Буссе Морган Л.

Крик ворона

Морган Л. Буссе

Крик ворона

(Сага о Рейвенвуд — 3)

Перевод: Kuromiya Ren

1

Онемение. Просто онемение.

Только это Селена ощущала, пока сердце глухо колотилось, а она сидела у окна в гостевых покоях на следующий день.

«Я люблю тебя».

Слова Дамиена звучали в ее голове, пока она смотрела наружу. Последние слова Амары, ее сестры, сказанные ею перед смертью в пейзаже сна, звенели следом: «Думаю, я переживала немного и за тебя. Просто завидовала, потому не видела, что мы нужны друг другу».

Слеза покатилась по щеке Селены. Сильные слова, которые она хотела услышать долгое время, были произнесены в одну ночь.

И у нее не было на них ответа.

Амара умерла. И она так и не ответила на признание Дамиена, хотя ответ у нее уже был.

«Я тоже тебя люблю».

Предложение лежало на ее губах, ждало, пока его озвучат. Но все в ней казалось тяжелым. С любовью приходили горе и обида. Было бы проще скрыться за холодной маской, вернуться к онемению. Если бы она сделала то, чему ее учили, она не горевала бы сейчас по смерти Амары. И не ощущала бы радости от слов Дамиена.

— Нет, — вслух произнесла слово Селена, сжав подлокотник кресла. — Я не вернусь к тому, какой была. Как бы сложно ни было чувствовать, — она встала и пересекла временную спальню, которую они делили с Дамиеном. Он уже ушел, чтобы попросить за ее сестру, дать остальным знать, что она будет горевать остаток дня.

Кровь на полу в другой комнате убрали, но она все еще могла представить там свою сестру. Селена сглотнула и замерла. Она хотя бы смогла показать Амаре, какими они должны быть, как сновидцы, и кем был Свет.

Селена печально улыбнулась. Ее сестра была упокоена и свободна от их матери.

Стук за ней сообщил, что дождь в Люкс Каста все-таки начался. Погода, казалось, отражала ее горюющее сердце, но это и очищало.

Селена покинула спальню и прошла в общую комнату. Там было темно и холодно, за окнами были серые тучи. Карл стоял у двери, его темные волосы были зачесаны назад, спина была прямой. Он взглянул на нее и кивнул. Она склонила голову в ответ. За последние пару дней — или даже недель — Карл перестал презирать ее.

Дверь открылась через минуту, и вошли Дамиен и Тэгис. Как только она посмотрела на Дамиена, тяжесть пропала с ее груди, и сердце снова забилось.

Он пристально смотрел на нее.

— Селена, — он пересек комнату, взял ее за руку и поцеловал ее пальцы. Его губы и дыхание были теплыми на ее коже. — Я поговорил с лордом Лео, — сказал он, подняв голову. — Сжигать тела — не их традиция, и он не хотел ничего делать для почти убийцы, но раз Амара была твоей сестрой, и она была членом великого дома, он проследит, чтобы ее тело подготовили, и прах отдали тебе.

Она сжала его пальцы.

— Спасибо, Дамиен.

— Пока я был с лордом Лео, мы узнали, что великий лорд Ренлар прибудет завтра.

— Сын лорда Руна Вивека?

— Я знаю, ты горюешь, но мы не можем терять время перед подписанием соглашения. Ты представишь дом Рейвенвуд, когда он прибудет?

— Да, — она не колебалась. Ее мать считалась главой дома Рейвенвуд, но ее дар уже отметил ее как новую главу дома. И она обещала Амаре уберечь их сестру Офелиану любой ценой. Она отыщет путь в Вороний замок. Найдет способ.

* * *

Дождь все лился, Селена шла рядом с Дамиеном к тронному залу на следующий день. Обычное сияние белых коридоров замка было прохладным и серым от бури. Каждый несколько минут снаружи вспыхивала молния, а за ней раздавался гром.

Слуги двигались из комнаты в комнату, снимали черную ткань скорби с картин и мебели, вешали флаги дома Люцерас. Тело лорда Варина отнесли в мавзолей семьи этим утром, но война не позволяла долго горевать или тянуть с объявлением нового великого лорда. Лорд Лео был назван главой дома Люцерас на закрытой коронации в Храме великолепия, присутствовали только его братья и сестра и священники, а потом его отца похоронили в земле. Теперь лорд Лео будет представлять его народ в грядущих переговорах, и Селена гадала, станет ли он голосовать так же, как его отец.

Стражи стояли по бокам от белых двойных дверей, которые вели в зал. Они поклонились Дамиену и Селене и открыли дверь справа, пропустили их в длинный зал с белыми каменными стенами, алебастровым мраморным полом и высокими окнами с одной стороны. Дождь успокаивающе стучал по стеклу.

Посередине был красиво вырезанный стол. Вокруг стола были резные стулья, похожие на маленькие троны. Серебряная люстра висела над столом, озаряя зал.

Они прибыли первыми. Дамиен прошел влево и выдвинул стул дальше всего от двери. Селена опустилась туда без слов, и он задвинул стул и сел рядом с ней.

Вскоре после них прибыла леди Брирен. Она заметила Дамиена и Селену, кивнула и осталась необычно тихой и сдержанной, сев напротив них.

Дождь отсчитывал время, пока они ждали. За дверями послышались приглушенные голоса. Когда дверь открылась через пару секунд, вошел лорд Лео, белый плащ трепетал за ним, светлые волосы задевали воротник как золотые нити.

За ним вошел другой мужчина, с темной кожей и густыми черными волосами, на нем были яркие цвета дома Вивек. Его туника была темно-синей, шелковой, на воротнике были вышиты звезды, символ и цвета его дома. Черный кожаный жилет и штаны дополняли облик. Селена смотрела на его лицо, гладкие черты, блеск интеллекта. Сомнений не было. Он был лордом Ренларом Вивеком, сыном лорда Руна.

Лорд Лео подошел к столу. Он остановился во главе и опустил пальцы на деревянную поверхность, а потом посмотрел на собравшихся. В нем было что-то другое. Он казался выше, величественнее. Он держался уверенно и властно. Словно коронация изменила его, сделав из первого сына великим лордом.

Он указал на лорда Ренлара, который теперь стоял рядом с ним.

— Товарищи, лорды и леди, я представляю вам великого лорда Ренлара из дома Вивек.

Лорд Лео начал справа, представил каждого из присутствующих. Леди Брирен склонила голову от упоминания ее имени. Дамиен и леди Селена поклонились.

— Всем спасибо, — продолжил лорд Лео, — за то, что согласились встретиться за короткое время, даже если вы только прибыли, — он взглянул на лорда Ренлара, — и после всего, что случилось за последние несколько дней, — он стиснул зубы на миг. Селена ощутила то же горе в сердце.

Лорд Ренлар поклонился.

— Я понимаю серьезность этой встречи, — его голос был низким и гулким. — Но, может, до обсуждения соглашения нам нужно поговорить о некоторых событиях, которые произошли, например, о моем происхождении, побеге лорда Дамиена из Вороньего замка, обмане дома Рейвенвуд и дома Фриер, помимо прочего. Думаю, до объединения домов и народов нужно покончить с секретами.

Дамиен слабо кивнул после слов лорда Ренлара. Селена тоже была согласна. Хватит скрываться во тьме. Правде пора выйти наружу.

Лорд Лео сел во главе стола и махнул лорду Ренлару продолжать.

— Прошу, лорд Ренлар, начинайте.

Лорд Ренлар кивнул и сделал шаг к столу.

— Многие из вас не знали о моем существовании до недавнего времени. Моя мама была простолюдинкой. Ее брак с моим отцом был тайной, как и мое рождение. Из-за статуса моей матери было решено, что моя тетя продолжит род дома Вивек, а меня отослали учиться в великих библиотеках. Там я научился использовать свой дар мудрости и применять его для своего народа тихо, незаметно. Даже когда я вырос, редкие знали о моей жизни или связи с домом Вивек. Дом Марис был одним из тех, кто знал.

Он кивнул Дамиену и продолжил:

— Моя тетя вышла замуж, но от брака не было наследника. Когда в Шаналону пришла весть о смертях лорда Руна и леди Руны, мне дали выбор принять титул великого лорда публично или остаться анонимом, позволить меньшему дому забрать дом Вивек. Я изучал все наши истории, это повлияло на мое решение. Я понял важность великих домов и наших даров. Победить империю мы можем, только объединив наши дары. Для этого нам их и дали, — он прижал ладонь к груди. — Во мне дар мудрости по линии отца. Из-за этого у меня ответственность перед народами использовать мой дар для помощи им. И теперь я стою тут как великий лорд дома Вивек вместо моего отца, — лорд Ренлар склонил голову и занял место слева от лорда Лео.

Лорд Лео скрестил руки и оглядел комнату.

— Я понимаю ваши мысли, лорд Ренлар. Но, как вы знаете, из семи великих домов дар остался только у шести. И один из тех домов решил объединиться с империей. Боюсь, единство, о котором вы говорите, никогда не произойдет, даже если дом Фриер вернется к нам.

— Я знаю, — спокойно сказал лорд Ренлар, — но все же я верю, что шанс есть.

Холодный пот появился на ладонях Селены. Они еще не знали, что у дома Рейвенвуд остался дар хождения по снам.

Дамиен встал.

— Раз мы делимся тайнами, пора поделиться некоторыми моими. Как видите, я все еще жив, — леди Брирен рассмеялась, другие кивнули. — Вы уже знаете из моих писем, что я стал мишенью на собрании, и мне пришлось сбежать, чтобы выжить.

— Да, а вы знали, что дом Вивек тоже был мишенью? — спросил лорд Лео.

Дамиен взглянул на лорда Ренлара.

— Я узнал слишком поздно. Простите, но я не смог помочь вашему отцу или вашей тете.

Лорд Ренлар помрачнел.

— Как вы узнали, что вы были мишенью? — спросил лорд Лео. — И как вы сбежали? Вы можете сейчас нам рассказать?

Дамиен прижал пальцы к краю стола.

— Из-за тайн дома я мог мало раскрыть о той ночи в письмах, но сбежать мне помогла леди Селена.

Все посмотрели на Селену.

Они не успели задать ей вопросы, Дамиен продолжил:

— Но я знаю, кто настоящий убийца, и это была не империя — не напрямую — в отличие от слов леди Рагны.

— Тогда кто это был?

Дамиен смотрел на стол, отвечая:

— Как сказал лорд Ренлар, за последние пару месяцев многое выяснилось. Среди великих домов произошли небольшие перемены власти. Из-за этих перемен я могу теперь поделиться тем, что знаю о событиях на собрании великих домов в Вороньем замке.

— Вы можете сказать, кто убийца? — сказал лорд Лео.

Дамиен поднял голову.

— Да. Их было двое.

Желудок Селены сжался. Она знала, что Дамиен расскажет об участии ее семьи, и хоть она устала от тайн, сердце колотилось, ведь каждый дом узнает об обмане дома Рейвенвуд и ее темном секрете.

Дамиен глубоко вдохнул.

— Убийцами были леди Рагна… и леди Селена.

В комнате раздалось оханье.

Лорд Лео вскочил на ноги.

— Это серьезное обвинение, лорд Дамиен. Вы не говорили о таком в письмах.

— Я не мог из-за тайн дома Рейвенвуд. Но все изменилось.

— Невозможно. Дом Рейвенвуд был стерт века назад и меньший дом занял их место. Когда дар дома Рейвенвуд пропал, исчезли и их тайны.

— И это еще одна тайна дома Рейвенвуд.

Лорд Лео повернулся к Селене.

— О чем он говорит?

Селена взяла себя в руки, собрала смелость, чтобы выйти на свет. Она опустила ладонь на ладонь Дамиена и встала. Он понял намек сесть. Она оглядела комнату, в последний раз видела их сдерживающимися, а потом заговорила:

— Дамиен говорит правду. Рейвенвуд сохранил много тайн, потому что нас не стирали полностью.

— Серьезно? — леди Брирен смотрела на Селену. — Как такое возможно? Последние Рейвенвуды умерли при первом нападении империи Доминия.

Селена заметила, как лорд Ренлар смотрел на нее с долей восхищения, словно понял правду. А потом он отвел взгляд с болью на лице.

Она подняла голову.

— Теперь мне пора поделиться своими тайнами.

Лорд Лео сел и скрестил руки с хмурым лицом.

— Согласен.

С чего начать? Вихрь чувств вызвал адреналин в ее венах. Серьезность того, что сделали ее предки годы назад, обрушилась на нее. Они врали всем. Они убивали и воровали у народа, с которым должны были работать. Как им это рассказать? Она открыла и закрыла рот.

— Начни сначала, — тихо сказал Дамиен, словно читал ее мысли.

От его голоса она смогла взять себя в руки.

— Во время первого нападения весь мой дом стерли, кроме одного человека, девушки по имени Рабанна. Ее забрали в Доминию, когда войска империи вернулись в свою страну, потом подняли стену. Империя забрала ее как трофей войны. Они не знали, кем она была. За время в империи Доминия она освоила свою силу хождения по снам и ею пробила путь на наши земли.

Леди Брирен смотрела на нее огромными глазами.

— Как?

Бремя давило на грудь Селены.

— Дар хождения по снам можно использовать по-разному. Рабанна решила своим даром манипулировать и убивать тех, кто стоял между ней и домом. Она нашла корабль, который доставил ее в портовый город Джалиан, а потом добралась до Вороньего замка, где вышла замуж за великого лорда Ремила из меньшего дома, который забрал себе горный регион. С тех пор поколения женщин Рейвенвуд осваивали дар в тайне.

Пока она говорила о Рабанне, она поняла, что прошла ее предшественница, чтобы вернуться. Это не оправдывало поступок, но показывало силу духа и желание преодолевать большие препятствия. Жаль, Рабанна не нашла способ лучше.

Леди Брирен покачала головой.

— Не понимаю. Зачем Рейвенвуды хранили все это в тайне?

— Страх, — Селена подняла взгляд. — Страх, что наш дом сотрут снова. И ненависть за то, что с нами сделали.

В комнате стало неприятно тихо.

Селена стала садиться, и заговорил лорд Лео.

— Если эта информация — секрет дома, как вы можете рассказывать нам об этом? Леди Рагна ведь глава вашего дома?

— Моя мать — сильная сновидица. Мои предки всегда были сильными. Но метка на моей спине другая. Я лишь недавно поняла, что это значит. Древняя сила Рейвенвудов выбрала меня как главу дома Рейвенвуд.

Лорд Лео покачал головой.

— Только после смерти великого лорда или леди можно избрать нового главу.

— Пока не появится кто-то с исключительной силой, — тихо сказал лорд Ренлар. — Я читал, что такое однажды было у дома Фриер.

— Как именно?

— Если член великого дома превосходит по силе своего главу дома, то власть передается. Сильнейший во главе.

— У вас дар хождения по снам, и вы — новая глава Рейвенвуд? — лорд Лео перевел взгляд с лорда Ренлара на Селену.

— Да, это так, — сказал Дамиен. — Я лично видел, что она может делать. Дар Рейвенвуд жив, и он у леди Селены.

— Силы небесные, — выдохнула леди Брирен. — Сновидица, — она взглянула на Селену. — Но лорд Дамиен говорил, что вы были одной из убийц. Раз лорд Дамиен все еще с нами, видимо, вы передумали. Как вы от почти убийства перешли к браку с Дамиеном?

Селена посмотрела на ладонь Дамиена рядом с ее на столе.

— Меня учили воровать тайны и забирать жизни. Но когда настало время… — она глубоко вдохнула, — я не смогла это сделать.

— Не смогла? — с подозрением спросил лорд Лео.

Селена подняла взгляд.

— Я не убийца и никогда такой не буду. Я решила пойти против моей матери и моего дома, чтобы спасти лорда Дамиена.

— Пойти против дома — измена высшей степени, — леди Брирен склонила голову, задумавшись. — Но вы решили спасти лорда Дамиена. На это нужно было много смелости.

— Мы знаем из писем лорда Дамиена, что дома Рейвенвуд и Фриер заодно с империей, — сказал лорд Лео. — Потому вас послали убить лорда Дамиена?

— Да. И нет, — Селена вздохнула. — Моя мама получила пророчество от Темной леди до собрания. Было предсказано, что угроза придет с севера, и она принесет конец дому Рейвенвуд. Моя мать решила, что ей нужно убрать северные дома — дом Вивек и дом Марис — чтобы спасти свой. Мне поручили убить лорда Дамиена, — она опустила взгляд и не могла смотреть на лорда Ренлара. — А моя мать убрала дом Вивек.

— А ваш брак? — спросила леди Брирен.

Селена взглянула на Дамиена.

— Она спасла меня, и я женился на леди Селене, чтобы безопасно увести ее на свои земли и защитить от дома Рейвенвуд.

— Ах, да, — леди Брирен кивнула. — Водный барьер. Вы женились на леди Селене, чтобы сделать ее частью своего народа?

— Да.

— Поразительно, — сказала она. — Так угрозой, о которой говорила Темная леди, не был дом Марис?

Селена с горечью рассмеялась.

— Пророчества всегда сложно понять. Угрозой дому Рейвенвуд не был ни дом Марис, ни дом Вивек. Это была я. Когда я решила оставить дом, я исполнила слова Темной леди.

В комнате стало тихо.

Лорд Лео потер шею.

— Нужно многое обдумать, и день клонится к вечеру. Я предлагаю снова встретиться утром.

Лорд Ренлар кивнул.

— Согласен.

— И я, — сказала леди Брирен.

Дамиен и Селена тоже согласились. Лорды и леди встали, некоторые прошли к дверям, а другие потянулись. Лорд Ренлар обошел стол и приблизился к Селене, пока Дамиен прошел поговорить с лордом Лео.

— Леди Селена, могу ли я поговорить с вами минуту наедине?

— Это важно? — спросила Селена, устав после встречи.

— Да, мне кажется, что нужно поделиться этим с остальными, но раз я теперь знаю о существовании настоящей Рейвенвуд, правильно сначала рассказать вам.

Селена нахмурилась.

— Нам нужно поговорить.

Селена взглянула на Дамиена, тот обсуждал что-то с лордом Лео. Она посмотрела на лорда Ренлара.

— Хорошо, можем поговорить.

— Хорошо, тогда идемте за мной.

2

Лорд Ренлар отвел Селену за угол у окна, достаточно далеко, чтобы они могли говорить тихо, но чтобы оставшиеся дома могли их видеть.

Он замер у окна и смотрел наружу. Буря стала медленной моросью. Вблизи Селена сильнее видела отца в его лице и теле, хотя он был не таким широким, как лорд Рун. Его синяя туника подчеркивала темную теплую кожу и выделяла золотые прожилки в глазах.

Через миг он повернулся.

— Как я и говорил ранее, меня учили в библиотеках дома Вивек, а потом забрали в замок отца и тети, чтобы я стал великим лордом. Изучая тексты и мудрость своего народа, я узнал то, что известно немногим. Одна из тайн — падение дома Рейвенвуд.

— Падение? Вы про нападение?

— Да, вы так это зовете. Что вы знаете о том времени?

Селена нахмурилась, вспоминая слова матери.

— Дом Рейвенвуд считали слабее других домов. И, когда империя прошла к горам Магир, другие великие дома не пришли на помощь, что привело к нашей гибели. Только потом другие дома отогнали империю, подняли стену, когда империи Доминии пришлось отступить в свою страну.

— Да. Отчасти это верно. Но это не все.

Она нахмурилась.

— Не все?

Он вздохнул и снова посмотрел в окно.

— Я говорю вам это, потому что дому Вивек пора извиниться перед вашим домом за нашу роль в почти уничтожении вашей семьи. Другие дома тоже стояли в стороне и дали империи Доминия стереть ваш дом… Мы… все мы… это устроили.

Она отпрянула на шаг, горло сдавило.

— Что вы имеете в виду?

— Империя боялась вашей силы больше других домов, потому что ваш дом связан с миром снов. К сожалению, мои предки этого не понимали. Во время войны они видели только физическую силу дома Марис и дома Люцерас, храбрость дома Мерека. И исцеляющие и защищающие способности дома Рафель и дома Фриер. Лорды и леди моего дома были стратегами. И мы думали: что такое хождение по снам, по сравнению с этим?

— Действительно, — пробормотала Селена. Разве она не думала о таком?

— Были намеки, что империя хотела дом Рейвенвуд. Мои предки увидели шанс победить в войне и отогнать империю Доминия. С помощью других домов они подставили дом Рейвенвуд.

Холодок пробежал по ее спине. Селена отчасти хотела, чтобы лорд Ренлар остановился, но другая ее часть хотела знать, что случилось с ее семьей.

— Как?

— Мои предки верили, что, пожертвовав одним домом, можно спасти остальные. И они придумали ложную информацию о боевых планах великих домов, дав империи шанс пробраться в горы Магир. Дом Рейвенвуд знал об этом и согласился быть наживкой. Ваша семья не знала, что другие дома решили позволить империи разобраться с вами. Командир Толран не зашел бы просто так в ловушку. Чтобы поймать его и отогнать империю, нужна была правда. Дом Рейвенвуд пришлось отдать империи, — лорд Ренлар вздохнул и посмотрел на подоконник, прижал пальцы к дереву. — Рейвенвуды не ожидали такого.

Селена отпрянула еще на шаг, волна холода разлилась в ней, словно кто-то облил ее водой из ведра.

— Другие дома соврали дому Рейвенвуд?

Пауза.

— Да.

Селена прижала ладонь к горлу.

— Тогда то, что я слышала… что другие дома просто не заступились вовремя… это ложь.

— Да. Дело было не в том, что великие дома не пришли спасать Рейвенвуд. Они отдали Рейвенвуд империи. Нарочно.

Комната кружилась. Этого… не могло быть. Другие великие дома отдали ее семью командиру Толрану и его войскам?

Они убили ее предков?

Селена сжала подоконник, голова кружилась.

— Вы уверены насчет этого?

Он выдохнул с болью.

— Да. Записи о том времени хранятся глубоко в библиотеке Шаналоны, но там есть правдивое описание произошедшего в первую войну. После этого было много стыда и сожалений, так что история была скрыта. Я не думаю, что мой отец знал, что дом Вивек и остальные дома натворили. Вряд ли хоть кто-нибудь тут знает.

Огонь загорелся в Селене, прогоняя холод, и она сжала ладонь в кулак.

— Зачем вы рассказали мне это сейчас?

— Потому что если мы хотим работать вместе, мне нужно сначала попросить прощения от моего дома за содеянное при первой войне. И я клянусь, что дом Вивек защитит вас. Мы не позволим дому Рейвенвуд пасть снова, раз теперь я знаю, что ваш дом еще жив.

Селена выдохнула. Он был прав. Она подняла взгляд.

— Лорд Ренлар, вы извинились перед моей семьей, а теперь мне нужно поступить так же. Слов не хватит, чтобы выразить, как мне жаль, что такое произошло с вашим отцом и тетей. Моя семья… мы ошибались, — ее сердце сжалось. Она знала, что ничего не могла поделать. Ее мать уже начала миссию. Но все же…

— Обе стороны виноваты.

Селена медленно кивнула, посмотрела в окно неподалеку.

— Вы не были обязаны рассказывать мне это, и я бы не узнала. А теперь… — она прижала ладонь к груди. — Теперь я не знаю, могу ли вам доверять. Или другим домам.

Она увидела краем глаза, как лорд Ренлар пожал плечами.

— Как нам узнать, кому тут можно доверять? Но только доверие поможет против империи. Я должен был рассказать, потому что хочу, чтобы дальше отношения между нашими домами строились на правде, — тихо прогудел лорд Ренлар. — И это начинается с прошлого. Вашего и моего.

Селену словно ударили по животу. Ее мать не знала. Ее предки не знали, иначе это передавалось бы от дочери к дочери, и ненависть горела бы еще сильнее, чем нынче.

Что ей делать с этой информацией? Могла ли она доверять лорду Ренлару? Мог ли он доверять ей? Она оглянулась на людей в комнате. Дамиен все еще говорил с лордом Лео у стола. Леди Брирен уже ушла. Могла ли она доверять им?

Она сжала губы. Ее предки верили своим товарищам? Это доверие погубило их?

— Думаю, нам нужно поделиться этой информацией со всеми, — мягко сказал лорд Ренлар.

Селена посмотрела на него.

— Они должны знать, что случилось, чего это стоило годы спустя. Мы пожинаем то, что посеяли своими действиями наши предки. Но мы должны понять то, что не поняли они: нельзя бросать ни один дом. И на войне не победить ложью и обманом. Нам нужно работать вместе — всем — и не подводить ни один дом.

Она невольно поразилась его словам, хотя боль гремела в ее теле. Лорд Ренлар явно обладал мудростью, которой славился его дом. Но как его предки не увидели эту мудрость в прошлом? Война заставила их пересечь черту, которую они не решались пересечь?

— Мои слова вас потрясли. Я вижу это по вашему лицу.

— Да, — слова были тяжестью на ее груди, и было сложно дышать.

— Но времени мало. И для истинного единства это нужно объяснить завтра.

— Завтра?

— Да. Прошли сотни лет, а рана все гниет.

Он был прав. Она понимала ненависть матери к другим домам — даже без этой новой информации. Но ненависть порождала больше ненависти, и ее желание разорвать круг стало сильнее, чем гнев. Ради сестер. Ради ее будущего.

— Тогда завтра.

— Простите, что принес боль, леди Селена.

Она взглянула на лорда Ренлара.

— Спасибо, что сказали это. Немного помогло.

— Тогда до встречи, — он поклонился и пошел в другую часть зала.

Селена оставалась у окна, смотрела, как дождь стучит по стеклу.

— О чем говорили с лордом Ренларом? — спросил Дамиен через минуту, встав рядом с ней.

Селена стояла на месте, смотрела на его отражение в окне. Она сглотнула и прижала ладонь к груди.

— Я не готова говорить об этом.

— Селена?

— Прошу, Дамиен.

После смерти сестры, усталости от боя в пейзаже сна и новостей она не могла выдерживать. Даже если бы она хотела говорить, не было слов, что выразили бы боль в ее сердце. Боль была глубоко.

— Хорошо. Уйдем в наши покои. Ты выглядишь так же утомленно, как я себя чувствую.

— Спасибо.

Он прижал руку под ее рукой и повел ее к двери. Селена вошла в этот зал, готовая поделиться правдой о своей семье, но раскрыла больше, чем хотела знать.

Теперь новая правда висела на ее шее как цепь из стали, душила ее. Ее семья чуть не погибла не по ошибке. Это было продумано, подписано другими домами.

Что помешает им снова так сделать? Половина домов показали, что делали то, что было лучше для них, и лишь потом помогали другим. Они изменились с первого нападения? Или каждый дом будет действовать по своим интересам?

Она взглянула на мужчину рядом. Даже дом Марис?

3

Селена молчала остаток вечера. Она замечала встревоженный взгляд Дамиена, и он несколько раз открывал рот, чтобы заговорить. Но она не была готова и отворачивалась. Шок от слов Ренлара пробил дыру в ее груди. Она то ощущала онемение, то злилась. Гнев становился обидой, а обида — горем. И круг начинался снова.

Теперь она понимала гнев матери на другие дома и злость Амары из-за их дома. Рейвенвуды все еще неправильно поступали с другими домами после этого, но теперь она понимала причину. Было даже заманчиво поддержать это мнение.

Она рано отправилась спать, разум все бушевал. Дамиен пришел через час, тихо переоделся и забрался в кровать рядом с ней. Его ладонь задела ее руку, и он отодвинулся. Отчасти ей хотелось сесть, все ему рассказать, позволить обнять ее, но она не могла пошевелиться. Она могла лишь смотреть на темную стену и ощущать глухое биение своего сердца.

Стемнело, манил пейзаж сна. Ей снились Амара и Офи. Они сидели в поле, смеялись, пока плели венки из ромашек. Она ощущала в подсознании, что закрывала свой сон, чтобы не притянуть других. Она стала лучше в управлении силами, но все еще не была уверена, было ли дело в отсутствии Темной леди, или потому что она сама стала сильнее.

Наступил день, Селена почти не говорила. Она оделась, позавтракала и приготовилась к встрече с великими домами.

— Селена, все хорошо?

Она обернулась, Дамиен смотрел на нее с порога. Когда он пришел?

— Ты почти не говорила со мной. Я думал, это из-за того, что ты рассказала на собрании вчера, так что не трогал тебя. Но теперь я серьезно беспокоюсь.

Она открыла рот, потом закрыла его. Почему она не могла говорить? Потому что боялась? Кому она могла доверять?

Она прижала пальцы ко лбу.

— Мне нездоровится, — это было правдой, но не всей.

Дамиен пересек комнату.

— Может, тебе остаться тут? Ты многое пережила за последние несколько дней, но даже не смогла толком погоревать.

— Нет, — лорд Ренлар расскажет правду другим великим домам. Она хотела, чтобы этих знаний не было, но они существовали, и с ними нужно было разобраться. Все исправить. Восстановить доверие.

Он разглядывал ее еще миг, а потом протянул руку.

— Дай знать, если я могу что-нибудь еще сделать.

Она взяла его за руку, крепко сжала, пока они шли в тронный зал, ее горло сдавило. Селена смотрела вперед. Она хотела, чтобы всего этого не было.

Селена ощущала на себе взгляд Дамиена, когда лорд Ренлар делился информацией, о которой она узнала вчера, с собравшимися в зале. Он поджимал губы, сдвинул брови. Он потирал пальцем нижнюю губу, не сводя взгляда с ее лица.

Селена ерзала на стуле, но не смотрела на Дамиена. Она все еще не знала, что думать. Она собрала все эмоции и заперла их глубоко в себе, чтобы быть тут. Онемение. Было только это. Но она ощущала, как эмоции прошлого вечера давят на железную дверь, и они скоро вырвутся.

Лорд Лео смотрел на стол, хмурясь.

Леди Брирен глядела то на лорда Ренлара, то на Селену, и глаза были все шире с каждым мигом.

— Все дома в этом участвовали? — перебила она.

Он посмотрел на нее.

— Да. Все дома не только знали о плане, но и согласились на него. Даже дом Мерек. Всадники на вивернах прогнали империю из гор в долины после резни, и другие дома там заставили их отступить. И тогда дом Марис и дом Фриер воздвигли на границе восточную стену.

— Я не верю, — прошептала леди Брирен, коснулась пальцами приоткрытого рта. — Ни мой отец, ни дед не говорили об этом.

— Насколько я понял, правда была скрыта из-за стыда. Я наткнулся на исторические документы за дверцей, когда помогал разбирать развалины библиотеки Вейд Мекум. Вряд ли другие дома знали об этом, кроме тех, кто это и сотворил.

Лорд Лео встрепенулся.

— Но как наши предки сохранили такое в тайне? Об этом ведь знали не только великие лорды и леди?

— Об истинной цели атаки никому не говорили. Командиры и войска верили, что план сражения пошел не так, и потому погиб дом Рейвенвуд. Они не могли понять, что дом Рейвенвуд подставили и отдали империи.

Селену мутило, и она прижала ладонь к животу. Наглое предательство других домов снова ударило ее, и эмоции бушевали в ней. Она прижала кулак к животу.

«Нет, я не сорвусь. Не тут. Не при всех».

Дамиен явно заметил ее движения, потому что выпрямился, опустил ладони на стол и открыл рот, но лорд Лео опередил его со словами:

— Почему империю интересовал дом Рейвенвуд? Что заставило империю попасться на крючок и пойти за горным домом?

— Из-за дара Рейвенвудов, — спокойно сказал лорд Ренлар, но Селена ощущала, что за спокойной маской назревала буря.

— Дара? — лорд Лео посмотрел на Селену. — Разве есть угроза от того, кто ходит по снам?

Селена чуть не рассмеялась. Они знали, что дар существовал, но она не раскрыла его цель.

Лорд Ренлар ответил за нее:

— Империя понимала способность Рейвенвудов лучше, чем наши дома. Даже я не полностью понимаю, на что способны сновидцы. Но там, где я читал, говорилось, что у Рейвенвудов была сила входить в сердца, разумы и воспоминаниях не только одного человека, а многих, влиять на них или вдохновлять их.

Лорд Лео посмотрел на нее.

— Дар хождения по снам может работать не с одним человеком?

Селена подняла голову.

— Да.

— Тогда почему это стало известно только сейчас?

Ее ноздри раздувались.

— Как я и сказала вчера, мои предки хранили дар в тайне, боясь повторения того, что случилось при первом нападении, — хотя Рабанна не понимала всего масштаба обмана, она не зря боялась за свой дом.

Лорд Лео скрестил руки.

— Мне кажется, что ваш дар — хоть вы можете влиять на людей — все еще не так силен, как другие.

Селена смотрела на лорда Лео, гнев придал ей смелость.

— А вы не замечали, просыпаясь, как сильны эмоции? Если вам снилась смерть любимого, вы плачете. Если снилось что-то счастливое, вы ощущаете удовлетворение. Сны разбивают стены и открывают сердце чувствам. Во снах вы уязвимее всего. Из-за этого моя семья использовала сны, чтобы находить тайны… и даже забирать жизни.

Он прищурился.

— Что вы имеете в виду?

Остальные дома молчали и глядели на нее. Взгляд Дамиена стал пристальным, будто он пытался предупредить ее насчет того, что она хотела рассказать, но причина могла быть и другой. Ей было все равно. Ей надоела ложь, недопонимания, и буря эмоций в ней хотела, чтобы она доказала, что ее дом был не слабее, чем их дома.

— Когда я вхожу в сон, мне открыт ваш разум. Я вижу воспоминания, тайны, страхи. Я могу управлять этим, успокаивать и приносить свет душе или потушить существование.

— Постойте, что? — спросила леди Брирен. — Вчера, когда вы говорили, что вас послали убить лорда Дамиена, я думала, убить мечом. А вы собирались убить его своим даром?

Селена сглотнула.

— Да.

В комнате стало еще тише.

— Я могу заставить вас пережить самый ужасный страх, и ваше сердце откажет. Когда-то нас звали сновидцами, но после нападения моя семья стала убийцами. Многие умерли из-за нашего дара. И многие из ваших домов, — она огляделась, — заказывали наши услуги за века. Недооценивать мою мать или мой дом — кликать смерть.

— Это угроза нам? — спросил лорд Лео.

— Нет. Я хочу, чтобы вы знали, на что способен дом Рейвенвуд. На что способна моя мать. Чем стал мой дом, когда нас отдали империи!

Леди Брирен вскинула голову, глаза пылали.

— Вы уже так делали? Вас послали убить лорда Дамиена, но вы передумали. Убивали ли вы до него?

Селена оглядела комнату.

— Убивала ли я своим даром? Нет. Учили ли меня убивать? Да. Ранила ли я кого-то своей силой? — она сделала паузу. — Да, — ее грудь сдавило от последнего ответа.

Лорд Ренлар пронзил ее взглядом.

— Я слышал об этих услугах. Я знаю, что моя тетя просила такое годы назад. Но она не подозревала, что это был ваш дом.

Лорд Лео издал странный звук и отвел взгляд. Селена скрипнула зубами. Она знала, что даже дом Люцерас использовал их услуги. Каждый дом тут так делал, кроме дома Марис, даже если нынешние главы не знали об этом.

— Как до этого дошло? — спросила леди Брирен, ее глаза вспыхнули. — Как дары наших домов стали искаженными?

— Ненависть, — тихо сказал Дамиен. — Это яд, что проникает в душу человека. Это превращает свет во тьму.

— И что нам теперь делать?

Лорд Ренлар осмотрел комнату.

— Сначала мы признаем то, что сделали наши предки. Они думали, что от одной семьи можно избавиться. Может, война заставила их так решить. Может, они всегда так думали. Но в глазах Света все дома, все народы, все люди ценны. Первый шаг к победе сейчас — помнить это. Да, мы потеряем некоторые ценные жизни. Будет смерть. Этого не избежать. Но это не значит, что можно их бросать. Мы признаем каждую жертву и будем горевать по тем, кого потеряли, и сделаем все, чтобы не терять больше.

— А дом Рейвенвуд и дом Фриер? — мрачно спросил лорд Лео.

Лорд Ренлар повернулся к нему.

— Они все еще часть этой земли. Я уже поклялся защищать леди Селену, чтобы дом Рейвенвуд не пропал.

— Хотя ее мать на стороне с империей?

— Да.

— И мы не будем ничего делать с их предательством?

— Мы будем относиться к дому Рейвенвуд и дому Фриер как к ценным, — взгляд лорда Ренлара стал тяжелым. — Но за их поступки будут последствия.

— А империя? — спросила леди Брирен.

— Они — тоже люди. С любимыми, семьями, детьми.

— И мы позволим им пройти на нашу землю?

— Нет. Они принесли нам бой. И мы будем биться ради своих жизней и ради нашей земли. Но мы можем биться достойно и с честью.

Лорд Лео фыркнул.

— У вас много идеалов, которые хорошо звучат, но это не поможет на поле боя.

Лорд Ренлар сцепил пальцы.

— Возможно. В конце концов, наши идеалы или помогут нам, или погубят нас. Нужно сделать выбор. Как я и сказал, жизни будут потеряны. Это война. Но кем вы будете после войны? Мы не хотим повторить поступки наших предков, когда им пришлось прятать правду о произошедшем четыреста лет назад из-за стыда и сожалений.

Дамиен согласно кивнул, его взгляд стал далеким.

Селена не двигалась, не говорила. Она всеми силами заставляла себя сидеть и слушать.

«Возьми себя в руки. Не давай эмоциям управлять тобой», — она вдохнула и медленно выдохнула, пока другие говорили вокруг нее. Она была согласна с лордом Ренларом. Человек был важен, даже когда нужно было принимать тяжелые решения. Она подняла голову и посмотрела на окно за столом. Может, ее предки вели себя с честью до конца, хоть их и предали. Такое было возможно?

От этого принять обман других домов не стало проще, но так она могла двигаться вперед, ведь ее дом стал предателями, стал не лучше тех, кто отдал ее семью империи сотни лет назад.

Они все были потомками предателей. И все же…

Она не знала, кому могла доверять в грядущем конфликте.

Включая себя.

4

— Почему ты не сказала мне? — спросил Дамиен, закрыв дверь за ними, в его голосе была боль.

Селена скрестила руки, глядя на окна в комнате. С каждым вдохом гнев, боль и шок, что бушевали в ней, подступали к поверхности. Вопрос, что был у нее полчаса назад, вернулся к губам.

— Как я могла? После того, что стало известно, я не знаю, могу ли хоть кому-то доверять.

— О чем ты?

Она повернулась к нему.

— Меня вырастили со знанием, что мой дом бросили на милость империи. Если бы не похищение Рабанны, нас стерли бы. Только теперь я узнала, что это было не случайно. Это продумали дома, которым доверяла моя семья. Другие великие дома не просто бросили нас, а отдали империи. Нами можно было пожертвовать.

Она подняла руку.

— И это не все. Даже сейчас, когда вы все думали, что у нас уже нет дара, нас считали ниже, великим домом лишь по названию, но не по силе. Разве удивительно, что мы обошлись с вами так, как вы обошлись с нами?

Она видела правду своих слов на его лице, и это пробило ее сердце стрелой. Он когда-то считал ее ниже? Может, даже сейчас? Горячие слезы грозили пролиться по ее лицу, кинжал предательства вонзился в нее. Она впилась ногтями в ладони и сморгнула слезы.

— Будь готова ко всему. Нас больше не сотрут, — она впервые понимала слова матери. — Может, мама была права сильнее, чем знала, о том, что никому нельзя доверять. Что доверять можно только себе.

— Но как это отличается от того, что делает твоя мать? — Дамиен шагнул вперед. — Она пошла против нас и объединилась с империей.

Он был прав. Ее дом делал то, что сделали с ними годы назад. Но логика сейчас не могла подавить боль, грохочущую в ней. Селена повернулась, скрестила руки, чтобы не развалиться на куски, ее щеки пылали.

— Пока я росла, я гадала, какой была бы моя жизнь, если бы на мой дом не напала империя все те годы назад. Может, семья была бы другой. Любящая заботливая мама вместо одержимой властью. Сестра была бы еще жива, была бы подругой. Может, у меня была бы семья как у тебя.

Ее последние слова были как гарпун, который она бросила в сердце Дамиена. Как только слова вылетели, она пожалела об этом. У Дамиена не была идеальная семья. И он их потерял. Она опустила голову.

— Прости. Это было несправедливо.

— Ты спрашиваешь, можешь ли доверять нам — можешь ли доверять мне — так позволь задать тот же вопрос. Могу ли я доверять тебе?

Селена развернулась.

— О чем ты?

Глаза Дамиена впервые показались холодными, как кусочки льда.

— С тех пор, как ты пришла в замок Нортвинд, среди моего народа были беспорядки. Кошмары, потеря сознания, одного человека отправили в лазарет. И ты принесла за собой темное существо, подвергла мой народ опасности.

Селена сжала руки в кулаки.

— Это была не моя вина. Я не знала тогда, что происходило.

— Но когда узнала, ты ничего не сказала. А если бы это продолжилось? А если бы кто-то умер?

Селена глядела на Дамиена, не ожидала его обвинений. Как давно эти мысли терзали его? Он думал, что она делала это намеренно? Жар охватил ее тело, она вскинула голову.

— Ладно. Если мы задаем вопросы, позволь и мне спросить. Зачем ты женился на мне?

Он прищурился и скрестил руки.

— О чем ты?

— Чтобы спасти себя?

— Не понимаю…

— Брачный ритуал не дает мне закончить миссию, убить тебя. Ты женился на мне, чтобы спасти себя? Теперь жалеешь о выборе, ведь мог объединиться с другим домом? Например, с домом Люцерас?

Дамиен застыл, лицо было бледным. Правда была написана на его теле: он о таком ни разу не думал. Она хотела узнать ответ. Но какой ценой он дался!

Селена развернулась, не могла смотреть на него, едва могла дышать. Слова вырвались из нее, не дав ей подумать. Она все это сдерживала? Чем они вообще занимались? Война на носу, им нужно было подписать соглашение, а они ссорились!

— Селена… — заговорил он за ней сдавленным голосом, звук пронзал ее сердце. — Я…

Дверь распахнулась за ними. Селена повернулась и заметила разбитое выражение лица Дамиена, а потом он повернулся и пошел к двери, где ждал гонец с двумя посланиями.

— Срочные сообщения для лорда и леди Марис.

Дамиен потянулся к запискам.

— Спасибо, — напряженно сказал он. Гонец повернулся, чтобы уйти, и Тэгис вошел. Дамиен остался у двери, открыл первое послание. Его лицо напряглось, взгляд скользил по странице.

Холодок пробежал по спине Селены, пока она наблюдала за ним.

Он поднял взгляд, но слова не требовались. Послание было видно в его глазах.

Война началась.

— Началось, да? — Селена сделала пару шагов вперед, прогоняя эмоции за железную дверь. Но этого не хватило, чтобы убрать напряжение между ними.

Дамиен тоже решил отложить их ссору на время.

— Первое послание — от лорда Ренлара. Он только получил весть из Шаналоны, что дом Фриер смог пробить стену. Империя собирается на севере от Болдора у границ Фриера и Вивека.

Селена сжала пальцы.

— Лорд Ивульф смог сломать стену.

— Да, — Дамиен поднял взгляд. — Второе послание от твоего отца.

— Моего отца?

— Насчет коалиции. Леди Рагна в Айронмонде, и Каяфас зовет коалицию помочь ему сохранить Вороний замок и горы Магир. Если командир Орион захватит горы, у него будет доступ ко всем частям континента.

— Мой отец знает, что империя уже прошла на наши земли?

— Не уверен. Мне кажется, что Каяфас планировал это какое-то время. Логично сохранить Вороний замок для нас, и он, скорее всего, ждал шанса, чтобы сделать ход.

Селена тихо рассмеялась.

— Я всегда думала, что мой отец не так прост. Когда он сказал о коалиции, я убедилась в этом. Вряд ли моя мать понимала, за какого мужчину вышла замуж, — проклятье! Эти слова можно было отнести и к ее ситуации.

Дамиен осторожно свернул пергамент, в дверь постучали. Ответил Тэгис. Еще один гонец пришел в комнату.

— Милорд, миледи, — мужчина поклонился. — Великих лордов и леди созывают на срочное собрание.

Дамиен поймал взгляд Селены.

— Это явно из-за первого послания, — он повернулся к гонцу. — Мы немедленно прибудем.

— Я дам знать другим, — мужчина поклонился и ушел.

Дамиен отвернулся и провел рукой по волосам.

— Похоже, нам нужно многое обсудить. Лично. Но времени нет, — он оглянулся. — Мы можем поговорить об этом ночью?

Невидимая рука сжала ее сердце, вернула боль, обиду и смятение, и дыхание застряло в груди. Но он был прав. Им нужно было поговорить. Она сказала то, от чего было больно, и он, судя по его лицу, он это знал.

— Да.

Он протянул руку, но между ними была стена. И Селене не нравилось это. Но она не знала, что делать. Ни со своими чувствами. Ни с болью внутри. Но одно она знала точно.

Она не хотела снова задеть Дамиена.

5

Их разделяло всего пару дюймов, но могли быть мили, когда Селена стояла рядом с Дамиеном в тронном зале.

Она любила его. Так почему сказала ему такое? Что за человеком она была? Она прижала руку к животу, лорд Лео достал свернутый пергамент, положил на стол и осторожно развернул его, рядом с ним стояли два священника в белом.

— Эти люди из Храма великолепия и будут свидетелями подписания соглашения. Условия те же, что и обсуждались в Вороньем замке пару месяцев назад. Это клятва наших домов, наших сил и наших даров друг другу. Я думал, что нам нужен еще день для переговоров, но…

— Время переговоров кончилось, — леди Брирен прошла к столу. — Пришло время действий.

— Именно, — сказал лорд Ренлар, хмурясь, поджимая губы. — Мы выступим вместе. Или вместе падем.

Лорд Лео посмотрел на Дамиена и Селену.

— Вы готовы?

— Да, — сказал Дамиен без колебаний.

Конечно, он был готов. Дамиен продвигал соглашение. А она…

Селена смотрела на стол, застыв. Она все еще обдумывала слова лорда Ренлара. Могла ли она доверять всем в этой комнате? Как она могла узнать? Что делать? Было ли важно, что она подпишет это? Она могла быть главой дома Рейвенвуд, но представляла дом ее мать. И какую власть она принесет? Обвинения Дамиена звенели в ее ушах. А если она навредила больше, чем помогла?

Она подняла голову и поняла, что они ждали ее. Проклятье! Она кивнула, но не смотрела никому в глаза.

Лорд Ренлар заговорил:

— Тогда мы подпишем это вместе, обещание, что мы будем вместе в этой войне.

Лорд Лео прошел к столу, взял перо и подписал первым. Леди Брирен была следующей. Потом — лорд Ренлар. Тишина в комнате нарушалась только скрежетом пера. Когда лорд Ренлар закончил, Дамиен отошел от Селены и приблизился к столу. Он подписал, опустил перо в чернильницу и повернулся к ней.

В комнате снова стало тихо. Наступила ее очередь. Селена подняла голову и ровно дышала, подходя к столу.

У края стола она взяла перо и посмотрела на пергамент, на красиво написанные слова соглашения, на узоры сверху и по бокам, указывающие на важность документа. Ее ладонь замерла ниже подписи Дамиена твердыми смелыми буквами.

Так ощущали себя ее предки, подписывая первое соглашение четыреста лет назад? Трепет, страх, подозрения? Или они доверяли товарищам так, что и не сомневались?

Еще одна волна предательства хлынула на нее, она вспомнила слова лорда Ренлара. Как ей написать свое имя под именами тех, чьи предки врали ее семье? История повторится? Рейвенвудов снова предадут?

Дамиен явно ощутил смятение в ней. Он склонился ближе:

— Не спеши, — тихо сказал он, чтобы его не слышали другие.

Ее горло сжалось. Несмотря на ее жестокие слова до этого, он все еще знал, что ей было нужно, и вел себя так. Был добрым, несмотря на ее злые обвинения.

Не было времени думать об этом.

Селена глубоко вдохнула и кивнула с пером в руке.

Ее слово.

Она сосредоточилась на именах внизу пергамента.

Ее слово.

Она могла управлять только одним. Она не знала, предадут ли другие ее дом снова, или они сдержат слово из соглашения. Но она могла. Она сдержит свое слово. Ее имя будет ее обещанием. Она обладала даром дома Рейвенвуд. И своей силой она могла защитить не только свой народ, но и весь народ от империи Доминия.

Она будет стоять за это.

Не думая, Селена прижала перо к пергаменту, быстрым движением ее имя появилось под именем Дамиена. Леди Селена Рейвенвуд. Буквы были темными и четкими, с завитком в конце. Сильно и уверенно. Это выражало то, какой она была, какой — ее губы чуть изогнулись, ее сердце стало легче — ее сделал Свет.

Она опустила перо рядом с чернильницей и отошла. Председательствующий писец подошел, сверил имена, а потом кивнул лорду Лео, осторожно свернул пергамент и опустил его в серебряный тубус.

— Готово, — лорд Лео оглядел комнату. — Соглашение будет храниться в Храме великолепия.

— А теперь к проблемам насущным, — лорд Ренлар посмотрел на собравшихся. — Империя Доминия прошла стену и идет по нашим землям. Нам нужно действовать сейчас, если мы хотим спасти жизни как можно большего количества людей.

Дамиен повернулся к лорду Ренлару.

— Сейчас ваш народ в наибольшей опасности.

— Да. Я хотел уехать после подписания соглашения. Мой народ уже эвакуировали.

— Куда?

— На север. Мы будем защищать Шаналону, но это только даст нам время увести народ подальше от империи.

— А после этого?

Лорд Ренлар оглядел комнату.

— Разве мы не поэтому тут? Мне нужна ваша помощь.

Дамиен повернулся к лорду Лео.

— У вас есть карта? Есть несколько идей.

— Один из слуг ее принесет.

Лорд Лео посоветовался с одним из слуг в комнате, Селена смотрела, как другие говорили, делились мыслями, планами и идеями. Она выглянула в ближайшее окно и подняла ладонь. Что она могла сделать? Что она должна сделать?

Ее учили собирать информацию и убивать. Она могла работать против империи. Она могла искать секреты или убивать тех, у кого есть власть. Даже сейчас ее пальцы покалывало от желания взять мечи.

Как только мысль пришла, Селена прогнала ее и сжала кулак. Нет. Она не вернется к этому. Так делала ее мать, делала Рабанна. Она должна найти другой способ ради своего будущего. Тьмой добра не добиться.

Когда слуга вернулся с картой, лорд Лео взял у него сверток и развернул его на столе. Дамиен, леди Брирен и лорд Ренлар подошли к нему. Селена посмотрела на собравшихся.

— Вот, — Дамиен указал туда, где река Гир разделялась на два притока и впадала в море. — Нужно увести ваш народ мимо реки.

Леди Брирен посмотрела на Дамиена.

— Хочешь поднять реку? Это не твоя земля.

— Не знаю. Я знаю, что когда-то давно мой предок помог дому Фриер поднять стену, объединив их дары земли и воды, значит, я могу использовать дар не на своей земле.

Лорд Ренлар потер подбородок, глядя на карту.

— Даже если вы поднимете реку, нам все еще нужно учитывать силу. Я не уверен, что мы уберем мой народ подальше от реки до того, как вы ее поднимете. Мои информанты говорят, что империя двигается быстро. Времени мало.

Леди Брирен опустила палец на карту.

— Я уже отправила весть резервам. Пара дюжин всадников с вивернами могут добраться до Шаналоны за неделю, зависит от погоды и ветра. Ваши войска и мои могут дать вашему народу время добраться до реки. И я могу отнести на виверне вас и лорда Дамиена туда за то же время. Но будет опасно близко, — она посмотрела на Дамиена. — И мы все еще не знаем, можешь ли ты поднять реку не на своих землях.

Лорд Лео кашлянул.

— Или что стена воды сделает с народом дома Вивек.

Дамиен склонился ближе.

— Это лучший вариант сейчас. Наши отряды не успеют добраться до народа Шаналоны раньше империи. Возможно, только моя сила может их спасти.

Лорд Лео покачал головой.

— Только если они будут достаточно далеко, когда ты поднимешь барьер, иначе…

В комнате стало тихо.

Селена помнила ужасающую силу водного барьера после ее побега из Вороньего замка. По этой причине Дамиен женился на ней — чтобы его сила узнала ее, чтобы спасти ее и защитить.

Она подошла к другим у стола.

— А если с подписанным соглашением сила лорда Дамиена теперь признает во всех нас тех, кого ему нужно защитить?

Дамиен посмотрел на нее с пониманием на лице и с толикой гордости, как показалось Селене.

Лорд Ренлар кивнул.

— Такое возможно. Соглашение — связь, священники были свидетелями. Как брак.

— Леди Селена права, — согласился Дамиен. — Я верю, что это сработает. Нам нужно попробовать.

— Да, — сказала леди Брирен. — Нам нужно отправляться сейчас. Мой супруг и стражи уже пошли за вивернами. Мы можем отбыть в течение часа.

— Договорились, — сказал лорд Ренлар.

Дамиен взглянул на Селену с беспомощностью во взгляде. У них остались не решенные вопросы. Он обещал разговор этой ночью. Но если он улетит…

— Еще одно, — сказал Дамиен, повернувшись к остальным. — Я получил весть от Каяфаса из Вороньего замка. Он готовится защищать горы Магир в отсутствие леди Рагны, но ему нужна поддержка.

— Каяфас? Супруг леди Рагны? — сказала леди Брирен. — Смелый ход с его стороны. Я думала, он покорный.

— Каяфас больше, чем многие знают. Он годами задумывал это.

— С какими силами? — спросил лорд Ренлар.

— Собрал меньших аристократов и жителей.

— Из горного народа? Как мятеж? — спросила леди Брирен.

— Не совсем… — Дамиен выпрямился у стола. — Каяфас и мой отец годами собирали наши народы вместе, чтобы, когда настанет время, все великие дома и народы этой земли могли работать вместе. Они верили, что нам не победить только армиями и дарами — нужны все.

Лорд Лео хмуро глядел на Дамиена.

— Мы думали, эти слухи означают мятеж против великих домов. Мы боролись с теми людьми годами, но оказалось, что за всем стоял дом Марис.

— У тех людей лишь одна цель — защитить их народ и землю. Признайте, были времена, когда наши дома заботились только о себе. Потому и возникла коалиция.

— Но это все еще превышение полномочий дома и земель…

— Нет времени на обвинения, — лорд Ренлар посмотрел на Дамиена и лорда Лео. — Лорд Дамиен, вы можете поручиться за тех людей… эту коалицию?

— Могу. Каяфасу и его войску можно доверять, что он сделает то, что хорошо для наших земель.

— И он пытается сохранить Вороний замок?

— Да. Но он просит у великих домов поддержки и помощи.

Лорд Ренлар кивнул.

— Горы Магир — стратегическое место. Я думал, что нам делать, если там Рейвенвуды. Но если мы можем закрепить горный регион и поднять всю реку Гир, получится остановить наступление империи. И тогда империи придется идти только на юг.

— Точно, — сказал Дамиен.

— Кто-то еще хочет раскрыть тайны? — лорд Лео огляделся. — Есть еще тайные группы, силы или древняя история? Или только я в неведении?

Селена понимала его гнев. Такое же пламя совсем недавно было в ее груди.

— Сейчас нет, — сказал Дамиен.

Лорд Лео оглядел стол.

— Вас всех это устраивает? Тот супруг Рейвенвуд, и что дом Марис имеет отношение к тайной коалиции?

Леди Брирен скрестила руки.

— Будь это другой дом, я бы переживала. Но дом Марис — самый благородный из нас.

— Но даже дом Марис участвовал в заговоре против дома Рейвенвуд при первом нападении!

— Что вы от нас хотите, лорд Лео? — спросил лорд Ренлар. — Это соглашение — шанс снова доверять друг другу. Вы доверитесь лорду Дамиену?

— Но он не собирается в Вороний замок.

Селена шагнула вперед.

— Я отправлюсь.

Она заметила взгляд Дамиена краем глаза.

— Это мой дом, мой народ. И я доверяю отцу. Как указал лорд Ренлар, если империя захватит горы Магир, у командира Ориона будет доступ ко всем провинциям. Если горы будут нашими, и мы поднимем реку Гир, империя пойдет на юг.

— К землям дома Рафель, — отметил лорд Лео.

— Да. Они пока что нейтральны, но их народ окружен сотнями миль леса. От этого империи будет сложно добраться до Сурао. Надеюсь, к тому времени мы уговорим дом Рафель присоединиться к нам и бороться с империей. Лорд Лео, вы отправитесь со мной захватить Вороний замок и горы Магир для нашего союза?

Он смотрел на нее, челюсть дрогнула.

— Да, — сказал он. — Мое слово — клятва. Я делаю это ради своего народа. Дом Люцерас поможет вам закрепить земли дома Рейвенвуд.

Селена склонила голову.

— Благодарю, лорд Лео.

Леди Брирен отошла на шаг.

— Тогда решено. Лорд Ренлар и лорд Дамиен отправятся со мной вместе с вашими стражами. Леди Селена, лорд Лео, у вас Вороний замок и горный регион. Мои всадники будут тут с минуты на минуту, и мы можем отправляться.

— А припасы? — спросил Дамиен.

— У нас осталось с пути сюда. И мы будем охотиться по пути. Нужно отправляться сейчас, если мы хотим вовремя добраться до народа лорда Ренлара.

Дамиен кивнул.

— Понимаю. Прошу, дайте мне минутку с моей женой, — он посмотрел на Селену и протянул руку.

Она смотрела на него миг, а потом взяла за руку. Его кожа, как всегда, была теплее, чем ее. Он повел ее к окнам, туда же, где лорд Ренлар потряс ее новостью вчера.

Небо все еще было пасмурным, но дождя не было. Дамиен заслонил ее собой от остальных, чтобы уединиться. Он нежно сжал ее другую руку и прижал ее ладони к груди.

— Времени мало, но я хотел сказать… — он выдохнул и склонил голову. — Прости. Прости за слова, что я сказал этим утром. Я не хотел. Я наблюдал за тобой месяцами, я был в твоем пейзаже сна. Я знаю, какие сражения ты вела. Тебе нужно кому-то доверять, так что это мое обещание тебе.

Он поднял голову. Свет из окна делал его глаза синими, как глубокое море. Прядь темных волос упала на лоб, и Селена видела шрамик на его брови.

— Я люблю тебя, несмотря ни на что. И всегда буду любить. Я буду камнем, за который можно держаться. Я не сдвинусь.

Селена не знала, что сказать. Она смогла представить только море у Нор Эсена, скалы не двигались, как бы волны ни были по ним. Это было его обещание ей. Он всегда поддержит ее.

Пока она думала об этом, Дамиен склонился. Его дыхание было теплым, он поймал ее губы и поцеловал. Желание заполнило ее, смывая гнев, оставшийся с утра. Она хотела обвить Дамиена руками и не отпускать. Как она могла обвинять его в действиях его предков? Как она могла не верить его словам? Он любил ее. Он или врал, или говорил правду. Она знала ответ на глубине души. Как бы их брак ни начался, она знала, что теперь было между ними.

— Лорд Дамиен, нам нужно идти, — сказала леди Брирен за ними.

Дамиен поднял голову и прижался своим лбом к ее лбу. Селена сжала его тунику.

— Свет будет с тобой, Селена. Ты никогда не одна.

И он отошел. Она ощутила странный холод, опустила руки по бокам и смотрела, как он идет к леди Брирен и лорду Ренлару. Лорд Лео смотрел на нее с нечитаемым взглядом.

Они поговорили миг и вышли из зала. Селена повернулась к окну, смотрела на тучи и тусклый город.

Он ушел. Дамиен ушел. Он отправлялся воевать, а вскоре отправится и она.

Она опустила ладонь на холодное стекло и склонила голову, горло сдавило.

Она не извинилась. И не сказала, что любила его. Ее поймали в плен его слова и поцелуй на прощание. Она знала без сомнения, что его сердце любило ее. Но если он умрет на войне… если не вернется…

Она сжала пальцы.

Он не узнает, как сильно она его любила.

6

— Похоже, мы будем работать вместе, леди Селена.

Селена отвернулась от окна. Лорд Лео все еще был у стола, смотрел на нее из-под тяжелых век, скрестив руки.

Она выпрямилась и высоко подняла голову.

— Это так.

— Если честно, мне это не нравится, — он отвел взгляд, стиснув зубы. Его светлые волосы задели широкие плечи, на его предплечье был порез. — Мне никогда не нравился дом Рейвенвуд. А после того, что я узнал за последние дни, ваш дом нравится мне еще меньше.

— Я могу сказать то же о доме Люцерас.

Он посмотрел на нее, поджав губы.

— Я знаю, что ваш дом известен как дом Света. Но я знаю тайны вашей семьи. Даже они не чурались услуг дома Рейвенвуд, хоть вы и не знали, что это были мы, — Селена шагнула вперед. — Похоже, у нас есть выбор. Мы можем оставить прошлое наших семей позади и работать вместе ради блага народа, или вы можете свысока смотреть на меня и мой дом. Что вы выберете?

Лорд Лео опустил руки и повернулся к ней. Он тряхнул запястьями, широкий меч из желтого света вдруг появился в одной руке, а в другой — сфера света размером с кулак. Он смотрел на нее, сияние оружия отражалось в его светло-голубых глазах.

— Вы меня не запугаете, леди Селена. Моя семья служит Свету.

— Думаете, я — нет?

— Семья с такими поступками, как ваша, не может служить Свету.

Ее сердце гремело в ушах.

— Вы очень мало обо мне знаете. То, что я видела, с чем боролась. Я знаю, как выглядит настоящая тьма, и я видела Свет. Вы не знаете, кому или чему я следую. Дайте моим поступкам говорить за себя.

Он смотрел на нее миг, повернул запястье. Сфера света пропала, но меч остался.

— Я буду делать то, что должен, чтобы защитить свою семью и свой народ.

— Как и я. Но я буду делать это не так, как мои предки. Я знаю прошлое своей семьи. Я не повторю их поступков.

Он прищурился.

— Посмотрим. Этот союз между нами основан на моем доверии к лорду Дамиену, и если Вороний замок и горы Магир падут от империи Доминия, то мои люди будут в опасности. Мой дом и мои войска присоединятся к «коалиции» вашего отца, чтобы сохранить Вороний замок. Но знайте, — он указал на нее мечом, — я буду следить за вами.

Селена подняла голову.

— Тогда следите. И вы увидите, какой я стану.

Его меч пропал.

— А пока что я соберу свои отряды и подготовлюсь к пути в Вороний замок, — он вышел из тронного зала, оставив Селену одну в тишине с мерцающими свечами.

Дверь закрылась, все внутри нее рухнуло. Она шагнула к стулу и опустилась на него. Карта лежала на столе у ее локтя. Она игнорировала карту, опустила голову на ладони. Эмоции хлынули на нее, и каждая волна грозила утащить ее на дно.

Дамиен ушел. Враждебность горела между ней и лордом Лео. Горе по сестре все еще ранило ее сердце. Ее дом предали.

