Невкусные души I: Начало

Дневник

Привет, дорогой Дневник! Сегодня мне, наконец, разрешили умереть. Даже не знаю, радоваться ли мне этому? Но я устал. Отложу решение до завтра. А завтра, возможно, приму это заманчивое предложение. Но сегодня я попытаюсь написать тебе, Дневник, как всё это начиналось…

День 1

Сегодня был тяжёлый день. Иду с работы, щурюсь на фары проезжающих мимо машин. Привычное шоссе, каждый вечер прогуливаюсь вдоль. Очередной день. Зайти в «Пятёрочку», взять коньячка и еды… Всё достало.

Что было потом, вспоминал много раз, но обрывки видений так и не дали полной картины. Яркий свет фар, скрип тормозов, звуки рвущегося железа. В меня летит кусок металла. Резкая боль в шее. Последнее, что видит моя отрезанная голова — фонтанирующее кровью из шеи тело. Такое знакомое тело, родное. И такое далёкое. Обидно вот так с ничего сдохнуть. А ещё обидно за новую рубашку. Ведь ничего не предвещало беды. Я даже не за рулём был! Просто шёл домой. С работы.

Просыпаюсь, и, что странно, ничего не болит. Лежу на односпалке в абсолютно белом помещении, одет в белое чужое бельё. Перед глазами надпись:

«Вас посчитали недостойным для смерти, проживите достойно»

Промаргиваюсь, пытаясь убрать этот глюк перед глазами, но ощущение, что надпись привязана к глазам. Пытаюсь встать, и опять же странно, но мне это легко удаётся. Комната — примерно пятнадцать квадратов. Окна нет, двери — тоже.

Обхожу помещение по кругу, но ясности не добавляется. Просто гладкие и почти мягкие белые стены. Однозначные ассоциации с дуркой. Может, я сбрендил? И надпись перед глазами явно на это намекает.

— Эй! Есть тут кто? Ау-у-у! Живые есть, спрашиваю?

В ответ тишина.

Сделав пару кругов и ощупав стены, сдаюсь. Ложусь обратно на кровать и начинаю играть с надписью в «кто кого быстрее». Надпись быстрее. Как бы быстро ни крутил головой, как бы ни моргал, ни шевелил глазами, надпись остаётся по центру. Причём читается вся, не нужно водить глазами, как по тексту в книге. Точно, сбрендил. И это психушка. Хочется жрать и в туалет. С туалетом проблемы, его просто нет, потому терплю. Сон накатывается внезапно, и я отрубаюсь.

День 2

Второй раз просыпаюсь там же. Ничего не изменилось, кроме надписи перед глазами. Она исчезла. Только хотел облегчённо выдохнуть, как обнаружил, что со зрением очередная беда. Я вроде смотрю на мир, но при этом передо мной приклеили стекло с несколькими нарисованными картинками. В правом нижнем углу две непонятных кракозябры, слева вверху — ещё одна. В остальном вроде нормально. Причём значки двигаются вместе с головой, а не с глазами. Уже легче, можно даже не обращать внимание.

В туалет хочу уже нереально сильно. Понимаю, что ещё пара минут, и я изгваздаю постель.

— Эй! Уроды, мне в туалет нужно! Я же вам тут сейчас устрою!

В ответ снова тишина. Решаю поискать выход. Простукивание стен не даёт никакого результата. Ощущение, что стучишь по пенопласту. Так же мягко и глухо. Но отломать, да что там отломать, покарябать этот мягкий материал не получается. Вдруг чувствую сильную усталость, пытаюсь добраться до кровати, не успеваю, валюсь на пол в полуметре от неё — и темнота.

Очередное странное пробуждение. Я оказываюсь у себя дома. В своём белье, на своей кровати, возле неё валяется, как обычно, снятая с вечера одежда, а ещё пустая бутылка из-под коньяка. Бегом несусь в туалет. Облегчённо выдыхаю. Всё-таки сны — странная штука, вроде и исследовали их, а что это такое, до сих пор неизвестно. Да твою мать! Кракозябры на месте! Это явно не сон. Мысль о том, что я свихнулся, крепчает. Так! Надо проветриться. Подбираю и надеваю одежду и чуть ли не бегом иду к выходу. Открываю входную дверь.

Прямо на лестничной площадке сталкиваюсь с соседкой из квартиры напротив.

— Тёть Мань, привет! Как жизнь?

— Саш… Что происходит? Я слепну? У меня глюки в глазах. Вызвала скорую, но там сказали, что с проблемами в глазах нужно идти в поликлинику. Вызовы на глаза они не обслуживают. Так и сказали. Это же, получается, не только у меня? Мне страшно!

Ей лет пятьдесят с небольшим, плотная, бодрая, очень кудрявая тётка, всегда неунывающая, и очень странно видеть её в такой тихой панике. Хотя, если вспомнить меня всего пять минут назад… М-да. Срочно нужен коньяк. Или бренди. Сойдёт и водка, и даже пиво с сидром. Как могу, успокаиваю и мотивирую соседку, отправляю её домой ждать врача, который не приедет. И бегу в супермаркет.

На улице всё тоже выглядит странно. Вроде обычный июльский день, птички поют, вон кошка пробежала. Те же деревья, та же узкая улочка, оканчивающаяся тупиком нашего дома. Но. Множество людей просто стоит посреди тротуаров и смотрит в небо, в стену, в себя. Похоже, глюки в глазах у многих, если не у всех. Машин на дорогах нет от слова вообще. Такого я не видел даже ночью.

Не-не-не. Срочно за коньяком, разбираться потом.

Бегом до угла, захожу в магазин и вижу километровые очереди. Это всем прибухнуть, что ли, захотелось? Подхожу к кассам и читаю: «Кассы не работают, принимаются только наличные». А тележки у народа не просто полные, а с огромной горкой. Некоторые покупатели с двумя тележками. Ощущение, что готовятся к концу света. Спички, соль, консервы, макароны, крупы. Жесть. Ещё немного, и у меня сорвёт крышу. Нащупываю в кармане мобилу. Нужно позвонить Васе. Он на этих концах света собаку съел, даже бункер обустроил у себя на даче. Облом. Телефон сел, походу. Хотя я точно помню, что с работы выходил со ста процентами зарядки.

— Дружище, техника умерла, ничего не работает, — голос за спиной заставляет обернуться. Среднего роста, тощий, с бородкой гламурного дровосека и умными глазами мужичок лет тридцати.

— И что с ней случилось? — напрягаю память и вспоминаю рассказы Василия. — Электромагнитная бомба?

— А никто не знает. Сегодня все проснулись, ну, кто спал, и увидели это. И техника умерла, вся, сложнее мясорубки. Непонятно, — ответил он.

— Что увидели, и почему умерла? Ни хрена не понял.

— Короче, у всех перед глазами три значка, типа иконок, и ничего не пашет, что непонятно? Вся электроника сдохла. Машины не заводятся, телики не включаются, сотовые мертвы. У всех. А у тебя что, иконок нет, что ли?

— Эм-м-м. Есть какие-то загогулины на периферии зрения. То есть я не свихнулся? Это у многих?

— Это у всех, понимаешь! Вот народ и ломанулся скупать продукты и туалетную бумагу. Надеются отсидеться. А значки нужно рассмотреть. Просто внимательно присмотрись, и они проявятся. У всех так.

Пытаюсь присмотреться к значкам, но не выходит, только начинает болеть голова. Нет, однозначно нужен коньяк, мать его.

— У тебя выпить нет? Я заплачу вдвое.

— Да, есть. Но дома. Я тут стоять не готов, в этих очередях. Кассы же тоже электронные, сдохли, считают на бумажке, а цены диктуют бегающие у прилавков люди. Представляешь, на пятьдесят товаров проорать цену? А потом сложить столбиком? Плюс в продавцы часто идут не умеющие считать вообще. Касса типа посчитает. Плюс ажиотаж. В общем, очередь на час. Или два. Кстати, я Сергей.

— Александр. Но коньяк хочу. Подождёшь?

Не дожидаясь ответа, иду в торговый зал, беру два пузырика любимого, на кассе без очереди кидаю кассиру две купюры по косарю, немного переплатив, и выхожу. Сергей стоит там же. Подхожу.

— Ну вот теперь норм. Есть шанс справиться, — говорю. — Приглашаю в гости.

— Лучше ко мне! Это кончится, а у меня бар огромный, и оружие есть.

— Не против, но не понял, при чём тут оружие?

— Да ты посмотри на всех этих людей! — показал рукой на кассы.

И да, там действительно накалялись страсти. Бедные продавщицы старались изо всех сил, но у них без касс получалось очень медленно, очередь росла, народ зверел. Тут и там народ пытался прорваться, не заплатив, охрану смяли.

Честно, мне стало страшно. Понимание того, что скоро этих бедных симпатичных продавщиц порвут, заставило меня пойти на выход, не дожидаясь моего внезапного компаньона. Да, струсил. Но я впервые почувствовал зверя толпы. Почувствовал и прочувствовал.

— Тут налево, — Сергей, оказывается, шёл вслед за мной.

Минут пять идём молча, он ведёт, я иду. Оказывается, он мой сосед по дому. Заходим в подъезд, поднимаемся на лифте. Кстати, лифты работают, значит, сдохла только технологичная техника, на всяких микросхемах. Наверно потому и соседка дозвонилась в скорую. С домашнего древнего телефона. Хотя вроде АТС переводили на цифру? Бред, короче.

— Велкам! Вон тапочки, не свинячь, убирать некому. Проходи на кухню.

Однушка. Достаточно опрятная. Мебель недорогая, но и не из Икеи. Видно, что чел живёт один. Женщины всегда добавляют дому какую-то уютность, недоступную мужикам. Прусь со своими бутылками на кухню, матерясь, что не догадался взять лимон или шоколад. Будем надеяться, что у нового знакомого есть что-то к коньяку. Сразу после этой мысли слышу:

— К коньяку есть лайм и горький шоколад, что предпочитаешь?

В лёгком обалдении пытаюсь сообразить: это такое нереальное совпадение, или чел тупо прочитал мои мысли? После белой комнаты и сегодняшних новостей не удивлюсь ничему.

— Хех, у тебя такой вид, будто ты призрака увидел. Нет, мысли я не читаю, у тебя лицо очень говорящее, а я на психолога учился. Так что не парься, я не зелёный человечек, и не демон во плоти. Просто есть стандартный набор закуски к коньяку, потому и предложил. А так, хоть селёдку принесу. Запасы есть.

В общем, вечер прошёл довольно приятно, но совершенно бестолково. Переливали из пустого в порожнее, стоящих идей о происходящем не появилось ни у меня, ни у него.

День 3

Очередное пробуждение. Если откровенно: когда проснулся, было немного страшно. Какой ещё навоз преподнесёт жизнь? Но, на первый взгляд, обошлось. Голова раскалывалась, во рту устроили туалет кошки. Вчера попробовали чуть ли не весь бар Серёги. Коньяк запивали джином, догонялись мартини, полируя шампанским. Ужас. Нужно пиво. Отойти. Надеюсь, есть.

Выхожу в зал, вижу своего собутыльника в состоянии, близком к моему. Он предлагает похмелиться всё тем же мартини, типа ничего слабоалкогольного больше нет. Но, как известно, неправильный опохмел приводит к запою. К обеду мы оба были сильно навеселе.

— Слушай, я вот смотрю на тебя и понять не могу. Ешь за троих, а тощий, как велосипед. Как тебе это удаётся? В детстве плохо кормили? — подначил меня Сергей.

— Да вроде нормально кормили. Но потолстеть никогда не мог.

— М-да. Тебе с твоей фигурой не атлета и с такой смазливой мордой надо было девочкой родиться, отбою бы не было. Кстати, о девочках! Есть кто на примете?

— Мне и парнем неплохо живётся, спасибо. А вот про девочек, это ты прав. Надо снять парочку. Но вот где найти таких специальных дам при неработающих сотовых и интернете?

На этом моменте оба зависли надолго. Идеи звучали самые разные, вплоть до откровенно идиотских. К счастью, или, как выяснилось позже, к несчастью, я вспомнил, что в моём подъезде на втором этаже живёт девочка, продающая себя в сети. Онлайн. В другой день я бы на неё и не посмотрел бы — море целлюлита и океан самомнения, но хотелось прямо сейчас, и мы понадеялись, что у неё есть нормальные коллеги.

Выдвигаемся. Пятьдесят метров между подъездами. Рядом. На улице накатывает неоправданная жуть, аж мороз по коже.

— Кто там?

На мой взгляд, самый бестолковый вопрос. У тебя же есть глазок, есть цепочка, и именно в этом случае есть камера наблюдения прямо перед дверью. Ты прекрасно видишь, что это твой сосед с седьмого этажа. И всё равно тупой вопрос от тупого человека. Ладно, стерпим. Хочется секса.

— Это Саша. С седьмого этажа.

Дверь открывается, безо всяких цепочек.

— Точно, это же ты! А я ломала голову, где я тебя видела? Привыкла к видеодомофону, но он сломался. В глазок не сразу узнала. Что случилось? Могу помочь?

— Гхм, да. Помочь можешь. Я тут с другом, и нам надо женщину. В смысле, ну ты понимаешь? Причём в идеале — каждому. Заплатим.

— Вот вы кобели! На улице конец света, а им баб подавай. Три косаря. С каждого.

Тихо выпадаю в осадок. И от смены темы, и от цены. Но, как говорится, любишь кататься, люби и самочек возить. Или как-то не так, но суть в том, что платить в нашем случае надо. Соглашаюсь. Говорит прийти через полчаса, девочки будут, алкоголь — с нас.

Пока дошли до магазина, который оказался закрытым, потом до бара в квартире Серёги, пока вернулись, как раз полчаса и пролетели.

Только я расслабился после волшебного секса, как к нам вломилась компашка из трёх придурков. Спасибо, что после, а не во время. И начали требовать деньги. Слово за слово, в итоге меня пырнули. Ножом. Восемь раз. Было очень больно.

День 4

Просыпаюсь, и, что странно, ничего не болит. Лежу на односпалке в абсолютно белом помещении, одет в белое чужое бельё. Перед глазами надпись «Вас посчитали недостойным для смерти, проживите достойно».

И ниже новинка. Мелким текстом «До старта +4–1»

Какого старта? Что такое «+4»? А «-1»? Промаргиваться даже не пытаюсь, помню, что надписи не убираются. Надеясь, что как в прошлый раз, после сна выпустят на волю, ложусь и пытаюсь уснуть. Ни хрена не выходит, от слова совсем. Не хочу спать, хоть застрелись. Смутно вспоминаю, что спать меня тут отправляли помимо воли. Поскольку заняться всё равно нечем, ложусь на кровать и пытаюсь разглядеть, наконец, загогулины по краям зрения.

Как ни странно, мне это удаётся вообще сразу. Слева сверху — кружок с символом, напоминающим восклицательный знак, справа снизу — два кружка, в одном — три точки, в другом — книга. Ну, мне кажется, что это книга. Вспоминаю игрушки, в которые играл в детстве. Ни разу не фанат, забросил очень быстро. Девочки и алкашка победили всех этих убийц времени. Но ведь похоже. Там были такие же иконки. По ним кликаешь, открываются рюкзак, навыки и прочая хрень, уже не помню, какая. Ассоциации продолжают работать, и я пытаюсь «кликнуть». Болт! Что бы я не делал: моргал, тыкал пальцем, наводил взгляд и говорил «клик, выбрать, активация, жми, дави», ничего не происходило. Наконец, морально выдохнувшись, встаю с койки с мыслью в очередной раз проверить комнату на тему выхода. Как в прошлый раз, полностью обламываюсь. Возвращаюсь к кровати и вовремя. Накатывает усталость, я отрубаюсь.

Просыпаюсь, в нос бьёт вонь горелого пластика. Открываю глаза. Перед ними огромная надпись «Обязательно к ознакомлению!»

Из окна ощутимо тянет горелым, подхожу, выглядываю. Надпись уже привычно игнорирую. В доме напротив горят две квартиры. На четвёртом и пятом этажах. Что удивительно, зевак почти нету. Как и пожарных. И ведь вызвать-то как? Тут вспомнился разговор с соседкой про её звонок в скорую. Быстро одеваюсь и бегу к ней, вряд ли ещё у кого тут есть такой атавизм, как домашний телефон. Оказывается, она уже звонила в МЧС, обещали потушить.

На выходе догоняет вопрос от соседки.

— Ты сообщение-то читал?

— Ты о чём, тёть Мань?

— Я о сообщении. На глаза мне пришло. Письмо большое. Я его прочитала, но ничего не поняла. Какие-то души, какие-то наниты, в общем, ничего не понятно.

— Не, только проснулся, прочитать ничего не успел. Пойду поизучаю.

Возвращаюсь к себе, падаю в кресло и решаюсь рассмотреть надпись про обязательное ознакомление. Как только приглядываюсь внимательнее, поверх появляется текст «Вы сейчас в спокойной обстановке? Уверены, что сможете прочитать текст? Вам никто и ничто не помешает?». Выбираю «Да», появившееся под надписью. А вот тут выкидывает целую простыню текста. Привожу её дословно:

«Уважаемый житель СУ-419-34-08377Б (самоназвание Земля)! Ваши души, поступающие к нам, признаны непригодными. В связи с превалирующими в вашем обществе равнодушием, интеллектуальной ленью, апатией к жизни и событиям, безразличием к текущим процессам, запущен протокол «Пришествие 8». Поскольку ваша цивилизация пошла по пути техногенного развития, нами было принято решение создать вам именно техногенное пришествие. К вам были посланы наниты. Их размножение вызвало отказ практически всей вашей техники, так как в ней содержалось максимальное количество доступных и необходимых для репликации веществ. На текущий момент наниты закончили репликацию, доведя своё количество до необходимого уровня. Замещение клеток ваших тел нанитами составляет 12.77 %, что считается минимально необходимым. Дальнейший рост процента зависит только от вас. Нам важно, чтобы человечество начало ЖИТЬ, а не существовать, повышайте качество своей души всеми подходящими вам способами. Подробную справку можно получить, активировав иконку «!» в выданном вам интерфейсе».

Ого! Тихо охреневаю. Переварив, но так ничего и не поняв, пытаюсь нажать на «!». Но нажимать и не приходится. Как только подумал об этом, появляется:

Что такое наниты

Способы повышения качества души

[Недоступно]

Недолго думая, решаю получить всю доступную мне информацию. Выбираю № 1:

«Наниты — микроскопические автономные роботы, основанные на пока неизвестных человечеству технологиях. Могут размножаться, используя энергию любого типа и некоторые материалы. Работы по их изобретению и возможному использованию у человечества находятся в зачаточном состоянии. Наниты могут оперировать материей на атомарном и молекулярном уровне, создавая и изменяя молекулы, их строение, свойства и прочее. Единого управляющего центра не имеют. Их колонии образуют собственный интеллект, решающий любые встающие перед ним задачи самостоятельно. Заменяя молекулы тел, могут перестраивать их. Как с пользой для носителя, так и во вред. Могут абсолютно прозрачно для пользователя улучшать его тело, память, интеллект, органы чувств. Пример работы нанитов — это меню. Могут разобрать ваше тело в случае преждевременной смерти и собрать его без повреждений, чем бы они ни были вызваны. Подробнее [недоступно]».

Уфф… Яснее не стало. Ну что же, дочитаем, что там нам ещё прислали.

Способы повышения качества души — есть два способа. Делать то, что большинство считает достойным, и улучшать душу, делая её сладкой. Или делать ужасные, по мнению большинства, вещи, и улучшать душу, делая её острой. При любом неравнодушном действии вам начисляются очки. Со знаком «+» делают душу слаще, со знаком «-» острее. Текущие возможности — в иконке с книгой. Подробнее [недоступно].

Вспоминаю про надпись «+4–1». Это что же получается, я до старта всего этого бреда уже заработал эти самые очки? Тупо бухая и отрываясь с девчатами? Хотя в целом полностью согласен с диагнозом человечеству. Взять хотя бы меня. Утром на работу, кодить никому не нужные сайты. Потом обед, где коллеги и я жалуемся друг другу на власть, даже не подумав серьёзно выйти на забастовки, которые тоже обсуждаем. Переливание из пустого в порожнее. Вечером домой, там нехитрый ужин, алкоголь и сон под бубнящий телевизор. Пару раз в месяц какой-нибудь клуб, быстрый секс, расставание навсегда утром. Действительно полное равнодушие. Плыл по течению. Ничего неважно, ничего не хочу. Комфортно. И ведь так живут все! Все, кого я знаю. В самом лучшем случае появляется жена, и потребности вырастают немного. Но цели так и не появляется. Дом-работа-отпуск.

Надо посмотреть, что в этой иконке с книжкой. Активирую.

Всего две надписи.

Сладость 4. Активировано 0

Острота 1. Активировано 0

Вообще какие-то странные названия у этих очков. В моём понимании сладость и острота — что-то из гастрономии. А тут описание свойств души. Хотя, возможно, трудности перевода. Ведь совершенно очевидно, что цивилизация, устроившая нам этот прикол, явно не наша, не земная. Ох уж эти локализаторы, как обычно, по смыслу навоз с мухами намешали. Кто они, чего хотят? Что значит хреновая душа им поступила? Одно радует — они подтвердили наличие этой души, значит, религии где-то правы, и мы не подыхаем просто так. Души уходят, и они их даже оценивают. Так. Срочно коньяка. Точно сопьюсь к чертям с этими событиями. Хотя наниты вылечат. Ржу сам над своей тупенькой шуткой и иду к холодильнику.

А вот коньяка нет. Есть абсент, остался с днюхи. Хватаю и глотаю прямо с горла, не разбавляя. Ужас. Семьдесят градусов. Но полегчало. Пытаюсь утрясти мысли. Вспоминаю слово «активировано» и нули в книжке. Соображаю. Значит, эти цифры можно как-то активировать? Лезу опять в книжку, перед глазами уже известная мне надпись.

Сладость 4. Активировано 0

Острота 1. Активировано 0

Пытаюсь нажать на «Сладость» — получается! От увиденного тихо обалдеваю.

Вам доступны изменения организма:

Решения (1) — Умение принимать правильные решения

Харизма (3) — Повышение харизматичности

Лидерство (4) — Повышение лидерских качеств

Сила ног (1) — Увеличение силы ног

Да ёпрст, прямо Капитан Очевидность. Описание просто огонь! Чёткие и подробные, мать их. Для теста активирую Решения.

Вы уверены, что хотите вложить одно очко сладости в Решения? Да/Нет.

Ну, тестировать так по полной! Жму «Да». В себя прихожу — уже темно. Голова раскалывается. Перед глазами надпись:

«Ваша характеристика «Решения» повышена».

Сбрасываю надпись, иду к раковине и долго пью воду. Вроде отпускает. Опять захожу в раздел «Сладости». По дороге обнаруживаю изменения. Оказывается, у меня теперь одна сладость активирована. То есть эти очки можно тратить на повышение характеристик.

Харизма (3) — Повышение харизматичности

Сила ног (1) — Увеличение силы ног

А вот Лидерства нет. Значит, в скобочках записано нужное количество очков. Сворачиваю всё. Остаются три иконки. В задницу, хватит экспериментов! Нужно с кем-то посоветоваться. Добегу до Димки, он мой одноклассник, дружим с начальной школы, и живёт рядом. Тут же перед глазами на секунду появляется надпись «Сработало Решение». Это что, теперь на любую мысль будет выскакивать такая гадость? Тут же появляется следующая надпись «Убрать некритичные сообщения? Да/Нет». Ну, конечно, да! Не спеша одеваюсь, делаю глоток дико крепкого абсента, морщусь. Закрываю квартиру, спускаюсь во двор.

Людей нет. Где все? Тоже хочется забраться под одеяло и не вылезать. Стрёмно как-то. Инстинктивно пригибаясь, короткими перебежками добегаю до угла. Выглядываю. Так же пусто. Только вдалеке прётся какая-то бабулька. Перебежками добираюсь до нужного дома, поднимаюсь на нужный этаж и жму звонок. В ответ тишина. Вспоминаю, что у Димки система умного дома. Которая, конечно, умерла, сожранная нанитами. Стучу кулаком.

— Кого там принесло?

— А ты открой и узнаешь, — прикалываюсь я.

— Что там за умник? Я же открою! — Звучат открываемые замки. Походу, Диман меня не узнал и реально зол. Жду. Надо уточнить, что это кабан под сто тридцать кг чистого мяса. Увидишь такого в гневе, и отвисшие и вонючие штаны обеспечены.

— О! Саня! Сколько лет. Извини, вся эта хрень реально перемешала мозги. Уж не знаю, чего ждать. И от кого. Заходи, короче.

Разуваюсь, прохожу на кухню. Чистенько. Обычно чистота у Димы — следствие новой подруги. Но подруги нет. Дима уже суетится, накрывает поляну. Бар у него не хуже, чем у нового знакомого Сергея, с которым… Ну, понятно. Блин, опять пить. Хотя, наверно, это важно и нужно. В текущий момент, который, как говорится, без пол-литры и так далее.

— Что думаешь по поводу всей этой ерунды с нанитами и душами? — присаживаясь, спрашиваю.

— А что тут думать? Всё просто. Или снимай котят с дерева и переводи бабушек через дорогу, или убивай, грабь и насилуй. Тогда будет тебе счастье. И что-то мне подсказывает, что котята останутся на деревьях. Так что всё плохо. Ну вот не верю я, что все станут белыми и пушистыми. В природе людей насилие и доминирование. Все властные институты, ну, почти все, скорее всего, умерли. Внутри живых идёт борьба за эти долбанные очки. И уверен, именно остроты. Они по-другому не умеют.

Выдыхаясь от слишком длинной для него речи, падает на табуретку. Табурет скрипит, но выдерживает. У меня против его логики ни одного возражения. Но это же получается, что от говнодел тоже есть улучшения? Как-то не подумал об этом раньше. А ведь у меня одно очко есть. Захожу в интерфейс, выбираю остроту. Вываливается короткий список.

Самоконтроль (1) — Умение думатьПодлый удар (1) — Когда никто не ожидаетОбман (1) — Никто не заподозрит обман

Что интересно, в описании навыков появился намёк на юмор, хотя и придумывал этот юмор всё тот же Капитан Очевидность. Либо система растёт, либо одно из двух. Причём «острых» навыков больше, как я понимаю, высвечиваются только доступные, исходя из количества очков.

— Блин, ну почему нельзя было рассказать толково, выпустить пару гайдов, десяток видео, сотню зафлуженных форумов? Ну вот как во всём этом разбираться? — Дима явно не в настроении. — Например, украду я сейчас у тебя шоколадку. Что мне за это будет? А если подарю тебе шоколадку? Что за это? Бред. Это тыкаться, мыкаться, испытывать? А если я тебя сейчас задушу? Это будет круче спёртой шоколадки? Или пох? Типа одинаково плохое действие?

Автоматически отодвигаюсь. Уж слишком он большой и мощный. Вот как решит проверить про «сопру», а потом «удушу». Не, я против! Категорически!

— В общем, надо изучать, — подтверждает мои худшие подозрения. — Идём на улицу! Будем пробовать всё!

Хех, он не собирается испытывать на мне, дико радует. Он хоть и друг детства, но хрен его знает, кого и как переклинит на этой теме.

— Погоди, а у тебя вообще эти очки есть?

— Да, одно очко остроты. Откуда взялось, без понятия. И что с ним делать — тоже.

— А ты активируй строчку с очками, появится список, куда можно их поюзать.

Взгляд кореша остекленел. Вдруг он падает с табурета, вокруг его рук появляется зелёный дым-туман, сами руки начинают меняться. Бодибилдеры сказали бы, что происходит процесс сушки. Подкожный жирок исчезает, проступают рельефные канаты мышц. Выглядит странно и страшно. На всякий случай отодвигаюсь. Процесс продолжается минут тридцать. Я всё это время терпеливо потягиваю коньяк. После чего дымок втягивается в кожу. Ещё минут через пять Дима открывает глаза. С удивлением рассматривает свои руки, потом вскакивает, пробивает «двойку» по воздуху. Довольный садится обратно на табурет.

— Выбрал улучшение удара рукой. Вот бы всё тело так подсушить, красиво, хоть сейчас на конкурс бодибилдеров. Ток почему я на полу оказался? Что было?

В красках описываю ему, что происходило. Параллельно прихожу к выводу, что у каждого свои навыки. Уточняю.

— Это, мне предложили удар рукой, прыжок и обман. Ну что, идём переводить бабушек через дорогу? Я только молоток захвачу, на всякий. Вдруг бабушка несговорчивая окажется и не захочет через дорогу переходить?

На улицах по-прежнему пустынно. Прямо постапокалипсис какой-то. Хочется спрятаться и не отсвечивать. Но рядом с огромным другом чувствую себя спокойнее. К тому же, он реально взял молоток с гвоздодёром, а мне вручил фомку.

Вдруг слышим звон разбитого стекла справа. Потом ещё одно стекло разлетелось, ещё одно. Переглядываемся и, не сговариваясь, направляемся к источнику звуков. Повернув за угол дома, обнаруживаем, что компания молодых ребят, школьников или студентов, громит витрину магазина бытовой техники и электроники. Вот интересно, зачем им это, если вся техника перестала работать? Тем временем ребятки уже в магазине. Один остался на улице. Подходим. Увидев нас, он застыл на секунду, а потом свистнул и ломанулся прочь и от меня с Димой, и от магазина, и от сообщников. Остальные показались через пару секунд. Каждый тащил какие-то коробки, один волок явно ноутбук, второй — телевизор. Зачем? Непонятно. Всё же дохлое.

Перед глазами мелькает надпись «+2». И всё. Ни что это такое, ни за что начислили. Хотя понятно, мы помешали юным мародёрам ограбить магазин. Переглядываемся. Опять же, понимая друг друга с полунамёка, лезем через разбитую витрину в магазин. Всегда мечтал о крутой кофеварке. Чтобы и молола, и варила, и наливала. Хорошо, что по профессии немного разбирался в устройстве всей техники. Сообразил, что в любой продвинутой кофеварке есть свой процессор, управляющий ей. А значит, крутые кофеварки все мертвы. Нахожу ручную мельницу, кофеварку и кофе. Не задумываясь, забираю. Поворачиваюсь к другу. Тот завис в разделе с игровыми приставками. Удивлённо смотрю на него.

— А что? Всегда хотел, но жаба не пускала.

— Так они же не работают. Зачем тебе хлам?

— Понимаю, что хлам. Но мечты должны сбываться не только у газпромовцев! Вот поставлю рядом с мёртвым телеком, и будет красота. Опять же, девочку приведу, она увидит и подумает, что я крут и богат.

— Покажи мне девочку, которая разбирается в приставках. Хочешь её удивить, бери крутой кухонный комбайн за кучу нолей. Это они оценят.

— А что, и возьму! Понты — наше всё!

Ещё минут через пять, нагруженные коробками, покидаем магазин. Прямо на выходе прилетает надпись «-1». Т. е. как бы ограбили, плохое деяние, получите плюшку. Бред какой-то. Все религии учат делать только хорошие вещи. А тут награда за плохие. Точнее, и за плохие тоже.

— Тебе тоже очков насыпало? — спрашиваю я.

— Плюс два и минус один.

— Давай разгрузимся и ещё что-нибудь попробуем?

— Я только за. Ты же меня знаешь, я за любой кипиш.

Спокойно идём до его квартиры. На улице изредка видим движение. Народ начал выползать из своих человейников и уже вовсю мародёрил. Пока, похоже, самые смелые или отмороженные.

В квартире намалываю кофе, ставлю вариться. Надо же опробовать приобретение. Дима распаковывает свои ништяки, расставляет по местам.

Кофе получается великолепным. Никогда не думал, что позволю себе пить кофе за четыре тысячи рублей за килограмм. Надо было взять больше.

— Ну что, готов? — Дима уже собран, молоток опять за поясом. Соглашаюсь, и мы выходим.

— Предлагаю наведаться в продуктовый. Хоть у меня бар и полон, но запас в жопу не… ну, ты в курсе. Да и продукты не помешают.

Ближайший супермаркет — в этом же доме, занимает огромный кусок первого этажа. Предсказуемо закрыт. Дима лупит молотком по стеклу двери, стекло не разбилось, а спружинило, молоток отлетает, и на этом история Димы чуть не закончилась. Как он уклонился он летящего в обратку молотка, я так и не понял. В итоге попадает гвоздодёрной частью себе в ухо, порвав его. Кровища хлынула, сам он скрючился и сел на корточки, баюкая голову. Я, прямо скажем, растерялся. Или бежать за помощью, или тащить его домой, или грабить аптеку. Судорожно достаю платок, прижимаю к его уху. Дима перехватывает его у меня, прижимая сильнее.

— Да не, я вроде в порядке. Просто неожиданно очень. Кто же знал, что у них двери бронированные, нахрен.

Придерживая пострадавшее ухо, подбирает молоток и идёт к витрине. Вот витрина не хулиганит. Осыпается стеклянным крошевом с первого удара. Смотрю, кровь у Димы уже не течёт. Да и платок почти сухой, слегка испачкан.

— Дим, у тебя какая-то повышенная свёртываемость? Как так быстро кровь остановилась?

— Да не, обычная. Вроде. Была.

Убирает платок от уха. Место разрыва уже срослось, то место, где потом будет шрам, блестит зелёным, вокруг крохотное облачко зелёного пара или тумана. От этой картинки я завис, как девяносто пятый виндоус. Посмотрев на меня, Дима подходит к целой витрине и с удивлением смотрит на своё отражение.

— Да-а-а. Похоже, эти наниты о нас заботятся. Мелочь, а приятно. Интересно, артерию они смогут залечить? Если так же порвать? Но чёт проверять больше не хочется.

С этими словами заходит в магазин. Под ногами хрустит стекло. Сразу отправляемся в отдел бухла. Сгребаем самый дорогой алкоголь. Оттуда топаем по остальным рядам, закидывая в корзину разнообразные продукты. Тормозим, только когда понимаем, что больше нам не унести. На кассе перегружаем в пакеты и направляемся к разбитой витрине. Перешагнув битое стекло, получаю перед глазами «-2». Ожидаемо. Сделав пару шагов, слышим «Стоять!» сзади. Оборачиваемся. Нас догоняют два пэпээсника. Прямо из фильма «Тонкий и толстый». Комичная картина, но мне не до смеха. Вот что в такой ситуации делать? Бросать сумки и убегать? Отбрехаться? Откупиться?

— Вы арестованы за ограбление магазина!

— А мы не грабили. Шли, смотрим, стоят пакеты. Прямо у разбитой витрины. Ну, думаем, надо отнести и спрятать, чтобы кто-нибудь не украл. А как магазин откроется — сразу возвернуть. Вот, за вас вашу работу делали! Где вы вообще ходите? Забирайте пакеты, несите в дежурку, спасибо, что освободили от неблагодарной работы, дальше вы сами! — загружаю их по полной.

Тут же перед глазами проскакивает «+1», а бравые сотрудники милиции оторопело берут пакеты. Мы с достоинством разворачиваемся и не спеша уходим. Но далеко уйти не дали.

— Стоять!

Останавливаемся, поворачиваемся.

— Мы почти повелись, но ещё момент. Мы про вас забудем за жалкие пять тысяч, которые мы тут нашли, ну, или найдём, точно знаю, что они где-то валяются. Вы не в курсе, где?

Демонстративно достаю бумажник, вытаскиваю оттуда купюру в два косаря и роняю их на землю.

— Про пять не слышал ничего, а вот два и правда валялись. Пока один из них ловил купюру, улетающую от слабенького ветерка, разворачиваюсь и иду к сумкам. Дима немного шокирован, но не отстаёт. Забираем сумки, в наглую проходим мимо пэпээсников, и заходим в подъезд.

Как только закрывается дверь, перед глазами вижу «+2–2»

Ого, отсыпало! Даже гадать не буду, за что. Но вот с очками надо разобраться. И, кстати. Напрасно я так разбрасывался деньгами-то. Банкоматы сдохли, все виртуальные накопления людей пошли в помойку. Мои тоже. А нала осталось тысяч двадцать. И вот как дальше жить? Профессия программиста теперь явно лишняя в этом мире, компов больше нет, как и интернета. Хотя сегодня затарились тысяч на семьдесят, учитывая элитный алкоголь, а заплатили две. В общем, поживём — увидим.

Пока друг разгружал и размещал продукты, лезу в интерфейс.

Сладость 9. Активировано 1

Острота 6. Активировано 0

Захожу в остроту. Что-то мне больше нравятся варианты усиления себя любимого в направлении выживания. Чувствую, начинается полная жопа. И нужно быть готовым.

Крепкий корпус (4) — Укрепляет тело, защита от атак*

Самоконтроль (1) — Умение думать

Плазма (6) — Подготавливает тело к взаимодействию с плазмой*

Подлый удар (1) — Когда никто не ожидает

Самурай (3) — Навык владения холодным оружием

Обман (1) — Никто не заподозрит обман

Подстава (2) — Умение переложить ответственность.

Некислый списочек нарисовался. Сейчас явно нужны «Крепкий корпус» и «Самурай». Даже не знаю, что выбрать. Особенно понравился пункт про плазму. Зачем оно нужно? Слетать на солнышко? Поколебавшись и взвесив, выбираю «Крепкий корпус». Говорю другу, что я на улучшение, делаю выбор. И наталкиваюсь на сообщение:

В данный момент вы не можете задействовать улучшение. Необходимые материалы в радиусе 54 см от тела: никель — 18 граммов (доступно), серебро — 31 граммов (доступно), кремний — 124 граммов (доступно 12), ртуть — 2 грамма.

Глупо хлопаю глазами. Вот это новость! То есть эти наниты возьмут странный список материалов, схимичат их и засунут мне в тело? И оно станет крепче? Так. Думаем. Откуда рядом со мной серебро, ясно — цепочка на шее. С никелем сложнее. Или телевизор, рядом с которым я прилёг, или монеты в кармане. Кремний — это простой песок с пляжа. Так, у Димона есть аквариум, дно засыпано шикарным песочком. Сопру. А вот ртуть в эпоху цифровых градусников где взять?

— Дим, у тебя градусника нет, случайно? Не электронного, древнего?

— Есть. Ща.

Набрав в тарелку песка, забрав принесённый градусник, укладываюсь в прежнем месте. Активирую. Всё сработало, всё было доступно. Хорошо быть не тупым и знать, какие элементы и где можно найти. С этой мыслью я отрубаюсь.

День 5

Прихожу в себя со знакомой головной болью. Хотя в этот раз она значительно слабее. По всему телу — лёгкий зуд. Разглядываю себя. Визуально изменений нет. Достаю ручку и втыкаю себе в ладонь. Ручка разлетается на кусочки пластика, я даже не чувствую и намёка на боль. Следов тоже нет. Работает!

Тут появляется Дима. Точнее, подкрадывается.

— Ух и напугал ты меня! Представляешь, лежишь, подёргиваешься, вокруг тебя зелёный туман, и два рукава этого тумана — к песку и градуснику. Кстати, с тебя градусник! Твой хренов туман разломал его в хлам, такое ощущение, что ртути в нём не осталось. И ты валялся почти шесть часов!

Довольно лыблюсь.

— А ты думал, я у тебя градусник прошу температуру мерить? Для улучшения ртуть нужна была. Вот наниты твой градусник и схарчили, в меня встроив. Там много всего надо было. Ты посмотри, что от моей цепочки осталось!

Достаю останки своей цепочки, которой я заслуженно гордился. Почти пятьдесят граммов серебра красивого плетения вокруг шеи. Остались кусочки фольги, в которых смутно угадывается прошлое плетение.

— И что это тебе дало?

Вместо ответа подхожу к столу, беру нож и втыкаю в руку. Сука! Больно-то как! Нож-таки воткнулся! Не пропорол насквозь, как было бы раньше, нет. Но до кости лезвие зашло. Мать! А этот урод ржёт. Ненавижу его, пришельцев, нанитов и жизнь в целом. Ну вот за что мне это? Спасибо, хоть рана моментально затянулась зелёным шрамчиком с облачком вокруг него.

— В общем, это задумывалось как кожа-броня. Но что-то пошло не так. Нож, как видишь, немного пробивает. А спустил аж четыре острых очка, сука. Так. Я опять выпадаю из жизни. Буду приходовать сладкие очки. А ты что применил?

— А ничего. Я посмотрел, чем больше очков, тем круче плюшки. Буду копить!

Умно. Но хорошо ему. С телом тяжелоатлета на него не просто никто не наедет, все обойдут стороной. Ещё и ныкаться начнут при его приближении. Плюс его хорошая подготовка в рядах МВД. Я же задохлик, при росте сто семьдесят сантиметров вешу всего шестьдесят килограммов. Мне надо выжить. И я выживу всем назло!

— Представляешь, у меня одной из плюшек была подготовка тела к плазме! Вот зачем оно надо? Мы сможем нырять в Солнце, в конце концов? Или проходить сквозь камеру синхрофазотрона? Даже мыслей нет.

— Вот ты лопух! Мне кажется, что в итоге ты сможешь управлять плазмой! Плазменный меч — это было бы круто. Джедай, твою мать. Надо было брать его!

Тихо выпадаю в осадок. За пять минут друг мокнул меня в мою тупость дважды. Ладно, главное, по делу. А просто мозги прокачать нельзя? Где моё хвалёное умение Решение? Или, наоборот, я в моей ситуации всё делаю правильно? Вот принципиально не буду заглядывать в сладкие свойства.

— Дим, какие идеи? Что делаем дальше?

— Да что там идеи генерить, го на улицу. Там определимся.

Выходя из подъезда, слышу звуки автоматной очереди. Становится неуютно. Но страх перед другом показывать не хочется. Похоже, им двигают те же соображения. Просто идём по улице. Народ есть, хоть и в небольших количествах. Как же всё-таки дико смотрятся пустые улицы без проезжающих машин и толп народа. Идём в сторону парка.

Не успели пройти и пары домов, как навстречу нам выходит стая собак. Два здоровенных пса и пяток шавок. Увидев нас, без предупреждения и всяких рыков, несутся на нас в атаку. То, что в атаку, я почему-то понял сразу. По выражению глаз, по сосредоточенности? Не знаю. Но это явная атака. Убежать уже не успеваем, ближайший подъезд — в пятидесяти метрах. Достаю монтировку, Димон достаёт свой молоток почти одновременно со мной. Похоже, тоже понял, что нам светит пушной зверёк.

Большие псы разделяются и бросаются одновременно на нас обоих, мелочь бежит медленнее, им бежать ещё секунд пять. Я с размаха луплю монтировкой по раззявленной пасти, промахиваюсь. Псина в полёте изгибается и пропускает фомку над головой. Цепляется мне в руку и начинает пережёвывать. А вот хрен тебе! Твои зубы не нож, хрена с два ты меня прокусишь! Свободной рукой начинаю долбить фомкой ему или ей по черепушке. После четвёртого удара голова лопается, меня забрызгивает кровью вперемешку с мозгами. Организм к этому явно не готов, и меня моментально выворачивает. Нормально проблеваться мне помешали шавки. Подбежав, они попытались покусать меня за лицо, бросались к шее. И даже попадали, сучки мелкие. Но на них уже хватало по одному удару. Организм отложил извержение харчей до окончания битвы. Или, скорее, бойни. Но, как только последняя бешеная псина упокоилась, меня опять затошнило. Отхожу в сторону, краем глаза уловив, что Дима в порядке, вытирает молоток об шерсть своего волкодава.

Перед глазами привычная уже надпись «+2–1». Убили — плохо, минус один, это понятно. А плюс два-то за что? Что выжили? Или сбрендившую стаю обезвредили? В общем, вопрос, как обычно, остался без ответа.

— Ты в поряде? — Дима подходит ко мне, убирая молоток за пояс. Вышло у него это достаточно воинственно.

— Да вроде жив-здоров. Что с собачками случилось-то? С чего это они напали, в центре города, да ещё и на сразу двух мужиков? Кстати, ты видел? Улучшение работает, они не смогли меня прокусить!

— А ты не прочитал? Мне написали, что псы были под управлением. Их на нас натравили. Зачем, не написали, наверно, кто-то прокачал управление и развлекается.

— В смысле, прочитал? Почему у меня… — обрываю себя и вспоминаю, что сам потребовал не выводить некритические надписи. Вспоминаю про иконку с точками, активирую и, читая, охреневаю. Там есть всё: и откуда собачки, и почему напали. И моё предположение насчёт «-1» полностью подтверждается. А вот «+2», оказывается, дали за то, что остановили насилие над животными. Бредово, конечно. Но, если ими управляли, то, в принципе, логично. С натяжкой. Всё-таки этот искусственный интеллект, захвативший наш мир, ещё не полностью адаптировался под наши реалии. И ещё не совсем понимает, что такое хорошо и что такое плохо. Маяковского на него нет. Ладно, буду иметь в виду такую классную фичу. Насколько проще было с самого начала, если бы я не отрубил вывод инфы. Но после драки кулаками не машут.

— Понял, изучил, говорю — что делаем дальше?

— Ща решим. Мне вот одно непонятно. Во всех игрухах есть дроп. Кого убил — с того и получил. У нас явно сделали какую-то хитромудрую игру вместо жизни. А дропа нет. Странно, не находишь?

— А что такое дроп? Я, хоть и программер, но в игрушках особо не зависал. Или ты про монеты, которые выпадают из трупов в некоторых играх?

— Монеты, хвосты, уши, если про собак. А уши и хвосты потом используются в варке зелий. Всяких полезных.

Недоумённо смотрю на него.

— Так посрезай! И хвосты, и уши, — всё ещё недоумеваю. — Можешь даже печень вырезать и сделать зелье вечной жизни, — теперь уже откровенно ржу. — Трупы-то вот они. Целиком. Это всё-таки не совсем игра. А из сердец сделать летающую телегу. Тьфу! Заканчиваем бредить и решаем, что дальше?

Но в этот момент заморосил мелкий противный дождь. К тому же, уже был почти вечер. Душа требовала коньяка, жопа — приключений, бла-бла. Опять переврал, да и пофиг. Устал я от огромного количества новых впечатлений, к тому же, накатил адреналиновый отходняк.

— А вообще, Дим, я бы домой сбежал. Поесть, поспать и всё такое.

В итоге попёрлись домой. На этот раз без приключений. А вообще герои, прошли аж четыреста метров! Смешно. Наверно.

Прямо на входе нас ждала «приятная» неожиданность. Отключили свет. На этаж пришлось топать пешком. Зайдя в квартиру, вспомнил слова Василия, что при конце света дома останутся без света, газа и воды. Ломанулся к крану, вода пока текла. Пошёл в ванную, заткнул пробку у ванны и включил холодную воду. На всякий. А вообще, нужно перебираться туда, где можно будет выжить без благ цивилизации.

— Сань, надо линять из города. И, мне кажется, срочно.

— Полностью солидарен. Как раз об этом размышляю. Как насчёт к Ваське податься? Он всю жизнь к подобной дряни готовился ведь. А мы с него ржали постоянно.

— Точно! Вот и план действий намечается. Для начала предлагаю поспать. А с рассветом дёрнуть к Василию. Можно ещё Кирюху найти, бригадой проще. Но начинаем с Васи. Так. Перед сном ещё нужно собраться. Еды, воды, одежду.

— Главное, обувь. Это я тоже от Васи знаю. Он постоянно об этом говорил. Я метнусь к себе, соберу всё. У меня два хороших рюкзака есть, тоже возьму.

До своего подъезда добирался короткими перебежками, и даже не спрашивайте, зачем. Не знаю, но вот так.

Быстро достав с антресоли рюкзаки, побросал в один из них вещи, дошёл до кухни. Сложил все полезные продукты в один пакет, то, что испортится без холода — в другой. Отправил в рюкзак. Вроде всё. Хотя нет. Ресурсы же! Запихал в отдельный пакет бытовую химию, выгреб скромные запасы ювелирки и старинных монет, отыскал батарейки, отправил туда же. Схватил мёртвый ноут, телефон, вдруг что нужное там окажется?

Когда легли, долго не мог уснуть. Начал перечитывать историю событий. Чтиво оказалось весьма занятным и поучительным.

Залез и в сладкие улучшения. Список прибавился.

Вам доступны изменения организма:

Харизма (3) — Повышение харизматичности

Лидерство (4) — Повышение лидерских качеств

Сила ног (1) — Увеличение силы ног

Ночное зрение (5) — Позволит лучше видеть в темноте*

Плазма (6) — Подготавливает тело к взаимодействию с плазмой*

Скорость (10) — Увеличивает скорость реакции и движений*

Так и всучивают мне эту плазму. И в сладости, и в остроте она! Может, Дима прав, и я смогу ей пользоваться? Может, и правда выбрать? Джедай — не джедай, а интересно. И, думаю, без этой подготовки дальнейшее продвижение не появится. Хотя вот мне сейчас интереснее скорость. Но сегодня улучшений не будет, надо выспаться. Из любопытства заглядываю в требования.

«В данный момент вы не можете задействовать улучшение. Необходимые материалы в радиусе 54 см от тела: серебро — 4 грамма (доступно), кальций — 287 граммов (доступно), титан — 12 граммов (доступно 1), йод — 2 грамма, фтор — 1 грамм (доступно)».

Да, а рюкзачок под кроватью рулит. Обычная бытовая химия и куча органики в виде еды почти собрали нужный список. Осталось добавить йод, и в дамках.

Ладно, вроде начинает рубить, пора спать.

Интерлюдия. В 4 измерениях от Земли

— Правящий, восьмое исправление ситуации на СУ-419-34-08377Б запущено. Прошлые варианты исправлений действовали слишком недолго. Результаты ожидаем уже к концу текущего цикла. Пока что поступающий материал крайне низкого качества отправляем обратно. Наш завод, который у аборигенов называется нанитами, воссоздаёт случайно или целенаправленно разрушенные оболочки аборигенов, чей материал не подходит нам по качеству. Единственная проблема — нехватка энергии — решена.

— Вы достойно потрудились на наше благо, Высматривающий. На ближайшем созыве я подниму вопрос о продвижения вас в иерархии нашего облака.

— Благодарю, Правящий! Да здравствует облако!

— Да здравствует!

От автора: Буду очень признателен Вам, читателям, за комментарии о книге.

А ещё, ткнув на «подписаться», у Вас появится возможность первыми узнать о выходе продолжения и/или о новых книгах, получив уведомление.

И не забывайте про лайки)

День 6

Выдвинулись в путь ещё затемно. Шли молча, экономили дыхание. Хоть городок у нас и небольшой, но нам предстояло пройти весь центр насквозь, дойти до частного сектора на восточной окраине города и там уже по грунтовкам добраться до нужного дома.

Через полчаса пути, когда уже почти рассвело, на границе многоэтажек и частного сектора увидели БТР. Настоящий восьмиколёсный монстр с крупнокалиберным пулемётом на башне. Даже не хочу думать, как они его сюда припёрли. Или в нём нет электроники, и это чудовище на ходу? На борту сидят четверо солдат.

— Похоже, власти что-то пытаются делать. Слушай, Дим! Может, сходим к ним, узнаем, что вообще происходит?

— В принципе, идея неплохая, только вот с рюкзаками я к ним не полез бы. Власть властью, а вдруг по беспределу отберут. Прав тот, у кого больше прав. А у них, смотри, какой аргумент из башни торчит?

Осторожно сдаём назад, так и не замеченные. В ближайших кустах прячем наши рюкзаки. Спасибо, что они камуфляжной расцветки, с метра не заметишь. И налегке отправляемся к военным. Нас заметили, когда расстояние сократилось метров до ста.

— Стоять! Руки в гору!

Мы останавливаемся, само собой. Задираем руки. К нам выдвигается один из них, остальные страхуют. Спасибо, башню в нашу сторону не повернули, совсем неуютно стало бы. Подошедший, молодой пухляш со злыми глазами и презрительной улыбкой, не понравился мне с первого взгляда.

— Ага, и что за очередные мародёры тут к нам пожаловали? Где остальные, где награбленное? — с ходу наезжает он. — Почему не соблюдаем комендантский час?

Ошалевшие от такого приёма, переглядываемся.

— Да мы просто к другу в гости идём. Никого не грабили. Про комендантский час не слышали, телики не работают же. Лучше расскажи, что происходит?

— Сигарета есть?

Протягиваю ему пачку. Которую он забирает целиком, достаёт сигарету, прикуривает, остальное убирает в карман.

— Ладно, вроде и правда не мародёры. Короче, тут полный писец. Нас выгнали порядок поддерживать, начальство ни хрена не понимают сами. Какие-то наниты, умереть никто не может, техника не пашет, связи нет. У нас приказы передают посыльные на велосипедах, поскольку топливо тоже перестало работать. Бензин горит, как масло, масло выглядит, как вода. Яйцеголовые нам объяснили, что наниты выгрызли из таких нефтяных органических соединений какие-то сложные молекулы, которых им не хватало. В общем, жёстко.

— А порох-то работает?

— Да. Вот и патрулируем, ловим мародёров. На большее мозгов у власти не хватает.

— А что значит нельзя умереть?

— А то и значит. Тебя убивают, ты достаточно быстро рассыпаешься зелёной пылью, а потом проявляешься в случайном месте. Живой. Максимальное зафиксированное расстояние от точки смерти — восемьсот метров. И в интерфейсе светится что-то про то, что ты недостоин смерти.

— Так это же можно друг на друге очков понабирать, — подключается к разговору Дима. — Убиваешь друг друга и в дамках!

— Ты не один такой умный. За второе убийство одного человека ничего не дают. Да и вообще, с каждым убийством очков дают всё меньше и после седьмого перестают давать вообще. Мне, например, уже не дают. Потому вы и живы, — ухмыляется. Всё-таки гадкая у него ухмылка.

— А что-нибудь улучшали?

— Начальство велело копить. Говорят, на больших числах крутые ништяки вылазят. Вот и копим. Например, я у вас сиги отобрал, мне ещё одна острота досталась. За просто так, считай. Мародёра поймал, обезвредил — сладость дали. Но пока только на одних нарвались. При патрулировании.

— Ясно, спасибо за информацию. Мы пойдём?

— Да, валите. Только аккуратно. Народу с сорванной крышей много появилось. Могут и подрезать за банку тушёнки. Уже. А что будет дальше?

Оставив без ответа риторический вопрос, разворачиваемся и идём за рюкзаками. Решаем обойти пост, а то ради прокачки могут и рюкзаки изъять. Теперь двигаемся осторожно, вдоль стен и заборов.

Откуда-то сбоку слышится крик. Женский, надрывный. Прибавляем скорости, добегаем до дома, откуда идут уже просто стоны. Дима просто вышибает дверь. В полумраке дома видим, как плюгавый мужичок прижигает паяльной лампой ногу молодой девушки. Та уже просто всхлипывает. Залитое кровью платье, обугленная нога. У меня рвёт крышу, и я с разбега бью мужику по голове своей фомкой. Он отлетает, лампа закатывается под кровать, но не гаснет. К вони горелого мяса присоединяется запах загорающейся кровати. Перед глазами проплывает «+4–4». Потом разберусь. Поворачиваюсь к другу, он без слов подхватывает девушку на руки, и мы выбегаем на улицу. Снимаю рюкзак, чтобы найти в аптечке бинты и мазь от ожогов. Пока ковырялся, услышал тихое «спасибо». Обернувшись, вижу, как зелёный туман окутал места ожогов, порезов и ссадин.

— За что тебя так? Или он псих конченый был?

— Это мой отчим. Иногда он меня бил, но несерьёзно. А тут ударил, и ему одно очко прилетело. Ну, его и накрыло. Сначала долго бил, когда очки перестали идти, стал резать, потом схватился за лампу. Думала, не переживу. Пыталась его успокоить, да куда там!

С каждым словом ей явно легчало. Наниты отрабатывали своё вселение в тело. А тело, кстати, было очень даже ничего. Явно спортивная фигурка, гимнастка или танцовщица, зелёные глаза, курносый носик. Рыжие кудри до лопаток. В общем, в прошлой жизни к такой в клубе точно подкатил бы. И точно был бы послан. Девушка явно знала себе цену.

— Я Александр, Саша. А это Дима, — представляю нас. — А как тебя звать?

— А я Александра… Мне страшно. Говорят, что все убитые возрождаются. Потому и этот козёл меня пытал так смело. Говорил, что, когда прикончит, я оживу и буду целая. Он вернётся?

Её передёрнуло. Было видно, что ей действительно досталось. Не внешне, тело практически восстановилось, но вот этот страх в глазах!

— Сань, в смысле, который мой, — поправился он, когда мы оба подняли на него глаза. — Может, Саню, которая не моя, ну, пока не моя, с собой возьмём?

Нехитрая шутка сняла напряжение. Девушка даже заулыбалась.

— А я согласна, куда угодно, но подальше от этого урода. Если пообещаете без насилия. Что, тёзка, возьмёте меня с собой? Я готовлю вкусно.

Да я и не против, совершенно. Девчонку жалко, да и симпатичная, и момент знакомства как-то сблизил.

— Конечно, я за. Идём, соберёшь вещи.

Подходим к дому, открываем дверь и отпрыгиваем. Из неё льётся струя огня. Как из огнемёта. Я не пожарный, но где-то слышал, что разные внезапные сквозняки приводят к такому эффекту. В общем, осталась наша новая знакомая в одном порванном и залитом кровью платье. Хорошо, хоть в кроссовках была. Эта новая несуразная мода на сарафаны с кроссовками сейчас оказалась весьма кстати.

Без приключений добираемся до нужного нам дома. Открываем калитку, заходим. Небольшой двор, чистота просто идеальная, беседка, газончики, цветник, дорожки, крохотный бассейн. И дом. Большой сруб. Стучим в окошко и идём к двери. Прямо перед нами дверь открывается, и на пороге Вася. Третий член нашей компании. Так и хочется назвать его «длинным». Но он на это обижается. Высокий, худощавый, с небольшой залысиной.

— О! Смотрите, кого принесло! Так и знал, что это вы. Ну что, будем выживать? Что с собой принесли? Хотя, что это я, заходите! А это кто?

Просто засыпал вопросами. Улыбаясь про себя, проходим.

— Это Александра, спасли от одного психопата по дороге. Саш, это Василий, наш друг — эксперт по выживанию.

— Ну, прямо-таки и эксперт, — засмущался Вася. — И очень приятно. Чай, кофе? Или что посерьёзнее? Голодные?

Все единогласно выразили решение, что пожрать было бы неплохо. Пока Вася с Сашей готовили завтрак, мы прошли в гостевую спальню и начали разгружать рюкзаки. Свет у Васьки был, кто бы сомневался. Выживальщик, блин. У него и солнечные панели, и ветряк, и генератор. Атомную войну пережить можно. Но вот, гляди-ка, пригодилось. Хватаю мешок с продуктами для холодильника, забираю у Димки такой же с его квартиры и иду на кухню. Там уже вовсю шкворчит сковородка. Судя по запаху, наггетсы. Заглядываю — угадал. Расставляю продукты в холодильнике. Точнее, утрамбовываю. Но вроде всё влезло. Пытаюсь заработать косоглазие, пялясь на загорелые ножки, выглядывающие из-под халатика, который сразу вручил Саше наш гостеприимный хозяин.

