ЩИТ ИМПЕРИИ — Альтернатива

Пролог

Кабина наполнилась дымом, но почти сразу заработала система пожаротушения и через несколько мгновений я смог разглядеть своего противника.

Закопчённый с головы до ног, в необычном камуфляже — черно-белые полосы расчерчивали корпус робота по диагонали, чужой шагоход уверенно приближался к моей покалеченной машине.

«Класс — „Осирис“. Сто десять тонн, спаренные лазеры, ракетная установка, автопушка.»

Тревожно зашептал Санди.

Не в прямом смысле, — общение с демоном шло телепатически, но я прекрасно различал оттенки звучавшего в моей голове голоса.

А если по факту, связываться в одиночку со сверхтяжелым штурмовиком — не самое правильное решение, а уж в моём положении — форменное самоубийство. Щиты ставить нечем, броня местами поплавлена, а кое где её вообще нет, привод правого манипулятора заклинен, гидравлика сбоит и самое верное что можно сделать, — немедленно отступить.

То же самое говорит и Санди, но я только отмахиваюсь.

— Куда? Позади море, нас прижали! Ты чего?

Отступать действительно некуда, ещё немного, и хоть вплавь уходи.

«В астрал.» — коротко отозвался демон.

— А парни как же?

Перед началом заварухи под моим командованием было двенадцать шагоходов, теперь же, после получасового боя, осталось восемь.

«Валькирию» Антошина сожгли сразу, «Дервиш» Серёги сгорел вторым, а пару пустельг под управлением близнецов прямо у меня на глазах только что спалил этот разрисованный монстр.

«Будет лучше если ты сгоришь вместе с ними?» — последовал абсолютно логичный ответ. Сколько я ни старался, но человечность Санди не привил, мы хоть и сосуществовали на равных не один десяток лет, но его логика как была, так и оставалась для меня загадкой. Он мог искренне переживать за героев мыльных опер, и тут же, из-за пустяка, совершенно спокойно открутить голову человеку. Одно слово — демон.

Хотя сейчас, он-то как раз и мыслил логично. Остатки группы обречены, даже будь нас вдвое больше, против ящеров нам не выстоять, один только «Осирис» чего стоит. Так что, отступать некуда, позади тупик, и взятые в полукольцо, мы только и можем что подороже продать свои жизни.

— На двенадцать часов воздушные цели! — прохрипело в динамиках голосом флангового.

Переключив мониторы, сразу заметил несколько приближающихся точек. Скорее всего опять тяжелые истребители, — завоевав господство в небе, ящеры используют их как поддержку своим наземным войскам, и если они по наши души, то мы и повоевать-то не шибко успеем.

«Надо уходить!»

Вновь прорезался Санди.

— Рассчитай траекторию воздуха! — коротко бросил я, тут же всматриваясь в появившиеся на экране прерывистые линии.

«До контакта тридцать секунд.»

Это означало что через пол минуты от нас останется мокрое место. Пятерка тяжелых истребителей — это очень серьёзно, в другое время им бы просто не дали подойти, но когда армейское пво подавлено, а выделенную моей роте турель снесли минут десять назад, никто и ничто не сможет им помешать. Да, если мы дружно будем бить в одну точку, возможно кто-нибудь и попадёт, но толку-то? Остальные отстреляются как в тире, а если кого и не добьют, за них это сделают подступающие машины.

Единственный способ выжить, точнее продлить агонию, резко сблизиться с чужими шагоходами, вынуждая истребители отказаться от атаки. Не будут же они по своим бить?

Объяснять никому не пришлось. Под моим началом дураков нет, все бойцы опытные и решительные. Поэтому короткая команда, и только что пятившиеся остатки третьего гвардейского полка, дружно пошли в атаку. Во всяком случае со стороны казалось именно так.

По левому флангу, за скелетом порушенной многоэтажки, широко шагал могучий «Крепыш» поручика Тарасова, этот штурмовой шагоход был одной из самых серьёзных машин роты, и сейчас, даже учитывая все полученные повреждения, стабильно «наваливал» по противнику. Дальше за ним, чуть в отдалении, «Остолоп» прапорщика Михайленко, — пятидесятитонный, оснащенный прыжковыми двигателями универсал, не самый бронированный, с хорошими лазерами дальнего боя и автопушкой для средних дистанций. Конечно же он плохо подходил для таких атак, но сейчас и выхода иного не было. Следом двигался «Рубака» корнета Любочки, как и сам корнет — (Любочка это фамилия), робот был некрасив, но очень функционален. Восьмидесятитонная машина, из которых тонн тридцать приходилось на броню, держала в левой руке высокий щит, а в правой огромную секиру, и предназначена была для ближнего, контактного боя. Ему главное войти в клинч, а там… Крайним же атаковал ротмистр Семенов на своей «Крысе». Низкорослый, на коротких ногах и вытянутой вперед кабиной, этот шагоход вполне оправдывал своё прозвище. Несмотря на коротколапость, передвигался он очень шустро, и мог доставить проблем практически любому противнику.

Справа так же двинулись вперед все четыре машины. Правда, если левофланговые ещё как-то внушали, то здесь всё выглядело куда как печальнее.

«Альфонс» поручика Сейфуллина лишился правого манипулятора, «Бестия» штаб-ротмистра Стерненко коптила как паровоз, «Реваншист» — единственной оставшейся в живых пилотессы Ольги Стебель, вообще непонятно как передвигался, и единственный кто еще мог представлять угрозу, — «Малыш» вахмистра Мамуришвили. Хоть и потрёпанный, он умудрился сохранить в целости всё вооружение, и как раз в этот момент «разродился» залпом сдвоенных протонных установок.

Я же, на своём девяностотонном «Преступнике», находился по центру, и противником моим был «Осирис».

В лоб его не взять, броня у него крепче крепкого, и разменом ударами тут не обойтись. Наверное, будь он один, были бы шансы завалить это чудовище, но прямо за ним двигались ещё три шагохода, поэтому расклад не выглядел столь обещающим.

По-хорошему, прижаться к ним ближе, пропустить истребители, а потом, пока одни отвлекают, другие обходят с тыла. Но это всё теория, о том чтобы зайти в спину, можно забыть. Левый фланг не успеет, а правофланговых расстреляют, пока они разворачиваться будут.

«Время подхода подкрепления десять минут»

Тоскливо прогундосил Санди. Хоть и телепатически, но эмоции он передаёт очень понятно. И сейчас вот тоже, вроде сказал про подкрепление, а вроде как приговор подписал. Ну а что? Нам бы три минуты выстоять, а тут целый десяток… Нет, столько точно не протянем.

А что если?.. Возникшая мысль наверняка была не самой умной, но всё же давала шанс. Не всем, но многим.

— Пропускаем истребители и разбегаемся в стороны! — разгоняя машину почти до максимума, скомандовал я. Возражений не последовало, да и не могло их быть, приказы в моём подразделении всегда выполнялись беспрекословно.

Мне же нужно было сделать так, чтобы меня не свалили с ног, пока не доберусь до Осириса, а потом хоть трава не расти, — плевать.

Тем временем точки на радаре стремительно приближались. Вдруг удар, взрыв где-то снизу, вой сигнализации, и кабина вновь наполнилась дымом.

До Осириса всего ничего, метров сто, может быть меньше, но правая нога моего робота подогнулась, и если бы не Санди — проявивший чудеса эквилибристики, валяться бы мне на земле.

«Переключаюсь на дублирующие цепи» — прошелестело в мозгу, и в этот момент чужой шагоход ударил из автопушки.

Очередь из этого оружия обычно короткая, ствол греется, да и снарядов в барабане не много, но мне показалось что трясло меня целую вечность, а когда наконец затихло, датчики повреждений полностью залили силуэт машины красным. На автомате выставленного щита только и хватило чтобы ярко мигнуть, но шагоход ещё на ногах, хотя теперь любой выстрел может стать последним. Хорошо хоть дым быстро вытянуло, — система пожаротушения справляется, да и цель уже совсем рядом.

Давлю «на газ», а Осирис, готовясь к финальному аккорду, медленно поднимает руку.

Но даже если и попадёт — а сомневаться в этом не приходится, его это уже не спасёт.

А я… Я в любом случае труп. Хоть пока и не чувствую, но радиация уже убила меня. Температура реактора растёт, система охлаждения разбалансирована, а возможность принудительной остановки я только что заблокировал.

«Астрал?» — не теряя спокойствия шепчет Санди, но я молчу. Всё что мне нужно, заставить машину сделать ещё буквально пару шагов.

Владивосток. Российская Империя. 16 мая 2345 года. Старшая школа для одаренных

Сухощавый молодой парнишка в твидовом пиджаке и суженых на щиколотках брюках, стоял возле двери, внимательно прислушиваясь к происходящему.

Необходимости подходить ближе у него не было, разговор за дверью шёл на повышенных тонах, поэтому слышимость была отличная.

— Я тебе уже сказала, ты мне не нравишься! Уходи! Оставь меня в покое! — громко выкрикивала какая-то девушка.

— И не подумаю. — спокойно отвечал ей мужчина. — Или ты сделаешь то, о чём я прошу, или вылетишь из школы!

— Да ради бога! Не очень-то и хотелось! У тебя всё? — судя по тону, девушка говорила неправду, «вылетать» она не хотела, но то что предлагал мужчина, не нравилось ей ещё больше.

— Хорошо. Я скажу отцу, и тебя завтра же выкинут отсюда. А за компанию ещё и твоего сопливого братца… — ехидно усмехнулся мужчина.

— Брата не трогай! — почти взвизгнула девушка, и судя по звонкому шлепку, отвесила собеседнику пощёчину.

— Ух какая грозная… Чего ты его жалеешь? Он же тебе даже не родной?

— Не твоё дело! Просто оставь нас в покое!

— Ты ведь знаешь что мне ничего не стоит сделать так, что вас обоих не будет здесь завтра же… Вот прямо сейчас выйду, пойду к отцу, совру ему что-нибудь, и вылетите оба… Помнишь Вику Лободину? Помнишь что с ней стало когда её вышибли?

— Так она же… — начала девушка, но тут же сорвалась на крик — Или это твоих рук дело⁈

— Какая догадливая… — усмехнулся мужчина. — Вика отказала мне в моей маленькой просьбе. Тоже не верила… И чем всё кончилось?

— Вот ты мерзавец… Это же так низко! Так подло! Ты не можешь так поступить с нами! Ты не посмеешь!

— А ты проверь. Давай я ещё раз спрошу, и если мне не понравится твой ответ, пойду к отцу. Готова?

Подслушивающий парень напрягся, протянул руку к двери, но в последний момент одёрнул, поникнув плечами.

— Ты точно никому не расскажешь? — подумав немного, спросила девушка. Она явно решилась уступить шантажисту.

— Если сделаешь всё как надо… — довольно протянул мужчина.

Парень за дверью опять напрягся, но до дверной ручки не дотянулся, замер, и лишь когда голоса перешли на шепот, резко рванул её на себя.

А картина открылась ему весьма нелицеприятная.

Какой-то бугай, в таком же как у него твидовом пиджаке, зажимал в углу совсем юную барышню, одной рукой активно орудуя у неё под юбкой, другой пытаясь расстегнуть молнию на штанах.

Увидев неожиданного посетителя, девушка задёргалась, но тщетно, бугай же, не прекращая своего занятия, обернулся.

— Прочь! — Заорал он, и бросив ширинку, попытался дотянуться до визитёра, — Пошёл прочь!

— Пусти! — добавляя суеты, закричала девушка, — Мне больно! — но вырваться из цепких лап распалённого молодчика не смогла.

Парнишка же растерялся, на эмоциях ворвавшись сюда, теперь он явно не знал что делать. И так не сильно спортивный, он, по сравнению с бугаем, выглядел, прямо скажем, убого.

Но, видимо, брутальная внешность ещё не всё, поэтому колебался парень недолго, рыкнул что-то обидное, и решительно стиснув кулаки, кинулся в драку.

— Ах ты ж! — выругался бугай, когда словил прямой в челюсть, и скорее инстинктивно, чем целенаправленно, отпихнул от себя «обидчика».

Тот же, неловкий от рождения, оступился, и падая, умудрился приземлиться головой прямо на бетонный выступ у батареи.

Глухой удар, крик девушки, ругань её «кавалера», и сознание неудачливого спасителя навсегда покинуло облачённое в пиджак тело.

Со стороны это выглядело ужасно, и когда Лера — так звали жертву агрессора, смогла вырваться, ей показалось что её нежданный защитник мёртв. Но не успела она заголосить, как тот внезапно открыл глаза.

— Ты живой! — ещё громче закричала девушка, не замечая что в помещение ввалилась кучка подростков.

— Что с ним такое? Он умер? Вода! Есть у кого-то вода! — перебивая друг друга, загалдели они.

* * *

А для меня всё складывалось совсем неожиданно.

Только что я сгорел в кабине шагохода, а тут такое. Поначалу даже не понял, долго соображал — не сон ли? Но в итоге пришёл к выводу что всё происходящее — реальность. Как так вышло — вопрос не ко мне, я тут не при делах. А вообще перемещение душ практика хоть и редкая, но всё же встречающаяся, об этом я мог судить как никто другой. Так что, как это не прискорбно, если сие событие произошло, обратного пути нет, нужно осваиваться на новом месте. Да тут и жаловаться грех: Живой, вроде здоровый, ещё и пристанище мне досталось на удивление свеженькое, — мальчишка практически, плюс место хорошее, во всяком случае если судить по окружающему интерьеру.

«Школа, или институт?» — первое что приходит на ум, когда вижу стайку девушек в одинаковых юбках и блузках.

Лет по восемнадцать, хотя, может и меньше, выглядят словно клонированные, но в этом наверняка виновата форма и моё пока не сфокусированное зрение.

Вот только поглазеть мне не дали, подхватили под руки и перетащили зачем-то в другой угол помещения, усадив так же на пол.

Пока перетаскивали, галдели не прекращая, но в голове так сильно гудело, что разобрать ничего не смог, при том что в общем и целом, чувствовал себя нормально. А когда наконец смог сфокусироваться, обнаружил перед собой сначала шикарное декольте, и только потом встретился взглядом с его хозяйкой.

Огромные, словно блюдца, зелёные глаза, собранные в хвост волосы, аккуратный носик, небольшой рот, родинка на щеке — будто нимфа из сладких грёз.

— Вау… — озвучил я, и сам того не желая, потянулся к груди прелестницы.

— Ты что творишь! — зашипела девушка, и не дав мне даже коснуться себя, оттолкнула, а потом, спустя секунду, кто-то схватил меня за плечи и едва не выбив с трудом закрепившийся дух, оторвал от земли.

Контролировать тело должным образом я ещё не мог, поэтому воспринимал происходящее философски, и даже не пытался сопротивляться.

А обидеть меня решил какой-то бугай в дурацком пиджачке с дебильным выражением лица. Не удовлетворившись тем что потряс моё расслабленное тельце, он размахнулся, и что есть силы ударил прямо под дых.

— Оставь его в покое, Тополь! — едва не сбивая переростка с ног, между нами ввинтилась ещё одна юная особа. В такой же одежде, тоже блондинка, но пониже ростом и чуть пофигуристее.

Наверное, если бы не она, теоретически я мог бы собраться и навалять обидчику, но так получилось даже лучше, нехорошо начинать знакомство с членовредительства. Тем более, я ведь не знал что было до того, как мне «посчастливилось» оказаться в теле пацаненка. Может он сам виноват: сказал не так что-то, обидел чем-то здоровяка. О том что парнишка мог причинить ему физический вред, я не думал, слишком уж разными были весовые категории.

— Ну-ну… — пробухтел бугай. — Мамочка пришла, молочка принесла… Тьфу! Противно!

— Тебя обделили… — нехотя буркнула моя спасительница.

— Чем? — демонстративно вытаращив глаза, воскликнул здоровяк, — молоком?

— Мозгами. — тем же ровным тоном скорректировала девушка.

— Что ты сказала? — напрягся бугай.

— Забудь, это не тебе. — откуда-то появился ещё один парень в таком же дебильном пиджаке.

— А кому?

Но мы уже уходили. Точнее меня уносили, потому что, как оказалось, сам идти я пока не мог.

Вытащили из комнаты, протащили по длинному коридору, и усадив на широкую скамейку возле огражденной столбиками террасы, принялись ругать.

— Куда ты полез, Аркаша? — с нескрываемой обидой в голосе воскликнула девушка.

— Совсем с ума сошёл? — поддержал её парень. Оба этих подростка явно хорошо относились к тому чьё место я занял, и переживали.

— Да что я такого сделал? — совладав с голосом, кое как удалось прохрипеть.

— Ты больной? Зачем на Тополя полез? — парень покрутил пальцем у виска.

— Тополя? Какого тополя?

— Ты вообще в себе? — напряглась девушка.

— Да брось уже придуриваться, Аркадий!

— А я и не придуриваюсь. Какой сейчас год? — судя по тому как ноет затылок, обо что-то я крепко приложился, а значит пробелы в образовании и прочем можно попытаться списать на амнезию.

— Да Филатов… видать сильно ты башкой ударился… Может к врачу?

Ну вот, сработало. Даже и объяснять ничего не пришлось.

— К врачу не надо, я нормально уже практически, а с памятью действительно как-то не очень… Так какой год?

— Две тысячи триста сорок пятый, май месяц, шестнадцатое, среда. — ехидно протянул парень.

Я видел что он мне не верит, сочувствует, может даже переживает, но и только. А так получается что зашвырнуло меня не просто в чужое тело, но ещё и в чужое время. Сто четыре года разницы. Очень серьёзно.

— Круто. — сказал я, чтобы не молчать.

— Да что крутого-то? Ты серьёзно можешь сказать, зачем в драку полез?

— Не могу. Не помню. Тебя как зовут? — снова огорошил парнишку.

— Эдик. — ещё сильнее сощурился тот. — Это какая-то игра?

Я молча покачал головой.

— Меня тоже не помнишь? — так же подозрительно щурясь, поинтересовалась девушка.

— Неа… — мотнул я головой.

— Ты точно не придуриваешься? — переспросила она.

— А что, похоже?

— Не знаю. — поджав губы, барышня развела руками.

— Может, всё же к врачу? — встрял Эдик. Видимо, что-то сообразив, смотрел он хоть и с недоверием, но взгляд его стал серьёзен. Должно быть сам получал когда-то по голове.

— Нет, уже нормально… практически… Вот бы только до постели добраться, отлежусь минуточек шестьсот, и буду как новенький. — как можно небрежнее отмахнулся я.

Друзья переглянулись, но возражать не стали.

— Так тебе домой надо. Давай мы тебя проводим. — предложил Эдик, и видя моё недоумение, добавил, — тут недалеко, минут десять, если ты и это забыл…

Рассиживаться не стали, потому как я действительно валился с ног. Может парень настолько сильно головой тюкнулся, а может последствия перехода, но, так или иначе, мне было очень не по себе, и дико хотелось спать.

Выйдя с ограждённой территории, мы оказались на оживленной улице, по которой в четыре ряда сновали машины, а по тротуарам спешили люди. Высокие дома в какое-то бешеное количество этажей жались так близко друг к другу, что казалось, ткни крайний, и все посыпятся как домино. Повсюду мигала реклама, — яркая даже днём, блестели витрины магазинов, а насаженные под окнами клумбы обдавали резкими цветочными ароматами. Прямо сказка, а не город, особенно в сравнении с тем местом где я ещё не так давно находился.

Нет, не скажу что испугался, но и комфорта особого не испытал. Повсюду мерещились аномалии, и если бы не подталкивающие в спину товарищи, двигались бы мы на порядок медленнее. Хорошо ещё что шли по этому хаосу недолго, и вскоре уже свернули в какой-то относительно тихий переулок.

Медленно переставляя ноги, я постоянно осматривался, окружающая действительность оказалась настолько необычной, что всё казалось ненастоящим. Но как бы не было интересно, а идти было всё тяжелее, десять минут в итоге превратились в час, и то последние метры меня уже дотаскивали, передвигаться самостоятельно моё новое тело категорически не хотело.

Дом, перед которым мы остановились, резко выделялся, в первую очередь, размерами. Слева и справа высотки, а он совсем мелкий, всего-то в два этажа.

— Тут я живу? — с интересом разглядывая окна здания, я пытался отгадать «свои».

— Именно. — хором подтвердили мои спутники.

Небольшой заржавелый заборчик, ухоженные, но как-то аляповато, клумбы и обшарпанные стены жилища резко контрастировали с блестящей роскошью соседних зданий, но квартира в таком домике должна была стоить приличных денег, ведь если мои экскурсоводы не соврали, — это самый центр города.

— Здравствуйте, Мария Афанасьевна! Аркадию плохо стало на перемене, упал, спать сильно хочет. — Сказала девушка открывшей двери женщине. Матери? Но тогда сколько ей лет? На вид слегка за тридцать, невысокая, собранные в тугой хвост темные волосы, глаза добрые, чуть миндалевидные, брови тонкие, явно рисованные, но в общем, довольно приятная мадам, во всяком случае отторжения не вызывает. Пусть ей даже тридцать пять, минус восемнадцать — свой возраст я пока не знал, но, судя по всему, около того, выходит, когда она родила, ей было семнадцать. Так что, эта приятная женщина, на самом деле может быть и матерью. Хотя…

Вот кучу прояснил всякого, но про то с кем живу, не выяснил, поэтому буду молчать.

— Спасибо Ирочка, зайдёте? — улыбнулась хозяйка.

— Нет, в другой раз, у нас уроки ещё, мы пойдём. — ответила Ирина, и подтолкнув меня вперёд, сошла со ступеней.

А я же, оказавшись внутри, опешил.

Огромный холл, или зал — не знаю как назвать это великолепие, впечатлял. Нет, не роскошью, с этим как раз было туго, а своими размерами. Прямо не квартира, а дворец. Потолки метров семь, высоченные окна, колонны вдоль стен, лепнина повсюду. Мебели, правда, почти нету, но так даже лучше, больше места и свободнее.

— Что у вас случилось? Подрался? — внимательно глядя на меня, спросила женщина.

— Нет, упал в туалете. На кафеле подскользнулся… Спать хочется, голова болит и кружится… — со вздохом сообщил я, и отказавшись от еды, попросил довести до кровати.

— Конечно-конечно! — засуетилась та, — обопрись на меня, и пойдём. — Вижу ты что-то совсем плохо выглядишь… Может врача?

От врача я отказался, и кое-как поднявшись на второй этаж, вырубился на кровати одной из многочисленных комнат.

Спал без снов, и когда проснулся, на улице было темно.

Привычно полежал немного, пошевелил конечностями, похрустел шеей, и убедившись что всё в порядке, поднялся. Ничего не болело, не ныло и даже не затекло.

Осмотрелся.

Шкаф у стены, книжная полка сбоку, письменный стол, кресло, и кровать на которой я спал. Ничего лишнего, мебель пусть и не новая, но вполне добротная. Жить можно.

Да и в целом, комната хоть и не особо большая, зато с балконом и отдельной уборной, что не могло не радовать.

На балконе почти ничего нет, лишь одинокий стул, а вот в уборной полный комплект — унитаз, душевая кабина, даже машина стиральная имеется. Как минимум, для начала неплохо.

Умывшись и сделав свои дела, с любопытством заглянул в зеркало.

Ну что тут скажешь, не красавец, но и не урод. Так, проходной вариант, вполне вменяемый. Лицо овальное, глаза, нос, рот — всё на месте. Волосы чёрные, ёжиком, на что ещё вчера обратил внимание. Худоват слегка, но это подростковое, нарастёт. С мышцами зато порядок, рельефа особого нет, но чувствуется что парень чем-то занимался.

Закончив с разглядыванием своего молодого «пристанища», я вернулся в комнату и внимательнейшим образом изучил всё что смог найти.

Прошерстил одежный шкаф — небогатый кстати, перетряс ящики стола, заглянул под кровать и залез на полку за дверью.

Тетрадки, немного книг, кучка журналов, бутылка с какой-то жидкостью, пара гантель, плакат на стене с пышногрудой красоткой, утыканный дротиками дартс, пакет с носками, бинокль и целая банка карандашей.

Ничего неожиданного, обычный подросток. Вещи разного качества, есть очень хорошие, а значит дорогие, но все они старые. Новое же, ширпотреб. Скорее всего, когда-то дела у семьи шли хорошо, а сейчас стало не очень.

Сначала не заметил, но потом на глаза попались «мои» документы, два пластиковых прямоугольничка, — паспорт и свидетельство о рождении.

Звали меня — Филатов Аркадий Афанасьевич, восемнадцати лет отроду. Место рождения славный город Москва, мать — Надежда Григорьевна Филатова, отец — Филатов Афанасий Николаевич. Судя по штемпелю, прописан я был здесь, в этом доме, но паспорт свежий, поэтому понять, где проживал ранее, невозможно.

Ну хоть узнал что встретившая меня женщина не мать мне, уже хорошо. В смысле что узнал, хорошо.

А вот одежды, в которой вчера пришёл, не было, видимо Мария Афанасьевна унесла в стирку. Но в шкафу нашёлся почти такой же — правда на размер меньше, комплект, и через несколько минут я уже был готов к выходу.

Куда идти, вопроса не возникало. Дорогу до школы запомнил отчётливо, а то что пропускать занятия нежелательно, объяснили мне мои вчерашние спутники.

Спустившись вниз, никого не нашел. Прошёлся по комнатам — тоже пусто. И только уже когда заглянул на кухню — совершенно случайно кстати, узрел стоящий на столе завтрак.

Тосты, пара вареных яиц и стакан сока. Вкусно и питательно.

Расправившись с едой, ещё раз обошёл дом, но так никого и не встретив, вышел на улицу.

Погода супер. Не жарко и не холодно, как раз как я люблю. Солнце, правда, ещё совсем низко, может повыше когда залезет и изменится что-то, но пока мне всё нравилось.

К зданию школы пошёл точно так же, как и пришёл оттуда, потеряться не получилось. Пока добирался, разглядывал окрестности и людей. Одетые как попало, они совершенно не обращали друг на друга внимания. Будто роботы, — раз два, левой, левой… вот столкнулись двое, буркнули что-то, и дальше пошли. Крайне безэмоционально. А вот машины красивые, самых причудливых форм и расцветок. Есть словно капли, есть квадратно-брутальные, ну и встречаются некие переходные варианты. Мне же, привыкшему к более практичным моделям — таким чтобы пулемёт легко поставить, а лучше вообще что-нибудь гусеничное, всё казалось необычным, и слишком изнеженным.

Добрался в итоге быстро, и ждал ещё минут десять пока откроют центральный вход. Первым не пошёл, а спрятавшись в теньке, посматривал на подъезжающие машины и важно появляющихся оттуда студентов.

Знакомых не было, да и не удивительно, запомнил-то я только Ирину с Эдиком, девчонку из туалета, и того здорового бугая.

Математика и Физика

Как я и предполагал, Эдик пришел пешком, а не привез свою тощую жопу в лимузине.

В принципе, много кто подходил на своих двоих, но казалось что возимых было гораздо больше. Поток машин не кончался, и они уже создавали перед школой существенную пробку. Нет чтобы высадить своих пассажиров просто рядышком со зданием, водители длинных катафалков так целеустремлённо стремились подъехать к центральному входу, словно в этом заключался весь смысл их шоферской жизни.

Многое мне пока неизвестно, но судя по тому что вижу, всё стандартно и детишки здесь делятся на два типа: на тех у чьих родителей есть деньги, и тех и кого их нет. Богатых возят, бедные ходят пешком.

— Привет! — едва я вышел из своей «засады», как меня сразу же «срисовал» Эдик, — Ты как сегодня? Вспомнил что-нибудь?

— Неа… Так, пробивается что-то частично…

— Что, даже родные стены не помогли? — опять нахмурился Эдик.

— Представь себе, нет. — ответил я как можно небрежнее. — А та женщина в моём доме, она кто мне?

— Ну ты даёшь! Это ж сестра твоя!

— Сестра? Ты ничего не путаешь? — на роль матери по возрасту она подходила, но сестра? Хотя почему нет?

— Ну да, сестра. А чему ты удивляешься?

— Да так. Я ж не помню ничего. Или ты забыл?

— Не забыл. Удивительно просто. Тебя словно подменили, даже ходишь теперь не так как-то…

— Не так?

— Ага. Раньше ты осторожно двигался, под ноги смотрел, не лез вперед всех, а сейчас как тараном работаешь… — ответил Эдик, когда мы пробились через столпившихся у входа учеников.

— Это хорошо или плохо?

— Не знаю. Наверное хорошо. — пожал плечами тот.

— Филатов! Стоять! — окликнули сзади, и на плечо мне легла чья-то тяжелая рука.

Будь я в форме, сломал бы. А так только вывернул, заставив обладателя конечности заорать от боли.

— Ты охренел, Филатов⁉ — отскочив к стене, незнакомый мужчина средних лет прижимал повисшую плетью руку, и что-то мне подсказывало что я напортачил.

Вот только мгновенного наказания не последовало, пробуравив меня взглядом, незнакомец выругался неприлично и ускакал куда-то огромными шагами.

— Ты зачем это сделал? — округлив глаза, прошептал Эдик.

— А какого хрена он меня лапает? — возмутился я. — Кто он такой вообще?

Эдик посмотрел пристально, и со вздохом пояснил что я только что чуть не сломал руку физкультурнику, у которого уже больше полугода мы занимаемся на дополнительных занятиях.

— И чему он нас учит?

— Так понятно чему, драться… — снова вздохнул мой товарищ.

— Значит пусть радуется, научил. — не смог не съехидничать я, хотя и понимал что перегнул палку.

В класс зашли со звонком.

Просторное помещение с большими окнами и высокими потолками, три ряда парт, стол преподавателя, пара шкафов, и какой-то непонятный прибор возле доски.

Учеников много, на каждом ряду заняты почти все парты, плюс мы с Эдиком, выходит больше двадцати человек.

В спешке готовящаяся половина, даже не заметила что мы вошли, а те кто не заморачивался повторением, или списыванием, отнеслись к нашему появлению совсем вяло. Пара «приветов», столько же кивков, и вот мы уже сидим на последней парте первого ряда.

— Ты доклад сделал? — выкладывая из портфеля стопку тетрадей, прошептал Эдик, но тут же опомнился, — А… Ты ж не это… Ладно…

Глядя что достает товарищ, я нашёл то же самое, и водрузил на стол одновременно с появлением преподавателя. Точнее преподавательницы.

Высокая блондинка лет тридцати, с «коровьими» глазами и необъятной грудью, внешне казалась глуповатой, что не вязалось с названием предмета который она преподавала — «высшая математика и теория вероятностей»

— Скоро экзамен… — наклонившись к моему уху, прошептал Эдик, пока я разглядывал манящее декольте учительницы.

— Экзамен?

— Угу. Первый из тринадцати… — так же шёпотом уточнил мой новый друг.

— Здравствуйте! — пройдя к своему столу, и поздоровавшись, блондинка повесила сумку на спинку стула.

Класс отозвался нестройными голосами.

— Как вы все знаете, скоро у нас будет экзамен, и мне очень бы не хотелось чтобы кто-нибудь его завалил. Это понятно?

Остатки «глуповатости» слетели, стоило женщине заговорить. Уверенная в себе, взгляд прямой, держится королевой — такие представительницы прекрасного пола мне всегда нравились, наверное поэтому не успел вовремя отвести взгляд от груди математички.

— Филатов! У тебя есть вопросы? — «поймала» мой интерес она.

Я пожал плечами, не зная что говорить.

— Или ты всё выучил, и всё знаешь?

Моя деятельность в прошлой жизни требовала высокого уровня разнообразных знаний, в том числе математики, и я мог надеяться что здесь не будет ничего такого, что было бы мне непонятным.

— Вроде того.

Женщина усмехнулась.

— Вот тебе раз! Ещё на прошлом уроке стоял у доски — «ни бе, ни ме», а тут вдруг разом поумнел? Так получается?

— Вроде того… — повторил я.

Ученики зашевелились, закрутили головами, раздались смешки и хихиканья.

— Может, тогда и к доске выйдешь?

— Как скажете… — буркнул, поднимаясь со стула. Вообще-то сейчас бы лишний раз не отсвечивать, но чего уж теперь…

— Что решать будем? — когда подошёл ближе, снова усмехнулась преподавательница.

Чтобы не пялиться на грудь женщины, мне пришлось повернуться к доске. Я хотел взять мел, но мела не было. Да и доска ничуть не напоминала привычную. Гладкая и блестящая, она скорее походила на экран телевизора, чем на то что висит обычно в школьных классах. Хотя чего греха таить, я и не был никогда в нормальной школе, а то место где учили меня и моих сверстников, больше походило на бомбоубежище. Доски у нас были обычные, с мелом, тряпками, учебники в дефиците, а терминал только у учителя.

— Что угодно… — пожал я плечами, на ходу соображая как же работает это чудо техники. И нет, я понимал что тут что-то сенсорное, но уж больно непривычно выглядело.

Женщина задумалась на мгновение, и с насмешкой произнесла,

— Как насчёт теоремы Лагранжа?

— Да пожалуйста… — буркнул я, мимолётно удивляясь простоте задачи.

В классе снова захихикали, а блондинка передала мне какую-то палочку типа небольшой указки.

— Тогда бери стилус, и покажи на что ты способен. — сказала она.

«Получается это и есть мелозаменитель», — подумал я, и проведя небольшой эксперимент по проверке работоспособности сего агрегата, за пару минут набросал на доске доказательство теоремы.

— Это какой-то фокус? — спросила внимательно наблюдавшая за моими действиями женщина.

— Как хотите. — не стал я спорить.

Она поднялась со своего места и подошла так близко, что едва не коснулась меня своим необъятным бюстом.

— Хорошо… — забрав стилус, блондинка написала на доске элементарное интегральное уравнение.

— Семь вторых в десятой степени. — быстро посчитал в уме.

— Что? — обернулась она.

— Получается семь вторых в десятой степени. — повторил я.

— На ходу подметки рвёшь. — улыбнулась женщина. — А если проверю?

— Да пожалуйста.

Потратив на решение уравнения пару минут и получив такой же ответ, она озадаченно повернулась, и внимательно посмотрела мне прямо в глаза.

— Не пойму, как ты так делаешь, но ведь это какой-то фокус?

— Как хотите. — снова не стал спорить, надеясь что она отстанет.

Но не тут то было, блондинка не унималась, придумывая новые и новые примеры.

— Вот скажи мне пожалуйста, к чему был цирк, который ты устраивал мне весь последний год? — наконец «сдалась» преподавательница.

— Не знаю. — пожал я плечами. Выдумывать что-то, так мало зная об окружающем, себе дороже, поэтому лучше ограничиваться короткими ответами: Да, нет, не знаю.

— Может ты занимался с репетитором?

— Ага, по физкультуре! — насмешливо фыркнул незнакомый мне здоровяк с последней парты третьего ряда. Едва умещающийся на своем месте, он походил на огромного гиббона, но выглядел при этом на удивление добродушно.

— Косую сажень в плечах накачать хотел! — добавил его сосед.

Учительница в который раз пристально посмотрела на меня, словно пытаясь найти в чём же загвоздка, и произнесла негромко,

— Хотел в плечах, а накачал, получается, во лбу…

— Косая сажень во лбу? — повторила симпатичная девушка с первой парты, и глупо хихикнув, прикрыла рот ладошкой.

Наверное проверка продолжилась бы дальше, но тут прозвенел звонок, и повскакивав со своих мест, ученики бросились на выход.

— Филатов! Задержись! — остановила меня блондинка.

— Ты точно не жульничал? — когда последний из моих одноклассников покинул класс, спросила она.

— Точно.

— Значит весь этот год занимался сам?

— Да.

— Хорошо… Если всё так, как ты говоришь, у тебя есть неплохой шанс поступить в высшую школу, но нужно успеть подать заявку.

— У меня есть время подумать?

Решать такие серьёзные вещи с бухты-барахты я не хотел, мой «вес» в новом времени был крайне невелик и дальнейшая судьба зависела от множества факторов. Если проводить аналогии, моё сегодняшнее состояние — бумажного кораблика посреди океана, заставляло крайне осторожно предпринимать какие либо шаги.

— До экзаменов. — ответила преподавательница, — Приём документов закончится с их началом.

Выглядит странно, мне казалось что подача документов и выбор вуза происходят после экзаменов, но спорить не стал, а по обыкновению просто кивнул.

Блондинка же, закончив разговор на столь оптимистичной ноте, посмотрела на часы и сообщила что если я сейчас же не рвану на урок, то опоздаю.

Делать было нечего, и на прощанье ещё раз посмотрев в широкий вырез платья женщины, я двинулся на выход.

— Чего так долго? — у дверей дожидался Эдик. — Побежали скорее!

До конца коридора, вверх на два этажа и ещё столько же по прямой.

— С каких это пор вы позволяете себе опоздания? — гундосо перехватила нас ещё одна дама, похожая на паровоз и совсем не привлекательная.

— Простите Маргарита Львовна, больше не повторится… — низко опустил голову Эдик.

— Простите. — повторил за ним я.

Физика. Судя по многочисленным плакатам, здесь был кабинет физики, а могучая женщина тем самым человеком что вкладывал этот предмет в пустые подростковые головы.

— Сегодня у нас новая тема. — дождавшись когда прощённые мы, усядемся за свою последнюю парту, начала женщина.

— Механическое влияние тела на окружность в астрале.

Так же как и математику, физику я любил и знал, но демонстрировать на этот раз ничего не собирался. Хорошего помаленьку, как говорится.

— Это последняя тема нашего с вами образования, поэтому постарайтесь хорошенько усвоить её. — добавила она. — Тем более это касается тех кто пойдёт в высшую школу, где без физики вы не то что учиться не сможете, вас там даже в туалет, простите, не пустят.

Каким боком незнание физики относится к посещению туалета, я не сообразил, но переспрашивать, разумеется, не стал. Может, это присказка у неё такая, а я тут умничать буду. Вот только как бы не хотелось мне «спрятаться», участь моя была предопределена опозданием. Сначала женщина-паровоз вызвала Эдика, заставив его минут десять мычать у доски, а потом без паузы принялась за меня.

— Ну что, Филатов? — разглядывая журнал, что-то отметила физичка.

— Что? — повторил я.

Женщина подняла голову и так пристально уставилась мне между глаз, что могла бы и дырку прожечь. Вот только я, уже не я — в контексте случившегося, поэтому её тяжёлый взгляд выдержал спокойно, опыт был.

— Ну ладно. — наконец махнула она рукой. — Пиши все формулы которые помнишь.

И тут бы мне проблеять чего нибудь по типу Эдика, да отвалить на место, но врожденная «скромность» не позволила.

— Так доски не хватит, Маргарита Львовна. — зачем-то копируя её манеру, прогундосил я.

— Серьёзно? — не уловив издевки, приподняла очки физичка. — не хватит доски чтобы нацарапать все известные тебе три формулы? Или ты будешь большими буквами писать?

— У него кривая сажень в башке, он умный теперь! — хихикнул тот же здоровяк с третьего ряда.

— Косая. И не в башке, а в плечах. И не у него. — Смерив здоровяка недовольным взглядом, поправила Маргарита Львовна. Класс заржал.

Естественно, я обиделся. Осторожность осторожностью, но когда ты ещё вчера «правил балом» такое воспринимается несколько болезненно.

— А давайте я вам расскажу как могут сингулярности не скрывающиеся за горизонтом событий, возникать из реалистичных начальных условий?

— Чего? — собрав лицо в кучу, подвисла физичка.

— Или лучше опровергну версию космической цензуры Роджера Пенроуза, в которой предполагается что это невозможно? А может вы мне объясните почему голые сингулярности встречаются гораздо чаще, чем чем экстремальные решения уравнений Керра-Ньюмана?

В классе повисло молчание. Наверняка не будь опыта с математикой, ржака так бы и продолжалась, но опыт был, и сейчас мои одноклассники предвкушали эпичную развязку.

— Ты сам-то понял что сказал? — отмерла Маргарита Львовна.

Я промолчал.

— Изобрази для начала все три закона Ньютона и формулу Хаоса, а там уж и к сингулярностям перейдём…

Заняло это у меня не больше двадцати секунд, основная часть которых ушла на поиск стилуса.

— Закон Ферра. — хмыкнув, продолжила физичка.

Я исполнил.

— Теорему Гаусса. — она поднялась со своего места и поправляя сбившееся на заду платье — напоминающее чехол для танка, подошла ближе, заглядывая мне в ухо.

Гаусса я доказал уже не настолько споро, понимая что так мы и до научной работы дойдём.

Женщина молча смотрела пока я писал, и когда закончил, задала ещё парочку вопросов.

— Ну что ж, Филатов… — задумчиво произнесла она.

— Всегда думала что с вашим классом я бесполезно трачу своё время, но теперь вижу, — не зря. Ты думаешь поступать в высшую школу?

Мне ничего не оставалось, как только кивнуть.

Физичка задумчиво уставилась в журнал.

— Первый раз вижу чтобы умный человек так хорошо представлялся дурачком… Какой у тебя индекс?

— Эмм?.. — подвис я, но тут вмешался Эдик.

— Семь-тринадцать, Маргарита Львовна! — выкрикнул он из-за парты.

Та недовольно зыркнула на выскочку, но ругать не стала.

— Если поднажмёшь, Филатов, вполне сможешь поднять до десятки. А там прямая дорога в высшую школу…

— С математикой, думаю, всё тоже неплохо?

Я кивнул.

— Да уж… — вздохнула она, и резко переключилась на остальных учеников.

— До конца урока пятнадцать минут, на каждого по минуте! Азаров — к доске!

Сказать что тупые — не скажешь. Скорее ленивые и не сильно мотивированые одноклассники с переменным успехом сдавали этот мини экзамен, и в итоге пол класса получило незачет.

— Это даже не двойка, это хуже! — констатировала Маргарита Львовна. — Девкам-то ладно, нос припудрила и замуж, а вот вам мальчики, должно быть стыдно. Куда вы с такими знаниями? Унитазы крутить?

— Ну почему… Я, например, в военную академию собираюсь — снова подал голос здоровяк с третьей парты.

— С тобой понятно, Виталик, то что у тебя кривая сажень во лбу, я сразу догадалась, ещё в начальной школе. А вот остальные?

Услыхав про кривую сажень, Виталик довольно заулыбался, и выпятил грудь. Причём так тупил не только он, а добрая половина одноклассников которая смотрела на него с неприкрытой завистью.

Естественно, были и те что поняли шутку юмора, но само наличие такого количества дебилов в одной из лучших школ города нисколько не вдохновляло. И это только начало.

Хотя, справедливости ради, надо сказать что школа эта особенная, и при наборе детей смотрят не на индекс интеллектуального развития, а на предрасположенность к использованию силы. Есть потенциал? — Добро пожаловать, даже если как пробка туп. Ну а нет, так хоть семи пядей во лбу, — извините.

А после урока Эдик сказал что будет большая получасовая перемена и потащил меня в столовую. Есть не хотелось, но оставаться одному не хотелось ещё больше. Не скажу что школа пугала меня, но без прежних возможностей я чувствовал себя не в своей тарелке. Тело досталось мне «одарённое», но весьма и весьма скромно, поэтому действовать приходилось с тройной осторожностью. И нет, кое что я и сейчас мог, совсем беззащитным не был, но по сравнению с собой прошлым, мои теперешние возможности выглядели весьма уныло.

— Сегодня должны быть классные пирожки с грибами, их всегда по четвергам готовят! — распалялся мой голодный товарищ.

— А кроме? — спросил я, потому что грибы не любил ни в каком виде.

— Да много чего… — задумался Эдик. — Но пирожки, это нечто!

Столовая оказалась на первом этаже и первое что я увидел — длиннющую очередь.

— Охренеть… — вырвалось у меня, но Эдик успокоил, сказав что на раздаче семь точек и обслуживают очень быстро.

— Ты пока займи место, а я постою. — предложил он, кивнув на свободный стол в углу перед окном.

Судя по тому что я видел, занять место — положить портфель на стул. Половина всех стульев зала держали на себе разнообразные рундучки и сумки. Вот и я сделал так же, но не успел отойти, как за спиной что-то шмякнулось об пол.

Стычка в столовой и залет

Вопроса — «что это было?» У меня не возникло. Упал мой портфель, а за занятый только что столик усаживались трое нагловатого вида подростков, от которых ощутимо фонило силой.

— Вот суки… — пробормотал я, решительно направляясь обратно. Есть у меня не то чтобы не хорошая, но не всегда своевременная черта — обострённое чувство справедливости. Разум говорит что надо бы тихонько портфельчик поднять, отряхнуть, и удалиться в туман, но внутреннее эго требует немедленного возмездия. И нет, разозлившись, голову я не потерял, и позволил вспышке гнева вырваться наружу лишь просканировав противников, из которых лишь один мог претендовать хоть на что-то приличное.

— Не надо! — пискнул Эдик, каким-то непостижим образом телепортировавшись из очереди, и повиснув у меня на руке, но задержать не смог, я легко стряхнул его, продолжая движение к цели.

Говорить, пытаясь донести до наглецов понятия элементарных правил поведения — нет смысла, поэтому выход один, повлиять физически.

Бить ногой по лицу сидящего человека не только удобно, но и весьма действенно. Поэтому одного я с ходу отправил в нокаут указанным способом, второго приложил лицом о стол, а вот третий успел ускользнуть, и теряя тапки, рванул к выходу. О том чтобы сопротивляться, никто из них даже и не подумал.

— Что это было, Аркадий? — спустя пол часа я стоял перед наскоро собранной комиссией, из которой мне была знакома лишь математичка с огромным бюстом.

— Драка. — скрывать или юлить смысла нет, мне только что показали в записи то, что я назвал дракой.

— Это не драка была, Аркадий, а избиение. Может быть ты нам расскажешь что тебя толкнуло на сей нехороший поступок?

Не знаю, нарочно ли, или случайно так вышло, но на записи нет момента когда эти уроды скинули мой портфель, зато есть непонятно с какого перепуга налетевший и побивший скромных «мальчиков» я.

— Личная неприязнь. — отвечаю, не желая оправдываться.

Комиссия молчит какое-то время, но потом обсуждение всё же продолжается.

— Ты понимаешь, Аркадий, что теперь тебя отчислят? — нахмурившись, спросил, или скорее констатировал большой толстый мужик, по всей видимости бывший здесь главным.

Я пожал плечами. Открывать рот когда даже не знаешь имен тех с кем говоришь, это совсем не хорошо, тем более когда есть риск нарваться на куда большие неприятности.

— Готовить приказ об отчислении? — тут же подскочила одна из присутствовавших дам, широкозадая брюнетка в коротком платье, вероятно исполняющая роль секретаря.

Большой мужик покосился на неё недовольно, будто она не повторила то, что только что произнёс он сам, а выдала какую-то совсем левую ересь.

— Аркадий, — не удостоив даму ответом, он повернулся ко мне, — Подожди за дверью, я позову тебя когда мы примем решение.

Разумеется, спорить я не стал, и послушно вышел в коридор, но от двери далеко не отошел. Сначала так прислушался, но кроме неразборчивого бухтения ничего не услышал, огляделся — никого нет, звонок ещё не прозвенел, и уже не таясь, прижался ухом к двери.

— Да всё я понимаю, Тамара Петровна — говорил главный, — мне уже и из министерства звонили на счёт этого происшествия, и из управы… Но и вы меня поймите, не могу я подписать приказ, ведь там, ТАМ! — выделил он, — меня просто не поймут!

— Да что такого в этом Филатове? Что вы с ним как курица с яйцом? Или он какой-то особенный? — возмутился кто-то из тех, чьего голоса я пока не слышал.

— А вы не знаете? — уже спокойнее произнёс главный.

— Знаю. Поэтому и говорю! — ответили ему.

— Тогда я вас не понимаю. Ведь даже если парнишка изгой, для нас это ничего не меняет!

— Ну и что вы предлагаете?

— Ничего. Скоро экзамены, потом выпуск, пусть сдаёт и валит на все четыре стороны. Главное, чтобы сдал нормально, а то ещё и объяснять придётся почему мы его так плохо научили…

— Сдаст. — заговорила математичка. — Не знаю как, но он умудрился освоить весь школьный курс, и даже немного ушёл вперёд. Причём освоил так, что дай бог каждому!

— Но постойте, что я скажу Тихомировым и Иванниковым? — взвизгнула «секретарь».

— Как есть, так и говорите, хотят, пусть сами разбираются, если осилят. А пока всё, собрание закончено! — объявил главный, и я едва успел отскочить от двери, как она распахнулась.

Первым вышел толстяк, увидев меня, он насупился, погрозил пальцем, и пробурчав что-то вроде «больше так не делай», двинулся к лестнице.

Следом потянулись женщины, но они совсем не обратили на меня внимания, и лишь математичка сказала чтобы я не торчал тут и шёл на урок, исключение откладывается на неопределенный срок.

— А на будущее, — легонько постучала она себя по лбу, — включай голову, и не допускай таких ошибок. Это здесь деревня, а в высшей школе тебе подобные выходки никто не простит. Сечёшь?

Конечно, я и сам понимал что выступил не ко времени, но задним числом мы все умны. Теперь-то уж поздно каяться.

А вот на уроке меня не ждали.

— Филатов? — когда постучав, я приоткрыл дверь, удивилась стоящая у доски учительница.

Высокого роста — из-за каблуков, в коротком платье, едва вмещающемся в рамки хоть какого-то приличия, красавицей она не была, но во всю к этому стремилась. Брови, губы, волосы — всё явно искусственное, по отдельности, наверное, красиво, но вместе смотрится очень неестественно.

— Да, это я. Можно пройти?

Женщина нахмурилась и некстати спросила,

— Ты за вещами?

Видимо весть о моём проступке и вызове на комиссию успела облететь всю школу, ну а дальше люди уже домыслили. Раз сотворил такое, должен вылететь с треском.

— Нет, учиться. — отвечаю, и не моргнув глазом, прохожу к своей парте в первом ряду.

— Филатов… У тебя точно всё нормально? — недоверчиво повторяет учительница, но я только пожимаю плечами и она выходит из класса.

— Проверять пошла. — ухмыляется Эдик, спрашивая уже шёпотом, — что там было, на комиссии?

— Да ничего. — так же шёпотом отвечаю я, но в наступившей тишине мой голос прекрасно слышен, и достигает почти всех «развесивших» уши одноклассников. — Пожурили немного, мол зачем убогих обижаю, да и отпустили.

— Круто!.. А мы думали ты всё, не придёшь больше. — Восхитился Эдик.

Дальше поговорить нам не дали, преподаватель вернулась, и как ни в чем не бывало продолжила урок, называвшийся «геометрия жизнедеятельности». Несмотря на название, к геометрии, как науке, он имел весьма посредственное отношение, поэтому я не сразу понял о чём вообще идёт речь. Благо экзамена по нему не было, а заработанные моим предшественником оценки давали возможность расслабиться.

— Слушай, а где Ирка? — спросил я у Эдика, когда урок закончился и мы вышли из класса.

— Так на учёбе, у них сегодня семь уроков, если я ничего не перепутал…

Забывая про мою амнезию, говорил Эдик не всегда понятные мне вещи, но суть я уловил — будучи дочерью какого-то влиятельного типа, Ирина училась в «А» классе вместе с другими детьми влиятельных людей, и увидеть её можно лишь после занятий.

В отличии от нашего «простолюдинского», народу в её классе было не так много, и те балбесы которых я побил, оказались её одноклассниками. Наверняка будь на их месте кто-нибудь из «бэшек», такого кипиша не подняли бы, а тут нельзя, как же, белую кость тронули… Вот только почему директор не стал подписывать приказ?

Эдик по этому поводу ничего внятного сказать не мог, поэтому приходилось только гадать. Изгой? Но кто и откуда меня изгнал? Остались какие-то связи у сестры? А может я подкидыш с мутной историей рождения? — Вопросы возникали гораздо быстрее чем находились ответы, но в этом не было ничего удивительного, поэтому я их просто «складировал».

— Подскажи, кто те уроды из столовой? — зашёл я с другой стороны.

— Козлы. — просто ответил Эдик.

— Это я уже понял, ты давай поподробнее, кто такие, откуда…

— Ломтев, Иванников и Тихомиров. Родители у них крутые, а детки тупые и наглые.

— И что, ты даже не догадываешься почему меня не выперли?

— Нет. — помотал головой он.

— А про мою семью что знаешь?

Доверять, кому бы то ни было, в моём положении очень опасно, и Эдик не исключение, но нехватка элементарных знаний грозила обернуться разоблачением, поэтому выбирать из двух зол приходилось меньшее.

— Не особо. — покачал тот головой. — Ты с нами с того года учишься, но о прошлом не говорил никогда. Да я и не спрашивал…

— А Ирка знает?

— Может быть. Она к тебе вообще неровно дышит, хотя и не показывает вида. — неожиданно сообщил Эдик, и мне показалось что в его голосе промелькнула нотка ревности.

Портить отношения с единственным «знакомым» человеком я не хотел, поэтому буркнул что девушка не в моём вкусе, хотя она определённо была красива и мне понравилась. Но если обобщить, мне сейчас вообще все девушки нравились. Ну почти. И нет, ничего сверхъестественного, простая физиология. Восемнадцать лет, гормоны прут, куда уж теперь деваться?

Но это ладно, с этим можно и позже разобраться, есть вещи куда более важные чем понравившаяся девчонка.

— Слушай, а как у меня с деньгами?

Тайники в комнате я не искал, но там где смотрел, никаких заначек не было, как не было и вообще ничего стоящего.

— Честно? — отвёл глаза Эдик.

— Нет, соври давай. — пошутил я.

— Как бы помягче сказать…

— Да уж как есть говори, не обижусь.

— Ну… обычно ты даже в столовую не ходишь, а вещей, кроме формы, у тебя вообще ни разу не видел…

— А там не бесплатно разве? — мне казалось что в любых школах, а тем более в такой продвинутой, денег за кормежку не берут, но похоже что здесь я ошибался.

— Нет, бесплатно только в начальной и средней, а в старшей и высшей всё за кэш.

— Мда. Расстроил ты меня… А тот дом в котором я живу, он чей?

На этом вопросе Эдик подвис и задумался, ответив лишь после длинной паузы.

— Не знаю. Вроде ваш.

— А он дорого стоит?

Вопрос был риторическим, недвижимость в таком районе дешёвой не бывает, но ответ меня удивил.

— Думаю, если его продать, — прищурился мой визави, — можно купить небольшой городок где-нибудь на окраине области…

— Тогда как же столовая? Жить в таком доме, и не иметь десять копеек на пожрать? — сам того не заметив, вслух озвучил я.

— Ну извини… — развёл руками Эдик.

В жизни всякое бывает, и наверняка такому положению вещей есть объяснение, но выглядела эта ситуация, мягко говоря, странно. Дом за кучу бабла и отсутствие самого элементарного? Загадка однако…

— Вот вы где! — неожиданно появилась Ирка, и тут же засыпала меня вопросами про происшествие в столовой.

— Признавайся, ты принц в изгнании? — не дав вставить ни слова, закончила она свой «марафон».

— С чего это?

— С того что здесь даже за мелкие нарушения отчисляют, а ты без причины избил «золотых мальчиков» из не самых простых семей! Как так?

Мне только и оставалось что пожать плечами. Наверное знал бы, сказал, но не знаю.

— Может у директора было хорошее настроение? — сострил Эдик, заворожённо глядя на Ирку. В этот раз она была особенно хороша, постоянно улыбалась, смотрела так странно, вроде как заигрывая. Причём взгляд её падал не только на меня, но и на моего друга.

— Да ну вас… — отмахнулась та.

— Во-первых, не без причины, а во-вторых, откуда мне было знать что они золотые?

Девушка удивлённо посмотрела на меня.

— Ты так и не вспомнил?

— Нет. — помотал головой я.

— Что, вообще ничего?

— Нет. Честно сказать, вчера в доме комнату свою найти не смог, если бы не сестра, так бы и ночевал в коридоре…

— Мда…

— Может просветишь? А то Эдик совсем не в теме…

— Ты знаешь, я тоже не помогу. Это ты сейчас такой общительный, похоже, когда головой ударился, замкнуло что-то, а раньше из тебя лишнего слова не вытянуть было!

— Это плохо, или хорошо?

— Не знаю, но таким ты мне нравишься больше. — сказала Ирка, а мне показалось что я услышал скрип зубов Эдика.

— И что, вам обоим нечего мне сказать?

— Наверное.

— Ну про сестру-то, хоть что-то знаете?

— Пирожки она вкусные печет, ты приносил иногда. — поделился важным знанием Эдик, а Ирка лишь покачала головой.

Понятно, что ничего не понятно. Чего уж тут, — снова задумался я, — странно это всё. Огромный дом ценою в город, отсутствие карманных денег, сестра годящаяся в матери, изгой, испуг директора школы… Как тут разобраться? Посвятить единственную родственницу в легенду с потерей памяти?

Возможно так и сделаю, но пока что-то подсказывает повременить с признаниями. А вот с деньгами надо что-то решать.

— Слушайте, а есть терминал погонять на вечерок?

Не имея талантов к коммерции, сделать деньги из воздуха я мог только одним способом, ставками. Чемпионат мира по футболу, последний перед войной, я смотрел раз тысячу, и мог по памяти пересказать как проходил тот, или иной матч. А сейчас, судя по предлагающим болеть «за наших», афишам, он и начинался. Конечно полной уверенности у меня не было, надо глянуть результаты первых матчей, но интуиция говорила что это выход.

Сколько можно заработать на подобном, я не знал, но слышал что люди делали на этом целые состояния.

— Да без проблем. — Эдик полез в карман, доставая небольшой плоский прямоугольник, внешне почти не отличавшийся от тех что были в моё время.

— Погоди, это твой? — перехватила его руку Ирка.

— А чей же? — улыбнулся тот.

— Тогда стой, — покопавшись в сумке, Ирка вытащила оттуда ещё один почти такой же аппарат, только чуть поменьше. — этот чистый, можешь себе оставить. — сказала она, передавая его мне.

У меня никогда не было проблем с гаджетами, а учитывая что всю сотню лет прогресс никуда не шагал, я не сомневался что разберусь, но всё же попросил показать как пользоваться.

— Ты и этого не помнишь? — в который раз переспросила Ирка.

— Представь себе. — не стал отпираться я.

— А как же математика? — напрягся Эдик.

— Математика, это как на велосипеде ездить, раз научился, и на всю жизнь. А если честно, то я не помню откуда взялись эти знания, просто знаю, и всё.

Может быть такое объяснение и не удовлетворило Эдика с Ириной, но настаивать они не стали, согласившись с моей трактовкой амнезии. В итоге, мы ещё пообщались немного, поставили на терминал кучу всякого нужного, и распрощавшись, разбежались по домам.

В этот раз возвращался я один, но каких-то проблем не возникло. Дорогу запомнил, и с удовольствием прошёлся по городу, глазея по сторонам.

Витрины, машины, толпы людей… Всё для меня было в диковинку, но сейчас я хотя бы уже не дёргался по поводу и без, потихоньку ощущая себя полноценной частью городского муравейника.

— Голодный? — встретила меня сестра.

— Есть немного. — отвечал я, пытаясь по её поведению понять какие у нас отношения. Так-то ясно что родственники, кажется даже сходство есть определённое, но ведь всякое бывает, черная кошка и между самыми близкими пробегает.

— Тогда мой руки и бегом ужинать, я твой любимый суп приготовила. — улыбнулась она.

Какой у моего «предшественника» любимый суп, я не знал, но послушно сходив в ванную и приведя себя в порядок, уселся за стол.

— С хлебом? — двигая ко мне тарелку, спросила женщина.

— Можно. — согласился я, незаметно разглядывая её профиль.

Высокий лоб, тонкий рельефный нос, слегка полноватые губы и острый, но не выпирающий подбородок, делали её похожей на гречанку, но когда она поворачивалась анфас, это сходство исчезало.

— Ты какой-то странный сегодня, что-то случилось? — поймав мой взгляд, блеснула она проницательностью.

Решив пока повременить с откровенностью, я пожал плечами и буркнул что-то нейтральное.

А суп был действительно вкусный. Похожий на борщ, но без свёклы и с длинно нарезанными, тоненькими кусочками мяса.

— Вкусно. — похвалил я, и с удовольствием съел добавку.

— Завтрак оставлю в холодильнике, поешь перед школой, хорошо?

— Как скажешь.

— Приду поздно, меня не жди, ложись спать.

Платиновая карта

Конечно же спать я не стал, а убедившись что дверь плотно прикрыта, достал терминал.

Информацию о проведённых матчах нашёл быстро, и едва глянув, не смог сдержать улыбку — результаты были знакомыми. Сейчас началась борьба за выход из группы, поэтому времени у меня достаточно. Вот только где взять начальный капитал?

Вбил в поисковике запрос, и тут же получил кучу ссылок с рекламой, кредиты в этом времени были весьма распространены, и судя по тому что удалось найти, особых требований к заёмщикам банки не предъявляли. Процент, правда, грабительский, и сумма выдачи небольшая, но мне как раз будет достаточно.

Минимальный заём одобрили сразу, и в течении получаса открыли счёт на сто пятьдесят рублей. Ещё какое-то время ушло на регистрацию и пополнение кошелька в букмекерской конторе, и наконец появилось окно для ставок.

Прямо сейчас играли немцы со шведами, обе команды примерно равные, поэтому коэффициенты, плюс-минус, на одном уровне; полтора-два. Но зная итоговый счет, плюс кто и когда забьёт, мне удалось увеличить множитель до двадцати. Можно было и больше, только это выглядело бы совсем подозрительно, поэтому грубить не стал.

А сделав ставку, следующие полтора часа наслаждался футболом. Матч этот хоть и смотрел тысячу раз, но ощущение «настоящести», помноженное на поставленные деньги, выводило качество просмотра на новый уровень.

Финальный свисток, и мой счёт раздулся до трех тысяч. Деньги приличные, но для поставленных целей это даже не капля в море, а так, пук воробьиный. Тем более другой возможности, кроме ставок на чемпионате, у меня уже не будет.

На следующий матч, который должен был начаться с минуты на минуту, ставки делал уже с нескольких аккаунтов, ибо не хотел так явно светиться. Вывел половину денег обратно, открыл новый счёт в другом банке, перекинул, и залил на второй аккаунт. Потом проделал эту процедуру еще трижды, каждый раз закидывая половину от остатков.

Успел как раз к началу игры за выход из группы Б, играли наши с испанцами, которые, конечно, были тут фаворитами. И зря.

Не знаю уж как, но построив игру от обороны, наши не пропустят ни одного мяча, а потом буквально вырвут победу в пенальти. Этот матч был одним из моих самых любимых, поэтому я чётко знал не только кто, когда, и кому забьет, но мог перечислить все проведенные удаления. Вплоть до секунд.

С коэффициентами не грубил, старался не жадничать, но когда всё закончилось, общая сумма на счетах выросла до пятидесяти тысяч.

Игр на сегодня больше не было, поэтому оставшееся до подъёма время подремал, и опухший от недосыпа, попёрся в школу.

Так продолжалось почти неделю. По сети я открывал новые счета в разных банках, клонировал аккаунты у букмекеров, — в том числе и иностранных, и когда чемпионат подходил к концу — оставались лишь финальные матчи, суммарно мне удалось заработать почти пять миллионов. Причём это то, что осталось после вычета налогов, забиравших с выигрыша почти двадцать процентов.

Сумма, как ни крути, огромная. Хорошая машина здесь стоит около двадцати тысяч, танк оценивают в полмиллиона, а за шагоход среднего класса дают два с небольшим. То есть теперь я, в плане финансов, весьма обеспеченный человек. Единственное что не давало расслабиться, «виртуальность» заработанной суммы, ведь у меня пока даже карты не было…

Но дело это поправимое, решил я, и выбрав ближайший банк, закинул на открытый там счёт три миллиона, двинулся за деньгами.

Улица Синхронная, дом три — где это, не имел ни малейшего понятия, — знал лишь что недалеко, но в терминале был загружен навигатор, которым, хоть и с некоторым трудом, я и воспользовался.

А вообще, в который раз подумал, что уж очень странная жизнь у этого Аркаши была, — денег, даже мелочи на дорогу, найти не смог, как не искал. Сестра тоже ничего про деньги не говорила. Обычно хоть на обеды дают, а тут вообще тишина. Поэтому выбрав в навигаторе пеший маршрут, двинулся в указанном направлении.

Шёл не спеша, потратив на дорогу больше часа, но не пожалел. Много интересного увидел, разобрался в некоторых функциях навигатора, да и вообще, прогулка по мирному городу доставляла ни с чем не сравнимое удовольствие.

Ведь я родился когда война уже бушевала во всю, и чтобы найти хотя бы одну не разбитую улицу, надо было очень постараться.

А в банке меня встретили не совсем приветливо.

— Сюда нельзя. — возникнув из ниоткуда, преградил дорогу быкастый охранник.

— Мне деньги со счёта снять. — спокойно объяснил я.

— Смеёшься? Какой у тебя может быть счёт? Бомжей здесь не обслуживают… Вон, читай что написано! — усмехнувшись, он протянул ко мне руку и несильно толкнул.

Задрав голову, я посмотрел в указанном направлении — «АристоСтандарт» — нависала на входом вывеска. Когда отрывал счёт и проводил прочие манипуляции, названию значения не придал, тем более что этот банк был не первым услугами которого пришлось воспользоваться. Да и придал бы, что с того? Я и так, как ни крути, и есть этот самый аристо, хоть и захудалый.

В общем, эмоции переполняли меня, и, наверное, я мог бы проучить наглеца, но не стал, ибо знал что вид мой действительно не фонтан, — стоптанные ботинки, короткий пиджак и застиранные штаны — даже в школе не раз являлись предметом насмешек, а тут такое солидное заведение, да и охранник действует по инструкции.

— Вот, — вместо пререканий достал я терминал.

— Что это?

— Приглашение. Два часа назад получил.

Перед тем как пойти в банк, я подал заявку на выдачу карты, но мне пришло сообщение об ошибке, и что-то вроде смс с назначенным «окном» времени посещения.

