Тихое место на востоке (С-Т-И-К-С)

Глава 1

ПРЕДИСЛОВИЕ.

Произведение написано в рамках конкурса на Автор.тудей. Автор благодарит Артема Каменистого за разрешение использовать в произведении элементы, термины и общие сведения о вселенной СТИКС.

Рассчитано на читателя, имеющего представление об этой вселенной. Кое-что обьясняется, но мимоходом, предполагается, что читающий знает, кто такие лотерейщики, почему люди превращаются в зомби и какого цвета бывает жемчуг.

- You know there's a place untouched by all this crap?

- Back east, yeah?

- Yeah.

- Знаешь местечко, свободное от всего этого дерьма?

- Где-то на востоке?

- Ага.

( © 2009 Columbia Pictures «Zombieland», перевод – Google Translate )

1. Тульская область, третья пятница октября 202* года

Дача – это хорошо. Особенно, если она где-то на южных морях, с теплой, почти без снега зимой и мягким летом. А вот в средней полосе России – просто хорошо, без «особенно». Полгода плохая погода, совсем нет желания сидеть в хоть и просторном, но очень одиноком домике на берегу замерзшей реки. Лыжи, снег, чистый воздух – оставим это детям или дауншифтерам. Пропадающий интернет, электричество с перебоями, газ в баллонах, пять километров до ближайшего супермаркета и соседи-пенсионеры – не самое лучшее место обитания мужчины в самом расцвете сил. Хотя работа позволяла, с тех пор, как наша фирма вслед за владельцем переехала из Тулы в Новую Москву, многие проекты не требовали постоянного присутствия в офисе. Сам владелец такой режим работы поощрял, шел в современном тренде.

На рабочем месте все равно приходилось появляться, хоть на два-три дня в неделю, выслушивать новые идеи среднего командного звена, набранного из таких же средних бывших чиновников и работающего по старинке – вербально, фейс ту фейс, согласно кивать, напоминать, что есть такая штука, как электронная почта, а вайбер и вотсап на самом деле не только для того, чтобы постить фотки кошечек и перепечатки с сайтов.

Вот и получалось, что летом, ну пусть даже осенью можно было добраться до московской квартиры поздно вечером, на следующее утро посетить присутственное место, и еще через день-два-три уехать обратно, но как только выпадал снег, все усложнялось во много раз.

Смысл моей работы был как раз в том, чтобы сложные вещи упрощать. Вот и для себя упростил – выезжал каждый год в домик, оставленный не очень дальним родственником по отцовской линии, в начале мая, и в начале октября оттуда возвращался. И так поступал не только я один, в деревне, где мой земельный надел с хоромами занимал одно из крайних к реке мест, практически все дома летом были с жильцами. И больше половины, а то и три четверти этих дачников осенью сваливали поближе к городским благам – проводному интернету, супермаркету под боком и кафешке за углом.

- Может останешься? – дядя Саша, мой сосед, отличный мужик и военный пенсионер, грузил в кузов видавшей виды Тундры мешок картошки. Легко так, словно и не пятьдесят семь лет полковнику в отставке. – За коттеджем нашим присмотришь. А то говорят, в соседней деревне два дома прошлой зимой обнесли.

Эту историю я уже слышал. Но та деревня совсем зимой необитаемой становилась, о чем дяде Саше и напомнил.

- Так и у нас скоро будет, - не унимался отставной военный. – Вон, смотри, на нашей улице раньше и баба Прасковья жила, и Лозинские, и Федоровы, а сейчас только две семьи на зиму остаются. Народ мельчает, не может жить без центральной канализации и магистрального водопровода, не то что раньше.

- А сам-то чего не останешься? – я помог ему погрузить ящик с банками.

- Так ведь, Гоша, не всем так везет, как тебе. – Дядя Саша вздохнул и с сомнением поглядел на забитый всяким барахлом кузов. Понизил голос. – Вот женишься, поймешь, почем фунт лиха. Прости, запамятовал. Снова женишься когда.

Но его все равно услышали. Мария Леонидовна, да что там – Маша, почти моя ровесница, на двадцать лет младше мужа, залепила ему подзатыльник. Несильно, просто чтобы напомнить, кто в семье главный.

- Во, я ж говорил, - дядя Саша ничуть не расстроился, чмокнул жену в щеку и пошел в дом, посмотреть, все ли взяли.

Маша недовольно поглядела на меня, пробормотала, мол, дал бог соседа, и ушла вслед за мужем. Гадина. Это ведь мы с женой ее познакомили с дядей Сашей. Ну да, бывшая та еще стерва, и подруги все под стать.

Ввернулся к своим сборам. Старенькая Хонда Пилот была почти пустой, я жил во всех смыслах налегке. Картошку не выращивал, варенья не закатывал, холодильники и телевизоры с собой не возил, бедному собраться – только подпоясаться. Ноутбук, сумку с вещами и помповик, 1200-й Винчестер 12 калибра, бывший хозяин поместья оставил мне вместе с домиком. Помнится, пришлось срочно оформлять охотничий билет, сдавать экзамены и медсправку получать, но любимое ружье дяди Паши я сберег, не отдал в комиссионку, как родители советовали. Вот и возил его весной из города в деревню, осенью – обратно. По банкам стрелял, места-то вокруг не особо населенные, особенно если на несколько километров отьехать.

Еще двадцать литров деревенского самогона, настоянного на травах – это святое, сорок поллитровок ценились на работе на вес золота, думаю, меня не увольняли до сих пор только потому, что каждую осень я привозил из деревни дань. Четверть забирали учредитель с директором, а остальное доставалось благодарному коллективу – главбуху, кадровику, начальникам отделов и десяток пузырей на корпоративный пропой.

Проверил, слилась ли вся вода из системы отопления и труб, отключил автомат в щитке на столбе, и забрался на водительское сидение. Ворота пришлось закрывать вручную, когда снова сел за руль, передо мной лихо вырулила на дорогу Тойота соседей. Дядя Саша посигналил, поморгал аварийкой и втопил газ, словно торопился куда-то. Вставать в хвост я к нему не стал, торопиться особо некуда. До дома ехать часа два-три, отосплюсь, в воскресенье сьезжу к родителям, в понедельник – на очередную планерку, а потом буду снова привыкать к детскому плачу с верхнего этажа, звукам пианино, раздающимся из соседней квартиры, пыльным с чернотой подоконникам, слякоти и необременительным, ни к чему не обязывающим отношениям. После развода только такие и остаются – вляпавшись в лужу один раз, стараешься другие обходить чуть ли не дворами. Где, как оказывается, таких же луж тоже полно.

Меж тем солнце припекало совсем не серединой осени, скорее – поздним августом, на улице температура поднялась до семнадцати, даже жалко уезжать было. Но прогноз не радовал, еще два-три дня, и начнутся дожди, ночью будет подмораживать, а там уже и до первого снега недалеко.

На привычной трассе стоял знак объезда. Крюк в двадцать километров, спасибо вам, слуги народа, за заботу. Дорожное полотно ремонтировал наверняка подрядчик из Израиля – все было раскопано, а людей не наблюдалось, шабат. Пришлось поворачивать направо, на другую дорогу, по ней я почти никогда не ездил.

Зазвонил телефон, я кликнул кнопкой на руле, переводя звонок на аудиосистему.

- Гошан, ты как, зимовать в деревне остаешься? – раздался голос моего друга и по совместительству начальника Сергея Юрьевича Чеснокова, еще пару недель назад в компании с очередной любовницей чуть не спалившего мою баню. Если не симпатичная подружка, доставшаяся мне по случаю, поубивал бы.

Так и сказал, мол, все, сезон закончился, еду назад.

- Потеря потерь, - грустно сказал Серега. – Ключи от квартиры тебе в понедельник отдам. А на завтра какие планы у тебя? Ксюша, с которой ты зажигал в прошлый раз, о тебе все уши прожужжала, хватит уже девушку марино..

Раздалось шипение, и собеседник пропал. Я покосился на экран смартфона – похоже, вместе с сетью. Технологии все лучше и лучше, а связь все хуже и хуже. Сотовых вышек понатыкали везде, и все без толку. Сталина на них нет, как мой дед говорит. А он знает, бывший связист, как раз в год смерти великого вождя родился.

Мысли перескочили на отца народов. Я представил, как усатый генералиссимус лезет на вышку и там своими мудрыми указами и рабочими руками исправляет связь. А потом едет в офис к опсосу и расстреливает руководство. Из моего помповика.

Долго думать не пришлось. Мало того что солнце скрылось за тучами, так еще и с улицы чем-то неприятным запахло. Будто блеванул кто-то. Я поднял стекло, включил кондей на полную мощность, пусть погоняет воздух через фильтры, и включил противотуманки.

Вот туман-то откуда? Нет, скорее, дым какой-то, поэтому и воняет. Не очень плотный, но скорость пришлось сбросить до семидесяти, дорога шла через лес, с крутыми поворотами, не хватало только еще лобовую поймать. Мимо пролетали машины, их, похоже, дым не слишком заботил.

Желтый огонек зажегся на панели приборов, вот ведь монстр прожорливый, три литра движок как-никак, пришлось остановиться на обочине и посмотреть карту. Связи так и не было, но мы ведь знаем, в какой стране живем, офф-лайн карты закачаны в память телефона и регулярно обновляются. Заправка, судя по ним, находилась в трех километрах, поглядел в зеркало заднего вида, может быть мне показалось, но дым стал плотнее. Не иначе как химзавод какой-то горит, не иначе. Главное, чтобы не заправка! Осторожно тронулся, пропуская наглухо тонированную приору с долбящими изнутри звуками, летящую не меньше ста двадцати. И буквально через несколько минут подьехал к небольшому кафе у трассы.

Станция была чуть в стороне, совершенно пустая, сорок литров девяносто второго я залил сам, и пошел в кафе расплатиться.

Скорее даже не в кафе, а в столовую самообслуживания – поставил на поднос салат, нечто котлетное с рисом и компот без сухофруктов. На вид не очень, а на вкус – вполне сьедобное. Полная кассирша постучала пальцем по терминалу, вопросительно на меня посмотрела, забрала наличные. С бензином получилось на две с половиной тысячи – недорого, на сдачу еще сникерс дали.

- Чего горит-то? – поинтересовался я у единственного представителя обслуживающего персонала.

- Не знаю, говорят – нефтебаза, - кассирша оценивающе поглядела на меня. – От нас километров пять.

- Где все? Смотрю, даже заправщика нет.

- Так сбежали. У наших квартиры в поселке у нефтебазы этой, связи уже полчаса как нет, вот и рванули поглядеть, что там творится.

- А вы чего?

- А я в Ипатовке живу, тут недалеко. Да и не закрываться же из-за этого.

Ну да, бизнес есть бизнес. Думаю, даже если бы рядом бомбу ядерную взорвали, тут все равно бы сидела кассирша и втюхивала сникерсы вместо сдачи.

Доел, распрощался, прикрывая толстовкой нос, добежал до машины, как можно быстрее просочился на водительское сидение. Запах просочился вместе со мной, так что пришлось снова гонять воздух через фильтр. Аж голова разболелась.

Отьехал на километр от заправки, и воздух стал будто почище. Только обрадовался, как машину тряхнуло, и колеса заскрипели по гравию. Машину снова тряхнуло, телефон выпал из крепления, свалился под сиденье. Пришлось останавливаться, искать его – вроде не разбился, и то хорошо. А то уже второй аппарат за этот год.

Разбиться-то не разбился, но GPS теперь не ловил. Что за день-то такой, хорошо ведь начинался, может и вправду надо было остаться еще на две-три недельки в деревне? Прогнозы как всегда врут, до Нового года может снега и не быть, сейчас сидел бы в тепле, смотрел какое-нибудь кино или книжку читал, камином вот ни разу еще в этом году не пользовался.

Дорога меж тем вызывала все больше вопросов. Не пойму, может из-за тумана этого я свернул не там, но места были совершенно незнакомые. Вот того городка с высотными зданиями, виднеющегося слева по ходу движения, точно не было ни на карте, ни на моей памяти. Несколько десятков панельных многоэтажек стояли в чистом поле, дорога поворачивала и шла прямо к ним. Я уж было подумал – новый микрорайон строят, но после поворота стал виден производственный комплекс – несколько цехов, огороженных составным бетонным забором с колючей проволокой, с подходящими к воротам подьездными путями. Асфальт был перекопан, словно танки по нему проехали, выбоины на бетонных стенах, подпалины и обгоревшая кровля – все это могло служить декорацией для какого-нибудь фильма о войне. А что, может быть тут Бондарчук снимает свой Сталинград-2, попаду в массовку, потом полюбуюсь на себя на большом экране под попкорн с колой.

На вьезде в поселок стояла палатка с выбитыми стеклами, разбросанными вокруг битыми бутылками, мятыми пивными банками и почти нетронутыми упаковками чипсов и сухариков. Я даже притормозил, не за тем, чтобы халявного продукта набрать, нет. Дальше ехать не хотелось. Еще и голова прямо-таки раскалывалась от химии, которой травился на протяжении десятка километров. В автомобильной аптечке лежал цитромон, но лезть в багажник не хотелось. Прикинул – вроде дорога почти прямая, за минуту этот странный городской массив проскочу, а там уже и до поворота на трассу недалеко. Заблокировал двери на всякий случай, дотянулся до ружья, лежащего под задними сидениями, положил рядом с собой, примкнул ствол и магазин на семь патронов. В патронник патрон не стал засылать, если попадусь, и так, считай, административка светит. Проверил еще раз телефон, нет, ни сети, ни спутников не видит, именно так себя должен вести фабричный Китай после падения на мягкий коврик.

Тронулся с места, глядя в разные стороны, мало ли кто подберется. Пилот – машина крепкая, но против кирпича в лобовое не выдюжит.

Собственно, вся улица была – десять шестнадцатиэтажек с одной стороны, и столько же с другой. А потом дорога шла вниз, какой-то кусок видно не было, ну а дальше поле дорога уже уходила направо, если я правильно помнил, на трассу. Офлайн карта безбожно врала, судя по ней, я должен был в лесу находиться. Ничего необычного, вырубили, построили дома, завод, сожгли его, и все за несколько лет. Жизнь не стоит на месте, прет паровозом.

Ехал не особо быстро, длинные, подьездов в двадцать, дома сменяли друг друга. Крашеные лавочки, пожелтевшие деревья, вот только народу не было вообще. Ни одного человека.

В общем, понятно почему. Жилой массив выглядел так, словно тут срочная эвакуация прошла, а потом по зданиям прошлись из миномета, и заполировали ротой автоматчиков. Распахнутые двери подьездов были редкостью, в основном их вырвали с корнем, погнутые металлические листы валялись где попало. Выбитые окна, подпалины, трещины в бетонных панелях, валяющиеся на улице вещи и бытовая техника. Стоящие у домов автомобили с распахнутыми дверями, выдавленными стеклами и продавленными кузовами, на одном я даже заметил глубокие борозды, словно Годзилла проверял металл на прочность. Только трупов не хватало, а так – апокалипсис налицо.

Тут машину тряхнуло, зубы клацнули, и правильно, нечего рот разевать. Я нажал на тормоз, посмотрел в зеркало.

В десяти метрах позади машины лежал человек. Нехорошо так лежал, с вывернутой головой, руками в разные стороны. Бомж какой-то, судя по грязной, оборванной одежде.

Я выругался, вылез из машины, прихватив на всякий случай ружье. Не то чтобы решил прикончить беднягу, уж очень обстановка местная действовала угнетающе и угрожающе. Но не успел сделать и пары шагов, как сбитый зашевелился.

- Эй, братан, ты как там? Лежи, не двигайся. Что болит?

Первую помощь я оказывать умел, спасибо бывшей жене, врачу-реаниматологу. Хоть за что-то ей спасибо.

Валяющееся на земле тело не отвечало, и попыток встать не бросило. Я сделал несколько осторожных шажков, стараясь не особо приближаться к молча барахтающемуся человеку. Во-первых опасно это, и во-вторых, воняло от него так, будто в деревенском сортире искупался.

Пока я стоял и думал, что же предпринять, жертва ДТП все решила за меня. Как ни в чем не бывало поднялась, повернулась ко мне.

Я автоматически вскинул ружье и нажал на спусковой крючок. Хорошо хоть с предохранителя не снял и патрон в патронник не загнал, но и вправду ситуация такая была, что сначала надо стрелять, а потом думать. На меня глядело одноглазое лицо. Точнее говоря, второй глаз был – он висел на ниточке из сосудов и нервов прямо над вырванной щекой, через рваные края почерневшей раны виднелись челюстные кости и зубы. Мне даже показалось, что этот зомби улыбнулся. А потом отвернулся от меня и быстро засеменил в ту сторону, откуда я приехал.

Ну нафиг. Так быстро я еще не трогался с места – доли секунды хватило, чтобы запрыгнуть на водительское место, бросив ружье рядом, газануть и под визг покрышек рвануть вперед, уже на ходу захлопывая дверь и на ста тридцати выскакивая из поселка. Что за чертовщина тут происходит, буду разбираться позже, а пока надо срочно гнать отсюда, вот только в поворот впишусь.

Машину подкинуло на выступе дороги, выбоины на полотне стали глубже и шире, уклон был не меньше пятнадцати градусов. А примерно в полукилометре что-то перегораживало дорогу.

Тойота дяди Саши – не доезжая до нее метров двадцати, я остановился.

Темно-синяя Тундра стояла под углом к дороге, водительскую дверь видно не было, а вот пассажирская была распахнута. Возле нее валялось женское тело в знакомых синих джинсах.

Машка была мертва. Разорванное горло с торчащей трахеей, пережеванная рука и вырванный чуть ли не с куском мозга глаз шансов на реанимацию никаких не оставляли. Я толкнул ее ногой, водя стволом из стороны в сторону, с предохранителя на этот раз догадался снять, и патрон уже занял свое место в патроннике. 12 калибр, крупная дробь, да я тут любому башку снесу. Кто бы это не сделал. Начал осторожно обходить машину спереди, контролируя крышу. Багажник Тундры был набит под завязку и закрыт простым тентом, если там кто и притаился, сначала ему надо будет на кабину забраться. Шажок за шажком подобрался к левой фаре.

Дядя Саша сидел у колеса с пистолетом в руке. Ляжка была разорвана, и крови натекло – мама не горюй, но бедро он все же перетянул. И теперь целился в меня.

- А, это ты, Гошан, - как-то буднично сказал он. – Помповик на землю положи, и резких движений не делай. Вот, молодец. Руки держи на виду, так мне спокойнее будет. Это точно ты?

- Я, дядь Саш. Что тут произошло?

- Машулька. Она..

- Я видел.

- Твари тут напали какие-то. Пули их не берут, - дядя Саша емко, по военному, матом обьяснил и про тварей, и про их неуязвимость, и что они сбежали куда-то. Под конец – уже почти севшим в ноль голосом, уронив руку с пистолетом прямо в лужу крови.

Я подошел, присел на корточки, сложил плотно вместе два пальца правой руки, прям как мне показывали - указательный и средний, приложил пальцы на кадык и сдвинул в сторону до углубления на шее. Пульс не прощупывался. Для верности еще на запястье померил, но с тем же результатом.

Пистолет трогать не стал, что бы тут не происходило, есть вероятность, что полиция наконец проснется и займется своими прямыми обязанностями. И вообще с огнестрелом лучше не шутить, а особенно – отпечатки свои на нем оставлять.

Поднялся, обошел вокруг машины. Если бы кто был, пока я с умирающим разговаривал, вполне могли бы и напасть. Но нет, никого. Все, что могу сделать – сесть в машину и доехать до ближайшего поста или населенного пункта, два трупа – это серьезно.

Заснял на телефон кровавые декорации, хоть камера не сломалась, и то хорошо. Если в моей ситуации есть вообще что-то хорошее. Вон и погода испортилась, тучи надвинулись. Да еще, видимо, ветер поменялся, и опять понесло чем-то кислым.

Глава 2

2. Тульская область (?), ** октября 202*, суббота

Далеко от машины соседа я не отьехал – меньше чем через километр дорога закончилась, грунтовка обрывалась прямо в овраг. На дне обрыва бежал ручеек, до него было метров пять строго вертикально, а вот в десяти метрах по горизонтали дорога продолжалась. С той стороны обрыва лежали бетонные блоки, были навалены кучи песка и щебня, кто-то явно собирался построить мост. Но к моему приезду не успел.

Покрутил головой, попинал камешки, со стороны жилмассива вместе с порывом ветра накатила волна все того же неприятного запаха гниющих носков, нефтебаза, видимо, и не думала затухать, но деваться некуда было. Внедорожник – не вездеход, по полю проедет, может быть, а может и не проедет. Без связи, в одиночку, я тут засесть могу надолго.

Пришлось разворачиваться в сторону поселка, помнится, видел я там еще одну дорогу, уходившую налево – прямо возле цехов, попробую там проехать. На худой конец, вернусь обратно на трассу, знак ремонта еще не означает, что ремонт идет и проезда нет. Осторожненько проберусь через перекопанный участок, а то время уже к полудню.

Отгоняя подобными размышлениями от себя мысли о соседе с разорванной ногой и соседке с перегрызенной шеей, я выехал на пригорок. И остановился.

Город был затянут туманом. Словно облако опустилось на землю, скрыв все постройки. Силуэты многоэтажек пока еще с трудом угадывались на таком расстоянии, но вскоре пелена стала настолько плотной, что вообще ничего нельзя было различить. Потом что-то сверкнуло, и кольцо непрозрачного воздуха рвануло прочь от города. Я спрятался за приборной панелью, что-то колотило по лобовому стеклу, проскребло крышу. А потом все стихло.

Аккуратно выглянул наружу. Спрятался обратно. Снова выглянул, поморгал, похлопал себя по щекам.

На месте многоэтажек стояли многоэтажки. Только вполне целые и жилые. Крошечные фигурки людей сновали туда-сюда. Даже с такого расстояния было заметно, что обвалившаяся наполовину стена одной из панелек чудом восстановилась. Я достал смартфон, дал на фотокамере максимальное приближение. Да, так и есть, кто-то за несколько минут все отремонтировал.

Покосился на багажник. Нет, самогонку я вчера не пил. И маковые коробочки, на которых она настояна, не при чем.

Машина, выехавшая из массива и торопящаяся ко мне на встречу, затормозила у Тойоты соседа. Из красных жигулей выскочили трое, подбежали к Тундре, понятно что там осмотрели, потом один из них запрыгнул в машину и уехал обратно в город.. Я тоже газанул, подьехал к оставшейся на дороге парочке.

- Что случилось? – как можно нейтральнее, но с ноткой заинтересованности в голосе спросил я.

- Звери людей подрали, - авторитетно заявил невысокий мужичок лет тридцати, в застиранной телогрейке на майку-алкоголичку. – Не дают, суки, отстреливать, вот и шалят.

- Не, бродячие собаки, - авторитетно заявил второй, в такой же практически одежде. –. Расплодилось гнид, раньше-то, при Советской власти, такого не было.

На вид второму было лет под пятьдесят, набухшие мешки под глазами, синюшная кожа в области носа и дрожащие руки отнимали от этой цифры еще минимум десяток лет. Так что СССР он наверняка помнил плохо. Но уверенно и четко.

- Петрович, накрыть бы их надо, - неуверенно предложил первый.

- Не лезь, - второй играл первую скрипку в этой компании. – Щас Серый вернется с мусорами, тронешь чего, они тебя по головке пинками погладят. Слышь, уважаемый, чего за машина это?

- Тойота, - я показал на значок на капоте. – Тундра.

- Китайская? – понимающе кивнул головой Петрович. – Уважаю. Хорошие тачки. Не то что наши развалюхи. У тебя тоже китайская?

- Ага, - не стал я разочаровывать аборигена.

- Ну и как? – похоже, мужика уже не очень интересовали два трупа.

- Ездит потихоньку.

- А то! – важно поднял палец местный ценитель китайского автопрома. – Вещь. О, Санек, смотри, Серый возвращается.

Красный жигуль и вправду решил вернуться. Не один, позади него поднимал пыль полицейский УАЗик.

Лейтенант фотографировал на смартфон место происшествия, а толстый капитан на пассажирском месте кому-то звонил. Потом с трудом слез с высокого порога, несмотря на прохладную погоду.

Хотя нет, не прохладную. Заметно потеплело, и мне в толстовке было немного некомфортно. Жарко. А вот капитану в форменной рубашке – в самый раз.

- Капитан Федоров. Документы предьявляем, - полицейский небрежно изучил мой паспорт, права, на техталон посмотрел гораздо внимательнее. – Японская? Ну-ну. Гриша, чего там?

- Два шифера. Ой, пардон, два трупа, товарищ капитан. Порвал кто-то.

- Это я и сам вижу. Что скажешь?

- Надо в область звонить, пусть следаков присылают.

Капитан вздохнул, достал смартфон, потыкал кнопками.

- Нет сети. С самого утра, - почему-то мне он пожаловался. – У тебя как?

- То же самое, - пожал я плечами, продемонстрировал экран. – Ни сети, ни спутников.

- Вот суки. Пятый раз за месяц отрубают все. Откуда едем?

Назвал деревню, улицу, даже номер дома, капитан внимательно сличил с адресом регистрации.

- На даче был, - уточнил я.

- На даче. Как, говоришь, деревня называется?

- Дудыкино.

- Смешное название, - лейтенант Гриша гоготнул, полез в уазик, что-то там забубнил по местной связи. Вылез. – Достучался до заводского медкабинета. Сейчас оттуда врач приедет, посмотрит.

- А раньше не мог сообразить? – капитан вытер пот со лба, огляделся, словно новые улики искал. – Значит так, Георгий Алексеевич Мальцев, с нами поедешь. Связи нет, хорошо хоть своя ТЭЦ у завода осталась, а тут еще жмуры эти. Давай, забирайся в свою красивую машину, сейчас по улице проедешь до четвертого дома, там направо повернешь и во дворе наш опорный пункт. Там припаркуйся и подожди, я медиков дождусь и подьеду. Надо будет с тебя показания снять.

- Да я случайно тут проезжал, - попытался отвертеться.

- Случайно, не случайно, так положено. Номера я твои переписал, так что лучше подожди нас. Нужно разьяснить последствия неподчинения сотруднику полиции?

- Нет, все понял и осознаю, - я примирительно улыбнулся, залез в машину и аккуратно обьехал место преступления.

На центральной улице народу было немного, а вот во дворах – предостаточно. Люди кучковались, что-то обсуждая, при виде незнакомой машины замолкали, а стоило мне отьехать, возвращались к дебатам. Опорный пункт находился на третьей линии, я не торопился, рассматривая все вокруг. Изменения, произошедшие с поселком, были налицо – обычный провинциальный населенный пункт, с магазинчиками на первых этажах, потрепанными детскими площадками, потрескавшимся асфальтом и крашенными вечнозеленой краской оградами.

Полицейский участок – одноэтажное бетонное здание с решетками на окнах, был необитаем. Похоже, штат его ограничивался моими новыми знакомыми, капитаном и лейтенантом. Я подергал ручку двери. Заперта. Уселся в машину, включил кондиционер – на улице знатно припекало для середины октября. Хорошая июльская погода, ни облачка, солнце шпарит изо всех сил, птиц не видно, а вот коты вылезли из подвалов поваляться на нагретом асфальте.

Куда я попал?

В то, что ради меня тут моментально сменили декорации, и ведущий программы «Розыгрыш» сейчас сидит в кустах, ожидая других участников передачи, я не верил. Надеялся. Пустые надежды – защитная реакция мозга вот на такие события. И ведь рассказать некому, связь не работает, а местные жители, похоже, и не такое видали, вон спокойные какие. Лягут спать, в полночь приедут танки, разнесут тут поселок к какой-то матери, а утром опять будет все бедненько и чистенько.

Капитана я так и не дождался. Зато припрятал ружье понадежнее, есть у меня в машине под запаской не предусмотренное стандартной конструкцией место, кто-то из прежних хозяев озаботился. Может, контрабанду возил, сигареты, помповик туда как родной входил.

На чадящем уазике приехал лейтенант Гриша, отпер навесной замок, провел меня в полуподвальное помещение, усадил на стул, сам сел напротив. Положил перед собой лист бумаги, посмотрел на меня как-то нехорошо.

Задал несколько вопросов, заполняя бланк протокола, поинтересовался, где работаю, с какой целью ехал к ним в поселок. Особенно интересовало лейтенанта, кто видел, что я ехал именно в направлении домов.

Тут я себя мысленно по лбу хлопнул. Вот идиот. Ну да, если я с дачи еду, должен был с другой стороны появиться. Лейтенант на эти нестыковки внимания не обратил. Или сделал вид. Дал расписаться.

- Такое дело, - он встал. – Приказано задержать тебя, пока все не выяснится. У погибшего боевой пистолет нашли, четырех патронов не хватает, а звуков выстрелов никто не слышал. И не видел ничего, словно ниоткуда машина эта появилась. Еще и мост разрушен, только вчера стоял, старый, но так, чтобы за одну ночь, странно!

- Это не я.

Лейтенант с сомнением на меня поглядел.

- Проверим. Так что ты у нас свидетелем проходишь. А связи с областью нет, когда прокурорские приедут, неизвестно, послали за ними ребят, только бы не нажрались по дороге. Переночуешь здесь. Да ты не кривись, камеру даже закрывать не буду, просто задвижку поверну. Захочешь – снимешь. Слушай, у тебя голова не болит? Вонь была жуткая с ночи, горело что-то, в поселке все как мешком бахнутые ходят.

- Есть немного, - признался я. – Слышал, нефтебаза тут неподалеку.

- Химзавод, - лейтенант покачал головой, видимо, одна нестыковка к целому набору особо ничего не добавляла. – Травят людей регулярно, но вот такого не было никогда. Давай, проходи.

И он махнул рукой на обезьянник.

Монументальное такое сооружение, глубиной метров шесть, с трех сторон бетон, а лицевая сторона из швеллеров сварена и арматуры двадцатой. Яркая лампа под потолком прямо перед входом, и полумрак в дальних углах.

- Бывший начальник наш, - поймав мой взгляд, пояснил лейтенант. – Его в область перевели год назад, а перед этим вот такое соорудил, деньги оставались на конец года, потратить-то не на что. Не зарплату же сотрудникам поднять. Вот он шурина своего с металлобазы и сосватал.

Я подергал прутья – сдвоенные швеллеры шли с шагом в сорок сантиметров, арматурины двадцатка были пропущены насквозь через отверстия. Расстояние между прутьями было не больше ладони, из такой клетки не убежишь. На двери прутья шли вертикально через уголки, где-то на уровне груди была щель сантиметров в сорок, концы арматурин зачем-то заточили.

Лейтенант, как и обещал, дверь запирать не стал – повернул ручку несколько раз, стальные стержни в полостях швеллеров ушли в бетон и в стороны, в принципе, открыться можно было и изнутри, если аккуратно, не поцарапавшись об острые концы разрыва решетки, просунуть руку. Под внимательным взглядом лейтенанта открыл клетку, а потом закрыл.

Гриша махнул рукой, вышел, заперев за собой дверь в полуподвал. Странно все это. Документы не отобрали, ключи оставили.

В обезьяннике был свой санузел – занавешенный тряпкой унитаз с раковиной сверху, и деревянная скамейка с поролоновым матрасом, с виду – почти новым, вроде ничем не пахло от этого великолепия, так что я прямо в одежде и обуви улегся на тюремное ложе, прикрыл глаза.

Гриша вернулся через минут десять, я еще заснуть не успел.

Пошутил, мол, что я уже тут обживаюсь и потом не выгонишь, оставил бутылку воды, пачку печенья и пару шоколадных батончиков, деньги за сухпаек, помявшись для виду, взял, и снова бросил меня одного.

Голова побаливала, но уже гораздо меньше. Хуже, что начало немного подташнивать, не до рвоты, а словно жирного объелся, вода не помогала, тут хорошо бы чего-нибудь кисленького. Но – чего нет, того нет, так что просто лег на скамейку, положив руку под голову, и уснул.

Проснулся от негромких, но неприятных звуков.

Капитан сидел за столом, пил и закусывал. Перед ним лежала газета с нарезанным салом, кусками черного хлеба и надкусанным соленым огурцом, наполовину пустая, или полная, смотря как считать, бутылка водки стояла на самом краю стола.

Я сел на край скамейки, повращал шеей – мышцы совсем затекли. Голова, будь она неладна, так и не перестала болеть, от вида шпика с жирными блестками хотелось блевать.

- Эй, - позвал я капитана, - товарищ Федоров, долго мне тут еще сидеть?

Капитан что-то неразборчиво пробормотал, запихнул в рот кусок сала, запил водкой прямо из горла, закашлялся. Подошел к двери в клетку, ухватился за прутья руками, потянул на себя. Замычал.

Налитые кровью глаза, совершенно бессмысленный взгляд – тут одной бутылкой явно не ограничилось, бухал этот кэп конкретно и видимо давно. Сколько же я спал?

Судя по смартфону, почти разряженному – часов двадцать. Ого!

Капитан меж тем не оставлял попыток открыть камеру. Или выпустить хотел, или полицейским произволом заняться, не знаю. Дверь не поддавалась, а ручку он крутить отказывался. Я, по понятным причинам, помогать не стал, ну их, этих алкашей, как нальют зенки, такое выделывают, лучше подальше держаться. Отошел подальше от мычащего представителя закона.

В поселке что-то происходило. Через лестничный проем сверху доносились звуки ломающихся конструкций, чьи-то вопли, скрежет, внезапно в здание участка что-то вьехало, судя по силе удара – не меньше чем Камаз, стены слегка тряхнуло. Я даже порадовался, что нахожусь в тюрьме. Утренняя поездка по главной улице давала приблизительное представление о том, что творилось снаружи. И я такой красивый посреди безумия бодрствую. Или сплю?

Нет, на глаз нажал, веко оттянул, за ногу ущипнул, - на сон это не похоже.

В дурке?

Когда это произошло?

Может, когда в кафе сидел? От тамошней котлеты и головная боль, и тошнота, и помутнение рассудка вполне могли случиться. Но все равно, слишком яркие впечатления для сумасшедшего. Да, мозг может достраивать получаемую извне информацию, дополнять по своему безумному сценарию, но не до такой же степени. Или до такой?

Вообще, этим вопросом мне надо было раньше озаботиться, когда к машине дяди Саши подъехал. Нет, когда в этот странный поселок заехал. Осознал себя психом, и сейчас ел бы макароны в психушной столовой, или где я там нахожусь.

Раз я понимаю, что псих, значит, я не псих. Как это называется? Дилемма, оксюморон? Самое время вспомнить грамматику и философию, обстановка располагает.

На всякий случай позвал.

- Доктор, я пришел в себя. Ау!

Нет, никого не было. Ни санитаров в белых халатах, которых я бы сейчас обнял, как родных, ни доброго доктора с козлиной бородкой и слегка безумным взглядом – психиатры сами отчасти психи, такая у них профессиональная деформация. Ни даже медсестры со шприцом. Только обдолбанный полицейский, так и не сумевший открыть дверь и решивший с горя решетку погрызть.

Он ее натурально закусил! Раздался тихий треск, осколки зубов посыпались изо рта капитана. От кровавой улыбки я чуть было не забился под скамейку. И кто тут псих!

Наверху скрипнула дверь, послышались шаги. Кто-то тяжело спускался вниз.

Кто бы это ни был, стопудово – мой спаситель.

В свете свисавшей с потолка лампы показался лейтенант Гриша. Выглядел он странно, как бы не похуже своего начальника. Один рукав форменной рубашки был оторван, сама она – перепачкана в чем-то буром, не хотелось думать, что в крови. На месте одного уха было какое-то месиво из запекшейся крови, выдранного мяса и волос. Шаркающей походкой младший полицейский подошел к старшему.

И вцепился зубами ему в горло.

Капитан завыл, замахал руками, отталкивая подчиненного, оставил наконец прутья двери в покое, но силы были явно неравные. Я даже захихикал нервно про себя, нефиг было железки грызть.

Зомби Гриша победил. Поднатужившись, он оторвал Федорову голову и сейчас с довольным урчанием рукой выгребал из черепа внутренности. Безголовое тело капитана валялось рядом. Не обращая на меня внимания, полицейский засовывал в рот одну горсть содержимого за другой, причмокивая, выдавил изнутри глаз и раскусил его. Глазное яблоко лопнуло, жидкость брызнула в разные стороны.

Меня наконец вырвало, запоздалая реакция на происходящее. Нахлынуло чувство страха, руки затряслись, я привалился к бетонной стене, чувствуя, как силы утекают прямо в пол. Вместе с содержимым мочевого пузыря. То, что я еще как-то мог контролировать свой разум, вообще казалось чудом.

Гриша оторвал руку безголовому, с, как мне показалось, сомнением поглядел на нее, потом на меня. Потянулся к ручке двери, подергал. Попытался повернуть, но перепутал с направлением. Дернул еще раз, засунул руки в промежутки между прутьями и потянулся ко мне. Холодный свет люминесцентного светильника падал прямо на кровавый оскал. Довольное урчание сменилось низким хрипом. Мне показалось, или дверь немного поддалась?

Глава 3

3. Неизвестно где, * октября (?)

- Руки коротки, - проворчал я, немного стыдясь своего страха. Мощная клетка, спасибо коррупционеру-полицейскому, давала чувство защищенности. Еще бы барахтающийся у двери в клетку зомби не прекращал попыток меня достать. Чем ему капитан не понравился? Толстенький, уже разделанный, лежит вон рядом, жри – не хочу.

Зомби хотел меня. Сильно, со всей страстью трупной души, вот уже полчаса пытался с прутьями что-то сделать. Я настолько осмелел, что подошел поближе – и совершенно напрасно. От мертвого лейтенанта несло целым букетом отвратительных запахов – дерьма, крови, гнили и еще чего-то. Перепачканные руки с толстыми коричневыми ногтями совершали хватательные движения. При моем приближении ходячий ужас оживился, стал сучить ногами, словно бежал, руки задергались сильнее. Левая рука насадилась на заостренный конец арматурины, зомбак вытащил ее обратно, словно ничего не произошло. Даже кровь не потекла из дыры, только чуток какой-то коричневой жижи.

Я периодически, раз в несколько минут, подходил метра на два, зажимая нос – только чтобы понаблюдать, как мертвый Гриша дергается. А чем еще развлечься? По любому, мне отсюда выход только через решетку, вступать в прямую схватку с зомби я не решусь, голову своему начальству он оторвал почти шутя. Вот на сколько его хватит? Вообще, физиология обьясняет движения трупов после смерти, что-то там усыхает, и конечности непроизвольно дергаются. А вот для таких целенаправленных действий должна протекать высшая нервная активность, значит, что-то в мозгу у этого людоеда еще осталось. Но на мои слова, увещевания, просьбы Гриша не реагировал – тупо сжимал и разжимал пальцы, когда я отходил подальше, и оживлялся, с оскалами, урчанием, хрипами и шарканьем ног, стоило мне подойти. За полчаса активность бывшего, надеюсь, полицейского стала поменьше, если взять линейную зависимость, то хватит его на несколько часов. А меня – пока вода не закончится, благо, из крана она пока текла, и в бачке унитаза тоже несколько литров было, это если НЗ в бутылке не считать. С едой хуже, это вон зомби себе запас оставил, а у меня один батончик и пачка печенья.

Внезапно наверху что-то зашуршало, и по лестнице скатился вниз пушистый комок.

Гриша отлип от двери, крутанулся на правой ноге и неловко бросился на пол, прямо на неожиданного гостя.

Во всех фильмах зомби – тупые, медлительные создания, бродящие большими толпами по улицам. Чтобы от них убежать, особого таланта не надо. Гриша был, видимо, следующей ступенью зомби-эволюции, кота он почти поймал, хватанул огрубевшими ладонями прямо за хвост. Рыжий дворовый кошак по-человечьи взвизгнул, рванулся и протиснулся между прутьями прямо ко мне в клетку, запрыгнул на скамейку, выгнул спину колесом и зашипел.

Я на всякий случай отодвинулся в дальний угол. Зомби-человек – это страшно, но между нами непреодолимая для него преграда. Зомби-кошак – уже здесь, верткий, с когтями, зубами и кучей бактерий на этих когтях и зубах.

Но пока кот на меня внимания не обращал, угрожая издали Грише шипением и оскалом клыков. А вот Гриша заметно оживился. Он чуть ли не повис на прутьях, стараясь как можно дальше просунуть свои ручонки, нервно дергался, урчал, если чуть добавить воображения, можно было бы даже представить, что он улыбался. Воспринимая арматурины как досадную, но несущественную помеху, лейтенант начал биться о них головой. Ошметки кожи с волосами болтались на белом черепе, с каждым ударом их становилось больше, кусок брови вместе с мясом оторвался и шлепнулся на пол, но зомби было на это наплевать, не знаю, чем его так кот возбудил – видя, что плотный контакт с решеткой не дает результата, Гриша решил взять преграду с разбега. Он отходил к противоположной стене, ускорялся и впечатывался в прутья. Раз за разом.

Я бы устал через минуту. А через две потребовалась бы медицинская помощь где-нибудь в отделении реанимации. Но бывший лейтенант был неутомим, словно батарейка вечная в нем стояла. Разбегался и бился, еще и еще. Почти час без перерывов. Разбитое в лепешку лицо, вытекший глаз, разорванные кисти рук – все это не смущало настойчивого мертвеца. Уже и кот успокоился, обследовал камеру на предмет пожрать и улегся на матрас вылизываться и вычесывать блох, я почти задремал, сидя в углу, головная боль практически прошла, равно как и тошнота – мерные удары в решетку усыпляли, страха не было, происходящее казалось какой-то компьютерной игрой, откуда можно при необходимости выйти.

Внезапно кот навострил уши и шуганул под скамейку. Наверху что-то заскрежетало, и вниз по лестнице слетела вырванная с корнем металлическая дверь. А вслед за ней в полуподвал протиснулось что-то огромное, снеся мимоходом лампочку на стене.

Существо высотой не ниже двух метров было похоже персонаж известной франшизы про инопланетную расу. Мощные конечности, покрытые костяными наростами с шипами, пластины на груди и животе, глубоко посаженные глаза на большой квадратной голове, прикрытые прозрачной пластиной, словно очками, вместо носа – костяная нашлепка. Руки длиннее ног, пальцы заканчивались длинными острыми когтями. Безгубая щель на месте рта, с выступающими клыками. Все уязвимые на теле обычного человека точки у этого чудовища были прикрыты прочными на вид наростами.

Тварь стояла, покачиваясь и явно к чему-то принюхиваясь. При виде нее Гриша захныкал, перестал биться об решетку и даже попытался сбежать, но пришелец небрежно, одним движением, перебил ему хребет, отбросив на стену. Мертвый лейтенант дернулся пару раз и затих. Может помер наконец, а может просто затаился, от этих зомби всего можно ждать.

Хищник наконец определился, подошел к решетке и что-то прохрипел, внимательно глядя на меня. Мне показалось, что вполне разумно. Потом когтем указательного пальца провел по швеллеру. Раздался скрежет, не знаю, появилась ли там царапина, судя по всему – да. Вот теперь стало по-настоящему жутко. Если зомби, несмотря на их кровавые привычки, носили какие-то черты мультяшности, словно не по-настоящему было, то вот теперь меня пробрало аж то печенок.

Тварь оскалила пасть – острые клыки длиной не меньше пяти сантиметров сверкнули в свете лампочки, и дернула дверь.

Швеллеры не поддавались. Они скрипели, кое-где лопнула сварка, но на совесть сделанная решетка первый натиск выстояла.

Руки у твари были длиной метра полтора, в саму решетку пролезли легко, толстая арматура выгнулась, позволяя просунуть конечность практически до плеча. Кот под скамейкой жалобно замяукал, тварь перестала тянуться ко мне, прислушалась. Вытащила руку из решетки, оставив там солидное отверстие, схватилась за раму двери, рвануло. Металл гудел, арматурины и уголки ходили ходуном, если бы они были просто приварены, хищник давно был бы уже в камере. Но пока дверь держалась, из последних сил, наверное.

Люди – твари. Нас надо жрать и жрать. И мне было по-настоящему стыдно, когда я ухватил отчаянно сопротивляющегося кошака за хвост и вытащил из-под скамейки, набросив на него толстовку. Может мне показалось, но пришелец пришел сюда явно не за мной. Прицелился, чтобы выбросить кота как можно ближе к лестнице, авось, успеет убежать. Ну а если нет, еще одна коричневая клякса будет на моем жизненном пути. Кот затих, видимо, понял, к какому подлецу попал в камеру, тварь внезапно тоже перестала корежить металл.

Хищник облизнулся – длинным синим языком, и со скрежетом просунул свою квадратную голову через разрыв в прутьях. Попытался пролезть весь, при ширине дверного пролета в восемьдесят сантиметров это было нереально.

Эх, была не была, я бросился к решетке, выпуская кота, тот, словно понимая, какого подвига от него ждут, просочился через прутья и кинулся вверх по лестнице. Тварь дернулась, практически вырвав дверь из посадочных мест, но внезапно захрипела и осела вниз.

Прошло два часа, прежде чем я решился подойти к застрявшему в двери Хищнику. Дергаться тот перестал уже в первую минуту, руки безвольно свисали вдоль навалившегося на решетку тела. Фактически тварь держали в вертикальном положении только загнувшиеся и впившиеся в шею заостренные арматурины. И если спереди они только чуть углубились в костяные пластины, почти не повредив их, то сзади вошли в уродливый нарост на затылке на десяток сантиметров.

Я по-прежнему был заперт в клетке, отверстие, которое Хищник проделал своей верхней конечностью, выгнув прутья, позволяло просунуть голову, но вот расхожее утверждение о том, что где пролезет голова, там и все тело, почему-то не сработало. Дверь открыть было нереально, навскидку тварь весила никак не меньше двухсот килограммов, и это если с человеком параллель проводить. А может и больше. Осмелев, я попробовал сдвинуть пришельца, но похоже, одна его голова весила больше, чем я сам.

Судя по всему, меня ожидала голодная смерть в подвале. Если раньше от удушья не помру, выбитая наверху дверь кое-какой приток воздуха обеспечивала, но все равно, вонь стояла жуткая. Вонючий мир. Куда я попал, а?

Последний батончик едва заглушил чувство голода. И что самое отвратное – чувствовал я себя отлично. Ясная голова, никакой тошноты, даже колено с разорванным два года назад и кое-как сшитым мениском не болело. Сам не поверил, пока не присел несколько раз. Обидно помирать таким здоровым и бодрым.

Наверху послышался шорох, чьи-то приглушенные шаги. Новые зомби? Гости уже спускались по лестнице.

- Ты смотри, кто у нас тут, - раздался женский голос. Человеческий.

Привлекательная блондинка лет тридцати, с монструозным автоматом, в кожаном прикиде с защитными пластинами и каске на голове, обрадовалась явно не мне. Она показывала рукой на тварь.

- Никак кусач, - ее спутник, высокий лысый мужчина в темных очках, пятнистой одежде и берцах, с киркой в руках, подошел поближе, постучал клювом своего оружия по телу Хищника. – Это кто же тебя так.

- Эй, - позвал я их. На всякий случай. Все лучше, чем просто сидеть и дожидаться, пока загнусь самостоятельно. А так хоть помогут, чего тянуть-то. – Я здесь.

- Мы видим, - женщина помахала мне рукой. – Стой там, где стоишь. Руки на виду.

Мужчина меж тем достал нож и воткнул прямо в затылок твари. На мой взгляд, совершенно бессмысленная процедура, Хищник был мертв, чего добивать-то? Но гости поступали согласно собственной логике, военный вспорол нарост на шее твари и выскребывал содержимое в полиэтиленовый пакет.

- Ну что там? – нетерпеливо спросила женщина.

- Сейчас, погоди. А, вроде все, - мужчина вывалил содержимое пакета на стол, включил чудом оставшуюся в рабочем состоянии настольную лампу, огорченно скривился. – Жемчуга нет. Но матерый, почти рубер. Так, янтарь, горошин раз.. два… пять. Неплохо. А спораны… пять … десять… четырнадцать. Смотри, сам залез в ловушку. Это ты такое придумал?

Он повернулся ко мне. Женщина меж тем сгребла содержимое в три пакетика, убрала в рюкзак.

- Конечно, - не стал скромничать я.

- Шутит, - женщина уселась на угол стола. – Ты кто такой?

- А вы? Не скажете? Ну ладно, Григорий, - представился я.

- Он же Гога, он же Жора, он же Юра, - улыбнулся мужчина. Я люблю своих родителей, но зачем они так меня назвали?! И фильм поэтому старался не смотреть, а сцену, где этого Жору, которого сыграл актер Ардов, разыскивают, просто ненавидел. Всю жизнь преследовала. – Рассказывай, как сюда попал.

- Ехал мимо, из Дудыкино в Москву, трассу ремонтировали, свернул сюда. А потом странности начались. На трассе машину увидел, там у людей рваные раны, кровища, вот полиция меня сюда и закрыла, до приезда областных следаков. Вместо них вы приехали.

- Давай расскажу, а ты поправишь, если что не так, - мужчина подтащил стул, уселся перед решеткой. – Ты ехал, потом почувствовал кислый запах. И обнаружил, что оказался в местах, в которых никогда не был. Сотовый с собой?

- Ага.

- Сотовая связь пропала, спутники не ловятся. Так?

- Абсолютно, - признал я. – Это что, учения какие-то?

- Нет, это жизнь, - отчего-то грустно вздохнул мужчина. – Головная боль, тошнота?

- Была, но прошло все.

- Это хорошо, считай, повезло тебе. Наверное. Стелла, дай ему книжку.

- Надо же, пригодилась, - Стелла залезла в рюкзак, выудила брошюрку, бросила мужчине, а тот – на пол внутрь клетки.

- Читай, она, правда, старая, но в общих чертах все так и есть. Нам тут рассиживаться некогда, вернемся за тобой через несколько часов. Сам отсюда не выходи, наверху опасно. Раз голова не болит, может тебе и действительно повезло, выжил, сутки, говоришь, прошли? Смотри, в этой бутылке, - он забрал у женщины пластиковую полуторалитровую бутылку, бросил к книжке, - живчик, как принимать, прочитаешь. Здесь три спорана растворено, практически концентрат. Разбавляй водой, один к пяти. Если вправду все хорошо, останешься человеком. Верить или не верить в то, что написано – твое право, но я бы на твоем месте поверил и очень внимательно все изучил.

- Карантин – три дня, - недовольно проговорила женщина.

- Да ты на него посмотри, разговаривает членораздельно, соображает, головной боли нет, даже ломки нет, может, температуру хочешь ему померять?

- Засунуть в задницу градусник?

- Эй, - возмутился я, - себе засунь. Спасибо, конечно, что развлекли меня разговорами и книжку дали почитать, но вообще – что происходит?

- Дерзкий, не люблю таких, - Стелла наставила на меня автомат, потом резко повела дулом вниз. – Ладно, живи, новичков убивать – грех. Кукиш, ты ему имя сам дашь? Или потерпишь, пока он все-таки в мертвяка переродится?

- Да, чего тут особо думать, - мужчина, совершенно не обидевшийся на прозвище, достал из рюкзака сверток, - будешь Шутником. Нет, лучше Батом.

- Кем? – переспросил я.

- Кем надо. Теперь это погоняло твое, читай, просвещайся, вот тут жрачка кое-какая, после этого дела есть всегда хочется. А мы придем, если вопросы будут – задашь. В институте учился?

- Да.

- Ну вот считай, что у тебя семинар. Читаешь, есть вопросы – задаешь. Вопрос глупый, возвращаешься к чтению. Усек? А мы пойдем, эти кластеры с неравномерной загрузкой иногда просто подарок, конкурентов нет, зараженные редко появляются. Как этот кусач здесь оказался, случайно, наверное. Давай, Бат, сиди тут.

- Вместе с тварью?

Мужчина почесал затылок.

- Слушай, если его прицепить, вездеход потянет?

Стелла пнула носком ботинка Хищника в бок.

- Килограмм двести пятьдесят - триста? Может, от двери все равно придется оттаскивать. Надо попробовать. Эй, Бат, может потерпишь? Такая красота на двери, считай, оберег твой. Детям расскажешь, что такой красавчик к тебе в гости ходил. Но ты у нас недотрога, не дал ему. Или дал? Кукиш, цепляй его, только сначала отрежь все ненужное.

Кукиш сходил наверх, вернулся с цепной пилой. На каком топливе она работала, не знаю, но выхлопов дыма не было, только ошметки плоти летели, пока он отпиливал твари голову и руки. Аккумулятор такое не потянул бы. Потом снова сходил наверх, вернулся с веревкой, перевязал ноги Хищнику, ушел, через некоторое время веревка дернулась, и безголовое безрукое тело поволокло вверх по лестнице.

Все это время женщина насмешливо смотрела на меня. А я – на нее, но больше на сверток с едой, уж очень есть хотелось. Интересно, что там внутри? Не отказался бы от ветчины со свежим огурчиком, картошечки вареной еще хорошо, на худой конец яиц вкрутую. Да что там, все сожру, червяк внутри давно уже превратился в дракона и выедал внутренности под кишечный марш.

- До середины этажа отволок, хорошо, что молодой, небольшой, - вернувшийся Кукиш пинком отбросил отпиленные руки к безголовому капитану. – Бат, еще раз повторю – сиди тут, не высовывайся. Башка этого чудовища тебя от мертвяков защитит, они сюда не сунутся, а вот наверху пропадешь. Оружием пользоваться умеешь?

Я кивнул.

- Держи, - он кинул мне короткий автомат. – Патроны на столе оставим, когда уйдем, зарядишь. Толку от него мало, но хоть что-то. И жди нас, мы вернемся.

- Дождись нас, красавчик, - подмигнула мне Стелла, - надо же, познакомилась с парнем, на которого кусач запал, вот подружки обзавидуются. Чао, милый.

Парочка потопала наверх, а я остался внизу. Снова – в одиночестве. И это меня почти не расстраивало.

Глава 4

4. Улей, день второй. Или третий.

Напор воды стал гораздо слабее, из-под крана она едва текла тонкой струйкой. Наполнил пластиковый стаканчик на две трети, оставил вентиль открытым, вырвав гофру – пусть течет в бачок, хоть какой-то запас воды будет.

Если Кукиш не соврал, и в бутылке действительно три спорана растворено, этого раствора мне хватит на несколько дней. Если не повезет. Если повезет – на месяц, на каждого иммунного живчик действовал индивидуально. Проблема была в том, что вылезти на поверхность мне придется значительно раньше, в оставленном свертке были три банки тушенки, кило орехов и конфеты, тоже с килограмм, на этом пайке можно протянуть недели две. Это обычному человеку. А аппетит у меня вырос, за несколько дней схарчу.

Кукиш со Стеллой так и не вернулись за мной, ни через несколько часов, ни через сутки. А час назад погас свет. На улице, судя по тускло освещенной лестнице, был день, но в темноте сидеть в непроходном помещении жутковато, автомат хоть и давал какую-то моральную поддержку, но, если верить словам местного военного, преимуществ перед тварями у него не было. А раз так, надо выбираться, искать что-то более убойное, и вообще топать отсюда.

Книжку я прочитал несколько раз, сначала – по диагонали, а потом более вдумчиво, возвращаясь к уже изученным страницам.

Картина вырисовывалась безрадостная, за исключением того, что вообще остался жив. Мог бы вот так, как Гриша и его начальник, с обгаженными штанами за людьми бегать, хотя тут я тоже сплоховал. И дальше, если не сожрут и не убьют, вверх по мертвяцкой иерархии, через джампера и бегуна к лотерейщику, потом к топтуну, и там уже до кусача рукой подать. Вот таким красавцем мог бы стать, но организм воспротивился, и, судя по книжке, жизнь моя теперь будет нелегкой и недолгой. Как в классическом постапе – ценности в обмен на патроны. Вишенкой на торте должно было стать какое-то магическое умение, вроде вечной зажигалки на кончике указательного пальца или умения делать фальшивые деньги, точные копии настоящих. Но сколько я не пыжился, ничего не выходило.

После первого глотка разбадяженного живчика меня чуть не вырвало, вкус был премерзкий, но потом ничего, жить захочешь, и не такое выпьешь. Лекарство должно быть противным, чтобы больной почувствовал, как это хреново – болеть. Ну а хроники привыкают ко всему. Под интересное чтиво десятую часть бутылки приговорил, не сказать, что стал себя лучше чувствовать, скорее – морально окреп. Может, вообще гомеопатия, но раз врач сказал «надо», значит надо.

После часа сидения в полутьме я решил все-таки выбираться. Попробовал поднять голову чудовища – в книжке утверждалось, что низшие мертвяки от запаха разбегаются в разные стороны. Я бы тоже от такой вони разбежался. Голова весила килограммов тридцать, с трудом, но нести ее было можно. Оставалось только найти, в чем – просто так тащить в руках противно, помимо вони, она еще и в слизи какой-то была, может это и есть отпугивающий зомби гель, но вот вымазываться в нем, а потом проводить эксперимент, я не стал.

Поднялся наверх, прошелся по почти нетронутому отделению. Только столы были раздолбаны, да шкафы валялись на полу вместе с бумагами, бутылками и прочей необходимой полиции канцелярией. Оружейный сейф был открыт и пуст, куда делся небогатый местный арсенал, не знаю, может, зараженные себе забрали, а может и из людей кто. На карте кластер, в котором находился поселок, цех по ремонту строительной техники и ТЭЦ, был обозначен как нестабильный. А значит, перезагрузка могла случиться и через день, и через год.

На улице было жарко и пустынно. Ну да, чего тут ловить, местные зараженные друг другом закусили, пришлые отведали местных, потом все разошлись по своим делам. За сутки каждый индивидуум должен был определиться, из каких он, лотерейщики и топтуны отьелись, переместились на другое пастбище, бегуны и джамперы сидели в засадах, ждали у моря погоды, этих можно было и пулей остановить, медляки и ползуны при должной осторожности были мне не опасны. Теоретически. А практически все это предстояло узнать на собственной шкуре.

Ведь кто-то стрелял по домам в предыдущий оборот кластера, и явно не из пистолетов.

Осторожно выглянул на улицу. Всё, как и ожидалось - покорёженные машины, выбитые окна и кое-где валяющиеся тела, перевернутые мусорные баки, отдельно стоящие зомби. И лежащие, как там их в книге называли – ползуны? Один такой действительно полз к чьей-то оторванной ноге, подкрепится, встанет на ноги и будет дальше тупо стоять, пока добыча сама не подойдет и не предложит ею пообедать.

Стоянка возле отделения встретила меня раскуроченным уазиком, раздолбанной в хлам Хондой и чудом сохранившейся Тундрой дяди Саши. Только крыло было чуть поцарапано. Пикап – отличная машина, если надо перевезти небольшой груз, но для местных условий так себе. Открытый кузов – шикарное место для нападения, оттуда на движущейся машине очень удобно пробраться в кабину. Но к сожалению, других вариантов не было, аборигены предпочитали продукцию советского автопрома, среди автомобилей преобладала продукция автоваза различной степени дряхлости.

Тихо, чтобы не побеспокоить зомби, я пробрался к своей машине, переключил сигнализацию на беззвучный режим и открыл багажник. Помповик лежал на прежнем месте, в машине было видно что порылись, но так, для вида, запаску никто откручивать не стал. Если бы стали, поняли, что болты фальшивые, все держится на одном центральном. С двенадцатым калибром я почувствовал себя увереннее, картечь на близком расстоянии – это не пуля, которая навылет может пройти, даже если не целиться особо, сносит голову напрочь. Думаю, зомбакам хватит. Сорока зомбакам, если промахиваться не буду.

Метрах в двадцати от стоянки один из мертвяков, покачивающийся на ветру, внезапно повернул ко мне голову и оживился. Заурчал, сделал первый шаг. Тут же урчание подхватили другие, даже ползун, добравшийся до ноги и пытающийся ее обглодать, бросил свое занятие вместе с конечностью и навострился в мою сторону. Медлить было нельзя.

Схватил мешок с картошкой, благо завязан он был на бантик, рванул веревку, перевалил через борт – отличный калиброванный картофель раскатился от машины, ох и жалко продукт. Спрыгнул и с пустым мешком бросился к двери в отделение, скатился вниз по лестнице. Вовремя – какой-то прыткий мертвяк практически догнал меня и сейчас стоял на верхних ступенях, покачиваясь с пятки на носок и не делая попытки спуститься.

