Все еще Адский шеф. Книга 6

Глава 1

Брат

Императорский дворец

Леоморт чувствовал себя параноиком. Его спокойствие никуда не делось, но то, что он узнал от одного из своих информаторов, не могло его радовать. Совершенно.

И ладно бы новости касались столицы, но нет. Дело было Канске. Тюрьма «Сибэр» была разрушена. Внутри никто не выжил. И от здания осталось одно лишь название. Те немногие, кто знал про тюрьмы, занервничали так же, как Леоморт.

Вот только нервяк героя был не таким, как у обычных людей. Нет, командир легендарной уже пятёрки казался спокойным. Он подошёл к своей импровизированной доске улик и сделал новую надпись, прикрепив отчёт, сделанный информатором, вместе с картой Сибири.

Почему герой восьмого круга это сделал? Всё просто. Именно в это время Фер, за которым принялся внимательно следить Леоморт, отправился в Сибирь, в Иркутск. Об этом он узнал от самих сотрудников, прийдя туда инкогнито. Работники не скрывали, куда отправился их хозяин. И даже гордились. Ведь причина была простой. Его Благородие Фер отправился узнавать про родственников одного из сирот гимназии. Как благородно это звучало.

Но Леоморт не верил в совпадение. Не в такие. Какова вероятность, что подозреваемый, летя на дирижабле, смог устроить погром в тюрьме? Большая. Но была одна загвоздка. И даже не одна.

Фер не мог быть одновременно на дирижабле и в тюрьме. Об этом также сообщил информатор, который узнал это от проводницы дирижабля. Она была в восторге от барона. Да и временные рамки не соответствовали, даже если он смог бы подсесть на дирижабле позже в другом городе. Слишком большое расстояние. В Иркутске также нашлись свидетели того, что Фер был там.

Но что-то Леоморту подсказывало, что он был недалеко от истины. Его чутьё так и кричало об этом. Герой не был дураком. Это не могло быть обычной случайностью. Барон был виновен и в смерти Бориса, и в разрушении тюрьмы. Но у него было железное алиби.

Впрочем, Леоморт мог спросить ещё одного человека об этом. Тот копал под тюрьму, хоть и не прямо.

Герой резко отошёл от стены, задёрнув её шторой, а после выскочил из кабинета, краем глаза зацепившись за кучку крошек от какого-то печенья. Неужели Виктория опять таскала сюда выпечку и ела её втихаря? Он же говорил ей так не делать, но любовь к разным вкусностям была выше просьб командира.

Дойдя до комнаты третьей императорской жены, Леоморт, не стучась, вошёл внутрь.

— Дарья Алексеевна, что вы ему рассказали⁈ — был его первый вопрос.

Третья жена отвернулась от своего зеркала, где сейчас прихорашивалась, и спокойно спросила:

— Кому?

— Барону, что ещё недавно был простым пекарем. Не делайте вид, что ничего не понимаете, — фыркнул Леоморт, хотя у него и появилось желание встряхнуть женщину. Но так далеко он не будет заходить даже из-за своей паранойи. Есть границы, которые переходить нельзя. Жёны Императора, какими они бы ни были, оставались неприкосновены.

— А ты определись, в каком тоне со мной разговариваешь, — хмыкнула Дарья Алексеевна, поворачиваясь обратно к зеркалу. — Ничего я ему не рассказывала. Я лишь однажды говорила с ним во дворце. Во время вручения титула. Предложила стать поваром императорской семьи. Не более. Это было извинением с моей стороны за тот инцидент с княжичем Никанором.

Леоморт моргнул. Он чувствовал, что третья жена ему не договаривает, но не мог найти несостыковку. Это начало раздражать спокойного командира героев. Эта женщина с момента своего появления действовала на нервы Леоморту.

— Не стоит со мной шутить, — протянул герой.

— Боюсь-боюсь, — подняла руки Дарья Алексеевна, а после засмеялась проникающим в каждую частичку тела смехом.

Леоморт в последний раз смерил её взглядом и ушёл, больше ничего не говоря. Он ещё посмотрит, кто кого.

* * *

На дирижабле я произвёл настоящий фурор. На мой мастер-класс пришёл не только повар Глеб, как он потом представился, но и весь свободный персонал. Мне показалось, что, была бы их воля, все члены экипажа пришли бы. На маленькой кухне стало тесно, но я показал небольшие фокусы с круассанами, не прибегая к демоническим ингредиентам. Это было ни к чему.

Хотя вспомнил я об одном круассане, который нужно было привезти во Францию, почти их родину. Давно мои малыши не отгрызали пальцы другим людям, а я чуял, что они могут там пригодиться. Не думаю, что турнир пройдёт спокойно. Интриги будут и там. Значит, избежать несчастных случаев тоже не выйдет. Вдруг пара поваров, решивших мне напакостить, лишатся парочки пальцев? Невелика беда.

Так что с дирижабля я выходил как герой. Не тот, которым хотел стать Максимка, а тот, коим хотела видеть меня Элеонора.

Пока я, кстати, учил Глеба всяким тонкостям, чтобы улучшить его работу не только с круассанами, но и с тортами, Пряня успел мне доложить о посиделках Соры и остальных дам. Он умудрился избежать алкоголя, который подливала не белка, а мой дух, умудрившаяся подчистить мои запасы алкоголя. Устрою ей нагоняй за это. И не только за это. Ещё и за то, что учила с Ириной Настю всяким бессмыслицам. Но это будет уже по приезду домой.

А теперь о Максимке. Встретил меня он. Как только узнал, что я прилечу на этом экипаже. Но это вызвало вопросы. Например: зачем он вообще приехал меня встречать? У меня и мотоцикл тут был.

— Фер! — радостно закричал мне Максим и даже помахал рукой, будто в толпе я мог пропустить его рыжую макушку. — Ты вернулся!

— Да-да-да, — поспешил я подойти к нему, да и мне помогла толпа, расступаясь, чтобы никого не смущало наше радостное воссоединение. Неужели я накаркал, когда подумал про Максимку? Но он был слишком радостный, и вряд ли дело было в этом. — Давай отойдём.

Максим кивал, как болванчик, и шёл туда, куда я его вёл. А вёл я его к мотоциклу. Мне сразу же показали, где стоял мой конь, и я отогнал его к машине рода Демидовых, чтобы переговорить с Максимом.

— Ты какой-то возбужденный, — прищурился я, оглядывая парнишку. — Что-то случилось?

— Да! Мне официально присудили титул героя пятого круга! Это же круто, да? — начал искать моё одобрение Максим. Так вот в чём дело. — И ещё знаешь что? Гильдия Льва стала достаточно популярна у героев, и меня теперь постоянно зовут на какие-то передачи! Как молодое дарование. Я хотел сообщить тебе лично, а не по телефону.

— Поздравляю, — машинально погладил я Максима по голове. Для рыжего это было большим достижением. И он заслужил похвалу в свой адрес.

— А ещё в газете написали, что я иду по стопам Леоморта! Представь! По стопам великого героя! — глаза Максимки сияли ярче самого горячего пламени, а я похолодел.

Опять этот Леоморт. Куда не глянь, везде обсуждают командира легендарного отряда. И чем он людям нравился? Вместе с его другом Святославом эта парочка оставляла желать лучшего. Но не буду сейчас рушить мечты Максима. Сам поймёт, что к чему. Лучше сообщу ему другую новость.

— Ты точно станешь более великим, чем он, — Демидов выпятил грудь, но тут же сдулся, услышав следующее. — Я скоро уеду на турнир кулинаров. Во Францию. Думаю, тебе отец мог рассказать об этом.

— Да, говорил, — сурово сказал Максим, но тут же выпятил вперёд подбородок, упрямо заявляя: — Я с тобой.

Я задумался. Ну, почему бы и нет? Только есть один нюанс, связанный с Демидовым.

— Если тебя папа отпустит, — хмыкнул я. — Заодно посмотрим французские Зоны.

— Отпустит, я уже не маленький, — фыркнул Максим и засмеялся. Он уже предвкушал поездку, хотя разрешения на неё ещё даже не получил. Но с этим Максим сам разберётся.

Я сказал ему, что мне уже пора домой. Герой же ответил, что поедет следом за мотоциклом. Ему всё равно делать нечего. Но я увидел хитрый блеск в его глазах. Делать ему нечего, как же. На Сору хочет посмотреть.

Приехали к пекарне быстро. Водитель оказался тем ещё гонщиком и не отставал от моего новёхенького коня. А мужик-то с сюрпризами. Хороший слуга. Молчит и делает свою работу, какой бы она ни была.

Вот только на пороге пекарни я сразу почуял неладное. Очень странный запах и ощущения. Максим шёл рядом и ничего не почувствовал. Хм, показалось? Но я привык себе доверять.

Так что пошли мы на смех девушек, которые сидели в гостинной и что-то весело обсуждали. Но среди них был и тот, кого я совсем не ожидал увидеть.

Мужчина с чёрными волосами, забранными в хвост, что-то живо рассказывал моим сотрудницам. И я даже понял, что именно.

— А потом Фер скормил мне чесоточные чесночные булочки. Представляете? Он был таким мелким ещё, но уже умудрялся напакостить. У меня лишь от одних только воспоминаний всё тело чесаться начинает.

И будет чесаться ещё несколько веков, если я сейчас не пойму, что забыл в пекарне мой брат. И как Амон только допустил его появление в человеческом мире? Нашел лазейку, чтобы оставить ад? Не удивлён. Всегда был смышлёным, если дело касалось меня.

Но девушки лишь смеялись, даже Элеонора тихо посмеивалась, совсем не замечая нашего с Максимом присутствия. Зато заметил Люций.

— Фер! Ты наконец-то пришёл! — встал брат с кресла и вытянулся во весь свой рост. Да уж, человеческая форма не могла скрыть и его габаритов. Рядом со всеми мы выглядели какими-то великанами. — Я на пару дней взял отпуск и решил проведать тебя.

— Чёрт тебя возьми, — прошипел я.

— Никаких чертей, братец. Они меня уже достали, — и Люций громко рассмеялся, что аж пекарня содрогнулась.

— Фер, почему ты не рассказывал, что у тебя есть брат? — слегка заплетающимся языком спросила Сора, но тут же прикрыла рот ладонью, когда я недвусмысленно прищурил глаза. Она поняла, что получит наказание за то, что обчистила мои запасы. Будет отрабатывать. Создам винотеку и заставлю её быть там управляющей. Раз она так хотела пить алкоголь.

Настя в это время пряталась за Элеонору, которая весело качала головой, хоть и смотрела с некой опаской на брата. И что он успел сделать, что только бабка его опасалась? Быстро посмотрел её душу и не удивился событиям, которые произошли. Люций пришёл вовремя, даже не буду злиться на него. Избавил меня от головной боли в виде спасения бабки.

— Фер к тому же не сказал, что они богатые, а Люций ещё и наследник высшего аристократа в Румынии. И потому был так занят, что даже не мог найти времени приехать. Часть старой румынской семьи. Ещё до того, как они вошли в состав Империи, — философски протянула не совсем пьяная Ирина, следившая за всем с долей веселья. — То есть Фер был аристократом ещё там, но решил всё начать с чистого листа, отказавшись от своей семьи.

Что? Румыния? С каких пор я стал румынским аристократом? Или наш замок внезапно стал румынским? Нужно будет сказать Дону, чтобы связался с Амоном. Вдруг замок вынесло вместе с Зоной туда.

— Иди сюда, брат, — очень мило сказал я. Даже почти не шипел.

Люций пожал плечами и отошёл со мной на выход из гостиной. В это время вокруг нас начал носиться Церя, который так и норовил облизать лицо своего бывшего няньки. Люций ловко уворачивался, не желая остаться слюнавым. А белка-подружка выбрала именно этот момент, чтобы появиться.

— Нихрена себе, — увидел её брат и в упор уставился на неё. Белка от такого внимания аж оцепенела. — Зачем тебе тут ЭТО?

— Забей, — пожал я плечами. — Это Цери. Пусть сам разберётся с ней.

Брат повторил мой жест, больше не обращая внимания на белку.

— В общем, я тут всего на пару дней, Фер, — сразу же сказал с небольшим весельем Люций. — Не прогоняй уж брата.

— Не прогоню. Но лишь на пару дней до моего отъезда, — кивнул я, принимая такие правила.

— Да, мне уже сказали, ты теперь путешественник, — весело рассмеялся Люций. — Мог бы и домой зайти.

Максим незаметно, как он думал, подошёл к нам. Мы посмотрели на него с одинаково поднятыми бровями. Герой аж икнул от такого.

— Точно братья, — Демидов был в восторге. — Теперь понятно, откуда у Фера столько денег. Ты и твой брат из семьи какого-то румынского герцога? Или что-то такое?

Мы переглянулись с братом и одновременно посмотрели на Максима. Наше сходство было пугающе. Да и двигались мы совершенно одинаково. Максим же от такого ещё сильнее улыбнулся. Что может быть лучше, чем второй Фер? Так думал Максим. И не нужно было заглядывать в его душу, чтобы увидеть мысли. Они читались прямо на его лице.

— Да-да, — кивнул брат.

— Да-да, — повторил я. Брат заржал. А мне хотелось закрыть лицо ладонью.

— Эй, Максим! — крикнула развязно Сора. Больше духу не наливать.

Но она мне подмигнула, показывая, что всё в порядке. Сора не пьяница, а просто решила помочь. Кивнул ей. Ладно, одну бутылку можно. Потому что дух дома отвлекла Максима на себя, и он, как щенок, побежал к ней.

— Мне тут на днях, — привлёк моё внимание Люций. Я повернул голову к брату, — куча вкусных душ пришла пачкой. Не от тебя?

Я подумал, что скорее всего от меня. Вряд ли кто-то мог сразу доставить в ад именно пачку душ, как выразился брат.

— Да, я, — сказал я и поманил Люция за собой в подвал. Дон, молчавший всё это время, последовал за нами. Не хотел вернуться в ад и думал, не накосячил ли он где-то? Пусть боится, а то я могу и отправить его перед Францией с братцем. Будет вместе с Амоном развлекать его.

Когда мы пришли в подвал, я вкратце объяснил, откуда появилось такое большое количество душ, одновременно доставая карамельные защиты из хранилища Дона в самой дальней и защищённой комнате подвала. Люций удивился такой способности секретаря. Целый человек и не съеден?

— Как ты его выдрессировал? Даже же не пикнул… Вот бы с Амоном так же, — пробормотал Люций. — А то всё каркает и каркает. Вообще не слушается.

— Долгие годы тренировок. Да, Дон? — тот кивнул и ничего не сказал. Сейчас он выглядел не как нудный секретарь, а как идеальный. Всегда бы так. Может, стоит носить портрет брата с собой, как напоминание того, что может быть? Хотя нет. Для Люция слишком много чести.

Я решил посмотреть на тридцать клеток. Пока что оставлю всех в анабиозе. Подсоединил их к небольшому питанию от дома. Пусть отдыхают и набираются сил, пока спят. Нужно, чтобы мои будущие работники — а они ими станут — восстановились.

Кстати. Дон ведь тоже стал сильнее. Съел он в тюрьме достаточно людей. И сейчас пылал, как черный факел. Секретарь не сдержался.

— Фер, мне нужен выходной! Срочно!

Люций засмеялся.

— Ладно, не такой уж послушный, но зато Дончик весёлый, — продолжал смеяться брат.

— Вообще можно. Пока ты мне не нужен, — проигнорировал вместо секретаря брата. — Но что ты будешь делать в свой выходной? Знай, что только до отъезда во Францию.

— Да, тут. Там. Дела. У меня есть дела, — и испарился. Какой сегодня он загадочный. Но пусть развлекается. Свою работу он сделал.

— Ну раз мы остались вдвоём, покажи, чё у тебя да как? — брат сразу кровожадно уставился на меня.

— Будешь так смотреть, и я сделаю чесночные булочки, раз ты их так вспомнил недавно, — спокойно и даже холодно заметил я.

— Ну я же не серьёзно, брат! — тут же поднял руки Люций. — Просто покажи, чем в этом мире живут, да где ты живешь. Твой дом — та ещё находка. Где ты только нашёл духа? Они же вымерли.

— Где взял, там уже нет, — хмыкнул я. — Сора — единственная в своём роде.

Мы медленно шли на выход из подвала, и Люций крутил головой во все стороны, досконально всё запоминая.

— Верю. Та ещё штучка. Похожа на Дриэру. Она же была тут, уже успела пошутить по поводу твоей помощницы? Да и вообще у тебя тут рай для глаз. Особенно мне понравилась Настя…

Брат недвусмысленно обвёл в воздухе контур фигуры девушки. Как я и говорил. Настя была во вкусе брата. Это я ещё подметил, когда только спас их с Элеонорой. Теперь мне ещё и Настю защищать, пока брат гостит… За что мне это?

— Ладно, пошли покажу тебе моё главное развлечение, — мы поднялись наверх и нашли Максима. — Эй, Максим, давай в Зону с моим братом. Покажем ему мастер-класс.

Глава 2

Покажем брату Зону

Максим, кстати, не растерялся. Хотя, если посмотреть на это по-детски улыбающееся лицо, можно было даже забыть, что ты искал. Это всегда отвлекало демонов. Вроде добрая и весёлая улыбка, но она не касалась остальных черт в лице Люция. В его глазах обычно пылало адское безумие, но сейчас оно чуть отступило из-за того, что брат был рядом со мной.

Я уравновешивал его взрывной характер. И нет, я не боялся, что брат разрушит ад в моё отсутствие. У него была там целая спасательная команда на этот случай. Амон и Мулцибер, если что, потянут время, чтобы найти меня. Да и командиры легионов выйдут из спячки. Не в прямом смысле, но будет что-то небольшого взрыва, который сотрёт весь пейзаж ада, пока демоны будут сдерживать взбесившегося повелителя.

Это всё от скуки. Брату бы больше кровопролитий устраивать да хобби найти. Вдруг ему по душе вышивка, а он никогда её и не пробовал? Предложу ему этот вариант. Может, его кровожадность утихнет, если по вечерам он будет вышивать цветы? Хотя, в случае с Люцием он просто выучит новый способ пыток и будет вышивать эти же цветы, но на телах своих врагов. Это уж точно его успокоит.

Так, к слову о Максимке. Демидов совершенно не растерялся от моего предложения, а жестом начинающего фокусника достал телефон и пробил в базе Центра информацию по ближайшим Зонам.

— Третий уровень подойдёт? — скептически спросил Максим.

Понимал его скептицизм. Я привык таскать его по самым злосчастным местам, чтобы герой стал сильнее. Но сегодня не было такой цели, учитывая груз на моих плечах. Такой почти двухметровый, с улыбкой до ушей и хвостиком на затылке. И вообще почему он выбрал в человеческой форме такой цвет волос? Решил косить под меня? Сора, вроде, называла это братским комплексом. Вот он и был во всей красе.

— Подойдёт, — кивнул я. — Близко?

— За пределами города, но очень близко. Открылась недавно, можно зачистить. Как раз бронь была сделана нашей Гильдией Льва, — ещё раз посмотрел в телефон Максим, сверяясь с информацией, что он нашёл.

— Тогда пойдёт. Бронируй, — одобрил я Зону, а сам повернулся к брату, который уж очень внимательно смотрел на Максимку. Оценивал моего «раба». Похоже, что так. — Потом покажу тебе свои владения. Сначала давай спустимся в Зоны. Покажу, чем живут в Империи.

— Да-а-а-а, в Империи. Ни разу не спускался вниз, — протянул Люций насмешливо.

Ага, потому что обычно поднимался. Хорошо, брат, ты оперируешь словами, но тебе стоит быть аккуратнее. Холодно посмотрел на Люция, но тот лишь развёл руками, показывая, что Максим совершенно не слушал, что он говорил. Но я продолжил вглядываться в брата, и тот сдался, тяжело вздохнув.

Максим всё же оторвался от телефона и дал отмашку, что всё готово, а после сказал, что водитель уже ждёт. Люций присвистнул, оценив быстроту действий.

— А этот тоже неплох, — прошелестел он мне на ухо, когды мы уже шли на улицу. — Брат, почему ты никогда не делился советами по приручению существ? Не знал, что в тебе скрыт такой талант. Научи своего младшего. Вдруг и в аду станет спокойнее.

— Обойдёшься, — таким же шепотом ответил я. — Это либо дано, либо нет. Тебя обделили. Все вопросы к матушке.

— Жестоко, — выпятил нижнюю губу Люций, — и где я её найду, по-твоему?

— А она где-то в этом мире, — не остался я в долгу. — Можешь в свой отпуск не у меня гостить, а её поискать ради ответов на интересующие вопросы.

— Нет, — тут же скривился Люций, также не удивившись этой информации. — Как-то не желаю. Пусть сама меня ищет, если захочет поиграть на нервах у своих детей. Сам я в это логово не полезу. И ты всё ещё жесток ко мне. Мы же так давно не виделись, а уже прогоняешь. И к кому⁈ К ней!

А дальше я игнорировал братца, потому что мы уже подошли к машине рода Демидовых. Но перед самым отправлением я решил всё же его предупредить. А то, зная братца, ситуация могла выйти из-под контроля.

— Ты же понимаешь, что не стоит лезть к нему? — прошептал я на демоническом. — Он — мой, да и не делай ничего там, куда мы отправимся. Тебя это не касается.

Брат поднял руки вверх и даже нервно рассмеялся. Знает он, чем грозит такой мой тон.

— А что я? Я ничего и не хотел делать. Я же просто так, за компанию. У меня это… Как его… Во! Экскурсия, — сказал Люций, а я ещё раз смерил его взглядом и сел в машину.

Ну, посмотрим на его поведение. Будет хорошо себя вести, то дам ему булочку, как вознаграждение. А если нет… тоже булочку, но чесоточную. С чесноком. Брат очень не любил чеснок. Почти так же, как эти самые румынские вампиры из сказок той страны.

* * *

Картина следующая.

Максим отбивает атаку каменного волка, который почему-то появился на первом уровне. Отбил нападение, поднырнул под другого зверя, вспоров ему брюхо. Увернулся от задних лап третьего.

Всё лицо Демидова было залито потом. Тяжело сражаться против тех, кто обычно жил не на первом уровне, но каким-то образом оказался здесь. А ведь Максим так хвастался, что получил официальный ранг, а застрял на первом круге, даже не двинувшись ни на десять метров от точки входа. И было видно по Демидову, что он недоумевал, как же так вышло, что эти твари показались тут. Мелких он уже успел перебить, таких, как пауки и гаргульи, но волки стали неожиданностью.

Картина вторая, с другого ракурса.

Мы с братом стоим в стороне, скрестив руки на груди. Смотрим, как старается рыжий герой.

Занавес. Так ведь говорится?

— Фер, почему они тут? — спросил меня Максим в перерывах между атаками. — Не припомню нигде на форуме, чтобы обсуждали миграцию монстров!

Герой разрезал очередного волка пополам. И можно даже не переживать, что Максимка резко стал слабее. О нет. Шкура этих волков была очень прочной, и не каждый мог с одного удара её разрезать. А Демидов смог. Так что дело в другом, как верно подметил рыжий.

— Может, испугались чего-то да поднялись повыше, чтобы избежать страшного монстра? — ехидно заметил я, покосившись на брата. Тот сделал вид, что не при делах. — Ты бы испугался, увидь кого-то, кто намного сильнее тебя, и даже дыхание врага вызывает священный ужас? — продолжал я намекать брату, что он создал своим кратковременным — подчеркнул это в мыслях — отпуском. — Вот и они, наверное, сбежали. Их можно понять и простить. Убивай и пошли дальше.

— Да понял я, понял. Скоро сделаю, начальник, — успел отсалютовать мне Максим, прежде чем сделать сальто над бегущим на него волком.

— Страшный монстр? — спокойно спросил брат. — Это кто тут страшный монстр?

— Это же метафора, — удивлённо повернулся я к Люцию. — Или ты, как обычно, принял всё на свой счёт?

Брат нахмурился, но тут же просветлел, забыв про мои слова.

— А твой раб хорош, — задумчиво пробормотал Люций. — Ему бы ещё тысячу лет сражаться, и будет наравне с Вельзи. Ну… По крайней мере, попытается. Тому нет равных. Твой лучший генерал, как-никак. Ещё один выдрессированный. Он всегда выполняет мои приказы из-под палки. Постоянно чем-то недоволен. То крови ему мало, то ещё чего.

— Тебя раздражает Вельзи, потому что вы похожи. В человеческом мире я узнал, что с этим бы стоит поработать. Брат, найди себе хобби, тогда Вельзи покажется тебе душкой.

— Скорее с душком. Повелитель мух же, — скривился Люций, но продолжил внимательно следить за Максимом. — Хобби, говоришь? И что предлагаешь? Печь?

— Как примитивно. У тебя нет таланта, если ты помнишь, так сказал Дагон, — хмыкнул я. — Но ты попробуй вышивку. Или… Рисование, — представил, как брат ловит врага и рисует его кровью красные картины. М-да. Тоже так себе вариант.

— Амон что-то подобное говорил, — задумчиво пробормотал брат. Я же кивнул. Как я и говорил, секретарь брата был тем ещё дарованием. — Я подумаю. На а пока… Пошли вниз, твой раб зачистил это место.

Действительно. Максим сжигал со своего меча пыль и кровь от каменных волков и только что повернулся к нам, ожидая дальнейшей команды.

— И, брат, — повернулся ко мне Люций. — Могу я его проверить? Я не буду действовать даже на один процент силы. Буду предельно аккуратен с твоей игрушкой.

— Разрешаю. Но как только он закончит с этим местом.

Люций радостно кивнул, когда получил от меня разрешение. И весело поскакал за Максимом, который с сомнением следил за его действиями. Что-то он уже стал подозревать, что второй «Фер» совсем не похож на первого.

* * *

Второй уровень также стал небольшого рода аномалией. Помимо уже известных Максиму монстров появились гигантские кузнечики. Своими огромными крыльями они создавали такие потоки воздуха, что демоны бурь казались сущими детьми.

Максиму нынче не везло. Хотя я и заметил, что с каждой минутой, с каждым действием Демидов будто бы становился сильнее, напитываясь безумием схватки с кузнечиками. И в какой-то момент он посылал их в полет без голов, отчего они становились похожи на летающие ветряные мельницы.

— О как, — рассмеялся одновременно с Максимом Люций. — Узнаю этот вкус. Не, малец точно станет, как Вельзи, раньше, чем через тысячу лет. Пятьсот даю.

— Хорошо, что ты так оцениваешь его навыки.

Мы уже перешли на третий уровень, и там нам не встретилось ничего удивительного. Лишь демонические волки были чуточку яростнее, чем положено. Но Максим даже разочарованно вздохнул, увидев такую легкотню. Проследил за его душой и понял, в чём дело. Состояние берсерка вновь начало возобладать над ним. Ну ничего. Не критично, пусть учится с ним жить. Если понадобится, то вмешаюсь в ход его действий.

У всего есть свои плюсы и минусы. И даже у проклятий можно найти плюс. Например, барон Баранов так зациклился на том, чтобы избавиться от поноса, что забыл рассмотреть и хорошую сторону эклера. Он знатно схуднул и Диане сделал только одолжение.

Так что и с Максимом были положительные стороны. Если он сможет обуздать эту свою часть, желающую крови и зверств, то, например, станет сильнее гораздо быстрее. Лишь бы не сойти с ума раньше времени. Но на этот случай у Демидова был я.

Максимка закончил и выдохнул, разочарованно оглядывая поле грязи, усыпанное трупами.

— Ну а теперь спарринг! — хлопнул в ладоши брат, приковывая внимание героя. — Надеюсь, ты не сильно устал.

Максим, ещё мгновение назад разочарованный таким быстрым рейдом, встал в боевую стойку и весело усмехнулся.

— Ни капельки. Это была разминка. Фер обычно гонял меня дольше. Я готов!

Люций прыгнул, перепрыгивая трупы волков и остановился напротив Демидова. Замерли друг напротив друга, а я покачал головой. Детский сад. Дети вели себя лучше, чем они. Отправлю их в гимназию на уроки, пусть поучатся сдержанности у младших. Даже Лиля вела себя больше как взрослая, чем здоровый лоб-герой и демон, чей возраст лучше не называть.

— Тогда. Приступим. Начали!

И они начали.

Стало жарко. Трупы волков начали плавиться. Я даже не переживал по поводу утраченных ингредиентов. Мне были интересны лишь кузнечики да те каменные волки. Хотя, Церя бы расстроился, узнав, что не получил волчий пирог из-за двух оболтусов. Сейчас они выглядели даже хуже Лёлика и Болика. Но пусть померяются силами, что заведомо было неправильно.

Третий уровень не выдержал жара пламени Максима. Герой уже научился пылать, как сам Дон, да так, что грязь под ногами стала сухой и потрескалась.

Атаки Максима сыпались непрерывно. Каждый новый удар мечом был всё сильнее. Искры летали в разные стороны, и я отошёл на безопасное расстояние. Не для меня, а для костюма. Элеонора меня по головке не погладит, если я уничтожу ещё один. Наверно, сейчас она как раз нашла уничтоженный в тюрьме. Думаю, бабка знает, что с ним делать. Сжечь в печи. Все улики моих странных похождений должны быть уничтожены. Тем более она в курсе того, куда и зачем я направлялся.

Брат же против огненных атак Максима использовал лишь голые руки. Никакого оружия. Он играючи парировал каждый удар.

Глаза обоих загорелись безумным огоньком. Я чётко следил за душой Максима. Всё началось, когда я заметил, как Максим высоко подпрыгнул, повторяя приём своего отца. Он и другой попытался применить, но тут, на третьем уровне, не было плит, которые можно было бы пинать в брата. Так что пыль подошла лишь однажды, чтобы пустить её в глаза Люция.

Прыжок Максима. Его тело напитывается огнём ещё сильнее. А душа слишком быстро приблизилась к опасной точке невозврата. Второй раз вытаскивать из состояния берсерка я не хотел. Так что остановил бой, громко хлопнув в ладоши.

Максим тут же повернул голову в мою сторону, приземлившись рядом с Люцием. Брат весело рассмеялся.

— Хороший бой, пацан. Скошу тебе срок ещё до трехсот, — Максим недоумённо посмотрел на Люция, а я приложил ладонь ко лбу.

— Закончили, — сказал я, оглядывая округу. До босса мы так и не добрались. Вообще мы не планировали закрывать Зону, но судьба сложилась так, что босс погиб от этой драки. Но, к чести Люция, он даже не применял свою силу. Так что во всём был виноват именно Демидов.

Максим встряхнул головой и извиняюще посмотрел на меня, моментально отходя от безумия. Вот и славно.

— Спасибо за спарринг, — кивнул и поклонился брату Максим, а после повернулся ко мне.

— Не благодари, малец. Сильные не благодарят, а отнимают, — хищно улыбнулся Люций, а Максим покосился на меня. Я качнул головой, жестами советуя не верить россказням этого типа. — И вообще ты очень хорош.

— Не думаю, — скривился Максим и недовольно посмотрел на свои дрожащие руки. — Я бы не победил.

— Ох, ну ты сравнил, конечно, — весело хмыкнул брат, — это ты ещё в полную силу с ним не сражался, — Люций кивнул в мою сторону. — Он намного сильнее меня. Просто, чтобы ты знал.

Максим удивлённо замер и посмотрел на меня с ещё большим восхищением. Вот и зачем Люций это сказал? У Максимки теперь появились какие-то странные фантазии на этот счёт.

— Тогда нужно ещё больше тренироваться! Да, Фер? — радостно спросил Демидов.

Я кивнул, а после прекратил этот фарс с выяснением, кто сильнее. Сам пошёл наверх, чтобы не видеть эти довольные лица. Чрезмерно довольные, я бы сказал.

Когда мы дошли до первого уровня, Максим успел выскользнуть наружу первым, а брат меня остановил на минуту.

— Прикинь, твой раб-пацан даже умудрился задеть меня!

Это было сказано так, будто у него любимую игрушку забрали. Я посмотрел на место, куда показывал Люций. Оказалось, что на плече у него был тонкий, запёкшийся от огня порез.

— Сам же сказал, что я умею дрессировать существ. Вот и выдрессировал. Можешь не завидовать, — хмыкнул я. — Учил лучше любого легионера. Мой малец, считай.

— Да-да, хорошая игрушка, — с прищуром пробормотал брат и нырнул следом за мной наверх.

Теперь пора показать Люцию гимназию, пекарню и остальные заведения. Он точно от меня не отстанет, пока сам всё не увидит. Хах, и почему брат свалился на меня тогда, когда мне нужно отправляться во Францию? Или же это к лучшему? Спроважу его сейчас, а потом буду отвечать ему на все звонки с французским акцентом.

«Пардон, етот абонент ни даступен. Перезвоните, мон ами, позже».

Нет. Слишком сложно. Просто не буду брать трубки. А лучше позвоню Амону и лично скажу ему проследить, чтобы Люций не смел покинуть ад в ближайшие месяцы, как бы там дела ни были хороши.

* * *

Ехали мы обратно на машине Демидова. И тут Люций попросил его высадить в городе, потому что ему стала интересна местная архитектура. В жизни не поверю, что брат стал её ценителем. Иначе бы он не разрушал замок раз за разом, чтобы разозлить Мулцибера.

Но Максим не нашёл в этой просьбе ничего предосудительного и просто выполнил желаемое. Мы попрощались с Демидовым, и он уехал домой, пообещав позвонить, когда отпросится у отца в поездку. Я покивал и заверил, что буду ждать.

А сам повёл воодушевлённого брата по улицам, решив скрасить нашу прогулку разными историями, которые случились со мной в мире людей. Люций посетовал, как Дон, что у меня было гораздо больше веселья, чем у него. А я лишь пожимал плечами, спихивая всё на случайность и что люди сами любили находить проблемы. Я лишь попадался им на пути. В один конец.

В какой-то момент мы с братом переглянулись. Мы шли по улице, и внешне всё было точно так же. Но лишь для окружающих.

Мы же чувствовали совершенно другое. Вокруг было много народа. Но постепенно, человек за человеком, появлялись ангелы. Они незаметно вселялись в проходящих или же замерших прохожих.

Была и парочка архангелов.

Мы остановились посреди улицы. Брат посмотрел на меня, склонив головук плечу.

— Говоришь, проблемы сами тебя находят? — ухмыльнулся Люций. — Теперь я понимаю, что ты имел в виду.

Нас окружили ангелы.

Глава 3

Переговоры

Стою. Смотрю. Думаю. Нет, не так.

Думал я всегда и много о чём, но тут просто поражался наглости светлых созданий. Хоть и не средь бела дня, но в разгар ночи, времени, когда люди спешили отдохнуть и посетить свои любимые увеселительные заведения. Только-только начали снимать комендантский час в связи с тем, что демонические эманации уже почти не замечали в городе, а тут на те.

Можно представить, как ты после тяжелого рабочего дня идёшь в свой любимый бар, выпить пару коктейлей или чего покрепче. Желаешь пожаловаться друзьям, какой твой начальник козёл, а все сотрудники говнюки, как в тебя вселяется ангел. И ладно бы, ты выжил после этого. Обычно ангелы не так щепетильны в таких вопросах.

То есть, момент твоего отдыха был окончательно испорчен каким-то рандомным существом, решившим, что он выше тебя и его дело важнее. Я после такого вырвал бы тварь у себя из тела да хорошенько показал, что можно и нельзя делать с моими личными границами.

Вся улица была забита ангелами. Нас окружили так, будто мы могли с Люцием сбежать. Но было заметно, что самые низшие ангелы среди прибывших нервничали так, что не могли сдерживать вспышки света, вылетающие из их тел. Те, кто был поопытнее, сдерживались, но и они дёрнулись, когда брат почесал бровь, наблюдая за этим сборищем.

Самыми спокойными были архангелы. Какие-то новенькие. Их я точно не встречал. Им повезло. Были бы они чуть ближе знакомы со мной или с Люцием, то уже бы бежали куда глаза глядят. А тут чувствовали себя важными птицами. Птицами-индюками, которым спокойно можно переломать крылья, чтобы не мешали под ногами. А лучше и ноги заодно.

Архангелы стояли ближе всего к нам с братом и плотно держали круг. Но они расступились, когда из задних рядов вышла женщина.

Выглядела дама, как аристократка в возрасте, старающаяся молодиться из-за всех сил, но пагубные привычки брали своё. Женщина делать-то ничего не хотела. Сила, данная ей для защиты людей, использовалась лишь как плюс к её хорошей жизни в качестве жены какого-то богатого наследника рода. Я рассмеялся при её приближении.

Женщина вскинула глаза, и они зажглись райским светом. Михаил выбрал в этот раз образ не по своему вкусу. И его это задевало сильнее, чем что бы то ни было.

— Ну и что тебе надо? — спросил я насмешливо.

Брат даже головой не повёл. В его разгорячённой крови после спарринга с Максимом гуляло лёгкое безумие. И пока Люций не двигался, он сдерживался, чтобы не убить всех вместе взятых на улице. Послушный брат, который не хотел быть выпнутым мной за плохое поведение. Пинком и прямо к Амону.

Я же улыбался. Нет, в принципе, можно было спустить брата с вымышленной цепи, но тогда вернусь вместе с ним в ад. Потому что город перестанет существовать.

Можно ли уже приравнять мой отпуск к проблемам? Или ещё неподходящая ситуация? Хотя, когда в таком случае наступит та самая подходящая ситуация? Когда во время моего отпуска ад и небеса вырвутся на человеческие земли одновременно, и наступит полнейший хаос? Не хотел бы я повторения прошлого в такой вариации. Этот мир её не выдержит.

— С вами хочет поговорить босс, — склонил голову Михаил. В женском теле это выглядело комично. А когда архангелы расступились, стало ещё смешнее.

Михаил шёл на каблуках, слегка подворачивая ноги, и тянул за руку мальчика лет семи. Тот всё время подтягивал лямку от штанов с плеча, останавливая тем самым движение архангела.

Брат не выдержал и громко заржал. К такому я тоже не был готов, и мы вдвоём смеялись так, что слёзы брызнули из глаз.

— Вот это обнищали белоручки. У вас закончились преданные фанатики? — вытер я Настиным платком катившуюся от смеха слезу. Брат продолжил смеяться. — Михаил, тебе идут красные каблуки. Проверь, в сумочке точно должна быть красная помада. Говорят, нынче это модный цвет. Хотя, с такой кислой миной это тебя не спасет.

Михаил сурово посмотрел на развлекающегося меня, но всё наше внимание с Люцием было сосредоточено на мелком пацане. Он с недовольством следил за нами.

— Ну здравствуйте, ребята, — пропищал малец и подтянул сползшую лямку ещё раз. Пока он говорил, стало заметно, что передних зубов не хватало. И мы согнулись под новой волной смеха. А вот мальчику было не до веселья. Он ждал, когда мы перестанем потешаться над его внешним видом. — Что вы тут делаете? Заставляете нас напрягаться.

А вот и тот, которого я просил привести ради разговора. Не думал, что он в действительности придёт, чтобы поговорить. Реально отсидел себе пятую точку на белом троне, что даже сил не хватило найти нормальное тело? Хотя, о чём это я? Это тело идеально подходило «боссу». Он был инфантильным и до жути обидчивым, прямо как ребенок.

Бог, как его называли обычные люди, не посвящённые в реальное положение дел, шмыгнул носом и вытер его рукавом полосатой кофточки. А после снова поправил сползшую с плеча лямку.

— Всё же, — прошепелявил босс-ребенок, — вас тут стало слишком много.

Брат расслабленно поднял руки, будто это не было проблемой. Что такого в том, что два повелителя ада находились в своих отпусках? Один — в краткосрочном, а второй — на неопределенный период. Для нас это не было проблемой. Тем более после новостей о том, что предыдущие правители ада тоже сейчас находились в человеческом мире.

— И чё? — хмыкнул Люций. — Какие же у тебя важные дела, что мы тебя от «чего-то» отвлекли?

Я молчал, не вступая в диалог. Хватило и парочки слов Михаилу, а уж с этим гордецом-мальцом говорить вообще не хотелось. Сам пришёл, вот пусть и распинается. Моё дело — выслушать его или нет.

— Уважительнее, демон! — прошипел один из архангелов-новичков. Михаил дёрнулся, услышав, что сказал смертник, и прикрыл глаза, прощаясь с одним славным архангелом. — С тобой говорит Всевышний! Не чета тебе, тёмное создание.

Люций медленно, очень медленно начал поворачивать голову в сторону говорившего архангела. Его рука поднялась машинально. Для меня всё происходило в замедленной съёмке. Архангел не понял, что натворил, и был горд, что поставил на место демона. А вот Михаил понял. Ой, как он всё понял. Как какой-то архангел смел указывать правителю ада? Только тот, кто умрёт в ближайшие секунды.

Но это было бы на руку крылатым светлым. Я выпустил на мгновение ауру, чтобы Люций обратил на меня внимание, чуть убрав пелену ярости со своих глаз.

Брат моргнул и кивнул мне, опуская руку. Нельзя было нападать первыми. Это не будет выглядеть позорным проигрышем. Нет, лишь манипуляция. И не только демоны были в них хороши. Возможно, босс-молокосос, у тела которого ещё молоко с губ не высохло, рассчитывал на подобное и взял в делегацию ангелов этого идиота.

Всегда существовала погрешность, что идиот что-то скажет. Люций, если знать его нрав, не сдержится, а это будет поводом напасть на нас. Нет уж. Такое невозможно провернуть, пока я рядом. А уж следить за братцем до его возвращения будет моей первостепенной задачей.

Михаил выдохнул с облегчением. А вот его босс цокнул языком так, что между его пропавших зубов брызнула слюна. В отличие от самого главного, Михаил не хотел терять своих подчинённых. В этом весь он.

— Так какие у тебя важные дела, «босс»? — усмехнулся я, возвращая разговор в нужное русло, потому что обстановка накалилась до такой степени, что можно было выпекать простейшие булочки. — Устал сидеть на месте? Или надоело следить и слушать, как к тебе раз за разом обращались за помощью, а ты делал вид, что «Бога нет дома»? Хорошее дело. Очень энергозатратное. Можешь тогда свалить и продолжить заниматься великосветлыми делами у себя наверху. Люди же сами остались со своими проблемами, так что… Не порти нам прогулку.

Босс посмотрел на меня и неловко шагнул от Михаила в мою сторону. Я взглянул на него сверху вниз. Идеальная позиция. Так он всегда смотрел на нас. Нравится, что поменялись местами?

— Фер-Фер, давно не виделись. Не ожидал от тебя такого. Ты же был равнодушен к миру людей. Что-то поменялось? — по-птичьи склонил голову ребенок. — Михаил лично передал твои слова, чтобы я спустился и поговорил с тобой. Так вот я тут. Можем говорить.

— Очень великодушно с твоей стороны, — фыркнул я. — Только не перекладывай свои проблемы на меня. Мы не устраивали ничего такого, что могло бы тебе не понравиться. По крайней мере, брат. Я же действую в рамках этого мира. С каких пор ты стал за ним следить? Или же тебе нужен повод? Те архангелы и герой не были весомым поводом, ведь так?

Я улыбался. Был в своём праве. И босс это понимал не хуже меня. То, что он пытался приплести мне и Люцию, не стоило и моего мизинца. Опять вспомнил про этот палец и любовь брата к нему. Но Люций стоял и смотрел на Михаила, ехидно улыбаясь. Успокоился наконец. Это и к лучшему.

— Вы нарушаете баланс мира лишь одним своим присутствием, — нахмурился ребенок. — Мы следим за балансом. Ваш приход, что одного, — указал он на меня пухлым пальцем, а потом перевёл на Люция. Он зевнул, устав слушать этот высокопарный бред. — Что другого, внёс огромный дисбаланс в этот мир. Лишь только ваше присутствие, и всё, ради чего мы стараемся, пойдёт прахом. Мне есть, из-за чего напрягаться.

По лицу брата было понятно, что ему в принципе было фиолетово, как на баланс мира, так и на проблемы Всевышнего. Да и мне было пофиг. Что мы и сообщили.

— Побоку, — зевнул ещё раз Люций.

— Всё равно, — хмыкнул я.

— Кто-то должен покинуть этот мир, — встрял в разговор Михаил, видя, как всё зашло в тупик.

Я насмешливо взглянул на Михаила, а его женские руки нервно теребили пиджак. Боялся, что мы сорвёмся и всё здесь уничтожим? Или боялся за что-то другое?

— Вы знаете правила, — пытался надавить ребенок, но выходило скорее смешно, чем ультимативно.

— Правила? — я сделал вид, что задумался. — Напомню тебе о ситуации в целом, если ты плохо смотрел со своего высочайшего, — насмешливо посмотрел я на архангела, который мигом покраснел, как помидор, — лежбища. Брат здесь на пару дней. У него маленький отпуск, который никому не мешает. Магию он не применял. Ауру не выпускал. Так что не понимаю, чем это могло повредить балансу мира. Люций, планируешь что-то завоевательное здесь?

— Ад упаси, — поднял руки брат, стоило к нему обратиться. — Чтобы потом разбираться с последствиями? Мне и своих дел хватает. Чёткое распределение обязанностей. Если навешу на себя этот мир и превращу его в ад, то и за ним надо будет следить. Амон, конечно, будет в восторге, но тогда я и тебя приплету.

— Вот видишь? — повернулся я обратно к боссу. — Никаких завоевательных миссий. У меня, как вы знаете — следили уже — их тоже нет. Максимум моих интересов вокруг того, что я строю. А те жертвы были лишь потому, что не сдержали свой греховный нрав. Но думаю, они уже нашли своё место в аду.

Хм, а что с теми епископами? Как-то я всегда забываю куда они попадают после смерти? К своему начальнику или же у нас варятся в огненной реке до золотистой корочки, в зависимости от темноты души? Да и неважно. Всем в таком случае место найдём. Ад большой и не имел проблем с заселением.

Что было с душами архангелов, которые решили пободаться с правителями ада, я знаю. Но что становилось с простыми церковниками? Будет время, спрошу у Амона, если это будет мне ещё интересно. Да и вообще, почему мне это так нужно знать сейчас? Лучше бы думал о турнире. Но нет, смотрю на эти светлые морды да вдыхаю зловонный запах.

— Или, если хочешь, давай решим всё грубой силой? — предложил я коварно. — Тебе мешает наше присутствие, так выгони нас. Давай, покажи своим подчинённым, как надо решать вопросики. Я верю в тебя, босс.

Ребенок напрягся и ещё раз подтянул лямку, но с другого плеча. Михаил же напрягся по другому поводу. Вокруг пошли шепотки простых ангелов, которые впервые наблюдали такую картину, как разговор двух королей и своего начальства.

Я чувствовал волнение Михаила и Всевышнего. Однако был весомый повод, о котором, видимо, забыли все здесь присутствующие ангелы.

Ангелы не могли нападать первыми. Им нужен был повод. Веский такой повод, чтобы применить силу. Например, сорвавшийся король ада. Любой из них. И если бы Люций был в мире один, то такое могло бы прокатить. Но тут жил я и не планировал уничтожение.

Тот пёс, который прибыл ко мне впервые, не нападал, а лишь угрожал словами, да и я не сделал ничего такого, что могло бы стать поводом для войны. Лишь выпустил ауру. Но это были детские игры. Ну мало ли, аура чуть вырвалась, так я не напал. А то, что этот слабак чуть не помер… Так это его проблемы. Не мои. Абсолютно.

Как и в случае с приходом Михаила. Пряники не нападали, да и не являлись частью меня. Напади они, то всё было бы проще. Но Михаил был не из тех, кто желал развязать войну. Он вообще был за мир во всём мире. Не хотел, чтобы кто-то вообще сражался. В отличии от того же Уриила, которого не взяли, скорее всего, как раз из-за этого. Он бы сразу напал хоть на меня, хоть на Люция, стоило бы ему увидеть нас.

Так что, по сути, ангелы могли лишь чесать своими языками, говоря о балансе, да пытаться спровоцировать нас. Всё, на что они годились. И это было смешно.

Переговоры зашли в окончательный тупик. Михаил начал нервничать, а Люций откровенно скучал. Он смотрел на меня так жалобно. Ещё немного, и брат начнёт ныть о том, что надо их всех быстренько уничтожить, а затем продолжить нашу ночь воссоединения.

Но, прости, братец, у меня тут дети да дамочки, за которых я был в ответе, а также контракты, которые я не мог разорвать. К тому же жизнь только наполнилась красками.

Хочет кровопролития, так пусть валит обратно в ад да ловит каких-нибудь безумцев, которые хотят сразиться с повелителем. Таких, правда, совершенно не осталось из местных, а людей, что добрались до нашего замка, за всю историю были единицы.

— Мы можем предложить вариант, который устроит всех, — снова подал голос Михаил, неловко вставая рядом со своим начальником.

— И какой же? — насмешливо спросил я. — Свалите наконец?

— И это в том числе, если вы чуть поможете нам.

— Поможем вам? — брат заржал. — Тяжела стала ваша жизнь, раз вы предлагаете подобное.

Брат не был дураком, он уже просчитал те же варианты, что и я, а потому начал веселиться. Да, иногда на него наваливались эмоции, но когда его разум был холодным, то там был чистый расчёт.

— Фер, я знаю, что ты разумный, — продолжай, Михаил, мне нравится твоё унижение сейчас. Ты такой беспомощный, когда дело заходит в тупик. Что же ты хочешь предложить?

— Предположим, — склонил я голову к плечу. — Продолжай.

— Мы уйдём, но твой брат. Он… Ты же и сам знаешь, что он не может долго тут находиться. Баланс не только этого мира, но и вашего начнёт ухудшаться, — говорил архангел всё верно. Но к чему он клонил? — Нам нужны гарантии, что всё не станет хуже. И мы всего лишь предоставим пару ангелов, которые будут следить за Люцием, чтобы он ничего не сделал. Вмешиваться они не будут.

— Эй ты, крылатый смертник, я тебя сейчас, — тут же взревел брат, когда про него начали говорить, будто и не было. Но я поднял руку и задумался. Не надо спешить.

Что нам стоило, чтобы устроить такое? Ну кроме того, что мы не любили светлых, да у Люция были особые взгляды на ангелов. Что они должны быть мёртвыми или как бабочки у энтомологов в коллекции.

Брат обиженно засопел. Ему не нравился подобный расклад. Никогда бы он не пошёл на такое соглашение. Но если я буду «за», то он сдастся.

— Вижу выгоду лишь для вас, — хмыкнул я. — Тогда встречное условие. Я выберу ангелов, и в случае их плохого поведения или вмешательства, мы сможем их убить, как вам такое, «босс»?

Ребёнок, следивший за переговорами, задумался, а после кивнул, приняв такое простое решение. Мне оно не нравилось, но сейчас тратить время на битвы, войны и тому подобное времяпрепровождение не было желания. Так всё и затянуться может.

На том мы и порешали.

— Тогда контракт, — ухмыльнулся я. — Срок два дня. А выбираю я… — я ткнул пальцем в рандомного ангела, а после перевёл взгляд на спасшегося смертника. — И его. Согласны?

— Да.

После этого все ангелы покинули свои временные пристанища кроме тех двух, что были вынуждены остаться. И последний явно не был рад такому раскладу. Его могли убить, но никто за него не вступился.

Улица стала оживлённой. Сосуды не пострадали, и все в шоке начали расходиться по своим делам, бормоча, что как-то задержались.

— Фер, ну за что⁈ — взмолился Люций. — Давай я их сразу убью, да дело с концом.

Я ехидно засмеялся.

— Убьёшь и сразу же вернёшься в ад. Амон будет только рад.

Стон брата был усладой для ушей.

Глава 4

Ресторан Золотова

— Брат, — позвал меня Люций после того, как мы пошли в сторону пекарни. По плану было провести ему экскурсию. После подержать ещё некоторое время у себя да пинком отправить в ад. Но что-то мне подсказывало, что всё пойдёт не по моему плану. И прибытие ангелов с их начальником показало это очень хорошо. — И всегда ли у тебя так весело?

— Пожалуй, — я задумался, — каждый день? Хотя… Если не каждый, то через день. Я же сказал, что неприятности сами меня ищут. Даже делать ничего не надо.

— Завидно, — вздохнул Люций и жалобно посмотрел на меня. — Может, поделишься? У тебя точно здесь есть враги. Мне твой дух сказала. Она говорит, что жить с тобой интереснее, чем на американских горках кататься. Что бы это не значило.

И откуда Сора знает, как кататься на американских горках? Неужели успела где-то попробовать, пока я был в Сибири? Да не должна была. Спрошу её потом.

— Враги? — пощёлкал пальцами. В голову пришла замечательная мысль. Я говорил, что хочу во Францию сделать круассаны, откусывающие пальцы. Но есть один нюанс — я давно не встречал нужный ингредиент, но точно знал, где он находился. У моего, как выразился брат, врага. — Знаешь, давай не пойдём домой. Раз мы с тобой неспящие, в отличие от людей, можем и сделать кое-что интересное. Покажу, как в этом мире бывает весело. Да и новый рецепт ты не пробовал, а мы отправимся именно за ингредиентом для моего шедевра.

— Надеюсь, это не чесночные булочки? — напрягся Люций.

— Не они, — хмыкнул я, но раз брат их так часто вспоминает, то есть смысл ему их сделать. — Хотя… Ты один раз видел эту выпечку в действии.

— Тогда это другой разговор! Погнали! — брат резво развернулся и пошёл в другую сторону.

— Не туда, — схватил я его за рубашку. — Пойдём тенями, но сначала всё же зайдём домой. Оттуда нас не отследят.

— Умно! Тогда пошли! — брат снова развернулся и продолжил путь.

