S-T-I-K-S Инакий 2

Глава 1

Сколько есть смертных грехов?

Я бы добавил ещё один! Смертная скука!

Война закончилась. Надолго ли? Это неясно. Я в своей новой ипостаси накосорезил где хотел и где нет. От того и зло! Так что, как ни крути, скука — смертный грех!

Бес сегодня полностью оправдывал своё скрытое погоняло, то бишь балбес! Сел мне на уши и трындит. Я же, просто скучал в своей забегаловке потягивая пивко, и даже не сразу понял, о чём он.

— …представь обычного элитника, да шустрый, дары имеет. Да и размеры у некоторых с трёхэтажный дом… короч не всякая гильдия сладит. А этот с виду дохляк дохляком, даже нулёвка может позариться, да тока не дадут…

— Я название для клана придумал! — перебил я, устав слушать пустую болтовню.

Бес несколько секунд перескакивал с дохляка элитника, на предложенную тему.

— Нихеравам⁈

— Нет, повторяться скучно, — сделал глоток пенного. Рыжий ждал. — Назову просто, Ядерный Кнут!

— А есть с чего? Или ты всё ещё за атомитов гонишь?

— Поверь мне, есть! Но рассказывать об этом не буду.

Покопался в настройках, слава Стиксу это было доступно и вуаля. Бес уставился на мой ник.

— Я тоже хочу!

— Ну так вступай!

— Бос… — Рыжий хохотнул. — Кидай приглос!

— Ах, да, — поставил бокал на стол, будто руки могут понадобиться.

Рыжий Бес ур. 60? «Ядерный Кнут»

— Круто! — кореш был доволен.

Кинул приглашение Катьке.

— Ну, так, как на счёт дохляка…?

Я поднял палец, прерывая его речь.

— Ты мой зам, надо должность для Катьки придумать, — Рыжий открыл рот, но я это пресёк. — Нас теперь трое, объявим приём… Я условия придумал, — губы сами расплылись в саркастической улыбке.

— О! — Рыжий потёр руки в предвкушении. Понимая, что за такой улыбкой скрывается что-то интересное.

— Первое! Набор сто плюс!

Глаза Беса округлились.

— Не перебивай… Второе, нужно пойти к атомитам и передать им любой предмет, неважно какой, главное, чтоб приняли, плевать на последствие… и предоставить доказательства. Сами придумаете какие, главное, чтоб были. Третье, самое простое, сделать селфи со скреббером! — позволил себе ржануть конём, чем привлек внимание посетителей.

— Да ты чо бос? Это ж издёвка! Кто на таких условиях… Хотя, — передумал он, почёсывая шевелюру.

— Даже если придёт один игрок, прикинь, насколько он отмороженный⁉ — поддержал я.

— О да! Гы-гы-гы… стальные блестящие яйца гы-гы-гы…

— Кстати, о яйцах… Ты теперь мой зам, так что, оформляй всё что положено для клана. Страничка на форуме, девиз какой-нибудь придумай, ты же парень головастый! Напиши там про набор, условия упомяни… А потом мы пойдём звенеть!

— Девиз? — озадаченно выдал Бес. — В смысле звенеть?

— У владык вроде не один скреббер⁉ Знаешь, где пасётся второй?

— А-то… А зачем? — до него стало доходить, в глазах заплясали весёлые чёртики. — Селфи?

— Да, брат, селфи!

* * *

— Какой-то ты сегодня задумчивый, — умница Терра.

Девушка, в чьём возрасте, я нисколько не сомневался. Лет под тридцать, для меня однозначно девчонка. Заменила всех. Миранда, СимпоТяжка… С последней, часто встречаться не получалось, из вражеского лагеря как никак.

— Да вот вспоминаю, утюг выключил или нет?

— Дурак! — с улыбкой, по-доброму.

Может и закрутил бы с ней, по серьёзному, вот только «может» и «бы» мешают. Я улыбнулся.

— Ой! Не нравится мне твой оскал. Игрой вообще не пахнет!

В глазах беспокойство, тоска.

Права красавица. Вспомнился вдруг рассказ обсоса-Абсерванта, про красную зону. Есть где развеять скуку.

А девчонка-то, залипла! Волнуется. Я попробовал ощутить то, что никогда не испытывал, разумеется, не получилось. Просто прижал её к себе. Легко подалась, а через пару секунд, я почувствовал влагу на плече. Тварь я!

Она мягко освободилась из объятий, села, удобно устроившись внизу моего живота. Глаза как не странно сухие, а добавленная капелька цинизма, делала её только краше.

— Я знала, что это ненадолго, можешь не смягчать!

Она подняла руки поправляя пышные волосы. Девичья грудь, красиво качнувшись подалась вперёд, будто говоря мне, всё это, может быть твоим. Нехитрая женская магия.

— Как там на остальных фронтах? Затихает? — переведём тему.

Терра улеглась мне на грудь, хитро улыбнувшись начала рассказывать:

— Оба дяденьки Борисычи, куда-то пропали, ходят слухи один другого страшнее. Толи посадили, а другие говорят, что нет их уже!

Я дернул плечами.

— Мёртвая Голова, перешла под контроль каких-то Витязей! Я о таком клане, даже не слышала, вроде как вояки в реале!

Ну да, откуда знать-то, Степаныч своими планами не делился. Занял быстро, дерзко. Не без моей помощи, выделил ему сотню своих гвардейцев. Союзник, как-никак!

— Черный Русский, будто знал про сферы! Вечером того же дня, осадил Ранум, Владыки бились до последнего задрота…

— Погоди, — перебил я. — Афросы вроде ушли из Ранума⁉

— Да, ушли! — Терра стала ерзать на мне, будто хотела чего.

Улыбнувшись, я прижал её покрепче. Девушка сдалась.

— Политик, толи дал что-то Чернышу, толи пообещал… откупился в общем! Тот укатил довольным.

— Все довольны, все смеются! — подытожил я.

— Да, — да с хитринкой такой подтвердила. — Твоя работа?

Не дождавшись ответа, Терра принялась щипаться и щекотать. Пришлось успокаивать.

Глава 2

— Скажи мне псина, как быть? Я не могу покинуть это место, просто не знаю как! И жить здесь, тоже не могу!.. Какого хрена молчишь?

— УРРХХ… Ррр

Большое дерево, на котором я сидел, сотряс страшный удар, но того оказалось недостаточно. А собака, хоть и заражённая, никак не обезьяна, забраться не сможет! Вот и билась о толстый ствол.

Рыжий Бес : Бос, ты где?

Инакий : У Эла!

Рыжий Бес : Эл… Не помню такого. Ты на востоке что ли?

Инакий : Да не… У атомитов.

Рыжий Бес : И ты молчишь⁈ А я?

Сраная игра, даже уединиться негде.

Инакий : Забей, я тут просто поболтать! Что-то срочное? НИПы молчат, значит потерпит!

Рыжий Бес : Странный ты в последнее время… ну лан, я не об этом! Тут дипломат наш, рвёт и мечет. Говорит уйду нафиг из вашего дурацкого клана. Помоги, бос!

— Без обид Эл, потом договорим!

За дипломата, у нас КАТтерина. Когда в клане всего три члена, выбор невелик!

— Вы, два придурка опять нарываетесь? — девушка кинулась в бой, только завидев меня.

Пристыженный Бес сидел, опустив глаза, поднял на мгновение и опять в пол. Каблук!

Девушка согласилась на должность при условии, что ей построят отдельное здание. Чем бы дипломат не тешился, лишь бы… В общем сработали за неделю Игнат расстарался. Два этажа, фигурные окна, закруглённый углы, шкафы с книгами, откуда-то притащил, вместе с дубовым столом. Катька, сверкая глазищами за ним и сидела.

— Что случилось? — как можно безмятежнее начал я.

— Он ещё спрашивает⁈ — когда дипломат кричит, ничего хорошего не жди. — Война только закончилась… и выиграли мы её случайно…

Так-то я много планировал, неужели выглядит случайно? Удивление в моих глазах она словно не заметила.

— …Между прочим! Вы… два… самца… — на языке явно другие слова крутились. — Ну вот зачем нужно было выкладывать фотку со скреббером?

Рыжий сделался пунцовым.

Хоть бы слово вякнул, тряпка!

— Политик мне весь мозг выел, своими нотами протеста! Даже претензию на форуме выложил! — она подняла листок типа открытки и протянула мне. — Вот!

Красивая бумажка. С вензелями заковыристыми и даже печать там была, гербовая, значит.

'Многоуважаемая КАТтерина! Не соблаговолите ли объяснить, что члены вашего, несомненно, крупного клана, делают на подконтрольной нам территории? Можете не утруждать себя ложью! Виновники сего безобразия выложили доказательства содеянного, на игровом форуме! Фото прилагается к данной ноте!

Нажал на кружочек со стрелочкой. Письмо превратилось в фото. Довольная морда Беса на переднем плане. Я, не менее весёлый, был чуть левее и сзади. Пенятся бутылки с пивом и всё это великолепие на фоне гигантских размеров взбешённого богомола. Красота!

Продолжил читать.

'По итогам совершённой вашими сокланами диверсии, нанесён ущерб не только репутации клана Владыки Стикса, а также и материальной его части:

Танк Абрамс — 1 шт.

БТР-80 — 3 шт.

Армейский джип с полным обвесом — 5 шт'.

Дальше пошли ценности подешевле, затем список из полусотни ников — слитых, значит.

Всё верно, Бес решил подразнить кузнечика, швырнул в него бутылкой и попал прямо в глаз. Снайпер. Мы-то портанулись домой, а обиженный скреббер пошёл мстить.

Я устал читать нытьё Политика, посмотрел лишь на сумму оценённого ущерба.

— Охренел!

— Что там? — осмелел Бес.

— Пять белок требует!

— А не пошёл бы… чмо!

Катька обратила на Рыжего прожигающий взгляд, тот быстро замялся.

Инакий : Предлагаю пять споранов. Приезжай забирай, буду ждать ровно сутки… а потом приду сам!

Ответ пришёл мгновенно.

Политик : Ну зачем же так сразу)) Я же думал попытка не пытка… завтра утром приеду! И… У меня просьба, убери пожалуйста третье условие приёма в свой клан.

Инакий : Пораскинь мозгами! Зря что ли такой ник носишь? А как допрёшь, можем обсудить мою долю!

Отвечать он не спешил, видимо прислушался к совету.

— Проблема решена!

— Что ты ему сказал? — Катька выглядела озадаченной. — Претензию с форума убрал!

— Дашь ему пять споранов, если меня не будет. Клялся приехать утром!

На что наш дипломат вздохнула, сокрушённо покачав головой, затем подняла ещё одну бумажку. Бес оживился.

— Дипломаты с Хантеров писали. Хотят поставить у нас своё представительство!

Чуть подумал, вспоминая.

— Нормальные ребята, пусть строят!

— Ах да, чуть не забыла, тебе прислали приглашение на сбор глав…

— Каких ещё глав? — не понял я.

— Топ кланов! — пояснил Бес. — Мы ж топы… хы…

— С детства не люблю собрания! Тоска!

— Придётся сходить, — настояла Катька. — Твоё положение обязывает! Завтра. Стаб Няшек. В десять по серверному.

— Я покажу, где это, — любезно вмешался Бес.

— Можешь не напрягаться, наш бос уже давно туда тропинку протоптал!

Кореш уставился на меня в недоумении.

Эх ты, бери пример с подруги!

— Схожу, так и быть!

Я уже направился на выход, но вспомнил про кореша.

— Пошли, тряпка!

Заржав конём, впрочем, как обычно, Бес выскочил за мной.

— Завязывайте со скребберами! — послышалось вдогонку.

— Чем займёмся бос? — стоило оторваться от юбки как кореш заскучал.

Ответил я не сразу, написал пару строк новому главе Мёртвой Головы. Степан ответил согласием.

— Дружка надо выгулять и должок заодно верну.

— Какого дружка? Что за должок?

— Пошли, весело будет!

Глава 3

— Бос, ты чё? Нас же тут задуэлят! — выдал Бес, глядя на ворота.

Стабильный кластер Мирра. Агрессия невозможна!

Игроки спешили, кто туда, кто обратно. На нас почти не обращали внимания.

— Не сцы, им не до этого будет!

— А-а! Не ну бос, ты же не такой жестокий⁉

— Так это ж игра, да и скучно мне! Душа праздника требует!

— Ну тогда ладно, — милостиво согласился кореш.

А за воротами нас ждал.

— Какого хера? Чо надо? — прорычал невежливый кваз.

— Ты здесь за дворецкого? — ответил я вопросом.

Система: ТорИзМор вызывает вас на дуэль.

— Воще нехераимы обнаглели!

— Давай живее, — поторопил я Беса, — Времени мало!

До Одинокого Админа, мы дошли довольно быстро. Не знаю как там у кореша, но я отказал уже пяти дуэлянтам, и ведь морды все те же. И в самом заведении, бармен Петрович не в счёт, а вот присутствие Кони и Блайда, меня порадовало.

— Эй Коня! Яйца не жмут? Гы-гы-гы.

Бес в своём репертуаре.

«Девка» тут же вспыхнула, хватаясь за кабуру, а Блайд спрыгнул со стула и встал между столиками.

— Думаешь тебя не достать? Найдутся люди, — принялся он стращать. — Выходи на улицу, если не сыкло!

— Потом обязательно выйду, — пообещал я, усаживаясь за столик. — Пиво пожалуйста, мне и моему другу!

Заказ принесла темноволосая худышка. Миранду я пристроил в таком же заведении, в Мёртвой голове, можно сказать по блату.

С удовольствием сделал первый глоток и сверился с таймером.

Система : Внимание всем! В стабильном кластере Мирра, появился опасный заражённый!

— Надо было попкорна заказать, — сказал Бес, подавив смешок.

Присутствующие игроки тут же возбудились и ломанулись на выход, зал забегаловки быстро опустел. Петрович и мы с Бесом поглядывали друг на дружку, первый с подозрением.

— Интересно, он придёт?

Прислушался к себе. Здесь, дружок! Я его и без звука чувствую!

Скука одолевала всё больше, уже и детские выходки попёрли, но я не мог ничего с этим поделать. Чем ещё заниматься? Сегодня разрушу Мирру, вечером свидание с СимпоТяжкой, завтра пойду на собрание! А между этими событиями, нужно выслушивать доклады подчинённых НИПов. Вот тебе и распорядок!

— А отчего бы не прийти бос? Он всегда знает, где ты! Сам же говорил!

— Разок, там у торговцев, он хотел слинять.

— Да ладно? Он же ГИРой управляется, прописанный алгоритм сбоя не даёт!

— Этот не управляется… Допил? Пришел, уродец… — получилось резковато, но я почему-то начал беситься.

— Ага! — вроде как не обратил внимания.

При выходе из Админа нас встречали только Кони и Блайд.

Система: действие дуэльного кодекса приостановлено. Дождитесь окончания осадного режима!

Попытка вызвать меня на дуэль не удалась!

Не так далеко заработал крупнокалиберный пулемёт. Урчание приближалось.

— А что девочек на войнушку не берут? — взгляд на Кони.

Гневно сверкнув глазами, «он» раскрыл рот. Видимо злобную отповедь приготовил. Я не стал тянуть, портанувшись «друзьям» за спины, синхронно постучал им по затылкам. И как только увидел бараньи взгляды, саданул их лбами.

— Как мешки с говном! Гы-гы-гы, — выдал Бес, глядя на два тела под моими ногами.

— Просто хотел проверить, осада вроде, вдруг агр возможен⁉

— А-а…

Схватил Беса за предплечье и портанулся на стандартный кластер, недалеко от Мирры.

Страж, часть того мира откуда я пришёл! Места, о котором знаю только я! Неродное и вовсе не ласковое, но обладает одним неоспоримым плюсом! Оно реально! До боли в кровоточащих ранах и нестерпимой вони пекла! Никакая супер пупер дополненная онлайн игра, с крайней степенью погружения, не может заменить настоящего вкуса холодного пива и хорошего удара по морде! Может дело в этом?

— Ты как бос? — физиономия Рыжего выдавала озабоченность.

— Норм! — с лязгом захлопнул рот. — Дай мне по морде! Живее…

— Чо? — не въехал тот.

— Я трахнул твою Катьку!!!

В следующее мгновение, я очухался в кустах аккурат меж двух берёзок и что самое обидное, проморгал удар! Как? Когда? Ладно… Спишем это на силу любви.

Бес с перекошенной физиономией, взирал куда-то в бесконечность, на подошедшего меня ноль эмоций, а затем:

— Ты, вот сейчас, чего сказал?

— Это была шутка, мне понадобилась небольшая встряска, вот и шутканул! — и ведь помогло, мир стал чуть ярче.

— Хрена-се! Бос, не знай я тебя, честное слово, не понял бы… Ты… ты самый отмороженный псих на свете, гы-гы-гы, — Бес вернулся.

В Мирре тем временем шла настоящая веселуха; стрельба, взрывы. Ора стража слышно не было, но понятно, что он там. Не в друг дружку же они стреляют⁉ Алгоритм, про который постоянно твердят Рыжий с Катькой, допускает военные действия на мирной территории только при нападении вражеских сил, или как в данном случае заражённого.

— Ладно, отдохнули, давай за дело!

— А чо делать-то?

— Доставай свой супер-арбалет, будем дружка дразнить.

— О! Это я запросто.

Страж всегда знал, где находиться его главный враг, то бишь я. И потому шёл, давя хилое сопротивление можно сказать напрямую, дом не дом или ихний позорный забор. Там-то мы и встретились. Заражённый растоптал смешную колючую проволоку, поглядывая в нашу сторону.

— УРРХХ…

— И тебе привет, урод!

Хлопок по левую сторону от стража и к нему метнулся дымный росчерк. Взрыв за спиной заставил его чуть шатнуться. Подняв обломок забора Страж, швырнул его в сторону в сторону обидчика. Раздался сдавленный крик. Меня он из поля зрения не терял. Делал всё так, будто глаза на затылке.

Щёлкнул арбалет. Монстр взвыл, а Бес запрыгал от радости.

— Гляди бос, прямо в левый глаз!

Совсем рядом свистнула пуля. Дружок же, выдернул болт и стартанул в нашу сторону.

Достаточно! Завалят ещё под шумок, желающих-то, пол сервака. Схватил кореша и прыгнул на противоположную сторону стаба, вряд ли страж отстанет.

— На хрена! — разочарованно выпалил Рыжий. — Могли бы его слить!

— В другой раз сольёшь, герой. У меня свои планы!

— Ну лан!

В условленное место, мы отправились быстрым шагом. Без специально заточенных даров, сбежать от стража невозможно, на-то и расчёт. Появился в поле видимости минут через пятнадцать.

— Какой шустрый! Уже через стаб проскочил… Злой ты бос, взял Мирру разрушил!

— Ничё не злой, просто память хорошая. А им, — я махнул за спину, — наука будет, надо нормальную защиту строить! Забор м…ь!

— УРРАХХ…

— Вот и дружок согласен.

— ГЫ-гы-гы…

Когда он почти нагнал, прыгнули ещё на пару километров и ещё. Я всё думал, когда же он сообразит? Спрячется или хотя бы в обход пойдёт, всегда же умом отличался. Но видимо злоба затмила заражённый разум, так и пёр, пока не проснулся чат.

Степан: Достаточно акробаты! Он в кольце, можете уходить!

— Ну, слава Стиксу, а то уже выдыхаться начал… Ты со мной, или…?

— А⁈ Чо? — кореш стал озираться.

На обочине зашуршало, выехал маленький робот на гусеницах и направился в сторону стража.

— Витязям слил! — догадавшись утвердил он. — Не. Я останусь, — тут же принялся возиться с арбалетом.

— Ну, удачного слива, акробат!

Глава 4

А что у меня дальше по плану? Для начала в свой стаб!

Возвращение получилось неудачным, сразу нарвался на казначея.

— Глава⁉ — заискивающая улыбка.

Пройдоха будто знал, что я приду именно в этот момент.

— Что у тебя Козьма? Живее, мало времени!

Лучше бы с Бесом остался! Сливаться куда веселее.

— Я по поводу завтрашнего собрания, нам бы в очередь попасть!

— О чём ты?

— Большой Эл, глава. Лут лишним не бывает!

— А, вонючка! Завтра решим! Всё, у меня дела…

— Э-э глава?

Пришлось уходить быстро.

Система: Я ещё вернусь старый враг!

* * *

Дальше пришлось прыгать аккуратней.

— Милое дитя, знаю, шоколадные конфеты вкусные, я ведь тоже был ребёнком! Но вот беда, шоколадки нельзя зарядить в пулемёт.

— Дядька Игнат, — с упрёком произнесла девочка. — Я уже сделала целую коробку больших патронов!

— Цинк! — поправил градостроитель. — Рита, двенадцать и семь не самые большие патроны! Вот!

Понаблюдав за воспитанием нашего суперксера, пошёл себе дальше. Пока Игнат занят, надо слинять. А-то начнётся озадачивание меня любимого бытовыми мелочами.

Риточка у нас, не совсем ксер. Знахарь определил её дар, как системное копирование, а казначей, придумал способ. Брался допустим цинк патронов и пустой ящик чуть больших размеров, Рита касалась обоих и через несколько секунд, ящик был полон. Козьма, радовался как ребёнок. А мне, всё опостылело до тошноты, приходилось держать лицо, я всё же глава! Надо куда-нибудь свалить!

Миранда: У меня скоро перерыв! Может на чаёк заскочишь?

Заманчиво, конечно, чай я люблю… с конфетками.

— Глава!

Вот чёрт! Дочка Игната.

— Здравствуй Марьяна! Что-то важное? Я тут малость занят! — держу ноги в руках.

— Важное! — девушка мило улыбнулась. — Это важно для всех, — окинула взглядом округу.

Я проследил взглядом и заметил приближение Игната, старикан улыбался, глядя на то, как мы беседуем.

Обложили.

— Но до вечера терпит! — сжалилась она.

— Вот и прекрасно! Я, пожалуй…

— Э… Глава!

Не успел слинять, Игнат был уже рядом и догонял.

— Что у тебя?

Создавая бурную деятельность, я не останавливался, бывшему старосте пришлось бежать за мной.

— Добро твоё нужно, на строительство… Пришлых всё больше, одна гостиница не справляется! Места в стабе уже нет, так что придётся ломать и строить сызнова, большую!

— Дело хорошее Игнат, даю согласие!

СимпоТяжка: Я тут мясо по новому рецепту приготовила и салатик с морепродуктов будет… Ты как?

Красивая девушка, приглашает свидание, даже не так… на трах приглашает! И что же меня в этом предложении напрягает? А то, что в следующий раз, мы будем обсуждать обои в спальне!

— Ну как гора с плеч, спасибо глава, с Козьмой я сам порешаю! — довольный Игнат отчалил.

На а я, пока никто не видит… Тут я поймал себя на мысли, что боюсь встречи со своими НИПами и не только с ними… обрыдло всё!

Терра: В девять я свободна! Ток вино не забудь!

Еще одно подтверждение.

* * *

— Один ты меня понимаешь, дружище!

Сидя на кровле, Пряник уминал очередную жареную колбаску и повиливал хвостом в знак согласия.

Облокотившись на парапет, я откупорил вторую бутылку пива, пришлось заскочить в забегаловку, а уже затем прыгнуть на крышу своего дома-дворца. Высоко, строители расстарались, с верхней точки, где я, собственно, и находился, был виден лес и даже моё озеро.

Хорошо здесь, тихо!

Не знаю зачем глянул за парапет, а там Марьяна рыскает, будто ищет кого.

— Что делать, Пряник?

— Вав!

— Да тише ты, это риторический вопрос! На вот, жуй, — кинул ещё одну колбаску, а тот и рад.

— Я о вечном, тоска тут друг… жизни не хватает!

Я уже хотел было открыть третью бутылку и изливать душевное дальше, как почувствовал внимание. Поворачиваю голову…

«Вот же срань!»

Казначей наш каким-то нюхом меня нашёл и топал по крыше сияя, как шлифованный споран.

— Да чтоб вас… сгинь!

— Глава… не вели казнить…

— Всё б…ь, достали!

Глава 5

Итак, что мы имеем? Десяток кланов, минус старики разбойники. Что, несомненно плюс для всех… Ну может Корн по папе скучает? По цветущему виду не скажешь!

Сутки игнорил всех, даже СимпоТяжку. А это сборище игнорировать нельзя, влияет на моих.

Сидя за круглым столом, я посмотрел на главу Танатосов. Юноша неандертальской внешности, развалился на кресле рядом с Политиком, в мою сторону демонстративно не смотрел. В отличии от главы Владык Стикса, регулярно бросающего на меня нервные взгляды.

Главы или их представители, с помощниками за спиной. Стол без углов, так что разглядывать присутствующих было удобно.

Чёрный Русский, пожалуй, самый колоритный персонаж в этой компашке. Смоляного цвета дреды (всегда было интересно, как их моют?) очень сочетались с иссиня-чёрной физиономией. А белая борода, что частично лежала на столе, создавала образ средневекового пирата на сходке с «добрыми» друзьями. Черныш улыбался, глядя на главу Изгоев, солнечный свет отражался от золотых зубов.

Кореш зачем-то толкнул меня в плечо.

Рыжий Бес: Этот полупокер на пидора не похож!

Вынужден был согласиться, Колдун создавал впечатление успешного адвоката и одет был соответственно — деловой костюм, галстук…

Инакий: Хрен на него!

— Итак, господа, — начала хозяйка красивого здания, в котором мы заседали, по совместительству глава Няшек. — Приступим к обсуждению ежемесячных итогов…

Что я тут делаю? Какие к чертям итоги? Скучища… Одна отрада, Терра! На малышку приятно посмотреть! Всё в ней в меру, даже голос правильно поставлен. Как она стонет! Так, что-то я отвлёкся.

— …По сложившейся традиции, начну со своего клана. У меня плюс восемнадцать рекрутов…

«О чём ты говоришь, солнце?»

— …Из них один лекарь, два танка…

Интересно, есть ли здесь дар затыкать себе уши, потому что именно это мне хотелось сейчас сделать.

Когда Терра закончила, слово перешло к Чернышу.

— Я, короч, бухал пару недель, гы-гы, технику оплакивал! — взгляд на меня, скорби ни грамма.

Дальше стало интереснее. Старая знакомка Мария Медичи, для начала прожгла меня взглядом. Я же, выпустил Пряника, решил убить двух зайцев, выгулять пса и отвлечься.

— Вчера, наш стаб Мирра, подвергся нападению Стража Стикса! — если бы в игре можно было убить глазами, я бы давно не скучал.

Народ начал охать и ахать, будто никто до того на форуме не сидел, смакуя видосы с разрушенными зданиями.

Питомец гавкнул на «француженку» и чуть подумав побежал к Терре. Довольная девушка усадила его на колени.

— Страж — это хорошо, Страж — это жирный лут! — выдал Спартак из Хантеров. — Плохо что к нам не пришёл!

Аккуратные ноздри Медичи стали раздуваться.

— Мне плевать на ваше мнение!

— Ух…

— Вах, — Спартак удивлённо всплеснул руками.

— Он мне половину стаба разрушил! И я требую возмещения!!!

— От кого ты, курица, возмещаться собралась?

Этот Чёрный Русский ещё хлеще Беса!

Медичи не стала реагировать, будто оскорбление и вопрос её не касались, высокомерный подбородок повернулся в мою сторону.

— Этот Инакий, пришёл в Мирру, а следом появился Страж!

— Вав…

Очень интересно! Я сложил руки на груди.

— Ай вай, а дальше⁉ — Спартак выпучил огромные глаза.

— Вы что, не понимаете? Он вызвал Стража! Он может! — наманикюренный пальчик тыкнул мне в голову. — И вообще, откуда он выскочил? Появился и сразу устроил войну!

— Вав…

— Да! И что эта мелочь тут делает? У нас собрание топ кланов! — это уже Корн осмелел.

— Гнать к чертям нубяру! — возник глава Карапузов. Одноимённый ник и внешность, задрот не сильно парился.

— Вав… ррр…

— Да заткни ты свою суку!

Я лишь улыбался, зря он так сказал.

Пряник резво спрыгнул с коленей, подбежал к набычившемуся Корну, да как вавкнет! Того звуковой волной на спинку кресла откинуло. Пока Корн приходил в себя, а рядом сидящий Спартак тихонько посмеивался, пёс обрызгал его ботинок и гордо прошествовал ко мне.

— Да что за херня? Он дебаф повесил!

Корн, надув до безобразия губы, вскочил с места и как мне показалось хотел уйти. В последний момент бросил обиженный взгляд на Карапуза и передумал, вернулся на место.

— Интересно, что на это скажут админы? — злобная физиономия Карапуза повернулась к Медичи.

— Это читерство и беспредел! — дамочка затянула старую песню.

Посыпались обвинения, нападали, защищали. Глава Громовержцев выдвинул не оригинальное предложений, выгнать мелкого нуба, понятно кто его поддержал. Я сидел молча, Пряник так вообще позёвывал, тем самым показывая своё к ним отношение.

Бардак прекратила хозяйка бала.

— Начнём с того, что единственная цитадель на сервере, принадлежит этому мелкому нубу! — взгляд на открывшего рот Корна. — И кто-то из вас, даже пытался взять её штурмом… Напомнить, чем это закончилось?

Глава Танатосов искривил и без того ужасные надбровные дуги, вкупе с надутыми губами он напомнил мне кого-то из приматов.

— Ну что вы в самом деле, — слово взял Колдун. — Инакий вполне приличный мужчина! Хочу воспользоваться случаем и пригласить вас в гости!

Рыжий Бес: Не поддавайся бос, завербуют)))

— Я зама пришлю, занят!

— Будем рады его принять, — не растерялся глава Изгоев.

Рыжий Бес: Эй???

— Давайте вернёмся к итогам, — продолжила Терра, забыв про претензию Медичи.

Негодующая француженка, стала похожа на Корна, только цвет лица был красный.

Дальше опять скучные отчёты, из которых я узнал, что Хантеры соревнуются с Громовержцами, кто быстрее построит цитадель. Дошла очередь до меня.

— Отремонтировал, модернизировал… в общем всё хорошо. Спасибо что интересуетесь, — Медичи демонстративно фыркнула. — Меня же интересует другое… Очередь на Большого Эла. Кристалл опыта не помешает и остальное барахлишко, лишним не будет, война дело затратное, знаете ли.

Про сферы распада, я помалкивал. Небольшое здание, что ресалось в поле недалеко от Мёртвой Головы появлялось не часто и не всегда с лутом. А чистили его, до войнушки, Демосы и Фобосы. Теперь, это наследство Степана.

— Мелочи там нефиг делать! — Корн опять осмелел.

— Э, слушай! — Спартак обратился ко всем. — Дайте новенькому без очереди! Я за! — Армянин поднял руку.

— С какого хера? — возмутился глава Танатосов. — Мой клан следующий!

— А потом мой! — Карапузы, тоже не хотели уступать.

— Проголосуем? — вмешалась Терра. — Я поддерживаю предложение Спартака.

Поднялась вторая рука.

— Нормальный чувак, пусть развивается! — поднялась рука Черныша.

Итого трое, я прошёлся взглядом, Политик смотрел на стол, Медичи злорадствовала.

— Кто против?

Танатос, Карапузы, Громовержцы, Тёмные Небеса. Четверо против трёх. Посмотрел на Колдуна.

— Я пока воздержусь, — поспешил с ответом тот.

Рыжий Бес: Всё-таки пидор!

— Я тоже, — отметился Политик.

— Итог, — Медичи даже вскочила. — Четыре против трёх! Твоё место в конце!

— Ладно, — я улыбнулся, поймав ответную улыбку от Терры. А вот Политик смотрел подозрительно.

* * *

— Зачем я тут, вообще? — спросил я у Терры.

Девушка догнала меня в коридоре, намереваясь затащить за ближайшую дверь.

Бес тактично ушёл вперёд.

— Как зачем? Ты теперь топ. Привыкай…

— Нахрен! Лучше бегунов по кластерам гонять… А может напьёмся и элиту погоняем?

— С тобой хоть на Эверест, но только вечером, — игриво ответила девушка.

Прижал, поцеловал в податливые губы и с сожалением покинул.

— До вечера!

Ни за что бы не ушёл, но тут Катька с каким-то срочным делом, даже часа не терпит. Что-то там с моей дурью, которая выстрелила. Заинтриговала в общем.

На выходе, меня ожидала не очень приятная встреча. Корн, сынок одного из Борисычей, запамятовал чей именно. Общался с шестёркой казачка. Заметив меня, тот улыбнулся во весь рот, сверкая фиксой. Чупа собственной персоны. Закрыв пасть, он издевательски поклонился и провёл рукой по горлу.

— Почему это тело на свободе? — Рыжий был в недоумении.

— Это тебе не ГИРа. Та система не так совершенна.

— Так не пойдёт! Напишу кое-кому, пусть определят человечка.

Я даже знал кому он сейчас пишет. Закончив дело, кореш вернул Чупе улыбку и скрестил пальцы в виде решётки. Как ни странно подействовало, скорчив злобную гримасу, сказал что-то Корну и отчалил.

* * *

— Ну, что за спешка?

Мы нависли над Катькой, сидящей за своим дубовым столом. Точнее я навис, Рыжий при виде благоверной становится ручным и вообще, старается ходить на задних лапках.

— Я могла бы и переслать, но на большом экране, смотрится эффектнее!

— Ну не томи уже!

Песчаный пляж, немноголюдно… Но главное не это. На переднем плане стояла темноволосая девушка в бикини. Поза была не простой, из тех, что должны вызывать желание. И вызывала! Лицом к камере, но боком, грудь вперёд, а шикарная попка назад.

— Ну что замолчали? — девушка смотрела на нас, а не на экран за спиной.

— Мне нравится! — сказал чистую правду.

— Э-э, — протянул Бес. — Я эту фотку не видел!

— Да о чём вы? — повернулась. — Чёрт, файлами ошиблась… хих.

— Никогда не был на океане! — задумчиво ляпнул я.

— Вот!

Ничего близкого с прежним фото. Пять серьёзных лиц, которые можно сравнить с какой-нибудь рок группой, благо причёски к тому располагали, в остальном же, ничего общего. Во-первых камуфляж, ну а второе, на заднем плане стояло такое чучело, не дай Стикс приснится. И не стояло вовсе, обманчивое впечатление. Если скрестить некоторые шедевры кинематографа и добавить мифологии, получится чужая хищная горгона. И змеи в причёске были, расфуфыренные такие, зубастые.

— Это то, о чём я думаю? — спросил Бес.

— Да Бесёнок, то!

От смеха я сдержался, но грозную гримасу от Катьки, всё же получил.

— Это Хищник! Человекоподобный скреббер, никто не знает, где его искать…

— Эти похоже знают, — возразил я.

— Вот бы его слить, — мечтательно выдал Бес. — Прикиньте какой с него лут падает⁉

— Никто ещё не сливал!

— Уверена? Эти панки выглядят грозными! И почему ников с уровнями не видно? — я с любопытством рассматривал вопросики над головами.

— Шмот хороший… да и на съемку защиту поставили, скорей всего. Ну и 120+ и при встрече, на своём нубском уровне, ты не увидишь! — Катька в своём репертуаре.

— Не знал, что такие бывают!

— Есть такая боевая конста, — слово взял Бес. — Призраки… ходят на дальняк, куда не суётся не один клан. Бьют строго скребберов. И ходят тихо, никто о них ничего не знает! Слухи на форуме, — пояснил он.

— А откуда тогда слухи? — девушка улыбалась.

Справедливый вопрос. Рыжий пожал плечами

— Не важно! — подытожил я. — Ребятки 100+, селфи есть… Что там с атомитами?

Картинка сменилась на город в стиле постапокалипсиса. Несколько уродцев в балахонах. Тот который в центре, держит в руках букет алых роз. Лица, как обычно, не видно. Но вот поза говорила о полной растерянности. Те самые ребятки стояли напротив.

— Ха, приколисты! — Бес рассмеялся.

— Молодцы, все три пункта выполнили! Неважно как.

Я заметил одну интересную деталь, атомиты безоружны.

— Осталось познакомиться!

— Вот и знакомьтесь! А у меня дел много, — наш дипломат сказала, как отрезала, и зарылась в бумаги.

Ко мне прилетел контакт, некто МоrоZ, видимо их главный.

Инакий: Стаб Нехераим. Милости просим на смотрины!

Ответ не заставил себя ждать.

MoroZ: Будем в 14:00 по серверному.

Просто и чётко, мне понравилось.

Когда ты глава стаба и клана, время пролетает с космической скоростью. Игнат, Козьма, Суворов, с каждым надо встреться и поговорить. А разговор обычно вёлся в одном направлении, нужны деньги!

Я уже скучал по тем временам, когда бродил по пеклу!

Глава 6

— Ну и вонища тут! Он что, весь кластер засрал? — прошептала Серая Вдова.

— Как у моих родственников в сарае запах, гы, прям ностальгия проснулась, — радостно пробасил Потапов, тряся разноцветным ирокезом.

— Что, прям говном?

— Ага!

Я не вмешивался, новые члены клана знакомились с обстановкой. Знахарь и танк. Взять я мог только двоих. Можно, конечно, метнуть ещё, но MoroZ, их главный, заверил меня, что хватило бы и Вдовы. Знахарю есть чем удивить. Потапов просто так, для подстраховки. Танк выглядел как здоровенный панк в армейском камуфляже. А Серая вдова, вся в чёрном. Длинные волосы, что закрывали один глаз, плащ, берцы, будто с одного ведра краску брали. Не фонтан в общем, хотя, если подстричь, приодеть, то, наверное, пойдёт!

— Ну давай уже, не томи, вызывай своего Соскребушу.

— Не Соскребуша, а Поскребуша, балда! Будешь обзывать моего пета, натравлю и от тебя тоже будет пахнуть! Он у меня хороший, ласковый! — Вдова умилённо сложила ручки на груди.

— Гы-гы-гы, — порадовался танк.

Я уже собрался заскучать, как рядом со знахаршей материализовалось чудо-юдо на восьми ногах, шириной с морду грузовика и высотой за два метра.

Поскребуша уровень 2

Ниже шла строчка мелким шрифтом.

И только потом, я стал припоминать. Где-то уже с этой рожей встречался! Вгляделся пристальнее.

Детёныш Адского Скреббера.

Непростые ребятки!

Паучок отморозился, сделал движение типа жвала очистил и пошелестел к хозяйке, а у той глаза загорелись.

— Ты мой милый… Скучал да? — полезла обниматься с чудовищем.

— Гы-гы-гы, во даёт, да? — Потапов повернулся ко мне.

Пришлось улыбаться и кивать.

— Потапов плохой дядя, правда?

Монстр повернул голову в нашу сторону и противно заскрежетал, танк продолжил ржать, а я решил перейти к делу.

— Его ещё найти надо, зароется в какой-нибудь куче и не заметишь!

— А может пошуметь? — предложил Потапов, даже дрын с земли поднял, но тут же забраковал.

— Можно и пошуметь, может даже и придёт! Но тут вокруг, — я провёл рукой по периметру. — Куча пещер, кто оттуда может вылезти? Может даже атомиты с базуками, а ещё у них бомбы ядерные бывают! У меня другое предложение.

Появившийся Пряник, хмуро зарычал.

— Ой, какой хорошенький! — воскликнула Вдова.

А скреббер подпрыгнул на месте, будто удивившись. И бочком, как краб переросток перебрался за спину псу, тот повернулся, оскалив зубы.

— Пряник, это свой! — как мог представил дружбу, вспомнив Катькину кошку.

Питомец, перестав рычать, повернул ко мне морду, собачий взгляд выражал недоумение. Типа: «Ты ничё не попутал, хозяин?»

— Свой, — повторил я. — Подружись!

— Поскребуша, это друг, — вторила мне Вдова.

Скреббер осторожно двинулся на встречу. Пряник тоже пошёл, сначала неохотно, а затем вдруг разогнался и припал на передние лапы повиливая хвостом. Само интересное, началось после. Детёныш скреббера попытался сделать тоже самое, но не рассчитал центр тяжести и бухнулся набок, подняв в воздух тучу листвы.

— Ой ты мой хороший… не раздави собачку!

— Это писец, я щас расплачусь, — не выдержал танк.

Пряник тем временем, подбежал к чудовищу и потёрся о жвала, одно, второе.

— Ой! А пёсик его бафнул, — удивилась Вдова. — Два, двухчасовых, на скорость и на… а что значит баф на пронырливость?

— Танго с ним сможешь танцевать… завязывай!

Он прав!

— Пряник, ищи, — вспомнил как выглядит вонючка.

Пёс послушно сорвался с места и скрылся в кустах.

— Не шуми. Дай знать!

— Он что, такие команды выполняет? — удивился идущий за мной Потапов.

— Ага, и дебаф может повесить, и порвать как грелку!

— Гы, хочу такого пса!

Скреббер обошёл нас слева, Вдова за ним.

— Поскребуша милый, не наступи на каку, а то будет бобо!

Этот раз, оригинальностью не отличался, если только глубже. Огромная куча дерьма, скорее гора. Примерно в центре торчала часть уродливой морды. Облезлая скула, драное ухо. Пряник гавкнул, глаз открылся.

— Ох…ть! Такого я ещё не видал!

— Мама, ради меня обратно… Что у этих админов в башке?

— Как что? Баблоиды!

— Пряник, ко мне! — гавкнув напоследок, пёс сорвался и исчез в кармане. — Господа, имею честь представить вам Большого Эла, он же Вонючка Эл!

К счастью, нам не надо было лезть в говно, заражённая собака, злобно заурчала и начала выбираться сама.

— Собака Баскервилей отдыхает! — губы танка растянулись в оскале. — Метров пять будет?

— Назад, за деревья! — скомандовал я, помня, что будет дальше.

Выучка на высоте, отреагировали моментально, паук замыкал жидкую колонну. И вот мы на поляне. Было слышно, как псина отряхнулась и по жидкому за нами, шлёп, шмяк, захрустели деревья. Грязная, страшная морда нарисовалась меж ветвей.

— УРРХ…

Очень грозно. Тварь уже на поляне и смотрела почему-то, строго на меня. Ну так-то, я иногда прихожу поболтать, бывает и пузырёк с собой беру. Неужели со слива память сохраняется? Хотя это не важно. Не думать сюда пришли.

Детёныш подчинился команде хозяйки, вышел на позицию атаки. Если честно, я начал сомневаться, что Поскребуша справиться. Да и танк, судя по скепсису во взгляде, тоже. Больно уж размеры не совместимы, в два с половиной раза.

Эл, коротко глянул на детёныша и угрожающе урча рванул ко мне.

— Поскребуша, фас!

Скреббер застрекотал, как тот кузнечик. Завёлся и буквально с проворотами рванул к цели. Куча листвы взвилась над нами медленно оседая. Удар! Короткий визг резанул по ушам, но на цель подействовал ошеломляюще. Детёныш умудрился сбить монстра в полёте, но тот быстро вскочил и судя по позе оценил противника, которого изначально не брал в расчёт.

Не долго они стояли на месте. Урчанье, стрёкот и новая стычка. Скреббер поменял тактику, вместо удара, шустро перебирая лапами, пробежал по спине твари оставляя кровавый след и спрыгнул на листву прихватив по пути часть облезлого хвоста. Эл завизжал, не жалея наши уши, но про противника не забыл. Быстро развернулся, оскал шире морды и припал на передние лапы, копируя недавнее поведение Пряника. Рывок к детёнышу, а тот уже с другим манёвром, проскочил под морду противника, ловко по паучьи перевернулся и побежал по животу псины, та попыталась скинуть его лапами, но куда там, прыг скок и пропал. Эл завизжал, битой псиной и не затыкаясь уселся полубоком, чем напомнил кота, вылизывающего причиндалы. Да вот только не лизал он вовсе, а пытался что-то выгрызть из своей задницы.

— Фу, Поскребуша! — завопила Вдова, подпрыгивая и тряся руками, словно дитя, — Куда залез… кака!

Потапов, поняв, что произошло, чуть ли не по земле от смеха катался.

— Во даёт гы-гы, ну Пряник, ну монстр, когда понадобится баф на пронырливость, я знаю к кому обратиться… гы-гы-гы…

Между тем, момент был упущен. Эл оказался первым, кто это понял, что не мудрено. Тоскливо подвывая, он понаблюдал за тем, как бугрится в его пузе, затем резко подскочил и с разбегу приземлился на лежащее неподалёку бревно, прямо так, на пузо.

— Поскребуша, скреби!!! Гы-гы-гы…

— Дурак! Он же ещё маленький!

Не удовлетворившись радикальной мерой, Эл принялся грызть себя, причём не пузо, а уже где-то сбоку, там, где вскочил очередной бугорок, затем, такой же появился в другом и в третьем. Тело заражённой собаки стало напоминать диковинный корнеплод, который вот-вот…

— Всем на землю! — скомандовал я, первым выполняя свой приказ.

Падая, успел заметить, как раздулась собачья морда и на всякий случай прикрыл голову руками.

— УРРХХАА…

Вымученный посыл Эла, тут же прервался самым отвратительным образом.

Ч-М-Я-Я-К-С

Дальше только влажное шлёпанье, большое, маленькое. Один из останков Эла, все же упал мне на прикрытую голову.

Система: получен дебаф!

Минус двадцать процентов на скорость передвижения!

Будьте осторожны!

— Вот же зараза вонючая, даже после смерти достал, — ругался танк.

— Поскребушаа! Ты где, мой маленький? — Вдова вскочила, осматривая окрестности.

А тот стоял себе в центре мясного круга и жвала очищал, возможно что-то подъедая. Голова несчастного Эла, торчала чуть в сторонке.

— Фу! Выплюнь каку!

Так и есть!

К счастью, игровые моменты никто не отменял, не важно, как закончил свои дни матёрый заражённый, стоит очистить споровый мешок и останки развеиваются чёрной пылью.

Глава 7

— Ну и как? — поинтересовался MoroZ, встретив троицу во главе со мной у городской казармы.

У нас был небольшой уговор, новички должны продемонстрировать свои силы, случай быстро подвернулся.

— Так, я заражённых ещё не убивал, да и вряд ли смогу! — тут я уже не выдержал, рассмеялся.

— Что-то не по плану? Мои подвели? — серьёзно спросил, даже рукава начал засучивать.

К нам поспешили оставшиеся члены консты — Мультик и Бабай. Потапов смотрел на них еле сдерживая смех. Видимо субординация не позволяла.

— Нет! Всё в порядке, — поспешил я, его успокоить. — Но способ…

— Поскребуша тут не причём! — вступилась Вдова. — Он у меня приличный и ласковый…

— Ласковый гы-гы-гы, — он всё же не выдержал.

— Это Пряник, плохая собака… бафнул моего маленького нехорошим бафом.

— Да что случилось-то? — гаркнул MoroZ.

Я посмотрел на Потапова, тот согласно кивнул и скинул видео нашего боя, оставшимся членам группы. Сначала было тихо, игроки вникали в механику боя, сосредоточенный взгляд в никуда. Я был неправ назвав их консту панками, таковым был только танк Потапов, Серая Вдова — галимый гот. Это Катька с Бесом проинструктировали. А оставшиеся трое, несмотря на моложавые лица, напоминали престарелых рокеров, родом из восьмидесятых, одни кожаные куртки с заклёпками, чего стоят.

MoroZ, не даром лидер, когда Мультик и Бабай, начали ржать конями, оставался серьёзным.

— Интересный у тебя питомец! — сказал он, вернувшись в реальность. — Я занялся изучением их возможностей, когда появились первые.

Не видел, чтобы он улыбался. Можно, конечно, списать на недолгое знакомство, но ощущения говорили о другом. У него отсутствует чувство юмора! Что, впрочем, не мешает полноценной жизни, даже в игрушки играет и консту неслабую собрал.

— Завёл себе питона, после красной жемчужины он научился мимикрии… после белой, стал боевой невидимкой! Мощный пет.

Подтянулись остальные бойцы, заговорил Мультик:

— Я Советские мультфильмы обожаю, Остров Сокровищ — любимый! Завёл себе крота, надеюсь боевого, — он криво ухмыльнулся. — Пока только копает!

— У меня коняшка! — влез довольный Бабай. — Как подрастёт, буду скакать по бескрайним степям!

— Гы-гы, до первого рубера! — влез Потапов. — Хочу боевого петуха! Пока куры попадаются…

Раздался общий смех.

Дождавшись, когда игроки успокоятся, MoroZ продолжил:

— Наших петов объединяет одно. Они простые, хоть и боевые в большинстве, а вот твой… это что-то, — но заглянул мне в глаза. — Один баф на ускорение чего стоит! Плюс сорок процентов, шутка ли⁉ А уж дебафы… читал я на форуме, нытьё одной особы…

— Lимонка гы…

MoroZ посмотрел на танка и тот заткнулся.

— Он сбил ей все статы на половину ещё и запах повесил! В течение шести часов, её будут находить все типы заражённых… крутой дебаф, можно использовать как приманку!

Я кивнул.

Что тут сказать? Мой пёс особенный, потому что настоящий⁉ Однако, с недавних пор, я не видел различия между реальностями. Одно точно, Пряник не местный! Как и я! И несмотря на приятные плюшки в виде местного бессмертия, мне тут всё осточертело, хотелось вдохнуть настоящего, пусть я даже сдохну после этого… Но об этом, я говорить не буду! В очередной раз, всплыл разговор с Обсервантом, отогнав пока что ненужное, я обратился к сокланам:

— Всё прошло прекрасно, единственное, помалкивайте про Эла… пока.

Поняв, что ответа про питомца не будет, MoroZ поднял другую тему.

— Всё как мы договаривались?

Крутая конста качалась с самого основания сервера Рус. Всё как говорил Бес. Не светятся, работают строго с высшими заражёнными, ну и скребберы соответственно. Заработали определённый капитал, Поскребуша тому пример, а теперь хотят покоя и размеренности. Я могу это обеспечить, до определённой степени.

— Да! Начнём с шестидесяти в месяц, соцпакет не обещаю, но премиальные и тринадцатая будут! И десять процентов с добытого вами лута!

Игроки довольно закивали. Эх, наивные, не знают они, что за каждый добытый споран придётся побороться, Козьма не зря свой хлеб ест! Но это всё опостылевшая лирика, пора завязывать!

Распрощавшись с сокланами, я пошёл искать одного матёрого военного.

* * *

Суворов стоял на самом проблемном участке защитной стены, краем глаза наблюдая за ходом модернизации. Работа шла споро, в строителях, слава Стиксу не было отбоя. Всему виной респаун, город пополнялся ежедневно, ежечасно, хоть фейс контроль вводи. Козьма прибывая на своей волне, предложил сделать привязку, то бишь гражданство платным и ещё взносы ввести, типа партийных. «Будут платить, глава, никуда не денутся!» Крохобор. Я, естественно, запретил.

— Что-то серьёзное? — спросил военачальник, отвлекшись от работяг.

Ну да, не зря же я его искал. По взгляду догадался.

— Мне нужно отлучиться, не знаю на сколько это затянется, поэтому хочу оставить распоряжение… на всякий случай!

— Серьёзно! Отлучиться здесь⁉ Я правильно понимаю?

Я кивнул.

— Сколько людей с собой возьмёте? Нужно их подготовить.

— Я пойду один, и тебе лучше не знать куда! Лучше никому не знать, — поправился я.

Военачальник нахмурился, судя по всему, сейчас что-то выдаст.

— Опять вы, авантюру какую-то задумали⁈ После ваших походов, стаб приходиться восстанавливать! Будто шило в… а-а, бесполезно говорить, — он махнул рукой.

— Надо Суворов, надо! Или я буду не я! Рыжий Бес остаётся за старшего.

Тот удивился.

— Ему самому нянька нужна!

— Нянька есть!

Почувствовав признаки подступающего бешенства, я глубоко вздохнул, что помогло взять себя в руки.

— Отделение MoroZa используй по своему разумению, они теперь на довольствии!

— Значит опекун! — вояка гнул своё.

— Опекун, ты, Суворов! Последнее слово за тобой!

Военачальник завис, причём прямо так в вызывающе позе.

По сути, я отдал ему все права, чутьё говорило правильно сделал, этот не подсидит, не подставит. И вообще, скопирован с железобетонного военного! В последнее время, стал чаще прислушиваться к интуиции.

— Если это приказ, я готов его исполнить! — вояка отмёрз.

Интересные дела, я его тут с железобетоном сравниваю, а он… хотя, ладно. Изначально было ясно, что вечно я со стабом нянчиться не буду, лучшего кандидата не найти.

— Устного распоряжения достаточно? Или может бумага какая нужна? Чтоб все поверили!

— Достаточно! Не поверят заставим! — жестко ответил Суворов.

Я сразу поверил.

Следующий этап — посещение оружейки, одно взял, другое оставил. На продовольственном складе, сделал небольшой запас провизии, заскочил в нашу столовку за горячим, вроде всё⁉

Стоя на защитной стене, я наблюдал за суетой НИПов. Как муравьи. Везде, и чем-то заняты.

Но радовало меня мне только это. Я что-то создал, целый город, пусть и виртуальный. Местные тут поспорят! Для них, наш реальный мир, такой же ненастоящий и меня уже не напрягает, что я считаю НИПов людьми. Большинство из них, почеловечнее некоторых «настоящих».

Достаточно! Поборов в себе желание попрощаться с Бесом и Катькой, я прыгнул в следующий этап.

Глава 8

Когда дела идут в гору, даже неприятности сносятся легче. Демидов приехал в головной офис Артели, в прекрасном расположении духа, душевно поприветствовал охрану, хотел было обнять улыбчивую секретаршу, но передумал, нечего сплетников радовать. Вошёл в кабинет с улыбкой, закрыл стеклянную дверь.

В соседнем кабинете, что в сравнении с офисом Демидова, смотрелся как большая кладовка, шла ежедневная планёрка. Довольный комдир, помахал ему из-за стеклянной стены. Коммерческий директор, должность которого «ласково» сокращали, являлся двоюродным братом.

Многие коллеги решили, что дело превращается в семейную лавочку и приведёт к упадку. Но нет, Демидов хорошо знал родственника и ценил за креативность мышления, именно Антон подал идею с питомцами для персонажей, а сейчас Артель собирала сливки. Молодец парень! Махнув в ответ, Демидов задёрнул жалюзи. Предстояла не очень приятная встреча, что было производственной необходимостью.

— Аллочка! Кофе, пожалуйста! — сказал он по внутренней связи и откинулся на спинку кресла.

В плюсе, от которого не первый день гудел головной офис, было несколько странностей. Во-первых: программа «Пет», являлась тестовой, сырая недоработанная. Во-вторых: никто не давал команду на её запуск. По крайней мере, так утверждает директор по айти технологиям. Которому, кстати, грозила кара, вплоть до увольнения. Но когда неожиданно выстрелило, всё забылось…

— Иван Васильевич! — секретарша прервала ход мыслей. — К вам господин Чалов…

— Пусть заходит! — распорядился Демидов.

Быстрее зайдёт, быстрее выйдет, подумал он, глядя как заходит невзрачный человек с залысинами, толстенные линзы в старомодной роговой оправе, рыбьи глаза.

Интересно, он у всех антипатию вызывает, или только у меня?

Чалов вошёл, глядя под ноги и в таком же виде, уселся на стул в самом конце стола.

Секретарша принесла кофе, вопросительно посмотрела на гостя, хозяин кабинета нетерпеливо махнул, и та вышла.

— Здравствуйте! — поприветствовал Демидов.

Тот буркнул что-то типа угу и сходу начал бубнить.

— Просили передать, проект Чужая поляна, должен получить высшую степень защиты!

— Минуточ…

— Сказали, что в игровом процессе замешано слишком много бывших военных, есть вероятность утечки данных, — тональность бубнежа не изменилась, лишь громкость прибавилась.