Я обшмонал капитана, нашел ключи от машины отставного полковника, с трудом перевалил голову кусача в мешок, взвалил на плечо, огляделся – больше ничего полезного в КПЗ не оставалось. И двинулся по лестнице вверх. С каждым моим шагом бегун отходил назад, и когда я поднялся наверх, он уже стоял практически у выхода. За дверью, переминаясь с ноги на ногу, ждали еще несколько.

До машины мы дошли вместе – я с мешком и пять бегунов. Остальные зараженные, оказавшиеся на моем пути и не столь проворные, изо всех сил пытались убраться с дороги. Особенно не повезло ползуну, когда между нами оставалось два метра, он оставил попытки слинять и жалобно завыл.

Была у дяди Сашиной машины одна особенность, которой я воспользовался, предварительно очистив кузов от продовольствия и прочего барахла. Отвинтил кронштейны на боковых бортах, нажал кнопку на пульте сигнализации – встроенный багажник поднялся на пневмолифтах, образуя второй этаж, опирающийся одним концом на кабину. Зафиксировал крепления, забрался наверх и как смог закрепил голову кусача. Потом оглядел остатки богатства – деревенские овощи, одежда, телевизор в коробке. Вот картошку я, пожалуй, возьму, можно ей будет завалить заднюю стенку кабины, просто так, с наскока, не доберешься. Из своей машины переложил запаску, коробку с выпивкой и аптечку. Хоть и написано в мануале по здешнему миру, что болеть мне не придется, все равно, лекарства есть лекарства. Могут и понадобиться. Переоделся – подванивавшие страхом штаны выбросил, благо сменная одежда была с собой. И влажные салфетки. Надеюсь, своим голым задом я моральную травму мертвякам не нанес, и жаловаться своему пахану-элитнику на это они не побегут.

Стеллу и Кукиша я нашел на выезде из поселка. Перевернутый вездеход с вырванным люком, бороздами от какого-то очень острого и твердого предмета на бортах, с выдавленными стеклами-иллюминаторами и разбросанным хабаром. Лепешка со светлыми волосами, очевидно, принадлежала женщине, а вот Кукиш сохранился неплохо – только внутренностей в животе не было, и одной ноги. Кто это сотворил, не знаю, тварей местных я только большей частью на картинках видел, но то, что здесь произошло, впечатлило. Наверняка у ребят было что-то ценное, но ковыряться в их вещах не стал, считай, они мне дважды жизнь спасли. Первый – когда книжку оставили и живчик, без этого я бы уже давно зомбям на обед пошел, и второй вот тут, мертвяк, который это сотворил с вездеходом, однозначно посильнее моего кусача был. И окажись я в компании этой пары, тоже не выжил бы.

Поднял только местный вариант кирки с клювом на конце, бросил в кузов. Вот такое наследство. Возможно, со временем нарост интеллигентности смоет местной реальностью, и я буду копаться в вещах умерших людей безо всякого смущения, но пока что-то меня останавливало. Это важно – не терять связь с тем человеком, которым ты еще недавно был. Даже затылок себе потрогал, не растет ли там чего, что такие вот философские мысли рождает.

Метрвяки местные все так же опасались подходить ко мне близко, хотя и сократили расстояние. До пятнадцати метров. То ли феромоны кусача потихоньку улетучивались, то ли привыкли уже, а как еда я был гораздо привлекательнее их коллег. Спросить было некого. Развернулся, и поехал обратно.

Тундра на низких оборотах тихо урчала, бегуны давно отстали, только двое особо прытких бежали метрах в ста. У предпоследнего дома свернул направо, там вроде была еще одна дорога. И покатил по раздолбанному асфальту.

Поселок быстро закончился. По обеим бокам дороги раскинулись поля, поросшие травой, через три километра машина подпрыгнула, пересекая границу между кластерами, и перекатилась на дорогу из бетонных плит. Пришлось еще сбавить скорость, Тойоту трясло на каждом выступе, голова кусача била по багажнику, мешки с картошкой разбросало по бортам. Когда справа от меня появилась заправка, я решил, что пора бы и передохнуть. И заправиться заодно, дядя Саша хоть и залил полный бак перед выездом, но лишнего бензина здесь нет.

Оказалось, что я не все знаю о заправках. Например – что без света и персонала они не работают.

Крыша автозаправки служила отличной обзорной площадкой. Кто-то озаботился – построил себе второй этаж, жилой, сейчас пустующий. И покрыл здание плоской крышей, для гидроизоляции застеленной рубероидом. Рубероид давно потрескался, вода беспрепятственно шла через бетон на второй этаж, заросший плесенью, и даже просочилась на первый, который сверкал пустотой и битым стеклом, но зато с высоты в шесть метров можно было обозревать окрестности. Спасибо за бинокль дяде Саше, пусть местная земля ему будет пухом.

На севере от меня находился жилой микрорайон, откуда я и приехал. Поля на западе и востоке перемежались лесными массивами, в лес я только за грибами ходил, на машине там особо не поездишь, так что этот вариант пока отпадал. Хотя в километре примерно эту дорогу пересекала другая, уходившая как раз за поля и леса. Доеду до перекрестка, огляжусь, может и поеду туда.

На юге виднелся комплекс каких-то зданий, то ли дом отдыха, то ли база какая-то, а может даже стаб, о которых в книжке было написано, будто там люди годами живут и чувствуют себя спокойно и защищенно. С трудом верилось, но все же посмотреть стоило. Торговлей я заняться не смогу, нечем торговать, как боец я пока бесполезен, но вдруг, как обещает книжка, во мне какой-нибудь ценный дар запрятан. А первая консультация бесплатно, чего не провериться.

Как стоял, так и упал. По дороге бежала очередная тварь. Огромный, больше кусача на треть монстр с мощными броневыми пластинами в сопровождении тварей помельче и со свитой всякой мелочи вроде лотерейщиков и топтунов промчался в ста метрах от меня. Я осторожно выглянул за бортик крыши и облегченно вздохнул – головы кусача на багажнике не было, видимо, отвалилась какое-то время назад. Пустой мешок еле держался на одной веревочке. Что ни делается, все к лучшему.

Словно услышав мои мысли, монстр притормозил, высматривая что-то. Скользнул взглядом по заправке, отвернулся было, но дернулся и снова посмотрел в мою сторону. Чувствует он меня, что ли?

Наверное, это все-таки рубер. Как там говорили про моего кусача Кукиш со Стеллой? Матерый? А этот побольше будет. Будем считать, что молодой еще, рубер-новичок. Так спокойнее, чем меньше опасность, тем и страх меньше.

Рубер не двигался, глядя на заправку. Его свита тихо урчала, может, льстили безбожно предводителю, а может песни пели о нелегкой жизни зомби, кто их там разберет. Я пытался слиться с ландшафтом, приговаривая – «нет меня, нет меня», но не помогало, ситуация практически накалилась. Рубер сделал первый шаг ко мне.

Помощь пришла, как говорится, откуда не ждали.

Из-за леса выехала колонна машин – впереди монструозного вида броневик, в обварке из швеллеров, с пулеметом на башенке и мощными колесами. Следом за ним – четыре бензовоза в сопровождении такого же броневика, и три машинки помельче, тоже с защитой, переделанные под местные условия из грузовиков. В бинокль было видно, как колонна, доехав до перекрестка, притормозила, основная часть конвоя умчалась направо, на юг, а две машины повернули в мою сторону.

Рубер переминался, глядя на приближающуюся опасность. Потом, вроде как поразмыслив, если вообще интеллект у этих тварей есть, а скорее всего, вспомнив предыдущий опыт, развернулся и понесся обратно к микрорайону. Свита поспешила за ним.

Если самые продвинутые твари еще кое-как выдерживали темп предводителя, то большая часть безнадежно отстала. Почти сотня зараженных растянулась по дорожному полотну, не пытаясь скрыться в придорожных зарослях, и становилась легкой добычей для преследователей.

Лобовое стекло передней машины откинулось вперед, и раздались короткие очереди. Пули косили зараженных направо и налево, тех, кто оставался на ногах, давили колесами, экипаж второй машины добивал выживших.

Преследователи промчались мимо меня, не остановившись. Ну да, чего им тут ловить-то? Машину я за домиком поставил, ее может и видно, но по сравнению с убегающим возможным носителем жемчужины, которым в брошюрке было отведено несколько страниц, это не добыча. Если за горошину давали пятьдесят споранов, то за красный или черный шарик – неизвестно сколько. Не было такой информации, про патроны, оружие – был листок с примерными ценами, а вот про настоящие ценности – не было.

Рубер бегал куда быстрее грузовиков, думаю, километров сто-сто двадцать он дал, так что давно уже спрятался в поселке с частью отставших последователей. Машины преследователей скрылись за домами, звуки стрельбы не смолкали. В стрекотание автоматов или пулеметов вклинились разрывы, игра пошла по-крупному. Опять от поселка руины останутся, незавидная судьба у этого кластера.

Преследователи веселились среди домов не меньше часа. За это время я успел глотнуть живчика, сьесть последнюю банку тушенки и распечатать консервированные помидоры в собственном соку – Маша их отлично делала. За это я даже помянул ее добрым словом. По одному на каждый помидор. Еще книжку перелистал, там, где про стабы написано, вдруг решу туда заявиться, буду подкован теоретически. Как, что, почем. Картошку продам, консервы домашние. Они, небось, сроду такой роскоши не ели. В супермаркетах-то кроме хамона и икры взять нечего, ага.

Собрался уже спуститься к машине, когда два грузовика выехали из поселка. Ехали медленно, несколько человек шли пешком, осматривая зараженных на предмет новообразований, и периодически наклоняясь, чтобы собрать урожай. Наконец передней машине, видимо, это надоело, в ней остались только водитель и один боец, головной экипаж рванул по дороге. И затормозил прямо рядом с заправкой.

Водитель остался за рулем, а боец, в броннике и шлеме, спрыгнул с подножки, откинул стеклянное забрало и не торопясь подошел к домику заправщика. Поднял голову вверх.

- Эй, - помахал он рукой. – Не запарился там наверху сидеть?

Глава 5

5. Улей, день третий? Стаб Светлый.

- За картошку и закатки дам пять споранов, - Армен, толстый, усатый и волосатый управляющий гостиницы, устало покачал головой, мол, и так одолжение делает, со всякими нищебродами общаясь, а те еще кочевряжутся. – Неделю можешь жить в экономе и кормиться бесплатно, да. Не устраивает – значит, не договорились. Ара, нет?

- Закатки – отдельно, - помидоры мы попробовали, довольное выражение лица местного трактирщика я понаблюдал, - картошку за пять отдам, так и быть. Четыре мешка. Один оставлю, посажу. С мешка еще десять получу, тебе продам. Бизнес.

Армен расхохотался аж до слез, вытер глаза салфеткой.

- Гоша, семь споранов и неделя. Походи, поговори с людьми, продашь дороже – я в обиде не буду.

- Ладно, - я хлопнул рукой по столу, - договорились.

- Вот и хорошо, - пакетик с семью шариками перекочевал ко мне, - машину будешь продавать?

- Пока нет.

- Надумаешь, покупателя найду, да.

Кто бы сомневался. Уже несколько человек подходили, спрашивали, буду ли продавать. Вот только цены на автомобили тут были смешные. Горошина за отличный японский пикап.

Комплекс зданий на юге от заправки оказался стабом с романтичным названием Светлый. Стабом в том смысле, что обновлялся как по часам, раз в три года. За неделю до перезагрузки все население снималось, переезжало в соседний кластер в укрепрайон на месте колонии строгого режима, обнесенный высокой стеной с вышками и тяжелой артиллерией, а потом заселялось обратно, окапываясь неглубоким рвом, заполняя его водой и при необходимости обустраивая новый укрепрайон – тюрьма перезагружалась раз в год, сидело там народу немного – около ста человек, сценарий захвата был отработан. Сначала ждали, когда там никого не останется, потом зачищали – с вертухаями и зэками никому возиться не хотелось, даже с имунными.

Изначально на месте стаба был какой-то профилакторий с названием «Светлый путь», и лет тридцать пять-сорок назад тут еще попадались люди. Но потом в тех мирах, откуда обновлялся кластер, базу отдыха дружно забросили, и хозяевам стаба с каждой перезагрузкой доставались все более обветшалые здания. Несколько зараженных из оставшейся обслуги, появлявшиеся при каждом обновлении, были не в счет. Кластер пришел в запустение, почти обезлюдел, кому интересно каждые три года на руинах селиться. А лет пятнадцать назад что-то поменялось, и те, кто еще оставался, стали обладателями неплохого ресторана с гостиницей, двух строящихся коттеджных поселков, супермаркета, небольшой частной клиники и четырех пятиэтажек. И если в тот, первый цикл еще не все дома были достроены, последние два раза и дороги появились приличные, и даже спортивный центр с барбершопом. Где-то там жили все лучше и лучше, ну и тут не отставали.

Зараженных тоже прибавлялось, но не так чтобы критично. Хозяева стаба смекнули, что процесс должен идти под контролем, отлавливали зараженных, затаскивали их в карантинные бараки – а кто не пойдет, если незнакомые люди на странных, но очень впечатляющих машинах, наведя стволы, предлагают настойчиво? С каждой такой перезагрузки кластер получал до трех-четырех десятков иммунных, остальных, кто не такой удачливый оказался, уничтожали сразу после перерождения. Причем, надо отдать должное хозяевам, живчиком поили всех.

Мертвяки на пустой кластер не нападали, штурмовали укрепрайон. Но то ли местная элита была жидковата, то ли другие места были вкуснее и нажористее, но нападения, судя по рассказам, проходили вяло и без огонька.

Армен был как раз одним из таких иммунных, попавших сюда в последнее обновление. И очень надеялся на следующее – двух одинаковых людей Улей не приветствовал, если одна копия человека получалась иммунной, то другие однозначно заражались. А вот родственников еще можно было спасти. Как с помощью мифической белой жемчужины, так и отпаивая раствором гороха, хоть и без подтверждения научного, но люди верили, что это может помочь. Бывший хозяин гостиницы тут был всего лишь управляющим, но это его не смущало.

Ребята, обнаружившие меня на заправке, в сущности ничего плохого мне не сделали. Наоборот, только хорошее - усадили в мою собственную машину, отконвоировали в Светлый, даже дали несколько советов напоследок. Например, в первую очередь сходить к ментату – местной органической системе идентификации. Во избежание недопонимания, вдруг я какой преступник, и разгуливаю свободно. А потом – к знахарю местному, провериться на наличие дара. Книжку мою похвалили, мол, хорошая, как художественная литература сойдет.

- Жизнь меняется, - подтвердил их слова ментат, выдавая мне белый с красной полосой силиконовый браслет. – Раньше все так и было, лет двадцать назад, и крестили новичков, и делились с ними последним. Вот и гуляли по свету тысячи Везунчиков, Быстрых, Орлов, Хомяков и прочих. Выживаемость-то никакая была, а сейчас народ приспособился, обустроился, вот и вспомнили, что есть у всех имена и фамилии. Но если тебе это важно, называйся как хочешь. Рейдеры вон верят, их право. Считают, что на них все держится, и в чем-то резон есть. Единственная ценность в этом мире, которую еще никто не придумал, чем заменить – спораны. Не выпил раствор, значит умер. А остальное – все эти легенды, обычаи, приметы, да, действуют, но мы тут изначально мертвы. Каждый день это, считай, тебе от судьбы подарок. Сколько бы ты не прожил, все в плюс. Сегодня мы сидим, разговариваем, а завтра пронесется тут орда с элитниками во главе, и не станет ни нас, ни Светлого. Проникся? Иди, не задерживаю. К знахарю не забудь заглянуть, может и вправду какой дар есть ценный.

- Нет, - знахарь поводил у меня возле затылка ладонью, - никакого дара не чувствую. Ты сколько дней тут? Три? Считай, только появился. Вот месяц пройдет, если не проявится ничего, тогда беда. А пока, если есть возможность, на горох налегай, но без фанатизма. От обычного только кишки раздует, а от этого, местного, и в кваза недолго превратиться, если жрать без счета. Одну-две в день, не больше. Лучше две, так вероятность получить что-то полезное выше. Усек? Ну все, вали. Этот прием бесплатный, следующий – пять споранов. А чего ты хотел? Медицина везде штука дорогая.

- И прибыльная, - не удержался я.

Знахарь только усмехнулся и выставил меня за дверь.

Волчий оскал капитализма разбавлялся местной социальной политикой. Нет споранов на жизнь в гостинице или сьем жилья, иди работай. Не можешь воевать, добывать ценный продукт, в поселении есть множество дел, которые требуют рабочих рук. Сантехники, сварщики, электрики и даже дворники всегда нужны

Так что, получив от Армена семь споранов – месяц-два жизни при экономном расходовании, я сначала выспался, а потом отправился на биржу труда.

Новичков, кроме меня, оказалось еще с десяток. Вслед за рейдом, преследовавшим рубера, в поселок отправился другой, за иммунными. Таких при каждой перезагрузке оказывалось около доли процента, самые любопытные, семейные и глупые сьедались, те, кто поосторожнее и одинокие, сидели по квартирам и имели все шансы дожить до спасательной операции. Вот таких и привезли. Причем одному парню реально повезло – инвалид детства, прикованный к коляске, он уже на второй день встал и пошел. И готов был на любую работу, бесплатно, просто из чувства благодарности.

Процесс распределения работы напоминал сцену из известного фильма, только вместо лейтенанта милиции информацию доносил обычный лист бумаги. Песчаный карьер – три человека, ликероводочный завод на сегодня нарядов не прислал. Иначе говоря, на копку укреплений за споран в два дня требовались те, кто мог управляться с техникой, а мести улицы за два спорана в неделю доверяли всем. Я уж было примерил мысленно на себя фартук, фуражку и рукавицы, как тут мой взгляд упал на предпоследнюю строчку вакансий.

Требовался курьер на собственном автомобиле. Споран в день, бензин за счет города.

- Нужен небольшой грузовичок, шустрый, посылки развозить, что-то из соседнего кластера привезти или туда отвезти, - подтвердил представитель нанимателя, до этого терпеливо разьяснявший выздоровевшему инвалиду, почему тот не сможет работать на грейдере. – Что у тебя, Тундра? Это пикап такой? Нет, маловат будет, иногда длинномеры есть.

- У меня еще багажник, метра четыре длиной, сверху, - выложил я свой козырь.

- Ладно, подгоняй сюда, посмотрим. Если действительно все так, считай, работу получил. С условиями знаком?

- Споран в день плюс бензин? Да.

- Ремонт машины за твой счет, - предупредил кадровик. – А то многие берутся, а потом плачут, что все на запчасти уходит. Обслуживался давно?

- Месяца три назад, - вспомнил я разговор с дядей Сашей.

- Повезло. Если модель популярная, запчасти достать не проблема. А с редкой намучаешься. Но на месяц должно ведь хватить?

- Почему на месяц? – насторожился я.

- Ты не в курсе? Работы эти общественные, которые местная власть оплачивает, они только для новичков и только на месяц, чтобы минимум обеспечить. Ну а дальше исключительно по потребности. Хотя некоторые так и остаются, кто-то даже год держится.

- А потом?

- Суп с котом, - добродушно ответил кадровик. – За машиной сходи, посмотрим, а то может метла – твое привычное орудие труда. Парень ты крепкий, с лопатой отлично смотреться будешь.

Машина требования нанимателя удовлетворила вполне. Особенно навесной багажник – он еще и раздвигался в длину до пяти метров, закрывая сверху практически весь автомобиль, и испытания стальными рельсами выдержал, только амортизаторы на лифтах чуть просели.

- Хорошо, - кадровик похлопал по нагревшейся на солнце двери, - завтра и приступишь. В семь-ноль-ноль подьезжаешь к спорткомплексу, там на первом этаже сидит кладовщик, будешь от него задания получать. Пока по поселению, а как дня через три освоишься, выпустим на межкластерную дорогу. Форменную одежду получишь у него же, и зайди к ментату, пусть браслет тебе обновит, а то с гостевым дальше КПП не уедешь. Сотовый есть? Вышки стоят, связь только вай-фай, но тут больше и не нужно. По нашему кластеру берет уверенно, а в дороге, как отьедешь, тут тебе рация в помощь. Пока на муниципалов работаешь, в пользование дадут, а потом выкупить можешь.

- Тоже у кладовщика?

- У него. Что-то еще хотел?

- Нет, - пожал я плечами, - спасибо, что все растолковали.

- Такая работа. Дальше сам справишься.

Кладовщик, здоровенный детина под два метра ростом и мощными мышцами, недовольно поглядел на часы, потом на меня.

- Семь часов – время выхода на линию, - прогудел он. – А тебе еще переодеваться, инструктаж получать. На первый раз прощу, но завтра в половине седьмого чтобы как штык. Как тебя записали, Георгий Бат? Это хорошо, а то недавно одного спасли, так крестный его, на голову больной, решил парню эльфийское имя дать, хрен выговоришь. А ошибешься – обижается. Педриэль, что ли? Ну что-то похожее, у меня записано. Рабочий график составляешь сам, кроме начала дня, тут строго. В день максимум десять заказов, если внутри кластера, или рейс туда-обратно, если в другой. Ближайший более-менее стабильный в двадцати километрах, так что работка не бей лежачего. Погрузка и разгрузка габаритов не твоя забота, но мелочь всякую, если ее немного, придется потаскать. Элита сюда не суется, рубера последний раз в прошлом году видели, а от остальных отобьешься. Оружие есть?

- Помповик 12 калибр, автомат еще есть, короткоствольный.

- Хорошо. Боеприпасы за счет муниципалов, но особо не наглей, стрелять тут негде. Три коробки патронов я тебе выписываю, одна – разрывные для гладкоствола, и две с обычными для автомата. Получишь на оружейном складе, здесь недалеко. На месяц должно хватить, остальное за свой счет докупишь, рекомендую зажигательными добрать. От мелочёвки отобьешься, а если захочешь на кого покрупнее выйти, пулемет покупай. За свои. Рацию там же, на складе заберешь. Смартфон взял?

Я вытащил телефон. Кладовщик показал, как зайти в местную сеть, дал пароль. Без этого разве что рекламу можно было смотреть, а остальное – три спорана в месяц. За споран помог установить мессенджер для вай-фая, забил там мой идентификатор и список тех, с кем нужно связываться, если что.

- Звони, если будут вопросы. Но по пустякам не беспокой.

Пудовые кулачищи собеседника заставляли отнестись к его словам со всей серьезностью.

Первые три дня, как и обещал кадровик, я гонял исключительно внутри кластера. Возить много чего пришлось – и продукты, и оружие, и почту, и даже ящики с рассадой. На третий день я заметил, что некоторые заказы, которые привез днем раньше, надо было отвезти еще раз, в другое место. Но вопросов глупых задавать не стал, или схема какая хитрая, где любопытство только навредит, или просто не знают, чем меня занять. Зато за это время поселение изучил от и до.

Хотя, чего там изучать – кластер площадью в несколько квадратных километров условно делился на несколько частей, соединенных асфальтовыми дорогами. В северо-восточном углу, примыкающему к кластеру с колонией – гостиница, магазины, спорткомплекс, и многоэтажки, на западе и юге – два коттеджных поселка. И склады с мастерскими на северо-западе, там же и КПП был. Постоянное местное население приближалось к тысяче, и это не считая рейдеров, которых тоже было немало – в полусотне километров отсюда регулярно перегружались несколько кластеров, не слишком щедрых на ништяки, но и не бедных совсем.

Самые приближенные к власти жили в номерах на верхних этажах гостиницы, доступ туда шел отдельным лифтом через охрану, так что, даже проживая там же, я с ними не сталкивался. Те, кто пообеспеченнее, расселились по коттеджам за горошину-полторы в месяц, а победнее или жаднее - в пятиэтажки, переоборудованные в хостелы, места там стоили гораздо дешевле, особенно в уплотненных номерах. Один такой, на четверых, я даже присмотрел, всего споран в месяц за верхнее место на двухъярусной кровати - Армен ясно намекнул, что неделя обязательно закончится, и платить потом мне придется так же, как всем, по два спорана в сутки за обычный номер. Местные, кстати, в гостиницу не селились, а вот рейдеры периодически ее полностью заполняли.

Работа была – не бей лежачего. Каждый рейс занимал минут десять чистого времени, пробок на улицах не было, и хотя на погрузку и разгрузку уходило не меньше часа, таскать тяжести мне не доверяли, сидел в кабине, смотрел местную сеть. Там даже форум был, с темами «Улей уже не тот» и «Вернем старый Стикс». Какой он был, этот старый Стикс, я не знал, но общий фон обсуждения был знаком – новички рассказывали новичкам, как классно было бы жить при прежних порядках и обычаях. И трава была зеленее, и из монстров жемчужины падали, только что не гадили они ими, и злобных муров гоняли кто в гриву, а кто и под хвост, и внешники сидели тихо, боялись нос из своих укрытий высунуть. А теперь все стало плохо и вообще пора валить. Только куда отсюда свалить, никто не знал.

Первые два дня привыкал, приходил ближе к ночи, ужинал и падал в кровать, а на третий, быстренько сделав все десять поездок, освободился почти в пять вечера.

В ресторане гостиницы было шумно, какая-то компания, человек двадцать, не меньше, не стесняясь присутствующих, беседовала в полный голос, и даже громче. Приглядевшись, хотя на зрение теперь жаловаться грех, где мои минус полтора, заметил среди голосящих нетрезвых парней знакомое лицо. Рубик, парень, который меня с крыши слезть заставил. Так-то, спасли меня ребята, если рассудить, лежал бы я на рубероидной крыше в ожидании очередного рубероида. Рубера. А вместо этого сижу сытый почти, довольный и при своем отменном здоровье. Сбегал в номер, достал из коробки две бутылки, прикинул, что на двадцать человек это будет маловато даже понюхать, взял еще три.

- Проставляюсь, - водрузил самогон на стол.

- Это что такое? – грузный мужчина, лысый, с глубоко посаженными глазами, открыл одну бутылку и принюхался. Остальные притихли.

- Я Гоша. Рубик вон меня подобрал.

- Это мы знаем, - лысый махнул рукой, официант принес пустой стакан. – Я про выпивку. Хотя нет, погоди, сам догадаюсь.

Чуть зеленоватая жидкость едва закрыла донышко. Лысый принюхался, чуть покачал стакан, отпил, подержал во рту.

- Не пойму, - через пару секунд сказал он. – Но штука крепкая. Градусов шестьдесят. Багульник? Зверобой? Еще анис чувствуется. На чем настаивал?

- Маковые коробочки, - не стал скрывать я. – Еще с той Земли. Сосед по даче делает. Делал.

- Вещь! – Лысый налил треть стакана, не спеша отхлебывал. – Налетай, ребята. Гоша проставляется.

Вокруг загомонили, бутылки пошли по кругу, пили не спеша, без тостов.

- Зараза, по шарам конкретно бьет, – лысый помотал головой. –. Но спека там точно нет, гений твой сосед. Не перенесся?

- Нет. Я в пути был, когда это произошло.

- В панельном кластере? Да, Рубик говорил. – Тот, услышав свое имя, кивнул, мол, да, виноват. Больше не повторится. - Гоша – это твое настоящее имя, или крестили так?

- Настоящее. Были двое ребят, которые мне живчик оставили.

- А расскажи-ка нам об этом поподробнее, - лысый внимательно на меня посмотрел, положил сжатые кулаки на стол.

Глава 6

6. Улей, месяц первый. Стаб Светлый.

- Стелла с Кукишем рейдеры были неплохие, хоть и себе на уме, - лысый, выслушав мой короткий рассказ и задав несколько уточняющих вопросов, немного расслабился.

- Слышь, Кардан, не врет? – сидящий рядом с ним парень в темных, несмотря на полумрак в помещении, очках, подцепил вилкой пельмешек.

- Нет, правду рассказал, - лысый Кардан легонько хлопнул ладонью по столу. – Вы ведь там их видели, да? А всего-то надо было новенькому трофеи оставить, Улей – он такой, не прощает. У нас тут тоже умники есть, в стабе, считают, что все это хрень собачья.

- Нет? – осторожно поинтересовался я.

- Ну если на попе ровно сидеть за укреплениями, может и пронесет. А стоит в неспокойные места выехать, вот там все и проявится. Дар не открылся еще?

- Нет. Лекарь местный говорит, месяц надо ждать.

Кардан призадумался, наклонился ко мне поближе.

- Бат, я скажу, а ты запомни. Если лепила недели через три у тебя ничего не найдет, найди меня или вон Рубика. Вопросы не задавай, проявится дар, и спрашивать ничего не надо будет. А горошины и спораны твои, которые из кусача, мои ребята нашли. Но это их трофей, тебе они ничего не должны.

- Я и не претендую, - пожал плечами. – Жизнь – она дороже всяких этих шариков.

- Это ты сейчас так думаешь, - лысый улыбнулся, - а как в рейд пойдешь, передумаешь. Если бы не спораны, горох и жемчуг, не было бы ни этого стаба, ни вообще никого. То, что тебе тут как новенькому платят, оно ведь не из воздуха берется. Парни, рискуя жизнью, привозят. Вот и покумекай.

Я было еще за выпивкой дернулся, но Кардан остановил, мол, хватит. В принципе, логично, спиртное иммунных и так плохо берет, кратковременно, чего зря продукт переводить. Посидел еще с ребятами недолго, для приличия, а потом к себе ушел, у них свои дела, для посторонних лишние, у меня свои. Правильно решил, судя по тому, что никто меня не задерживал.

- Распишись здесь, - кладовщик выдал мне маршрутный лист. – Туда повезешь почту и запчасти, обратно – электрооборудование. Смотри, чтобы по накладным все сходилось. Ящики вскрывать не надо, проверяй пломбы. Сорвана – просто не бери, вычеркивай из накладной. Понял?

- Ага, - груз небольшой, не то бы в трак загрузили и погнали, но для экономии топлива и обеспечения работой новичка Тойота тоже сойдет. – Смотри, тут край кластера заштрихован. Что это значит?

Кладовщик поморщился.

- Гоша, он же Гога. Ты карту скачал из сети? Все отметки там есть. Маршрутный лист для бабулек с кнопочными телефонами, и на случай, если смартфон сдохнет. Ставишь навигацию по вышкам сотовой связи, ничего сложного. Не знал, что здесь сотовая тоже работает? Не для тебя, чудак-человек, для тех, кто повыше нас сидит. Но навигацию обеспечивает и для таких дармоедов, как ты. Понятно?

Я кивнул.

- Карты закачал уже? Нет этого участка? Ладно, заштрихован, значит рядом черный кластер, и сотовая связь здесь не берет. Вроде неделю назад появился, еще не успели обновить. Вот такие же дармоеды сидят, дома ничего не делали, и тут стараются навыки не потерять. Через каждые три километра отмечай точками на листе, где находишься, связь с вышкой пропадет, будет шанс доехать. Кисляк, мертвяки – инструкцию читал? Молодец. Невнимательно прочитал, тебе же хуже будет.

- Ты говорил третьего дня, двадцать километров. А тут все пятьдесят.

- Ну так это ближайший кластер в двадцати, а тот – рядом с железкой, основной груз сразу разбирают, а что остается – дозаказываем. Если ты не хочешь, может мне фуру туда послать, или самому съездить? Давай ключи, чего там. Отдохнешь пока.

- Ладно, ладно, понял я, - примирительно поднял ладони. – Но и ты посуди, я в своей жизни только по банкам стрелял, а тут одному, без сопровождения.

- Не ссы, места спокойные, ближайшая перезагрузка не раньше, чем через две недели, и то до нас не доберутся, - успокоил меня кладовщик. – Груз ценный, если что случится, сразу на рации жми красную кнопку. Ну а если нападет топтун или кусач, ногу вперед выставляй. Пока он ее жевать будет, успеешь доложиться. Да шучу я, шучу. Не успеешь. Да, ты же главного не знаешь.

По виду кладовщика я понял, что бесплатный цирк все еще дает представление.

- Тебе за сложность рейса надбавка положена. Два спорана получишь. Если вернешься.

Детина захохотал. Так и хотелось сказать ему, мол, давай, ружье возьми и иди бегуна подстрели. Посмотрим, кто из вас быстрее бегает. И кто кого первый догонит.

А что, и сказал. Кладовщик побагровел, кулаки сжались, лицо стало недобрым и взгляд такой злой, нехороший, ну а дальше не знаю, ушел.

Груз мне кое-как запихнули в машину мои старые знакомые с биржи труда. Инвалид у них бригадиром стал, только командовал. Так себе руководил, больше мешал. Так что я самолично проверил крепления, выровнял коробки, прижал сверху багажником, уточнив, нет ли хрустальных ваз и богемского стекла. Работяги – они любят незамысловатые шутки. На выезде из стаба махнул браслетом с зеленой полосой над планшетом охраны, сеть ловилась на пять делений, солнце светило прямо в правый глаз. Вроде все.

- Эй, погоди, - вдруг замахал мне охранник, - ты ведь в Кантемировск едешь?

- Нет, в Полесье.

- Ну это по пути. Надо человека отвезти, захватишь с собой?

- Да, - кивнул я. – Только если это будет хорошо вооруженный боец в бронескафандре с минометом и запасным дроном-штурмовиком. Эй, да шучу я, от кладовщика в спорткомплексе заразился. Конечно возьму.

- Хорошо, - выдохнул охранник. – А то я решил, что ты совсем дурачок. Вон твой пассажир.

По выложенной брусчаткой дорожке к КПП бежал невысокий светловолосый парнишка лет семнадцати-восемнадцати, со смуглым лицом, от чего волосы казались крашенными, в оранжевых кроссовках, ветровке и рюкзачком. Похлопал часового по плечу, открыл дверь, легко вскочил в машину, на рюкзачке был нарисован Соник.

- Шеф, до Кантемировска подбросишь? - старательно пробасил он и белозубо улыбнулся.

- Нет, без детского сидения не повезу, - парировал я. Грубовато, может зря так.

Но парнишка не обиделся.

- У меня все гаишники куплены, а если будут придираться – скребберам скормим.

По напрягшемуся лицу охранника, прислушивавшегося к разговору, я понял, что тема скользкая, но парнишке все было ни по чем.

- Трогай, шеф, - распорядился он и засмеялся.

И я тронул. Осторожно, может попутчик веселый, а может – чокнутый, смех без причины известно, что.

- Я – Соник, - представился парень, стоило нам отьехать метров на триста от шлагбаума.

- Гоша, - кивнул я головой. – Гоша Бат.

- Бат – это от слова английского? – невинно поинтересовался попутчик. – Попа? Или летучая мышь?

Блин. А ведь точно.

- Нет, это вроде как от фамилии Баталов, актер такой, который Гошу играл в фильме известном советском.

- Каком? Не, не смотрел такой. Я думал – от Бетмэна. Но ты вроде на Тайлера Хенклина не похож совсем.

- Бетмэна Бен Аффлек играл, - я обьехал булыжник и попал колесом в выбоину. Мы оба подпрыгнули на сидениях. – Тут, как я понял, все из разных миров, как в теории о параллельных вселенных.

- Вселенная одна, - парень вдруг стал серьезным. – Распараллеливание возможно только на ограниченном участке пространства с высоким гравитационным сопряжением и низкой проницаемостью поля, при наличии центра сингулярности. Например, в отдельной галактике с массивной черной дырой в центре, или в отдельной звездной системе, но там свои сложности. - Соник улыбнулся, превращаясь в прежнего раздолбая. - Это я в книжке одной прочитал, ну в сети. Говорят, где-то на востоке есть университет, хочу туда попасть, не все же с пулялками за бывшими людьми бегать. О, смотри, бегун, молодой еще.

Он показал на спешащего в попутном направлении зомби. До чучела в остатках спортивного костюма было метров двести. Пока я размышлял, что делать, парень вытащил из рюкзачка пистолет с длинным дулом, высунул руку в открытое окошко и выстрелил. Беззвучно, но бегун рухнул как подкошенный.

- Гоша, притормози, - попросил стрелок. – Хоть пару споранов, да найдем в нем. Не повезло, что он один, обычно по двое-трое держатся. Из машины не вылезай, а то мало ли что.

Я и не вылезал, пока парнишка, достав нож, разрезал споровый мешок на затылке бегуна.

- Прямо в затылок попал, - похвастался он, залезая обратно. Раскрыл ладонь, - четыре штуки. Два твоих, два моих. Бери, не стесняйся, мы же команда, добыча – пополам.

- Слушай, Соник, не обижайся, - я тронулся, объезжая труп давно умершей женщины, - сколько тебе лет?

- Двадцать два, - легко ответил парнишка. – Чего тут обижаться-то? Ты ведь свежий, да? Когда долго тут проживешь, станешь моложе, а те, кто рождается здесь, вообще дальше полового созревания не идут, подростками остаются. Да это в книжке твоей есть, только у тебя старая версия, наверное у тех, кто подарил, лет десять в рюкзаке валялась. Сейчас другие вышли, в сети можно скачать. Какой у тебя номер в болталке?

Я назвал.

- Записал, - Соник забил себе контакт в безрамочный тонкий смарт. – Скину ссылку, так просто не найдешь, а поиск тут через одно место работает.

- А давно ты здесь?

- Да уже три года. Представляешь, в институт не поступил, в армию забрали, так даже присягу принести не успел, как сюда перенесся. У нас в отряде старшина был, говорят, элитника похожего видели. Прикинь!

И он расхохотался.

- О, смотри, приехали, - от дороги шло ответвление к воротам в бетонном заборе. – А вот и Кантемировск, притормози-ка. Ну все, бывай, Гоша Бат, может еще встретимся. Я сам дойду, ты дальше езжай.

Он выскочил из машины, обошел ее спереди, помахав мне рукой, и побежал к воротам. Соник на рюкзаке подпрыгивал, оранжевые кроссовки добавляли этому миру еще чуток нереальности.

Поехать-то я поехал, но сначала дождался, когда в воротах откроется калитка, и парень просочится в образовавшуюся щель. Часовой на вышке, заметив это, помахал мне рукой, мол, все с ним в порядке.

До Полесья я доехал без происшествий. Рядом с заштрихованным местом связь и вправду почти пропала, но только на прямом участке в километр, проходившему большей частью по мосту. Внизу тек канал, с северной части – в бетонном обрамлении, с южной – склон был укреплен сварными конструкциями и сетью. Граница между кластерами проходила прямо по середине моста, небольшое смещение дорожного полотна, буквально сантиметров двадцать, так что пришлось сьезжать на продолжение дороги немного боком. Мимо меня на большой скорости промчался мотоциклист, подвзлетев на неровности, длинные волосы выбились из-под шлема и развевались на ветру.

Вздохнул, с женским полом тут не то чтобы напряженка была, недостаток выживших женщин уравновешивался ускоренной убылью мужского населения, но вот знакомиться со мной никто не спешил, не котировался тут курьер. Вот был бы я что ли слесарь, или какой-нибудь сварщик.

- В крайнем случае милиционер, но только не барабанщик, - допел я, выворачивая к небольшому подьемному мосту, перекинутому через ров с водой. Универсальная защита от не очень развитых зараженных, даже топтуна остановит.

Мост был опущен, фигурка в кожаной экипировке, сидя на мотоцикле и опираясь одной ногой о землю, что-то втолковывала часовому, но не успел я пересечь водную преграду, как они, видимо, договорились, и мотоциклист уехал. Мотоциклистка – грудь явно выступала у полуобернувшейся наездницы железного коня.

- Сейчас прямо, и через два переулка повернешь налево, там еще фрахтверк на углу, ну дом такой с... как бы обьяснить..

- Я знаю, - успокоил часового. – Фахверк.

- Во! А то попадаются такие, кто не знает. Там же это..

- Балки с наружной стороны в темный цвет выкрашены.

- Точно, - часовой просиял. - Пытаюсь обьяснить, а люди тупые, не понимают.

- Не разбираются в строительстве, - поддакнул я. – А дальше, после дома?

- Там увидишь – здание приземистое, в два этажа, с плоской крышей. Это и есть склад. Разгрузишься, а потом они скажут, куда ехать.

Склад я нашел быстро, рядом с ним стоял приметный мотоцикл, вблизи – необычной конструкции, казалось, колеса ни к чему не крепились. А вот девушки нигде видно не было, два грузчика, посмотрев на накладные, сверились с планшетами и за десять минут все разгрузили. Показали, как проехать к месту погрузки, похлопали по кузову, мол, в добрый путь. Когда я отьезжал, мотоцикл еще стоял у шлюза.

На втором складе с сомнением поглядели на мою машину.

- Слушай, ты асинхронные двигатели повезешь, - мужик в спецовке повертел накладную, поставил на ней штамп. – Каждый по сто пятьдесят кило. Всего шесть штук, девятьсот кг. Потянет?

- Не знаю, - честно ответил я. – Машина от соседа досталась, он с ней что-то шаманил, честно говоря, не в курсе. У меня самого Хонда Пилот была, да кусач помял.

- Гонишь! – мужик покачал головой, мол, во какие вещи с людьми случаются. – Слушай, погоди тогда, сейчас наш спец подьедет, в машинах сечет японских. И в любых других. Или рискнешь?

- Давай ждать твоего спеца, времени навалом, - убивать машину не хотелось.

- Куришь? – собеседник протянул открытую пачку.

- Нет, бросил. Астма.

Мы рассмеялись. Я вытянул сигарету, сделал затяжку, закашлялся. Отвык. Мужик похлопал меня по спине, понимающе хмыкнул.

Минут десять мы трепались о погоде, низкой зарплате, никакой рыбалке и миграции зараженных. В последнем собеседник разбирался плохо, я – вообще никак, так что консенсуса достигли быстро и были друг другом довольны.

- Ну чего расселись? – женский голос заставил нас оторваться от мужской беседы.

На подкравшемся беззвучно мотоцикле сидела молодая девушка с длинными волосами, положив шлем на колено. Кожаная одежда обтягивала безупречную, на мой изголодавшийся взгляд, фигуру. Длинные волосы обрамляли простое, но милое личико с высокими скулами, курносым носиком, пухлыми губами и большими карими глазами.

- Ты что ли на Тундре? Видела тебя на мосту, ездишь как бабуля, - вместо приветствия бросила она.

Мужик в спецовке расхохотался, мол, терпи, мы-то как-то такую занозу терпим.

Девушка отобрала у меня ключи, уселась в машину, сделала пару кругов по площадке, поколдовала с передней панелью, потом с фонариком залезла под днище.

- Хороший агрегат. Амортизаторы Бильштайн, пневма Файрстоун, смотрю, ухаживали за машиной. Твоя?

- Соседа, - в очередной раз признался я.

- Оно и видно, откуда у такого недотепы такая красавица. А вот защиту на передок тут поставили, узнаю работу. У вас в стабе в общаге Кинг живет, алкаш, но слесарь от бога. Он тебе кенгурятник переделает, или ты собрался с этими вилами за бегунами гоняться?

Я с сомнением оглядел свою машину. Ну да, навесили вместо переднего багажника сварную конструкцию, всего в пять споранов мне вышло. Заточенные уголки выступали на тридцать сантиметров вперед. Топорно? Да. Глупо? Не спорю, любой, чуть проворнее медляка, от этой штуки увернется. Но на базе уж очень механик был убедительным.

- Как лошару тебя развели? Бывает. На свежаках все наживаются. Ты ведь из них? Это сразу видно. В общем, можешь грузить сюда хоть полторы тонны. Ого, и багажник на крышу на лифтах? В общем, пневму я подкачала до одного и семи, будешь мост проезжать, аккуратно, ну а дальше резко на тормоза не дави, улетишь. Тебя как зовут?

- Гоша, - вздохнул я.

- Я – Сэй. Ты ведь в Светлом горбатишься? Надумаешь Тундру продавать, если не убьешь до конца – куплю. Сколько предлагали, две, три горошины?

- Одну.

- Вот сволочи, новичков так и норовят ободрать. В общем, две горошины дам. Номер записывай. Нет симки? Что за нищеброды пошли, ладно, давай через болталку, как здесь появишься, если что, скинешь сообщение. Но только про машину, иначе сразу – в черный список.

- Хорошо, - кивнул я. Выпендрежниц мне и на Земле хватало.

Сэй надела шлем, крутанула ручку, и беззвучно выкатила с площадки.

- Та еще штучка, - понимающе кивнул складской работник, проследив мой взгляд. – Задница что надо, а характер – говно. Любую технику может отремонтировать, дар у нее такой. Смотрит, и понимает, в чем проблема. Уж к ней кто только не подкатывал, ни в какую.

- Лесбиянка?

- Кто знает.

- И то верно, не мое это дело.

- Точно, - мужик кивнул. – Это я так, чтобы ты слюнями тут все не заляпал. Мотик видел ее?

- Ага, на чем он?

- Электрический. Внешников техника, подзаряжается от обычной сети, только проводку успеваем менять да трансформаторы сгоревшие. Говорят, даже режим есть, когда он чуть взлететь может.

- Врут.

- Не иначе. Ну все, поставили, по бокам резиной обложили. Закрепишь сам?

- Да, багажником прижму.

- Умно. Ты который день работаешь?

- Четвертый.

- Значит, почти месяц еще? Отлично, у нас часто бывает груз такой, вроде компактный, а весит много. Будем тебя эксплуатировать.

- Без проблем, - кивнул я. – Бывай.

- И тебе не хворать.

Солидный груз давал о себе знать. Машина вела себя словно оседланный бегемот – неторопливо разгонялась, еще более неторопливо тормозила, а уж повороты я проезжал так бережно, как мог. Выступ на мосту проехал с небольшого разгона, что-то скрипнуло, но – обошлось, вроде. Поставил рацию на общую частоту – водители обменивались короткими репликами, если бы что-то произошло, я бы услышал. Все спокойно было у них.

Небольшой поворот я прошел на пятидесяти, машину чуть занесло, но колеса я сразу выровнял, газанув. А потом вдавил газ на полную.

В двух сотнях метров от меня на дороге стояла группа зараженных во главе с таким же Хищником, который ко мне в камеру пытался залезть.

Глава 7

7. Улей, месяц первый. Стаб Светлый.

Тяжело груженная машина разгонялась еле-еле. Двести метров – это примерно десять секунд, все это время я давил на газ, а кусач неподвижно стоял, наблюдая за мной. Рядом с ним тусовались два лотерейщика, обычной свиты из низших зараженных видно не было. Ростом кусач был повыше машины, не меньше двух с половиной метров, оставалось надеяться только на импульс. Все-таки три тонны против пусть даже трехсот килограммов – это серьезно.

Кусач так не считал. Время словно растянулось, вот я жму на газ, он стоит спокойно, покачиваясь, между нами уже метров двадцать, я начинаю движение вниз, прячась под приборную панель, а монстр приседает, готовясь к прыжку. Лотерейщики обозначают движение к обочине. И я пытаюсь взглядом их притормозить, задержать. Нужна какая-то секунда, чтобы они не успели, не могут же монстры так быстро двигаться, инерцию никто не отменял. Или тут она по-своему действует. Ну же, замри, сука!

Словно в ответ на мои мысли кусач замедлился, так и оставшись в полуприсяде, лотерейщики хоть и дернулись, но как-то очень заторможено.

С хрустом и чавканьем три тонны с торчащими спереди в три ряда уголками въехали в группу мертвяков. Автомобиль тряхнуло, рука кусача стеганула по лобовому стеклу, разбивая его вдребезги, я что есть силы надавил на тормоз.

Кусач под действием своей массы сорвался с зазубренных уголков, оставляя на них комок чего-то черно-красного, и отлетел метров на десять. Лотерейщики, те свалились прямо под колеса, и я, чуть отпустив тормоз, на остатках инерции проехал по ним. Распахнул дверь, сдирая с креплений на потолке помповик, выскочил наружу.

Главный монстр пытался встать, одна нога была практически оторвана, из раздробленного в кашу остатка бедра сочилась черная густая жидкость. Как гудрон, не к месту подумал я. Тварь перекатилась на живот, оперлась руками и оставшейся ногой об асфальт и прыгнула. С двух метров пуля из гладкоствола отбила край грудной костяной защиты, я стрелял, надеясь попасть в раздробленные уголками части тела. Разрывной заряд не подвел, кусача снова отбросило, нижняя часть тела висела на позвоночнике и каких-то нитях, он рухнул на землю, снова переворачиваясь прямо в движении, живучая тварь. Но я был уже рядом, разряжая помповик в затылок. Не знаю, попал правильно или нет, но одну черепную пластину ему оторвало, дрожащими руками, чуть не выронив ствол, я запихнул его в бурую жижу внутри черепа и еще раз выстрелил. Повернулся к машине.

Лотерейщиков видно не было, Тойота проехала по ним, так что валяться мертвяки должны были метрах в пяти позади нее. Дозарядил магазин, держа патрон в патроннике, итого снова одиннадцать разрывных. Не подходя к машине, начал обходить ее по кругу.

Один лотерейщик валялся на асфальте, не делая попыток подняться. А вот второго не было. С Хищником я разбирался не больше десятка секунд, наверное. За это время младшая тварь успела подняться и куда-то слинять. Обходя машину дальше, приблизился к лежащему на дороге. Нет, шевелится, но встать отчего-то не пытается. Осторожно подошел, с силой вдавил ствол в глазницу и выстрелил.

Череп твари треснул, из щелей потекло что-то зеленоватое, ощутимо завоняло гнилью. Я дернул ружье, пытаясь вытащить его из башки мертвого уже окончательно, надеюсь, монстра, и тут смазанная тень бросилась на меня.

Оставшийся в живых лотерейщик прыгнул из-за машины, целясь когтями мне прямо в горло. Массивное низкое тело, не меньше восьмидесяти килограммов, сбило меня с ног и под действием инерции откатилось чуть дальше. Ружье вылетело у меня из рук. Лотерейщик крутанулся на месте, одна рука, точнее то, что от нее осталось, висела плетью, а вот другая, левая, была вполне жизнеспособна. Еще один прыжок, и воняющее всем, чем только можно вонять, тело придавило меня к земле.

Во мне веса чуть побольше, чем в этой твари, но вот что касается силы, тут я проигрывал. Хоть и с двумя руками. Лотерейщик вцепился мне зубами в ногу. Хотя нет, просто прикусил, новыезубы у этого мертвяка еще не отросли, а старые уже выпали, но боль была жуткая. Длинной здоровой рукой он пытался дотянуться до моего горла, а коленом заехал в нос, разбив его в кровь.

Нож, у меня же нож должен быть в стандартном снаряжении. Превозмогая боль и стараясь одной рукой отпихивать грязную верхнюю конечность мертвяка, я потянулся к поясу, нащупал рукоятку, выдернул лезвие и изогнувшись, воткнул его твари в затылок.

Лотерейщик обмяк, я кое как вылез из-под грязной вонючей туши, обливаясь кровью. Нащупал хрящ носа, с хрустом совместил обломанные края. Из глаз катились слезы, нога жутко болела.

Ползком дотянулся до ружья, сделал контрольный выстрел в череп. Огляделся.

Вокруг вроде никого не было, через час-полтора в сторону Светлого должна была пройти фура с охраной, с чего вдруг решили двигатели отдельно везти, непонятно, да и не мое дело. Зараженных вроде видно не было, хотя пошумел я знатно.

Отполз к машине, кое-как, переваливаясь, забрался в салон, поглядел на красную кнопку. Вот куда надо жать было, а не на газ с тормозом. Да? Или нет? Вытащил бутылку с живчиком из бардачка, сделал несколько противных глотков. Отдышался.

Нога вроде как слушалась, только мышца болела, но уже меньше. Подвигал, может и смогу ходить. Держась за дверь, слез на асфальт, с трудом, ковыляя, добрался до кусача. Как там Кукиш резал эту хрень?

Споровый мешок раскрылся с хлопком от продольного разреза, внутри в серой паутине что-то блестело темно-желтым на свету. Раскрыл полиэтиленовый пакет и руками выгреб содержимое, потом разберусь, что почем. То же самое проделал с лотерейщиком. Одним. Второй, которому череп разнес вместе со споровым мешком, для сбора трофеев ценности уже не представлял. Мысленно сравнил приметы с указанными в книжке. Да, кусач и два лотерейщика. Надо же, повезло как.

И вправду повезло. А такое везение обязательно вызовет вопросы – как ты, лох педальный, несколько дней как в Улье, завалил трех не самых слабых монстров своей тарахтелкой? И на уголки не спишешь, достаточно времени было и у кусача, чтобы на машину прыгнуть, и у лотерейщиков, чтобы в клещи меня взять.

Вот это «замри, сука» сработало? Может, дар проснулся? Если да, то хорошо это или плохо?

Нажал кнопку на брелке, из кузова выехала лебедка. Классная штука, пятьдесят метров тонкий трос и десять – толстый. Используя растущее метрах в десяти от дороги деревце как блок, зацепил кусача и оттащил его подальше от обочины. Тонкий шнур выдержал. Ну да, чего там, двести-триста кг, как бетонный блок оттащить. Лотерейщиков прицепил, обоих, к машине и оттащил метров на сто. Там и бросил прямо возле проезжей части. А потом, отьехав еще на полкилометра, нажал красную кнопку на рации.

На КПП меня встречали. Знакомый часовой и военный рангом постарше, со звездочкой на погонах. Много особо не распрашивали, лотерейщики без старших монстров – твари тупые, хоть иногда и соображают что-то, давили их часто, споранов в затылочных мешках почти не было, несколько штук – это так, считай, моя недельная зарплата. Подивились только, что изделие алкаша-рукожопа сработало, посоветовали проставить ему.

- Повезло тебе, - старший постучал ногой по колесу, - даже машину почти не помяли. Собрал-то много?

- Три штуки, - пожал я плечами, - это с одного, а второму я сдуру башку разворотил, там разлетелось все в разные стороны.

Однозвездочный поржал надо мной и ушел по своим делам, это для меня – происшествие, а для него рутина, так, рядовое событие.

- Твоего знакомого я подвез, - сообщил я часовому, когда мы остались одни.

- Какого знакомого?

- Ну который в машину ко мне подсел.

- Ты не перегрелся часом? – часовой прищурился. – Уезжал один, я видел. Кого ты там подобрал? Слушай, ты к лекарю все-таки загляни, после первого боя с тварями чего только люди не видят.

Судя по нему, боец был вполне искренен. Или очень хорошо притворялся. Может, и вправду с головой у меня что-то?

Алкаш из гетто подарку обрадовался. Отпил чуть из бутылки, сказал, что такое пить – грех, только чуть в водку добавлять, ну да этого добра я ему полящика привез, пусть нажирается до белой горячки, тут от этого не помрешь, а жизнь он мне, как ни крути, спас. Ну и машину тоже, передок практически целый остался.

Под это дело слесарь самолично сопроводил меня в авторемонтный гараж, где местные, недолго думая, вырезали и выгнули на прессе по размеру стекло из пластика, взяв за это всего три спорана. Я было усомнился в эстетике.

- Пижон, - один из автомехаников смачно харкнул, растер плевок ногой, - тут лобовые – самый расходный материал. В Полесье гараж, загонишь туда тачку, тебе ее переделают, вон, кенгурятник поставил, смотри, как сработал. А то еще две-три такие поездки, и считай кончилась машина. А вообще продал бы ты ее и взял что-то попрактичнее, чего форсить-то, девки тут не на тачки западают, а на горох с жемчугом.

- Угу, - второй, вытирая руки ветошью, полюбовался на уродливое творение, - тут тебе не Земля, хотя машинка хороша. За горошину отдашь?

- Во, - я продемонстрировал фигу и под дружное ржание мужиков уехал.

- Предупреждал, - кладовщик решительно отмел мою попытку отремонтироваться за счет стаба, - сам дурак, чего ты на этих лотерейщиков попер? Твое дело – груз развозить. Притормозил, назад сдал, или обьехал – они же тупые, по скорости с машиной не сравнятся. А ты решил в рейдера поиграть, ну и на сколько наиграл? Споранов на пять, небось? Осторожнее надо, без риска и глупостей. Груз дорогой – угробил бы, кто за это отвечать будет? Ты? Голь перекатная. Чего с тебя взять, кроме анализов.

Я мысленно поднатужился. «Замри, сука!». Нет, не работает, все так же стоит этот теоретик, разоряется насчет тварей и их места в мире грузоперевозок, может, только на монстров это рассчитано?

- В общем, вали, завтра в восемь сюда. Еще раз в Полесье поедешь, - прервал кладовщик мои размышления. – И не благодари.

- И не буду. Мы договаривались об обычных грузах, а сегодня перевес был. У меня не газель, чтобы по тонне перевозить. Машина с определенными характеристиками, насиловать ее не собираюсь ни в прямом, ни в переносном смысле. Если такие грузы будут, через месяц амортизаторы менять и задний мост. Кто за это заплатит?

Детинушка подумал, шевеля извилинами под низким лбом и сжав кулаки. Видимо решал, что проще – врезать мне сейчас, а потом добить ногами, или просто отказать.

- Ладно, - наконец разродился он. – Выпишу тебе замену амортизаторов после месяца работы. Но если таких рейсов будет не меньше десятка.

- И моста.

- И моста.

- И лобового стекла.

- Нет.

Ну ладно, попробовать стоило.

- Слушай, - казал я кладовщику, - чего ты жмешься-то? Спораны не твои, а муниципалов.

По злобному взгляду собеседника понял, что сказал что-то не то. Забрал талоны на бензин и ушел.

Пока что у меня были две проблемы.

Первая – жилье. Армен намекнул, что если сьеду раньше, то он мне за оставшиеся дни пару споранов вернет, через пару недель должен был перезагрузиться большой кластер в полусотне километров на запад, сплошные многоэтажки, для монстров – та еще приманка, даже элита должна прискакать, а элита – это жемчуг. А жемчуг – это рейдеры. А рейдеры – это спораны не считая за выпивку, спек, баб и номера для этого безобразия. Даже мой номер с видом на помойку ушел бы раза в два дороже, чем обычно. Команда Кардана – первые ласточки, сегодня как раз должны были вторые прилететь.

Под это дело он сам расстарался и нашел мне неплохую комнату в коттедже, точнее говоря, не в нем, а в домике для прислуги. Большая, почти двадцать квадратов, с собственным санузлом и общей кухней, и все это великолепие за пять споранов в месяц.

Комнат таких в домике было три – две на втором этаже и одна на первом, рядом с кухней-залом-прихожей. Я поговорил с хозяевами – хозяином авторемонтной мастерской, где я лобовое вставлял, и его подружкой, этажи в коттедже они тоже сдавали, верхний, с двумя спальнями и отдельным входом, за пятнадцать споранов, а средний – за двадцать пять. По мне, так дороговато, и хозяева со мной согласились, мол, такому быдлу самое место в домике для прислуги. Пытались было еще на уборку территории и какие-то перевозки для мастерской развести, но тут уж я уперся – плачу деньги, делаю в своей комнате что хочу, и остальное меня не касается. А если уж захотят моей машиной воспользоваться, то за их деньги любые прихоти в пределах разумного и ТТХ авто.

Не вопрос, сказали хозяева, и выкатили споран за стоянку машины на территории коттеджа. И еще два – за уборку помещения, чистое постельное белье и прочие услуги, вроде воды и электричества. Итого восемь.

Пожали друг другу руки, и разошлись, взаимно недовольные.

Вещи свои я в тот же день перевез из гостиницы, Армен, как и обещал, отдал два спорана, да еще шесть в долг дал, зарплату-то заплатят мне только в субботу, я сюда по местному времени в воскресенье попал. Но об этом мы тоже уговорились, как получу, отдаю – и мы с трактирщиком в расчете.

Перевозка личных вещей много времени не заняла, по причине их отсутствия. Чего там было-то, полтора ящика выпивки, немного консервов, которые я на всякий случай сохранил – доширак вещь хорошая и сытная, но иногда и разносолов хочется. Поднялся к себе, заперся, проверил, насколько хорошо мое окно просматривается из коттеджа. И разложил на полу трофеи.

Два спорана в целлофановом пакетике, которые мне с барского плеча скинул таинственный парнишка. Ну как таинственный, обычный самый, только часовой вот ни в какую не хочет его существования признавать. Может им просто запрещено подсаживать пассажиров в попутку. Или шпион какой?