А я уже предвкушал то, что будет происходить утром. Брат поймет всё сразу, как увидит, куда мы отправимся.

* * *

Особняк князя Золотова

Следующее утро

Евгений Вениаминович Золотов проснулся в хорошем настроении. Относительно хорошем. Сегодня должны прийти результаты работы его наёмников. Он отправил один из лучших отрядов, чтобы поймать представителя барона. На ту бабку князь Золотов давно положил глаз. И сейчас решил действовать быстрее и решительнее.

Надо было закончить дело, пока этот пекарь не вернулся домой. Его разведка сообщила, что барон улетел на дирижабле в Сибирь. За это время князь Золотов разработал план и приказал всем следить за пекарней, кафе и гимназией. Но никто не выходил за все дни, пока отсутствовал их хозяин, будто знали, что могло произойти.

Однако шанс всё же выпал. И вчера днём бабка, Элеонора, директор гимназии и представитель барона, вышла в банк. И тогда Евгений Вениаминович отдал приказ: схватить её, а после доставить.

Потому настроение князя и было хорошим. У Золотова не было сомнений, что всё пройдёт так, как он того желал. Лучший отряд, они не могли облажаться. Не в этот раз. Если барон был тёмной лошадкой, то другие его сотрудники оставались обычными людьми, которые ничего не могли противопоставить силам рода Золотовых.

А потому князь собрался, накинул халат и отправился туда, где сейчас требовался. В оранжерею. Его Мушка приболела после того случая со связыванием, и каждый день Евгений Вениаминович пытался возродить в ней радость к жизни. Так что быстрым шагом он добрался до дверей в оранжерею, увидев на входе своего помощника.

Виктор вышел спиной из двери и в ужасе оглянулся. Когда помощник увидел своего хозяина, ужас перешёл в отчаяние.

— Евг-гений Вениаминович, вам туда нельзя! — прошептал Витенька, а князь нахмурился.

— Как нельзя? Я туда сейчас иду. Что случилось⁈ — теперь Золотов был в гневе. Его помощник смел запретить что-то князю? Неслыханная наглость. Даже мать Евгения Вениаминовича не запрещала сыну ничего с пяти лет, а тут какой-то помощник. — Уйди с глаз моих, Витенька.

Виктор открыл рот, потом снова закрыл. Помощник решил, что лучше будет не лезть нарожон.

Князь же распахнул дверь и пошёл к Мушке, но… Её там больше не было. Вернее, остались лишь стебель и растерзанные листочки, которые валялись на дорожке. Но головы мухоловки больше не было.

— Муш-шка-а-а-а-а! — упал на колени князь Золотов. У него по щеке побежала одинокая слеза, пока он хватался за мёртвый стебель его любимицы. Но князь недолго горевал. Он сразу понял, кто виноват. — Бар-р-рон… Витя!

— Да, Евгений Вениаминович? — тут же оказался рядом Виктор. — Что прикажете?

— Бабку доставили? — сразу перешёл к делу князь Золотов.

— Никак нет, — отвёл глаза Виктор. — Связь с отрядом потеряна ещё вчера, когда они прибыли на место операции.

— Вот сука! — выдохнул тот, кто всегда держал себя в руках. Но сейчас ни о каком спокойствии не было и речи. — Это ему с рук не сойдёт. Готовь лучших и узнай, где сейчас этот барон. Ответим ему тем же.

* * *

Утро вышло плодотворным. Мы с братом сходили в гости к князю Золотову и нашли ингредиент для моих круассанов, откусывающих пальцы. Главным для них была голова демонической мухоловки. Одна из них как раз находилась в оранжерее князя.

Надеюсь, у Золотова сейчас было такое же прекрасное утро, как и у меня. Хотя, думаю, что нет. Любви к мухоловки в нём было больше, чем к собственному сыну. Я выбрал правильную цель, чтобы отомстить за Элеонору. Причини я вред его сыну, он бы ничего не почувствовал, а тут пусть помучается.

А потому сейчас я радостно замешивал тесто для круассанов. Нужно побыстрее сделать их, пока было такое хорошее настроение. Ведь его точно захотят испортить в самое ближайшее время.

После нашего с братом похождения мы вернулись в пекарню, и я провёл ему небольшую экскурсию по пекарне, оставив остальные здания на день. Да и Люций был не в настроении. Он-то думал, что пойдём врагов мочить, а мы лишь сходили за жалкой мухоловкой, которая пыталась во время своего убийства обслюнявить брата.

И сейчас Люций сидел со мной на кухне. Его настроение чуть улучшилось, когда я разрешил быть рядом. Никогда не разрешал ему быть на кухне, а сейчас — да. Вот брат и лыбился, глядя, как я замешиваю тесто.

Когда основная часть работы с тестом была закончена, я покрошил внутрь зубы мухоловки по имени Мушка и выложил тесто на поверхность.

— Это круассаны? — спросил любознательно брат, точно зная, что это они и будут. Люций мог определить начало рецепта лишь по запаху. Такая у него была способность, отточенная за годы тренировок рядом со мной и Дагоном.

— Да, помнишь, Дагон показывал как-то? Они…

— Отгрызают пальцы? — захихикал брат.

— Да, так вот, повторю сейчас этот рецепт, потому что я отправляюсь на турнир, где может понадобиться такая прелесть, — объяснил я Люцию, раскатывая тесто на прямоугольный пласт и промазав его маслом. Сверху выложил другой прямоугольник и снова всё раскатал.

Проделывал до тех пор, пока не получилось слоёное тесто. Под конец вырезал треугольники и свернул их, начиная от основания.

— Я хочу их, — загорелись глаза брата. — А ещё таких же пряников.

Пряня сидел и смотрел за братом, хмурясь и не принимая его присутствие. Он явно был не в восторге от Люция. Оказалось забавно наблюдать, как брат был в полном восторге от пряничного короля, а Пряня — наоборот.

— Пряников не отдам, — хмыкнул я и убрал круассаны в духовку. — Это мои личные воины.

— Фер, ты стал таким жадным, — Люций обиженно вздохнул. — И слуги у тебя послушнее и веселее. Дух есть. И пряники-демоны. Много врагов. Давай поменяемся местами?

— Нет, — коротко ответил я. — Ты же не думал, что если займёшь моё место, то ты получишь и всё остальное в придачу?

— Нет? — удивился брат.

— Нет.

— Тьфу ты. Всегда тебе всё самое лучшее.

— Зато ты повелитель ада, — попытался я его утешить.

— Это не плюс!

— Верно, — улыбнулся я. — Так что страдай.

— Ты невозможен! — вскричал брат, а после уронил голову на стол. — Как с тобой вообще можно общаться⁈

— Спокойно, — появилась из стены Сора, хихикая. Она понимала, кто такой Люций и даже не скрывалась в его присутствии. — Фер — прекрасный босс. Он делает невозможное.

— Что? — тут же оскалился Люций, поворачиваясь к Соре. — Ты на него не обижена, что не сможешь поехать со всеми во Францию? Я вот обижен был, когда он кинул меня одного на троне. Тебя постигнет та же участь.

— С чего бы это? — удивилась Сора, а после весело рассмеялась. — Я же сказала. Фер — лучший босс. Я поеду с ними. Я теперь не привязана к дому.

Люций открыл рот, закрыл, а после с обидой взглянул на меня.

— Почему она, а не я? — Пряня зафыркал от этого. Ему стало весело. Всем было забавно, кроме Люция. Не хватало только Цери и Дона. Но секретарь пропадал неизвестно где, а щенок ещё не спускался вниз. Его наверняка захватила в плен белка, пока тут находился брат. Ну, сам потом объявится. Работы для него не было.

— Потому что, — я пожал плечами и достал круассаны, оставив их остывать. — А теперь пошли, покажу тебе город. Не будем другим мешать, пока они работают. Ты ведь тунеядец.

— Я не тунеядец, а в отпуске. Как и ты! — возмутился Люций.

— Я работаю и в отпуске. В этом разница.

На это брату нечего было сказать, и он молча последовал за мной на выход из пекарни.

* * *

Пошли прогуляться по городу. И нет, это было не связано с тем, что мы могли помешать моим сотрудникам. Это было далеко не так. Причина была совершенно в другом. Но об этом брат даже не догадывался. Пусть будет для него небольшим сюрпризом. Ему надо учиться думать наперёд.

Люций всегда атаковал в лоб. А тут выйдет совершенно по-другому. Нужно лишь чуть-чуть подстегнуть врагов, чтобы они сами сделали первый шаг. А в том, что они это сделают, я не сомневался.

В итоге мы сели в ресторане, который идеально подходит под то, что будет происходить дальше. Принадлежал он князю Золотову, хоть он это и тщательно скрывал.

— И что нам тут делать? — скептически посмотрел в окно Люций, а после перевёл взгляд на меню. — Мы же даже не едим.

— Возьми себе кофе. Мне очень нравится, — махнул я официанту и сделал заказ на два кофе, а после попросил наклониться мужчину.

Официант был в растерянности, но выполнил требование. Я прошептал ему пару фраз, и его глаза расширились. Но он не стал спорить, видя, что я не шутил. Кивнул и убежал к бару, где быстро взял мне кофе, а после ушёл на кухню.

Было раннее утро для аристократов. Посетителей ещё не было для этого дорогого места. Идеально.

Осталось лишь ждать.

Брат отпил первый глоток кофе и чуть не выплюнул его на стол, но, увидев мой взгляд, сглотнул и улыбнулся.

— Что за гадость? Как ты его пьёшь? — Люций скис. Он был больше по сладкому. Наверное, это травма от моей выпечки. Но для брата были и хорошие новости. Сейчас я был ещё и кондитером, побалую его сладким до возвращения в ад.

— Спокойно. В этом есть своя прелесть.

Я пил свой кофе и наслаждался. А брат давился, пытаясь не упасть ниже в моих глазах, чем есть.

Посмотрел в окно и допил одним махом пол чашки. Время.

— А теперь, брат, настало время для настоящего веселья, — ухмыльнулся я. — Ты же был расстроен, что мы убили лишь мухоловку. Но взгляни! — я указал в окно, куда Люций тут же посмотрел. — За неё пришли мстить. Смотри, сколько народа собрал владелец растения. Много, очень много. И они сами к нам пришли. Их даже искать не пришлось. Учись, пока я жив.

— Что? Люди сами пришли к нам? Они идиоты? — Люций недоумённо смотрел за бойцами князя Золотова. Они доставали из машин оружие и окружали ресторан со всех сторон.

Официанты и все сотрудники уже успели покинуть будущую зону боевых действий. Я предупредил их, потому что они могли нам помешать, да и я планировал дать брату порезвиться внутри. А лишние глаза нам ни к чему.

— Идиоты. Сами пришли — сами и умрут, — развёл я руками и встал из-за стола, отойдя от него на несколько метров. — Раз. Два. Три….

Начал отсчёт, а брат недоумённо взглянул на меня. Я же смотрел, как один из танков готовился выстрелить. И на пятый мысленный счёт всё сделал это.

Брат же не видел технику этого мира в действии, так что не обратил на неё внимания сразу. Я-то познакомился. Точнее, мой мотоцикл. Так что я представлял, как действовали подобные снаряды.

Окна в ресторане взорвались на тысячи осколков с таким грохотом, что у героев Золотова, что были слабыми, из ушей полилась кровь. Брат же полетел вслед за осколками с удивлённой улыбкой и оказался у моих ног, вертя головой в разные стороны. Я пнул его под задницу, чтобы не терял времени, и скомандовал.

— Они — твои, — дал я ему разрешение. — Но не выходи на улицу и не применяй магию.

— А ты научился дарить подарки, братец, — тут же оказался на ногах Люций. — Тогда не буду себе ни в чём отказывать.

Врагов было много. Очень много. И большинство из них были героями. Четвёртый, пятый круг. Неплохие ребятки.

В окно закинули что-то вроде гранаты, но она не взорвалась, а распространила дым. Но он был мне и Люцию только на руку. Я скрылся в глубине ресторана, где был лучший обзор, а брат лишь весело рассмеялся и пошёл встречать гостей, растворившись в дыме.

Вошедшие герои начали посылать огненные шары. Но они ни во что не врезались, а враги уже были внутри. Первые же герои упали навзничь и были откинуты внутрь без голов. Брат взял со стола чайную ложку и силой отрубал ей голову. Ложкой. Сила есть — ума не надо. И ведь у него даже мысль не закралась, что ножом со стола это сделать было бы легче.

Дальше начались прятки. И неизвестно, кто водил: брат или же враги. Люций решил, что слишком легко встречать врагов на входе, и скрылся внутри, чтобы там вылавливать мышек. Сам же он стал котом, наслаждавшимся охотой.

Три мага подошли слишком близко к одному из столов. Люций незаметно появился и поднял руками мебель, с лёгкостью швыряя её в сторону магов. Те не успели ничего сделать, а напитанные щиты не спасли их от того, что они полетели к стене. Стол разрубил их пополам. Магов стало больше на два. Если половинки можно было бы считать целым магом.

Герои, увидевшие умерших союзников, стали осторожнее, но их это не спасло. Брат разделывался раз за разом со всеми бойцами князя Золотова.

Воины, которые пришли и пытались напичкать Люция пулями, умерли с воткнутым в них их же оружием.

Выглядело это забавно. Князь пытался отомстить за свою Мушку, но с каждой минутой всё быстрее терял своих лучших героев и бойцов. Хотя их было и много, но что такое отряд людей среднего класса против меня или брата? Небольшая закуска перед тем, как слопать самого Золотова.

Брат закончил. Никто больше не кричал. Ни одного хрипа боли. Ресторан был разрушен. Да и не жалко. Я идеально выбрал место. Князь потерял ещё и ресторан. Но это лишь начало.

Благодаря Люцию я смогу решить и другую дилемму, которая была у меня. Нужно с ней разобраться перед тем, как я отправлюсь во Францию.

— Брат, это было весело, — засмеялся Люций, с ног до головы заляпанный кровью. Хорошо, что у нас с ним был один размер. Дам ему свои вещи, чтобы не пугал моих сотрудниц, но это потом. А пока… — Это всё?

— Нет, это только начало, — сказал я и переступил через ещё живого солдата, который пытался вызвать подмогу. Я наступил на его руку и сломал пальцы вместе с телефоном в его ладони. — Пойдём к тому, кто послал их сюда. Владелец мухоловки, если ты не понял. Он меня уже достал.

— Вот это я понимаю, досуг для брата. Может, я останусь ещё на несколько дней, подожду тебя из поездки? Или чуть подольше?

— Размечтался, — хмыкнул я. — Закатай губу.

Я пошёл на выход, планируя взять одну из машину Золотова, чтобы убить его. Я видел, как Максим управлялся с транспортом, и примерно понимал, как что делать. Да и я быстро учусь.

— Эй, брат! Подожди меня! — догнал меня на выходе Люций. — Так к кому мы поедем? Дай хоть узнаю его имя!

— Князь Золотов. Будто тебе нужно имя.

— А вдруг запомню… — почесал нос Люций. — Но это не точно.

Глава 5

Минус Золото

Бар

Вечер предыдущего дня

Элеонора сидела в баре и пила мартини. Бабка — впрочем, в душе она считала себя молодой девушкой — отдыхала, когда уложила всех своих домочадцев, которые были дома. Фер с братом ещё не вернулись. И Элеонора решила отдохнуть.

Бабка не думала, что будет так тяжело. Нет, она не устала ни от должности директора, ни от работы с документацией, но вот от своих проколов… Да, устала. Знала же, что может случиться, но поехала в банк. И чуть было не поплатилась своей жизнью. Повезло, что брат Фера приехал из Румынии в нужный момент.

Этой информации она подсознательно не верила, но решила делать вид, что так всё и есть. Из Румынии, почему бы и нет.

От братьев не было угрозы, лишь помощь. Хоть Люций и внушал какой-то священный ужас после увиденного. Ты будто смотришь на зверя, который заперт в клетке. И вроде бы он безопасен, но стоит тебе только дать слабину, как он сожрёт тебя вместе с костями. Но рядом с братом этот зверь ещё глубже запихивал своё нутро, чтобы никого не потревожить.

Что-то подсказывало Элеоноре, что Люций боялся брата. Она была уверена, что недалеко ушла от истины. Фер хоть и казался безопасным, но его враги могли бы поспорить с этим высказыванием. Да и что-то такое смутное тревожило Элеонору. Будто она что-то забыла.

А потому Элеонора сидела в баре, пытаясь устаканить не только свои мысли и но и чувства, которые пришли в раздрай.

— Ещё мартини, — сказала она бармену. Тот принял её заказ. Итальянский вермут хорошо подходил под настроение и пился легко. Но не успел бармен отойти, как вмешался другой голос.

— Мартини за мой счёт прелестной даме, — бармен кивнул и отошёл, не вмешиваясь в дела гостей. Такова была политика заведения. — Леди, какая-то вы грустная. Позвольте скрасить ваш вечер.

Элеонора посмотрела на мужчину, который сел рядом с ней. Опрятная одежда. Рубашка была выглажена до идеала. Небольшой жилет, который был подогнан по фигуре. Галстук. Даже ботинки были начищены до блеска. Элеонора впервые видела такого опрятного человека. И уже этим он заинтересовал её. Первое, что нужно отмечать в человеке — одежду. Пусть и неправильно делать выводы только по ней, но опрятность важна.

Элеонора подняла взгляд. Тёмные волосы были стянуты в низкий хвост. Острые черты лица притягивали взгляд.

— Да, позволю, — улыбнулась Элеонора, вдруг зардевшись, как маленькая девчонка. Что-то во взгляде незнакомца смущало, но в хорошем смысле. Давно на неё так не глядели. Даже Йонас с Николаем не смотрели на Элеонору так, как этот галантный мужчина. — А грустная я лишь потому, что не справляюсь со своей работой. Иногда случаются ошибки, и виновата в них только я.

— Да, понимаю, — кивнул мужчина. — Работа, она такая, но не стоит во всём винить себя. Иногда обстоятельства выше нас. И если ошибка совершена, то стоит её лишь исправить. Не нужно корить себя. Мой начальник тоже не сахар, но ошибки он прощает. Не думаю, что ваши были так критичны, что последовало наказание.

— Нет, мой начальник и слова не сказал, — хмыкнула невесело Элеонора. — Но самый худший критик — это я. Я не должна ошибаться.

— Все могут ошибаться. Такова природа людей. Но одни не видят своих ошибок. Другие же замечают и стараются в следующий раз их не совершать. В этом и есть разница, — протянул мужчина и отпил ром из своего бокала, слегка скривившись под конец и что-то пробормотав, что не то. — И вы из последних, леди. Вы намного умнее, чем те, кто не хочет развиваться. Знайте это.

Элеонора ещё сильнее покраснела и отпила мартини, пряча лицо в бокале. Давно она не слышала таких слов. Кто будет хвалить женщину в возрасте? Это позволено лишь молодым да неопытным. Элеоноре не хватало этих слов. Обычная поддержка. Пусть и от незнакомца.

Ночь приобрела другие краски. С мужчиной, который не назвал своего имени, было легко разговаривать, будто он давно её знал. Это подкупало. Она и не заметила, как пролетело время.

Элеоноре казалось, что она знала этого мужчину. Бабка всё всматривалась и всматривалась в его лицо, но не узнавала. И через некоторое время не выдержала и спросила напрямую, устало зевнув и прикрыв рот ладонью:

— Мы нигде раньше не встречались?

— Всё возможно, — загадочно улыбнулся мужчина, а после встал и вытянул вперёд руку. — Но вы устали. Позвольте я провожу вас до дома? Нынче опасно гулять одиноким дамам. Не бойтесь, я ничего вам не сделаю.

— Я не боюсь. Знаю, что вы не такой, — покраснела Элеонора и приняла предложенную руку. — Чувствую.

Мужчина кивнул и проводил Элеонору до пекарни. По дороге они ещё немного поговорили. На прощание незнакомец поцеловал руку Элеоноры, от чего сердце, казалось бы, старой женщины забилось чуточку быстрее.

Элеонора забежала в пекарню и приложила руки к груди. Странно.

А мужчина, стоило его даме сердца зайти внутрь, растворился в темноте, довольно улыбаясь.

* * *

А ничего так проехались. С ветерком. Брат вообще был в полном восторге от поездки и довольно кровожадно поглядывал на машину. Я так и видел, как в его голове вертелись шестерёнки. Он начал планировать, как бы утащить такую махину в ад.

Вот герои удивились бы на нижних уровнях, когда после такого маркетинга от повелителя ада другие демоны стали бы красть себе автомобили.

Идёт герой на нижний уровень, а там босс уровня на внедорожнике рассекает. Тогда пошли бы ненужные слухи. Ладно, один мотоцикл. Но зная брата, он бы похвастался Мулциберу. Тот начал бы создавать свои демонические машины, пытаясь не уступить в этом людям. А демоны уже не упустили бы такую новинку из рук.

Демоны на машинах в аду… Нет, такое нам не нужно. Слухи, что они были в человеческом мире, разлетелись бы моментально. А я ещё в отпуске. Поэтому нужно это пресечь.

— Даже не думай, — сказал я спокойно Люцию, останавливая машину неподалёку от загородного поместья Золотова. Ехали мы дальше, чем до особняка рода Демидовых. Князь Золотов неплохо спрятался в этот раз. — Не смотри так на машину. Она останется в этом мире. И другие тоже.

— Откуда ты знаешь, о чём я думаю? — удивился и скривился Люций, пойманный с поличным.

— Я знаю тебя, как облупленного, — не моргнув и глазом, сказал я. — Ты думаешь, что я не замечаю твоих взглядов? Братец, мы слишком давно вместе, чтобы я не понимал твоих мотивов.

— Жаль, — вздохнул Люций, выбираясь из машины. Я следом за ним. — Представь, какой фурор произведёт эта махина в аду. Это же…

— Нет, — холодно сказал я. — Я представляю, поэтому — нет.

— Жадина, — нахмурился Люций. — Всего одна машинка. Что тебе от этого будет?

— Всё ещё, — я сделал вид, что задумался, — нет.

Сам же я вызвал тени ещё по дороге и сейчас ждал их доклад. Долго ждать не пришлось. Князь уже знал, что его отряд был разбит, и ожидал ответного удара. Сейчас Золотов облачался в доспехи героя, чтобы встретить нас как подобает.

Князь, конечно, силён. Дело не только во власти денег. Для обычного человека он казался недосягаемым. Не знаю о предрасположенности его магии, но думаю, что обычные аристо боялись его не просто так.

— Брат, ну хоть что-то хорошее скажешь? — начал уж страдающим голосом спрашивать меня Люций. Это был не первый раз, когда он задал этот вопрос, но ответил я лишь сейчас.

— Да, можешь веселиться, — указал я вперёд, где виднелась начинающаяся территория князя Золотова. — Можешь не сдерживаться. Но правило ты знаешь.

— Да-да, без магии, — хмыкнул Люций и сорвался с места. Больше ему ничего говорить было не нужно.

* * *

Можно смотреть бесконечно на множество вещей, хотя люди и привыкли выделять лишь три. Как горит огонь. Как течёт вода. Как работают другие люди. Но я бы выделил и другой пункт. Как веселится мой брат.

Его ничего не сдерживало. Ну почти. Брат хохотал, когда вырезал очередной маленький отряд, пытавшийся нас остановить. Я не вмешивался, просто шёл по дороге из трупов. Зачем напрягаться? Я ещё успею повоевать. Не с Золотовым, так с кем-то другим, а брату такая возможность выпала лишь сейчас. Вот пусть душу отведёт. Наполнит её кровожадностью, да вернется спокойненьким к Амону. Секретарь был бы только благодарен мне.

Внешний вид брата показывал, кто он такой. Ни один человек не выжил бы в той бойне, что пытались устроить ему воины из армии князя Золотова. Тысяча человек. Самое главное — слово «пытались». Выходило у них, откровенно говоря, плохо. Это можно было понять по постоянно пополняющимся трупам на земле.

Брат быстро продвигался к особняку, где командовал князь Золотов. Здесь не нужна была армия пряников. Хватило лишь одного сумасшедшего Люция, который смеялся то тут, то там. Князь Золотов начал нервничать, когда две трети его армии уже полегло.

Но и оставшаяся часть долго не прожила.

Мы пришли к Золотову. Брат вступил в битву с князем, не говоря ничего лишнего. Зачем слова, когда враг прямо перед тобой? Брат не был тем глупым злодеем, который распылялся на разговоры. Поговорить можно и потом. Когда все уже будут мертвы. А поговорить можно и за бутылкой чего покрепче да отпраздновать легкую победу.

— Ты! — кричал Золотов, захлебываясь кровью, но возводя новые щиты и золота вокруг себя. Вот и выяснилась его магия, оправдывающая имя его рода полностью. У князя не было времени, чтобы атаковать. Он лишь защищался, пытаясь выжить. Виктор, с которым я имел место общаться, уже умер, пытаясь встать грудью на защиту своего хозяина, но брат отмахнулся от него, как от назойливой мухи. — Вы не люди! Барон! Ты пожалеешь, что пришёл сюда.

— Разве? — зевнул я, наблюдая, как брат чуть сбавил темп битвы, чтобы дать мертвецу последнее слово. — Как я могу пожалеть об этом? Ты ведь был так уверен в своём величии, что не останавливался и раз за разом пытался стереть меня в порошок, — я насмешливо покачал головой. — Какого чувствовать это, поражение? Неприятно?

Брат остановился и сделал насмешливый поклон в сторону упавшего на колени Золотова.

— Это твой враг, брат, — сказал мне Люций и подмигнул.

И что в нём взыграло, раз он решил так со мной поговорить? Надоело? Ну и пусть. Золотов уже не жилец. Его нужно лишь добить.

— Нелюди, точно нелюди, — бормотал князь Золотов, стирая кровь с губ. Он собирал силы для последнего удара. Пытался собрать. Но защита отняла слишком много. У него был лишь один шанс на последний удар. — Я сильнейший! Князь! Ты лишь червь и сумасшедший барон! Империя не простит тебе этого!

— Ты несёшь бессмыслицу, — подошёл я максимально близко к князю. — Ты объявил войну барону. По законам Империи я получу всё твоё имущество как победивший главу рода. Я буду решать, что делать с твоими активами и сыном. Оставлю ему минимум средств к существованию, и он уже не будет так кичиться своими связями и положением. Для него этого будет достаточно. Если мозги ещё на месте, то заныкается в дыру, чтобы я его никогда не нашёл, а если нет, то умрёт на ближайшей дуэли. Думаю, множество родов желают ему мести и смерти. А ты… Ты этого уже не увидишь. Ты хотел моё. Но я получу твоё. Это справедливая плата, Золотой князь.

— Никогда! Я убью тебя первым! — вскричал князь Золотов, создавая в руке золотое копьё и нацелив его прямо мне в глаз.

— Нужно целиться не в глаз, а в сердце, — поймал я копьё у лица и тут же кинул обратно в князя. — Вот так.

Но князь уже не понял того, что я ему показал, упав на землю.

— А он чуть сильнее, чем средние здесь людишки, — зевнул брат, отворачиваясь от драматичной сцены. Его она никак не тронула. Бессердечный братишка. Для кого я тут речь толкал? — И, брат, там какой-то мужик у ворот. Его тоже убить?

Я удивлённо посмотрел на Люция, а после повернулся в нужную сторону. Мужик? Кто сюда пришёл? Моё предчувствие говорило уже о возможном госте. И я не ошибся.

Леоморт каким-то образом быстро добрался до загородного поместья князя Золотова.

— Не нужно, — хмыкнул я. — Здесь всё чисто. Я был в своём праве. Пусть подойдёт.

— Как хочешь, — потерял тут же интерес к незнакомцу Люций и стал ждать, как и я, прихода Леоморт. Я успел вкратце рассказать брату, кто это, на что он поднял бровь.

— Погрешность, — задумчиво произнес Люций и пояснил на мой взгляд. — Он стал погрешностью в документах ада. Амон не очень доволен, что этот человечишко выжил. Можно его убить, чтобы не портил статистику?

— Нет, — хмыкнул я, не удивляясь такому предложению. — Хочу узнать, что он скажет. Да и с ним интересно играть.

Брат несчастно вздохнул. Одни запреты. Даже не разгуляешься.

Леоморт быстрым шагом приблизился к нам. На его лице читалась откровенная злость на происходящее. Мы же были спокойны. Что нам волноваться? Мне уж тем более. Я лишь успокоился, что, уезжая во Францию, не оставлю врагов позади себя.

— Кто это с тобой, барон Адалороков? — первое, что спросил меня Леоморт, внимательно оглядывая Люция. Тот выглядел ужасно. Элеонору бы удар хватил. По сравнению с ним я был чистюлей. Лишь пыль и сажа в некоторых местах.

— Тебя это не касается, — улыбнулся я.

Леоморт открыл рот, чтобы что-то сказать. Он внимательно осмотрел всю территорию загородного поместья, увидел всех убитых и наконец наткнулся на пронзённого своим же копьём князя Золотова.

— Ты не мог так поступить. Это не нормально — убивать князя и всё его поместье вдвоем. Откуда у тебя силы? — пораженно пробормотал Леоморт и едва не потянулся к своему оружию, но вовремя остановился.

— А кто сказал, что убили мы вдвоём? — натурально удивился я. — Это он был один. Кстати, тебя это снова не касается. Зря ты сюда пришёл, командир героев.

— Я этого просто так не оставлю, — заявил Леоморт, глядя мне в глаза.

Я засмеялся, будто меня должна была напугать его угроза. Почему люди, чуть что, так угрожают? Больше слов не могли найти?

— Мальчик, иди отсюда, — вмешался брат и вытянул руки вперёд, а после смахнул ими, будто убирал пыль. — Кыш-кыш. Не вмешивайся.

Я ухмыльнулся. Леоморта покоробило обращение брата, и его лицо перекосило. Так-так-так. Что же это? Больная мозоль?

А его заявление было таким же смехотворным, как и князя. Почему они были уверены в том, что что-то смогут сделать? Война была официальной и объявлена по новостям. Конечно, все удивятся, что победил малоизвестный новоявленный барон. Поудивляются и всё.

Но война — дело такое. Победить мог кто угодно. У меня-то изначально не было сомнений, кто победит. Но всё было честно. Я победил и был в своём праве. Никто не смел лезть в войны аристократов. Об этом мне сказал Йонас, посвящая во все тонкости. Юрист-то уж точно не мог ошибаться.

Конечно, перед турниром это была ненужная мне реклама. Теперь те, кто встретится там мне, точно могут понять, на что я способен. Хотелось бы, чтобы всё прошло тихо, но ничего скрыть не получится. Уже сегодня по новостям Мила расскажет, что князь Золотов мёртв и победил я.

Леоморт это понимал. Его сведённые брови подсказали мне это. И не может же придумать ничего. А. Вроде, мысль пошла. Но не о войне и смерти князя. А совсем о другом. Этого я тоже ожидал после отчётов пряников.

— Ты пробрался и уничтожил тюрьму «Сибэр»? — спросил он меня в лоб.

Я громко засмеялся. Брат меня поддержал.

Интересный вопрос. Но зачем спрашивать так прямо? Не хватило фантазии замаскировать вопрос? Почему? Нервы сдают? Хотя, мне всё понятно.

Я же проверил все души спасённых мной заключённых. И узнал много нового про Империю. Самое главное было в информации, касающейся нужного мне учителя героев.

— А зачем ты спрятал своего учителя в тюрьму? — я засмеялся громче.

Глава 6

Леоморт

— Хотя, подожди, — насмешливо сказал я. — Можешь не отвечать. Мне без разницы на твою слезливую и подлую историю, которую ты мне определённо расскажешь. Всё равно те, кто знает об этом, расскажут позже. Можешь не утруждаться.

Леоморт открыл рот, чтобы что-то сказать, но закрыл и начал краснеть от злости. Такое поведение он видел к себе любимому впервые. А мне надоело играть с ним в великосветские игры. Пока он не мешал, всё было нормально. Сейчас приличия закончились.

Не копал бы под меня, не вмешивался бы в противостояние с Борисом и князем, всё было бы замечательно. Для него. Да и про их прошлое я знал. И узнаю больше от самого учителя Святогора, когда тот придёт в себя и приступит к работе, из-за которой я вызволил его из тюрьмы «Сибэр».

Брат рядом смеялся, оглядывая результат своих трудов. Ему будет что рассказать Амону, а тот больше и не пустит Люция к людям. Не умел брат держать язык за зубами, а его секретарь точно предпримет меры и завалит повелителя работой, чтобы и не думал об ещё одном отпуске.

— Я тебя остановлю, — зло прорычал Леоморт, потянувшись во второй раз к оружию. — Ты не смеешь вмешиваться в мои дела…

Удивлённо посмотрел на героя восьмого ранга. У них шаблон стандартных фраз в голову вшит? Может, где-то существовала фабрика, которая производила геройскую речь? Надеюсь, Максимка никогда её не найдёт.

Отпуск всё быстрее катился к чёрту на кулички. Каждый раз я думал, что вот с этими врагами я разберусь, а потом отдохну у печи. Но нет, людишки всё прибывали и прибывали, ища себе проблем в жизни. Новых врагов опыт предыдущих не учил, что ли?

— Какие дела? — деланно удивился я, брат заржал от выражения моего лица. Тише, Люций, не порти момент, совсем эмпатии ему не хватает. Может, ему и было бы полезно побыть месяцок в мире людей. Научился бы чему новому. — Мне абсолютно без разницы, что ты делаешь. Я пекарь, если ты забыл. Уж явно не я вмешиваюсь в чужие дела, так, мальчик?

Я поднял бровь, намекая Леоморту на его стену фаната, как пытались мне объяснить следящие пряники. Она всё больше походила на дело рук какого-то сталкера. Вроде бы даже существовал закон о преследовании людей. Подать жалобу Императору что ли? Чем его герои вообще занимаются вместо того, чтобы ходить в Зоны и защищать людей?

Я задел Леоморта. У него такая нежная натура. Или дело в другом? Тогда почему он так резво обнажил меч, к которому тянулся не раз? Может, проблема в обращении? Ах точно, что-то такое мелькало в душе старого Святогора. Он обращался к Леоморту не иначе как «мальчик мой». Забавно. Одно слово, а герой уже готов растерзать меня на маленькие кусочки.

Тут рядом оказался брат и потянул меня за рукав. Люций сейчас выглядел сущим мальчишкой, что просил у матери какую-то сладость или гадость. Не раз я видел таких клиентов в пекарне и кафе. Обычно проходило совсем немного времени, и такие дети начинали плакать, как только им отказывали в желаемом.

— Ой, брат, ну можно я поиграю с погрешностью? — спросил Люций. — Ну пожалуйста! Брат! Можно? А? А?

Я посмотрел на звереющего и набирающего силы Леоморта. На брата. И прикидывал, чего мне может это стоить.

Леоморт был сильным героем с неизвестными способностями. Сейчас он был на взводе и мог вытворить что угодно. Например, стереть с лица всё, что натворил брат с армией князя Золотова. Может, это даже полезно. Поработает уборщиком территории. Великий герой и уборщик. Расскажу Соре, пусть поржёт. Максимке ни слова, потому что он не оценит такого поступка в сторону уважаемого им героя.

Посмотрел на брата. Тот мог, в принципе, уничтожить всё вокруг, если дать ему добро. И даже без магии перепахает землю так, что все трупы будут стёрты. Хм, задумался.

Но вспомнил ещё раз про Максимку и тяжело вздохнул.

— Давай, — всё же дал я своё согласие. Брат лучился счастьем, но я сразу же отрезал окрыленного Люция. — Только не убивай. Просто покажи ему, как нужно себя вести с нами. Так, чтобы он точно понял, где был не прав.

— Ну ла-а-а-адно, — протянул Люций. — А жаль. Что-то мне его лицо не нравится. У этой погрешности…

Брат довольно бормотал всякую чушь, пока шёл в сторону Леоморта, а под конец весело рассмеялся.

Леоморт выставил меч вперёд и сурово прошипел:

— Ты хоть понимаешь, кто я такой?

— Ты? — брат даже не остановился, а пошёл, как танк на героя восьмого круга. — Ты какой-то очередной высокомерный выскочка, который возомнил себя всесильным. Но мы и не таких видели.

Леоморт не понял, о чём говорил брат, и начал напитывать своё оружие магией. В другой руке он создавал какое-то убойное заклинание. Маг и герой-физик одновременно? Не удивлён. Но и не впечатлён.

Брат также оценивающе посмотрел на героя и не выказал и толики удивления. Люций размял шею и ухмыльнулся.

— Это будет весело!

* * *

Леоморт думал, что победит. Он был одним из сильнейших в Империи. Был. И его самомнения могло хватить на весь город и даже больше.

Сильный герой восьмого круга не мог и представить в страшном сне, что потерпит поражение от неизвестного ему ранее врага. Тем более моего брата. Неизвестная лошадка. И очень резвая.

Пару раз Леоморт пожрал земли в прямом смысле слова, когда брат схватил героя, выбив его оружие из руки, и протащил того десять метров лицом по территории князя Золотова.

Не только такая оказия произошла с командиров героев. Леоморт даже не успевал воспроизводить свои заклинания. Магом он, может, и был искусным, но, как выяснилось, сложно концентрироваться, когда тебя буквально забивают кулаками.

И ведь самое обидное, что брат расправлялся с героем лишь силой, не применяя ни оружия, ни магию. Обидное для Леоморта. Самооценка героя знатно упала после битвы с Люцием, который от души веселился и с легкостью разделался с известным героем.

Брат не остановился и под конец изматывающей для Леоморта битвы вывернул его руки, поставив на колени. Герой не мог сдвинуться с места и ответить тоже не был в состоянии. Его оружие давно потерялось в битве, а важные для мага руки оказались захвачены врагом.

— Запомни хорошенько, — кровожадно прошептал Люций, впервые за битву. — Не лезь к нам. Тебе это аукнется прямо сейчас… А в следующий раз будет ещё хуже.

С этими словами брат сломал обе руки Леоморта. Герой больше не мог ничего сделать. Битва была закончена.

Я расслаблено подошёл к поверженному противнику и посмотрел на него сверху вниз. Но перед этим взглянул на брата и дело его рук.

— Ничего такого, — пожал плечами Люций. — Заживут в лазарете. Лекари в этом мире на уровне, да и его регенерации хватит.

Я вздохнул. Ну хоть не вырвал их и на том спасибо. Можно было порадоваться за героя. Легко отделался. Но не думаю, что Леоморт рассуждал так же. Это было видно по ему злому лицу. И как только не растерял пыл после позорного поражения? Странный малый.

— Слушай сюда, герой, — я устал созерцать Леоморта, а потому решил, что самое время закончить нашу встречу. Мне пора собираться во Францию. Точнее, я ничего не буду делать, а вот девушки устроят целое представление. Не хотел его пропустить. Да и выпечки нужно было много сделать. Планы, планы… Ещё выгнать Люция обратно в ад. Где найти время, пока я разбирался с уже мёртвым князем Золотовым и с Леомортом? — Не я первый это начал. Сидел бы и продолжал строить свои козни подальше от меня. Глядишь, всё было бы хорошо. Но я сейчас ничего не буду делать. Если хочешь войны, то объяви мне её официально. Я свободен по графику. Две войны закрыл, ха-ха. Какой я занятой.

Леоморт сцепил зубы, почти теряя сознание. И я решил, что пора уходить. Ничего он мне не скажет, а потому помогу ему немного.

Наклонился и ударил точным ударом в сонную артерию. Леоморт повалился мешком на землю.

Кстати, я был прав. Теперь территория князя Золотова, то есть теперь уже моя по закону, была перепахана, а трупы сложены по краю.

— Ну что, брат? — обратился я к Люцию. — Пойдём, отпразднуем наше веселье ромом. Сам делал.

— Ты и алкоголь теперь умеешь делать? — удивился брат. — Какой продуктивный у тебя отпуск.

— Сам в шоке.

Алкоголь делаю. Врагов мочу. Главное — не перепутать порядок. А так, в принципе, меня всё устраивало в моём, как выразился брат, продуктивном отпуске. Не хотел бы я, чтобы он заканчивался, а потому нужно было поставить Леоморта на место. Хватит его как раз на то время, пока я буду отсутствовать. Ну а теперь в пекарню. Времени на сборы почти не осталось.

* * *

Поместье Леоморта

Некоторое время спустя

Леоморт лежал в кровати в своём личном поместье и размышлял. Как же так вышло, что один из сильнейших героев нынешнего времени сейчас валялся сломанной куклой после позорного поражения?

Когда командир героев вырубился, он проснулся уже вечером. Никого не было на территории князя Золотова. Это было шансом для Леоморта скрыть своё положение от общественности. Такой позор. И очень удачно, что репортёры ещё не узнали про смерть князя Золотова. Но почему пекарь медлил? Мог бы давно рассказать всем о своей победе в войне. Или же что-то произошло? Такие мысли были в голове Леоморта.

Кое-как герой достал телефон из своего кармана и дрожащими пальцами в сломанных руках пытался дозвониться до своего личного слуги, о котором мало кто знал из людей. Ганс помогал ему с малых лет, но никогда не показывался в обществе, чтобы у Леоморта был козырь в рукаве.

И этот козырь приехал только по одному звонку своего хозяина, перевезя того в поместье. А после начал лечение. Ганс был на все руки мастером. Магия целительства была одной из его скрытых способностей, которая не раз выручала Леоморта во время обучения у Святогора. Такой мощный дар у Ганса скрывали ещё и потому, что Империя — да и другие страны — могли позариться на слугу. Леоморту это было не с руки.

Святогор… Дело было в старике. Командир героев разозлился, стоило ему услышать про «Сибэр». И всё пошло через одно место, которое в приличном обществе не называют.

Леоморт лежал и размышлял. Крики боли, такие позорные, недостойные звания сильнейшего, уже не заполняли поместье, давая герою перерыв. Сращивать кости наживую было не то чтобы неприятно. Адски больно. Последний раз Леоморт испытывал такое, когда был ещё героем пятого уровня и случайно упал в адскую реку без брони. Он горел заживо. Сейчас ощущения похожи. Даже Ганс удивился, кто так сломал руки хозяину, что остались лишь осколки. И поражался хозяином, который смог ему позвонить в таком состоянии.

Леоморт ничего не говорил про произошедшее. Скажет позже. Когда переварит случившееся. В первую очередь ему нужно сообщить своей команде, чтобы некоторые члены его группы не питали ложных надежд по отношению к пекарю-барону. Это касалось Виктории и Инги. У остальных оставшихся в живых не было сомнений, что с Фером что-то не так. Орвин и Святослав уже говорили это не раз, когда команда смотрела новости по Имперскому каналу.

Столько побед и открытий. Такое не могло принадлежать одному человеку. Что ж, как выяснилось, Фер был не один. Его брат был ещё одним монстром, без жалости и сострадания. Леоморт не хотел встречаться ни с кем из них, пока не станет сильнее.

Герой отдал приказ Гансу собрать свою команду здесь. Слуга кивнул, уходя в тень, чтобы выполнить требуемое. Остальные лишь недавно познакомились с Гансом, когда стало сложно искать принцессу Империи в одиночку. Он был связующим со всеми, если каждый находился по своим заданиям.

Буквально через час все собрались в импровизированном лазарете, который Ганс в спешке организовал из комнаты господина. Девушки были в шоке от состояния их командира. Виктория приложила руки ко рту и не отнимала их от лица.

Инга была чуть скованнее, но и в её глазах можно было прочитать, что она не могла придумать ни одну ситуацию, из-за которой Леоморт оказался в таком положении.

Святослав и Орвин не спрашивали ничего. Они лишь ожидали объяснений. Орвин чесал свою макушку, а Святослав задумчиво отошёл к окну без привычной гордости в движениях. Всем было что обдумать. Но вопросов становилось больше с каждой минутой, пока Леоморт не взял слово и не объяснил то, что произошло.

После небольшого рассказа наступила тишина. И до этого было тихо, но сейчас молчание можно было разрезать ножом, как масло.

— Не верю, — выдохнула первой Викторию, услышав, что во всём был виноват Фер. Фер, которого она знала, никогда бы не пошёл на такое. Да и с Леомортом он виделся и общался нормально. Не мог он сделать такого.

— Так уж произошло, Виктория, — криво усмехнулся Леоморт и хотел было махнуть рукой, но не пошевелился. Лишь скривился от пронизывающей боли. — Фер, барон Адалороков, напал на меня после того, как вырезал с братом всех в загородном поместье князя Золотова.

— Брат? — зацепился Святослав за это. — У него есть брат?

— Как выяснилось, да, — кивнул Леоморт.

Инга утешала Викторию, которая никак не могла поверить в услышанное. По словам Леоморта выходило так, что Фер ни с того ни с сего напал на их командира. Точнее, его брат. И сломал Леоморту руки.

Да уж. Рассказ был странным. Ещё и потому, что Леоморт не сказал об одной важной детали. Про тюрьму «Сибэр» и учителя. Никто из команды не знал про то, что произошло с их учителем, объединившим их однажды в такую разношерстную группу. Никто и не узнает, пока жив Леоморт. Он найдёт способ заставить молчать Фера, который, судя по всему, знал слишком много.

— Вырезать тысячную армию, — задумчиво сказал Орвин, поглаживая рукоятку своей секиры. Низкорослый мужчина о чём-то глубоко задумался. — Это же нереально. Звучит, как россказни из старых легенд. Даже мы не сможем такое сделать, собравшись все вместе. Командир, это точная информация? Может, у них была армия, которая ушла раньше?

— Нет, когда я прибыл, они только закончили, — покачал головой Леоморт, отринув эту теорию. — Хоть я и не видел лично, но точно знаю, что никого кроме этих двоих там не было. Он опасен для общества.

— И что нам в таком случае делать? Он аристократ. К тому же это была их война. Он был в своём праве, — вмешалась в разговор Инга, рассуждая рационально. — Но то, что он первым напал на вас… Об этом стоит сообщить Императору. Он предпримет меры.

— Нет, — твёрдо приказал Леоморт. — Никому мы сообщать не будем.

Леоморт и так рассказал слишком много своей команде. И планировал оставить это между ними. В голове же у героя пронеслись мысли, что лучше бы никто этого больше и не узнал. Иначе… Авторитет легендарного героя восьмого круга пошатнётся в глазах народа. Великого Леоморта победил неизвестный и барон, у которого не было официального ранга. Лишь слухи о его неуязвимости.

Ну и тогда некоторые враги командира героев увидели бы повод насолить ему. Они могли связаться с Фером, вместе придумали бы сказочку, что Леоморт вмешался в ход войны, что было запрещено. Да и травмы героя можно было использовать против него. Нельзя, чтобы хоть кто-то узнал про это. Ганс сказал, что понадобятся недели, чтобы вернуть рукам их полную функциональность. До тех пор Леоморт не сможет нормально сражаться.

— Этот выскочка-пекарь стал слишком много себе позволять, — внезапно сказал Святослав, сделав какие-то свои выводы.

— И? — Орвин посмотрел на своего друга. — Что ты предлагаешь, Свят? Если он такой же, как его брат, у Империи большие проблемы. Тем более, как нам известно, он отправляется на турнир кулинаров в ближайшее время. Он будет представителем Империи. Неприкосновенный. Ассоциация будет следить за его сохранностью.

— Наш командир тоже неприкосновенный, но посмотри, в каком он состоянии! — кивнул Святослав на лежавшего Леоморта. — Так что я лично разберусь с ним. Вашего мнения не спрашиваю. Это лишь моё дело.

Глава 7

Суета сборов

В общем, мы отмечали с братом его послушную победу. Почему послушную? Так он не сорвался, не применил магию. И не убил тех, кого не положено. Это была личная победа Люция. Ну, или он боялся, что я выгоню его в ад раньше времени.

Сидели мы сейчас в гостиной и попивали ром. Пару раз мимо пролетала взбудораженная Сора и качала головой, указывая на время. Ну и что, что мы пили ром днём? У нас, так сказать, выходной. Можно и выпить. Тем более, что демоны не пьянели по большей части. Да и вино из саламандр я протестировал на Люции.

Брат алкоголь заценил, когда пару раз выдохнул огонь изо рта. Попросил завернуть ему пару бутылочек. Хотел больше, но я ему не позволил. Мне и самому нужно огненное вино. Не знаю, зачем, но точно пригодится. Хотя бы для графа Демидова. Вряд ли он будет его пить, но эксперимент нужно заценить. Да и вдруг есть какие-нибудь мазохисты в Империи, которые любили дышать огнём. Знал я парочку. Они обожали есть чрезвычайно острую пищу. Так ощущения схожи. Только они, вроде, говорили, что потом проводили время, как будто ели эклеры поноса, но это дело другое. Так что огненное вино мне самому нужно.

Люций немного обиделся, но правила принял. Особенно, когда я выдал ему кусок торта и разную выпечку. В этот раз без сюрприза, хотя брат и напрягся, когда я дал ему попробовать чесночный багет. Приготовил, чтобы настроиться на поездку во Францию. А Люций всё время ждал подвоха и начал чесаться ещё до того, как съел хотя бы кусочек. Детская травма, наверное.

Сначала я, конечно же, пополнил запасы выпечки в своём кольце. Вспомнил всё, что только делал и не делал. Исходя из остатков, естественно. Некоторую выпечку я бы не смог повторить. Да и Дагон, скорее всего, тоже. Редкие демонические ингредиенты на то и редкие, что их сложно отыскать. Но запас вышел приличным.

Брат не отвлекал меня, а выпивал рядом. Пока к нам не прилетел Дон. Секретарь был довольным по самое не могу. Я даже удивился, что сам объявился. Думал, что я буду его искать перед отъездом. А он сам припёрся. И выглядел так, будто сожрал что-то вкусненькое и ни с кем не поделился.

— Ты чего такой довольный, Дон? — подозрительно прищурился я. — Как выходной?

— Прекрасно, — мечтательно протянул секретарь. Брат тоже косо на него поглядывал.

— Обычно, когда Амон такой довольный, я чую подвох, — пробормотал Люций. — Значит, я буду завален работой.

— Не в этом дело, — хмыкнул я брату, а после обратился к Дону. — Чем был занят?

— Да так. Тут был, там был. Ничего такого, — вдруг засобирался секретарь и свалил из кухни.

— Странный он иногда, — философски протянул Люций и отпил рома.

Я согласился. Мы как раз пересели в гостиную, наблюдая на заднем плане, как бегали дамы и что-то всё время собирали. Рабочий день сегодня был сокращённым, а потому девушки полным ходом готовились к поездке. Такое чувство, что мы не на турнир ехали, а переезжали. Но я в это не вмешивался, потому что мне и брать-то нечего было. Хватило бы одного костюма да любимого кухонного ножа, с которым можно и в пир, и в мир, и на войну. Хотя какие войны во Франции? У меня там нет врагов. Но девушки были иного мнения на сей счёт.

Так что бегали они с какими-то тряпками, с посудой. Настя ещё почему-то пыталась перетащить тумбочку, но плюнула, когда увидела, с какими глазами мы с братом на неё смотрим.

В общем, в пекарне сейчас творился натуральный хаос. Утром как раз приходил представитель ассоциации, когда меня не было, и передал Элеоноре билеты и письмо с инструкцией, которые я даже не читал. Билеты на дирижабль были, вот и славно. Остальное меня не касалось.

Причём билеты были не на меня одного, что говорило о щедрости ассоциации кулинаров. По всей видимости, повара не привыкли ездить одни, а потому им выделялось достаточно места на дирижаблях, чтобы они взяли своих многочисленных помощников. Ну или семью, как я. Ну, не семью в полноценном слове. Брата-то я не беру, но своих работников планировал свозить.

Сора как раз пролетела мимо и залетела в подвал. Из интереса я встал у входа и посмотрел, как она запечатывала его, чтобы никто лишний не пролез.

— А мои цветочки? — спросил я запыхавшегося духа дома.

— Не боись, — фыркнула она. — Я провела систему поливки туда. Так что выживут.

Я скептически посмотрел на неё. Я не сомневался, что растения выживут. Но что будет, когда мы вернёмся? Слива и так была агрессивным растением, а уж когда её ничего не сдерживало, то она могла разрастись до неведомых масштабов. Как бы нам не пришлось дом отвоёвывать у неё после поездки.

Но я решил, что это будет потом. Если что, я всегда смогу утихомирить сливу. Небольшая порка для демонических растений. Или же слива начнёт бороться с персиками, потому что у тех был свой характер. Они бы не потерпели соседа рядом со своей территорией. Естественные враги в моём подвале. Всё как в аду.

Сора убежала дальше, а я пошёл к Вадиму и Ване, которые даже сейчас трудились на кухне не покладая рук. Они оставались здесь. Брать я их не планировал, чтобы полностью не закрывать пекарню и кафе. Клиенты были бы опечалены. Прямо как мои помощники в данный момент.

Но Ваня даже порадовался, что их оставлял за главных. На нём была важная миссия: следить за пекарней, а ещё кормить детей. Намекнул помощникам, что, возможно, их станет больше после моей поездки на турнир. Но этой новости не сильно-то обрадовался Вадим. Он и сам хотел поехать во Францию. Всё же это изначально была его кухня. Правда, Вадим не сильно-то и горевал по этому поводу. Больше ему не нравились слова о новом помощнике. Интересно, почему?

Но команды я раздал. Пекарня — на Ване. Кафе — на Вадиме. Помимо этого им будут помогать работники кафе. Там уж Сора и Элеонора решат, кто из бомжей лучше справится. Лишних работников у нас было достаточно. Часто они подменяли друг друга. Так что с работой все были знакомы, в той или иной степени.

