Картер Эйми

Охота на богиню

Эйми Картер

Охота на Богиню

Книга 1,5

Aimee Carter «The Goddess Hunt» 2011

Эйми Картер «Охота на Богиню» 2016

Серия : The Goddess Test / Испытание для Богини

Номер в серии : 1,5

Редактор : Мария Мигунова

Переводчик : Анастасия Харченко

Обложка: Ксения Левченко

Переведено для группы: http://vk.com/bookreads

Любое копирование без ссылки

на переводчиков и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Отдых в Греции — неплохой способ провести свой первый отпуск вдали от Подземного мира. Но Кейт Винтерс просто не могла пройти мимо очередной вражды между богами, которая длилась на протяжении тысячелетий. Уже не первый раз Кастору и Поллуксу удаётся улизнуть от гнева Зевса и Аида, скрываясь от охотящихся на них бессмертных в лесах и горах. Последняя, кому они готовы довериться, это Кейт — новая королева Преисподней. Тем не менее, она намерена помочь им любой ценой. Но когда дело доходит до разборок с бессмертными, Кейт ещё многому предстоит научиться…

Посвящается моей маме: за твои советы и прогулки по лесу.

Оглавление

Поллукс

Кейт

Генри

Кейт

Генри

Кейт

Генри

Кейт

Список Богов

Поллукс

Тропа пещеры спиралью поднималась вверх, с каждым шагом открывая путь к свободе. Поллукс взял Кастора за руку и повёл его по неровной земле. По туннелю эхом разносился рык Цербера, и хоть Поллукс предпочёл бы отдать себя на растерзание адской псине, чем признаться в этом, страх курсировал по его телу, как адреналин. Огромный трёхголовый страж Аида не мог причинить вред мёртвым, но юноша боялся не собаки, а бога, преследовавшего их по пятам.

Может, похищение брата из Подземного мира и не было лучшей идеей, когда-либо приходившей в светлую головушку Поллукса, но совет не оставил ему иного выбора.

— Скорее, — поторапливал он, волоча брата за руку. — Осталось совсем чуть-чуть.

— Ты говорил то же самое три мили назад, — Кастор споткнулся, но Поллукс тут же подхватил его.

— И теперь мы на три мили ближе к выходу. Хватит ныть, беги давай!

Они ускорили шаг по пещерной тропе, но рычание Цербера у них за спиной становилось всё громче. Оба юноши не проронили ни слова, пока взбирались наверх, с каждым шагом приближаясь к безопасной территории. Одна нога впереди другой, ещё, ещё, ещё и ещё. Только на это у них и оставались силы.

Цербер нагонял. Его дыхание, смердевшее костями, кровью и смертью, грело Поллуксу затылок. Парень практически взвалил брата на себя и начал поторапливать его. Наконец, тьма уступила тусклому сиянию, и его сердце забилось быстрее. Они так близко… так чертовски близко! Ещё немного и…

Кастор закричал.

Когда Поллукс обернулся, его кровь застыла в жилах. Позади маячил Цербер, — достаточно близко, чтобы протянуть руку и коснуться его — и нога Кастора была зажата в его пасти. Не важно, что Кастора нельзя ранить, так как он фактически мёртв. Если они задержатся ещё на пару минут, их поимка закончится уже настоящей смертью. И расставанием навеки.

Поллукс действовал не задумываясь. Собрав всю силу в кулак, он завёл руку назад и ударил собаку по морде. Ещё одна причина для Аида поймать их и освежевать. Но трюк сработал: Цербер взвыл и отпустил ногу Кастора. Собака прижала лапу к травмированной челюсти, и две остальные головы зарычали.

— Ты как? — спросил Поллукс, помогая брату подняться.

— В порядке, — выдохнул Кастор. — Ты что, только что…

— Позже на меня наорёшь. Пошли.

Свет становился всё ярче, а вонь из пасти Цербера — слабее. Наконец-то, наконец-то они дошли до выхода из пещеры, и Поллукс ликующе вскрикнул. Они сделали это! Им действительно удалось, в кои-то веки они в безопасности! Ну, хотя бы формально.

Братья вместе выбежали в лес, и Поллукс прищурился от ослепляющего света. Листья шелестели от летнего ветерка. Сердце парня взлетело до небес. И не важно, что он пошёл против совета Олимпийцев. Не важно, что тем самым разорвал все связи с отцом. Не важно, что на них будут охотиться, пока не поймают.

Имело значение лишь одно: они с Кастором вместе, и ничто — ни боги, ни жесточайшая уловка Судьбы — больше не разделит их. Поллукс не позволит этому случиться до тех пор, пока дышит.

Оглянувшись через плечо, он увидел силуэт Генри в недрах скалы. Верхний мир не был его царством. Он не мог преследовать их здесь. Но стоит хоть пальчиком ступить обратно в пещеру, и они будут в его власти.

Ветер стих. Без всякого предупреждения, воздух прорезала молния, врезаясь в землю в паре шагов от братьев. Кастор отпрыгнул назад — в сторону пещеры, в сторону Аида и расставания навеки, но Поллукс затащил его обратно. Он предпочтёт вытерпеть тысячу ударов молний, чем добровольно вернуть брата человеку, захватившего его в плен.

Бескрайнее небо разразил удар грома, отчего Поллукс клацнул зубами, и парни переглянулись. Зевс никогда не промахивался. Он тоже знал последствия их возвращения в пещеру, и Поллукс даже не сомневался, что король богов ни перед чем не остановится, чтобы защитить свою раненую гордость.

Пропустив мимо ушей предупреждение отца, Поллукс схватил Кастора за руку и побежал.

Кейт

Шесть месяцев. Сто восемьдесят четыре дня. Вот сколько я проведу вдали от Эдема, где Генри, мой муж, ждёт моего возвращения в сентябре. Расставание длиной в полгода казалось мне вечностью, и мысль о нем причиняла физическую боль.

Но у меня не было выбора. Шесть месяцев вместе, шесть месяцев порознь. Такой договор мы заключили, когда я согласилась жить в поместье Эдем в обмен на поддержание жизни в моей больной матери. Звучит безумно, но на самом деле Генри — Аид, бог Преисподней, и такие чудеса ему вполне по силам.

Я не жалела о нашей сделке, но после полугода отношений, ещё полгода вдали от него казались самой что ни на есть пыткой. Но Генри настоял на этом и, наверное, это и к лучшему. У меня появился шанс ненадолго забыть о своём бессмертии и вспомнить, каково это — быть человеком.

Первые семьдесят два часа у меня не было времени скучать, и причиной тому стал мой лучший друг Джеймс, согласившийся поехать со мной в Грецию. Он, конечно, не Генри, но парень виртуозно умел поднимать мне настроение, чем делал наше летнее путешествие более радостным.

Джеймс распланировал всю поездку, и пока мы летели из Нью-Йорка в Афины, я размышляла о том, как проведу эти шесть месяцев: пойду на экскурсию по древним руинам, отведаю обалденную греческую кухню, буду весь день валяться на пляже. И главное — мне больше не придётся постоянно оглядываться из опасений, что кто-то попытается меня убить.

Чего я уж точно не планировала, так это в первый же день потеряться в лесу.

— Ты и вправду не знаешь, где мы? — спросила я у Джеймса, плетясь позади него. Прошло уже три часа с момента нашего отделения от экскурсионной группы, а мы всё ещё бродили в лесу за Афинами. Я ещё никогда нигде не терялась! Зато Джеймс вёл себя так, словно мы вышли на короткую прогулку. Деловито засунув руки в карманы, он наслаждался видами.

— Понятия не имею, — задорно ответил парень, но что-то в его голосе намекало на обратное. У меня не было другого выбора, кроме как следовать за ним.

— Если это какая-то уловка, чтобы остаться со мной наедине… — пробормотала я. С него станется. Если бы я провалила эдемские испытания, Джеймс занял бы место Генри и стал правителем Преисподней. И хоть у меня не осталось бы воспоминаний о времени, проведённом в поместье, я была уверена, что он подумывал заменить Генри и в статусе моего мужа. Он проиграл, но, судя по взглядам Джеймса, до него не дошло, что соревнование окончено. Или что его вообще никогда не было. Я всегда принадлежала только Генри.

Парень улыбнулся.

— Ты действительно думаешь, что я пошёл бы на это?

— Да, хотя ты прекрасно знаешь, что я ни за что на свете не стала бы тебя целовать!

Он прижал руку к груди и изобразил смертельную обиду.

— Твои слова ранили меня в самое сердце, Кейт!

— Если ты не найдёшь хоть какие-нибудь признаки цивилизации в течение следующих пятнадцати минут, я раню тебя по-настоящему.

Он приобнял меня за плечи, и я тщетно попыталась сбросить его руку.

— Учись наслаждаться видами! Мелочами жизни! У нас впереди целых шесть месяцев, прежде чем придётся возвращаться домой.

— Да, но я не хотела бы блуждать тут до сентября, — буркнула я. — Серьёзно, Джеймс, если ты думаешь, что я буду спать в лесу…

Треск.

Где-то поблизости хрустнула ветка. Мы с Джеймсом замерли, и он окинул взглядом окружающие нас деревья. Я нахмурилась. Не похоже, чтобы тут был кто-то ещё. А если кто и есть, прекрасно, пусть подскажет нам дорогу в город!

— Что…

Джеймс шикнул на меня, и я метнула в него испепеляющий взгляд. Он нахмурился, но через пару секунд на его лице расплылась ребячливая улыбка.

— Чудесно, — прошептал он, и я закатила глаза.

— Если ты сейчас же не объяснишь, что происходит, клянусь, я…

— Какого чёрта ты тут делаешь?

Грубый голос принадлежал не Джеймсу. Я подскочила, и в этот момент из-за стоящего рядом дерева вышел полуобнаженный. Его тёмные волосы были убраны в хвостик, а от кубиков на его прессе я чуть не захлебнулась слюнями.

После чего моментально покраснела. Мы с Генри женаты всего три дня, а я уже не могу отвести глаз от местных парней. Мне ни за что не продержаться без него целых полгода. Может, Джеймс отвезёт меня в Эдем раньше, если мы вообще когда-нибудь выберемся отсюда?

Я сделала попытку поприветствовать незнакомца, но Джеймс крепко схватил меня за плечо и удержал на месте.

— Поллукс. Давно не виделись. Так и не обзавелся футболкой?

Поллукс. Имя звучало знакомо, но я не могла его вспомнить. Очередной божок? Меня бы это не удивило, при наличии такой-то внешности.

— Гермес. Теперь я Лукс, — сказал он с сильным акцентом. В основном с британским, но были намёки и на другие. Мне показалось, или он сильно сжал челюсть?

— А, тоже придумал себе псевдоним! Не то чтобы имя Лукс звучало менее странно, чем Поллукс, но тебе виднее. Я теперь Джеймс.

— А я — Кейт. Что происходит? Откуда вы друг друга знаете?

Лукс с подозрением покосился на меня.

— Долгая история. Я попрошу лишь один раз… отвали.

Улыбка Джеймса потускнела.

— Не очень-то похоже на просьбу.

— Джеймс, пойдём, — я потянула его за руку. — Он определённо не жаждет общения.

— Нет, мы никуда не пойдём, — взбеленился он. — Что, чёрт возьми, происходит, Лукс? Где тебя носило последние три тысячелетия?

Да, определённо бог. Лукс низко зарычал.

— Ты мне нравишься, Джеймс. Не заставляй меня делать с твоей маленькой подружкой то, о чём я позже пожалею.

Маленькой подружкой?! Да кем он себя возомнил? Видимо, Джеймса это тоже зацепило, и он огрызнулся:

— Ты ни черта не можешь мне сделать и прекрасно это знаешь. А вот мне достаточно уведомить нужных людей о твоём местонахождении, и ты — труп.

За какие бы границы ни заступал Джеймс, с тем же успехом он мог через них перепрыгнуть. Лукс взревел и так быстро рванул к нам, что я не успела отпрянуть. Джеймс умудрился оттолкнуть меня за секунду до того, как Лукс повалил его на землю.

— Прекратите! — взвизгнула я. Лукс прижал Джеймса коленями к земле, а его кулаки превратились в размытые пятна — с такой скоростью он колотил моего друга. Джеймс боролся, но боец из него был никудышный, чего не скажешь о его сопернике. Могли ли боги навредить друг другу? Я понятия не имела.

Впав в отчаяние, я с силой дёрнула Лукса за забранные в хвост волосы. Этого хватило, чтобы сбить его с толку, и он зашипел, вставая обратно на ноги.