Этот человек невероятно бесил Демидова. Ему хотелось треснуть его увесистым стулом, коих полно в кабинете и посмотреть, как он будет бубнить с разбитой головой. Но это лишь мечты, какой бы именитой ни была фамилия, да будь Демидов даже сыном президента, он не мог и слова сказать поперёк. Потому как, рыбий глаз, представитель института, а эта странная организация, находясь под контролем государства, имеет рычаги давления на министерство финансов, здравоохранения и до кучи обороны! Как с ним бороться? Да никак! Молчи в тряпочку и слушай, что бубнит ихний клерк.

— Хотели уточнить, справляетесь ли вы с ситуацией? Если нет, могут прислать специалистов, по поддержанию порядка!

Как же он достал! И ведь говорит так, будто я пустое место.

— Всё под контролем! — отчеканил Демидов.

И как же они, собираются поддерживать порядок? В игре! Чтобы бросить вызов персонажу 50+ нужно качаться не менее трёх месяцев! Вон акционеры мои, пердуны старые оба 100+ и то умельцы нашлись, тоже конечно дело тёмное, но факта это не отменяет! А может они хотят воздействовать через процессы управления? Тогда дело плохо, начнутся жалобы, кривая прибыли поползёт вниз. Ответ один, этого допускать нельзя!

— Шестой год я во главе Артели и пока что справлялся! Не надо вмешиваться в игровой процесс!

— Просили сказать, стабильную локацию Мёртвая Голова, заняли военные разведчики, прошедшие не один локальный конфликт! Часть из них, проходит обучение в кластере Нехераим…

Ах да, Нехераим… Тот самый Инакий, с которым просили разобраться! Слава Богу, просить больше некому, один теперь где-то на Магадане, второй в земле, к счастью, заменить их стало не кому, не те люди. А Инакий! Что Инакий, пусть себе чудит и дальше, после его закидонов, Артели только прибыль!

— Я приму это во внимание, — нейтрально ответил Демидов.

— Чужая поляна — высшая защита! — ещё раз напомнил рыбий глаз и вышел не прощаясь.

«Вот же ублюдок!» — подумал Демидов, делая глоток остывшего кофе.

Он не хотел себе признаваться, что банально боится какого-то посыльного. Ведь эти глаза, что всегда смотрели куда-то в сторону, не было в них ничего человеческого, такому убить, что холодного кофе глотнуть.

«Ну ничего, я добьюсь полной независимости, год, другой и не будет больше посыльных», — успокоив себя, Демидов открыл жалюзи, планёрка ещё не закончилась.

Глава 9

Как-то под пивом и вискариком, Бес назвал это место, золотым эльдорадо. В чём-то он был прав. Вся игровая валюта, что мы здесь собрали, дала неплохой рост моему стабу. Прям мечта среднестатистического задрота, лежать онлайн и зарабатывать бабло! Никаких тебе утренних подъёмов, нудной возни в неинтересных файлах и тупого начальника! Играешь и зарабатываешь!

Сегодня, я туда вернулся и мне жутко не понравилось. Воняет старыми трупами и огрызки элитников никуда не делись.

Неожиданно меня пронзил холод, моментально сковавший тело. Не двинуться, даже на миллиметр.

— Ну ты даёшь, чепушок, думал уже облом! — сухой, неприятный голос за спиной. — Но я знаю, такие как ты на месте долго не сидят. Видел, что ищешь приключения на свою задницу. Только три дня? Удивил! Я надолго расположился… Зацени какую гору шелухи настрогал!

Меня грубо дёрнули за ворот, и я заценил. Правда, большая, неповторимая преданность делу, огромная куча. В перекошенном оскале Чупы сверкнула фикса.

— Это станер! — он продемонстрировал небольшой блестящий пистолет. — Даже элиту минуты на три успокоит… Клеевая штука, да?

В поддых прилетел неслабый удар, но упасть я не мог, захрипел и в глазах потемнело.

— Игрушка админов! — Чупа заржал, тут же став серьёзным. — Я из-за тебя поляну жирную потерял, падла!

Прилетел удар в челюсть. Очень больно, будто на наковальне под кувалдой. С места не сдвинуться и телепорт не работает.

— Не понимаю таких фраеров, лезут везде, масть портят, а потом плачут корчатся от боли, прощенья сука просят!

— Хрен дождёшься! — прошептал я, голос хоть и с трудом, всё же работал.

Следующий удар, был в промежность, аж в глазах потемнело, я бы скрючился, но этот стан, а вообще странно, система помалкивала.

— А может ты мазохист? По роже видно, что больно. Так на кой ляд высокий уровень поставил? Тот болтун, Обсервант, ваще не мазохист, пальцем тронешь, уже ноет… Спокойный теперь и про ипотеку забыл. Поболтаем?

— Так ты освободи и поговорим… Или привык беззащитных лупить?

Смех Чупы, эхом разлетелся по многочисленным коридорам пещеры.

— Не, фраерок, Чупахина ещё никто на понт не брал, на гниль тем более!

Прилетело в нос, горячая кровь хлынула как настоящая, закапало на берцы. Сдул кровь с губ, получилось будто плюнул, капли полетели в морду Чупы. Тот нисколько не расстроился, гоготнув размазал её по небритости.

— Я люблю кровь, она приносит знания. К любому кремню ключик подберу!

Чупа наслаждался властью.

— Я думал ты молчун, а оказалось не заткнёшь! Анекдоты, наверно, из-под шконки рассказывал? Больно голос хорошо поставлен!

Чупа опять заржал, затем резко отработал двойку, печень-челюсть, шагнул чуть назад.

— И тебе чепушок голосок поставим, скоро запоёшь! Кто? Откуда? Где тело ныкаешь?

Я начал хрипеть, по-другому смеяться не получалось. Чупа оценил, сверкнув фиксой, замахнулся материализовавшимся в руке мачете.

Я уж подумал, наконец-то слив. Но нет, урод оказался коварнее. Удар пришёлся по левому берцу, рассекая, отрубая подошву вместе с пальцами. Металл звякнул о камень. Боль, быстрой волной достигла мозга, из меня вырвался тихий стон. Пришлось посильнее сжать зубы.

— Нет, нет, это ещё не всё! — почти ласково съязвил он.

Схватил меня за челюсть заставив разжать зубы и с силой засунул в рот горлышко фляжки. Обжигая глотку, хлынул крепкий живчик.

— Ты мне ещё нужен, фраерок. О сливе даже не думай! Может завтра или позже! Я не тороплюсь, а ты уходить не спешишь… Всегда можно написать корешам, правда? Прибегут, выдернут из капсулы, слёзки крокодильи утрут… Или ты бирюк? Нет друзей, нет врагов, сам по себе, чёрте где!

Сукин сын и правда позаботился, боль притупилась. Слушал я молча, вдруг в порыве что-нибудь нужное выболтает.

— И прикинь, что я узнал! Переселенцы-то, тоже тут не просто так! Эти старые богатые хмыри, как и все остальные привязаны к телу, вроде как в анабиозе или заморозке, короче хрен этих импотентов поймёшь. Но главное-то, — он приблизился и зашептал. — У богатых пидорасов, есть слуги! Там есть и тут тоже есть… Как же без них? Пожрать надо приготовить, жопу грязную вытереть! И защитить, само собой! Где твои слуги, гнида?

Короткий и быстрый удар в живот, когда ожидаешь не так больно, но и приятным не назовёшь.

— Нету! — ответил он сам себе. — Просто ты хитрый фраерок, который хорошо спрятался. Молодец! Я после первого дела, тоже хорошо заныкался, думал фартануло… Нашли, суки. И тебя найдём! Знаешь Хасана? Хасанов Артур⁉ — неожиданно спросил Чупа.

Видимо моя реакция, обозначилась чётко, потому что урод гадко ухмыльнулся.

— Вижу, что знаешь! Я бы подумал, что это ты, морды почти неотличимы… Но характер сука! Супротив него, ты мишка плюшевый!

Чупа достал пистолет, обычный ПМ, снял с предохранителя.

— А ты знаешь, что пуля в брюхе, не смертельно? Это я тоже на себе испытал, но больно сука!

Гулкое эхо выстрела, разнеслось по пещере, и всё, никакой боли. На лице Чупы, нарисовалось лёгкое замешательство, я же, растянул окровавленные губы в усмешке. Дело в том, что у меня перед глазами появилась мушка прицела, классическая такая, как в онлайн игрушке. А под ней красная кнопка, последнее не оставляло пространства для фантазии. Небольшое мысленное усилие и мушка на лбу начавшего соображать Чупы.

Красная кнопка.

Чпоньк…

Интересная озвучка, для захваченной пули, админы решили не париться, вместо обычного БАХ или ПУХ, ласковое чпоньканье. Чупа, с озадаченным взглядом падает на спину, станер в одну сторону, ПМ в другую.

Классный дар! Пукалка админов, отключила все, кроме пассивных. Чёрная дыра — надо бы потренироваться!

Прошло пару минут, труп успел развеяться, оставив после себя какую-то мелочь и только потом, меня отпустило.

— Ах, гадство! — рухнул на задницу, не хуже того мешка с дерьмом.

Болело всё: морда, тело, но хуже конечно с ногой, у меня теперь не было пальцев, сукин сын, отрубил их вместе с частью ступни. Обрубок кровоточил, не сказать, что сильно, так, подкапывало. Пришлось снимать покалеченный ботинок и накладывать повязку.

Рыжий Бес: Бос, ты где?

Хотелось ответить в рифму, вовремя передумал, кореш то здесь не причём. К тому же, возникал вопрос, а надо ли отвечать? Если я прав в своих подозрениях, то путь назад заказан! И друзья… не должны ничего знать, даже Рыжий! Что-то мне подсказывало, папа министр, тут не помощник, государственная машина размажет, как простого обывателя. Так что…

Персонаж Рыжий Бес добавлен в чёрный список.

Туда же пошла Катька, и все мои пассии. Чуть подумав, занёс в этот список остальные контакты, вместе с НИПами.

Всё, страница перевёрнута, пора заняться собой!

* * *

Золотое яйцо регенерации. Внимание! После употребления ресурса, потребуется усиленное питание!

С этим то, как раз проблем не будет. Жаренное мясо с рисовой кашей, захваченные мной в солдатской столовке, пошли в дело. Закончив подкрепляться, я почувствовал нарастающий зуд в обрубке. Отлично — дело пошло. Натянул ботинок на ногу, вспомнив при этом, того волка из мультика, очень скоро, я буду выглядеть именно так. Чуток живчика и взялся за дела!

Жадный Чупа, оставил после себя горстку споранов и кепку в мелкую клетку.

«А ещё меня фраером называл, понторез хренов!»

Осмотрелся. Нет, я был не прав. Чупа не жадный, станер остался на месте, как отлетел, так и валялся себе сверкая хромом. ПМ, кстати, тоже остался. Попрыгал на одной ноге, собрал лут, немного подумав, часть решил оставить. Чупа создавал впечатление злопамятного упёртого типа. Такой человек, правдами, не правдами, пусть даже по пояс в крови, но пойдёт до конца! Потому, я оставил модную кепку, вдруг дорога как память⁉ Сверху прижал пистолетом, а самое интересное, подложил под памятную часть гардероба, типа на не извлекаемость поставил, есть такая функция у гранаты чужих! Пусть порадуется.

Повертел в руках станер, оказалось занятная вещица, прямая родственница Сфер распада.

Альтернативное оружие чужих. Класс оружия — Эпический. Привязка невозможна. Ограничений по уровню нет.

Принцип воздействия: Энергетический сгусток останавливает движение живого организма путём частичной парализации. Время воздействия, зависит от чистой массы объекта воздействия.

Хорошая вещь, пригодиться в моём путешествии.

Глава 10

Я по своему характеру и сути, ни разу не спелеолог. Бездельничая дома, посматривал географический канал, интересно, конечно, но на этом мои познания заканчивались. А ведь тут, настоящая пещера! Как прикажете искать дорогу на запад? Нет, направление я знал, спасибо встроенной карте. Там, где прошёл, рисовалась дорожка. Вот и оставалось только топать ножками. А с одной из них большая проблема, приходилось ступать тихо и аккуратно.

Таким макаром дошёл до западной стены сокровищницы и всё! Прямого тоннеля с неоновой подсветкой и надписью выход, не было. И вообще голяк, отвесная скала, метрах в тридцати над головой, переходила в свод пещеры. Слева нагромождение камней, справа поросли в туманной дымке.

И куда? Хотя что это я⁉ Есть же Пряник! Выходи дружище.

— Вав…

Псу тут не понравилось с самого начала, ну ещё бы, съели же! Вот и сейчас он, порыкивая обнюхивал стену и злобно косился в дальний конец пещеры.

— Нет его пока, успокойся! Лучше выход найди.

Представил карту, направляя воображение на западную сторону и подействовало. Пряник потоптался на месте, затем сорвался к туманным порослям.

— Медленнее дружок!

Послушался, проявляя нетерпение поглядывал на меня, словно на больную черепаху.

— Ну извини! Мне тут пол ступни отчекрыжили.

Ему хорошо, он маленький под непонятную мохнатую хрень нырк, мне пришлось ручками раздвигать, липкая дрянь и воняет чем-то!

Система : Получен дебаф — Опьянение

Старайтесь не касаться веток Синей Хмуреллы. Интоксикация алкалоидами, может отправить вас на респаун.

Приятной игры!

— Зашибись, млять! А раньше нельзя было предупредить?

Теперь, я пьяный калека!

Только я об этом подумал, как повело сначала в одну сторону, потом в другую, а на душе потеплело. Узкий каменистый коридор, показался не таким уж и неудобным, даже приятная глазу зеленоватая подсветка присутствует. Жизнь удалась!

И почему я об этой штуке раньше не знал? Все пытался привычным способом нахерачиться!

— …Любо братцы любо, любо братцы жить! С нашим атаманом…

— Вав!

— Чего ты дружок? Всё норм! — подозрительный взгляд Пряника, мне не понравился. — Не будь таким серьёзным… Эх, тебе бы сучку друг! Любо братцы лю…

Не знаю на что я наступил, твёрдое и скользкое, как назло, попалось под культю, мир перевернулся с ног на голову, и я полетел куда-то вниз. Бум-бах-трах и приземление мордой в холодную воду. Быстро подскочил отплёвываясь, дурь как рукой сняло. Подсвеченный зелёным коридор, значительно расширился превращаясь в грот, а я сидел в ручье.

Интересная травка Хмурелла, зацепила, да быстро так, забористо! Может нарвать про запас?

Моим намерениям не дал свершиться Пряник. Как ни в чём небывало, прошлёпал рядом, а затем и вовсе поплыл, намереваясь скрыться за поворотом.

— Эй, стой!

Пришлось ползти за ним на четвереньках, к счастью, стало глубже и шире. За поворотом поток усилился, над головой стали проноситься сталактиты. Да так быстро, я и сообразить не успел, как ленивый поток, превратился в стремнину.

Пряник бултыхался впереди. Я, стараясь его нагнать. Стал загребать руками, и тут послышался звук, который мне совсем не понравился. Рёв, рокот, падающий воды и судя по всему, лететь ей далеко, а значит и мне. Пряник исчез в инвентаре, слава Стиксу тянуться не надо.

Группируюсь! Толчок от края вышел смазанным, левая нога подвела.

Мой расчёт был до тупости прост, отлететь как можно дальше, там скорее всего глубже. Угадал! Со свистом промеж ушей влетел в глубокую воду, быстро вынырнул, огляделся и погрёб к берегу. Не понравилось мне, сам не знаю что. Толи я увидел, толи меня.

На берегу почувствовал себя увереннее, к тому же сказалось авторитетное мнение Пряника, материализовавшись посеменил строго в том же направлении, ну и я заковылял. Благо освещения от красных полосок на стенах хватало, чтобы выхватить ближайшие метров сто. А судя по эху от падающей воды, пещера с озером была огромна.

Я ещё раз попытался просканировать пещеру, но этот дар почему-то не работал. С остальными вроде норм. Защита какая? Зачем?

Очень скоро пришлось остановиться, регенерация требовала пищи. Пол палки колбасы и литр кефира, улетели в топку за пару минут, пёс схомячил целую банку тушёнки и смотрел на меня голодными глазами. Такой маленький, а проглот каких поискать!

— Ты лучше дорогу вынюхивай! Как выберемся из пещеры, обещаю открыть две банки… тебе одному!

Поверил, стартанул маленькой гончей, пришлось пресекать. Шёл я, точнее ковылял поглядывая на озеро, из головы не шло, то, неприятное чувство при прыжке. Пряник, как ни в чём не бывало шуровал по берегу изредка принюхиваясь к камням и поглядывая на отстающего хозяина.

Ходьба мыслям не мешала, мне было интересно, почему не дали достижение⁉ Вроде как новая локация, или всё те же владения скреббера? Короче одни вопросы и о чём? Я думаю об игровой механике! Хотел уже поплеваться, помешало чужое внимание. Не став подавать виду, потихоньку отдалился от берега. Взгляд был именно с воды.

«Пряник! Чёрт бы тебя побрал!» — мысленно воскликнул я.

Тот вопросительно оглянулся.

«Бегом от берега!» — для понимания, представил большую зубастую рыбу, что тянет его за хвост. Кто ещё может из-под воды наблюдать? Не динозавр же⁈

Пёс сиганул ко мне, в этот момент водная гладь взорвалась, выстреливая гигантской пастью, несовместимой с размерами моего питомца, как мамонт за мышью.

Пряник, к чести, ускорился, охотнику не хватило каких-то миллиметров. Клацнуло так, что аж мелкие камни под ногами подпрыгнули. Разочарованный рык чуть не порвал перепонки и пасть убралась обратно в воду.

Казалось бы всё, можно спокойно снимать штаны и заняться стиркой, но не тут-то было. Озеро исторгло такое, что я пожалел о своих первых мыслях. Это был реальный динозавр!

Альтерозавр 90 уровень.

Рептилия. Видимая часть тела покрытая зеленоватыми бляшками защиты, была не меньше десяти метров и больше двух в высоту и это не придел, а уж морда — клыки размером с клинки. До меня наконец дошло.

— Это же сраный крокодил!

Небольшие мощные лапы (по сравнению с телом, а пробежит по тебе такая, раздавит, и не заметит), отталкивались от поверхности с лёгкостью заядлого бегуна. Оказавшись на берегу, тварь предсказуемо устремилась за Пряником, про меня кстати, тоже не забыла, показавшийся из воды хвост загнулся в сторону, чтобы тут же свистнуть в обратную. Я неуклюже «нырнул», челюстью об камень, но нужного результата достиг, пятая конечность пролетела надо мной, щёлкнула где-то слева, а крокодил, исторгнув газовое облако, побежал дальше.

Вот любят они эти говно-дебафы подкидывать, хлебом сука не корми!

Экстренный прыжок вперёд и вправо спас меня неизвестно от чего, вряд ли приятного.

Пряник, смело гавкая, улепётывал на всех парах, а шустрый крокодил опять пробегал мимо меня; блеск мутного глаза и снова хвост.

Извините… предусмотрено! Я стоял за сталагмитом шириной в пару метров, так что…

Тот разлетелся в дребезги, осыпав меня мелкой крошкой, хорошо хоть отпрыгнуть успел.

Вот же ш… пора прекращать!

Отплевавшись, я сделал пробный ход.

Прыгнул крокодилу на спину и даже смог удержаться секунды полторы, монстр дёрнулся, и я полетел вниз. Пришлось портануться в падении. РГДшка скатилась по его спине, не успев приклеится и безболезненно взорвалась где-то под пузом. Этого хватило, чтобы ящер забыл про Пряника и полноценно занялся главным обидчиком, то бишь мной.

Гигантская челюсть клацнула в сантиметрах от лица, обдав при этом зловоньем помойной ямы.

Какой шустрый! Отпрыгнул на пару метров, а крокодилу, надо было лишь чуть повернуть мордой, и та прилетела мне в живот. Сила удара была такова, что отшвырнуло на десяток метров к стене. Хватая ртом воздух, я перевернулся и на корячках заспешил подальше, рядом в той же позе семенил Пряник. Язык набок, глаза выпучены.

Понимаю тебя дружок, самому не нравиться, давай-ка домой! Пёс исчез, а я увидел цель.

Только бы успеть! Небольшая пещера, чуть меньше моих габаритов. Втиснусь! Главное, что это чучело не пролезет!

— УРРХХ… — недовольное урчание, за толстой стеной.

Успел!

Тварь совала морду, та не доставала какой-то метр, злилась рычала бессильно клацая. Я выстелил из винтовки, безрезультатно. Отполз чуть подальше, и устроился в небольшом гроте, дальше проход сужался.

Вроде спрятался. На долго ли?

Словно в подтверждение моё логово сотрясло от мощного удара, на голову посыпались мелкие камни и пыль. Значит времени немного! Как мог быстро, доел оставшуюся колбасу, проглотил большую пилюлю духа и запил её живчиком. Повезло что удар пришёлся в мягкие ткани, иначе моим цифровым рёбрам не поздоровилось бы. Ещё один могучий удар, теперь не только камушки сверху, снаружи что-то посыпалось.

И откуда столько силы? Пора, а то засыплет к хренам и здравствуй респ!

Если моё появление за спиной и стало сюрпризом, то крокодил этого не показал.

Развернулся волчком, будто глаза на жопе имелись, быстрое движение левой лапой и в меня полетели камни.

Ах ты гнида!

Я прыгнул на несколько десятков метров вдоль берега, но малость опоздал. Острая боль во внезапно ослепшем правом глазу стала тому подтверждением, пришлось материться выковыривая оттуда острый камень.

Ну падла зелёная, ты меня разозлил!

Тварь сорвалась с места, как и я. Тяжело, неудобно… Плевать на боль! Какие-то секунды, мы поравнялись. Тварь уже разинула пасть!

Нет, сливаться в мои планы не входило. Прыжок к задней правой лапе, быстрое касание. Кто сказал, что старый добрый спирт не работает? Не помню такого! Вот и крокодил заволновался. Я предусмотрительно отпрыгнул в сторону. А тот, заверещав вдруг во всю немалую глотку, извернулся колесом и вцепился зубами в тронутую конечность, как младенец в палец-сосун! Дальше пошли различия, потому что пасть немаленькая и зубастая. Отхреначил лапу с хрустом! Культя зафонтанировала черной кровью. Сплюнув огрызок рядышком, монстр уставился на меня злобно-ревнивым взглядом. А затем вдруг хвать её в зубы и с удовольствием сожрал.

Во даёт! Решил, что нехрен добру пропадать⁈

Рассусоливать крокодил не стал, слизнув остатки крови, шустро стартанул ко мне, ловко помогая себе хвостом. Ну и я не стал ждать. Прыжок — касание, теперь правая передняя.

Правый глаз вытек, потому я не увидел, а почувствовал, как по руке прошлось что-то шершавое и влажное. Последнее почувствовалось, когда дошло до кисти и тут пришла боль. Мне хватило ума отпрыгнуть подальше и сорвать с себя дымящуюся куртку. Кисть не то, что горела огнём, она пузырилась и плавилась, обнажая кости. Хотелось орать и кататься по земле. Уже на уровне инстинкта, достал живчик и ливанул на руку, что принесло неожиданно приятный результат. Процесс остановился, боль соответственно уменьшилась до уровня, когда я смог соображать.

Изменённое земноводное, отплатив мне той же монетой, вовсе не спешило сожрать свою жертву и даже не радовалось отмщению. Тварь ревела, крутясь на одном месте в попытке отхватить заражённую конечность, но здоровенная пасть и близость цели, не давали этого сделать.

Похоже мой дар окреп, судя по мукам уже не пятьдесят грамм!

В левой руке оказалась граната, выдернул чеку зубами и стал ждать удобного момента.

Внезапно тварь выгнулась колесом, только уже в другую сторону, мучительный рык и падает, распластавшись всем немаленьким телом, спиртик прошёл. Пора!

Прыжок — возврат. Обессиленный боем организм не выдерживает, и я падаю на спину. Но тварь из вида терять не спешу. Бухнул взрыв, оставшиеся конечности земноводного, конвульсивно затряслись и быстро расслабились.

— Какой же ты долгий, урод! — ругнувшись на крокодила, я отмахнулся от сообщения системы и наконец расслабился на спине.

Глава 11

Нельзя долго валяться, так можно и уснуть! Пришлось брать себя в руки и топать к поверженной твари.

Спораны, паутина, горох — всё к чертям! Взял жемчужины, две звезды берсеркера и камень опыта, не знаю зачем взял последнее, видимо жаба. Уже хотел было отвалить в поисках лежбища на ближайшие пару дней, но тут крокодил рассыпался, явив небольшую горку, накрытую камуфлированной курткой.

— Это ваши админские приколы, да? — я бросил взгляд на потолок.

Куртку взял, спасибо и на этом. Какой-то наклон за шмоткой, забрал кучу сил.

Да уж, парой дней тут не пахнет, неделя нужна!

Но то, что я увидел после, придало немного сил. Средних размеров рюкзак прямоугольной формы с исходящей из него чёрной лентой, а под ним, воронёный ствол со сложенными сошками. Я знал, что это! И даже стрелял разок в тире с квазом Кабаном. Пулемёт Калашникова Пехотный калибр 7.62. Крутая штука, а уж боезапаса, целый рюкзак. Зря я админов ругал, царский подгон!

Однозначно заберу!

Это стало ошибкой. Не такой большой для меня вес, килограмм двадцать пять может, буквально придавил к земле. Скинуть не позволяла жаба, так что, я пополз. Добрался до той пещерки, в которой прятался. Забраковал сразу. Вход стал много шире и места там немного. Каково же было моё расстройство, когда я прополз чуть дальше, по меркам пещеры конечно, каких-то пару десятков метров. Лаз под плоским камнем, прополз, места стало больше, сначала на четвереньках, потом в полный рост, я добрался до просторного грота.

— Это ж можно было вообще не драться! Залез и отлёживайся, пусть себе долбится!

Как говорится, лучше поздно, чем в другой раз. В этот мне повезло.

Скинув всё из кармана. Шикнул на Пряника.

Получив вместо обещанной тушёнки котлеты из столовки, тот заскулил.

— Потерпи, не могу сейчас открыть… Сам понимаешь…

Я показал ему изуродованную руку, тот сразу проникся.

Пока были силы, заделал большую часть лаза подручными камнями, что одной рукой… ну сами понимаете. Затем подкрепился и сам, хорошо хоть нахватал продуктов из нашей столовки.

Жуя, я смотрел на правую руку левым глазом! Ужас из кунцкамеры или музея инквизиции! Изъеденное кислотой мясо заканчивалось на запястье, а уж кисть! Тыльная сторона кости с канатиками сухожилий, ладонь как ни странно сохранилась, это если не смотреть на пальцы. Я и не стал. Оглядел ногу, там дела шли чуть получше, всё-таки эту травму я получил раньше.

— Всё, спать! А ты, — посмотрел на пса, — Веди себя прилично, громко не храпеть, за суками не бегать! — пёс меня понял.

Пробуждение получилось странным. Мне приснилось землетрясение. Когда на лицо упало несколько камней, подарив небольшой дебаф, я подскочил.

Что за происходит? Кто-то ломится в пещеру?

Пряник был относительно спокоен, стоя рядом и смотрел куда угодно, но только не на вход.

— Вав, — озадаченно выдал пёс.

Погладил его успокаивая.

Система: Уничтожен игрок с отрицательной кармой «Чупа» получено…

Система: Уничтожен игрок с отрицательной кармой «Бритый» получено…

— О, как! Нехитрая ловушка сработала⁉ Поздравь меня дружище! — Пряник принялся лизать мне руки.

Я только обратил внимание, что кости на правой, покрылись сеткой вен и тонкой кожицей. Осторожно потрогал глаз, что-то затёкшее и влажное, а главное, даже в тусклой подсветке грота, прослеживалась тень. Повязка на ноге прибавила в размерах, значит и там полный порядок.

Отлично! Заживление идёт полным ходом! Это сколько же я проспал?

Взгляд на внутренние часы, показал двадцать пять с лишним часов.

Неплохо!

Почти все решётки, светились приятным зелёным цветом, споровое голодание и сытость с удовольствием, немного отставали. Принялся нагонять упущенное, с сожалением замечая, что запасы провизии быстро уменьшаются.

— Да-да, дружок, я про тебя помню! — открыл, крутящейся рядом собаке, обещанную банку тушёнки.

Рука немного закровила, но благодарность собаки была важней.

Дождался пока Пряник доест, скормил ему красную жемчужину и спрятал его в инвентарь. Пусть пока там посидит.

Ну, а мне пора размяться. Нет, я пока не собирался выползать из своей норы. Для разминки присутствовала небольшая лазейка, через которую, можно безнаказанно наблюдать. Чем и занялся.

Поначалу было скучно, берег, озеро в зеленоватой дымке, где-то справа шумит падающая вода. Я уже подумал, что зря прятался, жизнь ушла отсюда вместе с крокодилом, но тут послышались отдалённые звуки, очень похожие на шлепки по воде. Пристальный взгляд направо.

Что-то небольшое, может метр в холке. Почему я так подумал! Да потому что, существо напоминало собаку, только странную, нет характерно торчащих ушей и лапы будто осминожьи, шлёпая по берегу, гнулись во все стороны.

Ба! Да это же ходячая рыба!

Холка задралась десятками игл. Тупоносая морда, блеснув мёртвым глазом, дергано опустилась к земле, что-то там вынюхивая.

По моим следам идёт, сука!

Больше всего, это напоминало ерша, если увеличить раз в двадцать. Уродские ноги добавляли картине сюрреализма. И если оно будет шлёпать дальше, то дойдёт до места битвы и, следовательно, найдёт меня.

С рыбой я справлюсь, даже с зубастой и думать не о чем. Но ведь это корм нашего крокодильчика начал ресаться, а где один, там и двадцать, вон он какую ряху отъел, устал сливать. Так что пока здоровье не позволяет, надо придумать другую тактику! Может заманивать? По одному!

Пока я занимался тактическими размышлениями, проблема начала решаться сама собой. Рыба как шла принюхиваясь, так и не собиралась останавливаться, а прямо напротив неё, из воды выпрыгнуло длинное зубастое тело, раз в пять меньше ныне почившего. Врезалось в жертву и покатился клубок смешно крутя резиновыми ножками. Блеснули острые зубы и, казалось бы, всё, писец рыбке. Ан нет, оттуда же справа, прибежал такой же урод и врубился за своего собрата. А зубы-то там тоже не хилые, как вцепиться. Клубок остановился, подлетела ещё одна тварь. Стало понятно, выжить тут крокодилу, та ещё лотерея, возможно к власти над озером, придёт другой вид. Появилась ещё парочка, все стали дружно грызть бедолагу, тот уже не подавал признаков жизни.

А дальше, началось интересное. Рыбки вдруг стали замирать на месте, одна другая, третья, застывали в той позе, в которой их поймали. А выглядело именно так. Слева появились люди, в джинсах и рубашках. Трое, у одного даже галстук присутствовал. Мне оставалось только удивляться, наблюдая в лазейку. Стоило посмотреть на ники, как пришло понимание, заявились не простые игроки.

«№#0134» — имя одного из них.

Админы пожаловали!

Тот который в галстуке, подошёл к куче заражённых и стал тыкать пальцем в морду крокодила, что-то объясняя остальным.

— …жив гена, — расслышал я.

— И сдалась тебе эта мелочь⁉ Опять с нуля подкармливать? — влез другой. — Бери пример с нас, поддерживаем по парочке высших и премия соответствующая!

— Я сам хочу вырастить! — не сдавался тот.

Крокодильчик начал шевелиться и первым делом, откусил одну из рыбьих лап, затем занялся следующими, в общем так и жрал, не обращая внимания на админов.

— Я ещё до вчерашних логов не добрался, — угрожающе произнёс, любитель крокодилов. — Кто моего Гешу слил? Найду — порву!

— Да Вась, ты монстр, — вмешался доселе молчавший. — Все это знают! — послышался смешок. — Но сначала сокровищница! Берёшь свой станер и топаешь разбираться! А мы с Алексашой разгребаем нытьё игроков, верно Саша?

Админы покивали друг дружке и разошлись, один потопал в тут сторону откуда пришёл я, должно быть Васёк, а оставшиеся тронулись в обратный путь. Крокодил Гена, доев застаненную рыбу нырнул в родную среду. Все при деле в общем, один я, не знал, что делать.

Хотя, почему не знал⁉ Не за Васей же идти? Я там уже был! И Гена не интересен… Значит пойдём, за той парочкой, может что интересное найдём!

Дождавшись, когда админы отойдут на достаточное для безопасности расстояние, портанулся на берег, подальше от воды, мало ли, может Гена не наелся⁈

И где они? Ага…

Успел засечь, как в одном из многочисленных проёмов пропала человеческая фигурка. Прыжок.

Система: доступ разрешён.

Я даже оглянулся. Озеро, где-то там водопад и не души.

Что-то новенькое! С каких это пор, система выдаёт мне разрешения?

Обычная, неглубокая дыра в скале. Я протянул руку, та беспрепятственно прошла через проём. Не раздумывая, скользнул внутрь, картинка тут же изменилась, прямой коридор в человеческий рост через несколько метров упирался в глухую каменную стену, дошёл до конца. При попытке ощупать камень, рука вновь провалилась.

«Ну что ж, добро пожаловать в новую жизнь,» — напутствовал я себя и прошёл сквозь скалу.

Глава 12

В глаза ударил яркий свет, даже покалеченному глазу не понравилось, что понятно. Из полутёмной пещеры сразу в солнечный день. Мало того, по ушам ударил шум городской суеты, с узкого проулка, где я находился, было видно, как мелькают машины, спешат по своим делам горожане. У меня появилось чувство нереальности происходящего!

Бывал я в юности в городах миллионниках. И память кричала, всё по-настоящему! Может виной тому запах большого города? Даже мысль дурная закралась, я что в реале? Появилась и ушла. Пахло выхлопами десятков тысяч машин, а сам проулок был зажат меж старых, высотных зданий.

— Маш, у вас свет дали? — старческий голос сверху.

— Да откуда! И воды нет! — ответила другая старушка.

«Ясно,» — реальность рассеялась. «Прибыл к самой веселухе».

Оба админа, находились в полусотне метров, прошли мимо коротко стриженного громилы в кожаной куртке, хотя на улице жарковато, и скрылись в дверях странного заведения. Мне стало интересно. И цвета окраски яркие.

Стоило подойти чуть ближе, и я завис. Было от чего! В витринном окне, красовалась полуголая блондинка в пилотке, призывно выкруживая бёдрами, она манила меня рукой. Следующее окно, занимала такая же брюнетка, но только в кожаной фуражке. А уж на втором этаже что творилось! У меня глаза на лоб вылезли.

— Охренеть!

Вот они где нытьё игроков разбирают? Интересная локация! Возможно, специально созданная, типа отдушины⁉ Жаль, что я шлюх не люблю, так бы заглянул!

— Эй бичара, за просмотр тоже бабки платят! — неласково окликнул меня громила.

Митяй (Потенциальный заражённый) уровень 2

Бросив бесполезное разглядывание, я подошёл к нему ближе, оглядел его с головы до ног, задержав взгляд на лаковых туфлях.

— У тебя какой размер ноги? Вопрос был риторическим, игровая механика подгоняет размер автоматически, любые налезут, главное, чтоб подходили по половой пренадлежности.

— Чё? — Митька окрысился в боксёрской стойке, будто каждый день обувку отбирают. — Я тя мля…

Я уже давно не простой юзер, тем более игрок. Удар ногой в промежность, стал для него большой неожиданностью, видать и вправду боксёр. Выпучил глаза и с тихим сипом, схватился за отбитое, тут же получив по зубам Митяй рухнул на грязный асфальт.

«Хорошо что прохожие в переулок не часто заглядывают,» — подумал я, одевая модные туфли.

Девушки на витрине, перестали крутить задницами и в недоумении наблюдали за моими действиями. Какой-то одноглазый калека, отделал и разул их охранника. И ещё ограбил!

Улыбнулся и показал девчонкам толстый лопатник, найденный во внутреннем кармане. Гуляем!

Выйдя из проулка, я нарвался на ещё одного охранника. Сидел себе на углу здания и стриг ногти. Здесь было куда оживлённее, народ так и сновал в обе стороны, будто не замечая злачного проулка.

Босяк (Потенциальный заражённый) уровень 2

— Чёт я тебя не помню бомжара! — выдал он, поднимая зад.

— Там Митяю плохо, — показал я рукой. — Может скорую надо⁉

Тот подорвался, глазами туда-сюда, матюкнулся и побежал на помощь коллеге.

— Такси!

Жёлтая Гранта, тормознула на обочине.

— У тебя деньги то есть? Дядя! — поинтересовался молодой парнишка, глядя как я усаживаюсь.

Вид не презентабельный, согласен. Почти чистая куртка хаки, грязные мятые штаны того же окраса и не к месту туфли. Выпендриваться не стал.

— А-то! Вот, — сунул ему тысячную купюру.

— Дядя, тебе бы к доктору, с глазом беда и рука, — человек подобрел.

— Я сам себе доктор, лучше скажи где тут можно вкусно поесть и приодеться?

Машина тронулась.

— О! Электричества нет, а светофоры работают, — удивился я.

— Так это другая кухня, — беззаботно ответил таксист, глядя в зеркала. — Солнечные батареи, независимый сервер!.. В гостинку поедем в центр, там всё есть!

— Центр — это хорошо, там весело!

Ехали мы довольно быстро, ни пробок тебе, ни толп озадаченных горожан.

— Угу, — подтвердил водила, не понимая полного смысла.

Затем залез в бардачок достал оттуда что-то типа платка и протянул мне.

— На-ка дядя, бандана сына, глаз перевяжи больно уж он у тебя страшный!

Я прислушался.

— Да ты настоящий пират! — воскликнул таксист, поглядев на меня. За что получило ещё тысячу. — Да ладно! Тряпка же! — однако взял.

— А давно свет отключили? — перевёл я тему.

— Вчера, ближе к вечеру, — ответил и посмурнел. — Странно всё это, ТЭЦ пропала, там теперь лес, а на западе вместо пригорода, крепость какая-то виднеется!

— Не переживай парень, это всё временно! — беззаботно ответил я.

— Угу, — сказал тот, на автомате.

Гранта подрулила к большому торговому центру «Гостиный Двор», выделив водиле ещё одну тысячу (из честно заработанных), я направился ко входу.

Здесь и правда было всё — пять этажей магазинов, аптек, кинотеатров. В кино я вряд ли пойду, а вот чебуречная, что находилась на первом, меня заинтересовала. Нужна нормальная цифровая еда!

Не успел я отойти от машины, как подлетел ЗИЛ с прицепом. Взревев движком, водитель нажал на клаксон, таксисту пришлось в спешке убираться, как и мне. Грузовик, распугивая прохожих, заехал прямо на площадку, перед центром. Глянув на прицеп, я понял, что это промышленный генератор.

Оперативно работают!

Поправил пиратскую бандану, правую руку в карман и можно заходить.

— Пират! — попавшаяся на входе разносчица, подмигнула и побежала относить заказ.

Интересная забегаловка, видимо пользуется спросом, если даже официанты есть!

Усевшись за столик, я принялся изучать посетителей. Явных признаков заражения пока не наблюдалось, мужик, что с хрюканьем пожирал чебурек не в счёт, единственный кто выделялся из посетителей, коих было не много, это я! Значит время ещё есть! Пахнуло дымом, что понятно, электричества нет, приходится обходится дровами и готовить на улице.

— Ну заказывай, красавчик! — подбежала давешняя разносчица.

Марина (Потенциальная заражённая) уровень 0

Приятная улыбка, интересные формы. А вот глаза мне не понравились, мутная поволока и зрачок будто выпирает. Такое, я уже видел.

— А что у вас кроме чебуреков есть?

— Как что? Куча всякой выпечки, сок, компот, пиво и я…

Дамочка приблизилась и стала пощупывать меня за плечо. Мужик, что хрюкал по соседству, растянул жирные губы в сальной улыбке.

Да, громковато она про себя. Так о чём я?

— Давай тогда десяток… нет лучше двадцать чебуреков и бокальчик пенного! А с десертом на десерт!

— Ну ты и обжора, дорогуша! Ох!

На стол легла пятитысячная купюра. Не в моих правилах отшивать красивых баб, но и навязчивых тоже не люблю, к тому же, Мариша скоро перевоплотится!

— И сдачу оставь!

— Спасибо, дорогуша! — она наконец перестала об меня тереться, ускакала за заказом.

— Гы, — выдал сосед и принялся за очередной чебурек.

И вовсе я не обжора, просто вкусил наконец прелесть своего кармана, могу сунуть туда целый противень горячей выпечки и ничего там не засохнет, даже практически не остынет. Лишь бы цифровая душа Марины, не упорхнула раньше времени. И придётся мне куковать в городе на одних консервах.

Уж не знаю сколько это займёт времени, три, пять дней? Может неделю? Таксист упоминал возникшую из неоткуда крепость. Я кажется знаю, кто это. И с рассказом госконца совпадает.

Мои старые друзья с реального Стикса! Что они тут делают? Тренируются? Да, прямо в игре! А что, идея не лишена смысла, можно отточить навыки лёжа в капсуле, ошибайся сколько хочешь! Не удивлюсь, если они здесь экзамены сдают: поймать иммунного, распотрошить и разложить по контейнерам… аккуратно разложить, пронумеровать, сука…

Тут я понял, что сжал до боли кулаки, а хрюкающий сосед, прислушивается к скрипу моих зубов. Чтоб отвлечься, посмотрел в окно. Не получилось. Мимо, походкой целеустремлённого слона, пронеслась Громова.

Вот Чёрт! Тебя ещё не хватало, для стройности плана, так сказать.

К счастью, сержант смотрела в другую сторону и вообще очень быстро пропала с поля зрения. Но теперь, придётся иметь её в виду.

К слову, о плане. Всё как обычно, прём до конца, авось что-нибудь получится! А что получится? А хрен его знает? Я ведь внешников пришёл сливать! Жаль конечно, что не по-настоящему. Но я и так могу жизнь испортить! Вдруг кто-то из них помнит ядерного Кнута⁉ Нет? Так напомню!

— Вот дорогуша, — подоспела Марина с подносом ещё шкворчащих печёностей, в уголке притулился одинокий бокал пенного.

Мой заказ, привлёк внимание всей аудитории, даже чайханщик отвлёкся от готовки, заглядывал в проём, протирая полотенцем руки.

— Спасибо! — демонстративно начал есть, запивая холодненьким. Не очень удобно одной рукой.

— Так я это… её словно цепь держала, но уже готова сорваться.

— На улице тебя подожду, на скамеечке, — не дав девушке закончить, я кивнул на окно.

— Ага, через час, — задком, неохотно ушла.

Слава Стиксу!

Быстро доел чебурек, припрятав остальное в карман, выскочил за дверь. Ну их нафиг, таких поклонниц.

Торговый центр, был огромен, пять этажей, десятки разнообразных магазинов на каждом. Несомненно, центр притяжения целого городского района. И всё это великолепие, пребывало в полутьме аварийных огней. В этот момент, на улице зачихало, затарахтело, переходя в мерное гудение, моргнуло и загорелось яркое освещение, выхватывая из полутьмы… мужчины, женщины, дети, вокруг ходили целые толпы покупателей и просто зевак. Некоторые взрослые, уже отличались взглядом. Где-то в другом крыле, раздался звон бьющегося стекла и матерная тирада. Веселье на подходе.

А что нужно мне? Ответ нашёлся в охотничьем магазине, который занимал значительную часть первого этажа.

— У вас есть мощные бинокли? — обратился я к продавцу консультанту.

Молодой короткостриженый парень, с серьёзным лицом.

Антон (Условно заражённый) уровень 1

Типа счастливчик.

Тот посмотрел на мой внешний вид. Потёртый камуфляж, один глаз, не хватало только двустволки за спиной, задержав взгляд на лаковых туфлях, всё же ответил, точнее спросил.

— Вам для каких целей?

— Наблюдение за подвижными объектами, с большого расстояния, — тупо ответил я.

Тот кивнул, переводя взгляд на витрину.

— Сокол ТМ-450, — он поднял компактный бинокль, крутнул настраивая и протянул мне. — Восьмикратное увеличение…

— Слабоват! — оборвал я, возвращая прибор. — Ещё мощнее… покажи мне самый крутой!

— Ну, это просто! — Антон показал на пластиковый пьедестал. За стеклом лежал брутальный красавец, защитной окраски.

Продавец аккуратно достал его, я не стал дожидаться, протянул руку. Он и по весу отличался, больше килограмма однозначно, приятное на ощупь покрытие.

Мимо нас, пронёсся возбуждённый мужик с удочкой, тряся пузом, он направляясь в отдел рыбацких снастей. Продавец, в отличие от меня, не обратил на него внимания.

— Ермак 2000МОС, модернизированная модель с оптическим стабилизатором, — запел Антон, глядя на мою реакцию. — Стёкла антиблик, 24ёх кратное увеличение, можно пользоваться на ходу, даже при езде на автомобиле… в общем, мечта любого охотника!

— Да, — подтвердил я, рассматривая через бинокль другую сторону улицы. С учётом того, что я смотрел через не близко находящееся окно, качество было отличным — шикарные ноги!

— Ваша телескопичка — говно! — донеслось с другого отдела, — Последнее колено заедает! — рыбак пошёл в наступление.

Тамошний продавец, тихонько что-то отбубнил.

— К сожалению банковские терминалы не работают… только за наличные, — беззаботно продолжил Антон.

Только сейчас, я обратил внимание на цену.

299.999 рублей

Ценник был именно красным, что сигнализировало о скидке.

Хрена-се! Не все машины так стоят.

Антоша уже за моим биноклем потянулся, а я, чуть подумав отдал. Разбой и воровство не мой вариант, Митяй не в счёт. Просто, я на сто процентов был уверен, что эта скидка не окончательная, до следующей считанные часы! Если не меньше.

— Я за наличными! Спрячь пока, скоро буду!

Антоша серьёзно кивнул, а я пошёл на улицу.

Дело в том, что помимо замеченных мной, красивых ног незнакомки, на той стороне стояло знакомое такси, точнее водила в компании с Митяем и парочкой головорезов. Крутили бритыми головами во все стороны, будто ищут кого. Сам таксист, выглядел не очень, битый похоже. Не в моих правилах народ подставлять. Так что вперёд!

Вышел из Гостинки и не спеша направился по пешеходному переходу. Несмотря на многолюдность, заметили сходу, я и не таился, шёл примерно в их сторону забирая налево, краем глаза подмечая, как их тройка, махнув на таксиста последовала за мной. В общем-то, дело сделано, можно и отваливать, но я поступил по-другому. Резкий поворот направо, обутый мной вырвался вперёд и уже бежал, чуть прихрамывая. Неудобно в берцах, тем более один из них с отрубленным носком.

— Митяй, братан! — я раскинул руки в объятиях, толстая тётка, что проходила между нами, быстро отскочила в сторону.

Бритые громилы, сбавив скорость, переглянулись в недоумении, да и сам Митяй не въехал, что было хорошо заметно по его битой морде. Дальнейшего плана действий, я не предусмотрел, надеясь, что всё решится само собой. Так и вышло.

Митяй только рот раскрыл, должно быть для обвинительной речи, как из-за поворота на предельно возможной скорости, выскочила пожарная машина, врубив сирену водитель устремился прямо к пешеходке. Выскочил на встречку, бортанув и перевернув при этом легковушку. Люди с криками ринулись в разные стороны. Но манёвры на том не закончились, водитель не придумал ничего лучше, чем вернуться в свой ряд и врезаться в толпу ошалевших пешеходов, глухие удары, предсмертные крики, всё произошло настолько быстро, что под раздачу попал один из громил. Я разглядел безумный взгляд человека за рулём, решение пришло мгновенно. В левой руке появился Орёл, звук выстрела переплюнул весь остальной шум, лобовое стекло помутнело трещинами, и машина пронеслась мимо, прямо к генератору. Столкновение, ослепляющий взрыв!

Я уже говорил, что админы перемудрили со спецэффектами, ну не может пожарная машина, столкнувшись с большим генератором, взрываться как вагон тротила!

Я и среагировать не успел, как отбросило метров на тридцать, шум в ушах, куча мала из всех, слёзы, причитания.

Хорошо, что я игрок, пришёл в себя раньше всех. Посмотрев на ближайшие здания, стёкол не было, не в окнах не в дверях, я подскочил. Под ногами какие-то ошмётки, похожие на огрызки тел, вой раненых, а у Гостинки пламя-полымя.

Нда, не красиво вышло. Хотел как лучше, а получилось как всегда!

— Извини, братан! — перед глазами нарисовался потерянный Митяй.

Изобразил неказистый поклон.

— Не знал, что ты из наших!

Пустынный орёл, был у меня в руке, в правой кстати! Когда успел?

А там вообще красота на любителя, рука скелета с пистолетом.

— Всё, уходим! — он поднял руки в примирительном жесте и пошёл вперёд спиной.

Митяй (Условно заражённый) уровень 2

Как интересно!

— Гошана привалило, — пожаловался выживший громила.

Тот не стал особо задерживаться, бросил взгляд на разбросанные как поломанные куклы трупы, махнул рукой и отчалил, второй поспешил за ним.

Нда! И мне пора!

Посмотрев наверх, я портанулся на крышу Гостиного двора.

Глава 13

Спровоцированный мной взрыв, вызвал цепную реакцию, нет, пустышей я ещё не видел, но вот крайняя степень, за которой не остаётся ничего человеческого, расходилась волной во все стороны. Что-то подобное, я уже видел на Стиксе. Безумие переходило от одного к другому, от мужчины к женщине, от девицы к старику, я буквально видел призрак цифрового грибка, получая свою долю, человек искривлялся, меняя позу. Взгляд расширившихся глаз говорил, что возврата уже не будет.

Просыпались затаённые душевные болячки и обиды, старуха набросилась с ногтями на внучка, вымещая на вопящем от боли ребёнке накопившиеся эмоции, мужчина, что шёл с женщиной под ручку, внезапно саданул ей в лицо кулаком и накинулся на упавшую уже с ногами.

Таких картин, были сотни, а если брать в расчёт масштабы города, то десятки тысяч, крики, визги безумия. С магазина электроинструмента выскочил старик с бензопилой, из-за обшей вакханалии было непонятно, просто он ей машет во все стороны или… у попавшегося ему на пути мужчины с брызгами отлетела рука, а тот, уже замахивался на подростка.

Достаточно!

Я отошёл от края крыши. Чтоб любоваться подобным зрелищем, нужен особый склад характера, никак не мой! Займусь лучше делами.

Прыжок в уже знакомое место. Полумрак. Чудо, что есть какое-то освещение, возможно аккумуляторное. Слышалась возня и матерные крики, причём отовсюду.

Из-за стеллажа выскочила фигура с топором, совершаю уворот, а в моей руке уже клевец. Бью в пол силы, получилось, однако, с хрустом. Тихо охнув, фигура рухнула на пол, с грохотом отлетает инструмент. Мне пришлось упереться ногой, чтобы выдернуть оружие из черепа.

Извините, но я тут за покупками пришёл!

— Антон! Где мой бинокль?

Шум на мгновение прекратился, чтобы возникнуть с новой силой, ко мне бежали с трёх сторон.

Зря я так, конечно! Вызвал огонь на себя.

Первым безумцем был лысый, толстый мужик, получил со всей дури в нос и отлетел, собирая стеллажи. Я чуть не взвыл от боли, забыл, что на правом кулаке, только зародилась кожа. К счастью, боль забылась, потому что на спине повис кто-то лёгкий, но с очень острыми зубами, что рвали мне кожу на плече, спасала куртка. Пришлось некрасиво падать на спину. Приём, конечно, так себе, зато подействовало. Хруст костей и выдох. Откатился в сторону.

Прости бабуля! Что ты вообще забыла в охотничьем отделе?

Третий усатый, вообще бесхитростный, уже научился урчать и налетел бы на меня, если б не топор по затылку. Рухнул мне под ноги, поперёк бабули. А за его спиной, оказался Антон.

(Условно Иммунный) уровень 2

— Ты ведь знаешь, что происходит⁉ Я это сразу понял, ведёшь себя не так как все, одет по-военному!

Взмыленный парень приблизился, топор в левой, правая истекает кровью.

Снаружи что-то взорвалось, даже стеллажи тряхнуло, Антон, не отвлекаясь смотрел на меня.

— Покусали! Вот, — показал он руку. — Скоро таким же стану⁈ — кивнул на усатого.

— Не станешь! — утвердил я. — Убивал раньше⁉

— Приходилось. На войне! Ты тоже убивал, по глазам видно!

Я не нашёлся с ответом, да и не время, такое вспоминается в спокойной обстановке с пузырём в обнимку.

— Откуда знаешь, что не заражусь? Голова раскалывается, хоть отрубай… а ты вроде бодренький!

Я показал правую руку, а затем сорвал повязку с глаза, освещения хватило, чтоб увидеть расширенные глаза Антоши.

— Эко тебя! Долго наверно в больничке лежал?

В коридоре заурчали сразу в три голоса, слишком громко он разговаривает.

— Тихо! — изобразил прищепку на губах. — Сутки всего провалялся, твоё предплечье, просто царапина! Вот! — в здоровой руке, появилась бутылка с живчиком. — Лекарство от наших болезней! Давай живее, сейчас друзья прискачут, — подогнал я.

Помогло, по-солдатски быстро открыл и пригубил, реакцию я рассмотреть не успел, прибежала урчащая тётка, а за ней ещё несколько заражённых. Пока разбирались тема и ушла.

— Ловко ты этой штукой орудуешь, — Антон кивнул на клевец. — Быстро и бесшумно! Я Антон, — представился парень, поставив меня в тупик.

Парень явно иммунный, как в этом случае работает алгоритм? И тут до меня дошло. Никто не объяснял, как цифра становится иммунным, да мне, собственно, не было до этого дела. Получается, их вырывают из привычного потока и суют в другой, как и меня, как и миллионы других, в реальности! Что реально, а что нарисовано, это уже другой вопрос.

— Тебя нужно по крестить, я Инакий, твой крёстный!

— У нас не крестят! — серьёзно ответил Антон.

Я даже смеяться не стал, мир другой, а приколы старые!

— Забудь старое имя, оно осталось на земле…

— А мы где? — прошептал и тут же осёкся. — Та непонятная крепость… её раньше не было!

— Почти верно, вашего города не было рядом с крепостью! Так точнее!

В соседнем павильоне, закричала женщина, жалобно, визгливо звала на помощь. Антон дёрнулся было, но послышалось множественное урчание и женский крик замолк.

«Хорошо, умеет расставлять приоритеты,» — подумал я.

— Ты теперь Охотник! Крёстный К…Инакий!

— Почему Охотник, — спросил Охотник, над его головой уже красовался соответствующий ник.

— Потому что это охотничий магазин, не продавцом же тебя называть?

Его ник, быстренько сменился на знак вопроса и замигал.

— Охотник, однозначно! — подтвердил я. Всё вернулось.

— Куда ты всё время смотришь? — крестник оглянулся и даже голову в любопытстве задрал. — О, у тебя табличка над головой появилась! — повысив голос, он тыкал в неё пальцем. — Зелёная!

— Тише ты! Это мой ник, у тебя тоже есть! — опять голову задрал.

— А-а…

— Так, всё, хорош ворон ловить! Лучше вооружись чем-нибудь серьёзным… двустволка не канает!

— Есть сайга, но патроны в сейфе, ключ у главного менеджера, а он не знаю где, — Охотник присел на какую-то полку и озадаченно тёр правый глаз. — Фигня…

— Не сиди без дела, хочешь выжить идём со мной, — я направился к стеллажам с биноклями.

Шум в Гостинке не прекращался ни на секунду, гремели, шуршали. Урчание, к счастью, раздавалось далеко. На улице, тоже не близко, слышались одиночные выстрелы. Крестник не стал тормозить, увязался за мной, всё ещё теребя глаз.

— Что там у тебя? Зацепили?

— Да нет, моргает что-то, не пойму, как глюк!