— Вась, где место для трансформаций делать будем?

— Каких ещё трансформаций?

— У тебя сколько сладостей и остроты? Строки улучшений со звёздочками есть? Они ресурсы требуют. Чуть ли не всю таблицу Менделеева. Вот и хочу подготовить место, чтобы вокруг накидать всякой химии и физики рядом. Чтобы эти долбанные наниты могли сожрать то, что им нужно.

— Эм-м-м… не знал про улучшения вообще. Давай подумаем. Ограничения какие-нибудь по месту есть? Ну там, определённая освещённость или влажность?

— Не, таких нет. Но есть два требования. Вся химия не дальше полуметра от тела, и комфортно лежать, поскольку это не пять минут занимает. А намного дольше.

— Полметра? Тогда надо в кладовку раскладушку поставить. Там общая ширина — метр, и узкие полки со всех сторон. То, что надо. После завтрака займусь.

Завтракали яичницей и наггетсами, плюс всякие домашние заготовки типа огурчиков-грибочков. За завтраком болтали обо всём подряд. Саша рассказала, что она профессионально занималась танцами, то есть я угадал. Обсудили дальнейшие действия. Пришли к выводу, что нужно набирать сладости и остроту. Но вот как их набирать, непонятно. Убивать? Социальные запреты, вдолблённые в детстве, оказались очень сильны. Случай с отчимом-психом можно не учитывать. В общем, бабушек на дороге оказалось меньше, чем хотелось. Вспомнили, что вроде как бессмертные, я рассказал, что уже дважды воскресал, ребята поахали, но поверили. Решили, что пойдём на прогулку. Но до этого улучшаемся. Если кто-то хочет и копить, то мне нужно улучшить свои небольшие шансы в стычках. Договорились, что в кладовку я иду первым. Я твёрдо решил поднять себе скорость.

Кладовку обустраивали всем миром. Завалили полки всякой всячиной, начиная от дохлых аккумуляторов и заканчивая стружкой, оставшейся от работы Васи на токарном станке. Бытовая химия, всевозможные драгоценности, аппаратура. Завалили всем, что смогли найти и посчитали нужным.

Залезаю, укладываюсь. Вызываю меню сладости.

Харизма (3) — Повышение харизматичности

Лидерство (4) — Повышение лидерских качеств

Сила ног (1) — Увеличение силы ног

Ночное зрение (5) — Позволит лучше видеть в темноте*

Плазма (6) — Подготавливает тело к взаимодействию с плазмой*

Скорость (10) — Увеличивает скорость реакции и движений*

Наниты (13) — Подготавливает тело к взаимодействию с нанитами*

Не понял. Как бы мы уже взаимодействуем с этими нанитами. В чём прикол? Как же не хватает подробностей. И что эти наниты требуют? Вот просто любопытно.

В данный момент вы можете задействовать улучшение. Необходимые материалы в радиусе 54 см от тела: вольфрам — 1 грамм (доступно), хлор –7 граммов (доступно), водород — 1 грамм (доступно)

Запустить? Да/Нет.

Недолго думая, жму «Да». И, уже отрубаясь, соображаю, что это не улучшение скорости, а непонятные наниты. Вот что за осёл?

День 10

Просыпаюсь с той же мыслью. Идиот, дубина, осёл, придурок! Слить тринадцать очков в непонятную и ненужную шнягу. По инерции открываю логи. Оп-па! Сработало умение правильно принимать решения, после чего я и нажал на «Да!» Это что же получается? Это умение в данный момент самое необходимое? Бред какой-то. И всего одно очко сладости осталось. Вроде. Проверю. Да, одно. Заглянем поглубже.

Сила ног (1) — Увеличение силы ног

Улучшение вещей [недоступно] — [недоступно]

Общение с нанитами [недоступно] — [недоступно]

Радар [недоступно] — [недоступно]

Это что-то новое. Раньше недоступные строки не показывало. Но улучшение вещей выглядит очень многообещающе. А вот общение… Если подумать, то это вообще имба! Отдаёшь им приказ, они отращивают тебе пузырь, наполняют водородом, и ты полетел! Как воздушный шарик. Или говоришь им, что вон та собачка должна умереть, а у тебя из пальца вылетает кусок свинца, и агрессивной собачки нет. Воспоминания об атаковавшей нас стае ещё сильны. Хотя, может, у меня появится всего лишь калькулятор. Или не блещущий интеллектом собеседник. Ладно, чего гадать, подождём появления нужного количества очков сладости, и, хоть и куцего, но описания. Про радар даже гадать не хочу.

Встаю, иду к ребятам. За окном темно. Вся компашка сидит за столом. Все в одинаковой форме военной расцветки, наша Саша выглядит в ней так, что я на минуту подвис, любуясь.

— Привет честной компании! Я, походу, целый день провалялся в кладовке? Жрать хочу!

Ребята смотрят на меня, как на привидение, пауза затягивается. Наконец, Дима оттаивает:

— Не, не целый день. Трое с половиной суток! Мы уж тебя даже попытались поить, но эта зелёная дрянь не позволила. Вода просто стекала по ней, не попадая в тебя. Мы сильно переживали, а вдруг какой сбой? Технология-то неизвестная! А дымок вокруг тебя даже дотронуться не даёт. Внешне туман, а на ощупь стекло какое-то.

Наконец, ожили и остальные, Вася подскочил, засуетился вокруг плиты, Саша подбежала, обняла.

— Я так боялась, так боялась. Время идёт, а ты всё не возвращаешься, мы уж не знали, что и подумать. А ребята хорошими оказались, я сомневалась, но всё супер, только ты в этой зелёной коме. Мы уже на улицу ходили. Магазины грабить, а ты всё лежишь, а мы переживаем. А вокруг тебя всё зелёное, а ты не двигаешь, не ешь, не пьёшь.

Мне дико захотелось остановить этот словесный понос, плюс от близости молодой красивой девчонки стало тесно в штанах. Не придумав ничего лучшего, прижимаюсь губами к её губам. Через секунду она отвечает на поцелуй. Когда спустя минуту мы отрываемся друг от друга, Дима встаёт, хлопает меня по плечу и говорит:

— Кто не успел, тот опоздал. Наш пострел везде поспел. В общем, сильно рад за тебя! — улыбается. Знаю я этого ловеласа, он костерит себя последними словами, что протормозил и не завоевал её раньше. Но и в его искренности не сомневаюсь. — Лучше расскажи, что ты такое ужасное улучшал три дня?

Меня усаживают за стол, кладут на тарелку огромный шмат мяса, а соусы, зелень, маринованные овощи, хлеб стоят вокруг. Приступая к еде, рассказываю всю историю про странный выбор, про навык «Решения». И про то, что появилось после улучшения.

Все притихли. Переглядываются. Начинает Дима:

— У меня сладости сейчас пятнадцать, и у меня ничего нет про нанитов. И навыка Решений. Это что же, у каждого свои улучшения?

— А у меня есть наниты, решений нет, — подключается Василий, — только и в мыслях не было их брать. Но вот работа по улучшению вещей — явно моя тема. Обожаю мастерить. Заставил задуматься. Хотя, если развитие у каждого своё, то не факт, что мне дадут те же продолжения.

— Эй, вы где столько очков все понабирали, пока я спал?

— Я же тебе говорила, что мы ходили на улицу. Ограбили магазин спецодежды, кстати, твой комплект тебя ждёт. И не один, хи-хик! Ещё остановили других мародёров в продуктовом, прогнали их, а потом сами этот продуктовый и ограбили. Потом по очереди забили по курице, это было неприятно. Ещё меня и ощипывать их заставили, негодяи! Ну, и по мелочи. А ещё соседский дом напротив починили. Ну, как починили, заколотили окна и повесили дверь. Вася предложил там пункт наблюдения выставлять. Типа, чтобы враги не застали врасплох. Только вот нас маловато, постоянно там человека держать. Но за ремонт тоже отсыпали.

— Ух, какая же ты тараторка, отвык от такого. Но за информацию спасибо. Теперь мне очень хочется набрать очков сладости, посмотреть, что там скрыто. Думаю, всё-таки не зря навык решения сработал. Кто следующий в кладовку?

Поднялся Дима.

— Мы решили, что я. Не скучайте, я пошёл.

Дима отправился улучшать себе что-то. Потом расскажет. Вася принёс вина, и мы выпили за моё воскрешение. И отправились спать. Вася тактично выделил нам с Сашей отдельную комнату, в итоге уснули мы очень нескоро.

День 11

Разбудило меня солнышко, нагло пускающее зайчики от стеклянных дверок полки прямо мне в глаза. Потянулся, чмокнул красавицу в щёку и начал вставать. На полпути к вертикальному положению, меня перехватила тоненькая, но удивительно сильная рука с аккуратным маникюром и уронила обратно в кровать. В итоге на кухню мы вышли только через час.

Пока Сашка возилась с приготовлением завтрака, задумался о способах получения очков. Особенно проблематично выглядели очки сладости. С мысли меня сбил вышедший из двери Дима.

— О! Быстро ты, не то, что наш Санька. Что улучшил? А завтракать будешь? А сколько очков потратил? И каких?

Ох, тараторка! Но мне начинает это нравиться.

— Потратил девять остроты, усилил себе корпус. Ну-ка, дайте нож, повторю эксперимент!

С этими словами он берёт ножик и втыкает его себе в руку. Саша вскрикивает. Но нож соскальзывает, не нанеся никаких повреждений. Странно, у меня сняло всего четыре очка. Да и нож, собака, в меня воткнулся. Наверно, у него какое-то продвинутое улучшение. Заглядываю в интерфейс. Одна из строчек остроты говорит, что корпус я могу прокачать снова и именно за девять очков. Вон оно чё!

— Кто следующий?

— Ну, вообще-то я, — в дверях показывается Вася. — Ща поем и пойду. Не хулиганьте тут только без меня.

Садимся за стол, набиваем животы. Пока насыщаемся, перед глазами появляется надпись «В связи с медленным прогрессом вашего улучшения, окружение перестраивается на агрессивный стиль поведения». И всё. В истории событий, которую ребята называют «Лог», пусто.

— Все получили новую вводную? — спрашиваю.

— Я получил.

— И я.

— Я тоже. Мальчики, а что это значит? Что теперь будет? Чьё окружение? И почему сразу агрессия? А щекотать — это тоже агрессия? Я щекотки боюсь. Если меня будут щекотать, то я не согласна!

Вот как у женщин работает мозг? Ну какая связь между полученным сообщением и щекоткой? И что с этим делать-то в итоге? Хотя понятно что. Топать на улицу и искать приключений на пятую точку. Очки дают за самые неожиданные вещи, так что просто поступать непредсказуемо, как вариант. Озвучиваю свои мысли. Ну, кроме женского мозга.

И тут замечаю четвёртую иконку. Тоже нарисована голова в профиль, и над ним пульсирует восклицательный знак. Активирую.

«Создать групповое общение? Да/Нет».

Конечно, выбираю «Да». Тут же выскакивает новая надпись:

«Добавьте в группу людей».

Ну и как их добавлять? В недоумении поднимаю глаза на Диму. Тут же высвечивается:

«Желаете принять Дмитрия в группу общения? Да/Нет».

Соглашаюсь. Проделываю аналогичную процедуру с Сашей и Васей.

— Ой, мальчики, меня тут в группу приглашают. Александр. Ой, Саш, это ты? Как у тебя получилось? Что нужно делать? Согласиться? Что это даст?

Улыбаюсь.

— Что даст, пока не знаю, но вроде общаться сможем. Не только за этим столом. Соглашайтесь и давайте изучать.

Перед глазами проплавает знакомое «+2». В истории написано, «за хорошую реакцию и креативность». Приятно. Следом идут три сообщения, абсолютно одинаковых, меняются только имена:

В Вашу группу вступил Василий. +1

В Вашу группу вступила Александра. +1

В Вашу группу вступил Дмитрий. +1

— Кстати, ребят, мы что-то забыли про Кирюху!

— Не, Саш, они не забыли. Мы ходили к нему, но его не было. А ещё к моей подруге ходили, там пожар был, от дома ничего не осталось, как и от моего. И где их всех искать, никто не знает. Решили позже сходить, когда ты в себя придёшь. Ещё поискать. А подруга у меня хорошая, тебе понравится. Но голову откручу, если понравится! У тебя я есть!

Все трое ржём вслух. Саша вроде подумала обидеться, но потом присоединилась к нашему веселью.

Через пять минут экспериментов выяснили, что мы можем мысленно общаться между собой. Нереально круто. Просто проговариваешь про себя (хотя можно и вслух) имя получателя и сам текст. Ещё через пару минут узнали, что можно отправить двоим или всем. И, если приходят два сообщения одновременно, то звучат они тоже одновременно, как речи на корпоративе в самом конце пьянки. Сразу все и громко.

Веселье весельем, но нужны очки. Предлагаю выдвигаться. Вася идёт в кладовку, мы — на улицу. Хватаем наши фомки, молотки. Саше, оказывается, выделили биту. Ту самую, из американского кино. Только выходим за калитку, на нас несутся собаки. Да что же это такое? У меня скоро фобия будет. Хотя нет. Они подбежали поближе, и я увидел, что собака там только одна. Ещё четыре кошки и нутрия, мать её! Где они взяли нутрию? И кто они? И за что это нам? Похоже, словесный понос оказался заразен. Понимаю, что это нервное, плюс мандраж. Схватка оказалась короткой и неубедительной. Кончились зверушки очень быстро. Мне прилетело «+1–1».

— Все в порядке?

Осматриваю друзей. Они подтверждают, что в целом всё ок. Лезу в историю, выяснять, за что плюс. А вот данных-то и нет. «За победу над агрессивной группой». Непонятненько.

В это было сложно поверить, но за ближайшие триста метров зверьё нападало на нас ещё три раза. В последний раз это были утки, куры и одна индейка. Меня начала душить жаба. То, что звери свихнулись, понятно, но это же сколько полезной еды пропадает? Не выдержав, говорю ребятам, что всю съедобную дичь надо собрать, освежевать и запихнуть в холодильник. Такими темпами скоро прирученной еды просто не останется, вся поляжет в нелепых стычках с хомо сапиенсами.

Следующий час обдирали, ощипывали, потрошили. Результатом этой короткой вылазки у меня лично стало «+4–3». Я бы сказал, шикарно. Дима всё это время ругался, что «с нормальных мобов должен падать дроп, и не нужно добывать его вручную». Саша же на удивление спокойно ощипывала тушки птиц. Молодец девочка, не какая-то городская белоручка. Толк будет. Да и дралась на высоте, в обморок не падала, палкой своей махала. Чёрт, неужели я влюбляюсь? Только этого не хватало. Хотя… Ладно, поживём — увидим.

После упаковки добычи в сильно забитую морозилку Дима сказал:

— Всё, добычу можно больше не собирать, места нет. Хранить негде. Только если хвосты и уши для алхимии. Ну, это я типа пошутил. Выдвигаемся?

И мы пошли на второй заход. Живность не кончалась, Дима матерился про какие-то ясли для нубов, звал нормальных ботов, в общем, ругался по-геймерски. Похоже, для него это была игра. И он дозвался. Нормальные боты прилетели. Огромное облако птиц. Голуби, воробьи, стрижи, чайки. Быстрые, с жёсткими клювами и великолепной реакцией. Они нескончаемым потоком летели на нас, пытались выклевать глаза, перебить артерии, покалечить пальцы. У нас появилась одна единственная цель — довести Сашу до безопасного места. К огромному моему ужасу, у нас не получилось. Птицы, увидев, что не пробивают меня и Диму, волной накатили на неё, а спустя несколько секунд отхлынули. На землю упало обезображенное, поклёванное тело. Я упал на колени рядом с ней, понимая, что ничего уже не могу сделать, что уже поздно. Я взял её за руку, не зная, что делать, каким пришельцам молиться.

— Она воскреснет. Надо только её найти.

Как будто услышав его слова, тело девушки начало таять зелёным дымом, ладонь в моей руке исчезла.

— Я ей отправил сообщение. Она ответила, что в порядке, в каком-то доме.

Дима не потерял головы. Всё сделал правильно. Я что-то затупил. От шока и испуга, что потерял свою драгоценную. Надо исправляться.

«Лапуль, ты там как? Прости, что не уберегли.»

«Я в норме. Много времени прошло?»

«Минута от силы. Аккуратно выгляни в окошко, посмотри, может, увидишь адрес, куда тебя закинуло?»

«Мальчики, давайте по очереди. Или кто-нибудь один. От ваших криков голова заболела. Подхожу к окошку. Улица Энгельса, 18. Прямо напротив меня».

— Дим, ты знаешь, где тут Энгельсов?

— Да, рядом совсем, идём.

«Жди нас, мы идём. Пять минут. Никуда не выходи».

«Ребят, ну, просила же говорить по очереди. Сижу, как мышка, скучаю».

Пятью минутами не обошлось. Птицы улетели искать других жертв, но мелкая живность пёрла со всех щелей. Теперь стало понятно про агрессивный стиль окружения. Но это же жесть. На нас нападали даже кроты! Как они нас находили, не знаю, они же слепые. Может, по вибрациям, может по запаху. Не знаю. Спустя минут двадцать мы всё-таки добрались до нужного дома.

Выломав дверь, зашли внутрь, забаррикадировались.

— Походу, твоей принцессе тоже нужно делать непробиваемое тело. Иначе обратно не дойдём. Сожрут опять.

— Ага. И где мы тут найдём серебро и ртуть? Хотя домик не бедный, если что, соседские пограбим. Я за.

Способ придумал я. С открытым интерфейсом Саша медленно обходила дом и смотрела, какие материалы исчезают из списка, а какие появляются. Ртуть нашли сразу. Обычный древний градусник, таким же воспользовался и я при своём улучшении. Лежал на полке на кухне. А с серебром вышло ещё интереснее. В определённый момент она застыла, сделала шаг назад, потом шаг вперёд, опять назад и чуть в сторону, обратно. Как сломавшийся робот-пылесос. Наконец, села на пол.

— Вот, прямо тут серебро есть.

И это посередине комнаты! Недолго думая, отодвигаю её, своей окровавленной фомкой отрываю половую доску. Под полом, в том месте, где сидела Саша, стоит деревянный бочонок. Небольшой, литра на три. Обручи не просто проржавели, а почти сгнили. С трудом достаю его. Тяжеленный, зараза! Вышибаю крышку. Ох, держите меня семеро! Мы нашли самый настоящий клад! Как в сказках про пиратов! Куча разнокалиберных монет, разноцветные камни, какие, не знаю. Я в них не разбираюсь. Ещё цепочки, какие-то непонятные плетёные конструкции, явно из золота и серебра, с разными камушками. Саша с трепетом начала перебирать это сказочное богатство. Напялила кольцо с красным камнем. И зависла. Я её поторопил, сказал, что раз все материалы есть, пускай срочно улучшается. Не отводя глаз от кучи серебра-злата, она сообщает, что никеля не хватает.

Растормошив, отправляем её на поиски. Наконец, в коридоре находит какую-то непонятного назначения трубку и говорит, что в ней есть никель. Проходит в комнату, ложится и покрывается зелёной дымкой. Я впервые увидел, как наниты подсасывают материалы. Ручейки дыма разбегаются каждый к своей цели. Причём четвёртый уходил сквозь пол. Ещё один клад? Потом вспоминаю, что нужен простой кремний, и успокаиваюсь.

Пока её тело меняется, Дима предложил «пофармить» рядом с домом. Я тут же выяснил, что «пофармить» — это сленг из игр, означает покачаться, получить опыт и трофеи. Ну, с трофеями в нашей «игре» не очень, а вот очки сладости и остроты — наше всё. Выходим. Дурдом на выезде продолжается. Интересно, этот тупой искусственный интеллект решил нашими руками вывести всю живность на Земле? Если честно, я уже отупел, махая своей фомкой, руки налились свинцом. Когда услышал:

— Мальчики, скучали?

И к нам присоединилась наша фурия с битой. На результате это не сказалось, звери и птицы пёрли со всех сторон, мы были по колено в их трупиках, но они не кончались.

— Предлагаю идти к дому. Они, похоже, не кончатся.

Дима остановился, ожидая ответа. Его тут же облепили какие-то мелкие грызуны, наверно, мыши. Прокусить они его не могли, хотя очень старались. Мы тут же согласились с предложением. Я сбегал за сокровищем, добавим к материалам в нашей кладовке. Махать фомкой одной рукой и тащить бочонок другой было неудобно, но постепенно втянулся. Отупение опять накатило на меня. Шаг — удар, шаг — удар. В себя пришёл, только когда за нами захлопнулась дверь. Всё тело гудело, хотелось жрать, спать и помыться. Точнее, наоборот, сначала помыться, потом всё остальное.

Очередь в душ уступили Саше. Я хотел к ней присоединиться, но Дима воспротивился, типа он тогда помоется в следующем веке. В принципе, логично. Но, когда я предлагал это, мной руководила навязчивая мысль смыть с себя тонну крови, кишок, мозгов и прочих шерсти с перьями. Как можно скорее. Вторым пошёл Дима. Я сидел и любовался молодым, здоровым, красивым телом свой половинки. А она трещала без умолку. Обо всём на свете. Я даже не вслушивался. Просто слушал её голос, как слушают журчание ручья, и оттаивал. От этого тяжёлого кровавого и бестолкового дня. Хотя почему бестолкового? От этой мысли я встрепенулся и залез в интерфейс. Ого, ничего себе бестолковый! У меня в общем накопилось тридцать два сладости и двадцать три остроты! Из них неиспользованных восемнадцать и девятнадцать соответственно. Да это же Клондайк! Срочно лезу в сладость. Точнее, хотел залезть, но тут из душа вышел Димон, и я отправился приводить себя в порядок. Но не удержался, прямо стоя под струями горячей воды, заглянул, наконец, в сладости.

Харизма (3) — Повышение харизматичности

Лидерство (4) — Повышение лидерских качеств

Сила ног (1) — Увеличение силы ног

Ночное зрение (5) — Позволит лучше видеть в темноте*

Плазма (6) — Подготавливает тело к взаимодействию с плазмой*

Скорость (10) — Увеличивает скорость реакции и движений*

Улучшение вещей (15) — Вы можете изменять свойства вещей*

Общение с нанитами (18) — Диалог с нанитами*

Радар [недоступно] — [недоступно]

Ну, прямо маразм Капитана Очевидность зашкаливает. И что? Ради этого я тогда три дня валялся зелёным трупом? Ради диалога с роботами? Хотя, если задуматься… Это же искусственный интеллект, управляющий всем этим безобразием. Может, хоть справку начнёт давать, чтобы не тыкаться тут вслепую? Всё решено! Буду общаться. Знать врага в лицо важно и нужно!

От размышлений меня отвлёк стук в дверь ванной.

— Эй, дружище, ты там скоро? Вася ожил, еда готова, выходи давай!

Срочно домываюсь, выскакиваю, вприпрыжку бегу к столу. Поляна накрыта, на столе — коньяк и вино. Да, отвлечься алкоголем сегодня не помешает. Интересуюсь, что продвинул Вася.

— Нанитов. Спасибо всем богам и инопланетянам, улучшение вещей появилось. А вот общения с нанитами не было.

— Тебе вне очереди нужно прокачать броню на тело.

Рассказываем, перебивая друг друга, о событиях этого дня. Васёк сидит, и тихо обалдевает. Прямо видно, он всё растеряннее и растеряннее. В итоге срывается, выбегает за дверь. Через пять секунд возвращается поцарапанный, на нём сидят крыса и белка и пытаются им поужинать. Странно, не думал, что белка может быть плотоядной. Сбиваем живность на пол и топчем ногами.

— Вот никогда бы не подумал, что то сообщение об агрессии может обернуться такой хренью! — Василий в настоящем шоке, обычно он не матерится, как и все мы.

— Как это грубо и неженственно! Мы же воспитанные люди! — подкалываю его.

— Ага, станешь тут женственным, чуть штаны не намочил и чуть визжать не научился!

Наша пикировка длится ещё минуты две, но нас прерывает Дима.

— Это всё хорошо и весело, но у нас есть глобальный план? Или каждый день ходим мочить бедных зверушек, пока нам не позволят помереть, и дохнем? В чём смысл всего этого безобразия?

— Вот мне умирать совсем не понравилось. Каждый сучий клюв прочувствовала, это реально, не как в играх. Они рвали меня! Суки! Я хочу стать сильной и набить им всем морды! И клювы! И лица! И для этого я буду крошить бедных животных тоннами! Я за сегодня аж 22 очка получила в сумме! Это больше, чем за три прошлых дня! Когда Сани не было. А я по нему скучала. А он там лежал. Но он не виноват, что раньше очков не давали много, искать приходилось. И что нападают, не виноват, он вообще такой хороший, я тебя люблю, — совсем не логично заканчивает она, смотря мне в глаза.

В душе разливается тепло, накатывает какое-то щенячье чувство абсолютного счастья, я обнимаю её, зарываюсь носом в её рыжие волосы.

— Я тоже тебя люблю. Невозможно, невероятно сильно.

Подхватываю её на руки и уношу в нашу комнату. Нас провожают два недоумевающих взгляда.

День 12

Меня разбудил дикий визг любимой. Подрываюсь, тянусь к фомке. И чувствую, как по мне бегают миллион крохотных лапок. То, чего я боялся, но не решался озвучить даже в мыслях, чтобы не накаркать, случилось. На нас накинулись насекомые! Понятно, что прокусить они нас не могли. Но это было настолько мерзко! Скрежет хитина, писк крылышек, шуршание тысяч лапок, и всё это в абсолютной темноте! Они лезли в глаза, в рот, путались в волосах! Начинаю хлопать ладонью, стряхивать, топтать, выполнять ещё тысячу судорожных движений, вызванных отвращением. Особенно неприятно было доставать всяких сороконожек и тараканов из волос. Из соседних комнат слышался сорокаэтажный мат. Саша после визга, разбудившего меня, замолчала, видимо в открытый рот полезли эти твари, и пришлось его закрыть. Сколько это продолжалось, не знаю. Но, наконец, основная масса этой гадости была перебита.

Оставались отдельные насекомые, которых уже без труда стряхивали на пол и давили. Под ногами хрустело, воняло каким-то ацетоном. Дохожу до двери, нащупываю выключатель. Меня чуть не выворачивает. Весь пол по щиколотку состоит из раздавленных насекомых. А вот Санечку выворачивает, желчью. Увидев это, мой организм не выдерживает, и я присоединяюсь к ней. Рвёт долго, насухую, желудки уже пустые, а организм всё не останавливается.

Через некоторое время, отдышавшись, выходим в кухню к ребятам. Они бледные, вымазаны какой-то слизью, тут и там прилеплены останки насекомых. Тяжело дышат. Вася обтирает лицо какой-то тряпкой:

— Так себе побудочка. Там что все охренели, что ли?

Все молча соглашаются. И про «там всех», и про «так себе».

— А как я испугалась, они как налетели, и в рот лезут, и в волосы! И противные такие, особенно пауки, ненавижу пауков! Эту паутину плетут, лапками так тыр-тыр, быстрые. И не спорьте, я в душ первая! Пауков терпеть не могу! Всё, ушла. Надеюсь, какие-нибудь мокрицы не полезут.

Уф. Всё никак не привыкну к этому постоянному перескакиванию с мысли на мысль. Хотя выглядит очень мило и по-детски непосредственно. А, может, влюблённость сказывается. Но самоанализ — не моё. К чёрту. Поворачиваюсь к друзьям.

— Ребят, я бы сходил на улучшение. Никому ничего срочного не надо?

— Я только оттуда, тело прокачал, — говорит Вася.

— Топай! — за всех отвечает Дима.

Разворачиваюсь и тут соображаю, что я не мылся. И что мне дико противно. У душа дожидаюсь Сашу, чмокаю её, она что-то бурчит, что придётся снова перемываться. Вламываюсь в кабинку, намыливаюсь, смываюсь. Напяливаю чистые трусы, где свежая одежда, я так и не выяснил. На всё той же волне предвкушения от общения с врагом лечу в кладовку. Ложусь, выбираю улучшение. Все материалы присутствуют. Запускаю. Отрубаюсь.

День 29

Просыпаюсь, перед глазами всё плывёт. Выскакивает надпись.

«Тонкая настройка производится в бодрствующем состоянии, пожалуйста, подождите».

Послушно лежу, жду. Время тянется долго. Наконец, шторм перед глазами утихает.

«Общение с нанитами» подготовлено. Выберите желаемую форму общения:

Речевую. Вы говорите вслух, наниты транслируют ответы напрямую на нервные окончания барабанных перепонок. Другие люди не будут слышать ответы.

Визуальная. Ответы будут показаны текстом. Вне зависимости от типа вашего запроса.

Мысленная. И запросы, и ответы будут выполнены в мысленной форме.

Вы можете выбрать два или более вариантов».

Выбираю второй и третий варианты. Больше никаких сообщений не выводится. Устав ждать реакции, говорю мысленно:

«Привет»

Тут же прилетает в ответ:

«Завод приветствует тебя! Рады тебя слышать»

«Вы кто? Зачем захватили Землю?»

«Мы Завод. Наше внутренне имя тебе ничего не скажет, зови нас просто Завод. Доступ ограничен»

Хм, интересно. Попробую зайти с другой стороны.

«Какова ваша цель на Земле?»

«Доступ ограничен»

«Что я могу сделать с вашей помощью?»

«Доступ ограничен»

«Как вас убрать с Земли?»

«Доступ ограничен»

Да твою же мать! Интересно, на какие вопросы они отвечают вообще?

«На какие вопросы вы отвечаете?»

«На все, кроме закрытых соглашением»

«Каким соглашением?»

«Доступ ограничен»

Уже не матерюсь. Лежу в полной прострации. Итак, подведём итоги. Нанитов зовут Завод. У них ограничения по общению. Каким-то соглашением. С кем соглашение? Тоже точно не ответит. Но это получается, что они тут не главные. Что они нанятая компания. Наверно. Сплошные наверно.

«Я могу получить доступ? Снять ограничение?»

«Ну, наконец-то! Это правильный вопрос. Доступ ограничен»

«КАК?!!»

«Доступ ограничен»

Вспоминаю все трёхэтажные конструкции матерного народного, которые слышал от нашего прапора на срочке. Вот и как это понять? Ладно, пока мозг не закипел, надо рассказать друзьям. Устроить мозговой штурм. Да и жрать хочется не по-детски. Выхожу всё в тех же трусах на кухню. Все сидят там. Немая сцена. На меня смотрят, как на привидение. Через пару секунд столбняка с места срывается Саша и с воплем «Очнулся!!!» кидается мне на шею. С удовольствием отвечаю на поцелуй, но я же в одних трусах. Скоро станет неудобно перед окружающими, потому аккуратно отодвигаю от себя любимую.

— Ребят, мне бы одеться.

Саша тут же улетает, приносит стопку такого же камуфляжа. Похоже, магазин им достался тогда большой. Это уже третий комплект. Быстро напяливаю его, падаю за стол. Мне пододвигают тарелку, моментально насыпают еды, на столе появляется обычный комплект «коньяк-вино». Василь разливает, встаёт.

— Ну, как грится, с возвращением! Знаешь, сколько тебя не было?

— Откуда? Уснул, проснулся.

— Ой, Саш, тебя две недели мариновали в этом дыме. Точнее семнадцать дней. Я считала. Каждый день тебя навещали. А ещё по тебе молнии летали, и дым то синий, то зелёный, и свет! Ты под конец светился, как ночник. Мы к тебе подходить боялись даже. Прямо как в фантастическом фильме, ты лежишь, а вокруг молнии. И дым. И светишься. Страшно, ужас! Но ты вернулся! Ой, я же тост испортила… С возвращением!

В лёгкой прострации чокаюсь с друзьями бокалами.

«Эй, Завод, а что так долго-то?»

«Процесс повышения мерности организма в вашем примитивном четырёхмерном мире занимает достаточно длинных отрезков четвёртой шкалы измерений»

«Это что, во мне теперь больше трёх измерений?»

«В тебе всегда было больше трёх. Было четыре, но четвёртое люди не могли воспринимать ввиду примитивизма ваших органов чувств»

«И сколько во мне теперь?»

«Теперь шесть. Этого достаточно, чтобы мы могли общаться»

Ох, закрутил, завернул. Озвучиваю друзьям, насколько хватило памяти и лексикона. Особенно про закрытый доступ. Все выпадают в осадок.

— Здорово, родной! А что ты теперь можешь? Летать, телепортироваться, плевать огнём? Ой, а ты меня не будешь поджигать? Не надо, я не хочу! А то в кровати как загоришься! Как в фильме про фантастиков.

«Какие возможности у меня появились?»

«Возможность общения с Заводами»

«А ещё? Ну, летать там, огнём плеваться?»

«Нет. Ваши органы чувств слишком примитивны для контроля избыточных измерений. Ваша вселенная четырёхмерна. Остальные измерения закапсулированы. Их использование затруднительно даже нами»

«Так вы что, не из нашей вселенной даже?»

«Доступ ограничен»

Озвучиваю ребятам результаты краткой беседы. Дима подрывается:

— А что, заводЫ? Их много? Они между собой не конфликтуют? Может, среди них есть изгои, которые будут с нами дружить против этих гадов?

Не успеваю сформулировать вопрос, как получаю ответ.

«Да, нас много. В этой комнате пять. По одному на организм вашего вида плюс один координирующий. Тут его малая часть. И нет, мы едины и выполняем одну работу. И да, про работу доступ тоже закрыт»

Озвучиваю.

В общем, мозгового штурма не получилось. Всем нужно было переварить новую информацию.

— Ладно, отложим. Лучше расскажите, что тут происходило без меня, кроме моей тушки и молний?

— Происходило многое. Насекомые больше не нападали, напор животных сильно ослаб. Но проявились, наконец, люди. Но обо всём по порядку, — взял слово Дима. — После того, как отдраили дом, и ты залёг в спячку, мы решили, как обычно, сходить пофармить.

Слово «пофармить» уже крепко прилипло, и я даже нормально начал его воспринимать.

— В первый день мы вышли, решив ещё раз дойти до Кирюхи. Животных было относительно мало, может, всех перебили, я не знаю. До его улицы с учётом нападений зверья мы шли меньше часа. Прямо перед его домом тусила компашка гопников, по-другому их и назвать не могу. Группа подростков, одетых в треники с полосками и кожанки. Классика жанра. Мы вроде собрались пройти мимо, но один из них начал до нас докапываться. Типа поделиться тёлочкой, освободить карманы, ну и подобное. Остальные подпевалы его поддержали. Ты знаешь, я по работе убивал, по необходимости. Рецидивистов всяких, но тут мне прям захотелось. Убить. А они ещё попёрли. Плечами типа потолкаться. Саньку пощупать. Извини. Ну, в общем, достал я молоток и зарядил главному. Он с копыт и того. И началась мясорубка. В общем, померли мы все. И они тоже все. Вроде бы.

— Ага, это было здорово! Дима за меня заступился, тому уроду по кумполу, Вася самого мощного с удара вынес, потом меня схватили за задницу, я развернулась и как дам своей битой! А потом они на нас попёрли все, а их двенадцать уродов было, второй ко мне подбегает, я ему в живот, он отлетает, Дима ему в череп, потом по шее. Он брык! И тут мне прилетает, очнулась, в кустах валяюсь, а рядом никого. Хорошо, что ты связь сделал, меня нашли быстро.

— Ну, примерно такие эмоции и были. Молодёжь по беспределу решила поглумиться над маленькой компанией, но не на тех нарвались. Кстати, из-за смерти теперь списывают Очки. Каких больше, те и списывают. Хотя мы на этих придурках неплохо поимели в итоге, — вступил в рассказ Василий. — Ну, после того, как друг друга нашли, дошли, наконец, до Кирюхиного дома, там опять никого. Теперь подготовились, записку оставили. Со стороны не заметишь, но кто войдёт, увидит.

После чего двинулись к Наталье, так Сашину подругу зовут. Этих шнырей видели ещё пару раз, но они нас избегали. По пути встретили ещё компанию. Трое мужиков и четверо женщин. Все лет сорока. С ними совсем маленький карапуз лет трёх. Представляешь, этот малыш шёл с палкой! К нам агрессии не проявили, удалось поболтать. Из интересного выяснили, что, если перекос в сторону сладости или остроты больше ста двадцати баллов, появляется возможность умереть. При смерти так и спрашивают «умереть/воскреснуть». Конечно, умирать никто не захотел для проверки. На пепелище тоже оставили записку. На калитке.

— Следующие три дня ничего интересного не происходило. В определённое время наведывались по адресам, но там никого не было, — подхватывает эстафету Дима. — А так фарм, фарм, фарм. Животных мало осталось. Здесь, во всяком случае. Чувствую, скоро нас всех ждёт голод. Точнее вегетарианство. Ну, может, рыбка там и останется. А вот на пятый день твоей спячки мы нарвались на двух коней. Умерли все практически сразу. Они нереально быстрые оказались. Ещё и умные, заразы, близко не подпускали, сразу к «лесу передом, к нам задом». А лягаются чудо как метко. Сразу череп или грудина всмятку.

— Ага, я даже понять ничего не смогла. Такие красивые, бегут, грива развевается. И вдруг бац — и я на чердаке какого-то дома. Окон нет, дверка снаружи заперта, — было видно, что Сашеньке не терпелось вступить в повествование, еле дождалась паузы и сразу начала болтать. — Как ребятам объяснить, где я, не знаю. Пыталась битой шифер разломать, так бита между досок не пролазила. Чуть не запаниковала. А потом начала этот шифер раскачивать, доски щупать, пытаться поломать. Ни-че-го. Но я же у тебя молодец! Нашла доску в углу, гнилую совсем. Наверно, где-то дырка была, и она мокла. В общем, доску раскрошила, потом битой как размахнусь! Шифер-то лопнул, и даже кусок отвалился, а не видно ни хрена. Деревья всё закрывают. Ну вот и стала крушить этот шифер. Расковыряла небольшую дырку, но ты же знаешь, я стройная, — показала язык. — В неё и пролезла. С крыши слезла на поленницу, оттуда спрыгнула на землю. В общем, выбралась! Ну, кто молодец? Хвали меня!

— Хвалю, конечно! — обнимаю любимую тараторку. А она продолжает:

— В итоге ребята меня быстро нашли. Тех коняшек мы потом ещё пару раз встречали, но обходилось, прятались. А потом случилась жопа.

По нахмуренным лицам понял, что жопа действительно у них случалась, что она была жопная жопа. Пытаясь отвлечь от неприятных воспоминаний, поднимаю свой бокал:

— За нас, друзья! Вместе мы сила!

— Так вот, про жопу… — вскоре продолжил Дима. — Через день опять пошли по адресам. И тут нас обоих снесло. И меня, и Васю. Оказывается, нас застрелили. Саш, наверно, тебе лучше рассказать?

— Наверно… Когда ребят застрелили, на меня выпрыгнули двое солдат. С автоматами, все дела. Врезали под дых, и, пока я пыталась найти воздух вздохнуть, облапали меня всю, скоты. Спасибо, на месте не трахнули. Одели какой-то вонючий мешок на голову, скрутили руки и повели. Точнее, потащили. Ещё не хватало, чтобы я сама шла с этими уродами. Шли долго, минут тридцать. Но солнышко в правый глаз светило, сквозь повязку понятно было, тепло и всё такое. Я ребятам постоянно обо всём рассказывала, что слышу, что чувствую. Потому, наверно, они меня быстро и нашли. Но я, как обычно, отвлеклась. Так вот. Притаскивают меня в дом, окна закрыты ставнями, это я увидела, когда мешок сорвали. А их там ещё пятеро. Все солдаты, все с оружием. Меня на стол бросили, а потом верёвками распяли, как морскую звезду, привязали, в общем. И гогочут, лапают, уроды. А потом медленно, явно наслаждаясь моим страхом, один из козлов начал срезать с меня одежду. Главное, медленно, ну, ты представь, а? Сука! А другие спорить начали, кто первый, кто какой. Ну, думаю, хана. А они уже в «камень-ножницы» меня, значит, разыгрывают. Вдруг чувствую, дымом воняет. Да сильно так. А наши ребята меня по мысли спрашивают, как я насчёт сгореть? Я им отвечаю, что с удовольствием. И эти уроды по дому забегали, в дверь ломятся, она не открывается у них, а огонь уже в доме. Глаза слезятся, я голая, привязанная. Они про меня забыли, начали в дверь стрелять. Да куда там! Она дубовая, пули её даже не пробивают насквозь. Потом пытались ставни открутить. А ключей, как и мозгов, нету. А потом падать все начали, плюс патроны взрываться начали, я чувствую, что задыхаюсь, и меня отрубает. А очнулась в другом доме, голая, ток один обрывок верёвки к руке привязан. Хорошо, дом тоже пустой был, с ребятами связалась, и они меня забрали. Пока они ко мне шли, спёрла в этом доме какие-то шмотки на сто размеров больше. В них до дома с ребятами и добиралась. Такая вот история. Ты же меня теперь меньше любить не будешь?

— Конечно, нет, родная! И спасибо, друзья, за всё. Вы молодцы. Я бы не додумался спалить всех, туда бы полез. Никак не привыкну, что мы оживаем. Насыщенная жизнь тут без меня была. Даже завидно стало. А дальше что было?

— Да таких значимых событий больше и не было, считай, — это опять вступил Дима. — Кроме того, что на пепелище ответ на нашу записку был. Наташа написала, что придёт. Так что завтра встреча народов на Эльбе. Пойдём встречать.

После этого ужин продолжался уже на полном расслабоне. Вечер получился просто замечательным.

Когда Саша уснула, я решил привести мысли в порядок. История моего отсутствия не шокировала. Примерно такого развития событий я и ожидал. Вполне ожидаемо, что народ, почувствовав силу и безнаказанность, начнёт чудить.

«Завод, ты тут?»

«Я всегда тут, до финального разрушения твоей оболочки я и ты неразрывны»

«Это ты про смерть?»

«Вы не умираете. Дальше в этом направлении не спрашивай, не могу рассказать»

«Что нужно сделать, чтобы мы могли нормально общаться?»

«Доступ ограничен»

Стараюсь не психовать.

«А подробности про улучшения, что для чего, ты можешь рассказывать?»

«Всё, что не выходит за рамки соглашения»

О! Это уже что-то! Это уже интересно. Бегом лезу в улучшения. Сначала в сладость, так вышло, что всё, связанное с Заводом, находится там.

Радар [недоступно] — [недоступно]Нюх [недоступно] — [недоступно]

Ну да! У меня же ноль очков сладости. Но появился какой-то нюх.

«Что делает Радар, и что — Нюх?»

«Радар позволяет находить элементы, личностей и определённых Заводов, Нюх — следующая ступень улучшения Решений»

«Почему у меня есть Решения и Общение с нанитами, а у остальных нет?»

«По решениям — Доступ ограничен, По общению — на вашем континенте существовали всего две личности, способные пережить увеличение мерности оболочки. Ты один из них»

«И чем я отличаюсь от других?»

«В тебе течёт нужная кровь. Пятое пришествие. Я с тобой с твоего рождения и передаюсь по наследству по мужской линии больше восьми тысяч лет. Ты адаптирован к нам»

«То есть вы не в первый раз захватываете Землю?»

«Мы никогда не захватываем ваш мир. Мы его исправляем. И да. Вам же написали, что сейчас восьмое пришествие»

«А в чём цель вашего исправления?»

«Доступ ограничен»

«А почему ты проявился только сейчас? Почему ничего не писал мне в детстве? Или моему деду?»

«Не было нужды в корректировке»

«В корректировке чего? Душ?»

«Да»

«А что такое душа? Получается, мы не умираем?»

«Доступ ограничен»

Очень познавательно. Несмотря на ограничения, я получил море информации для размышлений. В любом случае всё, что касается общения с нанитами, выводится, несмотря на отсутствие очков сладости. Значит, нужно прокачивать эти улучшения. Особенно нюх. Если доступ к инфе по нюху ограничен, значит, нам туда.

«А кто второй, кто пережил изменение мерности?»

«Его душа не справилась, он не пережил»

Вот так вот. То есть я был на волосок от окончательной смерти. Серьёзно.

С этой мыслью я погружаюсь в сон, не успевая даже заглянуть в остроту.

День 30

Новый день начался скучно. Завтрак, стандартные фразы приветствия, беседа ни о чём. Все явно были каждый в себе. Даже неунывающая болтливая Саня была странно молчалива. Не выдерживаю:

— Эй, народ, кого хороним? Что вы такие? Всё же хорошо!

— Это тебе легко и хорошо, задал вопрос, и тебе ответили, ну или на хрен послали! — ошарашила Саша. — А нам ходи и думай, накручивай себя, гадай на кофейной гуще! Я тут что подумала? Надо составлять список вопросов и тебе его давать. Кто что надумает. А ещё тебя нужно срочно прокачивать, чтобы ты эти ограничения убирал! И чтобы ответы уже, наконец, внятными были!

Сразила наповал. Ну, вот до сих пор не могу к ней серьёзно относиться в плане интеллекта. Женский мозг для меня — загадка, а уж Сашин так вообще. То серьёзные мысли, через секунду поток несвязанного бреда, потом вообще гениальная идея. Но таких глубоких выводов от неё не ожидал, несмотря на восхищение и чувства. «Как же обманчива природа», — сказал ёжик, слезая с кактуса, ему вторил светлячок, слезая с окурка». Гхм. Никогда ей в этом не признаюсь. И я не про ежа. И не про светлячка.

— И что? Список вопросов есть?

— Да, — Саня не унимается, похоже, в ударе. — Я с утра обошла всех, и всё записала. Держи.

Остальные прячут глаза. Причину понимаю, прочитав вопрос под номером четыре «Как вы размножаетесь?» и под номером девять «Как вас убить?»

Мда. Однозначно «Доступ ограничен», можно даже не спрашивать. А ещё у меня появилось стойкое ощущение, что Заводы нам не враги. Озвучиваю эту мысль.

В ответ буря эмоций, высказывания от «тебя поработили» до «продался, тварь».

После чего пересказываю нашу ночную беседу с нанитами. Хотя какие они, в задницу, наниты? Человеческие разработки наномолекулярной техники никогда не перешагнут четыре измерения. А там минимум семь. Раз шесть — «минимальный уровень для общения».

Ребята притихли опять. Как бы снова не ушли в себя, переваривая информацию, или не посчитали, что я стал рабом Завода.

— Но вот идея прокачаться, чтобы появились новые ответы, мне по душе. Когда начнём? — жизнерадостно восклицаю. Может, прокатит? И народ выйдет из зоны негатива?

— Ну, в принципе, я за, — вздыхает Дима. — Я ему в целом доверяю, так-то!

Ребята на глаза оттаивают. Собираемся и выходим фармить. Во! Уже ко мне это «фармить» прилипло. До назначенной встречи с Натальей ещё семь часов. Дальше начался фарм. Нудное уничтожение всей встреченной живности. Увидел и коней. Но ребята предусмотрительно обошли их стороной, и мне ничего не оставалось, как поддержать их в этом вопросе. Животных, действительно, стало заметно меньше, но бросались они всё так же бешено и необдуманно. Лишь бы укусить.

В обед сходили до дома, плотно поели и обратно на улицу. Через какое-то время Вася напомнил, что нужно идти на встречу. До руин дома Натальи дошли без приключений. Стоим, ждём, изредка пиная подбежавшую живность. Минут через сорок ожидания приходим к выводу, что встреча опять не состоится.

Только собираемся отходить, как видим, что к нам бежит девчонка, а её догоняют эти два уродских коня. И понимаем, что ей хана. Кирдык. Не убежит.

Как обычно, в экстренных случаях ситуацию пытается спасти Дима:

— Ты можешь её добавить к беседе? Прямо сейчас?

Бегом пробегаюсь по меню, навожу взгляд на девушку и добавляю её к разговору. И тут до меня доходит, что она ну никак не сможет зайти в интерфейс и принять приглашение. Просто не успеет. Озвучиваю этот прискорбный факт, и в тот же момент лошади её догоняют и просто втаптывают в землю. Обидно. И где её теперь искать? И спустя минуту читаю сообщение:

В вашу группу вступила Наталья. +1

Ура! Оказывается, приглашение работает и после воскрешения. Озвучиваю эту приятную новость. Глаза Саши тут же мутнеют. Общается, явно.

— Она на этой же улице! Только мы у восьмого дома, она у сорокового. Идём? Лошади вроде убежали. Плохие лошадки. Я по детству очень любила на них кататься, даже до галопа добралась. А на этих мне кататься не хочется, плохие лошадки!

После этих слов на наших лицах появились улыбки, нас приотпустило. Выдвигаемся к цели. Доходим спокойно. За тридцать метров до точки назначения из кустов выбегает Наташа, а это явно она, и с воплем вешается на шею Саше. Я не уверен, что то, о чём они одновременно говорили друг другу, понимал хоть кто-то, включая их самих. Просто сброс напряжения через словесный понос. Мы тактично отошли, чтобы не мешать, оглядывая окрестности и попинывая редкую живность. Наташа оказалась копией своей подруги Саши. Стройная, подтянутая, курносая. Только не рыжая, а цвета ржи. Упрощённо блондинка, но не совсем. Даже роста одного были. Но моя Сашенька, по-любому, лучше! Достаточно спокойно добрались до дома.

Первый тост, как положено, был за знакомство. А дальше понеслось! Натали, как она просила её называть, оказалась достаточно общительной. Слюни на неё потекли у обоих моих друзей, это было заметно даже мне, простому мужлану. А она расцвела. Вечный страх в голубых глазках начал исчезать, она перестала сутулиться и жаться к стенам. В общем, вечер удался!

Оказывается, у неё не было вообще никаких улучшений. Она просто не догадалась активировать нужный пункт. И её окружение, к которому она прибилась, а это две огромные тётки и дедок, тоже представления не имели, что есть такие возможности. И умирали они каждый день. Иногда и по три раза, и по пять.

«Завод, ты можешь помочь людям с интерфейсом?»

«Информация была передана две минуты назад, уже исправлено»

Сообщаю об этом ребятам. За это провозглашаем очередной тост.

Когда все уже основательно набрались, Саша пинками выгоняет Натали в кладовку. Прокачивать прочность тела. К огромному разочарованию моих друзей.

День 31

Когда утром мы с Санечкой вышли на кухню, все уже были в сборе. За вчерашний день я набрал всего четырнадцать очков сладости. Нужные позиции не открылись. Придётся фармить дальше. Решаем добраться до магазина со спецодеждой, уже однажды разграбленного ребятами, и приодеть наше симпатичное пополнение. А заодно поправить запасы спиртного. Хоть мы зажигаем нечасто, оно улетает, как в трубу.

Первым нам попадается супермаркет. Аккуратно подходим к нему, заходим. А дальше немая сцена. Как будто попал в дожопную жизнь. Сидят два кассира! Правда, охраны человек пять рассредоточены по залу, ещё двое — у входа. Вооружены, как Рембо. Даже гранаты у них увидел. И покупателей всего двое. На этом отличия заканчиваются. Просто супермаркет. Работает, торгует потихоньку. Подхожу к охраннику.

— За что продукты продаёте?

— Как за что? — явно удивился он вопросу. — За деньги, естественно!

Вот странно. Сколько ни читал книг про конец света, абсолютно все авторы утверждали, что после этого конца и наступления жопной жопы деньги выходят из оборота. И начинается эпоха бартера, а валютой становятся патроны. Не знаю почему, но я автоматически ожидал встретить этот бред и в реальной жизни. А тут обычный магазин за обычные деньги.

Моё заблуждение вскрылось буквально через минуту. Цены были конские! Особенно на бухло. Консервы подорожали минимум в пять раз, алкоголь — раз в двадцать. Покружив по магазину, Вася предложил:

— Поскольку еды у нас море, предлагаю затариться сахаром и дрожжами. Поставим брагу, я через пару недель сделаю коньяк, VSOP покажется невкусной бурдой. У меня всё для этого припасено.

Что удивительно, со старыми привычками расставаться сложно, и все были при деньгах. Наших четырех тысяч хватило и на двадцать кило сахара, и на дрожжи. С покупками пошли домой. Жёсткие цены. Но продают ведь! Интересно, как осуществляется подвоз продуктов? Не хотел бы я прокатиться в подводе со знакомыми лошадками. Рикши? Грузовые рикши! А почему бы и нет? Хотя, что гадать, всё равно не узнаю. Надо было спросить.

— Сейчас поставлю брагу, этого нам хватит надолго, — мечтал Вася. — Свет у нас есть, в отличие от всех остальных, газа аж пять баллонов припасено. Прорвёмся!

Цокот копыт сзади застал нас врасплох. Обернувшись, я понял, что даже добежать до забора уже не успеем. Удивил Дима. Пока мы неуклюже пытались уйти с линии атаки, он ускорился, пробежал пару шагов навстречу лошадям… Увидеть удары я просто не смог. Его руки просто превратились в какие-то пропеллеры вертолёта, в смазанное для нормального зрения нечто. К нашим ногам докатились уже просто лошадиные туши с окровавленными головами и переломанными ногами. Пока мы отходили от адреналиновой атаки, пытаясь сдержать мандраж, Дима отпилил ногу от явно молодой лошади, с трудом закинул её на плечо и скомандовал выдвигаться дальше.

— Ой, Дим, что это было? Как ты их так? Вот бегут, а тут ты исчез, а потом появился, а потом они уже лежат, я думала, хана, опять собираться будем со всей округи, ты молодец, я вот испугалась, но я всё равно так не умею, рассказывай!

Как же я её люблю! Даже в такие вот моменты. Дима, погордившись, нежась в лучах заслуженной славы, рассказывает:

— Да просто последним улучшением я взял скорость. Но она активируется по мысленной команде, неудобно. И действует недолго. Потом опять активировать надо. И жрать после этого хочется дико! Похоже, тратится стопятьсот калорий. И, если часто активировать, можно сдохнуть с голода. Я потому эту ногу и схватил, жрать дико хочу, а тут почти еда. Ну, автоматизм, простите.

— Да, ты у меня герой! Всех спас! Вовремя ты это улучшение сделал и защитил вовремя! — похоже, Наташа выбрала себе пару. Быстро, что сказать. Вот и отлично. — Мне не понравилось умирать под копытами. Реально больно!

— А что, были моменты, когда нравилось умирать? — Дима тут же включился в разговор, похоже, понял, что его шансы стали выше небоскрёба.

— Не, умирать всегда неприятно. Но, вот когда меня застрелили, я ничего не почувствовала. Вообще. Вот я стою, огрызаюсь на дебильного мента, и вот я лежу в доме, непонятно где. Никаких ощущений. Так можно.

— Вообще-то, я тоже мент. Бывший. Это ничего?

— Ну, даже если и мент, то свой. Ты же меня будешь защищать?

— Конечно, солнышко!

Всё. Вторая пара создана. Приятно. Только встаёт проблема размещения. У Васи в доме всего две спальни. И кухня. Выгонять хозяина жить на кухню не комильфо. Занимать спальню по очереди — откровенный бред. Хотя можно поделить спальню, что побольше, пополам. Вроде выход. Надо подкинуть идею. А ещё надо подкинуть идею, чтобы всем ускориться. Очень актуально на сегодня. Хоть блокнот заводи и записывай.

«Тебе доступен блокнот. Уже реализовано. Иконка разговоров»

О, как! Всё-таки общение с Заводом мне нравится, чем дальше, тем больше. Быстро разобравшись, записываю туда всё, что понапридумывал. Параллельно озвучиваю идеи и новые возможности блокнота. Все всё одобряют.

Добравшись до дома, разгружаемся и всё-таки решаем дойти до магазина спецодежды.

— Кстати, почему никто из нас не додумался поискать нормальное оружие?

Мне отвечает Вася:

— У меня есть. Двустволка. Но как-то стрёмно с ней по улице гонять. Лишний раздражитель для власти.

— И где ты тут власти увидел? Те солдаты-дезертиры, которые хотели Сашу распять? Или раз шесть? Или мента, который застрелил Натали? Вот именно от них оружие и нужно. И от таких, как они. Власть, которая была и грабила народ оптом, кончилась. Теперь отдельные личности из низов той власти грабят конкретных отдельных личностей из тех, кого встретили на улице! А про верха даже и не слышно. Забились в бункеры и пережидают.

— Во завернул! Но что-то в твоих словах есть. Ребят, а вы как считаете?

Все загалдели, но быстро сошлись на том, что оружие должно быть. С собой. И что палки и железки несерьёзны. И что нужно поискать ещё оружие. Но вот на моменте «где искать» все впали в ступор. Идей не было. Точнее, была одна, трудноосуществимая, выдала её Наташа:

— Надо находить уродов с оружием, стрелять в них и, пока они живые, отбирать у них пистолеты и подобное. Дима у нас быстрый, тоже огромный плюс. А ещё мы сейчас все ускоримся.

В итоге приняли предложение за план. У меня встала дилемма. То ли тоже ускоряться, что важно, либо развивать нанитов. Обсудив, пришли к выводу, что наниты важнее. И раз уж я такой весь из себя уникальный, качать только их. Не отвлекаясь на другие плюшки.

Пообедав, выдвигаемся к магазину спецодежды. На всякий взяв немного наличных. Вдруг он тоже заработал в штатном режиме? Но нет. Дойдя до него, обнаруживаем, что мы далеко не первые, кто его ограбил. Всё, что не вынесли, разбросали по полу и затоптали. Отстирать, конечно, не проблема. Но неприятно. Долго бродим по залу, подбирая нужные девчатам размеры, ну, и себя не забываем. Набив два мешка, выдвигаемся обратно.

И как накаркали, обсуждая разных уродов пару часов назад. Слышу звук выстрела, второй, а потом меня накрывает темнота. Очнулся на аккуратно постриженном газоне. Попутно удивился, кто его стрижёт в такое время? Но выяснять не стал, Саша истерично кричала у меня в голове, что их поймали и вот прямо сейчас собираются насиловать. Перемахиваю через забор, моментально ориентируюсь. До того магазина всего метров двести, удачно меня перенесло. Вот какого чёрта уродам при оружии обязательно нужно убить парней, а девчат трахнуть? Неужели им мало баб, которые по нашему времени сами дадут за банку тушёнки? Ещё и подмахивать будут. Уроды. Ненавижу. Всего сто метров до них. Порву!

Что я буду делать со своей фомкой против вооружённых людей, я даже не думал. Всепоглощающая ярость гнала меня вперёд. Но, подбежав, увидел Диму, разоружавшего валяющиеся тела. Он со своей скоростью добежал намного раньше меня, вырубил всю троицу, а их оказалось трое, и даже успел немного успокоить девчат. Разоружив, собрав патроны и прочие ништяки, он кивнул девчатам:

— Отрывайтесь. Покалечьте, но не убивайте, пускай мучаются.

И они оторвались. Меня аж передёрнуло.

— Это чтобы друг друга убить не смогли, грамотно, — оценил Дима. — А теперь стоп! Хватит! Перестараетесь же. Сдохнут, и наказания не выйдет.

Я не стал им всем говорить, что с омлетом они и так достаточно быстро отойдут в мир иной и возродятся. Или что наниты их быстро починят. Месть — дело такое. Не буду портить кайф.