«Как мне бороться с этим? — она сжалась, надавила кулаком на сердце. — Я хочу ненавидеть их. Хочу навредить им. Но я знаю, что это неправильно. И я наврежу так себе. Но я не могу бороться с этими чувствами одна».

Селена раскачивалась на стуле. Она не плакала. Боль была слишком глубокой. Ей хотелось вырвать сердце или спрятать его снова за знакомыми железными дверями. Но те двери сорвали, осталась дыра, ведущая в ее сердце. Она не могла больше скрываться. Она могла лишь чувствовать.

Было… больно.

«Свет будет с тобой, Селена. Ты никогда не одна», — вспомнились слова Дамиена.

Она подняла голову и смотрела на стол.

«Свет будет с тобой».

Свет был там, когда она боролась с Темной леди. И когда ее сестра умерла. И…

Свет был сейчас тут.

Селена медленно выпрямила спину, сердце замерло. Боль была там, но, казалось, бальзам прогонял ее.

— Лорд Лео ошибается, — прошептала она. — Очень ошибается. Любой может служить Свету, — она сжала кулак и прижала его к груди. — Я служу Свету. Несмотря на тьму, несмотря на боль, несмотря на предательства… — голос сорвался на последнем слове. Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. — Я все еще могу выбрать Свет. И он дает мне силы стоять.

Она закрыла глаза и помолилась.

«Я могу сделать это с помощью твоей силы. Я прощу тех, кто задел меня. И я попрошу прошения у тех, кого ранила. Что бы меня ни ждало, позволь быть твоим светом».

Она глубоко вдохнула, встала и пошла к двери. Снаружи в пустом коридоре ее ждал Карл.

Он склонил голову.

— Миледи.

— Карл, рада тебя видеть. Боюсь, времени мало, — она посмотрела на коридор. — Лорд Дамиен и Тэгис отправились в Шаналону.

— Тэгис вкратце рассказал об этом.

— Хорошо, — Селена выдохнула. — Ты отправишься со мной. В Вороний замок.

— В Вороний замок?

— Да. Пора мне отдать горы Магир моему народу.

— Ясно. Тогда я отправлюсь с вами и защищу вас, миледи.

— Спасибо, Карл.

— Конечно, миледи.

Она не была одна. С ней был Свет. И Дамиен через тех, что был верен дому Марис. Те, кто охраняли ее сейчас.

Она стиснула зубы и смотрела вперед, пока Карл сопровождал ее до ее комнаты. Ей уже не нужны были железные двери. Она училась скрывать сердце, когда из нее делали убийцу. Но, чтобы быть сновидицей, требовалось открытое сердце. Это будет ее первый шаг.

7

Горячий воздух давил на лицо леди Рагны, пока она ждала у палатки прибытия лорда Ивульфа и командира Ориона. Палатки стояли на сухой земле, что тянулась между домом Фриер и домом Вивек. Вдали стояла Шаналона под синим небом.

Скоро начнется атака. Как четыреста лет назад.

Стыд кольнул ее сердце, но лишь на миг, и она подавила это, как и все эмоции в себе. Она была леди Рейвенвуд, у нее не было эмоций и привязанности. Чувства мешали тому, что нужно было сделать.

Лорд Ивульф прибыл первым. Он давно сбросил меховую накидку, сменил ее на тунику из красного шелка с черной кожаной жилеткой и поясом. Его волосы длиной до плеч были убраны стальным обручем, и было видно седые пряди в темных волосах. Его сын, Рауль, был с ним. Юноша выглядел почти как Ивульф в его возрасте с обжигающим видом и черным узлом, скованным золотым обручем. Она на миг задумалась, пойдет ли Офелиана по стопам лорда Ивульфа, когда подрастет. На ней уже была метка дома Фриер. Она тоже будет выглядеть как они?

Может, пора было рассказать Ивульфу об их дочери и забрать ее из Вороньего замка. Она скрывала девочку, но она могла пригодиться. Дочь из дома Фриер и под ее контролем могла быть ценной.

Но Ивульф мог отказаться назвать немую дочерью. Леди Рагна постучала по подбородку. Пока что она просто попросит Ивульфа перенести Офелиану в Айронмонд, а потом уже раскроет правду о ее происхождении.

Несколько стражей сопровождали мужчин Фриера и присоединились к ее стражам, когда Ивульф подошел. Рауль встал в паре футов от них, мрачно смотрел на отца.

— Шаналона скоро будет нашей, — уверенно сказал Ивульф.

— А что насчет лорда Ренлара? — спросила она. На днях они узнали, что лорд Ренлар, якобы сын лорд Руна, управлял теперь домом Вивек. Почему она не знала о нем?

— Его сейчас нет в Шаналоне. Скорее всего, он на встрече с другими великими домами.

— Логично, — пробормотала она. — Его отсутствие нам на руку, — но если он был сыном лорда Руна, он мог нести дар мудрости, это делало его опасным врагом. Даже хуже, вторым исполнением пророчества Темной леди.

Прибыл командир Орион, а с ним — его генералы. Каждый раз, когда леди Рагна видела командира Ориона, его рост и широкие плечи, то, как солнце озаряло острые черты и шрамы на его лице, она видела силу. Силу империи. Силу мужчины. Силу, которая скоро будет у Рейвенвудов.

Несмотря на сильные черты лорда Ивульфа, леди Рагна в тайне была разочарована. Он потрясал не так, как командир Орион.

— За мной, — сказал командир Орион, обошел собравшихся и направился в палатку. Все вошли следом без слов.

Командир Орион занял место во главе длинного стола, который занимал почти все место. Лампы свисали с балок, озаряли место. Леди Рагна остановилась слева от него, а лорд Ивульф встал справа от командира Ориона. Рауль стоял за его отцом. Остальные генералы заняли места вокруг стола. Воздух заполнили запахи пота и песка.

Командир Орион оглядел комнату, словно оценивал всех. Леди Рагна не сжалась от его взгляда, а стояла гордо. Она была равной ему и показывала это.

— Завтра мы нападем на Шаналону, — его низкий голос зазвучал в палатке. — Их стены широкие, и сверху солдаты, но с нашей армией, нашими катапультами и способностями лорда Фриера Шаналона падет.

— Что за способности? — спросил один из генералов.

— Наш союзник, дом Фриер, может управлять и нагревать землю и камень. Он своей силой нагреет камни в наших катапультах, создаст траншеи или будет поднимать горы земли, чтобы остановить их отряды.

Некоторые приподняли брови, одобрительно кивали.

— Это сократит время для пробивания стен, — сказал первый генерал.

— И можно будет поджечь город, — ответил другой.

— А женщина? — спросил еще один генерал. Все посмотрели на леди Рагну.

— У нее есть своя сила, но я ее не раскрою. Пока что, — сказал командир Орион. — Но с ней мы навредим великим домам сильнее, чем может вся наша армия.

Струйка пота стекла по шее леди Рагны. Темная леди обещала больше силы, если они будут вместе каждую ночь. Но ничего не получалось. Она не хотела показаться неумелой при командире Орионе. Она найдет способ использовать свой дар для пользы империи. Ей просто нужно было больше времени.

Командир Орион долго смотрел на леди Рагну. Видел ее насквозь?

— Теперь обсудим следующие шаги нашей кампании. Пройдет скрытая миссия, чтобы убрать водного лорда дома Марис.

Первый генерал заговорил:

— Того, который закрыл нас от Северных берегов?

— Да. Как только с ним разберутся, мы больше не будем беспокоиться из-за барьера вокруг его земли. Он падет, и мы пройдем на север после Шаналоны.

— Отлично, — пробормотал один из мужчин.

Пальцы леди Рагны дрогнули, еще капля пота стекла по ее спине. Она не слышала ничего от Амары больше месяца. Не удивительно, связаться было сложно. Но от девушки многое зависело. Было бы хорошо узнать, что Амара завершила миссию. Если она провалилась, это станет темным пятном на доме Рейвенвуд, и это станет еще одной причиной для Рагны добиться для Офелианы расположения дома Фриер.

Она посмотрела на командира Ориона, обсуждающего планы. Она не говорила ему, лорду Ивульфу или кому-то еще, что Селена стала главой дома Рейвенвуд. Что Селена была сильнее. Эту тайну она собиралась хранить до конца. Если об этом узнают, это будет еще одним темным пятном. Она не могла позволить недоверие в этом альянсе.

Час спустя солнце стало садиться, и собрание закончилось. Леди Рагна покинула палатку раньше мужчин, обрадовалась прохладному ветру, нежно дующему на ее горячее лицо. База империи была завершена, небольшой город из тысяч палаток на холмах песка и полыни.

Ткань палатки хлопнула, лорд Ивульф присоединился к ней.

— Можешь остаться на ночь в моей палатке, — хрипло сказал он.

Она отмахнулась, глядя, как солнце садится за Шаналоной вдали, огненный шар.

— Я занята этим вечером.

— Чем? — с подозрением спросил он.

Она хотела сказать ему, что это не его дело, но не хотела разбираться сейчас с его ревностью. Ей нужно было его хорошее настроение, чтобы попросить про Офелиану.

— Я присоединюсь к Темной леди этой ночью.

— Ясно. Тогда я тебя отпущу.

Даже Ивульф опасался Темной леди. Через секунды из палатки вышел его сын, Рауль. Они ушли вдвоем, и язык их тел указывал на ожесточенный разговор. Рагна снова задумалась о том, как Рауль смотрел на отца перед собранием.

Леди Рагна повернулась, укутавшись в плащ. Она отправит завтра ворона капитану Стэнтону, чтобы он усилил охрану Вороньего замка и подготовил Офелиану к возможной поездке в Айронмонд. Она не могла потерять Вороний замок от неожиданной атаки великих домов, коалиции, на которую она охотилась годами, или ее дочери, Селены.

Она шла между палаток, на миг ощутила слабость. Обычно в это время ночи она была в своих покоях в Вороньем замке, или опускала утомленное тело в горячую ванну с лавандовой водой, или сидела перед зеркалом, пока Агата расчесывала ее длинные волосы.

Нет.

Она сжала край плаща. Власть не приходила к тем, кто искал удовольствия. Ей нужно было завершить миссию. С империей, Темной леди и домом Фриер на ее стороне ничто не помешает ей вернуть дому Рейвенвуд мощь.

Ничто.

8

Взяв нужные вещи из комнат, переодевшись в самую теплую одежду и прицепив мечи к спинам, Дамиен и Тэгис и встретили леди Брирен на крыше замка Левеллон. Вдали над холмами зелени и под пасмурным небом появились четыре виверны, летели на прохладном ветре, дующем над городом.

Дамиен скрестил руки и сунул пальцы в изгибы локтей. Ему не нравилось так оставлять Селену. Слова, которые она бросила в него этим утром, оставили внутри след. Она верила, что он женился на ней, чтобы спасти себя? Она не понимала, как сильно он полюбил ее за последние несколько месяцев? Или она реагировала на всю боль, что на нее обрушилась?

Он вздохнул и провел рукой по волосам. Он говорил с ней честно. Он будет ее камнем. Несмотря на ее слова, он будет рядом. В бурю. Среди волн. На войне.

Он покажет ей свою любовь до последнего вдоха.

Он посмотрел на тучи.

«Прошу, Свет, просто дай мне вернуться к ней».

Леди Брирен заговорила:

— Там Рейдин и мои два стража. Лорд Дамиен, вы полетите со мной. Ваш страж — с Финном, одним из моих стражей. Когда прибудет лорд Ренлар и его страж, он полетит с моим супругом и другим стражем.

— Нам нужно знать что-то особенное? — спросил Тэгис.

Леди Брирен хитро улыбнулась.

— Не упадите.

Даже война не могла подавить настроение леди Брирен.

Виверны прибыли минуты спустя с порывом ветра и тяжелым мускусным запахом. Они опустились на сильные задние лапы, сложили передние лапы и крылья. Медная виверна склонила голову к леди Брирен, прикрыв желтые глаза. Виверна Рейдина была цвета магмы, с сильными мышцами и перепончатыми крыльями. Стражи Мерека были на двух серо-голубых вивернах, которые явно были родственниками. Все четверо были размером с маленькие дома и едва уместились на крыше.

Дамиен вдохнул и повернул голову. Фу. К запаху нужно было привыкнуть.

Леди Брирен подняла руку и потерла узкую шею медной виверны.

— Шанну, я скучала.

Виверна ответила, фыркнув и склонив голову.

Леди Брирен повернулась к Дамиену.

— Шанну будет вашим спутником в этом пути. Подойдите, она уловит ваш запах.

Дамиен пересек расстояние между ними, остановился возле леди Брирен и Шанну. Краем глаза он заметил, что Тэгиса знакомили с одной из меньших виверн.

— Протяните руку, чтобы она понюхала. Смотрите на нее. Никаких колебаний. Виверны презирают трусов.

Дамиен повернулся и сделал, как просила леди Брирен. Он протянул свободную руку, глядя в глаза виверны. Его ладонь не дрогнула, температура не изменилась. О страхе говорил только стук его сердца. Виверна слышала это?

Шанну прищурилась, фыркнула, понюхала его ладонь. Она хмыкнула и отвернулась.

— Вы не самый вкусно пахнущий мужчина, но она вас понесет.

Дамиен приподнял бровь. Он мог так сказать и о вивернах.

Один из стражей подошел к леди Брирен с маленьким набитым кожаным седлом. Другой страже стал прикреплять схожее седло к большой красной виверне. Оба мужчины были среднего телосложения и выглядели похоже — торчащие каштановые волосы, густые брови, пышные бороды. Они могли быть близнецами.

— Вы полетите за мной на втором седле, — сказала леди Брирен Дамиену, Финн закреплял кожаные ремешки на поясе виверны. — Мои стражи понесут ваши припасы в седельных мешках. Как только Финн прикрепит седло, отдайте ему снаряжение.

Дамиен взглянул на нее.

— Ехать на виверне — это как ехать на лошади?

Леди Брирен откинула голову и рассмеялась.

— Даже сильных боевых коней дома Люцерас не сравнить с вивернами юга. И вы узнаете, что полет отличается от езды верхом, — она посмотрела на него. — На вас ведь самая теплая одежда? В воздухе холодно.

— Да. И я с севера, — он подмигнул ей, и леди Брирен снова рассмеялась. Его губы дрогнули от ее легкого ответа. Они готовились воевать, а леди Брирен все еще могла найти повод посмеяться. Он посерьезнел от мысли. Им понадобятся все причины улыбаться в грядущие месяцы.

Лорд Ренлар и его страж появились, когда Финн закрепил второе седло к маленькой виверне.

Леди Брирен подняла руку и указала в его сторону.

— Лорд Ренлар, рада вас видеть. Надеюсь, скоро мы будем в воздухе. Вы полетите с моим супругом, Рейдином, — она говорила с ним, а Финн и другой страж готовили снаряжение и закрепляли еще два седла.

Дамиен подошел к краю крыши и посмотрел на город, тень вернулась на его душе. Его сердце снова болело, и он склонил голову. Он жалел, что сказал такое утром. Месяцы назад, утром Фестиваля Света, Селена сказала, что он был хорошим человеком. Но нет. Он был просто человеком. Порой он позволял сомнения заполнить его разум, а гневу действовать за него.

Он знал, что это была не ее вина, что Темная леди охотилась на нее. Или что ее огромная сила задела других. Но он знал и то, что Селена была сильной. В такой семье, как ее, выжила бы только сильная женщина, и только такая оставила бы все, получив шанс, и вышла за мужчину, которого не знала, ради общего блага.

Другой такой женщины не было.

И он никогда ее не бросит.

Дамиен склонил голову, холодный ветер подул на крышу. Его товарищи готовились к пути. И он начал молиться.

— Лорд Дамиен, мы готовы отправляться.

Дамиен поднял голову. Все четыре виверны были с седлами. Финн, который говорил с ним, указал на Шанну.

— Я помогу вам забраться на виверну леди Брирен.

Несмотря на трепет в теле и серьезность ситуации, Дамиен ощущал и немного восторга. Не было людей, которых не восторгали величие и сила виверн Южных островов, и все мальчики хотели на такой прокатиться.

Дамиен подумал о своем покойном брате, Квинне, печально улыбаясь, подошел к Шанну. Квинн отдал бы правую руку, лишь бы покататься на виверне.

— Хотел бы я, чтобы ты это видел, — прошептал он.

Финн провел его мимо больших перепончатых крыльев к маленькому седлу за седлом леди Брирен. Они почти не занимали места на спине Шанну. Дамиена снова поразило существо перед ним.

Седло, на которое указал Финн, выглядело как другие, но длинные кожаные ремешки свисали по краям. Финн резко свистнул, и через миг Шанну опустила тело.

— Как только вы будете в седле, я застегну ремешки на ваших ногах. Они помогут бороться с ветром и удержат вас на спине Шанну.

Дамиен кивнул. Он сунул ногу в стремя, запрыгнул на спину виверны. Несмотря на ее размер, спина была лишь немного шире, чем у лошади. Он сел, и Финн стал обвивать кожаными плотными ремешками его бедро и голень. Как только он закончил, он закрепил ремешки и сделал так с другой ногой Дамиена.

Дамиен мог шевелить ногами назад и вперед, как и в стороны, но оставался в седле, что было логично. Он посмотрел на небо. Он не хотел упасть. Он сжал край седла и ждал.

Финн закончил с его другой ногой, леди Брирен подошла и забралась в свое седло. На ней ремешков не было. Она точно научилась кататься без упряжи безопасности, так что могла спуститься за миг.

Дамиен посмотрел за крыло Шанну. Лорд Ренлар уже сидел на большой красной виверне, Финн помогал Тэгису забраться.

Леди Брирен оглянулась.

— Ветер нам поможет. Мы должны далеко пролететь сегодня.

Стражи Дамиена и Ренлара заняли седла, и два стража Мерека и Рейдин подняли руки. Леди Брирен кивнула, подняла свою руку и опустила со свистом воздуха. Она издала крик на старом языке, и Шанну поднялась.

Дамиен пошатнулся в седле, сжал край. Шанну с силой и порывом ветра захлопала крыльями и оттолкнулась. Она легко поднялась в воздух.

Дамиен, казалось, оставил желудок на крыше замка Левеллон. Он прижал ноги к телу виверны, радуясь, что был привязан. С каждым взмахом крыльев тело Шанну опускалось и поднималось. Воздух становился холоднее, чем выше они были. Волосы леди Брирен стали дикой копной косичек и прядей. Его одежда хлопала, воздух свистел вокруг тела виверны.

Они поднимались к пасмурному небу. Через мгновения они словно попали в туман. Холодные капли покрыли его лицо и глаза. Дамиен сморгнул влагу и держался.

Они миновали тучи. Леди Брирен еще раз крикнула, и Шанну полетела ровно в двадцати футах над бесконечной серостью. Над ними ярко сияло солнце. Было… чудесно.

Дамиен глубоко вдохнул. Дышать стало сложнее, но он все еще мог втянуть воздух. Сжимая седло, он оглянулся. Красная виверна летела за ними, а дальше — две серо-голубые. Виверны словно скользили над тучами, раскрыв широко крылья, ловя ветер, следуя по невидимой реке воздуха.

Дамиен повернулся и устроился в седле, вздохнув, наслаждаясь новым опытом.

Часы спустя солнце опустилось на западе за ними, так сделали и виверны. Участки земли было видно за тучами. Леди Брирен легонько потянула за поводья, направляя Шанну к большой бреши в тучах. Как только они миновали облака, стало темно, на земле начиналась ночь. Они приближались к горам Магир. Внизу Дамиен видел мерцающие огни домов из маленьких горных поселений среди высоких сосен.

Леди Брирен избегала огоньков, направила виверну к небольшой поляне на одиноком холме. Минуты спустя Шанну опустилась со стуком. Дамиен выдохнул. Ему нравился воздух, но на земле было лучше. И от постоянных движений вверх-вниз тело болело.

Леди Брирен спешилась и стала развязывать ремешки на его ногах.

— Как ощущения, лорд Дамиен? — спросил она, убрав первый ремешок.

— Хорошо, но все затекло.

Леди Брирен улыбнулась в угасающем свете.

— Не удивительно. Я неделями привыкала к полету на виверне, месяцами училась летать их спинах, — она обошла виверну и развязала другие ремешки. — Вот так.

Дамиен выбрался из ремешков, подвинул правую ногу и спрыгнул. Как только ноги ощутили землю, колени согнулись.

— Ого, — сказал низкий мужской голос. — Нужно привыкнуть к земле после полета весь день.

Дамиен повернулся и увидел, что Рейдин, супруг леди Брирен, шел к нему на помощь. Дамиен поднял руку, останавливая его, и выпрямил ноги. Через миг он ощутил себя как надо и шагнул. Рейдин смотрел на него, скрестив руки, щурясь, выглядя от этого грозно с его торчащими шипами длинными черными волосами и линиями угля под глазами.

— Вы правы, — сказал Дамиен, сделав еще шаг, — но, думаю, я в порядке.

Рейдин приподнял бровь, повернулся и стал отвязывать ноги лорда Ренлара. Леди Брирен обошла Шанну и покачала головой.

— Я должна была предупредить о первом шаге.

— Ничего. Ваш супруг прав, и это как в море.

Леди Брирен посмотрела в сторону красной виверны и всадника.

— Рейдин мало говорит, но он всегда заботится о тех, кто вокруг него, — она мягко улыбнулась. — Включая меня.

Тэгис встал рядом с Дамиеном. Похоже, ему не было неудобно после долгого полета.

— Чем я могу помочь, леди Брирен?

— Рейдин и мои стражи достанут то, что нужно на ночь. Поищите дерево для костра, пока еще не стемнело.

— Я помогу, — сказал Дамиен.

Они собрали хворост возле окружающих деревьев и принесли в центр полянки, где остальные расчистили место, расстелили одеяла и рылись в сумках. Наступили сумерки, и землю укутала мутная тьма.

Дамиен опустил охапку, Тэгис стал разводить огонь в месте, которое освободил Финн. Как только огонь загорелся, он озарил поляну бодрым светом и теплом. Другой страж стал раздавать ржаной хлеб и вяленое мясо.

— Спасибо, Эрик, — сказала леди Брирен, села, скрестив ноги, перед огнем, ее кожаная юбка развернулась вокруг нее. Рейдин сел рядом с ней, высокая тень, и они стали есть.

Эрик принес еду Дамиену и Тэгису, сел рядом с Финном и дал стражу хлеб. Лорд Ренлар смотрел на огонь, оранжевый свет отражался на темной коже и глазах, кусок вяленого мяса замер в руке. Он задумался.

Рейдин открыл флягу, сделал глоток и передал ее. Все доели, разделили одеяла, и Тэгис вырвался в дозор первым.

Дамиен лежал на одеяле, убрав руки за голову, смотрел на ночное небо. Воздух был прохладным, но не морозным. Весна была тут, медленно согревала землю. Было видно полумесяц среди звезд. Сова ухнула на дереве неподалеку и улетела, ей ответил волк.

Он вздохнул. Только утром он проснулся рядом с Селеной в замке Левеллон. А теперь…

Он был в сотне миль от нее.

Он не думал, что будет скучать по присутствию рядом с ним. Он повернулся на бок спиной к костру, прижал руки к груди. Каждая его часть ощущала пустоту рядом с ним. Он увидит ее снова через недели или даже месяцы.

Он знал, что у них были свои роли в войне, но всегда думал, что они будут стоять вместе. Биться вместе. Он сглотнул. Многое могло произойти в грядущие недели. Гарантий не было. Смерть его семьи научила его этому.

Он закрыл глаза.

«Прошу, присмотри за ней, Свет. Присмотри за моей женой».

9

Каждый день начинался одинаково. Завтрак, свернутые одеяла, собранные в сумки вещи, возвращение виверн с ночной охоты. Они летели весь день, останавливаясь пару раз для личных нужд и перерыва. С наступлением сумерек они разбивали лагерь, виверны улетали.

Пейзаж внизу постепенно менялся, горы Магир с деревьями стали холмами. Появились ручьи, словно узкие змеи, что вились среди жесткой зеленой травы. Комки облаков висели высоко в небе, дальше, чем они летели.

После третьего дня долины высокой травы раскинулись среди холмов. Стада вилорогов паслись на золотистых полях. Маленькие деревни с соломенными крышами, ухоженными полями пшеницы и пастухами с овцами сменили дикие поля. Вскоре появились небольшие города, они приближались к цивилизации.

На пятый день тучи дыма появились вдали, темные и грозные. Дамиен склонился к седле, смотрел поверх головы леди Брирен. Да, он не ошибся. Огни горели на месте города Шаналона.

Леди Брирен покачала головой и направила Шанну вправо, где воздух был чище.

Близился полдень, дым стал гуще, стало видно Шаналону. Город раскинулся не меньше, чем на десять миль, с белыми зданиями, черепицей на крышах и порой встречающимися деревьями под темным небом.

Дамиен сжал седло, его мутило. Они опоздали? Он оглянулся, но не видел лорда Ренлара, только его красную виверну. Как империя могла прибыть так быстро? Для этого нужно было идти почти каждый день. Но они пробили стену почти две недели назад, если послание не задержалось на пути в Люкс Каста.

Вокруг города стояла стена в тридцать футов высотой, но она защищала только внутреннюю часть города, а он разросся за сотни лет.

А на востоке, за стеной…

Стояла мощь империи Доминия.

Волна жара хлынула по Дамиену, сердце билось в горле. Тысячи солдат, палатки, большие деревянные строения тянулись на мили под темнеющим небом. Больше людей, чем в любом городе всех провинций. И все были тут, чтобы уничтожить Шаналону и остальной континент.

— Невозможно, — прошептал он. Он не представлял такую армию. Он читал о первом нападении, знал, что империя близко. Но другим делом было видеть мощь империи своими глазами. Даже если бы войска семи домов объединились, они не выстояли бы против империи.

Он попытался сглотнуть, но в горле пересохло.

«Нет, — он покачал головой. — Нельзя так думать, — он поднял руку и смотрел на свою ладонь, пока ветер бил по его телу. — Поэтому нам дали эти дары. Защищать наш народ. Весь народ».

Красная виверна с Рейдином пролетела мимо Шанну и повела к высокому замку в центре города. На улицах не было людей, никто не выглядывал из окон. Город словно был уже мертв.

Дамиен посмотрел на восток. Стена еще стояла, хотя рядом с ней все горело. Империя еще не пробилась в город, а людей уже эвакуировали.

Он выдохнул, расслабил тело. Это было хорошей новостью. Но как далеко могли уйти тысячи людей? Они были у реки?

Он сжал край седла, виверны опустились на самую высокую и широкую крышу замка. Во дворе и зданиях вокруг суетились солдаты армии Вивека.

Рейдин спешился и стал отвязывать ноги лорда Рейдина. Леди Брирен через минуту сделала так с Дамиеном.

Воздух был теплым, воняло дымом и вивернами. Дамиен закашлялся и потер глаза ладонью, спускаясь со спины Шанну.

Его ноги опустились на каменную крышу, и группа мужчин вышла из деревянного люка на другом краю крыши. Они были в кожаной броне с синими накидками, на боках висели короткие мечи.

— Лорд Ренлар, — сказал первый.

Лорд Ренлар отошел от красной виверны, Рейдин занимался своим зверем.

— Командир Акиа.

— Мы ждали вашего прибытия. Мы получили ваше послание пару дней назад, сделали, как вы приказали. Как только мы узнали, что империя Доминия пересекла стену, я начал эвакуировать наш народ на север к нашим крепостям там. Но там много пожилых и детей, прогресс был медленным. Насколько я слышал, им еще три дня идти до реки.

— Это ожидалось. А империя Доминия?

Командир Акиа помрачнел.

— Прибыли два дня назад. Мы бились у стен. Припасов хватит не меньше, чем на месяц. Но новое оружие империи такое, какое мы еще не видели.

— Например?

Командир Акиа указал на восток.

— У них большие деревянные катапульты, которые бросают огненные булыжники. Они использовали их против стены. Там трещины, но стена еще держится. Мы смогли сбить лестницы и разбить две башни, что они строили. Пока что мы держимся, — он посмотрел на лорда Ренлара. — Хорошие новости, что они, похоже, еще не узнали о побеге нашего народа.

Лорд Ренлар кивнул.

— На это я и надеялся. Мы задержим их тут, и наш народ успеет пересечь реку, — он указал на Дамиена, который подошел к лорду Ренлару. — Командир Акиа, это великий лорд Дамиен из Северных берегов. Вы знаете силу дома Марис.

Командир Акиа поклонился.

— Великий лорд Дамиен, это честь.

— Благодарю, командир. Я пришел на помощь вашему народу. Как только они пересекут реку, я подниму водный барьер. Как вы знаете, стену воды ничто не может пересечь. Ваш народ будет защищен. И я послал весть людям у нашей границы, чтобы помогли с едой, домами и припасами.

— Вы щедры, милорд. Ваша помощь нам очень нужна.

— Моя семья всегда верила в защиту всего народа, — сердце пронзила боль. Это было не совсем правдой после того, что он узнал от лорда Ренлара. Было время, когда и его дом пожертвовал одним, чтобы спасти себя. Дамиен скрипнул зубами. Больше такого не будет.

— Командир!

Юноша поднялся по лестнице и помахал маленьким свернутым посланием.

— Послание с фронта.

Мужчины пропустили командира Акию к гонцу. Он читал послание без эмоций, но Дамиен видел достаточно за последний год, так что знал, что весть была плохой.

Командир Акиа повернулся, леди Брирен присоединилась к ним.

— Похоже, не меньше двух батальонов и отряд кавалерии отделились от армии империи и отправились на север.

Лорд Ренлар выдохнул.

— К нашему народу.

— Да, милорд.

— Как скоро они доберутся до беженцев?

— Через два дня.

— Империя не знает, что лорд Дамиен тут, и что мы хотим поднять реку. Нужно дать нашим людям время пересечь реку Гир. Сколько людей мы можем выделить для помощи нашему народу?

Командир Акиа скрестил руки и задумчиво нахмурился.

— Я могу послать полк или два. Если они будут ехать изо всех сил по холмам на северо-востоке, а потом срежут в конце долины, они смогут обойти людей империи и встать между нашим народом и империей. Но это будет самоубийством. Редкие выживут.

Лорд Ренлар повернулся и посмотрел на империю Доминия за стеной. Дым поднимался в воздух, внешняя часть города горела. Дамиен почти мог представить мысли в голове лорда Ренлара, он взвешивал цену потери полка и спасения остального народа. Выбора не было. Народ Шаналоны был важнее. Он знал, что отправит людей на смерть, чтобы его народ смог пересечь реку. И они рассчитывали на Дамиена, что он поднимет реку.

Дамиен провел рукой по волосам к шее. Не было гарантий, что он поднимет ту часть реки Гир, ведь это была не его земля. Он мог надеяться, что Селена была права, и соглашение добавило этот народ под его опеку?

Лорд Ренлар обернулся.

— Посылайте полки. Благо нашего народа важнее. И наши солдаты знают это. Они будут спасать свои семьи, вмешавшись.

Командир Акиа прижал кулак к груди и поклонился.

— Да, милорд, — он повернулся и пошел к люку в крыше вместе со своими людьми.

Леди Брирен шагнула вперед.

— Мой народ должен быть тут в течение дня. Я отправлю Финна сообщить им о ситуации, и что нужно обогнуть Шаналону и двигаться к границе у реки Гир.

Лорд Ренлар склонил голову.

— Благодарю, леди Брирен. Я думал, у нас будет больше времени, но империя сильна, как и в историях. И теперь Шаналона горит.

— Но стена еще держится.

Они посмотрели в сторону армии империи.

— Да, — сказал лорд Ренлар через миг. — И мы отвлечем внимание империи тут. Нужно, чтобы выжил народ. Города можно отстроить, библиотеки уже спрятали самые ценные тома и книги. Но без народа это все не имеет значения.

Дамиен шагнул вперед.

— Согласен. Я отправлюсь вскоре, чтобы быть готовым у реки.

Леди Брирен кивнула.

— Я с вами. И другой мой страж понесет Тэгиса на своей виверне.

Лорд Ренлар поднял голову и скрестил руки.

— Я останусь тут с командиром Акией. Когда смогу, отправлю голубей с вестью о происходящем.

— Рейдин останется тут, и если империя пробьет стену, он поможет сбежать. Вы — лидер и последний наследник дома Вивек, мы не можем вас потерять. Ваша жизнь и дар важны в этой войне. Уверена, командир Акиа согласится.

— Понимаю. Эта роль еще нова для меня. Обучение в библиотеках не готовило меня к реальности роли великого лорда.

— Никто из нас не был готов, — сказал Дамиен, вспомнив, какие тяжелые решения уже принял на последние два года. И ждало только больше.

— Хватит говорить. Пора в путь, — леди Брирен взглянула на Дамиена. — Готовы?

Его тело бунтовало. Он устал, все затекло. Но времени на отдых не было. Народ Шаналоны нуждался в нем.

— Я готов.

— Хорошо. Я сообщу своим людям о наших планах, а потом отправимся.

10

Дамиен крепко сжимал край седла, ветер бил его по лицу. Воздух тут был чище, вдали от горящего города. Когда стало слишком темно для полета, леди Брирен и ее страж Эрик опустили виверн. Костер не развели. Они быстро съели твердое печенье, развернули одеяла, отпустили виверн охотиться.

Никто не говорил. Спать удалось лишь урывками. Утром Дамиену казалось, что его избили и бросили на холодной земле. Они разделили еду и воду и вернулись в воздух.

Пару часов спустя он заметил беженцев Шаналоны, движущихся на север. Тысячи людей топтали высокую траву, они были в ярких цветах дома Вивек.

Дамиен оглянулся. Пока что империи не было видно, и леди Брирен выбрала путь, чтобы их не заметили те, кто преследовал беженцев.

Они приближались, люди поднимали головы и указывали. Все знали о доме Мерек и всадниках на вивернах, но редкие их видели. Леди Брирен опустила Шанну у западного края группы людей. Мужчины в синих накидках и кожаной броне отделились от группы и подошли к ним.

— Я — капитан Мурсил. Вы прибыли помочь нам? — спросил первый, приблизившись. Он выглядел не старше двадцати лет, как и два стража по бокам от него. Люди за ним замедлились, чтобы посмотреть на больших зверей.

Леди Брирен спешилась, а Дамиен остался в седле, привязанный кожаными ремешками.

— Да. Я — великая леди Брирен, со мной — великий лорд Дамиен. Мы прибыли сообщить, что империя Доминия идет за вами. Мы поможем, чем сможем.

— Империя? — лицо капитана побледнело. — Империя идет за нами?

— Ваш командир послал полк солдат, чтобы они вмешались и позволили вашему народу перейти реку. Как только они перейдут, лорд Дамиен своей силой поднимет воду.

— Империя… — пробормотал мужчина. Он думал об этом, капли пота выступили над губой.

Леди Брирен хлопнула капитана по плечу.

— Посмотри на меня.

Капитан Мурсил поднял голову.

— Сейчас нужна храбрость, — она посмотрела ему в глаза. — Вы нужны этому народу.

Что-то без слов мелькнуло между ними. Через миг капитан Мурсил выпрямился и расправил плечи. Его взгляд стал уверенным, глаза — ясными. Он прижал кулак к груди.

— Я передам весть другим капитанам, миледи.

— Скажите им, что времени мало. Переведите народ через реку Гир как можно скорее.

— Хорошо, — он повернулся и пошел к толпе, выпрямив спину, решительно шагая. Он остановился и заговорил с другими стражами, а потом все пятеро направились в разные стороны среди толпы.

Люди шли на север, вытянув шеи, чтобы увидеть виверн. Шанну со скучающим видом смотрела на людей, а потом повернулась, сложила крылья, мешая Дамиену видеть.

Леди Брирен обошла крыло виверны и упала на бок Шанну.

Дамиен встал в седле.

— Леди Брирен!

Она подняла ладонь, голова осталась опущенной.

— Все хорошо. Дайте минутку.

Дамиен стал распутывать кожаные ремешки, когда леди Брирен выпрямилась.

— Лорд Дамиен, я в порядке. И нам нужно в путь.

— Что вы сделали? — спросил Дамиен, не убирая руки с кожаного ремешка.

Леди Брирен выдохнула с дрожью.

— Я повлияла на капитана Мурсила отвагой. Это последний талант древнего дара моей семьи, но на это нужно много сил. Уверена, ты видел его страх. Страх поглощал его. Если бы я не вмешалась, его страх распространился бы. Я наполнила его смелостью. Теперь он передаст это другим.

Дамиен отпустил ремешок и сел.

— Как искра, что начинает огонь.

Леди Брирен улыбнулась.

— Да. Смелость и страх распространяются как огонь. Я распространяю смелость. Это придаст сил народу. А ним понадобятся силы, чтобы пересечь реку.

— Это невероятно. Я знал, что ваш дом известен храбростью, но я не знал, что вы могли передавать ее другим.

— Наш дар ослабевает с каждым поколением, но у меня еще немного осталось, — леди Брирен забралась на спину Шанну. — Дар может быть сильным, если его использовать с умом, — она сжала поводья. — А теперь пора к реке.

Шанну поднялась в воздух, а Дамиен вспомнил, как Селена успокоила его кошмары на годовщину смерти его родителей и Квинна. Дары дома Мерек и дома Рейвенвуд были в чем-то схожи. Если леди Брирен могла сеять смелость взглядом и прикосновением, то что могла делать Селена в пейзаже сна целого мира спящих?

Они летели низко над людьми, направляясь к реке впереди. На западе были холмы и лес, отмечали притоки реки Гир, границу между землями Вивек и дома Марис, и где уже была стена воды.

Беженцы были близко. Если они поспешат, доберутся до этой части реки Гир к вечеру или утром следующего дня.

Он обернулся в седле. Другой страж и виверна следовали за ними. Он не видел Тэгиса за головой виверны, но знал, что он был там. Это утешало.

Час спустя они стали спускаться к реке. Солнце направлялось к горизонту на западе. Народ Шаналоны уже не было видно, только открытое пространство высокой травы, ведущее к притоку реки Гир. За рекой были холмы деревьев, на которых уже появились почки, и Дамиен ощущал стену воды, что отмечала его границу.

Шанну перелетела реку и опустилась на песчаный берег. Леди Брирен спешилась и стала отвязывать ноги Дамиена.

Как только он освободился, Дамиен спрыгнул и встряхнул ногами. Ему хотелось упасть на траву и не двигаться день, но времени на это не было. Вместо этого он повернулся к реке и глубоко вдохнул.

Последний раз он использовал силу на «Рос Маринусе», когда опустил барьер в море, чтобы попасть в Люкс Каста. Тот поступок его утомил, но на колени его опустили давящие мысли. Он опустил стену и мог думать лишь о тех людях, которых утопил, солдат империи и Рейвенвуда.

Даже сейчас воспоминания кружились в голове, и его мутило. Он глубоко вдохнул, отогнал мысли и сосредоточился на реке впереди. Пора узнать, работала ли его сила вне его земель.

Дамиен закрыл глаза, успокоил сердце, где хранилась его сила. Он вытянул руки. Пальцы покалывало, и ощущение побежало по его рукам. Да, он ощущал тут воду.

Еще проверка.

Он согнул колени и развернул ладони. Он почти ощущал воду на коже, прохладную и успокаивающую. Он чуть сжал пальцы, словно хватал воду, а потом поднял ладони, будто в молитве.

Река поднялась. Он ощущал это костями.

Дамиен открыл глаза. Река приподнялась на фут. Он мог это сделать. Мог управлять водой вне своих земель.

Он издал смешок и опустил воду с плеском.

— Я знала, что ты сможешь, — леди Брирен подошла к нему.

— Да, — Дамиен смотрел на свои ладони. Одним сомнением стало меньше. Но…

Он посмотрел на бесконечные долины провинции Вивек. Он мог поднять воду, но защитит ли его сила не его народ?

11

— Ненавижу ждать.

Тэгис и Дамиен сидели у реки, солнце поднималось на востоке. Леди Брирен и ее страж улетели ночью помогать беженцам. Воздух был прохладным и свежим. Несколько облаков висели в воздухе, розовые и оранжевые в свете восходящего солнца.

— Мне не нравится не знать, что происходит, — Дамиен смотрел на реку. — Мне не нравятся сценарии, что крутятся в голове. А если люди не придут вовремя? А если моя сила не признает их как мой народ? — его горло сжалось. А если ему придется выбирать, кто будет жить, а кто умрет?

Он поднял руку, посмотрел на свою ладонь. Он не произносил последнюю мысль вслух, но страх бился в его груди.

Тэгис склонился и опустил ладонь на плечо Дамиена. Тот удивленно посмотрел на стража. Тэгис редко касался людей.

— Лучше не думать о том, что может случиться. Ты уже не можешь изменить исход. Переживания только лишат сил. А тебе нужно знать, что ты сделаешь, когда время придет. Отпусти сомнения. Прибереги энергию для сражений.

Дамиен повернулся, Тэгис опустил руку. Он выдохнул, его плечи опустились.

— Ты прав.

Ветер мягко дул, и деревья скрипели за ними. Солнце поднялось, его приветствовали певчие птицы.

И он увидел это. Первый ряд беженцев.

Дамиен вскочил на ноги.

— Они тут.

И он увидел Шанну, летящую над людьми в его сторону. Дамиен заметил длинный песчаный пляж справа, место, где вода двигалась медленно и не была глубокой. Идеальное место для перехода людей.

Шанну опустилась через минуты с гулким стуком. Леди Брирен спрыгнула с ее спины вихрем кожаных юбок и медных волос.

— Лорд Дамиен, — закричала она, подбегая. — Нужно готовиться. Империя близко. Я заметила солдат, которых послал лорд Ренлар, но времени мало.

— Насколько?

Она посмотрела на толпу, идущую по долине.

— Придется поднять воду, как только пройдет последний человек.

— А мы не можем дать им время отойти от реки? Мы не знаем, что сделает моя сила.

Леди Брирен повернулась.

— Выбора нет. Нужно спасти тех, кого сможем.

Дамиен глядел на нее.

— Вы понимаете мои слова?

— Да, — слово вылетело с выдохом. Он поднимет реку, надеясь, что соглашение защитит народ. Если нет…

Он сжал кулак и отвернул голову. Он ненавидел войну. Ненавидел смерть. Но он не мог на своем месте выбирать бездействие. Его долгом было использовать силу и положение, чтобы спасать народ. Принимать тяжелые решения. Выбирать жизнь для одних и смерть для других.

— Тогда я оставлю реку вам. Мне нужно вернуться и задержать империю.

Дамиен поднял взгляд.

— Один человек против многих?

Леди Брирен ухмыльнулся.

— Не недооценивайте дом Мерек и наших виверн. Шанну будет рада бою.

Леди Брирен повернулась и прошла к своей виверне. Дамиен смотрел ей вслед. Порой он гадал, был у дома Мерека дар смелости или безрассудства. Но если ее огонь и бравада могли дать им больше времени, это того стоило.

Страх гнал людей Шаналоны через реку. Тэгис и стражи едва могли удержать контроль над беженцами, бросающимися в воду. Многие оступались и падали в реку.

— Шагаем, шагаем! — кричал страж, вода доставала ему до бедер, он махал людям идти к другому берегу.

Другой страж гнал людей вперед.

— К деревьям. Освободите место тем, кто еще переходит.

Каждые пару секунд люди оглядывались с большими глазами.

— Империя близко?

— Почему великий лорд эвакуировал нас из города? Там было бы лучше.

— Мы умрем…

— Хватит!

Дамиен узнал кричащего мужчину. Капитана Мурсила.

Капитан стоял на другой стороне реки, но его голос доносился до всех людей между ним и Дамиеном.

— Переводите семьи через реку как можно быстрее! — закричал он. — Наша армия отбивается и тянет для нас время. Если цените свои жизни и жизни товарищей, шевелитесь!

Его слова словно подтолкнули людей. Дамиен закрыл глаза и глубоко вдохнул. Если бы только люди знали, что их новый лорд был готов сделать, чтобы уберечь их. В поступках лидера часто сомневались. Но он понимал, что лорд Ренлар правильно сделал, эвакуировав город, хоть он и не знал, что Дамиен поможет и поднимет барьер. Может, это был его дар мудрости.

Вдруг зазвучали крики. Дамиен поднял голову. Что-то большое и черное неслось по небу. Вскоре он понял, что это был камень, летящий в людей.

Паника охватила беженцев, и они побежали вперед, толкаясь у реки. Камень упал в двадцати футах от людей. Раздалось больше криков, хаос растекался как огонь. Капитан Мурсил пытался вернуть порядок, но полетел еще один камень, и его голос пропал в шуме.

Точек в небе было все больше. Но они не следовали траектории, как камни. Они словно летели…

Виверны. Стая.

Финн вовремя доставил послание к другим всадникам. Люди леди Брирен добрались сюда.

Дамиен провел рукой по волосам и выдохнул. У них был шанс.

Минуты спустя начался бой империи, войска Шаналоны и всадников на вивернах. Звук звона тысяч мечей, боевые крики и рев виверн сотрясали долины, беженцы бежали в реку. Империя наступала, желая добраться до людей.

Напряжение сдавило его плечи, Дамиен смотрел с берега. Он видел конец толпы. Они почти добрались до реки.

Еще камень полетел от странных сооружений империи, задел одну из маленьких красных виверн. Существо покачнулось, поджало крыло. Всадник потянул за поводья, и виверна устремилась к реке, ветер от сильных крыльев трепал волосы Дамиена, пока зверь пролетал над ним.

Секунды стали минутами, последние беженцы приблизились к воде. Империя была все ближе, им помогала кавалерия. Армия Вивека ударила сбоку, но едва замедляла империю. Виверны пикировали и взлетали с вражескими солдатами в когтях, бросали их на армию с жуткими криками.

Дамиен покачал головой, глядя на сцену перед ним. Почему империя так хотела получить жителей? Зачем?

А потом понял. Им нужны были не заложники. Живой человек мог подняться и биться. Но если население было стерто, они могли захватить то, что осталось. А кого убить было проще всего?

Обычных жителей.

Его ноздри раздувались, и огонь вспыхнул в его груди. Дамиен сжал ладони, шагнул к реке. Он смотрел на беженцев в воде, стремящихся к другому берегу. Пальцы покалывали от силы, тянулись к воде.

Больше камней взлетело в воздух, рухнуло на долину, давя солдат и лошадей, пока воины Вивека пытались заслонить собой последних беженцев от империи. Воздух наполнили крики и оглушительный рев. Пыль поднялась в небо.

Жалкие мили отделяли наступающую армию и реку.

Дамиен приготовился поднять воду в последний миг. Его сила росла, покалывая его тело, но он сдерживался.

— Ну же, — прошептал он, войска были все ближе.

Последние беженцы приблизились к берегу, и стена земли поднялась в воздух, схожая со стеной воды, которую Дамиен мог создать своей силой. Грязь и трава полетели в небо вместе с несколькими людьми, которых задело. А потом земля обрушилась дождем на все вокруг, тела рухнули на землю с тихим стуком.

Дамиен отпрянул на шаг, его словно ударили по лицу. Он мог лишь смотреть на траншею, что отделила последних беженцев и солдат от реки.

Та сила. Сила двигать землю и нагревать ее. Так умерла только одна семья.

Дом Фриер.

Он знал, что дом Фриер был заодно с империей, но увидеть дар лорда Ивульфа в действии… как он мог? Как лорд Ивульф мог так поступить?

— Ивульф! — закричал Дамиен, побежав к краю реки. Люди за ним кричали и визжали, но он не слушал какофонию. Он мог заполнить трещину водой, но это забрало бы часть его силы, и…

Он посмотрел на реку. Не зная, насколько глубока брешь, он мог сделать все только хуже.

Он сглотнул, пот жалил глаза, отчаяние наполнило его сердце. Он ничего не мог поделать.

Его руки задрожали, он закричал снова, выпуская гнев и шок голосом. Вода пошла рябью от его эмоций.

— Дамиен, — Тэгис опустил ладонь на его плечо. — Не трать энергию.

Тэгис был прав, но он хотел поднять воду и обрушить ее на армию империи. И он хотел найти лорда Ивульфа и…

Он сглотнул и сжал губы. Нет, он не мог так сделать. Он не станет как дом Фриер.

Тело дрожало, он смотрел, как люди Шаналоны пытаются перебраться через разлом, пока армия империи и отряд Вивека приближались.

Тела усеивали примятую траву за ямой. Виверны пикировали, хватали солдат огромными когтями, их всадники тянулись длинными копьями. Тысячи еще сражались, но армия врага была близко, и солдаты в синем терялись в море оранжево-зеленой формы.

Адреналин гудел в теле Дамиена, пот стал второй кожей.

«Свет, — кричал он в голове. — Как такое могло произойти?».

Несколько человек смогли перебраться через траншею, некоторые нашли упавшее дерево и сделали из него мост. Но армия империи была близко, и времени не хватало.

Одна миля.

— Они не успеют, — сказал Тэгис рядом с ним. — Пора поднять реку.

Дамиен покачал головой, сердце грохотало в груди.

— Не говори так, Тэгис, — его щеки покраснели, он смотрел, как два беженца бросились в реку. — Если я подниму стену сейчас, те, что на другой стороне, погибнут, — или их смоет.

— Но все будет напрасным, если ты не поднимешь реку вовремя, и империя перейдет.

Дамиен посмотрел на свои вытянутые руки.

— Зачем эта сила, если я не могу спасти всех?

Тэгис встал перед Дамиеном и посмотрел ему в глаза.

— Даже с этой силой ты никогда не сможешь всех спасти. И не должен.

— Так почему не спасает Свет?

Он видел детали формы солдат империи — кисточки, дыры, пятна крови. Он слышал вопли боли и крики умирающих. Два беженца пересекли реку, но империя была следом, они уже бросали доски на трещину в земле.

Тэгис был прав. Если он не поднимет стену воды сейчас, все умрут.

Дамиен присел, все мышцы в теле напряглись, он приготовился поднять стену. Пот пропитал его одежду и волосы, и даже ветерок не мог остудить его тело.

Его сила на миг дрогнула. Это же ощущение было недели назад перед тем, как он опустил стену в море. Его сила боролась с невозможным выбором, кому жить, а кому умирать? Дамиен смотрел на вытянутые руки.

Тэгис сжал его плечо.

— Ты можешь. Ты должен. Спаси тех, кого можно спасти.

Дамиен глубоко вдохнул и поднял взгляд. Он не слушал звуки вокруг него и сосредоточился на реке впереди, ощутил присутствие воды и свою силу, тянущуюся к источнику.

Он с криком поднял руки в воздух.

Река устремилась вверх башней ревущей воды и пены. Она поднялась на тридцать футов над берегами, и вода потянулась в обе стороны, поглощая все на пути.

Его мышцы напряглись, он кряхтел, поднимая руки, давая своей силы литься из него в воду. Перед глазами возник туман, но он держался. Ему нужно было, чтобы стена не только добралась до притока в его землях, но и до моря.

Перед глазами все расплывалось, потом потемнело. Его ладони дрожали, и он едва мог вдохнуть. А потом увидел, как солдаты Вивека бежали к реке. Но было поздно.

Всадники на вивернах хватали тех, кого могли, перенесли их через стену воды, но их было мало. Некоторые солдаты империи попали в стену, они взлетели с криками с бушующей водой, но многие сдержались, решили вместо этого напасть на остатки армии дома Вивек.

Дамиен повернул запястья, остановил новую стену воды, опустив при этом барьер воды на своем притоке. Его руки упали по бокам, он отпрянул на шаг. Дамиен в ужасе смотрел на то, что сделал. Как в тот день в море, когда его стена воды забрала флот империи, но хуже. Он обрек хороших людей на смерть.

«Как я могу продолжать это делать?».

Что-то болело в нем. Дамиен опустил взгляд, сжал рубаху. То же ощущение, что и раньше. Словно вырывали его душу.

Он отпрянул на шаг, упал на землю. Его щека стукнулась о камень, Тэгис прокричал его имя неподалеку. Он закрыл глаза, и все почернело.

12

Селена стояла на ступенях, что вели в замок Левеллон. Фонтан тихо журчал неподалеку, вода впадала в ручей внизу. Синее небо раскинулось сверху, теплый весенний ветер дул над пейзажем. Внизу лестницы собрались четверо Люцерасов: Лео, Тирн, Элрик и Адалин. Они тихо говорили друг с другом, на лицах были любовь и тепло.

Селена отвела взгляд. Разговор семьи был личным делом, и она вспомнила, что потеряла — не только смерть Амары, но и то, чего у них не было, а теперь и не будет. Даже теперь пепел ее сестры был в запечатанной урне, собранный со всем остальным для этого пути — ее последней поездки в Вороний замок.

Селена не повторит эту ошибку с Офелианой.

Через миг лорд Тирн отошел от своих братьев и сестры и поднялся к Селене. Она не говорила со вторым братом и не знала, почему он приближался теперь к ней.

— Леди Селена, — он остановился на ступеньку ниже и склонил голову. — Можем поговорить?

Она пошла по лестнице выше, приглашая его, хмурясь.

— Что-то не так, лорд Тирн?

Он присоединился к ней сверху. Хоть она считалась высокой женщиной, лорд Тирн был почти на голову выше нее, худой, в отличие от братьев, и с умным выражением лица.

— Я хочу извиниться за своего брата, — тихо сказал он, чтобы его не подслушали.

— Ваш брат? Лорд Лео? — она посмотрела на группу внизу.

— Да. Многое давит на него: смерть отца, внезапная ответственность за наш дом и народ, тревога за дом Рафель…

— Дом Рафель?

— Да. Он переживает за леди Аяку.

Селена нахмурилась сильнее. Леди Аяка… о!

— Я вижу по вашему лицу, что вы поняли, о чем я. Это между ними, и они все еще думают о возможном союзе. Но эта война — и нежелание ее отца присоединиться к альянсу — все усложняет.

— Я не знала, — пробормотала Селена.

— Я говорю это, потому что мой брат — хороший человек. Он делает то, что правильно. Но он не может сразу поменять отношение к вам и вашей семье.

— А вы что думаете, лорд Тирн? — Селена посмотрела ему в глаза. — Уверена, вы уже все слышали, раз вы будете управлять народом вместо брата.

— Думаю… — он сделал паузу. — Думаю, у всех нас есть тайны семьи. Я уважаю то, что вы рассказали о своей семье. Может, однажды это смогут сделать и остальные.

Селена не успела спросить, что за тайны были у дома Люцерас, лорд Лео пошел вверх по лестнице.

Лорд Тирн склонил голову и отошел.

— Брат, — он обратился к лорду Лео.

— Тирн, — два брата пожали предплечья. — Береги всех, пока меня нет.

— Буду.

— У тебя всегда была голова, подходящая лидеру, Тирн. Не давай совету переубедить тебя.

— Не дам.

Лорд Лео посмотрел на Селену и помрачнел.

— Готовы, леди Селена?

— Да. Благодарю за припасы и лошадь.

— Тогда в путь, — он направился по лестнице туда, где три лошади ждали у края фонтана. Они встретятся с остальными солдатами Люцерас за городом.

Лорд Тирн выдохнул и покачал головой в сторону лорда Лео. Может, не только ей нужно было терпение с новым великим лордом. От этого ей стало немного лучше.

Селена спустилась по лестнице, леди Адалин встретила ее у низа. Каждый раз, когда Селена видела ее, сердце сжималось. Яркое солнце озаряло бело-золотые локоны, ниспадающие ниже плеч леди Адалин, белое платье подчеркивало ее хрупкую фигуру.

Леди Адалин сжала ладонь Селены. Селена подавила желание отпрянуть. Только Дамиен касался ее, и она не привыкла к незнакомому жесту.

— Берегите себя, леди Селена.

Ее взгляд был невинным и чистым, и Селене стало стыдно за ее ревность.

— Буду. И я пригляжу за вашим братом, — она не хотела это сказать, но слова вырвались.

Губы леди Адалин дрогнули.

— И за Элриком. Он может пригодиться.

Селена забыла, что лорд Элрик тоже поедет. Она помнила его как друга Квинна из воспоминаний Дамиена, и она видела лично, что он любил проделки.

— Хорошо.

Селена убрала пальцы из рук леди Адалин и отвернулась. Лишь искра зависти горела в ее сердце, но и это уже пропадало. Она не была леди Адалин. Она была леди Селеной из дома Рейвенвуд и дома Марис. Она была личностью, у нее был свой путь.

* * *

Селена ехала рядом с лордом Лео и лордом Элриком час спустя. За ними маршировала армия дома Люцерас к горам Магир. Чем дальше они были от города, тем тяжелее становилась сердце, словно его заменил камень. Дамиен улетел пару дней назад, но казалось, что он забрал с собой ее сердце. Может, так и было. Может, то, что билось в ней, было лишь тенью того, что там когда-то обитало.

Она прижала кулак к груди. Горло сдавило, она вспомнила их последние слова, обвинения, что она бросила в мужа. Зачем? Зачем она это сделала?

Страх. Боль. Предательство.

Она дала этим чувствам овладеть ею. И теперь они с Дамиеном отправлялись в бой с пропастью между ними.

Селена подняла голову и сжала поводья крепче.

«Нет, я переживу это. Я защищу дом. И я увижу Дамиена снова. И тогда я расскажу ему правду… что я люблю его».

Уверенность росла, подавляя ее боль, пока она сопровождала войско дома Люцерас по холмам к горам впереди. Она почти не говорила с лордами Лео и Элриком, а оставалась неподалеку с тихим Карлом. Каждую ночь она смотрела на звезды, вверяла свой разум и свой дар Свету и засыпала.

Ее власть над хождением по снам рос. Она ощущала присутствие тысяч спящих вокруг нее, но не втягивала их разумы к себе в пейзаж сна. Ее сила уже не была дикой.

Но хватит ли ее сил, если Темная леди вернется? И как ей помочь своим даром в войне?

Каждый день все сильнее напоминал весну: появлялись цветы, копошились насекомые, пели птицы. Они приближались к горам, зима отпустила почти все каменистые склоны, зеленые ростки пробили твердую землю.

После недели они добрались до подножия гор Магир и начала Королевского пути, который приведет их к мосту у Вороньего замка.

Солдаты устроились на ночлег. Селена разложила свое одеяло у края лагеря, ближе к огню. Краем глаза она заметила, что Элрик устраивался неподалеку. Он поднял голову и помахал ей.

Не зная, как ответить, она опустила свою сумку и пошла к чаще деревьев, двойные мечи были на бедрах. Порой было сложно поверить, что лорд Лео и лорд Элрик были братьями. Они выглядели схоже, светловолосые и голубоглазые, как все Люцерасы, но на этом сходство кончалось. Селена замерла у бревна, вспомнив, что видела у Дамиена. Квинн и Элрик были похожи. Как она поладила бы с братом Дамиена?

Она потерла рукой лицо, закончила свои дела. Она не узнает. Боль ее слов снова пронзила ее грудь: «Может, у меня была бы семья как у тебя».

Было жестоко так говорить. Она почти заставила Дамиена увидеть кошмары. И его лицо…

Он покачала головой и пошла к лагерю. Она не могла думать сейчас об этом. Нужно было сосредоточиться на грядущем.

Почти сотня костров горела, армия Люцерас готовила ужин и устраивалась спать. Времени было мало, так что они не отвлекались на мелочи. Палатки они приберегали для гор.

Селена подошла к своему одеялу, заметила лорда Лео, говорящего с одним из разведчиков на краю лагеря. Она склонилась ближе, надеясь уловить новости.

— Что нам делать?

Вместо ответа лорд Лео будто ощутил ее и поднял взгляд.

— Леди Селена, прошу, подойдите.

Селена сжала плащ и подошла ближе.

— Да?

— Разведчик докладывает, что небольшую компанию заметили у подножия гор вдали от деревень. Судя по их виду, это не караван торговцев и не пилигримы. Это может быть коалиция вашего отца?

Селена нахмурилась, перебирая в голове варианты.

— Возможно.

Лорд Лео цокнул языком, хмурясь.

— Я все еще не согласен с тем, что сделали ваш отец и лорд Дамиен, но это может пригодиться.

— Может, нам нужно узнать, что мой отец передал им?

— Да, — лорд Лео поднял голову выше, костер отражался в его глазах. — Ваш отец, похоже, хитрее, чем многие из нас думали.

Он и не догадывался.

— Думаю, я должна подойти к ним, ведь я — дочь Каяфаса.

Лорд Лео повернулся.

— Хорошо. Завтра утром первым делом я отправлю одного из своих капитанов и несколько солдат с вами.

Селена покачала головой.

— Не думаю, что это мудро…

— Я не отправлю вас одну. Мы не знаем, друзья там или враги, — он посмотрел на нее. — И я не знаю, можно ли вам доверять.

Ее лицо вспыхнуло от гнева. Когда лорд Лео поймет, что она не такая, как ее семья?

Время. Это займет время.

Она медленно разжала кулаки.

— Понимаю. Я отправлюсь с первым светом. Вашим людям лучше быть готовыми.

— Они будут.

Лорд Лео повернулся и пошел по лагерю. Селена смотрела на него, выдохнув.

«Нельзя срываться. Это лишь усилит его недоверие, — она закрыла глаза. — Я изменилась. Я следую Свету. И с его силой я сделаю то, что правильно».

* * *

Селена проснулась, когда первые лучи коснулись лагеря. Она умылась и помыла руки в ближайшем ручье, заплела волосы и поправила мечи на поясе, а потом застегнула плащ на шее. Разведчик с прошлой ночи уже ждал их, когда она прибыла, вместе с несколькими людьми в цветах дома Люцерас. И с Карлом, ее постоянной тенью.

Разведчик поклонился.

— Леди Селена. Лорд Лео послал нас сопроводить вас и проверить группу, которую я заметил вчера.

— Да. Спасибо, что подготовились так рано.

— Это наш долг. Это капитан Лолан и его люди.

Селена повернулась к юноше рядом с разведчиком и напряглась. Капитан? Юноша был не старше нее, не намного выше. Он смотрел на нее ореховыми глазами, светло-каштановые волосы задевали край брони.

— Миледи, — он чуть склонился.

— Капитан Лолан.

— Отправляемся?

Сразу к делу. Она могла и так. Селена повернулась к разведчику.

— Далеко до той группы?

— Придем к середине утра.

— Тогда ведите.

Разведчик был прав. Пару часов спустя они заметили группу из двадцати человек, стоящих там, где от Королевской дороги отделялась тропа к Вороньему замку. Высокие вечнозеленые деревья стеной обрамляли узкую дорогу. Люди напоминали караван путешественников, но не было ярких красок.

— Это они? — спросила Селена.

— Да, — ответил разведчик.

— Советую осторожность, — сказал капитан Лолан.

— Да, — согласилась Селена, — но и враждебными нельзя показаться. Никакого оружия без повода, — но вес ее мечей успокаивал ее, люди впереди могли оказаться врагами.

Селена пошла к группе. Разведчик, капитан Лолан и его люди следовали за ней. Что за послание отец передал этим людям? Он не уточнял в своем письме Дамиену. Может, он успел написать лишь вкратце.

«Думай, Селена, что сказал бы им отец?».

Она сказала бы им быть осторожными, знать, как опознать того, кто ищет с ними встречи. Письмо было послано Дамиену, так что отец думал, что или она, или Дамиен прибудут к ним.

«Это означало, что я стала частью коалиции?».