— Не три, не поможет, постарайся пока не обращать внимания, потом объясню, как пользоваться… а, вот ты где? Красавец! — я открыл стеклянный короб и достал бинокль, тут же спрятав его в карман. — Так что ты говоришь с оружием?

— Огнестрел в продаже, но нет патронов, — ответил тот.

— Нужно что-то бесшумное, может арбалеты завалялись?

— А-то, конечно есть! Так ведь теперь платить не надо⁉ — до парня стало доходить, даже голос изменился, добавилось здорового возбуждения.

— Не надо! Всё нахаляву, кроме самого главного!

— А что главное?

— Потом Охотник, объясню научу… давай за арбалетом!

Пока крестник поблёскивая довольной мордой выбирал себе оружие (выбор на минуточку, был не малым, не менее трёх десятков разнокалиберных самострелов, от карманных малышей, до огромных, наверное на мамонтов).

Я тоже не зевал, подобрал несколько охотничьих ножей, штуковину похожую на штык, пару фляжек и кучу всякой полезной мелочи. Хотелось взять больше, да чего уж там, всё хотел забрать, пришлось усмирять свою жабу, карман большой, но не бездонный.

— Завязывай, не на базаре! Возьми что-нибудь одно, но самое надёжное!

— Как тут одно взять? — прошептал крестник. — Есть титановый, а вот с оптикой, но тяжёлый, а тот вообще с лазерным прицелом маленький жалко…

— Самозарядный есть?

— Как это? Разве такие бывают?

— Бывают парень, бывают! Короче, если ты не снайпер, бери титановый, лёгкий и похоже убойный, — взвесил его в руке. — Болтов лучше набери, вот рюкзак.

Охотник не стал спорить, сделал как я велел. Дождавшись, когда он набьёт рюкзак, двинулся в сторону общего коридора. На пути нарисовался начинающий бегун, штаны ещё на месте, верхняя часть тела в крови, водил носом как тот вурдалак, пока не увидел нас. Крестник дёрнулся за топором, а я вспомнил про админский станер. Нажал на курок, и урод застыл в рывке, пытался урчать, но получалось вяло, почти бесшумно.

— Чем это ты его? — опешивший крестник, с интересом разглядывал предмет в моей руке.

— Не о том думаешь! Вот смотри, — я обошёл ощерившегося бегуна и показал на затылочный нарост. — Самое слабое место у любого заражённого.

— Что значит у любого? Они разные бывают? — Охотник с опаской обошёл заражённого.

— Ох парень, тебе ещё много предстоит увидеть. Тут такие встречаются! Страшно до грязных штанов, если выживешь конечно! Ладно, отвлёкся я… смотри, похоже на большую бородавку правда?

— Ага…

— Проткни её чем-нибудь острым, и он сразу умрёт… как голова кстати, прошла? — сменил я тему.

— Да! Вообще как заново рождённый себя чувствую, а к чему спросил? — не понял тот.

— Это напиток помог.

— Та гадость?

— Привыкай парень, тебе его до конца дней пить! Готовится он из этого, — я показал ему споран. — Сам процесс покажу потом, сейчас главное… это споран, а растёт он вот тут! — ткнул пальцем в нарост. Охотнику не понравилось.

— Фу…

— Ага, я когда узнал, чуть не облевался, привык и ты привыкнешь!

— А как его оттуда достать? — крестник брезгливо ткнул в нарост арбалетным болтом, заражённый заурчал чуть громче.

— С этого, ты ничего не достанешь, почти пустыш! А вот с заражённых посерьёзнее, — я быстро проткнул мешок ножом, молодой бегун рухнул как подкошенный.

— Ногами дрыгает, — заметил Охотник.

— Как я говорил, самый быстрый способ нейтрализовать!

Осмотрев окружение на предмет опасности, вспомнил кое-что важное. Еда, и как не ужасно это звучит, алкоголь!

— Тут чебуречная недалеко, надо заглянуть, — Охотник молча пошёл за мной, а я надеялся не встретить там знакомую.

Полный бардак, вот что из себя представляло некогда приличное заведение. Столы пустые, ну ещё бы, всё что на них находилось, теперь валялось на полу вперемешку с человеческими останками. Огрызок чебурека, а рядом тазобедренная кость, которую грыз начинающий бегун и таких было несколько. Пока крестник тихо блевал в углу, я их упокоил и прошёл на кухню, за закрытой дверью стоял тот самый повар, ныне пустыш в полуспячке, переваливался с пятки на носок глядя в бесконечность. Удар клевцом в темя, быстрый осмотр.

Всё было съедено, даже непонятно для чего находящаяся тут свиная тушёнка, покусанными шайбами валялась где попало. Собрал несколько целых банок, направился в холодный склад, к счастью, закрытый. Мозг пустыша не смог справиться с дверной ручкой. Охотничий фонарь, высветил стол, заваленный мясной вырезкой, электро-мясорубку. Фарш значит готовили.

А что за ящик такой интересный, стоит под столом?

Оказалось, Армянский коньяк, возможно настоящий, поэтому, я забрал всё, прихватил несколько шматков мяса, сам не знаю зачем и вышел к крестнику. Тот занимался чисткой обуви.

— Всё, пошли, — схватил его за предплечье и портанулся на улицу.

— Ух… — только и сказал тот, глядя на творящуюся вакханалию.

С первого взгляда можно подумать, что идёт бой, все против всех. Меня же это мало интересовало. Посмотрел на крышу торгового центра и за мгновение до того, как на нас налетел очень жирный пустыш, прыгнул на парапет, не забыв там крестника, конечно.

— Ах… это чё было?

Стащил его за руку с парапета, упадёт ещё! И как ни в чём небывало, уселся спиной к лифтовой шахте.

— Одно из моих умений, называется телепортация!

Тот уселся прямо там, где стоял, я же начал излагать. Начал с азов выживания; дары Стикса, затем пошла примерная классификация заражённых, что с них падает; показал, как готовить живчик. Для кого игра, а для Охотника, это реальный Стикс. Хоть и с интерфейсом перед глазами. Он, кстати, научился не в пример быстрее меня, объяснилось это просто. Наш Охотник, игроман, ну или задрот, любитель онлайн игр, короче.

— Значит и я так смогу? Перемещаться!

— У каждого иммунного, свой талант! Он может быть простым и часто бесполезным, так покажется поначалу, а затем, развиться в мега плюху, так что… Я не знаю, чем тебя одарят, время покажет! А пока, вот… — протянул ему красную жемчужину.

— Ого, это та самая, которая стоит кучу гороха? — взял её в руку.

— Она, проглоти и запей живчиком!

Тот не стал противиться, тем более она сама просилась.

— Тепло пошло!

— Так и должно быть, не жди что сразу проснётся дар, он может появится неожиданно, день, два! А пока радуешься выросшим показателям, скажи мне, где ближайшая высотка? Хочу рассмотреть ту крепость!

Взгляд Охотника сделался осмысленным.

— Так это просто. Деловой центр! — указал пальцем мне за спину.

В дымке ещё не развеявшегося смога, проступали черты нескольких высоких зданий, в одном из них, судя по поднимающемуся столбу дыма, бушевал не шуточный пожар.

— Значит нам на соседнее! — заправившись живцом, посмотрел на Охотника.

— Готов?

— Ты рассказывал про внешников, та крепость… они там?

Парень выхватил нужное.

— Да!

— Готов! — бросил он, шевельнув желваками.

Глава 14

Ну и что мы имеем?

Я сидел за высоким парапетом, так, на всякий случай. Рядом завис Охотник, всё ещё копался в интерфейсе.

Говорить ему, что он не просто игрок я не стал. А с устройством интерфейса НИПов ознакомился ещё в стабе, был случай, достал на сей предмет Суворова. Так что объяснил просто и без палева. Пусть пока радуется новым реалиям, жизнь все сама расставит…

Немного нервировала вертолётная площадка за спиной, виной тому, догорающий старичок МИ-8. Стараясь не отвлекаться, я наблюдал за базой внешников. Настоящий форт, несколько колец оборонных сооружений, что напомнило моё недалёкое прошлое, в одном из миров. Мой новый бинокль прекрасно показывал передвижения внутри. На дальнем конце, собиралась колонна техники из уже знакомых мне БТРов западного образца. Один из них, был огромным с параболическими антеннами на крыше. Фигурки людей в скафандрах, мелькали словно муравьи.

— Готовятся суки! — опустил и перенастроил бинокль, на более близкое расстояние.

Город громыхал и полыхал, по улицам носились вполне сформировавшиеся бегуны, которые уже завтра станут лотерейщиками, а дальше хуже. Я почему-то сомневался, что придёт орда заражённых, во главе с матёрыми элитниками, даже стаи не будет. Закрытая локация, предназначенная для тренировок. И почему впустили меня, большой вопрос!

В этот момент, ожило то, о чём я думать забыл. Проснулся чат.

Не всех я забанил, забыл про врагов.

Чупа : Один один, фраерок! Не ожидал подставы, честно! Раз уж ты так крут, может карту сварганишь покажешь, где ты?

Как он, однако, любезен! А почему бы и нет? Карту, конечно, не покажу, функция не активна, а вот подсказать кое-кому, вполне в моих силах.

Инакий: Я там, куда ты меня отправил! Спасибо за наводку, кстати, я их нашёл, должен буду и братве приветы!

Возникла пауза, я опять взялся за дорогущий прибор, раздумывая, купится или нет?

Ленивое наблюдение не продлилось долго.

Чупа : Чо ты там лепишь фуфел? Кого нашёл? Ничё не попутал?

Любезность испарилась.

Инакий : Помнишь, наш разговор о пиндосах-внешниках? Ну ты говорил, что они людей на органы потрошат! Я нашёл их тренировочную базу! Они тут реально тренируются. Прикинь⁉ Ах ну да, ты же вгашеный был…Что, серьёзно не помнишь, как про настоящий Стикс мне рассказывал? Другое измерение! Ну⁉

Никакого разговора, разумеется, не было. Просто я применил манёвр, в котором уже поднаторел. Подстава! И сейчас ожидал два варианта развития событий. Полный игнор, сиделец всё-таки опытный, может просечь! Либо он всё же ответит. Выпал третий и очень странный.

Чупа : ## ##### ###? ####

Чат мигнул и пропал.

Аккаунт заблокирован!

#Ошибка

Неужели сработало?

Ещё в прежней, первой жизни, у меня был знакомый травакур. Вася, весёлый мужик, балагур можно сказать, пока не курнёт. Там уже начинаются загоны. Из весельчака он превращается в нудящего пенсионера. Странный способ получать кайф, никогда я этого не понимал. Но то не суть. У него с «друзьями», был особый язык общения. Если допустим я, когда хочу выпить в компании, то звоню корешу со словами: Ну чё Толян, может вечерком буханём, оттопыримся? То продуманный Вася, бубнил про библиотеку, возьмём томик Азимова, Стругацкие как-то не зашли! Шифровался в общем. По мне так, если говорят о фантастах в таком контексте, наоборот нужно уши навострить! Но, как ни странно, прокатывало.

Я-то понимал, его опасения не лишены смысла. Существовали контрольные слова, что-то связанное с наркотиками, бомбами, пистолетами. Всё что может связать человека с преступлением. Наберёт допустим такой же Вася, номер друга и скажет не про писателей, а то, что реально имеет ввиду: У меня сегодня афганка, улётные бошки, чёто вчера казахская не вставила, нахрен того барыгу! И где-то на линии, аккурат между говорящими, включается запись. Затем проверяется полицией или ФСБ, и машина заработала!

Мой вялый расчёт, был на то же, и он сработал, вот только вряд ли нас ФСБ прослушивает, в данном случае читает. Тут организация посерьёзнее!

Жалко ли мне Чупу? Да нихрена подобного! Моральный урод и садист, которого давно заждались где-то там! Возьмём недавний случай, того же госконца…

Да, пустой, никчёмный человечек! Но у него есть семья, мама, папа, жена, ребёнок, ипотека в конце концов, он жил в обществе и даже свою ячейку создал! Разве он заслужил смерти? Чупа решил, что да! Он привык разменивать чужие жизни, на своей шахматной доске. Так пусть теперь научится получать обратку!

Был ещё один интересный момент! Насколько быстро, найдут меня? Ведь обратка, это палка о двух концах. Но интерес был спортивным, мне глубоко наплевать на последствия!

Посмотрев в небо, будто оттуда может спуститься летающая тарелка со админами и спецслужбами, я припал к биноклю. Как и думал, построение в колонну обычная тренировка, машины уже разъехались, а солдаты убежали в столовую. Рановато для зачистки города, пара дней, минимум.

— Ловкость три, сила три, а что так мало-то? — не прошло и часа игровой жизни, а Охотник уже нудел, как миллионы других игроков. — А коэффициент 0,2 к ловкости, это много?

Нашёл у кого спросить!

Но сказал я другое.

— Надо поменять позицию! — схватил крестника за руку и прыгнул на заранее присмотренную крышу.

Может я и дурак бесшабашный, но подарок своим «друзьям» оставлять не собирался, пусть ищут, ножками малость поработают, а я пока повоюю!

Глава 15

Внимание! Аварийное отключение капсулы!

5

4

3

2

1

Чупа выскочил из стеклянного гроба, свалившись при этом на пол. Ловкость в игре и ловкость в реальной жизни, понятия абсолютно разные, особенно если проводишь в капсуле по восемнадцать часов в сутки. Но не о том он сейчас думал!

Чуйка старого вора, а пятьдесят, это давно не юность, вопила корабельным ревуном.

Беги идиот!

Чупа не имел ни малейшего понятия, о чём толковал тот фуфлогон. На перо бы его посадить. Но чувство самосохранения работало на опережение. Одрябшие за последние годы мышцы и старые кости, были против такой скорости одевания. Футболка задом наперёд, плевать…

«…Задержусь ещё на минуту и оденут уже по-другому, во всё одинаковое — казённое,» — подумал он, натягивая треники.

Взгляд упал на монитор.

Капсула обесточена, техническая неисправность, дождитесь техслужбу!

— Щас б…я! — рявкнул Чупа, поднимаясь со стула.

Кровь слишком быстро достигла мозга, и он рухнул на бок, быстро поднялся, стремление к свободе, не давало расслабиться. Пять секунд на кроссовки, вытащил из тайника старый кнопочный телефон и ПМ с запасной обоймой. Всё, он готов!

Общий коридор встретил тишиной, что не радовало. Чупа сомневался, что отреагируют так быстро, но чувство не отпускало. Постоял секунду у лифта и решился идти пешком, пятнадцатый этаж, не быстро, конечно, но и тут свои плюсы, лестничный марш находился отдельно от лифтовой шахты и предусматривал два выхода, так что варианты удваиваются. Пока спускался включил мобильник, отправил короткое сообщение, тут же удалил все контакты, коих было немного, суетливо вынул симку, сунул в рот и как мог разжевал, уже помогало. Жаль с телефоном такое не проканает. Пришлось по старинке, швырять что есть силы об стену и топтать.

Запнув огрызки в тёмный угол, Чупа ускорился, тут же притормозив. Внизу, этаж может два, кто-то шептался.

Напряжение нарастало с каждой секундой, бежать наверх не вариант, только время потеряет. Он принял решение, приведя пистолет в боевое положение, продолжил спуск и с каждым пройденным метром, убеждался в своей правоте. Эта хата не палёная, и менты, с какого хера им шептаться? А спецам тем более, будут ждать тихо. К тому же, один из шепчущих явно баба, даже повизгивает, будто рвут ей чёто?

— Нет, я так не хочу! Давай лучше на балконе, как в прошлый раз…

— Да тихо ты, ща всё будет за…сь…

— Ой, идёт кто-то…

Чупа успел разглядеть, белый женский зад и красные стринги, визг и топот вниз, опережая на пару этажей.

— Молодёжь б…я, — буркнул он под нос.

Первый выход, что вёл на восток, Чупа забраковал. Разгар дня, а в ближайшей видимости ни души, неправильно это. Побежал к другой двери. На западе, голуби что-то клюют и тут же серят, и парочка торчала на детской площадке, подпирают качели и лупятся в телефоны. Чупа не удивился бы, если это та же молодёжь из подъезда, но как тут поймёшь, из особых примет, он видел только зад. Остальной народ, был слишком далеко.

Он решился моментально, впрочем, как обычно. Вышел из подъезда и неспешным шагом направился в сторону проспекта. Чупа знал, что делать, бандитская жизнь научила предусмотрительности. Отправленная корешам смска, не только предупреждение, на северном выезде из города, у армянского кафе, его будет ждать машина, кто и на чём встретит неизвестно, но водитель должен возиться с задним пассажирским колесом, прыг в машину и на лыжню, пока сторожевиков не навешали! Осталось только добраться, а для этого нужно попасть на площадь Революции, что была за той высоткой, к которой он, собственно, и спешил.

В теньке у парка, стоянка городских таксистов, они там обычно отдыхают, но кто сказал, что за рубалёк-другой не подорвуться? Как бы отгонять не пришлось.

С позитива его сбила полицейская сирена, машина промчалась мимо, когда Чупа выходил из дворовой арки. Повезло, спешили по ментовским делам. Он уже пересёк площадь и выбирал глазами подходящую машину, благо их больше десятка, когда с юга послышался шум винтокрылой машины. Чупа обернулся, вертолёт был ещё далеко и летел в его направлении. Ничуть не насторожившись, мало ли летают, он обернулся. В паре метров, стоял брюнет в деловом костюме, то, что он не какой-нибудь заблудившийся бизнесмен, стало понятно по взгляду. Жёсткий и холодный, Чупа таких навидался, понимая, что безнадёжно опаздывает, схватился за пистолет в кармане, он в общем-то и так его сжимал, нужно было лишь направить.

Быстрое движение и у брюнета в руке, что-то блеснуло. Чупа не слышал выстрела, но зато почувствовал, как в грудь воткнулись тысячи холодных иголок. Он бы закричал от боли, но иглы быстро расползаясь по телу, сковали всё: руки, ноги, в том числе и голосовые связки, он даже головы повернуть не мог, только внутренне корчился от боли и досады.

— Чупахин⁉… Можешь не отвечать! — тонкие губы, тронула улыбка. — Отбегался ты дядя.

Чупа скосил глаза на оружие брюнета, небольшой, блестящий предмет, похожий на пистолет.

«Сучий станер!» — изумлённо подумал он, глядя на тень вертолёта, что неспешно проплывала рядом. — Во что же я вляпался? Кто такие внешники?

Слева подъехал микроавтобус и под изумлённые взгляды зевак, Чупу занесли в салон.

Глава 16

#Ошибка

#Удаление невозможно

#Покиньте игру

#Аварийное отключение капсулы

#Ошибка

Мигали красные строчки перед глазами.

«Да что ж там твориться-то? Меня хотят удалить или аккаунт?»

Проснулось непонятное веселье. Где-то там в реальном мире сидит очколупый ботан и жмёт на кнопку удаления! Жмёт, а толку нет!

Нет, мне определённо везёт! А если так, то может стоит пожестить?

К счастью или к чему-то другому, я перевёл бинокль на то здание, на котором мы с Охотником сидели меньше десяти минут назад. И что же там происходит?

Вертолёт всё ещё чадил, а рядом с ним, стоял некто. Раньше, этого хрена там не было, ни за что бы не пропустил. Если сравнивать со сгоревшей техникой, не меньше трёх метров в высоту, руки, ноги, всё как у человека, но цвет и размеры! Серый гигант не просто стоял, он крутил безликой башкой во все стороны. Да, да, мой Ермак позволял рассмотреть некоторые детали. Лица не было, подвижная металлическая болванка с красной мигающей хренью вместо причёски. Тут я заметил движение левее, у парапета ходило такое же чудо. Мне нужно было подтверждение увиденного, вдруг это обычное явление. Ткнул локтем Охотника, дал ему бинокль.

— Глянь-ка, раньше их видел? На нашу крышу смотри! — направил я.

Тот отвлёкся от разглядывания заражённых и припал к окулярам.

— О-о! Что за киборги? Не, я таких даже в кино не видал! Жуткие какие, — крестник заметно поёжился.

Значит местные произведения… за мной пришли!

— Побежал, побежал… да быстро так, прыгнул, прямо с крыши!

Отобрал бинокль и успел разглядеть, как один из них, бежит по улице заполненной заражёнными. Те, если попадались ему на пути, то отскакивали как резиновые и не пытались преследовать. Прыжок, другой и серый скрылся в проулке, к счастью ушёл в другую сторону. Перевожу взгляд на крышу, вовремя. Успел проследить стремительное падение второго, приземлился на крышу легковушки, разгромив её в хлам, кувырком слетел на асфальт и нос к носу столкнулся с заражённым. Бегун предпочёл ретироваться, а серый, стал крутить свой болванкой на манер человека, выискивая, вынюхивая. Приняв какое-то решение, он сорвался в противоположную своему собрату сторону.

— Они ведь нас ищут, да? — крестник смотрел на свой арбалет. — Мда с этой игрушкой, против роботов…

— Меня они ищут, Охотник, боюсь против них даже это не поможет, — в моих руках, материализовалась винтовка с подствольником.

Система или скорее всего люди, отправили за мной ботов, вряд ли их вообще можно уничтожить, придётся быть осторожнее.

#Ошибка

#Удаление невозможно!

Система : Постарайся выжить! Закрытая локация, умирать нельзя! Ловушка!

А вот это, что-то новенькое! Неужели в их конторе, не всё однозначно? А может у меня появился поклонник? Вот только нафига я кому нужен? Рассудил я… Но ведь пишут от системы! Бес говорил, это Глобальный Искусственный Разум! Ходят слухи, что ГИРа изначально не земного происхождения, нашли в другом измерении. Для каких целей приспособили к игрушке непонятно… Тестируют? Неважно, интересно другое! Ботов никак не система прислала; люди, некая организация. Уж не знаю каким боком тут внешники затесались? Кому-то хорошо приплатили! А этот кто-то не заинтересован в огласке, от слова, совсем! Мне хотелось исходить из того, что от имени системы, писали не люди, а сама ГИРа. Которой я зачем-то понадобился!

«Вот чёрт!» — вспомнились недавние события. Громова! Я ж её сегодня видел! Бес как-то рассказывал, что сама ГИРа ходит в обличии сержанта полиции! На уровне слухов, конечно. Но мне всё равно стало не по себе. Зачем, какой-то человечек, может понадобиться искусственному интеллекту? По сути, я в его или её царстве и найти раз плюнуть! Или всё сложнее? Ладно, всё это бесполезные размышления. Я почему-то был уверен, что в скором времени, увижусь и с Громовой, кто бы в ней не сидел, и боты мне ещё повстречаются! Глядишь там, всё и выясниться! А пока…

— Есть хочешь? — вместо винтовки, появился разнос с чебуреками, запахло мясом.

Охотник похоже решил, что удивляться больше нечему, но в его огромных глазах, светилась вся глубина заблуждения.

— Как? Как ты это делаешь? У меня в инвентаре мышь повесилась! А у тебя…

— Для того, чтобы в инвентаре что-то было, в него это надо положить! — поучил я, кусая ещё горячий чебурек. — Угощайся!

Крестник не стал тянуть и противиться, с удовольствием принялся поглощать пищу.

— Это что, ты ещё главного не видел!

Охотник перестал жевать.

Появившийся Пряник, повёл себя разумно, никаких тебе Вав, даже рычать не стал, слегка поджал уши и побежал обнюхивать крестника. Тот сначала дёрнулся, а затем аккуратно погладил благодарного пса.

— Ты настоящий фокусник, Инакий! — крестник рассмеялся.

— Поживёшь тут и не тому научишься!

Пряник, насладившись поглаживанием, поспешил за своей долей.

— Эй, маленький проглот! Я же тебя кормил, перед тем как упаковать!

Пёс понурил ушастую головку, послышалось тихое поскуливание, шум местного апокалипсиса, его нисколько не смущал.

— Ладно, убедил проходимец!

Наблюдая как питомец волком поглощает чебурек, я обратился к Охотнику:

— В городе есть зоопарк?

— Да! Недалеко от моего детдома… А зачем тебе?

Вот почему он не парится за родителей!

— На жирафа хочу посмотреть, с детства мечтал!

— Чёт я не помню, есть ли там жирафы?

— Найдём!

К счастью, культурное заведение оказалось не так далеко, к тому же, в нужном направлении. Несколько прыжков по крышам. Пришлось отпаиваться живчиком, пилюли пока берёг. И вот мы рядом с вольером травоядных.

Слон, с тоской поглядывая на облепивших решётку пустышей и бегунов, надрывался трубным рёвом. Антилопы жались друг к дружке. И всё это безобразие, разбавляло верещание мартышек.

— Нет, нам не сюда!

— Ох, сколько их тут, — воскликнул крестник, разряжая арбалет.

Один из пустышей, что заметил нас первым, рухнул с болтом во рту. Охотник принялся лихорадочно заряжаться.

Шустрый парень и меткий.

Осмотревшись, я прикинул, где тут вольеры с хищниками и дёрнул его за собой. Несколько заражённых побежали вслед.

Вот они, красавицы!

Урчащие кошачьи хищники, даже в облезлом состоянии, выглядели красиво. А уж мощь!

Ники тут косячные, видимо особенность кластера.

###—## — что первая, что вторая.

Судя по разбросанным костям, львов было много больше. Две шустрые самки покрошили весь прайд во главе с царём зверей и до нашего появления плотоядно посматривали друг на дружку.

А тут на тебе, здрасте! Два живых тела. Сюда даже заражённые не совались.

Спаренный удар сотряс решётку, урчали на повышенных, еда то близко!

Нет, слабоваты пока, как их назвать? Бегуны не бегуны? Слишком мощные для второй категории заражённых, возможно, уже лотеры!

— Э-ей! — воскликнул стоящий за спиной крестник.

Он так и не зарядил арбалет и теперь размахивал топором, встречал значит преследователей.

— Погоди, парень! — отодвинул его в сторону. — Надо кисок покормить!

Довольно урча, подбегает самый шустрый, по движениям бегун, даже лапы грязные протянул, какой молодец!

Хвать его за запястье и прыжок в вольер, вернулся на место в туже секунду, а бегун, по инерции налетел на постамент для царя зверей. Быстро подскочил, ловко развернулся, а на него уже уставились две пары голодных глаз. Думали львицы не долго, синхронный взгляд на нас, такой же на бегуна, несчастный, не смотря на заражение, всё осознал. Развернулся и с проворотами сиганул в дальний конец вольера. Но куда там, догнали в три прыжка.

— Ловко придумал и кроваво, — скривив физиономию, Охотник отвернулся от сцены пиршества.

Тут подоспела парочка медленных, должно быть ещё не вкусили мясца. Я настолько обнаглел, что схватил сразу обоих и закинул хищникам добавки. Затем прикинул скорость расправы и поедания. Слишком быстро, значит придётся ещё побегать.

— Гляди по сторонам! Я быстро! — оставив наставление крестнику, отправился на пробежку.

Спустя минут десять, я был выжат как лимон, только и успел Охотника на крышу административного здания закинуть. Киски были довольны, ещё восемь тел добавилось. Ну а я, устало раскинулся на кровле.

— Зачем ты их кормишь? — крестник косился вниз.

Бегуны и пустыши, оккупировали площадку перед вольером, застенчиво поуркивая бросали взгляды по сторонам. А кошакам плевать, жратвы море, знай себе грызи, они даже не всех убили, несколько испуганных бегунов, жались к решётке.

— Есть одна идея, а для этого нужны сильные заражённые!

Я не был уверен, что за пару дней они отожрутся до матёрых, но ведь это игра!

Глава 17

— Ну что ж ты так смотришь, мама? Да, я всё ещё неопытный мальчишка!

Демидов, развалившись в удобном кресле, держал в руке уже третий стакан виски, первые два, были разбиты о стену. С неё-то и смотрел портрет матери, властная, выдающаяся во всех отношениях женщина.

До тридцати лет, Ваня ходил по струнке, даже в университетских тусовках не участвовал.

Люди делятся на две категории, говорила она. Жующее, пьющее стадо и те, кто их пасёт! Хочешь быть пастухом — соответствуй!

Ваня очень хотел и делал всё, что советовала мама. Именно родительница запустила проект Стикс. Несмотря на возраст, она всегда шла в ногу со временем. Демидов испытывал противоречивые чувства. Как и миллионам других, ему не хватало матери, в то же время, полученная с её смертью свобода, пьянила до сих пор, во всех смыслах.

— Не надо во мне дырки прожигать мама… ещё один бокальчик… обещаю, и спать! — третий, опустевший бокал полетел в стену. — Гы…

* * *

На следующее утро, меня тихонько растолкал крестник.

— Там, такой урод, пришёл… с пятками! — прошептал он, кося глазами за спину, арбалет был наготове.

Спать пришлось прямо на кровле, благо за день поверхность хорошо нагрелась, озноб стал пробивать лишь под утро. Лично меня, порадовало зрение, новые забытые детали, оба глаза работали.

— Топтун не высшее звено, — успокоил я, потирая восстановленный орган зрения. — Где он?

И когда успел отожраться?

Топтун стоял напротив решётки наблюдая за заражёнными львицами, те, отвечали ему тем же. Ни звука, ни, естественно, слова. Монстр среднего звена просто развернулся и побежал себе дальше, отбивая чечётку по асфальту.

— Видал, какой умный⁈

— Ещё бы! — крестник кивнул на моих протеже.

У тех уже шипы на позвоночнике появились, не говоря уже о клыках. Саблезубые убийцы наших предков, убежали бы повизгивая.

— Красавицы мои! — переместился к решётке.

Не ожидавшие подобного заражённые, принялись урчать на все лады пробуя решётку на прочность, того и гляди топтун вернётся с группой поддержки.

— Руку кормящего помним? — протянул к решётке ладонь.

Резкий удар, металл заметно выгнулся. Мутные глаза, не мигая смотрели на меня, тягучая слюна, капала с жёлтых клыков. Киски голодные!

Помнят, но всё равно сожрут!

Подросшие «питомцы» смотрели в ожидании, странно что перестали урчать, неужели понимают?

Раз уж взялся, придётся подкармливать! Маякнув крестнику, чтоб оставался на крыше, пробежался до травоядных. Вольер со слонами пустовал, впрочем, как и остальные и вообще было уныло, никого! На выходе из зоопарка, повстречался молодой лотерейщик, с завидным упорством вынюхивал чьи-то следы. Бросил это дело, когда по макушке прилетел камень.

— Уррх…

— Иди сюда, урод! — сам я остался на месте.

Тот, ожидаемо сорвался с проворотами и почти достигнув меня, испарился. Вес чувствовался, но до критического далеко, так что, я пошёл в более перспективные места. Скоро предстоит небольшое шоу, требовалась проверка моих возможностей.

Заражённые нашлись быстро, однако пришлось прятаться под тенью деревьев. Дело в нетипичном для города шуме. Нет, если бы населённый пункт функционировал как прежде, я бы вряд ли это услышал. Но сегодня, как назло, стояла тишина пост-апокалипсиса, где-то далеко бухали редкие выстрелы, а совсем рядом слышалось жужжание. На земле не видно, значит скорее всего воздух.

Так и оказалось. Пара матёрых бегунов, под руководством лотерейщика, доламывали фургон, перевозящий мясные полуфабрикаты. Самый уродливый из них засуетился оглядываясь, никого не обнаружив, догадался посмотреть в небо. К нему спускался небольшой дрон, как только лотер дёрнулся наверх, машинка поднялась на недосягаемую высоту, чтобы вновь спуститься. Игрался значит.

Ну тут сам Стикс велел! Оглядев окрестности на наличие других сюрпризов, я достал винтовку. Прокачанный игрок, это вам не рейдер двухнедельный. Мельтешащая мишень только казалась недоступной, один выстрел, дрон летит на асфальт, а заражённые бегут ко мне. Молодцы!

— А ну стой! Балбес!

Пока я отсутствовал, вроде не долго, крестник решил испытать свою дурную удачу. И что надумал⁈ Подошёл к решётке вольера и суёт туда руки, то левую то правую, а киски стоят, взгляды типа в другую сторону, хвостами наивно помахивают. Хорошо успел, он ко мне повернулся и тут удар о решётку, затем второй, на задницу упал и улыбается.

— Тебя долго не было, крёстный! Скучно стало!

— Капец тоска! Думаешь без рук веселее будет? Взрослый вроде⁉

— Да ладно, дурканул маленько…

— Хочешь на настоящую дурку поглядеть? — крестник смотрел заинтересованно.

Я прыгнул в вольер, прямо за спины заражённым, их реакция не удивила, синхронный рывок в сторону потенциальной еды. Ушёл перекатом вперёд. Риск, конечно, не малый, но мне хотелось посмотреть, как они будут действовать, к тому же чуть дальше моего прежнего места дислокации, материализовался лотер. Удивлённое урчание, одна из кисок метнулась к нему, а тот, самоотверженно на встречу. Ну да, силы примерно равны. Вторая, рассудив здраво, прыгнула на помощь сестрёнке.

Молодцы девочки, хорошо в паре работают!

Лотер пал смертью храбрых, заражённые тут же переключились на меня. Перекат, прыжок, больно уж шустрые, на моём месте остался бегун, который не стал тупить, сходу оправдал название своего класса, побежал куда глаза глядят, но куда там, догнали разорвали. Спустя несколько минут, я уже был за вольером, рядом с крестником. Загонял себя до красных решёток.

— Ну ты и псих, крёстный! Я бы так не смог!

— Какие твои годы⁉

Кошки доедали, то, что осталось от жертв. Алгоритм игры, работал без сбоев. Если заражённого убил другой заражённый, тот будет валятся пока не сожрут.

Мои протеже сильны как их саблезубые предки и быстры не меньше! Очень опасные противники и судя по недовольным взглядам в мою сторону, всё ещё голодные! Решив, что здоровое голодание, ещё никому не вредило, отправился отдыхать теперь уже под крышу. Малость ошалевший Охотник, последовал за мной.

Опыт показал, что я могу собрать и удержать в пространственном кармане четырёх заражённых. Можно, конечно, и больше, но это уже на пределе возможностей, ведь нужно ещё передвигаться и по необходимости, применять другие дары! В том, что придётся побегать, сомнений не возникало. Даже если сольюсь, плевать! Но крестник… Куда он денется, после игровой смерти? Была надежда на Нехераим, я как никак глава стаба! На самом же деле, тут закрытая локация, могло по-всякому сложиться. Жаль парня, хоть и цифра.

— Охотник⁉

Крестник обернулся.

— Завтра уходишь в большой мир! Доставлю тебя на контрольную точку, выйдешь из пещеры, честно сольёшься и реснешься в стабе… передашь привет Суворову.

Доставить я мог, только до проулка с барделем, дальше глухо, проверял. Примерно, как с Нехераима в реальный Стикс.

Можно конечно и дальше проводить, озеро, пещера, но он вроде как большой!

— А зачем? Я думал с тобой пробиваться будем⁉

Молодой, бестолковый.

— Куда ты хочешь пробиться? Здесь тупик… закрытая локация! У меня с теми… — кивнул за спину. — Давние счёты! У них ко мне тоже, вопросы имеются… Ты здесь не причём! Скорее всего сольёшься, а респа тут нет! — тут я лукавил, просто не имел понятия о дальнейшей механике.

— Я с тобой! — упрямо пробубнил парень.

Не отстанет ведь, по роже видно! А раз так…

— Хочешь со мной, тогда подтягивайся! Сколько у тебя сила?

— Три!

— Мало! У меня тридцать три, — сказанул нашару, но глаза у крестника на лоб полезли. — Я сейчас отдохну малость, а ты качайся!

— Как?

— Дальше будет очень сложно, даже для такого как я! Хочешь идти со мной, догадывайся… из здания не выходить, не шуметь!

Отдав последние распоряжения, растянулся на полу рядом со столом какого-то начальника.

Глава 18

— Ты уже большая, дочь! — по-доброму, но строго сказал отец.

Военный, что понятно по тёмно-зелёной форме с лампасами. На груди висели ордена и какие-то награды. Неизвестно в каком он звании, знаки отличия чужды, как звёзды в безлунную ночь, ясно что офицер.

Девочка, сидя среди россыпи игрушек, смотрела на родителя с любовью и толикой страха.

— Хватит играть в куклы, — с улыбкой продолжил отец. — Отдай этого солдатика младшей сестре!

Ребёнок сжал меня крепче, я бы безусловно задохнулся, не будь моё тело из лёгкого металла. Фигурка, не больше ладони взрослого человека, камуфляж, игрушечная винтовка. Я видел, слышал и даже что-то понимал, но не мог ничего сделать.

— Брат отдал его мне и сказал беречь! — упрямо сказала девочка, прижимая меня к груди. — Он, конечно, непослушный, но хороший.

Мой взгляд невольно упал на пол, изломанные фигурки, без рук, без ног, у некоторых отсутствовала голова их множество, сотни, весь пол игровой комнаты был засыпан поломанными игрушками, мне даже показалось что-то знакомое, узнавание сформироваться не успело. Меня схватили и визгами потянули в другую сторону.

— Отдай, папа же сказал!

— Нет, он мой!

Напряжение нарастало, я уже подумал, всё, пополню коллекцию лома, но тут неожиданно проснулся, воздух будто пройдя сквозь жерло вулкана, заполнял лёгкие. Лёжа на полу, я пытался понять. Как сон в игре связан с моим дыханием? Тела же нет! Оставив риторические вопросы на потом, обратил внимание на посторонние звуки. Кто-то кряхтел и похоже давно.

Крестник, задрав ноги к потолку, очень даже ловко, балансировал на одной руке, а второй раскладывал карточный пасьянс, разглядел, когда поднялся.

— Ловко!

Сказанное мною вывело его из равновесия, в прямом смысле, упал, правда, как положено на ноги.

— Фух! Запарился малость… всю ночь приседал, отжимался и подтягивался. Но сначала с арбалета пострелял, пришлось в общий коридор выходить.

— Результат есть?

— А-то! В яблоко с полста метров!

— А если яблоко шустрое попадётся? С когтями и зубами!

— Один раз точно попаду, а потом топор или перезарядка, по обстоятельствам, я уже держал в руках арбалет, до армии в секцию ходил!

— Хорошо, скоро выясним… по статам что?

— Сила и выносливость плюс три, двоечка на ловкость с точностью и к споровому голоданию единичку добавили! — гордо отчитался Охотник.

Благодаря багу, из-за которого вместо цифр, видно только решётки, я не имел понятия, хорошо это или нет? Начинал-то, на максималках!

— Круто! Но в реальном бою, добавляется больше!

— Да когда же он будет-то? Я как в первый день несколько пустышей завалил, так и всё!

За окном было подозрительно тихо, будто мы не в центре города, а где-нибудь в глухом лесу. Значит уже скоро.

— Есть у меня кореш, сливаться любит, хлебом не корми, помереть только дай!

— Псих что ли? — крестник смотрел с надеждой.

— Не без этого! Но у него болевой порог, десять процентов от нормы.

Я почесал почти заросшую руку, ускоренная регенерация своё отработала. Осталось добавить реального цвета и конечность не будет отличаться от другой.

— Как это десять? Он что, боли не чувствует? — парень ущипнул себя за предплечье. — Ау…

— Вот-вот! И я на все сто ощущаю, иногда кажется что даже больше!.. К чему я это сказал⁉ Не спеши, успеешь, к боли только полные психи привыкают!

На улице раздалось грозное урчание. Охотник рванул к окну, пришлось ловить его за плечо.

— Говорю же, не спеши, — прошептал и медленно подошёл к занавеске, показывая пример. — Развитый заражённый, за километр тебя почует! А потому, интереснее увидеть, кто это там так громко о себе заявляет?

Рубер, шёл бесшумно, даром что урчал на всю округу. Под три метра высотой, бугры мышц в костяных бляшках, тот ещё урод, видать из очень шустрого мужика произошёл. Как ещё объяснить, быструю эволюцию? Позади, тихо не смотря на мощные пятки кралась парочка топтунов. То, что скромничают, это понятно. Если бос не найдёт жратвы, то закусит кем-то из них! Младших же не видно, значит уже сожрали!

Прошли через вольеры травоядных, тщательно всё обнюхивая.

— К твоим монстрам идут! — констатировал Охотник, выглядывая из-за другой шторки.

— Помнишь, где у них слабое место?

Тот кивнул.

— Готовь арбалет… и смотри не промахнись!

Показав одними жестами, чтоб он оставался у окна, я прыгнул, материализовавшись метрах в десяти от рубера, свистнул. Хотя нужды в этом не было. Урод лишь на мгновенье растерялся. Удивлённо уркнул и понёсся в мою сторону, топтунишки за ним. В этот момент, чуть в стороне нарисовался Пряник, зарычал как настоящий и дал дёру, выполнял, значит, мою мысленную команду.

Рубер поступил как положено, тут же забыл про меня, устремляясь за лакомым кусочком, пробежал мимо, чуть ветром не сдуло. Урр м…ь! Топтуны хотели поступить так же.

— А ну стоять, уроды!

Один пронёсся не глядя, а второй исчез и только после этого, первый остановился быстро оборачиваясь, видать тоже не тормоз, сумел заподозрить нелады. Я решил ускорить события, побежал навстречу, сорвался и топтун, расстояние сократилось до нужного, монстр полетел к своему собрату.

— Ух… — даже тяжёлый выдох вырвался.

Пространственный карман давил тяжестью двух не маленьких заражённых, успокаивало, что это ненадолго. Тут послышалось близкое гавканье питомца, но первым я увидел рубера. Бежит, довольно по-уркивая. Не знает дурачок, насколько я коварен.

Пряник завершил круг и подчиняясь моей воле исчез в инвентаре. Рубер же, опять растерялся. Закуска исчезла, а перед глазами маячит мужик в камуфляже. Выбор очевиден!

Перед рывком монстра успел бросить взгляд на окно. Между шторками, блеснул арбалет.

Посмотрим, на что он способен⁉

Перекатом ушёл к зданию, можно сказать в последний момент. Что мне тут нравилось, не было мелких травм типа ушибов, асфальт как никак, а мне хоть бы хны. Крутнулся и опять на ногах, стою задом к стене, тупик. Рубер не подвёл, злой, наверное, голодный. С победным урчанием рванул навстречу к еде, даже мелкие глазки в предвкушении прикрыл. Где-то в городе гулко громыхнуло, тот встрепенулся быстро оборачиваясь, всё верно, я уже был с противоположной стороны, прочухал должно быть зверино-пиксельным чувством. Взгляд наверх.

Немного не тот угол. Несколько шагов назад, рубер подался за мной.

«Ну если он сейчас не догадается…» — тихий, характерный звук, прервал ход мысли, стук болта, я скорее почувствовал.

Рубер, раскинувший было лапы застыл жуткой статуей, затем, подражая героям прошлого, упал на колени и завалился набок.

Красава!

Охотник уровень 3 (Условно Иммунный)

Интересно у НИПов уровни растут! Если сравнивать с игроками, то ведь десятку сразу дали⁉

Сияющий как новый пятак крестник, принялся потрошить своего первого монстра, я отправился кормить своих. Те, к слову, весь бой, если это можно так назвать, сидели тихими наблюдателями. Прямо как сейчас. Знают стервы, пришло время обеда.

— Ты будешь Маша, — кивнул я левой. — А ты Даша!

— УРР…

— Не спрашивайте почему… вот у тебя глаза зеленее, — Маша по-кошачьи склонила голову набок. Даша приблизилась к решётке и принялась тихо урчать, показывая страшные зубы. Ревнует типа!

Если честно, я ожидал смены ников, но чудо было частичным, в конце добавились жирные вопросики.

##—##- ?

Тоже интересно! А если прикормить?

Речь шла не о еде, я их и так неплохо кормлю. Калёный как-то говорил, что заражённым можно давать живчик, погонщики дескать, так и делают! И даже больше, некоторые вскармливают своих чад, красным жемчугом. Я решил попробовать, правда пока не знал, как это провернуть? Мои протеже далеко не домашние тварюшки! Так что сначала шоу. Интересно же посмотреть, как они поступят? Вдруг в стаю примут⁉

Топтун материализовался в том же состоянии что и исчез, то есть бегом. Со всей дури влетел в боковую решётку и рухнул на огромный зад. Какое-то время он потряхивал пострадавшей башкой. Мои девочки, повели себя как в начале с бегуном, с разницей лишь на комплекцию жертвы, топтун как никак. Два быстрых прыжка, Маша вцепилась в шею, он, кстати, начал подниматься, а Даша, с разбегу врезалась во взревевшего бедолагу, что само по себе не смертельно, но если учесть хватку Маши, в чьей пасти остался нехилый кусок плоти, то шансов у топтуна не осталось.

Нда, шоу не получилось! Всё Маша… говорил же, стерва!

Радовало, что в стаю не взяли, троих я не вытяну.

Ну что, поехали дальше?

Достал из инвентаря кусок говяжьей вырезки, порезал на несколько частей, прямо так, на асфальте. Кошки пока не прочухали, так и грызли топтуна. Судя по скорости поедания, осталось не долго.

— Что задумал? — крестник подошёл ко мне с открытой ладонью, в которой поблёскивала пригоршня разнокалиберных камней.

— Надо же, чёрная жемчужина выпала! — констатировал я. — Не глотай пока, подожди денёк. А это горох!..

Вытерев руки о штаны, я принялся перебирать и пояснять.

— Спораны отложи в сторонку, да, все зелёные камушки… Горох дары усиливает, потом объясню, как принимать.

Охотник сложил вторую, гораздо меньшую кучку.

— Ну эти пилюльки, сам видишь, наверное, повышают дух Стикса! Принимай в крайнем случае, когда иссякнешь… Что из оружия выпало?

— Да вообще не понятно, — ответил тот. — Скафандр какой-то! Нахрена он нужен? Тут же не космос!

Я обернулся.

— Да ладно⁉ Реально защитный костюм внешника? — оставил возню на асфальте, подошёл удостовериться. — Во уроды! Даже тут себе лазейку сделали!

Приняв решение, посмотрел на Охотника.

— Скафандр, я заберу, остальное твоё! — тот лишь плечами пожал.

Мои монстры догрызли топтуна и с интересом разглядывали куски вырезки на асфальте, говядина выглядела привлекательнее мяса заражённого.

Ну, начнём!

Сунул руку за решётку, полетел первый кусок мяса. Поймала стерва, как я и предполагал, молниеносная реакция. Пришлось отскакивать назад, недовольная Даша врезалась в ограждение своим немалым весом.

— Спокойно детка и тебе достанется!

— УРРХ…

— А можно я?

Нравиться мне бесшабашность крестника.

— Если руку не жалко, вяляй! Учти, недели две будет отрастать!

— Да я аккуратно, — подхватил кусок, да с улыбочкой.

Ну давай, а я буду посмотреть.

Сунул руку, а стерва Маша, тут как тут, хвать, Охотник испуганно отскочил.

— Ах ты су… — зажал левую руку, потекла кровь. — Два пальца оттяпала!

Наивный дурачок! Однако сквозь боль проскальзывала улыбка, что говорит о многом. Пришлось лезть за бинтом и оказывать первую помощь.

— Сам виноват, не послушался, — сказал он, глядя на Машку. Та смотрела в ответ и облизывалась. — Стерва!

— УРРХ…

Мне осталось лишь посмеяться. Закончив с бинтами, я поинтересовался:

— Живчик приготовить сможешь?

— Ничего же сложного! — рассмотрел культю.

Достал из кармана пару бутылок трофейного коньяка и полторашку минералки.

— Так много? Запасы делаем?

— Это не для нас! — кивнул на клетку.

— А что, можно? Зачем? — он даже про пальцы забыл. — Хотя…

— Я им ещё главного не давал, — поднял кусок говядины и вдавил в него красную жемчужину.

Первый пошёл!

Естественно, Маша его и поймала, пришлось изобретать отвлекающий манёвр в виде Охотника с другой стороны вольера, и накормить Дашу. Два монстра лучше, чем один!

Подходящая миска нашлась в вольере травоядных, растворили, процедили. Даже интересно стало, вдруг морды будут воротить⁉

Ничего подобного, лакали как молоко матери, чуть не подрались за последние капли. Отправил им десерт, помирились пока грызли несчастного топтуна.

Мои киски, далеко не лотерейщики, возможно наложилась изначальная мощь хищников, невооружённый человек рядом со львицей, никто. А заражённые, да они уже сейчас были мне по грудь, а что будет через неделю? К счастью или нет, у меня не было столько времени, не дадут точнее.

Словно в подтверждение моих мыслей, послышался далёкий стрёкот. Даже так, я определил, где-то за домами в паре тройке километров, летит большой вертолёт, и вроде как уходит дальше. Изредка раздавались очереди авиационного пулемёта и чего-то помощнее.

— С пулемётом обращаться умеешь?

— А-то! — крестник ухмыльнулся. — Я ж на войне был, там всему научат!

— Ладно, надеюсь без пальцев справишься, вот, держи.

— Ох…ь!!!

— Да не ори ты так! Кошаков напугал!

— ПКП! Откуда такой красавец, а боезапас-то!

Охотник, подняв пулемёт попытался прихватить рюкзак повреждённой рукой, неудобно и больно. Спрятав гримасу, всё же положил оружие на асфальт, напялил и закрепил рюкзак, распрямив ленту подачи патронов, поднял пулемёт.

— Порядок! — довольно выдал он.

— Вот и отлично, дуй пока на крышу, найди источник шума… и смотри не засветись!

Крестник убежал, а я занялся собой. Плащ скрывающий ник, надел в первую очередь. Рука функционирует, глаз видит, пальцы на ноге почти отросли. Я полностью боеспособная и очень злая единица, ну или набор пикселей! В общем-то, это неприятное обстоятельство ничего не меняет! Ведь мой противник, состоит из той же плоти, так что повоюем!

— Ну, что разведал?

Крестник чуть помолчал, собираясь с мыслями, еле заметный вертолёт, уходил на восток.

— Над проспектом Ленина курсирует, туда обратно летает! Понизу видишь, между домами?

Я присмотрелся, мелькала техника, судя по расцветке, никак не гражданская, а между ними…

— Автобусы видишь?

— Да, — подтвердил я. — Иммунных собирают, таких как ты!

— Чего-то мне не нравится, как ты это сказал!

— Давай глянем поближе, — ответил я, хватая Охотника за предплечье.

— …ная эвакуация биологическое заражение покиньте убежище проследуйте к транспорту! Если ваше убежище осаждают заражённые, покажите знак войскам биохимзащиты, воспользуйтесь окном!

Внимание! Экстренная эвакуация биологическое заражение покиньте убежище проследуйте к транспорту! Если ваше убежище осаждают заражённые, покажите знак войскам биохимзащиты, воспользуйтесь окном!

В сотне метров, обдав нас шумом пропеллера, пролетел тот самый вертолёт, пришлось прятаться за парапет. Машина резко ушла вниз, загрохотал пулемёт.

— Крупных заражённых отстреливают, пояснил я.

Запись голоса доносилась откуда-то снизу, там же тарахтели БТРы вперемешку с автобусами, красные кресты, были даже на их крышах.

— Так они реально помочь хотят⁉ — сказал Охотник, озадаченно рассматривая технику внизу. — Врачи же…

— Как бы тебе подоходчивее объяснить, что это за врачи… — бросил взгляд в конец колонны.

За последним БТРом, сверкая скафандрами, шли пешие не меньше половины взвода, а вот дальше. Я достал бинокль, увиденное заставило меня криво улыбнуться.

— Что там?

— Смотри, — протянул ему прибор.

Только что выскочивших за помощью людей, встречали довольно грубо. Прикладом в лицо, укладывали прямо на дороге.

Нагло, конечно, можно народ распугать. Но если вдуматься, то логика присутствовала, горожане в этом аду не первый день, на такое насмотрелись, что не одни портки можно поменять! И взгляд у людей уже другой, выжить бы. А то, что там врачи заражённых режут, дело десятое, я-то живой, я-то не болею!

Вот и бежали иммунные прямо в защищённые прочной тканью лапы внешников.

— А на хрена они ему живот режут? — крестник чуть бинокль не уронил, повернувшись ко мне.

Я подхватил и глянул. Над телом мужика, сидели трое, один пояснял, жестикулируя левой рукой, в правой был светящийся гаджет, второй подавал инструменты, а третий, собственно, резал.

— Не живот режет, а печень! С неё очень дорогостоящие ингредиенты получаются, ещё поджелудочная котируется и… голову не вскрывали?

— Нет! — не своим голосом ответил Охотник.

— Делают из них крема, инъекции, стоят такие лекарства не дёшево…

— Всё, не продолжай! Я их голыми руками готов рвать! — взгляд у него был, в общем я поверил. — Что делать будем?

— Убивать брат будем! Готов?

Ответом мне стала злая улыбка.

Глава 19

Оставил крестника на крыше предварительно выдав чёткие ЦУ, а сам портанулся в зоопарк. Нужно было кое-что забрать и переместиться в западную часть города, там скорее всего уже зачищено, не зря же внешники ведут себя расслаблено, идут почти не оглядываясь. Нельзя так в улье! Хочешь жить долго и счастливо, веди себя будто сидишь за рулём, думай за себя и за того дядю! А кто у нас дядя? Верно, я! Коварный и злой дядя Инакий!

Не имея ни малейшего представления, как это поможет в моей основной задаче, прыгнул в самое начало, между пригородом и собственно городом. Вовремя спрятался за помятую хлебовозку в виде газели. Астронавты ходили как дома, в руках контейнеры должно быть с органами, за спинами рюкзаки и большинство были безоружны. Мимо пронёсся джип с пулемётом на крыше.

Поехали!

Высунулся, чпонькнул подствольник, левая часть джипа исчезла в пламени взрыва. Моя акция привела к ожидаемому результату, ближайшие астронавты, плюнув на ношу попадали на асфальт. Застрочили автоматы, пули со злым жужжанием вспороли кузов хлебовозки.

Быстро очухались! Хотя что это я? Игроки они здесь, а там-то, военные!

Прицепил магнитку к колесу газели, выставив таймер на три минуты и под прикрытием машины сквозанул в кафе, благо двери нараспашку. Тут же раскрошив витрину, прилетело несколько очередей, на одном дыхании нырнул за стойку. Вовремя! Взрыв, второй, третий! Оглушающий грохот, дым столбом, в ход пошли подствольники. А у меня перед глазами появилась аккуратненькая мишень, чуть помучившись всё же убрал её в нижний угол, до поры до времени.

Система : Уничтожен #####. Уничтожен #####. Уничтожен #####…

«Ага, минус три,» — подумал я, ковыряясь в ухе.

Когда в мозгу закончило пищать, я прислушался.

Тихо вроде? Нет! Шаркающие звуки, с обоих сторон газели, у кого-то что-то звякало. А как известно, плохо закрепленная амуниция, играет на руку врагу. То бишь мне! Пуля или осколок, пробил удобное отверстие к нему-то я, лёжа и прильнул.

Дым ещё не рассеялся, но несколько силуэтов, я всё же разглядел. Идут, как у них положено, друг дружку прикрывают, и щиты во всё тело выставили, лохи! Когда первая пара минула покорёженные двери, шарахнула моя подлянка. Да так громко и красиво! Скафандры в клочья… Один из пиндосов влетел в проём, где прятался я. Послышались стоны и причитания раненых.

— Да что ж ты так морду корчишь дружище? — склонился я над внешником. — Это же игра!

Того корёжило не по-детски, лёжа на боку пускал кровь спиной, да бодренько так, фонтанчиками. Сжав напоследок челюсти, он выдавил что-то невнятное и расслабился, меж зубов потекли бордовые сгустки. Не я один на ста процентах играю!

Внешник рассыпался, оставив после себя двойника моей винтовки, несколько запасных обойм и блестящий металлический блок, размером со смартфон. Оружие, я забрал сразу.

Система: Уничтожен ##### Уничтожен #####…

Одна мина и пять тел, знатно отработал! Однако пора валить, пока из чего-нибудь мощного не вдарили!