Он направился ко мне, и я попятилась назад. Прекрасно! Мало того, что этот полуголый парень был тем ещё задирой, так он ещё и не гнушался бить девушек! И всё бы хорошо, вот только единственные приёмы самозащиты, которые я знала, были удар коленом между ног и трусливый побег.

— Лукс, — раздался тихий голос среди деревьев, словно его принёс сам ветер, и парень резко замер. Он не сводил с меня взгляда, и, надо сказать, не будь он в шаге от того, чтобы избить меня, я бы не возражала. Его глаза были прекрасного карего оттенка. Как жаль, что у него такой мерзкий характер!

— Я же просил тебя не выходить, — процедил Лукс. — Возвращайся домой.

— Они не собираются на нас нападать, — из-за дерева вышел ещё один парень, и я вытаращила глаза от удивления. Они с Луксом выглядели абсолютно одинаково, вплоть до потёртых джинсов и нелюбви к футболкам. — Отпусти их.

Лукс посмотрел мне в глаза, будто был уверен, что прочтёт в них какой-то злой умысел. Как бы там ни было, Джеймс выбрал именно этот момент, чтобы сесть и застонать, и Лукс тут же занял позицию между ним и своим братом. Наверное, посчитал, что я не представляю угрозы.

— Они не должны здесь находиться.

— Как и вы, — буркнул Джеймс. Он с трудом поднялся на ноги и, к моему облегчению, оказался целым и невредимым. Не считая лёгкого головокружения. — Что вы делаете в Греции?

Тот брат, который не воспринимал Джеймса как грушу для битья, пожал плечами.

— Ты же знаешь, как это делается. Прятаться надо там, где не подумают искать. Но мы здесь проездом.

— И уходим немедленно, — Лукс схватил брата за руку, но тот не двигался с места. — Кэси, пойдём.

Джеймс фыркнул.

— Кэси и Лукс? Вижу, вы выложились по полной, чтобы скрыть свои настоящие личности.

Парень окинул его сердитым взглядом, и я взяла Джеймса за локоть.

— Не подстрекай его. Давай просто уйдём?

— Прошу прощение за поведение моего брата, — сказал Кэси, косясь на кипящего от злости Лукса. — Наши встречи с другими членами совета были более чем неприятны, но Джеймс всегда хорошо к нам относился. Прошу… скоро стемнеет. Предлагаю вам остаться с нами. В качестве извинения.

— Мне казалось, вы спешили, — отозвался Джеймс, и Лукс повернулся к брату. Только он открыл рот, как Кэси остановил его поистине ледяным взглядом.

— Мы как раз собирались поужинать, когда Лукс почувствовал ваше приближение. Если с вами нет других членов совета, мы можем переночевать здесь, как и планировали.

Я подняла голову к закатному фиолетовому небу.

— Как далеко мы от Афин?

— До них полдня пути, — ответил Кэси, и я застонала.

— Джеймс! Ты же говорил, что мы где-то неподалёку!

— Он знал, что мы здесь, — пробурчал Лукс. — Поэтому и затащил тебя в такую даль. Чтобы проведать нас.

Я начала наступать на парня.

— Ты завёл меня в эту глушь, чтобы встретиться с людьми, которые явно не жаждут твоего общества? И явно не против врезать тебе разок-другой?

Джеймс робко пожал плечами.

— Мы давно не виделись. Я только хотел узнать, как у них дела.

Вдалеке завыл волк, и мы вчетвером одновременно обернулись в сторону звука. Это было бы забавно, не будь у братьев такой испуганный вид.

— Либо пойдем с нами, либо уходите прочь. Мне лично плевать, — заявил Лукс, потянув брата в противоположную сторону. На сей раз Кэси не сопротивлялся.

Они спешно отдалялись, и Джеймс было последовал за ними, но я удержала его за руку.

— Мы действительно останемся на ночь у человека, который чуть кости тебе не перемолол?

— Они мои братья, — улыбнулся он.

— Вовсе нет, — крикнул Лукс. — Кэси мой брат. А ты — несчастный родственник, о существовании которого я пытаюсь забыть.

Джеймс ухмыльнулся.

— Не буду принимать это на свой счёт, они так обо всей нашей семейке говорят. Пойдём, я много лет с ними не общался… Всего на одну ночь, пожалуйста.

Он посмотрел на меня полным мольбы взглядом, который стоило бы запретить законом, и я сдалась.

— Ну ты и козёл! Надеюсь, у них в доме есть туалет.

— Нет.

Я врезала ему локтем.

— Вы идёте или как? — отозвался Лукс издалека. Я ещё раз злобно покосилась на Джеймса, и мы побежали через подлесок, чтобы догнать близнецов.

Пройдя полмили по лесу, мы вышли к заброшенному коттеджу, спрятанному за густыми зарослями и спутавшимися лозами. Если бы братья не подвели нас ко входу, я бы ни за что его не заметила.

— Впечатление, словно мы попали в сказку.

— Не обольщайся, — Лукс отодвинул старый деревянный засов и открыл дверь. Внутри было темно, но парень махнул рукой, и в каменном камине возгорелся огонь. Помещение напоминало интерьер дома из исторических фильмов — мебель ручной работы, отсутствие раковинной мойки и холодильника, лишь простой деревянный стол с двумя стульями. И одной кроватью, которая явно не выдержит больше двух человек.

— Здесь мило, — насторожено начала я. — Уютненько.

Лукс расхохотался.

— Дом маленький и, вероятно, более древний, чем я.

— Мы периодически живём здесь, — сказал Кэси, возясь с чем-то за столом. — Но прошло очень много времени с нашего последнего посещения. Кто-нибудь голоден? Нам удалось поймать живность на пути сюда.

— Живность? — спросила я.

— Да, кроликов, — Кэси поднял тарелку с нарезанным мясом, и у меня скрутило живот. — Не идеально, но лучше, чем ничего.

Я покачала головой.

— Спасибо, но мы поели в отеле.

— Кто это «мы»? Лично я умираю с голоду! — сказал Джеймс.

Кэси улыбнулся. Близнецов было легко различить, когда они говорили, но это выражение на его лице слишком сильно напомнило мне его брата. Он принёс две тарелки и разложил на них всего кроля.

— Устраивайся. Лукс, еда готова!

Пока Джеймс уплетал за обе щеки, Лукс что-то проворчал и тяжко опустился за стол, раздирая дичь руками. Я покосилась на своего друга, пытаясь найти в его лице объяснение, почему эти двое жили в пятом столетии, но он был слишком занят пережёвыванием.

— Простите, мы так и не представились должным образом, — Кэси шагнул ко мне с тёплой улыбкой на лице и протянул руку. — Я Кэси, а это — мой брат Лукс.

— Я уже поняла, — улыбнулась я и пожала ему руку. — Кейт Винтерс. Новая жена Генри.

— Генри? — переспросил Кэси. Джеймс вдруг закашлялся.

— Генри… который Аид, — уточнила я. — Я — замена Персефоны.

Все резко замерли, словно кто-то нажал на кнопку «пауза». Джеймс оцепенел с округлёнными глазами, Лукс перестал жевать. Все трое уставились на меня.

Слышно было только треск огня в камине. Я вспыхнула. Мне впервые представилась возможность назваться женой Генри вслух, а это и без подобной реакции было сложно произнести.

— Персефона мертва? — спросил Кэси после невыносимо долгого молчания. Я кивнула.

— Это долгая история, но она решила отказаться от бессмертия. Генри бы исчез, если бы не нашёл кого-то нового, потому… — я пожала плечами. — Совет испытал меня, и теперь я его жена.

— Королева Подземного мира? — медленно протянул он, словно пытался вникнуть в эти слова.

Джеймс нервно прочистил горло.

— Она пока не королева. Они поженились всего пару дней назад, и теперь её ждут полгода отпус…

БАХ!

Его перебил звук разбившейся посуды. Когда я обернулась, Лукс отводил кулак от осколков тарелки. На полу валялись куски кроличьего мяса, один из них даже приземлился на голову Джеймсу, но близнецы не обратили внимания.

— Давай-ка разберёмся, — Лукс встал, его мышцы напряглись под безупречной кожей. — Ты не только выследил нас, хотя обещал никогда этого не делать, ты ещё и привёл жену Аида?!

Его взгляд был сосредоточен на мне, но голова повёрнута к Джеймсу, выглядевшему так, будто он готов вылететь через крышу, лишь бы убраться от Лукса.

— Клянусь тебе, она ничего не знает. Кейт была рождена смертной, и она не имеет никакого отношения к…

— Суть не в том. Думаешь, Аид не следит за каждым её шагом? Думаешь, они не знают, что мы здесь?

— Лукс, — тихо позвал Кэси. — Помолчи. Кейт, ты же никому не расскажешь, что видела нас, правда?

Я часто заморгала.

— Э-э… конечно. Что, чёрт возьми, происходит?

— Мы уходим, вот что, — прогремел Лукс. — Кэси, собирай вещи и давай выбираться из этой…

— Нет, — уже второй раз за десять секунд Кэси удалось усмирить своего братца. — Мы никуда не пойдём, пока ты не отдохнёшь. Ты поешь и наберёшься сил, а мы, тем временем, сядем и всё обсудим. У Джеймса наверняка есть причина, почему он привёл её сюда.

— Да, чтобы он могла доложить о нас своему любимому Аиду!

Джеймс побледнел.

— Честно, она случайно оказалась со мной. Кейт ничего не расскажет, ведь так?

Кем бы ни были эти парни, у них хватало власти на то, чтобы превратить Джеймса в несущего белиберду мальчишку, и это меня пугало. Я скрестила руки и попыталась придать себе храбрый вид.

— Я же уже сказала, что согласна. Кто-нибудь может мне объяснить, что происходит, чтобы мне не пришлось выяснять ответ на этот вопрос у Генри?

Кэси указал на одно из кресел у камина, и я присела на краешек. Он сел напротив и, не оборачиваясь, кинул брату:

— Сядь и доешь.

Лукс заворчал, но сделал, как было указано. Я бы не сказала, что у него был вид слабого человека, который сейчас упадёт в голодный обморок, но что-то мне подсказывало, что он нечасто спорил с братом.

Я прочистила горло.

— Что происходит? Клянусь, я никому ничего не расскажу.

— Знаю, — Кэси потянулся и положил свою руку поверх моей. — Правда. Если Джеймс тебе доверяет, то и мы тоже, несмотря на слова моего брата. Мы — Кастор и Поллукс. Диоскуры, близнецы.

— Кто-кто? В смысле, знак зодиака? — я снова посмотрела на Джеймса, но его голова была опущена, и он так быстро запихивал себе еду в рот, что удивительно, как он не подавился.

— Да, что-то вроде того, — ответил Кэси. Я нахмурилась, и с задворок сознания всплыл миф, который мы мельком проходили с Ирен во время занятий в Эдеме.

Близнецы: один смертный, другой бессмертный — когда первый умер, второй молил Зевса позволить ему поделиться своим бессмертием с братом.

— Разве Зевс не превратил вас в звёзды? — спросила я с глуповатым видом.

Лукс фыркнул, но Кэси его проигнорировал.

— Есть и такая версия, но со временем мифы меняются, если они не взяты из письменного источника. Смертные передавали нашу историю из поколения в поколение, но приукрасили её до волшебной сказки со счастливым концом, из которой они могли бы извлечь урок. Уверен, ты уже поняла, что у большинства известных мифов существует несколько версий, и многие из них далеки от правды.

Я кивнула. Это мне стало до боли ясно ещё тогда, когда Генри объяснил, что на самом деле случилось между ним и Персефоной. В мифе было сказано, что он похитил её и заставил быть его женой. На самом деле это был брак по расчёту, который потерпел неудачу, но Персефона выходила замуж по собственной воле. Остальные члены совета Олимпийцев подтвердили его историю.

— Так что произошло на самом деле? Почему вы так боитесь Генри?

Лукс скривился.

— Мы его не боимся.

— А мне кажется иначе.

Кэси слабо улыбнулся.

— Прости Лукса. Ему трудно признаваться в своих слабостях. Начало нашей истории соответствует истине. У нас разные отцы, но мы, как видишь, близнецы.

Настала моя очередь улыбаться.

— Вижу-вижу, — они были абсолютно одинаковы, вплоть до слегка кривоватых нижних зубов.

— Мы не знаем, я ли был создан по подобию Лукса, или он — по моему. У нас одна мать, которая родила нас в одно время, и росли мы как сыновья моего отца. Он был королём, так что жилось нам хорошо. Ещё у нас были сёстры.

— Одна из них тебе известна как Елена Прекрасная, — сказал Джеймс, и лицо Лукса помрачнело. Вместо того чтобы опять ворчать, он закинул себе в рот большой кусок мяса и долго его жевал.