Она не дала Дамиену ответ сразу месяцы назад, когда он впервые пригласил ее, но ответ, похоже, был дан за нее. Коалиция рисковала собой, чтобы помочь ей сохранить Вороний замок.

«Хорошо сыграл, отец. Теперь я в твоей коалиции».

Чем больше она узнавала о Каяфасе, тем больше понимала, как хитер был ее отец — от его брака с леди Рагной до рождения Селены, нынешнего захвата Вороньего замка. В нем могла быть капля крови дома Вивек?

Трое мужчин отделились от группы и подошли к ним. Они были хорошо одеты, вели себя уверенно. Краем глаза Селена заметила, как Карл потянулся к мечу. Капитан Лолан напрягся рядом с ней, будто узнал хотя бы одного из мужчин.

При них не было видимого оружия, но Селена сомневалась, что они пришли без оружия. Трое мужчин остановились в десяти футах от них. Капитан Лолан заговорил первым:

— Что тут делает член дома Кайзер? — сказал он, глядя на мужчину посередине. Он был выше двух других, с соломенными волосами и тонкими усами.

— Дела дома, — ответил мужчина. — Дом Кайзер не может иметь дел ни с кем, кроме дома Люцерас?

— Нет, если это подвергает опасности нашу землю, — сказал капитан Лолан.

Глаза аристократа стали мрачными.

— Наша земля не в опасности. Не от моей руки и не от тех, кто со мной, — он посмотрел на остальную группу, пока не поймал взгляд Селены. В его глазах появились интерес и почти узнавание.

Селена использовала шанс, чтобы шагнуть вперед.

— Я — леди Селена Марис, бывшая леди Рейвенвуд.

— Вы — жена лорда Дамиена?

— Да. И напарница во всех его делах.

Аристократу понравился ее ответ.

— А ваш отец?

— Я в курсе знаний Каяфаса.

— Он послал вас?

Не зная, кто придет, ее отец точно дал варианты. И она собиралась выполнить роль, которую дали ей отец и Дамиен.

— Да.

— Леди Селена, рад, наконец, встретить вас. Я — лорд Винн из меньшего дома Кайзер. Мы можем говорить?

— Эти люди со мной для моей безопасности. Но они на нашей стороне.

Лорд Винн смотрел миг на капитана Лолана, а потом ответил:

— Как вы знаете, мы тут по просьбе вашего отца. Годами моя семья работала с коалицией. Для меня честь быть тут и помогать, чем смогу.

— Спасибо, лорд Винн.

— Двое мужчин со мной из поселения у холмов. За мной те, кто смог добраться сюда за короткое время. Народ в горах Магир готовится помогать сохранить Вороний замок. И члены коалиции идут из лесов Рафеля, но им добираться еще неделю.

— Ясно, — Дамиен говорил, что коалиция была на землях всех великих домой, но теперь она видела реальность. Это был пример того, как люди всех провинций работали вместе. Жаль, великие дома так не могли.

— Какие наши приказы?

Селена посмотрела на деревья и вершины гор. Многие солдаты Рейвенвудов были верны ее матери. Но если ее мать думала, что Вороний замок был защищен, то, скорее всего, многие отряды были у других крепостей в горах.

Селена постучала пальцем по подбородку, она посмотрела на дом Люцерас, движущийся по долинам. Если лорд Лео согласится, его армии станут отвлечением, выведут солдат из Вороньего замка. Пока они будут сражаться, она приведет коалицию в замок по туннелям и займет его изнутри.

Это сработает, если она убедит лорда Лео.

Она повернулась к лорду Винну.

— Мы ждем.

— Ждем?

— Пока не прибудет дом Люцерас, — лорд Винн открыл рот, Селена продолжила. — Мы используем солдат Люцерас как отвлечение, чтобы вывести тех, кто в Вороньем замке. Пока они будут заняты, я проведу вас по другому проходу в замок, где мы встретимся с моим отцом.

— Другой проход?

— Я знаю скрытый вход в Вороний замок.

Лорд Винн медленно кивнул.

— Ясно. Это может сработать.

Капитан Лолан скрестил руки.

— И я согласен. Лучше выждать, пока прибудет мой лорд.

Винн закатил глаза и отвернулся.

Селена вздохнула. Ни Дамиен, ни ее отец не предупреждали ее, что будет еще одно препятствие: единство между коалицией и великими домами.

13

— Не знаю, могу ли я отпустить вас одну, — лорд Лео стоял, скрестив руки, хмуро глядел на Селену. Вокруг них солдаты Люцерас ставили палатки и тренировались. У края леса стояли мужчины и женщины коалиции и ждали. Солнце медленно спускалось на западе, но теплые лучи еще задевали людей.

Селена игнорировала пот под плащом, пока смотрела на лорда Лео.

— И что вы хотите сделать? Пойти за мной в пещеры?

— Не ошибайтесь. Я поведу армию дома Люцерас. Но было бы глупо отпускать вас в пещеры одну. Рейвенвуды оказались обманщиками.

Ее лицо вспыхнуло от обвинения. Селена сжала кулаки и подняла голову выше.

— Как мы можем работать вместе, если вы продолжаете подозревать меня? Когда вы поймете, что мы на одной стороне?

Лорд Лео молчал. Она не знала, обдумывал он ее слова или упрямился.

Селена вскинула руки.

— Ладно. Отправьте того, кому вы доверяете.

Он дрогнул, а потом ответил. Может, ее слова задели его мысли.

— Я отправлю Элрика. Может, он мягок сердцем, но он способнее, чем вы думаете. Если он ощутит обман, он вас уберет.

Она скрипнула зубами. Словно лорд Элрик мог ее убрать. Она хотела напомнить, что могла сделать в пейзаже сна, но это добавило бы подозрений с его стороны.

«Дыши, просто дыши», — но мысли кипели. Как могло быть единство между великими домами с таким отношением, как у лорда Лео? Ее всегда будут подозревать из-за темной истории ее семьи?

— Если я захвачу Вороний замок, вы поймете, что я не заодно со своей матерью, и что я не хочу победы империи?

Он скрестил руки.

— Я обдумаю это.

— Хорошо. Пусть лорд Элрик встретится с нами через час.

Она схватила свою сумку — с урной Амары — бросила внутрь флягу и затянула ее. Она опустила плечи и голову.

«Дамиен, я скучаю, — ее сердце болело от мысли о нем. Она скучала по его нежной уверенности. По мягкому голосу. По утешающему присутствию. — Ты знал бы, что делать с лордом Лео. Ты знал бы, что делать. Он не обходился бы с тобой так».

Она смахнула случайную слезу, взяла себя в руки и выпрямила спину.

— Я готова идти, — сказала она и обернулась. Лорд Лео ушел. Она подняла голову и посмотрела на собравшихся людей, заметила его в тридцати футах рядом с лордом Элриком. Они говорили миг, а потом лорд Элрик кивнул. Они повернулись и подошли к ней.

— Леди Селена, — сказал лорд Элрик со своей обычной улыбкой. — Похоже, мы отправимся в путь вместе.

— Видимо, да.

— Я возьму с собой двух стражей. Надеюсь, вы не против.

— Конечно, — слова лорда Лео еще звенели в ее ушах, и тело снова охватил гнев.

— Я возьму своих людей и буду готов идти.

Селена кивнула и окинула лагерь взглядом, пытаясь сосредоточиться на задании. Им нужно было проникнуть в замок и получить крепость. Не было времени на ссоры с лордом Лео и Люцерасами. Годы тренировок научили ее сосредотачиваться.

Лорд Лео кашлянул.

— Не знаю, когда именно мы столкнемся с солдатами Рейвенвуд, так что я не знаю, когда мы прибудем к Вороньему замку. Возможно, вам с коалицией вашего отца придется захватывать замок. Вы справитесь?

Селена взяла себя в руки и повернулась к лорду Лео, подавила желание рявкнуть.

— Понимаю, — она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. — К счастью, я знаю тайные проходы Вороньего замка. Пока солдаты будут отвлечены, мы должны захватить замок.

— Я рискую своим народом, так что жду победу. И мой брат не должен пострадать. Понятно? — его глаза были как зимнее небо.

Ее тело напряглось от его взгляда, и она яростно смотрела в ответ.

— Понимаю.

Лорд Элрик встал рядом с ними минуты спустя с двумя стражами и сумкой в руке. Он посмотрел на брата и Селену, приподняв бровь.

— Идемте?

Селена глубоко вдохнула и сказала:

— Да. Вместе нас будет около тридцати человек. Этого должно хватить.

— Отлично, — сказал лорд Элрик. — Я еще не пробирался в замок. Это будет мой первый раз.

Селена смотрела на него, опешив от его веселого настроения.

Лорд Лео нахмурился.

— Помни, Элрик, это серьезное дело.

— Знаю, — но его улыбка говорила другое.

Селена ощутила странный ком смеха в груди. Может, будет неплохо работать с лордом Элриком. Они могли даже поладить.

— Какой план? — спросил у нее лорд Элрик.

Она подавила смех и взяла себя в руки.

— По старым шахтам к замку идти полтора дня. За это время я расскажу план замка и объясню свои мысли, чтобы не тратить время.

— А Элрик решит, нравится ли ему ваш план, и в наших ли он интересах, — добавил лорд Лео.

Селена посмотрела на него, глаза вспыхнули. В ее голове голосок кричал, что это не сработает.

— Успокойся, брат. Помни, она теперь в доме Марис. Это ее преимущество.

— Знаю, — сказал он с презрением.

Селена повернулась к холму, где был проход в заброшенную шахту.

«Я смогу это сделать. Отец рассчитывает на нас. Все дома рассчитывают на нас. Мы не можем отдать Вороний замок империи».

Она вдохнула носом. Чем быстрее она уйдет от лорда Лео, тем лучше. Ее разум и мысли будут спокойнее, и она сосредоточится на плане.

Лорд Элрик закинул сумку на спину.

— Идемте, — он отсалютовал лорду Лео. — Пока, брат.

Лорд Лео вздохнул, но Селена видела тень улыбки на его тонких губах.

— Пока, Элрик. Увидимся в Вороньем замке, — он с предупреждением посмотрел на Селену.

Селена игнорировала его.

— Коалиция ждет нас на краю лагеря.

Лорд Элрик поклонился.

— Ведите, миледи.

Селена не знала, как ответить, так что пошла к группе впереди, желая отправиться в путь.

Она подошла к собравшимся по просьбе ее отца, и ее снова впечатлило, каких мужчин и женщин ее отец позвал для тайной группы. Бывшие капитаны, сыновья меньших семей, бывшие воины, несколько торговцев, которые знали о скрытности.

Лорд Винн прошел к ней.

— Леди Селена, мы готовы, — он взглянул на лорда Элрика и его стражей. — Мы пойдем с ними?

— По просьбе лорда Лео.

Лорд Элрик ухмыльнулся Винну.

— Лорд Винн, вот так сюрприз.

— Точно, — ответил тот, помрачнев.

Селена скрипнула зубами. Если ей придется отвлекаться не мелочные ссоры…

— Выдвигаемся! — закричала она и пошла к холмам. Или они пойдут за ней, или нет. Она шла. Ей нужно было захватить Вороний замок и принести Амару домой.

— Давно эти шахты были заброшены? — спросил лорд Элрик через час пути по туннелю. Три человека несли факелы — один спереди, другой посередине, один сзади. Свет отражался от неровного камня стен и деревянных балок. Воздух тут был прохладным и полным пыли.

— Еще со времен моей прабабушки. Серебра уже было мало, но когда моя бабушка пришла к власти, оно кончилось.

— Интересно. Я думал, серебро — основной источник дохода Рейвенвудов. Если шахты опустели, то как ваша семья выживала все те годы?

— Не могу ответить.

Другие люди тихо говорили между собой, их голоса и стук сапог отражался эхом.

— Кстати, прошу, зовите меня Элрик. Тут много лордов и леди, будет проще звать меня по имени.

Селена взглянула на младшего Люцераса. Он был ниже и тоньше лорда Лео, и его светлые волосы были короткими, как у Дамиена.

— Вы знаете, что это неприлично.

Он улыбнулся, свет факела озарял его юное красивое лицо.

— Я никогда не любил приличия. Спросите у моей семьи.

Она вспомнила, что видела в разуме Дамиена: как Элрик и Квинн лазали по дубу в детстве. Она снова задумалась, был ли Квинн таким же, как Элрик — беззаботным и игривым с толикой неуважения. Как жилось с таким братом, как он?

Шахта разделилась на три прохода через несколько часов пути. Селена замерла и посмотрела на три прохода. Она годами не ходила тут, но ее мать учила ее видеть, как туннели выглядели с обеих сторон, чтобы не запутаться.

— Правый ведет в пещеру, рядом с которой другая шахта. И туннель идет под Вороньим замком.

— Поразительно, она знает путь, — пробормотал кто-то неподалеку. — Я заблудился.

— Ненавижу это место. Так темно и тесно.

Люди шептались, лорд Винн подошел к ней.

— Возможно, пора отдохнуть.

Селена посмотрела на группу. Лица были осунувшимися и уставшими в тусклом свете.

— Думаю, вы правы. Между этим туннелем и тремя другими должно хватить места, чтобы все могли отдохнуть.

— Я им сообщу.

Селена вспомнила Дамиена и его людей, как они сбегали по пещерам к Северным берегам. Было сложно поверить, что прошло чуть больше полугода. Столько всего изменилось. Она подняла руку и посмотрела на свою ладонь. Столько всего произошло.

— Надеюсь, вы не против, если я буду рядом, — сказал Элрик рядом с ней. — Думаю, мой брат этого хотел бы.

— Конечно, — Селена мысленно покачала головой и вернулась в настоящее. Она не сразу поняла, что сказал Элрик, и на что она согласилась.

— Где устроимся отдохнуть? — спросил он, вытаскивая одеяло.

Факелы опустили в ржавые петли на стенах, остальные путники пошли в проходы в поисках уединенных мест.

— Может, тут? — Селена указала на проход справа.

— Хорошая идея.

Двое стражей Элрика опустили сумки, пока он расстилал плащ и одеяло. Селена смотрела, как люди расходятся по округе, усталость обрушилась на нее. Огоньки, как фейерверки, появились перед глазами, и она прижала ладонь к балке.

— Все хорошо? — услышала она Элрика, Карл шагнул к ней.

— Да, да, — она провела рукой по лицу, зрение вернулось. — Просто… устала.

— Так поспите. Я тут, как и лорд Винн. И ваш страж. Вы не одна. Можете немного отдохнуть.

Карл просто смотрел на нее, но она видела, что он был готов поймать ее, если она упадет.

«Ты не одна».

Последние слова Дамиена.

Слезы выступили на ее глазах. Селена кивнула и отвернулась ото всех, вытащила свое одеяло и разложила на земле. Она сделала несколько глотков воды, съела горсть зерен и опустила голову на сумку лицом к стене, спиной ко всем за ней, и закрыла глаза. До этого она не понимала, как много несла на своих плечах: коалицию, захват Вороньего замка, свою репутацию… и даже свою сестру.

Сколько она продержится?

14

Тьма стала пейзажем сна, Селена взлетела. Она летела высоко над горами, прохладный воздух гладил ее крылья. Внизу раскинулись снежные верхушки и зеленые леса, сколько было видно. Все было озарено прохладным белым светом полной луны, который смягчал острые очертания гор и приносил тьме спокойствие.

Она летела над долиной, тишина ночи наполняла ее. Брешь появилась среди деревьев. Она приблизилась. Это был луг с белыми ромашками. Селена спикировала, чтобы рассмотреть, и ощутила искры жизни, множество, как цветов на холмах.

Она полетела к поляне, ее влекло ощущение жизни. Она села на ветку одного из высоких деревьев вокруг поляны, прозрачные тела появились как духи среди высокой травы. Элрик сидел на бревне, улыбался и болтал с двумя мужчинами рядом с ним. Другие появились возле леса. Одна из женщин сорвала ромашку. Селена ощущала ее удивление, пока она держала цветок в руках.

Селена перебирала коготками на ветке, сцена очаровала ее. Она привела их сюда? Ее сердце забилось быстрее. Она снова теряла контроль над сном? Она раскинула ощущения шире. Да. Это был ее сон. И она не нарочно пригласила товарищей разделить это место. Но, пока она думала об этом, одна из женщин рассмеялась. Спокойствие. Она ощущала это, как успокаивающий туман, окруживший ее в пейзаже сна.

Было ли плохо, что она принесла спящих товарищей на этот мирный луг? Они весь день шагали в горах Магир, направляясь в бой. Она могла хотя бы дать им тихое место для отдыха.

Селена закрыла глаза и глубоко вдохнула клювом. Она знала это место. Она часто приходила сюда через одну из пещер, лежала на солнце и слушала пение птиц. Для нее это было место покоя, вдали от надзора матери и постоянных тренировок. Тут она легко дышала и ощущала свет.

Селена смотрела на людей, сидя на ветке, слушала их болтовню и смех, наслаждалась светом луны.

Могла ли она расширить это место?

Она посмотрела на небо в звездах.

Могла ли она потянуться к другим в реальном мире? Дотянуться до своего народа?

Селена слетела с ветки, хлопая черными крыльями, и взмыла в небо. Она взлетела высоко, выше деревьев и гор, пока пейзаж не показался зелено-серым одеялом под луной. А потом закрыла глаза и потянулась ощущениями, пока летела над горами.

Она ощущала их. Больше искр жизни. Тысячи, разбросанные по горам. Она не тянула их на луг, а наполнила себя тем же спокойствием, которое ощущала на поляне внизу, и выпустила его из себя.

У нее возникло ощущение, словно память пытается всплыть на поверхность. Селена закрыла глаза, слушала тихий ветер, вдыхала сладкие ароматы ночи.

«Это делает сновидица».

Это было не воспоминание, но голос из прошлого говорил с ней тут и сейчас.

«Страж ночи защищает всех вокруг себя ночью. Сновидица утешает уставших, вдохновляет сломленных, приносит спокойствие испуганным. Это, моя сновидица, то, для чего ты была создана».

Свет.

Пернатое тело Селены летело по воздуху, опускалось и поднималось с потоками. Дамиен молился за свой народ почти каждое утро, поднимая воду. Она хотела тоже так делать. Она будет молиться за свой народ в пейзаже сна. Молиться Свету.

Она летела с потоками ветра, думала о товарищах, о народе гор Магир. Она подумала о Вороньем замке, помолилась за отца, сестренку, слуг и…

В голове возникла картинка матери. Ее глаза открылись. Тело полетело вниз, крылья дрогнули на миг.

Боль наполнила ее грудь. Где была ее мать сейчас? С империей Доминия? Возле лорда Ивульфа? Как она могла молиться о матери, когда внутри горел гнев?

Небо, горы и луг растаяли, сменились огненным сиянием. Селена открыла глаза от света факела над головой.

— Пора идти, — услышала она лорда Винна.

Селена села и убрала волосы с лица, покой пейзажа сна был нарушен мыслями о матери.

Все встали и стали собирать вещи, пока кто-то раздавал сухари.

— У меня был сон, — сказала женщина, голос разносился эхом. — Мы были на лугу с полевыми цветами.

— И у меня, — сказала другая женщина. — Было так спокойно.

— И я это видел, — сказал мужской голос. — Напоминает историю матери о Страже ночи.

— Страж ночи?

Селена замерла, не успев затянуть сумку, и слушала.

— Старая история, которую еще рассказывают в лесной стране, — объяснил мужчина.

— Вы с земель дома Рафель?

— С северного края возле гор Магир.

О Страже ночи больше ничего не говорили. Селена закрыла сумку и подняла на плечо. Страж ночи. Так ее назвал Свет. Могли ли быть истории о Рейвенвудах в Сурао? Истории, что появились раньше Рабанны?

Она оглянулась, лорд Элрик смотрел на нее с задумчивым видом. Он знал, что это был ее сон?

— Вы не такая, как я думал, — тихо сказал Элрик Селене, пока они вели группу по туннелю, этот был шире первого.

— О?

— Я знал дом Марис всю жизнь. И я слышал о доме Рейвенвуд. Ваш дом держался замкнуто, и я встретил вашу мать лишь годы назад и подумал, что все вы такие. Но вы не такая. Вы улыбаетесь, начнем с этого.

— Улыбаюсь? — сказала она, смеясь.

— Да. Я ни разу не видел, чтобы ваша мать улыбалась во время визита. И она даже напугала меня, я же был маленьким, — тихо сказал он.

Селена посерьезнела.

— Понимаю. Она пугает и меня.

— Да? Поэтому вы вышли за Дамиена?

— Хм. Не совсем, — хотя отчасти он был прав. Она вышла за Дамиена, надеясь на жизнь.

— Вы его любите?

Селена пронзила его взглядом. Все великие дома задавали такие личные вопросы, или только леди Брирен и лорд Элрик?

Элрик смотрел вперед.

— Моя семья надеялась, что моя сестра выйдет за дом Марис.

— Ясно…

— Вы знаете о брате Дамиена, Квинне?

Она подумала о воспоминаниях Дамиена.

— Очень мало. Его смерть для лорда Дамиена все еще тяжела.

— Это тяжело для всех нас.

Они шли в тишине какое-то время. За ними другие тихо болтали.

— Каким был Квинн? — спросила Селена.

Свет факела мерцал на лице Элрика и каменных стенах. Он печально улыбался.

— Он был мне как брат, даже больше моих братьев. Он всегда смеялся, был полон жизни. И мы часто попадали вместе в беду, — он рассмеялся. — Но, в отличие от меня, он все еще был ответственным. Может, это было влияние Дамиена. Дамиен всегда был тихим, противоположностью огненному Квинну. Я не знал никого, настолько полного жизни. Потому его смерть… — его голос сорвался.

Селена почти слышала, как он сглотнул, а потом он продолжил:

— Потому его смерть такая тяжелая. Как мог кто-то такой живой… умереть? И моя сестра… — Элрик притих.

— Простите, я не знала, как сложно вам будет говорить о нем.

Элрик издал смешок.

— Я люблю говорить о Квинне. Свет, я так по нему скучаю. Его приятно вспоминать. Но для Адалин тяжело. Только я знал, как сильно она его любила.

Селена вдохнула.

— Леди Адалин любила Квинна?

Элрик повернулся и улыбнулся ей.

— Если и была идеальная пара, то это они. Когда он умер, думаю, он забрал с собой сердце моей сестры. Лео надеялся, что она выйдет за Дамиена и объединит наши семьи, и она послушалась бы, но я рад, что Дамиен женился на вас. Вряд ли моя сестра сможет полюбить другого мужчину.

Селена смотрела вперед. Она не знала, что сказать. Она едва дышала. Все это время она завидовала леди света, но теперь узнала о ее горе. Селена сейчас любила Дамиена так, что его потеря разбила бы ее сердце. И чтобы ее брат давил на нее выйти за брата мужчины, которого она любила…

— Мне жаль, — и она говорила искренне.

Элрик пожал плечами.

— Вы даже спасли мою сестру. Надеюсь, что и Дамиен нашел любовь, — он взглянул на нее краем глаза.

— Вы знаете, что у многих домов браки не по любви.

— Знаю. И я знаю тонкости браков. К счастью, Лео слишком занят делами дома, чтобы искать мне пару, — он улыбнулся, и Селена подумала на миг об Амаре. А если бы Амара еще была жива? Она была бы в Вороньем замке? Она присоединилась бы к ним или осталась бы верной матери? Она оказалась бы в браке с лордом Раулем? Или смогла бы найти мужчину лучше?

Ничего этого не произойдет. Селена сглотнула ком в горле, поправила сумку, и урна тихо стукнула ее по спине.

— Я люблю его.

Элрик посмотрел на нее.

— Что?

— Ответ на ваш вопрос. Да, я люблю Дамиена, — жизнь была слишком коротка, чтобы скрывать чувства.

Он кивнул и улыбнулся.

— Я рад это слышать. Думаю, вы бы понравились Квинну.

15

Атмосфера вокруг Вороньего замка была холодной, даже холоднее обычного, если это было возможно без леди Рагны.

Каяфас отклонился и посмотрел в окно кабинета. Весеннее солнце сияло снаружи, горы Магир только начали сбрасывать зимнюю одежду, позволяя выглянуть зелени хвои.

Он отправил послание в Люкс Каста две недели назад, И даже больше времени прошло, как он тайно послал весть членам коалиции о плане захватить Вороний замок. И он ни от кого не получил ответа. Это не удивляло. Вороний замок был защищен лучше из-за капитана Стэнтона.

Он задумчиво потер подбородок. Могла ли леди Рагна узнать о его планах? Они годами жили вместе: он был податливым мужем, а она — гениальной и хитрой великой леди. Между ними никогда не было любви. Он женился на ней для своих планов, а она согласилась на предложение ее матери, не понимая, что он все это устроил.

И он оказался теперь тут: готовый помочь коалиции и оставшимся верным домам захватить Вороний замок.

Но если леди Рагна или капитан Стэнтон подозревали такое…

Каяфас встал и обошел стол, миновал ряд стеллажей и кресел, где он обычно читал перед сном. Нужно было обойти замок и узнать, что он мог. У двери кабинета он заметил неподалеку двух стражей и прищурился. Обычно они стояли возле угла, а не в этом коридоре, так близко к его кабинету.

Он медленно закрыл дверь, следя краем глаза за мужчинами, и пошел в другую сторону. Через миг он услышал тихий стул их сапогов за ним. Они могли просто идти в одну сторону с ним, но интуиция подняла тревогу в его голове.

Он не пошел к тронному залу, куда направлялся. Каяфас повернул налево в следующем коридоре. Стражи шли за ним, но достаточно далеко, чтобы не вызвать подозрений. И все же он слышал, как они следовали за ним.

Он не знал всех тайных ходов замка, но некоторые были ему известны. Он юркнул в одну из комнат до того, как стражи вышли из-за угла. Комната была маленькой, в ней стояла старая мебель, скрытая льняной тканью, чтобы защитить от пыли и солнца. Он обошел мебель и попал в дальнюю часть комнаты, где был скрытый рычаг под полками. Он слышал приглушенные голоса стражей за дверью, они пытались понять, куда он ушел.

Он слабо улыбнулся, нажал на рычаг, и узкая дверь открылась справа от полок. Он быстро вошел и закрыл дверь за собой. Он нашел этот проход, когда Амара пропала в этой комнате и забыла закрыть за собой дверь.

Амара.

Он выдохнул, шагая в пыльной тьме, ладонь скользила по неровной каменной стене. Где она была теперь? В последний раз он видел ее больше месяца назад, и он знал, что она не уехала с матерью. Куда она ушла? Его сердце сжалось от мысли, что она была на миссии. Он не был близок с Амарой так, как с Селеной. Но она была его дочерью, его плотью и кровью, и порой он хотел узнать ее лучше.

А она с каждым днем все больше напоминала свою мать.

Проход разделялся. Он пошел по левому туннелю, что вел к крылу слуг. После минуты ходьбы в темноте он добрался до другой узкой двери. Он прижался ухом к деревянной поверхности и слушал. Тишина.

Выждав еще пару секунд, он открыл дверь и вошел в комнату. Длинные деревянный стол занимал почти всю комнату, лестница вела слева в покои слуг. Камин с одной стороны был холодным и пустым, прямо как комната.

Каяфас прошел по каменному полу к другой двери и вышел. Стражи подтвердили его подозрения, что за ним следили. Ему нужно было узнать, почему.

Он пошел по другому коридору к баракам. Ему нужно было проверить тех, кто слушался капитана Стэнтона. Почти все были верны ему, но один тайно работал с коалицией.

Гэвина в бараках не было. Бараки были пустыми. Каяфас замер, хмурясь, глядя на темные комнаты. Не было ни голосов, ни звуков тренировки. Он мог поверить, что многие солдаты ушли, но не все. Он прищурился. Куда все делись?

Он вышел из бараков и продолжил поиски Гэвина, стараясь держаться в стороне от стражей и слуг. Он направился к библиотеке на втором этаже. На вершине лестнице возле угла он заметил золотистые волосы горного юноши у двойных дверей.

Каяфас убедился, что вокруг никого не было, пошел по коридору, словно у него было дело, но не было времени на лишние разговоры. Его лицо было сосредоточенным, он смотрел вперед. Когда он добрался до дверей, он резко повернул направо и вошел в библиотеку.

— За мной, — тихо сказал он.

Гэвин последовал без слов.

Библиотека была прохладной и тускло освещенной. Она была в четыре раза меньше библиотеки в Шаналоне, и Каяфас скучал по залам знаний в бывшем доме. Он замер у второго стеллажа и сделал вид, что ищет книгу среди кожаных корешков на третьей полке.

— Похоже, меня преследуют стражи. Ты знаешь, почему?

— Капитан Стэнтон хочет, чтобы за вами следили.

— Почему?

— Он не сказал нам.

Каяфас вытащил книгу с темной обложкой и стал снимать тонкие кожаные ремешки.

— Думаешь, он подозревает наш план?

— Думаю, он знает, что что-то происходит, и не только в Вороньем замке.

Каяфас медленно кивнул, мысли кипели, перебирали варианты.

— Объясни.

— Я подслушал одного из солдат, и он говорил, что войска дома Люцерас были замечены на Королевской дороге со знаменами.

— Когда это было?

— Вчера. Почти все ушли вчера днем. Этим утром капитан Стэнтон приказал нескольким стражам следить за вами.

Каяфас медленно кивнул. В этом был смысл. Но это было для его защиты или из-за подозрений?

— И я услышал, что леди Офелиану хотят отослать.

Он вскинул голову.

— Зачем? Куда?

Гэвин покачал головой.

— Не знаю.

— Думаешь, она в опасности?

Гэвин хмуро посмотрел на Каяфаса.

— С чего ей быть в опасности?

Каяфас закрыл книгу и вернул ее на пустое место на полке.

— Времени может не хватать, — пробормотал он и повернулся к двери.

— Сэр?

— Думаю, приказы капитана Стэнтона от леди Рагны. Она хочет сохранить Вороний замок. Я не дам ей забрать леди Офелиану, — он повернулся к Гэвину. — Я заберу леди. Мне нужно, чтобы ты узнал, что делает сейчас капитан Стэнтон, а потом пришел в мои покои.

— Но, сэр, меня назначили охранять эту часть замка.

Каяфас покачал головой.

— Ты мне нужен. Я не знаю, как скоро придет помощь от лидера нашей коалиции или самой коалиции. Но я знаю, что леди Рагна сделала ход. Теперь иди.

Гэвин стукнул пятками и прижал кулак к груди.

— Да, сэр.

Каяфас прошел по коридору к детской. Будущее. Ему нужно было думать о будущем. Ему нужно было оставить Офелиану тут, не выпускать из замка. Как только коалиция заберет Вороний замок, она будет в безопасности на их стороне, а не у империи. Но до этого он будет охранять девочку лично.

Даже если она была не его дочерью.

Каяфас прошел в детскую и замер. Комната была теплой, пахла лавандой. Стены были в панелях из темного дерева, маленький столик стоял в углу, на нем — три кубика и кукла с нарисованным лицом. У окна, откуда падал свет, стояла девочка с длинными темно-рыжими волосами, что ниспадали ниже синего пояса ее платья. Она смотрела на что-то внутри, и все в ней было очаровано тем, что там было.

Он тихо закрыл дверь и замер. Ни она, ни ее няня не заметили его, из соседней комнаты все еще доносилось пение. Он смотрел на Офелиану со смесью печали, боли и гнева.

Она была физическим воплощением неверности его жены. Доказательством. Он узнал об этом, когда девочка родилась, но не подавал виду, играл, что девочка была его.

Но обида длилась лишь миг, он отвел взгляд и покачал головой. Эта девочка не выбирала, как появится на свет. Она была похожа на него: нежеланная, скрытая семьей Рейвенвуд. Но люди с властью обычно не понимали, что по-настоящему сильные люди росли незаметно в тени, и их окружение меняло их.

Офелиана будет личностью. Он проследит, чтобы она выросла и пошла по своему пути, а не по тому, что выберет леди Рагна. Она станет идеальным новым лидером дома Фриер, если потребуется. Война могла многое изменить.

Он пересек первую комнату и вошел во вторую. Офелиана будто ощутила его присутствие и отвернулась от окна, с интересом взглянула на него.

Пение оборвалось.

— Сэр! — закричала няня и встала, уронив на пол то, что штопала. Ее каштановые волосы были собраны у шеи ниже белого чепца. Большой фартук покрывал ее пухлое тело. — Что вы тут делаете?

Каяфас посмотрел на няню. Ее звали Маура, да?

— Я получил весть, что леди Офелиана может быть в опасности.

— В опасности? От кого?

— От империи, — он не знал, кому была верна Маура, и он не хотел рисковать.

— Империя тут?

— Скоро будет, — но он мог помешать. — Нам нужно перенести леди в мои покои. Я буду лично охранять ее, пока не придет помощь.

Первые сомнения появились в глазах пухлой няни.

— Но я оберегаю леди Офелиану.

— Тогда и вы должны пройти со мной.

Это успокоило женщину.

— Что нам нужно?

— Только вы и малышка.

Каяфас подошел к Офелиане. Она напоминала и Селену, и Амару, но с янтарными глазами дома Фриер. Он мысленно покачал головой от вспышки обиды в сердце. Нет. Этот ребенок не будет страдать из-за грехов ее матери. Он позаботится о ней как о своей.

Ради нее и ради дома Фриер.

Он опустился на колено и заглянул в глаза Офелианы.

— Хочешь побывать в моей комнате? У меня много картин и окон.

Она склонила голову и смотрела на него.

Он потрясенно смотрел на ее задумчивый взгляд. Она выглядела умной, хоть и не говорила.

— И скоро может прибыть гость, — он гадал, кто придет с коалицией. Лорд Дамиен? Один из меньших лордов? Может… Селена? Она вела коалицию сюда? В этом был смысл. Селена знала, как лучше проникнуть в замок. И ее имя поможет убедить девочку. — Я надеюсь увидеть Селену. Хочешь ее увидеть?

Глаза Офелианы радостно расширились, и она закивала. Каяфас улыбнулся.

— Да. И я по ней скучал. Иди сюда, малышка. Идем.

Офелиана протянула руки, чтобы ее подняли. Каяфас взял ее на руки и встал. Он посмотрел на Мауру.

— Готовы?

— Да. Мы увидим леди Селену?

Каяфас повернулся и пошел к двери.

— Надеюсь.

Маура догнала его, и они втроем вышли в коридор. Ему нужно будет осторожно вернуться в свои покои. Он не знал, что сделает капитан Стэнтон, если узнает, что леди Офелиана была у него.

Офелиана смотрела вперед с мягкой улыбкой, обвив руками его шею. Сердце Каяфаса сжалось, пока он держал девочку. Он должен был чаще ее видеть. Но боль от правды о ее отце мешала ему, не давала понято то, что он теперь знал: Офелиана была особенной.

Он будет лучше. Он знал теперь лучше. Она не была его, но он мог ее вырастить и стать ее наставником. Они повернули в последний коридор, подошли к двери его покоев. Он повернул голову и прошептал ей на ухо:

— Ты совершишь невероятное, дитя. Но сначала мне нужно, чтобы ты выжила.

16

Вороний замок. Таким Селена его и помнила. Те же стены из серого камня. Тот же прохладный горный воздух. Те же горные виды. Близился вечер, солнце уже спускалось к ближайшей горе.

Она замерла на миг на выходе из пещеры под гостевой комнатой, той комнатой, где полгода назад она чуть не убила Дамиена.

Так много изменилось с той судьбоносной ночи.

— Где мы? — спросил Элрик.

— Ниже одной из гостевых комнат Вороньего замка.

Элрик поднял взгляд.

— Я вижу балкон. Мы туда заберемся?

— Да.

Он улыбнулся ей.

— Мне нравится ваш стиль.

Лорд Винн фыркнул неподалеку.

Селена проверила мечи.

— Я пойду первой и проверю комнату, — Карл шагнул к ней. — И Карл со мной.

Карл одобрительно кивнул. Он был ее тихой тенью весь путь, и она была благодарна за его тихое присутствие.

Селена вышла из пещеры первой, повернулась и поднялась по стене. Было странно вернуться домой. Она пришла сюда не такой, какой уходила. Свет, который она видела в Дамиене, теперь был частью нее.

Она перебросила ноги через каменные перила и оказалась у двойных дверей. Она заглянула в стекло, открыла левую дверь. Карл вошел за ней.

Комната выглядела как всегда: кровать со столбиками, шкура медведя, двери, ведущие в другие спальни, и главная дверь. Она поглядывала на кровать, на угол, где она пряталась, когда впервые вошла во сны Дамиена.

— Возвращение ощущается странно? — тихо спросил Карл.

Она ответила не сразу. Он тоже вспоминал то время?

— Да. Я уже не такая, какой была раньше.

— Согласен.

Она не успела ответить, к ним присоединился Элрик.

Селена, Карл и Элрик проверили комнату.

— Не похоже, что тут кто-то был в последнее время, — сказала Селена. — Скажите Винну послать еще нескольких. Мы с Карлом проверим коридор.

Элрик кивнул.

— Да, миледи.

Селена осторожно опустила сумку с вещами и урной сестры в углу, вытащила мечи. Она повернулась.

— Карл, тебе придется открыть дверь. Я хочу быть готовой.

— Уверены, что вы готовы?

Селена нахмурилась.

— О чем ты?

— Это ваш бывший дом, и тут люди, с которыми вы росли: стражи, слуги, друзья. Что вы будете делать, если они раскроют нас?

Селена выдохнула и подняла меч, взгляд скользнул по острому краю до кончика.

— Я не хочу никого убивать. Но нам нужно захватить Вороний замок. Если возможно, я попытаюсь убрать тех, кто верен матери, но… — она подняла взгляд. — Я сделаю то, что нужно, — она ощущала серьезность и силу своих слов. Если от ее детства и тренировок была польза, так это ее развитая сосредоточенность на миссии. Но она будет осторожной.

— Редкие мужчины или женщины были бы готовы к такому выбору.

— Меня учили делать такое. Готов?

— Да, миледи, — Карл обошел ее и медленно открыл дверь, стараясь не шуметь. Он выглянул в коридор и тихо махнул рукой.

Селена вышла в коридор. Еще одна волна ностальгии хлынула на нее. В голове всплыли воспоминания: как она уходила в туннели, как училась тихо ходить по каменному полу, училась в пещерах внизу, слушала лекции матери и узнавала тайны дома Рейвенвуд.

Холодный пот выступил на ее лбу, по краям все потемнело.

— Миледи, вы в порядке? — прошептал рядом Карл.

— Да, — она провела рукой по щеке, зрение вернулось. Может, ее слова Карлу были увереннее, чем она теперь себя чувствовала. — Нам нужно найти моего отца.

Они пошли по коридору, а она думала о других приоритетах. Нужно ли ей сначала найти Офелиану: Убедиться, что Рената еще жива? Ее мать убрала девушку-инвалида?

Селена покачала головой. Нет. Сначала нужно найти отца. Он знал, что происходило, и что делать дальше. Она сжала мечи и повернула направо. Он был или в своем кабинете, или в своих покоях.

Селена и Карл тихо шли по холодным пустым коридорам. Не было напевания слуг, не шаркали ноги. Замок был без жизни. Селена нахмурилась. Где были слуги? Стражи?

Они подошли к жилой части, и Селена открыла рот, чтобы озвучить свои тревоги Карлу, но раздался крик и топот сапог.

Селена и Карл юркнули в маленькую нишу под длинными окнами. Они прижались к стене, Селена приготовила мечи.

— Почему мы арестовываем лорда Каяфаса? — спросил страж, пока они шли мимо, не глядя на тени.

— Приказы капитана Стэнтона. И мы спасаем леди Офелиану.

— Спасаем? От ее отца?

— Я знаю лишь то, что мне сказали делать.

Топот сапог утих, четыре мужчины пропали.

Селена смотрела на стену, сердце колотилось. Они арестовывали ее отца? Они знали о коалиции? И почему Офи была с ним?

Офи.

Ее сердце сжалось от мысли о ее милой сестренке.

«Не дай Офелиане умереть. Или попасть к дому Фриер. Я заботилась только о ней».

Селена с дрожью шагнула вперед, последние слова Амары звенели в голове.

«Я спасу ее, Амара. Я выполню твои последние желания».

Горе пронзило ее, Селена шла по коридору. Она думала, что уже перестала скорбеть по Амаре, но тут, где они жили, ссорились и заботились об Офи, боль вернулась.

Она сжала мечи и зашагала быстрее. Она видела, как мужчины впереди скрылись за углом, направляясь к покоям отца. Она поспешила к углу и выглянула, они стучали в дверь.

— Откройте. Приказ капитана Стэнтона.

Она окинула мужчин взглядом. Только у двоих оружие было в руках, одному явно не нравилась ситуация, его рука подрагивала, другой он вытирал лицо.

Дверь медленно открылась.

— Чем могу помочь? — спросил мужской голос.

Селена сглотнула, сосредоточившись на стражах и двери. Отец.

— Вы арестованы по приказу капитана Стэнтона. Прошу, идемте тихо, сэр.

— За что?

Первый страж лепетал мгновение.

— За кражу леди Офелианы.

— Я ее не крал. Она и ее няня пришли ко мне в гости. Отец не может общаться со своей дочерью?

Сердце Селены колотилось. Амара раскрыла ей правду о происхождении Офелианы. Отец тоже знал?

Первый страж потер шею, двое с мечами опустили взгляды и зашаркали ногами. Последний переживал все сильнее.

— Простите, сэр, — первый страж поднял голову. — Но приказ капитана Стэнтона…

— Может, капитан Стэнтон ошибся. Почему бы не попросить капитана прийти самого? Так мы узнаем, что происходит.

— Может, он прав, — пробормотал взволнованный страж. Двое других согласно кивнули, их мечи уже висели по бокам.

Селена сжала губы, ждала решения первого стража, ее пальцы крепко сжимали рукояти ее мечей. Она будет готова, если страж решит арестовать ее отца.

Первый страж отошел на шаг.

— Может, меня не оповестили. Я поговорю с капитаном Стэнтоном.

— Хорошая идея, — она почти слышала улыбку в голосе отца, поражалась тому, как мудро он обошелся со стражами. Она снова задумалась, не был ли он в дальнем родстве с домом Вивек.

Четыре стража повернулись и пошли по коридору в другую сторону от Селены и Карла. Дверь покоев отца закрылась. Селена выждала, пока шаги утихнут, а потом прошла по коридору. Ее тело гудело от адреналина. Она не видела отца с ночи бала. И мысль о встрече с ним сейчас… и с Офи… вызвала тошноту.

«Я могу».

Она подошла к двери, убрала мечи в ножны и постучала. За дверью зашуршали, дверь открылась.

Каяфас застыл на пороге. Эмоции были только в расширенных глазах. А потом его губы зашевелились:

— Селена, — прошептал он.

Она лишь кивнула.

Он отошел и пропустил ее.

— Входи. Скорее.

Она вошла, Карл — следом. Ее отец закрыл дверь и повернулся. Селена не знала, стошнит ее, или она заплачет. Она прижала ладонь к животу, на миг совладала с эмоциями.

Пока Офи не выглянула из-за угла.

И слезы полились потоком.

Селена упала на колени, и сестра подбежала к ней.

— Офи, — выдавила она, уткнулась лицом в ее рыжеватые волосы. — Я так скучала!

Ручки обвили ее шею, и она заплакала еще сильнее. Все то, что она сдерживала, вырвалось. Она не знала, как долго стояла на коленях, обнимая Офи. А потом ощутила теплую ладонь на плече и пришла в себя.

Селена вытерла глаза и подняла голову. Ее отец нежно смотрел на нее.

— Селена, — снова сказал он.

Селена поцеловала макушку Офи и встала. Она смотрела на отца.

— Я скучала, отец.

Его глаза блестели. Селена ни разу не видела, чтобы он плакал.

— И я скучал.

Он вытянул руки, и Селена вошла в его объятия. Он пах книгами, которые всегда читал: теплый, древесный, ванильный запах. Объятия длились лишь миг, Каяфас отодвинулся и внимательно осмотрел ее.

— Ты тут одна?

— Нет, мы получили послание в Люкс Каста, — Селена вытерла лицо и продолжила. — Лорд Люцерас ведет войска по горе, отвлекая стражу, чтобы я смогла провести коалицию в Вороний замок.

— Коалицию? Ты теперь ее часть?

Селена замешкалась.

— Да. Я тут вместо Дамиена.

— Похоже, нам нужно многое объяснить, но это можно сделать позже. Похоже, твоя мать пытается удержать Вороний замок через капитана Стэнтона.

— Поэтому те стражи хотели тебя арестовать?

— Наверное, — он криво улыбнулся. — Капитан Стэнтон узнает, как тяжело убрать старика из его покоев.

— А Офелиана? — Селена тепло посмотрела на сестру, прижимающуюся к ее ногам.

— Твоя мать хочет убрать ее отсюда.

Селена вскинула голову.

— Куда?

— Наверное, в Айронмонд, — он помрачнел.

— Ты знаешь?

Он выдохнул.

— Да. Но это не важно.

Ее сердце сжалось.

— Амара сказала мне.

— Амара?

— Миледи, — Карл шагнул вперед. — Нам нужно сделать то, для чего мы пришли.

— Точно. Отец, коалиция тут и готова захватить Вороний замок.

Ее отец взял себя в руки.

— Сколько?

— Около тридцати.

Он медленно кивнул.

— Отвлечь солдат армией дома Люцерас было хорошим планом. Это не будет просто, но с помощью коалиции мы можем захватить Вороний замок.

Селена опустила ладонь на голову сестры и повернулась к отцу.

— Что нам делать с Офелианой? Я не хочу, чтобы ее задело сражение.

Каяфас кивнул.

— Согласен. И я не хочу, чтобы ее схватил капитан Стэнтон. Но мне нужна твоя помощь, чтобы захватить замок. Только мы знаем замок.

— Но пройти туда, где коалиция ждет, опасно и без Офи и Мауры, — Селена взглянула на Карла. Он понял, что она хотела попросить, и помрачнел. — Прошу, Карл, побудь с моей сестрой и защити ее.

— Мой долг — это вы, миледи. Если с вами что-нибудь произойдет, лорд Дамиен…

— Поймет. Будь он на моем месте, и будь это Квинн… — она погладила Офи по голове, — он понял бы, почему ты оставил меня. Чтобы защитить мою семью.

Он поджал губы.

— Мне это не нравится, — его плечи опустились. — Но я понимаю. Я буду тут приглядывать за вашей сестрой, — он тихо и серьезно сказал. — Прошу, берегите себя.

— Буду. Запри дверь за нами.

— Да, миледи.

Селена посмотрела на отца.

— Готов?

Он подошел к столу возле его кровати, выдвинул ящик и вытащил маленький серебряный ножик.

— Этого не много, но я использую его, если понадобится. Идем.

17

Селена прошла в коридор, прислушивалась, следила за движениями. Она снова задалась вопросом, где были слуги. Отец знал? Они просто были в другой части замка? Она надеялась на это, она не хотела вовлекать кого-то без необходимости в грядущий конфликт.

Когда она подумала, что они дойдут до гостевых покоев незаметно, служанка вышла из-за угла со стопкой одежды в руках. При виде Селены ее глаза расширились, одежда упала на пол. Она не успела ничего сказать, Селена уже накрыла рот девушки рукой.

— Хмф!

Селена, закрывая ее рот, повернула девушку, притянула ее к себе другой рукой.

— Мы пришли помочь, — прошептала она на ухо служанке. — Ты знаешь, кто я?

Кивок.

— Ты знаешь мужчину перед собой?

Снова кивок.

Селена нахмурилась. Она знала эту девушку. Мира. Она всегда приносила отцу в кабинет чай.

— Я не знаю, что говорили обо мне, но, прошу, дай мне минуту объяснить. Я пришла помочь тебе и всем, кто живет в Вороньем замке. Ты позволишь?

Служанка замешкалась.

Каяфас мягко улыбнулся ей.

— Ты можешь нам доверять, Мира, — тихо сказал он.

Мира кивнула.

Селена выдохнула.

— Хорошо. Мы идем в гостевую комнату со шкурой медведя. Знаешь, в какую?

Она кивнула.

— Хорошо. Я тебя отпущу. Ничего не говори. Просто иди с нами, — Селена медленно убрала ладонь с губ Миры. Лицо служанки было бледным, она подняла одежду с пола. — Иди за мной. Мой отец будет за нами.

Они завернули за угол, и группа мужчин появилась в конце коридора с капитаном Стэнтоном во главе.

Селена застыла, сердце билось в горле. Из всех, кого можно было встретить…

Капитан Стэнтон тоже ее заметил. Он не изменился: длинные тонкие черные волосы задевали тунику. Черная кожаная жилетка, темные штаны и сапоги. Глаза с тяжелыми веками расширились от удивления, рот приоткрылся. Шок длился миг, а потом он ухмыльнулся.

— Так, так. Леди Селена, вот так сюрприз.

— Капитан Стэнтон, — холодно сказала Селена, заслонив собой служанку и отца. Адреналин охватил ее тело, выступил холодный пот.

Стражи шептались, а он шагнул к ней, потянулся к мечу на боку.

— Что предательница дома Рейвенвуд делает в Вороньем замке? Тебя изгнали из гор Магир.

— Я пришла уберечь горный народ от империи. Вы с этим не справляетесь.

— Империи? — капитан Стэнтон рассмеялся, другие стражи посмеивались. — Зачем нам бояться империи?

Селена облизнула губы. Они были близко к комнате, где собиралась коалиция. Остальные могли прийти на помощь. Но они могли не слышать шум снаружи, так что ей защищать отца и Миру.

Селена потянулась за клинками. Капитан Стэнтон следил за ее движением, поджав губы.

— Сражаться решила? С теми, кто верен дому Рейвенвуд? Предатель не меняется, — он быстро выхватил меч и пересек расстояние между ними.

Селена подняла оружие вовремя, встретила его клинок. Она отразила удар и отскочила.

— Бегите! — крикнула она отцу и Мире, не сводя взгляда с капитана Стэнтона. Другие стражи вытаскивали мечи за ним.

Селена отражала левым клинком, ударила правым, кончик ее меча задел его жилетку.

— Ах, так ты умеешь сражаться, вороненок, — сказал капитан Стэнтон, отступая с улыбкой.

Вороненок?

Она вспомнила Темную леди. Селена задрожала, кровь покинула конечности.

Он рассмеялся.

— Что, теперь боишься? — он ударил снова.

Селена отбила удар левым клинком и отскочила.

— Ты только и будешь отступать? Нападай!

Другой страж шагнул вперед, капитан Стэнтон оглянулся.

— Назад! Она моя.

Селена глубоко дышала, пока мужчина отступал. Воздух был лезвиями в ее груди. Она не видела Миру или отца. Она надеялась, что они послушались ее.

Капитан Стэнтон шагнул вперед, стал атаковать. Селена отразила все удары, кроме последнего. Кончик его меча дотянулся дальше ее клинков и провел по ее правой щеке, оставляя жжение.

Ее глаза слезились, она отпрянула еще на шаг.

— Что, не ранили раньше? — капитан Стэнтон ухмыльнулся, черные волосы упали ему на лицо. — Я могу не только это.

Селена подавила желание коснуться царапины, держала мечи наготове.

— Я всегда хотел сразиться с тобой, — он направил на нее меч. — Я знал, что в тебе не только красивое личико.

Она стиснула зубы, гнев расцветал в груди.

— Кстати, что случилось с леди Амарой?

Селена застыла.

— Она не вернулась из миссии в Люкс Каста. Видимо, провалилась. Я так и знал…

С ревом Селена напала. Ее клинки были вихрем, резали по очереди. Капитан Стэнтон мог лишь отбиваться своим мечом.

Она заметила страх в его темных глазах, он поднял меч еще раз, поймал ее клинок. Она оттолкнула его оружие левым мечом, прижала клинок к стене, а свой правый меч — к его груди.

Они смотрели друг на друга, тяжело дыша.

— Итак, — сказал он, его кадык покачнулся, — ты меня убьешь?

Селена затаила дыхание. Убить его? Она посмотрела туда, где ее клинок ждал над его сердцем. Один толчок, и он будет мертв. Но сможет ли она?

«Я должна. Нужно спасти Офи».

Селена крепче сжала меч, он медленно улыбнулся, стражи приближались к ним.

— Я знал. Ты не сможешь…

Что-то пролетело мимо ее лица и попало в мягкое место над его ключицами.

Глаза капитана Стэнтона расширились. Через миг струйка крови потекла из его рта. Он застонал и стал съезжать по стене под ее клинком.

Селена отпрянула в шоке. Красное пятно растекалось на его коже. Стражи смотрели, как их капитан рухнул на пол, серебряный ножик дрожал под его шеей.

— Может, она не может, — сказал спокойно ее отец за ней. — Но я могу.

Ее отец убил капитана Стэнтона.

Дверь за стражами дальше по коридору открылась, и лорд Элрик выбежал с копьем из белого света в руке, а с ним лорд Винн и остальные члены коалиции.

Пара стражей выхватила мечи и повернулись к новым гостям. Один шагнул к Селене.

— Предательница!

Адреналин направлял ее. Взмах, и ее левый клинок нашел его предплечье… и давил, отрубая его от тела. Его меч и часть руки упали на пол, мужчина прижал кровавый обрубок к телу и закричал.

Селена смотрела на стража, разум онемел и не управлял телом.

— Вы в порядке?

Она слышала слова, но не могла понять, кто говорил с ней, куда смотреть. Она могла лишь смотреть на раненого мужчину и капитана Стэнтона, лежащего на полу за ним.

— Леди Селена? — ладонь коснулась ее руки.

Селена вздрогнула, подняла клинки.

Лицо Элрика то появлялось, то становилось мутным.

— Миледи?

Селена моргнула и шумно вдохнула пару раз.

— Я в порядке, — она подняла ладонь и вытерла лицо, а потом заметила кровь на левом мече.

Нет, она не была в порядке. Тошнота подступала к горлу. Ее стошнит. Она стиснула зубы, два раза глубоко вдохнула носом, сжала мечи и подняла взгляд. Не время терять контроль. Она изо всех сил взяла себя в руки.

В тот же миг старая решимость вернулась, придавая ей сил встать.

— Нам все еще нужно захватить замок. Лорд Винн, ведите группу в бараки. Мой отец направит вас. Лорд Элрик, идемте со мной. Мы проверим коридоры и доберемся до валов. Мне нужно, чтобы группа осталась тут, связала стражей и проверила округу. И этому мужчине нужен целитель.

— Да, миледи, — прокричал хор голосов. Лорд Винн удивленно посмотрел на нее и собрал несколько членов коалиции. Ее отец прошел мимо нее, но успел с уважением кивнуть ей. Элрик приказал троим мужчинам связать стражей и подошел к Селене.

— Сюда, — она пошла по коридору. Эмоции подступали к поверхности, но она сжимала их железной хваткой. Чувство было знакомым, словно возвращение в Вороний замок вернуло ее холодный панцирь. Ее ждала работа, миссия. Не было времени на шок и горе.

Элрик посмотрел на нее с тревогой, она впервые увидела его серьезным. От этого она забралась глубже в себя. Как только Вороний замок будет под их контролем, она позволит себе чувствовать снова.

Несколько встреченных слуг тут же согласились идти с ними, то ли из-за оружия в руках, то ли из-за очаровательной улыбки Элрика и его мягких слов. Селена подозревала, что помогло последнее.

Они добрались до стены, группа разделилась и пошла вдоль крыши Вороньего замка, ловя оставшихся стажей. Когда Селена встретила Элрика на другой стороне, он подошел к ней с настороженной улыбкой.

— Нам почти не противостояли. А что у вас?

— Несколько стражей, которых мы встретили, пошли по своей воле. Думаю, те, кто был верен капитану Стэнтону, были с ним, когда… — она покачала головой и отвела взгляд. Его слова звенели эхом в ней: «Я знал. Ты не можешь это сделать».

Он ошибался. Если бы не кинжал ее отца…

— Почему бы нам не встретиться с остальными?

Селена отогнала те мысли.

— Да. Стоит так сделать… — ее слова утихли, взгляд упал на небольшое скопление домиков во дворе замка. Она видела деревянную дверцу дома Петура. Воспоминания Петура, Агаты, всех стражей и слуг, во сны которых она ходила, вернулись. И сильнее всех выделялось одно воспоминание.

Рената.

Она была еще жива? Или ее мать…

Селена сжала каменные перила стены перед собой, глубоко дыша. Холодные капли пота собрались на лбу.

— Вы точно в порядке? — спросил Элрик рядом с ней. — Порой при виде смерти в первый раз бывает шок.

Селена с дрожью рассмеялась.

— Для меня находиться тут — шок, — она сжала губы. Она не хотела раскрывать это.

Он смотрел на нее, а потом покачал головой.

— Мой брат недооценил вас. Вы были невероятна. То, как вы двигали мечами и телом… Я не уверен, смог бы Лео поспевать за вами.

Селена не знала, как ответить. Она все еще видела ладонь на полу, рядом с мечом, лужу крови…

Она запнулась, но подавила дрожь в теле. Взгляды остальных стали давить на нее. Она выпрямилась и развернулась.

— Мы должны встретиться с лордом Винном и проверить еще раз замок и двор. А потом разместим наших людей и закроем ворота.

— Согласен. Надеюсь, те войска, что остались между моим братом и замком, сдадутся, почти не сражаясь.

— И я надеюсь.

Элрик поговорил с остальными членами коалиции, и они пошли в замок, оставив нескольких на стенах. Селена шагала рядом с ним, ее желудок сжимался. Когда замок будет захвачен, она сделает две вещи.

Сначала убедится, что Офелиана в безопасности.

Потом узнает, что стало с Ренатой.

18

— Нет слабости в нежелании отнимать жизнь, — Каяфас стоял напротив Селены у ворот Вороньего замка тем вечером. Коалиция и несколько стражей собрались в центре двора. Вороний замок был их, и теперь они ждали прибытия дома Люцерас. Наступала ночь. Звезды появились в небе, и волк завыл вдали.

— Знаю, — тихо сказала Селена.

— Не будь меня там, ты сделала бы то, что нужно, чтобы защитить сестру и себя, защитить всех.

Она и это прекрасно знала. Ее клинок был готов пронзить капитана Стэнтона. Невзирая на ее тренировки, то, что она была готова убить человека, потрясало ее. То, что она была холодной, расчетливой, готовой сделать то, что нужно, чтобы уберечь сестру и остальных.

— Я не хотел, чтобы ты уже сейчас несла это бремя.

Селена подняла взгляд.

— Может, однажды придется. Но у меня был шанс, и я им воспользовался. Так я забрал у тебя хоть одно бремя.

Она с опаской посмотрела на него.

— Ты убивал раньше?

Он ответил не сразу.

— Да, — его шея напряглась. — Если хочешь защитить любимых, порой приходится пачкать руки кровью.

Кровью. Ха. Ее руки уже были в крови. Она не убила капитана Стэнтона, но точно покалечила стража. Она вытянула руки.

— Тогда зачем все это? Зачем я убегала, если все равно стану убийцей? — она заметила краем глаза, что лорд Элрик следил за их разговором. Она опустила руки и отвернулась от него.

— Убийцей? Нет. Разница между тобой и твоей матерью в том, что тебя ведет сострадание. А ее — амбиции и ненависть. Ты можешь забрать жизнь, только когда возникнет необходимость, большой ценой. Твоей матери все равно, кого она убирает, если они на пути к ее цели.

Селена смотрела на свои ладони.

— Разве это все не убийства?

Ее отец пожал плечами.

— Возможно. Но как лидер ты принимаешь тяжелые решения: кому жить, а кому умирать. Если бы ты позволила капитану Стэнтону жить, то дала бы другим умереть. Но если убить капитана Стэнтона, выживут остальные. В таких случаях кому-то приходится умирать. У тебя есть власть выбрать, кому.

Селена сжала кулак.

— Мне это не нравилось.

— И мне не нравилось в юности. И все еще не нравится. Но я смирился. Я буду защищать любимых. Пусть тебя ведет любовь, а не ненависть.

— А Свет?

Ее отец тихо рассмеялся.

— Я следую некоторым заповедям Света. Так что да, пусть и Свет ведет тебя.

Что это значило? Ее отец следовал Свету? Или только идее Света?

— Могу я задать еще вопрос, пока мы ждем? — продолжил ее отец, пока Селена пыталась понять его слова о Свете.

— Конечно.

— Капитан Стэнтон кое-что упоминал о миссии Амары. Ты что-нибудь знаешь об этом?

Селена напряглась. Даже сейчас прах Амары был в ее сумке, ждал, пока его развеют над горами Магир.

Ее отец помрачнел.

— Я вижу по твоему лицу, что ты что-то знаешь, но не приятное.

Селена отвернулась и обвила себя руками.

Рожки зазвучали вокруг замка.

Каяфас не слушал их, подошел к Селене и опустил ладонь на ее плечо.

— Ты можешь рассказать, когда будешь готова. Амара была и моей дочерью. Я хотел бы… — он вздохнул. — Может, я мог бы сделать для нее больше.

— Прибыл дом Люцерас, — крикнул страж у ворот.

Селена повернулась и опустила ладонь на руку отца. Слезы покалывали ее глаза.

— Амара была свободна в конце. Свободна от нашей матери, от нашей судьбы. Она умерла в покое и Свете.

Губы отца чуть задрожали, а потом он выпрямился.

— Спасибо, Селена.

— Я принесла с собой ее прах. Надеюсь, когда время настанет, мы сможем выпустить ее над горами.

— Это… было бы хорошо, — слеза сопровождала его слова. Селена отвернулась. Если она продолжит говорить об Амаре, тоже расплачется, а время для этого не подходило.

Лорд Элрик добрался до сторожки у ворот и заговорил со стражем.

— Уверены? — услышала она его.

— Да, — сказал страж. — На них накидки дома Света, и их знамя трепещет перед ними.

Селена взглянула на отца.

— Что думаешь? Было бы не сложно снять накидки с мертвых солдат и забрать знамя Люцерас.

— Точно. Посмотрим, кто едет к Вороньему замку.

— Согласна.

Селена и ее отец присоединились к Элрику на вершине сторожки и поделились подозрениями.

Элрик кивнул.

— Такое возможно. Не хочу оскорбить, но шансы, что силы Рейвенвуд одолели дом Люцерас, малы. Ваш дом не знаменит мощью армии.

— Это так, — сказала Селена. — И, учитывая, сколько стражей перешло на нашу сторону, когда мы заняли Вороний замок, надеюсь, многие сдались.

Элрик пошел к лестнице.

— Я скажу людям готовиться. Скажите стражу открывать врата по моему сигналу.

Селена кивнула и повернулась к мосту. Сотни факелов горели во тьме от отрядов, идущих к деревьям на другой стороне моста у дороги.

Она смотрела, а солдаты расступились, пропуская фигуру к вратам. Его форма была в крови и грязи, но он вел себя уверенно, и форма выделяла его и придавала величия. Еще до того, как он снял шлем, Селена знала, кто это был.

Лорд Лео.

В то же время Элрик поднял руку, сообщая, что он и остальные готовы.

— Похоже, у лорда Лео получилось, — сказал ее отец, сжимая перила. — Но страшно подумать, сколько солдат Рейвенвуд пало ради этой победы.