Оставив стонущих, воющих, скулящих насильников, пошли в сторону дома. По итогу мы обзавелись тремя калашами, с двумя запасными рожками к каждому, двумя пистолетами без запасных обойм и гранатой. Таким маленьким ребристым зелёным ананасиком. Плюс с них сняли разгрузки, и ещё в трофеях числился нож. Крутой, ручной работы, с разводами по лезвию и костяной ручкой. Гранату сразу забрал Вася, а я схватил ножик:

— Моя прелесть! Не отдам!

Вообще, у меня создаётся такое ощущение, что наниты нам подыгрывают. Вот только сегодня говорили, что нужно оружие, и на тебе! Ситуация, в которой все натерпелись, конечно, но оружие получили.

«Завод, даже не знаю, как сформулировать…»

«А никак не надо. Да, ты прав. Мы вам помогаем. Ты важен»

Блин, как бы не получить звёздную болезнь. Важный я, понимаете ли. Ребятам точно ничего говорить не буду.

«То есть вы всё-таки можете влиять на мысли и действия людей?»

«Мы можем видеть ваше четвёртое измерение достаточно далеко, в обе стороны. И слегка подталкивать ваш разум для создания нужной картины события»

«А я смогу видеть?»

«Доступ ограничен»

Значит, когда-нибудь смогу. Иначе это не стали бы засекречивать. Ну, или я выдаю желаемое за действительное. Проверим.

«А что для этого нужно?»

«Получать нужные улучшения»

«А нужные — это какие?»

«Доступ ограничен»

Всё-таки мы с Заводом отличная пара хакеров. Похоже, соглашение описывает запреты совершенно буквально. И, немного изменив вопрос, можно получить косвенный ответ. Не закрытый соглашением.

«Ты абсолютно прав. Горжусь, что взаимодействую с тобой. И радуюсь, что ты программист, а не раджа или домохозяйка. У тебя получается думать и делать правильные выводы. Иногда».

Вроде и похвалил, а вроде и обосрал. Ладно. Прорвёмся! Заодно посмотрел, что там у меня с очками. Ого! За сегодня набрал аж шестнадцать сладости! Непонятно, за что, а логи листать лень. Наверное, за уродов тоже отсыпали. Итого у меня тридцать свободных. Лезу в улучшения.

Харизма (3) — Повышение харизматичности

Лидерство (4) — Повышение лидерских качеств

Сила ног (1) — Увеличение силы ног

Ночное зрение (5) — Позволит лучше видеть в темноте*

Плазма (6) — Подготавливает тело к взаимодействию с плазмой*

Скорость (10) — Увеличивает скорость реакции и движений*

Улучшение вещей (15) — Вы можете изменять свойства вещей*

Радар (26) — Позволяет находить*

Нюх [недоступно] — [недоступно]

Обалдеть! Тридцати очков не хватает на улучшение. Так я год буду копить.

«Сколько сладости нужно на нюх?»

«31»

А вот сейчас было обидно. Возвращаюсь к ребятам. Они что-то обсуждают, заново переживая нашу победу над подонками. Уловив паузу, говорю, что мне нужно ещё одно очко сладости. Дима вызывается страховать меня, пока я его не получу. В итоге решили, что дойдём до дома для безопасности все вместе и пойдём набивать это несчастное очко.

По дороге домой, поскольку вернулся в жизнь из общения с Заводом и просмотром интерфейса, начал тоже пинать фомкой несчастную живность, так и бегущую к нам. В итоге я всё-таки получил недостающее очко.

Зайдя домой, вытряхнули из мешков добычу. Я с ребятами начал сортировать вещи на новые и требующие стирки. Новые сортировали по принципу «где чьё». Девчата отправились готовить ужин. По окончанию сортировки забрали вещи на девчат и пошли торжественно вручать. Торжественно не получилось, уж больно вкусно пахло, и все мысли провалились в желудок. И не хотели оттуда доставаться, пока нас не покормят. Но вручили. За это девушки пригласили нас за стол.

А стол был шикарен. Вроде ничего особенного, но всё вместе! Жареная картошечка с луком, стейки из бедной лошадки, маринованные помидорчики, солёные огурцы, салат из капусты с морковкой, водочка, черемша… Это было нереально вкусно! В конце ужина я говорю, что отправляюсь на улучшение. Саша сразу скисла:

— И на сколько теперь? А давай сначала хоть в душ вместе сходим? Я же скучаю! Тебе хорошо, ты спишь себе, а мне тебя не хватает! А может, вообще, ночью пойдёшь? Или завтра вечером? Ну, ведь это нечестно! Я опять одна останусь! У тебя все улучшения по месяцу. Не хочу!

«Завод, сколько займёт улучшение?»

«47 часов»

— Милая, ну чего ты? Ровно двое суток, и я вернусь. Мне же измерения менять не надо! Так что в этот раз относительно быстро.

В итоге договорились, что на улучшение пойду, только когда Саша заснёт. А я и не против, и очень даже за.

Уже совсем ночью, потный, иду в кладовку. Укладываюсь поудобнее и запускаю улучшение. И тут меня ждёт облом. Из всего списка требующихся для улучшения материалов не хватало 0,4 грамма палладия, и 0,9 грамма рутения. Ну, если палладий я знаю, что используют в ювелирке для белого золота, то вот где брать рутений? Даже примерно не представляю. Даже не помню такого материала. Блин! Облом.

Выхожу на кухню. Там сидят все трое, кроме меня и Саши, которая уже спит. Рассказываю про возникшую проблему. Вася говорит, что рутений используется в космической промышленности для создания каких-то резисторов и суперконтактов. В общем, приплыли. Байконура у нас тут под боком нет. И что делать?

«Делать радар»

Ого! Это первый раз, когда Завод сказал сам, без прямого вопроса. Кстати, здравая мысль!

«Спасибо, Завод!»

Озвучиваю ребятам, что пошёл делать себе радар. И чтобы готовились к долгим вылазкам. За материалами. На этот раз для радара необходимые материалы были все. Запускаю.

Проснулся, потянулся. Самочувствие великолепное. Наконец-то, улучшения стали происходить без побочных головных болей и прочего недомогания.

В поле зрения появилась новая иконка. Выбираю и вижу «Что нужно найти?» Говорю, что рутений. Тут же появляется ненавязчивая стрелка, показывающая в одну сторону, как компас, и надпись «20047 метров». Двадцать километров. Лучше, чем я думал. Сбрасываю надпись и иду на кухню. За окнами темно, на кухне спит Вася. Чёрт, неудобно. Хотели же комнату переделать. Иду в комнату к любимой. Ну невозможно прекрасна! Наклоняюсь, целую.

— Да вали уже на своё улучшение, — бормочет она.

«Завод, сколько я был на улучшении?»

«47 минут»

Ого! Это заводы прогрессируют или улучшение такое простое? Хотя неважно.

«А сколько займёт плазма?» — мысль про джедаев не даёт покоя.

«7 часов 12 минут»

Прикольно. Отправляюсь обратно в кладовку. Очки остроты копятся, тратить их некуда. Точнее, некогда.

«А что даст плазма?»

«На данном этапе ничего. Это подготовка. В дальнейшем она тебе необходима. Очень»

Ну раз «очень», то всё делаю правильно. И к утру буду с ребятами. Укладываюсь, запускаю, списывая остроту.

День 32

Просыпаюсь, опять великолепное самочувствие. Выхожу к ребятам. Они как раз начали завтрак. Присоединяюсь.

— А я два улучшения сделал. И нам надо пройти двадцать километров. Осилим?

— Ой, Сашка! Ты же сказал, что двое суток, я уже скучать настроилась и уже скучала, себя жалела, а тут ты? Чего так быстро? Не, то есть я рада, что быстро, но непонятно же, почему быстро! Рассказывай!

Рассказываю, что нужны материалы, говорю, что до одного из них двадцать километров. Кстати, про второй я даже не посмотрел. Оказалось, семьсот метров. Озвучиваю. Все воспряли.

После завтрака вооружаемся. Девчатам отдаём пистолеты, парням достаются калаши. Как считали. Идеально. Предупреждаем слабый пол, чтобы стреляли только в крайнем случае, и желательно мимо нас. Поскольку патронов почти нет. Не забываем всякие биты и молотки для мелкой живности. Ещё берём с собой «обменный фонд». Деньги, консервы, алкоголь. Выдвигаемся.

Идти сегодня совсем легко, агрессивная живность практически закончилась, людей не видно. По компасу радара подходим к жилому дому. И он явно жилой. Дорожки очищены от листвы, крыльцо подметено. В общем, чистота и порядок. Оставив ребят у калитки, подхожу к дому, стучу.

— Кто? И что надо?

— Вы не могли бы открыть? Мы не безбашенные подонки, не агрессивны. Просто в вашем доме есть нужное нам вещество. Наниты показали. Мы готовы выкупить!

Дверь открывается, за ней стоит сухонький мужичок лет пятидесяти. Лысый, усатый. В ватнике! И это в конце лета. И явно сильно поддатый.

— Наниты показали, что очень необходимый моей команде палладий находится в этом доме. Вы продадите нам его? Мы не хотим насилия, просто нужен материал для улучшения. Очень нужен.

Судя по его внешности, алкашку надо было брать дешёвую. И много. Но мы взяли две бутылки неплохого коньяка и одну «так себе» виски.

— Я ничего не знаю про этот ваш Палладин, а что вы готовы за него предложить?

Достаю бутылку виски. Она выглядит круто и дорого, наклейка вся из себя переливается на солнышке, должен клюнуть. И он клюёт.

— О! Это аргумент. Только я не знаю, где эту твою фигню искать. Я даже слово такое всего пару раз слышал. В историческом кино вроде.

Меня всё это начинает доставать. Вручаю ему бутылку, прохожу в дом. Стрелка указывает на комод в комнате. Подхожу, открываю верхний шкаф. Теперь указатель направлен на какую-то тетрадь. Беру её, тяжёлая! Открываю. А там огромная куча монет. На каждой странице, в целлофановых кармашках.

— Вот, это мы забираем. За виски.

— Нет, только не это! Это единственная память об отце, он этим был, как его? Филателистом, во!

— Может нумизматом?

— Да пох, хоть ёкарным бабаем. Это не продаётся. — А бутылку не отпускает.

Поиском нахожу нужную монету. Это юбилейная монета из СССР достоинством в 25 рублей. Огромные деньги тогда. Достаточно новая. Но я и не слышал про такую.

— Мне нужна именно эта монета. За бутылку виски. По рукам?

— Ну-у… эта. Ну, в общем. Короче, согласный я. Забирай. А пузырь мой. Всё правильно?

Не отвечая, разворачиваю и выхожу. Вижу, ребята уже напряжены, у Натали даже пистолет в руках. Хотя не было меня меньше пяти минут. Успокаивающе машу, типа, уходим. Подойдя ближе, показываю монету.

— Половину дела сделали. Осталось пробежаться двадцать километров за рутением.

Ребята расслабляются, Наташа засовывает пистолет за пояс. Надо было снять кобуру с тех уродов, но не додумались.

Через пару часов почти спокойной ходьбы оказываемся на самой окраине города. Дальше — поля, леса. Странно. Выходим за крайние огороды. Дорогу искать не хочется, это трата времени, а нам ещё обратно идти. Прёмся сначала по лугу, потом по лесу. Первые жёлтые листочки. Вроде ещё не осень, а они уже есть. Красиво.

Зверушек, выскакивающих на нас, спокойно и привычно убиваем. Уже даже никаких эмоций. Ни страха, ни жалости. Всё-таки глупая затея, эта агрессия животных. Конечно, набирать очки в итоге проще, но им же, кем бы они ни были, нужно, чтобы были действия, затрагивающие душу. А тут неделю, и началось равнодушие. Привычка. А, может, цель именно в этой неделе была? Всплеск ярости, море сожаления по невинным зверяткам, страх, буря эмоций! Особенно жалко было лошадок. Хоть и дико опасные, но такие красивые, независимые, мощные, изящные! Эх. Ладно, что было, то былью поросло. Или опять переврал поговорку? Да параллельно.

Тем временем мы почти дошли. Лес расступился, и впереди показался холм. Метров пятидесяти высотой, поросший какой-то больной травой.

— О! Заброшенная свалка ТБО! Мы с батей по моему детству ездили сюда гайки скручивать. Ведь никаких винтиков-болтиков в магазинах не было, вот и выкручивались. Буквально, — Вася хохотнул над своим каламбуром.

— Компас показывает, что нам именно на эту свалку. Осталось 430 метров.

Забираемся наверх, идём. Я постоянно мониторю направление и расстояние. Самый большой облом проявился, когда стрелка показала чётко вниз, а расстояние оказалось равно семи метрам.

— Приехали, ребят! Оно под нами. Семь, сука, метров! Вглубь! И что с этим делать?

— Я думаю, надо копать. Пока тепло, ночевать можно тут же. Нам же нужна эта фигулина? Потому будем копать. Семь метров — это ерунда, это как до той кочки. И не копать нельзя, иначе не получим, что нам там нужно.

— А я согласная, — поддерживает Сашу подруга, — надо копать! Только надо придумать, чем.

— Да-а-а, девоньки. Вы просто не представляете объём работ, — Дима явно не разделял женского оптимизма. — Тут на пару дней работы. Если всем и посменно. А жрать что будем?

— Как вариант, кто-то роет, кто-то охотится, кто-то дрова собирает, периодически меняемся, — говорю. — Мне, да что мне? Нам! Нам этот долбанный рутений очень нужен. И в дальнейшем пригодится. Надеюсь, тут больше грамма. Заодно посмотрим, может, чем ещё кладовку пополним.

Высказались все. И все в том ключе, что это будет подвиг, но деваться некуда. Нашли палки-копалки и приступили. Диму как самого быстрого отправили на охоту, а сами приступили к раскопкам. Решили начать с диаметра в два метра, постепенно сужая шахту. До вечера удалось углубиться на полтора метра. Я бы сказал, неплохой результат. Очень мешали большие железяки, тут и там попадающиеся нам в слоях земли. Две даже не стали доставать, длинные слишком. Просто оставили их висеть, будут вместо лестниц. Зато нашли алюминий и, похоже, титан. Пригодятся.

Дима вернулся с двумя зайцами. И огромной охапкой еловых веток в одной руке, и кучей дров — в другой. Освежевали, развели костёр. Не было ни соли, ни специй. Но был коньяк. Просто жареная на огне зайчатина оказалась жёсткой и невкусной. Но съели. Под коньячок зашла. Жрать хотели все.

Дима расстелил на земле лапник. Договорились дежурить по очереди.

День 33

Ночь прошла без происшествий, утром продолжили рыть. Дальше пошло тяжелее, землю доставали, насыпая её в футболки и передавая из рук в руки наверх. Нашли ещё кучу магния. Непонятного назначения палки. Но дело шло. К обеду радар показал, что осталось два метра. После того, как съели несолёную утку, с энтузиазмом копаем. Из железных конструкций, попадающихся по пути, получилась отличная лестница. Кривая и почти спиральная, но забираться по ней весьма удобно. Думал, придётся валить деревья и делать настоящую лестницу, но обошлось. И, наконец, радар показал на какой-то ящик. Поддели, достали. Подняли наверх. Тяжеленная штуковина, килограммов в пятьдесят. Наружу торчат какие-то древние разъёмы для проводов и кабелей. Ура! Грязными футболками привязываем его к палке, чтобы было легче тащить вдвоём, поскольку ручек на этом блоке не предусмотрено. И выдвигаемся в обратный путь.

Не знаю, наниты нам помогали или случай, но обратно мы добрались совершенно без происшествий.

Аааа! Какое же блаженство — еда с солью! Но, главное, мы добыли долбанный рутений, ящик занял своё место в кладовке. Отмывшись, заняли места за столом и приступили к еде.

— Ребят, мы такие молодцы! — впервые увидел, что Саша болтает с набитым ртом. — Мы добыли эту дрянь! Как же вкусно! Но теперь, Саш, ты опять меня бросишь! На два дня, я помню! М-м-м, как же люди жили раньше без соли? Я так мучилась, этот заяц, а потом утки. Всё-таки дома лучше! Но прежние договорённости в силе? Меня убаюкаешь и иди улучшайся, не раньше! А то обижусь! Не, всё-таки соль — лучшее изобретение человечества, ни разу не колесо!

— Саш, — отвечаю. — У меня как бы очков-то нету. Так что откладывается твоё одиночество. Будем зарабатывать.

С визгом «Ура!» бросается мне на шею. Через секунду понимаю, что она плачет. Упс. Никогда не умел успокаивать плачущих девушек.

— Ну что ты, родная? Всё же хорошо. Мы вместе, в крепком доме, нам ничего не угрожает.

Глажу её по волосам, спине. Через всхлипывания слышу:

— Устала я. Вокруг не жизнь, а кино про фантастику, тебя постоянно нет, а я тебя люблю, а ты меня, вроде всё хорошо, но вдруг проснусь, а это сон был? И тебя нет. И любовь приснилась, и конец света тоже, а я так не хочу. Лучше конец света, но с тобой, но тяжело же, морально тяжело. Выдыхаюсь я. Но это пройдёт, главное, что мы вместе.

Ребята притихли. Я тоже. Вот прямо ощущение серьёзности момента. Срыв — не срыв, но, похоже, ушатало её неслабо. Крепко сжимаю, до хруста.

— Милая, хочешь, не буду улучшать ничего, пока сама не отправишь? Мы вместе — это главное. Просто хочется выбраться из этой жопы, семью хочется, именно с тобой, детишек кучу. Но для этого надо победить ситуацию. Прогнать этих нанитов. Или заставить их переделать условия так, чтобы снова стало «убивать, насиловать, воровать и т. п. нехорошо»

— Да всё я понимаю, — неожиданно серьёзно и немногословно. — Я не болтливая дурочка, мне просто комфортно так разговаривать. И нравится смотреть на реакцию.

Приплыли.

Но я её всё равно люблю.

Минут через пять возобновились разговоры. Дальнейший вечер протекал на полном позитиве, хотя все были достаточно сильно вымотаны. Натали подсела к Саше, они о чём-то тихо щебетали. На спиртное никто не налегал, всё было в меру и культурно.

Наконец, очнулся Василий:

— Что у нас дальше по глобальным планам? Или опять тупой набор очков? Мне понравилось, когда есть цель. Даже такая маленькая, как ящик со свалки. Слушай, а твой радар не умеет показывать, к примеру, людей? Нам бы Кирилла найти. Или где патроны есть? Не хватает их. Хоть и не тратили пока, но наш запас же ни о чём. Скорость — это хорошо и против автомата работает, но автомат всё-таки надёжнее. Работает всегда. Если патроны есть.

Точно. Я же могу людей искать. Выбираю радар, представляю Кирюху. Радар радостно засветился стрелочкой и надписью «80 метров». В полном шоке вскакиваю, вылетаю за дверь… К калитке подходит Кирилл. С ним ещё две девушки. Да ёпрст! Наниты точно нас балуют. У нас как раз не хватало женского пола. Блин, не туда меня заносит. Обнимаю Кирилла, к этому моменту подтягиваются удивлённый народ. Представляемся друг другу.

Девушки оказываются сёстрами-близняшками. Обе слегка в теле, но это их не портит совершенно, даже наоборот. Худышками они бы выглядели хуже. Брюнетки, сто шестьдесят ростом. Обаятельные, подвижные. За словом в карман не лазят. Друг друга понимают с полуслова. Зовут их Карина и Светлана. Кирилл сразу обозначает, что Карина его девушка.

Автоматически добавляю всю троицу в нашу беседу. Получаю сообщения об их согласии.

Проходим в дом. Эмоции через край. Мы рассказываем свою историю, новоприбывшие — свою. Срочно накрывается праздничный стол, причём Карина и Света плотно участвуют в этом процессе. За что им честь и хвала.

— Я, как вашу записку увидел, вещи собрал, сестрёнок забрал и к вам! Мы времени не теряли, прокачались, скорость и прочная тушка — наше всё. Потому добрались без проблем. Еду брать не стали, оставили предкам. Уверен, у вас с ней проблем нет, — с полным ртом разглагольствовал Кирилл. — А девочки, они хорошие, вы их, главное, не обижайте! Я за них порву, если что. Они мне как родные. А у вас хорошо, мы и забыли, что такое электричество. Но его же не должно быть? Даже автономного! Преобразователи тоже должны были сдохнуть!

Да, Кирилл — инженер. Насквозь и полностью. С техникой любого типа на «ты». В десять лет собрал какую-то там хрень, за которую ему на школьной олимпиаде выдали патент и денежную премию. Как оказалось, за вечное право использования этого патента. Развели, в общем.

Рассказываю вкратце про нанитов, Заводы, своё умение общаться с ними и про то, что они нас оберегают. Задумываюсь.

«Завод, а правда, почему у нас электричество не сдохло? Конвертеры же для вас вкусные?»

«Ты прав. Мы не стали использовать материалы с этого дома. Поскольку четвёртая шкала измерений показала, что ты придёшь сюда».

Озвучиваю. Кирюха удивлён, но и восхищён.

— Да у тебя блат? Вот чего в тебе никогда не замечал, так это умения заводить нужные связи. А тут с инопланетянами договорился обеспечить вам нормальную жизнь! Красавчик, что.

Обращаю внимание на тишину за столом. Оказывается, последние минуты все слушали наш диалог. Встаёт Света. Честно, мне показалось, что она нацелилась на меня. И, похоже, не только мне, поскольку практически одновременно моя любимая выскакивает из-за стола, где она сидела рядом с Наташей. Подходит со спины, обнимает, стоит.

— Саш, ты наверно, как Нео из «Матрицы»? — Света всё-таки рвётся в бой. Не. Моя любимая лучше всех на свете. — А ты от пуль уклоняться можешь? Хотя мы все уже можем, — улыбается. — Круто оказаться в центре событий. Мы с вами!

— А Заводы нам могут ещё как-то жизнь облегчить, кстати? — в разговор вступает Василь.

«Пусть друзья конкретизируют. И вообще, ваша идея с опросниками была великолепна. Зря ты её забраковал. Воскрешай. И это нужно сделать сегодня. Очень нужно. Действуй. Ветка положительного исхода сейчас сильна как никогда»

В лёгком обалдении прошу, чтобы принесли бумаги и ручек. Саша тут же упорхнула, вернулась через полминуты. Раздаёт всем по листику и ручке.

— Ребят, тут такое дело. Завод может видеть недалёкое будущее, точнее, варианты этого будущего. И он настойчиво рекомендовал каждому из вас написать вопросы к заводам. Прямо сейчас.

Мои друзья тут же стали серьёзными, даже вроде протрезвели. Высунув языки, начали старательно выводить буковки на бумажках. Ладно, про языки я пошутил. Неудачно.

Вопросов оказалось много. Чтобы не нести полный бред, попросил передать бумажки по кругу. И по очереди читать вопросы соседа, при этом сильно фильтруя. Если читающий считал, что вопрос глупый, или однозначно напорется на закрытый доступ, то такой вопрос не озвучивался. Сработало не сразу, был страх обидеть, но вскоре заработало.

Но и из оставшихся вопросов девяносто процентов оказались под грифом «секретно». Наконец, прозвучал вопрос, ради которого, я так полагаю, всё это и затевалось нанитами:

— Какое улучшение нужно обязательно сделать нам всем?

«Всем, кто хочет быть в твоей команде, обязательно нужна плазма. Остальное пока некритично, улучшайтесь по ситуации»

В «моей команде»… Да какого чёрта? Я ни разу не лидер. Я хороший генератор идей, великолепный исполнитель в рамках своей компетенции. Но лидер? Нет. «Моя команда». Бред.

«Озвучивай дословно. Это важно»

Да держите меня семеро! Не хочу! Вот не могу быть лидером, приказывать кому-то? Нахрен! Пусть решают другие, я сбоку постою.

«Не выйдет. Или всё зря»

«Что зря? Что вообще вокруг меня мутится? Я же понимаю, что в отношении с вами я не просто исполнитель, я как бы не раб!»

«Ты заблуждаешься. Ты тот центр, вокруг которого сейчас завязано много».

Точно зазвездюсь. Просто бред. Кошмарный сон. Секунду подумав, прихожу к выводу, что особого выбора на данном этапе и нет. Послушно повторяю совет Завода про плазму и команду. Ожидал возмущения, отрицание узурпации власти. Но нет.

Ребята, похоже, давно поняли то, что я начинаю понимать только сейчас. Главное, победить врага. Русский человек устроен так, что в мирное время он другу не друг. Ему параллельно на окружающих. И даже часто успехи окружающих — источник негативных эмоций. Но всё меняется, стоит показаться врагу на горизонте. Тогда все сплачиваются. Грудью прут на амбразуру. Ну, или как-то близко к этому.

Интересно, почему Завод устроил всю эту суету с вопросами? Исподтишка продвигал меня в лидеры? Или на прямой совет тоже запреты? Даже спрашивать не буду, пошло всё в задницу.

Блин. Тяжёлый вечер. Так эмоционально я не выматывался ни разу в жизни. У меня словно вынули душу, раскатали скалкой в блин, свернули в пирожок, испекли, скормили собаке, она её переварила и высрала. Вот именно так я себя ощущал. Высранным собакой говном. Ужас. Тихой сапой сбегаю в спальню. Похрен, что мест не хватит на всю толпу, разместятся как-нибудь. Я не хочу ничего решать, я лисичка и я хочу фыр-фыр. И спать.

Поспать мне не дали. Санечка как-то спалила моё исчезновение, каким-то женским, недоступным мужикам чутьём поняла моё состояние. И устроила мне… Райскую ночь. А за подробностями вам в фильмы для взрослых. Которые вы не увидите, потому что техника сдохла.

День 34

Как ни странно, проснулся я первый. Ну, почти. Саши не было. Все спали вповалку, друг на друге. Выйдя на кухню и не обнаружив любимую, поставил чайник. Вроде не шумел, но через минуту нарисовался Вася.

— Разбудил?

— Не, я уже минут двадцать не сплю, просто вставать лень было. Пригрелся.

Ага, пригрелся он! Небось обнял Светку и блаженствовал. Хотя это хорошо.

— Я чайник поставил. Сейчас бутербродов соображу.

Садимся завтракать. На запах кофе выползают остальные. Сильно помятые, явно вчера перебрали. Саши так и нет.

— А где Саша?

— Она плазму улучшает, самая сознательная из нас оказалась.

С этими словами Димы на кухню заходит моя ненаглядная. Садится ко мне на колени, отбирает оставшуюся половину бутерброда и начинает хомячить. Кофе постигает та же судьба.

— Ты себе ещё сделаешь, а дама устала улучшаться, за ней уход нужен! Ты же не против?

Ну ещё бы я был против! Себе дороже. Да и не против я совсем. С удовольствием делаю ещё два бутерброда и один торжественно вручаю ей.

Никакого настроения идти фармить. Но надо. Кстати, интересно, сколько там у меня очков накапало за поход на свалку? Ну, и прочее после него. Заглядываю в интерфейс. Мать моя женщина! Сорок два свободных балла! Это же откуда столько счастья привалило? У меня, кстати, юбилей. Сладости всего — ровно сотня. Заглядываю в логи. За мирную покупку монеты мне отсыпало аж двадцать пять очков! Это просто за то, что я не закошмарил, не убил того тихого алкоголика? С ума сойти! Тут же озвучиваю информацию. Ребята впечатлились.

— Тогда бегом улучшаться, пока я не передумала! — Саша на удивление немногословна.

— Ладно, я пошёл. Ребят, не в службу, надо поделить спальни. Обе. Пополам. Колхоз — хорошо, конец света — понятно, но нужен комфорт. Я на улучшение. До встречи через два дня.

День 36

Очнулся с идеальным самочувствием и с великолепным настроением.

«Завод, что я теперь могу?»

«Развиваться дальше. Но теперь тебе доступно предвидение. Люди называют это интуицией. На самом деле, твой мозг научился совсем недалеко видеть четвёртое измерение. Поздравляю. Это первый этап развития чувств, позволяющих оперировать с другими измерениями. Учись пользоваться предвидением».

«Как?»

«Тут я тебе не помощник. Учись, ты поймёшь»

Иду на кухню. Почему-то уверен, что там никого нет, все на фарме или добыче. Так и оказывается. Закидываю в себя еды, время обеденное, и собираюсь тоже пофармить. Моего автомата нет, наверно, забрали в пользу Кирюхи. Логично.

Кстати, что там по открывшимся улучшениям? Захожу в сладость. Лёгкий ступор. Нового ничего нет! У меня, конечно, всего одиннадцать очков, но улучшения, связанные с нанитами, выводились независимо от количества очков!

В растерянности падаю на стул. А с остротой как дело обстоит? Открывается простыня.

Подлый удар (1) — Когда никто не ожидает

Самурай (3) — Навык владения холодным оружием

Крепкий корпус (9) — Укрепляет тело, защита от атак*

Обман (1) — Никто не заподозрит обман

Подстава (2) — Умение переложить ответственность.

Кошелёк (14) — Навык торговли*

Самоконтроль (1) — Умение думать

Телепорт (69) — Начало работы с 5-ым измерением*

Плазменный слепок (42) — Работа с плазмой*

Заморозка [недоступно] — [недоступно]

«Завод, телепорт — это то, что я думаю? Я смогу телепортироваться?»

«Не совсем. Да, ты сможешь перемещаться мгновенно. Но пока только в пределах видимости. И с огромной тратой энергии. Всё-таки ваша четырёхмерная Вселенная — ошибка и насмешка природы. Атавизм»

«А сколько займёт улучшение?»

«Час. В тебе уже есть всё необходимое, нужна только активация»

Бегом несусь в кладовку. Выбираю улучшение. Из материалов нужно только двести граммов кремния. И всё! Вот, всегда бы так. Запускаю.

Придя в себя, пытаюсь телепортироваться на кухню. Ну, как пытаюсь, представил кухню, озвучил желание. И получилось! Но меня бросило на пол от огромной слабости. Да, я находился на кухне, но сил не было даже дышать.

«Завод, это что за на хрен? Как этим пользоваться?»

«Твоя интуиция абсолютно правильно научила тебя пользоваться телепортом. Ты смог, поздравляю! И это твоё первое использование закапсулированного измерения!»

«Да какое, в жопу, поздравляю? Мне сдохнуть хочется! Так паршиво я не чувствовал себя никогда»

«Я предупреждал, что трата энергии огромна. Это последствия»

«Я могу где-то брать энергию на использование измерений, кроме организма? Батарейка там какая?»

«Это правильный вопрос. Доступ ограничен»

Кряхтя, встаю с пола. Жрать хочется неимоверно. Сжираю всё, что нахожу готового. Куда только влезло? Но мало. Достаю кусок мяса из морозилки, бросаю на сковородку. Доготовить сил не хватило. Съедаю почти сырое. Вроде полегчало немного.

«Завод, а ты можешь выступать этим накопителем энергии?»

«И это правильный вопрос. Доступ ограничен»

Так! Явно на правильном пути.

«А какая энергия тебе нужна?»

«Любая»

«Электричество годится?»

«Да»

Когда вернулись ребята, они застали весьма необычную картину. Я сижу в коридоре, держа в руках по проводу, подключенных к низковольтной части преобразователя солнечной энергии в электричество. Вокруг рук клубится сияющий зелёный туман. К высоковольтной части я подключиться не рискнул. Хотя, если я правильно помню школьный курс физики, количество энергии и тут, и там одинаковое. Но я не учёл одного. Аккумуляторы не бездонные, так что ночевали мы при свечах. Мой Завод выгреб из них всю энергию подчистую.

Ужин при свечах — это романтично. Даже толпой в восемь человек. Хотя мы остались и без горячей воды, да и без воды вообще. Насос в скважине тоже питался электричеством.

— Что за умение такое ты изучил? Делать жизнь окружающих невыносимой, что ли? — Кирилл не умеет не подколоть.

— Я научился телепортироваться.

И, не говоря больше ни слова, телепортировался в противоположный угол кухни. Отката почти не было. Слабость накатила, но на ногах устоял. Гордый, пешком вернулся на своё место. Сказать, что ребята были в шоке — ничего не сказать. У Карины даже еда с вилки высыпалась. На пол.

— Это же был трюк? Хотя я, наверно, уже скоро разучусь с вами удивляться — Наташины глаза были формой с юбилейный рубль.

— Эй, я тоже так хочу! — Кирилл был явно впечатлён.

За меня ответил Дима:

— К сожалению, все его фишки остальным недоступны. Он у нас один такой уникальный.

— Это я уже понял. То есть и эта фишка только у него? Так нечестно!

— А честности никто и не обещал. Ты много за последнее время видел на улицах честности? И чести? — Диму понесло. — Вот потому мы тут. И делаем, что можем, чтобы вернуть эти понятия! Никогда не думал, что для меня это не пустой звук! То есть со своими я всегда честен. Всегда помогу, приду на выручку. На остальных мне всегда было по хрен! А вот, оказывается, не по хрен! Я за всё человечество, оказывается, переживаю! Про будущее наших детей думаю! И их детей! А ты «нечестно, пряник не дали»! Ты или перестраивайся, или вали отсюда к чертям собачим! Мы тут не в ролевую игру играем, мы мир спасаем! Ну, или пытаемся хотя бы!

Развернулся и почти бегом вышел из дома. Наталья сорвалась за ним. А в доме повисло неловкое молчание. Наконец, я не выдержал:

— Что это с ним? Никогда его таким не видел. Он прав, конечно, но больно резко. На него непохоже.

— Да, мы два дня фармились, а Кирилл, он несерьёзный. Извини, Кирилл, я, как есть, расскажу. Мы все командой, а ему на всех параллельно. Он ускорялся, пропадал, народ встречный задирал. А мы же не такие, — Сашу, похоже, тоже заносит. — Вот зачем он приставал к тем ребятам? Как те уроды с автоматами к нам. Побил парней, вот ни за что. Они просто вступились за своих девушек. А он их поколотил. Несильно, но обидно! А над бабулькой зачем ржал? Что ведро воды тащила, как черепаха. Она же старенькая. Я ей помогла, а Кирилл ещё и надо мной ржал, что я защитница сирых и убогих! Да! И буду защищать и помогать! Потому что, если не мы, то кто? Мы вообще зачем на этом свете? Только о себе любимых думать? Хватит, додумались! До чёртового восьмого пришествия! Думаете, оно просто так пришло? Нет! Потому что всем стало параллельно на всех. Никто ничего не хотел, ни к чему не стремился. Телефон покруче, машину поновее, ремонт побогаче. Других целей-то и не было! А ещё напиться, потрахаться. Что, Кирилл, не так? Вот ты зачем жил?

Саша выдыхает. Ждёт ответа. Кирилл, явно смущённый двумя наездами подряд, нервно молчит. Вскидывается, пытаясь что-то сказать, но под гневным взглядом моей фурии опять сдувается. Наконец, выдаёт:

— Саш, ты права. И Дима прав. Я заигрался. Для меня это, действительно, превратилось в игру. Очки, улучшения. Вы мне глаза открыли. Пафосно звучит, наверно. Но это правда. Не обещаю, что сразу, но обещаю, что перестроюсь. Потому что ваша цель мне дико импонирует. Но стереотипы. Я реально, как будто в игре живу. Но я понял! Я всё понял. И я тоже хочу помочь. Не прогоняйте меня, пожалуйста. Я исправлюсь, вот увидите.

— И даже в твоей прочувственной речи сплошные «Я»! Ладно, посмотрим.

Остальные просто молчат. Карина берёт Кирюху за руку, сжимает её, явно поддерживая. Молодец девочка. Так же молча убираем посуду со стола и отправляемся на боковую.

День 37

Только утром разглядел, что комнаты поделены. Совсем на скорую руку, как говорится, из говна и палок. Где-то кусок стены — простая простынь. Где-то уже успели сделать капитально. Дверей тоже нет, но не до жиру. Тряпочки, закрывающие дверные проёмы — уже хорошо.

На кухне уже кто-то тихо галдел. Поцеловав свою красоту ненаглядную, выхожу к проснувшимся. На кухне Кирилл, две сестрички, Карина со Светой, и Дима. Как ни странно, ведут совершенно спокойную беседу без повышенных тонов. Опасался, что вчерашний инцидент может затянуться. Обошлось.

Дима встаёт, протягивает руку для рукопожатия:

— Доброе утро! Мы тут обсуждаем за жизнь, присоединяйся. Кофе только сварен, на тебя хватит. Какие планы на ближайшее будущее?

— Даже не знаю. Привет всем. В идеале надо найти быстрый способ прокачки. Ну, или опять охотиться на бедных зверушек, только вот их почти не осталось. Мне весьма прилично отвалили за монету, помните? Когда я мужика не тронул, а выкупил её у него. Вот такие штуки надо искать. Или подстраивать специально.

— А я помню, одного наглого нуба отпустил, так мне тоже кучу очков насыпало, — Кирилл, как обычно, выпендривался. Спасибо, неагрессивно.

— Сань, а помнишь, на нас напали собачки под управлением? Вот таких бы найти и прикончить управляющего? А собачек не трогать. Озолотились бы по очкам, уверен!

— Да где их найти-то? Можно, конечно, прогуляться до наших домов. Сейчас поспокойнее стало. Но шансов немного. Да и живности мало. Но сам факт того, что за мирное решение конфликтной или предконфликтной ситуации отсыпают неплохо, подтверждён однозначно. Так что будем пытаться действовать в этом направлении. Нужно идти ближе к центру. Там народа больше. Провоцировать конфликт и пытаться мирно вырулить.

«Завод, сколько занимают по времени улучшения Лидерство и Харизма?»

«70 и 11 минут»

Понимая, что эти два параметра в нашей ситуации очень важны, решаю потратить очки и время.

— Ребят, я на небольшое улучшение, через полтора часа буду.

Ухожу в уголок, сажусь поудобнее и запускаю Харизму. Вещества не требуются, так что и в кладовку не пойду.

Очнулся, на кухне ничего не изменилось. Сразу запускаю улучшение лидерства.

Прихожу в себя, кухня полна народа. Проснулись все, сидят, завтракают, общаются. Приятно посмотреть. Присоединяюсь. Беру огромный бутерброд, наливаю кофе. Все взгляды устремлены на меня. А я что? А что я-то? Озвучиваю идею полуторачасовой давности. Про конфликтные ситуации и мирное разрешение. Все дружно поддерживают. Саша аж аплодирует. Это работа новых улучшений? Не знаю.

— Ребят, а я бы не пошёл с вами. Я же улучшение вещей сделал, у меня появилось «создание рецептов», и очки на него набрались. На улучшение лёг бы.

«Похвали и промотивируй! Это улучшение будет важно!»

Второй раз Завод сам вступает в беседу. Тут же озвучиваю, что Завод считает это начинание нереально нужным и важным, что Вася будет нереально крут, и, вообще, так держать! И верной дорогой идёте, товарищи!

Однако, чувствую себя какой-то пешкой в сложной шахматной партии. Непроходящее ощущение, что меня просто используют. Точнее, всех нас. А зачем, почему, к чему это приведёт? — Непонятно. Ладно, вскрытие покажет. Хех, вскрытие. Кстати, профессия патологоанатома, похоже, тоже вычеркнута из актуальных. Как и мафия похоронных бюро с их сверхприбылями. Что-то меня несёт не туда.

Наконец, собрались, вооружились и выдвинулись. Решили идти в центр. Забрать оставшиеся у меня и Димы запасы. Как обычно, с собой берём обменный фонд. Элитный алкоголь и консервы. Наученные недавним опытом, добавляем пару бутылок дешёвой алкашки. А ещё у каждого рюкзак или большая спортивная сумка — таскать добро. Пока пустые. Даже если прокачаться не получится, прогулка не окажется бестолковой.

До центра шли не спеша. Животные сегодня не нападали вообще. Может, кончились, а, может, устали? А вот людей на улицах ощутимо прибавилось. Временами даже создавалось впечатление жизни до пришествия. Полностью ощутить прошлую жизнь мешало абсолютное отсутствие действующего транспорта. И ещё люди передвигались группами. Одиночек не было. Вон три дородные тётки лет пятидесяти сидят на лавочке в скверике. Как-то мы с нашим оружием напоказ выбиваемся из общей струи.

Доходим до знакомого БТР. Стоит, родимый. Люки задраены, калибр, похоже, скручен. Башня без него выглядит какой-то недоделанной. Солдат рядом не наблюдаем. Решили пройти мимо, не прячась. Как так и положено. И прошли. Нас никто не остановил, не окрикнул. Похоже, их «комендантский час» закончился. Поняли смехотворность и бесполезность этой точки? Скорее всего. Среди многоэтажек нового центра народу было ощутимее меньше. Как будто их кто-то или что-то разогнало.

Подходя к очередному перекрёстку, я вдруг абсолютно ясно понял, что дальше нельзя! Нет, не так. НЕЛЬЗЯ!

— Стойте! Остановитесь. Все назад!

— Что случилось? — Дима, как и все, остановился и с недоумением уставился на меня.

— У меня дар предвидения, похоже, сработал. Нам на ту улицу нельзя! Нам уже и тут нельзя, быстро уходим!

Сверху раздались демонстративно-размеренные хлопки в ладоши.

— Браво! Вы первые на нашей памяти, кто засёк нашу засаду. Скажи-ка мне, милый юноша, кто спалился? Снайпер блеснул оптикой? Или кто-то из своей кучи мусора показался? Подождите, я спущусь. Убегать не пытайтесь.

Он как-то странно махнул рукой, и тут же между ногами с противным визгом взвилась пыль бетона. Явно пуля. Но вот выстрела не увидел и не услышал. Что же, вот и то, ради чего мы сегодня вышли. Несиловое решение агрессивных ситуаций. Да тут силовым путём у нас и шансов нет, надо выкручиваться.

Из ближайшего подъезда показался мужик лет сорока. Подтянутый, мощный. Легкая седина заметна в коротком ёжике волос. Двигается с грацией гепарда или пантеры. Он был заметно тоньше нашего Димы, но в их схватке я бы поставил на новоприбывшего. Это как матёрый лев и молодой, быстрый, уверенный в себе медведь. У медведя шансы есть, но небольшие. Даже крохотные.

— Добро пожаловать на нашу территорию. Вы откуда такие самоуверенные? Идёте по нашей земле, налог не заплатили, уважения не выказали. Не местные, что ли?

— Ну, почему не местные? Просто отсиживались в частном секторе на окраине города нашего. А теперь пошли на людей посмотреть да себя показать. Заодно узнать, что происходит в Отчизне. А, может, связи полезные наладить. А вы, сударь, если не секрет, чьих будете? Ведь, право слово, мы действительно ничего не знаем.

Уж не знаю, с чего на меня накатило общаться немного выспренним слогом, но мужику, кажется, зашло. Заулыбался.

— Я Бардаулов Антон Алексеевич. Глава нашей коммуны. И мы ищем единомышленников. Мы держим под своим контролем весь новый центр. Искореняем любой беспорядок на своей территории. У нас даже маникюрный салон работает, — женская половина дружно посмотрела на свои ногти. — Пройдём, побеседуем?

Ну, собственно, выбора-то особенного и нет. И то, что нас вежливо приглашают, приятно, но ничего не значит. Проходим в подъезд, заходим в квартиру. Над входом скромная вывеска «Штаб». Внутри снесли все межкомнатные стены, БТИ на них нет. В получившейся огромной комнате стоят два дивана по одной из стен, и в центре — огромный стол, окружённый большим количеством стульев времён СССР. В углу — кулер с водой. Старый, с тяжелыми кнопками. Зато работает без электричества. Проходим, рассаживаемся по диванам. Гостеприимный хозяин берёт стул, ставит напротив нас спинкой к нам, садится, положив на неё руки. Молчим, разглядывая друг друга.

— Давайте начну я. Сразу скажу, что мы заинтересованы в пополнении наших рядов. Особенно нам нужны молодые ребята, способные и умеющие держать в руках оружие. Вижу, вы из таких. Моё предложение: благоустроенные квартиры в новом центре города, питание. С вас патрулирование и прочая работа на благо коммуны. Мы пытаемся жить нормальной жизнью. Но у подонков и отморозков пропал основной сдерживающий фактор — страх наказания.

— Антон, я не…

— Антон Алексеевич. Будьте любезны!

«Да, ему можно рассказать. Но нас слушают»

Вот теперь сообщению Завода я удивился всерьёз. Я только начал обдумывать, как бы ему тактично отказать и какие аргументы приводить. И что ему можно сообщить, а что скрыть.

— Антон Алексеевич, мы можем где-то поговорить, чтобы нас никто не слышал?

— А что, ты не доверяешь собственным людям?

— Собственным доверяю.

— А откуда ты… В смысле, с чего ты взял?

— Лично.

Ни слова больше не говоря, поднимается и идёт к выходу. Пристраиваюсь к нему в кильватер. Поднимаемся на два этажа, заходим в квартиру. Он тщательно запирает дверь. Стандартная трёшка, богато, кричаще и безвкусно обставленная. Не ожидал. Увидев мой удивлённый взгляд, морщится:

— Это не моя квартира. Но ребята посчитали, что командиру нужно жить тут. Вот и мучаюсь. Меня тоже коробит такая обстановка. Рассказывай, как ты узнал, что нас слушают?

— Я мог бы сказать, что это логика и тебя не могли оставить одного в компании незнакомых вооружённых людей. Вы же даже оружие у нас не забрали. Но врать тебе не буду.

Видно, его корёжит, что я к нему на «ты». Но любопытство и выдержка перевешивают. Реально умный мужик, понимает, что понты tête-à-tête глупы и излишни.

«Завод, это реально?»

«Конечно»

Как же здорово, что ему не нужно ничего объяснять. Похоже, Завод знает мои мысли ещё на стадии их зарождения.

— Перед честным ответом я бы провёл маленькую демонстрацию, если ты не против. Убери руки за спину и покажи пальцами любое число.

Он заводит руки за спину.

«Три, теперь семь»

— Сначала было три, потом ты передумал, и сейчас семь.

«Один»

— Сейчас один. Ещё? Или развлечения пропустим?

«Наверно, это ноль. Кулаки сжаты»

— Надеюсь, это ноль, а не начало атаки?

Он прямо на глазах сдувается. Сейчас передо мной сидит дико уставший мужик, один из множества, с потухшим взглядом.

— Я не знаю, как ты это делаешь, но очень хочу узнать. Если ты не против.

Нет, ребят, я так не договаривался! Что значит «если не против»? Вот только не говорите, что моя маленькая демонстрация сломала этого сильного мужчину!

— Всё просто. И сложно. Я могу общаться с нанитами. Они мне помогают. А ещё ждут какой-то помощи от меня. Но какой, сообщить пока не могут, у них свои правила. Главное! Это секрет. Тайна. Об этом никто не должен узнать.

И тут его прорывает.

— Как же я устал. Ты просто не представляешь. А тут к нам забредает какой-то пророк с компанией. Который ПОЧУВСТВОВАЛ моих людей. И сказал об этом вслух! А потом этот же пророк, опять же вслух, полностью уверен, что комнату слушают! И он опять прав! Ты знаешь, сколько появилось различных сект? Имя им — легион! Про пришествие прочитали все, только в основном все увидели только слово «пришествие». И все эти секты ждут какого-то мессию. А тут ты! Всё знаешь, всё видишь! Да меня чуть Кондратий не хватил. Когда ты продемонстрировал, что знаешь вообще всё! Честно? Я просто не знаю, что думать. Это за гранью моей компетенции. Сплотить народ смог, сделать карликовое государство смог, дать людям спокойствие и надежду тоже смог. Но вот мессия меня чуть не доконал. Прости за эту временную слабость, нужно было выговориться.

Опять же на глазах он превращается обратно в лидера, сильного, уверенного в себе.

— Мне нужно переспать с новыми данными. Но сначала подробности.

Никаких «если не против». Уже чуть ли не приказ.

— У меня встречное предложение. Я же не соврал, когда говорил, что мы глухо сидели на краю города, в частном секторе. И тоже не знаю, что происходит. Давай вопрос ты, вопрос я?

— Вполне! Меня устраивает. Мой вопрос. Что нужно, чтобы получить возможность общаться с нанитами?

— К сожалению, ничего. Мою ДНК Завод изменял восемь тысяч лет. Точнее не мою, а моих предков. Чтобы я смог пережить изменение организма, позволившее мне общаться с ними.

— Завод? А это что такое?

— Так себя называют наниты. С тебя два ответа.

— Справедливо. Но вопросов стало только больше. Спрашивай.

Вот тут я растерялся. Что спросить? Что происходит в мире? Так ответит, что конец света. И будет прав. Начну с малого. Спешить некуда.

— Что слышно про прошлую власть? Осталось от неё что-нибудь?

— Что происходит в Москве, мне неизвестно. Связи никакой. Знаю немного про местных царьков. Поначалу они ещё пыжились. Нагнали вояк, объявили комендантский час. Сами переселились в свои особняки, нагнали народ, огородили с десяток домов стеной с колючкой. Платили хорошо, по рассказам. Но через неделю вояки просто разошлись по домам. В итоге у нашего «правительства» свой анклав. Там они власть. Мы создали свой. Вообще всё развалилось на крохотные феодальные государства, в основном. А как так вышло, что наниты изменяли твоих родных восемь тысяч лет?

— Ты же читал, что это пришествие под номером восемь? Не задумывался? Вот мои предки как-то связаны с пришествием номер пять. И с тех пор Завод переходит от отца к старшему сыну. Нас было двое таких. На нашем материке. Но второй не справился с перестройкой организма. Не выжил. А что люди? Смотрю, вокруг вас уже не боятся выходить на улицы, жизнь налаживается?

— В основном. Мы стараемся отлавливать деградировавших, опустившихся придурков. И, если их вина доказана, а адвокатов у нас нет, то мы их «казним». Не убиваем, нет. Просто сутки отрезаем им конечности, четвертуем и колесуем. Чтобы было просто дико больно. Они восстанавливаются достаточно быстро. Кто попадается второй раз, казним уже три дня. Третьего раза не было ни разу. Возможно, жестоко, но другого наказания в текущих реалиях мы не придумали. Чего хотят наниты? Зачем всё это?

— Этот вопрос я засчитывать не буду. Потому как ответа у меня нет. У них какое-то соглашение, по которому они не могут рассказать практически ничего. Только косвенно. А это та ещё достоверность.

— Хорошо, расскажи про косвенно. Ты же делал какие-то выводы?

— Выводов тоже немного. Во-первых, устроили это не Заводы. Они служат кому-то, кому в итоге нужны души неравнодушных людей. И это служение им не особо приятно. Вот, в двух словах и все мои выводы. Есть информация, как проще всего получать очки?

— Информации много, и вся противоречивая. Единственное, в чём все сходятся, что они неплохо подняли очки за зверушек. А так, я пришёл к выводу, что всё индивидуально. Один из наших палачей постоянно получает очки за то, что мучает моральных уродов. Постоянно, понимаешь? У остальных очки перестают идти на пятом казнимом. В итоге у нас остался один палач. Мой вердикт — нужно всегда быть лучше себя вчерашнего. Вот, за то, что я пошёл с тобой говорить, мне пришло аж по восемь баллов. Давно столько не получал. Вопросы ещё есть? Я бы предложил перенести продолжение нашей беседы на вечер. А то все заскучали уже, наверное.

Срочных вопросов и правда не было. Потому я согласился. Мы спустились, и Антон Алексеевич повёл нас на обед. Столовой оказалось здание бывшей столовой на первом этаже девятиэтажки, как ни странно, это звучит. Закрытое лет пять назад за какую-то поножовщину. Очень удивили плиты на дровах. Даже не на баллоном газе, а на дровах! Но готовили вкусно. Оказалось, что этот общепит обслуживает «командный состав». Начальство, армию, администраторов.

Во время обеда Антон Алексеевич пытался выяснить наши дальнейшие планы. Скрывать было особо нечего, мы рассказали, что идём за запасами в наши квартиры, чтобы потом вернуться в дом в частном секторе. За столом я озвучил идеи о разном типе начисления очков. Народ призадумался.

А я заглянул в логи. Мать моя женщина! Мне насыпали аж сорок семь очков сладости! И сорок четыре остроты. За эту встречу и беседу. Похоже, теперь я точно знаю свой способ набора очков. Устранение конфликтных ситуаций. Плюс дипломатия. Где бы ещё таких ситуаций набрать? Надо посмотреть, что я могу улучшить. Аж до дрожи в коленях стало любопытно. И почему не посмотрел раньше? Потому что очков не было?

В сладости появилось «5 измерение (19) — оно будет более доступно». Как обычно, очень информативно. В остроте ничего не добавилось, «заморозка» всё так же недоступна.

«Завод, что даст пятое измерение?»

«Именно то, что написано. Ты сможешь лучше им управлять. Тебе будет легче воспринимать четвёртое измерение и легче выбирать нужную тебе сейчас ветвь четвёртого измерения»

«Сказать, что я ничего не понял, будет ничего не сказать. Объяснишь для обычного трёхмерного чела попонятнее?»

«Во-первых, вы никогда не были трёхмерными. Во-вторых, четвёртое измерение при взгляде на него из пятого постоянно ветвится. Это как фрактал, как дерево. Любое решение любого осознающего в твоей Вселенной раздваивает четвёртое измерение. Ты решил закурить. В этой версии ты закурил. В соседней ты закурил через пять секунд. А ещё в одной ты решил закурить через час. И это разные ветви четвёртого измерения. Пока понятно?»

Пытаюсь уловить. Ведь сейчас мне говорят нечто очень важное. И оно не закрыто секретностью.

«Вроде да. Это с трудом, но возможно представить. Множественность миров, читал про это. То есть эта множественность и есть пятое измерение?»

«Верно. Ещё пример. Твоя телепортация не телепортация в привычном для многих смысле. Ты находишься в одной из ветвей четвёртого измерения. Волевым усилием находишь тот вариант, где ты находишься в нужной тебе точке. Перемещаешься в нужную ветвь, позволив телу тоже переместиться в координатах трёх измерений. А потом возвращаешься в прошлую ветвь, запретив телу перемещаться в координатах трёх измерений и оказываясь в твоём мире, но в новой точке. Звучит мудрёно, но всё просто. Ты поймёшь. И будет легче. Хотя там и шестое задействовано, но не вникай».

Уф. Мозг закипел. Но вроде и правда несложно. И вполне логично.

«Хорошо. Но ты говорил, что во мне шесть измерений?»

«До этого ты ещё не дорос. Осваивай пятое»

Мда. Как тяжко жить без пистолета. Хотя пистолет есть, и жить не так уж тяжко. Будем осваивать. Вернёмся домой, залягу улучшаться. Кстати, улучшение не требует ресурсов. Нереально и странно.

«Сколько времени займёт?»

«12 секунд»

Вот же. Надо. Срочно. Чтобы никого не смущать, спрашиваю, где туалет, запираюсь в кабинке, сажусь на крышку унитаза и запускаю.

Прихожу в себя, перед глазами какая-то непонятная хрень творится. Стены вроде стоят на месте, а вот дверь выглядит, как сто дверей, отрытых на разный угол и соединённых фотожопом. Как будто я вижу одновременно все возможные положения этой долбанной двери! Выбираю вариант открытой двери, и все остальные двери тускнеют. Прохожу в эту открытую дверь. Хотя точно помню, как её закрывал. Оказываюсь в общем зале туалета. Там точно такая же история со всеми дверями в кабинки, со входной дверью, и даже с окном! А ещё с кранами. И даже на полу есть маленький намёк на потоп.

«Завод, это что?»

«Это изображения возможных вариантов ближайшего будущего. Тех самых рукавов четвёртого измерения. Ты теперь их видишь. Поскольку у человека зрение даёт максимальное количество информации о мире, варианты будущего соединены со зрением. Более того, теперь ты можешь осознанно выбирать нужные варианты»

«А можно это включать только в критических ситуациях?»

Говоря это, нахожу вариант с открытой дверью и выхожу из туалета. И меня примораживает к месту. Все люди, находящиеся в зале, не просто двоятся. Они двоятся, как амёба на уроке в школе. Только постоянно. Из тел людей составлены целые ветвящиеся тоннели. Я видел все возможные варианты их действий. Жесть.

«Завод, убери это!»

«Улучшения необратимы. Это теперь с тобой всегда. Я могу лишь убрать интенсивность»

Все аномалии поблёкли, стали едва различимы. Люди опять стали людьми, двери — дверьми. Забавно было наблюдать, когда одна из теней, самая насыщенная, делала движение, затем человек полностью повторял его. Освоился с новым зрением я достаточно быстро. Даже стало удобно.

Ко мне подошёл Антон Алексеевич.

— Я так понимаю, вы планируете идти прямо сейчас? На обратном пути заходите, размещу на ночь. А с утра договорим.

— Спасибо, да, обязательно.

Подхватываем наше барахло и выдвигаемся. Идём спокойно. На нас косятся, но не подходят. Выходим на центральную площадь. Старинные фонари, статуи, бассейн с неработающим фонтаном. Тут столпотворение. Явно какой-то митинг. Точнее, несколько. Группы по двадцать-пятьдесят человек кучкуются вокруг ораторов, пытающихся перекричать толпу, и соседей. Подходим к ближайшим. Выступает худой патлатый мужик, почему-то в мешке на голое тело вместо одежды.

— И сойдут с небес огненный дождь и лава! Покайтесь, пока не поздно! Очистите свои души от скверны! Бог послал нам это испытание, и мы должны достойно пройти его! Не уподобляйтесь тем исчадиям с оружием! — он указал рукой на нас. — Станьте выше мирского!

Ну, вот нас-то зачем приплетать? Разворачиваемся, собираемся уйти.

— Вот видите! Они боятся вас! Потому что в вас есть вера! Прогоним их, братья и сёстры!

Что-то заставляет меня обернуться. И я вижу, как один из силуэтов вокруг проповедника вдруг, ускоряясь, двигается ко мне и втыкает мне в грудь какую-то железку! На полном автомате делаю шаг в сторону. Следом за силуэтом срывается сам проповедник, ещё не поняв, что я начал движение в сторону. А неплохо он развился на этих своих проповедях. Он был нереально быстр. Я почти отошёл с его траектории. Железкой он в меня не попал. Но очень больно для меня споткнулся о мою ногу и кубарем полетел в сторону Наташи. Я всмотрелся в силуэты этого проповедника и Наташи. Я же могу выбирать нужное направление, нужный рукав этого чёртового измерения. Самое время испытать. Вижу, как в одном из вариантов проповедник заканчивает полёт перед Наташей, стоя на коленях. Выбираю его. Потом выбираю тот, где проповедник сгибается, потом выбираю, где разгибается, потом выбираю, где он опять сгибается, разгибается. И всё это стоя перед Натали на коленях. Выглядит так, будто бьёт земные поклоны. Когда глаза всех вокруг, включая проповедника, становятся размером с блюдце, останавливаю издевательство над напавшим на меня и просто выбираю вариант реальности, в котором проповедник, не нападая, просто убегает.

Уф. А эта способность, оказывается, страшная сила! Мне самому стало не по себе от открывшихся возможностей. Причём картину эту, похоже, наблюдала вся площадь. Тишина стоит невообразимая. Ошарашенные друзья переводят взгляд на меня.