Охранник прищурился, и зашевелил губами.

— Хм… Сейчас спрошу, погоди пока…

Отсутствовал он недолго, и вернулся вместе с облаченным в хорошего пошива костюм седоватым мужчиной.

— Что вам угодно, молодой человек? — опустив приветствие, с ходу спросил он.

— В вашем банке открыт мой счёт, хотелось бы получить карту. — показал я экран.

Мужчина так же сощурился, потом протянул руку и забрав терминал, долго в нём что-то изучал.

— Пройдёмте. — наконец «ожил» он.

Оказавшись внутри, первое что ощутил — прохладу. Кондиционеры здесь работали на пять с плюсом, и мне почему-то захотелось спать.

— Маргарита! — небрежным жестом подозвал одну из стоящих возле стойки девушек.

— Добрый день. — подойдя, поздоровалась она.

— Посмотри пожалуйста что за проблема у молодого человека с доступом к счёту, потом сообщи мне о результатах.

— Хорошо. — чуть склонила та голову, и переключившись на меня, пригласила следовать за ней.

Пристроившись сзади, я не пожалел. Длинные ноги, великолепные бёдра и очень аппетитная пятая точка радовали мой взор до самого конца нашего маленького путешествия.

— Присаживайтесь. — заведя меня в небольшой уютный кабинетик, предложила девушка.

Я сел.

— Продиктуйте, пожалуйста, номер вашего счёта.

— Трисемьпятьвосемьнольшестьпятьтриодин. — прочёл я с экрана терминала.

Торопливо вбив названные цифры, сотрудница банка долго пялилась в монитор, и в итоге огорошила меня заявлением что такого счёта не существует.

— Шутить изволите? — строго подняла она бровь.

— Да какие уж тут шутки. Я пришёл за своими деньгами, а вы мне тут целое представление устроили.

Девушка, уже не скрываясь, фыркнула, и опустив руки под стол, нажала на кнопку вызова охраны.

— Может быть вы ещё раз циферки вобьёте, а то неудобно получится… — посоветовал я, но тут в кабинет ворвались двое в такой же униформе что и охранник на входе.

— Молодой человек решил пошутить, но он уже уходит. — ещё больше раздражаясь, холодно произнесла девушка.

— Пока вы не дадите мне доступ к моему счёту, и не подумаю. — поёрзав на стуле, возразил я.

Охранники дёрнулись ко мне, но дверь снова открылась и зашёл тот же человек что провёл меня в банк.

— Что здесь происходит⁈ — грозно спросил он.

Я молча пожал плечами, кивнув на сотрудницу.

— Марго? — приподнял бровь менеджер.

— Нет у него никакого счёта… — недовольно буркнула та.

Менеджер вопросительно посмотрел на меня и не дождавшись реакции, подвинул к себе клавиатуру настольного терминала.

— Номер? — сухо спросил он.

— Трисемьпятьвосемьнольшестьпятьтриодин. — так же сухо ответил я.

Хмыкнув, тот подвинул к себе клавиатуру настольного терминала, кивнул и застучал по клавишам.

— Ваш паспорт пожалуйста. — попросил он спустя пару секунд.

Документ был у меня в руке, поэтому я просто положил его перед ним на стол.

— Марго, извинись сейчас же перед молодым человеком, и в следующий раз будь внимательнее. — через какое-то время хмуро произнёс менеджер.

Повисла недолгая пауза.

— Конечно. — с трудом скрывая раздражение, девушка буркнула себе под нос что-то вроде «извините».

Препираться я не стал, ведь мне, по большому счету, плевать и на девку эту, и на банк. Всё что меня интересует, деньги. Не скажу что потом и кровью заработанные, но всё ж таки мои.

— Ну, раз мы разобрались с этим неприятным инцидентом, тогда может быть закончим? — переглянувшись с охранником за моей спиной, предложил менеджер.

— Или вы ещё чего-нибудь желаете, молодой человек?

— Желаю. — согласился я. — Желаю забрать свои деньги.

— Хорошо, не вижу никаких проблем. Марго? — менеджер переключился на девушку.

— Как скажете — фыркнула та, и добавила. — Паспорт не забудьте.

— Конечно. — забрал я документ.

— Вот и славно, Марго, проводи молодого человека к банкомату…

Девушка встала, в который раз глянула на меня как на анализ, и так же крутя бедрами, зашагала по коридору.

Я двинулся следом, уже привычно разглядывая призывные выпуклости, и задумавшись, едва не врезался в их хозяйку.

— Пришли. Пользоваться умеете? — отстранилась та.

Ничего сложного чтобы сунуть карту в прорезь и вбить несколько цифр, я не видел, поэтому молча кивнул, хотя и знал что последует дальше.

«Ошибка» — выдал банкомат, а я вопрошающе покосился на свою провожатую.

Та посмотрела на экран, потыкала в него наманикюренным пальчиком, но ничего не произошло, умная машина не откликалась.

— Не хватает денег? Странно… Только недавно загружали… Тогда давайте через кассу попробуем. — не глядя на меня, девушка развернулась, и цокая каблучками, направилась в глубь зала к двери с надпись «касса».

— Вот.

Стеклянная, матового, серого стекла, она чем-то походила на створки подземного шлюза, с разницей лишь в размерах.

Повернув ручку, я зашёл внутрь.

Окошко за толстым стеклом, снизу ящик для выдачи наличных, какие-то надписи, и на месте кассира, по ту сторону, полноватый молодой мужчина.

Молча кладу паспорт.

— Вам снять? — вопрошает кассир.

— Ну да. Поможете?

— Конечно. Диктуйте номер счета. — взяв документ, мужчина вбил озвученные мной цифры, долго вглядывался в экран, потом растеряно потёр глаза рукой.

— Минуту! — почти выкрикнул он, и пулей вылетев из своего кресла, выскочил за дверь.

Странные тут все какие-то… — подумал я, и от нечего делать принялся читать развешенные на стенде бумажки.

Но читал не долго, буквально через пару минут кассир вернулся, и вежливо попросил пройти с ним к менеджеру.

Не забыв прихватить паспорт, я вышел из кабинки, и чуть не нос к носу столкнулся с хамоватой девицей с шикарными бёдрами.

— Сняли? — холодно поинтересовалась та, но тут, едва не спотыкаясь, подбежал менеджер и с ним ещё какой-то мужик с «беременным» пузом.

— Простите что заставили вас ждать, но обстоятельства, знаете ли… Простите… — скороговоркой выпалил «беременный», и шикнул на обладательницу зачётных бёдер, завуалировано указав известное направление.

— Нет, пусть она останется. — остановил я развернувшуюся мадемуазель — кольца на её пальце не было, значит наверняка ещё не мадам.

— Конечно конечно! Как вам будет угодно! — расплылся в улыбке беременный толстяк. — Меня зовут Феликс Иванович, можно просто Феликс, я директор Владивостокского отделения банка! — сунув мне потную ладошку, судорожно представился он.

— Аркадий. — в свою очередь отозвался я.

— Очень приятно, Аркадий, очень!

Мне ни разу не доводилось бывать в банках подобных этому, в моём мире, мире будущего, всё было гораздо проще и понятнее, поэтому я никак не мог сообразить, нормально такое «братание», или всё-таки не очень. Отчасти было понятно что дело в моём желании забрать деньги, но мне почему-то казалось что три миллиона для таких учреждений, это не так чтобы и много.

— Нет, что вы! Наличные у нас есть, это не проблема, всю сумму с минуты на минуту доставят из хранилища! — ответил на мой вопрос «беременный».

— Ну и славно, я подожду.

— Тут дело вот в чём, можно я буду с вами откровенен? — заискивающе глядя мне прямо в глаза, залебезил банкир.

— Конечно.

— Мне, то есть нашему банку, очень не хотелось бы терять такого серьёзного клиента, может быть мы могли бы обговорить этот вопрос?

Честно сказать, поначалу я и не хотел ничего снимать, мне и нужно-то было, карточку получить, чтобы иметь возможность расплачиваться, но после конфликта на пустом месте, возникло желание сделать им пакость. Поэтому я «милостиво» согласился выслушать предложение «беременного» банкира.

— Три процента годовых, любые транзакции, страхование по низкой ставке, возможность крупного кредитования, «платиновый» доступ к Московской бирже, и личный финансовый управляющий! — выпалил тот, и замер, затаив дыхание.

Не имея особенного финансового опыта, понять с ходу — выгодное предложение, или нет, я не смог. Да, по меркам своего времени я не был бедным человеком, но тогда и ценности были другие. Финансы, конечно, во все времена важны, но война накладывает свой отпечаток на их «магию».

— А управляющий кто?

— Вот, позвольте представить, — банкир вытолкал вперед встречавшего меня менеджера, — Загорский Антон Владимирович, лучший специалист в своём деле!

В итоге меня уговорили остаться для разговора с этим Загорским, и впечатление он произвёл самое хорошее. Грамотный, знающий товарищ, для которого интересы клиента превыше всего. Да что там клиента, он с самого начала показался мне единственным нормальным человеком в этой компании. А суть предложения, — портфель акций. Так и прибыль выше, — по его словам, — и инфляция компенсируется.

— У меня в практике портфель никогда не терял в начальной стоимости, а самый большой прирост был почти пятнадцать процентов. — похвастался он под конец длинного, разъяснительного монолога.

Уговаривать меня нужды не было, и так понятно что деньги не должны лежать, тем более впереди ещё несколько матчей на которых я ещё вполне хорошо заработаю. Поэтому согласился, и условившись что к завтрашнему вечеру он подготовит набросок «портфеля», хотел покинуть сиё заведение.

Именно хотел, потому как на выходе из кабинета управляющего меня ждала злобная обладательница шикарных бедер.

— М-мм? — с видом победителя, приосанился я, на что девушка опустила голову и пробормотала что-то вроде «простите», и добавила погромче;

— Директор сказал что уволит меня…

— Из-за чего? Если из-за нашего недопонимания, то не нужно, я не злопамятный, а вот если бы вы поужинали со мной как-нибудь, было бы неплохо.

— В качестве извинения? — напряглась девушка.

— Хотя бы.

Звучало такое предложение двояко, но как бы не хотелось затащить её в койку, насильно, или шантажом делать этого я бы никогда не стал.

— А если я откажусь? — совсем смутилась та.

— Отказы не принимаются, да и не съем же я вас? Запишите мой номер, и когда будет настроение, наберите.

С первого раза вбить нужные цифры у неё не получилось, волнуясь, она не попадала по кнопкам, но в конце концов всё же справилась с поставленной задачей.

— Отлично. Тогда жду вашего звонка! — похвалил я, и не прощаясь, направился к выходу.

Лисенок

И вроде бы времени прошло немного, но снаружи уже стемнело и город засверкал миллионами разноцветных огней. В моей прошлой жизни такого никогда не было, города лежали в руинах и ни о какой иллюминации, конечно, не шло и речи. Разве что во время ночных бомбежек, но это совсем другое.

Вот жаль только что любоваться этой красотой осталось совсем недолго, три года и всё по новой. Обидно даже.

Задумавшись, я спустился на набережную, и неожиданно «наткнулся» на приготовленный к погрузке шагоход.

Высокий даже в скрюченном положении, в полумраке, на фоне моря, он казался чем-то потусторонним.

Но только не для меня. Я хорошо знал эту машину, это был «Волкобой», — среднетоннажный штурмовой робот выпускавшийся достаточно массово и неплохо себя зарекомендовавший.

Машина хорошая, с не самой продвинутой электроникой и системами вооружения, она была оборудована нехарактерными для своего класса прыжковыми двигателями, что в большинстве случаев являлось для противника полной неожиданностью.

Семьдесят пять тонн огня и смерти. И ведь это ни разу не преувеличение, боевой робот в одиночку может противостоять целой армии, разумеется если в кабине находится одарённый пилот, а в сердце машины сидит призванный им демон.

Сейчас, о том что можно «селить» демонов в реакторы шагоходов, не знают, первые опыты начнутся лет через десять после прорыва, но внешне машина выглядит точно так же.

Тем временем робота уложили на огромную платформу и по специально построенному мостку закатили в трюм громадного военного транспорта, на палубе которого одиноко торчала ракетно-пушечная турель.

Ну а что, очень даже похвально. Как говорится — хочешь мира готовься к войне, демократия и всякие ценности — это хорошо, но правда всегда на стороне силы. Кто сильнее, тот и прав, — таков закон жизни. Хотя и тут тоже всё очень двояко, как бы дико это не звучало, но сильные мира сего не воюют друг с другом, между ними всё давно решено и поделено, а если и происходят какие-то стычки, то на 'нейтральной территории, и по заранее обговоренному сценарию. Вот только скоро всё изменится, привычный уклад рухнет, и тем кто останется, придётся объединяться против общего врага. Врага насколько страшного, настолько и сильного.

Алларды. Внешне почти как люди — с совсем незначительными отличиями, они начисто лишены всех тех качеств, что среди людей зовутся человеческими. Алларды словно звери; не ведают жалости, не знают любви, никогда не проявляют участия даже к представителям своей расы, их мораль далека от привычной нам, да и вообще непонятно, есть ли у них вообще такое понятие.

Постояв ещё какое-то время на набережной, я дождался когда тяжёлая машина полностью скроется в чреве транспортника, и только тогда двинулся дальше. От нахлынувших воспоминаний захотелось есть, а ещё больше пить. Пропустив несколько странноватого вида вывесок, я остановился напротив привычной — «Пельменная», и несколько посомневавшись, шагнул внутрь.

Первое что встретило меня — запах. Пахло пельменным бульоном, какими-то специями и натуральным кофе. Наверное было и ещё что-то, но мозг выделил именно это.

Народу немного, из десятка столиков заняты лишь три; за одним двое мужиков терпеливо ждали заказа, за другим стучали вилками четверо подростков, и за третьим хорошо одетая женщина с маленьким ребёнком наливала чай из прозрачного чайничка.

Я сел у окна. Не самое удобное место, но мне нравилось смотреть на город.

Огни, машины, суета. Все куда-то спешат, суетятся.

— Добрый вечер! Вам меню принести, или сразу закажете? — подошла симпатичная официантка.

Поздоровавшись, я попросил меню, и не отпуская девушку, продиктовал заказ.

— Двойные пельмени в бульоне, салат из морской капусты, пару чебуреков, соус и черный кофе в большом стакане.

Кивнув, официантка удалилась, но вскоре вернулась с просьбой оплатить заказ.

— Да, конечно. Одну минуту. — улыбнувшись, я достал карточку, и приложил её к уже знакомому устройству. Аппарат пикнул, и девушка унеслась в обратном направлении.

Ждать пришлось недолго, буквально десять минут и на столе появились сначала пельмени, а потом и всё остальное.

Я поел, и когда заканчивал последний чебурек, вновь подошла официантка.

— За счёт заведения. — улыбнулась она, и поставив на стол красиво уложенное в тарелочку мороженное, удалилась.

Сладкое я не особо люблю, но подарок проглотил буквально на мах. Было вкусно. Так вкусно, что захотелось оставить чаевые, но я не знал как это сделать без наличных денег. Поэтому просто поблагодарил за ужин, и вновь оказался на улице.

Первое что сделал — сверился с навигатором, который сообщил что до дома мне идти чуть больше часа, поэтому время ещё есть, хотя его не так чтобы и много.

«Кальвадос — диктуем моду!» — вывеска магазина мужской одежды. Не знаю где связь между спиртным напитком и одеждой, но видимо она есть, раз так назвали.

— Проходите пожалуйста! — стоило мне войти внутрь, как рядом сразу же материализовалась девушка консультант. Мария — так было написано у неё на бейдже.

Ответив на приветствие, я обратил внимание что на лице продавщицы примерно такое же выражение что и у сотрудницы банка, а в голосе, при всех её стараниях, проскальзывают нотки раздражения.

Но если не придираться, то терпимо. Тем более со мной она не пошла, переключившись на другого клиента.

И чем я им всем так не нравлюсь? — в который раз задумался я, с благодарностью вспоминая добродушную девчонку из пельменной.

А народ, хоть и немного, здесь был. Парочка татуированных парней у стенда с галстуками, дряхлый дедок примеряющий шляпы, задумчиво разглядывающий витрину с рубашками молодой мужчина, и в самом конце пожилая мадам, застывшая у стойки с трусами.

— Вы что-то хотели? — стоило мне углубиться в зал, как наперерез бросилась ещё одна дамочка с брезгливым выражением лица.

— Да вот, гардероб обновить, а то пообносился слегка, или к вам приходят не только для этого? — пошутил я, стараясь не обращать внимания на такое к себе отношение. Встречают по одежке, чего уж тут.

— Вы правы, у нас покупают одежду. — даже не стараясь скрыть вспыхнувшее раздражение, надменно ответила дама с надписью «старший менеджер» и именем Ольга Петровна на табличке. — Но цены в нашем магазине очень, буквально до неприличия высоки. Вы уверенны что не ошиблись дверью?

Я человек терпеливый, поэтому повторил свою просьбу о подборе гардероба.

— И всё же я вынуждена настаивать. — как душем ледяным окатив, процедила она.

— Мадам, мне плевать что вы вынуждены, просто продайте мне требуемое, и я уйду.

Женщина молча посмотрела на меня, и демонстративно отвернувшись, позвала скучающего в углу охранника.

— Борис, проводи молодого человека на выход.

Охранник, одетый в лоснящийся костюм здоровый мужик средних лет, оценивающе посмотрел, и тяжело вздохнув, протянул руку, прихватывая за локоть.

— Пойдём парень, не стоит нарываться…

Понимая что это его работа, я не хотел причинять ему неприятности в виде поломанных рук и прочего, поэтому применил одну простенькую технику, на какое-то время защищая своё тело от физического воздействия.

— Пошли говорю! — напрягся мужик, но не сдвинул меня и на дюйм.

— Что за чёрт… — озадачено отодвинулся он. — Ты из этих что-ли?

— Из каких? — усмехаясь, переспросил я, и вновь обратился к женщине.

— Вот, могу заплатить вперёд, если уж вы мне так сильно не доверяете.

Не знаю чего ей стоило, но она взяла себя в руки, кивнула охраннику, отпуская его, поинтересовалась как я буду платить.

— Картой, разумеется.

— Что ж, пройдёмте тогда в кассу. — равнодушно кивнула женщина, и не дожидаясь ответа, направилась к ярко освещённой стойке в другом конце зала.

— Три тысячи, это тот минимум на который у нас можно выбрать костюм, ботинки, и пару сорочек. Устроит?

Три тысячи при моих миллионах, это очень скромно, но в общем, если смотреть и сравнивать, цены на самом деле совсем не демократичные. Но не отступать же, тем более мне на самом деле нужен комплект хорошей одежды.

— Можете не стесняться, снимите тридцать, для надёжности. — встретившись взглядом с пухленькой кассиршей, подмигнул я.

Женщина менеджер ухмыльнулась, и негромко, хотя я расслышал, нелестно прокомментировала мои слова.

Вот только стоило мне достать карту, как она изменилась в лице, но тут же взяв себя в руки, нацепила самую доброжелательную улыбку.

— Мария! Ольга! Иван! Помогите выбрать молодому человеку комплект одежды из последней коллекции! И побыстрее!

— А вы, — встретилась она со мной взглядом, — присядьте пока, я вам сейчас кофе принесу. Какой предпочитаете? Чёрный, или с молоком?

Честно сказать, я даже растерялся. Неужели это из-за карты? Но что в ней такого? — Простой пластиковый прямоугольник. Фамилия, имя, дата. Серенький, с логотипом банка и совсем крохотным гербом империи. В углу значок ещё какой-то, что-то вроде змейки, как у медиков. Может дело вообще не в нём?

Но тогда в чём? Ведь я же не слепой, метаморфозы начались с момента когда менеджер увидела карточку, в этом я мог поклясться. Нет, так или иначе, а дело тут в карте.

— Можете посмотреть каталог, здесь свежая и прошлогодняя коллекции… — принеся кофе, женщина протянула мне терминал размером с хорошую книгу.

И так она при этом улыбалась, с такой невозможной искренностью косясь на лежащий рядом пластиковый прямоугольник, что я уже не сомневался в правильности своей теории. Не знаю как, но внешний вид карты сообщает знающим людям что у её обладателя бабла полные карманы, и он только и думает как от него избавиться. Магия денег всегда одинаково влияет на людей, хотя, конечно, бывают и «честные» времена, когда материальное отходит на второй план, но сейчас явно не тот период.

Поблагодарив женщину за кофе, я едва успел отхлебнуть из чашки, как меня завалили кучей одежды.

Пиджаки непривычного вида, странноватые рубашки, ботинки всех цветов и расцветок, стопка галстуков и ремней.

— Зимнюю смотреть будете? — зачем-то интересуется единственный среди женского коллектива парень, но встретив мой удивленный взгляд, сам же отвечает на свой вопрос.

— Лето же, зачем летом пальто…

А с устроившей мне качучу начальницей явно что-то происходит. Не знаю отчего, но косясь в мою сторону, она то потеет, то покрывается пятнами. Ей точно нехорошо, и наверняка она уже сто раз отругала себя за допущенную ошибку. Небось теперь каждого случайно забредшего босяка будет облизывать. Хотелось бы верить.

В итоге, из всего многообразия выбираю пару костюмов, несколько рубашек, по пять смен белья, целый пакет носков, три галстука, две пары туфель, зонт, и зачем-то ещё и шляпу.

— Прикладывайте пожалуйста. — притащив терминал, просит пухлая кассирша, причём в глазах её я читаю такое искреннее раболепие, что на секунду мне становится не по себе.

Терминал пикает, кассирша кивает и чуть не с поклонами возвращается в свой угол.

— Заберёте сразу, или с доставкой отправить? — интересуется Ольга Петровна.

Хочу ответить что с доставкой, но понимаю что не знаю адреса. Визуально помню, а вот ни номера, ни улицы вспомнить не могу.

— Сам заберу. Вызовите такси…

На машинах здесь я ещё не ездил, поэтому всё интересно.

Мягкая кожа сидений, — не знаю, настоящая, или искусственная, но очень приятная на ощупь, вставки под дерево — здесь сомнений нет, это пластик, негромкая музыка, и практически отсутствующий звук мотора. Есть какие-то едва уловимые вибрации, но только так, где-то на грани.

Водитель тоже тихий, поздоровался и молчок. Сидит, баранку крутит, да беззвучно перебирает губами, когда что-то идёт не так.

Адреса я не назвал, но достаточно доступно объяснил куда мне надо. И только когда поехали, додумался посмотреть в истории навигатора на терминале.

А за окном во всю кипела жизнь. Такое ощущение что в этот поздний час и людей на улице больше, и машины идут таким сплошным потоком, что кажется, зевнет чуть водила, и мы непременно врежемся в чей-нибудь лакированный зад.

Но долго понаслаждаться видом не получилось, авто мягко качнулось, и шофёр так же молча протянул терминал.

Сделав вид что не могу понять куда приложить карту, я привлёк его внимание, но он на серенький прямоугольник совсем никак не прореагировал.

Может не сталкивался с такими?

Наверное, так и есть, будь на его месте тётенька из магазина, она бы собственноручно перетаскала все мои покупки, а этот молча выгрузил всё прямо на асфальт, и так же молча усевшись за руль, уехал.

Толкнув калитку, я подхватил покупки и подтащил к двери.

Порылся в карманах в поисках ключа, нашел его, но дверь оказалась открыта. Сам не закрыл? Или сестра пораньше пришла?

Вообще, она сегодня на сутках, но кто его знает, может отменилось что-то, мало ли?

Шагнув внутрь, я оказался в прихожей, и свалив покупки в кучу, потянулся к выключателю.

Щёлкнул, ничего не произошло. Да что ж такое-то? Неужели лампочка перегорела? — мелькнула мысль, но я её тут же отмёл — под потолком висела здоровенная люстра с кучей ламп, разом сгореть которые точно не могли.

Пока копался, глаза потихоньку привыкли к полумраку.

Первое на что обратил внимание — повсюду разбросаны вещи. Такое чувство, будто выгоняя мужа из дома, жена швыряла ему всё его барахло.

Вот только ни мужа, ни жены здесь не было, а сестра вряд ли стала бы так делать.

Остаётся что? — Правильно. Нас обокрали.

Достал терминал, потыкал в экран, включил фонарик. Стало значительно светлее.

Присмотрелся.

Шкафы открыты, содержимое на полу, на кухне беспорядок, здесь даже из банок, со всякими крупами и прочим, всё повытряхнуто. Стараясь не запачкаться, поднялся на второй этаж — та же картина. В моей комнате вообще даже стол разломали зачем-то, вредители…

Итак, первое что нужно сделать — закрыть дверь.

Спустился вниз, повернул барашек на все четыре оборота, и для верности задвинул щеколду. Спокойнее не стало, устроившие беспорядок вполне могли прятаться в доме, поэтому вооружившись стоявшей возле шкафа трубой, двинулся на осмотр территории.

На первом чисто, тишина такая, что слышу собственное дыхание. Второй — тоже пусто, балконы — а их четыре штуки, закрыты, так что внутри никого, и можно выдыхать.

Вызвать полицию, или подождать сестру? Если она нигде не задержится, утром будет дома.

Что-то мне подсказывало что лучше выбрать второй вариант, да и время почти полночь, так что ждать совсем недолго, а там пусть сама решает, звать полицейских, или разбираться самостоятельно.

А вообще надо бы заняться охраной, приходить в дом и бродить с трубой наперевес, удовольствие ниже среднего, это ладно не встретил никого, а если бы встретил?

Тем более сам я пока не особый боец, хоть и во всю стремлюсь раскачать энергосистему, но до приемлемого уровня — такого чтобы не бояться незваных гостей, пока не продвинулся. И нет, я не рассчитывал что сразу верну былую силу, но вот притащить из астрала сторожа, какого-нибудь простенького демонёнка, задача вполне адекватная.

Откладывать не стал, — сегодня обокрали, завтра придут убивать и, ещё раз убедившись что в доме никого нет, а свет не работает по независящим от меня причинам, добрёл до комнаты, положил трубу возле кровати, а сам улёгся вытягивая ноги.

Пару минут настраивался на переход, и когда получилось, не сразу понял что нахожусь в астрале.

Постоял немного, потом прошёлся вокруг точки входа, взглянул на себя со стороны, и сделал пару безуспешных попыток пройти на серый уровень. Мда… Если не помочь организму, ковыряться можно до бесконечности, которая, как известно, не предел. Но вот чтобы помочь, надо изрядно потрудиться и потратить толику другую энергии, с которой тоже проблемы.

Пока раздумывал как поступить, неподалёку что-то двинулось. Я замер, в астрале вещи порой кажутся не тем, чем являются на самом деле. Но, вроде, не страшно, если это и демон, то какой-то совсем незначительный.

С трудом перебирая ногами, подошёл ближе. Здесь, на первом уровне, ходить можно, но движения затруднены и двигаться приходиться словно сквозь желе.

Но шёл не зря. За небольшим корявым булыжником прятался лисёнок. Точнее какой-то совсем слабенький демон в таком обличии. Обычно если астральные жители принимают форму зверя, то предпочитают что-нибудь угрожающее — лев, тигр, носорог, а тут лис размером с кошку.

— Ну и чего тебе надо? — присел я на корточки перед камнем.

Энергии совсем нет, и силком потянуть его в мир людей не выйдет, но есть шанс что он пойдёт добровольно, иначе бы не показывался. Сторож из него так себе, защитить не сможет, но предупредить запросто, а это уже не мало.

Два хитрых глаза насторожено смотрели на меня, но попыток убежать лисенок не делал. Даже наоборот, стоило мне приблизиться, как он пошевелился и завилял хвостиком.

— Ты есть хочешь? — предположил я, и отщипнув от своего и так небогатого запаса, кинул ему совсем небольшую крупицу энергии.

Лис шевельнулся, проглотил угощение, и ещё сильнее завилял хвостом.

— Пойдёшь со мной?

Тот снова пошевелился, и повернув голову на бок, замер.

— Много не обещаю, но кормить точно буду. Пойдёшь?

Лис заворочался.

Пока у меня мало вкусняшек, но со временем будет больше, голодным не останешься… — продолжая уговоры, я по доброму смотрел на него. Совсем молодой, тот толком не умел контролировать эмоции, и то что сейчас в нём боролись два чувства — любопытство и страх, было видно невооруженным взглядом.

А заставить его принять окончательное решение мне удалось только пообещав выделить механизм типа холодильника, или стиральной машины. В живую, ни того ни другого, лис не видел, но когда рассмотрел созданный мыслеобраз, отбросил сомнения.

Мумия

Демоны вообще любят селиться в различной технике, — в часах, в стиральных машинах, компьютерах, терминалах, в общем, во всём что тикает, щёлкает, и трясётся. Так-то это сразу было известно, но поначалу какого-то нужного применения этим знаниям не нашли, и первые успехи на этом поприще появились лишь через долгих десять лет после начала войны.

Оказалось, что обычный бензиновый мотор с астральным духом внутри, становился гораздо мощнее, подолгу не требовал ремонта, и даже мог какое-то время обходиться без топлива. Это ли не прорыв? Естественно технологию «сращивания» астральных сущностей тут же взяли на вооружение военные, и вскоре на полях сражений появились невероятно живучие танки, несбиваемые самолеты, и неуязвимые роботы.

Наверное имейся на тот момент нормально отработанная технология для запуска массового производства, случился бы перелом, но тогда ученым удавались лишь штучные образцы. Во-первых, демона ещё нужно найти, во-вторых, не всякий годится, ну и в третьих, если первые два пункта успешны, с ним надо как-то договариваться.

Но несмотря ни на что, на тот момент фронт удавалось кое-как сдерживать. Не там где хотелось бы, только в сложившейся ситуации и это было практически чудом. — Москва и Петербург, вместе со всей европейской частью, сопротивлялись не долго, первый, самый сильный удар захватчиков пришёлся именно по этим двум столицам. Наверное, появись они откуда-то извне, например из космоса, может и подольше посопротивлялись бы, но враги пришли из астрала, а этого совсем никто не ожидал. Даже представить страшно, обычный мирный город живет своей обычной жизнью, и тут р-раз, со всех сторон, как тараканы, лезут пришельцы. Конечно просто так Москва не сдалась, но силы были не равны и буквально за несколько дней от столицы осталась лишь огромное пепелище, а те кто остался жив, завидовали мёртвым.

Покончив с Москвой, захватчики двинулись в Европу, но даже учитывая что у тех было время подготовиться, там тоже не встретили серьёзного сопротивления. Слишком дико всё было, нереалистично. Да что тут говорить, когда враги вываливаются прямо из ниоткуда, организовать правильное сопротивление неимоверно сложно. Ну и как итог — Европа пала буквально в два дня, а нас в очередной раз спасла огромность нашей необъятной Родины.

Кроме России сопротивлялись Соединенные штаты, Китай, Индия, и частично Австралия. Те страны где территории смогли обменять на время.

А потом случилось то, чего никто не ожидал. Захватчики ушли. Мы тогда думали что победили, но как выяснилось впоследствии, они вели войну сразу на двух планетах, и добившись успехов здесь, временно ушли из нашего мира.

Вот только ненадолго, уже через год появившись вновь. Причём в этот раз их было гораздо больше, из многочисленных пространственных брешей выходили ещё более скоординированные отряды шагоходов, танковые колонны, и целые эскадрильи боевых самолетов.

На переговоры они не шли, требований не озвучивали, и пленных не брали. Война ради войны.

И ладно бы это была какая-то иная раса, тогда ещё как-то понятно, но нас атаковали практически такие же люди. Да, с некоторыми внешними отличиями, иной культурой и воспитанием, но если не придираться, они были такими же как мы.

В первой войне я не участвовал, а вот во второй закончил пилотские курсы и был зачислен в 223-й гвардейский механизированный полк, седьмой отдельной танковой армии.

Легкий шагоход разведывательного класса «Кузнечик» — первая машина на которой мне пришлось повоевать. Почти полное отсутствие брони и оружия, компенсировалось скоростью и малозаметностью. Подбежал, «подсветил» цель, дождался отработки, и так же незаметно свалил.

Правда «катался» я так недолго, и поймав «случайную» ракету, пересел на машину более тяжелого класса. Это был «Стрепет». Сорок пять тонн, пара лазеров дальнего боя, пулеметы и автопушка этого шагохода позволяли бороться лишь с лёгкими машинами противника, или с колесной и гусеничной техникой, но в первом же бою мне не повезло нарваться на вражеского тяжа. Не знаю как так вышло, я даже удивиться не успел.

Долгая темнота, будто в яму упал, потом потихоньку мысли какие-то зашевелились, вроде даже тело своё почувствовал. Думал ранили, думал живой, но нет, вскоре понял что не так-то и просто всё.

Я ведь не сильно одарён был, мог разве что щит в одной плоскости выставить, а в астрал чтобы сунуться, думать даже не мог. А тут смотрю и обалдеваю. Не глубоко, но попал как-то. Соображать поначалу нормально не получалось, долгое время мозги не работали настолько, что не удавалось вспомнить собственное имя. Знал что оно должно быть, но и всё на этом, дальше дело не шло. Ни имени, ни фамилии. Просто обезличенное сознание.

Но я не сдавался, а с трудом передвигая ноги по вязкому желейному миру, пытался найти хоть какое-нибудь решение.

Сколько длилось мое пребывание «там», не знал тогда, и не знаю сейчас. Течение времени в астрале подчиняется каким-то своим законам, и с одинаковым успехом это мог быть как один час, так и сто лет.

Наверное, я бы и бродил там до сих пор, но в какой-то момент был поглощён демоном, и вместе с ним вернулся в нормальный мир в то время когда ученые уже начали «подсаживать» жителей астрала в боевую технику.

Вообще, название демон, не совсем подходило этим существам. Дух, сущность, призрак — больше характеризуют их суть, но повелось почему-то так.

Ну а в моём случае демон не растворил мою личность, а сделал кем-то вроде напарника. Зачем он так поступил, не понятно, но логика этих существ серьезно отличается от человеческой. То что нам может быть плохо, им нравится, а что хорошо, вызывает отторжение.

Только мне тогда было не до причин и следствий, вдоволь набродившись в призрачном мире, я даже обрадовался такому исходу. Это потом стало понятно что соседство с сильным демоном не самая приятная вещь, но в тот момент я был готов на всё, лишь бы выбраться оттуда.

* * *

— Из комнаты никуда не выходи. — вернувшись из астрала, инструктировал я лисёнка.

— Можешь пока занять будильник, только не звони почем зря.

Лис недоуменно посмотрел на меня, всем своим видом давая понять что будильник это не то, о чём мы договаривалась.

— Ну извини, не всё сразу! — пожурил я его. — Давай-давай, не выпендривайся!

Когда имеешь дело с астральным жителем, — даже с таким мелким как лисенок, никогда нельзя идти у него на поводу, иначе он сядет на шею, причём во всех смыслах.

Помедлив ещё несколько секунд, лис тряхнул головой, и вытянувшись в сероватую дымку, втянулся в стоящий на подоконнике будильник.

Ну вот, вроде мелочь, а приятно. Сейчас пообвыкнет, найду ему что-то посерьёзнее, и буду обучать нехитрым занятиям.

Пока ходил в астрал, на улице посветлело. Пять пятнадцать, — если верить стрелке на убежище моего нового друга. А верить стоит. Не знаю как они так делают, но стоит демону залезть в механизм, как тот начинает работать словно новый.

Так что время есть, и пока не пришла сестра, сделаю то что давно должен был, а именно пороюсь у неё комнате, может быть найдётся что-то проливающее свет на наше родство. Тем более теперь даже следы заметать не надо, всё и так перевёрнуто.

Спустившись вниз, я остановился напротив двери.

Замок не выломан, а аккуратно отжат. Внутри такой же бардак, вещей много и все они на полу. Бельё, книги, подушки, наволочки, расчески, косметика — обычный набор любой женщины.

Меня же интересует что-нибудь из разряда документов, блокнотов, может быть каких-то цифровых носителей.

Сверху ничего нет, и распинывая сваленные вещи, я натыкаюсь на плотно исписанный блокнот.

Дневник? — приходит первая мысль, и она оказывается верной.

Вот только почерк настолько неразборчив, насколько это возможно. Написано мелко, строчки все слипшиеся, такое чувство что человек писал не для того чтобы это кто-то читал, а с целью выговорится.

Покрутив блокнот в руках, и убедившись что расшифровывать придётся долго, я сунул его в карман, но потом решил с помощью терминала сфотографировать написанное, и увеличить, надеясь что так получится разобрать эти каракули.

Положив его на подоконник, я успел сделать лишь несколько снимков, как в дверь постучали.

Наверное сестра, но у неё ведь должен быть ключ? А-а… Ну правильно, я ж на щеколду закрыл.

Но это была не она.

— Полиция! — донеслось из-за двери.

Открыл, на пороге стояли два бугая, по-моему совсем не похожие на полицейских.

— Вызывали? — с напором спросил тот что покрупнее и с дважды поломанным носом.

— Нет. — честно ответил я.

— Ну и ладно. — весело хохотнул второй, поменьше, но тоже широкий. — Нас соседи вызвали. Вас же обокрали?

Понимая что дело нечисто, я кивнул, подыгрывая нежданным посетителям, и посторонившись, пропустил их внутрь.

— Вот это бардак! — так же весело констатировал большой.

— Список похищенного составил?

— Не знаю. Я только проснулся, не смотрел ещё… — слепив на лице огорчение первой степени, развёл я руками.

— Понятно… — протянул маленький. — Сейчас проведём осмотр и выясним что у вас пропало!

— Ага. Проведём. Только спать чего-то хочется — сказал большой, и демонстративно зевнул.

— Может ты кофейка нам пока сваришь, а мы начнём осмотр проводить потихонечку, как тебе такая идея?

Идея была так себе, на три с минусом, но мне стало любопытно зачем эти два бугая вернулись. А в том что устроенный кавардак их рук дело, сомнений почти не было.

— Хорошо. — согласился я. — Вам чёрный?

Прежде чем ответить, здоровяк задумался на мгновение.

— Да, с молоком. И сахар не экономь, мы послаще любим! — весело осклабился он.

— Как скажете. — кивнул я, уходя на на кухню.

Если они что-то ищут, в таком бардаке им придётся попотеть, но затягивать всё равно не стоит, на грех и грабли стреляют, вдруг убегут?

Оказавшись на кухне среди учиненного разгрома, демонстративно погремел стаканами, и стараясь не шуметь, вернулся обратно.

— Вам сахара сколько ложек? — остановившись посреди холла, поинтересовался я. Вот только никто мне не ответил, лжеполицейские исчезли.

Так быстро?

Надеяться на то, что удастся понять что они забрали, было глупо, но я всё же осмотрелся, начав с самой ближней комнаты, комнаты сестры.

И увы, пропажа обнаружилась сразу, пропал блокнот, который я только что разглядывал, а когда в дверь позвонили, положил на подоконник.

Никогда не любил загадки, хотя сколько себя помню, они меня преследуют с самого детства. Вот и сейчас, выходит что всё серьёзней чем могло бы быть, и надо вызывать копов, только теперь уже настоящих.

А вот этих ждать пришлось долго. С момента вызова до их появления прошло аж четыре часа, причём за это время я раза три напоминал о себе. Думал, может, неправильно записали что-то, и теперь найти не могут?

Но нет, всё они могли, и оправдались тем что ограбление уже произошло и непосредственной опасности нет, да и вообще мой номер пятнадцатый.

— Вот это беспорядок! — едва сунувшись в дверь, громогласно объявил один из полицейских, молодой и круглый как шарик, подпоручик.

Форма его топорщилась во все стороны, и совсем не внушала того уважения, какого должна была, а отсутствие оружия и тощая папочка подмышкой, только усиливало впечатление.

— Ну всё понятно, ограбление! — в тон ему выдал «новость» напарник, высоченный и худой капитан с мясистым носом и припухшими глазами. В отличии от толстячка, он выглядел куда более опрятно, разве что штаны тоже мятые, но всё остальное, включая пистолет, было на месте.

— Да неужели? — ехидно воскликнул я. Глядя на этих клоунов, мне захотелось отменить вызов, но было уже поздно, цирк приехал и собирался задержаться.

— Точно говорю! — не принял сарказма подпоручик. — Видишь как всё перевернуто, наверняка что-то искали!

Рассчитывать на хоть сколько-то нормальное следствие, явно не стоило, единственное что требуется — зафиксировать факт кражи, и исчезновение сестры.

Вот только если с грабежом они спорить не стали, то с сестрой ничего не вышло.

— Жди три дня и приходи в отделение. — сказал капитан.

— Может у неё дела какие-то, а ты разволновался! Знаешь сколько подобных случаев мы видели? Тебе-то что, написал заяву, а нам искать! Так что, давай без самодеятельности, не придёт за три дня, тогда будем действовать!

Попытавшись поспорить, я столкнулся с таким сопротивлением, что бросил эту затею, осознавая что даже если заявление у меня примут, всё равно не найдут. А может и искать не станут.

Вместо этого решил времени не терять, и пока полицейские проводили осмотр — пригласив соседей в качестве понятых, принялся расшифровывать отснятые страницы дневника.

Мелкие буквы при увеличении оказались более-менее разборчивы, и вскоре я уже смог прочесть первую страницу.

'Сегодня был совсем необычный день. Проснулась я рано, но ещё долго лежала в постели, а когда всё же пошла умываться, случайно подслушала разговор отца с кем-то незнакомым. Так бы, может, и внимания не обратила, но отец был зол, и в грубой форме высказывал своё недовольство собеседнику.

Было не совсем понятно о чём речь, но, кажется, они обсуждали какой-то союз, точнее свои разногласия по этому поводу.

Отец грозил драконовскими мерами, а незнакомец пытался его успокоить.'

На этом текст обрывался, а продолжения у меня не было. Снимал не по порядку, просто на пробу, поэтому теперь приходилось довольствоваться тем что есть.

Перешел к следующему снимку.

'После смерти тети Нади отец совсем замкнулся в себе. Если раньше он ещё хоть иногда улыбался, то теперь только хмурился, а если его как-то пытались развеселить, поднимался, и уходил на улицу.

Вот, например, вчера к нам в гости приехали Ломакины, и завели разговор о предстоящем отдыхе, так он послушал немного, а потом просто развернулся и ушёл к себе в комнату.

Хорошо ещё что люди они адекватные, и я смогла объяснить причину его такого поведения, но что станет когда меня рядом не будет?'

Этот кусок был совсем коротким, вся страница в кадр не попала, поэтому ничего путного не дала. Пролистнул дальше.

'Отец совсем плох. Не хочется об этом думать, но, возможно, скоро придётся заняться похоронами.

Несколько дней он уже не встаёт, почти не ест и никого не узнаёт. Врачи говорят что шанс есть, но я в это не верю, предчувствия редко обманывают меня.

Аркашу к нему не пускаю, мал ещё, но он постоянно спрашивает где папа. Врать не хочу, поэтому приходится переводить разговор на другую тему.

Вчера снова приходил этот мужчина, с трудом смогла выпроводить его, пришлось даже пригрозить полицией.

Мои слова о том что отец никого не узнает, ничего не понимает и вообще при смерти, не произвели на него никакого впечатления. Он словно не слышал меня и всё время твердил о каком-то долге.

Отца похоронили рядом с женой. Я долго не знала как сказать Аркаше, но когда всё же решилась, он воспринял эту новость спокойно. Молча выслушал, посидел немного со мной, потом поднялся и ушёл к себе в комнату.'

Чем больше читал, тем острее сожалел о пропаже. Возможно в этом маленьком блокнотике были ответы на многие интересующие вопросы. Ну что стоило сунуть его в карман?

— Вот, распишитесь. — закончив осмотр, подпоручик сдвинул со стола наваленный хлам, положил раскрытую папку, и протянул мне ручку.

Бегло пробежавшись по протоколу осмотра, я едва не расписался своей старой, привычной росписью.

— Фамилия, имя, отчество… — поторопил полицейский, сам того не желая, спас меня от неприятного конфуза.

Филатов… Аркадий… Афанасьевич… — старательно нацарапав, протянул ручку хозяину.

— Молодец! — похвалил тот, не глядя сунул листок в папку, потом вздохнул тяжело, и добавил,

— Когда сестра вернется, пусть посмотрит что пропало, допишем потом в протокол.

— Хорошо. — согласился я, — а шанс, что воров найдут, вообще есть?

Подпоручик задумался на мгновение, пошевелил густыми бровями, и очень серьёзно произнёс.

— Конечно есть. Ведь мы — полиция!

Но его напарник не был так оптимистичен, и усмехнувшись, пробурчал едва слышно.

— Пятьдесят на пятьдесят, — или найдём, или не найдем…

Это было больше похоже на правду, прекрасно понимая что они и искать никого не станут, я и спрашивал-то только так, для поддержания разговора. Тем более вид у этих двоих был такой, что если вдруг они и загорятся желанием раскрыть сие преступление, в любом случае у них ничего не выйдет. Интуиция говорила о том что домик наш посетили люди весьма и весьма серьёзные, возможно совсем не из воровских структур.

До кучи высказавшись на тему профилактики и предотвращения преступлений, полицейские попрощались со мной словно со старым другом, и наконец ушли.

А на часах тем временем доходила половина второго. В школу я опоздал, сегодня всего пять уроков и сейчас начался последний. Даже если потороплюсь, как раз к звонку и подойду. Бессмысленно. Да и настроение совсем паршивое. Вопросы множились в голове словно на собаке блохи. Стоило задуматься над чем-то одним, как сразу же по цепочке вылезала куча другого.

Ну вот зачем им блокнот? Мне-то понятно, получше узнать самого себя и свою семью. А этим-то? Неужели за ним и приходили?

Но тогда бы они не бросили его, а забрали сразу. Только что может быть ценного в обычном женском дневнике?

А что если они не нашли то, что искали? — продолжая размышлять, отвлёкся лишь когда наверху громко зазвонил будильник.

— Ну и зачем ты это делаешь? — поднявшись по лестнице, я зашел в комнату и взял в руки источник беспокойства.

— Просил же не баловать…

Лисёнок выплыл из своего обиталища, и приземлившись на подоконник, внимательно посмотрел на меня.

Демоны, они как люди, такие же неодинаковые внешне и непохожие внутренне. Этот совсем ещё молодой — по их меркам конечно же, но явно не глупый. Смотрит уверенно, взгляд не отводит, но и давить не пытается. Понимает, кто главный.

— Послушай, ты можешь пробежаться по дому и поискать тайники? — пришла в голову свежая мысль. Командовать неприрученным жителем астрала я не мог, но попробовать договориться — вполне.

— Если найдёшь то что нужно, притащу тебе газонокосилку. — пообещал я.

Лис зашевелился, привстал, прошёлся по подоконнику и вновь повернувшись ко мне, совсем по-человечески кивнул, после чего растворился в воздухе.

Сколько займут поиски, я не знал, но для бестелесных обитателей изнанки не существовало никаких преград, поэтому наверняка долгими они не будут.

Так и произошло. Не успел спуститься вниз, как возникший по передо мной лисёнок потащил меня обратно на второй этаж.

— Это здесь? — спросил я, глядя на совершенно ровную стену одной из пустых комнат.

Дух кивнул.

— Что, прямо в стене?

Снова кивок.

— И что там?

Но лис только внимательно посмотрел на меня, никак не прореагировав на вопрос.

Постучав по стене, я убедился что за ней действительно пустота, но о том чтобы сломать её голыми руками нечего было и думать. Поэтому пришлось спуститься в подвал за каким-нибудь инструментом. Это оказалась кувалда.

Несколько ударов, и вот уже передо мной достаточно приличная брешь. Внутри темно, поэтому сбегал ещё и за фонариком.

Вернувшись и посветив внутрь, сначала не понял что там такое, а когда разглядел, невольно сморщился. За стеной стояла усохшая до состояния фараона мумия. Причём лет ей, судя по виду, было достаточно много.

— И что это такое? — посмотрел я на ожидающего неподалеку лисёнка. — По-твоему, это тайник?

Тот кивнул.

Так бывает когда нет нормального телепатического контакта. Демоны существа не глупые, но их разумность весьма специфического свойства. Хотя, в данном случае, это был больше мой косяк, нужно было точнее задавать параметры поиска. А теперь только и остаётся что рассчитаться, и ждать когда лис наиграется с новой игрушкой.

Библиотека

Первым делом выполнил данное лисенку обещание: нашёл газонокосилку — та просто стояла под деревом, отволок её в пристрой и отдал новому владельцу.

Оставалось решить со стеной. Не имея ни малейшего желания оставлять там мумифицированный труп, вытащил его, а дыру закрыл перетащенным с первого этажа шкафом. Как мне это удалось — отдельная история, но сил пришлось потратить немало. А вот определить возраст мумии не получилось даже на свету, одежда могла бы помочь, но от неё остались лишь незначительные ошмётки.

— Ну и что мне с тобой делать, добрый человек? — пробормотал себе под нос, задумчиво разглядывая «находку», хотя вариантов было не особо много, точнее всего один — похоронить.

Времени в обрез, поэтому затягивать не стал. Лопату нашёл там же где и кувалду, оттащил мумию в сад, и прячась от чужих глаз между стеной и забором, выкопал неглубокую яму. Постоял, примерился, и решив что копать глубже нет смысла, осторожно опустил в неё тело, прочитал единственную известную мне молитву, и торопливо вернул землю на место.

Пока занимался этим, стрелка часов перевалила за семь, но как и предполагалось, сестра не появилась, и что теперь делать, не имел ни малейшего понятия. На полицию надеяться бессмысленно, а что ещё? Ждать новостей, или каких-то шевелений от похитителей? Не скажу что сильно переживал, она хоть и являлась родственницей моему биологическому телу, каких-то родственных чувств я к ней не испытывал, но и совсем бездействовать не мог, поэтому полез в сеть.

Копался долго, но то ли гаджет мой был какой-то неправильный, то ли делал я что-то не так, только на экран выползала всякая дрянь вроде рекламы унитазов, и спрея от угрей. От души намучавшись, понимая что с моими навыками в сети искать бестолку, позвонил Эдику, и узнав у него адрес центральной библиотеки, вызвал такси.

Едва вышел, подъехала очень уставшая, но ещё передвигающаяся колымага. Грязно-серого цвета, с кривым бампером и треснувшим лобовым стеклом, натужно заскрипев, она встала прямо напротив ворот и несколько раз призывно погудела.

Не знаю где откопали сей раритет, но звонить и отказываться не стал, жаль было времени, поэтому не без опаски, но всё же залез в чрево скрипящей каракатицы.

А вот внутри оказалось не так страшно, и если не придираться к мелочам, даже уютно. Широкий задний диван с массивным подлокотником посередине, складной столик, прозрачный люк в крыше и почти чистая пепельница. Этакий музей на колесах.

Ехали долго, но не от того что далеко, а потому что медленно. То на светофоре встанем, то плетёмся еле-еле. Но в итоге, где-то минут через сорок, я уже стоял напротив старинного здания, на козырьке массивной крыши которого во всю длину красовались огромные буквы — «Центральная государственная библиотека имени Ф. М. Достоевского.»

Разумеется, старинным оно было лишь по местным меркам, но выглядело очень солидно.

Поднимаясь по лестнице, почему-то пришла мысль что я уже здесь был, но не сейчас, а гораздо раньше. Хотя с другой стороны, — учитывая что подобные сооружения часто строятся по одному проекту, мог просто перепутать.

Зашёл в просторный холл, осмотрелся.

Высокие потолки, пустая гардеробная, лавки вдоль стен, повсюду портреты и плакаты с призывами к чтению.

В наличии три двери, одна открыта.

— Добрый вечер, Клавдия Михайловна! — прочтя имя на шильдике неожиданно появившейся библиотекарши, поздоровался я.

Чуть постарше меня, — лет двадцати с хвостиком, высокая, большие зелёные глаза, туго обтянутая блузкой грудь — размера так третьего, густые светлые, чуть с рыжинкой волосы, ниспадающие аж до талии, девушка очень странно смотрелась в этом месте.

— Здравствуйте Аркадий! — неожиданно ответила та. Честно сказать мне даже захотелось посмотреть нет ли на мне такого же шильдика. Может при входе их как-то автоматом вешают?

— Что-то вы к нам совсем редко заходить стали, или дорогу позабыли? — хитро улыбнулась красавица.

— Нет, что вы Клавдия Михайловна, просто учебу заканчиваю, не до книжек было, к экзаменам готовлюсь…

— Экзамены, это хорошо, то что готовитесь — похвально, но вот книги задерживать — плохо. У вас когда срок вышел? В прошлом месяце? — продолжая улыбаться, «наехала» она.

Не теряясь в самых сложных ситуациях, здесь я растерялся. Что тут сказать? Я ведь даже не знаю какие книги брал мой предшественник. Да и вообще, девушка выглядела настолько сногсшибательно, что я с трудом заставлял себя не таращиться на неё.

Вот так разведчики и прокалываются, на мелочи какой-нибудь. Понятно, что я не разведчик и если сморожу глупость, она не побежит в полицию, но всё равно ситуация мне не нравилась.

— Верну. Вот ей богу верну. Зуб даю! — совершенно искренне поклялся я.

— Ну-ну… — покачала головой девушка. — Все вы так говорите, а потом бац, и пропадаете! А если штраф придётся платить? — округлив глаза, Клавдия Михайловна не глядя ткнула пальцем в плакат за спиной.

«Книга — источник знаний!» — гласил тот, и про штраф там не было ни слова.

— Штраф? — удивился я. Мне всегда казалось что в таких местах как библиотеки, понятие денег вообще не существует. А тут, оказывается, всё не так уж и радужно.

— Ну а как вы хотели, Аркадий? Книга ведь тоже денег стоит, её купить надо прежде чем на полку поставить, а такие как вы их теряют…

— Ну хорошо, Клавдия Михайловна, штраф так штраф… — со вздохом сказал я, доставая карту.

И если таксисты никак не реагировали на этот странный кусок пластика, то библиотекарша, на удивление, сделала откровенную стойку.

— Откуда у тебя это, Аркадий? — перейдя на ты, треснувшим голосом произнесла она.

— Так в банке дали. Счёт когда открывал… — честно ответил я.

— В банке?

— Ну да. А где ещё карты дают?

— Можно посмотреть?

Я протянул карту, девушка взяла её, убедилась что там выбито моё имя, и с обольстительной улыбкой вернула обратно.

— Ты не говорил что богат… — не стала юлить она.

— Хм… А где видно что я богат?

— Так карта же…

— Что карта?

— Именная, платиновая, да ещё и со змейкой.

— И что это значит?

— Платиновая карта, это знак особенного клиента, то есть такого, на счету которого лежит кругленькая сумма. В том банке в котором у тебя счет, это как минимум пара миллионов.

— А змейка?

— Это символ аристо, что-то вроде принадлежности к их привилегированному клубу.

— Хм… — снова хмыкнул я, и сунув карту в карман, спросил откуда она всё это знает.

Девушка удивилась, и предположив что у меня склероз, объяснила что работает в банке, а здесь иногда заменяет бабушку.

— Бабушку замещаю, или вы забыли? — с прищуром посмотрела она, снова незаметно начав «выкать».

— Нет, не забыл… Просто как-то неожиданно всё… — буркнул я, десять раз пожалев что пришёл в это странное место.

— Но вы же не просто так к нам зашли, Аркадий?

— Да, мне нужны кое-какие книги.

— Бумажные, или электронные?

Вручную листать не хотелось, поэтому я выбрал электронные, и вскоре уже сидел в отдельной комнате за настольным терминалом.

— Надеюсь, как пользоваться, не забыли? — проводив меня до места, спросила девушка.

— Нет, что вы. — наверное слишком поспешно выпалил я, чем вызвал очередной недоуменный взгляд. Хотя на самом деле совсем не был уверен что разберусь.

Но всё оказалось абсолютно не сложно. Введя в поисковой строке свою фамилию, получил длинный список литературы в которой она упоминалась. Аж почти тысяча книг, или каких-то других изданий.

Отбросив всё художественное, потом отсеяв те в которых упоминания были незначительные, проредил список до нескольких десятков. И выбрав уже из них наиболее свежие экземпляры, в основном газетные издания, углубился в чтение, параллельно делая заметки в блокноте.

Текста было много, но читая «по диагонали», что-то удавалось выщипывать.

Итак, род парня чье место мне «посчастливилось» занять, оказался весьма древним, но последние несколько десятков лет у представителей этой славной династии наступила чёрная полоса.

Череда громких банкротств, доходящие до кровавых разборок внутренние распри, и войны с внешними врагами, превратили некогда входящую в «круг первых» семью во что-то совсем немыслимое.

Из трёх ветвей осталась одна, финансовое состояние сократилось на многие порядки, и в итоге от былого могущества оставался лишь пшик: какая-то пристань, да тот самый старинный дом на задворках цивилизации.

Но, по большому счёту, всё это не было мне особенно интересно, как говорится — прошлого не воротишь, но вот один фактик выяснился весьма любопытный. Мать моя, точнее моего донора, принадлежала к ещё более древнему и могущественному роду, но о том как она оказалась замужем за моим отцом — к тому моменту уже вытесненным не только за пределы круга первых, но и вообще отовсюду, я не нашёл ни слова.

Карамзина. Такую фамилию носила произведшая это тело на свет женщина.

Случись это десятком лет ранее, ещё как-то сходилось бы, но на момент замужества Филатовы уже совсем захирели, и отдавать дочь за представителя «мертвого» клана было совсем нерационально. Обычно в таких случаях браки заключаются из-за титула или денег, но здесь точно нет, ведь судя по тому что я нашёл, Карамзины входили в пятерку богатейших династий Империи, а может и вообще лидировали в этом списке.

Поэтому совсем непонятно, как была допущена ситуация с настолько невыгодным замужеством.

Выписав на листочек самое интересное — имена, адреса, факты, я попытался найти что-нибудь о себе или о сестре, но про нас в библиотечном архиве не было совершенно ничего.

Поковырялся ещё немного, думал может с фамилией не так что-то, забил в поисковик адрес дома, потом номер школы, надеясь что здесь что-то будет. Но нет, с этой стороны тоже самое, пустота.

Пока сидел, успел проголодаться, но предусмотрительная библиотекарь-финансист принесла поднос с бутербродами и кофе, поставила его с краю на стол, и молча удалилась.

Я же крепко задумался. А может в столицу податься? Бросить всё здесь, и туда? Ну а что, денег много, легализуюсь, выкуплю где-нибудь в Подмосковье кусок земли, построю казармы, ангары для техники, накуплю шагоходов, найму пилотов, да создам собственную армию.

Не откладывая, тут же забил требуемое в поисковик, но ничего касающегося Империи не увидел. Изменил запрос, побегал по страничкам, и пришел к неутешительному выводу. — Ни танков, ни самолетов, ни тем более шагоходов купить в России нельзя, ибо армия и всё что с ней связано, исключительно государственная прерогатива. А если и есть у кого частные войска, то это как раз аристократы, причем только лояльные к правящему дому, только они могут позволить себе распоряжаться тяжелым вооружением.

Грустно, конечно, но не смертельно. Так-то, я и есть этот самый аристократ, пусть пока только на бумаге, но это дело поправимое. В данный момент фамилия хоть и угасла, но коли правильно пойти к вопросу, да при правильном финансировании, былую славу можно и возродить. И тут даже не в тщеславии дело, мне вообще параллельно что про меня скажут, или подумают, просто раз уж так всё устроено, что достичь хоть чего-нибудь приличного можно лишь будучи в «обойме», значит буду соответствовать.

Закончив с просмотром литературы, попросил библиотекаря перенести мне на терминал несколько любопытных изданий, и получив желаемое, хотел уже уходить.

— Аркадий, постойте! — почти в дверях перехватила меня девушка.

— Весь внимание… — повернулся я.

— Наверное покажусь нескромной, но пока вы работали, я просмотрела ваши запросы по поиску литературы, и мне подумалось что я могу быть полезной.

— А именно?

— Вы ведь интересовались некоторыми фамилиями?

— Допустим.

— У меня есть допуск в архив ГИА, и я могу поискать там. — говорила она так уверенно, словно заранее знала что я не откажусь.

— Разумеется не бесплатно?

— Разумеется. Но для обладателя платиновой карты мои запросы покажутся ничтожными…

Предложение было интересным, да и девушка мне нравилась, поэтому я согласился, но добавил к тому что она перечислила, ещё и поиск информации о существующих на сегодняшний день вооружениях.

— Когда ждать результат?

— Думаю, за неделю управлюсь. — так многообещающе улыбнулась красавица, что я не сдержался, и пригласил её на ужин.

— Когда?

— Сейчас. Чего ждать?

— Но время ещё обед…

— Ну и хорошо. Я не обедал, вы наверняка тоже. Почему бы и не совместить?

Честно сказать, говоря о еде, думал я совсем о другом, поэтому предложение поужинать получилось весьма двусмысленным. Главное ведь не что сказал, главное как это сделал.

Конечно же девушка оказалась не глупа, и поняла намёк, но не отказалась, а чуть поколебавшись, для соблюдения хоть каких-то приличий, согласилась.

В итоге, через сорок минут мы сидели в роскошных апартаментах гостиницы из серии «дом на час», и ждали когда нам принесут наш заказ.

— Можно вопрос? — усевшись так чтобы с моей стороны открывался самый выгодный вид, спросила она.

— Конечно. — улыбнулся я, предвкушая как вскорости стяну с неё платье.

— Мы с вами знакомы не первый день, Аркадий, но вы никогда не были таким… — она хотела добавить ещё какой-то эпитет, но сдержалась.

— На днях я повздорил с одноклассником, и упав, ударился головой. Ничего страшного, но очнувшись, понял что совершенно ничего не помню, вплоть до своего имени. — не стал я темнить, всё равно, так или иначе, а информация о моём беспамятстве станет доступна всем и каждому, так зачем тянуть. Тем более это позволит задавать практически любые вопросы.

— О-о… — всплеснула руками девушка.

— Так всё и было. — покивал я.

Потом нам принесли заказ, и слегка закусив, мы занялись тем для чего и пришли сюда, в эту обитель разврата.

Не скажу что моя избранница была неопытна, но по поведению можно было понять что секс для неё ещё не стал обыденностью, она стеснялась, постоянно пыталась прикрыться, и этим распаляла меня ещё сильнее.

В итоге, вызвав такси, апартаменты мы покинули уже затемно. Машину, кстати, когда заказывал, предупредил что если будет какой-нибудь рыдван, устрою скандал. Видимо мне поверили, потому-что приехал огромный лимузин на восьми колёсах.

Сели, я назвал адрес — нужно было отвезти Клавдию домой, и пока тащились по пробкам, опробовали очень удобный, — как оказалось, и необыкновенно мягкий задний диван.

Проводив девушку до консьержа, — а жила она тоже почти в центре, я вернулся в такси и набрал номер Ирки.

— Рехнулся? — вместо приветствия произнесла та, после нескольких длинных гудков в трубке.

— Частично. — согласился я. — Не занята?

— На часы смотрел? Ты вообще где?

Жила Ирка недалеко от меня, и в этот момент такси как раз парковалось под её окнами.

— Ну ладно, подожди немного… — услышав что я уже внизу, неохотно согласилась девушка.

— Стоянка оплачивается согласно тарифу! — неожиданно «ожил» шофёр. Всю дорогу он как воды в рот набрал, завидовал наверное, а тут вдруг решил проявиться.

— Знаю. — сказал я, и снова поднял разделяющее стекло.

Долго ждать не пришлось, моя подруга спустилась почти сразу.

— Чего хотел? Что за срочность? — усаживаясь рядом, «напала» она.

Тянуть не стал, а сразу выложил всё что нарыл в библиотеке.

— Есть такие. — выслушав, подтвердила она.

— Я говорил что-нибудь про них раньше?

— Нет. Ты вообще не отличался болтливостью, но тогда понятно почему тебя не рискнули турнуть из школы…

— В смысле?

— В прямом. Стоит кому-нибудь из твоих родичей просто косо глянуть в нашу сторону, тут такое начнётся!

— Серьёзно?

— Абсолютно. Постой, а чем от тебя так пахнет? Духами? — внезапно напряглась Ирка.

— Мне приятно что ты ревнуешь, но это не от меня, это в машине надушено. — старательно пряча улыбку, подразнил я девушку.

— Ну да… Ну да… — мгновенно переменившись лицом, она наклонилась, и брезгливо подцепив двумя пальцами, подняла с пола чёрные кружевные трусики.

Спортзал

Объяснить ничего не успел.

Сунув трофей мне в лицо, Ирка выскочила из машины, и сломя голову рванула к подъезду.

— Ну и дура… — буркнул вслед, искренне не понимая мотива такого поведения.

Нет, то что приревновала — я вижу, но с какого перепугу? Ведь до моего появления сам Аркадий никогда не был у неё` в фаворе. Она если и общалась с ним, то скорее из жалости. Даже влюбленный в Ирку Эдик подтверждал это.

О том что на бедного мальчика-изгоя — на меня то бишь, обрушились несметные богатства, знать не должна. Картой перед ней я не светил, да и не было у меня этой карты.

Если Клавдия сразу запала на платиновую «змейку» и ей было совершенно пофиг что к ней прилагается, то здесь получается совсем другая картина.

Подождав несколько минут — вдруг одумается? Я назвал шофёру домашний адрес и вскоре уже открывал входную дверь.

Включил свет, осмотрелся, — бардак так никуда и не делся, и стараясь ни на что не наступить, поднялся к себе в комнату. Перед сном хотел ещё в терминале покопаться, но глаза закрывались сами собой, и не в силах сопротивляться, как был одетый, так и бухнулся на кровать.

Спал крепко и без снов. Проснулся за час до занятий и успел не только помыться, но и позавтракать найденными в холодильнике остатками вчерашней еды.

Путь до школы в этот раз оказался совсем коротким, выйдя из дома, я задумался, и очнулся уже в знакомой рекреации.

На урок — а первой была математика, пришёл почти раньше всех, и ожидаемо сразу занял место у доски. Окрыленная моими знаниями, математичка хотела во что бы то ни стало найти их предел, и почти сорок минут гоняла меня по всему учебнику.

Она диктовала задания, я решал, а класс с удовольствием наблюдал за нами.

