопливо ответила она.

Интересно, она так и будет называть меня «инженер Тэджун» или все-таки решится назвать просто по имени?

Через пару минут стеклянные двери разъехались, и вышла Мина. На ней было скромное голубое платье и туфли на небольшом каблучке.

— Тебе очень идет, — улыбнулся я и окинул ее взглядом. — Хотя и в белом халате ты выглядишь сногсшибательно.

Девушка зарделась и потупила взор. Скромняшка.

— Куда поедем? — спросила она, когда я открыл перед ней дверь такси.

— Сначала поедим чего-нибудь вкусного, а потом посмотрим. Можно погулять по набережной, — предложил я.

— Я согласна. Давно там не была, — улыбнулась она.

Сначала мы заехали в один из самых дорогих ресторанов Сеула — Сонгён. Мне уже пришла премия, назначенная вице-президентом, поэтому решил побаловать Мину и, себя заодно, различными деликатесами. В итоге нам не понравилось почти ничего из того, что мы заказали. Все-таки деликатесы — не всем по вкусу.

Особенно тошнотворно выглядел морской огурец, который больше напоминал детородный орган. Фу-у-у, какая гадость.

Заплатив кругленькую сумму, мы вышли из ресторана голодными. Я купил в ближайшей лавке пуноппан — пирожки в виде рыбок. Взял с мясной начинкой и со сладкой фасолью. Мы с удовольствием съели рыбок и посмеялись над тем, что богатая жизнь нам не по вкусу.

Весь вечер мы с Миной обсуждали мутации и, как оказалось, она тоже крайне против того, что творится на аренах. Меня это радовало, ведь если бы она поддерживала кровавые бои, то нам бы точно было не по пути.

До полуночи мы гуляли по набережной, ели уличную еду и много смеялись. Похоже, я нашел в этом мире родственную душу, с которой мы на одной волне.

Я проводил ее до дома, но мы еще долго стояли на лестнице — никак не могли наговориться.

— Я так рада, что ты вернулся на работу. Если честно, то я несколько раз хотела позвонить тебе, но так и не решилась, — призналась она.

— В следующий раз, когда захочется позвонить, не останавливай себя, я буду рад услышать твой голос, — улыбнулся я и приблизился вплотную.

Девушка не отступила, а наоборот, потянулась навстречу, и мы поцеловались.

В это время сзади послышались голоса. Девушка выглянула из-за моего плеча и тут же спряталась обратно, прижавшись ко мне всем тело.

— Что такое? — насторожился я и хотел повернуться, но она быстро прошептала:

— Там мой отец. Спрячь меня.

Двое мужчин еле слышно переговаривались и, спустившись с высокого крыльца с широкими лестницами, двинулись к парковке. Краем глаза я увидел, что они сели в дорогую машину и та, выехав на дорогу, помчалась по ночному городу.

— Ты боишься его? — спросил я.

— Кого?

— Отца, — кивнул я на уезжающую машину.

— Нет, что ты! Просто он… Он очень мнительный и сразу начнет наводить о тебе справки и выяснять всю подноготную. Я не хочу, чтобы он вмешивался в мою жизнь и давал непрошеные советы.

— Ясно. До завтра. Увидимся на работе, — я еще раз ее поцеловал и довел до дверей, которые раздвинулись, пропуская девушку внутрь.

До дому было далеко, но я и не думал вызывать такси. Лучше пробежаться и дать работу энергии.

* * *

Мун Во Иль подъехал к ресторану Сонгён, который принадлежал одному из его близких друзей. В этом ресторане у него было отдельное помещение, закрытое от чужих глаз. Именно в нем он проводил личные встречи, не опасаясь того, что кто-то подслушает разговор.

— Господин Мун, ваши гости подошли. Проводить? — поклонившись, спросил официант.

— Да, проводи. И принеси мне чего-нибудь выпить.

— Инсамджу? — предложил официант один из самых дорогих напитков в их ресторане, сделанный на основе женьшеня.

— Неси, — кивнул Мун Во Иль.

Как только официант ушел, на пороге появились два человека: пожилой седовласый мужчина и парень лет двадцати пяти.