— О, — трудно про неё не знать. — Верно, значит… у вас было счастливое детство с красавицей-сестрой, ставшей причиной войны. Понятно.

— Войны, которую мы не застали, поскольку я умер незадолго до её начала, — Кэси сложил руки и посмотрел на пламя. Впервые за весь разговор он отказывался встречаться со мной взглядом. — После моей смерти Лукс пошёл к своему отцу…

— Он мне не отец, — пробубнил тот с полным ртом.

— Лукс пошёл к Зевсу и умолял его позволить нам остаться вместе. Тот смилостивился и сказал брату, что мы будем чередовать дни между Преисподней и Олимпом.

— Лживый ублюдок, — снова отозвался Лукс, наконец-то прожевав мясо.

— Он не лгал, — возразил Кэси. — Просто Лукс не до конца понял, что он имел в виду.

Джеймс встал, не доев кролика, и сел с нами.

— Это было не недопонимание. Зевс знал, что делает.

— Я же говорил! — воскликнул Лукс, и его брат вздохнул.

— Ну, тем не менее. Лукс думал, что мы будем проводить день в Преисподней и день на Олимпе. Зевс же подразумевал, что мы будем проводить это время раздельно.

Мои руки сжались в кулаки. Я, как никто другой, знала, как совет любит хитрить. Последние полгода моей жизни были сплошным обманом, хоть я и не обижалась. Для меня всё закончилось хорошо, и это, мягко говоря. Но вот то, через что заставил Зевс пройти близнецов, трудно было назвать хорошим концом.

— Мне жаль. Но теперь вы вместе, да?

Лукс отодвинул пустую тарелку.

— Но не благодаря Зевсу. Стоило мне понять, что происходит, как я высвободил брата из Преисподней. С тех пор мы в бегах от совета.

— Я считаю и это щедрым подарком судьбы, — вставил Кэси.

— К счастью, совет слишком занят, чтобы искать нас, а мелкие божки не могут отличить своей задницы от подмышки, — Лукс плюхнулся рядом с братом. — Но твой дорогой муж заинтересован в нашей поимке даже больше Зевса. Забавно, как сильно может кого-то разозлить побег из Подземного мира.

Я прищурилась.

— Какую часть фразы «я ничего не расскажу» ты не понял?

— Прошу прощения за свой скептицизм. Вы всё-таки молодожёны.

Кэси положил руку ему на плечо.

— Не дави на неё. Кейт, у нас мало друзей среди членов совета. Они не любят, когда кто-то действует против их воли. Гермес… Джеймс единственный, кто проявил к нам доброту.

— Ну, можете считать меня своим другом, — сказала я. — Я не позволю их эго портить вам жизнь.

— Видишь? — Кэси пихнул брата. — Она не так уж и плоха.

Лукс фыркнул и направил на меня взгляд своих тёмных очей.

— Поверю, когда увижу это собственными глазами.

Его недоверие ко мне не способствовало моей уверенности в нём, но у парня были на то веские причины. Я посмотрела на него в ответ, не отводя глаз. По прошествии нескольких секунд, Лукс ухмыльнулся.

— Злюка.

Я сморщила нос и сердито покосилась на него, на что он состроил рожицу. Кэси улыбнулся и похлопал брата по колену. Когда они сидели рядом, им постоянно требовался физический контакт, словно тем самым они убеждались, что брат всё ещё рядом. Не мне их винить.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал ему Кэси. — Иди в кровать, а мы пока придумаем, где Джеймсу и Кейт…

— Тихо, — Лукс напрягся и повернулся к двери. Прошло пару секунд в молчании, и он прошептал: — Вы слышали?

Я ожидала, что Кэси отмахнётся и назовёт его параноиком, но вместо этого он встал.

— Пойдём, — парень взял два рюкзака, лежащих в углу. — Если уйдём сейчас, то, возможно…

Тихую ночь нарушил громкий вой, и Лукс выругался.

— Артемида. А я тебя предупреждал, чёрт возьми! — прорычал он.

Джеймс поднялся и присоединился к парням.

— Что происходит? Всё нормально? — спросила я, и он покачал головой.

— Элла нашла нас.

Элла, ещё один член совета. И, если верить близнецам, ещё один человек, который желает им смерти. У меня скрутило желудок, и я выглянула сквозь потёртые занавески. Действительно, в десяти шагах от дома стояла Элла, купаясь в лунном свете. Над ней нависало несколько тёмных силуэтов. Даже во мраке ночи я могла рассмотреть лук в её руке и колчан со стрелами за спиной. Она смотрела на коттедж так, словно тот лично её оскорбил.

Прекрасно.

В моё запястье вцепилась грубая рука и отдёрнула меня от окна. Лукс.

— Ты это сделала, не так ли?! Ты им рассказала!

— Ты с ума сошёл? — я попыталась выдернуть руку, так как моё новообретённое бессмертие было единственной причиной, почему она ещё не сломалась. — Каким образом? Я бы никогда…

— Естественно ты это сделала! Посмотри, за кем ты замужем! — прошипел он.

— Лукс, замолчи, — Кэси врезался плечом в крепкую стену, и балки застонали, после чего в ней открылась маленькая дверца. Выход. Достаточно большой, чтобы мы могли протиснуться. — Ты идёшь?

Лукс замешкал, очевидно, размышляя между тем, чтобы отомстить мне, и тем, чтобы пойти с братом. Наконец, он дёрнул меня за собой.

— Чёрта с два я отпущу тебя обратно к ним! Ты останешься с нами.

Я поспешила за ним и обеспокоенно оглянулась на Джеймса, но его лицо ничего не выражало. Мог ли он каким-то образом доложить Элле о нашем местонахождении? Или Лукс был прав, и Генри следил за мной?

Мы вырвались на холодный ночной воздух и побежали сломя голову. Мне было трудно, поскольку Лукс продолжал крепко держать меня, но каждый раз, когда я спотыкалась, он тащил меня с нечеловеческой силой, и мы продолжали путь.

Наконец, когда мы настолько потерялись, что я не могла понять, в какой стороне коттедж, все остановились. Я единственная, у кого была отдышка. Другие — слишком бессмертные или слишком мёртвые, чтобы волноваться о кислороде, но моё тело ещё не привыкло к изменениям.

— Они отстали? — спросил Кэси, потеряв самообладание. У него был вид загнанного животного: глаза широко распахнуты, мышцы напряжены от желания мгновенно сорваться на бег.

Лукс заколебался.

— Я не…

Внезапно из-за дерева выскочила невероятно крупная собака, рыча и скалясь на нас. С её острых как бритва зубов стекали слюни, глаза блестели от жажды схватить свою добычу. Нас. Я вскрикнула, и мы снова кинулись бежать. Собака попыталась последовать за нами, но её огромные лапы постоянно путались в подлеске. По крайней мере, это дало нам шанс убраться от неё подальше.

На сей раз я тащила Лукса за собой. Появилась ещё одна собака, выглядевшая даже крупнее предыдущей, и Кэси с Джеймсом свернули налево.

Куда это они?

— Джеймс! — крикнула я, и хоть перед нами стояла псина размером с автомобиль Хонда, Лукс резко свернул за ними. Первая собака поскользнулась на грязи и врезалась в дерево, превращая его в щепки. Но её это ничуть не смутило. Псина с лёгкостью изменила направление и, догоняя, уже дышала нам в затылок.

Я бежала так быстро, как только могла, уворачиваясь от деревьев и корней и глядя прямо перед собой. Лукс повёл нас за Джеймсом и Кэси, когда впереди прогремел очередной рык. Но нам и без того было о чём беспокоиться — например о собаке, наступающей нам на пятки.

— Лукс! — вскрикнула я. Вместо того, чтобы побежать быстрее, он отпустил меня и развернулся. Без всякого предупреждения, парень врезал собаке по челюсти, и у меня волоски встали дыбом от звука хруста костей. Псина и Лукс хором взвыли.

— Отвали, чудище волосатое, пока я тебе череп не проломил!

К моему удивлению, оба окинули друг друга долгим взглядом, после чего собака заныла и убежала в противоположном направлении. Как, чёрт возьми, он это сделал?!

— Обязательно было её бить?

Кожа Лукса блестела от пота, его глаза горели.

— Да, иначе она бы нас прожевала и выплюнула. Это старый фокус. Срабатывает каждый раз. Пойдём.

Мне не нужно было повторять дважды. Мы побежали на поиски друзей.

— Кэси? — закричал Лукс. — Кэси!

Продвигаясь по лесу, я прислушивалась к любым звукам, ожидая услышать рычание, но тщетно. Слышались только громкие шаги, с лёгкостью выдававшие наше местонахождение. Крики Лукса становились всё более отчаянными и ранили мне сердце.

Наконец, он остановился, дыша так же тяжело, как я. Его взгляд обезумел, руки тянулись за чем-то, чего там не было.

— Кэси-и-и! — громко протянул парень.

— Лукс… его здесь нет, — я коснулась его локтя, но он отпрянул и поднял кулаки, словно и меня собирался стукнуть. Мы встретились взглядами, и, после долгой минуты, он расслабился.

— Это твоя вина. Из-за тебя мы разделились.

— Вовсе нет! — заявила я, но его было не переубедить. Парень прислонился к дереву и сполз вниз. Он был бледным и усталым. По крайней мере, теперь я поняла, почему Кэси уговаривал его отдохнуть. Лукс едва стоял на ногах.

— Ты виновата, — прошептал он, впиваясь ногтями в грунт. Его глаза закрылись, и по щекам потекли слёзы, проделывая себе путь сквозь слой грязи. — Он пропал, и это твоя вина.

Я промолчала. Ничего не могла сказать или сделать, кроме как найти Кэси, чтобы улучшить ситуацию. Моё тело ныло от беспокойства, но Кэси с Джеймсом, а тот не позволит ничему плохому с ним случиться. Не позволит!

Издав душераздирающий всхлип, Лукс поднял голову к звёздному небу и закричал. Мои внутренности завибрировали от этого звука. Я закрыла глаза. После всего, через что им довелось пройти, это не станет концом. И я лично об этом позабочусь.

Генри

Генри рухнул в свой чёрный бриллиантовый трон и, взмахнув рукой, отпустил в небытие женщину, с которой спорил полдня. Он любил подискутировать — прекрасное качество для правителя мёртвых, но долгие часы иррационального упрямства перед лицом логики и здравого смысла вызывали у него желание прыгнуть с головой в реку Стикс.

Из всех членов совета он больше остальных сочувствовал тем, кто пострадал от жестокой руки судьбы. Но важна была не столько судьба, сколько то, как справилась с ней душа. Большинство жителей его царства никогда не ступали в тронный зал, и его это устраивало. Тем не менее, тех, кто приходил к нему без малейшего понятия, какой жизни после смерти они заслуживали, он пытался судить справедливо и непредвзято. Иногда их ждал приятный приговор, иногда не очень. Но его решение всегда было окончательным, какой бы интересной и оживлённой ни была дискуссия.

— Вижу, у тебя был тяжёлый день, — отозвался знакомый голос, и Генри поднял голову. Между колонн, обрамляющих проход, стоял Уолтер, уголки его губ были опущены.

— Да. И что-то мне подсказывает, что сейчас он станет ещё хуже.

— Может, и да, а, может, и нет. Зависит от того, что тебе важнее.

Генри нахмурился. Значит, он снова взялся за старое. Уолтер никогда не упускал возможность похвастаться информацией перед другими членами совета, особенно перед главной шестёркой.

— Давай к делу.

— Спокойней, братец, или я передумаю и ничего тебе не расскажу.

— Отлично, тогда не надо, — Генри встал и потянулся, чувствуя на себе груз всей прожитой жизни.

На долю секунды лицо Уолтера исказилось от шока, и Генри еле подавил улыбку. Срабатывало каждый раз! Несмотря на то, что он по праву занимал должность Короля Небес, Уолтер терпеть не мог, когда терял контроль над ситуацией. Обычно Генри потакал ему, но не сегодня. Ему хватало стресса от расставания с Кейт. Он не знал, ни где она, ни что делала и, что ещё хуже, ни с кем она. Если Кейт не вернётся в сентябре…

Генри отмахнулся от этой мысли. Он обещал, что не станет лезть в её дела, и сдержит слово.

Он преодолел уже половину зала, когда Уолтер наконец пришёл в себя.

— Скажи, брат, на что ты готов пойти, чтобы заполучить в свои руки близнецов?

Генри не останавливался. Он слишком устал для загадок. Но только он собрался выйти в прихожую, как ответ сам пришёл ему в голову, и он повернулся к брату.

— Кастора и Поллукса?