Зашёл в гимназию и оставил за главного Николая Валуева. Тот был очень расстроен. Не понял, чем именно. Тем, что уезжала Элеонора, или тем, что я оставил его на главного? Ну, пусть страдает. Мы всё равно ненадолго. Я так думаю, во всяком случае.

Так, вроде, всё сделал. Всё учёл. Брат, пока я решал вопросики, сидел и пил ром. Когда я вернулся, то увидел замученного Церю в его ногах. Щенок не ластился, а просто спал. Даже никак не отреагировал на мой приход. Точно. Вот что я забыл.

— Церя, ты остаёшься здесь вместе со своим беличьим выводком, — сказал я щенку, который всё же открыл один глаз, когда я к нему обратился.

Тот застонал.

— И не ной, — хмыкнул я. — За главного ты. Везде. Следи за моим имуществом. Если что, спрашивать буду с тебя. Пряники тебе в помощь.

Церя ещё сильнее заскулил. Брат поржал. На том и порешили. Никаких возражений я не принимал. Теперь всё точно готово. Осталось лишь проводить брата. Рано утром был дирижабль, так что отправим Люция сейчас. Чтобы не путался утром под ногами.

Брат неплохо так захмелел, когда все собрались в гостиной, чтобы его проводить. Никто особо с ним не сблизился, но провожали всей честной компанией, как в последний раз. Сора, правда, зачем-то соль ему под ноги сыпала да ехидно ухмылялась. Поговорю с ней потом, если не забуду.

В общем, Люций был сильно расстроен, но что уж поделать. Пора ему возвращаться «домой».

— Брат, не забывай меня! — он даже всплакнул, когда я подошёл.

— Забуду, — кивнул я.

— Пиши мне! Звони!

— Не напишу. Не позвоню, — ещё раз кивнул.

— Ну хотя бы навещай меня, — попробовал ещё одну попытку Люций. Я закатил глаза.

— Нет. И ты больше не приходи. У меня много дел, — фыркнул я.

Люций от такой чувственной речи убежал из пекарни, пока ему все махали на прощанье.

— Это жестоко, ты так не думаешь? Брат же, — подошла ко мне Сора.

— Он не маленький, как ты знаешь, — хмыкнул я. — И всё равно сделает всё по-своему. Как только доберётся до «дома», сразу же мне позвонит. Такой уж он.

— Ну ладно, — пожала плечами Сора, а после ушла.

Девушки ещё не до конца собрались, а потому я пошёл на новый круг проверки. Вдруг всё же что-то пропустил? И да. Как раз в это время пришла смс от Максимки, который написал, что отец его отпустил. Завтра он заберёт всю нашу компанию на вокзал.

Ну хоть одной проблемой меньше. Опять я не подумал, как всех везти. Хорошо, что Максим отпросился. Интересно, что он наплёл отцу, что тот отпустил сына со мной? Хотя, графу Демидову не было нужды беспокоиться о сыне. Он будет под надёжным присмотром во Франции. И не пропадёт неизвестно где в одиночку. Очень удобно.

* * *

Утром стало ещё хуже, чем до этого. Хаос приобрел какую-то новую форму. Девушки передвигались по дому с такой скоростью, что ещё чуть-чуть и от их движения в пекарне начнётся небольшой торнадо.

Но в какой-то момент, буквально за полчаса до приезда Максима и его кортежа, всё внезапно успокоилось. Дамы сели пить чай и обсуждать какие-то свои девчачьи штуки. Мы же с Доном посмотрели друг на друга и решили никак не комментировать это явление. Вдруг это нормальное поведение у людей? Сначала бегать, как укушенные демоническими осами, а после сесть и ждать свой транспорт. Но я оценил.

Максим зашёл в пекарню, когда все уже стояли с чемоданами. Откуда они их взяли — это отдельный вопрос. И куда им столько вещей — второй. Но, конечно же, их никто не задал.

Стоило Максиму увидеть Сору, как он покраснел. Дух, кстати, лучилась довольством. На днях я сделал ей ещё одну булочку, которая позволяла уходить ещё дальше от пекарни. Теперь Сора могла спокойно улететь хоть на другой континент. Этого не требовалось, но до Франции она долетит и даже сможет использовать свои силы, будто находится дома.

Максим всех поприветствовал и пригласил сесть по машинам. Из одного автомобиля мне махнул граф Демидов. Димитрий и Анна, сидевшие друг с другом, кивнули мне. Барон сделал это скорее машинально, но я удивлён, что Максимку будут провожать всей семьей. Не хватало только жён графа, а так все были в сборе.

Путь до вокзала дирижаблей был мне знаком, и вскоре мы добрались до нужного места. У Максима вещей было, как у половины моих дам. Его, по всей видимости, собирали жёны графа, Софья и Елизавета. Другого объяснения, зачем Максиму столько вещей, у меня не было.

Проводы младшего Демидова были дольше, чем мои с братом. Граф что-то долго говорил сыну. Потом к ним присоединился Димитрий. Анна в это время стояла и улыбалась, но решила поговорить с девушками, о чём-то хихикая. Я же ждал, когда мы уже отправимся. Почему нельзя просто улететь? Не надолго же отправляемся…

— А вы приехали заранее, — подошёл уже известный мне представитель ассоциации. В руках у него был маленький саквояж. — Большая компания собралась.

— Доброе утро, — поприветствовал я гнома ассоциации кулинаров. Посмотрел за спину мужчине и не заметил больше никаких вещей. Хотелось показать всем, как нужно летать. Но никого рядом не было. Так что я просто вздохнул. — Да, большая. Все пожелали поехать со мной. А я не препятствовал.

— Это хорошо. Я бы и сам взял семью, если бы работа позволяла. Но я поеду с вами один, — кивнул мне представитель.

— Чтобы проследить, что я доберусь до турнира? — ехидно спросил я, а представитель ещё раз кивнул.

— Да, а то всякое случалось, — задумчиво проговорил гном. — Наши некоторые представители от Империи не добирались до турнира. Поэтому было принято решение, что за каждым участником будет закреплен свой представитель. Так что потерпите меня. Я с вами на весь период турнира. Буду решать все ваши вопросы.

— Неплохо, — хмыкнул я. Представил, при каких условиях участники не добирались. Или им очень помогли, или же у них топографический кретинизм. — И очень удобно.

— Соглашусь с вами. Доброе утро, граф Демидов, — поприветствовал представитель Константина, который отошёл от сына, чтобы поговорить со мной.

— И вам доброе, барон Гусев, — кивнул граф. Вот я и узнал имя представителя. А он барон. Барон в услужении у барона. Забавно. Мне всё нравится. — Можно я переговорю с Фером?

— Конечно, граф. Я вам не мешаю. Уже можно подниматься на дирижабль. Буду ждать вас там, Ваше Благородие, — барон Гусев кивнул мне, а после пошёл в сторону ожидающего нас дирижабля.

Я проследил за ним и перевёл взгляд на Элеонору, взглядом говоря, что пусть уже заходят. Нечего булки мять. Бабка поняла мой посыл и сразу же повела нашу огромную компанию внутрь, перед этим сказав слугам, чтобы аккуратно грузили багаж. Там всё очень ценное. Что там ценного, я не знал, но слуги начали носить вещи, будто хрусталь внутри хранился. Не первый раз, видимо, сталкивались с аристократами. Те вполне могли и хрусталь везти. А может, и взрывоопасные артефакты. У аристократов свои тараканы.

— Фер, ты… — начал граф Демидов, а я закончил за него.

— Прослежу за Максимилианом. Не волнуйтесь.

— Уже не волнуюсь, но ты же знаешь…

— Мы сходим в Зоны, и я лично буду следить за его сохранностью, — хмыкнул я. — Нужно же провести проверку французских Зон. Может, и подарок какой вам привезём. Что-то, что поможем вашему бизнесу.

Демидов кивнул и уже предвкушающе посмотрел в сторону дирижабля, куда садился его сын.

— Кстати, граф, — позвал я Константина. — У меня в пекарне кое-что для вас есть. Мои помощники сегодня же отправят вам посылку. Можете проехать мимо моего дома, и тогда вас ждёт приятный сюрприз.

— Неужели то, о чём ты говорил? — удивился граф Демидов.

— Да, уже всё готово. Новый эксклюзивный напиток для вас. И ещё партия варенья, — довольно сказал я.

— Тогда жду подарков из Франции, — хмыкнул граф. — И оставляю сына на тебя.

— Даже не пожелаете победы в турнире? — улыбнулся я.

— Что? — улыбнулся в ответ граф Демидов. — Я уверен, что ты выиграешь. Так что желать победы не буду. Ведь я знаю, что ты лучший повар, ныне существующий в мире.

И после этого граф Демидов отправился к машинам, кивнув Димитрию и Анне, что могут возвращаться.

Да уж. Удивлён, что граф Демидов такого мнения обо мне. Но спорить бы с ним не стал. Я и есть лучший. Я давно превзошёл Дагона. Даже наставник, хоть и покривится, но признает это.

Остался лишь я на платформе. Слуги ожидали, когда я зайду. Не стал их больше смущать. Задумчиво покачал головой и взошёл на дирижабль, который был ещё лучше, чем предыдущие, на которых я был. А неплохой международный дирижабль. Интересно даже стало посмотреть на самый лучший, что существовал в этом мире. Так путешествовать я был не прочь.

Кают было много. Нас разместили с Максимом в одной, а девушек в других. Максим молчаливо визжал от восторга, что полетит вместе со мной. Каюта была просторной, состояла из нескольких комнат. У каждого было своё спальное помещение, которое я не планировал использовать по прямому назначению. Но комфорт оценил. Это я мог сделать.

Проверил, остались ли довольны девушки. Те уже начали распаковывать один из чемоданов. Не стал мешать им. Особенно Ирине и Соре. Потому что дух почему-то решила бегать в одном нижнем белье по каюте. Думаю, она почувствовала моё приближение и сделала это специально. Настя и Элеонора летели вместе и уже пили чай. У них было не так оживлённо, как у двух других работниц. Ирина вообще полировала свои кинжалы, будто готовилась к нападению.

Вернулся к Максиму, который сидел за столом и смотрел, как мы набирали высоту. Восторга у него поубавилось.

— Блин, Фер, лететь два дня. Очень скучно, — вздохнул Максимка.

Я удивлённо посмотрел на рыжего. Ну раз ему скучно…

— Упал, отжался, — приказным тоном скомандовал я. Максим сразу же упал на пол, не ожидая от своего тела такого финта. — Тысяча отжиманий. Тысяча приседаний. Тысяча скручиваний пресса. Раз тебе скучно.

Максим застонал и уже пожалел о своих словах, начав делать упражнения. Я же сел на его место.

А теперь! Франция, жди нас. Мы будем бодры, когда прилетим. Хотя, возможно, что не все…

Глава 8

Vive la France

Новости Имперского канала

— Доброго утра, уважаемые зрители. С вами, как всегда, Мила Нестерова и Роман Власов. Мы приветствуем вас с ещё одним выпуском новостей. Сегодняшние события будут посвящены войне. И если вы ожидали новой войны аристократов, то вынуждена вас расстроить.

Мила покачала головой. Роман перебрал в руках листы с информацией. Переглянувшись с Милой, он взял слово.

— Неужели ты думаешь, что наши зрители настолько кровожадны, Мила? Наоборот. Сегодняшние новости должны порадовать жителей, но, возможно, не всех. Война между новоиспеченным бароном Адалороковым и князем Золотовым закончена.

— Барон проиграл? — драматично спросила Мила, будто и не знала всё наперёд. Впрочем, это было очевидно. Нужна была драма. Это ей сегодня передал редактор. И Мила отыгрывала всё как по нотам.

— Нет, Мила. Хоть многие и ставили на проигрыш барона, известного своей пекарней и кафе, но он победил, — кивнул Роман напарнице. — Загородное поместье князя Евгения Вениаминовича Золотова было разрушено, будто у барона имелась армия. Может так и есть, но подтверждения данной информации нет. Вечером нам поступила записка от самого барона, что война закончена. Наши репортёры выдвинулись на место, чтобы узнать всё поподробнее. И да, полиция прибыла на место одновременно с нами. Всё подтвердилось, но подробностей нам не сообщили. Известно лишь одно — Золотой Князь повержен. И теперь нет золотой империи.

— Большая потеря, — покачала головой Мила. — Как финансовая, так и политическая. Сложно будет оправиться от этой потери.

— Но это ещё не всё. Вышеупомянутый барон улетел на Всемирный Турнир кулинаров, который будет проходить в Париже. Ждём новостей от наших коллег из Франции. Дорогие зрители, не забывайте следить за обновлениями на Имперском канале. Всего вам доброго, оставайтесь с нами.

* * *

Как бы не ныл Максим за эти два дня, но спускался с дирижабля он очень радостный. Я бы сказал, что слишком радостный. И было чему. Его мучения закончились. Ещё несколько раз Демидов ныл, что ему скучно. И тогда я придумывал ему различные упражнения в адском количестве, чтобы прогнать скуку.

После этого Максим не ныл, а просто молчал и сверлил меня взглядом. Кажется, мысленно вёл отсчёт оставшегося времени до прибытия во Францию.

К дамам я заходил несколько раз, но им и не нужна была моя компания. Они и без работы и меня могли найти себе занятие по душе. Сора, как главная тамада, отыскала где-то карты, и они играли в покер на честно заработанные деньги. Кто выиграл, можно было понять по ехидному взгляду духа, которая поглаживала свои карманы. Да и Настя, вроде, была хороша в игре. По крайней мере, не грустила.

Максим пару раз порывался пойти к Соре, но я внезапно вспоминал, что Демидов не доделал пару сотен прыжков, а потому получал штраф. Нечего мне тут романтику разводить. Хватало одного Дона, который мечтательно смотрел на Элеонору.

Кстати, о секретаре. Ничего он мне так и не рассказал о своём выходном. Молчал в тряпочку, скрытный секретарь. Но ничего, расколется. Не сможет долго молчать. Нужно же рассказать о своих похождениях кому-то, а я всегда рядом и знаю больше обычного.

А, про «больше обычного». Ирина и Сора постоянно подталкивали Настю на всякие необдуманные поступки. То она смущённо принесёт мне молока на ночь в одной длинной ночной рубашке. То случайно выльет на меня это самое молоко. В общем, неожиданностей было очень много, но я не пресекал эти неловкие попытки соблазнения. Тем более, замешаны там были все, кроме Элеоноры. Поймаю троицу на горячем и сделаю им выговор за то, что забили голову принцессе с амнезией.

Её папочка не сильно обрадуется любовному интересу своей дочурки. Если узнает, что я спас её, да потом она ко мне подкатывала… Подумает ещё, что я специально выручил её, чтобы затем стать потенциальным Императором. А мне оно надо? Нет. Да и убивать, если что, отца Насти мне бы не хотелось. Мужик он хороший. Но если пойдёт войной… Да нет. Выложу ему как есть, а там уж пусть решает, что делать с романтичностью своей дочери.

Представитель во время полета почти не заходил. Лишь дал минимальные инструкции по прилёту. Нас там встретят, разместят и дадут пару дней на отдых. После официальное открытие, где объявят правила турнира. Каждый год они разные, и никто не знал, что будет в следующем. Тайна, покрытая мраком. Да меня это в принципе не интересовало. Будем отталкивать от того, что известно. Дадут правила — будем их использовать. Думать наперёд не хотелось.

Когда мы прилетели, нас встретила большая делегация французов. Все они были как на подбор. Стильно одетые и с кислыми минами, будто съели невкусных лягушек с утра пораньше. По французам сразу можно было понять, что они самодовольные ребята, которые считают себя лучшими в поварском деле и не потерпят никаких «но».

— Мишлен мне в пах, — услышал я на французском обращение одного мужчины, который, судя по всему, был главным в делегации. — И этот бугай — лучший в Империи? Да у них там что, людей с медведями скрещивают? Что тот Дагон, что этот… С их ручищами невозможно править на кухне. И они посмели показаться здесь.

Барон Гусев дёрнулся, услышав это, но так незаметно, что я вновь убедился в его профессионализме. А французы не только самонадеянны, но ещё и смелы, раз посмели вести такие разговоры перед нами. Видимо, решили, что никто здесь не знает французский.

Но тут удивило нас другое. Точнее, шокировала Настя, которая с покрасневшим лицом вышла вперёд и на чистом французском начала возмущаться.

— Пардон, месье, — Настя закипала, но держалась хорошо, распространяя вокруг себя удушающе нежные волны магии. Мужики потекли и даже не сразу поняли, что Настя была ужас как возмущена. — Но Фер лучший повар, которого знают в Империи. Вы не можете так говорить про представителей других стран. Мы можем это обнародовать в СМИ.

— Девушка, и как вы это докажете? — насмешливо спросил её этот же мужчина. Настя покраснела от стыда, но вперёд вышла Сора со своим телефоном и показала, что вела съемку. Вот тут-то и настала пауза.

Но в дело вмешался барон Гусев, выйдя вперёд и встав грудью, чтобы не усугубить конфликт.

Да что за дегенераты тут, во Франции? Даже если бы я их не понимал — а я их понимал, потому что мне позволяли способности повелителя — они не должны были так себя вести. Или же это была проверка с провокацией? Да уж.

— Прошу прощения, месье, — начал Гусев на неплохом таком французском, но русский акцент перебивал всё. У него был какой-то особенный говор. Впервые слышал, как говорили имперцы на других языках. Выходило довольно забавно. Даже Дон хихикал рядом. — Но давайте не будем усугублять ситуацию, а сделаем вид, что ничего не было. Иначе… Сами понимаете.

Французы кивнули и сделали независимый вид.

— Понимаем, барон, закопаем круассан войны здесь, — самодовольно сказал мужчина, а после обратился ко мне на кривом русском. — Приветствую вас во Франции, барон Адалороков. Надеюсь, вам здесь понравится на короткий период.

Тут я поднял бровь. А этот хмырь… Ему палец в рот не клади. Только замяли один инцидент, как он вновь лезет на рожон. Я даже услышал, как прошипел сквозь зубы барон Гусев. Ещё немного, и мой представитель потеряет лицо и профессионализм. Это надо постараться.

— Барон Дежан, я попрошу вас, — начал барон Гусев, но я поднял руку, останавливая представителя.

— Не нужно, Ваше Благородие, — хмыкнул я и уже на чистейшем французском парировал выпад в мою сторону. Как же людишки любили играть словами. Но я был лучше. Намного лучше, чем они. — Барон Дежан, так? Я задержусь. До самого конца турнира. Короткие партии не по мне. И я уверен, что услышу поздравления с победой от вас. Лично.

Барон Дежан открыл рот, да так и остался. Ещё немного, и муха… А вот и муха. Залетела. Французишко начал надрывно кашлять. Мгновенная карма, получается?

— Будьте осторожны, — я очень быстро оказался рядом и с силой ударил того по спине. — Не нужно умирать раньше времени. Я же сказал, что хочу услышать от вас поздравления.

Барон Дежан перестал кашлять и со слезами на глазах посмотрел на меня. Другие представители французской части ассоциации кулинаров смотрели на всё и не знали, как им поступить. То ли спасать Дежана, то ли отойти от меня подальше. Они сразу поняли, что я герой, который не чурается ходить в Зоны. И это было опасным звоночком.

Вернулся на своё место и встал рядом с Максимкой, который был в восторге от моих действий. Да и девушки смотрели на меня с уважением. Вот так ловко поставить французов на место. И всего лишь парой фраз. Настоящий аристократ.

— Вот как, — Дежан вновь сделал вид, что ничего не произошло. И больше не переходя на русский, продолжил: — Тогда сразу сообщаю вам расписание на ближайшие дни. Барону Гусеву я ещё отправлю письмо с подробностями, чтобы не затруднять вас информацией. Сегодня и завтра — дни отдыха. Послезавтра — официальное открытие Турнира Кулинаров. Поэтому наши машины отвезут вас в отель, где вы можете расположиться с удобствами. На этом всё.

И французишки откланялись, больше ничего не говоря. Вдруг ещё отхватят, пока разговаривают со мной. Не хотели получить порцию унижения? Решили просто пойти и поесть? Правильно, говорят, что люди злые, когда голодные. А на лягушках, или что они едят, далеко не уплывешь.

— Выдохните, Гусев, — обратился я к представителю, который до самого конца смотрел, как французы укатили на своих машинах от дирижабля в сторону выезда с вокзала. — Не они первые, не они последние.

— Это меня и беспокоит. Выбрали вас мишенью, — выдохнул весь воздух из себя Гусев. — Будет тяжело.

— Вы же знаете, что бывает с моими врагами, — насмешливо сказал я, а после последовал к машине, которая ждала уже нас, чтобы мы поехали в отель. — Они долго не живут. И если Дежан даст повод, то я вполне могу и устроить небольшой бунт.

— Этого я тоже боюсь, — пробормотал барон Гусев, но уже взял себя в руки. — Прошу за мной, проведу вам небольшую экскурсию по Парижу. А после разместимся, чтобы вы отдохнули от дороги.

Все кивнули. Максим рядом восторженно прошептал:

— Фер, я и не знал, что ты говоришь на французском, — глаза Демидова горели. — Я тоже учил его, но не стал так хорошо, как ты. Это было великолепно.

— Сколько мне лет, а сколько тебе, — хмыкнул я и услышал позади нас почти такой же диалог Соры и Насти.

— Насть, ты знаешь французский? — удивилась Сора.

— Не знала, что знаю, — таким же удивлённым шёпотом ответила Настя. — Видимо, учила. Но я этого не помню…

Конечно, учила. Не удивлён. Вообще думаю, когда Настя вспомнит всё, то выяснится намного больше талантов, чем сейчас нам известно. Ну а пока мы сели в большую машину, которая повезла нас в отель Ритц, как сообщил нам Гусев.

Он располагался на Вандомской площади. Посреди стоял памятник Королю Солнце на коне. Вокруг были роскошные магазины и заведения, куда барон Гусев посоветовал нам сходить после того, как мы немного отдохнём.

Неподалеку располагалась улица Риволи, а еще чуть дальше сады Тюильри. Дамы пришли в восторг, что ещё и известный во всём мире музей был рядом. Пожалуй, они уже придумали себе план, как проведут свой отпуск. Мне же было неинтересно слушать. Город выглядел помпезно. Кажется, в сети этот стиль называли готикой. Все здания были украшены статуями, очень похожими на демонических существ.

Но, как по мне, Париж был очередным городом И здесь тоже были стены. Они окружали город от Зон, которых хоть и было меньше, чем в Империи, но и людей, способных расправиться с демоническими созданиями, было гораздо, гораздо меньше.

Пока нас обустраивали в отеле, я успел заметить представителей других стран, которые уже заселились и выходили на прогулку. Так же я заметил и тех, кто наблюдал за всем. Прятались они умело, так что я решил пока не трогать мастеров маскировки. Разберусь с ними, если полезут к нам. Пока было лишь безобидное наблюдение. А мы и не вели себя подозрительно.

Расселили нас по номерам в таком же порядке. Но девушки на сей раз были в одном роскошном номере с четырьмя комнатами. Мы же с Максимом заняли светлую комнату, достойную и королей. Но на мой вкус слишком светло. Впрочем, какое мне дело, не мой же дом. Была бы моя воля, так я бы перекрасил всё в чёрный.

Но Максим весело скакал по комнатам и восхищался всему. Даже ванной, что стояла на золотых львах. Это восхитило его больше всего. Оно и понятно. Лев был символом рода Демидовых. И такая деталь была ему очень приятна.

Я же взял один из своих чемоданов, который попросил собрать Сору. Пожалуй, это единственное, что я сделал. Но услышала Сора просьбу и скривилась, сказав, что такие вещи она ещё не собирала в дорогу. Лучше бы я, по её мнению, взял побольше костюмов. Я же предложил купить их мне во Франции. И пусть они будут на вкус девушек. Это сгладило ситуацию.

Зашёл в свою комнату, которая будет служить не мне, и открыл чемодан. Оттуда выпрыгнули пряники-ниндзя и встали в боевую стойку. Следом за ними выпрыгнули и другие их товарищи.

— Смирно, — ухмыльнулся я. — Врагов нет. Пока обустраивайтесь. Задание дам позже.

Пряники отдали честь и расслабились. Но ненадолго. Буквально через секунду они начали доставать из чемодана свои пожитки и пошлёпали искать отдельную комнату.

Когда нашли, то быстро обустроили себе качалку, наподобие той, что у них была в подвале. Даже гантели свои притащили из подвала. Всё своё ношу с собой? Так, вроде, говорится.

А ещё я заметил в углу небольшое столпотворение, когда навестил их чуточку позже. Они сделали себе салон красоты из кулинарного рукава. На палочки для пирожных они наматывали мастику и делали себе парики, как у той статуи, к которой выходили окна нашего номера. Ложечками они делали себе густые парики и тут же накрахмаливали мукой лица, чтобы походить на французских франтов.

Ушёл из их комнаты и решил, что лишний раз не буду туда заходить.

Через час после нашего заселения в наш с Максимом номер зашли уже переодевшиеся девушки и застыли.

— Мы идём по магазинам, Фер! — скомандовала Сора, надела она белое платье, которое подчеркивало её фигуру. Другие девушки тоже нарядились, будто собрались на показ мод. — Мы же в Париже! Столица моды. Нам нужно срочно по магазинам! Немедля!

Элеонора сзади тихо смеялась, глядя на воинственных девушек. Даже Настя поддержала Ирину и Сору. Я же хотел закатить глаза. Это какая-то эпидемия? Сначала пряники, а потом дамы?

— Ладно, — по-простому ответил я. — Только минутку.

Зашел всё же в комнату к пряникам и схватил пять штук, которые уже намарафетились, подобно моим сотрудникам. Вышел обратно в гостиную наших апартаментов. Максим уже хлопал глазами, наблюдая за Сорой и остальными. И густо краснел.

— Вот вам каждому по защитнику. Носить всегда с собой, — вручил я девушкам и Максиму по прянику. Те были в шоке. Сотрудницы и Максим тоже. Но что уж поделать. Таковы правила.

— Но, Фер, — надула губы Сора. — Он не подходит, как кавалер.

— У тебя есть милая сумочка. Засунь его туда.

— Правда? Миленькая же, да? — она покрутила в руках сумку в форме сердечка. — Знала, что оценишь.

— Да-да, — покивал я. — А теперь можете идти. Денег хватает? — спросил я всех. Кивнули. — Вот и идите, модницы.

Дамы не обиделись, а наоборот — ещё сильнее воспылали духом. Особенно Сора. Максим же застыл и, кажется, не дышал.

— Дыши, герой, — хлопнул я Демидова по спине. — А то задохнешься, и что я тогда скажу твоему отцу?

Максим хрипло выдохнул, да так, что у него слёзы из глаз полились.

— А? Что? — непонимающе заозирался он. Вот она, красота, страшная сила.

— Что-что? Идём и мы с тобой прогуляемся. Только не по магазинам, а по местным заведениям. Ты же голодный? — Максим кивнул. — Вот и замечательно. Хоть познакомлюсь с местной кухней прежде, чем начнётся турнир. А то есть у меня некоторые подозрения.

Глава 9

Гастро-тур

С чего лучше начинать знакомство с другой страной? С истории городов? С достопримечательностей? С местных жителей?

Нет. Лучше всего начать именно с еды. Устроить себе небольшой гастрономический тур, чтобы понять, чем питались местные.

На самом деле очень многое можно было сказать о стране, именно по еде. Иногда по десертам, но чаще всего вперёд выходила именно выпечка. Если в Империи на первом месте были хлеб и пироги с различными «тяжёлыми» начинками, то в других странах всё могло быть совершенно по-другому.

Например, Япония. Не зря тогда мой новый знакомый предложил сделать моти. Это было одним из национальных десертов. И другие не отличались оригинальностью. Для японцев, естественно. Рисовая мука была в приоритете везде. И в основной кухне, и в десертах.

Во Франции же любили багеты. Есть несколько легенд, почему именно он стал символом выпечки этой страны. Ни одна из них не была подтверждена. Но разговорившийся в одной из пекарен француз охотно поделился ими. Максим понимал всё наполовину, но усиленно жевал, пока я впитывал историю выпечки.

Больше всего мне понравилась версия про строителей и возникновение багета. В одно время Париж заселило большое количество строителей. И у каждого человека во время работы был с собой хлеб. А ещё ужасно обострялись конфликты. Раз был хлеб, строители носили с собой и ножи для резки. И во время их драк могло пострадать много людей, так что ответственный за стройку Парижа объявил пекарям, что нужно создать такой хлеб, который можно было бы ломать, а не резать. До сих пор популярно именно так делить багет. Ломать, а не резать.

Максим на это удивлённо захлопал глазами, а мы пошли в другие заведения. После багетов мы попробовали круассаны. Максим правда негодовал, что он не такой вкусный, как у меня. И даже упомянул, что брат частенько вспоминал тот мой выигрышный круассан на ярмарке, после которого и начался снежный ком из проблем и моей популярности в Империи.

Следующими в списке того, что мы должны попробовать, были улитки. Максим кривился, но стоически ел, когда нам подали их в другом заведении, куда мы перебрались после круассанов.

А дальше были кок-а-вин и фуагра. Кок-а-вин Максим воспринял бодрее, чем улиток. Всё же петух в вине был почти знаком Демидовым. Род славился своими винами. Максим по достоинству оценил этот рецепт, приготовленный французским поваром.

Фуагра тоже было странным блюдом. Я, вроде, слышал, что гусей буквально закармливали до смерти, а после убивали, чтобы получить это блюдо из печени. Бегали где-то у нас гуси в аду. Такие большие двухметровые твари. Подговорить, что ли, Дагона, чтобы поймать парочку гусей и сделать фуагру? Правда, придётся отбиваться от их больших острых клыков, но это дело плёвое.

Дегустировали мы и вина, которые подавали с каждым блюдом. Каждый раз разное, которое подходило именно под то, что мы ели. Максим потихоньку хмелел от каждого выпитого бокала, даже несмотря на то, что он герой и мог прогонять кровь в организме, чтобы меньше пьянеть.

Периодически я проверял через пряников, как там дела у моих шопоголичек, которые отправились в такой же тур, но исключительно по магазинам. Оказалось, что у них всё было отлично. Накупили много вещей. Даже Элеонора приобрела себе новые наряды. Сдалась под натиском девчонок и стала такой же модницей. Дон был с девушками сейчас. Он летал от нас к ним и наблюдал за обстановкой. Не мог оставить свою любимую надолго. Да уж. У него была серьёзная проблема. Влюбился… А Париж ещё и считался городом любви. Тяжело ему приходилось.

К вечеру мы с Максимом зашли в один из ресторанов, который нам посоветовали в другом, чтобы сполна насладиться французской кухней. Там-то мы и поели оставшиеся блюда и десерты из моего списка того, что нужно было непременно попробовать.

Луковый суп, фондю, рататуй. Трюфели — еда настоящих аристократов… И конечно же, крепы, крем-брюле, профитроли… Да, это было настолько вкусно, что я даже заподозрил, что шеф-поваром был один из демонов, ещё один бывший ученик Дагона. Но шеф, который вышел, чтобы я выразил ему свой восторг, оказался обычным человеком. Неплохие повара во Франции. Можно было понять Вадима, который хотел попасть сюда. И почему он выбрал французскую кухню. Мне всё очень даже понравилось.

Максим правда захмелел уже настолько, что развалился в своём кресле и с наслаждением облизывал пальцы после профитролей с заварным кремом. Он слишком расслабился. Пора и встряхнуть его немного. Мы же не отдыхаем на самом деле, а пришли выведать обстановку. А у Максимки была ещё и другая задача. Стать сильнее. Пора к ней приступить.

— Максим! — кричащим шёпотом позвал я Демидова. Тот сразу выпрямился в кресле и посмотрел на меня немигающим взглядом. — Пора в Зону.

— Куда? — не понял Максим.

— В Зону, — спокойно сказал я, разламывая сахарную корочку у крем-брюле. Стук ласкал уши. Сегодня количество моих рецептов пополнилось не только десертами, но и обычной кухней. Мне было достаточно попробовать каждое блюдо, и я уже понимал, как и что готовить.

— Где? — заозирался Демидов, совершенно не понимая, что к чему.

— В Караганде, — однажды услышал этот ответ и решил применить его сейчас.

— Так далеко же, — ещё сильнее внёс я сумятицу в поведение Максимки. — Дирижабли уже ушли, наверное.

— Не тупи, Максим, — я всё-таки закатил глаза. — Тут. В Париже. Разгоняй уже свой алкогольный угар. Пошли проверим французские Зоны. Ты разве не хотел провести небольшую проверку?

— А! — Максим тут же выполнил приказ-просьбу и трезвым взглядом посмотрел на меня. А после вскочил и уже более резво ответил: — Пойдём сейчас! Нужно разогнать то, что мы наели. Я так и потолстеть могу! Не понимаю, как в тебя столько вместилось.

Не буду же я ему говорить, что у меня бездонный желудок. И от еды мне ни холодно, ни жарко. Энергии и толку от пищи ноль, но это было нужно для разбора рецептов. И в отличие от Максима, я точно не потолстею. А если скажу, так он обидится на меня. Люди вообще часто переживали про свой внешний вид. А Максим вдвойне. Сора-то выглядела потрясающе. Вдруг на потолстевшего Демидова не взглянет потом? Как ему быть?

— Как скажешь, — хмыкнул я, расплачиваясь по счёту, а после вставая. Пора действительно немного растрястись. Достал свой телефон и вбил французский филиал Центра Зон. Удобно. Нашёл нужное. Там-то я и погоняю Максима. — Пошли.

* * *

Где-то на шестом кругу

Центр одной из пустынь

Группа героев продиралась через песчаную бурю. На шестом уровне это было редким явлением, но возможным. Всё же пустыня даже в Зоне оставалась пустыней со своей изменчивой природой. Буря настигла группу неожиданно, как оно и бывает в реальном мире.

Нигде нельзя было скрыться, но герои смогли найти небольшой валун, к которому привалились и так плотно прижались друг к другу, что сложно было понять, где начинается один человек, а заканчивается другой.

Буря могла продлиться хоть несколько минут, хоть час. Это невозможно было предугадать, а потому все герои зажали себе нос и рот частями одежды и терпеливо ждали.

К их укрытию постоянно прибивало монстров, но герои не давали к себе приблизиться и отбивались от шакалов и сколопендр. Карл посмотрел на своего друга и вновь вернулся в укрытие.

— Болеслав, — позвал он приятеля. — Сообщи командиру, что нужно найти босса. По всей видимости, буря не утихнет, пока мы его не найдём. Она и не думает кончаться. А босс где-то рядом. Пара наших ребят слышали злобный смех снаружи.

— Сам ему и скажи, — ответил Карлу Болик, как его любил называть Фер. — Почему мы вообще потащились в шестую Зону? Всесильными себя после муравейника почувствовали? Так с нами был ОН.

Карл кивнул. Да уж. Он понимал ворчание Болеслава. Но что уж делать, когда они уже были в Зоне? Оставалось лишь сражаться за свою жизнь.

— Успокойся, — хмуро сказал Карл другу. — Мы почти закончили. Да и потерь нет. Нам всего лишь нужно найти босса.

В это время как раз вперёд вышел командир вместе с Троем, который был следопытом. Он хорошо облегчил им прохождение предыдущих уровней. Чуйка у Троя работала как надо. И сейчас командир что-то обсуждал с ним.

— Вы правы, — сказал главный в группе. Видимо, услышал их разговор. — Буря не утихнет. Но Трой сказал, что чует босса. А потому придётся выйти и сражаться. Все готовы?

Нестройный шепот голос ответил утвердительно. Все вышли одновременно, идя след в след за Троем. Лелик и Болик шли прямо за магом. Трой был именно магом, и её вид был довольно редким. А некоторые аристократы считали его ещё и бесполезным в Зонах. Вот на службе… Да, там было другое дело. Аристократы хотели переманить Троя к себе, чтобы он искал им врагов. Но маг отказывался и продолжал ходить в Зоны, оттачивая своё мастерство в поиске. Он преуспел в этом деле.

Вдруг Трой остановился. Все остальные герои в группе тоже замерли. Никто не понял, что произошло. Босса уже нашли? Болик же потёр глаза. Что-то мелькнуло и пропало спереди. Но он ничего не успел разглядеть.

— Эм, — вдруг обернулся ко всем Трой. Суровый маг выглядел сейчас напуганным. — Это… А давайте вернёмся домой?

Даже в бурю можно было резать ту тишину, которая повисла после его вопроса.

— Что такое, Трой? — спросил командир, выйдя вперёд.

— Вдалеке я увидел что-то странное, — болезненно нахмурился маг. — Какой-то жуткий монстр ехал на колеснице. Он гнал перед собой стадо демонов. И раздавалась зловещая музыка…

Все замерли. Что? Что они только что услышали? Но не поверить Трою они не могли. Он всегда говорил только правду. Командир ещё раз посмотрел на напуганного Троя и вздохнул.

— Эм, хорошо, — принял он решение. — Возвращаемся.

— Я покажу дорогу, — резво сообщил Трой и чуть ли не побежал от того, что видел несколькими минутами ранее.

А колесница, которая на самом деле была разрушенной после дороги машиной с шипами, огромными колесами и уже поржавевшим кузовом, продолжала ехать вперёд. Домой. И водитель надеялся, что она хоть как-то доедет до конечной точки. Зловещий смех раздавался внутри.

Демоны, бегущие впереди от адской колесницы, заверещали и попытались уйти с дороги безумного водителя.

* * *

К Зоне мы отправились пешком. Находилась она около одной из достопримечательностей Парижа. Ворота Сен-Мартен. Читать про них у меня не было времени, но я заценил, как ловко встала лужа Зоны прямо между центральным пролётом ворот.

Сбоку на арке изображалась женщина с покорённым львом. Максим завис, разглядывая барельеф. Ему крупно повезло во Франции. Столько львов было лишь в роду Демидовых. А тут куда ни плюнь, так лев. Максим лучился счастьем от этого осознания. Поди, прилетит обратно в Империю и будет всем рассказывать, что не только род Демидовых оценил величие этого зверя, но и французы, хоть они и были снобами.

Пока Максим разглядывал местную достопримечательность, я оценил толпу, что стояла перед Зоной. Тут было много разных групп. Однако никто не решался зайти внутрь Зоны. Пока что.

Ко мне подошла какая-то компания, и я с удивлением заметил среди них знакомое лицо.

— Юдзиро-сан! Какая приятная встреча, — улыбнулся я и поприветствовал японца, чуть склонив голову. Мой приятель по переписке ещё со времён нашей первой встречи с моего дебюта в ассоциации кулинаров.

— Фер-сама, — улыбнулся Юдзиро и довольно низко склонился. Ох уж эти японские условности. Да и с обращения я улыбнулся. — Вы тоже тут! Слышал, уважаемый Фер-сама нынче представляет Империю. Дагон-сама решил не участвовать?

Наставник? То есть он всё-таки был кандидатом? Почему отказался? Странно.

— Мне не оставили выбора, — пожал я плечами. — Предложили участие. Я не отказался.

— Это хорошая новость, — кивнул Юдзиро-сан.

Второй японец, стоявший чуть сзади, вышел вперёд и радостно улыбнулся, что его глаз стало почти не видно.

— Как вам моти, Фер-сама? Юдзиро-семпай говорил, что вы пробовали сделать наш десерт. Мы восхищены вашим рвением узнавать что-то новое. У нас в стране очень ценное качество, — а его русский был неплох.

— Очень вкусный десерт. Увы, я сделал его лишь для своих домочадцев, — чуть соврал я. — Но я оценил это блюдо по достоинству. Решил, что хочу поближе познакомиться с культурой Японии. Очень отличается от известной мне.

Японцы пришли в восторг и начали обсуждать со мной национальные блюда, когда я проявил заинтересованность. Хочешь расположить к себе повара? Начни говорить про то, чем они гордились. В данном случае повара из Японии очень любили свою страну. Кажется, они часами могли говорить про их национальную кухню.

Выяснилось, что Юдзиро-сан был избран представителем Японии. И что для него будет честью сражаться со мной за звание лучшего кулинара. Хм, лжи в его душе не было. Я оценил его честность. Не зря я с ним продолжал разговаривать даже после того, как мы впервые встретились. Хороший мужчина и верен своим идеалам. Возвысить японскую кухню на мировой арене.

Пока мы разговаривали, я всё же рассмотрел тех, кто был на площади перед воротами Сен-Мартен. По большей части, это были представители-участники других стран. И как ни странно, это оказались герои.

Вполне логичное стечение обстоятельств на самом деле. Я понимал поваров, которые были как героями, так и поварами. Это в Империи только недавно начала распространяться мода на блюда из демонических ингредиентов. Особенно выпечка. В других странах это было уже своеобразной традицией.

И герои-повара знали, что самое вкусное и ценное можно было найти только в Зонах. Эксклюзивные ингредиенты. А постоянно заказывать у героев тот или иной ингредиент было накладно. Пока найдёт, пока принесёт. Да и наёмники могли что-то повредить. А хочешь, чтобы было сделано хорошо — сделай это сам.

Но это оказалось не очень хорошей новостью. Наверное. Я ещё не определился. Но то, что противостояние на турнире будет сложнее — это я понял сразу. Но так даже интереснее.

Тут к нам подошёл Максим. Рядом с ним шёл начальник местной жандармерии. По всей видимости, именно этот француз отвечал за Зону. Максим что-то на пальцах пытался ему объяснить. Но выходило с трудом. Демидов учил французский, как он сказал. Но что-то пошло не так. Теперь Максим привёл ко мне начальника Зоны, чтобы я разобрался в проблеме.

— Колонель Корнишон, — представился начальник. Полковник Корнишон? Что за дурацкая фамилия, но я не смеялся. Нельзя смеяться человеку в лицо. Сора меня по головке не погладит. И Элеонора тоже. — Прошу прощения, Ваше Благородие, — а он не пальцем деланный. Сразу понял, что я барон. Или это ему Максимка сообщил? — Но эта Зона туристическая. Ваш друг пытался объяснить, но я его неправильно понял, — конечно, не понял. Услышал я обрывок французского Максима. Акцент там такой, что его никто не поймёт, кроме его учителя. — Вы желаете попасть внутрь?

— Да, мы бы очень хотели, — улыбнулся я полковнику Корнишону. Интересно, а во Франции есть генерал Огурец? Или же лейтенант Патиссон? Собери грядку и получишь медальку? — Какие-то проблемы? И что значит «туристическая»?

Не припомню, чтобы в Империи были туристические Зоны. Что это вообще такое? Там туристов разводят на деньги? Вроде, есть такой слух, что во Франции есть мошенники, которые разводят людей на деньги. Но мы с Максимом с такими не сталкивались. Да и наши дамы, вроде, тоже обошлись без таких приключений.

— Нет, что вы, — поднял руки Корнишон. — Там много интересного и необычного. Поэтому было вынесено решение не закрывать эту Зону, а показывать её героям, которые хотят развлечься у нас.

— Интересное и необычное? — было у меня пару мыслей. — Подходит. Мы идём внутрь.

— Хорошо, — кивнул полковник Корнишон и дал планшет, чтобы мы заполнили с Максимом нужную форму.

А дальше все начали стекаться внутрь. Что ж, я любил интересное. И чем они смогут меня удивить? Что есть такое в аду необычное, чего бы я не знал?

Глава 10

Башня

Юдзиро-сан поклонился мне и ушёл вместе со своей группой. Мы же с Максимом переглянулись и пошли внутрь без лишних разговоров. Такое привычное действие, которое мы проворачивали не раз и не два. Поменялась лишь страна. Но так даже интереснее. Всё новое оставляет неизгладимый след. Так что нам принесёт Франция и её Зоны? С едой мы познакомились, а вот теперь настало время и другого. Только спустившись, мы сможем узнать.

Вошли в Зону со всеми кулинарами, большинство из которых я не знал. Все уже рассредоточились и смотрели на что-то впереди. Никто сразу сражаться не стал. Пожалуй, это и удивило Максимку, который открыл рот, увидев то же, что и остальные. Меня же не впечатлило.

На первом уровне вдалеке была видна гигантская башня с множеством проходов и с кучей просторных туннелей. Больше на уровне ничего не было. Лишь высокая башня. На земле не было никаких луж, показывающих переход на второй круг. Довольно забавное стечение обстоятельств. Некоторые герои растерянно смотрели вдаль, но ничего не видели.

— Фер, проход на второй уровень на вершине башни! — обернулся ко мне взбудораженный Максим. — Я такого ещё не видел, а ты?

А вот Демидов заметил. После стольких страданий от обучения он стал схватывать всё налету.

Ещё раз прошёлся по башне взглядом и хмыкнул. Кажется, говорилось, что это Зона шестого уровня. И этажей в башне было шесть. Пусть и высоких, но всё же этажей.

— Не видел, — хмыкнул я и уже тише добавил: — И это интересное? Да я сто лет не видел этих башен. Разве их не все разрушили? Скукота. Там же даже ничего интересного нет.

Дон рядом появился, как всегда, внезапно и облетел вокруг меня, а после и вокруг своей оси. Тихие смешки раздавались от секретаря, пока он крутился. Смешно ему от моего негодования. Помнил же, как меня раньше раздражали эти башни. Они ещё при отце успели всех достать. Наследие деда, если быть точнее. Я долго провозился, чтобы их уничтожить. А оказалось, что ещё остались эти чёртовы строения.

— Ну-у-у-у, башня — это, наверное, прикольно. По сравнению с тем, что в других Зонах, она действительно необычна, — протянул Дон, а потом задумчиво добавил: — Давненько я их не встречал. Но и с такой толпой, что пришла сюда, особо не повоевать.

Я кивнул. Знали мы эти башни. И Дон был прав. Даже с такой толпой у них не было шанса закрыть эту Зону. Вот французы и сделали из этого места туристическое место. Всё равно закрыть не смогут, а тут пусть развлекаются герои. Ещё брали бы деньги за вход, так вообще разбогатели бы.

Да и это место было идеальным вместилищем тварей. Они могли прятаться и наращивать силы, а в нужный момент выйти на свободу, чтобы перекусить парочкой героев. Кого будут заботить туристы, которые зашли в Зону? Сами виноваты, получается. Что происходит в Зоне — остаётся в Зоне. И никто не возьмёт ответственность за убитых.

Да и не разгуляться нам тут с Максимом. Слишком много свидетелей. Лучше бы им не видеть того, что мы могли сделать вдвоём. Точнее, делал бы Максим. Я не планировал применять ни одну из булочек после того, как оценил количество соперников на квадратный метр. Не нужно открывать козыри раньше времени. Но вот посмотреть на героев-кулинаров — другое дело.

У многих из них были свои рейд-группы. Или по-другому — свита. У некоторых я даже заметил питомцев, демонических тварей, которых они приручили. Редкое явление, но возможное. Заключалось оно, как обычно, на контракте. По сути, и Максим был моим питомцем, если говорить грубо. Так что герои заключали контракт с более разумными демоническими тварями и становились их хозяевами.

У одной девушки, которая была очень высокой и носила шубу, что уже довольно странно, был контракт с снежным демоном, по виду напоминающем гигансткую кошку. Они водились только в одном месте. Можно было предположить, что эта участница турнира была с севера. Но так как я не сильно интересовался географией этого мира, то не мог с точностью сказать, к какой стране она принадлежала.

Многие герои уже вошли в башню. И так как сооружение было невероятных размеров, всем хватит внутри места, чтобы разойтись, пару раз потеряться, а потом встретиться через несколько часов, ни разу не пересекаясь. Никто не будет мешать друг другу. Если бы обычные герои средне-высокого ранга попробовали зачистить это место, то у них это заняло бы около месяца. Да и потерь было бы очень много.

Но риск шпионов был велик, так что нужно выработать план, как мы будем действовать с Максимкой.

Демидов застыл рядом и не торопил меня. Почти все ушли внутрь башни. Мы же стояли и разглядывали её издалека. Но не только мы не спешили пробираться внутрь. Та девушка с кошкой стояли вдвоём и разрабатывали план.

А она неплоха. Цере бы кошка точно зашла. Может, я бы даже посоветовал ему поменять фокус с его сомнительной белки на эту красавицу. Мех у неё был очень красивым и переливался магией льда. Видел я шкуру этой твари вблизи, у одного из герцогов ада. Только в убитом состоянии.

Вживую она была в сто раз лучше и красивее. Жаль, что Церя не может оценить эту красотку. Что вообще было бы, если объединить огненного пса с некромантией и снежную демоническую кошку? Неужели во мне просыпается селекционер?

Хм, на будущее подумаю об этом. Когда уйду на «пенсию», как родители, займусь выращиванием сомнительных тварей. Хотя… Это же как тот псих-учёный, создатель «Муравейника».

Нет. Я буду делать всё лучше. И красотой не забуду заняться, а то насекомые меня точно не привлекали. Да и бизнес неплохой. Могу продавать скрещенных тварей либо людям, либо демонам. А лучше и тем, и тем. Вот потеха была бы.

— Ладно, Максим, пошли. Если скажу, лежать, что ты сделаешь? — спросил я риторический вопрос. Но ответ всё же последовал.

— Лягу и буду ждать следующей команды, — улыбнулся довольный Демидов. Ему уже не терпелось начать.

— Тогда пошли. Ты хорошо усвоил мои уроки, — хмыкнул я.

— Учусь у лучшего, — довольно побежал за мной Максимка.

Одновременно с нами вперёд побежали и девушка с кошкой, но зайти они решили с противоположного входа. Молодец. Увидела ловушки и сразу оценила угрозу. Нужно присмотреться к этой девушке. Выглядела она достойным противником. А я мало кого таковым признаю.

Зашли мы напрямик. Не хотелось терять времени. А потому как только зашли, я тут же дёрнул Максимку в сторону, который не заметил ловушку. В него полетели разного рода иглы. Яд на них был смертельным. Рано я похвалил Демидова.

— Максим, — обращения по имени было достаточно. Он покраснел и прогнал ещё раз кровь по организму, сгоняя остатки алкоголя, которые решили, видимо, задержаться в герое.

— Я случайно. Они хорошо скрыты, — буркнул Максим, пригибаясь и уже находя новые ловушки.

— А ты раскрой глаза пошире и увидишь полную картину, — я ухмыльнулся и специально встал на одну из плиток. Сам отошёл в сторону, а в Максима полетели разного рода камни, смазанные специальной жидкостью. Демидов развернулся лицом к опасности и врубил магию по клинку. Ой дурак.

Камни загорелись и ещё бодрее полетели в рыжего. Тот едва успел увернуться от всех снарядов.

— Что это⁈ — удивлённо спросил Максим, но ответа не услышал, потому что своими танцами призвал новых гостей в нашу комнату. Злобные обезьянки. Они очень любили камушки, а Максим не играл с ними, поэтому новый камнепад от каменных демонических обезьян был ему подарком. — Фер, обезьяны⁈ Такому нас не учили в академии!

— Ещё бы, — фыркнул я. — Это же аномальная Зона. Тут тебя ждёт много сюрпризов. Учись на ходу. Полезное умение. И включай мозги.

— Да у этих мартышек и крылья есть! — крикнул мне Максим, уворачиваясь от летящих в него снарядов. — Что это такое? Фер, а ты будешь мне помогать?

— Не в этот раз, — прищурился я, наблюдая, как из соседней комнаты выбежали знакомые лица и прокричали.

— Они убежали сюда! Стреляй!

В Максима полетел снаряд молнии, потому что он стоял слишком близко к обезьянам. И Демидова чуть не поджарило до румяной корочки. Но французская делегация во главе с Дежаном уже скрылась за поворотом. И никто не успел ничего сказать. Трусливые ублюдки. Так вот какая крысиная французская месть? Видимо, Дежан ел не улиток, а крыс и пропитался духом этих тварей.

— Да блин. Блин! — старался Максим и наконец нашёл подход к обезьянам. Все вскоре были мертвы.

— Не отвлекайся, — хмыкнул я, запомнив французов. — Следующая комната, вперёд.

Максим отряхнул пыль и побежал дальше, сразу же уворачиваясь от стрел, вылетающих из стены. Быстро учится. Молодец.

* * *

Гуляли мы по башне слишком долго. Пару раз натыкались на комнаты с другими героями, но быстро их обходили и шли в свободные. Места хватало всем, а бой шёл нешуточный. Не все могли останавливать свои атаки. Видел, как в одной из команд зацепили своих же.

Слишком маленькая комната, а тварей в виде крыс было понатыкано так много, что попадали и напарникам. Нужно быть умнее. Тем более, кто убивает крыс массовыми атаками? Маг сплоховал, а теперь им придётся сворачивать свой рейд, чтобы подлатать раненых.

Максим вошёл в кураж, тонко играя на своём безумии. Уже свыкся с режимом берсерка и выпускал его точечно, чтобы действительно не сойти с ума.

Пару раз Демидов тупил, когда видел неизвестных ему монстров. Например, курицы. Множество куриц, которые клевали что-то с пола. Вроде бы, выглядели как нормальные, и Максим расслабился. А куры его чуть не заклевали за такую ошибку. Клюв у них был не простой, а суперпрочный. Им можно было долбить стены. Почти дятлы, но куры. Такой вот парадокс этих тварей. Дятлокуры.

Конечно же, я все их туши собрал и поместил в кольцо. Как раз ознакомился с рецептом кок-а-вин. Да и пара петухов в той комнате была. Те ещё ублюдки. Кричали так, что перепонки могли лопнуть у людей. Но Максим убил гадов ещё до того, как они напали. Ругался Демидов долго и со вкусом.

Таким образом мы дошли до второго круга. Точнее, до шестого этажа башни, где находилась лужа перехода на второй этап Зоны. Если мои прогнозы верны, то при переходе мы окажемся на первом этаже такой же башни, но второго уровня. Такая вот башня с сюрпризом.