— Господин Мун, это я вам звонил, — поклонился пожилой. — Меня зовут Чжи Ханыль. А это мой племянник Хён Бин.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, — молодой так низко поклонился, что чуть не достал лбом своих коленей.

Мун Во Иль раздраженно выдохнул. Как же ему надоели эти подхалимы, которые ради собственной выгоды готовы лужей растечься перед ним. Они не вызывали уважения, а лишь презрения. Но в этот раз были затронуты его собственные интересы, поэтому он согласился встретиться с ними и выслушать.

— Проходите, присаживайтесь, — кивнул он на мягкие кресла напротив его стола.

Мужчины переглянулись и, еще раз поклонившись, опустились на указанные места. В это время явился официант и поставил перед Мун Во Илем бокал инсамджу и прозрачную бутылку с янтарной жидкостью, внутри которой плавал корень женьшеня.

Мун Во Иль пригубил напиток, посмаковал его и с наслаждением проглотил. Совсем неплохо, но бывало и получше. Предлагать гостям он и не думал.

— Вы сказали, что хотите поговорить по поводу Дон Ука? — спросил он и окинул ленивым взглядом замерших в ожидании мужчин.

— Да, господин Мун. Дело в том, что он сейчас в…

— Я знаю, где он, — махнул рукой Мун Во Иль. — Что вы хотите?

Чжи Ханыль сглотнул. Ему и самому очень хотелось промочить горло, но он не осмелился ничего заказать официанту без разрешения Мун Во Иля. Он знал, к кому пришел на аудиенцию, и очень боялся совершить какую-нибудь ошибку.

— Дело в том, что мы знаем, кто виновен в том, что задержали Дон Ука. К тому же, именно из-за него нас с Хён Бином уволили с Биотеха с черной отметкой. Теперь мы не сможем устроиться ни в одну лабораторию, — у Ханыля невольно сжались кулаки, когда он произнес имя. — Ли Тэджун. Биоинженер Биотеха.

— Ли Тэджун, — медленно повторил Мун Во Иль. — И что же вы хотите?

Он смерил неприязненным взглядом мужчин, которые смели потревожить его по такому незначительному поводу. Для Мун Во Иля арест Дон Ука не имел никаких последствий. У него хватает поставщиков мутантов, поэтому потеря одного из них никак на нем не скажется.

— Его надо наказать, — глухо отозвался Хён Бин.

— Да? Так в чем же дело? Почему не накажете? — Мун Во Иль приподнял одну бровь.

Ханыль и Хён Бин переглянулись. Они только и думали об этом, но никак не могли прийти к согласию. Хён Бин предлагал подкараулить его и избить до полусмерти или задавить на машине. Ханыль был против таких мер. Во-первых, они первые на кого подумают. Во-вторых, везде камеры и рано или поздно нападавших найдут, а это еще сильнее усугубит их положение.

— Мы не знаем, как правильно поступить, поэтому пришли к вам за советом. Не хочется еще сильнее подставляться из-за него, — пояснил Ханыль.

Мун Во Иль откинулся на спинку кресла и задумался. Дон Ука ему не жалко, да и на этих просителей наплевать, но он сам совсем недавно узнал, что с номера, зарегистрированного на Ли Тэджуна, был совершен звонок в полицию во время празднования дня рождения его молодой жены. Праздник был испорчен, а жена провела весь вечер в слезах.

— Хорошо. Я подумаю, что можно сделать, — кивнул он.

— А мы? Что делать нам? — осторожно уточнил Ханыль.

— Ждите. Я свяжусь с вами. Будет неосмотрительно привлекать к этому делу еще людей. Лучше все проделать узким кругом.

— Все понял, господин Мун. Мы можем уйти или… — Ханыль многозначительно взглянул на стол, заставленный различными закусками.

— Идите, — кивнул Мун Во Иль.

Еще не хватало ужинать за одним столом с этими людьми. Мужчины встали и, кланяясь, попятились к двери.