Селена согласилась. И сколько еще жизней будет потеряно из-за выбора ее матери и дома Фриер?

«Почему, мама?».

Врата медленно открывались, Селена спустилась со стены и встала рядом с Элриком.

— Я видела вашего брата.

Он издал смешок.

— Да?

— Да.

— Это радует. Я был уверен, что это Лео, но… — он пожал плечами.

Она знала, о чем он. Появление Рейвенвудов означало бы не только падение армии Люцерас, но и его брата.

Врата открылись. Селена, Элрик и ее отец встретили первый ряд солдат, когда те вошли. Светлые волосы лорда Лео сияли в свете факела, он миновал арку и попал во двор замка.

Братья Люцерас тепло поприветствовали друг друга у ворот, а потом лорд Лео повернулся к Селене. Он посерьезнел, но на лице было неохотное уважение.

— Приветствую, леди Селена. Похоже, ваша коалиция сыграла свою роль.

— Взаимно, лорд Лео. Спасибо, что помогли нам защитить горы Магир.

— У меня есть раненые и пленники, и я требую еду и место для сна для моей армии.

Селена кивнула и направила их к лазарету, подземельям и баракам, а потом отошла и смотрела, как волны солдат Люцерас идут по каменному мосту в Вороний замок. Их белые накидки были грязными, у некоторых были синяки и порезы. Сильно раненых несли другие или тащили на носилках.

Когда прибыли пленники, Селена отпрянула на шаг, прижала ладонь к груди, удерживая спину прямой. Было больно видеть черно-лиловые накидки, идущие перед ней. На миг показалось, что она предала свой народ. Два солдата Рейвенвуд хмуро посмотрели на нее, проходя мимо, руки были связаны за ними. Один остановился и плюнул в нее.

— Грязная предательница!

Его слова ранили больше слюны на ее щеке. Лорд Элрик повернулся, вытащил древко из света из ниоткуда и шагнул к мужчине. Он прижал оружие под подбородком пленника.

— Не смей плевать в леди!

— Какую леди? — ухмыльнулся мужчина.

Элрик прижал древко, и оно зашипело, задевая кожу мужчины.

Мужчина выругался и отошел, свет оружия отражался в его глазах.

— Лорд Элрик, не надо, — Селена коснулась его руки.

Элрик обернулся, а мужчина догнал своих товарищей, спотыкаясь.

— Он не имел права так вас звать, — он вытащил платок и вытер ее щеку, оружие оставалось в другой руке. — Они предатели, поддерживают империю.

— Моя мать хорошо искажает слова. Он был обманут.

— Может, да, а может, и нет. Но с леди так не обращаются.

У Селены не было ответа. Она отчасти ощущала себя предательницей своего народа, но в другом плане. Горный народ не знал всей истории, как ее семья обманывала их сотни лет, говоря, что своим даром помогает им, хотя они, насколько она видела, все равно жили бедно.

Она опустила руку и смотрела на небо, взгляд упал на самую высокую башню Вороньего замка, звезды мерцали сверху. Да, она была предательницей. Предала старые традиции Рейвенвуд. Но тот путь закончился. Она создавала новый путь. И так она принесет мир своему народу.

19

— Селена! — Дамиен сел, хватая ртом воздух.

— Ее тут нет, милорд.

Дамиен отклонился на подушки и медленно вдохнул. Он не помнил сон, но ощущал тоску и одиночество, и лицо Селены было в тенях. А потом он нахмурился и посмотрел вправо.

— Целитель Силдэрн?

Темноволосый мужчина сидел на стуле у его кровати. Огонь горел на полу, оранжевый свет трепетал на стенах палатки. На другой стороне был столик и стул. Остальное пространство было во тьме.

Услышав свое имя, Силдэрн склонил голову, длинные черные волосы упали ему на плечо.

— Да, милорд. Я прибыл днем с отрядами из цитадели Ярколесья.

— Адмирал Герольт тут?

— Да. Я присоединился к адмиралу, когда он установил патруль в море. Мы добрались до границы Северных берегов и дома Вивек два дня назад и встретились с беженцами из Шаналоны. Адмирал Герольт установил еще патруль у водной стены, которую вы создали в реке Гир, и дал палатки и припасы, какие мог выделить, беженцам.

Дамиен выдохнул.

— Слава Свету, — он прижал ладонь к голове. — Как долго я был без сознания?

— По словам Тэгиса, вы потеряли сознание, подняв стену воды вчера.

— Полтора дня?

— Видимо, так.

— Почему?

— Ну… — Силдэрн сцепил длинные пальцы. — Ваш дар сильный, его использование сказывается на вашем физическом теле. С барьером в море и водной стеной на реке Гир вы довели тело до предела возможностей.

Дамиен прищурился, глядя на огонь. В этом было дело? Нет. Он ощущал что-то еще. Словно что-то блокировало силу в нем. Стена его творения…

Ткань палатки хлопнула, и вошел Тэгис, принеся с собой ночной ветер и запах дыма.

— Целитель Силдэрн… лорд Дамиен, вы очнулись.

— Да. И готов покинуть постель, — он сдвинул шерстяное одеяло и свесил ноги. — Как там беженцы? И леди Брирен с ее солдатами? Есть вести из Шаналоны и от лорда Ренлара? — он не хотел думать о тех, кого они потеряли. Иначе он не сможет думать о настоящем. Вместо этого он взял свою кожаную жилетку на краю кровати и просунул в нее руки.

— Адмирал Герольт работает с людьми дома Вивек, чтобы о беженцах позаботились. Леди Брирен и ее народ охотятся. От лорда Ренлара вестей не получали.

— Когда вернется леди Брирен? — Дамиен снова сел и стал обувать сапоги.

— Должна скоро прибыть.

— Хорошо. Я хочу обсудить нашу стратегию.

Целитель Силдэрн встал со стула с легкостью и грацией, склонил голову.

— Милорд, до этого советую отдыхать тут. Я принесу вам еды.

Дамиен хотел возразить, но Силдэрн был прав. И мужчина бывал упрямым.

— Я подожду.

— Хорошо, — целитель ушел из палатки, шурша зеленым одеянием.

Дамиен потер рукой лицо, поднял взгляд. Тэгис пересек комнату и сел на стул, который освободил целитель Силдэрн. Они тихо сидели минуту, а потом Тэгис сказал:

— Как ты себя чувствуешь на самом деле?

Дамиен выдохнул и смотрел вперед.

— Ты говорил, мой отец терял сознание после использования дара.

— Да. Раз или два. Говорил, это от напряжения.

— Только из-за этого?

Тэгис прищурился.

— О чем ты?

Дамиен склонился, уперся локтями в колени.

— Думаю, происходит что-то еще.

— Не просто усталость?

Дамиен провел рукой по волосам и шее.

— Во мне… будто барьер, ментальный блок. И он становится сильнее.

— Барьер?

— Это не ослабление моей силы… но что-то будто останавливает силу во мне. Как дамба на реке. Я ощущаю это тут, — он прижал палец к груди. — И тут, — он указал на висок и с дрожью выдохнул.

— Как долго это происходило?

— Я знал об этом с тех пор, как опустил стену в море недели назад. Но, думаю, это появилось, когда я разбил небольшой имперский флот в прошлом году.

— Когда впервые забрал силой жизни.

Дамиен замешкался.

— Да.

Тэгис отклонился.

— Жизнь была для тебя священной. Люди — не просто массы, у каждого есть лица, даже у врагов. И когда ты забираешь жизнь, это становится весом, который ты несешь. И не отпускаешь.

— Знаю.

— Но ты должен.

Дамиен поднял взгляд.

— Что?

— Твое сердце подавляет твой дар. Тебе нужно отпустить, или ты не исцелишься. И это погубит всех.

Дамиен не успел сказать больше, в палатку прошел солдат в цветах дома Марис с подносом в руках, за ним шел целитель Силдэрн.

— Милорд, — сказал мужчина, подходя с подносом. Сверху была деревянная миска с каким-то горячим супом.

Дамиен взял поднос.

— Спасибо.

Мужчина поклонился и ушел. Силдэрн встал рядом с Дамиеном, скрестив руки и скрыв ладони в складки зеленого одеяния.

— Я могу еще что-то для вас сделать, милорд?

Дамиен взял ложку и помешал суп.

— Сейчас — нет, — его сердце было тяжелым, словно он проглотил камень, и он застрял в груди. Как он мог сделать, как говорит Тэгис? Отпустить было как обесценить жизни, погасшие из-за его руки.

Целитель Силдэрн словно ощутил напряжение Дамиена.

— Я буду с целителями, которые пришли с беженцами, и оставлю вас поесть.

Тэгис тоже встал.

— Мне нужно поговорить с адмиралом Герольтом. Если увижу леди Брирен, передам, что ты хочешь с ней поговорить.

— Спасибо, Тэгис.

Двое мужчин покинули палатку, оставив за собой тишину. Дамиен провел ложкой по жидкости и отодвинул поднос на кровати, склонился и сжал голову руками.

Он закрыл глаза и представил Селену, ее длинные черные волосы, темные глаза, глядящие в его. Она была в Вороньем замке? У них получилось? Она была в безопасности?

Он больше всего хотел, чтобы она была сейчас тут, с ним.

Он вздохнул и потер виски, взял миску и стал есть.

— Вот и вы, — леди Брирен ворвалась в палатку, ткань хлопала за ней. — Ваш страж сказал, что вы проснулись. Я получила только что весть от лорда Ренлара и хотела передать вам.

Дамиен проглотил суп и опустил миску.

— Я думал, вы были на охоте.

— Были. Но вернулись. Идемте, нужно многое обсудить, — леди Брирен повернулась, косички и бусы взлетели вокруг ее головы, и она покинула палатку так же резко, как вошла.

Дамиен смотрел на трепещущую ткань, а потом рассмеялся. Леди Брирен могла его взбодрить, хоть и не знала о тьме, с которой он боролся в себе.

Последняя мысль заставила его посерьезнеть. Он выпрямил спину. Слова Тэгиса звучали в голове: «Твое сердце подавляет твой дар».

Он прижал ладонь к груди. Если было так, то как ему выбрать между сердцем и даром? Как остаться верным себе, когда его дар разрушал?

Леди Брирен заглянула внутрь.

— Идете? Вы медленный, как старая виверна.

Дамиен опустил руку и встал.

— Да. Да, я иду.

— Тогда скорее!

— Да, миледи.

Леди Брирен захихикала, она повернулась и исчезла. Дамиен пошел следом, хмурясь. Как другие лорды и леди балансировали дар, народ и долг?

Его мысли рассеялись, пока леди Брирен вела его по лагерю. Он озирался, следуя за ней, поражаясь, какой стала база за короткий отрезок времени. Сотни палаток стояли рядами в долине, в нескольких милях от реки Гир. Воздух был теплее, несмотря на тусклое небо сверху, и трава стала зеленее, чем неделю назад. Весна пришла, словно природе было плевать на проблемы людей.

У центра лагеря стояли большие палатки с флагами дома Марис и дома Вивек, вместе трепещущих на ветру.

Леди Брирен юркнула в ближайшую палатку, Дамиен — следом.

Внутри на длинном столе, стоящем меж столбиков палатки, была развернута карта. Лампы свисали с потолка. Несколько стульев стояли по краю. Рейдин, супруг Брирен, стоял в стороне вместе с адмиралом Герольтом, Тэгисом и несколькими капитанами в синих цветах дома Вивек. Леди Брирен обошла стулья и стол и остановилась возле Рейдина.

Адмирал Герольт поклонился.

— Лорд Дамиен.

Дамиен кивнул в его сторону.

— Адмирал.

— Я рассказал адмиралу, что вы проснулись, и он собирался забрать вас, — сказал Тэгис, — но леди Брирен нас опередила.

— Да. Чуть не вытянула из палатки, — он улыбнулся. Леди Брирен не слышала его, ведь шептала что-то Рейдину. Он кивнул ей, повернулся и вышел из палатки.

— Господа, — сказала она, привлекая внимание собравшихся мужчин, пока они шли к столу. — Я получила весть от лорда Ренлара, — она вытащила из складок кожаной юбки кусочек пергамента. — Голубь принес утром. Лорд Ренлар и его армия сдерживают империю, но он не уверен, что город долго простоит, — она подняла голову. — Он просит помощи с тактическим отступлением.

— Он бросает Шаналону? — пролепетал один из капитанов Вивека. — Как он может отдавать наш город?

— Должна быть причина, — адмирал Герольт скрестил мускулистые руки. Его каштановые волосы были собраны сзади, как у Тэгиса, и он смотрел на карту на столе. — Я не верю, что лидер Дома мудрости бросил бы город без важного повода.

— Повод есть, — ответила леди Брирен. — Он пишет, что катапульты империи терзают стены. Уже есть несколько трещин. Он думает, что они продержатся немного, но город падет. И если он потеряет Шаналону, он хочет спасти как можно больше своих людей.

В этом был смысл, но от мысли о потере Шаналоны… Дамиен склонился и прижал пальцы к деревянному столу. Шаналону не разгромили при первой войне с империей, но многие здания и библиотеки были сожжены, много истории было потеряно. Их ждало повторение прошлого? Он принял бы то же решение на месте лорда Ренлара? Смог бы отдать Нор Эсен?

Гул представителей дома Вивек стал громче.

— Мы знаем, что делают другие дома?

— Да. Дом Люцерас сейчас захватывает Вороний замок.

Другие притихли от его слов. Адмирал Герольт кивнул.

— Хорошо. Если удержим север и горы, сможем управлять продвижением империи. Мы знаем, что у них за ситуация?

Леди Брирен отозвалась:

— Пока нет. Надеюсь, мы получим весть от лорда Лео или леди Селены.

Адмирал Герольт посмотрел на карту.

— Если лорд Ренлар отступит, лучше отправить его на запад к горам Магир. Армия империи тянется от Шаналона к реке Гир. Вряд ли империя подумает, что лорд Ренлар может уйти на запад, ведь они верят, что Вороний замок — их. Если он и его люди смогут сбежать за ночь и пересечь долины, мы можем послать леди Брирен и ее виверн как передовой отряд, а лорд Лео и его армия встретят лорда Ренлара.

Леди Брирен указала на карту между Шаналоной и горами.

— Это если лорд Лео захватил Вороний замок.

— Захватит или уже захватил, — сказал Дамиен. — С ним моя жена, она знает каждый дюйм того замка и шахт рядом с ним. Армия Рейвенвуд не так сильна, по сравнению с домом Люцерас. Я уверен, что Вороний замок у нас.

— Что ж, тогда, — ответила леди Брирен, — дом Мерек защитит лорда Ренлара и его людей. Вряд ли империя успеет передвинуть катапульты, которые они использовали против моих всадников, и последовать за нами на юг.

Один из капитанов дома Вивек вмешался:

— Пока лорд Ренлар движется на запад, мы можем взять отряды из нашего дома и дома Марис и пойти вдоль берега Гир к горам Магир и встретиться с домом Люцерас и лордом Ренларом на северных холмах.

Дамиен медленно кивнул, глядя на карту.

— Хорошая идея. Я опущу реку на время, чтобы мы перешли и объединились с домом Вивек. А потом империи придется выбирать: встретиться с нашими силами или идти на юг к лесам дома Рафель.

— Дом Рафель поддерживает империю? — спросил осторожно капитан из Вивека.

— Пока что они нейтральны, — Дамиен прищурился, глядя на карту.

— А если империя нападет? Лорд Харук перейдет на их сторону, чтобы спасти свой народ?

— Не знаю, — ответил Дамиен, подняв голову. Но капитан лишь озвучил опасения.

— Тогда нужно готовиться, — сказал адмирал Герольт. — И с нашими силами, объединенными с домом Люцерас на востоке гор Магир, мы будем готовы.

20

Три дня Дамиен шагал со своими людьми и домом Вивек по земле вдоль реки Гир, направляясь к горам Магир, пока леди Брирен вела своих всадников помогать лорду Ренлару. Стена воды не только прикрывала от врага, но и смыла бы солдат империи, подобравшихся близко.

Они добрались до границы его земель и дома Рейвенвуд, Дамиен встал перед рекой. Было тепло, близился вечер. Отряды собрались за ним, он приготовился опустить барьер, чтобы они могли пройти. На миг он задумался, догадывался ли его отец, что будет война. Или что дар дома Марис будет спасать так много людей этих земель.

Дамиен выдохнул, занял позицию, поднял ладони и потянулся даром. Через миг вес реки оказался на его руках и плечах. Он хмыкнул и медленно опустил воду. Мужчины за ним охали и восклицали.

Его руки и тело задрожали от усталости. Пот стекал по лицу. Где-то внутри барьер на его силе усложнял действия с рекой. Страх забрался в его разум. Он дойдет до того, что не сможет вообще использовать силу?

Как только река опустилась, Дамиен упал на колено, зрение расплывалось и становилось четким. Ладонь сжала его плечо, но Тэгис молчал, просто поддерживал.

Дамиен остался на месте, смотрел, как солдаты вокруг него стали переходить реку. На него бросали взгляды, но он игнорировал их. Он опустил голову и дышал. Когда все перейдут, он поднимет воду, и он хотел убедиться, что ему хватит сил.

Солнце медленно опускалось, ветер подул среди деревьев. Дамиен встал и смотрел, как адмирал Герольт и его люди направляют людей дома Марис и дома Вивек через реку. Через час перешли последние солдаты.

Дамиен сжал тунику. Грудь болела, но он не знал, от силы или чего-то еще.

«Еще раз, — подумал он. — Нужно поднять ее всего раз. Я смогу».

— Готов? — спросил Тэгис.

— Да, — ответил Дамиен.

Они вдвоем прошли в реку. Ледяная вода вызвала оханье, но Дамиен сдержал его за зубами. Они брели вперед, пока вода не стала доставать до пояса. На другой стороне армия уже разводила костры и готовилась к вечеру.

Дамиен поворачивал тело, боролся с сильным потоком, следил, куда ступал. Поток стал слабее, он добрался до другой стороны и вылез из реки. Мокрая одежда липла к ногам и телу.

— Нужно больше времени? — Тэгис встал рядом с ним.

— Нет, я могу сделать это сейчас.

«Наверное», — страх впивался в уже ноющую грудь.

— Но это может подавить меня.

— Я буду готов.

В этот раз было еще сложнее, Дамиен стал поднимать реку. Да, на пути его силы было препятствие. Лишь струйка силы пробиралась сквозь дамбу. Паника стала сковывать его тело, ускоряя биение сердца. Хватит ли ему сил остановить реку на месте?

Холодный пот и мокрая одежда заставляли тело сильно дрожать, пока он поднимал реку. Тьма уже мешала видеть.

«Нужно… закончить».

Дамиен думал, что потеряет сознание, но повернул запястья. Вот.

И он полетел во тьму.

Казалось, прошла вечность, Дамиен медленно открыл глаза и сел. Он прижал ладонь к голове, заметил Тэгиса у костра, ночное небо над головой. Воздух был тихим и теплым, голоса негромко гудели, порой было слышно насекомых. Сотни костров догорали, люди спали вокруг них.

— Это снова случилось, да?

— Да, — тихо сказал Тэгис. — Но ты, к счастью, был без сознания не долго.

Дамиен выдохнул.

— Как отреагировали солдаты?

— Почти никто не заметил, когда ты обмяк, но те, кто увидел, встревожились. Я объяснил им, каких усилий от тебя требует то, что ты сделал.

— Ясно, — это было не полностью правдой. Ему хватало сил, чтобы справиться с его даром. Это… было что-то другое.

Дамиен поднял взгляд, отгоняя эти мысли.

— Что дальше?

— Завтра в путь. Придется много идти до гор Магир. Когда мы прибудем, лорд Ренлар должен быть там вместе с леди Брирен и вивернами.

— Если у них все получится.

Тэгис издал смешок, и Дамиен поднял голову.

— Ты знаешь дом Мерек. Пока империя не нашла способ подавить безрассудную смелость леди Брирен, так что Мерек справятся.

Дамиен рассмеялся.

— Точно. Но я уверен, что командир Орион что-то задумал. Оружие, помимо катапульт.

— Возможно. Но он может не знать, что всадники на вивернах прибудут на помощь лорду Ренлару, — отметил Тэгис.

Они посерьезнели, а кто-то неподалеку захрапел. Дамиен лег. Лучше было поспать до утра перед долгим путем к горам.

Он пытался устроиться удобнее на твердой земле, а мысли вернулись к жене. Где была Селена? И скучала ли она по нему так, как он по ней?

Горы стало видно на четвертый день, высокие и гордые вдали, с белыми шапками снега и зелеными склонами. Дамиен смотрел на них. Где-то в горах был Вороний замок и, он надеялся, что и Селена. Мысль о том, что он снова увидит ее, вызвала боль тоски в нем. Он не думал, что сможет так сильно скучать по кому-то. Она словно была теперь его частью, и он жил с половиной сердца.

Они расстались недели назад, и Дамиен невольно вспоминал тяжелые слова между ними. Он вспомнил ее обвинение, что он женился на ней, чтобы спасти себя. Это не было правдой, все было наоборот. Если она верила в это, то он покажет ей, что это не так, пока не смоет все ее сомнения, оставив только любовь.

Они приблизились к склонам, вдали было видно дым. От лорда Ренлара и леди Брирен или империи Доминия?

По отрядам прошел приказ готовиться, пока они приближались. Империи видно не было, как и других людей. Звуков тоже, кроме шума от их солдат, и ветра, дующего на высокую траву.

Солнце спускалось к горам, и вдали стало видно большой лагерь. Он был слишком беспорядочным для империи, и не было видно знамен оранжево-зеленого цвета. Через миг появились виверны, кружили над лагерем, а потом опустились в стороне.

Через полчаса они добрались до лагеря. Леди Брирен первой встретила их, ее кожаная юбка хлестала по сапогам, пока она приближалась. Лорд Ренлар был следом.

— Мы победили, — широко улыбнулась она. — Империя отступила, как побитая собака, поджав хвост.

Лорд Ренлар выглядел серьезнее и утомленно.

— Да, но многие ранены. И мы потеряли несколько хороших солдат.

— У вас много целителей? — спросил Дамиен.

— Почти никого. Они делают, что могут, для моих людей.

— Со мной целитель Силдэрн из дома Рафель и еще несколько целителей.

— Дом Рафель? — сказал лорд Ренлар, удивленно вскинув брови. — Лорд Харук теперь с нами?

— К сожалению, нет. Целитель Силдэрн служил в моем доме последние пару лет.

— О, — он помрачнел, и Дамиен знал, что он чувствовал. Целители были, но не с таким даром, как у дома Рафель. Так что будут потеряны жизни. — Мы хотя бы в безопасности пока что, благодаря леди Брирен и ее всадникам.

Дамиен повернулся и дал указания целителю Силдэрну и другим целителям помочь раненым, а еще попросил отнести в лагерь еду и припасы.

— Вам пришлось покинуть Шаналону быстрее, чем вы думали, — отметил Дамиен.

— Да, — сказал лорд Ренлар. — Мы не ожидали, что империя так быстро станет пробивать стены. Их катапульты сильнее наших, и многие камни пылали, похоже, от силы дома Фриер или чего-то похожего. Я думал, мы были готовы, но… — он покачал головой, и Дамиен видел отчаяние на лице юного лорда. — Они не та империя, что приходила четыреста лет назад. Будет сложно победить.

Лорд Ренлар хотя бы не говорил, что они были обречены проиграть. Дамиен заметил, что несколько человек их слушало.

Леди Брирен хлопнула лорда Ренлара по спине, и тот споткнулся.

— Не бойтесь. Если мы будем вместе, то империя с нами не сравнится, — ее смелость была такой, что Дамиен ощущал ее своим утомленным телом. Он увидел, как глаза лорда Ренлара стали ярче, и уголки его губ чуть приподнялись.

Но только пять из семи домов работали вместе против империи. Дамиен был уверен, что понадобятся все семь домов, чтобы отогнать их, как века назад. Может, дом Рафель и поддержит их, но дом Фриер?

Дамиен не видел такой возможности.

21

Командир Орион пристально смотрел на леди Рагну.

— Ваша дочь не справилась.

Леди Рагна ощетинилась.

— О чем вы? — ее голос стал ледяным.

Остальные в палатке притихли, все смотрели на командира и леди Рагну.

— Мои люди только что вернулись с севера, где преследовали беженцев. Был поднят барьер на реке, и вода унесла не меньше сотни человек.

— Река… была поднята? — Амара провалила миссию? Рагна моргнула, только это показывало шок, который она ощущала. Амара была не так одарена, но упрямство довело бы ее дочь до конца. Где была Амара? В плену? Мертва?

— Стена воды на месте, значит, многие из дома Вивека еще живы. И они еще могут сражаться. И лорд Дамиен еще жив, одна из самых больших угроз империи, и не только из-за его дара, но и из-за лидерства. Если бы не быстрые действия лорда Ивульфа, разбившего своей силой землю, еще больше людей пересекло бы реку Гир.

Лорд Ивульф поклонился командиру Ориону, и это еще сильнее разозлило Рагну. Она сжала губы и молчала.

Командир Орион продолжил, игнорируя ее молчание:

— Я послал два отряда за лордом Ренларом и его людьми, но еще не слышал вести от них. Однако прибыл гонец, сообщивший, что видел виверн вдали. Видимо, лорд Ренлар тоже сбежал.

Присутствующие заворчали, Рагна заметила ухмылку Рауля, словно ее неудача его радовала.

— Так что теперь нам нужно обсудить следующие шаги, — командир Орион оглядел стол, взгляд задержался на леди Рагне и лорде Ивульфе. Она видела недовольство на его лице, но не собиралась извиняться. Ошибки были. Она будет стараться лучше.

— Север уже закрыт для нас. Похоже, многие великие дома работают сообща.

Один из генералов заворчал в конце стола:

— Это не было бы проблемой, если бы лорда Дамиена убрали.

— Верно, — сказал командир Орион, посмотрев на леди Рагну. — Но мысли о прошлом не помогут двигаться вперед. Стена воды поднята, и ее не убрать, да?

— Да, — лорд Ивульф заговорил впервые. — Пока лорд Дамиен не умрет. Тогда падут все его барьеры.

— И он, скорее всего, за стеной?

— Наверное.

— Тогда нужны другие варианты.

— Мы знаем, куда отступил лорд Ренлар? — спросила Рагна.

— Еще нет. Разведка ищет. Но он, скорее всего, с вивернами. Значит, дом Мерек, дом Вивек и дом Марис работают вместе.

— Что насчет наших посланий дому Рафель? — спросил один из генералов. — Они решили объединиться с нами?

Командир Орион помрачнел, и его шрам стало видно сильнее.

— Лорд Харук настаивает на нейтралитете.

Мужчины вокруг стола стали улыбаться и переглядываться.

— Лорд Харук явно не понимает, что империя не признает нейтралитет, — сказал один из них.

Губы командира Ориона изогнулись.

— Нет. Или за нас, или против нас… Я прав, леди Рагна и лорд Ивульф?

Рагна прищурилась. Командир Орион угрожал им?

— Мы с вами, — сказал лорд Ивульф. Рауль смотрел на отца мрачным взглядом. Леди Рагна сама ощущала отголосок этой эмоции.

— Леди Рагна?

Она повернулась к командиру Ориону.

— Дом Рейвенвуд тоже с империей.

— А что вы скажете, если мы пойдем против дома Рафель?

— В каком плане? — спросила леди Рагна.

Командир Орион посмотрел на своих людей, потом на нее.

— Империю не интересуют люди, только ресурсы. Падение дома, города или народа нас не заботит. Если дом Рафель не хочет присоединяться к нам, то мы сотрем их. Мы не можем допустить, чтобы дом Рафель поддержал другие дома. Чем больше домов объединиться, тем сильнее они станут. Разве не так вы говорили, леди Рагна?

Она кивнула.

— Это так. Целители дома Рафель несравнимы ни с кем. Если дом Рафель будет с остальными, нашим войскам станет сложнее. Лучше убирать дома по отдельности, как мы попытались сделать с домом Вивек, а не воевать с объединенной силой домов.

— Какой план, командир? — сказал лорд Ивульф с другой стороны стола. — До города Сурао сотни миль леса.

— Да. Сотни деревьев, которые можно поджечь.

— Поджечь? — разум леди Рагны кипел. — Вы предлагаете поджечь лес дома Рафель? Разве вам не нужны ресурсы?

— Нужны. Но зачем посылать армию, чтобы убрать народ, когда это может сделать природа? Не только убрать дом Рафель, но и расчистить путь, чтобы мы напали на дом Мерек и Буркхард с юга, а на дом Люцерас и Люкс Каста с севера.

У его плана был смысл. Жуткий, но практичный смысл. На юге гора Магир было сухо, хотя хорошо выпадал снег. Пара костров, и лес загорится, быстро сделает то, на что армии империи требовались бы время и ресурсы.

Уберет дом Рафель.

Мысль о разрушении жизни и земли вызывала у леди Рагны тошноту. Даже в диких мечтах она не думала, что империя способна на такие кошмары. Но она скрывала чувства.

— Это может сработать, — медленно сказала она. — Но огонь можно потушить водой, так? Придется следить, чтобы не вмешался лорд Дамиен. Если он как-то доберется до юга, то потушит огонь своим даром воды.

— Тогда мы отправим несколько отрядов патрулировать реки в лесу, — командир Орион повернулся к лорду Ивульфу. — У дом Фриер есть крепость у реки Дрихст, да?

— Верно.

— Тогда мы отправим ваших людей оттуда.

Лорд Ивульф опешил.

— Моих людей?

Командир Орион приподнял бровь.

— Это проблема?

Леди Рагна увидела искру в глазах Ивульфа, но она быстро пропала.

— Нет, мы рады помочь.

Рауль скривил губы. Было ясно, что он не одобрял готовность отца слушаться командира Ориона. Даже она заметила, что первыми в бой отправляли солдат Фриера.

— Мы начнем пожар в северо-западном углу леса, оттуда он распространится, — продолжил командир Орион. — Это не только не допустит помощи от дома Вивек и лорда Ренлара, если они укрылись рядом с горами Магир, но и там мало рек, судя по карте лорда Ивульфа. Мы отправим людей дома Фриер на юг вместе с несколькими моими отрядами, и они будут сообщать о прогрессе. Сурао и лес будут гореть, и мы пойдем на юг за припасами, а потом к западной части континента. Если лорд Марис прибудет потушить огонь, мы будем готовы.

Леди Рагна кивнула, хотя ее снова потрясло, что командир Орион использовал людей лорда Ивульфа как пешек, которыми можно было жертвовать.

— Я отправлю ворона в Вороний замок, чтобы капитан Стэнтон отправил мою армию на восток гор, чтобы поймать лорда Ренлара.

Командир Орион скрестил руки.

— Да, это было бы хорошо. Это загладит вашу вину за провал дочери. И это уберет еще один дом.

Спина леди Рагны напряглась от его слов, но она скрыла эмоции.

Полчаса переговоров спустя всех отпустили из палатки. Леди Рагна вышла на жару. Она ждала Ивульфа, но он лишь кивнул ей, выйдя с сыном, они возмущенно шептались. Другие генералы медленно покидали палатку. Солнце садилось, и появился прохладный ветер, дул на ее разгоряченное лицо.

Она не слышала ничего от капитана Стэнтона насчет перемещения Офелианы в Айронмонд. Как только ее дочь будет подальше от Вороньего замка, она сообщит новость лорду Ивульфу.

— Леди Рагна, я бы хотел поговорить с вами наедине.

Командир Орион стоял на входе, повернулся и вошел, не дожидаясь ее согласия. Проклятье, он собирался снова отчитывать ее за поражение Амары?

Внутри он разглядывал ее, приподняв бровь.

— Вы смогли расширить хождение по снам? — спросил он.

Хождение по снам? Ее сердце стало биться медленнее, она улыбнулась. Она еще не была готова ответить, но время было подходящим.

— У меня был прорыв с даром.

Он кивнул.

— Вовремя.

Она проигнорировала подколку. Его тон изменится, когда она поделится тем, чего смогла достичь.

— Как вы знаете, моя семья может войти в сон человека прикосновением и управлять самым большим страхом, пока сердце не откажет. Я работала с Темной леди, и с ее силой я могу теперь входить в сон, не касаясь человека.

— Одного человека?

Она нахмурилась.

— Пока что, да. Но это первый раз, когда моя семья смогла такое.

— Ваша другая дочь так не может?

Леди Рагна не могла ответить сразу. Селена могла? Точно нет. Так еще не делали. И она сама могла так только с помощью Темной леди. Но сила Селены стала такой, что сделала ее главой дома Рейвенвуд…

— Леди Рагна? Она может так сделать?

Она подняла взгляд.

— Нет, — но теперь она сомневалась.

— И вы можете делать так только с помощью Темной леди? С одним человеком?

— Да, — она стиснула зубы. Из-за него она звучала слабо.

Он задумчиво молчал.

— Это могло бы помочь, если бы вы могли войти в разум лорда Дамиена. Вы так можете?

— Не отсюда. Даже без прикосновения я еще не поняла, как преодолеть расстояние, — она на самом деле могла теперь входить в сон без прикосновения, но при этом она была по другую сторону стены палатки. И даже так потребовалось много сил.

— Если вы можете войти в сон, не касаясь человека, что насчет множества людей? Возможно войти не в один сон сразу?

Голова леди Рагны кружилась. Она не пыталась еще входить больше, чем в один сон, одновременно.

— Это… наверное, возможно, — медленно ответила она. — Но я не вижу смысла.

Командир Орион провел пальцем по шраму.

— Если вы можете войти в сон человека и убить его, то почему не убить армию во сне?

Леди Рагна в ужасе смотрела на него. Убить целую армию?

— Или вместо убийства людей вы можете поймать их во сне?

— Поймать?

— Да, чтобы они не могли проснуться.

Ее глаза расширились.

— Как мертвый сон, — пробормотала она, мысли кипели. Она подумала о Ренате, чей разум разбила Селена. Леди Рагна могла так сделать со всей армией?

— Убийство спящих было бы лучше, — сказал командир Орион, потирая шрам. — Но если вы хотя бы поймаете солдат альянса, это поможет нашей кампании, — он опустил руку. — Узнайте, что можно сделать. Я устрою, чтобы вас тайно отвели ближе к лагерю врага. Может, я отправлю вас на запад, где может быть лорд Ренлар. Я хочу знать, можете ли вы это сделать.

Он резко повернулся и пошел к двери.

— Я жду результаты, леди Рагна, — сказал твердо командир Орион. — Никаких больше поражений. Понятно?

От его тона она напряглась.

— Да, командир, — она хотела оскалиться. Она прекрасно понимала. Она понимала, что командир Орион забывал, что ее связи и дар за последние пять лет проложили для него путь в эти земли. Его разум хоть и был сильным, но все еще мог поддаться ее силе.

Но ее гнев быстро угас, и опасения проникли в ее разум как пальцы из тени, задевали глубины ее души. Она продавала другие дома по одному, шла вместе с командиром Орионом и империей.

Если она не будет осторожна, окажется, что бежать некуда.

22

Селена прошла по коридору к лазарету. Теперь Офелиана была в безопасности, коалиция и армия альянса захватила Вороний замок и окрестности, и пора было исполнить второе обещание: узнать, была ли еще жива Рената.

Ее желудок сжимался с каждым шагом, и страх впивался в нее, пытался развернуть ее. Коридор был холодным и тускло освещенным, и стоны раненых солдат били ее по ушам, добавляли бремя на сердце. Она миновала комнаты с ранеными солдатами Люцерас и Рейвенвуд. Слабый запах крови и гнили ощущался в воздухе.

Селена игнорировала запахи и шагала. Когда она видела Ренату в последний раз, девушка смотрела в потолок, не видя его, лицо было бледным, а тело лежало под шерстяным одеялом. Как живой труп.

Горечь подступила к горлу. Она прижала ладонь к животу.

«Я смогу. Мне нужно это сделать. Я помогу Ренате, чем смогу. Я должна. Если она еще жива…».

Селена добралась до двери лазарета и вошла. Кровати и матрацы были везде, где было место, и лишь узкие бреши между ними позволяли целителям пройти к пациентам.

Она заметила главного целителя в конце комнаты, она была в простом светлом одеянии, седые волосы были убраны платком того же цвета. Она стояла у длинного стола и толкла что-то в каменной ступе.

Селена пошла к целителю, и мужчина на матраце поднял голову в ее сторону.

— Прошу, — прохрипел он.

Селена замерла. Она узнала в нем члена коалиции, юношу, у которого лишь начала расти борода. Его рука была перевязана, щеки пылали. Она не смогла удержаться, опустилась на колени рядом.

— Да? — Селена сжала его пальцы своими.

— Так… устал.

— Тогда спи. Я помогу.

Он закрыл глаза. Селена закрыла свои. За секунды она погрузилась в его пейзаж сна. Там было темно и холодно, словно зимним утром под пасмурным небом. Она не стала сразу принимать облик ворона, а пошла по покрытой снегом земле. С каждым шагом Селена представляла траву, как холмы Серина, теплое солнце сверху. Тучи разошлись, и свет пролился на пейзаж сна. Трава пробивалась сквозь снег, и землю покрыли ростки. Селена тихо напевала, пока шла, меняя пейзаж сна, пока не ощутила спокойствие в теле солдата.

— Вот так, друг мой, — прошептала она, изменила облик и взлетела.

Она вырвалась из пейзажа сна и оказалась в лазарете. Рука мужчины выпала из ее ладони, его грудь вздымалась и опадала от ровного дыхания.

Селена потрясенно смотрела на него. Она перевела взгляд со своей руки на его. Она сделала это. Успокоила его. Своим даром. Этим даром год назад она вызывала кошмары. Она огляделась. Она могла сделать так со всеми ними?

Селена встала и прошла к главному целителю.

Та подняла голову. Уголки ее губ опустились, усиливая морщины на старом лице.

— Миледи, я вас не ждала.

Селена задалась вопросом, о чем думала старушка, но не стала отвлекаться.

— Я пришла кое-кого проверить.

— Солдата?

— Нет, — ее сердце забилось сильнее в груди. А если ее мать приказала убить Ренату. — Ее звали… зовут Рената.

Старушка кашлянула и ответила:

— Рената? Вы о служанке с покалеченным разумом? Я заботилась о ней почти год.

Селена обрадовалась, что Рената жива, но эмоции притупило обвинение в глазах целительницы. Она знала? Нет, не могла. Мама не раскрыла бы, что произошло.

— Я могу ее увидеть?

Целительница скрестила руки.

— Зачем?

— Потому что она была моей служанкой. И… другом, — правда последнего слова ударила ее как стрела в грудь. Да. Рената была ее подругой. И перед тем, как получить свой дар, Селена пообещала себе, что раскроет скромную девушку. Но она навредила ей, и теперь нужно было узнать, мог ли ее дар восстановить разум Ренаты.

Целительница чуть смягчилась.

— Следуйте за мной.

Селена пошла за ней вокруг кроватей и матрацев, останавливаясь, когда женщина поправляла подушки или говорила с солдатами. Они добрались до двери, целительница повернула направо и пошла в конец крыла. У предпоследней двери она остановилась и повернулась.

— Рената была такой месяцами. Я делала с ней все, что могла, но ничего не помогает. Она не просыпается. И я должна вас предупредить, она выглядит не так, как вы видели ее в последний раз.

— В смысле?

— Вы сами увидите.

Целительница открыла дверь. Комната была маленькой и холодной, с одним квадратным окном на другой стороне. Кровать была справа, на ней лежала одинокая фигура под горой одеял.

— Ваша мать намекала, что я не должна сохранять жизнь девочки, но мой долг — спасать жизнь, а не забирать ее, — она кивнула Селене и пошла тихо по коридору.

— Спасибо, — сдавленно прошептала она. Руки Селены дрожали, когда она вошла в комнату. Она знала, что будет сложно смотреть на свою самую большую ошибку, но не понимала, насколько, до этого момента.

Рената лежала на кровати, ее скулы выпирали, лицо было бледным. Ее волосы напоминали сухие колосья пшеницы, обожженные солнцем.

Селена встала у кровати, ноги застыли. Она могла лишь смотреть на свою бывшую служанку. Кошмар вспомнился ярко, как в ту ночь: жуткие воспоминания Ренаты, реакция Селены и разбивающийся пейзаж сна вокруг нее.

— Рената, — прошептала она и шагнула в кровати, запнувшись. Она упала на колени у края, сжала одеяла. — Я… я… — она уткнулась головой в одеяла и зарыдала.

«Мне так жаль!».

Все ее тело содрогалось, сердце обливалось кровью за девочку с разбитым разумом.

«Свет, что мне делать? Что я могу?».

Она подняла голову и протянула пальцы к лицу Ренаты. Она нежно коснулась щеки девушки и закрыла ее глаза. Она ничего так не боялась, как входить снова в пейзаж сна Ренаты. Ее сердце билось так сильно, что было больно.

«Но я должна. Должна исправить то, что сделала. Если смогу».

С этой мыслью Селена вошла в разум Ренаты.

23

Тьма. Вокруг Селены были тьма и холод. Она прижала руки к груди, шагнула вперед. Так Рената жила все это время? В этой тени?

Она сделала еще несколько шагов, все тело охватил холод. И тишина…

Это место было пустым.

Часть ее хотела стать вороном и полететь к границе пейзажа сна сверху. Паника впилась в ее горло, и она подняла руки, готовая сделать это.

«Нет, — она смотрела на тонкую серую линию границы, едва заметную во тьме. — Я пришла сюда не просто так».

Она опустила руки и снова пошла вперед. Пейзаж сна давил на нее, словно душил дымом, притупляя разум и наполняя ее безнадежностью.

Конечно, Рената так выглядела в физическом мире. Тут были только тьма и горечь.

А потом она услышала. Металл гремел о металл.

Селена пошла сквозь тени и мрак на звук. Через минуту она заметила темную сферу, кружащуюся вдали, цепи сковывали сферу. И цепи двигались вокруг сферы.

Она знала ту сферу. Душу Ренаты.

Селена подошла, опасаясь, с болью в сердце. Год назад, учась убивать во сне, Селена уже заперла бы свои эмоции. Но как сновидица она так не делала. Она не могла закрываться, если хотела помочь Ренате.

Она оказалась в футе от души, замерла и сжала кулаки. Тонкие цепи двигались кругами, сковывая сферу. Она смотрела на сферу, сущность Ренаты.

«Свет, прошу, покажи, что делать, — слова звучали из ее глубины, поднимались вверх и пропадали в пейзаже сна. Она закрыла глаза. — Пожалуйста».

Ветер пролетел по пейзажу сна, и с его лаской пришли слова: «Покажи ей, что я показал тебе».

Селена открыла глаза. Она подняла руку, смотрела на свою ладонь, едва заметную в тусклых тенях. Показать… что она видела? Кошмары… смерть… и боль…

И Свет.

Ее дыхание дрогнуло. Да. Свет. Как она показала Амаре.

Селена опустилась на колени.

— Рената, — прошептала она сфере. — Я не знаю, могу ли починить твой разум и освободить тебя отсюда, — она сглотнула. — Но одно я точно сделать могу.

Она протянула руку, растопырив пальцы, опустила ладонь на сферу. Та стала кружиться медленнее, остановилась, и все затихло. А потом появился огонек под ее ладонью.

— Рената, позволь показать, что я узнала за прошедший год.

Селена закрыла глаза и открыла сердце. Не было слов, только картинки и чувства. Тьма, которую она ощущала, когда узнала, что ее семья делала с их даром. Отчаяние из-за мрачного будущего. А потом она впервые увидела Свет.

— Тогда, — прошептала она, прижимая ладонь, — я поняла, что есть надежда.

Сфера пульсировала под ней, потом изменилась. Селена открыла глаза. Сфера менялась, пока под ее рукой не оказалась Рената, тощая и болезненная, с темными кругами под глазами и посиневшими губами. Она медленно посмотрела на Селену.

— Рената, — горло Селены сжалось. Она не успела подумать, согнулась и крепко обняла хрупкую девушку. Рената была холодной, дрожала в ее объятиях. — Прости, Рената!

— Вы… пришли, — голос Ренаты дрожал, но не от страха, а от облегчения.

Губы Селены дрожали. Рената ждала ее? Кого-то еще? От этого сердце болело еще сильнее, служанка все это время ждала в этом темном месте.

— Да, я пришла, — сказала она, глаза были полны слез. — Но я не знаю, могу ли тебя спасти.

Рената медленно закрыла глаза.

— Х-хватит того, что вы пришли.

Знакомое заикание вызвало горе в Селене. Она склонила голову и рыдала, сжимая Ренату в руках.

— П-покажите мне больше, — прошептала Рената.

— Больше?

— Б-больше Света. Он т-теплый.

Селена сглотнула и кивнула. Она обхватила ладонями худое лицо Ренаты, открыла свое сердце, разум и воспоминания девушке. Все, что она чувствовала, что испытала за последний год: ее страхи, борьба, тихий выбор следовать за Светом до конца жизни.

Словно в ответ свет стал проникать в пейзаж сна Ренаты, как первые лучи рассвета: тусклые и теплые, но отгоняющие тени и пустоту.

— Я в-всегда гадала, есть ли Свет.

Селена подняла голову.

— Ты знала о Свете?

— Д-да, — прошептала Рената. — Мои б-бабушка и д-дедушка следовали С-свету.

Дыхание Ренаты стало медленнее, она расслабилась в объятиях Селены.

— С-спасибо, м-миледи.

Свет пришел в пейзаж сна как восход солнца, лучи желтого, розового и оранжевого цвета залили окрестности. Голова Ренаты прижалась к груди Селены. Она не сразу поняла, что Рената уже не дышала.

— Рената? — прошептала Селена. — Рената? — ее дыхание застряло в горле, она смотрела на ее спокойное лицо.

Рената умерла.

Селена крепче сжала Ренату, стала раскачиваться, пока катились слезы. Все было как со смертью Амары. На миг она засомневалась, стоило ли открывать ее сердце, если теперь она испытывала боль. Казалось, ее сердце вырвали из груди и сжали. Она едва могла дышать от боли.

— Рената, Рената, — шептала она снова и снова.

Пейзаж сна и дальше наполнялся теплым светом, а воздух становился холоднее. А потом Рената растаяла.

Селена склонилась и закрыла лицо руками. Это была роль сновидицы? Она сжала кулак у груди.

— Свет, — выдохнула она. — Это больно.

Через миг Селена поднялась на ноги. Она закрыла глаза, ощутила пейзаж сна. Рената умерла, но тут было другое присутствие. Теплое и яркое.

«Боль ушла. Теперь она упокоена».

Селена смотрела туда, где минуты назад была душа Ренаты. Черная сфера в цепях исчезла. Она была свободна. И упокоена.

Селена поражалась чуду.

— И я помогла этому произойти. Но… — боль пылала в горле. Пейзаж сна таял вокруг нее. Пора было уходить. Она раскинула руки и стала вороном. Она полетела к тонкой границы пейзажа сна и реальности. Она миновала барьер, и пейзаж сна Ренаты растаял полностью.

Рената лежала на кровати, где ее обнаружила Селена. Она мягко улыбалась, глаза смотрели на что-то вдали, хотя искра жизни пропала. Селена нежно закрыла глаза девушки, ее тело было тяжелым. Что Рената видела в конце? Свет?

Она сглотнула, ладонь задрожала. Если бы она могла восстановить разум Ренаты…

— Нет, — прошептала Селена. — Это не мой дар. Я не чиню разумы. Я смотрю сны.

Селена встала с пола и вышла. Ей нужно было сообщить главной целительнице, что Рената умерла, и организовать сожжение тела.

Она вышла тяжелыми шагами из комнатки. Рената будет не одна. Двое уже умерли, оба — солдаты Рейвенвуд. И еще больше были при смерти. Скоро разведут костры. Она одна представляла дом Рейвенвуд, и она будет наблюдать за сожжением, поможет рассеять пепел, как требовал обычай горного народа. Она проследит, чтобы и прах Амары присоединился к остальным, и вместе они полетят над горами Магир.

Это был путь сновидицы, и это была ее ответственность как главы дома Рейвенвуд. Это было сложно, но она шла по этому пути.

24

Лорд Лео и его армия захватили крепости вокруг гор Магир, и все больше солдат приносили в Вороний замок на лечение или для подготовки тел к отправлению в Люкс Каста. Селена, когда не спала, следила за погребальными кострами своих людей и помогала горюющим.

Ночью она уходила в самую высокую башню, опускалась на колени под ночным небом и входила в пейзаж сна, успокаивала разумы, отгоняла кошмары, приносила свет и надежду в души в замке и поселениях в горах. Но каждый день приносил смерти солдат. Она ненавидела те сны больше всего, ведь люди пропадали из пейзажа сна.

Наконец, первый прах выпустили над горами с балкона на северной стороне Вороньего замка. Селена произнесла молитву над останками, смотрела, как семьи отпускают любимых. Когда пришло время Амары, Каяфас присоединился к ней, и они вместе выпустили прах лететь с ветром. Селена уже пролила слезы, так что просто стояла с тяжелым сердцем, пока ее отец вытирал глаза.

Все. Амара ушла. Но однажды она увидит сестру.

* * *

Солнце медленно поднималось над горами пару дней спустя, его лучи распространяли свет среди деревьев и гор. Селена сжала каменные перила самой высокой башни и поднялась, утомленная. Прошлая ночь была другой. Тень появилась во время ее хождения по снам, едва заметная, но она знала это ощущение.

Темная леди.

Темная леди не нападала, но просто следила, оставаясь в тенях мира сна.

Селена закрыла глаза и склонила голову. Она знала, что Темная леди еще вернется. Сотни лет она управляла ее семьей. Но теперь Селена была угрозой силе Темной леди. И рано или поздно Темная леди нападет на нее.

Она не видела темного священника со своего прибытия. Ее отец тоже его не видел с тех пор, как леди Рагна уехала. Может, и он ушел. Но она не была уверена…

— Селена?

Она оглянулась, ее отец поднялся по лестнице в башню.

— Карл сказал, что ты тут.

Она повернулась к горам, ветер трепал ее плащ и шуршал деревьями, звук напоминал волны моря.

Он остановился рядом с ней, они тихо стояли на вершине Вороньего замка.

— Спасибо за то, что ты делаешь, — сказал он, нарушая тишину. — Я знал, что дар хождения по снам способен на многое, но не думал, что он успокаивает. Многие наши солдаты живы, потому что ты придаешь им надежду ночью.

— Это меньшее, что я могу сделать, — она подумала о тени в пейзаже сна и сжала пальцы на камне перил. Она должна оставаться сильной. На страже. Готовой к Темной леди, или те, кто под ее опекой, пострадают.

— Лорд Лео должен вернуться ночью. Как только мы услышим, что он и его армия справились, мы отправим письмо остальным.

Она повернулась к отцу.

— А потом у нас будут все горы Магир, — она сделала паузу. — Разве это не слишком просто?

— Слишком просто?

— Да. Мы побеждаем. Империя пока еще не пугает угрозой.

Ее отец покачал головой.

— Нам повезло, что мы смогли забрать Вороний замок. Не думаю, что лорд Ренлар или народ Шаналоны считают, что им просто. Последняя птица принесла весть, что они потеряли четверть беженцев у реки Гир, как и многих солдат, посланных помочь. И город Шаналона пал.

Селена выдохнула.

— Ты прав, — она думала только о своих землях. От мысли о потерях дома Вивек горло сжалось.

— Но ты все равно права. Произошло две вещи, на которые вряд ли рассчитывала империя. Первое: новый и способный лидер возглавил дом Вивек. Да, Шаналона пала, но многие люди выжили. Второе: коалиция. С коалицией и войском лорда Лео мы смогли захватить Вороний замок и центр континента. Империя может еще не знать об этом. И они все еще не смогли остановить лорда Дамиена. Его стены из воды — самая большая проблема для них.

Дамиен.

Селена увидела его перед глазами: его темные волосы и пронзительные синие глаза, улыбка, озаряющая все лицо, ощутила его запах и тепло его тела. Она скучала так, что ощущала боль. Она не ходила дальше границ горы во время снов, не искала его. Может, должна была, но стыд сдерживал ее, стоило подумать о таком. Она могла простить его, но не могла простить себя, пока не увидит его в реальном мире и не поговорит лицом к лицу.

Тишина затянулась, ее нарушала лишь трель птицы неподалеку.

— Что сделает дальше командир Орион? — спросила Селена.

— Я сам думал об этом. Он не заинтересован пленными, так что может использовать всю силу на этих землях, невзирая на потери. Это делает его опасным.

Селена повернулась к отцу.

— И что же нам делать?

— Быть готовыми. Посылать отряды, когда потребуется. И связаться с домом Рафель. Командир Орион не даст лорду Харуку оставаться нейтральным, что бы он ни думал, — Каяфас прислонился к перилам. — Упрямец, — тихо добавил он.

— А если лорд Харук продолжит отказываться, и империя пойдет на его земли?

Ее отец опустил голову.

— Я не уверен.

— Мы не поможем ему?

— Все сложнее. Мы не сможем толком ничего сделать, если лорд Харук откажется от нашей помощи.

— Он сделает это?

— Он упрямый, как я и сказал. И что-то его сдерживает. И это может погубить его землю и народ.

— Что делать, если империя пойдет на юг?

— Думаю, мы попытаемся отогнать их нашими силами. Но, возможно, придется отдать империи дом Рафель.

— Что? — Селена повернула голову. — Как можно такое говорить?

— У нас не так много солдат. Если мы не можем остановить империю без массовых потерь, придется отступить и найти другой способ.

В этом был смысл. Но сколько человек умрет из-за решения лорда Харука?

Каяфас отошел от перил.

— Надеюсь, до этого не дойдет. А пока что тебе нужно отдохнуть. Я видел, как сильно ты заботилась об остальных. Позаботься о себе, иначе ты никому не поможешь. Мы можем поговорить позже.

Ее отец был прав. Может, она тратила много сил на помощь тем, кто был в лазарете, следила за происходящим в Вороньем замке и ходила во сны каждую ночь. Темная леди вернулась, и был лишь вопрос времени, когда они столкнутся. И когда это случится, ей потребуются все силы, чтобы отбиться от темной и всех сохранить.

25

Рауль Фриер стоял в тенях ниши, смотрел, как империя Доминия грабила Шаналону, пока солнце опускалось на западе. Огни горели на улицах, озаряя путь солдатам, чтобы они могли грабить дома и магазины, уносить трофеи, есть и пить вдоволь.

Он был в Шаналоне пару раз, пока рос. Торговый путь между домом Фриер и домом Вивек всегда был людным, и оба города процветали. Шаналона была городом красок и жизни, шелка и вина, смеха и споров. Айронмонд же был крепостью почти без красок и жизни, полной древней военной истории, выжившей среди пустошей юга.

При виде горящих знакомых улиц ему было не по себе. Это была вина? Или он просто не так захватил бы Шаналону?

Он покинул свое место у стены и пошел на юг, не убирая с головы капюшон, двигаясь вдоль зданий, чтобы не быть замеченным.

Солдаты на улицах становились шумными, вино и эль текли рекой. Хохот звенел на площадях, пахло жареным мясом. Веселье отвлекало их от его тайной встречи с офицерами дома Фриер. Никто не заметит несколько пропавших человек, когда можно было есть и пить.

Припасов из Шаналоны хватит империи на время, но где потом Доминия возьмет еду на десятки тысяч солдат? Особенно сейчас, когда север был закрыт? Капитаны дома Фриер уже тихо задавали эти вопросы, гадая, не пострадают ли дальше их города и деревни. Отец не слышал недовольства. Он хотел завоевать расположение командира Ориона.

Рауль скользнул за угол и пошел по узкой пустой улице. Ему не было дела до деревень. Деревни существовали, чтобы снабжать дом Фриер. Нет, его заботило то, что империя забирала из его будущего. Если то, что он видел в Шаналоне, случится на его землях, то ничего не останется, когда он станет великим лордом. Земли и ресурсы станут такими же, как пустоши вокруг них.

Последние несколько дней дали ему все, чтобы продвигаться по плану. Во время нападения на Шаналону солдаты Фриера были на передовой, впереди империи, и многие умерли. Оставшиеся не были этому рады. Даже этой ночью солдаты Фриера ворчали, но затихали, когда солдаты Доминии проходили мимо. Но недовольство было там, под поверхностью, как лава. Слова мятежа.

И он был с ними. Не только он сомневался в том, что командир Орион и его люди поделятся властью с теми, кого считали ниже, когда война закончится.

Чем дальше на юг в городе он заходил, тем тише становилось. Он завернул за угол, напрягшись. Он не хотел будущего, где он будет лордом только на словах, без земли, народа и чего-то значимого. Он хотел больше. Он хотел того, что было его по праву. И сомнения и недовольство капитанов и солдат пойдет на пользу в возвращении его земли.

Но они должны быть осторожны. Строить планы на территории врага было как идти на носочках по логову спящих гадюк. Один огрех, и смерть будет быстро и жестокой. Но если что и горело в душе дома Фриер, то это безрассудная смелость, что могла соперничать с домом Мерек.

Он тихо шел между зданий, пока не заметил старую таверну, которую один из капитанов предложил для тайных встреч. Как и предсказывал капитан, вокруг никого не было. В этой части города грабить было нечего. Тут роскоши было мало, тут жил обычный народ.

Рауль улыбнулся. Идеально.

Он огляделся еще раз и подошел к перекошенному зданию, проник внутрь. Там было тускло, свет сиял из комнаты за баром. Он обошел столы, миновал стойку и прошел в заднюю комнату. Лампа свисала с потолка, но бросала больше теней, чем света. Шестеро мужчин сидели вокруг длинного стола, разного возраст, от уважаемых стариков до юноши, что был ненамного старше Рауля.

— Лорд Рауль, — сказали мужчины, встали и поклонились.

— Джентльмены, — ответил Рауль.

Капитан, который выбрал это место, заговорил первым:

— Я проверил периметр дважды и оставил нескольких наших следить на случай, если грабители подберутся. Мы должны смочь говорить свободно.

— Ты доверяешь этим людям? — спросил Рауль у капитана.

— Да. Они верны дому Фриер и хотят покончить с нашим союзом с империей.

— Благодарю…

— Марко из дома Тезоро.

Он знал остальных собравшихся: два были генералами, еще трое — из меньших домов, как Марко. Все шестеро были лидерами по праву, и всемером они могли изменить судьбу дома Фриер.

— Джентльмены, я бы хотел отчеты от каждого насчет новостей, движения отрядов, приказов или слухов, — сказал лорд Рауль, опускаясь на стул во главе стола.

— Несогласие растет с каждым днем. Наши люди злятся, — сказал лорд Каронэ. — Я делаю, что могу, чтобы их слова были тихими.

— Думаю, лорд Ивульф забыл о стычках на границы задолго до того, как империя пересекла стену, — сказал генерал Манелла. — Я давил на лорда Ивульфа, чтобы он отправился на собрание в прошлом году, чтобы озвучить наши проблемы. Но мы сражаемся тут, помогая тем людям, которые нападали на наш народ.

Другие лорды кивнули.

— Лорд Ивульф может говорить, что хочет, о трофеях войны, но нашим ничего не будет. Все уйдет империи, помяните мои слова, — лорд Каронэ погрозил пальцем. — Нам нужно отделиться от них. Чем скорее, тем лучше.

— Согласен, — сказал Рауль, — но нужно сделать это осторожно. Если империя заподозрит мятеж, нас раздавят.

Некоторые согласно кивнули.

Генерал Манелла склонился вперед.

— Мы не справимся сами. Нужно ли нам связаться с другими великими домами?

Они притихли.

— Да, — сказал лорд Каронэ. — Хотя я не знаю, поверит ли нам хоть кто-то. Так что обратиться к союзу должны вы, лорд Рауль, член дома Фриер.

— Мы договорились? — Рауль выглядел задумчиво, пока остальные кивали. Эти мужчины были высокого статуса на землях дома Фриер, но слушались его. — Тогда я начну искать способ связаться с великими домами.

— Что насчет дочерей дома Рейвенвуд? — спросил капитан Марко. — Может, им тоже не нравится связь их дома с империей.

Он помрачнел.

— Леди Амара или мертва, или в плену.

Глаза капитана Марко расширились.

— Леди Амара?

— Да, — он не мог обсуждать с ними ее миссию и поражение. Даже сейчас его злила эта мысль. Они не любили друг друга, но понимали. Они шли к цели, были с амбициями. Он восхищался ее рвением превозмогать себя и идти дальше своего статуса. Если бы она была первой дочерью, он мог бы решиться на союз.

Но она отдала свою свободу и, наверное, жизнь за империю Доминия.

Этого с ним не произойдет.

— Что насчет леди Селены? — спросил генерал Манелла. — Ее связь с домом Марис могла бы помочь нам с поддержкой в альянсе.

Рауль с горечью рассмеялся. Он когда-то хотел Селену, и ему нравилась ее внешность. Даже сейчас частичка него восхищалась ею и ее силой.

— Возможно. Но ее местоположение неизвестно. Мне лучше дождаться шанса связаться с ней и использовать его.

Лорд Каронэ скрестил руки.

— Да. Нужно действовать осторожно. Мы затеяли опасную игру.

— Но это того стоит, — сказал генерал Манелла. — Я не хочу быть рабом империи Доминия. Кто знает, одного из нас могут с отрядом следующим послать на передовую. Если эта война продолжится так, солдат Фриера не останется.

Другие мужчины согласно зашептались.

Лорд Рауль оглядел комнату.

— Тогда, пока я ищу связи с альянсом, вы тихо продолжите собирать наши войска. Но будьте осторожно. Одно слово, и все мы мертвы.

Все кивнули.

— До этого…

— Пусть солнце сияет над домом Фриер, — сказали они хором.

Рауль сжал кулак, яростно улыбаясь. Солнце всегда будет сиять над домом Фриер.

26

Мертвый сон.

Слух разнесся по лагерю быстрее ветра, неся за собой страх. Целители ходили от палатки к палатке, пробовали все возможные лекарства, но не могли разбудить уснувших мертвым сном.

Дамиен стоял у своей палатки, холодный утренний туман медленно рассеивался у склонов гор Магир, и страх сжимал его сердце. Это напоминало ему чуму на Северных берегах почти три года назад: страх, паника, безнадежность. Вот только солдаты были еще живы. А те, кто заболел чумой, не вернулись.

Целитель Силдэрн вышел из палатки неподалеку с напряженным лицом. Его волосы, обычно собранные на макушке, распустились и рассыпались по плечам черной гладью.

— Целитель Силдэрн, — позвал Дамиен.

Целитель поднял взгляд и подошел. Темные круги под глазами сочетались с волосами.

— Лорд Дамиен, — утомленно сказал он.

— Есть идеи, что вызывает это?

Целитель Силдэрн покачал головой.

— Я никогда такого не видел и не читал о таком. Ничто из того, что я пробовал, не работает. Солдаты спят дальше, — он провел пальцами по длинным волосам, запутывая черные пряди еще сильнее.

— Сколько пострадало?

Он указал на лагерь.

— Пока что двадцать, учитывая одного в палатке за мной. Я приказываю устраивать для зараженных карантин. Если это продолжится, придется думать, как их кормить. Надеюсь, это не распространится, что бы это ни было.

— Итак… — Дамиен сглотнул. — Это не чума?

Целитель Силдэрн смягчился.