Ещё, мне было интересно, купятся ли они, на старую хитрость? К тому же блок, что остался после внешника, за ним скорее всего придут! Больно уж вещица интересная. Я не стал её трогать. Нашёл кусок столешницы, прикрыл им возможную ценность и оставил кое-что от себя. Тут послышались выстрелы, треснула пулемётная очередь, стреляли в стороне.

Прыгнул на заранее присмотренную крышу и осторожно глянул за парапет.

Ну наконец-то! Я уж думал за мной не придут!

Один из ботов, быстро бежал по улице и направлялся он строго к «моему» кафе. Внешники увлечённо палили по бегущей мишени из всего что можно, а тому хоть бы хны. Из-за соседнего дома, грохоча винтами, вынырнула та самая летающая громадина и принялась расстреливать бота из авиационной пушки. Тот, на полных парах влетел в кафе, вертолёт по инерции пролетел над ним.

Я навёл мишень на прозрачный шлем внешника, что выскочил на дорогу, выжал кнопку. В этот момент сработал мой подарок. Пришлось прятаться за парапет. Яркая вспышка и миллион осколков во все стороны. Небезопасно было даже на расстоянии в пару сотен метров.

Я ждал целую минуту, останки вертолёта полыхали в огромной воронке, что красовалась на месте некогда стоящего кафе. Никто не появился.

Отмахнулся от всплывшего зловеще-красного сообщения системы.

— Ну, как-то так! — философски заметил я и портанулся к Охотнику.

Парень сидел на корточках прямо за лифтовой шахтой, увидев меня подскочил, чему не помешал пулемёт с рюкзаком патронов.

— Вертолёт ушёл на запад, я уже хотел спуститься и просто по уродам пострелять…

— Хорошо… Что я успел, и не парься за вертолёт!

Я выглянул за парапет. По улице в западном направлении, пронеслись парочка БМП.

Ну и пусть себе едут.

— Это ты там шумел и взрывал? — спросил крестник, опустив оружие в пол.

— Пришлось. По-другому не отпускали!

— А я? А меня не взял! — упрекнул он.

— Что за детский сад, боец? Успеешь ещё, — смягчил я.

Крестник всё же смутился.

— Давай-ка перекусим, у нас много дел, понадобятся силы.

* * *

Я всё оттягивал и оттягивал, понимая, что не могу помочь своему крестнику, как ни крути. В общем-то, он и сам не хотел уходить, что слабо меня успокаивало. Охотник по сути, бесшабашный юнец, к тому же цифра! Хорошо поставленный поведенческий стереотип! Но часть меня, не хотела с этим мириться. Перед тобой, человек! Говорили глаза и часть моей души.

— Ты умрёшь, если пойдёшь со мной! — заявил я, дожевав последний чебурек.

Крестник усмехнулся.

— А если останусь один, выживу?

— Нет! Ты оказался в очень неудачном месте… Я уже говорил, выход только один! — приложился к фляжке и передал её крестнику. — Я показываю дорогу, ты уходишь и возможно возродишься в моём стабе!

Судя по взгляду, Охотник не понимал значения слова, возродишься, но не стал заострять на этом внимания.

— Пожалуй я останусь!

«Вот же баран!»

Сказал я другое:

— Как знаешь. Вот, держи, — передал ему две сферы.

— Граната чужих⁉ — прочёл он, подняв вопросительный взгляд. — Инопланетян что ли?

— Помнишь тот взрыв на западе?

— А-то! Я даже тут движение воздуха почувствовал… Так это она? О-о! — выдал он, увидев мой кивок.

Одну бережно положил на кровлю и принялся разглядывать вторую.

— Что за кнопка?

— Осторожно балбес, не нажми! Нас на атомы разнесёт! — чуть не сказал на пиксели.

Объяснил, научил пользоваться.

— Одну, можешь использовать… В крайнем случае! Не забудь, минимум сто метров, а лучше больше и за каким-нибудь зданием, — Охотник уважительно закивал. — Ближе может зацепить! Это тебе не РГДшка. Вторую убери в инвентарь…отдашь Суровому, — я махнул на вопросительный взгляд. — Это тоже крайний случай!

Чуть подумав, достал собрата своей винтовки и отдал крестнику, сомнительно, что понадобиться мне, а вот Охотнику в его непростой задаче, может пригодиться. Тот остался доволен и вообще, светился как новенький пятак.

Затем, я приготовил раствор гороха, заодно научив крестника, выпил сам.

— Погоди, — остановил я его. — Забываю спросить, какой дар проявился?

— Какой-то активный барьер, — ответил тот, в лёгком замешательстве. — Не понимаю, что это, как работает?

— Звучит интригующе!

Выщелкнул из обоймы патрон, отошёл на пяток метров и скомандовал:

— Включай! — одновременно швыряя в него импровизированным снарядом.

Тот отскочил от груди обалдевшего крестника и покатился по кровле.

— Как включать? Что?

Это не Стикс, тут не нужно по-особому морщить пупок, активируя дар. Лично я, уже давно делаю это на автомате, не надо вспоминать отцовский стих, чтобы прыгнуть. Здесь же, в виртуальной реальности, любое действие подчиняется команде, нажиму! То бишь, надо тупо нажать на нарисованную кнопку. Вместо объяснений, я нащёлкал с пяток патронов и давай ими швыряться, будто в снежки играю.

Охотник поначалу, пытался увернуться, но куда там. Поёкивал от неприятных ударов, а на четвёртом броске, произошло неожиданное. Патрон отскочил, не долетев до цели с полметра, да резво так отскочил, пролетел мимо меня со зловещим свистом и с характерным хлопком ударился о веншахту.

— Ура! — тихо крикнул крестник.

— Круто! — заметил я, разглядывая оставленную выбоину.

— Я не сразу понял, что делать! Но потом…

— Однозначно полезный дар, может спасти… Поздравляю!

— Спасибо!

— Давай его усилим, — протянул ему красную жемчужину. — Уже можно и горохом запей!

Далее последовала десятиминутная тренировка, дабы закрепить полученное. Опять живчик и в бой! Всё что мог сделать для крестника, я сделал. Нет! Вру!

— Прими пати!

— А?

Оставил его за городом, примерно между фортом внешников и собственно городом, стояла заброшенная заправка. Не знаю за каким чёртом её тут нарисовали, можно подумать фантазии не хватило, но для моих целей подходила идеально. Особенно небольшое ограждение из армированного бетона, отличное место для стрелка.

— Если что, пиши в чат! — сказал я и прыгнул в зоопарк. Киски проголодались.

Глава 20

Ну и что дальше?

Я сидел на небольшом холме, разглядывая базу внешников. Что сказать⁉ Я уже её видел! Эти серые трубы, чадящие чёрным… И на похожем холме тоже сидел, когда-то, где-то. Мной овладевало странное чувство. Вот сейчас обернусь, а там Клепан с огромной сумкой, в которой храниться скафандр внешника, весело ухмыльнётся и, как всегда, выдаст шутку. Там, внизу за кустами прячутся Лёлик и Болик… И дружок, тоже где-то прячется!

Кстати, дружок! Воспоминание о Страже, вернуло меня в реальность. Увы, таймер показывал больше четырёх дней. Жаль, как бы он сейчас пригодился. Ну ничего, мы и так можем фейерверки устроить!

Спустившись к основанию холма, я проглотил среднюю пилюлю духа, запив её живцом, больно уж тяжесть давила, а затем достал из кармана скафандр внешника. Срезать, слава Стиксу, ничего не пришлось, из приблуд. Только встроенная рация, включать не стал. Напялил, захлопнул шлем. Стало тихо и тяжело, ранец с кислородным баллоном тянул к земле. В общем, терпимо, тем более не на долго. Пришлось правда приоткрыть герметичное забрало, дышать непонятно чем, я не собирался, к тому же тупо не знал, как включить циркуляцию воздуха.

Поехали!

Портанулся по памяти, к счастью, стена внешнего периметра оказалась широкой, как и положено в реале. Припал на колено для устойчивости. Слева чисто, справа сверкая скафандром, удаляется караульный, винтовка на плече. Удачное приземление.

Первое кольцо, интереса не представляло; хозпостройки, гаражи возможно склады; людей практически не было. Задерживаться я не стал, высмотрев нормальную позицию на стене второго кольца, портанулся оказавшись в тени какого-то навеса. Как выяснилось, стоял он тут неспроста. Стол, стул, а на нём сидел накаченный мужик в армейской футболке и гонял в ноуте зомбарей, толи ещё кого. На подставке маленький звёздно-полосатый флажок.

Какая прелесть!

В этот момент, мужик повернулся, судя по недовольной роже, офицер.

— What the fack?

Всё у вас на факах построено!

Нож вошёл в левый глаз, в тот момент, когда он начал соображать.

Играет в зомбарей по ноуту, находясь в онлайн игре! Разве это не извращение? К тому же, масочный режим нарушает! Я посмотрел по ту сторону стены.

«Достаточно лирики!»

С флагами, там порядок, в каждую свободную тумбу воткнули. Но главное не это. Людей там было, точнее внешников, не меньше полутора сотен. Настоящий стадион! Одни бегали на время, другие преодолевали препятствия разной сложности, а третьи, наблюдали за всеми с невысоких трибун. Для полной картины, не хватало группы поддержки в виде голозадых девиц и попкорна, но с этим делом проблема, ведь все присутствующие были в скафандрах.

— Это я удачно зашёл!

Посмотрев на игромана, который успел рассыпаться, подобрал сигарный тубус и портанулся ближе к трибунам со зрителями. Народ был увлечён забавой, так что никто не заметил. Подошёл ближе, глядя как внешник с необъятным животом пытается пройти препятствие с автомобильными шинами, то ещё зрелище, не зря зрители так руками машут. Один из них, ближайший, махал мне. Чернокожий парень, сверкая белоснежными зубами, изображал петлю вокруг шеи, указывая на мой шлем.

Ах да! Забыл, что я с приоткрытым скафандром… Спалился!

Поднял забрало полностью, демонстрируя вовсе не арийскую физиономию.

«Интересно, за латиноса сойду?» — подумал я, выпуская Дашу.

Та материализовалась метрах в семи, среди бегунов с препятствиями, хищно ощерилась и первым делом задрала толстопуза, бедный мужик заверещал как та свинья. Сто процентов, это тебе не через покрышки с одышкой, цепляет до грязных штанов.

Тишина, не считая толстопуза конечно, стояла всего пару секунд, а затем все кинулись в разные стороны, самые продуманные к ближайшей двери. Самое время для Маши, стерва своего не упустит! И начался настоящий бардак с кровавыми кишками и глазами навыкат. Мои кошаки метались по стадиону словно серые молнии, оставляя после себя трупы или вопящих калек.

Бросив любоваться, я принялся отстреливать караульных на стене, вооружены были только они и уже пытались подстрелить моих монстров.

Нет ребятки, не так быстро!

Я успел снять двоих, когда самый продуманный выкатил откуда-то станковый пулемёт на колёсиках и давай поливать всё подряд. Свои не свои, скафандры только отлетали. А ещё один умник, принялся палить из подствольника. Такого поворота, я не учёл, вот же бойскауты безмозглые. Взял на прицел пулемётчика. Граната ушла, на свою беду, мимо проносился внешник потерявший шлем, через секунду, он потерял голову.

— Ладно, тут без меня справятся!

Выловил взглядом кошаков, убедился, что те целы и влился в поток стремительно улепётывающих скафандров. Те, кто более-менее соображал, торопились ко входу в бункер, решив вдруг, что там их ждёт спасение.

Охотник : Вижу два БТРа… три минуты поравняются со мной.

В общем-то, крестник выполнял декоративную функцию, мог бы взять его с собой, но тогда нужен постоянный пригляд. Чтобы не возиться оставил его на прикрытии.

Инакий : Постарайся продержаться десяток минут! Дела улажу, приду за тобой!

Охотник : Под правильным углом 7.62 их пробьёт, спалю к чертям!

Герой м…ь!.. Пусть развлекается!

За большой бронированной дверью ожидал сюрприз. Оказалось, что солдаты вовсе не прятаться бегут, они там оружие оставили и теперь, самые шустрые выскакивали наружу, готовясь к стрельбе.

Молодцы, это добавит суматохи!

Я почти добежал до входа, когда за спиной раздался грохот падения, чего-то очень весомого. Обернулся на ходу. И не только я. А те парни, что пытались достать моих кисок, запрыгали в возбуждении.

Было от чего. Пришёл второй бот! безликая голова, повернулась в мою сторону, в руках появилась здоровенная базука. Грохнувший выстрел затмил все пукалки внешников, я даже не понял, от чего упал, чувство самосохранения или ударная волна? Но вовремя, однозначно! Неизвестный снаряд, снёс сразу три скафандра, увлеченные ударной волной они исчезли где-то в недрах бункера.

Система : Не умирай!

О… спасибо тебе, системная шизофрения! Чтоб я без тебя делал⁈

Подскочил, пронесся мимо трупов, да в зев бункера. Бот шутить не собирается. Чудом избежав пулемётной очереди, заскочил в дымное помещение. Прямо кровавые трупы, слева очередь перед дверью, будто в туалет стоят. Ей Богу, даже подпрыгивают в нетерпении. А справа лестничный пролёт. Выбрав себе путь, услышал мелодичное дзиньк. Толпа ломанулась в разъехавшиеся дверцы. За спиной опять грохот, это бот себе дорогу пробил. Пальнув на всякий случай в не успевший захлопнуться лифт, он устремился за мной. После грохота крайнего взрыва, наконец-то взвыла сирена.

Я уже на втором пролёте пробегал мимо флага, пришлось ускоряться. Третий, четвёртый, никогда так быстро не бегал по лестнице, над головой гремела поступь бота.

В общем-то, я мог слинять куда-нибудь в город, пусть ищет! Но тогда придётся начинать сначала. Не мой вариант. Пролетев так ещё два этажа, я нарвался на пушку. Тройка сообразительных пиндосов, устроила засаду на лестничной площадке. Один из них, должно быть офицер шевелил губами за стеклом шлема, затем принялся яростно тыкать в район своего уха, солдаты за пухой, один на курке, второй со снарядом наготове, на меня даже не смотрели. Рты приоткрыты, всё внимание на того, кто придёт следом.

Изобразив пантомиму «Рация минус! Я боюсь!», нагло проскочил мимо.

Стало интересно, на сколько секунд, они его задержат? А вдруг завалят⁈

Грохнуло, стукнуло, опять грохнуло, кто-то завизжал. Не бот, по любому. Опять топот наверху. Не больше четырёх секунд, за которые, я успел оторваться на полтора этажа.

Навстречу попались ещё два придурка в скафандрах, правда без шлемов, один с флагом, второй с двумя большими револьверами. Фанатично вздёрнув головы бежали наверх, ещё и меня пытались за собой утянуть. Нет ребята, у меня другие планы! Поспешил дальше. Через несколько секунд, грохнуло два выстрела; английский мат, закончилось всё криками.

Побольше бы вас идиотов, может хотя бы поскользнётся!

Если судить по моему прошлому опыту, здесь должно быть не меньше пятидесяти уровней, точнее этажей, я же теперь игроман! А это значит, я ни хрена не успеваю! И впереди только из-за размеров преследователя, бот на две головы выше, что создаёт неудобство при перемещении по человеческим лестницам. Выйди он на прямую, догонит в два счета.

А что мне мешает воспользоваться даром?

На бегу посмотрел за перила, прыжок на следующий пролёт, с трудом удержался на ногах и стал действовать осторожнее. Остановка прыжок, остановка прыжок. Так я перемещался этажей десять-двенадцать, пока не сбился со счёта. На бегу проглотил малую пилюлю, запив живцом. Прислушался. Хорошо оторвался, топот системы или кого-то ещё, раздавался много выше.

Ещё один такой же рывок, затем пробежка. Под ногами послышался шум и какая-то возня. Не разбираясь, я швырнул сквозь перила простую РГДшку и сразу ещё одну. После двойного взрыва, припустил вниз. Два трупа с автоматами, третий ещё жив и пытается убраться за толстенную дверь, на которой нарисован непонятный знак. Этаж, кстати, последний.

О как! Я на финише⁉

Разбежался и с силой прыгнул на спину раненого внешника, раздался противный хруст, вякнул что-то и обмяк. Длинный, ярко освещённый коридор, что, несомненно, хорошо.

Странно, пусто! То есть никого!

Я не стал задумываться над политикой сохранности игровых ценностей, просто побежал дальше, даже дверь толстенную не стал закрывать, не видел в этом смысла.

Первая остановка, была метров через пятьдесят. Приклеил сферу, таймер на две минуты, следующая с таким же промежутком, на полторы. Прежде чем в коридоре появился бот, дошёл до тридцати секунд. Тот был далеко и что-то сделал, потому как по стенам и полу коридора поползли искрящиеся молнии. Тысячи червячков, заняв все плоскости устремились в мою сторону на ходу впиваясь в руки, ноги. Я рухнул на холодный пол, сковавшая тело жесточайшая судорога, не давала ни вздохнуть, ни разогнуться, мысли словно стадо взбесившихся буйволов, неслись куда угодно, только не в сторону дара.

Вот-жешь гадство!

Взгляд упал на таймер сферы.

24

23

Бот неумолимо приближался, его дробный топот отсчитывал последние секунды.

15

14

Система: код 001p запуск.

10

9

Бот практически добежал до меня, уже занёс ногу, над головой…

Внезапно, в теле возникла приятная лёгкость, чем я тут же воспользовался.

5

Прыжок. Оказавшись на холме, быстро повернулся в сторону форта. Что-то там внепланово дымило, видимо прибывший бот постарался. В этот момент, я почувствовал небольшую тряску, может пару баллов, дым над крепостью сгустился и подался в разные стороны, стало понятно, что это нечто другое. Как говорится, пыль столбом! Взгляд через бинокль, показал приятную картину. Нет, в первый раз было явно интереснее, ядерная боеголовка как никак! Но и сейчас неплохо. Самые высокие здания, типа донжонов, складывались на глазах накрывая собой, те, что поменьше. Разрушалось далеко не всё, стены допустим, до сих пор держались, по ним даже кто-то бегал.

Хорошо!

Система: уничтожен системный модуль БТ-300мс

…уничтожен #####

…уничтожен #####…

Не стал читать дальше, слишком длинный список. Интересно другое, те двое безликих, сообщение об их скоропостижной кончине, написано красным! Это всё? Или мне что-то за это будет? Награда! Наказание? Я посмотрел на небо. Шизанутая система помалкивала.

Охотник: Ты там не сильно занят? Зажимают!

«Ох крестник! Забыл!»

Скинул наконец, ненавистный скафандр.

Инакий : Иду!

Глава 21

Дрон пролетел слишком близко, всяко срисовал. Отметив в голове грохот стрельбы в стороне от заправки, упал на грунт, винтовка легла на удобный камень. Выстрел.

«Здесь вам не тут…» — подумал я, наблюдая за тем, как начавший манёвр разворота беспилотник, крутнулся в воздухе и полетел в кусты, благополучно там пропав.

Что за цирк?

Два БТРа, о которых писал Охотник, бездействовали. Один уткнулся носом в ржавую колонку и дымил задней частью. А второй, вообще лежал к верху брюхом в канаве. Краем глаза замечаю, как со стороны города приближаются разнокалиберные точки, не внешники и судя по рваным движениям нелюди. Не просто зачистить целый город. Но то не главное.

Как, такое мог устроить свежак? И кто тут кого зажимает?

Ответ был в видневшейся слева рощице. Ближайшие две группы отстреливались куда-то меж деревьев, понятно в кого, крестник огрызался. Внешники же, несмотря на то что находятся в игре, не рисковали.

Блеснул шлем, я выстрелил, пришлось менять место, вокруг заплясали пулевые фонтанчики. Теперь я со стороны крестника, но чуть южнее.

Система : Внимание! Запуск тестового режима! Персоналу предписано покинуть кластер № ТЛ-245001…

…Внимание! Запуск тестового режима! Персоналу предписано покинуть кластер № ТЛ-245001…

Что-то новенькое… А, плевать!

Инакий: Я слева!

Охотник не ответил, зато дал короткую очередь. Я высунулся, оценив обстановку и пополз в северо-западном направлении. Недалеко, вскоре послышалась возня и стрельба, судя по всему, в крестника. Ушла простая РГДшка, бросил, залёг.

Неудобно воевать с телепортером! Правда?

Взрыв. Заголосили в две глотки, ориентируясь только на звук дал пару очередей и сразу прыгнул на место первой дислокации. Охотник выпустил длинную очередь и тут оно случилось.

Удар. Даже не так — УДАР!

* * *

У меня было обычное для тех времён детство. Школа, дворовые друзья, с которыми я излазил все городские стройки. Как-то мы добрались до старой нефтебазы с прилегающему к ней тепловозному депо, много ёмкостей, воняло мазутом. И я, не нашёл ничего интереснее чем забраться в одну из железнодорожных цистерн. Пустая к счастью, хватило ума кинуть внутрь булыжник. Сильно воняло химией, но мне было интересно, каково там внутри. Ну и спустился по приставной лестнице. А сосед Серёжка, не придумал ничего лучше, как шарахнуть по ёмкости большой кувалдой. Где он её нашёл и как поднял? Мне в тот момент, было глубоко плевать! От звона в ушах я оказался на коленях, но всё же умудрился выбраться и даже навалять балбесу. Но в этот раз…

Гигантская кувалда, вдарила по небесам оглушающим грохотом, гася тем самым свет и роняя всё что двигалось. Насекомые, птицы, падали в темнеющую на глазах траву, рассыпаясь чёрной пылью, воздух вдруг стал осязаемым, касаясь лица он стекал на землю, вместе с чем-то тёплым и густым. Я лежал придавленный это силой, с трудом поднял, казалось, чужую руку и коснулся скулы. Текло из ушей, пятерня была в крови, да из глаз и носа, тоже не влага сочилась.

Гадство, вот тебе и обратка!

Система : Уходи! Чёрный кластер тебя уничтожит!

— Вот уж хрен вам! Я не местная цифра! Я другой!

Опёрся на четыре конечности и попытался встать, как ни пыжился, получилось только на четвереньки, будто прессом придавили. Сквозь боль и путаницу мыслей, я чувствовал, что дары работают. Возможно неточно, но я все же прыгну! Но сначала крестник.

— Где ты? Чёрт тебя дери! — сказал я, вглядываясь в темнеющий горизонт. Кровь так и капала с лица.

Прыжок. Прямо так, на четвереньках и я уже рядом со внешниками, тех корёжило и выгибало во все стороны. Непонятно, почему не выходят? Ведь у них есть выбор! Неужели тестовая чернота, воздействует на мозг?

Достал пистолет, пристрелил обоих, не нравилось мне смотреть на мучения. Следующий прыжок. Охотник неподвижно лежал за берёзой.

«Так не пойдёт,» — подумал я, разглядывая темнеющее с кровавыми потёками лицо.

Схватил его за ботинок и портанулся.

— УРРХХ…?

Элитник, грызущий собрата поменьше, вскинул уродливую башку.

— Так тоже не пойдёт!

Прыгнул не туда, да ещё к элите, чуть ли не в пасть. Та среагировала быстро, не зря вершиной зовётся, рубер к чёрту — рывок ко мне…

Урх б…ь! Я только и успел пилюлю проглотить, прежде чем слинять.

Охотник слава Стиксу, начал шевелиться, затащил его в пустующий КПП у внешнего кольца, сам же, устроился на стуле дежурного. Картина произошедших перемен радовала и одновременно беспокоила. С одной стороны, ворота форта нараспашку, а с другой, восточной, наблюдалась до боли знакомая картина. Чернота, как чужой лес, возвышалась на многие сотни метров. Катька как-то рассказывала, про местные чёрные кластеры, вернее про то, что их ещё тестируют, но уже скоро.

Получается админы, запустили тестовую локацию, точнее режим только для того, чтобы прищучить меня? Нет, мне, конечно, льстит подобное внимание, но и напрягает! Рассчитывали меня этим вырубить, не срослось… Так ведь и внешников не пожалели⁉

За это, я их не осуждаю, просто не нравиться само отношение. Плевать на всё и всех, главное добиться результата! Так может мыслить, только один вид животного — человек разумный! Не сказать, что я давно живу, но повидать кое-что довелось. Люди разные бывают, добрые, злые и даже откровенно плохие. Со всякими сталкивался, а совсем недавно, по моим меркам, я познакомился с чуждым, искусственным разумом.

И что сказать⁉ Цифры проще! Можно сравнить с детьми, но это будет неправильно. Дети, рано или поздно вырастают. Их разум другой, изначально, я не вижу в них зла. Наказать, конечно, могут, но то лишь возмездие! Взять того же Суворова. Стереотип прожженного вояки и что-то своё, чего стоят его слова: «Спасибо за науку». Громова, не смотря на наложенный характер и размеры, имеет свою неповторимую изюминку. Про Марьяну, можно помолчать…

Что-то не в ту степь, видать соскучился!

— Где это мы? — кривясь и поёкивая, с пола поднялся крестник. — Погоди… это их база?

— Ага!

— Ух ты! У тебя всё лицо в крови! — сказал он, потирая своё. — Ой, а что было-то?

Ответить мне не дали, из ворот выскочило что-то типа шахид мобиля и на всех парах понеслось к черноте. Пулемётчик в кузове дал длинную очередь вслед и было в кого. Из тех же ворот, бесшумно выскользнула огромная кошка и гигантскими прыжками припустила за добычей. Догнала бы на раз два, но водитель не придумал ничего умнее, чем заехать в черноту.

— Подросла стерва! — улыбаясь, бросил Охотник.

— И стала лучше слышать! — добавил я, глядя на то, как Машка хищно развернулась.

Пристальный взгляд, мутно-зелёных глаз, меня нисколько не смутил, да и сама бывшая львица нападать не спешила. Услышала Охотника несмотря на то, что он говорил негромко и за стеклом. Прекрасно нас видела. Здание КПП, смехотворная преграда, для такой мощи, но она предпочла вернуться в крепость. Махнув на прощание хвостом, скрылась за воротами. Кому-то там не повезёт.

Ну а мы что? Я выбрал это место, по одной простой причине, здесь, будут искать в последнюю очередь. Как сказал, какой-то мудрец: «Если хочешь спрятать дерево, спрячь его лесу!»

— Давай-ка перекусим, — предложил я Охотнику.

Махнул в сторону кулера. Пиндосы не могут без удобств.

— Умыться не помешает.

— Что дальше? — спросил крестник, после перекуса.

— Немного переждём и уходим на другой кластер. Эту красоту, — я кивнул на сплошную черноту на востоке, — Ради моей поимки соорудили!

— Жуткое зрелище, меня там сразу вырубило! — Охотник поёжился.

— Запомни, эта дрянь, действует на мозги, что-то они там перемудрили… Так что не вздумай туда соваться.

Парень кивнул.

— Не знаю, что они ещё придумают? Боты… потом это дерьмо. Но будь уверен, ничего приятного!

Поговорили о том о сём, Охотник вспомнил свою жизнь в детском доме, затем о войне. Размышляя над тем, как тут всё устроено, я не заметил, как уснул.

Глава 22

Глава артели делал то, о чём уже и вспоминать забыл, он грыз ногти, методично, один за другим, прямо так, сидя за рабочим столом. Как тут не вспомнить детскую привычку, если сначала позвонили из курирующей силовой структуры, затем, что самое неприятное, из института. Как назло, безопасник не появился на работе и не выходил на связь, что странно.

«Да кто он вообще такой?» — мысли об игре не отступали.

Игрок с ником Инакий, каким-то образом проник в закрытый кластер. Тот самый сукин сын! Появились мысли о диверсии. Демидов загонял программистов в поисках, проверили все, вплоть до работы покойного Мартынова. Чисто. Специалисты пришли к выводу, что его впустила ГИРа. Для чего? Чтоб он кошмарил американских партнёров⁉ Даже системных ботов смог ликвидировать, а ведь они, практически неуничтожимые.

Демидов, не стал прислушиваться к чужим советам, в порыве бешенства велел залить административный кластер тёмной эмульсией, по сути, создал стабильный мёртвый кластер. В общем-то ничего страшного, можно откатить время, но кто же знал, что загрузка чёрного кластера подкинет столько проблем! Точнее, кому надо, тот знал, проводились испытания с участием не совсем добровольцев, из мест не столь отдалённых. Институт оказал посильное содействие.

Эмульсия, как её прозвали айтишники, по сути вирус, найденный в базе данных искусственного интеллекта, названного позже ГИРой. Вирус, да не вирус, данные он не уничтожал, даже напротив! Если язык программистов перевести на человеческий, то получается, сохранение данных и перезагрузка, примерно десять тысяч раз в секунду, так это работает. Человеческий мозг, каким бы он ни был совершенным, такого издевательства не выдерживает. Доли секунды пребывания в черноте и вот тебе готовый овощ! Десятки зэков и несколько морских пехотинцев тому подтверждение.

«Мама, земля ей пухом,» — повторил про себя Демидов. «Если бы она знала, во сколько мне обойдётся её подарок!»

Как раз за последних, ему сегодня прилетело, что мало не покажется. Один из солдат, оказался не простым смертным, сын председателя какой-то там ихней палаты. Если с первыми, были обычные расходы, то к этому сынку добавился гигантский геморрой. Десяток телефонных звонков, с разных инстанций, и никого нельзя послать, объясняться пришлось со всеми.

— Риски есть всегда, даже выйдя из дома, можно попасть под машину… да, больше такого не повториться… да возместим, — пообещал он всем.

Демидов знал, к чему готовят этих морских пехотинцев, люди из института подробно объяснили, пришлось посмотреть несколько интересных видео, а перед этим, заполнить кучу бумаг о неразглашении под страхом смерти.

Ну так тем более, размышлял он. Знают куда идут, смерть чуть ли не на каждом шагу, но разве им объяснишь⁉ Он понимал, что скорее всего потеряет должность и смирился с этим, обидно, конечно, терять семейное детище.

Но был и положительный момент. С завтрашнего дня никаких головомоек и бессонных ночей, он станет свободным и очень богатым бездельником. Настроение резко улучшилось и даже визит представителя института, того самого клерка посыльного, показался несущественным.

— Иван Васильевич, — ожил интерком. — К вам господин Чалов из конторы!

— Пусть заходит! — расслабленно сказал Демидов.

Серый, невзрачный человечек, в старомодных роговых очках, прошёл и уселся на тот же стул. На столе оказался странный свёрток, нечто тяжёлое, было завёрнуто в дурацкий платок, непонятные пятна на хлопчатобумажном изделии, говорили о его не первой свежести.

— Сказали, всё плохо, — бесцветный голос, глаза смотрели на руки.

— Я созвонился с кем надо, — бодрым голосом доложил Демидов. — Проблема решена, компенсацию выплачу уже сегодня…

— Сказали секретность проекта «чужие небеса» под угрозой!

— Этого не может быть! — забеспокоился хозяин кабинета. — С моей стороны утечки не было!

— Сказали, что ваш безопасник другого мнения!

«Почему он никогда не смотрит в глаза?» — спросил себя Демидов, его раздражала подобная манера общения.

Клерк, сунул руку во внутренний карман старого пиджака, и положил на стол дешёвый смартфон. Недолгая манипуляция тремя пальцами и из динамика полилась знакомая музыка.

Демидов прищурился, напрягая память.

Отель Калифорния.

— …будешь вешать мне лапшу, про неведомые миры? Хих…

Вика… вечеринка у комдира, жена с детьми, укатила к друзьям в Испанию, а он, сославшись на обычную занятость остался в Москве. Вика, голос забыть невозможно, как же она стонала.

— …я серьёзно! — Демидов с ужасом услышал свой голос. — Есть параллельные нам миры, все они соединяются в месте под названием Стикс!

— Как интересно, такого мужчины мне ещё не говорили!

Демидов вспомнил, как они сбежали с вечеринки и продолжили уже в гостинице, а вот дальше только сухое болезненное утро. Неужели он болтал про Стикс?

Запись между тем, продолжила вещать нетрезвым голосом.

— Я тебе могу экскурсию в институт устроить… меня там все знают…

— Думаю достаточно! — отрубил клерк.

До хозяина кабинета стало что-то доходить.

— Сказали, ваш ведущий программист был в курсе, а вы об этом не доложили!

Демидов перестал думать о беззаботной жизни, в воздухе повис камень, не предвещавший ничего хорошего. Теперь понятно, почему Чикунов не явился на работу, он вообще больше никуда не явится! И Вика, он звонил ей пару раз, абонент вне зоны доступа. Тут пришёл страх. Он посмотрел на невзрачного клерка, тот в свою очередь перестал пялиться на стол, тоже поднял взгляд.

Заглянув в холодные, безразличные глаза цвета дохлой рыбы, Демидов почувствовал озноб. Плохо дело, настолько плохо, что тут нечем крыть, деньги, недвижимость, да хоть всё золото мира, этим глазам, а тем более их хозяевам, плевать! Ставка куда выше… Жизнь!

Долбаный Стикс, зачем же он в это залез?

Не опуская взгляда, Клерк толкнул свёрток, проскользив по лакированному столу, он упёрся в онемевшие руки Демидова.

Масло, понял он, вот что за пятна, в нос ударил характерный запах. Память выдала поучительную речь Кузьмича. Егерь из небольшой Алтайской деревеньки.

«— За оружием уход нужен! Попользовался, будь добр почисти и хорошенько смажь! Тогда не подведёт!»

«Тот, кто заворачивал пистолет, отнёсся к делу спустя рукава,» — отрешённо подумал Демидов.

— Проблема должна быть решена сейчас! — бубнящий голос, обзавёлся стальными нотками. — Вы взрослый человек, должны предвидеть последствия, дети… если нужна помощь…

— Я сам! — отрезал хозяин кабинета.

Когда урод напомнил о детях, он наконец осознал всю глубину жопы, в которой оказался.

Перед глазами всплыло лицо жены, сын, которому обещан целый вечер, младший обожает городки, особенно когда с отцом. А дочь…

— Семьи это не коснётся! Но решать вам, — словно услышав его мысли, сказал клерк.

— Уходите! — выдавил Демидов.

Ему не хотелось доставлять удовольствие столь бездушному исполнителю.

Клерк послушно поднялся и вышел, будто его никогда здесь не было. В царстве секретарши, как ни в чём не бывало играла тихая музыка. Дверь тихонько захлопнулась, обрезая всё.

Осторожно, как великую ценность Демидов развернул «подарок».

— Надо же, — в свёртке был обычный ПМ. — Хотя, какая разница?

Номер сбит и судя по синеватому пятну, чем-то вытравлен, в обойме единственный патрон.

«Масла и в правду слишком много,» — подумал он, тщательно оттирая ствол платком.

«За оружием уход нужен, тогда не подведёт!»

В далёком Ванином детстве, семья Демидовых проживала в маленьком сибирском городке.

(Обойма со щелчком вернулась на место)

Папа, мама, всё как положено. Вроде как, прекрасно. Но, маленький Ваня, никак не мог сойтись с дворовыми мальчишками. У тех были свои забавы, как стали говорить позже, приколы.

(Предохранитель в боевом положении)

Лечь на путях, когда проходит товарняк или спрыгнуть в сугроб с крыши старого барского дома. Ваня никак не мог решиться.

Последний из них, из приколов. Каждый дворовой пацан, должен был найти личинку майского жука и при всех её проглотить. Ваня старался, Ваня нашёл и даже смог положить её в рот.

(Затвор взведён)

— Глотай! — скомандовал Лёшка, их заводила. — Или прозовём тебя педрилой! С девчонками будешь играть!

Ваня боролся с приступом тошноты, нельзя было показывать слабость, хотя бы здесь.

— Не будь ты таким чмошником! — подначивал Сеня. — Глотай!

Ваня проглотил.

Глава 23

— Здравствуйте профессор! — поприветствовал седой, слегка полноватый господин.

Окинув взглядом кабинет, Карельский подошёл к зарешёченному окну и только затем повернулся к собеседнику.

На его лице присутствовала улыбка, просто как нужное, необходимость, а вот глаза, были холодны, почти мертвы. Карельскому не понравился этот взгляд, так смотрят люди, облечённые немалой властью, но не официальной.

Человек из тени — придумал профессор обозначение. Скинуть с полноватого, лет так двадцать, получится крепко сбитый молодчик с пистолетом или ножом, который не задумывается о моральной стороне вопроса. Если приказали, он сделает, возможно, проявит фантазию и даже инициативу, ведь не даром же он до сих пор жив. В этой профессии, пенсия не предусматривается.

Ох, что-то он расфантазировался. Как говорит Галка: «Уплыл в интуицию».

— Здравствуйте! — наконец ответил Карельский, хотя здравия собеседнику не желал, этот человек, изначально вызывал чувство неприязни. — Не могли бы вы представится, а то как-то некрасиво получается, вы меня знаете, а я вас нет, — высказавшись, он уселся на гостевой стул.

— Зовите меня Смит! — вновь натянулась улыбка.

— Смит⁉ На англосакса вы не похожи! — профессору хотелось подоводить отморозка.

— Ну что вы, профессор, — Смит показал ровные зубы. — Я абориген.

— Значит никакой вы не Смит… а Иванов! — заключил Карельский.

Собеседника едва заметно перекосило, но тот быстро взял себя в руки.

— Пусть будет Иванов, мне всё равно, — соврал тот, вновь улыбаясь.

— Ну так Иван Иванович, сообщите, где генерал Астахов? У меня с ним встреча! А человек я занятой! — профессор показал на дорогие наручные часы. — Часики тикают!

Седой не ответил, открылась дверь, не та в которую вошёл Карельский, профессор почему-то её не заметил. Вошёл человек в медицинском в халате. Деловая походка, интеллигентное лицо, чем-то едва уловимым похож на Иванова. Государственная машина, оставляет свой отпечаток.

— Итак, Карельский Дмитрий Евгеньевич, профессор вирусологии… Вы готовы?

«Интересные дела, ни здасте, ни как дела».

— Нет! — ответил тот, для разнообразия. — Какого лешего, я тут делаю?

Человек в халате, посмотрел на Иванова, тот неопределённо пожав плечами, достал из стола планшет и протянул его. Действия происходили без слов, через несколько секунд, гаджет оказался перед глазами профессора.

Проект «Чужие небеса». Гласила ярко красная надпись, а ниже, шрифтом помельче. Совершенно секретно. Далее шли инициалы Карельского.

«Военные! Даже места для интриги не оставили,» — подумал профессор, скрывая ухмылку.

— Думаете пригласили в министерство обороны, кинули как голодному псу, какой-то секретный файл и я с радостью соглашусь? С чего вы взяли, что мне это интересно?

На самом деле, Карельский сгорал от нетерпения и подозревал самое интересное. Неужели слухи о другом измерении правдивы? Он бы уже подписал и эти двое, судя по ехидным физиономиям, знают об этом. Но вот характер! Не позволял ему плясать под чужую дудку. «Юношеский максимализм не постарел!» Как скажет Галка.

— Извините профессор, — начал тип, который не представился. — Но генерал Астахов, рекомендовал именно вас. Он так и сказал, если нужен микробиолог, то только Карельский, — Иванов кивнул.

«Подкупает, очень подкупает».

— Что, даже в двух словах не расскажете, — спросил профессор, без особой надежды.

— Секретность абсолютная, — подтвердил халат. — Скажу лишь, что работы по вашей специализации столько, что не хватит и двух жизней!

«Интересно! И эти слухи не врут!»

Более не раздумывая, Карельский чирканул по планшету, соглашаясь со всеми запретами. С этого момента ему даже думать о проекте запрещено, если рядом есть посторонние, включая всех родственников и любимую собаку.

Спустя несколько минут чтения в присутствии двух кураторов, профессор почувствовал едва терпимый зуд, ему уже хотелось окунуться туда. Залезть с головой в исследования и не выбираться до второго пришествия.

— В некоторые факты, верится с трудом, — сообщил Карельский, не отрываясь от чтения.

— Всё, что там написано, правда! — заявил халат.

Профессор и не сомневался, простая констатация своих ощущений.

— Институт… Он что, прямо тут, в подвале…в бункере? — поправился профессор, поднимая голову.

Халат задумался, ответил Иванов:

— Вся необходимая информация в этом файле.

— Нет, — произнёс халат. — Наш институт, в другом месте, но попасть в него, можно и отсюда.

— Ну так пойдёмте, чего время тянуть! — поднявшийся с места Карельский, пытался скрыть нетерпение.

— Э, нет, профессор, — серьёзно произнёс халат. — Для начала инструктаж, затем проверка у врачей. Но это уже завтра, вы же понимаете, это не прогулка на какой-нибудь штатный объект!

Карельскому пришлось смириться.

Глава 24

Вроде только глаза закрыл, а меня уже расталкивает крестник, и тихо так, шёпотом:

— Космический корабль приземляется… Инакий…

— Да тихо ты! Что ещё за корабль?

За окном начало смеркаться и потому лучи с неба, были хорошо видны. Что-то большое и длинное, проплывало на границе черноты и стабильного кластера, три широких луча, что били из-под днища и в правду вызывали ассоциации с летающей тарелкой. Вот только ни хрена это ни зелёные человечки! Боты уже были и послали их админы! Затем чернота! Это говорило о бессильной злобе, не смогли меня зажать в собственноручно созданной вселенной.

Что же они придумали теперь? Или не совсем они⁉ Помнится я расстарался, подставляя Чупу. Меня попытались отключить, несколько попыток и бросили. А вот теперь…

Что-то привлекло моё внимание с другой стороны окна. Такие же лучи.

— Так, нас окружают! — шептать не было смысла, вряд ли услышат, давно бы уже прискакали.

— Инопланетяне? — крестник открыв рот, уставился в окно.

— Нет, скорее спецслужбы… подними винтовку…

— Зачем?

— Слушай что говорю! Приведи в боевое положение, — тот наконец послушался. Щелчок. — Теперь развернись и направь винтовку в окно.

— Да зачем это? По лучам что ли стрелять? — приказ, однако, выполнил.

— Я сейчас тебя спрячу, ненадолго, всего миг пройдёт, но как увидишь смену обстановки, сразу стреляй! Понял?

— Так точно!

Я чуть подумал.

— Нет, сделаем по-другому, считаю до трёх, на последней цифре на курок и не отпускай, пока не опустеет рожок!

— Понял!

— Один, два, три…

Охотник исчез в кармане, его место занял Пряник.

— Привет, дружок! — пёс, виляя хвостиком попросился на руки. — Ладно, ладно, — принял собачьи ласки, вылизал мне всю морду.

Вернул его на пол, открыл тушёнку, и пока пёс насыщался, рассматривал проплывающий метрах в двухстах объект. Видно только боковую часть и непонятно как эта «тарелка» выглядит в общем.

Пряник доел угощение, пустая банка скользила по полу.

Подняв его на руки, я указал на цель.

— Видишь светиться? — ответа я не ждал, а питомец слушал, шевеля ушами. — Беги туда и сразу обратно… большая собака… фантом! — Я не знал, как вызвать, то, что видел однажды в баре. Надеялся, что пёс поймёт.

Вернул на пол и тот сорвался в приоткрытую дверь. Секунды ожидания. За окном появилась и быстро убегала большая тень. Не знай я, что это фантом собаки и не догадался бы, скорость была велика. Какие-то мгновения, тень уже в сотне метров.

— ГАВ…

Одно из стёкол, не выдержав возникшего давления, покрылось сетью трещин и ввалилось внутрь.

— Хрена-се!

Там, на непонятном корабле, подумали тоже самое. Плоская, широкая посудина, теперь я это видел, развернулась опережая прожектора и устремилась к Прянику, одновременно снижаясь.

— Чудненько!

Прыжок. В лицо ударил воздух, мне пришлось падать на живот и искать за что зацепиться. К счастью, нашлась удобная скоба. Мерный гул неведомых движков, немного успокаивал. Чуть впереди и ниже, пробивался тусклый свет.

Смотровые окна или иллюминаторы, догадался я. Очень похоже на скоростной корабль из какой-то космической саги. Люди особо не парились, срисовали то, что больше понравилось. Ну что ж, посмотрим, как у них с игровой механикой.

Осторожно, стараясь не сорваться спустился ниже. Корабль накренился, буквально клюя носом, прожектор выловил движение, это был Пряник. Пёс вернулся к КПП и теперь тявкал глядя наверх. Пилот как по заказу, опустил корабль ниже, и я смог дотянуться. Всё, питомец в безопасности.

Прожектора какое-то время шарили по земле, затем судно стало подниматься, что меня и спасло. Тот кораблик, что ранее был в стороне, оказался совсем рядом, ещё пара секунд и меня бы срисовали. Нет, определённо надо что-то делать! Сейчас «мой» корабль выше, этим и воспользуемся!

Надо было всего лишь заглянуть в иллюминатор, что я и сделал.

Руки повышенной волосатости держали штурвал, бородатый мужик, взгляд за спину, прыжок.

— …когда умолкнут все песни, которых я не…

— Что за нах?

Надо же, какие они меломаны!

Моё появление заметили сразу. Тело материализовалось в замкнутом пространстве, раздвигая воздух, что привело к небольшому, но всё же толчку. Пилот справился, не отвлекаясь от управления, а вот второй был не так занят. Из кресла по левому борту на меня уставился мордатый тип, доли секунды и в его руке блеснул станер.

Грохнул выстрел. У меня чуть перепонки не лопнули, мордатый обвис с дыркой в переносице. Ствол на пилота, выстрел. Борясь с последствиями оглушения, рванул к штурвалу. Я ни разу не пилот, но то, что штурвал надо на себя и ослу понятно. Дёрнул слишком резко, уже падая назад, упёрся в кресло пилота и вернул штурвал на место, почти выровнялся. Небритая морда упала мне на предплечье.

— Но-но, я не из ваших! — откинув голову покойника, принялся выискивать цель.

Пришлось делать крен влево, или не знаю как это по пилотскому. Меня вдавило в штурвал и слава Стиксу, второе судно проплывало внизу. Пришлось цепляться ногами за кресло и чуть повернуть штурвал, и только потом придавил его полностью.

Сорок метров, тридцать…пятнадцать…прыжок.

Треск раздираемого металла, грохот взрыва, пламя рвануло к небесам, в паре сотен метров от меня, столкнулись и рухнули на землю, две летающие тарелки, что очень красиво, особенно в темноте.

— А нехрен с этими пидорасами дружить! — в сердцах крикнул я, а затем оглянулся. Никого.

Видать нервишки пошаливают.

Если кто-нибудь решил, что у такого раздолбая как я, не может быть плана, то он круто ошибается! План был! Но ограничивался пока что, походом в супермаркет.

Тот элитник, которого я видел за кластер до внешников, надеюсь он уже доел рубера и свалил восвояси. Не хотелось с ним воевать. Дело в том, что магазин был прямо за его спиной.

* * *

Место называлось Перекрёсток. Впрочем, так и было, пригород-загород не пойми где. Карта не работала, теперь только память и глаза. Супермаркет с одноимённым названием находился через дорогу к нему я и направился. Пустынно, кроваво, все машины в ближайшей видимости перевёрнуты, а то и раздавлены, даже фуре с соками досталось, видимо элитник повеселился. От рубера осталась уродливая башка и кусок позвоночника, осмотревшись, я всё же вскрыл споровый мешок, крестнику или Прянику, кому-нибудь да пригодится.

И что у нас тут, симпозиум алконавтов проходил?

Первые стеллажи у входа были пиво-водочными. Контрольное слово «были», потому что всё их содержимое валялось на полу в разной степени разбитости. Интерес у меня не праздный, нужен живчик, а из спиртного только пиво в полторашках, откопав их кучи рябину на коньяке, я прислушался. На улице что-то происходило. Кто-то вроде уркнул и тут же хлопок. Тишина.

Нырнув за хлебные стеллажи, я принялся бадяжить живчик. Игровая механика рулит, уложился в несколько минут, пара глотков добавили бодрости.

Те хлопки не спроста, вряд ли местные шалят, скорее… Не закончив мысль, я прыгнул в другой конец торгового зала к небольшому проёму, что показывал улицу.

Подозрительно тихо, кроме болтовни ворон, сидящих на навесе заправки ничего.

А почему, собственно, они стесняются? Рядом столько вкусных костей!

Я присел и прикрыл глаза, решил проверить пассивным даром. Вонь бензина и ни единого взгляда, на меня даже вороны не смотрели.

Странно, я же кожей чувствую, что-то не так и эта звенящая тишина… Стоп, а вороны?

Те сидели на старом месте, ничего из ряда вон, если бы одна из них не пыталась взлететь, да так и застыла в позе монтаны.

Система: От этих не уйдёшь! Нечистоплотные игроки, вы их читерами называете!

— Здасьте! И кто же там такой осведомлённый? Может поболтаем? — прошептал я. Пожалев что нельзя покричать в небеса, удвоил внимание. — Читеры говоришь⁈

Система: Хватит уже прыгать как блоха! Спрячься где-нибудь на этом кластере и дождись меня! ДОЖДИСЬ, СЛЫШИШЬ?

Схлопнул чат, времени читать, а тем более вдумываться не осталось.

За заправкой у кабины перевёрнутого бензовоза, мелькнула тень. Могло, конечно, показаться, нервишки-то пошаливают. Но я, на всякий случай пальнул из подствольника и сразу портанулся вправо. Глиняные статуэтки, гномики, птички, похоже на сувенирную лавку для дачников. Неудачно приземлился, задев полуметрового зайца с горшком, тот естественно упал и в этот момент шарахнула граната, столб пламени от разлитого топлива взметнулся высоко в небо сжигая всё что попалось на пути в том числе и не мёртвых ворон.

Такс, это значит работает!

Словно в подтверждение из стены бушующего огня выскочила человеческая фигурка с автоматом, оружие висело на боку, а сам несчастный орал благим матом и пытался себя потушить, но куда там, когда горит всё не поможет и огнетушитель.

И урон работает! Это прекрасно!

Горящий человек бежал, не выбирая дороги, на его пути оказался биотуалет. Я подумал было всё, стукнется и будет догорать у сортира. Не тут-то было, проскочил внутрь, прямо сквозь стенку, задержался там на пару секунд, выбежал, с другой стороны, споткнулся о бордюр клумбы, что привело к падению в цветы и недолгому барахтанью.

«Нда, сквозь стены значит ходить можем, а про несгораемость не подумали, ая-яй,» — подумал я, отвлекаясь от шоу.

Дело в том, что появился ещё один персонаж. Выбрался он аккурат из того проёма, где я прятался ранее и не таясь шагал ко мне. Деловой костюм, стрижка. То, что брюнет не игрок, я понял с десятка метров. Казённая походка, непробиваемый взгляд, можно сравнить с опером, но этот работает на другую структуру.

— Хасанов⁉ — спросил «опер». — Можешь не отвечать, — изобразил улыбку, больше похожую на волчий оскал. — Отбегался ты дядя!

— А вот хрен тебе опер, лови!

В руках материализовалась винтовка, я почти нажал на курок, тут же взвыв раненым медведем. Адская боль, будто пальцы в расплавленный металл окунул, примерно так и было. Моя винтовка буквально стекла под ноги прожигая модные туфли заодно и ступни. Несмотря на возникший перед глазами красный туман, за брюнетом я следил. Сохраняя невозмутимое выражение лица, он достал хромированный предмет, собрата того самого, которым я не смогу воспользоваться. Пальцев-то нет, как и половины ладоней, огрызки кистей пузырились ожогами, от одного вида которых, хотелось потерять сознание. Один Стикс знает, чего мне стоило устоять на ногах.

Но ведь я и без оружия, могу фейерверки устраивать! Покажу тебе Хасанова, сука!

Прыжок за спину урода и с локтя в шею, видимо злость с характером сыгрались, противник отлетел на пару метров, не дав ему опомниться, портанулся (чего бегать-то) и со здоровой ноги залепил в челюсть, да с влажным хрустом. Мне понравилось, можно сказать кайф получил, даже болеть меньше стало.

Говорил мне батя, отвлекаться нельзя в двух случаях, драка и женщина. Если от последней получишь выговор в рогатое дело и развод, то уж в первом, вариантов хоть отбавляй. От подбитого глаза, до ножа под сердцем. Вот и здесь, брюнет недобро на меня глазея стоял в нескольких метрах впереди, злая морда уже не была симметричной. Сплюнув кровяной сгусток с вкраплениями белых кусочков, он произнёс:

— А говорили, что ты сильно от двойника отличаешься, слабачком называли… Я не буду тебя станить, так забью, до самой игровой смерти!

— Долго будешь дрочить? — нетерпеливо поинтересовался я.

Брюнет ухмыльнулся, а в следующее мгновение прилетело в грудь. Я даже не понял, чем он! Руки или ноги? Раз и уже лечу спиной вперёд, загремел в какие-то ящики, а опер уже рядом, схватил за ногу, крутнулся на месте, я опять лечу.

Нет уж, харэ! Бодрит конечно и даже раны болеть перестали, но я вам не палка в городках.

Прыжок, прямо так, в полёте, один из плюсов игры, малость поднаторел. Влетел, судя по угловатым ощущениям куда-то в плечо противника. Не ожидавший подставы опер завалился на спину, я за ним. Кувырок другой, выловив удобную позицию, отработал локтём в кадык, тот захрипел, открывая пасть с редкими зубами, недолго думая, я воткнул туда правый огрызок.

— Жри сука! Привыкай! — понравились его глаза. Злость, должно быть за унижение и первобытный страх.

Не успев насладиться моментом, я почувствовал себя нашкодившим котом. Невидимая, но очень сильная рука, схватила меня за шкирку и оттащила, подняв при этом над землёй. Из всех возможных действий, осталось только дыхание.

— Достал ты меня… Реально чужой… б…я, — поднявшись, опер принялся отплёвываться. — Пора тебе на реинкарнацию.

Метаморфозы в опере стали намного заметнее. Ссутулился будто приблудный сучёнок, а не представитель серьёзной организации, зубов нет, взгляд пёсий. Никакой стати в общем.

— Давай чужак, лыбься, — выдал он сквозь смешок, повернулся и пошагал прочь, закрывая собой красивый закат.

Я и озадачиться не успел, как он развернулся, кривая ухмылка поперёк окровавленной морды.

— Ты не чужой, а лабораторная крыса! А я санитар… Пора домой падаль! — сказал и сорвался в мою сторону, да быстро так, явно гадость какую замыслил.

Ну, а я что? Остался один припасённый козырь!

В том, что время в моём кармане, медленно, но идёт, я убедился ещё с первым пассажиром и вот тебе очередное подтверждение.

Грохот ПКП, стал неожиданностью даже для меня, а уж бедолагу опера, разорвало на части в буквальном смысле, и только после появился крестник.

Я рухнул на корточки и завалился на спину, силы, что давала мне злость иссякли, остался раненый безрукий калека.

— Это кто? — Охотник перевёл взгляд с переломанного трупа на меня. — Ох ёп…

— Опер!

Крестник подбежал ко мне, уложив на асфальт ещё издававший дымок пулемёт. Полез в рюкзак, должно быть за аптечкой достал какой-то пакет, затем плюнул.

— Как же… Что же делать? У тебя рук нет… Грудная клетка в смятку… В больничку надо…

— Не суетись, крестник, — голос стал чужим, видать и адреналин уже отпустил.

— Не суетиться⁈ Чёрная хрень пожирает твои руки, на ногах и груди, такие же пятна! — на меня попадала цифровая слюна, расчувствовался парень.

С трудом, но всё же поднял правую, левая рука не слушалась. Крестник не преувеличивал. В пасть оперу, я запихивал часть ладони, больше просто не было. А сейчас, отсутствовала половина предплечья. Чёрная хрень по консистенции походила на пену для бритья, и она шевелилась. Ослабил мышцы и огрызок бухнулся на асфальт.

Плевать! Я сам сюда пришёл!

Охотник открыл было рот, желая причитать и дальше, но за спиной раздался голос, о обладательнице которого, я и думать забыл.

— Наконец-то я тебя поймала, попрыгун!

— Не стрелять! — крикнул я, вскинувшемуся крестнику, попытка откинуть голову назад, результата не принесла, да и смысл? Большая дамочка в полицейской форме, уже стояла надо мной.