Мун Во Иль подлил себе еще инсамджу и, подхватив пальцами нарезанный кимчхи, засунул в рот. Он мог бы просто нанять того, кто расправиться с этим Ли Тэджуном. Можно, например, подстроить ограбление и воткнуть ножичком куда следует. Или незаметно в толпе сделать очень коварную инъекцию, после которой в течение трех минут остановится сердце. Или организовать драку и убить Тэджуна, проходящего рядом.

Мун Во Иль знал массу способов, как разделаться с неугодным персонажем, но также он считал себя человеком творческим и неординарным, поэтому хотел подойти к этому делу, используя свои таланты.

Допив бутылочку инсамджу, он вышел на улицу и вдохнул прохладный ночной воздух. Рядом по дороге проносились машины, город светился огнями и пестрел вывесками.

Вдруг в голову Мун Во Иля пришла замечательная мысль:

«А что, если Тэджуна убьет… Да-а-а, это будет лучшей местью за слезы жены», — он расплылся в улыбке и подошел к своему автомобилю. Водитель, низко поклонившись, открыл перед ним дверь.

* * *

На следующее утро я проснулся не от будильника, а от телефонного звонка. Это была мать Тэджуна.

— Алло, омони, что-то случилось? — насторожился я и сел в кровати.

— Тэджун! Я тебя в новостях увидела! Ты человека спас, а я и не знала. Как же я горжусь тобой, сынок. Надо всех родственников обзвонить. Пусть знают, какого героя я вырастила.

— А-а-а, это, — зевнул я. — Ничего особо героического не было. Машина ехала медленно, поэтому не составило труда ее остановить, — я встал и поплелся на кухню.

После ночного перекуса уличной едой во рту горчило. Все-таки лучше питаться в проверенных местах, а то даже ци-спирит не спасет от гастрита или, того хуже, язвы.

— В новостях сказали, что благодаря твоему героическому поступку машина не выехала на оживленный перекресток. Мне даже страшно представить, как ты рисковал собой, — ее голос задрожал.

— Только не надо переживать. Это случилось несколько дней назад и все прошло благополучно, — я выпил друг за другом два стакана воды.

— Тэджун, я очень горжусь тобой, но обещай, что больше не будешь рисковать своей жизнью. Ты же знаешь, что я не смогу жить без тебя. Мое сердце разорвется от горя, если с тобой что-то случится, — Синхэ начала всхлипывать.

Этого только не хватало. Надо все-таки посмотреть, что там за новости такие.

— Омони, прошу вас, успокойтесь. Я приеду к вам в гости на выходных. Сходим куда-нибудь, как раньше.

— Да, давай сходим в гости к твоей тете Мо. Она давно тебя не видела и говорит, что соскучилась. Кстати, псарню закрыли. Говорят, Дон Ука посадили. Туда ему и дорога. Теперь на улице благостная тишина: ни лая, ни визгов, ни скулежа. Ну ладно, не буду тебя отвлекать, — она сбросила звонок.

Наверняка ей не терпелось всех обзвонить.

Я включил телевизор, но новости уже закончились. Следующий выпуск через полчаса, поэтому я надел футболку, спортивные штаны и, разбудив храпящего Сувона, вышел с ним на улицу.

Парк утопал в тумане. Пока Сувон обследовал кустики, я сорвался с места и рванул по дорожке. Мне вспомнилось свидание с Миной. В отличие от Ким Хани она не была роковой красоткой, но было в ней столько мягкости и женственности, что хотелось спрятать ее за своей спиной и быть барьером всему: злу, неудачам, бедам, плохой погоде. Ее хотелось защищать и носить на руках. Даже при мысли о ней, губы сами расползлись в улыбке.

Я резко остановился и замер как вкопанный. Неужели влюбился? Похоже на то. Ну что ж, я совсем не против. Ведь с самого начала, когда осознал, что мне выпал шанс прожить еще одну жизнь, решил для себя, что по-другому ее проживу. Возможно, даже заведу семью.

Взглянув на часы, развернулся и побежал в сторону дома. Скоро должны начаться новости, и я хотел узнать, как же они осветили мой «подвиг».