— Ну что тут можно сказать Аркадий… У тебя несомненный талант. Сколько работаю, а такого ещё не встречала! — уже после звонка резюмировала женщина, и вновь напомнила про высшую школу.

— Вот, берите пример! — повернувшись к не желающим покидать аудиторию ученикам, отчеканила она. — Человек взялся за ум и какой отличный результат!

— Что у вас следующим уроком?

После математики была химия пространства, потом география и литература. Но в отличии от математички, другие учителя не проявили ко мне особенного интереса. Да и сам я не шибко стремился блеснуть знаниями. Математики хватало за глаза.

А вот на физкультуре меня ждал сюрприз.

Во-первых, урок был сдвоенным, кроме нас в зал пришли и А-шки, а во-вторых, не успев толком появиться, сам физрук куда-то испарился. Вот, вроде, был только что, и пропал бесследно.

Но на этом дело не кончилось, А-шки, точнее их большая часть, явно что-то задумали.

Поначалу они стояли тихонько в стороне, но как только прозвенел звонок, стали поглядывать в мою сторону.

— Думаешь рискнут? — негромко спросил Эдик.

— Не знаю. — ответил я. — А где физрук-то?

— Свалил. Походу нездоровое что-то намечается… Гляди, как они на нас пялятся…

Причём пялились не только побитые мной «золотые мальчуганы», но и другие, исключением была лишь Ирка, и какой-то плюгавенький паренек.

В отличии от всей остальной школы, физкультурный зал был зоной где не действовали никакие энергии. Как бы ты не был одарён вне этих стен, здесь работала только физика.

Сделано это было для того, чтобы ученики не могли причинить вред друг другу. Различные спортивные состязания, игры, спарринги, заставляли выплескивать кучу эмоций, и не будь такой защиты, произойти могло что угодно.

А игра в гляделки продолжалась недолго. Пару минут спустя ко мне направилась одна из девиц а-класса. Стройная, смуглая, короткостриженая, в спортивном костюме и аккуратных белых кроссовках той же фирмы.

Издалека я её не разглядывал, а вот когда подошла, смог рассмотреть. Лицо обычное, наверное, если накрасить, даже красивое, но взгляд — на меня она смотрела как на клопа, портил всё впечатление.

— Филатов? — не доходя пяти метров, остановилась незнакомка.

— Скорее да, чем нет. — с улыбкой ответил я.

— С тобой поговорить хотят. Пойдём.

— Никуда он не пойдёт. — неожиданно встрял Эдик. — И вообще, что вам надо?

Но девушка даже ухом не повела, и так же не отводя от меня взгляда, добавила обидное,

— Пойдём, если не боишься…

Насколько я мог определить, потенциально незнакомка была достаточно сильна, но здесь толку от этого не было, и конкретно её, можно было точно не бояться. А вот оккупировавшая единственный выход троица внушала опасения. Был бы шанс уйти через бассейн, но дверь туда закрыта, да и бегать мне совсем не хотелось.

— Спокойно Эдик. — «осадил» я товарища, когда тот снова встал на мою защиту, и стараясь не отставать, двинулся вслед за парламентёршей, направившейся к показавшимся опасными парням.

При моём приближении троица оживилась, двое разошлись в стороны, а третий шагнул навстречу.

Невысокий, плечистый, такой же короткостриженый как и остальные, со сбитым на бок носом и густыми, кустистыми бровями, настроен тот был решительно.

— Филатов? — хмуро спросил он, будто не знал, или сомневался.

— С утра был.

— Претензия к тебе имеется. Догадываешься какая?

— Не очень. Расскажешь?

За свою жизнь мне много раз приходилось общаться в подобном тоне, поэтому, чтобы удивить меня, или сбить с толку, нужно было очень постараться.

— Ты на самом деле такой тупой, или притворяешься? — пробасил непонятно откуда появившийся «золотой мальчик». Если не ошибаюсь, это был тот, которому я влепил с ноги.

— Да уж не тупей тебя… — ухмыльнулся я, прикидывая как лучше поступить.

Из всех присутствующих самым опасным был невысокий, и если начинать драку, первым нужно выбивать его. Будь у меня уверенность что всё получится, ударил бы сразу, без болтовни, но уверенности не было, поэтому приходилось импровизировать.

И физрук так не вовремя слился.

А вообще, если абстрагироваться и подумать логически, вряд ли меня хотят убить, ведь если так, сделали бы это втихаря, благо возможностей найти можно кучу. Скорее всего мальчикам нужно восстановить свою потрепанную репутацию, поэтому сейчас они попытаются перед всеми меня унизить.

А вот и тяжелая артиллерия. Со стороны раздевалки подходил старый знакомый со странной фамилией Тополь, тот самый что рыпался в туалете.

— Ха! — подошёл он ближе, на ходу потирая кулак левой руки, ладонью правой. Значит левша. — Вот это встреча!

— Мне тоже неприятно тебя видеть. — уже прикидывая куда ему лучше садануть, усмехнулся я.

— Толпой на одного, нечестно! — незаметно подкрался Эдик. Даже не поворачиваясь к нему, я чувствовал как он боится, но бросить меня не может.

— Почему на одного? — осклабился здоровяк, — вас уже двое!

Ничего не отвечая, Эдик встал рядом со мной.

— Спасибо. — негромко поблагодарил я, хотя и понимал что толку от него особо не будет. Хорошо если поначалу кого-нибудь отвлечёт, на большее он вряд ли способен.

— У тебя, Филатов, — вперёд снова выступила девица в чёрном, — ещё есть шанс избавить всех нас от ненужных проблем!

— Круто. И как же? — от её предложения за версту фонило подвохом, но уточнить стоило.

— Извинись. Прилюдно. — глядя мне прямо в глаза, ответила девушка. Честно сказать, я даже слегка обалдел от такого предложения. — Может не всё ещё потеряно с этими нахальными сынками хозяев жизни?

И чтобы не упустить шанс свести конфликт на нет, поспешно произнёс,

— Извините меня парни, не подумал, погорячился. Был не прав. Мир?

— Гы-гы-гы — дружно заржали все кроме девчонки.

— Не так извиняешься, падаль! Так мы тебя не то что не простим, мы тебя за такие извинения ещё больше на куски рвать будем! — высказался один из оппонентов, и вытащив из кармана пластиковую бутылку, наглядно продемонстрировал что со мной сделает.

— На колени падай, и сюда ползи! — поддержал второй, гордо выпячивая впалую грудь.

— Ага, а то у меня что-то кроссовки запачкались, надо бы протереть! Гы-гы-гы! — противно заржал Тополь и его тут же поддержали остальные.

Расклад получался неважный — пятеро на двоих, тем более Эдика вырубят сразу же, и мне придется отмахиваться в одиночку. Это в тот раз они не ждали, а сейчас нормально подготовились, кроме численного преимущества у каждого в кармане имелось что-то тяжелое, скорее всего парни вооружились кастетами.

Попробовать выскочить через окно? Но высоковато оно. Будь у меня возможность пользоваться даром, я бы и не такую высоту запрыгнул, но в том то и фишка что для того чтобы им воспользоваться, надо как-то отсюда выбраться.

— Ну что ты ждешь? Падай на колени и ползи! Или тебе помочь? — не двигаясь с места, угрожающе зашипел Тополь.

— Да он, наверное, мазохист, ждёт когда мы его силком на колени поставим, правда ведь, парни? — в том же тоне озвучил ещё один, оглядываясь на остальных.

Трусят? — исключено. Они вполне уверены в своих силах, а значит за их медлительностью скрывается что-то ещё, и мне кажется я знаю что именно.

— Думаешь разозлить меня?

Камер наблюдения не видно, но они стопроцентно есть. Если на входе в школу и в коридорах съемка ведётся в открытую, то здесь, так же как и в классах, камеры спрятали, дабы не смущать учеников.

Вот эти уроды и ждут когда я сорвусь и первый съезжу кому-нибудь по морде.

— Угадал! — опять заржал Тополь.

— Зря стараетесь, ничего у вас не выйдет.

Ашки переглянулись, и обменявшись многозначительными взглядами, зашевелились, теперь уже открыто готовясь к нападению.

Закатывали рукава, в руках появились кастеты, а один откуда-то выудил даже стальной прут. Я тоже напрягся, ожидая что вот-вот прилетит, но они не спешили, наверняка каждый ждал инициативы от другого, не желая становиться инициатором драки.

Но вот Тополь шагнул вперед. Ему, как директорскому отпрыску, было положено больше чем остальным, поэтому выглядел он посмелее.

Шагнул, перекинул из руки в руку кастет, повёл плечами, но внезапно остановился.

— Пятеро на одного, не честно. — за спиной неожиданно раздался знакомый бас.

— Их двое! — дал петуха кто-то из агрессоров.

— Нет. Дохляк не считается. — сдвигая Эдика в сторону — чему тот был несказанно рад, здоровяк Виталий из моего класса поплевал на руки, и быстро сделав несколько разминочных движений торсом, шагнул вперёд.

Честно сказать, я даже среагировать не успел, как ближний из ашек отлетел в сторону, и плашмя свалившись на деревянный пол, заорал что-то матерное.

Виталик же, несмотря на свои габариты, двигался очень быстро, и спустя секунду сцепился с Тополем.

Я тоже не стал тормозить, ввязываясь в драку резким ударом по ближайшему противнику. Правил не было, поэтому бил коротко и больно, туда куда бить обычно не принято.

Закрыв голову руками в боксерской стойке, и не ожидая такой подлянки с моей стороны, тот звонко взвизгнул, и в одно мгновение сложился пополам.

Вот только и мне прилетело.

Воспользовавшись суматохой, один из «фланговых» подобрался ближе и о души зарядил в ухо.

Сказать что посыпались искры из глаз — ничего не сказать. Боли не было, но сотряс был такой, что я едва на ногах устоял, пропустив, до кучи, ещё и несколько ударов по корпусу.

Бил он не особо сильно, но после удачно пойманного ухом хука, этого оказалось достаточно, и я совсем поплыл. Казалось, ещё мгновение, и мне хана.

Спас ситуацию Эдик. Резко рванувшись вперёд, он врезался в моего обидчика, выигрывая так необходимое время. Конечно, один на один он не сделал бы ничего, но тут помог эффект неожиданности.

Сосредоточившись на мне, ашник не ожидал нападения, и не устояв на ногах, свалился, погребая моего спасителя под собой.

Сопя и матерясь, они завозились на полу, и вроде не быстро всё происходило, но пока я соображал, ашник уже заканчивал делать из моего товарища отбивную. Заняв доминирующее положение, бил он чётко в лицо, и каждый раз когда отягощенный кастетом кулак врезался в Эдика, у того что-то хлюпало и громко клацали зубы.

Изображение перед глазами расплывалось, но я старательно пытался собраться, вот только когда мой ботинок наконец прилетел ашнику в голову, Эдик уже обмяк и не шевелился.

Очень надеясь что он живой, я пнул ашника ещё несколько раз, и убедившись что тот надолго вышел из боя, переключился на следующего.

Среднего роста, сивый, с огромным носом на всё лицо, он оказался трусом. До последнего не решаясь вмешаться в драку, и осознав что сейчас ему прилетит, он развернулся, и что есть духу рванул к ведущей в бассейн двери.

А Виталик тем временем добивал Тополя — оно и сразу понятно было что против этого «бычары», у того нет шансов. Обычно большие люди неповоротливы, но одноклассник был исключением из правил.

Самое странное что когда он просто ходил, постоянно врезался в торчащие углы и косяки, но в драке всё было совершенно иначе.

Сбив со своего противника спесь, сейчас он просто играл с ним. Ткнёт легонько сбоку в челюсть, раскроется, и дождавшись когда в ответку полетит кулак, увернётся.

И вроде бы всё, можно выдыхать, но внезапно со стороны бассейна послышался шум, и на «поле битвы» появились новые участники.

Я даже не поверил сначала. Думал, может в глазах двоится. Но нет, сивый трус оказался не трусом, а ответственным за прибытие подкрепления. Теперь он бежал обратно, а из ведущей в бассейн двери вывалилось несколько спортивного вида мужиков. В масках и накинутых на головы капюшонах, они явно не хотели быть узнанными.

И это уже грозило фиаско. Наверное, будь я в своём прошлом теле, что-то бы и смог — теоретически, но сейчас нет даже малюсенького шанса.

А «пришельцы», не мешкая, рванули к нам.

Сдёрнув с руки поверженного противника кастет, я подскочил к ещё сопротивляющемуся Тополю, и двумя короткими ударами отправил его в нокаут.

— Зачем? — успел спросить Виталик, но заметив приближающуюся опасность, просто кивнул.

То, что перед нами профессиональные бойцы, я понял сразу.

Причём, это явно были не спортсмены, то как они держались, как двигались, напоминало скорее военных, ну или на крайний случай чью-то личную охрану.

Возможно будь я на самом деле столь молод, насколько молодо моё тело, погеройствовал бы, но молодость моя прошла много лет назад, а зрелость сообщала о том, что у нас с Виталиком нет ни единого шанса.

И ладно бы это было просто банальная драка, хрен с ним, не жалко. Но само появление «на поле» профессионалов говорило о совсем серьёзных проблемах.

— Уходи. — шепнул я однокласснику, но тот только вжал голову в плечи, и поднял перед лицом пудовые кулаки.

— Ты меня слышишь? Они пришли за мной, отойди и тебя не тронут! — уже громче повторил я, но тот только мотнул головой.

А тут ещё и Эдик зашевелился. Встав на колени, приподнялся, потёр глаза, и пробормотав что-то вроде «ай как же больно», с трудом, но всё же поднялся на ноги.

Я хотел толкнуть его обратно, лежачего вряд ли тронут, но меня опередили. Двое девчонок буквально подхватили Эдика под руки, и потащили к стене.

А вот то что произошло дальше, я и предугадать не мог. Нас с Виталиком внезапно окружили одноклассники, в прямом смысле закрывая собой от приближающейся угрозы.

Понимая что ничего противопоставить людям в масках не смогут, они взялись за руки, соорудив на пути «пришельцев» живой щит.

И те, не дойдя каких-то десяти метров, остановились.

Несмотря на внешнюю одинаковость, мне показалось что я смог выделить главного. Двигался тот позади всех, и в движениях его присутствовала какая-то особая уверенность. Глаза смотрели холодно, но встретившись с ним взглядом, мне показалось что под маской он улыбается.

Застыв на мгновение, тот коротко «бросил»,

— Уходим!

Развернулся, и так же неспешно двинулся к выходу.

Молча провожая их «глазами», никто не шевелился, и лишь когда за ними захлопнулась дверь, понеслись первые шепотки.

— Спасибо ребят… — только и смог выдавить я. Адреналин спадал, начинало потряхивать, резко разболелись «боевые» травмы.

И уже потом, когда всех калеченных увели в медпункт, смог осознать, что для меня сделали эти подростки.

Док и Дед

Из всех нас больше всего досталось Эдику, он получил сотряс, — слава богу лёгкий, ему сломали нос и выбили два верхних зуба. Здоровяк отделался лишь ссадинами, а я головной болью и сбитыми кулаками.

Честно сказать, даже поблагодарить ребят не смог толком, едва ушли люди в масках, как в помещение «влетела» охрана. Почему так поздно, вопрос риторический, но первое что они сделали, уложили меня, Эдика, и моего большого одноклассника мордами в пол, а остальных просто вывели из зала.

А потом началось самое интересное. Краем уха я услышал что с камер наблюдения исчезли все записи, и доказать как всё происходило, можно было только со слов участников. Ну и, конечно, в ответ на наши заявления, ашки озвучили свою версию, в которой я был зачинщиком, Эдик криминальным мозгом, а Виталик, с его пудовыми кулаками, представлял тяжелую артиллерию.

— Они первые начали! — громко кричала девчонка «парламентёр».

— Фмотрите фто они со мной фделали! — беззубо шепелявил Тополь. Не знаю уж как, но ему вполне удавалось имитировать потерю зубов, хотя на конец заварушки они были целы.

Почти сразу прискакал директор, и бегая вокруг сынка, зыркал так, что мне, да и не только мне, будущее виделось вполне определённым.

Чуть позже подкатили полицейские, среди которых были и двое моих знакомых.

— Так, что тут у нас? — набычился капитан, уставившись мне в переносицу.

— Он избил моего сына и его друзей! — припадая на правую ногу, подскочил директор.

— А кто ваш сын? Этот? — кивнув на Тополя, хмыкнул капитан.

— Он! Он! Посмотрите что этот уголовник с ним сделал!

— Хм… — поджав губы, промычал полицейский.

— Вы уверены что это был именно этот парень? — подошёл подпоручик. Глядя на меня и габаритного Тополя, он явно засомневался.

— Вот, ещё эти двое ему помогали! — взвизгнула девчонка «парламентер».

— Ну…если только помогали… Есть что сказать в своё оправдание? — вновь упёрся в мою переносицу капитан.

Я понимал что директор будет всячески выгораживать своего сына, и тащить за собой Виталика с Эдиком не хотел. Если уж присутствующими игнорируются столь явные факты, то…

— Нет, это я им всем так наподдал.

— В смысле? — капитан аж икнул от неожиданности, и повторил — В смысле, всем?

— Да в прямом. Вот этими самыми руками. — вытянув кулаки, я продемонстрировал сбитые костяшки.

— Мда… Никогда бы не подумал… Такой дохляк… — протянул подпоручик, и раскрыв свою кожаную папку, принялся перебирать бумажки.

— Что в карманах? — «ожил» капитан.

— Да ничего такого…

Терминал я оставил в раздевалке, поэтому, если что и было, то только ключ от дома и карта.

— Выкладывай! — приказал тот.

— Вот.

— Это что? — нахмурился капитан, подобрав с подоконника банковскую карту.

— Карта.

— Я вижу, чья она? Где ты её украл?

— Нигде, это моя карта. Дед подарил в честь будущего выпуска из школы. — соврал я, и глядя на вытягивающееся лицо директора, понял — сказал то что нужно.

— Д-Дед? — заикаясь, переспросил он.

— Ну да. Дед. — подтвердил я. — Если вернёте мне терминал, могу набрать ему, сами убедитесь. Да на ней фамилия написана, посмотрите…

Врать, так до конца. Я хорошо помнил что директор говорил тогда в кабинете. По его словам я был изгоем, но наверняка он знал что-то конкретное, ну или хотя бы догадывался.

— Не надо звонить… — побледнел директор, и схватив офицера под локоть, утащил в сторону.

О чём они говорили, я не слышал, обмен мнениями проходил шёпотом, но по их лицам вполне можно было догадаться.

— Что теперь будет? — незаметно подошёл Эдик.

— Ничего. Сейчас нас отпустят, и скажут что ничего не было.

— Это как так? — скептически посмотрел друг.

— Увидишь.

Тем временем директор с капитаном закончили аудиенцию, подошли, и капитан, откашлявшись, произнёс, обращаясь к директору;

— Надеюсь вы примете все меры чтобы подобного не происходило в будущем?

— Конечно господин полицейский, — перешёл на официальный тон тот, — всенепременно разъясню молодежи как не стоит себя вести.

— Ну, тогда всего вам наилучшего! — капитан приложил руку к фуражке, и прихватив за локоть ничего непонимающего подпоручика, потащил его к выходу.

— Начинать когда будете? — проводив взглядом удаляющуюся парочку, поинтересовался я, обращаясь к директору.

— Что начинать? — нахмурился тот.

— Разъяснять. — встрял Эдик.

— Правила поведения. — добавил я.

Директор набычился, недовольно хмыкнул, и ничего не говоря, двинулся вслед за полицией.

Может это и было лишним, но я не мог отказать себе в удовольствии. Не знаю что за человек отец «моей» матери, — в сети о нём почти ничего нет, но от одного только намёка на встречу с ним, директор затрясся как осенний лист на ветру. А сейчас вообще сбежал.

— И как это понимать? — Эдик подошел вплотную ко мне, с явным намерением вытрясти правду.

— Давай потом…Честно, башка болит, спасу нет… — объяснять суть произошедшего не хотелось в принципе, тем более здесь.

Настаивать Эдик не стал. Вместо этого он глянул странно, и как подкошенный грохнулся на пол, видимо сотрясение всё же было сильнее чем я думал.

— Помогай, тащим его в медпункт! — поднимая товарища, крикнул я здоровяку. Тот хоть и стоял в отдалении, но тут же подскочил, и закинув руки Эдика себе на плечи, мы потащили его к выходу из спортивного зала.

А вечером, когда я закончил все «школьные» дела, возле дома меня ждал сюрприз.

— Аркадий Афанасьевич? — две тени скользнули со стороны деревьев, а ещё одна материализовалась прямо напротив, при ближайшем рассмотрении оказавшись благоприятного вида пожилым мужчиной.

— С кем имею? — подобрался я, отмечая что человек передо мной хоть и одарённый, но очень в меру, даже я, со своими скромными возможностями, на голову выше. Ну а мой вопрос вызвал у него явное удивление. Скорее всего мы уже встречались, но, по понятным причинам, знать этого я не мог.

— Полноте, что же вы, забыли? — осклабился тот.

Я кивнул.

— Вроде того. Амнезия.

— Ну хорошо. — пожал он плечами, — пусть так. — Волков Аркадий Вадимович меня зовут, мы с вами почти полные тезки…

Встретить на крыльце своего дома чужих людей, совсем не то, чего мне хотелось, тем более в такое время. И не будь я так любопытен, послал бы их всех куда подальше, но тут решил разобраться в ситуации.

— Не напрягайтесь вы так, Аркадий Афанасьевич, я не отниму много времени…

Мне ничего не оставалось, кроме как молча пожать плечами.

— Собственно, всё тоже самое, снова предложение в двух словах, только теперь каких…

— Миру-мир? — наобум высказал предположение я.

— Что? Простите… — посланник был явно сбит с толку.

— Два слова, — миру-мир?

— Простите?.. — как попугай, повторил он.

— Предложение в двух словах, это миру-мир?

— Нет, сто тысяч…

Теперь пришла моя очередь удивляться. Я-то думал что Волков явился по той же теме «золотых мальчиков», но, видимо, ошибался.

— Что, сто тысяч?

— Это та сумма которую мой клиент может предложить вам за заброшенный док.

— Простите? — теперь уже вырвалось у меня. Причём само собой как-то.

Посланник нахмурился, «пожевал» губами, и мельком покосившись на своих спутников, добавил почти шёпотом;

— Сто пятьдесят?

Судя по всему, до моего появления с Аркадием шли какие-то переговоры, но мне про это ничего известно не было, а продавать вслепую, увольте. Тем более теперь, да ещё таким непонятным способом. Поэтому, в резонанс шёпоту моего визави, повысив голос, я выдал короткую, но ёмкую речь о том что думаю по поводу озвученного предложения.

— Ни док, ни море на котором он стоит, не продаются, и продаваться не будут. Я понятно изъясняюсь?

— Море? — неопределённо поморщился Волков, но спорить не стал. Вместо этого достал коммуникатор, включил, и протянул его мне.

Не знаю как, но я уже догадался что там, и когда с экрана на меня посмотрела сестра, ничуть не удивился.

— Включите. — посоветовал тёзка.

Запись пошла стоило мне коснуться экрана. Внешне женщина была в порядке, и покосившись на кого-то за кадром, попросила чтобы я не упрямился, затем изображение пропало.

— Мне не хотелось прибегать к таким мерам, но вы, Аркадий, не оставили мне выбора… — делано вздохнул тёзка.

— И что, стоит мне согласиться, как вы сразу её отпустите? — усмехнулся я.

— Конечно. — собрав лицо в кучу, с готовностью закивал шантажист.

— А если нет?

— Что, нет?

— Если откажусь? Если мне плевать на неё? Что тогда?

Я ещё не закрыл рот, как зашевелились оба «фланговых».

Вот только кроме шевеления сделать ничего не успели, за последнее время мне удалось достичь некоторого прогресса в энергетическом плане, и для нейтрализации парочки перекаченных шкафов, этого вполне хватило.

К тому же всё произошло так незаметно и без какого-то шума, что Волков даже не понял ничего поначалу. В темноте что-то синхронно шлёпнулось, и затихло.

— Ну так как? — издевательски повторил я.

— Э-э… В смысле откажетесь? — закрутил головой тот, и когда не нашёл никого из своих «подельников», огорчённо «сдулся».

— Не беспокойтесь, ваши сторожа в отключке, и в ближайшие полчаса нас не побеспокоят. Зайдёте в дом?

Уверенности, что их всего трое, у меня не было, поэтому стоять посреди двора не хотелось, да и разговоры разговаривать лучше внутри помещения.

Волков кивнул, сгорбился, ещё раз тяжело вздохнул, и только потом направился к дверям.

А вот оказавшись в доме, заметно оживился.

— Как вы это сделали? — спросил он. Страха на его лице не было, лишь недоумение, и, я бы даже сказал, любопытство.

— Неважно. Вижу что вы человек неплохой, поэтому вреда вам не причиню. Рассказывайте. — так же подчиняясь интуиции, подбодрил его я.

Конечно, с ходу тот откровенничать не стал, но когда всё же решился, историю выдал вполне ожидаемую, да еще и подкрепил сказанное картинками из сети.

Если коротко — во всём виновата доставшаяся моему предшественнику и его сестре по наследству, заброшенная база подводных лодок, которую местные называли доком. Построенная военными ещё в позапрошлом веке, она хорошенько подразвалилась, но даже в таком виде, сто пятьдесят тысяч за столь грандиозное строение — жалкие крохи.

— Они не оставили мне выбора, — оправдывался он. — У меня семья, дети, внуки… Что мне было делать?

Я пожал плечами. Как говорится — проблемы индейцев шерифа не волнуют, не силком же его тащили?

А вообще, в какой-то степени я был даже рад такому повороту. Никаких тебе загадок, никакой войны между кланами, а вот так банально и просто. Цель — нажива, исполнители — обычные бандиты. Вот только имя заказчика Волков называть отказывался.

— Сейчас у вас выбор тоже не богат… — «обрадовал» я его, — вы, либо скажете мне имя того наглеца что послал вас, либо умрёте. Третьего не дано.

— Не могу! — неожиданно запротивился он. — Хоть режьте, но не скажу!

— Я не шучу. Будете молчать, отправлю к пращурам…

— Отправляйте! — решительно стиснув зубы, выдавил из себя тот.

И я видел что он не шутит. Внешне плюгавенький, но со стержнем.

— Что, совсем не страшно?

— Почему же? Страшно. В такой ситуации только дурак не испугается… А я, далеко не дурак, знаете ли…

— Тогда зачем себя мучить? Скажите имя, и можете быть свободны.

— Нет. Не могу. У меня семья!

Дабы подтвердить серьёзность намерений — мало ли, может он блефует, я слегка надавил, заставляя своего оппонента схватится за горло и упасть, судорожно хватая воздух.

— Давайте уже…кончайте! — прохрипел тот, медленно оседая по стенке.

Убивать, кого бы то ни было, в мои планы не входило, но и разбрасываться пустыми угрозами я не хотел.

Что делать? — Непонятно.

— Хорошо. — ослабил я давление. — Мне не ясно отчего вы так упорствуете, но я не стану убивать вас.

Получив свободу, тот вытаращился, и шумно вдыхая воздух,что-то просипел.

— Те двое, — взглядом показал на дверь, — они от заказчика?

Тёзка кивнул.

— Отлично.

Пытать по-прежнему никого не хотелось, но добыть интересующую информацию можно было и другим способом. То что это не профессионалы, понятно было сразу, поэтому, когда обыскав одного из них, нашёл терминал с подписанным контактом «босс», почти не удивился.

А дальше дело техники. Забрав терминал у тёзки, просто набрал этот номер.

Варт. — зажглось на экране.

Фамилия мне ни о чем не говорила, но благодаря сети, через пару минут я уже читал про этого человека.

Ожидаемо — бандит. Пусть уже обросший легальными бизнесами и связями с власть придержащими, но сути это не меняет, да и способы совершения сделок говорят сами за себя.

Убить его? Так не поможет. Во-первых, быстро не смогу, информации ноль, во-вторых, свято место пусто не бывает, на его место придёт другой отморозок, и не факт что не захочет так же «купить» базу. Да и вокруг не дураки, без сомнения поймут откуда прилетело, и тогда уже совсем неприятно будет.

Но и так оставлять, понятное дело, нельзя. Во-первых сестру, как бы я к ней не относился, он похитил, а во-вторых, деньги на кону не малые, поэтому всё равно не отстанут. Не он, так другой кто-нибудь найдётся.

Пока размышлял, перетащил оба бездыханных тела в кладовку, связал их скотчем по рукам и ногам, и для надёжности примотал к батарее.

— Теперь, когда вы в курсе что мне известно имя вашего клиента, может быть поделитесь знаниями? — закончив со связыванием, переключился на тёзку.

— Мне не нужны секретные данные, да вы их наверняка и не знаете. Дайте про этого человека и его бизнес то, что известно всем, чтобы я не терял время, копаясь в сети.

Тёзка помолчал немного, — взвешивал за и против, и решившись, неохотно заговорил, начав с исторической справки, полностью подтверждавшую мою теорию.

Варт Александр Карлович — вышел из с самых низов, добился высокого положения в криминальном мире, легализовался, накупил кучу предприятий, создал холдинг, но в итоге почти прогорел и очень нуждается в деньгах.

— Здесь, да и в области, много чего под ним. Это и строительный бизнес, и инфраструктура, и даже кое-что в банковском секторе.

— А как холдинг называется?

— «Восток Руси» — тяжело вздохнул Волков.

Название показалось мне знакомым, и достав из кармана терминал, я открыл небогатый пока список контактов, и нажал на вызов.

Долго никто не подходил, но потом всё же ответили.

— Слушаю вас, Аркадий Афанасьевич…

Голос управляющего был сонный, что и понятно, на часах почти двенадцать, но когда я попросил его о встрече, он с готовностью согласился.

— Куда подъехать?

— Ко мне домой. Адрес знаете?

Конечно же он знал адрес. Да и наверняка вообще всё, даже то, чего я сам про себя не знал.

Ехал тоже недолго, я едва успел сварить кофе.

— Что за срочность? — с порога спросил он, но я не ответил, приглашая его на кухню.

— Аркадий Вадимович? — вытаращился он на занявшего место возле окна тёзку.

— Он самый… — со вздохом ответил тот, и ответив на рукопожатие, уселся обратно.

Разлив кофе по чашечкам, я поставил поднос с печеньем на стол. То что эти двое знакомы, меня не удивило, мир тесен, тем более в финансовых кругах.

— Угощайтесь.

Поблагодарив, оба моих гостя приложились к горячему напитку, ожидая объяснения.

— Как наши дела с акциями? — закинул я пробный шар.

— В процессе. — задумавшись на секунду, неопределенно ответил Загорский.

— Вы говорили про холдинг «Восток Руси», или мне показалось?

— Говорил. — кивнул тот, — А что такое? Какие-то проблемы?

— Пока нет, а можно поподробнее?

— Конечно. Но особо рассказывать нечего, контора местечковая, занимается всем подряд, хотя основное направление строительное, но для нас интереса особого не представляет. Да и дела у них неважные, единственное за счет чего пока держатся, — репутация владельца.

— А что у них с акциями?

— За последний год потеряли в стоимости больше половины, и продолжают падать.

— Есть какие-то нюансы?

— Поговаривают что они выиграли у муниципалитета тендер на постройку порта, но точной информации нет, поэтому вкладываться в эту компанию я бы поостерёгся.

— А если всё так, и они действительно будут строить, как это повлияет на акции?

Управляющий задумался, «пожевал» губами, и прежде чем ответить, посмотрел время на терминале.

— Смотря что за тендер, но вероятнее всего пойдут в рост, порт это огромные деньги, а имея такого заказчика как государство, прогореть сложно, я бы даже сказал невозможно.

— А порт где планируют строить? Не на месте заброшенного дока?

— Вроде там, а откуда вам это известно? — хмыкнув, Загорский покосился на Волкова.

— Акций холдинга в продаже много? — проигнорировал я.

— Предложений достаточно, но пока толком не занимался, решил что слишком рискованно.

— Значит надо заняться, тем более время у нас пока есть.

Банки, биржи, акции — для меня все эти слова были чем-то поверхностным, но суть проблемы я уловил, и даже с ходу накидал кое какой план действий. Если коротко — не можешь предотвратить, возглавь. Понятно что не буквально, но в общих чертах примерно так и вырисовывалось. Поставив себя на место этого бандита, сразу возникает вопрос — к чему такие заморочки? Выкрали бы обоих, заставили подписать купчую и прикопали где-нибудь. Что тут сложного? Ответ — ничего. Обычно бандиты так и поступают, — как говорится нет человека, нет проблемы. Но эти миндальничают, действуют осторожно, я бы даже сказал с опаской. Значит боятся, и судя по всему на то есть веская причина.

— В смысле заняться? — напрягся управляющий.

— В прямом. Скупать, и чем скорее, тем лучше.

— М-м… А смысл? Есть куча других вариантов, я как раз хотел с вами согласовать некоторые, вот, посмотрите… — с этими словами он развернул терминал, пролистал там что-то, и принялся перечислять ничего не говорящие названия и цифры.

Я слушал и кивал не перебивая. Всё же человек старался, пусть расскажет. Тем более ему совсем необязательно знать что мне его «выборка» — просто «филькина грамота», в которой я почти ничего не понимаю.

— Вот, основные позиции по которым можно начать работать. — наконец закончил тот и выжидательно уставился на меня.

— Хорошо. Допустим, меня устраивает, и мы сделаем всё как вы сказали. Какая предполагается доходность? — Наверняка он только что говорил и об этом тоже, но среди кучи озвученных цифр и незнакомых терминов, я не смог выделить главного.

— Точно предугадать трудно, но обычно это от двух, до десяти процентов.

— В месяц?

— Нет, что вы! В год конечно!

— Мало.

— Но позвольте, больше вы нигде не заработаете, я вам гарантирую!

— Согласен, спорить не стану, но давайте пока отложим этот вопрос, и всё же займёмся акциями холдинга «Восток Руси».

Не отрывая глаз от терминала, управляющий хмуро кивнул.

— Сколько процентов мы можем выкупить?

— Не больше десяти.

— Когда можно начать?

— Основная торговая сессия до восемнадцати сорока по Москве, потом дополнительная до двадцати трех, так что можно прямо сейчас. — он быстро посмотрел на часы. — Но… Вы точно уверены в своём решении?

Стараясь не сорваться на упрямого финансиста, я как мог вежливо объяснил что да, — уверен, и нет, — не передумаю. На что тот кивнул, и уже не пряча недовольства, застучал по клавишам терминала.

Военная академия?

А мне нужно было заняться ставками.

Зарегистрировавшись более чем в двух десятках букмекерских контор, суммарно я мог одновременно поставить не больше миллиона на победу, не больше трехсот тысяч на два события, и не больше пятидесяти на серию. То есть чем выше получался коэффициент, тем меньше становилась максимальная сумма ставки. В принципе, можно было не заморачиваться и поставить всю наличность на победу нужной мне команды, — сейчас средний множитель был немногим больше двух с половиной, но принимающая ставки программа не дала бы этого сделать. Поэтому оставалось только дробить.

Победа, плюс гол на первой минуте, давали коэффициент пять с половиной в круг, и выхлоп почти в миллион. Минус налог, минус комиссия банка, чистыми получалось чуть меньше семисот тысяч. Будь у меня возможность делать ставки постоянно, можно было бы не спешить, но оставалось всего три игры, после чего моё «везение» просто помашет мне ручкой. Поэтому — надо торопиться. Вторую ставку я делал на чет\нечет, там с суммой было поинтереснее, но множитель стабильно один и семь. Третья на счёт в основное время и победителя, с неё выходило около пятисот тысяч чистыми, и в итоге должен был заработать около двух миллионов с этой игры.

На каждую контору уходило около пятнадцати минут — зайти на привязанный к кошельку счет, (все счета что я использовал, находились в разных банках), перевести деньги на кошелек, сделать ставку, выйти. И так двадцать с чем-то раз.

В итоге, закончил почти в четыре, — вставать рано, ложиться поздно. Да и спать не хотелось, нервы, мандраж, ну и вообще, настроение ни к черту. А может в астрал? — пришла умная мысль. Просто так шариться там не зачем, а вот поискать хорошего сторожа, чтобы избежать нежелательных проникновений в жилище, это идея.

Кровать не собирал, поэтому стелить не пришлось. Пока укладывался, сквозь стену просочился лисёнок. Посмотрел внимательно, демонстративно обнюхал, и сразу же удалился обратно.

Я тоже тянуть не стал, до утра оставалось не так много времени, поэтому уже через несколько минут провалился в привычное «желе».

Вот столько раз это делал, а к ощущению перехода никак привыкнуть не могу. Всё время потряхивает. Почему так? — Непонятно. Замер, прислушался. — Вроде тихо.

Встретить серьёзного демона на этом уровне задача не из лёгких, поэтому собрав все силы, «нырнул» на следующий, и сразу же принялся сканировать окружающее пространство.

Поначалу никого не заметил, но спустя какое-то время, сравнительно неподалеку мне удалось уловить едва заметное шевеление.

Собравшись, двинулся навстречу объекту, и вскоре уже обрадованно потирал руки. Это был третьеранговый демон, и находился он не в самой лучшей своей форме. Может, сцепился с кем-нибудь, или ещё что-то случилось, но сопротивлялся крайне вяло, и вскоре уже сидел запихнутый в заранее созданную ловушку.

Теперь придумать куда его поселить и, можно сказать, дело в шляпе.

Вообще, сущностей этого ранга в будильники не селят, не любят они этого, зато в старую технику типа тракторов, или станков, в самый раз. Вот только ни того, ни другого у меня не было, а из того что имелось, самым подходящим был массивный сварочный аппарат на колёсах. Не знаю уж откуда эта древность в гараже, только демону новое жилище понравилось.

Скользнув из ловушки на волю, он поначалу замер в нерешительности, но заметив сварочник, тут же рванул к нему, а оказавшись внутри, довольно заурчал.

Я тоже был доволен. Повесил на него метку — чтобы не сбежал, и вкратце объяснил правила поведения.

Третий ранг хоть и не самый умный — где-то на уровне семилетнего ребенка, зато исполнительный. Поэтому охранники из них выходят на славу. Наизнанку вывернется, но задачу выполнит. Да и сложного-то, почти ничего, — никого не впускать, никого не выпускать. Всё только с моего разрешения. В дальнейшем, конечно, буду расширять его сторожевые обязанности, но сейчас время поджимает, уже рассвело и неплохо бы проверить моих новых «друзей».

Хотя на их счёт переживал я зря. Спустившись вниз, застал обоих в тех же позах что и шесть часов назад. Тёзка дрых, а управляющий что-то разглядывал в терминале.

— Как успехи? Может по кофейку? — предложил я.

— Можно… — открыв глаза и похрустев шеей, потянулся тёзка.

— Тоже не откажусь. — поддержал управляющий.

Сварив кофе в небольшой турке, разлил его по чашкам, и достал из холодильника половинку побелевшей от старости шоколадки. Спать не хотелось, день обещал быть насыщенным, но бодрящий напиток придал атмосферности окружающей обстановке.

Пока занимался кухарничеством, управляющий отчитался о проделанной работе. Скупить удалось почти три процента акций компании, на общую сумму, без малого, полтора миллиона.

— Сейчас биржа закрыта, откроется только после обеда, думаю еще пару процентов удастся поймать. Мне бы только в офис смотаться, взять кое что… Можно?

В просьбе не было ничего предосудительного, но береженого бог бережет, поэтому покидать дом я запретил обоим, прозрачно намекнув на возможные неприятности. Не знаю, поверили ли, но это и не важно, демону-сторожу глубоко параллельно, верят в него, или не верят. Убивать я ему запретил, а в остальном — на его усмотрение.

Закончив раздавать ЦУ (ценные указания), поднялся к себе в комнату, принял душ, переоделся, и слегка посвежевшим направился в школу.

Дорогу до школы я уже выучил, поэтому добрёл буквально на автопилоте, и даже сам не понял как опоздал.

Наверное, если бы математичка увидела приведение, эффект был бы слабее. Она вздрогнула сначала, потом буркнула что-то неразборчиво, и едва не сбив меня с ног, выскочила из класса.

А вот одноклассники моему появлению обрадовались. Не скажу что на грудь дружно бросились, но встретили очень благожелательно. Особенно доволен был Виталик, дождавшись когда в коридоре стихнет цокот каблуков, он вылез из-за своей парты, едва не опрокинув её, и подойдя ко мне, долго жал руку.

— Ребята, у меня даже слов нет чтобы описать как я вам благодарен! — кое как вырвавшись из лап здоровяка, объявил я.

— Если бы не вы, не стоять бы мне сейчас здесь!

Наверное и ещё бы что-нибудь сказал, только в этот момент вернулась математичка, да не одна, с ней был директор.

— Филатов, срочно ко мне в кабинет! — с порога заявил он, но таким тоном, что это больше походило на просьбу. Было что-то в его голосе такое, просительное.

Я молча проследовал за ним.

— Знаешь зачем я тебя позвал? — когда мы добрались до кабинета, спросил он, плотно прикрывая за собой дверь.

— Не совсем.

— Твой дед. Ты звонил ему?

— Нет, не звонил. А надо было?

— Понимаешь в чём дело… Аркадий… Я ведь не такой плохой человек, как многие представляют… Понимаешь?

— Не очень.

— Жаль. — с досадой поджал он губы. — Мне казалось что ты сможешь понять меня…

Честно говоря, после ночных событий, школьная стычка не то чтобы отошла второй план, но как-то помутнела, тут ведь как ни крути, а разборка с учениками, — пусть и отягощенными влиятельным родством, это совсем не то что произошло дома. Да, было бы неплохо узнать кто эти люди в масках, но мне казалось что открытия я никакого не сделаю. С вероятность девяносто процентов — недовольные родичи одного из обиженных мной «золотых» мальчиков натравили охрану, или кого-то из силовых структур. Будь я обычным парнем, типа того же Виталика, подкараулили бы за углом где-нибудь, да и приговорили. А тут целый спектакль разыграли.

— Если вы скажете в чём дело, возможно и смогу. — прервал паузу я.

Директор опять поморщился, будто съел что-то кислое, но быстро взял себя в руки.

— Понимаешь, я на тебя не в претензии, но есть ведь и другие люди…

— Какие?

— А ты не догадываешься?

— Нет.

— Святая простота… — снова скривился тот, и будто нарочно схватился за сердце.

— Давайте уже к делу, у меня урок, скоро экзамены, а мне ещё учить надо кучу всего…

Я понимал что директор просто боится. Скорее всего на него давят родители обиженных подростков, но угроза вмешательства «деда» перевешивает. Пока перевешивает.

— Запомни одно, если вдруг что, я не причём, и сын мой тоже. Мне не за что тебе мстить… — наконец «разродился» он.

— Вам что-то известно?

— Доподлинно нет, но кое о чём догадываюсь… Ты это, почаще оглядывайся…

Высказавшись, задерживать меня он не стал. Выковырял из блистера пару таблеток, кинул их в рот, и запив водой, указал на дверь. Мол всё, закончена аудиенция.

И вроде бы всего-ничего поговорили, но вернувшись в класс, я только присел за парту, как прозвенел звонок.

— Ты идёшь? — когда толпясь и толкаясь народ повалил к дверям, ко мне подошла Лера, та самая девчонка за которую пытался заступиться прежний хозяин тела. Тогда, в прошлой своей ипостаси, Аркаша совсем не интересовал её, но за последние дни я уже несколько раз ловил задумчивый взгляд этой крайне симпатичной особы.

— А какой сейчас урок?

— Ты забыл что ли? Сегодня уроков больше не будет, на полигон едем. Вчера же говорили?

— А-а… Ну да. Вылетело из головы…

Ни про какой полигон я не слышал, но вполне возможно что просто не обратил внимания. Последнее время всё чаще в мысли свои погружён, поэтому мог и упустить. Но зачем нам полигон? Сейчас, когда на носу куча экзаменов, отвлекаться на… на что?

Кое как построив нас в две неровные шеренги, физрук с каким-то незнакомым военным подкатили автобус, в который мы благополучно и затолкались. Я заходил в числе последних, и места мне не досталось, как и почти половине других учеников. Зато пока ехали, удалось разузнать для чего нас туда тащат. Предполагалось провести что-то вроде экскурсии под патронажем министерства обороны. Для чего? — Не знаю. Наверное так, для галочки.

Судя по тому что ехали недолго, полигон располагался в черте города, а когда, скрипнув тормозами, наш транспорт остановился и мы покинули его, всей толпой двинулись к по всем правилам оборудованному КПП.

— Щас склонять будут! — ехидно буркнул кто-то из толпы.

По окончании старшей школы у учеников было два принципиальных пути — один на гражданку, второй по военной стезе.

С гражданскими направлениями и так понятно, их многие тысячи, а вот с военными дело обстоит скромнее. Сильных одарённых ждёт карьера пилотов шагоходов и различных летательных аппаратов, а с теми что послабее, возможны разные варианты. Самый распространенный — щитовик.

Щиты нужны везде и всегда, лишней защиты не бывает, и чем сильнее щитовик, тем дольше живет экипаж.

Шагоходы, танки, артиллерия, самолёты — хорошему специалисту рады везде. Тут сколько не дай, всё мало будет.

Вот только желающих очень немного, здесь и в деньгах дело, и в престиже. Одно дело когда ты пилот шагохода, или истребителя, и совсем другое щитовик. Ни славы тебе, ни карьерного роста.

Это потом, когда в огне войны сгорит куча людей и техники из-за нехватки представителей этой непопулярной профессии, большие дяди в золотых погонах пересмотрят своё отношение, ну а пока всё делается на отвали. Проведут по полигону, позёвывая, толкнут какую-нибудь дичь, ну и всё на этом, до свидания, дорогие друзья. И ведь даже если взять класс в котором учусь я, из всех двадцати с лишним учеников о военной академии мечтает лишь Виталик, да и то пойти хочет не щитовиком, а куда-нибудь в пехоту, или десант.

Пройдя через длинный коридор, мы оказались в большом зале с расставленной рядами техникой.

Тут были танки трёх типов, несколько бронемашин, самоходные орудия и длинный ряд разложенного для демонстрации ручного оружия.

— Пять минут на осмотр! — зычно гаркнул высокий седовласый вояка с унтер-офицерскими погонами.

Пять минут? Серьёзно?

Но стоит сказать что и этого времени оказалось много, по той простой причине что кроме Виталика, никто к экспонатам интереса не проявил. Девчонки только сделали несколько селфи на фоне показавшегося им красивым броневика, ну и всё на этом.

Дальше мы прошли в зал, стены которого были сплошь увешаны плакатами с изображениями авиационной техники и её краткими ТТХ. Как и предполагалось, интереса у молодежи эти рисунки так же не вызвали. А вот следующее место куда нас привели, оказалось тренировочным залом для будущих пилотов. Десять кабин в два ряда раскачивались в такт «шагам» роботов, а всё происходящее транслировалось на пару здоровенных экранов. На одном общий вид с положением виртуальных машин, и на втором картинки с их камер.

Не скажу что мои одноклассники сделали прямо — А-ах! Но явно заинтересовались.

Мне тоже стало любопытно, у нас таких штук уже не было, учились мы прямо в «поле», поэтому подошел поближе, и так погрузился в процесс, что сам не заметил как начал комментировать происходящее.

— Полегче, парень… — кто-то положил руку мне на плечо. Не было бы опыта с физруком, — который теперь старательно меня избегал, сломал бы. Но опыт был, и я сдержался.

— Полегче что? — вырвалось у меня ещё до того как в глаза «бросились» погоны говорившего. А был это целый полковник, ещё не старый, и судя по наградным планкам на груди, боевой.

— Полегче с определениями… — по-доброму усмехнулся тот.

— Да как тут полегче, если он сейчас весь свой взвод положит? Куда он прёт без разведки?

Командир взвода синих ломился напрямик через многоэтажную застройку прямо в выставленную красными засаду. Надо совсем мозгов не иметь чтобы так подставляться.

— Это тренировка, не война. Не страшно… Парни тренируются…

— Ну да, не страшно. Когда война начнётся, ваши парни даже испугаться не успеют, враз передохнут все!

Я вспомнил как всё начиналось, сколько было потеряно людей и машин из-за такой вот самоуверенности убелённых сединами генералов. Наверняка как раз из-за подобного отношения к тренировкам многие и погибли.

— Да брось ты… Какая война? Посмотри вокруг, шагоходы толком и применить негде, с кем воевать?

Полковник был настроен миролюбиво, и не хотел конфликтовать в принципе. Да и с кем? С сопливым школьником на экскурсии?

— Но это же глупо? Куда он лезет? Надеюсь, после того как он проиграет, его ждет взыскание за подобную тупость!

— Ну-ну… Сынок… Не горячись… Какое взыскание? Это же выпускники. Они ещё даже не офицеры… Да и вообще, это просто тренировка, игра… Всегда есть тот кто проигрывает. Не бывает по-другому…

Я ещё мог допустить подобное от первокурсников академии, но чтобы так действовали те, кто совсем скоро сядет в кабины настоящих машин? Уму не постижимо.

— А ты бы сам как поступил? — так же не отрывая глаз от экрана, с ухмылкой поинтересовался полковник.

— Я бы туда не пошёл. А если бы и рискнул, отправил бы вперёд разведку. Вот так, через квадрат А-восемь, и вдоль до третьей линии.

— Хорошо. А дальше?

— Обнаружив засаду, вывел бы троих на пятую горизонталь, а разведку отвёл на вторую.

— Зачем?

— Красные заметят разведку и направят на перехват как минимум пару машин по низу.

— Ну и?

— Ну и всё. Вот здесь и здесь хороший прострел, и если синие не совсем косоглазые, перещёлкают их как в тире.

— Хорошо, а что делать с оставшимися?

— Разведка возвращается обратно, остальные выходят вот сюда. Отсюда прострел по двум улицам, и куда бы не пошли красные, они непременно выйдут под огонь. Даже если всех не получиться уничтожить, оставшиеся сопротивляться уже не смогут. Вот так.

Полковник посмотрел на меня заинтересовано, и поднеся ко рту переговорное устройство, что-то негромко произнёс.

Синие замерли, потом две машины вернулись на исходную и пошли так, как я только что сказал, а оставшиеся три заняли третью линию.

— Посмотрим, насколько ты крут. Если все будет так как ты тут наговорил, считай поступил.

— Поступил куда?

— В академию, на мой курс.

На шутника военный похож не был, и…чем чёрт не шутит?

— А всех без экзамена возьмёте? — надавил я.

На что полковник, уже не скрываясь, усмехнулся, но заднюю не дал, хмыкнул только, и как отрубил;

— Договорились!

Секунду назад и не помышлявшие о военной карьере, ребята зашевелились, стали перешёптываться, и вскоре взоры всех присутствующих обратились в висящим на стене экранам.

— Гонит. — негромко, но в наступившей тишине отчётливо слышно «припечатал» кто-то.

Полковник недовольно хмыкнул, но ничего не сказал, то и дело поднося переговорное устройство к лицу.

Вот синие прошли на вторую линию, красные обрадовались «халяве» и двинулись прямо в ловушку. Пока всё шло так как я и говорил.

— Есть! Красава! Мужик! — зал разразился криками, когда первый из красных исчез с экрана, а после того как пропал второй, вообще началось черти что.

Тренировочный бой, он на то и тренировочный, чтобы учиться, но покинув тренажеры, «убитые» курсанты выглядели так, будто их на самом деле перестреляли. Особенно злился их старший, невысокий парнишка с тремя короткими лычками. Поначалу он понять не мог что за толпа собралась, и почему все так радуются поражению его команды, но когда дошло, смачно выругался.

Полковник же был обескуражен. Данное при таком количестве народа обещание он нарушить не мог, но и с выполнением, похоже, были проблемы.

— Это не честно! — когда оставшиеся курсанты покинули тренажерные капсулы, громко воскликнул комвзвода красных.

— На войне все средства хороши. Ты чем-то недоволен, боец? — нашёл на ком сорваться полковник.

— Никак нет ваше благородие!

— Тогда чего шум поднял? Ты хоть понял кому вы проиграли этот бой?

— Синим. Кому же ещё?

— А вот и нет! Если бы синие действовали по своему усмотрению, такого разгрома бы не случилось.

— Но тогда кому?.. Я что-то ничего не понимаю…

— А вот ему! — полковник потянул меня за локоть, и выставил перед собой. — Этот парнишка предсказал все ваши действия на десять ходов вперёд!

— Как это? — опешил красный.

— А я вот у тебя хочу спросить, как это? Молчишь?

— Так точно!

— Забирай своих придурков, и дуй в казарму! Я вам ещё устрою разбор полётов!

Не будь данного обещания, полковник бы так не орал. Проиграли и проиграли, с кем не бывает? Но обещание дано, и он разозлился не на шутку. Ладно ещё вокруг столько «детей», а то курсанты огребли бы прямо сейчас, не дойдя до своей казармы.

А вот мои одноклассники во всю веселились. Если я ещё сомневался в том как всё в итоге обернётся, то они вообще не заморачивались, для них это было игрой, простым и весёлым представлением.

Да и вообще смешно получилось. Пару часов назад никто из них и не помышлял о военной карьере, и на экскурсию шли только чтобы на уроки не ходить. А сейчас радуются, чуть не дерутся за место на тренажере, шлемы из рук друг у друга рвут.

— Ты не думай, я от своих слов не отказываюсь. — когда курсанты ушли, а «школьники» окончательно погрузились в «игру», полковник обратился ко мне.

— А я и не думаю.

— Ну вот и славно. Меня зовут Анатолий Иванович, фамилия Невский. Начальник штаба управления первой бронетанковой академии.

Когда он дошёл до фамилии, у меня чуть челюсть не отпала. Генерал Невский был одним из первых героев войны, это именно он смог собрать в кулак разрозненные войска и остановить ящеров. Правда сам при этом погиб, но то что он сделал, переоценить было очень сложно.

— В общем, давай, заканчивай со школой, и к нам подтягивайся, такие таланты всегда нужны. Вот тебе моя карточка, если вдруг что — звони!

С этими словами он похлопал меня по плечу, и торопливо пошёл куда-то вглубь помещения. Ну а нас погнали дальше, досматривать экскурсионную программу.

Сначала на стрельбище, — пострелять, правда, не дали, зато показали как стреляют курсанты, а особо любопытным разрешили даже оружие потрогать.

Но было здесь и ещё кое что интересное.

— Он живой? — спросил я у нашего провожатого, показывая на одиноко возвышающийся шагоход.

Это был Пересвет. Один из самых тяжелых имперских штурмовиков, он даже в моё время считался вершиной технической мысли, будучи одной из тех немногих машин, что с самого начала могли на равных противостоять захватчикам.

— Нет, списанный, лет тридцать назад поставили как памятник, вот и стоит до сих пор. — объяснил провожатый.

— А что с ним?

— Реактор накрылся. Законсервировали, чтобы не рванул, ну и вот, теперь он нам здесь глаз радует.

Внешне робот выглядел абсолютно целым, — даже антенны дальней связи никто не срезал, поэтому я и спросил. Хотя, если подумать, мог бы и сам догадаться, больно уж поза героическая, словно вот-вот появится враг и эта огромная махина разрядит в него оба своих лазера.

Ну а вообще, реактор это серьёзно. Хотя всё равно странно, почему не поставили новый? Может рассчитывали починить на месте, но руки не доходили? Ну а что, вполне вариант. В мирное время так часто бывает, — то денег нет, то запчастей, да и смысл какой, если воевать не с кем?

Я бы, может, ещё поглазел, вот только несмотря на мой интерес, подводить нас к памятнику не стали, а вместо этого потащили в казарму, а оттуда сразу в столовую, где пообедав, мы и закончили осмотр академии.

Возвращались так же на автобусе, и от школы я рванул домой. Тем более время уже поджимало.

Добрался быстро и без приключений. Оба моих «пленника» никуда не делись, прочно обосновавшись на кухне.

— Ну как там? — с порога спросил я.

— По плану. Скупаем, думаю к закрытию норму как раз и выберем.

Я кивнул. На часах было уже без четверти шесть, а дел предстояло сделать еще немало. Завтра матч за третье место, надо успеть «зарядить» ставки, а это тоже потребует времени. Вспомнить детали, определиться, разложить различные комбинации — вагон делов. И как только всё успеть?

Загадка?

Успел. Не всё что запланировал, но процентов на девяносто осилил. И если так и дальше пойдет, к концу чемпионата удастся поднять очень приличную сумму.

Вот только до этого чудного момента ещё дожить нужно, но тут пока непонятно. Честно сказать, планы приходится менять на ходу, вмешательство Варта спутало все карты. Что это за док такой? Где документы? По словам Волкова, этот кусок берега со всем что на нём имеется, достался нам с сестрой в наследство от отца, но я, по понятным причинам, совершенно ничего об этом не знал. Да и документов на собственность, опять же по словам тёзки, ни сестра, ни перевернувшие весь дом товарищи не нашли. Восстановить как-то? Наверное можно, оригиналы обычно хранятся у нотариуса, ну или в какой-нибудь государственной конторе типа кадастра. Но это время, а его не так чтобы и много. По хорошему, человека бы найти для всей этой бумажно-бюрократической волокиты, только где его взять? Волкову доверия нет, Загорскому тоже. Нужен кто-то новый, грамотный, но не вовлеченный в местечковые игры.

— Может мы пойдём уже? — вымучено смотрел тёзка, когда я спустился вниз. Судя по синяку под глазом, ночью он попытался покинуть дом, но наткнулся на Сторожа. Странно что синяк только один, обычно бывает хуже. Наверное демон пока в силу не вошел, а то мог бы и ноги вырвать, бывали прецеденты.

— Нет господа, придётся ещё немного посидеть. — управляющий хоть и не был побит, но если судить по виноватой физиономии, тоже не прочь был сбежать. — Кофе будете?

Но от кофе оба «пленника» отказались, сославшись что за ночь выпили его столько, что скоро через верх польётся.

— Ну как знаете. — не стал я настаивать, и поставив кофейник на плиту, пошёл проверить «отдыхающих» в кладовке «быков». Переложив груз ответственности на своих гостей, сам я ими не занимался, но иногда заглядывал посмотреть и убедится что они никуда не делись.

— О как. — не смог сдержать удивления, «Быки» были живы, но хорошенько побиты. Видимо побег предполагался массовый, но хитрый тёзка подозревал подвох, поэтому первым не пошёл, в отличии от этой парочки.

— Им доктор нужен. — глухо пробормотал управляющий.

— Если подобное повторится, доктор будет нужен вам господа. Честно говоря, я рассчитывал на вашу порядочность, поэтому запретил охране действовать радикально. Теперь исправлюсь.

Растолковать демону нюансы «самообороны», очень сложно, для этого нужен плотный телепатический контакт и время, поэтому я на самом деле не мог гарантировать что тот в следующий раз не пооткручивает им головы. Команда держать периметр есть, а уж как это будет достигнуто, другой разговор.

— Вы так не переживайте. — глядя на осунувшиеся лица гостей, успокоил я. — Если не будете делать глупостей, ничего страшного не произойдёт. А этих… Даже не знаю… Попробуйте сами полечить как-то. Бинты и прочее на антресоли в прихожей.

То что полученные быками травмы не представляют угрозы для жизни, и без докторов понятно. Да, помяты оба хорошенько, но ничего серьёзного, демон на удивление аккуратно сработал. Может действительно слабоват ещё?

Дождавшись когда кофейник забулькает, я перелил готовый напиток в кружку, и прокашлявшись, подсластил гостям «пилюлю».

— Если всё пройдет как надо, каждый из вас получит кругленькую сумму на свой счёт.

— Сколько? — тут же вскинулся управляющий.

— Достаточно чтобы не сожалеть о потерянном времени. И ещё один момент, звать, кого бы то ни было, очень не рекомендую. Первое что сделает Сторож, уничтожит всех кто находится в доме. Так что, если вы уже оступились, лучше отмените, а мне пора, буду после обеда.

Судя по посеревшим лицам гостей, с предостережением я угадал. Не знаю уж с кем они связывались, но вряд ли теперь осмелятся повторить ночной демарш.

За управляющего не переживал, человек просто делает свою работу, пусть и не совсем в привычных условиях. А вот в тёзке уверенности не было, этот может нагородить на ровном месте, знаем, проходили уже. Такие люди как он могут сделать из ничего слона, и из слона ничего. В то что он жертва злобного бандита Александра Карловича, верилось с трудом, хотя господин Волков очень убедительно уверял меня в этом.

Допив кофе и поставив кружку в чрево посудомойки, я попрощался с гостями, ещё раз посоветовал не шуметь, и вышел на улицу.

В школу идти не хотелось, не смогу сидеть на уроках когда такое творится, а для того чтобы приступить к выполнению плана, время ещё не пришло.

Пока думал куда податься, в кармане завибрировал терминал.

Глянул на экран — библиотекарь Клава.

— Я нашла кое что интересное по твоему запросу. — после взаимных приветствий, сообщила она.

Звучало это многообещающе, и я, не откладывая, вызвал такси и вскоре уже ждал девушку под окнами её дома.

Появившись из подъезда спустя пару минут, та осмотрелась, и заметив «карету», двинулась к ней.

— Может не совсем по теме, но вот смотри… — дождавшись когда поднимется разделяющее салон стекло, Клавдия достала терминал, и сопровождая отчёт ссылками на различные документы, донесла до меня суть своих изысканий.

Если опустить ненужные детали, то картинка вырисовывалась примерно такая: За пол года до моего рождения в Империи произошёл переворот. Точнее попытка — так тогда писали иностранные газеты.

Ничего удивительного в этом не было, такое в истории нашего государства случалось уже не раз, После смерти императора-папы, кроме прямого наследника образовались ещё претенденты, которые, заручившись поддержкой неких сил, попытались взять власть в свои руки.

Но не вышло. Заговор был раскрыт, зачинщики уничтожены.

Казалось бы, какое отношение это имеет ко мне, точнее к моему донору, но Клавдия, сопоставив временные рамки, предположила что у Карамзиной был роман с кем-то из заговорщиков, а когда того казнили, её быстро выдали замуж за первую попавшуюся кандидатуру.

Возможно версия притянута за уши, но определенная логика в ней имелась. Конечно, можно допустить что у «матери» была связь с «отцом» до свадьбы, но с этой версией никак не вязалась разница в положении. Где она, и где он? В обычной жизни они и пересечься не могли, не то что встречаться. Наверное куда больше реален был бы роман с каким-нибудь садовником или шофером.

— А есть список бунтовщиков?

— Да, конечно. Я отобрала наиболее подходящих, тут тридцать шесть фамилий. — протянула она сложенный вдвое листок.

— А всего их сколько было?

— Общее количество мне не известно, таких данных найти не удалось, но казнили почти сотню, ещё стольких же лишили регалий и сослали куда-то на север.

Тридцать шесть фамилий. Почти все на слуху, но выделить кого-то, просто глядя в бумажку, невозможно. Да и смысл? Простое любопытство? Через три года начнётся война, и будет уже не важно чей ты сын, и насколько богатое у тебя родовое древо. Мир перевернется и никогда уже не станет прежним. Да и вообще, останется ли?

— Я направила запрос в парочку иностранных архивов, возможно там сохранилось больше информации! — вдохновенно тыкая пальчиком в сенсор терминала, говорила воодушевленная открытием Клавдия.

А меня мучил вопрос — что теперь с ней делать?

Ведь если допустить что она права, — а скорее всего так и есть, мне совсем не нужно чтобы об этом узнал кто-нибудь ещё. Знают двое — знает и свинья, не просто так поговорка придумана, поэтому вывод напрашивается вполне определённый.

— Удивила ты меня, Клава… И сколько ты хочешь за свои услуги? — глядя в бездонные глаза барышни, мне совсем не хотелось причинять ей боль. Да и не смогу, чего уж тут…

— Денег не надо, — неожиданно отказалась она, и опять перейдя на вы, быстро выпалила — я хочу постоянную работу, хочу работать на вас!

— Работать?

— Да. Если вы переживаете что я разболтаю ваш секрет, то совершенно зря. Я вообще не болтлива, а уж в такой ситуации и подавно. Вы ведь сейчас думаете как заткнуть мне рот?

Не знаю где уж она это углядела, но вряд ли в моём взгляде было что-то такое. Скорее поставила себя на моё место, а остальное домыслила. Вот только с этим ошибочка вышла. Возможно будь я на самом деле аристократом, так бы оно и случилось, но я простой солдат, а солдаты, как известно, с женщинами не воюют. Но какое-то время ей конечно придётся посидеть у меня в гостях.

Ну а что, где четверо, там и пятеро. Поместятся как-нибудь, места много.

И назвав водителю адрес, всю дорогу слушал монотонные клятвы девушки, закончившееся лишь когда машина тормознула напротив калитки.

Мы вышли.

— Это ваш дом? — с явным облегчением выдохнула Клавдия, наверняка решив что убивать у себя в жилище её не будут.

— Да, и тебе придется какое-то время пожить здесь.

— Так вы берёте меня на работу? — по своему трактовав мои слова, воспряла девушка, а зайдя в прихожую, удивлённо воскликнула:

— Ой… А что тут случилось?

Разбросанные вещи никуда не делись, и внутри моё логово всё так же напоминало городскую свалку.

— Ничего страшного, бардак небольшой образовался. И это, кстати, будет твоим первым заданием.

Я прекрасно понимал как ситуация выглядит в глазах Клавдии, особенно слова о первом задании, но та лишь вздохнула кротко, да спросила где инструменты.

— Ты не обижайся, я мог бы нанять уборщиц, но понимаешь, среди этого беспорядка могут быть важные документы, поэтому эту работу просто нельзя доверить посторонним.

Легенда так себе, но прокатила, серьёзно посмотрев на меня, девушка кивнула, и так же не возмущаясь, уточнила откуда лучше начать.

— Давай со второго этажа, заодно покажу тебе твою комнату. — не обращая внимания на выглянувшего из дверей кухни тезку, я подтолкнул свою новую «работницу» наверх.