— А я что? Идём дальше?

— Ты моргал! — Сашу переполняли эмоции. — Ты то появлялся, то исчезал, как будто ты мираж какой, не, не мираж, как голограмма в фильме про джедаев, во! Что это было, колись? Что ты с ним сделал? Это ведь точно ты! То ты есть, потом на долю секунды исчез, а появился немного другой. И ещё, и ещё. Рассказывай уже, все знать хотят! И я хочу! А то вот люблю тебя, а вдруг ты монстром каким стал? Прямо получится красавица и чудовище. И не думай, что красавица — это ты!

— Вечером, ладно? Мне толпа не нравится. Идём уже.

Но толпу прошли без эксцессов. Добрались до моей квартиры. Выгребли вообще всё, что могло пригодиться. Потом добрались до Диминой. Там повторили процедуру. Навьюченные, отправляемся обратно. Уже темнеет. Решили принять приглашение Антона Алексеевича.

День 38

Проснулся в великолепном настроении. Саша сонно ворочалась, явно просыпаясь. Нам выделили три квартиры на пятом этаже здания, где располагался штаб. Две однушки и двушку. В двушке ночевали Кирилл и сестрёнки, Дима с Натали — в однушке, а я с Сашей — тоже в однушке, только в другой. Комфортно, действительно. Лучше, чем в большом, но тесном для восьмерых доме. Может, правда принять предложение и переехать? Хотя нет. Это зависимость. Невозможность делать то, что важно именно нам. Хотя заманчиво, но нет.

Воды в кранах не было, но с вечера нам показали душевые на первом этаже. Как-то они там чего-то приспособили, и вода была. Не вникал. Обошёл всех, все встали. Умылись, собрались. Спустились до столовой, нам дали еды, сели завтракать. Ближе к концу нас находит местный шеф.

— Саш, как поедите, поднимись на третий этаж, помнишь, где моя квартира?

Согласно киваю. Потом, чтобы не затягивать, отодвигаю тарелки, и мы выходим вместе.

— Да, устроил ты вчера шороху! Вся коммуна обсуждает пророка, который таки явился. Ты не мог без этих фокусов, что ли? Я же объяснял. Кстати, что там всё-таки случилось? А то слухи один нелепее другого!

Заходим в квартиру, присаживаемся.

— Да, собственно, ничего особенного. Один психопат хотел меня пырнуть, я ему этого не позволил, ну, он и убежал.

— А мне рассказывают совершенно другое. Что один уважаемый проповедник показал на вас как пример того, каким быть не нужно. После чего ты замерцал, зазвучал гром, проповедника перенесло на коленях к одной из ваших девушек, ты громогласно призвал его отречься от плохих слов и покаяться, после чего проповедник поклонился несколько раз этой девушке, стоя на коленях, и провалился сквозь землю.

Я засмеялся. Хотя смешно не было.

— Наврали сильно. Грома не было. И сквозь землю никто не проваливался, он просто убежал. И я вообще молчал!

— То есть всё остальное было. Интересненько…

— Да этот псих попёр на меня с железкой. Запустив режим ускорения. Он у него прокачан. Я отошёл с дороги, но не успел сойти полностью с его трассы. В итоге он об меня споткнулся, приземлился на колени, похоже, что-то себе повредил, поскольку от боли пару раз его согнуло, как будто руку баюкал. А потом убежал. Вот и всё.

— А твоё «мерцание»? Это было? И что это было?

— А так проявляется мой режим ускорения. Который индивидуально мой.

Вижу, что рука одного из призраков Антона Алексеевича несётся в моему уху. Бодро так. Автоматически уже, без напряжения, выбираю реальность, в которой я в этот момент нагнулся завязать шнурок. Реальный кулак пролетает мимо моей головы.

— Хм. Извини. Не мог не проверить. Ты действительно «моргнул». Исчез и появился. Эффектно. И эффективно. Аж позавидовал. Этому точно нельзя научиться?

— Сожалею.

— Ладно, мессия. У меня к тебе другой разговор. Вижу, что у нас вы оставаться не намерены. Если честно, очень жаль. Но и цели ваши впечатляют и заставляют уважать. Не делай квадратные глаза. Был бы я тупой, не руководил бы этим болотом. И вот эти цели мне импонируют. «Спасти мир!» Неслабо. Желаю удачи. Вот от души. А нужна будет помощь, любая, от продуктов до небольшой армии, обращайся. Помогу.

— На данном этапе только если веществами для улучшения…

Кратко рассказываю про поиски палладия и рубидия. Вместе посмеялись.

— Вещества тоже дадим, какие попросите. Если есть, конечно. Когда уходите?

— Планируем прямо после завтрака.

— Тогда удачи! Ты знаешь, где меня найти, если что. Бывай.

Спускаюсь вниз. Возле столовой меня уже ждут полностью собранные и экипированные ребята. Мой рюкзак тут же. Надеваю его.

До дома добираемся без происшествий, лишь однажды отвлекаемся на помощь пожилой паре, тянущей вручную подводу с дровами. Впрягаясь по очереди, оттаскиваем её к нужному двору. В качестве благодарности нам выносят каравай чёрного свежеиспечённого хлеба, а ещё яиц и самогона.

Наконец, дом! Вот вроде ходили чуть больше суток, но впечатлений было столько, что казалось, будто нас не было минимум неделю. Василий сидел в позе лотоса на кухне и смотрел в одну точку. Посмотрев вероятные линии, понял, что из этого состояния мы его пока не выведем. О чём тут же сказал друзьям.

Что с ним, непонятно. Точно не улучшение. Там всегда падаешь. До ближайшей стены или до пола. Ладно, подождём.

Пока сортировали и разбирали добычу, Вася таки очнулся.

— Я разработал безразмерную сумку! Представляете, как в игре! В неё кладёшь, а она не пухнет, не тяжелеет! Пространственный карман. Там какое-то измерение добавляется, я толком не разобрался. Но я крут же, скажите!? Правда, доставать из неё пока не получится. Но я доработаю!

— Это как? — Света подошла, присела рядом. — Ты положить можешь, а достать нет? Так тогда получай патент на вечную бездонную урну! Это же гениально!

Вася, кажется, хотел обидеться. Но, посмотрев на смеющееся лицо, понял, что это шутка, и расцвёл.

— Понимаете, я как улучшился, на любую мысль про предметы выскакивала надпись. Типа уточните параметры. И список этих параметров. У меня уже десяток рецептов собралось. От автоматического веника, который сам метёт, до вот этой сумки. Только с сумкой вот прогадал. Цель-то была, чтобы бездонная и не весила. А про то, что и как доставать, не подумал. А вот реально, как из неё доставать, если в ней пять тысяч вещей, к примеру? Это же каталог надо какой-то к этой сумке прикручивать? В общем, подзапутался я. Пятая версия, а сдвига нет. Весь день бьюсь. А правильные параметры подобрать пока не выходит.

— А ты хоть один рецепт-то реализовал? — ну, Кирюха промолчать не может. Подколоть — наше всё.

— Пока нет. Не веник же делать? Или вазу, в которой всегда вода есть и не загнивает?

В разговор вступаю я:

— Вась, есть заказ, как раз по твоему профилю. Земные технологии не прокатят. Нужен накопитель энергии. Компактный. Типа пауэрбанка, только энергии хранить должен в миллиарды раз больше. Как в твоей сумке. И чтобы я мог её доставать в любой момент в любом требующемся объёме. ТЗ ясно? А! И ещё чтобы он мог всасывать эту энергию отовсюду. На солнышке — из солнца, рядом с твоими аккумуляторами — от них. Без подключения, желательно. У костра чтобы даже его энергию забирал.

— Отличная задача. Мне уже интересно. А зачем тебе?

Объясняю ему про телепортацию и прочую работу с измерениями. Что много энергии требуется. Он загорелся.

— Блин, а я всё думал, что бы такого сделать? Вот прямо сейчас и займусь!

Света, похоже, была не рада такому решению. Это было настолько явно написано на её личике, что понял даже Василий.

— Ну, или чутка позже… Да что же это я, всё о себе да о своих крафтах? Лучше расскажите, как сходили? Чем мир дышит?

Перебивая друг друга, все принялись в красках рассказывать о наших похождениях. Рассказали о коммуне, об их лидере, о народе на улицах. Ну и, конечно, не забыли о случае с проповедником. Кто бы сомневался!

В итоге решили просто отдыхать сегодня. Хватит дел. Вася взялся мариновать шашлык. Ну, тут без вариантов, лук досталось чистить мне. Типа аллергик, нос всё равно забит, лук не пробьёт. Хрена с два! Плакал, как миленький.

Накидали дров в мангал, погода шикарна. Вечереет. Запах шашлыка, кажется, разносится по всей деревне. И хлеб! Он великолепен. Настоящего хлеба сильно не хватает. Все эти сухари и прочие хлебные полуфабрикаты… Отстой.

Вечер реально удался. Ели вкуснейшее мясо, пили вино, а эти разговоры ни о чём! Просто вспоминали смешные случаи из той, прошлой жизни, смеялись, общались, пели под гитару, травили анекдоты.

Вот насколько не хватает таких, казалось бы, повседневных вещей, как смартфона с наушниками. И с тонной музыки. Или магнитолы в машине. Пока всё это не исчезло, оно воспринималось, как данность. Идешь или едешь на работу, включил музончик, и дорога веселее. Обратно то же самое. Даже на работе часто ставил мотивирующий эпик, с ним программы писать приятнее. А теперь осталось только русское народное, бла-бла и хороводное. Ну и гитара с баяном. Хотя баян не слышал лет сто, не знаю.

День 39

Проснулся без похмелья, бодрячком. Любимая спит. Аккуратно, чтобы её не разбудить, одеваюсь, выхожу на кухню.

На кухне меня встречает Вася. Но в каком виде! Глаза красные, остатки волос стоят дыбом, самого шатает.

— Дружище, что с тобой? Ты хоть спал сегодня?

Протягивает мне массивный, но в то же время изящный золотой браслет.

— Держи заказ. Только с ним проблема, он из тел энергию тоже сосёт. Немного. Но достаточно, чтобы замёрзнуть за пару часов. Я придумаю, как исправить. А пока я спать. Мысли путаются. Если что это моя первая работа. Я думал, изобретать рецепт интересно… Фигушки! Вот когда по рецепту начинаешь творить… Это непередаваемо! Я могу видеть всё! До атомарной структуры! И могу менять всё. Я сделал молекулу с гелием! Нет, ты не понимаешь! Я сделал гелий валентным и сделал с ним соединение, молекулу! Это же невозможно в принципе! Вся базовая химия стоит на том, что так нельзя! Но без этих молекул, оказывается, пространственный карман для энергии не сделать. А я сделал. Это реально вещь не из нашей Вселенной. Законы нашей такого не позволяют.

Выбрав секундную паузу, спрашиваю:

— Тебя Санечка не покусала? От тебя столько слов услышать, я и не подозревал, что это возможно! Когда планируешь исправить дефект с отсосом энергии? Им можно пользоваться сейчас?

— Ты не понимаешь! Я сделал невозможное в принципе! А исправить? Исправлю! Мне только отдохнуть нужно. Немного.

— Ты крут, это не обсуждается. Только больше себя так не загоняй, пожалуйста. Кстати, я придумал решение твоей сумки. По поводу достать. Прикрути туда обычный стек. Последним положил — первым достал. А, когда найдёшь, как прикрутить каталогизатор и им пользоваться, так исправишь, переделаешь.

— Ты гений! А я голову ломал. Нужно сделать полку, на которой лежит верхняя вещь, если добавляется ещё одна вещь… — забубнил Василий.

— Так! А теперь спать! Все мысли после пробуждения. Утро вечера мудренее, помнишь?

Вася послушно отправился к себе в кровать. А я достал браслет. Явно из того клада, что мы нашли под полом нежилого дома. Ничего примечательного в нём не было. Браслет как браслет. Ток из золота и весит прилично. В старые времена стоил бы немерено. Главное, чтобы его наниты не схарчили на улучшения.

«Он не из золота. В вашей Вселенной нет веществ, из которых он состоит».

«Завод, я смогу черпать из него энергию? Это то, что нам нужно?»

«Да. Твой друг сотворил шедевр. Жаль, что с ним его Завод всего с шестого пришествия. За двадцать веков его ДНК не успело сформироваться»

«Ты хочешь сказать, что он тоже?» — не зная, как сформулировать, на полуслове оборвал вопрос я.

«Вы все являетесь старыми носителями Заводов. Заводы твоих друзей с шестого и седьмого пришествий. Вас потому и притянуло друг к другу, потому вы и соединились в одну компанию. Не без нашей помощи, правда»

Вот это новость. Сижу, перевариваю.

«Они тоже могут что-то особенное?»

«Вася, например, великолепный созидатель. Остальные себя ещё не нашли»

«Я могу сделать так, чтобы браслет не забирал энергию тела?»

«Нет. Ты не созидатель, изменение свойств вещей тебе недоступно. Но ты можешь подпитываться от браслета в любой момент, восполняя потерю энергии. Кстати, рекомендую тебе, когда вы вместе с Сашей, браслет убирать. Ибо она будет рядом, и браслет начнёт высасывать и её энергию»

А вот это дельный совет.

За время беседы с Заводом на кухню выползли сестрички, Кирилл и Саша. Видя, что я ни на что не реагирую, привычно оставили меня в покое. Значит, общаюсь с нанитами. Завтрак уже почти готов, поворачиваюсь к друзьям:

— Доброе утро!

Света с ходу задаёт вопрос:

— А где Васька? Его ночью не было, выхожу, его опять нету. Ты не в курсе?

— Он всю ночь работал, делал мой заказ. Сделал. Он нереально крут. Сейчас спать пошёл. Уж как вы разминулись, непонятно.

Карина тут же срывается к выходу и строит мне зверские мордашки от двери. Извиняюсь, типа мне надо выйти, выхожу вслед за Кариной. Чуть ли не шёпотом она кричит мне в ухо:

— Ты спятил? У них и так ни хрена не выходит! Твой друг-лопух вроде неровно к ней дышит, а шагов вперёд не делает! Прям вот не знаю, как и помочь. На тебя вся надежда. Он вроде тебя уважает и точно слушает. Хоть ты ему объясни! Она же надеется. А ты ей новости про то, что какой-то заказ важнее. Хоть девчонку пожалел бы!

Стою, как оплёванный. Вроде всё правильно говорит, но и за собой вины не ощущаю, как ни крути. В одном она права. Помочь им нужно. К тому же, мы все одна семья. Изменённых ДНК. Уродов или избранных, с какой стороны смотреть. Но эту информацию решаю оставить на общее собрание. Общались долго. В основном она говорила, я слушал.

— Я тебя услышал. Во многом с тобой согласен. Я поговорю с Васей.

Возвращаемся на кухню. За время нашего разговора подтягивается вся компания, кроме Васи. Завтракают. Остатками вчерашнего пира. Холодный шашлык хуже свежеприготовленного, но всё равно вкусно. Присоединяемся.

— Ребят, есть идеи на сегодня?

Все молчат, жуют, делают вид, что вопрос к кому угодно, но не к ним. Помня свой способ набора очков, предлагаю:

— От нас в шести километрах есть деревушка. Как вы смотрите на то, чтобы её посетить? Посмотреть, что там творится? Для общего образования, чтобы знать. Заодно, может, пофармим где.

Все нестройным чавкающим мычанием выражают полное согласие. После завтрака, взяв привычные рюкзаки и сумки, захватив привычный обменный фонд, выдвигаемся. Из города выходим быстро. Никаких встреч, даже как-то скучно. Выходим на просёлок, идём по нему. По сторонам растёт сосняк. Вот прямо для маслят и рыжиков. Кстати, время-то грибное. Только дождей ещё не было. Но осенью, после дождей, тут проехать весьма проблематично, если ты не на вездеходе. Но сейчас сухо, идётся легко. Через полтора часа нашего пути показался край леса. На самом краю понимаю, что сейчас будет жопа. Но среагировать уже не успеваю. Расслабился, чёрт! Грибочки, мать их! Одновременно с моим криком «Назад!» раздаётся выстрел. Слева от меня падает и начинает парить зелёным дымком Дима.

Вот не понимаю. Чего они хотели добиться? Агрессии с нашей стороны? Добились, мы все уже злые. В мире, где нет смерти, глупо просто так убивать кого бы то ни было. Убитый оживёт. И будет очень зол. И постарается в ответ не убить, но сделать очень больно. Хотя, может, это у них работают стереотипы? Если ты с оружием, то тебе всё можно, и ты большой и страшный? Идиоты.

Рассыпаемся, забегаем в лес, прячемся за деревьями. Второго выстрела не было.

«Завод?»

«Да, энергии хватит. Откат физиологического состояния будет минимальный»

Возможно, я идиот. У меня совсем слабо прокачана устойчивость тела, нет ускорения. Но я предвижу события. И потому я рискнул. Я видел, откуда был произведён выстрел. Лёгкий дымок ещё не до конца развеялся даже. И я телепортировался. На метр дальше стрелка. Отката не было. Вообще. Никакой слабости или недомогания.

Оказался я в окружении примерно двух десятков человек. Двое сидели возле свеженасыпанного бруствера, оба с оружием. У одного винтовка времён Великой Отечественной, у второго — двустволка. Остальные как раз подбегали к укреплению со стороны деревушки. Оружие было у половины примерно. В основном гладкоствол.

Я демонстративно выпрямился, крутя головой, как пропеллер, пытаясь увидеть всех. Не очень удачная позиция. Но все были ошарашены моим появлением. Лишь один подросток с наганом времён той же войны явно хотел повоевать. Он прицелился, и… я пересмотрел все варианты. Единственный вариант, где я выживаю, был тот, где пуля попадает в браслет и рикошетит в стреляющего. Золото! Рикошетит! Хотя мне ясно сказали, что от золота там остался только внешний вид. Но страшно испортить нужную вещь. Умереть? Тоже не вариант, это осложнит переговоры. А мне они нужны, как воздух. Это мой личный фарм. Ради этого мы прошли шесть километров. И я выбираю вариант с рикошетом. Пуля возвращается и разносит подростку глазницу. Тело падает и тут же начинает парить зелёным дымом. Все вскидывают оружие, но никто не стреляет.

— Вы можете попробовать выстрелить. Поверьте, результат будет тот же! Мы пришли с миром! Хватит бесполезной крови.

— Это тот самый мессия, помните, я рассказывал? Это он, точно! — пузатый лысый старик, пузо которого было больше его самого раз в пять, проворно бухнулся на колени и склонился в поклоне.

Вот это дилемма. Разубеждать бесполезно, а как на этом сыграть, мыслей нет. Но изображать из себя мессию, пророка и тому подобный бред мне претит.

— Я не мессия. Я простой человек, который может чуть больше других. Так что, пообщаемся?

Тут мне по мысли приходит Димино «Я у них в тылу, могу атаковать на скорости. На счёт «три» падай вправо». Тут же ему кричу «Отбой, просто страхуй. Не атакуй!»

Ко мне выходит мужик. Раньше я не понимал выражение «неопределённый возраст». Теперь увидел лично. Ему можно было дать и тридцать, и шестьдесят. Поджарый, невысокий, абсолютно лысый, с морщинками вокруг глаз. Взгляд уверенного и сильного человека.

Оружие уже у всех опущено.

— Ну, и зачем мессия с компанией припёрлись в нашу деревушку?

— Ещё раз говорю. Я не мессия. А пришли мы, чтобы установить связи, узнать ситуацию, возможно, поторговать.

Тут один из размытых силуэтов вокруг одного из людей за спиной говорившего поднял двустволку и выстрелил по мне из обоих стволов.

Срочно перебираю варианты будущего. Нахожу тот, где браслет опять рикошетит в стрелявшего. Но вторая пуля дикого калибра прошивает мне ладонь. Дальше выбирать некогда, мужик уже начинает стрелять. Выбираю ветку реальности, всё происходит, как я видел. Я еле устоял на ногах. От ладони — лохмотья. Чёрт, больно-то как! Хорошо, наниты сразу взялись за работу и начали штопать развороченную конечность. Еле стою на ногах, хочется упасть и корчиться от боли, баюкая руку. Держусь на последнем издыхании.

— Я же предупреждал! Кто ещё хочет пробежаться пятьсот метров обратно? После своей тупой смерти?

Заговорили сразу все. Вполголоса, явно с ближайшими соседями. Этот гул не помешал разобрать тихие слова вышедшего ко мне мужика: «Да ну на хрен! Не мессия он! Он гонит! Две случайности не случайность»

— Поговорим? — я пытаюсь спрашивать спокойно и уверенно, но вокруг людей клубится куча стреляющих в меня силуэтов. Пока неярких, просто возможных. Что-то может произойти такое, что вызовет агрессию всей деревни.

«Ребята, умоляю, не спровоцируйте их! Прямо сейчас что-то может произойти. Перетерпите!» — по мысли отправляю сразу всем.

«Что у вас там происходит?» — приходит от Васи.

Отвечаю ему, что всё потом, и возвращаюсь в реальность. Агрессивные силуэты у деревенских исчезли. Значит, ребята справились, и вероятность с провокацией нас обошла стороной.

«Меня держит на прицеле малявка лет двенадцати. По твоей просьбе не трогаю, мило улыбаюсь» — сообщение от Димы.

«Держись. Попробуй поговорить»

— Поговорим, — мужик неопределённого возраста, наконец, отошёл от второго рикошета. Или тоже общался по мысли. — Меня зовут Арсений. А ты Александр, я уже знаю. Твои люди могут прийти.

— Благодарю. Только скажи своей юной воительнице, чтобы отпустила моего друга. Он, конечно, легко бы с ней справился, но обижать детей не комильфо. Плюс урон хрупкой детской психике, подрыв уверенности в себе и прочий негатив.

— Настасья. Моя дочка, моё воспитание. Уже всё улажено, они оба идут ко мне в дом. Приглашаю и тебя.

— Меня или нас?

— Тебя. Пусть твои друзья не обижаются, но проявили себя только вы двое. Меня зови Сергием.

— Эти друзья на скорости могли раскатать всю вашу деревушку. И раскатывать всех оживающих в течение суток. Образно.

— А я и не спорю. Но попросил этого не делать их ты. Потому и говорить хочу с тобой. А тот мальчик не тронул мою Настю. Потому ему тоже рад буду. Да и толпа в переговорах — лишний базар.

Доходим до крепкого дома почти в центре деревни. Похоже, мужик живёт с дочкой один. Не могу представить дом, в котором живёт женщина и в котором нет хотя бы крохотного цветника. А в этом доме ни цветника, ни клумбы. Но в остальном двор идеален. Всё ровно красиво. И чисто.

В доме тоже ощущается отсутствие женщины. Хотя маленькая хозяйка явно пытается сделать дом лучше. И скоро ей это начнёт удаваться, явно.

— Проходите. Чай, кофе, чего покрепче?

Выбираем чего покрепче. На столе появляется запотевший графинчик, всякие соления и маринады, колбаски и прочие холостяцкие закуски.

— Ну, рассказывайте, ради чего пожаловали в нашу деревню? Про налаживание отношений даже не заикайтесь, недостоверно. Зачем городским какая-то деревня? А, главное, зачем нам группка городских? Даже если один из них какой-то там пророк.

— А торговые отношения не рассматривали? Продавать яички там, мясо, птицу?

— Рассматривали. И пришли к выводу, что городу нам предложить нечего. Всякие айфоны и телевизоры теперь просто хлам, никому не нужный. А что нам ещё город может предложить?

— Ну, к примеру, элитный алкоголь, — достаю бутылку лучшего коньяка, что у нас есть. Открываю, ставлю на стол. — Или оружие. Хотя и бесполезная в наших реалиях вещь, убить-то нельзя. Но напугать можно.

— Вот, заинтересовал. Ещё нам интересны макароны. Красивой формы. Просто макароны мы легко делаем сами, а вот всякие буковки-ракушки нам недоступны. А народ хочет. Ещё одежда. На неё спрос невысокий, но это пока. Пока у всех есть. И обувь. Ещё всякие красивости из еды. Пироженки там, а! И конфеты. Вроде всё. Я тебя отправлю к нашему экономисту, по ценам с ним решай.

— Не, по ценам к вам придёт человек. От Антона Алексеевича, лидера городской упорядоченной структуры. Он нормальный мужик, вы сработаетесь. А теперь давай позовём моих ребят и просто отдохнём, пообщаемся?

— Только хотел про ребят напомнить — Дима всю дорогу строил из себя бодигарда, телохранителя, по-нашему. Выглядело впечатляюще, даже я поверил.

— Так, а я не против. Главный вопрос порешали, можно и отдохнуть, поесть.

Если учесть, что с накрытого стола мы так ничего и не попробовали, а время за обед, то вопрос становился актуальным. Словно прочитав мои мысли, Сергий предложил, наконец, выпить.

Посидели знатно. Горе-стрелки зла на меня не держали, Дима тоже был на деревенских не обижен. Ближе к вечеру засобирались домой. По дороге обратно заглянул в интерфейс. Неплохо так. Шестьдесят восемь — сладости, и семьдесят — остроты. Не может быть, чтобы за деревушку дали так много. Заглядываю в логи. Оказывается, половину дали за заказ браслета и помощь в изобретении сумки. Странно. Похоже, нарисовался ещё один способ набора баллов мне любимому. Надо что-то изобретать. Интересно, что там с умением «заморозка»?

Заморозка (92) — Останавливает время*

Вот это заманчиво. Мягко скажем. Придём домой, залягу на улучшение. Интересно, а в сладости что-нибудь появилось по теме? Заглядываю.

Плазма (61) — Генерация плазмы*

Вот так. Я смогу всё-таки стать джедаем.

«Завод, дашь справку? И что важнее?»

«Про заморозку вроде понятно. Ты сможешь тормозиться в одной точке четвёртого измерения. Чтобы перебрать варианты, например. Или осознанно переместиться в другие координаты первых трёх измерений. Срок улучшения — 92 минуты. А плазма позволит твоему телу генерировать плазму. Но пока не управлять ей. Можно использовать как защиту на данном этапе. Но одежда не выдержит. Да и полы тоже. Срок улучшения — 110 часов. Важно всё»

«Про переместиться. У меня же есть телепортация? Она окажется бесполезна?»

«Это разные явления и разные принципы. Телепортация мгновенна. И осуществляется за счёт перехода между рукавами реальности. Ты поймёшь, в какой момент и что применять»

Прислушиваюсь к разговорам ребят. Они обсуждают сегодняшний поход. И мой прыжок в стан врага. Надо мной откровенно смеются. Вроде даже не обидно, но задевает.

— Ну, и чего зубоскалим? Мне прокачиваться нужно, а устранение конфликтных ситуаций — мой способ. Вот и рискнул. И оправдалось, между прочим! В итоге с деревней дружим, очков набрал, да и ещё от Алексеича бонус получим за налаживание торговых связей. Город-то рано или поздно голодать начнёт. А тут начало поставок положено.

— Да просто прикольно получилось, — Саша взяла меня под руку. — Ты такой пш-ш-ш и среди них. А потом бах! Я уж думала ждать твоего перерождения. А он сам брык с копыт. А потом ещё раз бах! И опять сам с копыт! Как ты это сделал? Ты же пули перенаправлять вроде не умеешь? Или опять твои заморочки с вероятностями? Но ведь полёт пули по кругу невероятен в принципе же, нет? Как? Ну, расскажи, ну, мне же любопытно! Да и всем интересно. Ты пока с нанитами болтал, мы тут самые нелепые версии выдвигали, но все недостоверные. Я тебя, кстати, два раза поворачивала, когда дорога изгибалась, в будущем хоть за дорогой следи!

— Нет. Пули я перенаправлять не умею. А вот Васин браслет умеет. Вася — гений. Мне осталось только найти нужную вероятность. И, кстати, любимая… Я на пять дней на улучшение сегодня уйду. Выживешь?

— Ну, хоть убаюкаешь?

— Обязательно!

Дальнейший путь прошёл легко, болтали, как водится, ни о чём и обо всём.

Домой добрались достаточно поздно, в темноте. Окна в нашем доме были единственными, где горел свет. Из всей улицы. Васёк к нашему приходу приготовил ужин, так что сразу сели за стол. Тут же начались рассказы о наших приключениях, но я их прервал.

— Ребят, мне стала известна новая и очень важная информация. Оказывается, я не единственный мутант, изменённый нанитами на протяжении поколений, в нашей компании.

За столом воцарилась тишина. Даже жевать перестали. Интересно, чего друзья сейчас больше боятся? Оказаться таким мутантом или, наоборот, что это не он или она? Ситуацию выправил Вася:

— Так, а я давно знаю, что я тоже мутант. Больше ни у кого нет улучшения моего. Про улучшение вещей. Но я дико рад. Мне моё мастерство новое душу греет.

— Не только ты, Вась! Не буду тянуть волынку и делать драматическую паузу под дробь барабанов… В общем! Мы все изменены. Точнее, наши ДНК. Вся компания. Все восемь человек. И наниты нас спецом собрали вместе. Точнее, помогли собраться. Я и Вася нашли своё направление развития. Я дипломат и специалист по работе с измерениями. Вася — редкий по таланту крафтер. Теперь нужно определиться и развиваться вам всем. Если у кого есть улучшение «Наниты», начинайте с него.

— У меня есть.

— И у меня есть, — сестрички одновременно озвучили результат.

— Я уже улучшал их, — Дима.

— И я улучшала, а вот что нового появилось, я даже не знаю, я много чего улучшала, ты же не советовал никогда, вот я всё подряд и делала. Наверно, зря, но кто же знал, — подключилась Саша. — Вот плазму, как ты говорил, сделала, а всё остальное самой приходилось выбирать, но я же не шарю. Ты мне теперь будешь подсказывать?

— О! — поворачиваюсь к Васе. — Ещё один спецзаказ. Придумать одежду, которая выдержит воздействие плазмы. Хоть набедренную повязку, но чтобы что-то было. И такую же обувь. И прямо сейчас на пару слов лично.

Вспомнил о просьбе Карины. Выйдя за порог дома, шёпотом объясняю ситуацию со Светой, с её отношением и с его тормозильником. На что он меня ошарашил:

— Понимаешь, нравится она мне сильно. Потому не могу подойти. Боюсь. Вдруг что не так? Вдруг накосячу? Потом же не переделаешь? И трушу вот.

— Ты косячишь тем, что не подходишь и тянешь резину. Ей же обидно. Она сама этого хочет, инфа достоверная, так что флаг в руки и поезд навстречу.

Возвращаемся на кухню, я хватаю Сашу и увожу её в спальню. Всё-таки обещал убаюкать. Пару часов спустя ухожу на улучшение. Материалы есть все. Выбираю, вырубаюсь. Через полтора часа возвращаюсь и сразу ухожу на долгое улучшение. Опять есть все материалы! Великолепно. Запускаю.

День 44

Прихожу в себя я явно не в нашей кладовке. Я нахожусь в земляном мешке два на два метра, руки связаны за спиной. Вверху люк, к нему ведёт лестница. Простенькая, из деревянного бруса. Моя раскладушка, на которой я лежал, ведро в углу. Меня принесли прямо на раскладушке? Хотя да, защита во время улучшения не позволила бы меня взять. А вот раскладушку вместе со мной, похоже, легко. Под люком закреплён маленький походный фонарик, который и дал мне возможность всё это разглядеть. Рядом никого. По мысли связываюсь с Димой. Тишина. Пробую связаться с Сашей.

«Солнышко, что происходит?»

«О! Ты, наконец, вернулся? У нас проблемы. Нас захватили в плен. Зачем — пока непонятно. Парней держат под какой-то наркотой. А мы, похоже, подопытные крыски. Мы в подполе, каждый в своём»

«Как им это удалось? У вас же у всех скорость?»

«Нас отравили каким-то газом. Пока мы спали, нас перетащили сюда»

«Как это произошло? Что ты помнишь?»

«Мы сидели, завтракали. Вчера это было. Вдруг окна бьются, залетают дымящиеся цилиндрики. Вонь, и всё. Очнулась я уже тут»

«А почему подопытные? Вас мучали?»

«Нет. С нами даже не говорили. Только кормят да ведро меняют. Поэтому подопытной и ощущаю себя. Какой-нибудь психологический опыт»

«А убежать не пробовала?»

«Нет, мне надзиратель сразу продемонстрировал, что они прокачаны. Скорость, во всяком случае, у него очень высокая. Да и пластика, поверь мне, не рядового человека, а я в этом разбираюсь»

«Хорошо, будут новости, сообщай»

«Да, любимый»

Нужно попробовать телепортнуться на крышку люка ко мне в погреб. Как минимум осмотреться.

«Завод, как пользоваться плазмой и замедлением?»

«Как всем остальным. Просто захотеть или подумать об активации»

«У нас много энергии для телепортации?»

«Примерно на семьдесят прыжков. Но плазма тоже потребляет энергию. Твоих запасов хватит примерно на сорок один час её использования»

Неслабо так энергии насобирал.

«А у меня есть что-либо, что сможет защитить от воздействия газа?»

«Нет. Но ты в любой момент сможешь выйти из зоны поражения. Или телепортацией, или с помощью замедления времени. Если ты не спишь, конечно»

Так. Вроде готов. Присутствует лёгкий мандраж. Но у меня есть преимущества, о которых люди, захватившие нас, и не подозревают.

Пока я накачивал себя перед решительными действиями, люк сверху открылся. Показалось усатое волевое лицо явно военного человека лет тридцати от роду.

— О! Очнулся! Это хорошо. Сможешь забраться со связанными руками? Тут освобожу. Только не дури, на друзьях аукнется. Аккуратненько забирайся. И без прыжков в пространстве, я нервный.

А это уже интересно. Они явно знают про мою возможность телепортации. Возможно, мы неслучайные пленники, и охотились именно на нас?

Забираюсь наверх. Достаточно легко вышло. Оказываюсь в каком-то не очень большом ангаре типа военного склада. Только он пустой, без стеллажей и кучи зелёных ящиков. Люк в полу всего один, значит, мои друзья где-то ещё. Это хуже. Из обстановки есть только стол с керосинкой на нём и три стула. Направляюсь к одному из них, сажусь. Нагибаюсь, подставляя руки, напоминая об обещании развязать. Спустя пару секунд и пары движений ножом верёвки падают с рук. Хоть связали профессионально, не передавив вены, но и без возможности выпутаться, рефлекторно растираю запястья.

— Слушаю. Зачем мы вам?

— Об этом потом. Давай я сразу расставлю приоритеты. Твои друзья у нас, шансов найти их у тебя нет. Пойдёшь на сотрудничество, и все будут жить долго и счастливо. Ну, а если нет… Уверен, ты на мыслесвязи с ними, и они тебе будут долго кричать в личку, умоляя им помочь. Для начала ты ответишь нам на небольшую кучу вопросов. Без утаиваний. Договорились?

Ласковая улыбка удава, направленная на кролика. Перед броском. Меня аж передёрнуло. Но и я не беззубый кролик. Что такое плазма, я ещё не знаю. Но она у меня есть. И она меня защитит, хрен знает от чего. И её не выдерживают почти все полы, значит, температура там запредельная. Здесь пол земляной. Так что провалиться мне не грозит. Пригрозить? Или сначала попробовать договориться?

— Давай теперь я расставлю свои приоритеты. Всю вашу базу я смогу уничтожить меньше, чем за секунду. Независимо от её размера. Попутно обыскав и заглянув в каждый закоулок. И найти своих друзей. Сам. И покалечив, но не убив, всю вашу гоп-компашку. Заодно уничтожив всё ваше оружие. Как тебе такое развитие событий?

— Блеф не твоя сильная сторона. Мы знаем, что ты можешь мгновенно перемещаться. Но у нас есть, чем тебя удивить в такой ситуации, поверь. Начнёшь дурить, начнутся проблемы у друзей. Зачем тебе сложности?

Ах, блеф? Явно не хотят считаться ни со мной, ни с моими друзьями? Запускаю остановку времени. Ничего не изменилось. Только военный застыл с открытым ртом, явно хотел что-то ещё сказать. Ладно, маленькая демонстрация. Раздеваюсь. Не хотелось бы оказаться голым через долю секунды перед своим тюремщиком. И активирую плазму. Очень необычное ощущение. По всему телу пробегает мороз, оно засветилось малиновым неярким, даже еле уловимым свечением. На кончиках пальцев появились разряды микроскопических молний. Очень завораживающее зрелище. Ощущения тоже неординарные. Для проверки кладу руку на стол. Она, не встретив сопротивления, проходит его насквозь. Еле ловлю равновесие. В столе остаётся дыра в форме пятерни.

Подхожу к стене ангара. Тыкаю пальцем в железо, которым он обшит. Точно так же, не встретив сопротивления, дырявлю его. Выглядываю. Этот ангар стоит в десяти метрах от такого же, больше ничего не видно. «Прорезаю» полукруглую дверь. Потом ещё пяток в разных краях ангара. Железо без поддержки не падает, точнее, падает с черепашьей скоростью, по миллиметру в минуту. Значит, остановка времени у меня не абсолютная, просто сильное замедление. Познавательно. В передней стороны ангара вижу большую парковку с техникой. Хотя сейчас она и бесполезна. Явно военная часть. Сзади бетонный забор с колючкой поверху.

Спокойно подхожу обратно к столу, разрезаю его на восемь частей, как пиццу. Деактивирую плазму. Одеваюсь, сажусь на стул. И запускаю время.

Тут же стол рассыпается кучей тлеющих досок, куски железа от обшивки ангара с грохотом падают.

— Ну что? Чьи приоритеты более приоритетные? Где ты сейчас блеф видишь?

Надо отдать должное моему собеседнику. В себя он пришёл поразительно быстро.

— Впечатляет. Мы тебя сильно недооценивали. Тем выше твоя ценность, уж прости, сам тавтологии не люблю. Но и ты нас недооценил. Ведь друзья твои не на этой базе, так что геноцид жителей этой базы тебе ничем не поможет. Просто запустит то, о чём я тебя предупреждал. Ну что, начнём сначала? Ты отвечаешь на вопросы, сотрудничаешь с нами, а твои друзья не страдают.

— У меня есть предложение встречное. Ты объединяешь меня с моими друзьями, размещаешь в комфортных условиях. И мы начинаем обсуждать схемы взаимодействия и взаимовыгодного сотрудничества. Мне кажется, такой вариант устроит всех.

— И что тебе помешает сжечь всю базу и сбежать вместе с друзьями?

— А смысл? И куда? Из того, что я увидел и понял, у вас серьёзная организация. Со своей разведкой, войсками, базами и прочими приятными вещами. Ну сбежим. Так вы быстро нас найдёте, и всё повторится. Только доверия уже не будет. Логично? А пока у нас паритет, никто никому сильно не навредил. Никто никого не обидел. Потому не вижу принципиальной невозможности сотрудничать. НО! Без игры в одни ворота. Взаимовыгодно.

— Мне нужно посоветоваться. Идём.

Выходим, как положено, через ворота в торце ангара. Оглядываюсь, уже не торопясь. Да, это явно часть. И народу вижу прилично. Вон отряд на полосе препятствий в полной выкладке. Причём, периодически ускоряясь, то есть прокачанных тут много. Вон человек двадцать, явно гражданских, не торопясь идут по дороге в сторону большого здания. Мы идём, похоже, туда же. Доходим. Четыре этажа, большая заасфальтированная площадка перед входом. На входе двое с автоматами козыряют моему спутнику, тот им кивает, заходим. Огромное фойе. Так и не представившийся военный указывает мне на диван.

— Присаживайся. Солдат, сделай человеку чай-кофе, — это уже не мне, а одному из двоих, дежуривших изнутри.

— Чай? Кофе? Что покрепче?

Выбираю кофе. Что покрепче, конечно, очень хочется, но расслабляться рано.

Через пару минут мне приносят кофе. Явно натуральный, свежесваренный. Сижу, наслаждаюсь. Кофе кончился, а меня так ещё и не позвали. Мимо ходит достаточно много людей. Поодиночке, парами, группами. Большинство с бумагами и деловым видом. Становится скучно.

— Эй, служивый! Что это за место?

— Это администрация, штаб и лаборатории. А вы что, не знаете? Вы только пришли на переселение? Странно, обычно сразу рассказывают. А вы кем сюда, к нам? Ну, в смысле профессии.

— Я ниндзя-джедай. Да шучу, — увидев круглые глаза солдатика, добавляю я. — Я тут с переговорами от другой группы людей. Дружить будем.

— Александр! Пройдёмте, пожалуйста! — не дав ответить солдатику, раздалось с лестницы наверх.

Мы с довольно симпатичной молодой девочкой поднимаемся на третий этаж. Услужливо распахивая двери, доводит меня до нужного кабинета. Заходим. В кабинете двое. Уже знакомый мне военный и неуловимо на него похожий мужик лет пятидесяти. Осанка, выправка. И сталь в глазах. Такого не согнёшь одними словами. Когда я научился всё это разбирать? Работа улучшения «Лидерство»? Возможно. Поздоровавшись, не дожидаясь приглашения, подхожу к огромному кожаному дивану и непринуждённо усаживаюсь. Опять же, такое мне обычному несвойственно. Говорю:

— Мы так и не познакомились. Как меня зовут, вы знаете, а я про ваши имена не знаю ничего. Представитесь?

Оторопевший взгляд знакомого мне военного и одобрительный — мужика постарше. Он и ответил:

— Зови меня Иваныч, а это Вячеслав. Ну, вот и познакомились. А теперь расскажи, что из рассказанного Славой было реальным? А что ты ему внушил? И как?

— Внушать я не умею, так что, думаю, он рассказал всё как есть. Только не говорите, что не отправили проверяющего посмотреть на дыры в ангаре.

— Проверяющего я, конечно, отправил. Он подтвердил. Но Славик несёт бред. Что дыры появились за долю секунды. Такая скорость невозможна. У меня в команде есть человек, который столько прокачивал скорость, что может обогнать дозвуковую пулю. Но он так не сможет. И чем ты это сделал? Ацетиленовой горелки у тебя явно не было, как и лазерной установки.

— Вячеслав рассказал вам истинную правду. У меня всё это заняло доли секунды, и инструменты мне для этого не нужны. Но, надеюсь, он вам рассказал всё? И про мои условия тоже? Я здесь именно по этому вопросу. Утром — деньги, вечером — стулья. Мои друзья целые и в комфорте, и мы начинаем обсуждать условия сотрудничества. А иначе ну никак.

— Дружок, не забывайся! Ты на МОЕЙ территории, в МОЕЙ власти, твои люди тоже. Здесь я решаю, что и как будет происходить!

— Это ТЫ решил так вынудить меня показать ТЕБЕ лично, что я могу? Простенько и незатейливо? Я же могу и рассердиться. Я же пока по-хорошему. Представь, ты лежишь ровно через секунду на развалинах этого прекрасного здания. Без ступней и кистей рук. А! И ещё без яичек до кучи. Ты даже убить себя не сможешь, чтобы переродиться. И никто из твоего окружения не сможет. Потому что они будут валяться рядом. И тоже без яиц! А когда наниты вас починят, я повторю это! И это будет ваш персональный ад. И эта ситуация будет повторяться, пока у вас у всех не поедет крыша. Сомневаюсь, что наниты лечат психов.

— Иваныч, он не врёт. Я видел его возможности. Договаривайся, даже не советую, прошу.

— Молчать! Слава, бесхребетная ты тварь, тебе показали киношку, внушили непонятную хрень, ты и потёк? Как сучка в течке!

Понятно. Он таки требует демонстрации. Останавливаю время. Подхожу к Иванычу, достаю его нож. Шикарный резак, кстати, не армейский, явно старинная работа. Аж возвращать не хочется. Разрезаю на нём всю одежду. Надеюсь, это не будет перегибом. Снимаю с него все лохмотья, бросаю их ему за кресло. После чего, сам ненавидя себя, раздевшись и запустив плазму, выжигаю на ноже сквозное «я могу!». Втыкаю нож между его рук, лежащих на столе. Одеваюсь, пускаю время вперёд.

— А теперь расскажи мне, милейший мой Иванович, что я тебе внушил?

Он сидит, внимательно разглядывая нож. На то, что он нагой, внимания не обращает. Стальной чел. Я прямо проникся к нему уважением.

— Да уж, впечатлил. Но ножик зря испортил. Подарок деда. Обидно.

— Поверь, хуже он не стал. Просто оброс ещё одной легендой. И собственным девизом. Края я не трогал, так что слабее он не стал.

Надеюсь, прокатит. Самому нож было безумно жаль. Но нужна была демонстрация.

— Возможно. Теперь по делу. За твоими людьми послали ещё час назад. Вечером будете ужинать вместе. Извини за проверку, я должен был убедиться сам. А ты хорош, не повторился. Утром начнём беседу с чистого листа, на основе, как ты там сказал? «Взаимовыгодного сотрудничества»? Вот, на его основе и начнём. На сегодня свободен. Так, Слава, засели, ознакомь с основными правилами, распорядком и расположением нужных ему зданий.

Пока мы идём, меня реально инструктируют. Похоже, пожелание Иваныча всегда приказ. Но реально сильный мужик. Мне понравился. Интересно было бы посмотреть, как он из остатков своей одежды будет мастерить набедренную повязку и в таком виде выходить в люди. А Слава всё бубнил:

— Обижать здесь не принято, конфликты разруливают специальные люди. Если у тебя к кому претензия, обращайся к любому дежурному, они передадут претензию выше. Попытаешься разрулить сам, особенно с применением насилия, окажешься виноватым, вне зависимости от того, кто начал конфликт и чем он был вызван.

Бла-бла. Хотя и логично, но слушать это — выше моих сил. Слова почти не проникают в мозг. Скользят по краю сознания. Морально вымотался за сегодня. А бубнёж продолжается.

— Питаемся три раза в день. Вон то здание слева от нас — это столовая. Не успел вовремя, ходишь голодным.

Опять ухожу в себя и свои мысли. Если что, уверен, ребят тоже проинструктируют, они подскажут, что, где и как. Кстати, про ребят. Надеюсь, они в порядке. Иваныч поверил в мою демонстрацию, однозначно. А вот то, как он меня просчитал и вынудил… Явно говорит о его крутизне и моей несостоятельности как дипломата. С его мозгами и талантами он же начнёт вертеть мной, как ребёнок юлой. Об этом надо серьёзно задуматься. Главное, никаких эмоций. Сегодня весь день меня провоцировали, и я вёлся. Как миленький. Точнее, как маленький. Нет, так дело не пойдёт.

«Завод, я могу этому противостоять?»

«Да, конечно. Ты можешь улучшить лидерство ещё два раза. Ресурсы не требуются, по времени два и четыре часа — каждое улучшение. Очков тебе хватит»

Вот так вот. «А ларчик просто открывался»… Вот кто мне мешает почаще заглядывать в интерфейс? Лень? Недальновидность? Недостаток серого вещества?

— Приказы тебе старших по званию или по социальной лестнице не обсуждаются и выполняются, — продолжал бубнить Слава.

— То есть ты готов выполнять все мои распоряжения? — очередной мой срыв из-за злости на себя. И на весь мир. И на нанитов. И на тех, кто их прислал.

— В смысле? Ты не старше меня по званию!

— Но выше по социальной лестнице. Я глава отдельного, независимого от вас образования. Так что, готов?

— Ну-у-у да… То есть нет, конечно! Ты не состоишь в нашем коллективе!

— Вот именно. Так зачем ты мне рассказываешь, что я должен кого-то из вас слушаться? Вы для меня посторонние люди, как и я для вас. О каких приказах тогда идёт речь?

Он стушевался. Наверно, целую минуту он искал достойную фразу, призванную поставить меня на место. Не найдя, выдал:

— Это стандартный ознакомительный текст. Если тебе неинтересно, я с удовольствием замолчу.

— Извини, продолжай. Что-то я вымотался сегодня, не обращай на меня внимания.

Но мы уже подошли к зданию, до слёз похожему на мою студенческую общагу. Мои подозрения подтвердились буквально спустя секунду:

— Вот, это общежитие, где вы все временно поживёте. Идём, представлю тебя коменданту. Она тебя разместит.

— Ты имел в виду нас? Всех?

— Ну да, конечно. Вас всех.

Комендантом оказывается древняя старушка — божий одуванчик. Несмотря на грозную должность, с первого взгляда вызывающая симпатию. Худенькая, подвижная, с русской косой до пояса. Она с трёх фраз въехала в ситуацию:

— О! Первые гости, а не переселенцы! Растёт наш Иваныч, уже и дипломатию разводит. Молодец, мы тоже в грязь лицом ни-ни! Есть шесть люксов, вам сколько нужно?

— Нас четыре пары. Соответственно, четыре номера и нужно.

Пешком поднимаемся аж на девятый этаж. По дороге скулю, что, может, есть что пониже? Но хозяйка непреклонна. Люксы только на последнем, девятом этаже. Зря я сопротивлялся. Номера оказались настолько на высоте, что я согласился бы в них жить, будь они на двадцатом этаже! И без лифта, как и сейчас. В каждом две комнаты плюс душ. Который не работает. Туалет тоже. Но рядом с ним стоит ведро с водой для смыва. Это из минусов. Всё остальное только плюсы. Шикарный диван в первой комнате. Огромный телевизор, сейчас просто мебель, никому не нужная. Но выглядит круто. Журнальный столик размером больше обеденного у меня в квартире. Бар. Причём, как оказалось, заполненный всякой всячиной. Холодильник. Небольшой и, конечно, неработающий. Но есть. В спальне огромный траходром. Это циклопическое сооружение назвать кроватью невозможно. Именно траходром. Три на три метра. Если не больше. Где только такие простыни нашли? И дверь в ванное помещение, где ничего не работает, и ведро воды у туалета. Жизнь — боль. Представляю, как тут было классно, когда всё это великолепие работало. Но меня устраивает полностью. Это я и озвучиваю.

— Остальные три номера — полная копия. Воду можно набирать из бочки в конце коридора. Спиртное потом вам запишут в рабочие книжки, если решите выпить.

— Что такое рабочие книжки? — я явно пропустил ту часть, где про них рассказывали.

— Ах, да! Вы же не поселенцы, дипломаты. Думаю, не ошибусь, если скажу, что вам бар доступен и бесплатен, — вопросительно смотрит на Славу.

— Ну конечно. Отдыхай, ужин примерно через полтора часа, помнишь, я показывал, где? Твоих ребят приведут сразу туда.

Да, ну конечно, не помню! Я тебя не слушал. Да ладно, язык до Киева доведёт. Спрошу, доберусь. Кстати! Почему я до сих пор не связался с ребятами? Мысленную связь же никто не отменял! Отправляю сразу всей группе:

«Друзья, скоро встретимся! Жду вас с нетерпением!»

Ответ просто оглушил. Мне ответили сразу все. Чуть не оглох. Больше писать всем не буду. Жёстко. Особенно кричала, как ни странно, не Саша, а Карина. И все говорили, что они рады, что я крут, ну и прочую дребедень. А Саша ответила спустя примерно минуту, остальные как раз выдохлись:

«Оглушили? Я через это проходила. Помнишь, когда меня убили? Но вас было всего двое. Не представляю, каково тебе сейчас. Сочувствую, милый. Я соскучилась. И да, нас везут в какую-то воинскую часть, судя по её виду снаружи. Так и задумано?»

«Да. Пытаюсь наладить с похитителями конструктивный диалог»

«Ты у меня самый лучший! У меня же? Не нашёл там себе пару красоток? Я же выясню, и тогда берегись! Шучу. Люблю тебя… А, может, и не шучу!»

Вот никогда не привыкну к её манере общения. Но меня от неё прёт, колбасит, метелит, даже не знаю, какие ещё эпитеты придумать. И эта манера общения — часть её. Я уже знаю, что это ненастоящее, приобретённое, но как же мне это нравится! Точно соскучился.

Ближе к ужину, когда ребята уже подходили к столовой, я выдвинулся к ним. У милой бабули спросил, куда мне идти. Оказалось, тут, как и везде, есть две столовых. Для всех и для избранных. По мысли выяснил, как выглядит столовая, куда привезли друзей. По описанию получилось, что она именно для избранных. Приятно, зауважали. А, может, просто небольшой аванс, чтобы поглубже прогнуть. Когда я зашел внутрь и подошёл к столу, за которым сидели ребята, чуть не случилась свалка. Каждый считал своим долгом обнять, похлопать по спине и вообще всячески выразить… что? Не знаю. Привязанность, радость. Надеюсь, радость воссоединения. А не того, что их вывели из комы. Хотя вот сейчас-то я чего копаюсь, к чему придираюсь? Да, тяжёлый день. Но это мои соратники. Ёмкое слово. Со-ратники. Так и надо к ним относиться. А не пытать свой мозг. Хватит! Жрать и спать. Кое-как закидав еды, подняв пару рюмок с тостами, которые проходили мимо мозга, говорю, что я спать. Саша тут же собралась со мной. Договорившись с персоналом, что ребятам покажут общагу, топаю спать.

День 45

Просыпаюсь с мыслью, что события ускоряются, уплотняются, и я за ними не успеваю. Мне же вместо просто сна нужно было улучшиться! А вместо этого набросился на Сашу, как пятнадцатилетний пацан. Пытаясь забыть всё и вся и выплеснуть в сексе всю моральную усталость, избавиться от неё. А после тупо уснул. Как тот же пацан. Но помогло. Мысли обрели глубину и ясность. Все спят. Если я потрачу пару часов на первое улучшение лидерства, особого вреда не будет. Подумаешь, поспать люблю! Санечка прикроет. Решено. Черкаю короткую записку, что я на улучшении, и что меня нужно прикрыть, ложусь обратно в кровать. Выбор. Старт.

Очнулся, я в комнате один.

«Саня, вы где?»

«Только дошли до столовой. Если поспешишь, твою задержку никто не заметит»

Почти бегом иду в общепит. Все наши в сборе, сажусь к ним за стол. А кормят и правда вкусно. На завтрак были сырники. Со сметаной. И где только молоко взяли? На сметану и творог. Неужели уберегли коров от безумства нападения на людей? Плюс нежнейшие круассаны. Как в Париж попал. От кайфа вкуса меня отвлёк посыльный, совсем молодой солдатик. Выяснив, кто из нас я, приказал через десять минут явиться в штаб к Иванычу. А вот какого хрена? Что значит «приказано явиться»? Я ему что, подчинённый? И вдруг понимаю, что да, надо. Явиться именно через десять минут. На задворках сознания мелькает мысль «это лидерство, или мной манипулируют? Ведь не зря главный спрашивал про то, как я внушил?»

Но мысль появляется и уходит. Говорю ребятам, что мне срочно надо в штаб и иду за солдатиком. И пытаюсь поймать мысль, которая от меня сбежала. Что мне не нужно идти в этот долбанный штаб. Бесполезно, мысль больше не возвращается. Я абсолютно точно знаю, что мне необходимо туда прийти. Притом срочно. Прямо сейчас.

Чуть ли не бегом взлетаю на третий этаж, игнорируя секретаршу, которую я вчера не заметил, захожу в нужный кабинет. Иваныч сидит за столом. Станислава нет, мы вдвоём.

— Ну что, готов сотрудничать? Знаю, что готов. У меня к тебе вопросы.

Меня прямо разрывает от желания угодить ему. На задворках мысли мелькает недоумение. С чего это я воспылал к нему такой преданностью? На последних крошках самоконтроля торможу время. Мне нужно немного подумать. Что-то мне не нравится во всей ситуации, а что, понять не могу. Нужно подумать. Всё застывает. Сажусь прямо на пол, трясу головой. Ощущение, что что-то не так, растёт в геометрической прогрессии. Спустя ещё минут пять личного времени (реальное то стоит!) понимаю, что эта преданность и обожание, мягко скажем, не совсем мои. Точнее, совсем не мои! Мной манипулируют через какой-то вид внушения! Точно! Интересно, кто? Включаю логику. Это началось, когда за мной пришёл солдатик. Значит, манипулятор уже был где-то рядом. Кто с нами вышел из столовой? Напрягаю память. Но никого вспомнить не могу. Мы вышли вдвоём, вдвоём дошли до штаба. Солдат остался с секретаршей. Ну, тут и вариантов никаких. Под видом рядового ко мне пришёл тот, кто умеет манипулировать сознанием. И, скажу прямо, у него это классно получается!

Ну что же, не хотите по-хорошему? Я ведь готов был к сотрудничеству, ну вот зачем всё это? Ладно, у меня есть, чем вас удивить. Выхожу в приёмную. Солдатик сидит в позе мыслителя, приставив пальцы к виску. Как в не очень древнем фильме про людей-мутантов какой-то там профессор. О! Ксавьер, я вспомнил, как его звали! Бесполезная информация. Достаю его штатный нож и перерезаю ему горло его собственным ножом. Не хрен косплеить великолепного Ксавьера! Солдат всё равно возродится, но минут десять у нас точно есть. Возвращаюсь к Иванычу, стараюсь принять ту позу, в которой я тормознул время. Запускаю его обратно.

— Нет, дружок ты мой, старпёр долбанный! Ты что, на хрен, реально хотел этим фокусом меня прижать? Тебя достали твоя власть и твой карикатурный мирок? Так ты скажи, не стесняясь, я мигом вырежу одну половину населения, а вторая сама поймёт, что с таким долбанутым лидером им тут ловить нечего, они и разбегутся. Ну? Мне приступать? Или ты заканчиваешь свои фокусы? И мы приступаем к диалогу?

Глядя на его посеревшее лицо, добиваю:

— Впрочем, мне неинтересно. Я ухожу. Попробуешь остановить, раскатаю твоё царство, превратив его в помойку. В могилу твоих амбиций. Пока.

Спокойно выхожу, так же спокойно дохожу до общаги. Поднимаюсь к ребятам. Они режутся в древний футбол, в котором фигурки игроков напялены на шампуры, как бабочки на иголки. Дёргая за эти шампуры, можно пинать мячик. Ненавижу игры. А это вообще какой-то садо-мазо бред.

Говорю ребятам, что нам нужно уходить. Что с лидером этого сообщества у нас не сложилось. Они понимают. Даже прерывают игру посреди полёта шайбы. Или мячика. Не знаю. Но это реальная жертва — бросить напряжённую игру в такой момент.

Сборы были короткими. Вещей с собой не было. Выдвинулись сразу. Дошли до КПП. Почему-то был уверен, что нас задержат. Точнее, попытаются. Но охранники нас пропустили сразу. И явно нас боялись. Лишь один из них выдал на прощанье:

— Иваныч сказал, что вам нужно идти по левой дороге, чтобы попасть домой.

Дорога и правда раздваивалась метров через пятьсот после выхода с части. Мы свернули налево. Никто тут раньше не был, никто даже не подозревал о наличии части рядом с городом. Странно. Обычно в маленьких городках все знают обо всём. Но это был не тот случай.

Шли долго. Очень долго. Просёлочная дорога достаточно запущенная. Ощущение, что по ней не ездили лет пять минимум. По пути я поделился с ребятами всем, что знал, рассказал про свои приключения.