Вот только монстров в огромном зале перехода было столько, что и яблоку негде было упасть. Максимка опешил на мгновение, но тут же вступил в бой, заметив знакомых пауков и горгулий, которые спрятались в такой толпе.

Чтобы добраться до второго уровня, нужно было перебить всех. Я встал у стены и внимательно наблюдал за окружающей обстановкой. Другие герои уже успели прийти на самую вершину башни. Девушка с кошкой прибыли одними из первых, хоть зашли и предпоследними. Важен не старт, а финиш. У кого есть мозги, те смогли и из последних позиций вырваться на первую. Такой вот парадокс.

Монстров от сражения Максима не стало меньше, и все вступили в битву. Даже французы подтянулись на эту вечеринку жизни. Но больше я наблюдал за блондинкой с кошечкой. Только сейчас заметил, как её волосы отливали той же белизной, что у её питомца. Да и стихия у неё была соответствующая. Лёд.

Капюшон шубы спал, и можно было оценить красавицу, не похожую на известных мне девушек. Что-то в ней было опасное. И она была чудо как хороша в сражении. Ни единого лишнего движения. Однако одно было ясно: она не показывала и половины своих сил. Для девушки это было что-то вроде разминки. Хм, нужно узнать кто она.

Если поставить Сору и эту девушку, то получалась такая смесь льда и пламени. Сора — дух с огоньком. А у этой героини точно характер снежной королевы из сказок человеческого мира.

Но моё созерцание прекрасного прервали французишки. Всё им неймётся.

Французская делегация во главе с бароном Дежаном то и дело всячески, будто бы ненароком, хотели подставить Максима под удар. Да и в меня прилетали атаки, когда я понял, что нужно было хотя бы сделать вид, что сражаюсь. Делал я это лениво и чуть было не испепелил французов за их случайные атаки.

То прилетит стрела, то заклинание одного из помощников Дежана. И всё же я не выдержал, поймав одну из стрел и наподобие копья метнул её обратно в Дежана. Дежан отбил её щитом из магии и злобно посмотрел на меня. Маг, получается. А стрелы ему тогда на что? Решил не тратить магию? Маленький резерв? Слабак.

— Слепой, что ли? Дежан, проверьте зрение обязательно, а то на турнире можно так и соль с сахаром перепутать. Вот будет неловко, — насмешливо сказал я. — Целься лучше. Или вообще не используй заклинания и стрелы. Можно же и своих подстрелить, не дай…

Ад. Чуть не сказал вслух. Тут ведь говорят по-другому. Но Дежан и не заметил лёгкой заминки.

— А ты хочешь мне что-то предъявить? Мы ведь сражаемся, — хмыкнул Дежан. — Всякое может случиться.

— Ну если ты хочешь решить сейчас всё кулаками и отомстить мне за ту небольшую перепалку, — я оказался к Дежану так близко, что тот шарахнулся в сторону и не понял, что сделать. Его в это время укусила одна из крыс, которую проворонили его помощники. И укусила за филейную часть. Дежан быстро отмахнулся от крысы и со слезами посмотрел в мою сторону. Крысы чуяли крыс. — Так вот, если ты хочешь решить всё сейчас, а не на турнире, то пожалуйста. Но на турнире у тебя хотя бы есть шанс остаться живым.

Дежану крупно повезло. Из соседних комнат повалила новая волна монстров, намного крупнее, чем те, что были до этого. Дежана поглотила волна и отнесла на другой конец зала.

Взглянул в сторону Максима, но тот остался на своём место, создав вокруг себя небольшую зону отчуждения из трупов. Крошил он всех мастерски, войдя в своеобразный транс. Наловчился хорошо и использовал свою магию и способности умело и точечно. Но это было напоказ.

Слишком много людей наблюдали за мной и Максимом, потому что мы не сместились ни на метр, даже после волны монстров, которая потеснила даже даму с кошкой. И всё-таки Максим даже не вспотел. Какое же это превозмогание. Если бы людей было меньше, то он выпустил бы весь свой огонь и сжёг бы монстров, а так ему приходилось хоть и сражаться, но не на полную мощность.

Это было похоже, как если бы из автоматов люди стреляли по муравейникам. Если я правильно подобрал сравнения. И ведь мы даже не перешли на второй круг.

Неэффективное сражение. И даже не покомандовать. А потому я взглянул на часы, оценил время нахождения в этой Зоне и цокнул языком. Пора уходить. Задержались мы тут.

Максим взглянул на меня, а я махнул ему рукой, молчаливо говоря о том, что мы уходим. Демидов скривился, но выполнил требуемое. Не зря учится. Прорубил себе дорогу к выходу, и вместе мы покинули не гостеприимную туристическую Зону. Может, я бы и сходил сюда снова, но лишь для того, чтобы закрыть её. Не нравились мне башни. Я бы с удовольствием избавился от них.

На прощание я уничтожил одной булочкой с сюрпризом гигантскую змею, что подбиралась к снежной кошке. Кошка от взрыва села на попу и заозиралась по сторонам, недоумённо мяукая.

Но мы уже вышли из зала, и я не заметил, как девушка подошла к своей питомице, а после они покинули нас следом.

Это мне потом Дон сказал, что они последовали за нами. Он зря времени не терял, кстати. Пропал ещё в самом начале и, судя по цвету его эфемерного тела, прекрасно провёл время.

Вернулись мы под утро. Как раз, когда девушки проснулись. И вот тут начался последний день отдыха… Перед турниром. Девушки, проснувшиеся и довольные, были настроены очень воинственно. Даже захотелось вернуться в башню. Она меня хоть и бесила, но не настолько сильно.

Глава 11

Романтика в Париже

Я пошутил. Никто не был настроен воинственно. Но стоило нам прийти, как пришлось выслушать полный рассказ, как дамы ходили по магазинам, что делали и что ели. Было очень интересно. Первые минут пятнадцать. А потом не очень. Потому что я и так знал, что они делали. Пряники докладывали мне обо всё подробно и старались ничего не упустить.

Потому получалось, что слушал всё по второму разу. Но я не спорил, лишь кивал и вставлял нужные подбадривающие реплики в соответствующие места. Максим же клевал носом. Всё же всю ночь сражались, и явно не для молодого героя такие подвиги. Если в Зоне Демидов ещё был бодрячком, то, стоило попасть в отель, как усталость навалилась на него разом.

Но Максим терпел и стоически слушал, как Сора и остальные посетили Лувр и отстояли огромную очередь к какой-то картине с женщиной, которая всегда улыбалась. Загадочно улыбалась.

Посмотрел в сети и ничего странного в картине не видел. Вот знали бы дамы, как демоны заключали души иногда в картины, поразились бы, насколько живыми становятся эти полотна. Даже кричали без слов и звуков. Но это тоже на любителя. Мы с братом таким не увлекались. Но видели подобное пару раз.

Когда девушки поняли, что Максим спит с открытыми глазами и ртом, то быстро выгнали Демидова отдыхать, негодующе посмотрев на меня. А я что? Ну, сходили мы в Зону. Ну, не поспал герой. Всякое бывает.

Так что Максим поплёлся в свою комнату, расстраиваясь из-за того, что его спалили на сне с открытыми глазами. Девушки ушли в свои покои, сказав мне не издеваться над ребёнком. Максим услышал это под конец и хотел возмутиться, но закрыл рот и ушёл спать.

Я покивал дамам и благополучно отправися к себе. Кухни у меня здесь не было, но я мог заняться хотя бы подготовкой ингредиентов. Нужно было упорядочить всё, что мы собрали. А ещё подготовить на тот случай, если мне понадобятся новые ингредиенты. Хоть что-то успокаивающее хотелось поделать, а врываться на кухню в отеле было бы совсем странным действием. Да я и не удивлюсь, если кто-то уже делал подобное. За такое дисквалифицируют, интересно?

Дон решил побыть со мной, а не идти к Элеоноре, что было странно само по себе. Я ничего не сказал секретарю по этому поводу. Однако похвалил его за то, что он не забывал во время своих одиноких похождений собрать нужное с тушек монстров мне. Секретарь оставался секретарём, хоть и сожрал что-то в одного.

Так что занялся подготовкой. Разделял нужное, отделял, убирал, отрезал. Остальное, что мне никогда не понадобится, скармливал Дону. Он отожрался ещё сильнее, пока мы готовили продукты. Пожалуй, в этот раз в Доне было столько энергии, сколько не было ещё ни разу в этом мире.

И пока я резал петуха, думая, как я его приготовлю для кок-а-вин, секретарь не удержался и всё-таки рассказал, что делал в свой выходной. Поведал, как нашёл Элеонору в баре и встретился с ней в человеческой форме.

Гордился он этим фактом. Это было понятно. Дон ещё тот ловелас, когда в своей истинной форме. Дамочки в аду были от него в восторге, хоть он никогда и не проявлял никакой симпатии к окружающим. На первом месте всегда была работа. Это тут, в мире людей, что-то пошло не так. Или так. Элеонора покорила Дона ещё с самой первой встречи. И тот добивается её всеми доступными и недоступными способами.

Рано или поздно бабка сдастся под напором секретаря. Знал я его. Выполнит поставленную задачу, даже если она кажется невыполнимой. Бабке можно только посочувствовать. Или же наоборот — порадоваться за неё.

— Так вот куда у тебя столько энергии уходит? — задумчиво сказал я, отрубая петуху голову. Тот дернулся в моих руках, но я держал тушку крепко. Мёртвый, а такой борзый. Петухи, они такие. Примерно, как Дежан. Хотя всё же он больше смахивал на крысу. Если так подумать, сходство было ещё и внешним.

— А можно я сегодня отлучусь? — спросил Дон, заискивающе глядя мне в глаза.

Я хмыкнул. Признался, чтобы просить больше выходных. Хитрый ход. Я задумался. Нужен ли мне был Дон сегодня? В принципе…

— А почему бы и нет? В Зону мы сегодня не пойдём, — кивнул я, хотя желание и было. Но не сегодня. Слишком много времени там потрачу. Если не привлекать внимание, то надо хотя бы долго там находиться. Или же взорвать всё к чёртовой матери, но тут… Нет, нужно подумать. — Открытие турнира только завтра. Шуруй давай, — всё же дал я своё добро Дону. — Но чтобы к вечеру был дома. Мало ли, вдруг понадобишься.

Дон взлетел и начал накручивать круги под потолком. Ещё немного, и начнёт сносить мебель. Но тут секретарь остановился передо мной и жалобно так спросил:

— А дай мне денег, — и так спросил, что я аж заржал от такого поворота.

— Ах ты хитрый секретаришко, — отсмеялся я. — Ладно, бери, сколько нужно.

Дал ему своё кольцо. Дон взял нужную сумму и улетел. Я же продолжил подготавливать ингредиенты, но уже в одиночестве.

Времени это заняло немало. Я вышел из своей комнаты, когда проснулся Максим. Мы вместе пошли к девушкам, чтобы продолжить разговор. Всё же они не успели всё рассказать, а по Максиму было видно, что стыдно герою. А потому я молча пошёл в соседний номер, а Демидов вприпрыжку последовал за мной.

Девушки в это время разбирали свои покупки. Стоило нам войти, как начался целый показ мод. Ирина и Сора мерили новые наряды и крутились. Даже Настю уговорили надеть те платья, которые они вместе выбрали. И та, стесняясь и краснея, пыталась повторить движения старших подруг. Элеонора в показе не участвовала, но всячески подбадривала девушек.

Когда Настя видела, что я одобрил их выбор, то вся засияла, а Сора ехидно посмотрела на меня. Незаметно продемонстрировал ей кулак и всем видом показал, что я знаю про их маленький сговор. Пусть только повод даст, и я накажу её, когда действия и советы духа перейдут черту. Не нужно портить принцессу. Пусть только Сора остается испорченной.

А дух даже Максиму что-то купила. Пояс для меча. Выбирали вместе с Ириной, судя по довольному взгляду девушки-убийцы. Сора так улыбалась, когда вручала подарок, что герой растаял. По его глупому виду стало понятно, что и этот боец попал. Окончательно. В ход пошли незаконные приёмчики.

— Спасибо, Сора, — Максим собрался с мыслями, которые растаяли, как корочка от крем-брюле в жаркой комнате. — Тогда я обязан угостить тебя вкусным обедом. Отказы не принимаются. Погуляем по городу за такой подарок. Тем более мы с Фером прошлись по всем известным и вкусным заведениям. Я смогу тебя удивить.

Максим с Доном общался, что ли? Какой смелый стал. Прошёл уроки пикапа для начинающих. Я даже пустил бы скупую слезу от того, насколько он подрос. Такой молодец.

Сора растерялась от такого напора и кивнула, прежде чем что-то поняла. Теперь уже я ехидно улыбался. Максим не отстанет. Так что духу придётся провести день с Демидовым. Её шуточки должны были закончиться. Рано или поздно.

Максим не стал терять времени и сразу же предложил локоть, который растерянная Сора приняла. И они свалили в закат. То есть, я хотел сказать, в Париж. В очередной раунд гастрономического тура.

Я пожал плечами, когда все оставшиеся в комнате посмотрели на меня. Ирина просто ржала втихую. А Настя и Элеонора молчаливо спрашивали, что я сделал с рыжим и вернётся ли он в своё прежнее стеснительное состояние.

— Пора завтракать, дамы, — поднялся я с дивана. Все недоумённо на меня посмотрели. Видимо, девушки настолько были воодушевлены своей вчерашней прогулкой, что забыли утром позавтракать. — Вы ели?

Я уточнил, потому что было видно, что именно это они и забыли сделать. Привыкли в пекарне к определённому режиму. И сейчас он был нарушен.

— Вот и пора поесть, — хмыкнул я и пошёл из номера. Девушки повскакивали с мест и пошли за мной.

Спустились в холл, где заселились вчера. Свернули в просторный зал, где был ресторан при отеле Ритц. Помещение было таким же, как и весь отель. Светлым и заполненным различными статуями, барельефами и позолотой. Но сделано всё со вкусом. Придраться не к чему.

Здесь, в ресторане, было что-то вроде фуршета. Девушки обозвали это шведским столом, но причём здесь шведы, я так и не понял. Повара из Швеции, что ли? Но спрашивать не стал. Иногда сложно было понять людей, но раз такое название принято, то будем его использовать. Брат ещё удивлялся, откуда я столько странных слов знал. Так я быстро учился, да и как-то само выходило.

Дамы набрали себе всего понемногу и сели завтракать. Шведский стол — это, конечно, хорошо, но вчера я побывал во всех лучших заведениях Парижа, а потому приостановим сегодня гастрономические изыски. Но вот от вина бы не отказался. Здесь оно хорошее, как уверил меня официант, подошедший ко мне.

Он думал, что я недоволен кухней, но я лишь попросил вино на его вкус и сказал, что не голоден. Парень быстро ушёл за алкоголем и принес мне бутылку, пытаясь описать все прелести данного напитка. Но я остановил его поток слов, так напоминающий мне Ваню. Птичий язык мне был не нужен. Тем более описания вин порой выглядели длиннее, чем блюд, а по факту пил бурду, которую пытались преподнести в выгодном свете.

Парень-официант ушёл, а я пригубил первый бокал. Хм. Не такое, как моё, но тоже интересное. Хотя, сложно потягаться с моим вином. Но нужно запомнить. Принёс он мне какое-то ягодное вино. Можно было бы попробовать сделать его по возвращению.

Девушки быстро приговорили стол, который до этого заставили всевозможными тарелочками, и уже пили кофе. Я даже удивился, как в них всё поместилось. Поразительные вещи творятся. Вроде, девушки должны беречь фигуры и есть, как птички.

Это не я сказал. Это я услышал их разговоры у нас дома. Но, по всей видимости, это правило не распространялось на поездки. Тут девушки решили оторваться. И главное ничего им не говорить, если они потолстеют. Раз даже Максим переживал за свою фигуру, то что уж говорить о дамах? Фатальная ошибка, и они мне этого не простят.

— Тут открылась выставка оружия. Пожалуй, я схожу, — вдруг сказала Ирина.

Она задумчиво смотрела в чашку и что-то просчитывала. Сложно избавиться от старых привычек. Даже если уже не убивала на заказ, оружие она любила. А потому я не видел никаких причин, почему Ирина не могла сходить на выставку. Вдруг увидит что-то интересное. Тем более, сейчас она трудилась на благо детей. Им тоже это будет полезно.

— Иди, — отпил я ещё вина. — Только пряник возьми.

Ирина кивнула и вышла из-за стола. Решила не откладывать дело в долгий ящик. Остались Настя и Элеонора. Они что-то обсуждали по вчерашнему дню. И я решил спросить их о планах. Вдруг у них было что-то запланированное?

— Что будем делать? — спросил я бабку и Настю. Они сразу посмотрели на меня.

Элеонора задумалась, а вот Настя не стала долго думать и выпалила:

— Может, погуляем?

Но ответить на предложение я не успел. К столику в это время кто-то подошёл. По ауре я понял, кто решил почтить нас своим присутствием.

— О, какая встреча! Не ожидал вас тут увидеть, леди, — почти мурлыкнул Дон.

Выглядел он идеально, впрочем, как и всегда. Секретарь всегда выглядел хорошо в своем обличии.

И конечно же, Дон обращался не к нам с Настей. А к внезапно покрасневшей Элеоноре. Та не знала, что делать, и сидела красная, с открытым ртом. Вот до чего её Дон довел. Элеонора не знала, куда себя деть под удивлённым взглядом Насти. Этого мужчину она точно не видела. И таких знакомых у бабки не знала.

А Дон тот ещё актеришко. И почему нужно идти таким сложным путём?

— А, это вы? — всё же справилась с удивлением бабка и мельком взглянула на меня. Я не подавал вида и молча попивал вино, наблюдая за спектаклем. — Как вы здесь оказались? Ох, неважно… — бабка всё сильнее краснела. Бедняжка. Но тут она удивила меня. — Фер, а могу я отлучиться сегодня? Раз уж встретила своего знакомого. Я же тебе не нужна?

Вот так сразу? А Дон не терял времени. Что у них там была за встреча, что бабка, обычно такая собранная и помешанная на работе, вдруг решила сегодня взять выходной?

Ладно. Они теперь оба потеряны для общества.

— Иди-иди. Раз уж у тебя появился такой галантный кавалер, — хмыкнул я. Элеонора поджала губы. — Пряника не забудь. Хотя, он и не нужен с таким защитником.

Последнее я уже пробормотал. А Дон слегка дёрнулся и улыбнулся. Элеонора засобиралась и вместе с секретарём, который так же, как и Максим, предложил руку, ушла. Вторая сладкая парочка за сегодня.

Настя сидела и хлопала глазами. Не знала, что и сказать на такое развитие событий. Но пришла в себя довольно быстро и повернулась ко мне.

— Это… Тогда мы прогуляемся вдвоём? — я молча встал и предложил ей руку. Теперь уже Настя покраснела, но смело вложила свою ладошку в мою.

— Как пожелаете, принцесса, — улыбнулся я, подражая Дону, и склонился с воздушным поцелуем к её руке.

— Фер, — смущённо прошипела Настя. — Не говори так. Тем более здесь.

— Никто и не поймёт, — разогнулся я и повёл девушку на выход из ресторана. — Но больше не буду. Так куда бы ты хотела отправиться?

— У меня есть несколько мест на уме! — глаза Насти тут же зажглись.

* * *

И наша прогулка началась. Настя постоянно проверяла список мест в своём телефоне, а я просто шёл и слушал истории про каждое из них от восхищенной Парижем особы.

Первое же место сразу стало мне понятным по смыслу. Видимо, этот план был разработан не только Настей, но и всей троицей. Вот чем девушки занимались в свободное время. Разрабатывали для принцессы план успеха на фронте влюбленности.

Стена «Я тебя люблю», где были написаны признания в любви на разных языках, так и наполняла воздух романтичной атмосферой. Но я лишь разглядывал надписи и не сильно-то восхищался. Настя грустно вздыхала, но не подавала виду.

Вот тут мы и столкнулись с Максимом и Сорой в первый раз. Не припомню, чтобы я ему показывал это место. Они же вроде есть отправились? Ладно, пара нас с Настей даже не заметила и ушла в другую сторону.

Следующим местом в списке девушки был сад Музея Романтической Жизни. Настоящий маленький уголок тишины и спокойствия. Мы гуляли и молчали. Настя уже успокоилась после первого провала и наслаждалась прогулкой на полную. Там же мы присели за столик, где заказали напитки и круассаны да наслаждались солнцем, пробивающимся сквозь листву.

Да. Такие дни тоже должны быть. Я был не против прогулки. И не только я, но и Дон с Элеонорой, которые выбрали это же место для своей романтики. Настя опешила, когда увидела ещё и эту парочку. Они нас тоже не заметили, прогуливаясь между плотным кустарником.

Так и прошёл наш день в итоге. Мы ходили из одного места в другое. И постоянно натыкались на обе эти странные парочки. Были ли мы на берегу Сены или же в парке. Да даже, когда поднялись на Эйфелеву башню, самую большую достопримечательность, наткнулись сразу на обе парочки одновременно.

Настя фыркала и делала вид, что их не видит. Но весь её настрой сбился, и от этого она казалась милым хомячком.

Но в такие моменты я рассказывал девушке что-то интересное, отвлекая от безрадостных мыслей. Настя заслушивалась даже простыми разговорами про рецепты, которых у меня было в достатке.

В конце концов мы так и прогулялись везде, куда хотела сходить дама. В конечном итоге Настя осталась довольна. Пусть всё прошло и не так, как девушка хотела. Но весь день она провела со мной.

Дальше нас ждало открытие турнира. Вот тут уже я был в предвкушении. Периодически я возвращался мыслями к той девушке с снежной кошкой. Мне было интересно, какие ещё страны попали на турнир. И к какой принадлежала девушка. Очень уж она интересный персонаж.

Да и дела с Дежаном не были решены. Вот уж веселье будет. От этого улыбка сама собой наползала на лицо. Первый день турнира, да?

Глава 12

Официальное открытие

Утро. Я был собран и сосредоточен. Не то, чтобы я опасался чего-то, но так было проще найти хоть малейшие изменения в атмосфере и вовремя среагировать. Не развязывать же мне войну по каждому поводу, если что-то пойдёт не так. Участников много, да и конфликтов не меньше. По крайней мере, я так думал.

Особых сборов я не делал. Всё, что было нужно, находилось у меня в кольце. А большего ты предусмотреть не можешь. Конечно, был вариант отправить Дона шпионить за организаторами. Или найти их лично. Но тогда терялся сам азарт турнира. В этот раз мне не хотелось знать всё наперёд. Попробуем выиграть, как обычный смертный. Хотя, о чём это я? Попробовать? Я выиграю. Вопрос лишь как.

Спустился вместе со своей командой поддержки, которая была сосредоточеннее, чем я. Нервничали дамы сильнее. Это было видно. Даже насмешливая Сора чуть поубавила свой пыл и серьёзно смотрела на меня.

И чего они все всполошились? Максимка так вообще смотрел так, будто отправлял меня на войну. Как минимум, с целой страной.

Никакого повода для волнения быть не должно. Всё же первый день турнира. Барон Гусев говорил, что лишь будет официальное открытие. Не запрягут же нас сразу готовить сегодня. Да даже если и так, то не видел в этом особой проблемы. Я соскучился по готовке. И не важно, буду ли я печь булочки или же какой-нибудь мясной рулет. Главное — быть на кухне. Моё место успокоения. Почти место силы.

Барон Гусев ждал нас внизу. И не сильно-то беспокоился. Вот уж кто вселял в других надежду. Дамочки успокоились, стоило им увидеть гнома ассоциации кулинаров.

Гусев проинструктировал нас, что ждём другие команды, которые ещё не спустились. А там за нами и кортежи подъедут. На каждого участника по кортежу. Место проведения официального открытия и турнира знали лишь они.

Как я и думал, в отеле проживали и другие участники. Но, как сказал барон Гусев, не все. Сделано это было в целях безопасности. Попробуй запихнуть представителей всех стран и взорви это место к чертям. Мировой скандал был бы обеспечен. Организаторы турнира избегали этого всеми доступными способами.

Дождались остальных участников. Пять человек. Как я понял, они были из Европы. Кто конкретно, я не стал уточнять. Никого из знакомых мне людей не было. Так что смогу познакомиться с участниками и позже. На открытии.

Сели в свою машину и поехали. Девушки снова стали нервничать и тихо обсуждать, что будет на турнире. Я не вслушивался в эти разговоры. Мне стало интересно другое.

Как будет проходить сам турнир? И схлестнусь ли я с тремя соперниками? С одним — из долга мести. Со вторым — из любопытства. А с третьим — из азарта. Меня интересовали три соперника: та девушка в Зоне, мой японский знакомый и Дежан.

Больше всего претензий было к французу. Уж больно он остр на язык. Стоило бы его немного укоротить. Тем самым кухонным ножом, что я заточил перед отъездом. Почти что честь — лишиться языка моим ножом. Пусть барон Дежан ещё этого не знал.

Ехали мы к западу Парижа и довольно долго, учитывая расстояние самого города, что был куда меньше привычного мне. Во Франции города намного меньше. Это я подметил ещё вчера во время прогулки с Настей. Не зря мы постоянно пересекались со сладкими парочками, которые сегодня делали вид, что ничего такого не происходило.

Объяснение, почему мы долго ехали, было простым. Маленькие улочки Парижа. Они были настолько крохотными, что порой невозможно было разъехаться на двух машинах. Несмотря на то, что дороги для них были построены отдельно от пешеходов.

Подъехали мы к стадиону, который назывался Парк де Пренс. Это не я стал экспертом в Париже, а нам так просто сообщил барон Гусев. Стадион мог вместить почти пятьдесят тысяч человек внутри. Нехило. Удобное место для массовых скоплений людей.

Дальше мы разделились, стоило барону выйти и провести нас внутрь. Меня отправили на досмотр в одно место, а мою команду поддержки в другое. Таковы правила. Ни участники, ни их помощники не могли пронести ничего запрещённого. Со мной остался Дон, которого и досмотреть-то было нереально. Никто же его не видел. Из-за этого факта я слышал хихиканье Дона, который был очень довольный происходящим.

Кольцо, кстати, я на всякий случай спрятал в Дона. Потом его верну.

Нас привели в зал, хоть я и думал, что всё будет происходить в центре стадиона. Но, видимо, так думал только я. В Парк де Пренс была отдельная зала для подобных событий. Моих дам разместили в вип-ложах, где им открывался отличный обзор.

Там же с моими помощницами я заметил Дагона, который ехидно мне улыбался. И чего он лыбился? Я почувствовал неладное. Такая улыбка наставника была не к добру.

Ладно, с ним я разберусь позже. Сейчас самое время сосредоточиться на происходящем. Участники всё прибывали и прибывали, и каждый занимал место, указанное на табличке на столах. Каждому было выделено место. Всего около ста столов со стульями. Точное количество подсчитает Дон, если ему это будет интересно. Мне же — нет.

Я и так видел, что некоторые участники были зажатыми. Другие же поражали своим чувством собственного величия. Около двадцати человек привлекли моё внимание. Их-то я и выделил основными опасными соперниками на турнире. И поразился способностям ассоциации, которая смогла привезти такое количество участников.

Большинство привлекших моё внимание были из Европы. Несколько человек же оказались и вовсе с других континентов. Они так же, как и я, оценивали обстановку и продумывали хитрости, как можно было вывести соперников из турнира. Это можно было прочитать по их лицам, не прибегая к чтению души.

Заметил я и девушку с кошкой, которая сегодня была без своей питомицы. У её имени была написана страна. Норвегия? Буду иметь в виду.

Сегодня девушка предпочла шубе чёрный поварской наряд, который делал её опасной и в то же время притягательной. Хм, не знал, что простая форма может произвести такое впечатление.

Заметил я и опасного соперника из… Румынии. Вот брат бы поржал. Совсем он не походил на румына. Те были какими-то тощими и бледными. Смахивали на одного известного нам герцога, над которым потешался Люций, что его нужно лучше кормить. Хоть бы кровушки попил.

Был и мой друг, Юдзиро-сан. Увидев меня, он кивнул, но без улыбки. Просто отдал дань уважения и дальше пробежался глазами по залу.

За соседним столом я увидел и мастера Цзян. Ожидаемо. Её силу воли и характер я отметил ещё на встрече в ассоциации.

Остальные участники также приглядывались друг к другу. Особенно рьяно это делал Дежан, который нашёл меня глазами и злобно прищурился. Ну, ничего-ничего. Мы с ним ещё побеседуем с глазу на глаз. Нечего свои рыбьи — или же крысиные — глазки пучить. Или у него запор? Так эклер поноса у меня всегда с собой. Предложу ему. Эклеры были почти французским блюдом. Оценит по достоинству.

Все были деловыми и пафосными. Другого слова, кроме этого, я не мог подобрать. Заразила меня Сора своими словечками.

Свет в зале потух. На сцену перед нами вышел старый мужчина в белом костюме, выглаженном до идеала. На его голове высился колпак. Какой головной убор. Этот мужчина с сединой явно был поваром старой закалки. Он погладил привычным движением бороду и оглядел зал, который стих от его появления.

— Дорогие повара, кулинары, рад вас приветствовать на очередном турнире, где победу одержит лишь один человек. Лучший в своём роде. Тот, кто достоин зваться титулом лучшего кулинара в мире. В этом году вас собралось ещё больше, чем раньше. И в связи с этим правила поменялись в очередной раз. Но вы не удивлены этому факту, — все слушали мужчину и, кажется, понимали, кто он такой.

Какой-то важный перец на мировой арене. Я же чуть ли не зевал. Приветственные речи всегда сводились лишь к одному. И слушать их было так же скучно, как и монологи врагов. Но участники из маленьких стран смотрели на этого человека с таким энтузиазмом, что Дон рядом прошептал, что ему немного не по себе.

Можно было понять секретаря. Похожи на фанатиков матери. Те были и есть такими же блаженными. Вспомнил короткую встречу с ними недавно и ухмыльнулся. Да, возможно, и был толк в этой речи для тех, кто не представлял из себя ничего ценного. Но не для меня. Но послушаем, что скажет седой дальше.

— Меня зовут Поль Бокюзи. И я не нуждаюсь в представлении, — улыбнулся Поль, но удобнее было звать его седым. Только шепотки про его достижения долетали из вип-лож. Французский повар, признанный во всём мире. Владеет винодельней, ресторанами и является судьёй Турнира кулинара уже несколько десятилетий. Миленько. — Как и в прошлые года, я буду судьёй этого турнира. Не забывайте, что натуральный вкус продуктов, свежесть ингредиентов и изящество каждого блюда — то, что проложит вам путь к вершине. Помните об этом, — седого понесло, но он пригладил ещё раз бороду и продолжил уже серьёзнее: — Сегодняшний день — лишь открытие турнира. На большой арене будет проведена конференция. И предупреждаю сразу, — Поль остро посмотрел на Дежана. А не так всё гладко во Франции, как могло показаться на первый взгляд. Поль и Дежан точили друг на друга ножи. В прямом или переносном смысле, покажет время. — Никто. Повторяю. Никто не должен драться и устраивать потасовки. Это неприемлемо. Кто решит устроить мордобои, тому не светит кулинарная карьера в дальнейшем. Можете навсегда про неё забыть в ту же секунду, как вы скреститесь кулаками, а не своими навыками на кухне.

Все кивнули вразнобой. Правило понятно. Не быть героями, а быть поварами. Что было понятно ещё с названия турнира. Или же были прецеденты? Было бы забавно посмотреть на такие бои. Повара с кухонными ножами и сковородами дерутся не на жизнь, а на смерть из-за последней бутылки вина. Или это уже из другой оперы?

Дальше нас переместили туда, куда и нужно было посадить всех изначально. Зачем эти финты с перемещениями, я так и не понял. Или стадион не успели подготовить вовремя?

Но вышли мы толпой и пересели на более помпезные стулья без табличек. Все безоговорочно сели за свои места, как и в предыдущем зале. Память у всех была хорошая.

А дальше началось представление. Здесь уже были камеры и репортёры. Наши помощники также переместились в другие лоджии и смотрели за всем издалека. На сцену стали вызывать по одному.

— Ханма Юдзиро. Япония. Специализация: национальная японская кухня, десерты, — а вот и моего знакомого позвали. — Также хорошо владеет и разделкой рыбы. Но больше известен своими неповторимыми десертами.

Дальше всех выводили по одному. Каждого участника представляли с названием страны и его специализацией. Особое внимание я заострил лишь на тех, кто привлек моё внимание в начале.

— Оливиа Йохансен, — на сцену вышла блондинка с севера. — Норвегия. Специализация — лосось, — Поль нахмурился, но ничего больше не добавил.

Лосось, значит? Неплохо. И очень по-кошачьи. Неужели разделывает рыбку для своей питомицы? Всё может быть. Я же Дону готовил выпечку. Вместе с Церей. Тут примерно то же самое.

И наконец-то я. Я уж думал, что про меня забыли.

— Адалороков Фер. Объединенная Российская империя. Специализация — выпечка, — тут Поль споткнулся, пока я выходил. Ну явно я не Вася Пупкин. Не типичный я представитель Империи. Но и не скажешь, что я из ада. Тут бы все убежали куда глаза глядят. — Вторая специализация — кондитерские изделия.

Я повернулся на сцене и вернулся на своё место, заметив, как презрительно скривился Дежан. Не понравилось моё представление? А чего он ожидал, что я эксперт в мясе? Так я не был похож на мясника. Почти… Тут уж зависело от обстоятельств.

С представлением поваров закончили. Я сел на своё место и ещё раз посмотрел на камеры. Трансляция велась по всему миру. Никто из поваров не хотел ударить в грязь лицом. Лица участников превратились в маски. И раскроются они лишь во время турнира.

Поль ушёл, и на мгновение воцарилась тишина, которая исчезла с появлением музыки. Она была не очень-то официальной. На сцену вышел мужчина с тёмной кожей так, будто катился по льду, что было довольно большой редкостью в Империи — это я про цвет кожи сейчас имел в виду. А не про катание на льду.

Одет темнокожий — по всей видимости, ведущий турнира — в леопардовый костюм. Волосы его были выкрашены в белый цвет, что придавало ему контраста и колоритности. Да он и сам по себе привлекал внимание. У Дежана при его появлении дёрнулся глаз. Так-так-так.

— Д-д-добро пожаловать на турнир! Все готовы? — в руках у него был микрофон, который он держал наподобие трости и махал им из стороны в сторону. Да уж. Эпатажно, что ещё можно было сказать. На сцене он не стал задерживаться, а спустился к участникам, прогуливаясь между рядами вальяжной походкой. — Здесь жарко, да? Даже горячо? А это всего лишь открытие.

Внезапно ведущий остановился и указал тростью на Дежана. Французишко дёрнулся.

— Месье Дежан, как вы пришли к тому, что захотели стать поваром? — Дежан молчал и сверлил взглядом ведущего.

Не став дожидаться ответа, ведущий скользнул к другому представителю. Как раз к тому, которого я отметил, как опасного конкурента. Не для меня, естественно. Представитель Америки. Том Андерсон.

— Ходит много слухов, старина Том, что вы убивали всех своих конкурентов в прошлом? — Том свёл блондинистые густые брови в кучу и злобно открыл рот. Но ведущий уже переместился к мастеру Цзян. — Китайский Мастер из Поднебесья! А правда, что вы герой восьмого уровня?

Ведущий обходил неинтересных участников и останавливался лишь у тех, кто был мне интересен. Вышло очень удобно. И каждый раз задавались провокационные вопросы, на которые не успевали дать ответы. Спектакль вышел что надо. Меня не обошли вниманием, что не укрылось от других участников.

— Фер, а, Фер, великий и молодой повар, про которого ещё мало что известно! — на мне он сконцентрировался особо сильно. — Известно лишь одно. Войны вы закрываете умело. Сколько аристократов вы успели положить, прежде чем прибыть сюда? Одного? Двух? Сотни?

Я лишь улыбался, а Дон на моём плече злобно хихикал, немного выпуская ауру от неконтролируемого смеха. Ведущий, имя которого я не знал, поёжился от эманаций секретаря, но не сплоховал, а навис надо мной, ожидая ответа. Неужели решил задержаться у меня? Так я не скажу ему ни слова. Я что, обезьянка, что ли? Не на того напал.

От моего пристального взгляда ведущий всё же не выдержал и весело, как могло показаться остальным, засмеялся. Но я видел, как появился ужас в его глазах. Неконтролируемый ужас, как у кролика перед удавом.

— Просто клёво! — ведущий отпрыгнул от меня и пошёл обратно на сцену. — Дорогие зрители! Не упустите такую возможность, чтобы увидеть легендарный турнир! Это будет незабываемо. Будет, что рассказать внукам. А если они у вас уже есть, то подтягивайте их к экранам! Будет клёво! Вы узнаете не только про навыки наших участников, но и про их личную жизнь! Я достану вам любую информацию!

Пока он шёл, то весело хохотал. И слова его были довольно громкими. Не только по шуму, но и по смыслу. Узнать про личную жизнь? Либо он был смелым, либо не просто смелым, но и рисковым. Забавный человек.

Стоило ведущему выйти на сцену, как он развернулся на триста шестьдесят градусов и указал своей тростью куда-то в сторону.

— А сейчас вашему вниманию, — барабанная дробь, — Судьи турнира! Встречайте великих и могучих. Лучших поваров, которые заслужили это звание не единожды!

Мне стало интересно. И кто будет нас судить? Это явно не походило на конкурс на ярмарке. Судьи мирового класса. И кто ими будет?

Глава 13

Правила

На сцену вышло трое. Вновь появился Поль, но вместе с двумя другими поварами. Всего лишь вышли на сцену, но вид у поваров мирового класса был важным. Как у индюков. Каждый из них носил белый китель со своим именем. Не стал вглядываться, всё равно их сейчас назовут. Но хорошенько запомнил их лица.

И тут на сцену вышел четвертый человек. Точнее, не человек вовсе. А Дагон. Вот оно как. И какую роль ты будешь исполнять на турнире?

Наставник весело посмотрел в мою сторону и улыбнулся. И зачем ко мне такое пристальное внимание? Неужели он тут в чём-то замешан? Возможно и так. Узнать это я смогу лишь при разговоре. Обязательно это сделаю.

— Дамы и господа, или лучше сказать повара? Вы уже узнали тех, кто будет судить вас? — весело спросил ведущий. — Правда же клёво? Они не нуждаются в представлении. Прошу прощения, месье Поль! Вы уже представились… Хотя, те зрители, кто не знает этих поваров… Сейчас я вас быстро с ними познакомлю. Вы должны знать свет наций! Тех, кто готовит для вас то, что вкусно. И наши судьи ещё и книги пишут, если вам интересно. Конечно же, интересно! Так что прошу любить и жаловать… Поль Бокюзи!

Поль посмотрел на ведущего уничижительно, но вышел вперёд. Все зааплодировали. Кто-то с энтузиазмом, кто-то — нет, но Поль достойно принял приветствие и отошёл в сторону.

— Второй судья турнира. Все вы его знаете, как Вольфгана Пека! Известнейший австрийский повар! Он проделал сюда такой путь, чтобы вычислить лучшего повара мира! Все знают этого шефа за нестандартный взгляд на рецептуру! Прошу, Вольфган Пек!

— Пек… Хорошо, что не Пук, — хихикнул Дон у меня над ухом. Такой взрослый секретарь, а порой ведёт себя хуже ребёнка. Дети в гимназии и то более собранные и серьёзные, чем Дон.

Вперёд вышел на сей раз худощавый мужчина с седыми короткими волосами. Он кивал на каждое слово ведущего и был доволен представлением. Поднял руку на приветствие. Повар из Австрии сильнее всех хлопал своему, по всей видимости, наставнику.

Вольфган отошёл в сторону. Остался последний мужчина, стоявший с весёлым видом и скрестивший руки. Он был моложе других, но вид имел поистине самодовольным.

— И главным судьей турнира будет Гордон Парни! Уж его знают даже те, кто не встречался с миром высокой кухни! Вы же видели хотя бы одно шоу с ним? — ведущий завёлся не на шутку. — Шотландский повар, который известен во всём мире! Гордон не только великий повар и шоумен, как и ваш покорный слуга, но ещё и является владельцем огромного количества ресторанов! Внимание, зрители, наши повара-участники… Гордон Парни! Главный судья, которого вам стоит опасаться.

Гордон усмехнулся и вышел вперёд под громкий шквал аплодисментов. Никому так не хлопали, как ему. Аплодисменты долго не смолкали, пока ведущий не прокашлялся и не призвал к тишине. Гордон ещё раз ухмыльнулся и отошёл к своим коллегам.

— И почётный гость нашего турнира. Он вручит кубок Кулинаров победителю. Также у нашего гостя есть право спасти одного участника от выбывания с конкурса. Спасительный билет. Многие бы хотели получить его, ведь так? — все затихли, запоминая информацию. Я же усмехнулся. Так вот какая у тебя роль, наставник? Почётный гость? — Да… Дагон! Известный повар Империи прибыл сюда, чтобы поддерживать вас и направлять. Он может подсказывать, так что считайте это отличной возможностью сблизиться с ним. Шефа Дагона редко можно выловить вне стен его ресторана.

Пока ведущий пел дифирамбы Дагону, тот вышел вперёд и по-клоунски сделал поклон, от чего его коса упала на плечо. Стоило наставнику разогнуться, как он ехидно взглянул на меня. Хотел увидеть реакцию. Но я лишь зевнул, а Дагон округлил глаза. Ничего интересного.

— Вы уже взбудоражены тем, кто вас будет судить? Я — да, клёво, очень зелено, но теперь я предоставляю слово главному судье, чтобы он рассказал вам о правилах турнира! Запоминайте! И не скучайте по мне, я скоро вернусь, — улыбался ведущий, но тут в центр вышел Гордон и оглядел зал. Все стихли. После веселья от ведущего атмосфера стала напряженнее.

Я же снова заскучал. Когда уже официальное открытие закончится? Слишком затянули они с этим представлением. Могли и на бумажках всю информацию раздать. Зачем этот фарс? Но уходить я был не намерен. Уж досмотрим до конца то, что нам приготовили.

— Рад, что у вас хорошее настроение, — начал Гордон, и несколько поваров-участников из слабых стран дёрнулись. Услышал от одного, что ему страшно, когда судья смотрит на них. Будто сейчас будет ругать. Что? Они что, дети? — Надеюсь, вам известно, что у меня довольно жёсткий характер, но хвалить я вас буду. Если ваши блюда этого достойны, естественно. Мы не на детском представлении. Вы — лучшие. Те, кого выбрали представлять ваши страны. Не посрамите их.

Жёсткий характер? Он меня уже заинтриговал. Будет ругаться? Я бы это даже послушал. Думаю, выдастся шанс, чтобы услышать это.

— А теперь об этапах Турнира. Мы же для этого здесь собрались, — Гордон усмехнулся. — Не бойтесь. В этом году мы не стали усложнять их до невозможности. Всё возможно, если вы достойны. Первый этап…

Все подались вперёд.

— Первый этап. На нём мы будем оценивать ваше взаимодействие с другими участниками. Да, это командный этап. Вы не ослышались. Участники будут разделены на команды. Списки вы увидите позже. Прямо перед этапом, чтобы вы не успели ничего предпринять, — настала многозначительная пауза. — По две команды. Мы будем оценивать вас в небольшом соперничестве. Две команды будут работать одновременно. Готовить меню, что вам предложат. Вы должны обслужить всех гостей. Ничего сложного. Вы же делаете это каждый день, так? — Гордон усмехнулся. В который раз. — Проигравшая команда теряет одного участника. На этом всё. Команд будет много, так что вы пройдёте отбор на самые главные качества шеф-повара. Одно из них — умение ладить с другими на кухне.

Все кивнули. Обычное соревнование. Но я бы не хотел оказаться на кухне с Дежаном. От него стоит ждать подставы. Он всю команду на дно утянет, лишь бы мне насолить. Возможно, в прямом смысле.

— Второй этап, — Гордон улыбался. — Разделка сложных ингредиентов и подготовка продуктов. Важный этап в жизни каждого повара. Мы будем оценивать ваши качества и умение работать с продуктами. Звучит просто?

Все кивнули ещё раз. Действительно. Звучало просто. Но я понимал, что все этапы будут не простыми. Не для меня, да. Это же факт. Но подставу от самих судей и организаторов стоило ждать. Даже примерно представляю, что для большинства может пойти не так. Вот и проверим мои догадки.

— Третий этап. Готовка. Тут мы предложим всем приготовить по одному виду блюд. Супы. Салаты. Горячее. Десерт, — я улыбнулся. — Будем оценивать умение делать не только классические блюда, но и добавлять что-то своё. Но, как вы знаете, иногда, стоит лишь чуточку переборщить, всё идет ко дну. Будьте аккуратнее те, кто дойдут до этого этапа. Ведь уже после второго будет большой отсев.

Слабые участники сглотнули. Неутешительная информация для них. Но что же… Выживает сильнейший. Это правило работало не только в Зонах, но и тут. На кухне.

— Четвёртый, — да как много этих этапов. Дон рядом тоже заскучал, но у него было другое увлечение. Он сверлил взглядом Дагона. Ну, пусть смотрят друг на друга. Наставник не отставал от секретаря. Дон удобно устроился. Сделал так, чтобы его видели лишь Дагон и я. Со стороны, наверное, смешно смотрится, что наставник сверлит моё плечо. — Приготовление своего фирменного блюда. Здесь вы можете проявить свою фантазию на полную, — чуть не забыл, что сейчас слушал Гордона. Но тут я даже завис. И что у меня фирменное есть? Круассаны, отгрызающие пальцы? Булочки окаменения? Эклеры поноса? Сыр-косичка? Сложный выбор. — Думаю, у вас есть, чем нас удивить. Так действуйте. И останется лишь последний этап…

Ну наконец-то. Пять этапов. Отсев будет огромным на каждом. Но всё выглядело очень просто. Хотя многие начали нервничать. Зачем? Если ты лучший, то должен дойти до конца. Чего бы тебе это не стоило. Думаю, что многие начнут использовать грязные методы. Даже можно было без чтения душ сказать, кто этим займётся.

— Пятый этап, — улыбнулся Гордон. — Поединки против друг друга. Про них подробнее мы вам скажем перед самим финалом. У нас там будут особые условия. На каждом этапе будут отсеивать участников, повторяю это, чтобы никто не удивлялся. Всем всё понятно? — участники кивнули. Так и без головы можно остаться. Столько кивать… — Тогда. Объявляю! Официальное открытие турнира состоялось! Счастливого вам турнира! И пусть никто не останется голодным. Мы уж точно, — Гордон засмеялся вместе с судьями. Но его слова потонули в хлопках публики.

Все зааплодировали. Но никто не встал со своих мест, потому что вперёд снова вышел ведущий и взял слово.

— И сейчас будет банкет! В честь открытия! Ох, вру. Не сейчас. Через несколько часов, как мне передают организаторы. Но, дорогие зрители, — ведущий сделал грустное лицо. — Вы не увидите всего, но я покажу вам самое интересное. Оставайтесь с нами. Турнир только начался!

Вот теперь камеры выключились, и все встали. Мне уже хотелось выйти из зала, потому что участники расслабились и вперились в меня взглядами, оценивающе глядя и думая, на что я способен. То, что сказал ведущий, задело многих. Войны? Убийца аристократов? Для многих звучало пугающе.

А, ну и наставник. Он сейчас шёл на меня. Напрямик. Так, что все видели, что почётный гость турнира шёл к убийце аристократов. И мы вдвоём были из Империи. Что нас связывало? Мы в сговоре? Это читалось на их лицах.

— Ну как? Ты поражён? Восхитительный сюрприз? — Дагон лучился от счастья, но видя моё безэмоциональное лицо, скривился в недоумении. — Нет? А я так старался.

— Старайся лучше, Дагон. Я ожидал от тебя чего-то подобного, — ответил я со вздохом и всё же пошёл из зала.

Дагон плёлся следом. Дон кружил вокруг меня и раздражал наставника. Идиллия. Демоническая. Не хватало ещё брата рядом для полноты картины. Но его я, слава аду, отправил обратно к Амону. Пусть страдает.

— А как же место на турнире? Я лично порекомендовал твою кандидатуру князю Вяземскому. Он был, кстати говоря, удивлён тем, что я рекомендовал тебя вместо себя, — ехидно так проговорил Дагон мне в спину. Я остановился и посмотрел на наставника. — Достойный сюрприз?

— Нет, — хмыкнул я и улыбнулся зловеще. — Это я предполагал. Но рад, что ты признался в этом сейчас. Теперь на тебе висит долг за это.

— Долг? — удивлённо моргнул Дагон. — С чего бы это?

— Я так сказал, — ещё веселее сказал я. — Или ты думал, я тебе «спасибо» скажу?

И пошёл к двери на выход. Спину мне сверлило множество пар глаз, но я не останавливался даже под умоляющие крики Дагона.

— Фер, Фер! Мы так не договаривались!

— Вы вообще ни о чём не договаривались, — хихикал Дон, довольный таким исходом событий. — Банкет обещает быть интересным, да, Фер? Как думаешь, кто устроит драку?

— Зачем гадать, Дон? — ухмыльнулся я. — Мы же можем спровоцировать Дежана. Если получится, то и убьём его позже. Вадиму будет что обсудить со своим французским коллегой по кухне. Он будет доволен.

* * *

Это же время

Императорский дворец

Спальня второй жены Императора

Вторая жена Императора, Ольга, раньше — Хельга, так как была уроженкой Франции, оказалась в замешательстве.

Всё шло хорошо. Её план был безупречен. Ей пообещали, что всё пройдёт так, как она задумала и никто не сможет ей помешать посадить на трон свою дочь. Это означало, что Нина получит больше власти, и никто — никто! — не будет смотреть на неё со снисхождением.

Как же никчемная француженка умудрилась соблазнить Императора великой страны и родить ему дочь? Ольга приложила немало сил, чтобы многие забыли, откуда она родом. Она родила дочь, напомнив о своём происхождении. Всего лишь дочь. Если бы она могла, то подарила бы Империи сыновей, как заносчивая сука, Екатерина. Старшая жена. Хах, как же она горевала, когда потеряла дочь.

Ольга была счастлива. Мария была ближе к трону. Но её старые привычки никуда не делись. Только вот Ольга не планировала ослаблять хватку над судьбой своей дочурки, которая проложит им путь к величию. Она не должна ввязываться в скандалы, когда всё идёт так хорошо. Не посмеет.

Но в планы вмешалась появившаяся третья жена — Дарья. Как же красива была эта сука. И если она родит сына, то… Позиции Ольги пошатнутся. Она не могла этого допустить! Ни за что. Но подобраться к хитрой гадине не было никакой возможности.

Да и с дочерью Императора вышло не так, как она хотела. Чёртовы исполнители. Не могли сделать так, чтобы она окончательно умерла. Но всё было в порядке, пока она отсутствовала во дворце. Наверное, загибалась где-то в канаве.

— Альберт, — повернулась Ольга к начальнику охраны. Вызвала она его к себе неспроста. Сейчас Ольга делала усиленно вид, что переживала. Очень сильно переживала. — Вы нашли Анастасию?

Вторая жена с затаившимся дыханием ожидала ответа. Всё же её эта проблема беспокоила. Но была и на руку. В её актерскую игру верили. Екатерина даже плакала на плече у Ольги, когда вскрылось, что её дочка пропала.

— Нет, уважаемая Ольга, — поклонился Альберт. Начальник охраны нахмурился. Ему и самому не нравилось докладывать о таких результатах. О нулевых, если быть точнее. — Мы ещё ищем.

— Вот как… — Ольга нахмурила бровки и сжала в руках платочек, будто слёзы могли пойти в любую минуту. — Как найдёте, сообщите немедленно. Нужно многое подготовить к её возвращению…

Альберт кивнул и в душе восхитился второй женой Императора. Великая женщина. И так переживала не за свою дочь, а за мощь Империи. Ни одна страна не упустит возможности узнать о смерти одной из наследниц. Анастасия была одной из тех, кому пророчили великое будущее.

Начальник охраны ушёл, а в комнату второй жены Императора вошла Мария. Дочь Ольги посмотрела на дверь, где скрылся Альберт, и скривилась.

— Ты же сказала, что никаких проблем не будет? — Мария вздохнула. Как ей всё надоело. Родись Мария в обычной семье аристократов, мать не строила бы таких планов. Но это были мысли девушки ещё в подростковом возрасте. Сейчас они иногда посещали Марию. Но это была скорее привычка. Сама же девушка уже стала копией своей матери. И точно так же, как и Ольга, стремилась к власти. Для этого не жаль и от соперников избавиться. — Проблемы есть? Она же должна была сдохнуть в мучениях?

Ольга повернулась к дочери и смерила её взглядом. Мария была чудо как хороша. И походила на Ольгу. Ей не хватало лишь одного. Изобретательности. Все её скандалы были лишь из-за глупости. Но с возрастом это уйдет. А пока мама лично проложит ей дорогу к лучшему будущему.

У Ольги план родился давным-давно. И помогли ей в этом фанатики, коих было много по всей Империи и вне. Она долго вынашивала план и решилась только недавно. Первый этап. Но и он прошёл неудачно. Как и сказала Мария, сучка-Анастасия должна была умереть в мучениях. Но вышло всё не так, как ей обещали. И пока она не могла приступить к второй части плана, где ведущие роли принадлежали сыновьям Екатерины. Они были следующими в очереди на трон Империи.