— Вот, располагайся. Тут, конечно, тоже бардак, но оно так сейчас везде. — Вопроса куда её поселить, у меня не возникло, — комната напротив моей, куда же ещё?

Но не всё пошло гладко.

— Ой! Мамочки! — взвизгнула Клавдия, молниеносно отскакивая от возникшего прямо из стены лисенка. Даже если ты одарен, но не обладаешь нужной техникой, увидеть астрального жителя, когда он того не желает, невозможно. Но, видимо, лис захотел покрасоваться перед гостьей, иначе чем объяснить его эпичное появление?

— Не бойся, это всего лишь мелкий демон, он не опасен. — поспешил успокоить гостью, одновременно заталкивая «нарушителя» в его тренькающее жилище.

— Вы можете управлять демонами? — ахнула та. — Но как?

Навыком работы с астральными сущностями похвастать могли немногие. По статистике, из миллиона человек, находится всего несколько одарённых, и лишь единицы из них обладают задатками к демонологии. По правде говоря, мне бы промолчать, но с последними событиями совсем зарапортовался, устал, вот голова и не варит толком.

— Это совсем малыш, он просто не умеет сопротивляться. Любой у кого есть хоть капля дара, смог бы сделать тоже самое.

— Но ведь… — косясь на будильник, девушка демонстративно поёжилась.

— Не переживай, я заберу его с собой и больше он тебя не напугает.

С этими словами я взял будильник, и сунув его в карман, торопливо спустился на первый этаж, пока девушка ещё чего-нибудь не спросила.

А внизу меня уже встречали оба моих вынужденных гостя.

— Удалось купить ещё шесть тысяч ординарных акций холдинга. — с ходу сообщил управляющий.

— Сколько всего в итоге?

— Двадцать семь тысяч, триста одиннадцать штук, или шесть целых, двадцать три сотых процента от общего количества выпущенных холдингом бумаг.

— Замечательно. Ближайшее собрание акционеров когда состоится?

— Завтра в одиннадцать в головном офисе на Радищева 16.

Собрания акционеров проводят нечасто, но тут форс-мажор, компания на грани банкротства, поэтому они собираются каждую неделю, борясь за плавучесть своего корабля. Честно сказать, знания мои в этой области оставляют желать лучшего, и то практически все почерпнуты из сети. Например, то что акции бывают разными, я не знал. Да и не задумывался никогда.

— Долго нам ещё здесь торчать? — старательно отводя взгляд, буркнул тёзка.

— Вы знаете где находится док?

— Естественно. Ещё мальчишкой играл там, да и вообще все местные про это место знают.

— Тогда собирайтесь, поедем на экскурсию, заодно друзей ваших на прогулку вывезем. Вы машину водите?

Машину Волков водил, и уже через полчаса мы усаживались в арендованный микроавтобус с жёлтыми надписями по бокам.

Обоих «быков» погрузили в фургон, он сел за руль, я рядом. Дорогу он знал, но для себя я выставил точку на навигаторе терминала по ближайшему адресу, и периодически следил за маршрутом.

Ехали долго. Вышло что до дока от дома почти тридцать километров, десять из которых по перегруженному транспортом центру.

— Дальше на машине не проедем, только пешком. — Выдёргивая ручник, посетовал Волков.

Я не спорил. Выгрузившись из кабины, вывели пленников, и пустив их по тропинке вперёд, сами двинулись следом.

Главное чтобы дождь не пошел, иначе обратно уже не вылезем. Спуск крутой, кругом глина, намочит — пиши пропало. Неделю сушь стояла, но сегодня с самого утра собрались тучки и пока так и не разошлись.

— Что вы хотите сделать? — не оглядываясь — а я шёл замыкающим, — настороженно спросил тёзка.

— Ничего. Просто оставлю их там, пока развяжутся, пока до города дойдут, всё уже закончится.

— Что закончится?

— Всё.

Обсуждать с ним полный план действий не хотелось, тем более что построен он был почти целиком на догадках и предположениях. Да, какие-то основные вехи имелись, но в остальном это была чистой воды импровизация. Довёл только самое необходимое, пусть додумывает, заодно отвлечётся от дурных мыслей.

Спустившись по узкой тропинке, какое-то время мы шли вдоль берега, и только потом свернули на широкую, но почти полностью заросшую травой и кустарником дорогу.

— Долго ещё?

— Смотря куда надо. Док большой, основные ангары дальше, и топать до них прилично. — так же не оглядываясь, отвечал Волков. Несмотря на комплекцию и возраст, двигался он довольно ловко, а когда говорил, никакой отдышки заметно не было. Мне даже показалось что его тяжелое дыхание во время ходьбы, это маскарад, а на самом деле он и не вспотел даже.

А вот быки устали. И так побитые, двигались они хоть и молча, но чувствовалось что ещё немного, и не выдержав темпа, эти ребята просто «сойдут с дистанции».

Поэтому когда впереди показались бетонные развалины, остановились на привал. План местности у меня был, но локализовать где именно мы находимся, не получалось.

— Вот здесь. — мельком глянув на экран навигатора, ткнул пальцем Волков. — Ещё километр по прямой, потом вниз к берегу, и дойдём до первого ангара.

— А сколько их здесь всего?

— Штук десять, возможно больше. В детстве мы играли в этих местах, но сильно далеко не ходили, страшно было.

Пока разглядывал эту территорию на снимках, не понимал всей её грандиозности. А тут, глядя на заросший берег и торчащие из песка бетонные сваи размером с дом, та же картина виделась уже по-другому. Построенные при царе Горохе, доки могли выдержать не то что ядерный удар, но и что-нибудь помасштабнее.

— Здесь очень удобная бухта и уже готовые сваи под пристань. Лучшего места чтобы построить порт просто нет, плюс с учётом имеющихся построек можно прилично сэкономить как во времени, так и в финансах. Ваш отец знал куда инвестировать.

— А вы, когда предлагали мне сто пятьдесят тысяч, тоже знали? — усмехнулся я, вспоминая как этот же человек не так давно описывал это же место.

— Конечно. — не моргнув глазом ответил Волков, а когда я красноречиво промолчал, добавил, — Если бы не строительство порта, стоял бы этот док никому не нужный ещё сотню лет. А тут…

— Что тут?

— Стечение обстоятельств.

Шах и мат

Высокий, еще крепкий, но уже немолодой человек, нервно ходил по комнате. В одну сторону двенадцать шагов, разворот, и столько же в другую.

Ходьба всегда помогала ему думать, и в другое время он бы прогулялся куда-нибудь в лес, но покидать резиденцию в такой момент было крайне опасно.

Ну кто знал что простейшая задача окажется невыполнимой? А ведь когда-то он считал что невыполнимого не бывает, бывает неправильное исполнение, но сейчас само провидение убеждало его в обратном.

Как можно было предположить что пацан откажется от денег?

Да и не случалось никогда раньше таких проблем, обычно с теми кто не хотел договариваться, разговор короткий — камень на шею, и в море, но только не в этом случае. Едва он подумал в ту сторону, как сразу явились люди «оттуда», и очень доступным языком объяснили что будет, если хоть один волос упадёт с головы мальчишки.

А ведь завтра надо подтверждать участие в тендере, и если этого не сделать, можно сразу в петлю лезть, так всем будет проще. Ну ведь должен же быть выход? Безвыходных ситуаций не бывает, только смерть ставит окончательную точку, а если ты жив, значит не всё потеряно. — думал он, прекрасно понимая что это только слова, а вот акции тем временем обесцениваются, и делают это очень быстро. Причём не только акции холдинга, но и тех компаний которые в него не входят. Это как эффект лавины, полетел один камешек, посыпались остальные.

Звонки, письма — он уже устал отвечать и просто отключил терминал. Ведь всех интересовал только один вопрос — что происходит? Что с тендером?

Но что он был должен сказать? Поначалу как мог успокаивал, но, похоже, делал только хуже. В лицо ему говорили о поддержке, а положив трубку, давали распоряжение избавляться от всего хоть как-то имеющего отношение к его империи. Будь то акции крупных предприятий, или мелких — продавали всё.

А с утра, только рассвело, нарисовалась московская «крыша». Вопрос тот же — что происходит? И это уже был совсем дурной знак. Он, конечно, попытался успокоить покровителей с «олимпа», но прекрасно понимал что будь сам на их месте — не поверил бы. Да и как поверить? Земля слухами полнится, тем более в такой дыре. — Чёрт проклял бы всех этих аристократов с их заморочками! Ну вот зачем им нужен этот пацан? Даже не бастард, — плюнуть и растереть!

— Можно?

Дверь приоткрылась, и в щель просунулась голова старшего сына.

Такой же высокий как и папаша, сейчас он сгорбился, а тёмные круги под глазами говорили о бессонной ночи.

— Стучать не учили? — буркнул отец.

— Я стучал. Долго стучал. — прикрывая за собой дверь, оправдался сын. — Ты, наверное, задумался…

— Ясно. Что у тебя? Нашёл адвоката?

— Нет. На звонки не отвечает, дома его нет, в офисе тоже.

— Значит всё таки убрали…

— Надо давить на мальчишку, другого выхода нет. — глядя на отца горящими глазами, глухо проговорил сын.

— Даже не думай в ту сторону. Только подойдешь к нему, считай всё кончено. Нет, нужно искать другой вариант.

Вариант… а какой тут может быть вариант? Разговаривать с парнем пробовали, и не раз, деньги предлагали, через сестру пытались, — с ней, кстати, тоже опасно, на её счет разговора хоть и не было, но мало ли как оно дальше обернётся?

— Тогда я не знаю о чём говорить на совете, завтра тендер, и что мы сможем предложить?

— Не дёргайся. Придумаем что-нибудь, попытаемся перенести, кое-какие договоренности есть, думаю нам пойдут навстречу. Ты разговаривал с Горским?

Промелькнувший в голосе отца огонёк надежды потух, как только он взглянул на сына.

— Да. — отозвался тот. — Он ничего и слышать не хочет об отсрочке. Говорит, давят на него, завтра крайний срок.

— Понятно… Что на бирже?

— Тоже ничего хорошего. Акции почти всех наших предприятий падают, из банков уже нарочными письма шлют, волнуются…

Любой крупный бизнес завязан на кредитах. Хочешь развиваться — будь добр занимать. На строительство, на закуп, на оборот. Деньги нужны на всё. Их бизнес не исключение, и если прикинуть по цифрам, то заёмных средств в нём примерно половина, а имущества заложенного — в том числе и того что только в проектах, — три четверти.

Так что, как ни крути, а ситуация настолько хреновая, что если не произойдёт чуда, — в прямом смысле, его империи, а значит и ему самому, — конец.

* * *

Передохнув, двинулись дальше, и вскоре дошли до первого из ангаров: настолько огромного, что даже не трамбуясь, в нём уместится с десяток тяжёлых шагоходов. Пока шёл сюда, не особо представлял масштабы, и только когда увидел своими глазами, понял насколько всё грандиозно. Единственное что не давало покоя, — неопределенность грядущего. Всё что было известно про Владивосток начала войны, так это то, что он сопротивлялся, хотя по итогу отбиться не смог, за считанные дни превратившись в руины.

Потеря тогда эта была очень чувствительна: сам порт, судоремонтный завод, военная академия со своей базой, несколько серьёзных предприятий, причем как гражданского назначения, так и военного. Попытки отбить город предпринимались, но не слишком удобное расположение, плюс достаточная удалённость от «большой земли», сделали их бессмысленными.

— Если здесь начнут стойку, что будет с ангарами? — спросил я, когда спустившись по крутому косогору, мы вышли на «плато».

— Ничего. Их законсервируют, и они будут дальше ждать своего звёздного часа. — пожал плечами Волков.

— Но почему? Не лучше ли их использовать как склады, или какие-то ремонтные мастерские?

— Не лучше. Во-первых, здесь сыро, во-вторых, неудобные подходы с суши. Предки на совесть строили, в этом им не откажешь, но сейчас, конкретно эти постройки использовать можно лишь как бомбоубежища.

Наверное, в чём-то Волков прав, но не во всём. Бомбоубежища, вещь нужная, город будут бомбить, а здесь, если приложить руки, можно не только технику, а ещё и кучу гражданских разместить. Шутка ли, ангары размером в пару полей футбольных… Сколько тут народу поместится?

Идти дальше не было смысла, всё что нужно, уже увидел, и оставив связанных быков — в том что они освободятся и через пару дней вернутся в цивилизацию, я ни сколько не сомневался, мы двинулись в обратную сторону. Теперь оставалась самая главная часть плана, или лучше будет сказать — спланированной импровизации.

Разумеется, спать не ложились, ночь прошла в заботах, а утром следующего дня дружно грузились в такси.

Я сел вперед, а спутников своих «погрузил» на заднее сиденье.

С почерневшими от недосыпа глазами, выглядели они не совсем хорошо. Тут и возраст давал о себе знать, и нервы конечно. Предварительно разъяснив что от них потребуется, полностью вводить в курс дела не стал, хотя и озвученного хватило чтобы они прониклись.

Доехали быстро, вышли из машины и пройдя через проходную — Волкова там знали, поэтому досмотр ограничился проверкой документов, оказались в святая святых холдинга «Восток Руси».

Поднялись на второй этаж, прошли по длинному коридору с многим количеством дверей, и спустившись опять на первый, попали в предназначенный для конференций зал.

Мрамор, хрусталь, хром — роскошь в деталях, и в другой раз я бы поразглядывал подпирающих потолок мраморных атлантов, или столпившихся у фонтана обнажённых русалок. Но то в другой раз, сейчас же мы усаживались на свободные места возле стены. Не знаю почему, наверное стереотипы, но мне казалось что собрание акционеров должно проходить как-то иначе, нет так по-простецки. Хотя гостей, — этих самых акционеров, было достаточно много. Но Волков объяснил что сами держатели акций на подобные мероприятия ходят редко, а люди которые занимают места в зале, — их представители. Как правило, от одного акционера сразу несколько человек.

Но вот началось.

Из неприметной дверки вышел высокий седой господин — в нём я узнал основного владельца холдинга, и пройдя к небольшой трибуне — стойке с микрофоном и бутылкой воды, негромко поздоровался. Негромко потому что микрофон отчего-то не сработал, и прежде чем продолжить, этот господин несколько раз постучал по нему.

Говорил он быстро, часто заглядывал в шпаргалку, и если бы его не прервали из зала, так бы и вещал про успехи и достижения.

— С тендером, с тендером что? — громко выкрикнул невысокий толстяк с зачесанными назад остатками шевелюры.

На что оратор сбился, с ненавистью посмотрел на провокатора, и снова постучав по микрофону, объявил что ситуация под контролем.

Но такой ответ не устроил теперь уже нескольких представителей. Несмотря на «торжественную» обстановку, они повскакивали со своих мест, и перебивая друг друга, принялись требовать конкретики, упирая на какой-то договор.

— Так что, всегда бывает? — шепотом спросил я у Волкова.

— Нет, но сейчас особенный случай. Если им не дадут гарантий что земля под строительство выкуплена, — всему конец, и Александр Карлович это прекрасно понимает. Люди что стоят за ним, ошибок не прощают. То что происходит на бирже, ерунда по сравнению с потенциальными убытками от потери подряда на строительство порта…

— Так это не полученная прибыль, а не убытки, получается…

— А какая разница? Он уверил всех что выиграет тендер, а теперь, выходит, строить будут конкуренты. Думаешь ему простят такое?

Вторым возможным местом для строительства порта был район под названием «Майский»: менее удобный, бухта мельче и заковыристей, без подведённых коммуникаций, преимуществом он обладал только одним, земля уже была в собственности потенциального подрядчика.

Волков замолчал, и сквозь ор галдящих я услышал как наш сосед — кудрявый мужчина славянской наружности практически кричит в трубку коммуникатора.

— Несомненно! Не будет никакого тендера! Выставляйте всё на торги, может ещё успеем хоть что-то забрать!

И вроде кричал не особо громко, но то ли тембр у него такой был, то ли еще что, только на секунду зал замер, а уже через мгновение вновь взорвался хором нестройных голосов. Кто-то прямо на месте разворачивал настольные терминалы, кто-то так же орал в трубку, но были и те кто не двигаясь со своих мест, что-то неторопливо обсуждали.

— Как там?

Управляющий сидел позади меня и ловко щёлкал клавишами терминала.

— Всё как вы и предполагали, котировки падают.

«Одним глазом» заглянув в экран терминала, замечаю выделенные цифры — 6,33 за обычную акцию, и 6,17 за привилегированную. Мне же, чтобы план сработал, надо ждать вдвое меньших показателей.

Незадолго до собрания, — озвучивая последовательность необходимых действий управляющему, понимания в его глазах не увидел, более того, на меня он смотрел как на недоумка. «Риск неимоверный, шанс минимальный, так никто не делает!» — убеждал меня этот человек. Наверное, будь я достаточно сведущ в финансах вообще, и в биржевом деле в частности, не стал бы так рисковать, — зная статистику подобных махинаций, но сведущ я не был, поэтому опирался лишь на свой собственный математический расчёт.

— Цена. Скупаю. — коротко сообщил управляющий, и его пальцы запорхали над клавиатурой.

Будь у меня больше свободных денег, купил бы всё что в эти минуты оказалось выброшено на рынок, но столько не было, а того что имелось, хватило только на часть предоставленного «подарка».

А зал тем временем всё больше галдел, народ суетился, и на так и торчащего за «трибуной» главу холдинга никто уже не обращал внимания. Мне даже показалось что он будто в росте уменьшился. Стоял, переминаясь с ноги на ногу, и бестолково поглядывая в свою шпаргалку, ошалело озирался.

— Всё, денег нет. — отрываясь от терминала, сообщил управляющий, и я пошёл.

Шёл не быстро, постоянно натыкаясь на толпящихся акционеров, и когда добрался до трибуны, Александр Карлович уже исчез.

«Главное чтобы не застрелился раньше времени» — мелькнула запоздалая мысль.

— Раз раз раз… Минуточку внимания господа…

На секунду всё стихло, на меня отвлеклись, и тут же загомонив, вернулись к своим делам.

— Прошу внимания… — повторил я, но теперь вообще без эффекта. Подумаешь, балбес какой-то малолетний до микрофона добрался.

— Вы точно хотите потерять свои деньги, или всё же послушаете меня⁈ — поднеся микрофон как можно ближе, рявкнул, уже не стесняясь.

В зале стихло. Слово «деньги», оно вообще магическое, тем более в контексте когда их безвозвратно теряешь.

— Меня зовут Аркадий Филатов, я владелец земли на которой планируется строительство порта! Это понятно⁈

Гул совсем стих.

— Проблема ведь в ней? В земле?

После этих слов мне показалось что я слышу звук собственного сердца, настолько тихо стало в зале. Собравшиеся, боясь спугнуть, дружно затаили дыхание.

Потом кто-то робко произнёс,

— Да, именно так…

— Замечательно. Я здесь для того чтобы оформить передачу земли в собственность холдинга. Готов подписать необходимые бумаги прямо сейчас.

— Ты точно Филатов? — «скрипнувшим» голосом спросил ещё кто-то.

— Несомненно господа! Несомненно! — незаметно протолкавшись ближе, Волков наклонился к микрофону.

— Этот молодой человек мой клиент, и он действительно тот, за кого себя выдаёт! Не сомневайтесь!

А дальше началось форменное столпотворение. Глядя на этот бардак, я не мог поверить что такое бывает. Мне всегда казалось что акулы бизнеса все сплошь важные и степенные мужи, а тут, прямо, базар какой-то. Нет, они и до этого не были образцом порядка, но сейчас обстановка изменилась кардинально. Повсюду кричали, толкались, а в дальнем углу вообще завязалась драка.

— Пойдёмте. — спустя минуту потянул Волков, кивая на «застывшего» в дверях Варта.

Не знаю чего тот ожидал, но смотрел на меня как на приведение. Мы прошли в небольшой зал — смежный с тем в котором проходило собрание, и молча кивнув на круглый стол, Александр Карлович уселся первым.

— Как ты сюда попал? — хмуро зыркая исподлобья, спросил он, и покосившись на Волкова, отрывисто бросил — это ты его провёл?

— Аркадий Афанасьевич с некоторых пор является акционером холдинга, поэтому прошёл сам, после предъявления соответствующих документов. — схитрил тёзка.

— Акционером? — привстал Варт. — С какого?

— Если вам не нужна земля, я могу прямо сейчас объявить собравшимся что моё заявление было лишь глупой шуткой.

— А это не шутка?

— Нет, не шутка. Я действительно готов передать землю.

— Что, прямо вот так?

— Да, но с некоторыми условиями.

— Говори.

— Во-первых, вы отпускаете мою сестру, и делаете так, чтобы она не была на вас в обиде.

Лицо моего визави не выражало никаких эмоций, и только на уровне ауры я почувствовал некоторые изменения. Удар он держал чётко, и виду старался не подавать, но ему, как минимум, не нравился разговор в подобном тоне.

— Хорошо. Что-то еще? — прищурился он.

— Конечно. Вы переписываете на меня одну из ваших компаний.

Аура запульсировала сильнее, но лицо так и оставалось каменной маской.

— Какую? — выдавил он.

— «Серебряный ветер»

Будущие процессы подготовки к вторжению виделись мне весьма расплывчато, но возможность перевозки техники по морю была одним из совершенно необходимых пунктов. Да, компания эта стоила не мало, но в сравнении с доходом от строительства порта, — сущие копейки.

Так же как и я, Варт прекрасно понимал это, и должен был согласиться.

Наступило долгое молчание.

— Ты ничего не перепутал? — наконец выдал он.

— Нет.

— Ладно. Пусть так. Когда подпишем контракт?

— Вы меня не дослушали, есть еще некоторые условия.

К чести этого человека он не «взорвался» и даже не поменял выражение лица. Аура только «вздулась», и недовольно окрасилась чёрным.

— Говори. — коротко «бросил» он.

— Мне нужна часть старых построек.

— Не понял. Каких еще построек?

— На заброшенной базе есть ангары, это в северной части, с правой стороны от основной бухты.

— Зачем?

— Надо.

Глава холдинга и по совместительству бандит, поджал губы, поднялся, подошел к шкафу, достал оттуда карту, развернул её и долго разглядывал.

— И в чём подвох? — наконец выдал он.

— Никакого подвоха. В отличии от некоторых, я играю честно.

Снова тяжелый взгляд и некое подобие ухмылки.

— Звал? — на пороге появился ещё один персонаж, схожесть которого с Александром Карловичем говорила о том что это его сын, ну или кто-то из ближайших родственников.

— Да. Ты всё слышал, что скажешь?

— А что тут сказать? Убивать ты его не хочешь, значит подписывай. — не глядя в мою сторону, но подтверждая мои догадки, заявил тот.

— Документы с собой?

— Вот, пожалуйте ознакомиться. — опередил меня Волков, протягивая «папе» тоненькую папку.

— Ему. — кивнув на сына, бросил тот.

Сын шагнул вперед, выхватил папку из рук тёзки, раскрыл, и с тщательностью заядлого букиниста принялся разглядывать содержимое.

— Всё в порядке. — через какое-то время заявил он. — Можно подписывать.

Нотариуса ждать не пришлось, не знаю как, но он тут же материализовался, и спустя ещё какое-то время формальности были улажены.

Биржа труда

Закончив с собранием, я забрал сестру, — её привели сразу же, и вызвал такси.

Пока ждали, незаметно всматривался в лицо женщины, не знаю почему, но мне казалось что с ней что-то не так. Нет, оно понятно что похищение не прошло бесследно, но всё равно, было в ней что-то совсем странное, неправильное, ненормальное что-то.

— Rак себя чувствуешь? — хотел поговорить дома, но всё же не удержался, спросил, когда мы сели в машину.

— Хорошо. — глядя в пол, ответила она.

Обычно довольно эмоциональная, в этот раз голос её был глух и бесцветен.

— Тебя не обижали?

Молчание.

Признаков того что с ней плохо обходились, я не видел. Ни физически, ни энергетически, никаких отклонений не было. Обычно если человека бьют, или просто издеваются, даже морально, на его ауре остается след, и чтобы скрыть его надо очень постараться.

Разумеется, возможность замести следы у семейки Вартов была, только не было повода. Как я понял из разговора, сестра сразу согласилась на сделку, упёрся именно Аркадий, хотя чем он руководствовался, было совершенно непонятно.

— Есть хочешь? — решив зайти с другой стороны, спросил я с улыбкой.

— Нет, спасибо. — так же отстранённо прозвучал ответ.

— А у нас новостей куча… Приедем, расскажу. Слушай, может тебе купить что-нибудь нужно? Или съездить куда? — сосредоточившись на ауре, я говорил и внимательно смотрел за малейшими изменениями. — Может в футбол поиграем?

— Аркаш… Не выдумывай, дай в себя приду, потом поговорим, хорошо? — скользнув по мне взглядом, вымучено попросила сестра. А мне стало стыдно, человек столько пережил, а я тут фантасмагориями занимаюсь, всё врагов ищу.

Дальше ехали молча, и когда машина остановилась напротив калитки, так же молча вышли, и прошли в дом.

Наверху играла музыка, поэтому наше появление осталось незамеченным.

— Спасибо тебе… — перед тем как скрыться в своей комнате, обернулась сестра.

— Да не за что… — пробормотал я, постоял немного, и тихонько «проскользнул» на кухню. Прошёл, сел. Плеснул из кофейника остывший кофе, отхлебнул и задумался.

Что ж, всё вполне неплохо. Во всяком случае в плане денег. Если посмотреть на результаты проведённой авантюры, за одну сделку я заработал больше чем за всё время ставок. После объявления о передаче земли, акции холдинга не только вернулись к начальным показателям, но и почти вдвое превысили их. А учитывая что основную массу акций я купил почти даром, прибыль оказалась просто фантастической. Участники рынка прекрасно понимали что такое строительство современного порта, и какие средства на этом можно заработать. Оставалась самая малость, успеть перед сегодняшним матчем сделать ставки, и уже без всяких напрягов насладится финальной игрой. Времени достаточно, играть будут почти в полночь, поэтому спешки особой не было, мандраж, это да, а спешить, — никуда не спешил.

А вот обнаруженному дома идеальному порядку — порадовался. Бардак хоть и не напрягал особо, но когда чистенько, куда как приятнее. Ну а когда поднялся наверх и Клавдия подала тапочки, стало совсем замечательно. Красивая девушка в доме — пусть и по найму, всегда приятно, а если ещё и умная — вдвойне. Ну а то что расчётливая слишком, так она этого и не скрывает, что тоже радует. А вообще, конечно, странно. Ведь женщин в том, в другом времени, вокруг меня было совсем не много; пара пилотесс, кое-кто из медицинского персонала, повариха с подземной базы. И несмотря на внешнюю непривлекательность — короткие стрижки, грубая кожа, никакой косметики, жаргон и плевки через губу, все они казались мне богинями. Я не эксперт в психологии, но почему-то оказавшись здесь, быстро привык к большому количеству красоток в своём окружении. Это и Ирка, и Клавдия, и та девушка из пельменной, да что говорить, все мои одноклассницы выглядели на пять с плюсом, но какой-то особенной реакции на них не было. Если раньше при встрече с девушкой не знал как рот открыть, то сейчас вообще не тушевался. Очень быстро всё стало обычным и не вызывающим привычной оторопи.

И всё бы ничего, только продлился мой дзен не долго. Кто-то там наверху решил что много хорошо — тоже не хорошо, и одним движением загнал моё настроение под облезлый плинтус.

Если бы солнце упало на землю, или наоборот, это вряд ли стало бы для меня большим шоком, чем проигрыш команды на которую я делал ставки. Сотни раз просмотренный матч, с самого начала пошёл по незнакомому сценарию. Травма форварда фаворитов, и всё, — финита ля комедия. Чёрное стало белым, а белое чёрным.

Неужели моё появление уже повлияло на ход истории? Но как? Где я, и где чемпионат по футболу?

Нет, ну точно бред.

Вот только факт оставался фактом, команда на которую делал ставки, проиграла, и два миллиона слились в унитаз.

Не смертельно, но очень обидно. Рассчитывая на финал, я вложил практически всю оставшуюся после аферы с холдингом наличность, и пролетел. Но даже не это главное, проигрыш так, нюансы, а вот сам факт изменения истории, — уже серьёзно. Что если война начнется раньше, и по другому сценарию? Что если в запасе у меня не три года, а гораздо меньше?

В общем, так напрягла меня эта заминка с чемпионатом, что пришлось посмотреть на многие вещи совсем под другим углом, и если бы не Клавдия — скрасившая моё ночное существование, настроение было бы совсем испорчено.

А с утра заглянул к сестре — она ещё спала, и пошёл в школу. Проблемы никуда не денутся, а уроки прогуливать не хорошо, тем более что совсем скоро экзамены.

Маршрут привычный, шагал быстро, поэтому пришёл раньше обычного. Поднялся на второй этаж, добрёл до кабинета литературы и русской словесности, и уже вполне на автомате занял своё место в конце первого ряда.

— Здорова! — почти сразу за мной ввалился Эдик. Лицо чуть опухшее, но следов побоев уже нет, улыбается даже.

— Ты где пропадал? Тебя с собаками уже ищут! — плюхаясь рядом, объявил он.

— Да дома проблемы кое-какие были…

— Помочь? — тут же напрягся друг.

— Нет, спасибо. Само решилось как-то…

Впутывать Эдика не хотелось, но я прекрасно понимал что в дальнейшем придётся набирать верных людей, и его кандидатура смотрелась весьма неплохо. Не по годам умен, расчётлив, в драке проверен — чего ещё желать? Он, да Ирка, может ещё Виталик — таким виделся костяк моей будущей организации.

Время до звонка пролетело быстро, но с началом урока резко замедлилось. Учитель, немолодая уже женщина невероятных размеров, нудно талдычила про какие-то стилистические структуры синтаксических конструкций, — я не дурак, но тут совсем ничего не понимал, и будучи вызванным к доске, едва дотянул до тройки. Писал-то грамотно, а вот правила, тем более такого порядка, не учил.

Следующим уроком была химия твердых тел. Предмет нужный, поэтому интересный. Ничего нового не узнал, но послушал с удовольствием, где-то даже пожалев что к доске не вызвали.

А на большой перемене на нас выскочила Ирка, и будто ничего не случилось, принялась рассказывать про какой-то отпуск и возникшие из-за него проблемы.

— Причём тут отпуск? — удивлённо спросил Эдик.

— Да говорю же, родители улетели на две недели, а у нас горничная заболела, а следом дворецкий! Вот, надо замену искать!

Не знаю почему, только мне показалось Ирка хотела поговорить совсем о другом, но не решилась, заполняя паузу болтовнёй про заболевшую горничную.

— Так позвони в агенство, делов-то… — посоветовал Эдик.

— Звонила уже, на подмену у них никого нет, сказали ждать.

— А на биржу не обращалась?

— Нет, туда идти придётся, а мне некогда сейчас таскаться, готовиться надо…

— Так я не понял, ты нам предлагаешь поработать что-ли? — радостно растянув улыбку, округлил глаза Эдик.

— Согласен. — тут же добавил я.

Ирка, вообще-то девчонка с понятием, а тут почему-то вспыхнула, и если бы не звонок, наверняка выдала бы нам по первое число. Но звонок прозвенел, и мы бегом побежали в класс, тем более следующим уроком стояла биоэнергетика. Предмет тоже нужный, хоть для меня и бесполезный. Всё то что на нём изучали, я и так знал, да и преподавали в старшей школе только азы энергий, реально толковые вещи начинались в высшей школе, или её военном аналоге — академии. А здесь так, скорее сортировали потенциалы, кто на что горазд. Вела энергетику средних лет женщина со смешным, непроизносимым именем, — вроде чешка, или полька. Поговаривали что раньше она состояла при дворе, и вроде даже лечила кого-то из правящей семейки. На счёт правдивости этой байки не скажу, не знаю, но так как слушать её было интересно, уроки проходили быстро, можно сказать на одном дыхании.

Ничего нового или сверх полезного она не рассказывала, но предмет свой любила, и подавала информацию так, что хотелось слушать и слушать.

А когда всё закончилось, уроки то есть, решил сделать полезное дело, тем более давно хотел, только всё времени не хватало. Рассуждал практично: от сестры толку не будет (в ближайшее время точно), Клавдия нужна для других дел, и выходит что ни домом, ни садом, никто заниматься не станет. Вызнав у Эдика про какую биржу он говорил, вызвал такси, и усевшись на заднее сиденье, назвал таксисту адрес.

* * *

— Сейчас два часа, к трём можете подойти, посмотрю что у нас есть по вашей заявке. — сказала невысокая полненькая тётенька непонятного возраста., когда добравшись до места, я поднялся по крутой лестнице и зайдя в один из кабинетов, объяснил что мне нужно.

Ждать не долго, но чтобы не торчать в коридоре, побродил по близлежащим магазинам, и через час снова заглянул в тот же кабинет.

— Проходите в тринадцатый, там открыто. Посмотрите, подумайте… Как определитесь, я у себя. — положив передо мной невысокую стопочку личных дел, женщина поправила чёлку, и «мазнув» глазами по моему лицу, равнодушно отвернулась.

Я же приступил к изучению кандидатур.

Первая стопка: претенденты на должность личного помощника, читай секретаря. Сначала думал Клавдию на это дело определить, но потом решил что не стоит путать дела и личное. Тем более что ей и так было чем заняться.

Итак: «Денисов Евстафий Серафимович» двадцати одного года, образование высшее, финансист, закончил местный университет и сейчас ищет работу.

Начало характеристики нормальное, но с фото на меня смотрел настолько неприятный тип, что читать дальше не стал, и захлопнув папку, отложил её в сторону.

Следующим оказался тоже парень, и тоже сразу после учебного заведения. Но меня смутило что в графе пол, стояло — неопределившийся. Я очень внимательно рассмотрел надпись, даже пальцем потёр — вдруг пошутил кто? Но чернила были настоящими и следов коррекции не было. Поэтому и этот кандидат улетел в архив. На должность помощника оставалось ещё четыре претендента.

Шевченко Мария Игоревна. Двадцать три года, финансист, училась не у нас, в Европе. Какой-то незнакомый университет с многобуквенным названием.

Пол женский — специально посмотрел, мало ли?

Не замужем, детей нет, близких родственников тоже. В деле ничего не сказано, но судя по всему девочка детдомовская. Непонятно, правда, как она умудрилась в Европе выучится?

А…Нет, как раз понятно. Просто не дочитал. Закончив школу с золотой медалью, она выиграла грант на обучение, отучилась за границей, помыкалась там, и благополучно вернулась на родину.

Перевернул на страницу с фотографией — обыкновенная серая мышь, ничего примечательного. Хотя фотография мелкая, толком и не разглядишь, может в живую окажется совсем другой человек.

Ладно, отложу пока, по параметрам подходит, но надо рассмотреть остальных кандидатов. Насколько я знал, сейчас можно выбрать не больше трёх по каждому запросу, и проведя личное собеседование, определиться. Ну или не определиться, если всё окажется совсем уж запущенным.

Следующая папка — ещё одна представительница прекрасного пола — Иванова Ольга Анатольевна. Сразу перевернув страницу, посмотрел на фотографию, и удивленно присвистнул. Фоток было аж несколько штук.

Анфас, профиль, в полный рост лицом, сбоку, с другого, в шортиках и с ракеткой на теннисном поле, в купальнике у бассейна, с бананом, на гидроцикле — в общем, полное портфолио.

Вернувшись к тексту, убедился что ничего не напутали и девушка действительно дипломированный финансист, а не элитная проститутка. Образование высшее, причём Москва, двадцать пять лет, есть опыт работы в банке, не замужем, детей нет. Из родственников мать в Подмосковье, и брат на северном флоте.

В другое время и в другом месте, подобную кандидатуру не стал бы даже рассматривать, мешать работу с личным — хуже нет, но тестостерон делал своё дело и эта папка присоединилась к анкете серой мышки.

А следующим оказался ещё один парень, но в графе пол опять было что-то непонятное. Попытался сообразить что это такое, но не смог и не глядя отложил дело в утиль.

Теперь садовник. Тут всего два личных дела, видимо или я слишком суровые критерии предъявил, или в садовники никто особо не рвётся.

Открываю.

Мужчина сорока семи лет отроду. Потомственный военный, офицер, куча наград, серьёзный боевой опыт. На фото взгляд прямой, лицо обычное, ни усов ни бороды. О воинской специальности ни слова, просто сам факт службы и звание — ротмистр. А ротмистры у нас ведь в танковых войсках, к коим относятся и шагоходы. Уже интересно.

Не женат, детей нет, родственников тоже, зато есть малюсенькая такая приписочка — «эмоционально нестабилен». Псих что ли?

С психами связываться не хотел, но тут заинтересовался, с этим человеком захотелось переговорить лично.

Открыл анкету ещё одного претендента — и сразу закрыл. С фотографии на меня смотрел типичный уголовник, и даже если это не так, ежедневно лицезреть такую рожу совсем не хотелось.

Горничных выбрал ориентируясь чисто на рекомендации, фотографии смотрел в последнюю очередь.

Одну звали Марина, вторую Ксения. Обоим по тридцать лет, замужние, но бездетные. Как раз то что нужно.

Оставался сторож, и кандидатур тут было хоть отбавляй.

Бегло пролистав всё предложенное, выбрать ничего не смог. Желающих в сторожа было более чем достаточно, но то что писали их предыдущие работодатели, доверия не внушало.

Кто-то пил и поэтому не всегда приходил вовремя, кто-то любил поспать, у кого-то срок за плечами. В общем, не самый подходящий мне подобрали материал.

— На какое время назначить собеседование? — учтиво поинтересовалась заведующая когда я принес отложенные папки.

— Желательно поскорее. Если возможно, то сегодня.

Женщина быстро просмотрела отложенные анкеты, и пообещала что-нибудь придумать.

— Наберу как только всё выясню. — сказала она.

Уточнив долго ли ждать, ответ получил самый расплывчатый, но надежда на быстрое решение вопроса всё ещё оставалась.

Поэтому далеко уходить не стал, и покинув мрачное здание биржи, осмотрелся.

На лавочке бы посидеть, поглазеть на окружающих, подумать о том о сём… Но только погода портилась и вот-вот грозила пролиться дождём. Тучки-то хоть пока и не особо основательные, но в этих краях глазом моргнуть не успеешь, как ливанет. Климат такой, непредсказуемый.

Естественно, от первоначальной задумки пришлось отказаться, когда польёт, даже до козырька соседнего магазина добежать не успею. Был бы зонт, тогда да, можно посвоевольничать, но зонта у меня не было, поэтому я зашёл в небольшое кафе.

Кусок торта, кофе, и бутерброд.

Выбрав столик и сделав заказ, вбил в поисковую строку «строительство и ремонт», подождал немного, и ткнув в первую открывшуюся страницу, принялся внимательно изучать спектр предлагаемых услуг.

Но едва принесли кофе, как ожил коммуникатор.

— Аркадий? Через полчаса вас устроит?

Честно сказать, на такую скорость не рассчитывал, но отказываться, конечно, не стал.

— Разумеется, через тридцать минут буду.

Наскоро залив в себя кофе, оплатил не полученный заказ, направился обратно к зданию биржи.

— Вот ваш кабинет, — проводила меня женщина, — сюда по одному будут заходить, подождите еще пару минут.

— Как скажете. — усаживаясь в огромное кожаное кресло, согласился я,

Садовник

Какое-то время ничего не происходило — даже подумал что про меня забыли, но аккуратный стук в дверь развеял сомнения.

— Можно? — в приоткрытой створке показалась девичья голова.

— Разумеется. — разрешил я.

— Здравствуйте… — растерянно поздоровалась девушка, полностью показавшись из-за двери.

— Добрый день. Вы Ольга? — час назад разглядывая претендентку в анфас и профиль, перепутать не мог. Не совсем такая как на фото, но вполне симпатичная. Грудь, правда, маловата — отметил автоматически, но в данном случае размеры дамских выпуклостей не имеют никакого значения.

— Да, я Ольга… Анатольевна… — подтвердила девушка. — А вы… наверное Аркадий э-э… Афанасьевич?

— Не наверное, а совершенно точно. — Аркадий Афанасьевич Филатов, к вашим услугам!

Девушка зарделась, не ожидая увидеть здесь меня, — такого молодого и красивого, она молча смотрела и хлопала глазами.

— Ну что же вы на пороге застыли? Проходите, присаживайтесь. В ногах правды нет!

Ольга кивнула, и шагнув вперёд, смущённо улыбнулась.

— Ну вот, теперь рассказывайте — дождавшись когда она пройдёт в кабинет, раскрыл папку с её резюме.

— Меня зовут Ольга, мне двадцать пять лет, в прошлом году я закончила финансово-юридическую академию — копия диплома в моём личном деле, и сейчас ищу работу по специальности.

— Замечательно. У вас в резюме указано что хоть и небольшой, но опыт в финансовой сфере у вас есть. Так?

— Разумеется. Пол года я проработала на фирме своего дяди, в экономическом отделе.

— А почему ушли?

— Скучно. С утра до вечера одно и то же. Таблицы, отчёты, доверенности! Всё такое одинаковое, что уже и дни путать стала, просыпаюсь утром, и не могу вспомнить какой день, — пятница, или понедельник.

— И вы решили найти себе новую работу?

— Ну да. Время-то идёт…

— Понятно. А что-то ещё кроме основного направления умеете?

— В смысле?

— В прямом. Что-нибудь кроме бухгалтерии?

По лицу претендентки я видел о чём она думает, но успокаивать не спешил. Не вязалось как-то просмотренное портфолио с её поведением.

— Кое что смыслю в логистике, немного в юриспруденции, но опыта, как такового, по этим направлениям у меня совсем нет. — наконец собралась она для ответа.

— Опыт, — дело наживное, Москва тоже не сразу строилась. Да и, в нашем случае, это не главное…

— А что главное?

— Желание. Если нет желания, то и опыт никакой не поможет. Вы ведь согласны с этим?

— Разумеется… А можно вопрос?

— Конечно.

— Мне сказали что вы ищете личного помощника, это так?

Я кинул.

— Так.

— Но помощника в чём? Не обижайтесь, только прежде чем прийти сюда, я посмотрела в сети, и там нет никаких упоминаний о вас, кроме самого факта вашего существования. Да, вы аристократ и фамилия у вас известная, но судя по тем данным что я нашла, уже много лет никто из Филатовых не заявлял о себе.

— Всё правильно.

— У вас нет никакого бизнеса, нет богатых родичей, нет влиятельных знакомств… Денег, наверняка, тоже нет… Да и сами вы, простите, слишком юны для серьёзных дел…

— Допустим. — мне нравился ход мыслей девушки, такой основательный подход говорил лишь в её пользу.

— Ну так вот, повторюсь, если вышеперечисленное верно, то для чего вам помощник?

— Вы всё правильно рассудили, Ольга, только одного не учли.

— Чего?

— Сеть не всегда правдива, и при желании оттуда можно удалить всякое упоминание о интересующем объекте. — Сказать как есть, я не мог, поэтому решил напустить тумана, тем более что на самом деле особо и напускать не нужно, его и так достаточно.

Девушка задумалась на мгновение, поджала губы скептически, потом посмотрела на меня в упор, и совсем тихо произнесла;

— А разве это реально?

— Конечно. Или вы думаете что я сюда поиздеваться пришёл? Дай, думаю, на биржу схожу, развеюсь… Так получается?

— Простите… Но согласитесь, вопросы появляются не только у потенциальных работодателей, и лучше все нюансы разобрать на берегу. Так всем будет спокойнее. Я могу идти?

— Вы торопитесь?

Девушка определённо мне нравилась, и не только внешне. Умная — тут не поспоришь, — вызнать за столь короткое время такие подробности про нанимателя-аристократа, да еще и не побояться высказать в лоб, не каждый взрослый мужик сможет. А тут девчонка.

— Нет, но мне показалось что вас смутила нехватка опыта…

— Бросьте. Если уж вы так глубоко копнули, то у меня тем более было время просмотреть вашу анкету, где чётко сказано про отсутствие у вас оного. Но дело даже не в этом.

— Тогда в чём?

— В том что мне нужны молодые и «незапятнанные» связями сотрудники. Дело начинаю нестандартное, времени у меня мало, и действовать буду опираясь не на закостенелых мастодонтов, а на «свежую кровь» — если вы понимаете о чём речь.

Будь у меня цель развить бизнес, воспользовался бы услугами профессионалов, пусть не здешних, возможно даже иностранцев. Но такой цели не было, всё что нужно — обеспечить финансами свою будущую «военную машину», — ведь потом, когда начнется вторжение, никому не будет дела ни до акций, ни до вообще хоть каких-нибудь бумаг. Деньги обесценятся в считанные дни, а привычные миру ценности просто прекратят своё существование.

Разумеется, говорить такое я не мог, и поэтому планировал поставить на все ключевые посты в отжатой у Варта компании новичков, для которых приоритетом будет прежде всего моё слово.

— Но… — на лице девушки отразилось недоумение, ей явно хотелось узнать побольше, но она понимала что и так «перегнула палку».

— Мне нужно ваше принципиальное согласие.

— А как же условия? Вы ведь даже не сказали где мне придётся работать? — всё же не сдавалась она.

— У нас ещё будет время обсудить этот момент, в любом случае при подписании контракта учтём все интересующие вас нюансы.

Для себя я уже решил что найму её, но она ещё колебалась. У меня даже ощущение возникло что не я выступаю в роли нанимателя, а наоборот.

— Добавим в контракт пункт о досрочном расторжении, если что-то пойдет не так. — выложил я последний аргумент, и он оказался решающим.

— Хорошо, если что, мой контактный номер у личном деле. — сказала Ольга, и тихонечко «просочилась» за дверь.

А вот следующая претендентка оказалась не столь привлекательной, зато, в отличии от Ольги, держалась очень спокойно. Хорошо поставленная речь, прямой взгляд без лишних эмоций, в разговоре не теряется, достаточно эрудированная. Мария Шевченко. Не Маша, и уж тем более не Машенька — только Мария. Несмотря на молодость, вела она себя очень уверенно, будто только и делала что общалась с аристократами тет-а-тет.

— Вы что-нибудь слышали о судоходной компании «Серебряный ветер»? — пройдясь по небогатой биографии девушки, я перешёл к сути.

— Конечно. Их офис недалеко от моего дома.

— Как вы считаете, смогли бы руководить подобным предприятием?

— Я так понимаю, вопрос совсем не гипотетический?

Проницательности девушки можно было только позавидовать. В отличии от первой претендентки, она не знала с кем идёт на собеседование, но зайдя в кабинет, ничуть не удивилась. Поначалу я не придал этому значения, и лишь в процессе общения осознал сколь велико самообладание этой совсем ещё юной особы. Вот и теперь, я ещё только намекнул, а она уже сделала выводы, и выводы правильные.

— Да, вы правильно понимаете. Мы можем прямо сейчас заключить контракт, и вы отправитесь на новое место работы.

— То есть, вы тот самый человек к которому на днях перешла компания?

— Точно. Я её новый владелец.

Информация о смене хозяина компании секретной не была, и вроде даже где-то объявляли об этом, но тот факт что претендентка знала об этом, говорил сам за себя.

— Могу я подумать до вечера? — глядя мне прямо в глаза, спросила девушка.

Наверное любой другой человек согласился бы не раздумывая, такой шанс выпадает один на миллион, но она и тут смогла удивить.

— Разумеется, но только до вечера. Сейчас пять, в семь жду ответ.

— Договорились, я наберу вам.

Провожая девушку, я выглянул из кабинета. На стульях у стены сидели две молодые женщины.

Обе чуть полненькие, но внешне приятные. Одна рыжая, — в синей юбке и закрывающей шею кофте, вторая — брюнетка в строгом костюме, скорее подходящем для деловой встречи, чем для соискателя на роль домработницы.

Рассчитывая увидеть будущего садовника, осмотрелся, но кроме этих женщин никого в коридоре не было, поэтому поздоровавшись, пригласил их.

— Ваши анкеты я смотрел, вы подходите. Дом в центре, график работы посменный, пока сутки через сутки, оплата по договорённости.

— Обязанности? — подала голос брюнетка Ксения.

Мне никогда не приходилось нанимать домработниц, как и вообще кого бы то ни было. Но если в случае с предыдущими претендентками я знал что мне надо, то здесь слегка растерялся.

— Обычные. Что обычно делают домработницы?

Женщины заулыбались.

— По-всякому. Смотря какая семья, сколько детей, количество комнат, наличие домашних животных, готовка, да много всякого…

— Дом относительно большой, но народа немного. Только я, сестра, и моя помощница… Обязанности… Ну уборка, готовка… Что еще?

Женщины переглянулись, и заверив что их всё устраивает, пошли оформлять документы.

А когда они выходили, в кабинет заглянул незнакомый мужчина, оказавшийся претендентом на должность садовника, но совсем не похожим на своё фото в предоставленной анкете.

— Извините за опоздание. — хмуро проговорил он, внимательно всматриваясь в моё лицо.

— Ничего, вы вовремя. Присаживайтесь.

Мужчина кивнул, и осторожно прикрыв за собой дверь, сел напротив.

Среднего роста, темноволосый, выглядит лет на шестьдесят, но это может быть из-за щетины и общего ощущения помятости. Взгляд прямой, выправка военная. Явно удивлен моим возрастом, но виду старается не показывать.

— Вы работали садовником? — после минутного молчания, задал я первый вопрос.

— Да, но недолго и достаточно давно.

— У вас в анкете указано что вы служили, это так?

— Было дело. — так же хмуро кивнул мужчина.

— Если не секрет, в каких войсках?

— А какое это имеет отношение к вакансии садовника? — настороженно прищурился он.

— Чисто практический интерес. Вдруг вы в прошлом какой-нибудь разведчик и вас захотят убить. Зачем мне это?

На мой взгляд звучало такое объяснение вполне логично, но судя по лицу собеседника, мне так только казалось.

— Ничего секретного, не переживайте. Обычный техник.

— Техник чего? Шагоходы?

— А если и так? Это на что-то влияет? Или вам газонокосилку починить некому?

— Извините если обидел, но я скоро поступаю в бронетанковую академию, поэтому мне и интересно всё что касается этой темы. Вот.

Наверное я мог бы просто послать этого человека, тем более с самого начала разговора стало понятно что анкета не врёт и он действительно нестабилен, только мне показалось что спешить не нужно, и сначала неплохо бы узнать его получше.

— Не ходи туда парень. — неожиданно посоветовал он.

— Почему?

— Потому что ничего хорошего там нет. Прослужишь пол жизни, а потом под хвост мешалкой, и ты уже никому не нужен…

Я молча пожал плечами.

— Хотя… может быть в твоём случае всё выйдет иначе, как ни крути, а ты аристократ, и к вашему брату отношение в армии особенное… Был у нас один, тоже ротмистр, катался на «Пиночете» одно время, — тупой как пробка, дара еле наскреб на академию, а сейчас уже генерал… Тьфу…Вошь навозная…

Закончив неожиданный «выпад», мужчина отвернулся, и тяжело вздохнув, поднялся со стула.

— Пойду я, не нужен тебе такой садовник…

— Постойте, так вы пилот шагохода? — тоже поднялся я.

— Был им. Когда-то… — словно вспомнив что-то неприятное, мужчина сморщился и покачал головой из стороны в сторону.

— Вы подходите. — Пусть и бывший, но пилот и, насколько я понимаю, на службе поимел какие-то проблемы с Даром, поэтому перешёл в техники, а потом и вообще вылетел. Дар, — штука хоть и врожденная, но очень капризная. Изучают его уже лет триста, с момента «массовых» проявлений, но особо далеко в этом процессе не ушли, так, серединка на половинку.

— Неожиданно. — замер «садовник».

— Контракт можно заключить прямо сейчас. — надавил я, не желая отпускать этого человека.

— А как с условиями?

— График свободный, сад у меня небольшой, так что, по мере необходимости. Деньгами не обижу, если нужно ещё что-то, говорите, решим вопрос. Вы далеко от центра живете?

— Минут тридцать, если на транспорте.

— Тогда можете занять гостевой домик, или вообще одну из комнат в большом доме. — то миниатюрное строение что располагалось в углу участка, гостевым домом назвать можно было с натяжкой, но для небольшой семьи, а тем более для одного человека, места там предостаточно.

— Даже не верится… — хмыкнул мужчина, но отказываться не стал, и заверив что пойдет в канцелярию, вышел из кабинета.

* * *

Санкт-Петербург, в это же время.

В большом кабинете, с высокими потолками и узкими окнами, разговаривали двое.

— Ты ничего не путаешь? — стоя спиной к посетителю, строго спросил хозяин, мужчина средних лет с гладко зачесанными волосами и большой бородавкой на щеке.

— Нет, не путаю. — спокойно отозвался гость.

Невысокий, без особых примет, он был одним из тех, мимо кого пройдешь и не заметишь. А если и заметишь, то потом не вспомнишь и не сможешь описать.

— Анализ делали?

— Пока нет, но в самое ближайшее время сделаем. Но тут и без анализа понятно, налицо портретное сходство.

— Это не аргумент. Двойников, а уж тем более просто похожих людей, вполне достаточно, так что, не надо мне… Да и вообще, если ты всё же прав, как так вообще вышло? Это же невозможно?

Гость помедлил немного, решая говорить, или оставить своё мнение при себе. Но в итоге всё же решился.

— Думаю, Карамзины очень хорошо кому-то заплатили, и в той суматохе на стол тайной канцелярии легли совсем другие бумаги. Я смотрел отчёты, там чёрным по-белому написано что и девчонка, и её нерожденный ребенок были ликвидированы одними из первых.

— Мда… — покачал головой хозяин, развернулся, хмыкнул, и уселся в едва заметное за массивным столом кресло.

— Но сейчас мы всё знаем, и легко можем исправить это упущение, только прикажите. — Так спокойно сказал гость, что стало понятно; будь предмет их разговора сейчас здесь, в этом кабинете, он без разговоров бы привел «приговор» в исполнение.

— Кто ещё в курсе?

— Пока неизвестно, работаем, но этот «кто-то», имеет очень серьёзный вес.

— Почему ты так решил? Есть факты?

— Фактов нет, только буквально на днях у парня был конфликт с местным воротилой, так того так напугали, что он едва не отдал ему весь свой бизнес. — развёл руками гость.

— Детали?

— Только в общих чертах, Владивосток никогда не был сферой наших интересов, поэтому агентуры не так много как хотелось бы.

— Нехорошо… узнать кто за этим стоит просто необходимо… — задумчиво почесывая бородавку, пробормотал хозяин, и резко поднявшись, уставился на посетителя, — Ещё что-то?

— Да, но пока только догадки. — отозвался тот, на что хозяин скривил недовольную гримасу.

— А кроме догадок, у тебя вообще хоть что-нибудь есть?

— Сложно действовать столь незаметно, сколь и результативно. Пока известно лишь о внезапном богатстве парня, но происхождение денег непонятно. Я думаю что на него сделана серьёзная ставка, хотя без дополнительной информации уверенно говорить об этом пока рано. Я могу идти?

— Иди. — хмуро кивнул хозяин, и вновь усевшись в кресло, недовольно проводил посетителя взглядом.

Едва ли не с рождения участвуя во всех придворных «движениях», он хорошо чуял неприятности. И сейчас, прямо в этот момент, интуиция буквально вопила об их приближении. Пока непонятен расклад, но вряд ли это будет что-то хорошее.

Экзамен

Спустя неделю.

Первый экзамен был по математике, и проводился, на удивление, со всей строгостью.

Отставленные друг от друга столы, повсюду камеры, патрулирующие межрядья учителя.

Тут и захочешь, не забалуешь, идеальная оценка знаний.

За себя я не переживал. То что раздали в заданиях, совсем не сложно. А вот Эдик и остальные ребята — коих в моей «команде» теперь было четверо, могли и не справиться.

Нет, на тройку напишет каждый, какой-то уровень есть у всех, но вот чтобы на пять — это вряд ли.

А пятёрки нужны нам всем. Математика, физика, химия пространства — для поступления в академию суммарный балл по этим предметам должен быть выше восемнадцати. И нет, полковник от своих слов не отказался. Просто внёс кое какие уточнения. Сказал что если будут хорошие оценки по профилю, тогда без проблем. Ну а если нет, — извините.

Я сразу предполагал что-то такое, какой бы шишкой он не был в академии, принять на шару целый класс бездарей — не реально даже для него.

Тут и чисто технические проблемы, и моральный аспект. Ну и куда же без социальной составляющей? Мест не много, а желающих, хоть отбавляй. Те же а-шки почти полным составом собрались. Интересно, а у них на экзамене тоже так строго? Или это только наш, «крестьянский» класс удостоился такой чести?

Что-то мне подсказывает что мы избранные, и дело наверняка не в желании администрации школы. Возможно тот же полковник постарался. Не факт, но и такая вероятность есть.

Только ведь и мы не лыком шиты. Точнее я. Как и спортзал, аудитория закрыта от использования силы, но это нисколько не мешает лисёнку.

Я решаю, а он разносит по вариантам. Взял листок, отнёс Виталику, потом Эдику, а в завершении Игорю с Лерой.

То есть всем тем, кто изъявил желание поступать в академию. Да, не все решились. Не поверили, не приняли слова полковника всерьёз. Да и приняли бы, кто им разрешит? Родители основной массы учеников давно за них всё решили. Кого в торговлю, кого в бизнес, ну и вообще, мало ли где ещё одарённая молодёжь требуются?

Эдик вон тоже не собирался, но вдохновлённый моим примером, решился. Виталик всегда мечтал, но не верил что сможет поступить в бронетанковую, рассчитывая лишь на что-то пехотное. Игорь из тех кто постоянно во всём сомневается, и его участие оказалось для меня неожиданностью. Вообще, неплохой парень, умный даже, но уж мнительный больно.

А Лера, это исключительно моя заслуга. Дня три назад случайно оставшись с ней в классе, так же случайно поцеловал её. Честно сказать — сам не понял как всё произошло. Не хотел вроде, но почему-то не удержался. Ладно хоть дальше не зашло, а то и жениться пришлось бы.

В общем, как бы там ни было, после того случая она тоже решила идти в академию.

— Ну как? — когда экзамен закончился и мы собрались своей маленькой компанией, спросил я.

— Всё чётко! — ответил за всех Эдик.

— Как тебе это удалось? — восторженно смотрела Лера.

Разумеется, про лисёнка я не сказал, и махинации с решениями объяснил секретным способом обходить «глушилку». Ну а просьбу поделится оным, проигнорировал, сославшись на родовые секреты.

Единственный аристократ в компании, я пользовался авторитетом в том числе и из-за происхождения, поэтому отказ был принят спокойно, с пониманием.

— Ты нормально списал? — Эдик строго посмотрел на Виталика.

— А то! — важно ответил тот, и добавил — как под копирку!

Чем больше узнавал этого здоровенного парня, тем больше убеждался что он не так прост, как кажется. Вроде тупит постоянно, но стоит встретится с ним взглядом, и начинаешь сомневаться. Я не психолог, но в этом случае ошибки быть не может, — Виталий хороший актёр, вот только зачем ему это надо? Прожить свою, пока ещё коротенькую жизнь с клеймом полудурка? Ответа у меня нет, есть только предположения. Первое, и самое реальное, — что-то случилось в детстве, что-то такое, после чего он стал прятаться «под дураком». Ну а что, с идиота и «взятки гладки», вот и старается. Пока посмотрю за ним, но уверенность в том что я прав, крепнет с каждой нашей встречей.

— Ну а у тебя как дела? Не накосячил? — обратился я к Игорю.

— Накосячил? — тут же напрягся тот. — Слушай… А ведь точно… Или нет? Постой-постой… Щас вспомню…

Вот что у него не спроси, что не предложи, он обязательно засомневается. Уж очень неуверенный, честно сказать, даже не знаю как он служить-то будет. Ну а так вроде неплохой парень, умный и честный. Я, может, и не стал добавлять его в списки, но решил дать шанс, тем более что других желающих особо и не было.

— Да не дрейфь ты! — прерывая метания, Виталик хлопнул Игоря по плечу. — Завтра следующий экзамен, вот за него переживай!

— А может в кафе посидим? — предано заглядывая мне в глаза, предложила Лера.

— Нет парни, у меня тренировка. — сразу отказался Виталик, на какое-то мгновение «сбросив» свою дурацкую личину.

— Мне надо к бабушке забежать, мать просила помочь там что-то… — вздохнул Эдик.

Игорь промолчал, он явно засомневался, а я отмазался, сославшись на занятость. Лера девочка хорошая, мне нравится, но сейчас лучше воздержаться, тем более нам ещё учиться вместе.

Ну и дел на самом деле по горло. Надо забежать в офис, заказать стройматериалы, навестить в больнице сестру, съездить к докам, там проконтролировать. В общем, даже если прямо сейчас начну, за день всё равно не успею.

Поэтому, распрощавшись с ребятами, вызвал такси, решив начать с больницы. С сестрой ничего страшного не произошло, но после осмотра врачи посоветовали ей пройти курс какой-то терапии, вроде психику маленько поправить. После похищения она стала всего бояться; хлопнет дверь, громкое слово кто скажет, тут же вздрагивает, потом долго в себя прийти не может. А учитывая что в доме бригада строительная работает, вообще получается черти что.

Больница недалеко, но по пробкам получилось не совсем быстро. Оставив машину дожидаться, я поднялся по лестнице, и оказавшись у окошка регистратуры, попросил выдать халат.

Палата на третьем этаже, отдельная, со всем что только здесь могли предложить. Обстановка приятная, причём не только там где за это заплачены большие деньги. Даже пока идешь; мягкие ковровые дорожки в коридоре, ровный свет, и никакого больничного запаха. Сестра говорит что пахнет тут садиком, вроде как запах из её детства, но я не знаю, мне сравнивать просто не с чем.

— Привет. — стараясь не делать резких движений, приоткрыл дверь и заглянул в палату.

— Здравствуй Аркаша… — улыбнулась женщина.

— Вот, принес тебе апельсинов, специально выбирал чтобы спелые были, как ты любишь!

— Спасибо.

— Доктор говорит что скоро тебя выпишут, ты тут не скучаешь?

Мне никто и ничего не говорил, но я думал что подбодрить лишним не будет. Если верить прогнозу, лежать ей здесь ещё как минимум месяц. Голова и так штука сложная, а когда сдвиг по психике, втройне геморрой.

На днях разговаривал с сыном Варта по этой теме, так тот клялся и божился что жила она у них как на курорте, и что могло её так напугать, он даже предположить не может. Разумеется, я засомневался, но тут и доктор сказал что причина не «вчера» родилась, страх женщины имеет совсем давнее происхождение, а история с похищением только лишь спустила крючок.

Была и ещё одна странность во всей этой чехарде — похитители отрицали свою причастность к разгрому в доме и краже дневника. Я, конечно, не поверил сначала, но подумав хорошенько, пришёл к выводу что причины у них действительно не было.

С сестрой пытался поговорить, но безрезультатно, она улыбается, кивает, но утверждает что ни про какой дневник не знает.

— Нет, не скучаю. Мне книги приносят, вот, посмотри… — на столе действительно лежали две тоненькие брошюрки и одна потолще, с яркой картинкой на обложке.

— А терминал твой где?

— Доктор забрал, сказал что сейчас для меня лучшее лекарство — бумажные книги.

Наверное это странно, ведь ещё вчера терминал был при ней и мы пару раз даже разговаривали. Но сомневаться в решении врачей повода нет, поэтому только улыбнулся и ещё раз напомнил о скорой выписке.

Хотел еще что-то спросить, но тут пришла медсестра с таблетками, поэтому пришлось закругляться. И я, оставив пакет с апельсинами, прикрыл за собой дверь.

— Постойте, Аркадий Афанасьевич! — откуда-то сбоку выскочил доктор.

Среднего роста, немолодой, в очках и с бородкой, этот человек был одним из лучших психиатров города, и как мне казалось, вообще жил в больнице.

— Добрый день Алексей Валерьевич, — остановившись, я протянул ему руку.

— Здравствуйте, здравствуйте Аркадий Афанасьевич! Как хорошо что вы зашли! Дело, знаете-ли, вот в чём…Сегодня ночью с вашей сестрой был приступ, и боюсь, всё гораздо хуже, чем показалось вначале…Вот.

— В каком смысле хуже?

— В самом прямом. Пока наверняка сказать не могу, надо проводить дополнительное обследование, но, думаю, недельки через три, может быть месяц, что-то и прояснится.

Тему обследований и вообще проводимого лечения мы обсуждали не раз, но в таком ключе впервые.

— А что за приступ? Это серьёзно?

— Всё что связано с психикой человека — серьёзно! А приступ, — да обычный. К чему вам медицинские подробности?

— Подробности, может, и ни к чему, но хотя бы в общих чертах вы можете объяснить?

— Аркадий Афанасьевич… Дорогой вы мой… Какие, простите, общие черты вы хотите услышать? Это же не перелом лодыжки и не травма глаза, человеческая психика — материя тонкая, и до сих пор толком не изученная. Вот вы например, можете мне в общих чертах рассказать про конкретно ваши способности? Откуда они взялись и по какому принципу работают?

— Нет, не смогу, наверное. Не знаю потому-что…

— Ну так и я не знаю! Говорю же, обследование дополнительное нужно, а пока на воде вилами… Увольте!

В общем, из больницы уходил в смешанных чувствах. И так забот полон рот, а тут ещё и это. Нет, никаких родственных чувств я по-прежнему не испытывал, но очень надеялся что эта женщина прояснит историю «моего» рождения. Тем более что то время она была уже достаточно взрослой, поэтому должна что-то знать.

Следующим местом куда мне нужно попасть, был заброшенный док. Сегодня там работали оценщики из одной московской конторы, их задачей было просчитать варианты восстановления, указать их стоимость, и назвать приблизительные сроки.

Такси ждало у входа, и когда добравшись до машины я сел на заднее сиденье, в кармане завибрировал терминал.

Это был управляющий, требовалось подписать доверенность на проведение сделки с недвижимостью от моего имени. Можно было бы выписать сразу общую, на проведение вообще всех сделок, но полностью я никому не доверял, стараясь контролировать каждое значимое, в финансовом плане, событие.