Губы Уолтера расплылись в довольной ухмылке.

— Их самых.

— Ты нашёл их?

— Можно сказать и так, — мужчина указал на пустые скамьи по бокам от прохода. Обычно они полнились душами, ожидающими своего приговора, но Генри всех распустил, временно отправляя их в спокойное послесмертие. На сегодня с него хватит.

Братья сели на скамью, и Уолтер сложил руки, делая долгую паузу в очевидной попытке вновь возыметь контроль над ситуацией. Он знал, что привлёк к себе внимание Генри, да и тот не возражал. Особенно если это значило, что он найдёт Кастора и Поллукса.

— Я получил весточку о том, что они в Греции, — наконец выпалил Уолтер, делая акцент на каждом слоге. — Элла их выследила.

— Чудесно. Когда она их приведёт?

Уолтер замешкал.

— Ей пока не удалось…э-э, задержать их.

— Ну, естественно, — Генри сжал переносицу. Им всегда что-то мешало. За тысячелетие попыток поймать близнецов это был далеко не первый раз, когда они к ним подобрались, и не первый, когда им удалось сбежать. — И зачем же ты пришёл ко мне?

— Потому что у нас получилось разделить их. К сожалению, они были не одни, когда Элла их обнаружила.

Генри оцепенел, а затем обхватил пальцами край скамьи. Есть только одна причина, почему Уолтер пришёл к нему, а не к другим.

— Кейт?

Брат кивнул, и Генри тихо выругался. Конечно, кто же ещё мог их найти после того, как совет провёл тысячи лет в их поисках? Этого стоило ожидать.

— Как, чёрт возьми, она на них вышла?

— Насколько я понимаю, она проводит лето в Греции с Джеймсом.

Деревянный подлокотник рассыпался на щепки под рукой Генри, а кровь застыла в его жилах. Джеймс. Из всех возможных вариантов, она решила провести время с Джеймсом.

С Джеймсом!

Он был прав. Его день официально стал многократно хуже.

— И что ты хочешь, чтобы я сделал? — процедил парень. — Она — моя жена, а не подчинённая, и у неё сейчас отпуск. Я обещал, что она может проводить эти полгода так, как захочет, и не стану нарушать слово.

— Я и не прошу тебя вмешиваться, — сказал Уолтер, хотя по его оборонительному тону было ясно, что именно это он и планировал сделать. — Я прошу тебя просто… быть готовым.

Быть готовым вмешаться в дело, которое он давно должен был закрыть. Без сомнений, они уже знают, кто такая Кейт. Если она была рядом с Поллуксом, когда его разлучили с Кастором, то её жизнь в опасности. И это опять его вина.

А даже если это не так, если судьба на их стороне, он ни секунды не сомневался, на чью защиту встанет Кейт. Она не понимала законов Подземного мира. Не понимала, как важно их придерживаться. Она увидит только двух братьев, которые так сильно любили друг друга, что были готовы рискнуть жизнью, дабы быть вместе.

Она увидит их преданность друг другу, а не преданность Генри своим обязанностям. И его вновь нарекут злодеем, как было, когда он забрал жизнь Авы во второй раз. И, в отличие от прошлого раза, он не сможет всё исправить щелчком пальцев.

— Ты… — к его ужасу, голос Генри дрогнул, и он нервно сглотнул. — Ты намерен отстаивать своё первоначальное решение по этому вопросу?

— Относительно их разделения? Конечно! — Уолтер изучал свои ногти и делал вид, что не замечал нарастающего напряжения в зале. Но он должен понимать. Он всегда понимал.

— И Кейт в этом замешана.

— Да.

— Ты просишь меня помочь, зная, что это навредит нашим с ней отношениям.

Уолтер вздёрнул бровь.

— Мой дорогой брат, как я уже сказал, я не прошу тебя…

— Да, просишь, — Генри встал. — Ты бы не просвещал меня о ситуации до её исхода, если бы не нуждался во мне. Хватит этих игр. Говори, что тебе нужно.

Губы Уолтера раздражённо скривились, но, надо отдать ему должное, он встал и спокойно ответил:

— Ты должен сделать так, чтобы Кастор и Поллукс не воссоединились. Друг без друга они далеко не уйдут.

— И как я должен это сделать, не подвергая опасности мои отношения с Кейт?

Он пожал плечами.

— Это уже тебе решать, братец. В конце концов, я всего лишь передаю тебе информацию. Если не хочешь наконец-то поймать близнецов, так тому и быть. Но мне казалось, что тебе это было столь же важно, сколь и мне.

Генри напряг челюсть. Кастор по праву являлся гражданином Преисподней, и каждый день, проведённый им на поверхности, напоминал Генри о его неудачах. Он должен вернуться на своё законное место. А гордость Уолтера руководила его желанием, чтобы Поллукс больше не утирал нос совету.

— И с каким братом осталась Кейт?

— Элла считает, что она с Поллуксом.

Генри сделал глубокий вдох. Вот и всё, что ему требовалось узнать. Правильно это или нет, но он обязан выполнить свою работу.

— Хорошо. Я сделаю всё возможное, чтобы близнецы не встретились. У тебя есть сутки… ни больше ни меньше.

Уолтер кивнул.

— Уверяю тебя, этого вполне достаточно.

Мужчина ушёл восвояси. Как только его брат скрылся за дверью, Генри выдохнул и закрыл глаза. Застоявшийся воздух Преисподней сменился на ветерок верхнего мира. Он стоял посреди поля неподалёку от греческого леса и, как только у него прояснилось в голове, начал искать в округе кого-то знакомого.

Ах! Вот он. Может, его навыки следопыта были не столь развитыми, как у некоторых членов совета, но найти родню не трудно, находясь в непосредственной близости от них.

Джеймс.

Он толкнул мысль вперёд, но следующие пару секунд в ответ раздавалось только чириканье птиц и шелест листьев. Наконец, мысль вернулась к нему. Даже без озвучивания её вслух, Генри слышал настороженность в голосе Джеймса. Учитывая обстоятельства, он мог его понять.

Чего ты хочешь?

Узнать, где вы.

Ты и вправду думаешь, что я скажу?

Генри снова закрыл глаза и на сей раз оказался в круге деревьев.

Я здесь не для споров.

Да? А я-то думал!

Ответы Джеймса стали приходить быстрее. Они близко.

Кейт с тобой?

Нет.

Где она?

Я не знаю.

Генри сжал кулаки.

А я думаю, что знаешь.

Она в безопасности. С ней Поллукс.

Поллукс и безопасность несовместимы.

Какая жалость! Это её отпуск, и ты не имеешь права приближаться к ней.

Генри закрыл глаза и оказался в десятке шагов от Джеймса и одного из близнецов. Те отреагировали незамедлительно: Джеймс вышел перед побледневшим Кастором, и вот они с Генри вновь стояли друг напротив друга. Герой и злодей. Забавно, как часто они менялись этими ролями.

— Ты не можешь его забрать! — сказал Джеймс стальным голосом.

— Я спрошу ещё один раз. Если не ответишь, я заберу Кэси в такое место, где даже ты его не найдёшь. Где Кейт?

Джеймс поджал губы и прищурился, но промолчал. Ну, естественно! Для него это было вызовом — возможностью выиграть битву в их бесконечной войне. Всё остальное отступало на второй план, даже благополучие Кейт. Даже её жизнь. Он наверняка знал, что, если бы был способ её убить и тем самым отомстить Генри, Поллукс непременно им бы воспользовался. Но ему всё равно.

Генри тяжко вздохнул и попытался взять себя в руки.

— Сейчас не время для детских обид. Её существование под угрозой, и если ты не скажешь, где она…

— Кейт бессмертна! — рявкнул Джеймс. — И Лукс не такое чудовище, каким ты его считаешь.

— Брат ни за что не причинит ей вред, — вставил дрожащим голосом Кастор. Тем не менее, в его взгляде читалась твёрдость, которой Генри восхищался. Храбрость перед лицом сокровенного страха. Неудивительно, что у близнецов была такая репутация.

— Как и я ни за что не причиню вред тебе, — ответил он. На лице Кастора промелькнуло сомнение, но это не было сюрпризом для Генри. Кэси не доверял ему, как и Генри не доверял Поллуксу. — Джеймс, если с ней что-нибудь случится, это будет на твоей совести.

Тот закатил глаза, и каждая частица Генри закричала, чтобы он отправил наглеца обратно на Олимп. Но он оставался спокоен, как всегда. Несмотря на то, что думали его братья, ярость редко приводила к чему-нибудь хорошему.

— Будь посему. Считай, ты сам накликал на них беду, — Генри переместился к Кастору и коснулся его плеча.

Глаза Джеймса округлились, и он потянулся к другу. Увы, к тому времени, как он должен был его коснуться, на том месте не оказалось ничего, кроме воздуха.

Кейт

Это была самая долгая ночь в моей жизни. Уже четыре часа мы с Луксом бродили по лесу в поисках его брата. К тому времени, как взошло солнце, я полностью выбилась из сил. Даже ожидание, пока пройдёт очередная мамина операция, чтобы продлить ей жизнь ещё на месяц, не было таким морально истощающим.

— Лукс, мы проходим мимо этого места уже в пятый раз, — сказала я, перелезая через упавшее дерево. — Его здесь нет.

— Но где-то же он должен быть! — парень с такой силой отмахнулся от ветки, что она сломалась пополам и рухнула на землю.

— Явно не тут.

Боюсь, если мы вскоре не найдём Кастора, терпение Лукса кончится. Ему удалось вернуть толику самообладания, но его глаза горели диким пламенем, мышцы были напряжены, и все его фразы больше походили на звериный рык. Хотя особой болтливостью он не отличался.

— Может, стоит подождать их? — предложила я. — Джеймс и Кэси сами найдут нас.

Лукс покачал головой и опустился, чтобы заглянуть под большой камень, за которым никак не спрятались бы два человека.

— Он знает, что я его ищу. Даже если бы им было проще найти нас самим, он бы этого не сделал.

— И почему же? — спросила я, убирая за ухо непослушную прядь. Я бы всё отдала за резинку для волос, не говоря уж о горячем душе и мягкой кровати.

Лукс странно на меня посмотрел, из-за чего я почувствовала себя глупо, и вернулся к поискам, оставив вопрос без ответа. Я фыркнула. Очередные секреты! Будто у богов их и так было мало.

— Возможно, стоит вернуться к хижине? Они наверняка ждут нас…

— А вот и нет, — пропел кто-то сзади, и я подпрыгнула от неожиданности. Лукс развернулся, сосредотачивая взгляд на чём-то — на ком-то — за моим плечом.

Я обернулась и, увидев у дерева блондинку, выдохнула с облегчением. Наконец-то я встретила того, кто объяснит мне, что происходит!

— Ава? Что ты тут делаешь?

На ней были походные шорты и топик, подчёркивающий изгибы её тела. Светлые волосы девушки были заплетены в модную косу и закинуты на плечо. Она даже вставила цветочек в резинку. С моей стороны было глупо ожидать чего-то попроще.

— Тебе помогаю, естественно!

Лукс осклабился. Судя по всему, они с Кэси слишком долго держались вдали от цивилизации.

— Будто я приму твою помощь.

— Будто я к тебе обращалась, — скривилась Ава. — Кейт, пора уходить. Папочка и Генри очень волнуются.

Я часто заморгала. Генри беспокоился обо мне?

— Почему?

— Потому что Лукс не тот близнец, с которым стоит проводить время. Я должна вернуть тебя в Афины.

— Генри ждёт меня?

Я-то думала, что не увижусь с ним до самого сентября, до своего возвращения в Эдем для коронации. Но мысль о лете с Генри, или хотя бы о встрече, заставила моё сердце биться чаще. После всего произошедшего между нами возможность того, что он ждал меня, заставила крохотный пузырёк надежды внутри меня раздуться.

Ава замешкала.

— Э-э, нет.

И вот он лопнул.

— В смысле, я уверена, что он придёт с тобой повидаться, — быстро залепетала она. — Просто… ну, ты понимаешь. Сейчас он не там.

— Тогда где? — спросил Лукс. — И где мой брат?

Ава пожала плечами.

— Без понятия, мне плевать.

— Ава, не будь такой! — пожурила я.

— А что? Ему всё равно не нужна моя помощь.

Я повернулась к Луксу, и он тут же нахмурился.

— Уж лучше я буду каждый день жрать собственную печень, чем приму её помощь.

— Вот видишь? — развеселилась Ава. — Значит, решено. Пойдём.

Она попыталась взять меня за руку, но я отпрянула. Может, ей и не хотелось помогать Луксу, но я по уши погрязла в проблеме близнецов и не собиралась бросать его, когда у него больше никого не осталось.