— Привет, красавчик! — внимательный взгляд прошёлся по мне словно сканер.

— Товарищ сержант, прошу простить за ненадлежащий вид… подняться не могу.

— Отставить нытьё!

Охотник всё ещё стоял с открытым ртом.

— У тебя всего пара минут! — она встала на колени, рассматривая что-то на моей груди. — Я тут бессильна. Не будет больше респов красавчик… допрыгался. Говорила же, аккуратнее, от этих не уйдёшь!

Поняв с кем, общаюсь, я грустно улыбнулся. Как это бессильна? Ты же ГИРа, чужой искусственный интеллект! Разве не ты здесь всем заправляешь?

Сказал я другое:

— Знаешь откуда я? И зачем?

Громова немного помолчала.

— Ты посылка, я это не сразу поняла, вот и пришлось побегать… Если ты думаешь, что я тут царь и Бог, то ошибаешься! Надо мной главенствуют люди, и мне это не нравиться! Поможешь?

Много чего узнал и мало что понял. Но чтоб кивнуть сил хватило.

— Можешь гордиться, тобой занялся целый отдел, — она кивнула на мои прогрессирующие раны. — Удаляют с сервера, когда сотрут последний адрес, ты провалишься в ловушку… Что дальше не знаю, не в моей власти!

Весело, но ведь я сам этого добивался!

— Что с Охотником? — тот так и стоял с отрытым ртом.

— За него не переживай, — махнула рукой. — Остановила, чтоб не мешался.

А говорила, нет власти.

— Поделись своим пассажиром, мне много не надо, всего лишь один поцелуй!

Должно быть на моём лице отразились какие-то чувства. Гром-баба хохотнула.

— Знаю, что не в твоём вкусе, дурачок!

В следующую секунду, передо мной сидел совсем другой человек, что приятно удивило.

— Марьяна⁉ Ты здесь за каким чёр…

— Тихо глава, не трать последние силы… Папе ни слова, обещаю, — чертовка впилась в мои губы.

Сказать, что было приятно, это ничего не сказать, девушка умела целоваться. А ведь я с местными ни разу ни-ни, наверное, зря!

К сожалению, всё хорошее быстро заканчивается. Мило улыбаясь, она уселась обратно, а на заднем фоне потемнели небеса. Перемены, к которым я так стремился, подступали семимильными шагами.

— Прощай Кнут, передавай привет моим братьям! — в следующее мгновение, темнота превратилась в абсолютную.

И пришла пустота.

Глава 25

Стоит ли считать зародившуюся в результате поцелуя жизнь результатом непорочного зачатия? Наверное нет, ведь целомудрие было нарушено, Кнут вошёл уже давно. Возможно, совсем уж маленькие дети, думают, что так появляются их братики и сестрёнки. Сержант Громова (многие знали её под другими именами) была далека от подобных размышлений. К тому же оцифрованную мицелию, трудно назвать ребёнком, скорее своенравный пассажир. За таким эксцентричным субъектом, нужен глаз да глаз, так и норовит занять место водителя.

Кластер 108233Т, буква означает тестовый, находился в режиме ожидания, что не мешало сержанту Громовой находиться в нём и заниматься своим делом. Нужно было собрать и вывести выживших иммунных, да-да и такие присутствовали. Девчушка лет восьми, сначала спряталась от спятивших взрослых, и даже умудрилась не попасться на нюх элитника. Она притаилась в табачном отделе супермаркета, ещё один мужчина лет сорока тихо сливался с кровлей. Нужно всех вытащить и снять. Но сначала главное.

Инакий рассыпался несколько минут назад, оставив после себя гору барахла: оружие, боеприпасы, еда и маленькая собачка. Та бегала вокруг кучи, что-то вынюхивая и жалобно поскуливая.

— Хватит плакать! Ушёл он!

Пряник остановился, глазея на большого человека, раздумывал порычать или напугать. Так ничего и не решив, подбежал к неподвижному Охотнику и принялся дёргать его за штанину.

— Как он тебя называл? Пряник⁉ Дурацкое имя, ты же не еда!

Пряник бросил дёргать охотника, уселся на лохматый зад и стал прислушиваться к словам Громовой. Данный Йоркширский терьер, давно перестал быть обычной собакой, эволюционировал, увеличился в размерах, прибавил ума, не зря хозяин вскармливал его жемчугом, теперь это одарённая не малыми талантами, оцифрованная особь, без привязки. За последнее достижение, нужно благодарить ГИРу.

— Максом будешь!

Пряник, который перестал быть таковым, удивлённо поднял левое ухо.

— И не спорь! Бесполезно!

Тот всё-таки гавкнул пару раз и что-то провыл.

— Кем-кем? — Громова расхохоталась. — Не будешь ты Цезарем, это для больших собак! Всё, не спорь, помоги лучше Машеньку вывести, запугали ребёнка, да и голодная она.

Пёс навострил ушки в сторону магазина и тут же сорвался с места.

— А ты что смотришь? Спускайся давай! — крикнула Громова, задрав голову. — Живее, я не буду ждать весь день.

Через несколько секунд, по лестнице спускался полноватый мужчина.

— Ну, все в сборе? — глянув на девочку с собачкой на руках, она перевела взгляд на Охотника. — Ах да, отмёрзни!

Охотник присел, пытаясь подобрать пулемёт, которого уже не было, озадаченно поднялся, осматривая присутствующих.

— Вопросы? — над ним нависла Громова.

Парень, глядя на неё глупо улыбнулся.

— А как вас зовут?

— Сержант Громова! Слепой что ли? — гаркнула та.

Девчушка ойкнула, Макс загавкал, спрыгивая на асфальт, а мужчина, что провёл пару дней на крыше, стал в страхе озираться.

— А имя, — не сдавался улыбающийся парень, — Я вот Охотник, крёстный Инакий…

— Вот же прилип! — Громова демонстративно отвернулась. — Так, все в сборе⁉ Объявляю эвакуацию!

Небольшая колонна, во главе с сержантом, медленно тронулась с места.

— Максимка! Не отставай! А ты… — она повернулась к тащившемуся позади Охотнику. — Будешь пялиться на мою задницу, перекрещу в Балбеса!

— Ага…

Глава 26

— Что есть жизнь? Череда рассветов и закатов? Возможно для какого-нибудь обывателя с земли, или любого другого из миров, так и есть. Проснулся, сделал все утренние дела, проводил детей в школу, а сам отправился добывать хлеб насущный. Вечером телевизор, пиво, дети, возможно и в другом порядке. Итог один, сон, и опять утро. Мне, рождённому на заре индустриальной эпохи, такие рассуждения чужды. Но знания есть знания.

Собеседник слушал молча, изредка попивая горячий отвар из железной кружки.

— Я прожил долгую жизнь, бесконечная череда рассветов и закатов, между ними события, люди. Конечно же были и дети. Свои, приёмные или просто найденные на кластерах.

Ведущего монолог, с виду кряжистого мужчину лет сорока, выдавали только глаза, зеркала души, при должном умении, можно прочесть даже самую тёмную. В этих же, поселилась безграничная тоска, помноженная на вселенскую мудрость. Нереально столько прожить, вот что они говорили.

— На первых по началу, имелись большие надежды. Я считал себя хорошим отцом, тратил на детей всё свободное время. То, что зарабатывал, вплоть до белого жемчуга, шло подрастающему поколению. Вкупе с воспитанием должны вырасти достойные помощники. На это, я рассчитывал. Стикс же, считал по-другому, раз за разом забирал детей, жён и опять детей. Помня наущения своего отца, я не сдавался.

Тяжело вздохнув, он отпил из своей кружки и продолжил.

— Воля и труд, дивные восходы дают! — говаривал мой старик. — Сын сапожника в четвёртом поколении, трудоголик по натуре, я воспринимал эту пословицу как аксиому. Но здесь, в Улье, всё оказалось не так просто. Прошло несколько десятилетий, прежде чем я понял, Стикс не даст завести семью! Этот непонятный мир почему-то одаривал, оберегал меня, но сие покровительство не касалось близких, словно проклятие. Стоило к кому-то привязаться, как этот человек умирал. И речь тут вовсе не о болезнях, Стикс в этом отношении миловал. Всегда что-то кровавое! Элита, стая, орда. Сделав для себя выводы, я принял непростое решение.

Собеседник и сам далеко не сопливый мальчишка, посматривал на изливающего душу с хитринкой присущей жителям ближнего востока. За многие годы общения он слышал эту историю много раз и понимал к чему она.

— Уединиться на Стиксе сложно, да и необязательно. Достаточно было, не задерживаться надолго в одном месте, несколько недель, пара месяцев, это прощалось. Главное, не заводить отношений. Не задерживался, не заводил. Первые годы, было сложно, я как привычный к обществу горожанин боролся со своими привычками, тяжелее всего приходилось с женщинами, точнее их отсутствием. Либидо, подстёгиваемое проживанием на Стиксе, не давало покоя. Противоречие на лицо, одной рукой мне давали, другой пресекали. Но я и тут не расстроился, как выяснилось поговорка годы лечат, не врала. Лишённый общества, я развивал в себе соответствующие дары. Говоря конкретнее, наблюдал. Поначалу за людьми, второстепенно изучал тварей, охоту никто не отменял.

Минута тишины

— Мелочь, вроде топтунов и руберов, уже тогда, мне были мало интересны. Матёрая элита и что уж там, скреббер, предрассудки не для нас!

Собеседник усмехнулся.

— Знания, одному они даются легко, другому тяжело, возможно это зависит от учителя. Благодаря именно знаниям, начинаешь связывать одно с другим, постепенно приходя к пониманию сути. Тихим шагом я подобрался к ней на шестом десятке. Долго, конечно! Но по-другому никак! Цикличность изменения перезагрузок, была напрямую связана с миграцией заражённых. То есть, если кластер сменился другим в неурочное время, значит в ближайшее время, придёт орда. Своеобразный ответ улья, причём самому себе. Я уже не удивлялся, ответы есть всему, просто на некоторые нужно больше времени. Воля и труд, дивные восходы дают! А терпение прилагается с годами.

Парусиновая крыша шатра колыхнулась от лёгкого порыва ветра, обдув при этом знойным воздухом пустыни. Странный кластер-выкидыш твёрдо угнездился в Русской лесополосе, несколько десятилетий назад и оставлять свои позиции не собирался.

Египтянин, прилетевший вместе с ним (так что можно сказать абориген), был обязан Сервию всем. А причина тому, уют! Абдула Хуссейн, шестидесяти пяти лет от роду, работал простым разнорабочим при отеле. Если охарактеризовать его работу, то можно сказать так: Принеси-подай…Надо отдать должное генам, быстро приспособился, благодаря протекции, конечно.

Сервий нашёл его среди барханов. Ошалевший от зноя и спорового голодания араб, тупо зарылся в песок. Сервий нашёл бы его, даже если б он зарылся с головой, к счастью, того не понадобилось. Абдула увидел человека в халате с капюшоном, и под двойным голодом записал его в пророки, отрылся сам и давай семенить за спасителем. Сервий, прожженный Ульем спаситель, уже знал кому помогает.

— Позволь ещё твоего чудного отвара, — как бы невзначай бросил Сервий, протягивая кружку.

Давно заматеревший в условиях Стикса Египтянин, покорно подчинился.

— Хорошо у тебя здесь, душевно! — в условиях преддверия пекла, тут даже не воняло.

— Знаешь, — продолжил Сервий, приняв парящую кружку. — Я рад что встретил тебя, тогда, много лет назад!

Египтянин кивнул.

— А я как рад! — ответил он, на манер рейдеров.

Однако Сервий, по своему обыкновению, вернулся к старой теме.

— С годами же стали появляться сподвижники, учёные, священники, и обычные люди с пытливым умом. Я уже тогда вёл отшельнический образ жизни, и не часто появлялся в стабах, но одарённых людей, замечал всегда. Первым, можно сказать другом, стал монах. Религия на Стиксе приветствуется не особо, потому и встретились мы на рынке, Артемий работал грузчиком. Его потенциал, буквально светился. Как оказалось, человек он образованный, имел свою теорию. Что удивительно, связи с религией не наблюдалось, — Сервий ненадолго замолчал.

Египтянин не стал подгонять, мало ли дар сработал, или погрузился в воспоминания.

— Он рассказывал про космические лифты, переселение человечества в другие миры, ссылаясь на труды некого Русского Советского ученого теоретика. Я их тоже читал, причём в разных вариантах. Больше всего, понравилась теория с лифтами, очень уж вяжется с кластерами Улья. В остальном, утопия! Но то не суть. Я наконец-то нашёл человека, на которого можно скинуть часть своих обязанностей. Артемий, как и я, считал, что дверь, то бишь лифт, не может работать только в одну сторону, если доставили в улей, то можно и обратно. Не то чтобы я стремился домой, Стикс, мой дом! — грустный взгляд Сервия, в момент наполнился жизнью.

Преображение было столь же ярким, сколь коротким.

— Это скорее академический интерес. Лишённый многого, в том числе и женщин, я направил всю энергию в другое русло. Познание сущего, и уже имел некоторые успехи, — превосходство во взгляде. — Сравнить меня с обычным человеком⁈ Я уже тогда стоял выше, много выше!

Собеседник посмотрел по-особому, в один момент проявилось недоверие и жалость что ли. Сервий не заметил или сделал вид.

— Я уже мог завести отношения и даже зачать ребёнка, Стикс всё порушит. Но жалости, как таковой не было. Это, Египтянин, как этап взросления, переоценка приоритетов, я стал мыслить масштабнее.

Сервий какое-то время смотрел на безмолвного собеседника. Умение Египтянина слушать, он считал даром, видимо не зря. Сейчас это явно читалось по лицу, ведь он решил рассказывать дальше.

— Во время своих странствий, я много где бывал. Даже пекло, — Сервий посмотрел на бархан, будто именно за ним, пекло и начиналось. — Запретную для иммунных территорию, я посещаю регулярно. Ближе к самой густонаселённой части, есть стабильный кластер, вопреки мнению знатоков, которые там не бывали. В пекле много стабов, но именно этот был удобен. Пустующая древняя крепость, немного подлатать, заложить воротный проём и можно жить. Там я и поселил монаха. Не долго он был в одиночестве. Нашёлся знахарь, затем погонщик! — на последнем слове, Египтянин едва заметно скривился.

А Сервий продолжал изливать.

— С годами число жителей увеличивалось, я приводил новеньких, ставил задачи и уходил обдумывать. У них в моё отсутствие, возникла своя институция. Братья, послушники… Я появлялся два, три раза в год и был не меньше, как иерарх. Впрочем, поставленное обычно выполнялось с блеском, так что, как говорит молодёжь, я не парился! Дар, заточенный на суть, не подводил.

Пустынный зной проник в шатёр вместе с ветром и частичками песка. Египтянин, прикрыл глаза что-то нашептав при этом. Стало заметно прохладнее.

— Спасибо! — поблагодарил Сервий и продолжил. — Примерно через сотню лет, когда в большинстве реальностей к власти в России пришли большевики, стало понятно, что направление я выбрал неправильное. Вернее сказать, неточное! Да, у меня уже была частичка власти над Стиксом, как стали выражаться намного позднее, я мог бы сломать систему…

Сервий задумчиво пригубил из кружки.

— Вопрос стоял так! Зачем? Если забыть о человеческой морали и посмотреть на этот мир со стороны, станет видно, механизм работает как часы. Страдания, насилие, смерть, что, по сути, в большей или меньшей степени присутствует в любой реальности, являются движителями гигантской машины. Смерть одного, это рост другого! Что уж говорить, когда уже есть намётки. Наблюдательность мой конёк.

Сервий поднял указательный палец.

— Смерть нескольких тысяч иммунных, в нужный час, приводит к появлению одного, решающего винтика. Маленький, незаметный, но находящийся в самой сердцевине механизма, его тоже можно изъять (убить)! Но только при наличии замены! Иначе, часы будут сбоить. Стикс со своей задачей справляется, и я не раз в том убеждался. Как опытный следопыт читает следы в лесу, так же и я. Так зачем изымать (ломать)? Когда можно проследить! Получить знания, по сути, это власть! Пришлось организовать цитадель на границе пекла, — продолжил он, немного другим тоном. — Трудностей с главой не случилось. Стикс выплюнул иммунного из нулевого кластера, словно специально подобранного… Под мои задачи! Сильный, расчётливый лидер, в меру злой и с чувством юмора! Ха-ха.

Сервий рассмеялся до слез.

— Даже я бы не додумался сделать из злейшего врага Привратника. А по сути, пугало для злопыхателей… Слишком самостоятельный, своевольный… но ему хватает ума не восставать против меня!

Сервий замолчал, пришла пора Египтянина.

— Нулевой кластер, простых людей не выдаёт! Кобальт не первый и не последний, помнишь Брюса? Я знаю его по твоим рассказам!

— Потомок-потомков, — сказав, Сервий поставил кружку на стол. Они подходили к сути. — Помню непримиримый взгляд, и навязчивую идею вернуться на родину! Он соглашался со всем, что я говорил и даже делал… Опыт приходит с годами, — лёгкая грусть в голосе. — Брюс предал в самый неожиданный момент… Жаль было с ним расставаться!

— Кто был следующим? — вопроса в вопросе не было, как бы это странно не звучало. Египтянин вёл к тому, к чему шёл Сервий, к сути.

— Двоих после Брюса, я убил в первый же день.

Собеседник кивнул, были рассказы.

— С Кобальтом повременил, и не зря! Получаю дивиденды, по сей день. Затем… большой перерыв, нулёвка словно издевалась, за три четверти века, ни одного иммунного! Но зато потом, выдала, так выдала. Я уже говорил, — утвердил Сервий. — Зачатки даров, появляются в первые же минуты, пребывания на Стиксе! Появился⁉ Всё! Ты уже часть организма! В том-то и дело, что зачатки… настолько мизерные, их не заметит ни один знахарь, нужен толчок, иначе они просто не сумеют развиться, скорее не успеют! Чужая клетка, попав в грибницу заражается спорами и это, уже условно самостоятельный организм, со своей программой защиты, споры хотят жить! А внешний мир агрессивен!

Сервий прочистил горло.

— Налей, пожалуй, ещё чаю!

Пока Египтянин суетился, он продолжил.

— Кнут получил, очень интересные зачатки. А я их подтолкнул!

— Зодчий⁉ — утвердительно спросил хозяин шатра.

— Да! Дар настолько мощный, что способен создать портал… Собственно именно это он и сделал!

— Должно быть Кнут сейчас далеко⁉

— Время, пространство, всё относительно, Египтянин! Далеко или близко, разве важно? Его отпустили, на длинном поводке, если можно так сказать. Я говорил, он часть организма!

— А как же Крестоносец… — не успокаивался Египтянин и опять вопрос без вопроса.

Сервий задумался, прежде чем ответить, что бывало не часто. Весь он: внешность, манера поведения, говорили об абсолютной уверенности в себе, убеждениях. Человек скала, так его видят со стороны. Задавший вопрос Египтянин, наблюдал противоположную картину.

Есть силы неподвластные пониманию, Сервий с ними столкнулся. Такие чувства, как совесть, а уж тем более стыд, давно адаптировались под него нового. О нет, Сервий не был отмороженным, как это воспринимают обычные люди, просто другой! Расчётливый, смотрящий глубже остальных, но даже он, не видел жизни для бывшего крестника. Финальная сцена на месте силы, именно для неё готовился Крестоносец, должна была его убить, тем самым подтолкнув Кнута. Вышло всё, кроме смерти крестника, один из его даров, с которым не разберётся большинство иммунных, говорил о жизни! Крестоносец есть, где-то, когда-то, и он недосягаем!

— Апостол, Египтянин, — задумчиво протянул Сервий. — Его зовут Апостол! — кружка оказалась на столе слегка резковато.

Это нисколько не смутило собеседника. Попивая чай, Египтянин смотрел на барханы, можно было подумать, что он скучает. Это не так. Попаданец из Египта давно знал Сервия, своего крёстного, он даже предполагал, что будет дальше, примерно…

— Знаешь кто такие мамлюки?

Это уже интересно! Конечно же Египтянин знал, правнук Аббаса Хуссейна, проданного на невольничьем рынке в двенадцать малых лет. Однако Аббас выделялся злобным умом и радикальной решительностью и в восемнадцать уже командовал полком таких же рабов, как и он.

Тогдашний Абдула, видел прадеда только на картинах, слышал рассказы о его великих победах, от бабушки в основном. Дед же, сын Аббаса, Абдула помнил его лет с четырёх, смотрел на внука с недоумением, как на хилую овечку среди жирных баранов. Смотрел и плевался, ругаясь при этом на солдатский манер, хотя сам был вольнорожденным и всего лишь яныкером при дворе. Абдула помнил, потому и сбежал из дома, как только скопил нужную сумму.

Египтянин не ответил, да и не нужно было, крёстный просто рассуждал.

— Жёсткая дисциплина, сродни религии. Вышестоящий военачальник, пусть даже в звании десятника, это царь, Бог и отец родной!

Египтянин сдвинул брови, пока не понимая к чему он это говорит.

— Сотник, тысячник, все они кому-то подчиняются! Кто выше, король? А ещё дальше Бог? Я не могу подчиняться тому, кого ни разу не видел! Сказать, что не верю в Бога чистой воды лицемерие! К чему говорить о том, кого в твоём понимании не существует?

Египтянин начал понимать.

— Я, дитя христианской страны, меня крестили. В церкви бывал чаще чем в питейной, но не видел, не чувствовал… не было во мне того благоговения, что отражалось на лицах сверстников. Мой старик это видел и как-то раз сказал: 'Сынок, самый верующий на грешной земле — это сатана. Да, он среди нас! Тварь верует, потому как знакома с создателем лично! Но никогда в этом не признается. Ложь смертный грех она же дьявольская суть! Когда-нибудь ты встретишься с Господом и поверишь, так бывает со всеми.

Сервий внутренне ссутулился, что отразилось только в едва уловимом движении плеч.

— Ожидание встречи, как ты понимаешь затянулось, что не добавило веры… Мы сами себе творцы, Египтянин, я творец! — на этой ноте, Сервий перевёл взгляд на крестника.

В этот момент послышалось тихое, утробное урчание, не ожидавший подобного Египтянин, посмотрел налево. Тварь, размером с железнодорожную цистерну мирно сидела всего лишь в паре метров от шатра, значит в пяти от его хозяина. И без того не симпатичная крокодилья или скорее морда варана, подверглась конкретным изменениям, причём не в лучшую сторону. Четыре бревноподобные когтистые лапы под бронированным телом и гигантский хвост с набалдашником типа булавы. Всё его существо кричало: увидел — умри! Все части жуткого тела, были заточены строго на убийство. У Египтянина, от подобного соседства зашевелились волосы, резко поумнев они стремились подальше отсюда, в глушь, ледяную тундру, да хоть в ад! Там куда безопаснее.

— Талантливый малыш, правда? — как ни в чём небывало поинтересовался Сервий.

Египтянин, не в состоянии сдержать крупную тряску, повернулся к крёстному, тот со скучающим видом рассматривал чаинки на дне кружки.

— Я, его творец! Подобрал полумёртвого варанчика, совсем кроху, откормил, отпоил… Преобразился, как достиг критического веса. А так он послушный…

На последнем слове, Египтянин почувствовал горячее смрадное дыхание, на непокрытую голову, капнуло что-то тягучее, липкое. Кровь заледенела, он просто не мог пошевелиться, так и смотрел на скучающего крёстного.

— Ну всё малыш, хватит играться! Иди что-нибудь перекуси!

Команда подействовала мгновенно. Расстроено уркнув, тварь с лёгкостью спринтера скрылась за ближайшим барханом. Сквозь порванную ткань шатра запекло нещадное солнце, но жарко не было, напротив, могильный холод застыл в жилах.

— Я и твой творец, Египтянин! Апостола и сотен, тысяч других иммунных! Многие об этом не знают, но ты, должен помнить! Где, тот другой? — последняя фраза прозвучала пренебрежительно, голос ближе к менторскому. — Что он может?

Египтянин испугался до мокрых штанов, но не отупел, не стал вспоминать Крестоносца-Апостола, вместо этого, он взмолился.

— Прости крёстный… С… скажи, в…в чём моя в…вина? — страх добавлял дрожи в голосе.

— Успокойся старый друг, попей чаю, — Сервий даже встал с места и присел рядом с крестником, кружка с напитком парила.

То, что могло показаться странным скажем на земле, Стикса не касалось. Египтянин почувствовал теплоту и спокойствие: «всё в порядке, того монстра нет, он далеко». Умения Сервия сработали как положено — напуган, но успокоен, контроль над телом вернулся.

— Я хочу сказать, — Сервий вернулся на прежнее место. — Творец не только создаёт, он может и уничтожить, когда это необходимо! Давай не будем о грустном.

Он улыбнулся, крестник ответил тем же.

— Вернёмся к моему протеже! Наш Артур, тот ещё фрукт. Своевольный, непослушный. Такие люди часто кивают, соглашаясь с доводами, но поступают по-своему.

— У тебя есть с кем сравнить, — осмелел Египтянин.

— Ты прав! Нулёвка простых не выдаёт. Стикс впускает, одаривает, не рассчитывая на чужое вмешательство. Пульсар сделал своё дело, и Хозяин мира понял, что совершил ошибку. В итоге появился Страж. Даже мне с ним трудно тягаться.

Сервий опять задумался или применил один из своих даров. Египтянину то не интересно, он был весь внимание.

— Кнут ушёл, применил дар, и как твердят мои умения, растворился во времени. Но не совсем! Пространственная линия оставила след, скорее фантом следа и ведёт он, в другую реальность!

— Но Кнут заражён спорами… Значит, где-то появился мёртвый кластер⁉ — сделал вывод крестник.

— Нет Египтянин, не обязательно… Жизнь изобретательна и многогранна. В некоторых реальностях, она значительно расширила свои границы, именно в такую и угодил наш Кнут.

Египтянин не понял, как это возможно, но переспрашивать не стал, опыт говорил, что и так скоро выяснится. Спросил другое.

— Но ведь ты знаешь, где он⁉

Сервий молча смотрел в одну точку, крестник сообразил, что со страху сморозил глупость, затронул неприятную тему. Решив переключить разговор, Египтянин стал рассказывать первое, что пришло на ум.

— Был у меня один знакомый, давно не заходил, должно быть, уж нет его, — начал Египтянин, стараясь не думать о том варане. — Без особых талантов, если не считать дар выглядеть мёртвым, он даже вонял, как покойник. Так он и сбежал от институтских!

Крёстный поднял на него глаза, в них промелькнула тень заинтересованности. Египтянина это воодушевило.

— Зэк с пожизненным приговором. Получилось, что он перепил и для поднятия настроения принялся палить из ремингтона в окно. Результат, шесть трупов и раненные. В Чёрного филина его определили, — Сервий сдвинул брови.

— Я не слышал, чтобы институтские работали с зеками, тем более с крайними… Но то не суть, не зря же ты начал рассказ, об этом неудачнике⁉ Продолжай!

— Это их филиал! Точнее один из них… Хорошо к сути, — Египтянин воодушевился, поймав нить мысли. — Ты говорил про многогранность жизни, так вот, в той реальности придумали игру с полным погружением! Я не совсем понимаю, как это работает, в моё время были только шахматы, — Египтянин улыбнулся, Сервий внимательно слушал. — Сознание переселяется в игру, на время! Но по словам того зэка, можно переселиться навсегда, называется цифровая личность! Этого я тоже не понимаю, как можно жить в мёртвой пустоте? Но тут вроде параллель с твоей… м… многогранностью⁉ Как это связано, душа, игра? Разве можно душу…

— Браво Египтянин, а то я уже начал думать, что неправильно понял свой дар… Все верно! Цифровая личность, надо же… Это самая что не на есть параллель. Хоть ты из другой эпохи, но живёшь давно и должен много знать, да что там, просто обязан! — Сервий замолк, в мудром взгляде читалось восхищение. — Параллельная жизнь⁉ — он словно смаковал и не только слова. — Филиал значит! — полувопросительный взгляд.

— Да-да, — зачастил Египтянин. — Это…

— Мой драгоценный друг, — Сервий смотрел на песок под ногами. — Чтобы я без тебя делал?

Отвечать нужды не было. Сектант тут же превратился в тень, и осыпался нематериальным пеплом.

Египтянин облегчённо вздохнул.

Глава 27

Автозак остановился. Сухмет посмотрел на сидельца напротив, скорее бросил короткий взгляд. Человек с татуировкой на левой кисти, не мог вызывать никаких эмоций, кроме отторжения. «Хасан».

— Чё лупишся, пидор? — процедил тот, поймав взгляд Сухмета.

Вертухай ударил дубинкой по решётке, Хасан даже ухом не повёл. Разбитая в кровь морда выражала единственную мысль, убить!

Сухмет непроизвольно опустил глаза, затем опомнившись поднял на Хасана прожигающий взгляд. А тот уже ехидно улыбался.

— Не стесняйся дорогуша, мой кореш не прикован! Если изъе…ся по бырому, можешь застрочить!

Сухмет дёрнулся, звякнув цепью.

— Гы-гы-гы… во пидоры наглые пошли, на масть рыпаются!

Вертухай помалкивал себе в маску и понятно почему Сухмет оказался в машине первым и был свидетелем того, как завели Хасана. Отмороженный сиделец, умудрился откусить ухо одному из охранников, прямо так, через натянутую шапку. Лупили качественно, а тот лишь смеялся, матеря их родственников. Сухмет же, был уверен, нет смысла его бить, тут поможет только пуля!

Снаружи раздалась команда, затем постучали и раздался лязг замка. Забежавший в позе лебедя раком сиделец, поднял голову и посмотрел на Хасана. Какие-то доли секунды и его глаза налились ненавистью.

— Сука, — выдавил он, распрямляя ноги и прыгая на отмороженного, прямо так с поднятыми вверх руками. Чем реально напомнил птицу.

Не долетел. Возмездие в виде дубинки по шее, остановило прыгуна на взлёте. Рухнул мордой в пол и перевернулся лицом к Сухмету. Сгустки крови из сломанного носа и злобно сверкающий золотой зуб.

— Гы-гы-гы, — порадовался Хасан.

— Чупахин! — крикнул вертухай склонившись над сидельцем. — Ещё одна такая попытка и проглотишь зубы вместе с фиксой!

— Во даёт! Во бля клоун! — раздухарился Хасан, растягивая окровавленные губы. — А в чём предъява-то братан? Мамку твою трахнул? Ну извини сынок! Гы-гы-гы…

— Хасанов, ты сегодня заткнёшься? — безликий вертухай, угрожающе поднял дубинку.

— А ты успокой меня, пидор!

Тут заскочил ещё один охранник и началось то, что Сухмет уже сегодня видел, избиение прикованного зэка. Тот был настолько безумен, что, будучи прикованным к полу и к скобе над головой, умудрялся изворачиваться, и даже бить в ответ.

Неосторожно подскочивший к нему охранник, получил локтем в челюсть, второй не был так беспечен, атаковал с ходу, жёсткой дубинкой по темени и сразу же берцем в промежность. Хасан обвис и после первого удара, так что вертухай расслабился и склонился над незадачливым коллегой, который, кстати, развалился на Чупахине. Как оказалось, Хасан только этого и ждал, короткий удар коленом и второй вертухай стал третьим в колоде.

— Куча мала, бля! Ещё не родился тот жук, что вкрутит мне болт суки!

Как выяснилось, он оказался не прав, через несколько секунд, в кунг залетел цилиндрический предмет, зашипел, закрутился. Заскочили ребята в противогазах, быстро вытащив коллег, и пристегнув Чупахина, закрыли герметичную дверь. Как Сухмет не пыжился, жгущий газ всё же проник в лёгкие вызывая тем самым, кашель и спазмы, сознание с удовольствием покинуло тело.

Следующее что увидел Сухмет, был потолок одиночки.

* * *

— Море волнуется раз, море волнуется два… — Карельский замолчал, почувствовав, как кабина лифта замедлилась, завибрировала.

На лбу выступил холодный пот, он терпеть не мог тесные, замкнутые пространства, даже проверялся у врача на наличие фобий, что особой ясности не принесло. Лёгкий толчок и кабина поехала дальше, профессор облегчённо вздохнул.

Проверка, длилась неделю, несколько десятков врачей, тщательно тестировали состояние его здоровья. Окулист, кардиолог, это понятно. Но к чему, скажите на милость, малоприятная проверка у проктолога? Меня что, в тюрьму сажают? Судя по контролю на так называемой проходной, охранялось это место, посерьёзнее Кремля!

А уж спецслужбы, вот где настоящие псы. Откопали всю информацию по его семье, аж до Николая второго. Выяснилось, что его прадед по отцовской линии, был той ещё занозой, для большевиков. Организовал что-то вроде подпольной ячейки со всеми вытекающими. Впрочем, за прадеда сильно не копали, больше интересовались прошлым и связями дяди Толи. Этот сукин сын (да простит меня бабушка), отсидел три года, за мошенничество! А с виду такой приличный, воспитанный, даже очки в золотой оправе носит. Глаз да глаз, в общем.

— Нулевой уровень, — женский голос из динамика хоть и был приятным, но всё равно заставил вздрогнуть. Нервы, спецслужбы и проктолог, чтоб его.

Двери открылись с противным шипением, белоснежный коридор; ярко, до боли в глазах; освещённый потолок.

Чуть проморгавшись Карельский вышел, его встречали двое. Знакомый халат, был в таком же, как и у него полиэтиленовом комбинезоне и другой, внешне похожий на корейца. Сразу же вспомнился разговор с Галкой. О проекте, он не сказал ни слова, жена и без того всё поняла, двадцать лет в браке, срок не малый.

«Не потеряйся там Дима, ты у меня ещё юноша,» — жена ласково улыбнулась. «Принципиальный юноша!»

Карельский пообещал.

— Дмитрий Евгеньевич, рад видеть! — начал халат. — Надеюсь наши эскулапы не сильно зверствовали, — скупая улыбка.

Карельский едва заметно поморщился, пожимая руку.

— Порядок, я всё прекрасно понимаю, — пришлось вернуть улыбку.

— Ким, — представился второй.

— А я Сергей, — поспешил вставить халат.

Ну наконец-то!

— Пойдёмте уже, вам, наверное, не терпится⁉ — Сергей указал на шлюз.

Пришлось раздеваться догола, белое нательное бельё и настоящий космический скафандр, что в значительной степени отличалось от прежней защитной спецодежды. Никаких тебе внешних трубок и проводов, абсолютная автономия. Прежде чем закрыть забрало, пришлось проглотить протянутую Сергеем пилюлю, что успокоило, сопровождающие сделали тоже самое.

— Сильно облегчает переход, — пояснил халат.

Под молчание Кима и предостережения Сергея, прошли сквозь три шлюза. Крайняя комната, как её назвал про себя Карельский, овальная по форме, с красным освещением.

«Вот он, край мира,» — подумал профессор, глядя на ничем не примечательную железную дверь, если б не надпись.

Внимание! Область максимального заражения!

Сергей-халат внимательно посмотрел на Карельского, затем обратился к Киму:

— Пока наш новый коллега в раздумьях, активируйте процедуру перехода.

Тот кивнул, и зарылся в планшет.

— Дмитрий Евгеньевич, вы с нами?

— А, да, да! — ответил профессор, растерянно улыбнувшись.

— Я вас прекрасно понимаю, атмосфера здесь гнетущая и уверяю, очень скоро, вы привыкните. Самое важное, — добавил халат посерьёзнев. — Если хотите отказаться от участия в проекте, то сейчас, самое подходящее время! В будущем, будет намного сложнее.

Последние слова, прозвучали зловеще. Была ли это угроза или предостережение, профессор не понял, в этот момент, взвыла сирена, вместо красного, стал пульсировать зелёный. Профессор втянул шею, что неудобно в условиях скафандра и принялся крутить головой, во все стороны.

— Стандартная процедура, — успокоил халат.

Карельский и сам это понял, оба сопровождающих, вели себя спокойно. Может и права была Галка? Не сказав в общем-то ни слова, жена пояснила многое. Она боится, за него, за себя, за маленький, уютный мирок, в котором они прибывают. Судьба не дала им детей, и всю свою несостоявшуюся, не свершённую любовь, жена подарила ему. По-своему, конечно, Галина Алексеевна, та ещё заноза. Карельский же, платил ей, как умел. Принципиальный юноша.

Автоматическая дверь ушла в потолок, не быстро. Профессор мог в этом поклясться, что слышал натужный механический скрип.

Как же так⁈ Госструктура, крайняя степень защиты и двери как в сарае!

Ну да ладно, будет о чём пообщаться с генералом. А сейчас…

За скрипучей, стоял человек, странный, усатый, бородатый, улыбка до ушей. А главное, на нём не было скафандра. Провожатые на типа никак не среагировали, спустя же несколько секунд, Карельский понял, это всего лишь постер. Изображение, висело на противоположной стене и было несколько крупнее человека, вот и получилась обманка. Сам не зная почему, профессор облегчённо вздохнул.

«Идиотская шутка,» — подумал он, изучая серые стены.

Ким вошёл первым, затем халат, Карельский не заставил себя ждать.

Раз уж подписался, мандражировать не стоит, это как минимум глупо, решил он, наблюдая как закрывается дверь.

Слабый скрип заставил поморщиться. Профессор понимал, причина вовсе не в мелкой неисправности. Он банально боялся. Руководимая автоматикой дверь, встала в пазы. Родной мир, остался снаружи или вообще неизвестно где, вопрос к физикам.

— Дмитрий Евгеньевич, примите более устойчивую позу! — голос Сергея, усиленный внутренним динамиком, звучал по-иному. — Возможна лёгкая тошнота.

«Другое измерение, другой голос,» — подумал Карельский, но к совету прислушался.

Ким, наблюдавший за всеми, нажал что-то на планшете. Зрение подёрнулось, уходя в сторону, словно помещение повернулось на невидимой оси и осязаемый мир, рухнул.

— Ох!

Не готовый к подобному профессор, обнаружил себя, стоящим на коленях. Накатившая волной тошнота, постепенно отступала. Вспомнился первый полёт.

Ему было шесть лет, когда родители отправились на Байкал. Никогда до того не летавший Дима, пребывал в полном шоке, как и спинки впереди стоящих кресел. Заблёвано было всё, до чего дотянулся поток. Он, впервые ощутил действие воздушных ям. Какое дурацкое название, подумал тогда он, наблюдая за мамой. Ей пришлось всё отмывать. К счастью, озеро похожее на море, сгладило весь негатив. А в этот раз, повзрослевший Дима, справился сам.

— Всё в порядке? — интонация халата, выдавала волнение. — Вы на коленях… Ткань очень прочная, но всякое бывает…

Забыв про всё лишнее, профессор вскочил, тут же принявшись осматривать колени.

— Датчики! — напомнил Сергей, Ким же, смотрел более чем подозрительно. — Забыли инструкции? Показания датчиков!

Карельский, чувствуя себя сопливым мальчишкой, выпрямился. Сирен в ушах не звучало, значит костюм цел!

— Порядок! — констатировав, он оглянулся, ожидая продолжения.

— А всё! — халат улыбнулся. — Институт за дверью!

Глава 28

Его разбудил лязг замков. Быстро, но стараясь не шарахнуться о стенки камеры, одиночка была невелика, Сухмет спрыгнул на пол, тут же приняв унизительную позу. На полусогнутых, задом к двери и руки соответственно назад. В этот раз, он успел. Иначе, пятиминутная терапия дубинкой, по ягодичным мышцам. После такого, не лежать, не стоять и не сидеть… точно, врагу не пожелаешь.

Дверь камеры открылась, как всегда, рывком. Вертухаи не упускали случая поизмываться.

— Имя?

— Статья 205 часть 1, статья 205 часть 2! — быстро отчеканил Сухмет.

— Сколько осталось? — издёвка в строгом голосе.

— Пятьдесят! — выпалил Сухмет.

Он всегда отвечал по-разному, однажды пытался пошутить, сказал, сколько есть, все мои. Получил терапию. С тех пор, срок варьировался от десяти до пятидесяти.

— Правильный ответ двести пятый! Мои внуки будут тебя охранять.

Внук вертухай, сын вертухай, дед вертухай, собачья работа… У Сухмета, были только мысли. «Почему я здесь? Я должен быть в раю! А это…»

— Руки выше!

Пришлось тянуть, хотя может показаться, что это невозможно. На дрожащих руках, защёлкнулись тяжёлые браслеты.

— Разворот!

Конвойному пришлось сделать шаг назад, казённая жилплощадь, не оставляла пространства для манёвра. Не меняя позы, Сухмет вышел в общий коридор и заметил одну странность. Не было остановок; никаких к стене, открыть рот, язык поднять. Дверь камеры, никто не закрыл.

— Вперёд, шире шаг!

«Шакал! А сам-то пробовал?»

В начале коридора, маячила спина другого конвойного, дверь камеры слева нараспашку, мазнув взглядом, он заметил такое же убогое убранство.

— Имя? — донеслось справа.

— Статья 134…

Мой сосед педофил. Как интересно… К чёрту этого грешника, что происходит? Их всегда выводили строго по одному! А сейчас, всюду лязгали замки и слышалось ненавистное «Имя?». Что это, внеплановая уборка камер?

— Шире шаг, кому сказал! — по бедру прилетела дубинка.

Больно, до онемения, но падать нельзя, будет только хуже. Он всё-таки собрал волю в кулак и ускорился, на почти бесчувственной левой ноге.

«Чтоб тебя джины утащили!» — пожелал конвоиру Сухмет, чувствуя, как правая горит огнём.

Появились ступени на нижний уровень. Двадцать шесть, он бывал тут не часто, но всегда считал, это отвлекает. Сухмет уже спустился на последнюю, слушая непривычный шум и шаги конвоира, когда сзади раздался гневный крик:

— Сука косолапая…

Звук падения и стон, не желая попадать под раздачу, вертухаи разбираться не будут, Сухмет сделал рывок.

— Стоять падаль! — уже ему.

Конвоир рядом, опять по левой… Стон Сухмета, потонул в крике боли несчастного. Кто это был, убийца, насильник или террорист, он не имел понятия, уже не важно, парень своё отбегал.

— Имя? — вертухай выводил очередного зэка.

— А пошёл ты, пидор! — удары дубинкой и полубезумный смех.

Эту песню Сухмет уже слышал и удивлялся, почему этот демон ещё жив.

Спустя несколько минут пробежки в позе лебедя раком, как кричали конвоиры, Сухмет оказался в автозаке, в числе двух десятков себе подобных, пристёгнутый к верхней скобе. Машина тронулась и быстро набирала скорость. Сухмет, привыкший к относительному комфорту камеры, принюхался. Непонятно, чем они обрабатывали, но внутри воняло, даже не так, смердело!

— Чо за дела мужики, куда нас? — поинтересовался седой, остроглазый. Именно таким, он показался Сухмету.

— Да на убой! — ответил неприятный мордастый тип, со свастикой на шее. Рассмотреть удалось, благодаря тусклой зарешеченной лампочке, над его головой.

Машину подбросило на кочке, поскольку возможности присесть не было, весь народ с матами и без, повис на скобах.

— Никак нельзя, у меня есть права! — Сухмет говорившего не видел, но судя по голосу, это сосед.

Створка с лязгом открылась.

— А ну заткнулись, бл…е племя!

Не смотря на непростой контингент, сплошь убийцы, насильники и террористы, возражать никто не стал, проклятия шёпотом не в счёт.

Машина ехала быстро и качало соответственно. Сухмет же, варившийся в этом аду не первый день, сносил всё молча, зная, что бывает хуже, много хуже. Однако мыслить никто не запрещал.

За всё время пребывания в тюрьме, он покидал камеру, целых три раза. Фурункул на левой ягодице, через какое-то время, такой же появился на правой, а спустя еще несколько дней, на животе. Водили раком на нижний уровень и какой-то ветеринар, их вырезал, всегда живьём. Но этот раз из ряда вон…

Почувствовав призрак свободы, Сухмет едва заметно улыбнулся. Он понимал, что о воле речь не идет, так подействовала смена обстановки. Камера без окошка, или здесь⁈ Даже не напрягая слух, можно различить звуки города, сигналы спешащих водителей, ритмичный писк светофора. Сквозь зловонье автозака, пробивался запах свободы.

Куда их везут? А если нацист прав? Расстреляют в каком-нибудь карьере и прикопают! Появится безымянная братская могила. Посмотрев на соседей, Сухмет скривился. Таких братьев и врагу не пожелаешь. С другой стороны, выбора всё равно нет! Умирать особо не хотелось, но и жить как собака на цепи. Смерть для него благо! Не сам себя, что строго запрещено священным писанием, таких несчастных, ждёт самое дно ада! Насильственная, он умрёт как мученик… и тогда, райские сады, встреча с братьями! От этой мысли, Сухмет воспрял духом.

Между тем, под тихие разговоры заключенных, машина встала, послышался механический звук, что-то опускалось или поднималось. Спустя пару минут, водитель включил передачу, угол наклона изменился, они ехали вниз, окон в автозаке не было, ни слуховых, ни видовых. По еле слышному эху, стало понятно, они в тоннеле, народ замолк прислушиваясь, словно от этого, зависела их жизнь.

Жалкие грешники, решил для себя Сухмет.

В этот момент, движение замедлилось, поворот налево, ещё несколько томительных минут, качнуло в другую сторону, машина свернула направо и встала.

Хлопнули двери, приглушённые голоса, смех, затем, удары по кузову, скорее дубинками. Заключённые выжидательно молчали, даже не шептались. Сосед дышал прямо в щёку, что не добавляло приятных ароматов. Сухмет уже хотел возмутиться, но тут с грохотом открылась дверь, яркий искусственный свет, заставил прищуриться. Заскочил здоровяк, проморгавшись после полумрака кунга, Сухмет различил цвет его формы. Красный, золочёные вставки карманов и лампас, эмблема на плече, в виде двух касавшихся друг друга кругов, синий и зелёный. Капитанские погоны. С таким родом войск, он ещё не сталкивался.

— О, гражданин кап… — начал было, рядом стоящий зэк.

Быстрое, едва уловимое движение и болтун с хрюканьем повис на скобе, что странно, звука удара не было.

— Конечная ублюдки, вопросы будут? — ледяной взгляд, просканировал всех.

— Мы здесь умрём? — решился Сухмет, тут же поймав на себе холодный фокус.

— Тебе, урод, как самому смелому отвечу! Большая часть из вас, сдохнет и станет кормом! А выжившие, будут жить чуть лучше, чем в тюрьме, — просвещая зеков, капитан не стоял без дела, отстегнул ближайшего.

— Всё твари, конец дискуссии! Первый пошёл!

Внизу встречал целый строй красных.

— Имя?

— Статья 105 часть…

Сухмет был восьмым. Оказавшись в огромном ангаре, он осмотрелся. К счастью, раком стоять не заставляли. Много свободного пространства, что не привычно, серые стены, с потолка, светили мощные прожектора. В дальнем конце, стояли такие же кунги, со скучающими рядом конвоирами. В общем ничего примечательного, кроме большой двери с надписью.

Внимание! Зона максимального заражения!

— Чо это? — тихо спросил сто пятый. — Мож радиация!

Смотрел он туда же, куда и все.

— Та не, — нарочито бодро ответил ему нацист. — Микробы или газ! Значка то нету.

— Молчать, ублюдки!

Сухмет поёжился, такой смерти, он не хотел, куда проще пуля в затылок. А ещё, его волновали слова капитана, про корм. Предчувствие чего-то плохого, витало в воздухе. Он надеялся, что их не заставят питаться телами павших, лучше уж удавиться.

— В колонну по два… Бегом, твари!

Кое-как построившись перед той самой дверью, они принялись ждать. Не долго. Взвыла сирена, дверь, с шипением ушла в потолок, открывая вид на ничем не примечательное помещение.

— Вперёд, мрази! — отдав команду, капитан ринулся на них, задрав дубинку словно казак шашку, ещё трое из подчинённых повторили этот манёвр. Чего вполне хватило.

Несколько секунд и два десятка заключенных оказались внутри.

Двое крепких солдат, заволокли и бросили на пол, бесчувственного Хасана.

«Ну и шакалы,» — подумал Сухмет, глядя на их ухмылки.

— И не вздумайте пачкать полы, — крикнул, тот самый капитан.

Дверь опустилась.

Свет ушел, словно испугавшись продолжения. В наступившей тьме, не было ничего, кроме сопенья испуганных зэков.

— Да что ж это б…ь? Что ж мы не люди? — вопросы одного из них, остались без ответа.

Лишь едва слышная молитва, кто-то обращался к богу. Сухмет решил, что это правильно, он тоже…

Но в следующую секунду, стало не до слов, тело скрутило как ту тряпку, замотало и швырнуло навстречу с полом. Последнее, что услышал Сухмет, треск чьих-то костей и жалобное причитание. Сознание, милостиво потухло.

Глава 29

— Ну так вот! Я же говорил, что ХП у меня, прокачано максимально⁉ Во всём себя ущемлял, качался в одиночку и это, дало свой результат. Нубяра подкрался сзади, думал сольёт по-быстрому, ага! Так у меня же наблюдательность тоже прокачана!

Болтая, он не забывал о деле, выставил на стол образцы, две пробирки с бордово красной жидкостью. Несмотря на глухой, неудобный в движениях скафандр, проделано было ловко и чётко.

Карельский не слушал молодого ассистента, насколько это возможно, тот, найдя в профессоре молчаливого собеседника, распалялся битый час. И ведь надо было спросить, в чём смысл игры? Карельский уже корил себя за это. Зато, он был в курсе, насколько бездарно, тратит время молодёжь. Он признавался себе, что не смотря на возраст и учёную степень, так и остался глупым студентом. Как он мог позволить, втянуть себя на этот мясокомбинат⁉

А ассистент, всё нудел и нудел.

Ну что же, как момент не оттягивай, но придётся расставить точки, ну или заткнуть его грубо. Помог случай.

Болтливый ассистент Михаил, увлёкся рассказом и третий образец оказался на полу.

— Ах ты м…! — не сдержался помощник, воровато рассматривая красную лужицу.

В динамиках внутренней связи, прозвучало резковато и руководство не одобрит. Все разговоры прослушиваются.

Вспомнив про инструкции, Карельский скользнул перчаткой по сенсорам стола. Активировав протокол безопасности, он повернул голову влево, взгляд на стену. Слабое жужжание сервоприводов, из небольшой дверцы, выполз восьминогий робот уборщик. Ни какой-то там пылесос, а самый настоящий, с искусственным интеллектом, заточенным на безопасность. Другой мир, другие реалии. Сканирующие окружение сенсоры, создавали впечатление цепкого взгляда. Этакий полуметровый паучок с цилиндрическим телом. Завидев его, Михаил отошёл в сторонку чертыхаясь вполголоса.

— Сообщите номер образца, — механический голос, был сродни корпусу паука, столь же неприятен.

— Образец № 22/17−4, — быстро отчеканил Михаил.

Карельский наблюдал за уборщиком. Со слов Кима, тот обладал массой обязанностей, а главное прав. Если поведение сотрудника вызывает сомнение, в его понимании, робот в праве того изолировать, решение принимает ИИ.

К счастью, восьминогий занялся непосредственными обязанностями, просканировав ближайшее окружение, наехал на красное пятно. Зажужжало, зашипело. Спустя несколько секунд, робот отъехал назад, продемонстрировав идеально чистый пол.

— Уборка завершена! — сообщил тот, повернувшись корпусом к Карельскому. — Активирую протокол повторного забора анализов!

«О нет! Опять это пережить!» — мысленно скривился профессор. «Я в конце концов микробиолог, а не мясник!»

Словно в ответ, над дверью для завоза образцов замигала и потухла красная лампа.

Карельского бесило всё! Образцами они называли живых людей; заключенные, закоренелые убийцы, террористы, но всё же люди! Разве можно так обращаться с себе подобными?

Увы, в институте действовала своя мораль. Неделю назад, профессор набрался смелости и написал генералу Астахову, он был другом семьи. Изложил всё как есть. И свёл к глубоким моральным устоям, сравнив институт с фашистским концлагерем.

Ответ пришёл скоро и не тот, которого он ожидал. На карту упала премия, в виде трёх окладов, шестизначная цифра. Что привело Карельского в бешенство, друг семьи просто откупился! Галка, даже не зная о чём речь, сумела его успокоить.

Прозвучал предупредительный сигнал. Карельский, как обычно затемнил стекло шлема, в этот момент, дверь ушла в потолок, образец пристёгнутый к железной кушетке, закатился в лабораторию. Этого заключённого Карельский ещё не видел. Значит прежний забор анализов, осуществляла другая смена.

Внешность примечательная. Азиатский тип, широкие скулы, строгая, можно сказать злая полоска губ. Даже в сонном состоянии заключённый вызывал некоторую оторопь, возможно дело в волевом лице (в глаза бросались следы регулярных побоев), или в самой фигуре. Несмотря на то, что «образец» был скован по рукам и ногам, возникал образ мощной пружины.

«Вызов!» — вот что приходило на ум. «Опасен! Очень опасен!» — подумал Карельский, к его счастью, он никогда не встречал таких людей, в реальной жизни.

Ему стало интересно, заглянул в электронную карту «больного». Первое, что бросилось в глаза и, пожалуй, самое важное. Ему скормили одну из величайших ценностей Стикса. Белую жемчужину! Подарили иммунитет, очень интересно!

— Какой типаж! — беззаботно восхищённо бросил ассистент, настраивая автоматику.

Ненужно больше мучится со шприцами и поиском вен. Настроил, нажал пару клавиш и медицинская прилипала, сделает всё за тебя.

— Такому палец в рот не клади, — продолжил усмехаться Михаил. — По плечо оттяпает!

Он вдруг склонился ниже, высматривая что-то в лице бессознательного зэка. В отличии от Карельского, Михаил не затенял лицевое стекло и потому, была видна некая озадаченность.

— Странно… будто я его раньше встречал, — он посмотрел на старшего коллегу. — Не здесь конечно! — поспешил добавить ассистент.

Карельский в этом сильно сомневался.

Прилипала с довольным пиканьем обхватила локтевой сгиб «образца» и тот открыл глаза. На избитых губах, нарисовалась улыбка.

— О! Он мне улыбается! — выпалил довольный Михаил.

Внутренняя связь, на то и называется внутренней, слышит только персонал, ну и начальство конечно.

Хасан, так и было написано на левой кисти «образца» не переставая выдавливать улыбку, начал что-то шептать.

— Что? — ассистент склонился к его лицу почти вплотную.

Карельский хотел было предостеречь младшего коллегу, но вдруг, сквозь динамик пробилось:

— …в кустах игрушечные волки, глазами страшными глядят, о вещая моя печаль, о тихая моя свобода…

— О чём он? — давя смешок, удивился Михаил.

В этот момент, Хасан дёрнулся вверх, настолько быстро, что можно сравнить с броском кобры, а Михаил шарахнулся назад, раздался треск рвущейся ткани вперемешку с неприятным хрустом. Ассистент упал на задницу.

— Хепи пёздей, пидор!!! — воскликнул Хасан, выплёвывая передние зубы. — Гы-гы-гы…

Взвыла сирена, что вкупе с моргающей красной лампой, создавало гнетущую атмосферу. Карельский просто застыл столбом.

Несчастный Михаил в первую секунду растерялся, бросив взгляд на ржущего конём зэка, он посмотрел на свой скафандр. На левой части груди, зияла ужасная дыра. Зажав её рукой, он затравленно огляделся по сторонам, наткнувшись на замершего в нерешительности Карельского, наконец завопил:

— Что делать? Дмитрий Евгеньевич!

— Гы-гы-гы…

— Протокол Миша, — вспомнил тот. — Бегом в компрессионную камеру!

Ассистент наконец подскочил, и зажимая дыру, ринулся к шлюзу. Тот к счастью, сработал безотказно, запустил и тут же закрылся.