Маршрут менялся, перед тем как ехать в доки, нужно было заехать в банк, а до этого ещё и домой забежать, забрать кое-какие документы.

Сообщив он смене пункта назначения водителю, я снова достал терминал, задумав проверить почту.

Оплаченные счета, список необходимого для ремонта в доме, рекламные рассылки, и коротенький отчёт из банка.

Вовлеченный в бумажный водоворот, я не всегда разбирался в этих самых бумажках. Вроде бы что сложного, — обычные цифры, но в контексте бухгалтерских заморочек, порой они приобретали совсем непонятные смыслы.

Не можешь сделать сам? — Найди специалиста. Поэтому многие вещи, — такие как процесс передачи от Варта транспортной компании, приходилось вверять в руки профессионалов. А отчёты которые они мне слали, пересылал другим профессионалам. Двойной контроль лишним не будет, тем более что почти каждый раз в отчётах находились неточности и ошибки.

Вот только замкнув на себя основную часть значимых решений, я приобрел целую кучу проблем.

Например с утра говорил с заместителем директора по транспорту, и он мне он сообщил что идущий из Индии сухогруз не сможет зайти в порт Сингапура, а задержавшийся в какой-то дыре танкер задержится там ещё на некоторое время.

И вот что я должен был ответить? Я солдат, моё призвание война, а не вот это вот всё.

Мария, после назначения на должность столкнулась с целым рядом проблем, и первое что требовалось сделать, заменить тех кто воспринял ее появление в штыки. Привыкшие к определённым стандартам, руководители высшего звена не воспринимали ее всерьез, и всячески противодействовали. Поначалу думал что просто заменю руководство компании на лояльное, но оказалось что найти подготовленные кадры такого уровня не так-то и просто. Нет, желающих хоть отбавляй, но вот таких чтобы соответствовали сразу целому ряду условий, тут проблема. Да, я подал заявки сразу в целую сеть агентств по найму, но мне сразу объяснили что задача сложная, если не сказать невыполнимая. Во всяком случае в установлено мной самим же сроки. Это не садовника нанимать, тут совсем другие нюансы.

В общем, действительность сильно отличалась от того что должно идти по плану.

А дома уже ждала Клавдия.

— Вот, посмотрите, сегодня наткнулась на такую заметку. — встретила она у порога, и с ходу принялась что-то объяснять.

— Не сейчас, Клава. Сейчас я очень занят, а вот вечером, когда вернусь, ты мне всё и расскажешь. Договорились?

Девушка кивнула. Несмотря на то что почти каждую ночь мы проводили вместе, она не прекращала мне выкать. Не знаю по какой блажи она делала это, но меня такое обращение подбешивало.

Вот и сейчас.

— Как скажете, Аркадий Афанасьевич…

Покачав головой — а я так понял что бороться с этой болезнью бесполезно, поднялся наверх, достал из сейфа необходимые документы и вскоре снова подходил к машине.

Доехали быстро, и уже через двадцать минут я сидел за столом в кабинете управляющего.

— Вот здесь и здесь. — показывал где поставить подпись он.

— Что это за здание? — цифры и кадастровые номера мне ни о чем не говорили.

— Бывший научный центр, стоит в таком виде уже лет десять, никак покупатель не находился…

— А вы, значит, подсуетились?

— Ну да. По требованиям подходит, цена в рамках. Почему нет?

Возразить было нечего, поэтому спорить не стал. Подписал где нужно, уточнил как продвигаются дела по другим проектам, и поехал дальше, смотреть как продвигается с доком.

Вообще, если отбросить всё лишнее, нужно мне было совсем немного, но учитывая что успеть сделать это «немного» надо до войны — то есть за три года, задача усложнялась на порядок.

Я не собирался создавать могучую армию — для этого нужно куда больше времени и средств, не собирался никого предупреждать — ибо бесполезно, хотел только ускорить процесс «подсадки» демонов в боевые механизмы, и каким-то образом повлиять на количество щитовиков.

Сейчас что пилоты шагоходов, что истребителей, или штурмовиков, ставят щиты сами, но, как показала практика, в случае с ящерами это не работает.

И задачу свою я видел как раз в том чтобы внедрить в войска эту новую практику. Как это будет сделано? — Не знаю. Пока не знаю.

— Приехали. — сообщил водитель, заставляя включиться в реальность.

Я вышел. Такси остановилось рядом с другими машинами. И судя по их количеству, специалисты уже были на месте.

— Вас ждут. — неожиданно, словно из под земли объявился охранник. Я присмотрелся, и точно, чуть в стороне находился вход на ведущую вниз тропинку. Чтобы не делать крюк, его прокопали прямо отсюда.

А внизу действительно уже ждали.

— Мы провели предварительный анализ, и можем сказать что основные конструкции сохранили достаточный запас прочности. — отчитался один из присутствующих, молодой мужчина в чистом спецовочном костюме и бело-синей каске.

— Это и так понятно. — глядя на незыблемые сваи и притопленные железобетонные опоры, отмахнулся я.

— Вы мне расчёт восстановления дайте, или хотя бы сроки обозначьте.

— Расчёт сделаем до конца недели, а по срокам не скажу, в зависимости на каком варианте остановимся.

— Ну хоть приблизительно?

— Приблизительно вот. — он достал несколько скрепленных скрепкой листов, и протянул мне.

— Что это?

— Набросок расчёта.

— Давайте кратко и по сути.

— По своему опыту могу сказать что восстановление одного ангара займет не меньше трёх месяцев, и денег потребуется порядка миллиона. Но повторюсь, это очень условно приблизительно…

Стычка и Санди

— Так не пойдёт, делайте что хотите, но первый ангар нужен мне через месяц!

— Но… — мой визави возмущенно захлопал глазами.

— И расчет детальный, не через неделю, а завтра. Это понятно?

Инженер молча зыркал, но озвучивать свои мысли не решился.

— Вот и славно что вы меня поняли, завтра к вечеру жду результаты. — не стал я затягивать разговор. Тем более времени действительно нет, с утра очередной экзамен, и неплохо бы хоть в учебники заглянуть. С практикой у меня всё в порядке, а вот за теорию такой уверенности нет, могу забыть чего-нибудь.

Теория пространства.

Предмет необходимый для любого одарённого, поэтому внимание ему уделяется достаточно серьёзное.

И я, вооружившись найденным в комнате учебником, пол ночи штудировал знакомые параграфы, а утром, толком не выспавшись, отправился на экзамен.

Так торопился, что пришел слегка заранее, и ещё какое-то время ждал пока подтянутся остальные.

— Экзамен перенесли на час, — «обрадовал», заглянув в терминал Эдик. Может в теплице посидим?

Теплицей ученики называли заросший сиренью задний двор школы, когда-то там действительно располагался небольшой тепличный комплекс, но сейчас от него остались только воспоминания, и крохотная, почерневшая от времени беседка.

Место это все знали, поэтому возражений не последовало, и мы гуськом потянулись к выходу.

— Привет. — навстречу попалась Ирка с огромным букетом белых гвоздик, а за ней, злобно сутулясь, тащился Тополь.

— Здравствуй. У кого-то именины?

Ходить с цветами на экзамен было не принято, букет могли посчитать попыткой подкупа, и вместо дополнительного бала, снять лишний. Другое дело когда у кого-нибудь из преподавательского состава день экзамена, плюс-минус, совпадал с днём рождения, тогда да, тогда пожалуйста.

— А ты не знаешь? — отводя букет в сторону, сердито нахмурилась Ирка.

— А должен? — покосился на Эдика я, на что тот сморщился будто от зубной боли, и схватившись за голову, вымученно, на одном дыхании, произнёс виновато.

— Блин… Ириша… С этими экзаменами вылетело из головы! С днём рожденья!

Но именинница совсем не обрадовалась поздравлению, и демонстративно фыркнув, сделала попытку обойти нашу столпившуюся компанию.

— А цветы-то зачем в школу притащила? — ехидно усмехнулась Лера. К Ирке она относилась предвзято, и не удержалась от подколки.

— Не твоё дело. А вообще это мне Владик подарил!

— Владик? А кто это?

Может Ирка и не хотела говорить, но автоматически посмотрела на Тополя.

— Никогда не знал что у деревянного есть имя. — на полном серьёзе произнёс Виталик.

— А походу никто не знал… — поддержал его Эдик.

— Да пошли вы! — вспыхнула Ирка, и оттолкнув Леру, направилась к лестнице.

— Нет, ну а что, деревянный Владик…Звучит! — хихикнул обычно молчаливый Игорь.

Тополь услышал насмешку, обернулся было, но встретившись «глазами» с Виталиком, тут же развернулся обратно.

Двумя неделями ранее никто бы и не подумал называть его так в лицо, но после известных событий авторитет директорского сынка упал ниже некуда.

— Слушай, а ты можешь ему на экзамене вариант подменить? — подойдя вплотную, заговорщицки прошептал Эдик.

— А толку? — услышала Лера. — Папаша ему всё равно пятерку поставит, как бы он не тупил…

Пробравшись через заросли цветущей сирени, мы, спрятавшись от чужих глаз, дошли до беседки.

Кроме скрытности, это место было тем уголком где одарённые могли неофициально выяснить отношения без риска поотрывать друг другу головы — использование дара здесь блокировалось. Объяснение простое — за стеной находился спортзал, и полянка попадала в радиус действия установки.

— Что-то у меня ноги подгибаются… — неловко улыбнулась Лера.

— Заболела? — обеспокоенно развернулся Виталик.

— Нет, что ты… У меня такое всегда перед экзаменом, сейчас отпустит.

— Так уже пришли, присядь. — хмыкнул Эдик. К Лере он относился странно. Вроде по-дружески, а вроде и с ревностью какой-то непонятной.

Но присесть Лера не успела, из тех же кустов через которые пробирались мы, вывалилась целая компания.

Человек семь или восемь, они явно не были учениками школы, и их появление оказалось для нас полной неожиданностью. Нет, забором с колючей проволокой школьная территория не обнесена и автоматчиков на вышках нет, но это и не требуется, дураков лезть к одарённым обычно не находится. Да и не тянули они на школьников, больно взрослые. Лет по двадцать пять, приблизительно.

— Это мы удачно зашли! — остановившись напротив, объявил один из «пришельцев», наверняка бывший у них вожаком.

Невысокий, не особенно мускулистый, но жилистый. Лицо обычное, без особых примет. Правильной формы нос, тонкие губы, среднего размера глаза. В джинсах и футболке с коротким рукавом он мог бы выглядеть как студент-выпускник, но образу мешали берцы военного образца и взгляд ещё, — цепкий такой, уверенный.

— Ага. Угу. Точно. — поддакивая, загудели его спутники. Судя по вырывавшимся из их ртов звукам, говорить попусту они не любят, ну или не умеют.

— Что вам нужно? — шагнул вперёд Виталик, закрывая собой Леру.

— От тебя ничего. — ухмыльнулся вожак.

— Ты не попутал? — В случайность встречи не верилось от слова совсем, поэтому варианты дальнейшего развития событий виделись сплошь негативные. В идеале, конечно, они попросят закурить и уйдут, но в реальности такое вряд ли произойдёт.

— Не-а… — растянул губы в ухмылке вожак, и выдержав театральную паузу, добавил, — К тебе и твоим друзьям у нас вопросов нет, вы можете идти, а подружке вашей придётся задержаться…

— Кто вы такие и что вам нужно⁈ — нервно выкрикнула Лера.

— А ты не догадываешься, девочка? Брат ничего не рассказывал? — сделав шаг навстречу, прошипел вожак.

— Мы никуда не пойдём. — привычно хрустнув шеей, пробасил Виталик.

— Смело, но глупо. — видимо вожак подал остальным какой-то знак, потому как те, хоть и не спеша, но целенаправленно двинулись в нашу сторону.

Нет, не профессионалы. — думал я, глядя на неожиданных визитёров. Скорее какие-то местечковые бандиты, или что-то подобное. И с большой долей вероятности им действительно нужна Лера.

Самый опасный, главарь. Невзрачный с виду, он далеко не так прост. Остальные тоже не дети, как минимум с хорошим опытом уличных драк.

Бежать некуда, позади глухая стена без окон, справа заросли и забор, назад тоже хода нет. Это место поэтому и используют как «толковище», что к нему подход только один. Так что вариантов, кроме как «принять бой», у нас нет.

А вот расклад далеко не в нашу пользу. Игорь с Эдиком не протянут и десяти секунд, мы с Виталиком подольше, но не на много. Слишком уж силы неравны.

Я ещё не додумал эту полную безысходности мысль, как откуда-то сзади вынырнул незамеченный ранее противник, и хлестким ударом короткой дубинки отправил Виталика в нокаут.

— Что ты делаешь! — громко взвизгнула Лера, пытаясь поймать падающего товарища. Она была ближе всех к нему, но удержать такую тушу не смогла.

Я потянулся к лежащему на земле камню, но тут что-то изменилось. И дело даже не в том что в мою сторону сорвались двое, отнюдь. Каким-то непостижимым образом остановилось само время. Выглядело это так, будто я попал на первый астральный уровень с его желеобразным состоянием.

Только что резкие парни плыли так медленно, что прежде чем они дошли бы до меня, при желании я мог бы переодеться.

«Не медли, действуй» — вызывая привычную оторопь, зашептал Санди, и предвосхищая мой вопрос, так же тихо добавил — «Ни о чём не спрашивай, я ещё слишком слаб, торопись».

Времени удивляться не было, и действуя на одних рефлексах, я последовал совету демона.

Выхватив у одного из гопников прут, бил сильно. Цели убить не было, но и жалеть не жалел. Сдохнут — хрен с ними. Туда им и дорога.

Сначала тех двоих что кинулись ко мне, затем того который ударил Виталика, потом остальных, и главаря на закуску.

Для меня всё происходило медленно, а вот для окружающих мгновенно.

«Молодец» — прошептал Санди, перед тем как меня выкинуло в обычный мир.

— Что это было? — первым «ожил» Эдик. Бросившись на помощь Виталику, он замер «на полдороги», и ошалело крутил головой.

— Хватаем его и валим отсюда! — подскакивая к упавшему ничком другу, я ухватил его за руку.

— Они что, умерли? — закрывая ладошкой рот, Лера в ужасе вращала глазами.

А ведь со стороны так оно всё и выглядело. Только что полные жизни парни вдруг повалились как кегли, и объяснения этому не было совершенно никакого.

— Быстрее! — выводя друзей из ступора, прикрикнул я, и через секунду мы втроём поднимали здоровяка с земли.

— Что…кто… — заплетающимся языком бормотал тот. Судя по рассечённой голове, удар был крепкий, но недостаточный чтобы основательно вырубить «толстокожего» Виталия.

* * *

— Как это тебя угораздило? — подозрительно сощурилась дежурная сестра, когда мы проводили «раненого» в медпункт.

— Упал… — нехотя буркнул тот, косясь на разложенные рядом медицинские инструменты.

— Он хотел котёнка с дерева достать, тот залез, и слезть никак не мог… — вмешалась Лера. Ей, как и всем нам, хотелось надеяться что хулиганы очухаются, и нам не придётся ничего объяснять.

— По-хорошему, зашить бы, но тогда ты точно на экзамен не успеешь…

— Не надо зашивать, я уже нормально себя чувствую. Дайте только таблетку чтобы не тошнило…Если можно, конечно…

— Вот-вот… Чтобы не тошнило. У тебя сотрясение, таблетки не помогут, терпи.

Происшествия подобного рода случались не часто, но когда это всё же происходило, администрация школы должна была действовать в соответствии с определённым алгоритмом, включавшим в себя в том числе обращение к правоохранителям.

Разумеется, ничего хорошего в этом не было, поэтому медсестра особо и не настаивала на официальном протоколировании полученной Виталиком травмы. Обработала какой-то гадостью, чтобы кровь остановить, осмотрела ещё раз внимательно, и выпроводила всех нас из кабинета.

— Писать сможешь? — тормознул я «раненого». Выглядел он не то чтобы плохо, но и не хорошо. Бледный, лоб в испарине, глаза какие-то мутные.

— Постараюсь. Подташнивает немного, но не страшно, бывало и похуже… — пробасил, отмахнувшись, тот.

В итоге на экзамен мы не опоздали, пришли впритык, и привычно заняли свои места. Я, как обычно, позади всех, справа от меня Эдик, за ним Виталик, Игорь на первой парте второго ряда, Лера тоже впереди, но на третьем.

В комиссии пять человек: сама химичка, — Маргарита Борисовна, учитель биологии — худой как жердь, не старый ещё дядька со смешной фамилией — Жоппко, с двумя буквами пэ. Завуч по какой-то там работе — Ольга Леонидовна, физрук, и неожиданно преподавательница биоэнергетики. Если первые четверо меня не смущают, то энергетичка заставляет задуматься. А что если она заметит лисёнка? Что тогда?

Кроме «живых» глаз, в кабинете висят две камеры, одна снимает по одной диагонали, вторая по другой.

— Простите, можно вопрос? — Эдик привстал и тянет руку.

— Попробуй. — отвечает химичка.

— Такой концлагерь только у нас, или у ашек тоже?

Не ожидавшая подобной наглости Маргарита Борисовна, даже в лице поменялась, сообщая, тем самым, что Эдик своим вопросом попал прямо в яблочко.

— С чего ты взял? — справившись с собой, нахмурилась она.

— Спросил у ашек про вчерашний экзамен. — так же невозмутимо ответил Эдик.

Возразить на это было нечем, и химичка просто «хлопала» глазами.

— Что за проблема? — наверняка подслушав начало разговора под дверью, рыкнул, ввалившись в класс, директор. Судя по его взбешенной физиономии, он был не в духе, но разозлить его могло что угодно, и не обязательно это было связано с нами.

— Эдик, садись, спасибо. — махнула рукой Маргарита Борисовна, и заверила директора что никаких проблем нет и всё проходит в точности с его указаниями.

— Вот, и камеры дополнительные повесили, и число членов комиссии увеличили, и Арина Витальевна помогать вызвалась, всё сделали согласно вашим распоряжениям…

Директор аж покраснел от такой подставы, а я убедился что химичка женщина правильная, и наверняка ей тоже не нравился подобный подход.

Пауза затянулась, директор молча багровел, и вот-вот должен был «взорваться».

Но не случилось. Он буркнул что-то себе под нос, развернул свою многокилограммовую тушу, и споткнувшись об уложенную на пороге тряпку, практически выпал из кабинета.

— Всего хорошего Леонид Львович… — вслед ему «бросила» химичка, как-то очень уж довольно ухмыльнувшись при этом.

— Наверное тоже пойду… Прогуляюсь… — неожиданно поднялась Арина Витальевна, и продефилировав к двери, прикрыла её за собой.

А дальше пошло без проблем. Я решил все варианты, и так же через лисёнка обеспечил шпаргалками друзей.

* * *

— Фух…пронесло… — закатил глаза Эдик, когда экзамен закончился и мы вышли из класса.

— Да… Лучше и не скажешь… Пронесло… — поддержала его Лера.

— Нормально же написали? — недоумевая, повёл плечами Виталик. Судя по его поведению, могучий молодой организм этого здоровяка за время экзамена успел хорошенько восстановиться.

— Или что-то не так? — напрягся Игорь.

Всё хорошо, что хорошо кончается, — изречение придумал не я, но в данном случае лучше и не скажешь. Хотя про «кончается», рановато наверное. Даже не наверное, — наверняка. Кто были эти парни? Зачем им Лера? И ведь точно не для того чтобы позабавиться, овчинка выделки не стоит — как ни крути. А директор? Чего он так взъелся? Узнал о происшествии за школой? — Но тогда здесь давно уже была бы полиция. Значит не в этом дело. Но тогда в чём?

— Я что-то совсем ничего не понимаю… Зачем директору нам вредить? Чего он добивается? — задался тем же вопросом Эдик.

Знал бы прикуп, жил бы в Сочи. Уверенности в том что подстава с экзаменами его личная инициатива, у меня не было. Да, он мог подгадить, мог пакость какую-нибудь мелкую устроить, но для чего ему снижать оценки выпускников? Если месть лично мне, то странная какая-то. И учителя, и директор прекрасно осведомлены о моих знаниях и возможностях. Мстит остальным ученикам? Если это так, то у него почти получилось. Добрая половина класса благополучно завалила уже второй экзамен. Не всё потеряно для них, будет пересдача, но всё же.

— Не знаю, может за тот случай обиделся? Виталик тогда знатно деревянному навалял, да и не только он. — Лера покосилась на меня, ища поддержки.

— Кто бы это ни был, он точно остался с носом! — весело заявил Виталик, и объявил что ему нужно идти на тренировку.

— А ты сможешь? — нахмурилась Лера.

— В смысле? — опять «включив дурака», наивно-искренне удивился тот.

— Голова не болит? Как ты себя чувствуешь? — девушка явно переживала за состояние одноклассника, хотя еще не так давно относилась к нему с плохо скрываемым презрением.

— Голова не жопа — завяжи и лежи! Так мой дед говорил! А вообще, лучше всех чувствую. Чего мне будет? Кому-то надо в ту сторону? — махнул он рукой по направлению к проспекту.

— Я с тобой… — вздохнул Эдик.

— Что, снова к бабушке? — спросила Лера, потому как жил тот в противоположной стороне.

— Ага. Задолбали со своим ремонтом…

— И я пойду. — непривычно уверено заявил Игорь. — Завтра следующий экзамен, надо подготовиться.

— Зачем тебе готовиться? Спишешь так же, и делов. Или ты сам решить хочешь?

Но Игорь не знал чего он хочет, поэтому только пожал плечами.

— Он прав, повторить никогда не помешает. — поддержал его я.

— Знания лишними не будут, тем более точные науки. — тут же поддакнула Лера, предано глядя меня, а когда парни двинулись к выходу, вообще уцепилась мне в руку.

Шагоходы

— Если ты насчёт…

— Да, это я виновата! То что произошло, касается моего брата!

Лично я её брата не знал, но пару раз видел, — обычный парнишка.

Вот только из того что поведала Лера когда мы вышли с территории школы, оказалось что не совсем обычный. Его дар, в отличии от сестры, ещё только «включался», но уже было понятно что в будущем это будет что-то непредсказуемое.

— Ну и что в итоге? — перебил я девушку, когда она в очередной раз принялась уговаривать меня в том, какой у неё замечательный брат.

— Его отчисляют, но, вероятно, этого мало, и они наслали на нас этих придурков!

Обычно спокойная, в этот раз Лера волновалась, перескакивая с одного на другое.

— Давай по порядку. — «осадил» я рассказчицу. — Во-первых, кто они?

— Тополя! Оба! Папаша с сынком!

— За что?

— А ты не помнишь?

— Э-эм… Прости?

— Ну тот случай, тогда, в туалете… Забыл?

Место своего «рождения» я помнил так же хорошо как и саму Леру, особенно вырез её школьной рубашки. Но вот сообразить при чём тут брат девушки, не мог.

— Тополь тогда угрожал, что если я не поддамся на его уговоры, он подговорит папашу, и меня вместе с братом отчислят. Ты этого не помнишь?

— Нет, извини. Я ведь головой ударился, до сих пор провалы в памяти. Тут помню, тут не помню…

— Жаль.

— Значит ты отказала и поэтому сыр-бор?

— Похоже на то.

— Но тогда при чём тут эти? — имея ввиду нападение за школой, уточнил я, но Лера только растерянно развела руками.

— Ладно, а он сам не мог отчебучить чего-нибудь такого?

Как утопающий цепляется за соломинку, так и я пытался найти повод чтобы не реагировать на просьбу девушки. Она хоть и не озвучила пока ничего, но это дело буквально пары ближайших минут.

— Нет, ты что! Он вообще очень хороший и тихий мальчик! У него даже ни одного замечания не было!

Едва не задохнувшись от возмущения, выпалила Лера.

Хороший мальчик за сестрой которого посылают толпу отморозков? Я многое повидал на своем веку, но такое было уже чересчур. Сама Лера что-то натворила и приходили за ней? — Вот только я отчётливо слышал как главарь упоминал брата девушки. Бред какой-то.

— Не кипятись. Я ж просто для порядка спросил. Дело серьёзное, и если что не так, сама понимаешь… Он в каком классе?

— Во втором.

Младшая школа — три года, средняя — четыре, и старшая — пять лет. Получается что брату Леры сейчас пятнадцать, или около того.

— Поговорить я могу с ним?

При всей пессимистичности озвученных фактов, у меня ещё оставалась надежда на благополучный исход. Ведь как бы там ни было, а человек всегда может договориться полюбовно, в том числе с помощью денег.

— Можешь, но это ничего не даст, Тополь подходил ко мне, сказал что у меня ещё есть шанс всё исправить…

— Ну вот… — вздохнул я, пытаясь сообразить как поступить. Ладно бы кто-то другой, можно было не реагировать, но Леру обижать не хотелось. Да и директор, он же мне клятвенно обещал что не будет мстить моим друзьям. И опять же, отчислить — это понятно, но зачем подсылать гопников? Чем брат девушки мог так насолить?

— Ладно. Жди меня здесь.

Дело виделось непростым, поэтому откладывать не стал. Сейчас вернусь в школу, поднимусь на второй этаж, найду директора и попрошу объяснится. Он хоть и урод, но урод головастый, ссориться со мной из-за какого-то мальчишки не станет. Если, конечно, он вообще при делах.

Но всё оказалось совсем не так.

— Волгин избил своего товарища, за то и отчислен. — холодно сообщила секретарша, самого директора на месте не было.

— А детали можно узнать?

— Нет, это закрытая информация. — сказала женщина таким тоном, что ежу было понятно — вопрос в цене.

— А так? — незаметно достав из кармана сложенную вдвое пятидесятирублевую купюру, я зажал её меж пальцев.

«Мазнув» глазами по «стимулу», женщина тяжело вздохнула, и всем своим организмом изображая леность, выдвинула ящик стола.

Купюра выпала из моей руки, и слегка коснувшись столешницы, провалилась в темнеющее чрево «кассы».

— Мальчик подрался с Оленниковым из параллельного, а тот папе нажаловался. Ты же знаешь откуда у него папа?

Фамилия была знакома, но сходу вспомнить не получилось.

— Откуда?

— Оттуда! — ткнув пальцем в «небо», громко прошептала секретарша, и совсем тихонько добавила — из правительства!

Из какого именно правительства она не уточнила, но будь папа из Москвы, сынок бы здесь не учился, значит чинуша наш, местный.

— И что, никак нельзя исправить ситуацию? Может с директором поговорить?

— Не получится. Приказ об отчислении пришёл сверху, он даже если и захочет, сделать ничего не сможет!

— Вот прямо так избил сильно? Покалечил? — заведение, в котором я находился, хоть и престижное, но драки и здесь случаются, только обычно это не заканчивается таким вот образом, сор из избы и сами «детишки», и администрация, стараются не выносить.

— Сильно не сильно, но достаточно чтобы привлечь внимание оттуда. — женщина снова тянула вверх пальцем.

Ну да, пацан, простой смертный, и вдруг посмел поднять руку на «небожителя». Чего уж тут, только карать и остаётся. А что б уж совсем неповадно было, ещё и по сестре проедемся — наверняка примерно так, или где-то в таком ключе, рассуждали ответственные за весь этот кавардак. В общем, получив информацию, из приёмной я уходил в смешанных чувствах. То что младший Тополь просто воспользовался ситуацией с отчислением, это понятно, но вот что делать дальше лично мне — не очень.

Директор не при делах, с него взятки гладки. Искать этого Оленникова? Ну найду я его, и что? Руку ему сломать?

Нет, это бред. Для начала неплохо бы с самим парнем пообщаться, потом уже решать. Вдруг он на самом деле не прав?

А Лера ждала меня там же.

— Ну как? Получилось? — с надеждой смотрела она.

— Мне надо поговорить с твоим братом, он где сейчас?

— Должен быть дома. Погоди, узнаю.

Она достала терминал, набрала номер.

— Не отвечает. — подождав сколько-то, с девушка с досадой поджала губы.

Разыскивать, или ждать когда пацан откликнется, у меня не было ни времени, ни желания.

— Давай так, ты его найдешь, сообщишь мне, и тогда уже будем думать. Хорошо?

Лера вздохнула в очередной раз, и явно пересиливая себя, спросила.

— А как с Тополем быть?

— Никак. Он вообще не при делах, ты же в курсе что твой брат подрался с сынком какого-то типа из министерства?

Лера опустила глаза.

— Вижу что в курсе. Давай договоримся что это был последний раз когда ты мне соврала. Идёт?

Так же не поднимая «глаз», девушка кивнула.

— Идёт…

— Вот и славно. Тогда всё, на связи.

Поиск проблем на пустом месте всегда был моим хобби, и даже тут, казалось бы совсем в другом амплуа, этот пункт оставался неизменным. — Что делать? Как поступить? События сегодняшнего дня требовали осмысления, и желательно в одиночестве. Вмешательство Санди, как и само его появление, заставляло задуматься, хотя и вселяло определенный оптимизм. Ведь если удастся его «оживить», так, как это было раньше, о многих проблемах можно просто забыть.

Задачка, конечно, сложная, особенно учитывая сегодняшний уровень моих способностей, но этот вопрос мучил меня ровно до того момента когда оказавшись дома, спросил у Клавдии о новостях.

— Пришёл ответ на запрос из Китая, вот, я уже скачала на ваш терминал.

— Какой запрос?

— По вооружениям, в частности, шагоходам.

Потратив кучу времени на поиск необходимого оборудования, найти требуемое удалось только в поднебесной. В Империи без высочайшего дозволения купить можно было разве что списанный броневик, или что-то из лёгкого оружия. В Европе обстановка с военной техникой выглядела попроще, но сложности с транспортировкой сводили преимущества на нет. Граница, две таможни, да и далековато, по суше если.

Попросив принести кофе, я уселся в своё кресло за терминалом, и уставился в экран.

Длинный список разномастных тренажёров; как для шагоходов, так и для техники попроще. Куча стрелкового вооружения, длинные столбы перечисляемых моделей учебных модулей, и самое главное, то чего я больше всего ждал, сами шагоходы.

Десять штук, все далеко не новые, некомплектные, и без вооружения. Для полномасштабной войны не пойдет, но обучаться — в самый раз. Естественно, шли они не как готовые к работе машины, а как запчасти. Купить нормальных роботов тоже можно, но процесс оформления необходимых бумаг и разрешений занял бы много времени.

Выделил один, с пометкой «VG5», означающей степень комплектности. Вообще градация идет от одного до десяти, и конкретно эта машина попадала в серёдку качества. Нажал на описание. Возникший на экране «горбатый карлик» был мне хорошо знаком. Малый ракетный робот, не совсем шагоход в привычном его смысле, но в каких-то аспектах совершенно незаменимая машина.

Небольшой, скорее даже мелкий, этот аппарат очень быстро передвигался, а за счёт низкого профиля обладал пониженной заметностью. Вооружение только ракетное, четыре пусковые могли делать два залпа в минуту, или бить одиночными каждые десять секунд. Конечно ввиду размеров похвастать хорошим запасом снарядов он не мог, но, как говорится, что имеем. Против средних и тяжелых противников так себе, а вот по пехоте и чему-то колёсному, самое то. Дальнобойность машины хорошая, но система прицеливания не очень, и без нормального целеуказания, то есть без подсветки, шагоход теряет основную массу своих преимуществ.

Второй робот в списке так же относился к легким ракетным машинам, и будучи на треть легче, имел примерно такие же характеристики. По-китайски назывался он «Ци-бу-дук» — порхающий лотос, но наши называли его просто — вошь. Мелкий, быстрый, он действительно напоминал это вредное насекомое, особенно когда дело касалось прыжков. Прыгал невысоко, но часто. За раз мог до двадцати коротких «полетов» сделать, конечно же по меркам шагоходов, — за один «перелёт» эта юркая машинка преодолевала не больше семидесяти метров. Но перескочить простреливаемую улицу, неширокую реку — как здрасьте.

Разумеется что при всех плюсах обоих машин были и минусы, самым серьёзным из которых являлось бронирование. Конечно ручным оружием пробить броню этих малышей не очень реально, вот только все установленные на колесной технике пушки и даже крупнокалиберные пулемёты справлялись с задачей на раз. Но повторюсь, шагоходы подобного класса редко приближаются на достаточное для прицельного выстрела расстояние, в основном действуя только издалека.

Третий номер в каталоге тоже легкий, но по сравнению с первыми двумя, просто гигант. Так же частично разукомплектованное детище одной из скандинавских стран, имя носило соответствующее — «Локи», в честь какого-то из многочленных богов тамошнего пантеона. Тридцать тонн, спаренный лазер, пара автопушек хорошего калибра, и хоть и простенькая, но всё же активная зашита от всего что летает. Как она правильно обозначалась, я не помнил, но в обиходе её называли «хлопушкой» за характерные хлопки при срабатывании.

Разумеется истребители сбивать эта система не могла, но вот ракеты ими выпущенные, — запросто. Техника отличная как по функционалу, так и по качеству. Единственный минус, цена. Даже разукомплектованный, стоил такой шагоход серьёзных денег, и в данный момент был мне не по карману. На самом деле я вообще не совсем понимал где брать необходимые в дальнейшем суммы, и покупать машину так дорого не хотел.

Пятым номером числился наш шагоход, имперский. Не понятно каким образом попавший на чужбину, обозначен он был значком «VG1», что означало незначительную степень некомплектности. Точного описания машины не было, каталог предназначался лишь для общего ознакомления, но по своему опыту, — глядя на цену, я мог предположить что скорее всего у него не хватало чего-то в кабине, может быть кресла. Любят на распилах это дело в первую очередь тырить — дефицит-с… Руки-ноги на месте, электроника, вероятно, тоже, а вот с местом куда мог бы присесть пилот, беда. Но это не страшно, запчастей именно на отечественные машины в Империи достаточно. Название этот робот носил звучное — «Удар», хоть и весил всего сорок тонн. Быстрый, юркий, смертоносный. Его тактика — сблизился, выстрелил, убежал. Обычно когда на радаре высвечивается метка цели, отдельным окошком идет предварительное опознание в том числе по весу. Сорок тонн, — что там может быть страшного, — думает противник, максимум пара автопушек и крохотная ракетная установка ближнего боя. Но у этой машины всё не так. Она не имеет ни автопушек, ни ракет. Главным и единственным калибром Удара является большой лазер, из той серии какие обычно ставят на корабли, или на летающие штурмовики. Стреляет он редко, для полной накачки перед выстрелом ему требуется существенное время, но если луч попадает в цель, — даже в тяжелую, добавка не требуется.

Поставив напротив пятого пункта вопрос, перешёл к шестому.

«Феникс». Не самый интересный экземпляр, но на безрыбье и рак рыба, тем более ценник очень даже приятный.

Сорок пять тонн, вооружение среднее, скорость средняя, радиолокационная установка тоже средняя. Этот ничем не примечательный шагоход мне никогда не нравился, но в данном случае выбирать особо не приходилось, главным фактором было само наличие техники, вторым по списку шла её цена. Эта же машина была в наличии и стоила в пределах допустимого.

Пункт номер семь. «Вольф». Пятьдесят тонн, прыжковые двигатели, спаренная автопушка, ракеты дальнего радиуса действия, и мощная радиолокационная станция. То есть быстрый, маневренный, стреляет далеко, а видит ещё дальше. Родом из Германии, он был одним из самых популярных шагоходов в истории. Очень хорошая машина, но цена настолько завышена, что этот пункт я аккуратно перечеркнул, чтобы больше к нему не возвращаться.

Восьмым шел испанский «Зевс». Семидесятитонный шагоход не самого лучшего качества. Испанцы вообще не особо в военной промышленности выделялись, и этот робот исключением не был. Сильно устаревший, совсем не быстрый, очень не сильно бронированный, огневая мощь так себе, в общем, если бы не ценник, я бы и его вычеркнул.

А вот имя девятого номера мне ни о чём не говорило. Может перевод неправильный? Жаль по-китайски не понимаю.

Кроме названия — «Пересмешник», и страны изготовителя — Южная Корея, ничего больше не было.

Зато в поисковой строке на терминале нашлось много всякого интересного.

Оказывается машина эта была выпущена небольшой партией, но особой популярности не снискала, и производство остановили. Происходило это лет так с сорок тому назад, поэтому я ничего и не слышал. Не дожили Пересмешники до моего времени.

Восемьдесят тонн, прыгать не может, зато бронирован по самое забрало, и вооружение весьма внушительное. Два средних лазера ближнего действия, протонная установка, и так называемый «аннигилятор». По сути обычное ружье, только гигантских размеров и с несколько иным принципом действия. Пуля — цилиндр из специального сплава килограмм на восемь, разгоняется электромагнитным импульсом до многократно превышающей скорость звука величины. Никакой взрывчатки в снаряде нет, но при попадании в цель выделяется столько энергии, что и взрывать ничего не нужно

Цена машины хоть и завышенная, но в каком-то смысле обоснованная. Вот только где взять столько денег?

Десятый номер — вишенка на торте. Как по параметрам, так и по цене. Девяностотонный штурмовой «Самурай» был очень серьёзным аппаратом. Протонная установка, два средних лазера, два больших, на одном плече ракеты, на втором глушилка.

Брони достаточно, вооружение на уровне, и самое главное, чего никак не ожидаешь встретить на таком классе машин, — прыжковые двигатели.

Конечно полноценно сравнится с легкими и средними шагоходами в этом плане он не мог, но сам факт возможности почти мгновенно переносится с места на место, делал его имбой.

Эмпат?

В тот вечер я ещё долго изучал предложение китайцев, и в итоге отправил запрос на детальную информацию всего по двум машинам.

Это были «Удар» и «Феникс». Будь у меня достаточно денег, забрал бы Самурая и Пересмешника, но ввиду крайней ограниченности в финансах, пришлось довольствоваться малым.

И вот ведь в чём странность, после приобретения акций и аферы с транспортной кампанией хоть и стал богатым человеком, но денег, живых то есть, почти не осталось. — Акции, облигации, объекты недвижимости, активы на бирже, пресловутый портфель там же — всё это выливалось в весьма внушительную сумму, но по факту, купить я мог только эти две полуразваленные машины.

А ведь купить, это пол дела, технику нужно ещё и доставить до места. Да, есть возможность сделать это своими средствами, но я уже представляю какая поднимется вонь среди управленцев компанией. И не выгонишь никого, все специалисты, все незаменимые. Разумеется, работа по поиску новых кадров идёт, но не так быстро, как хотелось бы.

По идее, казалось бы, — чего проще? Купил товар, внёс изменение в маршрут сухогруза, и жди когда приедет. Но, по факту, так не получалось. Во всяком случае, не получалось так просто.

Да, как хозяин, я мог направить судно куда угодно, но кроме того что это принесло бы серьёзные убытки, так ещё и у проверяющих структур непременно возникли бы ненужные вопросы. Не будучи хоть сколько-то сведущ в бизнесе, я думал что если стану владельцем судоходной компании, проблема транспортировки решится сама собой. Вот только на деле всё оказалось иначе. Меняешь маршрут — согласуй с мореходством, отчитайся перед таможней и специальными службами. А учитывая что кроме затрат финансовых — (все вышеперечисленные органы работали за мзду), это ещё и потеря времени, выходит что проще заказать доставку китайскими компаниями.

Но это пока проще. Схема такая работает лишь касаемо техники идущей на запчасти, а если покупать уже реально боевые машины, так не прокатит. Подпольная покупка «живых» шагоходов, равно как и доставка в Империю, — уже по другую сторону закона, а значит для этого нужны связи в криминальных кругах, коих у меня, если не считать знакомства с Вартом, пока не имеется.

С такими невеселыми мыслями я и заснул. Спал как обычно, коротко и быстро. Проснулся от звонка Леры, брат её так и не появился, поэтому не дождавшись, она позвонила мне.

— В полицию ходила?

— Нет, мне почему-то кажется что это не поможет, а может даже и навредит.

— С чего ты взяла? — удивился я таким выводам.

— Не знаю. Женская интуиция, если хочешь…

Хочешь не хочешь, а раз за ночь ситуация не исправилась, придётся решать ещё и этот вопрос.

— Найди мне всё что можешь про неких Оленниковых, младший учится в моей школе, а папаша, вроде, чиновником в министерстве подвязался. — закончив разговор с Лерой, попросил я Клавдию.

— На что упор делать?

— На всё. Где живут, работа, бизнес, — если есть, дети, внуки, родители. Мне нужен полный расклад!

— Срочно?

— Желательно прямо сейчас. Пока кофе пью.

Клавдия кивнула и унеслась в кабинет выполнять поручение, а я прошёл на кухню, пытаясь собрать в кучу разрозненные обрывки информации.

Ведь если рассуждать, опираясь на доподлинно известные факты, не совсем понятен смысл происходящего. А вот если немного домыслить и слегка пофантазировать, всё встает на свои места.

Чиновники и бандиты связаны друг с другом в большинстве случаев, исключения, разумеется, есть, но они лишь доказывают правило. Не знаю уж что произошло, но похоже что Лерин брат так крепко обидел чиновничью семейку, что те не нашли ничего лучше, чем обратиться к криминалу.

— Вот, самая полная справка какую удалось собрать. — я ещё не допил свой кофе, а на кухню зашла Клавдия и положила передо мной несколько бумажных листов.

— Ты прочитала? — мельком глянув на стопочку, спросил я.

— По диагонали. — кивнула та.

— Можешь вкратце пересказать самое интересное?

— Конечно. Старший Оленников служит в губернском министерстве финансов, — заместитель министра, сын его учится в вашей школе. Сам папаша в разводе, есть ещё дочь, но она живёт с матерью в Петербурге. Официально никакого бизнеса нет, но поговаривают что семья владеет сетью бензоколонок и супермаркетов. Разумеется, через подставных лиц.

— А что за человек вообще?

— Судя по биографии, личность тёмная, большего пока сказать не могу.

— Связь с криминалом?

— Не знаю, не успела собрать полную информацию.

Поблагодарив девушку, я допил кофе, вызвал такси, и забрав со стола «досье», вышел на улицу.

— Здравствуйте, Аркадий Афанасьевич! — по лестнице навстречу поднималась Ксения, одна из недавно нанятых горничных.

— Доброе утро! — улыбнулся я, глядя на так же улыбающуюся женщину.

— Что желаете на ужин?

Ртов в доме не много, поэтому повар нам был без надобности, с готовкой дамы справлялись самостоятельно. Да и завтракали мы с Клавдией обычно кофе, обед пропускали, а лишь ужинать приходилось дома.

— Даже не знаю, на ваш вкус, наверное. Только не лапшу, пожалуйста…

Лапшу не любил с детства, но женщины называли её пастой, и периодически пытались подсунуть.

— Хорошо, Аркадий Афанасьевич, лапшу готовить не буду. Как на счёт бараньих отбивных?

На отбивные я смотрел положительно, и сообщив об этом, двинулся дальше, к воротам.

— Вы Федора Петровича не видели сегодня? — окликнула Ксения.

— Нет ещё, да я и вышел только что. Может у себя?

Садовник жил в домике для гостей, но в это время обычно уже подстригал чего-нибудь. Сад хоть и небольшой, но заросший основательно, вот и приходилось ему на первых порах с утра до ночи вырезать, выстригать, и выпиливать.

— Нет, я заходила. Он просил купить ему секатор, вот, привезла, а его нет.

— Значит вышел куда-то, придёт, не переживай.

Могу ошибаться, но мне показалось что между садовником и горничной завязываются близкие отношения. Женщина она видная, тем более оказалось что с мужем давно не живет, и замужество её только на бумаге. Ну а отставной военный, вполне хорошая партия. Не знай я того что ждет всех нас в ближайшие годы, наверное порадовался бы, детей бы посоветовал завести, но проблема в том что знаю, поэтому особой радости не испытываю.

Три года, возможно меньше, и человечество ждёт сокрушительный удар. Исчезнут целые города и даже страны. От того же Владивостока, если ничего не предпринимать, останутся лишь воспоминания.

Я много читал о начале войны, пытался представить что можно было бы сделать, дабы изменить масштаб трагедии первых дней, и мне казалось что поставь меня на место отцов командиров, я бы так не облажался. Но сейчас, когда действительно выпал такой шанс, ситуация уже не выглядела столь однозначной.

По-хорошему, нужно рассказать всё как есть императору, или кому-нибудь из его приближённых, но что я скажу? — Здрасьте, я из будущего, пришёл спасти вас?

Да меня в две секунды в дурдом сдадут, и будут по-своему правы.

Поэтому только так, аккуратненько, тихой сапой, чтобы, не дай бог, не спалиться.

Тем временем подъехало такси, и забравшись на заднее сиденье, я назвал адрес.

* * *

— Здравствуйте, проходите пожалуйста, Александр Карлович ожидает у себя в кабинете. — прямо у машины меня встретил дворецкий.

При всей своей огромности, а только спален здесь было больше двух десятков, дом семейства Вартов выглядел скромно. Во всяком случае, со стороны улицы.

Три этажа, крыша мансардного типа, крыльцо с перилами, темнеющие проёмы окон.

Пропустив дворецкого вперёд, я двинулся следом.

— Открыто! — донесся из-за двери знакомый голос. После нашей первой встречи на совете акционеров, со старшим Вартом я виделся ещё дважды. Оба раза тот был вежлив, спокоен, и, как мне показалось, доволен.

— Занятно. — не вставая со своего места, хмыкнул он.

— Доброе утро Александр Карлович. — поздоровался я.

— Здравствуй здравствуй… Проходи, присаживайся.

С самого нашего знакомства Варт говорил со мной на ты, и будь я настоящим аристократом, меня бы это уязвило, но я им не был, поэтому воспринимал такое отношение спокойно. Хочется ему «тыкать», — да ради бога, пусть. При случае разберёмся.

— С чем пожаловал?

— Дело у меня к вам, Александр Карлович. Помощь ваша нужна.

— Помощь? — удивлённо приподнял бровь Варт.

— И в чём же?

Следующие несколько минут я объяснял ему суть проблемы, тот слушал, и периодически что-то черкал в блокноте.

— А с чего ты вообще взял, что я буду тебе помогать? — выслушав, сощурился он.

— Вы деловой человек, должны понимать, земля круглая, сегодня вы мне поможете, завтра я вам. Так и сочтёмся. — не отводя взгляда, спокойно аргументировал я.

Тот ещё сильнее сощурился, но «переглядеть» не смог, отвернулся.

— Ладно. Будешь должен.

На этот визит я предполагал гораздо больше времени, и то что Варт так легко «сдался», внесло коррективы в мои планы. Поэтому задерживаться не стал, и вежливо попрощавшись, двинулся на выход.

День только начинался, а дел, как обычно, предстояло ещё немало. Во-первых, очередной экзамен. К нему я был готов, поэтому каких-то проблем не предвиделось. Сегодня пишем геометрию, послезавтра литературу, и всё, обучение в старшей школе можно считать законченным. Да, там ещё будет пара зачётов, но это уже мелочи, оценки за них не ставят, и чтобы завалить их, нужно очень сильно постараться.

Вот только не успел отъехать, как позвонил Варт, пришлось возвращаться.

— Ты не сказал что мальчишка потенциальный эмпат. — с порога обвинил он.

— А это имеет значение?

Эмпаты редкость, и за теми кому «повезло» обладать столь редким даром, открывается самая настоящая охота. Знай я об этом с самого начала, к Варту, разумеется, не пошел бы. Ну а теперь только выкручиваться.

— Ты издеваешься? Конечно имеет! И замминистра тут твой ни при чём, здесь совсем другие люди замешаны!

Далее он пояснил что парень каким-то образом выдал себя в драке с младшим Оленниковым, тот нажаловался папе, который, в свою очередь, поделился этой информацией с кем-то из своего окружения, и когда, в итоге, тема дошла до самых верхов, сюда, во Владивосток, приехали очень важные люди.

Лезть в разборки знати Варт не хотел, и единственное чем помог, узнал где его держат.

— Ты хоть в курсе что парень этот, твоей подружке никакой не брат? — сказал он напоследок, прямо перед тем как я собрался уходить.

Этого я не знал, но теперь это не имело никакого значения.

Уникумов, для которых чужие головы дом родной, на весь мир едва ли с десяток наберётся, и одного только подозрения на выявление нового, доселе неизвестного представителя сей касты, достаточно чтобы забыть о всех родственных, да и не только, связях. И дело тут даже не в том что дар редкий, хотя отчасти так и есть, основная причина такого дефицита, в нежелании эмпатов светится. А зачем оно им? Будучи телепатом, можно найти занятие по душе и, как минимум, ни в чём не нуждаться. Наверняка и Лерин брат не попался бы, но ему не повезло, — молодой, горячий, в пылу драки выдал себя, вот и результат.

Так что, если смотреть по факту, теперь я могу только посочувствовать. Да, какое-то время парень поживет, возможно и не особенно мало, но итог всё равно один, — могила. Человек, копающийся в голове своего хозяина как у себя дома, опасен не только для его врагов, но и для него самого. Поэтому никаких контактов сверх необходимого, максимальная секретность, и быстрая смерть в случае форс-мажора.

Наверное, если б не предстоящая война, я бы и думать забыл в том направлении. Перейти дорогу аристократам из правящей верхушки — а возможно и самому императору, хотелось мне меньше всего. Вот только было одно но. Ящеры.

Представители этой расы оказались на редкость неразговорчивы, и попав в плен, молчали. Их можно было бить, распиливать на куски, поджаривать на костре — бесполезно. Не знаю уж по какой причине, может быть блок какой-то в мозгу, или психология такая, но разговорить удавалось лишь считанные единицы, да и то когда они сами этого хотели.

Я лично не раз брал этих тварей в плен, и ни один из них не сказал ни слова.

А вот будь у меня такой человек…

В общем, решил я что хуже не будет, и нужно хотя бы попробовать вытащить парня из застенок.

Тем более пока такая возможность ещё есть. Из слов Варта было понятно что сейчас его охраняли местные, но ненадолго, до прибытия людей «оттуда», оставались считанные часы.

Назвав таксисту нужный адрес, снова уселся на заднее сиденье и задумался над планом действий. Получалось плохо. Точнее совсем не получалось. Ведь по сути, кроме адреса, я вообще ничего не знал. — Ни где конкретно его держат, ни какая там охрана, ни её график, — ничего.

Единственное что наверняка известно, меня не должны опознать.

Поэтому, остановив такси за два квартала, натянул кепку на глаза, зашёл в аптеку и купил медицинскую маску.

Далее, уже в маске, заглянул в строительный магазин, прошёлся по длинному ряду выставленных товаров, выбрал массивный латунный кран, отвертку, оплатил всё на кассе, и вновь оказался на улице.

Отошёл подальше в какую-то подворотню, открутил с крана барашек, примерил в руке — не самое удобное оружие, но на безрыбье и рак рыба. Кран с отверткой выбросил в кусты и двинулся дальше.

Теперь замести следы.

Зашёл в первый попавшийся подъезд, поднялся до последнего этажа, оттуда залез на крышу, перепрыгнул на соседнюю, и спустился по пожарной лестнице с другой стороны. Прямую до нужного адреса прошёл зигзагами, стараясь держаться в тени и не выходить на открытое пространство.

И вот наконец цель, обычная жилая девятиэтажка.

Третий подъезд, квартира номер сто шестнадцать.

Произведя нехитрый подсчет, установил что находится она на пятом, поэтому ни с низу не поднимешься, ни сверху не спустишься. Остаётся стандартно, через дверь.

Вот только пока размышлял, прикидывая варианты отхода, к подъезду подъехала пара внушительного вида автомобилей. Оба чёрные, на огромных колёсах и с тонированными стёклами.

Всё-таки опоздал. Надо было меньше по крышам скакать, тоже мне, шпион доморощенный… — ругая сам себя, я отступил за угол. Шанс на удачное завершение импровизации если и был, то теперь совсем незначительный, ситуация полностью вышла из под контроля.

Машины остановились, из них тут же «посыпались» люди в костюмах, и скучковавшись напротив подъезда, замерли.

Пытаясь придумать хоть что-то, стал осматривать окрестности, и неожиданно в одном из окошек дома напротив, на самом верху, заметил какое-то шевеление. Солнце светило под таким углом, что с моего места был виден кусочек внутреннего пространства квартиры, и в этот кусочек попадал человек держащий на плече короткую трубу.

И это точно был не сантехник.

А дальше всё произошло очень быстро. Открылась подъездная дверь, выпуская на «волю» моего клиента и пару его сторожей.

Не останавливаясь, они практически пробежали до первой машины, и в этот момент полетела ракета.

Обернувшись на звук, я отчётливо увидел её дымный след, мир мигнул, и всё замерло.

«Поторопись» — ожил демон в моей голове, но я уже и так сорвался с места.

И только потом, когда всё закончилось, осознал насколько близок был к гибели. Как бы не замедлилось время, обогнать ракету я не успевал, добежав до машины практически одновременно со взрывом. И если бы не Санди, забросивший меня и брата Леры в астрал, на месте взрыва было бы на пару обугленных головешек больше.

Но нам повезло, мы ушли через мир духов, и вышли на свет божий достаточно далеко, в глухом закутке за гаражами.

А вот с моим подопечным всё оказалось не так гладко. Мало того что он стоять толком не мог, так ещё и не соображал ни черта. Скорее всего его накачали чем-то, чтобы в голову не лез и вопросов лишних не задавал.

Облокотив невменяемого парня к стене гаража, я достал терминал, и долго пялился в список контактов.

Кому позвонить? Или просто вызвать такси?

Нет, такси не стоит, слишком опасно. Надо кого-нибудь из своих.

Эдика? — Так он совсем ребёнок. Волков отпадает, продаст не за грош. Ирка? — Тоже нет. Может Виталик? — Сомнительно.

— Клавдия? Можешь найти машину и заехать за мной? — набрал я номер единственного человека, которому хоть и с натяжкой, но могу доверять.

— Конечно. Куда? — не задавая лишних вопросов, спокойно отреагировала девушка

— Сорокина семнадцать. — Прежде чем отключиться, назвал я адрес с таблички соседнего дома.

Убежище

Ждать Клавдию пришлось недолго. Мы частенько брали машину напрокат и процесс был уже привычен.

— Что-то случилось? — когда я сел рядом, встревоженно спросила она.

— Можешь подъехать к проёму между гаражами?

— Конечно.

— Тогда ни о чем не спрашивай, просто сделай это.

Погрузка много времени не заняла. Натянув на парня свою маску, я запихнул его на заднее сиденье машины.

— Кто это? — спросила девушка.

— Не важно. Поехали отсюда скорее.

Покружив по дворам, вскоре мы выехали на одну из центральных улиц. Вопрос — куда податься, стоял особенно остро. Домой тащить нельзя, в гостинице в таком виде он внимание ненужное привлечёт, снять квартиру — это время, а спрятать его нужно прямо сейчас. Вряд ли меня засекли на месте взрыва, но вот Варт может и сболтнуть. Точнее даже не он, а тот, или те, кто работал по моему запросу. Не сам же он информацию добывал?

Поэтому нужно срочно что-то придумывать.

— Можно его ко мне отвести, к бабушке в деревню. — словно прочитав мои мысли, предложила Клавдия.

— А бабушка против не будет?

— Нет, она сейчас в городе живёт, дом пустой.

И я согласился. Тем более что вариантов других всё равно не было.

Ехали недолго. Деревня, а точнее пригородный посёлок, оказался совсем рядом.

— Вот ключи, вы ворота откройте пока, а я развернусь. — тормознув прямо напротив калитки, попросила Клавдия.

Я вышел. Осмотрелся. На улице ни души, что радует. Не без труда открыл калитку, потом совладал с воротами, и вскоре уже выгружал неудобного пассажира.

— Куда его?

— Давайте в дальнюю комнату, там дверь крепкая, и замок есть. — предложила девушка, а я в очередной раз подумал как мне с ней повезло. Красива, умна, схватывает всё на лету. Просто мечта, а не женщина. Если бы не маячившая на горизонте война, непременно женился бы.

А вот комнатка оказалась совсем крохотной, с небольшим окошком, больше похожим на амбразуру, кроватью с кучей подушек, и колченогим табуретом в углу. Уложив парня на кровать, осмотрел окно. Выходит во внутренний двор, решетки нет, но сбежать не выйдет, даже ребёнок не пролезет. Разве что на помощь позвать, да и то, не факт что услышат.

— Тебе придётся остаться с ним на какое-то время. — уведомил я Клавдию.

— Понимаю. Его бы врачу показать…

— Нет, это опасно. Да и вряд ли его отравить хотели, скорее всего лекарством каким-то накачали, проспится и всё пройдёт. Только привязать бы…

С этим пунктом Клавдия согласилась, принесла веревку, и приложив необходимые усилия, я примотал парня к кровати.

Зазвонил коммуникатор.

— Твоих рук дело? — голосом Варта старшего рявкнула трубка.

— Вы о чём? — как мог искренне, удивился я.

— Мальчишку только что взорвали.

— Лериного брата? Вот чёрт…

— И ты тут не при чём?

— Нет конечно. Как вы себе это представляете?

Варт замолчал, вероятно пытаясь представить как именно я мог осуществить подрыв.

— Ладно. Будем считать что я тебе верю.

— А разве нет?

— И не надейся. Только давай договоримся, что никакого разговора у нас с тобой не было… Запомнил?

— Я вас не понимаю, Александр Карлович… Вы вообще о чём?

— Вот и славно. — буркнул тот, и не прощаясь, отключился.

Не знаю чего он ожидал сообщив мне адрес, но явно не того что произошло. Скорее всего надеялся что меня пришьют, когда я туда сунусь. Но меня не пришили, и он запаниковал, а теперь думает как быть дальше. Вариантов у него немного, точнее, всего два: первый — застрелиться, второй — убрать тех кто добывал информацию о Оленниковых. Ведь когда «серьезные люди» поймут что парень не погиб, а просто исчез, они весь город на уши поставят.

Но это будет потом, а пока, забрав у Клавдии ключи от машины, я вышел на улицу, открыл ворота и сел за руль.

Управление слегка непривычно, автомобили, на которых мне приходилось передвигаться, были куда более утилитарными. Но проблем не возникло, и вскоре я уже подъезжал к городу, размышляя о том как поступить.

Надолго оставлять Клавдию за городом не желательно, и единственный человек который может ее заменить — не считая меня, это Лера. Тем более ей и самой хорошо бы спрятаться, когда парня начнут искать, первым делом придут к ней.

— Слушай меня внимательно и не перебивай! — дозвониться удалось лишь с третьей попытки.

— Уходи из дома и жди меня возле столба! Ты поняла?

— Поняла. — коротко ответила девушка и отключилась, а я свернул на объездную дорогу.

Столбом подростки называли оставшуюся от старинной усадьбы кривую металлическую опору, поэтому за то что кто-то может подслушать и ждать нас на месте встречи, я не переживал, но подъезжать близко не стал, а оставив машину во дворах, двинулся дальше пешком, надеясь застать Леру на подходе, дабы вовремя засечь хвост.

И точно, за девушкой шли двое, мужчина и женщина. Так бы и не понял что её пасут, но Лера постоянно оглядывалась, и каждый раз когда она оборачивалась, парочка изображала оживленную беседу.

Ну вот что с ними делать? Ладно бы мужики были, — кастетом по куполу и привет. А тут баба.

Нет, оно понятно когда женщина управляет шагоходом, или чем-то подобным, тогда она враг, а убить врага не зазорно. Но вот так, тюкнуть по голове симпатичную барышню?

Размышляя подобным образом, я перевёл взгляд на Леру, и на секунду представил что с ней могут сделать, дабы узнать где находится её брат.

Иголки под ногти? — Детский лепет по сравнению с тем что ждёт девушку. В общем, уговаривать я умею, тем более когда речь идет о собственной совести, так что натянул на лицо маску, надвинул поглубже кепку, и с видом спешащего на учебу школьника двинулся устранять проблему.

Подойти сзади было несложно. Бесконечный поток машин создавал такой шум, что моё приближение не заметили, среагировав лишь когда я начал действовать.

Вот как ни крути, а опыт не пропьёшь. Я хоть и не разведчик, но часовых доводилось снимать. Единственное в чём была сложность, не переусердствовать. Как бы там ни было, а убивать я никого не хотел.

Мужик лёг сразу, его я от души приложил, а с женщиной не рассчитал, и она успела пронзительно взвизгнуть.

— Беги! — «добив» свою жертву, я рванул к Лере. Мало того что на крик женщины среагировали прохожие, так мне ещё показалось что эти двое были не единственным хвостом.

Но всё обошлось.

Выскочив во дворы, мы пробежали до крыльца какого-то административного здания, зашли внутрь, и выскочив через окно туалета на противоположную сторону, двинулись к тому месту где я оставил машину.

— Что это было? Где Витя? Зачем ты убил этих людей? — едва удалось перевести дух, как на меня сразу же посыпались вопросы.

— Не убил. Просто оглушил. А про остальное не спрашивай, меньше знаешь, крепче спишь.

— Что с Витей? — повторила Лера.

— Нормально всё с ним, не переживай.

— Я могу его увидеть?

— Можешь. Прямо сейчас тебя к нему и отвезу. Только терминал тебе придется выбросить.

Я хорошо знал что по этой маленькой электронной коробочке можно отследить местоположение объекта, поэтому и перестраховывался.

— Но у меня там куча всего нужного!

— Ты брата хочешь увидеть, или нет?

Увидеть брата девушка хотела, поэтому поколебавшись немного, отдала мне свой терминал, который тут же вылетел в окошко.

— Теперь порядок. — закрывая окно, улыбнулся я, понимая что лучшей кандидатуры на роль сиделки и пожелать нельзя. А терминал потом ей новый куплю, какой-нибудь навороченный.

Проехав через целую плеяду светофоров, мы наконец вырвались из города. Когда ехали туда в первый раз, таких пробок не было, но сейчас почти час пик, поэтому на дорогах вообще чёрти что.

— Слушай, расскажи как получилось что Виктор стал читать мысли?

— Да как… Незаметно… Я даже не поняла поначалу, он как-то враз стал таким милым и предупредительным. Стоило мне подумать, а он уже позаботился…

— И что, он вот так запросто может прочесть всё о чём думаешь?

— Не всегда, пока с этим у него нестабильно, но он чувствует эмоции и понимает чего человек хочет. Например захотелось мне мороженого, вот прямо до одури. И это желание каким-то образом передается ему. Мы сначала не понимали в чём дело, думали потому что родственники, но когда умер отец и оказалось что мы не родные, стали догадываться. А раскрылось это совсем неожиданно. Ты же знаешь где мы живем?

Мои знания о Лере и её брате ограничивались самим фактом их существования, ну и ещё тем что сказал Варт.

— Большая коммуналка в Петровском переулке, там ещё дом необычный рядом строится, с колоннами.

— Знаю такой. — кивнул я.

— Ну так вот, квартира эта на четыре семьи, и отношения, мягко сказать, не самые лучшие. У нас даже в ванной и на кухне по четыре разных крана и по четыре бойлера, у каждого свой. Это чтобы ты понимал насколько «дружелюбная» в квартире царит атмосфера.

Честно сказать, я не задумывался где и в каких условиях живут мои одноклассники. Знал только про Ирку, да про Эдика. Остальными как-то не интересовался.

— Ну так вот, примерно с пол года назад у нашей соседки пропали деньги, и первым кто попал под подозрение, стал Витя. Он тогда один дома был, я на занятия уходила, и соседка, дрянь такая, обвинила его в краже. Естественно, я не поверила, Витя не мог взять чужого, отец воспитал его честным и прямым человеком. Но нашлись свидетели — другие наши соседи, которые якобы видели как Виктор выходил из комнаты в которой произошла кража. Вызвали участкового, тот, долго не разбираясь, увёл Витю с собой. И уже когда они уходили, брат шепнул мне имя вора, и даже сказал где он спрятал деньги.

Я не знала верить, или нет, но других вариантов не было, и вечером, когда вся квартира собралась на кухне обсудить происшествие, прямо обвинила этого человека.

— Тебе поверили?

— Сначала нет, деньги тот прятал в сейфе для ружья и когда его заставили открыть сейф, заявил что это его личные сбережения. Вот только на одной из купюр соседка номер какой-то записала, так вора и вывели на чистую воду.

Витя потом сказал что будто наваждение нашло, он словно из чужих глаз увидел как деньги убирают в сейф, и по татуировке на руке опознал соседа. В общем, с этого всё и началось.

— Мда… А как вообще получилось что вы в коммуналке оказались?

— Да как… Как обычно, наверное… Мама умерла когда мы маленькие были, мне шесть, Витьке три. Отец один остался, пить начал, работу потерял, потом квартиру поменял на комнату эту… Нас даже отнять у него хотели, да не удалось, вроде друг его какой-то в управе тогда работал, помог. После того случая отец пить бросил, в порт устроился, но на квартиру так и не накопил. Хотел на образование собрать, открыл вклад какой-то хитрый, но сначала у меня, а потом и у Витьки дар обнаружили, и нас в школу для одарённых приняли.

— А вклад как же?

— Говорю же, он хитрый был. Отец почти шесть лет платил с тем условием что нас потом учить бесплатно станут, но надобность отпала, а деньги ему никто не вернул…

— Жаль. Какой банк, не знаешь?

— Нет, отец никогда не говорил.

Поставив себе заметку выяснить этот момент, я свернул на нужную улицу, и вскоре уже парковал машину во дворе дома.

— Что с ним? Почему он связан? — Лера застыла на пороге, когда увидела брата.

— Не переживай, он спит, скорее всего ему дали какой-то транквилизатор, а связан, чтоб делов не натворил, когда очнётся. — спокойно ответила Клавдия.

— А ты ещё кто? — почуяв соперницу, переключилась Лера.

— Это Клавдия, моя помощница. — поспешил успокоить я, но не особенно успешно, девушка только ещё сильнее нахмурилась.

Наверное возникли бы ещё вопросы, но тут зашевелился парень. Дёрнулся, попытался встать, не смог, промычал что-то и ошалело закрутил головой.

— Витя! Витя! Успокойся, всё хорошо! Это друзья! — подскочила к нему Лера.