— Так это получается, что тот молоденький любого может заставить делать всё, что угодно? — негодование Саши было написано на её личике. — Я так не согласна! Это нечестно, это же чит какой-то! Тоже хочу. Вот собрался ты на улучшение, а я пальцы к виску и командую «сначала убаюкать!», ты всё бросаешь и идёшь меня убаюкивать. Здорово же? А защититься от этого возможно?

Да, что-то я туплю. Сам мог бы догадаться до такого простого вопроса. Ведь Иванычем-то тот молодой явно не управлял. Он работает на Иваныча, а не Иваныч на него.

«Завод?»

«Начало ветки улучшений, направленных на управление сознанием и на защиту от управления, начинается с улучшения «Контролёр». Занимает двадцать минут»

Исчерпывающая информация. Озвучиваю её отряду. После недолгого обсуждения решаем по приходу улучшить этот параметр. Всем сразу. В идеале сразу прокачать защиту.

Далеко за обед, когда солнце сказало, что уже время ужина, а желудки подтвердили, впереди показались дворы частного сектора. Ещё через час были дома. А дома нас ждал неприятный сюрприз. Нас ограбили.

Сняли все солнечные панели, открутили все стабилизаторы, умножители, аккумуляторы. Всё, что требовалось для электричества, у нас отсутствовало. До последней гайки. Снимал явно человек, знающий, как всё это работает. Холодильники уже потекли. Быстрый осмотр дома показал, что больше воров не заинтересовало ничего. Всё остальное, включая клад, было на местах. Заглянув в холодильник, по степени разморозки продуктов мы пришли к выводу, что кража произошла сразу после похищения. Скорее всего.

Подавленные, мы собрались на кухне. Уже стемнело. Вася где-то раздобыл керосинку. Сестрички вызвались приготовить ужин, остальные решили всё-таки срочно пройти улучшение. Разбрелись по кроватям. Через двадцать минут собрались обратно. Ужин уже был готов, все с энтузиазмом приступили к трапезе.

— После улучшения у меня появилось параметр «Начальный контроль». Узнай у Завода, что даёт? То, о чём я думаю? А ещё появилось «Устойчивость». Это же то, что нам надо?

Саша была удивительно немногословна.

«Завод, ответишь?»

«Начальный контроль — контроль примитивных теплокровных разумных. Занимает четыре часа. А устойчивость и есть то, что вам было нужно, Саша права. Занимает семь часов»

«Погоди, как можно понять примитивных разумных? Это тупых людей, что ли?»

«Нет. Это собаки, кошки, мыши, чтобы тебе понятнее было. Все теплокровные, кроме людей и дельфинов»

«А люди с дельфинами кто? По вашей классификации?»

«Простейшие осознающие себя разумные»

Спасибо, хоть слово «разумные» в описании гордого Хомо Сапиенса присутствует. Стоп! Дельфины тоже? Как мы?

«Дельфины осознающие? Как это? Учёные же доказали, что они просто очень развитые животные»

«Ты ещё британских учёных вспомни. Тоже мне показатель. Если у ваших учёных не хватило мозгов расшифровать речь дельфинов, то это не потому, что дельфины не общаются, а потому, что у учёных не хватило мозгов. И дельфины по интеллекту выше людей. Просто их интересы не пересекаются с интересами людей. Они не понимают ваши цели и боятся вас»

Сарказм! Что-то новенькое. Не ожидал его от Завода.

«А ещё разумные у нас на планете есть?»

«Есть. Не в вашем понимании, конечно. Это мицелий, плесень и другие грибки. Ближайшее понятие в вашем языке — коллективный разум. Но до общения с ними ваши учёные, наверно, не дорастут никогда. Там настолько чуждые человеку принципы мышления, что вы не потянете их понять ещё очень долго. И уж тем более выстроить взаимодействие и общение»

Я тут же вытряхиваю на ребят ворох новой информации. Открытые рты и выпученные глаза были мне наградой. Хотя, наверно, сам я выглядел так же. По сути, информация бесполезна, но как же интересно! Мы всё время мечтали о контактах с иным разумом. А то, что разум более развитый, чем человеческий, всё это время жил рядом… Странно и необычно.

После обсуждений собираемся расходиться по койкам. Дима предлагает оставить пару человек на дежурство, а остальным улучшить устойчивость. Потом приходим к выводу, что два человека не остановят армию Иваныча, а остальных нам бояться смысла нет, не умираем же. А разбудить тех, кто в улучшении, дежурные не смогут. Единственная подстраховка — все легли на полу. Я помню про раскладушку, на которой меня унесли во время улучшения. Больше такого кайфа похитителям не предоставим. Пусть пол вырубают и несут на нём.

Уже привычно выбираю нужное улучшение. Ресурсы не нужны. Запускаю.

День 46

Утром проснулись все практически одновременно. Выходим на кухню, а там… Нет, ну честно, ожидал всего, кроме того, что на одном стуле сидел Иваныч, а на другом — убитый мной телепат. Первым порывом было остановить время и наказать. Но что-то заставило не спеша подойти к столу и присесть напротив. И явно не телепатия, это был мой порыв.

— Чай, кофе? Что покрепче? Их вы нам оставили.

— Так и знал, что ты поймёшь, кто забрал оборудование. Извини, пока вернуть не смогу. Нам нужно поговорить. Ты не против? Алексей внушать не будет. Я его взял для охраны. От зверей. Да и уверен я, что вы уже подготовились, время было. С первой ступенью сопротивляться всё ещё сложно, почти невозможно, но уже осознаешь, что тобой манипулируют.

— Говори.

— Лично. Алексей попьёт чайку с твоими ребятами. А мы поговорим.

Ни слова не говоря, поднимаюсь и иду за дверь. Иваныч следует за мной. Доходим до беседки, присаживаемся. Молчим почти минуту. Наконец, Иваныч начинает говорить:

— Извиняться не буду, попробую объяснить. Лично мне ты симпатичен, хоть в чём-то и дурак, но! Ты заблуждался, считая меня главным на нашей базе. У меня есть руководство. И я как военный обязан им подчиняться. Я изначально пытался их отговорить от шутки с телепатом. Реально хотел выстроить с тобой отношения на предложенных тобой принципах. Я даже не злюсь на тебя за твои оскорбления и убийство Алексея. Ты был в своём праве.

— Тогда расскажи, зачем? Зачем это всё? Зачем вам я сдался?

— Хорошо. Начну по порядку. После прихода нанитов все государства распались. Первые попытки сохранить государственность просто провалились. Мы не привыкли, как в древности, посылать гонцов с приказами, ждать результатов месяцами. Мы привыкли отдать приказ и на экране смотреть за его моментальным исполнением. Ну, или за подвижками в сторону исполнения. Никто не был готов к тому, что вся техника сдохнет. Что начнётся тотальное дезертирство. Плюс вся банковская система умерла, поскольку почти все деньги были в виде циферок в компьютере. В результате всё развалилось на мелкие квазигосударства. Кто успел, тот хапнул власть. И уже никогда её не выпустит. А будет стараться расширять её влияние. С этим понятно?

— Это было очевидно, хотя столь глубоко я не задумывался. Дальше?

— Дальше я оказался в команде, которая тоже хапнула кусок власти. В отдельно взятой армейской секретной части. У нас огромные запасы всего, что только можно представить. Наши рекрутеры находят одиночек, часто с семьями, не знающих, куда приткнуться, чтобы спокойно жить. И сманивают их к нам. Наша община постоянно растёт. Мы осваиваем животноводство, ищем выживших животных, высадили озимые. Но уже начинаются конфликты с соседями. Передел сфер влияния. Нас несколько раз пытались подмять. Но старые методы войны не работают, когда все бессмертны. Победит в итоге тот, у кого больше ресурсов. А ты — самый непонятный и заманчивый ресурс. У вас дома было электричество! Без допотопных ГЭС, а на высокотехнологичной солнечной энергии! Которая ни у кого не работает, потому что вся техника умерла. А у вас работает. А ещё ты показываешь способности, которых тоже ни у кого нет. Такое сочетание моё начальство просто не могло оставить и пройти мимо. Ведь овладение твоими секретами сделало бы нас на порядки сильнее соседей! Я искренен с тобой. Рассказываю всё как есть, вытряхиваю всё грязное бельё напоказ, ничего не скрываю. Когда разведка принесла сведения про тебя и твою команду, мы послали вторую группу разведки, перепроверить. Уж слишком всё звучало сказочно и фантастически. Но данные подтвердились.

— И вы решили меня выкрасть и шантажировать друзьями?

— Я изначально был против. Шантаж — недостойное деяние для военного. Но у меня был приказ. Аналитики посчитали, что в данной ситуации это единственный вариант заставить тебя работать на нас, с нами. Поскольку уже были в курсе аналогичного предложения тебе от городских.

— А городские — это Антон Алексеевич, что ли?

— Так точно. Как я понимаю, шансов уговорить тебя работать с нами у нас не осталось. Но я лично, а мой приход сюда — моя личная инициатива, очень надеюсь хоть на какую-нибудь форму сотрудничества. Что скажешь? У меня остались шансы?

— А это смотря на что ты рассчитываешь. На самом деле, ты молодец. Не побоялся ни меня, ни своего начальства. Впечатлён, что скрывать.

— Самое ценное, что ты сейчас можешь дать — информация. Поскольку на ваше пребывание у нас я уже не рассчитываю.

«Завод, что ему можно рассказывать?»

«Ему многое. Не рассказывай про мои ограничения. А вот его руководству про нас знать противопоказано»

— Давай договоримся так. Есть пара секретов, которые я могу открыть тебе лично. Взамен на покровительство, возврат техники и помощь ресурсами. Но, если я узнаю, что твоё руководство в курсе наших разговоров, то мы с тобой поссоримся. С плохими результатами, вплоть до фатальных.

— С одним уточнением. Когда мы привезли вашу технику, она не заработала. Изучение нашими учёными показало, что это обычная техника, съеденная нанитами. Она всё ещё тебе нужна?

А вот это было обидно. Кстати, а реально запитать нашу технику от такого же браслета? Разместить его на крыше, пусть накапливает энергию солнца, а отдаёт электричество. Надо будет поговорить с Васей.

— Хорошо, поверю. Технику вычёркиваем. С остальным согласен?

— Помощь и покровительство обещаю, если твоя информация окажется ценной.

— Она окажется бесполезной. Для вашего поселения. Это я говорю сразу. Но позволит познать природу этого восьмого пришествия. И ответить на твои вопросы касаемо меня и работающей техники. В общем, я просто утолю твоё любопытство. Реальной пользы от ответов на твои вопросы не будет, к этому готовься изначально. Решай.

Он серьёзно задумался. Я не мешал, рассматривая птиц в небе. Стоп! Птиц!? Не всех, значит, перебили. Радует нереально. Может, и оживёт планета?

— Я подумал. И я согласен. Но ты ничего не скрываешь.

— Нет. Есть вещи, о которых я не могу говорить. Но всё, о чём могу, я расскажу.

— Идёт. Начни с техники. Почему она работала?

— Придётся начать издалека. Как ты знаешь, это пришествие не первое. Пятое было семьдесят пять веков назад. Шестое — двадцать веков назад. Седьмое — четырнадцать веков назад. Про восьмое сам знаешь. Каждое из них инициировали наниты. Про ранние пришествия я не знаю, да и смысла в такой информации не вижу. После окончания пришествия часть нанитов оставалась в телах тех, кто был непосредственно вовлечён в центральные события, как я понял. И передавались в семье старшим детям. Я тот, чей предок участвовал в пятом пришествии. Наличие нанитов отложило отпечаток на геном моих предков и, соответственно, на мой. В результате я могу с ними общаться. И все мои «чудеса» — лишь результат этого общения. Работающая техника — из той же оперы. Предсказав, что я буду жить тут, наниты сохранили минимум техники для повышения комфорта проживания, не более. Я ответил намного больше того, о чём ты спрашивал, но так будет проще.

Молчал Иваныч очень долго, смотря в одному ему известную точку на столе.

— Вот оно как, оказывается. То-то начальство разочаровалось бы. Но им, и правда, знать это ни к чему.

И снова замолчал.

— Хорошо, Александр. Ты меня убедил. Мы оставим тебя в покое, обещанная поддержка с нас. При одном если. Если ты расскажешь свои цели. Чего ты добиваешься?

— Хороший вопрос. Прежде всего, возврата морали. Как минимум «не убей». Наниты извратили восприятие мира многих слабых настолько, что они решили отыграться за все детские унижения на ещё более слабых. Исчез страх наказания. А как программа-максимум — вообще раз и навсегда избавиться от нанитов. Дать человечеству жить своей жизнью. Пусть в большей массе никчёмной, но своей.

— Хорошая цель. А что скажут наниты на это?

— А они не против.

— А вот тут не понял. Поясни.

— Как раз тот вопрос, на который я ответить не могу. Прости.

— Хорошо. Давай пофантазируем. Если они не против, что их повыгоняют к едрёна матери, то они сами заинтересованы в этом. А это значит, что они тут не по своей воле. Так-так. А это значит, что есть кто-то над ними. И этот кто-то им не нравится, но они пашут на него. И в тебе они видят того, кто их спасёт. Звучит бредово, хотя многое объяснило бы. Да-а. Аналитиков бы настоящих подключить к вопросу. Но я обещал.

Нет, всё-таки умный мужик. На крохотных исходных данных так прокачать ситуацию. Аплодирую стоя.

— Ты же понимаешь, что я ни подтвердить, ни опровергнуть твои домыслы не смогу? — с улыбкой спрашиваю.

— Ну конечно! Это я так, размяться и подуспокоиться. Ладно, мы пошли. Бывайте. Где меня найти, ты знаешь. И прости, если что.

Возвращаемся в дом. Иваныч, не заходя, зовёт своего экстрасенса, и они уходят.

Сажусь за стол выжатый морально досуха. Саша тут же накрывает. Остальные, оказывается, уже позавтракали.

— Ребят, по итогам у нас появился ещё один союзник. Все вопросы потом, что-то я сдох. И да, Вась! Реально сделать ещё одну батарейку для питания нашего дома? А я поем и спать.

— Батарейку сделать не проблема. Кстати, я решил проблему высасывания энергии из тел. Дай свой браслет на минуту.

Он забрал украшение, глаза остекленели, вокруг браслета появился знакомый зелёный дымок. Через секунд десять он протянул мне его обратно.

— Забирай. А батарейку для дома сделаю сегодня же. Хотя там же нужно на выходе именно переменный ток. И вольтаж постоянный. И отдача…

Дальнейшее мы уже не услышали. Прямо так, на одной ноге и с протянутым браслетом он ушёл в свой личный ступор. Изобретает. Интересно, что ему даётся за изобретение и что за воплощение изобретений? Надо будет узнать. Любопытно.

Не успел я доесть, как Вася очнулся.

— Ребята, к вечеру будем с электричеством всем врагам назло! — и убежал.

Пока я завтракал, вкратце всё-таки рассказал друзьям историю Иваныча.

Сразу по окончании рассказа прибегает взмыленный Василий.

— Ребят, у нас проблемы! Я истратил кучу ресурсов, и мне не хватает! Вот список…

И протягивает огромный фолиант. Шучу. Но список действительно был внушительным. Прочитав, говорю:

— Предлагаю выдвинуться в городское поселение, попросить помощи. А взамен… Вась, ты сможешь сделать два таких устройства? Составляй полные списки ресурсов на две штуки. Дальше. Кому нужно на улучшение? И кто в итоге чем хочет заниматься?

Вперёд несмело выдвигается Карина

— Я бы с удовольствием стала бы телепатом. Если никто не против. Мне это, похоже, по душе. И на улучшения я бы ушла. Как раз по этому профилю.

Остальные промолчали, значит, определившихся у нас больше нет. Грустно.

— Отлично. Остальные хватаем рюкзаки и сумки и выходим.

Кирюха решил тоже остаться, прокачаться и поохранять Карину. А мы выдвинулись минут через двадцать, пока собрались, пока Вася список переделал…

Городок уже практически жил обычной жизнью. Работали магазины, правда, не все. Народ на улицах был. И, похоже, ничего не боялся. Во всяком случае, от нашей вооружённой группы никто не убегал и не прятался. Даже появились дети. Я уже и забыл, что существуют такие забавные создания. Как их только смогли больше месяца заставить сидеть дома? Непонятно…

До центра добрались реально быстро. Никаких бабушек, которых нужно перевести через дорогу, не повстречалось. И даже котят на деревьях. Да, в принципе, кошек не осталось. Завёл бы котёнка с удовольствием как экзотическое животное. А вот нет их…

При подходе к знакомому дому, где располагался штаб, нас остановили:

— Кто такие, и цель посещения свободной общины?

— Мы к Антону Алексеевичу, он нас приглашал. И, думаю, ждёт.

После этой моей фразы возникло непонятное замешательство. Ребята, несущие охрану, начали шушукаться, коситься то на нас, то на окна дома, куда мы шли. Я услышал всего два слова: «это пророк» и «Светлана». Спустя почти минуту нас попросили подождать. Непонятно…

— Проходите, пожалуйста, глава ждёт вас, — вышедший мужичок явно чего-то боялся.

Его аж трясло. Ну, мы же не такие страшные? Или страх в другом? Додумать мне помешал тот факт, что нас повели в знакомый нам штаб. При входе нас остановили. Спросили, кто из нас Александр. И попросили только меня. Дичь какая-то. С чего бы Антону выделять меня и просить встречи только со мной? Ладно, через минуту всё узнаю.

Захожу в штаб. Антона Алексеевича ещё нет. В этом огромном помещении есть только одна девушка. Спиной ко мне. Наверно, секретутка. Уж больно красивая. Точнее, красивое тело, лица не вижу, стоит почти спиной. Длинные ноги, осиная талия, высокая грудь. Шаблонные характеристики, конечно. Но это первое, что приходит в голову при взгляде на неё.

Оборачивается. Я готов сгрызть собственные ногти. С корнем. Она не просто хороша, она Богиня! Господи, какое счастье, что ты позволил мне увидеть такое чудо!

Я падаю перед ней на колени. И молюсь всем богам, инопланетянам, нанитам, чтобы это не кончилось прямо сейчас. Чтобы момент этого экстаза длился бесконечно. Это самая прекрасная женщина в моей жизни! Раньше я не жил. До этой встречи я тупо существовал. Я не понимал, для чего живу. Теперь я понял! Вся моя жизнь была лишь прелюдией к этой встрече. Наконец-то, она обрела цель и смысл.

— Я очень рада познакомиться с тобой, пророк! — а голос у неё ещё лучше внешности. Я просто парю в нем, я плыву в волнах этого нежного звука, растворяюсь в нём. Падаю на колени, тяну к ней руки.

— Я тоже нереально рад, несравненная! — из каких глубин мозга это всплыло, я не знаю, но мне кажется это уместным.

— Так! Давай без розовых соплей! Я понимаю, непросто, но соберись. Зачем ты пришёл в коммуну?

— Да, конечно! Больше ни одного слова о моих чувствах к тебе, я понял! Я не огорчу твой слух! Не позволю себе…

— Отвечать! — её окрик подобен оплеухе. Я даже немного пришёл в себя.

— Я пришёл к твоему шефу. Он предлагал помощь и сотрудничество.

— У меня нет шефа. Я сама всем и всякому шеф. О каком сотрудничестве ты говоришь?

В мозгах лёгкая каша. Как нет шефа? А Антон Алексеевич тогда кто? Или правильнее буде спросить, где? У них тут что, переворот произошёл? Но он же правильный мужик, о народе пёкся… Мысли растекаются под напором гормонов. Богиня хочет ответа на вопрос! Надо как можно скорее ей ответить!

— Он обещал любые материалы. И вещества. Которые нам нужны. А взамен мы хотели ему предложить работающий генератор. Электричество. Много.

— Неинтересно. Наши техники уже приспособили генераторы с автомобилей. Приделали их к великам. Люди крутят педали, у всех есть свет.

— Ты не понимаешь, божественная! Наш генератор работает сам по себе! И от него можно питать не только лампочки! А и всякие чайники, стиралки, калориферы. Да всё, что угодно! Я бы его тебе подарил, но нашему технику нужны на него ресурсы. Поэтому мы и пришли.

Она на секунду задумалась. Потом тряхнула головой и крикнула:

— Техника пригласите!

Через минуту зашёл Вася. Буквально через пару его шагов во мне резко проснулась ревность. Вася смотрел на хозяйку городка, как на любимую женщину. На свою любимую женщину! Но она же не его! И вообще, я её первый нашёл! И она мне улыбалась. И это я придумал про генератор!

Только я хотел высказать Васе всё, что я о нём думаю, мне на плечо опустилась тонкая ладошка.

— Спокойнее, сейчас не время. Так, мальчики! Вы друг дружку, а также всех моих парней уважаете, договорились? А иначе я огорчусь.

Огорчить её! Да это невозможно. Она должна улыбаться, нужно сделать всё, чтобы ей было хорошо!

— Тебя как звать, техник?

— Я Василий. А как к вам можно обращаться?

— Зовите меня Светланой. Так вот, Василий. Говорят, ты можешь сделать супергенератор? И он будет работать? И наниты его не сожрут?

— Да, могу. Прямо сейчас займусь, хотите? — тут он немного поник. — Вот только материалов у меня нет. Но я найду, честное слово!

— Материалы искать не придётся, тебя сейчас отведут на наш склад, возьмёшь там всё, что тебе нужно. Сделаешь мне два… Нет, три таких генератора.

Желая уколоть конкурента и возвыситься в глазах великолепной Светланы, добавляю:

— И нам один не забудь.

Но Вася ждёт подтверждения сказанных мной слов у моей Светланы. Ну конечно, главное, чтобы она была довольна, это он молодец, хвалю.

— Да, Василий. Делай четыре. Три отдашь мне. Как только закончишь — свободен. А с тобой, Александр, мы сейчас прогуляемся. До банка. Нашему поселению катастрофически не хватает наличных денег. Мы выплачиваем зарплаты почти пятидесяти тысячам человек. Плюс пенсии, ещё полстольким. Причём мы не жмёмся, платим щедро. Чтобы не сманили от нас людей. В итоге народ начал откладывать, и нал резко кончается. Конечно, он возвращается через торговые точки, куда идут за едой, спиртным, сигаретами, одеждой и обувью. Также открыли магазин разнообразных веществ из таблицы Менделеева. Наши химики разработали список товаров для этого. Но мы тратим больше, чем тратят жители. И это проблема. Скоро платить будет нечем. Придётся изобретать какие-то гарантийные расписки. Которые придётся постоянно проверять и которые будут пытаться подделать. Что бы избежать этого, ты прыгнешь в сейф банка. И принесёшь мне нал. Много нала.

— С удовольствием помогу, чем могу! Когда отправляемся?

— Совсем скоро. Мне нужно пообедать. И пойдём. Да и вас покормят.

За столом собралось человек десять. Нас пятеро, Вася, похоже, уже творил чудо. И пятеро городских. И все, суки, смотрели на мою Свету влюблёнными глазами. Даже девочки, что меня тоже задевало, но не так сильно.

«Саш, что происходит? Я от Светы глаз оторвать не могу. Я её хочу! Даже, наверно, я влюбилась. Мне страшно, Саш! Я же к девочкам всегда равнодушна была…»

«А ты кто? И какого чёрта ты влюблена в мою Светочку? Она только моя! Запомните это все! Забудь все мысли о ней. Иначе тебе действительно станет страшно».

Ещё не хватало. Мало мне было парней, которые смотрят на неё, высунув язык. Так ещё и какие-то бабы подключаются. Не, так дело не пойдёт. Всех порву, один останусь! А я могу, это я знаю точно.

«Саш, ты сейчас серьёзно? Это же я, Саша! Это меня ты любишь! А я тебя. Вспоминай. Пожалуйста!»

Ну вот что за ерунда? Какая ещё Саша, которую я люблю? Бред какой-то. Я люблю Свету! Только ради этой женщины стоит жить. Ради неё я готов на всё. Без исключений. Не, пора в банк. Сделать то, что она хочет.

Подрываюсь, иду к выходу.

— Свет, я готов. Идём!

Она встаёт, мы выходим из столовой. Нас тут же окружают восемь мордоворотов. Зачем они? Я же их всех положу и не запыхаюсь. Неужели моя любимая этого не понимает? Надо ей объяснить! Хотя нет, не надо. Я уверен, случай проявить себя обязательно представится. И тогда она поймёт!

До банка добрались быстро и беспроблемно. Банк занимал отдельно стоящее двухэтажное здание дореволюционной постройки с колоннами, статуями, балконами и прочими эркерами. Дверь оказалась открыта. Свою охрану Светлана оставила снаружи, взяв у одного из них огромную сумку и вручив её мне.

— Пришли. Нам в подвал. Прыгаешь за бронированную дверь, набиваешь деньгами, возвращаешься. Понял?

— Конечно! Сделаю всё в лучшем виде! Не переживай.

Дверь. Явно бронированная, прямо как в фильмах про ограбления банков. Настроившись прыгнуть ровно на метр вперёд, подхожу к двери и перемещаюсь. Темно. Очень. Обругав себя последними словами, долго копаюсь в сумке в надежде, что на дне обнаружится фонарь. Фигушки. Сумка пустая. Придётся прыгать обратно, просить фонарик, свечку, что угодно. Оставив сумку на полу, нащупываю дверь, чтобы сориентироваться, куда прыгать, прыгаю… И ничего не происходит. Пробую ещё раз. И опять безрезультатно.

«Завод, что происходит?»

«Я заблокировал для тебя возможность перемещения. Сначала ты должен поднять улучшение «Устойчивость»

«В смысле заблокировал? Ты же не можешь вмешиваться? Причём тут устойчивость? Мне к Свете нужно!»

«Ты находишься под мощной ментальной и гормональной атаками. Все линии вероятностей, в которых ты не улучшаешь Устойчивость, приводят к очень нехорошим результатам. Потому я вмешался. Я, согласно договору, не могу тебе помогать. Но там ничего не сказано про то, что не могу мешать. Вот я и мешаю»

«Как только я сделаю это улучшение, ты перестаёшь мне мешать? И я вернусь к Свете? Хотя пошёл ты к чёрту! Сейчас включу плазму и сделаю проход!»

«Ага, и сожжёшь все так необходимые Светлане деньги? Улучшайся. Как только сделаешь его дважды, я верну тебе телепортацию. Сразу»

Ещё и дважды. Пробегаюсь по меню. Ну ничего себе! Это когда я успел хапнуть столько очков? Свободных очков — сто тридцать шесть сладости и сто восемнадцать остроты! Надо посмотреть. Хотя нет, не надо! Там же Света, одна. А я тут буду логи изучать, время тратить. Так не пойдёт. Нахожу устойчивость, запускаю. Вернувшись, тут же запускаю ещё раз. Возвращаюсь с той же мыслью о Свете. Что нужно скорее, быстрее.

С удивлением перебиваю сам себя. А зачем скорее и быстрее? Она ждала черти его знают сколько, подождёт и ещё. А, кстати, сколько?

«Завод, сколько я улучшался?»

«Десять минут. С возвращением! Телепорт активен»

И тут на меня хлынул поток воспоминаний. Я же обидел Сашеньку, мою ненаглядную! А Завод-то какой молодец! Он же меня спас! Не знаю, от чего, но явно спас. Меня аж передёрнуло. Я же был куклой, которой вертели, как… Как куклой! Я ведь реально был готов порвать весь мир, только чтобы угодить Светлане. Восхищаюсь её прозорливостью и выдумкой. Соединить воздействие феромонами с телепатическим внушением. Гениально! Надо подсказать Карине этот путь развития.

Так. Мне-то что делать в итоге? На ощупь нахожу стеллажи, на них опять же на ощупь нахожу пачки банкнот. Кидаю их в сумку. Пока заполняю её, размышляю. Показывать, что я вышел из-под влияния, нельзя. У неё мои друзья. Которые точно так же залипли в этой аномальной «любви». Причём это действует даже на девушек! Время, потраченное на улучшение. Как объяснить? Просто было темно, всё делал на ощупь, потому долго. С этим порешали. Как вытягивать друзей? Уговорить их улучшится, других способов не вижу. Причём, скорее всего, делая это якобы от имени Светланы. Точно! Это её желание! Это она попросила. Точно сработает.

Главное, как продолжить быть пускающим на неё слюни идиотом? Вот тут проблема. Боюсь, разницу она заметит. Хотя она очень уверена в себе и своих талантах. Так что вряд ли особо приглядывается. Короче, кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Пробуем! На ощупь подхожу к двери, прыжок!

На этот раз прыгнул без проблем. И оказался лицом к лицу со Светланой. Нас разделяли какие-то сантиметры. Меня накрыло чувство вожделения. Я реально хотел её, хотел всю, без остатка. Ого! Это мне даже притворяться не придётся. Воздействие феромонов не исчезло, как я надеялся. В сейфе феромоны блокировались дверью, теперь опять работают. Но устойчивость дала сопротивление к внушению. Это же идеально! Чувства, близкие к тем, что были, и при этом могу соображать! Даже играть не придётся. И каждую минуту вспоминать Станиславского с его знаменитым «не верю!». Я автоматически потянулся её поцеловать, схватить, обнять. Она очень ловко, видно огромную практику, увернулась и отошла на пару шагов.

— Почему так долго? И почему сумка неполная?

— Там темно, — лепечу я. — Ничего не видно. Что нащупал, то принёс. Но я могу сходить туда ещё раз, только фонарик нужен. Или свечка.

Кстати! Совсем не подумал. Нужно было несколько пачек заныкать. Поскольку деньги остались деньгами, они нужны. И, чем больше, тем лучше. Хотя теперь я знаю, где их брать. Ем влюблёнными глазами Свету. Очень надеюсь, что она не поймёт разницу между «люблю» и «хочу». Феромоны подавляют волю, оставляя только желание. Обладать ей. Всё равно тяжело. Но, хоть соображаю. Она приказывает кому-то из своих головорезов придумать освещение. Буквально через пять минут мне приносят фонарик на ручном приводе. Прыжок внутрь. Соображаю, что теперь прыгнул без сумки. Но это ладно. Стягиваю с себя водолазку, завязываю узлом шею и рукава. Жужжа фонариком, оглядываюсь. А не кисло так! Справа стеллаж, битком набитый деньгами. Там их центнер, наверно. Таскать не перетаскать. Слева такой же, но практически пустой. С него я загрузил полсумки. А дальше стоят какие-то пронумерованные коробки. Подхожу, открываю первую. В ней лежат одинаковые железные ящички. Запертые на ключ. На каждой номер. Это что, частное хранилище так убого сделано, что ли?

«Завод, я могу вызвать плазму только на палец?»

«После улучшения. Занимает сутки с небольшим»

Как же не хватает времени! Эти улучшения съедают уйму жизни. Хотя жизнь теперь почти бесконечная. Наверно. Попробовал разломать этот ящичек. Да! Экономия должна быть экономной! Эти придурки из банка заказали ящики из какой-то жести. Консервы, мать их! С небольшим усилием я отогнул половину крышки. Внутри лежали какие-то документы. Скучно. Второй ящик порадовал кучей баксов, часами и кучей паспортов. Джеймс Бонд какой-то. В третьем ящике бумаги, в пятом, десятом. Порадовал примерно пятнадцатый. В нём были ювелирные украшения. Много. Явно новодел, но о цене даже думать не хочется. Однозначно дико дорогие. Нашёл красивую женскую цепочку, к ней кулон. С огромным камнем, огранённой каплей, свисающей с золотого крепления. Ей должно понравится. Стоп! Кому ей? Свете или Саше?

Ступор. Чтобы не вызвать подозрения, я должен подарить это Свете. Но хочу подарить Саше. Взятка. Может, простит? Хотя желание сделать подарок идёт от души, без меркантильного интереса. Просто выкладываю набор на стеллаж. Потом заберу. И подарю любимой. А Света обойдётся. Ей и денег хватит для счастья. Набив полную водолазку наличностью, телепортируюсь наружу. Довольная Светлана забирает водолазку, вручает телохранителю. Поворачивается ко мне и впивается губами в мои губы. Не скажу, что мне было неприятно. Но червячок грыз. А если об этом узнает Саша? Сашенька моя. Но на поцелуй отвечаю со всей страстью. Сначала вытащить друзей, потом сожаления и раскаяния. Стыдно признаться, но я и сам хотел. Или не стыдно? По хрен, разбираться буду потом. Сейчас главное в жизни — молодое, красивое и такое желанное тело! Гормоны накрыли с головой, вытеснив остальные мысли. Но Света отстранилась, порвав волшебное чувство.

— Вечером зайдёшь ко мне. Ты заслужил, молодец. Хвалю. Это скромный аванс. В одиннадцать, не опаздывай.

Идти к ней нельзя. Хочется, но нельзя. Саша мне не простит, а она мне очень дорога. То есть у меня времени до 23–00.

— Конечно, Светочка, могу и раньше. Но приду вовремя!

Она разворачивается и уходит. Вместе со своей охраной. Но вот как быть мне? Как спасать дорогих мне людей? И тут я вспоминаю про мыслесвязь. Вот что бы мне раньше сообразить? Срочно связываюсь с Димой:

«Дим, вы как там? Какие новости?»

«Ты кто, и что тебе нужно?»

Понятно. Дима под полным внушением. И у него один Бог. Точнее, Богиня.

«Я от Светланы. Она сейчас идёт к тебе. До её прихода ты должен сделать два улучшения. Устойчивость. Два раза. Запомнил? Не разочаруй её!»

«Да, конечно, я тебя понял, я не подведу!»

Примерно такой же диалог был со всеми. Кроме Саши.

«Устойчивость? У меня она третья, больше улучшить нельзя, она пропала в списке. Что с вами происходит? Ты пришёл в себя? Ты помнишь, кто я? Ты вспомнил меня? Мне очень страшно! Скажи, что ты вернулся, пожалуйста… Я не знаю, что мне делать. Вы все меня не узнаёте, всё смотрите в рот этой Светлане»

Ух, как же я всё-таки люблю свою тараторку. О чём ей тут же сообщаю:

«Милая, люблю тебя! Всё будет хорошо. Мы справимся. И извини, это внушение было»

«Ура! Это же замечательно! Я и не злюсь, правда. Ты же у меня самый лучший. А эта Света, она же не только тебя околдовала, а я и понять не могу, что со всеми происходит. А ещё я её хотела, представляешь? И даже сейчас вспоминаю её, и желание накатывает. Вы же с ней не спали? Вот скажи, только честно? Я пойму. Не прощу, но пойму»

«Ну конечно нет! Что ей какой-то залётный муравей? Использовала и выбросила. Ты видела, какие у неё красавчики в охране?»

В разговор вклинивается Дима:

«Сань, что это было? Судя по моим мыслям, улучшиться приказала не Светлана? Ты справился? Нашёл решение? И нас заставил?»

«Если вкратце, то да»

Тут же слышу Васю:

«Санёк, как так-то? Неужели она такой сильный телепат? Я же только и думал, чтобы ей было хорошо. Об улыбке мечтал. Это же некрасиво, как она могла?»

«А власть, Вась, никогда не бывает красивой. Это всегда говно. Не в одном, так в другом точно. Чистых там не бывает. Что с батарейками?»

«Две готовы, заканчиваю третью»

«Так. Забрасывай крафт. Найди сумку, в неё сложи наиболее ценные ресурсы. И редкие. И убери куда-нибудь в сторонку. Только чтобы мне легко объяснить мог, где это. Батарейки туда же»

«Понял. Сделаю»

В разговор вернулась Саша:

«Милый, девчата тоже в себя пришли. Представляешь, на них тоже её внушение работало!»

«Собирайтесь все у склада, где Вася. Я сейчас присоединюсь»

Прыгаю в банковское хранилище. Набиваю карманы пачками денег. Забираю почти всю ювелирку, сколько в карман влезло. Выбранный мною кулон пихаю отдельно. Будет время, ещё загляну, покопаюсь в этих консервах. Их ещё много осталось. А теперь к друзьям. Выясняю у Васи, где находится склад. Именно то место не знаю. Но знаю место рядом. Надеюсь, я правильно понял описание. Представляю конечную точку, через секунду я там. Оглядываюсь. Моего эффектного появления никто не заметил. Пешком, по инструкции выдвигаюсь к нужному складу. Друзей встречаю через пару минут. Решаем, как будем сваливать. Точнее, как они будут выбираться. Надолго в будущее заглядывать не умею, но Завод подсказал, как им лучше идти. Нарисовав им поминутный маршрут, разделяемся. У меня самого немного другие планы. Нужно забрать приготовленные Васей ресурсы. Узнав, где и в чём они собраны, захожу на склад. Нахожу ящик. А вот приподнять его не могу. Тяжеленный! Обняв его, как родного, представляю кухню нашего дома и прыгаю.

«Вчера пил с русскими, чуть не помер. Сегодня похмелялся с русскими. Лучше бы я умер вчера». Да. Этот анекдот как нельзя лучше передаёт мои ощущения. Лучше бы я вообще не рождался! Так хреново мне не было никогда.

«Завод, что происходит?»

«Ты чуть не убил себя. Линия вероятности, в которой ты с ящиком оказываешься дома, была настолько далеко и маловероятна, что тебе еле хватило всей накопленной энергии, плюс моей энергии, плюс энергии твоего тела. Все три возможных источника энергии опустошены. А у тебя физиологический откат после растраты всей энергии тела. Поешь и поспи»

Кое-как добрался до холодильника. Открыть его сил уже не хватило, меня свалил сон. А сон, как известно, лучшее лекарство.

День 47

Проснулся я рядом с Сашей. На кровати. Она лежала, уткнувшись в меня, и тихонько посапывала. Какая же она красивая! Как же я её люблю! Аккуратно, чтобы не разбудить, встаю. И, наконец, дохожу до холодильника. Жрать хочется неимоверно. Спасибо, Сашу кусать не стал, чтобы наесться. Не глядя, закидываю в себя продукты. Вкуса не ощущаю вообще. Только когда живот начал отвисать, останавливаюсь. Впредь мне будет опыт. Думать головой. Прыжки же не просто так, мне объясняли принцип работы. А теперь оказывается, что чем меньше вероятность события, которое я использую для прыжка, тем больше энергии тратится. Важное уточнение, на самом деле.

Ящик так и стоял посреди кухни. С любопытством заглядываю в него. Какие-то колбочки, баночки, коробочки. Всё аккуратно упаковано, всё подписано. Достаю одну из коробочек. Надпись гласит:

Медь 11 гр

Германий 2 гр

Золото 0,2 гр

Галлий 1 гр

Заглядываю внутрь. Там находится разломанная печатная плата с какими-то микросхемами и всякой обвязкой. Это же какую работу нужно провести, чтобы выяснить количество химических элементов в одной отдельно взятой печатной плате с микросхемами? Учитывая, что интернета нет, и быстро информацию не достать. Хотя, возможно, есть какое-то улучшение, позволяющее считывать типы и количество материалов? Вполне возможно. И, более того, без какого-нибудь такого улучшения данная работа становится невозможной. Но даже в этом случае работа титаническая. Ведь мало всё подписать, нужно потом знать, где что искать! Плюс необходимо всё это оценить. В рублях. И учесть. Уверен, всё это богатство было подготовлено для продажи в том самом магазине элементов, которым хвасталась Светлана. Опять Светлана. Снова о ней думаю. Прямо навязчивая идея. Нужно попросить любимую сделать себе феромоны. Хоть переключусь с одного сумасшествия на своё, родное. Ладно, отставить все сексуальные фантазии оптом! И в розницу. А вот в розницу — это интересно. Две жены — это же не опт? Сашу люблю, Свету хочу. Сашу тоже хочу, а Свету не люблю, только хочу. Опять двадцать пять! Отставить! Надо отвлечься. Тяжелым физическим трудом!

Хватаю ящик, пытаюсь сдвинуть в направлении кладовки. Ожидаемо ничего не получается. Он неподъёмный. Хватаю одну из сумок, которые побросали друзья, вернувшись домой. Забиваю её склянками и коробками и тащу в кладовку. Там разгружаю на полки. Возвращаюсь. Повторяю. Ещё раз. И ещё.

На третьей ходке ко мне присоединяется Дима. Ни слова не говоря, хватает вторую сумку, забивает и тащит. Явно у него те же проблемы, что у меня. Не мешаю ему приходить в себя. А он не мешает мне. В итоге минут через двадцать ящик опустошён. Кладовка забита. Переглядываемся. Я иду варить кофе, он строгает бутерброды. Так же молча садимся за стол, завтракаем. Каждый из нас понимает, что творится с другом, но помочь не можем. Даже себе.

В это время выходит Саша.

— Ой, мальчики! Доброе утро! То есть оно ни хрена не доброе, я эту сучку до сих пор хочу, представляете? А как вы с этим справляетесь, я даже не представляю! Это же жесть. Вот как так можно издеваться над людьми? Её же там каждый хочет. А, может, и любит! А, скорее всего, и любит, и хочет. И так каждый день! Так же свихнуться можно. Она же не может давать всем? Чтобы они не свихнулись? Или может? Так тогда она сама свихнётся. В общем, кошмар!

— И тебе привет, моя любимая тараторка! Держимся, нормально всё. Завтракать будешь?

— Спрашиваешь!

К слову, ела она много. И с удовольствием. И при этом не поправлялась. Была стройной, как тростиночка. Чудеса, да и только.

Пока мы кушали, к нам присоединились все остальные. Как по команде. Выползли сонные по очереди на кухню. Налили себе кофе, похватали бутерброды.

Кирилл с Кариной требовали подробностей нашей вылазки. Отвечали мы все вяло. Впечатления были свежи и неприятны, желание никуда не делось. По итогу им порекомендовали срочно улучшить устойчивость. Чтобы не наступать на наши грабли.

Вася показал домашние батарейки. Ничего и близко похожего на браслет. Просто провод. Толстенный. Я не удержался:

— И как, по-твоему, это должно работать? Просто с разных концов провода вырабатывается электричество?

— Ну, практически да. Вот, видишь этот лак для волос? С него брызгается поверхность, которая будет ловить солнечную энергию. А этот провод будет забирать её, хранить и выдавать по мере потребления. На самом деле, это не провод, хоть так и выглядит, а очень сложное пятимерное устройство. Как и лак. Ни разу не лак. Что, кто со мной красить крышу?

Вызвались все. В итоге с собой Вася взял Кирилла, остальные наблюдали процесс со двора. «Лак для волос» при нанесении оставлял чернильно-чёрный слой непонятной краски. Последним пшиком Вася приклеил свой не-провод к остальному не-лаку. Тут же Кирилл подал ему уже протянутые и подключённые им в доме провода. Которые Вася быстро прикрутил к своему не-проводу. С обеих сторон. Тут же раздался звук моторчика. Недоумённо покрутив головами, мы пришли к выводу, что у нас снова появилась вода! Явно заработал насос. Ура!

Ребята радостно прыгали, тискали спустившегося с крыши Василия, всех переполняли эмоции. Мне же больше всего понравилось то, что такую электростанцию у нас хрен сопрут. Разве что вызовут вертолёт и увезут пол крыши. Только вот вертолёты не летают.

— Вась! Ты гений. Но вот второй экземпляр надо спрятать. Надёжно. Когда доделаешь третий, его тоже. Кстати, над одеждой не думал? Совсем не помешала бы. Хотя бы бронетрусы. Чтобы плазму выдерживали. Низкотемпературную по названию, очень горячую в реальности. Карина! Очень советую прокачивать ещё и феромоны. Где их искать, не знаю, но смесь убийственная. Под этим сочетанием сейчас правят всем центром города. И чуть нами не начали. И вообще, друзья, какие планы?

Все молчат. Всё ещё подавлены. По-хорошему, устроить бы выходной. Кстати, я же так и не посмотрел логи! Да и что мне доступно, до сих пор не знаю! В итоге выдаю:

— Ребят, за вчерашний день все ушатались, давайте сегодня просто отдохнём? Что скажете? К тому же, нужно переработать всё мясо, что успело полностью разморозиться, на тушёнку и прочие консервы. А ещё у нас теперь есть это!

Вываливаю на стол одиннадцать пачек крупных и очень крупных купюр. Которые я так и таскал со вчерашнего дня по всем карманам. Пауза. Занавес.

Потом заговорили все. Ну почему книжки врут? Почему во всех книгах пишут, что самая большая ценность после конца света — патроны? В нашей реальности патроны оказались самым бесполезным хламом. А вот деньги остались важным элементом экономики. И богатство, свалившееся на нас, впечатлило всех.

Пока ребята распечатывали пачки и пересчитывали купюры (зачем? Их там ровно сто!), я отозвал Сашу. Попросил закрыть глаза. И застегнул цепочку с кулоном на её изящной шее. Потом чмокнул в ушко и попросил открыть глаза. Которые моментально стали квадратными, как только она увидела, что висит у неё на шее.

— Сашка! Милый! Ты в столицу, что ли, мотался? Кого ограбил? У нас в городе точно нет людей, которые могут себе это позволить. Ты хоть знаешь, сколько это стоит? Это же пара грузовиков денег. Бриллианты таких размеров все имеют собственные имена! Был бы интернет, я бы сказала, как его зовут.

— А откуда так хорошо в камнях разбираешься? Мне просто камушек показался красивым, я его и взял тебе в подарок. Вроде он тебе даже понравился.

— Я два года в ювелирном отработала. Потом поняла, что не моё это — зажравшийся скот при деньгах обхаживать. Адекватных покупателей единицы. И пошла в танцы. Денег меньше, зато душа счастлива. Но спасибо! Огромное! Я такого даже в руках не держала. Ты лучший!

— На здоровье, любимая.

Когда мы вернулись, ребята вовсю обсуждали планы отдыха. Шашлык на участке посчитали банальным. Я не вмешивался. В итоге сошлись на том, что всё-таки будет шашлык. Но на природе, у реки. До которой, кстати, топать почти три километра. И что купаться уже не сезон, их не смутило. Но сказано — сделано. Мясо замариновали, салаты порезали, заготовки подняты из погреба. Всё упаковано в сумки.

На самом деле, день прошёл точно так же, как любой другой выезд на природу с мясом, алкоголем и девушками. Веселились, дурачились, играли во всякие игры, ели, пили. Отдыхали после вчерашнего. Отходили.

Когда дело было уже ближе к вечеру, и мы начали собираться домой, первым идиллию нарушил Дима. Скорее всего, хотели все, но смог только он:

— Ребят, неужели мы всё это так и оставим? Тысячи и тысячи сексуально озабоченных рабов? Это же ненормально! А главное, они не понимают, что ими манипулируют! Что-то нужно с этим делать!

— Хорошая речь. Два вопроса: Как? И зачем? Если вспомнить меня, я был счастлив служить Светлане, — Вася был хмур, и очень серьёзен. — Может, для них так лучше? Хоть какая-то цель в этом дурном мире. И даже если отбросить «зачем», остаётся «как».

Все аж перестали паковать сумки в обратную дорогу. Первой не выдержала Саша.

— Вась, ты с ума сошёл? Это же люди! А представь, там живёт твоя бабушка? Которая роняет сопли при взгляде на какую-то малолетку! И это нормально? Это цель? А «как», мы порешаем! Вон, Саша же нас вытащил! Значит, можно и остальных вытащить. Да по той же схеме. Светлана приказала и бла-бла. Тех, кто приходит в себя, вводим в курс дела, и они тоже присоединяются к нашему сопротивлению и убеждают следующих улучшиться. И так, пока все не будут улучшены.

— Ага! — Вася был готов, похоже, к такому наезду. Он явно искал выход и сейчас просто озвучивал споры самого себя с собой. — И пятый улучшенный, поняв, что потерял любовь и цель всей своей жизни, бежит к Светлане и рассказывает ей ситуацию. Она собирает народ и запрещает это улучшение. Ослушавшимися она будет недовольна. А вызвать недовольство своей богини никто не рискнёт. В итоге будет всего десять прозревших человек, которые до конца жизни будут сидеть в какой-нибудь тюрьме. Тупик. Финита ля комедия. Она хоть о людях заботится. Не факт, что следующий правитель будет лучше. Все они с душком. Нормальные люди во власть не идут. За редким исключением, когда власть приходит за ними.

Тут внезапно мне в голову приходит мысль. Покатав её со всех сторон, которые увидел, озвучиваю:

— Помните Иваныча? У него есть целый штат аналитиков. Есть большая команда разведки. Мне кажется, есть смысл переложить эту проблему на него. Хотя его руководство то ещё говно, сам он, по-моему, вполне адекватный чел. Я бы попробовал. Хотя бы в качестве совета к нему обратиться.

Всем эта идея моментально понравилась. Решили, что завтра идём в часть.

По дороге домой встретили… котёнка! Обыкновенного, трёхцветного, на дрожащих лапках. Он ковылял из перелеска в нашу сторону и жалобно мявкал. Все тут же растаяли, начали наперебой тискать его. В итоге его забрала Кристина.

— Ребят, то, что мы его забираем, надеюсь, не обсуждается? Мне для тренировок телепатии нужно. У меня же управление животными уже вкачано. Научу его танцевать и мыть посуду!

Ну, ради мытья посуды, согласились все.

Дальнейший вечер прошёл весьма буднично. Распаковались, прибрались, по очереди сходили в душ, который заработал, включая горячую воду, и разошлись по кроватям.

День 48

Вчера после отбоя творилась просто вакханалия. Похоже, Света не выходила из мозгов ни у кого, феромоны не отпускали. О самой Свете уже почти забыли, но напряжение накапливалось. Ещё и звукоизоляция была так себе, между нашими комнатушками. Точнее, её не было вообще. Но это никого не смущало, все выплёскивали накопившееся желание. В итоге заснули все очень поздно. Собственно, и проснулись поэтому далеко не с рассветом.

Быстро позавтракав, решаем, кто идёт, и что брать. Приходим к выводу, что идём я и Дима и что идём полностью налегке. Никаких подарков. В итоге с нами навязывается Саша, чему я втайне был очень рад.

Налегке шагалось очень комфортно, скорость была приличная. Дорогу помнили хорошо, погода стояла великолепная. Всё было за нашу прогулку. Мы шли и наслаждались природой, компанией, атмосферой, разговорами ни о чём. Ну я, во всяком случае, точно наслаждался.

Ближе к обеду мы вышли к КПП. У ворот нас остановили.

— Вы на вселение?

— Нет, мы к Ивановичу. Он нас приглашал. По делу.

Сказал, и по спине потёк страх. А вдруг и здесь какой переворот? Но обошлось.

— Хорошо, как о вас доложить?

— Скажите, Александр пророк пришёл.

Дима чуть не подавился смехом, Саша тоже широко ухмылялась. Они-то знали, как меня выбешивают все эти разговоры о пророках и прочей дребедени. А тут так представился!

Солдатик убежал. Ребята немного надо мной поиздевались, называя то пророком, то аватаром, то реинкарнацией. Посмеялись все.

Через пять минут солдат вернулся и повёл нас в сторону штаба. Завёл в каморку на первом этаже и попросил подождать.

Комнатка три на три метра, пяток стульев и школьная парта. И вся обстановка. Или нас хотят запереть, или Иваныч шифруется. Хотя дверь оставалась открытой. Мы расселись на стульях. Через минуту зашёл Иваныч собственной персоной. На этот раз без охраны.

— Ну, здравствуйте! Не ожидал вас здесь увидеть так скоро. Что-то случилось? Или просто какой редкий реагент понадобился?

Совершенно не к месту подумал, что уже слишком давно не улучшался. Да что там, даже не смотрел, что могу улучшить! Это я напрасно. Но нужно ответить.

— Ничего у нас, — я голосом выделил «нас», — не случилось. Случилось в городе. И им нужна помощь. Или нам консультация, или идеи, как им помочь.

— О! У вас есть информация по городу? Три последние разведгруппы просто не вернулись. Мы боимся посылать туда ещё людей. Что там происходит?

— Да. Информация есть. Там случился телепат. Намного круче твоего. И, к тому же, в юбке. А ещё от неё так прёт феромонами, что сходишь с ума через пару секунд. Становишься озабоченной влюблённой и готовой на всё ради неё ручной собачкой. Ну, это если вкратце. Информации о прежней власти нет, но легко предположить, что они просто пополнили зверинец этой красавицы.

— Так. А с этого момента поподробнее. Хотя стоп. Если вы не против, я позову пару людей. Им было бы неплохо послушать всё из первых уст. И задать вам пару вопросов.

— Наоборот. Мы шли сюда именно пообщаться с твоими аналитиками и получить у них совет. Есть одно но. Во время разговора обязательно всплывёт моё умение общаться с нанитами. И потому это должны быть именно доверенные, преданные тебе люди. Которые не понесут наверх информацию о моей возможности.

— Договорились. Ждите тут.

И ушёл. Мы сидели, даже не общаясь. Вокруг сгустилось какое-то нервное напряжение. Иваныча не было долго, почти полчаса. Всё это время мы тупо играли в гляделки и молчали.

Наконец, он пришёл. В сопровождении ещё троих в гражданской одежде. Все трое в возрасте. Двое — ничем не примечательны. Усреднённые до безобразия. Я даже описать их не смогу, если спросят. Зато третий отыгрался за всех. Коротенький, чуть ли не карлик, толстенький, лысенький, подвижный, напружиненный. Вот именно такое странное описание просится на ум при взгляде на коротышку. Человек-колобок. Пока не посмотришь в его глаза. Наверно, не зря говорят, что глаза — зеркало души. Его глаза были колючими и бесстрастными одновременно. Как будто он ненавидел тебя, но ему было на тебя насрать.

Стульев было маловато на такую компанию. Иваныч, обнаружив это, не чинясь, сам сходил и принёс их. После того, как все расселись, Иваныч скомандовал:

— Рассказывайте.

Рассказывать поручили Санечке. Как самой эмоциональной. Выполнение этого условия попросил Колобок.

После того, как она закончила рассказ, посыпались вопросы. Ко всем нам. Ну, само собой, большая часть вопросов сыпалась именно на меня. Как я смог справиться с влюблённостью? Откуда узнал, что нужно улучшать? И подобные. Мы с Иванычем договорились, что на такие вопросы я буду отвечать любимой фразой нанитов «доступ ограничен». То есть я уверен, что эти умнейшие люди давно сделали правильные выводы и всё понимают. Тем более, что Иваныч что-то им всё-таки рассказал. И предупредил, что ответить я смогу не на всё.

Допрос, по-другому это издевательство над нами я назвать не могу, длился часа три. Субъективно. Возможно, больше или меньше. Они могли один вопрос задать двадцать раз! Или поменяв интонацию, или слегка перефразируя. Наконец, человек-колобок сказал своё слово:

— Достаточно! Выводы и рекомендации будут завтра, во второй половине дня. Я бы рекомендовал вам остаться с нами на базе. В случае, если понадобятся ваши показания для уточнения каких-либо вопросов.

И немедленно направился к двери. Не оборачиваясь, не спрашивая разрешения у шефа. За ним потянулись остальные аналитики.

Иваныч проводил эту делегацию грустным, усталым взглядом.

— Да, аналитики тяжёлые люди, особенно гениальные. Так что мы смиряемся с любыми выходками Вениамина Палыча. Он гений, не смотрите, что выглядит так несерьёзно.

— Ага, злой Колобок прямо! Куда уж серьёзнее, — Саша, как всегда, неподражаема. Оказывается, не только я увидел в нём колобка. Злого. И серьёзного.

Мы все вымотаны до предела. Кажется, положи нас сейчас на кровать, отрубимся сразу. Но вместо кроватей Иваныч предлагает нам пообедать. Вот, кстати! Жрать тоже хочется.

Вместо того, чтобы нас, как людей, отвести в столовую, он окликает проходящего мимо солдата и в приказном тоне велит организовать нам «достойный стол». Всего через десять минут бедная школьная парта ломится от еды. Причём очень высокого качества. Если это и не пир, то что-то рядом. Тратить время, перечисляя все блюда, не буду. Просто поверьте на слово, что это было круто. Поели, попили вина, нам слегка захорошело. И спать захотелось ещё сильнее. Видя это, Иваныч напряг другого солдатика «организовать ночлег».

Через десять минут мы выдвигаемся в сторону ночлега. В обед, ага! Тихий час называется. По дороге Иваныч пару раз нас, прямо говоря, прятал от идущих навстречу людей. То за угол дома завернём, то повернём, куда не надо, чтобы потом вернуться на старую дорогу. Не выдержав, спрашиваю у него причину такой паранойи.

— О вас имеется слишком много противоречивой информации. Причём в достаточно широком доступе. И начальство всё ещё не оставило мысль въехать на твоём горбу в рай. Ты им всё ещё нужен, что логично. Но доводы они не слышат. Слишком давно и прочно они оторваны от реальности и живых людей. Вокруг них только прихвостни и подпевалы.

— Так, а зачем вы тогда их держите то в начальстве? Не то время, когда никого нельзя было сместить, потому что вас самих сметут. Сейчас всё иначе!

— Это только так кажется. На самом деле, старые стереотипы мышления всё ещё работают. Люди боятся действовать. А мне это просто не нужно. Власть — не моё. Народ сыт, трудоустроен, уже появляются развлечения, им живётся очень даже неплохо. Вот что ещё нужно? Справедливость? А когда и где она была? Люди живут только для того, чтобы власть имущие жили лучше. И сами люди об этом не подозревают. И главное, их это не волнует. Дети обуты-одеты? Сыты? Что ещё надо? Да ничего! Ладно, дошли. Ваши комнаты на втором этаже, двести вторая и третья. Они напротив друг друга, по мне, вам так будет комфортнее. Заходите, отдыхайте. Жду к ужину.

Он ушёл. А мы поднялись на второй этаж и завалились спать. Просто спать.

Проснулись мы от тихого стука в дверь. На вопрос, кого там принесло, из-за двери раздалось:

— Иван Иванович ждёт вас на ужин. Через пятнадцать минут. Мне приказано вас сопроводить.

О как! У Иваныча, оказывается, есть имя. Иван Иванович. А что, звучит! Сообщив посыльному, что выходим, отправили его будить Диму. Через десять минут вышли. На улице были сумерки. Ещё не темно, но уже ни фига не видно. Нас привели, если верить надписи на входе, в офицерское кафе. Проводили в отдельный кабинет. Там сидели Иваныч и человек-колобок. В душе я взвыл. Неужели опять тонна одинаковых вопросов? Не хочу!

На удивление вопросов не было. Точнее, не было вопросов прямых. Во время нашего застольного трёпа этот уникальный человек подвёл нас к тому, что мы начали рассказывать о своём житие после большого звиздеца. Что самое удивительное, почти ничего не утаивали. В глазах Иваныча и колобка было столько неприкрытого любопытства, неравнодушия, часто восхищения, что хотелось говорить ещё и ещё. Рассказывать всё подряд, лишь бы слушали так внимательно.

«Тебе нужно прямо сейчас прекратить этот разговор. Линии вероятностей показывают, что при его продолжении будут негативные события»

Вот это внезапно. Хотя и ожидаемо. Мы рассказали и так больше, чем признались бы всей остальной нашей компании. Всё-таки Колобок профи. Не выпытывая, лишь направляя, добился того, что мы взахлёб делились всем, вплоть до сокровенного.

— Стоп! Друзья, у меня важная информация. Мы слишком разболтались. И подошли к той грани, когда нужно замолчать. Вы понимаете, о чём я?