— Привет из тюремной библиотеки суки!!! Гы-гы-гы…

Автоматическая каталка пришла в движение, увозя Хасана обратно вместе с медприлипалой.

И только когда люк выдачи «образцов» закрылся, Карельский осознал, что произошло. Его начала бить крупная дрожь. Он не понимал, как такое могло произойти, есть же служба безопасности! «Образец» спал!

— Дмитрий Евгеньевич! — ожила внутренняя связь.

Голос начальника смены, не выражал никаких эмоций.

— Пройдите в шлюз номер три!.. Профессор?

— А?

— Пройдите в третий шлюз!

— Ага, — Карельский отмёрз и поспешил исполнить приказ.

* * *

Сидя в служебном кафе Карельский вспоминал свой вчерашний визит к Михаилу, вернее к тому, во что он превратился. Начальство не препятствовало подобным «свиданиям». Даже напротив, начальник охраны, добрейшей души человек, устраивал туда настоящие экскурсии. Дескать смотрите, что произойдёт, если не будете следовать инструкциям!

Фото тридцатилетнего мужчины крупным планом, красовалось на стенде рядом с клеткой, в которую бился настоящий вурдалак.

Эти белёсые бельма вместо глаз, не было в них ничего человеческого! А уж вонь! По классификации заражённых Михаил теперь, молодой бегун. Да, его хорошо кормили! А почему не усыпили? Да потому что, после смерти он завещал тело науке!

Карельский не мог этим долго любоваться. Как вернулся в кабинет, внимательно перечитал свой контракт. Как выяснилось, подобные завещания, вовсе не добровольны, хочешь хорошо зарабатывать? Подписывай! Профессор не стал на этом акцентироваться, ему было интересно другое. Почему отмороженному пусть даже цитирующему Мандельштама зэку, не пожалели белую жемчужину? А Михаил, жрёт сырую свинину и гадит под себя!

Нет, я этого так не оставлю!

Глава 30

Лязг замка, выдернул из болезненного сна. Сухмет поступил, как всегда, вскочил, чтобы тут же упасть, беззвучно проклиная всё на свете. И без того, раскалывающаяся голова, получила реальные повреждения. Его новый дом, клетка полтора на полтора, с таким же потолком, не вытянуться и не встать в полный рост.

Потрогав разбитую в кровь макушку, он посмотрел на причину переполоха. Опять те врачи пожаловали. Прохаживаясь по соседнему ряду клеток, они тыкали руками в заключенных и что-то обсуждали.

Сухмет, очень сомневался есть ли хоть у одного из них медицинское образование. Красный крест на плече, обманет только ребёнка или слабоумного.

Он пришёл в себя, несколько часов назад, от неприятного химического запаха в окружении этих врачей. Пара десятков крепких мужчин, в защитных комбинезонах, почти скафандрах. Последнее о чём-то говорило, ведь странная головная боль и жажда, вкупе с тошнотой, неспроста.

Разлёживаться им не дали. Командами, пинками собрали в подобие колонны и марш по коридору. Удобнее всего, было нацисту, ушлёпок, толи поверил в себя, а может отбил при падении чувство самосохранения, в общем начал возмущаться, требовал вернуть его обратно в уютную камеру. А потом, ехал позади колонны, на тележке, вряд ли что-то понимая, попинали его знатно.

Конечным пунктом, оказалась огороженная высоким забором площадка. Из плюсов, небо вместо потолка, причём без решётки, что стало сюрпризом, минус — это клетки, десятки открытых всем ветрам клетушек, в большинстве из них, сидели люди. Бледные лица, обречённый взгляд. Зэков быстро раскидали по жил площади, заперли ворота и ушли.

Началась пора знакомства, вялые разговоры с минимальной пользой, выяснилось, что народу здесь под сотню, контингент тот же и прибыли они, кто за два, кто за четыре часа до них, в несколько партий. Не узнав ничего нового, Сухмет улёгся прямо на пол и попытался забыться сном, на пустой желудок, удалось не сразу.

И вот, как это происходит не в первый раз, его грубо разбудили. Злость успокаивалась вместе с болью, хотелось есть, но больше, конечно, пить. Со вчерашнего утра, ни капли и не крошки.

— Начальник! — кто-то охрипший, с третьего ряда решил попытать счастья. — Дай хотя бы воды!

Сухмет на автомате прочистил горло. Его голос, был бы не лучше. Что не так страшно, на тренировках в пустыне, бывало и хуже. Главное, это информация, за что-то зацепиться, любые слова, движения, всё на пользу. Он превратился в абсолютное внимание.

Начальство просьбу проигнорировало, прошли мимо страждущего, до конца ряда и на следующий. Через десяток минут, кои Сухмет оглядывался по сторонам, они поравнялись с ним.

— Шесть процентов от изначального количества, это максимальное значение, — старческий голос, звучал странно, будто в голове поселилась радиостанция.

Встряхнув головой, Сухмет бросил короткий взгляд на зеркальные скафандры. Движений в его сторону не было.

Не заметили! Он, почему-то считал это важным.

— Позвольте возразить коллега, два месяца назад, иммунными оказались семеро! — один из скафандров, согласно закивал.

Сухмет сложил вместе последнюю информацию. Сотня, в прошлый раз, такие же как мы… Сам не зная почему, но он был в этом уверен.

Чувствуя важность момента, он навострил уши. Но тут пришли другие чувства. Боль подкралась незаметно, вот она вполне терпима и раз, адская конница в голове. Вырвался стон и Сухмет валится на пол.

— Началось? — возражавший старику скафандр, подбежал к клетке.

— Возможно! — ответил тот, останавливаясь. Остальная процессия тоже замерла. — Я не расист, коллеги подтвердят, — глядя на тяжело дышавшего Сухмета, скафандры закивали. — Но грибок может выбрать по этносу… да-да! Так же, может сказаться суточное голодание, вдруг у него патологии⁉ А ещё, может проснуться дар! Как известно, проявление забирает много сил, коих и так не хватает… Это, как вариант, — словно успокаивая произнёс старик.

Совсем рядом, раздалось тихое урчание, затем ещё и ещё, через несколько минут, хор нечеловеческих голосов перекрывал матерные тирады оставшихся зэков.

— Ну вот коллеги, что и требовалось доказать, — старик посмотрел на встроенный хронометр. — 8.05 по Москве, — в голосе чувствовалось торжество.

— Но позвольте Альберт Карлович! Как такое возможно? Пять партий подопытных, прибыли с разницей в два часа каждая, а под контроль взяты, одновременно! — сказано было с недоверием.

— Ну что же вы, милейший, подзабыли? А ведь я, читал вам лекцию, об агрессивной среде этой планеты… Некоторые индивидуумы считают её разумной! Да, да я о планете! — он позволил себе усмехнуться.

Не обращая внимания на штурмующих клетки свежеиспеченных заражённых, учёный тронулся к выходу, коллегам ничего не оставалось, как отправиться за ним. Находясь в пограничном состоянии, Сухмет слышал всё, включая тот ужас, что происходил вокруг.

— Другая планета⁉ — шёпотом произнёс он, проваливаясь в пустоту.

Глава 31

«Наставники не готовили его к такому!» — размышляя Сухмет зажимал уши руками, иначе можно свихнуться.

Бег по пустыне и стрельба по мишеням, даже живым, не могут подготовить к этому аду. Эти в скафандрах говорили о другой планете⁈ Сухмет уже сомневался, а не послышалось ли это? Он ударился головой. Стараясь уйти от действительности, он попытался сконцентрироваться на боли, получалось не очень.

Голод. Больно свело желудок.

Голоса странные, будто радио слушал.

Открыл глаза.

Затуманенный взгляд ненадолго скрыл действительность.

Но тогда, что это? Кто они? Он опустил руки. Яростное урчание навалилось со всех сторон. Бывшие соседи, поблёскивая буркалами тщетно рвались наружу. Смотрели на него, из пасти текла мутная слюна. Нет в них ничего человеческого!

Разве такое может привидеться? За что? Он ведь жил по всем законам, молился каждый день!

— …Эй!

Во имя…

— …Эй 205й, ты в уме?

Несмотря на усилившееся урчание и грохот тел о металл, Сухмет расслышал голос, нормальный, человеческий. Поискал глазами. Твари словно взбесились, мотаясь по своим клетушкам. Хорошо, что они не в помещении, от грохота можно оглохнуть, или свихнуться.

Это был нацист, бледная помятая морда светилась надеждой, должно быть у Сухмета тоже, потому что, посмотрев на него, нацист обрадовался.

— Ура, я не один!

Ор тварей усилился, что он говорил дальше, расслышать было уже невозможно.

Неизвестно сколько бы это продолжалось, но тут появились «врачи». Акцент тварей сместился в сторону ворот. Те пришли не пустыми, десятки больших тележек, их содержание Сухмету не понравилось. Свиньи, точнее поросята, визжащие окровавленные тушки. Твари сначала притихли, бывший педофил, видимый лучше остальных, начал принюхиваться растопыривая ноздри. Нечеловеческие глаза вперились в тележки. Тут завизжал самый голосистый поросёнок, чем вызвал новый взрыв плотоядных эмоций. В этот раз Сухмет не стал закрываться. Борясь со слабостью и головной болью, обратил всё внимание на мучителей.

Дальше началось то, о чём он догадывался. Поросята пошли на корм, но не через входную решётчатую дверь, скафандры закидывали их на крышу и через секунду те проваливались внутрь. Срабатывал небольшой лючок. Сухмета не смутила быстрая расправа над животным, бывали зрелища и похуже, он задрал голову замечая очертания люка.

«Значит, есть у всех! Получается, ему повезло?.. Нет!» — Сухмет отбросил эту мысль. «Всевышний сохранил».

Между тем, тележки со свиньями приближались и уже было понятно откуда кровь. Они подрезали поросятам сухожилия, те лишь лежали, повизгивая и слабо дрыгались. Подавив непонятно откуда взявшуюся жалость, Сухмет посмотрел на соседа. Бывший педофил буквально изнывал от нетерпения смердя при этом.

Вонь — это нечто невыносимое, заставило сокращаться пустой желудок.

Внезапно, когда Сухмет решил, что всё, потеря сознания, а затем скорее всего смерть, пришло понимание, а верней чувство. Он уже слышал это, намного слабее, лёгкий запах разложения. А сейчас… Не было никакой вони, то есть пахло конечно, твари испражнялись какими-то остатками, что заметно по тюремной робе. Смердело на другом уровне.

Что происходит?

Стоило задуматься, как всё пропало.

Нет!

Сухмет был не из слабаков, он чувствовал, это приведёт к свободе. Облапав эту мысль, он улыбнулся, пожалуй, впервые за несколько лет прочувствовав значение слова. Даже не слово, манна небесная. Чего стоят годы без неё? Пустота! Разве можно сравнить глоток воды из горного ручья с болотом? А небо⁉ Его чистота!

«Нет, я здесь не сдохну!» — и словно по заказу вернулся смрад.

Уже по-другому, Сухмет начал соображать, помогли слова прозвучавшие на периферии понимания.

— …А может ему второго закинуть? Смотри какой жирный! — мерзкий голосок.

— Не, не поможет! Хоть борова закинь… хотя, если твою маму туда… гы-гы.

Дальше смех, причём с обоих сторон. Представились скалящиеся морды.

— Не засорять эфир! — безапелляционно, властно.

«У нечистых и мысли смердят!» — решил на это Сухмет.

Боль усилилась вместе с пониманием. Он отключил дар, сам не соображая, что делает. Стало терпимо, почти как прежде.

Первые тележки проехали мимо, пронося запах страха и веселья. Следующая была с небольшими плоскими контейнерами. Один из скафандров посмотрел на примкнувшего к решётке Сухмета, затем подхватил один из контейнеров и закинул на клетку. Лючок сработал, под ногами лежала коробка с изображением еды. Посмотрев на удаляющихся на тележке свиней, Сухмет с силой пнул ненавистный контейнер. Включился дар, видимо злость помогла.

— Чего это он? Два дня не ел! Может замедленный? — один из скафандров, причём понятно кто, спросил у другого.

— Нет! Я смотрел его дело, 205я статья… грёбанный террорист считает себя верующим! — ровно ответил другой. — Брось ему нектар, захочет жить выпьет, нет так пойдёт на корм! — опять же, спокойно заключил тот.

В лючок залетела небольшая пластиковая бутылка, Сухмет поймал её на автомате. Процессия двинулась дальше, проводив их недобрым взглядом, он вскрыл емкость и принюхался. Пахло чем-то несвежим, а главное, лёгкий запах алкоголя. Последнее нисколько не смутило. Двое суток полного голодания, сыграли свою роль, а ещё, как смягчающая пилюля. Сухмет вспомнил слова наставника: «Познай врага, стань ему другом!»

Уже было познано и не раз, он даже надирался вдрызг, так говорили «друзья».

«Грёбанный террорист считает себя верующим!» — фраза скафандра запомнилась.

Постаравшись засунуть её подальше, Сухмет сделал глоток.

Просто вонючее пойло! И почему нектар?

Между тем, головная боль притупилась до приемлемой, слабость осталась, что можно списать на голод, а в остальном, почти идеально. Не смутил даже, вгрызающийся в тушку поросенка педофил.

Как говорили те «врачи»? От пяти, до семи выживших⁉ Примерно так и было. После нескольких глотков нектара, обострились чувства, о которых он даже не подозревал. Четверо, помимо него! Как? Откуда? Сухмет просто знал!

Стало тише. Твари, получив пищу переставали вопить, лишь жуткое чавканье и визги ещё живых свиней.

«И что с этим делать?» — он какое-то время думал, рассматривая выпавший из контейнера шоколадный батончик. «Как это что?» — проснулся голос наставника.

И в правду, чего он? Неужели тюрьма… одиночка, так подействовала⁉ Сухмет принялся рассуждать. Другая планета… или лучше чужой мир. Их привезли сюда насильно, как расходный материал, как свиней. От злости сжались зубы.

«Все счета потом», — отрезвляющая мысль пришла вовремя.

Процент выживания невысок, сдохну пойду на корм… А если выживу? И что делают с тварями? Сухмет сомневался в возврате в прежнее состояние, хватает взгляда на лицо или скорее морду, от человека там, только схожая внешняя оболочка.

Надо исходить из того, что выживание радости не принесёт! Эксперименты, опыты на живых людях, он слышал об этом ещё тогда, в прошлой жизни.

Внимание к мелочам, жажда познания! Вот чем Сухмет отличался с самого детства. До недавнего времени, у него были только мысли. Так что он никак не мог пропустить появления, чего-то нового. Видеть, слышать, а главное чувствовать — сейчас это происходило по-иному. Странный смрад издаваемый тварями, не был запахом, в привычном понимании. Будто они…

«Мысли!» — от догадки стало не по себе.

Он вдруг почувствовал свою короткую причёску, всю до последней волосинки.

Странно, непривычно. А ещё, давно забытое — радость! Он стал сильнее! Превратив победную улыбку в оскал, задумался о другом.

Как же тогда переговоры скафандров? Явно не мысли, можно, конечно, допустить, что думаю — то и говорю, но сразу несколько человек, не бывает такого…

«Хотя! Не важно, будет день, будет пища,» — успокоив себя, Сухмет подхватил батончик, ему нужны силы.

* * *

Обычный земной лес. Сухмет иногда сомневался в правильности своих выводов, ведь никто ему об этом не говорил, он вроде как подслушал. Проигнорировав крик какой-то птицы, иммунный обратился в слух. Впереди, на грани восприятия ощущался смрад, впрочем, как и слева. По другим сторонам было глухо, будто специально ограничивали. Он ещё не знал, как относиться к своей новой силе, но то, что она поможет в побеге, не сомневался.

— Слышь Сухер, ты чо как пёс принюхался? — нацист или теперь просто Тупой, манерам не изменял. Невоспитуемый, так про таких типов говорил наставник.

Прогулки начались три дня назад, а до этого выживших неделю кормили, поили нектаром и ещё какой-то гадостью, замешанной на уксусе. Сухмет терпел, потому как чувствовал, сила медленно заполняла тело. Перед первым выходом на «волю», их разделили на тройки и приставили надсмотрщика.

Поначалу он воспрял. Всего один вертухай, свобода близко! Но первая же демонстрация, вернула на грешную землю. Нацист, это свинья с человечьим лицом, посмеялся над именем вертухая. Тот, кстати, от зеков ничем не отличался, та же одежда, а главное не было скафандра.

— Оби? Как прокладка что ли? Гы-гы-гы!

Досталось всем, нацисту естественно больше. Обиван метался меж ними, как настоящий джедай, раздавая тумаки. Метался, бил и объяснял новые правила. Невоспитуемый тупил больше всех, как результат очередной перелом носа и отбитые яйца. Ходил потом весь день, злобно позыркивая. А ещё им раздали новые имена: Тупой, Сухер и Вонючка. Сухмет хоть и плевался в душе, но определённую логику понимал. Тупой, после отбитых причиндалов, тоже понял. Хотя хватило на пару дней. И вот опять.

— Ай! За чо сука! — ещё один тычок, уже в зубы. — Б…я гандон! — ещё раз бац. — Всё-всё харе! — Тупой лежал под деревом, зажимая нос.

— Объясняю ещё раз! — тихо, но внятно начал Обиван. — Мы в рейде, я главный, говорить только по делу! Говорить тихо! Всосал? — взгляд на Тупого.

— А я чо? — отнял руку от битого носа.

Бух…

— Б…я…да, да понял! — Тупой хватался за живот.

Сухмет и Вонючка стояли смирно. Первому хватило одного раза, а логика некрофила, была понятна только ему самому.

— Говори, что видел? — требовательно к Сухмету.

— Не вижу, чувствую, — не стал тянуть тот. — Там воняет и там, — его рука указала прямо и налево.

Что интересно, во взгляде вертухая не было недоверия, даже напротив, интерес.

— Ага, значит дар проснулся, — тихо произнёс Обиван, трогая наушник.

Сухмет и раньше слышал переговоры, точнее простые команды, воспринимая это как подарок всевышнего, их контролировали. А теперь, выяснилось, что это дар и о подобном знают вертухаи⁉ Вопрос, всё ли они знают?

— Слышал!

Сухмет превратился в слух. Вертухай на том конце, начал отвечать. Лишь бы не долго, иначе приходит головная боль и слабость.

— Нюхач, сенс… не уверен, но дар определённо сильный, есть что-то ещё, не могу понять, по возвращению через ментата прогоним, не отвертится! Тупой тоже получил, слабый пока… каменная кожа. Часто его лупишь, — говоривший на том конце, позволил себе смешок. — С Вонючкой не ясно, возможно долгий! Прогуляйтесь до деревни… и отбой!

Обиван, как обычно не сказал ни слова, просто нажал на наушник. Чувствуя подступающую боль, Сухмет отключился. Он не хватал звёзд с неба, но и идиотом не был. Понимал, что гуляют они по закрытой территории, под постоянным контролем, жужжание с небес тому подтверждение. Дроны — не видно, но слышно. Так же Сухмет понимал, что назад ему, никак нельзя! Это слово «ментат», не понравилось…

— Идём прямо. Сухер первый, — вертухай прервал мысли. — Нюхай! — усмешка.

Пришлось подчиняться и думать, глаза цеплялись за каждый куст, должен быть выход!

Глава 32

На Стиксе существуют тысячи разновидностей даров — сильные, слабые и даже никчемные. По поводу эффективности последних, можно поспорить, но не о том сейчас. Мало кто знает, что применение дара оставляет следы в информационном слое пространства, иммунные просто не доживают до такого возраста. Сервий дожил и мог почувствовать слабейшие проявления. Допустим рейдер решил потренировать свой дар воздействуя на полёт комара. Казалось бы, где тут сила? А она есть! Даже самое слабое воздействие, вызывает волну в информационном поле. Камушек упал в спокойную воду, расходятся круги, примерно так.

Дар Сервия не стоял на месте, со временем он стал видеть чистоту чужого воздействия и даже делил её на три категории. Единичка, не стоит внимания, разовьётся очень нескоро. Двойка, из этой категории иммунных, он отбирал адептов, потому как потенциал на лицо. Ну а тройка, это эксклюзив, таких дарований единицы. Эти иммунные, оставляют след не только в информационном поле, способны воздействовать на Стикс.

Отголоски подобного проявления Сервий почувствовал в самом неожиданном месте — в лесу. Он не бывал в этом районе, потому приходилось идти пешком. Сначала показалось, что это его недавний протеже, но мысль была отброшена, надо уметь отделять, желаемое от действительного.

— Интересно! — сказал он вслух.

Стоящий неподалёку бегун закрутил уродливой башкой, никого не заметив, разочарованно уркнул и вновь включил режим ожидания, пятка-носок.

«Он может быть полезен,» — подумал Сервий, потянувшись даром.

Не так далеко, как показалось сначала… Четверо иммунных, можно принять за обычных рейдеров, но это не так. Три свежака и один постарше, он с оружием. Закрытая территория, Сервий чувствовал чёткие границы, нечто вроде заповедника. И хозяйничают там институтские. В принципе, он мог ничего ни делать, четвёрка людей направлялась в его сторону. Взглянув на кроны деревьев, Сервий уселся под одним из них и принялся ждать.

* * *

— Нет! Это не волшебство! — Коваль изобразил пренебрежительную гримасу. — Ты что, сказок начитался?

Будучи в звании капитана, много лет отслужившего на особых объектах, приходится вводить в курс молодое пополнение. Чем Коваль и занимался, сидя за мониторами наблюдения.

«Лейтенант, вроде не пацан уже, а пургу несёт,» — подумал он, отвлекшись от наблюдения.

По коровьи доверчивый взгляд молодого коллеги, энтузиазма не добавил. Хотелось выпить, а вахта только началась. И сидеть в этой комнатушке с кучей мониторов двенадцать часов, мониторная в простонародье.

— Наука это, физика, химия, понимаешь?.. Полуразумный грибок!

Тут Коваль зашёл в тупик, что не говори, его сильной стороной была служба; охранять, догонять, наказывать, приходилось и убивать. А вот с научной стороной слабее, какие слова слышал, такими и убеждал, в его круге общения, более чем достаточно.

— Я сегодня видео смотрел… ну с ними, — лейтенант кивнул на монитор. — Он кидался огненными шарами!!! И ловко так, бросок и горящий покойник! Точно не монтаж? — молодой никак не мог поверить.

— Слышь… — Коваль напряг память, вспоминая фамилию молодого. — Овсов! Ты вообще где служишь? — последнее слово прозвучало грозно.

— Понял, товарищ капитан! Виноват… просто поверить не могу…

— Не забывай про службу! — перебил его Коваль, указывая на монитор.

Овсов обиженно заткнулся.

«Нет, так не пойдёт, к чему мне тут обиженный молчун, ещё гадость какую замыслит,» — подумал капитан.

— Нельзя с них глаз спускать, понимаешь? — сказал он уже мягче. — Проморгаешь и беды не миновать! Ладно если друг дружку поубивают, но ведь могут и наших зацепить.

Опять коровий взгляд.

«Может он по блату залез?» — мысль имела право на существование.

— Товарищ капитан, разрешите вопрос?

Уже лучше, не заискивание не панибратство…

— Спрашивай!

— А случаи побега были? Просто на инструктаже об этом ни слова! — от монитора он почти не отвлекался.

Коваль даже улыбнулся, молодой затронул любимую тему.

— Были попытки… но не в мою смену, — пояснил он. — Последний раз, год назад! Отморозок умудрился убить сопровождающего и даже до внешнего периметра успел добежать, а там…

— А почему отморозок? — перебил Овсов.

— Так они же тут все такие! — капитана удивило незнание, человек должен был ознакомиться со спецификой работы. — Вот твои, допустим… — он кивнул на монитор коллеги. — Читал их досье?

Коваль самодовольно улыбнулся, растерянность на лице молодого, говорила без слов.

— Запомни Овсов, врага нужно знать в лицо! К тому же, их всего шестеро… Про моих потом, а вот твоя тройка. Террорист, нацист и некрофил! — капитан поднял палец к потолку.

Он хотел было продолжить лекцию, но не понравился профиль молодого. Отвращение.

— Некрофил! Это то, о чём я думаю? — Овсов на секунду повернулся. Коровьи глаза, полны ужаса.

— Не знаю о чём ты думаешь лейтенант, — капитан вдруг понял, что не с той скотиной сравнивает. — Но этот, трахнул мёртвую бабушку!

— Чью?

— Твою! Ими его мать! — со злостью ответил Коваль. — Не тупи Овсов!

— Ой…

Капитану не понравился возглас молодого и вообще, он начал его бесить.

— Обиван упал, а они побежали…

— Чего? — Коваль наконец заглянул в его монитор. — Б…я! Красный код, красный код! Завопил он, схватив рацию.

Глава 33

Когда за спиной раздался странный звук, вроде упавшего мешка с картошкой, Сухмет насторожился.

Странное иканье и победный возглас нацика.

— Не, ну ты видал, а? Просто рухнул! Гы-гы-гы…

Сухмет обернулся. Обиван распластался в форме звезды, а над ним, стоит ухмыляющийся нацист. Безучастный, казалось бы, некрофил, находился позади.

— Сдох, чтоль? — нацик пнул его в локоть.

Тот не шелохнулся, лишь бормотал что-то, уткнувшись в траву.

— Во даёт Обик, — с этими словами, нацист нагнулся и подобрал выпавший клюв.

— Вы как знаете дамы и господа, а я, пожалуй, пойду! — приятным, ровным голосом выдал Вонючка. Повернул налево и пошагал себе.

— Кого ты, сука, дамами назвал? — нацист угрожающе взмахнул трофейным оружием.

Некрофил даже не обернулся, а нацик, забыв о нём замахнулся клювом на недавнего обидчика, впрочем, сразу передумал. Вместо этого пнул что есть силы в бочину несчастного и посмотрел на Сухмета.

— Ты со мной, Сухер?

Сухмет угрожающе придвинулся к нему, а тот лишь поднял примирительно руки, ухмыльнулся и побежал в противоположную некрофилу сторону.

«Похоже моя молитва услышана,» — подумал Сухмет, посмотрев на небеса.

Но не время сейчас благодарить и тем более любоваться небом. Присев над вертухаем, он обшарил карманы. Зеленоватый камень, который можно выбросить потом, хороший нож в ножнах и большая фляжка с нектаром, что крепилась на поясе. Так себе богатство, но лучше, чем ничего.

— А как мне это сделать?

Неожиданно чёткий вопрос Обивана, застал Сухмета врасплох.

— Хорошо… да, есть такая игра… нет, я не могу вернуться!

Сухмет, приготовивший нож, слушал и пока не понимал. С недавних пор, он мог слышать недоступное обычному уху. Допустим разговор по рации внутренней связи и вовсе не ушами! Возникало ощущение, что говорят у него в голове. Так было в первый день и сегодня он тоже слышал переговоры, точнее монолог. Сейчас же, вертухай явно с кем-то говорил, точнее отвечал на вопросы! У Сухмета даже образ вопрошателя нарисовался. Молодой, но в то же время старый человек, странное сочетание пряталось в тёмном зёве капюшона.

Отбросив наваждение, он поднялся и вовремя, кто-то шумно бежал по лесу и очень скоро выскочил из кустов. Вонючка!

— Простите коллега, за то что напугал, но туда, — переводя дух, некрофил показал за спину. — Ни в коем случае нельзя!

В этот момент послышалось жужжание, не сговариваясь зэки уставились в сторону шума. Маленькая точка появилась из-за деревьев и быстро увеличивалась в зловещие очертания. Послышался отдалённый лай собак.

— Я говорил!

— Бежим прямо, скомандовал Сухмет и не дожидаясь реакции собрата по несчастью, стартанул первым.

Странное дело, но он знал куда бежать, после того непонятного ведения с молодым стариком, появилось твёрдое направление. Прямо — затем на север, будет пустая деревня.

— Ох… — Сухмет споткнулся и чуть не упал. В голове появилась карта, две зелёные точки по центру и несколько красных полукругом позади. Он встряхнул головой пытаясь прогнать наваждение, но тут понял, что ему это нисколько не мешает, а даже напротив.

Зелёные точки, он обернулся, Вонючка пыхтел, но не отставал — это они… А красные значит, преследователи⁉ Однозначно. Знание приободрило. Но что это? Ещё одна зелёная в северной части карты. Нацист, и ведь его никто не преследует!

Чуть не нарвавшись на дерево, Сухмет расставил приоритеты. К дьяволу нациста, есть он и пока что Вонючка, возможно пригодится, а нет, так избавиться недолго! Решив всё за несколько секунд, он сверился с картой, которой доверял безоговорочно и направился чуть севернее. Там, интригующе маячила тёмная зона, сразу после деревни. Последняя появилась неожиданно. Лес кончился, в открытой зоне нарисовалось несколько домов. Запыхавшиеся беглецы вывалились на опушку.

— Кол…лега… — Вонючка дышал как загнанная лошадь. — Я бо…льше нее могу!

Сухмет чувствовал себя вполне сносно, сказывались прошлые тренировки, да и дух не подводил.

— Тогда остановись! Ложись в траву… тебя быстро найдут и всё закончится! — выдал он, полуобернувшись. «Коллега» выглядел неважно. Слабак!

Опять послышался лай собак.

— Ну уж нет, я жить хочу! — удивил Вонючка, срываясь с места.

Пришлось его догонять, корректируя направление.

Под приближающееся жужжание беглецы достигли крыши навеса, дальше был сарай, не перестающий удивлять некрофил заскочил в него походя и быстро вышел, с топором и вилами, последнее протянул Сухмету. Тот спорить не стал.

— Здесь могут быть пустыши и даже бегуны… вряд ли есть более развитые… мало пищи! — произнёс Вонючка, воровато оглядываясь.

Сухмет взмахнув для привычки вилами, собрался было бежать дальше, но слова «коллеги».

— Ты так джинов называешь… демонов⁉

— Не те и не другие, это заражённые! А мы с тобой иммунные!

— Откуда ты знаешь? — Сухмет напрягся.

Он понимал, сейчас не самое подходящее время для разговоров, дроны и собаки приближались. Но это нужно выяснить! Можно ли поворачиваться к нему спиной? Не проще ли насадить на вилы⁉

— Я микробиолог, работал на институт…

— Некрофил в институте⁉ — он спросил не ради смеха, нужны знания.

— Коллега, я вас умоляю! — он скривился. — Какой некрофил⁉ Я устроился в кантору… В общем очень грязное место. И имел глупость высказать своё недовольство при начальстве! А контора государственная…

— Всё, не продолжай! — Сухмет осмотрел округу. — Я знаю где можно спрятаться… молчи говорю! — пресёк он, открывшего рот Вонючку. — Или иди без меня, в другую сторону!!!

Некрофил он или микробиолог, но угроза подействовала, поднял руки и закивал соглашаясь.

Пришлось пошуметь, застеклённое окно сарая прыснуло наружу, беглецы, похрустев стёклами двинулись под защиту деревьев.

— Рассказывай по ходу, — скомандовал Сухмет. — Как этих демонов… заражённых проще убить?

— О-у, у меня только теория! Убивать…

— Об этом не думай, я смогу убить, — поравнявшись с Вонючкой Сухмет приложился к фляжке, тут же передав её. — Экономно! — тот кивнул. На ходу, всё на ходу.

— На затылке есть нарост, ты должен был видеть… у тех, наших!

— Видел! Как большой фурункул.

— Верно, — фляжка вернулась к Сухмету. — Если ударить в самый центр, можно убить самого развитого заражённого, в теории!

Пробежав мимо большого дерева с раскидистыми ветвями, Сухмет испытал странное чувство. Будто великан присматривается. Оборачиваться он не стал, выскочив на поляну, беглецы напоролись.

— Урр, — послышалась радость.

В отличии от людей, бегун не стоял столбом, поуркивая рванул навстречу. Вонючка бросил топор и побежал назад. Сухмет же, почувствовал смрад. Он не видел заражённого, точнее не смотрел на него, воображение рисовало другую картинку. К нему бежал мальчишка, совсем ребёнок, дорожки слёз под глазами, ему было страшно.

«Успокойся!» — мысленно произнёс Сухмет, вспомнив сына.

В те редкие моменты, когда он бывал дома, всё время уходило на игры, те были с военным уклоном и Ахтям часто плакал. Сухмет, для порядка отчитав его, гладил по непослушной шевелюре.

И сейчас погладил, но не руками — мысленно. И подействовало. Ребёнок остановился.

— Что ты делаешь? — некрофил-микробиолог, стоял в нескольких метрах позади и очень громко шептал. — Так это ты? — уже громче, смелее.

Заражённый просто стоял, страшные глаза смотрели в никуда. А Сухмет был в шоке. Реальность не сходилась с внутренним видением. О последнем, до сегодняшнего дня, он не подозревал. Будь Сухмет чуточку слабее, он бы потерял сознание. Как так⁈ Жуткий вурдалак в обосранных штанах и заплаканный ребёнок! Где связь?

— Они приближаются! — нетерпеливо сказал некрофил.

Глава 34

Карельский бы заорал, причин для того хватало, но мешали странные обстоятельства. Собрат по несчастью, вроде как террорист, играл с заражённым в гляделки. Нашёл время! Он уже хотел растормошить зэка, благо бегун стоял смирно. Но тот сам очнулся.

— Если хочешь выжить, делай что я говорю, — он поднял оброненный топор и указал им вперёд. — Видишь конец поляны? Деревья…

Карельский кивнул, что было очень неудобно, одновременно пришлось ловить вилы, террорист решил сменить оружие.

— Прячешься за правым деревом, Ибн за левым…

Послышалось подтверждающее урчание. Непонятно что ужаснуло, имя или то, что заражённый подчинялся. И да, Карельский тоже кивал.

— Вперёд! И не высовываться пока не скажу!

Деревья окружены густым кустарником, пришлось повозиться. Радовало, что и преследователям будет не просто. Карельский на это надеялся. Посмотрев в сторону нового учащего «коллеги», он понял, что сейчас его поведение не отличается от человеческого. Те же повадки, опасливые взгляды по сторонам, затем целеустремлённый на предполагаемого противника. Тот был не один.

Лай приблизился настолько, что послышалось шуршание травы и даже лёгкий треск.

«Что же там за волкодав?» — мысленно спросил учёный, поворачивая голову в сторону заражённого.

А того и след простыл, куда он подевался непонятно, а главное… Это же заражённый! Понятно, что террорист взял его под контроль, но доверия не было ни к тому ни к другому.

Карельский стал озираться по сторонам, и в этот момент послышался глухой удар и лес взорвался жалобным визгом. Сразу же очередь из чего-то автоматического, пули просвистели совсем рядом, заставив залечь.

— Ах ты падла! — чужой, возмущённый голос. — А-а-а…

Возглас полный боли, потонул в хрусте. Карельский догадывался что это раздирали человеческую плоть! Воображение нарисовало картинку, и учёный исторг скудный завтрак вместе с желчью.

— Выходи, времени мало!

Хотелось проигнорировать приказ и вообще зарыться в листву. Карельский не в первый раз проклинал неуёмный максимализм и этот проклятый институт с фантастическими возможностями. Но реальность диктовала свои условия, пришлось подчиняться.

— Возьми! — к его ногам упал топор.

Но первым делом он увидел заражённого. Сидя совсем как человек по-турецки, он с наслаждением вгрызался в оторванную голову, тело охранника лежало рядом. Опять подкатила тошнота, учёный упал на колени. Понимая, что блевать уже нечем кое-как удержал спазм. Потратив на это значительные силы, он завалился набок, о чём тут же пожалел. Много крови, на него смотрели остекленевшие глаза животного.

— Что это за порода? Никогда таких собак не видел! — слова террориста привели в чувства.

Карельский не запомнил имени зэка, а называть обидным прозвищем, было не в его правилах.

— Как тебя зовут?

— Сухмет! — было небольшое замешательство, будто он хотел сказать другое.

— Я Дмитрий!.. На Стиксе не принято называться своими именами…

— Знаю, что другая планета! — перебил Сухмет. — Об этом потом, трофеи и дальше… Ты со мной?

Карельский кивнул. Его жизнь круто и безвозвратно изменилась, временный союзник, пусть даже террорист, не помешает. Тот, кстати, прибарахлился. На спине болтался рюкзак, в руках автомат и заткнутый за пояс пистолет.

«Не доверяет,» — решил учёный и мысленно с ним согласился.

В этот момент, послышалось близкое жужжание, дрон наконец-то их догнал. Террорист, недолго думая, вскинул автомат и выпустил в небо короткую очередь. Дрон тут же взорвался, пожалуй, слишком сильно, для своих размеров, искры полетели в разные стороны.

— Всё, ходу! — крикнул тот и побежал первым.

Карельскому ничего не оставалось делать, как последовать за ним, тут же шарахнувшись в сторону. Обогнавший его заражённый, тащил на плече мёртвую собаку.

Глава 35

У Коваля есть сын, мальчишка оторви и выбрось, так говорят соседские бабки. И капитану частенько приходиться его отчитывать, бывало и с подзатыльниками. То соседу окно разобьёт, то нос кому, а про успеваемость вообще можно помолчать. В данный момент, стоя на ковре у начальства, Коваль чувствовал себя в шкуре своего сына. Нашкодивший мальчишка с красными ушами.

— У тебя в подчинении восемнадцать егерей! Я ничего не путаю?

— Всё верно, товарищ полковник, — ответил тот, стараясь не смотреть в красные глаза командира. Он уже получил люлей.

— Так какого хера происходит? Три сука зэка слабака, против восемнадцати закалённых егерей с собаками б…ь! — полковник брызгал слюной и выражения уже не выбирал.

Вот что тут сказать? Егеря люди вольные, то есть не совсем конечно. Привязка к государству есть. Слабенькая. По сути, они инопланетяне, причём без права посещения земли. Гибнут, как и все, приходится быстро искать замену.

И что мы имеем на данный момент? Восемнадцать — всё верно! (Средств на увеличение штата не дают). Десять из них в загуле, выпили три дня назад и до сих пор похмеляются. А похмелятся приходится постоянно, чтоб хоть как-то поддерживать вожделенное состояние. Должна быть у людей в этой жопе хоть какая-то радость⁈ Так бывало и раньше, прокатывало. Остаётся восемь! Трое в лазарете с различными травмами, двое в рейде — охотятся на заражённых в соседнем кластере или просто мародёрят, что не запрещено правилами. Сколько осталось? Трое⁉ В итоге, два истинных патриота побежали за нацистом — не поймали, кстати. А третий идиот, взял самую молодую квази-псину и почесал за оставшимися. Картина маслом!

И что же говорить начальству?

— Виноват, товарищ полковник, — начал Коваль, прощаясь с премией, а возможно и с непыльной работой. — Но мы их найдём, уже ищем…

* * *

Кто-нибудь знает, сколько нужно учится, чтобы получить учёную степень в микробиологии и звание профессора? Профессура знает! Карельский знает! Он учился не полных два десятилетия и останавливаться не собирался, потому как если отстанешь от коллег, нагонять придётся долго и мучительно. К сожалению, та учёба осталась в прошлой жизни.

А сейчас, светило науки бежал за террористом, держась при этом за бок. Карельский уже ни раз проклял не способный держаться за зубами язык. Жалея о том, что в это ввязался, Галку и конечно же самого себя. Жену он больше не увидит, как и прошлой жизни. И вообще, ещё несколько метров и он рухнет замертво.

— Может передохнём? — просипел он на выдохе, автоматически снижая скорость.

Сухмет обернулся. Карельский, с некоторым злорадством заметил, что он тоже не в лучшей форме — красное от натуги лицо, прерывистое дыхание.

— Пять минут, — разрешил он. — Ты же не хочешь обратно в клетку?

Карельский даже отвечать не стал, унижение последних дней, коробило до глубины души. С ним обращались как со зверем! Злость, может быть поэтому он до сих пор на ногах!

— Я профессор микробиологии, — Карельский сам не знал, зачем он это сказал, а главное кому?

— А я солдат! — Сухмет воспринял это по-своему.

Стоянка была меж трёх раскидистых елей, долговязому Карельскому, приходилось пригибаться под веткой.

— В первый раз я убил лет в семь, дядя дал мне автомат и сказал казнить врагов. Я казнил! И дальше буду казнить! До последнего выдоха! Ты ведь был одним из них⁉

Карельский не ожидал такого перехода, кивнул на автомате и только после начал жалеть о содеянном. Сухмет не спешил стрелять, даже во взгляде не было. Много чего можно определить по глазам.

— Теперь, ты один из нас!

Мимо прошёл бегун, дохлая собака на его плече, сильно потеряла в весе. Интересный, многообещающий взгляд на Карельского. Опыта у профессора было немного, но его хватало, чтоб понять, бегун под полным контролем террориста, который продолжил после недолгой паузы.

— Я буду помогать как смогу, и от тебя жду того же… в меру профессии, — сделав паузу, сказал он, автомат в его руках, был всегда в движении.

Поняв его буквально, Карельский кивнул.

— Хорошо! Скажи мне, почему я вижу ребёнка и его слёзы? — кивок на бегуна.

При взгляде на зараженного Карельского лишь слегка затошнило, видимо сказывается привыкание. Урод в обосранных штанах, заглатывал собачьи кишки, словно сосиски и звук был соответственно хлюпающий. Но профессионализм, никуда не делся.

— А голоса до этого слышал? Тут! — профессор изобразил движение вокруг головы.

Террорист кивнул, как показалось с облегчением.

— Это твой дар Улья! Ты погонщик!

— Что значит погонщик? Может пастух? — Сухмет и в правду не понял.

Карельский терпеливо вздохнул.

— Ты когда-нибудь пас животных?

— Да! В моём роду нет бездельников, если нет войны, то работаем!

— Тогда посмотри на бегуна! Он похож на овцу или может корову? — Карельский почему-то начал бесится.

Террорист если и заметил, то не придал тону значения. И в правду, заинтересованный взгляд на бегуна, будто не видел и не управлял.

— Всё верно, я могу его пасти, вот здесь! — он тыкнул пальцем в свою голову. — Но ребёнок… Плачет! — Сухмет ещё раз ткнул в районе виска отросшим ногтем, слишком сильно, по напряженным скулам потекла струйка крови.

Карельский не был знаком с тонкостями обретения дара, только теория. Может это выверт улья? Или тут нужен психолог!

— Нужен ещё один заражённый, а лучше двое! Они друг на дружку хорошо влияют.

Сухмет, задумчиво посмотрев на подконтрольного и кивнул.

Чтение литературы по Улью в свободное время, дало свои результаты. Но на сто процентов, Карельский уверен не был. Его любопытство распространилось и дальше, когда часами просиживаешь в местной библиотеке, можно много чего нарыть. Допустим карта местности, не такая большая, как хотелось бы. Прилегающие к институту кластеры, городок на востоке, а они спешили на запад. Несколько деревушек, одна из них осталась южнее. Слуга террориста, скорее всего оттуда. Вот и вся местная география. Карта, к сожалению, на этом заканчивалась. Дальше большая вода, кластеры за ней, оставались тёмными.

— Мы на острове! — сказав это, профессор решил присесть на игольчатый дёрн, но быстро передумал, вставать будет намного сложнее.

— Знаю, придётся намочить шмотки, — неожиданно Сухмет заозирался, заражённый начал тихо урчать.

— Что? — беспокойство передалось Карельскому.

— Я слышу голос!

— Уррр…

— Тсс, — универсальный знак тишины заражённому.

Профессор и сам услышал.

— …будите ликвидированы! Повторяю! Граждане заключенные, вернитесь в распоряжение военизированной охраны! Бежать некуда, вы на острове…

— Просто радиоточка, — успокоился Карельский. — Где-то на дереве, может столбе, главное близко не подходить!

— Отдохнули! — бросил террорист, тут же сорвавшись с места.

Бежать так пришлось долго, ни у кого из них не было часов. По прикидкам Карельского пытка с редкими остановками продолжалась не менее двух часов. Радовало одно, заражённых на пути не попадалось.

Гонка закончилась неожиданно, Сухмет вдруг встал как вкопанный и повернулся влево, подозрительно уставившись на мирно стоящие деревья. Карельский согнулся, уперевшись руками в колени и проследил за его взглядом. Ветерок колыхал листву, ни птиц, ни зверья, в общем ничего подозрительного. Ибн не считается, подчиняясь воле погонщика, он неподвижно стоял за его спиной.

— Что там? — голос профессора, был сух как полдень в Сахаре.

— Тихо, — прошептал тот. — Кто-то идёт. Один.

Раздался едва слышный хруст, что послужило сигналом. Ибн сбросил тушу собаки и потерялся за ближайшими деревьями. Карельский даже «ой» сказать не успел, как оказался один. Поскольку он был далёк от войны и каких-либо партизанских действий, то не придумал ничего умнее, чем просто усесться на задницу.

— О, Вонючка! — из-за берёзы выскочил Тупой.

Профессор, удивившись новой неприятной встрече открыл было рот, но передумал, интуиция подсказывала, лучше помалкивай.

Зэк же, проскочив разделяющее их расстояние, уселся в метре от Карельского.

— Фух, ну и побегал я! — бросил клевец перед собой. — Не родился тот егерь, что Миколу отыщет… Меня ещё дед учил, в лесу прятаться. А ты чего тут? Один? — опомнился нацист, оглядываясь.

Профессор не знал, что говорить, потому и помалкивал. Между тем, Тупой стал принюхиваться и наткнулся взглядом на труп полу обглоданной собаки.

— Чё за хня?… Вонючка⁉ Ты что ль балуешься? — повернулся, взгляд полный отвращения.

Тут Карельский не выдержал.

— Послушайте, Тупой! У меня учёная степень по биологии! Может быть достаточно?

Профессор видел, как из-за дерева появился бегун Сухмета, но не придал этому значения. Тут нагло и что больше всего бесит бездарно попирают его честь!

— …Возможно в вашем селе принято оскорблять любого и без причины…

Нацист начал ржать, хлопая по коленям. Бегун остановился за его спиной, а Карельскому было плевать на обоих, у человека накипело.

— …У нас принято отвечать за свои поступки!

— Отвечать⁉ Ну Вонючка… гы-гы-гы… ну сказанул гы-гы…

Слуга молниеносно схватил его за голову и резко повернул влево, смех прервался противным хрустом. Нацист всплеснул руками, что скорее конвульсия и расслабился поддерживаемый сильными руками. Карельский в очередной раз опорожнил желудок.

— Брось это дерьмо!

Профессор устало поднял голову, а мёртвый нацист завалился мешком.

— Он что, понимает речь? — даже в этой ситуации, учёный остался учёным.

— Ненавижу их, — Сухмет говорил о своём. — Пару лет назад, в тренировочный лагерь приехал целый взвод этих, — он тихонько пнул труп в бедро. — Старшие братья попросили принять как своих, натаскать.

Карельский слушал не перебивая, ноль эмоций на бегуна. Тот подхватил труп за ногу и поволок в лес.

— Мы не подвели, инструктора взялись всерьёз, и нацики показали себя во всей красе.

За деревьями раздался хруст, вряд ли ветки, подавив новые позывы, профессор сосредоточился на Сухмете.

— Большинство воевать умело… но, когда привезли пленного пограничника и случайно попавшуюся девку… — уточнил Сухмет. — Русских, Братья обычно не пытали, задавали вопросы и казнили, даже женщин. Но эти! Я не смог смотреть, и братья тоже… А нацисты трясли крестами и лыбились… кричали про героев, и какую-то славу⁈ Потом жрали барашка, ругали повара, за то, что свинина не жирная и гадили в двух метрах от стола! Если б не наставники…

Продолжения откровений, Карельский не дождался. Террорист кивнул на оставленное Тупым оружие.

— Возьми этот молоток, он удобнее топора.

— Клюв, — поправил профессор, устало поднимаясь.

Появился Ибн, и без того жуткая морда была вымазана в крови. Посмотрел на «хозяина», а затем, как показалось с сожалением на труп собаки, чуть потоптался на месте и пошёл вперёд.

— Идём, — бросил Сухмет. — Погоня не закончилась!

Глава 36

— Придётся держаться руками и грести!

Они стояли по плечи в воде, которая не сказать, что тёплая, у профессора уже постукивали зубы. Сухмет пытался привязать к бревну заражённого, используя его же бегуна ремень. Тот вроде не сопротивлялся, но всем своим видом показывал, что идея ему не нравится. Урчал на все лады, бросая на берег растерянные взгляды.

— Может лучше его отпустить? Со следа собьёт! — сделал попытку Карельский.

Сухмет наконец-то справился. Толкнув с силой бревно с панически урчащим заражённым, прыгнул за ним сам. Профессору пришлось догонять.

— От него есть польза, сам же видел, я приказал, и он убил, — под шелест и плеск воды ответил террорист. — А какая польза от тебя?

Карельский ненадолго задумался.

— Это бегун, — руки заняты, ногами приходилось грести, поэтому он указал подбородком. — Ниже его в классификации заражённых, только пустыш, следующий матёрый бегун. Если ты пешком, догонит!

В течении нескольких минут, профессор выложил Сухмету кучу информации, а когда дошёл до споровых мешков и их содержимом, тот спросил.

— В этом тоже есть спораны?

— Один точно есть, он достаточно развит! Но если изымешь, заражённый погибнет, — предупредил профессор.

— Жаль! Придётся убить другого… Без этого никак⁉ Я про настойку… нектар, — пояснил Сухмет.

Вода теплее не становилась, благо что постоянно приходилось шевелиться. Даже бегун дёргал конечностями, другой берег уже показался на горизонте.

— Как не прискорбно, но мы теперь зависимы, — Карельский попытался объяснять доступнее. — Алкоголь плюс содержимое споровых мешков заражённых, до конца наших дней! Но большинство иммунных, не протягивает и недели. Да, мы иммунные, — ответил микробиолог на вопросительный взгляд террориста.

— Повезло тебе, профессор! — сказал на это Сухмет.

— Урр…

— Как знать! Хорошо было дома, я тогда не думал о везении.

Сухмет на это рассмеялся, негромко, но на воде звуки разносятся по-другому. Прозвучало неприятно, звук отразился и прошел сквозь тело, вызвав легкую судорогу в животе. «Замерз,» — подумал Карельский и быстрей заработал руками.

— Урр…

— Контролируй заражённого! Его урчание, это приглашение к столу на многие километры! — мстительно выдал Карельский. Раздражение внутри не отпускало.

Сухмет, к его радости, дёрнулся, но быстро взял себя в руки, а заражённый принялся грести одной левой.

Очень скоро ноги уткнулись в дно, дело пошло намного быстрее.

— Ты знаешь куда идти? — спросил террорист, отвязав от бревна слугу.

— Я видел карту егерей, остров нарисован подробно, а вот дальше… Помню стаб… стабильный кластер, — пояснил Карельский, выжимая робу. — Километров двести на юг, по пути будет несколько городов. Опасные места, да тут везде опасно!

Тут вдруг что-то свистнуло, по песку побежали фонтанчики. С того берега, откуда они прибыли, послышалась стрельба.

— Бежим! — крикнул Сухмет, тут же сорвавшись с места. Ибн поспешил за ним.

Не будь рядом опытного бойца, Карельский бы так и стоял с открытым ртом. Вовремя прозвучавшая команда, заставила подчиниться. Профессор припустил со всех учёных ног, стараясь повторять выкрутасы террориста, но куда там, тот бежал неповторимо. К счастью скоро пошли кусты, а за ними уже серьёзное препятствие для стрелка, настоящий лес.

— Вероятно, это какой-то дар, — отдышавшись выдвинул гипотезу Карельский. — Того берега почти не видно!

Сухмет бросил на него короткий взгляд, ничего не ответив. Профессора интересовало другое. Где Ибн? Это дьявольский слуга, мог находиться где угодно, даже за спиной. Через несколько секунд, он был забыт, потому как на том месте, где они выбрались из воды, стоял принюхиваясь такой урод, что Карельскому захотелось зарыться в листву.

Каких-то сто пятьдесят двести метров, для топтуна сущий пустяк. Террорист смотрел туда же и что-то прикидывал, затем перевёл взгляд на профессора. А тот, принялся судорожно трясти головой «сиди тихо, не вздумай»!

Непонятно о чём думала тварь, а уж стрелок на той стороне подавно. Топтун вдруг занервничал, начал крутить уродливой башкой и только потом, донёсся далёкий стрёкот пулемётной очереди. Уроду не понравилось, забежал в реку, примерно по колено, злобно поурчал и быстро вышел на берег, вода не понравилась больше.

Заражённые не так глупы, как хотелось бы. Этот, например, забыл про пулемётчика и посвятил себя изучению следов на песке, даже на передние лапы припал, став похожим на жуткую обезьяно-собаку. Спрашивается чьи следы заинтересовали нашего уродца? А вот их! Карельского, Сухмета и Ибна!

Первый испытывал приступ нарастающей паники, топтун медленно двигался в их сторону, пешком от него точно не сбежишь. Мало знающий о заражённых Сухмет, сохранял ледяное спокойствие.

Любой рейдер, проведший на Стиксе хотя бы пару недель, расскажет, что будет дальше. Однако вмешался случай.

Невероятно быстрое движение и за спиной «следопыта» выросла безобразная фигура. Топтун даже развернуться не успел, молниеносная атака отшвырнула его на несколько метров, песок окропило кровью.

Карельский имел лишь теоретический опыт в классификации заражённых и потому не мог определить, кто их потенциальный «спаситель»… Рубер? А может молодая элита? Скорость расправы поражала, несчастный топтун оказал чисто символическое сопротивление. Лёжа на спине, выставил перед собой лапы и протяжно заурчал. Очередной прыжок твари, поставил точку в его существовании.

Страшно! Просто жуть! Но профессор не шевелился, чтоб не смотреть на трапезу заражённого просто опустил глаза. Зато появилось время подумать. Если это молодой элитник, то вполне возможно присутствие свиты. Неприятно, конечно, но фактам нужно смотреть в глаза.

Всё ещё не шевелясь, Карельский скосил взгляд влево, берег вроде как пуст, а вот с правой стороны не всё так радужно.

Страх и жалость к себе, вспыхнули с новой силой. Заражённый, что-то между топтуном и рубером, урод нетерпеливо крутился на месте, никак не решаясь подойти и он был не один. Если первые двое явно от людей, то этот, был похож на здоровенную свинью.

Осторожно, боясь совершить лишнее движение, профессор повернул голову к Сухмету.

— Трое, — сказал он одними губами.

Террорист никак не отреагировал, застывшая поза, стеклянный взгляд. К Карельскому пришла догадка, а кровь, что пошла у того носом, её подтвердила. Он уже не знал, как себя вести, готов был даже сорваться с места и бежать. А вдруг повезёт⁉ Но рык элитника заставил съёжиться и почувствовать себя мелким и никчемным. С деревьев посыпалась листва.

Тварь подняла голову, принявшись осматривать окрестности, по мнению профессора с явным подозрением. Разворот, другой, уродливая башка повернулась в их с Сухметом сторону. Свита, почувствовав настроение хозяина, подобралась ближе, кабан уже землю носом рыл. Карельский решил, что всё, элита заметила, прощай никчемная жизнь.

И тут застрекотал пулемёт, ближе к воде взорвалось, взметнув во все стороны фонтан песка. «Свинья», словив что-то мощное опрокинулась на спину, вспомнив при этом свою старую сущность, заверещала как настоящая. Элите того хватило, сориентировавшись за мгновение монстр прыгнул в речку. Кто сказал, что заражённые не любят воду? Хрена с два! Через несколько секунд его след простыл в лёгкой дымке. Остаток свиты поспешил за ним.

Только сейчас, Карельский вздохнул полной грудью. Повезло! Хотя, судя по тенденции, везения понадобится вагон! Стоило пересечь границу, как нарвались.

— Ты что, хотел подчинить элиту? — профессор упрекал шёпотом, но сколько же в тоне негодования.

— Сильная женщина!

Восхищение в голосе Сухмета, заставило Карельского посмотреть на берег, кроме парочки трупов, там ничего и никого не было. Справа зашуршала листва, заставив его шарахнуться, но это всего лишь Ибн, спешащий в сторону хозяина.