— Нет, милорд. Они спят, но не больны. Пока что.

Слова немного успокоили Дамиена.

— Дайте знать, если выясните больше.

— Хорошо.

Дамиен смотрел, как целитель Силдэрн уходит за ряд палаток. Если это была не чума… Он провел рукой по волосам. Мертвый сон.

Он посмотрел на горы Магир вдали, все еще со снежными шапками и красивые под облачным небом, думая о землях дома Рейвенвуд за ними. Селена говорила, ее семья могла входить во сны людей только через прикосновение. А в последние несколько месяцев оказалось, что их дары развивались. Леди Рагна и империя нашли способ сделать из дара снов оружие?

Ему нужно было немедленно поговорить с лордом Ренларом и леди Брирен.

Он послал весть лорду Ренлару. Дамиен нашел леди Брирен у дальнего края лагеря возле ее виверны, Шанну. Она потирала шею зверя. Утренний свет сиял на медной чешуе Шанну, ее глаза рептилии сияли желтым, она подняла голову и посмотрела на Дамиена. От ее движения леди Брирен обернулась.

— Лорд Дамиен, что привело вас утром?

— Вы слышали? — сильный запах Шанну ударил его по носу, и он подавил желание закашляться.

Она нахмурилась.

— Что слышала?

— О мертвом сне, охватывающем лагерь.

Она убрала руку со спины Шанну.

— О чем вы? Я только прибыла с охоты.

Он быстро объяснил, и она нахмурилась сильнее, тихо присвистнула.

— Полагаю, вы сообщили леди Брирен о ситуации? — спросил лорд Ренлар, приближаясь.

— Да. Хотя целитель Силдэрн и остальные ищут причину, вряд ли они что-то найдут.

— И я так подумал, когда услышал.

Леди Брирен смотрела на них по очереди.

— О чем вы?

Дамиен вздохнул.

— Сновидец может входить в пейзаж сна через прикосновение — так мы думали. Селена сейчас может входить в пейзаж сна даже с расстояния. Или леди Рагна близко, или она нашла способ растягивать дар за свои ограничения. Возможно, силой ее покровительницы, Темной леди.

Леди Брирен прищурилась.

— Леди Рагна, — прошипела она. — Я слышала об этой Темной леди, но не знала, что дом Рейвенвуд связан с ней.

Лорд Ренлар смотрел на них.

— Если это искаженный дар дома Рейвенвуд, нам нужно связаться с леди Селеной как можно скорее. Возможно, только ей по силам остановить это.

— Мы знаем, где она? — спросила леди Брирен.

— Вчера прибыло послание, что она и лорд Лео захватили не только Вороний замок, но и горы Магир.

— Тогда нужно отправить послание.

Дамиен покачал головой.

— Письма не хватит. Мне нужно объяснить ей лично.

— Согласен, — сказал лорд Ренлар. — Если это устраивает леди Рагна, то вас нужно убрать отсюда к леди Селене. Только она может вас уберечь. Не хватало еще, чтобы вы так уснули, или чтобы леди Рагна вас убила. Тогда пропадет барьер на севере.

Лорд Ренлар был прав.

Леди Брирен опустила ладонь на шею Шанну.

— Мне нужно пока что остаться со своими всадниками тут, но Рейдин может вас отнести, а Финн — вашего стража. Лететь до Вороньего замка чуть меньше дня.

— И пока вас не будет, мы начнем путь к реке Дрихст, — сказал лорд Ренлар. — Империя пойдет в ту сторону, раз север закрыт. Нам пора тоже так сделать.

— Я сообщу адмиралу Герольту, чтобы он помог вам. И передам новости лорду Лео, если он в Вороньем замке, чтобы он собирал свои войска.

— Остальные мои всадники в пути, — добавила леди Брирен. — Я хочу полететь им навстречу и направить их к реке Дрихст.

— И я отправлю разведку, — сказал лорд Ренлар. — Я не знаю, как близко нужно быть леди Рагне, чтобы использовать дар на наших людях, но если она неподалеку, я попробую ее схватить или прогнать.

— Тогда встречаемся у реки Дрихст? — Дамиен посмотрел на лорда Ренлара, а потом на леди Брирен.

— Да, — сказал лорд Ренлар. — Туда пешком добираться пару недель.

Леди Брирен кивнула.

— Так и с моим народом, может, дольше. Из-за решения лорда Харука нам приходится лететь вдоль южного берега.

— Тогда мы встретимся у реки Дрихст примерно через месяц.

— Да, — сказали оба.

— Пусть Свет будет с вами обоими, — сказал Дамиен с поклоном, повернулся и пошел в лагерь. Один месяц. Через месяц пять из семи великих домов соберутся на реке Дрихст, чтобы подготовиться к столкновению с империей. Но хватит ли силы пяти домов, чтобы остановить командира Ориона?

* * *

Свет луны заливал горы и долины, две виверны стали спускаться к Вороньему замку больше дня спустя. Завыл волк, через миг ему ответила стая.

Дамиен сжимал седло, усталость давила на мышцы. Хоть он летел так не в первый раз, это сильно отличалось от езды на лошади. Даже сейчас тяжелый запах доносился от красной чешуи, наполнял его ноздри, а постоянное движение вверх-вниз вызывало желание оказаться на твердой земле.

Стало видно башни Вороньего замка, фиолетовые знамена трепетали в бледном свете луны. Рейдин указал на самую высокую башню.

Дамиен посмотрел туда и заметил маленькую фигуру на коленях на вершине башни. Кто был там в такое время? Дозорный? Возможно. Но почему на коленях? И в белом…

Нет, это был не дозорный. И не мужчина. Дамиен едва дышал. Он знал эти длинные темные волосы и женственные черты.

Его сердце замерло.

Селена.

Дамиен склонился, любуясь видом своей жены. На коленях у каменных перил и в бледном платье она выглядела как ангел из древних историй, молящийся Свету. Он затаил дыхание, ведь она могла так и делать.

— Вы можете опуститься на перила той башни? — Дамиен перекрикивал ветер.

Рейдин кивнул и подал сигнал Финну, а потом чуть потянул за поводья вправо. Виверна стала спускаться в нужную сторону, описала круг над башней. Виверна с Финном и Тэгисом летела дальше во двор.

Селена не двигалась, пока они приближались. Она должна была их услышать: крылья хлопали почти оглушительно. Но она не двигалась.

Они добрались до башни, виверна вытянула сильные задние лапы к перилам. Дамиен держался за седло, крепче сдавил бока ногами. Виверна впилась в стену когтями, как птица, опустившаяся на ветку. Зверь поджал пернатые крылья и ждал команды Рейдина.

Облако закрыло луну, бросило тень на башню. Дамиен убрал ремешки, перекинул ногу через спину виверны и спустился, стараясь не ударить по крыльям.

Виверна фыркнула, Рейдин спешился и тихо заговорил с существом. Дамиен обошел их и направился к Селене. Она осталась на коленях, не подняла головы.

Дамиен поднял к ней руку.

— Селена? — прошептал он и шагнул ближе. — Селена? — сказал он чуть громче.

Люк справа открылся, и страж выбрался в брешь. Он вскочил на ноги и вытащил меч.

— Стоять… лорд Дамиен?

Дамиен нахмурился, разглядел стража.

— Карл?

Карл опустил меч и поклонился.

— Милорд, мы вас не ждали.

— Возникла срочная ситуация с альянсом, и мне нужно было лично прибыть в Вороний замок, — он посмотрел на Селену. — Что тут происходит?

Карл убрал клинок в ножны и шагнул вперед.

— Леди Селена приходила сюда каждую ночь с захвата Вороньего замка.

— Зачем?

— Она использует тут свой дар.

Дамиен повернулся к Селене, свет луны вернулся. Вблизи он заметил, что ее глаза были закрыты.

— Она во сне? Сейчас?

— Да. С нашего прибытия она ходила во сны каждую ночь. Сначала утешала пострадавших в бою. Теперь она приглядывает за всеми нами.

Дамиен посмотрел на жену с теплом в сердце. Он медленно прошел к ней, тепло стало приятной болью в груди.

«Селена, ты раскрываешь, кто ты».

Он протянул руку, но замер. Она стала даже красивее, пока его не было, и он хотел притянуть ее к себе. Но если она ходила по снам, его новости и объятия подождут.

Новости. Он выдохнул и провел рукой по волосам и шее. Почему на их жизнях всегда были тени?

* * *

«Дамиен», — прошептало ее сердце, как только она ощутила, что он приземлился на вершину башни. Она с трудом удержала себя в пейзаже сна, увидев, как он спрыгнул со спины виверны. Но ее ждала работа, и она ее завершит.

Селена вернулась в последний сон, приняла облик ворона и пролетела круг над горным лугом, где на траве одиноко сидел мужчина, подняв голову к солнцу. Небо было синим, с несколькими пушистыми белыми облаками. Ромашки склоняли головы от холодного горного ветра. Высокие сосны окружали луг как стражи природы.

Это был скрытый луг, который она нашла глубоко в горах Магир, и теперь сюда она притягивала тех, кто угасал, и давала им посмотреть на жизнь.

Мужчина внизу умирал. Она не знала его имя, и откуда он был, но он был в коалиции, помогал ее отцу освобождать горы Магир. Даже сейчас она ощущала, как его душа ускользала из тела, и мысль о потерянной жизни разбивала ее сердце.

Но она держала себя в руках. Она не могла остановить смерть, могла лишь успокоить умирающих и напомнить им о Свете, который дал им жизнь.

Селена опустилась на ветку ближайшей сосны и закрыла глаза. Она притянула воспоминание, как впервые услышала пение монахов из аббатства Барис, их голоса сливались с ветром и волнами. Песнь Света напоминала людям Нор Эссена, что, хоть зима приносила тьму и снег, жизнь снова вернется.

Свет вернется.

Она ухватилась за это воспоминание, и музыка потекла из нее в сон.

Мужчина поднял голову, взгляд был рассеянным, пока он слушал пение на лугу.

Она не знала, следовал ли он Свету, или он просто пытался выжить. Но Селена надеялась, что могла напомнить ему о нечто большем, что было снаружи, о том, кто любил его больше всех. Ему выбирать: признавать Свет или нет. Она просто показывала ему Свет в последний раз.

Его душа почти угасла, словно туман таял в теплый летний день. Пение утихло, и он улыбнулся небу.

И пропал.

Селена смотрела на пустое место, где он сидел мгновения назад. А потом расправила крылья и полетела туда, где трава была чуть примята, и одна ромашка осталась сломанной на земле. Она опустилась, приняла облик человека.

Она упала на колени и сжалась. Он был не первым, чью смерть она наблюдала, и не был последним. Успокаивать людей и напоминать им о Свете было даже сложнее, чем искать тайны и кошмары. С последним она научилась закрывать сердце и не чувствовать. Но тут ей нужно было связываться со спящими сердцем. Она не могла спрятаться, запереть чувства за железными дверями. Она могла вдохновить других, только используя свое сердце как пропуск в их сны.

Она прижалась лбом к траве, вытянула руки ладонями вверх. Так она заканчивала каждый поход по снам. У нее все еще не было слов в ее молитве, но она научилась у Дамиена, что ее дар был от Света, и она предлагала его ему каждую ночь.

Через миг она встала. Тяжесть произошедшего в пейзаже сна смешивалась с желанием увидеть Дамиена снова. Она вытянула руки, стала вороном и взлетела к барьеру сна. Через секунды она вернулась в свое тело. Селена убрала волосы за спину и оглянулась. Дамиен стоял там, наблюдал за ней, лицо озарял бледный свет луны.

Дамиен.

Она не видела его больше месяца с тех пор, как он улетел с леди Брирен к Шаналоне. За это время многое произошло.

Она поднялась на ноги, а он пересек расстояние между ними. Он крепко прижал ее к себе, ладони лежали на ее спине. Он прошептал в ее волосы:

— Я скучал.

Она сжимала его не менее крепко. Последние несколько недель использования ее дара для помощи раненым и умирающим сказались на ней. Если бы не сила Света каждый раз, когда она использовала дар…

— Почему ты плачешь?

Селена подняла голову и моргнула. Дамиен прижал ладонь к ее щеке, его большой палец замер.

— У тебя тут небольшой шрам.

Она коснулась того места. Пореза, который оставил в бою капитан Стэнтон.

— Похоже, у нас обоих есть истории.

— Да, — прошептала она и прижалась лицом к его груди. — Но сейчас я могу думать лишь о том, как скучала по тебе, — она ужасно скучала. По всему ему. По его силе, поцелуям, голосу и запаху. Она сморщила нос. От него пахло виверной. Но не важно. Он был теплым и был тут. — Я наконец-то узнала, кто я, — тихо сказала она через минуту. — И что делает сновидица. Я помогала другим в пейзаже сна — ощущала их боль, смотрела, как угасают их души.

— Знаю, — его голос гудел в его груди. — Карл сказал, что ты поэтому тут. И что ты была тут каждую ночь с прибытия.

— Это… сложно, — ее голос дрогнул. — Сложнее всего, что я делала.

— Наши дары требуют большой силы сердца, разума и духа.

Селена зажмурилась. Ее муж хорошо это знал.

Через миг она подняла голову.

— Дамиен?

— Да?

Она отодвинулась, но оставила ладони на его груди.

— Прости за то, что я сказала тем утром. Из-за этого я не смогла сказать то, что хотела, — она смотрела в его синие глаза. Как давно она хотела это сказать? Почему она тянула так долго? — Дамиен, я люблю тебя.

Он замер. Она почти видела, как ее слова впитались в него и растеклись, оставляя потрясение на его лице. Он прижал ладонь к ее щеке снова, разглядывал ее лицо, изучал ее, пока его большой палец гладил уголок ее губ. Ее сердце дико билось в груди. Она убрала темную прядь волос с его лба, заметила тонкий след пореза под глазом. У него тоже был шрам.

— Селена, — она не успела ответить, он приподнял ее подбородок и поцеловал ее.

Они едва заметили, что виверна улетела, а Карл спустился в люк. Она знала лишь, что Дамиен был тут с ней, и его присутствие наполняло ее тело и разум.

«Спасибо, Свет, что вернул его мне».

Через минуту он отодвинулся, но не отпустил ее. Селена опустила голову на его плечо, прижалась лицом к его шее, ладонь лежала на его груди, другая рука обвивала пояс. Где-то внизу стрекотал сверчок.

— Ты продолжишь ходить по снам? — спросил он.

— Нет, — она сглотнула, вспомнив угасшую душу. — Сегодня хватит. Ты устал?

— Да. А потом увидел тебя. Это стоило ночного полета, — его пальцы нежно гладили ее волосы.

— Но зачем ты тут? Мы не получали послание о твоем прибытии, — она ощутила, как он напрягся, тень упала на ее сердце. — Дамиен?

— У меня новости из лагеря альянса. Похоже, на нас напали.

— Напали? Ты прибыл просить подкрепления? — но они могли послать для этого птицу. А Дамиен прибыл лично.

Он отвернул голову, свет луны подчеркнул острые черты его лица.

— Люди засыпают и не просыпаются. Это как мертвый сон.

— Мертвый… сон, — прошептала она.

— Да, — он повернулся к ней. — И мы думаем, что это может делать твоя мать или Темная леди. Или обе.

Селена отпрянула и обвила себя руками.

— Ты ее видел? Моя мать как-то проникла в ваш лагерь?

— Мы не в курсе.

— Тогда как…

— Мы думаем, что она делает это, не касаясь их.

Селена развернулась и посмотрела на горы. Этого… не могло быть. Волны эмоции били по ней, как море. Радость от встречи с Дамиеном и признания угасла, он озвучил один из ее худших страхов: сила ее матери выросла.

— Уверен? — спросила она, сжав перила.

— Мы не знаем наверняка, но целитель Силдэрн сказал, что лекарств нет, и… — она услышала, как он вздохнул за ней. — Похоже на то, как Темная леди приходила к тебе в замке Нортвинд.

Она едва смогла сглотнуть ком в горле.

— С-сколько?

— Пока что двадцать человек.

Невозможно. Никто из Рейвенвудов не использовал дар, не касаясь, до нее. И так много? Когда Темная леди преследовала ее в Нор Эсене, пострадало лишь несколько. Но она и не пыталась вредить остальным. А ее мать могла так поступать.

Поэтому Темная леди недавно появилась в ее снах? Она следила за ней, чтобы Селена не ощутила, что делала ее мать?

Селена сжала кулак.

— Пострадавшие в лагере альянса?

— Да, — сказал Дамиен за ней.

Она не тянулась силой дальше гор, но попробует этой ночью. Селена развернулась.

— Я попытаюсь их разбудить. Но это потребует много сил.

Дамиен прошел к ней и протянул руку.

Она посмотрела на его пальцы и подняла взгляд.

— Я буду рядом с тобой, пока ты будешь спать.

— Спасибо, — прошептала она и взяла его за руку. Осознание, что он будет там, придавало ей сил. Он будет держать ее, пока она будет ходить по снам.

Он мягко улыбнулся ей.

— Идем в замок.

— Да. Я оставалась в своей старой комнате, там хватит места нам обоим, — «нам обоим». От этой мысли ее желудок сжался, сердце забилось быстрее. Она и не знала, как будет сложно спать одной, без Дамиена.

Он склонился и поцеловал ее в щеку.

— Веди.

27

Как только Селена вошла в пейзаж сна, она полетела в облике ворона над Вороньим замком и устремилась к восточной стороне гор. Этот замок и земля не были настоящими, их создал ее разум, и было проще отыскать лагерь альянса в мире сна.

Она летела высоко над деревьями, луна озаряла путь, ветер несся мимо ее пернатого тела, пока она летела на восток. Горные вершины проносились под ней, уменьшались, пока она не достигла холмов вокруг гор Магир. А потом она ощутила их: тысячи спящих вместе.

Она повернула направо и полетела к спящим. Ощущение тьмы росло, когда она приблизилась к альянсу. Вместо палаток люди полупрозрачными силуэтами собрались на траве долин, отдельные сны играли в разуме каждого.

Селена опустилась у края лагеря и приняла облик человека. Ближайший солдат сидел на траве, притянув колени к груди. Еще один лежал на боку. Другие бормотали или лежали на спинах. Каждый спящий ждал, пока она коснется его разума и войдет.

Селена шла мимо полупрозрачных тел, стараясь не задевать их, следуя ощущению, что тянуло ее к тьме.

Вот.

Она подняла взгляд. Вне лагеря тени становились сильнее. Она потянулась ощущениями, искала Темную леди. Ничего. Но это не означало, что ее там не было. Или ее матери.

Селена снова изменила облик и спикировала к людям, лежащим на земле, где тени были сильнее всего. В отличие от других спящих, они лежали на спинах, широкие черные глаза смотрели в ночное небо, но не видели его. Казалось, тьма пропитала их души.

Дамиен был прав. Это выглядело как мертвый сон.

— Кто сделал это с вами? — прошептала Селена, ощущая и гнев, и настороженность. Она могла войти в их разумы и разбудить их? Что она найдет внутри?

Она опустилась на колени у ближайшего тела, кожа мужчины была бледной в свете луны. Селена протянула руку, замешкалась, но опустила ладонь на его сердце.

Тьма окутала ее. Ее сердце колотилось в груди, но она держала страх под контролем. Это была ее сила. И она узнала многое за последние пару месяцев о Свете, жизни и своем даре.

Она могла это сделать. Она принесет свет во тьму. Она растопырила пальцы и сосредоточилась на ладони.

«Я следую Свету, и его свет живет во мне».

Появился шарик, как комок белого огня. Она улыбнулась. Было похоже на душу Дамиена.

Свет растекался по окрестностям, поглощая тени.

Она подняла руку выше.

«Проснись, спящий».

Его сознание стало реагировать.

«Тени не могут тебя удержать».

Воспоминания стали вспыхивать на горизонте пейзажа сна, его разум приходил в себя.

«Выйди на свет».

Он двигался, последняя тень растаяла. Его разум снова был свободен.

Каркнув, она стала вороном и покинула его разум, миновала барьер и попала в следующий сон. Она пробуждала каждого спящего, скованного тенями. Не было видно ни Темной леди, ни ее матери. Может, они только задели солдат и ушли. Может, они могли только это. Такая мысль ее приободрила. Но это означало, что ей нужно будет тянуться силой все больше каждую ночь, проверяя, не задел ли кого мертвый сон.

Усталость ударила ее стеной, когда она разбудила последнего солдата. Она едва смогла стать вороном, и каждый взмах крыльев забирал все силы, которые она смогла собрать, пока она летела к барьеру пейзажа сна.

Наверху ветер ударил ее, отбросил влево, закружил в воздухе. Селена боролась с ветром, смогла выпрямиться. Дым повалил в ее пейзаж сна: густой, черный и едкий. Ветер распространял дым, пока им не заполнило все в ее пейзаже сна. Она едва могла видеть. А потом зазвучали крики.

Она не успела отреагировать, пейзаж сна закружился, как юла. Ее бросало из одного пейзажа сна в другой, и везде были огонь и страх. Лесной пожар, холмы горели. Каждый сон изображал это, картинки сменялись так быстро, что ее почти тошнило.

«Мне нужно убираться отсюда».

Селена билась с ветром и дымом, стремилась вперед уже уставшим телом. Еще рывок, и она подняла голову, раскрыла крылья и вырвалась из тьмы. Глаза слезились, легкие горели от едкого дыма, но она добралась до границы пейзажа сна.

Еще взмах крыльями, и она вырвалась из мира снов.

Селена резко проснулась и села в кровати. Ее тело было покрыто потом, она тяжело дышала. Крики людей все еще звенели в ее голове. Она даже ощущала запах дыма и тьму вокруг нее. Она прижала пальцы ко лбу. Что только что произошло?

— Селена? — Дамиен лежал на кровати, смаргивал сон. — Ты в порядке?

Она прижала ладонь к лицу.

— Я так не думаю.

От ее встревоженного голоса он сел.

— О чем ты?

— Пейзаж сна… что-то случилось, — она задрожала. — Я нашла людей, пойманных в мертвый сон, освободила их, а потом…

Он оказался рядом, притянул ее к себе. Его близость помогла ей взять себя в руки.

— Что-то происходит в реальном мире.

— Начнем по порядку. Расскажи, что ты видела.

Селена сглотнула.

— Огонь и дым. И сны. Не одного разума, а многих. Я словно не могла управлять своей силой. Я двигалась из одного сна в другой, и все боялись огня.

— Ты что-нибудь узнала?

— Нет. Выглядело как лесной пожар. Но деревья… не такие, как в горах Магир или на Северных берегах. Они будто из… — ее глаза расширились, и она повернулась к Дамиену. — Думаю, это был лес вокруг Сурао.

Дамиен нахмурился.

— Земли дома Рафель?

— Да. Думаю… — она быстро вдохнула от следующей мысли. — Думаю, я видела сны тех, кто живет в лесу.

— Твоя сила дотянулась до народа дома Рафель? Отсюда?

Она опустила ладони на кровать, чтобы ощущать опору. Еще вечером она не была уверена, что дотянется до лагеря альянса, а теперь задела разумы и сны тех, кто жил еще дальше.

— Такое возможно? — спросил Дамиен рядом с ней с потрясением в голосе.

— Н-наверное, — она вспомнила, что Свет показал ей ночью в саду Люкс Каста. Она летела над самой высокой частью Вороньего замка, и остальные земли раскинулись вокруг нее. Свет сказал: «Я всюду». Но вдруг он показал ей, как далеко мог доставать ее дар? Она могла дотянуться до всех народов? От одной мысли о такой силе стало не по себе. — Нам нужно узнать, не случилось ли что-нибудь с домом Рафель, — сказала она.

— Точно, — он свесил ноги с кровати, взял одежду с пола и стал натягивать штаны. Селена встала со своей стороны кровати. За окном раннее утро сулило прекрасный день. Ее руки дрожали, когда она потянулась к ширме и схватила простое синее платье, стала натягивать его через голову. Шок покалывал конечности. Через миг голова закружилась, и Селена прильнула к стене.

Сильные ладони поймали ее руки и не дали упасть.

— Селена, ты в порядке?

— Да, — она тряхнула головой, разум прояснился. Дамиен смотрел на нее с тревогой. — Просто потрясло увиденное, — и она устала, потратив столько сил в пейзаже сна.

— Понимаю, — он обнял ее. Тепло его тела вернуло ей стабильность.

Она глубоко вдохнула.

— Мне немного лучше.

— Уверена?

— Да. Сообщи моему отцу о том, что я рассказала. Он сможет послать ворона.

— Я попрошу Карла и одну из служанок побыть с тобой.

Селена кивнула. Она хотела пойти с Дамиеном, но сны с огнем кружились в ее голове. Дамиен вышел из спальни через минуту, тихо закрыл за собой дверь.

Селена пересекла комнату и села на кровать. Простыни спутались от сна. Она склонила голову и сцепила пальцы перед собой. Если это было настоящим, если из пейзажа сна она видела, что происходило с людьми дома Рафель, то и Свет знал. Может, потому она это и увидела. Он ей показал.

Она закрыла глаза и стала молиться.

«Прошу, Свет, помоги нам».

* * *

— Все хуже, чем мы думали, — Каяфас отклонился на стуле в своем кабинете. Лорд Лео и лорд Элрик прибыли и стояли у стола вместе с Дамиеном. Селена стояла в окна вполоборота, пальцы лежали на подоконнике. — Послание прибыло от леди Рагны капитану Стэнтону. Она еще не узнала, что Вороний замок у нас. Это нам на пользу. И ее послание дало понять, что империя сделает дальше. Или, — он взглянул на Селену, — уже начала.

— Что говорилось в послании? — спросил Дамиен.

Каяфас поднял записку.

— Вкратце, она приказала капитану Стэнтону отправить почти все войска Рейвенвуд поймать лорда Ренлара. И она предупреждает, что империя собирается уничтожить лес вокруг дома Рафель, чтобы добраться до западной стороны континента.

— Лесной пожар, — пробормотала Селена, кошмары вернулись. Дамиен с тревогой посмотрел на нее, она заметила это в отражении в окне.

Лорд Лео постучал по подбородку.

— Одно преимущество у нас есть. Армия Рейвенвуд не поймает лорда Ренлара и его людей.

Лорд Элрик с интересом наблюдал за Селеной.

— Леди Селена, если то, что вы увидели, правда, то империя уже подожгла лес вокруг Сурао.

Лорд Лео прищурился. Она все еще не знала, что он думал о ее даре, и доверял ли он ей.

Селена игнорировала его, когда повернулась к остальным.

— И что нам делать?

Ее отец встал.

— Нужно больше информации. Где огонь, куда он распространяется, как он силен? И нам нужно узнать, как случается этот мертвый сон. Есть мысли на этот счет, Селена?

Она покачала головой.

— Не знаю, сделала это Темная леди, мать или обе. Я их не ощутила прошлой ночью.

Каяфас скривился.

— Боюсь, тут мы тебе помочь не можем.

— Я знаю.

— Но мы можем разобраться с огнем.

Лорд Лео шагнул вперед.

— Это может быть опасно. Вряд ли лорд Харук впустит нас на свои земли помочь ему и его народу.

Каяфас кивнул.

— Без разрешения лорда Харука мы будем нарушителями на его земле, как и империя.

Дамиен посмотрел на собравшихся у стола.

— Не важно. Мы не позволим жителям леса умереть из-за соглашений. Империя может на это рассчитывать. Они попытались уничтожить дом Вивек, убив леди Руна и леди Руну, а потом напав на Шаналону и лорда Ренлара. Теперь они взялись за дом Рафель. Если империя сможет разделить дома, командир Орион уберет нас по одному. Мы этого не допустим. Я пойду. Если лорд Харук разозлится из-за нашего вмешательства, я приму вину.

— О чем вы, лорд Дамиен? — спросил лорд Лео.

— Я отправлюсь в лес. Если я смог поднять реку Гир вне моей земли, может, смогу и потушить пожар другими реками.

— Как вы это сделаете? — спросил Каяфас.

Селена думала о том же. Если в ее даре было больше, может, так было и у Дамиена. А другие дома? Разве не креативное мышление свело силы дома Марис и дома Фриер, чтобы построить стену между этими землями и империей Доминия?

— Вместо того, чтобы поднимать стену воды, — сказал лорд Элрик, — вы… поднимете реку и обрушите ее на пожар?

— Да, так я и думаю.

— Как вы туда попадете? — лорд Лео скрестил руки.

Дамиен прижал пальцы к столу.

— Попрошу Рейдина отнести меня на виверне, — он посмотрел на Каяфаса. — У вас есть карта земель дома Рафель?

— Да, — сказала Селена вместо отца. — Должна быть. У матери есть подробные карты всех земель, если она не забрала их с собой.

Каяфас нахмурился.

— Ты знаешь, где она их хранит?

— Скорее всего, в своих покоях. Или в нашей тренировочной комнате ниже замка.

— Тренировочная комната? — спросил Элрик.

Дамиен приподнял брови.

— Под Вороньим замком есть тренировочная комната?

Точно, она не рассказывала ему. Он видел, как она тренировалась в углу двора. Лорд Лео хотел заговорить, но Селена перебила его:

— Я пойду сейчас. Начну с покоев матери, — сказала она, заметив неудобство на лице отца от упоминания комнат ее матери.

— Я поговорю с Рейдином, — сказал Дамиен. — Уверен, леди Брирен поймет, что помощь ее супруга нам необходима.

Лорд Лео кивнул.

— Мы с братом скажем своим генералам готовить людей. Мы будем готовы помочь силам лорда Ренлара или отправиться на юг к Сурао. Или ко всему.

Каяфас взглянул на лорда Лео.

— Я поговорю с коалицией и добуду нужные припасы и солдат.

— Благодарю, Каяфас.

Дамиен выпрямился.

— Встретимся тут после полудня и обсудим следующие шаги.

— Договорились, — сказал лорд Лео.

Все разделились, каждый пошел выполнять задачу. Селена повернула в коридор, где была спальня ее матери. Холодок пробежал по ее спине, когда она вспомнила, как в последний раз была там. Тогда ее мать сообщила о союзе с империей Доминия и приказала убить Дамиена.

У двери она замерла. Селена хотела убежать подальше отсюда. Словно в ответ ее тело уже потело, и сердце колотилось, готовое бежать. Но она глубоко вдохнула и сжала ручку, надавила на нее. Дверь беззвучно открылась.

Покои матери не изменились. Два резных стула перед пустым камином. Солнце падало в окно неподалеку. Дверь спальни ее матери была открыта, и было видно большую кровать с красным пологом. Дверь рядом со спальней была закрыта, там был кабинет ее матери.

Селена оглядела комнату, взгляд упал на миг на портрет Рабанны Рейвенвуд над камином. От нее ощущался холод даже на картине. А ее глаза…

Селена отвернулась и поежилась. Черная, как смерть, ненависть наполняла глаза Рабанны. Как ее мать могла не заразиться этой ненавистью, если постоянно видела этот портрет?

Сбоку мелькнула тень. Селена развернулась и посмотрела в угол, где стоял расписной шкаф. Ничего. Тишина пропитывала ее, холодная и мертвая.

«Помни, зачем ты тут».

Она выпрямилась, решимость вернулась. Нужно было найти карты, отнести остальным и…

Еще тень пошевелилась, теперь у камина, а следом послышался шорох.

Тень. Как в пейзаже сна.

Дверь кабинета открылась со скрипом.

Селена потянулась к мечам, но поняла, что не пристегнула их утром. Она не успела спрятаться, темный священник вышел из кабинета ее матери. Он поднял голову, темный капюшон съехал, открывая тонкие белые волосы. Он посмотрел на нее водянистыми голубыми глазами.

Они мгновение смотрели друг на друга.

Он не ушел.

Где он прятался? В пещерах у замка? В пещере в горах Магир? Почему они не нашли его раньше?

— Леди Селена, — наконец, хрипло сказал он.

— Священник, — ответила она, управляя голосом, но в теле бушевал адреналин. — Где вы были? — она сжала губы, годы уважения к темному священнику помешали сказать больше.

— У меня еще была тут работа, — он вышел из кабинета и закрыл за собой дверь.

— Что за работа? — горло Селены сжалось.

— Последнее послание для Рейвенвудов.

Больше загадок и пророчеств? Как про угрозу с севера? Селена смотрела, как он шел к двери. Ей нужно было пойти за ним, он был опасен для альянса. Но ноги не слушались.

Он остановился и повернулся.

— Меня не нужно бояться. Я не стану проблемой. Я служу Темной леди, а она не хочет вам вредить, — он поправил капюшон и пошел дальше по комнате.

— О чем вы? — окликнула она.

Он остановился.

— Я вижу ворона, снова живущего в Вороньем замке.

— Кого?

— Не знаю, — он добрался до двери. — Это мое последнее послание. Больше нет повода искать, я уйду до наступления ночи. Прощайте, леди Селена.

Она все еще не могла пошевелиться. Она застыла, а темный священник закрыл дверь за собой, оставив ее в тишине.

«Я вижу ворона, снова живущего в Вороньем замке».

Что он имел в виду? Амара — Селена сглотнула — не вернется. И Офелиана не была Рейвенвуд. Он имел в виду ее?

Если бы она не встретила Дамиена и осталась в Вороньем замке, это было бы ее будущее как великой леди Рейвенвуд. Эти покои стали бы ее, и она порой бывала бы у супруга, которого бы ей выбрала мать.

Вместо этого она вырвалась к Свету.

Эта мысль вернула ей силы и огонь, и тело стало двигаться. Она подбежала к двери и распахнула ее. Она посмотрела на коридор в поисках темного священника. Но он пропал, как призрак. Она стояла на пороге еще минуту, гадая, преследовать его или отпустить. А потом шагнула в покои матери. Темный священник никогда не врал. Он уйдет, как и сказал. Он доставил последнее послание, для него не было повода оставаться. Сейчас были проблемы важнее, и на кону были жизни людей. Ей нужно было отпустить его.

Селена прошла внутрь и пересекла комнату. Она игнорировала портрет Рабанны, тени в углу, вошла в кабинет матери в поисках карт.

Темная леди не управляла ее будущим. Но о каком тогда вороне говорил темный жрец?

Она замерла на пороге кабинета, опустила взгляд, прижала ладонь к животу. Может, однажды она родит Рейвенвуда? Не все было потеряно? Она вспомнила картинку юноши с темными волосами и темными глазами. Новый ворон, который вырастет, зная о свете, о цели их дара. Лидер для народа гор Магир. Новое начало.

Она опустила руку и смотрела на поверхность деревянной двери, ее охватило пылкое желание. Эта картина будущего стоила борьбы.

28

Днем тонкая пелена дыма медленно окружила горы и замок. Голубь прибыл с последним движением империи: армия шла на юг по землям дома Фриер.

Дамиен опустил послание на стол Каяфаса рядом с картами, которые нашла Селена.

— Похоже, командир Орион хочет устроить базу возле Айронмонда, а потом отправиться на юг континента, когда пожар закончит свою работу.

— Не нравится это говорить, но его план гениален, — сказал лорд Лео.

— Что? — Элрик уставился на брата.

— Вести армию по лесу было бы непросто. А пожар уберет не только врага, но и препятствие на пути. И путь будет чист.

Каяфас кивнул.

— Он прав. Еще повод остановить пожар. И, надеюсь, этим мы добьемся расположения дома Рафель.

Лорд Лео опустил палец на карту возле леса.

— Если дом Рафель присоединится к нам, и остальные воины дома Мерек смогут там с нами встретиться — и мы остановим пожар — то мы получим тут линию защиты, — его палец проехал от реки Гир по восточной стороне гор Магир до реки Дрихст.

— И если Дамиен будет уже возле леса, он сможет поднять реку Дрихст, — сказал Элрик.

— Возможно, — Дамиен смотрел на карту, желудок завязался узлом в нем. Он не говорил никому, кроме Тэгиса, о подавленной силе. Селена уловила странный тон его голоса и с интересом посмотрела в его сторону. Даже она не знала. Почему? Из стыда? Страха?

— Может, реку поднимать и не нужно, — лорд Лео посмотрел на собравшихся. — Мы не можем убегать от империи вечно. Если сразимся возле реки Дрихст, может, отгоним империю. Возможно, даже к стене.

— Но с домом Фриер на стороне империи стену не поднять вновь, — отметил Элрик.

— Тогда сразимся, — лорд Лео стиснул зубы. — Будем биться, пока империя не исчезнет.

В дверь постучали. Все повернулись, дверь открылась, и заглянул Тэгис.

— Лорд Дамиен, Рейдин готов отправляться.

— Спасибо, Тэгис. Встретимся на крыше.

Он склонил голову.

— Да, милорд.

— Будьте осторожны, лорд Дамиен, — сказал Каяфас, встав рядом с ним. — Империя может подозревать, что вы попробуете потушить огонь, и будет пытаться убрать вас. Вы — самая большая угроза со своей способностью поднимать воду.

Дамиен кивнул.

— Я буду осторожен, — он посмотрел на собравшихся. — Это все, — он стал сворачивать карту Сурао, чтобы взять с собой. — Я пока не знаю, где мы приземлимся. Нам придется облетать огонь и дым.

Селена выглянула в окно.

— В горах уже много дыма, и я не представляю, насколько плохо на юге.

— Знаю, — его горло сжалось, когда он свернул карту. Как командир Орион мог так поступить? Все те люди… такие разрушения. Но эта империя была известна истреблением за их границами. Говорили, на другой части континента остались только пустоши и руины. Это произойдет и тут?

Он поймал взгляд Селены, подняв голову, она хмурилась.

— Пусть Свет будет с вами в пути, — сказал лорд Лео.

— И с вами, лорд Лео.

Элрик хлопнул его по плечу.

— Береги себя, Дамиен.

— Буду, насколько смогу.

Братья Люцерас ушли, и Дамиен повернулся к Каяфасу.

— Прошу, присмотрите за моей женой, пока меня нет. И следите за темным священником, если он все-таки вернется. Мне не нравится, что он ходит по Вороньему замку.

— Хорошо. Но нужно это делать дипломатично. Тут все еще много приспешников Темной леди, — Каяфас отошел от стола. — Я оставлю вас наедине на минутку.

— Спасибо, Каяфас.

Дверь за ним закрылась, и Селена обмякла, словно у куклы отрезали нить. Она сжала платье, другой рукой уперлась в стол.

— Я не хочу отпускать тебя, но знаю, что тебе нужно идти, — она посмотрела на него блестящими глазами. — Ты можешь спасти тех людей. Ты самый сильный, добрый и необычный человек из всех, кого я знаю…

Он не дал ей закончить, а приблизился и поцеловал, запоминая ее запах, губы и волосы. Когда он закончил, ее коса расплелась, и они оба тяжело дышали.

— Это на память, — сказал он с улыбкой.

Она улыбнулась.

— Мне это нравится больше прошлого расставания, — а потом она посерьезнела. — Свет будет с тобой, Дамиен.

— Да, и он с тобой. Будь сильной.

— Буду. И я буду приглядывать за тобой во снах отсюда.

Он поцеловал ее снова, но в этот раз нежно, и покинул комнату. Минуты спустя он встретился с Тэгисом, Рейдином и Финном на крыше самой высокой башни, где видел Селену ходящей по снам прошлой ночью. Неба почти не было видно из-за дыма, и он подавлял кашель.

Супруг леди Брирен и его страж были в кожаной броне с привычным углем вокруг глаз, волосы дико торчали вокруг их лиц. Дамиен был рад помощи Рейдина, особенно, потому что, помогая Дамиену, Рейдин откладывал встречу с леди Брирен. Но Дамиен устал кататься на вивернах. Народ дома Мерек точно был особенным, раз у них была такая связь с дикими вивернами — и раз они терпели чешую и запах.

Рейдин передал длинные мокрые полоски ткани.

— Чтобы дышать сквозь них, — объяснил он, вручая одну Дамиену. — Вы не захотите надышаться дымом.

Дамиен кивнул и повязал ткань на лице. Это немного помогло. Он подошел к большой красной виверне Рейдина. Ему уже не нужна была помощь с закреплением ремешков на ногах.

Рейдин сел в седло перед ним.

— Готовы? — закричал он сквозь мокрую тряпку, оглядываясь на Дамиена.

— Да, — ответил Дамиен, его голос был приглушен, он проверял последний ремешок.

Рейдин подал сигнал Финну, тот ответил жестом. И с резким свистом Рейдин поднял виверну, она раскрыла крылья и взлетела.

* * *

Когда они добрались до края леса дни спустя, разрушений было больше, чем Дамиен ожидал. Черные скелеты деревьев дымились внизу, пылающее пламя поглощало огромный лес. Ветер дул с запада, отгоняя ветер, но и направляя огонь к Сурао.

В сумерках группа опустилась на нетронутый участок земли, который Рейдин заметил с воздуха. Финн осторожно убрал обломки и развел небольшой костер. Они разделили еду и воду, а потом Дамиен вытащил карту, которую Селена добыла в кабинете матери. Дюжина небольших речек и ручьев пересекала лес на востоке гор Магир. Воды там было не очень много, но с этого можно было начать.

— Огонь начался с северо-восточного угла, судя по следам пожара, — сказал Рейдин, опуская еще полено в костер.

Дамиен сверился с картой.

— А если мы начнем отсюда? — спросил он, повернув карту к Тэгису и Рейдину, показывая на небольшой приток.

Рейдин медленно кивнул.

— Если огонь пойдет дальше, неподалеку еще одна небольшая река и ручей.

— Тогда туда и отправимся, — Дамиен осторожно свернул карту и убрал ее в сумку, а потом вытащил одеяло. Другие тоже так сделали.

Дамиен сунул руки под голову, глядя наверх, пока лежал на земле. Звезд не было. Хоть ветер рассеивал дым, тучи покрывали небо. Рейдин и Финн тихо говорили неподалеку. Тэгис опустился рядом с ним.

Дамиен не мог уснуть. Его тело устало, но не разум. Он мог думать только о том, что увидел за последний день. Столько разрушений. Столько смерти.

— Думаешь о пожаре? — тихо спросил Тэгис.

Дамиен протяжно выдохнул.

— Да.

— Ты ничего сейчас не можешь с этим поделать. От переживаний будет только хуже.

— Знаю, — он прижал ладонь к сердцу. Но это не помешало разуму перебирать мысли. А если его сила подведет его? А если он сможет поднять воду, но не разлить ее? А если этого не хватит, чтобы спасти Сурао?

— Я расскажу историю, — Тэгис перебил его мысли, — раз ты все еще беспокоишься.

Дамиен слабо рассмеялся. Его страж отлично его знал.

— Было время, когда твой отец еще учился управлять водой. Это было вскоре после брака твоих родителей. Чтобы лучше узнать твою мать — и впечатлить ее — он решил взять ее к одному из небольших притоков, что тянулись к морю возле Нор Эсена, чтобы показать ей свои способности. Конечно, как его личный страж, я сопровождал их. Была зима и, хоть недавно было тепло, на воде еще была тонкая корка льда. Когда он стал поднимать ручей, вода забурлила подо льдом, а потом взлетела, и осколки с ледяными брызгами полетели в воздух. И его контроль был не так хорош, так что вода не только поднялась, но и расплескалась, промочив всех нас. Твоя мать стояла там, скрестив руки, дрожа, строго глядя на него. «Я не впечатлена», — сухо сказала она ему. Твой отец покраснел так, что даже уши задело. Я еще не видел его таким смущенным. Я не выдержал и засмеялся.

Дамиен повернулся к Тэгису.

— Ты смеялся над моими родителями?

— Да. Мы были там замерзшие, мокрые, дрожащие, и я рассмеялся. Твой отец пронзил меня взглядом, который мог убить на месте. Через миг твоя мать тоже засмеялась, и ее голос был как колокольчик в лесу.

Тэгис удовлетворенно выдохнул и опустил ладони на грудь.

— Думаю, тогда твоей маме стал нравиться твой отец. Не из-за его имени или дара, но потому что он был человеком, как все мы. Просто человеком с тяжелым бременем.

— И как ответил мой отец?

— Тоже засмеялся. А потом мы вернулись в замок за теплой одеждой и чаем.

— Я ни разу не слышал эту историю.

— Они оставили ее себе. Или, — Тэгис рассмеялся, — может, твой отец не хотел, чтобы ты своей силой впечатлял девушек.

— Да, у меня не было шанса это сделать, — или был? Когда он поднял реку, он думал только о спасении Селены и своих людей, а не о том, чтобы впечатлить ее. Но он помнил потом ее выражение лица — потрясение и страх. И ее слова благодарности.

Их с Селеной история любви была другой. Но на миг было приятно представить время, когда все было простым и невинным, и вспомнить родителей.

Дамиен вздохнул и убрал руки за голову.

— Спасибо, Тэгис.

Узлы в нем ослабели, тело и разум расслабились. Он все еще ожидал проблемы завтра — пожар, поднятие воды, империя — но этой ночью было приятно ощутить себя собой.

29

Небо было темным, как ночью, но без звезд. Огонь тянулся по лесу как пальцы, сжимая древние деревья в пылающие объятия. Над лесом словно раскинулся тонкий слой раскаленного камня, местами перекрыты темными облаками дыма. Маленькая река перед Дамиеном отражала приближающийся огонь, зеркало ужаса.

Вода задевала его сапоги, звук разносился по лесу, сначала тихий, а потом растущий, как рев. Через миг адский звук вырвался, наполнив воздух дымом, рыком и огнем. Волоски на руках Дамиена встали дыбом, пока он дышал сквозь мокрую ткань на лице.

Свет, мог ли он потушить этот огонь? Не этой маленькой речкой. Он повернулся к Тэгису.

— Я сделаю, что смогу, но нам нужно быть готовыми отправляться к ручью за следующим холмом.

— Я передам Рейдину и Финну, — ответ Тэгиса был приглушен мокрой тканью на его лице. Он повернулся и пошел к вивернам и мужчинам с посланием Дамиена.

Страх, какой он еще не ощущал, проник в тело, наполняя его холодом. Жар от огня наполнил воздух. Капли пота выступили над верхней губой Дамиена, сердце металось в груди, пока он не слышал только биение своего сердца в ушах.

Ладонь опустилась на его плечо мгновения спустя.

— Ты сможешь, — сказал Тэгис.

Дамиен кивнул. Ободряющего прикосновения хватило, чтобы он подавил эмоции. Он согнул колени и поднял руки. Он закрыл глаза, игнорируя все вокруг него — жар, звуки, огонь — и сосредоточился на реке перед ним. Пальцы покалывало силой, он был готов поднять воду.

«Сосредоточься, — он вдохнул. — Думай только о реке», — он выдохнул, представил, как вода вздымается в воздух и направляется к горящему лесу.

Он мог это сделать. Должен был сделать это.

Он глубоко вдохнул. Раз. Два…

Что-то промелькнуло сбоку, и за ним раздался вскрик.

Дамиен оставил руки на месте и оглянулся.

Тэгис смотрел на него, широко раскрыв глаза от удивления. Он задел ладонью древко, торчащее из его груди.

Больше стрел полетело из леса, они отлетали от камней, что обрамляли ручей, падали в воду с плеском. Одна просвистела мимо головы Дамиена, оставляя жаркий след боли на щеке.

Рейдин закричал на старом языке, поднял копье и побежал к лесу. Финн следовал за ним с луком. Виверны взлетели с ревом в небо.

Еще стук. Тэгис пошатнулся и упал на колено. Стрела торчала из его руки.

— Ми… лорд, — сказал он, убирая ткано со рта. Струйка крови стекала и уголка его рта.

Дамиен моргнул, тело словно окаменело. Он знал, что ему нужно было бежать, искать укрытие от стрел, но он не мог двигаться.

Это не могло происходить.

Он должен был увести их от ручья и открытого участка, пока их не атаковали снова. Огонь озарял лицо Тэгиса, пот на его коже блестел в оранжевом свете. Дамиен обошел и сунул ладони под руки Тэгиса, а потом потянул Тэгиса и закричал, голос сливался с ревом пожара.

«Свет, помоги», — кричал Дамиен. Паника впивалась в него, но он отгонял ее. Если он сорвется сейчас, ничего хорошего не будет.

— Прости, друг. Нужно тебя передвинуть.

Тэгис дернул головой, стон сорвался с его губ. Дамиен потянул его от огня за деревья, прислонил его к большой ели. Деревья вокруг укроют их от лучников, пока Рейдин и Финн не найдут их.

— Д-Дамиен.

Дамиен повернулся к Тэгису, и его сердце остановилось. Он упал на колени рядом со своим стражем. Тэгис смотрел на него блестящими глазами.

— Тебе нужно… спастись.

— Я тебя не брошу, — сказал Дамиен, ткань приглушала голос.

— Тебе нужно жи… — Тэгис с болью вдохнул. Красное пятно растекалось на тунике под кожаной жилеткой. Каждый удар сердца проливал больше крови, и другая стрела торчала из его предплечья. Дамиен смотрел, а Тэгис бледнел, жизнь угасала в его глазах.

Дамиен сорвал ткань со рта, чтобы говорить без помех, сжал ладонь Тэгиса.

— Тэгис, останься со мной. Мы уйдем отсюда и найдем тебе целителя.

— Нет, — его веки трепетали, но он смотрел на Дамиена. — Тебе нужно… закончить. Этот народ нуждается в тебе. Тебе нужно выжить, чтобы ты мог… остановить пожар.

— Нет! Я не потеряю тебя, — Дамиен поднял голову, выглядывая Рейдина или Финна, чтобы они улетели отсюда.

Тэгис опустил ладонь на руку Дамиена.

— Отпусти… меня.

Лицо Дамиена исказилось.

— Не могу. Я не умею отпускать людей.

— Ты должен. Или… никогда… не исцелишься, — Тэгис выдохнул, и его тело обмякло.

— Тэгис? Нет, Тэгис! — он сжал жилетку Тэгиса кулаками и закричал на небо. Дым окружал его, сгущался с каждой минутой.

Финн появился из-за кустов.

— Лорд Дамиен, нужно уходить!

Дамиен покачал головой, слезы жалили глаза, легкие пылали от дыма и горя.

«Я не могу его оставить», — кричал разум. Пальцы сжались от мысли, он оскалился.

— Я не уйду без него.

Финн опустился рядом с Тэгисом, потом покачал головой.

— Он мертв, — он провел ладонью по лицу Тэгиса и закрыл глаза мужчины, а потом посмотрел на Дамиена. — Он не хотел бы, чтобы вы остались тут и умерли.

Дамиен поднял ладони в крови Тэгиса. Он не мог думать, не мог дышать. Тэгис не мог умереть. Он только что стоял тут, приглядывал за ним, поддерживал. Они вместе смеялись ночью от историй из его прошлого. Это не должно было закончиться вот так, быстро. Тэгис должен был еще много лет оставаться рядом, смотреть, как растет дом Марис, ведь его отец не смог это сделать.

Дамиен поднялся на ноги, тело бросало то в жар, то в холод. Краем глаза он видел, что огонь приближался к ручью.

— Мне нужно остановить пожар, — сказал он в тумане.

— Вряд ли хватит времени.

«Тебе нужно закончить». Так сказал Тэгис.

— Я должен, иначе все это было зря.

Дамиен пошел по лугу к ручью. Он ощущал себя как пьяный. Тело не могло делать то, что он от него хотел. А голова была набита ватой. Он моргнул, огонь расплывался перед глазами. Он покачал головой, поднял руки и приготовился поднять ручей.

«Мне нужно закончить это. Ради Тэгиса».

Раз. Два. Три.

Он выпрямил ноги и поднял руки, но ничего не произошло.

«Что…?».

Он смотрел на свои ладони. Что происходило? Он не ощущал вес воды, пальцы не покалывало от силы.

Дамиен согнул колени и попытался поднять воду еще раз, но ничего не произошло, вода даже не волновалась. Огонь был ближе, и дым начинал душить его.

Он смотрел на свои ладони, глаза слезились. Он сжал кулаки. Почему сила не работала? Это был лишь ручей! Даже если он не мог управлять водой, он мог хотя бы поднять ее остатками сил в нем.

Рейдин появился рядом и сжал его плечо.

— Огонь слишком близко. Нужно отступать.

Он понимал, что Рейдин был прав. Времени не хватало, и нужно было убираться, пока огонь не поймал их. Но упрямая его часть хотела остаться, сделать хоть что-то, чтобы не думать о…

«Нет, не думай об этом».

Тьма охватила его сердце. Где-то в глубине души ему даже хотелось, чтобы огонь забрал его, чтобы он больше не ощущал пронзающую пустоту. Все, кто был ему дорог, умерли, так зачем продолжать?

Селена.

У него все еще была Селена.

И будущее для его народа. Но кем он был без своей силы? Как он мог управлять домом, если потерял свой дар?

«Сын мой, иди».

Он знал тот голос, который направлял его с детства. Он пробился сквозь его разум, позволил Дамиену снова управлять телом.

— Хорошо. Идем.

Дамиен повернулся и пошел к другой части поляны. В тени он видел Финна, стоящего там, где он оставил Тэгиса. Боль охватила грудь, но он шагал дальше.

Деревья за ними загорелись, огонь перепрыгнул ручей. У них оставались минуты, чтобы покинуть место. Ветер налетел на поляну, красные угли и горящие ветки полетели в них.

Огонь вспыхнул на его правом боку, такой горячий, что его кожа будто таяла. И Дамиен ощутил запах: горящая плоть и волосы.

Он не успел отреагировать, Рейдин схватил его и бросил на землю, потушил огонь своим плазом.

Дамиен смотрел на него в агонии. Казалось, с него сдирали кожу раскаленным кинжалом. Тьма заполнила все перед глазами, Рейдин поднял его на виверну. Он закричал, а потом обмяк, правый бок жгло, легкие горели, разум онемел.

Последним, что он увидел, были деревья, пронесшиеся мимо него, и огонь, готовый проглотить их всех.

30

Тьма то возникала, то пропадала перед глазами Дамиена. Когда он просыпался, он горел. Когда засыпал, разум страдал от воспоминаний. Призраки любимых и врагов не давали покоя, напоминали ему, что он жил, а они — нет.

Ладонь держала его, давя на грудь, его тело двигалось вверх-вниз в ритме. Тихий свист звучал возле его уха, а за ним неразборчивые слова. И он полетел вниз, вниз, вниз, пока минуты спустя его тело не замерло.

Крики и слова.

— Тебе тут не рады, всадник.

— У меня лорд Дамиен Марис. Он сильно ранен.

— И что нам с того?

Дамиен медленно повернул голову и попытался открыть глаза. Но от движения тела спину и бок пронзила боль, и он закричал. Все болело: тело, мысли, душа.

Больше слов. Он не знал, как долго лежал там, и где он был. Часть его хотела отдаться тьме, что манила его, но огонек в нем отказывался гаснуть.

А потом тихий музыкальный голос сказал:

— Я его исцелю.

— Но, леди Аяка…

— Несите его в палату.

— Ваш отец не будет рад.

— Я получила этот дар не для того, чтобы позволять людям умирать. Пусть отец поступает, как хочет. А я исцелю лорда Дамиена.

Больше слов.

— Да, миледи.

Тело Дамиена снова содрогнулось, он пропал под волной агонии, все почернело.

— Такие раны, — сказал нежный женский голос. Ветер дул на его тело. Он едва ощущал, что с него сняли одежду. — Я не видела раньше такие ужасные ожоги. Почему он был в лесу?

— Всадник говорит, он тушил огонь, — ответил хриплый голос.

Миг тишины.

— Дом Марис пришел к нам на помощь, — вздох. — Отец, почему мы не с ними?

Прохладные нежные ладони двигались по его коже, успокаивая огонь, горящий в его теле, словно струя воды. Что-то холодное и влажное прижалось к пламени в его коже. Больше слов звучало, но он едва мог их разобрать, тонул во тьме.

Больше нежных прикосновений. Мягких слов. Но это не помогало его разуму. Его тело принимало исцеление, но это не задевало его сны, где все еще пылал огонь, воспоминания терзали его разум, и темная фигура нависала. Он мог лишь сжаться в себе, защищаясь от боли.

— Проши дни. Почему он еще не проснулся?

— Он сильно пострадал. Тело только начало исцеляться, — ответил знакомый музыкальный голос.

— Но это могло повлиять на его сознание? — сказал другой женский голос.

— Могло. Остается ждать.

— Что насчет огня, что приближается к Сурао?

Ладонь легла на его лоб.

— Судя по тому, что я слышала, лорд Дамиен уже многое сделал для войны с империей. Нам повезло, что он решил помочь нам, хоть мы и не в альянсе.

— Думаешь, он поможет нам, когда проснется? — спросил другой женский голос.

Пауза.

— Не знаю. Но я знаю, что мы не заслуживаем его помощи. И все же я сделаю, что смогу, чтобы спасти его жизнь.

Дамиен вернулся в кокон, который создал в своем разуме, подальше от смерти, от воспоминаний, от темного присутствия в тенях его снов.

— Не понимаю, — прошептала женщина рядом с ним. Ладони прижались к его боку и животу. — Я исцелила его тело. Почему он не просыпается?

— Это его разум, — сказал старый голос.

— О чем ты, отец?

Прохладное прикосновение сменилось тонкими и сухими пальцами с запахом мяты. Пальцы ощупали его скулы и виски.

— Похоже, лорд Дамиен закрылся в своем разуме. Я видел такое у людей, которые испытали жуткие события или несут сложные воспоминания.

— Что мы можем? — спросил тихий женский голос.

— Ничего. Мы можем исцелять только тело, не разум.

— Тогда он умрет?

— Возможно. Потому я не хотел его тут. Это не наша война.

— Но это наша война. Наша земля горит, наши люди в опасности.

— У нас есть средства по борьбе с пожаром, — сказал хриплый голос. Дамиен его узнал. Лорд Харук Рафель.

— Нет, судя по словам разведчиков, — продолжила женщина. — И беженцы каждый день прибывают в Сурао. Где они будут жить, если сгорит весь лес? И что будет, когда империя прибудет к нашему порогу?

— Хватит, Аяка. Я дал тебе исцелить тело лорда Дамиена. Мы больше ничего не можем для него сделать. Я уже послал весть альянсу, чтобы они знали, что он тут, и чтобы забрали его.

— Но наш дар? Какой от него толк, если мы не исцеляем нуждающихся?

— Ты знаешь позицию нашей семьи в этом деле. Теперь мне нужно идти.

Через минуту дверь закрылась, раздался вздох.

— Прости, отец, но я с тобой не согласна, — он услышал шорох ткани. — Я хочу этими руками исцелять всех людей, а не только наших.

31

Селена вышла из люка самой высокой башни Вороньего замка и замерла с факелом в руке. Дым и облака скрывали звезды и луну, погрузив все в кромешную тьму, кроме света ее факела. Дул холодный ветер, огонь затрепетал на миг.

Она укуталась в плащ свободной рукой, повесила факел в петлю на низкой стене, опустилась на колени на своем обычном месте под ночным небом. Закрыв глаза, она погрузилась в пейзаж сна.

Через миг она расправила черные крылья в синем небе. Под ней мирно спал Вороний замок. Она легонько коснулась их разумов, ее сердце текло из нее, пока она проверяла их сны еще раз. Она полетела по пейзажу сна с горой. Страх был на южном краю, где огонь горел вокруг Сурао.

«Помощь близко. Свет не забыл вас».

Она не знала, слышали ли ее люди дома Рафель, или они просто ощутили ее уверенность, но их сны успокоились. Завтра они снова будут убегать, но они хотя бы могли поспать.

А потом она повернулась к лагерю альянса. Тьма снова накрыла тенью лагерь. Она расправила крылья и устремилась над вершинами гор, ветер направлял ее. Она не видела Темную леди, только следы, что она была в пейзаже сна, оставляя за собой больше жертв с мертвым сном.

Даже сейчас усталость растекалась по ее телу. Будить от мертвого сна было тяжело, и с каждым спящим, которому она помогала, она все больше сомневалась, что сможет продолжать.

Селена покачала головой и спикировала к лагерю.

«Выбора нет. Я нужна им. Никто больше так не может».

Как в другие ночи, Селена опустилась между теми, кто был пойман в бесконечный сон, стала светом изнутри звать спящих к реальности.

Последний вернулся, и она с трудом поднялась на ноги и посмотрела на небо. Она ощущала за пейзажем сна приближение рассвета.

Ее ждал еще один сон.

Тело дрожало, она стала вороном. Она с двух попыток взлетела, но в воздухе холодный ветер и мысль о Дамиене придали сил ее уставшему телу.

Она летела на запад над лесом Сурао. Сначала она ощутила там тысячи спящих разумов. Она закрыла глаза, чтобы отделить сны Дамиена от остальных внизу. Она летала кругами, беспокойство наполнило ее тело. Она не могла найти и Тэгиса. Где они были? Почему она не могла до них дотянуться?

Она замерла с огромными глазами. Среди пейзажей сна была темная жуткая структура. Селена полетела туда, обогнула башню-крепость. Что это? Она еще такого не видела. Ее сердце забилось быстрее. Это сделала Темная леди?

Нет. Она приблизилась и ощутила душу внутри. Это… был пейзаж сна Дамиена.

Дом Марис был известен сильным разумом, в который было сложно проникнуть ее предкам. Но с тех пор, как она коснулась снов Дамиена, ее всегда притягивало, словно дверь была открыта только для нее.

До этого.

В отличие от других снов вокруг нее, его был каменной крепостью. Она летала вокруг, искала окно или дверь. Но ничего не было. Дамиен запер себя внутри, и к нему не удавалось проникнуть.

Селена стала человеком, опустившись, прижала ладонь к камню. Он был ледяным. Она посмотрела на крепость его пейзажа сна.

— Дамиен, что случилось? Почему ты меня не пускаешь?

Она закрыла глаза, давила на пейзаж сна. Ничего. Она надавила сильнее, тело и пейзаж сна задрожали от усталости. Она отошла и опустила руку. Пейзаж сна замер.

Кто-то рассмеялся неподалеку, холодно и злобно. Селена развернулась. Небо потемнело сверху, холод охватил ее тело, знакомый гадкий запах наполнил ноздри.

Она смотрела на темный лес, сжала кулаки.

— Ты его не получишь! — закричала она.

Голос рассмеялся снова.

Селена повернулась к пейзажу сна Дамиена и ударила по стене кулаком.

— Дамиен! Ты меня слышишь?

Боль. Страх.

Слова разносились эхом по пейзажу сна.

Плен.

Если Дамиен был скован страхом и болью, то это сделала не Темная леди. Темная леди плела кошмары.

Он сделал это с собой?

Ей ответил только смех. Паника сжала ее сердце, каждый удар причинял боль.

— Что мне делать? — прошептала она, прижав ладони к стене разума Дамиена. — Свет, что мне делать?

«Иди к нему».

Как? Она даже не знала, где он был. Он мог быть в любой точке леса на юге.

«Иди к нему».

Она склонила голову.

— Хорошо. Пойду.

Селена отошла и раскинула руки. Через минуту она полетела к пейзаж сна Вороньего замка и к барьеру между сном и реальностью. Она все еще ощущала присутствие Темной леди, но та не преследовала Селену. Сейчас Дамиен нуждался в ней, где бы он ни был. И она пойдет к нему, даже до края земель.

Через полчаса Селена шагала по Вороньему замку. До нее дошел слух, что леди Брирен прибыла в замок ночью, чтобы встретиться со своими людьми.