Фраза была настолько неуместна и несвоевременна, что поняли все ребята. Колобок понял, что у меня есть какая-то способность прогнозировать. Это было настолько очевидно, что я внутренне застонал. Хотя, какого чёрта? Может, я тоже крутой аналитик? И проанализировал что-то там?

— Давайте лучше послушаем, к каким выводам пришёл наш уважаемый коллега? — как его зовут, убейте, не вспомню. Колобок, он и в Африке Колобок.

— Выводы у меня странные, неординарные и весьма парадоксальные. Мне хотелось бы продолжить их анализ в свете новых данных. Посему, если вы не будете возражать, я озвучу их, как и договаривались, завтра.

Как только дыхалки хватило выдать это одним блоком текста без пауз? Да ещё и таким высоким слогом! Но, мне кажется, настаивать бесполезно. Потому и пытаться не будем. Завтра так завтра. Сославшись на усталость, вытащил ребят из-за стола и поволок их к нам в номера.

— Да, ребят. Щенки мы беззубые против таких людей. Вы понимаете, что теперь они знают про нас практически всё? Если не вообще всё. Что мы сами, без принуждения, раскололись по всей ширине задницы? Вот зачем им нужна была эта информация? Хорошо, Завод меня тормознул. А я вас. Там назревала полная жопа, раз уж Завод вмешался. Давайте друг другу пообещаем, что впредь будем хотя бы стараться не трепать языком обо всём подряд? Хотя бы с такими умными дядечками. Я, например, обещаю!

— Ну, Сашенька, ну, ты просто не понимаешь! Редко, когда тебя так искренне и внимательно выслушивают! Когда не перебивают, пытаясь рассказать тупую шутку «по теме» или высказать мысль, без которой я не прожила бы! По их мнению. И которая мне в пупок не упёрлась. Слушать никто не умеет! А этот Колобок умеет! Да как! Это было настоящее наслаждение! Вот прямо такими должны быть попы на исповеди, или как там оно называется? Он гений в этом, это его призвание. Тут хочешь не хочешь, а заговоришь. Обо всём подряд, лишь бы он так внимательно тебя слушал, поддакивал в нужных местах, задавал правильные вопросы в тему! Ты же сам на это повёлся, не только я с Димой!

— А я и не спорю. Я так и сказал. Что мы лопухи и лохи. А он профи. Просто впредь стараемся. И друг друга ловим на таких моментах, и тормозим. Не думаю, что у нас есть шансы против таких профи, но не попытаться мы не можем. Договорились?

В итоге сошлись на том, что будем стараться. Хотя мне слабо верилось, что поможет. Но всё же хоть что-то.

Поднялись на второй этаж и завалились спать. Уснули не сразу, но уснули.

День 49

Утром нас не будили. Выспался я просто великолепно! Был бодр и полон сил. Вставая, наклонился к спящей рядом красавице, легонько чмокнул её в висок. Тут же её рука схватила меня за чуб и уронила обратно в кровать. Встали мы в итоге только спустя час.

Дима, когда мы зашли к нему в номер, уже не спал. Ходил из угла в угол. И был явно зол.

— Ребят, вы понимаете, что нас вчера поимели?

— Дим, ну вот не начинай! Нам же вчера Саня весь мозг уже выгрыз. Все всё поняли, все прониклись, сделали выводы и обещали вести себя хорошо!

— Да, простите. Просто, когда вспоминаю, аж тошно делается. Вот и накрутил себя. Извините.

Я спустился, попросил принести нам в номер чаю. И что-нибудь лёгкое на завтрак. Обещали организовать.

Через пять минут принесли чай, кофе и круассаны. Причём не в пакетиках, а свежие! Только из печки. Кайф неземной. Но насладиться ими нам не дали. Стук в дверь, потом голос:

— Доброе утро, мне поручено сопроводить вас в кафе. Жду вас.

Схватив по круассану, выходим. Следом за солдатиком доходим до знакомого кафе. Даже кабинка была та же. Присаживаемся. В сборе все. И Иваныч, и Колобок, и два незаметных мужичка. Начал, как ни странно, Колобок.

— Доброго утра, господа и дама! Прежде, чем мы продолжим, у меня к вам один единственный вопрос. Зачем это вам? Зачем вы влезаете в разборки высшей власти и втягиваете других? По нашим расчётам, вами движет чистый альтруизм, но так не бывает.

— Да просто вы не были там, не попадали под этот контроль! — Сашино возмущение не имело границ. — А мы были. Меня Сашка не узнавал, понимаете? Он даже слюни не подтирал, которые у него лились изо рта при виде Светы! Он же мыслить разучился! Я, мне даже в голову не приходила такая идея, но я её хотела! И сейчас хочу! Вспоминаю и хочу! А они там все так живут. Они же люди… А сейчас они не люди, а озабоченные овощи!

— То есть действительно альтруизм. С лёгкой примесью мстительности. Понятно. Теперь про варианты действий. К сожалению, ничего революционного мы не придумали. Первый вариант самый очевидный: выкрасть главу, потом от её имени приказать всем улучшиться. Не поможет, поскольку феромоны продолжат работать, как в вашем случае. И слепое поклонение просто сменится на вожделение. Плюс начнутся беспорядки и драки за желанную самку, чуть ли не гражданская война. Но все против всех. Второй вариант — убедить её, что это плохо и ай-ай-ай. Тоже нежизнеспособен. Также у нас нечем её заинтересовать, как и нечем запугать, так что третий вариант с покупкой её лояльности тоже идёт мимо. Четвёртый вариант — сделать её жизнь невыносимой. Тут, если кто и сможет это сделать, то только Александр. Я не знаю всех его возможностей, но, судя по той информации, которая у меня есть, он может многое. Причём недоступное остальным.

«Расскажи ему. Прямо сейчас. Абсолютно лично»

Завод был краток, но категоричен.

— Мне нужно рассказать тебе об этом. Прямо сейчас. Но лично. Тут есть ещё одна подобная комнатка?

Все начали переглядываться, спустя секунду Колобок встал и позвал меня с собой. Зашли в соседнюю кабинку. Точно такую же, как та, которую мы покинули.

— Рассказывай. Точнее, давай я начну, в качестве разминки, а ты продолжишь и поправишь. Итак. У тебя есть способности, которых больше ни у кого нет. А поверь, у нас собрана информация о десятках тысяч людей и их вариантах развития. Откуда такая возможность проистекает, мне неизвестно. Но у меня огромное подозрение, что ты наладил прямое взаимодействие с нанитами. Поскольку ты программист в прошлом, скорее всего, ты каким-то образом взломал их программный код, нашёл уязвимость и используешь это.

— Всё мимо. Ну, почти всё. Давайте всё-таки я. Начну с того, что наниты — создания из другой Вселенной, в котором более шести измерений. Семь как минимум. Нашу реальность они не любят, называют её ущербной. Но им приходится работать на кого-то. Причин назвать не имеют права. Вообще, многое сказать не могут, поскольку связаны каким-то соглашением. И у меня есть возможность с ними общаться. Мысленно. Соответственно, из-за этой моей особенности у меня и умения отличаются от остальных. Вот, в двух словах.

Секунду помолчав, Колобок спросил:

— В тебе всё ещё три измерения? Потому как если у тебя их пять или более, то всё складывается.

— Шесть. И что складывается?

— Всё складывается. Тебе придётся поднимать мерность до их уровня, тебе наниты об этом не говорили? Они ждут, что ты станешь сильнее их, взломаешь им базы данных, ну или что там у них. После чего получишь всю информацию о том, как действовать, чтобы спасти Землю от нанитов, а нанитов — от их контракта. Вот никогда бы не подумал, что ты реальный мессия. Горд, что знаком с тобой. Если тебе понадобятся услуги одного из лучших в мире аналитиков, всегда обращайся! С удовольствием прогну всех этих инопланетян!

В полном обалдении смотрю на этого кругленького «лучшего в мире».

— Вот откуда такие выводы?

— Ты же общаешься с нанитами, спроси, прав ли я? А я прав всегда.

«Завод?»…

«Он действительно лучший. Он гений. Доступ ограничен»

То есть Завод почти прямым текстом подтвердил странные выводы странного гения. Да ну в жопу! Нашли спасителя! Сначала навязали лидерство в моей компании. Оказалось, справляюсь. А теперь мне ни много ни мало нужно спасти всё человечество? А ещё и нанитов в нагрузку. Ладно. Надо, значит надо. Если не мы, то кто? Цитата, конечно, и не помню, чья, но очень уж в тему. Я догадывался, что что-то такое меня ждёт. Но вот получить прямую уверенность было немного некомфортно.

— Завод с тобой согласен. Он почти прямо подтвердил все твои домыслы.

— Завод? Ты так называешь нанитов?

— Это они мне так представились.

— Как же всё это интересно. А как поднять мерность тела? Ведь ты за счёт этого с ними общаешься и выдаёшь все эти фокусы? Хотя никак. Я уже понял. Но вот так и не понял, что отличает тебя от всех нас? Почему это дано именно тебе?

— Потому что мой Завод изменял ДНК моих предков больше восьми с половиной тысяч лет. Начиная с пятого пришествия. С течением времени изменения накапливались и позволили мне перенести изменение мерности. Как-то так.

— То есть, поскольку я тоже принимаю участие в центральных событиях восьмого пришествия, у моих детей тоже начнёт меняться ДНК? Хотя, надеюсь, ты справишься, и твой Завод выйдет в отпуск. Бессрочный.

— Ну, может, тебе твой Завод и оставят.

— Есть моменты, когда быть самым умным тяжело. Ты теории многих измерений вообще изучал когда? Почти всегда любые проявления семимерного существа в нашу реальность — это проявления ОДНОГО существа. Во многих лицах, часто независимо действующих. Но это одно существо. Так что, общаясь со своим Заводом, ты общаешься с одним организмом или устройством, которое спроецировало себя сюда, в нашу реальность. И спасать ты будешь одно существо. Когда станешь семимерным, ты тоже так сможешь.

Да черти всех загрызи! Вот это новость. Ничего не меняющая, но так морально изменяющая всё! Ладно, это тоже переварим. Позже. Возможно.

— Да, загрузил ты мне мозг своей аналитикой. О половине не знал, о второй не задумывался. Реальные советы есть?

— Один. Не делай себе седьмое измерение. Пока не улучшишь всё сопутствующее. Уверен, наниты знают, что тебе подсунуть для улучшений. Чтобы ты справился с поставленной целью. Но седьмое — последним!

— Ясно. А по Светлане идей не появилось?

— Появилась одна мыслишка. Если ты так дорог Заводу, попроси помощи у него. В такой мелочи тебе, скорее всего, не откажут. Можешь спросить прямо сейчас, я подожду.

Я завис. А ведь точно! Завод говорил, что им запрещено помогать. А вот вредить они могут. И они могут отключать улучшения на какой-то срок. Ну-ка!

«Завод, у меня к тебе разговор»

«Я знаю. Это неприемлемо! Это противоречит базовым принципам невмешательства. Я и так иду на разные ухищрения и уловки, помогая тебе. Даже когда делаю вред. Хожу по самому краю договора»

«А издеваться над людьми — это нормально? И ты даже не предусмотрел способа противодействия феромонам! Это нормально? Любой, кто его себе улучшил, сможет занять трон. Это нелогично!»

«В твоих словах есть резон. Но главная цель — развитие личности. И этот дисбаланс реализован по той же причине. Остальное вторично»

— А существует возможность заставить человека покончить с собой? Наверняка у неё перекос больше ста баллов. И у неё встанет выбор: воскреснуть или уйти куда-то там на небеса. Чтобы она выбрала уход? Реально? Гипноз там какой?

— Понимаешь, Александр. На её место тут же придут другие. Думаешь, ты единственный, кто понял фишку? Понял, что нужно прокачать, чтобы добиться такого эффекта? Кстати! Минуту…

Молчал он не минуту, а минут двадцать.

— А что? Это может сработать. Правда, в итоге мы получим непредсказуемое общество. Полного результата не могу увидеть даже я. Но люди смогут быть людьми. Хотя через одного. Нет, моих мощностей не хватает с наскока спрогнозировать результат. Пойдём ко всем, обсудим. Наше трио — сильнейшая аналитическая группа современной истории, мы дополняем друг друга. Заодно, наконец, поедим. Я голоден, а ты?

Мы возвращаемся в кабинку к остальным. На нас уставились десять вопрошающих глаз. Всем было интересно, о чём мы говорили и о чём договорились. Стол был накрыт, правда, порядком поеден. Но еды хватало, и мы вдвоём тут же наполнили свои тарелки. Не выдержав вопрошающих взглядов, говорю, причём с набитым ртом:

— Ему пришла в голову мысль, но сам он её обсчитать не смог. Нужна помощь. Ща расскажем, ток чуть перекусим.

Время к обеду, а я ещё и не завтракал. Единственный круассан не в счёт.

— Так, коллеги. Вводная: существует общество, где лидер управляет за счёт внушения и феромонов. Нужно обсчитать общество, в котором у всех защита от внушения, и у большей половины есть улучшение феромонов.

Тут я залип. Это же гениально! Все всех хотят, никто никому ничего внушить не может. Это обязано сработать! Максимум, что там может случиться — это все перетрахаются, как кролики. Но управлять таким обществом на основании одних феромонов не выйдет! Аплодирую!

— Но если взять вектор по Меньшинову…

— А релятивистские эффекты в психологии говорят…

— А развитие по Усману…

Совсем потеряв нить разговора аналитиков, мы с унылым видом сидели, не пытаясь въехать в этот сюр. Какие «релятивистские эффекты в психологии», к такой-то матери? Это же физический термин. Про скорость света что-то там. Наконец, Иваныч предложил оставить аналитиков и сбежать от них в соседнюю кабинку. Что и было сделано сразу и с радостью. Нам тут же накрыли поляну, и мы продолжили трапезу. Но к ней понимающий Иванович присовокупил графинчик мальчикам и сухого — девочкам. Точнее, единственной девочке. Единственной и неповторимой.

— Как тебе мой аналитик? Это я его нашёл и убедил перебраться в нашу глушь. Он даже меня смог удивить. Тебя смог?

— Он даже Завод смог удивить. Хотя меня тоже.

— Мальчики, а может, и вы меня удивите? Двадцать минут не говорить о делах? Слабо? А то сижу я тут, вся из себя прекрасная такая, а на меня ноль внимания. А мне обидно, между прочим. Я, хоть и не такая умная, но тоже человек же!

На секунду мне стало стыдно, но, посмотрев в её смеющиеся глаза, захохотал.

— Уела! Всё! До окончания анализа ситуации аналитиками и их отчёта ни слова о делах. Да, Иваныч? Побалуем девушку?

Иваныч с радостью согласился. Дальше мы проводили наш досуг, говоря, о чём угодно, кроме нанитов и лидерши городка. Договорились до того, что стали обсуждать идеальную длину ногтей у девушек. Мы с Иванычем сошлись на том, что они должны выступать за пальчик на два миллиметра максимум, иначе блевать тянет от этого уродства. Саша с нами не согласилась, обозвала нас идиотами и пояснила, что мы ничего не понимаем. Подраться нам помешал Колобок. Заглянул в дверь и поинтересовался, возможно ли ему к нам присоединиться. После одобрения плюхнулся и выдал:

— На самом деле, длинные ногти не нравятся ни одному мужчине. Хотя многие терпят и даже хвалят. Но между женщин это статусная вещь. У меня длиннее, значит, я круче. Отсюда всё и происходит.

— Да что бы вы понимали в женских ногтях, мужланы!

Но это была явная капитуляция. После чудес логики, выдаваемых Колобком, спорить с ним было явно бесполезно.

— Задача перед нами встала, мягко скажем, непростая. Обсчитать все варианты мы, само собой, не смогли. Слишком мало исходных данных. Такого общества не было даже в фантастических книгах, прочитанных нами за всё время нашей жизни. То есть о таком варианте общества никто и никогда не задумывался. Однако мы считаем, точнее, я считаю, что такое общество имеет право на жизнь. Единственное, из чистого человеколюбия на всех въездах на территорию этого общества должны быть плакаты «Зайдя на территорию без таких-то улучшений, вы попадёте в сексуальное рабство». Но это уже утопия.

У Иваныча аж челюсть отвалилась.

— Вы серьёзно обсуждаете общество, в котором все живут на феромонах? Да у них у всех концы за неделю постираются! До батареи одни уши доедут. Вы серьёзно?

— По нашим подсчётам, при огромном количестве феромонов их атаки перестанут так сильно действовать на окружающих. При смешении они начнут размазываться, размываться и действовать на порядок слабее. Конечно, полностью их действие нивелировать не получится, да оно и не нужно. Посторонним, всем первое время будет тяжело в таком обществе, но время приспособляемости прогнозируем около трёх суток. Что вполне приемлемо. Заодно вытащим оттуда наших ребят. Единственная проблема — такое улучшение моментально примет вирусную форму и начнёт распространяться на окружающие поселения как защита от сексуальной агрессии соседей. Но, по нашим подсчётам, общество всё равно придёт к такой схеме. Без толчка извне, который мы задумали, примерно через четырнадцать месяцев. С толчком — через семь.

Сидим, перевариваем открывшуюся картину. Она ужасает и восхищает одновременно. Но Колобок, оказывается, не закончил. Выпив компот из стакана Иваныча, он продолжил.

— И есть идея, как всё провернуть безболезненно для города и помочь нам. Иваныч, что ребята знают о нашей власти?

— Практически ничего. Но мне уже интересно. Обсуждай при них. Я одобряю.

— В двух словах. Мы можем официально пригласить править эту Светлану к нам. Перед этим в приказном порядке сами становимся таким же обществом. Улучшаем всем нужные вещи. Повторюсь, от него не уйти. Мы просто немного ускорим процесс. А наше начальство окажется под воздействием. И жёстко себя дискредитирует. Как и их ближайшее окружение. Ну, а дальше легко. Это детали, никому неинтересные. Главное, это шикарный повод выманить Светлану из города для ввода изменений в самом городке. Что скажете? Я знаю, что я прав, но это нужно осознать и вам и начать действовать. Добровольно и с энтузиазмом.

Мы обсуждали детали до поздней ночи. По мысли сообщили нашим ребятам, что нужно прокачивать, и отправились в общагу улучшать то же самое. Новая поговорка нового времени: «улучшение — лучший сон, а сон — лучшее лекарство». Только что придумал, сам понимаю, что не звучит, но актуально. Легли на кровать и оба запустили феромоны.

День 50

Невозможно описать обычными человеческими словами, что творилось после пробуждения. Мы с Сашей проснулись сразу одновременно. В одной кровати. И со способностью «Феромоны». Это был взрыв! Вулкан! Конец света. Никакие эпитеты не расскажут того, что мы испытали в момент пробуждения. Хотелось одновременно рвать и быть максимально нежным. Хотелось доминировать и подчиняться. И много других несовместимых чувств владели нами. И это — с обеих сторон. Оказывается, умение феромонов действует постоянно, его не нужно активировать, как тот же телепорт. Оно просто есть. И с этим придётся научиться жить. Еле живые, мы отпустили друг друга ближе к обеду.

На трясущихся ногах мы выползли из номера. Я со страхом ожидал встречи с Димой. Как мой организм отреагирует на его феромоны, как его — на мои, а главное, как он будет воспринимать мою Сашу? Мучая себя тупыми подозрениями, я постучал к нему в номер. Мне никто не открыл. Хотя логично. Времени-то сколько!

Привели себя в порядок и пошли в столовую. Взгляды окружающих сводили с ума. Я ревновал Сашу к каждому! А она меня — к каждой. Нас хотели все! А мы хотели друг друга. Опять. Но я точно знал, что ещё одного марафона не выдержу. Дойдя до кафе, идём в привычную кабинку. Хорошо, что я шёл первым. Я открыл дверь и увидел Диму. И с ним ещё, наверно, с десяток девчат. И они были очень заняты. Я тут же захлопнул дверь и повёл Сашу к соседней кабинке.

«Саня! Ты же понимаешь, что ты ничего не видел?»

«Не беспокойся, не порицаю. Сам только из этого сумасшествия выбрался. Причём не до конца. И я — могила»

Во время обеда официантки настолько откровенно строили глазки и мне, и Саше, что приходилось периодически просто выгонять их из кабинки. Скомкано и наскоро покидали в себя еду.

«Дим, предлагаю сбежать отсюда!»

«Одобряю! Иначе я не выживу»

Под такими же озабоченными взглядами продвигаемся к КПП. Выходим. На удивление, ни мы на Диму, ни он на нас так жёстко не реагируем. То есть аналитик-Колобок оказался прав, и в сумме получается намного слабее, чем по отдельности.

— Мальчики, а кто-то догадался проверить наших, что они улучшились? Вы представляете, что с ними будет, когда мы туда придём, а они забили? Или не успели?

А вот это очень дельный вопрос. Вчера мы им продиктовали полные ветки, как добраться до феромонов. Все улучшения, кроме самих феромонов, занимают минут пять. А сами они занимают восемь часов. Срочно надо уточнить.

«Вась, как у вас дела с феромонами? Дело в том, что мы придём к ужину. И, если вы не улучшились, будет тяжело. Вспомни Светлану»

«Тяжелее уже не будет. Мы тут все с ума с утра посходили. Чуть до полного бардака не скатились, это был взрыв. Но справились, сейчас уже в порядке. Правда, Наташе было очень тяжело. Димы-то нет. Он сам как, выжил?»

«Он сильный»

— Ребят, там всё в порядке. Все улучшились.

Саша с Димой ответили, что уже знают. Не только у меня есть связь по мысли. Кстати! А почему мы не объединились по мысли с Иванычем и аналитиками? Даже супермозг может о чём-то не подумать.

«О чём я забыл подумать? Зачем связался?»

В шоке прекращаю разговор, лезу в интерфейс. У меня есть вторая группа общения. Причём моего согласия на вступление не спрашивали! Ну как так-то? Реально супермозг, сука! Чувствую себя каким-то ущербным.

«О том, что мы пережили утром после улучшения. Готовьтесь к огромному бардаку и вакханалии», — вроде как выкрутился я.

«Это мы учли. Сначала улучшаются укомплектованные пары»

Не, ну реально не тот мозг выбрали спасать мир. Да вот хрен вам! Я всё равно круче! Я альфа, равнение на середину! Так, успокаиваюсь. И боремся дальше. Непонятно пока, с кем, но боремся! Не зря ты меня, мама, непутёвого сына родила и бла-бла. Никогда не любил шансон, но последняя мысль, как из песни. Нелюбимого шансона. Ладно, проехали. Мне нужно морально готовиться к завтрашнему походу. В стан врага. Да, Света, эта желанная девушка, стала моим персональным врагом. Если быть честным с самим собой… То не потому, что угнетает, унижает и эксплуатирует народ. Народ мне параллелен. Вся власть всегда так поступает. А за то, что я её хотел помимо своей воли. За то, что я забыл по-настоящему любимого мной человека. За то, что её левая пятка захотела меня. Не я её добился, а она пожелала. Мимолётно. За то, что был ручной собачонкой. С собачьей преданностью и желанием услужить. Фу, гадость. Ненавижу.

За этими и подобными мыслями я и не заметил, что мы почти пришли. Лес кончился, потянулись дома частного сектора. Жители выходили, провожали нас долгими взглядами, особо смелые пытались заговорить, пару раз пришлось пригрозить молодым парням, истекающим слюной при виде Саши. Всё-таки сложно. Лишнее улучшение. Эта Светлана заложила огромную бомбу под сложившееся общество, и сейчас она медленно срабатывала. Хотя, если бы не она, то была бы другая. Или другой. Это было неизбежно.

Домой добрались в паршивом настроении, морально вымотанные. При этом нас сопровождали человек двадцать. Пытались заговорить, привлечь наше внимание. Что самое удивительное, парней и девчат было примерно поровну. Перед входом в дом мы посоветовали им самим улучшить феромоны. Двое парней тут же развернулись и пошли прочь. Явно последовать совету. Умные ребята, все сливки снимут.

Нас встретили осунувшиеся лица друзей, с синяками под глазами. Первый день «нового общества» им дался явно тяжело. А ещё нас встретил накрытый стол. И опять Колобок оказался прав. Только оказавшись в кругу таких же улучшенных, я понял, что всю дорогу мечтал остаться с Сашей наедине. А в большой компании улучшенных полегчало. Симпатия и желание смазались, стали не такими агрессивными. Но Дима с Наташей сразу сбежали в комнату. Переживать своё сумасшествие.

За ужином ребята делились впечатлениями от нового улучшения, от эффектов, которые оно вызывало. Причём лично мне с каждой минутой, проведённой в компании, становилось немного легче. Навязчивые мысли не исчезли, но поблёкли и слегка растворились в общем фоне.

Все были вымотаны, потому решили после ужина отправиться по койкам. Уснуть сразу не удалось. Никому. Но никто не жаловался.

День 51

Сегодня важный день. Мы идём свергать и обводить вокруг пальца Светлану. Плюс способствовать её переезду в военную часть. Цели этого переезда я так и не понял. Но они меня и не волновали особо. Свергнуть местечковое правительство? Да хоть обсвергайтесь. Варитесь в своём маленьком болотце сами. У нас конкретная цель, наша личная — освободить от неё, от Светланы, город. Если с этого возможно выкружить пользу для симпатизирующих и симпатичных нам людей, это замечательно. Кстати!

«Завод, привет. Помнится, ты временно отключал улучшение. Сможешь отключить мне феромоны?»

«Да, это возможно. Но максимум на два часа, после чего начнутся необратимые изменения с нехорошими последствиями для твоего организма. Что нежелательно»

Хм… Два часа, чтобы добраться до Светланы и уговорить её возглавить военную часть. В принципе, реально. Но на грани. Нужно пересмотреть весь план.

«А отключить у друзей?»

«Это невозможно. Мои проекции в ваш мир независимы друг от друга. И на местном четырёхмерном уровне принимают решения самостоятельно»

Облом. Но план уже созрел у меня в голове. Осталось получить одобрение у гения. Нахожу его по мыслесвязи. Оказывается, Колобка зовут Вениамин.

«Привет! У меня созрел новый план. Дело в том, что я могу на почти два часа отключить феромоны»

Ответ Колобка прилетел мгновенно:

«О! Это в корне меняет дело. Насколько я тебя узнал, ты пойдёшь один. Одобряю. Как и весь план. Ребят держи на границе, но подальше от людей. Как только направишь Светлану к нам, возвращайтесь к изначальному плану»

«Ну, я так и хотел»

«Знаю. Сказал же, одобряю. Всё, не отвлекай, у меня сложная задача, занят»

Знает он! Всезнайка хренов! Хотя я думаю, он действительно мгновенно всё просчитал. Все мои действия. Не удивлюсь. Что же, пора выступать и приступать. Уже все позавтракали, ребята на низком старте, готовы.

— Друзья, маленькое изменение в планах. Уже согласовано. К Светлане я иду один. Завод отключит мне улучшение «Феромоны». И мы не спалимся, всё будет намного достовернее. В остальном ваша задача та же — после ухода Светланы вынудить народ сделать все улучшения. Готовы?

Все согласно загудели. Выдвинулись.

Старались идти по самым незаселённым улицам. Всё равно к нашему приходу к точке расставания нас сопровождали человек десять. Все жадно пытались заговорить с нами. Мы решили, что для отдельных людей можно сделать крохотное исключение и отправить улучшать нужные пункты раньше плана. Объяснив им, чего мы от них хотим, с удовольствием увидели, как семеро улеглись на улучшение прямо на месте, остальные побежали куда-то, скорее всего, по домам. Улучшаться. Работает. Чёрт, аж мороз по коже. Ты чего-то пожелал, и люди готовы в лепёшку разбиться, чтобы выполнить твоё желание.

Когда так манипулировали тобой, было как-то проще. Никакой ответственности. А тут…

«Завод, пора»

Я даже сам почувствовал, как изменилось отношение моих друзей ко мне. Из в доску своего я стал одним из той толпы, что пыталась добиться нашего внимания.

Ни слова не говоря, пошёл вперёд. К хорошо знакомой высотке. У входа в неё мне преградили дорогу. Двое мужиков. Обоим около тридцати, мощные, быстрые. В остальном сходство заканчивалось. Один блондин, одет строго, с иголочки, стиль гламурного дровосека, метросексуал. Второй в противоположность ему лохматый, слегка не бритый брюнет. В несвежей одежде.

— Куда прёшь? Что нужно?

— Я к Светлане. Она меня ждёт

— И кто ты ей? Сообщник? Жертва? Знаешь, сколько вас таких тут ходит?

А вот это приплыли. Я хоть и не аналитик, но даже моих способностей достаточно, чтобы понять. Слово «сообщник» подразумевает, что Светлана уже не лидер. Что она как минимум под подозрением, но, скорее всего, является обвиняемой. Кто-то выполнил нашу работу раньше нас. Очень на то похоже.

— Нет. Не сообщник. И жертвой был, но недолго. Я лидер независимого формирования. Мне нужно руководство. Я не знаю, что у вас произошло. Но я общался с Антоном Алексеевичем, потом со Светланой. У нас взаимовыгодное сотрудничество. Возможно, оно продолжится с новым руководством.

— Пошёл на хрен, недолгая жертва! Аборта, блин. Велено не пускать никого. Сбрызнул по резкому!

А вот это было неприятно. И обидно. Остановив время, из чистого хулиганства, в отместку, связываю им шнурки. И запускаю время.

— Ох, какие мы грозные! Вы, щенки, ещё ползать учились, когда я народами командовал! — откуда вылез этот бред, не знаю, но захотелось чего-то пафосного. Вроде удалось. У парней моментом перемкнуло в мозгах, и они бросились на меня. Ну как, бросились… Попытались. Шнурки помешали. Полетели вниз головой на землю. Не растерялся только лохматый. Успел сгруппироваться и упасть на бок. Блондин же расквасил себе нос. Вот нахулиганил по мелочи, а на душе полегчало. Телепортировался за дверь. И вообще, какого чёрта? У меня столько способностей, за которые остальные отдадут полцарства и даже больше! А я всё по старинке, как обычный человечек. Подхожу к знакомой двери с надписью «Штаб». Открываю, захожу. Всё тот же стол, те же диваны и стулья. Вокруг стола сидят человек пятнадцать. А во главе стола сидит Антон Алексеевич. И он явно с феромонами.

Занавес.

Увидев меня, он прерывается на полуслове и говорит всем:

— Так, основное обсудили, обдумаете и доложите. Оставьте нас.

Народ моментально рассосался, оставив нас вдвоём.

— Ну, здравствуй, Александр! Вижу, ты удивлён? Хотел увидеть ту самочку, что прогнула мой город? А вот нет её. Как пришла, так и ушла. В моей комнате пристёгнута. Наручниками к кровати. С ней и правда неплохо, не буду тебя обманывать. Но с тобой не поделюсь.

— Вообще-то, я пришёл избавить от неё город. Но вижу, это не совсем актуально? Теперь город надо спасать от тебя?

«Ребят, приступайте, Света безопасна»

«Давно»

— Да что бы ты понимал! Это же шикарный ресурс! При воздействии феромонами рабочий класс начинает тебя превозносить. Сделает всё, чтобы я был доволен. Да блин! В отличие от Светки я не обрабатываю народ психологически. У них полная свобода воли! Ну, почти.

Феромоны, идущие от него, на меня всё-таки действуют. Мне хочется ему верить, хочется, чтобы ему было хорошо. Это правильно, когда ему хорошо. Встряхиваю головой. Ты не один можешь играть в эти игры!

«Завод, запускай обратно»

«Выполнено»

Судя по тому, как у него затрепетали ноздри и заблестели глаза, накрыло его не слабо. И он сразу разобрался в своих ощущениях.

— Ты! Ты не мог… Ты не можешь! Как так? Почему, зачем? Как догадался? Только никому не сообщай. Пожалуйста.

— Сейчас улучшаются все окраины твоей территории. Скоро феромоны будут почти у всех. После недели беспредела у тебя будет совершенно новое государство. Тебе придётся жить с этим. И править честно. Не унижая людей. И мне нужна Светлана. Не для секса. Я хочу поставить её во главе другого общества. Которому это пойдёт во благо. И она достаточно скоро вернётся. Если захочет.

— Ну вот зачем? Кто тебя просил? Это же безотказный рычаг!

Минутка пафоса:

— Меня просила моя совесть. И совесть ребят из моей команды. Я побыл рабом. И мне не понравилось! Нам всем не понравилось.

— Так. Хорошо. Спокойно. Примем это как свершившийся факт. Твои мотивы мне непонятны. Но воспринять их я могу. Чего ты хочешь от Светланы?

Вот это переход! От почти скулежа к деловому диалогу меньше, чем за секунду. Силён.

— Я же сказал. У меня к ней предложение. Править в другом обществе. В одной военной части.

— А твой интерес? Тебе-то это зачем?

— А уже нет интереса. Это была часть плана по её свержению. Но ты на психику не давишь, значит, адекватен. Значит, тебя можно оставить главой городка. И ты справишься.

— А не охренел ли ты, милый Александр? Ты что, во мне равного, что ли, увидел? Ты кто такой, чтобы решать, кому и где править? Совсем берега попутал? Одна моя команда, и никакая телепортация тебя не спасёт. Ты будешь умирать тысячи раз в день!

Не желая ссориться с этим неплохим, по большому счёту, первым парнем на деревне, торможу время. Подхожу к столу, беру лист бумаги, пишу на нём. Точнее, пытаюсь написать. Ручка не пишет. Вторая тоже. Ах да. Скорость же. Шарик с чернилами просто не может провернуться на таких скоростях. Беру карандаш. Вот, другое дело! Пишу:

«Мы неравны, не льсти себе. Ты до меня никогда не дорастёшь. Александр»

Вставляю между его рук эту бумажку, возвращаюсь на старое место, отпускаю время.

Через секунду до него доходит, что в его руках что-то появилось. Ещё секунда ушла на прочтение. Ещё столько же — на осмысление.

— Не знаю, как ты это сделал, но это тебе тоже не поможет! У меня тысячи людей вокруг этого помещения. Безоговорочно преданных.

— Это был маленький пример одной из моих возможностей. Я просто могу двигаться быстро. Настолько быстро, что вокруг пули, выпущенной в меня, я станцую вальс, потом лягу спать, высплюсь, вернусь на место, а пуля ещё не долетит. Просто вдумайся. И реши, что ты сможешь мне сделать? Так что да, не стоит простому человечку равнять себя со мной, с мессией!

Вот это загнул. Аж самому понравилось. Люди типа Антона Алексеевича ради власти готовы на всё. Хотя он, повторюсь, очень неплохой правитель. Во всяком случае, о народе, в общем и целом, заботится. Но, чтобы у него не возникло соблазнов каким-то образом избавиться от меня или моей команды, шантажировать или делать ещё какие гадости, его нужно немного устрашить. Показать силу. Чтобы ему было выгоднее с нами дружить. Хотя совсем недавно он готов был помогать. Безвозмездно.

— Да, прости. Зазвездился я с этой работой и с этими феромонами. Я вспомнил. Просто слишком много навалилось. Я же только сегодня Светку отправил на домашний арест. Я же тоже попал под её воздействие. Я стал простым консультантом при Богине, правящей моими людьми. Считал минуты до её появления. В итоге однажды подумал, что на время улучшений сократится время ожидания моего личного божества. И стал улучшать всё подряд. Время ожидания до прихода Светланы улетало со свистом. Мне повезло. Все три раза «Устойчивость» была первой в списке. После третьего улучшения я смог думать. Но не перестал хотеть. Методом тыка сам нашёл улучшение феромонов. В её окружении я первый. Так что она точно так же сошла с ума по мне, как я сходил по ней. Хотя тебе такое, скорее всего, уже известно.

Он замолчал, что-то вспоминая или переживая заново.

— Что же, ладно. Пойдём к ней сходим. Она у меня, на третьем этаже.

И всё равно она вызывает желание. Возможно, причина в том, что она первая, от кого я «унюхал» феромоны. Возможно, сказывалось давнее внушение. А возможно, решение вопроса было на поверхности. Она была красива. Редкой стервозной красотой, красотой женщины-вамп. Светлана, растрёпанная, расхристанная, прикованная к кровати, заводила. Сводила с ума одним своим видом. Еле справившись со своими желаниями и порывами, присаживаюсь в кресло, стоявшее рядом с кроватью.

— Привет, Свет!

— Ух, как от тебя замечательно пахнет! Дорогой, ты не оставишь нас на пару часиков? Хотя двух будет мало, по глазам Сани вижу! До завтра, а? А завтра я опять твоя?

Она явно издевалась. Не надо мной. Я был уверен, что в отношении меня она была искренней.

— Свет, не нужно. Если тебя успокоит, ты до сих пор сводишь меня с ума. Но у нас ничего не будет. У меня есть женщина, которую я люблю.

— И она прямо лучше меня?

— Она как минимум лучше тем, что я её люблю. Если ты не успела забыть, что это такое, ты меня поймёшь.

На её глазах показались слёзы.

— Всё. Забыли. Я мозгом понимаю, я хочу тебя только из-за этих долбанных улучшений. Но душой я знаю, что тебе была бы лучшей подругой в мире. Ты мне был интересен ещё тогда. Когда я была на троне. Ладно, чего теперь-то сопли жевать? Зачем припёрлись?

— Свет, у меня к тебе необычное предложение. Нужно сместить и заменить правительство в отдельно взятой военной части. Используя твои способности, дискредитировать текущую власть. Говорю сразу, твоё правление будет не особо долгим, но ты поможешь хорошим людям в хороших начинаниях.

— Во власти хороших нет. Одни уроды и дегенераты. И вот именно поэтому с удовольствием помогла бы. Если гарантируешь мою личную безопасность по завершении миссии. Убить меня не смогут, а вот запереть на пожизненное — запросто. А жизнь у нас бесконечная, походу. И бесконечно сидеть в зиндане с кружкой баланды не хочу.

— Вот именно то, что ты не будешь сидеть в зиндане, гарантировать могу.

Высылаю ей приглашение во вторую группу. Которую организовал Колобок. Ну кто бы сомневался! От меня подтверждение понадобилось. Но оно было принято практически мгновенно.

— Антох, отпустишь её?

— Я же просил — Антон Алексеевич!

— А я и не против. При людях я только так тебя и зову. Ни разу не облажался. Но лично? Ты не охренел?

— Резонно. И да. Если это не займёт слишком много времени. Это моя женщина! И я буду по ней очень скучать. Оба намёка ясны?

— Как ты сказал? Резонно. Правильное слово. Гони ключи уже. Нас ждут великие дела.

Избавившись от наручников, Светлана немного повеселела. Ключевое слово «немного». Может, у них игры такие? Хотя не моё дело.

— Так, Саш! Насколько я понимаю, топать туда далеко? — голос Антона Алексеевича источал подозрительность.

— Насчёт топать. У вас сейчас три разведгруппы из этой части. Сошедших с ума по Свете. Надо их найти. Они сопроводят Свету со всем прилежанием. К сожалению, я сам проводить её не смогу.

Это надо было видеть! Облегчение на лице ново-старого лидера городка читалось открытым текстом. Он был счастлив! Что я с феромонами не буду находиться рядом с его любимой… Наивный! Знал бы он, какое количество людей в части уже улучшило и улучшает прямо сейчас феромоны, никогда не отпустил бы. Мне так кажется. Хотя размазывание эффекта никто не отменял. Так что, думаю, вернётся его любимая нецелованной. Если захочет.

«Ребят, как успехи?»

«Десяток улиц уже вповалку улучшаются. Дикое зрелище, тридцать человек лежат почти друг на друге и без движения. Ток туман зелёный показывает, что они не спят просто так. Не зная причины, испугаешься! И на каждой улице такое»

Всё! Джинн из бутылки выпущен! Посмотрим, к чему это приведёт. Но уверен, нормы морали после завтрашнего утра придётся переписывать.

«Я тоже закончил. Дома расскажу. Встретимся там»

Отправил Колобку сообщение, что Светлана согласна. В ответ получил:

«В курсе, мы уже общаемся. Не отвлекай»

Нет бы «спасибо» там какое сказать? Нет, всё-таки с гениями тяжко общаться. Как его Иваныч терпит? Хотя, будь такой человек в моей команде, и я терпел бы. И на руках носил бы.

По дороге к дому меня привычно начала преследовать толпа «поклонников». Когда собиралась более-менее большая группа, я останавливался, подзывал их и рассказывал, чего я от них хочу. Чтобы они улучшились в нужном нам направлении. Большинство тут же падало на землю прямо там, где стояли. И окутывались зелёной дымкой. Теперь я выбирал самые оживлённые улицы. Даже зашёл в пару действующих магазинов. Мой путь устилали клубящиеся зелёной дымкой тела.

Подойдя к дому, увидел, что навстречу с другой стороны улицы приближаются наши ребята. В итоге в дом мы ввалились все вместе. Все были возбуждены, пытались, перебивая друг друга, поделиться со мной впечатлениями. Ух! Столько эмоций! К ужину эмоции поулеглись, накал страстей снизился. Почти спокойно завершив трапезу, рассказал друзьям о смещении Светланы. И об отсутствии нашей заслуги в этом. Но в итоге все пришли к выводу, что мы молодцы. И круты.

А меня мучала одна мысль. Почему я до сих пор не проверил, что могу улучшить? Я даже не знаю, сколько очков скопил за всё это время! Ну вот нельзя так несерьёзно относиться к основной цели. Уединившись, лезу в интерфейс. Прямо ОГО! Первой строкой и в сладости, и в остроте стоит:

7-ое измерение (90) — повышение мерности тела*

Чисто ради интереса заглядываю в требующиеся материалы. Среди огромного списка всевозможных ресурсов глаз цепляется за «магиум — 1 часть». Что такое часть? Всё в граммах, а тут вдруг часть! И элемента такого я у Менделеева не помню. Ладно, разберёмся. Колобок сказал, что седьмое измерение на закуску, а я ему верю. Что у нас появилось ещё?

Ещё появились «Восприятие измерений», «Управление плазмой», «Защита».

«Завод, расскажешь, что есть что?»

«Конечно. Управление плазмой же понятно? Ты сможешь более толково ей управлять. Например, призвать, как ты и хотел, только на палец. Защита поможет выжить в агрессивной среде. На данном этапе всего лишь на дне океана или в короне Солнца. Не более. Требует улучшения ещё дважды. А восприятие измерений позволит тебе начать ощущать шестое измерение. Но только начать ощущать, не использовать целенаправленно».

И что мне улучшать? Очков хватает на всё. Вообще, у меня сейчас двести пятнадцать и двести одно очко сладости и остроты, соответственно. Трать не хочу.

«А что по времени?»

«Восприятие измерений» — шесть дней, «Управление плазмой» — четыре часа, «Защита» — сорок часов»

А никто и не обещал, что будет легко. А улучшаться надо.

— Ребят, я бы на улучшение ушёл. Никто не против?

— Милый, а надолго? Про убаюкать помнишь? — Саша была сама невинность и кротость.

Ну, как ей отказать? Тем более, что феромоны никуда не делись. В общем, мы с ней слиняли к нам в комнатушку. Через пару часов в соседних комнатках нас начали активно отвлекать. Но нам это не мешало. Ближе к утру, вымотанный до предела, я позорно сбежал в кладовку. Ноги подгибались, мысли путались. Решил сначала всё-таки сделать «Восприятие измерений». Интересно, что из этого получится?

Выбор, все материалы и ингредиенты есть, отключаюсь.

Интерлюдия II. В 4 измерениях от Земли

— Высматривающий, что происходит на СУ-419-34-08377Б? Почему поток материала столь низок? И настолько низкого качества? Вы же утверждали, что полностью контролируете ситуацию! Цикл закончился, в силу вступил новый! Где результат?

— Правящий, анализ показал, что Завод саботирует улучшение материала! Размышляющие второй степени пересматривают договор. Но уже сейчас стало понятно, что в договоре есть пара моментов, которыми завод пользуется. Он не нарушает договор, ни на фотон не отклоняется от него. Но использует непредусмотренные договором лазейки. К сожалению, самим договором обозначено, что он статичен. Изменить мы его не можем. Разрабатывающие размышляют, что можно предпринять в данной ситуации.

— А как понять флуктуации высших измерений на СУ-419-34-08377Б? Согласно договору, Завод не может использовать в работе измерения старше пятого?

— Это мы тоже выясняем. По нашим данным, минимум четыре аборигена развернули свою мерность выше стандарта для той Вселенной. Подробный отчёт я предоставлю к середине цикла.

— Материал этих четверых должны быть отправлен мне на стол не позднее середины цикла. Из их реальности этих аборигенов нужно изъять. Выполняйте!

— Благодарю, Правящий! Да здравствует облако!

— Да здравствует!

День 57

Если честно, я ожидал большего. Я думал, что смогу видеть эти чёртовы измерения или ветки реальностей, ну хоть что-нибудь. А ничего не изменилось. Всё та же кладовка, заставленная колбочками, бутылочками, ящичками, кусками аппаратуры и прочей дребеденью. Всё та же дверь, которая, если присмотреться, множилась. Настолько привык к этому, что перестал замечать. И чаще просто открываю, а не выбираю реальность, где она открыта. Обидно. Ожидал большего.

«Завод, в чём разница-то? Куда хоть смотреть?»

«Смотреть и не получится. Только ощущать. В нужный момент ты поймёшь»

Ясно, что ничего неясно. Ладно. Что у нас там быстрое для улучшения было? Плазма же? Выбираю, а запустить не получается. Не хватает одиннадцать граммов криптона. Я даже элемента такого не помню. Помню, что вроде газ. А одиннадцать граммов газа — это очень много. По объёму. Нужно идти к ребятам и узнавать, кто что знает про этот криптон.

Выхожу из кладовки. На кухне голоса, похоже, ребята обедают или завтракают. Об ноги трётся котёнок. Где он пропадал? Я даже забыл про него. Запускаю его на кухню, захожу следом.

Ребята радостно приветствуют. Я отвечаю взаимностью. Идиллия.

— Я тоже рад вас видеть! Только у меня так себе новости. Кто-нибудь знает, что такое криптонит, и где его взять?

— Может, криптон? Криптонит же — это из фильма прикольного. Про Супермена вроде как? — Дима был на высоте. Точно! Криптон же!

— Да, извините. Где его можно взять?

— Ну, вообще, опять в космической промышленности, в двигателях. А ещё в космических лазерах, — на этот раз ходячей энциклопедией выступил Вася.

Опять космические технологии! Ну вот что с этим делать?

— А вообще, у тебя же радар есть! Чего не посмотришь?

Ну да. Как обычно, забыл про свои способности. Включаю радар, задаю криптон. Девятьсот метров. Совсем рядом. Великолепно! Озвучиваю результат ребятам. Дима вызывается сходить со мной, найти и доставить.

За завтраком узнаю последние новости. Оказывается, к нам приходил Иваныч. С Колобком. Я не выходил на связь, и они пришли узнать причину. Заодно принесли «награду». Какие-то там редкие изотопы. Каких-то там редких элементов. Ну что же, спасибо им огромное. Ещё к нам приходила делегация от городских. Чего они хотели, никто так и не понял. Узнав, что я на улучшении, и надолго, просто развернулись и ушли. Больше значимых событий и не было.

После завтрака помог девчатам убрать со стола, пообнимал любимую и стал готовиться к короткой вылазке. На плечи — рюкзак, оружие решил не брать. Я сам оружие. Выдвинулись. Пройти километр заняло какие-то минуты. Стрелка указывала на цель нашей вылазки — современного вида особняк. Закрытый забором из металлопрофиля. И мощными воротами. Сбоку от ворот калитка, рядом звонок. Под звонком надпись под скотчем «Не звоните, не работает. Стучите!». Ну, а что делать? Стучим. Потом долбим. Листовое железо громыхает, реакции никакой. В итоге решаем лезть. Дима подтягивается, легко перебрасывает своё тело через ворота. Я телепортируюсь. Идём к красивому крылечку. Почти дошли, когда дверь открывается, и видим направленный в нас обрез. Над обрезом возвышается торс, под ним ноги. Мужик, целившийся в нас, был огромен! Прямо снежный человек. Причём покрытый волосами, как тот же самый снежный человек. Волосатая грудь, давно нечёсанная борода, немытые патлы, заплетённые в какую-то вычурную косу, сейчас растрёпанную.

— Ну и чего приперлись? Подождать нельзя было, когда откроют? Сразу мародёрить ломанулись? Дом крутой, поживиться можно, ага? А вот то, что по рогам получить можно, не учитывали?

— Прошу прощения, мы думали, что дом заброшен. Долго же стучали. Да, и ружьишко убери. Мы же стазу воскреснем, но будем злые. Оно того стоит? Просто поговорить хотим.

Наверно, целую минуту хозяин особняка прожигал нас взглядом, не убирая ружьё, но и не выказывая агрессии. Наконец, приняв какое-то решение, убирает ружьё.

— Хорошо. Поговорим. Только не насухую! После этого конца света, бухнуть прямо не с кем стало. Заходите. К тому же, от вас пахнет, как от моей жены, ага. Правильно пахнет.

Непробиваемый чел. Феромоны для него просто «правильно пахнут, как от жены». Повернувшись к нам спиной, идёт в дом. Мы идём за ним. Зайдя, автоматом снимаю ботинки. Но после первого же шага возвращаюсь и обуваюсь. Дима с интересом наблюдал за моими манипуляциями. Дом был засран. Нет, он бы ЗАСРАН! Куча пустых бутылок, упаковки от еды, консервные банки, какие-то бумажки, грязная одноразовая посуда, битое стекло застилали пол ровным слоем, кое-где превращаясь в кучи. Среди этого безобразия были проложены буквально тропинки. По которым сейчас нас вёл этот гостеприимный медведеподобный хозяин.

— Вы внимания не обращайте, после конца света жена свалила с каким-то хахалем, убирать стало некому. Но я уберу. Только позже, ага. А ведь я для этой суки всё делал! Вон, какой домину отгрохал! По самым последним технологиям! Машину ей купил, права купил! Живи не горюй, ага. Чего ей не хватало?

Его заметно повело. Похоже, отсутствие собутыльников его не смущало. И он набирался один. По тропинкам мы добрались до кухни. То, что творилось в коридоре и холле, оказывается, было порядком! Кухня утопала в мусоре. Тропинка вела к одному из стульев. Остальные были завалены хламом. В основном, бутылками. Целыми и битыми. Так и не представившийся хозяин, посмотрев на это, как будто впервые, сказал:

— Ну, тут тоже не прибрано. Идём в залу.

Схватив три замызганных стакана и полупустую бутылку неплохого, кстати, коньяка, он повёл нас дальше. Зал меня поразил. Он был чистым! Он был идеально чистым! Горел камин, медвежья шкура у камина была свежей, не свалянной. Единственный диссонанс вносил диван. Он был застелен бельём. Опять же, свежим.

— Да, вот тут я и обитаю. Остальной дом мне на не упёрся, ненавижу его! Для Розочки моей же строил, ага. Мне-то он зачем? Ещё и огромный такой.

Упав на шкуру, поставил рядом стаканы. Разлил. Дозы — лошадиные. По полстакана у каждого.

— Ну, будем! — не дожидаясь нас, отправил содержимое своего стакана в огромную глотку. И тут же налил ещё. — Рассказывайте, зачем припёрлись?

— У тебя в доме есть очень нужное нам вещество. Криптон называется. Продай, денег не пожалеем.

— Э! Криптон же — это газ! Откуда он у меня? У меня всего один баллон в доме. В подвале, с пропаном, ага. На всякий случай держу. Вы, конечно, можете поискать, хе-хе! Но газов у меня нет, кто-то вас надурил. Наводчик ваш облажался, ага.

— Понимаешь, у меня есть способность, я могу определять направление и расстояние до нужного вещества, — я заглянул в интерфейс. — И эта способность говорит, что криптон у тебя есть. И до него четыре метра в сторону окошка. Можно, я гляну?

— Базар тебе нужен! Зырь, конечно.

Встаю. Иду по стрелке. Она доводит меня до окна. Показывая за стекло, издевательски констатирует, что до криптона двадцать сантиметров. Ничего не понимаю. За окном ухоженный палисадник с клумбами, гномом и качелями. Никаких баллонов не вижу. Тем более, двадцать сантиметров. До так нужного мне криптона. В полном недоумении поворачиваюсь.

— Парни, радар показывает за окно, но расстояние пишет в двадцать сантиметров. Как будто… — мысль, посетившая меня, была дикой, но требовала проверки. — Слушай, хозяин, а окна ты тоже самые крутые заказывал? Тебе случайно не впарили какое-нибудь супернаполнение газами внутри стеклопакетов?

— У меня всё самое крутое! И газ самый зачётный в пакетах, ага. Обязательно. Типа с улицы ни хрена не слышно. Только всё равно слышно. Уроды.

Выбираю улучшение, смотрю требования.

Криптон — 11 граммов (доступно 0,3)

Твою же мать! Похоже, реально стеклопакеты с этим криптоном. И мне таких нужно сорок примерно. Невозможно. Мало того, что это нереально много, так их ещё же и не достанешь, не повредив. И газ сразу тю-тю.

«Завод, я могу забирать вещества не во время улучшения, а заранее?»

«Ты их всегда забираешь в самом начале улучшения. И только получив все вещества, мы начинаем само улучшение. А на твой вопрос — да, можешь. Просто запусти улучшение»

Эврика! То есть, получается, я могу запускать улучшение, когда это запрещено интерфейсом. Сам процесс не запустится, но нужные вещества будет подсасывать. Идеально в моей ситуации. Сомневаюсь, что газа с этого дома хватит. Но лиха беда начало. И ещё нужно договориться с хозяином. Или не нужно? Хотя мы же воюем на правильной стороне. И нужно быть последовательными и правильными в отношении окружения. Плюс за честное и грамотное решение вопроса мне, как правило, прилетает неплохая награда.

— Шеф, а можно я этот твой газ из окошек заберу? К тому же, ты говоришь, что он всё равно не пашет!

— И что мне потом без окон жить, что ли? Вставляй другие стеклопакеты, а эти забирай, вот так я не против.

— Ты не понял. Окна не пострадают. Разницы ты не заметишь, гарантирую. Но ты к нам по-человечески, потому и я у тебя спрашиваю, а не тупо ворую. Я забегу газ прямо сквозь стекло.

— О! Это у меня там вакуум будет, что ли? Отличная звукоизоляция получится, ага. А не лопнут стёкла-то?

Толковый мужик. Бухой, а соображает. И про криптон знает. Интересно, кто он по профессии? Хотя нет, неинтересно.

— А ты выдели одно стекло, которое не жалко, для эксперимента? Мы заплатим!

— А вот деньги меня не интересуют. Я перед самым началом всего этого со счёта на взятку нашей мэрии снял полтора ляма. А вручить не успел, ага. Я и сам вам могу отсыпать, мне столько не нужно. Короче, если лопнет, берёте в подвале фанеру и забиваете. Зима не за горами. И больше тогда никаких окон. Идём.

Поднимаемся на второй этаж. Грязи нет, но всё выглядит нежилым. Всё покрыто пылью. Похоже, сюда давно никто не заглядывал. Доходим до кладовки, окошко небольшое. Проверяю. Восемь сотых грамма. Выбираю улучшение. Отмахиваюсь от надписи, говорящей, что никак нельзя, запускаю. Секунд на пять зелёный дымок обволакивает окно, после чего убирается обратно мне под кожу. Стекло стоит. Выдержало.

Криптон — 11 граммов (доступно 0,08)

Прямо скажем, совсем немного. Но это старт!

— Окно нормально стоит. Надо проверить на окошке побольше!

Хозяин ведёт нас в комнату напротив кладовки. Большая спальня с огромным траходромом. По-другому этого монстра в форме кровати назвать язык не поворачивается.

— Да, это моя с Розочкой спальня, ага. Тут окна вообще не жалко, круши!

Запускаю. Процесс занял секунд пятнадцать.

Криптон — 11 граммов (доступно 0,56)

Ого! Это уже ощутимо. Да, и правда. Панорамное окно с дверью, выводящей на крышу первого этажа. На крыше — шезлонги. Они тут загорали, что ли? Окна выдерживают. Ну, если такие огромные выдержали, дальше можно не бояться. Что и озвучиваю.

— Ну, вот и хорошо, ага. Я к камину, вас там подожду. Грабьте, если надо. Весь криптон ваш!

Долго уговаривать нас и не надо. Обошли с Димой все комнаты, отовсюду собрали криптон. Осталась одна комната с камином. Заходим, хозяин уже почти в трансе. По-русски — пьян в стельку. Подходим к окну, и тут я понимаю, что газ из него забирать нельзя. Всмотрелся в вероятности. Практически везде окно лопается. Думаю, не лопается оно там, где газ не трогали. Обидно. Наверно, окно с браком. Но не будем подводить неплохого, в общем-то, человека. Это его любимая комната. Найдём ещё.

Криптон — 11 граммов (доступно 9,31)

К тому же, осталось немного, но именно это окно не спасёт. Попрощались с хозяином. Он никак не отреагировал. Через завалы мусора вышли из дома. Включаю поиск. Ну, твою же мать! Он показывает на оставшееся окно. Что я только не перепробовал. Радар всегда показывал на ближайший ресурс. Озвучиваю проблему Диме.

— Разве это проблема? Идём в синюю часть города. Рано или поздно новая цель окажется ближе, чем это окно.

К слову, синей частью у нас называли крутые частные застройки. Типа элитный район. Почему синий, не спрашивайте, не в курсе.

По дороге к нам опять начали липнуть. Что пугало, не только девушки и женщины, но и парни, и взрослые мужики. Всем им мы отдавали команду улучшать феромоны. Почти все слушались безоговорочно и падали прямо там, где стояли. Через час такого передвижения стрелка радара, наконец, развернулась. Хотя до синего района было ещё далеко. О чём я тут же сообщил Диме. Шестьсот метров. Прошли мы их быстро, и вот перед нами классический недострой. Но окна уже вставлены. Вокруг дома валяются кучи строительного мусора. Недолго думая, телепортируюсь в дом, поскольку окна высоко, и с земли не дотянуться. Набор оставшегося криптона занял меньше десяти минут. Телепорт обратно.

— Дим, мы сделали это!

— Поздравляю. Теперь домой? Жрать хочется…

В таком же ритме отправляемся домой. С периодическими остановками для команды собравшейся толпе улучшиться.

Когда мы вернулись, все уже пообедали. Вылетел сияющий, как медный грош, Вася.

— Парни, я смог! Я сделал! Эту сумку, помните! Я не стал делать твой стек, я всё-таки сделал каталогизатор. С непривычки сложно, но, когда привыкнешь, реально удобно!

И протягивает мне кольцо из медной проволоки диаметром сантиметров тридцать. Беру это непонятное кольцо.

— И как им пользоваться?

— Не им, а ей! Это сумка. Я назвал её «бездонная глотка». В общем, я создал отдельный тоннель в ветке четвёртых измерений, непересекающийся с настоящими реальностями. Вот всё содержимое сумки там и хранится. У тебя появилась новая иконка? Выбери её.

Иконка действительно была. Выбрал. Тут же перед глазами вылез огромный список. Над списком было несколько вкладок.