Забежав в квартиру, включил телевизор на полную громкость и встал под сильные струи душа. Сначала шли самые актуальные репортажи, затем оповестили о результатах соревнований на арене, а уже потом переключились на меня. Обмотавшись полотенцем, прошел в комнату и остановился напротив телевизора. На экране показывали меня и начальника полицейского отделения. Мы пожимали друг другу руки.

Журналистка вкратце рассказала о том происшествии и о награждении. Всего репортаж длился не дольше двух минут, чему я был очень рад. Не любил излишнего внимания.

Позавтракав яичницей и накормив пса, вышел на улицу и двинулся в сторону метро. Как только подошел к спуску, как зазвонил телефон. Номер незнакомый.

— Алло, — настороженно ответил я.

— Тэджун, это я Го-ын. Видела тебя в новостях. Если честно, то даже не ожидала, что ты на такое способен, — послышался томный женский голос.

— Что еще за Го-ын? — спросил я, хотя имя мне показалось знакомым.

На той стороне повисло молчание, затем послышался нервный смешок.

— Ты что до сих пор на меня обижаешься? Уже больше месяца прошло с тех пор, как мы расстались. Неужели ты до сих пор не простил меня?

А-а-а, точно! Синхэ же говорила мне про какую-то Го-ын — бывшую девушку Тэджуна, но я почему-то ничего не помнил о ней. Скорее всего, ци-спирит постаралась убрать травмирующие воспоминания, негативно влияющие на доверенное ей тело. И правильно. Одно только настораживает: что еще пропало из моей памяти? Неужели я не помнил два последних дня из жизни Тэджуна именно по этой причине?

— Простил, конечно. Что ты хотела? — я взглянул на часы, нужно уже ехать.

— Встретиться и пообщаться. Мне кажется, что я ошиблась и у нас может что-то получиться. Ведь я до сих пор…

— Го-ын, послушай меня внимательно, — сухо сказал я. — Между нами все кончено и прошлого не воротишь. У меня есть любимая девушка, поэтому нам точно не следует встречаться и общаться. Ты сделала свой выбор, я — свой. Прощай и больше никогда мне не звони.

Я сбросил звонок и спустился в метро. Все же мне следует попробовать восстановить в памяти забытые дни. Думаю, именно в них кроется ответ, что случилось с прежним Тэджуном и почему в его теле оказался ци-спирит.

Когда добрался до Биотеха и зашел в отдел, как следом за мной появился вице-президент.

— Всем доброе утро! — улыбнулся он и обвел всех взглядом.

— Доброе утро, господин Хан, — послышался нестройный гул голосов.

— У меня для вас хорошая новость. К нам поступил следующий заказ от министерства сельского хозяйства.

— Только не говорите, что опять рыбы, — недовольно проговорила Ким Хани.

— Нет, не рыбы. Нам доверили хану, — торжественно провозгласил он.

— Коров? — удивленно поднял брови Пак Ю.

— Это не просто коровы, а одна из ценнейших пород рогатого скота. Их мясо считается самым высококачественным.

— Тогда зачем в ней что-то менять? — удивился Кун.

— Во-первых, эти животные тоже подвержены различным заболеваниям, от которых министерство хочет избавить. Вторая наша задача — ускорить их рост.

— Сколько голов нам надо изменить? — уточнил я.

Ведь дело не о ферме или частном хозяйстве, а о министерстве.

— В этом-то и загвоздка, — замялся вице-президент. — Но предупреждаю сразу, у нас целый месяц впереди.

Все замерли, ожидая ответа, а Хан Рим еще раз окинул нас взглядом и доложил:

— Чуть больше трех тысяч.

— Что⁈ — Кун даже вскочил на ноги. — Три тысячи коров? За месяц? А частные заказы? Мы от них откажемся?

Вице-президент мотнул головой:

— Если будем отказываться от заказов, то сыграем на руку нашим конкурентам. Придется поднапрячься. Зато нам хорошо заплатят за этот заказ. Желаю удачи! — он снова лучезарно улыбнулся и двинулся к кабинету-каморке.