— Как ты узнала, что мы здесь?

— Элла сказала.

— А как она узнала?

Тишина. Ава невинно заморгала, а Лукс так громко выругался, что с веток над нами испуганно взлетела стая птиц.

— Ты им рассказала! — взревел он.

— Я? Да откуда мне было знать? — но что-то в её голосе вызвало у меня недоверие. Я наслушалась от неё достаточно лжи, как крупной, так и не очень, и знала, когда она пыталась скрыть правду.

— Ава, — начала я с предупреждением в голосе, — если хочешь, чтобы я пошла с тобой, то выкладывай, как всё было. Сейчас же.

Она театрально вздохнула.

— Ну ладно. Не то чтобы это имело значение. Я собиралась присоединиться к тебе и Джеймсу. В смысле, меня ранило, что ты позвала в Грецию его, а не меня, понимаешь? Потому я следила за вами, выжидая нужный момент, а затем…

— Затем Джеймс выследил нас и привёл её за собой, — сказал Лукс. — Ублюдок!

Я сердито посмотрела на Аву.

— Уверена, он сделал это не нарочно. В отличие от тебя.

— О, нет, он знал, что я здесь, — вновь пропела девушка. — Он всегда знает.

Я заскрежетала зубами. Не хватало, чтобы они разрушили моё доверие к ещё одному члену совета! Особенно к Джеймсу.

— Ладно, это не важно. Давайте просто найдём Кэси.

Лицо Авы помрачнело.

— Ты же собиралась пойти со мной.

— Ага, а теперь передумала, — я пошла по тропинке, но никто из них не двинулся с места. — Лукс, ты идёшь или как?

— Только не с ней.

Чудесно! Теперь я нянчилась с двумя детьми.

— Ой, не волнуйся, она тебя не убьёт.

— Нет, но она может сделать — и сделала — кое-что похуже, — пробормотал он, и я замерла. Из всех членов совета Ава, как мне казалось, была больше всех расположена к состраданию, особенно к Кэси и Луксу.

— Ава? Что ты им сделала?

— Ничего фатального, — сказала она, и я прищурилась.

— Это мне судить.

Лукс начал метаться меж двух деревьев, ни разу не повернувшись спиной к Аве.

— Мы с Кэси помогали выбрать мужа для нашей сестры Елены. Одной ночью она… — он злобно покосился на девушку, — появилась в наших покоях и попыталась соблазнить нас в обмен на голос в пользу её любимого кандидата.

— Не только, — обижено перебила Ава. — Я также предлагала вам любых девушек, которых вы пожелаете.

Лукс её проигнорировал.

— Мы отказались. Безопасность сестры была нам важнее, а она обиделась и прокляла нас!

У меня упала челюсть.

— Ава!

Та вздохнула.

— Да это же не проклятье, а сущий пустяк!

— Я влюблюсь в любую девушку, в которую влюбится Кэси, — сказал Лукс. — Звучит не так страшно, пока не проходишь через это на практике.

— О, — я нахмурилась. Звучало действительно не так уж ужасно. Но последние полгода я наблюдала, что может сделать с человеком безответная любовь и ревность, потому знала, что не всё так просто.

— Мне очень жаль. Но Ава может всё исправить, не так ли?

— Конечно, — кивнула она. — Как только Кэси вернётся в Подземный мир и папочка разберётся с Поллуксом.

Лукс зарычал, и я поспешила встать между ними.

— Эй. Эй! Лукс, перестань. Ава, просто отмени проклятье! Прошло уже сотни лет. Они и так через многое прошли.

Девушка пожала плечами.

— Если бы я могла… У папочки будет припадок!

Уолтер. Мои брови сдвинулись к переносице. В плохом настроении даже Генри выглядел опасно, чего уж говорить о Короле Богов…

— Ладно. Тогда мы что-нибудь придумаем, и когда это всё закончится, ты поговоришь с Уолтером и отменишь проклятье. Мне плевать, что тебе придётся сделать и как сильно это его разозлит. Либо ты это сделаешь, либо я больше не буду с тобой общаться.

Её глаза округлились, и на сей раз обида на лице была искренней.

— Ты поступишь так со мной из-за каких-то близнецов?

— Да, из-за каких-то близнецов. Я серьёзно.

Девушка насупилась и через пару секунд вздохнула:

— Ладно. Но ты должна сейчас же пойти со мной и оставить поиски Джеймсу, иначе сделка не состоится.

— Обещаешь, что сделаешь это, если я пойду?

Она неохотно кивнула.

— Вот тебе крест! Чтоб я сдо….

Аву перебил хруст ветки, и Лукс снова напрягся. Он пошёл на звук, двигаясь абсолютно бесшумно, несмотря на подлесок, чем напомнил мне пуму. Очень злую пуму, которая так и не нашла себе рубашку.

Тем не менее, прежде чем Лукс успел прыгнуть, из-за дерева вышел Джеймс. Я вскрикнула и побежала к нему в объятия.

— Джеймс! Ты нашёл нас! — я многозначительно посмотрела на Лукса. — Давно пора! Мы искали вас с тех пор…

— Где Кэси?

Вопрос Лукса заставил меня вновь занервничать, и я отпустила Джеймса, чтобы оглядеться. Он был один. Мой желудок ухнул вниз.

— Джеймс?

Тот поджал губы.

— Мне жаль. Генри выследил нас и…

— Генри? Ты имеешь в виду Аида? — Лукс побледнел, и на секунду он выглядел таким удивлённым, что я испугалась, как бы не разбилось его бессмертное сердечко. Что он сам пожелает своей смерти.

Но Джеймс не мог говорить правду. Генри ни за что бы так не поступил — что бы они ни рассказывали, теперь он другой. Он стал мудрее, сострадательней, и ему было известно, как близнецы дорожили друг другом. Он должен был понять их.

— Он сказал, куда заберёт его? — спросила я Джеймса, хватая Лукса за локоть. Он вздрогнул, но не воспротивился.

— В Преисподнюю. Лукс, прости, я…

— Даже не начинай, — казалось, сам лес затрясся от угрозы в голосе парня. Если бы Лукс мог убить нас, то непременно так бы и поступил. — Это твоя вина! Чёрт, после всего, что ты сделал…

— Вообще-то, мой дорогой сын, это твоя вина.

Если раньше Лукс был зол, это не шло ни в какое сравнение с яростью, исказившейся на его лице, от чего оно изменилось до неузнаваемости. Уолтер прошёл между деревьев, за ним шла Элла. Она повесила лук на плечо и усмехнулась. У неё был такой самодовольный вид, что меня с головой накрыло желание стереть его с её лица. Похоже, Лукс плохо на меня влиял.

Зато Уолтер выглядел недовольным. Его губы были поджаты в тонкую линию, густые брови нахмурены так сильно, что почти скрывали глаза.

— Тебе не стоило похищать своего брата из Подземного мира.

— Ты не оставил мне выбора, — сплюнул Лукс и так крепко сжал кулаки, что его костяшки побелели. — И забрал его у меня… ты знал, что делаешь с нами, и всё равно его забрал!

— Возможно, со временем мы смогли бы найти компромисс, — сказал Уолтер. — Но я не стану одобрять неповиновение. Мы найдём твоего брата, и условия нашей сделки будут отменены. Ты больше не будешь делить с ним бессмертие и останешься там, где я смогу следить за тобой, пока ты не будешь готов взять на себя обязанности, которые совершенно забросил.

Наступила неловкая тишина, и Лукс словно окаменел. Может, у меня и не было близнеца, но я знала, каково терять самого любимого человека на свете. От мысли, что Луксу тоже придётся через это пройти, меня затошнило.

Я открыла было рот, но тут температура воздуха понизилась на градусов двадцать, и ветер перестал дуть. В следующую секунду Лукс рванул к Уолтеру с поднятым кулаком, явно целясь ему в лицо.

Мужчина пошевелил пальцами, и Лукс отлетел вбок, врезаясь в крупное дерево. Ствол треснул от силы удара и завалился на землю. Парень поднялся на ноги, его грудь быстро вздымалась и опускалась.

— Будь умнее, сынок, — сказал Уолтер. — И не усложняй ситуацию ещё больше.

— Я тебе не сынок, — проворчал он.

— Жаль, это неправда. Нам всем жилось бы легче.

Вдруг из ниоткуда возникли плотные верёвки и обвились вокруг Лукса, привязывая его к соседнему дереву. Он пытался бороться, пока они обматывались вокруг ствола, но безуспешно. Верёвки засветились золотистым светом. Лукс зарычал, царапая дерево ногтями, но это никоим образом ему не помогло.

Уолтер окинул изучающим взглядом свою работу.

— Так-то лучше. Элла, ты со стаей приглядишь за Поллуксом и остальными, пока я буду искать Кастора. Не дай ему сбежать.

— Конечно, отец, — ответила она, устраиваясь напротив Лукса с луком наготове. — Одно неверное движение, и я изрешечу тебя стрелами.

— Ты не можешь меня убить, — сказал Лукс.

— Нет, но могу усмирить.

— Хватит, дети мои, — прервал их Уолтер. — Когда я вернусь, то, надеюсь, все будут в целости и сохранности.

Он начал уходить, и Ава последовала за ним, кинув мне на прощание виноватый взгляд. Теперь она ни за что не снимет проклятье, учитывая настроение её отца. Глаза Лукса заслезились, и мысль о том, что после всего произошедшего мне доведётся увидеть его плачущим, вызвала во мне боль. Он потеряет всё, что любит. Единственного человека в мире, который был ему дорог. И всё потому, что Кэси был достаточно добр, чтобы пустить нас с Джеймсом переночевать.

Я не позволю этому случиться.

— Стойте! — крикнула я вслед Уолтеру и Аве. — Пожалуйста, вы не можете…

— Не смей мне говорить, что я могу делать, — сказал Уолтер, не оборачиваясь. — Лукс знал, на что шёл. Я больше не властен над ситуацией.

— Не властен… вы действительно настолько бессердечный ублюдок?!

Тут Уолтер остановился и повернулся ко мне, но я не дала ему шанса ответить:

— Вы знаете, как это ранит Лукса. Это его уничтожит! Вы лишаете его всего, ради чего он жил. Но вам плевать, не так ли? Вам плевать, что вы убьёте собственного сына!

Мужчина прищурился.

— Как ты смеешь разговаривать со мной, как с…

— С кем? Со сволочью? Вы этого заслуживаете.

Тишина. Лицо Уолтера стало каменным, а Ава побледнела. Рядом послышался шелест листьев, и Джеймс взял меня за руку.

— Кейт…

— Не надо! — я вырвалась из его хватки. — Вы все будете молча сидеть и наблюдать за этим, потому что слишком горды, чтобы признать свою ошибку? Это хуже убийства. По крайней мере, за ним следует послесмертие. Вы же ментально и эмоционально уничтожаете своего родственника. Говорите, что вы хорошие, и, тем не менее, идёте на что-то подобное из-за обиды тысячелетней давности.

— Я никогда не говорил, что мы хорошие, — спокойно ответил Уолтер. — Это только твоё предположение. Мы делаем, что должны, дабы поддерживать законы…

— Законы можно изменить. Законы, которые диктуют подобные мучения, должны быть изменены!

— Это не тебе решать, — он впился в меня взглядом голубых глаз. — Мне понятно, почему ты так неравнодушна к этому делу, после того, через что тебе пришлось пройти с твоей матерью. Но тут совсем другая ситуация. Поллукс и Кастор нарушили наши законы, зная о последствиях, которые неизбежно нагонят их. Они тысячи лет избегали наказания, и теперь должны принять его с достоинством.

— Почему? Потому что вы так решили?

— Да. Потому что мы с советом так постановили, а наше слово — закон. Если ты станешь одной из нас, Кейт, то должна как можно быстрее с этим смириться. Твоё упрямство помогло пройти испытания и твоё сострадание заслуживает восхищения, но тебе необходимо понять, что ты не всегда права.

— Да, как и вы. Вы правите на поверхности, но когда лето закончится, я стану королевой Подземного мира. И если вы думаете, что я позволю и дальше этому продолжаться, то вас ждёт жестокий сюрприз.

Его глаза заблестели.

— Неужели? Наверное, тебе стоит поделиться своим решением с Генри, прежде чем ты отберёшь его царство и поставишь крест на эпохе его правления.

— Он со мной согласится, — рявкнула я, хоть внутри меня и зародилось сомнение. Если же это не так — если Генри воспротивится и поддержит расставание Кэси и Лукса, — то это будет самая крупная ссора в его жизни. Не самое лучшее начало для брака, но я не могла отвернуться от близнецов. Не тогда, когда это полностью их разрушит.