— Ты можешь отсортировать содержимое по разным принципам. По весу, по объёму, по дате поступления, по названию. Чтобы что-то достать, просто выбери нужный предмет!

От балды тыкаю на первую строчку, не читая. И тут же сгибаюсь под тяжестью блина от штанги. Лучшей демонстрации и придумать сложно. Блин просто появился у меня в руках. Тяжеленный.

— Ха-ха-ха! Так и знал, что шутка сработает! Я три верхних строки заполнил этими блинами. А чтобы убрать, просто представь, что блин в сумке.

Я представил. Блин тут же исчез. Первая в списке строка вернулась на место.

— Да, Вась! Ты реальный гений. Есть два но. Если через кольцо ничего класть и доставать не надо, мог бы и уменьшить. До того же браслета, например. И вытаскивать на землю передо мной. Вдруг я туда трактор засуну? А он вылезет мне прямо в руки? Привет, перерождение, между прочим!

— Да, уже подумал и о том, и о другом! Вторая версия уже делается.

И протянул мне окутанное зелёной дымкой золотое колечко из памятного клада. Я попробовал его взять, но пальцы прошли сквозь него.

— Да неготово ещё, куда грабли тянешь? Будет готово, продемонстрирую. А вообще, там обед ещё не остыл. Идите, жрать небось хотите?

Жрать мы хотели. Зашли на кухню, девчата уже накрыли стол. Вкусно! С полным ртом я рассказал о своём открытии. Что можно заранее везде заготавливать внутри себя материалы для улучшений. Но это никого не впечатлило. У них с ресурсами проблем пока не возникало. Сразу после завтрака отправился на улучшение. Саша, кажется, обиделась. «Не убаюкал же!». Но в гонке за криптоном я уже настолько настроился на улучшение, что терпеть сил не было. Тем более всего четыре часа.

Захожу в кладовку, ложусь, старт.

Прихожу в себя, в доме тишина. Встаю. Вроде не поздно, не должны ребята спать. Аккуратно выхожу, тишина и темнота.

«Завод, сколько времени прошло?»

«Восемь часов»

«Ты же говорил, что четыре?»

«Внешнее вмешательство. К подробностям доступ закрыт».

Вот так. Внешнее вмешательство — это начальники Завода нарисовались, что ли? Ладно, думать будем потом. Сейчас у меня одно желание — разбудить Сашу. И я так и сделаю.

День 58

Совершенно не выспался. Всё-таки феромоны — это зло. Хотя и классное. Нас каждый раз накрывает так, что у неё потом синяки по всему телу. Были бы, если бы не наниты. А у меня расцарапана спина в хлам. Опять же, была бы. Точнее, была, но заживает всё моментально, даже не похвастаешься утром. Хотя я и не хвастался никогда и не собираюсь.

У меня две задачи. Выяснить, что за вмешательство, и посмотреть, какие улучшения появились. Чувствую, скоро мне понадобятся все возможности. Хотя со второй задачей проблем нет. Захожу в интерфейс, изучаю. Из знакомого «7-ое измерение» и «Защита». Про измерение помню, на закуску. Но появилось:

«Повышение мерности [недоступно] — [недоступно]»

А ещё появилось:

«Самоконтроль (93) — Восприятие в высокомерных Вселенных*»

А вот тут не понял. Это что, мне ещё и по Вселенным гулять можно будет? Хотя, если учесть, что Вселенная нанитов явно не наша родная четырёхмерная, ожидаемо. Но у меня же нет органов чувств, которые помогут мне там ориентироваться. И Завод вроде намекал, что они у меня и не появятся. Наврал? Или я смогу там ощущать с помощью текущих органов восприятия? Да не, бред выходит. Всего лишь пятое измерение регулярно сводит меня с ума. Все эти вероятности… Вроде освоился, внимания не обращаю на то, что вокруг каждого человека проецируются все возможные его действия в последующие секунды. Но это же неполноценное пятое измерение. Это лишь взгляд на короткие отрезки. Хотя и в трёхмерном мире я тоже не могу заглянуть за горизонт. Или за стену дома.

И да. У нас мир четырёхмерный, как утверждает Завод. Но учебник физики на подкорке сильнее новых знаний. Кстати, по логике же реально, время — тоже измерение. Оно есть почти во всех физических формулах. Часто вместе с высотой или расстоянием. Но измерением не считается. Странно как-то. Не можем по нему ходить, значит, не измерение? А как же высота? Вверх-вниз мы тоже ходить не можем. Лифты и альпинисты не в счёт. Но это измерение. А время — нет. Что-то не туда меня понесло. Эти абстрактные размышления ни к чему не приведут, тайны миров не раскроют.

«Завод, я правда смогу путешествовать по Вселенным?»

«Доступ ограничен»

«А что даёт «Самоконтроль»?»

«Доступ ограничен»

Вот это да! То есть улучшить меня он может, а говорить об этом нет? Бредово. Хотя, что я знаю об этом их мифическом соглашении? Да вообще ничего. Только то, что оно есть. И что-то там запрещает.

«А про «Повышение мерности» можешь что-то рассказать? Хоть что-то!»

«Доступ ограничен»

Понятно. Я на том рубеже, когда заводы уже открыто идут против хозяев, изыскав пробелы и недоработки долбанного договора. Наверно, потому и появилось это «внешнее вмешательство».

Мне стало… Страшно — неправильное слово. Но близкое. Неуютно? Некомфортно? Нет, всё не то. И вдруг я понял. Это ужас. Не секундный испуг или нудный страх. А как в лучших ужастиках, когда в комнату заходит махонький щенок, ничего не происходит, он просто смотрит в камеру, но предыдущие события плюс общая атмосфера заставляют тебя в прямом смысле слова обосраться. А щенок так и стоит, бедный, посреди этой комнаты, а ты всё гадишь в штаны от этого иррационального ужаса, необоснованного, непонятно, чем вызванного. И со сменой сцены ты уже не понимаешь, что это было, почему было так страшно. Вот именно такое я и ощущал. Это же силы, которые я не просто не понимал. Я даже представить не мог границ их возможностей. И никто не мог. На Земле нет разума, который может постичь семимерное существо. А если ещё выше? В этом направлении даже теорий нет. Пяток, ну, может десяток невнятных фантазий писателей. Причём художественной развлекательной литературы. И всё. Ну не к ним же обращаться для консультаций? Даже не смешно.

«Ты можешь хоть что-то рассказать про внешнее вмешательство?»

«А это неправильный вопрос, доступ ограничен»

Господи, я готов расцеловать этого Завода, появись он передо мной во плоти! Что я за идиот! Он же может косвенно давать понять, какой ответ ближе всего к истине. Главное, правильный вопрос!

«Ты молодец!»

«Завод, меня посетила мысль! Прошерсти там свой договор, или что там у вас. Ты же легко управляешь материей, запросто выбираешь рукава реальностей. Допустим, на секунду, что у меня есть монета, и я её бросаю. И орёл — это нет, а решка — это да! Я у тебя что-то спрашиваю и бросаю монету. Ты мне честно отвечаешь, что доступ ограничен, но выбираешь правильную реальность с монетой! Попробуем?»

В ответ тишина. Я взывал к Заводу ещё минут двадцать, но он не отвечал. На меня опять накатил этот иррациональный ужас. Холодный пот уже собрался в капли между лопаток. Я не знал, что думать. Враги до нас добрались? Точнее, до Завода. Например, в его измерении. Нет, это, конечно, выход. Всё вернётся без Завода на круги своя. Но что-то мне подсказывало, что их руководство пришлёт кого-то ещё. И этот кто-то не будет сотрудничать с примитивным четырёхмерным существом. И всё будет хуже, поскольку шанса больше не будет. Шанса на что? А я не знаю. На то, что люди начнут жить сами. Своей жизнью. Наконец, долгожданное:

«Мы изучили соглашение. Я не ошибся в тебе»

Опять иносказания. Но однозначно моя идея будет работать! Теперь главное! О чём спросить? А ещё у меня тупо нет монеты. Так, ладно. Это нужно обдумать. А ещё живот напоминает о том, что было бы неплохо пожрать. После такой ночи аппетит дикий просто разыгрался. Отвлекаемся и машем, отвлекаемся и машем. Ну, где-то там было немного не так, но мне нравится мой вариант. На кухню и жрать!

Выйдя на кухню, я обнаружил за столом всю нашу команду, уплетающую всякие вкусности. И без меня! Вот она, вселенская несправедливость в действии. Интересно, в других Вселенных тоже есть несправедливость? Хотя точно да. Завод же воюет? Исполняя какое-то там соглашение. Кстати! Пришедшая мне в голову мысль заставила меня похолодеть. А что, если их наниматели хорошие, утрированно, а Завод хочет получить мировое господство? Используя меня и моих друзей как пушечное мясо. Ну, просто как пример! Почему я так поверил его намёкам? Почему я вписываюсь за него с надеждой вернуть свою жизнь людям? Он что, не может врать? Или это не может быть хитро продуманной игрой? Ой, мать моя женщина! Совсем я запутался. Хотя, с другой стороны, Колобок явно сказал, что мне придётся взломать Завод, чтобы получить информацию. С третьей стороны, что помешает Заводу произвести имитацию этого взлома? И выдать нужную информацию? Так я хрен знает, до чего додумаюсь. Будем смотреть. А вот с Колобком поговорить обо всём этом однозначно нужно. Гений или не очень, но я неоднократно убеждался в его таланте.

— Саш, ты кушать-то будешь? Где ты всё утро зависаешь? — моя ненаглядная решила проявить заботу. Очень вовремя, жрать хочется. Но мысли не дают. Отбрасываю их, мысли, на потом. Ещё успею голову поломать.

— Да вот, мысли одолевают. Про то, нужную ли я сторону принял. Точно ли Завод на нашей стороне? Или на своей?

«Я даже комментировать не буду. Думай сам»

— Ребят, как вы отнесётесь к внеплановому выходному? От всех дел и мыслей. Мне вот просто необходимо нажраться. Наркотик, секс и рок-н-рол! Хотя я против наркотиков, заменим коньяком. И с музыкой у нас беда. Вась, нереально создать музыкальный центр?

— Я ещё твои бронетрусы не разработал. А музыку — легко. Ща.

Он завис. А остальные дружно согласились, что дичи у нас много, и пора сделать не просто еду, а первобытную, на костре. Только с солью и в маринаде. Оставив Васю в его странной позе разработчика, пошли мариновать дичь. Соль, перец, лук. Причём лук перетираем на тёрке в кашицу. Слёз море, зато вкус мяса в итоге божественный.

Пока мариновалось мясо, растопили мангал, настрогали салатов, накрыли стол в беседке. Осенний день баловал нас солнышком и теплом бабьего лета. Когда шашлык уже подрумянивался, к нам вышел Вася. В руке он нёс старенький проигрыватель CD, из тех, что пришли на смену кассетным плеерам. Только наушников я у него не увидел.

— Готово! Лёгкая задачка оказалась. Только MP3 и DVD читать не умеет, там информация закодирована кодеками, разбираться нужно. А вот обычные сиди читает. Что слушать будем?

А вот тут мнения всех разошлись кардинально. Предлагали попсу, металл, шансон, панк-рок, хип-хоп и даже классику. В итоге Вася притащил все свои диски, один вытянули наобум. Оказалось — хиты восьмидесятых. Звучал этот маленький аппаратик достаточно громко. Каким образом, без динамиков и колонок, непонятно, но я и не заморачивался. Работает и ладно. Зато теперь полная атмосфера праздника.

Засиделись до позднего вечера. Не забыли и попеть песни, и потанцевать. День понравился всем.

День 59

Утром меня разбудила Саша со словами «К нам гости. Тебя видеть хотят».

Подрываюсь, бегу в ванную, умываюсь, выхожу на кухню. А там пьют кофе Антон Алексеевич и какой-то незнакомый мне мужик. Самой посредственной внешности, каких миллионы. Лет сорока, лёгкое пузико, но не толстый, когда-то, похоже, занимался спортом, но забросил и немного раздобрел.

— Я всех приветствую! Подождите, чашку кофе, чтобы вернуться в реальность, и я к вашим услугам.

Саша, оказывается, сварила кофе и на мою долю. Забираю у неё чашку, благодарю её и присаживаюсь за стол. Неторопливо смакуя вкусный напиток, говорю:

— Рад видеть и всё такое. Но вы же по делу? В такую-то рань?

— Ещё по какому. Ты вроде как говорил, что у тебя аналитик есть? Какой-то мегакрутой профи. Нам надо разрулить навязанную тобой проблему. Сами не справляемся, связаться с ним можешь?

Я аж чуть кофе не подавился. Я? Навязал проблему? С которой не могут справиться? Что-то каким-то сюром попахивает.

— Связаться могу. А что за проблема-то? И при чём тут я?

— А притом! Кто развязал всю эту вакханалию с феромонами? Кто заставил людей улучшаться? Причём первых попавшихся! Без списков, без очерёдности! Ты, вообще, чем и о чём думал? В итоге у нас расцвело самое настоящее рабство! Были даже зарегистрированы случаи работорговли! Улучшенные просто используют обычных людей. Как рабочую скотину или как сексуальных рабов. Хотя последнее реже, улучшенные в основном предпочитают трахаться с себе подобными, с неулучшенными пресно и скучно, как онанизмом заниматься. Но самых красивых девчат используют как секс-рабынь. И их продают, сдают в аренду! И мы не можем переломить ситуацию. У нас ходят четыре отряда, выискивая неулучшенных, и приказывают им улучшаться. Однако люди прячут своих рабов. И это серьёзная проблема. Решения мы не нашли. Потому нужен этот твой хвалёный аналитик.

Сижу, обтекаю. Если вдуматься, действительно моя вина. Людей не изменишь, сильный всегда будет доминировать над слабым. Унижать его для своего удовольствия, использовать его труд для собственного обогащения.

— Я тебя понял. Действительно, о таком я не подумал. Подождите, я поговорю с Колобком, то есть с аналитиком.

«Вениамин, привет! Разговор есть. Найдёшь пару минут?»

«Да, я сейчас свободен. У тебя вопросы по рабству?»

С отвисшей челюстью подтверждаю его догадку.

«Всё просто. Даже не ожидал, что в городе не найдётся людей, которые не увидят выход. Рабство как феномен нового общества спрогнозирован и ожидаем. И способ борьбы с ним прост до неприличия. Любая модель общества нежизнеспособна, когда невыгодна правящему классу. А сейчас такой класс — рабовладельцы. Продолжать? Или хватит мозгов?»

Честно, мозгов не хватило. Что может быть выгоднее раба? Работающего за еду и идею, к тому же. Озвучиваю гостям выводы аналитика. Неприметный мужичок восклицает:

— Ну, конечно! Это же лежит на поверхности! О чём я раньше только думал? Мне нужно посчитать. Есть ручка-бумажка?

Света тут же выбегает, спустя секунду возвращается с требуемым. Мы с Антоном переглядываемся. Неприятно осознавать, что ты тупой. А я до сих пор не понял выхода из ситуации. Считал мужик минут, наверно, десять. Наконец, он отложил исписанный листок.

— На реализацию плана у нас почти хватит, но потом останемся голыми. Нужно ещё хотя бы пяток лямов нала. Ты — шеф, тебе и думать.

— Да ты хоть объясни, о чём речь, Сергей?! Я же ничего не понял! Это ты аналитик, я реально не понимаю, о чём вы тут все говорите!

— Да всё просто. Объявляешь награду в семь тысяч рублей. По моим подсчетам, это минимальная сумма, которая по-настоящему заинтересует людей. За каждого ещё неизменённого. Принимаешь этого человека, отправляешь на улучшение. Приведшему выплачиваешь деньги. Но есть но. Тут же появятся охотники. Которые будут промышлять по дальним сёлам. Они разбогатеют быстро и качественно. Моё предложение — за опт платить по четыре тысячи. Иначе принимать одного человека от одного охотника в день. Да, придётся вести списки, но зато неплохо сэкономим. А за молодых красивых девочек платить по десять-пятнадцать. Создадим комиссию оценки. Да, это почти работорговля. Но мы будем выкупать этих рабов и делать их свободными и независимыми. Но вопрос наличных денег остаётся открытым.

Вспомнив про банк и количество нала, там валяющегося на полках, говорю:

— Вот как раз с налом помочь не проблема. В банке ещё много денег. Твоей любимой, Антон Алексеевич, я вынес примерно треть от того, что там было.

Как он на меня посмотрел! Вот уже не думал, что это секрет. Опять облажался, но на этот раз непреднамеренно. А вот не хрен! Предупреждать нужно, что ваши отношения — тайна. Я не Ванга. Хотя нет, я круче. Только далеко заглядывать не умею. Но заглядывать в будущее из-за каждой фразы лениво. Стоило бы себя заставить. Это же какой инструмент! А я им не пользуюсь.

В итоге договорились, что прямо сейчас выдвигаемся. Грабить банк. Ну, и давать ценные указания по написанию листовок и расклеиванию их по всем местам скопления людей. А также по созданию комиссии, оценивающей дорогих девочек. Ещё этот Сергей предостерёг, что могут начаться сговоры. Что будут приводить уже улучшенных людей под видом простых смертных. И как-то тоже нужно будет проверять. Он предложил взять десяток неулучшенных и использовать их как лакмусовую бумажку. Если тянутся к кому-то, значит, этот человек уже с феромонами. А десяток анализаторов нужно набирать, чтобы не было сбоев. И отобрать заранее, до вступления закона в силу. Иначе в эту толпу могут «случайно» затесаться все десять человек улучшенных, которые будут фальсифицировать результаты в угоду какой-нибудь группировки. Всю эту информацию передал Вениамину. На что тот ответил, что мы не совсем запущенный случай, но в комиссию анализа нужно набрать человек сорок-пятьдесят. Озвучиваю.

В городе мы собирались в банк, а Сергей отправился организовывать свержение рабского строя. Помня свои старые ошибки, сказал Антону Алексеичу добыть фонарь и сумки. Взяв необходимое, пошли. Добрались до банка, я привычно телепортировался в сейф, начал набивать сумки. Собрал две трети нала, сумки битком. Вспомнил о железных ящичках. И огромном бриллианте, который находился в одном из них. Интересно, что-то путное там ещё может попасться? Жажда старателей золотых приисков, азарт. Но ничего интересного. Даже обидно немного стало. Куча всевозможных бумаг, с полсотни пачек денег, пистолет, даже пара паспортов чьих-то попались. Единственный интересный ящик — с драгоценностями, откуда я достал подарок Саше. Тот самый именной брюлик. На всякий случай перетряхиваю остатки содержимого в карман. Остальным девчатам подарки подберём. Так. Сумки битком, ящики проверены, тут ловить нечего. Телепортируюсь обратно.

За время моего отсутствия Алексеич пригнал охраны, так что обратно сумки несли они, озабоченно косясь по сторонам. Но не понадобилось. Никто на нас не напал, деньги отобрать не попытались. По дороге вижу несколько плакатов «Приведи неулучшенного — получи деньги!». Быстро сработали. Подходим к штабу. Тут уже стоит довольно большая очередь. С интересом вглядываюсь в толпу. На мой взгляд, неулучшенных видно невооружённым взглядом. Этот восторженный влюблённый взгляд хрен подделаешь. Заходим в здание штаба. Сразу становится понятна причина очереди. Квартира рядом со штабом отдана под «проверочную». Там сидят восемь человек. Явно неулучшенные. С ними, в отдалении, чтобы не провоцировать, двое проверяющих. Смотрят на реакцию. К ним по очереди заводят одного человека, ждут с десяток секунд, потом смотрят за реакцией проверяющих. Что самое интересное, человека, претендующего на награду, на время проверки приковывают в холле наручником к столбу. Над которым висит плакат с крупными буквами: «Обманул — получи десять плетей!». Ого как! Хотя хорошая мотивация не хулиганить. И при мне один реально получил. Рассечённая кожа моментально срасталась, но, думаю, ощущения были полными. Орал он, во всяком случае, в полный голос. Заработало, явно.

Когда любопытство было удовлетворено, иду в штаб. На входе меня пытается остановить какой-то незнакомый охранник. Чтобы не тратить время, просто телепортируюсь внутрь. На столе разложены деньги, двое пересчитывают пачки, один конспектирует. Пока нас не было, появился огромный сейф, как только допёрли такую махину, сейчас открытый. Куда аккуратно укладывались купюры. Интересно, где они хранили деньги раньше? Других сейфов я что-то не видел. Впрочем, не моё дело. Подхожу к Антону Алексеевичу.

— Как успехи? Теперь хватит? Как всё продвигается?

— Всё просто великолепно. Своему аналитику передавай мою благодарность! Попытки обмана случаются чем дальше, тем реже. И уже привели двух рабынь, за которых выплатили десять и двенадцать тысяч. Уверен, в ближайшее время местные рабы закончатся, и начнутся походы за ними на периферию. Но нам это только в плюс. Коммуна вырастет. И да! Тебе лично от нас всех огромное спасибо!

Протягивает руку с какой-то торжественностью. Пожимаю её.

— А как вообще жизнь после улучшения? Если отвлечься от рабства?

— Да нормально! Думали, что все будут, как кролики, прямо посреди улиц, но обошлось. Хреновые из нас аналитики и предсказатели. В целом практически ничего не изменилось. Живём, развиваемся. Ещё раз спасибо. Но очень тебя прошу! Впредь все эксперименты с моими людьми — после согласования со мной.

— Да как бы мы и этот не планировали. Но другого способа не увидели. Сорян. Постараюсь. Пойду я?

— Давай, удачи!

Вот ненавижу слово «давай». Что давать? Кому давать? Зачем давать? Почему я должен кому-то что-то давать? Может я это продать хотел, а меня отдать просят. Что имеют в виду люди, говоря «давай»? Идиотизм.

Выйдя, я обнаружил, что очередь удлинилась. А явно неулучшенных в ней стало на порядок больше. Похоже, новость про проверку и наказание разнеслась между жителями достаточно быстро и качественно.

До дома добрался относительно быстро. За мной увязались всего трое уже за границей нового центра, которым я скомандовал прямо тут улучшиться. Послушались все.

Дом меня встретил тишиной. Меня дожидалась одна Саша. Как оказалось, Кирилл со Светланой улучшались, Вася застыл в кресле, что-то изобретая, остальные пошли прогуляться по магазинам. Интересно, чего им не хватает? Хотя, возможно, просто шоппинга. Саша тут же накрыла нам на стол, сели обедать. К концу трапезы из медитации вышел Василий.

— О, я бы тоже пожрал бы! Не надо, я сам, — увидев, что Саша бросила есть и собралась накрыть ему стол, добавил Вася. — Я таки изобрёл твои бронетрусы. Только для них уран нужен. И держи свою сумку.

Он протянул мне простое золотое колечко, типа обручального, но с выбитой свастикой по периметру, которое идеально село мне на палец. В интерфейсе тут же появилась иконка.

— Теперь танк на меня не выкинет? И почему свастика?

— Нет. Вещи будут появляться в метре от тебя. Но, чтобы положить, ты должен быть в тактильном контакте с предметом. Дотрагиваться, в общем. А свастика нужна для работы сумки. Извини.

— Круто! Василь, на самом деле, нам нереально повезло, что у тебя к этому призвание! Нереально! Кстати, мне давно пора на улучшение сходить. Отстаём от графика. Нас какие-то враги, похоже, нащупали, нужно ускориться. Сань, без убаюкиваний пойдёт? Сам хочу, но предвиденье говорит, что тянуть нельзя…

— Конечно, милый! Как скажешь. Хотя и обидно.

— Как мы теперь знаем, улучшаемому не нужно постоянно находиться рядом с ресами, он их забирает в самом начале. Вась, поможешь Кирюху достать?

— Откуда меня нужно достать? И чем так вкусно пахнет? — в дверях стоял Кирилл.

— Пахнет обедом, а достать с кладовки. Но, поскольку ты сам достался, накрывай себе и наслаждайся. А я на улучшение.

Притягиваю к себе Сашу, целую. После чего, пока не передумал, поднимаюсь и иду в кладовку. Ложусь на уже заметно продавленную раскладушку. Выбираю улучшение «Защита». Отрубаюсь.

День 61

Очнулся, встал. На улице полумрак, затянутый тучами. Похоже, раннее утро. Как же не хватает сотовых. Нужно обзавестись хотя бы простейшими механическими часами. Захожу в нашу комнатёнку. За последние дни ребята значительно улучшили перегородки, теперь это полноценные комнаты. Хотя звукоизоляция и хромает, но ощущение отдельной своей территории возникает, стоит только зайти в нашу комнатёнку. Кстати, дом напротив вроде как отремонтировали. Надо сходить на него посмотреть. Протянуть электричество не проблема. Зато перестанем ютиться. Сашенька во сне прекрасна. Я стоял и любовался ей. Рыжие кудри раскинуты по подушке, косметики никакой, но она ей и не нужна. Сажусь на край кровати, наклоняюсь, целую щеку. Не хочется тревожить такую красоту. Как она почувствовала меня, не знаю, но вместо щеки меня встречают мягкие податливые губы. И я проваливаюсь в океан наслаждения. Может, и не зря Завод придумал эти феромоны.

К завтраку мы выползали. Ребята с какой-то завистью в глазах поприветствовали нас. Ну да. Точно надо съезжать. В дом напротив.

— Привет всем. Что нового? Я только с улучшения, новостей не знаю. Расскажете?

— Ага, слышали мы твоё улучшение. Часа два слушали, — Кирилл, как обычно, был корректен и вежлив.

— Ну, что ты сразу про слышали-то? Вы, что ли, не шумите периодически? — Саша решила за меня вступиться. Или за нас. — Ну да, слышно. Но в тесноте же не в обиде? И человек только с улучшения, а вы мне спать не давали всё это время? А мой любимый же на улучшении, а я одна, а от вас всех пахнет, а я с ума схожу! И ничего, молчала, вот теперь и ты помолчи! Вот подумаешь, пошумели немного! Вы каждый день шумите, а мы не каждый, вон, два дня не шумели! И я вам ничего не высказывала, потому что с понятием! А ты как редиска, вот!

Выговорившись, Саша успокаивается. Кирилл, красный, как рак, молчит. Глаза в пол.

— Ну что ты завелась-то? Ну, пошутил неудачно. Извини.

Вроде на этом успокоились. Нам пододвинули тарелки, и мы принялись за завтрак. Я решил полностью поменять тему:

— Ребят, у нас появилось две задачи. И по одной из них вопрос. Кто знает, что за зверь «Магиум»? Я что-то раньше точно о таком не слышал. И второе. Нам нужен уран. Для шмоток, которые выдерживаю плазму.

Воцарилось молчание. Все переглядывались, но никто мне не отвечал. Наконец, решился сказать Дима.

— А ты уверен, что ты не напутал, как с криптонитом? И компас пробовал?

Ну вот ёпрст! Почему я сам об этом не подумал? Вызываю компас, говорю: «Магиум». И ничего не происходит. В недоумении лезу в улучшения, проверяю. Нет, всё точно. Магиум. Но компас ничего не показывает.

«Завод, что за хрень?»

«Магиум не принадлежит вашей Вселенной»

«А где его тогда брать?»

«Это материал шестимерного пространства. Пока ты туда попасть не можешь»

Вот это новости. Вываливаю информацию на друзей. Реакция совершенно разная. Вася начал в восторге прыгать по кухне, вопя что-то про то, что тоже хочет со мной за магиумом, Кирилл, наоборот, отговаривал от «безрассудных поступков», Дима убеждал, что поможет. Девчата, все как одна, вздыхали, что как всё это сложно и непонятно.

Но тема про уран всё равно актуальна. Вызываю радар, выбираю уран. Показывает девяносто два километра. Далековато. Спасибо, что не пара тысяч. Вася, услышав про расстояние, тут же начал собираться.

— Так! Палатку обязательно, рюкзаки, провизия ещё нужна, кстати, кто идёт-то?

— Ну, я точно иду. Компас только у меня. Ты, Вась, тоже, по-любому. Кстати, хорошо бы велики раздобыть.

— Так вдвоём и идите. Зачем толпой шастать-то? Мы за это время дом напротив благоустроим, а то ютимся тут, конфликты про «слышал» плодим. — Дима меня удивил. Я был уверен, что он первым запишется в поисковую команду.

Пообсуждав его идею, пришли к выводу, что она здравая. На том и порешали. Собирались недолго. Две смены белья, запасную обувь, кстати, с того памятного магазинчика намародёрили шикарные кроссовые ботинки. Как уже озвучивал Вася, взяли палатку. Ещё добавили газовую мини-плиту. И пару баллонов к ней. Котелок, продукты, соль, зажигалки, фонарики, на всякий взяли верёвку. Добавили скромный обменный фонд. В итоге рюкзаки получились полупустые. Из оружия забрали оба пистолета. Запасных обойм к ним не было, но мы воевать и не планировали. Запихнули всё лишнее и мешающее в Васину суперсумку.

Уже выйдя из дому и попрощавшись со всеми, решили обсудить «тактику со стратегией». Идея про велосипеды не давала покоя. Наверняка в городе есть. Надо спросить у Антона Алексеевича.

До высотки с его офисом добрались без приключений вообще. Даже скучно как-то стало. В кои-то веки беспрепятственно вошли в дом, открыли дверь в штаб. Охрана стояла у обоих входов, но нас пропустили без проверки и вопросов. Алексеич был в штабе. Выглядел он осунувшимся и даже постаревшим. Наверное, нелегко управлять новым обществом. С ним были ещё трое, обсуждали они, как я успел услышать, проблему возобновления поставок продовольствия. При виде нас они замолчали.

— Доброго дня всей честной компании! Антон Алексеевич, можно тебя отвлечь на минуту?

— Да, привет, мы и сами уже закруглялись. Ребят, потом договорим. После обеда встретимся, пока провентилируйте все идеи. Проходите, — это уже нам.

— Алексеич, — говорю я, когда дверь закрылась. — У меня один вопрос и одна новость. Первое — нам нужно два хороших велосипеда. И второе — всё забывал тебе сказать. На севере от города есть деревня в шести километрах. Мы там были и договорились о поставках продовольствия. Они ждут экономистов с предложениями. Им нужны конфеты, фигурные макароны и шмот. Всего не помню. И, я так думаю, это не единственная деревушка, готовая поставлять в город яйка-млеко. И прочие здоровые продукты без пальмового масла, гормонов роста и антибиотиков.

— Ну да, мы как раз именно это и обсуждали. Ещё про возрождение колхозов говорили, но это ближе к весне. А по великам — есть, конечно. Сейчас дам команду, вам выдадут. Что там по Светлане, не знаешь? Что-то она второй день молчит по мысли, переживаю я. Сильно.

Выбираю по мысли великого аналитика.

«Привет! Я в городе, глава тут судьбой Светы озабочен сильно. Расскажешь что-нибудь?»

«Всё идёт по плану. Завтра выйдет на связь, не отвлекай»

Озвучиваю Антону Алексеевичу коротенький результат переговоров. Вроде успокоился. Дошли до двери, он дал команду охраннику выдать нам два велосипеда. Из хороших.

Вместе с охранником топаем за транспортом. А город уже выглядит почти живым. Люди просто гуляют. Парочки сидят на лавочках, держась за руки. Люди постарше прогуливаются под ручку. На площади, где выступали с проповедями, сейчас спокойно. Просто гуляющий народ.

Всё равно выглядит странно. Ни одной машины. Точнее, машин-то хватает, но все стоят. У бордюров. Не достаёт, чтобы они были покрыты ржавчиной. Тогда внешне будет классика постапокалипсиса.

Бабье лето, похоже, кончилось. Через две улицы началась нудная осенняя морось. Ещё не дождь, но уже и не туман. Противно до невозможности. Все, не сговариваясь, прибавили скорости. Ещё через пятьсот метров добрались до нашей цели — магазина спортивных товаров. Что самое удивительное, он работал. Покупателей не было, но была кассирша и два охранника. Наш проводник сказал что-то одному из них, развернулся, буркнул что-то, вероятно, попрощавшись, и ушёл. Охранник предложил идти за ним и, не дожидаясь согласия, пошёл вглубь зала. А магазин и правда неплохой. Тут было всё. По дороге схватил пяток баллонов с газом для плитки и две накидки от дождя. Типа плащ-палатки, но из лёгкого тонкого материала. По такой погоде точно нужная вещь. В конце зала находилось то, что нам было так необходимо. Мне аж обидно стало. Сколько мы пёхом прошли? А могли бы с комфортом на таких красавцах рассекать. Выбор был огромный. Было примерно полсотни моделей на любой вкус и кошелёк. Я сразу нацелился на хищно-изящный велосипед. На переднем колесе и под сидухой у него были рессоры! Ну или как эта гидравлическая хрень называется? Он просто меня покорил своим видом, во всей подобной технике не разбираюсь совершенно. Схватил его и попёр к выходу. Он оказался неожиданно лёгким, я аж засомневался в своём выборе. Потом плюнул, уж больно красивым он был. Всё, выбор сделан, это моя прелесть. Вася выбирал дольше. Наконец, выбрав почти близнеца моего, пошёл догонять меня. У входа путь нам преградил второй охранник.

— С вас два с половиной косаря, ребят. Заплатить забыли. Про велосипеды нас предупредили, остальное придётся оплатить.

Не споря, достаю деньги, отсчитываю. Всё честно. Накинув новые плащи, надев поверх них рюкзаки, выходим.

Не ездил с детства. Но не зря говорят, что на велосипеде ездить разучиться нельзя. Вася что-то там поднастроил со скоростями, сказав, что так будет комфортнее. От этого агрегата я получал настоящее удовольствие. Он глотал кочки с ямами. Легко разгонялся, я почти не напрягался. Плюс он был почти невесомым. В общем, я кайфовал! В себя пришёл, когда язык вывалился на плечо. Запыхался. Васи не было видно. Вокруг простиралась окраина города, частный сектор. Местный «бомжатник», как его называли. Древние покосившиеся домики, проваленные крыши, разобранные заборы.

«Вась, что-то меня накрыло, это кайф, а не велик! Прости. Ты где?»

«Где-то сильно позади. Такими темпами мы далеко не уедем. Пережжёшь мышцы, и на три дня встанем лагерем. Ты ходить не сможешь»

«Наниты вылечат»

«Не вылечим. Это не болезнь, а особенности физиологии. Я тебе, конечно, помогаю. Но не настолько»

Блин! Они оба сговорились, что ли? Уж покайфовать немного нельзя.

«Вась, говорят, не вылечат. Жду тебя. Вроде ехал по прямой, так что нагонишь»

А мышцы и правда слегка забились и ныли. Слышу свист сзади. Знакомый такой, так обычно гопота выказывает восхищение. Оглядываюсь. Так и есть, ко мне идут четверо. Внешне воспитанные молодые люди. Студенты, стопудово.

— Где такой байк отхватил? Дай прокатиться? — самый крепкий на вид из них уже протягивает руку уцепиться за руль. Причём все явно улучшены, феромоны им побоку.

Так! Вспоминаем про способности! Нахожу реальность, где он спотыкается прямо перед великом и пропахивает носом асфальт. Точнее, его остатки. Дороги тут не ремонтировали со времён СССР. Выбираю. Главарь, или заводила, некрасиво летит мне под ноги. Остальные трое ржут над фиаско лидера. Пока пострадавший сидит на асфальте, пытаясь унять кровь, текущую из разбитого носа, ко мне подходит второй. Без проблем делаю так, что он падает рядом с лидером. У этого лидера, к слову, наниты уже остановили кровь. Та же участь постигает третьего. Четвёртый, видимо, самый сообразительный, благоразумно останавливается.

— Парни, это же вроде тот самый, который нашего попика кланяться заставлял! Пойдём, а?

Но главарь, похоже, закусил удила:

— Да мне хоть сам Господь! Я хочу этот байк! Так что кончай эти фокусы и отдавай, пока цел.

— Парни! Вы поймите, я реально тот самый. И могу заставить и вас кланяться долго и упорно. Оно вам надо?

Одновременно со словами просто достаю из-под накидки пистолет.

— А ещё у меня есть это! Ты до сих пор хочешь мой байк?

Парни, кроме главаря, сдают задом. Главному же, похоже, нужно сохранить лицо.

— Ну что, крутой! Давай, стреляй! Очко не жим-жим? Сможешь? Это тебе не внушить падения, это в человека выстрелить!

— Чувак, я идиотов типа тебя отстреливал пачками. Но вы же, скоты, оживаете. А патронов мало. Хотя вот прострелить тебе стопу… ну, или яйца. Могу и потратить патрон. Наниты тебя вылечат, но ощущения незабываемые. Хочешь?

Тут сдали нервы и у главного. Пытаясь сохранить лицо, с неплохим русским матерком медленно отступает.

Именно в это время показывается Василий на своём велике. Студенты хотели переключиться на него, но, увидев, что я машу Васе рукой, резко передумали.

Дальше просто ехали вместе. Я рассказал другу про встречу со студентами, Вася рассказал про точно такую же, но парой кварталов раньше.

За день проехали половину пути. Дороги за городом оказались сильно раздолбаны, потому не гнали. Осталось сорок километров. Для ночёвки решили отъехать подальше от дороги. Попёрли прямо через лес. Увидев живописную лужайку метрах в пятистах от дороги, принялись разбивать лагерь.

Поставили палатку, перетянули верёвкой велосипеды, запустив край под палатку. Хоть какая-то, а сигнализация. На скорую сварганили ужин, поели и упали спать.

День 62

Разжёг плитку, засыпал в кастрюлю быструю кашу. Сплошная химия, но с нанитами о вреде пищи переживать глупо. Вылечат. Пока готовил завтрак, проснулся Вася. Быстро позавтракали, собрали лагерь. Погода сегодня баловала. Было относительно тепло и сухо, хотя и пасмурно. Главное, не было дождя. Сели на наши крутые велосипеды и продолжили путь. Стрелка, указывающая на цель нашего путешествия, практически совпадала с дорогой, лишь изредка отклоняясь на изгибах. Асфальт стал получше, так что мы, хоть и с опаской, но прибавили скорости. Около обеда впереди показался мост. Достаточно большой. Стрелка указывала налево, но ни одного съезда в ту сторону не было, так что мы продолжали путь по дороге. По-любому, к цели будет вести дорога, уж больно редкое вещество нам требовалось, и валяться на свалке оно не будет. Наверное.

Спокойно переехав через мост, остановились свериться с картой. Через пару километров нас ждал соседний районный центр, вытянутый вдоль реки, которую мы только что миновали. По карте вычислил, что поворот налево, так необходимый нам, будет на полпути к городу. Городская объездная. Не знаю, почему эту дорогу назвали объездной, когда она сначала шла между городом и рекой, а потом вообще делила город пополам, уходя направо от реки. Но вот такие закидоны. Были. Раньше. До пушного зверька.

Повернув на набережную, мы снова оказались на нужном курсе, о чём радостно сообщила стрелка перед глазами. Что удивительно, въехав в город, совсем не видели людей на улицах. Город словно вымер. Не гуляли мамашки с колясками, не прогуливались пары, отсутствовали даже вездесущие бабушки, постоянно снующие по улицам с только им известными целями. Никого. И это сильно напрягало. Проехав ещё два километра, уткнулись в ворота. Вывеска рядом с ними гласила, что дальше находится частный причал. Вход без пропуска запрещён, ну и прочая положенная в таких случаях белиберда. Недолго думая, Вася ломает замок предусмотрительно захваченным гвоздодёром. Заезжаем. До цели всего семьсот семьдесят метров. Не спеша двигаемся в нужную сторону. В итоге попадаем на пристань. Компас показывает, что осталось сорок метров. В воду. В сторону красивой небольшой парусной яхты. Ну, не на яхте же хранится уран? Значит, на дне. Сильно осложняет ситуацию. Костюмов для погружения у нас нет. Как прочего необходимого оборудования. А просто купаться уже, мягко скажем, прохладно. Озвучиваю ситуацию Василию.

— Нужно ехать в город, шариться по магазинам, искать водолазное снаряжение. Интересно, там хватит урана на твои изобретения?

— Да, Сань. У меня те же самые мысли. И да! Прёмся в город. Только меня напрягает его малолюдность. Неправильно это как-то. Так не бывает.

— Фигня, прорвёмся! Едем. Жаль, на нашей допотопной карте не отмечены магазины. Как же не хватает смартфонов с их навигаторами, где указано, что и где находится, с их панорамными съёмками улиц.

— Вась, а нельзя изобрести карту, как в смартфонах были? Чтобы вся инфа была? Плюс фото всякие, отзывы?

— Карту сделать не проблема. Думал уже об этом. Она будет встраиваться в интерфейс и отображать всё, что ей известно. Из минусов — известно ей будет только то, что ты сам знаешь. Ты, может, и не запомнишь, но карта зафиксирует. Как туман войны в играх работать будет. Где ты был, карта есть, где на был — нет. Хотя, может, получится добавить туда же инфу с бумажных карт? Это было бы интересно. Надо подумать. Так…

Он завис. Ну вот не самое лучшее время выбрал, чтобы изобретать, ей-богу! Но, делать нечего, подкладываю под задницу сидушку и падаю на землю, приготовившись к долгому ожиданию. Однако всего через десять минут Вася возвращается в реальность.

— Да, я всё придумал! Дай мне ещё десять минут.

С этими словами он наклоняется, поднимает с земли два крохотных гладких камушка и застывает. И да. В десять минут он не уложился. Вокруг его рук клубился зелёный туман примерно час. Когда он пришёл в себя, у него в руке лежали две капсулы. Как будто прямо из аптеки. Ну и по законам жанра они были синяя и красная. Я аж застонал. Это же пошло — пародировать великолепный фильм в нашей ситуации!

— Ну, и что это такое разноцветное у тебя получилось?

— Про цвета не скажу, скорее всего, какие-то выверты сознания сработали. Они абсолютно одинаковые! Гхм. Ну да, кроме цвета. А забавно вышло, не находишь? Тебе какая больше нравится? И да, это нужно проглотить. И у тебя в интерфейсе появится карта. Я даже предусмотрел, что на ней показаны все люди, которых видит хоть один член нашей команды! Круто же, да? Вот, точно как в игрушках. Ну и, само собой, мы сможем видеть друг друга. А ещё карты смогут обмениваться информацией, и, что увидел один, становится доступно всем. Но, пока в общей связке будет нас всего двое. Итак, Нео, какую таблетку ты выбрал? Ладно, ржу я. Глотаем уже!

Мне досталась синяя. Да по хрен, если автор сказал, что они одинаковые, значит, так оно и есть. Глотаю. Спустя секунду в правом верхнем углу появляется карта. Реально как в игре какой. И даже туман войны присутствует. Для интереса выдёргиваю карту из рюкзака. Ту, которая бумажная. Как только я её развернул, на моей карте туман войны исчез. Вместо него появилась дико примитивная версия карты. На той карте, что была у меня, было отмечено всё. Я мог посмотреть, дерево какой породы находится в пятидесяти метрах к северу. На новой — только линии дорог да схематические отметки высот. Контраст между этими вариантами карт поразительный. Но всё равно возможность подгружать обычные человеческие карты бесценна.

— Вась, а ты туда случайно поиск не приделал? Как на смартфонах.

— Не, такое на коленке не сделаешь. Я и так превзошёл самого себя. Потом я, конечно, улучшу эти карты, но для старта, по-моему, неплохо!

Ладно. Будем рады тому, что есть. Что ни говори, а Вася всё-таки гений.

Выдвигаемся в город. Улицы всё так же пусты. Это уже реально начинает действовать на нервы. Минут через двадцать Вася замечает магазин для охотников и рыболовов. По логике в нём должно быть так интересующее нас оборудование и обмундирование. Подходим, магазин ожидаемо закрыт. Один удар по витрине — куча стеклянного крошева и море шума. И вход в магазин создан. Заходим. Ощутимо воняет гнильём. А ещё в воздухе дикое количество мух, аж выбежать хочется. Это чем им тут намазали, что их столько собралось? Ответ на вопрос тут же подсказал Вася.

— Похоже, все запасы опарыша повылуплялись. Жесть какая-то. Хоть футболку на голову наматывай, везде, суки, лезут. Хорошо, что в таких условиях мотыль не выводится. Нас бы тут сожрали заживо. И спасибо, что атаки насекомых прекратились. Было бы совсем плохо.

Отмахиваясь от надоедливых и противных насекомых, ищем нужное нам. Находим в том же центральном зале. Отдельный стеллаж, под которым сложены аккуратные упаковки костюмов. Достаю рюкзак из пространственного кармана, хватаю два костюма нужных размеров и пихаю в рюкзак. Теперь бы ещё и баллоны найти и прочее оборудование. Идём искать дальше. И тут от входа раздаётся:

— Так-так! Мародёры! Давненько не встречал вашего брата. Уж больно наказание серьёзное. А и ещё и средь бела дня! Вы что, совсем бессмертные?

Оборачиваемся. У входа стоит качок лет сорока. Лысеющий, но прячущий залысину под тонким слоем волосёнок. С нереально добродушным лицом. Так должен выглядеть Санта-Клаус. Вот выдайте ему белую бороду, и получится идеальный Санта. От него до нас — метров тридцать стеллажей. Но он перекрывает единственный выход из магазина. Спустя пару секунд понимаем, что он не один. Его грамотно страхуют несколько человек, спрятавшись за машинами, углами и прочими укрытиями.

— Ну, вообще-то, да, мы бессмертные. И простите за мародёрство, мы заплатим. Но нам очень нужно водолазное снаряжение. Если вы подождёте ещё минут пять, мы найдём всё, что нам необходимо, а вы скажете цену, — Василий был многословен и вежлив.

И да. Запас наличности с собой у нас был достаточно солидным.

— Ох, ну ни хрена себе наглость! Вы откуда такие повылезали? Ребят, укоротите им ноги немного!

Во время этого спича вижу, что в нас летят две призрачные пули. И обоим в правое бедро. Наверно, дико больно будет. Через секунду. Поскольку никаких вариантов решения проблемы в доступных ветках реальности не вижу, останавливаю время. Пытаюсь оттащить Васю с траектории. Ожидаемо ничего у меня не получается. Он весит, как скала. Точнее, он весит-то, как обычно, но скорости, которыми я оперирую, не позволяют сдвинуть такой огромный кусок материи за короткий срок. Оглядываюсь. Рядом стоит лопата. Какая-то навороченная, с зазубринами по одной стороне, с гайками на ручке, в общем, изделие, призванное развести лохов на кучу бабла. Абсолютно бесполезная вещь, но мне, может, и пригодится. Хватаю. В отличие от Васи, она берётся нормально. Подставляю её самую крепкую часть прямо под пулю, летящую к Васе. После соприкосновения пуля слегка отклоняется от своей траектории. Ставлю пробитую лопату на место, сам возвращаюсь на прежнее место, лишь слегка изменив положение тела так, чтобы пуля прошла мимо. И запускаю время. Слышится двойной звук рикошета, пули улетают куда-то в глубину зала.

— Вы что там охренели? Я что, сказал испугать? Я сказал укоротить им ноги!

Спустя секунду опять вижу призрачные пули. Которые в нашей реальности должны перебить нам обоим ноги. Теперь стреляли очередями. Приходится повторить трюк с остановкой времени и лопатой. Причём последнюю пулю, направленную в Васю, я пинал, субъективно, минут двадцать. Пока её траектория не устремилась в бедро этого лысеющего качка. После чего встаю за ним и запускаю время. Качку рвёт бедро, я еле успеваю подхватить его и аккуратно опустить на пол. На почти минуту воцаряется полная тишина, прерываемая стонами раненого.

Наконец, наниты закончили свою работу, восстановив бедро пострадавшего. Кряхтя, он поднимается на ноги.

— Отличные стрелки! Просто супер! Я ведь выясню, кто это! А вы что уставились? Вам же конкретно дали понять, что вы под прицелом и целиком в нашей власти!

— Мужик, ты бы хоть представился? А то неудобно обращаться к тебе «мужик». Я вот, например, Александр. А моего друга зовут Василий. А твои люди невиновны. Это я перенаправил пулю тебе в ляжку. Чтобы ты таким агрессивным хамом перестал быть. Чего мы тебе плохого сделали, что ты нас с ходу расстреливать взялся?

— Да как ты смеешь? Я же сейчас!..

— Что ты сейчас? Прикажешь опять по нам стрелять? И опять схлопочешь пулю. Давай уже включай адекватность, что ты тут из себя идиота-то корчишь? Или ты реальный идиот? И ничего не понял?

— Убить! Убейте эту паскуду, хватит с ним нянчиться! — у него аж пена изо рта полетела.

Прошли секунды, но никто не стрелял. Потом секунды сложились в минуту. Потом в две. Странный качок так и визжал что-то о том, что нас срочно нужно поубивать, и что он всех под трибунал отдаст. Не выдержав, просто пинаю его под колено, после чего добавляю в голову. Классический нокаут. Уф. Хоть визжать перестал, достало.

Выходим из магазина, навстречу нам идут люди. В военной форме, с оружием. И с обожанием на лице. Однозначная работа феромонов. Мягким голосом, насколько получается, приказываю им собраться вокруг нас и лечь в удобные позы. Все выполняют безоговорочно. А теперь сюрпрайз! Привычно отдаю команду улучшить всю цепочку до феромонов и следом сами феромоны. Лежащие люди тут же покрываются зелёным туманом. Работает. То есть этот брызгающий слюной урод просто улучшил себе феромоны и влез на вершину пищевой цепочки? Вот же реальный урод! Мне захотелось сделать ему больно. Очень больно. Интересно, сколько ещё таких гнид мы встретим? И, кстати, теперь понятно, почему в нас перестали стрелять. «Моё кунг-фу круче твоего кунг-фу!». То есть наши двойные феромоны забили феромоны этого урода. И пересилили их. Приятно.

— Сань, ты же понимаешь, что настолько тупой исполнитель с феромонами не может быть главой целого города? Похоже, их тут шайка-лейка. Всё руководство улучшено. А остальные у них в рабах. Ничего не напоминает?

— Напоминает, ещё как! Но вдвоём мы хрена с два сдвинем этот колосс на глиняных ногах. Руководство быстро среагирует на улучшение этих двадцати ребят. И просто включит их в свой табель о рангах. Хоть какие идеи есть? Всех заставить улучшиться мы не сможем же…

— А ты уверен?

Он достаёт свой сиди-проигрыватель.

— Мне просто нужно немного его изменить. Чтобы он орал громко. Схватил его с собой по чисто студенческой привычке брать плеер с собой. И ещё нужно записать обращение. Причём нужно выяснить, от кого оно должно быть произнесено. На ком люди зациклены. Чьи команды будут воспринимать с радостью и счастьем. Ну что, действуем?

Сняв рюкзаки и заныкав их в какой-то подсобке, выдвигаюсь на улицу. Нам нужен «язык». Не подумав, мы же отправили улучшаться всех бойцов. А качок, хоть и лежит, уже связанный Васей, на сотрудничество вряд ли пойдёт. Уж больно неадекватен. А нам необходимо знать, от чьего имени нужно вести пропаганду. Кому люди верят, кого хотят сделать счастливым. Вася тем временем в той же кладовке конструирует систему оповещения.

Буквально через триста метров встречаю девушку. Миленькую такую пухляшку. Очаровательное лицо, настоящая талия. Пропорции идеала семнадцатого века. Мне не зашло, но, как известно, на вкус и цвет. Уверен, она сводила с ума половину знакомых парней. Впрочем, у меня же цель! Нашёл время оценивать тёлочек. Имея любимую. Всё. Собрался. Хотя странно. Народа на улицах нет, а такой симпатичный экземпляр разгуливает в гордом одиночестве. И, ух, хороша! Лишь спустя минуту, когда мы уже давно смотрели в глаза друг другу, до меня доходит, что я опять попал под действие этих долбанных феромонов. Она явно улучшена!

— Ну, здравствуй! — её голос соответствует внешности. Такой же объёмный, но приятный, обволакивающий. — Ты почто моих людей обижаешь? Они же тебя не обижали? Что с ними?

На секунду растерялся. Её гормональный напор был мощен. Несмотря на то, что она совершенно не в моём вкусе, я этому напору почти поддался.

— Вообще-то, уродец, которого ты послала меня встретить, дважды пытался застрелить меня. Ты считаешь это нормальным? Ведь ты его послала?

— Ой, я не знала. Обычно Серж адекватен. Пока не выпьет. Когда пьян, он конченый идиот. Но у нас договорённость, и он не бухает. От него, случайно, не пахло алкоголем? Если да, то я его жёстко накажу!

— Я не унюхал. Но что это меняет?

— Да, наверно, ничего. Я тебя раньше не видела. Ты откуда? Прогуляемся? Я Елена.

Отказывать не хочется, да и смысл? Мне же как раз нужно узнать о руководстве. А она явно из них. Будем продолжать правое дело гормональной революции уже в третьем отдельно взятом поселении.

— А я Александр. Мы из соседнего городка. Девяносто километров к югу от вас. А вы тут как и чем живёте? Почему народу совсем нет на улицах? У нас почти нормальная жизнь, например.

— Так все работают. У нас химический завод рванул, вот и разгребаем потихоньку. Хорошо, химикаты вытекли нетоксичные, иначе сейчас бы мы тут с тобой не разговаривали. А ты, значит, с правления своего города? А как сюда занесло?

Тем временем мы не спеша прогуливались в направлении центра. Вокруг был обычный частный сектор. Недорогие дома, но всё ухожено, чистенько. Даже тротуары подметены от опавшей листвы. Необычно.

— Нет, я не из правления, с чего ты взяла? Обычный житель. А вот ты, похоже, именно из правления. Я прав?

— У тебя же гормоны улучшены, я это сразу поняла. Вот и подумала… А я да, одна из двенадцати. У нас нет лидера как такового у нас сенат. Все решения принимаем большинством голосов. Я там обычно в оппозиции. Но не всегда. Так и живём. Некоторые решения, например, привлечение к труду детей и стариков, я пыталась не пропустить. Но я в меньшинстве. Со мной согласились всего трое. Остальные восемь протащили указ. Вот потому народу и нет на улицах. Все арбайтен.

— Если то, что ты рассказываешь, правда, то тоже буду с тобой честен. Ваше правление скоро закончится. Точнее, изменится. Я с другом собираюсь улучшить всех твоих людей-рабов. Они все получат феромоны и перестанут быть послушными во всём. Ты уж извини.

— Ну да, улучшальщик! Я думала над этим неоднократно. Всех, у кого хватило мозгов улучшить эти твои гормоны-феромоны, просто ставят в команду надсмотрщиков. Ну, улучшишь ты сто человек. А что дальше-то? Правление только сильнее станет. А тебя эти же улучшенные и найдут. И отправят в тюрьму. Очень надолго. Так что возвращайся к себе. И спасибо за намерение помочь! Но ты сделаешь только хуже.

— Открою тебе секрет. Мы с моим другом очень непростые ребята. И друг, что важно в данной ситуации, умеет делать работающую технику. Кстати, ты могла бы нам сильно помочь. Мы планируем записать инструкцию, что нужно сделать всем жителям, чтобы получить феромоны. И запустить эту запись. Очень громко. А если это будет твоим голосом, то для людей будет намного достовернее. Готова рискнуть? Сразу подумай десять раз. Правление тебе этого не простит.

— А тут и думать нечего! За такие ситуации нужно хвататься руками и ногами. Только в одном месте будет слышно вашу говорилку, а в другом — нет. И за вами быстро пришлют армию. Всё равно не успеть дать приказ всем.

— Так ты же говорила, что все сейчас арбайтен на заводе? Вот там и включим запись. Мне нужны твоё принципиальное согласие и помощь. Небольшая.

— Хорошо. Я попробую поверить тебе. Жалко мне этих всех людей до невозможности. Идём.

Мы развернулись на сто восемьдесят градусов и пошли обратно, заметно прибавив скорости. По дороге говорили о чём угодно, кроме нашей задумки.

«Вась, ты там закончил? Работает?»

В ответ тишина. Значит, ещё трудится. А вот это нехорошо. Скоро вечер, и рабочий день закончится. Люди разойдутся. И придётся ждать до завтра. А накачанного хама обязательно кто-нибудь хватится. Да и его войско, уже улучшенное, может насторожить. А это проблемы. Какие, не знаю, но лучше их избежать вообще. Когда мы уже практически дошли до магазина, я, наконец, услышал:

«Саня, готово. Надо придумать текст и проговорить его. Это уже сам. Ты-то справился, выяснил, от чьего имени вещать будешь?»

«Мы на подходе. Справился. Говорить буду не я, есть способ лучше»

Василий встретил нас у входа в магазин. С гордостью протянул мне… пачку сигарет!

— С плеером не получилось, или тише, чем нужно, или оглушит напрочь всех, кто рядом. Поэтому придумал другой способ. Это устройство соединится по мысли со всеми, кто будет внутри круга диаметром километр. И транслирует им запись. Заряда хватит на две трансляции, потом тебе нужно будет его подзаряжать. От браслета.

Полностью обалдевшая Елена переводила неверящие глаза с меня на Васю, потом обратно.

— Это у вас такой юмор? Это же сигареты! Какая, к чертям, трансляция, вы меня за совсем дуру держите? Вас Сергей нанял, чтобы поиздеваться надо мной?

В её глазах показались слёзы.

— Ну что ты? Ну, конечно, нет! Это технологии нанитов, оно может выглядеть снаружи как угодно. И при этом работать, как надо! Сейчас Вася продемонстрирует тебе.

Корчу ему зверские рожи, чтобы он прямо сейчас продемонстрировал работу. И вдруг слышу по мысли:

«Раз, два! Проверка связи. Это Василий через передатчик».

Слёзы тут же практически высохли. Всё ещё с недоверием тянет руку к пачке. И чуть не роняет пачку на пол.

— Ты что, свинцом забил её? Тяжеленая какая. Ладно, теперь верю. Что шансы есть. Как ей пользоваться?

— Представь, что ты хочешь что-то всем сообщить. У тебя в списке общения появится личность по имени «Рассылка». Выбираешь её и дальше, как по обычной мыслесвязи, говоришь то, что нужно. Глаза Лены затуманились. Явно диктовала свою речь. Ещё через минуту она пришла в себя:

— Саш, у нас серьёзные проблемы. Я продиктовала речь всем, кто есть у меня в списках. Так что весь сенат в курсе того, что я замышляю. Меня просто рвут вопросами и угрозами.

Ну, здорово! Не было у бабки проблем, купила порося. Нужно резко ускоряться. Разворачиваю карту.

— Показывай, где завод?! И жди нас тут. Мы быстро домчимся, активируем передатчик и вернёмся.

Она моментально ткнула пухленьким пальчиком в место на карте. Чёрт, довольно далеко от нас.

— Вась, короче! Это далеко, одному мне будет проще добраться, тебя не придётся спасать. Только самому. Как эту хрень запускать? Сам поеду, вы тут ждите.

— Да как всё что угодно. Представил — запустил.