— Господин Хан, а вы уже решили, кто станет нашим начальником? — крикнула ему вслед Ким Хани.

— Пока нет. Думаем, — кивнул он и скрылся за дверью.

Вскоре всем на почту пришли письма с техзаданиями на коров.

— Три тысячи пятьсот сорок три коровы, — упавшим голосом сказал Пак Ю.

Кун в это время что-то быстро подсчитал на калькуляторе и объявил.

— Чтобы успеть за месяц, нам надо каждый день раскладывать днк и вносить изменения ста семидесяти семи коровам. Это нереально.

Я был с ним согласен. Если работать на совесть, то каждый из нас за день успеет изменить от силы десять коров. Даже с учетом новых инженеров нам не успеть выполнить заказ. А если мы просрочим заказ министерства, то нас могут вообще лишить всех заказов и заключить договор с другой лабораторией.

Я встал из-за стола и подошел к кабинету начальника отдела.

— Господин Хан, могу зайти?

— Да, конечно, инженер Ли. Слушаю вас? — он вопросительно посмотрел на меня.

— Вы можете написать распоряжение, чтобы охранники не ограничивали меня по времени работы в лаборатории. Чтобы выполнить такой большой заказ, нужно больше восемь рабочих часов.

— Вы хотите оставаться сверхурочно?

— Да. Иначе мы не успеем, — твердо заявил я.

— Хорошо. Я распоряжусь, — задумчиво проговорил он.

Кивнув, я хотел выйти, но он остановил меня.

— Жду вас сегодня после обеда в моем кабинете. Не опаздывайте.

— Зачем?

— Узнаете, — улыбнулся он.

* * *

Мун Во Иль ночью после жаркого секса с женой еще раз обдумал ту потрясающую идею наказания Ли Тэджуна. Чем больше он думал о ней, тем сильнее она ему нравилась. Как только утром он вышел из дома и сел в машину, тут же набрал номер телефона Чжи Ханыля.

— Приходите в двенадцать в Сонгён. Я кое-что придумал, — улыбнулся он, глядя на себя в зеркало на лобовом стекле.

Глава 26

В зверинце был всего один загон и в него поместятся не больше двух коров, поэтому вице-президент принял решение, что мы в конце каждого рабочего дня будем выезжать на ферму и там делать уколы с ци-спиритом. Конечно, нас будет сопровождать служба безопасности, а пробирки будем перевозить в специальных стальных контейнерах с магнитными ловушками внутри.

Я отправил Куна, Пак Ю и трех ветеринаров на ближайшую ферму за шерстью животных, а сам засел за программу, высчитывая правильные алгоритмы, по которым будет гораздо легче работать остальным, лишь немного изменяя их под каждую конкретную корову.

— Тэджун, уже обед. Пойдем поедим, — простонала Ким Хани, для которой я тоже нашел работу, чтобы не слонялась без дела.

— Идите, обедайте. Скоро лаборанты вернутся, к этому времени хочу дописать алгоритмы, чтобы сразу приступить к облучению. Три тысячи коров — не шутки, — ответил я, не отрываясь от монитора.

— Ну ладно, работай. Я принесу тебе чего-нибудь горячего, — ответила она, накинула на плечи плащ и позвала с собой новых инженеров.

Те с радостью приняли приглашение и ушли вместе с ней. Отлично! Теперь в тишине можно спокойно поработать, и никто не будет отвлекать бесконечными вопросами.

* * *

Мун Во Иль заказал суп с тофу, сырую говядину с яйцом и различных закусок. Официант поклонился и удалился за заказом. В это время к двери его персональной комнаты подошли Чжи Ханыль и Хён Бин.

— Здравствуйте, господин Мун, — поклонился Ханыль.

— Добрый день, господин Мун, — последовал его примеру племянник.

— Приветствую вас, — кивнул он. — Проходите, присаживайтесь.

Мужчины торопливо зашли в комнату, опустились на указанные места и выжидательно уставились на него. Мун Во Иль не торопился раскрывать свой план и неспешно пробовал закуски в небольших пиалах.

В конце концов, Чжи Ханыль не выдержал.