Уолтер сделал глубокий вдох.

— Однажды ты поймёшь. Но, вне зависимости от того, когда это случится, я не могу тратить время на споры, если нам не удастся найти компромисс. Моё решение остаётся в силе, как и решение Генри. Пойдём, Ава.

Он взял её за руку, и прежде чем я успела хоть слово произнести, они исчезли. Моё сердце застучало быстрее, а лес закрутился, превращаясь в зелёно-коричневое пятно. Больше говорить было нечего. Несмотря на титул, который я получу через полгода, без поддержки Генри я так же беспомощна, как и Лукс. Единственная разница в том, что мне повезло. Моя мама всё ещё была со мной.

А вот он проживёт вечность в одиночестве, и ничто в этом мире не убедит Уолтера, что он принял неверное решение. Впервые с момента встречи с Генри я задумалась, не совершила ли и я ошибку.

Генри

Генри быстро нашёл брата. Может, он и не обладал талантом Джеймса, но предсказуемость Уолтера сыграла с ним злую шутку. После вечности, проведённой вместе, Генри знал, где его искать.

— Ты действительно думаешь, что это самое подходящее место для поисков? — спросил он, заходя в древний коттедж. В воздухе пахло тухлым мясом кролика. Ноздри Генри раздулись от вони.

Уолтер стоял в одиночестве в центре небольшой комнатки.

— Чем оно хуже других? Элла обыскала всю округу и не нашла и следа Кастора. Но он не мог уйти далеко.

— Какое-то время он был с Джеймсом.

— Что значит, его очень хитро спрятали, — Уолтер сосредоточил на нём взгляд, проникавший даже сквозь множество защитных барьеров Генри, выстраивавшихся столетиями. — Ты знаешь, где он?

— Нет, — ложь с такой лёгкостью сорвалась с его языка, что он даже устыдился. Но иногда ложь бывает оправданной. — Я не уверен, что нам стоит и дальше его искать.

— Да? И почему же? — поинтересовался Уолтер. Судя по тону его голоса, он прекрасно знал, из-за чего изменилось мнение Генри.

Тот пожал плечами.

— Близнецы отстрадали своё. Не вижу смысла затягивать эту сложную ситуацию ещё на вечность.

Уголки губ Уолтера приподнялись, но его улыбка была отнюдь не доброжелательной.

— Так и думал, что ты был там. Твоя жена — то ещё зрелище.

Лицо Генри оставалось суровым. Он не пытался следить за Кейт, просто так получилось. Не его вина, что брат наткнулся на их компанию, пока Генри следил за ним.

— Знаешь, а ведь она права. Я готов признать, что, после стольких лет в поисках, мы перестали трезво смотреть на вещи.

Уолтер пожал плечами.

— Возможно, но она не имела права об этом говорить.

— Если не она, то кто?

Его брови взметнулись вверх.

— Только не говори, что размяк из-за этой девчонки!

— Это никак с ней не связано. Мы поклялись защищать человечество.

— Мой сын бессмертен.

— Да, — сказал Генри с необычайной сдержанностью. — Но его брат — смертный, и мы причиним ему гораздо больше страданий, чем он заслуживает.

— Так ты хочешь сказать, что я должен оставить Поллукса на свободе только потому, что он не единственный, кто пострадает? Несмотря на то, что Кастор провинился ничуть не меньше?

— Именно.

Тишина. Ноздри Уолтера раздулись, и Генри почувствовал внутреннее удовлетворение. Брат рассчитывал на его поддержку, но на этот раз ему не повезло. Генри не хотел портить отношения с Кейт. Его желание вернуть Кастора на место законного жителя Подземного мира строилось исключительно на гордыне и законах, которые он сам же и придумал. По той же причине распался его брак с Персефоной, после чего он испытал ту же боль расставания, от которой ныне страдали близнецы. Ему слишком хорошо были знакомы их чувства. Было бы жестоко заставлять их проходить через этот ад.

И хоть ему претило нарушать законы Преисподней и отпускать Кастора на свободу, таково его решение. Когда выбираешь между тем, чтобы сделать исключение, и потерей единственного человека, который впервые за тысячи лет смог сделать тебя счастливым, раздумий быть не должно.

— Не понимаю, с чего вдруг ты так резко передумал, — сказал Уолтер. Даже Генри слышал, сколько усилий прилагал его брат, чтобы не выйти из себя. Он никогда не признает поражения, но Зевс понимал, что был в меньшинстве. После того, через что совету довелось пройти зимой, они не могли позволить себе новых разногласий.

— Может, ты и равнодушен к своему браку, но я ценю наши отношения с Кейт, — Генри смерил Уолтера ледяным взглядом. — Я уважаю мнение своей королевы. Мы оба знаем, что не можем упрекать её. Всё это ей в новинку. Она не понимает, почему мы принимаем подобные решения.

— Чем больше она знает, тем больше ответственности несёт за свои действия. Мы не можем вечно оправдывать её по причине незрелости.

— Не можем. Но никто не поспорит, что Кейт смотрит на ситуацию свежим взглядом. А он нам необходим.

— Боюсь, братец, ты не единственный, кто ищет плюсы в её нехватке здравого смысла.

Генри сглотнул. Ничего обидней его брат и придумать не мог.

— Это ей решать, как проводить эти полгода с Джеймсом.

— И тебе решать, что делать сейчас.

— Именно, — тихо ответил он. — А теперь, прошу меня извинить, но меня ждут дела.

Он дождался, пока Уолтер покинет коттедж, и вновь закрыл глаза. Когда он открыл их, то оказался в двадцати шагах от Кейт и остальных. Кусты полностью скрывали его из виду. Генри послал Джеймсу мысль, не особо ожидая ответа:

Джеймс?

Тишина.

Если хочешь помочь Поллуксу, то не советую меня игнорировать.

Джеймс посмотрел на то место, где скрывался Генри.

Вопрос не в том, хочу ли я помогать Луксу. Ты знаешь, что Кейт назвала Зевса бессердечным ублюдком?

И сволочью. Меня переполняет гордость.

Уголки губ Джеймса приподнялись.

Но ты всё равно забрал Кэси в Подземный мир.

Генри замешкал и нашёл взглядом Кейт. Она прислонялась к дереву в паре шагов от Поллукса. Её лицо покраснело, а щёки блестели от слёз. Он не видел её такой несчастной с того дня, как она прибыла в поместье Эдем в поисках способа изменить судьбу.

И снова он виноват в её несчастье.

Я знаю, мы с тобой не ладим, но мне нужно, чтобы ты мне доверился.

Джеймс поднял бровь.

Да ты что? И с чего бы мне это делать?

Потому что тебе не плевать на Кейт и близнецов. Я, как и ты, совершал ошибки… но они не должны расплачиваться за них.

Прошло несколько секунд.

Откуда мне знать, что это не ловушка?

Просто доверься мне. Ты передо мной в долгу.

И новь наступило молчание. Джеймс покосился на Кейт и, похоже, увидел то же, что и Генри: чувство утраты. Такое же мощное, как когда её маму настигла неминуемая смерть. То, что она едва знала близнецов, но при этом так им сопереживала, ранило Генри в самое сердце. И в очередной раз напоминало о том, что он её не заслуживал.

Ладно.

Взгляд Джеймса переметнулся к нему.

Что я должен делать?

Кейт

Ожидание было невыносимым. Как бы мне ни хотелось верить, что Генри поступит правильно, я разрывалась между надеждой и отчаянием. Кэси у него в руках. Чёрт, с тем же успехом он мог уже вернуть его в Преисподнюю! Джеймс не стал бы врать об этом. А если это правда, то наша песенка спета.

Остаётся только один вариант: верить, что Генри хороший. Что, после всего, через что ему довелось пройти с Персефоной, он поймёт, как больно быть насильно оторванным от человека, которого любишь больше всего на свете. Он смилостивится над близнецами. Надежды мало, но она есть.

Лукс стал необычайно молчаливым после ухода Уолтера. Я думала, что он впадёт в ярость, но парень даже не пытался высвободиться из своих пут. Просто сидел у дерева, словно смирился со своей судьбой. Сдался.

Зрелище было просто ужасным. Именно поэтому, когда Элла пошла гладить одного из своих огромных, слюнявых питомцев, я тут же села рядом с Луксом.

— Мне жаль. Я должна была больше стараться.

Он даже не посмотрел на меня.

— Ты заступилась за нас. Другие не сделали ничего, — парень охрип, а его глаза выглядели потускневшими. Тем не менее, он всё ещё шёл на контакт. Пока что. Но если в душе он был таким же несчастным, как на вид, то это всего лишь вопрос времени.

— Этого было недостаточно, — нахмурилась я. — А ты не можешь обратиться к совету, чтобы они сделали тебя смертным и позволили присоединиться к Кэси в Подземном мире? Если они согласились на просьбу Персефоны, то…

— Их гордость не позволит им так поступить.

Конечно же, он был прав.

— Тогда… как только я стану королевой, то непременно что-нибудь придумаю! Я помогу найти твоего брата, чего бы это ни стоило! Ты можешь остаться здесь или же я помогу тебе похитить его из…

— Слишком поздно, — когда он наконец посмотрел на меня, его лицо было лишено всего человеческого. — Он в руках Аида, а тот скорее умрёт, чем позволит моему брату снова уйти. Для него это вопрос чести. Если кто-то ступил на земли Преисподней, они уже оттуда не выйдут. Никогда. Даже в тех редких случаях, когда он позволял мёртвым покинуть Подземный мир, им так это и не удалось.

— Но он дал им попытку, — заступилась я. — Мы придумаем, как всё исправить, ладно? Я сделаю всё возможное, но ты не должен сдаваться. Пообещай мне!

Мы схлестнулись взглядами, и его карие глаза начали оттаивать. Наконец-то в них загорелась искра жизни!

— Почему тебя это так волнует? К тебе это не имеет никакого отношения.

— Это не так, — я и сама не могла этого объяснить… но его взгляд буквально молил о любом проявлении доброты. О крошечной доле надежды на то, что не все боги так ужасны, как кажутся. Хотя, на данный момент я и сама переставала в это верить. — Дело не только в тебе. В смысле, да, это твоя жизнь, но и моя тоже. Не думаю, что смогу быть с человеком, который намеренно причинил тебе столько боли.

— Аидом, — подметил он, и я кивнула.

— Я не могу так править. Не могу принимать подобные решения. Мне не нужно узнавать тебя получше, чтобы понять, через что вам с братом пришлось пройти, и… я просто не понимаю, как совет этого не видит.

Лукс пожал плечами.

— Они видят то, что хотят видеть. Как и все мы.

— Это не оправдание жестокости.

— Они не считают свои поступки жестокими.

— А я считаю.

Вдруг откуда-то донёсся хруст сухих листьев. Я резко подняла голову. Элла шла в нашу сторону, зажав в руке лук. Позади неё плелась неповоротливая собака. Вообще я люблю животных, но эта адская тварь буквально пускала на нас слюни, а я поставила крест на тех, кто рассматривал меня в качестве обеда.

— О чём это вы тут шепчетесь? — спросила Элла, взяв питомца за челюсть. Собака взвыла как недорезанная. Наверное, это та, которую ударил Лукс. Я всё ещё не одобряла его поступок, но, по крайней мере, мы остались живы.

Лукс резко замолк и посмотрел на свои руки. Я тоже подумывала играть в молчанку, но у меня оставался ещё один тактический ход, который я пока не успела опробовать. Не похоже, чтобы в данном конфликте Элла точила на кого-нибудь зуб. Она охотилась ради Уолтера, а не из жажды возмездия. А это значит, что шанс ещё есть. Небольшой, но всё равно достойный попытки. Я не собираюсь сдаваться!

— Обсуждаем, как Лукс потеряет Кэси навсегда. Уверена, ты можешь себе представить, каково ему будет.

Элла прищурилась, но промолчала. Она чуть не потеряла собственного близнеца в Эдеме. Хотя, её потеря была бы временной, учитывая, что они с Тео бессмертны. Ей никогда не придётся прощаться с братом навсегда, даже если его человеческий облик канул в небытие. Луксу так не повезло.

— Зачем ты это делаешь, Элла? — я встала, и у меня подкосились коленки. Может, я и была пуленепробиваема, но вот нервы мои сдавали позиции. — Тебе известно, как он страдает. Какая тебе с этого выгода?

И вновь тишина. Она подвинулась, чтобы я могла видеть её в профиль, и устремила взгляд вперёд. Мне было плевать, если она хотела меня игнорировать. Мои слова всё равно доносились до её ушей, и это было самым главным.