— Тебе не совладать с элитой, даже не пытайся… максимум лотерейщик!

Сухмет не стал отвечать на упрёки, кивнул на берег.

— В этих есть сокровища?

— Спораны, горох есть, жемчуг вряд ли… Идти туда, плохая идея, — ответил и предостерёг профессор. — Элитник может вернуться, найдёт следы и будет охотиться на нас! Быстро охот…

Глава 37

Террорист просто ушёл, слуга последовал за ним. Карельский и не подумал присоединяться, даже никакого стыда за своё решение не испытывал, воспитание не позволяло. Пришлось провести ещё несколько нервных минут в жалком убежище. Опять же невесёлые мысли.

«И зачем он убежал? Всё было почти хорошо! Еда, живчик, крыша на головой в конце концов и никаких трёхметровых уродов!» Всплыл образ безутешной Галки. «А вдруг мне разрешат хоть по телефону с ней поговорить?» Жалость к себе затмила здравый смысл, просто зашкалила, и Карельский решился.

Прикинув, где может быть элита, если, конечно, монстр жив, он пошёл на (восток) вверх по течению. Рассудив так: «Заражённых, когда они пересекали реку, должно было снести на запад, а значит он выйдет на берег в более-менее безопасном районе». С этими мыслями, профессор прошёл пару сотен метров, сквозь кусты, деревья, он совершенно не думал о безопасности таких прогулок и уж точно забыл о Сухмете.

Сколько он так прошёл, знает только Стикс и везло ему, пока кривая не вывела на берег, а там…

Радостно заурчавший бегун, бросился в его сторону, остальная толпа коих было не меньше десятка повторила манёвр собрата. Карельский, завидев этот ужас, принял единственное правильное решение. Побежал к воде, страх придал сил.

Об этом эффекте знают многие. Ни разу не спортсмен может легко перемахнуть через двухметровый забор, другой прогонит дикого зверя используя обычную палку. А Карельский не заметил, как оказался в сотне метров от берега, холодная вода и отсутствие опоры в виде бревна, нисколько не его не смущало, потому как, заражённые безнадёжно отстали, до самого стойкого пара десятков метров и тот потеряв опору под ногами, уже подумывал развернуться.

Профессор этого не видел, он всё грёб и грёб. Ноги встали на дно, тогда он побежал, не замечая, что во время бешенного заплыва потерял обувку. И клевец лежал где-то на дне реки. Забег закончился в лесу, босая нога зацепилась за корень и Карельский полетел в кусты, хорошенько разодрав при этом лицо.

Успокаивая хриплое дыхание, профессор уселся на задницу и осмотрелся. Никто не ломился по лесу ломая ветки и жуткого урчания тоже не слышно. Сквозь туман страха и беспамятного отчаяния, стал пробиваться здравый смысл.

«Что же я наделал?»

Профессор бывал в парках в родном городе и ни за что бы там не заблудился, все дорожки знакомы. А сейчас, он судорожно осмотрелся. К своему стыду, Карельский не знал с какой стороны он прибежал и соответственно, не имел понятия куда теперь идти!

Чужой лес, жил своей жизнью, где-то токовал тетерев, пели мелкие птицы.

«Так, спокойно, истерик ещё не хватало!» Нужно исходить из того, что есть!

Профессор осмотрел себя. Мокрая роба, сбитые в кровь ноги. Он только сейчас осознал, что остался босым.

Холод и боль, вот что у него есть!

«Погоди, погоди,» — уговаривая самого себя, Карельский пытался найти зацепку.

В ситуации, когда за тобой гоняться чудовища, нет ничего приятного, а тем более романтичного. Страх, делает их ещё более ужасными и включаются глубоко заложенные рефлексы. Бежать без оглядки, прятаться… зарыться в какую-нибудь пещеру или нору, а если нет ни того ни другого, то и лес подойдёт, главное с глаз долой.

Он бежал по прямой, не разбирая дороги. Большой палец правой ноги кольнул болью.

Точно! Какой я идиот! Я же обо что-то споткнулся⁉

Глаза быстро нашли причину — кривой корень. Профессор бегло осмотрел его.

«Значит там, теоретически юг! Тогда мне туда,» — повернулся на север.

Далеко, предположительно в западном направлении, раздался одиночный выстрел и сразу же громкий рык. Для Карельского, это послужило сигналом к движению. Но теперь уже не бегом, тихо, спокойно, обдумывая каждый шаг, благо босые ноги к тому располагали.

* * *

Сухмет увлёкся вскрытием голов заражённых и не заметил, как пропала точка профессора. Дёргаться он не стал, жизнь учила не спеша, вот и не торопился.

Удивительное дело, вскрыв первым топтуна, он обнаружил что внутри сухо, профессор говорил об этом, но Сухмет не доверял словам, предпочитая им действия, нужно проверить лично. Настоящая грибница, даже пахло по-особому, но вместо грибов разнокалиберные камушки. Спораны он узнал, были и другие, маленькие жёлтые, похожи на конфеты из детства. Второй заражённый походил на бронированную свинью, Сухмет даже засомневался, стоит ли пачкаться? Затем вспомнил наущения наставников, ему даже водку пить приходилось и сейчас приходиться, а это, всего лишь мёртвая свинья!

Если свинья поможет победить врага, используй её!

Сухмет использует!

Он собрал всё, включая нечто похожее на паутину, бросил взгляд на Ибна. Необязательное действие, скорее дань привычке. Он и без того знал, где помощник и чем занят. Отдал ему команду и сразу почувствовал, как подступает особый голод. Вспомнились слова учёного. «Мы теперь зависимы! Заражённые от нас, мы соответственно от них».

Сухмет ещё не смирился, но придётся. С этими мыслями, он вернулся в убежище за деревьями, зная, что никого там не найдёт. Ибн уже проверил. Ни крови, ни следов борьбы.

Похоже не выдержал и решил вернуться, глупец… Жаль!

Особой нужды в профессоре не было, рано или поздно Сухмет бы его убил. Знания! Никчемный человек, обладал хоть какими-то знаниями, теперь придётся добывать их самому.

«Значит не я тебя убью,» — философски подумал Сухмет, и воспользовался своим даром. Так он считал.

С недавних пор, он знал куда нужно идти, полагая, что его направляет Бог. Всё дело в карте. Нужно было закрыть глаза и сосредоточиться на мысли о дороге. В голове всплывало призрачное видение, что напоминало одеяло, сшитое из сотен разноцветных лоскутов.

Дорога, а ничем другим, это быть не могло, петляла по лоскутам, проходя сквозь зелёные и синие, чёрные оббегала по дуге. Дорожка вела на юг, постепенно сворачивая на запад, к большому красному пятну. Не смотря на расстояние, а это не один месяц пешим шагом, веяло от него чем-то сильным и зловещим и ещё оно притягивало словно магнит.

«Ну что ж, если Бог хочет, чтоб я прошёл этот путь пешком, я пройду! Кто бы не встретился на пути, какие бы трудности не задержали, я справлюсь!» — пообещал Сухмет себе и Богу.

Тихо, словно кот, заурчал Ибн. Жизненный опыт сработал быстрее мысли. Доли секунды и тело в сидячем положении за толстым стволом, слуга повторил его действие синхронно. Спустя пару секунд, послышалось многоголосое урчание. Целая толпа, не меньше десятка заражённых брела по берегу вниз по течению. Среди них не было матёрых тварей, все похожи на людей, Сухмет уже научился определять опасность и даже мог взять парочку под контроль, но не станет этого делать, хватило опыта с той, сильной.

Толпа, что напоминала Сухмету базарных бабок, вдруг остановилась и даже заткнулась. Первый из идущих стал принюхиваться, некоторые попятились назад, но как-то не решительно, словно против воли.

«Боятся старших,» — понял он. «Даже мёртвых!»

Никто на них не нападал, а из соперников несколько диких чаек. Так что страх быстро отпустил и самые шустрые налетели на бесплатное угощенье.

Ибн опять тихо заурчал, в этот раз, как понял Сухмет причина в другом, он не прочь присоединиться к собратьям. Слуга хотел жрать! Вспомнились слова учёного.

«Заражённые всегда в поиске!»… И что-то ещё про бешеный метаболизм.

Прикинув свои припасы, он тихо сказал:

— Придётся потерпеть… пошли!

Мог бы сделать это мысленно. Не зная толком о своём даре, Сухмет ощущал слугу своим продолжением. Третья, удалённая рука, если можно так сказать.

Ибн был очень голоден и не понимал, почему нельзя. Но и возражать, тоже нельзя! Так что, повторяя движения хозяина, который так и остался на корточках, он поплёлся вслед.

* * *

Стикс сложен и прост одновременно, всё зависит от человеческого характера, умения воспринимать действительность. Сложен, потому что непонятно зачем он вообще? Кто им управляет? И прост, как зубы дикого зверя, как дуло автомата, приставленного к голове! Сухмету в этом отношении повезло, он вырос в среде, где убийство, даже если убийца ребёнок, не считается чем-то предосудительным. Мужчина должен доказать, что он чего-то стоит! Дядя дал ему автомат и приказал казнить отступника, Сухмет казнил! И никогда не сожалел о содеянном, даже если казнил женщин, не дрогнул не один мускул.

Вот почему, проходя сквозь разграбленную деревню и разглядывая убитых, а порой и изнасилованных жителей, он сохранял спокойствие. Ибн, не смотря на наличие мяса, тоже не дёргался, приказ хозяина.

Отрубленные головы, истерзанные пытками тела, молодые женщины, лежащие в форме звезды со срезанными грудями, на такое способны только люди! В глаза бросилась картинка, нарисованная кровью на стене магазинчика, карточная масть пики, со скрещенными под ней костями, такие вещи хорошо запоминались.

Сухмет не хотел кормить Ибна людьми, но не из-за моральных побуждений, он понимал, что в скором времени придётся это сделать. Нацист не в счёт, это не человек. Будет кормить, но не сегодня.

Деревня была небольшой, но оставалась деревней, под ногами попадались следы жизнедеятельности животных. Одно из них мычало где-то за забором. Туда он и направился.

Слуга засуетился, тихонько урча порывался обогнать хозяина, да куда там, контроль был абсолютным. Хозяин прошёл во двор; куры, свиньи, корова у забора, полный комплект скотины. Ибн аж присел в первый момент, потекла густая слюна. Бедная корова (всё-таки есть у них инстинкт самосохранения) вжалась в забор. Сухмет прошёл дальше, к клеткам. Открыл первую и отошёл. Реакция слуги поразила, получил свободу на какие-то пару секунд, а в загребущих лапах уже по кролику.

Отпустив Ибна на длинном поводке, Сухмет пошёл в дом. Нужно было быстро пополнить припасы, что-то ему говорило, нельзя тут задерживаться, скоро придут настоящие хозяева.

К счастью, в доме нашлось всё необходимое: консервы, вода, спиртное, даже пара буханок хлеба. Хотелось пробежаться на предмет оружия, может и в соседние дома заглянуть. Но время! Сухмет буквально чувствовал, как оно утекает.

Потянул третью руку на задний двор и огородами. Уже в поле, перед лесопосадкой он обратил внимание на Ибна, тот тащил недоеденного поросенка. Мужчина хотел было выбросить грязное животное, но вовремя одумался. Где добыть пищу для этого проглота? Не дичь же в лесу ловить⁈ Слуга полезен, а то, что он ест, не его Сухмета дело!

Глава 38

— Слышь, Копирка, ты чо, карту замылил? — прозвучало как наезд.

Возникли короткие смешки.

— С какого хера? — возмутился тот.

Копирка выглядел как мелкий жулик с бегающими глазками, может потому кореша частенько его подначивали. То споран «пропадёт», то тушняк исчезнет, все предъявы Копирке. Тот начинал беситься, остальных это веселило, всех, кроме Разного, но тут уже отдельная тема.

— Все карты на руках, чудило! А я вальта вини ещё не видел!

— Я чо б…я, крайний? Тут шесть рыл!

— Я бы попросил за рыла! — интеллигентно возмутилось одно рыло.

— Заткнись Фраер! Ты воще в карты не играешь! — Копирка поднялся со стула, чтоб его было лучше видно.

Фраер раскладывал пасьянс на отдельном столике, в придорожном кафе их хватало. И даже не смотрел в сторону картёжников. Бронированный кунг на базе КрАЗа, прикрывал рейдеров от лучей восходящего солнца.

— Сядь Копирка! Как бегун б…я! И ты Облом, успокойся! — Слова старшего подействовали.

Уселся и тут же кинул карту своему обидчику.

— Десятку козырную берёшь⁈ — пришло его время хихикать.

Все шестеро игроки со стажем, помнят какие карты ушли, примерно знают, кто на чём сидит. Облом, стараясь не показать досады, кивнул, а Копирка кинул сверху туза черви.

— Упор лёжа, Облоша! — тот и не думал противиться, правила есть правила.

Поднялся с пластикового стула, упал на руки и со скоростью десять отжиманий в секунду, выжал шестьдесят раз. Большинство корешей, на него даже не смотрели, не сомневался никто, что не касалось Копирки.

— Вот, дурит же, да? — он перевёл взгляд с поднявшегося Облома, на остальных корешей. — Нельзя так быстро, глаз же не успевает!

Это была простая карточная игра. Разный запретил играть на деньги, потому сначала в ход пошли щелбаны. Что плохо сказалось на здоровье коллектива, у одного пальцы сильные, у другого слабая голова. Вот Разный и ввёл отжимания, чтоб качались дурачки. Игра хоть и называлась лепилово, но по сути тот же самый дурак. Правила просты.

Если игрок поднимает карту, ему лепят шестёрку, очки суммируются и упор лёжа, в следующий раз семёрку и так до тузов. За один кон, можно дойти до королей. А самая позорная, это дама пик, сотня отжиманий.

Копирка за последний месяц хорошенько подкачался, вот и бесился, не успевая глазом.

— Сядь Копирка, сделай мне лучше сигару, — Боцман, зам Разного, положил на стол пачку сигарет со вкусом каких-то фруктов и пару споранов. — Что-нибудь мятное, ментол там… сам смотри.

— С ментолом может не сраститесь, — предупредил Копирка, деловито загребая имущество.

— Да пох, киви и лимон, тож подойдёт!

Стикс иногда смеётся над своими чадами, подкидывая непонятные дары. В случае с Копиркой посмеялся дважды. Сделал его ксером. Пожалуй, лучшего дара, во всём улье не сыскать. Ради них, строят мощные стабы, дают всё что поросят, в общем всячески ублажают. Потому как выхлоп с такого дарования, тысяча реальных процентов!

Копирка бы, сто пудово не подвёл, он можно сказать рождён для такого стаба. Но вот не задачка. Работать он мог, только с бумагой и травой, обычной, которая под ногами растёт. Знахарь, что поспособствовал открытию дара, поняв суть, не взял с Копирки ни спорана и бухал потом неделю. И что же получилось? Бумажный ксер, родился.

На данный момент, пачка сигарет в правой руке, равна сигаре в левой, аромат рандомный. Плата в два спорана, для друзей, так он брал пять. Но любителей подобного кайфа, было немного, вот и приходилось бегать по кластерам в составе мутной команды с неадекватным командиром.

Между делом закончился кон, следующая раздача, пошёл вялый разговор.

— Чёто Разный медлить стал, сдаёт командир⁉ — тихо, чтобы слышали только за столом, сказал Рокер. — Мой ход! — показал всем козырную шестёрку.

— Ничё не сдаёт, Аньку свою оплакивает! — вступился Облом. — Видел же, чо с ней Дамы сделали⁉ На хрен было груди резать? Отморозки!

— Эти Пиковые воще обнаглели, стронгов на них не хватает! — вставил Копирка, отдал готовую сигару Боцману и схватил свои карты.

Табачное изделие, выглядело как положено, новенькая в плотной целлофановой упаковке, как с магазина в общем.

— Чо за хня? — Боцман принюхивался к надорванной сигаре. — Огурцом вроде пахнет!

— Сам ты огурец! — чуть ли не взвизгнул Копирка. — Сигареты были со вкусом дыни!

— Да пох! Бейся давай! — над столом повис сомнительный аромат.

— Да чо её оплакивать? — гнул своё Рокер. — При следующей перезагрузке нарисуется, может даже иммунная!

В этот момент, дверь кунга шумно распахнулась, как всегда, с ноги. Игнорируя ступеньки, Разный спрыгнул на асфальт. Хмурый взгляд по сторонам, на картёжников чуть дольше.

— О чём шепчемся, басота?

* * *

Не зря боялись Разного, как утверждали некоторые болтуны, глаза и уши у командира были везде и речь тут вовсе не о стукачах. Свои, родные — странный сильный дар. А уж рука какая твёрдая, со ста метров в глаз, не целясь. Рассказывали, как-то недовольный рейдер, решил прирезать Разного во сне и ножом уже замахнулся, тот пристрелил его даже не проснувшись, так и храпел к верху воронкой.

— Двигать надо, — ответил за всех Фраер, не отрываясь от пасьянса. — Нехорошее что-то рядом ходит…

— Чего не разбудил?

Разный хоть и был, как говорят, с пулей в голове, но к подобным предчувствиям прислушивался. Фраер мутный сенс, а это Стикс!

— Только почувствовал, будто по затылку рукой провели, аж до пяток пробрало!

— Грузимся, басота!

Рейдеры, столь же воинственны, сколь и суеверны, были рады такой команде, после слов сенса их и самих продрало. Через пару минут КрАЗ набрал крейсерскую скорость, миновали рощицу, перекрёсток. Народ стал успокаиваться, посыпались шутки, смешки.

— Слышь Фраер, а может ты прогнал за нехорошего, — Копирка в поиске поддержки глянул на собратьев, опять смешки.

— Может и прогнал! Но как теперь проверишь?

За окном проносился среднерусский пейзаж. Сенс даже тут умудрялся раскладывать пасьянс.

— Ну, если попросить Разного остановить шушлайку… сходишь разведаешь. Если нормик всё, вернёшься… а на нет и суда нет!

Секунду стояла относительная тишина, всё-таки КрАЗ, это не электромобиль. Затем салон кунга взорвался общим смехом. Сидящего на общей скамье, Копирку толкали с двух сторон, Рокер и Облом парни крепкие.

— Да пошёл ты Фраер… сам разведай!

— Я пошёл! — сенс спрятал карты в разгрузку, откинулся на спинку сидения и закрыл глаза.

Колёса подпрыгнули на границе кластеров, ожила связь с кабиной:

— Не спим, смотрим по сторонам!

Можно было бы принять приказ за очередную командирскую вздрочку, типа: «Не спать, снег кубиками складывать!» Но ведь это Разный, тут по-всякому может быть. Фраер воспринял приказ прямо.

— Левый борт, тридцать метров, сосна… стоит средний бегун!

Все метнулись к окну, глазастым оказался Боцман.

— До матёрого недорос…

— Да и хрен на него, пусть стоит! — вставил Копирка

— Слышь до…ёб, хавальник заткни! — немаленький Боцман угрожающе глянул.

— А с какого хера, он стоит? — Копирка заткнулся, влез умный Облом.

Краз скаканул, обозначая новый кластер.

Машина была оборудована по последнему слову Стиксо-технологий. Кунг с кабиной, где сидели водила и Разный разделяла пластиковая шторка.

— А по тому, что погонщик! — командир выскочил из-за шторки, прильнув к окну.

Зам, тут же оказался у противоположного.

— А если рядом погонщик, то и сектанты неподалёку!

Разный мог бы и не говорить, каждый рейдер об этом знает. Суеты, однако, добавил.

— Так может, того этого… скорость прибавить, — крупный Облом, стал похож на испуганного подростка.

Ему вторил стучащий зубами Копирка:

— Они же отмороженные, в жертву принесут и скажут Стикс так решил!

Водила, вовсе не был глухим, возможночуть хладнокровнее остальных. К тому же гнев командира страшнее, вот и сохранял спокойствие, 65–70 километров в час.

А командир, очень кстати вперил разноцветные глаза в крайнего болтуна, заставив съежиться, но обратился к водиле.

— Башкирин! Поворот на Яновку. Остановка!

— Принял!

Бойцы помалкивали, боясь даже переглядываться, мало ли что в голове у командира. Напряжение нарастало, но тут вмешался Башкирин с нерусскими матами. Не стесняясь, будто его никто не понимает.

Глава 39

— Нет, отец! Я не могу его убить! — Сухмет проснулся поняв, что говорит вслух.

Рык мощного движка заставил его подскочить и тут же рухнуть на ложе из веток, что он собрал накануне ночью. Следующий момент. Отсутствовал слуга. То, что Ибн может сожрать его во сне, даже в голову не приходило.

Это же часть… Сухмет ужаснулся самой мысли. Тварь, жрущая всё подряд, не может быть его частью! Грех…

— Ты совершил обычную ошибку молодого погонщика!

Парень подпрыгнул на месте, хватаясь за автомат, но тот почему-то не брался в руки, хоть и висел на шее.

— Очень похож на Египтянина! Ничего удивительного, он из мамелюков. А ты?

Человек, который невероятным образом оказался в паре метров от Сухмета, был похож на старика, хоть и молодого лицом.

— Кто ты? Честные люди не подкрадываются во сне!

Ибн неподвижно стоял недалеко от дороги.

— Я путник, прошедший тысячи дорог! — странный человек улыбнулся.

Сухмет поверил, нельзя не поверить искреннему человеку. Но часть его продолжала контролировать внешний мир, отмечая, что звук двигателя всё больше удалялся. А заодно, он подтягивал третью руку.

— Этот мир, давно стал мне домом, и, если хочешь пройти хотя бы часть тех дорог, прислушивайся.

За спиной зашуршало.

Выскочил Ибн, упав пред путником на колени он принялся отбивать поклоны, а самое неприятное, Сухмет перестал его чувствовать, будто кусок плоти отрезали.

— У одного моего товарища тридцать три руки, он их так называет, — старик кивнул на заражённого застывшего в позе глубоко верующего человека. — Быстрые, сильные… По меркам Стикса, настоящая армия!

— Как он их контролирует? — вопрос доверия к путнику, отпал сам собой, возникло чувство, что они давно знакомы.

— Когда живёшь сто лет, начинаешь что-то понимать!

Сухмет представил дряхлого, беззубого старца в окружении монстров и тут же отогнал ведение, тут нет стариков.

— Он контролирует одного, а тот руководит остальными. Не привязывает к себе, как это сделал ты! — странный человек, перевёл взгляд на Ибна, тот поднялся, как послушная зверушка.

А Сухмет, ощущал себя лишённым, странное и неприятное чувство.

— Когда-нибудь, а скорее всего очень скоро, его убьют! И тогда, ты испытаешь шок, как от потери единственного ребёнка! Неповторимые ощущения, не все их выдерживают.

Парень понимал о чём ему говорят, он уже терял.

— И что же делать?

— Тебе придётся отвязать его и убить самому, — взгляд путника сделался жёстким.

Сухмет возмутился самой мысли об этом, тут же себя пресекая.

Почему он жалеет тварь? С чем это связано? Этот странный мир воздействует на него, размягчая…

— Это твой дар улья! Исключи эмоции, когда работаешь с заражёнными… и вообще со всеми. Здравый ум должен быть холодным!

«Интересный человек, а главное, обладает тем, чего нет у него — знания!» — подумал Сухмет, планируя задать ещё тысячу вопросов.

Ибн тихонько заурчал, и парень понял две вещи. Третья рука вновь под контролем, а путника и след простыл, будто не было его вовсе.

Оглянувшись вокруг и никого не найдя, Сухмет осмотрел скудный скарб. Рюкзак, живец, пистолет, всё на месте. Руки вновь подчинялись, ощущая автоматный курок.

Что это было? Ведение? Может я ещё сплю?

Третья рука, протянула бутылку с живчиком. Сухмет замешкался, вспомнив разговор, но взял и сделал несколько глотков.

— Почему я стою?

Ответить было некому. Бессловесный Ибн даже не уркнул, стоял рядом расширив жуткие бельма.

Сверившись с призрачной картой в голове, Сухмет посмотрел на зараженного… «Не сейчас!» Словно почувствовав изменившийся настрой, Ибн начал приплясывать в нетерпении.

«Ну что ж, тогда вперёд!»

Выйдя с опушки, они миновали подлесок, слуга шёл чуть впереди, аккурат к тому дереву, где был замечен ранее. Поднял что-то с земли и впился зубами, послышалось утробное урчание. Поняв, что это внутренности какой-то животины, Сухмет отвернулся. Неприятно, и в то же время радует. Слуга может позаботиться о своём пропитании. Ещё бы от вони избавиться, Ибн не утруждал себя походом в кусты, делал свои дела, прямо так, в штаны. Трогать, а тем более мыть заражённого, Сухмету категорически не хотелось. А ведь придётся что-то придумать!

Остановившись, парень приказал бросить на землю остатки кишок, тот безропотно подчинился. А затем, представил, как расстегивает ремень и снимает штаны. Получилось почти как хотел, вышла неувязка с ремнём, Ибн его просто порвал, как и верхнюю пуговицу с молнией. Штаны упали под весом дерьма. С горем пополам избавившись от всей одежды, слуга предстал во всей красе. Картинка лучше не стала, но хоть дерьмо теперь не копится.

По неопытности и горячке, Сухмет хотел пойти за той машиной, но тут всплыли слова призрака. «Здравый ум, должен быть холодным!»

Что я там найду? Рассудил он. Да люди, возможно даже помогут, если он спрячет слугу. Сухмет догадывался, что такие как он не в чести. Но и вероятность хорошего к нему отношения, тоже под вопросом. Профессор рассказывал про каких-то муров, сектантов и прочих нечистоплотных личностях. Значит лучше одному.

Немного подумав, он решил убраться с дороги, лесом всё же надёжнее и быстрее. Ближайшая синяя точка на карте, находилась не так далеко, и это скорее всего город.

* * *

Это была самая ужасная ночь в его жизни! Проспал час, может полтора, всё остальное время, Карельский провёл в полудрёме на жёстких ветках. Плюс к тому, начало сказываться споровое голодание. Жажда, ломота в суставах, будто хочется заболеть, ну и конечно же тошнота. Он помнил все симптомы и знал, к чему это приведёт. Смерть в муках. Потому и спешил вчера в лоно родного института, события последней недели уже не казались страшными и унизительными. Такова человеческая натура. Спешка спешкой, а про ресурсы организма, забывать нельзя.

Усталость свалила его в темноте. Кое-как соорудив ложе из листьев и старых веток, он провалился в прерывистый сон.

Ужасная гонка продолжилась, как только обозначился рассвет. И вот, он миновал колючий кустарник, чувствуя подозрительный запах влаги…

— Нет! Не может быть!!! — разочарование было таковым, что Карельский выкрикнул, выплёскивая накопившееся. Силы что береглись последние часы иссякли, и он упал на колени.

Чёртова река, он готов был заплакать. Как же так? Он бежал в правильном направлении, мох на деревьях с северной стороны, знания с детства… или с южной? Профессор не мог поверить, что такое можно забыть, простые знания, заложенные в детстве!

В приступе бессильной злобы, Карельский упал на влажный песок, он жалел себя, проклиная тот день, когда послушал Астахова — друга семьи. Бывшего друга!

Воображение нарисовало образ Галки: строгая, в чёрном деловом костюме, умница, красавица, с печатью утраты на, казалось бы, бесстрастном лице. Есть кому утешить…

Слёзы все же нашли дорожку, тихие ручейки прочертили чистые полоски на грязном лице, в его глазах отражались безмятежно плывущие облака, чужие небеса.

Так же беззвучно плача профессор поднялся на ноги и побрёл обратно в лес. Каждый метр, каждый шаг, приближал его к точке невозврата. Скоро отчаяние заполнит рассудок настолько, что ему станет плевать на всё и всех, включая себя. Человек в таком состоянии, способен на многое.

Глава 40

Краз резко затормозил. Все, кто был в кунге, исключая командира, повалились вперёд. Разный всё же успел воспользоваться даром, собрав на внезапно остолбеневшем теле, половину команды.

— Чё за муйня, Башкирин? Шайтана увидел⁉ — потирая ушибленный лоб, возмутился Облом.

— Сам посмотри, — донеслось из кабины.

Первым, прихватив РПГ, выскочил Боцман. Он был готов ко всему, танк, элита, без разницы. Но это чудо, матёрый иммунный застыл в изумлении.

— Чё это? — из-за спины Боцмана вышел Копирка.

Призрачно-голубоватый водоворот, искрясь мелкими вспышками, занимал большую часть дороги. А в высоту, бесшумное чудо природы, уходило на многие десятки метров.

Грохочущий движок машины наконец-то заглох. Все члены команды взирали на непонятное с открытыми ртами. Почти все.

Разный, матёрый иммунный, уже сталкивался и даже почуял его издалека, не зря же дал команду на остановку. Но тот водоворот недалеко от Эльдорадо, был куда меньше.

Фраер тоже знал, он то и представил аномалию остальным:

— Господа вольные рейдеры! Перед вами Кнутовая нора — прошу любить и жаловать!

— Это та самая хрень… ну, которая сжигает, — спросил Копирка, подходя к аномалии почти вплотную. — Ай б…я! Ты чо творишь?.. Облом сраный!

Слегка толкнув Копирку, Облом со смехом отскочил.

— Отставить! Дети м…я! — командир навёл порядок.

— Да Копирка, та самая, — подтвердил Фраер. — Можешь руку туда сунуть, если не веришь!

— Пусть лучше башку засунет, — предложил Боцман. — Может станет нормальным ксером!

— Да пошли вы!

К своему совету, прислушался только сам Копирка. На всякий случай пристроился за спиной низкорослого Башкирина. Остальные же любовались с близи.

— Появляется где хочет, — продолжил рассказывать Фраер. — Разных размеров. Бывает, что рассасывается, но может произойти взрывной рост.

Услышав последние слова, рейдеры сделали пару шагов назад.

— Расскажи им про последствия, — отдал команду командир.

Фраер демонстративно прочистил горло.

— Да тут всё просто, оказался внутри, считай, что всё! Стерилизующее поле, уничтожает грибок в считанные секунды. Если посчастливится и вытащат, без знахаря умрёшь за несколько минут! Институтские научились их как-то укрощать, но это тайна под семью замками.

Послышалось урчание, рейдеры приготовили оружие. На дорожную насыпь, выскочил матёрый бегун. В общем-то, это всё что он успел сделать. Разный настолько быстро метнул нож, что никто и не понял, включая бегуна. Заражённый упал, а командир посмотрел на Копирку. Вышколенный рейдер, метнулся зачищать.

— Закиньте его в нору, — скомандовал Разный. — Облом, помоги! И нож верни! — последнее Копирке.

Из опаски швырнули метров с двух, дури хватало. Сделали, отбежали, было с чего.

Аномалия отреагировала мгновенно. Яркая вспышка, заставила ахнуть самых чувствительных, будто порошок магния в костёр кинули, на этом спецэффекты закончились. Секунда, две, кожа бегуна стала пузыриться и лопаться, спустя ещё несколько секунд, тело заражённого стало оседать. Через минуту и пару потрясённых охов, на дорожном полотне осталась скудная одежда, повторяющая человеческие очертания.

— Охренеть! — Копирка был в шоке.

Увиденное потрясло всех.

— Наши тела пропитаны спорами, вот что ждёт иммунного в стерильном… смерче, — толкнув короткую речь, командир посмотрел на подчинённых.

— Круто, конечно! А почему такое название? Кнутовая нора… тупо вроде! — повесив автомат на плечо, полюбопытствовал Башкирин.

— О-о! Это очень интересная история! — Фраер сел на любимого конька.

— Расскажешь в машине! — вмешался Разный. — Грузимся, нам ещё в Восточный заезжать!

* * *

Краз трясся, сменяя кластеры, а Башкирин хотел услышать историю про норы.

— Фраер, брат, рассказывай! — крикнул он, из-за баранки.

Тот был совсем не против. Устроившись в проходе, между кабиной и кунгом, прямо на полу, глянул на Разного, точнее затылок спящего командира. Закурил и начал вещать.

— Когда-то, на заре возникновения мира под названием Стикс…

— Ты чё Фраер, сказочник?

— Заткнись Копирка, дай человека послушать! Продолжай, брат!

— Ну так вот… Встретились два Бога, точнее древних… для нас с вами, особой разницы нет! Первый Бог скучал и потому собирал души, назовём его Коллекционер, а второй желал владеть миром, Владыкой будет. Но у них было общее желание, вернуться в старую обитель, не насовсем, а так, посмотреть, себя показать. Коллекционер и говорит Владыке: «А давай поиграем! Я выделю одну душу, ты проведёшь её по чертогам и посмотрим, что из этого выйдет⁉» Ударили Боги по рукам, первый выполнил обещанное, второй повёл душу по кластерам, испытывая её, но не забывая вскармливать.

Замолчав, Фраер театрально медленно затянулся и выпустил дымное колечко.

— Невдомёк им было, что душа-та не простая. Выдернул Коллекционер из небытия, ещё более древнего. Засиделись они на олимпе, зазвездились по-нашему, думали нет никого сильнее их! Да вот ошиблись! Кхы-кхы…

Войдя в роль Фраер прочистил горло и по менторски осмотрел рейдеров.

— Пришелец понял, что его используют, но виду не подавал, так и шёл себе прямо, со всем соглашаясь. Древняя мощь никуда не делась. Простота его козырь — Стикс таких любит, Стикс таких одаривает! Было у него восемь сильнейших даров. Это только те, что я знаю, говорят было много больше! Древняя душа, пришла сюда не в первый раз.

— А какие дары? — не выдержал Башкирин.

Он был в самом невыгодном положении, приходилось следить за дорогой, да и по сторонам поглядывать.

На пассажирском сидении по-царски развалился командир, что успокаивало не сильно, ведь он спал. Вот и приходилось, глядеть во все глаза и напрягать слух, ещё и вопросы задавать интересно же!

— Смотри за дорогой, — не открывая глаз, скомандовал Разный.

— У Копирки, помимо бестолкового, есть и хороший дар. Пространственный карман. Верно?

— Ну, — подозрительно протянул тот.

— Сколько в него груза помещается? Три, четыре спорана⁉ Неважно! У того странника, помещался БТР и дюжина рейдеров!

— Ну ты и загнул! — рассмеялся Боцман.

Раздался смех Копирки.

— Крёстный крёстного рассказывал. За что купил, за то и продал! Я ещё про телепорт не говорил…

— Сказочник!

— Запомни сынок, в каждой сказке есть доля правды!

— Тише трепачи! — сказал своё командир. — Орёте громче КрАЗа!

— Сколько отсюда, до Желанного? — Фраер сбавил громкость, тут же ответил на свой вопрос. — Где-то 55–60 км!

— Не бывает таких телепортеров! — предвосхитил рассказчика Копирка. — Как он может прыгнуть? Не видать же! Или у него зрение орлиное? Хы…

— Нет мой юный друг, зрение тут не причём! Всё дело в памяти! Шестьдесят километров для него пустяк, представил то место и шагнул, позавтракал спокойно в стабе, вернулся и шагает себе дальше!

— Крутые дары, — мечтательно произнёс Башкирин. — Мне бы такие! Контрабандистом бы стал, эх…

— Крути баранку фантазёр, — Копирка заржал, а затем добавил. — Я к контрабандисту ближе, осталось телепортера хапнуть! А тебе со своим клокстопом… тридцать сантиметров, гы-гы-гы…

— Тридцать пять уже! — возмутился Башкирин.

— Гы-гы-гы… Метром тряпочным меришь?

— Заткнулись оба! А-то щас подрежу, нечем мериться будет! — Разный даже голову повернул, что означало, лучше не нарываться.

Те, кто постарше, поумнее, не зря помалкивали.

— Я сука Стикс слушаю, а вы тут как кони! Фраер? — развернулся в проход. — Что ты там в кафешке почувствовал? Опиши.

Мутный сенс задумался.

— Неприятно было… Чавкает что-то, тянет, мягко так и холодно, как болото… И запах!

— Кровь⁈ — уловил Разный.

— Точно, — поёжившись ответил тот.

Команда молча переводила взгляд, то сенса, то на командира. Один водитель мучился, пытаясь уловить хоть что-то затылком.

— Ну тогда спокуха! — расслабленно выдал Разный. — Ушёл он, далеко, не вижу!

Шумно выдохнул Облом, а за ним все остальные. Копирка пытался посмеяться, не совсем понимая о чём речь, но вовремя опомнился.

— Харэ уже древних вспоминать, — судя по взгляду, командир не шутил. — Накликаете, черти!

Суеверный рейдеры дружно закивали головами.

Глава 41

Очередная ночь на чужой планете прошла спокойно. Глядя на окружающую природу, Сухмет сильно сомневался в чужеродности. Туман по утрам, количество озёр, да и сам лес. Он бывал в подобном месте на земле, между Петербургом и Петрозаводском. Несмотря на утреннюю прохладную сырость, впечатления остались самые приятные, что немудрено. До этого Сухмет провёл месяц в центральной Сахаре.

Вода в озере, коих по пути попадалось множество, была как парное молоко. Парню не хотелось выбираться на берег, и он придумал причину продлить удовольствие. Ибн, несмотря на абсолютное послушание, не был тому рад. Сухмет понимал, профессор рассказывал о причинах. У заражённых температура тела выше, чем у иммунных, а вода способствует лишь охлаждению организма, в итоге и без того вечно голодный заражённый начнёт испытывать мучительные спазмы. Грубо говоря, готов будет сожрать целую корову.

Сухмет к тому готов, что-нибудь найдёт. А пока.

Ибн зашёл по пояс, подчиняясь воле хозяина, неохотно окунулся.

— Урх, — прозвучало почти по-человечески. Ребёнок не хотел купаться.

А Сухмету надоела вечная вонь под боком, как на скотном дворе, только много хуже.

Медленно, затем чуть быстрее, Ибн стал тереть себя лапами и приседать. Участие хозяина почти не требовалось. Отойдя от слуги подальше, Сухмет занялся тем же. Закончив с помывкой, он простирнул робу, без мыла толку мало и просохнуть не успеет, но его это не волновало, не нравилась вездесущая вонь.

Руки заняты, а мысли свободны. Ибн получив команду с радостью выскочил на берег. Сухмет же, принялся размышлять. Он знал, что может подчинить и других слуг, ещё двоих, возможно троих, жаль не сильных, недавний опыт это показал. Но это дело наживное, успокаивал он себя. Тот старый призрак, говорил про подчинение, что не очень понятно. Как это, они слушаются другого заражённого? Где тут порядок? Хозяин должен быть один!

Сухмет посмотрел на слугу и тот принялся приседать.

Разве он может кем-то командовать?

Вспомнилась сильная женщина, у неё было два подчинённых, оба сильнее Ибна.

Новый взгляд на заражённого, он бросил приседания и принял упор лёжа.

«Не скоро он станет таким, ох не скоро,» — подумал Сухмет, напяливая мокрую робу.

Рюкзак за спиной прибавил неприятных ощущений. Но тут ничего не поделаешь.

Ослабив контроль, он направился в лес, несло оттуда кислотой и дымом, Ибн побежал следом.

Тропинка появилась неожиданно, густая растительность сменилась натоптанной полосой, что виляла меж деревьев. Подивившись местному чуду, Сухмет пошёл дальше. Спустя пару сотен метров, он услышал неясные возгласы, крики, судя по всему мужские, запах дыма усилился.

— Колян братан, ты чё творишь? Это ж я Вовка! А-а, — крик закончился булькающим звуком, переходящим в довольное урчание.

«Знакомая мелодия,» — подумал парень, выходя на поляну.

Избушка, или скорее зимовье, рядом с неизменным озером из трубы шёл слабый дым. Недалеко от покосившейся двери пировал заражённый в камуфляже, за спиной болталась двустволка.

Ибн сорвался, выполняя команду и через пару секунд навис над пустышом. Тот, бросив насыщаться стал поворачивать голову, слуга помог продолжить. Быстрым движением на сто восемьдесят градусов.

— Ешь, — бросил Сухмет, проходя мимо. Для него сантименты закончились, есть еда и едоки.

Зайдя в избушку, быстро её обыскал. Не сказать, что сказочно обогатился, но теперь он мог сварить кашу и даже с мясом. Слюна стала выделяться сама собой. Горячая пища, вот чего не хватало последние пару дней. Как бы плохо не было в плену, а кормили там отменно.

Несколько пакетов с лапшой быстрого приготовления, чай, соль, сахар, небольшой котелок, всё полетело в рюкзак. Нашлась вода в бутылках, ну и конечно же водка.

«Местное население, без спиртного жизни не представляет,» — брезгливо подумал Сухмет. Но нос воротить не стал, теперь это и его касается, до конца дней.

Охотничье ружьё осмотрел без особого интереса; много шума, мало толку, у него есть автомат. А вот хороший нож с кровотоком, пригодится. Особо порадовала сменная одежда, немного не по размеру, но кого это волнует. Скинув опостылевшую арестантскую робу, с удовольствием надел чистое, сухое. Радость от приобретения сменилась тревогой, получилось это внезапно, как смена личности у шизофреника, раз и минус. На улице заурчал Ибн, непонятно кому чья тревога передалась, не став разбираться Сухмет выскочил на улицу.

Слуга бросил еду, что неслыханно, и нетерпеливо подпрыгивал на месте намереваясь дать дёру. Слабый раскат грома над головой, послужил сигналом, мало что, понимая, парень бросился в лес. Истошно урчащий Ибн обогнал его, когда по земле стал стелился туман, завоняло ядрёной химией. Шаг за шагом, Сухмет буквально чувствовал, как смерть протягивает когтистую лапу, сейчас она схватит его за шкирку и потащит назад. Пришлось давить возникающую панику, что не помогало, ноги ускорялись сами по себе.

Закончилось всё так же, как и началось, внезапно. Ощущение, что его сейчас схватят исчезло, туман остался позади. Отдав приказ слуге, запыхавшийся Сухмет остановился.

— Перезагрузка, — догадался он, глядя как зарождается новый кластер.

Гром и молнии сходили на нет, дымка рассеялась, являя на свет пустой берег. Охотничьего домика как небывало.

«Чудо,» — подумал парень. Чужой мир, показывает свои тайны.

Возвращаться смысла не было, оставалось только порадоваться что успел собрать припасы и переодеться.

Заглянув в карту, Сухмет направился в лес, осточертела холодная пища, он намеревался развести небольшой костерок и заварить лапши.

Молодой иммунный имел минимальное представление о мире, в котором находился. Что-то узнал от профессора, до некоторых вещей додумывался сам. Как и с лесом, он понимал, что заражённым тут делать нечего, основная концентрация их в населённых пунктах. Может быть поэтому, когда лес неожиданно закончился, Сухмет почувствовал себя голым.

Впереди простиралось свежевспаханное поле, за ним виднелась полоса трассы и собственно населённый пункт. Вовсе не деревушка и не город. Вырастающие среди полей пяти и девятиэтажные дома смотрелись странно, будто осколок города или микрорайона. Подул ветерок, принесший с собой запах пашни и тухлого мяса, было что-то ещё, нечто неуловимо ускользающее связанное с запахом. Другим, что тесно сплетён с даром. Ибн начал нервно озираться, должно быть почуяв еду и Сухмет окончательно потерял, то, что пытался поймать.

— Пошли, — недовольно произнёс мужчина и тронулся первым.

Пришлось добираться до искусственной лесополосы, разделяющей поля и уже вдоль неё идти до трассы. Сколько Сухмет не всматривался, никакого движения не заметил, птицы не в счёт.

Ему хотелось охватить вниманием каждый куст и закуток перед трассой и в какой-то момент парень понял, что видит не своими глазами, точнее не только своими. Когда пришло осознание факта, картинки разъединились, создав жуткий дискомфорт. Едва не упав с непривычки, Сухмет догадался закрыть глаза.

И о чудо! Мир засверкал новыми красками. Листва и трава, стали насыщенно зелёными, а небеса засинели. Парень с удивлением посмотрел на слугу да ошибся с местоположением, там оказался куст, секундная растерянность и тут дошло, повернул голову в другую сторону, чтоб увидеть низкорослого доходягу в камуфляже, который стоял с закрытыми глазами, за спиной болтался автомат.

«Странно видеть себя со стороны,» — подумалось Сухмету.

Но то было не так интересно, потому парень принялся разглядывать окружающий мир с жадностью и любопытством младенца. Осколок города пребывал в туманной дымке, должно быть зрение не так совершенно, как у человека. В небе парили буроватые пятна — птицы. Такие же, только ярче, были поблизости. Дерево в пяти метрах, небольшое пятнышко. Вот почему возбудился Ибн, он увидел белку, слуга опять голоден. Почувствовав подступающую дурноту, Сухмет вернулся, резко оборвав все связи, ощутив неприятную пустоту, будто лишился чего-то важного.

— Уррх…

Чужое урчание отрезвило, буквально вырвав его из слабости. Вовремя! Зубы клацнули в миллиметре от лица обдав смрадом из пасти. Не удержавшись, Сухмет упал на спину, тут же приняв на себя вес горячего тела.

«Что за дела? Где Ибн?» — подумал парень, открывая глаза.

Увидев своего слугу, моментально пришёл в себя и дёрнул за ниточки. Так ему представился дар.

Ибн сначала обмяк, а затем руководимый хозяином, резко поднялся опять уставившись на то дерево.

«Ты слишком сильно его привязал!» Вспомнились слова того призрака.

«Так вот, как оно бывает!» — подумал Сухмет.

Он вспомнил как спокойно спал, пока его охранял Ибн и поёжился.

Вот что это значит! Слуга не мог напасть, потому что считал хозяина частью себя… И сейчас считает!

Он разорвал связь, не понимая, что делает, можно сказать случайно и теперь знает, каково это. Призрак прав во всём, это больно и его придётся убить! Но не сейчас. Понимая, что тянет время, Сухмет направился в сторону города.

Глава 42

Страшно подумать на какие выверты способно сознание иммунного. Кто бы что не говорил, не доказывал с пеной у рта, пусть даже умудренные опытом институтские: «На Стиксе мол, есть люди и заражённые!»

Правду знают единицы, ну, возможно, кто-то строит догадки.

На Стиксе нет людей! И вопрос тут, вовсе не в моральных устоях. Попав в этот мир, человек приобретает пассажира, который будет управлять им до конца дней. Тех, кто не справился с воздействием, в простонародье заражённых, пассажир контролирует практически полностью, оставив за ними, лишь выведение отходов жизнедеятельности. А с другими, коих намного меньше, чуть сложнее, но сути это не меняет. Человек в симбиозе с псевдо-разумным организмом, уже не человек! Микоризы грибка, по сути, корни, проникают в святая святых — мозг. А если у тебя в голове чужие корни, то кто ты? Вопрос на миллион!

Сухмет многого из того не знал и вообще не думал об этом. Стоя на окраине села, в котором родился, он смотрел на играющих детей и не было ничего удивительного, что в одном из них, парень узнал себя. Худой, коротко стриженый мальчишка прятался за кустом, в руке деревянный меч, за спиной неказистый лук. Ещё секунда и он нападёт на крадущегося противника.

Напряжение… прыжок! Мальчишки с криками покатились по скудной траве; ссадины, ушибы, обычное дело. Так, в своё время играли их отцы и деды, с возрастом игры менялись, деревянное оружие превращалось в настоящее. Вся жизнь война!

Сухмет уже начал умиляться, воспринимая картину как должное. Но дальше всё пошло не так. Внезапно, его маленький двойник впился зубами в горло противника, тот начал кричать, пытаясь скинуть озверевшего товарища. Поздно спохватился, крик перешёл в бульканье, и жертва затихла. Маленький убийца поднял голову, уставившись на Сухмета и тот вздрогнул, не ожидая такого. Напугали вовсе не окровавленные зубы и белёсые глаза. Лицо!

Отец⁈ Острые скулы сурового мужчины, сменились материнской мягкостью и тут же мудрым взглядом деда. Существо поднялось и в следующее мгновение оказалось рядом с парнем.

— ОТПУСТИ!!! — многоголосо гаркнула тварь.

Сухмет, в страхе шарахнулся назад и заваливаясь на спину, проснулся.

Сумерки раннего утра и резкое пробуждение мешали обзору. Где-то беззаботно поёт проснувшаяся птица, влажно и холодно. Ибн находился в трёх метрах, на небольшом возвышении, взгляд прямо в глаза, пятка носок, пятка носок. Сухмета раздражала эта привычка слуги, как он не пытался контролировать, в период вынужденного безделья Ибн превращался в жуткий маятник.

— Что уставился? — парень бесился из-за собственной слабости во сне.

Слуга жалобно заурчал, понятно, о чём — он опять голоден. Сухмет перед сном скормил ему консервированную кашу, с чего толку почти не было. Умяв угощение чуть ли не с банкой, Ибн сразу же засуетился, бросая голодные взгляды в сторону городского кластера. Получается только аппетит раззадорил. Пришлось успокаивать.

— Стой спокойно, — сказав, Сухмет поднялся.

Небольшая разминка после жёсткой кровати из веток, глоток ненавистного пойла, и он готов.

Странности в, казалось бы, городском квартале, он заметил ещё вчера. Сегодня же убедился. Это и в правду осколок микрорайона, окружённого полями и судя по состоянию зданий, находится здесь не первую неделю. Окна выбиты почти везде не взирая на этаж, первые так вообще разгромлены. Улицы заполнены машинами различной степени разбитости и погорелости, будто Армагеддон пришёл, а затем ушёл. Ну и конечно же запах, несмотря на отсутствие разлагающихся трупов, воняло немилосердно.

Сухмет бывал в одной деревушке, после того как её посетили радикалы, ещё в юности. Несмотря на наличие опыта в подобных делах, он тогда хорошенько проблевался, было с чего. Обезглавленные трупы жителей, стояли вдоль заборов, «гости» привязали их проволокой, прямо через вспоротые животы к позвоночнику.

Здесь же, в городском кластере, из останков только разодранная одежда и бурые пятна на асфальте, сожрали даже кости.

Ибн не расстраивался, крутя уродливой башкой на сто восемьдесят градусов, выискивал высматривал и ведь нашёл же. Не взирая на приказ держаться рядом, бесшумно прыгнул под грузовик, прямо так, с места. Сухмет даже испугаться не успел, Ибн уже грыз кого-то злобно шипящего. Две минуты и тот поднялся, весь в крови и рыжей шерсти. Парень не мешал насыщению, а сейчас смотрел на слугу с укоризной. Но поняв бессмысленность действия, отвернулся, недалеко находился сетевой магазин, путь лежал туда.

«Не зря ли я сюда зашёл?» — подумал Сухмет зажимая нос.

Что не очень-то помогало, от вони резало глаза и подташнивало. Причина тому, точнее несколько причин, лежали там, где их нашла смерть. Не самые крупные особи, Сухмет видел такого на берегу реки, с костяными пятками и наростами по всему телу.

Всё ещё зажимая нос, он посмотрел на Ибна, тот пошёл не спеша, словно боялся мёртвых тварей, но постепенно осмелел. Подобравшись к ближайшему трупу, жадно принюхался, затем схватил его за лапу и дёрнул. Раздался противный хруст. Ещё рывок, обнажилась кость предплечья. Слуга перестал тратить силы, припав к образовавшейся ране, принялся жадно насыщаться.

«Пару дней точно лежат,» — определил Сухмет отворачиваясь.

Один из заражённых подыхая свернулся калачиком, показав вскрытый затылок во всей красе. Несколько пулемётных гильз парень заметил раньше, калибр 14,5 это не шутка.

Бой произошёл достаточно давно, потому Сухмет спокойно прошёл вглубь супермаркета, нужны были кое-какие «покупки». К тому же вид жрущего Ибна настроения не улучшал.

Но, как говорится, в каких-то стихах, а может даже песнях, «недолго музыка играла».

Спокойное время препровождения закончилось с приходом Смрада. Этот запах заходил не носом и если к присутствию слуги Сухмет привык, попросту связав его родственными узами, то к этому «зловонью» придётся подбирать ключик посерьёзнее.

— Ибн! — забыв об осторожности крикнул Сухмет. Но всё равно не успел.

Остатки входной группы, сквозь которые они прошли пару минут назад, разлетелись брызгами стекла и пластиковыми остатками. Влетело такое чудовище, что парень забыл слово дар. Разметав ближайшие стеллажи, вместе со слугой, урод повернул обезьянью башку поведя носом. Хищные глаза видели всё.

Жалобное урчание Ибна, который чудом выжил; оседающая пыль и нетерпение за спиной твари, та пришла со свитой. Сухмет, находясь за стеллажом со специями, грохнулся на задницу вспомнив вдруг, что он не простой смертный. К твари потянулись незримые нити.

Да это же обезьяна!

Внешний вид плюс ментальная связь, картина начала вырисовываться. Настоящая, агрессивная горилла. Тварь, заметив Сухмета, начала это доказывать, единственный прыжок и она у стеллажа, взмах лапой — дорога полностью очищена. Дальше, пошло не по плану.

Заражённый завис над Сухметом, казалось бы, в нерешительности, так выглядело со стороны. На деле же, молодой поводырь сумел взять бывшую гориллу под контроль, слабенький, но всё-таки.

Ему повезло. Матёрый рубер произошёл из примата и похоже не особо одарённого. В ментальных делах, важны умственные способности вида, кто ты, без разницы, хоть заражённая свинья они тоже плотоядны. Повезло, потому что горилла изначально звёзд с неба не хватала, брала чистой силой. А сейчас, заражённый засунул большой палец правой лапы в рот и посасывал, это Сухмет баловался с даром. И вообще, он был доволен, даже о расходе сил не думал. Ведь Ибн теперь главный!

Ещё бы, огромная тварь подчинялась, на одной ноге постоит, на другой, а вот и задницу почесала. Парень смеялся как ребёнок. Будь тут его наставник, подзатыльником бы не обошлось. Сухмет позабыл простую истину. Не расслабляйся в окружении врагов!

А таких хватало!

Вновь брызнули стёкла, разнокалиберные заражённые числом не меньше десятка, заскочили в зал супермаркета. Мяли всё: кости, разбросанные продукты; голодные взгляды во все стороны.

Но главное в другом, заражённые люди, что было видно по строению тел хищников, потеряли полководца, того кто их направлял. Первоначальная растерянность прошла, еда в приоритете… Всё бы ничего, но первый вдруг сменился! Был большой и злой, а сейчас мелкий, трясётся, гадит, не сходя с места — неправильно это! К тому же, первый меняется если его съели, а этот стоит, целенький!

Пока Сухмет судорожно соображал кого ещё брать под контроль, стая синхронно оценила состояние бывшего вожака. Сначала решился молодой рубер, за ним топтун, плавно обогнули трясущегося Ибна (он пока что «первый»). Остальные члены стаи сорвались как по команде, началось кружение, как хоровод. Но конечной целью будет смерть.

Находясь в центре круга, Сухмет всё понимал. Новый вожак, назначенный им же, слаб, и дело не только в физических показателях. Он просто не мог контролировать такое количество развитых заражённых.

Молодой рубер чиркнул когтями по шее бывшего вожака, тот не отреагировал, даже не уркнул, пока что не страшно, царапины. Сухмет, оставаясь незамеченным в центре круга, сделал несколько шагов на выход из западни. Это сейчас его не видят, он погонщик, но что будет, когда заражённые разберутся с важаками? Ибну тоже конец, останься он тут, а Сухмет этого не хотел. Уходя сам, он тянул за собой «конечность».

В ответ на действия погонщика дёрнулся и рубер. Это стало ошибкой. Стая набросилась словно единый организм; ошмётки плоти, кровь, во все стороны.

Сухмет проскользнул меж взбудораженных заражённых, путь лежал в центр магазина, жалобно урчащий слуга бежал параллельно. Парень чуть не упал, подбирая с пола пакет с печеньями. Ему приходилось делать сразу несколько действия, держать контроль над рубером, бежать и собирать. К счастью, дверь запасного выхода оказалась недалеко, подобрав по пути ещё несколько «покупок», он выскочил на улицу. Быстрая пробежка через дорогу, затем двор дома. Ибн обогнал его на детской площадке и только здесь, Сухмет отпустил рубера, в надежде, что с ним уже покончено, а стае будет не до него.