— Господин Мун, вы что-то решили насчет Ли Тэджуна?

— Да, — он с довольным видом сложил руки на груди. — Это просто потрясающий план. Уверен, вам он тоже понравится.

Ханыль и Хён Бин переглянулись.

— Мы вас внимательно слушаем, — вполголоса проговорил бывший начальник.

— Закройте дверь.

* * *

Увлечённый своей работой, я не заметил, как пролетел обеденный перерыв. Когда инженеры вернулись на работу, позвонила секретарь Сон.

— Инженер Ли, напоминаю, что вас ждет вице-президент, — строго проговорила она.

Я взглянул на часы и ударил себя по лбу.

— Бегу!

Ким Хани что-то крикнула мне вслед, но я не расслышал — в ушах шумел ветер. Я совсем забыл о том, что вице-президент просил меня зайти после обеда. Хотя он же не сказал точное время, поэтому можно оправдаться этим.

Я отдернул пиджак, пригладил волосы и вышел из лифта на восьмом этаже. Секретарь Сон покачала головой, поцокала языком, но ничего не сказал и распахнула передо мной дверь кабинета вице-президента.

Подошел к открытой двери и увидел, что вице-президент не один. Напротив его стола сидел исполнительный директор Пак Джин и начальник отдела управления персоналом госпожа На Хесок. На ней был темно-серый костюм, волосы убраны в пучок, губы поджаты. Она всегда выглядела очень сосредоточенной и строгой, поэтому прежний Тэджун ее побаивался.

— Проходите, инженер Ли, — махнул рукой Хан Рим.

Я зашел в кабинет и по очереди поприветствовал каждого. На Хесок тоже поздоровалась, а Пак Джин, лицо которого и так было такое красное, будто у него приступ, не удосужился даже кивнуть. Что здесь происходит?

— Присаживайтесь.

Я опустился между директором и начальником. Вице-президент внимательно посмотрел на меня и, откинувшись за спинку кресла, заговорил:

— Мы второй день думаем над тем, кого назначить начальником вашего отдела. Госпожа На Хесок и директор Пак предложили несколько претендентов, но никто из них меня не устроил. Ведь на этот пост должен быть назначен не только хороший управленец, но и тот, кто сам обладает необходимыми знаниями в биоинженерии, в мутациях и в энергии ци-спирит.

Он замолчал и снова как-то странно посмотрел на меня.

— Вы хотите, чтобы я предложил вам кого-то? — уточнил я.

— Нет. Предлагать никого не надо. Я уже принял решение… С завтрашнего дня вы назначаетесь начальником отдела разработок и биоинженерии.

Директор Пак тяжело вздохнул и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке, будто та лишала его воздуха. Начальник отдела управления персоналом посмотрела на меня и кивнула с полуулыбкой. Сразу понятно, кто поддержал мою кандидатуру, а кто был против. Впрочем, ничего удивительного нет. Все знают, что начальник Чжи Ханыль и исполнительный директор Пак Джин очень близки и часто встречались как в корпорации, так и за ее пределами.

— Спасибо, вице-президент Хан. Это так неожиданно, что даже не знаю, что сказать, — признался я. — Быть начальником — большая ответственность. Вы думаете, я справлюсь?

— Конечно, справитесь. Вы, сами того не осознавая, уже взяли на себя функции начальника: распределили всем работу, отправили лаборантов и ветеринаров за образцами днк. К тому же к вам все обращаются за помощью и советом. Думаю, лучшего начальника нам не найти.

Я встал и низко поклонился, как того требует этикет:

— Благодарю вас, господин Хан, за такую честь. Я обещаю все делать во благо корпорации и в точности выполнять все обязанности и распоряжения.

— Поздравляю вас, инженер Ли. Вы заслужили это повышение. Мы в отделе управления персоналом внимательно следим за каждым работником и знаем, кто на что способен и чего достоин, — поддержала меня На Хесок.

— Спасибо, госпожа На.

Директор Пак промолчал и старательно смотрел куда угодно, только не на меня. Наверняка доложит Ханылю, что меня поставили начальником. И пусть, теперь они не смогут мне ничего сделать.