И большой пакет, из которого я, сверяясь с мануалом, вытащил одиннадцать споранов и две горошины. А еще клубок янтарных нитей размером с мячик для настольного тенниса – в общем спутанном клубке серой паутины они держались даже как-то обособленно. Доступ в сеть благодаря моей работе имелся, и рецептов там было море. От самого гнусного, с серыми нитями, до благородных напитков на узелках. Мне вообще такое без надобности, но вот утверждают местные, что при травмах, не очень совместимых с жизнью, действует. Поэтому озабочусь – и приготовлю, для себя, любимого.

Одиннадцать споранов и две горошины – неплохой капитал по местным меркам. Это в споранах больше сотни, но горошины мне самому будут нужны, если какой-то дар проклюнется. Я скрестил пальцы, может сегодня это и произошло, и не все так у меня безнадежно. Все лучше, чем от пальца сигарету прикуривать или с долей вероятности определять, врет человек или нет. В брошюрке, которую мне выделили мои крестные, про такой дар ничего сказано не было. Вот про клокстоперов – целая страница, по ксеров и прочих уникумов тоже много информации, но никто не замораживал цель, не заставлял ее замереть на месте. Или про это просто не писали.

Местная сеть вообще вопрос умений сверхьестественных обходила стороной. На этом денег не сделаешь, люди и так знают – пей раствор гороха, будешь суперменом. Это почти как живчик рекламировать.

Под этот поиск выплыло окно аукциона – местной биржи, где можно было продать и купить все что угодно. Например – такую же, как у меня, машину, которая уже стоила три горошины, и торги продолжались. Пикапы тут были в цене, и оснастить их было можно вооружением с минимальными затратами, и бензина они жрали не так уж много, и скорость была подходящая – от топтуна вполне можно уехать. Да и от кусача тоже, те до сотни разгонялись, не больше. А руберов в наше местности не очень-то и много водилось.

Несмотря на слова механиков, продавать машину не хотелось. И вообще, в моем случае торопиться не надо, я тут не то что без году неделя, вообще ничего не знаю еще. Вот обживусь хотя бы месяц, тогда и решу. Если новых встреч с кусачами на дорогах не будет.

Хоть и были хозяева – то еще дерьмецо, но вот комнату я снял выше всяких похвал. Свежий воздух, чистое белье, удобный матрас. На ночь выпил свежеприготовленный раствор гороха, благо запас водки и уксуса в кухне просто так стоял, для нужд отдыхающих. Горошина на полстакана уксуса, смешивать, но не взбалтывать. Авось проснется дар. Может быть, даже завтра?

Глава 8

8. Улей, месяц первый, неделя вторая. Стаб Светлый.

Ни завтра, ни через неделю ничего не проснулось, кроме тревожного чувства проходящего мимо времени. Я несколько раз съездил в Полесье, там в гараже поменял обвес своей Тундры, всего за восемь споранов мне заменили топорно приваренные уголки-гарпуны на новый кенгурятник – с выступающей вверх защитой лобового стекла, выдвигаемыми боковыми штырями и ребрами жесткости от капота до верха кабины. В эстетике машина потеряла, зато в плане защищенности приобрела. В цене тоже.

Пришлось еще докупить запаску, теперь на поездки по стабу я оставлял прежние колеса, а на дальние командировки – особую резину, без воздуха. Скорость она нормально держала не больше сотни, но зато никакой пробой был мне не страшен. Еще восемь споранов. Вот и получалось, что работал я в основном на свою машину, а не она на меня, как должно было бы быть.

Несколько раз встречал на трассе бегунов, они при виде меня бесстрашно бросались под колеса и бесславно гибли, только успевай гниль со штырей счищать. В итоге удалось разжиться на один споран, большего в наростах на затылках этих мертвяков не было, не заслужили.

И на людях, и на тварях я постоянно тестировал свой дар Улья. И каждый тест заканчивался отрицательно. Не хотели они замирать, даже замедляться ни в какую. Я перепробовал все, и пальцы скручивал в разные жесты неприличные, и слова произносил и вслух, и шепотом, и про себя, менял порядок слов, одни заменял другими, в конце концов получилась фраза, целиком состоящая из матерных слов, она не работала так же, как и другие, но хоть какой-то смысл в себе несла.

Побывал я и в Кантемировске. Там осторожно спросил часового о парнишке, которого я подвозил как-то. Часовой только пальцем у виска покрутил и посоветовал поосторожнее со спеком быть, а если уж и употреблять, то только из узелков, по горошине за флакончик.

На следующий день после моего заселения в собственное жилье, ну как собственное – сьемное, в город приехали гусары. То есть рейдеры. Площадка у КПП была заставлена разнообразной техникой, от переделанных большегрузов до настоящих военных образцов. Были и такие, каких я даже по телевизору не видел, например, вездеход с электромагнитной пушкой и активной броней, обещающей смерть любому монстру, покусившемуся на экипаж. В комплект мини-танка входили штурмовой дрон с ракетами и беспилотник разведки. Упакованный по самое немогу владелец вездехода, купленного у внешников, набирал команду со всем тщанием, рейдеры к нему в очередь вставали. Говорили, правда шепотом и намеками, что вот на такой самоходке можно не только элитника, но и скреббера подбить.

- Ну а что ты хотел, - Армен, резко подобревший от выросшей в разы выручки, налил мне стакан пива. – Внешники теперь не те, что раньше, да. Предпочитают торговать, а не сражаться. К тому же среди них тоже имунные есть, их обратно вроде как не пускают, зато здесь они без фильтров своих ходят. Жемчуг жрут как не в себя, им он легче достается, считай, на уровень-два техника лучше. Наш-то стаб от их анклава всего в двухстах километрах, вот и достается иногда с барского плеча такая диковинка.

Я кивнул, отхлебнул, отодвинув носом крепкую пену, мой мимолетный знакомый, как и обещал, с анонимного адреса скинул ссылку на место, где можно скачать новую брошюру. Нельзя сказать, что она радикально отличалась от старой, но вот моменты борьбы с внешниками, мурами были значительно сглажены, а упоминания о таинственных нолдах вообще исчезли. Монстры демострировали качественный рост – интеллект элиты открыто признавался, и в списке умений я нашел свое. Стоппер.

Стоппер – иммунный, способный замедлять окружающие предметы. Дар развивался в двух направлениях, обладатели первого вида могли гасить инерцию движущихся предметов, любых, одушевленных и неодушевленных. Мгновенное замедление скорости, скажем, движущегося автомобиля – это супер как полезно. А вот вторым, к которым я, видимо, принадлежал, повезло меньше – мы могли замедлять низшую нервную деятельность существ при контакте с ними. Все. Человек, при воздействии на него, теоретически просто забывал, что хотел сделать, и если даже нервные импульсы пошли к мышцам, наступал временный паралич. Удобно, когда кто-то хочет дать тебе в глаз, а через секунду тупо смотрит на свой кулак, мол, чего я хотел им сотворить-то.

Особенно меня интересовало условие контакта. Какой – зрительный, тактильный? Или может быть сексуальный?

Гусары, то бишь рейдеры, с сексуальными контактами проблем не имели, считай, все свободное женское население, не занятое в таких же рейдах, вешалось на героев. И не один кластер, как оказалось, должен был перезагрузиться, а целая цепочка. Небольшой жилой массив на десяток тысяч жителей, с автосалоном большегрузов и гипермаркетом, испытательный аэродром и оптовая продовольственная база. С этих трех лакомых кусочков рейдеры рассчитывали поиметь неплохой навар. Рубик, мой старый знакомый, перед рейдом аж слюни пускал, на аэродроме с каждой перезагрузкой появлялись несколько беспилотников, способных нести и сбрасывать груз до десятка кило. Мертвяки такому подарку с воздуха в виде гранат обычно не очень-то и радовались, но зенитных комплексов у них пока не было.

В общем, четыре сотни бойцов, уходящие в поход, оптимизмом могли разить наповал. Барышни в воздух бросали чепчики, лифчики и трусы, фигурально, конечно, Армен в предвкушении предстоящих барышей даже о долге всего один раз напомнил. Ну а властям было не до того – через несколько дней предстояла перезагрузка тюрьмы, а это значило, что новичкам добавится работы – если здания Светлого раз за разом появлялись отремонтированными и чистыми, а то и с какими полезными доделками, то вот пеницитарное учреждение раз за разом демонстрировало деградацию. Единственным местом, которое содержалось хоть в каком-то приличном состоянии, было здание начальства колонии.

В субботу мне предстояла всего одна поездка – за зарплатой. Спораны выдавались на бирже труда в одной из многоэтажек, кассиры сверяли на компьютерах списки с табелями, выдавали заранее приготовленные целлофановые пакетики с ценным содержимым, те, у кого работа была связана с метлой и лопатой, плакались на дороговизну, ну а синие воротнички, вроде меня, прикидывали, на сколько этих споранов хватит после оплаты жилья и еды. От регулярного потребления живчика-то нас никто не освобождал, кому-то порции хватало на два-три дня, более везучим – на пять-шесть. Режим приема подбирался эмпирическим путем, поплохело – значит припозднился с выпивкой. Я особо с этим не заморачивался, пил живчик по поллитра каждые три дня, на всякий случай. Эти эксперименты над собой мне еще в том, старом мире не нравились, были знакомые, которые голодали, не ели сладкого и мясного, обливались холодной водой, вот только выглядели они ненамного лучше меня. Ну и уровень агрессии зашкаливал, от такого мазохизма.

- Гоша Бат, - кассир сверился со списком, - три рейса в Полесье, один – в Кантемировку, и один день по стабу. Итого девять споранов.

Под ворчание очереди, мол, вот буржуи жируют, я получил свой пакетик. Ну а что, три отдам Армену, два спорана – для внутреннего потребления, из трех штук по вычитанному и проверенному у рейдеров рецепту сделаю спек, янтарь-то лежит. Вот официально и не останется ничего, хорошо, что за жилье уплачено. И лекарю, как оказалось, за повторную проверку дара ничего платить не нужно. Живу от зарплаты до зарплаты. И главное – кусачей больше не попадается на дороге. Может, зря вчера вторую горошину проглотил? Как-никак, полтинник. Обьяснять только пришлось бы, откуда взял.

Рейд, по прикидкам, должен был продлиться несколько дней. Все, кто мог носить оружие, готовились поживиться на остатках побоища, сначала хорошо экипированные и тяжеловооруженные бойцы пройдутся по кластерам, забирая сливки и уничтожая самых опасных мертвяков, следом регулярные войска стаба, тут и такие были, вместе с транспортом заберут то, чего рейдерам не нужно – продовольствие, ширпотреб, технику и инвентарь, ну а потом одиночки и мелкие группы, у кого оружие поплоше, да и из транспорта только грузовики слегка переделанные, прошерстят отстатки. Я уж думал записаться в третью волну, прибарахлиться, но кладовщик рогом уперся – не отпустил. Контракт есть контракт. Да еще на предполагаемую дату поставил рейс в Полесье. Чую – последний, как раз девятый будет.

Вообще во мне крепло убеждение, что из стаба этого надо валить. И не в Полесье то же, а подальше куда. Хоть и помогают новичкам, и живут небедно, но как-то мутно здесь все. Да и география подкачала.

- Смотри, - до отъезда я несколько раз пересекался с друзьями Рубика, и в этот раз он решил под маковку меня просветить. – Это Светлый.

И он нарисовал на листе бумаги кружок.

- Ближайшие к нам стабы – Кантемировск и Полесье, - провел линию от кружка, нарисовал еще два, один поближе, а другой подальше. Это я и без него знал.

- Дальше идет дорога на юг, а мы по сути на острове находимся, - и он широкими взмахами зачертил области слева и справа от дороги, оставив широкий проход с одной и узкий - с другой стороны. – Это черные кластеры, туда мы не суемся. Хотя вот от проходов есть тропинки, можно на вкусные места попасть. На западе все хорошо, видишь проход, почти в сорок километров шириной. Дорога, правда, всего одна, но кластеров меняющихся много.

- Это ведь хорошо?

- Да. Только дальше – внешники. – И он написал слева букву В.

- А на востоке?

- Тут проход у'же, и в узком месте кластер нестабильный. Появляется и исчезает, когда ему вздумается, да еще и черным иногда бывает. Так что если надумаешь уезжать – то на юг. Километров сто-сто пятьдесят отсюда будет большая область, несколько стабов, настоящих, не то, что наш, много лет уже стоят, и много перезагрузок. Монстров тоже много, но вот там жизнь!

- Почему на юг? А на север?

Рубик рассмеялся

- На севере, друг мой Гоша, Москва. Точнее говоря, кластеры внутри земного города. И когда перезагрузится Марьино или Бирюлево, не советовал бы я тебе быть в тех местах. Даже из чистого любопытства.

Ложился спать в условное местное воскресенье, рассчитывая на следующий вечер встретить Кардана – уж очень его слова о проверке у лекаря меня насторожили. Может, знает чего, логично было бы предположить, что заинтересует рейдера именно человек с даром, зачем ему бездарность?

В понедельник меня разбудил не будильник, а вой сирены. Выглянул на улицу – хозяева спешно сносили какие-то вещи в фургон.

- Живее двигайся, овца, - орал автобосс на свою подружку, тянущую чемодан, - бросай тут.

Та замешкалась, он подбежал, ногой выбил ручку чемодана, от удара тот раскрылся, из него вывалилась куча одежды.

- Быстро в машину, - хозяин забросил внутрь фургона коробку, видимо, поважнее чемоданов всяких, запрыгнул на водительское сидение, - или останешься здесь.

- Эй, что происходит? – я распахнул окно, высунулся по пояс.

- Орда, - крик хозяина почти заглушил рев двигателя. Фургон, чуть не снеся открывающиеся ворота, вылетел на улицу.

Поглядел на смартфон – там мигал значок сообщения.

«Внимание. Красный уровень опасности. Срочная эвакуация в Кантемировск. Все, у кого нет транспорта, собираются у гостиницы или у общежития».

Орда. Это когда нежить прет толпой, соображал я, натягивая одежду, хватая рюкзак и сбегая вниз к выходу. Тут набегов не было уже много лет, люди расслабились, да и укрепрайон прямо под боком, если что. Только вот колония сегодня-завтра перегрузиться должна, пересидеть там – не получится.

Залез в машину, проверил, все ли на месте. Помповик на потолке в креплениях, в магазине пять патронов, один – в патроннике, еще тридцать в неполной коробке. Это зажигательных. Свои пять десятков я на местном стрельбище расстрелял. Короткоствольный автомат под рукой, полный магазин и еще четыре запасных. Это от слабых тварей, таких в орде много или мало? Люди по-разному говорят.

Вдавил газ, выехал через открытые ворота. Время только пять утра, то, что тут считают солнцем, едва-едва проглядывает у горизонта из-за постоянной облачной мути. До Кантемировска двадцать километров, откуда прет толпа мертвяков, непонятно. И выяснять особо некогда, сейчас людей начнут запихивать в автобусы. Давка, аварии, могут и выезд перекрыть. И тогда тут особо прятаться негде, ров тварей надолго не задержит.

Подавил в себе минутный порыв убраться подальше отсюда, и рванул к гостинице. С одной стороны, узнаю что-то конкретнее, с другой, может подсажу кого к себе, как-никак десять человек я увезти могу.

Возле хозяйства Армена стояли три бронированных автобуса. Ажиотажа возле них не наблюдалось, только боец с автоматом заметно нервничал.

- Ну что там? – бросил я ему, выскакивая из Тундры.

- Любопытный? Иди, с верхнего этажа все видно.

- Там же начальство живет.

- Сдристало наше начальство, - часовой сплюнул. – Сбежали, суки. В колонии со своей гвардией закрылись.

В холле гостиницы никого не было. Лифты тоже не работали, я побежал по лестнице вверх, перепрыгивая через ступеньки. Помповик больно бил в бок. Между пятым и шестым этажами, там, где раньше охрана стояла, никого не было. Даже сварная калиточка, означающая границу между власть имущими и быдлом, была распахнута.

На последний этаж я заходить не стал, бросился сразу на крышу, благо люк открыт был. На плоской кровле было неожиданно многолюдно. Тут был и Армен, и Кардан с парой ребят, в порванной форме, со следами крови, и еще какие-то люди, некоторых я шапочно знал, но большинство – только видел может раз или два. В основном – гражданские, но почти все с оружием. И с биноклями. Люди разделились на две группы. Одна смотрела в сторону колониии, а вторая – в сторону дороги, уходящей в Полесье. Я протолкался к ограждению, к знакомому командиру рейдеров.

- Привет.

- Гоша Бат, - Кардан криво усмехнулся. Надо же, запомнил, виделись-то всего три-четыре раза. – Ты чего не сбежал?

- Так сообщение только пришло. Когда эвакуация?

- Поздно уже, - Кардан показал рукой на темную массу, неторопливо берущую поселение в клещи. – Дорога на Полесье перекрыта, если только оврагами вглубь уходить. А там мелких полно, ну и дальше – черные кластеры. Бежать особо некуда.

- И давно они здесь?

- С ночи. Из рейда кое-кто успел вырваться, ушли. Успели предупредить. Местные только дернулись, а тут первые элитники к дороге подошли. Спрятались в колонии, суки, гвардию свою с собой увели.

- А вы как?

- Мы в хвосте колонны были, я и двое ребят – все, кто остались.

- И что дальше?

- А дальше – хана. Первый кластер перегрузился на два дня раньше, как раз к подходу орды, эти там отожрались, сейчас аэродром перегружается и оптовка, но народу там мало, так что все твари, которые еще не здесь, скоро подтянутся. Там навскидку тысяч под десять - пятнадцать.

- И чего ждете?

- Тут неинтересно, пошли, покажу.

Мы выбрались из толпы, наблюдающей за перемещениями мертвяков, подошли к другой группе, следившей за колонией.

- Вот оно, начинается, - с каким-то мрачным удовлетворением сказал Кардан.

Да я и сам увидел, благо от нас не больше полутора километров было, в бинокль – как на ладони.

Мелкие отсюда фигурки, окружавшие тюрьму, стали пятиться назад. Те, кто помедлительнее, перемалывались мощными мертвяками в труху, орда избавлялась от балласта. Отойдя почти на два километра от вышек, огрызавшихся выстрелами, толпа монстров остановилась. И вдруг заревела.

Облака где-то за колонией сгустились, словно огромный торнадо начал опускаться вниз.

- Стандатный размер кластера – пять километров от вершины до вершины. Но элитникам даже перезагрузка нипочем, - Кардан потер посохшее пятно крови на рукаве. – Сейчас кластер обновится, мы по машинам – и попробуем прорваться. Ты на своей Тойоте? Возьмешь с собой?

- Ага, - кивнул я. – Вдесятером можно разместиться.

- Тогда еще вон Вареного возьмем, у него трое ребят. У него бронированный грузовик, но движок барахлит, на нем не выбраться, здесь бросим. До двухсот разгонишься, если в восьмером будем?

- До ста шестидесяти точно, - подумав, сказал я, - а дальше болтать начнет, пневма, как-никак, из кузова вылетят.

- У Вареного пулемет. Рискнем.

- А автобусы, что у входа стоят?

- Считай, как консервы будут. Туда поэтому никто и не садится. Ты машину-то запер?

Я продемонстрировал ключи с брелком сигналки.

- Рубик, Кочан, - Кардан подозвал своих. – Тойоту Бата знаете? Поглядите. чтобы никто не занял.

- Есть! – ребята помчались вниз.

- Элитники развивают скорость до двухсот – двухсот пятидесяти, если матерые, но я тут таких не вижу, молодняк в основном. Главные подойдут позже, пока резвятся среди свежачка. О, смотри, сейчас.

Столб тумана наконец дошел до колонии и накрыл ее полостью. Там, где плотность пониже была, было видно, что какие-то группы пытаются прорваться наружу. Несколько вездеходов и танк пробивали себе путь к стабу, а самые отчаянные бросились в другую сторону, туда, где зараженных, считай, и не было

- Попытаются через черные кластеры пройти, - Кардан перехватил мой взгляд. – Только пустое это, там сейчас пояс в двадцать километров в глубину, и только неделю назад горлышко тоже черным стало. Пробьются через него, молодцы, в пустые кластеры уйдут. До ближайшего стаба километров восемьдесят-сто в ту сторону, шансов мало. Мы попробуем на юг прорваться.

И махнул рукой в направление Полесья.

Два вездехода уже лежали на боку, со вскрытыми бортами, танк, отстреливаясь, уходил южнее.

- Может, и прорвется, - решил блеснуть я знанием военной тактики.

Огромный мертвяк подскочил к танку сбоку, играючи смахнул с башни пулемет и как-то даже аккуратно оторвал гусеницу. Танк развернуло на месте, пушкой прямо к нападающему. Рявкнул выстрел, каким-то непостижимым образом монстр ушел от снаряда, и тот по пологой траектории попал куда-то в спорткомплекс.

- Элитник, - выдохнул Кардан.

Тварь, продолжая движение, схватила пушку танка снизу и рванула вверх. Многотонная машина приподнялась, а потом рухнула вниз, с оторванной башней.

Экипажи оставшихся вездеходов, поняв, что на прикрытие рассчитывать нечего, рванули было обратно, но тут туманное кольцо уплотнилось, и резко разошлось в стороны. Даже до нас донесся кислый неприятный запах.

- Обновилось. Смотри, начали двигаться, - рейдер толкнул меня в бок.

И действительно, плотный ряд мертвяков рванул к колонии. С вышек раздались выстрелы, появившиеся в новом мире люди еще не осознали, что метрвы, и стреляли в тех, в кого могли бы превратиться. Если их раньше не сьедят.

Глава 9

9. Улей, месяц первый, неделя третья.

- Ты смотри что делают, - внезапно громко сказал Кардан, показывая рукой на юго-восток.

От общежитий отходили бронированные автобусы. Не меньше полутора десятков в колонне. Впереди ехал вездеход с пулеметом на башенке, позади, еще один.

Люди на крыше заволновались, некоторые достали телефоны, тыкали в экраны.

- И связь отрубили, - я тоже попытался посмотреть хотя бы в сети, что происходит.

- Как они собираются прорываться? – к нам подошел здоровяк в разгрузке, протянул мне мощную лапу. – Вареный.

- Не пойму, - Кардан поморщился.

- А я, кажется, понял, - Вареный показал куда-то вдаль рукой.

На западе, на горизонте показались черные точки. И явно увеличивались.

- Кто за рулем, ты? Быстро к машине.

С неожиданной для такого грузного тела скоростью Вареный бросился к двери на лестницу, Кардан сгреб меня за шиворот и чуть ли не швырнул за ним. Врезавшись в косяк и расквасив нос, я бросился вниз, за мной уже грохотали подошвы чьих-то ботинок.

- Быстрее, быстрее, - торопил Вареный, буквально слетая вниз пролет за пролетом.

Мы выскочили на улицу, рядом с Тундрой стояли ребята Кардана. Увидев нас, бегущих, они тут же вскинули автоматы, целясь куда-то за наши спины.

- Готовь ключи, - рявкнул Кардан мне прямо в ухо.

Ага, на бегу нажал кнопку сигнализации, один из бойцов распахнул одну за другой двери, Кардан и Вареный влетели в кабину, за ними – еще один боец. Рейдеры Кардана, не прекращая в кого-то целиться, перелетели через бортик, занимая места в кузове. Туда же полетел пулемет, следом за ним – парень в бронежилете.

- А теперь гони к КПП, - открывая окно и выставляя в него автомат, тихо распорядился Кардан.

И я втопил, почти задавив выбежавших из здания людей.

- За спорткомплексом направо, - Вареный с молчаливого согласия Кардана взял командование на себя. – Ага, тут поверни налево, видишь дорожку, по ней давай.

- Что случилось-то? – я вращал рулем, стараясь не задеть деревья

- Стоп, - внезапно скомандовал Вареный. – Стоим и ждем. Ладно, смотри. Гоша, да? Точки видел? Вертолеты. Тут только внешники летают такими группами, нашим можно две-три машины одновременно поднимать, или собьют.

- Суки, - выругался Кардан.

- Догнал, да? – ухмыльнулся Вареный. – Стадо собрали. Слухи и раньше ходили, что в прошлый набег уж очень случайно и удачно уцелела верхушка.

- Не понял, - помотал я головой. – Что за стадо?

- Ты же книжку читал, - Кардан нетерпеливо мотнул головой. – Внешникам иммунные нужны. У них целая фабрика для таких, органы выращивают, кровь сцеживают. Вот под шумок и решили вывезти неликвид. С рейдерами-то так не получится, мы еще и укусить в ответ можем, а вот гражданских, да еще кто давно тут сидит, чего не взять. Сколько там автобусов было, больше десятка? Считай, три сотни минимум тушек получат, а то и пять.

- А вездеходы?

- Догадайся, кто в них. И трясутся ведь, что кинут. А все равно, мрази, людьми торгуют.

- Погоди, - я повернулся к Кардану. – То есть, когда ты говорил, чтобы я тебя нашел после второй проверки…

- Прямых доказательств не было. Только те, кто без полезного дара, новички, пропадали. – Кардан закурил. – Поговаривают, что, если в первый месяц дар не открылся, потом только сильнее будет. Потому что Улей обязательно одаривает. А такие имунные выше ценятся. У тебя как, нет ничего?

- Не-а, - я пожал плечами.

- Так, ладно, об этом потом, - Вареный наклонился вперед, приглядываясь. – Смотри, сделали круг нас стабом, сейчас будут коридор пробивать. Элитники, они ведь тоже соображают, по-своему, против ракет не идут особо. Автобусы могут и пропустить, им и тут есть чем поживиться. Большинство-то к восточному коридору бросилось, а там черный кластер проход запер. Считай, не меньше тысячи еще остается, если поискать.

- А потом?

- А потом они Кантемировск с Полесьем на зуб попробуют, если обломают – пожрут своих слабых да на север пойдут. Там еды для них полно.

- Вот только не пойму, - Кардан почесал голову, - как-то все уж очень складывается. И черный кластер появился, и колония перезагрузилась, словно подгадывает кто.

- Вот и я думаю – кто, - Вареный похлопал меня по плечу. – Бат, увидишь, что автобусы подьежают к КПП, держись позади. Нам главное на дорогу выскочить, а там как получится. Другого шанса все равно не будет.

- Можно еще переждать у колонии, твари там долго не пробудут, - неуверенно сказал боец с заднего сидения.

- Как скажешь, - Вареный внимательно следил за дорогой. – Можем высадить тебя.

Инициативный боец что-то промямлил и заткнулся.

- Вот и славно. Еще минут пять есть. Кардан, у тебя кто остался?

- Немец – он пирокинетик. Слабый. Бегуну, может быть, мозги вскипятит, но не больше. Стреляет хорошо, но не потому что дар. Чих – спайглассер. Раз в двадцать может приближать.

- Это тот случай, когда хорошо бы два в одном. Ладно, ты ведь ментат?

- Это второй дар. Первый – стрелок.

- Отлично. Я, ты знаешь, фризер. Могу замораживать воду. В небольшом количестве. Или то, что воду содержит. В принципе, и другие предметы тоже, но без воды хреново получается. У Кика, который с пулеметом, сила прокачана, до полутонны спокойно поднимает. Сыч, вон рядом с тобой сидит, инвиз. Может для мертвяков невидимым становиться. Только вот от кусача и выше – видят его.

- Погоди, а как же клокстопер твой, Роха?

- Нет больше Рохи, - Вареный помрачнел. – Рубер схарчил его, даже не поморщился. Вместе с броневиком нашим. Так, давайте сначала о живых подумаем. Бат, видишь, два вертолета пролетело к мосту? Трогай тихонечко, нам главное на глаза не попасться сейчас, а когда за линию мертвяков заедем, на нас отвлекаться уже не будут.

Возле КПП никого не было. Власти кинули и стаб, и жителей. Правильно, чего напрягаться, через восемь месяцев на этом же месте появятся новая гостиница, отличный спорткомплекс, может быть даже на этот раз с аквапарком, супермаркет и прочая инфраструктура. Коттеджи чуток пообветшают, но люди в них живут не бедные, поддерживают имущество в отличном состоянии. Вышки сотовой связи и прочие блага цивилизации – все это на халяву, главное место удержать, внешники помогут. Если не пустят на органы, но тут уж как карта ляжет.

Пока карты ложились для местной элиты правильно, как надо. Кортеж из двух броневиков и одиннадцати автобусов подьехал к поднятому шлагбауму, вертолет, практически бесшумно барражирующий на небольшой высоте, выпустил по ходу движения ракету. Мертвяки пошустрее отпрыгнули, потормознутее – тех отбросило волной, ракета на лету взорвалась, обдавая попавших под раздачу осколками, динамик вертолета издал какие-то клокочущие звуки.

Колонна тронулась. То там, то здесь небольшие ходящие годзиллы приближались к живому мясу, но их отпугивали выстрелами из чего-то очень убойного. Элита соображала и под огонь не лезла, а вот тупые руберы и кусачи поначалу гибли. А потом как-то очень слаженно расчистили путь.

- Пора, - скомандовал Вареный. – Давай, Гоша, жми.

И я нажал.

Дядя Саша хвастался, что шесть литров разгоняют его ласточку до ста за семь секунд. С нагрузкой, наверное, побольше, но колеса стояли стандартные, груз был распределен более-менее равномерно, так что на полном приводе мы лихо рванули вперед. Как раз метрах в пятидесяти от последнего вездехода.

Прикрывавший его вертолет было дернулся в нашу сторону, но потом, видимо, сообразил, что несколько человек погоды не сделают, и отвернул – дальше следить за конвоем. А мы, сбив несколько не слишком сильных тварей, вырвались на шоссе. Никто нас не преследовал, толпа монстров, пропуская конвой, потихоньку просачивалась через опущенный мост на территорию стаба. Те, кто там остался, наверное, верили, что за ними вернутся. Обязательно. Но не в этот раз.

На шоссе то там, то тут попадалась всякая мелочь, не сильнее бегунов. Засевшая в кузове троица отстреливала зазевавшихся мертвяков, но так, для порядка без фанатизма. Я разогнал машину до комфортных ста двадцати, до Кантемировска дорога была практически прямой, отличный асфальт, даже на промежуточных кластерах, только небольшие перепады по высоте, которые пневма глотала только так.

Сидевший в кузове пулеметчик постучал в заднее стекло. Кардан повернулся.

- Кто-то едет за нами.

Я посмотрел в зеркало заднего вида, да, километрах в двух, наверное, действительно кто-то ехал. Дорога делала небольшой подьем, а то и не увидел бы.

Через минуту догоняющий нас почти догнал. Девка эта вредная на мотоцикле, не иначе. Шла не меньше двухсот, я было хотел поднажать, но Вареный похлопал меня по ноге и покачал головой. Байкерша во все том же кожаном прикиде поравнялась с нами, притормозила, прокричала что-то и снова газанула, вырываясь вперед.

- Хороша, - пробормотал Вареный, глядя на круглую задницу. Остальные поддержали. Лучше бы на проезжую часть смотрели. Мы как раз проскочили росший у дороги лесочек и выходили на видимость поворота на Кантемировск, как в двухстах примерно метрах от нас что-то массивное вылетело на дорогу, сбивая мотоцикл. От удара наездницу вырвало из седла, отбросило метров на десять на обочину. При столкновениях на такой скорости обычно не выживают.

Мощный, похожий на прямоходящего гиппопотама монстр с огромной, покрытой сплошным наростом головой – я бы сказал костяным, но нет, цвет защиты отливал чем-то металлическим, покатился по дороге вместе с мотоциклом, несколько раз перекувырнулся, а потом прыжком поднялся на ноги. Мощные руки-лапы заканчивались тремя пальцами с длинными черными когтями. Если в кусаче было еще что-то антропоморфное – мышцы, строение тела, то тут даже не с чем было сравнивать. Никаких следов мышц и суставов, руки свободно гнулись в любой точке и просто постепенно сужались от условного плеча к кисти. Нижнюю часть головы занимала пасть. И все, ни глаз, ни ушей, ни носа. Ростом под четыре метра, и в ширину метра два. Тонны полторы, не меньше.

Я резко затормозил, Вареного бросило на панель, он выругался, но тут же замолчал. Потом очень тихо сказал:

- Гоша, сиди и не двигайся. Может, пронесет.

Монстр повертел в лапах мотоцикл, словно детскую игрушку, и отбросил его в сторону. Потом сделал к нам шаг.

- От элитника не уйдем, - Кардан дал петуха. Откашлялся. – Надо выбираться.

- Точно. На раз-два-три, - Вареный приоткрыл дверь, поднял левую руку.

- Раз, - он показал палец, - два, три.

Бойцы посыпались из машины, кто-то быстрее, тот парень, что с пулеметом, так очень быстро. Я тоже выскочил, перекатился под Тойоту, а потом обозвал себя последними словами. Для этого гиганта поднять машину не составит труда.

Не сговариваясь, рейдеры припустили в разные стороны. Элитник стоял, глядя, казалось, прямо на меня, а потом сорвался с места.

Полторы тонны могут разгоняться на удивление быстро, взять хотя бы автомобили. И все равно, первую секунду скорость набирается еле-еле. Но, казалось, законы инерции для монстра не писаны, с места он взял приличный разгон, бросившись за одним из бойцов. Тот пытался скрыться за деревом, вырванное с корнем, оно отлетело в сторону. В другую – голова незадачливого парня. Монстр довольно заревел, откусил от безголового тела приличный кусок, а потом сжал труп в лапах, из пасти высунулся прозрачный хоботок и воткнулся в разрыв.

Тварь высосала кровь за пару секунд, развернулась в поисках новой жертвы.

Пулеметчик, Кик, отбежав метров на пятьдесят, развернулся и стрелял в монстра короткими очередями. Разрывные пули отрывали кусочки брони. Элитник заревел, прыжком преодолел минимум метров двадцать и побежал на Кика. Тот, не сходя с места, аккуратно делал из монстра решето. Одна из пуль пробила наконец броню, фонтанчик бурой жидкости вырвался из раны. И в этот момент мертвяк прыгнул. До пулеметчика было всего пять метров, и элитник приземлился на него всей своей массой.

Казалось, от парня должна остаться лепешка, но Кик выдержал. Даже поднялся на ноги, пытаясь отбросить монстра от себя, но длинный коготь пробил ему горло и выдернул хрящи вместе с куском позвоночника.

Монстр довольно заохал, вонзил хоботок в очередной труп, высасывая содержимое, провел лапами по броне. Раз, другой, пробоины затягивались на глазах.

Дальше он просто развлекался. Ну как далеко человек, даже бросив аммуницию, может убежать за несколько секунд? На тридцать метров, сорок? Тварь охотилась за разбежавшимися бойцами, не теряя меня из виду. Я даже сделал попытку улизнуть, забравшись обратно в кабину, но элитник несколькими прыжками вернулся на дорогу, перевернул машину на бок. А потом умчался ловить Вареного.

Меня охватила апатия. Вылез из машины, забрался наверх, уселся на колесо, свесив ноги, и наблюдал, как тварь расправляется с моими товарищами по несчастью. Видимо, первых двух хватило ей, чтобы наесться, и дальше монстр просто отрывал головы и отбрасывал тела. Редколесье вокруг позволяло людям прятаться, но монстр легко их находил, ломая деревья потолще, а молодые – просто вырывая с корнем. Парень, как его там – Сыч? Который мог невидимым становиться. И вправду как-то слился с деревом, чуть было не обманул нас с тварью, меня-то точно, вот смотрел на дерево и казалось, нет там ничего. Но монстр подошел, протянул руку и снял со ствола отчаянно трепыхающегося бойца. Сжал между ладонями, превращая в лепешку.

Через пару минут, когда в живых остался только я, элитник вернулся обратно. С лысой головой в руках. Покачал ее в ладонях, поковырялся когтем в мозгах. А потом запульнул голову в сторону. И пошел к валяющемуся телу девушки.

Странно, рейдеры рассказывали же, как лихо они мочили элитников. Надо только вставить ружье ему в глаз и выстрелить. Значит, сначала надо найти глаз. У этой сволочи не было ничего похожего, но ведь как-то он ориентировался в пространстве. Я протянул руку, сорвал с потолка помповик, спрыгнул с колеса. Как там ментат говорил, каждый день в плюс? Так я уже плюсов понабрал, видимо, закончились.

Элитник подошел к девушке, схватил ее за ногу и понес прямо к машине. Я ждал, держа помповик в руках, и пытаясь понять мертвую логику. Зачем он мне ее несет? Хочет поделиться едой? Или это – основное блюдо, а я десерт? Какие могут быть варианты?

Монстр нес тело не торопясь и не особо заботясь, удобно ли байкерше. По мне, так ей было все равно, мертва наверняка, от таких падений, да еще головой вперед, шлемы не спасают. Но все равно не по себе было смотреть, как длинные волосы волочатся по земле.

Приблизившись метров на пять, элитник положил тело на землю, поглядел на наведенный на него помповик. С такого расстояния я, стоя на асфальте, держал ружье нацеленным практически под прямым углом. Повернись, тварь, и я тебе прямо в твой уродский горб засажу заряд.

Тихо, по полшажочка, я начал обходить монстра, держа его на прицеле. И когда мне оставалось пройти еще метра два, не больше, тварь развернулась и зашипела. Я сделал еще маленький шаг, шипение стало громче, из щели в нижней части головы показались клыки с каплями крови.

Отступил назад, к машине – шипение стало тише, и стоило мне вернуться обратно, прекратилось совсем. Дрессирует он меня, что ли? Ладно, пусть делает что хочет, пока не сожрал. В голову пришла шальная мысль, а вдруг я ему понравился? Вдруг с мертвяцкой точки зрения я необыкновенно привлекателен? Даже улыбнулся, представив, как монстр срывает букет из деревьев. Потом сплюнул.

Тварь, держа меня на виду, подцепила шлем байкерши когтем, разрезая пластик, и аккуратно его сняла. Держа девушку за горло, подняла в воздух, покачивая, и сделала шаг ко мне.

Блин, эта Сэй была еще жива. Видимо, позвоночник перебит, руками-ногами она двигать не могла, зато глазами вращать – только так. И пыталась что-то сказать. Но зажатое горло не давало шансов. Может, убить просила? Я перевел помповик на нее и сразу убрал – тварь снова зашипела.

Когда до меня оставалось метра два, монстр опустился на колени, если можно так назвать сложившиеся спиралью ноги, прямо по-турецки сел, развернул девушку к себе, наклонился пониже, видимо, чтобы мне было лучше видно, и приблизил прозрачный хоботок к ее лицу.

Глава 10

10. Улей, месяц первый, неделя третья.

Время растянулось, словно резина. Я прицелился, выискивая щель среди костяных наростов. Где-то же должны быть глаза. И тут заметил позади твари, метрах в двадцати, человека в пятнистом комбинезоне. С валяющимся у ног розовым рюкзачком. И со смотрящим прямо на меня дулом карабина.

Тварь, видно, тоже что-то почувствовала, дернулась, разворачиваясь. И тут я изо всей силы пожелал, чтоб монстр не двигался. Слова «замри, сука» даже на ум не пришли, это был скорее сплав эмоций и желаний. И монстр замер. А потом дернулся и, словно в замедленной сьемке, повалился чуть вбок, прямо на байкершу.

- Зацепил, тащи, - Соник махнул рукой, лебедка задрожала и медленно потащила тело элитника прочь с дороги.

Все-таки Тундра потяжелее оказалась, но все равно, дерево, за которое она уперлась, практически сломалось. Мы зацепили тело обеими крюками, тросы выдержали.

Нет, сначала с помощью этой лебедки мы поставили машину на колеса, а потом уже занялись тварью.

- Так, бросай девку в кузов, заводи, я сейчас.

Соник закинул карабин на заднее сидение, достал из кармана пакет с логотипом известной торговой сети, из рюкзака – монструозного вида нож, даже точнее – мини-цепную пилу, и распиливал споровый мешок.

- Твари уже с Светлым закончили почти, но минут двадцать у нас есть.

Откуда он это взял, не знаю, но уложился в три. Полный пакет отправился к карабину, Сэй уже лежала там же, на заднем сидении, не стал ее в открытом кузове оставлять. Соник неодобрительно покачал головой, захлопнул дверь.

- Трогай. Перед Полесьем будет дорога налево, там свернешь, твари должны на север развернуться, как обычно, но сюда тоже какая-то часть просочится, так что около стабов будет неспокойно. А я одно местечко знаю, отсидимся, хабар пересчитаем, твою подружку подлечим.

- Не моя она, - я глядел по сторонам, стараясь не пропустить поворот. Связь не работала, соответственно – навигатор тоже. Телефон вообще чудом остался в рабочем состоянии, и даже экран не разбился.

- Ну если не нужна, себе возьму. В хозяйстве чего только не пригодится, - мой новый приятель пригляделся, - через двести метров поворот, потом километра два по прямой. Дальше будет грунтовка через лес, покажу.

Если бы не полный привод, на этой грунтовке мы бы и завязли. Заросшая колея с выступающими корнями, проходящая в двух местах через натуральное болото, довела нас до небольшого домика, в полтора этажа.

- Чудесное местечко, - Соник вылез, потянулся. – Так, давай сюда барышню, она, похоже, еще жива. Посмотрим, что можно сделать.

Я осторожно вытащил девушку из машины, положил на землю. Да, мышцы лица подергивались, а вот тело и конечности – как неживые, абсолютно расслаблены. Хотя в этом мире как раз неживой – не значит без движений. Дышит тяжело, прерывисто, с хрипами, и это хорошо, легкие – они ведь тоже мышцами в движение приводятся.

- Если до сих пор не померла, выкарабкается, - парень пошарил в рюкзаке, достал коробочку, а оттуда шприц с янтарной жидкостью. – Узелковый, у нее, похоже, позвоночник сломан и нога.

- Ты врач? – с надеждой спросил я.

- Тут говорят – знахарь. Нет, но всякое случается, так что у пациента есть шанс, - Соник улыбнулся и воткнул иглу в шею, выдавливая из шприца содержимое. – Ждем полчаса, потом вторую порцию. Пусть лежит, и так слишком много ее ворочали.

- Раньше-то не мог ей вколоть?

- Мог. – Парень улыбнулся. – Но не стал. Есть причины, потом расскажу. Да не ворочай ее, на спине оставь.

- А может к доктору ее, то есть к знахарю?

- Туда и едем. Единственный приличный тут в Полесье, но по прямой, через монстров – не особо хороший вариант в стаб попасть. Кругом болота, вот мы с тобой и объезжаем это сейчас, спек девушку продержит в нужном состоянии, стабилизирует. Ну а знахарь уже ее выходит. Или, если не сможет, на юг отправит, в Железнодольск. Там стаб богатый, своих знахарей четверо, и работой по уши завалены, место хлебное, рейдеры тот район любят.

- Монстров больше?

- И монстров, и кластеров богатых, всего больше. Это тут район между черноты зажат, только на торговле с внешниками и держится. Ладно, пойдем, посмотрим, что нам Улей послал.

В доме была большая комната с печкой, столом, стульями и кухонькой. Удобства в пристройке, наверху – общая спальня. По впечатлениям, последний раз ремонт здесь делали лет пятьдесят назад.

- А что ты хотел, - Соник заметил разочарование у меня на лице, - безлюдные кластеры редко перегружаются, пока на них кто-то не поселится. Так что стабы всегда надежнее. Особенно с регулярной перезагрузкой, как Светлый, там, считай, для тебя все готовое делают. Ну что, готов к лотерее?

Он бухнул раздувшийся пакет на стол.

- Поглядим на нашу добычу.

- Твою, - поправил я его.

- Нашу. Думаешь, не заметил? Стоппер – редкое умение, обычно вторым или третьим идет, люди сначала первое раскачивают, туда все вкладывают. Кстати, ментаты так тоже могут, и лекари, но только с людьми.

- А я, выходит, по монстрам.

- Ага, - Соник пододвинул ко мне отливающий золотом здоровый комок. – Смотри, сколько янтаря. Видишь мелкие утолщения, как узелки? Из них отличный спек получается, вот на таком сейчас твоя девушка сидит. Да, понял, что не твоя. Давай, разгребай руками. Вот, спораны, прямо слежавшимися шариками идут, штук по пятнадцать, отделять надо осторожно, не помнутся, но испортиться могут. Сколько их там, гроздей этих, восемь? Откладывай в сторону. Теперь горох нащупывай, бери прямо пряди янтаря, пальцами проводи, не бойся. О, еще один шарик нашел, споранов мы с тобой на год набрали, считай. Нет, дай сюда, покажу.

Соник стал распускать комок, словно спутавшуюся пряжу, осторожно пропуская между пальцами.

- Горох пошел, отожравшийся был элитник, не из совсем молодых. О, а вот это отличная находка.

Он показал красный шарик, похожий на жвачку, которую в автоматах продают, только меньше раза в два.

- Жемчужина. Не видел такие? Откладываем в сторону. Горошина, горошина, еще, еще, ух ты, больше пяти уже, так, что там у нас? Еще одна. Это мы удачно сходили. Видишь, как я делаю? Держи, продолжай. Все остальное – твое.

Немного ошалев от такого предложения, я доразобрал свалявшиеся нити.

На мою долю досталось семь горошин и один шарик жвачки. Черный.

- Поздравляю, - Соник сгреб свою добычу в кучу, отложил четыре комка склеившихся споранов, остальные пододвинул ко мне. – Теперь ты завидный жених, любая деваха тебе отдастся только за то, чтобы на это богатство посмотреть.

- А тебе?

- Я одинок, как Робинзон. Кстати, об этом и хотел поговорить, - парень слегка наклонился ко мне, сделал загадочный вид, потом не удержался, рассмеялся. – Слушай, мне бы очень пригодился стоппер. Честно. С этим элитником практически на грани прошел, если что, не убежал бы. Да и ты, не сделай я выстрел, долго бы тварь не продержал. Как смотришь на то, чтобы команду сколотить? Нет, не сейчас, ты свежак еще, Улья и не видел, считай. Но когда будешь готов, я бы хотел рассчитывать, что мою скромную кандидатуру ты рассмотришь.

- Что-то ты больно правильно для двоечника говоришь, - я вертел жемчужину в руках. Она словно говорила – съешь меня.

- Так ведь одну такую проглотил, и дал мне Улей талант красноречия. Не читал в брошюрке своей?

- А как же, - кивнул я. – Известное дело. Но раз уж ты меня в команду взять хочешь, сам что умеешь делать, кроме как метко стрелять, незаметно появляться и исчезать? И всегда вовремя?

- Разве этого мало? – Соник состроил обиженную гримасу. – Еще я много историй знаю про Улей, со мной не соскучишься. А еще до армии медбратом подрабатывал, недолго, но кое-что секу в медицине. Давай дружить?

- Давай, - улыбнулся я.

- А жемчужину не ешь. Пока твой основной дар нормально не разовьется, погоди, посиди на горохе. Месяца три-четыре. Иначе перебить может. И совет дам, так, от первого встречного – то, что ты стоппер, не болтай до поры, до времени, люди разные есть, могут и на короткий поводок посадить. О добыче тоже помалкивай, элитника завалить – это как метку на себе поставить. С одно стороны, хорошо, заметно, а с другой – лишнее внимание не всегда полезно. Так что не было никого. Ехали, увидели девушку, подобрали.

Я кивнул. Ну со мной-то он договорился, а с девушкой как будет?

- Ладно, полчаса прошло, пойдем, нашу красавицу посмотрим.

Сэй все так же лежала на траве, муравей полз по ее шее. Глаза у девушки были закрыты, но дышала она ровно, без хрипов.

- Ну вот, - Соник вколол ей второй шприц, - теперь дальше по грунтовке, и к Полесью подьедем с другой стороны. Там ее коновал посмотрит, в сознание приведет, а как захочет полежать недели две – останется. Нет – можем на юг взять.

- Можем?

- Ну ты если хочешь, останешься. В Полесье тоже курьеры нужны.

Продолжение грунтовки было не лучше начала, но мы выбрались. Сначала на дорогу из бетонных плит, потом через пустующую ферму – на плохонький асфальт. Дорога заворачивала, пока не уперлась в нормальную двухполоску.

- Направо, - скомандовал Соник, - приехали почти.

И правда, через минуту мы уткнулись в высокий бетонный забор с ярко-зелеными воротами.

Я посигналил, через минуту неприметная калитка открылась, и к нам не торопясь подошел часовой в камуфляже. Даже автомат с плеча не снял, лентяй.

- Пиф-паф, ты убит, - жизнерадостно вместо приветствия произнес Соник.

- К кому направляемся? – часового не так-то просто было сбить с толку.

- У нас раненая, - встрял я. – Сэй, из вашего стаба.

- Сэй, какая Сэй? Погоди, - часовой засунул голову в машину, выругался, как наскипидаренный побежал к воротам, что-то выкрикивая в рацию. Ворота дернулись, начали отьезжать в сторону, оттуда выскочил еще один боец, подбежал к машине.

- Где знахарь, знаешь?

- Нет, я из Светлого.

- Откуда? Там же… а, не важно, садись назад, я поведу.

Он чуть ли не выволок меня с водительского сидения, запрыгнул в машину, газанул, я еле успел место занять, положив ноги девушки к себе на колени, и сигналя, помчался по стабу.

- Поаккуратнее, машина не казённая, - на всякий случай предупредил я, но боец только отмахнулся. Две звездочки на погоне – это лейтенант вроде? Хотя, наверное, тут все условно.

Соник невозмутимо что-то жевал, вопреки обыкновению, не доставая шутками военного. До здания больницы мы домчались меньше чем за минуту. Нас уже ждали – девушку положили на каталку, увезли. Военный облегченно вздохнул, зачем-то заглушил двигатель, вылез, отдал мне ключи.

- Она хоть жива?

- Я ей спек вколол, вроде лучше стало, - Соник кинул кусок булки голубям. И откуда он все время жрачку достает.

- Обычный?

- Узелковый.

Военный понимающе кивнул.

- Так что там в Светлом? – спросил я.

- Не в курсе?

- Нет, я до орды еще выехал, а потом вот удирал от одиноких.

- Нет больше Светлого. Монстры там сейчас последних отлавливают. Орда на север повернула, наши с беспилотников пытались отслеживать, но внешники пока глушат сигнал. Только спайглассеры и спасают, что разглядят, докладывают. Сотен пять по округе разбрелось, не считая низших. Так что поохотимся.

- И элитники есть? – не удержавшись, спросил я.

- Не дай Улей, - боец странно на меня посмотрел, - ты свежий, что ли?

- Да, две недели.

- Элитники ушли все, чего им здесь ловить. Может и остался кто из руберов, поэтому пока сидим, ждем, без сопровождения не высовываемся. Вы тоже сидите, ментат местный вас обязательно увидеть захочет. Тебя я помню вроде, ты грузы какие-то возил?

- Да, - кивнул я. – Гоша Бат.

- Наверное. А тебя, парень, первый раз вижу. Откуда?

- Из Кантемировска, - Соник улыбнулся. – Проездом тут. А чего такая беготня, словно мы принцессу спасли?

- Так ее и спасли, считай. Дальняя родственница мэра нашего, редкий случай, когда двое в семье иммунные оказались. Отношения у них не очень, но все равно – вроде как на особом положении, может и наградит вас чем.

- Я согласен, - Соник начал загибать пальцы, - мне нужна жемчужина белая, раз, еще вот пулемет, два, запас спека монолитного, три…

- Все будет, - добродушно усмехнулся военный, - и пулемет белый, и спек из жемчуга. Только не уезжай никуда. Вам остановиться есть где? Бат, ты же тут был, помнишь красное здание такое трехэтажное, рядом с северным КПП? Вот дуйте туда, спросите Степанова, он вам комнату на двоих выделит. Или, если есть спораны, можете в гостинице остановиться, но тут уж самим платить придется.

- Это которая возле рынка?

- Можете и там. Но лучше в центральную, она приличнее будет и кормят там лучше. Все, дуйте отсюда.

Полесье было по размерам такое же, как Светлый – слава Улью, все кластеры одинаковые по размеру, вот только застроено плотнее. Обновлялось оно раз в десять лет, последний раз – полтора года назад, только бетонную ограду успели отстроить в проблемных местах. Но, в отличие от соседа, обновление на пользу стабу не шло – перезагружалась часть какого-то депрессивного города, постепенно превращавшегося в трущобы. Ветхие пятиэтажки не знали капитального ремонта со времен строительства, дороги приходилось делать практически заново. Железнодорожный отстойник с цистернами и вагонами спасал только на первое время, но жители как-то приноровились, благо климат тут был совсем не центральной полосы – никаких зим, вечная весна.

Спасала город только роль перевалочной базы – товары от внешников шли через Полесье, равно как и грузы для немногочисленных местных стабов. И если в Светлом в гостинице в основном жили рейдеры, то тут – торгаши. Мы заселились в соседние номера, провинциальное представление об удобствах ограничивалось душем со сливом в полу и смесителями-елочками. Мебель девяностых уживалась с довольно неплохим матрасом.

- Поеду в автомастерскую, - предупредил я Соника, решившего из номера никуда не выходить. Рюкзак свой с добычей оставил у него, что-то не внушала мне доверия местная обслуга.

В мастерской меня встретили как родного. Ну да, столько споранов тут уже оставил, что только положительные эмоции у механиков вызываю. Пока мою машину осматривали, чего-то подкручивали, подваривали и подкрашивали, заметил в углу знакомый мотоцикл.

- Это ведь девочки этой, которая с машинами ладит?

- Сэй? Да. – Мастер на листочке бумаги что-то прикидиывал. – Представляешь, сначала его привезли, валялся на дороге. А сейчас, говорят, двое каких-то чужаков и ее в больницу доставили.

- Да ты что? Серьезное что-то?

- Нет, говорят, выживет. Страсти рассказывала нашим по телефону – говорит, в элитника врезалась. Очень за мотоцикл переживала.

- Погоди, какому телефону?

- Так связь работает уже как четверть часа. Внешники блокаду сняли.

Я достал телефон, поглядел на экран, точно, даже позвонить можно было – по экстренному, не работающему тут номеру.

- Ты как из Светлого-то выбрался?

- Да в рейсе был.

- Повезло, - мастер покачал головой. – Тогда тебе, как беспризорному, скидка. Пять споранов с тебя. Каркас мы укрепили, где царапины – подкрасили, чтобы не ржавела, вмятины не трогали, их еще много будет. Ставим прожектора на крышу, ну и кенгурятник передний переделаем, как ты хотел – с выдвижными упорами. С лебедкой тоже все в порядке, теперь оба троса тонны на три-четыре рассчитаны, тросы новые, один старый оставили, а второй сделали на сорок метров. Лобовое будешь менять?

Подумал, и отказался. Десять споранов за кусок стекла – кому тут это нужно. Поликарбонат удобнее и заменить всегда не проблема.

- Ты на биржу-то нашу загляни, - сказал мастер напоследок, - нам тоже тут перевозчики нужны, бывает вон двигатели надо привезти или запчасти какие, фуру грузить – смысла нет, а свои фургоны мало есть у кого. Заодно споранов на новый ремонт заработаешь.

И заржал. Шутник. Я напрягся внутренне, приказывая ему замереть – ожидаемо не вышло ничего. Видимо, только на монстрах работает, или я в стоппинге кое-чего не понимаю.

Глава 11

11. Улей, месяц первый, неделя третья. Стаб Полесье.

С Соником за неделю я виделся раза два. Первый – когда мы вместе к ментату попали. Сначала нас распрашивали по одному, потом – вдвоем, версия о том, что подобрали девушку на дороге, вроде прокатила, я особо не врал, да и не спрашивали меня, не я ли завалил элитника. К тому же знахарь, который при разговоре присутствовал, во мне дар разглядел. Неожиданный, но очень слабый.

Мог я взглядом воду замораживать. Про такого вроде Вареный, земля местная будет ему пухом, говорил – фризер. Знахарь даже обещал, что если буду регулярно есть горох, и живчик пить по расписанию, то через месяц-два смогу в баре сам себе коктейли охлаждать. Или колу брать безо льда, практически чистый продукт. Ценное умение. Честно говоря, я озадачился. Рассказал напарнику, тот только подмигнул и успокоил, мол, два лучше, чем один. И снова жемчужину глотать не советовал.

А второй – когда нас местный мэр к себе пригласил. Родственница его шла на поправку, мы вроде как спасителями оказались, вот и расщедрился дядюшка – выдал нам по две горошины, право в стабе еще месяц бесплатно находиться, сколько хотим, без уплаты пошлины, и личную благодарность. Если вдруг что случится, он за нас впишется, ну если занят не будет и проблема не очень сложная. И на том спасибо, горошина к горошине – глядишь, и разовьется чего.

Светлый, пережив нападение, потихоньку оживал, даже грузы туда пошли, в основном – продукты и стройматериалы, мертвяки там пошуровали основательно, разрушив почти полностью район пятиэтажек, а вот коттеджи и рекреация остались почти нетронутыми, лакомый кусочек, который сейчас делили полесские и кантемировские. Старую верхушку Светлого нашли – в одном из подвалов восемь тел, включая мэра и ментата, только знахарь пропал. Так что все подозрения в вывозе людей были сейчас на нем. Слухи ходили разные, вывезенных иммунных оценивали чуть ли не в десяток белых жемчужин. Или в сотню. Может даже в тысячу - от одного сплетника к другому размер щедрости внешников рос в геометрической прогрессии.

Вот только наладившийся товарооборот на предложении работы не сказался – в сторону Светлого шли почти исключительно конвои с фурами и самосвалами. На дорогах было неспокойно, одиночка вполне мог нарваться на топтуна или даже на кусача. Рейдеры, кто посерьезнее, уходили на запад, те, кто пожиже – местную кормовую базу окучивал, спораны-то можно было даже из бегунов добыть. После нашествия орды уцелели многие, скрывшись в островках среди черных кластеров, это только арьегарду, вроде Кардана и Вареного, не повезло, те, кто был вооружен посерьезнее, смогли уйти.

Так что я со своей машиной оказался вроде как не при делах, продавать не хотелось, хотя понимал, что для серьезных каких-то дел она не годится. Шарился по скудной местной сети, подбирая место жительства, и постепенно понимал, что не хочу вот так сидеть всю жизнь на одном месте. Три встречи с не самыми слабыми представителями мертвяцкой общины не прошли даром, особого страха при мысли о встрече с зомби я не испытывал. Да и по правде сказать, настоящая опасность начиналась со встречи с лотерейщиками, все менее развитые умертвия разве что по недосмотру могли вред причинить.

Так что я стал присматриваться к группам, идущим в рейд, и заодно задумался о возвращении в Светлый – перезагрузится он нескоро, еще одна орда тоже не сразу образуется, а места там неплохие. Да и комната оплачена до конца месяца.

Соник, которого я случайно отловил, невнимательно меня выслушал, покивал, а потом заявил, что в ближайшее время у него тоже дела. Но вот так просто расставаться он не хочет.

- Бат, связь наладилась, мой контакт у тебя есть. Если надумаешь дальше на восток идти, ты мне напиши, я недели через три-четыре как раз туда собираюсь.

- Погоди, как на восток? Ты же на юг хотел.

- Да я подумал, а чего там интересного? Ну стабы, монстры все те же, рейдеры толпами ходят. На севере, сам знаешь, Капотня в постоянной перезагрузке, она и на родной планете-то не очень, а тут вообще жесть. На западе внешники окопались, могут за любопытство на органы разобрать. Так что только восток и остается, оттуда редко кто приходит, рассказывают всякие чудеса.

- Например?

- Прикинь, полгода назад там нолда видели. Прилетел на летающей тарелке, скраббера завалил и улетел.

- Врут.

- Как пить дать. Но все равно, а вдруг там правда что-то есть? География-то с земной хоть и совпадает кое-где, но вот один из самых близких к нам стабов на юге – район Тюмени, а она на Земле сам знаешь где. Ты с рейдерами решил походить?

Следит он за мной, что ли?

- Думаю пока.

- А ты сходи, - неожиданно одобрил Соник. – Элиты в округе не осталось, ребята, которых орда разнесла, очень злые после своего бегства стали, выкашивают всех слабаков вплоть до руберов подчистую. Максимум на лотерейщика напорешься, и то если повезет. А если нет, уж от ползуна-то ты всегда убежишь. Кстати, Сэй тебе привет передавала.