Селена подобрала юбки и зашагала быстрее. Ей нужно было узнать, могла ли леди Брирен отнести ее в Сурао. Кто-то в Сурао должен был увидеть, что Дамиен поднял воду, и мог знать, где он был.

Если он смог поднять воду.

Ее желудок сжался, она прижала ладонь к животу. Нет, он не был мертв. Если бы был, пейзаж сна пропал бы. Но почему он был заперт?

Она опустила руку. Нужно было думать о том, что она могла сделать.

Она нашла леди Брирен в зале переговоров с ее отцом. Ее волосы были дикой копной медных косичек, на ее кожаной одежде были пятна путешествия.

Леди Брирен повернулась. Тени под глазами сочетались с углем вокруг глаз.

— Леди Селена, рада вас видеть. Прошу, простите за резкое появление. Я летела всю ночь, чтобы попасть сюда, и надеюсь отправиться дальше через пару часов. Остальные мои войска сейчас на южном берегу, и я хочу встретиться с ними. Ваш отец рассказывал мне о произошедшем недавно.

Каяфас прищурился, разглядывая лицо Селены.

— Ты что-то увидела в пейзаже сна, да?

— Да. И я рада, что вы оба тут.

Она рассказала об увиденном, и ее отец сильнее сжал губы. Леди Брирен моргнула, ее глаза расширились, усталость пропала.

— Постойте, вы можете быть во сне людей рядом и далеко, не касаясь их?

— Да.

— Вы смогли разбудить тех, кто пострадал от мёртвого сна?

— Да, мы посылали ворона, сообщая об этом. Вы его не получили?

Леди Брирен покачала головой.

— Мы могли разминуться в воздухе. Тогда это правда, что ваш дар вырос. Я еще не видела, чтобы дар дома развивался. Угасал — да, но не становился сильнее. Такая мощь… — пробормотала леди Брирен. Она посмотрела на Селену невероятно серьезно. — Будьте осторожны, леди Селена. У моего народа есть поговорка: самые сильные виверны могут быть самыми опасными, зависит от их обучения. Используйте дар с умом.

Селена склонила голову.

— Вы правы, леди Брирен. Но у меня есть вы, мой муж и остальные, которые напоминают о Свете, — но ее мать это не сдерживало. И от этой мысли по спине пробежала дрожь.

— Так ты веришь, что Дамиен в опасности? — спросил Каяфас, возвращая разговор к ее сну.

Селена сглотнула и повернулась к отцу.

— Да. С ним что-то случилось.

— Он смог потушить огонь?

— Не уверена.

Леди Брирен сказала:

— Судя по дыму, огонь все еще горит.

— Тогда важно узнать, что случилось с лордом Дамиеном. Может, только ему по силам остановить пожар, пока он не добрался до Сурао.

Ее отец был прав. Дамиен был важнее. Она не знала, насылала ли мертвый сон ее мать, и как она это делала. Но те, кто ему поддались, просто спали. А в реальном мире умирали люди.

— Да. Леди Брирен, вы отнесете меня в Сурао?

Она помрачнела.

— Не уверена, что лорд Харук нам обрадуется. Сурао не жалует гостей, а сейчас там точно усилена защита границ. Потому мой народ пересекает континент со стороны моря.

— Я могу прибыть как посланник альянса. Может, дом Рафель присоединится к нам, раз империя напала на них.

Леди Брирен приподняла бровь.

— Шанс есть. Я бы хотела знать, там ли мой супруг. Он сопровождал лорда Дамиена. Подозреваю, если мы найдем Рейдина, узнаем, где лорд Дамиен.

Каяфас скрестил руки.

— И это последний шанс для лорда Харука и его народа. Если огонь не остановить, его земля будет уничтожена, и его народ сотрет империя, если их еще не стер пожар.

— Тогда нужно отправляться, — Селена вспомнила, что Дамиен как-то говорил так же. Они сходились во мнении: первым делом нужно было спасать народ.

— Хорошо, — огонь вернулся в глазах леди Брирен. — Готовьтесь к отправлению днем. Шанну и другие виверны охотятся, но, когда они вернутся, мы отправимся.

— Спасибо, леди Брирен. Я буду готова.

Комната опустела, и Каяфас подошел к Селене в коридоре.

— Хочешь попрощаться с Офелианой? — спросил он, пока они шли по темному прохладному коридору.

— Да. Я не знаю, когда вернусь в Вороний замок. Думаю, это путешествие уведет меня дальше леса вокруг Сурао.

— Да. Мы воюем. Все меняется. Ты пришла сюда освободить Вороний замок и горный народ. Теперь тебе нужно освободить остальных.

Они шли в тишине. Окно слева показывало горы Магир, но дым накрыл их. Она будет скучать по этому месту. По своему дому.

— Селена… — ее отец нарушил тишину между ними. Она посмотрела на него и обнаружила, что ее отец остановился посреди коридора.

Тень улыбки мелькнула на его уставшем и осунувшемся лице.

— Моя дорогая дочь, ты стала такой, какой я хотел видеть представительницу дома Рейвенвуд, какими были старые сновидцы. Да, я хотел вырастить тебя для коалиции, но больше я хотел, чтобы ты приняла то, какими были предки: защитники и вдохновители этих земель. Я… горжусь тобой.

Слезы обжигали глаза Селены.

— Спасибо, отец, — сказала она, горло и грудь сдавили внезапные эмоции.

Он склонился и поцеловал ее в лоб.

— Кстати, Офелиана, по-моему, в саду с Петуром.

Селена рассмеялась, выдохнула с дрожью и пошла к саду. Каяфас спустился с ней по лестнице и вышел на теплый сухой летний воздух.

Они быстро нашли девочку. Ее рыжие кудри ниспадали на плечи, она склонилась и смотрела, как белая бабочка летала среди лаванды. Невинность и свет ее сестренки навсегда останутся в памяти Селены.

— Офелиана, — мягко позвал ее отец.

Офи подняла голову, заметила их и подбежала, широко раскинув руки. Она обняла Каяфаса, потом Селену. Селена подняла взгляд и была уверена, что заметила слезы в глазах отца. Хоть Офелиана не была его дочерью по крови, она была дочерью в его сердце.

— Не переживай за Офелиану. Я присмотрю за ней и уберегу ее, — он подтвердил ее мысли. — И я присмотрю за Вороньим замком.

Офи подняла голову, хмурясь. Селена провела рукой по голове сестры, слезы снова покалывали глаза.

— Верно, Офи. Мне нужно идти. Людям нужна моя помощь.

Она кивнула после паузы, словно понимала больше, чем Селена говорила. Может, так и было. Было что-то особенное в Офи за ее большими янтарными глазами и губами, которые никогда не говорили.

Она снова обняла Офи, задержалась на миг, а потом отодвинулась.

— Свет присмотрит за тобой, Офи.

Офи улыбнулась странной понимающей улыбкой, и на миг Селена задумалась, знала ли ее сестра о Свете.

Петур подошел со шляпой в руках, его ботинки были в грязи. Он поклонился Каяфасу и Селене.

Селена улыбнулась ему.

— Петур, сад выглядит чудесно.

— Спасибо, миледи. Вы всегда любили это место в детстве. Похоже, леди Офелиана пошла в этом в вас.

Селена улыбнулась.

— Я не удивлена. Она всегда любила цветы.

— Я приглядываю за ней утром, чтобы Маура отдохнула. Но за ней не сложно приглядывать — она милейшая.

Офи оглянулась и улыбнулась Петуру. Лохматый старый садовник улыбнулся в ответ.

— Почти полдень, и тебе еще нужно собрать вещи в путь, — мягко напомнил ей Каяфас.

— Ты прав.

Она попрощалась с Офи еще раз, смотрела, как Петур взял ее за руку и повел в сад.

Она всегда будет сожалеть, что управляла кошмарами Петура во время первого похода в сон, но Селена ощущала спокойствие на сердце. Тут было много боли из ее прошлого, но в этот миг казалось, что трещины на ее сердце соединялись. Это ощущалось как прощение.

«Спасибо, Свет».

32

Тысячи палаток раскинулись на сухой траве пустыря, в каждой были объединенные силы империи Доминия и дома Фриер. Последние несколько недель империя продолжала двигаться на юг и запад, останавливаясь у поселений и городов Фриера, требуя еду и припасы для армии, забирая силой, когда нужно было.

На это и рассчитывали Рауль и лидеры Фриера.

И каждый раз Рауль или генералы говорили с лордом Ивульфом об этом, но его отец говорил, что это для общего блага. Когда война кончится, трофеев хватит всем.

Рауль плюнул на землю с отвращением от мысли, а потом вытер рот. Когда он заговорил с отцом об этом снова прошлой ночью, отец сорвался. С одной стороны, было приятно видеть у отца огонь в глазах. С другой, его отец горел только для империи, а не их земли или народа, показывая, почему он не должен был больше возглавлять дом Фриер. А Рауль должен был.

Рауль шагал по узкой тропе к палатке впереди. Еще одно собрание, проявление силы империи. Он еще не понял, как встретиться с другими великими домами. Пока шанса не было. Но должен был стараться лучше.

Рауль прошел в большую палатку, направился влево к стражам и прислонился к ткани стены. Было тихо, командир Орион хмуро смотрел на леди Рагну за столом, его грозный вид усиливался от шрама, что тянулся на левой стороне лица. Рауль со своего места видел командира Ориона, леди Рагну и своего отца. Он ожидал услышать об их недавних победах, но вместо этого, похоже, назревала ссора. Он скрестил руки и ждал, чтобы услышать причину.

— Похоже, вы снова не справились, леди Рагна.

Рауль посмотрел на великую леди. То, что слова командира Рауля беспокоили ее, было видно только по поджавшимся губам.

— Обман моего супруга — шок и для меня. Если бы я знала, приказала бы капитану Стэнтону…

Командир Орион взмахнул рукой.

— Довольно. Теперь мы знаем, что ваш муж с тайной коалицией, может, даже лидер. Но мы потеряли Вороний замок и окрестности. Да, мы захватили Шаналону, но потеряли остальной север.

Рауль подавил улыбку. Леди Рагна была одной из самых наглых женщин из тех, кого он знал, и хоть он восхищался ее силой и харизмой, было что-то приятное в том, что ее чуть подавили. И это усиливало его решение продвигать дальше его планы. Он не хотел, чтобы дом Фриер оказался на месте Рейвенвуда, и его будущее великого лорда было стерто империей.

Лорд Ивульф сказал:

— Я получил весть от одного из моих гонцов из крепости у реки Дрихст, что почти весь восточный лес сгорел. Скоро мы сможем пойти на Сурао.

— Хорошо, — сказал командир Орион. — Мы подготовим отряды и продолжим путь на запад, — разговоры перешли к грядущему походу на Сурао. На леди Рагну поглядывали, но она игнорировала это. Рауль не понимал, зачем командир Орион позорил леди Рагну при своих людях. Хотел надавить на нее? Запугать? Показать на ее примере всем, что командир армии империи знал все и всем управлял?

Страх пробежал струйкой по спине Рауля. Если дело обстояло так, как скоро их мятеж раскроется?

Воздух стал теплее в палатке, собравшиеся планировали следующие ходы. Раулю уже казалось, что жар и гул разговоров усыпят его, но командир Орион поднял руку и отпустил генералов. Рауль отошел от стены палатки и потянулся.

— Леди Рагна, я хотел бы поговорить с вами.

Рауль поднял голову, ему было интересно, что командир Орион хотел от леди Рагны, отругав ее при всех своих генералах.

Леди Рагна склонила голову.

— Конечно, командир Орион.

Другие генералы медленно выходили из палатки, но его отец остался. Рауль прищурился. Если его отец оставался, то и он останется. Он снова прислонился к стене.

Последний мужчина ушел, и командир Орион повернулся к леди Рагне, будто игнорируя его и его отца.

— Как далеко вы продвинулись в своем даре хождения по снам?

Хождение по снам? Они говорили о способности дома Рейвенвуд?

— Я смогла расширить расстояние между собой и спящими. Но я могу задеть около двадцати спящих за раз. И это длится не больше ночи.

— Или, — начал командир Орион, — их кто-то будит?

Кровь отлила от лица леди Рагны.

— Н-не знаю, о чем вы.

— Один из моих людей сообщил кое-что интересное. Они уловили слухи, что женщина-ворон посещает сны всех людей на всех землях.

Рауль склонился, желая услышать больше.

— Вы говорили, что только вы можете использовать дар больше, чем на одном человеке, и без прикосновения. Только вы так можете с помощью Темной леди.

Рауль взглянул на леди Рагну, вскинув брови. Командир Орион и леди Рагна смотрели друг на друга, борясь без слов. Его отец напряженно наблюдал.

Рауль знал о силе дома Рейвенвуд, и как они использовали свой дар, но это было новым. Если можно было входить во множество разумов без прикосновения, такая сила могла воровать тайны или даже стереть империю с помощью разума сновидицы.

— Я н-ничего не слышала от своей дочери Амары, — сказала, наконец, леди Рагна.

Рауль фыркнул. Леди Рагна ведь не думала, что у Амары была такая сила? Или что она была жива? Если Амару поймали при попытке убить лорда Дамиена, то ее скорее всего убили. Только одна Рейвенвуд могла такое.

Селена Рейвенвуд.

Его пальцы дрогнули от мысли о старшей дочери Рейвенвуд. Ее темная красота, ее сила. Эта новость только подтвердила его мнение, что его дом объединился не с той Рейвенвуд.

— Судя по вашему лицу, вы знаете, кто так делает, — сказал командир Орион опасным тихим голосом. — И это не Амара, так ведь?

Леди Рагна побледнела еще сильнее.

— Не она, — сдавленно сказала она. Рауль не знал, от страха или гнева.

— Тогда у вас новое задание, леди Рагна. Нам нужно убрать эту сновидицу. Если ваша дочь Селена решит использовать дар на моих солдатах, мы проиграем. А если мы проиграем, — он холодно посмотрел на нее, — и вы проиграете.

Лорд Ивульф уставился на леди Рагну. В тот миг Рауль видел волка в глазах его отца, жаждущего крови, готового пойти против напарницы.

Леди Рагна подняла голову, глаза были холодными и темными. Учитывая способности леди Рагны, командиру Ориону стоило быть осторожнее со словами.

— Я не знаю, где сейчас Селена, — сказала она. — Но посоветуюсь с Темной леди. Вместе мы ее отыщем. И если она может делать то, о чем вы говорите, ее способность может нам помочь.

— Как?

— Я могу войти в разумы нескольких спящих. Но если я войду в пейзаж сна Селены, возможно, я получу доступ ко всем разумам, с которыми она соединена. Если она может то, что вы описали, то ее пейзаж сна — врата во сны альянса.

Холодок охватил тело Рауля от мысли о такой силе и Темной леди. Одно дело биться кровью и плотью, а другое — идти против бестелесного существа.

— Сделайте это, леди Рагна. Все, включая мою элиту, будет в вашем распоряжении для поисков леди Селены. Отыщите ее, убейте ее, главное — уберите угрозу.

Леди Рагна склонила голову.

— Благодарю, командир Орион.

Мысли Рауля путались. Ему нужно было связаться с альянсом как можно скорее. Может, он мог вызваться ловить леди Селену или разведывать. Если бы он нашел леди Селену, он смог бы поделиться своими тайными планами и желаниями его народа. И она смогла бы передать просьбу его дома вступить в альянс.

Рауль отклонился к стене, скрестив руки. Ему нужно быть осторожным. Если ошибки леди Рагны могли раскрыть, это могло произойти и с его обманом.

Но он предпочел бы связь с леди Селеной, а не леди Рагной. Может, это была их судьба. Каждое поколение дома Фриер и дома Рейвенвуд оказывалось вместе. Ему пора было устроить свой союз с домом Рейвенвуд.

33

Южный лес был пейзажем сгоревших деревьев, выжженной земли и смерти. Почти ничего не выжило в пожаре. Вдали оранжево-красные огни лизали темное небо, огонь продолжать путь разрушения к Сурао.

— Долго еще? — спросила Селена поверх хлопанья сильных крыльев Шанну.

— Еще пара часов, — крикнула в ответ леди Брирен.

Последние несколько дней Селена могла думать только о Дамиене. Каждую ночь она пыталась пройти в его пейзаж сна, но тот был закрыт. От всего. И его жизнь тускнела.

— Держись, Дамиен, — шептала Селена, сжимая край седла. — Я уже близко.

Дым валил все гуще, чем дальше они летели, пока они не опустились для короткого перерыва. Карл и два других всадника, сопровождающие леди Брирен, приземлились неподалеку.

— Не верится, что империя это сделала, — сказала леди Брирен, хмурясь. — Я летала над этим лесом много раз, пока училась. Он был красивым, зеленым и древним. Теперь… — она покачала головой. — Века красоты стали пеплом. И дома Фриер и Рейвенвуд помогли этому, — она с долей вины посмотрела на Селену. — Простите, что оскорбляю ваш дом.

— Нет, вы правы. Моя мать позволила это — или не попыталась помешать, — Селена оглядела следы пожара с болью в сердце. А если империя подожгла бы горы Магир? Она не могла представить свои земли, сгоревшие дотла. Но это и случилось четыреста лет назад, когда Вороний замок и дом Рейвенвуд пострадали от нападения, которому поспособствовали другие дома.

Она покачала головой и развернулась в поисках места для личных нужд. Прошлое не давало ее дому права вредить остальным. Боль приносила боль. Ненависть приводила к большей ненависти.

Она не будет участвовать в этом.

Когда Селена вернулась, другие ели сухари и делились флягами. Она съела свою порцию, пока остальные мочили полоски ткани, выжимали и раздавали.

— Постарайтесь не вдыхать много дыма, — сказал ей всадник, передавая ткань. Она кивнула и обвязала лицо. Карл тоже так сделал и кивнул ей.

Они взлетели на вивернах в воздух. Полет на виверне был похож на полет в облике ворона в пейзаже сна, но и отличался. Холодный ветер с дымом бил по лицу, Селена решила, что ее полет ей нравился больше.

Они повернули на юг, подальше от огня, и направились к городу Сурао. Солнце начало опускаться, Селена заметила огоньки вдали. Они приближались, и огоньков появлялось все больше, пока не стало казаться, что тысячи светлячков плясали среди деревьев. Перед мерцающим лесом был широкий луг с высокой травой и сотнями полевых цветов.

Ветки и листья накрывали город Сурао. Они опускались ниже, и стало видно здания из гладкого дерева с овальными окнами под естественной крышей. Всевозможная зелень росла у зданий и на улицах. Лампы висели на каждом углу, проливая мягкий свет на город. Леди Брирен направила Шанну к центру Сурао, где замок был построен в самом большом дереве из всех, что Селена видела. В ветках были вырезаны лестницы и площадки, плющ обвивал огромный ствол.

Внизу была большая дверь, ведущая в дерево-замок, и стражи в изумрудной форме вышли, направив копья на небо.

— Пф, вот так встреча, — леди Брирен направила Шанну по кругу перед дверью. Они приземлились, леди Брирен спрыгнула с седла и прошла к стражам. Они грозно подняли копья. — Я — великая леди Брирен из дома Мерек. С каких пор дом Рафель так нас встречает?

— Вы — не первая виверна, попавшая в наш город, — сказал страж. — И лорд Харук не хочет впускать больше.

Не первая виверна? Руки Селены задрожали, она начала распутывать ремешки, что удерживали ее ноги на спине виверны. Дамиен был тут?

— Кем был всадник? Назовите имя.

— Рейдин из дома Рал, — ответил страж.

Леди Брирен скрестила руки.

— Это мой супруг, и я с ним увижусь. И я принесла леди Селену из домов Рейвенвуд и Марис.

— Рейвенвуд? — стражи шептались, некоторые побледнели. Селена прищурилась. Что они знали о ее доме, что вызвало такую реакцию?

Страж, который говорил за остальных, шагнул вперед, не опуская копье.

— Мы сообщим лорду Харуку, что гости прибыли забрать лорда Дамиена.

Забрать? Он был тут. Селена подошла к леди Брирен.

— Я тут еще и как представитель альянса великих домов и коалиции. Я поговорю с лордом Харуком Рафелем.

— Он не хочет встречаться с вами…

— А я хочу, — леди Аяка вышла из арки с плющом над главной дверью замка. — Леди Брирен, леди Селена, добро пожаловать в Сурао.

Селена еще не слышала столько слов от леди Аяки. В Вороньем замке на собрании девушка все время безмолвно стояла рядом с отцом.

Теперь ее наполняла уверенность, она высоко держала голову, темные волосы были собраны на голове и закреплены замысловатыми палочками. Ее мантия была темно-зеленой, с широкими рукавами и белыми цветами, вышитыми на швах.

Леди Брирен улыбнулась.

— Леди Аяка, рада вас видеть.

— И я, подруга, — леди Аяка повернулась к Селене. — Леди Селена, ваш муж был под моей опекой. Мы смогли исцелить его тело, но он еще не проснулся.

— Он спит?

— Нет, — леди Аяка покачала головой. — Похоже, он заперся в своем разуме.

— Вы можете отвести меня к нему?

Леди Аяка поклонилась.

— Да, но я не уверена, можете ли вы ему помочь.

Леди Брирен шагнула вперед.

— Вы многое не знаете о леди Селене. Отведите ее к лорду Дамиену, а потом я поделюсь новостями от союза и коалиции. И я была бы не против увидеть Рейдина.

Леди Аяка замерла, изумрудные глаза пристально разглядывали Селену, а потом она поманила ее рукой.

Первый страж, который говорил с ними, поднял голову.

— Миледи, ваш отец…

— Я поговорю с отцом, Лин. Спасибо за заботу.

Он поклонился и отошел, опустил копье. Другие стражи последовали примеру.

— Да, миледи.

Леди Брирен отдала приказы другим всадникам, и они с Селеной пошли по кругу из гладкого камня к входу в замок. Страж открыл дверь и отошел, склонив голову.

Внутри замок-дерево потрясал больше, чем снаружи. Он был вырезан в огромном дереве. Стены были гладкими, было видно грани и узор дерева, плющ и мох сами по себе росли на стенах. Дверей не было, занавесы из листьев и цветов скрывали проемы, пропуская свет снаружи в замок. Маленькие ниши были вырезаны в стенах, покрытые защитным слоем, чтобы дерево не загорелось от свеч. Воздух пах как лес: деревьями, водой и травами.

Центр дерева открывался широким пространством с круглой лестницей, что вела на пять этажей вверх. Большая люстра из кованого металла и листьев висела наверху, рассеивая свет и тени по этажам ниже.

— Сюда, — сказала леди Аяка, направляясь к круглой лестнице. Они миновали два первых этажа, на третьем леди Аяка сошла и направилась в дерево. Свечи мерцали в крохотных нишах. В конце коридора в дереве было вырезано круглое окно.

Два стража стояли у арки, скрытой плющом. Мужчины поклонились леди Аяке, но с опаской посмотрели на леди Брирен и Селену.

— Они со мной, — сказала леди Аяка и отодвинула плющ. Селена и леди Брирен прошли за ней. Комната была большой, с широким окном на другой стороне, высоким потолком, который поддерживали балки, и кроватью у стены, будто сплетенной из веток осины. А на кровати…

— Дамиен, — прошептала Селена, сердце замерло в груди.

Его лицо было бледным, почти как кора осины, темные волосы прилипли к лицу. Темная щетина виднелась на челюсти, указывая, что он давно не занимался собой.

— Всадник Рейдин принес лорда Дамиена сюда почти неделю назад. Его спина и правый бок были сильно обожжены. Я смогла исцелить его ожоги, хотя шрамы остались, но его разум…

Селена шагнула к кровати, ее тянула связь с Дамиеном. Она коснулась одеяла на его теле, потом щеки. Его кожа была холодной, хотя обычно он был теплым.

— Шрамы меня не пугают. Важно, что Дамиен жив, — она хотела обнять его, но вокруг были другие люди, и она не знала, можно ли было беспокоить его.

— Да, он жив, но если его разум разбит, он может таким и остаться.

Разум… разбит…

Ее тело застыло, пальцы замерли над его лицом. А если он был как Рената? А если его разум был поврежден так, что ей не хватит сил? Та темная тень в его душе поглотила его?

Селена обернулась.

— Мне нужно войти в его разум и увидеть, что делает его таким.

Леди Аяка нахмурилась.

— Войти в его разум?

— Да, через пейзаж сна.

— Постойте… — ее глаза расширились от осознания. — Вы…?

Леди Брирен коснулась руки леди Аяки.

— Да, у леди Селены древний дар Рейвенвудов. Это долгая история, и я скоро ею поделюсь. А пока что оставим леди Селену использовать дар и пробовать разбудить лорда Дамиена.

— Сновидица, — прошептала леди Аяка.

— Да, — леди Брирен медленно развернула леди Аяку. — И я хочу увидеть своего супруга.

Плющ скрыл проход, и в комнате стало тихо, лишь тихое дыхание доносилось от кровати.

Селена развернулась.

— Дамиен, — прошептала она, сердце разбухло, а кулаки сжались по бокам. Ее желудок сдавило, она вспомнила пустоту разума Ренаты. Это она найдет в пейзаже сна Дамиена?

Она шагнула к кровати и осторожно легла на боку рядом с Дамиеном, опустила руку на его грудь. Она ощущала его боль, даже не входя в пейзаж сна. Аяка исцелила физические раны, но глубокие скрывались под поверхностью, и тень терзала его душу.

Она глубоко вдохнула, отогнала страх, пульсирующий в груди. Страх только помешает ее дару.

Пора было узнать, что за тень то была.

Она прижала пальцы к его руке, прильнула к его телу и закрыла глаза. Как только она открылась своей силе, ее утянуло в сон Дамиена.

34

Буря бушевала на пляже в разуме Дамиена. Море обрушивалось на песок пенными волнами, серые тучи собрались в небе. Траву пригибал ветер. Через мгновения полился дождь.

Селена стала вороном. Она взлетела выше в поисках его души. Дождь мешал видеть, и порывы ветра били по ее маленькому пернатому телу, словно большие ладони.

Она выровнялась в воздухе, спикировала к песку и начала поиски. Где он был? Где была его душа? Тень в нем всегда появлялась возле души.

Она оставалась возле дюн, следовала за изгибами холмов. Не было видно яркого света. Может, тут были только его сны, а не он.

Хотя…

Селена заметила маленькую сферу за следующей дюной. Она раскрыла крылья и поспешила к душе. Она приближалась, и ей стало не по себе. Душа выглядела не так, как она помнила. Она была холодной и тусклой, словно свет угасал.

Страх обвил ее сердце. Такое могло произойти?

«Дорогой Свет, прошу, помоги мне», — молилась она, опускаясь и принимая облик человека.

Буря не унималась вокруг нее, но дождь стал моросью. Она промокла, синее платье прилипло к телу, волосы свисали длинными мокрыми прядями на спине.

— Дамиен, — прошептала она, подходя к его душе. — Что с тобой случилось?

Она опустилась на колени на песке, провела пальцами по сфере. Там не было ни тепла, ни трепета жизни. Она прижала ладони к душе и опустила ее на свои колени.

Она склонила голову.

«Что мне делать? Как помочь?».

«Напомни ему. Напомни, кто он».

Селена закрыла глаза. Душа дрожала. Она тянулась, пока не стала призраком Дамиена на ее коленях. Он ее не замечал. Он не замечал ничего.

Селена прижалась щекой к его мокрой щеке, убрала его темные волосы ладонью, обвила рукой его пояс, прижав его к себе.

Тень была тут, она это ощущала. Как зияющая дыра в нем. Она видела, как он моргнул, но все равно смотрел вдаль.

— Покажи мне, — прошептала она. — Что за тьма внутри тебя?

— Больно, — прошептал он.

— Я тут. И Свет тут. Ты не один.

Она ощутила, как он вдохнул, и пейзаж сна изменился вокруг них, появлялись и пропадали воспоминания, как в калейдоскопе. Селена смотрела, как Дамиен вспоминал чуму и смерти своих родителей. Потом Квинна. Одиночество хлынуло на нее ледяной рекой, и она дрожала от холода. Боль, вопросы и темные мысли наполнили воздух вокруг них. Она сжала Дамиена крепче.

Появился мужчина с бородой и яркими глазами Дамиена. Юный Дамиен протянул комок шерсти, который не двигался в его руках. В его глазах не было слез, но Селена видела, что его губы подрагивали.

— Почему я так переживаю, отец?

Мужчина опустил ладонь на плечо Дамиена.

— Потому что ты хочешь всех спасти, сынок. У тебя большое сердце. И ему неприятно видеть боль в этом мире. Но это не слабость. Это твоя скрытая сила. Никогда не забывай это.

— Но это моя слабость, — пробормотал взрослый Дамиен, голос гудел в его груди под ладонью Селены. — Я не могу отпустить.

Пейзаж сна изменился. Небо стало черным, горели тысячи деревьев. Другой Дамиен склонился перед телом неподалеку, его лицо искажала боль, его озарял огонь вокруг.

Дамиен вне пейзажа сна дернулся в ее объятиях и попытался сесть.

— Нет, нет, нет, нет.

Но Селена ощущала связь с тенью, что поглощала его, так что надавила на его разум и позволила сну продолжиться.

— Нет! Я тебя не потеряю! — заорал Дамиен.

Когда Селена узнала тело рядом с Дамиеном, воздух покинул ее легкие.

Тэгис.

Кровь покрывала его тунику спереди, стрела торчала из кожаной жилетки под таким углом, что не было сомнений, что она пробила его сердце.

Горе Селены полилось в пейзаж сна, и молния вспыхнула в небе. Она опустила голову и прижимала дух Дамиена к себе. Ей нельзя было поддаваться эмоциям в пейзаже сна Дамиена.

Воспоминание продолжалось перед ней. Тэгис поднял ладонь с дрожью и опустил на руку Дамиена.

— Отпусти… меня.

Дамиен рухнул, слезы лились по его лицу.

— Я не могу. Я не могу отпускать людей.

На кровати в Сурао Дамиен извивался в хватке Селены как дикий зверь.

— Забери меня отсюда, ради Света!

Слезы наполнили ее глаза, в груди болело. Но она осталась, удерживала его в пейзаже сна. Правда была тут, и ей нужно было ее услышать, если она хотела помочь мужу.

Тэгис моргнул с нежной любовью на лице, его душа стала ускользать.

— Ты должен. Или… никогда не… исцелишься, — он выдохнул последние слова, и тело обмякло.

Дамиены в пейзаже сна и вне его закричали одновременно.

Селена закрыла глаза и прижалась головой к изгибу его шеи.

«Я понимаю, что нужно теперь сделать», — она махнула свободной рукой, тьма, огонь и Тэгис растаяли.

Дамиен тяжело дышал в ее руках, его душа дрожала. Его отец был прав: самым большим даром Дамиена — куда больше способности поднимать воду — было его сердце. Он любил людей и сопереживал всем. Но нити, что соединяли его сердце с людьми, остались и после их смерти, и это душило его.

Он должен был научиться отдавать любимых Свету.

— Дамиен, — прошептала она.

Его дух повернул голову на ее голос.

— Позволь показать, что я узнала, — она опустила ладонь на его лоб и закрыла глаза.

Из глубин души она показала ночь, когда умерла ее сестра, когда она встретила Свет. Всю боль, слезы и свои страхи. Часть Дамиена сострадала ей.

— Теперь я покажу, что мне сказал Свет, — она дала воспоминанию наполнить ее, нежный тенор Света пробрался из нее в разум Дамиена.

«Все в моих руках. Даже твоя сестра. Пусть останутся там. Я позабочусь о них».

А потом она показала ему, как отпустила прах Амары по ветру вместе с теми, кто умер при захвате гор Магир.

Воспоминание угасло.

Селена прижала его душу к своей груди, обвила руками его эфемерное тело.

— Отпуская, ты не забываешь. Это не слабость — любить людей. Но их жизни нести не тебе. Ты можешь делить жизнь с ними. И когда они умирают, они остаются в руках Света.

— Я не могу. Я слишком сильно скучаю по ним.

— Мой дорогой муж, ты силен. Но одной силы мало. Ты слишком долго нес все сам. И даже когда ты искал помощи других домов и вел коалицию, ты стоял один, полагаясь на свою силу. Пора позволить остальным помочь тебе, как ты помог им.

Его тело напряглось под ее ладонью.

Селена закрыла глаза, ощущая его борьбу. Она могла дать лишь слова и картинки, и только Свет мог добраться до его сердца.

Она прижала ладонь к его груди.

— Ты пытался делать это один. Тебе нужны остальные, чтобы заполнить дыру в тебе, чтобы помочь тебе любить и научить тебя отпускать. Свет сделал так, что люди вместе, помогают друг другу, поддерживают друг друга. Прошу, позволь мне, — она поцеловала его шею. — Позволь мне первой встать рядом с тобой.

— Селена, — сдавленно выдохнул он. Он поднял руку, опустил ладонь поверх ее и сжал пальцы мертвой хваткой.

Селена не ответила. Она просто держала его, пока он боролся с ее словами и словами Света. Порой его тело содрогалось, а потом он застывал как мертвый. Селена держала его, словно только она не давала ему утонуть, все это время молясь за него.

Она не знала, как долго они сидели в пейзаже сна среди серости. Казалось, часами. Может, даже днями. Она знала лишь, что останется с ним, пока он не будет готов.

А потом что-то изменилось. Дамиен прильнул к ее телу, его ладонь съехала к ее ключицам. Его легкое дыхание напоминало человека, которого отпустила лихорадка.

— Селена? — сказал он снова, голос был утомленным.

— Я все еще тут.

Он медленно повернулся в ее объятиях и прижал ладонь к ее лицу.

— Спасибо… что остаешься со мной.

Слезы наполнили ее глаза, она смотрела на его лицо. Дамиен опустил голову на ее грудь, и она ощутила, как его охватил настоящий сон и в пейзаже сна, и в реальности.

Его борьба была окончена. Что бы ни произошло между ним и Светом, она знала, что он нашел покой. Мог возникнуть другой бой — и не один, ведь война продолжалась, и люди умирали. Но он победил сейчас, и это даст ему сил выиграть снова. У него всегда будет его сердце. Но теперь он был не один. И он мог доверять жизни любимых тому, кто был выше них.

— Крепко спи, любимый, — Селена закрыла глаза и позволила и себе уснуть, все еще сжимая Дамиена в руках.

35

Свет появился перед глазами Дамиена, будил его. Он открыл глаза, он давно не ощущал себя таким отдохнувшим. Над ним пересекались толстые деревянные балки, поддерживая высокий потолок. Солнце лилось в окно справа, мягкие лучи падали на кровать, где он лежал.

Он моргнул. Кровать была сплетена из веток осины и бревен. Запах дерева висел в воздухе вместе с дымом из камина. Что-то теплое было рядом с ним, ладонь лежала на его груди.

Он посмотрел туда. Селена. Ее пальцы лежали на его голой коже, и она выдохнула, глаза были крепко закрыты.

Он повернул голову и посмотрел на ветки осины над собой. Он помнил все: тьму, боль, голос и присутствие Селены, зовущей его к Свету.

И Свет…

Пылающий свет наполнил его, обжигая очищающим огнем. Каждая смерть, каждый человек, который был ему дорог, стояли перед ним. И каждый раз, когда Свет просил их, было больно. Больно отпускать. Особенно Квинна и Тэгиса.

Дамиен сглотнул. Он все еще скучал по ним. Но ноющая дыра пропала.

— Тэгис, я это сделал, — прошептал он. — Я смог отпустить. Я т-теперь исцеляюсь.

Он почти мог представить, как Тэгис ему улыбается.

«Вовремя, друг».

— Дамиен?

Дамиен опустил взгляд, увидел, что Селена пошевелилась. Она приподнялась на локте и моргнула. Ее волосы свисали вокруг нее, запутавшись, словно их трепал ветер.

— Ты проснулся?

— Да.

Она провела ладонью по своему лицу, убрала назад спутанные черные пряди.

— Как долго мы спали?

Он нахмурился.

— Даже не знаю, — он осторожно отодвинулся от Селены и сел. — Я даже не знаю, где мы.

— В Сурао, в замке дома Рафель.

— Дом Рафель? Когда я сюда попал? И как? — воспоминания вернулись: лесной пожар, стрела в Тэгисе, его сила…

Селена тихо рассмеялась, ее голос был как стук дождя.

Он взглянул на нее с вопросом.

Она улыбнулась.

— Приятно видеть, что ты проснулся и говоришь. Мы переживали.

— Переживали?

— Леди Аяка сказала, что ты был в плохом состоянии, когда Рейдин принес тебя из леса. Весь твой правый бок был обожжен. Леди Аяка днями исцеляла тебя.

Дамиен посмотрел на свое тело. Его грудь была обнажена, и было видно неровные красные линии на правой стороне его тела от руки до пояса. Три белые волны его правом бедре были теперь искажены. Пропали гладкие линии. Его правый бок был ужасно отмечен.

Он ощущал себя открыто, потянулся за одеялом, но Селена остановила его.

— Не надо.

— Что не надо? — он пытался вытянуть одеяло и ее руки.

— Не прикрывай их. Твои шрамы — доказательство, что ты выжил, — она замерла, а потом потянулась над его коленями и нежно опустила пальцы на кожу в шрамах. — Это доказательство, что ты все еще со мной.

Он вздохнул и отпустил одеяло.

— Ты права, я еще жив, — он должен был благодарить за это леди Аяку. И если Селену устраивали шрамы, то и его тоже. Он был живым. И…

Он глубоко вдохнул и сосредоточился на своем сознании, на месте, где обитал его дар. Сила снова текла, как река без дамбы.

Он посмотрел на Селену.

— Лес все еще горит?

Она посерьезнела.

— Да. По крайней мере, горел, когда я прибыла помочь тебе.

— А как ты сюда попала?

— Я не смогла дотянуться до тебя в пейзаже сна. Твой разум… был как крепость, непроницаемая. Я знала, что что-то не так, и Свет сказал идти к тебе. Леди Брирен прибыла в Вороний замок и отнесла меня сюда на пути к остальным своим воинам из дома Мерек.

— Так ты приглядывала за мной.

Селена мягко улыбнулась ему.

— Да. И я рада, что Свет сказал мне прийти, — она склонилась и поцеловала его.

Яростное желание защищать охватило Дамиена, и сила бушевала в нем. Да, он снова был целым. И не только из-за своей жены, но и из-за Света. И теперь его сила снова была его…

Дамиен отодвинулся.

— Мне нужно идти. Если лес еще горит, мне нужно остановить пожар, — он повернулся к своей стороне кровати, свесил ноги и встал. Он оглядел комнату в поисках своей одежды.

— Там, — сказала Селена, кровать зашуршала от ее движений. — На деревянном сундуке в углу. Твоя старая одежда обгорела, и леди Аяка приказала принести новые вещи.

Дамиен прошел к сундуку справа от окна и поднял темно-синюю ткань. Одеяние напоминало тунику, но доставало до середины бедра. Там был и плащ с капюшоном из той же ткани, но темнее, а еще широкий пояс, штаны и сапоги.

Он видел, что некоторые из дома Рафеля носили такое, и отчасти понимал, как это надеть. Он натянул штаны и тунику, накинул плащ и взял темный пояс, стал наматывать его на себя.

— Я тебе помогу, — сказала Селена. Он ощутил через миг, как она закрепила ткань сзади. — Вот так, — сказала она, он развернулся. — Тебе идет.

И тут Дамиен понял, что Селена была в одежде с дороги.

Она ощутила его взгляд и покраснела.

— Я сразу пошла к тебе, как только прибыла.

Он опустил ладони на ее плечи, сердце взрывалось от любви к этой женщине.

— Спасибо, — сдавленно сказал он.

— Не за что, — прошептала она и прижала ладонь к его щеке. — Я могла думать только о тебе.

Он поцеловал ее снова и отошел на шаг.

— Я не хочу уходить.

— Ты должен. Иди и используй свой дар.

Он выдохнул и улыбнулся.

— Я люблю тебя, — он повернулся и ушел за занавес плюща.

Страж у двери провел его по двум коридорам в центр огромного дерева с круглой лестницей внутри. Он прошел в зал переговоров на первом этаже, леди Брирен и леди Аяка тут же встали.

— Лорд Дамиен, — глаза леди Брирен были огромными. — Вы проснулись.

— Да, и мне нужно уходить, — он повернулся к леди Аяке и поклонился. — Леди Аяка, благодарю за исцеление моего тела. Взамен я хочу вернуться в лес и покончить с пожаром.

Она поклонилась ему.

— Лорд Дамиен, я сделала пустяк. А то, что вы делаете для моего народа… мы не знаем даже, как вас отблагодарить за помощь. Особенно сейчас. Пепел уже падает на Сурао, вот-вот начнется эвакуация, — она подняла взгляд. — У нас есть защитное пространство без деревьев вокруг города, но это не остановит такой пожар, а только замедлит его. Если сможете его остановить, мы будем в долгу.

Леди Брирен сказала:

— Рейдин готов. Он настоял, что отнесет вас, если вы решите вернуться, и если леди Селена сможет вам помочь. И она смогла.

— Да, — он коснулся виска пальцами. — Она сделала не только это. Благодарю, леди Брирен, что принесли ее ко мне. А теперь, — он опустил руку, — нельзя терять время. Прошу, ведите меня к Рейдину.

Леди Брирен повела из комнаты и по коридору к большой двери. Снаружи на месте двора был большой круг гладкого камня с растениями, кустами и высокими деревьями вокруг него. Тропинки тянулись от камня к лесному городу. Серые кусочки падали с серого неба, покрывая все пеплом.

Леди Брирен встала в центре круга и резко свистнула. Прошла минута, и большое тело появилось сверху и опустилось. Красная виверна приземлилась на край каменного двора, встряхнулась и фыркнула.

Рейдин спешился и подошел.

— Лорд Дамиен, — он склонил голову. — Рад вас видеть.

Дамиен похлопал его по плечу.

— И я вас. Спасибо, что спасли меня, и что вызвались отнести меня еще раз.

— Что угодно ради человека, готового рисковать жизнью для спасения других.

Дамиен заметил уважение на лице Рейдина, а потом мужчина повернулся и шепнул что-то леди Брирен, отправился к своей виверне. Дамиен шагал следом. Он закрепил ремешки, Рейдин крикнул на древнем языке, и виверна поднялась на сильных лапах, раскрыла крылья и взлетела в небо.

Они полетели над ветками и листьями, что скрывали город Сурао, миновали луг вокруг города, направились к пожару впереди.

Узкая река появилась внизу через час полета. Рейдин стал спускаться к ней. Дамиен подозревал, что Рейдин готовился к этому моменту, искал ручьи и реки, веря, что Дамиен проснется. Было поразительно видеть такую веру в этом тихом мужчине.

Они проверили округу в поисках империи, опустились, когда все показалось чистым. В этот раз страха не было, когда Дамиен спустился с виверны и встал у реки. Уверенность, какую он еще не ощущал, наполняла его, и даже рев огня, жар и дым не могли потрясти его. Он родился для такого времени. Его дар мог спасти других. Он был стражем, и он исполнит долг своей силой. Даже для дома, который не вступил в альянс. Свет не отворачивался от тьмы.

Дамиен глубоко вдохнул и согнул колени. Он вытянул руки перед собой, повернул ладони и смотрел на огонь впереди. Лес сиял красным пламенем под серым небом. Он уже ощущал жар лицом и кожей. Огонь подступал к нему линией разрушения и смерти, был меньше, чем в сорока футах.

Он думал о Тэгисе, готовя свою силу.

— Для тебя, друг, — с криком он встал, поднимая руки. От его движения река устремилась вверх. Он будто и не терял доступ к дару.

Сила текла по его телу как прохладная вода, он удерживал реку на месте.

— Свет, прошу, помоги мне. Направь мою силу. Потуши огонь.

Он представил траекторию воды и медленно отодвинул правую руку. Он использует то же движение, каким двигал волны у скал Нор Эсен.

Он толкнул ладонь вперед.

Вода изогнулась и пролилась на землю. Как только она ударила по огню, зазвучало шипение, и густой дым поднялся в воздух. Дамиен двигал воду, все силы направлял в это, пока река не высохла.

Огонь все еще горел, но части его уже не было.

Рейдин оказался рядом с флягой и сухарем.

— У меня есть еще отмеченный ручей, — сказал он, отдавая еду Дамиену.

Дамиен просто кивнул, пока пил из фляги и грыз сухарь. Он был прав: Рейдин был готов к моменту его пробуждения. Может, вера леди Брирен в него передалась ее мужу.

Они взлетели минуты спустя, устремились к западной стороне пожара. С каждой рекой они проверяли место, а потом опускались. Солдат и разведки не было видно. Может, империя верила, что они убрали Дамиена. Это было им на пользу.

Дамиен встал перед источником воды. Он поднял воду и рассеял ее на ближайшие горящие деревья, потушил, что мог, пока вода не кончилась. Они делали это снова и снова. Дни проходили, время между полетами, едой и поднятием воды стало размытым. Он еще никогда так не давил на тело и силу. Он знал, что не выдержит, но до этого отдавал все, что мог.

Огонь отступил с наступлением ночи, остался лишь небольшой участок красного. Они опустились у небольшого озера, и Дамиен встал у края воды. На миг все расплылось перед глазами. Да, его энергия почти кончилась. Он боролся, поднял руки и послал воду к огню. Пар поднимался в ночное небо.

Все потемнело вокруг него. В нем ничего не осталось. Он был опустошен.

Он отшатнулся, и руки поймали его. Тэгис? Нет, не Тэгис. Тэгис умер.

— Хорошая работа, лорд Дамиен, — сказал Рейдин. — Вернемся в Сурао.

Дамиен просто кивнул, и его голова покачнулась. Он не мог даже идти.

Тьма охватила его, но ощущалась иначе. Его сила уже не была связана в нем, на него не давили прошлое и сожаления. В этот раз он потратил все, каждую каплю сил, и он закончил миссию.

Огонь погас. Сурао был спасен. Еще одна победа над империей.

36

Лицо лорда Харука осунулось сильнее и постарело за год после собрания. Из юного в нем остались только ярко-зеленые глаза, глядящие из-под капюшона. Селена сидела рядом с Дамиеном с одной стороны небольшого стола, леди Аяка и ее отец сидели с другой стороны. Леди Брирен уже полетела на юг к своим воинам. Дым все еще висел в воздухе, но свет солнца стал его пробивать.

— Да, я знал о предательстве великих домов во время первого нападения, — сказал лорд Харук, когда Селена и Дамиен описали все, что успело случиться. — Это передавали поколениям семьи Рафель как напоминание о том, что мы сделали, и предупреждение, что нельзя подписывать соглашения с другими домами.

Горечь наполнила рот Селены, и она сцепила ладони под столом. Он знал? Когда больше никто не знал до того, как лорд Ренлар обнаружил скрытые записи в Шаналоне?

Леди Аяка уставилась на отца, тот избегал ее взгляда.

— Почему мне не сказали об этом? — спросила она своим мягким музыкальным голосом.

— Твое время еще не настало.

— Почему вы не поговорили об этом с другими домами? — спросил Дамиен.

— Потому что каждый дом выбирает, как поступать с историей. Ваш дом, — лорд Харук посмотрел на Дамиена, — выбрал скрывать то, что они сделали. Как и дом Люцерас. Дом Вивек не хотел, чтобы знания умерли, записал это и спрятал. Но мой дом помнит, чтобы не повторить ошибки.

— И вы все еще останетесь нейтральными, хотя империя сделала такое с вашей землей?

Лорд Харук вздохнул, капюшон зеленой мантии бросал тень на его глаза. В комнате стало тихо, лишь птица пела за открытым окном.

Одно решение их домов сотни лет назад повлияло на многое: ненависть ее дома, недоверие среди других домов, бремя и страхи дома Рафель. Их предки понимали, что они сделали, чтобы спасти себя от империи? Это того стоило?

Леди Аяка протянула руку к отцу.

— Отец, возможно, пора оставить прошлое в прошлом и допустить возможность, что каждый дом изменился. И нам нужно измениться. Мы не можем биться с империей одни. Командир Орион сотрет наш дом. Он не принимает нейтралитет, а теперь убивает наш народ.

Лорд Харук поднял голову.

— Как мне поверить, что вы не сделаете так же? Нейтралитет сохранял дом Рафель во время первой войны с империей. Зачем мне объединяться с домами, что бьют в спину другому?

— Я тоже думала об этом, — Селена подняла голову. — Когда только узнала о произошедшем четыреста лет назад. Предательство моего дома, почти истребление предков заставило меня задуматься, могу ли я доверять хоть кому-то, — она оглядела комнату, посмотрела на леди Аяку, а потом на Дамиена.

Дамиен посмотрел на нее с пониманием и кивнул продолжать.

Селена выдохнула.

— Но я знаю, что не хочу, чтобы империя победила. Я не хочу, чтобы меня лишили гор, которые я люблю. Я не хочу, чтобы умирал народ, который я клялась защищать. Но я не буду жертвовать жизнями тех, кто не знает, за что умирает.

Она подумала о тех, за кем приглядывала, когда их души угасали. Они знали, за что боролись. И они были готовы заплатить цену.

— Я обещаю это всем вам. Моих предков отдали империи, чтобы дома могли победить в войне. Их не просили, им не сообщили. Я так с вами не поступлю. Мы все должны знать, с чем столкнулись, и чего это стоит.

— И что вы сделаете, леди Селена? Откажетесь использовать силу, как ваш предок?

Селена напряглась.

— О чем вы?

— Была сновидица, которая могла ходить по снам многим. Своим даром она вдохновляла великие дома. Но когда ей предложили использовать дар против империи, она отказалась. Каждый дом просили использовать дар, чтобы победить. Но если использование дара против вашей веры? Вы испачкаете руки кровью, как остальные?

— Лорд Харук, вы предлагаете мне убивать солдат империи во сне?

Он смотрел на нее.

— Так мы бы завтра уже победили.

Она могла завершить войну своим даром. Селена взяла себя в руки. В словах была капля искушения сделать так, как предлагал лорд Харук. Но это было неправильно. Искаженно и неправильно. Так она стала бы похожей на свою мать.

— Я не буду использовать дар так. Даже если мой дом сотрут снова. Это может спасти нас сейчас, но в конце всех нас уничтожит.

— Леди Розвита Рейвенвуд верила в то же. И ваш дом стерли.

— Леди Розвита Рейвенвуд?

— Она была великой леди дома Рейвенвуд во время первой войны с империей, и она погибла при нападении. Я верил, как и все, что тогда дом Рейвенвуд умер. Но ее дочь Рабанна, видимо, выжила, сохранила дар, но исказила его. И этот искаженный дар передавался с тех пор, и вы видим это по вашей матери.

Она покачала головой, с трудом веря, что лорд Харук предложит такое. Так она окажется на пути, с которого так старалась уйти, и ее потомки будут страдать от этого бремени.

— Нет, я не смогу так сделать. Это перечит пути Света, — она прижала кулак к сердцу. — Это против причины, по которой у меня есть этот дар.

Впервые тень улыбки появилась на его губах.

— Рад слышать от вас такое, леди Селена.

Селена нахмурилась. Лорд Харук проверял ее?

— Так вы присоединитесь к нам?

Лорд Харук медленно встал.

— Леди Селена, вы дали много тем для размышлений. Из всех домов ваш пострадал больше всего. Я знаю о ненависти вашей матери и бабушки. Но ее нет в вас. Это дает мне надежду. Но мне нужно больше времени.

Дамиен тоже встал.

— Но времени нет. Даже сейчас империя может идти по вашей земле.

— Я не стану принимать решение в спешке на эмоциях. Уж простите.

Лорд Харук прошел к двери, зеленая мантия тянулась за ним. Они проводили его взглядами, никто не двигался и не говорил, пока занавес плюща не упал на место.

— Простите, — леди Аяка нарушила тишину в комнате.

Дамиен отклонился и опустил ладони на стол. Селена видела, что он размышлял. Он верил в то, что нужны все семь домов, чтобы одолеть империю. Но пока у них было пять. И теперь, похоже, дом Рафель не присоединится к ним, хоть империя выступила против них, а альянс пришел на помощь.

Селена вздохнула. Она не хотела думать о том, что дом Фриер точно не перейдет на их сторону.

Через миг Дамиен поднял взгляд.

— Нам пора покинуть Сурао и встретиться с лордом Ренларом и домом Люцерас. Империя может уже идти на запад.

Горло Селены сжалось, она посмотрела на мужа.

— Но что мы можем? Силы дома Мерек будут в пути еще неделю, а то и дольше. И остается только дом Люцерас, дом Вивек и дом Марис против наступления империи, — она покачала головой. — Этого не хватит.

— Должно хватить. Мы можем хотя бы удержать империю, пока не прибудет подкрепление. И если нас отгонят к реке Дрихст, я попробую поднять ее.

— Но ты уже удерживаешь Гир. И потратил много сил на пожар. Ты сможешь поднять еще реку?

Дамиен вздохнул.

— Не знаю. Вряд ли мои предки использовали дар так сильно, кроме лорда Тора Мариса, который поднял стену с домом Фриер после первого нападения.

— Я с вами.

Селена и Дамиен повернулись и посмотрели на леди Аяку.

Она подняла ладони, глядя на них.

— Это не все, что мог бы предложить мой дом, но я не буду сидеть в стороне, когда могу спасать других своим даром.

— А ваш отец? — спросил Дамиен.

Она покачала головой.

— Я люблю отца, но тут мы не смогли договориться. Я не хочу идти против него, и я не буду пытаться переубедить остальных. Но я не дам другим умирать вместо меня.

— Понимаю, — тихо сказала Селена. — Мне нужно было принять то же решение. Я могла идти по пути своего дома и наших традиций, или могла вырваться и узнать причину своего дара, и как им помогать остальным.

Леди Аяка вздохнула.

— Надеюсь, отец увидит, что нет толку стоять в стороне, пока все умирают. Мы слишком долго прятались в нашем лесу. Он защищал нас от страданий вне наших земель — иронично, ведь наш дар помогает от страданий.

Дамиен сказал:

— Мне не хотелось бы идти против вашего отца. Уверена?

— Да. Он не запретил мне уходить. И он еще не отказал альянсу. Но его действия могут быть медленными. Надеюсь, своим поступком я покажу отцу и своему народу, что нам нужно объединиться с другими домами и покончить с этой войной.

Дамиен улыбнулся.

— Тогда мы приветствуем вас, леди Аяка, и ценим ваш дар.

Леди Аяка улыбнулась в ответ.

— Надеюсь, я смогу принести исцеление многим силой Света.

37

Пару часов спустя небольшая группа покинула Сурао верхом на лошадях. Леди Аяка тихо ехала рядом с Селеной. Дамиен и Карл были впереди, два стража из дома Рафель замыкали строй. Леди Аяка ничего не говорила о встрече с отцом, но напряженное лицо выдавало все: он не остановил ее, но и не одобрял.

Селена могла почти представить, как леди Аяка себя ощущала, она была в таком положении в прошлом году, когда отправилась в Нор Эсен. Одна, сомневающаяся в своем решении, но все еще верящая, что это верный путь.

Они ехали на восток по участку леса, который не тронул пожар. Но слабый запах дыма и мутное небо напоминали о том, что лес горел, и что вскоре они увидят доказательства. Ночь близилась, и стало видно первые следы недавнего пожара: сожженные деревья, почерневшие трава и кусты и отсутствие жизни.

Если леди Аяка была тихой раньше, то теперь она была безмолвной, пока смотрела на разрушения. Селена недавно летела над горящим лесом и знала, что станет только хуже, сочувствовала леди Аяке. Они почти не говорили, устраиваясь на ночь.

Следующим утром они отправились дальше. Разрушенное состояние леса становилось только более явным. Не осталось почти ничего зеленого или коричневого, только голые деревья на черном фоне. Селена заметила, как слеза течет по щеке леди Аяки. День становился теплее, пока они ехали, и вскоре пришлось сбросить плащи и убрать их в сумки. Легкий ветерок трепал волосы Селены, остужал ее лицо. Вечером они снова устроились на ночлег, разложили одеяла.

Под звездным небом, держа Дамиена за руку, Селена ходила по пейзажу сна. Она успокаивала страдающих и начала с леди Аяки. Она коснулась ее разума, сделала для девушки, что могла, и отправилась дальше. Но в этот раз в ее разуме была тень.

«Можно было бы победить завтра, если бы вы использовали свой дар».

В облике ворона она повернула на восток, где больше душ спало в пейзаже сна, эти сны она ни разу не трогала. Как просто было полететь на ту сторону и посетить войска империи?

Пока она думала об этом, мимо пролетел призрак — темный силуэт, смутно похожий на другого ворона. Селена устремилась следом, но тень пропала.

Ее желудок сжался, а перья встали дыбом на шее. Ей привиделось?

Он появился снова, она заметила краем глаза.

Селена спикировала к земле, развернулась и опустилась с мечами наготове. Она разглядывала деревья и холмы вокруг себя, а потом подняла взгляд. Ничего.

Она глубоко вдохнула и медленно выдохнула, закрыла глаза и раскинула ощущения в пейзаже сна. Да, что-то — или кто-то — тут был. Присутствие было холодным и чужим в ее пейзаже сна. И…

Она раскрыла глаза. Это была не Темная леди.

Она не успела стать вороном и полететь к тени, присутствие пропало.

Селена стояла там, давила на свой пейзаж сна, обыскивала каждый уголок земель ее снов. Ничего. Тень ворона пропала.

Кто это мог быть, если не Темная леди? Она медленно убрала мечи и превратилась в ворона. Неужели… ее мать?

Казалось, она падала, хотя она летела с ветром. Если это была ее мать, то ее дар тоже стал сильнее? Темная леди ей помогала?

Селена полетела к краю пейзажа сна. Она приближалась к тонкой линии в небе, тень появилась снова, в стороне от нее.

Селена замерла перед барьером и раскрыла крылья шире. Она громко каркнула и надавила на пейзаж сна изо всех сил. Тень растаяла.

Она замерла еще на миг, ждала, искала, а потом устремилась к барьеру и обрушила мир сна за собой.

Селена проснулась и смотрела на оранжево-красное небо сверху, пока день наступал в мертвом лесу. Она прижала холодную ладонь к своему лбу и провела ею по лицу.

Она прокручивала пейзаж сна снова и снова в голове, пока они собирали вещи и ехали на восток, сжав губы, сдвинув брови. Наконец, Дамиен сбавил ход и поехал рядом с ней.

— Тебя что-то беспокоит, — тихо сказал он.

— Да, — так же тихо сказала Селена.

— Что же?

Сначала она хотела списать тень на проделки разума. Ее мать не могла обладать такой силой. Но, чем больше она думала об этом, тем больше верила, что в ее пейзаже сна кто-то был, и это ее пугало. Пока что она избегала Темной леди. Но теперь…

— Кто-то был в моем пейзаже сна прошлой ночью.

Дамиен посмотрел на нее.

— Прошлой ночью?

— Да. Я ощущала Темную леди раньше, она была у края моего пейзажа сна, но в этот раз была не она.

— Темная леди снова тебя посещала?

— Да.

— Почему ты не сказала?

Селена крепко сжала поводья.

— Сначала я не была уверена, что это она. А потом показалось, что она просто наблюдала за мной. И происходило столько всего, что я отодвинула эти мысли.

— Селена, это опасно.

— Знаю, — она опустила взгляд, тело мягко покачивалось на лошади. — Я знала, что мы не закончили. Она сильна, а я — первая Рейвенвуд, которая отказала ей. Но в моем пейзаже сна прошлой ночью была не Темная леди, — Селена поймала его взгляд. — А кто-то еще.

— Кто еще мог быть в твоем пейзаже сна?

Он еще не закончил вопрос, и она увидела осознание на его лице.

— Но зачем твоей матери быть в твоем пейзаже сна? Если леди Рагна распространяет мертвый сон, то она уже может входить в разумы наших солдат, не касаясь их. Зачем ей входить в твой сон?

«Зачем же? Если только…» — Селена побледнела.

— Может, она пытается дотянуться до большего количества спящих. Пока что мертвый сон задевал около двадцати солдат за раз. Но я могу дотянуться почти до всех разумов вокруг меня. А если… — она едва могла произнести это. — А если…

— А если она пытается воспользоваться твоей силой?

Селена едва дышала. Войдя в ее пейзаж сна, ее мать получила бы доступ ко всем разумам, которые она притянула к себе.

— Такое возможно?

Она ошеломленно покачала головой.

— Не знаю. Но если да, то мой дар может открыть альянс для Темной леди и моей матери, — она поежилась от этой мысли. — Я все думаю о словах лорда Харука, что я могла бы победить завтра, если бы просто…

— Нет.

Она посмотрела на Дамиена.

— Но если моя мать и Темная леди смогут уничтожить альянс из-за моей связи с пейзажем сна? А если мы проиграем, потому что я не хотела использовать свою силу на полную?

— Ты проиграешь, даже не начав, — он взглянул на нее. — У дара каждого дома есть темная сторона, не только у хождения по снам. Я могу своей властью над водой топить людей. Дом Мерек может напасть на кого угодно с неба из-за своей связи с вивернами через дар смелости. Дом Вивек может управлять всеми домами с помощью своей мудрости. Дом Рафель может убивать, а не исцелять. Понимаешь? Наши дары могут быть и хорошими, и плохими. Мы можем победить в войне, но все еще все потерять, — он выдохнул. — Так и произошло на первой войне. Наши предки решили, что победить важнее, чем сохранить порядочность. Даже мой дом. И вот, куда это все привело.

Дамиен был прав. Ненависть ее матери из-за прошлого отчасти стала причиной новой войны с империей. И некоторые другие дома не доверяли остальным и были против альянса из-за этого.

— Ты прав, — она прижала ладонь к сердцу. — Но я ощущаю в себе желание покончить со всем этим. Сейчас. Пока не случилось нечто разрушительное.

— Знаю. Я тоже это ощущаю. Я устал. Устал от смертей. Устал сражаться. И нет гарантий, что мы победим. Когда империя пойдет на запад, только дом Люцерас, часть моей армии и люди лорда Ренлара будут бороться, пока не прибудут воины дома Мерек. Но даже так…

— Мне перестать ходить по снам?

Дамиен ехал тихо. Когда она подумала, что он не ответит, он сказал:

— Нет. Нам нужен твой дар.

— Но разве это стоит риска? А если они смогут захватить мой пейзаж сна?

Он посмотрел на нее, пронзая взглядом синих глаз.

— Ты сильна, Селена Рейвенвуд Марис. Сильнее Темной леди. Сильнее своей матери. Своим даром ты даешь нам силы и отдых каждую ночь. Это потребуется нам в грядущем бою. Может, у нас было только это.

Селена крепко сжала поводья, а потом отпустила их. Они нуждались в ней. В ее даре.

Но хватит ли этого?

Пока что альянс побеждал, но их было мало, и альянса ждало столкновение с полной мощью империи. Она опустила голову, сердце глухо стучало в груди. Отчаяние било по ней холодными волнами, оставляя ее открытой и онемевшей. Она хотела надеяться, верить, что в конце был свет, но видела лишь море солдат империи и Темную леди, которая смотрела на нее из-под тени капюшона.