— Кстати, инженер Ли, я уже дал распоряжение службе безопасности, поэтому можете спокойно работать и проводить в лаборатории столько времени, сколько понадобится. Главное, чтобы мы успели выполнить заказ министерства точно в срок. Также хочу предупредить, что все переработки мы оплатим в двойном размере, а также выплатим солидную премию всем работникам вашего отдела, если вы все сделаете в лучшем виде и в назначенное время, — сказал вице-президент.

— Можете не сомневаться, мы сделаем все, что от нас зависит, — заверил я.

— Я в вас не сомневаюсь. Можете идти. Завтра с утра все документы о вашем назначении будут готовы.

Я вышел из кабинета и протяжно выдохнул. Мне до сих пор не верилось, что меня повысили. Прежний Тэджун гордился бы мной, ведь он об этом даже не мечтал.

— Инженер Ли, вам плохо? — забеспокоилась секретарь Сон. — Врача вызвать?

— Нет, все хорошо. А что?

— Просто вы бледный и глаза какие-то… стеклянные, — она не спускала с меня настороженного взгляда.

— Задумался, — отмахнулся я и двинулся к лифту.

Когда спустился в отдел, лаборанты уже были на месте. Ким Хани им доложила, что я куда-то быстро убежал, поэтому едва открыл дверь, как мне навстречу поспешил Кун.

— Тэджун, что случилось? Опять Ханыль что-то натворил?

— Ханыля здесь нет, — заметила Ким Хани.

— И что? У этого гада везде связи, он же здесь лет двадцать работал и со всеми начальниками пил на брудершафт.

Ким Хани пожала плечами, а Кун обеспокоенно смотрел на меня.

— Ничего плохого не случилось. Просто меня… повысили до начальника отдела, — я не смог сдержать улыбку.

Наступила оглушительная тишина. Было слышно лишь, как муха бьется в стекло.

— Что? Тебя сделали нашим начальником? — подозрительно прищурившись, уточнила Ким Хани.

Похоже, она подумала, что я разыгрываю их.

— Да. С завтрашнего дня я не инженер Ли, а начальник Ли.

Первым среагировал Пак Ю.

— Ура-а-а-а! Тэджун — начальник! Эх, теперь заживем!

Остальные тут же подхватили и принялись поздравлять. Я знал, что они искренне радуются, поэтому с облегчением выдохнул. Мне достался дружный и сплоченный коллектив, с которым я горы сверну.

* * *

Мун Во Иль рассказал свой план уничтожения Ли Тэджуна. Чжи Ханыль и Хён Бин оценили его задумку и вызвались помочь провернуть это дело.

— Первым делом нужно связаться вот с этими блогерами. Мы им уже заплатили, — Мун Во Иль протянул Хён Бину лист бумаги с перечнем имен. — Они сегодня же должны распространить информацию о том, что из лаборатории вырвался мутант и его до сих пор не поймали. Пусть блогеры в течение дня напишут, что его видели в разных частях города. То, что случится с Тэджуном, должно быть ожидаемо.

— Вы хорошо придумали, — похвалил Ханыль.

— Еще бы! Будет очень показательно, — Мун Во Иль был доволен собой и в предвкушении ждал вечера. — Он живет прямо возле парка и, как выяснили мои люди, каждый день выгуливает там пса. Лучшего места для нападения не найти.

— Будем только мы втроем? — уточнил Ханыль.

— Вчетвером. Еще мой водитель.

— Я бы хотел придушить Тэджуна своими руками, но так даже лучше, — криво усмехнулся Хён Бин.

Мун Во Иль раздраженно выдохнул. Ну до чего же глуп этот Хён Бин! Ему повезло, что у него есть дядя, который останавливает его от необдуманных поступков.

Еще раз подробно обсудив предстоящее мероприятие, Мун Во Иль отправил мужчин готовиться, а сам приступил к горячей свежеприготовленной еде. На самом деле ему не нужны ни Ханыль, ни Хён Бин, но Мун Во Иль хотел, чтобы они тоже приняли в этом участие. Тогда они точно будут молчать и никому никогда не проговорятся, иначе пойдут как соучастники предумышленного убийства.