— Как себя чувствуешь? — спросил я, когда на мне остановился его ошалелый взгляд.

Парень кивнул, пробормотал непонятное что-то, и снова попытался подняться.

— Погоди.

Тратить время на развязывание узлов не стал, тем более они этого изначально не предполагали, и взяв со стола нож, просто разрезал верёвки.

— Где я? Что происходит? — обведя помещение мутными глазами, спросил он и просил воды.

— За городом, здесь тебя не найдут. Ты вообще помнишь что с тобой произошло?

Времени на раскачку не было, нужно было от чего-то отталкиваться, а для этого необходимо знать хоть какие-то детали.

— Не знаю… Пошёл в школу, потом не помню… Вроде дошёл…

Напившись, он отставил стакан в сторону и попытавшись встать на ноги, неуклюже свалился обратно.

— Что, совсем ничего не помнишь?

По правде говоря, я надеялся хоть что-то услышать от парня. Может не имена, но хотя бы какие-то детали: где произошло похищение, что говорили похитители.

— Говорю же… Утром из дома вышел, а дальше провал…

— Мда… — теперь только и оставалось что развести руками. Вероятнее всего его чем-то усыпили, и держали пока за ним не приехал заказчик.

— Ему к врачу нужно! — воскликнула Лера, помогая брату нормально усесться на постели.

— Ага, а ещё к парикмахеру и стилисту. — не удержался я. Вроде не маленькая, должна понимать что к чему.

— Не… всё в порядке… Не надо врача…

Парень снова попытался привстать, но опять не удержался.

— Мы можем поговорить? — поймал он мой взгляд.

— Говори, я слушаю.

— Нет, наедине… Извините девчонки…

Клавдия поняла сразу, а вот Лера заупрямилась. Вроде и не настаивала, но и уходить не спешила.

— Выйди! — Виктор повысил голос.

— Да Лера, пойдём, что-нибудь из еды поищем. — за рукав потянула её Клавдия.

— Это правда? — когда за девушками закрылась дверь, парень пристально посмотрел на меня.

— Что именно?

— То что я видел в твоей голове.

— А что ты видел?

— Войну. Смерть. Много крови.

Глядя на этого невзрачного юношу, теперь я особенно понимал почему за ним так охотятся. Сколько мы разговариваем? С полчаса? А он уже успел залезть мне в мозги.

— Это долгий разговор, давай не сейчас. Да и не место здесь, согласен?

Настаивать Виктор не стал. Посмотрел только внимательно так, с прищуром, и почти сразу отвёл глаза, вновь откидываясь на подушки.

— Еды нет, только пара банок варенья на антресоли. — постучав, заглянула Клавдия.

По идее, если никуда не ходить и не привлекать внимания, проторчать в этом доме можно хоть целый год. Главное съестным запастись, и сидеть, в потолок поплёвывать.

Идти за припасами решил сам, благо недалеко, но вышел не через калитку, а по задам. Мало ли, на всякий случай.

В магазине картой светить не стал, рассчитался наличными. Купил двадцать банок тушёнки, четыре буханки хлеба, две пачки чая, банку кофе, сахар, несколько банок рыбных консервов, три палки копченой колбасы. Взял бы больше, но и так вышло два здоровенных пакета, тяжелых, а главное неудобных.

Возвращался так же через зады, стараясь не попадаться на камеры которыми были оборудованы некоторые домовладения.

— Вот, если не частить, дня на три хватит.

— Нам тут что, три дня сидеть? — округлила глаза Лера.

— Это как минимум, но вероятнее всего гораздо дольше. Заеду как только смогу, из дома ни ногой. Если что-то купить нужно будет, пусть Клавдия идёт. Вот деньги.

— Но…

— Никаких но. Или ты хочешь чтобы с твоим братом случилось непоправимое? Ему и так повезло, опоздай я тогда, он бы совсем не здесь лежал.

— Успокойся сестрёнка… — Виктор повернулся к Лере и подтянув руку, слегка привстал.

— Вот именно, успокойся и смотри за братом. Поесть приготовь, чаем его напои. Ты голоден?

— Вроде. Мутит только…

Я достал бумажник и вытащил несколько сотенных купюр.

— Аптеки здесь нет, но можно доставку заказать на магазин, я рекламу там видел. Этого должно хватить. И смотрите аккуратнее, по возможности вообще никаких лишних шагов!

Меня вроде поняли, но прежде чем покинуть своих подопечных, я ещё несколько раз повторил вышесказанное.

Пересвет

Домой сразу не поехал, перестраховался, решив сначала заскочить в офис компании. Узнаю что в «мире» творится, а там уже и определюсь.

— Добрый день Аркадий Афанасьевич! — поздоровался дежурящий у дверей охранник. Лет тридцати, активно начинающий лысеть, этот мужичок мне с самого начала не понравился, было в нём что-то такое, нездоровое, отталкивающее.

— Здравствуйте. — ответил я, дождался пока красный огонёк турникета сменит цвет на зеленый, и толкнув крутящуюся железяку, оказался в фойе, прямо перед лифтами.

Здание всего трехэтажное, но служащие здесь люди настолько обленились, что между этажами передвигались исключительно на лифте. Во всяком случае сколько бывал тут, на лестнице людей не видел ни разу.

Вот и сейчас, как по заказу, перепрыгивал ступени в гордом одиночестве.

Второй, третий. Теперь налево и до конца, прямо до кабинета Марии.

— Добрый день Аркадий Афанасьевич… — поздоровалась девушка, и мне показалось что она чем-то расстроена.

— Привет. Как тут у нас?

— Да вот, опять проблемы, теперь с военным грузом, даже не знаю что и делать.

Вкратце описав ситуацию, Мария тяжело вздохнула. Если в двух словах — потерялся предназначенный для местных вояк груз. Судно пришло, контейнеры есть, а содержимого нет. Причём на страховке хозяева груза сэкономили, поэтому никакой компенсации им не светит.

— А что наша служба безопасности?

— Десять раз уже проверили, — как пришли опечатанные, так и ушли к получателю. Разгрузка, погрузка, всё на камерах, никаких следов кражи.

— Что было в контейнерах?

— Не говорят…

— А как же когда грузили? Не смотрели?

— В том-то и дело, контейнеры были запечатаны до загрузки, и проверить их содержимое не разрешили. Говорят секретное что-то… Да сейчас должны подъехать сами военные, минут через десять, подождёте?

Разумеется, я подождал, и когда в кабинет ввалились трое «высоких» офицеров в форме бронетанковых войск, даже слегка опешил.

— Вот кого не ожидал увидеть! — хмуро пророкотал начальник академии, полковник Невский. — Ты тоже пострадал от этих мошенников?

— Где ваш командир, мадемуазель? — протолкнулся вперёд ещё один, тоже в полковничьей форме, но незнакомый мне господин.

— Меня зовут Мария Викторовна, я директор компании. — стараясь «держать» лицо, спокойно представилась девушка.

— Неожиданно. Но тем не менее. — хмыкнул незнакомый полковник, и добавил, — Как вы собираетесь возвращать наш груз?

— Действительно неожиданно. — не отводя взгляда, прищурилась Мария. — С чего вы взяли что я буду вам что-то возвращать? Лично я у вас ничего не брала.

Мужчины переглянулись.

— Ну как же… Вот, у меня и бумаги все имеются, вот, посмотрите…

С этими словами он выступил вперёд и положил на стол Марии тоненькую папочку с документами.

Девушка подтянула её к себе, развернула, бегло «пробежалась» глазами, и небрежно откинула в сторону.

— Ну и где здесь сказано про пропажу? Что у вас украли? Грузили три контейнера двадцатитонника, забрали три контейнера двадцатитонника. В чём проблема?

— Я ведь не посмотрю что вы слабый пол! — неожиданно взревел третий офицер, в звании майора. Невысокий и полноватый, до этого он молчал, лишь шумно отдуваясь в усы.

— Да будет вам известно, господин майор, — слабый пол, это гнилые доски, а для вас я, Мария Викторовна. — бесстрашно ответила девушка.

— Но позвольте… — воскликнул начальник академии, — они же пустые?

— Не позволю. — вздернула носик Мария. — Где доказательства что они были полными? Почему вы не дали разрешения на сверку? Почему не застраховали?

Мужчины снова переглянулись.

— Вы понимаете что содержимое контейнеров собственность министерства обороны? — оставаясь самым спокойным из всех троих, холодно уточнил начальник академии.

— Нет, не понимаю. Покажите где это написано? Покажите? Я лично вижу отправителя — китайскую компанию, и получателя — какое-то акционерное общество. Где тут про оборону?

— Да как ты смеешь! Курица! — майор покраснел как рак, и явно намереваясь применить силу, неожиданно — особенно для своей комплекции, бросился на Марию.

В отличии от обоих полковников, одарён он не был, во всяком случае я этого не ощущал, но вёл себя совершенно по-хозяйски.

— Охолонитесь сударь! Вы не в хлеву и не у себя дома! — загородив ему дорогу, дабы сохранить дистанцию, я не сильно толкнул в грудь.

Майор отшатнулся, а оба полковника с удивлением уставились на меня.

— Ты кто такой, сопляк? — угрожающе сжав кулаки и вбирая голову в плечи, военный развернулся ко мне.

— Может и сопляк, но точно не такое быдло как ты… — с ходу перейдя на ты, я уже прикидывал с какой стороны ему заехать. Наверное в молодости майор что-то и представлял из себя, но сейчас это был просто упакованный в звездный мундир кусок сала.

— Что ты сказал, щенок? — ещё сильнее побагровел он.

— Щенка в зеркале увидишь! Для тебя я Аркадий Афанасьевич!

Наверное надо было погасить конфликт ещё до его начала, проблем и так выше крыши, но эта ситуация стала последней каплей, нервы не выдержали, вот и сорвался.

Майор рыкнул что-то нечленораздельное, рванулся ко мне, замахнулся, ударил, и не попал. Точнее не попал в меня, зато попал кулаком в стену.

Взвизгнул совсем не по-мужски, и «рассыпавшись» ругательствами, выскочил из кабинета.

Полковники молчали.

— И как это понимать? — наконец «отмер» начальник академии.

— Именно, как? — вторил ему второй полковник. В отличии от моего знакомца, этот выглядел не настолько обескуражено, но тоже находился в лёгком шоке.

— Очень просто. Быдло получило по заслугам. Или вы считаете что оскорблять женщин достойно мундира офицера империи?

Молчание.

— Мария, будь так любезна, организуй нам по чашечке кофе… — попросил я девушку, глазами указав ей на выход.

— Как скажете, Аркадий Афанасьевич. — коротко ответила та, и прихватив с собой свою сумочку, удалилась.

— А теперь, господа, присаживайтесь, и рассказывайте… — дождавшись когда дверь закроется, предложил я.

Полковники переглянулись, но отказываться не стали, заняв места за огромным столом.

— Во-первых, для того чтобы найти ваш груз, мне надо знать что искать. Почему его не только не описали, но ещё и не застраховали?

— Кхе-кхе… — закашлялся начальник академии. — А ты, собственно, здесь каким боком?

— Да-да, мне тоже интересно… — поддержал его второй. — К чему эти вопросы, и вообще, что происходит?

— Это вы мне объясните что происходит… Вы врываетесь в кабинет, ведете себя как бараны в хлеву, требуете непонятно чего…

— Бараны⁈ — синхронно отреагировали на оскорбление полковники.

— Ну а как ещё охарактеризовать ваше поведение? При вас, ваш подчиненный оскорбляет женщину, лезет в драку, и вы молчите… Это как называется? Или понятие офицерская честь уже забыто?

— Да кто ты такой, чёрт тебя побери⁈ — едва не опрокинув стул, поднялся второй полковник.

— Я уже говорил. Меня зовут Аркадий Филатов, и я владелец этой компании.

— Владелец? Ты?

— Именно.

— Как… — мой визави хотел что-то ещё добавить, но тут распахнулась дверь и на пороге возникли люди в полицейской форме.

— Вот он! — закричал нарисовавшийся из-за их спин майор. — Хватайте его!

Не знаю что он наговорил полиции, но те моментально достали пистолеты и направили на меня.

— Руки за голову! Пошевелишься, пристрелю! — рявкнул один из полицейских, мордатый поручик с лихо закрученными усами.

Несмотря на наведённое оружие, опасности я не ощущал, поэтому сразу реагировать не стал. Не восстановив полностью навык дозирования силы, выборочно действовать не мог, и если бы ударил, то досталось бы всем без исключения. Да и не хотелось из-за одного козла портить отношения с потенциально нормальными людьми. Поэтому подчинился приказу, молча поднимая руки.

— Постойте господа! — поднялся со своего места начальник академии. — Судя по всему, произошло какое-то недоразумение! Во-первых, этот молодой человек аристократ, а во-вторых, владелец компании!

Не знаю что больше повлияло на полицейских, упоминание моего происхождения, или второй фактор, но оружие они опустили.

— Спасибо. — вернув руки в исходное положение, поблагодарил я.

— Ах ты щенок… — зашипел майор. — Так ты из этих… Ну смотри у меня! — и буквально выплюнув напоследок витиеватое ругательство, выскочил из кабинета.

Повисла гнетущая тишина.

— Полагаю, конфликт исчерпан? — прервал я молчание.

— Да господа, вы можете быть свободны, дальше мы сами разберёмся. — начальник академии строго посмотрел на полицейских, всем своим видом давая понять что возражения не принимаются.

Не знаю как у них с субординацией; полиция — армия, но спорить они не стали.

— Слушаюсь, господин полковник! — рявкнул поручик, и толкая перед собой своего напарника, судя по отсутствию нашивок — курсанта, покинул помещение.

А пауза вновь затянулась.

— Предлагаю вернуться к цели вашего визита. Что за груз был в контейнерах, и почему он не был застрахован?

— Из соображений секретности. — нехотя буркнул второй полковник.

— Понятно. А майор, если я правильно понимаю, из контрразведки?

— Именно. Зря ты…вы с ним так… — по лицу говорившего было отчётливо видно насколько тяготит его наша беседа, но сделав над собой усилие, он всё же перестал мне «тыкать».

В моём времени уже не было понятия аристократии, элитой стали военные, но здесь, оказавшись в шкуре представителя голубых кровей, — в хорошем смысле, я в который раз сознавал как мне повезло. Деньги важны, но вот в этом, конкретном случае, чем бы они помогли? Да, меня забавляет смотреть на реакцию обслуживающих богачей снобов, когда они видят карту миллионера, но принадлежность к правящей верхушке куда как круче. Ведь если по сути, — кто я? Выпускник школы одарённых детей? — Так таких школ сотни, если не тысячи. Да, мне повезло отличиться во время экскурсии, меня заметил этот седовласый полковник, но знай он о моей принадлежности к элите, вопрос с поступлением закрылся бы практически сразу. Не потребовалось бы высоких балов, не было бы проволочек с моими друзьями, да и этого недоразумения, скорее всего, тоже не было бы.

— Ну и что нам теперь делать? Ведь из-за вашей секретности мы даже не знаем что искать? А если ваш груз уже дербанят где-нибудь на толкучке?

— В контейнерах находились плазменные установки. Шесть штук.

Это было неожиданно. Когда копался в сети в поисках списанных машин, узнал что с производством этого оружия на родине имелись определённые проблемы, и в настоящее время основным поставщиком была Франции. Вот только сейчас наши верхи что-то не поделили с французами, и те эту лавочку прикрыли. А это значит был «параллельный импорт».

— Когда вы забрали контейнеры со склада?

Я видел что представляют из себя установки плазмы в демонтированном виде, и из-за их размеров слабо представлял как такое можно незаметно украсть. Ладно бы с контейнерами, — погрузил и увёз, но чтобы достать…

— Два дня назад.

— А не могло быть так, что пропали они уже у вас, или в момент когда их перевозили?

— Исключено. — «отрубил» начальник академии.

Мне казалось что такой вариант выглядел самым реалистичным; выехали из порта, заехали куда-то на сторону, разгрузились, закрыли контейнеры и повезли дальше, в точку назначения.

— Ну смотрите, я знаю как выглядят эти установки, они достаточно массивные, и умыкнуть их, так чтобы никто не заметил, весьма проблематично. На сухогрузе вообще не вариант, там нет кранов чтобы кантовать такие махины, в порту по прибытии, так же маловероятно, даже если не считать камер, слишком много живых глаз вокруг, кто-нибудь да заинтересуется. Тем более наша служба безопасности проверяла, никакого вмешательства не было.

— Могли перегрузить в море.

— Говорю ещё раз, для этого нужен кран, которого на сухогрузе попросту нет.

— А что… — только начальник академии открыл рот чтобы возразить, как снаружи что-то грохнуло, полковники синхронно повернулись на звук, так же синхронно подскочили к окну, и коротко обменявшись матюгами, резво выскочили из кабинета.

Понимая что происходит что-то важное, я рванул следом, но запрыгнуть с ними в их машину — огромный военный внедорожник, не смог, злобный майор — а он сидел на переднем сиденье, захлопнул дверь прямо перед моим носом.

Нет, конечно была вероятность что из-за эмпата Вити может начаться стрельба, — но чтоб такое?

И ладно бы какой-то отдельный взрыв, всякое бывает, но доносящийся с окраины грохот очень уж напоминал звуки боя, причём боя серьёзного, с использованием самой тяжелой техники.

Не теряя времени, я подбежал к оставленному на стоянке арендованному автомобилю, ужом проскочил за руль, и спустя тридцать секунд уже сидел у вояк на хвосте. Думать о самом плохом не хотелось категорически, но дурные мысли сами собой лезли а голову. Хорошо если это какой-нибудь пилот нажрался, и палит почём зря, а если вторжение?

Стараясь не отстать, бешено крутил баранкой и давил на педали. Проехали через Покровку, вышли на восточный объезд, и там, уже не стесняясь, вояки выжали из своего «крокодила» последние соки. Не знаю как, но мне пока удавалось держаться, хотя уже и на грани, — мотор ревел, машину трясло, а руль вырывался из-рук.

Но до места где грохотало, было ещё далеко. Прямой дороги туда нет, поэтому прежде чем добрались, пришлось делать большую петлю.

Первое что бросилось в глаза, — разрушенная будка КПП. Развалины ещё дымились, а неподалеку, метрах в пятнадцати, лежало то, что ещё недавно было человеком, а стало обугленной головёшкой.

Джип с военными чуть притормозил, но тут же поддал газу и пролетел дальше, в объезд, через поле. Я рванул следом, только если в городе мне удавалось держаться, то здесь, в отсутствии дорог, сразу отстал. Сначала из-за сумасшедших колдобин, потом влетел в грязь, а когда кое-как выехал из неё, оказалось что пробиты оба передних колеса.

В общем, машину пришлось бросить и двигаться пешком. Сначала шёл туда где грохотало, потом взял левее и вскоре наткнулся на сожженный шагоход, это был двадцатитонный Ассасин.

Конечности целы, а вот вместо кабины дыра. Тот кто стрелял, либо находился очень близко, либо был снайпером. Чтобы так чётко попасть в невысокого и юркого робота, надо очень постараться.

Пошёл дальше, обошёл подбитую машину, вышел на заросшую сорняками аллею, и трусцой побежал к расположенному неподалеку трехэтажному зданию казармы, которой, судя по опаленным стенам и разбитым окнам, крепко досталось. Людей не видел до тех пор, пока не споткнулся о лежащее в траве тело. Наполовину обугленный человек застыл в неестественной позе, а рядом, буквально в трех метрах, лежал ещё один, тоже обгоревший.

Проверять не стал, и так понятно что оба мертвы, и ещё шустрее припустил дальше.

Неужели началось? — эта мысль, не переставая, гудела в голове. Но тогда почему только в одном месте? Почему не по всему городу?

Додумать не успел, совсем рядом громыхнуло, и пробив стену казармы, на асфальт, поднимая кучу пыли, вывалился шагоход.

Сомнений не осталось, это был ящер.

Не самый грозный, но весьма внушительный экземпляр: Сорок пять тонн, прыгучий, с мощными лазерами ближнего боя и среднего калибра автопушкой. Отличная машина для маневренных действий, особенно в городской застройке.

Проехавшись на брюхе, он замер на мгновение, но тут же подтянул руки, приподнялся, и вдавливая асфальт, встал на ноги. Судя по характеру повреждения, стреляли в него из чего-то тяжелого, но пробить не смогли, робот оставался на ходу.

Не желая быть раздавленным, а ящеры любили топтать своими машинами людей, я переместился за угол соседнего здания. Выглянул. Напротив догорал танк. Скорее всего это именно он стрелял по ящеру, но ответным огнем был уничтожен.

— Давай на крышу! Осмотримся! — держась за бок и жадно хватая ртом воздух, неожиданно появился второй полковник, резко дергая меня за рукав в сторону пожарной лестницы.

Я полез первым. Лестница скрипела и шаталась, но других вариантов не было, чтобы сориентироваться, нам просто необходимо было попасть наверх.

И действительно, вид оттуда открывался отличный.

Сам пробой астрала зиял багровой дырой на фоне стены главного здания академии, а бойня — иначе не назовешь, сместилась уже в самый конец полигона.

— Что это? Откуда? — щурясь, полковник смотрел на незнакомые машины. Легкие и средние шагоходы, два справа, напротив ремонтных ангаров, ещё один чуть дальше, практически возле плаца, и пара вдалеке.

Окутываясь дымами от пуска ракет и грохоча автопушками, они вели огонь по отступающим в сторону города курсантам. Скорее всего, когда появились ящеры, у них проходили практические занятия, и прямо так, в учебных машинах, они и приняли бой. Точнее избиение. — Ни по весу, ни по огневой мощи, ни по опыту, наши не дотягивали до уровня пришельцев, и если ничего не предпринимать, ящеры их уничтожат и пойдут на город.

— Бежим! — что-то решив для себя, скомандовал полковник.

И мы побежали. Точнее так же по лестнице спустились на землю, «по стеночке» прокрались до конца здания, потом в полуприседе переползли через открытое пространство, и преодолев ещё пару сотен метров, оказались у высокого ангара.

Проникнув внутрь через неприметную дверку, зашли в здание.

Здесь, скрюченный, но при этом едва не упирающийся в крышу, стоял шагоход.

«Краб». — пятьдесят пять тонн, ракеты ближнего радиуса, импульсный лазер, пара автопушек. Не самый вооруженный, но для такого веса в самый раз.

— Помоги!

Обычно чтобы попасть в кабину, нужно вытянуть раскладную лесенку из ниши, но здесь ничего подобного не было, и нам пришлось подтаскивать хлипенькую стремянку.

— Держи, только крепче! — уже поднимаясь по ступеням, громко предупредил полковник. Будучи человеком достаточно грузной комплекции, он имел все шансы навернуться. И если бы это случилось, пойти на второй заход уже бы не смог. Поэтому я из-за всех сил постарался не допустить «опрокидывания».

Но всё прошло штатно. Он дополз до кабины, залез внутрь, и через несколько минут «Краб» уже покидал ангар.

Я тоже не стал оставаться, но за роботом, понятно, не пошёл, а полез на крышу, дабы проследить за боем «вживую». Хотя какой это будет бой? Так, судороги. Ведь что может сделать один среднетоннажный шагоход, да ещё под управлением не самого опытного пилота? А то что полковнику эта машина, как минимум, непривычна, стало понятно сразу как только он двинулся с места.

Быстро перебирая ногами и руками по пожарной лестнице, я торопился, но когда наконец оказался на крыше, «Краб» уже добрёл до крайних зданий, обошёл последнее и вышел на «оперативный простор». Двигался «молча», огня не открывал, вероятно рассчитывая на внезапность.

Каков был его план? — Отвлечь противника от курсантов, дать шанс спастись? — Бред. Но ничего другого в голову не приходило.

А вот заметили его почти сразу. Я мигнуть не успел, как оставляя густые шлейфы дыма, по Крабу полетели ракеты. В базе у этого робота есть система противоракет, но конкретно у этого, её или не было, или её просто не заряжали. Для военного времени такой подход немыслим, но для мирного, тем более в учебной части, вполне нормальное явление. Да и почти все войны начинаются с того что одна из сторон нападает «вероломно», а вторая оказывается не готова.

Летели ракеты быстро, и спустя несколько секунд ударили в робота. Мне вообще показалось что ящеры даже особого внимания на него не обратили. Развернулись два крайних, отстрелялись, и повернулись обратно.

Как и предполагалось, чуда не произошло, не выдержав прямого попадания, Краб рухнул на спину. Я не видел какие повреждения, но основной удар пришёлся в кабину, так что шансы на выживание у полковника не самые высокие.

Да и у курсантов дела были не очень. Не знаю что они отрабатывали, но похоже что в тренировке участвовали два полных взвода, то есть десять машин, а сейчас на ногах оставалось всего три шагохода. Разглядеть с такого расстояния какие именно, не получалось, но судя по габаритам, что-то среднее, может тонн по сорок, максимум по пятьдесят.

Хотя в любом случае исход ясен. Минут пятнадцать, плюс-минус, продержатся, но на этом всё. Не знаю какие цели у ящеров, только если дальше они пойдут на город, там начнётся настоящая жесть.

Дороги им не нужны, а напрямую, до крайних улиц, километров семь, не больше. Конечно власти отреагируют, начнут действовать, возможно даже уже зашевелились, но час, или около того у ящеров будет. Разнесут всё до самого центра, начнут с окраин, пройдут насквозь, развернутся и уйдут обратно в астрал. Обычная их тактика.

Никогда не жаловался на скорость принятия решений, голова всегда «варила», но тут растерялся. Что делать? Бежать спасать своих? Но как? Да и кого в первую очередь? — Сестру? Ребят? А ведь до города еще добраться нужно, а на чём?

От безысходности крутя головой, наткнулся на застывшего в атакующей позе Пересвета. Ящеры почему-то его не тронули, наверное решили что таком виде опасности он не представляет, да и на самом деле, что с него взять, — памятник, он памятник и есть.

Решение пришло неожиданно. Точнее даже не решение, надежда. А что если?..

Сосредоточившись, собрал мысли в «кучу», и привычными «картинками» просигналил сидящему внутри меня демону.

«Давай» — едва «слышно» прошелестело в ответ. — «Попробуем…»

Как добежал, не помню. Помню только, что добравшись, закашлялся так, что чуть лёгкие не выплюнул. Вопрос с попаданием в кабину тоже не стоял, комплекция позволяла обойтись без подручных средств. Залез по ноге до броневого пояса, там на кромку, подтянулся, забросил ноги, снова подтянулся. Колпак закрыт, но не на замок, поэтому резко дёрнул, навалился, и отщёлкнув предохранительный рычаг, залез внутрь.

Панель приборов привычная, всё по стандарту, обзорные экраны не разбиты, видимых следов вандализма не наблюдается.

Бегло осмотрелся, «упал» в кресло, и закрыл глаза. Процедуру «обживания» демоном новой техники знал хорошо, поэтому старался расслабиться и не мешать. Судя по тому как ведет себя Санди, он пока очень слаб, но раз отозвался, значит чувствует в себе силы.

Какое-то время ничего не происходило, но вскоре ощутил возросшее давление. Словно погрузился во что-то вязкое. Руки потяжелели, — пальцем не пошевелить, ногами не двинешь, голова будто чугунная. Мигать только могу, и губами шевелить.

Так бывает всегда когда управляешь машиной в связке с демоном, но сейчас, в новом теле, всё воспринимается совершенно иначе.

Тем временем внутри робота что-то зашипело, и у меня зарябило перед глазами.

Секунда, другая… Свет вокруг погас, но тут же вернулся. Зрение стало объёмнее, а взгляд острее. Это означало что моё сознание подключилось к системам наблюдения машины. Пока всё шло хорошо, и оставалось главное, оживить реактор.

«Подожди…» — прошептал Санди.

Я напрягся, но ничего не происходило. Стал считать про себя, и на цифре тридцать семь, грудь пронзила дикая боль.

Я много раз был ранен, но ничего подобного доселе не испытывал. Это даже не боль в прямом её смысле, это вытяжка из неё, чистое страдание. — Безальтернативное. На мгновение даже решил что всё, демон меня убьёт и мы снова окажемся на самом последнем уровне астрала. Но не случилось. Сначала незаметно, потом сильнее и сильнее, и вскоре я уже вибрировал вместе с оживающими системами Пересвета. Даже не так, я сам становился Пересветом.

Мифом древности и ужасом современности. Многотонным стальным убийцей, для которого вылезший из астральной дыры вражеский кластер — мелочь, закуска перед основным блюдом.

Реактор гудел, к телу возвращалась чувствительность, руки согнулись в локтях, напряглись ноги, и дождавшись когда мигнет датчик готовности, я сдвинул могучую машину с пьедестала.

Нашествие?

Привычка — вторая натура. Наверное не зря так говорят, вот и я, следуя годами этой выработанной привычке, на автомате провел быстрый тест всех систем шагохода.

Гидравлика — отлично.

Энергосистемы — работают.

Вооружение — в норме, но без боекомплекта.

Заряд батарей — 20% и растёт.

Смущает отсутствие ракет и абсолютно пустые короба автопушек, но главный калибр Пересвета — лазеры, а с ними полный порядок.

Не успел выйти на открытое пространство, как бортовой компьютер принялся считать машины противника и кричать что цели не поддаются определению.

— Успокойся… Просто подсвети, какая тебе разница кого жечь? — с удовольствием глядя на индикатор накачки лазеров, пробормотал я.

Самый ближний «Прохвост» — тут мне и подсказок не надо. Сорок тонн, прыгучий, вооружение так себе, но это по меркам моего времени, а пока имба. Впрочем, как и остальные пятеро.

Стрелять уже можно, дальности хватает, но надо подождать полного заряда. Один удачный выстрел, и про «Прохвоста» можно забыть.

Но сначала надо выбить Горбуна, — пятидесятитонного крепыша с хорошим ракетным вооружением. Будь у меня полный боекомплект, можно было бы не заморачиваться, но в антиракетных боксах так же пусто, поэтому лучше перестраховаться.

Остальные машины ящеров меньше тоннажем, и тяжелому штурмовику не особенно страшны. Максимум на что были способны их пушки и лазеры — снести навесное оборудование.

Батареи 40%.

Проверяю работу системы охлаждения, затем дублирующие привода электроцепи. Везде полный порядок, причем настолько полный, что кажется будто и не стоял шагоход столько лет без дела.

Батареи 60%.

Ну вот, теперь можно и лазеры накачать. Перезарядка у них не мгновенная, поэтому стрелять лучше раздельно, да и греться машина будет не так сильно. В общем, одни плюсы.

Тем временем меня заметили, и, кажется, слегка труханули. Во всяком случае не попёрли как на Краба наскоком, а сделали попытку рассредоточиться. Причем заметили не только враги, но и оставшиеся на ногах курсанты. Они так же задвигались, и даже обстреляли отбившегося от группы ящера. Правда не попали, но переключили на себя часть внимания.

Мигнул сообщающий о завершении накачки индикатор, и я остановил машину. Спешка ни к чему, все шесть вражеских роботов как на ладони. Сказать что волновался — ничего не сказать. Опыта мне не занимать, но одновременно со знанием, возникало такое ощущение, будто делаю всё в первый раз.

Начал, как и планировал, с Горбуна, который уже разворачивался, готовясь дать залп ракетами. Он бы сразу стал стрелять, из всех машин у него самое дальнобойное оружие, но отстрелявшись по курсантам, находился в процессе перезарядки.

Я прицелился, взял упреждение, привычно затаил дыхание — хотя в этом совершенно не было никакой надобности, и плавно нажал на спуск.

Несмотря на автоматическое затемнение, в кабине на миг стало нестерпимо светло, а датчик температуры тревожно заалел. Интересно, а если сразу с двух рук, по-македонски? — Однозначный перегрев? Ведь даже так, после одного выстрела главным калибром, система охлаждения едва справляется. Но результат того стоил. Силуэт на экране мигнул несколько раз, потемнел, и полностью исчез.

«Цель уничтожена» — подтвердил компьютер Пересвета, а я только сейчас обратил внимание что говорит он голосом Санди.

«Обнаружен пуск ракет!» — едва умолкнув, тут же добавил он, и не удовлетворившись, повторил ещё трижды.

— Понял я, понял… Не трынди… — отмахнулся, вглядываясь в приближающийся шлейф. Бежать некуда, спрятаться негде, сбить не чем. Сам я пока не силен щиты такой силы ставить, а если и соображу чего, так это курам на смех. Был бы щитовик со мной, тогда другое дело…

Ракеты попали в плечо и в живот робота, не причинив, впрочем, почти никакого вреда. Но отвлекли, это факт. Пока разбирался с повреждениями и суетился, ящеры хорошо продвинулись вдоль поля к казармам, стремясь попасть туда, откуда пришли. Напрямую проход я им закрыл, так они в обход, благо что быстроногие.

Дождавшись когда датчик температуры покажет приемлемое значение, я вновь разрядил лазер. Бил по ближайшему, только, к стыду своему, промазал. А в ответ опять полетели ракеты. Немного, как и в первый раз, но попали чётко в кабину. Будь на месте Пересвета машина полегче, на этом бы все и закончилось.

А ящеры упрямо шли к своей цели. Ещё минута, и первые скроются за казармами, дойдут до разлома, и всё, поминай как звали.

Стрелять не могу, горячий, остается либо ждать пока уйдут, что в принципе тоже неплохо, либо форсировать события. Не знаю как у них с разведкой, но вряд ли они ждут что я побегу к ним. Машина у меня массивная, неторопливая, передвигается медленно, каждый шаг будто в землю «печатает». Тут и захочешь, не разгонишь гиганта такого, — упадёт, «костей не соберешь». Но всё это касается обычных пилотов, тех которые по-старинке шагоходами «рулят». А у меня иначе всё, у меня в сердце машины демон сидит, который такое может, что им пока и не снилось.

С места в галоп, наверное так это в кавалерии раньше называлось. Честно сказать, я сам не ожидал подобной прыти, и едва успевал реагировать. Еще бы температура не росла, было бы вообще отлично.

«Ракетная атака!» — сообщил компьютер, но мне было уже не до этого, взвесив все за и против, я ловил ближайшего противника в прицел. Выстрелил, заметил как пущенные по мне ракеты прошли мимо, и едва не закричал от радости, когда увидел результат своей стрельбы — ящер лежал на боку, и бестолково подёргивал обрубком ноги.

Оставалось ещё четверо, но продолжить в том же темпе я уже не мог, — ни бежать, ни стрелять. Ведь как бы там ни было, а от физики не уйдешь, Пересвет действительно тяжеловат для таких забегов. Ящеры же, улепетывая на полном ходу, добрались до казарм, и уже не обращая на меня внимания, двинулись в сторону «разлома», с явным намерением покинуть поле боя.

Препятствовать не стал. Во-первых, просто не мог, а во-вторых, следовало вернуть Пересвета на место. Конечно секрета в том что он спускался с постамента, уже никакого нет, но афишировать своё участие не хотелось. Будь я уверен что меня выслушают и примут необходимые меры, тогда да, наверное остался бы дожидаться в кабине. Но что-то мне подсказывало что будет всё с точностью до наоборот. Поэтому оставив машину в той же позе и на том же месте, спустился вниз, и что есть мочи рванул обратно, туда где меня оставил полковник.

Добежал, отдышался. Чуть погодя поднялся на крышу, и едва не свалился оттуда, когда прямо над головой пронеслось звено истребителей. Вот сколько времени прошло с начала заварухи? Больше часа? Похлопав себя по карманам, терминала не обнаружил, поэтому точно сказать не мог. Но по ощущениям, прилично. А ведь базируются летуны не так далеко, если не путаю, километрах в двухстах отсюда. По идее, они должны быть на месте спустя максимум тридцать минут. Граница рядом, и самолеты всегда стоят «под парами». Что мешало сразу отреагировать?

Но не мне решать, думаю после такой встряски какие-то меры будут приняты, если конечно это уже не полномасштабное вторжение. Хотя и не похоже. В принципе, можно допустить что ящеры просто заблудились, выйдя не на своей «остановке». И эта теория выглядела бы правдоподобно, вот только всё портила одна деталь, — место прорыва. Почему они вылезли именно на территории академии? Почему не за городом, или наоборот, в центре? Случайность?

А со стороны полигона потихоньку подтягивались оставшиеся на ходу машины курсантов. Сорокатонный «Охламон» тащил за собой свой же оторванный манипулятор, закопчённый Вепрь, пошатываясь, двигался чуть позади, и замыкал процессию «Малыш», при его весе — пятнадцать тонн, странно как он вообще умудрился уцелеть.

Шли шагоходы медленно, иногда останавливались, и настороженно поводив по сторонам «жалами» пушек, продолжали движение. Не хочется злорадствовать, но подумалось что эту тренировку курсанты запомнят надолго. Если проходила она по стандарту пять на пять, выходит что остальные семь роботов либо уничтожены, либо не могут передвигаться. Очень нехорошая статистика.

Пока разглядывал шагоходы, в стороне заметил догорающую машину, а возле неё лежащего ничком человека.

Так бы и внимания не обратил, сгоревшего транспорта хватало, но этот автомобиль я узнал, именно на нём приехали недовольные потерей груза вояки. Кто там лежит? Шофер? А может сам начальник академии? Про майора я не думал, говно обычно не тонет, а если и потонуло, то и горевать не о чем. А вот Невского было бы жаль. Тем более он не совершил ещё того что должен. Значит всё же шофер. — рассуждал я, вглядываясь в лежащее на асфальте тело.

Подойти посмотреть? Вдруг живой?

Еще раз осмотревшись и не заметив ничего подозрительного, быстро спустился, и вскоре уже подходил к догорающей машине.

Ну точно, шофер. И точно мертвый. Издалека не заметил, но теперь диагноз очевиден, голова водителя была так сильно разбита, что из черепной коробки вывалилась часть мозга.

Заглянул в машину, никого. Огонь штука бескомпромиссная, но хоть что-то, да должно было остаться. А если нет, значит Невский ушёл, возможно даже на своих двоих. Ну или не совсем… С другой стороны от машины виднелся чёткий кровавый след, кого-то волочили в сторону соседнего здания.

Не задерживаясь, прошел по следу и на ведущей в подвал лестнице нашёл полковника, ноги его были в крови, и внешне он не подавал признаков жизни.

— Вы живы?

Но тот не отвечал. Наклонившись, проверил пульс. Всё же живой. Кто-то, скорее всего второй полковник, оттащил его сюда, и оказав первую помощь, — перетянул выше бедра ногу, оставил.

Неподалеку послышался шум двигателя. Точнее двигателей.

Самих машин я не видел, но приближались они со стороны КПП, и показались в моём поле зрения только через несколько минут. Раскрашенные в камуфляж колёсные броневики двигались медленно, насторожено крутя обрубленными пулеметными башнями. Бежать и махать руками не собирался, хотя и понимал что полковнику нужно как можно скорее попасть к медикам. Как минимум у него большая кровопотеря, возможно травма головы, да и вообще может быть всё что угодно. Вот только если сейчас покинуть укрытие и побежать, велика вероятность вместо помощи получить пулеметную очередь. Это я знаю что произошло, а ребята на броне пока не в курсе, поэтому везде видят угрозу. Да и что им ещё видеть, если половина зданий разбита, повсюду сгоревшая техника, куча трупов, а на полигоне догорает несколько шагоходов. Честно говоря, будь я на их месте, палил бы сначала во всё что движется, а потом разбирался. В общем, как бы ни был плох полковник, а от того что меня пристрелят, лучше ему не станет.

Броневики проехали дальше, за ними прогрохотал танк, и только потом появились санитарные машины.

— Стойте! Стойте! — выбегая из своего укрытия, рванул наперерез санитарам.

Ближняя машина остановилась, из неё вышли двое в форме медицинского батальона, и несмотря на мои призывы помочь полковнику, вначале осмотрели меня.

— До свадьбы заживёт. — убедившись что кроме синяков и ссадин на мне ничего нет, буркнул тот что постарше, и закрывая свой «чемодан», добавил, — показывай, где там твой раненый.

Я показал, и слава богу тот был ещё жив.

Расстелили носилки, сразу поставили капельницу, сделали несколько уколов, и мне показалось что после этих манипуляций полковник даже пошевелился.

А когда его погрузили в фургон, я тоже напросился, оставаться здесь дальше не было никакого желания.

— Полезай. — коротко бросил старший, когда носилки с раненым исчезли в чреве санитарного фургона.

Пока ехали, почти всю дорогу молчали. Медики только переглядывались меж собой, да подкручивали капельницы которыми словно ёжика утыкали бледного полковника.

— Жить будет? — уже когда заезжали во двор военного госпиталя, спросил я.

— Должен. — кивнул тот что постарше, и пользуясь тем что у водителя громко заработала рация, наклонившись, спросил тихонько.

— Что там вообще произошло? Кто напал?

Версию, какой буду придерживаться, придумал заранее, и в качестве теста так же тихонько пересказал всё что якобы видел.

— Понятно, что ничего не понятно… — покачал головой медик, но расспрашивать дальше не стал, тем более что мы уже и приехали.

А из госпиталя я сбежал. Точнее ушёл, потому как до меня никому не было дела, и территорию удалось покинуть беспрепятственно.

Хотел такси вызвать, но похлопав себя по карманам, вспомнил что потерял терминал. За информацию на нём не переживал, ничего секретного там не было, да и все важные приложения запаролены, так что не страшно. Контакты вот только, но насколько я знаю, их достаточно легко восстановить.

В общем, прошёлся до остановки, и уехал обычным рейсовым автобусом.

Пока ехал, обратил внимание на спокойствие людей. Только что город чуть с землей не сравняли, а им хоть бы хны. Едут, уткнувшись в гаджеты, словно ничего и не случилось. Хотя, с другой стороны, оно ведь и на самом деле не случилось. Ну постреляли вояки на полигоне, так на то он полигон и есть. Чему удивляться? Вот когда пойдут слухи — а при таком количестве погибших, военным вряд ли удастся скрыть случившееся, вот тогда, может, и пошумят. Но и то, так, обтекаемо. Будут говорить что военные на то и военные, чтобы умирать. Работа такая.

Вышел почти в центре, и первым делом зашёл в магазин где торгуют электроникой.

Выбирал недолго, шиковать не стал, хотя цена даже на самый дорогой терминал была для меня смешной. Себе взял что-то среднее, а вот Лере выбрал из серии «премиум», в замен того что заставил выбросить. Потом подумал, и взял ещё пару попроще, раз уж шпионствовать, то не скупясь.

— Номерные карты нужны? — спросил выдавший мне всё это добро консультант, с интересом разглядывая мою одежду. Не скажу что выглядел я совсем ужасно, всё же как мог привёл себя в порядок, но полностью скрыть последствия лазания по подвалам и крышам не удалось.

— Да, но документов с собой нет… — демонстративно огорчаясь, развёл я руками.

— Это проблема. — согласился продавец, и сделав паузу, добавил, — что, совсем никаких?

— Разве что…

Положенная на стол сторублевая купюра испарилась моментально.

— Ну вот, а говорите нету. Вам карты во все терминалы ставить?

Я кивнул, и уже через пятнадцать минут покидал магазин с полностью рабочими гаджетами. Оставалось раздобыть машину.

Пользоваться такси не хотелось, в прокат брать тоже, оставалось одно, купить. Естественно не по карте, могут проследить. Параноиком никогда не был, но сейчас буквально пятой точкой чувствовал необходимость в секретности. Пусть не совсем в подполье уходить, но и явно следить не стоит. Вот только наличных с собой всего три тысячи. Ценами на машины не интересовался, во всяком случае конкретно, и когда набрал в терминале запрос, был приятно удивлён дешевизной подержанных автомобилей.

Особенно манили праворукие, в сегменте до двух тысяч выбор был громадный. Часть, правда, шла под заказ, но и в наличии имелось достаточно. Авторынков тоже хватало, Владивосток вообще Мекка перекупщиков, но будучи «местным» жителем, до сей поры я этим аспектом как-то не интересовался.

Добравшись до ближайшего, прошёлся вдоль длинного ряда машин. Большие и маленькие, всех цветов и оттенков, каких тут экземпляров только не было. На любой вкус и кошелек.

— Вы что-то хотели? — после непродолжительного разглядывания моей персоны, из «офиса» — небольшого аккуратного гаражика с квадратными окнами, вышел немолодой мужчина.

— Да, хотел машину у вас купить. Подскажете?

— Конечно. Какой суммой располагаете? — недоверчиво уточнил продавец, видимо не до конца записав меня в потенциальные покупатели.

— Две тысячи, только у меня с собой документов нет, на слово поверите?

— Хм… — усмехнулся мужчина.

— На слово верю только с трех тысяч. Две мало, слово оно нынче такое…дорогое…

Уточнять какое слово он имеет ввиду, я не стал, а демонстративно достал деньги, и так же демонстративно пересчитал.

На что продавец снова хмыкнул, огляделся по сторонам, и бросив короткое — пойдем, двинулся в глубь стоянки.

Ситуация выходит из под контроля

— Вот, смотри из этого ряда… — так же меланхолично сообщил он, когда мы прошли в самый конец.

Машины здесь были далеко не первой свежести, и не то что три тысячи, даже на тысячу не тянули.

— Они вообще на ходу? — пройдясь вдоль предложенного хлама, засомневался я.

— Обижаешь. Аккумулятор втыкай, и хоть на край света…

— Только аккумулятор?

— Ну… бензину плеснуть треба, а так всё в полном порядке.

Пройдясь ещё пару раз и внимательно изучив товар, остановился на высоком внедорожнике. Он и выглядел поживее остальных, и для моих целей хорошо подходил. Большой, проходимый, вместительный.

— Отличный выбор! — похвалил хозяин стоянки. — Пойдём, ключи возьму, и аккумулятор за одно захватим.

Пройдясь до гаражика-офиса, он долго искал ключи, а потом ещё дольше ходил за аккумулятором. В итоге привёз его на тележке, но сам ставить не пошел, а отправил со мной одного из своих помощников.

— Хорошая машина. — похвалил тот, когда мы оказались на месте.

Я кивнул, хотя и не разделял его уверенности.

— Самый надежный мотор из всей линейки. — продолжил нахваливать помощник. — Шесть литров, атмосферник. Этого крокодила к нам после большого ТО загнали, сам заказ-наряд читал, под капот целый год можно не лазить…

Года много, а вот если бы на неделю хватило, я был бы счастлив. Ну или на две. Думаю, за это время вопрос решится, и можно будет пересесть на что-нибудь более симпатичное. — так мне представлялось пока не сел за руль, и не выехал со стоянки.

А когда проехался немного, почувствовал норов этого невзрачного трудяги, пересаживаться на другой автомобиль уже не хотелось. Мощи в нём, почти как в танке. Чуть «топнул» — в кресло вдавливает. Обзор, опять же, хороший, сиденье удобное. А самое главное, дорога, в принципе, не нужна. — Где хочешь съедешь, куда хочешь свернёшь. Пусть сейчас это и не особо актуально, но когда заваруха начнётся, возможности монстрмобиля ой как пригодятся. А уж если сюда ещё и демона подселить, вообще будет тема.

Единственный минус, в потоке он слишком заметный. По-хорошему бы, невзрачное что-то, такое чтобы глаз не цепляло. Но, как говорится, не два горошка на ложку.

В этот день ничего больше не успел. Школу безнадежно «проспал», домой не поехал, и заночевал в какой-то частной гостинице, где так же не требовалось документов.

Утром первым делом залез на новостную ленту города, но кроме коротенького упоминания о прошедших учениях, там ничего не было.

Позвонил Эдику, тот в панике рассказал что экзамен сдал на тройку, Игорь получил четыре, а Виталику поставили незачет. Сказал ещё что директор рвёт и мечет, в школе какие-то люди серьёзные, и что про меня и Леру кого только не спрашивали.

— Номер директора есть у тебя?

— Нет, но могу поискать. Ты поговорить с ним хочешь? Думаешь разрешить пересдать? — поначалу в голосе друга звучала неприкрытая паника, но когда я спросил про директора, он, вроде бы, даже повеселел. Долго искал, бормоча что-то, но в итоге всё же скинул требуемое, и будучи уже в дороге, я нажал на вызов.

— Приёмная. — коротко ответили в трубке.

— Позовите пожалуйста Льва Николаевича.

— Кто его спрашивает?

— Аркадий Филатов.

— Минуту.

— Аркадий? — почти сразу «в трубке» объявился директор.

— Доброго утра, Лев Николаевич. Я на счёт экзамена звоню.

— Слушаю тебя.

— Не в службу а в дружбу, перенесите пожалуйста экзамен моему классу на другой день, а результаты этого аннулируйте. Хорошо?

Последовавшее молчание затянулось.

— Ну так как? Сделаете?

— Кхе-кхе…На какое число тебя устроит? — наконец ожил директор. Насколько я смог узнать этого человека, после подобного предложения он должен был «взорваться», но вместо этого едва не поблагодарил за оказанную честь. Вывод простой, на том конце провода он не один, и те кто рядом, подсказывают ему что говорить.

— Пока не могу сказать, мне пришлось отлучиться, но я вам дополнительно сообщу.

— А как же…

Дослушивать, что он ещё скажет, не стал, а выключил терминал и выбросил в окно.

Не знаю насколько совершенна современная техника, но, думаю, определить откуда звонят, особого труда не составит.

Ну а так если, тот факт что меня ищут с вполне конкретной целью, сюрпризом не стал. Вероятнее всего Варт оказался не столь проворен, и не смог замести следы. А может просто не захотел.

Поэтому домой нельзя, в школу нельзя, в офис тоже нельзя. Остается «домик в деревне», в котором я и просидел следующие три дня.

Сидел, надо сказать, не просто так. Работал над своими навыками, общался с Санди. Суперменом не стал, но кое какие умения восстановил, а некоторым только научился. Например мог теперь свободно уходить в астрал, причём не так как это принято, одним сознанием, а физически, на своих двоих. Не полностью самостоятельно, без Санди такой фокус не получился бы, но всё равно это было серьёзным достижением, позволяющем, в первую очередь, уходить по-английски, когда это необходимо.

Правда далеко перемещаться не удавалось, но и того на что был способен, хватало чтобы чувствовать себя куда более уверенно.

А пригодилось мне это умение гораздо раньше чем возможно было предположить.

Решив вечерком прогуляться до магазина, привычно вышел из дома и так же огородами двинулся к своей цели. Всё было спокойно, никто подозрительный мне не встретился, но только до тех пор, пока не оказался в помещении.

Мне дали зайти, я даже купил что-то, но внезапно к голове приставили пистолет и совершенно недвусмысленно предложили проехать для разговора.

Да, это было неожиданно. Сначала я даже растерялся, хотел сбежать в астрал, но решил что уйти всегда успею, а так хоть разузнаю чего-нибудь.

Пока шли до машины — а она оказалась припаркована во дворе одного из домов рядом с магазином, пытался понять как на меня вышли. Вроде всё делал чисто, нигде не наследил. С терминалами проколоться не мог, с машиной тоже. Но тогда где?

Ехали долго и непонятно куда. Окна закрыты, и катать меня могли тупо по кругу.

— Выходи. — предложил один из сопровождающих, так же под дулом пистолета.

— Вперёд. — на выходе встретил второй, показывая направление дальнейшего движения.

Закрытый высоким забором двор, собаки у ворот, пост охраны. Сам дом небольшой, одноэтажный, деревянный, под обычной черепичной крышей. Не сказать что богатый, но отделан со вкусом, и даже в чём-то уютный.

— Проходите, вас ожидают. — встретившая у дверей девушка приветливо улыбалась, но так же как и сопровождающие, сжимала в руке пистолет.

Дальше, под конвоем прелестницы, я прошел в отдельную комнату.

Внутри оказалось совсем по-простому. Бревенчатые стены без какой-либо отделки, деревянные полы, два окна, немного мебели, и люстра-абажур под потолком.

Осмотревшись, выбрал себе место за столом, и только уселся, как появился хозяин. На вид ему было лет сорок, может чуть больше, и выглядел он вполне обыкновенно. Никаких деталей ярких в одежде, никаких особых примет на лице. Самый обычный человек, каких в городе многие тысячи. Но это внешне. А внутренне всё было совершенно иначе. Честно сказать, настолько мощного одарённого я ещё не встречал. От него так фонило силой, что не то что теперешние, даже мои прежние способности блекли на его фоне.

— Как доехали юноша? Вас не обижали? — участливо поинтересовался он.

— Как вы меня нашли? — по-еврейски ответил я.

— Это было непросто.

— И всё же?

— Пытаетесь понять где прокололись?

— Вроде того.

— Ну что ж, похвально. Тем более если мы с вами поладим, этот опыт вам ещё пригодится.

Разговаривая, он всё время пытался поймать мой взгляд, но я старательно избегал этого. Не зная в каком направлении развиты его способности, смотреть в глаза было опасно. А ведь судя по ощущениям, дар этого человека был не только отличен от привычного, но мне даже казалось что я где-то встречал подобный «запах», хотя вспомнить где именно, не мог.

— А если не поладим?

— Не хотелось бы даже думать в ту сторону. Мы ведь цивилизованные люди…

— И всё же, как?

— Очень просто. Обошли пол города с вашей фотографией, наткнулись на человека продавшего вам автомобиль, и отследили по камерам.

Нет, я вполне понимаю заинтересованность этих людей, но какие же ресурсы нужны чтобы вот так запросто перетряхнуть целый город?

— Ясно. Спасибо за откровенность. Но позволю напомнить, что я к вам не напрашивался, поэтому нельзя ли ближе к делу? Что вам нужно?

Когда знаешь что в любой момент можешь уйти и никто тебе не помешает, можно позволить себе некоторые вольности в общении. Не будь у меня такой возможности, разговаривать в подобном тоне поостерегся бы, тем более с этим типом.

— Быка за рога? — снисходительно ухмыльнулся хозяин.

— Вроде того. — согласился я.

— Ну что ж, тогда извольте рассказать куда подевались Виктор и его сестра?

— Интересно… И за этим вы провели целую войсковую операцию? Чтобы спросить о том, о чём я и знать не могу?

— Ну не лукавьте, Аркадий… Вы же понимаете что никуда не денетесь… И этот ваш блок неумелый, неужели вы думаете что мне будет сложно его пробить?

— Блок? Какой блок?

Мысли в голове зашуршали с немыслимой скоростью, и выводы, которые напрашивались, получались совсем неутешительными.

— Не придуривайтесь. Я чувствую вашу силу, но поверьте, сопротивление принесёт вам только лишь вред. Чем больше вы противитесь, тем сильнее мне придётся давить. И когда ваша защита рухнет, последствия могут быть самыми плачевными.

Я молчал. Слишком противоречивая ситуация. Теперь я узнал этот «запах». Судя по всему передо мной один из подобных Виктору эмпатов, и эмпат этот явно обличен большой властью. А блок? Не ставил я никаких блоков, умел бы, может и озаботился, но не умею. Сбежать прямо сейчас? Но тогда не узнаю имя заказчика, и все мои старания, или страдания, — тут как посмотреть, будут напрасны.

— Зачем вам Виктор?

— Мне? — мой визави так сыграл лицом, что на мгновение я даже подумал будто он бы он на самом деле удивился.

— Именно.

— Абсолютно незачем. Но вы правы, есть люди заинтересованные в его таланте. И не переживайте, ничего страшного с ним не случится, скорее наоборот, у мальчика будет шанс получить хорошее образование и сделать прекрасную карьеру.

Говорил он так убедительно, голос его так усыпляюще обволакивал, что мне с трудом удавалось сохранять ясность мышления.

— Как вас зовут? Кто вы?

— Это неважно. Я могу назвать вам сотню имён, и ни одно из них не будет настоящим. Поэтому оставьте ваше любопытство, и покончим с этим, просто скажите где Виктор.

— Но я действительно не знаю…

Человек поднялся, и сцепив руки за спиной, принялся ходить по комнате от стены к стене.

— Допустим, я вам верю, и даже допускаю что это действительно так… Но вы же понимаете что мне нужно убедиться? Снимите блок и разойдёмся миром. Подумайте. Зачем вам чужие проблемы?

Я молчал. Сначала ничего не происходило, но спустя какое-то время — мне оно почему-то показалось едва ли не вечностью, в голове зашумело, мысли пропали и никак не удавалось сосредоточиться. Попытался подняться, но не смог, не слушались ноги. А человек в этот момент сел напротив, и схватив меня за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза.

Единственное что удалось — мигнуть. Давление же только усиливалось, и когда мне показалось что всё, ещё мгновение и моя голова просто взорвётся, человек вдруг обмяк и безвольным мешком свалился со стула. Мысли все ещё путались, но я хорошо запомнил что перед тем как это произошло, зрачки его так резко расширились, будто бы он чего-то испугался.

Я же медленно приходил в себя.

Ощущение необычное, словно только что проснулся после долгого сна. Вроде и выспался, а вроде и спать хочется.

Но продолжалось это недолго, и вскоре мне удалось встать на ноги и даже не шататься. Главное чтобы никто сюда не зашёл, иначе будет совсем нехорошо.

Первым делом узнать кто этот человек, и желательно сделать это пока он не очнулся. Закричит, тогда всё, хана. Сил чтобы уйти через астрал пока нет, и сколько нужно времени чтобы они появились, непонятно. На самом деле я никогда не считал себя сверходарённым, а вся моя «продвинутость» получилась благодаря подселившемуся демону. Но здесь, оказавшись в другом теле, ощущал уже куда больший потенциал. Вот только время, его всегда не хватало. Сам по себе дар статичен, если ничего не делать, ничего и не будет. Это как тренировки по накачке мышечной массы, размен времени на результат. Потратил время, получил результат. Не потратил, не получил. Всё просто.

В общем, если он вдруг очухается, ничего сверхъестественного я показать не смогу, и лучшим способом продлить ему беспамятство, будет удар поленом. Правда полена тут нет, зато есть массивный бюст какого-то карлика.

А, нет, не карлика — прикинув статуэтку в руке, развернул её в профиль — чугунный император, дедушка ныне царствующего.

Наклонился над бесчувственным телом своего недавнего визави, проверил карманы пиджака, добыв оттуда визитницу и терминал. Терминал отложил в сторону, при нажатии предлагалось ввести пароль, а визитницу сунул в карман, авось потом удастся что-нибудь выяснить.

Дальнейший обыск ничего не дал, более того, за дверью раздались голоса. Поэтому испугавшись, я заторопился, и аккуратно погрузился в астрал. Сил особых за собой не чувствовал, но прежде чем меня выбросило обратно, всё же смог покинуть охраняемую территорию, оказавшись в каких-то кустах.

Самое интересное что похитители меня даже не обыскали. Видимо настолько были уверенны в себе, что отложили сей процесс на потом. Деньги, терминал, карточки — всё так и лежало в карманах.

Что ж, тем лучше. Определив с помощью терминала в какую сторону двигаться, достаточно быстро добрался до автобусной остановки, сел на первый попавшийся, и доехав до центра, вышел.

Здесь поплутал немного, на всякий случай, потом вызвал такси. Скрываться дальше смысла не было, всё равно запалился, поэтому поехал сразу в деревню.

Ехал без особой надежды, думал никого не застану, но оказалось что всё в порядке, и пересев на монстрмобиль, мы вернулись в город.

Вопроса, куда везти гостей, у меня не возникло. — Мой дом моя крепость, и если уж ситуация сложилась таким образом что нужно переходить к активной обороне, лучше чем частное строение в центре города, просто не найти.

Во-первых, жилище под защитой демона, во-вторых, в таком месте штурмом брать побоятся, ну и в третьих, есть ведь ещё и полиция. Они хоть и не всегда адекватные, но в данном случае какая-то польза от них тоже будет.

— Комнат много, выбирайте кому какая по душе… — на правах хозяина, радушно предложил я.

— А твоя где? — словно невзначай поинтересовалась Лера, косясь при этом на Клавдию.

— Напротив моей. — не смогла не поддеть та. Девушки с самого начала невзлюбили друг друга, но в моё отсутствие ещё как-то уживались.

— Понятно… — процедила в ответ Лера, и так посмотрела на меня, что хоть под землю проваливайся.

— Комнат много, и не обязательно рядом с моей выбирать, тем более я там не живу, в ней сейчас ремонт идёт полным ходом.

Ремонт действительно имел место быть, и я действительно перебазировался в одно из свободных помещений. Так что и не соврал ни капли.

— А мне без разницы где, но желательно рядом с кухней. — попытался разрядить обстановку Виктор. Ему, с его талантами, вообще приходилось туго. Вынужденный постоянно ловить чужие эмоции, он пытался отключать восприятие, но получалось пока плохо.

— Тогда можно прямо там, кухня у нас большая, даже диван есть. Согласен?

Виктор широко улыбнулся, но соглашаться на кухонное жильё не стал, предпочтя холодильнику с едой, уединение.

След…

В итоге Лера заняла соседнюю с Клавдией комнату, Виктор поселился в угловой, а я «переехал» на первый этаж.

Не то чтобы меня напрягало, но смотреть, как девушки постоянно ссорятся, не хотелось. Мне ведь что нужно? — Периодическая разрядка, а они тут целый сериал устроили. И если Клавдия до знакомства с Лерой вела себя почти идеально, то сейчас и она стала «показывать коготки». В основном по мелочи, но перспектива просматривалась вполне определённая. В общем, к ней я по ночам больше не ходил, и к себе не приглашал, каждую свободную минуту посвящая тренировкам.

Не зря говорится — в здоровом теле, здоровый дух. Поэтому отжимания и подтягивания чередовал с энергетическими упражнениями, дабы избежать перекосов в развитии. Мне, с моим опытом, в этом плане было куда проще, я хорошо знал где нужно приналечь, а где можно позволить себе расслабиться.

Вообще, энергетические возможности человека напрямую зависят от физического состояния его тела, но у тех кого природа наделила особой способностью к энергетике, — иначе «даром», эта система работает в обе стороны.

Не тренируешь мышцы — падает энергетический тонус. Забываешь об энергетике, хиреешь внешне.

У меня же сейчас явный перекос с сильным преобладанием энергетики над физикой. То есть, как бы я не пытался, выше потолка прыгнуть не получится. В своё оправдание могу сказать что для достижения идеальных пропорций, процесс «прокачки» должен быть растянут лет на пять, которых у меня, по понятным причинам, не было и нет.

— Аркадий Афанасьевич, так я пойду? — задумавшись, не заметил как в дверях появилась Ксения. Женщина ещё вчера предупредила что ей нужно будет уйти пораньше, и сейчас стояла с сумкой и в шляпе.

— Конечно, если что, звоните. — кивнул я.

По-хорошему, вообще бы всех «непричастных» убрать из дома, спокойнее будет. Но тогда придется объяснять людям причину, поползут слухи, а это вообще ни к чему.

Выходя из дома, горничная негромко хлопнула дверью в прихожей, но буквально через пару минут вернулась, с совершено растерянным выражением на лице.

— К вам пришли. — сообщила она, глядя куда-то в пол.

— Хорошо, пригласите.

Но оказалось что визитёры заходить то ли не хотят, то ли не могут, да и пришли они явно с нехорошими намерениями.

Запереться в доме, или выйти? Если следовать логике, первое было бы предпочтительнее. Но в то же время не хотелось прятать голову в песок. Да и кто будет наглеть среди бела дня?

Долго не думал, и решил всё же полюбопытствовать. Напротив ворот, прижавшись к обочине стоял автомобиль, и ещё один, точно такой же, подальше, перед поворотом.

Стоило мне выглянуть, из первой машины вышли двое мужчин в классических чёрных костюмах и лакированных чёрных ботинках. Не хватало только черных очков для полноты картины.

— Аркадий Афанасьевич? — остановившись напротив, вежливо уточнил один из них, лет сорока, с прямыми чертами лица и холодными глазами.

Я кивнул.

— Он самый.

— Аркадий Афанасьевич, мы знаем что интересующий нас человек находится в вашем доме, и готовы предложить вам хорошие деньги.

Я молчал.

— Просто назовите сумму. — подал голос второй визитёр. Чуть моложе первого, с таким же холодным взглядом, выглядел он так, будто только что кого-то убил.

— Что, совсем любую? — стараясь сохранять озабоченность на лице, словно раздумывая, уточнил я.

— В пределах разумного. — кивнул, пожимая плечами старший. Если делать выводы из его жестикуляции, то выходит что разговор про деньги, чистой воды их личный экспромт.

— Сто миллионов, это разумно? — огорошил я.

— Миллион. — «обрубил» младший.

— Нет господа, за миллион предавать доверившегося мне человека я не готов. Так что, извините…

— Вы просто не понимаете, насколько это большие деньги… — поджал губы старший.

— И какую совершаете ошибку, отказываясь от нашего предложения… — поддакнул младший.

— Вот такой я несговорчивый человек, получается. Ещё вопросы?

Люди в чёрном переглянулись, и не говоря ни слова, пошли к своей машине.

Я тоже стоять не стал, мало ли, может у них там снайпер притаился, или ещё чего. Каким бы ты ни был «суперменом», а от нескольких грамм свинца, суперменство вряд ли спасет. В общем, закрыл калитку, и торопливо убрался обратно.

Что делать? Как поступить?

Самое время ответить на эти вопросы. Сдаваться не вариант, но и сидеть, ожидая когда тебя поджарят, тоже глупо. Говорят что лучшая защита — нападение, вот только на кого нападать? — такие мысли блуждали в моей голове пока их не разогнала Клавдия.

— Есть что-то?

Просмотрев визитницу и не найдя там ни одной знакомой фамилии, я передал её девушке, дабы она попробовала добыть информацию через сеть.

— Вот всё что удалось найти. — протянула та стопочку отпечатанных на принтере листов, и сама же вкратце пересказала содержимое, подведя общий итог к одной очень известной фамилии.

— Куракины. — объявила Клавдия. — во всяком случае почти все присутствующие здесь фигуранты так или иначе пересекаются с представителями этой семьи.

Если фигурально разделить аристократическую элиту, получится три группы, в одну из которых и входили вышеназванные. Внешне лояльные императору, они терпеливо ждали своего часа. Сам я не вникал во все хитросплетения дворцовых отношений, но Клавдия считала что из всех приближённых, Куракины представляют самую большую опасность для императора. Не то чтобы они в открытую готовили заговор, или ещё что-то подобное, но если бы им подвернулся такой шанс, рассуждать бы не стали. Конечно, доверять информации из сети на сто процентов не стоит, но в эту версию хорошо укладывался проявленный интерес к эмпату Вите. Никому не известный, парень легко мог стать тем самым шансом. Джокером, если угодно.