Она впервые понимала отчаянные меры, на которые пошли великие дома четыреста лет назад, чтобы отогнать империю. Желание пожертвовать одним домом ради многих. И все же…

Она подняла голову. Леди Розвита Рейвенвуд не сдалась. Она не стала использовать силы так, хотя ее дочь, Рабанна, изменила дом Рейвенвуд в то, каким он был теперь.

Могла ли она изменить его? Выстоять за свои убеждения, как леди Розвита, и продолжить путь Света? Даже если это стоило всего и всех вокруг нее?

Селена смотрела вперед и снова взяла поводья.

«Свет, помоги всем нам».

38

Леди Рагна села, улыбаясь. Красный свет проникал сквозь ткань палатки, утро наступало над лагерем империи возле Болдора.

— Наконец-то, — прошептала она.

Она сделала это. Перешла из своего пейзажа сна в пейзаж сна Селены, не касаясь дочери. Благодаря Темной леди. Это был лишь шаг. Пока что она смогла войти только в пейзаж сна Селены. Но, судя по тому, сколько разумов она ощутила в пейзаже сна дочери, слухи о силе Селены были правдой. Селена могла дотянуться до других снов или притянуть спящих в свой пейзаж сна, не касаясь их. И если она смогла войти в пейзаж сна Селены, сможет получить доступ и к тем спящим.

Одевшись и покинув палатку, она обнаружила, что лагерь уже собирался в путь. Ее обходили, пока складывали палатки и прятали припасы для дороги.

Леди Рагна игнорировала их. Она знала слухи о ней, что она могла убить человека одним прикосновением. Это было не совсем правдой, но ей нравились страх и уважение, которые они проявляли к ней.

Воздух теплел, обещая еще один жаркий день. Не впервые она пожелала уйти в Вороний замок. Ей надоел коричневый пейзаж, шалфей и колючие кусты. Как только империя захватит южные земли, они пойдут в горы забирать то, что по праву принадлежало ей.

Ее губы изогнулись. Там она лично разберется со своим супругом, Каяфасом.

Она быстро добралась до палатки Ивульфа. Люди неподалеку уже разбирали палатку и готовились собирать его вещи. Она заметила на другой стороне Ивульфа и его сына.

Рауль был того же роста, что и Ивульф, но тоньше, с густыми волосами, собранными в пучок на макушке. Лицом он пошел в покойную мать: полные губы и узкие глаза с блеском.

Леди Рагна направилась к Ивульфу. Рауль взглянул на нее, но вернул взгляд на отца, Ивульф и не заметил этого.

Она прищурилась. Рауль изменился за последние месяцы. Наследник дома Фриер всегда был упрямым юношей, но она видела в нем хитрость змея. Даже сейчас он напоминал ей песчаную гадюку, следящую за добычей, ждущую момента для удара. И она все чаще видела такой взгляд у него.

Она подошла ближе, уловила их голоса посреди шума вокруг.

— Я поведу небольшой отряд по северному краю пустошей Омега, — сказал Рауль. — Я знаю ту местность лучше всех, даже тебя, отец.

— Вряд ли командир Орион одобрит отряд разведки только из наших людей.

Рауль помрачнел.

— С каких пор дом Фриер подчиняется другим?

— Мы не подчиняемся. Империя Доминия — наш союзник.

Рауль явно не был согласен.

— Тогда, как наш союзник, империя должна быть рада нашим знаниям об этих землях, — его голос звучал с долей сарказма.

— Я спрошу у командира Ориона. Но будь готов, что командир захочет послать своих людей с тобой и твоими разведчиками.

— Ты знаешь опасности пустошей Омега. Мы потеряем дни, обучая разведчиков империи избегать ям в песке и миражей. Это если они сразу не падут от этого или других опасностей. Мы не наткнемся на шпионов альянса или отряды в пустошах. Это лучший способ проверить альянс, не попавшись.

Ивульф скрестил руки.

— Ты прав. Но мне все еще нужно поговорить с командиром Орионом. Он в плохом настроении из-за препятствий, которые возникали в последнее время.

— Это скорее вина леди Рагны, чем наша. Да, леди Рагна? — Рауль теперь смотрел на нее.

Ивульф повернулся.

— Рагна, я не слышал, как ты подошла.

— Я не хотела перебивать, — она проигнорировала укол Рауля. Он хоть и мог быть гадюкой, но был еще юным и наивным в сплетении слов.

— Раз вы уже услышали о моем плане, — сказал Рауль, — то я, возможно, могу вам помочь.

Леди Рагна нахмурилась.

— Как?

— Возможно, в разведке я встречу вашу дочь. Помнится, командир Орион хотел, чтобы с леди Селеной что-нибудь сделали.

— Я не знала, что ты был во время того разговора, — проклятье, ей нужно было следить за окружающими. Она подняла голову и хмуро посмотрела на Рауля. — Не нужно. Я уже разбираюсь со своей дочерью.

— Правда? — он приподнял бровь.

— Да. Но это не твое дело.

Рауль насмешливо поклонился ей.

— Ладно, — он поднял голову. — Мой отец весь ваш, — он повернулся с ухмылкой на лице и ушел.

Да, Рауль был гадюкой. Ивульф когда-то таким был? Леди Рагна покачала головой и повернулась к Ивульфу.

— Рауль разведывает для империи?

Лорд Ивульф выдохнул, глядя сыну вслед.

— Да. Редкие знают путь по пустошам Омега. Он один из них. Он сможет узнать о движениях альянса на юге.

— Думаешь, дом Рафель передумал?

Лорд Ивульф негромко рассмеялся.

— Нет. Лорд Харук упрямый старик, который хочет прятаться в деревьях.

— Возможно, — пробормотала леди Рагна. Но от угрозы лорд Харук мог перейти на сторону альянса. Они должны были покинуть лес и идти вдоль берега моря.

— Так что привело тебя сюда этим утром?

Леди Рагна повернулась.

— Возможно, у нас прорыв в войне.

Лорд Ивульф приподнял бровь.

— Почему ты говоришь это мне, а не командиру Ориону?

Гнев вспыхнул в ее теле.

— Потому что мы были напарниками задолго до союза с империей, — Ивульф уже растерял огонь? Она огляделась, проверяя, не слушали ли их, а потом склонилась ближе. — Я смогла войти в пейзаж сна Селены прошлой ночью.

Лорд Ивульф отклонился и моргнул.

— Не касаясь ее?

— Да, так же, как, по слухам, делает Селена, — ветер бросил песок ей в лицо. — Но я смогла войти, только объединив дар с силой Темной леди, как и с мертвым сном солдат.

— Думаешь, этому существу можно доверять?

— Она приглядывала за моей семьей веками. И я нужна ей, чтобы выжить. Вера дает Темной леди ее силы. Она — покровительница ее дома, но мы наделяем ее силой. Без дома Рейвенвуд она не выживет.

— Если убрать леди Селену, это поможет империи. Кто знает, когда она обратит силу против нас?

Леди Рагна дрогнула. Что-то изменилось в ее дочери. Она увидела в пейзаже сна, как Селена успокаивает людей, которых притянула к себе, вдохновляет их. Там не было ни капли ненависти. Это напомнило ей рассказы ее матери о далеком предке до Рабанны…

Час спустя империя пошла на запад. Точность и сила тысяч солдат, следующих одному приказу, принесло леди Рагне осознание. Даже с мощью и дарами великих домов империя не могла проиграть. У них было больше солдат, обучения, больше структуры.

Как могли несколько домов и армия разных народов и культур выстоять против военного чудища империи Доминия?

39

Красное солнце поднялось в первое утро лета, Селена, Дамиен, леди Аяка и их стражи приблизились к лагерю альянса на долинах у реки Дрихст. Самодельные палатки и матрацы лежали на зеленых холмах, вдали виднелись горы Магир. Синие и белые знамена трепетали на ветру, указывали на собравшиеся дома. У края лагеря их встретили стражи дома Люцерас и провели к базе.

Спирали дыма поднимались от костров, голоса разносились среди холмов. Несколько солдат сидели вокруг каждого костра, готовили еду или чистили оружие. Группа проходила мимо, и солдаты склоняли головы перед лордом и леди.

Почти в середине лагеря стояла большая палатка, отмеченная символом солнца дома Люцерас. Один из стражей у палатки поднял ткань на входе и впустил их.

Внутри палатка была достаточно просторной, чтобы вместить десятерых с большим столом посередине и двумя кроватями в конце. У стола стояли лорд Лео, лорд Элрик. Каяфас и лорд Ренлар. Они посмотрели на вошедших и поклонились.

Лорд Ренлар поднял голову.

— Лорд Дамиен, леди Селена, вы смогли…

— Леди Аяка? — глаза лорда Элрика расширились, он выпрямился. — Мы вас не ожидали.

Лорд Лео вскинул голову, услышав о леди Аяке, и Селена не упустила то, как они посмотрели друг на друга.

— Это значит, что дом Рафель присоединился к нам? — спросил он, глядя на леди Аяку.

— Нет, — тихо сказала леди Аяка. — Я пришла по своей воле, чтобы помочь, где смогу.

Лорд Ренлар помрачнел.

— Жаль.

— Точно, — сказал Каяфас. — Но вашему присутствию мы рады, леди Аяка. Спасибо, что пришли.

Они устроились за столом, каждый дом озвучил новости. Селена умолчала о своем открытии в пейзаже сна. Не стоило вызывать страх.

Они заговорили о планах боя, и гонец ворвался, тяжело дыша, склонился, чтобы отдышаться.

— Пришел… как только… смог, — он глубоко вдохнул и встал. — Небольшой отряд был замечен на юге… у пустошей Омега… в цветах дома Фриер.

Ноздри лорда Лео раздувались.

— Отряд разведки империи?

— Мы не уверены, — гонец смог перевести дыхание.

Лорд Ренлар прищурился.

— Зачем отряд разведки выдал себя?

— Не важно, — лорд Лео взмахнул рукой. — Отправьте отряд солдат и поймайте их. Разведка, шпионы, кем бы они ни были, мы не позволим им вернуться и доложить командиру Ориону.

Гонец прижал кулак к груди и поклонился.

— Да, милорд, — он развернулся и покинул палатку.

— Странно это, — сказал лорд Ренлар, качая головой.

— Что именно? — спросил лорд Лео.

— Это группа в цветах дома Фриер.

— И?

— Пустоши Омега — часть территории дома Фриер, которую сложно пересечь.

— И? Может, они шли вдоль границы, или империя послала этих людей, раз они знают землю.

— Да, — сказал лорд Ренлар. — Потому они знают, как скрыться среди миражей, которыми известны пустоши. Отряд Фриера не должно быть видно.

Дамиен постучал пальцем по подбородку.

— Лорд Ренлар прав.

— Это может быть послание, — впервые заговорил Каяфас.

— И какое же? — лорд Лео скрестил руки.

— Кто знает? Но выяснить стоит.

— Перебежчики? — спросил Дамиен.

Лорд Лео нахмурился.

— Невозможно. Не дом Фриер. Они не действуют обманом.

Дамиен пожал плечами.

— Может, все изменилось.

Селена уловила нотку оптимизма в его голосе. Но в этот раз она была согласна с лордом Лео. Лорд Ивульф не стал бы менять сторону без ее матери, а ее мать предпочла бы умереть, чем объединиться с другими домами.

Лорд Ренлар сказал:

— Не будем спешить с выводами.

Встречу приостановили, Селена и Дамиен ушли к адмиралу Герольту, чтобы Дамиен смог поговорить со своим народом. Селене все еще было не по себе от мыслей о доме Фриер и ее матери. Дом Фриер никак не мог перейти к ним. Не сейчас, когда у империи был шанс победить.

Так зачем там был отряд разведки? Она покачала головой. Может, их разведчики ошиблись. Но звучало слишком удобно. Нужно было дождаться, пока группу схватят и допросят.

Сумерки опустились на холмы, когда отряд, посланный лордом Лео, прибыл с пятью мужчинами в цветах дома Фриер. Один держал палку с полоской белой ткани сверху. Стоял гул голосов, пока мужчины шли по лагерю к палатке переговоров.

Селена смотрела на них, стоя у палатки с капюшоном на голове. От шепота о присутствии Рауля ее кулаки сжались. Последний раз они говорили на собрании почти год назад, и Рауль раскрыл ей историю отношений их домов, и что она однажды станет его.

От этой мысли кровь все еще кипела.

Группа прошла, и она тихо проследовала за ними, как тень среди палаток. Солдаты не заметили ее движения в сумерках.

В палатку переговоров люди Фриера вошли со стражами. Если стражи Люцераса останутся, в палатке будет людно, и внезапную атаку будет сложно отразить. Может, на это лорд Рауль и рассчитывал.

Селена задела рукояти мечей под плащом. Она была готова.

Она кивнула стражам снаружи палатки и нырнула под ткань на входе, подвинулась у стены. Справа стояли лорды Лео, Элрик, Ренлар и Дамиен. Слева — люди Фриера и стражи. Хоть он был в капюшоне, Селена заметила Рауля.

Его капюшон упал, длинные черные волосы выбились из пучка на макушке. Его украшения пропали, кроме кулона-черепа из золота, выглядывающего из-под плаща.

— Лорд Рауль Фриер, — сказал лорд Лео, шагая вперед. Его присутствие словно росло, пока он говорил. Это был еще один дар дома Люцерас?

Рауль ухмыльнулся.

— Лорд Лео. И маленький Лео, — сказал он Элрику. Если Рауль думал, что Элрик разозлится, то он его не знал. — Лорд Ренлар, полагаю? — он перевел взгляд с Элрика на темнокожего мужчину в синих цветах дома Вивек. — Жаль, что такое случилось с вашими отцом и тетей.

Лорд Ренлар напрягся от упоминания семьи.

Рауль посмотрел на маленькую фигуру, отчасти скрытую за лордом Лео.

— Ах, леди Аяка. И ваш отец тут? Или он не знает, что вы убежали из вашего дерева?

Он ухмыльнулся от ее поднявшейся головы и продолжил оглядывать палатку.

— Ах, и лорд Дамиен, — он заглянул за Дамиена и перевел взгляд на него. — Где ваша жена?

Селена смотрела за происходящим, не сняв капюшон, тени скрывали ее.

— Она тут.

Она улыбнулась. Конечно, Дамиен знал, что она была тут.

Рауль снова огляделся, но она скрывалась в тенях. Она шагнет вперед, когда решит, но сейчас ее тошнило от его присутствия.

— Я тут, чтобы поговорить с альянсом, — лорд Рауль повернулся ко всем у стола.

— Это означает белый флаг? Вы сдаетесь нам? — спросил лорд Лео.

Рауль тихо рассмеялся.

— Не совсем. Я тут от лица своих генералов и меньших лордов моего народа. Мы хотим присоединиться к альянсу.

Элрик издал смешок, а лорд Лео нахмурился.

— Что принесло такие перемены? — спросил лорд Ренлар с настороженным видом.

— Изменений нет. Народ дома Фриер и не хотел быть заодно с империей. Если помните, многие стычки у стены происходили на нашей земле с нашим народом. Это мой отец захотел стать частью империи, больше никто.

— Вы только сейчас это поняли? — спросил лорд Лео.

Лорд Рауль помрачнел.

— Может, был миг, когда я надеялся, что мы станем равными союзниками. Но лишь миг.

— Ваш отец все еще верит в свой союз с империей?

Лорд Рауль пошевелил челюстью.

— Он упивается идеей увеличения власти.

Дамиен склонился.

— И что заставляет вас думать, что империя не исполнит свою часть сделки?

— Потому что они уже забрали многое у нас. Наши деревни ограблены, наших людей посылают на передовую. От нас ничего не останется, когда империя закончит.

Дамиен указал на свою грудь пальцем.

— А если мы проиграем? А если империя одолеет нас и захватит все земли?

Лорд Рауль пожал плечами.

— Даже если империя победит, мы все равно проиграем. Мы потеряем автономность, земли, свободу. Потому мы решили объединиться с вами, пока не поздно.

— И с чего нам доверять вам? — Селена отошла от стены палатки и миновала стражей, опуская капюшон.

— Ах, вот и сновидица явилась, — пробормотал лорд Рауль, глаза стали щелками, пока он смотрел на нее.

— С чего нам доверять вам? — спросила она еще раз. — Я знаю наши два дома лучше всех тут. Наши дома годами обманывали других. Мы зарабатывали на крови и обмане. Это ваш дом вел переговоры для нашего дара. И вместе дома Рейвенвуд и Фриер привели империю на наши земли.

— Тогда почему все тут должны доверять вам? — спросил лорд Рауль.

— Потому что я ушла от той жизни ценой изгнания и обвинений в измене, и я раскрыла тайны своей семьи. Я заслужила доверие других домов своими жертвами и честностью. Чем вы собираетесь заслуживать наше доверие?

Лорд Рауль огляделся, другие лорды и леди кивнули.

— Я принес информацию, — сказал он, остановив взгляд на Селене. — Планы империи и движения отрядов.

— Вы собираетесь публично объявить о своем союзе с нами, или вы с вашими людьми будете работать в тенях? — спросил лорд Ренлар.

— Думаю, от нас будет больше пользы, если мы будем работать скрытно.

Селена фыркнула.

— Конечно. И если мы проиграем, вы вернетесь к империи и станете отрицать связи. Не пойдет. Нужно что-то больше. Официальный договор с нами. И, — она подняла голову выше и посмотрела в его темные глаза, — если я заподозрю, что вы обманываете нас, я проникну в ваш разум через сны.

В палатке стало тихо.

— Леди Селена, — начала леди Аяка, — я не уверена, что это необходимо…

— Думаю, это мудро, — тихо сказал лорд Ренлар. — Но только если все мы согласны.

— Я согласен, — сказал Дамиен рядом с ней. — Но мы не будем этого делать, пока все тут не поверят, что нам нужно увидеть ваш разум изнутри.

Леди Аяка поджала губы, лорд Лео и Элрик согласились на эту идею.

— Ладно, — пылко сказал Рауль, глаза вспыхнули. — А что насчет моей защиты? Как мне знать, что вы не используете соглашение, чтобы раскрыть мой поступок империи?

— Это не в наших интересах, — сказал лорд Ренлар. — Если империя не знает, что ваш дом работает с нами, мы можем использовать это как свое преимущество. Что можете сказать нам о следующем ходе империи?

Лорд Рауль прищурился, оглядел палатку, начав с Селены, закончив лордом Ренларом.

— Сначала договор. Потом я заговорю.

Лорд Ренлар оглядел собравшихся.

— Доверие идет в обе стороны, — тихо сказала леди Аяка. — Лорд Рауль только что показал нам, что он готов сделать шаг, согласившись на наши условия. Мы должны взамен поверить, что информация, которую он нам дал, — правда.

Лорд Лео повернулся к лорду Раулю.

— Если вы пойдете против нас, я лично покажу соглашение вашему отцу, даже если придется пробить путь через армию империи, чтобы добраться до него.

Лорд Рауль приподнял бровь.

— Тогда мне лучше сдержать слово, — он снова взглянул на Селену, и она заметила толику тревоги. Может, это был знак, что он говорил правду. Или он просто хорошо врал.

Принесли пергамент, собрали свидетелей. Селена скрестила руки. Ей это все не нравилось. Она не хотела свое имя рядом с лордом Раулем. Но если он хотел объединиться с ними, тогда у них не только будет скрытая мощь дома Фриер на их стороне, но и дар дома Фриер. Если они преуспеют, Дамиен и лорд Рауль могли бы поднять стену и закрыться от империи.

Но если он окажется предателем…

Ее пальцы дрогнули.

Он все еще мог работать на империю, делая это. Нарушать соглашения между домами было худшей изменой, но это не помешало другим домам сделать так с домом Рейвенвуд в прошлой войне с империей.

Но теперь все было другим. И лорд Лео не будет один. Она будет рядом с ним, проследит, чтобы лорда Рауля наказали в лень, когда он пойдет против великих домов.

40

Селена потянулась к ткани на входе их с Дамиеном палатки. Голос лорда Лео прозвучал за ней:

— Лорд Рауль Фриер попросил увидеться с вами.

Селена замерла и медленно обернулась. Она едва видела лицо лорда Лео во тьме.

— Зачем?

— Не знаю, но он сказал, что поделится этой информацией только с вами.

Селена пожала плечами.

— Я не вижу причины встречаться с ним, — ей уже хватило Рауля.

— Согласен. Но он настаивал. Говорит, у него предупреждение для вас.

— Почему он не мог рассказать вам? Или людям, которых вы оставили с ним?

— Он отказался.

Селена фыркнула и повернулась к своей палатке. Ей хватало проблем, помимо заботы о спящих и возможного возвращения Темной леди.

— Может, вам стоит встретиться с ним.

Селена вздохнула и отпустила ткань. Лорд Лео не знал истории дома Фриера и дома Рейвенвуд. Если Рауль думал, что мог установить между ней и собой отношения, он сильно ошибался.

С другой стороны, Рауль недавно был с ее матерью и мог знать о том, что Селена видела ее в своих снах. Селена сжала губы. Любые знания могли помочь ей в пейзаже сна.

Она развернулась снова.

— Хорошо, я увижусь с ним.

— Я пойду с вами.

— Только до палатки. Я поговорю с ним наедине.

Лорд Лео кивнул.

— Договорились.

Селена подняла капюшон и прижала ладони к мечам, пристегнутым к бокам, готовая к любой угрозе. А потом подошла к лорду Лео.

Они огибали палатки, добрались до северной части базы, где дом Люцерас сторожил Рауля и его людей до утра, когда они собирались уйти. Отчасти ей хотелось, чтобы с ней был Дамиен, но он был на встрече с лордом Ренларом. И она хотела разобраться с лордом Раулем своими силами, установить четкие границы между ними.

— Я был жесток с вами с начала войны.

Резкие слова лорда Лео застали ее врасплох, и она не знала, как ответить.

— Я человек убеждений и чести. Порой это меня ослепляет. Вы не такая, как вся ваша семья.

Слова снова ей не давались. Она открыла, закрыла рот и открыла его снова.

— Спасибо, — наконец, сказала она. — Я просто хотела, чтобы меня оценивали за мои качества.

— Понимаю. Но мы еще и часть наших семей.

— Да. И моя цель — изменить мою семью, исправить ошибки прошлого и вернуться к тому, какими нас создали: сновидицы, а не убийцы.

Лорд Лео кивнул.

— Благородная цель. И я до недавнего времени этого не видел. Я знаю, что вы помогали не только моим людям, но и всем нашим войскам ночью. Ваши слова о том, как сильны наши сны, не покидали моей головы с тех пор, как вы раскрыли в Люкс Каста, что ваша семья умеет делать. Сейчас вы подавляете страх в разумах наших солдат. Вы придаете им силы, очищаете разумы. Это может спасти многих на поле боя.

Он посмотрел на нее без обычного недоверия.

— И я слышал, что вы утешаете тех, кто уходит за вуаль. Я думал, мой дар силен, но теперь понимаю истинную силу дома Рейвенвуд, — он смотрел искренне. — Леди Селена, я рад, что вы на нашей стороне.

Его одобрение приободрило ее так, что сердце парило.

— Благодарю, лорд Лео. Ваши слова много для меня значат. Я продолжу помогать альянсу, чем смогу. Все-таки потому великим домам и даны эти дары.

— Верно. Мы на месте, — он остановился у края лагеря. Холмы и горы Магир поднимались вдали под звездным небом. Не меньше двадцати стражей в цветах дома Люцерас стояли по периметру. — Люди дома Фриер в трех палатках впереди, — тихо сказал он, чтобы никто не подслушал. — Рауль в той, что справа. Будьте осторожны, леди Селена. Он — змей. И если понадобится помощь, кричите. Мы с моими людьми тут.

— Благодарю, но вам не стоит переживать, — она подвинула плащ, показывая свои двойные мечи.

Он приподнял брови.

— Ясно. Но мы все равно тут, если нужно, — он кивнул, скрестил руки и занял место в дозоре.

Селена смотрела на третью палатку, а потом тихо прошла к входу. Она сливалась с ночью, шла среди теней, чтобы ее не видели и не слышали. Это будет не просто разговор между ней и лордом Раулем: это будет проявление силы и битва за уважение. И она начнет, проявив свое превосходство.

Она добралась до палатки и скользнула меж складками ткани как ночной ветер. Стол одиноко стоял у дальней стены с кроватью справа. Масляная лампа горела на столе, рассеивая теплый свет, но он не доставал до места, где стояла Селена. Лорд Рауль лежал на кровати, его ладони были за его головой, он смотрел на крышу из ткани.

Селена разглядывала его, гадая, о чем он думал. Почему пришел к альянсу? Он боялся империи? Или причины были эгоистичными, как сохранение прав лидера дома Фриер? В этом был смысл. Но хватало ли этого, чтобы он пошел на риск?

Может, она у него спросит. Она шагнула в его сторону раз, другой, гадая, как скоро он заметит, что она была тут.

Наконец, он повернул голову в ее сторону.

— Я тебя вижу.

Селена вышла из теней до конца.

— Вы меня видите, потому что я позволила. Чего вы хотите, лорд Рауль?

Он улыбнулся, повернулся и сел на кровати.

— И я рад тебя видеть, Селена.

— Леди Селена. Или вы забыли, как обращаться к члену великого дома?

Он не слушал ее упрек.

— Я вызвал тебя, но ты могла прийти не только поэтому. Хочешь выяснить мои истинные намерения? Раскрыть мои тайны? Убить меня моими страхами? — он рассмеялся от последнего предложения.

— Вы бы даже не узнали, если бы я этого хотела. Но дело не в этом. Я пришла, потому что вы сказали, что у вас есть информация. Не тратьте мое время. Говорите.

Лорд Рауль рассмеялся и встал.

— Хорошо. Слухи о твоей силе дошли до командира Ориона. Ходить по снам многих людей, не касаясь. Даже твоя мать впечатлена услышанным, — он неспешно прошел к ней. — У меня есть информация о ней, которая тебя заинтересует. Очень заинтересует.

Селена холодно смотрела на него.

— И что же это?

— Это одна из причин, по которой ты всегда мне нравилась, Селена. Ты сильная и непоколебимая, — он поднял ладонь и провел пальцем по ее щеке.

Она отбила его ладонь, скалясь.

— Вы, похоже, забыли, что я замужем. И, в отличие от предыдущих женщин дома Рейвенвуд, я люблю своего мужа. Я не собираюсь изменять ему с вами или кем-то еще.

Лорд Рауль издал смешок и опустил руку.

— Не переживай, Селена. Я тут не для этого, — он искра в его глазах говорила об ином.

— Леди Селена, — процедила она. — И если вы не можете обращаться ко мне правильно, я ухожу.

— Ладно, я перейду к делу. Я позвал тебя, чтобы предупредить о твоей матери. Командир Орион боится, что ты используешь силу на его армии. Леди Рагне приказали убрать тебя.

— Серьезно? — Селена скрестила руки. — Поэтому вы тут? По приказу моей матери? — ее ладонь под локтем медленно тянулась к мечу.

Поведение лорда Рауля изменилось. Он оскалился, глаза потемнели.

— Я — не прихвостень твоей матери… или кого-то еще. Не как мой отец, — он повернулся и плюнул на землю.

Селена опешила от вспышки гнева Рауля.

— Я никому не подчиняюсь. Хочешь знать, почему я тут? Мой отец забыл о гордости дома Фриер. Он продал нас империи и слушается каждой приходит командира Ориона. Я не собираюсь так делать. Нам не нужна империя. Мы и сами сильны.

В пылких словах Рауля не было игры. Огненная гордость дома Фриер была известна всем. Она видела ее сейчас в его пылающих глазах.

— Я знаю, что случилось с Амарой.

Сердце Селены сжалось от имени сестры.

— Я знаю, что ею пожертвовали ради империи. Я не умру так. Потому я присоединюсь к альянсу. Я буду жить и умирать на своих условиях, а не чьих-то еще.

Рауль отвернулся от нее и провел рукой до узла на макушке, а потом по длинному хвосту волос.

— Хватит обо мне, — он повернулся. — Мы тут для разговора о твоей матери. Она работает с Темной леди. Перед тем, как я ушел, я слышал, что она смогла войти в твои сны.

Так она все-таки ощутила мать в пейзаже сна. Селена коснулась виска.

— Я вижу правду на твоем лице. Ты уже ее видела. Ты боишься своей матери и Темной леди?

Селена посмотрела на Рауля.

— Они сильнее, чем вы знаете, чем знает командир Орион. Империя Доминия не понимает, с кем связалась.

— Мы оба знаем силу твоей семьи. Я не понимаю, почему ты не использовала дар на империи, особенно с тем, на что ты сейчас способна. С такой силой ты могла бы уже их стереть.

— И стать монстром.

Рауль пожал плечами, его поза стала расслабленной.

— Мы все монстры.

— Мы не обязаны такими быть. И я не буду.

Он прищурился.

— В любом случае, — сказал он через миг, — твоя мать надеется использовать твой доступ к солдатам альянса в твоем сне с помощью Темной леди.

— И откуда ты это знаешь?

Рауль рассмеялся.

— Потому что я знаю леди Рагну. И ты ее знаешь. Ты знаешь, что она найдет способ сделать это.

Найдет. Ее мать сожжет мир дотла, если сможет. Но было ли что-то еще? Были ли у ее матери амбиции, что были сильнее доступа к ее пейзажу сна? Может, дело было не только в альянсе и войне. Может, ее мать хотела такую силу, как у нее.

«Свет, помоги нам».

Рауль повернулся к кровати.

— Я хотел дать знать, как далеко зашла твоя мать. И чтобы ты подготовилась, — он сел и посмотрел на нее. — Я полагаю, ты все еще самая сильная из Рейвенвудов, или я тут не находился бы. Но готовьтесь к сражению, леди Селена. Не важно, победит ли альянс в грядущем бою, если вы не одолеете свою мать и Темную леди. Если они победят, мы все проиграем.

Желудок Селены сжался от слов Рауля. Он был прав. Знакомое бремя опустилось на ее тело. Вес будущего, ее судьбы, судеб всех. Она уже знала, как сильна была ее мать и Темная леди по отдельности. Как она справится, если они будут вместе?

— Я обдумаю ваши слова.

Он отмахнулся, лег и перевел взгляд на потолок.

— Я хочу победить. С тобой шансов больше.

Селена повернулась и ушла из палатки. Она уже подозревала, что ее мать вошла в ее пейзаж сна, но слова Рауля сделали это реальным. Оставался вопрос: что она сделает дальше?

Нет, ответ уже был. Она продолжит охранять сны тех, кто под ее опекой. Угроза ее матери и Темной леди не помешает ей использовать дар. Альянс нуждался в ней, как они нуждались в исцелении леди Аяки, свете лорда Лео или мудрости лорда Ренлара. Понадобятся дары всех домов и тысячи готовых сражать и умирать за их земли и семьи, чтобы победить.

Нет, она не будет прятаться. Пока они сражались в реальном мире, она будет биться в пейзаже сна.

41

Империя Доминия подступала.

Через пару дней после отбытия лорда Рауля первый разведчик прибыл с новостью. Прошло чуть меньше двух недель, и империя прибыла, близился бой.

Лагерь охватила суета приготовлений, и ночи Селены были полны стараний успокоить всех вокруг нее. Но страхи спящих, постоянное выслеживание матери и Темной леди и небольшое искушение дотянуться во сне до империи и покончить с войной оставляли ее уставшей каждое утро.

Дамиен почти не приходил в палатку. А когда приходил, быстро засыпал, и они почти не могли поговорить. Он работал без устали с солдатами, включая свою армию, что прибыла за неделю до этого под командованием адмирала Герольта.

Селена смотрела на ткань крыши палатки, сжимая шерстяное одеяло. Дамиен спал рядом с ней, укутанный в свое одеяло, такой уставший, что она почти ощущала усталость, исходящую от его тела.

Грядущее сражение было реальным. Империя была в нескольких днях от них, может, меньше. И впервые она ощутила смертность всех вокруг нее, включая себя. Она думала о смерти Амары, как холодно было. И это не удалось остановить. И как горе потрясло ее тогда.

Она сглотнула, грудь сдавило от следующей мысли. А если Дамиен умрет? На то была большая возможность. Империя хотела его смерти, чтобы пали барьеры из воды. Они пойдут за ним и уберут, если выдастся шанс.

Но он не мог спрятаться. Она знала это. Он сделает все, чтобы спасти многих. И это ей тоже нравилось в нем.

Она повернула голову, посмотрела на его спящее лицо в тусклом свете. Его волосы стали длиннее, прядь лежала на лбу, чуть завиваясь на конце. Она нежно убрала прядь в сторону. Она представила его синие, как море в ясный день, глаза. Его улыбку, полную смеха. Его силу, соединенную с нежностью.

А если все это пропадет в один миг? Как она выживет?

Селена опустила руку и повернула голову к крыше палатки.

— Свет, — прошептала она. — Я хочу, чтобы мой муж жил. Я хочу увидеть его снова, когда все это закончится. Я хочу, чтобы альянс победил, чтобы мы жили в мире. Я хочу увидеть наших детей. Я хочу увидеть, как наши земли живут так, какими ты их создал.

Она сглотнула и зажмурилась, прося слезы исчезнуть.

— Но я не знаю, случится ли это. Может, я буду последней из своего дома и погублю его. Империя может победить. И Дамиен может умереть. Так что я прошу об одном, — она сжала одеяло до боли в пальцах, — не покидай меня. Даже если остальное рухнет. Прошу, будь со мной. Помоги мне быть сильной. Утешь, если любимые умрут. Моя жизнь и мой дар твои. Будь светом на моем пути.

Две слезы покатились по ее лицу, она медленно отпустила одеяло. Как бы сложно ни было идти по пейзажу сна и бороться со страхами, учитывая возможность появления ее матери и Темной леди, она не перестанет своим даром вдохновлять и защищать альянс. Она будет Стражем ночи для их снов и воспоминаний. Она будет охранять людей в часы тьмы, оберегая от Темной леди, от ее матери и самой смерти.

Такой она была. Такой ее создал Свет. И она будет служить до последнего вдоха, пока жила.

Она потянулась к руке Дамиена. Селена нашла его запястье, добралась до пальцев и сжала его ладонь. Его кожа всегда была теплее, чем ее, прикосновение успокаивало.

Она выдохнула и закрыла глаза, ощущая спокойствие. Ее очередь быть в дозоре.

Через мгновения она вошла в мир снов. В отличие от пейзажа сна Дамиена, который представлял собой пляж Северных берегов, ее всегда был в форме самой высокой башни Вороньего замка с видом на все земли: от залива Терет до стены, от Северных берегов до залива Раса. Эти земли и этот народ она защищала.

Селена раздвинула руки, превратилась в ворона и начала следить за миром снов. Небо было ясным и темным, на северо-востоке была полная луна. Она летела в бледном свете, ощущая души спящих вокруг себя, медленно проникающих в ее сон.

Страх был со многими спящими. Страх смерти, боли, грядущей войны. Она понимала этот страх, сама думала о таком минуты назад.

«Вы не одни».

Она отправила эту мысль в их разумы, пока летела по небу.

«Свет тут. Он всегда тут. Он был тут с начала времен».

Она опустилась на скалу с видом на долину, где находился в реальности альянс. Она закрыла глаза и сосредоточилась на Фестивале Света, когда монахи вошли в Нор Эсен, пели о тьме и Свете, который пробивается в ней.

Звук из ее воспоминания смешивался со звуками ночи, создавая красивую гармонию, которая окутывала всех в ее пейзаже сна. Она ощущала, как они один за другим отпускают страхи и погружаются в глубокий сон.

«Отдыхайте, друзья. Отдыхайте, чтобы быть готовыми к грядущему бою».

Холод пробежал по ее спине, перья встали дыбом. Она открыла глаза и опустила взгляд.

Тень, темнее ночи, двигалась над долиной внизу.

Она сосредоточила силу на тени, но не могла пронзить фигуру, что была будто из дыма. Ее глаза расширились. Она спикировала, сжав клюв, разрезая воздух, прижав крылья к бокам.

Это был ее пейзаж сна и ее люди.

Она не отдаст их тьме.

42

Селена добралась до деревьев у края долины, тень пропала.

«Где ты?» — мышцы дрожали под ее перьями. Она озиралась возле лагеря альянса, парила над деревьями, но не видела и не ощущала тени.

Может, если она взлетит выше…

Селена взлетела на тридцать футов над деревьями. Вот. Сильное ощущение тьмы, словно пятно на пейзаже сна. Сомнений не было. Она хорошо знала это присутствие.

Темная леди.

Стойте.

С Темной леди был кто-то еще. Два присутствия пересекались.

Ее мать.

Селена тут же спикировала к земле. За секунду до приземления она приняла облик человека и опустилась на землю с мечами в руках. Она медленно развернулась, озираясь. Присутствие обеих уже пропало, и лишь след остался как запах духов после них.

Селена посмотрела на лагерь, где тысячи солдат спали в долине у реки Дрихст. Рауль говорил, ее матери поручили убрать ее. Так ее мать пришла за ней или солдатами?

И как ее мать стала такой сильной? Она попала сюда силой Темной леди или своей? Что они могли вместе?

«И могу ли я их остановить?».

Вот, снова это присутствие.

Селена полетела к базе альянса. Она приближалась к лагерю, ощущение тьмы росло, а еще слабый, но отчетливый запах гниения доносился между палаток и спящих душ.

Селена опустилась посреди базы возле палатки, которую делила с Дамиеном, и стала человеком с мечами в руках.

— Я знаю, что ты тут, — сказала она, голос разносился эхом по пейзажу сна.

Холодный ветер поднялся, трепал край плаща за ней.

Крик ужаса раздался неподалеку, страх спящего прошел рябью по пейзажу сна. Селена побежала на звук.

Холодный смех зазвучал между палаток, пока она приближалась к испуганному спящему. Еще крик, еще один. Она ощущала, как ее пейзаж сна искажался, Темная леди задевала сны тех, кто тут был, распространяя мертвый сон.

Селена сжала мечи крепче и развернулась. Как их остановить? Не было времени отпускать все разумы. Что еще она могла сделать?

А если она изменит пейзаж сна и как-то скроет людей? Это могло сработать, хотя и ненадолго. Но ей должно хватить.

Селена подняла взгляд, выставила мечи перед собой. Она все еще не видела мать или Темную леди, но ощущала, как они двигались среди палаток.

— Это мой пейзаж сна! — закричала она. — Эти люди под моей защитой, — она подняла мечи. — Вы их не тронете!

Она взмахнула оружием. От ее движения порыв ветра пронесся по лагерю. Палатки задрожали от ее силы, а потом пропали, оставив пустую долину под ночным небом и луной.

Ее колени дрожали, но она устояла на ногах. Ее ладони дрожали, но она выпрямила спину. Она сделала это. Она смогла скрыть альянс в своем пейзаже сна, но она не знала, как долго сможет удерживать их скрытыми от ее матери или Темной леди.

Через миг она заметила две фигуры в тридцати футах от нее под луной. Одна была в длинной черной мантии с капюшоном, а другая в темной тунике, плаще и сапогах.

Обе повернулись к ней.

Селена почти год не видела мать, и теперь ее желудок сжался при виде нее. Ее мать была такой же сильной и опасной, как она помнила. Селена подавила желание бросить мечи и упасть на колени.

«Нет, я другая. Я не слушаюсь ее или Темную леди, — Селена сжала мечи крепче. — Я — Селена Рейвенвуд, и я следую Свету».

Селена подняла голову, решительно глядя на две тёмные фигуры, идущие к ней.

— Как я и предсказывала, — начала ее мать, — ты стала самой сильной Рейвенвуд в истории, Селена. Ты можешь притягивать людей в свой пейзаж сна или посещать других, не касаясь их. Я не считала такую силу возможной даже для такого таланта, как у тебя. Даже сейчас ты скрыла их от нас. Впечатляет.

— Как ты тут оказалась? — спросила она, поглядывая на Темную леди. Точки света смотрели из-под темного капюшона, и знакомые черные губы изогнулись в улыбке, пока они вдвоем шли к Селене.

— И я училась, дочь моя. Только на моей стороне сила, которой у тебя нет. Темная леди сделала так, что я смогла посетить тебя в мире сна, — они остановились недалеко от Селены.

Селена указала правым мечом на Темную леди.

— Так это ее сила позволила тебе прийти сюда? Я слышала, ты тоже можешь посещать сны, не касаясь спящего. Зачем ты пришла сюда?

— Ты — сердце мира сна. Ты можешь собрать многих спящих в своем пейзаже сна. Зачем приходить в один разум, если мы можем посетить все?

Сердце Селены сжалось. Они пришли ради альянса.

— Вы их не получите. Эти люди под моей защитой.

Ее мать взглянула на мечи в ее руках.

— Ты хочешь сражаться с нами? Простыми мечами? Ты же не веришь, что можешь одолеть и меня, и Темную леди?

— Я сделаю то, что должна.

— Тогда посмотрим, как долго ты продержишься.

Темная леди пропала с трепетом черной ткани, а ее мать подняла руку, и появился ее меч.

— Интересно, — сказала она, подняв клинок и глядя на него. — Я никогда не держала оружие в пейзаже сна. Я и не знала, что могу, — она подняла голову и бросилась, миновала расстояние между ними за секунды.

Селена встретила клинок ее матери своим, пытаясь в спешке придумать план. Хоть она прятала альянс в пейзаже сна, ее мать и Темная леди скоро найдут их. И она не могла сейчас освободить их. Она не знала, что резкое отбытие сделает с их разумами. Она должна была как-то защитить спящих, пока не нашла шанс отпустить их в реальность.

Ее мать снова атаковала. Ее боевой стиль напоминал Амару, но она была куда сильнее. Она редко билась с матерью, но пару раз было, и она победила лишь раз. Селена встретила клинок матери левым мечом, отбила его и ударила правым.

С каждым мигом Селена погружалась глубже в себя, клинки стали продолжением ее тела, а разум искал в пейзаже сна холодное присутствие Темной леди.

Вот.

Она не успела пошевелиться, мать атаковала еще раз. Селена пригнулась, стала вороном, облетела меч матери, миновала ее тело и устремилась к горам. Она поняла. Ее мать отвлекала ее, пока Темная леди двигалась свободно.

А потом ощутила холодное прикосновение Темной леди, та убирала иллюзию Селены, стремилась к спящим разумам в пейзаже сна.

Селена замерла в воздухе, раскрыв широко крылья. Сила взорвалась в ней, растеклась от одного кончика крыла до другого. Ее легкие наполнил воздух, вырвался крик, пропитанный силой, терзал ее горло, пока вопль не пронесся по пейзажу сна эхом.

Невидимая волна пронеслась по траве и деревьям под ней, сгибая стволы к земле от ее голоса. Фигуру Темной леди подбросило в небо, звук поймал ее и оглушил.

Селена бросилась вперед. Она вытянула когти, готовая поймать Темную леди. Может, она сможет выбросить темную из пейзажа сна, если схватит ее.

Темная леди оглянулась, а потом повернулась и полетела к Вороньему замку.

Селена вытянула шею и крылья и поспешила вперед.

Тень появилась справа.

Через секунды другой ворон бросился на нее. Ворон целился когтями в ее глаза и горло.

Мать.

Селена издала пронзительный вопль. Ее левый коготь задел шею матери, вырвал несколько перьев.

Ее мать закричала и напала снова, широко раскрыв крылья.

У Селены не было времени на это. Она щелкнула клювом и снова вытянула когти, оттолкнула мать и спикировала.

Селена искала ощущениями Темную леди в пейзаже сна, стараясь лететь быстрее. Темная леди двигалась от одного спящего к другому на склоне горы, словно заманивала Селену.

Она спикировала к ней, готовая атаковать когтями, но ее снова поймала мать, давая Темной леди шанс уйти.

Ее крылья горели, каждый вдох был как осколки стекла в легких.

«Я не смогу так долго. Я не могу защищаться от матери, пытаясь защитить всех от Темной леди. Но если я попытаюсь приземлиться и отпустить спящих, я не смогу остановить атаки матери».

Она снова спикировала, целясь в Темную леди. Темная леди, казалось, смеялась над ней, поднялась в воздух и улетела.

А потом она поняла.

«Они задерживают меня, чтобы я не отпустила альянс.

Селена устремилась к скале среди вечнозеленых деревьев.

«Я потеряла слишком много времени. Мне нужно всех отпустить любой ценой».

В последний миг она превратилась и приземлилась на корточки. У нее были секунды до прибытия матери.

Селена поднялась на ноги и сложила ладони вместе. Пот стекал по ее лицу, кровь горела в теле. Всего секунды.

Она закрыла глаза. Она даст альянсу последний подарок и отпустит их.

«Помните, ради чего мы сражаемся».

Пейзаж сна закружился, меняя облик. Из последних сил Селена открыла себя снам всех вокруг нее. Лица любимых, детей, домов и земли, смех и дружба появились и разлетелись головокружительной волной картинок.

«Вы долнжы защитить это».

Как камешек в озере, ее мысли шли рябью по пейзажу сна, пока она не ощутила, как тысячи душ загораются, как звезды на небе.

«Будьте сильными. Будьте смелыми. Помните, Свет с вами. Всегда».

А потом она отпустила.

Она ощущала, как спящие покидают пейзаж ее сна как бумажные фонарики, выпущенные в небо. Она слабо улыбнулась. Она не смогла дать им много, но, может, этого хватит в самые темные моменты грядущего боя.

Она ощутила вблизи присутствие матери и Темной леди.

Ладонь сжала ее горло, пальцы были холодными, обжигали ее кожу. Селена не открывала глаза. Ей нужно было продержаться еще миг, чтобы все ушли.

Только это было сейчас важно.

Пальцы сдавили ее горло, мешая дышать.

— Что ты наделала? — кричала ее мать неподалеку.

Почти. Краски смешивались перед глазами, дышать было сложно.

«Давай, еще один».

Через секунды последний спящий покинул пейзаж сна.

Она это сделала.

Шипение. Селена открыла глаза, увидела перед собой Темную леди, бледная рука была вытянута, пальцы сдавливали ее горло.

Их план провалился. Они были тут, чтобы использовать ее связь с альянсом. Но альянс ушел. Она одна осталась в пейзаже сна.

— Что теперь будете делать? — прохрипела Селена, перед глазами темнело.

Темная леди подтянула ее к себе, и между ней и капюшоном остались дюймы. Даже так близко лица видно не было. Только рот и бесконечная чернота.

— Мы уберем тебя.

43

Дамиен сел, слова Селены звенели в его ушах:

«Помните, за что мы боремся».

Он повернулся к ее стороне матраца, опустил ладонь на ее плечо.

— Селена, — он потряс ее плечо. Ее глаза остались закрытыми. — Селена! — повторил он, тряся ее сильнее. Он вспомнил сон о воронах, тенях и крике, что сотряс целый пейзаж сна.

Ткань поднялась за ним, свет пролился в палатку.

— Милорд, — сказал Карл, запыхавшись. — Весь лагерь на ногах.

Дамиен оглянулся.

— Карл, в чем дело?

— Империя почти тут.

Дамиен встал, одеяло упало с его ног.

— Как это произошло? — спросил он, схватил тунику и натянул ее. — Почему нам не сообщили? Почему я не проснулся?

— Половина нашего войска была охвачена мертвым сном, ее не могли разбудить. Включая меня.

Дамиен взглянул на спящую жену. Это случилось? В пейзаже сна прошел бой?

— Сколько времени до прибытия империи?

— Меньше половины дня.

— Дорогой Свет, — прошептал он, прошел по палатке к сундуку, где была его кожаная броня. — Карл, помоги. Времени мало.

Карл прошел по палатке и помог надеть серый нагрудник и прочие части.

— Который час? — спросил Дамиен, закрепляя застёжки спереди.

— Почти полдень.

Дамиен охнул.

— И мы проспали больше дня? Кто-нибудь не спал и заметил?

— Да, — Карл поправил пояс. — Леди Аяка и целитель Силдэрн с несколькими другими не спали и пытались разбудить лагерь.

Дамиен взял меч и ножны, рожки загудели в лагере.

Карл посмотрел на спящую фигуру на матраце.

— Милорд, те слова во сне были от леди Селены?

— Да. Она освободила нас от мертвого сна. Боюсь, большой ценой для себя.

Дамиен закрепил меч и подошел к Селене, опустился на колено. Ее глаза были все еще закрытыми.

— Селена, — он убрал ее волосы с лица. — Где ты?

Мысль о жене, бьющейся в одиночку с Темной леди и леди Рагной, сдавила его. Но что он мог сделать? Никто другой не мог войти в пейзаж сна. Он склонил голову и сжал ее ладонь.

«Свет, прошу, помоги ей. Помоги ей сражаться. Защити ее», — он молился ее минуту, а потом открыл глаза.

— Карл, я не могу разбудить леди Селену. Думаю, то, что она сделала в пейзаже сна, чтобы освободить нас, оставило взаперти ее. Но я могу ошибаться, так что сообщи целителю Силдэрну о ее состоянии, — он оглянулся. — И, Карл, раз Тэгиса тут нет… — от этих слов горе укололо сердце, но он продолжил, — останься вместо него. Присмотри за Селеной. Присмотри за моей женой.

— Милорд…

Он сжал кулаки, чтобы ладони не дрожали.

— Как лорд дома Марис, я должен вести народ в войну. Если я буду знать, что Селена в безопасности, я смогу использовать все силы против врага. Охраняй ее, Карл. Она — самое ценное в моей жизни.

— П-понимаю, милорд.

— Спасибо, — Дамиен склонился и поцеловал Селену в губы. — Я увижу тебя снова, — прошептал он, встал и отошел. — Ты сильна, Селена. И ты не одна. Помни это.

Потребовались все силы, чтобы отвернуться от Селены. От мысли, что он оставит ее, горло сдавило. Оставить Селену в таком состоянии было как оставить сердце.

Грохот тысяч солдат, спешащих мимо его палатки, и гул рожков потянули Дамиена к выходу. Пора. Карл поклонился в его сторону, поднял ткань, чтобы Дамиен мог выйти. Его сердце глухо стучало в груди, он присоединился к толпе, шагающей к бою.

«Свет, прошу, присмотри за моей женой», — он повторял эти слова снова и снова. Каждый раз он представлял, с чем она боролась в пейзаже сна, и от этого хотелось развернуться и побежать обратно. Нет. Он должен был оставить ее в руках Света. Он ничего не мог для нее сделать. Ее ждал свой бой, а его — свой.

Альянс и коалиция собрались у края лагеря, армии домов Люцерас, Вивек и его вместе с теми, кто ответил на зов коалиции. Тысячи мужчин и даже некоторое количество женщин. Некоторые были не старше шестнадцати, другие были в расцвете сил. Вместе с пехотой собиралась кавалерия. И за ними несколько виверн были готовы взлететь.

Дамиену предоставили коня и вручили поводья. Дамиен кивнул слуге и направился среди отрядов, ведя коня за собой. Солнце светило на армию, добавляя жар к тяжелому запаху пота и кожи, уже пропитавших воздух. Меч Дамиена постукивал по его бедру с каждым шагом, но его настоящее оружие — власть над водой — было внутри него. Он надеялся, что не придется использовать это. Пока что.

— Помните, за что мы боремся.

Солдаты шептали эти слова, пока Дамиен шел к передовой. От слов Селены на языках мужчин вокруг него сердце Дамиена стало легче. Что бы ни случилось в пейзаже сна, она дала им последний дар перед их боем.

Дамиен присоединился к братьям Люцерас и лорду Ренлару, ждущим слева с его генералами. Адмирал Герольт прошел к Дамиену с капитанами его армии. Дамиен проверил седло еще раз и забрался на коня.

— Слышите, что шепчут солдаты? — спросил потрясенно Элрик. — Их точно потрясло, как резко их созвали в бой, но я все слышу этот призыв.

— Похоже, леди Селена раскрыла полностью свою силу сновидицы, — сказал лорд Ренлар, подъезжая на коне к другим лордам. — Как и говорилось в старых текстах о доме Рейвенвуд. Жаль, мой отец не увидел, как это произошло.

— Если бы не леди Селена, империя убила бы нас в наших палатках, — лорд Лео крепче сжал поводья. — Но мы готовы сражаться с командиром Орионом и его войсками, — он выдохнул. — Я рад, что леди Селена на нашей стороне.

Дамиену было и приятно, и больно. Селена затмила собой тьму прошлого ее семьи, и теперь другие дома начинали видеть силу ее дара. Он не хотел ни с кем другим быть до конца жизни.

«Прошу, проснись, Селена».

— Она идет с нами?

Дамиен оглянулся, когда понял, что лорд Лео говорит с ним.

— Нет. Она… еще не проснулась.

Элрик был поражен.

— Она все еще в хватке мертвого сна?

Дамиен сглотнул ком в горле.

— Да, похоже на то.

— Тогда мы будем биться за нее, как она билась за нас, — лорд Лео развернул коня. Элрик согласно кивнул. — Пора отправляться. Я бы хотел обратиться к людям перед этим, — он посмотрел на Дамиена. — И я хотел бы использовать слова леди Селены.

Дамиен кивнул.

— Она была бы польщена.

Лорд Лео проехал на лошади, повернулся к альянсу. Он вытянул руку, и широкий меч из света появился в его хватке. Он поднял меч и посмотрел на отряды. Солдаты притихли.

— Сегодня будет бой, который определит курс наших жизней. Мы победим, или нам придется жить в тени империи Доминия? Я знаю, что за ответ в наших сердцах. Помните любимых. Помните свои дома, — он опустил меч. — Помните, за что мы боремся.

— Помните, за что мы боремся! — оружие поднялось в воздух. — Помните, за что мы боремся! — отряды кричали, пока слова не разнеслись эхом над долиной.

Дамиен знал, за что боролся. За народ Северных берегов. За друзей и товарищей. За свою жену. И за будущее, которое он надеялся встретить вместе.

За мир и свободу.

Четыре лорда повернулись и поехали на восток. Громкий рев раздался за ними, виверны взлетели над отрядами как живые знамена.

Кольчуги и броня сияли под накидками на ярком солнце. Грохот сапог звучал среди холмов. Солдаты в форме дома Люцерас запели.

Дамиен пел с ними, его тенор присоединился к остальным голосам. Песня, соединенная с надеждой и решимостью, приободрила армию.

Они были готовы биться. И они знали, за что бились. Будет боль. И смерть. Только Свет знал, сколько. Но они встретят это с силой, что приходила, когда старался защитить любимых.

44

Часы спустя Дамиен сидел на коне, плечи были напряжены, а желудок — еще сильнее сжимался, империя Доминия появилась вдали, огромная масса оранжево-зеленого цвета на горизонте.

Это была война. Он сжал поводья. Страх, о котором он до этого лишь слышал, сжал его холодными когтями, и все тело дрожало. Казалось, сама смерть шла к нему, и в этот раз между ним и врагом не было реки или моря. Его сила тут не сработает. Только навыки и лидерство.

Его конь нервно рыл землю, и краем глаза Дамиен заметил белки глаз ближайших солдат, капли пота на их лбах.

Жаль, тут не было леди Брирен. Даже ему не помешала бы капля ее смелости. Они не получали от нее вестей с тех пор, как она покинула Сурао, улетев к своим воинам. Он надеялся, что удастся замедлить империю до прибытия дома Мерек.

Он поправил хватку на поводьях и посмотрел на лорда Лео и лорда Элрика. Братья казались собранными, даже желающими биться, судя по лицу Элрика. Это было лишь снаружи, или они не боялись?

Лорд Лео развернул коня. Он поднял руку, и меч света снова появился. Он поднял оружие и поехал вдоль передовой, выкрикивая слова поддержки. Вид дара дома Люцерас придал людям сил.

Дамиен глубоко вдохнул. Адмирал Герольт подошел к нему.

— Готовы? — сказал мужчина.

Он выдохнул.

— Да, — он не был полон сил, река Гир была все еще поднята, и много усилий ушло на тушение пожара вокруг Сурао, но он мог сразиться сегодня. Если им придется отступать к реке Дрихст, он ее поднимет, но это будет дорогого стоить.

Поднялся крик, загудели рожки. Империя приближалась.

— Мы защитим эту землю! — закричал лорд Лео, двигаясь вдоль передовой.

Лорд Элрик вытянул руку, появилось древко из света. Он посмотрел на Дамиена.

— Готов биться?

Его сердце колотилось в груди, но страх в теле сменился спокойствием. Дамиен вытащил меч и посмотрел на лорда Элрика.

— Да.

— Тогда встретим врага.

Отряды кавалерии по бокам устремились в стороны, чтобы обступить империю, лучники выдвинулись вперед. Виверны кружили сверху, копья всадников сверкали на солнце.

А потом прибыла империя.

Первая туча стрел взлетела в воздух, всадники на вивернах и кавалерия отправились в стороны.

Еще одна туча, третья, и солдаты империи добрались до передовой. Грохот оружия раздался как шум бури у скал в море.

Дамиен кричал приказы, глядя на сражение. Воздух наполнили крики, звон мечей, вопли лошадей и рев виверн. Пот пропитал его тунику, волосы прилипли к голове, солнце жгло сверху.

Лорд Элрик уже потерял коня и бился с тремя солдатами древком, а лорд Лео создавал сферы света и бросал по тем, кто был перед ним. Любые, кто проходил эту защиту, встречали острие его меча.

Кровь лилась на землю, металлический запах смешивался с запахом пота, длинная трава прерий приминалась под копытами и сапогами. Волны солдат империи приходили на место павших. Вдали раздался стон и треск. Черная точка появилась на синем небе, камень пролетел над Дамиеном и рухнул за ним.

Он обернулся, несколько человек придавило булыжником. Другой камень взлетел. Дымящийся камень пронесся мимо и ударил по мужчинам сзади.

Вдали пошатнулась виверна, крыло бесполезно свисало. Она хлопала здоровым крылом, пока пыталась повернуться, но ее задела стрела, похожая на копье. Древко пронзило грудь зверя, и виверна упала на землю, подняв большое облако пыли.

Люди падали с обеих сторон, их крики боли разносились над полем боя. От звуков желудок Дамиена сжимался. Он ударил мечом по солдату империи, задел его руку. Один из солдат коалиции рядом с ним покончил с мужчиной.

Юный солдат альянса неподалеку, следивший за этим, побелел, согнулся, и его стошнило. Дамиен знал его ощущения, повернул коня и поехал дальше, продолжая кричать команды посреди боя.

Нет, это была не война. Это был ад.

Часы спустя потный и окровавленный Дамиен разглядывал горизонт, по ошибке подумал, что увидел красные накидки дома Фриер. Лорд Рауль клялся, что будет тут.

Он отвернулся и стиснул зубы. Они глупо поверили лорду Раулю? Это была уловка?

Стервятники летали сверху, готовые пировать, когда бой кончится. И их ждал пир. Сотни тел усеивали поле боя. Мертвые и почти мертвые. Сколько еще они продержатся?

Дамиен пробивался сквозь группу солдат империи. Горечь подступила к горлу, но он напоминал себе, что, чтобы его люди жили, другие должны были умереть. Он просто сделал этот выбор. Но в глубине души сердце рыдало по погибшим, чьими бы они ни были.

Его конь споткнулся о тело, и копье пробило его грудь. Солдат империи держал оружие, лежа в паре футов от коня.

Лошадь закричала и рухнула вперед. Дамиен выбрался из седла и добил солдата империи, а потом рухнул на колени, ему было не по себе.

«Я ненавижу это, ненавижу, ненавижу! — он сжал меч крепче. — Свет, как мне продолжать делать это?».

Стемнело, бой утихал. Альянс удержал один холм, империя рассредоточилась на другом. Каждая сторона послала друг в друга град стрел и камней, а потом выстроила линию стражей. Они назначили смены солдат, следящих за передовой, дали остальным спать, если они могли. Сражение приостановилось до утра.

Раненых уносили в лагерь в свете факела. Мертвых оставляли там, где они пали.

Дамиен думал о Селене, глядя на огни империи вдали. Она еще спала? Они были в опасности от Темной леди и леди Рагны, если альянс закроет глаза? Даже сейчас усталость тянула его к забвению, и он не мог ничего поделать.

Он погрузился в беспокойный сон, молясь за людей вокруг него и свою жену.

* * *

Дамиен проснулся слишком скоро. Сон дал лишь немного энергии. Горсть звезд еще сияла в небе, он встал и потянулся, все мышцы кричали от боли, каждый синяк и порез напоминали о пропущенных ударах.

Целитель из дома Люцерас кричал приказы слева от него, и Дамиен видел белые мантии других целителей, опустившихся среди солдат, все еще уносящих раненых с поля боя. Сколько еще человек умерло за ночь?

Был бы с ними дом Рафель… Им нужно было больше целителей.

Дамиен поправил ремешки брони, проверил меч. Сухари и воду раздавали тем, кто проснулся. Рассвет озарил небо на востоке за долиной и огромной армией империи на другой стороне. Действия людей не мешали природе, не мешали свету снова появиться.

Дамиен замер на миг и закрыл глаза. Тьма не могла потушить свет, как бы темно ни было. Ему нужно было помнить это.

Крик раздался с передовой.

Дамиен поднял голову. Солдаты альянса вокруг него поднялись на ноги, больше криков звенело на холме.

Империя снова атаковала.

Дамиен поднял меч в воздух.

— Вставайте! Вставайте! — закричал он и заметил оружие из света лорда Лео и лорда Элрика впереди. — Помните, за что мы боремся! Не отступайте!

Две армии столкнулись у основания холмов, звуки боя зазвенели над долинами.

Империя медленно отгоняла альянс к их холму, а потом на него.

Три камня взлетели в воздух, красные от огня, и устремились к тем, кто был сверху. Они попали по отрядам сзади, раздавливая людей. От этого вида солдаты вокруг Дамиена побежали, огибая камни, как река.

Дамиен кричал, но усилия были напрасными. Солдаты бежали мимо него как испуганные лани.

Он заметил лорда Ренлара и накидки дома Вивек неподалеку. Он не слышал, что говорил лорд Ренлар, но это вернуло разум испуганным солдатам. Они остановились и развернулись.

Бой снова стал яростным.

Минуты шли, секунды отсчитывали падающие на землю тела. Дамиен и братья Люцерас бились какое-то время бок о бок, оставили пятерых солдат империи мертвыми или сильно ранеными.

Лорд Лео вдохнул с болью и прижал ладонь к животу. Его когда-то белая накидка была в крови.

— Где же дом Фриер? — процедил он. — У него было больше дня, чтобы присоединиться к нам.

Дамиен покачал головой, не было сил на разговоры.

— Предатель. Почему мы думали, что можем верить словам дома Фриер?

— Те катапульты с силой лорда Ивульфа разбивают наши отряды сзади, — Элрик вытер лоб рукой. — Я не знаю, сколько мы сможем сражаться и тушить те огни одновременно.

— У нас нет выбора, нужно продержаться, сколько мы мо…

— Смотрите! — кто-то крикнул неподалеку. Больше криков зазвучало, пальцы указывали на небо на юго-западе.

Дамиен и братья Люцерас повернулись.

Вдали на синем горизонте появились сотни фигур. Медные, красные, серые и черные точки летели к битве.

— Это виверны!

— Дом Мерек!

Плечи лорда Лео опустились, ухмылка сменила мрачный вид.

— Вовремя, леди Брирен.