— Не переживай, Марусь, — назвала Ольга дочь детским прозвищем. Мария скривилась. Не нравилось ей, когда её так называли, но она уже давно отучилась перечить матери. — То, что я с ней сделала, уже необратимо. И даже если её найдут, она не будет представлять никакой опасности. Ни тебе, ни мне. Но мы же должны лично убедиться в этом? Не так ли? И если что, добить бедняжку.

Мария улыбнулась и кивнула. Да, мама права. Овощи принято выкидывать, если они испортились. К тому же, Мария никогда их не любила.

Глава 14

Банкет и неожиданный гость

Спустя несколько часов я стоял на банкете и разглядывал окружающих меня участников. Все чинно общались, группируясь по интересам.

Большинство, как ни странно, предпочли быть с товарищами, которые занимались смежным или тем же видом деятельности. Мясо к мясу, рыба к рыбе, десерты к десертам. Хотя были и странные компании. Обособленные.

А сильнейшие и вовсе стояли лишь со своими помощниками, изредка перебрасываясь фразами с теми, кого сочли достойными. Прощупывали обстановку. Больше походило на аристократический приём, где я уже был. Впрочем, многие здесь и были аристократами.

От силы лишь пара человек были простолюдинами, но такими известными, что у страны не оставалось выбора, кроме как отправить этих кулинаров на турнир. Вот их было видно меньше всего. Всё же положение давило, как бы ты не возвысился за счёт своих навыков, но титулы — дело другое. Даже порадовался на мгновение, что имел титул барона. Хоть изначально он мне был нужен для другого.

Пресса была от многих стран, но они не рисковали быть, как ведущий турнира. Хотя и он где-то сейчас брал интервью. Ладно, что не всё мероприятие снимал. И то хорошо. Его «клёво» и «зелено» слышалось отовсюду.

Всех своих дам и Максима я отпустил в отель. Нечего им быть на банкете, пусть здесь и кормили вкусно. Блюда были приготовлены судьями, и можно было оценить их качество. Не зря они считались лучшими. Поэтому я пил вино одного из судей и ел всю еду, которая казалась мне интересной.

Соре и Элеоноре я сообщил, что приду не поздно, так что им не нужно волноваться. И да, никого я не собирался убивать, как предположила Ирина, доставая новенький кинжал откуда-то из-за пояса.

Я не соврал. Дежан вёл себя на удивление прилично. Как на зло. И держался он на расстоянии, так что я не мог к нему подойти. Дело было в двух моментах.

За Дежаном следил один из судей. Если конкретно, Поль. Он всё время находился где-то рядом с французишкой и зыркал, когда тот переходил черту. Да и перед прессой Франции барон Дежан старался не выделяться. Каждый раз, когда к нему подходили какие-то участники, он находил что-то такое, что мог похвалить. Комплименты сыпались со всех сторон.

А провоцировать Дежана первым я не хотел. Так не интересно. Всё же веселее вести провокацию, когда противник сам к тебе пришел и проиграл уже в этот момент. Так что оставалось ждать, когда барон Дежан сделает первый ход. Но этого я пока не дождался.

Зато моё вынужденное одиночество прервал уже знакомый голос. Юдзиро-сан пришёл вместе со своими помощниками. Не только они были в его компании, но и та девушка, которая привлекла моё внимание. Так что хорошо, что я отправил Сору и Настю в номер. Ещё одна девушка в моём окружении, как красная тряпка для быка. Сора не упустила бы момент и начала бы вести себя на грани приличия.

Дон рядом присвистнул.

— Сильна, — прошептал он, будто боялся, что она его услышит.

И столько было восхищения, что я аж подавился вином. Эй, Дон, у тебя есть Элеонора, хватит заглядываться на других. Могу и пожаловаться бабке да смыть все его усилия в трубу. Но не буду. Здесь было лишь восхищение стихии льда. Даже воздух рядом с Оливией Йохансен был холоднее на несколько градусов. Такое в аду почти не встретишь. Это привлекало. Обычно демоны предпочитали огонь, а тут такой контраст.

— Фер-сан! — ещё раз сказал Юдзиро, когда подошёл ко мне ближе. — Как вам открытие? Уже придумали, что будете готовить на четвёртом этапе?

Я улыбнулся. А Юдзиро верил в меня. Такой вопрос мог быть задан только с уверенностью в моих способностях. Я был польщён.

— Ещё нет, а вы, Юдзиро-сан? Выбрали? — кивнул я японцу, периодически поглядывая на Оливию.

Холодная, как и её стихия. Отстранённо смотрела на всё. Ничего не цепляло её взгляд. Она явно не желала говорить. Как только Юдзиро смог её притащить? Хотя, японцу с его характером не откажешь. Он улыбался, забалтывал тебя, и ты уже забывал, куда шёл и что хотел сделать.

— Тоже ещё нет, — покивал Юдзиро с задумчивым видом. Его глаза превратились в щёлки, но он продолжил улыбаться. — Ах, точно, Фер-сан! С вами хотела познакомиться Оливия-сама. Оливия-сама, это Фер-сан! Я вам про него рассказывал. Его наставник — сам Дагон-сан.

Юдзиро говорил ещё много чего. Про то, что я повторил моти, про мои успехи в Империи. Выглядело всё так, будто японец был моим фанатом. Но как я понял за то время, что мы общались с ним, он просто был увлекающейся персоной. Да и его способ общения был именно таким. Нужно было лишь привыкнуть.

— Приятно, — тихим, но уверенным голосом сказала Оливия.

Я поднял бровь. Что бы это значило? Приятно познакомиться? Приятно посмотреть на меня? Что?

Да уж, она точно была немногословной персоной, будто лёд её магии заморозил слова и ограничил их количество. Но безусловно ей нравилось слушать японца, да и на меня смотрела она с лёгким интересом, пусть и припорошённым холодом.

— Правда? — а вот Юдзиро был с ней на одной волне. — Я тоже так думаю. Фер-сан, Оливия-сама увлекается походами в Зоны. Это её хобби. И она очень хороша. Вы ведь видели её на последнем этаже той Зоны?

— Да, верно. Хорошее хобби для повара. Я и сам не прочь походить по Зонам, — усмехнулся. — Ведь там можно найти нечто поразительное, что продвинет твои навыки. И даже умение владеть ножом.

Оливия посмотрела на меня пристальнее. Что её зацепило? Про ножи или про навыки? Но девушка ничего не сказала. Лишь подалась ближе, что вызвало некоторое недоумение у Юдзиро, но он продолжил смотреть на меня горящими глазами.

— Да, верно! — японец взял беседу в свои руки и выдавал информацию так, что можно даже ничего не спрашивать у Оливии. — Оливия-сама — как наследница, очень редко может ходить в рейды, но её стремление стать лучшей не только как герой, но и как повар, достойно уважения. Оливия-сама достойна уважения!

— Безусловно! Так ведь, Оливия? Очень сложно быть наследницей Норвегии да отпроситься на турнир, но отец тебе потакает, пусть и немного суров, — внезапно вмешался другой голос, и все повернулись к нему. Оливия повернулась чересчур резко.

— Андрей, неожиданно, — нахмурилась Оливия, но кивнула, расслабляясь.

— Андрей-сама, мы не заметили вашего присутствия, — внезапно поклонился Юдзиро, как и его помощники. Лишь Оливия стояла и смотрела на подошедшего мужчину, который мне кого-то напоминал. — Как же это произошло⁈

— Юдзи-семпай, не кипишуйте, — рассмеялся блондинчик. Ах, кажется, я понял. — Вы со времён академии героев такой. Я всего лишь пришёл поприветствовать своего соотечественника да пожелать ему удачи. Решил не поднимать ненужную шумиху, так что я здесь ненадолго, пока меня не заметили, — блондин усмехнулся. Его тело покрывала лёгкая вуаль силы от артефакта. Поле? Интересно. — Фер, приятно с вами познакомиться. И удачи. Думаю, вы сможете победить всех, если всё, что я о вас слышал — верно.

— И мне приятно, Ваше Высочество, — улыбнулся я, не делая никаких поклонов, тем самым заставляя нервничать Юдзиро. Но увы, раз принц Империи прибыл сюда инкогнито, то я тем более не стал бы ему кланяться. К тому же, я успел незаметно прочитать его душу. Хороший парень, как Настя. Воспитаны они оба хорошо. В его душе постоянно мелькала некая грусть и беспокойство, но и без чтения парня можно было сказать, что его беспокоило. Настя, которая сейчас находилась в Париже, а Андрей, старший сын Императора, и не знал об этой маленькой детали. — Спасибо.

— Что ты здесь делаешь? — нахмурилась Оливия.

— Всего лишь заскочил сюда, узнав о турнире. Мне интересно, кто представляет нас в этом году, — тут же повернулся к холодной Оливии Андрей. Температура упала на несколько градусов. — И не замораживай тут всё, ледышка. Как была вспыльчивой, так и осталась. А ведь многие до сих пор думают, что ты всегда без эмоций. Учились же вместе. Не рада видеть своего одногруппника?

Становилось всё интереснее и интереснее. Получается, Андрей, Оливия и Юдзиро учились вместе в какой-то академии героев. И довольно хорошо общались. Насколько это возможно.

Посмотрел в сторону японца, и он сразу же нашёл способ унять начавшийся конфликт.

— Фер-сан, тебе интересно, откуда мы друг друга знаем? — я легонько кивнул, привлекая внимание всех. Оливия прищурилась. — Мы вместе ходили в одну школу героев. В Японии. Андрей-сама приехал вместе с Оливией-сама по приказу их родителей. Там мы и познакомились.

— Юдзиро-сенпай преуменьшает. Королевская Академия Героев в Токио — лучшая во всём мире. И учатся там лишь дети королевской крови или приближённые к верхушке, — объяснил мне Андрей, а я прищурился. То есть, все трое были из высочайшей аристократии? Вот повезло. А работает у меня в пекарне принцесса. Любопытно складывается жизнь в мире людей. Уже ничему не удивляюсь. — Оливия была одной из лучших на потоке, пока внезапно не вернулась в Норвегию, а получилось, что она хотела вернуться к своему хобби перед тем, как занять престол.

Оливия кивнула. Да уж. Не только в аду повелители любили быть на кухне, но и в мире людей. Интересная девушка, эта Оливия, даже хочется с ней поговорить. Насколько это возможно, учитывая её немногословность.

— Кажется, меня заметили, — вдруг усмехнулся Андрей. — Быстро они. Тогда я, пожалуй, пойду.

— Я с вами, — хмыкнул я. Больше мне было нечего делать на банкете. И раз уж я познакомился с Оливией, то стоит и уходить. Всё равно ещё столько времени будет поговорить и даже разговорить её. А вот познакомиться поближе с принцем и братом Насти… Такой шанс может и не представиться.

— Вот как? — сделал вид, что удивился, Андрей. — Нам по пути. Как я знаю, вас поселили в Ритц, как представителя Империи. Я там же, но в царских апартаментах. Довезу вас, чтобы не ждать кортеж ассоциации.

— Да, думаю, что ничего интересного больше не будет на банкете кроме вашего появления. Слишком скучно. Начало турнира утром, так что лучше отдохнуть и не сидеть тут до позднего вечера. Посплю, — тут Дон молчавший на моём плече усмехнулся. Пусть не портит мне алиби.

— Да, достойное поведение представителя. Всё же я почти уверен в вашей победе, — сказал мне принц, когда мы попрощались со всеми до завтра и уже шли на выход из здания.

— Я польщён, — улыбнулся я, подходя с Андреем к его машине. Пожалуй, она была самая современная и навороченная. Такую я не видел ещё ни у одной семьи в Империи. Что уж ожидать от императорской семьи.

Пока мы ехали, Андрей то и дело пытался узнать обо мне. Задавал простые вопросы, но так, чтобы я рассказывал всё, что мог. Про войны, про графа Демидова. Про наше с ним вино. А принц довольно неплохо подготовился к встрече со мной. И она явно была неспроста.

Помощник Андрея, Толик, как назвал его сам принц, был угрюм, но внимательно следил за мной, чтобы я не совершал лишних движений. Хорошая у него реакция. Это я заметил, когда водитель сделал резкий поворот, что-то объезжая и крича на французском замешкавшемуся бомжу. Их стало очень много вечером. Толик сразу же выставил руку, чтобы прикрыть принца в случае чего. Но вот только и сам Андрей был сильным. Силы в нём было много, да. Он явно был действующим героем. Что он забыл во Франции, меня даже не интересовало. Пусть следит, сколько хочет, если думает, что я какой-то странный человек, за которым нужен надзор. По сути, ему было просто любопытно, да и действительно попал он сюда случайно, выполняя приказ отца.

Приехали в Ритц. Андрей предложил ещё немного поговорить, и в принципе я согласился. Почему бы и нет?

Но в баре мы неожиданно наткнулись на моих дамочек. Максима с ними не было. Но это не отменяло того, что Ирина и Элеонора напряглись. Уж они-то узнали, с кем я пришёл. Настя и Сора не особо отреагировали. С духом было понятно. А вот Настя начала вглядываться в Андрея и чуть дёрнулась, будто узнавая.

— Фер! — радостно вскричала Сора. — Мы тут решили отметить начало турнира. А с кем это ты?

Андрей повернулся к дамам и приложил палец ко рту.

— Андрей. Из Империи. Но сделайте вид, что меня не узнали. Так проще, — Элеонора и Ирина кивнули, а Сора и Настя просто за компанию сделали кивок. Думаю, потом бабка объяснит им, кто пришёл и просил об инкогнито.

Дальше было веселее. Андрей рассказывал разные истории про свою жизнь, никак не упоминая, что был из императорской семьи. Истории в большинстве своём касались Зон и его обучения.

— Фер тоже у нас ходит в Зоны. Им там весело, — усмехнулась Сора. — Но и в пекарне у нас бывает интересно. Да, Настя? Помнишь последнего типа, который приходил и возмущался? Фер тогда поставил его на место.

Сора в ответ рассказывала смешные случаи из нашей работы, и Андрей хохотал, держась за живот. Но то и дело его глаза следили за Настей.

Под конец, когда уже все решили идти спать, Андрей придержал девушку за локоть и проникновенно поинтересовался у неё. Никого рядом уже не было. Я стоял неподалёку, но не должен был слышать, если бы был человеком, о чём был разговор.

— Простите, а мы с вами точно нигде не встречались?

Всё же начал замечать. Вот только мои булки сложно было победить. Если бы это была простая иллюзия, то другое дело. Но длительность булок иллюзий продолжалась до тех пор, пока не примешь антидот в виде другой булки.

— Нет, я бы точно вас запомнила, — ответила Настя и смущённо улыбнулась, догоняя меня.

Андрей застыл и стал сжимать кулаки. Но увидев, что я смотрю на него, расслабился и приветливо улыбнулся, прощаясь.

Не думаю, что ответ Насти его удовлетворил. Но у него не было и не будет доказательств, что она его сестра. Так что мы кивнули ему и пошли в комнаты. Время подготовки к турниру. А моим дамам пора и спать. Людям вообще нужно побольше спать. И Его Высочеству тоже. Иначе его поглотит отчаяние, что он увидел соломинку, которая ничего ему не принесла. Не нужно было слушать Леоморта, который подсказал принцу, что рядом со мной была девушка, похожая на принцессу. Глава пятёрки героев — вообще тот ещё врунишка.

* * *

Чуть позже

Царские апартаменты

Андрей, первый сын Империи, сидел в задумчивости. Его внезапный приезд в Париж не был запланирован. Но оно того стоило. Однажды он услышал отчёт от Леоморта и решил проверить те слухи, что ходили вокруг барона Адалорокова. Тем более он был как раз рядом с местом проведения турнира, где и находился пекарь.

Да и принцу было интересно посмотреть на ныне известную личность, которая постоянно потрясала всю Империю. Андрей был доволен увиденным. Что-то такое было в Фере, что внушало ужас. И нужно быть полным идиотом, чтобы не понять это сразу и стать его врагом. Даже сложно было предположить его силу. Ту, что он скрывал. Не зря столько противоречий бродило вокруг его фигуры.

— Почему вы пристали к той девушке, Ваше Высочество? — вдруг задал вопрос его помощник, Анатолий. Мужчиной он был немногословным, но его такие привлекали всегда. Так же, как и Оливия в своё время. И это был простой интерес. Не было у Андрея никаких планов на норвежскую принцессу льда и снега. Да и она видимо, нашла свой интерес. И он касался Фера. Странный человек, который привлекает сильных личностей.

— Сам не знаю, — поднял Андрей глаза на Толика, как он любил его называть, отчего его помощник немного выходил из себя. С Оливией он делал так же. Его всегда интересовало, что может выводить из себя таких людей. И к Толику он нашёл свой подход. У Андрея ещё было время, чтобы заниматься ребячеством, но когда он станет полноценным наследником, то такой возможности не будет. — Но у меня было такое ощущение, что я говорил с Настёной.

Андрей не врал. Когда работница Фера разговаривала и рассказывала истории, произошедшие в пекарне, он всё время думал об этом. И в голове у него мелькали картины их общего прошлого. Когда они ещё детьми прятались от отца и матери под крышей дворца и рассказывали друг другу разные глупости. Например, чем бы они занимались, не родись они в императорской семье.

— Но это невозможно, Ваше Высочество.

— Я знаю, — мотнул головой Андрей, отгоняя образы прошлого. — Я знаю. Просто… Показалось, наверное.

И Его Высочество не заметило, как в углу комнаты кучка крошек перекатилась под комод, оставив принца думать о том, что он сегодня слышал и видел.

Глава 15

Первый этап турнира

Да уж, у принца чутьё было на уровне. Ещё после доклада своих пряников я думал об этом. Да и сейчас продолжал, стоя в холле и ожидая кортеж, который повезёт меня к тому же стадиону, где начнётся первый этап турнира.

Кровные узы никак не переиграть. Это можно было сказать и по нам с братом. Пусть у людей они были слабее… К счастью, всё обошлось. Но рано или поздно принц поймёт, что его Настёна и есть Настя, которая прислуживала в пекарне и с гордостью про это рассказывала.

Но подумаем об этом потом. Девушкам я сказал подъехать позже. Барон Гусев подтвердил, что никаких проблем не будет, если помощники прибудут не со мной. Им всегда могут пригнать отдельную машину, стоит лишь сообщить. Так что с девушками вопрос был решён, а Максим сейчас стоял рядом и ждал нашего отъезда. Хотел поболеть за меня на первом этапе. Ну пусть посмотрит. Впрочем, я уверен, что там не будет ничего интересного.

Участников из Ритца забрали. Каждый сел в свой транспорт, и все отправились на стадион. Даже интересно, почему не могли поселить хотя бы поближе к месту проведения турнира. Вот повезло тем, кто жил в том же районе. Слышал я от нескольких участников, как они планировали продолжить веселье после банкета, ведь идти в номера им было недалеко. Некая несправедливость чувствовалась.

Когда приехали, досмотр повторился, как и мой трюк с кольцом и Доном. А дальше нас сразу провели в большой зал, где все сели или встали по своим местам. В этот раз камеры ещё не были включены, и участники сгруппировались вчерашними стайками по интересам. Позади сцены была гигантская штора, которая перекрывала вид на другую часть стадиона.

Но стоило на сцене появиться уже знакомому ведущему, как все сели на свои места. Первый этап должен был начаться с деления на команды, но никто не мог найти списки. Это стало главной темой для обсуждения до того, как пришёл ведущий.

Имя я его, кстати, узнал. Руми Ром. Забавно звучало. И если он будет себя хорошо вести и больше ко мне не приставать со странными вопросами до конца турнира, то я подарю ему ром подстать его фамилии.

— Ну что, дружочки-пирожочки, шалят нервишки? — первое, что спросил ведущий. Все посмотрели на него с недоумением. — У меня да! Ведь ух, даже подумать клёво! Наши судьи поменяли первый этап, пока вы спали! Улётная новость, не правда ли?

Улёт. Точно. Захотелось улететь отсюда в свою пекарню и больше никогда не ввязываться во всякие турниры.

На сцену вышел Поль, видимо, не сдержавшись от манеры ведущего, и взял слово.

— Участники, — судья был доволен, как слабые участники побледнели от его появления и от «улётной» новости. Хорошо, что не позеленели. А то было бы зелено. — Как и сказал наш ведущий, правила чуть изменились. Но суть первого этапа останется неизменной. Участники будут поделены на команды по шесть человек. Вас как раз чётное количество. Но из каждой команды будет исключен один человек. Не только из проигравшей. Так что советую выложиться всем на максимум. И вашему вниманию…

Шесть человек. Девяносто шесть участников и шестнадцать команд. В принципе я понимал, для чего судьи сделали перетасовку. Если они не отсеят народ на первом этапе, то последующие будут удлиняться. Удобно. Исключат шестнадцать человек.

— Списки! — Поль эффектно щёлкнул пальцами на камеру, и на наших коленях появились списки участников. Я пока не стал туда заглядывать, ведь это не всё, что хотел сказать один из судей турнира. — И сражаться вы будете сразу. Не по две команды, а все шестнадцать на одной сцене, — ещё один щелчок пальцев, и висящая гигантская штора упала позади сцены, представляя нашему вниманию шестнадцать рабочих полуоткрытых зон. Там стояли небольшие комнаты-кухни по типу той, что я соорудил для своих помощников Вадима и Вани. Неплохо они всё тут обустроили за ночь. Можно было сразу понять о высококачественной технике и артефактах. — Остальные правила не изменились. Оценивание командное. Снимать и записывать будут камеры. Ничего не ускользнет от их линз. У вас есть час, чтобы переодеться, подготовиться и занять свои места согласно спискам. Меню на этап прочтёте на бумаге. Удачи.

Поль ушёл, а его место тут же занял Руми, но его я уже не слушал, а открыл сложенный пополам лист.

Итак, что мы имеем в сухом остатке? Кто будет в моей команде? Удивился, увидев первое имя. Вот уж совпадение. Оливия будет со мной. Интересно, во время работы она также немногословна? Или же что-то скажет?

Меню я пока не стал читать, увидев знакомые позиции. Пусть я ни разу не готовил ничего из вышеперечисленного, но разберусь на практике. Не впервые. Дагон может мной даже гордиться. Вспоминаются времена нашего с ним обучения, где мне единожды что-то показывали, а я повторял. Ничего сложного. Тут даже ингредиенты будут обычными.

Остальные участники команды не представляли особенного интереса. Монгол. Солонто Боржгон. Вроде это самое распространенное имя, которое не является предметом гордости. И монгол был простолюдином. Увидел его сейчас и понял, кто, скорее всего, будет сегодня исключен. Посмотрев на список, он трясся будь здоров.

Дальше был австриец, Франц Вагнер. Он был сильным участником, на которого я положил глаз. И, судя по всему, имел какие-то связи с Пеком, который судил турнир. Уж больно он имел самодовольный вид.

Следующим в моей команде был участник из Марокко. Уябдул Фатах. Имечко говорило само за себя. Темнокожий повар свысока смотрел на всех, хоть и не имел никакого преимущества. Злобно ухмыльнулся. Вот как. Кажется, я понял, что ещё задумали судьи турнира. Что ж, это будет забавно.

И последним был участник из Германии. Адольф Вайц. Тоже сильный повар. Он смотрел на всё цепко и подмечал каждую деталь происходящего. И запоминал. Опасны такие противники, хоть я и не беспокоился.

Команда не стала собираться вместе, да и мы уже были одеты в форму, в которой планировали участвовать. Я вообще был в чёрной рубашке и брюках. Элеонору удар хватит, когда она посмотрит, что все были в поварских кителях, а я будто на прогулку собрался. Но мне так удобнее. Да и китель предназначался немного не для пафоса, а для работы. А мне было удобнее работать в рубашке. Пусть все думают, что я псих. Мне от этого было спокойнее даже.

Так что собрались мы у нужного отсека-комнаты уже командой. Я мельком взглянул на всех, но зацикливаться на ком-то одном не стал. Оливия нахмурилась, когда я просто мазнул взглядом. Но пока она ничего не говорила. Да и вряд ли скажет, даже если ей что-то не понравится.

Взглянул ещё раз в листок, чтобы ознакомиться с меню и решить, как мы будем делиться на кухне. Обычно распределение обязанностей на кухне было простым. Кто-то стоял на рыбе, кто-то на закусках, кто-то — на мясе. Кто-то на десертах. Так что нужно было решить, кто где будет стоять, в зависимости от специализации. И, судя по всему, никто не хотел брать слово. Вздохнул. Сделаю сам. Что они как обиженные дети. Решили пролететь?

— Оливия, — обратился я к норвежке, которая тут же повернулась ко мне, хотя и так искоса сверлила меня взглядом. Сделано это было по большей части для других. — Встанешь за рыбу?

Оливия кивнула, хоть её брови и чуть поднялись вверх. Не думала, что я запомню её специализацию? Ха, я знал её у каждого, хоть и не вслушивался особо в то, что вещали в начале. Но память не обманешь. Да и Дон мне сейчас подсказывал. Секретарь и тут секретарь.

— Лорд Вагнер, — обратился я к австрийцу.

— Беру мясо, — сплюнул он, а я кивнул. Мне же проще.

— Горячие закуски тогда, — я посмотрел на монгола. — Солонто, — и ухмыльнулся. — Уябдул?

Оба кивнули. Никто не был против. План был составлен, и все встали за свои места. Немец был на подхвате у горячих блюд.

Кстати, за кухнями стояло множество столов. С гостями. И часть гостей составляли наши помощники и члены команд участников. Большинство же — это обычные приглашённые, которые будут пробовать наши блюда. И самое важное было накормить всех. Ради чего и становились поварами и кулинарами.

За то время, что мы готовились, гости уже присели и стали рассматривать меню. Официанты слонялись и ждали отмашки. И она настала с громким гонгом. Кажется, Руми ещё что-то там пищал в стороне, но это нас уже не касалось. К нам подошёл первый официант и сделал первый заказ:

— Особая закуска, карбонара и два ризотто, — официант прилепил листок к специальной доске.

— Принято, — хмыкнул я и встал за место шефа, чтобы помогать всем. Автриец, немец были очень против такого негласного решения, но ничего не сказали. А надо было раньше что-то говорить, а сейчас уже всё… Оливия же наоборот только довольно кивнула и пошла готовить особую закуску из морского языка.

Работа на кухне закипела. Я же внимательно следил за действиями участника из Марокко, хотя и за монголом бы тоже надо приглядывать. Потому что Солонто абсолютно не понимал, что творит. Он даже не знал, какие ингредиенты шли за чем в блюдах, которые ему предстояло сделать. Тяжелый случай. Кажется, он знал только часть известных блюд и не обучался в школах. Да даже в сеть не выходил. Пусть на родине он и был известным поваров, но тут оказался полным нулем.

— А когда засыпать пасту? — спросил он шёпотом Уябдула, а Дон рядом со мной засмеялся.

— Дитё, — и, в принципе, так оно и было.

Уябдул закатил глаза и приступил к своей части. Но я видел чуть больше, чем нужно, и мне не нравилось это зрелище. Африканец вообще не боялся ничего. И, по всей видимости, творил такую дичь, что в аду я бы его в котёл отправил. К самым большим грешникам. И это я не про чёрную магию говорю, которую сейчас его помощник из зала для гостей насылал на сильных участников нашей команды. А про то, что он гребешки пережарил.

Африканец касался всех участников, чтобы облегчить задачу своему шаману. Ещё и мешал всем на кухне, будто дилетант. Но когда он подошёл к Оливии и чуть не коснулся её плеча и сковороды, я отодвинул его в сторону. Не стал терпеть такое дилетантство.

Чем была хороша магия шаманов? Её не так просто было отследить. Не как демоническую магию, но если сравнивать их, то моя имела куда больше преимуществ перед слабым шаманством. А потому проклятие, которое предназначалось для Оливии, я перенаправил на самого Уябдула. Баклажан он, а не шаман. Так же я поступил и с другими проклятиями для участников нашей команды. Теперь всё было направлено на исполнителя. Тяжело ему придётся.

Монгол и африканец замедлились, и я сам встал за плиту, чтобы приготовить ризотто. Удобно, что все продукты уже были готовы. Вставай и готовь. А эти олухи даже простейшее решили завалить.

В пару движений я сделал ризотто и отправил его на стол, чтобы официант его забрал. Оливия тоже приготовила закуску. А вот парочка слабаков чуть нас не подставила, когда трясущиеся руки Уябдула уронили сковороду с карбонарой. Точно олухи.

Но монгол быстро исправился и приготовил из остатков новую порцию. Африканец злобно смотрел ему вслед. Всё записывалось. И явно Уябдул не ожидал такого от себя. Тяжело с надвигающимися проклятиями стало двигаться?

Оливия, кстати, была хороша. Я видел её действия и точно можно было сказать, что она была хороша во владении ножами. И язык она разделала мастерски. Руки над сковородой порхали только так. Лучше, чем у Дагона. Наставнику бы постыдиться, что его могла уделать девушка, а пока я наблюдал и был удовлетворён увиденным. Предложить принцессе Норвегии перебраться ко мне и вместе откроем рыбный ресторан? Звучало заманчиво.

Пока мы отдавали заказ, я посмотрел по сторонам и отправил ещё и Дона, чтобы он проверил работу других команд. У Юдзиро всё было замечательно, а вот в его команде были и слабые участники, которые утопили обычный салат с заправкой в масле. Жиденько, как по… поток.

Заказы текли рекой. Официанты только и успевали, что отдавать их. Салат у команды Юдзиро несколько раз отправляли обратно, потому что масло было слишком много. Но Юдзиро психанул и уже сам сделал его, взяв инициативу в свои руки.

Новый заказ. Гребешки запаздывали.

— Солонто, где гребешки? — спросил я у монгола. Тот занервничал и косо посмотрел на Уябдула. Понятно, ещё один саботаж. — Солонто! Бери себя в руки! Иначе вы нас утопите!

Уябдул злобно ухмыльнулся, даже не поняв, что действия его шамана ушли в пустоту. И продолжил медлить. Австриец и немец переглянулись и посмотрели в сторону закусок. А потом взглянули на меня. Оливия скрестила руки на мгновение.

— Два окуня готовы, — крикнула Оливия мне. Первые её слова, а после встала рядом со мной.

— Ягнёнок готов, — хмыкнул Франц.

Нас задерживали закуски. Нельзя отдавать заказ частями. Ещё одно правило ресторанов. Солонто не выдержал и проверил гребешки, подвинул африканца.

— Уябдул, они же сырые и холодные! Они не готовы! Ты не видишь, что ли⁈ ЭЙ! — Солонто взбесился. Его паника достигла апогея. — Мы же не можем сказать, что у тебя сегодня выходной и ты не можешь готовить⁈

— Так действуй, — хмыкнул я, предоставляя монголу шанс.

Солонто посмотрел на меня, на застывших Оливию и немца с австрийцем и кивнул. Подвинул Уябдула и начал быстро готовить. Хм, неплохо.

Дон как раз вернулся и сказал, что не только у нас такие приколы, как с африканцем. Все столкнулись с элементарными проблемами. Мне даже стало интересно, что придумают судьи. Развивалось всё точно так, как я и думал.

Солонто закончил с гребешками, и мы отдали заказ, взяв новый. Оливия внезапно оживилась, глядя на стремление монгола, и пошла готовить окуня. Немец и австриец пусть и были соперниками, но стали готовить ягнёнка и говядину Веллингтон.

— Сколько, Оливия? — спросил я в воздух, не ожидая ответа.

— Четыре минуты! — крикнула норвежка, буквально преображаясь к середине этапа. Вот она какая на кухне. Глаза горели, а руки порхали. Так же она выглядела и в Зоне. Поразительно. Очень похоже…

— Очень похожа на тебя, — развеселился Дон. — Твоя человеческая женская копия. Вдруг она твоя сестра?

— Не мели чепухи, — посмотрел я на секретаря.

— Ну а что? Твои родители тут, да и цвет волос, — Дон поиграл бровями. — Прям как у Люция.

Я решил игнорировать секретаря. Ещё мне сестры не хватало. К тому же, она не выглядела и не ощущалась, как демон. Хоть и чем-то привлекала.

Заказы летели и летели, и вскоре всё закончилось. Уябдул выглядел паршиво к концу этапа. Остальные же наоборот были бодры и веселы. Нехило ему так отрекошетило. Но сам виноват.

Участников вызвали к построению перед сценой. Стульев уже не было, и все встали, чтобы услышать мнение судей. Они незаметно следили за всем, периодически прогуливаясь перед столами и кухнями, но лишь издалека. Никак не вмешивались в ход выполнения их задания.

Команда Юдзиро встала рядом с нами, и японец показал мне большой палец, что у них всё прошло хорошо, пусть я и был другого мнения.

Свет в зале погас. Гости уже ушли, и теперь на сцену вышел Гордон. Хоть не ведущий, визги которого сопровождались по всему этапу. Все затаили дыхание, ожидая вердикта главного судьи. Поль и Вольфган стояли сбоку. Они о чём-то перешептывались и кивали.

— Первый этап пройден, — начал Гордон. — Вот только оценку мы произведём немного не так, как вы думали. Мы следили за вами очень внимательно. И думали, что не так много участников пойдут на подлость. В первую очередь вы были командами. И мы бы закрыли на единичные случаи глаза. Вот только… Все команды отличились. И использование запрещённых видов магии невозможно на турнире мирового класса. Дисквалифицированы будут все, кто хоть как-то был в этом замешан. С пожизненным лишением официально заниматься поварским делом.

— Фер, а тебя не исключат? — вдруг хмыкнул Дон у меня над ухом. — Ты же демон.

— Я бы посмотрел на то, как они решили бы это провернуть. Пожизненная дисквалификация и запрет? Ха-ха…

Глава 16

Влияние рыбы

— Уябдул Фатах, Лоренс Торн, — Гордон произносил имена. Всего он назвал двадцать одно имя. Хм. Больше, чем нужно было. — Вы дисквалифицированы с турнира, также у вас теперь запрет на любую деятельность, связанную с ресторанным бизнесом…

Гордон оглядел отличившихся участников. Дон их приметил после своего облёта, и так и вышло. Участники из слабых команд решили пройти хитростью и подлостью, но не получилось. Ещё и такое наказание.

Взглянул на африканца. Тот сжал зубы и резко развернулся, покинув нашу команду. Остальные выбывшие поступили точно так же. Сами виноваты. Если не могли сделать элементарное, зачем вообще пытаться участвовать?

Солонто смотрел перед собой неверующим взглядом. Руки были сжаты в кулаки, а сам он глядел наверх, будто боялся, что сейчас заплачет. Думаю, его бы выгнали, допусти он хоть один шанс, что те провальные гребешки попали бы к гостям, но ему повезло на первом этапе. Но повезет ли на следующих?

Остальные члены команды не были удивлены такому повороту событий, хоть их и озадачило кое-что. Запрещенная магия. Но то, что они прошли дальше — это было естественным стечением обстоятельств.

— Это было своеобразной проверкой, — пояснил Гордон, внимательно наблюдая, как те, кто были дисквалифицированы, ушли с пределов телекамер и зала стадиона. — Первый отсев. Эти участники и ранее были замешаны в нечестной борьбе. И сейчас показали себя во всей красе. Те, кто остался, не думайте, что судьи ничего не видят. Мы внимательно следим за каждым из вас. Ведь теперь вас осталось лишь восемьдесят процентов. Пусть вас и должно было быть больше, но впредь отборы будут ещё жестче. Дальше вас ждёт второй этап. А сегодня первое соревнование турнира подошло к концу…

Все скупо зааплодировали. Участники были недовольны таким показательным тычком в их лица. Тем более их это никак не касалось.

А вот гости, переместившиеся в ложи, громко хлопали и кричали имена понравившихся поваров. Еда, которую они получили сегодня, лишь раззадорила аппетит. И некоторые люди вздыхали, что им не удалось попробовать то, что готовили участники.

Раз уж первый этап турнира подошёл к концу, можно и в отель отправляться. Вышло всё даже быстрее, чем я думал. Время было послеобеденное. Мои помощницы были накормлены, как и Максим. Они успели попасть на отбор гостей. Значит, дотерпят до ужина.

Правда, Элеонора всё же косилась на мою рубашку и брюки. Заметила-таки. Но главное перевести тему на что-то другое, и гнев бабки сместится в другое русло. Например, можно упомянуть их свидание с Доном. Тогда Элеонора покраснеет, и буря минует.

Но проблема пришла с другого места. Думал, выйду в холл стадиона и по-быстрому окажусь на улице. Только вот у двери меня поймал Руми, который внезапно переместился с одного конца зала ко мне. У него какие-то телепортационные навыки? Проворность была на максимуме.

— Фер, детка, — обратился ко мне ведущий, приковывая к себе внимание. Краем глаза я заметил, как к расходящимся участникам подходили репортёры с разных каналов. Чаще всего из их стран, но меня обложили по полной. И как теперь от этого зелёного отвязаться? — Как тебе турнир? Нет желания убить кого-то? Аристократов тут полная тарелка.

Я посмотрел сверху вниз на мужчину в леопардовом костюме и улыбнулся. В глазах ведущего появился страх, но он продолжал играть свою роль весёлого и шутливого ведущего.

— Такого желания не появилось, — решил я ответить на этот вопрос. — И, как знают жители Империи, не я объявлял войны аристократам. Лишь защищался.

Моей улыбкой можно было замораживать континенты, но Руми лишь сглотнул и продолжил наступление.

— Так как тебе турнир, Фер, детка? — от этого «детка» у меня дёрнулся глаз. Не будь мы на публике, я прижал бы Руми к стене и показал, кто тут детка. Фамильярный тон? Хорошо работает лишь на камеру. На его бы месте я бы обставил все места, где он ходил, камерами, чтобы, не дай ад, какой-то разозлившийся человек не прибил его ненароком.

— У многих были трудности, но не у меня. Так что пока легко, — сказал я, и с лица пропали все эмоции. Руми шарахнулся в сторону, и я прошёл мимо него к двери, задев плечом и прошептав так, чтобы не услышали камеры. — А если будет трудно… То станет горячо. Всем.

* * *

Объединенная Российская Империя

Пекарня «Хлебное царство»

Это же время

— У многих были трудности, но не у меня. Так что пока легко.

Вадим фыркнул, а Ваня восторженно подпрыгнул на месте.

В гостинной пекарни Фера сейчас сидело двое. Если не считать пряников, которые заняли всю поверхность пола, два человека сидели — вернее, не человека вовсе — и смотрели прямой эфир с турнира. И сейчас по телевизору на весь экран высветилось лицо хозяина сего заведения.

Работники пекарни были у себя и также смотрели на то, как ловко и чётко работал тот, кто дал им работу и смысл жизни. В гимназии дети устроились в кружок и тоже не остались в стороне. Каждый был на своём месте, но в святая святых, первоначальном месте Фера, были лишь Вадим и Ваня, которые раньше были простыми поварами и мечтать не смели, чтобы попасть на турнир кулинаров.

Ваню бы поглотила паника лишь от мысли, что ему придётся соревноваться с другими поварами. Тем более такими именитыми. А уж мысль о победе и не была бы в его голове.

Вадим был другим. Он мечтал и планировал однажды выйти на одну сцену с лучшими, но вот только его грязное прошлое вывело его на другую дорожку. И повезло бывшему кондитеру Лакруа Паттисье попасть к Феру. Не будь это он, а кто-то обычный, Вадим бы просто гнил в сырой земле.

Но Фер мог победить и сразить владельца Лакруа. Барона Дежана. Именно ему принадлежала известная по всему миру пекарня. Вадим видел, что между французским поваром и Фером зрел конфликт. Он знал, чем заканчивались любые конфликты с пекарем, ещё неизвестным миру. Лишь граф Григорьев отделался лёгким испугом. Да барон Баранов… Остальные — земля им пухом.

Конфликт у Фера был не только с французом. Но и с участником Марокко, которого дисквалифицировали в самом начале. Вадим догадывался, что представлял из себя Уябдух Фатах. Прекрасно догадывался. Вадим был таким же. Когда ещё был жив.

Пока Вадим размышлял о бренности бытия, пряники устроили целое шоу в честь своего хозяина. Ассасины то появлялись, то исчезали, выпуская конфетти в воздух. Качки поднимали других пряников. Лишь один из всей толпы горестно вздыхал.

Пряня хотел быть со своим господином. Однако ему поручили важную миссию. Пусть никто и не нападал на пекарню, но Пряня достойно выполнял свою роль и служил хозяину. Никто не пройдёт. Королева постоянно утешала своего любимого Пряню, но она понимала, что ничто так его не взбодрит, как возвращение к Феру. Но тут она не могла ничем помочь. Лишь время излечит его душевные раны.

Пока все радовались победе хозяина, Фера, с верхних этажей кто-то с грохотом спустился. Никто иной как Церя, который пропадал либо на третьем этажа, либо в комнате, которую дух оборудовала так же основательно, как и подвал. Кухня Фера. Там Церя, который сейчас летел бошкой вниз, обычно работал и постоянно разгребал кости, чтобы удивить повелителя чем-то новым.

Но сейчас псина летела так, что не успела остановиться и врезалась со всего маху в стену. Если бы это был обычный пёс, то можно было бы собирать его по частям. Но Церя лишь тряхнул головой и посмотрел на тех, кто мог ему помочь.

Пряня, Ваня и Вадим тут же оказались на ногах. Не мог песель так всполошиться из-за ничего. Неужели это нападение? Кто-то пробрался на крышу дома, раз даже щенок начал полыхать огнём? Его шерсть стояла дыбом, от неё летели искры в разные стороны. Пряники начали тушить их своими телами, пока Церя добежал до спасителей.

— Гав! Ав! Р-р-р-р! — никто не мог понимать щенка, но всё же он начал эмоционально рычать и что-то объяснять. Фер сказал ему не тратить времени на разговоры.

— Что случилось? Что такое? — Вадим стал предельно серьёзным. Ваня же просто паниковал и размахивал руками. От него толку не было. Пряня достал свой меч и был готов отправиться разбираться с врагами хоть голыми руками.

Церя понял, что его не понимают, и задрал морду вверх. Тогда до всех и дошло, что всё же наверху. Нападение!

Вадим схватил с кухни сковороду, а Ваня — скалку. Пряня дождался помощников-скелетов и побежал со всеми наверх.

Ворвались в комнату Фера, которая теперь служила жильём для Цери и его белок. Белки-алкоголички нигде не было. Она вообще была странной. Никто, кроме Цери, не мог с ней справиться. Потому к ней старались не лезть. Но раз сейчас Цере нужно была помощь, то они бы и белке помогли. Отвезли бы её к ветеринару. Или же к наркологу, тут уж как повезёт.

Но Церя подбежал к маленькой лежанке, которую белки использовали в качестве кровати размера кинг-кинг-кинг-икс-икс-икс-эль сайз. Медленно, словно в замедленной съёмке Вадим, Ваня и Пряня подошли к лежанке. Неужели враги убили бельчат? Тогда стоит подготовить им ямки… Ваня даже заплакал несуществующими слезами и заранее начал всхлипывать.

Но Вадим, добравшийся до постели белок и первый всё увидевший, аж застыл от удивления. Бельчата были целы. Они спали и сладко посапывали во сне. Но кое-что изменилось.

У бельчат из спины что-то торчало. Что-то маленькое. Похожее на маленькие крылья.

— Какого хрена⁈ — выдохнул Вадим.

* * *

Моё желание постоять на кухне было выполнено. Чуть отлегло. Но вот то, что мы не готовили десерты или хотя бы выпечку, чуточку меня расстроило. Всё же стоять на кухне и делать то, что я люблю — это совсем разные вещи.

Вроде и приятно, но будто чего-то не хватало. Это как есть австрийский штрудель, но без мороженого. Всё так, но не то.

Интересно, кстати, а тот член моей команды, австриец Франц Вагнер, умеет готовить штрудель? Я бы с ним посоревновался, будь это так. Или выиграл бы у него в любом другом блюде. Это неважно. А вот стереть самодовольное выражение с лица очень хотелось. Всегда приятно наблюдать за теми, кто был уверен в себе, но после оказалось, что их первое место разбивалось вдребезги.

Об этом я размышлял, пока мы с моими дамами и с Максимкой сидели в ресторане за ужином. В Ритце много чего было хорошего, но самое прекрасное состояло в том, что вино могли подавать всегда разное. Франция — страна вин. И не очень дорогих. Это так, к слову. Не то, чтобы я был бедным, но отличие от Империи имелось.

Дамы бурно обсуждали, что они успели попробовать во время первого этапа. Вёлся жаркий спор, какое блюдо из меню было самым лучшим. У Максима было своё мнение, но стоило ему услышать ответ Соры, как он кардинально поменял ответ. Подкаблучник, который изо всех сил старался понравиться даме сердца.

Элеонора всё же попыталась сказать что-то про мою форму и намекнула даже, что у неё есть свежекупленный китель, подчеркнула, что он чёрного цвета. Но я провёл контратаку и спросил, где она успела побывать в Париже и когда её кавалер сводит по другим местам.

Тут-то и Дон обалдел от моей наглости. Они оба замолчали, и мирно бабка продолжила беседу с девушками, которые решили, что ничего лучше окуня от Оливии, который они успели попробовать, не было в сегодняшнем меню. Сора отметила, что никогда бы не подумала, что морской язык можно есть. Для неё даже словосочетание звучало странно, не то, чтобы даже есть хотелось это блюдо. Но дух изменила мнение, стоило лишь одному кусочку попасть ей в рот.

Пожалуй, не буду до конца задвигать мысль, что я не открою с Оливией ресторан. Главное же заинтересовать ту сторону, кому ты будешь делать предложение. Так строились контракты. И я знал, чем можно заинтересовать человека, даже больше него самого. Вопрос стоял лишь в цене.

Но наша мирная атмосфера был нарушена. Откуда ни возьмись появилась тень на столе, прямо за моей спиной. Дамы замерли в нерешительности, кроме Соры и Ирины. Ирина потянулась к столовому ножу, а Сора начала сгущать энергию вокруг себя. Если что, она могла бы сомкнуть пол вокруг непрошенного гостя. Но я поднял руку и повернулся к тому, кто прервал наше уединение.

Уябдул Фатах. И что ты хочешь от меня? Пришёл попрощаться? Больше мы никогда не встретимся. Всё же я, в отличие от него, мог заниматься ресторанным бизнесом.

Свита у африканца выглядела устрашающе. И шаман был тут как тут. Смотрел на меня с подозрением. Я бы сказал, что даже с опаской. На что я лишь саркастично улыбнулся. Шаман, расслабься. Не буду я тебя убивать при стольких людях. Здесь же собралось так много лишних глаз. Но за наблюдательность ставлю ему плюсик.

— Слушай ты, кусок коровьего помёта, если бы не ты, всё прошло бы так, как я задумывал! — зашипел на своём языке Уябдул. Я поднял бровь. Вот так сразу? А как же долгие беседы про погоду? Какой я хороший? Как прошёл турнир? Нет, Уябдул решил действовать прямо. Даже безрассудно. И единственный, кто мог его понять — это я. У меня ведь свои привилегии. Не считая Дона, естественно. А вот и конец речи. — Такое может смыть только кровь. Я найду тебя и убью! И никто не посмеет встать у меня на пути.

Уябдул потянулся к своему поясу, но я покачал головой. Не нужно лишних телодвижений. Одно лишь то, что ты таким угрожающим тоном говорил со мной, давало мне преимущество.

И как прекрасно понимать языки всего мира. Люди бы удавились за такую возможность? И изобрели бы артефакт перевода. Странно, что его ещё нет. Или же он был, но доступен лишь особым людям? Таким, как королевские семьи.

— Уябдул, — я улыбнулся, отчего африканец всё-таки достал с пояса кривой кинжал. Выглядел он мерзко, будто его никогда не мыли да постоянно на алтаре каких-то куриц потрошили. Не лучшее качество для повара, поэтому его и исключили. А не только за магию шамана. — А как ты думаешь…

Африканец был удивлён, что я ответил ему на его языке. А что он хотел кидать угрозу и вызов, будучи уверенным, что его враг не понимал? Слабоумие и отвага, одним словом. Но я продолжил.

— Как скоро те проклятия, которые ты наслал на остальных участников, коснутся тебя? Ножки дрожат? Руки не слушаются? Нужно быть разборчивее в проклятиях. Шаман, — я покачал головой, — нужно быть умнее. Посылай лишь смертельные штуки. Зачем вам лишний геморой? Или… Наверное, это расизм. Мне об этом Сора рассказывала, что нельзя так с такими, как вы.

Уябдул кинулся на меня с кинжалом, но вот только охрана Ритц не просто так стояла и получала деньги за красивые глазки. Зарплату нужно отрабатывать. И отработали они её сейчас процентов на девяносто. Десять процентов оставил на то, что нужно было раньше предотвратить такую ситуацию.

Африканца и его свиту увели. Кажется, прямиком на улицу. Народ в ресторане начал перешёптываться. Все видели, что Уябдул подошёл и почти сразу же напал. И явно сначала сказал что-то угрожающее. А вот я… Я вёл себя прилично. Если бы Дон ещё над ухом не ржал, так было бы совсем замечательно.

Вот и закончились наши мирные посиделки с празднованием первого этапа позади. Дамы собрались, и мы поднялись в наши номера. Да и все уже хотели спать. День для них выдался нервным. Даже Максимка начал зевать, зайдя в номер.

— Спокойной ночи, Фер, — пожелал мне приятных сновидений Демидов.

Вот только спокойной ночи я не желал. Уябдул ясно дал понять, что просто так не уйдёт. И лучше бы эта ночка была неспокойной.

— Ну что, мой верный секретарь? — повернулся я к Дону. — Пошли прогуляемся. Нам всегда везёт, когда мы решаем узнать город получше. А улочки Парижа так и манят, согласен?

— О да… Пойдём, повелитель. Будет отличная рыбалка.

И почему сегодня весь фокус был на рыбе? Влияние Оливии?

Глава 17

Второй этап, начало

Прекрасны улицы Парижа. Тишина и покой. Не везде, правда. Кое-где всё же были слышны бытовые дела жителей Франции. Где-то кот мяукнул, где-то женщина ругала своего мужа за разбросанные носки.

Здесь было оживленнее, чем в Империи. Но там была причина. Комендантский час и действия фанатиков сделали своё дело. Люди боялись лишний раз шуметь ночью, а ведь так хорошо всё начиналось.

Улицы Парижа действительно поражали своим размером, но не только этим. Здесь везде были скрытые сады и проходы. Вроде идёшь по переулку, но видишь арку и, проходя в неё, попадаешь на соседнюю улицу или же во внутренний сад. Интересная архитектура.

Даже появился вопрос, а жители Парижа знали все проходы или полагались на авось? Вдруг пройдёшь и сократишь путь, а вдруг придётся вернуться. Почти что лабиринт, который я не сильно любил из-за главных в нём.

Дон летал рядом и насвистывал какую-то французскую мелодию. Нравилась ему прогулка. Очень удобно быть демоном без сна. Летай, ходи, где хочешь, пока все люди спали. Не уставал я радоваться этому факту. Хм, а ведь изначально я воспринимал это как само собой разумеющееся. Но теперь понимал, как удобна эта особенность.

Всё же человеческий мир мне нравился даже в таких мелочах. Улицы городов, так непохожие на адские пейзажи. Разнообразные личности, которые потакали греху и не боялись, что их тут же переместят в котёл похуже. Их жизнь бурлила, и они этим наслаждались. Грех был в каждом. Например, в Уябдуле, который появился из одной арки, которую я сейчас рассматривал.

Прелестный запах грешника разлился в воздухе. Сейчас, находясь так близко к нему, не как на турнире, я мог отчётливо узнать, что натворил этот человек. И от этого я улыбался, как настоящий демон.

Дон рядом хихикал, оказавшись на моём плече. Не хотел упустить веселье.

— Сам пришёл к своей погибели? — хихикнул Дон мне в ухо. — Ещё и компанию привел.

— Да, у некоторых людей будто не одна жизнь, а несколько. Так ею разбрасываются, — ответил я ему, пока Уябдул со своими бойцами окружали меня. Они не понимали, почему я говорю с воздухом. Мне же было весело.

— Он больной, — услышал я шёпот одного из бойцов.

— Правильно господин решил его убить. Говорит сам с собой, — ответил ему второй.

Дон ещё сильнее засмеялся, а я лишь развёл руками. Из кольца показался камень душ, и я уже злорадно усмехнулся.

— Новый повар мне на кухню. Коллекция пополняется. Если найду ещё парочку, то будет из чего выбрать, потому что готовит он не очень, — сказал я в пустоту, а точнее Дону, который предвкушающе улыбнулся.

— И не таких перевоспитывали, — ответил мне Дон и ринулся в атаку. — Ещё научится.

* * *

Уже которое утро я стою и жду кортеж, который отвезёт меня на стадион. Даже привычно стало. Других участников ещё не было, но и ладно. Большинство людей вообще должны спать в это время, а не ездить в такую рань через весь город. Хотя они и не ездили. Разве что аристократы. Но они так рано не встают, кроме тех, кто принимал участие в турнире. Уж тут сошёлся весь свет мировых аристократов.

Барон Гусев возник рядом со мной неожиданно. Для своего роста он обладал отличной скоростью. И ещё поразительными навыками скрытности. Особенно для человека.

— Машина уже подана, Ваше Благородие. Остальные участники ещё не спустились, но мы можем отправляться, — сказал Гусев, а я просто кивнул и сделал вид, что зевнул. Обычное действие для человека, и барон почему-то расслабился, когда увидел его.

— Тогда можем отправляться. И зачем каждый раз их ждать? — задал я риторический вопрос. Странное правило.

Ехали мы молча. Вообще довольно необычно уже то, что барон Гусев решил сопровождать меня на второй этап. И ещё я думал, что на турнирах дают чуть больше времени между этапами, но тут действовали стремительнее.