А уже ночью к нам заявились гости.

Я не спал, и когда под дверями заорали сразу в несколько голосов, подскочил к окну. От крыльца в сторону калитки бежали трое. Точнее, кое-как ковыляли. Не знаю уж чем их встретил демон-привратник, но, похоже, это было нечто серьёзное.

Может полицию вызвать? Или сначала самому посмотреть?

Остановившись на втором варианте, выходить через центральный вход не стал, а вооружившись железной трубой, прокрался по подвалу и вышел с торца.

Постоял, послушал. Вроде никого. Стараясь не шуметь, пошёл вдоль стены, выглянул, и приглядевшись, смог заметить лежащего на ступенях человека.

Выходить на открытое пространство не рискнул, вернулся в дом, и растолкал мирно храпящего Виктора.

— На лестнице человек лежит, быстро открываем и затаскиваем. Понятно? — дождавшись когда тот проснётся, проинструктировал я.

Виктор кивнул, и не задавая лишних вопросов, поплёлся следом.

— Готов?

— Готов.

Трижды повернув барашек замка, нажал на ручку двери.

Человек никуда не делся, мы выскочили, подхватили его под руки, и затащили в дом. Стрелять в нас никто не стал.

Живой, дышит ровно, внешне никаких повреждений. Выглядит потаскано, уже немолодой, лет за пятьдесят, в спортивном трико и свитере. Лицо худое, нос сдвинут на бок, над бровью короткий шрам. Небрит.

— Может его водой облить? — предложил Виктор, и не услышав возражений, притащил с кухни небольшое ведёрко.

— Погоди, не всё сразу лей, понемногу… — предупредил его я, но в этот момент человек пошевелился и открыл глаза.

— Во, и водичка не понадобилась. — усмехнулся Виктор, отставляя ведро в сторону.

— Где я? — с трудом сфокусировавшись, поинтересовался «гость», и охнув, схватился за голову. Выглядел он действительно не очень, поэтому вряд ли симулировал.

Ответив что он там, куда хотел попасть, я спросил как его зовут.

Но, видимо, окончательно очухавшись, тот решил молчать. Смотрел только злобно, с прищуром, и демонстративно плевал на пол.

— Хорошо, не хочешь представляться, расскажи зачем ты сюда шёл?

Гость молчал.

— Может тебе руку сломать? — пригрозил я.

— Не надо руку. Его зовут Ширшов Сергей, по кличке «Глобус», а сюда пришёл по наводке, с тремя подельниками. «Угрём», в миру Олегом Лапко, «Сальным» — Глебом Опушкой, и «Жердяем» — Петром Васькиным. Так ведь?

Глядя как округляются маленькие глазки лежащего, я сознавал что всё сказанное Виктором чистая правда, и у нас, если повезёт, есть шанс докопаться до самого верха «пищевой цепочки».

— Кто тебя нанял? Кто заказчик? — дожимая, рявкнул я.

— Мужики…Вы чего? — хрипло выдавил гость, и пытаясь привстать, перевернулся на бок.

— Имени он не знает, но знает где найти и как тот выглядит. — снова порадовал Виктор.

Уже позже, когда надежно упаковав пленника, мы выбрались из дома, я поинтересовался, может ли он читать мои мысли, на что получил отрицательный ответ.

— Тогда, там, в деревне, кое-что смог увидеть, потом ещё пару раз было, но в последнее время совсем глухо. Словно стена выросла.

И не скажу что я был огорчён. Постоянно думать о том что кто-то копается у тебя в голове, не самое приятное занятие. А так, вполне нормально.

Пару кварталов прошли пешком, потом вызвали такси. Нужный адрес был на другом конце города, и несмотря на ранний час, на дорогу потратили прилично времени.

— Это здесь? — уточнил Виктор, когда машина остановилась напротив длинного многоквартирного дома.

— Да, Сорокина двадцать, как заказывали. — подтвердил таксист.

Расплатившись, вышли. Светало.

— Вот этот подъезд, третий этаж, первая дверь направо. — «сверившись» с похищенными воспоминаниями, сориентировал Виктор.

Молча поднялись, нашли нужную квартиру, осмотрелись, я «нырнул» в астрал, и открыл дверь, впуская напарника.

Хозяин же мирно спал. Пройдясь по комнатам и убедившись что кроме него в помещении никого нет, мы конфисковали найденный прямо на столике у кровати пистолет, после чего приступили к побудке.

— Вы кто? Как вы сюда попали? — хлопая спросонок глазами, вытаращился он.

— Неважно. Лучше скажи кто тебе заплатил чтобы ты устроил налёт на дом в солнечном переулке? — не давая очухаться, прошипел я, и для солидности ткнул пистолетом.

— Налёт? Вы о чём, вообще, парни? Вы кто такие?

— Глобус тебя сдал, так что не надо тут. Говори, или я тебе сейчас колено прострелю!

— Какой, нахрен, Глобус? Какое колено? Вы о чем? — продолжал упорствовать тот, но по лицу Виктора я видел что работа идёт, и движемся мы в правильном направлении.

— Ты нанял четверых отморозков чтобы они ломанули дом в солнечном переулке. Так?

Правильно заданные вопросы должны были всколыхнуть нужные воспоминания, делая их доступными для «прочтения».

— Да вы че? Какой дом? Какой переулок? Я тут вообще не при делах!

Передёрнув затвор, я опустил пистолет ниже, и пригрозил отстрелить самое «дорогое».

Тот явно испугался, но раскалываться всё равно не спешил, заныл только как баба, твёрдя что никаких Глобусов не знает, и вообще не понимает какие к нему претензии.

— Думаешь не врёт? — подмигнув, Виктор подошёл к окну, сдвинул штору, и выглянул на улицу.

— Не знаю. Хочешь его в окно выкинуть?

— Третий этаж, внизу кусты. Пристрелить надёжнее.

В итоге ни выбрасывать, ни пристреливать, никого не стали. Приковали его же наручниками к батарее, и ушли. Координаты нанимателя Виктор считал из головы несчастного, сообщив что тот больше смерти боится этого человека. Причем ни имени, ни принятой в этих кругах клички, тот не знал, мысленно называя его хозяином.

— Тут не далеко, я знаю этот район, пешком минут пятнадцать. — Сказал Виктор когда мы оказались на улице.

Я посмотрел на часы. Шесть двадцать.

— Вряд ли он рано встаёт, можем успеем так же тепленьким навестить…

Шли на самом деле недолго, и вскоре уже стояли напротив ещё одной такой же многоэтажки.

— Шестой этаж, дверь прямо.

Лифт не работал, поэтому поднимались по лестнице.

— Странно только что этот тип встречи назначал у себя дома… — засомневался я.

— Нет, встречались они на соседней улице, там где парк с фонтаном, а адрес он случайно узнал, то ли сам проследил, то ли подсказал кто.

Ну что ж, вполне разумное объяснение. Назначал встречи неподалеку, так чтобы в шаговой доступности. В то что это сам бенефициар, я не верил, тот явно не живет в многоэтажке, да и вообще вряд ли из этого города.

А квартира выглядела шикарно. Двухуровневая, на десяток комнат, с отдельным лифтом и полностью изолированной лестничной площадкой.

Ни снизу, ни сверху зайти не получилось, поэтому прошли сбоку, через соседний подъезд, так же через астрал. Причем Виктора пришлось тащить в буквальном смысле на себе, иначе не получалось.

Комната в которую попали, оказалась детской. В кровати у стены спал ребёнок, что было для нас полной неожиданностью.

Осторожно, стараясь даже не дышать, вышли в коридор, откуда Виктор указал правильное направление. Спальня, где ночевал наш фигурант, располагалась на нижнем уровне, и сейчас тот уже не спал, только что шумно протопав в ванную.

Так же аккуратно подобравшись к двери, встретили его на выходе. Невысокий, заросший шерстью крепыш кавказских кровей, казалось, даже не удивился. Замер только на мгновение, и не обратив совершенно никакого внимания на пистолет, неожиданно предложил,

— Кофе будете?

Отказываться я не стал, и пропустив крепыша вперед, «под конвоем» проводил его на кухню.

Виктор встал у окна, я же остался в дверях. Хозяин достал приличных размеров турку, «поколдовал» немного, и поставив её на плиту, сам уселся за стол.

— Чем обязан столь раннему визиту? — совершенно спокойно поинтересовался он.

— А вы не догадываетесь?

— Абсолютно.

— Сегодня ночью некие граждане предприняли попытку влезть в мой дом, и вот, следы привели к вам.

— Оперативно. — усмехнулся мужчина.

— Надо объяснять чего мы хотим?

— Нет, достаточно. Вы желаете знать кому это потребовалось?

— Точно.

— Увы, помочь вам ничем не смогу. Я всего лишь посредник, заказы получаю через сеть, а деньги за их выполнение приходят с обезличенных счетов, так что, даже если вы меня выпотрошите, большего всё равно не узнаете.

Переглянувшись с Виктором, я подумал что если этот самоуверенный тип говорит правду, получается на этом наше расследование зашло в тупик.

— Вам с сахаром? — спросил тот, когда сварившийся кофе едва не залил плиту.

— Одну ложку.

— А вашему товарищу?

— Без. — отозвался Виктор.

Пока хозяин разливал кофе по чашкам и раскладывал сахар, он молчал. И только усевшись за стол и отхлебнув аккуратно, продолжил,

— Имени нанимателя не знаю, но могу сказать что человек это крайне серьёзный, вы просто даже представить себе не можете, насколько.

— Как можно не знать имени, и так уверенно утверждать?

— Есть основания.

Следуя инструкциям, я подводил разговор к нужной теме, дабы всколыхнуть воспоминания «клиента», заставляя того думать в «правильном» направлении. Остальное же оставалось за Виктором. Будь он опытным «чтецом», возможно уже бы выведал необходимое, но умение его работало хаотично, поэтому приходилось терпеливо ждать. Мы поговорили о политике, переключились на криминальную ситуацию в городе, обсудили отношения с Китаем и Японией, и когда я уже отчаялся, Виктор подал условный сигнал.

— Кхе-кхе… — закашлялся он, — не в то горло попало… Прошу прощения.

Я же, не выпуская из рук пистолет, поднялся, и глядя на побледневшего хозяина квартиры, поблагодарил того за гостеприимство.

— Да не за что… Всегда рад…Заходите…

Ушли так же как и пришли, через астрал из детской комнаты. Ребёнка в постели уже не было, поэтому особо не осторожничали.

Вышли неподалеку, и ещё долго заметали следы, делая это скорее по привычке. Ну а что, лиц мы не прятали, наверняка где-то попали на камеры, так что в скрытности нужды больше не было.

Карамзин?

— Фамилия Карамзин тебе о чём-нибудь говорит?

История явно не была любимым предметом Виктора, иначе не задал бы он такого вопроса.

— Говорит. Ещё как говорит… Рассказывай, не стесняйся.

И Виктор рассказал.

Оказалось что Лом, он же Юрий Ломов, — так звали «гостеприимного» хозяина, не первый раз брал заказы у неизвестного лица, и будучи человеком любопытным, нашёл откуда переводятся деньги. Это только в сказках существуют обезличенные счета, на самом деле узнать конкретных фигурантов не так сложно, было бы желание. Ну а дальше дело техники. Не за один день, какое-то время пришлось помучиться, но отправленные по следу люди размотали сей запутанный клубок, и докопались до заказчика.

— Олег Карамзин, имя таинственного нанимателя. Разузнав в нужных кругах про этого человека, Лом понял куда залез, но отступать уже было поздно. Вляпался он по уши, и выйти из игры мог теперь только на тот свет. Законы «тёмной» стороны таковы, что даже слегка «замазавшись», отмыться уже не удастся, обратной дороги нет.

— И даже не попытался соскочить?

— Скорее не мог. Да и привык уже, деньги-то за такие дела платят немалые. Сам же видишь, дом — полная чаша, живет в своё удовольствие, а за него, за удовольствие, всегда надо чем-то платить.

— Оно может и так… — возразил я, но продолжить мысль не дал неожиданно завибрировавший в кармане терминал. Неожиданно потому, что уходя на «задание», поставил совершенно чистую карту, номера которой не знал вообще никто. Даже я сам.

Но теперь уж делать нечего, пришлось ответить.

— Аркаша? — знакомый голос заставил недоумевать ещё больше.

— Он самый. Как ты меня нашла?

Находясь в больнице, сестра не имела доступа к терминалу, не говоря уже о том что никак не могла знать этого номера.

— Это неважно, ты можешь приехать?

— Прямо сейчас?

— Да, чем быстрей, тем лучше.

Я хотел было спросить — лучше для кого, но сдержался, и пообещав что буду, отключился.

— Что-то случилось? — напрягся Виктор.

— Пока не знаю, но, вероятно, да. — ответил я, пересказав суть проблемы.

— Я с тобой. — безапелляционно заявил Виктор, всем своим видом давая понять что возражения не принимаются.

Размышляли недолго. Прятаться дальше — тем более если на «секретный» номер вдруг звонит сестра, не вариант, поэтому остаётся одно, держаться вместе.

Вызвав такси, уже в машине я набрал Клавдии, и попросил найти всё что можно по новому фигуранту, возможно имеющему отношение к моему «мифическому» деду.

Сработала девушка быстро, такси только и успело до центра доехать. Терминал тренькнул, и развернув полученный файл, вчитался в содержимое. Имя, год рождения, образование. И больше ничего, — ни места службы, ни семейного положения, вообще ничего. Такое ощущение что закончив академию — а учился он в Московской бронетанковой, этот человек попросту умер.

— Фотографии не нашлось случайно? — снова набрал я Клавдию.

— Нет, пока не нашла. Если получится, сразу отправлю.

Доехали быстро, и вскоре уже заходили в больницу через центральный вход.

Зашли, осмотрелись, и сразу наткнулись на уже знакомых людей в черном.

— Вас ожидают. — коротко бросил старший, указывая направление. Младший же двинулся замыкающим.

Второй этаж, кабинет с табличкой главврач Моргулис В. И.

Старший открыл дверь, но заходить не стал, и пропустив меня, задержал Виктора.

— Не переживайте, Аркадий, никто вашего товарища не обидит, проходите… — привстал сидящий за столом кабинета, средних лет мужчина.

Я вошёл.

— Присаживайтесь, в ногах правды нет, разговор будет долгим. Курите?

С этими словами он достал из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет, и доброжелательно улыбнувшись, протянул мне.

— Нет, спасибо.

— Ну как знаете. А я закурю…

Чиркнув старомодной бензиновой зажигалкой, он прикурил, и с наслаждением затянулся.

— Давно хочу бросить, да всё не выходит как-то… Завидую вам, правильно, лучше не начинайте…

Я кивнул, мол хорошо, не начну.

— Сестра ваша на поправку идёт, только что с главврачом говорил. Всё самое лучшее ей предоставляют, под личным контролем уважаемого Владимира Иннокентиевича…Вот так.

— А вы, простите, кто? — у меня не было повода разделять благодушие этого человека, более того, в его присутствии я ощущал себя весьма неуютно.

— Да, извините пожалуйста. Просто так давно наблюдаю за вами, что подсознательно решил что мы знакомы. Меня зовут Олег.

Приподнявшись, он протянул мне руку.

— Вот и познакомились.

Первое впечатление обычно бывает самое правильное, но я пока не спешил делать выводы. Олег Карамзин и этот Олег не обязательно одно лицо, возможны другие варианты, ну а вообще, если не придираться к деталям: вроде часов за полмиллиона, — обычный мужик. Одет не броско, гладко выбрит, причёска под машинку, взгляд спокойный, добрый даже. Голос негромкий, но внушительный, смотрит весело, с прищуром, улыбается постоянно. Такое чувство даже возникло, будто я на собеседование пришёл, к работодателю который во мне очень нуждается.

А дальше диалог съехал совсем не туда. — Погода, природа, выступления артистов, подорожание морских деликатесов — о чём мы только не говорили. Точнее, говорил в основном он, я же просто кивал, соглашаясь, или мотал головой в знак несогласия.

— Есть такое выражение — нашла коса на камень. Знакомо? — резко прервавшись, неожиданно «переключился» Олег.

— Разумеется. — кивнул я.

— Прямо наш случай. Вот скажи, чего тебе спокойно не сидится? Куда ты всё время лезешь⁈ — за секунду превратившись из только что общительного добряка в нечто злобное, почти закричал он. Я же замер, не зная как реагировать на такую перемену. То ли стулом по голове «ошарашить», то ли в астрал сбежать.

— Нет, понятно, генетика и всё такое, но ты объясни, зачем? Что тобой движет? Зачем ты везде лезешь?

Я молчал, вопрос был риторическим и ответа не требовал.

— И ладно бы толк какой-то был, так ведь нет его! Для чего тебе этот пацан? Ты даже не представляешь что он такое! Ты вообще понимаешь в какую задницу сам себя засунул? И ладно бы только себя, так ты ж ещё и нас подставил! Вот правильно говорят, — не родятся от осинки апельсинки!

— Нас, простите, это кого? — я с трудом смог вмешаться в пролившийся на меня нескончаемый словесный поток.

— Неважно! Ты лучше о себе подумай! Если б не старик со своей сентиментальностью, тебя бы давно закопали, да что там закопали, ты не родился бы даже! Запомни это!

Я кивнул, соглашаясь. А что мне ещё оставалось? Спорить? Так не знаю о чём.

Тем временем назвавшийся Олегом человек продолжал уже более спокойным тоном, не так доброжелательно как в начале, но уже и без явного желания убить.

— Ладно, сделанного не воротишь, скажи лучше, что дальше собираешься делать?

Мне ничего не оставалось кроме как пожать плечами.

— Не знаешь?.. То-то и оно. Как делов натворить, так первый, а как отвечать — в кусты. Но да ладно, кто старое помянет, тому глаз вон. На какое-то время мне удастся сместить фокус, но вряд ли надолго. — Тут он замолчал, словно собираясь с мыслями, но потом только рукой махнул, — Хотя зачем я тебе это говорю, ты ж все равно ни черта не понимаешь… Ты же просто сопливый мальчишка… И чего он в тебе увидел?

— Кто, он?

— Неважно. — отмахнулся Олег, и закончив измерять кабинет шагами, сел напротив.

— Значит слушай меня внимательно, и запоминай. Во-первых, этой встречи не было, ты приезжал к сестре. Во-вторых, берешь сейчас своего юного друга, и увозишь куда-нибудь подальше, желательно туда, где он не будет так на виду. Это понятно?

Я кивнул.

— В-третьих, возвращаешься в школу, договариваешься с директором и доздаешь всё что должен. Не знаю что там случилось в академии, что за пожар со стрельбой, но полковник Невский жив, а значит живы все ваши договорённости. Идёшь к нему, подаёшь документы. Главная твоя задача — потеряться и не отсвечивать! Вот, держи.

Сунув руку во внутренний карман пиджака, Олег Владимирович достал оттуда небольшой компактный терминал и протянул его мне.

— Выхода в сеть нет, контакт только один. Вызовешь, когда совсем прижмёт.

— И ещё. Мне наплевать откуда ты взял деньги и кто тебя надоумил заняться финансовыми махинациями, но помни, если вдруг пролетишь, теперь это будут твои проблемы. Твои, и только твои. Ферштейн?

Я опять кивнул. События развивались как в том фильме, — «ничего не понятно, но очень интересно».

— Вот и славно. С этого момента по улицам можешь ходить спокойно, но осторожно. Усёк?

Высказав последнее пожелание, странный человек удалился. Не прощаясь, молча, просто взял и вышел из кабинета.

А минуту спустя, когда я тоже собрался ретироваться, в дверь зашел главврач, и ещё полчаса рассказывал мне про лечение сестры. Причём ни словом, ни полусловом не обмолвился о предыдущем посетителе.

Сутками ранее.

В большом, выдержанном в строгих тонах кабинете, напротив окна стоял старик, и задумчиво уставившись вдаль, едва слышно насвистывал какую-то мелодию.

Высокий, ещё достаточно крепкий, выглядел он для своих лет весьма неплохо, и если бы не седая голова, со спины сошел бы за молодого.

Позади него, у двери, рядом с огромным диваном, расположились двое мужчин. Один совсем молодой — практически юноша, максимум лет двадцати, второй существенно старше, — если судить по пробивающейся седине и сетке морщин на лбу, хорошо за сорок. Не броско, но дорого одетые, они очень походили друг на друга, словно отец с сыном, или просто близкие родственники. Стояли молча, явно ожидая когда старик обратит на них своё внимание.

Наконец тот перестал свистеть и обернулся.

— Ну, рассказывайте…

Несмотря на почтенный возраст, голос его был весьма бодр.

— Мальчишка перешел все границы! С ним решать что-то нужно! И кардинально решать!

Тут же «взвился» молодой, ему явно хотелось высказаться первым. Готовясь продолжить, он даже воздуха в лёгкие побольше набрал.

Но старик только отмахнулся, полностью проигнорировав его выпад.

— А ты что скажешь? — посмотрел он на того что постарше.

— Да что тут говорить, я согласен, его надо было с самого начала устранять, больно прыткий, даже не знаю как у него так получается…

Старший говорил не так воодушевленно как молодой, но суть претензий была та же.

— Об этом даже не заикайтесь! — рявкнул, изменившись в лице старик. — Вы, кажется, забыли урок? Повторить? Давайте повторим, мне не трудно!

Посетители переглянулись, и молча опустили «глаза».

— Ваши делишки яйца выеденного не стоят по сравнению с теми дивидендами которые можно получить! И он, этот, как ты выразился — мальчишка, ключевое звено! Вы меня слышите? Клю-че-во-е!

— Но эмпат… — несмело возразил старший.

— Да плевать я хотел на твоего эмпата, не так уж он нам и нужен, если разобраться! Вы мне лучше вот что скажите, как так могло произойти, что не мы первыми о нём узнали? Что это? Диверсия?

— Да откуда ж…

— Молчать! Это ты у матери своей спроси, откуда она тебя, дибила такого, достала! А проспать появление эмпата в своей же собственной школе? Это как вообще? Ты чем занят был? Я тебя спрашиваю!

Если до того старик еще как-то сдерживался, то сейчас его было не узнать. Покраснев лицом, он так сильно пучил глаза, что казалось ещё немного, и они просто вылезут из орбит.

— Но… — старший только попытался что-то возразить, как старик резко шагнул вперед, и неожиданно замахнулся невесть откуда появившейся плеткой — такой обычно стегают лошадей на скачках. Замахнулся, но бить не стал.

— Молчать! — едва не срывая голос, заорал он. — Отрывать рот будешь когда я тебе это позволю!

Но тот уже и не думал возражать. Смотрел только перед собой, и обалдело хлопал глазами.

— Ещё раз повторяю для умственно отсталых! Парень этот, ценнее чем ваш эмпат, вы оба и всё ваше дрянное потомство до седьмого колена! Это понятно⁈

Посетители молчали, не в силах поднять «глаза».

— Уроды… — буркнул старик, отступил назад, и опустив плётку, бросил устало,

— Пшли вон…

Через двадцать минут возле стоянки машин.

— Я вообще не понимаю зачем ему этот сопляк? Что в нём такого особенного? — младший, которого старик даже не выслушал, был очень недоволен.

— Не нам судить. Если дед сказал что так надо, значит так надо. — поджав губы, скривил лицо старший. — Ну и насчёт сопляка ты зря. Парень не так прост, как кажется. Ты много видел людей его возраста, которые смогли бы сделать то, что делает он? Да что там возраста, я вообще не знаею кого-то, хоть сколько-нибудь похожего! Ему всего восемнадцать, а мало того что он непонятно как отхватил целую прорву денег, так ещё и обвёл вокруг пальца кучу таких же умников как мы с тобой. А школа? Ты читал отчеты?

— Читал. Но я не об этом. Я про деда тебе говорю. Слишком много внимания он ему уделяет. А то что сейчас было, вообще ни в какие ворота. Я уж решил что он нас отстегает своей плеткой. Где он её вообще взял?

— Не знаю. Да и неважно это. Не отстегал же…

Теперь скривился молодой.

— Всё равно его поведение переходит всякие границы. Мало того что он орёт постоянно, так теперь ещё и бить будет? Или ты так не считаешь? — натерпевшись страха, молодой пытался хоть как-то реабилитироваться.

Но старший не поддавался.

— Не считаю. Как бы ты к нему не относился, но он прав, мы облажались.

— И что дальше? Будем терпеть? Сколько так может продолжаться? Ты как знаешь, а я уже не могу!

— Ну и что ты сделаешь? Надуешься как в детстве? Поплачешь? Или к папочке побежишь? — в голосе старшего слышалась неприкрытая насмешка, что ещё больше разозлило его собеседника.

— Да хоть бы и к папочке! Всяко лучше чем так! Он же нас вообще ни во что не ставит! — прошипел он, и демонстративно отвернувшись, зашагал в другую сторону.

— Ну-ну… Скатертью дорога… — глядя ему в след, негромко процедил старший.

* * *

Из больницы я уходил в смешанных чувствах. С одной стороны был рад хоть какой-то информации, с другой ещё больше запутался. Привыкнув к жизни простой: тут наши, там не наши, терялся в постоянно возникающих противоречиях. Здесь, в этом довоенном мире не было откровенно плохого и хорошего, и главным мерилом любого действия являлась его целесообразность.

Целесообразно украсть? — Воруй! Есть смысл в убийстве? — Убивай! Главное чтобы дебет с кредитом сошёлся, остальное — мелочи.

А уж гадость какую сотворить, это как здрасьте, всегда пожалуйста. В той же школе, такое ощущение что делая пакости, детишки тренируются перед выходом во взрослую жизнь. Любого взять, того же Тополя, — урод, каких поискать. Но его хоть понять можно, — есть у него возможность затащить понравившуюся девку в кровать, вот он её и использует. Да, неправильно, не хорошо, но хотя бы логично. Даже присказку про способы в любви и на войне притянуть можно. Но остальные? По «доброте» душевной? Или из любви к искусству?

Будь моя воля, послал бы к чертям собачьим весь этот геморрой, да занялся бы по настоящему нужным делом. Те же ангары для техники в порядок привести, бомбоубежища подготовить, машины закупить, людей под них обучить.

Вот только вместо этого как крыса по углам прячусь, да гадостей жду постоянно. Уже и не знаю откуда следующая прилетит. Мрак, одним словом.

— Куда теперь? — нахмурившись, спросил Виктор. Мысли читать мои он не мог, но настроение улавливал, а оно, само собой, было «очень не очень».

— Велено тебя спрятать.

— Куда?

— Пока дома посидишь, а там видно будет. Есть у меня одна мыслишка…

В общем, вызвали мы такси, и уже не скрываясь и не шифруясь, вернулись в «родные пенаты».

Новость

А возле дома нас ждал сюрприз в виде двух украшенных значками министерства обороны микроавтобусов, и застывшего со скучающим выражением на лице, того самого майора что нагрубил Марии.

— Вам придётся проехать с нами. — едва мы вышли из такси, недовольно процедил он, очень некрасиво при этом выпячивая нижнюю губу.

— С какой стати?

Понимая что рано или поздно вояки придут за мной, я не собирался отказываться, и возражал скорее из-за личной неприязни к этому человеку. Будь вместо него кто-то другой, и спорить бы нее стал, а тут захотелось повыкобениваться.

— Это не займет много времени. — надменно ответил майор и добавил, — простая формальность.

С «простой формальностью» он, конечно, «погорячился», но если смотреть правде в глаза, я вообще не должен был покинуть полигон после произошедшего, и то что мне удалось это сделать, иначе чем везением, не объяснить. Ну а теперь всё, пора сдаваться.

И я сдался. Проследил чтобы Виктор зашёл в дом, мысленно отдал указания демону-привратнику, и чинно-благородно проследовал до автомобиля.

Ехали долго. Стекла в микроавтобусе затонированны наглухо, поэтому определить направление не мог. Но не переживал, интуиция молчала. Она вообще успокоилась после разговора в больнице, а ещё появилось такое ощущение, будто я нажаловался маме, она вмешалась, и теперь у меня всё будет хорошо. Глупо конечно, но ассоциация в самый раз. Тем более что вырос я в неполной семье, отца убили когда мне было всего два года, и мама была для меня за обоих родителей. Строгая, но добрая, она действительно вытаскивала меня из всяких неприятностей, в которые я, будучи ребенком шкодливым и непоседливым, постоянно встревал.

Наконец машина остановилась, снаружи послышались голоса, дверь открылась и меня попросили выйти.

Пансионат, или что-то подобное — первое что пришло в голову когда удалось осмотреться. Центральный корпус из красного кирпича с узкими «амбразурами» окон, вокруг несколько строений «пожиже», и всё это безобразие или великолепие — кому как, обнесено сложенным из бетонных плит высоким забором.

Но колючей проволоки нет, значит всё-таки не тюрьма.

Майор куда-то пропал, а меня под конвоем из аж троих военных проводили ко входу в центральное здание.

Несколько ступеней, тяжелая дверь, за ней турникет и скучающий в стороне охранник в форме какого-то чопа.

Пока шли, хотел заговорить с сопровождающими, но уж больно лица их были неприветливыми. Поэтому сдержался, мало ли, какие им указания дадены.

Внутреннее убранство не впечатлило. Хмуро, серо, буднично. Утыканные дверями длинные коридоры, противно жужжащие лампы под потолком, выкрашенные в синий стены и горшки с цветами на подоконниках.

Возле одной из дверей «ведущий» конвоир тормознул, коротко постучал, и не дожидаясь ответа, запустил меня внутрь.

Стол, несколько стульев, да сейф в углу, — вот и всё убранство.

Через минуту дверь опять открылась и на пороге возникли двое доселе незнакомых людей в военной форме без знаков различия.

Один прошёл мимо меня, сел за стол, бросил перед собой папку, и небрежно махнув рукой, предложил сделать то же самое. Второй остался за спиной.

— Филатов Аркадий Афанасьевич? — заглянув в старомодно оформленную папку, спросил он.

— Так точно. — по-уставному ответил я.

— День, месяц, год рождения? — дознаватель смотрел так, что я понимал — передо мной профи. В форме бронетанковых войск без знаков различия, он мог быть в каком угодно звании, но мне почему-то казалось что это доктор. Психиатр, психолог, всё что угодно, но явно медицинский специалист.

— У вас всё написано, посмотрите.

С памятью у меня полный порядок, но тут, к своему ужасу, забыл в каком месяце родился донор. Число помню, год тоже, а вот июль или июнь — запамятовал.

Но «доктор» никак не отреагировал на мой «взбрык». Перевернул листок в папке, посмотрел внимательно, положил обратно и отодвинул сей манускрипт от себя.

— Что вы делали на территории полигона? — неожиданно из-за спины выступил второй военный. Небольшого роста, начинающий лысеть и толстеть одновременно, по сравнению с доктором выглядел он не очень сурово, но похоже в их паре был главным.

— Ничего особенного…

С этой стороны скрывать мне было нечего, и я поминутно рассказал обо всём что происходило в тот день, умолчав лишь о своём непосредственном участии.

Меня молча выслушали, потом «доктор» поднялся, открыл сейф и выложил на стол потерянный мною терминал.

— Ваш? — спросил он.

— Мой. Я его потерял тогда. — не стал отрицать очевидного.

— Где именно, и при каких обстоятельствах?

— Не знаю. Обнаружил пропажу уже в больнице, поэтому не скажу, извините…

— Хорошо. — доктор снова сел за стол, и переглянувшись с напарником, чуть ли не по слогам выдал,

— Тогда как вы объясните тот факт, что ваш терминал был найден в кабине шагохода?

И тут я вообще ушёл в глухую несознанку. — «Не знаю, не видел, не скажу». Ведь как такое можно объяснить? Скажешь А, заставят сказать Б, и далее по алфавиту.

— То есть, вы утверждаете что не знаете как устройство туда попало?

— Утверждаю.

— И никаких идей?

— Нет. Говорю же, испугался, спрятался где-то, потом встретил полковника, с ним дошёл до ангара с техникой, помог попасть в кабину, а сам полез на крышу. Оттуда заметил разбитую машину и человека рядом. Спустился, подошёл, человек был мертв, но я заметил что от машины к зданию тянется след волочения. Пошёл по нему и обнаружил начальника академии в очень плохом состоянии. Помог чем смог, дождался санитаров. Всё.

Пока я говорил, доктор так буравил меня взглядом, словно дырку прожечь пытался. Но что-то было такое в его глазах, не знаю, могу ошибаюсь, только показалось мне, что он поверил. Да, не всё в моём рассказе выглядит гладко, но правда обычно и есть такая, корявая и неудобная.

Ведь если терминал действительно нашли в кабине «Пересвета», тогда выходит что я там был, и более того, именно я и сдвинул нерабочую машину с места. Больше не кому.

Вот только такой расклад будет уже совсем из области фантастики, поэтому проще думать что терминал там оказался «самостоятельно», чем предполагать что сопливый мальчишка починил реактор, навалял пришельцам, сломал реактор обратно, и поставил машину на место.

Даже если допустить что реактор починился сам, а потом так же чудесно вернулся к исходному состоянию, то предполагать на полном серьёзе что школьник, пусть и одарённый, сможет управлять одним из самых сложных существующих шагоходов — это такой бред, что опять же проще придумать способ каким терминал этого школьника оказался в кабине по каким-то иным причинам. — Не знаю, крылья выросли, или к ботинку чьему-нибудь прилип. Вариантов можно назвать кучу, и все они будут выглядеть правдоподобней версии с юным пилотом.

Ну и потом, насколько я понимаю, в руках у военных остался как минимум один шагоход пришельцев в «живом» состоянии. Так неужели им заняться больше не чем?

— Что ж… Поверим тебе на слово. — наконец отведя взгляд, дознаватель достал из ящика стола большеэкранный терминал, и потыкав по кнопкам, добавил,

— Вот ещё что… Тут пообщаться с тобой хотят… На, поговори…

Экран мигнул, и передо мной появилось бледное лицо полковника Невского.

— Здравствуйте, Аркадий Афанасьевич… — негромко поздоровался он.

— Рад видеть вас в здравии. — отозвался я.

— Кхе кхе… — закашлялся Невский. — до здравия мне, как Китая… Но я тоже рад тебя видеть…

— Взаимно.

— Во-первых, — спасибо, мне сказали что ты меня вытащил, ничего что я тыкаю?

— Нет, нормально. Вытащили вас санитары, я показал только…

— Это одно и тоже. Не показал бы, я б там и сдох… А так, глядишь, поживу ещё… Я вообще что хотел сказать, мне тут донесли что проблемы у тебя в школе, вроде как конфликт какой-то, чуть не пол класса из-за этого экзамены не сдали. Это правда?

Жаловаться я не привык, тем более малознакомым людям, только здесь был другой случай, поэтому ответил обтекаемо.

— Что-то около того, но решаемо, разберусь как-нибудь.

Невский усмехнулся.

— Не надо как-нибудь, надо нормально разобраться. С директором вашим я связался, потолковал с ним, мужик он не плохой, обещал сделать красиво. А начальник мой, генерал Петровский, — слыхал наверное?

Я неопределенно мотнул головой.

— Ну неважно. Главное что он дал добро несмотря на результаты экзаменов зачислить тебя и всех желающих из твоего класса в академию. Как ты на это смотришь?

Смотрел я более чем хорошо, хоть и не верил что это личная инициатива незнакомого мне генерала. Чтобы принять такое решение, да ещё и с такой скоростью, надо иметь вескую аргументацию. И если я хоть что-то понимаю в этой жизни, аргументы ему привели с самого верха.

— Ну вот и славно. За друзей не беспокойся, им уже сообщили, так что занимайся своими делами. У тебя три, точнее нет, уже только два дня. Успеешь?

— Два дня до чего?

— Ах да. Прости, забыл сказать что учиться вы будете не здесь, а в Москве. В Московской бронетанковой. Сам понимаешь, после последних событий в нашей академии мало того что половину корпусов ремонтировать нужно, так еще комиссия до конца года мозги компостировать будет. А может и дольше. Ну и с безопасностью тоже вопрос не ясен.

— В Москве? — это было вот прямо совсем неожиданно.

— А ты не рад?

Переезд в мои планы никак не входил, ведь я хорошо знал что с началом войны и столица, и её окрестности просто перестанут существовать. Это здесь, на отшибе можно что-то сообразить, а там совсем без вариантов.

— Пока не знаю. Я вообще-то не планировал никуда уезжать.

— Планировал не планировал, а ехать нужно. Во-первых, не на крайний север тебя зову, во-вторых, люди мы военные, а у военных, сам знаешь, приказы не обсуждаются.

Хотел сказать что военный среди нас только один, но постеснялся. Да и недолго мне по гражданке ходить, с юридической точки зрения, курсанты — те же солдаты, отличие только в том что картошку сами не чистят.

Но вообще это было некстати.

— Других вариантов нет, во всяком случае если ты на самом деле хочешь стать пилотом…

— Но почему такая спешка? Учебный год ведь осенью начиняется?

Невский усмехнулся.

— Это у гражданских осенью, а у нас извини, когда прикажут, тогда и осень.

— Понятно… — расстроено пробормотал я, буквально физически ощущая как рушатся все мои планы.

Отказаться? — Не вариант. Без академии вообще никак. Наверное опять сработала преследующая меня присказка про лёгкие пути, которые не ищут. Только я-то всегда как раз их и искал. Трудности закаляют, тут не поспоришь, но иногда хочется и на дармовщинку прокатиться.

— И да, у меня к тебе ещё пара личных вопросов, но не сейчас, вот встану с больничной койки, поговорим. Лады?

Я опять кивнул. Ну а что мне ещё оставалось? Сказать — нет, не хочу? В общем, добрый полковник отключился, и передо мной вновь появился злой доктор-дознаватель.

— Давно знакомы с полковником Невским? — соблюдая полнейшую тишину во время разговора, хмуро спросил он.

— Не особо.

— Хотелось бы конкретики. Не в бирюльки играем, к вашему сведению…Итак?

Судя по заметному изменению в его поведении, полковника тот недолюбливал. Не знаю, может личное что-то, или по службе какие-то проблемы были, но после разговора взялся он за меня с новой силой.

Те же вопросы, — ответы на которые я уже дал, дознаватель мешал с новыми, подчас совсем не относящимися к делу. Например когда он спросил про первую пойманную мной рыбу, я решил что ослышался. Но нет, его действительно интересовали подробности. Когда это было, где, кто находился рядом — всё что я говорил, он тщательно записывал себе в блокнот.

С какой-то стороны это правильно, если вычисляешь вражеского шпиона, важна любая мелочь, но в моём случае — даже учитывая что я, не совсем я, подобная практика выглядела излишней.

Выслушав про рыбу, это занудный тип стал расспрашивать какие мне делали прививки, что и когда я ломал, и как быстро у меня сменились зубы.

Поначалу я пытался что-то описать, морщил лоб, вроде вспоминая, но когда он спросил про первый интимный опыт, не выдержал, и просто послал его по известному адресу.

— Хорошо. На сегодня достаточно. — вместо того чтобы разозлиться, доктор решил завершить «беседу». Поднялся, убрал в ящик стола документы, и пожелав всего самого хорошего, выпроводил за дверь, где меня уже дожидались конвоиры.

«А может всё же отказаться?» — думал я, сидя на заднем сидении набиравшего скорость автомобиля.

Но найти и купить технику, это пол дела, нужно ещё полноценно обучить пилотов, а с этим определенно возникнут проблемы. Во-первых, сам я не смогу, моё дело война, и если в тактике ведения боя любому фору дам, то в обучении основам, спасую.

Это только кажется что всё так просто, забрался в кабину, сел за рычаги, и газуй. Нет. Абсолютно нет.

Сначала куча теории, изучение основ, «вбитие» базовых знаний. Различные тренировки, регулярная практика. Ведь чем в идеале должен стать шагающий боевой робот для пилота? По сути, обычным костюмом.

Надел который, и не думаешь какую педаль нажать чтобы сдвинуть ногу весом в десять тонн. Просто подумал, потянулся, и шагнул. Так же всё остальное, сначала мысль, за ней импульс, и тут же действие.

Естественно добиться такого слияния с машиной удается далеко не всем. Кто-то «носит» шагающий костюм легко и непринужденно — как трико с майкой, а кто-то еле ползает в нём, словно надел тяжеленный меховой тулуп. По-хорошему, сразу бы отсеять таких бесталанных в пехоту, но маршируют на учениях все одинаково, а реальных конфликтов с использованием шагающих исполинов — где бы и произошёл так необходимый отсев, практически не случается.

А ведь мне, для моих целей, нужны будут лучшие из лучших. Причем не те кто по двадцать лет служит, с заезженным традициями опытом, а свежие, только обучившиеся и ещё не успевшие осолдафониться бойцы. А где таких выбирать, как не в академии?

Так что, как ни крути, получается что хоть и не хочется мне в Москву ехать, а надо.

Вернули меня туда же откуда и забрали, то есть к дому.

— А у нас гости. — прямо возле ворот встретил Виктор.

— Тебе, кажется, по-русски сказано никуда не выходить?

— Да брось ты… Все ж нормально… Да я только и вышел как машину увидал.

— Смотри сам, не маленький уже. Что за гости?

Гостями оказались Эдик с Виталием. Оккупировав кухню, они дружно строили глазки Клавдии, в то время когда она разливала им чай.

А увидев меня на пороге, так же дружно стушевались.

— Привет. Новости знаешь? — поднялся Эдик.

— Смотря какие.

— Нас в Москву берут, в бронетанковую академию. Прикинь⁈

Не знаю почему Эдик решил что я не в курсе, но выглядел он настолько счастливым, поэтому дабы не расстраивать, пришлось подыграть ему, позволив рассказать новости «из первых уст».

— Тебя, кстати, Ирка искала. — когда эмоции немного улеглись, сообщил Виталик.

— Зачем?

— Не знаю. В коридоре случайно встретились, вот она и спросила. Говорит, набираю который раз, и бестолку.

Последняя наша встреча была не самой тёплой, обидевшись на ровном месте, Ирка демонстративно ушла с Тополем, о чём — а в этом я полностью уверен, уже не раз пожалела. Будь на моём месте настоящий Аркадий, он бы наверное повыкобенивался, но мне такие страсти ни к чему, поэтому я сразу же перезвонил девушке.

— Новость слышал? — из динамика раздался знакомый голос.

— Да кто ж её не слышал… — отозвался я.

— Тогда приезжай, надо встретится, разговор есть.

Академия

Три дня пролетели незаметно. Дел было столько, что времени на поспать уже не оставалось, поэтому едва дополз до своего кресла в самолете, вырубился, даже не пристегнувшись.

Сказать что сожалел, покидая Владивосток, наверное, нельзя. Всё же город мне не родной, да и перспективы от переезда в столицу открывались куда более выгодные.

Да, не всё складывалось по запланированному сценарию, далеко не всё, но скорректировав планы, пришёл к выводу что так будет лучше. Сложнее, в чём-то опаснее, но если срастётся хотя бы часть задуманного, эффективность от «перемещения» возрастет на порядок. Ведь одно дело ковыряться на задворках Империи, и совсем другое воздействовать на события прямо из её сердца.

В общем, как бы там ни было, а о переезде не жалел.

«Серебряный ветер» оставил на Марию, перестройку ангаров в порту поручил Волкову, управление финансами так и осталось на управляющем, а размещение и ремонт техники доверил садовнику.

Тот, когда услышал что ему предлагают, чуть дар речи не потерял. Долго переспрашивал, уточнял и сомневался. Никак не мог поверить что разговор серьёзный, и я не шучу.

«Сами понимаете, шагоходы штука непростая» — говорил он, объясняя причину своего недоверия. Но когда прокатились до стройки и заехали в контору — где он смог посмотреть бумаги, согласился, даже не интересуясь вознаграждением.

Летели чартером от министерства обороны, поэтому чужих в самолете не было. Наша маленькая компания — Виталик, Игорь, Эдик, Клавдия, Лера с Виктором, и целая толпа ашек. Не знаю уж по какой причине, но поступать в академию решили даже те кто не собирался.

А вот Ирка удивила. Вызвав меня для разговора, она коротко сообщила что учиться будет в Москве, но не в академии, а в медицинском. Женская логика — штука загадочная, поэтому разбираться в причинах столь странного поступка не стал, а пожелав удачи, сразу же удалился. Времени на уговоры не было совершенно, хотя если подумать, зачем-то же она меня позвала?

Растолканный верным «оруженосцем» Эдиком, не просыпался даже приняв вертикальное положение. Слегка пришёл в себя уже автобусе, но не надолго, сообразив что к чему, снова уснул, и окончательно проснулся лишь когда доехали до места.

Клавдию с Виктором отправил в гостиницу, по договоренности с Невским летели они вместе с нами, но в академию, по понятным причинам, ход им был закрыт.

Разместитесь, набери. — наставлял я Клавдию. Поначалу хотел сразу купить квартиру, но потом решил не спешить. Вариантов миллион, но хотелось бы найти что-то по-настоящему удобное.

Высадив всю нашу толпу возле кпп, автобусы уехали, и дальше мы двинулись пешком.

В сравнении с владивостокской, внешне московская академия выигрывала во всём: Учебные корпуса как с иголочки, вычищенная и облагороженная прилегающая территория, асфальт без единой трещинки, разметка опять же, указатели повсюду. Тут даже захочешь, не потеряешься. Если верить информации из сети, в академии обучается почти пять тысяч курсантов, но глядя на количество и размеры корпусов, кажется что народу впихнуть можно гораздо больше.

Стандартный корпус в семь этажей, тридцать окон на этаж, итого двести десять комнат с одной стороны, столько же с другой. Конечно, всё условно приблизительно, внутри я ещё не был, но даже если комната рассчитана на четверых, выходит полторы тысячи мест. Корпусов таких, только в этой части «городка», восемь штук, итого имеем двенадцать тысяч курсантов. Опять же, пусть двое на комнату, всё равно много. Допустить что комната рассчитана на одного человека, не мог, не бывает такого по определению.

Миновав первые четыре корпуса, дошли до пятого, и на короткое время «организовав» толпу на входе, завалились внутрь, оказавшись в большой рекреации с высокими потолками и широкими окнами.

Два лифта — один грузовой, второй пассажирский, проход на лестницу, плюс пара дверей сбоку.

Не задерживаясь, нас повели наверх, аж на седьмой этаж.

— Мальчики налево, девочки направо. — дождавшись когда все поднимутся на площадку, объявил провожатый — скуластый прапорщик преклонного возраста.

Подростки зашептались, послышались смешки, но роптать не стали, послушно разделившись на две группы.

Я заходил одним из первых, и попав в длинный коридор с кучей дверей, замер в нерешительности.

— Не толпитесь! Комнаты на четверых, занимайте какие больше нравятся! — громко рявкнул прапорщик из-за спины.

— Пошли-пошли! — тут же потянул за рукав Эдик, и остановившись перед дверью с номером семьдесят девять, уверенно взялся за ручку.

— Семьдесят девятая занята, поищите другую. — заявил неожиданно появившийся парень в «модном» полосатом костюме.

Среднего роста, худощавый, светловолосый, с тонкими чертами лица и большими выразительными глазами, он мог показаться обычным подростком, если не полный презрения взгляд.

— С чего это? — удивился Эдик. — Мы первые её заняли!

Парень хмыкнул, и брезгливо сморщившись, продолжил,

— Ты тупой? Тебе ясно сказано, вали отсюда… Или…

— Что или? — сделав шаг вперёд, набычился Виталик, но наглый тип ответить не успел, вмешался прапорщик, сообщив что комната занята и нам следует поискать другую.

Эдик воспротивился было, но когда прапорщик сказал что это касается всех, и нас, и нашего оппонента, успокоился.

— Какая разница? Чем семьдесят восьмая, или восьмидесятая хуже?

— Место удобное… — буркнул друг, но ни восьмидесятая, ни семьдесят восьмая нам не достались, пока спорили, единственная свободная комната осталась в самом конце коридора, прямо возле туалета.

— Зато далеко бегать не надо. — хмуро вздохнул Виталик, пытаясь найти положительные моменты в столь неудачном заселении.

Хотя неудачное оно, на мой взгляд, только из-за конфликта. А так, в чём разница? Пройти лишние десять метров?

— Кому какая койка? — отвлекаясь, спросил Эдик.

— Моя у окна. — тут же отозвался Виталий. Остановившись напротив, он уже кинул на неё свою сумку.

— Не критично. — «поймав» вопрошающий взгляд товарища, махнул рукой я. В комнате четыре одинаковые кровати, поэтому критериями выбора является лишь их месторасположение. А мне это совершенно безразлично.

Кроме кроватей, так же четыре тумбочки, два стола, широкий шкафчик, и откидная гладильная доска.

Только разобрались, как в дверь постучали, и какой-то незнакомый парнишка сообщил что через пятнадцать минут обед.

Задерживаться не стали, а побросав сумки, спустились на первый этаж. Столовые располагались в каждом корпусе, поэтому далеко ходить не требовалось. Так же выглядело и с учебой, весь второй этаж был занят классами, и вместо того чтобы гонять курсантов, между корпусами перемещались преподаватели.

То есть, рассуждая о численности, я ошибался, устройство академии отличалось от привычного. Может дело в том что большая часть курсантов аристократы?

Отложив этот вопрос на потом, принялся разглядывать столовую, так же понимая что она далека от моих представлений. Мне казалось это будет как в школе, но то что я видел, больше походило на дорогой ресторан.

Отдельные столики, снующие между ними официанты, на столах меню и салфетки. Чем не ресторан?

Опять же, народу немного, нет привычного ажиотажа.

— Мы точно туда попали? — недоверчиво хмыкнув, спросил Эдик.

— Наверное, другой столовки тут вроде нет…

Усевшись за свободный столик, не успели даже меню полистать, как появился официант.

— Что кушать будете? — учтиво поинтересовался он, и почти без паузы принялся перечислять популярные нынче блюда.

— Что, прямо вот так, что хотим?

— Конечно. Если чего-то нет, но очень хочется, можем доставить из города. За отдельную плату, разумеется…

Такое заявление заставило засомневаться, поэтому я уточнил.

— Простите, а за чей счёт банкет?

— Если вы офицеры, то за счёт министерства обороны… — усмехнулся официант.

— Так это, получается, офицерская столовая? — дошло до меня.

— Не совсем так, питаются у нас многие, даже с первого курса ребята заходят, только платят, разумеется, отдельно.

Развернув меню, «пробежался» по ценам, но Виталик ждать не стал, резко поднялся, и едва не опрокинув стул, рыкнул обиженно,

— Пойдём отсюда!

Накладка не самая приятная, только уходить не хотелось, уж больно мне место понравилось. Да и по деньгам если, не так оно и страшно получается, даже если мы здесь постоянно столоваться надумаем.

В общем, успокоив Виталика и остальных — они тоже собрались ретироваться, заказал всего понемногу, и следующие пол часа за столом было слышно только сосредоточенное чавканье.

Справедливости ради стоит сказать, что блюда оказались не совсем ресторанные, без особых изысков, но зато порции большие, что не могло не радовать.

Наевшись, вернулись к себе в комнату.

— Поспать бы… — мечтательно потянулся Эдик.

— Угу… Я так сто лет не наедался, просто праздник какой-то… — присоединился Виталик. Один только Игорь молчал, но по его осоловевшей физиономии было видно что и он не прочь поддержать товарищей.

Но поспать не дали. Коротко стукнув в дверь, тот же паренёк сообщил что всех ждут на плацу перед корпусом, причём немедленно — выделил он.

Собирались недолго. Да и чего собирать-то? Так, одежду поправили как смогли, да и выдвинулись. Наверное прибудь мы в нормальное время, в учебное то есть, встреча выглядела бы как-то иначе, но теперь уж что есть, то есть, деваться некуда.

А народа на улице собралось прилично. Как наши, владивостокские, так и совсем незнакомые личности.

Навскидку — сотни три. Это новенькие, те что без формы. Ещё человек тридцать местных, с курсантскими нашивками.

Форма курсанта бронетанковой академии, такая же как и у состоявшихся пилотов — черная, с красными шевронами. Отличие только в самом значке, да в отсутствии кобуры на поясе. Сказать красивая, не скажешь. На мой взгляд обычный камуфляж куда приятнее, но парням нравилась. Еще дома, накачав картинок из сети, они радостно обсуждали нюансы.

Минут десять ничего не происходило, и когда я уже устал стоять, пришла команда строиться.

Непривычные к построениям подростки толпились, толкались, и переругивались меж собой, но в итоге все же кое-как выстроились в некое подобие шеренги.

Вперёд вышел усатый майор, и «толкнул» коротенькую речь, суть которой заключалась в том что сегодня мы еще гражданские и поэтому можем отдыхать, но завтра будет приказ, после которого наша жизнь круто изменится.

После майора выступала женщина, долго перечисляя правила поведения, закончила угрозами в адрес потенциальных нарушителей. — Наряды, карцер, отчисление и трибунал — неполный список наказаний для нерадивых курсантов.

— После принятия присяги, отступать будет некуда, поэтому трижды подумайте, надо ли оно вам?

Закончив такими словами, она уступила место скуластому прапорщику, который ещё добрых двадцать минут распинался про распорядок дня, правила поведения курсанта на «воле» — то есть в увольнении, и завершил выступление тем же предложением трижды подумать.

— И ради этого стоило собирать толпу? — недовольно пробормотал кто-то за моей спиной.

Ради не ради, а собрать вновь прибывших стоило. Для порядка. Да и вообще, хотя бы для того чтобы спать раньше времени не завалились.

А на этаже нас ждало первое распоряжение.

— Из комнат до ужина не выходим, ждём форму. Это понятно? — заявил тот же курсант что собирал всех на «митинг».

Переспрашивать никто не стал, и покивав головами будущие пилоты разошлись по своим комнатам.

— Нам что, прямо сюда форму принесут? — удивился такому повороту Виталик.

Мне тоже подобное было незнакомо. Обычно идёшь на склад, и там, после обмеров и замеров, выдают форму. А тут прямо как в сказке.

И действительно, минут через сорок к нам зашли двое военных — мужчина с женщиной, и сняв мерки со всех четверых, удалились.

Для меня всё это было дико, условия жизни в академии виделись совсем иначе, но видимо такими были здешние реалии, веяния времени, если хотите. А может из-за того что контингент не простой. Куча аристократов, да через одного детки влиятельных особ.

Форму принесли на следующее утро, дали полчаса на примерку, потом накормили и погнали по врачам. Хирург, терапевт, окулист — всё по полной программе, хотя основными специалистами были «энергетики», в зависимости от выявленного потенциала они принимали решение куда дальше пойдёт курсант. Здесь же как устроено, первые два курса общие, а потом по направлениям. Элита — пилоты шагоходов, следом танкисты, а остальные уже на подхвате, кому как повезет.

На этом поблажки закончились. После подъёма нас разбили на группы по пятнадцать человек, приставили к каждой инструктора, и заставили пожалеть о решении пойти в армию.

Поручик Краузе — так звали того кто превратил мою жизнь в ад. Да что там мою, после первых часов так называемых занятий, в группе не было ни одного курсанта который бы не мечтал убить этого изверга. Причём не просто убить, а сделать это самыми извращёнными способами.

Казалось что этот страшный тип ненавидит весь мир вообще, и каждого из нас в частности. Мало того что физически грузит до полусмерти, так ещё и бьёт смертным боем. Трое из пятнадцати уже отправились в больничку, один со сломанной ногой, второму этот урод оторвал ухо, третий вообще непонятно, прилетело по голове так, что только сопли кровавые полетели.

Поначалу я смотрел на действия поручика как на обоснованные, думал парни сами виноваты, пытались гнуть из себя непонятно что, но только до тех пор пока и мне не прилетело на ровном месте. Что? Зачем? Почему? Краузе не удосуживался объяснениями, лупасил без продыху, усмехался, да говорил постоянно — «Вам, девочки, тут не место, бегите пока можете!»

Жаловаться? А смысл? Да и кому? Тут не богадельня и не институт благородных девиц, если зверствует, значит право имеет. Иначе давно бы вылетел.

Первую неделю вытерпели все, за исключением одного сильно травмированного, но он просто в больничке задержался.

А вот после второй наша группа не досчиталась двоих, одним из которых стал Игорь.

Как мы его не упрашивали, как не уговаривали, но он, постоянно во всем сомневающийся, в данном случае был непреклонен. Ухожу, и всё тут.

Не знаю что стало триггером для такого решения, но когда Краузе узнал об этом, расплылся в блаженной улыбке и пообещал что такая судьба ждёт каждого из нас. Уж он-то постарается.

Не знаю как в других академиях, но в моё время такого беспредела не было. Никто не пытался из потенциального пилота сделать прокачанного спецназера, ибо незачем.

Упор делали на владение энергиями, на совместимость с машиной, тактические какие-то вещи, но так чтобы с утра до ночи носом в грязь — даже близко нет.

Элита? — брезгливо ухмыляясь, вопрошал наш мучитель. — Это вы-то элита? Да для вас кусок дерьма комплимент! Слабые… Убогие…Бегите! Вам тут не место!

Не знаю отчего, но больше всех он невзлюбил Виталика, по поводу и без делая тому какую-нибудь гадость. То ударит исподтишка, то десять раз упражнение переделывать заставит, то еще чего-нибудь придумает гадкое. В общем, доставалось нашему здоровяку по полной.

Вторым в линейке значимости шёл Алик Ховански, тот самый парень с которым случился конфликт из-за комнаты. Несмотря на замашки, сам он был из простых, но к окружающим относился с чрезмерным пренебрежением. Возможно это и послужило причиной «любви» со стороны поручика. Хотя надо сказать что ни наш деревенский Виталик, ни высокомерный Ховански, перед Краузе не только не пасовали, но иной раз ещё и огрызались.

Понятно что толку от этого было ноль, поручик на голову превосходил всех как по физическим, так и по энергетическим критериям, но сам факт что они не сдаются, придавал всем нам сил.

А еще примерно через неделю, случилось кое что интересное. После контрольного прогона — так называли утреннюю пробежку, мы дружно ломанулись в столовую, но докопавшись до какой-то мелочи, поручик тормознул всю группу.

— Завтрак отменяется! — хищно оскалившись, закрыл он проход.

Мы уже привыкли к таким его выходкам, без еды оставлял он нас регулярно, и я думал что и на этот раз всё будет как обычно, но тут неожиданно возмутился Ховански. Даже не то чтобы возмутился, выругался негромко. Вот только возглас его прозвучал так отчётливо, что поручик просто не мог проигнорировать такое хамство.

— Выйти из строя! — рыкнул он.

Ховански молча вышел.

— Повтори что сказал! — прозвучала следующая команда.

Не скажешь, побьёт, скажешь, тоже побьёт. Я бы промолчал на его месте, но парень, похоже, совсем на грани был, поэтому повторил, да ещё и добавил.

А дальше произошло что-то вовсе невообразимое. Вместо того чтобы сделать привычную отбивную, поручик надул щёки, и встав напротив Ховански, принялся его восхвалять.

— Единственный мужик среди вас, тряпки! — орал он, дополняя свой посыл отборными ругательствами. Справедливости ради надо сказать что ругался он, используя исключительно литературный язык, но от этого его обзывания были ещё обиднее.

— Как псы трусливые, замахнешься, а вы и в штаны наложили! Противно, девочки! Или есть ещё смелые?

Но строй угрюмо молчал. Наученные горьким опытом, мы хорошо знали непредсказуемый характер инструктора.

— Хотя ладно. Я рад что среди кучи баб нашёлся хотя бы один мужик. Поздравляю, Ховански, и с этого момента назначаю тебя своим помощником. Ты понял?

Тот замешкался на секунду другую, видимо переваривая информацию, потом рявкнул,

— Так точно господин поручик!

— Вот и славно. Подойдешь после обеда, лычки выдам. А пока веди девочек завтракать. Кругом!

Следственный эксперимент

Был у нас один мучитель, стало два. Если раньше когда поручик отвлекался, мы могли выдохнуть, то теперь этим передышкам пришёл конец.

Почувствовав власть, Лепски едва ли не превосходил своего учителя в плане издевательств. Бить, не бил, не дорос ещё, но вот командами типа «лечь-встать», задалбывал конкретно.

— Да пошёл ты… — огрызнулся на очередной дурацкий приказ один из парней, рыжеволосый Алексей, или как он поправлял постоянно, Олексий. Выходец с западной окраины говорил без акцента, но имя носил непривычное.

Наверное, будь Лепски один, отказ подчиняться и сошёл бы с рук, но тут как раз «нарисовался» поручик.

Молча глянул, ушел куда-то, а вернулся уже в сопровождении двоих вооруженных солдат.

— Неподчинение приказу. Арестовать. — коротко бросил он, и спустя минуту рыжего Олексия-Алексея, уводили конвоиры.

— Да пошло оно всё… — на прощание бросил тот, и больше его мы не видели.

А потом начался просто ад. До присяги оставалась неделя, но усилиями поручика и его заместителя она растянулась на целую вечность.

Неожиданные подъёмы среди ночи не давали выспаться, а бесконечные занятия лишали последних сил. Пришёл в комнату, упал на кровать, и нет тебя. День, примерно, на третий, я даже вставал по команде не просыпаясь. Поднимут ночью, оденешься, и стоишь, пока отбой не объявят. А как объявят, так же сквозь сон раздеваешься и дальше спать.

В итоге, полноценно просыпался только на утренней пробежке. Километре на третьем из десяти.

Не знаю за каким хреном так делалось, только к концу этой свистопляски от первоначальных пятнадцати, нас осталось всего девять человек. И это, как выяснили впоследствии, ещё достаточно много. В других группах где пятеро, а где и вообще трое. Причем, оказалось, что и у девчонок что-то вроде нашего геноцида проводилось.

А закончилось всё за день до присяги. Ночь прошла спокойно, утром нас не подняли, и выдрыхавшись, проснулись мы уже после полудня.

Первым встал Виталик, за ним Эдик, а я ещё долго лежал, просто пялясь в пустой потолок.

— Может пожрём? — в голосе Виталия отчётливо проурчал желудок.

Насчет питания у нас всегда единогласно, молодые организмы требуют постоянной подпитки, поэтому и этот раз исключением не стал.

В столовую пошли офицерскую, все предыдущие дни нас строем водили в обычную, ну а сейчас захотелось расслабиться.

Зашли, выбрали столик, сели. Минуту спустя подошёл официант, и взяв заказ, удалился.

Говорить было не о чем, доступные темы уже переговорены и не интересны, а новых, за неимением значимых событий, не накопилось.

Да и спать хотелось. Хоть и проспал больше двенадцати часов, всё равно. Думал перекушу плотненько, и на боковую до вечера. Завтра присяга, надо отоспаться.

Но не случилось.

— Эй, салаги, вы ничего не перепутали?

К столику подошёл молодой подпоручик, в новенькой, идеально отутюженной форме.

Невысокий, но крепкий, он явно нацеливался на конфликт.

— Какие-то проблемы? — посмотрел я, жестом останавливая Виталика — тот хотел уже что-то брякнуть в своем духе.

— Это офицерская столовая. — недовольно процедил подпоручик.

— И?

— И вам здесь не место. Убирайтесь.

На самом деле обычное явление, «вчерашний курсант» пробует себя в новом обличье, и в качестве первого «блина», мишенью выбрал торчащих в столовой сопляков.

Соображая как бы получше ответить на хамство, я промолчал.

— Вы что, глухие?

В ожидании развязки сидящие за соседним столиком такие же молодые офицеры развернулись в нашу сторону.

— Не знаю кто вы такой, но настоятельно советую оставить нас в покое. — вежливо ответил я, хотя мог бы сразу послать, но решил не форсировать события.

— Как ты разговариваешь со старшим по званию? — мгновенно побагровев, прошипел офицер.

В армии с субординацией строго, это я хорошо знал, но присяга только завтра, а посему мы пока сугубо гражданские люди, и никакие звания нам не указ. В принципе, если он начнет давить, и получит в ответ, нам ничего не будет. Главное первыми не начинать.

— Старший по званию не стал бы опускаться до подобного. Вам самому не стыдно?

Подпоручик хмуро обвёл всех присутствующих взглядом, и угрожающе насупившись, прошипел,

— Пошли вон отсюда! Быстро!

А дальше додумать я не успел. Резко поднявшийся Виталий, с размаху заехал грубияну по лицу. Удар был не сильный, но не ожидавший такой дерзости подпоручик, полетел на пол.

Дальше — больше. Он еще толком не «приземлился», как наблюдавшие за конфликтом офицеры налетели на моего товарища.

Четверо на одного, все крепкие и спортивные, хотя до габаритов Виталия и не дотягивающие.

— А-аа! — исторгнув из себя некое подобие боевого клича, наперевес со стулом, в бой бросился Эдик.

Оказавшийся его целью чернявый офицер стул отбил, но столкновения с Эдиком не вынес, и вместе с ним грохнулся на пол.

Я тоже не стоял на месте, предчувствуя прибытие подкрепления к оппонентам, заехал локтем в ухо ближайшего противника. Тот хрюкнул громко, и так же потеряв равновесие, полетел вниз.

А дальше началось что-то невообразимое. В драку кинулись практически все кто в этот момент находился в столовой. Кто-то помочь своим — то есть офицерам, кто-то разнять, но в получившейся суматохе разницы особой не было, не станешь же разбираться? Увидел — ударил. В общем, боролись мы как могли, но силы были неравны, и в итоге нас просто задавили количеством.

Ну почему мне так не везёт? — звенела обидная мысль, когда меня грузили на носилки. И где был демон? Почему не помог? Эй! — мысленно «прокричал» я. Но ответа не получил. Наверное имелась причина, только сил разбираться не было, болело всё тело, поэтому только и оставалось, — расстраиваться и негодовать.