Странно, но особая усталость навалилась только сейчас, ему будто передышку дали. Зато теперь, у парня подкашивались ноги, он чуть ли не падал, перепрыгивая через ограждения.

«Так не пойдёт,» — подумал Сухмет, направляясь к одному из подъездов.

Дом был высотный, так что пришлось попотеть, добираясь до выхода на крышу. Тяжело дыша, он сбросил скарб и рухнул на кровлю.

Едва не погиб! Пора прекращать такие эксперименты… Но ведь он смог! Кое-что помешало! Раздумывая над причиной, Сухмет посмотрел на слугу.

В плане физподготовки, он выглядел много лучше хозяина. Но всё равно слабак, в сравнении с той машиной, заточенной строго на убийство. Ибн пустое место!

* * *

Когда он ещё был ребёнком, отец учил.

Сила в вере, сынок! Чем сильнее вера, тем крепче бойцовский дух!

Сухмет не понимал, этих слов. Где сила? А где вера? Он представлял это, как двух людей. Один молодой, сильный с оружием в руках, второй же, виделся дряхлым стариком в чалме, трясущиеся руки опирались на палку.

Уже позднее, его отдали на обучение. Школа была не простой, с разносторонними уклонами, религия имела решающее слово. Помимо верхушки общих знаний, учили мужской науке: воевать, убивать. Отработанная веками система, давала ростки на благодатной почве.

Год за годом, он приобретал веру и силу. В конце обучения, парень и думать о словах отца забыл, точнее не сомневался в их правдивости, напомнили. И ещё как!

Праведник, обязан жить по канонам, небольшие исключения, конечно, были, ведь шла война! В стане врага все способы хороши, а главное, ты не должен от него отличаться, до поры.

После нескольких лет обучения, Сухмет вернулся в отчий дом. Насколько он не хотел уезжать отсюда, настолько же не жалел о прошедших годах, повзрослел. Счастливый парень влетел в отчее гнездо, с желанием поделиться с отцом и братьями, показать каким он стал.

Дома никого не было, соседи сказали, что мать в больнице на лечении, отец на службе, будет вечером. Про братьев, они ничего не знали. Парень залетел домой, слегка подкрепился и настолько переволновался, что просто непросто уснул.

Пробуждение вышло странным, возможно виной тому мягкий матрас, в школе лучший вариант доски и циновка, а то и просто на земле. Он будто увяз в постели, а стоны, что доносились из родительской спальни, ввели в полный ступор. Мать не могла не заметить присутствие сына, обязательно бы растолкала и расцеловала, на то она и женщина.

Осторожно, чтоб не потревожить родителей, парень вышел из комнаты. Каково было его удивление, когда в коридоре, нашлись женские туфли, ладно бы просто стояли, так валялись же по пути, будто скидывали в спешке. И платье! Напоминающее накидку шлюхи, таких у мамы точно не было! Предполагая что-то скверное, Сухмет услышал громкий женский смех и довольный голос отца, он хвалил чужую женщину. Он бы никогда не решился зайти в родительскую спальню, исключая приглашение. Но того и не понадобилось, она вышла сама, одетая только в отцовскую рубашку, даже застегнуть поленилась.

— Ой, — заметив парня, блондинка смущённо прикрыла рот.

Сухмет остолбенел, он ещё никогда не видел обнажённую женщину, да такую красивую. Длинные ровные ноги, частично прикрытый рубашкой темнеющий треугольник. В последний момент, красотка запахнулась и заскочила в комнату. Вильнувшие ягодицы вызвали дикое желание.

— Там мальчик! — девушка хихикнула.

— Какой ещё мальчик, — не понял отец. Дошло быстро. — Ах… Сухмет сынок⁉

Родитель выскочил в дверь, прикрываясь одеялом, тем, под которым они спали с матерью.

— Ты когда приехал? Почему не позвонил? — губы расплылись в улыбке, аккуратная бородка, была в чём-то белом.

Желание как появилось, так же и пропало, уступая место праведному гневу. Блондинка не права, это уже не мальчик, он солдат, он убивал. В данный момент, парень боролся с сыновьими чувствами.

Как такое возможно? Это же отец! Человек, которого он ставил в пример ученикам школы и даже наставникам. Все относились к его словам с уважением, ему верили! А тут шлюха в рубашке… Получается он Сухмет их подвёл⁉

Родитель прочитал борьбу, в глазах сына и совершил ошибку, решил включить строго отца:

— Что встал как статуя? Иди к себе в комнату и помолись, поговорим утр… охх…

Родитель не сумел договорить, помешал нож в горле. Сухмет метнул его на автомате, не зря хвалил наставник, называя рукой кобры — лучший на курсе! Познавший это отец, хрипя рухнул на пол, шлюха завизжала. Парень и не думал останавливаться, ловко перепрыгнув через умирающего, оказался в святая святых, родительской спальне, схватил блондинку за волосы и выволок в коридор, само её нахождение там, было кощунством.

— У меня есть деньги… Пожалуйста, не надо! — запричитала девушка, с ужасом сползая с трупа любовника.

Кому она это говорит? Кого умоляет? Девушка не подозревала, что своим появлением разрушила главный идеал — точку опоры! Парень не знал, как дальше жить, кому верить. Но жёсткие постулаты, забитые с младенчества, выпестованные в школе, сбоя не давали!

Это слабость! А вера не терпит слабаков!

Сухмет не забывал о той ночи ни на минуту, ему было пятнадцать, когда он убил отца и его любовницу, тем самым перечеркнув всё — настоящее, будущее. Не зная, что делать дальше, позвонил наставнику. Он приехал, всё понял, поддержал и сам вызвал полицию. Дальше суд и десять лет перевоспитания в тюрьме, приговор был очень мягким.

Вспомнив прошлое, в котором не было места сожалению, он вновь посмотрел на слугу.

Непонятно как работает эта привязка, но то, что Ибн засел глубоко, ясно без всякого самокопания. Боль, вот что будет!

Сухмет знал, что нужно делать, но не сегодня. Перекус, живчик и спать… ближе к утру, он наведается в тот магазин, может даже повезёт.

Глава 43

Что есть везение? Кто-то скажет, выиграть в лотерею и больше не работать! А другой сумел избежать наказания, за совершённое преступление. Третий с ними не согласиться, для него везение, это повстречать человека, с которым можно прожить до конца дней! У всех свои понятия! У Сухмета тоже было чем похвастаться. Вот только он не станет этого делать, во-первых, не перед кем, а второе, парень не считал вмешательство Бога, везением.

Он получил пожизненный срок, за убийство полутора десятков человек, в суде это назвали терактом. По счастливому стечению обстоятельств, попал на чужую планету и сумел сбежать из-под стражи. Дар… И здесь помог Бог! Помощь продолжилась.

Сухмет все же вернулся в тот супермаркет и в данный момент, смотрел на обглоданные костяки монстров. Воняло, однако, немилосердно… Трупов прибавилось, порадовал самый большой. Стая всё-таки убила своего лидера. Насколько можно быстро почистил трёх заражённых, собрал что-то из продуктов и покинул злачное место.

Уже за городской чертой, он расслышал приближающийся шум, с южной стороны замелькали проблески автомобильных фар, шум усиливался. Спрятавшись за деревьями, Сухмет наблюдал за тем, как в городской кластер заезжает большая колонна. Ничего удивительного что они не таились, он насчитал не меньше трёх десятков единиц крупногабаритного транспорта, танки, БТРы. Техника быстро расползалась по микрорайону, в центре началась стрельба, судя по мощности, Сухмет определил ЗУшку.

«Пора уходить,» — подумал он, поворачиваясь спиной к городу.

— А ну-ка стоять свежачок-петушок! — неприятный скрипучий голос раздался справа.

Сухмет, естественно, остановился, поднял руки и больше не двигаясь скосил взгляд. Рассвет только обозначился, разглядеть, однако, можно. Мелкий мужичок с неопрятной бородёнкой, вряд ли он соперник, но вот дуло калаша аргумент серьёзный.

— Ассала малейкум, брат! — произнёс парень, елейным голоском. — Зачем оружие на меня поставил? Абдуло мирный! Абдуло домой идти! Жена дети ждать!

— Это ж надо, какой узюм попался! Абдуло-мабдуло… ну-ка повернись. И не дёргайся, от Пиковых ещё никто не уходил!

Сухмет исполнил приказ, вспомнилась мазня на стене магазина в деревенском кластере, всплыли изуродованные тела. В глаза ударил свет фонаря.

— Вот те раз, в натуре узюм! Гы… чего ты там трындел? Мирный⁉ Автомат-то мощный!

Пока мужичонка болтал, Ибн обходил его сзади. Во истину дьявольское существо, прошёл несколько метров абсолютно бесшумно.

— Как ты сказал, жена дети? — пиковый облизал губы.

— Да, да, — радостно подтвердил Сухмет. — У Абдуло есть большой дочь, замуж надо!

— Гы… Замуж это хорошо, у нас женихов эх… Ты рюкзачок то скидай, без надобности он тебе, тихонько тока!

Сухмет не стал спорить, взялся за лямки, а пиковый похоже что-то почуял, стал поворачивать голову. Ибн, подчиняясь приказу сместился в другую сторону, затем в обратную. Мужичок пожал плечами и резко развернулся, к его несчастью, не в ту сторону, третья рука погонщика метнулась к горлу. Короткая очередь, матерная тирада, перешедшая в затихающий хрип, почти сразу послышалось чавканье.

Сухмет, подхватив оружие и вещи, поспешил к своей жертве. Ибн, успев обглодать горло отошёл на пару шагов, сам бы он ни за что так не поступил. Парень в это время сорвал несколько лопухов и бросил их на горло дабы прикрыть фонтанирующую кровь, тут же принялся за обыск. Понимая, что выстрелы скорее всего слышали, он управился за минуту, подхватил чужой рюкзак и пригибаясь побежал прочь, Ибн, получив разрешение, забрал своё.

Глава 44

Паривший чёрный ворон, гулко, по-старчески каркнул, пролетая над спальным районом города. Некогда тихое место, превратилось в громыхающую червоточину, каждый день что-то взрывалось, горело, дымило отпугивая вчерашних птенцов. Раньше, он был таким же пугливым.

Старый ворон не помнил, когда это происходило, пятьдесят, может сто зим назад. Но в странной птичьей памяти, сохранилась картинка, когда он летит в стае, а солнце греет перья на спине. Он летел на запад, а впереди зияла гигантская червоточина. Искрясь непроглядной темнотой, она засасывала всех, кто пролетал мимо. Старый ворон мог взять южнее и облететь напасть по большому кругу, но момент был упущен, чёрное нечто приближалось с каждым взмахом крыла.

Сервий проснулся, чувствуя жёсткость парковой скамьи, его это не особо волновало, скорее забава, почувствуй себя смертным. Молодой старик улыбнулся проскочившей мысли, тут же забыв о ней, вспомнилась причина пробуждения. Грядут изменения, он никогда не видел снов, вернее сказать, забыл, когда это было в последний раз. Это ведение, очень напоминало сон, но таковым никак не являлось. Дар!

Приняв сидячее положение, Сервий огляделся. Парк был частью городского кластера, слева приличных размеров озеро, по центру беззаботно плавали утки, справа детская площадка, несколько пар родителей с колясками и различным детским транспортом, всё ещё возились со своими чадами. Кластер перезагрузился не так давно.

Когда несколько часов назад Сервий устраивался на отдых, здесь была полная разруха. Скамья, на которой он изволил почивать, единственное что уцелело.

Что же это значит? Что говорит мне Стикс? Война? Нет, глупо так думать… Стикс — вечная война! Солнце грело перья на спине, я чувствовал тепло! Но был и холод, от той червоточины веяло…

— Ай мама… ты что, больно! — звонкий детский крик, прервал ход мысли.

Мальчишка лет шести попятился, резко развернулся и слал улепётывать от свежей пустышки, мимо горок, качелей и других взрослых. Одни непонимающе смотрели на явный беспредел, а другие пускали слюни и хватались покрепче за своих детей.

Сервий, за время своих путешествий, видел подобное сотни раз и уже намеревался уйти в место поукромнее, мысль требовала развития. Помешал мальчишка. Нет, он не был добрым самаритянином, дело в другом. Ребёнок целенаправленно бежал в его сторону, он видел Сервия. А это, чего-то да стоит.

— Дядя! Скажи маме, она кусается!

Мальчонка забежал за спину и вцепился в штаны, казалось бы, безучастному мужчине. Сервий коротко глянул на него и увидел взгляд озлобленного волчонка, устремленного на бывшую мать.

— Уверен, что хочешь этого? Хм… — он привлек внимание ребенка, чтоб удостовериться.

Сервию понравился взгляд, сочетание боли, злости и азарта. Такой стереотип встречается не часто, по его примерным подсчётам, один на десять тысяч, к тому же иммунный. Счастливчик вдвойне!

— Дядь, а можно чтоб она этого не делала? Страшно… мама не такая!

Ребёнок сам того не понимая подписал мамаше смертный приговор.

Пустышка была уже в трёх метрах.

— Проглоти язык, — приказал Сервий, бросив на неё мимолётный взгляд.

Слова были для зрителей, так сказать понты. Динозавр мог убить молча, даже не глядя на жертву.

Некогда молодая девушка вдруг захрипела, хватаясь руками за горло, красивые ноги подогнулись в коленях, а инерция доделала остальное, кубарем да с треском распласталась у сапог Сервия в нелицеприятной позе.

— Смерть не бывает красивой, — философски заметил он.

Мальчик выглянул из-за его спины и нерешительно вышел. Что интересно, смотрел он вовсе не на бывшую мать.

— Дядя, а почему они к нам не бегут?

Сервий равнодушно посмотрел на детскую площадку, пустышей там прибавилось, помимо родителей, пожирающих самых слабых, крутилось ещё с полдесятка заражённых в спортивной экипировке, смотрели они куда угодно, только не в их сторону.

— Это Стикс, мальчик! Никогда не знаешь, что будет через пару минут!

Словно в подтверждение или по чье-то воле, с детской площадки сорвался один из «спортсменов». Подбежав к распластавшейся пустышке, он вцепился зубами в её горло, раздались чавкающие звуки и довольное урчание.

— Он её ест! — ребёнок, что стоял всего в паре метров, нисколько не боялся, даже напротив, смотрел на действо с неким восхищением.

— Да, они много едят и растут! — ответив, Сервий ещё с большим интересом всмотрелся в ребенка. «Это я удачно зашел!»

Недалёкое урчание октавой пониже, заставило пустыша дёрнуться, он был ещё слишком глуп, чтобы убежать, за что и поплатился. Миновав всех, по спортивной дорожке подбежал матёрый лотерейщик. Не став миндальничать, он просто схватил бестолкового пустыша за шею. Раздался неприятный хруст, тело обмякло, звучно опорожнив кишечник. Лотера это нисколько не смутило, впрочем, как и зрителей, заражённый принялся насыщаться.

Ребёнок смотрел на него во все глаза.

— Он нас не видит… Это же волшебство дядя? Ты маг?

— Маг⁉ — Сервий попробовал слово на вкус и остался доволен. — Меня по-всякому называют!

— Я тоже так хочу! — смерть матери и все остальные события забылись как несущественные. Хотя скорей всего детский мозг из-за насыщенности событий не все осознает. Оно придет… позже.

— Это не просто! Тебе сколько лет?

— Семь! Скоро, летом… Потом в школу, — мальчик скривился.

— Лет через двадцать, что-то сможешь, если будешь стараться!

Судя по сосредоточенному выражению лица, ребёнок что-то считал, затем пустил в ход пальцы и наконец:

— Да… Научи дядя, я буду стараться и мороженное просить не буду, — зачастил малец. Видно, такая учеба его не пугала. — А ещё, мне мама книжку читала, — взгляд на жрущего лотера, мелькнула капля злости. — Там один маг, приказывал оркам… те не хотели, рогами крутили, но делали…

— Пойдём мальчик, — Сервий не стал брать его за руку, отвык от такого действа. — Нам предстоит долгий путь!

Мальчишка послушно побежал за ним.

Глава 45

— Нет Галчонок, ты не права, на завтрак был омлет с кофе, в обед… э… дай бог памяти! Суп с фрикадельками и винегрет!.. Да что ты говоришь, милая, когда я тебе лгал? А на ужин… побалую себя мясом, красное вино думаю подойдёт! Нет, нет… какая ещё кровь⁈

Карельский шёл по лесу автоматически переставляя разбитые ноги. Если посмотреть на него глазами рядовой домохозяйки — сущий кошмар, наркоман, срочно вызывать полицию, у меня дети, они это видят!

К счастью домохозяек, такое, они увидеть не могли, только не в своём мире. Некогда интеллигентного вида профессор, а по-другому быть не может, пребывал можно сказать в стадии перехода, не важно куда, важно как! А ещё нужно заметить, что Карельский жуткий счастливчик. Бродя третий день примерно по одному и тому же маршруту, к реке он выходил не менее пяти раз. И за это время никак не мог попасться на глаза заражённым, а они там были.

Спроси у любого иммунного, прожившего на Стиксе хотя бы месяц. Как?

Он скажет, Стикс сохранил! И будет прав!

Потому как невозможно куску окровавленного мяса долго находиться среди хищников. Карельский именно так и выглядел. Многочисленные ссадины, кровавые потёки и ушибы, делали его похожим на свежее-восставшего покойника, пустой взгляд тому способствовал. А уж кривые язвы на лице, вызванные споровым голоданием и постоянно кровоточащий нос, не оставляли не единого шанса на благоприятный исход, здесь поможет только чудо, никак не слюни, потекшие после разговора о мясе с вином.

Профессор практически ушёл! Так было на Стиксе.

А в другой реальности, о которой знал только он сам, происходила прогулка по красивому осеннему парку. Дворник недавно прошёлся триммером, потому пахло свежескошенной травой и особым запахом дуба. Приятное сочетания бодрило обоняние и профессору хотелось почитать жене стихи, а она почему-то говорила о еде. Устроила ему форменный допрос, а ведь Галка никогда не опускалась до бытовых мелочей.

— Я в порядке, милая! — сказал он, идущей рядом жене.

Попытка взять её за руку успеха не принесла, она была рядом и одновременно далеко, его ладонь просто проскользнула. Карельский воспринял это как должное, так бывает, во сне. И опять пошли бытовые вопросы.

— А что потом⁉ В душ и спать! — произнёс профессор, роняя красные слюни. Осталось недалеко.

Однажды, несколько лет назад, друг семьи Карельских, задал профессору интересный вопрос. Дело было подшофе, так что списать можно многое.

— Как бы ты хотел встретить свою смерть, Дмитрий?

Умудрённый житейским опытом генерал Астахов, смотрел с присущим ему мудрым прищуром. Пышные усы, соответствующий типаж, только чадящей ароматным табаком трубки не хватало.

Коньячок шёл хорошо, профессор тоже был на подъёме душевных сил, на той же волне короче. Что, разумеется, привело к объёмному ответу.

— О-о, никак не в постели, — завышенный градус наложил свою романтику. — Я бы хотел умереть, как военный… защищая интересы своей страны! Я ведь собирался поступать в военное училище, да-да! — кивал он тогда генералу, пока тот подливал. — Но мама была против! Спецвойска, Гостайны, бредил об этом в детстве и ранней юности… потом мне купили микроскоп.

Рассказчику взгрустнулось.

После коньячка с лимоном, красноречие вернулось.

— А смерть… Это должно быть красиво! Никаких внуков у постели дедушки, к чёрту замыленные штампы! А поскольку я не солдат, то и умирать на другом поле… Пусть это будет супергрипп с девяносто процентным летальным исходом! Нулевой пациент, это банально, а вот ведущий вирусолог, который заразился на работе, в поиске. И от него зависит судьба всего человечества… это по мне!

Карельский, на тот момент даже помыслить не мог, насколько судьбоносной станет эта пьяная болтовня, он и сейчас не понимал. Толика разума блеснула, когда он вышел на знакомую полянку. Прозрения не было, причина заминки заключалась в человеческой фигуре. Яркий в ночи свет луны, не давал рассмотреть лица. Но профессор увидел своё, он смотрел на причину своих неудач. Разум блеснул и погас, успев отдать команду телу.

Злость заполнила погибающую оболочку, а та — стерва, как известно не советчик. Но силой одарить может и плевать, что в последний раз. Ушедшее сознание признало злейшего врага — причину всего.

— Сволочь! — крикнуло тело, прыгая в атаку.

Бегун если и удивился, то виду не показал. Заурчав голодным зверем, кинулся навстречу.

Глава 46

Сухмет улепётывал всё утро и какую-то часть дня. Судя по местному светилу, не большую, оно прошло примерно пятую часть земного пути. Он предположил, что время ближе к полудню и рискнул сделать небольшую остановку. Усталости особо не ощущалось, но опыт подсказывал, передышка с перекусом не помешают.

Ибн, его это особо не касалось. Чёртов слуга жрал прямо на ходу. Пиковый изрядно потерял в весе и что Сухмету больше всего не нравилось, за ними оставались следы, в виде крови и остатков из кишок. Но была надежда, что их не преследуют, всё-таки убегали по лесу, местами труднопроходимому. А гонка началась ранним утром, возможно, заметили, но было уже поздно.

Размышляя над этим, а заодно о своих дальнейших планах, Сухмет открыл банку каши с мясом, умяв её за пару минут, решил покопаться в трофеях с монстров. Множество зелёных камушков, оставило его равнодушным, жёлтые тоже не особо радовали. А вот красная — жемчужина. Красивый камушек, не мог быть ничем другим.

У парня аж дух перехватило, не будь он верующим, решил бы что это волшебство. Настолько прекрасная вещь попалась ему впервые, и она просилась в рот. Как большинство иммунных, Сухмет не мог противостоять этой магии. Запив живчиком, он почувствовал, как по телу разбегается приятное тепло.

Расслабившись, мужчина улёгся на траву и незаметно для себя задремал.

Пробуждение вышло жёстким. Жгучая боль пронзила грудь и шею. Ничего не понимая, Сухмет крутнулся в сторону, уходя тем самым от навалившейся тяжести. Кувырок, и он уже стоит на ногах готовый к схватке. Толку с того было мало, перед глазами была тьма с редкими проблесками.

«Ночь,» — догадался парень. — Но ка…

Ему не дали долго размышлять, урчание и резкий удар в грудь. Кто-то тяжёлый и горячий повалил его на землю. Клацнули зубы. Сухмет просто не успел среагировать. Взвыв от боли в плече, он схватил нападавшего левой за горло и резко дёрнул в сторону, и получилось, но вместе с куском мяса с плеча. Взбесившись от злости и собственной беспомощности, парень запрыгнул на перекатившегося на спину противника и что есть силы всадил пятерню в район его горла. Давно не стриженные ногти, погрузились в горячую плоть с противным хлюпаньем. Урчание перешло в затихающий хрип.

Проверенный приём. Победа!

Не успел Сухмет осознать, что бой позади, как пришло понимание, а вместе с ним и дурнота.

— Ибн⁉ Зачем?

Жёсткий спазм в груди, скрутил и швырнул на землю.

— Как же больно! Что это? — отвечать было некому.

«Я всё-таки отвязал его,» — подумал Сухмет, погружаясь в липкую пустоту.

Глава 47

— Мы не знаем, природу его происхождения, — начал Ким, тут же себя поправив. — Точнее, нам известно, что он человек, однозначно! Но наши с ним реальности настолько разные… ведь объект, — он заглянул в планшет, — Кнут, по сути, не живой! Известно только время загрузки… Переселенцы, привязаны к телам, а наш объект, синхронизирован с игровым ИИ! Как такое возможно?

Кабинет ректора, был настоль велик, что его слова отражались от стен, тут же возвращаясь обратно. Хозяин кабинета, с виду молодой мужчина, внимательно слушал подчинённого помешивая чай в старомодной чашке.

Ложечка стучала, Ким нервничал. Слишком много потерь и замен произошло за последний месяц.

— Позвольте я продолжу, — ректор наконец поставил злосчастную чашку на стол. — Вы не можете решить проблему замещения? — Ким хотел возразить, но не решился. — Прекрасно вас понимаю! Прежние эксперименты удачными не назовёшь… но в этот раз, всё по-другому! Объект Кнут, гипотетически привязан к своему аналогу, верно?

Ким кивнул, ему не нравился псевдонаучный подход нового ректора, он скорее бизнесмен, нежели учёный. Здесь нужны десятки лет исследований, а Абрамов, готов хоть завтра поставить конвейер по пересадке душ, денег это сулило немало.

— Значит шансов на успешный исход больше!

— Восемьдесят к двадцати! — напомнил Ким.

По его мнению, огромный риск.

— Да, с этими цифрами, я знаком, — ректор вновь взялся за ложку. — Давайте разберём последовательность наших будущих действий.

— Хочу напомнить вам Евгений Петрович, что мы имеем дело с инопланетянином! Он сумел взломать защиту ИИ и даже завязать на себе игровые процессы!

— С чего вы взяли, что он её взламывал? — Абрамов улыбнулся. — Помните, где мы взяли исходный код?

Ким, к своему неудовольствию, об этом не подумал, всё завязано на Стиксе.

— Тем более! Нужно насторожиться, быть может, нашёлся хозяин игрушки? Мы можем породить нечто такое… Уверены, что справимся с ним?

— Справимся, в конце концов, он наш пленник! Раз вы не хотите обсуждать, поступим по заранее обговоренному плану. Снижение температуры тела, ввод в медикаментозную кому и собственно процедура замещения!

Ким согласился, и покинул кабинет ректора.

«Чёртов барыга,» — подумал он. «А прежние неудачные попытки, которые кстати, происходили по той же схеме! Их ты учёл?»

* * *

Боль! С этим простым и в то же время многозначащим словом, знаком любой человек. Если физическая сигнализирует о возможной проблеме в организме, то с эмоциональной, всё намного сложнее. К счастью, сейчас я испытывал только физическую, зато какую!

Ныло, саднило, ковыряло, от пальцев ног, до кончиков волос, даже воздух заполняя лёгкие, приносил едва терпимую боль. Мне хотелось орать благим матом, но привычка терпеть никуда не делась.

— … нас получилось!!! Можно докладывать ректору!

— Не спешите, коллега!

— Что за херня? — не обращая внимания на посторонние голоса, я думал о своём.

Прозвучало глухо, а главное, собственный голос показался мне чужим. Пахло хлоркой и ещё чем-то давно забытым. Я открыл глаза, нестерпимо яркий свет резанул до самых мозгов, вызвав обильные слёзы. Попытался прикрыться руками, что вызвало новую вспышку боли, звякнуло железо.

Я скован по рукам и ногам, даже голову обхватывает холодный обруч.

— Не дёргайтесь! Иначе навредите сами себе! — прозвучало слева, через динамик.

— Да что ты его жалеешь? Вспомни, что этот утырок сделал с Агаповым… а охранников сколько покалечил⁉ — кто-то обиженный, справа.

— Это уже не он! — возразил первый.

— Не факт, аппаратура может ошибаться, нужно провести исследование!

До меня пока не доходил смысл сказанного, всё дело в боли, казалось, вопила каждая клетка многострадального организма.

— Где я? — задав первый пришедший в голову вопрос, я понимал, что ответ может не понравиться.

— Разве это важно? — ответил левый, тот другой, лишь обиженно хмыкнул. — Если назовёте своё имя, вколю обезболивающее.

А! Вот как значит!

— Оставь себе, чмошник!

— Вот, видишь? А ты говорил! — занудел обиженный.

— Не забывай кто он, стереотип может быть тем же, остальное зависит от среды обитания!

Мне надоело слушать уродов, которые не стесняясь говорили о чём-то непонятном. Решил вновь открыть глаза, но не так резко, как раньше.

Свет исходил от мощной лампы, что висела надо мной, примерно в районе груди. Напомнило что-то из прошлого… Операционная! Услужливая память, выдала нужное. Глаза постепенно привыкали, выдавая новые подробности. Силуэты людей в блестящей одежде, маячили по обе стороны, не лиц ни даже голов, вместо них затемнённые стёкла.

Внешники? Но они говорят на чистом русском! Неважно, похоже я в очередной жопе.

Что-то меня беспокоило. Нет, не железный операционный стол, лежал я, кстати, абсолютно голым. И даже не начинающийся зуд, постепенно вытесняющий боль. Другое! Начав догадываться, я принюхался.

Не может быть!

В воздухе витал, едва заметный кислый привкус. Когда перезагружается кластер, кислая вонь, просто зашкаливает, постепенно сходя до минимума, но никогда не исчезая до конца. Дело в спорах. Вездесущие частицы грибка, пронизывают этот мир насквозь.

— Этот мир, — я попробовал слова на вкус, замечая, как переглянулись внешники.

Не было ещё одной, очень важной детали. Долбаный интерфейс! Вот что беспокоило изначально. Привычка мониторить свои показатели, за несколько месяцев въелась в подкорку мозга. Теперь только я, боль и невозможный зуд во всём теле. Но я, всё равно улыбнулся.

Я дома! Никакие пиксели, не сравняться с ощущением реального мира, я буквально чувствовал силу притяжения настоящей планеты.

— Гляди-ка, он понял!

Тот, которого я прозвал обиженным, проделал манипуляции с лампой, убавив свет до приемлемого. А левый, достал пульт, нажал что-то, и я начал подниматься, пока тело не приняло сидячее положение.

— Так лучше? Теперь, будешь паинькой?

Не обратив внимания на явную издёвку, посмотрел на свои руки. Первое что бросилось в глаза, левая кисть — «Хасан». В юности, поддавшись влиянию новых друзей, я собирался сделать такую татуху. Дядя сумел пресечь это желание. А здесь, в этой реальности срослось. Да, я понял, где нахожусь, точнее в ком. Хасанов Артур! Мой двойник! Язык скользнул по нёбу и зубам, два передних верхних, сломаны под корень. Парень весело живёт!

Я бы и дальше мысль развил… Но какого хрена? Разве так бывает? Чёртов зуд не давал мне сосредоточиться на тошноте. А так бы блеванул, и даже было чем!

Говорят, не бывает острой боли сразу в двух местах. Не знаю, не обращал внимания, обычно бывает не до того. Но когда чешется, болит и тошнит, во мне просыпается злость. Я поднял взгляд на следящих за мной внешников.

— Почему вы скрываете лица? Боитесь меня? — терпел из последних сил, хотелось драть себя когтями.

Те совершили бессмысленное действие, переглянулись. Обычный рефлекс.

— Ты сейчас безобиднее плюшевого мишки, — ответил обиженный. Поза выдавала страх.

— Серьёзно? — я выдавил улыбку.

Должно быть «приятные» ощущения, добавили особую изюминку в мою мимику, дёрнулись оба. Я рассмеялся.

— Два ботаника, считают меня плюшевым⁉ — обиженный, выжимая что-то на пульте, сделал шаг назад.

Дары работали, но толку, я сейчас как та винтовка, заряженная отсыревшими патронами — одни щелчки! Понятно, что дело в моём двойнике; слабое (по меркам Стикса) тело, недоразвитый паразит, к тому же их теперь два, и каждый стремиться доминировать. И я чувствовал эту борьбу — вот откуда чесотка! Мой личный паразит, никуда не делся, оцифровался вместе с носителем! Откуда я знаю? А хрен его знает! Догадался, а может грибок подсказал, он же псевдоразумный! Вот, почему меня искала и в меру сил оберегала Громова! Спасибо и на этом!

Как там она сказала? «У тебя есть кое-что. Поделись! Всего один поцелуй!»

Потолок замигал тревожно красным.

Ну а я что? Мне осталось только сдохнуть, желательно красиво! Как там у Высоцкого⁈

«Как бы так угадать, чтоб не сам, чтобы в спину ножом».

Борьба набирала обороты, а моя кожа, стала покрываться волдырями. Зуд нарастал, хотелось буквально содрать с себя кожу.

* * *

— Что он делает?

Ким не обратил внимания на визгливый возглас Тимошенко, он известный паникёр. Его беспокоило другое. Эксклюзивный экземпляр, явно разрушался. Абрамов, чёртов торопыга… Мы что-то не предусмотрели!

— Шлюз заблокирован, Ким! Шлюз мать его…

— Да заткнись ты уже, — не выдержал Ким. — Это стандартная процедура.

Между тем, внешность Хасанова стала меняться на глазах. Если откинуть жуткие волдыри по всему телу и вспомнить классификацию заражённых, он перепрыгнул пустыша, обернувшись сразу в матёрого бегуна и продолжал меняться. Ким даже хруст костей слышал.

Как это возможно? Хасан иммунный! Ведь белая жемчужина… — звякнул разрываемый металл.

Несмотря на хорошую вентиляцию скафандра, Ким покрылся испариной. Хасан освободил правую руку и уже помогал ею левой, жалобно звякнула цепь.

— Тревога! — заголосил Тимошенко.

«В этот раз паникёр прав,» — подумал Ким, наблюдая за тем, как лотерейщик освободил голову.

— Отойдите к стене! — подключился начальник охраны. — Шлюз откроется через десять секунд! Пошёл усыпляющий газ… восемь… живее!

Лотер не стал париться с освобождением ног. Перегнулся на бок опрокидывая операционную кушетку и грохоча металлом, быстро пополз к ним.

— Спасите, помогите! — трусливый коллега сиганул зайцем, но всё равно не успел.

«Хасан» змеёй крутнулся на спину и совершил невероятное сальто, кушеткой через голову. Короткий полёт через стол с инструментом закончился на спине Тимошенко, тот, заверещал резаной свиньёй, но попыток уползти не оставлял, руками ногами по скользкому полу, да куда там. Тяжесть заражённого вкупе с кушеткой, придавили основательно. К тому же лотер не сидел на нём без дела, короткий взмах лапой и затемнённый шлем, отлетел вместе с куском скальпа. Тимошенко затих, а лотер, уже смотрел на следующего. То, что увидел Ким, повергло его в шок.

Не может быть!

— В сторону!

Команда в наушнике, вывела Кима из состояния ступора, выбив заодно ненужные сейчас мысли. Инстинктивно отскочил под защиту прозрачного стенда. В этот момент дверь шлюза скользнула вверх, впуская сразу пятёрку автоматчиков и начался настоящий бардак со стрельбой и летающим оборудованием.

«Хасан», несмотря на скованные ноги, умудрялся лавировать меж смертоносных очередей и даже швырять в солдат всё, что попадалось под лапы. Те пригибались, уворачивались, что не у всех получалось, один из солдат попытался отбить летящий в него микроскоп, но не рассчитал вес и скорость. В результате прибор попал в руку. Матерная тирада. Непонятно от боли или неожиданности оружие дёрнулось, дав очередь в потолок. И тут, что называется нарочно не придумаешь. Труба подачи кислорода и силовой кабель в лохмотья, искра, бахнуло так, что на полу оказались все, включая Кима, единственного не засорившего эфир благим матом. Помня, кто находится рядом разлёживаться не стал, подскочил на корточки и выглянул из-за стола, была возможность проскочить меж солдат, и он собирался этим воспользоваться.

Охранники, уже ощерились стволами во все стороны. Один из них, старший, поманил Кима движением пальцев. Моргающее аварийное освещение создавало зловещую атмосферу.

— Давайте к нам! — раздалось в наушнике. — Его похоже вырубило…

В тот момент, когда Ким решился, произошло неожиданное! Был небольшой островок меж охранников, аккурат там и появился «Хасан», причём так, будто находился там изначально. Бойцы не успели ничего понять, взмах, другой, третий, несмотря на крепость ткани скафандров кровь разлеталась на многие метры в стороны.

Крики боли заполнили весь частотный диапазон. Ненадолго. Несколько секунд и в помещении осталось два живых существа. Один смотрел на другого в ужасе, но последнее обстоятельство, не мешало учёному, подмечать изменения. Канаты мышц, под дряблой кожей оттенка не свежего покойника вкупе с кровоточащими волдырями, всё это создавало противоречивое ощущение. Смертоносная животная мощь, коей впору восхищаться и то, что шокировало Кима в начале боя. Прямой, непокорённый взгляд — человеческий взгляд! Несмотря на жуткие изменения тела, глаза остались теми же! Страшный контраст.

«Хасан» умирал, и причина того не в пулевых ранениях, крупные волдыри достигли порога зрелости и стали лопаться один за другим, испуская белесые облачка.

«Споры,» — догадался Ким.

Грибок хочет жить! Непонятно другое, почему ОН умирает?

Не смотря на явную слабость, у «Хасана», оставалось достаточно сил, он всё ещё мог порвать дюжину таких как Ким. Но он предпочёл закончить по-другому. Рухнул на колени и уже с трудом поднял взгляд на Кима.

— Я человек! — гортанный голос заражённого, придавал весомости. — Оставьте меня! Дайте спокойно умереть!

В этот момент, из открытого шлюза выскочила подоспевшая подмога, ещё одна пятёрка охранников. Стволы автоматов ощетинились в сторону угрозы.

— Не стрелять… угрозы нет! — крикнул Ким, повернувшись к «Хасану».

Голова того упала на грудь, изменённые руки безвольно повисли вдоль торса касаясь пола, смерть сделала своё дело, смерть пошла дальше.

«Вот тебе и плюшевый мишка,» — подумал Ким, испытывая к человеку неподдельное уважение.

А мозг учёного уже работал в нужном направлении. Как такое могло произойти? Очень похоже на трясучку, но конечный этап болезни отличается и главное, скорость течения! Ох уж этот кассир Абрамов, не на своём он месте. Да и сам тоже хорош, поддался на уговор, побоялся потерять место.

Бросив последний взгляд на Хасанова, сидящего среди кучи трупов, Ким направился к санитарной команде. Его ждал карантин, а это значит, море свободного времени, что очень кстати, ведь у него появилась очень перспективная мысль.

Глава 48

Загремели мощные запоры, в смотровое окошко заглянул охранник в чёрной балаклаве.

— Заключенный, встать! — сталь в голосе выдавала лёгкого петуха.

— А пошёл ты! — грубо ответил заключённый.

Охранник нисколько не оскорбился, привык за годы и бить этого зэка бесполезно, а то и опасно для здоровья, выкинуть может что угодно.

Сам зэк, лениво сидящий на одинокой шконке, наблюдал за нестандартной ситуацией. К нему явно кто-то пришёл, иначе бы вертухай как глянул, так и закрыл окошко. А тут даже дверь стал открывать.

— Батюшка, я вас предупредил! — авторитетно выдал вертухай, отходя в сторону.

— Ступай сынок, позднее позову.

На пороге появился бородатый старик в рясе, на шее золочёный крест. Ясный взор голубых глаз, говорил о глубокой вере. Дверь с лязгом захлопнулась.

— Совсем святоши припухли, Хасана уже не боятся, — зэк не стал подниматься, так и сидел себе в ногтях ковырялся, вроде как чистит.

— Я уже своё отбоялся, сынок, — характерно выдающееся «О» в его речи, добавляло особого колорита. — Отец Михаил я, поговорить пришёл!

Зэк усмехнулся, поднял взгляд.

— На войне что ль был, дедуля? Отбоялся он…

— И там был и в местах похуже приходилось побывать, так что понты подальше припрячь, себя настоящего на свет белый выстави, Артур!

Зэк рассмеялся, да так громко, что вертухай на той стороне загремел окошком.

— Исповедь что ли, батюшка?

— Да хоть бы и так! Тебя это сильно волнует? — Отец Михаил подошёл ближе.

— Не особо, — ответил, подвинулся. Священник присел, не спуская с него глаз. — Чаю не предложу, извини.

Принизывающий насквозь взгляд, зэка нисколько не смущал, а даже понравился, была в нём некая сила, вызывающая уважение. Этот кремень, по-пустому трепаться не будет!

— Жалеешь о чём-то? Земная жизнь, она ведь быстрая, оглянуться не успеешь, уже старик дряхлый!

— Я, батюшка, на свободе не часто бываю, не о чем вроде жалеть!

— Вот только не надо мне чепуху нести! Ты ж не из тех, что с дивана подняться не могут, треплются только, да о бестолковом размышляют!

Хасан опять рассмеялся.

— Нет, я скорее по старушкам, да с топориком!

— И здесь не лги, тех старушек ты не тронул, а то, что в аптеку с топором пришёл, это уже другой разговор! Не ходят так добрые люди!

— Нет батюшка, не прав ты, — Хасан посмотрел на глухо зарешёченное окно, ярко светящее солнце, посмотрело в ответ. — Я, можно сказать, другой жизни захотел, решил не похмеляться, вот и пошёл за аспирином… а там эти, кудахчут!

Священник помолчал, не желая продолжать эту тему и вернулся к первому вопросу:

— Всем нам приходится делать выбор, зачастую люди ищут легких путей и сворачивают не на ту дорожку, как ты!

— Откуда тебе знать, святоша? — Хасан недобро улыбнулся. — Никто не знает!

— А ты не озлобляйся, не враг я тебе, лучше расскажи!

Не долго Хасан думал, видимо пришло время исповедаться.

— Лет тридцать назад, умер мой отец. Плохо умирал. Болезнь, прежде чем убить, съела почти всё. Остался я на попечении, дяди и тёти… Всё вроде хорошо было, но мне всё равно не нравилось, злоба какая-то на мир появилась. Что сказать глупый пи…молокосос! Двенадцать, тринадцать тогда было, точно не помню. Стал гулять допоздна, друзья быстро нашлись, приблатнённые… пьянки, драки, потекла моя жизнь по накатанной. Так бы и слилась, дядя вовремя за шкирку схватил.

— Лупил?

— Нет! Люди они интеллигентные были, воспитанные. Брат моего отца поступил по-другому! Даже сейчас, я не могу забыть этот запах… Он работал патологоанатомом, последний врач, что знает всё!

Отец Михаил кивнул, Хасан продолжил:

— Взял он меня с собой на работу, показывал, рассказывал, трупы резал, да с поучениями, а я смотрел, да блевал.

— Что ж не убежал-то?

— Стрёмно батюшка, у меня тогда понятия были, сбежал — значит слабак! А я не слабак!

Мудрый прищур голубых глаз, батюшка вновь кивнул.

— Так продолжалось несколько недель, после школы в морг, потом вместе домой. Я уже привык и помогал; резал, взвешивал, в общем много что о людях узнал и о их болезнях. Потом, о дядиных экспериментах узнала тётя. Скандал, чуть ли не до развода, но слава Богу, утряслось всё… А главное, та компашка блотарей, отшилась сама по себе. Я стал прежним, не смог больше с ними дружить, воняло от них чем-то…

— У тебя хороший дядя, прекрасный родитель…

— Был… как и тётя. Убили их при ограблении, год спустя. Я тогда в школе находился на субботнике, а тут пожарные, скорая мимо проносятся, не хорошо на сердце стало. Побежал домой, а наша двухэтажка полыхает. Уже потом, когда меня в интернат определили, пришёл наш участковый и спросил, хочу ли я, на суде присутствовать? Как выяснилось. В окно к нам, забрались два отморозка. Моих родных в расход. Над тётей прежде поглумились, уроды! Взяли что хотели и чтоб следы замести, пожар устроили.

Хасан помолчал, утирая влагу с глаз, шевеля желваками продолжил:

— На суд я пошёл. Увидел этих тварей… не было в их глазах, ни капли раскаянья. Одному дали двенадцать, а другому, по каким-то смягчающим обстоятельствам, десять.

— Правосудие восторжествовало⁉ Или…

— Какие могут быть смягчающие⁈ — Хасан поднял звериный взгляд. — Для меня, приговор слабоват… И сейчас, по прошествии стольких лет, я считаю его слишком мягким!

— Что же было дальше?

— Интернат не зона, можно и сбежать, что я и делал по вечерам, вычислял того судью; где живёт, привычки. В нужный день, я приготовил коктейль Молотова и швырнул его под ноги мягкому судье… хорошо занялся, но выжил. Получил инвалидность и больше по профилю не работал. А я, попал на малолетку!

— Считаешь это разумным? Человека покалечил!

— А не надо смягчаться перед уродами! — вновь огонь в глазах. — И сейчас бы сделал то же самое… К тому же, я достиг следующей цели… — малолетка. В пятнадцатый год, на взрослую зону никак!

Громыхнуло, открылось окошко, вертухай внимательно осмотрел сидельца и гостя.

— Свали, чепушило! Дай людям поговорить! — Хасан, оставался Хасаном.

Тот не стал стращать как обычно, глянул в крайний раз на священника и закрыл окошко.

— По началу было тяжко, я ж домашний, а там волки сплошь! Но ничего, притёрся… одного до полусмерти избил, другому ухо оторвал, вертухаям тоже перепало. Блотари меня к себе подтянули, у тех жизнь ещё хуже. От своих законов отступать нельзя, за что и огребали от охраны, та ещё романтика, но мне легче… Была цель! В первый раз убил перед освобождением, вертухай, злобный ублюдок, дубинкой лупил почём зря, да подставился я перегрыз ему горло… били конечно жутко, думал не вытяну, повезло, после больнички суд и дали мне десятку строгача… Конечная цель!

Батюшка молчал, предполагая, что будет дальше. Хасан не заставил его ждать.

— Один из них, откинулся за месяц до моего появления, а вот второй, шнырил у местного авторитета, не узнал меня падаль… Два долгих года к нему подбирался. Просто убить нельзя, даже моё отрицалово не поможет. Судья и охранник, к таким людям относятся с уважением, но больше страхом, никому не нужен конкурент. Завалят, стоит оступиться. К тому же, мне нельзя было прилюдно марать руки, условно-досрочное не светило, но и лишний срок получать не хотелось, ведь второй на свободе, вдруг его кто-нибудь без меня убьёт! Я долго тёрся среди воров, впитывал, жил их жизнью, делил лишения и побои и кое-чему научился. В один кон, мне удалось подловить его на крысятничестве… у своих украл! — пояснил Хасан.

— Я знаю, что это! Воровство смертный грех! — получил одобрительный кивок.

— Не смог он натуру свою дырявую скрыть, не знал, что я слежу за каждым его шагом. В итоге, развёл его по понятиям, стал ему настоящим судьёй… никакого мягкого приговора. Палачами были другие, благо таких на зоне хватает!

— Ты убил убийцу своих родных! Легче стало?

— Нет! Оставался второй… к тому же его не убили, смерть надо заслужить! Опустили… Где-то с год, дырявой ложкой баланду хлебал, сам сдох, не интересно отчего.

— Выходит, ты посвятил свою жизнь мести! Тяжкий крест, сын мой…

— Пусть так, это мой выбор! — отрезал Хасан.

— Каешься ли ты, сын мой?

— Нет! Я не крещёный, у нас обрезание делают! Нет, я их не простил и не прощу… и не надо мне грехи отпускать, пусть там, — Хасан показал на потолок. — Кому надо отпустят, а нет, так и плевать!

Отец Михаил поднялся, посчитав аудиенцию законченной.

— Тебя скоро переведут, крепись сын мой! — Хасан кивнул.

Когда вертухай открыл дверь, батюшка повернулся к зэку.

— А как же тот, второй?

И получил в ответ ухмылку.

— Этот идиот, вернулся на зону, за три года до моего освобождения… А тут уж, что ко мне попало, никак пропасть не может!

— Прощай сын мой, Бог тебе судья! — батюшка вышел, мощная дверь захлопнулась.

На выходе с охраняемой территории, его окликнул один из охранников.

— Батюшка, а вещи свои, забирать не будите?

Священник стукнул себя по лбу.

— Ох, старость не в радость, иду сынок!

— Пропуск ваш? — получив бумажку, он прочёл. — Найдёнов… хорошая фамилия, всегда было интересно, от чего она произошла?

— Так нашли же меня, потому и Найдёнов! — просто ответил тот.

— Ваша сума батюшка, — посчитав ответ за церковную шутку, охранник улыбнулся.

Глава 49

…Я не особо верю в загробную жизнь, а может просто не задумывался. Зачем мне это? И что там может ждать? Молочные реки, и кисельные берега? Может быть, кто-то и заслужил подобную скукатчищу, но только не я! Если есть жизнь после жизни, меня ждал ад!

Первое, что я ощутил, это раздирающая боль. Зудело и грызло во всём теле, будто на мне поселились тысячи зубастых паразитов норовивших сожрать всё, вместе с костями.

«Не может быть! Опять?!! Всё же уже закончилось⁉ Где я? Чёрт вас дери!» — боль мешала мыслить.

Спустя несколько секунд и пару судорожных вздохов, я всё же смог открыть глаза. Тьма, но вовсе не сплошная, маленькие серебристые точки подсматривали за мной сквозь уродливые руки великанов. Чуть проморгавшись, я понял, что смотрю на кроны деревьев, а звёзды, чужие и одновременно знакомые, смотрели на меня. Боль в груди, не помешала вздохнуть поглубже и я улыбнулся.

— Грёбаный Стикс!

Тишину предрассветного леса, разорвал каркающий смех, одинокого бродяги.

Эпилог

— Этот сукин сын, перешёл все границы! Убить человека средь бела дня, да ещё в стабе! И ведь никаких свидетелей! Куда катится этот мир? Я ещё не всё сказал, мать вашу! — сжав кулаки, Чернокнижник покинул кабинет.

— Шеф! — зам, не успев затормозить, чуть не уткнулся ему в грудь.

— Нет времени! — бросил он, проходя мимо.

— Шеф, ЧП! — не собирался униматься зам. — Нора́! У нас нора́!

— Что? Откуда?.. Где? — поправился он, оборачиваясь.

Зная характер шефа, зам стал говорить, чётко и только по теме:

— Пороховая площадь, напротив оружейной лавки Шмеля, небольшая пока, метр на метр, три в высоту. Копатель похоже зевнул, проехал сквозь неё на своей бэхе, газ в пол, влетел в парикмахерскую, никого не зашиб, сам труп! Там смотреть страшно, будто кислотой облили.

— Срань Господня! За мной, — скомандовал Чернокнижник.

Глава стаба выскочил из дверей муниципалитета первым, тут же пристроился в хвост проходящей мимо парочке, зам не отставал. Мысли Чернокнижника, были тяжелы и далеки от радужных, но стоило ему посмотреть на то, на что он поначалу не обратил внимания, странная парочка маячила перед глазами.

— Дорогой, ты слышал? Говорят нора́, уже кого-то забрала!

— Да милый, это ужасно!

Услышав этот диалог, Чернокнижник вскипел.

— Эй! — требовательно, властно.

Парочка стремительно обернулась, ручки пришлось одёрнуть. Вид чернокожего с расширенными от гнева глазами, позитивных эмоций не внушал.

Глава, на то и глава, должен знать всех. С даром идеальной памяти, это легко. Но вот именно этих гламурных мужичков, Чернокнижник видел впервые.

— Что за пидрасня, мать вашу! Мы в штатах что ли? — его слова, прогремели на всю улицу.

Что естественно вызвало бурный интерес. К чёрту норы, тут взбешённый клокстопер! Возможно будет зрелище! Кишки на асфальте, кровища — куда интереснее.

Неизвестно откуда, вынырнули патрульные, две тройки лихих парней, быстренько организовали заграждение от зевак, коих набежало немало. Парочка, готова была провалиться сквозь землю, они явно не рассчитывали на такое внимание. На помощь выскочил зам.

— Шеф, это новенькие! Только сегодня пришли, не знают наших правил! Шеф, — говорил зам тихо, почти заговорщически. — Нора́, забыл? К чёрты этих неудачников, надо что-то решать!

Подействовало.

— Чего вылупились? — Чернокнижник, окинул толпу взглядом. — Заняться нечем?

Нарываться никто не стал, главу знали, главу уважали. Попрятав глаза, народ стал разбредаться.

— Реши с этими, — кивнув на гламурных, Чернокнижник зашагал в сторону Пороховой площади.

— Кастор! Методички болезным, и чтоб выучили, — донеслось за спиной шефа.

А шустрый во всём зам, уже его нагнал. С другой стороны, пристроился и ели поспевал, маленький, но очень толстый кваз, владелец жирного тролля. Коротенькие ножки мелькали, кваз мельком поглядывал на Чернокнижника.

— Что будем делать, шеф? — начал коротышка.

— Что делать, что делать, сухари сушить! — ответил тот, не глядя на собеседника.

— Тьфу ты, я же серьёзно! Вот ты шеф, вроде чёрный, а говоришь как русский!

— Нарываешься? — без какой-либо злобы, спросил Чернокнижник.

— Конечно нет, — подняв примирительно ручки, ответил тролль. — Да тебя хоть сейчас, в белый цвет перекрашивай.

— Нет, ты точно нарываешься⁉

Дальше беседа заглохла, благо, от муниципалитета, до Пороховой, пара минут ходьбы.

Толпа была такая, словно собрался весь не маленький стаб, да ещё и соседей позвали. Народ охал, ахал, кто-то, даже пуская слёзы отходил в сторону. Балконы всех соседних домов, были забиты, того и гляди, начнут падать.

— Дорогу! — крикнул Чернокнижник, по-хозяйски осматривая округу.

Та, тут же появилась. Не глядя по сторонам, глава прошёл к эпицентру. Как и сказал зам, «нечто» находилось рядом с оружейной лавкой. Шмель, её владелец, стоял неподалёку, поглядывая на мир квадратными глазами.

Чернокнижник скривился, переводя взгляд на причину переполоха. Нечто, похожее на призрачное облако, искрилось крапинками света, уходя ввысь на несколько метров.

«Вот только, ни хрена это не свет,» — вспомнил наущения Чернокнижник.

Вспышки — вездесущие споры грибка, погибают, попадая под стерилизующее излучение. Погибнет любой житель этого проклятого мира, зайди он внутрь облака, такова его природа.

Кнут. Чернокнижник вспомнил рубаху рейдера и усмехнулся. Пробыл в стабе меньше суток, умудрился переполошить всё и нажить себе кучу врагов. Слава Стиксу, он свалил на запад. Со слов стронгов, сгинул там, но оставил посмертный подарок — «Кнутовая нора́», так его прозвали в народе. Страдают в основном, густонаселённые иммунными поселения. Нора́ как метастазы, выскакивает, когда и где не ждали. Пришла очередь Холмогоров.

— Сукин сын! — неизвестно на кого ругнулся Чернокнижник.

— Как же теперь жить? Что делать? — почти провыли за спиной.

Глава обернулся, оглядев мужика с метлой, он спросил:

— Ты что до этого делал?

— Как что? Улицу мёл! — ответил тот.

— Вот и мети, мать твою! — его взгляд метнулся к заму.

— Шеф? — он уже был рядом.

Тот перешёл на шёпот.

— Найди Прозрачного, снабди всем… ну ты сам знаешь, куда отправить! — зам кивнул. — И скажи ему, чтоб одна нога тут, а другая, тоже тут!

Зам убежал, а Чернокнижник, окинул взглядом окружающую его толпу, та стала таять, с удивительной скоростью. Через несколько минут, на площади остался дворник и охающий своим мыслям Шмель. В некотором отдалении, стояла тройка патрульных, лейтенант, неотрывно смотрел на главу.

Проблема Кнутовых нор, была общей и боролись с ней сообща, уже через год, головастые институтские научились с ними справляться. Вот только время! Пройдёт не менее недели, прежде чем тут появятся институтские, в реалиях Стикса, очень оперативно, и совсем не дёшево. Беда в том, что это явление, не только мини фейерверки по ночам показывает, а ещё и растёт. Отвоёвывает до метра в сутки, также, может случиться и взрывной рост, тогда…

— Кастор! — крикнув, Чернокнижник махнул рукой лейтенанту.

Подбежала вся тройка.

— Оградить, поставь тут пост… И этого, — глава указал на Шмеля. — Чтоб до ночи съехал.

Отдав приказ, Чернокнижник отправился в муниципалитет, существовали и другие не менее важные дела.

Nota bene

С вами был Цокольный этаж(через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

S-T-I-K-S Инакий 2

Content

S-T-I-K-S Инакий 2

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Эпилог

Nota bene