— Ваше Благородие, — обратился ко мне барон Гусев.

— Можно просто Фер, — дёрнул я плечом. Ох уж эти рамки приличия между аристократами. Что в аду, что тут их не избежать.

— Боюсь, что это невозможно, но вы можете звать меня Василием, — сказал барон Гусев, точнее Василий, имя которого я только что узнал. — Так вот, Ваше Благородие, — придётся смириться с этими обращениями. Гусев был непробиваем. — Вчера пропал участник из Марокко, Уябдул Фатах. Вернее, сегодня утром он не попал на свой дирижабль. В его отеле сказали, что он не приходил в номер и не появлялся после того, как вышел на улицу. В Ритце же очевидцы сказали, что видели, как он к вам вчера приставал. Может, вы что-то знаете?

Я повернул голову к Василию и пристально на него посмотрел. Вот оно как. А Гусев умел сопоставлять факты. Умён. И не зря работал в ассоциации. Но вот только признаваться я был не намерен. В моём кольце в кристалле сидел африканец и ждал своего часа, когда Церя чуть поработает над телом для него. Вот у щенка будет работка после турнира.

— Нет, — удивился я. — Да, меня видели с ним на ужине, но он угрожающе сказал что-то на своём, и больше я его не видел…

— Ясно, — протянул Гусев, но какие-то сомнения остались у Василия, только озвучивать их никто не спешил.

Дальше была стандартная проверка и снова трюк с Доном и кольцом. Всё привычно, ничего нового кроме…

— А можно я возьму отпуск, если что? — вдруг задал вопрос Дон, когда мы зашли в холл стадиона перед залом, где будет проходить второй этап турнира.

Я опешил на мгновение. Отпуск? Что это на него нашло? А-а… Кажется, понял.

— А ты всерьёз поверил в себя, — пробормотал я так, чтобы все не подумали, что я говорю сам с собой. — Думаешь, что скоро вернёшь свой облик? Уже придумал медовый месяц с Элеонорой? Планируешь предаваться плотским утехам?

Я поиграл бровями, а Дон опешил от моих действий и слов.

— Какой ты развратный стал. Не общайся, пожалуйста, с Сорой так часто. Она на тебя плохо влияет, — негодовал секретарь.

— Вы все на меня плохо влияете, но это как посмотреть. Возможно, так даже лучше, — философски прокомментировал я. — Так для чего тебе отпуск? Отпуск в отпуске — это сильно.

— Потом расскажу. Уже не нужен, — отлетел от меня Дон.

Похоже, решил сгладить всё и не рассказывать, чем планировал заняться с Элеонорой. Не очень-то и хотелось. Всё равно потом скажет. Да и ему сейчас нужно было посмотреть на других участников, которые начали собираться.

Тут-то я и заметил, как на меня смотрели. Думал, что кто-то из участников, но это оказалось не так. В тени стоял человек и смотрел на всех исподлобья, будто боялся, что его узнают. И было немудрено. Всё же Андрей был известной личностью как-никак.

Быстро подошёл к Его Высочеству и встал с ним у стены.

— Доброе утро, Андрей, — улыбнулся я, глядя на удивлённого принца. Не ожидал, что я так быстро его замечу.

Принц улыбнулся, быстро оценив моё появление, но ход его мыслей можно было прочитать на лице. Простенький артефакт скрытности не мог полностью стереть его присутствие. Но отвести взгляд — вполне. Вот Андрей и удивился, что я так быстро раскрыл его местонахождение.

— Доброе, Фер, — хохотнул принц, принимая, что я намного сильнее, пусть и не показывал этого прямо. — А где твои болельщицы? Вижу, ты один. Не будут тебя поддерживать на втором этапе?

Я прищурился. Да, я ожидал именно этого вопроса. Мысли о Насте не могут его отпустить? Решил ещё раз лично убедиться в том, что она не принцесса? Даже пожертовал тем, что его могут узнать.

— Прибудут через час, — пожал я плечами и склонил голову к плечу. — Я приехал раньше. Да и начало второго этапа будет к их приезду.

— Вот оно как… — Андрей был задумчив.

Так мы простояли несколько минут, пока не начали запускать всех внутрь. Я кивнул принцу, который резко отошёл ещё глубже в тень, чтобы его не узнали. Да и решил, что пора внутрь заходить. Не буду же я с Андреем о погоде разговаривать или же о пропавшей принцессе? Что мне с ним ещё обсудить? Демонические всплески в Империи, к которым я частично приложил руку? Про аристократов Империи, из которых я убил нескольких? Разговор бы не заладился, а сейчас Андрей и не был настроен говорить на что-то отвлечённое.

Глаза принца скользили по заходящим в холл и по тем, кого проверяли на досмотре. Думаю, он не упустит шанса «случайно» встретить Настю и завести с ней разговор.

Проскользнул в зал и сел на свой стул. Осталось семьдесят пять человек. Довольно неплохо, а ведь ещё четыре этапа. Сегодня будет такой же большой отсев участников. Слишком много осталось слабых стран. А сильным скучно быть на этих этапах.

Только зрителям любопытно, ведь у них был ведущий, который рассказывал что-нибудь интересное. Участники же прозябали и скучали на первом этапе. Это можно было сказать по немцу и австрийцу. Они просто ждали окончательного объявления результатов, уверенные в том, что пройдут. Так вели себя и другие сильные участники.

Сейчас все ждали фееричного ведущего. Но что-то он запаздывал. Да и сцена выглядела по-другому. Не было привычного постамента, а была огромная штора, вновь перекрывающая весь обзор.

Оливия уже была на месте, как и Юдзиро. Даже мастер Цзян пришла в этот раз раньше. Сильные участники приехали быстрее остальных. Что это? Собранность или нетерпение? Может быть, и то, и то.

Но ведущий всё же вышел. Встал перед шторой и бодро покрутился вокруг своей оси. Леопардовый костюм вновь был на нём. Почти что китель. Интересно, а есть леопардовые кители? Даже надену его один раз, чтобы позлить Элеонору. А это вариант… Передал мысль Дону, он ужаснулся от моей затеи, но принял её храбро, сказав, что выполнит и найдёт такой для меня. Ровно к финалу.

— Итак, дорогие участники, сегодня будет ещё жарче, чем вчера! — начал Руми, глядя на всех горящими глазами. — Вы готовы ко второму этапу? Судьи уже ждут вас на своих местах, так что именно я оглашу правила сегодняшнего этапа. Я весь горю, готовый увидеть ваши навыки в работе! Индивидуальные навыки, разумеется. Даже зрители желают рассмотреть их поближе. Особенно тех участников, у которых специализация основывается на разделке тех или иных видов ингредиентов.

Руми был возбуждён, это без сомнений. И многие смотрели то на него, то на тех людей, кого объявляли мастером нарезки. Оливия приковала внимание многих. Рыба — один из тех продуктов, которые требуют особого мастерства. И уже на первом этапе она показала совершенные навыки, хоть и в небольшом количестве. Многие начали просчитывать, чем норвежка для них опасна.

Но участники ещё не знали, что главным монстром этого турнира был я. Сколько лет я провёл в разделке монстров и тварей ада… Дагон издевался надо мной, чтобы я филигранно вырезал те или иные части существ, дабы всё получилось идеально. Как-то я вырезал несколько часов глаз змеи-циклопа, чтобы сделать особый десерт. Делал я его однажды, тогда не полюбив кондитерские изделия. Но вот сейчас очень даже был не против повторить этот рецепт.

— Как вы знаете, второй этап будет отведён вашему владению ножами. Что может быть привлекательнее повара, который готовит ингредиенты? Кулинарное искусство начинается с приведения сырого продукта в приемлемое для тепловой обработки состояние. В правильной предварительной подготовке ингредиента заложена половина поварского успеха. Нарезка овощей способствует их равномерной тепловой обработке, придаёт блюдам красивый внешний вид, улучшает вкус! И это касается не только овощей! — как ведущий заговорил-то. Хотя я соглашусь с ним. Это был секрет успешного блюда. И не зря поваров этого мира, и не только, заставляли оттачивать свои навыки, чтобы добиться безупречного вкуса. — Правило первое! Вы можете использовать свои ножи, но… — Руми эффектно щёлкнул пальцами, и шторы вместе с взорвавшимися конфетти упали на пол, — сперва их проверят на магию. Вы должны сами делать свою работу. Знаем мы изготовителей саморежущих ножей. Очень крутые приборы! Но на турнире они вам не понадобятся! Только обычные ножи! Мы проверим их прямо сейчас. Тем, кто по какой-то причине не могут использовать ножи, сообщаю: наши спонсоры предоставили приборы, которые не отличаются от лучших ножей мира!

Все удивились, но покивали этому правилу. Позади ведущего был персонал, который проверит наши орудия специальными артефактами.

Участники встали и положили свои ножи, которые чаще всего носили на поясе или в кармане кителей, на специальные столы.

Я подошёл в самом конце. Нужно было отключить магию моего ножа. Нет, он не резал всё за меня, но Сефлакс намудрил там много чего, чтобы мне удобнее было работать. И я не планировал раскрывать секреты своего ножа и кузнеца. Раз уж всё должно быть честно, то так и поступим. Тем более магия предназначалась лишь для таких тварей, которых сложно было разделать. В остальных случаях она была бесполезна. Не думаю, что на турнире будет нечто подобное.

Я положил свой нож на стол и отошёл. Вот только я заметил, как к моему столу подошёл самым последним француз, будто хотел подойти к своему ножу, но я видел, как Дежан заметил мой нож и встал рядом с ним.

Прищурился. И что ты задумал? Наложить магию? Так это бесполезно. Сефлакс был очень щепетилен к своим изделиям и не позволил бы заключать в них чужую магию. Если только меч или что-то другое не предназначалось специально для этого.

Как он однажды сделал для меча под названием «Убийца Богов». Особый экземпляр, который был лишь у отца. Меч признавал владельцем только его. И имел свою волю. Вредный старикашка с вредным духом внутри. Отец поладил с ним исключительно из-за возраста. Мать вообще не любила подходить к этому мечу, чтобы не нарваться на возмущённый бубнеж.

Вспомнил и скривился. И чуть было не упустил момент, когда француз сделал такое же выражение лица. Прислушался.

— Что за дешёвка? — пробормотал с презрением Дежан.

Француз попробовал взять, видимо, для того, чтобы поставить туда заклинание резки, но не смог даже оторвать его от стола.

— Какого круассана он такой тяжёлый⁈ — возмутился Дежан слишком громко, и на него зыркнул один из проверяющих. Дежан примолк и уже двумя руками попробовал оторвать мой нож. Но и в этот раз ничего не получилось.

Дон, прилетевший посмотреть на это зрелище, громко заржал. Да и я усмехнулся, когда увидел бесполезные попытки французишки. Кто-то мало тренировался, раз не смог оторвать от стола «дешёвку». Вот Сефлакс бы устроил Дежану, услышав такой комплимент в сторону ножа.

Но француз не мог долго находиться у стола и отошёл к остальным поварам, которые уже с подозрением смотрели на него.

Как только все ножи проверили на магию, появился ведущий.

— А теперь объяснения второго этапа. Вы же этого ждёте? — все кивнули. — Судьи приготовили вам ещё один сюрприз, — Руми махнул в сторону трёх судей, которые сидели за длинным столом в самой дальней точке перед простыми столами, где будет проходить сам этап. — Думаю, вы готовы к неожиданностям.

Что-то такое я и предполагал.

— Арена! Вы её прекрасно видите! Все будут готовить одновременно, — Руми был взбудоражен, как и слабые участники, которые совсем не хотели чего-то неожиданного. Вообще удивительно, что не было дисквалификации за магические ножи. Побоялись, что их выбросят из конкурса и кулинарии, как вчерашних участников? Возможно. — У каждого участника будет один и тот же набор продуктов, которые нужно будет приготовить и разделать. Несколько этапов. Всего десять. Пойдём от простого к сложному! Сперва будет один ингредиент. Точнее вам скажут судьи! Тот, кто приготовит последним, выбывает. И не забывайте, что за качеством будут следить. Если разделано и подготовлено будет плохо, то и вы пойдёте на выход. Так вы преодолеете все десять этапов… И последний… Ингредиенты с Зоны! Правда, зелено⁈

Такого поворота я и ждал. Не удивили.

Глава 18

Нарезки и бар

Все встали за свои места. Семьдесят пять участников. На каждого направили камеры, чтобы не только показать зрителям, как готовили повара, но и для того, чтобы судьи смогли отследить происходящее. Особенно то, что было недоступно при обычном наблюдении. На столах был большой выбор ингредиентов. Нарезка и подготовка продуктов — важный этап.

Удивительно другое. В различных кухнях мира присутствует бесчисленное количество видов нарезки. Их было столько же, сколько и самих блюд. Но нарезку использовали не только для этого. Порой для шефов сделать настоящее шоу — это главное. И думаю, что многие отличатся именно на этом этапе.

Простым людям это может быть не очевидно. Они же дилетанты в поварском деле. Ведь что может быть проще нарезки продуктов? Берём ножичек, можно заточенный, а можно и нет, и погнали. Но истинных поваров такой подход ввёл бы в ужас.

Обычный обыватель порезал бы на ломтики, кубики, соломку, брусочки, пластины. Но такими словами в этом мире не обозначали виды нарезки. Думаю, что раз мы во Франции, то в первую очередь будут проверяться знания французской терминологии. Тем более, что один из судей — француз.

На этом этапе больше всего было преимущества у Юдзиро и у мастера Цзян. И даже те, кто были мастерами в своей специализации, уступали место Японии и Китаю в навыках разделки тех же овощей.

Китайские повара веками оттачивали своё мастерство в нарезке. Они скрупулёзно измельчали любые виды продуктов. Видел я выступление мастера Цзян. Нашёл в интернете. Редкие кадры. Кубиками ровно в один кубический сантиметр нарезалось куриное филе. А ромбиками высотой в два сантиметра, толщиной в один сантиметр и длиной в семь режется свиная корейка. Каждый кусочек идентичен другому. Высшее мастерство.

Взглянул на Юдзиро, сжавшим нож в руке. Многообразием и оригинальностью способов нарезки японцы перещеголяли всех. И у каждого было название. Например, сайномэгири — это специфическая нарезка кубиками полтора на полтора сантиметра. Она применялась у японцев для бамбука и картофеля. Мидзингири — для лука. Сэнгири — соломка из овощей. Котугири — способ нарезки с тонкого конца не поперёк, а перпендикулярно волокнам. И лук, нарезанный таким способом, подавался как приправа к лапше соба.

Ещё в Империи общаясь с Юдзиро, я узнал многое о японской культуре и подходе к готовке. Не буду удивлён, если он или мастер Цзян из Поднебесной одержат стопроцентную победу в этом этапе. Только вот я… Я не упущу возможность посоревноваться с ними. Не только эти два шефа имели уникальные способности. Но и я.

— Первый раунд! — услышал я голос Поля, который встал из-за судейского стола. — Нарезка Бренуаз. Представьте, что в меню у вас рагу. Действуйте! Время пошло. У вас на всё ровно десять минут.

И никаких больше объяснений. Француз явно решил усложнить задачу тем, кто ни разу в жизни не слышал про такую нарезку. Но мы же подготовлены. Если бы я чего-то не знал, то Дон с помощью Соры и сети смогли бы мне подсказать. Но, думаю, их помощь мне не понадобится. Я и так знал, что такое бренуаз. Только вот некоторые повара, в отличие от меня, занервничали.

Бренуаз — способ мелкой нарезки корнеплодов во французской кухне. Морковь, корень сельдерея, порей и репчатый лук нарезают маленькими кубиками с ребром в два миллиметра.

Время пошло. Я взял в руки нож и принялся за работу. Мастер Цзян и Юдзиро не отставали. И не только они. Оливия, Том и Дежан приступили одновременно, как и другие сильные участники.

Я закончил первым и отложил нож в сторону. Всё было сделано идеально. Посмотрел по сторонам. Некоторые участники даже взяли не те овощи для работы. Один точно пойдёт на выбывание. Правда, не только он, но и другой, который закончит последним. Это была игра на время и навыки.

Юдзиро удивлённо посмотрел на меня. Его глаза даже расширились от осознания, что именно я закончил этап первым. Мастер Цзян кивнула мне в знак уважения.

— Закончили! — хлопнул в ладоши Поль. — Отложили ножи в сторону! — Поль склонился к Гордону и Вольфгану. Минуту они что-то обсуждали. — Ливан и Мадагаскар покидают турнир.

Я увидел сжатые челюсти участников из Ливана и Мадагаскара, но тут уж ничего не поделаешь. Этот этап турнира был более жёстким.

Дальше шли нарезки крудите, где можно было выбрать мясо, лосось или осетрину. Оливия взяла лосось и стала первой в этом этапе. Даже мне трудно было поспеть за её скоростью. Юдзиро снова стал вторым.

Конкасе, бланкет, жульен… Карпаччо. Нужно было подготовить целый окорок к приготовлению. Убрать жилы, жир. Так мы дошли до десятого этапа. Выбыло уже двадцать человек. Намного больше, чем я предполагал. Исключали не только за скорость, но и за ошибки. Хорошо, что не убивали за дилетантские навыки. А то у меня столько кристаллов, чтобы поместить души поваров к себе.

На десятом раунде каждому вынесли поднос с крышкой. Сложно было догадаться, что за демона нам принесли. И странно, что только одного. Но тут я увидел рядом с судейским столом наглую рожу Дагона и понял, что это испытание было придумано для меня. Наставник мне подмигнул. И когда крышки были одновременно подняты, я понял, в чём подвох. Змея-циклоп. И задание, что однажды мне уже давал наставник. Нужно было достать глаз, не повредив его.

— Че за тварь, Мишлен мне в пах⁈ — услышал я вздох Дежана. И не только он так посмотрел на змею, не зная, как к ней приступить.

А вот другие участники, сильнейшие, уже начали своё дело. Проблема этой твари была в том, что существовало несколько хитростей, как можно было достать глаз без потерь. Сильные их знали, пусть и не пробовали на практике.

Удивил меня участник из Румынии. Он даже бодрее меня приступил к разделке змеи, начав с её хвоста. Вот он точно знал, что делать. Похоже, не раз использовал этот навык. Неплохо. Очень даже неплохо.

Три участника сразу выбыли, когда глаз лопнул от лишних движений. Я закончил быстрее румына и принялся смотреть на то, как у других шли дела. Дагон, кстати, скорчил такую рожу, что Дон не выдержал и сфоткал его, выхватив у Соры телефон.

Сильные уже заканчивали. Поразила Оливия. Она разделала змею третьей после меня и румына. Довольно неплохой результат.

— Последний раунд закончен! Отставить ножи! — вместо Поля на сцену вышел Гордон. Им уже не было нужды переговариваться. — Объявляем результаты! Пять стран выбывают, потому что не успели закончить вовремя. Ещё пять выбыли в течение турнира. Плохо, очень плохо. Вы должны были справиться намного лучше.

Гордон перечислил те страны, что выбыли. Теперь нас осталось сорок пять. Неплохо. Чем меньше было участников, тем легче и быстрее проходили испытания. Монгол, к моему сожалению, выбыл. И выбыл он, добравшись до последнего раунда.

Вперёд вышел ведущий и что-то начал говорить, но я его уже не слушал. Скучно. Очень скучно. Сейчас бы какое-то веселье…

Этап был завершён, и я уже шёл на выход, когда ко мне подошли Юдзиро, Цзян и Оливия. Странная компания. И довольно странное предложение.

— Фер-сан! Мы собираемся в бар! Ты с нами?

А почему бы и нет? Звучало… очень весело. Как я и хотел.

* * *

Поход в бар мы отложили до вечера. Юдзиро был очень возбуждён. И мастер Цзян, несмотря на свой флегматичный характер, тоже. Слышал я об алкогольной любви этих стран. И решил, что должен увидеть это вживую. Но зачем там Оливия, я так и не понял. Выглядела норвежка так, будто не умела веселиться. Но это мы посмотрим на деле.

Мои дамочки болели за меня так сильно, что даже сорвали голоса. В пылу второго этапа я даже не слышал их крики, но это было объяснимо. Вокруг лож создавались купола из артефактов. Они не пропускали звуки, тем самым не позволяя отвлекать участников. Сора об этом знала, но всё равно кричала наравне со всеми. Да уж. Умеют же они меня удивлять.

Максим сорвал голос вместе с ними. И самым лучшим решением было отправить их всех в Ритц, чтобы отдыхали. Девушки немного повозмущались, но здраво решили, что вместо баров сегодня будет лучшим решением пить чай с мёдом и малиной. Они у меня очень ответственные.

Я даже не взял Дона, когда отправился к бару, адрес которого мне в сообщении прислал Юдзиро. Да и секретарь не сильно хотел идти со мной. Что-то он задумал, но я пока не раскусил. Ну, если что, мне пряники сдадут все его незаконные действия. Что уж тут гадать.

Я думал, что пришёл в бар, где ещё были бильярдные столы, первым, потому что время было ещё раннее. Но оказалось, что это не так. Все уже были на месте и ждали меня за столом, который ломился от закусок и разного алкоголя. Веселье было в самом разгаре. Юдзиро сильно обрадовался, когда увидел меня.

— Фер-сан! Мы тут! — крикнул мне японец.

Но я и сам их прекрасно видел. Вокруг шумного японца, менее шумной китаянки и совсем не шумной Оливии была некая зона молчания. Люди рядом, которые пришли в бар, даже боялись что-то громко сказать и почти шёпотом переговаривались друг с другом.

— Доброго вечера, — попривествовал я трёх шефов, и каждый кивнул.

— Садись-садись, Фер-сан! Мы уже попробовали разного и сейчас проводим экспертное мнение, что из этого вкуснее. Но я бы не отказался сейчас от тофу, а лучше эдамаме.

— Варёные соевые бобы? — усмехнулся я.

— Фер-сан, я знал, что вы очень эрудированы, но чтобы настолько! — Юдзиро схватился за сердце, а мастер Цзян улыбнулась.

— Нет, лучше всего бобы с арахисом в соли, но если мы говорим о приличных закусках, то куриные лапки подошли бы лучше всего, — важно ответила китаянка и посмотрела на молчавшую Оливию.

— Рыба, — единственный её ответ.

— Да, Оливия-сама ещё лучше разбирается в закусках… Красива и умна, — мечтательно протянул Юдзиро. — Рыба всегда хорошо. Сейчас бы суши…

— Окунь на пару… — также мечтательно протянула Цзян.

Я сел за стол и взял бокал вина, отсалютовав Оливии, которая тут же отвернулась от меня, когда поняла, что от меня не ускользнул её взгляд. Слишком пристальный. Оценивающий.

— Фер! Как ты так умело разделал ту змею! Я поражена! — перешла на «ты» Цзян. Видимо, выпили они достаточно много до моего прихода, и беседа велась уже как у старых добрых друзей-алкоголиков.

— Пива! — вдруг громко выкрикнула норвежка. Я взглянул на пару гигантских бокалов, которые она до этого опустошила. Что-то я совершенно ошибся со временем. То-то Оливия так смотрела на меня. Да они же все пьяные. — Большие кружки!

Китаянка в это время налила водку в пиво в своей кружке и залпом выпила. Японец не отставал от своей азиатской коллеги. Юдзиро пил чистую водку, с громким вздохом отставив стопку.

— Дело привычки, — усмехнулся я, глядя, как повара начали веселее обсуждать второй этап соревнований. Им было весело. Даже Оливия вклинилась в беседу.

Разговоры стали только шумнее.

— Да-а-а! Кампай! — уже громко кричал Юдзиро. Японец откуда-то достал галстук и навязал его на свой лоб. Посмотрел на испуганного гостя бара, у которого разлетелись пуговицы от финта Юдзиро. Теперь понятно, где достал Юдзиро галстук.

— Мы же в баре! — вдруг выдохнула мастер Цзян, став более развязной. И не скажешь по ней, что она была лучшим поваром в Поднебесной. Уж больно походила на развязную девушку, которая ещё училась в академии героев.

Мастер Цзян резко выпрыгнула из-за стола, став похожа на известную мне белку-алкоголичку. И оказалась перед местом, где до этого пели люди какую-то заунывную французскую песню. Сора и Настя называли это караоке. Я впервые увидел, как люди пели, глядя на текст.

Вот только не только мы отдыхали в этом заведении. Цзян ещё не успела закончить песню под громкие хлопки Юдзиро и кивания головой Оливии, как к китаянке подошли какие-то пьяные мужчины, с виду похожие на французских аристократов. Повеяло ещё большим весельем.

— Эй ты, узкоглазая, прекрати мешать нам отдыхать. Ты знаешь, кто мы⁈ — на французском крикнули ей четверо бугаев. Походу, они ещё и герои. Повезло так повезло.

— Мы отдыхаем, — на таком же чистом французском ответила мастер Цзян, а после презрительно скривилась. — Любители лягушачьих лапок, слушайте, куриные ведь лучше?

— Нет, это же гадость. Какая деревенщина их ест⁈ — презрительно ответил ей французишко. Это стало его фатальной ошибкой. Во-первых, они помешали повару из Поднебесной отдыхать. Во-вторых, сказали, что её любимая закуска — это еда для деревенщин.

— Вот как, — ухмыльнулась китаянка и закатала рукава своего кимоно. — Тогда барная драка — это весело! Я покажу вам, что куриные лапки — это лучшее блюдо. Вы не понимаете основ.

— Ты на кого нарываешься⁈ — крикнул француз и замахнулся рукой.

А дальше всё пошло кувырком. Японец заметил, как Цзян отбила удар, и резко подскочил, уронив свою стопку водки.

— Добрая мастер Цзян решила начать без нас! — Юдзиро улыбнулся и полез в драку вслед за китаянкой. По дороге он подхватил кий с бильярдного стола и прыгнул на другого француза.

— Так вот как тут отдыхают, — улыбнулся я, глядя, как разворачивается драка с криками и руганью. Уже и гости бара присоединились к французам. И всё из-за лапок.

В ход пошли бутылки, стулья. До столов ещё не дошло. Выглядело всё забавно. Повернулся к Оливии, а у неё была улыбка до ушей, будто она вспомнила нечто приятное. Впервые увидел её с улыбкой. Ей очень шло. Да и она была в нужной кондиции. Её белоснежная кожа уже порозовела от выпитого алкоголя. Видно, норвежка тоже была не прочь поучаствовать в куче-мале.

— О, как это похоже на наши семейные ужины… — мечтательно протянула она, медленно поднимаясь из-за стола. — Словно дома оказалась.

Я поражённо улыбнулся. Это самая длинная фраза, которую она произнесла за всё время, что я её знал. Весело смеясь, норвежка ушла к своим друзьям, азиатам.

— Я не до конца понял, в чём прелесть таких драк, но присоединюсь, — засмеялся я.

Встал из-за стола и подошёл к какому-то гостю, который хотел поднять стол, чтобы бросить в Оливию. Схватил его за шею одной рукой, а второй уже планировал пробить ему грудь, чтобы побыстрее закончить драку, но меня остановила в одном сантиметре от груди Цзян и отшвырнула от меня бугая.

— Ай-яй-яй, Фер. Мы же просто развлекаемся, — она покачала головой, заговорив с чуть большим китайским акцентом. — Никаких убийств. Лишь старое доброе ультранасилие.

И сказав это, мастер Цзян схватила с пола табуретку и шарахнула кого-то, кто подошёл с недобрыми намерениями сзади.

* * *

Ночью мы вышли из бара. Все были довольные, но потрёпанные.

— Ну весело же, Фер? — уже без «сан» сказал Юдзиро.

— Восхитительно, давно я не чувствовала такой прилив сил! — вдруг ответила Оливия, окончательно разговорившись. — Вы такие старики сумасшедшие.

Никто не обиделся. Наоборот. Все весело засмеялись. Особенно громко хохотали Юдзиро и Цзян.

— Поддержу Оливию, — хмыкнул я. — Не знал, что будет так весело. Мне всё понравилось.

— Тогда до завтра, Фер, — подмигнула мне Цзян, и все мы распрощались на доброй ноте. А завтра мы снова станем соперниками. Сегодняшний вечер можно было по праву назвать сдружением разных наций.

Медленно пошёл в отель. На языке крутилась песня, которую спела китаянка, да и улыбка была до ушей.

В номере меня встретили мои дамочки и напряглись. Сора обошла меня несколько раз, когда за мной захлопнулась дверь. Ирина прищурилась, осматривая на предмет травм. Настя с Элеонорой уже особо не удивились моему внешнему виду. Максима не хватало для полноты картины. Но он спал, как я уже понял.

— Ты где был? — спросила Сора, ткнув меня в грудь пальцем. — На тебя напала французская армия?

— Секретный орден убийц? — спросила уже Ирина.

— Танковая дивизия? — хмуро добавила Элеонора.

— Король Франции? — ужаснулась Настя.

— Нет, — я поднял руки вверх, останавливая поток вариантов. Так они неизвестно до чего дойдут. — Всего лишь устроили драку с алкашами в баре вместе с участниками Японии, Китая и Норвегии.

— Норвегия, значит? — опасно прищурилась Сора.

— У меня появилась работёнка. Сейчас вернусь, — схватила Ирина какую-то палку и уже пошла на таран к двери.

Все начали её останавливать. Какие они смешные, но, пожалуй, это даже веселее войны в Империи. Франция — потрясающее место.

Глава 19

Третий этап

Я стоял и смотрел на зал. Третий этап начался. Точнее, все рассредоточились по залу, пока не появился ведущий.

Тут и там мелькал леопардовый костюм. Ведущий слонялся от участника к участнику, напоминая мне этим Дона, когда тот был взбудоражен. Думаю, что Руми пытался отхватить интервью у каждого, пока была такая возможность. Не так часто удаётся поймать участников, ведь перед этапами они были сосредоточены и недоступны, а после — убегали в свои отели. А там уж их сложно было достать.

Вот ведущий и веселился, пытаясь съесть больше, чем мог переварить. Сейчас Руми стоял у Оливии и нарезал вокруг неё круги, но норвежка лишь морщилась и не произносила ни слова. Видимо, сказывалось похмелье.

Взглянул в сторону мастера Цзян и Юдзиро. Они были бодрячком. Или, как говорят в Империи, «огурчиками». Причём здесь огурчики, я был без понятия, но маскировался под местного жителя.

Судьи запаздывали. Или же это мы так рано прибыли? Тут сложно было сказать, ведь часов в зале стадиона не оказалось, а телефоны все откладывали в сторону Не только по правилам, но из соображений, чтобы они не отвлекали от участия в том или ином этапе.

Но вот вышли судьи и встали перед шторой, которая вновь отделяла от нас третий этап.

Участники сели на свои места. Теперь нас было меньше, и даже дышать, кажется, стало легче. Остались лишь сильнейшие и те, кто в скором времени вылетит. А если не вылетит, то только чудом.

* * *

— Дагон, у вас сложно взять интервью! — крутился Руми вокруг известного повара Империи. Его редко можно было встретить на мероприятиях, а взять у него интервью в ресторане — это вообще что-то из серии невероятного. И Руми был счастливчиком, ведь ему выдалась такая возможность.

— Разве? — ухмыльнулся мужчина, нависая над собеседником. Дагон был намного выше французов, его было видно издалека. Поэтому Руми и взял интервью у имперца, пока его видно. — Я в вашем распоряжении.

— Зелено! — ещё сильнее возбудился ведущий, скользя из одной стороны в другую. — Как нам известно, во втором этапе почти во всех раундах победил ваш ученик. Ведь Фер Адалороков — ваш ученик? Так ведь?

Дагон самодовольно ухмыльнулся, но сразу же скривился, словно от зубной боли. Наставник Фера хотел увидеть, как его ученик страдает при разделке с змеёй-циклопом, как когда-то раньше. Даже вышел на контракт с Румынией, у которых в Зонах водились эти твари. Но нет, Фер и бровью не повёл. Дагон уже размышлял, что повелитель ещё накинет к долгу за такую выходку.

— Это так, — кивнул Дагон, смирившись, что все узнали про то, что Фер был его учеником. Да и не было смысла скрывать. Это не такая секретная информация. Даже, скорее, это можно назвать плюсом. Дагон таким образом смог протолкнуть Фера на турнир кулинаров, переговорив за ученика с князем Вяземским. Вместо себя он отправил повелителя и прогадал.

— Как так вышло у барона Фера? Скорость его разделки продуктов намного превышала даже известного мастера Цзян из Поднебесной, а о её мастерстве ходят легенды. Неужели у вас раньше были суровые тренировки? — Руми сиял и почти причмокивал губами, пытаясь найти сенсационную новость.

— Он просто родился с ножом в руке, — безэмоционально ответил Дагон. Почти не лукавил наставник повелителя. Хотя он и не родился в прямом смысле с ножом в руках, а взял его раньше всех, но его навыки сложно было отрицать.

— Родился с ножом? — удивился Руми. — Что вы имеете в виду?

— Нет, вру, — засмеялся он. — В зубах.

Руми от этого ещё сильнее впал в шок. В зубах⁈ И очень отчётливо представил Фера с ножом в зубах. Это внушило настоящий ужас, и Руми сглотнул.

— Никаких секретных тренировок не было. Он просто лучший, — спокойно сказал Дагон, делая шаг в сторону двери, чтобы выйти в ложу. Ему не было смысла светиться сегодня. Так что он посмотрит на всё с высоты. — Смотрите внимательно. Фер Адалороков ещё сможет вас удивить.

Руми похлопал глазами, пока Дагон исчезал в тени дверей, но взял себя в руки и увидел новую жертву для интервью.

— Барон Дежан⁈ Барон! Что вы думаете о втором этапе и своём проигрыше барону Адалорокову? — спросил француза Руми.

— Что я о нём думаю⁈ Да вы издеваетесь! Этого самодовольного имперца я сотру в порошок.

— Довольно смелое заявление, — не успел Руми спросить что-то ещё, как Дежан скрылся с его глаз. — Зрители, а теперь поищем горячую принцессу Норвегии? Вам же интересно, что она нам скажет? Мне тоже! Становится очень жарко. Я горю от предвкушения.

* * *

— Сегодня мы приветствуем вас на третьем этапе турнира кулинаров! От вас осталась половина. И это гораздо меньше, чем мы предполагали изначально. Но это ли не показатель вашего мастерства? С каждым этапом остаются лишь лучшие из лучших, и мы можем насладиться лишь сильнейшими поварами в мире, — Гордон лучился от радости, а это навевало странные мысли. Что за сюрприз будет сегодня? — Третий этап будет заключаться в готовке. Вас поделят на группы по пять человек, чтобы вы показали нам свои индивидуальные навыки в готовке. Предложено будет меню, которое вы должны будете повторить. Рецептуру, конечно же, вам никто не сообщит, так что тут многое будет основываться на вашем опыте и фантазии. Вы можете делать, как показано в примере, и мы засчитаем такой вариант. Но также вы можете и удивить судейскую коллегию, показав что-то оригинальное, основываясь лишь на названии блюда. Привнесите свой уникальный и неповторимый стиль. Списки на сегодня! Деление на группы! Один участник из группы по пять человек пойдёт на выбывание.

Перед нам появились списки с участниками. Я посмотрел в список, поняв, что сильных участников поделили примерно по всем группам поровну. Создали некий баланс, чтобы отсеять слабых. Удобно, я бы так же поступил. Но грустная новость для слабых была в том, что они точно не будут участвовать в четвёртом этапе. Не дойдут до приготовления своего фирменного блюда. Но что уж тут сказать? Такова жизнь. Она несправедлива.

Юдзиро и Цзян были в одной группе. Неплохо. Оливия будет соперничать с участником Америки. А я… Мне достался Дежан. Вот так интересно.

Кроме француза, который точил на меня зуб, были ещё участники Боснии, Аргентины, Ямайки. Про них я ничего не слышал, но шли они до этого посередине. Настоящее сражение будет вестись между ними, а Дежан и я точно выйдут в следующий этап. Интересно, будет ли француз полыхать, как адская река, когда поймёт, что выигрышем в нашем раунде тут и не пахло.

Штора упала, и теперь стал видно место проведения третьего этапа. Как и было ясно. В этот раз кухонь оказалось пять. А чуть дальше располагался судейский стол, где уже сидели Гордон, Вольфган и Поль.

Можно только поразиться и посочувствовать организаторам, которые за одну ночь полностью меняли стадион. Они постарались на славу и в этот раз.

Вызвали группу Юдзиро и мастера Цзян. Они вышли вперёд с победными улыбками и стрельнули глазами друг в друга. Азия против Азии. Противостояние будет легендарным.

Гордон зачитал меню, которое предстояло приготовить поварам. И если у Юдзиро и Цзян не было с ним проблем, потому что блюда были взяты из известнейших ресторанов мира, то вот у других участников задрожали руки.

Не стал смотреть на их этап, потому что ничего интересного я там не видел. Хоть и слышал весёлый смех азиатов. Им всё было нипочем. Даже алкоголь не брал их, но что уж взять от стран, где естественным делом было пить каждый день после работы. И это ещё имперцев алкоголиками за глаза называли. Не знали люди из других стран, кто был истинным алкоголиком.

У меня же было занятие поинтереснее. Француз слишком яро смотрел на меня, решил, видимо, устроить гляделки, а я поддержал его стремление. Он таким образом мой дух решил сломить? Занятный малый. Да у него по лицу было заметно, что он не победить меня хотел, а зарезать перед нашим раундом. Жаль, что здесь было слишком много свидетелей. Будь мы где-нибудь в другом месте, я бы даже обрадовался его гримасам. Плюс один повар в коллекцию душ. Не потеряй это рвение, Дежан. Уж больно ты мне понравился.

Участники, которые ещё не скоро будут работать, ушли из зала, чтобы поесть или же отдохнуть. Камеры нас уже не снимали, а были сосредоточены лишь на тех, кто готовил.

Но вскоре закончился первый раунд Юдзиро и мастера Цзян. Произошла ничья, как ни странно. Никто из них не смог занять первенство. Но вот выбывшего объявили сразу. И тут же позвали следующую группу, в которой находился я.

Проходя мимо Дежана, я услышал его мстительный шёпот:

— Ты проиграешь, я тебе это обещаю…

— Не разбрасывайся словами, месье Дежан, — хмыкнул я, — а то потом будешь гордость с пола собирать, куда я втопчу тебя в грязь.

Дежан заскрипел зубами и резко встал, идя на своё место.

— Участники, готовы? — все кивнули. Дежан ещё и громко выкрикнул «Уи», чем напомнил мне поросёнка. — Тогда приступайте, ваше меню…

* * *

Главная церковь святого Михаила

Объединенная Российская Империя

Священник нёсся со всех ног. Им был Гриша, который поднялся по карьерной лестнице так стремительно, что другие прислужники завидовали ему. Но его мотивация была проста. Фер, его хозяин, сказал следить за церковниками-святошами, и Гриша выполнял своё задание со всей тщательностью.

Сейчас уже он бежал по коридорам Церкви, чтобы встретить неожиданного гостя. Можно было бы послать прислужников, но дело было в самом госте. Никто из вышестоящих епископов не ожидал его прихода. Да и нечастый он гость в святых стенах.

Гриша запыхался и остановился на минуту, чтобы перевести дух. Невежливо было выходить к легендарному герою с одышкой.

— Светлого вам дня, Святослав, — вышел к главному входу Гриша и наткнулся на презрительный взгляд героя.

Святослав посмотрел сверху вниз на священника и скривился. Как бы он не говорил своему отряду, но ему нужно было получить кое-что перед тем, как отправиться во Францию. Он не успел отомстить за Леоморта до отбытия пекаря.

Герой не был дураком. Он бы не полез к врагу неподготовленным. А учитывая то, что происходило с теми, кто перешёл дорогу пекарю, стоило подготовиться. И начал он с ненавистного места, где провёл свои детские годы. Церковь.

Будь его воля, ноги бы тут его не было. Но если придётся использовать их связи и силы, то он сделает это.

— Долго, — сказал Святослав, горделиво глядя на Гришу. — Отведи меня к главным.

— Они сейчас не в Церкви, уважаемый Святослав, — сглотнул священник, но ответил даже слишком смело для того, кто должен был почитать героя, в чьих жилах текла магия света.

— И что? Я знаю, что старик тут, — опасно прищурился Святослав.

— Он не принимает гостей, — ещё раз попробовал образумить героя Гриша. Вот только это ещё сильнее вывело гостя из себя.

Ему запрещали увидеться с главным⁈ Да что смеет этот холоп⁈ Запрещает⁈ Никто не будет запрещать Святославу, если он хотел чего-то. Прошли те времена в запретах и аскезах. И когда его били палками по мокрой коже, чтобы выбить всю дурь. Дурь не прошла. Она стала лишь сильнее. И Святослав планировал показать, кто здесь главнее.

— Веди.

— Но… — ещё одна попытка Гриши.

— Веди, я сказал! — Святослав выпустил часть своей ауры, которая будто жгла Гришу изнутри. У священника не осталось другого выбора, кроме как кивнуть, стряхнув внезапно возникший пот на пол, и деревянно повернуться вокруг своей оси.

Гриша вёл Святослава по коридору, специально созданном для пришлых. Он должен был внушать трепет в сердца тех, кто посещал Церковь. Вот только Святослав лишь презрительно ухмылялся. В его сердце явно не попадал тот трепет, что ощутил даже Гриша, когда первый раз очутился тут.

Они дошли до кабинета главного. Гриша тихо постучал.

— Входите.

Священник зашёл и поклонился в пол. Унизительный ритуал, но так требовали обстоятельства.

— Старик, не припомню, чтобы твои двери были для меня закрытыми, — не склонился даже на миллиметр Святослав, глядя острым взглядом на Филиппа. Патриарх.

— Ты уже не часть Церкви и должен знать, что делают с непрошенными гостями.

— А ты попробуй, — хмыкнул Святослав.

На Гришу уже не обращали внимания, а потому он встал у стены и всё запоминал. Будет что рассказать хозяину. Такие новости он передаст с пряниками сразу же, как выдастся возможность, ведь их крошки были везде.

— Вот оно как, — первым сдался патриарх, отводя взгляд от Святослава. Но сделал так, будто это не он проиграл, а устал от нрава буйного дитя. Унизительный жест, но Святослав лишь хмыкнул, понимая, что старик даже сейчас не изменился ни на каплю. — С чем пожаловал?

— А ради чего я могу зайти в это убогое место? — в воздух бросил герой.

Патриарх резко встал из-за стола и медленно подошёл к Святославу. Филипп уступал в росте герою, но сейчас велась безмолвная битва. И побеждал в ней явно не патриарх. Чёртов мальчишка. Мало его пороли.

— Не ходи вокруг да около, легендарный герой, — прошипел патриарх, чуть повышая голос. — Чтением мысли здесь никто не обладает. Лишь бог ведает, зачем ты пожаловал.

— Бога нет, — зло ухмыльнулся Святослав. — Иначе вашего места бы не существовало. Видимо, бог, как и нерадивые отцы, ушёл погулять за хлебом, да так и не вернулся.

При упоминании хлеба Святослав скривился, и это не ускользнуло от внимания патриарха.

— Ты пришёл за силой? За той, что предназначалась тебе? — ухмыльнулся патриарх.

Теперь эти двое были очень похожи, и многие бы решили, что это отец и сын. Но это было не так. Совершенно не так.

— Ты думаешь, я буду тебя просить об этом? Она моя. Сам сказал, что эта сила предназначалась мне. Так что будь добр вернуть её, — зло прошептал Святослав.

От этого Филипп рассмеялся лишь сильнее. Он ещё и требует? Гордость мальчишки стала ещё выше. Если бы она была физической, то заслонила бы небо, накрыв всю Империю. Наглец, каких только можно поискать.

— Мы не отдадим её тебе, — отвернулся патриарх от Святослава, возвращаясь за свой стол. — Ты не из Церкви, чтобы так нагло присваивать то, что тебе не принадлежит. Тебе это известно.

— А ещё мне известно, что Император очень недоволен вами и планирует проверить ваше место на крыс. Вы облажались с демонической активностью, а ведь ваше соглашение всё ещё действует. Как думаешь, как сильно разозлится Император, если завести с ним разговор про вас? — в спину патриарху сказал Святослав.

Филипп развернулся и прищурился.

— Ты угрожаешь нам? — выпустил свою ауру патриарх.

На Святослава это не произвело впечатления, и он лишь выпустил свою в ответ. Две сильные ауры столкнулись, не причиняя вреда их обладателям. Это было лишь предупреждение. И страдал от этого предупреждения лишь один невольный участник — Гриша.

— Предупреждаю, — самодовольно сказал Святослав.

— И зачем тебе она понадобилась? — поинтересовался патриарх, снижая уровень ауры.

Уже было понятно, что то, зачем пришёл Святослав, он получит. Но вот поинтересоваться можно было.

— Не твоё дело, старик.

Попытка патриарха была провальной.

— Твоё дело — сейчас же передать её мне. У меня нет времени. И так потратил его здесь. Вы медлительны, как и всегда.

— Сейчас я не смогу открыть ларец, — покачал головой патриарх. — Ты знаешь условия. Епископов нет под рукой. Только через несколько дней.

Святослав сжал зубы. Тупые правила. Абсолютно тупые. Потратить несколько дней, чтобы получить то, что ему полагалось. Но выбора у Святослава не было. Раз уж придётся подождать, то он сделает ещё одно дело.

— Тогда сообщишь мне.

Святослав ушёл так же внезапно, как и появился. И сейчас он возвращался не к своей команде. Ему нужно было получить особый меч. И он знал, где его достать. Лишь бы тот мечник был на месте.

Глава 20

Гости, которых ты никогда не ждешь

Новости Имперского канала

— Доброго дня, дорогие граждане и зрители канала! С вами неизменные ведущие новостей — Мила Нестерова и Роман Власов. И сегодняшние новости посвящены…

— Турниру Кулинаров? — поиграл бровями Роман, хитро глядя на свою коллегу.

— Тебя не провести, Роман, — улыбнулся Мила. — Как всем известно, уже прошёл третий этап турнира. И Империю представляет… Фер Адалороков. Барон показывал великолепные результаты в течение трёх этапов турнира, а также поразил не только судей, но и зрителей тем, что справился с заданием по нарезке ингредиентов быстрее и лучше всех. Несколько именитых поваров даже сказали, что его навыки можно занести в учебники кулинарных школ, чтобы подавать пример другим поварам.

— Барон Адалороков показывает лучшие результаты везде. Не только в войнах, — протянул Роман. — И лучше бы другие участники, которые решили напасть на судей, брали с него пример.

— Верно. Барону можно только поражаться. Но, к слову о новостях по турниру, — Мила посмотрела в бумаги перед собой, — осталось тридцать шесть участников! Это треть от первоначального набора. Турнир мчится, и его уже не остановить. Сильные страны-участники всё ещё участвуют и не сдают позиции. Похоже, нашему барону придётся попотеть в других этапах.

— Нашему барону? — удивился Роман и засмеялся.

— Ой, я так сказала? — Мила прикрыла рот ладошкой. — Кстати, в третьем этапе в одной команде участвовал известный барон Дежан, владелец Лакруа Паттисье. Но даже он проиграл барону Адалорокову. И это в сердце Франции, в Париже! Не иронично ли?

— Соглашусь с тобой, Мила, — кивнул Роман. — Но уже совсем скоро начнётся четвёртый этап, где участники будут презентовать своё фирменное блюдо. Мы все с нетерпением ждем этого.

* * *

Я смотрел, как охрана турнира скручивала одного из участников. Он выбыл честно, предоставив просто кошмарные блюда. Его томатный суп можно было перевернуть тарелкой вниз, и он остался бы на месте.

А участник был не согласен с тем, что его исключили. Нельзя было ему покидать турнир. И он решил напасть на судей. Результат налицо.

Теперь участник в чёрном списке. Ему, как и тем, кто нарушил правила в первом этапе, присуждалось пожизненная дисквалификация. И где эти повара мозг потеряли? Неужели эмоции так сильно затмили здравый смысл? Иногда быть человеком нелегко.

Сейчас я шёл к своим дамочкам, которые бурно праздновали, что я прошёл в следующий этап. И нет, они не сомневались в том, что я пройду, а просто радовались. Искренне. Эмоции — это не всегда плохо. Да уж. Пусть человеком быть и сложно, но даже демонам приятно, когда за них радуются.

Больше всего было приятно вспомнить лицо Дежана, когда судьи постоянно сравнивали его и мои блюда. Каждое. Это втоптало его в землю, как я и предсказывал. Какими глазами он смотрел на меня… Так и читалось, что он убьёт меня, а я лишь усмехнулся и спросил:

— Как тебе на дне? Снизу ещё не постучали? Возможно, это твоя гордость.

И я ушёл смотреть за другими участниками, не боясь развернуться спиной к поверженному противнику. Почему? Потому что Дежан не стал бы рисковать своим местом из-за какой-то потасовки. Да и Поль жёстко за ним следил, чтобы тот не натворил ничего лишнего.

Наставник появился из ниоткуда. Это ему так показалось. Я же чувствовал его приближение ещё издалека.

— Каково это — чувствовать вкус победы, Фер? Всё же тебе нравится турнир. Может, простишь мне мой долг? — Дагон положил мне руку на плечо. Я хмыкнул и скинул её.

— Твой долг всё растёт, наставник, — хмыкнул я ещё раз. — Змея — рискованный ход. Я его оценил.

— Ну, Фер… — попытался сказать мне Дагон, но его перебил радостный голос Соры.

— Фер, это было феерично! Как ты поставил его на место!

Дон прилетел тут же, отделившись от компании дамочек и Максима, и занял место на моём плече. Секретарь ещё злобно зыркнул на Дагона, а после начал его демонстративно игнорировать.

Настя смущённо подошла к нам и несмело кивнула Дагону. Тот ответил ей тем же. Максим же вертел головой с наставника и на меня, не понимая, что происходит.

— Нам уже думать о ресторанном бизнесе, Фер? — серьёзно спросила меня Элеонора, что-то просчитывая в уме.

— Ещё нет, — хохотнул я, сразу поняв, что Элеонора решила, что с такими до этого скрытыми навыками стоит думать наперёд. Вдруг мне придёт в голову открыть ещё одно заведение? Со мной не угадаешь. — Отложим этот вопрос.

— Эй, Фер, не игнорь. Ты уже зазвездился, что ты лучший? Пора к психологу? — появилась прямо у моего лица дух, а я моргнул.

— Психо… Чё? — я недоумённо посмотрел на Сору. — Это кто? Псих?

— Нет, видимо, не пора, но я поищу тебе на всякий случай, — пробормотала Сора, и мы засмеялись вместе, а сзади я услышал шёпот наставника.

— Сильно изменился. Совсем его развратил этот мир, — бормотание Дагона можно было принять за хороший знак.

Вместе мы покинули зал и пошли на выход со стадиона. Кстати, а где принц? Вчера он был тут, а сегодня — нет. Странно. Может, убедился в том, что Настя не Настёна? Хотя, вряд ли. Скорее, дело в чём-то другом. Потом послушаю отчёт пряников. Они теперь следили за Андреем. Так что не было нужды волноваться за принца и его авантюры.

Прошедшие в следующий этап участники начали покидать стадион. А проигравшие уходили ещё быстрее, чтобы не позориться ещё дольше, глядя на самодовольные или сочувствующие взгляды.

Дагон почему-то решил поехать с нами. Никто не был против. Кроме Дона, естественно. Но его никто и не спрашивал.

Ехали шумной и большой компанией. Отель Дагона был рядом, так что его завезут после того, как высадят нас. Все весело смеялись, обсуждая самые бурные победы или поражения. Настя сильно восхищалась Оливией, поражаясь её умением готовить рыбу и приговаривая, что никогда не достигнет такого уровня, даже если посвятит этому жизнь.

Да ей это было и не нужно. У Насти были другие таланты. А когда она вернётся на своё законное место и восстановит память, то для неё найдутся совсем другие занятия. Я обеспечу ей и то, и другое. Прилечу обратно в Империю и вытрясу из Дриэры всё, что она узнала. Да и дел там скопилось немало. Ещё и во дворце бы чистку провести. Но это дело второстепенное.

Внезапно я напрягся. Посмотрел на Дагона и увидел, что он тоже насторожился. Вот уж не ожидал.

— Остановите машину, — приказал я водителю, и он тут же свернул к бордюру. Хороший водитель, но не дотягивал до работника Демидовых.

— Что-то случилось, Фер? — вдруг занервничала Настя.

Всё молчаливо поддержали этот вопрос, а я лишь улыбнулся и посмотрел на наставник, незаметно ему кивнув. Так и читалось на их лицах «Что? Кого? Почему? Куда?». Я улыбнулся шире.

— Едьте без меня. Завтра этап с фирменным блюдом, и я внезапно вспомнил, что у меня нет ни одной специи, — сделал вид, что посмотрел в телефон с картами. — Тут неподалёку должна быть лавка специй. Так что я прогуляюсь и куплю нужное. Да и несколько ингредиентов не хватает. Забыл в пекарне.

Всех устроило такое объяснение. Дон же метнулся мне на плечо, отлепившись от Элеоноры. Он тоже был слишком напряжён.

— А я пройдусь до отеля, чтобы вас не смущать, — хохотнул Дагон, вылезая вслед за мной. — Было приятно провести с вами время, дамы, Максимилиан.

Все помахали нам, убеждая, что доедут спокойно. Я был в этом уверен. Ничего и не могло произойти, учитывая, что мы заметили.

Мы с Дагоном пошли в разные стороны, пока машины скрывалась за поворотом. Да и нужно было обойти лишь одно здание. Впереди замелькал небольшой французский ресторанчик. Мы заходили в него с Максимом в первый день пребывания во Франции. Этот ресторан славился своим рататуем. В помещении было всего пять столов.