- Точно, надо было хоть проведать ее. Как она?

- Местная медицина в сочетании с гороховой диетой творит чудеса. Уже на своем байке гоняет. Так что с ней почти все в порядке.

Парень молодец, мне даже стыдно стало. Вот чего стоило сходить, поинтересоваться, как дела, апельсинов вязанку отнести.

- Почти?

- Ага, - Соник улыбнулся. – Представляешь, с памятью что-то у девушки. Даже не помнит, как на земле очутилась, только как из Кантемировска выехала.

- Ретроградная амнезия, - блеснул я остатками знаний от семейной жизни.

- Точно, знахарь то же самое сказал. Может, вспомнит, а может – нет. Времени-то уже много прошло. Ладно, побегу, меня ждут. А ты, как разберешься с делами, напиши, и дранг нах остен!

- Так вообще-то фашисты говорили.

- У нас – трудовик. От школы магазин с выпивкой как раз точно на востоке стоял.

Странный этот парень, Соник. И улыбчивый, и не жадный – мог бы не делиться со мной ништяками, а все равно есть в нем что-то такое. Непонятное. И почему мне до сих пор кажется, что он не в монстра целился? Нет, бред какой-то, если бы хотел меня пристрелить, не один заряд же у него в ружье был.

Гостиница Светлого пережила нападение монстров почти без ущерба для себя – оставшиеся после нашего отьезда люди спрятались в подземной парковке, где их и схарчили. Наверх, на этажи, мертвяки не полезли, даже в холл не зашли – снесли ворота паркинга, там между столбов побегали и ушли сытыми и довольными. Новый управляющий из Кантемировска уже вовсю сдавал номера, а заодно и половину коттеджей.

- Комнату хочешь снять? – молодой сутулый парень пощелкал мышкой, - свободных номеров нет. А, тебе в поселке, тогда есть пока. Споран в неделю плюс уборка и стоянка, итого два. Где жил, помнишь? Отлично. Сотовую связь будешь брать?

- А что, можно?

- Теперь – да. Начальство, считай, одно, так что три спорана в месяц – и будет у тебя безлимит на участке от Светлого до Полесья. Берешь? Вставляй. Так, активирую.

Он пошаманил что-то у себя, симка подхватила сеть.

- Ну вот, номер свой запиши. Сейчас с жильем разберемся.

Он застучал клавишами, на телефон пришло сообщение.

- Первые три цифры – номер участка, четвертая и пятая – комната. Общежития теперь нет, так что сдаем все подряд. Проверь по карте, совпадает? Ну и что, что платил, сам видишь, старых записей нет, бардак везде. Зато цены ниже стали, новая власть о людях заботится, не то что прежняя. И налог на пребывание в стабе пока не берем. Но потом по спорану в неделю точно будет. Бумажные деньги нужны?

Я покивал, получил за споран пачку местной валюты, чтобы было чем за еду расплатиться, ордер на свою бывшую комнату в виде жетона, и пошел заселяться на прежнее место, благо никто пока ее не занял. Бутылки с живчиком на маковых коробочках стояли на своем месте – монстрам, наверное, не понравился вкус, а вот мне даже очень, алкоголиком не стать, но рюмочку в день махнуть, милое дело.

Прошерстил свои запасы – шесть десятков споранов, пять горошин и черную жемчужину. Гороха хватит на месяц, жемчуг мне есть запретили, спораны только так расходуются. Жизнь – штука дорогая, особенно когда помер.

Рейдерский форум пестрел восторженными отзывами, серьезные ребята, те, которые делают, а не пишут, ушли вслед за ордой, а оставшиеся хвастались каждым заваленным кусачом. Карта с графиком перезагрузки кластеров как бы намекала, что неплохо бы и мне тоже присоединиться к общему веселью.

- Здорово, Бат, - мастер важно катал из одного уголка рта в другой толстую сигару. – Принимай работу.

Тундра преобразилась. Теперь она напоминала небольшой броневичок, прибавив не меньше полтонны к собственному весу. Кустарный кенгурятник убрали, вместо него стояла хитрая конструкция, похожая на ощетинившегося ежа. Сервопривод позволял менять направление и длину заточенных уголков, в зависимости от угла атаки. Над капотом появилось утолщение со спрятанным внутри пулеметом, он бил только вперед, поворачиваясь на десяток градусов, но для мешающей проезду цели и этого хватило бы.

Обрешетку переднего стекла заменили на более толстую, а само стекло состояло из двух половин, нижняя откидывалась, позволяя вести огонь прямо из кабины. Все полости были усилены арматурой, петли дверей переварены, чтобы их оторвать, теперь потребовался бы пятитонный домкрат. Ну и соответственно рама, на которую эти петли крепились, тоже была новой.

Толстые колеса с композитным наполнителем и армированными покрышками в сочетании с трехдюймовым лифтом подвески подняли авто, так что и бездорожье было не слишком страшно. Новые шины не только не боялись проколов, лезвия, расположенные горизонтально, не позволяли не слишком сильному монстру к этим колесам подобраться.

Багажник тоже заменили, закрепив сверху – теперь он только приподнимался на полметра, и опускался обратно на крышу. Можно было обтянуть его тентом, и получить подобие газели, но крепления для места пулеметчика как бы намекали, что в кузове будет ехать человек. Откидывающееся заднее бронестекло давало ему возможность при непосредственной опасности скрыться в салоне, а встроенные в полости багажника форсунки с прокладкой трубок от бензонасоса, по идее должны были слегка поджарить нападавшего. Так же, как и огнемет, встроенный в задний бампер и запитанный параллельно от обоих бензобаков.

- Как договаривались, - я протянул мастеру пакетик с тремя горошинами. И пятью споранами – вроде как на чай.

Мастер подарок оценил, довольно хмыкнул, чуть с непривычки не проглотив сигару. И взял еще протянутую бутылку с моим фирменным живчиком.

- Это Буншу, - напомнил я. Автомеханик-алкаш, умудрявшийся напиться даже в этом мире, принимал в работе над машиной самое непосредственное участие.

- Передам, - мастер кивнул, распахнул водительскую дверь. – Карета подана!

Полтонны лишнего веса почти не чувствовались, доработанная пневма уверенно держала дорогу, а двигатель, который даже форсировать не стали, разгонял машину до ста за десять секунд. Оставалось только подобрать команду поприличнее, и отправиться на поиски приключений на свою пятую точку – одному путешествовать по Улью категорически не рекомендовалось.

Ближайший конвой собирался через неделю, на западе перегружались один за другим два кластера, первый – часть жилого массива малоэтажной застройки провинциального городка, с отделением полиции, винным магазином и супермаркетом. И второй – обычный придорожный комплекс, но со стоянкой для дальнобойщиков. Перезагрузка, казалось бы, незначительного кластера происходила в одно и то же время, раз в два месяца по ночам, и площадка была полна фурами. Водители при появлении тумана обычно в кабине не засиживались, ввиду малочисленности опасности не представляли, и особого интереса для местных мертвяков тоже. Сотня зараженных через несколько часов после появления в этом мире самоуничтожалась, те, кто все-таки решил, несмотря на головную боль и тошноту, отправиться в путь, отыскивались неподалеку.

- Всего шестнадцать машин, из них три БМП, - втолковывал мне Гордон, начальник конвоя, щуплый парень с глазами навыкате. – Первой загружается город, но там народу много, сразу делать нечего, следующая - стоянка, поэтому сначала едем к ней, высаживаем водителей и охрану, три броневика остаются для сопровождения, а остальные уже дальше сами занимаются вторым кластером, разница у них в восемь часов, как по звонку. Любая фура по выбору – десять горошин. Если поохотиться едешь – пять споранов, и ты в конвое. Дорога туда не безопасная, хотя если хочешь рискнуть – можешь просто ехать позади, но не менее чем в полукилометре. Или сразу в жилой кластер рвануть.

- Нет, я в первый раз еду, лучше со всеми.

- Правильно, - начальник конвоя кивнул. – Я бы на твоем месте просто поездил в конвоях несколько раз, без добычи, пусть даже за плату. Но сейчас обстановка благоприятная, сильных монстров не осталось, а те, что ушли, им сначала надо через рейдеров прорваться. Откуда эта орда вообще взялась, непонятно, внешники обычно их рядом с собой подчистую истребляют. Может, разрыв в черных кластерах образовался. Но как бы то ни было, никого сильнее кусача тут уже несколько дней не видели, даже на последней перезагрузке. Добычи богатой не ждите, но и без споранов не останетесь.

- Хорошо, возьму место.

- Жизнь дороже, - пучеглазый улыбнулся. - Свободных машин уже двенадцать, грузовики в основном, двигаются медленно, так что советую взять себе в команду кого-нибудь поопытнее и порисковее. Вот, например, тройку Сапога, недавно у нас, но вроде никто о них ничего плохого не говорит. Собственного транспорта нет, Ивеко был переделанный, но на рубера напоролись, ремонт дорогой – он им двигатель вырвал с корнем. Так что будут горох искать, и тебе доля достанется. Что скажешь?

Я пожал плечами. С одной стороны, с незнакомыми людьми всегда сложно, непонятно, что от них ждать, а с другой – в одиночку я только из окна собственного автомобиля смогу понаблюдать за происходящим. В принципе, и так наблюдать буду, но за долю в добыче.

- Боеприпасами обеспечим по оптовой цене, - видя мои сомнения, добавил Гордон. – В дележе все учитывается, так что советую сначала посчитать, кто чего вносит. Будут тебя давить на одну десятую, не соглашайся, машину ты хорошо прокачал. Если что, даже топтун вам не помеха. Но я просто посоветовал, дальше ты сам.

Я записал контакт Сапога.

Тот ответил быстро, предложил встретиться в небольшой кафешке в моем же коттеджном массиве, буквально на соседней улице.

За столиком сидели трое – мужчина лет сорока-сорока пяти, парень моих лет и такого же возраста женщина.

- Привет, - я подошел, показал экран телефона. – Как договаривались.

- Ага, садись, - старший потушил сигарету, пододвинул мне заламинированную страничку. – Есть хочешь?

- Нет, недавно пообедал. Кофе выпью.

Подошедшая официантка записала заказ, заодно расставив на столе несколько тарелок.

- А мы перекусим, не возражаешь? – старший пододвинул к себе суп, отломил хлеб и ушел в процесс еды полностью, не обращая больше ни на что внимания.

- Сапог в своем репертуаре, - парень улыбнулся. – Я – Кастет. Костей раньше звали, так и покрестили почти. А это Катя, не смотри, что старая такая, молодеет день ото дня.

Катя залепила парню подзатыльник, от души, но судя по всему, ничуть не обиделась.

- Строгая, но справедливая, - добавил Кастет. – Она у нас главная на самом деле.

- Трепач, - Катя отщипывала ложечкой от пирожного маленькие кусочки. – Представляешь, вот знаю, что тут не поправлюсь, а все равно себя ограничиваю. Привычка. Ты давно в Улье?

- Пару недель, - признался я.

- А уже такую тачку заимел, - подмигнул мне парень. – Признавайся, у тебя тут спонсор богатый?

- Это из той жизни. Но – да, считай, по наследству осталась.

- Ага. Пока Сапог ест, я тебе про нас расскажу. Вот Катя, которая с каждым днем все краше и милее, она в Улье почти год. Стреляет как богиня, так что ссориться с ней не советую. Это, кстати, ее дар. Но любим мы ее не за это, да, Катюха?

Катя спокойно кивнула. Видно было, что к подколам она давно привыкла.

- Я тут тоже больше года, на местности ориентируюсь хорошо, карта не нужна. Чувствую расстояние и направление. Мне бы такой дар в той жизни, ох бы развернулся. Ну а Сапог у нас человек опытный, монстров чует за километр. Да, Сапог?

Старший доел, аккуратно скатал остатки хлеба в шарик, кинул в рот. Кивнул.

- Ты еще не сказал, что у тебя дар болтуна проснулся. Можешь любого монстра заболтать.

- Могу, - Кастет картинно вздохнул, - вот только они некоммуникабельные.

- Ну а ты чем нас порадуешь, кроме машины своей? – Сапог закурил еще одну сигарету.

- Говорят, я фризер. Могу воду замораживать. Не слишком полезное умение.

- Это кто тебе такое сказал? – старший усмехнулся. – В Улье бесполезных умений нет. Тут физические законы действуют практически так же, как и на нашей Земле. И вода – такая же молекула, как и остальные вещества, знаешь, как температура понижается? Молекулы или атомы начинают двигаться медленнее. Вот ложка из нержавейки, в ней воды нет, попробуй.

Я напрягся, как знахарь показывал, вызвав смех собеседников, мол, не обделайся от натуги, и пожелал, чтобы ложка охладилась. И тут же отдернул руку – ее обожгло, ложка вмиг покрылась инеем и упала на пол, издав мелодичный звон.

- Градусов тридцать ниже нуля, - Сапог покачал головой, - а ты говоришь, бесполезное. Практически любой материал хрупким становится при низких температурах. Это ты сейчас только и можешь, что ложку заморозить, будешь развиваться, увидишь, какое полезное это умение. При минус ста от любого удара металл на кусочки разлетается, а то, что воду содержит, тем более. Схватил тебя, к примеру, кусач, ты ему сустав заморозил, тот сам расколется. Ну и дальше, сам сообразишь, что можно с таким даром сделать. Но сейчас, извини, ты еще свежачок, так что твоя ценность – это машина. Давай договариваться.

Глава 12

12. Улей, месяц первый. Рейд.

Мишень в двухстах метрах от нас разлетелась на кусочки.

- Не понимаю, - Катя лениво отодвинула винтовку, - зачем нам это. Лучшая тренировка для меня – гороховый компот.

- Давай теперь ты, - Сапог, не обращая на нее внимания, подсветил нужную мишень.

Я прицелился, нажал на спусковой крючок.

- Сколько ты уже тренируешься?

- Как сюда попал, - признался я. Нетронутая мишень снова подсветилась красным.

- При выстреле у тебя уводит ствол вправо и вверх. Слишком сильно левой рукой придерживаешь, попробуй еще раз.

В который раз уже совместил точку лазерного прицела с мишенью, выстрелил.

- Тебя учить – только портить, - Катя жевала яблоко. Дорогое, зараза, фрукты тут долго не хранились, а овощебазы перегружались редко и далеко. – Сапог, вот нахрена ему стрелять? Ты видел, какой пулемет ему в тачку пришаманили? Жми на гашетку, делов-то.

- И то верно, - согласился сенс. – Хватит зря патроны переводить, поехали, отработаем высадку.

Этот разговор почти один к одному повторялся уже третий день. Со стрельбой даже на средней дистанции у меня ничего не получалось, но новые однополчане с достойным большего упорством каждое утро начинали со стрельбища. А уже потом мы выезжали куда-нибудь в спокойное место, и команда осваивалась с моим транспортом. Выпрыгивали из машины на ходу, поднимали и опускали багажник, свое противотанковое ружье таскали туда-сюда. Недешевое, кстати, горошины три-четыре стоит. Сняли со своей Изуцу, пока на нее новый движок ждали.

Я особого смысла в совместных тренировках не видел, через две-три недели мотор для их машины придет с юга, и я окажусь самым слабым и ненужным звеном в команде. Сработаться на один раз? На мой взгляд, пустая трата времени, но вот ребята считали иначе.

В этот день они охотились друг на друга – карабины были заряжены резиновыми пулями, на расстоянии больше десяти метров никакой опасности, кроме синяков, от них ожидать не приходилось, так что команда веселилась вовсю – сначала Кастет с Катей бегали за Сапогом по заброшенному коровнику, потом он – за ними, ну а под конец монстра изображал я.

Сапог определял мое местоположение безошибочно где-то метров до тридцати, потом – только приблизительно. Так что я бегал, прыгал, получал по мягким и не очень местам резиновыми кусочками. Больно и обидно.

А дальше – снова на машине отрабатывали езду по перекресткам. За сколько метров надо притормозить, чтобы сенс определил, не прячется ли кто за угловым домом, с какой скоростью лучше ехать, чтобы Кате было удобно стрелять из ПТР, Кастет, тот с завязанными глазами точно определял, где надо свернуть и куда, вот только если ехали быстрее восьмидесяти, дар его немного сбоил. В общем, осваивались.

После долгой торговли сошлись на том, что я забираю себе седьмую часть споранов и первые две горошины, жемчуг, если вдруг обнаружится, остается напарникам – они между собой тоже по определенным правилам все делили. Зато половину обычного янтаря обещали отдать мне. Себе забрать узелковый. Ну а материальные бонусы, шмотки там, оружие, каждый набирал по потребностям, но с учетом вместительности машины. В городке, который должен был перезагрузиться, в супермаркете был неплохой охотничий магазин, там можно было подобрать что-то из одежды. Оружие тоже можно было взять, для коллекции – дробовики про запас тут были у каждого, не стоили практически ничего. Место в конвое возмещалось отдельно, на это шли пять споранов с добычи.

ПТР встал в кузов, словно так японские конструкторы и задумывали. При закрытом заднем стекле звук выстрела все равно был достаточно громким, но зато попадание с небольшого расстояния вполне могло рубера не только остановить, но и при удаче даже вывести из строя. Вот только затащить ружье это в кабину не получалось, уж очень длинное. Приспособили подвесы, при необходимости ПТР поднимался к нижней плоскости багажника, крепился там, и вероятность, что он останется целым, когда какому-нибудь кусачу захочется в кузове проехаться, повышалась.

С удивлением узнал, что Кате, оказывается, почти шестьдесят.

- Ага, - она даже рассмеялась, любуясь произведенным эффектом. – Представляешь, все тут дарами Улья хвастаются, кто огнем стреляет, кто предметы копирует. А по мне, главный дар Улья – молодость. В том мире кем я была, обычная старушка, дети давно в другой стране живут, там же и внуки, приезжают раз-два в год, из развлечений – в кино сходить да с подружками, кто жив еще, по телефону поболтать. А тут, считай, уже лет двадцать скинула. Камни в почках были, не беспокоят. Ты-то еще молодой, не понимаешь, каково это – каждое утро вставать, и что-то обязательно болит.

- Ну почему же, - я потрогал кончиком языка отросший заново зуб, - у меня вот тоже спина раньше болела.

- Спина, - усмехнулась Катя. – Ты бы еще про насморк вспомнил. Кстати, тут – ни разу. Люди жалуются, что сюда попадают. Дураки. Лучше уж так несколько лет прожить, чем на пенсии кости таскать.

- Ну тебе виднее, я тут недавно, еще не успел все оценить.

- Так оценивал бы. А то лезешь куда-то, монстров стрелять. Подумай, нужно ли тебе это. На живчик и так пока зарабатываешь. А?

- Мне еще горох нужен, - поделился я своей проблемой.

- Тьфу на тебя. – Катя махнула рукой. – И о чем мы говорим. Чем моложе, тем тупее. Ладно, дело твое.

- Ты мне водителя разговорами в сомнения не вгоняй, - вступил Сапог в разговор. – А ты бабку не слушай. Будешь сидеть на месте, без живчика останешься. А без споранов – смерть. И так риска почти никакого, на прогулку едем. Все у тебя готово?

- Да. Полные баки, боекомплект к пулемету, к автомеханикам еще раз съездил, сказали, все в порядке.

- Хорошо. Завтра выезд в восемь, но мы встречаемся за час.

В семь утра по местному времени я уже стоял возле машины на площадке возле недавно перегрузившейся колонии. Пять БТР в ряд с двумя автобусами, десяток переделанных а-ля Мэд Макс грузовиков, микроавтобус и два Портера. Автобусы предназначались для водителей, три БТР принадлежали городу, а вот еще два – местному предпринимателю, выкупившему полтора десятка фур. Рейдеры кучковались, курили, смеялись, в общем – настраивали себя морально к предстоящей веселой поездке.

Мои спутники появились через четверть часа.

- Женщины, - в ответ на невысказанный вопрос кивнул на Катю Кастет. Та лишь возмущенно качнула головой. Мне показалось, или она стала выглядеть еще моложе?

Сапог остановился возле одной из групп, включился в разговор. Сначала мирный, потом вдруг переросший в спор. Я было забеспокоился, но Кастет мне подмигнул, мол, все путем, и правда, через минуту спорщики пожали друг другу руки и разошлись.

- Кречет вконец оборзел, - наш сенс выглядел довольным. – Но сговорились на следующую поездку. А сейчас смысла нет обьединяться, рейдеров мало, добычи много, каждый за себя.

- Так-то оно так, - Катя легко подкинула в руках мешок с чем-то металлическим, забросила в кузов. – Но с ним было бы спокойнее.

- У нас и так все путем. Да, Бат?

Я кивнул. У меня-то точно все нормально. Даже мандража не было перед первым выездом.

Колонна начала потихоньку строиться. Один БТР занял место в голове, за ним два грузовика, потом автобусы, снова грузовики, мы, портеры и еще два БТР. Частные бронемашины и микроавтобус пристроились в конец колонны, чтобы потом отстать на бесплатное расстояние. Почти в восемь подъехали с десяток мотоциклистов, пристроились к головному БТР.

Если в моем представлении рейд означал что-то вроде пиратского набега, то по сути это больше было похоже на выезд в пионерлагерь. БТР тронулся, за ним – все остальные, ехали с небольшой скоростью, до места перегрузки кластера километров сорок было.

За десять километров до места стали попадаться первые фуры. Самая первая – перевернувшаяся, с какой-то бытовой техникой, наверное, водитель превратился в зомби прямо на рабочем месте. Рассыпавшиеся коробки никого не заинтересовали, только Катя сказала, что новый миксер бы ей не помешал.

- На обратном пути возьмем, - Сапог расслабленно курил в окно. – И кофеварку новую, старую никто не чистит.

- И сигарет электронных, - Катя не унималась. – Задрал уже дымить своими вонючими папиросами.

- Сама эту гадость в рот засовывай, - под гогот Кастета веско ответил Сапог. – О, погляди-ка, рефрижератор.

Холодильник на колесах с открытой дверью водителя стоял на обочине. Рядом с ним покачивался на ветру первый встреченный метрвяк, судя по одежде – как раз из-за баранки. Из микроавтобуса, следовавшего за колонной, выскочили двое, один длинной киркой раскроил мертвяку череп, а второй полез в рефрижератор. На мой взгляд, машина мяса десять горошин не стоила, но бизнесмену Улья виднее, может, и не только содержимое, но и сама установка в цене.

- Сегодня на ужин будут стейки, - подтвердил Кастет. – А то консервы надоели уже.

Фуры попадались все чаще, микроавтобус останавливался возле каждой, несколько машин обрели нового хозяина.

За два километра до кластера наконец обозначила себя головная машина. Раздались автоматные очереди, потом бахнула пушка, беспилотник, сопровождавший колонну, ушел куда-то вправо, корректируя огонь.

- Элитник? – с сомнением в голосе произнес Кастет.

- Скажешь тоже, - Сапог даже курить не перестал, все так же болтал в окне высунутой наружу рукой с зажатой сигаретой. – Максимум кусач.

От колонны отделился мотоцикл, помчался по полю, подскакивая на кочках. Колонна даже не притормозила, только дрон кружился над местом, где валялось едва шевелящееся тело монстра.

- Точно кусач, - глядя сквозь прицел, подтвердила Катя. – Большой, может даже рубер. Сапог, прикинь, а если они там жемчуг найдут?

- Ты за три года сколько нашла? Дай-ка, угадаю – ни одной. Откуда в кусаче жемчуг?

- Мне Филин рассказывал.

- Трепач твой Филин. Если бы жемчуг попадался везде, тут бы одни супермены ходили. – Сапог сплюнул в окно. – Сам-то он хоть раз видел хоть одну?

- Говорит, что да.

- Я тоже могу сказать. Бат, на жемчужину хочешь посмотреть?

- Ага, - кивнул я, выворачивая вслед за колонной к придорожному комплексу.

- Вот и мы хотим, - Сапог показал рукой чуть в сторону. – Паркуйся там, все равно на час, не меньше, это затянется. Мы осмотримся, а ты сиди в кабине и смотри в оба, тут бегуны могут попадаться. Хоть времени и мало прошло после перезагрузки, но мертвяк мертвяка чует. Для сильных эта падаль не интересна, а вот те, кто только встал на путь некрофилии, могут и прибежать, чтобы перекусить.

Колонна практически полностью поместилась на площадке для фур. БТР перегородили дорогу с двух сторон, нацелили пулеметы на полосы движения – мертвяки тоже предпочитали по ровной поверхности передвигаться, а не по кочкам шастать. Из микроавтобуса вылезли оставшиеся водители для выкупленных машин, будущий владелец вместе с начальником конвоя, Гордоном, уже ходил вдоль выстроенных большегрузов, отмечая выбранные. Маленький пакетик, переданный Гордону практически на виду у всех, разрешил так практически и не вспыхнувший спор, бизнесмен быстренько распределил между восемью водителями восемь только по ему известным критериям отобранных машин, муниципальные шоферюги полезли в остальные, предварительно освобожденные от прежних хозяев, и через сорок минут колонна из шести десятков фур и семи бензовозов выползла со стоянки. Впереди – БТР и переделанный в недотанк грузовик, позади – оба автобуса и еще один БТР.

Четыре фуры не завелись – их хозяева пополнили ряды зомби, предварительно вытащив ключи, никто возиться с ними не стал, просто бросили на стоянке. А мы – три БТР, грузовики, тенты и я на своем пикапе, поехали дальше, в жилой массив.

Перезагружающиеся кластеры шли через один, от стоянки до массива было километров двадцать, так что дорога много времени не заняла. Впереди шел грузовик, обваренный металлическим каркасом из швеллеров, на мощных толстых шинах, по бокам – два БТР, а дальше балласт вроде меня, по всей ширине дороги, встречного движения не было.

Со времени перезагрузки прошло больше суток, загрузившаяся часть города была застроена многоэтажками, множество мелких магазинов и один большой гипермаркет для меня лично особого интереса не представляли, после фурного улова цены на продукты упадут, а к черной икре я равнодушен. Вот мои попутчики, те всерьез обсуждали, как наберут вискаря и коньяка французского. Ох уж мне эти эстеты, то, что в провинциальном городе и то, и другое скорее всего паленое и сделано в окрестных подвалах, я говорить не стал. Зачем людей расстраивать.

Но все же основной целью была охота на монстров – одной икрой сыт не будешь, спораны, они как лекарство, хочешь не хочешь, а где-то брать нужно. Пятнадцать тысяч зараженных должны были привлечь кого-то из зомби-элиты, заодно они друг другом закусят, и постепенно разовьются, пока это было тупое стадо, годное только на прокорм. И мертвяки, те, которые тоже шли в город за едой, уже должны были там пировать.

- Наша цель – лотерейщики, - втолковывал мне Сапог, - теми, кто посерьезнее, ребята на мощных машинах займутся, заодно и отвлекут, а нам десятка-двух почистить вполне хватит. Они сейчас отьедаются, а от жрачки у этих тварей что-то вроде эйфории наступает. Имунных-то мало, мы для них как деликатес, так что тактика простая, выманиваем одного-двух, ты гонишь что есть сил, бегуны и прочая шелупонь отстают быстро, кусачи и руберы, если вдруг такой попадется, на нашу охрану отвлекаются. Ну а лотерейщики быстрые, километров сорок-пятьдесят могут держать. Так мы их отсеем и распотрошим. Задачу понял свою?

Я кивнул. Чего тут непонятного.

- Молодец, - Катя улыбнулась, - за это дадим тебе шоколадку.

- Целая фура в стаб пошла с кондитеркой, - напомнил я. – Так что мне лучше долю мою отдайте потом.

- Тут не в церкви, не обманут, - Сапог похлопал меня по плечу. – Смотри, видишь, колонна начала поворачивать? Едем за ними, а потом через два перекрестка уходи направо.

Границы кластеров обычно по свободным участкам идут, но тут – не повезло. Прямо перед вьездом стояли два дома, разрезанные невидимым исполинским ножом чуть наискось, так, что обнажились внутренности квартир. Вот кому-то повезло оказаться в той части, что в прежнем мире осталась, хотя, если тут наши копии, как говорят, то в принципе и не важно. Для тех, кто сюда не попал. А вот, к примеру, для родителей, у которых ребенок был в одной комнате, а они в другой, и сюда попали – не хотел бы я на их месте оказаться.

Раздались первые очереди – местные зараженные не представляли никакой опасности, зато звуки привлекали гостей. Аборигенов – тоже, за нами увязались несколько мертвяков, уже достигших определенного уровня развития, но целью поездки они не были.

Колонна не спеша продвигалась к центру, проехали один перекресток, на нем два грузовика повернули направо, у них своя охота намечалась. А один грузовик и два Портера – налево, к гипермаркету, за деликатесами. По мне, так пустое занятие, но мнение свое я высказывать не спешил. Внезапно передний БТР дал очередь из пулемета, что-то большое и черное подпрыгнуло, пытаясь уйти через крышу пятиэтажки, но стрелок снял монстра прямо в полете.

- Топтун, - Сапог равнодушно пожал плечами, - мелочь, но все равно, с почином.

Мы чуть притормозили вместе со всеми, из грузовика, шедшего в голове колонны, выскочил боец, добежал до монстра, чуть ли не на ходу сделал контрольный выстрел и вскочил на борт последнего БТР.

- Так и оставят, - пояснил Кастет. – Сейчас зачищать будут примерно в километре диаметром, собирать трофеи – потом, а нам тут делать нечего, у нас своя охота. И не только у нас.

И точно, перед нами на перекрестке свернули еще три грузовика, помчались на север, и мы за ними.

- Пухлый опять под себя гребет, - недовольно сказал Сапог. – Сколько у него там, человек двадцать? Небось еще и приманку везут.

- Приманку? – удивился я. Не слышал о таком.

- Ага, зомбаки кошек любят, просто жуть. Так у них там две или три в клетке, ток подведут от аккумулятора, а когда кошка визжит, мертвяк устоять не может. Но вот как, сволочи, отличают живую кошку от записи, тут загадка.

Я только головой покачал. Да, понимаю, охота есть охота, но все равно, вот так мучить кого-то, как-то не по-людски.

- Привыкай, - по-своему истолковав мое молчание, сказала Катя, - тут тебе не институт благородных девиц, или ты, или тебя. Мы бы тоже взяли, но кошки дорого стоят, в стабах их не селят, чтобы элиту не привлекать, та их издалека чует. А в перезагрузке можно поймать, но это надо прямо в первый час приезжать, потом поздно, или разбегутся, или сожрут их.

- Кошка – тварь хитрая, - Кастет хохотнул, - убегают. Да и мало их.

- Кисляк чуют, - подтвердил Сапог, - так, видишь Пухлый дальше поехал, а мы сейчас налево свернем, ага, вот тут. И теперь прямо с километр, там пустырь будет и стройка заброшенная, уже несколько лет, туда нам и надо.

Глава 13

13. Улей, месяц первый. Рейд.

Как и обещал Сапог, через километр мы выскочили на пустырь. Когда-то, наверное, тут хотели построить что-то грандиозное, даже обнесли территорию бетонным забором, но со временем из разрушившихся блоков вылезли заржавевшие арматурины, части секций не было, их снесли для удобства, а по периметру организовали стихийную мусорку – так уж человек устроен, по центру, на видном месте, ему вроде как гадить неприлично, а вот по неприметным местам свои отходы разбросать – это можно.

Местные не стеснялись – судя по общему виду и ароматам, тут скидывали все, от мебели до картофельных очистков, сейчас по двум гектарам бродили с три десятка зомби, видимо, кисляк застал их за переносом отходов. У одного даже ведро мусорное с собой было, так и таскал. Передвигались они еле-еле, в основном пытаясь друг друга сожрать. Но силы были равны и минимальны, получалось у них это плохо, оставалось только ждать, пока кто-то повыше в пищевой цепочке избавит их от бессмысленного существования.

Кастет, даже не прицеливаясь, пристрелил одного, и толпа, еле передвигая ноги, кинулась на новую порцию еды. Правда, от нее трое отделились и пошаркали в нашу сторону, но рейдерам сейчас было не до них.

- Пятеро идут сюда, - предупредил Сапог. - Вроде как бегуны, но среди них наверняка лотерейщик есть, двигаются быстро и организованно.

Кастет, отбрасывая автомат, достал внушительного вида помповик и выскочил из машины.

Катя похлопала по крыше кабины, подтверждая, что на позиции и готова косить врагов из ПРТ, а кого пропроще – из снайперки. Сапог тоже вылез наружу, посоветовав мне не высовываться, приказать-то он не мог, или не хотел, да я и сам не особо рвался в бой. Неплохо сначала было посмотреть, как бывалые рейдеры это делают.

Пятерка мертвяков появилась меньше чем через минуту – в провале показались пять фигур, две в центре побольше, а три по бокам – посубтильнее.

- Два лотерейщика, - Катя зашуршала наверху. – Отсекайте бегунов, как ближе подойдут, а я этими займусь.

Сапог кивнул, расслабленно держа помповик в руках. Нарезное оружие хорошо бьет на расстоянии и по людям, а вот по зомби – гладкоствол большого калибра куда эффективнее.

Левый жрач что-то проревел, может, начальником был в прошлой жизни, и бегуны рванули к нам, быстро, человеку так не разогнаться. Когда до машины оставалось метров двадцать, оба помповика грохнули раз, второй. Два бегуна упали, третий, оставшись в одиночестве, попытался кинуться на Кастета, но Катя сверху сняла его из карабина, голова разлетелась в крошево.

И тут же сделала два выстрела в предводителей.

У обоих не стало части живота с поясничным отделом позвоночника, твари хоть и отличались уже от людей, но общее строение скелета пока оставалось таким же. А без позвоночного столба особо не побегаешь, обе фигуры надломились, сложились пополам, зомби были еще живы, скребли руками по земле, пытаясь ползти вперед, отталкивались ногами – загадка для неврологов, но битва ими была уже проиграна.

- Бат, быстро, помогай, - скомандовал Сапог, доставая из ножен что-то вроде мачете. – Потрошим. Пока чисто, но вроде что-то идет на пять часов. Кастет, что там?

- Ищу, - Кастет уже вскрывал споровый мешок своего бегуна, шаря рукой в затылке.

Я выскочил из машины, а что, надо же тренироваться, бросился к ближайшему бегуну, тому, которого Катя уменьшила на часть головы. Вот что значит дар Улья, пуля вошла в лобную кость, раздробив ее, и вышла возле уха, затылок остался целым. С ножом я уже приноровился обращаться, да и как вскрывать паразитов, тоже видел. Покопался в черной паутине, вываливая ее наружу и пропуская через пальцы, как Соник учил. Нащупал два шарика, почистил их от серо-черной сухой гнили.

За то время, пока я с одним бегуном копался, Катя успела обшарить двух. В одном, судя по ее виду, попалась добыча побогаче, в другом – поплоше. Но тоже что-то было. А Сапог с Кастетом занялись лотерейщиками. Действовали они почти синхронно. Подойдя почти вплотную, обрубили тварям руки, мачете или заточены были хорошо, или сделаны из какой-то особой стали, но плоть резали без усилий почти. Потом обрубили ноги – те еще шевелились, и будут шевелиться, пока соединяются с остальным телом. И когда от мертвяков по сути остались только кусок тела и голова, вспороли споровые мешки, придавив жертву ногой.

Те даже зубами пытались помогать себе уползти, но стоило клинку войти в затылочную часть, затихли окончательно.

- У меня горошина и три спорана, - доложил Кастет.

- Четыре спорана, - ответил Сапог. – Катя?

- Три, - ответила девушка шестидесяти лет.

- Два, - не дожидаясь, пока спросят, сказал я.

- Отлично, - Сапог достал из машины шкатулку, сбросил туда добычу, - Кастет, появились?

- Трое, - отдавая шарики, ответил тот. – Будут через полминуты.

За час, который мы провели на пустыре, получилось убить одного топтуна, полтора десятка лотерейщиков и раза в три больше бегунов, сначала зомби появлялись с высокой частотой, потом поток иссяк, пока не заглох совсем. Набрать удалось пять горошин и больше сотни споранов, как сказал Сапог, неплохой результат за такое. Мол, места надо знать.

Рация зашуршала, затрещала – головной БТР сообщал, что общий сбор будет через четыре часа на выезде из кластера.

- Времени еще полно, а закрома не забиты, - Сапог поглядел на своих подельников, потом на меня, - ну что, еще в одно хлебное место поедем? Там добыча побольше будет, но и риску прибавится. Что думаете?

- Чего думать, - Кастет сплюнул, - по горошине на брата, ну и сестру, извини, Катюха, это смех. Пока мы тут прохлаждаемся, другие уже набили себе закрома эти по самые гланды.

- Не жадничай, - строго сказал главный. – Не любит Улей этого. Давай, Бат, за руль, выдвигаемся.

Мы выехали с пустыря, на перекрестке встретившись с одним из грузовиков, тот погудел, получил гудок в ответ и помчался дальше, рейдеры тут были не в первый раз, примерную схему поведения тварей знали, но и на рожон никто без солидной огневой поддержки лезть не хотел. Для этого другие рейды есть, на руберов.

Поплутав по каким-то улочкам минут пять, мы выскочили на окраину кластера, где особняком стояли пять высоток, обнесенные кованным забором, тут жила, наверное, местная элита, та, которая до коттеджей не добралась. Для меня – непонятно, город-то небольшой, селись где хочешь, нет, лезут люди в человейники, кучкуются, слушают, как сосед сверху музыку включает, а снизу – детей на пианино играть учит. Мы уже почти проехали этот сливочник, как Сапог похлопал меня по руке.

- Притормози-ка.

- Ты чего? – Кастет потянулся через сиденье, - тут же закрыто все. Осталось с километр до места.

- Вон, - Сапог показал на один из домов.

Я ухватил бинокль, пригляделся – в окне кто-то махал чем-то красным, как бы даже не трусами. Увидев, что его заметили, человек удвоил частоту взмахов.

- Нельзя оставлять, - наставительно заметил главный, - Улей не простит.

Что-то, по мне, Улей слишком строг к и так обиженным своим обитателям, но возражать я не стал. Тем более что смог наконец-то опробовать в полевых условиях свои умения – заморозил и сломал замок у калитки, потом то же самое проделал с воротами, они были распашные, пришлось отламывать направляющие от механизма. Мы с Катей остались в машине, а Сапог с Кастетом, расстреляв немногочисленных гуляющих по улице зомби, забежали в здание.

Их не было минут десять, а потом они появились, но не втроем, а аж впятером – рядом шли немолодой мужчина с помповиком, женщина лет тридцати и ребенок раннего школьного возраста. Мужчина что-то втолковывал Сапогу, женщина тащила ребенка за руку, а Кастет шел позади с недовольной рожей.

- Принимай пополнение, - Сапог тоже был не слишком доволен.

- Послушайте, - мужчина все никак не мог успокоиться, - предположим, вы правы. Но какая-то власть здесь есть?

- Сейчас власть – это мы, - Кастет подошел к машине, - не хотите ехать – оставайтесь. Или хватит уже нам дерьмо на уши вешать, тут каждый второй – адвокат.

- Мой отец так этого не оставит, - завела пластинку женщина, - дайте я только ему дозвонюсь, он тут всех..

- А ну заткнулась, - мужчина тяжело поглядел на спутницу, и она, как ни странно, послушалась. – Хорошо, что надо делать?

- Ну во-первых, - Сапог вздохнул, - как мы уже говорили, это все добровольно. Во-вторых, угроза заражения никуда не исчезла, так что придется лекарство выпить. Бат, смотри, какое счастье тебе привалило, аж три крестника. Давай, а то чего мы тут за тебя стараемся.

Я как мог, в двух словах обьяснил мужчине, что имя-отчество Лев Натанович тут не в ходу. И обозвал его Адиком – не люблю адвокатов. Мужик даже не возмутился. Хотел еще жену его стервой назвать, она опять начала гундеть про своего папашу-судью, но Катя вовремя напомнила, что детей и женщин не обзывают, они вне этого тренда. Так что остались Марина и Матвей при своих.

- Теперь живчика им дай, - напомнил Кастет.

Тут я призадумался. Не то чтобы жаба меня взяла, но мой живчик, на янтаре, я берег для себя. И хоть при случае готов был помочь, но откуда у новичка такое богатство, обьяснить будет трудно.

- Нет, у меня купи, - рассудил по-своему мою проблему Кастет, - в этой бутылке один споран, отдам за два.

- Идет, - решил я, и протянул откупоренную бутылку спасенным.

Адвокат, тот не спорил, отхлебнул сразу, хоть и поморщился, и сына выпить заставил, под вопли жены, что малому спиртное дали, сволочи. А вот Марина, та пить отказалась, и пришлось мужу снова рявкнуть на нее, чтобы она с недовольным видом прикончила остатки, и то чуть не стошнило бедняжку.

Вся эта процедура отняла у нас минут пятнадцать, заодно выяснили, что Лев Натанович, несмотря на свой солидный возраст и такое же солидное положение, был страстным игроком в компьютерные игры, и в происходящее поверил сразу. Вот бывает такое даже с адвокатами. Основная коллекция оружия хранилась у мужчины в загородном доме, а в квартире – только Бенелли М4 с выдвижным прикладом.

- Коттедж, в той стороне, - попытался адвокат использовать нас, как бесплатное такси, но Сапог его заверил, что коттеджа своего тот не увидит, если не хочет сам добраться до места.

Мужчина хотел. И для этого у него был даже свой транспорт марки БМВ, за которым он собирался пойти. Но вдруг как-то обмяк и повалился на землю. А следом за ним – и женщина с ребенком.

Чувство опасности – оно просто так не появляется, я уже потянул руку за автоматом, но тут Сапог кинул в меня каким-то черным комком, в полете тот чуть увеличился, и ударившись об меня, растекся по телу черной сеткой, не давая двигаться.

- Что происходит? – как можно спокойнее спросил я.

Катя отвела взгляд, Кастет, тот чуть ли не ржал, а Сапог достал из кармана рацию, не ту, что нам дали, гораздо меньше, надавил на кнопку.

- Мы почти на месте, да, четверо. Будем через десять-пятнадцать минут. Давай, грузи их, - это он уже Кастету.

Вдвоем они покидали местных иммунных в кузов, меня бросили на заднее сидение, наверное, как хозяин машины я был в привилегированном положении, Сапог уселся на водительское место, Катя – рядом с ним, Кастет, подвинув меня, на заднее.

- Хороший улов, - Кастет явно радовался спеленутому мне больше, чем добытым горошинам, - сколько дадут?

- Сколько дадут, столько и получим, - Сапог сосредоточенно смотрел на дорогу.

- Нет, а как он торговался, - не унимался мой сосед, - и две горошины получил, и споранов долю, да еще и живчик по дешевке прикупил. Да, Бат? Хорошая у тебя машинка, горошин пять стоит в этом обвесе, жаль, бросить ее придется, уж больно приметная. Только вот с крестничками твоими нехорошо получилось, вроде ты в ответе за них, но защитить не можешь, пойдут с тобой заодно. А ты что думал, мы на тварей только охотимся? Тут, друг мой, так долго не протянешь, знаешь, сколько Кате нужно, чтобы вот так молодеть? Горох жрет как не в себя.

Катя молчала. Может, ей это и не нравилось, но видно было, что любовь к гороху перевешивала.

Наконец Кастет примолк, и остаток пути мы проделали в тишине. Только редкими выстрелами рейдеры снимали попадающихся зомби, продвинутее бегуна никого не попадалось, но даже и таких они не потрошили, везли ценный груз.

Наконец, машина замедлила ход, через верхушку окна непонятно было, где мы, но когда остановились, дверь открылась, и Кастет выпихнул меня наружу.

- Вылазь, барин, приехали, - он бережно придержал меня, чтобы я о землю не ударился, и обьяснил, - товар надо беречь.

На площадке возле заброшенной автозаправки мы были не одни – рядом стоял еще один грузовик, возле него – трое мужчин с автоматами и трое спеленутых так же, как и я. Обе команды торговцев живым товаром настороженно глядели друг на друга. Катя, так вообще в кузов переместилась, поближе к ПТР.

От троицы отделился один, с густыми рыжими волосами, подошел, они с Сапогом поручкались.

- Когда? – спросил незнакомец.

- Мазай сказал, через десять минут пришлет. А то ты сам не знаешь. Кто у тебя, новички?

- Не только, - пришлый кивнул на крайнего спеленутого, смуглого кавказца лет двадцати, - этот уже полгода здесь. Из Светлого, никто искать не станет, борзый больно.

- Смотри, Кирпич, - Сапог покачал головой, - дело твое.

- Именно, что мое, - согласился Кирпич. – А у тебя кто?

- Трое свежаков в кузове, и один новичок.

- Может, они и не иммунные вовсе? – Кирпич недоверчиво поглядел почему-то на меня.

- Может, - легко согласился наш командир. – У тебя свой горох, у меня – свой.

Долго им болтать не дали, БТР показался на горизонте и споро подкатил к нам. Оттуда выпрыгнули двое, еще один остался в башенке, взяв нас на прицел.

Муры, так их называли, кажется, экипированы были куда лучше, чем охотники за монстрами. Черные доспехи, почти полностью закрывающие тело, шлемы с затемненным забралом, карабины странной конструкции. Я уж подумал, что внешники, но одно забрало откинулось, и оттуда раздалась вполне себе русская речь.

- Друзья, рад вас видеть в такой милой компании, - парень с крысиным лицом весело скалился.

- Привет, Крыс, - мрачно поздоровался Кирпич. И Сапог что-то там пробурчал.

- Ну что у нас? - Крыс прямо-таки лучился счастьем. – Давай, Кирпич, ты первый.

Кирпич махнул рукой, его напарники подтащили пленных поближе. Крыс отстегнул с пояса какой-то жезл с камнем на конце, дотронулся до лба каждого из спеленутых, глядя на мониторчик на рукоятке.

- Так, за всех дам тридцать пять горошин. По десять вот за этих, дар совсем слабый, и пятнадцать за этого красавца, - он показал жезлом на кавказца.

- Надо бы добавить? – Кирпич сказал как-то нерешительно. Крыс даже отвечать не стал, отдал толстый желтый конверт, и перешел к нам.

Семью уже вытащили, разложили на траве.

- Одна семья, - кивнул на них Сапог.

При этих словах ребята Кирпича напряглись как-то, а Катя навела на них дуло противотанкового ружья.

- Однако, - протянул Кирпич, - подвезло тебе. Что сразу не сказал?

- Забыл, - Сапог оружие не наводил, но держал в руках. – Ну что?

Крыс, не отвечая, поколдовал что-то над жезлом, поднес к каждому из трех, на верхушке загорелся оранжевый огонек.

- Эти двое, - он показал на адвоката и его сына, - сойдут. А эта на грани, может переродиться.

- Они сутки держались, - Сапог покачал головой.

- Бывает, что и трое держатся, - Крыс пожал плечами. – Поили клипсой? За этих двоих дам пятьдесят, за нее пять накину. Рискну.

- Идет, а за этого? – Сапог кивнул на меня.

- Десятку, - Крыс даже мерять меня не стал, - сколько он тут, месяц?

- Глаз-алмаз, - угодливо рассмеялся Кастет.

- Поживи с мое тут, не таким станешь, - Крыс привесил жезл обратно на пояс. – Есть что-то, что мне нужно знать?

- Эти двое – почти ничего не могут, - Кирпич кивнул на новичков, - только пробудилось что-то с недели две назад, а этот – сенс, тварей чувствует. Но плохо и недалеко, не развивается у него дар почти.

- Идет. А твои, Сапог?

- Ну трое понятно, ничего не могут. А этот вот фризер, морозит при прикосновении, всего месяц тут, а уже неплох. Ты бы накинул за него?

- Хорошо, - кивнул Крыс, - верю. Дам еще пятерку. Все, договорились?

- А фиксы? – напомнил Кирпич.

- Да, хорошо. Так, у тебя трое, и у тебя, Сапог, один. Держите.

Крыс кинул три черных шарика Кирпичу, и один – Сапогу, и еще по одному на свежачков, шарики раскрылись в такие же черные веревки, как на мне, опутали пленников.

- Вроде все, грузите их, - распорядился мур.

Задвинул забрало и кивнул, мол, чего стоим, время идет.

Глава 14

14. Улей, месяц первый. Рейд.

Мы ехали в заднем отсеке БТР. Не тряслись, ход у бронированной машины был на удивление плавный и внутри было удобно. Мягкий резиновый пол, на котором нас разложили, перед тем как фиксаторы снять, словно был создан для дальней приятной поездки.

- Тут недалеко, километров сто, - Крыс словно читал мои мысли. От багажного отсека команду отделяла толстая сварная сетка из двадцатой арматуры, с шагом чуть больше пяти сантиметров. До нее лучше было не дотрагиваться, один из наших уже попробовал, и теперь валялся с обожжённой рукой. – Доедем с ветерком. Как там, удобно?

- Я твою… - начал кавказец и еще с минуту перечислял, что сделает с Крысом, его родственниками, друзьями и домашними животными.

Мур терпеливо выслушал, а когда пленник иссяк, кивнул.

- Спасибо, дорогой, что сказал. Я предупрежу их, что к ним может нагрянуть связанный ничего не умеющий грузин.

- Я дагестанец, - мрачно заявил пленник.

- Были в нашем взводе дагестанцы, хорошие ребята, полегли в последний месяц войны, под Берлином, - Крыс ослепительно улыбнулся, всеми ста, наверное, зубами. – Ох и вкусные пельмешки лепили, длинные такие. А потом фриц их сжег, огнеметом. Сразу обоих. Сволочь.

Я только улыбнулся, вот ведь сказочник. А другой пленник, из новеньких, конкретнее высказался.

- Под Берлином, говоришь? Фриц из огнемета? Кого ты лечишь?

Трое подручных Крыса рассмеялись, а он только вздохнул.

- Никого. Представляешь, почти пятьдесят лет за операционным столом, а как сюда попал, думал, хоть дар будет такой же, нет, не дал мне Улей счастья. Вот таких как вы приходится возить.

БТР чуть тряхнуло, лобового стекла у броневика не было, изображение с внешних камер шло на мониторы. Судя по картинке, мы ехали между лесом и каким-то озером.

- Что-то ты для пятидесяти лет слишком молодо выглядишь, - не унимался пленник.

- Вообще мне девяносто восемь, - судя по реакции других наемников, возраст Крыса для них секретом не был. – Как с войны вернулся, да усатого мы сковырнули, пошел в медицинский, потом госпиталь, и так бы и работал, да вот в туман попал, восемнадцать лет назад. Я ведь еще времена помню, когда с автоматами на рубера перли, идиоты. Сейчас-то поумнели все, вон, и техника новая пошла, беспилотники всякие, ракеты, и с внешниками договариваются, а у тех чего только нет, лет на сто нас опережают, это те, которые близко. А есть и поразвитее.

- Ты говоришь, Сталина убрали? – я решил восполнить пробел по другим реальностям. Не похоже, что других это интересовало, а мне вот вдруг стало любопытно.

- Да, - словоохотливый дедуля был рад языком почесать, в дороге – милое дело. - Как пришли с войны, оружия-то полно было, даже дети малые с пистолетами да пульками игрались. Вот и сплотились фронтовики, рассудили меж собой. Кто из начальства в войну за спины не прятался, от врага не бегал, тех уважили. А тыловиков всяких да особистов, которые только орденами обвешивались, харю себе нажирали на крови солдатской да на голоде чужом, ох и зол на них был народ, к стенке пачками ставили. Сталин-то за эмгэбистами себя как за стеной чувствовал, потом, как поднялись люди, танки да самолеты двинуть приказал. Только после немца нам эти штуки не страшны были. Двадцать пять миллионов не для того полегло, чтобы гнобили нас в родной стране.

- И что же ты, заслуженный врач, людьми торгуешь? – спросил я.

- Жизнь заставит, и не то сделаешь, парень. Сколько тебе было, когда ты сюда попал, тридцать пять примерно? У меня глаз наметанный. Я тоже вот так бегал, как ты, первые несколько лет, и муров расстреливал, и даже внешника удалось как-то продырявить, только меняется Улей-то. Раньше зараженные внешники под нож шли, к своим на опыты, а теперь почти все выживают, только что возврата им назад нет, а так тут неплохо устроились, стабы есть у них свои, обустраиваются. Внешнику рубера или элитника добыть – куда легче, чем нам, а значит, и жемчуг им перепадает регулярно, а с ним чем дальше, тем тут легче. Да и те, кто к ним попадает, их не до смерти мучают, есть те, кто выживает, вот как ребята мои, считай за горох и снаряжение донорами поработали.

- Значит, сломали тебя, фронтовика? Немцу не кланялся, а внешникам – служить пошел? – попытался спровоцировать я его.

Но старикан на выпад не поддался. И не обиделся.

- Ты со своей колокольни судишь, а я со своей. Я вот тут уже почти двадцать лет землю топчу, и рассчитываю еще долго прожить. Тебе с же таким настроем – только помирать. Когда соберешься, подумай, ты ли это вообще, настоящий-то остался в другом, настоящем мире, здесь копия бледная, хоть и со способностями. А подделки чего жалеть, все равно конец один, дольше двух-трех лет тут мало кто протянуть может, и то, если по стабам хоронится. Правда, если протянет, потом все шансы есть долго жить, хоть и не слишком счастливо.

БТР снова тряхнуло, один из муров ткнул в экран.

- Вижу, - Крыс отвернулся от нас, вгляделся в монитор, - кто там впереди?

- Вроде рубер, а так не пойму. Вес – около шестисот килограммов. Или зрелый уже, или элита молодая. И вроде как не один. Что будем делать, босс?

- Стой, выпускай беспилотник. Щиты активируй.

Парень за джойстиком управления что-то понажимал, и появился еще один монитор, в нем показался наш броневик, он обрастал снаружи черными пластинами. Потом броневик начал уменьшаться, и изображение его поехало назад – видимо, беспилотник начал вперед двигаться. Черные точки впереди приблизились, и я вместе с остальными разглядел неожиданную преграду.

На дороге стояли три антропоморфных существа, на задних толстых лапах, передние, похожие на человеческие руки, свисали по бокам мощного тела. Безглазая и безносая голова немного походила на голову того элитника, что мы с Соником случайно убили, только вот щель рта было хорошо видно. От уха до уха, если бы они у этой твари были.

- В одном – почти восемьсот, - доложил водитель. – Ракетами справимся без проблем.

- Больше никого? – Крыс был совершенно спокоен, хотя чего ему волноваться-то, сто лет в обед.

- Нет, даже странно. Ну что, на таран пойдем или ракетами?

- Останови здесь, - дедуля нажал что-то на своем боевом костюме, тот зажужжал, черная сетка расползлась по бронепластинам. – Ты попробуй крайних, что пожиже, дим-ракетами достать.

- Есть, - водитель затормозил, до тварей было с полкилометра. Они стояли неподвижно, странно даже, по логике должны были давно уже кинуться на нас.

БТР чуть тряхнуло, и на мониторе возникли две полоски, тянущиеся от самого края к цели. Они быстро приближались к монстрам, те при виде угрозы бросились врассыпную. Не все, самый крупный спокойно остался стоять на месте.

Руберы помельче далеко не ушли, ракеты чуть скорректировали курс и настигли цели почти одновременно. Я ждал взрыва, кусков мяса и земли, но снаряды, попав на монстров, словно обтекли их со всех сторон, превращаясь в черную оболочку. Монстры как бежали, так и упали, было видно, что вещество, попавшее на них, разьедает бронепластины и плоть под ними. Руберы пытались встать, сопротивляться, но то, что от них осталось, уже не могло полноценно двигаться. Подергавшись, остатки тварей затихли.

Крупняк равнодушно стоял на месте, наверняка следил за своими спутниками, но помочь им не спешил. Нападать на нас – тоже.

- Этого лучше боевой, - предупредил водитель.

- Погоди, - Крыс похлопал его по плечу, - пойду, разомнусь. А вы, ребятки, сидите смирно, а то, когда вернусь, нашлепаю.

Люк сбоку открылся, и командир муров выпрыгнул наружу. Голыми руками он сражаться с элитником не собирался, но все равно, на мой взгляд, карабин, который он взял, был хлипковат.

Сначала спина Крыса в черном скафе полностью загородила камеру, потом он появился целиком – неторопливой походкой направившись к мощному хищнику.

- Ну сейчас эта тварь его схарчит, - прошептал дагестанец.

Я тоже на это надеялся. Но восемнадцать лет в Улье – это что-то значит. Новичок вот так пойдет, не зная обо всех опасностях. Старожил, охренев от успехов, тоже. А столетний врач, у которого свое кладбище наверняка на той Земле осталось, и здесь – как бы не обширнее, должен очень ценить жизнь. И уверенная походка – скорее всего чем-то обоснована.

Полкилометра неторопливым шагом – это семь-восемь минут. Рубер не мог столько ждать. Мощное почти трехметровое тело, плотно стоящее на земле мощными ступнями, двинулось в нашу сторону. Рвануло – казалось, инерции для будущего элитника не существует, да я уже видел такое. А Крыс не торопился, даже чуть притормозил, от броневика всего-то метров на сто отошел.

Огромная бронированная туша сблизилась вплотную с человеком, вытянув вперед когтистые лапы, и прошла прямо сквозь мура. Казалось, все, кончился Крыс, но элитник, тормозя, пропахал метров пять, прежде чем остановиться. А фигурка человека оказалась позади него.

Не торопясь, словно в тире, Крыс поднял свой карабин и разрядил его прямо в спину монстра. Чем он там стрелял, видно не было, только спереди появлялись, вспучиваясь, темные кляксы, боеприпас пробивал тварь почти навылет.

Рубер заревел, крутанулся на месте и бросился на противника. И снова это произошло – монстр проскочил прямо через человека, не причинив ему вреда.

- Развлекается, - одобрительно заметил водитель, - Крыс такой.

- Это что за умение? – спросил дагестанец.

- Не знаю, как называется, Да и не одно у него, что только не делали, и стреляли, и резали, все нипочем, - хохотнул второй. – Мастер.

Словно в ответ на эти слова Крыс взвился в воздух и приземлился прямо на темечко монстра. Наверное, взвился – никто заметить этого не успел. Рубер был очень быстр, но и он тоже не среагировал, когда тело в скафе, оперевшись одной ногой на макушку, а другой – на хребет, вонзило тонкий прут ему прямо в затылок.

- Твою мать, - выругался водитель. – Сколько же их здесь

Пока мы на представление смотрели, по бокам появились еще две цели, такие же, как поверженная тварь. Дагестанец злорадно ухмылялся – наверняка заметил их еще до того, как системы обнаружения среагировали. Ну да, терять нам, собственно, нечего, или монстры схарчат, или внешники, хотя вот я бы внешников предпочел, там какой-то призрачный шанс есть.

Крыс слишком увлекся поединком, и заметил новую опасность в самый последний момент, когда монстрам, резко взявшим предельное ускорение, оставалось до броневика метров двадцать. Да, собственно, что он мог сделать один сразу с двумя.

Броневик отреагировал, сам или с помощью водителя, не знаю, две установки ударили по тварям в упор, пытаясь их затормозить. Крупный калибр только высек искры из бронепластин, казалось, там броня в метр толщиной. Ну может пару раз. Одновременно в монстров ударили ракеты, мониторы ослепило вспышкой взрыва, и когда изображение прояснилось, оказалось, что руберам практически кирдык. У одного была оторвана напрочь верхняя часть туловища вместе с головой, у второго – снесены пластины на груди и животе, в незащищенное место тут же ударил пулемет, разбивая мертвое тело в труху. Казалось, все, не наши победили, последний рубер хоть и пытался зарастить повреждения, но пулемет был быстрее. И тут появился третий, тоже сбоку. Крупнее в несколько раз.

В броневик врезалась трехтонная махина, и тут уже с инерцией все было в порядке.

Машина подпрыгнула от удара, несколько раз перевернулась, скатываясь с дороги вниз, и грохнулась на землю крышей вниз. Я успел сгруппироваться, и удачно приземлился на спасенную женщину, та вроде как проснулась, но еще плохо соображала. Наступила тишина, монстры почему-то не атаковали, что происходило снаружи, непонятно, мониторы не работали, хорошо хоть освещение осталось.