— Помнишь, какой ты была напуганной в Эдеме, когда Тео ранили? Ты чуть не потеряла его на… сколько там, три месяца? Лукс проходит через то же, вот только он больше никогда не увидит Кэси. Ни через три месяца, ни через три тысячелетия. Только представь, как бы ты себя чувствовала на его месте! Представь, что Тео смертный, и когда он умер, ты пошла на сделку с Уолтером, чтобы разделить с братом своё бессмертие. Но когда стало слишком поздно, ты узнала, что Уолтер изменил условия сделки, и вы никогда уже не будете вместе. Как бы ты поступила?

Снова молчание. Девушка потупила взгляд в землю. Это уже что-то!

— Могу поспорить, ты поступила бы так же. Ты так сильно любишь Тео, что ворвалась бы в Преисподнюю и нашла его, а затем сделала бы всё возможное, чтобы спасти его. Даже если бы это значило, что тебе придётся пойти против Уолтера и провести всю жизнь в бегах. Оно бы того стоило, правда? Не потому, что ты хотела поставить совет на место, а потому, что готова пойти на любой риск, чтобы вы с братом были вместе. И к чёрту последствия.

Её губы приоткрылись, словно она собиралась что-то ответить, но вместо этого Элла поджала их в тонкую линию и покачала головой.

— Элла? — позвал Джеймс. В какой-то момент нашего разговора он забрёл в лес. Теперь парень вернулся, и за его ухом застрял сухой листочек. Я не хотела знать, как он там оказался.

— Чего? — отозвалась она.

— И тебе привет, — он поднял бровь. — Уолтер хочет с нами поговорить.

— Так почему он не выходит сюда?

— Потому что не хочет, чтобы нас подслушала некая личность.

Элла вновь поджала губы и посмотрела на меня с Луксом, словно искала в нас признаки того, что это обман. Моё сердце бешено забилось в груди. Естественно это обман! Если бы Уолтер действительно хотел поговорить с Эллой и Джеймсом, он бы показался. И она тоже это знала.

Они с Джеймсом пялились друг на друга, словно вели немую беседу, и через пару секунд Элла вздохнула.

— Ладно. Пошли, Пироженка.

Девушка последовала за Джеймсом в лес, и её слюнявая псина поплелась за ними. Я сморщила нос. Только Элла могла назвать такую зубастую тварь Пироженкой.

Как только они скрылись из виду, я подбежала к Луксу и начала развязывать сияющие путы, но они были слишком крепкими. Я выругалась.

— Не хочешь помочь? — буркнула я, и он наконец пришёл к жизни. Парень съёжился, словно пытался вылезти из-под верёвок. Когда те начали врезаться в ствол дерева, мои глаза округлились.

— Какого чёрта ты…

— Верёвки нельзя порвать. Придётся пропилит дерево.

— Но ты его убьёшь!

Моя мать пришла бы в ярость.

— Заткнись и смотри, — пробормотал он в ответ. Я ощетинилась. Ну и ладно! Если он не нуждается в моей помощи, я не стану предлагать её дважды.

После минуты натягивания верёвок, они на четверть проникли в ствол, и Луксу наконец хватило место, чтобы выскользнуть из своих пут.

— Вот, — сказал он, разминая мышцы. — Это было легко.

— Если это было так легко, почему ты не сделал этого полчаса назад?

Он ничего не ответил, и я вздохнула. Несмотря на его неразговорчивость, нам нужно было уйти до возвращения Эллы и Джеймса. Закрыть глаза на наш обман — это одно дело. А вот ничего не делать, пока мы сбегаем, это совсем другое.

Я схватила парня за руку и повела его в противоположном направлении от места, где ребята скрылись в деревьях.

— Итак, как нам пробраться в Преисподнюю за Кэси?

— Нам никак. Возможно, если я залягу на какое-то время, мне выпадет такой шанс. Наверняка у совета появятся проблемы поважнее. Но нам пора расходиться.

Я нахмурилась.

— Это я помогла тебе освободиться. И у меня нет особо важных дел на следующие полгода. Я хочу помочь. Пожалуйста.

— Ты уже нам помогла, — он остановился на небольшой поляне и поднял взор к небу. Солнце было прямо над нами, потому возможности определить, в какую сторону мы идём, не было. — И шести месяцев не хватит. Шесть лет звучит более правдоподобно, но пока…

— Ты что, шутишь? Нельзя позволить им держать Кэси в заточении шесть лет! Дай мне помочь. Обещаю, я найду способ добраться до него раньше. Я отвлеку Генри и…

— Это нам без надобности, — отозвался Джеймс из-за деревьев. Я подпрыгнула от неожиданности и стала между ним и Луксом. Вне зависимости от того, что он помог нам сбежать, я ещё не забыла, что это из-за него Кэси и Лукса поймали.

— О чём ты? Где Элла?

— Примерно в миле отсюда, пытается придумать, как объяснить Уолтеру, почему она упустила Лукса.

Я нахмурилась.

— Замечательно. Поблагодари её от меня при следующей встрече. Почему нам не нужно отвлекать Генри?

— Кэси больше не в Преисподней.

Лукс словно окаменел.

— Где он?

Вопрос на миллион долларов. Но в моей голове всплыл ещё один:

— Погоди, ты хочешь сказать, что Генри…

— Нет времени объяснять. Я позабочусь о Уолтере, когда он вернётся. Тем временем, вы найдёте Кэси там, где всё началось.

Я понятия не имела, о чём толковал Джеймс, но Лукс кивнул.

— Спасибо тебе. Хоть мне и следует сломать тебе челюсть за то, что привёл к нам остальных.

Джеймс пожал плечами.

— Больше так не буду.

Вдруг что-то позади него засопело, и слюнявая Пироженка Эллы вышла из леса.

Моя кровь застыла в жилах. Неужели она так быстро передумала?

— Э-э, Джеймс…

— Ах да, точно! — Джеймс погладил Пироженку по пушистой спинке и повернулся к Луксу. — Кстати о сломанных челюстях… В обмен на твою свободу Элла хочет, чтобы вы с Кэси присмотрели за Пироженкой, пока она будет залечивать рану.

Лукс засыпал проклятьями.

— Почему мы?!

— Ну, это ведь ты ей врезал? — парень пожал плечами. — Я бы на твоём месте не спорил. Ты знаешь, какой бывает Элла, если её разозлить.

Лукс пробормотал что-то невнятное и шагнул вперёд.

— Клянусь, если ты ещё раз попытаешься укусить меня, я сломаю тебе шею.

Пироженка взвизгнула, и я нахмурилась.

— Эй! Веди себя прилично.

Джеймс вручил Луксу мешок, набитый чем-то похожим на вяленую говядину.

— Вещи Пироженки. Элла заберёт её, когда у неё будет на то время.

— Ага, в следующей жизни, — проворчал Лукс, и Джеймс пожал плечами.

— Ничего не могу поделать. До скорой встречи, Кейт. Береги себя, Лукс.

Но тот, похоже, не слушал. Он уже опередил меня на десять шагов. Я виновато посмотрела на Джеймса.

— Лукс, подожди!

Я побежала вдогонку, и он слегка замедлил шаг.

— Чёртова собака. Нам никогда от неё не избавиться, — сказал он, бесшумно идя по лесу. — По крайней мере, Джеймс не так уж и плох. Ума не приложу, с чего он так добр к нам.

— Может, потому, что он хороший человек?

Я шумно пробиралась сквозь деревья, труся за Луксом, чтобы поспеть за его размашистым шагом. Если Уолтер хотел нас найти, я со стыдом готова признать, что значительно облегчила ему задачу. Громкие шаги Пироженки тоже не способствовали делу.

Лукс фыркнул.

— Им нравится притворяться хорошими. Это способствует их чувству самопревосходства. Но запомни: совет ничего не делает просто так. Всегда есть выгода.

После всего, чему я стала свидетелем за последние сутки, его озлобленность начала передаваться и мне. Но за своё время в Эдеме я застала богов совсем другими. Может, они и не делали добрых поступков беспричинно, но они также не всегда нуждались в награде.

— Они не так плохи, как ты думаешь.

— И не так добры, как ты думаешь, — он замедлился, чтобы покоситься на меня, и я вспыхнула под его взглядом. — Ты мне нравишься, Кейт Винтерс. Ты лучше них, и тебе хватает храбрости выступать против богов. В совете уже давно не было свежей крови. Если ты не дашь слабину, то однажды, если нам сильно повезёт, ты заставишь их видеть дальше собственных остреньких носов.

— Я не собираюсь их менять.

Но стоило мне это сказать, как мои внутренности сжались. Если таково моё будущее — разборки с призраками прошлых решений совета и разрушениями, которые они внесли в жизни своих подсудимых из-за глупых правил и гордыни…. Я не уверена, что смогу это сделать.

— Поживём — увидим. — Лукс замолчал на минуту. — Ты не одна из них. Ты им не подходишь, и из-за этого могут случиться две вещи. Либо ты позволишь им усмирить себя, либо будешь бороться до последнего. Но ты на это способна, — добавил он. — Ради всех, кто пострадал от их руки, запомни: ты на это способна.

Я притихла. Он ведь говорил о моей семье — о людях, подаривших мне дополнительное время с мамой, оказывавших мне тёплый приём последние шесть месяцев, позволивших мне со скрипом пройти все испытания, хоть я чуть не провалила их несколько раз. Несмотря на все мифы, которые мне пришлось выучить, мне никогда не приходило в голову, что боги могут быть не такими уж и доброжелательными. Они же Боги! Проявляя доброту, они ничего не теряют.

Тем не менее, пробыв в отъезде всего четыре дня, я увидела достаточно, чтобы поверить Луксу. Они не идеальны. И не всегда добры. Иногда они совершают ошибки. Боги — такие же люди, как и мы. Только живут дольше. Мне просто понадобится время, чтобы упорядочить свои мысли и смириться с этой новой реальностью.

Что случится, когда мы неминуемо столкнёмся с ними лбами? Они цепляются за традиции, а я понимаю лишь часть истории, развернувшейся передо мной. Но эта часть полна боли и страданий. На сей раз мне повезло: я манипулировала чувствами Эллы, чтобы она прониклась сочувствием к Луксу и поняла — то, как поступает с близнецами совет, безжалостно. Но я всего лишь человек, и мне не выиграть каждый спор с советом.

Но я запомню все маленькие победы. Благодаря нам с Джеймсом у Кэси и Лукса появилось больше времени. И этого должно быть достаточно, чтобы подготовить меня к будущим потерям, которые непременно будут на этом пути. Если Лукс прав — они неизбежны.

Оставшуюся часть дороги мы шли в молчании. Пироженка вяло трусила за нами. Куда бы мы ни направлялись, Лукс в точности знал, как туда добраться. Через пару миль в безоблачном небе прогремела молния. Парень скривился и ускорил шаг. Я не жаловалась.

Наконец мы пришли к входу в пещеру. Хоть я и не видела в ней ничего особенного, Лукс задержал дыхание. Он льнул к темноте, но внимательно следил, чтобы не ступить внутрь.

— Кэси?

Ничего. Я закусила губу. Это не может быть ловушкой! Генри ни за что бы так не поступил… по крайней мере, со мной. И Джеймс не стал бы лгать. Кэси и Лукс воссоединятся, и всё будет хорошо.

Но что, если это лишь иллюзия? Что, если я неправильно поняла Генри и совет, и теперь мне придётся провести остаток вечности, зная…

— Лукс? — голос Кэси был тихим, но его ни с кем не спутаешь. Парень вышел из темноты. — Долго же ты меня искал!

Лицо Лукса впервые озарилось искренней улыбкой.

— Прости, я просто решил зайти в таверну по дороге и пропустить пару стаканчиков. Тебе что, трудно было меня подождать?

Он не заходил в пещеру, но стоило Кэси оказаться на расстоянии вытянутой руки, как Лукс схватил брата и буквально вытащил его на свободу. Близнецы рухнули на нагретую солнцем землю, но жаловаться не стали.

— Ты цел? Этот гнилой ублюдок тебя не обидел? — спросил Лукс, оглядывая брата с головы до ног.

— Нет, я в порядке. Больше беспокоился за тебя, чем за себя. — Кэси замолк и посмотрел на Пироженку, прятавшуюся в тенях. — Э-э, Лукс?

— Что? А, точно, — тот скривился. — Моя расплата за то, что врезал ей в челюсть. Мы должны приглядывать за ней, пока собака не исцелится. — Он встал и подал близнецу руку. — Что с тобой сделал Аид?

Кэси принял помощь брата и встал.

— Забрал меня во дворец и, по больше части, просто на меня пялился. Впечатление, что у него был ментальный припадок. Я был уверен, что мне конец.