* * *

— Предлагаю отметить повышение Тэджуна, — сказал Кун, когда рабочий день закончился и все начали собираться домой.

— Поддерживаю, — поднял руку Пак Ю.

Остальные тоже утвердительно загомонили.

— Нет, не сегодня. Давайте в субботу, а пока мне нужны ваши ясные, отдохнувшие головы. Забыли про министерский заказ? Это к нам еще частники не обращались, — ответил я, не отрываясь от монитора.

Вице-президент разрешил мне задерживаться, поэтому я, в отличие от других, даже не думал уходить домой.

— Ну, в субботу — так в субботу, — пожал плечами Кун. — Тебе помощь нужна? Может, мне тоже остаться?

— Нет, езжай домой. Распоряжение касается меня одного, поэтому не надо раздражать службу безопасности.

Один за другим специалисты попрощались и вышли из отдела. Я остался один. Общие алгоритмы уже выставил, поэтому сейчас соотносил их с теми коровами, днк которых успели разложить. Эта работа заняла целых три часа, поэтому, когда закончил, то устало откинулся на спинку кресла и потер глаза.

Мне до сих пор не верилось, что с завтрашнего дня я стану начальником. Я все ждал какого-то подвоха. Казалось, что произошла ошибка и мне позвонят и скажут, что передумали. Однако за полдня так никто и не позвонил. Значит, все остается в силе.

Я поднялся и подошел к открытой двери кабинета начальника. Завтра займу эту каморку размером три метра на три метра, но сначала попрошу клининговую службу вымыть все — от потолка до пола, чтобы и духу от Ханыля не осталось. Также закажу снабженцам новые письменные принадлежности.

Инженер, которого ни во что ни ставили, которого посадили у двери, как младшего, хотя это было не так, теперь занимает пост начальника самого сложного отдела всей корпорации, ведь не будь лаборатории, остальные службы были бы не нужны. А ведь Тэджун умный человек, но его слабохарактерность и желание угодить, сделали только хуже, поэтому даже в мечтах он не видел себя тем, кем стал всего за месяц моего пребывания в его теле.

Выключив компьютер, вышел из Биотеха и направился к метро. Я бы хоть до полуночи работал, но новые инженеры и Ким Хани успели разложить днк только у пятидесяти коров.

Сувон уже заждался меня, поэтому я переоделся и вывел его на прогулку. Пес сразу рванул к кустикам, а я неспешно побежал по дорожке, которая упиралась в спортивную площадку с тренажерами.

В кармане спортивных штанов зазвонил телефон. Это была Синхэ.

— Алло, сынок, ты уже слышал? — в голосе слышалась тревога.

— Добрый вечер, омони. Вы о чем?

— Опять мутант сбежал. Говорят, везли его на арену, а он как-то выбрался из клетки и сбежал.

— Найдут. Лишь бы не успел никому навредить.

— Вот и я о том же. Ты бы посидел дома пару деньков, пока его не найдут, а то я волнуюсь.

— А как же работа? Меня же уволят за прогулы, — усмехнулся я.

Зная эмоциональность Синхэ, о повышении на работе решил рассказать при личной встрече.

— На работу? — задумалась она. — Да-да, ты прав. Работу пропускать нельзя. Тогда носи с собой какую-нибудь палку или электрошокер купи. Как-то же надо защититься от этой твари.

— Не волнуйтесь, омони, со мной все будет хорошо.

Едва я это сказал, как что-то большое и черное выпрыгнуло из кустов передо мной и глухо зарычало. Огромные желтые глаза с черными продольными зрачками. Я их никогда не забуду — это был тигр Хоранги, принадлежащий Мун Во Илю, и он приближался ко мне…

Друзья-читатели, приглашаю вас в следующую книгу по ссылке: https://author.today/reader/385576

Буду благодарен, если напишите пару слов о книге и поставите лайк. Приятного чтения!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Гений лаборатории

Content

Гений лаборатории

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Nota bene