Один из новичков лежал неподвижно, вывернув шею набок, второй охал, баюкая к ожогу еще и сломанную руку. Дагестанец вроде не пострадал, адвокат с сыном – как спали, так и продолжали, живые или нет, непонятно. А вот женщина подо мной вроде тоже без повреждений обошлась, хотя я на нее со всей силы навалился. В совершенно платоническом смысле.

С нашими конвойными тоже было все хорошо. Дверь со стороны водителя была вогнута почти на метр, а сам он, почти переломленный пополам, с каждой секундой все больше серел, лужа крови сочилась через прутья в наш отсек. Может, живчик ему бы помог. Если было бы кому влить в рот. Со вторым похуже, вроде как жив был, и головой мотал. Если оклемается, наши шансы на дальнейший путь возрастут.

Но тут и с его стороны что-то ударило в броневик, вырвало дверь, внутрь просунулись три крючковатых когтистых пальца с частью кисти, выхватили конвойного из машины и утащили наружу. Минус два.

Через пробоину стали слышны звуки – что-то топталось на месте, потом вроде как ударилось на землю, а когда несколько тонн падает, это чувствуется, и снова все стихло.

Минут десять мы сидели, прислушиваясь. К звукам природы за бортом, разбавляемым непонятным чавканьем, и стонами новичка.

Внезапно задняя стенка машины раздвинулась, и в проеме показалось лицо Крыса.

- Вы как там, живы? Давайте, вылезайте.

Мы по очереди выбрались из броневика – он явно нуждался в ремонте. Часть черных пластин была оторвана, и под ними обнажился незащищенный металл, который монстрам был на один зубок. Три колеса были разорваны в клочья, а одна ось – погнута так, что теперь эта машина могла ехать только сразу в разные стороны. Дагестанец, очутившись снаружи, попытался тут же напасть на Крыса, но упал, снова спеленутый черной спиралью. И его примеру больше никто не последовал.

Под конец вытащили женщину – та как-то странно хрипела, мертвого новичка и мужчину с ребенком – те тоже вроде как очнулись, только пока двигались плохо. Крыс проверил своего напарника, разочарованно покачал головой.

- Отьездился Борис, жаль, хороший был парень. Ну что, каторжане, как вы? Вижу, что плохо. Ты, любознательный, отойди от бабы, быстро.

Я послушался, вопросительно поглядел на столетнего парня.

- Видишь, перерождается она. Минут десять, и начнет кидаться. Говорил же, зараженная. Ну что, до вашего стаба тут шестьдесят километров почти, у вас есть выбор. Как всегда, из трех вариантов. Или идете со мной, или сами добираетесь назад. Или дожидаетесь основную команду, они вас до места подбросят. Меня не благодарите, вон, сенса вашего можете расцеловать. Элитники некоторых так же чуют, как и они – их, так что, мой кавказский друг, спасибо тебе за жемчуг. Ну что, куда хотите?

- Лично я возвращаюсь, - угрюмо заявил оставшийся новичок.

- Пожалуй, тоже пойду, - кивнул я.

- Ну сенса вашего не спрашиваю, он, похоже, уже решил, - кивнул Крыс. – Что с этими двумя будем делать? Старшего я не поведу, могу мальчонку взять. Да не зыркай ты так, со мной у него шансов выжить побольше, чем с вами.

Мы, не сговариваясь, посмотрели на отца мальчика. Тот тупо глядел перед собой, словно в прострацию впал, но как оказалось, обдумывал.

- Что с ним будет? – спросил он у Крыса.

- С мальчонкой-то? То же, что и со всеми. Выживаемость – десять процентов, - наш похититель открыл неприметный лючок, достал оттуда сумку. – Ну что?

- Нет, - решительно мотнул головой Лев Натанович.

- Ну как знаешь. Так, друзья мои, что осталось внутри – ваше. Тяжелое оружие и вообще что-то ценное брать не советую, а вот карабины можете захватить, они хоть и не очень, но получше ваших. Живчик в кабине найдете, кое-кому он срочно нужен. И учтите, через пятнадцать-двадцать минут тут будут владельцы броневика, вам с ними лучше не встречаться.

Адвокат хотел что-то сказать, но Крыс только руку к спутывавшей дагестанца веревке протянул, та распрямилась, в полете превращаясь в шарик, и сама прыгнула в ладонь. Кивнул нам на прощание, и растворился в воздухе.

- Он еще и инвиз, - сплюнул вскочивший на ноги кавказец. – Вот напоролись. Сколько он сказал, пятнадцать минут? Так, ты.

И он ткнул в новичка пальцем.

- Иди посмотри, может в элитнике что осталось, и в руберах. Мы с тобой, - и он ткнул в меня, - шарим в машине, может, найдем что нужное. Вы двое стоите и не мешаете. Быстро.

Глава 15

15. Улей, месяц первый. Рейд.

В пять минут мы уложились, понимали, что как можно скорее надо сваливать с этого места, и желательно – в лес. От одного рубера ничего, кроме нижней части туловища, не осталось – ракета разнесла его на кусочки, и споровый мешок – тоже, а три других, тех, что на дороге стояли, были выпотрошены основательно, по словам новичка, ничего там не было. Элитник тоже был пуст. Дагестанский сенс, который к тому же мог правду от лжи отличать, побочный эффект дара, подтвердил. Одного рубера Крыс оставил нам, и содержимое его затылочного валика было свалено в сумку.

В броневике, если знать, где что лежит, можно много чего найти, но мы – не знали, так что забрали личное оружие обоих конвойных, два коротких автомата, к ним нашли обоймы, коробочки, цепляющиеся сверху. Два обычных помповика с пристегнутыми запасными патронташами. Еще – фляжку с живчиком и пенал со шприцами, заполенными янтарным содержимым, спеком. Десять доз. Ну и по мелочи выгребли, мало ли что пригодится в лесу, зажигалка там, или пачка салфеток. Решили, что не погонятся за этим хозяева, своих дел у них сейчас по горло.

- С ней что будем делать? – дагестанец с местным погонялом Шави кивнул на женщину. Меня спросил, а не мужа ее.

- Убивать не дам, - адвокат опередил меня, присел рядом с женой, протянул руку. Та встать еще не могла, но челюсти клацнули только так. – Что с ней потом будет?

- Обратится, - коротко сказал Шави.

- Значит, пусть остается здесь. Парню не надо видеть, как его мать умрет, - Лев кивнул на ребенка. Тот сидел на траве, сложив руки на коленях, и ни на что не реагировал. – Уходим?

- Да.

Адвокату и новичку с кличкой Стерх достались помповики, а мы с Шави автоматы оставили себе. После того как опробовали – деревце на расстоянии ста метров снесло напрочь.

- Все, идем.

Адик схватил ребенка, взвалил его себе на плечо и размашисто зашагал. Мне подумалось, что для сидячей работы мужик неплохо накачан, раньше-то мешковатая одежда мешала разглядеть, а тут, как поободрались все, и бицуха стала видна, и вообще рельефный такой этот адвокат оказался. Вон как мальца тащил, словно сумка легкая на плече, а в парнишке килограмм двадцать точно есть.

Шави тоже заметил, кивнул.

- Здоровый какой, культурист, наверное.

- Адвокат, - поделился я.

- Да ну?

Пока у нас еще были силы говорить. За десять минут вполне можно на километр отойти, но мы практически бежали, спотыкаясь периодически о выступающие корни, так что побольше, наверное, отошли.

Солнца в Улье не было, так, что-то такое проглядывало через плотные облака, только вот откуда, непонятно. В ночное время просто яркость уменьшалась, как будто кто-то наверху поворачивал колесико диммера немного. Поэтому обычный способ ориентирования, по солнцу, отпадал. По компасу тоже, смартфон чудом пережил падения, но компас тут все равно не работал, а спутников отродясь не было. Бежали мы практически вслепую, только чтобы подальше уйти от места сражения.

Крыс обещал нам пятнадцать минут, из которых пять мы потратили на всякую организационную фигню, и вправду, минут через десять после того, как мы убежали, с той стороны, где остался броневик, прозвучал выстрел. Через двадцать минут над нами пролетел беспилотник. В лесу сверху мало что можно заметить, но он – смог. Мы замерли, но тупую технику не обманули. Тогда Шави вышел на видное место, помахал карабином. Дрон покачался и улетел.

- Теперь они знают, что мы вооружены, - обьяснил дагестанец, - может, из-за четырех взрослых и ребенка не побегут за нами, а дронами нас не взять.

И вправду, погони не было. Мы шли сначала перпендикулярно дороге, а потом свернули обратно под углом, пока не вышли поближе к дорожному полотну, но на само шоссе выходить не стали.

- Привал, - скомандовал дагестанец. Он как прибрал себе роль командира, так и не расставался с ней. Впрочем, никто не возражал.

Лев, а точнее Адик скинул ребенка на землю, уселся, скрестив ноги, свесив пистолет дулом вниз. Что-то подсказывало мне, что держит он такое оружие не в первый раз. Мальчик немного пришел в себя, озирался, тер глаза, спросил, где мама.

- Дома решила остаться, - Адик, оказавшийся ему не отцом, а отчимом, заботливо вытер грязь с лица ребенка. – Ждет нас. Так что ты давай, держись.

Нас тоже ждали. В первую очередь - ништяки, вот ведь точно – не рейдер я, сам бы никогда не подумал, что именно этим надо заняться, когда кругом враги и монстры.

Покойный рубер оставил нам в наследство кучку янтаря, четыре горошины и тринадцать споранов. Жемчужин в твари не было, и очень даже хорошо – а то бы точно передрались. И так, пока делили это, Шави и Стерх на остальных волками смотрели.

Нам каждому досталось по горошине, адвокат – тот равнодушно к дележу отнесся, еще не прочухал, какая это тут ценность. Спораны тоже разделили по-братски, по четыре нам и один – Адику. А вот янтарь весь забрал Стерх, отдав нам с Шави за это по четыре шприца спека. Из оставшихся двух один он вколол себе еще там, на дороге.

- Километров тридцать мы отьехали от перегрузки, а до этого еще пятнадцать до кластера, - сенс отхлебнул живчика из фляжки, пустил ее дальше по кругу. - Куда потом?

Адик рассказал про свой коттедж.

- Нет его там, - успокоил мужика Шави, - кластеры перезагружаются в своих границах, коттедж твой на той Земле остался.

- Тогда я хоть машину заберу. Она в подземном гараже в том комплексе стоит, где они меня вытащили, - кивнул адвокат на меня.

- Посмотрим, - сказал Шави обтекаемо. – Бат, ты что думаешь?

Я думал, что Сапога с друзьями надо наказать хорошенько. А еще, что, пожалуй, соглашусь на предложение Соника и отправлюсь на восток. Но вслух сказал совсем другое.

- Я озеро видел. Может, по нему отправимся? Монстры вроде воду не любят.

- Монстры не любят, а муры – даже очень, там мы как на ладони будем, - покачал Шави головой. – Но с водой мысль хорошая, если на речку наткнемся, а там будет белый пароход, обязательно поплывем. Если отдохнули, давайте дальше двигать, нам всего день идти. Без еды вполне можно на живчике дня три протянуть, по паре глотков в день. И даже без воды.

В прежней жизни я бы тридцать километров не прошел, сдох. А здесь, не торопясь, переговариваясь о том, о сем, мы это расстояние сделали за семь часов с коротким привалом. И на еще двух глотках живчика – плюс дополнительную порцию Стерху, его сломанная рука уже начала заживать. Порядочно стемнело, но все равно видимость была как в очень пасмурное утро, и так она продержится до условного рассвета. У сенса была отличная зрительная память, он и вправду следил за дорогой, пока нас везли, так что прогулявшись вдоль шоссе, мы свернули на грунтовку и через сотню метров вышли к месту, где нас перегружали, и куда утыкалось шоссе от кластера.

Тут меня ждал небольшой подарок – моя Тундра стояла почти целая и невредимая. Целая – только ПТР сняли и попытались вытащить пулемет из гнезда, слегка раскурочив капот. Вернусь, Буншу ящик выпивки поставлю, сделал все так, что упереть легче машину целиком.

В кузове лежала Катя, с пулевым отверстием в затылке. Сапог, изрешеченный пулями, валялся неподалеку, а вот Кастета видно не было.

- Снайпер стрелял, вон оттуда, - махнул Шави рукой. – Нас сюда когда везли, один раньше чуть вылез, видимо, поджидал твоих. Одни шакалы сожрали других. Сколько за вас выручили?

- Шестьдесят пять горошин, кажется.

Стерх присвистнул. Потом вспомнил, что и за него тоже немало отвалили, и присвистнул снова.

- Не свисти, денег не будет, - наставительно заметил Адик. И что интересно, Стерх его послушался.

Помповик мой никому не приглянулся, Бенелли адвоката – тоже. Оба ружья валялись на земле, я подобрал свой Винчестер, Адик – свое ружье. Патроны валялись у меня в корзинке в кузове, на них никто не позарился, ну да и понятно, такого добра сейчас везде завались, а еще охотничий магазин на перезагрузке был.

- Ключи на месте? – Шави похлопал машину по крылу. – Хорошая тачка, за сколько брал?

- Мертвый пенсионер с женой, - честно ответил я, - ну чего, поехали?

- А ключи?

Я только усмехнулся. Тундра заводилась с кнопки, не такая это тут ценность, чтобы воровать, да и машина приметная, не позарились, хоть и обыскали. Хорошо, что самое ценное Сонику оставил, а то бы сейчас горевал по черной жемчужине. Хотя, о чем это я, жив остался, и то хлеб.

Остальные тоже так считали, а Стерх даже философское что-то произнес, вроде того, что богатство дело наживное и с собой миллионы на тот свет не возьмешь. Спорное утверждение, машину-то я протащил. Да и вообще местные себя производством не утруждали, считай, с неба все падало.

Ребенка с Адиком посадили на заднее сидение, Шави залез в кузов, а Стерх уселся рядом со мной за руль, развивать свое умение. Он, оказывается, в темноте видел почти как днем. Ключевое слово – почти, но и этого хватало, чтобы, не включая фар, вести машину. На мой взгляд, дар почти бесполезный, я и сам стал лучше в темноте видеть, приобрел это взамен близорукости. В салоне только фонарик горел, бывший адвокат при тусклом свете изучал брошюрку про местную жизнь, быстро читал, водя пальцем по строкам, иногда возвращаясь к предыдущей странице, но всю ее минут за десять осилил.

- Я не обижаюсь на тебя, - внезапно сказал он.

- Что? – не понял я.

- Что ты меня Адиком назвал. Моего дядю зовут Адольф Яковлевич, известный режиссер, между прочим, буду считать, что в честь него.

- Вообще-то, - мне, в принципе, на терзания свежака было плевать, - это от слова «адвокат».

- Хорошо, - кивнул Адик. – Я тут прочитал, что за место это. И лучше нам никуда не заезжать. Вы дальше в стаб какой-то едете? И да, я тут про крестников прочитал, но думаю, это лишнее. Привык за себя сам отвечать.

Я кивнул. Баба с возу – кобыле легче, а семейка – так вообще можно лететь свободно.

Стерх вел машину медленно, километров тридцать в час, на такой скорости движок почти не шумел, двух зараженных мы сбили, где-то с километр за нами бежали несколько бегунов, начинающих, отстали и пошли жрать своих менее развитых товарищей. Зомби попадались в основном на встречном пути, остатки пятнадцатитысячного населения, отъевшись друг на друге, разбредались кто куда.

На вьезде в жилмассив Шава присоединился к нам, пододвинув неполную семейку. Отчим что-то втолковывал пасынку, а тот завороженно слушал, для маленьких детей даже самые ужасные ситуации – еще одно приключение. Парню и повезло, и не повезло. Жив остался, а с другой стороны, будет медленнее расти, подтягиваясь к подростковому возрасту. Особенно мальчика интересовали монстры, нападение руберов во главе с элитником он проспал, и теперь об этом очень жалел.

По рации никто не отвечал, рейд давно уже закончился, и все, кто с добычей, отправились по домам, а то без – ответить ожидаемо не могли. Из нас никто в свежезагруженном кластере не ориентировался, схема у Сапога в голове была, и осталась там же, где и он. Ехали почти наугад, по окраинам, несколько раз утыкались в тупики, напоролись на топтуна, Шави снял его из своего навороченного автомата, беззвучно. Ковыряться в затылке не стали, не до этого, до стаба бы добраться. Наконец, выехали на дорогу, и по ней все так же осторожно погнали домой.

То, что это не та дорога, мы сообразили минут через двадцать, тщетно пытаясь найти стоянку для фур.

- Заблудились, - Стерх ударил ладонями по баранке, - чтоб тебя.

Взрывной дагестанец на удивление спокойно отреагировал на это.

- Надо переждать, - сказал он, - через несколько часов светать начнет, тогда и поедем, а сейчас надо где-то остановиться. Интересно, где мы?

- Вроде тут, - я ткнул пальцем в карту, - мы, похоже, южнее ушли, вообще в другую сторону, и теперь километров через пятьдесят должен быть Кантемировск. Помню, там чуть не доезжая дорога уходит на запад, и должна через километров десять пересечься с этим шоссе, там еще какой-то заброшенный комплекс стоит, заправка и магазин, судя по значку. И несколько домов, давно уже разрушенных. Но рация не берет, надо чуть ближе подобраться.

- Будем надеяться, - подал голос Адик, - что ориентиры остались еще. Если горючки хватит, может, поедем?

Бензина было почти полтора бака, перед отъездом я под горлышки залился.

- Доберемся до развилки, и остановимся, - предложил я компромиссный вариант, - переночевать на крыше можно, а то рубит прямо, даже живчик не спасает. А как рассветет, доберемся до Кантемировска, а оттуда уже до Светлого.

До Светлого хотелось добраться всем – мне со свежаками, чтобы с Кастетом рассчитаться, а у Шави и Стерха свои счеты к Кирпичу были. И желательно в момент встречи быть отдохнувшими и полными сил. На том и порешили.

Через десять километров действительно, мы уткнулись в развилку. На пересечении дорог стояло то, что осталось от заправки – безлюдные кластеры перезагружаются редко, а этот так вообще лет двадцать, наверное, как тут появился, навес над бензоколонками давно разрушился, от них самих только ржавые корпуса остались. Магазин тоже время не пощадило, хорошо хоть у строения колонны были железобетонные, они – остались, как и плиты перекрытия, с Тундры мы перебрались на нее, я отогнал машину чуть в сторону, чтобы не создавать нежданным гостям дополнительных удобств, и по буксировочному тросу забрался на крышу.

Глотнули перед сном живчика, да еще Стерх себе спек вколол, ему Шави сказал, мол, не увлекайся, на что новичок только усмехнулся. Может, ему и виднее, рука-то вон, почти двигалась.

Улегся прямо на выщербленный бетон, подложив под голову сумку, и тут же вырубился.

Проснулся, лежа на спине, от чувства опасности – было еще темно, какая-то неясная тень нависала надо мной. Чужая ладонь зажала мне рот, короткий смазанный в темноте взмах, и что-то устремилось прямо к моему горлу.

«Замри», - заорал я мысленно что есть силы, и нападающий меня послушался. Упал, придавив мне плечо и оцарапав шею кинжалом. На инстинктах, почти не осознавая, что делаю, с силой прижал ладонь к его затылку и почувствовал, как индевеют пальцы. И со всей силы треснул по замороженному месту кулаком.

Что-то хрустнуло, противник дернулся, я, отталкиваясь от бетона ногами, отполз в сторону, рванул на себя сумку, дрожащими руками нашарил фонарь.

На бетонной плите рядом со мной лежал Стерх – с вывернутыми ногами, пальцы левой руки скребли по бетону, он хрипел, задыхался, правая рука сжимала небольшой нож с зазубренным лезвием. Серрейтор, кажется, пришло совершенно не ко времени на ум название.

Вскочил, наступил на предплечье, хрустнуло, похоже, кость снова сломалась. Переступил на кисть, нажал всем весом, разжимая пальцы.

Вокруг было тихо, только чуть слышно кто-то поскуливал.

- Зачем? – спросил я. Но Стерх не ответил, обмяк, хрипы перестали вырываться из горла. В свете фонарика раскрытые глаза светились чем-то желтым. Может еще спас бы его, вколов спек из своих запасов, но что-то не хотелось мне на всякую безумную падаль их тратить. Да и поколачивать начало нехило, после встряски такой.

Фонарик высветил на крыше еще два тела – Шави лежал на спине, раскинув руки, из рваной раны на горле текла кровь, еле-еле, лужа уже была будь здоров. Он не дышал, пульса не было, с такой-то раной,

Бывший адвокат лежал на боку, уж подумал – спит, но свет фонаря блеснул в ручейке, убегавшем с крыши вниз, тут тоже все было нехорошо. Его ударили в правое подреберье, мужик был еще жив, весь серый, без сознания, но дышал еле-еле.

Вытряс сумку на бетон, скорее нащупал, чем нашел пенал со шприцами, вогнал Адику в шею полную дозу, как Соник тогда делал, с Сэй, у той посерьезнее повреждения были, а все равно – выжила. Бывший адвокат задышал ровнее, не знаю, как там с румянцем, темно было, но спек ему явно помог.

Снова обратил внимание, что кто-то скулит, точно, мальчишка еще должен быть.

Ребенок сидел неподалеку от мертвого отчима, содрогаясь от рыданий. Практически беззвучных. Слезы текли по его щекам, он трясся, зажимал рот руками, при виде меня с окровавленным ножом в руках начал завывать.

Я отбросил нож, сел рядом, преодолевая сопротивление, обнял мальчика.

- Все хорошо, мы в безопасности, - ничуть этому не веря, попытался его успокоить. – Ты в порядке?

Завывания чуть стихли, ребенок качнул головой.

- Ну и ладно. Давай, успокойся. Сейчас я подгоню машину, мы спустимся вниз, - говорил я даже не для него, а скорее для себя, - и отправимся домой. Там еда, теплая кровать, добрые люди, я тебя с ними познакомлю. Они тебя не обидят, да, малыш? Все будет хорошо.

Глава 16

16. Улей, месяц первый. Стаб.

- Сбежал твой Кастет, - главный безопасник Полесья, и по совместительству – ментат, неопределенного возраста мужчина в строгом сером с искрой костюме и дорогом галстуке, внимательно на меня поглядел, а вот как я на это отреагирую.

Когда мы оказались на развилке у Кантемировска, хоть в этом не ошибся, решил, что в незнакомый стаб лучше не соваться, а лишних тридцать километров по хорошей дороге вреда не принесут. И доехал до Полесья. Тут и лекарь знакомый, Адика тут же, прямо от поста охраны, к нему определили, и всего за две горошины лепила обещал бывшего адвоката на ноги поставить. Ребенка туда же положили, вроде как на обследование, да и палата отдельная, аншлага в больнице не наблюдалось, место было. Еще за десять споранов.

У свежего отбирать последнее я не стал, отдал те горошины, что у Шавы и Стерха были. Ну а спораны – почти все и ушли. Так что свой долг крестника я, считай, выполнил, этих людей чем-то себе обязанным не считал, и долга за мной перед ними у меня не было.

А потом в меня вцепились местные дознаватели – одновременно с осмотром трупов иммунных, которые я оставлять на крыше бывшего магазина не стал. И правильно сделал, эти местные следаки все чуть ли не обнюхали, изучили тела, фотографии Сапога и Кати, раздолбанного броневика, камера в смартфоне – она не только для инстаграма, иногда и полезное что может.

Но больше всего безопасника интересовал Крыс, мне пришлось чуть ли не по секундам расписывать, что он сказал, что сделал, как рубера укокошил, и отдельно – элитника. Тут я, правда, помочь ничем не мог, только результат нападения видел, и это мужчину в галстуке очень огорчило. Настолько, что автомат внешников он у меня отобрал.

- Не положено, - строго сказал он, - все оружие внешников, вообще все предметы, подлежат сдаче в хранилище стаба. Но тебе компенсацию заплатим, не переживай.

И с чего бы, интересно? С того, что такой автомат подороже моей машины будет стоить? Четыре горошины я со стаба выбил кое-как, а за остальным сказали в четверг заходить, сразу после снега. Который здесь не шел никогда.

- А Кирпич? – уточнил я насчет второго торговца живым товаром.

- Вместе и ушли, на север куда-то. Подозревали их, но доказательств не было, а новички постоянно в таких рейдах сливаются, за каждым не уследишь. Сколько ты сказал, они гороха выручили? Под сотню? С таким запасом им тут делать нечего, отлежатся где-нибудь. Появятся – сразу в расход пустим. Сначала допросим, а потом сразу в расход. И свои пятнадцать горошин, за которые тебя забрали, тогда получишь. А до этого, извини, никак не выйдет. И вообще, чего ты такой смурной? Вон, машина при тебе, жив остался, еще и двух иммунных привез, молодец. За это премия положена, можешь без сбора жить в Полесье два месяца. Где, говоришь, второй автомат?

- Там, - махнул я рукой в сторону, - где оставили, там и есть.

Сомневаюсь, что из-за одной железяки кто-то поедет за шестьдесят километров. Будет если по дороге, тогда заскочат, пусть ищут. Направление я правильное указал, а насчет точного места меня не спрашивали.

- Ну тогда все, - ментат-безопасник закрыл коричневую папку, ох и любят эти слуги власти всякие дела подшивать. – Вопросы есть?

- Да, - кивнул я, с самого начала спросить хотел, только не давали мне лишнего слова вставить. – А кто такой Крыс?

Безопасник задумался, глядя в окно. Я уж решил, что отмолчится.

- Есть такой, - наконец сказал он, - вроде как действительно в Улье давно, старожилы о нем слышали. Появляется то здесь, то там, одиночка, говорят, жемчуг жрет как не в себя. Лет семь назад даже в кваза начал превращаться, а потом пропал куда-то, и снова нормальным человеком вернулся. Наверное, тогда с внешниками и связался. Я сам его не видел никогда, в наши стабы он не заглядывает, а вот на северо-востоке, километрах в восьмидесяти от Светлого, есть старое поселение, лет пятьдесят ему уже. Хмельное. Там бывает иногда.

- Тоже в расход его пустите?

- Ага, - ментат усмехнулся, - в доход. Таких людей берегут, ты не маленький уже, понимаешь, наверное, что не все, что черное – черное, ну и с белым то же самое. С внешниками, конечно, это он зря, а с другой стороны, отпустил же вас, хоть горохом и расплатился. Мог бы я тебе пообещать, что и его к ответу призову, но зачем пустым обнадеживать. Мы поняли друг друга?

- Еще как, - заверил я. – Могу идти?

- Иди, - кивнул безопасник, - пока. Если надо – найдем тебя.

В Светлый я решил пока не возвращаться, мало ли, какие друзья у этого Кирпича остались, не мог же он один такие дела проворачивать. И пока я здесь, вернуться ему сложно будет, а нет человека – нет проблемы. Это только на словах его к стенке сразу, не доверяю я местной власти, особенно после того, что лысый Кардан расскаывал, земля ему пухом, ну или тому, что от него элитник оставил.

Поэтому заселился в ту же гостиницу, что и в прошлый раз, после орды, и с Соником связался – чтобы тот вещи мои привез, жалко, конечно, что за комнату я уже заплатил, но Улей взял – Улей дал.

- Привет, - тот обрадовался, - ты где, в Полесье? И я тоже. В гостинице? Жди, через полчаса подьеду. Выходи, посмотришь мой новый байк.

К гостинице Соник подкатил на хоть и красивом, но обычном мотоцикле. После футуристического байка Сэй, этот бледно смотрелся.

- Что, нравится? – парень гордо вздернул нос, - двести лошадей было, доработали, теперь двести тридцать, только что не взлетает, с места рвет в секунду, гоняю на нем по окрестностям. Бегуны словно стоят, а вчера, представляешь, кусач за мной увязался. Я специально притормозил, до восьмидесяти, а потом как втопил, без шансов. А ты как?

- Ничего, в рейс сходил, посмотрел, как элитника убили, - поделился я.

- Отлично, потом расскажешь, поехали, покажу свою квартирку, надо кое-что обсудить.

Соник поселился в кирпичной пятиэтажке на другом конце стаба, в однушке – что еще нужно холостому молодому человеку. Мы поднялись на последний этаж, дверь – по принятому в нашей стране стандарту, металлическая, со штырями, словно за ней не квартира была, а банковское хранилище, скрипела жутко.

- Смажу как-нибудь, - пообещал парень.

В квартире был идеальный порядок, словно у хозяина три жены где-то прятались, одна убирала, вторая стирала, а третья бездельничала, потому что еды у Соника не было, он сразу предупредил, чтобы гость на хавчик не рассчитывал.

Мы уселись возле круглого стола на кухне. Идеально чистой, такое впечатление, что ей вообще никто как местом приготовления и потребления пищи не пользовался.

- Рассказывай, - попросил парень. И голову немного в бок наклонил, готовясь слушать.

Ну я и рассказал. И про то, как мы на пустыре лотерейщиков подманивали, и про муров, и про Крыса, и даже про адвоката с сыном. Только про запрятанный неподалеку от разрушенной заправки автомат говорить не стал, должны же у меня тоже быть секреты от приятеля.

Соник внимательно выслушал, до конца, не перебивая. А потом, из вежливости, несколько вопросов задал. Особенно его заинтересовало, как я смог оба дара использовать поочередно.

- Говоришь, заморозил?

- Да, - кивнул я.

- Погоди.

Он встал, достал из буфета вилку.

- Попробуй, только не дотрагиваясь, на каком максимальном расстоянии сможешь это сделать.

- Так ведь контакт нужен, - резонно заметил я.

- Ты попробуй. Не получится, значит, не получится.

У меня, как ни странно, получилось. С метра примерно вилка стала холодной, а инеем покрылась, когда до кончиков пальцев сантиметров двадцать оставалось. Причем не просто инеем, Соник по ней тюкнул вытащенным откуда-то молоточком, и вилка раскололась.

Вот только после этого я себя хреново почувствовал, настолько, что чуть в обморок не упал. Пришлось парню меня отпаивать, моей же самогонкой на горохе и янтаре.

- Хорошо, что у тебя получается. Плохо, что такой откат. Вот, - Соник достал коробку, из нее – три деревянные шкатулки. - Как ты и просил, все сохранил. Вещи твои в кладовой лежат, вместе с настойкой, как знал, все вывез из Светлого, а это твое богатство. Давай.

- Что? – не понял я.

- Глотай жемчужину.

- Ты же говорил – через месяц?

- Сейчас надо, - Соник серьезно посмотрел на меня. – Дальше хуже будет. Смотри, у обычных людей, которые сюда попадают, дар развивается постепенно, месяц за месяцем. Это ведь не только способность, вот представь, что ты можешь поднимать тонну. А суставы у тебя слабые. И что толку в той силе, кроме вреда. Возможность есть, ты ей воспользуешься, а потом лечиться будешь за горох у знахаря.

- Так ведь вылечусь.

- Суставы – да. У тебя дар другой, Бат. Он внутренние ресурсы организма пожирает, а они не такие уж большие у новичков. Видишь, как тебе плохо стало сейчас? Это ты еще с прошлого раза не восстановился, небольшого усилия было достаточно, чтобы в разнос пошел, а представь, если это в экстремальной ситуации будет, и придется на полную катушку выкладываться? Помрешь.

- Так может, к знахарю мне?

- Можно и к знахарю, - легко согласился Соник. – Но ты лучше жемчужину сьешь. Есть мнение, что она не дар пробуждает, а твое тело подтягивает к тому, что уже есть потенциально. У тех, у кого дар в зачаточном состоянии, таком, что не обнаружить, она его растит, а у тебя – нормализует.

- Так почему раньше ты говорил, что рано ее есть?

- Нормализует – ключевое слово. Если дар развился больше, чем ресурсы позволяют, она его притормозит и внутреннее строение подтянет. Если наоборот, сил у тебя в избытке, она владение даром подтянет до этого уровня. Но это только так, мысли. Тут ведь точных ответов нет, ни почему в квазов одни превращаются, а другие – нет, ни почему жемчужины разных цветов, может внешники знают, или нолды мифические, но они не спешат об этом рассказывать. Будешь глотать?

Я взял черный шарик в руки, подержал в ладонях. Он ощутимо нагрелся, но тепло это было приятное, не обжигающее. И проглотил. Запил гороховой настойкой. Ничего особенного, как оливковая косточка – раньше считали, что это полезно, вот я однажды в детстве и попробовал. Интернетов-то не было, прочитать, что я помереть могу от кишечной непроходимости, негде было, так что тот опыт для меня практически без последствий прошел прямо в канализацию.

- И что теперь?

- А теперь идешь домой, ну в гостиницу, закрываешься на пару дней, никуда не выходишь. Я приду, посмотрю, как ты. Каждые три часа вот эту настойку – по два-три глотка. Практиковаться в магических практиках не надо, просто отдыхай, может быть временами неприятно – голова заболит, не сильно, потливость, руки дрожать могут, тошнота, но все терпимо. Плохо стало – еще глоточек, и отпустит. Совсем плохо станет, зови меня. Болталка же работает. И главное…

- Никому, - кивнул я.

- Правильно, народ тут мутный, особенно – власть, узнают, что новички жемчуг жрут, могут докопаться. А так, решил человек после рейда отдохнуть, перенапрягся, это никого не удивит. Знахарь у тебя ведь второй дар не распознал?

- Нет.

- И не надо. Горошины заберешь?

- Пусть у тебя пока все лежит, - решил я. – А как соберусь уезжать отсюда, тогда и захвачу.

- На восток? – хитро улыбнулся Соник.

- Может и на восток.

Такси подъехало буквально через несколько минут, стаб-то небольшой, мог бы и пешком прогуляться, но с детства я мнительный, а тут вроде как голова закружилась, подташнивать начало.

И отпустило только на третий день, как мой приятель и обещал. Все было – и головная боль, и живот крутило так, что еле до туалета добежал, хотя там три шага сделать, и аппетит то отсутствовал напрочь, то жор такой нападал, как будто неделю не ел. Или скорее год обжирался, а потом не позавтракал. Хорошо додумался набирать еды про запас.

Но в обмороки не падал, кровь из ушей не шла, так, неприятные ощущения – это не катастрофа. Лежал, ел, смотрел фильмы со стабовского сервера – по спорану за десяток, даже пересмотрел фильм, который мои родители так любили, с Ардовым и Меньшовой, только в титрах они с другими фамилиями были почему-то. На перемотке - может, поколение не то, но как-то не зашел он, да и актрисы тоже, когда тетки среднего возраста вчерашних школьниц играют, может это и искусство, но не понимаю я этого.

Соник появлялся ближе к вечеру, ненадолго, минут на пять-десять. В общем-то, этого времени вполне хватало, чтобы узнать, как мое драгоценное здоровье, пообещать, что все идет как надо, рассказать какую-нибудь местную байку, которую в болталке уже обсудили на десятке форумов, и с чувством выполненного долга слинять. Но я не обижался, у парня свои дела, своя личная жизнь, во второй раз он не один – с Сэй приехал, пока ко мне поднимался, она его ждала, сидя на мотоцикле. Да и вообще, к людям здесь привязываться бессмысленно, как хомячки, хорошо если два года, а потом кто-то из вас на радугу.

На третий день рано утром я почувствовал прилив сил – хотелось даже отжаться от пола десятка два раз, что я и сделал. И еще. Когда счет перевалил за две сотни, я понял, что что-то здесь не то, и решил Соника вызвонить. Не знаю, может он только моего звонка ждал, но появился через полчаса всего.

- Оклемался, болезный? – прямо с порога блеснул белозубой улыбкой. – Ну я же говорил, все как надо пройдет.

- Кому? – просто так поинтересовался я.

- Тебе, смотри, какой бодрый, румяный, скоро моложе меня будешь выглядеть.

Шутки шутками, а морщины и вправду постепенно разглаживались. То ли от гороховой диеты, то ли от здорового образа жизни – прогулки, свежий воздух, отсутствие ультрафиолета, но сейчас я бы себе больше тридцатника не дал.

- С самого начала быстрее все это идет, - правильно истолковал мой взгляд в зеркало приятель. – Коллаген начинает вырабатываться, кожа подтягивается, всякая гадость из организма выходит, сосуды опять же чистятся. Это не ты молодеешь, это организм в норму приходит из того состояния, в которое мы его в обычной жизни загоняем. Ну что, какие планы на сегодня? Чего так срочно звонил?

Когда я рассказал ему про сотню отжиманий, Соник рассмеялся.

- Жениться тебе надо, барин, вот и не будешь всякой фигней заниматься. А серьезно, так и должно быть. Резервы внутренние возросли, а ты еще к этому не привык. Надо размяться хорошенько, Тундра твоя на ходу?

- Вроде да, - машина на стоянке простояла два дня без присмотра, но вроде как за охрану заплатил, если угнали, гостинице расплачиваться. А хозяин местный любил деньги только брать.

- Ну вот и отлично, поехали, прокатимся. Тут недалеко, километрах в шестидесяти, кластер перезагрузился почти неделю назад, большой совхоз с многоэтажками и фермой, там монстры уже пошалили, и рейдеры съездили, но зомби еще не все успели разбежаться. Так что поохотимся, заодно умения свои проверишь.

- Что, ложки с вилками там бегают? – я схватил майку, штаны, пошлепал в душ.

- Ага, ну что, через двадцать минут на стоянке?

- Идет.

Нищему собраться – только подпоясаться. Мне, считай, зажиточному парню, действий побольше надо было сделать, но ненамного. Оружие я хранил в номере, мало ли кто в машину залезет, помповик, автомат и патроны были упакованы в чехлы. Рюкзак походный был собран – бинокль, ПНВ, тактические перчатки, купленные по случаю, и остальная мелочь. Грязную одежду собрал в пакет, прачечная находилась в соседнем здании. Так что через двадцать минут я был не только готов, но еще и сухпаек успел в кафе купить, и воды баллон.

С машиной ничего за два дня не случилось, только запылилась немного. Но не вся, одно крыло своей круглой задницей протирала девушка с длинными черными волосами и карими глазами. Задний борт у Тойоты был откинут, в кузове стояли два мотоцикла.

- Сэй с нами поедет, - Соник закреплял байки.

Я только рукой махнул. Хочет, пусть едет, места много. Баба – она только на корабле к несчастью, а в машине, если трындеть не будет под руку, пусть сидит.

Глава 17

17. Улей, месяц второй. Где-то.

На выезде Соник ткнул пальцем в карту.

- А, ну давайте, - часовой нажал на пульте кнопку, шлагбаум пошел вверх, а блоки, загораживающие проезд, в стороны, - туда вроде ездили уже, ничего интересного, на двадцать человек – десяток лотерейщиков и кусач. И еще трех иммунных нашли, случайно. Гнилое местечко, вам разве что потренироваться.

- Для того и едем, - подмигнул ему Соник, чуть кивнув головой в сторону Сэй.

Часовой понятливо хмыкнул, перед дамой пофорсить тоже нужное занятие, пожелал нам удачной поездки.

Не успели мы отьехать от стаба, с заднего сидения послышалось сопение. Сэй улеглась там же, где сидела, и уснула. Черные волосы свисали, закрывая лицо.

- Не обращай внимания, - Соник вертел карту, - нам сейчас до Кантемировска, не доезжаем пару километров и поворачиваем налево, к западу. Там километров десять проехать, какая-то заправка обозначена, и опять налево, в пяти кэмэ будет нужный нам кластер.

Я кивнул. Дорога знакомая, знаем.

Соник открыл окно, о чем-то задумался, я тоже не особо языком чесать хотел. Да и ехать тут было не так далеко, хотя сильно я не разгонялся, груз в кузове не давал – на неровностях байки чуть подскакивали. Измененные не попадались, их вычистили основательно, а ближайшие крупные перезагрузки должны были только через месяц случиться, сразу с десяток кластеров обновлялись неподалеку один за другим. Рассказывали, что, если ехать на север, а потом на запад, там есть места, где кластеры грузятся чуть ли не каждую неделю, и от монстров там не протолкнуться. А здесь тихо было, почти курорт. Твари, они тоже зря бегать не любят, есть еда, там и пасутся.

Навстречу ехали машины – в основном фуры, грузы перемещались из одного стаба в другой, жизнь кипела, торговать выгоднее, чем воевать. В рации народ обменивался последними новостями, но про торговлю людьми ни слова, словно никто не пытался нас внешникам сбагрить. До этого форумы просматривал, то же самое, когда из Светлого автобусы с людьми увезли, ох и вой стоял, а тут – тишь да гладь. Я рулил, сигналил встречным машинам, вслушивался, не всплывут ли имена Кирпича и Кастета, но нет, словно и не было их.

Перед Кантемировском свернул налево, и поток машин словно отрубило, только во встречном направлении ехал бронированный грузовик, я не стал его обгонять, пристроился сзади в полукилометре, он в нужный нам кластер не поехал, возле разрушенной заправки свернул направо. А я, не доезжая до перекрестка метров триста, заехал к остаткам кирпичного дома, к нему грунтовка вела. Уходила в небольшой лесок, а он там как раз за деревьями стоял.

- Твое тайное убежище?

Я кивнул, припарковал машину перед полуобвалившейся стеной, обернулся – Сэй спала.

- Не беспокойся, она, если что, не выдаст, - подмигнул мне парень. – Что тут у тебя, золото, бриллианты?

- И то, и другое, - я раскидал кирпичи, вытащил сверток, сел обратно в машину.

- Ого, - Соник осторожно взял автомат, - оружие внешников? Где взял, там уже нет?

- Точно.

- Правильно сделал. Этим шакалам только намекни, без всего оставят. Да, Сэй?

Девушка уже не спала, жадными глазами глядела на инопланетное оружие.

- А попробовать можно?

Я протянул ей автомат, показал, где нажимать, она только отмахнулась, мол, и так понятно. Не вылезая из машины, навела дуло на бетонный блок метрах в двадцати, вдавила кнопку.

Со стороны казалось, что и выстрела-то не было, а блок разлетелся на мелкие кусочки. Соник поглядел в сторону дороги, нет ли там любопытных путешественников, отобрал у брюнетки карабин, вернул мне.

- Заряды есть?

Продемонстрировал ему четыре коробочки.

- Отлично. Просто отлично. Бат, я тебе соврал.

Я слегка напрягся, не выпуская карабин из рук.

- В общем, мы с Сэй из Полесья некоторым образом сбежали. У нее недопонимание с родственником своим возникло, точнее говоря, непримиримые разногласия.

- Этот козел ко мне приставать начал, - даже как-то с ленцой протянула девушка, - он и раньше подкатывал, а с недавнего времени как крышу снесло, в последний раз еле отбилась. Морду гаду расцарапала и яйца отбила.

- И куда теперь, в Светлый? Или на юг?

- Нет, ты же знаешь, Светлый – он под Полесьем теперь частично, а на юг путь через него. – Соник махнул рукой, поймал стрекозу, подержал в кулаке, отпустил. Та улетела, недовольно жужжа. – Поедем в Хмельное, там и ребята покруче собираются, и нравы получше, такой мути нет. И монстров побольше. В принципе, ты остаться можешь, твои вещи я в кузов убрал, все что было. А мы можем свалить.

Соник словно мысли мои читал, я, как выехал, решил в Полесье больше не возвращаться, а попросить его мои вещи забросить вот в этот местный архитектурный памятник, сутки-трое я бы тут точно отсиделся, сухпай на неделю брал.

- Не, я тоже поеду, - решил, сделав для приличия паузу. – Чувствую, безопасник местный от меня не отвяжется, адвокат-то, которого я спас, в себя должен прийти, его как допросят, про второй автомат узнают. Может уже даже узнали. Я перепрятать хотел, но вообще-то лучше действительно свалить.

- Вот и отлично, - почему-то обрадовался Соник, - втроем веселее. Да, Сэй?

По виду девушки было видно, что третий – лишний, но харизма парня и не такие крепости брала.

- Решено, - он достал карту, - поворачиваем налево, как и хотели, а там, как кластер свежий проедем, повернем на запад, шоссе должно идти наискось почти до Хмельного. Баки у тебя полные, я позаботился.

- Да заметил уже.

- Погнали, - Соник откинулся на сидение, - к тому же мы на охоту ехали, не забыл? Доедем, отсидимся денька три, потренируемся, а потом еще до Хмельного пилить.

Свежий кластер перезагружался раз в месяц, и вариантов было несколько. Если попадала та реальность, где советский строй еще оставался каким-то чудом, рядом со зданием администрации, сельпо, объединённого с почтой, и десятком пятиэтажек, кое-как отремонтированными, стоял рабочий поселок из сотни неказистых частных домов с огородами. Зато коровника было аж четыре, силосный комплекс, и цех по переработке молока. Страна победившего капитализма сохраняла административное здание, на пятиэтажках появлялись спутниковые антенны, кондиционеры и пластиковые окна, вместо большей части рабочего поселка – дачно-коттеджный, вместо коровников – овощная база и торговый центр, небольшой, заменявший и почту, и сельпо, и переработку молока.

Жителей было немного, около двух тысяч, за четыре дня они определились, кто есть кто – незначительная часть отьелась до бегунов и расползлась по окрестностям в поисках свежей еды, тухлятинка-то уже надоела. С десяток мы встретили, пока добирались до кластера, первых двух я еще потрошил, найдя только в одном единственный споран, а потом уже просто давил, или объезжал. По оборванному полушубку первого встреченного нами можно было понять, что на той Земле, откуда они появились, в среднюю полосу пришла зима.

- В центр не поедем, присмотрим себе какой-нибудь домик поприличнее, - предложил Соник.

Я согласился, в частном секторе и укрыться было легче, и машину можно в гараж какой-нибудь загнать. И с коммуникациями проще, пусть электрические столбы и для декорации теперь стояли, а у частников почти всегда в такой глуши есть и дизель-генератор, и скважина, и септик, на централизованные коммуникации что при советской власти, что при буржуазной одинаково никто не рассчитывал. Далеко продвигаться не стали, мало ли что там, в центре, люди по квартирам сидели, те, кто большими семьями, за счет домашних немного отьелся, а одинокие – зомби тоже помирают, плохо пахнуть они начинают при своей второй жизни, а после второй смерти так вообще смердят.

Дорога от границы кластера шла нормальная, асфальтовая, дома тоже стояли большей частью приличные, значит, нам выдалось попасть в капиталистический перезагруз. Сразу у вьезда нас встретил сожженный дом.

- Газ взорвался, - сразу отметил я эпицентр взрыва на первом этаже, - на плите сэкономили, без газ-контроля, наверное, была.

Частных строений, частично или полностью разрушенных, было предостаточно. Но и целые наличествовали.

Примерно час мы потратили на то, чтобы найти себе временное пристанище. Я бы согласился и на спартанские условия, главное, чтобы без хозяев, а то во втором по счету коттедже в прихожей лежащий на полу зомби попытался меня укусить. Вцепился, гад, зубами в берц, в темноте-то не разглядишь особо, что это валяется, человек или предмет обихода, пришлось быть осторожнее. Ну и фонариком вспомнить, как пользоваться.

Но моему спутнику все варианты показались не подходящими под его высокий стандарт проживания. Но несколько домов он пометил – в одном была стойка с газовыми баллонами, в другом – газовый генератор, и если их соединить, то можно было запитать внутреннюю проводку. То, что с метана на пропан-бутан надо как-то перейти, его не волновало, для этого у нас была Сэй. Вообще люди в этой части поселка жили небедные, и чего парень так привередничал, не знаю.

- Давай к этому, - Соник показал на двухэтажный дом, стоящий в глубине просторного участка. Высокий кирпичный забор и сплошные ворота не давали рассмотреть, что там на придомовой территории происходит, для временной резиденции это место на взгляд парня подходило идеально.

Сам первый выскочил из машины, в один прыжок перелетел через забор, мы с Сэй терпеливо ждали, пока он там все обследует. Наконец, послышался скрежет, и ворота начали отьезжать, освобождая проезд на мощеную плиткой площадку. Соник жестами показывал, куда машину припарковать, но я и сам, в принципе, видел – крытый темным поликарбонатом навес, высотой как раз такой, чтобы Тундра проехала впритык, после того как я с пневмой чуть подшаманил. Частично сам, частично девушка мной руководила, она, похоже, в моей машине куда лучше меня разбиралась.

- Все супер, - парень для убедительности продемонстрировал оттопыренные большие пальцы на обеих руках, - дом закрыт, хозяев нет, домашних животных – тоже. Газгольдер есть, без горячего не останемся. Ну что, выгружаемся? А потом до центра прошвырнемся, прибарахлимся.

С участком действительно повезло, заодно стало понятно, как взорвался газ в доме на вьезде. Газпром, бросив все силы на заграничные трубопроводы, собственным гражданам газ по дешевке продавать не спешил, и, как и в моей реальности, местные жители выкручивались как могли. Кто-то топил дом дровами или дизелем, наверное, большинство домов так и сгорело, особенно после отключения электричества и автоматики, а кто-то, побогаче, вкапывал газгольдер – недешево, но гораздо удобнее, чем возле печки сидеть. Но вот если магистральный газ бы отрубился вместе с внешним миром, то газгольдер – он пока наполнен, беспокоиться нечего. Датчик в доме показывал, что как минимум треть емкости заполнена жидким пропан-бутаном. у хозяев к тому же и генератор был на газу, в условиях работы сельских электросетей – оборудование, считай, необходимое. Можно было бы в этом кластере заселиться, и жить, но Соник думал иначе.

- Недельку перекантуемся, а потом свалим отсюда.

Сэй была девушкой необычной, вот обычная – она бы тюков двадцать набрала, а эта, воспитанная, считай, Ульем, обошлась небольшим рюкзачком. У нас с Соником тоже особого скарба не было, поехали налегке. Ну а остальным, считай, нас хозяева дома обеспечили.

Нижний этаж занимала кухня-столовая, сауна, небольшая спальня и большая кладовая, где и консервы были, и что-то из одежды – как всегда, что жалко в городе выбросить, везли на дачу. А дом именно так и использовался, похоже, в качестве базы для отдыха летом и в выходные. Окна были забраны решетками, вход в дом перекрывала металлическая дверь, но девушка быстро с ней разобралась. На наше вторжение должна была отреагировать сигнализация, вот только тех, кто обычно приезжает на вызов, не было, скорее всего они сейчас бегали где-то по окрестностям или их схарчили уже более развитые товарищи.

Еще две спальни наверху, каждому по комнате досталось. Я разместился на первом этаже, а Соник и Сэй решили, что на втором им будет удобнее.

- Смотрите, - парень выложил на обеденный стол листок А4 с напечатанной картой кластера, - вот мы здесь.

И он нарисовал кружочек.

- От дома до центра поселка где-то с полтора километра, здесь частные дома идут. Кластер перезагружается обычно утром, когда дома остаются в основном старики и больные. К тому же в той реальности осень сейчас поздняя, рейдеры, которые сюда ездили, даже остатки снега застали. Большая часть в городе, мертвяки в этом районе почти не попадутся, надо ехать к многоэтажкам. Самый центр активности, это база, там много народу работает, ну из тех, кто в город не уезжает. Вот там и поохотимся, заодно надо мелочевки всякой набрать в магазине, я чужой зубной щеткой как-то не очень хочу пользоваться. Организованных рейдеров быть не должно, основные сливки они сняли, стабов поблизости тоже нет, Кантемировск – самый ближний. Если только свободные, и их вот стоит опасаться, могут ради добычи подстрелить. Так что сгружаем байки, и едем на твоей машине, Бат. И далеко от нее не отходим. До того, как стемнеет, еще минимум часов пять, заодно осмотримся. Возражения есть?

Сэй, кажется, пофиг было, чем заниматься, главное – что она забрала у меня автомат внешников, на время и на всякий случай, и собиралась его опробовать. Собственно, я не возражал, и насчет плана Соника, и насчет автомата, три магазина оставались у меня, а без них самое продвинутое оружие убийства – просто кусок железа. Или, как в этом случае – какого-то материала, уж очень легким было.

- Еще раз проговорим, - в планировании Соник чувствовал себя как рыба в воде, - Сэй, она сенс, чует монстров. Поэтому мы с тобой, Бат, вроде как на подхвате. Как я стреляю, ты видел, ну а ты у нас человек уникальный, будешь свою новую способность тренировать.

Девушка вопросительно поглядела на нас.

- Он замораживать может, - обьяснил ей парень.

- А, фризер, знаю. Хорошее умение, - судя по виду Сэй, похвала далась ей с трудом, и то, только потому, что я поделился с ней ценной вещью. – Только на мой дар особо не рассчитывайте, это второй, может метрах в десяти точно и определю, что кто-то прячется, но дальше пока не очень.

Соник кивнул, для него, видимо, способности девушки секретом не были. Ну и хорошо.

Для выхода в свет мы были достаточно неплохо экипированы – у ребят вместо обычной мотоциклетной защиты были навороченные бронники и каски, в местных условиях не до пижонства, у меня тоже был бронник, купленный по случаю, и бронешлем. От шальной пули спасут, а если мертвяк бросится какой активный, защита на горле не даст ему сразу меня загрызть. С собой взял помповик и местный вариант кирки – клюв на палке, за тот месяц, что я тут обитаюсь, успел потренироваться. У Соника на незнакомую мне модель карабина-трансформера был накручен глушитель, ну а Сэй кроме автомата внешников еще укороченную двустволку взяла, тоже неплохая штука.

Машину мы перегнали во встроенный гараж, без электричества тот сначала не открывался, но Сэй что-то подшаманила, сдался. И перед самым уходом нас с Соником ждал сюрприз.

- С этим что делать? – девушка достала из внутреннего кармана куртки длинный пенал, положила на стол. Под нашими недоумевающими взглядами открыла – в углублении лежали три шарика, два красных и один черный. – Ну а что, не с пустыми руками бежать, этот урод еще пожалеет, что ко мне полез. Тварь. Этой мрази теперь недолго осталось на своем поганом месте сидеть, как его дружки узнают, что обнесли, сами сковырнут.

Я молчал. Вот про бабу примета – верная.

- Ладно, взяла, значит взяла, - Соник во всем видел только хорошее. – У него же еще осталось?

- Не знаю, - Сэй пожала плечами, - может и есть. Они там такие дела крутят, что наверняка не последний запас.

- Может он кого-то послать за тобой?

Похоже, девушка об этом не задумывалась особо. А как задумалась, быстро отыскала аргументы в свою пользу.

- Да чтоб он признался, что его обнесли? Никогда! Будет сидеть тихо, и он, и дружки его, если шорох пойдет, что их без жемчуга оставили, больше потеряют. Так чего с ними делать?

Парень взял пенал в руки, зачем-то принюхался, по мне, так не пахнут они ничем. Покатал между пальцев каждую.

- Ты когда-нибудь…

- Красную, ты же знаешь. Как в гору пошел, расщедрился один раз, нет, два, еще вот байк подогнал. Мразота. козел старый. Наверняка еще тогда рассчитывал под юбку залезть ко мне.

Я хотел было сказать, что юбки сроду на ней не видел, но промолчал. И так ситуация не слишком хорошая вырисовывалась.

Глава 18

18. Улей, месяц второй. Западнее Полесья.

На первую вылазку мы сходили втроем. За неделю кластер почистился от низших зараженных, те, кого не сьели более удачливые твари, подохли сами от голода. Немногочисленные трупы валялись в центре поселка, пропитывая и без того не слишком свежий воздух нотками смрада и разложения, только фильтры, стандартный элемент экипировки каждого рейдера, спасали.

Нам попалось несколько бегунов, эти ребята бесстрашно бросались на лакомую добычу, но и прибить их было тоже нетрудно, даже огнестрел не применяли – Соник ловко управлялся с клевцом, сбивая тварей на землю, а мы с Сэй их добивали. На четвертом я сам попробовал применить знания, отработанные в стабе, и потом еле выдрал клевец из тела зомби. Добычей стали несколько споранов, на неделю, считай, себя обеспечили.

Торговый центр – переоблицованное здание старой постройки с достроенным крылом, вмещал в себя несколько магазинчиков, торговавших одеждой и хозтоварами, салон сотовой связи с подержанными мобильниками, и сетевой супермаркет с едой. Часть прилавков была разгромлена, видимо, своими же, в продовольственном отделе упаковки на полу покрывали его неровным слоем, при каждом шаге что-то хрустело и лопалось. Скоропортящиеся продукты, и так в большинстве своем с переклеенным сроком годности, за неделю окончательно сгнили и позеленели, мы набрали бакалеи, консервов и долгоиграющего молока, вода в коттедже шла из скважины, и жажда нам вроде не грозила.

А потом оставалось только ждать, как на Сэй подействует красная жемчужина. Благо газовый генератор в подвале тарахтел громко, но снаружи – практически неслышно, и на улицу в туалет бегать не пришлось. Вообще такой кластер мог бы стать идеальным местом для жизни, чего там, раз в два месяца уезжаешь на недельку прошвырнуться по окрестностям, а потом снова возвращаешься в тот же дом, хозяева – они свое имущество берегут, получаешь его каждый раз чистым, с работоспособным оборудованием, заполненным газовым хранилищем, летом, правда, еще и с мертвяками в придачу, но это уже издержки Улья.

Ждали – значит, что девушка дома сидела, а мы с Соником вышли на тропу войны. Хоть зараженных и мало было, но на двух рейдеров должно было хватить. И не только на двух, в первую же нашу парную вылазку мы чуть не напоролись на других рейдеров, грузовик с мощным обвесом проехал от администрации к овощебазе и скрылся там за воротами. Некоторое время спустя послышались выстрелы, выкрики и что-то обрушилось.

- Большой склад, там, наверное, под несколько сотен работало, да еще и приезжали за товаром, - правильно истолковал мой взгляд Соник, - ворота-то закрыты, сами зомби могут выбраться, только если до определенного уровня дорастут, до лотерейщика не успели, значит, вся кодла там, друг другом питается. Вот и поехали ребята, споранов настрелять. Как уедут, и мы туда рванем.

Пришлые уехали через час. Ворота оставили открытыми, и спустя какое-то время из них начали появляться бывшие обитатели поселка. Немного, но двигались они достаточно бодро, сопоставимо с идущим человеком.

- Погнали, - скомандовал парень, - огнестрел не используем, только клевцы. И когда бить будешь, постарайся представить, что замораживаешь этих зомбаков. Вдруг получится. Ты же брошюру читал? Тут опасных нет, максимум джамперы.

Сам он перехватил клевец поудобнее и решительно направился к ближайшему мертвяку. Тот радостно ухнул, и поспешил навстречу, в компании еще трех таких же.

Зомби умирали сразу, стоило пробить им череп, я даже не успевал представить, как замораживаю. Приходилось сдерживать удар, направлять энергию в клюв, и бить. Получалось плохо. Из-за промедлений несколько раз меня чуть не укусили, и никакой заморозки тоже не получалось. Ко всему у этих зараженных споровый мешок еще почти не развился, так что никакой добычи нам не досталось.

Соник сам не особо лез в драку, в основном подстраховывал меня, пару раз убирая нападающего прямо возле моей шеи. Укусить не укусил бы, воротник бронника надежно защищал горло, но все равно – неприятно.

- Нет, толка не будет, эти залетные всю малину обломали, - парень выдернул клевец из очередного любителя человечинки, брезгливо ткнул того ногой, - что думаешь?

- Может, приманить кого посерьезнее? – предложил я.

- Рубера, - глаза Соника загорелись, - вот не получается у тебя, наверное, потому что противник недостаточно серьезный. Нужно как минимум кусача, а лучше рубера. Так, где же его взять?

От такого энтузиазма я поежился. Рубер, конечно, хорошо, но я еще первого кусача не мог забыть, который ко мне в камеру пробирался. Говорят, что детские комплексы самые устойчивые, я ж тогда в этом мире, считай, и был ребенком. Озвучил это Сонику, в качестве шутки, а тот ухватился.

- Отлично, Бат, заодно сеанс психотерапии устроим, только не сегодня. Возвращаемся на базу. Но вообще-то, дом мы неудачный выбрали.

- Почему?

- Хозяева слишком предусмотрительные. И газ у них, и туалетной бумаги запасы на год вперед. Никакой романтики.

По мне так туалетная бумага без романтики была куда лучше, чем романтика без нее, но спорить с парнем я не стал. Просто пообещал ему перенести все запасы к себе в комнату, если что, и тогда жизнь для него новыми красками заиграет.

На следующее утро, оставив блюющую Сэй одну – по ее категорическому требованию, мы приготовились к поездке.