Так, вроде, ничего, руки ноги целы, только голова раскалывается. Похоже что в пылу битвы кто-то наступил на мой череп, да ещё и попрыгал. В глазах двоится, шум в ушах и тошнит. Явное сотрясение. На остатках адреналина я ещё продержался какое-то время, но кураж спадал, и в конечном итоге сознание покинуло меня. Последнее что запомнил, лицо женщины и направленный в глаз фонарик.

Хорошо хоть медицина здесь на приличном уровне. Драка случилась в обед, а уже утром следующего дня я самостоятельно передвигался. На присягу, понятно, не попал, но до туалета путь осилил.

Там же в зеркале смог рассмотреть повреждения, обнаружив фингалы под глазами, синяк на скуле, да ссадину у подбородка. Шишки на голове не считаются, они под волосами, их не видно.

Закончив с осмотром, доковылял до поста медсестры, узнал про состояние друзей. По её словам Эдика уже отпустили, а Виталий от наркоза ещё не отошёл, ему обломок ребра лёгкое пробил, и пока я спал, его уже три раза штопали.

Развернулся обратно, но тут нагрянули гости. Инструктор Краузе, и с ним двое в штатском.

— Живой?

— Вашими молитвами.

— Ага, вот ещё… Нужен ты мне… — как-то грустно произнес он.

Думал издевается, но нет вроде, в глазах ни тени усмешки, говорит серьёзно. Может я чего-то не понимаю?

— Ладно. Тут господа из военной полиции к тебе, расскажи как дело было, и давай без утайки, всё как на духу.

То что люди в штатском не просто так зашли, и сам догадался. И даже правильно предположил из какого ведомства. Военная полиция, она как обычная, только военная. Хотя эти двое идиотами не выглядят.

— А чего рассказывать? Простая драка. Мы им, они нам. Хорошо хоть не поубивали друг друга…

На слове «поубивали», Краузе странно «хрюкнул» и отвёл глаза.

Повисло неловкое молчание.

— Что? — не выдержал я.

Полицаи переглянулись, и тот что постарше, негромко кашлянул, прикрывая рот кулаком.

— Не совсем так. — помотал головой он.

— Кого-то убили?

— У вас, или у ваших друзей, был нож? — проигнорировав вопрос, продолжил старший.

— Нет конечно. Зачем?

— А если подумать?

— Да хоть обдумайся, не было никакого ножа.

— А что было?

— Ничего. Нам даже приборы столовые принести не успели.

Про стул в руках у Эдика говорить не стал, наверняка это и так известно, да и стул не нож, его не спрячешь, хотя и им тоже можно убить.

— Можете вспомнить где находились вы сами и ваши друзья в начале драки?

— Чего тут вспоминать? За столом сидели, заказ ждали.

— Это понятно, но нас интересует именно момент когда всё началось.

— Да так и началось, из-за стола и сразу в…

Я видел что мне не верят, но никакой другой версии предложить не мог. На вопрос кого убили, ответа полицейские не дали, продолжая монотонно талдычить про нож.

В итоге, так и ушли ничего не добившись. Ну а что ещё можно сказать? Наверняка даже имейся этот нож треклятый у кого-то из парней, в пылу драки я бы его просто не заметил. Оно ведь как было, пару раз махнул, и толпа навалилась. А там уже не до разглядываний, молотил во все стороны, пока не задавили.

И всё бы ничего, но после ухода гостей, минут через сорок, у двери в палату появилась охрана.

— Я под арестом? — спросил, когда в очередной раз направился в туалет.

— Нет. — мотнул головой один из военных, тощий мужик лет сорока, в форме с капральскими нашивками.

— Тогда зачем вы здесь?

— Для вашей безопасности.

Наверное можно было ещё пораспрашивать, но мне казалось что ничего другого я не услышу. Вряд ли этих ребят ввели в курс дела, задачу поставили, они и выполняют. Всё просто.

Так продолжалось ещё два дня. Меня охраняли, а я набирался сил. Лежал, медитировал и размышлял. Пробовал добиться чтобы вернули терминал, — не вышло, сторожа меня игнорировали, а врачи говорили что не положено.

На третий день снова заявились гости из военной полиции.

— Ничего нового не вспомнили? — с ходу поинтересовался старший.

— Абсолютно.

— А если подумать?

— Да хоть обдумайся. Вы лучше скажите кого убили, и как, может хоть это на память повлияет.

— Подпоручика Гаевского. Один точный удар прямо в сердце.

Имя мне ни о чём не говорило, подпоручиков в столовой было достаточно, и знать каждого, я, понятное дело, не мог.

— А кто это?

— Тот офицер что подошёл к вашему столику. Вы помните что он говорил?

Чувствуя что эти двое опять закрутят заезженную шарманку, попытался уйти от темы, но не вышло, и следующие полтора часа пришлось отвечать на одни и те же вопросы.

— Вам не надоело? — не выдержал я.

— Это наша работа, мы ищем убийцу.

— Уверяю вас, здесь его нет, ищите в другом месте. И вообще, с чего вы взяли что убийца кто-то из нас?

Как стало понятно из контекста, кроме меня подозревали Эдика с Виталиком, а остальных участников драки почему-то обошли вниманием.

— Вы конфликтовали с убитым, тому есть куча свидетелей.

— А записи с камер? Там что, ничего не видно?

Полицаи переглянулись, и тот что помладше сказал что камера не работала.

Будучи уверен в себе и своих товарищах, я мог поклясться что никто из нас не убивал подпоручика, и то что произошло, было либо случайностью, либо хорошо спланированной операцией, дабы обвинить в убийстве кого-то из нас. Естественно ни Эдик, ни тем более Виталик, на роль мишени не годились, а это значило что целью был я.

Но зачем? Непонятно. Версий может быть миллион, но без фактов, толку от них никакого.

А вот в случайность верилось больше. Возможно у подпоручика был недоброжелатель, который просто воспользовался удобным моментом. Ну а что, сунул ножичек в суматохе в бок, и ищи свищи. Если мне не изменяет память, к нам кинулось человек десять, как минимум. Кто-то на помощь своему, а кто-то с желанием разнять. И возможность убить была у любого. Единственное что портило картину — неработающая камера.

Хотя и тут спорно. Если это в порядке вещей, — сама сломалась, то возможна случайность, а если саботаж, — уже другой разговор.

— Аудиенция закончена, больному нужно принимать лекарства! — шумно раскрыв дверь, в палату вошла Аделина Сергеевна, медицинская сестра которая ставила мне уколы.

Весьма габаритная, она тут же заполнила собой всё пространство, причём вела себя так, будто полицаев здесь уже нет.

— Мы ещё не закончили… — возразил старший.

— Закончили. — отмахнулась Аделина Сергеевна. — На сегодня достаточно, собирайтесь, если не хотите дальнейших осложнений.

Что за осложнения она имела ввиду, было непонятно, но спорить мужчины не стали. Поднялись, вежливо попрощались, и буквально через минуту покинули палату.

Мне же пришлось страдать. Два укола в плечо, и три в зад. В зад не больно, а вот в плечо чувствительно. Аж слезы из глаз.

— Терпи казак…атаманом станешь… — успокаивала сестра, а когда закончила, прошептала заговорщицки — там к тебе гостья просится, пустить?

Я кивнул. Неожиданно, но вполне ожидаемо. Ведь кем могла быть эта гостья, кроме Леры?

И действительно, после ухода Аделины Сергеевны, в дверь коротко постучали, и на пороге возникла стройная девушка в медицинском халате и маске.

— Процедуры. — сообщила она знакомым голосом.

— Опять уколы? — громко, так чтобы слышали сторожа, возмутился я.

— Не опять, а снова.

Понятное дело, никаких уколов она не ставила. Торопясь и запинаясь сообщила что из-за смерти поручика отложили присягу, а в академию нагнали кучу серьёзных людей.

— Он что, такая шишка?

— Говорят, сын какого-то министра!

Всех министров по фамилиям не знал, но среди основных, тех что на слуху, Гаевского не было. Хотя вообще, если подумать, министров много, и чтобы ориентироваться, нужно иметь прямое отношение к этой сфере. А я не имел.

— Ну плохо, что тут скажешь… Если покойник такая величина, значит виновного найдут, а если не найдут, то назначат.

— Уже…

— Что уже?

— Уже назначили.

— Меня?

Лера кивнула.

Ну вот и поучился. Обидно. Нет, за себя не переживал, сбежать несложно, хоть сейчас могу побег устроить. Жаль только что усилий столько прахом пойдёт, да и времени потерянного жаль. Нехорошо получилось, в общем.

— У меня идея есть. — покосившись на дверь, Лера наклонилась вплотную, и зашептала прямо в ухо.

Суть предложения — Виктор. По словам девушки на днях будут проводить следственный эксперимент, для чего соберут всех участников инцидента, и нужно каким-то образом обеспечить его присутствие. Ну а там дело техники.

— Думаешь сработает?

Будь её брат полноценным эмпатом, я бы не сомневался. Подслушал о чём думают участники драки, — нашёл виновного. Но мало того что способность его нестабильна, так еще и условия не самые простые. В столовую точно не пустят, тут и разговора нет, и максимум на что можно рассчитывать — соседнее помещение. А это получается вслепую. Допустим, «услышал» он убийцу, но как выделить его из толпы народа? Человек же не крутит в голове свое имя?

— У тебя есть другие варианты?

Других вариантов не было.

Лера свяжется с братом и сделает так, чтобы в нужное время он ждал в условленном месте за пределами академии. От меня же зависела его переброска до столовой.

Как оно получится, и получится ли вообще, я не знал. До сих пор таскать человека в астрале мне приходилось лишь на небольшие расстояния, да и то это забирало очень много сил.

В общем, план простой, и он у меня есть, а как пойдёт — уже по ситуации. Будет удача на моей стороне — хорошо, не будет — плохо. Что тут ещё сказать?

А уже на следующий день меня вновь посетили работники военной прокуратуры.

— Следственный эксперимент?

— Вроде того.

— И я в качестве главного подозреваемого?

— И ты в том числе. — не стал юлить следователь.

Орудие убийства, вот что интересовало полицейских. Хотя сразу после случившегося столовую закрыли, и никого не выпускали, ножа не нашли, хотя и перевернули там всё вверх дном. Разумеется я никакого ножа не видел, и, наверное, можно было посопротивляться, адвоката потребовать, но толку всё равно не будет, поэтому согласился, и меня оставили в покое.

Развязка

Эксперимент назначили на утро, а ровно за два часа до начала я сложил одеяло, будто накрылся с головой, а сам сбежал.

Двигался короткими «перебежками», расположение зданий и всего остального было уже знакомо, поэтому с ориентирами не тупил. Нырну в астрал, пройду немного, так чтобы силы не терять, и обратно в реальный мир.

И таким «макаром» шесть раз.

— Ну наконец-то! — громким шепотом встретил Виктор.

Спрятавшись недалеко от забора, он держал в руках термос и пакет с бутербродами.

— На вот, подкрепись.

Хождение по чужому миру отнимало немало сил, и есть после таких «забегов» хотелось неимоверно. А тут горячий кофе, да колбаса с хлебом. Причем именно так, а не наоборот. Хлеба тоненький кусочек, а колбасы здоровый шмат. Всё как я люблю.

— Договорились куда тебя тащить?

Лера должна была найти удобное место, желательно поближе к столовой, но так чтобы никто раньше времени не наткнулся на незваного гостя.

— Ага. Вот тут на плане отмечено. — Виктор достал из нагрудного кармана сложенный вчетверо листок, развернул, и передал его мне.

Не очень красиво, но понятно. Вот столовая, вот внешняя стена, а здесь, — получается этажом выше, техническое помещение, попросту кладовка. Расположена удобно, прямо над столовой. Самое то что нужно.

— А если наткнёмся на кого?

— Не знаю. По ситуации.

Ситуации бывают всякие, но не хотелось чтобы всё сорвалось из-за какой-нибудь мелочи, поэтому я передал парню позаимствованную в подсобке монтировку. Прихватил на одной из передышек.

— Зачем? — нахмурился тот.

— На всякий случай.

Доев и восстановив силы, двинулись в обратный путь. Одному проще, а тут пришлось нелегко. Едва дотягивая до точки, подолгу отдыхал, и на месте мы оказались с приличным опозданием.

— Сиди тихо, по возможности подойду, не знаю как, правда, но, думаю, удастся отлучиться. Ты уже постарайся…

Любой план строится из многих"если', и то что придумали мы, исключением не было. Суть простая, найти убийцу с помощью телепатии.

Как Виктор сделает это, — не знаю, всё что зависело от меня, я выполнил. А ему только ещё предстоит поработать, и мне очень хотелось верить что результат в конечном итоге все-таки будет положительным.

Вернулся в палату в последний момент, едва успев залезть под одеяло.

— Готов? — без стука ввалился охранник.

Делая вид что только проснулся, широко зевнул.

— Почти. Оденусь только.

Охранник исчез за дверью.

Оставшись в одиночестве, осмотрелся, поправил кровать, взлохматил волосы, подождал две минуты, и «нацепив» на лицо сонное выражение, вышел из комнаты.

До места дошли быстро, через астрал топал куда медленнее.

В столовой народа куча. Тут и участники инцидента, и люди в форме военной полиции, и просто дядечки в штатском. Все серьёзные, смотрят по-деловому, с прищуром так, будто дырку прожечь пытаются.

— Ну вот, все в сборе. Готов? — словно из под земли вырос вчерашний следователь, а из подсобного помещения вывели Эдика.

— Второй твой товарищ пока ходить не может, вместо него в эксперименте наш человек поучаствует.

Виталий не был замешан в убийстве, в этом я был уверен, впрочем как и в Эдике, поэтому их присутствие было совсем не обязательно. Меня больше другое заботило, глядя на собравшуюся толпу, я снова начал сомневаться в успехе. Тут голос единичный выделить проблема, а уж мысль нужную поймать, наверняка вообще из разряда фантастики.

— Мне кажется народу было меньше.

— Не обращай внимания, это всё наши люди, они не помешают.

— Помешают. Верните меня в больницу, мне нехорошо.

— В смысле? — напрягся следователь. Проводить сие действо без главного подозреваемого бессмысленно, поэтому к моему заявлению он должен был прислушаться.

— В прямом. Я отказываюсь сотрудничать, пока тут такая толпа.

— Ты уверен? Это ведь в твоих интересах?

Всё время что довелось общаться с представителями военной полиции, не покидало ощущение что они считают меня крайне недалеким. Вот и сейчас, хотят чтобы я сознался в убийстве, и в лицо говорят что это в моих интересах. Ну не бред ли?

— Уверен. Верните меня в больницу.

— Подожди здесь. — недовольно скривился следователь, и направился к одиноко стоящему столику за которым сидели двое мужчин.

Наверняка начальство.

Подошёл, доложил, на меня посмотрели внимательно, один из «начальников» небрежно махнул рукой, следователь направился к толпе, и через несколько минут народу стало в четверо меньше.

Начался эксперимент.

Мы с Эдиком сели за столик, напротив уселся незнакомый здоровенный тип, по сценарию заменяющий Виталия.

Подошёл официант, — тот самый, спросил что будем заказывать, я ответил, следом заговорил «Виталий», снова я, Эдик — в общем, плюс-минус, мы повторили предшествующий драке диалог.

Операторы, а их оказалось двое, близко не подходили, снимая происходящее с расстояния нескольких метров.

Роль жертвы — убитого подпоручика, тоже играл другой человек.

Подойдя к нам и повторив слова оригинала, дождался когда «Виталий» ударит его — разумеется не всерьёз, после чего отступил, дожидаясь дальнейших указаний.

Чуть погодя в «драку» стали вмешиваться остальные участники. Стараясь действовать в том же порядке, они постоянно путались, горячо обсуждали кто кого бил и от кого кому прилетело. В пылу драки на многое не обращаешь внимания, поэтому заставить повторить действия каждого «след в след», не получалось. Кто-то говорил что вообще не дрался, кто-то утверждал обратное, но единого мнения не было ни у кого.

Мне же, для того чтобы выявить убийцу, нужно было заставить его думать в нужную сторону, причём думать «отчётливо и громко». Вот только как это сделать, я не имел ни малейшего понятия.

Заострить внимание? Но как? Мелькнула мысль крикнуть что-то вроде «Я знаю кто убийца!» или «У меня есть доказательства!» Да, шанс что виновный задёргается, наверняка был, но учитывая что все присутствующие уже прошли через полицию и не раскрылись, шанс этот, такой себе, мягко сказать, минимальный.

Но время шло, и мы наконец дошли до финала, то есть до того момента когда подпоручик получил в бок нож.

Шли к этому моменту непросто, постоянно перепроверяя и дополняя, а тут совсем застопорились. Долго спорили кто где стоял и что делал. Выходило не очень. Если послушать участников потасовки, никто из них и близко не подходил к убиенному.

— Вот вы где находились? — набычась, спрашивал следователь.

— Тут. Передо мной ещё Русаков стоял, я его затылок хорошо запомнил!

— Ты чего? Я к тому времени в отрубе валялся! — живо возразил здоровенный детина в чёрной форме с погонами поручика, по всей видимости и являвшийся Русаковым.

— Пашка дело говорит! — поддержал его тип в штатском, — Сам видел, ему мелкий этот — ткнул он пальцем в Эдика, стул о голову разбил!

— Тогда не Русаков, значит… А-а!.. Вспомнил, это Левка Сермяжный был. Ну точно он!

— Ты, Васяня, чего-то напутал… — недовольно скалясь, развернулся ещё один, средних лет мужчина в застиранной форме без знаков различия. Я еще раньше на него внимание обратил, уж больно внешность запоминающаяся. Росту высокого, наполовину лысый, в плечах сажень, нос набок, а в глазах печаль. Хорошо еще что не дрался он, разнять пытался, а то бы прилетело от такого, вообще не собрали бы.

— Да точно говорю! — продолжал настаивать «Васяня».

— Я те щас дам точно… Иди-ка сюда…

Драку купировали в зародыше, но дальше дело не двигалось. Никто не хотел признавать что находился рядом с жертвой. Причём, судя по репликам и общему настроению, участники разделились на две группы, на родовитых, то есть аристократов, и простых, из народа. Родовитые валили всё на «народ», а те, в свою очередь, напирали на виновность аристо. Но кроме слов, ни те, ни другие, предоставить ничего не могли.

Сотрудники столовой тоже разводили руками. Драку видели, но не лезли, стать крайним в офицерских разборках не хотел никто.

Я же ждал. Чем дольше шли «прения», тем больше было шансов на успех.

— То есть, получается, непосредственно вы трое, вообще не участвовали? — в который раз заводил ту же шарманку следователь. Меня он уже не трогал, понял что бестолку, но к остальным продолжал цепляться.

Да и как тут не цепляться? Послушать их, так они вообще не подходили, сидели мирно за столиками, да конфеты кушали. Бред ведь?

— Нет, то есть да, практически не участвовали. — подтвердил один из троицы офицеров-аристократов.

— Брешешь. — не повышая голоса, возразил Лёва из «народа».

Но аристо не отреагировал, проигнорировав выпад.

— Ну хорошо, давайте тогда заново начнём, с самого начала… — в очередной раз «обрадовал» следователь.

Понятно что никто не обрадовался, повторять одно и тоже на протяжении трёх часов кряду, то ещё удовольствие. Но роптать не стали, а покорно разошлись по местам.

Я же решил что пора и в туалет отпроситься, тем более что и на самом деле хотелось. Пока разбирались кто на кого смотрел и куда ходил, демонстративно выпил шесть чашек кофе, дабы был повод для отлучки.

Сообщил следаку о своем намерении, тот махнул рукой — валяй мол, ну я и пошёл.

Мужской туалет здесь самый обычный; рядок писсуаров, несколько раковин, и четыре кабинки «уединения», так их в шутку называли курсанты.

Зашел, выбрал кабинку, заперся изнутри, и разобравшись с потребностями, «нырнул» в астрал.

— Ну как там? — материализовавшись в углу подсобки, напугал Виктора.

— Нормально. Не поверишь, но получилось.

И он в подробностях рассказал всё что смог узнать.

* * *

— Может хватит уже? Одно и то же четыре часа! Неужели непонятно что убийца один из этих молокососов?

Обращаясь в пространство, воззвал молодой офицер из когорты аристократов.

Наверняка в его представлении что я, что Эдик, — суть вчерашние школьники, не могли соразмерно ответить на оскорбления, поэтому он наглел. Мне, конечно, хотелось бы разочаровать его прямо сейчас, но я терпел. Тем более что уже знал как вычислить убийцу. Мотивы, правда, непонятны, но оно и не важно. Важно что есть доказательства, а значит все обвинения против меня и моих друзей снимаются.

Отозвав следователя в сторону, сообщил что вспомнил кое-какие детали. Якобы очнувшись, видел как один из участников потасовки отходил к стоящей в углу тумбе с пальмой.

— Кто именно? — тут же напрягся тот.

— Со спины не понятно было, но в форме, значит из наших.

— Что он там делал?

— Кажется что-то прятал…

И да, в цветочной кадке нашлось орудие убийства.

Как его просмотрели полицейские? Должны были всю землю перетряхнуть, но ограничились поверхностным осмотром.

Хорошо ещё что никого сюда не пускали, убийца хотел забрать нож раньше, но все эти дни столовая была опечатана, поэтому не вышло. И сейчас, пока отвечал на бесконечные вопросы, постоянно думал как бы не проколоться. Жаль только что Виктору не удалось определить личность, но после экспертизы — а её проведут в два счёта, в этом сомнений нет, всё станет окончательно ясно.

Думал найдут нож, всё закончится, но мурыжили нас до самой ночи. Хорошо хоть накормить додумались, а то вообще неприятно.

Пока сидел, тишком разглядывал участников эксперимента, пытался понять кто убийца, но так и не смог, подозрительными были практически все. Один ёрзает не по делу, другой оглядывается постоянно, у третьего глаз дёргается, четвертый зевает демонстративно. И так до бесконечности.

В итоге в палату свою попал уже достаточно поздно, а за Виктором удалось сходить чуть не к утру. Это ладно пожрать у него было, сестра озаботилась, а так даже не знаю, едва не сутки в темноте и без крошки хлеба, не говоря уже о воде.

Вытащил его за территорию, вернулся в палату, и счастливый завалился на кровать. Не забыв, правда, дверь шваброй подпереть. Охрану у дверей пока не сняли, видимо до результатов экспертизы, но толку было чуть. Храп такой стоял, что их самих укради, не проснутся.

А утром меня выписали. Или выпустили, это как посмотреть.

— Иди к себе, отдыхай. — встретил инструктор. И когда я уже уходил, бросил вдогонку,

— Рад что всё обошлось.

А уж как я рад — словами не описать.

В комнате нашёлся только Эдик.

— Виталя в больничке, обещают завтра отпустить. — после взаимных приветствий, сообщил он.

И действительно, объявился тот на следующий день, прямо с утра. Хромой, осунувшийся, но живой и в прекрасном расположении духа.

— Вы даже представить не можете я какую девочку встретил!.. — закатывая глаза, сообщил он с порога.

— Настей звать? — почти наугад брякнул я. Почти, потому что встречал в больничке сестричку симпатичную с таким именем.

— А ты откуда знаешь? — напрягся Виталик.

— Расслабься. Видел краем глаза, красивая, вот и предположил.

Ответ здоровяка успокоил, но тему он предпочел сменить.

— А как ты про нож в кадке узнал? — неожиданно спросил он, на мгновение теряя свою привычную «придурковатость».

— Говорю же, еще тогда заметил, сначала не придал значения, но потом, на эксперименте, вспомнил. А что? — привычно ответил я.

Не знаю удовлетворило ли его такое объяснение, но переспрашивать Виталя не стал, а нацепив «маску», рассказал о том что слышал в больнице.

— Говорят, нашли уже убийцу, и вроде даже увезли уже с утра.

— И кто он?

Ответа на этот животрепещущий вопрос я ждал с нетерпением. Ибо от того кем окажется виновник, зависело очень и очень многое. Даже не столько от самой личности преступника, а от мотивов которые им двигали.

Если что-то личное — то и хрен с ним. Плюнуть и растереть. А вот если мотива не будет, во всяком случае явного, тогда стоит задуматься. По-хорошему, залезть бы виновнику в голову, но для этого нужно знать не только кто он, но и где его держат. А с этим проблемы. Тут с территории-то выйти, та ещё задача, а уж такое, вообще никак.

— Не знаю, не говорили пока… — разочаровал Виталик.

Нет, оно понятно что скрыть личность не удастся, правда в любом случае наружу пролезет, но добраться до него уже навряд ли получится. Остаётся надеяться что причины убийства будут налицо.

— А что на счёт присяги слышно?

— Да пёс его знает… Кто-то говорит на этой неделе, кто-то на следующей…

Присягу я уже принимал, пусть и давно, но запомнилось это событие очень хорошо. Волновался тогда, эмоции зашкаливали, поэтому и отложились в памяти. Как оно будет сейчас, не знаю, только, думаю, такого же эффекта ждать не стоит.

Но получилось совсем не так.

Никаких построений, никакой торжественности. На следующий день нас вызвали в административный корпус, и дав расписаться в какой-то ведомости, поздравили с принятием присяги.

Мне-то ладно, не страшно. А вот за парней обидно. Они так ждали этого момента, так готовились, а тут такое…

Ладно хоть увольнение не отменили, отпустили в город до вечера.

Я сразу рванул в снятый Клавдией офис, а Виталик с Эдиком отправились в торговый центр. Деньги у них были, и, по-видимому, сильно жгли карман.

— Тарасовский проезд, дом семь. — усаживаясь в кресло вызванного такси, по памяти назвал адрес.

Таксист удивился, посмотрел странно, но ничего не сказав, тронул машину с места.

— Приехали. — буквально через пару минут сообщил он.

— В смысле?

— Тарасовский проезд, дом семь. Как сказали.

Судя по тому что я видел за окном, находились мы в какой-то промышленной зоне, а украшенное табличкой с названием улицы и номером дома, трехэтажное здание красного кирпича, совсем не походило на офис центр. Наверное поэтому сначала не поверил, и расплатился только сверившись с навигатором.

Ну а что, вполне удобно. Не знаю как внутри, но нам пока многого и не нужно.

Союзник

Чтобы найти вход, пришлось дважды обойти всё здание. Искал что-то серьёзное, с табличкой, но оказалось что неприметная дверь с торца и есть лицо офиса.

Позвонил в звонок, дверь открылась.

Зашёл, осмотрелся. Никаких следов отделки, голые кирпичные стены, пыльный бетонный пол, и тускло светящие лампочки под потолком.

На первом этаже ничего жилого, поэтому двинулся вверх по лестнице. На втором пусто, поднялся на третий.

Снова дверь, снова звонок. Позвонил, щелкнуло, зашёл.

Такие же ободранные стены, света вообще нет, и только в самом конце коридора огонёк.

Двинулся туда, подсознательно жалея что не взял с собой никакого оружия. Надо было хоть трубу прихватить, видел же, валялось несколько.

Достал терминал, пытаясь вызвать Клавдию. Происходящее оптимизма уже не вызывало, в голову лезла всякая чушь, но абонент на «другом конце провода» упрямо молчал.

Дойдя почти до конца коридора — туда где висела одинокая лампочка, остановился перед ещё одной дверью. Не такая как остальные; широкая, из серебристого металла, при моём приближении она бесшумно ушла в сторону.

— Есть кто-нибудь? — заглядывая внутрь, негромко позвал я.

— Аркадий Афанасьевич! Здравствуйте! — как чертик из шкатулки, выскочила помощница.

В чёрном, строгом костюме, она была так хороша, что мне стоило больших усилий чтобы с ходу не задушить её в объятиях. Сдержался, сначала дела.

— Проходите!

Внутреннее убранство кабинета резко контрастировало с тем что видел на пути сюда. Хайтек и роскошь — два слова которыми можно охарактеризовать царящую здесь обстановку. На стенах картины в богато украшенных рамах, под потолком люстра «тысячи солнц», на могучих антикварных столах гудят не менее могучие терминалы.

— Нормально ты обустроилась… — присвистнув от удивления, огляделся я.

— То ли ещё будет… — улыбнулась Клавдия, и дождавшись когда с едва слышным шипением дверь вернётся на место, призывно облизнула губы, одновременно расстегивая верхнюю пуговку на блузке.

И нет, я действительно хотел заняться делами, но устоять не смог. Пробудившийся инстинкт за долю секунды отключил мозг, и вернул управление лишь вдоволь натешившись с объектом вожделения.

Потом, когда отпустило, подумалось что как бы себя не успокаивали «пожившие» мужи в свои сорок и пятьдесят, — гордясь что могут дважды за ночь, сравниться с восемнадцатилетними «вьюношами» они даже близко не могут. Да, опыт даёт какие-то преимущества, но против «физики» не попрёшь. Энергия молодости напрочь сносит все возможные аргументы.

— Кофе? — одеваясь, предложила девушка. Не скажу что выглядела она очень счастливой после нашего марафона, но расстроена точно не была.

Я же — довольный как кот после ведра сметаны, от кофе не отказался, и уже через несколько минут наслаждался напитком, параллельно выслушивая «сводку» с последними новостями.

— Стройка идёт по плану, цифры соблюдаются, от Марии отчёт ещё не пришёл, но насколько мне известно, там тоже без происшествий. Техника пока в пути, хотя боксы для ремонта уже готовы, Федор Петрович записал видео минут на сорок, каждый угол своей вотчины показал, спрашивал разрешения на какие-то изыски.

— Изыски?

— Вроде да, хотя могу ошибаться, надо в терминале посмотреть.

— С сестрой что?

Не скажу чтобы особо волновался, всё же оставил её в надежных руках, но не спросить не мог.

— Она в порядке. Доктор говорит даже получше стало, хотя деталей не знаю.

— Понятно… А здесь что? Аренда? Почему место такое выбрала?

На мой взгляд было бы куда проще и дешевле арендовать помещение в одном из офис-центров, — коих в городе огромное количество, но зная Клавдию, не приходилось сомневаться что аргументы для такого выбора у неё имеются.

— Нет, не аренда, купила на перспективу. — ответила она. — Цена нормального офиса даже несколько выше чем стоимость всей этой базы, но толку, кроме расположения, никакого нет. Да и зачем нам центр? Для чего?

Не особо задумываясь над этим вопросом, мне казалось что если столица, значит непременно должен быть центр. Но в доводах Клавдии был смысл, поэтому спорить не стал, отложив этот вопрос на потом.

Дальше она продолжила отчёт с цифрами, большую часть которых я уже совсем не воспринимал. Не привязанные к чему-то определённому, для меня они были не более чем абстракцией. Сальдо, эмиссия, хеджинг… — Тёмный лес.

Виду, разумеется, не показывал, дослушал с умным лицом, а пару раз даже уточнял что-то.

— Все бумаги я приготовила, если хотите, могу разобрать по отдельности. Здесь и бумажная, и электронная версии имеются.

Вникать в бухгалтерию не хотелось по той же самой причине, и оставшееся до конца увольнения время мы провели в постели. Точнее на небольшом, но удобном кожаном диванчике.

— И вот ещё что, — уже уходя, вспомнил я, — нужна информация по недавнему происшествию в академии, ты же в курсе?

Клавдия кивнула.

— Найди всё что сможешь. Если получится выйти на кого-нибудь из военной полиции, будет вообще замечательно. Денег не жалей, главное результат. Поняла?

— Поняла.

Наверняка она уже занималась этим вопросом, у девчонок в группах не такой жескач с терминалами, и с Лерой они общаются постоянно. Но раз молчит, значит ничего стоящего не нашла.

А в академию я все-таки опоздал.

Совсем немного, буквально на несколько минут, но этого было достаточно чтобы дежурный на входе поставил отметку в журнале. Тут не важно, хоть пятнадцать секунд, сам факт опоздания фиксируется, и опоздавший автоматом лишается права на следующее увольнение.

Обидно, конечно, но ничего не поделать. Дисциплина.

— Филатов! — едва я успел отойти от КПП, как меня перехватил один из наших, с повязкой дежурного по роте.

— Чего тебе?

— Тебя ждут во втором корпусе, приказ майора Шутихина!

Никакого майора Шутихина не знал, но это ничего не значило. Приказ есть приказ, поэтому уточнив дорогу — а я всё еще плохо ориентировался на территории, двинулся исполнять.

Прошёл через центральную аллею, свернул направо, и через несколько минут был в пункте назначения.

— Курсант Филатов по вашему приказанию прибыл! — бодро отсалютовал стоявшему на крыльце майору с нашитой на груди фамилией «Шутихин».

Тот хмуро кивнул, и бросив короткое — «За мной» — Первым зашёл в двери корпуса.

Прямо по коридору, три этажа по лестнице, и еще один коридор.

— Подожди здесь. — буркнул хмурый майор, скрываясь в кабинете под номером тридцать восемь.

Я же, «нацеливаясь» на долгое ожидание, стал осматриваться в поисках стула, или чего-нибудь его заменяющего, но тут дверь открылась.

— Идём. — позвал майор.

Зашёл. Большая и светлая приёмная, похожая на фею молодая девушка за столом, на стульях у стены трое военных; два ротмистра и один полковник. Все четверо изучающе уставились на меня.

— Филатов Аркадий Афанасьевич? — неожиданно грубым голосом спросила фея, а я обратил внимание на висящий позади нее китель с погонами поручика.

— Так точно! — рявкнул я.

— Да тише вы! — зашипела фея-поручик. — Не на плацу!

— Так точно!

— Присядьте пока, вас позовут.

Единственный оставшийся свободным стул стоял в самом углу приёмной, на него я и переместился, снова готовясь к долгому ожиданию.

Но опять мимо.

— Заходите, Филатов, вас ждут. — заглянув в терминал, негромко, но всё тем же грубым голосом, пригласила девушка.

Интересно, а в постели она так же басом командует? — На мгновение дав волю фантазии, с трудом отогнал появившиеся картинки. Вот уж точно кому не позавидуешь, так это её избраннику. Гром баба, в прямом смысле этого слова.

— Ну здравствуй…

— Здравия желаю, ваше превосходительство! — едва завидев сидящего во главе стола генерала, не сдерживаясь, проорал я.

— Не кричи так… — недовольно сморщившись, махнул рукой тот.

В годах, но ещё не старый, генерал очень походил на одного из моих боевых товарищей, Женьку Первухина. Овал лица, нос, губы — явное сходство. Но самое главное взгляд, — такой, словно исподтишка, с усмешкой.

— Присаживайся… В ногах правды нет.

Несколько стульев стояли у стены, несколько возле стола. Шагнул к тем что у стены, но генерал сказал сесть за стол.

— Рассказывай… — дождавшись пока усядусь, предложил он таким тоном, что я вновь почувствовал себя на допросе.

— Что рассказывать?

Вариантов где мог накосячить, было много, но такого чтобы заинтересовать аж целого генерала, не припоминалось. Во всяком случае с ходу. Разумеется, не считая недавнего происшествия.

Посмотрев на меня фирменным взглядом Женьки Первухина, генерал поднялся, взял трубку, и набивая её табаком, неторопливо заговорил.

— Мне тут на днях полковник Невский звонил, тобой интересовался…

Я молчал.

— Что там… мой протеже, говорит, как поживает?.. Проявил себя? Спрашивает…

— А я ему, — проявил, говорю… Подраться успел, в тюремной больнице полежать успел, сейчас вот присягу принял. Хорошего, говорю, ты мне, Анатолий Иванович, парня отправил…Талантливого…

— Есть что сказать?

— Никак нет, ваше превосходительство! — опять по-уставному проорал я.

— Да не кричи ты… Уж уши болят от твоих воплей… Куришь?

Табаком в прошлой жизни баловался регулярно, да и не только табаком, но в этой портить здоровье не хотел. Оно и вредно, и неудобно, да и вообще, привычка дурацкая.

— Никак нет ваше превосходительство! — ответил уже не так громко, но всё еще по уставу.

— Иван Петрович меня зовут, можешь так и обращаться. Первухин Иван Петрович.

Ну точно. Женькин предок получается. От осознания этого факта меня даже отпустило немного, и тут же вспомнилась байка которую тот рассказал как-то про своего деда. Не знаю, — правда, или придумал, но смеялись мы тогда долго.

Как-то раз, будучи ещё в звании поручика, будущий генерал отправился в одну из дальних стран, опыт у вояк тамошних перенимать, и попал по распределению на одну из военных баз. Не самую секретную, понятно, но и не рядовую. База эта находилась неподалеку от небольшого городка, тоже, разумеется, иноземного, ну и повадились они с товарищами в городок этот в самоволку бегать.

Туда на попутной машине — их с базы в город достаточно много каталось, а обратно, как правило за полночь, на такси добирались.

До самой базы не доезжали, чтобы не палиться, а рассчитавшись с таксистом километра за два, дальше пешком топали.

Но в один из таких забегов, таксист перепутал что-то, и высадил его не как обычно, а в стороне где-то. Местность гористая, фонарей не видно, ну дед Женькин и потерялся. Походил в потьмах, поискал безуспешно, и дабы сориентироваться, не придумал ничего лучше чем связаться по рации с одним из своих товарищей, так же перенимавших опыт иностранных коллег.

Вызвал, тот ответил, начал направлять — налево/направо/ближе/дальше — разумеется всё по-русски, с матюгами, тут внезапно сирена, все в ружьё, деда Женькиного ловят, разбираются конечно, но поздно. Командир местный, генерал какой-то в возрасте, речь русскую услыхал в эфире, решил что война началась, да и помер, сердечко не выдержало.

Женька утверждал что деда потом наградили за это, мол генерал тот, шибко важной шишкой был. Но, понятное дело, мало кто ему верил, и я в том числе.

— Как же тебя угораздило? — раскурив трубку, продолжал Женькин дед.

— Что именно?

— С Гаевским связаться.

Понимая что генерал прекрасно осведомлен о произошедшем, и спрашивает не из любопытства, отвечать не стал, а только пожал плечами.

— Вот-вот, а если бы не нашли убийцу? Где бы ты был сейчас?

Я молчал.

— Но с этим ладно, — махнул рукой генерал, — вроде разобрались… Скажи лучше что у тебя с навыками вождения шагохода?

А вот это уже неспроста. Наверняка Невский постарался. Врать нельзя, правду говорить нельзя. Остаётся выкручиваться.

— Теория на отлично, а вот с практикой никак. Не приходилось пока.

— Занятно…

Непонятно что именно в моём ответе выглядело для генерала занятным, но уточнять не стал, пусть говорит, а я послушаю. Зачем-то же он позвал меня?

— Мне тут из школы документы твои пришли — аттестат, характеристика… не хочешь ознакомиться?

— Нет. — мотнул я головой.

— Не хочешь… — протянул генерал.

— Ладно. Тогда расскажи про нападение на академию, хочу, так сказать, непосредственного свидетеля послушать…

Ничего другого мне не оставалось, и я послушно изложил свою версию. Говорить старался коротко, в подробности не вдавался, но всё равно времени пересказ занял прилично. Тем более генерал прерывал постоянно, переспрашивал, детали какие-то уточнял. А когда я закончил повествование, спросил неожиданно;

— Кто бы это мог быть?

Привычно пожав плечами, я промычал что-то вроде — моё дело маленькое, вам виднее.

— И что, совсем никаких мыслей?

— Ну…

— Не тушуйся, говори как есть. Дальше этого кабинета наш разговор не уйдёт. Что-то же ты предполагаешь?

«А может рассказать ему всё?» — мелькнула осторожная мысль. — «Ну а что, вдруг поверит? Тем более доказательства имеются, не просто же так он про академию Владивостокскую интересуется?»

«Нет, опасность есть, тут не поспоришь. Но если всё-таки получится?» — Представив сколько всего можно сделать, заимев такого союзника, я аж вспотел.

«Ну что?» — спросил сам себя, точнее свою интуицию. — «Рискнём?»

«А не получится? Не поверит генерал, да и сдаст в дурку. Тогда как?»

«Кто не рискует…»

«Тот не пьет шампанского» — продолжил внутренний голос. Добавляя через секунду — «Знаю, проходили. Я бы на твоём месте воздержался.»

«Воздерживайся, а я всё же попробую. Так что извини.» — отправив мысленный посыл здравому смыслу — если это конечно был он, я обратился к генералу.

— Скажите, вы когда-нибудь ездили по обмену опытом к иноземным коллегам?

Тот прищурился, посмотрел внимательно, и оглянувшись на дверь, спросил негромко.

— С чего ты взял?

— Просто ответьте, да, или нет?

— Допустим.

— На военную базу в Аризоне?

Генерал нахмурился, но промолчал.

А ведь похоже что Женька не врал, вон как дедуля-то напрягся, занервничал.

— Ну так что? — повторил я.

— Кто тебе сказал про базу? — переменившись лицом, зло сверкнул он глазами.

— Значит в Аризоне…

Начало положено, теперь главное не упустить инициативу.

И я старался. Говорил быстро и много. Начал издалека, постепенно продвигаясь к главному.

— Хм… Погоди-ка… — Когда я дошёл в своём рассказе до возможности подсаживать демонов, генерал прервал меня, вышел за дверь, извинился, и сказав ожидающим что сегодня приёма не будет, вернулся обратно.

— Как минимум, это занятно. Продолжай — уселся он в своё кресло.

И я продолжил. С демонов перешёл на вторжение, рассказал про ящеров — на этом месте он немного оживился, видимо тема была знакома.

— Три года? — задумчиво разглядывая дым из трубки, уточнил генерал.

— Уже меньше.

Донося основные тезисы, внимательно следил за его настроением. И пока он мне не верил. Слушал внимательно, кивал, уточнял, но я видел что до него мои откровения не более чем игра. Скорее всего нашёл «оправдание» моему знанию про базу в Аризоне, и теперь наслаждается спектаклем.

— То есть, ты утверждаешь, что смог отразить нападение так называемых ящеров, сидя за пультом Пересвета?

— Именно.

— Ну знаешь… Совсем не смешно. Я хорошо знаю эту машину, — реактор под замену, проблемы с гидравликой… Да его чтобы с места сдвинуть, ремонт не на коленке нужен, а в заводских, нормальных условиях. Только не актуальны такие тяжеловесы сейчас, гораздо выгоднее построить десяток небольших шагоходов, чем восстанавливать Пересвета. Поэтому и торчит он там…

— Но вы наверняка читали отчёты…

— Читал. И что с того? Я тоже, знаешь ли, всякого понаписать могу, когда припрёт!

— Значит, вы мне не верите?

— А ты бы поверил?

И я бы не поверил, здесь генерал прав. Но иного пути нет, упрямого вояку убедить нужно во что бы то ни стало.

— Нет, не поверил бы, пока собственными глазами не увидел, тут я с вами согласен.

— Вот-вот. Но извини, лететь во Владивосток не хочу, так что, если есть чем доказать, давай прямо сейчас, пока я тебя в списки на отчисление не внёс.

— За что?

— За враньё. С таким талантом тебе не в военную академию надо, а в театральное училище. Как раз документы подать успеешь…

Дело висело на волоске, но небольшой шанс ещё оставался. Поэтому когда генерал предложил проделать то же самое с одним из неисправных шагоходов, я сразу же согласился.

До ангара нас довезли на машине, а дальше мы потопали пешком.

Шагоходов здесь было много, столичная академия дефицита в технике не испытывала, но нужный оказался в самом конце, поэтому пройтись пришлось порядком. Но вот наконец и он.

Десятитонный «Мамай». Лёгкая машина разведывательного класса использовалась как наглядное пособие, и судя по состоянию, стояла здесь уже очень давно.

— Вот, по большому счёту, тоже памятник. Дерзай. — весело ухмыляясь, предложил генерал.

— Реактор на месте?

— Да, шагоход комплектный, но не рабочий. Стоит, дай бог памяти, — лет семь, или восемь, как списали, так и всё.

Я задумался.

Демоны, конечно, ушлые ребята в плане починки, но чудес творить не умеют. Поэтому, если машина разукомплектована физически, — то есть у неё отсутствуют какие-то основные компоненты, кина, как говорится, не будет.

Хотя не попробуешь, не узнаешь. И для начала неплохо было бы разбудить Санди, а то пропал он в последнее время куда-то, — ни слуху, ни духу.

Робот невысокий, да ещё и в «техническом» положении, поэтому в кабину пролез без проблем. Осмотрелся, и не заметив ничего необычного, занял место за пультом.

— Если шлем нужен, могу принести! — ухмыляясь во весь рот — от абсурдности происходящего, предложил генерал.

Шлем был не нужен. Используемый для «слияния» с машиной, он не давал и десятой доли того что мог дать демон. Да, с нейроинтерфейсом поинтереснее чем без него, только в конкретном случае смысла будет ноль.

Привычно «прошёлся» по рычагам и приборам, визуально проверил их состояние, но ни к чему не прикасался, ждал Санди. Минуту, может две, ничего не происходило, я как мог «будил» его, и только когда ощутил что тот откликнулся, взялся за рычаги.

Не подведи… Ты же можешь… — бормотал словно заклинание.

Время шло. Демон занимался машиной, я ждал, а генерал внизу уже начал нетерпеливо покашливать, но неожиданно руки налились тяжестью, в глазах замерцало, а ещё через мгновение робот вздрогнул, и покачиваясь, поднялся на своих тонких ногах-ходулях.

«Реактор запущен. Идёт проверка систем». — ожил центральный экран.

Глядя на меняющиеся цифры, я уже через минуту знал всё о состоянии шагохода. Как и говорил генерал, тот был полностью комплектный, но проблемный, сбоила система охлаждения реактора. Видимо потому его и списали, сработавшая защита отключила питание, а те кто занимался ремонтом, решили не заморачиваться. Ну а что, машин в академии много, этот не самый ходовой, так почему нет? Пусть стоит себе.

Подключившись к датчикам робота, видел я всё вокруг его «глазами», в том числе и генерала, который отошёл к стене, и не отрываясь, можно сказать с раскрытым ртом, смотрел на происходящее.

Дождавшись окончания проверки, двинул машину вперед. Сначала было непривычно, но стоило сделать пару тройку шагов, как по телу разлилось знакомое тепло, означавшее полный контакт с техникой.

Получилось. Ура.

Планы меняются

«Одним глазом» поглядывая на застывшего в углу генерала, решил усилить впечатление, показав уровень взаимодействия с машиной.

Нехитрые манипуляции с терминалом, и вот уже с внешних динамиков «Мамая» рвётся ритмичная музыка.

Тыщ-тыЩ ТыДыщ! Тыщтыщтыщ-тыщ!

Подстроившись под ритм, выдаю «танцевальные» движения, чётко следя за балансировкой. Робот лёгкий, не валкий, поэтому удаются даже непростые «коленца»

Тыщ-тыЩ ТыДыщ! Тыщтыщтыщ-тыщ!

Лицом генерала можно гвозди забивать, оно будто окаменело в одном положении.

Добавляю громкости, темп нарастает, прохожусь кругом, и завершаю композицию изящным — насколько это понятие применимо в данной ситуации, — «Па».

Эффект на лицо.

Музыка стихает, останавливаю реактор, опускаю робота в «технологическое» пположение и покидаю кабину.

— Ну как? Теперь вы мне верите?

Генерал смотрит тоскливо, и медленно, с чувством, кивает.

— Верю… — говорит он.

Если до «представления» он ещё мог найти «оправдания» почему не стоит принимать мои слова за чистую монету, то теперь «оправданий» нет, факты вещь упрямая, с ними не поспоришь.

Ладно с работоспособностью машины можно ещё посомневаться, — недоглядели, само починилось, или ещё как-то, то с «танцем» уже серьёзнее. Даже будь ты чертовым гением в самом продвинутом нейрошлеме, заставить робота выполнить такое, ни за что не выйдет. А тут пацан исполняет… Ну не чудеса ли?

Дальше общались в кабинете, в режиме вопрос-ответ. Генерал спрашивал, я отвечал, и он всё скрупулезно записывал.

Причём писал каким-то шифром, во всяком случае когда удалось заглянуть, разобрать ничего не смог.

— Ты понимаешь что это значит? — спросил он.

— Разумеется. — ответил я.

— Да нет, не понимаешь ты ничего…

— Так объясните.

И он объяснил. Где-то долго «разжевывая», где-то усиливая эффект матюгами, но в общем и целом выходило что ящеры уже давно среди нас.

— А я-то гадаю, за каким хреном надумали стоянку перестраивать? Чем она мешает? Технику раскидали по разным частям? Нахрена?

Если коротко, с его слов получалось что некто уже давно «готовит» армию Империи к вторжению, растаскивая и уничтожая военную технику, дестабилизируя взаимосвязь между родами войск, внося сумбур в вертикаль управления и делая много такого, чему не находится объяснения.

Конкретный факт: Ангары и стоянки для техники, — в военной части которой командует генерал, свежие, и как ни крути, ни ремонта, ни переделки не требуют. Функцию свою выполняют отменно, чего ещё желать? Но кто-то в верхах приказал перестроить их, а технику временно перебазировать на полигоны в области. То есть, личный состав остаётся в одном месте, а танки и другая бронетехника в другом. Оно и ладно бы, но сломать-то, постройки, сломали, а новые возводить не торопились. На все запросы ответ один — ждите.

— И это только часть преступных приказов! — почти кричал генерал.

— Я-то думал, дураки от безделья резвятся, а оно вон как получается!.. И что теперь делать?

Ответа на этот вопрос у меня не было, как не было его и у генерала.

Ну а выводы напрашиваются самые неутешительные, — подготовка к вторжению идёт полным ходом, причём изнутри, и сказать насколько всё запущено, очень сложно.

— Двоих я, кажется, знаю… Не факт, но очень похоже…

— Кто они?

— Погоди. Говорю же, не факт. Сам проверю сначала, вдруг ошибаюсь!

Настаивать не стал, не с руки, а вот содействия кое-какого добился.

— Пять комплектов УБК выделю, штуки три ходовых тренажера смогу, по мелочи всякого тоже. А вот с техникой извини, тут каждый шаг фиксируют, можем раньше времени засветиться. Вот так.

УБК — учебно-боевой комплекс — комплект механизмов использующийся для отработки навыков стрельбы и прочих манипуляций с оружием. А ходовой тренажер — суть шагоход только без пушек и не такой большой.

— Главное не спешить, про то что мне рассказал — больше никому. Есть у меня дружок хороший, там — ткнул он пальцем вверх, — свяжусь с ним, объясню что к чему, может чего-нибудь и придумаем умного. Спешка вообще не самое правильное занятие, а в нашем случае цена ошибки может быть несоизмеримо высока.

В дополнение к технической поддержке, генерал пообещал устроить мне «свободное посещение», и примерно обрисовал как должно выглядеть прикрытие «проекта».

— По военным частям и учебным учреждениям периодически мероприятия проводятся, вроде военно-спортивных игр. Если собрать команду, договориться с руководством, под это дело можно и провернуть вариант. Как тебе идейка?

— Да кто мне разрешит? — я плохо представлял как организовать подобное, тем более в академии без году неделя. Меня и слушать не станут.

— С этим помогу. Переговорю с руководством, сделаем под патронажем моей части. Не знаю, отбор проведем, тесты какие-нибудь, разберёмся, в общем.

Наверное мы бы ещё поговорили, вопросы у генерала не кончались, но вызвали его куда-то, срочно и внезапно. Ну а я обратно в свой корпус потопал. Стемнело уже, хотелось есть, а ещё больше спать.

Пока шёл, думал над словами генерала. «Они уже везде» — сказал он.

Но как такое может быть? Вся верхушка имперской России — ведущие род с незапамятных времён аристократы. И каким образом среди них может затесаться враг? Нет, всё же среди аристократов вряд ли, одно дело внешность, и совсем другое содержание. На раз раскусят. Но тогда кто они? Те про кого говорил генерал? — Военные? Какие-то высокопоставленные клерки?

Скорее всего, и то и другое. Среднее звено, без которого ни государственная, ни военная машина работать не сможет. Ну а что, в принципе, реально. Внешних отличий, кроме глаз, никаких, а с нынешними технологиями, глаза не проблема. Контактные линзы надел, и всё, никаких следов ящероватости. Тем более про них пока не знают, и специально не ищут. Случайно если наткнутся, так всегда можно на аномалию сослаться. Рождаются же шестипалые и двухголовые, почему бы вертикально зрачкообразным не быть?

В общем, тема серьёзная, с наскока не разобраться. Подход нужен тщательный и скрупулёзный, а с этим пока никак, не хватит ни времени, ни средств.

Эдик с Виктором встретили меня прямо у дверей на этаже, едва я успел подняться.

— Ну ты где пропадаешь? Мы так с голоду подохнем, пока дождёмся! — как всегда без «прелюдий» пророкотал Виталик.

— Ага, кушать очень хочется, аж живот сводит.

Конечно я был благодарен парням за такое доверие, но всё же спросил почему они не пошли без меня.

— Так это… Смущённо пожал плечами Виталик, — денег нет на офицерскую, а в нашу уже опоздали, не осталось там ничего.

— Ага. — подтвердил Эдик, а мне стало стыдно. Парни небогатые, точнее родители у них небогатые, и всего что им выделяют, хватит разве что на пару хороших обедов.

Спускались молча, столик выбрали тот что подальше от входа, так чтобы меньше глаза мозолить.

— Чего изволите? — как всегда бесшумно появился официант.

— Всего и побольше. Что у вас сегодня из фирменного?

Блюдом дня были пельмени, их мы и заказали. К пельменям по паре салатов, нарезку, ну и попить кто во что горазд.

Пока ждали заказ, вкратце обменялись новостями. Виталик рассказал что весь день провёл с медсестричкой, а Эдик поведал о походе по магазинам. Я сказал что бегал по делам фирмы.

— Вам от господ офицеров. — выставляя с подноса пузатый чайник и три чашки, сообщил официант.

В столовой немноголюдно, и кроме нашего, заняты были всего два столика. За одним сидели двое в гражданском, за вторым четверо военных.

— Странно. — невпопад брякнул Эдик.

— Угу. — согласился Виталий.

— Принесите господам офицерам бутылку хорошего коньяка за мой счёт, и поблагодарите за чай. — не обращая внимания на кислые лица товарищей, попросил я.

— Будет исполнено. — коротко поклонившись, официант удалился.

— Не жирно им будет? — так же хмуро буркнул Эдик. — Сколько коньяк этот стоит?

Парней понять можно, после случившегося они чурались любого внимания, но у меня была своя точка зрения. Ещё усаживаясь за столик, я обратил внимание на косые — как мне показалось, взгляды военных, и если и ожидал чего-то, то скорее неприятностей, и уж точно не чайник чая.

Тем временем официант подал офицерам коньяк. Они явно удивились, но подношение приняли, и тут же разлив напиток по бокалам, «отсалютовали» нашему столику.

— Сколько за бутылку? — спросил Эдик, когда официант принес счёт.

— Сорок три рубля.

Не то чтобы много, но и не мало. Для сравнения, весь наш обед вышел в шесть двадцать.

Думал всё же подойдут, не зря же чайник присылали, но дальше обмена любезностями общение с офицерами не продвинулось, и с тех пор я их в столовой не видел. Спрашивал официанта, но тот только пожимал плечами.

А время шло. Час за часом, день за днём, неделя за неделей.

Издевательства, в виде бесконечных физических упражнений и прочих подобных прелестей, кончились сразу после присяги, но началась учёба.

Подъём в шесть тридцать, пробежка, завтрак, пятнадцать минут на душ, и сразу в класс.

Уроки те же что и в школе. Никаких новых дисциплин не вводилось, добавились лишь энергетические тренинги.

— Ну не могу я создать этот шар! — психовал Виталик, проваливая уже, наверное, сотую попытку.

Шаром называли одно из ключевых упражнений, сумев совладать с которым, курсант мог рассчитывать на что-то большее, чем место бортстрелка на какой-нибудь гусеничной, или колёсной технике.

Ничего сложного, по сути, во всяком случае мне, когда был курсантом в той, прошлой жизни, всё это давалось легко, но у парней не получалось. И если с теорией ещё можно смухлевать как-то, то с практикой уже сложнее.

Оставалось одно, помогать. И я помогал. Вечерами, в свободное от учебы и прочих занятий время, мы только и делали что повторяли, повторяли, и повторяли. Одно и то же, раз за разом, до отбоя, а иногда и после него.

Эдик оказался поспособней, но и у него были проблемы. В отличии от своего большого товарища, он знал как сделать, но ему не хватало резерва. Технически, для того чтобы зажечь спичку и поджечь танк, алгоритм действий одинаков, но если для первого сил надо совсем немного, то со вторым так не выйдет, энергии потребуется много больше.

В общем, один знал как, но не мог, второй мог, но не знал.

Лучше всех в этом плане оказалась Лера. С полуслова понимая что от неё требуется, она выполняла эти упражнения на «ура», и имела самые высокие шансы стать пилотом. Разумеется, не на пустом месте, с ресурсом у девушки был полный порядок, ну и талант, куда же без него.

А мои сотоварищи откровенно «плавали».

— Как мне расширить ресурс? Что для этого сделать? — в очередной раз вместо взрыва получив пшик, возмущался Эдик.

Вопроса секретности этих сакральных знаний не стояло, в библиотеке академии имелось множество различной литературы, но все способы, там описанные, требовали времени. Если опустить нюансы, процесс расширения резерва хотя бы вдвое, занимает около пяти лет.

Но мы спешили. Точнее я. Год, максимум два — тот срок за который нужно сделать из парней первоклассных пилотов, поэтому подходить требовалось кардинально.

И я знал как.

Быстро и эффективно, но очень рискованно. Как в том анекдоте, пятьдесят на пятьдесят. Либо пан, либо пропал. Причём в самом прямом смысле.

А тут ещё и тесты подоспели. Генерала, после нашего разговора, я хоть и не видел, но обещания тот не нарушил. Де-юре, после сдачи тестов, мы с парнями попадаем в команду для участия в армейских соревнованиях, а де-факто получаем свободу.

Главное сдать хорошо.

За теорию не переживал, а вот практика хромала. Если Эдик ещё может изобразить что-то, то у Виталия совсем глухо.

— Филатов! — за полчаса до отбоя, в комнату заглянул дежурный.

— Чего тебе? — почти засыпая, отозвался я.

— Тебя майор Шутихин на кпп ждёт!

Едва услышав знакомую фамилию, подорвался, и через пятнадцать секунд уже «летел» по лестнице вниз.

Короткая пробежка, и вот я на месте.

— Майор где? — кроме дежурных на кпп никого не было, выглянул наружу, тоже.

— Ушёл… — лениво отозвался главный наряда, пухлый сержант из контрактников.

Наверно недоумение было так явно написано на моём лице, что он поспешил добавить,

— Вот, посылочку тебе передал. Владей…

Небольшой, перевязанный шпагатом сверток оказался достаточно тяжёлым. Сразу открывать не стал, а вернувшись в корпус, зашёл в туалет, и заняв одну из кабинок, принялся за распаковку.

«Не стоит» — внезапно объявился Санди.

«Не открывать?» — так же мысленно уточнил я.

«Ну да» — подтвердил Санди.

«Почему?»

«Потому что там бомба.»

Мысль его ещё не погасла, а я уже вылетел из кабинки и лихорадочно соображая куда девать столь опасный предмет, кинулся к окну.

Повернув ручку, открыл, и не задерживаясь, зашвырнул ее подальше. Внизу темно, но людей в это время быть не должно, хотя, каюсь, мысль о людях пришла позже, поначалу только о себе и думал.

Ничего не произошло.

И что делать?

Вообще, по инструкции, в таких случаях нужно доложить дежурному, а тот донесёт куда надо. Но тогда ко мне появятся ненужные вопросы.

«Ты уверен что там была бомба?» — сосредоточившись, послал запрос демону.

Через секунду появилась картинка перед глазами: Обмотанные проводами два бруска пластида. Никаких плат или лампочек нет, значит взрыватель не дистанционный и не по таймеру, скорее всего контактный, срабатывающий при вскрытии упаковки.

Значит точно бомба.

И точно мне.

Вопроса, — кому я нужен, не возникало. — Много кому. Выявить персоналии сложно, если не сказать невозможно, но в общих чертах направления — откуда могли заслать такую посылочку, известны.

Первое, — родственнички. Их у меня две ветви; одна мамина, вторая папина. И если с маминой стороной я худо-бедно общался, то папины пока не объявлялись.

Мешать мог обоим сторонам. Почему? Обычное дело в среде аристократов, они всегда что-то делят. Да что говорить, из последних десяти императоров и императриц, только трое спокойно взошли на престол. Остальные путем заговоров, убийств и свержений.

Я, понятно дело, не император, но похоже что папаша мой — то есть биологический отец настоящего Аркадия, кто-то из реальных претендентов на трон. Это и из контекста понятно, и информацию кое-какую собрать удалось. Клавдия говорит что если повезёт и из Британии придёт ответ на запрос, можно будет совсем точно конкретизировать.

И нет, я совсем не обрадуюсь такому повороту. Во-первых, мне такого счастья чисто по-человечески не надо, во-вторых, — толку что? Война неизбежна, и всем этим династиям жить остаётся совсем недолго. Когда жрать не чего, никому не интересно кто твой папа, или дедушка по маминой линии. Всем плевать. Пожрать дайте.

Но это всё лирика. А бомба настоящая. И если бы не демон, соскребали бы меня со стен туалета. Плохой конец. Вот в кабине шагохода сгореть, это да, это почетно. А на толчке взорваться, это совсем не очень. Лежишь такой, вперемешку с унитазом, пованиваешь…Брр!..

Ну да ладно, вернёмся к нашим баранам. Что с бомбой делать?

Дистанционно она не управляется, значит теоретически, можно её перемещать.

Долго не думал, спустился вниз, и проторенной дорогой — через окно туалета первого этажа, вылез на улицу. Так-то можно было и через дверь выйти, никаких ограничений по перемещению внутри академии не было, но не хотелось лишний раз попадаться на глаза дежурным. Мало ли, может что-то пойдёт не так.

А бомба лежала прямо на газоне. Наклонился, чтобы убедиться в целости упаковки, и аккуратненько поднял «подарок».

Не взорвалась. Уже хорошо.

Вариантов, куда её перепрятать, немного. А точнее всего один — перетащить поближе к забору и спрятать. Народ там не шляется, а значит шанс что кто-то случайно нарвётся, минимальный. Поэтому отнесу, и пусть лежит. Когда с генералом свяжусь, передам на экспертизу. Мало ли, может следы какие остались.

Выбрал место под елочкой, положил так чтобы не заметно было, травку поправил, и обратно тем же путём вернулся.

Парни уже спали, поэтому вопросов не задавали, а вот я уснуть не мог. Лёг, покрутился, сон не шёл. Да и как тут уснуть, когда такое? Комнаты изнутри не закрывались, поэтому не придумал ничего лучше чем сходить в хозблок, взять там швабру, и с её помощью подпереть дверь. Не бог весть что, но хоть какая-то защита.

«А может бомбу прислал Тополь?» — Посетила неожиданная мысль. Выглядит фантастически, но чем чёрт не шутит? После поступления в академию вёл он себя как мышка, и мы хоть и учились вместе, видел я его, в лучшем случае, раза два или три. В роте четыре взвода, занятия проводят повзводно, или для двух взводов сразу. Первый со вторым, третий с четвёртым. Его, когда распределяли, засунули в третий, а нас с парнями в первый.

Поговаривали что с началом учебного года всё поменяется, — кто-то утверждал что нас вообще переведут в другой корпус, но пока было так, как было. Первый этап до присяги максимально жёсткий, второй на расслабоне, ну а третий пока не наступил, так что не знаю как оно будет.

Хоть дверь и подпёр, но сон всё равно не шёл. От нечего делать достал терминал и «закопался» в отчеты, рассчитывая что такой приём подействует как снотворное.

Сводка номер один — так называла эти краткие файлы Клавдия, содержала в себе данные со стройки за последние две недели, и кроме кучи цифр, ничем похвастать не смогла. Просмотрел на автомате, выделил несколько моментов, и пролистав оставшийся кусок, перешёл к более интересному.

Ремонт одной из машин закончен, осталось лишь навесить вооружение. Автопушка унифицированная с теми что стоят на гусеничной технике, а вот лазеры придётся поискать. Способов два. Первый, заказать в штатах. В этой стране вообще с оружием проще, если есть деньги, можно хоть авианосец купить. А уж пушку для шагохода, раз плюнуть. Проблема только с доставкой, причём решать придется как с отправляющей стороной, так и с принимающей. Американцы вообще хитрые в этом плане, купить — покупай, но вывозить не смей. Есть вариант через китайцев заморочиться, тех что с американским гражданством, но для этого надо знать к кому обратиться. У них там китайский менталитет, каждый второй на цру работает, поэтому, как повезет. В общем, можно, но сложно.

Второй вариант — найти здесь, в Империи. Сам бы я и не рыпался в этом направлении, — связей нет, а чтобы их завести, возраста не хватает. Но Федор Петрович заверил что сделает всё сам, от меня требуются лишь деньги. Наличными в чемодане, разумеется.

Теоретически можно попробовать к генералу обратиться, но раньше времени карты раскрывать не хотелось. Это если уж у садовника не получится, тогда да, ничего другого просто не останется.

Закрыв глаза и отложив терминал, я почувствовал что засыпаю, и уже почти заснув, где-то на самой грани, между сном и явью, услышал посторонний звук. Негромкий, заглушаемый храпом Виталика, он напоминал что-то знакомое, но что именно, вспомнить не получалось. Скрип не скрип, шелест не шелест. Гудение? Но тихо так, аккуратненько…

А потом вдруг взрыв и звон стекла.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

ЩИТ ИМПЕРИИ – Альтернатива

Content

ЩИТ ИМПЕРИИ — Альтернатива

Пролог

Владивосток. Российская Империя. 16 мая 2345 года. Старшая школа для одаренных

Математика и Физика

Стычка в столовой и залет

Платиновая карта

Лисенок

Мумия

Библиотека

Спортзал

Док и Дед

Военная академия?

Загадка?

Шах и мат

Биржа труда

Садовник

Экзамен

Стычка и Санди

Шагоходы

Эмпат?

Убежище

Пересвет

Нашествие?

Ситуация выходит из под контроля

След…

Карамзин?

Новость

Академия

Следственный эксперимент

Развязка

Союзник

Планы меняются

Nota bene