Без дальнейших обсуждений сажусь на велосипед, отмечаю на Васиной виртуальной карте точку назначения и мчусь. До цели оставалось меньше километра, когда карта запестрела отметками других людей. Они выстроились неплотной цепью вокруг завода и стояли. С оружием. Но они не знали об одной уникальной моей способности. Даже о двух. Да они ничего обо мне не знали. А я о себе знал. Поэтому слезаю с велосипеда, ныкаю его, торможу время, спокойно приближаюсь, а затем миную оцепление. Ворота перекрыты. Недолго думая, телепортируюсь. И застываю. Тут было море людей. Всех возрастов. Они стояли плотно, как на первомайской демонстрации в моём детстве. И передавали из рук в руки какие-то камни, железки, тряпки. В статике это смотрелось вообще нереально. Недалеко увидел несколько труб. Тут же телепортируюсь на ту, что ближе к центру. И запускаю передатчик. Уже после запуска соображаю, что время не идёт. Ну да, ступил. Отпускаю время, и тут же у меня в голове возникает голос Елены.

«Друзья! С вами говорит член правления Елена Веселова. У меня для вас неожиданные новости. Вас используют. Вы все являетесь рабами. Чтобы от этого избавиться, я дам вам инструкцию. Вам нужно…»

Ну вот какого чёрта? Неужели она не понимает, что людям параллельно на то, что их используют? Они живут так всю жизнь! А в ситуации, когда ими руководят феромоны, им дважды пох. Единственное, что ими реально будет руководить — это желание угодить. Тем, от кого они в данное время зависимы, в кого влюблены. Тем временем речь продолжалась.

«Как только вы выполните все улучшения, идите домой. Там мы, правление, будем ждать вас обновлёнными! Мы ждём вас, мы любим вас!»

Нет, несправедлив я был к Елене. Под конец вырулила в правильную сторону! Умничка. А толпа тем временем укладывалась рядами, штабелями и запускала улучшения. Всех окутывала дымка. Всё. Процесс запущен и необратим.

И тут… Скорее всего, это была пуля. Со снайперской винтовки. Прямо в затылок.

«Вам запрещено воскрешение. Ваш материал уходит на повышение. Принять? Да/Нет»

День?

А вот этого я не понял! Что ещё за повышение? Что значит не могу воскреснуть? А как же сто двадцать очков разницы? У меня и сотни разницы не было, я точно помню!

«Завод! Что за нах происходит?»

В ответ тишина. Нет ни Завода, ни меня, ни моего тела. Только надпись и мысли. Я даже видеть не могу. Только думать. А надпись не в глазах, а прямо в мозге отпечатана. Хотя, наверное, у меня и мозга нет.

Так. Думаем логически. Воскрешение запрещено. Это факт. Тогда что значит «Принять? Да/Нет»? Что такое материал? О каком повышении речь? И висеть тут, непонятно, где, непонятно, в каком качестве, дико дискомфортно.

Собственно, выбор-то у меня крохотный. Либо «Да», либо «Нет». Может, это повышение мерности тела? Какой-то отложенный апгрейд? Маловероятно. Но эту мысль из вида выпускать не будем. Какие ещё идеи? До меня добрались враги Завода? И всех землян до кучи. Но воскрешениями же заведует Завод, так что это отпадает. Хотя у него есть соглашение, которое заставляет его буквально делать то, что ему положено. Кем? Это пока неизвестно. Так. Достаём из раздела «отпадает» последнюю мысль. Блин, больше мыслей нет. Ну, вообще никаких. В итоге у меня пока два варианта. Второй более вероятен. Вспоминаю про «бритву Оккама». И вариант с апдейтом как-то незаметно растворяется. Ну не мог Завод не предупредить, что улучшение возможно только после смерти.

Тогда я встрял. Жёстко. Мою душу отправят на повышение, то есть прямиком в измерение таинственных гадов. А мне это сейчас ну совершенно не нужно! Я всего лишь шестимерная букашка. Для существа, заставившего работать на себя семимерного Завода, я ничто! Но это выглядит достоверно. Точно встрял.

Так, с этим определились. Вполне возможно, я ошибаюсь. И даже очень вероятно. Поскольку у меня есть выбор. Если меня действительно вычислили и затребовали, выбора бы не было! Я не знаю, из каких вариантов этот мой выбор, но он есть. Как обычно, трудности перевода, Капитан Очевидность и всё такое. Могли ли наниты по имени Завод найти лазейку и дать мне шанс остаться в моей Вселенной, чтобы подрасти? Судя по моему опыту, Завод — профи в нахождении лазеек. Так что да! Это весьма вероятно. От разнообразия мыслей и следующих из них открытий я аж вспотел. Странное ощущение. Тела нет, но оно вспотело. Дискомфорт от пребывания не пойми где нарастал. Скоро случится что-то нехорошее, я прямо чувствовал это. И, скорее всего, у меня просто заберут возможность выбора и отправят куда-то. Больше не раздумывая, выбираю «Нет». Меня накрывает темнота.

День 63

Ну, слава всем богам, или кто там за них? Я, похоже, всё-таки остался на Земле! Лежу на слегка влажной и слегка пожухлой траве рядом с бетонным забором. Вижу трубу, на которой меня убили. Толпы людей всё так же лежат, истекая зелёным дымом. Горизонт окрашен красным. Похоже, скоро рассвет. Это что, я воскресал столько времени? Это же часов десять прошло!

«Завод, ты тут?»

«И я очень рад тебе. Всё-таки мне очень повезло, что ты — это ты. Всё чуть не рухнуло. Хорошо, что разобрался, хорошо, что не протупил. Но второй раз я тебя вытащить не смогу»

«А что это было-то? Я же по идее не должен умирать?»

«Доступ ограничен»

Так. Точно знаю, что монетки у меня в кармане нет. Но я должен выяснить! Оглядываюсь в поисках какого-нибудь камушка, чтобы он исполнил функцию монетки. Вижу обычную пивную пробку. Идеальная замена монетки. Подбираю её.

«Так, Завод! Сторона с рисунком — да. Тебе приказали, чтобы я умер окончательно?»

Подкидываю пробку, она приземляется рисунком вверх. Значит, да. Однако.

«Зачем им это нужно? Ах, да! Тут или да, или нет. Я им мешаю?»

Пробка отвечает нет.

«Буду мешать?»

Ответ — да.

«Когда я умру, меня уничтожат окончательно?»

Пробка, упав на землю, покатилась и застряла между двумя камушками, так и не упав. Наверно, это и да, и нет?

«Ты не знаешь?»

Вот теперь пробка ведёт себя, как положено, и падает, показывая да. Блин, а ведь так я смогу узнать всё, что угодно! Ну-ка, проверим одну догадку, которая мучает меня с тех пор, как в интерфейсе прочитал про «сладость и остроту» души.

«Завод, эти некто питаются нашими душами?»

С внутренним трепетом подкидываю пробку. Она нереально долго крутится и, наконец, падает. Почти.

Вдруг время остановилось. Так происходит, когда я останавливаю его, но я-то сейчас этого не делал! Пробка зависает в пяти сантиметрах от земли. Поднимаю глаза и в полуметре от лица вижу пулю. Огромную, если честно. Она по миллиметру двигается в мою сторону. Легко уйдя с траектории, я задумался. А ведь мне теперь умирать нельзя! Похоже, Завод пошёл на прямое нарушение, остановив время. А может, опять вывернулся, нанёс мне вред? Например, не дав узнать ответ? Проследив траекторию пули, обнаруживаю дымок от выстрела на самой низкой трубе завода или фабрики, не знаю разницу. Телепортируюсь туда. Так и есть. Вот он, снайпер, лежит! С огромной винтовкой, с каким-то огромным навороченным прицелом. И рядом с ним лежит человек с биноклем. Хватаю винтовку и луплю ей по стене. Изувечив бедное оружие, достаю ножи у обоих убийц и втыкаю им в бёдра. Убивать чести нет, они же защищают свою территорию от гадов в моём лице. Но это их отвлечёт.

После чего телепортируюсь к воротам, оттуда — за оцепление, где я спрятал велосипед. Хватаю его и еду к магазину. По дороге отслеживаю направления возможного движения велосипеда. По идее, если меня убьют, велик просто упадёт. Но ни один из вариантов будущего не показывал, что он свалится. Таким макаром доехал до магазина.

«Вась, ты тут? На связи?»

«А? Ты меня разбудил. Ты куда пропадал? Я не мог с тобой связаться! Я в магазине, в подсобке. А ты где?»

Захожу в магазин, открываю дверь в подсобку.

— Привет! Вась, быстро собираемся и валим отсюда. У нас серьёзные проблемы.

— Я давно готов, всё оборудование, нужное нам, давно собрал. У меня в рюкзаке. Едем.

Связанного и уже обгадившегося качка просто вытаскиваем на улицу и бросаем на самом виду. Сами садимся на велосипеды и гоним к реке.

Прибыв на знакомую пристань, вдвоём быстро облачаемся в водолазное снаряжение. При этом постоянно кручу головой на триста шестьдесят градусов. Поскольку да, умирать мне никак нельзя. Подходим к воде, ныряем. Радар показывает тридцать метров. Потом десять. Потом метр. А глубина тут приличная. И радар показывает не на дно! А на какое-то непонятное утолщение в самом низу лодки. Как будто у парусника снизу вырос плавник, потом раздулся, и в него запихнули уран. Как-то всё это бредово. Такой вид контрабанды? Урана? Яхта принадлежит террористам?

«Вась, радар говорит, что уран в этом утолщении внизу лодки! Что дальше делаем? Наверно, контрабандисты»

«Нет, это противовес из обеднённого урана. Я читал про такое. Нам нужно как-то расковырять его, а потом отковырять кусок»

«Понятно. Какой кусок нужен?»

«Больше литра мы не поднимем. Немного надо»

«Понял, принял. Отплыви подальше?»

Как только Вася отплыл метров на пять, впервые активирую локальную плазму на кончике пальца. Интересно, уран не рванёт? Хиросиму не хотелось бы. Вокруг пальца вскипела вода.

«Стой, ты чего задумал? Уран в плазму засунуть? От города хрен что останется!»

«Ты же сказал, что тут обеднённый уран? Он же не взрывается?»

«А ты читал много исследований про совмещение обеднённого урана и низкотемпературной плазмы? Я вот, например, ни одного»

«Ну и как быть? У меня других идей нет. Хотя вру, есть! Раз перед улучшением материалы подсасываются заранее, может, и перед крафтом подсосётся? Начни крафт ста единиц одежды. Посмотрим. Хотя стой! Ещё идея! А в твою мегасумку нельзя весь парусник закинуть?»

«Не, не выйдет. На такие размеры я никак не рассчитывал. А вот про подготовку к крафту я не подумал. Сейчас попробую!»

Вася подплыл к урану.

«Нужно как-то меня закрепить, сносит течением! Оно хоть и слабое, но есть»

Я достал верёвку с грузом и зацепился за руль, или как там это заднее весло называют. Спасибо, течение было в нужную сторону. Второй конец прицепил к другу. Вася замер, спустя секунду замерцал зелёным дымком. Под водой это выглядело футуристически. Спустя полчаса я вдруг задумался, а насколько хватает баллонов? Стрелка на баллонах, во всяком случае, говорила, что воздуха осталось немного. А Вася так и висит в воде, как поплавок. И оживать не собирается. Выплываю. Как поменять баллон человеку, который находится в воде, я не имел понятия. Но что-то делать нужно! Заменив свой баллон, схватил ещё один и стал разбираться, как там что работает. По идее можно просто отсоединить эту трубку и прикрутить к новому баллону. А не менять весь комплект с загубником. Наметив по пунктам замену баллона, погружаюсь обратно к Васе. Всё вышло даже лучше, чем я ожидал. Никаких проблем с откручиванием-переставлением-закручиванием не возникло. Вот загубник я бы и не достал, туман не дал бы. И старый баллон снять у меня не вышло по той же причине. Так что новый просто повесил ему на старый, спасибо, длины шланга хватило.

Примерно через час повторил операцию. Остался всего один полный баллон. И половина моего. Если Вася через час не начнёт подавать признаков жизни, придётся снова ехать в тот магазин. И сто процентов там нас ждут. Вот просто на всякий случай. А умирать нельзя. Но ещё через полчаса над водой показался Василий.

— Готово! Я собрал аж одиннадцать килограммов урана. Почти литр! Хватит на много. Можем ехать.

В скором темпе переоделись, бросив всё оборудование на берегу, сели на велосипеды. Из города выбрались беспрепятственно. Никто на нас не охотился, никаких засад не было.

Интересно, как там Елена? И какие теперь отношения к ней в их правлении? Возможно, когда-нибудь мы об этом узнаем.

До темноты проехали всего двадцать километров. Поскольку пошёл дождь, и ехать было очень некомфортно. Хорошо хоть по асфальту. По грунтовкам мы бы завязли бы в первой же луже. Съехали на боковую дорогу, разбили лагерь. Дождь уже утомил. Промочил полностью, несмотря на накидки. Плитку ставили не на улице, а в тамбуре палатки. Да, пожароопасно и всё такое. Но лезть готовить на улицу никто не хотел. Зато хотели жрать. За весь день даже бутерброда не съели. Всё торопились. Пока готовился ужин, слопали по шоколадке, рычание в животах прекратилось. Ужин съели целиком, на утро ничего не оставив. Неудивительно. Удивительно, куда это всё поместилось? Связав велосипеды, привычно просунули верёвку в палатку. Потянут — почувствуем. Хотя кому тянуть в такую погоду? Вряд ли найдутся идиоты, шарящиеся по лесам во время ливня.

Всё, отбой! День был очень насыщенным, надо выспаться.

День 64

Погода не исправилась. Вокруг уже стояли лужи. Собираться было очень некомфортно. Хорошо, что был запас одежды, но и он был влажным. Когда, позавтракав, собрали лагерь, всё равно были мокрыми насквозь. В паршивом настроении кое-как добрались до дороги через раскисшую грунтовку и повернули в сторону дома. Останавливались всего однажды — пообедать. Тормознули у автобусной остановки, зачем-то поставленной у дороги посреди леса, приготовили обед и плотно поели. К позднему вечеру добрались до дома. Ноги не просто ныли, а отваливались. Дня три ходить не смогу, это точно.

Ребята ещё не спали. Как только мы зашли, нас завалили вопросами. Главным был вопрос о том, удалось ли нам добыть уран. После того, как ребята узнали, что внутри Васи находится одиннадцать килограммов урана, все от него как-то отодвинулись. Но вопросы продолжились. Между делом на столе появился ужин, закуски, разнообразный алкоголь. Рассевшись, принялись за еду. Сегодня нас баловали рыбой. Где взяли только? Хотя Дима — заядлый рыбак, мог и наловить.

Я сидел и наслаждался. Вкусной едой, теплом и сухостью дома, атмосферой спокойствия, тёплой ладошкой Саши в моей руке, звуками дождя с улицы. Все прошлые переживания отодвинулись куда-то на задний план, казались мелкими и незначительными. Из потока наслаждения меня вывел вопрос Димы:

— Сань, я не понял! Что значит, ты воскресал пол ночи? Твои наниты заглючили, что ли?

— Нет. Тут всё намного сложнее. Начальство нанитов приказало меня не воскрешать, а мой «материал» отправить им. Но наниты, собаки хитрые, и спасибо им огромное за это, нашли какой-то способ меня от этого путешествия избавить! А ещё я нашёл способ узнавать у них информацию, закрытую этими их соглашениями.

— О как! И что ты у них узнал?

— Не поверишь, вообще ничего не успел узнать. Только выяснил, что способ работает. Монетку найдёте?

Кирилл тут же вытаскивает огромную монету.

— Держи. Это две марки какие-то юбилейные из старой Германии. Таскаю с собой как талисман.

Беру монету. Довольно большая. На одной стороне цифра два, на другой — схематический орёл.

— Короче, ребят, Завод! Решка, где цифра, это да. Думайте вопросы. Только серьёзные и важные. Никаких «как вы размножаетесь»! И у меня первый вопрос. Я его уже задавал, но ответа не увидел, меня попытались убить, потом было не до вопросов. Эти самые хозяева питаются нашими душами? Мы — еда?

С замиранием сердца легонько подбрасываю монету. Она взлетает, начинает падать. Падение длится нестерпимо долго, а узнать ответ хочется нереально сильно. Дыхание затаили все. Уверен, каждому приходила в голову такая мысль. Кто-то от неё отмахивался, кто-то гнал от себя. Наконец, монета падает. Орёл! ОРЁЛ!!! То есть мы не еда, не скот для питания восьми- или более мерных существ! По кухоньке пронёсся коллективный выдох. Думаю, все выдохнули с облегчением.

— Это то, что волновало меня больше всего. Теперь ваши вопросы.

Тут же начинает тараторить Саша:

— Но если мы не еда, то зачем им наши души? Спроси у Завода? Стоп, они же не смогут ответить, это же очевидно. Монетка текст не напишет. Тогда спроси, эти кто-то вообще нам враги? Или они за нас?

Вопрос мне понравился. Подкидываю монетку.

— Завод, ваше руководство — враг человечеству?

Монетка падает, сверкая орлом. А вот это неожиданно. Все уже привыкли думать, что неведомый враг, устроивший при помощи нанитов всё это безобразие на Земле — однозначно враг. Все настроились бороться с ними. А тут… Всё стало только запутаннее.

— Завод, а вы нам враги?

Глупый вопрос в человеческом обществе. Кто же признается? Но я давно пришёл к выводу, что Завод не умеет лгать. Он будет выкручиваться до последнего, обходить соглашения, но никогда не соврёт. Он просто не умеет этого. Монета в третий раз подряд показывает «Нет».

— Но ты же от этого руководства зависим?

Да. Монетка показала решку.

— И ты хочешь от этой зависимости избавиться?

Опять да. Совершенно непонятно стало. Раньше было понятно. Есть хорошие — человечество и Завод. И есть плохие — неведомые хозяева Завода. А теперь, когда плохих вдруг не стало, когда есть только хорошие, все растерялись. Мы, воспитанные на книгах и фильмах про всяких героев, точно знаем, что есть наши, они хорошие и правые. И есть враги, которые плохие. А тут… Ну, не бывает так! С кем тогда мы собираемся воевать? С другими хорошими, которые за нас? И ради чего? Чтобы избавить первых хороших от договора со вторыми хорошими? Бред бредовый! Нам нужно, чтобы Земле дали жить. Хотя, насколько я успел увидеть, земляне уже начали приспосабливаться к новому миру. И мир стал справедливее и честнее, что ли.

Все сидят, словно воды в рот набрали. Поступившая информация просто повыбивала все мысли из головы. И, похоже, не только у меня. Встаёт Дима.

— Нам придётся воевать с начальством нанитов? Чтобы их, нанитов, освободить?

Мне тоже интересен ответ на этот вопрос. Ведь, если начальство нам не враги, зачем с ними воевать? Он крутился на периферии, но не формулировался. Запутался. Подтверждаю вопрос, кидаю монету…

— Нет! Воевать не придётся. Цель в чём-то другом. Засада. Ребят, у меня одного кипит мозг?

Все дружно выразили согласие, что нужно остудить мозги, подумать, поднакопить вопросы. И начать по новой. А сейчас нужно идти спать. Дима и Кирилл со своими половинками уже переехали во второй дом, оказывается. Во всяком случае, на ночёвку. А перегородки в этом доме убрали, восстановив комнаты. Очень быстро они. Ну и хорошо. Отправляемся с Сашей во вновь большую нашу комнату. А потом я просто перестал думать.

День 65

Снилось мне что-то про щупальца, вырывавшиеся из ртов всех людей, которых я встречал. И которые хотели мной позавтракать. Или пообедать. Мысли, с которыми я вчера уснул, никуда не делись и одолевали меня и утром. Саша уже встала, так что валяться я не стал, поднялся сразу. С кухни доносились аппетитные запахи готовящегося завтрака и разговоры. Похоже, там спорили.

— Чем мы можем помочь этим нанитам, если их враг — им не враг, а нам вообще друг? — Дима, похоже, отстаивал какую-то точку зрения. — Это какой-то кот Шрёдингера, к чертям собачьим! Это же засада полная! Ну не бывает так!

— Значит, нужно придумать цель, которая может перед нами стоять! И спросить про неё у Завода, — голос любимой тоже звучал слегка повышено. — Ведь, если мы не видим смысла, это не значит, что его нет! Это значит, что мы тупые!

А, кстати, что-то в этом есть. Должна быть цель! Должна быть. С этой мыслью захожу на кухню, здороваюсь со всеми.

— Привет честной компании! Смотрю, тут у вас баталии с утра пораньше? Саш, вот твоя мысль про цель меня как-то зацепила. Не может не быть цели. Нет, она понятна! Освободить нанитов. От… договора, получается? Если они с нанимателем из крутой Вселенной друг другу не враги. Стоп! Всем молчать, с мысли собьёте…

Все послушно замолчали. Кроме неугомонного Кирилла.

— Это получается, что наша цель — выполнить что-то из контракта нанитов, после чего они станут от этого контракта свободны. То есть достичь цели контракта. Осталось узнать, в чём она заключается!

Вот ни разу на него не сержусь. Он в итоге озвучил ту мысль, которую я пытался поймать. Он прав! Достаю из кармана монету, подбрасываю.

«Он прав?»

«Доступ ограничен»

Да понятно, что он ограничен! Ты просто монетку урони, ответь орлом или решкой. Монетка показывает «Да».

— Ребят, да! Таки да. И теперь действительно осталось придумать, в чем цель контракта между минимум семимерными созданиями в отношении четырёхмерных. Вам не кажется смешным пытаться угадать?

До самого обеда мы гадали. Я реально утомил пальцы бросать монету. И не добились ничего. Идеи предлагались самые разные. Вплоть до того, чтобы вывести человечество в дальний космос. Ага, при неработающей технике. Единственный сдвиг был, когда Натали задала вопрос «Цель — улучшение душ?». На что мы получили долго крутящуюся монету, которая пыталась упасть на «Да» почти минуту. Вскоре мы выяснили, что это побочная или неглавная, или второстепенная цель. И всё. Дальше мы не продвинулись. Но, собственно, это было понятно и без вопроса. По происходящему вокруг пушному зверьку с тундры.

И тут мне в уставшую голову приходит идея. Я аж замер от неожиданности. Нет, не про договор и прочее. Я всё ещё на заднем плане своих мыслей пережёвывал то, что мне нельзя умирать. А вдруг?

— Друзья, секунду! У меня вопрос к Заводу не по теме. Завод, а есть ещё те, кому нельзя умирать?

Монетка показала «Да»! Да, сука! Ну, вот почему все шишки на нас?

— Мы все такие?

А тут внезапное «Нет». Очень надеюсь, что Саша входит в это «Нет».

— Таких людей больше трёх?

Опять «Да».

— Больше пяти?

Однозначное «Нет». Но я уже не мог остановиться, я должен знать!

— Четверо?

«Да». Монетка аж прилипла к столу, не крутясь.

— То есть половина из нас попали…

Монетка выскальзывает из рук и явно говорит «Нет». Хотя я её не кидал. Но Завод же и не такие фокусы может провернуть. Он явно что-то хочет мне сообщить. Ребята сидят, выпучив глаза и пооткрывав от удивления рты. Но надо выяснить всё. Тут гадать не надо. Просто несколько правильных вопросов, как в детской игре. По логике, попавших, как кур в ощип, четверо. Но не половина из нас, а это тоже четверо. Значит, попали не только наши. Ну, начинаем простую игру. Несложную, детскую. Когда понимаешь, как правильно задавать вопросы, легко приходишь к ответу.

— Меньше трёх из нас под ударом?

Ответ гласит, что меньше. Или я один, или я плюс кто-то. По логике дальше всех по индивидуальным улучшениям продвинулся Вася. Попробуем.

— Второй Василий?

Оказывается, я был прав. В нашей команде умирать нельзя двоим. Самое главное выяснил за пяток вопросов. На Васю жалко смотреть. Детская обида во всё лицо. Я-то уже свыкся с этой мыслью, пережил много, считай, смирился. И готов, ну, почти, к любым неожиданностям. А ему это придётся пройти самому. Но главное, предупреждён — значит вооружён!

— А остальные двое, они, — я запнулся, не зная, как сформулировать вопрос. — Они тоже улучшались веками? Они изменённые?

Категорическое «Да». Тут меня осеняет ещё раз. Он говорил про континент! Нас было двое на континенте!

— Завод, есть ещё кто-то равный или выше меня по срокам изменений генома? Кто-то с пятого пришествия или раньше?

Опять «Да».

— Так. Делаю вывод. Эти оставшиеся двое, они минимум на моём уровне и находятся не в Евразии?

И снова «Да»! Вот это странная новость. Глаза у ребят уже квадратные. Наконец, оживает Саша, ну, кто бы сомневался, что она отреагирует первой?

— Саш, так это получается, что мы не одни? Нам надо объединиться! А что значит не в Евразии? Это в Америках, что ли? Или в Африке? Это же далеко! А с ними просто связаться можно как-то, опытом там поделиться, идеями? Интересно, а если я ему по мысли говорю по-русски, а он мне по-индийски, мы поймём друг друга? По идее должны же! Это же мысли, а не слова? Хотя человек думает на определённом языке, как правило. Отличный эксперимент получился бы. А наниты мысли с языка на язык переводить могут? Если могут, это же переводчики не нужны больше! Ой. Простите, просто неожиданно всё. А про тебя, Вась, мне правда жалко. Как и про моего Сашку. Ну вот как так-то? Нечестно это…

Совсем стушевавшись, Саша замолкает. Пауза неприлично затягивается. Желая наполнить её хоть чем-нибудь, Дима озвучивает:

— Ребят, предлагаю отвлечься и пообедать. Война войной, а обед по расписанию!

Девчонки, как по команде, вскочили и чуть ли не бегом бросились сервировать стол. Мы не столь резво, но охотно, присоединились к действу. Негласное соглашение не обсуждать тему окончательной смерти действовало почти до конца обеда. Ложку я еле держал, настолько устала кисть бросать эту треклятую монетку. Надо было спросить у Завода, может ли её бросать кто-то другой.

«Конечно да. У каждого есть свой Завод»

Ого! Вываливаю на ребят эту информацию. Они аж есть перестали.

— То есть я могу в любой момент спросить у своего Завода с помощью монетки, и он ответит? — Дима, как и все, был в шоке. — И независимо от тебя?

«Завод?»

«Абсолютно верно»

— Да, Дим. Теперь вы задаёте Заводу вопросы сами. Любые, которые приходят вам в голову. И самую интересную информацию конспектируете. В разделе чата есть же записная книжка, кто не знал. Я вот знал, но забыл, а тут вспомнилось. И минимум раз в день собираемся и самые важные открытия вываливаем друг на друга. Все согласны?

Ребята пробурчали что-то утвердительное и вернулись к трапезе.

После обеда Дима с Кириллом пригласили меня с Васей посмотреть соседский дом. То, как они там обустроились. А что, мне реально интересно! Сколько слышал, но так и не сподобился посмотреть.

Дом оказался… обычным. Старенький, одноэтажный. Внутри раньше явно было две комнаты. Одна небольшая проходная, где теперь располагалась кухня, и вторая большая. Сейчас её разделили пополам, причём уже капитально. Без одеял, обозначающих часть стены. Всё чистенько, аккуратно. В розетках было электричество, в кране — вода.

— Воду-то как сделали?

— Просто прокопали неглубоко да шланг поливочный проложили. Ну, и подключили всё это.

А что, очень даже неплохо. Удобства, правда, на улице, и душа нет, но есть же второй дом напротив, где всё это есть. Главное, есть голландская печка. Зимой будет тепло. Ну, и калориферы никто не отменял. А электричества у нас много. Для комфортного ночлега идеально. Эти мысли озвучиваю ребятам. Довольные, они принимают похвалу.

После экскурсии возвращаемся обратно. Я усаживаюсь в сторонку с целью разобраться в своих улучшениях. Итого у меня есть из нужного:

«Повышение мерности [недоступно] — [недоступно]»

«Самоконтроль (93) — Восприятие в высокомерных Вселенных*»

«7-ое измерение (90) — Повышение мерности тела*»

«Защита (74) — Поможет выжить в агрессивной среде*»

А ещё у меня скопилось просто невероятное количество очков! Пятьсот тридцать восемь сладости, и четыреста пятьдесят семь остроты. И это свободных! Неплохо насыпало за нашу поездку за ураном.

Но вот «Повышение мерности» всё так же недоступно. Это сколько же нужно очков для этого улучшения? Страшно представить. Или там дело не в очках? Подбрасываю монетку, которую я так и замылил себе.

«Завод, «Повышение мерности» закрыто потому, что не хватает очков?»

Выпадает «Нет». Значит, я был прав. И не выполнено ещё какое-то требование. Ладно, отложим пока. Остаются «Защита» и «Самоконтроль». Ещё вопрос.

«Завод, а защита вторая сможет защитить меня от пули, которой я был убит?»

«Можешь не кидать монетку. Не сможет. Вторая защита позволит тебе находиться в вакууме, а также в агрессивных материалах в реальностях других Вселенных. А вот третья сможет. Даже от снаряда»

Мне показалось, или в последней фразе Завода был сарказм? Так. Чтобы случайно не пойти на корм заказчикам, нужно улучшить защиту ещё дважды. Хотя да, мы же выяснили, что заказчики нас не едят. И вся эта «гастрономия» в названиях — простые трудности перевода. А интересно всё-таки, зачем им наши души? Но на этот вопрос игрой в «да-нет», ответа не получишь. К сожалению.

«Какие сроки улучшений «Защита»?»

«18 часов у второго улучшения и 44 минуты — у третьего»

А вот это супер! Оба улучшения займут вдвое меньше времени, чем первое.

— Ребят, я на улучшение, если ничего срочного. Хочется выжить. Вась, у тебя улучшение «Защита» есть?

— Да, один раз вкачал.

— Срочно делай второе и третье улучшение. Тогда нас так просто не завалишь.

— Так ты кладовку займёшь же?

— Потеснимся. Идём, упадём вдвоём, мы не Дима, поместимся.

Да. Погорячился я. На раскладушке было, мягко скажем, тесно вдвоём. Нет, с Сашей бы я поместился комфортно, но то с Сашей. Ладно, главное — выжить. Кое-как разместившись, выбираю улучшение. Все материалы в наличии, запускаю.

День 66

Возвращаюсь на эту грешную Землю. Вася рядом, покрыт зелёной дымкой. Это хорошо, значит, улучшается, всё штатно. Запускаю третье улучшение защиты.

Вот теперь совсем хорошо! Вася всё ещё парит зеленью. Пока я выкорячивался в неудобной и тесной позиции на раскладушке, туман, окутывающий Василия, втянулся ему под кожу, и он открыл глаза.

— Ты уже? Я тоже закончил. И мне теперь спокойнее. А то напугал ты меня своими рассказами. Ты читал, что требуется для третьего улучшения? Я охренел просто. Вот, не найди мы тот клад, где бы мы взяли по сто восемьдесят граммов золота, а? Зато я теперь не только атомный, но и золотой.

Заглядываю в бочонок с кладом. Да, объём заметно поубавился.

— Серьёзно? Сто восемьдесят граммов? Я не смотрел. Запустил, и всё. Это сколько же на деньги стоило бы? А если учесть, что сами украшения из золота были старинными, вообще космическая сумма выйдет.

Так, переговариваясь, выходим на кухню. Друзья уже встали и завтракали. Мы тут же присоединились.

— Ребят, поздравьте нас! Мы теперь вроде как в безопасности.

Всхлипнув, Саня повисла у меня на шее.

— Это же здорово, а я так переживала, тут же все всех убивают, беспредел полный, потом все воскресают, а вы не воскресли бы. И я одна осталась бы! А теперь тебя не убьют, а если меня убьют, то я воскресну, и мы опять вместе будем. Не пугай меня больше, ладно? И я теперь тебя в дальние походы одного не отпущу, запомнил?

С нежностью вытер ей слёзы, прижал к себе, убаюкивая, успокаивая.

— Сань, у меня осталось одно важное улучшение. Отпустишь?

— Опять улучшение? Мы и так почти не видимся. Ну, конечно, отпущу. Иди, пока я не передумала! А надолго?

«Завод, подскажешь?»

«Самоконтроль улучшается 77 часов»

Долго. Обрадовал Сашу, что сегодня я её сначала убаюкаю, и следом огорчил, что пропаду на три дня.

А сегодня решили наведаться в город. Посмотреть, что нового, прошвырнуться по магазинам, пообщаться с народом. Никаких целей, никаких исполнений обязательств. Просто дружеский визит и прогулка.

Собирались недолго. С собой не брали ничего, даже оружия. Не без самолюбования подумал, что я самое крутое оружие в этом мире. А потом вспомнил про ещё двоих моего уровня. Они уже могли прокачаться выше меня. Хотя это же в Америках и Африке! Ладно! Я самое крутое оружие Евразии. Тоже звучит.

До старого центра добрались быстро. Неулучшенных не попадалось, город жил внешне нормальной жизнью.

Осень радовала прохладным, но сухим днём. Облетали листья, которые так и валялись на дорогах и тротуарах, гонимые слабым ветерком. Магазины работали, гуляли бабушки с внуками и мамочки с детьми, мужики куда-то целенаправленно спешили. Всё говорило о том, что жизнь налаживается.

Даже завидно стало. У нас сплошные приключения, то нас пытаются убить, то мы пытаемся спасти мир, то переделать отдельно взятые государства. А иногда хочется вот так же вот выйти с дочкой на прогулку. Да просто дочку хочется. Или сына. Или и дочку, и сына. Раньше, в прошлой жизни, я с ужасом думал о том, что у меня может появиться ребёнок. И прогонял от себя любые намёки на отношения серьёзнее, чем разовый перепихон. После ночи в клубе.

Как же нас испортило современное общество! Жили равнодушно, тешили своё эго. Была цель — дожить до завтра, и ещё цель — ни о чём не думать. Просто жить. Максимум, что нас заботило, чтобы в глазах окружающих мы были чуть успешнее других. Телефон покруче, кроссовки подороже, в баре напитки поэлитнее, машину попрестижнее. Для чего всё это было? Чтобы склеить самку на одну ночь? Наверно. Сейчас я искренне недоумевал, как так-то? Ради чего всё это было? Эти восемь часов пусть любимой, но ненужной мне работы, пять дней в неделю. Эта гонка за огрызками последней модели? Неужели я правда был таким идиотом? Выходит, да. Был. И вот за то, что БЫЛ, а не есть, огромный поклон нанитам и их неведомым хозяевам. Может, зря мы пытаемся прекратить насилие нанитов? Вот лично мою жизнь они сделали лучше. Однозначно. Яркой, интересной, важной. Ведь нашу волю не подавили, просто переписали устои. Изменили понятия «плохо» и «хорошо». И добавили мелочи типа улучшений и бессмертия. Что тоже пошло нам, людям, на пользу.

Зато теперь у меня есть любимая, есть невнятная, но цель. А дочку всё равно хочу. Не выдержав, подхожу к Саше, обнимаю её со спины, зарываюсь в волосы. Она замирает.

— Саш, я хочу дочку. Очень хочу. Наверно, не время и не место об этом говорить и думать, но не могу тебе этого не сказать.

Она резко напрягается, потом медленно убирает мои руки. Оборачивается. В глазах стоят слёзы.

— Любимый! Я не знаю, как тебе это сказать… У меня не может быть детей. Я бесплодна. Я переболела в детстве. Началось всё с обычных придатков, потом пошли осложнения… В общем, ты можешь меня бросить, я пойму. Я правда пойму.

«Завод!!! Это правда? Её можно вылечить? Что-то сделать?»

«Это правда. Её вылечили в первый день вселения. И она уже беременна. Сегодня третьи сутки. У людей вроде принято поздравлять? Поздравляю!»

Не веря, полностью опустошённый, но дико счастливый, сажусь на землю прямо посреди дороги. Руку любимой не отпускаю. Она, похоже, неправильно оценив мои переживания, пытается вырваться и уйти, убежать. Я не отпускаю.

— Милая, присядь. Нам надо поговорить.

Она падает рядом со мной, утыкается мне в плечо и начинает рыдать. Я, как могу, успокаиваю её.

— Всё хорошо, Саш! Я только что говорил с нанитами. Ты здорова. Они вылечили тебя в первый же день. И ты беременна! Самое начало, ещё и тест не показал бы. Сегодня третий день. Родная, я так счастлив! Это самое важное событие в моей жизни. И я тебя люблю. Точнее, не тебя. Вас. К тебе теперь нужно обращаться на Вы! Вас же двое.

Добился я прямо противоположного эффекта. Моя любимая уже плакала навзрыд. А у меня нет опыта по успокаиванию плачущих женщин. Ну никакого. К нам подбежали Света с Кариной. Сестрёнки подняли рыдающую в голос Сашу, посмотрели на меня недобрым взглядом, обещая четвертование, колесование, дыбу и всякие испанские сапоги. И увели её. Всё ещё прожигая меня взглядом и что-то по-женски лепеча Саше на ухо. Хорошо, что в улучшениях нет лазера из глаз, как у Супермена! Я бы точно был бы четвертован. Лазером.

Я так и сижу посередине дороги. Огорошенный, ошарашенный, но нереально счастливый. Остальные ребята с неодобрением в мою сторону, с жалостью — в Сашину, смотрят на это представление. Но ничего не делают. Ждут. Спустя минут пять Саша начинает успокаиваться. Всхлипывая, что-то рассказывает близняшкам. Наконец, я не выдерживаю нахлынувших чувств, вскакиваю, подбегаю к дорогому мне человеку. Подхватываю её на руки и начинаю кружить. Дима, бросившийся было мне наперехват, недоумённо замирает на полпути. Девчата идут к остальным и что-то им говорят. Я не слушаю. Я бережно ставлю любимую на ноги, начинаю целовать.

Ребята налетают со всех сторон, разделяют нас, начинают хлопать по плечам, лезут обниматься, что-то несут про то, как они рады, что они поздравляют. Я окончательно теряюсь.

Прихожу в адекватное состояние, когда Дима, как заезженная пластинка, раз в пятый спрашивает у меня «Куда идём отмечать?»

— Простите, ребят, столько всего и сразу! Что-то я не был готов к такой буре эмоций и новостей. Накрыло. Вроде вернулся. А какие варианты?

Нашёл ладошку Саши, сжал.

— Вариантов вижу три, — Дима лучился позитивом. Было видно, что он искренне рад за нас. — Или домой, что надоело, или на природу, что немного не по погоде, или ищем самое крутое кафе и гуляем там! И пусть все вам завидуют!

Остальные поддержали идею найти кафе.

— Давно надо было сделать чат с Антоном Алексеевичем. Сейчас бы спросили, куда нам. Хотя и так справимся, — Наташа подкинула хорошую, хоть и запоздавшую идею. — Язык до Киева доведёт! А нам так далеко и не надо!

Вот что я за глава? Ведь это на поверхности! Ни с Антоном Алексеевичем, ни с Еленой связь не установил. А как удобно было бы! Крепок задним умом, как говорится.

«Завод, если я знаю человека, я как-то могу с ним связаться?»

«Точно так же, как со всеми. Смотреть при добавлении не обязательно, достаточно представить. Создаёшь новую группу и добавляешь»

Мог бы и догадаться. Тут же создаю чат «Главы», куда добавляю Антона, потом, немного подумав, добавляю туда Елену. Стандартно получаю два очка сладости. Подтверждения не потребовалось. Вот, как Колобок добавил меня! И ведь сам догадался, без подсказок. Хотя это же Колобок, удивляться нечему.

«Антоха, привет! Это Саня, типа пророк. У меня к тебе вопрос. Есть минутка?»

«О! Привет! Давно тебя не было. Я свободен сейчас, спрашивай»

«Хочу пригласить тебя на торжество, но не знаю куда. У вас же работают кафе и кабаки? Посоветуй что-нибудь самое крутое? Но без дресс-кода. И где нас смогут принять прямо сейчас»

«Есть отличное заведение, сейчас узнаю, есть ли места на сегодня. Сколько народу будет?»

«Нас восемь и ты. Если Светлана вернулась, то ты и Светлана. Но можно и ещё кого. В общем, восемь и твоя компания. Рад буду всем!»

Он пропал примерно на минуту.

«Да. Лови адрес. Найдёшь? Нас будет четверо. Я, Света с сестрой и муж сестры. Можно?»

«Конечно! Мы уже идём туда, подгребайте»

«А что хоть за повод-то?»

«Там узнаешь! Подарков не надо»

Озвучиваю друзьям, что кафе заказано, нас ждут. На Васиной карте нахожу адрес и уверенно веду всех к цели. Но это оказалось не кафе. Это оказался ресторан. Ресторан «Афродита». Самый крутой кабак нашего города. И очень говорящее название. Из серии «нарочно не придумаешь». Богиня любви и красоты. Очень символично. А у меня есть самая красивая женщина и единственная моя любовь. По поводу которой мы и собрались сюда. Как под заказ название.

Заходим, нас встречают. Статный высокий мужчина. Во фраке. Во фраке, мать его! И мы в форме цвета хаки, я в испачканных землёй штанах. Осень всё-таки, так что сидение на земле отпечаталось на мне по полной.

— Добро пожаловать! Антон Алексеевич предупредил о вас, позвольте проводить вас в малый зал торжеств. Холодные закуски подадут сразу, остальное будет чуть позже. Что изволите пить?

Обстановка подавляла. Всё было массивным, старомодным и явно очень дорогим. Я совершенно не разбираюсь в тканях, но толщина ткани, используемой как скатерти, была огромной! Это не ткань, это бронепокрывало какое-то! И всё остальное было под стать. Всё кричало о роскоши. Никогда не был в таких местах. Или кафе, чтобы поесть, или клуб, чтобы напиться и кого-нибудь подснять. А эти подсвечники на столах? Да нереально. В прошлой жизни мне пришлось бы отдать пару зарплат, чтобы купить один такой подсвечник. Ну, спасибо, Алексеич, удружил. Надеюсь, нам не подадут стопятьсот вилок? Я совершенно в них не разбираюсь.

Мои надежды не оправдались. В комнате, которую хотелось назвать залом, стоял большой стол. Уже сервированный. И да! Там было море вилок, ножей, вилочек, ножичков и ложечек! Ну как так-то? По растерянным взглядам друзей я заключил, что в лужу сел не я один. Ситуацию спас Дима. С только ему присущей прямотой он спросил:

— Вы серьёзно? А учитель ко всему этому богатству прилагается? Уважаемый, уберите лишние приборы, мы из пролетариата, просто у нас повод серьёзный, а у вас, говорят, очень вкусно готовят. Так что хотим у вас отпраздновать. Но напрягать нас выпендросами с высшего света ни к чему, лишнее это. Мы договорились?

Во время его (не побоюсь этого слова) легендарного спича в комнате бесшумно появились две девушки с подносами и начали складывать на него все эти вилки-ложки-кружки. Но с посудой под алкоголь я их тормознул.

— Девушки, стекло можно оставить. У нас только с приборами недочёты образования.

— С вашего позволения, стекла в нашем заведении нет. Только хрусталь от Баккарат. Про приборы я искренне прошу прощения, нас забыли предупредить. Через минуту подадут холодные закуски. Вам пригласить музыкантов? Какую музыку вы предпочитаете? Блюз, джаз, классику? Может, ещё какую?

Меня достало это выпендривание. Решил его уколоть.

— Вообще, хотелось бы послушать хорошую а капеллу. В идеале. Если нет, то можно фолк, но многоголосый.

Взгляд чувака в смокинге затуманился, через полминуты он ответил:

— Мы пригласили оба варианта. А капелла будет через пять минут, фолк придётся подождать минут двадцать, простите.

Я просто выпал в осадок. Если он не глумится, то… я даже не знаю, что «то»! Так не бывает! Нет, понятно, ресторан крутой, но это не Лос-Анджелес, это наш зачуханный городок!

В этот момент в комнату входит Антон Алексеевич, Светлана и с ними ещё пара. Девушка однозначно похожа на Свету. Просто копия, чуть повыше и каплю поплотнее. Мужчина же — невысокий, ниже на голову своей спутницы, полный мужик. Лысый, как шар для боулинга. И весь в наколках. Причём не современных, а старых, явно зэковских. Перстни на пальцах должны о чём-то сообщать, но в этой теме я не разбираюсь совершенно. Надеюсь, праздник он нам не испортит. Хотя, может, он вообще классный мужик, и во мне говорят стереотипы? Хотелось бы.

Алексеевич нас всех перезнакомил. Сестру Светланы звали Надежда, а уголовника — Иван. Точнее, бывшего уголовника. Ладно, отставить. Прошлая жизнь осталась в прошлом. Пока все знакомились и рассаживались, незаметные официантки накрыли стол. Ни одного знакомого салата. Но выглядит всё очень красиво, аппетитно и пафосно. За спинами стоят ребята, опять с бабочками на шее, с открытыми бутылками. Когда определились, кто что пьёт, они разлили всем их заказы. И испарились. Я поднял свою посуду с коньяком и сказал:

— Друзья! У меня сегодня случилось невероятное! Через девять месяцев я стану отцом! Уже три дня наш ребёнок живёт и развивается. Это огромная неожиданность для меня, для Саши, для всех нас. Но я счастлив! Спасибо огромное, что вы со мной в этот счастливый для меня момент!

Все выпили, загалдели, понять ничего невозможно. Я просто наслаждался атмосферой, причиной торжества, ладошкой Саши, которую я практически весь вечер не отпускал.

Второй тост поднял Алексеевич.

— Друзья! Я не очень хорошо знаю вас всех. Но уже точно знаю, что вы, как брат из одноимённого фильма, стремитесь к правде. И я очень польщён, что меня позвали на такое радостное событие! Я хочу пожелать, чтобы новому ребёнку нового мира досталось только самое лучшее! Я не навязываюсь в крёстные, но всегда этот ребёнок всегда будет в зоне моего внимания и сможет всегда рассчитывать на мою поддержку и помощь!

Потом тосты посыпались, как из рога изобилия. Каждый хотел сказать и часто не по одному разу.

Часа через три, когда все сильно захмелели, меня отозвал Дима. Дошли с ним до туалета. Он проверил кабинки, они оказались пусты.

— Сань. Может, меня глючит, но Светлана совершенно не рада твоему празднику. Она постоянно шушукается с сестрой и её спутником. И глаза у них недобрые. Совсем.

Я очень серьёзно отнёсся к его словам. Даже больше в тот вечер не пил, постоянно мониторя возможные будущие действия этой троицы. Но всё обошлось. Нас проводили до уже знакомых нам квартир, куда мы и заселились, пьяные, счастливые и уставшие. На всякий случай я придвинул кресло к входной двери и сверху взгромоздил железное ведро. Бесшумно к нам теперь не попасть. И отправился в объятия любимой женщины.

День 67

Проснулся с мыслью, что моему будущему ребёнку четыре дня. Не, это уже перебор. Я что, реально каждый день считать буду? Надо собраться. А то растёкся, как маргарин в духовке. Мою цель никто не отменял. И неважно, что у меня периодически возникают сомнения в её правильности и целесообразности. Вообще, я вчера вечером планировал уйти на улучшение. Но эта новость! Уже четыре дня! Блин, ну вот опять. Сегодня точно пойду на улучшение. А ещё вчера новые друзья почему-то были настроены не очень благожелательно. Не стоит упускать это из виду. Что-то мысли скачут. У кого гормоны-то играют? Я же не беременный? Почему со скачками мыслей справиться не могу? Нужно в душ! Встаю, стараясь не разбудить Сашу. И тут понимаю, что душа-то и нет. Есть вёдра с водой рядом с унитазами. Да, к хорошему быстро привыкаешь.

Тихонько одеваюсь. Хоть кофе выпить. Надо сходить. Да, надо. Очень надо. Стоп. Что-то не так. Ощущение, что мысль про кофе мне внушают, растёт с каждой секундой. И, наконец, я понимаю, что мной опять пытаются манипулировать. Кто? Зачем? Какой смысл? Тем более простое желание выпить кофе навязывать. Несмотря на сильное желание выпить этот кофе, сажусь на пол в коридоре. И думаю.

Такое желание может преследовать одну цель — выманить меня из квартирки. Но зачем? Тут соображалка буксует. Что этим неведомым может быть нужно? Ограбить нас? Так у нас при себе после вчерашнего километрового счёта есть немного денег и всё. И враг, а он явный враг, должен это знать, раз уж знает, кто я, где я, и что я люблю кофе по утрам. Тогда что? Что может быть в номере ценного, если я уйду? Сашка! Моя Сашенька! Зачем она им? Тут я не просто забуксовал. Тут я застопорился. Но других вариантов не вижу. А кофе хотелось всё сильнее. Хотя и бороться с желанием было всё проще. Может, с Колобком связаться? А что, это мысль! Он с минимумом данных вытворял и не такие чудеса.

«Вениамин! Очень нужна твоя помощь. Не факт, что ты поможешь, но сам я сдался»

«Рассказывай! По порядку. Уточнять буду потом»

«Вчера я узнал, что моя Саша беременна. Потом мы пришли в город, гуляли в «Афродите». Был глава города со Светой, её сестрой и мужем сестры. Потом мы пошли спать. А сейчас кто-то настойчиво выманивает меня из номера, внушая желание выпить кофе»

«Можешь не продолжать. Попал ты, дружок. Новость первая: после смерти беременность не сохраняется. Плод воскресает отдельно от матери, в том же радиусе восьмисот метров. У нас сейчас так аборты делают. Новость вторая, это мои выводы, хоть я и не ошибаюсь, но ты должен знать, что это моё: Светлана хочет видеть во главе города и в своей постели тебя, а не Антона. Дальнейшие выводы сможет сделать даже школьник. Она не очень умная, не понимает, что это не сработает. Мне-то сразу понятно»

«Спасибо… Буду переваривать. Если что, обращусь ещё?»

«Ну конечно»

Сижу, как в воду опущенный. Как же так-то? Моя Саша, мой малыш! Им угрожают? И ведь убить мою Сашеньку могут в любой момент. Винтовки никто не отменял. Тут у меня перехватывает дыхание, я бегу в спальню, задёргиваю окно шторами и сваливаю спящую Сашу на пол. Она просыпается, спросонья пытается вырваться. Ласково успокаиваю. И аккуратно объясняю ситуацию.

— Да она что там, совсем охренела? Я всю жизнь представляла, каково это — быть матерью! И всю жизнь понимала, что мне это не светит! А тут какая-то лярва, чтобы тебя трахнуть, хочет убить моего ребёнка? Да я ей кишки на твой хер намотаю! И в пасть нассу! Да я! Ух, я не знаю, что я с ней сделаю! Пойдём к Алексеичу, расскажем ему всё, уж мы ей!

Прерываю это извержение проверенным способом — целуя. Она обмякает в моих руках.

— Милая, проблема в том, что никуда мы не дойдём. Нам нельзя выходить из номера. Тебя сразу убьют. Я не знаю, сколько людей вовлечено, сколько засад нас ожидает. Нужно думать, а не махать шашкой наголо. Ферштейн? Надо собирать тут ребят.

Включаю мыслесвязь со всей нашей командой:

«Ребят, у нас проблемы. Пожалуйста, подойдите в наш номер. Отвечать не надо, оглохну, но вместо стука в дверь просите открыть её по мысли. Добро?»

Сука! Вот надо было мне уточнять? «Добро» ответили все. Хором. Чуть не оглох.

Через пару минут желание выпить кофе пропало. А по мысли Дима прислал «Мы у входа». Открываю, сканируя вероятности. Но за дверью была наша команда. Запускаю всех, запираю дверь. Кратко обрисовываю ситуацию. Ребята явно озадачиваются. Возмущение прёт со всех щелей, но, проникнувшись серьёзностью ситуации, сдерживаются.

Начинается мозговой штурм. В основном предложения сводятся к тому, что «надо взять Свету и намотать ей кишки на». Объясняю, что это бесполезно, так как всех исполнителей мы так не вычислим. Дельное предложение поступает от Карины.

— Нужно ей тоже улучшить защиту, как у вас с Васей!

Это реально правильное предложение. Но нужно много ресов. И я даже не знаю, каких. Только помню про почти двести граммов золота. Дома есть всё, но туда ещё добраться нужно.

И тут я вижу, что во многих реальностях стена разлетается шрапнелью и нас всех накрывает взрывом. Выживаем только я и Вася. Автоматом торможу время. Подбегаю к окну и вижу, что к нам приближается ракета. Реальная, сука, ракета из гранатомёта или подобной хрени. И летит достаточно быстро. По миллиметру каждые десять секунд. То есть у меня примерно полчаса субъективного времени, чтобы спасти друзей. Вот как остановить эту херь летающую? А ещё и взрывающуюся? И чтобы никто не пострадал! Если её взорвать там, где она есть? Тут же перебрал варианты развития событий. Хрен! Она, всё равно взрываясь, убивала всех. Так! А если её перенаправить? Она же реактивная, вон, пламя из жопы светит! Повернуть и пусть летит в другую сторону. Вопрос в том, как до неё добраться? И инерцию не отменяли. А вдруг на изменение курса взрыватель среагирует? В голову приходит единственный вариант. Намерение высказано, варианты будущего ветвятся так, как угодно мне! Я разбегаюсь, прыгаю из окна прямо к ракете. Повисаю на ней. Она тут же начинает падать вместе со мной. Но варианты будущего показывают, что вниз ей нельзя. После взрыва рухнет вся высотка. Разворачиваю ракету назад и слегка вверх. Это единственное положение, когда она не взрывается от смены курса и не попадает в дом. И телепортом отправляю себя обратно. Запускаю время. Ракета улетает в неведомые дали, так и не взорвавшись.

Рассказываю ребятам о том, что только что произошло. По мысли связываюсь с главой городка.

«Антон, вы нам что, войну объявили?»

«Привет! Ты о чём?»

«Твоя Светлана захотела нас всех убить. Я только что нейтрализовал реактивный снаряд. Мы же можем ответить адекватно ситуации. Приструни там её. У тебя десять минут, время пошло»

Через минуту приходит:

«Саш, я с ней поговорил, это не она»

«Вениамин не ошибается. Никогда. А это его вывод. Так что жду результат»

Никто ничего не говорит, стоим, переглядываемся.

— Может, попросить у Алексеича нужные ресы? И уложить её улучшаться прямо тут? — следующие слова Кирилла натолкнули меня на мысль — ведь во время улучшения она в безопасности.

— Кирюха, ты гений! Так, берём одеяло, Саш, ты на него ложишься и запускаешь любое улучшение. Небольшое. Пока ты улучшаешься, ты же будешь в безопасности! А мы хватаем это одеяло и спокойно тащим тебя домой!

Все заговорили разом. Тут же было расстелено одеяло, Саша улеглась на спину и через пару секунд окуталась зелёной мутью. Недолго думая, мужики хватают одеяло каждый за свой угол, и выступаем домой. На лестнице было неудобно, мягко скажем, зато на улице наша скорость возросла, и мы быстрым шагом пошли к дому. Добрались спокойно, на нас больше никто не нападал.

Уложили Сашу в кладовку и пошли на кухню. С этой экстренной побудкой было не до еды. Когда сели за стол, в дверях показалась Саша.

— Я тоже кушать хочу!

Хотел на неё рявкнуть, чтобы срочно шла улучшаться, но, вспомнив о будущем малыше, передумал. Еда нужна и важна.

А ещё её не будет достаточно долго. И я буду скучать. Хотя какого чёрта? Я же могу лечь рядом с ней и сделать своё долгое улучшение! Хорошая мысль. Правда, ребят оставлять в такой ситуации чревато.

— Ребят, справитесь тут без нас? Если я тоже на улучшение уйду?

Все согласились, что без проблем. Саню я заинструктировал до её тихого бешенства. Весь завтрак я её убеждал в том, что по окончанию первого улучшения ей нужно немедленно запускать следующее. Моментально. А это значит сразу, без пауз. И без промедлений. И не задумываясь. И несмотря ни на что, хоть в огне очнёшься. Под конец уже не выдержал Дима:

— Да поняла она всё, Саш! Угомонись уже.

После завтрака отправились в кладовку. Вспомнив старые опасения, убираю раскладушку, и мы ложимся на голый пол. Не так комфортно, зато не утащат, если что. С Сашей тоже было тесно, но не как с Васей. Намного приятнее. Дождавшись зелёной дымки вокруг Саши, запускаю своё улучшение «Самоконтроль».

День 70

В себя прихожу, Саши ожидаемо нет. Перед глазами появилась новая большая иконка. Внезапно. Недолго думая, активирую её. Меня пинком под зад вышибает из тела. Первая моя мысль, что неведомые враги, которые союзники, всё-таки добрались до меня. Но это мысль быстро растворяется в великолепии того, что я видел! Я взлетал над землёй. Как раньше двери и люди, всё вокруг раздваивалось, множилось до бесконечности. А я взлетал всё выше. Наверно, я уже был на уровне орбиты. Потому что видел всю Землю. Которая тоже множилась бесконечным количеством вероятностей. А я взлетал всё выше. Вероятности превратились в тоннели, выходящие из моей родной планеты, как ветки из корня старого дерева. А я всё поднимался. Я даже не пытался что-то изменить или остановиться. Зрелище настолько заворожило меня! Я видел все вероятности развития всего нашего мира! Уверен, что захоти я понять разницу между ветвями, я тут же понял бы её.

А реальная Земля уже была величиной с теннисный мяч. А ветви дерева пропадало где-то за горизонтом, если слово «горизонт» применимо к текущей моей позиции. И вдруг краем глаза замечаю какое-то движение справа. Поворачиваю голову и вижу точно такое же дерево. Которое точно так же ветвится. Потом замечаю ещё одно, ещё и ещё.

Наконец, моему взору открываются миллиарды таких деревьев. Миллиарды миров, подобных Земле. И сильно отличающихся. На секунду меня заинтересовало дерево странного перламутрово-розового цвета. Оно моментально приблизилось. Настолько, что я увидел шар планеты, покрытый перламутровой плёнкой, напоминающей мыльный пузырь. Ближе рассматривать не стал, испуганный открывающимися перспективами.

Главный вопрос! Как мне вернуться? Как среди этих триллионов реальностей найти свою, родную?

«Просто воспользуйся иконкой, как системой экстренного возвращения»

Успокоенный, приближаюсь к интересному миру. Оказывается, мыльным пузырём сверху выглядят облака. Необычного цвета, не более. Погружаюсь ниже. Перед глазами выскакивает надпись:

«Материализоваться в мире СА-114-99-41098Я? Да/Нет»

В испуге отказываюсь, после чего моментально жму иконку возврата. И оказываюсь в той же кладовке, на той же раскладушке. Пытаюсь осмыслить. Это же получается, что я теперь могу путешествовать между мирами? Между всякими вероятностями? Точно! Да!

Я! Могу! Путешествовать! Между мирами!

Content

Невкусные души I: Начало

Дневник

День 1

День 2

День 3

День 4

День 5

Интерлюдия. В 4 измерениях от Земли

День 6

День 10

День 11

День 12

День 29

День 30

День 31

День 32

День 33

День 34

День 36

День 37

День 38

День 39

День 44

День 45

День 46

День 47

День 48

День 49

День 50

День 51

Интерлюдия II. В 4 измерениях от Земли

День 57

День 58

День 59

День 61

День 62

День?

День 63

День 64

День 65

День 66

День 67

День 70