- Смотри, - Соник расстелил на верстаке карту, - вот дорога, соединяющая Светлое и Полесье. Мы сейчас от нее на западе. Дальше, если ехать километров сто по прямой, будет стаб внешников, нам туда не надо. Пока. Потом, как натренируешься, обязательно сьездим, а сейчас рано еще тебе.

Зеленая Сэй заглянула в гараж, пробормотала что-то вроде «когда же вы свалите», забрала из кузова бутылку моей настойки и нетвердой походкой ушла дальше развивать свой дар.

- Кластеры, которые периодически загружаются, идут почти одной линией, - продолжал Соник, - этот, через десяток километров еще, и так полосой почти в четыреста километров, до самой Капотни. Здесь, возле Полесья, они перезагружаются редко, раз в месяц-два, а то и реже, зато один за другим. От юга их отделяют черные кластеры, по крайней мере на сотню километров в обе стороны, только у Полесья коридор. Но когда идет перезагрузка, монстры приходят с запада. Значит, там, кроме внешников, еще и другие островки есть, которые обновляются часто, иначе твари бы так не отъедались.

- Это я знаю, миграция идет с запада, а потом на север.

- Точно. Здесь не нарисовано, но раз твари на север сразу не идут, их что-то не пускает. Когда перезагружается этот кластер, уже через два-три часа появляются первые развитые зараженные. Им где-то километров десять бежать, пока принюхаются, пока до них дойдет.

- Согласен.

- Значит, просто по окрестностям шастают, едят тех, кто из обновляющихся мест на запад сбегает, зараженные - они же тупые, в разные стороны расходятся. Вот их там и жрут, отьедаются до топтунов или даже до кусачей, а потом по большому кластерному пути на север, до рубера или элиты.

- Вот примерно здесь, - я ткнул в карту, - мы элитника встретили, я рассказывал тебе.

- Помню. Туда не поедем, во-первых, это далеко, а во-вторых, ребята, которые людьми торгуют, нам не нужны. Смотри, вот двухполоска, которая из поселка выходит и идет на юго-запад, дальше вроде как в номальное шоссе переходит, а значит, у дороги подьезды всякие, перекрестки, есть где проехать. Наши рейдеры ленивые, не ездят туда, им готовый привычный кластер подавай. А мы смотаемся, посмотрим, что там и как.

По мне, логика у Соника хромала слегка. Но с другой стороны, вечно в норе не просидишь, неподготовленную голову высунешь, тут тебя и схарчат. Так что я согласился.

Автомат внешников мы оставили Сэй, ей вроде как нужнее, вдруг кто заберется в дом, и ко всему она отдавать его отказалась наотрез. Даже в туалет с ним бегала, чтобы я не стащил, пока она занята задушевным разговором с белым другом. Но, в принципе, и так вооружение было на уровне. А за доброту мою девушка обещала заняться Тундрой, как только выздоровеет. И как время будет свободное.

Через два километра от поселка дорога и вправду сменилась с раздолбанного асфальта, практически в одну полосу, на четырёхполосное шоссе. В момент перехода машина подпрыгнула – один кластер был выше другого аж сантиметров на пятнадцать, хорошо, что тот, откуда мы ехали. Но язык я чуть не прикусил, а как раз собирался Соника спросить.

- Скажи, - так обычно задают важные вопросы, - а чего ты вообще забыл на востоке?

Соник прищурился, будто солнце в глаза слепило, похлопал ладонью по приборной доске.

- Я как рассуждаю, мы тут как бы на перепутье, внешники на западе, не пойми что на востоке, на севере – Москва с Капотней и Бирюлево, на юге – Ростов с Темерником. Вроде даже река какая-то течет восточнее нас, от одного города до другого. Ну условно от города. Стой!

Я вдавил педаль тормоза, Тундра пошла юзом и метров через тридцать остановилась, благо ехали мы не очень быстро. Соник вглядывался куда-то в небо, потом скомандовал.

- Давай на обочину, и под деревьями постарайся укрыться.

Вырулил, благо канавы вдоль шоссе не было, а сразу шел лес, заехал в первый попавшийся прогал под высокими деревьями.

- Наблюдатели летят, - парень показал на небо, я никого сперва разглядеть не мог, но через полминуты и вправду появилось крохотное темное пятнышко, пошло к шоссе, снижаясь, на высоте метров двадцать пролетело мимо нас.

- Ждем. Так вот, внешники раньше у себя в стабах сидели и сами носа не выказывали, а сейчас, если заразятся, активно жрут жемчуг, горох как не в себя глотают. Людям оружие свое продают, байки вон, беспилотники, значит, не особо уже боятся, что их подвинут. Их пока мало, но будет все больше и больше, убыли-то нет практически, научились заразу подавлять. За людьми сами не гоняются, даже вон наблюдатели если бы нас заметили, скорее всего просто мимо пролетели. Тут для них удобное место, чтобы большую территорию под контролем держать.

- На востоке, думаешь, по-другому?

- Не знаю, но посмотреть стоит, - Соник улыбнулся. – Давай потихоньку, вроде пятерка пролетела обратно, обычно раз в день облетают.

Откуда у парня такое знание режима внешников, я спрашивать не стал, вырулил на шоссе, и мы потихоньку поехали дальше.

- Ну а еще, - продолжил мой спутник, - просто поглядеть охота, что там. Вдруг есть возможность вырваться отсюда в другой мир, если внешники могут, то почему бы и нам не попробовать. Я вот как думаю, все только говорят, что далеко на востоке что-то есть, но никто не знает точно. Значит, не возвращаются оттуда люди. Может, там выход.

- Или наоборот.

- Да, - легко согласился Соник. – Но, понимаешь ли, хочется нормального солнца, облаков, на пляж выехать. В киношку сходить с девушкой без автомата под рукой. И живчик этот не глотать. Сам подумай, есть же мифические нолды, которые туда-сюда свободно шастают и не боятся свой мир заразить. Значит, и мы можем. Хотя бы попробовать. Чего теряем-то? Один раз уже умерли.

Подумал, как он и просил. Кивнул. Чушь, конечно, но почему бы не посмотреть, что действительно такое там, на востоке.

Зараженные по пути попадались, но все какие-то слабенькие. Самые прыткие из них пытались догнать машину, но бегали они не то что плохо, а медленно. Приходилось останавливаться, ждать, когда подбежит, и херачить по голове клевцом, с каждым разом у меня все лучше получалось, а в последний раз даже почувствовал, как пошло что-то вроде разряда от руки к металлическому клюву, и голова монстра разлетелась с ледяным звоном.

- Молодец, - как сквозь вату, я услышал голос Соника. Он хлопал меня по плечу, что-то говорил, а я стоял и тупо смотрел на тающие осколки черепа. Состояние было такое, словно поднял бетонный блок весом в тонну, подержал и отпустил. А потом накатил настойки, литр.

- Давай. глотни, - парень совал мне в руки бутылку. Я отхлебнул, потом еще раз. Вроде постепенно отпустило. – Вот хорошо, сейчас легче будет. Ты как?

- Нормально, - прохрипел я.

- Это с непривычки, потом отката не будет почти, - успокоил меня Соник, заодно разноцветные пятна перед глазами почти пропали. – Сейчас еще немного прокатимся, никого серьезнее не найдем, обратно поедем. Главное, что получается у тебя.

- Поехали, - я вывернул на подходящую к шоссе грунтовку, - щас какого-нибудь рубера замочим, киркой ему в зад.

- Ну в зад, может быть, - Соник внимательно смотрел по сторонам, - а так нет, не получится у тебя. Следующую жемчужину только через месяца три-четыре можно глотать, а до этого вот такие бегуны, в лучшем случае – топтуны, твой предел.

Как с небес на землю опустил, гад. Ну да, помечтать хотел немного, что тут такого? Сам понимаю, развиваться и развиваться еще. Это повезло с жемчугом.

- Считай, на год-два вперед скакнул, - подтвердил мои мысли Соник, - поэтому такая штука ценная. Притормози немного, кажется, к нам гости.

Впереди, ломая деревья, что-то массивное выбиралось на грунтовку. Могло бы и по подлеску пройтись, сбоку напасть, но когда вылезло это почти трехметровое чудище, на нем я разглядел отдельные клочки шерсти. Бурой.

- Медведь?

- Вроде да, - мой спутник приоткрыл окно, достал свой почти игрушечный пистолетик с утолщением на конце, - давай, я тебя прикрою. Горох, Бат, это то, что тебе сейчас нужно. Иди и возьми.

Я и без напутствий прекрасно знал, что делать. Или думал, что знал. Подхватил дробовик, клевец пристегнул к поясу, и вылез из машины. Бывший косолапый, пристукивая пятками, бодро направился ко мне. Изменившаяся анатомия мешала ему бежать, оставшиеся инстинкты заставляли использовать все четыре конечности, но передние утончились по сравнению с тем, что было, и монстр спотыкался. Снова вставал, и рывком перемещался вперед. Когда до меня оставалось метров десять, он прыгнул.

Снова все происходило, как на замедленной перемотке. Туша летела на меня, растопырив когти, но практически в начале полета потеряла контроль над своим движением. Не поддающаяся осознанному приказу связь установилась между мной и тварью, отключая у той возможность управлять своим телом.

Бывший мишка грохнулся в метре от меня, заворочался, Действие заклинания прошло, но я уже подскочил, всадил клевец ему в затылок, посылая импульс. Громко хрустнуло, монстр дернулся, чуть не снеся меня лапой, и затих.

И тут что-то черное грохнулось прямо в кузов машины, метнулось к кабине, стараясь пробить бронестекло. Соник, казалось, даже внимания не обратил, не обернулся, но вдруг что-то вспыхнуло, струи пламени хлестнули по нападавшему.

Топтун, в прошлом явно человек, заревел, пытаясь сбить с себя огонь, ему резко стало не до лакомой добычи. Соник, как-то с ленцой высунувшись из кабины, навел на него свой пистолет. Звука выстрела я не услышал, пламени тоже не увидел, но голова нападавшего дернулась и разлетелась на кусочки.

- Быстро, - крикнул Соник, хватая в салоне покрывало и сбивая огонь с монстра. Ага, бензин, как же.

Совместными усилиями мы выкинули кусача из кузова, затушили то, что еще горело – хорошо хоть вещи практически все вытащили еще в гараже, с металла сползло лаковое покрытие, но это можно пережить.

Минуту мы ждали, вдруг еще кто из монстров решит попробовать напасть, но нет, тихо было. Из моего топтуна достали четыре спорана, из полусгоревшего – еще три.

- Ремонт машины обойдется дороже, - словно читая мои мысли, заметил Соник. – Возвращаемся. Дождемся, пока Сэй оклемается, и тогда на нормальных монстров поохотимся. По дороге в Хмельное.

Если прикинуть, отьехали мы от поселка километров на пятнадцать, не больше, так что обратно добрались за десять минут, сбив на дороге нескольких зараженных. Одно из тел болталось на шипах, никак не желая сваливаться. Перед вьездом Соник поднял руку.

- Погоди, кажется, кто-то есть. Пойдем, пройдемся.

Мы оставили машину у какого-то дома со снесенным забором, подхватили оружие и пошли к зданию администрации, глядя по сторонам. Зомби вроде не было, а вот на площадке в центре поселка явно кто-то появился. Я показал Сонику на пятиэтажку – подъезд был распахнут, и вроде внутри тихо.

Когда мы поднимались по лестнице, в одной из квартир кто-то заворочался, заурчал – тварь была голодна, ну да, домашние кончились. Металлическая лестница тоже была не заперта, типичное российское разгильдяйство, шастай кто хочешь. Мы тихо забрались на технический этаж – расстояние от пола до конька крыши едва ли превышало два метра, а у вентиляционных окон и вовсе было сантиметров семьдесят. Но обзор удобный, фасад дома как раз выходил на здание администрации.

Между ней и торговым центром стоял грузовик. Что-то он мне сразу знакомым показался, а окончательно я убедился в своей догадке, когда из разбитых стеклянных дверей вышел Кастет. Он тащил какой-то мешок.

- Чего ты там набрал? – из машины вылез Кирпич, говорили они не очень громко, но слышно было отлично.

- Так, по мелочи. Тут кто-то был, - Кастет закурил, - наверное, рейдеры. Где этих искать будем, часовой сказал, они сюда поехали?

- Придется все прочесывать. Муха, вылазь.

Из машины появился маленький мужичок в кепке и темных очках. Потянулся, растопырив руки, подергал ими, вроде как зарядку делал. Кирпич на все это с неодобрением смотрел, но поперек ничего не сказал. Дождался, пока очкастый свои физкультурные дела сделает.

- Что скажешь?

Муха внимательно огляделся вокруг. Когда его взгляд на дом наш упал, мне показалось на секунду, будто чем-то теплым повеяло.

- Сенс, - прошептал Соник. – Может заметить.

Внизу сенс не торопился, оглядывая каждое здание на площади. Наконец покачал головой.

- Здесь, - он показал на торговый центр, - один зараженный. Внизу, в подвале. Там, где база, чувствуется скопление, ближе надо подходить, ну и в поселке что-то такое чувствуется. А вот в пятиэтажках определенно кто-то есть. Сейчас.

Он уже целенаправленно повернулся в нашу сторону, и снова волна тепла обдала меня.

- Да, десятка четыре зараженных точно, но и иммунные есть. Наверняка они.

- Попались, голубчики, - Кирпич осклабился, - Тигран, Сутя, пошли. Гер, ты на стреме стоишь, смотри, если побегут, стреляй.

Пулеметчик на крыше грузовика кивнул. Из кузова появились еще двое, один с автоматом, второй с помповиком, в шлемах и бронежилетах.

- Где искать будем? – Кастет явно не хотел выпускать из своих рук инициативу, а то вроде как оттерли его от процесса.

- Ты стой здесь, - распорядился Кирпич, - подстрахуешь Гера, но как выстрелы услышишь, беги к нам. Все, пошли.

Кастет с недовольной рожей прислонился к обвесу грузовика, достал из кармана пачку сигарет, прикурил от пальца. Пижон. А Кирпич и двое подручных, направляемые Мухой, потопали к соседней пятиэтажке.

Глава 19

19. Улей, месяц второй. Западнее Полесья.

- Может, пулеметчика снять? – тихо спросил я.

- Нет, - Соник еле двигал губами, - всполошатся, тяжелее отлавливать. Пусть ищут.

Четверо рейдеров зашли в соседнее здание – спасибо архитектору, планировавшему этот квартал, и расположившему группы домов под прямым углом друг к другу. Впереди двое подручных Кирпича с клевцами в руках, за ними он сам, и Муха – замыкающий. Начали сразу со среднего подьезда, некоторое время ничего слышно не было, затем глухо бабахнул дробовик, и через минуту команда Кирпича появилась с добычей. Один из рейдеров волок за руку девочку-подростка.

- Ты что, не можешь определить, где она? – Кирпич особо в выражениях не стеснялся, обьясняя Мухе, что думает про его дар.

- Заткнись, - спокойно ответил тот, выслушав, что командир рейдеров делал с его родственниками. – А то сам искать будешь.

- Извини, - неожиданно попросил прощения Кирпич. – Что-то прям накатило.

- Бывает, - Муха пожал плечами. – В этом доме больше нет никого из иммунных, странно, что рейд не заметил ее. Эй, ты как?

Девочка вообще плохо реагировала на происходящее, тупо глядя на спасителей. Безропотно глотнула из фляги, поднесенной к ее рту одним из рейдеров, даже не поперхнулась этой гадостью

- Нормально, - к группе подошел Кастет. – Хорошенькая, лет тринадцать, наверное? Внешники за такую полтора десятка точно отсыпят.

- Мы здесь не для того, но одно другому ведь не мешает, правда? – Кирпич подтолкнул девочку к Кастету. - Забирай ее. И поаккуратнее, без глупостей.

Кастет подхватил найденыша под руку, и сально улыбаясь, повел ее к грузовику. А Муха махнул рукой на дом, стоящий за осмотренным.

- Там тоже кто-то есть.

На площади Кастет довел девчушку до грузовика, подтолкнул в кабину, потянулся, собираясь полезть следом. Сверху пулеметчик цыкнул на него. Рейдер поднял руки, мол, да, никто никуда уже не идет, и даже зевнул, чтобы показать, как ему все равно. Муха что-то втолковывал Кирпичу, слышно не было, но судя по жестикуляции, он сомневался, стоит ли туда идти. Кирпич кивал, потом похлопал сенса по плечу, махнул рукой своим подручным и скрылся в подъезде. Муха остался на улице, поглядывая по сторонам и все чаще возвращаясь взглядом к нашему дому. И подъезду. И даже этажу, такое впечатление, что прямо в глаза мне смотрел. А потом вдруг покачал головой, и отошел в сторону.

Соник хмыкнул, раздвинул свой пистолет, неожиданно получилось что-то вроде винтовки. Удобно улегся, выцеливая пулеметчика. И плавно нажал на спуск.

То ли тот что-то почувствовал, а может, просто наклониться решил, дернулся, но запоздал – пуля вошла ему прямо в глаз. Ремни, которыми пулеметчик был пристегнут, не дали ему грохнуться внутрь грузовика, он просто повис на них.

Кастет что-то заподозрил.

- Эй, Гер, ты чего там? – мура закрывала от нас кабина грузовика. – Случилось что? Не молчи, ответь.

Гер ответить не мог. Я поглядел на подъезд дома, куда зашли Кирпич с товарищами, вроде, нет пока их. Оставшийся на площади рейдер затих. Со своего места он не видел ни нас, ни Муху, ни остальных. Я огляделся – рядом валялась пустая бутылка. Чердак – он ведь именно для этого и приспособлен, бухать в тайне от других. Положил бутылку на подоконник, катнул вперед.

В Улье вообще посторонних звуков немного, зомби музыку не слушают, не ссорятся и не орут из окна, что нужно кроме хлеба еще и водки в магазине купить. Поэтому звук разбившейся бутылки прозвучал четко. В окне наискось появилась рожа Кирпича, он пытался высмотреть, что такое случилось, но угол предыдущего дома закрывал ему обзор. Что-то пробубнил в рацию, потом еще. Видимо, Геру пытался дозвониться, а тот уже недоступен для разговора лежит.

- Эй, Кастет, Гер там что, заснул? – заорал командир рейдеров.

Кастет инстинктивно высунулся из-за грузовика, чтобы ответить, и следующая пуля Соника чиркнула ему по носу. Рейдер взвизгнул, зажимая рану руками, заполз обратно за машину. Муха, увидев, что дело приняло серьезный оборот, метнулся к соседнему подъезду и спрятался там.

- Ты чего? – спросил я Соника.

- И на старуху бывает проруха, - невозмутимо ответил мой напарник, - здесь сидеть смысла нет, они прятаться будут. Я пойду, а ты следи. Рация работает?

Я кивнул.

- Только в крайнем случае. Следи, чтобы эти гаврики к машине не подходили, стреляй, как только высунутся.

И исчез в проеме на полу.

Кирпич осторожно выглянул из подъезда, помахал шваброй, к которой была привязана какая-то грязная тряпка.

- Отдайте жемчуг, а девку можете себе оставить. – заорал он.

Я отвечать ему не стал, Соник тоже в разговор вступать не спешил.

- Пополам поделим – две штуки вам, две – нам, - выдвинул новое предложение Кирпич.

А в пенале-то три было, где еще одна? Размышлять об этом было некогда, Кастет, наконец сообразив, что надо делать, открыл со своей стороны дверь машины и заполз в кабину. В поле моего зрения появилась перепачканная в крови рука, нащупывающая рацию.

Стекла грузовика защищала сваренная из арматур сетка, против не самых опасных зараженных и такая сойдет, а руберу, и даже кусачу развитому бронестекло помехой не было, так что стекла в машине стояли, видимо, старые, немодифицированные. По крайней мере от выстрела разлетелось ветровое без проблем. Рука тут же убралась назад. И Кирпич убрался – обратно в подъезд.

Небольшая фигурка бросилась к машине, приоткрыла дверь, выстрелов я не услышал, но, видимо, на одного Кастета в Улье стало меньше. Забравшись через люк на крышу. Соник без особого труда вытянул пулеметчика, разрезав ремни, выкинул его на асфальт, и уселся за пулемет, показав мне большой палец. Потом достал рацию, потыкал в нее, помахал в воздухе.

Я тоже достал черную коробочку, настроился на нашу частоту.

- Бат, спустись на этаж ниже, - сказал Соник. – Там что-то царапалось за дверью в квартире, которая возле лестницы вниз, крайняя. Погляди. Вдруг кто есть.

Странная просьба, но раз более опытный товарищ что-то задумал, не спрашивать же его об этом в общем эфире. К подъезду Кирпичу не подобраться, Соник надежно прикрывал подступы, при необходимости – пулеметным огнем. И вообще с этим парнем я бы в перестрелки играть не стал, не знаю, чего он сразу Кастета не занулил. Что-то до этого я в Сонике кровожадности не замечал, странно.

Кирпич затаился. Над новым предложением думал, наверное. Ситуация складывалась патовая.

Я спустился по железной лестнице, подошел к квартире, прислушался. За дверью и вправду кто-то был, стоило мне поближе подойти, что-то внутри зашевелилось. Ну дверь-то хлипенькая была, деревянная, видимо, хозяева не из элиты местной. Может, алкаши, или старушка какая-нибудь. Эх, была не была, я приставил дробовик к замку и выстрелил.

В фильмах я видел, как классно после этого открываются двери. В принципе, и тут я цели достиг, вот только с первого выстрела не получилось ничего. Замок заметно погнулся, но дверь не поддавалась, казалось, ее еще больше заклинило. Тогда отступил на шаг, руку вытянул, пальцы растопырил. Промелькнула мысль, что только волшебной палочки не хватает.

Замочная скважина покрылась тонким слоем инея, от удара клевцом замок хрустнул, я долбанул ногой по двери, и так вроде уже поддавшейся, но мало ли кто там стоит, ждет меня.

Квартира была практически пуста. Не знаю, что там шевелилось, но это явно убежало, не дожидаясь, пока человек с ружьем войдет. Я заглянул в обе комнаты, скудно и бедно обставленные, за кухню заходить не стал, уж больно там воняло, в совмещенном санузле тоже было пусто. И было собрался уходить, как в шкафчике возле входа что-то зашевелилось. На полу.

Не думаю, что зомби такие маленькие бывают, мелкие звери, как утверждала брошюра, не перерождались вовсе, птицы вон – летали же, и насекомые. Снял с пояса клевец, аккуратно поддел тряпку, оттащил в сторону.

На полу лежал рыжий кошак. Тощий, явно измученный, но живой. Когда я его погладил, рукой в стрелковой перчатке, он даже не отполз, продолжал лежать.

- Тут.. – вызвонил я Соника.

- Ага, - сразу отозвался тот. – Попробуй воду найти.

Ясно, что пить хочет, хотя по виду скорее - пожрать.

Вода обнаружилась в бачке унитаза, испарялась она оттуда еще бы с полгода, не меньше. Я зашел на кухню, запах гнили бил даже через фильтры, достал миску, зачерпнул воды, поставил перед кошаком. Подумал, и плеснул туда живчика из фляги, хуже не будет. Наверное.

Кот, или кошка, не знаю, присосался к миске, и жадно лакал, откуда только силы взялись. Вообще ситуация шикарная, муры бегают кругом, сенс мутный сидит в укрытии, а я пою домашнее животное. И кормлю – еще в одну миску насыпал найденный там же, на кухне, сухой корм, кот пил воду, с сожалением отрывался, сжирал порцию еды, потом снова пил. Как бы плохо ему не стало.

Выглянул в окно – Соник все так же сидел в импровизированном танке, на расслабоне. А вот враги не дремали. Из-за угла дома выглянул рейдер, махнул рукой, и троица, огибая здание, чтобы не попасться на глаза новому пулеметчику, чуть ли не ползком забралась за торговый центр.

Я в окне показал парню на возможную опасность. Соник кивнул, достал откуда-то яблоко и начал жевать, демонстрируя равнодушие к тому, что происходит. Слишком явно.

Кирпича, видимо, это тоже смутило, по крайней мере я видел кусок задницы одного из рейдеров, потом она исчезла, но пока было тихо.

Внезапно стекло в здании торгового центра разлетелось, и на площадь выскочил один из рейдеров. Он кинулся к грузовику, перекатился и оказался в мертвой зоне. А оставшиеся двое открыли огонь по собственной машине.

Только Соника наверху уже не было. Я даже не заметил, как он исчез.

Боец, сидящий у машины, осторожно приоткрыл дверь, пытаясь забраться внутрь. Лежащее на полу тело ему мешало, он перебрался на сидение, лежа на спине и целясь в потолок, туда, где стоял пулемет. Пошарил, нащупывая рацию. И тут мертвец ожил. Рука валявшегося на полу Кастета мелькнула у горла товарища, разрезая его ножом. Потом оживший труп вытолкнул тело из машины, я увидел лицо Соника. Мельком, он сразу вылетел из кабины с другой стороны.

Кирпич с оставшимся рейдером затаились, но увидев, что их товарищ внутри, бросились к машине.

Я разбил окно, и, как Соник и просил, сделал несколько выстрелов. На таком расстоянии можно попасть чисто теоретически, и я даже вроде попал, картечь разлеталась, и должна была зацепить хоть кого-то. Товарищ Кирпича дернулся, упал, но тут же повернулся в мою сторону, наводя на меня автомат, сам Кирпич перекатился, встал на одно колено, выцеливая окно.

И тут же его голова дернулась, пуля пробила череп возле виска и вышла с противоположной стороны. Мур упал и затих.

Второй сразу же откинул автомат в сторону, заложил руки за голову.

- Сдаюсь, - заорал он. – Я без оружия, сдаюсь.

Я стоял у окна, держа его на прицеле, и ждал, что же Соник предпримет. А тот не торопился. Забрался обратно в машину, показал мне рацию, нажал на кнопку.

- Подожди, не спускайся, - предупредил он.

Ну да, еще непонятный Муха оставался, затаился где-то в доме наискось.

Вдруг что-то дотронулось до моей ноги, я аж вздрогнул, потом выдохнул облегченно. Кошак, нажравшись и напившись, теперь решил меня поблагодарить. Чуть до инфаркта не довел, паразит. А он даже как-то приличнее выглядеть стал, и шерсть не такая ободранная, и на вид поувереннее. Кошак заурчал, ну прям почти зомби, и требовательно еще раз потерся об ногу. Чисто механически я опустил руку и почесал его за ухом – наша кошка уехала от меня вместе с бывшей женой, эта стерва считала, что раз уж я ей испортил жизнь, то она должна даже на мелочах отыгрываться. Ладно, ту потерю я как-то пережил, а с этим-то что делать?

На площади рейдер все так же лежал на животе, периодически обещая, что уйдет и забудет сюда дорогу. Соник чего-то ждал. Увидев, что я снова перенес внимание на происходящее внизу, показал рукой куда-то назад.

От овощебазы трусцой бежали два мертвяка. Один, судя по остаткам костюма, раньше занимал руководящую должность, он держался чуть спереди. Позади него бежал, а точнее бежала зомби в расстегнутой блузке и стрингах, зрелище отвратительное, на мой взгляд. Я постарался даже взгляд отвести, а то приснится такое, и импотенция, несмотря на местное универсальное лекарство, обеспечена.

Лежащий на земле заметил приближающуюся опасность в самый последний момент, когда зараженные были от него в нескольких метрах. Он заорал, потянулся к опрометчиво отброшенному автомату, даже уцепил его пальцами, подтягивая к себе, но тут начальник прыгнул. Резко, видимо, отъелся на подчиненных. И вцепился зубами рейдеру в плечо.

Бронник защищал тому шею и грудь, а вот руки были закрыты только тканью. Судя по тому, как завопил рейдер, зубы у зомби были что надо. Подружка его тоже прыгнула, не так резво, и вцепилась иммунному в ляжку.

Зрелище было премерзкое, я было дернулся, чтобы пристрелить хоть кого-то, но Соник меня опередил. Раздались три выстрела из пулемета, головы зомби разлетелись, и голова рейдера – тоже. Потом парень высунулся подальше со своего места и замахал мне рукой.

- Спускайся. Кота не забудь, - заорал он.

- Это было необходимо? – мы с котом под мышкой беспрепятственно добрались до грузовика, Соник уже вылез и стоял возле капота.

- Да, возникнут вопросы, что и почему, - пожал парень плечами, - а так все на зомби спишут. Или ты хотел с ними договориться, и отпустить?

- Нет.

- Жестоко, но пришлось, - вздохнул парень. И снова закричал, - Муха, ты где?

- Здесь я, - на площади появился сенс.

- Я так и думал, что тебя пошлют.

Муха дошел до нас, совершенно спокойно оглядел площадь, потянулся, погладил кошака по голове, тот не возражал, даже потянулся, паразит.

- Отдашь?

- Нет, - Соник покачал головой, залез в карман, достал прозрачный пакетик с пятью горошинами, - вот, достаточно?

- Вполне, - улыбнулся сенс, плюнул в сторону Кирпича. – Я на продажу детей не подписывался.

- Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты, - хмыкнул Соник. – Ну что?

- Отсижусь здесь пару дней, не возвращаться же с сразу. А через два дня должна еще команда подъехать, если нас не будет. С ними и вернусь.

- Не боишься?

- Кого, ментата или мэра?

- Обоих, - Соник тоже потянулся к кошаку. И тот тоже дал себя погладить. Безотказный, паразит. А ведь это я его спас.

- Нет, - Муха усмехнулся, - что они мне сделают, с южанами ссориться никто не захочет. Это в спокойной обстановке они тут короли, а если из Коминтерновского на них чихнут – обосрутся. Никакие внешники их не спасут.

- Ты крутой, Муха, - Соник насмешливо поглядел на сенса.

- Я не крутой, я лучший сенс в этих краях, - Муха спокойно отреагировал на насмешку. – Все, давайте, чтобы завтра вас тут не было. Вокруг вроде чисто, будешь чего из грузовика забирать?

- А как же, - парень полез в салон, пятясь назад, вытащил девушку из среднего отсека. Та, похоже, проспала спокойно все действие, и осталась цела. – С ней чего делать будем? Хотя что думать, давай, крести.

- Я? – Муха аж задохнулся.

- А, ладно, найдем ей крестницу. Не оставлять же вам, волкам. Все остальное – твое, нам чужого не надо. Или тут еще иммунные есть?

- Нет, не чувствую, - сенс поджал губы, - на базе несколько зараженных вроде осталось, а в домах пусто. Могу по улицам пройтись, но вот вероятность того, что кто-то остался, мизерная. Сюда Кирин ездил с рейдерами, он не пропускает обычно. Эта-то осталась, потому что обдолбанная.

Я пригляделся – а вполне возможно, что и так. Этим как раз и обьяснялся пофигизм жительницы поселка. Вот только наркоманки нам не хватало.

- Перевоспитаем, - словно в ответ на мои мысли Соник подхватил готовую упасть девушку. – Бат, подгоняй машину.

Я сбегал за Тундрой, с которой, к счастью ничего не случилось, девушку, так и не вышедшую из прострации, мы забросили в кабину, потом Соник отошел подальше, прицелился, расстрелял кабину из дробовика, так что рация разлетелась на кусочки, навел дробовик на совершенно спокойного Муху и всадил ему пулю в лодыжку.

Сенс только поморщился, вот ведь самообладание. И даже рукой нам помахал, когда мы с площади вырулили.

Глава 20

20. Улей, месяц второй. Западнее Полесья.

- Муха нас не сдаст?

- Не знаю, - Соник равнодушно пожал плечами, - мы все равно завтра уедем.

- Так может, ее надо было ему оставить? – я показал глазами кладовку, где на раскладушке лежала найденная Кирпичом девочка.

В Сэй материнский инстинкт отсутствовал начисто. Хотя она старше этой девчонки была всего на несколько лет, но могла бы хоть сочувствие проявить. Нет, наша зеленоликая подруга обложила нас матами за то, что какую-то шалаву малолетнюю приволокли, назвала отчего-то именно меня педофилом, отобрала кота и пошла дальше жрать и блевать. Девчонка в себя практически не приходила, но дышала вроде ровно, живчик глотала периодически и вообще особых хлопот не доставляла.

- Может и надо было, - согласился Соник, - только она ему зачем? За иммунных рейдерам по пять споранов дают, правда потом, если ценный окажется, горошину могут добавить, но для развитого сенса это так, баловство. К тому же лечиться еще будет, кость в ноге задета.

Кошак вызывал у парня куда больше энтузиазма. По его словам, можно было заставить того истошно орать, и тогда на вопли сбегутся все окрестные зараженные, только выбирай, из кого горох с жемчугом доставать. И вообще, кошки в этом мире – явление редкое и ценное, практически не переносятся сюда, и никогда не обращаются. Не то что собаки, с волкодавом-зомби то еще удовольствие путешествовать. И вообще, Соник считал, что кошка – это к удаче. Хотя на мой взгляд, скорее к шерсти везде и обоссанным тапкам.

- Так если он не зараженный, зачем его живчиком поить? – задал я резонный вопрос. На что ответа не получил, в кои-то веки наш умник не знал, чего это кота так на раствор споранов тянет.

Ночь мы провели спокойно, заодно Сэй в себя немножко пришла, уже не так материлась, и вела себя поприличнее. И цвет лица стал больше на человеческий похож. А под утро и девчонка, которую Светланой звали, очнулась.

Семья ее была благополучной до определенного момента. А потом отец умер, и жизнь пошла, что называется, под откос, мать нашла какого-то маргинала, решившего за себя и за нее, что незачем работать, если есть квартира в большом городе, которую можно продать, купить такую же за городом, а на разницу бухать. Ну и контингент с переездом подобрался соответствующий месту, базу держали представители южного зарубежья, так что отчим с матерью с бухла перешли на наркоту. И когда, по ее словам, ей стало плохо, по улицам начали непонятно кто ходить и друг друга жрать, а в квартире еда кончилась, девочка решила попробовать, как это, прожить остаток жизни под кайфом.

Не знаю, правда или нет, но очнувшись, попыток вколоть себе новую дозу она не делала. Отметки на локтевом сгибе мы не догадались сразу посмотреть, а на следующий день после ударных доз живчика вообще ни одной не нашли. И вообще вела себя для ее возраста довольно рассудительно. Прочитала брошюрку, попробовала разбить дверь огненным шаром, взлететь, стать невидимой, на большее у нее фантазии не хватило.

- В Хмельное забросим, а там решим, что с ней делать, - не стесняясь присутствия Светы, заявил Соник. – Нам обуза не очень-то нужна.

По лицу девочки было видно, что она возмущена, чего это такую будущую великую волшебницу с собой не берут, но промолчала, молодец.

Зато Сэй не промолчала. После порции жемчуга у нее наконец-то зачаточный дар сенса прорезался посильнее, так что наша подруга искренне считала себя единственной и незаменимой, о чем нам тут же было сказано. И вообще, добавила она, в компании у нас только один приличный, кроме нее, человек есть. И тот – кот.

- Барсик – лучше вас всех, вместе взятых, - в этом Сэй была точно уверена.

Барсик или Мурка, я в эти подробности не углублялся. Видал я таких Барсиков, которые своим хозяевам выводок котят приносили.

До Хмельного мы рассчитывали добраться быстро. Дольше собирались, пока Сэй что-то крутила и вертела в своем мотоцикле, подвешенном на лебедке, Соник прошвырнулся до площади, посмотреть, как и что с нашими мертвыми друзьями. Грузовика на месте не было, может, Муха решил, что два дня – слишком долго ждать, и за нас двойную награду можно получить, а может, отогнал куда-нибудь. Белье, кое-какие предметы личной гигиены – это Соник добыл в супермаркете, по его словам, слишком тихо было в кластере. Как бы не случилось незапланированной перезагрузки. Но вроде пока кислым не пахло.

Мы со Светой уселись в машину, Соник – на свой крутой байк, Сэй – на еще более крутой свой, и вот так в сопровождении мотоциклистов я выехал за пределы поселка.

Если основные транспортные артерии неведомый архитектор Улья подбирал более-менее тщательно, так, чтобы они не прерывались по возможности, второстепенные дороги на границах кластеров упирались в никуда. По основному шоссе ехать мы не стали, пустились по проселкам, компас хоть и не работал, но по приметам, обозначенным на карте, кое-как нужное место можно было найти. К тому же, не знаю, то ли у Соника дар такой был, то ли он изначально страдал топографической гениальностью, но нужный путь всегда находил.

Разрушенную заправку мы проехали в нескольких сотнях метров, между нами и шоссе шла лесополоса, а внутри кластера – грунтовка. Движения по шоссе почти не наблюдалось, зараженные если и встречались, то какие-то вялые, не хотели за нами бежать, дергались, метров десять трусцой пытались догнать, а потом теряли интерес. Сэй, в восторге от своего нового дара, позволяющего чувствовать живых и неживых обитателей этого мира, даже систему знаков придумывала. Если поднимала левую руку, значит, где-то иммунные рядом, а если правую – то мертвяки. И пальцы растопыривала, один – так себе, а пять – на пять. Первое время я смотрел на ее жестикуляцию, а потом перестал, если что серьезное, все одно остановимся или поедем быстрее, меня-то не забудут предупредить, надеюсь.

Мы проскочили кластер, в котором нашелся адвокат с пасынком, несколько раз свернули туда-сюда, спустились с холма к небольшой речке, пересекли ее вброд, и уперлись в озеро.

Водоем явно был частью нескольких кластеров, там, где мы встали, берега не совпадали на десяток метров, резкий излом, да еще с перепадом высот, затопил дорогу, ведущую дальше.

- Два метра глубины, будем по краю объезжать, - оптимистично предложил Соник.

Я скептически посмотрел на этот край, там деревья росли. На машине придется пробираться, и не факт, что не застряну где-нибудь.

- Извини, - мой приятель совершенно не выглядел виноватым, - я как-то из виду упустил, что ты на машине будешь. Может, бросишь ее? Шучу. Раньше озеро мельче было, а сейчас что-то разлилось. Смотри, если чуть вернуться назад, будет грунтовка идти на запад. Там через километр где-то она пересекается с шоссе, то идет на северо-запад и еще в семи километрах пересекает реку, которая в это озеро впадает, после моста на северо-восток и свернем. Восточнее мы его не объедем, там болота, а дальше кластер перегружается, от рейдеров не протолкнуться. Какой-то частный аэродром, они там дронов берут, то есть завоз, то нет, а иногда и спортивные самолеты попадаются. Так что там и броневики, и тяжелая артиллерия, а рядом одновременно небольшой городок, тут ведь все не как надо делается. И монстров хоть отбавляй.

- Слышал я об этом кластере, в прошлый раз орда как раз при его перезагрузке поперла.

- Во, когда Светлый снесло. Точно. Так что держись за нами, возвращаемся.

Сэй, очень недовольная тем, что из-за какого-то балласта их путь на восток удлиняется, помчалась вперед, на разведку, но далеко не уехала, у нее-то такого топографического чутья не было, так что моталась туда-сюда, нервно тормозя. Благо ее байк, в отличие от обычного, был бесшумный.

Вернулись на километр, свернули на двухполоску со старым асфальтом, шоссе это не назовешь, и двинули к мосту.

Слева от шоссе расстилались поля, на них даже что-то росло, но сельским хозяйством здесь никто не занимался, зачем, если все нахаляву свалится из другого мира. А справа шли какие-то дачные товарищества, по потрепанному виду оставшихся домов было понятно, что не обновлялись они очень давно, и интереса для местных тоже не представляли. Правда, мне показалось, или я заметил дым, поднимающийся над одним из домов где-то в глубине. Скорее всего, просто иллюзия, мозг дорисовал картинку до привычной, уж очень эти заброшенные поселения в тоску вгоняли.

Соник внезапно затормозил, уходя на заросшую травой еле видную дорогу, ведущую в один из таких СНТ, Сэй, вильнув, последовала за ним, я тоже вывернул руль, подскочил на одной кочке, на другой, вьехал колесом в яму, кое-как выбрался и остановился метрах в двухстах от дороги, возле какого-то длинного барака с остатками крыши.

- Загоняй туда, - Соник махнул рукой на барак, - быстро.

Спросить можно и потом, я переехал Тундрой остатки ворот, притормозил в нескольких метрах от входа, оба байкера заехали за мной.

Соник соскочил с мотоцикла, бросил шлем на сидение.

- Так, тихо, надеюсь, нас не заметили.

Я достал бинокль, навел туда, куда он рукой показывал, благо между длинным этим домом и шоссе ничего не было.

- Дальше вправо, - Соник тыкнул пальцем.

Справа, стоящие прямо у дороги остовы кирпичных строений загораживали вид. Хотя нет, между ними тоже можно было что-то разглядеть.

По шоссе двигалась колонна. Мне удалось рассмотреть только головную часть, впереди ехали два броневика, за ними – несколько джипов со срезанными крышами, на каждом установлен пулемет, что там дальше, пока видно не было.

- И там, - парень показал наверх.

А вот наверху летело два коптера. Один с одной стороны шоссе, другой – с другой. И тот, который был с нашей, нас явно увидел. Он взял влево от хода движения, сделал круг, пытаясь нас разглядеть, снизился метров до тридцати и медленно полетел вдоль наших следов к бараку.

- Снимем? – спросил я.

Соник помотал головой. Ну да, мало ли кто это. Если враги, отсутствие коптера не помешает им нас накрыть. А если так, проехаться решили, то и мы им будем неинтересны.

- А зачем прятались?

- Да вон же, дубина, - Сэй ткнула пальцем совсем в другую сторону. Сама она именно туда и смотрела.

Там, где мы только недавно проехали, стоял черный автомобиль. Это судя по четырем толстым колесам. Какая именно модель, я бы не сказал, он вообще был ни на что не похож – вытянутый эллипсоид без следов обзорных стекол.

- Внешник, - озвучил мою мысль Соник. – Что он там делает?

Похоже, этот вопрос интересовал не только нас. Шоссе делало небольшой поворот, и препятствие колонна пока не видела, зато увидел второй коптер, также , как и первый, изменивший курс. Только не к нам, а от нас. Коптер летел не очень быстро, колонна тоже начала притормаживать, до предполагаемого внешника оставалось метров пятьсот.

Следов выстрела или выпущенной ракеты я не увидел, только коптер вспыхнул в вспышке разрыва. По началу я подозревал, что броневики едут на встречу с внешником, людей перевозят, но, видимо, какие-то разногласия у них были.

Второй коптер попытался уйти, но тоже вспыхнул, прямо над нами, и рухнул в нескольких метрах от машины, волоча за собой хвост горящего бензина. Хорошо хоть его немного было, и падал коптер в нашу сторону, и гореть в бараке было нечему, и… в общем, обошлось.

Тем временем идущий впереди броневик содрогнулся от попадания, но обвес выдержал. И тут же открыл из пушки ответный огонь. Из броневиков посыпались бойцы, пересаживаясь на джипы, те уже затормозили, наполняясь людьми, давали задний ход, а к первым двум выехали еще два броневика, один – с элементами такого же черного обвеса сзади. Он, развернувшись, и стреляя из пушки, выдвинулся вперед, защищая остальных. Тоже дернулся несколько раз, но хваленое оружие внешников видимых повреждений ему не нанесло.

С полминуты на дороге шла перестрелка – грохотало с одной стороны, с другой обстрел велся беззвучно. И казалось, что наши, а людей из наших реальностей как-то автоматически я считал на нашей стороне, сомнут это незначительное препятствие. От машины внешников что-то отлетало, но обшивка оставалась целой.

- Заращивает сразу, - со знанием дела сказал Соник. – Как думаешь, кто победит?

- Знать бы, кто с кем сражается, - резонно заметила Сэй, от жемчужины она явно стала лучше соображать.

Света, та просто разинув рот смотрела, что происходит. Не знаю, что она там особо увидела невооруженным глазом.

- Ставлю на внешника, - Соник достал из кармана горошину, повертел, положил на сидение мотоцикла. Сэй кивнула.

Внешник, видимо, устал от роли мальчика для битья, верхняя часть эллипсоида чуть приподнялась, образуя выпуклость, и от корпуса оторвалось что-то вроде летающей тарелки, резко пошло вверх. Два броневика продолжали поливать огнем черную машину, а остальные перенесли огонь на летающую цель. Сдвоенный пулемет на одном из БТР был заряжен трассерами, и светящаяся линия подползала к уходящей от нее тарелке. Ближе, ближе…

Когда пули должны были уже зацепить летательный аппарат, тот сверкнул, окутался каким-то облаком светящимся, и уткнувшаяся в него линия выстрелов отклонилась в сторону. Тут же летающая плошка изменила курс, резко снизившись, остановилась на месте, крутанулась.

И в сторону броневиков полетели искры. Попадая на машины, они взрывались, сначала казалось, что это так, просто эффектный жест, но вдруг от брони стали отлетать куски, один пулемет заглох, явно поврежденный, самый задний броневик начал пятиться назад, за ним остальные тоже потихоньку отступали.

Но уйти им не дали. Беспилотник внешников, поначалу такой неторопливый, резко рванул вперед, проходя над остатками колонны, и последний броневик вспыхнул. Из него выкатилось горящее тело, было видно, что человек пытается сбить огонь. Вспыхнувшая машина перегородила дорогу остальным, те начали разьезжаться в стороны, обходя препятствие. И тут вспыхнул второй броневик, за ним сразу – третий.

Последний заложил широкую дугу, обходя горящих товарищей и не пытаясь им помочь, черные пластины сотрясались, но пока держали удар. Черный беспилотник пролетел почти вплотную, из машины что-то сверкнуло, и летающий аппарат взорвался.

- Гранатометом сняли, на таком расстоянии, - Соник напряженно следил за схваткой, не отрывая бинокль от глаз.

Все это время черный автомобиль не стоял на месте, медленно продвигаясь к противнику, и в момент гибели своего беспилотника оказался метрах в пятидесяти от оставшегося относительно целым БТР, прямо напротив нас.

Беззвучно-невидимым выстрелом у броневика снесло башню вместе со стрелком, ее отбросило на десяток метров, внешник остановился, чтобы, наверное, нанести последний удар.

Из БТР высунулся мужик с трубкой на плече, она дернулась, и скрылась вместе с ним в всполохе взрыва. Одновременно машину внешников тряхнуло, подбросило на несколько метров вверх, и она упала вверх колесами.

- Четыре-один, - Сэй забрала горошину, - внешник был раз в десять сильнее.

Соник пожал плечами.

- Подумаешь, беспилотник, вот что бы они с настоящей их бронемашиной делать стали, - пробурчал он. На что Сэй показала ему язык и горошину в карман спрятала.

- А нам что делать? – спросил я. Поспешил. Ничего еще не кончилось.

Джипы, развернувшиеся при виде опасности, возвращались, окружая лежащее вверх дном авто внешника, оттуда выпрыгивали бойцы, снимая пулеметы с машин, и наводя на врага. Так получилось, что атаковать они собирались с противоположной от нас стороны, и их оружие было направлено и в нашу сторону.

- От проемов, - скомандовал я, но Сэй с Соником и так знали, что делать. Бросили байки на землю, укрылись за оставшимися фрагментами стен. Я запрыгнул в машину, отгоняя ее ближе к выходу, где строение было более-менее сохранившимся. И тут же пули ударили и в нас в том числе, выбивая щебень из внутренних стенок. Одна шальная на излете ударила в Тундру, чиркнув по фаре.

Вытащил из бардачка внешнюю камеру, пригибаясь, дополз до остатков окна, поставил на бывший подоконник. Соник кивнул, синхронизируя свой смарт, я тоже подключился, девочка придвинулась ко мне, уставилась на экран.

Казалось, что внешнику сейчас придет кирдык. Он валялся на крыше, колеса содрогались от выстрелов, но что-то выглядели подозрительно целыми. Вдруг они дрогнули, и поползли вниз – ни осей, ни каких-то шрусов с суппортами я не увидел, просто скользили по корпусу под практически ураганным огнем.

Черный корпус чуть приподнялся над уровнем дорожного полотна, покачался на колесах, завибрировал.

- Уши закрой, - крикнул Соник. И показал как – заткнул раковины ушные пальцами.

Я показал девочке, что надо делать, на всякий случай рот приоткрыл. Зря, ударило так, что аж слезы из глаз брызнули. Когда отдышался, крыши над головой у нас не было – ее остатки напрочь снесло волной. На поле боя уже все почти было кончено. Часть нападавших валялись неподвижно или каталась по земле, держась за голову, остальные, поумнее или повнимательнее, пытались отступить, но к внешнику прилетело подкрепление – пять летательных аппаратов расстреливали отступающих. Бойня продолжалась минут десять, потом беспилотник на колесах покатил в обратную сторону, летающие беспилотники сделали несколько кругов над дорогой и полем, добивая остатки нападавших, и тоже улетели.

Три глотка живчика вроде привели меня в порядок. Особых повреждений нам обстрел не принес, только Сэй задело – содрало кожу и чуток мяса на руке, она, молодец, не ныла, прилепила пластырем лоскут обратно. Полила спиртовой настойкой, ну и внутрь приняла. Ну еще на фаре царапина появилась глубокая.

Глава 21

21. Улей, месяц второй. Северо-западнее Полесья.

- Бат.

Я так привык, что Света молчит, аж вздрогнул от неожиданности.

- А ты кого из этих животных завалил? – она показывала на картинки тварей в брошюре, поглядел одним глазом, другим – на дорогу. Мы обьехали сожженные машины, трупы, валяющиеся на дороге, и потихоньку двигались к мосту, оставалось меньше двух километров, дорога петляла по лесу, через километр где-то должна была подняться на гору, чтобы потом резко вниз уйти к реке.

- Кусача.

Рассказал ей, как убил первого – с помощью тюремной решетки. Девочка хихикала, особенно ей роль кота в этой истории понравилась. Наш – валялся на заднем сидении, за все время так и не встал, отсыпался после почти суточного обжорства.

- А почему они так кошек любят?

- Не знаю, - пожал плечами, - может этот паразит, который в нас живет, с Мелмака сюда попал.

- Чего это такое?

- Планета, на ней кошками питаются, - обьяснил я. – Там еще такие волосатые существа живут, наглые и прожорливые, у них семь желудков.

Света подумала, что я прикалываюсь, и обиженно замолчала.

Соник впереди притормозил, показывая мне на обочину. Мы остановились, сьехав поглубже в подлесок, так, чтобы с дороги было не очень заметно. Сэй слезла со своего байка, нетерпеливо пиная колесо, я тоже вылез, Света осталась в машине – вместе с котом.

- Съезжу-ка я один, - парень расстелил на сидении мотоцикла карту, ткнул пальцем. – За рекой стаб стоит небольшой, там в основном вояки обитают, рядом часть военного городка с полигоном перезагружается, а сам стаб лет двадцать уже на месте, окопан рвом. Ребята серьезные, их сейчас потрепали нехило, так что не надо нам туда всем соваться, мало ли что. У тебя, Сэй, байк внешников, Бат вон тоже с автоматом своим. Уже без? Погубят тебя женщины, как пить дать. Девочку тоже неохота тащить, мало ли что. Хотя знахарю показаться надо будет по-любому. В общем, я сгоняю, посмотрю, что да как, узнаю, что вообще происходит и из-за чего терки с внешниками у них, вы тогда ждите тут. Или полянку какую найдите, но лучше под деревьями, чтобы сверху видно не было.

Разумно, я согласился, Сэй поморщилась, но не сказала ничего. А кота с девочкой никто не спрашивал. Соник умчал на своем байке, небольшой квадрокоптер, позаимствованный у команды Кирпича, сделал облет территории, я старался высоко над деревьями не подниматься, чтобы внимания лишнего не привлекать.

Там, где мы остановились, между редколесьем и лесом шла полоса, заросшая молодняком. Пробираться по целине на машине – то еще удовольствие, поэтому мы просто отогнали ее еще метров на тридцать, почти на опушку подлеска, коптер полетал сверху – вроде незаметно. Сэй свой мотоцикл поставила чуть в стороне, нажала кнопку на пульте, и тот исчез, только нечеткие очертания были видны.

Света взвизгнула от удивления, такого она точно не видела, подбежала, пощупала руками.

- Как это?

- Магия, - брюнетка деланно небрежно пожала плечами. – Я волшебница. Могу заколдовать, если что.

- А я так смогу?

- Ага, держись поближе ко мне и подальше от этих, все у тебя получится, - Сэй улыбнулась, и только через секунду до нее дошло, что она такого сказала.

Теперь уже улыбался я.

- Нет, ну Бат тоже много знает, - дала задний ход девушка, нервно пнув ни в чем не повинный пень. Но было уже поздно. Света переметнулась на ее сторону, даже за руку взяла.

- Удачи, мамочка, - пожелал я брюнетке.

Соник вернулся часа через три. За это время я отлично отдохнул, поел, даже вздремнул немного, кошак разбудил – терся своей головой об мою, требуя еды. Света в лице Сэй нашла, как мне показалось, лучшую подругу. Она засыпала ее вопросами, что-то рассказывала о своей жизни, когда я проснулся – жаловалась на какого-то мальчика, который не обращал на нее в школе внимания. По лицу брюнетки было видно, что от убийства подростка ее отделяет буквально один шаг, вот даже ногу уже занесла, чтобы его сделать. Но – сама попросила, за язык никто не тянул. Так что я сидел рядом с котом, жадно жрущим корм из миски с перерывом на лакание слабого раствора живчика, и любовался их дружеским союзом. Глядя на мою улыбку, Сэй злилась еще больше, так что Соник, считай, спас девочку от жестокой смерти.

- В стаб нам нельзя, - выпалил он, заглушая двигатель. – Там ориентировка на Сэй висит, прямо на КПП, восемь горошин за живую, десять - за мертвую.

Остальные новости были тоже так себе. Конвой, который мы встретили, ехал за данью – вояки в обмен на расчистку окружающей территории от мертвяков обложили налогом несколько поселений западнее моста, в радиусе примерно десяти километров. И с каждым разом аппетиты у бывших полковников, капитанов и прапорщиков только росли. Какое-то время поселения платили, даже некоторые сами просили защиту, но после того, как с запада прошла орда – а шла она широким фронтом, захватывая большие площади, и вояки вместо помощи заперлись у себя в стабе, доверие к ним резко пошло на спад. Одно за другим поселения отказывались платить, а под конец даже уничтожили какой-то разъезд. Вояки возмутились, и послали рейд возмездия.

По слухам, которые Соник смог собрать, поселения купили помощь внешников, заплатили они, опять же по слухам, иммунными, в аккурат хватило вот на тот беспилотник, который мы видели, с поддержкой с воздуха. И теперь вояки считали, что ресурсов на покупку помощи у поселений больше нет – с одной стороны, следующий рейд пройдет гладко, а с другой – брать у людей больше нечего. Склонялись к тому, что наказать все-таки надо, но были и те, кто считал, что совсем оставлять выгодную позицию без людей и техники нельзя, а риск вторично напороться на внешников есть. И что лучше тоже нанять внешников, чтобы те уже от имени стаба пригрозили поселенцам.

- Самое смешное, что стаб называется Храбрым, - подытожил свой рассказ Соник. – Давно убеждаюсь, что в Улье своеобразный эволюционный отбор идет, самые смелые иммунные погибают сразу по дурости, а хитрожопые хоронятся по углам и потом вылезают.

- А ты из каких? – вызывающе спросила брюнетка, снова начиная отбиваться от вопросов Светы.

- Из хитрожопых, конечно. Мы с Батом такие, - подмигнул мне Соник. – Ну что, дальше мы не поедем. Назад возвращаться тоже не получится. Река эта течет еще километров двести на север, петляя, так что придется нам проехать километров пятнадцать подальше, там она мельче должна быть, ну и кластеры – сами понимаете, не везде совпадает береговая линия, есть совсем узкие места, местным тоже надо передвигаться, мосты наводят, не так дорого стоит проехать. Не получится – через тридцать километров шоссе будет, как раз на Хмельное, там мост капитальный и стаб торговый стоит. В крайнем случае машину бросим, доедем на байках, а потом купим что-то подобное. Но есть одно «но».

- Выкладывай, - потребовал я.

- По пути будет три кластера, они рядом и перезагружаются с разницей в два дня. Часто грузятся, раз в три недели, так что зараженных там всегда много. И рейдеров. Поэтому оружие проверяем, держим наготове. Сэй, что скажешь по машине?

- Пулемет починила, механизм исправила, - пожала девушка плечами, - пневму проверила, бронь дозакрепила после этих рукожопов из Светлого, огнестойкая эмаль была в гараже – кузов покрыла.

Я виновато поглядел на брюнетку. Вот мне даже в голову не пришло после того, как мы с огнеметом поигрались, что-то исправить. Украдкой поглядел – правда, кузов изнутри новой краской покрыт. Это когда я спал, она в перерывах между молитвой на унитаз еще с моей машиной возилась. Вот молодец.

- Хорошо бы вернуться, пулемет какой на станину поставить наверх, - продолжала брюнетка, - лишний ствол не помешает. Или два можно соединить. Инструменты есть, думаю, за пару часов управлюсь. Что там насчет рейда возмездия?

- В ближайшие сутки никто не высунется, - пообещал Соник, - Ну что, за лутом погнали?

Не одни мы такие умные были, когда вернулись на поле боя, большая часть оружия уже была прибрана к рукам. Видимо, те, кто нанял внешников, подсуетились – Сэй материлась, бродя по полю, но все же нашла два не совсем пропащих ручных пулемета. Как она определила – Печенеги. К ним на раздолбанном джипе нашлась станина, которую мы с Соником водрузили на раздвинутый багажник пикапа.

А потом наблюдали, как Сэй управляется с механизмами. Что сказать, от такого результата поедания жемчуга и я бы не отказался. Правда, началось все буднично – кинув провода на аккумулятор Тайги, девушка приварила какой-то мелкой штукой станину к багажнику. Потом сверху из двух разломанных станин сделала двойной механизм для двух пулеметов. Положила перед собой один, накрыла ладонью, закрыла глаза. Внутри что-то защелкало, грязь потекла из дула, оружие на глазах преображалось, становилось практически новым. То же самое она проделала со вторым, минут пятнадцать устанавливала их на новую станину, а мы пока насобирали остатки патронов – нашли целый ящик с лентами, на две тысячи выстрелов.

- Ну вот, - довольно оглядела она результат своего труда, - теперь пусть кто сунется. Светик, стрелять умеешь?

Светик стрелять не умела, но обещала, что научится. От появления в нашей команде Светки-пулеметчицы нас спас Соник, резонно рассудив, что первыми жертвами станут он и Сэй, байки-то обычно впереди едут. Света хотела было устроить маленький скандал, но передумала, получив снайперскую винтовку с оптическим прицелом –тоже валялась на земле возле трупа с дыркой в голове. И тоже была починена примерно тем же способом, что и пулеметы.

А под конец Соник нашел под перевернутым джипом гранатомет, чудом не обнаруженный предыдущей поисковой партией, хотя, как чудом – небось, торопились, выметая все подчистую, кто ж вояк знает, могли и сразу вторую волну послать.

- Теперь мы вооружены и очень опасны, - оптимистично заявил он. – Погнали, а то вечер скоро, а мы тут носимся туда-сюда.

Набор из трех кластеров, стоящий у нас на пути, был почти стандартным. Жилой комплекс – спальный район какого-то города, с новыми высотками и заставленными машинами дворами, большой торговый центр известной сети гипермаркетов, с подьездными путями, большей частью обрывающимися на границе кластера, и промзона, переделанная для нужд арендаторов в офисы и склады.

Желающих получить свой кусок было много. Рейдеры из Хмельного соперничали с бравыми ребятами из еще двух стабов, располагавшихся севернее и западнее, ну и разрозненные небольшие поселения тоже не прочь были пошарить в остатках роскоши, когда хлебные места освободят от монстров. Мы попали в самый, пожалуй, неудачный момент, промзона уже перезагрузилась несколько дней назад, по ангарам и бывшим цехам бродили немного отьевшиеся на коллегах эффективные менеджеры и грузчики, туда рейдеры особо не лезли, только вывозили со складов нужный товар – толку с начинающих, до следующей перезагрузки им все равно высокий зомби-ранг не светит. Жилой комплекс перезагрузился вот-вот, днем раньше, и там полно было зараженных, да и ловцов иммунных тоже хватало. И тех, кто на пришлых монстров охотился – с прежних перезагрузок. Ну и через день должен был перезагрузиться гипермаркет, а значит, надо было исхитриться и не попасть в кисляк. Самое плохое, что объехать все это было нельзя, рельеф местности не позволял, и внешники на западе, если уж дороги искать подходящие. Единственным вариантом было пробираться по краю кластеров, так, чтобы в центр событий не попадать.