Они оба направились к лесу, и я замешкала, не зная, что делать. Не успела я принять решение, как они одновременно остановились и обернулись.

— Спасибо тебе, Кейт Винтерс. Ты станешь прекрасным дополнением к совету.

Мои щеки залились краской.

— Пустяки.

— Правосудие — это не пустяк, — сказал Кэси. — Как и проявление сочувствия к тем, кому повезло меньше тебя. Не все способны на милосердие. То, что ты поставила на кон собственное благополучие ради нас…

— Думаю, она поняла, — перебил Лукс и ткнул брата под рёбра. Кэси театрально согнулся, но близнец заключил его в медвежьи объятия. После этого они продолжили идти в лес с Пироженкой, бредущей позади.

— Спасибо! — крикнула я вдогонку. Судя по всему, на этом наши пути расходились. — Простите за принесённые неудобства. Но я была рада познакомиться. Берегите себя, ладно?

— Ты тоже, — сказал Кэси. — Заходи к нам ещё.

— Только без этих заносчивых обезьян, — Лукс усмехнулся мне через плечо.

К тому времени, как я подняла руку на прощание, братья уже скрылись в деревьях.

Генри

Генри замер в тени пещеры и наблюдал, как Кейт присаживается у дерева. Смотреть за уходом Кэси было неописуемо неприятно, но его сердце растаяло при виде Кейт.

Он поступил правильно. К сожалению, он не мог обеспечить безопасность близнецов. Как только брат узнает о его предательстве, настанут тяжёлые времена. Но это стоило того, чтобы увидеть Кейт счастливой.

Воздух рядом с ним замерцал, и на губах Генри появился намёк на улыбку. Лёгок на помине!

— Брат, — тихо прошептал Уолтер, хотя мог и не стараться. Генри сделал так, чтобы их голоса не доносились до внешнего мира. — Похоже, я переоценил твою преданность соблюдению собственных законов.

— Есть вещи поважнее гордости, — ответил Генри. — Возможно, однажды ты это поймёшь.

Его кожа чуть не возгорелась от испепеляющего взгляда Уолтера, но он не сводил глаз с Кейт. Его брат не заслуживал такого удовольствия.

— Очень хорошо. Я позволю близнецам побыть ещё вместе, но когда-нибудь они ответят за свои поступки.

— И когда этот день настанет, мы с Кейт, будучи правителями Подземного мира, решим, что с ними делать.

— Ты забываешь, что, хоть Кастор и твой подопечный, Поллукс — мой. Я не дам ему легко отделаться.

Генри воздохнул.

— Я даже не надеялся.

Листва на деревьях зашелестела, и между ними появился Джеймс. Кейт встала и обняла его в знак приветствия. У Генри что-то ёкнуло в груди. Ему не хотелось быть свидетелем происходящего.

— Но пока этого не случилось, я уверен, что мы поступили правильно.

— Как скажешь.

Уолтер исчез. Генри было подумал, что он вновь отправился в погоню за близнецами, но вместо этого он появился в паре шагов от Кейт и Джеймса. Даже издалека было видно, как девушка напряглась. По крайней мере, внезапное появление его брата послужило доброй цели: она отпустила Джеймса.

— Ты идёшь по лезвию ножа, — сказал Уолтер. — В будущем я не буду столь снисходителен к твоему неповиновению.

Кейт выпрямилась и бесстрашно посмотрела ему прямо в глаза. Генри не сдержал улыбки.

— Я не стану просить прощения. Нельзя портить людям жизнь только потому, что вам стало скучно и захотелось поиграть в игры. Это несправедливо.

— Жизнь вообще несправедлива, и чем раньше ты этой поймёшь, тем лучше. — Уолтер посмотрел на неё свысока. — Ты можешь быть дополнением к совету или же помехой. Тебе решать, кем ты станешь.

— Если под «дополнением» подразумевается соглашаться с любым бредом, который придёт вам в голову, без права на собственное мнение, то я предпочту быть помехой.

Генри поджал губы, чтобы не рассмеяться в голос.

На минуту лицо его брата выражало полную озадаченность. Его брови сдвинулись к переносице от возмущения, но он быстро взял себя в руки. Генри был убеждён, что тот не скоро забудет слова Кейт. И хоть это может создать им проблемы в будущем, в данный момент Генри очень гордился своей женой.

Сосредоточившись на брате, он послал мысль в его сторону:

Не обращай внимания.

Уолтер ещё сильнее нахмурился, но вгляделся в тёмную пещеру и едва заметно кивнул. Не сказав больше ни слова, мужчина исчез. Кейт осмотрелась, будто ждала, что сейчас он выпрыгнет из кустов.

— Думаешь, он пошёл за близнецами? — спросила она. Джеймс покачал головой. Затем взял её за руку и посмотрел в сторону пещеры. Генри окинул его суровым взглядом.

— С ними всё будет в порядке.

Генри наблюдал, как они скрываются за деревьями, после чего закрыл глаза. Следующие полгода Кейт вольна делать, что пожелает. У него нет права на голос, и он должен уважать её выбор. Даже несмотря на то, как больно ему было видеть, что она уходит с Джеймсом.

Через шесть месяцев она снова будет его. И он сделает всё возможное, чтобы напомнить ей, почему она вышла за него замуж. А пока шип, который Джеймс вонзил в его сердце, будет закапываться всё глубже, как делал последние несколько тысяч лет. Но он выдержит.

Ради Кейт. Ради их совместного будущего. И потому, что у него нет другого выбора.

Кейт

К тому времени, как мы достигли конца леса, была почти ночь. Огни Афин горели вдалеке. Я зевнула, изо всех сил борясь со сном, пока Джеймс вёл нас в город. Моё тело молило о сне, и от мысли о тёплой кроватке у меня подгибались коленки.

— Как думаешь, куда они направились теперь? — поинтересовалась я, когда мы вышли на дорогу.

— Если они умны, то как можно дальше от Греции.

— Ты действительно считаешь, что Уолтер и остальные вновь начнут на них охоту?

Джеймс пожал плечами.

— Когда-нибудь — непременно. Но ты подарила им ещё пару сотен лет. Может, тысячу, если им повезёт.

— Мы. — Увидев его недоумённое выражение лица, я добавила: — Мы подарили им пару сотен лет. Может, тысячу, если им повезёт. Это ведь ты отвлёк Эллу.

Он улыбнулся и закинул руку мне на плечи.

— Твоя правда. Из нас вышла отличная команда.

Я скривилась и сбросила его руку. Отличная или нет, но мы так и не решили одну проблему…

— Знаешь ли, я всё ещё злюсь на тебя. Всё произошедшее — твоя вина. Ава никогда бы не нашла близнецов, если бы ты не привёл её к ним.

— О, — Джеймс зарделся. — Я думал, мы успеем сбежать. Я и не подозревал, что Уолтер натравит на нас Эллу и её собак. В смысле, совет и раньше был близок к их обнаружению… но не прикладывал к этому особых усилий.

— Это не оправдание тому, что ты подвергнул их такой опасности.

Парень вздохнул.

— Ты права. Мне очень жаль. Но всё закончилось хорошо, не так ли?

— Чудом, — я замешкала. — Зачем ты это сделал?

Он застенчиво почесал голову.

— Потому что знал, что ты идеализируешь совет и считаешь нас этими… супергероями или как их там? В общем, я хотел, чтобы ты увидела — мы не такие. У нас тоже есть тёмная сторона, и тебе нужно было узнать о ней до того, как ты решишь провести вечность с Генри.

Долгое время я ничего не отвечала. Мне стоило догадаться, что совет способен на подобное. Возможно, в глубине души я это знала. Но я даже не подозревала, что Генри — такой же, как они.

— Не уверена, что могу это сделать, — тихо начала я. — Когда всё это началось, мне казалось… что члены совета — хорошие ребята. Те, кто защищает смертных. Те, кто принимает правильные решения. А теперь…

— А теперь ты понимаешь, что мы не такие уж и крутые, — сказал Джеймс, и я кивнула. — Знаешь, в том, что мы совершаем ошибки и позволяем гордости диктовать нам правила, есть и свои плюсы. Это делает нас небезупречными.

— Да. Но за чужой счёт.

И именно это меня смущало.

— Иногда. Но Лукс один из нас… он не член совета, но он — сын Зевса. И у него изъянов не меньше, чем у остальных.

— Но любовь к брату, которого он готов защищать любой ценой, не один из них.

— Ты права, — Джеймс покачал головой. — Не буду врать тебе и говорить, что каждое наше решение истинно верное. Обычно те, которые мы принимаем вместе, не так уж плохи. Но те, которые мы принимаем по-отдельности… это лотерея. Иногда они правильные, иногда нет, а иногда у нас уходит пару тысяч лет, чтобы понять свою ошибку. В случае с близнецами получилось особенно неудачно, потому что единственное, что сдерживает Уолтера от отмены своего решения, это гордость. Но, в конце концов, всё будет хорошо, а пока… посмотри на это иначе. Теперь ты с нами в одной лодке и можешь указывать на наши ошибки.

— Если единственное, что я буду делать на сборах совета, это указывать всем на ошибки, то никто не станет ко мне прислушиваться.

— Да, но это не значит, что ты должна молчать, если дело действительно важное. Ты можешь заручиться моей поддержкой. И Генри тоже. Не могу говорить за остальных, но ты не будешь одна. По крайней мере, большую часть времени. — Он улыбнулся. — Но только попробуй отменить один из моих законов, и наши отношения станут немного напряжёнными.

Я выдавила ответную улыбку.

— Сделаю всё возможное. Но мне нравятся твои суждения.

— Они хороши, не правда ли? — он попытался пихнуть меня бедром, но учитывая его высокий рост, попал по печени. — Знаешь, после всего, что я сделал, мне кажется, я заслуживаю поцелуй.

Я закатила глаза.

— Нет, даже через миллион лет.

— Что насчёт миллиона и одного?

— Может, я позволю себе чмокнуть тебя в щёку, если ты не успеешь упасть в моих глазах за это время.

Джеймс надулся.

— Ты слишком ко мне жестока.

— И тебе это нравится. — Как бы ни была романтична и прекрасна Греция, я не собиралась нарушать свои клятвы Генри. Даже если они фактически не применялись следующие шесть месяцев. Я любила его вне зависимости от времени года.

— Как думаешь, Ава отменит своё проклятье?

— Сомневаюсь. Уолтер и без того сильно зол. Напомни ей об этом через пару лет, когда он успокоится. Может, тогда тебе больше повезёт.

— Верно, — нахмурилась я. — Попытаюсь не забыть.

Он похлопал меня по плечу, при этом держа дистанцию. Наконец-то до него начало доходить!

— Ты хороший человек, Кейт. Мы выбрали тебя не случайно. Нам известно, что ты будешь бросать нам вызов, и большинство ждёт этого с нетерпением. Не волнуйся.

— Легко сказать, — проворчала я, но Джеймс меня проигнорировал.

— Сейчас ты на отдыхе. Отличном отдыхе, кстати говоря, и пришло время начать им наслаждаться. Хватит преследовать богов с мерзким характером. С этих пор я хочу видеть, как ты попиваешь фруктовые напитки и валяешься на пляже. Желательно на нудистском. Здесь их полно.

Ага, дошло, как же.

— Извращенец, — улыбнулась я.

Джеймс расплылся в глуповатой ухмылке.

— Мечтать не вредно.

К тому времени, как мы нашли нужную тропинку, я успокоилась. Впереди маячили полгода солнечного отдыха. Хватит беспокоиться о том, что ждёт впереди. В конце концов мой отпуск закончится, и как бы я ни волновалась из-за встречи с другими богами, в сентябре я вновь увижу Генри.

Кроме того, Джеймс и Лукс были правы. Я — всего лишь человек, так же как и каждый член совета. Что бы ни думал Лукс, они хорошие люди и знали разницу между правильными поступками и теми, которыми руководила их гордыня. Им просто нужен тот, кто на это укажет. Я могла бы и стану этим человеком. Потому что такие, как Лукс и Кэси, этого заслуживали.

И если Уолтер хочет наказать меня за это, то пусть попробует!

Список Богов

Зевс …………… Уолтер

Гера …………… Каллиопа

Посейдон …………… Филипп

Деметра …………… Диана

Аид …………… Генри

Гестия …………… София

Арес …………… Дилан

Афродита …………… Ава

Гермес …………… Джеймс

Афина …………… Ирен

Аполлон …………… Тео

Артемида …………… Элла

Гефест …………… Николас

Дионис …………… Ксандер

Content

Картер Эйми Охота на богиню

Эйми Картер Охота на Богиню