На входе мы пересеклись с Дагоном. Наставник стал ещё напряженнее, пока обходил дом. И его можно было понять. Неожиданная переменная.

— Ты тоже это почувствовал? — спросил меня шёпотом Дагон.

— Ага… — почесал я шею. Не нравилось мне это, но выбора не было.

Зашли внутрь, будто ступали на неизвестную территорию. Ресторан оказался пуст. В дальнем, самом тёмном углу сидела пара и о чём-то переговаривалась, мило улыбаясь друг другу. Будто у них был медовый месяц.

Седовласый старик. Росту был не маленького и не громадного, а просто высокого. Это можно было понять по тому, как он сидел. Он был в дорогом сером костюме, в модных, в цвет костюма, туфлях. Рядом лежала трость с чёрным набалдашником в виде головы пуделя. По виду — лет сорока-пятидесяти с лишним. Рот будто кривился, но по-доброму, на сколько это было возможно. Выбрит гладко. Брюнет. Брови чёрные, но одна выше другой.

Глаза были разного цвета. Правый глаз чёрный, левый почему-то зелёный. И часто про них говорили так: правый — сверлящий любого до дна души, а левый — пустой и чёрный, как выход в бездонный колодец всякой тьмы и теней.

Рядом с ним сидела привлекательная женщина. Сложена изумительно и выглядела безупречно. Длинные белые волосы разметались по спине, а её колдовские, горящие, фосфорические глаза будто видели то, что скрыто в самых дальних уголках твоей души. То, что ты не расскажешь никому, даже самому себе.

Женщине сложно было дать больше сорока. Даже больше тридцати. Слишком красива. И этим она частенько заманивала в свои сети.

Они нас заметили. Явно ожидали моего прихода.

— О, сынок! Как я рада тебя видеть! — воскликнула мама, оказываясь на ногах в мгновение ока.

Отец оказался рядом так же быстро, как и его возлюбленная. Улыбки у них были до ушей. И картина эта называлась’добрые родители случайно встретили своего сына.

Мать и отец полезли обниматься. И были они до того дружелюбными, что становилось не по себе даже мне. А Дагон и вовсе встал на одно колено, склонив голову.

— Брось, старый друг, — хохотнул отец, хлопая с силой Дагона по плечу. Наставник аж крякнул. И ведь не сильно ударил. — Какие поклоны, ты переобщался со смертными, что ли?

Я же пытался отлепить от себя мать, которая норовила потрогать меня за лицо. Ещё и постоянно говорила, что я очень сильно похудел, совсем за собой не слежу.

А в голове у меня вертелся лишь один вопрос, какого Мишлена они тут забыли, да еще и переполошили меня своей аурой. И отец повернулся ко мне, когда еще пару раз похлопал Дагона, что тот аж чуть не рухнул лицом в пол, пытаясь встать с коленей.

— И не смотри так, — ухмыльнулся отец, прочитав все мои мысли на лице. Я что не контролировал эмоции? Да нет, как было спокойное выражение лица, так и осталось.

— Милый, да мы же всё можем прочитать по твоему лицу. Нет, никто не заметил, — взглянул я на мать. — Но мы же с рождения умели считывать твои мысли по лишь миллиметру изменения. Ты нас не проведешь.

— Так что вы тут забыли? — вздохнул я, переведя взгляд на отца.

— Да просто со всех телевизоров мира трезвонили про этот турнир, а мы же знаем, как ты любишь готовку. И точно не упустил бы возможность участвовать в турнире. А зная еще и Дагона, так точно решили, что ты будешь тут. И не прогадали же, — мать с отцом засмеялись и с умилением смотрели на меня. Дагон встал за моей спиной и ежился от взгляда на бывших правителей. — Вот и пришли поболеть за тебя.

Я поднял бровь. И всё? Не будет уничтожения этой страны? Появления новых фанатиков-французов, которые будут поклоняться багетам ради демонов? Не верил я в такие совпадения.

— А ты что? Не рад нас видеть? — удивилась мама. — Мы же столько не виделись! Мы очень соскучились!

— Я, конечно, рад, — хмыкнул я. — Но вы никогда не появляетесь просто так. Нам ждать новую катастрофу?

Мама и отец переглянулись и обиженно посмотрели на меня. Какие они слаженные, до сих пор. Всегда удивлялся этому факту. Столько веков и тысячелетий вместе, а всё равно делали всё вместе. Даже обиженно смотрели.

— Мы же в отпуске, милый! — прикусила губу мама. — И вообще! Мы давно не такие…

Я скептически посмотрел на маму. Верить её словам было бы проиграть. Так что я не поверил.

Сзади меня Дон подлетел к Дагону и прошептал тому на ухо.

— До сих пор дыхание захватывает, когда стою рядом с бывшими повелителями, — и столько было ужаса и благоговения в его голосе, что отец хмыкнул и сделал вид, что ничего не слышал.

— Да вообще, блин… — прошептал ему также Дагон. Они думали, что их не слышат.

Теперь уже мама хмыкнула с самодовольным видом, довольная тем, что их всё ещё боялись. Да я бы и сам опасался их появления. Не к добру. Абсолютно точно не к добру.

— А вы неплохо выглядите, — улыбнулся я, оглядывая родителей. — Определенно лучше. Отец, ты даже загорел. Летали к морю? А мама еще и постройнела, выглядит лучше всех женщин этого мира.

— Ой, ну да брось, льстец, — засмущался отец.

— Ну что ты, ну не надо комплиментов, — покраснела мама, а я прямо-таки услышал в её голосе, что надо. Очень надо. Мало комплиментов женщине не бывает.

Отец вдруг прищурился и посмотрел на наставника, что тот икнул за моей спиной. А в первую встречу с нами он выглядел таким смелым, а вот после Дагон начал опасаться родителей. Хорошее у него чувство самосохранения.

— Эй, старый друг-дружочек, — начал отец издалека, — вот что… Мы переговорили с моей ненаглядной и хотели тебе сказать, чтобы ты не подсуживал нашему сыну. Он и сам прекрасно справится. Если узнаем, то…

Отец театрально замолчал и повернул голову в сторону большой вазы с цветами у окна. Ваза лопнула так быстро, что не было даже колебания магии. И явно отец намекнул, что то же самое произойдет с головой наставника. Умел же он убеждать и ставить ультиматумы.

— Да я и не думал… — сглотнул Дагон. Конечно, он не думал. В его голове поди только и вертелись мысли, как бы мне всё усложнить. Любил он издеваться надо мной. И змея была лишь небольшой шалостью с его стороны.

— Нет, всё же, — посмотрел я еще раз на родителей, возвращая разговор в нужное мне русло. — Вы же не могли просто так приехать.

И посмотрел на маму. Ладно, отец, он на самом деле цветочная душа. А вот она.

— Ты же не могла просто так без интриг появиться.

И это было не простое предположение, а реальный факт появления матери в этом мире.

— О да, — всё же плотоядно улыбнулась мама. — Ты прав. Не только мы тебя хорошо читаем?

— Я не сомневался, — кивнул я, чуть расслабившись. Вот если бы они реально прибыли просто так, тогда напрягся бы я сильнее.

— Думаешь, мы не наблюдали за тобой? Я только слегка подлила масло в огонь, — мама захлопала ресницами и с улыбкой взглянула на папу, который делал вид, что он тут не причем. Прикрывать преступления — тоже преступления, отец, как ты не поймешь… А матери только дай волю создать хаос. — Но тебе понравится, милый. Тем более нам звонил Люций, — вот тут я снова напрягся. И что этот пустоголовый наговорил? Обиделся, что я его выгнал? — Он сказал, что у тебя всё слишком приторно и скучно…

— Что ты сделала? — почти по слогам произнес я, прищуриваясь и склоняя голову к плечу.

В голове пронеслись всевозможные теории, что могла натворить мама. От убийства короля Франции. До появления новой секты. Нет, возможно она распечатала одну из Зон, откуда прямо сейчас могли вырваться все твари ада.

Или же она что-то сделала в пекарне и сейчас пряники в панике во главе с Пряней решали, как спастись. Нет, ну такое она вряд ли бы сделала, если бы не хотела, чтобы я больше никогда с ней не общался.

Взглянул на отца, но вроде ничего смертельно опасного она не натворила. Хотя секта новых фанатиков вроде даже уже неплохо звучала в мыслях после представления, как Пряня спасал на руках свою Королеву, а пекарня горела адским пламенем.

— Хи-хи-хи, — засмеялась она как маленькая девчонка. — Разве это будет интересно, если я тебе всё расскажу?

Глава 21

Четвертый этап

Отель Ритц

Королевский номер

Андрей прикрыл дверь и глубоко вздохнул. Своего помощника Толика он отправил сегодня отдыхать, ведь планировал остаться в номере до конца дня. Слишком его всё вымотало.

Прошёлся по королевскому номеру и безразлично посмотрел на предметы интерьера. В данный момент его интересовало лишь одно. Он сел на выделанный из кожи тварей Зоны диван и включил телевизор, который занимал всю стену его номера.

По новостям крутили кадры турнира, и Андрей, сжав руки и прислонив их к лицу, смотрел перед собой. Он впитывал каждый кадр, каждую секунду турнира, надеясь увидеть Настю. Нет, он вчера не убедился, что это его Настёна, но с девушкой так легко и хорошо было проводить время, что всё остальное отходило на другой план. Принцу было неважно, что это совсем не его сестра. Как бы он этого не желал.

Андрей даже хотел бы вновь поговорить с Настей и посмотреть на турнир, но его отвлекли дела. Их в срочном порядке поручил ему отец, раз уж сын находился во Франции. Посол очень обрадовался, что именно Андрей был здесь, а не его брат, с которым совсем уж тяжело иметь дело.

Принц сидел, пока не просмотрел все новости. Он так и не увидел ни единого кадра, где присутствовала бы Настя, хотя бы издалека. Но вдоволь насмотрелся на Фера, странного имперца, который был её начальником.

Что-то в нём пугало Андрея. Принц не мог сказать наверняка, что именно, а потому присматривался к барону. Он попросил Анатолия найти всю доступную информацию, пусть и имел её до этого в кратком варианте.

Принц отвёл взгляд от телевизора, когда появились новости о погоде. Его не интересовало, будет ли завтра дождь в Париже. Теперь он бесцельно блуждал глазами по комнате, пока не наткнулся на столе на коробку. Она была не простая, а обёрнутая в подарочную упаковку со смешными изображениями пряников. Будто кто-то сохранил её с Рождества.

Кто был в номере Андрея? Принц не имел ни малейшего понятия, а потому поднялся с места. Вопрос «Чё за херня?» так и читался на его лице. Руки автоматически потянулись к телефону, а пальцы нажали номер.

— Рецепшн? Да, какая-то посылка… Не было никого? Да, спасибо.

Никто не слышал ни про каких курьеров, которые просили доступ в его комнату. А уборщица была ещё до отъезда Андрея. Это была не она. Неизвестность пугала. Но не принца.

Андрей медленно подходил к столу с коробкой. По пути он врубил свою ауру и начал осматривать всё на предмет чужого присутствия. Дошёл до стола и проверил саму коробку.

Ничего. Всё нормально. Обычная коробка. Да и мало чего Андрей бы испугался. Слишком сильным был. Смог бы пережить и взрыв всего отеля. Но прирождённая осторожность брала своё.

Принц присмотрелся к коробке. К ней была прикреплена записка.

«Не переживай, она без подвоха».

От этого Андрей лишь сильнее стал нервничать. Хочешь посоветовать что-то не делать? Никогда не пиши «не» в совете.

Принц хмыкнул. Рука Андрея потянулась к бумажке. Он с лёгкостью поддел её и перевернул, чтобы осмотреть на предмет новых зацепок, кто это мог быть. И нашёл новую надпись.

«Точно без подвоха».

Снизу была приписка:

«Ты же уже наверняка просканировал коробку. Открывай!»

Это даже пугало. Хотя Андрей тут же успокоил себя. Толику звонить пока не стоило. Если что, он и сам справится. Так что можно открыть коробку, ведь ничего опасного в ней, в любом случае, не хранилось.

Открыв её, Андрей затаил дыхание, ожидая чего угодно. Но тишина номера не была потревожена. А потому Андрей заглянул внутрь и увидел на дне маленькую брошь в виде яблочка, которая лежала на маленькой подушечке. И ещё одна записка покоилась рядом.

«Надень. Смотри внимательно по сторонам».

И что бы это значило⁈

* * *

Возвращался домой я один. Если не считать заторможенного Дона. Мне было над чем подумать, но о своих словах, что мне необходимо зайти за специями и парочкой ингредиентов, я не забыл.

Так что я был молодцом, что всё сделал после встречи с родителями. Пожалуй, это даже подняло мне настроение. Ощущение неизвестности всегда держит в тонусе. Что людей, что демонов. И пусть ты не знаешь, что тебя может подстерегать, от этого ты становишься лишь более бдительным и настороженным. А с моей матерью нужно держать ухо востро.

Вернулся я в отель в хорошем расположении духа. И зашёл посмотреть на дам, которые ещё не спали, хотя должны были. Но увидев меня, все резко засобирались, только тогда переведя дух. Лишь Сора сверлила меня взглядом. Она не могла не почувствовать того, что было в самом сердце Парижа, когда мы с наставником резко решили прогуляться, но не подала виду. Можно только поражаться её эмпатии. Не давала панике накрыть её подруг. Это многого стоит, но и дух не молодая девушка. Она на своём веку видела намного больше, чем та же Элеонора.

Покачал головой Соре, так что дух расслабилась, но она ждала полного объяснения, что это такое было. Потом ей расскажу. Общаться сегодня на тему родителей я был не намерен.

Сора ушла, а я отправился в свою комнату, где увидел спящего на диване Максимку. В отличие от девушек, герой не смог меня так долго ждать и сопел на диване. Даже пускал слюни на подушку. Достал телефон и сделал много фотографий с разных ракурсов. Послал графу Демидову. Подумал немного. Нашёл у себя в записной книжке номер Димитрия и отправил ему лучший кадр.

А я фотограф не хуже Дона. Его фотография теперь тоже в моей коллекции. Если будет себя вести ещё хуже, то она попадет в новости. С Милой у меня были отношения на короткой ноге.

Так. Все ушли спать. Максима я не стал тревожить, а Дон свалил к Элеоноре. Никто мне не помешает.

Всю ночь мне предстояло думать о том, что я приготовлю завтра на четвёртом этапе. И, кажется, я придумал, что буду готовить. Это удивит всех. Такого я ещё не делал. Наставник так и вовсе будет думать, что я сошёл с ума.

* * *

Утро. Уже такое естественное и привычное. Доехал до стадиона, прошёл проверку. Обменялся кольцом с Доном. Всё так обыденно, что начинало становиться скучно. Лишь то, что сегодня я буду вновь готовить, сглаживало это чувство.

Принца я не видел, да и как-то не горел желанием его встречать. Тем более сегодня участников осталось совсем мало, и все собрались в зале стадиона ещё раньше, чем до этого.

Каждый повар был сосредоточеннее, чем в предыдущие дни. Никто не разговаривал. Лишь Руми бегал и пытался взять интервью, но ни один участник не пожелал разговаривать. Поэтому ведущий решил встать сбоку и смотреть на всех издалека, что-то комментируя на камеру. Бедняга. Интересно, сколько он успел узнать за эти дни?

Вдруг Руми собрал сплетни и придержал их до финала? Я бы на его месте так и сделал: собрал как можно больше информации, а когда участник уже возвысился, то вывалил всё грязное бельё на него. И я был демоном, хотя Руми был похож на одного из маркизов ада. Тот вёл себя так же и постоянно желал узнать больше про других, чтобы использовать в момент слабости или даже в момент триумфа.

В этот раз не было никаких штор. Всё было просто и понятно. Всего шесть столов, но не думаю, что всё будет так же, как и на предыдущем этапе. Здесь не произведут деление на группы, а просто так судьям будет легче принимать и следить за ходом испытания. Шесть столов, за каждым по шесть человек. Сколько будет выбывших — непонятно. Но думаю, что скоро нам объявят это сами судьи, которые вышли с разных концов стадиона и направились к судейскому столу. Лишь Гордон остановился перед нами и сложил руки на груди.

— Поздравляю тех, кто прошёл до четвёртого этапа, но на вашем месте я бы не стал радоваться раньше времени. Четвёртый этап не дает вам гарантии, что вы станете лучшим. Здесь всё будет зависеть лишь от ваших индивидуальных навыков и вашей фантазии. Надеюсь, что вы основательно подготовились к этому этапу. Мы будем судить ещё строже, чем было до этого. Каждая деталь вашего блюда будет оцениваться. Малейшая ошибка закроет вам путь к званию лучшего повара мира.

Гордон говорил много, но в одном он был прав. Любая ошибка будет стоить первого места. Так было всегда. Неважно как, неважно каким образом, но лишь победителю достаются привилегии. Это касалось не только турнира. В целом, в других местах всё могло обойтись и с ошибками. Однако, если дело касалось жизни, то ты должен был думать на много шагов вперёд.

Правила, как я и думал, были простыми. Все будут выходить по списку, который придумали организаторы. Он не будет зависеть ни от рейтинга, ни от какой-то логики. Это добавляло интереса турниру. Людям намного сложнее готовить, когда рядом сплошь сильные участники. Чем ты слабее, тем сложнее тебе придётся. Давление было нереальным.

И самое главное: количество выбывших так и не назвали. То есть, я рассуждал верно. Мог вылететь каждый. Так становилось даже интереснее.

Список в этот раз был вывешен на стене, чтобы зрители могли видеть, кто прошёл в пятый этап, а кто отправился домой. Я был в первой шестёрке. И со мной были те участники, которые близко не находились за весь турнир. Неплохо. Смогу оценить их навыки и взять себе что-то на заметку.

Судьи дали десять минут на подготовку, хотя она мне была и не нужна. Но в этот момент ко мне внезапно подошли мастер Цзян, Юдзиро и — неожиданно — Оливия.

— Фер, тут уж каждый сам за себя, — китаянка прищурилась так, что её глаза превратились в щёлочки. — Но я желаю тебе удачи.

— Друг мой, покажи свой лучший рецепт, а мы в ответ покажем свой, — кивнул Юдзиро, делая глубокий поклон.

Я улыбался. Даже в такой ситуации они подошли ко мне. Стали ли мы от этого друзьями? Мне сложно было сказать, потому что, даже учитывая моё пребывание в этом мире, человеческие взаимоотношения всё равно остались чем-то странным. Но какое-то тепло разлилось в моей душе. Даже смелый кивок Оливии я принял благосклонно.

— Буду только рад, — ухмыльнулся я, больше ничего не говоря и идя на своё место.

Встал за стол и погладил свой нож, доставая его из-за пояса. Кольцо уже было готово к использованию. Самое смешное: в правилах не было сказано, что нельзя использовать продукты не человеческого происхождения. Оговорился. Я же не людоед. Я про этот мир. Так что кольцо ждало своего часа.

Этап начался с громким гонгом. Нам дали три часа на приготовление своего блюда. Это было даже больше, чем я думал. Так что можно не спешить и приступать к готовке позже. Наверное, со стороны это выглядело слишком самодовольно. Стою и смотрю в потолок. Могу себе позволить, между прочим.

* * *

— Жареный рис, — сказал я, подавая своё блюдо перед судьями.

От моего ответа у Поля, Вольфгана и Гордона отвисла челюсть.

Я долго думал, что же приготовить и понял, что все мои рецепты чуточку не подходили к этому турниру. Не мог я представить даже круассан, отгрызающий пальцы. Пусть он и произвёл бы фурор. Напал бы на судей… Интересно, это считалось бы причиной для дисквалификации?

— Чего-о-о-о⁈ — услышал я восклик Руми. Кажется, ведущий пытался подобраться ближе к судьями, но его не пускала охрана и организаторы. Да и сами судьи удивлённо смотрели на простое блюдо, что я им преподнёс. Даже выглядело оно слишком приземлённо. Такое едят в каждом доме.

Мастер Цзян и Юдзиро с шоком уставились на рис. Можно было поблагодарить азиатов за то, что они вдохновили меня на это блюдо. Вспомнив все их пьяные и не очень рассказы, я взял за основу простой рис.

— Как смешно, — фыркнул Поль, искоса взглянув на тарелку перед ним. — Ты сделал всего лишь рис. Это не достойно звания лучшего…

Но Поль осёкся. Что-то его настораживало в моём рисе. От этого я лишь ухмыльнулся.

Вольфган стал первым, кто решил попробовать моё блюдо. Пусть и делал вид, что ему совершенно не интересно, что я приготовил. Но запах. О, этот запах, он сводил всех с ума.

Стоило австрийцу съесть одну ложку, как его было не остановить. Он ел, ел и ел, напоминая мне этим Дмитрия. Маленькие крупинки чуть было не вылетали, но Вольфган не давал им пропасть. Он съел всё до последней крошки и удивлённо посмотрел на тарелку. Слюна капала у него изо рта, а сам он поднял шокированный взгляд, не понимая, как так получилось.

— Вольф… — удивлённо воззрился на своего коллегу Гордон и уже подозрительно глянул на свою тарелку.

Он зачерпнул первый кусочек и прикрыл глаза, а после резко открыл. Да… Сначала мясо пещерной птицы попало ему на язык и распространило весь вкус. Ароматы специй глубоко проникли в этот ингредиент, пропитывая его настолько, насколько возможно.

Мясо в рисе было так мелко порублено, что на первый взгляд его сложно было заметить.

А овощи и морепродукты были приправлены ингредиентами из ада. Всё это создавало неповторимый вкус. Гордон повторил успех своего коллеги. Невыносимое разнообразие вкуса поглотило двух судей. И Поль, не понимая, что происходит, последовал за ними.

Теперь все судьи были потеряны для мира. Они окунулись в мир жареного риса. Хотя, так блюда назвать можно было с натяжкой. Это больше тушёный рис в бульоне из-под водной птицы и яйца вихревых ласточек. А ещё там было всё, что я только мог намешать. Такое количество ингредиентов не мог представить никто. И приготовить такое способен лишь я.

— Вот сукин сын, — прошипел Дагон так, что я услышал его из зала. Но наставник тут же прикрыл рот. Вдруг его услышала моя мать, которая находилась в Париже в данный момент? А уж она точно не была сукой.

Да. Я победил. Простым блюдом, которое казалось таким лишь на первый взгляд. Оно отправляло человека прямо в ад. Никак не в рай. Всю жизнь ты будешь мечтать о нём. Я не о рае, а о рисе. Простом рисе.

— Это стопроцентная победа, — промокнул рот салфеткой Гордон и принял величественный вид. — Спасибо, мастер Фер, что показали нам своё фирменное блюдо. Вы проходите в пятый этап.

— Благодарю.

Другим судьям нечего было сказать. Они лишь смотрели перед собой, даже не заметив, как унесли их тарелки, а моё место занял участник из Америки, который трясся всем телом, понимая, что такой успех не повторить.

Для всех я стал повелителем ада, которого стоило опасаться на мировой кулинарной арене. Ведь судьи умели придираться, а тут меня отпустили без замечаний. Это говорило о многом. И никто не знал, что я и был повелителем ада. Ирония.

Отошёл в угол. Никто не стал ко мне подходить. Мои друзья-кулинары стали ещё сосредоточеннее. Их очередь была в самом конце, и им нужно было многое обдумать. На сей раз вышла Оливия. Я внимательно следил за ходом её раунда. Очень внимательно.

Оливия выбрала готовить лосось конфи. Довольно нежное блюдо, как и сама девушка, но стоило дать хоть слабину, как весь рецепт бы развалился. Но Оливия справилась. Три часа их раунда прошли незаметно. Вот только…

— Вы выбываете, Оливия, — злорадно сказал Поль, смотря в сторону зала. Взгляды Дежана и Поля пересеклись лишь на долю мгновения, но этого мне хватило, чтобы понять что к чему.

Не могло произойти так, что Оливия выбыла. Её лосось был намного сильнее, чем у участника из той же Бельгии в её команде. Но выбыть она должна была. Ведь и Вольфган проголосовал против.

Но тут к судьям вышел Дагон. Оливия вся сжалась. Глаза сверкали магией. Но она держала её в себе. Не время для дисквалификации. Саботаж и провокация явно были бы ей не на пользу.

Но Дагон вышел к судьям неожиданно, когда норвежка уже планировала покидать турнир. Он встал рядом и положил руку ей на плечо.

— Я отдаю своё право спасения этой участнице. Её блюдо даже издалека выглядело безупречно. И мне не нужно пробовать его, чтобы понять, что ей не место среди проигравших.

Зал закричал. Я же прищурился. Чего это наставник решил поиграть в благородного рыцаря?

Глава 22

Раскрытая тайна

Я стоял неподалёку и смотрел, как Руми брал интервью у Дагона. Наставник замер, как истукан, и я мог сказать, что по его спине бегали мурашки от моего взгляда. Но Дагон принял независимый вид и стойко выдерживал пристальное внимание. И не только моё.

У всех крутился лишь один вопрос: почему приглашённый гость отдал свой уникальный шанс на спасение любого участника ради Оливии Йохансен? Можно было даже увидеть мысли некоторых мужчин невооружённым глазом. Они считали, что Оливия была любовницей Дагона. Вот только, насколько я знал, наставник и девушка ни разу даже не общались. Дело было в другом. Но народ постоянно переводил взгляды с Оливии на Дагона и обратно, думая об этом варианте. Как говорится, у кого что болит.

— Дагон, де… Действительно, сейчас распространяется много слухов о причине того, почему вы спасли участницу Норвегии, Оливию Йохансен. Какова же истина? Ради чего вы это сделали?

Было слышно, как Руми хотел назвать Дагона «деткой», но суровый наставник явно не заслуживал такого обращения. Ведущий понял это сразу, а потому остановился. Вдруг завтра найдут труп Руми после такого заявления?

— Разве я сделал что-то удивительное? — поднял бровь Дагон, осматривая всех вокруг. Люди сразу же попрятали глаза, чтобы не пересечься с наставником взглядом. — А почему я не должен был отдавать свой голос за участницу?

Руми открыл рот, но быстро закрыл его, не зная, что на это ответить.

— Если вы не знали… Хотя, расскажу это и зрителям, что смотрят наш турнир, — усмехнулся Дагон. — Лосось довольно нежная рыба. А конфи — это способ низкотемпературного консервирования. Или, по-другому сказать, нежное и деликатное запекание в масле. Каждый из наших зрителей может попробовать этот способ. Он довольно быстрый с точки зрения приготовления. Ведь, например, если взять ту же утку, будет неважно, если ты станешь выпекать её на полчаса дольше.

Я будто окунулся во времена своего ученичества. Дагон тогда таким же голосом вещал мне разные секреты. Но единственное отличие — мы разбирали не утку и лосося, а… Как разделать разных демонов, чтобы получилось именно то, что нам нужно.

— Сложность лосося конфи в том, что такую рыбу легко передержать. В таком случае рыба потеряет не только цвет, но и сочность. Одна минута, даже полминуты, и блюдо будет безнадежно испорчено, — Дагон весело посмотрел на Руми. — А кому нужен передержанный лосось? Оливия пошла на смелый шаг и выбрала довольно рисковый вариант фирменного блюда.

— Никому не нужен, — запоздало ответил Руми.

— Вот именно, — подмигнул в камеру Дагон. — Я даже издалека видел, что блюдо было сделано великолепно, а его подача достойна даже того, чтобы быть в моём ресторане. Естественно, я был не согласен с решением судей. Оливия достойна следующего этапа, а вот остальные участники, которых я сегодня видел…. Не вижу в них ничего интересного.

Я хмыкнул и даже посмеялся с этого. Дальше не стал слушать и отправился к своим болельщикам, которые уже махали мне из холла. Максим и Сора были очень возбуждены. Стоило мне подойти к ним, как они начали наперебой поздравлять меня с ещё одним пройденным этапом. Сора с Максимом одновременно выкрикнули:

— Фер! А дашь попробовать этот жареный рис?

Максим смущённо посмотрел на духа и замялся.

— А почему бы и нет? Нужно побаловать вас за поддержку, — улыбнулся я, отходя с ними в угол.

— Фер, это было впечатляюще, но Оливию даже стало жалко, — всхлипнула Настя.

— Почему так произошло? — задала правильный вопрос Элеонора. Умела же она.

— У судей было плохое настроение? — отшутился я, хотя бабка и не поверила в мою версию. Но сделала вид, что так оно и было.

У меня же сложилось впечатление, что дело было в том, что Дежан подговорил Поля. Или наоборот. Подговорил, чтобы убрать одного из сильных участников. Вольфган также был в этом замешан. Но не вышло. И в пятый этап прошли двадцать сильнейших. Следующий раунд обещал быть жарким во всех смыслах. Поединки друг с другом? Да, хотел бы я сразу встретиться с Дежаном. Показал бы ему, как нужно готовить.

Пока дамы и Максим возбуждённо обсуждали то, что им понравилось из блюд больше всего, к нашей компании кто-то подошёл. Я сразу же развернулся к гостю.

Им оказался Толик, который Анатолий. Помощник принца был насторожен, когда подходил к нам, но не показывал это внешне. Его аура колебалась, будто готовилась в любую секунду оказаться выпущенной.

— Ваше Благородие, — слегка поклонился помощник Андрея. — Это вам.

Я увидел протянутую записку и поднял бровь. Взял её, потому что не чувствовал в ней опасности. Да и какая опасность? Здесь находилось столько героев, скрытых и нет, что вряд ли бы на меня принц Империи наложил проклятье или ещё чего. Так что открыл записку и прочитал её.

Там было написано лишь то, что принц желал со мной побеседовать. Хм, интересно, с чего бы ему так действовать? Я не видел его два дня, да и он мог сам найти меня в Ритце. Но что-то меня настораживало. Особенно после того, как я увидел мать.

Но раз принц тут, то не будем ему отказывать во встрече. Вдруг он просто желал узнать рецепт жареного риса для потомков? Что маловероятно, конечно.

Я кивнул Толику и сказал дамам, что если меня долго не будет, то пусть сами отправляются домой. Дон сразу же залетел мне на плечо. Почувствовал своей секретарской интуицией, что будет весело? Хм, по всей видимости, так.

Толик пошёл, ведя меня по всему стадиону. В ту часть, куда мы шли, я ещё не заходил, а потому с интересом оглядывал интерьер, пока мы не оказались около комнаты. Туда я зашёл без малейшего сомнения.

Толик остался за дверью. Я прошёл в центр комнаты и увидел напряжённого принца. Андрей закрыл дверь. Становилось только интереснее.

В следующий момент принц достал свой меч и направил его в мою сторону.

— От того, что ты сейчас скажешь, Фер, будет зависеть твоя жизнь.

А разговор начался занимательно. Я лишь поднял бровь, ожидая дальнейшего вопроса. И он не заставил себя ждать. Да такой, что удивился не только я, но и секретарь на моём плече.

— Почему моя сестра у тебя в подручных? И почему она ничего не помнит? Кто ты, нахрен, такой?

Я не стал ничего отвечать, задумчиво оглядев принца. И почему он так внезапно стал уверен в своей теории, хотя до этого у него и не было доказательств?

Посмотрел на новую деталь в принце и захотел чертыхнуться. На его пиджаке висела брошь в виде яблока, а по краю и по самому фрукту была расписана замысловатая вязь. Этот рисунок был отличительным знаком матери, и я не зря напрягся, вспомнив про её слова.

Чёрт возьми и ад раздери, это всё же тот самый сюрприз от матери, что ли? Не раньше, не позже. Она просчитала всё очень хорошо, что я даже не заподозрил такого варианта событий.

Мама понимала, что на Насте был эффект булки, но матушка прекрасно разбиралась в действии моей выпечки и сделала такой ход, который можно было ожидать только от неё. Вот же дерьмо. Спутала мне все планы.

— Давай его сожрём? — вдруг кровожадно прошептал мне на ухо Дон, плотоядно скалясь.

— Нет, этот парень нормальный, — прошипел я ему на грани слышимости.

Андрея не было смысла убивать. Он мне не нужен. Тем более, если учитывать его душу, то в ад он точно не попадёт. И зачем мне бесполезная душа в коллекции?

Что ж, выбора у меня не было. В принципе, Андрей может узнать. Взглянул в его душу и принял решение. Да, так будет лучше.

— Тогда, Ваше Высочество, вам нужно внимательно слушать то, что я вам сейчас расскажу, — ухмыльнулся я. — Потому что это действительно важно. И назад пути не будет.

А дальше шёл длинный рассказ про появление Элеоноры и Насти. Как я встретил их в подворотне. Как их пытались ограбить. Моя помощь, и их спасение. А также то, как я понял, что у девушки не просто потеря памяти, а что-то посерьёзнее. Конечно же, я не упоминал, что читал их души, но принцу этого и не требовалось объяснять.

По мере моего рассказа меч опустился вниз, и больше не было никакой агрессии со стороны Андрея. Списал всё на ощущение демонической магии от Насти, пусть её и не было в помине. Рассказал про то, что был некто, кто послал на девушку проклятье, что у меня были подозрения, что замешан в несчастье с принцессой кто-то из дворца.

Я запутывал рассказ так, как мог сделать лишь демон. Но суть оставил прежней. И у Андрея не было и сомнения, что я говорил правду. Артефакт лжи бы это подтвердил, но я и не врал. Лишь недоговорил, чуть преувеличил. Но не врал, да.

И закончил я рассказ на том, что пока я не выясню, кто виноват в состоянии Насти, девушка останется при мне.

Вот это-то и вызвало эмоции у принца. Даже меч в руке дрогнул.

— Нет! — всё же взбрыкнул Андрей. Как предсказуемо. — Я заберу её и буду защищать.

Дон рядом заржал громче, чем следовало. И почему меня окружают психи и псевдо-защитники? У них мозг отключается периодически что ли?

— Ваше Высочество, давайте рассуждать логически, — сделал глубокий вздох я, чтобы не сказать чуть по-другому. Не болван ли принц? — Один раз Настя уже оказалась в такой ситуации. С вашей стороны нет никакой гарантии, что такое не повторится. Противник неизвестен… Да и вы ещё не настолько опытны, чтобы защитить Настю в полной мере в самом центре интриг и врагов. Да и где гарантия, что вас снова не отправят подальше от Империи? Как вы это провернёте?

Андрей поджал губы и сурово на меня посмотрел. Его аура чуть дрогнула, но контроль у принца был на уровне. Не дал и капле вырваться на свободу. Вот что значит — имперская кровь.

— Вообще-то я один из сильнейших в Империи, — сказал принц, но не слишком уверенно. — Сильнее меня только отец.

Всё же я поколебал его уверенность. Ведь в моих словах было зерно истины, а в принце сейчас работал лишь братский инстинкт. Почти как мой брат. У него это тоже прослеживалось, но немного с другими мотивами. Хотят как лучше, а получается как всегда. Сначала сделать, а потом думать. Так что придётся промыть Андрею мозги, чтобы не наделал глупостей, пусть и из чистой и искренней любви к Насте.

— Это замечательно, конечно, — не удержался я от лёгкой иронии, — но нет. Насте у меня хорошо. Она нашла друзей, работает, отвлекаясь от плохих мыслей. Да и вас она не помнит. Для неё уйти сейчас к «брату» — то же самое, что и начать всё с чистого листа. Лучше всего в данной ситуации оставить всё, как есть. Травмировать девушку лишний раз не в моих интересах. И я ни в коем разе не сомневаюсь в вашей силе, но тут дело в другом.

Андрей посмотрел на меня с прищуром. Сомнения уже почти не читались на его лице, но для вида он раздумывал над моими словами. Вот только переговоры были уже не с его стороны. Я полностью взял под контроль этот диалог.

— Звучит логично, — ещё бы. — Да, согласен. Я видел, что ей хорошо у тебя. Она счастлива, но откуда мне знать, что ты не хочешь причинить ей вред?

Дон слушал нас, но снова не выдержал и громко засмеялся. Вопрос, не болван ли принц, продолжал крутиться в моей голове.

— Если бы я хотел ей навредить, то давно бы это сделал, — как маленькому, объяснял я Андрею. — Мне нужно лишь узнать, кто виноват в потере памяти…

— И я его уничтожу, — прошипел принц, сдавливая в руке рукоять меча.

Нет-нет-нет, принц.

— Увы, но это дело стало моим. Это я его уничтожу, — улыбнулся я, а Андрей открыл рот, чтобы возразить, но секунду подумал и решил, что спорить про шкуру неубитого медведя ещё рано.

— Но всё же, — вдруг напрягся Андрей, придумав что-то ещё. Я уж думал, мы закончили, но принц не сдавался. Какой упрямый молодой человек. Напоминал мне этим Люция. Ему, кстати, долг тоже выписан. За звонок маме и создание мне лишних проблем. С детства же договорились, что не говорим ничего родителям, но, по всей видимости, брат не усвоил этот урок. — Извини, но всё же, — повторился принц, — я должен проверить, достаточно ли ты силён, чтобы защитить мою сестру.

Я поднял бровь. Даже так?

— Разве не хватает новостей про меня, сведений, да и моих поверженных врагов? — задал я логичный вопрос.

Но у принца отключилось логическое мышление, когда дело стало касаться Насти.

— Сам ведь понимаешь, Фер, что лучше убедиться в этом лично, — пожал плечами Андрей. Понимать-то я понимал, но вот сейчас это раздражало. Лишние действия.

— И как мне доказать свою силу? — задал я вопрос, уже предполагая ответ.

— Поединок на мечах, — прищурился Андрей. — До первого ранения.

И опять поединки и дуэли. Аристократы в этом мире поражали своим воображением. Ну поединок, так поединок. Надеюсь, что я не задену гордость Его Высочества. Ведь он первый это предложил.

— Даже порез будет считаться? — спросил я, оглядывая комнату. Не слишком просторная, но подойдёт. Видимо, принц думал, что будем драться, и выбрал себе место для манёвров, учитывая информацию обо мне. Хоть он и не знал, что сразу же проиграл бы мне.

— Да, будет.

— Тогда хорошо, — кивнул я.

Прошёл в комнату и ещё раз огляделся. Да уж, у принца был меч, а свой я не планировал доставать. Слишком много лишних вопросов и сведений тогда появится у Андрея. Придётся импровизировать.

— Но у меня нет меча, — сказал я, но заметил столовый нож, который чудом оказался в этой комнате. — О, это подойдёт.

Свой я бы тоже не стал использовать на принце. А то ещё будет порез сильнее, чем я рассчитывал.

— Ты смеёшься? — поднял свой меч Андрей.

— Не проверим — не узнаем.

В следующее мгновение принц сократил расстояние между нами и попытался нанести удар. Как предсказуемо. Растягивать этот глупый поединок не было желания.

Так что я оказался за спиной принца быстрее, чем он взмахнул оружием. Спокойно протянул руку и порезал принца ножом по шее.

— Я победил, — отошёл я на шаг от Андрея.

Принц недоверчиво положил ладонь на шею, не в силах поверить, что всё закончилось ещё до того, как началось.

Он молчал какое-то время, не двигаясь и ничего не предпринимая. Меч был убран в ножны. Андрей развернулся в мою сторону, кивая.

— Теперь верю, что с тобой Настя в безопасности, — медленно проговорил принц, признавая этим своё поражение.

— Только у меня есть одна просьба, Ваше Высочество, — вдруг сказал я, когда брат Насти уже намеревался позвать Анатолия.

— Слушаю, Фер, — незамедлительно кивнул Андрей.

— Никому не говорите. Даже вашему отцу.

— Почему? — удивлённо моргнул принц Империи. И почему ему нужно всё объяснять, как маленькому? — Это бы облегчило нам поиски виновного в состоянии Насти.

— Просто поверьте мне, — хмыкнул я, убирая нож в кольцо. Не нужно было оставлять его здесь. Кровь принца была ценным ресурсом. Не будем разбрасываться ею на территории, которая не была нашей. — Если тайну знают двое, то это уже не тайна. Как в нашем случае, — сказал я глубокомысленно. — А если тайну знают трое, то в курсе и весь базар.

Или же там говорилось по-другому? Если тайну знают двое — то знает и свинья? Нет, это не то, что нам нужно было.

Принц просверлил меня взглядом. В его голове так и вертелись шестерёнки. В нём боролось сразу несколько мыслей. Если бы он посвятил отца в проблему, всё стало бы легче. Но в то же время враг мог узнать про то, что мы всё уже в курсе ситуации. И это было бы фатальной ошибкой. Но если оставить всё как есть, то придется действовать вдвоём. Или ещё хуже — отдать бразды правления мне, в ком принц не был уверен.

В итоге победил здравый смысл, несмотря на все сомнения. Я даже решил, что принц не совсем болван. А то этот вопрос был особо животрепещущим сегодня.

— Хорошо, я доверюсь тебе, Фер. А я, знаешь ли, нечасто полагаюсь на других людей.

И правильно. Ведь я совсем не человек. Уж мне доверять можно было. Но это не точно.

Глава 23

Пятый этап — не конец?

Новый день — новый этап. Только воздух в зале стадиона будто бы стал ещё чище. Вроде люди говорят, что больше народу — меньше кислорода. И обратно пропорционально. Пожалуй, пятый этап мне сейчас нравился больше всего. Осталось лишь двадцать человек.

В эти двадцать участников, конечно, входили мои знакомые: японец Юдзиро, который пусть и выглядел молодо, но я уже узнал, что это лишь благодаря тому, что он был героем, и китаянка, мастер Цзян. Оливия прошла в пятый этап благодаря Дагону и не сильно была довольна этим фактом. Девушка казалась слишком сосредоточенной и не обращала внимания ни на кого вокруг.

Мельком оглядел всех и удивился. Румын всё же выбыл. Жаль. Такой хороший участник пропал.

Немец и австриец держались рядом, пусть и не говорили друг с другом. А самодовольный американец, Том, сверлил взглядом канадца. Вообще я за ним не следил, но, по всей видимости, у него были какие-то проблемы с ближним соседом.

Мои дамочки уже находились в вип-ложе. Максим даже плакат нарисовал. И когда только успел? На нём была выведена фраза кривым почерком «Фер — лучший». И как ему не стыдно с таким стоять, ещё и трясти им?

Рассматривание зала закончилось с приходом ведущего и судей. Они смотрели на всех без веселья, а Дагон, уже стоящий сбоку, весело оглядывал судей. Не поделили что-то после того, как наставник спас норвежку? Судя по всему, это так. По крайней мере, Поль и Вольфган выглядели не шибко довольными. Гордон же наоборот — внутренне был собран, но больше сосредоточен от того, что остались лишь сильные участники, а за ними нужен глаз да глаз.

Ведущий что-то там бормотал про новый день, новый этап и как зрителям повезло, что они увидят то, что сегодня состоится. Я прослушал большую часть его речи, потому что это было неинтересно. Работа на публику Руми не выматывала, но нам же не обязательно его слушать.

Самое главное — что скажут судьи про сегодняшний этап, потому что правила не объявляли в первый день. И большинство участников волновало лишь это.

— Как вы знаете, правила пятого этапа не объявляли, — задорно говорил ведущий, пока все напряжённо ждали этого момента. — И сейчас это сделает главный судья турнира.

Гордон хмыкнул и встал на середину сцены. Шторы не было, и можно было понять, что будет всего две кухни. Но как мы их будем использовать, оставалось на усмотрение организаторов.

— Надеюсь, вы успели привыкнуть к неожиданностям на турнире, потому что сегодня вас ждёт сюрприз, — улыбался Гордон, а участники хмурились. Никому не нравились неожиданные повороты, но никто не осмелится сказать об этом вслух. — Парные поединки останутся парными, но есть один нюанс…

Я поднял бровь. Какой нюанс может быть в парном поединке? Люди порой такие выдумщики.

— Нюанс будет состоять в том, что это будут парные поединки против других пар. В паре будет шеф и су-шеф. Каждый даст своему напарнику рецепт. После этого ваш партнёр станет су-шефом. Два рецепта. Два блюда. Можете готовить как по очереди, так и вместе. Это роли не играет. Но мы будем следить, чтобы один не лез в роль другого. Сражаться на кухне будете против другой пары, которой предстоят те же манипуляции. Всё понятно? — не скажу, что понял, в чём суть под конец турнира вводить такой этап, но, вроде, всё понятно. Кроме того, как будут распределяться пары? Стоило появиться спискам, как я сразу взглянул на Дежана.

Француз аж открыл рот от такого поворота. По барону Дежану можно было понять, как он счастлив быть со мной в паре. Да и не скажу, что я был в восторге от такого распределения.

Мы шли первыми. Дали время на подготовку. Я не стал подходить в французу перед началом этапа. Был шанс, что он достанет в любой момент нож и начнёт в меня им тыкать. В принципе, звучало хорошо. Его дисквалифицируют, и больше он не будет в кулинарном бизнесе. С другой стороны, возникло бы очень много вопросов, почему во мне нет ни одной дырки. Нет, всё же рискованно.

Встретились мы с Дежаном уже на кухне. Француз сжимал и разжимал кулаки под столом, так что зрителям и остальным не было видно его состояния. А вот я остался настроен скептически к тому, что такой неуравновешенный будет готовить со мной на одной кухне, а тем более — станет моим су-шефом. Да я бы лучше согласился на Вадима ещё в период, когда он был человеком, чем на этого французишку.

Ну что за… Он вообще подумал, что мы будем готовить? Сдаётся мне, что нет. Как бы не пролететь из-за этого любителя лягушек? Но, в любом случае, я мог контролировать процесс приготовления блюд, так что успокоился и уже внимательнее слушал Дежана, который предлагал сделать профитроли.

У меня была отличная идея. Я предложил поменять сладкую начинку на более оригинальную и использовать то мясо, что есть у меня. Теперь француз смотрел на меня скептически, но подумал и решил, что хуже, чем готовить со мной, быть не может. И согласился.

Я же сказал, что мы сделаем кок-а-вин. Француз чуть пальцем у виска не покрутил. В таких этапах лучше всего готовить то, в чём ты был уверен, а Дежан явно сомневался, что я осилю французское блюдо. Какой он самонадеянный.

Но время обсуждения прошло, и нам дали старт.

Начали с моего блюда. Против нас были участники Италии и Швейцарии, которые бурно о чём-то спорили. Не скажу, что следил за ними. Но по их лицам можно было сказать, что они явно не успели договориться между собой. В этом победа уже была за нами. Пусть Дежан и не любил меня, но явно разделял личное и рабочее. Можно было поставить плюсик ему за это.

Дежан ждал, когда я пойду к холодильнику, чтобы достать курицу, которую мы будем использовать в кок-а-вин. Но у меня были другие планы, да и в оригинальном рецепте, как я знал, требовался именно петух, желательно — годовалый, весом около трёх килограмм. Но повара Франции часто заменяли петуха в рецепте на курицу, потому что найти ингредиент из рецепта в большом количестве нереально.

Правда, у французских поваров не было таких идей, как у меня, потому что я достал в этот момент петуха из Зоны, которого освежевал прямо перед турниром. От моих действий Дежан округлил глаза. Ещё бы чуть-чуть, и он снова бы покрутил пальцем у виска. Но я ему такой радости не доставлю. Всё же я был уверен в том, что делал. Да и вино для маринада я достал из кольца. Это ведь не было оговорено в правилах. А то, что не запрещено, разрешено.

Отправил Дежана резать овощи — шампиньоны и морковь, в одинаковых пропорциях, а ещё отдельно лук, лук-шалот и чеснок. Сам же вылил сливовое вино, заменив красное из рецепта на своё. Время экспериментов! Добавил к вину тимьян и нарезал в это время петуха на крупные куски, чтобы лучше замариновались. В это время Дежан закончил с нарезкой и я добавил овощи в маринад. На этот этап давали больше времени. Мы сразу же приступили к профитролям, пока ждали, когда закончит мариноваться демонический петух.

Дежан стал замешивать заварное тесто для профитролей, но я внимательно следил, чтобы он не налажал. А он это сделал! А когда я полез к нему с советом, то меня послали к чёртовой матери. А ведь я уже говорил, что этого не хочу.

Пока Дежан готовил тесто и отправлял его в духовку, я приступил к мясу. Решил использовать проверенное — пещерную птицу. Частично смешал его с мясом водной. Получилась замечательная комбинация, которую неопытные повара могли принять за смесь говядины и свинины. Птички в аду всегда были жирненькими.

Сделал фарш из мяса и начал обжаривать его на сковороде. В это время Дежан подоспел мне на помощь, желая взять руководство на себя, и влил сливки в мясную смесь. Я лишь пожал плечами да отправился к своему петуху, как бы это странно не звучало.

Достал мясо из маринада, просушил салфеткой и обжарил на оливковом масле до золотистого цвета. Готовые кусочки обвалял в муке и уложил в кастрюлю. Я немного схитрил, чтобы замариновать петуха, добавив ингредиенты из моей личной коллекции демонических специй, ускоряющих приготовления блюд, но никто этого не поймёт. По вкусу уж точно, лишь будут удивляться, почему мы так быстро смогли приготовить петуха, хотя он должен был мариноваться сутки до этого. Секрет королей ада.

Дальше я налил в сковороду, в которой жарился петух, коньяк и начал фламбировать. Когда пламя спало, добавил туда маринад, чуть посолил, довёл до кипения, а дальше залил петуха так, чтобы тот утоп. Вот так, живёшь себе, живёшь свою петушиную жизнь, а тебя сначала убивают, а после топят в маринаде.

Оставил мясо томиться и проверил, как там шли дела у Дежана. Профитроли уже были готовы, а начинку следовало наполнить вдвоём, чтобы всё прошло быстрее. С недовольным лицом Дежан принял мою помощь, и мы в четыре руки закончили с его рецептом. Роли были соблюдены. Пока я сервировал всё по тарелкам, Дежан проверил мясо и дал мне отмашку.

Достали петуха. Дежан процедил маринад. Мясо мы вновь вернули на сковороду, добавили какао и уварили смесь до половины. Дежан уже готовил в оливковом масле шампиньоны и морковку.

Осталась лишь сервировка. Мы не успевали, но не могли проиграть, когда всё было почти готово. Осталось две минуты, и мы начали действовать. Наши соперники выбрали рецепты проще и уже ждали конца времени, злорадно глядя на нас. Мы же распределили роли. Дежан лил на тарелку соус, сверху я клал куски петуха. Дальше француз выкладывал грибы и морковку. Украсили веточкой зелени. Я успел сделать чесночные крутоны для подачи.

Мы успели вовремя. Громкий сигнал объявил о конце этапа, и мы отошли от тарелок. С горем пополам успели. И даже не поругались в ходе нашего этапа. Неплохо, совсем неплохо.

Судьи пробовали сначала блюда соперников. По лицу Гордона можно было понять, что приготовили соперники полное… Когда же судьи дошли до нас, они оживились. И в итоге мы выиграли, оставив Гордона в полном восторге от обоих блюд. Хорошая новость. Дежан же подозрительно смотрел на меня, будто я сговорился с Годоном. Но я, в отличие от него, не играю по таким правилам.

Дальше мы разошлись по разным углам, чтобы посмотреть на другие команды. День обещал быть долгим, а ведь это даже не финал. Финал будет проходить завтра, как сказал Гордон после объявления правил этого этапа.

И самая неприятная новость. Выбыли Оливия и мастер Цзян. Они сделали блюда слабее, чем у Тома и Франца. Это было неожиданно для всех. Ведь именно американец и австриец были настроены друг против друга в начале их раунда. Но блюда оказались слабее. И Дагон лишь пожал плечами, показывая зрителям, что и так может быть, когда на него направили камеры.

Под конец выступал Юдзиро в паре с неизвестным мне поваром. И в итоге вышло так, что все трое судей были в восторге от его японского национального блюда. Рамен. Вроде бы звучало просто, но, видимо, что-то было особенное в его рецепте. Да и с напарником он показал себя лучше, чем мы с Дежаном. Его победа надо мной была справедливой.

Осталась лишь половина участников. Завтра мы вдесятером выйдем в финал, чтобы побороться за звание лучшего кулинара мира. Но уже так хочется домой. К клиентам, своим помощникам. Я даже по белке соскучился.

* * *

Загородный особняк Леоморта

Объединенная Российская Империя

Леоморт сидел в кресле и смотрел новости. Сейчас все каналы показывали одно и то же, ведь в Империи всё было относительно тихо. И герой восьмого уровня не мог не сопоставить факты, что его врага в это время здесь не было.

Поэтому все новости касались нынешнего турнира кулинаров. Почему-то герой не был удивлён, что Фер Адалороков прошёл в финал турнира. Совсем не был удивлён. Если уж князь Золотов пал от его рук, то почему на турнире всё должно было происходить не по его правилам?

Раны Леоморта уже зажили. Руки ещё плохо слушались, но его помощник, Ганс, сказал, что нужна лишь неделя, чтобы привести их в прежнее состояние. Утешительные новости. Хоть что-то шло, как надо.

Закончив с просмотром новостей, Леоморт придвинул к себе папки, которые окружали его со всех сторон. Это была информация по барону Адалорокову, которую Ганс перетащил сюда из дворца. Нельзя было герою появляться в обществе в таком состоянии. А работать он мог и из своего особняка.

Сейчас Леоморт был занят тем, что просматривал всё имущество Фера, которое очень сильно увеличилось из-за последней его войны.

Как всегда, неожиданно пришёл его подчинённый, Святослав. Он никогда не предупреждал о своих визитах. Такая уж у него была отличительная черта, к которой все в команде уже привыкли. Он был слишком горд, чтобы предупредить о своём приходе. Где Святослав? Да где-то шарахается. Такой был привычный ответ.