- Ничего, как-нибудь прорвемся, - Соник погрузил свой мотоцикл в Тундру, заставил Сэй сделать то же самое. Та ворчала, мол, чего мы с этими возимся, сами давно бы уже на месте были, правда, заткнулась, когда парень ей напомнил, что именно из-за нее мы туда и едем, нас-то как раз в любой стаб пустят и выпустят, а ее – только пустят.

Я вот не удержался, спросил, неужели из-за нескольких жемчужин такой кипиш, наверняка верхушка стабов побольше имеет.

- Ну в первую очередь из-за репутации, - серьезно ответил Соник. – Обнести главу города – это считай плевок в лицо, такое прощать нельзя, вмиг к внешникам отправят на переработку. А во-вторых, жемчуг – практически путь к вечной жизни здесь. Споранами-то никого не удивишь, а вот способности надо развивать. Муху помнишь? Он в радиусе километра с погрешностью в десяток метров всех видит, и живых, и неживых, ошибается иногда, но исключительно в свою пользу. Так он для этого штук семь уже съел, или десять. А ведь он не самый сильный сенс, есть такие, что прям точно показывают, где и кто, могут пол определить, возраст, даже внешность. Представляешь, сколько они этих шариков слопали. Так что каждая жемчужина на счету. Я бы на твоем месте к Сэй пригляделся – богатая невеста. С таким приданным ее враз замуж возьмут, да, Сэй?

Девушка только головой покачала, сказала, что дураки вроде нас ей нахрен не сдались, а нормальных мужиков днем с огнем не сыскать, и полезла в машину, к Свете и опять что-то жрущему коту. Соник плюхнулся на пассажирское сидение, перегнулся назад, погладил кошака по спине. Тот заурчал, не переставая жевать.

- Как же его назвать?

- Назвали уже, Барсик.

- Какой же он Барсик? Нет, знавал я как-то одного такого-же прохиндея, тоже все время жрал постоянно. Вот прямо одна рыжая морда, так похож. Но Барсиком я бы его не назвал.

- Барсик, - твердо сказала брюнетка. И Света ее поддержала. Она вообще теперь за Сэй хвостиком ходила, что меня только радовало.

- Граждане, отправляемся, - прекратил я перебранку, и тронулся с места. Во время остановки Сэй что-то сделала с подвеской в очередной раз, и теперь машина шла более плавно и ходко. Не знаю, как насчет невесты, а так-то Соник прав, девушка – хозяйственная. Правда, не готовит, не стирает, не гладит и детей ненавидит, но в местных реалиях это вообще не главное.

Километрах в десяти от перезагрузившегося склада начали попадаться первые зараженные, в основном – бегуны. Вот точно зомби тупые, нет чтобы пастись среди еды, разбредались по округе. Они бесстрашно бросались под колеса, так что приходилось останавливаться и счищать остатки тел с шипов.

Перед кластером я притормозил, Сэй перескочила в кузов, уселась за пулемет, примостив рядом с собой автомат внешников, боеприпасы пришлось ей отдать, взамен никакой благодарности я ожидаемо не получил. Ладно, зато за машиной следит. Соник присоединился к ней со своим гранатометом и собственным загадочным оружием, которое, похоже, изменяло размер и тип по желанию владельца. А мы втроем остались в салоне – Света, отстрелявшая два магазина из автомата, и теперь считающая себя крутым бойцом, я и рыжий кот.

Склады были окружены многочисленными подьездными путями, а главное – по периметру шла двухполоска с приличным асфальтом. Наше появление незамеченным не прошло, один БТР проводил нас движением пушки, другой даже предупредительный выстрел сделал, но убедившись, что в ответ мы не палим из всех стволов, на товар не претендуем, и вообще грузить нам некуда все это барахло, беспрепятственно пропустили. У ребят реально были совсем другие заботы - торговцы целенаправленно приезжали за определенным типом товара, бойцам оставалось за охрану только спораны стричь.

До соседнего кластера был еще один, стабильный и пустынный, асфальтовая дорога перешла в грунтовку, с разрывом в двадцать метров, и стоило отъехать немного, как появились первые серьезные противники. Первой попалась группа, возглавляемая топтуном, за ним резво бежали три лотерейщика – на откорм.

При виде машины, полной еды, они притормозили и развернулись в нашу сторону. А тут еще кот мяукнул громко так, словно на бой вызывая монстров.

Может, мне показалось, но твари словно взбесились, они с такой прытью бросились в нашу сторону, словно это был вопрос жизни и смерти. Скорее смерти – до монстров было где-то с пятьдесят метров, и путь до машины они проделали за несколько секунд. Только добежать смог один из них.

Топтуна Сэй завалила сразу, из автомата внешника – бронепластины на груди зомби вспучились, отлетели, и он с развороченной грудной клеткой свалился на землю. Соник из дробовика расстрелял двух лотерейщиков, а самого прыткого, добежавшего до машины, уложил я – с двух выстрелов, сначала перебив ногу, а потом – плечо.

В зоне видимости пока никого не было.

- Вы вдвоем сидите в машине, Света, выходим, - скомандовал Соник. – Сейчас я покажу тебе, как надо местную валюту добывать.

Глава 22

22. Улей, месяц второй. Северо-западнее Полесья.

К жилому кластеру мы подьезжали на две горошины и пару десятков споранов богаче. Кот с ролью приманки справлялся на сто пятьдесят процентов, понятно, зачем Пухлый с собой такого же возил. Серьезных тварей нам не попадалось, один залетный кусач, а так в основном группы лотерейщиков во главе с топтунами.

Судя по радиообмену, в куске города охотились под десяток групп рейдеров. И еще несколько дежурили на вьездах, впуская внутрь только особо опасных тварей, рангом не ниже кусача. Мы на руберов и элитников не походили, после коротких переговоров нас пустили по обьездной, настрого велев внутрь не соваться, там, мол, серьезные ребята работают, а не шантрапа всякая.

Жилой квартал отрезало прямо по тротуару, четная сторона домов появилась здесь, а нечетной вместе с проезжей частью не повезло – осталась в прежнем мире. И жителям этих домов испытать все прелести игры в рулетку с судьбой не довелось. Не знаю, что заставляет людей при запахе чего-то кислого выходить на улицу, возможно, при превращении в зомби зараженный пытается выйти на открытое пространство, и пока голова еще соображает, идет на улицу. В брошюре об этом ни слова не было. Хотел было у Соника спросить, как вдруг на третьем этаже разбилось окно. Женщина высунулась по пояс, маша руками, кричала, звала на помощь, но потом кто-то появился позади нее, рванув на себя.

- Муж ей припомнил все, что за семейную жизнь накопилось, - Сэй хмыкнула. – О, смотри, еще одна.

Из-за угла вывернула девушка, чуть приволакивая ногу, за ней – двое переродившихся. Сэй вскинула винтовку, два раза выстрелила, мертвяки повалились на землю, не дойдя до цели буквально шаг. Жертва, вместо того, чтобы поблагодарить нас и постараться убежать, повернулась, встала на колени и вцепилась зубами одному из преследователей в шею.

Я попробовал чуть поднажать, но деревья, росшие прямо на проходе, и металлические заборчики особо разогнаться не давали, а соседний кластер мало того, что полем примыкал к перегрузившемуся, так еще и поле там было – яма на яме, словно перепахано чем-то неуклюжим. К тому же, метров через триста один кластер стал ниже другого, перепад увеличивался.

- Пристегните ремни, - предупредил я пассажиров, выруливая налево. Машину затрясло, но, по счастью, такой рельеф был только совсем близко от границы, дальше поле было ровнее, но все равно, быстрее тридцати я не разгонялся.

Внезапно в радиопереговорах появилась новая информация.

- Даю ориентировку, - прохрипел чей-то голос, - Тойота пикап, темно-синяя, сверху багажник. Четверо пассажиров, награда пять горошин. Пошла на обьезд с запада. Живыми можно не брать.

Тут же несколько голосов подтвердили, что видели и готовы начать охоту. Соник выругался.

- Так, Сэй, кончай задницу отсиживать, в кузов, - распорядился я. – Ты стреляешь как богиня войны.

Не знаю, может ей сравнение польстило, но заднее стекло откинулась, и девушка проскользнула к пулеметам.

- Я к ней, - Соник полез следом.

- Света, если увидишь кого, пригибайся, - предупредил я. – В дверях защита. И кота за собой утащи. Потом повоюешь.

И вывернул руль левее, уходя от свежего кластера. Раздался выстрел, с неба упало что-то, похожее на птицу.

- Коптер сбили, - обьяснил Соник через открытое стекло. – Но теперь они знают, где мы. Попробуй через лесополосу проскочить, там вроде мелькают столбы, значит, высоковольтка шла когда-то.

Высоковольтка действительно когда-то здесь была, даже провода некоторые висели нетронутые, вот только вырубка вдоль нее основательно заросла деревьями. Зато чуть поодаль шла дорога из бетонных плит, их тоже временем потрепало, в трещинах что-то росло, но по крайней мере можно было ехать, а не ковылять потихоньку.

- Уходят к высоковольтке, - прокомментировала наш рывок рация женским голосом. – Тоха, к тебе идут.

- Пусть идут, - спокойно, даже с ленцой в голосе ответил неведомый Тоха. – Жду. Но они ведь нас слышат. Эй, вы, на Тойоте, слышите нас?

Отвечать не особо хотелось, сзади раздался хлопок.

- Они коптер сбили, - пожаловался все тот же женский голос. – В полутора километрах почти. Тоха, ты там поаккуратнее.

- Вижу их, - Тоха был все также не возмутим. – В зоне прямой видимости. Не, я на такое не подписывался. Эй, вы, на Тойоте. Не будете стрелять, и мы – тоже.

- Ты там охренел? – надрывалась рация. – Пять горошин.

- Ага, - Тоху вообще мало что, видимо, волновало, - в жопу себе их засунь.

Мы подскочили к блокпосту, джип без крыши стоял прямо посреди дороги боком, при виде нас машина зарычала, подавая назад и освобождая путь. Внутри сидели трое, возле дороги еще двое в полной экипировке с крупнокалиберными винтовками в руках глядели на нас, готовые в любой момент открыть огонь. Не знаю, что их остановило, может, пулеметы на крыше, а может еще один – торчащий из капота.

- Тоха, привет, - Соник помахал рукой из кузова, - как дела?

- Нормально, - один из держащих дробовик помахал рукой в ответ, еле-еле, словно каждое движение давалось ему с трудом. – Чего Полесье на вас взьелось?

- У мэра журналы с порнухой сперли, - серьезно ответил парень. – Заняться ему теперь нечем, тоскует. Руку не к чему приложить.

- Понятно, - Тоха хохотнул. – Ладно, езжайте, через полтора километра будет поворот налево, а потом еще через два – направо к гиперу, там вроде никого из отмороженных нет, дальше территория Хмельного идет. Им на Полесье посрать.

- Спасибо, - Соник кинул Тохе пакетик, - тебе и ребятам.

- Угу, - Тоха спрятал подарок в карман.

Мы отьехали метров на триста, пост скрылся за деревьями.

- Притормози, - похлопал по крыше Соник.

- Не нравится мне этот Тоха, - обьяснил он, - при желании вполне могли напасть, но не стали. Даже подсказали куда ехать, тут на самом деле два пути есть, а нас по самому короткому послали. И смотри, на другую волну перешли, на шифрованный канал. Как думаешь, что там?

- Среди них сенс был, - подала голос Сэй. – Я монстров нихрена пока нормально не чувствую, а вот этих чмошников за километр могу. И он что-то этому Тохе подсказывал.

- Кого-то ждут, - решил на этот раз сам догадаться я. – У кого гороха побольше, чем за нас дают. Едем тихо, может, пронесет.

Трехполоска, пересекающая бетонку, нашлась аккурат там, где Тоха и говорил. На пересечении стояла обшарпанная автобусная остановка из бетона, состояние асфальта намекало, что им лет пятнадцать-двадцать никто не занимался, но само полотно было укатанное, машины тут ездили периодически. Дорога шла наискось, уходя на северо-восток, за ней располагался комплекс каких-то вытянутых зданий, похожих на коровники. Крыши – практически целые, значит, регулярно обновляются.

На пределе видимости большая группа монстров пересекла дорогу и скрылась в направлении жилого массива – тварей двадцать, может больше. Издали их рост оценить было сложно, но судя по внешнему виду, на кусачей с топтунами похожи. Ждать, чем закончится их встреча с отрядом Тохи, или спешить на помощь никакого желания не было.

Я аккуратно вывернул на сельское шоссе, и тут же ушел дальше, к коровникам, по раздолбанной грунтовке, самым разумным сейчас было немного переждать, пока люди с монстрами или монстры с людьми разберутся, выяснят, кто тут кластер держит. А потом, часа через четыре, можно и дальше в путь. Моим спутникам такое обьяснение нормально зашло, только Сэй проворчала что-то о всяких маменькиных сынках, хоронящихся при каждом пуке, но скорее по инерции она это сделала, из врожденной вредности характера.

Семь вытянутых коровников на роль временного убежища годились, но был вариант получше, чуть поодаль стояло двухэтажное здание управления. Выбитая дверь и куча хлама во дворе, разбитые окна на втором этаже, зато – первый забран решетками, да и монстров Сэй не ощущала. Доверие к ней как к сенсу-профи пока еще было очень шатким, Соник сбегал на разведку, вернувшись, сказал, что и получше апартаменты видал, но для сельской местности – сойдет, и что с другой стороны есть крытый навес, куда можно загнать машину, чтобы она лишнего внимания не привлекала.

Внутри контора сохранилась почти в первозданном виде, отчеты, мебель и даже сейф никого не интересовали, главная-то ценность была в коровниках, свежее мясо любили одинаково и зараженные, и иммунные. В закрытые помещения мы заходить не стали, мало ли там что, останки чьи-нибудь, заняли сразу кабинет руководства – с большим кожаным диваном в приемной, длинным столом со стульями в самом кабинете и даже собственным санузлом, который, впрочем, не работал.

- Раз воды в бачке полчашки, мы смываем лишь какашки, - явно цитатой завершил свое секундное знакомство с удобствами Соник. Потом закрыл дверь уборной и намалевал на двери карандашом кирпич в кружочке. Спорно, но в принципе все поняли.

В коридор Сэй притаранила свой байк, у этой штуковины был разъем на панели, от которой можно было заряжать смартфоны, чем мы и воспользовались. Удобная штука, батарея внешников накапливала энергию, по прикидкам, почти в полторы тысячи киловатт.

После перекуса я разлегся на диване в приемной, Соник пошел что-то там с квадрокоптером мудрить на второй этаж, пусть развлечется, а Света и Сэй продолжали играть в «дочки-матери», причем мать от убийства дочки отделял маленький шажок.

Кот, обожравшись корма, залез ко мне под бок и засопел. Я задремал, даже сон какой-то приснился, видимо, во сне притиснул кота к себе, за что получил шикарную царапину. А, нет, не из-за этого. Рыжий задергался, что-то его забеспокоило. Кота явно мучил выбор – сбежать или остаться с теми, кто может его защитить.

Улей приучает с серьезностью относиться к любым неожиданностям и отклонениям от обычного хода событий. Если рядом кто-то засмеялся, вдали раздался гром, тучи над Ульем стали плотнее или незнакомый человек окликнул тебя по имени, жди беды, других вариантов, более приятных, тут почти нет.

Подхватил кота на руки, предварительно натянув перчатки, огляделся.

Сэй и Света посапывали в кабинете, там стояли два дивана, один напротив другого, чтобы хозяину фермы было удобно смотреть в глаза собеседнику, а может, для разнообразия, один для секретарши, другой – для буха, если накосячит. Вот оба они сейчас и заняты были девушками. Сенс вышел из строя. Соника нигде видно не было, так что мы с котом отправились его искать. Барсик то пытался вырваться, то наоборот, прижимался ко мне, такое поведение не нравилось все больше и больше.

Соник нашелся на втором этаже, сидел посреди расчищенной кое-как комнаты и медитировал. При моем появлении легко поднялся на ноги.

- Тоже чувствуешь?

- Он, - я кивнул на кота. – Что случилось?

- Не пойму, смотри сам, - и он кивнул в сторону окна. – Только осторожно, особо физиономией своей не сверкай.

Оставив кота парню, я подошел к проему, свободному от стекол, выглянул.

- Выше смотри, - подсказал Соник.

Кластеры в Улье шестиугольные, как соты. Наверное, поэтому так и назвали это место. С моей точки обзора было видно только две вершины той соты, в которой мы находились. Из-за перспективы на расстоянии тяжело оценивать местонахождение летающих предметов, но мне показалось, что два черных шара висят аккурат над местами излома границ кластера. По прикидкам метрах в двухстах над ними.

- Внешники?

- Ага, - кивнул мой собеседник, поглаживая кота. Как ни странно, тот успокоился и мурчал. – Вопрос, что они тут делают уже почти час. Ага, спать вы здоровы. Час назад появились, пришлось коптер посадить поодаль. Но думаю, они тут не по нашу душу. Что-то затевают. Минут пять назад чуть выше поднялись.

- Может, охраняют?

- Нас? Навряд ли. Судя по радиопереговорам, поиски темно-синей Тойоты продолжаются, по шоссе несколько экипажей проехало туда-сюда, и да, у Тохи, нашего знакомого, большие неприятности, точнее говоря, нет его больше. Монстры схарчили. Вроде как в той группе два рубера было, семь горошин на двоих. Так что стратегически Тоха правильно поступил, а вот тактически – просрал.

- Ну и хрен с ним, - махнул я рукой. – Что с этими будем делать?

- Не знаю, - Соник почмокал толстыми губами, - можешь сходить к ним, познакомиться. Или вон Тундру свою им загнать, поменять на что-то менее заметное – наши товарищи рейдеры не видны, но вон за лесочком два БТР стоят, ждут, наверное, того же, что и мы, а заодно - нас. А то знаешь, напиши на асфальте что-нибудь ободряющее, пришельцы любят такое.

- А если без шуток?

- Ждать. Высовываться сейчас опасно, но обстановка может в любой момент поменяться, так что разбуди наших дам. Кот пока со мной побудет. Да?

Мне показалось, или кот кивнул? Нет, показалось, спросонья и не такое привидится.

Сэй, стоило мне дотронуться до ее плеча, поднялась, без слов начала собираться, а вот Света решила поныть, как ей сладко спалось и как хочется поспать еще. Тогда брюнетка подошла и отвесила ей подзатыльник. Вот правильно, детей надо воспитывать.

- Чем это пахнет? – вдруг спросила девочка. – Словно прокисло что-то?

Я принюхался, потом мысленно хлопнул себя по лбу, отстегнул от крыльев носа фильтры. Нет, вроде ничем таким не пахло, у иммунных, даже запаха пота нет, не селятся бактерии на коже, все заменяет новая зараза. Сэй тоже принюхалась, помотала головой.

- Где Соник?

Я ткнул пальцем вверх, девушка кивнула и быстро пошла к лестнице. Оставил Свету внизу, наказав к окнам не подходить, и побежал за ней.

- Свету внизу оставили? Правильно, - Соник был на том же месте. – Смотрите. Только недолго, пора сваливать.

Два черных шара все так же неподвижно висели на своих позициях. Только воздух вокруг них словно уплотнился и чуть вибрировал.

- Чувствуете?

- Что? – спросили мы с брюнеткой хором.

- Кисляком понесло чуток. Еще минут тридцать, максимум - час, и этот кластер перезагружаться начнет.

- Ничего не чувствую, - Сэй покачала головой, - но Свете внизу тоже показалось…

- Ну и отлично. Держи своего Барсика, - Соник сунул ей в руки кота, тому, похоже, перемена хозяина не очень понравилась, но девушка умела убеждать. – Быстро собираемся и выдвигаемся к дальней границе, внешники нас заметят, но здесь оставаться тоже не вариант. Там дальше пригорок, на него и заедем, посмотрим, что тут произойдет. Да не бегите вы так, еще время есть.

Может, времени и достаточно было, но остаться в перезагружающемся кластере с перспективой через год стать рубером мне не хотелось.

- Мотоциклом внешников светить не будем, грузим его в кузов, - распоряжался Соник, помогая мне закинуть черный байк и закрепить. – Света, назад, кота бери себе. И следи, чтобы он не очень там мяукал. Сэй, чувствуешь что?

- Нет, - девушка сосредоточенно что-то колдовала с пулеметами. – Хотя погоди, такое чувство, словно пустота кругом.

- Ну да, монстры разбежаться должны, зато потом тут от них не протолкнешься, - со знанием дела заявил Соник, проверяя, не разболтались ли крепления багажника. – Вот тут подтяни, подвеску проверила?

Сэй только хмыкнула.

- Бат, за руль я сяду, если не возражаешь. На тебе гранатомет и общее руководство, как всегда.

На подколы парня я не ответил, пытаясь завести коптер под навес. Оборудование не то что ценное, но и оставлять просто так не хотелось. Что-то там у него с одной из крыльчаток было, перекашивало немного в полете. Плюнув на оттачивание мастерства, просто посадил его на землю, сбегал, отдал Сэй, та кивнула головой, накрывая ладонью один из моторов. Ну что за девушка, и молчит, когда надо, и коптеры ремонтирует. Послал ей воздушный поцелуй, на что получил гримасу отвращения, тщательно маскирующую довольное выражение лица.

Света с Соником уже сидели в кабине, не знаю, что наш одаренный механик сделала с Тундрой, но двигатель работал практически неслышно. И бензина стал жрать раза в три меньше. Хрен я теперь кому это чудо продам, такая корова нужна самому.

- Приготовились? – парень за рулем картинно нацепил на нос темные очки. – Пристегните ремни, прокачу с ветерком.

И рванул с места так, что меня аж чуть за борт не снесло.

Глава 23

23. Улей, месяц второй. Дорога на Хмельное.

Я всегда считал, что неплохо вожу машину. С 16 лет за рулем, даже таксовал одно время, а это полсуток, а то и больше за баранкой, не слезая с водительского сиденья. Но то, как Соник рулил, заставило меня засомневаться, а вообще умел ли я когда-нибудь… Казалось, мы едем по прямой, с одной и той же скоростью, по абсолютно ровной дороге. Ну часть заслуг в этом была не водителя, а Сэй, доработавшей подвеску, но все равно, Соник обьезжал ямы, препятствия и углы зданий с каким-то изяществом, не резко, очень плавно, и совершенно не притормаживая. Первые несколько секунд, да, было нелегко, инерцию никто еще не отменял, но потом я только слегка держался за спарку пулеметов.

Шесть шаров по углам кластера были практически не видны, воздух вокруг них сгустился до такой степени, что стал похож на туман. Не непрозрачный, а наоборот, делающий прозрачным все, что внутри него. Мы выскочили за пределы кластера и помчались по дороге в гору, нас вроде не преследовал никто, но ощущение чужого внимательного взгляда присутствовало.

Доехав до верхушки холма, Соник притормозил, разворачиваться не стал – и так отлично все было видно. По уровню мы оказались чуть ниже висящих шаров, на холме кислый запах ощущался немного, но скорее от того, что ветер был в нашу сторону.

Внезапно все шесть шаров вспыхнули, между ними протянулось что-то вроде нити, образующей шестиугольную звезду в контуре, нить отделилась от носителей, ушла вниз на десяток метров, и знакомое мне облако накрыло кластер.

Раздался сильный треск, запах озона долбанул в нос, я боковым зрением полюбовался на открытые рты девушек, вот кому точно было интересно. Облако начало рассеиваться, по всем признакам должен был появиться новый животноводческий комплекс.

Прежние строения поблекли, словно растворяясь, на их месте возникал новый совершенно пейзаж, почти безжизненный, все пространство кластера превратилось в равнину, покрытую редкой белесой травой, счетчик Гейгера, встроенный в бронник, затрещал, показывая опасное для жизни облучение.

Шары запульсировали, появившееся изображение закреплялось, бывшие коровники почти растаяли. Но потом резко проявились снова. Устройства внешников не сдавались, пытаясь опять перетянуть новый кусок мира на место старого. Борьба шла с переменным успехом, коровники то исчезали почти полностью, то снова появлялись, прозрачные или нет, минут пятнадцать все это продолжалось.

Через темные очки, которые мы по совету Соника надели, всех подробностей видно не было, я снимал происходящее на камеру смартфона, глаза надо было беречь, а посмотреть и потом можно будет.

Дальний от нас шар взорвался – с ярчайшей вспышкой, выжигающей сетчатку, через несколько секунд до нас дошел грохот, мы как раз глаза протирали, так что все видеть не могли, и к лучшему. Следом за первым взорвался второй, а потом и дальше по цепочке. Сразу после первой вспышки Соник рванул вперед, тут я грохнулся, как раз в момент второй, Тойота перевалила через вершину, и третья вспышка уже шла рассеяным светом, мы мчались вниз, к подошве холма.

- Что это было, пух? – я проморгался, глотнул гороховой настойки.

- Опыты внешников, - Соник, после того, как отсчитал шестую вспышку, вслух, громко, развернулся и заехал обратно на вершину холма. – Наука не стоит на месте, они уже пытаются сами перезагружать кластеры. Если дальше так пойдет, рейдеры им не особо нужны будут. Ну может сенсы только.

И поглядел на Сэй. Та невозмутимо шуршала оберткой шоколадки, сладкое для женщин – всегда вовремя.

Не знаю, что задумывали внешники, но ничего у них не получилось. Коровники были на месте, даже следы от протекторов Тойоты никуда не делись. Только я хотел дрон запустить, как Соник завел двигатель, и рванул с холма вбок, прямо по целине. Вырулив к подножию, он заехал в лесной островок. Вылез наружу.

- Может, не заметят.

Кто, я спрашивать не стал, с холма спускались две машины, одна точно такая же, как та, что разбила конвой вояк, а другая побольше и поприземистее. Спустившись вниз, первая машина остановилась, а вторая повернула прямо к нам.

- В машине двое, - вдруг подала голос Сэй, - люди, иммунные.

- Вовремя, - Соник похлопал по крылу Тойоты, - дар, он всегда вовремя пробуждается. Но бывает, что ненадолго.

Из нас четверых только я, и волновался, и не стеснялся этого показать. Соник, тот только изобразил, что подьезжающая к нам машина сильно его тревожит, глаза парня оставались совершенно спокойными, Сэй, та напротив, с виду оставалась абсолютно равнодушной, но я-то видел, что ей страшно. А Света – ей что внешники, что нолды, что марсиане, все были из одной команды странных забавных существ. Она прямо-таки излучала любопытство.

Не доезжая десятка метров, машина внешников остановилась, толстые колеса вцепились в рыхлую землю, чуть расплывшись, борт разьехался, и наружу вышел представитель более развитой цивилизации. Такой, каких обычно изображают в фильмах, черный прикид с броневыми пластинами, повторяющими мышечный каркас, черный шлем с непрозрачным забралом, в руках – никакого оружия, оно было на руках, пристегнутое к предплечьям. Второй такой же вылез с другой стороны, расслаблено встал, чуть качаясь.

Первый подошел к нам, забрало поехало вверх, обычное человеческое лицо – серые галза, чуть вздернутый нос, пухлые губы. Женское лицо.

- Ашелум ке ис, - высоким голосом произнесла внешница, поправилась, с ощутимым акцентом. – Рейдеры. Фиксируем три единицы оборудования. Предьяви.

Соник, словно заранее знал, что произойдет, протянул свой телескопический пистолет. Ничуть не испугавшись практически наставленного на нее оружия, внешница, не касаясь предмета, провела над ним рукой, на запястье зажегся зеленый огонек.

- Хорошо. Можно. Следующий.

И посмотрела на Сэй. Та с места не тронулась, глаза только забегали. Наш стрелок опять не подвел, откинул борт кузова, похлопал черный мотоцикл по крылу.

Внешница и к нему подошла, и снова запястье моргнуло зеленым огоньком.

- Хорошо. Контроль пройден.

И снова поглядела на брюнетку.

Сэй словно раздумывала, бежать или остаться. Даже шажок сделала. Мне показалось, или внешница чуть улыбнулась. Второй, неопределенного пола пришелец, погрозил пальцем. Что-то вся эта ситуация мне стала напоминать дурацкую комедию.

Наконец наша сенс решилась, залезла в кабину, достала мой черный автомат, который уже вроде как своим считала, протянула.

Девушка-пришелец покачала головой, приблизила кисть к оружию, сначала зажегся желтый огонек, потом через короткий промежуток – снова зеленый.

- Чужой, но можно, - при этих словах Сэй облегченно выдохнула. – Не шалить. Уезжайте отсюда. Хорошая девочка, продашь? Или транспорт твой можем улучшить.

И кивнула в сторону Светы.

- Что они хотели? – я подождал, пока внешники уедут, требовательно поглядел на Соника, тот совершенно спокойно разглядывал карту. – Почему нас в плен не взяли?

- Проверяли свои вещи, - ответила Сэй за него. – Хорошо, что автомат легальный оказался, а то бы не то что в плен, на кусочки разобрали бы.

- А какие бывают?

- Бывают взятые у мертвых внешников. Такое оружие хоть и имеет защиту, но может при необходимости против них использоваться, да и функций гораздо больше, - пояснил Соник, - а вот легальное они сами продают или отдают. Из него во внешников бесполезно стрелять, работать не будет. Дистанционно могут его взорвать, или против владельца применить. То же с байком.

- Эти твари просто позволяют нам что-то иметь, - вдруг истерично рассмеялась Сэй, - как собакам кость кидают. Думаешь, для них этот байк что-то стоит? Как для нас старый велосипед с мотором, или домашний телефон, или патефон какой-нибудь. Зато контролируют нас, суки. Я бы их, мразей, на месте, всех, сволочи, режут на органы, как со скотом.

- Ну не все так плохо, - Соник ткнул пальцем в какую-то точку на карте, - но раз сказали убираться, лучше не спорить. Это как голой жопой на ежа. Вот если бы ты, Сэй, пошла, я бы посмотрел.

Девушка уже успокоилась немного, фыркнула и полезла в салон. Дверь открыла, ногу коленом на сидение поставила, и только тут сообразила, что в салоне Света сидит. Дернулась назад, но поздно, подросток вцепилась в мамочку как клещ. По Сэй видно было – пожалела сильно, что от предложения внешников отказалась.

- А почему трава зеленая и вода мокрая, - хмыкнул я и запрыгнул в кузов. Соник показал мне большой палец, мол, мировая шутка, бро, и уселся за руль.

До Хмельного было километров пятьдесят, а если считать со всеми объездами и блокпостами, которых, по словам нашего всезнайки, было хоть отбавляй, то и семьдесят плюс два часа. Для переживающей вторую, и, пожалуй, лучшую молодость машины – мелочь, в кластер с гипермаркетом мы решили все же заехать, мелочевки набрать, а то перезагрузится, и от конкурентов будет не протолкнуться. Организованные рейдеры такой добычей гнушались, а вот одиночки и отдельные группы, вроде нашей, не брезговали.

Гипермаркет стоял подковой с большой асфальтированной площадкой в центре. Свежим этот кластер, наверное, был тем еще проходным местом, но сейчас обезлюдел, самое ценное и нужное забрали, до перезагрузки оставалось совсем немного времени, охотников из-за рулона туалетной бумаги кисляк понюхать, на первый взгляд, не было.

Стоянка была заставлена машинами, за редким исключением – побитыми и простреленными, мертвяков видно не было, две-три недели срок достаточный, чтобы сделать выбор, развиваться или сдохнуть окончательно. Слева большой магазин хозтоваров, он нам не нужен был, полочку все равно пока вешать некуда, по центру – бутики, женская половина коллектива проголосовала однозначно, и справа еда, пиво, орешки и футбольные мячи в продовольственном супермаркете. Где-то рядом, по моему опыту, должен был быть магазин со стройматериалами, топор на длинной ручке мне бы не помешал.

- Разделимся, - предложил я, машину мы загнали прямо центральный вход, благо еще до нас все стеклянные двери кто-то начисто снес. – Мы с Соником за нужными вещами, вы – за бесполезными шмотками. Далеко не отходим, а то мало ли кто решит наш пепелац к рукам прибрать. И кота.

- Пусть попробуют, - Сэй хищно улыбнулась, кинула мне запасной брелок, на своем вдавила сенсорный датчик, лампочка на руле загорелась красным. – Тут на всех хватит. Света, за мной!

От машины мы отошли, под напряжением к металлическим частям прикасаться было смертельно опасно – очередное улучшение от нашего штатного механика. Охранный контур был запитан на аккумулятор байка, так что теоретически, если по очереди будут подходить, могут хоть до ночи трогать, трястись и падать.

Теплое пиво – деньги на ветер, но другого, к сожалению, в гипере не было, холодильники давно разморозились, из колбасно-мясного отдела даже через фильтры несло несвежестью, мягко говоря, мы задерживаться не стали, набили тележку консервами первой необходимости, и покатили дальше, в строительный. Мне – за топором, Сонику – просто прогуляться, угрозу совместного шоппинга с женской частью коллектива мы игнорировать не могли.

На полках лежало откровенное китайское барахло, я подобрал один инструмент, на длинной ручке, судя по ценнику, очень дорогой. И очень некачественный, стоило взмахнуть, и лезвие отлетело аккурат любопытному Сонику в голову, чуть-чуть промазал.

Так что весь путь до машины убеждал парня, что резонов убивать его у меня нет, судя по недовольному виду, тот не очень-то верил. Даже руку поднял, отметая мои объяснения.

- Стой, - тихо сказал он, видя, что прекращать не собираюсь. – Тут кто-то есть.

От машины нас отделяли два поворота, впереди и вправду слышались чьи-то голоса.

- Оставляем тележку здесь, - Соник пихнул меня в бок, - проходим через этот магазин, потом еще, и выйдем с другой стороны.

Так и сделали. Под конец старались идти неслышно, и все равно чуть было не наткнулись на часового, хорошо хоть он происходящим был слишком увлечен, и по сторонам не глядел. Возле машины валялся человек в броннике и шлеме, нехорошо валялся, с вывернутой набок головой. Чуть в стороне на полу сидели Сэй и Света, возле них прохаживались двое, тоже в бронниках, касках, с автоматами. Третий, в доспехе черного цвета, явно похожем на мой бывший автомат и байк Сэй, покачиваясь на пятках, расслаблено держал в руках мощный помповик с каким-то странным навесом. Судя по всему, он тут был главным.

- Ну что там? – крикнул он в коридор, из которого мы должны были появиться.

- Только тележка, - раздался чей-то голос. – Сбежали, наверное.

- Вот, - главарь повернулся к девушкам, - сбежали. Оставили вас одних. Ну что, дальше будем отпираться? То есть не будем отпирать?

Плечи Светы дергались, похоже, девочка, попав в критическую ситуацию, совсем раскисла и рыдала. А вот Сэй сидела прямо, глядя перед собой, и сдаваться не собиралась

- Иди ты, - не поворачивая головы, она пояснила главарю, куда тот должен отправиться.

- Грубо, очень грубо, - покачал тот головой. – Эй, Гоныч, нашел?

- Нет, - раздался тот же голос, - не вижу их. Точно сбежали.

- Тогда иди сюда, - главарь перехватил помповик, покачал, и без размаха заехал Сэй в лоб.

- Кич, ты что делаешь? – один из автоматчиков сделал шаг вперед.

- Спокойно, за девку заплатят и живую, и мертвую, - Кич ударил упавшую Сэй ногой. – С ней возиться, только время терять. Мелкую внешникам сдадим.

- А те двое?

- Один нахрен никому не сдался

Эти слова я принял на свой счет, улыбнулся.

- А другой – ну что там, две горошины всего. Этот помощник нового головы Полесья тот еще жмот. Подумаешь, парень его не так покрестил. Берем этих двух, и сваливаем.

- С машиной что делать будем? – Гоныч, здоровый детина под два метра ростом, подошел, толкая перед собой нашу тележку. В одной руке у него был автомат Сэй. То есть мой. но фактически ее. – Смотри, а они тут грамотно подобрали, может с собой возьмем?

- Нет, - решил главарь, - с этих двух больше получим. И вообще, место тут беспокойное, не чувствуешь?

- Нет, - Гоныч даже принюхался, хохотнул, - нет никого, ни живых, ни мертвых. Эту как, потащим? Или пристрелим тут, а трупак сфоткаем?

И кивнул на Сэй. Та валялась на полу без признаков жизни. Главарь только собирался ответить, даже чуть рот раскрыл, и тут его второй автоматчик окликнул.

- Эй, Кич, гляди, что у них в салоне.

Кич подошел к машине, осторожно, не касаясь металлических частей, положил ладонь на боковое стекло, пригляделся, присвистнул.

- Кот. Пацаны, тут кот. Сколько сейчас за одного дают?

- Три горошины, - детинушка тоже подошел, пригляделся. – Рыжий, паразит, смотри, спит, а? Хоть бы хны. Командир, давай достанем. Стекло-то, оно не под напряжением, и кот, вон, спокойно лежит, значит, в салоне тока нет.

По кивку главного автоматчик подошел, и со всей дури засадил прикладом по стеклу. Гад. Я только порадовался, что такое ценное имущество подобрал, как тут меня последней машины лишают. Автоматчик не унимался, нанося удар за ударом, стекло не поддавалось, но стоит появиться трещинке, и разлетится.

- Погоди, - здоровяк вытащил из тележки кувалду, Сонику зачем-то приспичило ее взять. – Дай я.

Я оглянулся на Соника, тот виновато пожал плечами, мол, а что, красивая штука, кто ж знал. И сделал знак, чтобы я не высовывался. На всякий случай.

Здоровяк размахнулся, и с силой долбанул кувалдой по стеклу. Не то чтобы оно было некачественное, но против лома, как известно, приема нет. Разлетелось на большие куски, состоящие из мелких осколков на подложке. Будет возможность, заеду в мастерскую, пусть по гарантии чинят. А если нет гарантии, пристрелю рукожопов. Потому что вот сейчас меня лишали имущества. И одного, и другого – детина просунул ручищу в салон, нащупал кота и вытащил наружу.

Кот, скотина такой, даже для виду не сопротивлялся. Здоровяк прижал его к груди, погладил, рыжий предатель замурчал. А потом, ни с того, ни с сего, громко, очень громко замяукал.

По мне, так противно орал этот Барсик. Похитители женщин точно также подумали. Автоматчики заозирались, главарь пытался отобрать кота у здоровяка, тот тянул животное на себя, так что в один момент у них могло вместо одного образоваться два кота. Барсика такая перспектива вообще не грела, и он заорал еще громче.

Ну да, противно, зато враги отвлеклись, и мы с Соником заняли удобные позиции, к тому же часовой, преграждавший нам проход, пошел к основной группе. И тут здоровяк Гоныч выпустил кота.

- Кич, - резко выдохнул он, - кажется, у нас гости.

Для того, чтобы новых действующих лиц увидеть, не нужно было даже быть сенсом, хотя бы таким слабеньким, как детинушка. В проеме раскуроченного входа появилась массивная фигура, как бы не меньше двух с половиной метров в высоту. А то и трех. И не одна.

Глава 24

24. Улей, месяц второй. Дорога на Хмельное.

Первой мыслью было – пипец машине. Эти уроды, я рейдеров ввиду имею, собрались возле моего транспорта, как будто он мог их защитить. Только часовой, преграждавший нам путь, кинулся в нашу сторону, уперся практически прямо в Соника, вскинул автомат, но вдруг споткнулся на ровном месте и тут же начал опускаться на пол, по инерции сделав пару шагов.

Соник, подхватив часового, помог ему улечься на плитки, аккуратным явно отточенным жестом засунул боевой нож обратно в ножны. Приложил палец к губам, мол, тихо. Да я и сам не очень-то стремился себя обозначить.

Сэй и Света остались без присмотра – четверо пока еще живых бандитов были совершенно другим озабочены, и девушки покатились, сначала старшая, а за ней младшая, по полу. Вот только в противоположную от нас сторону – там прилавок какой-то стоял, для торговли в коридоре, под него и забились.

А кот не растерялся, сразу вспомнил, кто рыжую морду с едой знакомил, и дунул в нашу сторону, падла. Прыгнул на Соника, растопырив лапы, вцепился в куртку, быстро переполз на плечо и застыл там, словно боевой сокол.

- Чем ты его кормил? – прошипел парень совершенно не к месту, - он же килограмм десять весит.

Не знаю, наверняка не десять, но разожрался котяра за несколько дней точно раза в два. Тем временем на пятачке возле моей машины события взяли паузу. Трое гостей, чуть покачиваясь, загораживали вход в торговый центр. Покрытые костяной броней, с головами, похожими на какой-то футуристический шлем с нашлепками и лишними деталями – у одного так вообще три глаза было, передние конечности свисали почти до колен, точнее до тех мест, где они должны были находиться, никаких суставов и в помине не было. Массивные ноги заканчивались чем-то похожим на ступни. Сразу по две на каждой.

По мне, так надо было бежать, у нас оружие-то так себе, плевать на машину, здоровье – дороже. Но Соник был другого мнения, он показал рукой на магазин одежды, выходивший другим входом прямо на центральную галерею.

- Шикарный пиджак, - первое, что он сказал, когда мы оказались внутри торгового зала. – Давно такой хотел. У тебя какой размер?

- Сто семьдесят восемь, для гроба как раз двухметровые доски подойдут, - я на закидоны приятеля внимания не обращал, подобрался к витрине, пока еще целой, поглядеть, что происходит. Соник остался позади, точно у парня не все в порядке с головой, пиджаком он не ограничился, тащил весь манекен. Причем ко мне.

Притаранив пластмассовую фигуру, он встал в картинную позу, а потом попробовал и манекену такую же придать. Неодушевленный предмет сопротивлялся, ноги были жестко закреплены, а вот руки развести удалось. На голову манекена Соник нацепил какую-то повязку, вложил в пластмассовые руки свой помповик, примотав к кистям галстуаками. Хорошо хоть оружие внешников себе оставил, не безнадежен. Заметив мой взгляд, покачал головой, мол, все путем, и осторожно пододвинул манекена к витрине.

- Тут главное не шевелиться, - кивнул он на композицию возле моей машины. Рейдеры, кажется, даже дышать старались пореже. – А то руберы подумают, что над ними смеются, и нападут.

Троица руберов чуть разошлась в стороны, но дальше к центру магазина не продвигалась, словно ждали чего-то. А вот сенс рейдеров явно что-то почувствовал, и оглядывался по сторонам. Только в нашу почему-то не смотрел.

- Так они до морковкиного заговенья простоят, - Соник вздохул, потом молниеносно выхватил пистолет и два раза выстрелил.

Сенс рейдеров Гоныч заорал, выворачивая автомат внешников в нашу сторону, и даже выстрелил. Только не в нас, не довел движение, заряд улетел аккурат в потолок над центральным входом, раздербанив подвесной потолок и выбив кусок бетона из перекрытия. Один из подручных главаря молча открыл огонь по нашей витрине, после первой очереди от манекена осталась только нижняя часть.

А дальше они ничего сделать не успели. Центральный рубер прыгнул, в секунду преодолев расстояние в три десятка метров, и всей тяжестью грохнулся на то место, где до этого был главарь. Но тот успел откатиться и долбил из помповика в напавшего. От бронированной оболочки рубера отлетали куски, но монстру, похоже, все эти бронебойные заряды доставляли только неудобство небольшое. За неимением первой цели он выбрал вторую, поднял в воздух одного из рейдеров, палящего ему из автомата прямо в лицо, и оторвал голову. Костяные пластины на лице раздвинулись, верхняя часть головы словно на шарнире пошла вверх, резким движением рубер закинул голову с куском шеи в образовавшуюся широкую щель.

И тут же упал – особо удачный выстрел главаря перебил наконец ему одну ногу, не знаю, что за анатомия у этих тварей, но даже почти оторванная конечность шевелилась, и даже вроде помогала хозяину сгруппироваться перед прыжком.

В этот момент второй рубер, оказавшись рядом с главарем, дернул того за ногу и попытался ее перекусить. Маленькая по сравнению с тварью фигура барахталась в воздухе, но надо отдать должное рейдеру, помповик он не выпустил, посылая пулю за пулей в мучителя – тот сомкнул челюсти на ляжке главаря, бронекостюм внешников пока успешно этому сопротивлялся.

Второй оставшийся в живых подручный пятился к выходу спиной, поливая очередями, похоже, всех подряд. И остановился, когда ему положили руку на плечо. Хотя скорее, лапу.Третий рубер, казалось, даже головой покачал, а потом конечность его пошла ниже, к поясу, выдвинувшиеся пальцы обхватили талию рейдера и сжались в кулак. Рейдер заорал, последним вздохом, и тут же обмяк, кровь брызнула из него, словно шарик лопнул. У рубера вспыхнула голова, сенс справился с болью кое-как и начал стрелять осмысленно. Вот только оружие внешников, прекрасно справляющееся с обычными обьектами, твари особого вреда не нанесло. Полыхнувший огонь заставил мертвяка загудеть недовольно, практически на уровне инфразвука, отчего оставшиеся еще стекла вылетели, а зубы у меня заныли. Тварь отбросила превратившееся по форме в песочные часы тело рейдера, и прыгнула на сенса.

Не то чтобы я был на стороне мертвяков, но и рейдеры мне тоже не нравились. Не все, а вот эти конкретно. Но рубер моих надежд не оправдал, приземлившись чуть раньше, тонкие бронепластины на животе сыграли не в его пользу – очередной выстрел из иномирного ружья превратил середину тела в труху, и зомби рухнул на мою машину, прямо в кузов. Раздался треск, трехметровое тело задергалось, задымилось. Не знаю, сколько вольт подключила Сэй к корпусу, но мертвяку хватило.

Сенс было обрадовался, но рано. Зомби с перебитой ногой непостижимым образом прыгнул прямо на него, раздавив плечом грудную клетку. Костяные наросты завращались, превращая человека в фарш, мне показалось, или рубер улыбнулся. По его окостеневшей щеке чиркнула пуля, отрикошетила почти в меня – главарь еще сопротивлялся, но этот выстрел стал для него последним. Устав тупо кусать ногу, его противник схватился за вторую рукой, если так можно было назвать его верхнюю конечность, сильно дернул. Броня внешников и тут выдержала, а вот кости и суставы человека – нет. Мертвяк не просто развел его конечности на сто восемьдесят градусов, а еще и повертел. Раздался треск, главарь обмяк и наверное уже не чувствовал, как челюсти смыкаются на его шее.

Полтора рубера – это не три, пусть одного убила машина, другого все-таки человек подстрелил. Правда, нога у твари как-то странно подтянулась, на месте разрыва выросли ворсинки и цеплялись друг за дружку, подводя почти оторванную конечность на прежнее место.

- Восстанавливается, паразит, - Соник навел свой пистолет-телескоп на здорового рубера и четыре раза выстрелил. В отличие от автомата, оружие парня действовало куда как эффективнее – первыми двумя выстрелами оторвало руки по те места, где у человека локти, а вторыми – ноги считай по колени.

Рубер грохнулся на пол, попытался приподняться на обрубках, это ему, как ни странно, удалось, и бодро засеменил в нашу сторону.

- Бат, страхуй, если второй прыгнет, - Соник кивнул на мертвяка, сидевшего на трупе сенса, и помогающего руками своей прирастающей ноге, и кинулся вперед.

А я выстрелил два раза – на входе показались зомби поменьше, но по сравнению с присутствующими так, слабенькие, вроде как лотерейщики. То ли мне повезло, то ли стрелять научился, но трех выстрелов хватило на двух, а третьего я снял, когда он практически добрался до машины. Соник тем временем, подпрыгнув, приземлился прямо на спину атакующего рубера-инвалида, выхватил кинжал, и всадил прямо под споровый мешок. Мертвяк дернулся и как был, ковыляющий, так и грохнулся.

- Сзади, - крикнул я, продолжая стрелять.

Последний рубер кое-как подлечился, и не торопясь ковылял к врагу. Соник замер, держа в руке кинжал, мои выстрелы особого вреда зомби не приносили, так, отбивали куски от панциря. Патроны кончились, помповик перезаряжать – дело не быстрое, сорвал с плеча автомат и дал очередь по голове монстра. Одна пуля пробила все-таки сочленение пластин и ушла внутрь, но рубер словно не заметил этого. Ну да, у парня с мозгами проблемы явные были.

Соник стоял совершенно спокойно, с кинжалом в руке, хотя нет, вон, притопнул от нетерпения. Рубер тоже замедлился, нападать не спешил. Даже сделал движение в сторону выхода, формирующееся зомби-сознание подсказывало, что лучше уйти, чем остаться навсегда.

Но при очевидном, казалось бы, раскладе часто случается что-то, что заставляет последующие события идти совсем по-другому.

Во-первых, кот вдруг осознал, что его защитник убежал, и кроме меня, защитить беднягу будет некому. С негодованием зашипел, оскалив клыки, может своим кошачьим мозгом решил, что если рубер сдохнет со смеху, проблема разрешится сама собой. Но рубер веселиться не стал, просто прыгнул. Только не на Соника уже, а на меня.

Время словно замедлилось, стало тягучим, как кисель. Я ощутил, как во мне поднимается волна – не страха, а чего-то другого, совершенно мне непонятного. Но не радости, это точно. Волна шла от середины груди, доходя до кончиков пальцев.

Я отпустил автомат, он начал падать – очень медленно. Пальцы пошли вверх, словно останавливая летящий в меня полутонный снаряд. Наверное, глюки, но я видел, как от середины ладони отделилась сверкающая капля, дернулась навстречу руберу, попала ему точно в лоб, растекаясь по всему телу. И тут же оттолкнулся левой ногой, в прыжке уходя от монстра.

Сзади Соник, выронив нож, выхватывал свой пистолет, пытаясь навести его твари в затылок, но позиция у него была неудобная, машина перекрывала обзор.

Хлоп, и все убыстрилось до обычного темпа.

Огромная туша хлопнулась на то место, где я только что стоял, бронепластины хрустнули и покрылись трещинами, рассыпаясь. Всадил остатки магазина в голову, а потом ее разнесло выстрелом – Соник смог прицелиться, как только тварь появилась в зоне обзора.

Я выругался, обессиленно привалился к стойке, словно мешки разгружал с цементом, такое ощущение. Кое как оторвал липучку кармана, вытащил живчик, сделал несколько глотков, глаза прикрыл. Нет, похоже, не выжить так мне, явственно ощущал, что жизненных сил не осталось совершенно. Нащупал в кармане коробочку, трясущимися руками открыл.

- Давай я, - предложил Соник, голос его как сквозь вату шел.

- Я сам, - с трудом достал шприц, не вколол, а вдавил в ногу, ладонью нажал на поршень. Первую секунду ничего не чувствовал особого, а потом словно огонь начал разгораться, заполняя все тело и возвращая тепло жизни.

- Ну ты силен, парень, - раздался чей-то голос. Не Соника, и не девушек,

Новое действующее лицо появилось в окончательно раздолбанном проеме центрального входа. У стоявшей на свету фигуры в черном скафе уж больно знакомый карабин был, видел я такой не так уж и давно. И нацелен этот карабин на безобидного с виду Соника, успевшего уже убрать свой пистолет и снова достать нож.

Парень покачал головой.

- Не стоит, - сказал он, – это наша добыча.

- Как посмотреть, - человек в скафе откинул забрало шлема, знакомое лицо появилось на свет. Крыс, кажется, так его звали. – Там, снаружи, два кусача и топтун, если бы не я, сюда не лотерейщики добежали, а кое-кто посильнее.

- Мы бы справились. – Соник покачал кинжал в руке, убрал на пояс. – Бат, взгляни, как там девочки.

Да, действительно, за всей этой суетой о Сэй и Свете я как-то забыл. А сейчас вспомнил – взгляд брюнетки не сулил мне ничего хорошего. Можно подумать, кроме как ее спасать, других дел не было до этого.

Двинулся в их сторону, каждый шаг давался мне с трудом, Крыс успокаивающе махнул рукой, мол, не стесняйся. Но карабин не опустил, все так же отслеживая движения Соника. А тот слез с монстра и уселся на него, как на скамейку.

Руки и ноги девушек были зафиксированы черной лентой, которую я, как снимать, не знал.

- Там на кончиках квадраты темно-синие, надо их совместить, - видя мои затруднения, подсказал Крыс, - и сильно сжать. Но не переборщи, а то хуже будет, может даже взорвется.

- Он шутит, - Соник, видя, что я остановился, покачал головой. – Тебя ведь Крыс зовут, да?

- Моя слава бежит впереди меня, - старикан опустил карабин.

- Что ты тут забыл?

- Да так, сорока на хвосте принесла, что за сбежавшую невесту всего пять горошин дают, - он кивнул на освободившуюся Сэй, - вот и решил я посмотреть, неужели она такая страшная. Но нет, вроде ничего так, только худа больно, задницы совсем не видно, и сиськи маленькие.

Сэй злобно фыркнула, не обращая внимания на Свету, которой явно требовалась помощь, пусть только моральная, подтянула к себе автомат внешников, подняла. По ее виду было ясно, для чего, а точнее – для кого.

- На вкус и на цвет, - Соник встал со своей скамейки, - все топтуны разные. Так говорят?

- На вкус они все дерьмо, - старик не согласился.

- Ты просто не умеешь их готовить.

- Смешно. Сколько людей сюда попадает из разных миров, считай, а шутки ожинаковые, - Крыс подошел к машине, дотронулся черной перчаткой, - под напряжением? Эй, девонька, ты это устроила? Неплохо бы отключить.

Вместо ответа Сэй нажала на пульте кнопку, желание пристрелить наглеца у нее не только не пропало, но похоже, увеличилось.

- Вот и отлично. А теперь давайте посмотрим, что нам подарило Улье, - Крыс улыбнулся. – Раз уж мой вклад тут небольшой, обойдусь тем, что на улице валяется. На эту добычу не претендую. Ух ты, это кто такой?

Кот вылез из магазина, подошел к Крысу, потерся об ногу. Паразит, как так можно.

- Рыжий кот – к удаче, - Крыс погладил животное по спине, тот аж выгнулся и заурчал, - тем более такой толстый. Вы его чем кормите, горохом? Надеюсь, живчиком не поите?

- А в чем проблема? – Соник вскрыл затылок одного рубера и вываливал все в пакет.

- Говорят, могут переродиться. Один мой знакомый слышал, как где-то у знакомого его попутчика друг скормил коту жемчужину, так тот квазом стал за одну ночь, сожрал всех и убежал в лес. От горя. Нахрена вам такое счастье, дам за него три горошины.

- В жопу себе засунь, - посоветовала Сэй. – А кот – мой. Руки свои убери от него.

Во как, сначала у меня был автомат, потом кот. Что дальше?

Соник как мысли мои читал, кивнул на доспехи главаря.

- Бат, смотри, по размеру вроде подойдут. Только почистить надо будет.

- Да такое сокровище любой рейдер языком вылижет, - Крыс оценивающе взглянул на бронник, по мне, так гораздо пожиже его собственного. – Хорошая штука, бери, Бат, не раздумывая. Я ведь тебя помню, рад, что ты спасся. А вот свежего зря с собой тащили, гнилой человечек, да еще дар у него нехороший, убеждать может. Глядишь, Полесье под себя подомнет.

- Так ведь вроде крестник, нельзя бросать, - внезапно разоткровенничался я.

- Некоторых надо убивать на месте, - Крыс усмехнулся. – Хотя, этот мир не самый лучший, с чего бы людям тут другими быть. Правда? Хотя вот детей это не касается.

Он уселся перед Светой на корточки – та сидела, подперев щеки руками, и отрешенно смотрела перед собой.

- Кто тут у нас? Неплохо, неплохо. Как тебя зовут? Молчит, свежая еще, но явно в девочке стержень есть, молодец. Небось, и на том свете жизнь не сахар была, да? Вижу, что натерпелась. А вы забавная компания, давно таких не видел. Ну что, много набрал?

Соник молча встряхнул пакет, из двух руберов и того, что осталось от затылка третьего, как раз почти полный получился.

Сэй меж тем убивать гостя временно раздумала, подошла к машине, присела возле заднего колеса – его немного вывернуло вбок. Мы с Соником стащили труп зараженного, с трудом и с лебедкой, мотоцикл парня помялся основательно.

- Починю, - Соник не унывал. – Или выброшу.

С байком Сэй ничего не случилось, качество внешников. А вот с Тундрой – очень даже. Борта частью оторвало, частью помяло. Крепления багажника вырвало с мясом. Один пулемет был погнут, другой – лишился приклада.

- Тойоту под списание, - не унимался Крыс. – Что-нибудь поприличнее найдем.

- Тебе-то какое дело? – Сэй попыталась что-то сделать наложением рук, машина заскрежетала, но особо не восстановилась.

- Как какое? – улыбнулся неугомонный дедуля. – Я с вами еду.

Глава 25

25. Улей, месяц второй. Дорога на Хмельное.

Рейдеры приехали на переоборудованном монстрозащитном грузовике – для коротких поездок отличный транспорт, а вот для путешествий по дальним краям совершенно неподходящий, уж больно много горючего жрал. Тойота, как ни странно, была на ходу, заднюю подвеску Сэй кое-как сделала, но предупредила, что ехать можно очень осторожно, медленно и до ближайшей мастерской, где очередные рукожопы возможно что-то сделают, а потом она доведет до ума.

С трех руберов мы набрали семь горошин и три десятка споранов, я надеялся, что на ремонт машины этого хватит. Мотоциклы мы погрузили в грузовик, Соник сел за баранку бронированного пожирателя дизеля, и Крыса к себе посадил. Правильно, с Сэй они сразу друг другу не понравились, да и я еще помнил, кто вез меня к внешникам на разукомплектацию.

Тундра ехала впереди, сзади практически бесшумно пылил наш трофей – с асфальтовой дороги мы сьехали и взяли севернее, по уверениям Крыса, самый безопасный курс на Хмельное.

- А по дороге заедем, починим ваш запорожец. Есть у меня ребята знакомые, работают на совесть, часа за три управятся. - предложил он перед тем, как мы выехали со стоянки гипермаркета.

Вовремя выехали, не у меня одного было чувство, что этот кластер вот-вот перезагрузится. Может быть, поэтому кроме напавших на нас рейдеров, никто в это место не совался. Странно, что твари, обычно лучше людей чувствующие предстоящее обновление, сунулись в гипер, может быть, тут без Крыса не обошлось, но с другой стороны, кто мешал ему перестрелять нас, когда мы еще от схватки не отошли.

Грунтовка шла по краю кластера, обрываясь на следующем, пришлось проехать по полю несколько десятков метров, чтобы снова выйти на дорогу – такую же убитую, в колдобинах и рытвинах. Грузовик сзади посигналил, поморгал фарами, я сдал чуть левее, позволяя ему нас обогнать – встречных машин не было, тут хоть как перестраивайся. Света на переднем кресле изучала карту, после боя с монстрами ее переполняли впечатления, очень хотелось все обсудить, поэтому Сэй прогнала ее с заднего ряда вперед, а сама с ногами забралась на сидение, изучая автомат внешников. Наверное, взламывала.

- А что это за черные штуки? – девочка сунула карту мне прямо под нос, ну да, в семье машины не было, откуда знать, что так поступать нельзя.

Я вывернул руль, чудом не попав в очередную яму. С нашей подвеской это могло стать концом пути, по крайней мере для Тундры.

- Мертвые кластеры. Там техника не работает, - ребенок ведь не виноват, что его родители тупые, и воспитанием не занимались.

- Вообще никакая?

- Ага. А люди медленно превращаются в монстров. Мужчины. А женщины очень быстро, им особо и меняться не надо.

Света шутку не поняла, а Сэй с заднего ряда пробурчала, что некоторые превращаются в идиотов, но кое-кому уже и не надо, все давно превращено.

- Шучу, - пояснил я для Светы, а то и вправду поверит. – Монстры туда не заходят, а люди помирают быстро.

- А почему мы тогда туда едем?

Хороший вопрос. И главное – своевременный. Я нажал кнопку на рации.

- Соник, мы в мертвую зону едем?

- Да, - парень был в курсе, - Крыс говорит, что там два кластера смыкаются, но проезд есть. Не беспокойся, если обманет, я за вас отомщу.

К черным кластерам вела неплохая дорога, пересекавшая грунтовку. Мы свернули на нее, направо, судя по карте, она шла как раз почти к Хмельному, а вот налево – обрывалась на границе мертвой зоны.

Перед сопряжением кластеров грузовик остановился, дверь открылась, и Крыс выпрыгнул наружу. Помахал нам рукой. Я девочкам сказал, чтобы не вылезали, и смотрели в оба, а сам пошел ко второй машине.

Мертвый кластер производил вблизи мрачное впечатление – черная растительность на черной земле, прямо концентрированная смерть. Но, судя по лицам экипажа грузовика, их это почему-то не смущало.

- Нравится? – Крыс кивнул на черную полосу, уходящую в обе стороны. – И так на несколько километров вглубь. Но если ты смел духом, и вообще удачливый сукин сын, то сможешь эту границу пересечь.

- И как? – наверняка дедуля что-то знал, так что я особо пальцем у виска не вертел.

- Сейчас увидишь, - Крыс поглядывал на смартфон. – Ага, минут через пять. У нас будет ровно двадцать минут, чтобы проехать четыре километра. Тут по шоссе недалеко.

И он махнул рукой в сторону черного поля.

- По рации такое лучше не говорить, - продолжал он. – Сейчас этот кластер перезагрузится, на дороге будет заправка, туда не заезжайте. За нами держись, не хотелось бы в этих местах застрять. Я-то выберусь, а насчет вас не уверен. Вопросы есть? А главное – бензин?

- Есть, - я кивнул. – Второе. А насчет первого, я с первого взгляда понял, что тебе можно доверять.

- Сарказм – это хорошо, - Крыс улыбнулся. – Ну все, по машинам, кажется, начинается. И поосторожнее там.

Почему мне надо было быть осторожным, я понял быстро. Буквально через несколько минут после того, как облако тумана накрыло черный кластер, а потом исчезло, оставив слабый запах кисляка. И несколько машин, мчащихся прямо в нашу сторону.

Перепад между границами кластера достигал двух метров, но там, где проходило шоссе, наш кластер приподнимался на три десятка сантиметров, и первая машина на полном ходу, а шла она никак не медленнее сотни, вьехала в этот барьер, оставляя часть подвески в свежей части Улья. Подушки в навороченном джипе сработали в полете, полная людей дорогая машина грохнулась перед нами.

В той, прошлой жизни я бы обязательно остановился, чтобы пусть даже попытаться помощь оказать – тот на водительском сидении, кого я видел с моей стороны, точно был трупом, а вот позади него что-то ворочалось. Но шансы на жизнь у них при любом раскладе были минимальные, а грузовик уже сполз в соседний кластер, погудел, распугивая подлетающие автомобили, которые резко тормозили. На дороге образовалась пробка из десятка машин, мы их обьехали по обочине, один из свежих преграждал нам путь, и Соник его просто сдвинул, почти не снижая скорости.

Мимо заправки, которая была километрах в двух, мы проехали не останавливаясь, мне запомнилась семья – мама и две дочки ждали, когда отец семейства зальет бензин в бензобак. Наверное, никогда, электричество вырубилось сразу же, как только произошла перезагрузка, хотя может у них на заправке резервный генератор был. Вот так, проезжаешь мимо людей, и почти точно знаешь, что не пройдет и десяти-пятнадцати минут, как они умрут.

- Что с ними будет? – Света тоже заметила детей, - Надо остановиться.

- Ничего, - соврал я, - кластер сейчас перезагрузится, и они отправятся обратно. Или в какой-нибудь другой мир.

- А так разве можно?

- В первые полчаса, но гарантий нет никаких, - внезапно поддержала меня Сэй. – Крыс говорил, что двадцать минут перезагрузка? Думаю, спасутся.

Света дурой не была, видно, что не поверила. Но очень хотела, поэтому представила, что так и будет. Когда не можешь помочь, совесть такими вот отмазками и успокаивают.

По дороге от заправки мы встретили еще несколько машин, несущихся навстречу, и почти обогнали одну, медленно тошнившую впереди, даже с учетом нашей невеликой скорости. За рулем старых жигулей ехал какой-то дедок, увидев нашу мини-колонну, открыл окно, не обращая внимания на выхлопы грузовика.

- Эй, ребятки, что случилось? – заорал он.

- Поворачивай, - Крыс махнул рукой, - туда нельзя, военная операция. Возвращайся к заправке.

Дедок спорить не стал, притормозил на обочине, в зеркало заднего вида я понаблюдал, как он развернулся и поехал в обратном направлении. Включилась рация.

- Его бы дальше не пропустили, - раздался голос Крыса. – Вы тоже не высовывайтесь, как только границу пересечем, тормозите и вставайте за нами.

Шоссе продолжалось в следующем кластере, вот только упиралось в блокпост. Вообще, вдоль границы шла колючая проволока, прерываясь только у дорожного полотна, которое, чтобы переход из одной области в другую был плавным, подсыпали и подделали, так что переход был почти идеален, ну может быть в сантиметр перепад, я даже не заметил. Грузовик, пройдя разделительную линию, притормозил, а перед блокпостом окончательно остановился, метрах в двадцати.

По бокам дороги стояли башенки с пулеметами. Через каждые десять метров. И теперь часть этих пулеметов была нацелена на нас, а часть – на догоняющую нас машину, кажется, ее я видел на заправке. Красный лансер был метрах в сорока перед границей, когда воздух сгустился, и кластер снова стал черным. Пропали и лансер, и деревья, и шоссе, вместо них появилась черная трава. Крыс соврал, десять минут на все.

Перед блокпостом дорожное полотно прерывалось, уходя вниз метра на полтора, через провал был перекинут деревянный мостик, по которому никто не торопился нас встречать. Я было вылез из машины, но Крыс, опередивший меня, предупреждающе вскинул руку, а потом вышел вперед, перед машинами, снял шлем и встал неподвижно, раскинув руки.

Секунд двадцать так стоял, потом дорожное полотно на месте провала начало подниматься, сравнявшись с нормальным уровнем, дедуля залез обратно в машину, мы тронулись, проехали еще метров пятьдесят, остановились перед таким же провалом, и тот, который пересекли, снова опустился. Грузовик взял чуть в сторону, и занял левую полосу.

Минуты три стояли, я из машины выходить не стал, Крыс с Соником – тоже, Сэй начала беситься, и тут с той стороны канавы по дороге подьехал броневик, в черном обвесе, явно не нашей конструкции. Нет, пушка у него, в отличие от машины внешников, была, но тоже футуристическая. Стенка броневика отодвинулась, и наружу вылез молодой вроде парень, бородатый, в клетчатой рубашке и джинсах, подошел к краю провала.

- Крыс, вылезай, подлый трус.

Крыс вылез из грузовика, без шлема и оружия, остановился перед подьемником.

- Ты кого нам привез, предатель? Мясо на разделку?

Сэй перектилась в кузов, спарка хоть и была повреждена, но позиция удобная для стрельбы, ну и гранатомет остался. Я навел пулемет на броневик, хоть и слабая, но надежда есть, что смогу какой-то вред причинить.

- Зря, Медуза. Тут парень, которого чуть внешникам не продали, - Крыс ничуть не смутился. – Дошутишься когда-нибудь.

- Да ну, - Медуза в клеточку ничуть не расстроился, - это который?

- Бат, выйди, - Крыс повернулся, видя, что вылезать я не собираюсь, добавил, - этот идиот гонит. Никто не тронет тебя, если будешь вести хорошо.

- Не ходи, - Сэй позади передернула затвор гранатомета, так, чтобы слышали, - сейчас я их поджарю.

- Так и сделай, если что-то начнется, - я открыл дверь, выпрыгнул на землю.

- Вот он, - Крыс кивнул на меня.

- А девки? – Медуза внимательно на меня посмотрел, такое впечатление, что изнутри даже изучил.

- Одна свежая, другая в Полесье жила.

- А-а, за нее пять горошин дают, - клетчатый улыбнулся. Равнодушной такой улыбкой, дежурной. – А этот прыткий парнишка с тобой в грузовике?

Соник выпрыгнул, подошел к провалу, помахал рукой.

- Привет, я Соник. А ты Медуза? Слышал много о тебе.

- Слышал он, - проворчал бородатый, - ладно, Крыс, под твою ответственность. Надолго?

- Нет, починимся, и в Хмельное поедем.

Медуза хлопнул в ладоши.

- Эй, гости дорогие. Ехать за нами, не останавливаться. С дороги не сьезжать. Не стрелять ни в коем случае – в воздухе что увидите, или еще где. Ясно? За нарушение – смерть. У нас такие порядки. Все понятно? Тогда поехали.

- Это только для приезжих место, - Крыс наблюдал, как я с интересом рассматриваю открывающиеся с веранды кафе виды. – Их поселение дальше, за лесом. Туда ходу чужим нет, и лучше не пытаться. Да и здесь мало кто бывает, чтобы проехать, сам видишь, не просто на газ жать надо.

- Ага, - я кивнул.

Соник и Света ушли к знахарю местному, а Сэй осталась в мастерской, через два дома от кафе. Пиво тут, кстати, было отличное, по словам Крыса – местное, варили за стенкой.

Мастерская тоже не подкачала, брюнетка при виде оборудования сначала открыла рот, потом закрыла, а потом вслух всем пообещала, что в ближайшую жизнь отсюда никуда не уедет, пока не попробует каждый агрегат. Мастер, осматривавший Тойоту, только усмехнулся, и посоветовал девочке сначала хоть что-то руками делать научиться, и тогда уже свои хотелки озвучивать.

Я поначалу подумал, что зря он так, Сэй – девушка скандальная, и привыкшая, что с ней никто не спорит. Но как оказалось, мастеру на это было наплевать, орать он не хуже брюнетки умел, а матерных слов знал гораздо больше. От оценки ее потенциальных умений Сэй побагровела, ну вот чуть удар не хватил, а дальше я смотреть на этот цирк не стал, есть очень хотелось.

Крыс тоже никуда не спешил, и составил мне компанию, с удовольствием или без, не знаю. Но ни от пива, ни от тушеных свиных ребрышек с кислой капустой не отказывался. Вообще, если не знать, сколько лет ему, дал бы сорок – и то за слишком взрослый взгляд.

- Что хочешь спросить, - собеседник сжал косточку в кулаке, потом сжал второй, разжал оба. На той ладони, где раньше была косточка, ничего не было, а на другой лежала костяная фигурка кота. Который, кстати, сам лежал рядом с нами, обожравшись до самых глаз – хозяин кафе по такому случаю и нас покормил бесплатно, просто за то, чтобы его погладить. – Почему я тебя отпустил, ну всех вас? Или почему людей покупаю?

- Не знаю, - я пожал плечами, - чем дольше живу, тем больше убеждаюсь, что чужие поступки не всегда такие, какими представляются.

- Точно, - Крыс поставил фигурку на стол, - я бы тебе на оба не ответил, лишние знания – лишние печали. Прощения просить не буду, что было, то было. Против тебя лично, Бат, ничего не имею, ты парень неплохой, и подружка твоя, хоть та еще язва, тоже ничего. Откормишь, хорошая жена будет, ударит сковородкой, живчика хлебнешь, обнимешь, и так всю недолгую жизнь.

- Но?

- Что - но?

- Когда так говорят, всегда есть какое-то «но».

- Не без этого, - Крыс вздохнул, - приятель твой, ты давно его знаешь?

- Собственно, не касается это тебя, - я отхлебнул пиво, - гадость хочешь про него сказать?

- Не то чтобы гадость, не нравится он мне. Странный какой-то, то как подросток себя ведет, то как человек с опытом. Нестабильная личность, уж поверь, за свою врачебную практику я многое повидал, какие только психи на стол не ложились. Но этот всех переплюнет. Я понимаю, Улей – не самое лучшее место для стабильной психики, но тут просто перебор. Такой человек улыбается в лицо, а в следующую секунду пристрелит.

- Ты, можно подумать, другой?

- У меня тоже тараканы есть, но, чтобы таких крупных вырастить, не знаю, сколько тут лет надо провести.

- Выходит, доверять ему нельзя? – я усмехнулся.

- Тут никому доверять нельзя, - мой собеседник поднял кружку, чокнулся со мной, - сегодня друг, завтра враг. Мы не у себя дома, а в чужой монастырь, сам знаешь, со своим уставом не лезь. Сам живешь по совести, и хорошо. Попадаются твари-беспредельщики, это их выбор. Не нравится, убей.

- Даже тебя?

- И меня, только не сможешь пока. Подучиться тебе надо, Гоша. Сил набраться, пообтереться тут. Тогда может получится, если желание будет еще. Ага, вон идет, легок на помине, от врача местного, Пал Палыча. Хороший мужик, третий мед в той еще Москве закончил, и тут по специальности привалило. Повезло, не то что некоторым. Соник, ну как там дела?

Парень пришел один.

- Где Света? - со своей стороны задал я вопрос.

- Пока у лекаря, не все там гладко, - Соник махнул рукой, официант не торопясь подошел с кружкой пива, как знал. – О, холодненькое. Значит так, смотри, Бат, с ней дел на пару дней, точно будет через час-полтора известно. Можем задержаться, пока машину ремонтируют. А уж потом решим, брать ее с собой, или тут оставить.

- Но...

- А это ей самой решать. Я понимаю, ребенка спасли и все такое, но тут любой человек взрослым становится, да, Крыс?

Дед кивнул.

- Так что мы ей посоветуем, но пусть своей головой думает. Захочет, в Хмельное отвезем, или даже с собой возьмем, захочет, здесь на время останется.

- Все так серьезно? – Крыс напрягся слегка.

- Ага, - Соник сделал большой глоток, вздохнул. – Более чем. Врач ваш говорит, вовремя привезли, очень вовремя.

Глава 26

26. Улей, месяц второй. Затерянный стаб.

- Шесть горошин, меньше не получится, - мастер не стал вытирать руки ветошью, как они обычно делают, взмахнул пальцами, жирные черные пятна стекли, застыв каплями, а вот уже их он аккуратно собрал салфеткой.

Нет, я понимаю, что нормально, когда ремонт машины стоит как существенная часть новой, но не как две целых. Пусть даже со всеми переделками цена выросла, да и гороха я в нее вбухал уже достаточно, но все равно дорого.

- Смотри, - продолжал мастер, - в принципе, особых у тебя проблем не было, ты же своим ходом доехал?

- Да, - подтвердил я.

- Вот, видишь, машина-то хорошая. Другая уже валялась где-нибудь с вывернутым колесом, а ты, считай, даже ехал с ветерком. Так что в основном улучшали. Сперва – аккумулятор. Теперь он у тебя такой, что даже если бензин кончится, километров двадцать сможешь на заряде ехать, правда, восемьдесят в час, не больше. Только не забывай подзаряжать, от генератора много не возьмешь. А бензин долго не кончится, двигатель мы доработанный поставили, три-четыре литра на сотню. Пневму твою подшаманили, файрстоуны – это хорошо, но наши технологии получше будут, теперь будет неровности глотать только так. Ну и груз выдерживать – можешь слитками золота загрузить, потянет.

- Золото тут не в ходу.

- Дело твое, не зарекался бы. Спарку сверху заменили, одна она на две горошины потянула. Там теперь ракетница есть, можешь по беспилотникам внешников палить. А потом снова к нам, ремонтироваться. Пулемет спереди тоже поменяли, на двойной, к нему демпферы. Стекла на бронебойные, прокладки в боках кевларовые оставили, и еще свою защиту проложили. Ну и по мелочи, массаж в сидениях, то да се. Обвес, активный щит спереди, щиты по бокам, от опрокидывания защита. В общем, конфетка, а не тачка. Да, если бы не подруга твоя, уложился бы в четыре, а то она везде нос свой совала, прям вот над душой. Да и с байком повозиться пришлось, внешники, они такие, любят закладки всякие оставлять.

Сэй недовольно зашипела.

- А ты что хотела, радость моя, - мастер ласково улыбнулся. – Я, когда в гараже совминовском работал, со мной министры за ручку здоровались, Волги свои оставляли, и никто в мою работу не лез. А ты прям чуть ли не по уши. Наука – она тоже денег стоит, как и время мое. Да, еще два спорана за краску, совсем забыл.

Ярко-красная Тойота мне нравилась гораздо меньше, чем темно-синяя. Но мастер заверил, что именно такой цвет в этом сезоне – писк моды. И это совсем не его выбор. И снова на Сэй посмотрел, та притихла, но по лицу видно было, к длинному ряду тех, кого она невзлюбила, прибавился как минимум еще один человек.

Наш экипаж уменьшился, Света решила остаться в стабе. Видно было, что девочке очень неудобно об этом говорить, она то извинялась, то плакала, но все же и нам, и ей было понятно, что дальняя дорога не для подростка.

Не будь у нее очевидных талантов, выперли бы вместе с нами в Хмельное, но Пал Палыч в Свете что-то такое разглядел, пошептался с Крысом, потом – с Соником, а Соник уже мне все популярно обьяснил.

- Дар у нее сильный, но с дефектом. Причем как раз по профилю знахаря – такой же, - парень, судя по всему, от потери не расстроился. – Подержат под наблюдением, на горохе, может даже жемчуг дадут глотнуть через месяц, но все равно, такой уход отрабатывать надо. Вот и останется здесь на время, эти ребята тоже болеют. Да не хмурься ты, люди приличные, тут, если ты заметил, в основном пенсы подобрались, кто попал сюда в пожилом возрасте и выжил. Дальше предбанника ее не пустят – не доросла, но место спокойное, зараженных практически не бывает, новеньких немного. В Хмельном я бы еще подумал хорошенько, оставлять совсем юную симпатичную девочку или нет. Скорее – нет. А вот здесь шансов у нее гораздо больше.

Да я и сам это понимал, загадочный стаб впечатление производил солидное, и люди тут были надежные, что ли.

- Дядя Гоша, - Света слабо улыбнулась, - тут мне плохого не сделают, я чувствую.

Чувствует она, соплячка. Нет, не то чтобы я к девчонке привязался, но все равно, не чужая.

- Заеду – проверю, - пообещал я. – Пусть только попробуют.

Пал Палыч, молодой человек семидесяти лет, восемь из них – в Улье, покачал головой.

- Георгий, не беспокойтесь. У Светы талант, такими не разбрасываются, будь она нашего возраста, оставили бы у себя навсегда, а так – минимум полгода. Да и вам бы я посоветовал заняться своим, то, что я сегодня поправил, в какой-то мере поможет, но через месяц-два обязательно найдите хорошего врача, шутить тут нельзя. И поосторожнее, два раза надорвались, третий еще кое-как переживете, но организм не простит.

В отличие от хапуги-автомеханика, лекарь с меня ничего не взял, хотя возился на совесть, после часового сеанса с него пот выжимать можно было. Что он конкретно делал, не знаю, но ощущение легкости появилось и не пропадало. А то после последнего подвига в гипермаркете все сдавливало внутри, словно тисками, особенно сердце и легкие.

Сэй неожиданно себя повела, разрыдалась, Свету прижала к себе, и они так носами шмыгали, обнявшись, с четверть часа примерно. Девочки, они такие. Мы им мешать не стали, тем более что дел еще было невпроворот.

Во-первых, Крыс не на шутку решил ехать с нами, я думал, он так, прикалывается, но что-то дедуле в голову стукнуло в режиме старческого маразма, можно было подумать, что восток для него прям медом намазан.

А во-вторых, он решил, что на Тойоте тут особо не порассекаешь. Нет, тут, в хардкорных локациях, сколько угодно, а вот на тихий восток надо на чем-то посолиднее ехать.

- Есть у меня одна маленькая штучка, - загадочно, по его мнению, прищурившись, заявил дед. – Вам понравится. Идем, поглядим, что мне местный бог послал.

Не знаю, как мне – мне вообще происходящее нравилось не очень, особенно сам факт того, что я поеду куда-то в незнакомое место с человеком, который меня, по сути, купил и собирался на органы продать. И хотя плюсы в такой компании были, элитник, он же не сам тогда помер, но все равно, морально я готов был Крыса скорее убить, чем с ним подружиться.

Так что я предложил проголосовать. Соник – тот был не против.

- Ты чего, от такого спутника не отказываются, - заявил он. – Ну да, кинуть может, и вообще мутный тип, но не потому что плохой, а потому, что себе на уме. Так мы тут все такие. У каждого в шкафу по десятку зомби сидит. Если так рассуждать, то вообще надо не ехать куда-то, а окопаться в каком-нибудь стабе, желательно на одного человека, и нос в окрестности не показывать.

Сэй, как и я, была против Крыса. Но была за его машину – падки женщины на трехлучевую звезду на капоте, пусть это не кабриолет, а седельный тягач. Помимо огромной кабины, куда свободно мы четверо помещались, до верха напичканной всякими техническими штучками, тягач был оборудован платформой, будто специально для Тундры – она туда как родная вставала, мордой назад. На свои семьсот лошадок тягач ел всего восемь литров на сотню по бездорожью, так что баков хватало почти на пять тысяч км. К этому еще прибавлялась скручиваемая рама, в надстройке над крышей прятались четыре беспилотника, две небольшие платформы по бокам багажного отсека словно созданы были для того, чтобы байки туда поставить, а отсек спокойно вмещал множество необходимых в походе вещей, и вообще – Сэй заявила, что готова купить этот грузовик не глядя, за любые деньги. На что Крыс ответил, мол, только в комплекте с ним самим.

В принципе, мне машина тоже приглянулась, эдакий домик на огромных колесах – их явно заменили, поставив вместо штатных, раза в два побольше. И вообще, от Арктроса в грузовике мало что осталось, разве что кузов.

Коту, похоже, было фиолетово, поедет Крыс с нами или нет, посчитали его воздержавшимся. Вообще, воздержание для него должно было образом жизни стать, так разожраться за несколько дней талант нужен.

Слово оставалось за мной – голосование, оно ведь не большинством идет, надо, чтобы все согласились.

- Если вдруг что, ситуация из-под контроля не выйдет? – прямо спросил я Соника.

Тот подумал, пожал плечами.

- Гарантировать не могу, но думаю, справимся, - наконец заявил он.

Крыс, судя по его виду, в результатах был уверен заранее. Глядя на тягач – тоже, не один же он собирался на нем в дальние страны отправляться. Вот только с учетом дополнительного транспорта его слегка переделать пришлось, но заняло это всего несколько часов, может чуть больше.

Так что утром, отдохнувшие, выспавшиеся, распрощавшись со Светой, Пал Палычем, жадным автомехаником из совминовского гаража, хозяином кафе и еще десятком новых знакомых, мы выехали в обратном направлении. Тундра была надежно закреплена на подвижной платформе, при необходимости выдвигающейся под углом к земле, байки – на своих новых местах. Магазина в стабе не было, поселение по коммунистическим принципам жило, только с редких приезжих горох драли, и то так, для порядка, из принципа. Поэтому закупиться решили в Хмельном, благо единственная в этих местах дорога на восток как раз от него шла.

Крыс, Соник и Сэй уселись в кабину тягача, а я остался в своей машине, чудно вот так ехать, затылком вперед, но в зеркала кое-что видно, да еще камера на крыше тягача транслировала на экран магнитолы изображение по ходу движения.

Блок-пост мы проехали почти без остановок, подьемные части дорог были подняты в уровень, и остановились. Как я понял, черный кластер перезагружался по определенному графику, известному только избранным, вроде Крыса, и чужакам попасть внутрь этой области почти не светило. Нет, можно постоять на границе, подождать, пока обновится, и кое-кто так и делал, только потом об этих людях никто не слышал, в безымянном стабе незваных гостей не любили, мало того, что встречали неласково, так еще и вроде как обратную загрузку черной территории могли ускорять. Но это на уровне слухов.

- Сейчас поедем, - ожил динамик, для безопасности переговоров провод был через штекер протянут от кабины тягача к кабине Тойоты. – Будут цепляться, отсекай дымовыми, пойдем на высокой скорости, эта перезагрузка десять минут, но с гостями. На встречку не выезжай.

Воздух над загружаемым кластером заколебался, и едва показалось продолжение шоссе, тягач рванул вперед, бодро, я чуть о рулевое колесо нос себе не расквасил, привычка пристегиваться за пару месяцев напрочь исчезла. Соник не церемонился, распугивая появившиеся вместе с новой территорией машины, тягач шел бодро, под сотню почти, и кластер насквозь мы проскочили за пять минут, устроив с десяток ДТП.

На заправке стояла очередь, хвост ее оказался на дороге, и грузовику пришлось буквально снести пару машин, решивших объехать затор по встречке. Нам гудели, один черный джип даже развернулся и погнался за нами, но пара выстрелов из спарки быстро его пыл остудила. Я бы на месте аборигенов решил, что какая-то спецоперация проводится военная.

Тут же, сразу за заправкой, нам навстречу попалась небольшая колонна из восьми фур, с замыкающим ее броневичком – хороший такой, в черном обвесе, явно хай-тек. А во главе колонны ехал какой-то монстр чуть ли не с ковшом, сметая попадающиеся машины на обочину, фуры тоже торопились, чтобы не пропасть вместе с кластером.

Через перепад высот мы перевалили, объехав сгрудившиеся у границы кластера машины, благо тягач с бездорожьем справлялся на отлично. Из всех, кто в перезагрузку попал, только у одного хватило дурости последовать нашим путем, а потом пылить за нами какое-то время.

От загадочного стаба до Хмельного было порядка сорока километров, дорога проходила по разным кластерам, дорога менялась с асфальтовой на грунтовую и обратно. Временами попадались зомби, но слабенькие и медленные, только один раз за нами погнался топтун, почти за борт схватился, я снял мертвяка из спарки, тело с раздробленной головой осталось валяться на шоссе – и никто не почесался, чтобы остановиться и добычу забрать.

Через двадцать минут мы подьехали к мосту через реку, которую до этого все никак не могли пересечь. Мощное сооружение сильно обветшало, были видны свежие заплаты и кучи щебня и песка на обочине. Дорогу преграждала цепь, а на фермах моста сверху стояла будка с часовым, как он лазил туда-обратно, не знаю.

Окошко открылось, из него выглянул пулемет.

- Автоматика, - послышался голос Крыса. Тягач сдал назад, и пулемет убрался обратно

Подьехали – снова появился.

- Вы вьезжаете на территорию Хмельного, - послышался голос из динамика. – Стоимость для одной тяжелой машины – пять споранов, для легкой – два. Танки и авиация – по индивидуальным расценкам.

Цепь заскрипела, освобождая проезд, мы тронулись, пересекли реку. С той стороны нас уже ждали – оборудованный бетонный дот, площадочка для сбора дани, по наклонному желобу спораны скатились внутрь защитного сооружения.

Со стороны защитников моста никакой реакции не последовало, я даже засомневался, а есть ли кто там, внутри бетонной коробки, но проверить мне не дали, тягач выехал на шоссе, и петляя вместе с дорогой, двинулся к стабу. В дверь машины постучали, это Сэй решила, что со мной ей веселее будет.

Брюнетка залезла на заднее сидение и залипла в смартфон. Вот чего в нем она в Улье-то нашла? До ближайшего вай-фая еще пятнадцать километров, сеть мобильная появилась, но симка-то не регистрировалась в ней, только по старым программным установкам предлагала в службу спасения позвонить, если что.

- Что, утомили тебя ребята? – просто чтобы не молчать, спросил я.

- Ага. Бат, слушай, я с тобой поговорить хотела.

Ну да, а чего молчала тогда? Я только головой покачал.

- Как тебе Крыс? – издалека, как ей казалось, начала Сэй.

- Отличный дед, мировой, - показал большой палец, в ответ получил средний.

- Ты тут дебила из себя не строй. Я ведь видела, что ты с рубером сделал. Как считаешь, с Крысом такое прокатит?

- Конечно нет, - заверил я ее.

- Почему? А то смотри, у него тягач супер, а сам он – говно. Сольем потихоньку, а трактор себе приберем. Ну как, ты в деле? В смысле – сможешь?

– Он ведь зожник, Сэй, для него минус пятьдесят, как для нас на пляже полежать, тут артиллерия посильнее нужна.

- Какая?

- Ну, например, мозги ему затрахать. Это ты умеешь.

В динамике раздался хохот.

- У тебя что, все время была передача включена? Ты вообще дебил? Придурок! – Сэй надулась, дернула дверь, потом сообразила, что мы сейчас почти под сотню едем, и забралась на сидение с ногами, отвернувшись от меня.

- Не, план хороший, - раздался в динамике голос Соника, - только тут такая штука, Сэй, эта машина без Крыса не поедет. Защита хитрая висит. Или голову его придется возить, чтобы каждый раз к датчику глазом прикладывать.

- Вот видишь, - примирительно сказал я. – Ничего не вышло бы. Хотя с головой идея классная, можно обдумать. Слушай, если он тебе так не нравится, чего за него тогда голосовала?

- Сэй? – Крыс подключился к разговору. – Слышишь меня? Знаю, слушаешь. Не знаю, чего ты так взьелась, но у меня для тебя подарок есть, шикарный. К твоему автомату – самонаводящийся подствольник с прицелом. Мир?

- Я подумаю, - процедила девушка.

Вот так, уже ее автомат. А за апгрейд Тундры я, между прочим, своим горохом платил. Нет, жаба меня не душила, легко пришло, легко ушло, но все равно, неприятно.

Не знаю, кто назвал стаб Хмельным, но одним из законов в нем был сухой. Бухло на иммунных не действовало почти, только по старой памяти глотали, зато спек очень даже действовал, и вот он как раз был здесь запрещен. До такой степени, что мой пенал со шприцами опечатали и наказали не срывать пломбу до выезда с территории, а это еще километров тридцать-сорок к востоку. У поста для этого стоял специально одаренный Ульем человек, насчет янтаря, который мы собрали, ни слова не сказал, а вот к местной наркоте прицепился сразу.

Собственно, сам я виноват был, что остановили – в Хмельное отправились мы с Соником. Крыс и Сэй остались нас ждать километрах в десяти дальше от выезда, дедуля не хотел свой тягач оставлять, а девушка находилась в перманентном розыске.

Хмельное походило на крепость – глубокий ров, практически канал, заполнялся водой из одной из многочисленных в этом месте речушек, их вброд можно было спокойно во многих местах переехать, а там, где проходило шоссе, русло шло через бетонные трубы. Кластеры вокруг стаба перезагружались редко, позволяя поддерживать дорогу в хорошем состоянии, а многочисленные водные преграды отпугивали слабых зараженных. Сильным тут вообще делать было нечего, аккурат перед мостом, на котором с нас деньги стрясли, проходил основной путь мертвяков на север, к еде.

Но все равно, для порядка стаб был обнесен бетонным забором с колючей проволокой сверху, на четырех блокпостах дежурила тяжелая техника, а бойцы тщательно проверяли каждый вьезжающий транспорт. Нашу Тундру тоже проверили, меня узнали – ориентировка из Полесья, похоже, всюду уже была разослана, но задерживать или как-то ограничивать не стали. Даже заверили, что из-за двух горошин честного рейдера, который метко покрестил одного слишком прыткого новичка, трогать не собираются. Историю бывшего адвоката, неожиданно ставшего вторым лицом в южном стабе, тут прекрасно знали, такие вот харизматичные личности начинали хорошо, но заканчивали плохо, и временная разница между этими событиями была небольшой.

Но спек пронести свободно не дали, несмотря на все свои симпатии в мой адрес.

- Закон строг, но это закон, - один из бойцов прикрыл колпачками дула пулеметов, показал на стоянку рядом со стеной, - номер сорок три, вон там, рядом с вишневой Ивеко. Дальше – только пешком.

Что странно, на Сэй никаких ориентировок не было, словно и не разыскивали ее больше. Хотя почему словно, новый мэр наверняка посчитал, что племянница бывшего ему нахрен не сдалась, и награду зажал. Пять горошин, они за такую стремную девицу на дороге не валяются, лично я бы еще и приплатил, чтобы не возвращалась.

Глава 27

27. Улей, месяц второй. Хмельное и дальше.

Стаб отстраивался много лет, и носил легкий отпечаток хаотичности и переменчивости вкусов жителей и руководства. Когда-то давно на этом месте была воинская база, и большая часть строений осталась еще с той поры. Большая часть постоянных жителей обитала рядом, в периодически обновляемом куске жилой застройки, а в самом стабе торговля шла и рейдеры собирались.

Главная улочка напоминала декорации из ковбойских фильмов – салуны, бордели, магазинчики все это в двухэтажных домах, кто-то эстетствующий даже поилку для лошадей поставил. По причине повальной трезвости и строгой дисциплины никто в ней не валялся. Есть хотелось, но Соник увидел оружейный магазин, и последующие двадцать минут мы провели там.

Я ходил вдоль витрин с разложенными образцами стрелкового оружия, спросом особым оно не пользовалось, скорее для антуража было представлено, настоящие сделки проходили рядом, в небольшой комнате – там можно было купить танк, пушку или даже самолет – в двадцати километрах к северу раз в несколько месяцев перезагружался аэроклуб, не Шереметьево, конечно, но взлетная полоса и несколько единиц техники были всегда, а из-за малочисленности персонала интереса для зомби этот кластер почти не представлял.

Соник залип у стойки с клинками, продавец сначала глядел на него насмешливо, потом втянулся в разговор, руками начал размахивать, а под конец чуть в драку не полез. Я не вмешивался, подерутся – их дело, а разнимать только себе дороже. И правильно сделал, все закончилось тем, что спорщики помирились, продавец торжественно вынес в зал что-то, завернутое в ткань, Соник протянул прозрачный пакетик с трофеями, вытащил из ножен принесенный клинок, катану, наверное, такие в фильмах показывают, кое-как помахал в воздухе, изображая самурая, кивнул. Сделка состоялась.

- Ну и зачем тебе это? – спросил я, когда мы вышли из магазина.

- Не знаю, захотелось, - парень пожал плечами. – Мечта у меня была детская о таком мече, будет время, потренируюсь, может, получится чего. Я ведь классно с ним смотрюсь, правда?

- Смотри, не порежься.

- Постараюсь. Идем, поедим, а потом закупим что нужно, по бабам и в путь,

Именно в такой последовательности мы все и проделали. Покупки обещали доставить прямо на пост, там можно было загрузиться, взяли все только самое нужное – патроны, гречку и туалетную бумагу. Ну и еще по мелочи полный кузов. Машина такой вес даже не почувствовала, выезжая, я перевалился через лежачего полицейского, пневма отработала на отлично, чуть повело вверх-вниз, и все. Соник уселся сзади, разглядывая свой новый ножик, потертая рукоять как бы намекала, что это большая древняя ценность, но парень никак не мог своему счастью поверить, водил рукой вдоль лезвия, аж искры летели. Фигурально, хотя мог бы поклясться, что там действительно парочка промелькнула.

- А это кто? – оторвавшись от созерцания увлеченного детской мечтой товарища, я притормозил. На дороге стоял БТР, нацелив спаренные пушки прямо на нас. А перед ними – какой-то храбрый перец в камуфляже, хотя, если бы за мной стоял броневик, я бы тоже не особо трусил.

- Не знаю, - Соник оторвался от своей игрушки. – Хотя нет, этого знаю, он в Полесье у мэра бывшего на побегушках был. Хорват, кажется.

Что побудило рейдеров назвать белобрысого светлоглазого парня Хорватом, сложно сказать. он не торопясь подошел к Тойоте, протянул было руку, чтобы по стеклу постучать, но Соник сам открыл окно.

- Хорват, привет!

Боец хлопнул ресницами, удивленно посмотрел на Соника.

- Это же я, Соник. Что случилось?

Вместо ответа Хорват обошел машину по кругу, заглянул в кузов.

- Двое, - крикнул он в рацию.

Вместо ответа с двух сторон подьехали еще две серьезные машины – одна точь-в-точь такая же, как преградившая нам дорогу, а вторая классом повыше, с черным иномирным обвесом, спаркой на круглой башенке, отливающими металлом ребристыми колесами и плавными обводами кузова.

- Поедешь за ним, - Хорват показал на хайтековский броневик, обращаясь ко мне, - и без глупостей. Шаг влево, шаг вправо, сам знаешь, что. Случайный выстрел расценим как попытку улететь.

В этот мир, видимо, только шутники переносятся. Поглядел на Соника, тот любовался своим мечом и только чуть плечами пожал. Ну раз не хочет он с шашкой на броневик лезть, то и я тоже не Александр Матросов, помереть всегда успею.

Машина с элементами технологий внешников тронулась, один из броневичков выстрелил над Тундрой, подгоняя вперед. Ехали по бездорожью, для головной машины такой путь, по буеракам и рытвинам, никакой сложности не представлял, пневма на Тойоте тоже штатно отрабатывала неровности почвы, а броневики трясло сильно. Аж порадовался, представив, как там внутри скачут эти уроды, бошками долбятся об железяки.

Мы проехали с километр на север и взяли восточнее.

- Как думаешь, куда едем? – Соник оторвался от своей сабли, поглядел в окно. – Да, если пострелять захочешь, у передней машины ракетный блок с управляемым наведением.

- Пока не очень, но, если припрет, постреляю. Ты чего такой спокойный?

- А чего нервничать-то? Если с самого начала не убили, значит, чего-то им нужно от нас. Доедем, узнаем.

- Мне бы твою невозмутимость, - я сплюнул в окно, - что-то я уже привык жить, помирать неохота.

- Смотри на происходящее позитивнее, - посоветовал Соник, - путешествия, приключения. Путь в тысячу ли начинается с первого шага. Дальше нас тоже не розами встречать будут. У тебя еще пирожки остались, которые мы на рынке взяли?

- Для наших?

- Угу. Мне сейчас нужнее, видишь, волнуюсь, сок желудочный выделился. Давай сюда. С мясом и жареным луком? Ух ты жулик, самое вкусное для Сэй отложил, подкатываешь, да? Молодец, вы словно созданы друг для друга. Смотри, зараженные бегут!

Как бежали, так и легли, конвой даже останавливаться не стал, чтобы проверить, есть ли что у них. Ну а что, и у пленников вроде меня существует ценность. Моя – две горошины, скромно, но ставит меня по крайней мере на одну ступень с кусачом.

Парень чавкал позади, мы миновали небольшую рощу, выехали на явно заброшенное шоссе и набрали скорость. Ехали минут двадцать, слева шли поля, справа – леса, сменившиеся черным кластером, сразу за которым дорога пошла правее, огибая его, и уткнулась в реку. Мост через нее явно построили недавно, может быть даже самостоятельно, хотя навряд ли, привыкли тут к халяве и собственные сооружения возводили по крайней нужде.

Мост охраняли два бетонных дота, от одного до другого шла лента с шипами. Когда мы приблизились, она уже почти втянулась, так что проскочили через охраняемый рубеж, даже не снизив скорость. После моста дорога пошла вниз, и стала видна цель нашей поездки – трехэтажное здание, обнесенное забором с колючей проволокой поверху. Красная пятилучевая звезда на воротах намекала, что назначение у строения – сугубо военное.

И правда, на площадке за воротами стоял настоящий танк. Правда, без одной гусеницы, но зато с пушкой и стрелком, выглядывающим из люка. Я на секунду затормозил, выбирая место для парковки, но все уже было выбрано за меня, стрелок показал рукой на огороженный с трех сторон шипами участок асфальта. Места там было аккурат чтобы еле из дверей вылезти.

Броневики сопровождения разьехались по разным сторонам от танка, из тех, что поплоше, вылезли шестеро, а из технологичного – четверо. Причем у троих обмундирование было примерно таким же, как у Крыса с подельниками, когда я их в первый раз увидел, эдакие бойцы спецназа будущего.

Хорват махнул рукой, но приблизиться к себе не дал. Под дулами автоматов нас завели в помещение, мы прошли через большой холл, спустились по лестнице в подвал – сначала два бойца сбежали вниз, а потом уже мы под прицелом.

В первой комнате никого не было, а вот во второй нас ждал сюрприз.

У стены стоял большой письменный стол, с богатой инкрустацией и таким же наполнением – мраморным подстаканником для карандашей, роскошным кожаным бюваром, правда, все впечатление портил вполне современный монитор, даже слишком современный, прозрачное стекло без обрамления явно что-то изображало с другой, обратной от нас стороны.

За столом сидел наш старый знакомый бургомистр Полесья, как его звали, забыл уже. А вот он нас не забыл. И даже вылез из кресла, чтобы поприветствовать.

Правда, сначала нас усадили на стулья и опутали знакомыми уже черными шнурками. Точно такие же были на Сэй и Крысе – они нас дожидались вместе с мэром. Здороваться не стали, рты у наших компаньонов были заклеены какой-то пенистой массой, а вот с нами такое проделывать пока не стали. Наши друзья сидели, выпрямившись – сзади к стульям были прикручены стойки с какой-то аппаратурой, от которой жгут уходил прямо в затылок.

- Соник и Бат, - мэр ласково улыбнулся и пнул меня ногой по коленке. Больно, гад. – Теперь вся компания в сборе. Оставьте нас.

- Но… - Хорват показал глазами на Крыса.

- Ничего, я послежу, - раздался голос за спиной, и в поле зрения вышел безопасник. – Спеленали вы их на совесть, не развяжутся. Да, смотри, стул из круга вылез, затащи обратно. И валите отсюда, а Глыба пусть зайдет.

Мне показалось, или Хорват обиделся. Но ни слова не сказал, только грубо толкнул меня, так, что стул упал на пол, потом пнул два раза ногой, резко поднял, следя, чтобы ножки оказались внутри очерченного толстой красной линией круга, и ушел вместе с остальными бойцами. А мы остались вшестером – бывший мэр со своим заместителем, мои компаньоны и я со сломанным ребром.

Казалось бы, что может быть хуже – но в дверном проеме появилось нечто, на человека похожее только приблизительно. Ростом никак не меньше двух метров, с ороговевшими наростами на лице и кистях, красными глазами и абсолютно лысой головой, Глыба походил на цивилизованного мертвяка.

- Звали, Викентий Семеныч? – неожиданно тонким голосом спросил он.

- Ага. Давай, видишь вот этого мелкого пижона? Развяжи его, допросить надо, - распорядился безопасник. А мэр кивнул, мол, давай.

Глыба, переваливаясь, подошел к Сонику, хлопнул лапищу на плечо.

- Я сам все скажу, - Соник явно не желал знакомиться с квазом поближе. – Только спросите, что вам нужно, и я отвечу, как родным. Вы же меня, Викентий Семеныч, знаете, я всегда вас любил, то есть с уважением относился.

- Нет, - мэр покачал головой, - неправильно это. Сначала ты умолять должен, кровью харкать, а то не допрос получится, а какая-то дружеская беседа. Глыба, давай.

Кваз стянул с Соника черный шнур, легко приподнял парня в воздух и врезал ему под дых. От удара одежда порвалась, и кровь засочилась из ссадины на животе.

- Не стесняйся, отмудохай как следует, - безопасник показал на угол с таким же красным контуром, - тащи его туда, а то мало ли какие способности у этого гаденыша.

- Ага, - Глыба хихикнул, чуть отведя руку, швырнул Соника в угол, тот даже перегруппироваться не успел, ударился плечом о стену и свалился на пол кулем. Кваз подскочил к нему, пнул ногой по ребрам, потом еще и еще.

Соник хрипел, изо рта у него пошла кровь, сначала тонкой струйкой, потом запузырилась, такое бывает, когда легкое ребром пробито. Он пытался что-то сказать, но Глыба с каждым ударом это пресекал. Наконец парень затих, и уже почти не реагировал на удары.

- Давай обратно его, - распорядился безопасник, - и регенератор прилепи.

Глыба все так же легко подхватил еле шевелящееся тело, почти бережно усадил на стул, накинул черную веревку, подкатил такую же стойку, как и у пойманной раньше парочки, закрепил на затылке Соника жгут. Аппарат зажужжал, кончик жгута распушился, словно челюсть, и впился в тело. Парень дернулся, открыл глаза.

- Ну вот теперь можно поговорить, - потер ладони безопасник. – Викеша, сам спросишь, или я?

- Сам, - мэр подошел к Сонику. – Знаешь, парень, что это за аппарат? Такая штука сейчас тебя подлечивает, а при необходимости разбудит в тебе твоего паразита, активирует. Так что, будешь отпираться, или врать, превратишься в зараженного. Что, не слыхал о такой возможности? Внешники, они, суки, что только не придумают. Давай, быстро рассказывай, а то еще твой дружок не обработан как следует.

- Ч… кхе.. что рассказать? – Соник сплюнул кровавую пену.

- Где мой жемчуг?

- В рюкзаке в машине, - парень попытался мотнуть головой, но там что-то хрустнуло, и он скривился от боли. – Внизу, надо липучку отстегнуть. Розовый такой, с ежиком японским.

- Что-то быстро сломался, подозрительно, - хмыкнул безопасник. – А ну, Глыба, отстегни-ка этого, последнего, пусть достанет. А потом сломай ему чего-нибудь, а то несправедливо как-то, самый здоровый тут.

Глыба вышел, через некоторое время вернулся с розовым рюкзачком, подал мне.

- Давай, - распорядился мэр.

Я пошарил внутри, разгребая какой-то хлам, зацепил внизу клапан, рванул на себя, нащупал пенал.

- Ага, он, - мэр выхватил у меня из рук пропажу. Глыба, виновато улыбнувшись, без замаха врезал мне поддых, в глазах потемнело, что-то хрустнуло в руке, я взвыл от боли. А потом она резко прошла, только чувство чего-то чужого, присосавшегося прямо к мозгу, появилось.

- Приятно, да? – Викентий Семенович бережно положил пенал на стол, отодвинул крышку, и небрежно сбросил две жемчужины в пепельницу. А потом взял крышку двумя руками, и согнул пополам.

Крышка надломилась, но не до конца, только треснула, внутри нее блестящая пластина не давала двум половинкам разьединиться. Мэр осторожно снял одну часть крышки, потом вторую, поднял узкую тонкую пластину на уровень глаз.

- Она?

Безопасник подошел, отобрал пластинку, провел по ней пальцем, даже понюхал зачем-то.

- Она. Кирсанов, падла, прямо под носом у нас держал. И если бы эта твоя пигалица не сперла, так бы и не раскрылся, - он обернулся к нам, - что, детишки, хотите узнать, что у вас в руках было? По глазам вижу, хотите. Смотрите, а то, когда еще такое придется…

- Да никогда, они же в расход, - прервал его бывший мэр. – Но проверить не мешает. Да и просто посмотреть.

Безопасник свернул пластину в кольцо, концы словно приклеились друг к другу. Получившийся обруч он положил на стол, в середину поместил горошину. И отошел чуть в сторону, чтобы нам было лучше видно.

По обручу побежали искры, он приподнялся над столом сантиметров на десять, закрутился все быстрее и быстрее, колечко получилось небольшим, но с каждым оборотом оно, казалось, росло. Хотя почему казалось, через десяток секунд над столом уже вращалась окружность почти в треть метра диаметром. По бортику побежали какие-то символы, прочитать их было невозможно, они вспыхивали и исчезали практически мгновенно. Потом область внутри обруча словно выгнулась, превращаясь в половину глобуса, замерла, на ней проступили контуры каких-то земель. И тут горошина на столе беззвучно взорвалась, и все пропало в яркой вспышке. Когда я проморгался, на столе лежала обычная пластина.

- Что, оценили? Говорят, если в центр положить золотую жемчужину, то можно перейти в другой мир. В настоящий, - безопасник осторожно положил пластину в футляр. – Артефакт правильное место покажет. Мы этим займемся, ну а для вас приключения в Улье завершены. Дергаться не советую, будет больно, но, если шевельнетесь – еще больнее. Викеша, а может внешникам их продать?

- Чтобы они рассказали? Ты, дурень, сам тут похвастаться решил, кто тебя за язык тянул, - мэр сплюнул. – Ладно, надо выдвигаться. Мазай что про Крыса сказал?

- Сказал, что не нужен. Долг нам спишет, полюбуется на бывшего приятеля, удостоверится, что обратился этот гад, и мы с ним в расчёте. Плюс один регенератор.

- Про пластину не расскажет?

- Ты много разговорчивых зараженных видел?

- Хорошо. А этих посадим вместе с ним, до завтрашнего дня они еще в сознании побудут, а потом уже обращаться начнут.

- Крыса не попортят?

Мэр рассмеялся.

- Нет, этот старпер сам их схарчит, уверен. К тому же там камера, Ну все, пошли. Хорват с ними разберется.

Они вышли, забрав пластину и жемчужины, а мы так и остались привязанные к стульям.

Пока они со своей пластиной играли, я пытался воздействовать на прицепленный к затылку модуль. Что-то сильно ослабляло мои возможности, если раньше я, хоть и через силу, мог на расстоянии заморозить объект, то сейчас даже впившийся в затылок только чуть-чуть охладил.

- Красную линию видишь? Блокиратор под ней, дорогая штука, - Соник, проследив за закрывающейся дверью, подергался. – Но что-то рубером мне становиться не хочется, хотя потенциал есть. Надо выбираться отсюда.

Крыс, вдруг словно очнувшись, скривился, выплюнул кусок пены изо рта.

- Парень дело говорит, - заявил он. – А то и вправду накачают какой-нибудь хренью, я про такие штуки слышал. Есть предложения?

- Можно упасть и отползти за линию, - сказал я.

- Отличная мысль, - одобрил Крыс. – Ты попробуй, покачайся на стуле-то своем.

Я попробовал. Только что-то он не двигался, хотя только недавно свободно падал.

- Эти ребята тоже не дураки, просто так бы нас не оставили, - Крыс огляделся, насколько присосавшийся к затылку жгут позволял. – Блин, еще и силы урезали в ноль. А то бы подтянул что-нибудь. Бат, ты вроде замораживать мог?

- Мог, - я вздохнул. – А сейчас не могу.

- Жаль. Соник, а ты?

Соник сидел, закрыв глаза. Я вообще плохо себе представлял, как он умудрился выжить после того, как его кваз обработал. И только подумал, что уж от него толку никакого не будет, как мой приятель кашлянул. Кровью. И сгустками какими-то. Один из них, попав на красную линию, зашипел, словно на горячую сковородку попал, линия в этом месте потемнела, потрескалась.

- Ну ты силен, парень. Столько времени во рту жемчуг держать и не проглотить, - Крыс подергался, - кажись, сил-то прибавляется.

Я тоже почувствовал, как в меня тоненькой-тоненькой струйкой словно что-то течет. Красная линия меж тем осыпалась хлопьями, постепенно расходясь.

- Ну все, уроды, пипец вам, - Крыс пошевелил пальцем, и черный шнур, опутывавший его, начал сматываться в клубок. – Мазаю значит меня сдали, козлы. Щас я… Эй, Бат, приморозь-ка жгут мой, сможешь?

Малюсенький искрящийся шарик появился в воздухе и рванул к присосавшейся веревке, впитался в нее, жгут почернел, Крыс мотнул головой, рассыпая пыточный инструмент осколками.

- Ой молодец. Я тебе лично два…, нет, три жемчуга скормлю, - пообещал он, вскакивая со стула.

Первым делом он вырвал жгут из затылка Сэй, показалась кровь, тут же превратившаяся в коричневую корочку. Потом то же самое проделал с Соником, и наконец – со мной. И скатал в шарики опутывавшие нас веревки.

- Соник, ты как, идти можешь? А то чую, сейчас сюда трое бегут, и наверняка не поздороваться, - Крыс метнулся к столу, схватил мраморную пепельницу. Дверь отворилась, первый же вбежавший боец получил пепельницей в голову, да так, что шлем разлетелся вдребезги вместе с головой.

Я рванул вперед, подхватывая выпавший из рук трупа и отлетевший в мою сторону помповик, и несколько раз выстрелил в дверной проем. Там что-то упало, а потом автоматная очередь прошлась точно по тому месту, где стоял Крыс. За мгновение до этого.

Дедуля прыгнул – раньше я такое только в фильмах видел про человека-паука. Он взлетел к потолку, прилепился ладонью к поверхности, завис на секунду и бросил свое тело к двери. Выкатился наружу, раздались еще автоматные очереди, короткие, потом смолкли.

- Вроде в себя пришла, - пока мы воевали, Соник оказывал Сэй первую помощь. Нет, за грудь он ее не лапал и искуственное дыхание не делал рот в рот, только как-то странно нажимал на совершенно неподходящие для этого точки – в центре щек, возле локтей и даже по носу щелкнул. Как раз после такого щелчка Сэй глаза и открыла.

- Ну вроде от первой волны отбились, - Крыс заглянул в комнату, - предлагаю тикать, пока чего хуже не вышло.

Соник подошел к первой жертве, с раздолбанной головой, вытащил из ножен на поясе здоровый режущий предмет, то ли штык, то ли что-то подобное, подбросил в руке.

- Нет, - задумчиво сказал он, - не стоило им поднимать руку на…

Он призадумался.

- На девушку, - подсказал ему Крыс.

- Угу, - парень провел ладонью по лезвию штыка. – На нее. Бат, ты замыкающий, следи, чтобы никто к нам не подобрался. Крыс, за мной.

Дед пожал плечами, но подчинился, и они скрылись за дверью.

Через три коридора и пять трупов мы выбрались в холл. Другой, не тот, в который нас затаскивали, этот и просторнее был, и с чем-то вроде лоджии наверху. Или галереи. В самом холле Глыба, Хорват и еще трое бойцов целились в нас из оружия внешников, прям точь-в-точь из таких же автоматов, как бывший мой. Враги в черных доспехах стояли полукругом, так что, когда Соник, оттеснив Крыса, вышел вперед, в грудь ему оказались нацелены пять стволов.

- Браво, - послышалось сверху. Мэр и его заместитель стояли на втором этаже, словно в зрительном зале. – Не ожидал. Эй, парень, что скажешь, если мы вас наймем?

Соник медленно повернулся на звук голоса, тесак в его руке был подозрительно чистый, словно это не им он головы отрубал по крайней мере у двоих в коридорах.

Я не успел заметить, как он переместился на балкон, может прыгнул, может быть – телепортировался, бывают же такие умения, разглядел только короткий взмах, и голова безопасника, отделившись от тела, начала медленно падать вниз, прямо к его бойцам. А Соник, схватив мэра за горло, приподнял так, что через барьер стали видны лаковые ботинки, прижал Викентия Семеновича к колонне и всадил тесак прямо в лоб, пришпиливая к колонне.

Бойцы внизу собрались стрелять, а потом как-то резко передумали.

- Эй, - Хорват положил автомат, поднял руки, - мы уходим. Слышишь, парень, мы тебе ничего плохого не делали, не стреляли даже. Не враги, да? Бат, прости, что ударил, хочешь, сдачи дай. Мазай мэра обманул, будет через час здесь, но это ваши разборки, мы простые наемники.

Сэй стояла, открыв рот. А Крыс, тот вроде как даже наслаждался происходящим. Нет чтобы возмутиться, нас ведь тоже стоит спросить, отпускать или нет.

- Ты мне одного человека напомнил, аж ностальгия слезой прошибла. Шучу, похрен. Можете идти, - решил за нас Соник. – Только кваз останется. Оружие оставьте. И не вздумайте трогать наш транспорт.

Хорват коротко поклонился, сделал знак – трое бойцов положили автоматы на пол и пятясь следом за ним, быстро выкатились наружу.

Глыба стоял, опустив автомат, бледный, капли пота катились по ороговевшим пластинам. Откуда там только потовые железы сохранились, загадка. Соник спускаться не спешил, сперва он обыскал бывшее руководство Полесья, и только потом спрыгнул вниз – нормально, по-человечески, спружинив при приземлении. Не торопясь подошел к квазу, остановился, глядя на того снизу вверх.

Маленькая фигурка перед огромной, как слон и моська. Нет, как моська и слон. Только вот слон был очень напуган. На месте Соника я бы кваза прирезал, молотил он парня в углу от души, да и мне левую руку капитально повредил, сустав еле двигался, и это после спека, который я случайно у одного из противников нашел. До машины доберусь, придется свой запас использовать.

- Ты мне должен жизнь, - на мой взгляд, слишком пафосно заявил наконец парень.

Кваз неуверенно кивнул.

- Собери автоматы, - Соник спокойно повернулся к нему спиной. – Так, пожалуй, пора сваливать.

- А пластина? – Крыс хмыкнул.

- У меня. Бат, ты как?

- Нормально, - я попробовал покачать рукой.

- Сэй?

- В порядке.

- Наши машины?

- Их отогнали во двор, - оживился Глыба. – Я покажу.

Тут одна из дверей распахнулась, и неожиданно показалось совершенно не подходящее для этих мест создание. Девушка как говорят – модельной внешности, с губами под стать мощной груди, прижимала к этой груди моего кота.

- Что тут творится? Где Викеша? – капризно протянула она. – Масииииик, ты где, кто эти люди?

Масик откликнуться не мог, с тесаком в черепе особо не поговоришь. А вот Сэй ответила вместо него, сделала два коротких шага, и влепила кулаком девице прямо в нос. Подружка Масика завизжала, выпустила кота, тот прыгнул прямо Сэй на руки, она прижала блохастого к себе, заехала ногой модели в живот, отчего та упала на пол, поскуливая, и принялась гладить толстый рыжий шар. Успокаивать. Хотя, на мой взгляд, кот был совершенно спокоен и даже сыт.

ЭПИЛОГ.

Первый привал мы сделали в ста километрах от базы бывшего мэра – люди Мазая плотно сидели у нас на хвосте, и только перезагрузка черного кластера на время их задержала. По уверениям Крыса – на день, а то и два.

Так что у нас появилось время проверить, ничего ли мы не забыли.

Как ни странно, все были живы, и даже частично здоровы. Соник, харкавший кровью и жемчугом, восстановился подозрительно быстро, Крыс – тот и так не особо страдал, Сэй если только в шоке была, физических повреждений мы на ней не нашли. Не нашли бы, если бы она дала поискать.

Моя рука с помощью гороха и наложенной шины должна была срастись в течение нескольких дней, так Глыба уверял. Этот неудачно съевший жемчуг здоровяк оказался знахарем, или лекарем, как удобнее, и поверхностно то, что сам сломал, поправил. А дальше Улей и живущий во мне паразит должны были постараться.

То, что Глыба превращался, иначе как невезением трудно было обьяснить, но получилось как в поговорке – сапожник без сапог, хотя надо признать, именно дар Глыбы не давал ему окончательно превратиться в монстра.

Ну а рыжий кот, кажется, вообще обладал даром выходить из любой передряги толстым и довольным.

И тягач Крыса, и моя Тойота были в порядке, никто не успел их раздербанить. Даже припасы были на месте, нам предстоял долгий путь – минимум еще сотни три километров через лабиринт черных и обычных кластеров, а дальше, по уверениям Крыса, и по одной из версий карт, купленных в Хмельном, нас ждали восточные земли.

На привале Соник достал пластину, и мы снова полюбовались непонятной картинкой с вспышками. А может быть, это была только иллюзия, но Крыс уверял, что если включать артефакт с разными наполнениями, например – с жемчугом, то можно будет поймать места с ништяками внешников, а то и самих нолдов. И тогда, кто знает, вдруг у нас будет шанс вырваться отсюда, уйти туда, где нет зомби, не надо постоянно глотать живчик и существуют нормальные мирные профессии – маркетологи, дизайнеры и биржевые брокеры. Не то чтобы я в это верил, но попробовать стоило, должна же у человека быть цель. И плохо, если эта цель – просто выжить.

А выжить с такими людьми, которые меня сейчас окружают – определенно шанс есть. Один дедуля, за которым целая банда охотится, чего стоит. Хоть говорила мне мама, не водись, Гоша, с дурными компаниями, они тебя плохому научат, да вот только здесь, в этом мире, именно такие умения и ценятся. Плохие.

Так что – только вперед. Скорее всего, показалось, будто из-за плотных рядов облаков выглянуло Солнце. Не раздвигая их, но какой-то контур прочертился. Пора посмотреть, откуда тут оно встает, дранг нах Остен, как говорили потомки ариев во главе с их шизанутым фюрером. На восток.

Content

Тихое место на востоке (С-Т-И-К-С)

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27