— Я могу с ним разобраться, — без предисловий сказал Святослав, сверху вниз посмотрев на своего главного. — У меня появилась сила.

Леоморт скептически посмотрел на героя. Как всегда, уверен в своей мощи. Не безосновательно. Но только не в этот раз.

— Слишком мало информации, Святослав. Да и ты чересчур импульсивен, — покачал головой Леоморт, убирая в сторону документы. — Мы должны найти слабые места барона, а уж потом атаковать. Это единственно верный вариант.

— Нет, — сжал губы Святослав. — Мне хватит сил его убить.

А вот это было смелым заявлением.

— Что ты сделал? — прищурился Леоморт.

Святослав самодовольно хмыкнул и поднял руку вверх. Она тут же загорелась белым. И от этого Леоморт лишь сильнее прищурился. Не к добру была новая информация. Об этом кричало чутьё. И не просто кричало, а пронзительно. Так, что заглушало все мысли.

— Ты хоть понимаешь, что наделал, болван⁈

— Допустим, — пожал плечами Святослав. — Но это означает лишь одно. Я смогу с ним поквитаться. За тебя. За Бориса. Хватит уже того, что мы его недооценивали. Теперь я лично займусь им. Мне хватит сил, как ты видишь.

— Нет, мы должны найти его слабость, — не унимался Леоморт.

В целом командир легендарного отряда был прав. Самое главное в войнах и не только — найти слабость противника и использовать её против него же. Но с этим Фером… Будто у него и не было никаких слабостей. Чувство, что он был неуязвим. А ведь такого не могло быть. Все люди имели слабости. И Леоморт знал это лучше других.

— Ищи, — хмыкнул Святослав, опуская руку и сжимая её в кулак. Надоело ему вести диалог с Лемортом. Командир всегда был таким. Слишком много планирования, слишком много ненужных действий. А ведь всё должно быть проще. Святослав был силён. Очень силён. Ни один его враг не жил долго, когда герой становился серьёзным. — Ты — ищи, а я уничтожу пекаря.

Леоморт сделал глубокий вздох. Что бы он сейчас не сказал Святославу, тот останется убеждён лишь в своей правоте. Уже не раз он сталкивался с таким взглядом Свята. Он означал то, что герой никого и слушать не будет.

— Хорошо, допустим, — ещё один вдох. — Но у тебя лишь одна попытка. И если ты провалишься, барон поймёт, что мы пошли против него и играем в открытую.

Святослав лишь громко рассмеялся на речь Леоморта. Иногда командир смешил. Это был именно такой момент. Ведь Святослав не мог представить, что кто-то смог бы ему противостоять в таком состоянии.

Он будто стал самим солнцем, и слабые враги сгорели бы в его лучах, даже не приблизившись. Никто не мог пойти против него.

— Некому будет понимать. Особенно, когда я встречусь с пекарем лично. У него нет шансов.

Леоморт прикрыл глаза. Пусть будет по его. Назад пути нет. Ни у Леоморта. Ни у Святослава. Это был путь в одну сторону. Главное, чтобы он привёл к их концу.

Глава 24

Еще один сюрприз

Неожиданно после того, как пятый этап завершился, ко мне подошёл Юдзиро и позвал в бар. Правда, он уточнил, что не в тот, в котором мы были. Там нас сперва должны были забыть, чтобы мы могли туда снова пойти. Справедливо. Шума мы в том баре наделали много, что нас явно либо будут опасаться, либо вообще не пустят на порог.

Так что я отправил всех в отель, сказав, что решил погулять по Парижу, чтобы отдохнуть перед финалом. Болели мои работницы на славу. Слышно было даже тогда, когда все кричали наперебой. Но Настя, Сора, Ирина и Максим болели громче всех.

Сорвали таким образом голоса все, кроме Элеоноры. Бабке же просто возраст не позволял так голосить, но даже она выглядела чересчур возбуждённой, а на её плечах я заметил по прянику во время этапа, которые трясли разноцветными помпонами.

Так что я поехал на машине не в отель Ритц, а бар, который дал мне японец. Сам он сказал, что ему нужно заскочить к себе. Это было даже лучше, чем если бы я пришёл после него. Второй раз я не хотел приходить, когда японец уже напьётся. Хотя… Не в одного же он напивался бы. Про других на встрече Юдзиро не говорил.

Прибыв в бар, отпустил свою машину, потому что тот был не слишком далеко от отеля. Относительно недалеко, конечно же. Но со мной ничего не будет, если на обратном пути я пройдусь пешком.

Сел за свободный столик в самом углу и заказал себе вина. Подумал и добавил к заказу водку, раз Юдзиро к ней так не равнодушен. Официант очень споро принёс мой заказ и пожелал удачи на завтра. Так вот каково это, быть известной личностью в мире людей. В аду-то я вкусил сполна это чувство. Только там меня больше боялись, хотя и уважение присутствовало.

Юдзиро пришёл через полчаса. И мне показалось, что ещё столько же он будет извиняться за своё опоздание. Кое-как его уговорил сесть и выпить со мной. Вот это японец сделал с радостью.

Какое-то время мы пили молча. Но после разговорились. Наш разговор шёл про турнир и что на нём произошло. Японец поразился тому, как я смог сладить с Дежаном, а я отдал уважение его победе. И вполне искренне, потому что она была заслужена.

Выпили мы уже много и просидели два часа, но разговор тёк и тёк. Нам было комфортно обсуждать всё, что связано с кулинарией.

В какой-то момент Юдзиро притих и задумчиво посмотрел на меня, а после его взгляд устремился куда-то вдаль. Сейчас он был не здесь, а где-то там в своих воспоминаниях.

— Неужели заснул? — полетал перед глазами японца Дон.

Фу, как невежливо. Дон иногда всё же не разбирался в людях. Юдзиро не заснул, а что-то вспоминал.

— Знаешь, Фер, — вдруг уставшим голосом сказал внешне молодой японец. — По мне хоть и не скажешь, но я уже стар. И многое повидал на своём веку…

Не понимал, к чему вел японец, но заинтересованно склонил голову. Начало было многообещающим.

— Ты ещё молод, Юдзиро-сан, не нужно преувеличивать, — фыркнул я, отпивая из своего бокала.

И ведь я не врал. Юдзиро по сравнению со мной сущий ребенок, если пересчитывать годы жизни. Вот только, по сравнению с обычными людьми, а не героями, да, он был достаточно стар.

— Возможно, ты прав, — вздохнул Юдзиро. Его глаза будто покрылись пеленой. — Но я достаточно прожил, чтобы понять, что такого, как ты, вижу впервые.

— Странное высказывание, — пожал я плечами, не понимая, к чему клонил японец. — Я такой же повар, как и ты. Не больше, не меньше.

— Тогда я расскажу тебе историю, которая приключилась со мной, — улыбнулся Юдзиро. — Однажды, в детстве, на мой маленький город напали. Это было страшное событие. Хотя, это даже не было крупным городом, скорее деревней, которая находилась глубоко в горах, но люди жили в мире и согласии, выращивая разные продукты. Но наша мирная жизнь прервалась, когда на город напал человек, заключивший сделку с демоном.

Я прищурился. Звучало правдоподобно. Были у нас средние демоны, которые забавлялись подобным, чтобы похвастаться своим друзьям. Так что я положил руки на стол и принялся внимательно слушать Юдзиро, чтобы не упустить ни одного слова.

— Идиот, оставивший следы, — фыркнул Дон уничижительно. Я был с ним наполовину согласен. Если бы демон нормально выполнил свою часть, то никого бы не оставил в живых, чтобы не распространять слухи. Дилентант.

— Этот человек был умён, силён, — продолжил рассказывать Юдзиро. — Я спрятался в рисовом поле, на вершине небольшой горы. Он меня не видел, но я запомнил всё на всю оставшуюся жизнь. У того мужчины было странное существо, которое летало рядом с ним и напоминало глаз. Летающий глаз. Я никому не рассказывал об этой истории, потому что даже герои никогда и не слышали про это, когда я их аккуратно расспрашивал. Когда я подрос, то сам понял, что таких тварей нет в Зоне, а я обошёл их немало. Но летающий глаз не видел ни разу.

Дон икнул. Наверное, подумал, как хорошо, что его форма не упала до такой отметки, чтобы стать безобразным духом. Да и сейчас он уже мог возвращаться в свою форму.

— Тогда тот мужчина убил многих. И самое странное, что он становился только сильнее. С каждым новым убийством, — Юдзиро прикрыл глаза. А у меня были догадки, какой демон мог провернуть такое. — Но потом, в скором времени, появились отряды героев и его ликвидировали. Само происшествие постарались скрыть. Вот только, как я успел подслушать, то существо, летающее рядом с мужчиной, никто и не видел, кроме меня. Забавно, да? Я понял, что увидел что-то запретное.

Я смотрел на Юдзиро, который теперь не сводил с меня глаз. Его взгляд был упрям, а сам он что-то для себя решил.

— К чему ты клонишь? — спросил я с улыбкой.

Странный разговор и странный рассказ. Сложно было понять, что хотел донести до меня Юдзиро, а в его душу заглядывать я не хотел. Мы мило общались, да и от японца я не чувствовал никакой агрессии. Лишь какое-то отчаяние и решимость. Так что решил довериться Юдзиро, чтобы он сам мне всё рассказал.

— Я имею в виду то существо у тебя на плече, — удивил меня Юдзиро. Дон аж затрясся от слов японца. Такого ни секретарь, ни я не ожидали. Вечер, полный сюрпризов. Что-то слишком много раскрытых тайн за последнее время. — Но ты отличаешься от того человека, который напал на мою деревню. Он был безумен. Абсолютное безумие. И злоба. Я изучал. Много изучал. И у меня возник вопрос. Скажи, Фер, ты же демон?

К такому этот вечер меня не готовил. Я замер, раздумывая над ответом и действиями. Достать булку амнезии? Применить печать? Нет, Юдзиро был спокоен. Теперь да. Он больше не волновался, спросив то, что хотел. Будто это было его единственной целью на сегодня. Будто его больше ничего не волновало.

А вот Дон всполошился, начав летать вокруг меня, с плеча на плечо, и громко визжать.

— Он что, видит меня⁈ Какого чёрта, Фер⁈ Он видит меня! Невозможно! — Дона было не унять, а я продолжил смотреть на Юдзиро, который смотрел на меня и улыбался. — Давай его сожрём! Ещё не хватало, чтобы он узнал, что ты король ада! Свидетели! Никого не должно быть! Ты же знаешь! А он меня видит!

— Я тебя ещё и слышу, — сказал Юдзиро.

Повисла пауза, которая угомонила Дона, а я усмехнулся. Вот оно как. Бедный Дон. Да его сейчас удар хватит. Такой подставы он точно не ожидал, привыкший говорить всё, что думает, когда находился в невидимости.

А Юдзиро молодец. Я бы никогда не догадался, что он мог видеть Дона, ведь он ни разу — ни словом, ни действием — не показал, что заметил секретаря. Привык за столько лет прятать свою особенность. Это вызвало восхищение перед японцем. Рассудительность у него была на уровне. Представляю, как он жил всё это время, а теперь наконец-то выговорился. А потому внутри него сейчас было такое небывалое спокойствие.

— Значит, ты король ада, — спокойно сказал Юдзиро, который воспринимал всё, как само собой разумеющееся. Будто погоду обсуждал. Например, что завтра будет солнечно.

Юдзиро сделал глоток саке, которое попросил у бармена, когда прикончил водку. И всё. Никакой драмы, как было с Элеонорой. Странно. Такую реакцию я не понимал. Мне это было впервой, не считая Соры. Но дух дома сама была странной, так что она не в счёт.

Где же крики? Слёзы? Мольба о пощаде? Ужас и страх за свою жизнь?

Люди всегда вели себя так, стоило им узнать, что я был демоном, а тем более повелителем ада. Но тут ничего. И это вызывало диссонанс в моей душе.

— И ты не боишься меня? — спросил я и прищурился.

Юдзиро внезапно рассмеялся и сделал ещё глоток, но смех не остановил и начал кашлять. А когда закончил, то посмотрел на меня с весельем.

— Фер, я уже говорил, что прожил долгую жизнь, — Юдзиро вытер из уголков глаз слёзы от смеха. — Да и не похож ты на того, кто собирается уничтожить людей и этот мир в придачу. Нам много рассказывали в детстве сказок, что придут демоны и этот мир сгинет. А в академиях твердят, что видишь демона — убивай его. Но только зачем? Демоны же не зло, хотя, наверное, я ошибаюсь. Но ты точно не зло, собирающееся убить всех.

Теперь уже я засмеялся от речи японца. Какая рассудительность. Это именно то, что я думал. Нет, действительно, маркетинговая компания святош была чудо как хороша. Но у умных людей должны были закрасться хоть какие-то мысли по этому поводу. Видимо, это из-за того, что в Японии почти нет сектантов Церкви. У них же другая религия в большинстве своём.

— Да, ты прав, — хмыкнул я, отсмеявшись. — Я на отдыхе. У меня отпуск. Пеку булки, делаю тортики. Наслаждаюсь, если можно так сказать, бытом. Этот мир не стоит уничтожения.

— Я рад, — улыбнулся Юдзиро. — Рад, что тебе у нас нравится, — и он вдруг улыбнулся хитро. — Да и прикольно иметь в друзьях короля ада. Хотя… Надеюсь, что мы друзья. Друзья же?

Вот это смена разговора на сто восемьдесят градусов.

— Кто знает, — и я улыбнулся.

* * *

Отель Ритц

Это же время

Настя стояла у бара и выбирала, чтобы ей заказать. Бармен не вмешивался и просто стоял, ожидая, когда же девушка определится. Сора предложила Насте сделать заказ по телефону из номера, но девушке было неспокойно. Она спустилась вниз, чтобы размять ноги да посмотреть, что было в меню, ведь девушка не знала, что хотела. Легче сделать выбор, когда смотришь на предложенное.

Нет, Настя не собиралась пить, особенно после вечерних посиделок с подругами в пекарне. Тем более, ни один план, предложенный девочками, не привёл её к успеху. Сора говорила, что это дело времени, когда Фер сдастся под натиском Насти. Но принцесса уже не верила, что сможет пошатнуть высокую стену, имя которой «Фер». Мужчина был непоколебим. Настя не могла даже представить, что должно произойти такого, что поможет ей взять подобную крепость.

А девушка ведь так мечтала, даже в тайне фантазировала, как они будут… Нет, нельзя было даже думать про это.

От волнения Настя достала свой носовой платок и начала теребить его в руках, уставившись пустым взглядом в меню. Бармен отошёл от девушки, давая ей время, чтобы сделать заказ. Люди этой профессии вообще были чуткими личностями, которые предугадывали атмосферу клиента с полувзгляда. Прямо как Настя, когда работала в пекарне. И какая из неё принцесса после этого?

Такие мысли взволновали девушку по новой. Она не представляла себя на месте принцессы. Тем более, она видел принца, Андрея. Это ей сообщила Элеонора. И после этого Настя не знала, как вести себя с молодым человеком, но очень старалась в те редкие моменты, когда они пересекались, быть дружелюбной.

Платок упал из рук Насти, когда волнение и нервозность достигли пика. Девушка собралась поднять его с пола, но кто-то успел сделать это до неё. Светлые волосы мелькнули перед глазами, а Настя застыла, как истукан, узнав их обладателя. Только ведь подумала про принца, а он тут как тут. Андрей ведь, получается, её брат?

Это стало последней каплей, и Настя нервно улыбнулась. Магия пыталась успокоить девушку, и это получилось. Когда принц разогнулся, чтобы подать платок, Настя уже была спокойной и мило улыбалась, глядя на неожиданного собеседника.

— Вы обронили, — лучезарно сказал Андрей. Девушка кивнула, заглядевшись на его улыбку. Будто Настя посмотрела на себя в зеркало. Он был красив. И знал это.

— Спасибо, — девушка отвернулась и вновь посмотрела в меню. — Но не стоило. Я бы и сама подняла.

— Нет, девушкам нужно помогать. Меня этому мама учила, — вдруг взгрустнул принц, но тут же улыбнулся. — У вас какие-то проблемы? Могу ли я вам помочь?

Настя дёрнулась. Ей стало стыдно сказать, что её проблема заключалась в том, что она не могла выбрать алкоголь. Ещё подумает, что она — алкоголичка.

— Я… Нет, не нужно, — мотнула головой Настя, а принц нежно улыбнулся.

— Всегда так, — пробормотал он неслышно. Однако Настя умудрилась услышать и не поняла значение этой фразы. — Возьмите яблочный сок.

— Яблочный? — удивилась Настя такой просьбе, но вдруг поняла, что именно его она и хотела, разглядывая меню и постоянно избегая этой позиции, пытаясь выбрать что-то другое. — Откуда вы знали, что я хочу именно его?

— Вы выглядели так, будто вам хотелось освежиться, — засмеялся принц, но в его глазах было столько грусти, что Настя не сдержалась и схватила его за руку, неосознанно пытаясь поднять ему настроение своей магией. Фер говорил, что через прикосновения лучше всего передавались не только проклятия, но и хорошие заклинания. И Настя решила сделать это сейчас.

Но она не учла, а точнее не осознала того, что без разрешения тронула члена императорской семьи. За такое могли и наказать. А потому Настя ойкнула и убрала руку. Принц только засмеялся.

— Вы такая милая. Хотели меня утешить? — Андрей погладил Настю по плечу. — Не стоит. Думаю, что скоро моя жизнь наладится, и всё встанет на свои места.

Андрей так заразительно смеялся, что и Настя повторила за ним. И не заметила, как принц заказал два яблочных сока и отнёс их за столик. Не поддаться очарованию парня было невозможно, и девушка села с ним за один стол.

— Немного, — вдруг смутилась Настя. — Вы выглядели грустным.

— Нет, просто вспомнил кое-что неприятное. Но уже всё прошло, стоило мне взглянуть на вас, — Настя ещё сильнее покраснела от его слов. Хоть её и баловали в последнее время комплиментами — даже Фер –но слышать такое от постороннего было странно. Хотя, принц же не был посторонним? Да и хотелось провести время с братом. Вдруг Настя что-то вспомнит. — Расскажите про вашу работу. Вы так весело про неё говорили в прошлый раз, что я не против услышать ещё что-нибудь.

— Ох, что бы такое вам рассказать, — улыбнулась Настя, вспомнив про работу, которой она очень гордилась. Она перебирала воспоминания, но не могла рассказать про своего друга Пряню и его Королеву. Про белку-алкоголичку. Даже про Церю. Хотя… — Тогда вот что я вам расскажу. Однажды у Фера потерялся пёс, а потом…

Настя задорно рассказывала истории про пса, который нашёл белку, а потом она родила бельчат. Теперь пёс был многодетным отцом. Рассказывала про жён графа Демидова, говоря, какие они прекрасные женщины.

Андрей всё слушал, затаив дыхания. Настёна была прежней. Пусть она и не помнила ничего, но ради этого разговора с ней он спустился вниз, когда услышал от Толика, что девушка вышла из номера. И не прогадал. Настя говорила и говорила, у неё краснели щёчки от бесконечных слов.

Принцу показалось, что он окунулся в прошлое. И тем сильнее у него появилось желание найти врага, затаившегося во дворце. Настя должна была вернуться. И он сделает это, чего бы это ему не стоило. Принц дал себе слово. И пусть никто этого не услышал, но ему этого оказалось достаточно.

Глава 25

Финал — это конец для кого?

— Д-д-д-дорогие зрители! Вы этого ждали! Как и я! Да-да, ваш покорный слуга тоже ждал, когда наступит тот самый долгожданный момент. И этт-т-то… Финал! Да! Мы добрались до финала, который оставит все вопросы позади. Скоро станет известно, кто станет лучшим кулинаром мира! — Руми разошёлся. — Десять участников встретятся в последней битве друг с другом. И мы с вами, затаив дыхание, будем смотреть за их битвой.

Руми развёл руки в сторону и запрокинул голову назад.

— Осталось десять участников! Представители Америки, Франции, Японии, Германии, Австрии, Чехии, Канады, Финляндии, Швеции, а ещё Империи! Ставки высоки? Вы же успели сделать ставку на понравившегося участника? Я — да. На кого? Это секрет. Может, это самоуверенный Том? Или же уверенный в своих рецептах Юдзиро? А может, истинный поклонник французской кухни барон Дежан? Или… Фер, который поразил всех тем, что вошел в тройку лучших, хотя про него не знал никто? — Руми засмеялся. — Сегодняшний день покажет, кто же победит в этой битве. И если вы боитесь пропустить это, то отложите все дела и смотрите внимательнее. Финал начался!

Участники, которых упомянул Руми, стояли сейчас в ряд и слушали его речи, проклиная всё на свете. Приехали мы в этот раз очень рано и находились здесь уже довольно давно, а финал всё не объявляли открытым. Даже судей ещё не было видно. А вот Руми крутился вокруг участников, пытаясь урвать свой кусочек славы. Но все игнорировали его присутствие, как могли. К концу турнира этих интервью уже хватило по самое «не хочу».

Про финал не было ничего известно. Мы с Юдзиро вчера вечером предполагали многое. Но что же будет на самом деле? На этот вопрос могли ответить лишь судьи. Но, сдаётся мне, что даже Поль и Вольфган не могли дать ответ на этот вопрос. По крайней мере, это мне сказали нервозность Дежана и Франца Вагнера. Они переживали. И это наталкивало на мысль, что они знали, что должно было произойти в предыдущих этапах. А этот остался для них неизвестностью.

К нам вышли судьи и встали в привычном порядке. Гордон лучился от радости, в отличие от своих коллег. Ну наконец-то они вышли.

— Поздравляю вас, повара! Вы прошли до самого финала. Сегодня вас ждёт последнее испытание, которое покажет ваши возможности, — начал с ухмылкой Гордон. — Правила будут очень просты. На кухне, — кивнул на десять кухонь главный судья, — вам нужно приготовить одно блюдо. Продукты будут вам даны. Одно блюдо, которое сможет поразить нас. Не повторяйтесь с предыдущими этапами. Единственное ограничение, которое мы вам ставим, конечно же, время. Его будет очень мало для сложных блюд, но достаточно, чтобы приготовить что-то простое. Выбирайте внимательно. У вас всего два часа.

Участники были очень серьёзными и судорожно начали разглядывать стол, который находился между кухнями. В этот раз скрыт шторой был он, а не сам зал. И сейчас на нём высились продукты со всех сторон. Не скажу, что их было шибко много. Но один ингредиент я увидел издалека и скосил глаза на Дагона. Тот увидел мой взгляд и сделал вид, что ничего не было. Решил немного помочь, да и я не против. К тому же, вряд ли кто-то выбрал бы тот продукт, который заметил я. Теперь я знал, что буду готовить. Рецеп всплыл у меня в голове. Замечательно.

Стоило сигналу к старту прозвучать, как все сорвались с места и побежали к столу с продуктами. Началась настоящая битва за ингредиенты. Кто-то брал гребешки, чтобы угодить Гордону. Кто-то схватил говядину, которую в нашем случае сложно приготовить за такой срок достойно. Юдзиро взял рыбу… Фугу? Откуда она там вообще взялась?

Но Дагон мне подмигнул. Решил не только помочь. Хм, если так подумать, то у каждого был тот ингредиент, на котором участник специализировался. Правда, некоторые не додумались и взяли то, что могло понравиться судьям. Довольно странный ход. Нужно готовить то, в чём ты уверен. И будь моя воля, я бы приготовил круассаны, которые любят кушать пальцы. Но остановил себя в последний момент.

Взял кролика. Никто к нему так и не притронулся, и я хмыкнул. Естественно, даже его вид не вызывал никакого соблазна. Ведь это был демонический кролик, мясо которого больше напоминало ярко-красную кровь. Выглядело пугающе.

Дежан, как не странно решил повторить успех моего петуха. Жаль его, конечно расстраивать, но того петуха не повторить, ведь у меня он был особенным. Такой же неповторимый, как и кролик в моих руках. Подумал и взял ещё креветок и гребешков, но последние выглядели не очень. Точнее, запах у них был специфический. Мне было жаль тех поваров, которые не сразу поняли ловушку от судей. Гребешки с сюрпризом. Кто бы мог подумать?

Так что оставил лишь креветки и пошёл к своему столу. Почему я взял кролика? Хотел показать судьям, что конфи не стоит недооценивать. Тем более в моих руках и с нужным ингредиентом.

Все уже начали готовить, боясь не успеть. Я же неспеша заточил нож и принялся разделывать тушу кролика, отделив его ножки. Полю достанется невкусная часть. Относительно невкусная, конечно же. В своих блюдах я не сомневался ни мгновение.

Когда ножки были разделаны, я выложил их в глубокую ёмкость для выпекания, добавил соли, перца и тимьяна и залил всё маслом так, чтобы ещё четыре сантиметра были над кроликом. Отправил в духовку на полтора часа. Это на целый час меньше, чем мне требовалось для обычного кролика. Демонические ингредиенты творили чудеса в скорости готовки. Вот этому в первую очередь и должны удивиться судьи.

Теперь нужно приступить к соусу. Сходил ещё раз к столу и удивил тем самым не только судей, но и участников. Я передумал делать сомнительного кролика? Такой вопрос читался на их лицах. Но мне нужен был рыбный бульон на дораде. Пришлось сходить к столу. Это не было запрещено, кстати. И после того, как я встал на своё место, несколько участников одновременно ломанулись к столу.

Нарезал лук и морковь, пока готовился бульон, а после отправил их жариться. Как только рыбный бульон был готов, я добавил его к овощам и наполовину выпарил. Снова добавил креветки и выпарил ещё на столько же.

Дальше я взял блендер, про который говорил, что никогда не возьму. Но не буду же я устраивать целое шоу с демонами бурь, чтобы довести всё до нужной консистенции? Смог сделать всё однородным, а после добавил сливки и довёл до огня, сразу же снимая с плиты готовый соус. Теперь стоит лишь дать ему остыть да достать кролика, который сейчас утопал в масле в духовке.

Для гарнира я выбрал корень сельдерея. Настя, кстати, его очень не любила и кривилась при одном лишь упоминании этого продукта. Как по мне, обычный овощ, но у всех людей разные вкусы. Всем не угодишь. А вот повара точно оценят мои навыки.

Почистил и нарезал мелким кубиком сельдерей. Кинул в кипящую воду. Как только сельдерей всплыл, я откинул его в дуршлаг и поместил на лёд, чтобы он не потерял свою хрустящую текстуру.

В кастрюле растопил масло, всыпал сахар и топил его до состояния карамели. Ну хоть что-то кондитерское сегодня присутствовало. Даже дышать стало легче. В готовую карамель положил красный лук, нарезанный соломкой, а после залил своё любимое сливово-демоническое вино. Как и в прошлый раз. Это ведь не запрещено.

Тушил лук до почти полного испарения вина. Он стал напоминать мармелад. Еще чуть-чуть кондитерского. Хотя бы по консистенции. Я начал улыбаться. У меня всё было готово. А вот другие участники нервничали, когда таймер показывал десять минут до конца финального этапа.

Юдзиро тоже уже был готов. Но тут я не удивился. Рыба-фугу была одним из национальных японских блюд. И приготовить её мог только профессиональный повар, коим Юдзиро и являлся.

А пока выложил на тарелку сельдерей, сверху красный карамелизированный лук, а после готового кролика конфи. Соус подавался отдельно. Всё сочеталось настолько идеально, что создавало неповторимую композицию. И судьи не смогут не оценить это блюдо. Ну и кто же сегодня победит? А. Кстати, а какой будет эффект у этого кролика? Забавно будет посмотреть на результат.

* * *

Моё блюдо пробовали последним. Я уже успел насмотреться и на гримасы Поля, и на шокированное лицо Вольфгана, когда участник из Финляндии подал протухшие гребешки в беконе. Как того сразу не дисквалифицировали, я был без понятия. Но судьи держались хорошо. Иногда сложно было понять, что они думали про то или иное блюдо. Хотя Гордон один раз чуть не сматерился, а два других судьи ждали этого с нетерпением, потирая руки. Кажется, они поспорили, что Гордон выругается и не сдержится. Эта его небольшая вредная привычка была известна всем. Особенно выбывшим участникам прошлого этапа, когда Гордон направо и налево поливал грязью неудачные блюда.

— Ух ты, сногсшибательно, — удивлённо воскликнул Поль, но тут же сжал губы, будто забывшись.

Я злорадно ухмыльнулся и взглянул на Дежана. Его курица не вызвала такой реакции. И Дежан начал о чём-то догадываться.

— Безупречно, — прикрыл глаза от удовольствия Гордон. — Ножки конфи тают во рту. Сочетание слоёв идеально. Этого и ждёшь от финала… Я ел бы это блюдо в ресторане снова и снова.

И всё. Это удивило всех. Гордон не выругался ни разу. Многие начали злобно на меня смотреть. Все, кроме Юдзиро. Тот улыбался, ведь и его блюдо оценили по достоинству.

Кто не оценил речь Гордона, так это Дежан. Он начал кипеть от злости. И с каждым мгновением, как Гордон съедал новую вилку моего блюда, уничтожая его до самого конца, он становился злее. Обычно Гордон пробовал лишь один кусочек. А тут… Съел всё и не остановился.

— Теперь, участники. Нам нужно время, чтобы поставить оценки. Спасибо вам всем. Нам нужно удалиться, — сказал Гордон, вытирая губы салфеткой.

Судьи ушли, а участники остались стоять на своих местах. Совещание не продлилось долго. Буквально через десять минут, которые все в зале провели в молчании, судьи вышли и встали перед нами. Получилась такая стрелка: судьи против участников. И нас явно было большинство. Но победителем выйдет один.

— То, что вы подали нам сегодня, — начал Гордон, — было лучше, чем мы могли представить. В течение даже этого турнира навыки большинства стали лучше. И неважно, какой будет результат, вы уже получили намного больше, чем те, кто не вступил на этот путь. А теперь приступим к местам. Десятое место… Финляндия… — участник кивнул. — Ваши гребешки были отвратительны. Вы даже не заметили, что они испорчены. Меня чуть не вывернуло, когда я сделал первый укус. Везёт, что у меня крепкий желудок.

Зал заохал. А дальше начали перечислять места. Чехия. Швеция. Германия. Канада. Австрия. Вольфган скривился. Америка. Том оскалился.

Осталось лишь три неназванные страны. Юдзиро, Дежан и я. Кто же победит? Все затаили дыхание, и я услышал в этой тишине, как Сора прошептала, что хана французу. Улыбнулся. И в этот момент объявили третье место.

— Франсуа Дежан. Третье место достаётся Франции.

Дежан завис и лишь кивнул, но это всё, на что его хватило. Кажется, скоро взорвётся.

— Фер, Юдзиро, выйдите к нам.

Мы с Юдзиро переглянулись и кивнули. После нашего вечера мы понимали друг друга с полуслова. Победит сильнейший. Кто бы это ни был.

— Юдзиро, — обратился к японцу Гордон. — Вы рискнули с блюдом. Рыба-фугу. Она не каждому под силу. Но вы вывели эту рыбу на новый уровень.

— Фер, — обратился ко мне Поль. — Крольчатина в финале — это риск. Но ножка просто таяла во рту. А я люблю крольчатину. И как бы мне не хотелось признавать, конфи было приготовлено безупречно. Крольчатина была розовой. Прекрасное кроличье мясо. Такое мягкое и нежное. Даже я не приготовил бы лучше.

— Нам сложно было решить, кто победит, но вы оба показали блюда высочайшей кухни. Как и сказал Гордон, это блюда мировой кухни, достойные финала, — кивнул Вольфган. — И сейчас мы объявим победителя.

— Юдзиро, Фер, ожидание подошло к концу. Каждый судья оценит ваше блюдо по шкале от одного до десяти, — начал задорно Гордон. — Юдзиро. Я ставлю вам девять.

Все зааплодировали. После участника Финляндии особенно, который получил один балл от каждого судьи. Можно было бы поставить меньше, он бы получил меньше.

— Я ставлю вам девять, — кивнул Поль.

— Я даю девять, — улыбнулся Вольфган. — В сумме Юдзиро набирает двадцать семь очков.

Все возликовали. Удивительно высокий результат. Лишь три очка отделяло Юдзиро от полной победы. Но зал стих, когда все судьи посмотрели на меня.

— Фер, это было сложно, — сказал Вольфган, криво улыбаясь. — Но я ставлю вам девять.

Я улыбнулся.

— Я ставлю, — Поль прикрыл глаза, но решил в этот раз быть честен. — Десять.

Все затаили дыхание. Если Гордон поставит меньше девяти, то я проиграю.

— И я… — Гордон взял драматическую паузу для зрителей. — Ставлю десять.

Пауза. И зал возликовал. Юдзиро сразу же мне поклонился и тут пожал руку. Он был рад, что я победил его в честной победе. Мои дамочки ликовали больше всех. А я и не сомневался в своей победе.

— Фер Адалороков становится победителем Турнира Кулинаров! — провозгласил Гордон, когда аплодисменты не пожелали утихать.

— Фер, я не сомневался, — прошептал Юдзиро.

Но кое-кто был не согласен с этим результатом.

— Непростительно! — воскликнул Дежан так громко, что перекрыл даже тех, кто кричал моё имя из зала. Юдзиро рядом со мной замер.

Дежан же выскочил из ряда участников и взмахнул вверх своим кухонным ножом. Всё же взорвался.

— Это непростительно, — пошатываясь, сделал шаг к нам с Юдзиро Дежан. Его глаза горели злобой.

Да, у кого-то нервишки сдали. Неужели моя победа настолько не укладывалась в рамки его гордости, что он сейчас нападёт? Совсем дурак?

Я прав. Дежан совсем дурак.

Француз ещё раз взмахнул своим ножом и провёл быструю атаку.

— Тебе конец, сучёныш имперский! — крикнул Дежан, кидаясь на меня. Его глаза вспыхнули.

Мои в ответ сверкнули с небольшой силой. Ну давай. Я как раз хотел твою душу. Дон был рядом, прилетев из ложи с дамами. Он уже бросал мне кристалл в руку, чтобы я убил француза и получил его душу себе в хранилище.

Но только Дежан не долетел до меня. Его перехватил Юдзиро, роняя того на пол. Француз выронил свой нож, а после упал на спину, наткнувшись на него. Юдзиро тяжело дышал. Я же не успел возмутиться такому самоуправству.

— Чёрт! — я сжал в руке кристалл душ и словил в самый последний момент душу Дежана. — Хороший подгон, — пробормотал я, довольный стечением обстоятельств. Правда, не на все сто процентов, потому что сам хотел прикончить француза.

Все замерли в ужасе. Такого поворота событий не мог предсказать никто. Я даже увидел, как с ложи хотела прыгнуть Оливия, почти призвав свою кошку. Странная она. Да и мастер Цзян замерла на периле с одной ногой в воздухе.

— Награждение переносится, — тут же взял себя в руки Гордон, беря всё под свой контроль. — Представитель одной из стран, — Гордон резко посмотрел на Поля. Тот сглотнул, — сошёл с ума.

Все начали расходиться, чтобы уступить место охране. Я же подошёл к Юдзиро и тихо ему сказал:

— Я бы и сам справился.

Юдзиро весело рассмеялся.

— Для себя я буду думать, что спас короля ада, — неслышно прошептал японец одними губами.

— Ты же понимаешь, что это не так? — ухмыльнулся я.

— Разве? Ну и ладно. Мне так больше нравится, — и мы отошли к выходу из зала.

Теперь у меня было две души, которые я отдам Цере по прибытию в Империю. Вот щенок обрадуется подвалившей работе. Хоть от белки сможет избавиться. Работа всё же.

А теперь нужно успокоить моих дам, которые себе места не находили, увидев, как на меня хотели напасть. Ладно, успокаивать нужно только Настю, по всей видимости. Да Максима, что не он убил зарвавшегося француза.

Глава 26

Пока, Париж. Привет, проблемы

— Фер, надо было свернуть ему шею! — кровожадно объявила Сора, когда я подошёл к своим болельщикам-работникам.

Юдзиро отошёл к своим помощникам, которые были в восторге от финала. И даже не расстроились, что японец проиграл. Ведь сам Юдзиро был спокоен, как удав.

— А лучше бы вырвал сердце, — таким же тоном сказал Дон, поддакивая Соре.

Я посмотрел на двух кровожадных созданий в компании и покачал головой. С кем поведёшься, от того и наберёшься.

Настя же дрожала. Я думал, что она будет плакать или же волноваться. Но что-то не похоже, что она сильно испугалась. И тут Настя выдала:

— Фер! Обидно, что не ты его убил! Как он посмел напасть на победителя⁈ Если не умел проигрывать, то нечего было вступать в битву на турнире, — сказала Настя, тяжело дыша и вывалив всё, что думала.

Такого я от неё не ожидал. Да и остальные тоже. Ирина усмехнулась, пряча кинжал за пояс. И для чего он ей понадобился, интересно? А Элеонора довольно покивала на заявление Насти. Все удивились, но поддержали принцессу. У всех было примерно одинаковое настроение.

И кого я у себя пригрел? Они кровожаднее повелителя ада. Нужно быть с ними поаккуратнее и вовремя выплачивать зарплаты. А то, если дамы поднимут бунт, то будет очень весело. Мне.

Максим подозвал меня к себе и прошептал:

— Фер, мы можем объявить посмертную войну и уничтожить всё, что имел этот французишко. Ты в своём праве, — прошипел Максим, и нотки безумия появились в его глазах.

Нет. Это восхищало. Какие они дружные. Чуть не пустил невидимую слезу от такого единодушия. Все готовы были растерзать Дежана, который в скором времени и так будет страдать. Да и вообще, он был мёртв. Куда уж хуже для людей?

— Никаких войн. Наши дела во Франции закончились, — угомонил я всех и сказал спокойно. — Больше не хочу находиться в стране лягушатников. Разве вы уже не хотите вернуться к работе?

Девушки переглянулись и синхронно кивнули.

— Работа — это хорошо, — сказала Сора.

— Клиенты, наверное, соскучились, — пробормотала Настя, поправляя волосы, упавшие на лицо.

— И дети, — плотоядно улыбнулась Ирина и вновь потянулась к кинжалу.

— Да и дел скопилось, — задумчиво посмотрела на меня Элеонора. Как всегда, думала о деле.

— Вот и всё. Получаем кубок турнира и едем домой, — улыбнулся я, зная, как повлиять на моих дам.

Лишь один Максим несчастно вздохнул. Ему хотелось подольше побыть во Франции. Мы с ним попали лишь в одну Зону. А это ведь так скучно. Ничего. По возвращению сходим с ним в места посложнее, раз у него было на то желание.

Все участники разошлись. Вскоре тело Дежана убрали с места проведения турнира. Руми, кстати, забился в угол и начал что-то бормотать своим охранникам. Те лишь разводили руками. Бедняжка ведущий, не смог пережить вид насилия. Да и странный он. Другие участники вообще вели себя спокойно. Герои и не такое видели. Тем более Дежан сам был виноват.

В итоге все начали стекаться в зал, спускаясь из лож. В момент психоза Дежана камеры были выключены и не запечатлели его смерть. И сейчас они всё ещё не были включены.

Но тут Гордон вышел вперёд. Камеры по его команде тут же были включены, и он объяснил всю ситуацию зрителям. Извинился, что продолжения трансляции не будет. А приз победителю будет выдан лично без какого-то особого шествия.

Я пожал плечами. И уставился на Гордона, который после выключения камер нашёл меня в толпе и прошествовал в мою сторону. Дамочки и Максим сделали шаг назад, чтобы не мешать разговору с главным судьёй.

Гордон ухмылялся и кивал всем присутствующим, пока не дошёл до меня.

— Фер, поздравляю с победой, пусть и при таких обстоятельствах, — сразу же начал Гордон, не распыляясь на мелочи.

— Благодарю, — склонил я голову к плечу.

А теперь можно и подождать, что хочет сказать Гордон, который с интересом разглядывал меня.

— Фер, боюсь, что приз мы не сможем отдать тебе сейчас, — прямо сказал мне о проблеме Гордон. — Если бы не Дежан, то мы бы уже вручили тебе кубок. Но теперь придётся сделать это позже. Всё же такое происшествие произошло на публике. Пусть мы и успели выключить камеры, но слухи пойдут, а мы не можем продолжить веселье. Это будет выглядеть неприлично. Да и мировые державы не оценят, что после смерти одного из членов турнира, мы спокойненько продолжили вести турнир.

Говорил Гордон здраво. У меня вообще не было к ним претензий. Пусть от Гордона и исходили волны вины, но внешне он казался самоуверенным.

— Да мне без разницы, как вы вручите мне кубок, — хмыкнул я и удивил этим Гордона. — Хоть по почте пришлёте. Главное, что титул получен, а железка просто железка.

Гордон рассмеялся от моего заявления. Ну а что я такого сказал? Я действительно так думал. Это брат бы закатил истерику, что ему нужен кубок. Он у нас любитель железок, а мне было всё равно.

— Тогда так и поступим, — вытер слёзы из уголков глаз Гордон. — По почте? Впервые вижу такого человека, — хмыкнул Гордон. — Мы наградим также и Юдзиро. За то, что он смог остановить Дежана.

— Юдзиро-сан будет вам благодарен, — в этом я точно не сомневался. Дадут приз за то, что спас короля ада, что может быть лучше? — Тогда… Мы можем возвращаться в Империю?

Уточнение было кстати. Раз нас больше ничего не держало, а награждения не будет, то зачем нам задерживаться в Париже? Тут нам больше нечего делать.

— Ха-ха-ха! — ещё раз вызвал я взрыв смеха у Гордона, чем привлёк внимание всех проигравших стран. Элеонора позади меня цокнула языком. — Да, раз уж мы договорились на почту, то теперь можете возвращаться. Или мы можем отдать кубок через Дагона. Он же ваш наставник?

— Нет уж. Лучше почтой. И не ведитесь на его уговоры. Это ему только на руку, — скривился я, представив, что наставник заявится ко мне.

— Он сказал, что ты так ответишь, — ещё сильнее улыбнулся Гордон. — Ничего. Приз обязательно доставят. Можете не переживать.

А стоило бы.

Ещё раз выслушав поздравления от других команд и от Гордона, я повернулся к своим работницам и улыбнулся. В голове всплыла замечательная идея. Ладно, на пару часов я отлучусь, пока дамы собирают свои вещи.

Неожиданно рядом с нами появился барон Гусев, которого я почти не видел в последние дни.

— Ваше Благородие, какие у вас планы? — спросил меня Гусев.

— Домой, — хмыкнул я.

— Тогда я забронирую дирижабль на вечер.

Так, а теперь пусть все соберутся, а мы с Доном и пряниками отлучимся в место, которое я хотел ещё раз навестить.

* * *

Поместье рода Демидовых

Объединенная Российская Империя

Как бы Святослав не хотел быть слишком гордым и уверенным, но в одном он согласился с Леомортом. Пойти против пекаря неподготовленными было смерти подобно. И сейчас Святослав решил навестить того, кто уже долгое время плотно сотрудничал с пекарем и мог знать нечто такое, что поможет герою одержать победу.

Но род Демидовых славился своим упрямством. И граф Демидов был ярким тому подтверждением. Никогда и ни при каких обстоятельствах Константин Демидов не будет рассказывать ни про кого «своего». А Фера Адалорокова он уже считал своим. И касалось это не только того, что его младший сын дружил с бароном, но и потому что Фер сделал много хорошего для их рода. Успех его бизнеса был в том числе.

И как бы Святослав сейчас не расспрашивал графа Демидова, но результат был тем же.

— Я не намерен тебе ничего рассказывать, — спокойно сказал граф Демидов. — И лучше тебе уйти отсюда, герой.

— Вижу, что вы забыли, граф, что я тоже обладаю титулом. И не только им, — ухмыльнулся Святослав. — Разве можно отказывать равному в простой просьбе? От вас ничего не требуется, лишь рассказать о слабостях барона Адалорокова, с которым вы работаете. Я уверен, что вам есть, что рассказать.

— Нет, в который раз тебе говорю, — граф Демидов не волновался за то, что один из легендарных героев пришёл в его дом. Слишком много было свидетелей. И Святослав явно не будет что-то делать. Вот только граф Демидова ошибся.

Святославу надоело играть в послушного мальчика и хорошего человека. Да и сила, полученная от патриарха, бурлила внутри. Она говорила быстрее подмять под себя нечестивого, который мешал их планам. И Святослав был полностью согласен с силой. Слабых нужно проучить.

— Тогда прошу простить, — сказал Святослав, пожав плечами, и выпустил свою ауру.

Она начала сминать пространство кабинета графа Демидова. Аура должна была подавить волю и поставить на место тех, кто шёл против её обладателя. Кабинет превратился в руины за считанное мгновение. Но граф Демидов не был наивным мальчиком, его опыт подсказывал, что нужно быть готовым ко всему. Да и события последних лет говорили ему быть настороже. Граф врубил свою ауру в ответ.

Она была намного слабее, но ярость пламени сложно было погасить похожей стихией. И две ауры столкнулись, выбивая этим вспышку света, от которой слепило глаза.

Граф Демидов держался с трудом, но всё равно был уверен в своей правоте. И пусть ему тяжело, но его убеждения не покачнутся. Как и его сила.

Но как бы Константин не хотел победить Святослава, это с самого начала был неравный бой.

— Расскажи про пекаря, тебе меня всё равно не победить, а так хоть не напрасно страдать будешь, — засмеялся Святослав на действия Константина.

— Нет.

И граф Константин готов был уже сдаться, но тут ему на помощь пришёл Димитрий. Он успел вовремя. Старшего сына не было в поместье, когда легендарный герой пришёл в особняк рода Демидовых. Но Димитрий услышал, видимо, от гвардии, кто пришёл в их дом, и отложил все дела, примчавшись тут же.

— Ну попробуйте вдвоём, — весело прокричал Святослав. — Даже так вам меня не одолеть.

Димитрий подключился к своему отцу, и вместе, плечом к плечу, аура к ауре, они начали сражаться против Святослава. И вроде бы у них начало что-то получаться. Пока Святослав не нахмурился.

— Так неинтересно. Надоело, — и его сила стала распространяться яростнее.

Графа Демидова и Димитрия буквально снесло через уже разбившееся окно. Константин успел заслонить сына в последний момент, прежде чем они вылетели. Графу Демидову ломало магическую структуру, из-за чего он начал слабеть на глазах.

Святослав же сплюнул и тут же ушёл, ведь он ничего не узнал, а значит, стоило поменять план действий.

* * *

Мы летели уже сутки на дирижабле. Я измывался над Максимом, который вновь начал ныть, когда узнал, что та Зона, в которую мы ходили, была закрыта неизвестным. И ныл он справедливо, ведь мы даже не прошли с ним на второй уровень. И больше не пройдём.

Ну что я мог сказать Максимке. Что там было не так интересно, как он думал? Чья-то безумная затея, которая под конец шестого этажа выглядела, как недостроенная постройка с извращёнными тварями и монстрами? Нет, если скажу, что приложил руку к закрытию туристической Зоны, то нытья станет лишь больше.

Не ныл только Дон, который вдоволь отожрался и ещё раз попросил себе выходной или отпуск. С ним-то всё было понятно. Его мысли даже читать не нужно, чтобы понять, что у него было на уме.

Из Зоны мы с ним вдвоём и в компании пряников вынесли предостаточно. Ингредиентов на несколько недель вперёд хватит. Если у меня, конечно, будет время готовить. Потому что мои следящие пряники, которые сейчас находились в поместье Демидовых, сообщили неутешительные новости.

Святослав напал на графа Демидова. Если это вообще можно назвать нападением. Меч не доставался, но вот аурой он своей сумел подавить Константина, который прикрыл собой Димитрия. И теперь у графа Демидова изломано ментальное тело.

Это всё усложняет. Не думал я, что и Святослав вслед за Леомортом станет вытворять всякие глупости. Нет, я предполагал, что он со своей гордостью попробует что-то выкинуть. Но подобное… Не настолько я просчитал этого героя.

Всё становилось лишь сложнее. А я ведь на отдыхе, чёрт возьми. Во что превратился мой спокойный отдых среди булочек да хлеба? Только вернёмся с турнира, а начнутся новые пляски с другими врагами. И это я ещё не говорю о реакции Максимки. Что молодой герой вытворит, я знать не хотел. Ведь разбираться с последствиями придётся мне.

Ещё сутки я выматывал Максима после того, как узнал о новостях из его дома. Пусть рыжий лучше будет уставшим к тому моменту, как мы приземлимся, чем у него останется много энергии, которая может взорваться как внутри, так и снаружи от Демидова.

Прилетели, и Гусев вызвал нам две машины, чтобы отвезти в разные стороны. Водителя Максима не было на месте. И это было первым звоночком. Герой удивлённо попытался позвонить отцу, но я просто сказал, что поеду к Демидовым. Максим тут же забыл, кому звонил.

Мои дамы не расстроились, потому что уже предвкушали, как они вернутся и будут пусть и не работать, но проверять, как дома все поживали без них. Потому и отпустили меня без лишних вопросов.

Мы же с Максимом поехали к нему. И Максим всё же попытался позвонить отцу. Но его телефон был недоступен, чем насторожил рыжего героя.

Конечно, граф Демидов был недоступен. В той буре, что разразилась между ним и Святославом, погибли документы и техника. В том числе и телефон Константина.

— Ты звонил моему отцу? — после десятой попытки спросил меня Максим.

— Нет, зачем? — пожал я плечами.

Действительно. Зачем мне звонить, если я знал всё и так. Только, как подготовить Максимку к новостям, я не знал. Ладно, разберёмся по мере событий.

Подъезжая к территории Демидовых, мы увидели напряжённых охранников, которые не поняли, что вернулся их младший господин. Но пропустили со скорбными лицами нас, когда увидели из окна, что Максимилиан Демидов вернулся домой.

Максим начал напрягаться всё сильнее. Думаю, в его голове проносилось множество вариантов, но он не желал верить ни в один из них.

Подъехали к дому, и машина уехала, когда я дал отмашку. Вошли в особняк, где на пороге нас встретила грустная Анна. Как лекарь, она уже всё поняла, но тоже не знала, что можно сказать брату жениха.

— Иди за мной, Максим, — всё, что девушка смогла сказать.

Вела она нас недолго. На первом этаже в гостевых покоях оборудовали небольшой лазарет, где сейчас бегали лекари и их помощники.

Максим застыл на пороге, не зная, что и думать. Рядом с кроватью, на которой кто-то лежал, стояли и плакали София и Елизавета. Они увидели Максимилиана и зарыдали ещё сильнее. Димитрий стоял рядом с ними и поджимал губы.

Медленно Максим обернулся на меня. Я кивнул герою, и тогда он взял себя в руки и пошёл в сторону кровати.

Там на белых простынях лежал сильно исхудавший за такой срок Константин. Его лицо сливалось с простынью.

— Что произошло? — сумел выговорить Максим, посмотрев на более или менее вменяемого брата.

Димитрий не стал разочаровывать брата и выложил сухие факты, почему их отец сейчас был в таком состоянии. По мере рассказа у Максима начали трястись руки. И в конце концов Демидов выпалил:

— Я убью Святослава! Убью!

А ведь когда-то он восхищался им. Но теперь осталась лишь чистая ненависть. Чистая незамутненная ненависть, которая подпитывала безумие Максима.

Я подошёл к нему и положил руку на его плечо. Нужно было сгладить безумие. Сейчас Максим не мог взорваться. Не сейчас.

— Состояние графа Демидова критическое. Его ментальное тело не восстановить, — подошёл к семье Константина лекарь, отпустив перед этим всех помощников и других, чтобы сказать то, что можно лишь сообщить семье Демидовых. Но все уже и так поняли это. Жёны графа зарыдали с новой силой. — Нужно готовиться к прощанию…

Максим стряхнул мою руку с плеча и выхватил телефон из кармана. Я увидел, что рыжий начал бронировать кучу Зон высокого уровня и одновременно вышел из импровизированной палаты. Злость достигла апогея.

Я вышел вслед за рыжим, который уже планировал отправиться в ближайшую Зону, чтобы выпустить эмоции.

— Максим, — обратился я к Демидову. — Не торопись. Нельзя поддаваться эмоциям. Ты в любом случае не справишься со Святославом. Лучше побудь с семьёй и отцом.

— Не важно! — обернулся ко мне Максим и стёр злую слезу с щеки. — Я не могу им помочь! Лучше я отвлекусь, чем буду мешаться под ногами… Мой отец…

Максим не стал договаривать и быстро ушёл. Я же кивнул. Пусть будет так. Посмотрим, насколько он сможет сам прогрессировать. Моя игрушечка.

Content

Все еще Адский шеф. Книга 6

Глава 1 Брат

Глава 2 Покажем брату Зону

Глава 3 Переговоры

Глава 4 Ресторан Золотова

Глава 5 Минус Золото

Глава 6 Леоморт

Глава 7 Суета сборов

Глава 8 Vive la France

Глава 9 Гастро-тур

Глава 10 Башня

Глава 11 Романтика в Париже

Глава 12 Официальное открытие

Глава 13 Правила

Глава 14 Банкет и неожиданный гость

Глава 15 Первый этап турнира

Глава 16 Влияние рыбы

Глава 17 Второй этап, начало

Глава 18 Нарезки и бар

Глава 19 Третий этап

Глава 20 Гости, которых ты никогда не ждешь

Глава 21 Четвертый этап

Глава 22 Раскрытая тайна

Глава 23 Пятый этап — не конец?

Глава 24 Еще один сюрприз

Глава 25 Финал — это конец для кого?

Глава 26 Пока, Париж. Привет, проблемы