Вид виверн вдохнул в альянс новую жизнь. Поднялся вопль, подгоняющий их, схватка снова стала ожесточенной. Дамиен склонил голову на миг, сердце болело от усталости, но тело наполнила новая сила.

«Спасибо, Свет».

Он поднял меч и вернулся в бой. Он помог своим солдатам, бьющимся с группой империи. Его пальцы покалывали на рукояти меча, но он игнорировал ощущение. Времени не было. У них был шанс с прибытием дома Мерек.

Ниже группы всадников ехали воины дома Мерек на лошадях, черно-желтое знамя вело их. Минуты спустя виверны прибыли. Леди Брирен издала крик на старом языке, а потом свист, пролетая сверху на Шанну. От ее приказа первая линия виверн спикировала к армии империи, всадники выпустили стрелы, попадая по передовой вражеских солдат. Те замешкались, другая группа виверн опустилась с длинными копьями в руках всадников, ударяя по следующей линии, взмывая в небо после нанесения ударов.

На миг войска империи потряс странный бой и полет виверн, схожий с танцем. А потом поднялись крики, и солдаты заняли позиции. Линия оранжево-зеленого цвета выпустила стрелы в ответ. Многие виверны увернулись от опасного дождя, но некоторые стрелы попали в цель. Одна виверна отлетела в сторону, всадник потянул за поводья, направляя ее к задним отрядам альянса.

Леди Брирен издала еще крик на старом языке. Всадники и виверны рассеялись по небу, как невод на воде. Еще свист, и виверны спикировали, снова атакуя стрелами. Больше солдат империи падало, виверны хлопали крыльями и поднимались в небо.

Лорд Лео кричал неподалеку, напоминая альянсу, что солдаты империи были неподалеку, и стоит быть начеку. Дамиен покачал головой, ошеломленный от вида боя, и поднял меч, снова готовый. Смелость всадников виверн в бою была воодушевляющей. Дом Мерек хорошо их обучил.

Один из больших гарпунов вылетел из-за армии империи, взмыл вверх и попал по груди маленькой красной виверны. Та издала высокий вопль и понеслась к земле.

Еще гарпун взмыл в небо, в этот раз задел большую черную виверну и порвал ей крыло. Больше гарпунов летело, многие промахивались, но некоторые вредили.

Меч взмыл, и Дамиен отскочил, задел ногой тело за собой. Он упал, подняв меч. Солдат империи опустил свой клинок.

Дамиен защищался, но не было времени подняться на ноги.

Взмах, отразить, выпад.

Его рука горела от постоянных ударов солдата по мечу. Он хватал ртом воздух, пот капал с кончика носа.

Следующий удар сбил его меч ниже.

Его рука дрожала, он приготовился к следующему удару, когда свет пронзил грудь солдата. Удивление проступило на лице мужчины, и он упал на колени.

Элрик стоял за павшим солдатом с оружием в руке.

— Нужна помощь? — спросил он, протягивая руку и помогая Дамиену встать.

— Спасибо, — Дамиен издал дрожащий смешок и вытер лицо, а потом скривился от пореза на руке.

— Похоже, имперский тебя задел.

— Да. Порез не серьезный, но жжет.

Две виверны пролетели сверху.

Элрик смотрел на поле боя.

— А можно было подумать, что с прибытием дома Мерек явится и дом Фриер, — он покачал головой. — Похоже, они не придут нам на помощь.

Дамиен огляделся, сжимая меч в руке. Отчасти он надеялся, что лорд Рауль говорил правду, и дом Фриер присоединится к бою. Та же часть надеялась с тех пор, как он покинул Сурао, что лорд Харук и дом Рафель последуют за леди Аякой. Он верил, что семь домов ничто не сможет остановить.

Но сейчас…

— Не важно, — он вытер кровь с ладоней о штаны, сжал меч. — Мы все еще можем победить, пока мы боремся.

Элрик кивнул.

— Это всегда восхищало Квинна в тебе: твоя настойчивость. У тебя всегда есть надежда. Ты никогда не сдаешься.

— Хмф, — может, потому он и не мог сдаться. Даже если хотел.

Бой продолжался, мертвые и раненые падали на поле боя. Через какое-то время устали и всадники на вивернах. Они снова пришли к ничье. Каждый раз, когда альянс давил, империя собиралась с силами и атаковала в ответ.

Солнце медленно двигалось по небу, воздух становился горячее.

Близился конец. Та сторона, что пробьет оборону противника первой, победит.

Другая проиграет.

45

Селена не могла дышать, чувствовать видеть. Как только Темная леди отпустила ее горло, ее схватила тьма. Крик рвался из легких, но рот не слушался, и крик метался внутри нее. Сердце безумно билось, наполняя уши отчаянным стуком.

И когда ей показалось, что она отключится, сон изменился.

Селена охнула, тело рухнуло в холодное море. Мороз пробрал до костей, на миг сердце застыло. Над ней собирались тучи, ветер дико бил по поверхности, высокие волны двигались к ней.

А потом ударили.

Она крутилась в воде, волны сбивали ее снова и снова. Селена не успела оглядеться, вода утянула ее под поверхность невидимыми руками. Она погружалась все глубже, но ладонь тянулась к небу. Она отбивалась ногами и руками, но темные воды тянули ее за собой, пока весь свет не пропал.

Крик поднялся в ее груди.

«Прошу, Свет, помоги мне».

Селена открыла глаза и оказалась в пустом пространстве, где был только тусклый свет. Она повернулась на бок, ее стошнило водой, что набралась в живот. Селена медленно села, мокрые волосы прилипли к щекам.

— Как тебе мои сны? — холодный смех зазвучал эхом в пустоте. — Это твое будущее, вороненок. Боль. Пустота. Тьма. Эти сны я даю людям.

Селена откашлялась.

— Зачем людям следовать за тобой… если ты можешь пообещать только это?

Темная леди просто холодно и жестоко рассмеялась.

Селена встала на дрожащих ногах. Одежда прилипла к дрожащему телу. Где была ее мать? Тут, смотрела с Темной леди? Она не слышала голоса ее матери с начала кошмара.

— Мама, зачем ты это делаешь? — ее голос пронесся эхом в пустом пространстве.

Ее мать не ответила.

Селена закрыла глаза и глубоко вдохнула, собирая силы. Дар поднялся в ней, позволяя коснуться каждого уголка этого пейзажа сна. Она ощущала все вокруг себя, все нити, что сплетали этот мир сна. Это место, куда ее принесла Темная леди, ощущалось как пустая комната, но, может, если она сильно надавит, она сможет вырваться.

Она вытянула руки, вдохнула и надавила на пейзаж сна, пока руки не задрожали от усилий и напряжения мышц. Трещины побежали по стенам, сопровождаясь треском дерева.

— Ты сильна, вороненок. Но недостаточно.

Комната пропала вместе с полом под ней. Селена закричала, падая по тьму.

Голос Темной леди зазвучал в ее голове:

— Тут ты проживешь остаток жизни.

Селена стиснула зубы.

«Нет».

Она повернулась, стала вороном и поймала крыльями поток воздуха, замерла посреди тьмы.

Точки света — глаза Темной леди — появились перед ней.

— Ты не можешь улетать вечно.

Селена притянула крылья к груди и раскрыла их с громким криком. Сила в ней разорвала тьму. Черные обрывки разлетались как осколки стекла, открывая Вороний замок под ночным небом. Ее пейзаж сна.

Селена подлетела к башне и опустилась, стала человеком. Тело содрогалось от усталости. Она не уступала Темной леди, но едва держалась, как и в прошлый раз.

Вихрем черной ткани Темная леди появилась на другой стороне башни. Небо сверху было темным, полночным, с мерцающими звездами и полной луной, проливало бледный свет на окрестности.

— Как долго продержишься против меня, вороненок?

— Сколько потребуется.

Темная леди шагнула вперед, черные губы растянулись в насмешливой улыбке.

— Как только мы покончим с тобой, мы будем управлять этим пейзажем сна.

— Где она? Где моя мать?

Стоило ей произнести это, ворон опустился на перила рядом с Темной леди, луна сияла на черных перьях.

Селена хотела кричать на мать, но сдержалась. Но огонь пылал в ней. На миг она представила, как взмахивает руками и сбивает ворона с башни порывом ветра. Даже сейчас ее ладони подрагивали по бокам, она тяжело дышала.

«Нет, — она закрыла глаза. — Я не могу. Не стану. Я буду верной тому, кто я — сновидица Света — как бы мать меня ни ранила».

Она медленно открыла глаза.

— Может, вы и заперли меня тут, но и я не выпущу вас, — она тряхнула запястьями, и мечи появились в руках, она поднялась на ноги. — Я буду биться с вами обеими, привяжу вас к своим снам навеки. Вы не войдете во сны других людей. Вы никому не навредите.

Черные губы изогнулись.

— А что случится, когда твой разум разобьется? Кто тебя спасет? — она рассмеялась и повернулась к матери. — Леди Рагна, ваша очередь.

Ворон слетел с перил в середину башни и стал ее матерью. Длинные черные волосы трепетали вокруг ее тела, она вытащила меч.

— Ты всегда была упрямой, Селена. Твоей сестре хотя бы хватало ума слушать меня.

— Слушать что? Ты с ней не говорила и едва ее терпела. Ты ничего не знаешь об Амаре.

— Я знаю, что она была ничтожеством.

Селена покачала головой.

— Она не была такой. И в конце тоже. Я держала ее, когда она умирала, в моих руках, я показала ей, какими мы должны быть. Это, — она махнула мечами, — не наша судьба.

Леди Рагна подняла меч.

— Ты всегда противилась судьбе, Селена, — воздух трещал между ними, молния расколола небо.

Селена бросилась в сторону, свет ударил по башне. Селена едва успела поднять мечи, и клинок матери ударил по ее оружию. Она отбилась левым и сделала выпад правым.

Леди Рагна шагнула в сторону и снова замахнулась. Меч отлетел от клинка Селены, она отскочила. Конечности, казалось, вот-вот откажут, и сердце грозило вырваться из груди. Что будет, если она рухнет? Что будет с альянсом?

С Дамиеном?

С их снами?

«Я не могу остановиться, — она тяжело дышала. — Нужно продолжать».

Пейзаж сна менялся, Селена оказалась на вершине горы. Внизу лежали тысячи тел на траве долины, красное солнце вставало на востоке. Она заметила тело в синем с темными волосами и…

Сердце стало камнем в ее груди.

— Ты никогда его больше не увидишь, — прошептала Темная леди.

Она смотрела на тело, онемение сковывало ее.

— Это… не по-настоящему.

— Откуда ты знаешь? Это может происходить сейчас. А ты не узнаешь, потому что ты тут.

Сцена изменилась. Селена вернулась на вершину башни. Она едва заметила, как мать летит к ней, подняла меч.

Они сражались, Селена с трудом отбивала удары. Мышцы ныли, пот стал второй кожей. Ее волосы прилипли к лицу, она глотала воздух.

«Я не могу сдаться. Нельзя сдаваться».

А потом пейзаж и ее мать пропали.

Селена оказалась в комнате, которую делила с Дамиеном в замке Нортвинд. Но там было холодно, пусто и темно. Одна сторона кровати была примята от сна, другая была ровной. Селена повернулась и увидела свое отражение в окне.

На нее смотрело лицо в морщинах и с седыми волосами. Селена коснулась своей щеки. Отражение тоже так сделало.

Это была она, но старше.

— Это твое будущее в реальном мире, — голос Темной леди заполнил ее разум. — Старость в одиночестве. Жизнь на чужой земле. Без друзей. Без семьи…

Она вернулась на вершину Вороньего замка.

В этот раз мать застала ее врасплох. Селена едва уклонилась, но меч задел ее плечо.

Селена стиснула зубы от боли и подняла мечи.

«Нет. Я не умру. Дамиен ждет меня. И Офи. И мой отец».

Селена сосредоточилась на матери и потянула за свою силу. Она ухватилась за нити пейзажа сна, а потом дернула за них своим разумом.

Башня и Темная леди пропали.

Через секунды Селена и леди Рагна появились в комнатах ее матери в Вороньем замке. Нет, не совсем так. Это была та же комната, но с другой мебелью. Вместо алых штор и покрывал были серебряные.

Призрачная фигура вошла в комнату. Ее волосы были длинными черными и кудрявыми. Лицо напоминало Амару, и выражение было таким же решительным.

Селена ощущала, как ее мать напряглась в пейзаже сна.

Появилась еще фигура. Юная леди Рагна возраста Селены. Ее кожа была гладкой, а длинные волосы были стянуты на затылке.

Ее мать и бабушка, леди Сунна. Селена смотрела на женщин, продолжая тянуть за нити воспоминаний ее матери, сплетая сон.

Ее бабушка прищурила темные глаза.

— Чего ты хочешь, Рагна?

Юная Рагна подняла голову выше.

— Я хочу поговорить о брачном соглашении.

— Нет.

— Но…

— Не о чем говорить. Ты знаешь наши обычаи.

— Но ты хотя бы послушай меня.

Леди Сунна повернулась и пошла в свой кабинет.

Ее мать последовала за ней.

— Есть причины, по которым лорд Ивульф будет лучшей парой…

Леди Сунна развернулась. Шлепок.

Юная Рагна сжалась, держась за щеку.

— Ты выйдешь за меньшего лорда, которого я выберу. Ты отправишься в Шаналону и встретишься с домом Вивек. Ты сделаешь все, что я скажу. Наследие нашего дома важнее твоей жизни. Понимаешь?

Лицо юной Рагны ожесточилось, она опустила руку.

— Понимаю.

— Тогда больше ни слова о лорде Ивульфе. Или я сделаю так, что ты никогда его не увидишь.

— Что ты делаешь, Селена? — прошептала ее мать.

Она оглянулась, ее мать была бледной, наблюдая за сценой.

— Такой была твоя жизнь? — тихо спросила Селена.

Вена пульсировала у виска ее матери.

— Моя мать была права. Важен только наш дом, — взмах руки, и воспоминание пропало, но Селена сохранила его в своем разуме. То, как ее мать обходилась с ней и Амарой, было тем, как относились к ней. И Селена была уверена, что те же ненависть, горечь и жестокость были между ее бабушкой и прабабушкой.

Каждое поколение было таким.

— Мы можем измениться, мама. Ты не обязана и дальше слушаться Темную леди. Я нашла повод жить, повод надеяться…

— Я выбрала свой путь. И я не дам тебе остановить меня.

Они вернулись на вершину Вороньего замка. Ее мать стояла перед ней, вытянув меч, гнев почти поднимался от ее тела паром.

— Мой путь с Темной леди и империей Доминия. Я сделаю то, что не смогли моя мать и бабушка: вернуть нашу позицию и власть как великого дома. Имя Рейвенвуд значит больше всего, даже наших жизней.

— Нет, — Селена покачала головой. — Нет ничего дороже жизни.

— Если бы ты верила в это, ты была бы с нами. Империя не сравнится с тем, что мы можем делать с силой Темной леди. Одним прикосновением мы можем подавить силы альянса и империи. И никакой войны. Никаких смертей. Никаких сражений. Еще есть время, Селена. Все жизни, что тебе так дороги, можно спасти.

Селена смотрела на мать, мечи немного опустились. Ее мать говорила теми словами, которые она хотела слышать. Нет войны, сражений, смерти. Дамиен вне опасности. И остальные. Они могли обрести покой. Все. Вот только…

— Кто будет править? — она подняла мечи наготове. — Ты?

— Мы обе. Дом Рейвенвуд будет защитником всех земель.

— А Темная леди? — спросила Селена, глядя на тихую фигуру рядом с ее матерью.

— Она будет покровительницей всех домов.

Холодок пробежал по спине Селены.

— Все будут поклоняться Темной леди?

— Да. Но подумай, сколько жизней будет спасено из-за тебя, Селена.

Селена прищурилась. Когда-то она поклонялась Темной леди, и та ничего для нее не сделала. И не спасла Амару. Она ничего не могла. Ее обещания были дымом на ветру, рассеивались от малейшего дуновения. У Темной леди не было власти, кроме той, что ей давали. В отличие от Света…

Свет пришел к ней, даже когда она не кланялась ему. Его сила принадлежала ему, ему не требовались приспешники, но он все равно использовал силу для других. Он был рядом снова и снова. И он помог Амаре.

Селена подняла голову и смело посмотрела на две фигуры.

— Ни за что.

— Так ты хочешь воевать, Селена? Хочешь увидеть, как все умрут? — фыркнула леди Рагна. — Теперь видно, как ты дорожишь жизнями.

Селена склонилась ближе.

— Что за лидер обещает своему народу поддержку и бросает в бедности? Что за лидер ищет слабости в других? Что за лидер тренирует свой дар на тех, кого должна защищать? Нет, мама. Я не дам дому Рейвенвуд править другими. Дар нам дан не для этого. Эта сила для помощи остальным, а не правления ими. Я не присоединюсь к тебе или Темной леди.

— Ладно. Рейвенвуд еще не убивала другую Рейвенвуд, и я не стану первой, кто это сделает. Но я научилась кое-чему за последние месяцы. Помнишь свою служанку, Ренату? Ту, чей разум ты разбила? Я не убью тебя, Селена, но не дам тебе остановить империю своим даром.

Ее мать шагнула вперед и подняла меч.

— Мне пора показать, что мы с Темной леди можем вместе. И когда мы закончим, от тебя ничего не останется.

46

Империя Доминия пробила оборону альянса.

Дамиен смотрел в сорока футах оттуда, сердце замирало в груди.

«Невозможно».

Солдаты альянса разбегались, устремляясь на запад, империя преследовала их. Теперь их не остановить, как было в прошлый раз, когда прибыл дом Мерек. Страх и самозащита охватили их, прогнав все мысли и цели из разумов.

Дамиен поднял меч в сторону надвигающейся бури солдат империи. Если их армия пробьется, то Селена… и остальные за ними…

Его ладонь дрожала, глаза были огромными. Он должен был защитить ее. Защитить их всех.

Ладонь схватила его за плечо и потащила.

— Не разбрасывайтесь жизнью.

Дамиен оглянулся и увидел за собой лорда Ренлара.

— Мы еще можем победить, но не если вы будете тут стоять. Нужно протрубить отступление и собраться у реки Дрихст.

Дамиен ошеломленно смотрел на лорда Ренлара. Он моргнул и пытался сосредоточиться на человеке перед собой.

— Лорд Дамиен, шевелитесь!

Шеве… литесь…

Слова, наконец, пробили туман в его разуме.

Дамиен моргнул и кивнул. А потом побежал рядом с лордом Ренларом. Порез кровоточил над глазом Ренлара, оставляя красный след на темной коже. Еще один был на его руке, и он выглядел глубже.

Дамиен смотрел вперед. Он мог лишь представить, как выглядело его тело. Всадники на вивернах прикрывали их отступление, но ему казалось, что зверей стало куда меньше.

Он покачал головой, отчаяние грозило снова сковать его. Он сжал меч в руке и фыркнул на бегу. На это не было времени.

Река Дрихст. Всем нужно было уйти за реку. И тогда он ее поднимет.

Больше ничего он сделать не сможет.

Его дыхание сбилось, он споткнулся. Но не дал себе упасть и побежал снова.

Это было тактическое отступление. Им нужно было к реке, понять, что делать дальше.

Загудели рожки, два коротких гудка и один длинный. Звук отступления. Звук поражения.

Нет, не поражения. Просто неудача. Добраться до лагеря на другой стороне, поднять реку и перестроиться. Он поднимет стену и защитит альянс.

Просто шаг назад.

Двое мужчин споткнулись перед ним и упали на землю. Дамиен остановился и протянул руку. Один отреагировал, взял его за руку, и Дамиен помог ему подняться.

Другой согнулся, закрыл голову руками. Он был юным, почти без щетины на челюсти.

— Я умру. Я умру, — говорил он между пальцев.

Дамиен склонился.

— Нет, ты будешь жить.

Юноша посмотрел между ладоней, больше солдат бежало вокруг них.

— Как? Армия империи… — его глаза расширились от страха, голос дрогнул.

— Потому что надежда есть. Всегда есть.

— Нам конец. Империя сотрет нас.

— Нет, если мы доберемся до реки. Я — лорд дома Марис. Знаешь, что это значит?

Глаза мужчины ожили.

— Вы управляете водой.

— Да. Идем. Не все потеряно, — Дамиен протянул руку, и солдат обхватил его ладонь. Как только юноша встал, Дамиен огляделся. Они были почти в конце отступающих солдат альянса. Море оранжево-зеленой формы подступало. — Иди, — он поднял меч. — Беги к реке.

— А вы?

— Мой настоящий дар — защищать всех вас. Теперь иди.

Солдат замешкался, а потом пошел вперед. Дамиен не ждал, что он останется. Требовалась безрассудная смелость, чтобы замыкать строй. Он утомленно рассмеялся. Может, Квинн был прав. Он был упрямым. До конца.

Дамиен побежал снова, знакомая виверна спикировала за ним. Шанну.

Леди Брирен издала клич, поднимая копье, пронзила им ближайшего солдата империи. Она вытащила копье и взмыла в небо раньше, чем упало тело. Шанну сделала круг и опустилась к Дамиену.

— Бегите! — закричала леди Брирен. — Мы прикроем.

Дамиен помахал в ответ и вдохнул сквозь губы.

Бежать к реке.

Через миг в армии империи зазвучали крики, им вторил рев в небе.

Дамиен оглянулся, но ничего не видел. Но армия империи немного замедлилась.

Он кивнул и побежал дальше. Может, дом Мерек тянул для них время.

Шанну пролетела снова, повернулась и сжала большие крылья, опустилась на примятую траву возле Дамиена.

— Не верится, — крикнула леди Брирен, спрыгивая со спины Шанну с копьем в руке. — Эта задница виверны стала биться за правильную сторону.

— Что? — спросил Дамиен, солдаты вокруг него замедлились, в воздухе звенело больше криков.

— Дом Фриер. Я увидела, как они вдруг подняли знамена и напали на империю сзади. Они уже сломали катапульты, которые мешали моим всадникам.

В альянсе быстро произошла перемена. Солдаты перестали бежать, слышался гул разговоров. А потом солдаты повернулись и закричали, подняв кулаки и оружие.

Леди Брирен нахмурилась, глядя на перемены.

— Что происходит? Они не могли узнать оттуда о доме Фриер.

Ритмичные крики смешивались с топотом сапог, солдаты в зеленом пронеслись мимо них.

Дом Рафель присоединился к бою.

Леди Брирен и Дамиен смотрели друг на друга.

— Другой упрямый дом прибыл, — она подняла копье и крикнула на старом языке. — На поле боя! — завопила она и побежала к Шанну. Через минуту большой зверь взлетел с ревом.

Дамиен слушал, звуки рожков изменились. Длинный и еще один длинный гудок. Сигнал боя. Он повернулся, солдаты бежали мимо него, готовые снова биться.

У них был шанс.

Все его тело задрожало, на миг показалось, что он упадет на землю. У них был шанс. Семь домов были тут, бились вместе.

Они могли отогнать империю.

Могли победить.

Дамиен с криком устремился вперед. Через миг братья Люцерас присоединились с оружием из света. С широким мечом в руке лорд Лео другой рукой бросал сферы света во врага.

— Лорд Дамиен, похоже, с нами дом Рафель.

Дамиен сжал меч обеими руками и приготовился к следующему бою.

— Да. И дом Фриер.

Лорд Лео потрясенно посмотрел на него.

— Я услышал это от леди Брирен. Она видела, как они подняли знамена и стали сражаться.

Лорд Элрик радостно завопил и взмахнул древком.

Лорд Лео кивнул, расстояние между альянсом и империей сокращалось. Его взгляд был настороженным, а губы — сжатыми.

— Тогда сделаем это. Покончим с войной.

Две армии стали биться еще сильнее, столкнувшись снова часы спустя. Первые ряды с обеих сторон пали за минуты. Дамиен бился так, что уже не чувствовал руку, и меч стал продолжением его тела. Не было ни мыслей, ни чувств. Только желание продолжать сражение.

Победить.

Запах дыма, крови и пота наполнял воздух, солнце стало опускаться на западе. То, что началось с отступления альянса, стало железной стеной решимости. Понимание, что дом Рафель и дом Фриер присоединились к бою, придало сил альянсу, вызвало их крики:

— Помните, за что мы боремся!

— Мы сражаемся за всех нас!

Оборона империи пробилась, знамя дома Фриер вело их. Дамиен заметил пучок лорда Рауля среди мужчин в красном, он разбивал солдат империи мечом. Двое мужчин заметили друг друга на поле боя. Они миг смотрели друг на друга, потом лорд Рауль слабо кивнул ему и продолжил сражение.

Солнце стало садиться, когда империя стала отступать. Дамиен стоял, тяжело дыша, прижимая руку к груди, другая сжимала меч сбоку. Казалось, левая рука была сломана, но он не ощущал боль, глядя, как империя отступает.

Он стоял только силой одной мысли: победа была с ними.

Он выдохнул и опустил голову. С каждым вдохом эмоции вливались в его тело. Они одолели империю, но не победили. Тела лежали с обеих сторон, показывая, кто победил.

Смерть.

Дамиен упал на колено, солнце опускалось за ним. Через мгновения мужчины и женщины в зеленых мантиях начали двигаться среди мертвых и раненых. Целители дома Рафель.

Некоторые тихо говорили со стонущими от боли, другие принесли самодельные носилки и начали убирать раненых с поля боя.

Дамиен опустился на колени, прижав левую руку к груди. Он сидел там, пока альянс медленно покидал поле боя. Первая звезда появилась вдали.

И он стал молиться.

Слезы выступили на глазах, но он подавил их и сглотнул. Смерть, жизнь, кровь, пот. Все смешалось на земле вокруг него. Сколько людей было бы спасено, если бы война и не началась? Если бы стена осталась поднятой? Если бы дома изначально работали вместе?

Он покачал головой и встал. Нет, он не будет думать о прошлом. Что сделано, то сделано. Он поднял голову и повернулся к угасающему солнцу. Оттенки красного и лилового тянулись по небу. Больше звезд загоралось, как точки надежды.

Они были живы. Свободны. Они одолели империю Доминия. Семь домов были едины, и они отгонят империю за стену и запечатают ее.

Но пока что он горевал по потерянным жизням с обеих сторон.

47

«От тебя ничего не останется».

Селена смотрела вперед, но в мыслях крутились слова матери. От разума ничего не останется. Судьба хуже смерти.

Селена не успела сосредоточиться, ее утащило в другой пейзаж сна. Ее тело дрожало от усталости, и каждый вдох обжигал легкие. Она медленно подняла голову. Она была в комнате переговоров в Вороньем замке. Черные флаги свисали с потолка с символом полумесяца. Пейзаж сна закружился, и она оказалась в зале переговоров замка Нортвинд. Потом в замке Левеллон, потом в Сурао. В каждом месте висело знамя с полумесяцем.

— Ты не можешь меня остановить, — голос Темной леди наполнил воздух, пейзаж сна менялся из одного города в другой. — Даже империя Доминия не может.

Крепость Айронмонд растаяла, и Селена вернулась на вершину башни Вороньего замка. Ее мать стояла перед ней, высокая, гордая, с мечом в руке.

— Ты думала, что выстоишь против нас? — спросила она. — Было глупо отворачиваться от нас, — ее мать подняла меч, Темная леди подняла бледный костлявый палец. Они указали на нее. — Теперь мы сломаем тебя, — сказали они вместе.

Селена с трудом выстояла в следующей атаке матери. Ее мышцы ныли от напряжения, она старалась, но картинки Темной леди влияли на нее.

Было ли будущее, где альянс победил? Было тщетно отбиваться?

Кто-то должен выстоять против этого.

Селена замерла.

«Мне нужно выстоять. Я не могу сдаться».

Она пропустила атаку матери, и кончик меча вонзился в ее правое плечо возле ключицы.

Селена упала на колено. Сильная боль вспыхнула в ране, ухудшалась с каждым вдохом, пока не стало сложно дышать. Сердце колотилось в ответ на рану, и показалось, что она упадет.

Она опустила правый меч как костыль. Две тени появились возле ее колен, обрамленные бледным светом луны.

— Ошибаешься, мама, — Селена сплюнула кровь изо рта и подняла взгляд. Эти слова придали ей сил и храбрости. — Темная леди нуждается в нас.

Она повернулась к высокой фигуре рядом с ее матерью.

— Ты ничего не можешь без нас. Наш дар — ворота в человеческие сны. Без дома Рейвенвуд ты будешь в плену теней.

Темная леди махнула бледной рукой.

— Я даю силу для вашего дара.

Селена опустила голову и рассмеялась, от этого грудь заболела сильнее.

— Не для моего. Я не нуждалась в твоей силе, чтобы дотянуться до снов людей вокруг меня, — она шумно вдохнула. — Я не нуждалась в твоей силе, чтобы затягивать людей в мой пейзаж сна, утешать умирающих и вдохновлять живущих. Ты приносишь только кошмары. Свет научил меня иному. Лучшему.

— И где твой дорогой Свет сейчас? — прохрипела Темная леди. — Я вижу только наивную сломленную сновидицу на земле у своих ног.

Селена замерла. Она знала сердцем, что он был тут. Но почему казалось, что она сражалась с Темной леди одна? Она вспомнила слова Дамиена:

«Солнце пропадает, когда собираются тучи? Или солнце все еще там? Тучи не могут потушить солнце, и тьма не может погасить Свет».

Селена кашлянула, скривилась и склонилась от боли. Она едва могла вдохнуть.

— Свет… тут. Но, даже если нет, — она подняла взгляд, — я за тобой не последую.

— Еще посмотрим.

Селена не успела отреагировать, пейзаж сна изменился. Болезненные воспоминания мелькали перед глазами.

День, когда проявился ее дар, и метка обожгла спину.

Миг, когда ее мать рассказала, для чего они использовали свой дар.

Посещение снов слуг, где она превращала их сны в кошмары, едва управляя своими эмоциями.

Разбитый разум Ренаты.

Ее сомнения насчет любви Дамиена.

Смерть Амары.

Одинокое будущее в Нор Эсене.

Ее страхи снова и снова крутились перед ней.

Тебя никогда не полюбят.

Ты всегда будешь одна.

Не чувствуй. Запри эмоции внутри.

Нет ничего хорошего в твоем даре.

Голосок шептал в ее голове, пробиваясь сквозь дымку боли и страха. Это не было правдой.

Этого было мало, но она смогла собраться с мыслями и сосредоточиться на пейзаже сна, остановить его на миг. Может, требовалось только это.

Она закрыла глаза и погрузилась в себя, ощутила уголек силы внутри. Она подула на него, оживляя, и открыла глаза. Она глубоко вдохнула, вытянула руки и толкнула.

Остатки силы взорвались в пейзаже сна. Ее ладони задрожали, но она продолжала давить на пейзаж, меняя его в последний раз, пока пятна красок не появились перед ее глазами. Казалось, она потеряет сознание.

Через секунды пейзаж сна разбился. Все воспоминания — и жуткий голос Темной леди — пропали. Она уже не была на вершине Вороньего замка. Небо и луна пропали. Все почернело.

Селена рухнула, задыхаясь. Слышно было только ее шумное дыхание. Ее язык ощущал кровь во рту, грудь болела из-за раны, оставленной матерью.

Все пропало. Может, даже ее разум.

Ее губы дрожали, но она сжала их. Если она смогла поймать ее мать и Темную леди тут, это того стило. Все будут в безопасности.

— Тц, вороненок, — голос Темной леди послышался среди пустоты.

Селена застыла, сердце уже не билось.

— Ты проявила свои силы. Но разве ты не понимаешь, что тьма — моя территория? Ты лишь запела себя тут.

Н-невозможно. Она отдала все, что у нее было, каждую каплю силы, даже свой разум, чтобы остановить их.

— Но попытка была хорошей.

Селена смотрела во тьму. Потом медленно пришли слезы. Больше и больше. В ней словно прорвало дамбу. Она сжалась на корточках, обвила руками колени, и все эмоции выливались из нее.

Она рыдала, пока лицо не стало опухшим и горячим. Ее сердце было разбитым. Как и вся она. Даже если альянс одолеет империю, она не вернется. Ее мать будет жить и дальше вредить остальным своим даром. Темная леди будет ходить по снам тех, кого она защищала, принося кошмары.

Ее не хватило.

Вскоре ее всхлипы утихли. В пустоте было спокойно. Она лежала там, слова стали пробиваться в тумане ее разума. Слова, которые она слышала в ночь Фестиваля Света, когда монахи аббатства Барис подарили песню Нор Эссену.

Слова о тьме и свете, который приходил, когда все было потеряно. О свете, что озарял земли.

О свете, который не могла погасить тьма.

Надежда была всегда.

Маленькая, но была. Надежда. Нить надежды поднялась в ней, как цветок, что пытался пробиться сквозь замерзшую землю. Там, где было ее сердце. Пока она так думала, что-то засияло в ней.

Душа, полная света, который она хотела, как только увидела душу Дамиена. Теперь свет обитал и в ней.

Свет был с ней.

Она закрыла глаза.

«Спасибо, Свет. Спасибо, что не оставил меня. Что даже сейчас ты со мной. За то, что изменил меня. И показал новый путь.

Она открыла глаза и прижала ладони к груди, ощущая тепло света. Место, где ее ранила мать, уже не болело, и она могла вдохнуть.

— Что происходит? — услышала она неподалеку вопрос матери.

Шипение.

— Меня не сковать тьмой, — сказала Селена. В тусклом свете она видела свою мать, стоящую с Темной леди. — Я измененная душа. Тот, кому я следую, обитает во мне, — решимость бодро бежала по ее венам. Ее тело устало, но при этом она ощущала свежесть. — Он прогнал тьму и наполнил меня своим светом. Красивым, очищающим, дающим жизнь светом. Его не потушить. Даже в смерти, — она мягко улыбнулась, представив душу Амары, на крыльях летающую под ярким солнцем.

Темная леди подняла бледную ладонь и указала пальцем на Селену.

— Тьмой управляю я.

— Нет, — она нашла силы медленно подняться на ноги. — Все принадлежит Свету, — она огляделась. — И он тут даже сейчас.

Она посмотрела на две фигуры, которые стояли дальше света, падающего из ее души.

— Я не могу остановить тебя своей силой. Я — сновидица, но я смертная. Но Свет может и остановит тебя. Твоя власть над моей семьей заканчивается сегодня. Я иду по новому пути. По пути, что сотрет все твои следы и кошмары.

Она ощущала это, связь со Светом, искру надежды внутри.

— Свет идет, и он сожжет тьму и тех, кто выбрал стоять в ней. Мама, если ты останешься с Темной леди, получишь тот же приговор, что и она.

Ее мать сжала край туники.

— Приговор? О чем ты?

Темная леди снова зашипела.

— Время Темной леди прошло. Она больше не будет тянуть силу из дома Рейвенвуд, — свет вокруг Селены становился все ярче. — Отныне я поведу нашу семью к Свету. Он дал нам дар, и мы отдадим его ему.

Она вытянула руки, подняла ладони, как много раз делал Дамиен, когда молился о своем народе и доме Свету.

«Мой дар — твой. Это место твое. Эти люди твои».

Свет становился все ярче, пока не прогнал тени. И он не перестал усиливаться.

Селена отклонила голову, не опуская руки.

Свет… был таким красивым.

И в тот миг она поняла, что дар каждого дома был отражением Света: смелость, мудрость, защита, творение, исцеление, свет и сны. Он дал часть себя каждому дому, чтобы отразить, кем он был для народа. Но они забыли.

До этого.

Зловещий визг звучал вокруг нее, свет сиял все ярче и ярче.

— Глаза! Мои глаза! — кричала ее мать.

Пронзительный вой заглушил крики ее матери, становился все выше. Селена оставалась на месте, подняв руки, закрыв глаза и повернув лицо к свету. Он был теплым, как солнце, пропитывал ее кожу и казался красной дымкой за ее веками. Время Темной леди вышло. Пора было сжечь ненависть дома Рейвенвуд и пройти к Свету.

Через мгновения визг утих. Тишина наступила в пейзаже сна. А потом свет стал угасать.

Селена осторожно открыла глаз. Свет все еще озарял пейзаж сна сиянием, но уже терпимым для ее глаз. Тьмы не было, как и теней с Темной леди. Остался только маленький выжженный круг там, где она стояла мгновения назад рядом с ее матерью. Ее мать сжалась на земле, закрыв руками лицо, бесконтрольно дрожа.

Селена опустила руки и шагнула вперед.

— Мама?

От ее голоса ее мать убрала руки и подняла взгляд. Ее глаза были полностью белыми, хотя до этого были темными.

— С-Селена?

Боль пронзила ее грудь от сломленного голоса ее матери. Она еще не слышала, чтобы ее мать говорила испуганно.

Леди Рагна робко подняла ладонь и огляделась.

— Селена, ты тут?

— Да, мама, — Селена подошла ближе, опустилась на колени и взяла мать за ладонь. Ее кожа была холодной и сухой, пальцы дрожали.

— Я не вижу, — ее голос оборвался. — Мои глаза…

Селена едва могла говорить из-за кома в горле.

— Знаю.

— Я не ощущаю… пейзаж сна…

Селена нахмурилась. Она потянулась по пейзажу сна чувствами. Да, Темная леди пропала, а ее мать…

Ощущалась как любой другой человек, которого она притягивала в пейзаж сна. Просто спящий.

Селена сжала руками ладонь матери и склонила голову. Яркий Свет не только сжег Темную леди, но и лишил ее мать зрения и связи с миром снов.

Ее мать продолжала дрожать, и Селена слышала, как быстро она дышала. От вида уязвимости ее матери гнев и горечь в сердце растаяли. Она не могла отвернуться от матери, как и не смогла отвернуться от других. Они все были людьми с изъянами, попавшими в круг ненависти и тьмы.

Может, теперь, без зрения и связи, ее мать прозреет.

Может, Селена смогла ей помочь.

— Пора идти, мама, — Селена медленно поднялась на ноги, еще сжимая руку матери.

— Вряд ли я смогу. Я… — она сглотнула, и Селена едва уловила следующие слова матери. — Я не знаю, как выйти.

— Я знаю. И я тебе помогу.

Ее мать замешкалась, подняла колено и оттолкнулась от земли.

— Что ты со мной сделаешь? — спросила она, голос стал сильнее, глаза смотрели мимо Селены.

— Я отведу тебя домой.

— А империя?

— Ты не принадлежишь империи. Ты из дома Рейвенвуд.

— Ты посадишь меня в подземелье, — пробормотала ее мать.

— Нет, в дом. Мой дом. И я покажу тебе, что узнала за последний год.

Ее мать молчала. Селена не знала, обдумывала ли она ее слова, или просто решила молчать.

Мягкий свет озарял пейзаж, и она видела тонкую границу, отделяющую мир сна от реального. Сжимая руку матери, она протянула другую ладонь и раскрыла пальцы. Своей силой она отпустила разум матери из пейзажа сна.

Ее мать растаяла, и Селена осталась одна в свете.

Наступила ее очередь.

Селена стала вороном и полетела к границе. Наверху она оглянулась в последний раз. Она была свободна.

Они были свободны. Ее дом. Все они отныне были свободны.

48

Сияло утреннее солнце, когда Селена проснулась и посмотрела на потолок палатки. Она вдохнула без боли и медленно выдохнула.

— Готово, — прошептала она. Больше не было Темной леди и теней. Она была свободна. Она и ее потомки. Четыреста лет службы Темной леди, ненависти, жизни во тьме, кончились.

Она улыбнулась, палатку озарял рассвет. Это был ее подарок будущему. Новое начало.

Снаружи прозвучал крик, другой.

Селена села, хмурясь, слушая суету. Она потерла лоб, убрала волосы с лица. Она помнила, что спала рядом с Дамиеном, успокаивала солдат в пейзаже сна. А потом появились ее мать и Темная леди, и она спрятала солдат, сказала им последние слова и…

Ее глаза расширились, и она отбросила одеяло. Дамиена видно не было. Когда он ушел? Империя прибыла? Хоть Темная леди и ее мать поймали солдат альянса в сон, она успела их освободить для боя?

Селена встала и быстро оделась, не стала заплетать волосы, лишь пригладила их пальцами.

А лагерь уже гудел.

Она проверила мечи, убрала их в ножны и вышла из палатки, готовая ко всему, что приготовил реальный мир.

Лучи золотого и розового света заливали небо, теплый ветер дул на лагерь. Несколько человек пробежали мимо нее с криками и смехом.

Смехом?

Селена посмотрела на восток. Что это значило?

— Миледи! — Карл стоял у палатки с радостным видом. — Вы проснулись.

— Карл? Почему ты тут?

— Лорд оставил меня сторожить вас, — он поклонился и поднял голову. — Вам нужен целитель? Вы проспали три дня.

Селена моргнула. Три дня?

— Нет, я в порядке, — более чем в порядке. — Что случилось, пока я спала?

— Прибыла империя, и альянс пошел сражаться.

Она выдохнула.

— Значит, они смогли.

Он растерянно посмотрел на нее.

Она потерла двумя пальцами висок и рассмеялась.

— Многое случилось за последние три дня, о чем я не могу говорить.

— Я слышал ваш голос в пейзаже сна. Лорд Дамиен сказал, что вы отпустили нас из мертвого сна, — в его голосе была нотка восторга.

— Да. Но это была не только я. Меня направлял Свет.

— Свет, — прошептал он. — Я много думал о Свете, — он посмотрел на нее. — Спасибо, леди Селена, от всех Северных берегов. Нам повезло, что вы — наша леди.

Наша леди. Она нежно улыбнулась.

— Спасибо, Карл.

Селена посмотрела на восток, где стала собираться толпа.

Дамиен.

Он был с ними? Или он…?

Она повернулась и побежала, плащ хлопал за ней, мечи стучали по бедрам. Одно имя, одно лицо заполняло ее разум. Ей нужно было знать, был ли он жив. Ей нужно было знать, вернется ли он к ней.

Она миновала край лагеря, Карл не отставал. Впереди под восходящим солнцем тысячи солдат альянса маршировали по траве долины. Были смех и крики, но и те, кто держался за товарищей. Селена смотрела на солдат, искала воина в синем с темными волосами и яркими глазами.

Первый ряд людей двигался вокруг нее рекой. Воздух наполнили запах пота и крови. Похоже, возвращались только раненые. Многие были с бинтами на руках и ногах, у некоторых повязки были и на головах. Темно-зеленые одеяния дома Рафель виднелись среди солдат, некоторые тащили носилки.

Дом Рафель? Когда они прибыли?

Селена сжала кулаки. Не возвращались те, кто мог сражаться, или…?

Нет, она не будет так думать. Сначала она убедится…

Дыхание вырвалось из легких, когда ее взгляд встретился с глазами цвета сапфира.

Дамиен.

Она сделала шаг, другой, а потом побежала против толпы, глядя на своего мужа.

Он был жив.

Через миг он заметил ее. Его глаза расширились, улыбка озарила его потрепанное лицо, он пошел к ней. Она обошла носилки, заметила, что его рука была перевязана, на щеке был порез, а на форме высохла кровь.

Ей было все равно. Он был жив, это было важнее всего.

Как только он оказался достаточно близко, она обвила его руками — стараясь не задеть перевязь руки — и поцеловала его в губы. И не было важно, смотрел ли кто. А люди смотрели, судя по воплям и смеху вокруг них.

— Ты жив, — она отодвинулась и посмотрела на него со слезами на глазах.

Слезы блестели и в его глазах.

— И ты жива. Когда я оставил тебя, я не знал… — он поднял здоровую руку и прижал ладонь к ее щеке. — Но мы это сделали, Селена. Мы победили. Империя убегает. Дом Люцерас, дом Фриер и виверны прогоняют оставшихся…

— Дом Фриер?

Дамиен рассмеялся, морщинки появились возле уголков глаз.

— Да. Лорд Рауль все-таки пришел на помощь. И дом Рафель, когда мы больше всего в них нуждались.

— Там были все семь домов?

— Да. И мы поэтому победили. Мы работали вместе и победили. Свет и хотел, чтобы мы были едины.

Они повернулись и пошли к лагерю. Здоровая рука Дамиена обвивала ее плечи, а ее рука лежала на его поясе.

— Ты не представляешь, как твои слова повлияли на наши отряды.

Она нахмурилась и крепче обвила его рукой.

— Помните, за что мы боремся. Это был наш клич. Ты сделала то, что делали твои предки: вдохновила другие дома, пока мы спали, дала нам силы сражаться, — он склонился и поцеловал ее в щеку. — Было непросто покидать тебя, зная, что ты ведешь бой в пейзаже сна, далеко от меня. Но я знал, что ничем не мог там помочь тебе. Я мог действовать в реальности, и я повел наш народ.

Селена выдохнула.

— Темная леди и моя мать были в пейзаже сна, — она тряхнула головой. — Долгая история. Но Свет оказался там. И мы вместе покончили с темным наследием моей семьи.

— А Темная леди?

— Ее больше нет. Дом Рейвенвуд свободен. Мои — наши — будущие дети свободны.

— Дети?

Селена покраснела.

— Да.

Он рассмеялся, а через миг спросил серьезным тоном:

— Если Темной леди нет, то что случилось с твоей матерью?

Она посерьезнела.

— Она уже не опасна. Но ей нужна наша помощь, Дамиен, — он напрягся рядом с ней. — Я знаю твои мысли. Она ранила многих людей, нас больше всего. Но Свет не просто так оставил ее в живых. Так что прощу, помоги ее отыскать. Я надеюсь показать ей, что на самом деле означает наш дар.

Он молчал, пока они шли к лагерю с остальными солдатами. Было сложно думать о помощи ее матери после войны, и ей было сложно. Ее мать многих убила, помогла начать эту войну. Но…

— Если это важно для тебя, я это сделаю.

Селена посмотрела на него.

— Моей целью — и целью моего отца — всегда было объединить великие дома. Твоя мать — часть этого.

Волна тепла и гордости растеклась по Селене, и она сморгнула новые слезы. Ни один человек из всех, кого она знала, не дал бы ее матери второй шанс. Но Дамиен давал, его сердце было сильным и сопереживающим.

— Спасибо. Я знаю, что она не заслуживает этого, но я хочу сделать, что смогу.

Он сжал ее плечо.

— Знаю.

49

Следующие несколько дней прошли в смешанных чувствах. Была радость, но было и горе. Исцеление и боль. Страх и надежда. Под управлением леди Аяки целители из дома Рафель работали день и ночь с теми, кто выжил в бою. Больше отрядов альянса приходили в лагерь, похоронив мертвых.

Дошел слух, что империя разбежалась. Дом Фриер и те, кто остался от дома Люцерас и дома Вивек, гнали империю к бреши в стене, а всадники на вивернах не дали империи собраться в Шаналоне.

Селена ночами приглядывала за спящими, облегчала боль и отгоняя кошмары. Чуть больше недели спустя прибыла леди Брирен. Ее медная виверна и несколько других опустились у лагеря в облаке пыли, поднявшейся к синему небу.

— Лорд Дамиен, леди Селена, леди Аяка, рада вас видеть! — крикнула леди Брирен, спешившись. Ничто не изменилось в хозяйке виверн, кроме нескольких порезов и синяков, что еще заживали. — Мы вернули Шаналону, и империя направляется к другой стороне стены.

— А командир Орион?

— Мы его схватили.

— А его генералы?

— Тоже у нас в плену.

— А моя мать?

Леди Брирен помрачнела.

— Мы нашли вашу мать в палатке, одну в заброшенном лагере империи, — она посмотрела на Селену. — Она… больше не будет сражаться.

— Я знаю, что с ней случилось. Видела в пейзаже сна.

Леди Брирен с уважением кивнула ей и огляделась.

— Где ваш отец, леди Аяка?

— Его тут нет. Но я рада, что он послал наш народ помочь в нужное время, — тихо сказала она.

Леди Брирен рассмеялась.

— Упрямый старик. Я рада, что он увидел свет в конце, — она кивнула Дамиену. — Я прибыла, чтобы отнести вас к стене. Мы надеемся, что с вашей силой и силой лорда Рауля мы сможем восстановить границу.

Дамиен поднял здоровую руку и посмотрел на свою ладонь.

— Одной рукой будет не так просто, но я попробую.

Леди Брирен фыркнула.

— Я видела, что вы умеете делать. Такой пустяк, как перелом руки, вас не остановит.

Селена шагнула вперед.

— Я тоже хочу отправиться туда.

— Мы хотели бы, чтобы отправились все вы. Лорд Ренлар и лорд Лео попросили, чтобы все семь домов присутствовали при поднятии стены, чтобы хранить соглашение и подтвердить альянс наших домов.

— Думаю, я смогу присутствовать вместо своего отца, — тихо сказала леди Аяка.

Леди Брирен просияла.

— Конечно, можете. Вы же его наследница. И я знаю, что некий лорд хочет вас увидеть, — она подмигнула.

Щеки леди Аяки покраснели от смелых слов хозяйки виверн.

Селена скрыла свою улыбку. Это была правда. Что-то было между лордом Лео и леди Аякой. От этой мысли ее сердце согрелось.

— Мне с моими всадниками нужно день отдохнуть, и мы сможем отправиться.

Дамиен кивнул.

— Тогда мы подготовимся.

* * *

Следующим утром Селена была высоко в небе, ветер бил по лицу, пока она летела на виверне. Внизу лежали те, кто умер в бою, упокоенные в земле. От множества горок земли ее сердце стало тяжелым. Столько умерло. И не только тут, но и в Шаналоне, вдоль реки Гир и в лесу Сурао. Столько горя. Столько слез. Все ради власти, жадности и ненависти.

Она посмотрела на синее небо и перистые облака впереди, ее пальцы сжали седло. Больше никогда. Что бы ни случилось, великим домам нужно было работать вместе, чтобы не допустить повторения в будущем. Они могли помогать и защищать свой народ, приносить мир, а не войну своим землям. Об этом они договорятся.

После пяти дней полета маленькая группа приблизилась к стене, что разделяла их земли и империю Доминия. Земля цвета глины была пустой, только камни валялись тут и там. За этим пейзажем от земли до неба поднималась стена.

Селена ее еще не видела, и от этого вида она ощущала потрясение. Она была в пару сотен футов высотой, изогнутая, как волна, поднявшаяся в море. Наверху были острые каменные зубья, чтобы никто не мог перелезть сверху — если они могли добраться до верха.

Стена тянулась от севера до юга, сколько хватало взгляда, от скал Бора до Мэлстрома. Неровная трещина портила гладкую поверхность стены — там лорд Ивульф расколол стену и пропустил империю.

Большой лагерь устроился перед трещиной, разные знамена великих домов трепетали от ветра.

Их встретили лорд Ренлар, лорд Лео и его брат Элрик, лорд Рауль и несколько генералов, когда виверны опустились на краю лагеря. Селена улыбнулась, подглядывая, как лорд Лео помогал леди Аяке слезть с виверны.

А потом она с удивлением заметила палатки и знамя Рейвенвуда, и там стояли ее отец и Офи. Как только Офи увидела ее, девочка подбежала по твердой земле, ее отец с улыбкой шел следом. Селена подхватила сестру и закружила. Каяфас встал рядом с Дамиеном, они поговорили минуту, пока она обнимала сестру.

«Амара, если бы ты только была тут».

От этой мысли слезы выступили на глазах. Офи улыбалась, пока Селена держала ее. Она подняла пальчики и вытерла слезу.

— Мы обе скучаем по ней, да? — прошептала Селена. Офи опустила голову на грудь Селены в ответ.

Селена стояла там, держа сестру, пока остальные слезали с виверн и забирали сумки. После этого виверн отпустили охотиться и отдыхать, а лорды и леди прошли в главную палатку, где стоял длинный стол со стульями.

Селена опустила Офи на землю у входа в палатку и повернулась к отцу.

— Спасибо, что пришел и привел Офелиану.

— Конечно. Это важное событие, которое войдет в историю. Нам обоим нужно тут быть. Я присмотрю за Офелианой, пока ты будешь встречаться с остальными.

— Спасибо, отец.

Он улыбнулся, взял Офи за руку, и они отошли в сторону, а Селена прошла за Дамиеном в палатку.

Остаток дня они обсуждали, что делать с командиром Орионом и армией империи.

— Многие убежали в их страну, — сказал лорд Лео. — А командира Ориона предлагаю отвести в Люкс Каста и заточить в темницу там.

Лорд Рауль скрестил руки.

— Почему не приговорить его к смерти?

Лорд Лео нахмурился.

— Мы так не делаем.

— Согласна с лордом Лео, — сказала Селена, взглянув на лорда Рауля. — Я по своему опыту знаю, что смерть порождает лишь больше смерти.

Лорд Рауль пожал плечами.

— Но если он выживет, останется шанс на мятеж.

— Не в Люкс Каста. Он будет под стражей у меня дома до конца жизни. Он будет заточен и далеко от границы своей страны.

— Я тоже хочу милосердный приговор, — сказала леди Аяка. — Покажем империи, что мы другие.

Другие лорды и леди согласились, и дело решили, несмотря на хмурый вид лорда Рауля.

— И что насчет лорда Ивульфа? — спросил лорд Ренлар.

— Его нашли мертвым на поле боя, — сказал лорд Лео. — Я приказал забрать его тело. Он был предателем, но и лордом великого дома.

Лицо лорда Рауля помрачнело на миг, он стиснул зубы.

— Спасибо, — сказал он. — Его смерть дала моему народу силу отвернуться от империи.

— И он умер не от вашей руки? — спросила леди Брирен.

Лорд Рауль смотрел на нее так пристально, что даже леди Брирен опешила.

— Нет. Я не забирал жизнь отца. Я многое делал, но я не убийца.

— Разве не вы просили приговорить командира Ориона к смерти?

— Это было бы правосудие. Это все-таки война. Или все мы убийцы.

— Справедливо, — пробормотал лорд Ренлар и повернулся к леди Селене. — Остается леди Рагна.

Все посмотрели на Селену.

Она выдохнула, чувства бушевали в ней. На миг она захотела оставить маму в руках собравшихся и забыть о ней. Может, отправить ее с командиром Орионом в Люкс Каста.

Миг прошел. Нет. Она знала в глубине души, что ей нужно было поделиться с матерью тем, что ей дал Свет. Невинное лицо юной Рагны из воспоминания матери вспыхнуло перед глазами Селены. Несмотря на боль, пора было принести примирение в дом Рейвенвуд.

Она посмотрела на остальных.

— Если можно, я прошу отдать леди Рагну под опеку мне и лорду Дамиену. Как некоторые из вас знают, теперь она слепая, и я подтверждаю, что у нее уже нет связи с пейзажем сна. Я знаю, она заслуживает тюрьмы, но я прошу помиловать ее.

— Уверены? — спросила леди Брирен. — Из всех леди Рагна больше всего навредила вашему дому.

— Согласен, — лорд Ренлар сцепил ладони на столе. — Ваша просьба сложная. Вы готовы привести ее в свой дом?

Селена сглотнула.

— Да.

— Тогда, — лорд Ренлар оглядел стол и ответил ей, — мы отпускаем ее под вашу опеку.

Селена склонила голову.

— Благодарю.

Дамиен сжал ее ладонь под столом.

* * *

Солнце стало опускаться позже тем днем, лорды и леди закончили собрание и встретились снаружи. Впервые семь великих домов были едины.

— Коалиция объединена с великими домами, и все наши люди теперь едины. Все работают вместе, — Дамиен вздохнул, они с Селеной подошли к стене. — Хотелось бы, чтобы мой отец увидел это.

— Он бы тобой гордился.

По лагерю прошел слух, что стену поднимут, и толпа собралась у ее основания. Песни и смех звучали у костров, еду готовили для празднования. Огонь поблескивал светом на гладкой поверхности стены.

Дамиен отошел от Селены и отправился с лордом Ренларом к основанию стены. Вид их вместе — одного с темными волосами и широкими плечами, другого с волосами, собранными в пучок и с алым плащом, трепещущим на ветру — был чудом. Они были разными, как дар воды и огня, которым они обладали. Они во многом не совпадали. Но они были согласны с одним: нужно было защитить их народ и земли.

Они стояли там одни, две маленькие фигуры под огромной стеной. Они говорили миг, потом Дамиен отодвинул ногу, выставил другую вперед. В то же время лорд Рауль расставил ноги шире и чуть согнулся, вытянул два кулака, пылающие белым огнем.

Они закричали.

Вода вырвалась из земли вместе с лавой. Красная струя и вода с паром устремились гейзером к трещине. Вода и лава поднимались, твердея. Оба мужчины дрожали от усилий, но продолжали.

Толпа смотрела беззвучно. Мурашки побежали по рукам Селены, дрожь пронеслась по ее спине. Она снова поражалась тому, какие дары дал им Свет. Сильные. Красивые. Исцеляющие.

Пот лился по их лицам. Когда вода и камень добрались до верха, Дамиен сменил позу, его руки двигались синхронно с руками лорда Рауля. Острый зубец вытянулся из камня. Дамиен поднял здоровую руку в воздух. Вода из земли ответила на его движение и окатила стену брызгами, раскаленный камень стал черным.

Оба мужчины упали на колени. Они закончили.

Раздался крик, за ним другой, пока не зазвучали голоса тысяч у стены.

Селена и другие лорды и леди поспешили к мужчинам.

Леди Брирен хлопнула лорда Рауля по плечу.

— Молодец, дом Фриер. Прекрасное применение дара.

Селена молчала. Она опустилась рядом с Дамиеном на колени и взяла его за руку. Он поднял взгляд, его лицо осунулось, было потным. Он, казалось, мог вот-вот потерять сознание, но она крепко держала его, и это придало ему сил, чтобы остаться в сознании. За ними начались празднования.

Другие поздравили Дамиена и медленно пошли к их народу у костров.

— Я не думал, что такое возможно, — сказал Рауль, его голос звучал слабо и потрясенно одновременно.

— Все возможно со Светом, — сказал Дамиен.

— Возможно, — лорд Рауль медленно встал. — Хорошая работа, дом Марис, — он издал смешок. — Может, мы можем работать вместе.

Маленькая фигурка вышла из толпы. Селена не сразу поняла в тусклом свете, что это была Офи. Она не подошла к Селене, а направилась к Раулю. В руке она держала белый цветочек, который протянула ему. Он стоял там, глядел на ее сестру с пустым лицом.

Сердце Селены сжалось. Что Офи делала? Девочка знала, что они были в родстве? Рауль знал? Если он скажет хоть слово…

Он взял цветок у Офи.

— Спасибо.

Она кивнула в ответ, повернулась и пошла к Каяфасу вдали, а Рауль слабо улыбнулся, глядя на цветок в руке. Селена выдохнула, плечи расслабились. Может, Рауль все-таки изменился. Если так, был шанс, что ее сестра найдет свое полноправное место в своем доме?

Рауль кивнул Дамиену и Селене, повернулся и растаял в тенях.

Они остались сидеть у стены, держась за руки. Было приятно сидеть в тенях вне сияния костров и просто отдыхать. Тьма опустилась на землю, и песни звучали в теплой ночи.

— Я люблю тебя, — тихо сказал Дамиен, нарушая молчание.

Селена повернулась и посмотрела на него.

— Я рад, что нас свели обстоятельства. Нет дара лучше, чем провести жизнь с человеком, которого любишь, до самого конца.

Слезы покалывали глаза Селены.

— И я тебя люблю. Я жду наше совместное будущее.

Они прильнули друг к другу и поцеловались.

Вместе. Навсегда.

50

Селена тихо постучала и медленно открыла дверь комнатки, где жила ее мать на западной стороне замка Нортвинд. Лето прошло вместе с осенью и зимой. Весна принесла новую жизнь в Северные берега, а недавно и в дом Марис.

Ее мать вздрогнула, сидя на другой стороне комнаты, и повернула голову.

— Кто там? Ты не Элин.

Селена не знала, привыкнет ли к молочно-белому взгляду матери. Или к седой пряди в черных волосах.

— Это я, мама. Селена.

Леди Рагна напряглась.

Селена прошла в комнату и закрыла за собой дверь. Комната была простой, с кроватью из серого дерева, шкафом и маленьким каменным камином, со стулом у окна, где и сидела ее мать. Окно было открыто, впускало свежий морской воздух. Ветер тянул за волосы матери, трепал черно-седые пряди, убирая их от стареющего лица.

— Ты пришла рассказать о ребенке?

Селена выдохнула.

— У нас сын.

— Сын? — ее мать пыталась скрыть, но Селена заметила, как любопытство мелькнуло на лице матери.

— Да. И… — она сделала паузу, все еще поражаясь чуду, что они с Дамиеном сделали. — У него метка Рейвенвуда на спине.

Быстрый вдох.

— Мальчик?

— Да.

— Мальчик-сновидец, — пробормотала ее мать под нос.

Селена улыбнулась, представив его в синем одеяле, и как Дамиен сиял любовью и гордостью, взяв их сына на руки.

— Мужчин-сновидцев еще не было, — сказала ее мать. — Как вы его назвали?

— Ривен. Ривен Марис.

— Ривен… «отсечение». Имя означает смелость, силу и красоту.

Селена подошла к матери.

— Я верю, что он будет новым началом для дома Рейвенвуд. Он продолжит вести наш народ по другому пути, по новому пути.

Леди Рагна повернула голову к окну.

— Хочешь встретиться с ним?

Ее мать не ответила.

Селена вздохнула и опустила голову. На что она надеялась? Что ее мать изменилась? Что где-то в этой сломленной женщине была обновленная душа? Что новость о внуке и наследнике дома Рейвенвуд что-то вызовет в ней?

— Если захочешь встретиться с Ривеном, сообщи Элин, и я принесу его.

Ее мать не ответила.

Селена сжала кулаки по бокам. Почему ее мать оставалась упрямой и холодной, когда вокруг было так много света и жизни?

Звук тихо донесся из окна. Селена замерла и прислушалась. Тихий, спокойный звук.

Пение из аббатства. Но как это было возможно? Обычно пение монахов не доносилось так далеко. Ветер подул в окно снова, принося звук.

Все в ней расслабилось. Пальцы разжались, руки опустились по бокам. Песнь была старой, о Свете в начале создания. Голоса монахов смешивались с шелестом прибоя и шумом прохладного ветра. Она глубоко вдохнула, наслаждаясь звуком и ощущениями.

Она посмотрела на мать. Лицо леди Рагны было склонено к окну.

Дыхание замерло в ее груди.

На миг она увидела то же увлечение на лице матери, которое сама испытывала больше года назад.

Это было возможно? Огонек горел в сердце матери?

Если так, может, надежда еще была.

Селена повернулась и пошла к двери. Может, ей не нужно было ждать, когда мать попросит увидеть Ривена. Может, она принесет сына к своей матери сама, и этот огонек в ее сердце загорится сильнее. Ривен принесет перемены, она была в этом уверена. И, может, начнется это с ее матери.

Селена вышла в коридор и направилась к комнатке, соединенной со спальней, которую она делила с Дамиеном. Стражи и слуги улыбались ей, и она отвечала тем же. Когда она добралась до двери, тихий тенор донесся до ее ушей. Селена приоткрыла дверь и заглянула.

Комната когда-то была ее, когда она только прибыла в замок, но мебель в ней заменили. Высокие деревянные стеллажи стояли по бокам от окна, и там были разноцветные кубики, маленькие игрушечные корабли, вышитый кролик. Слева стояла кроватка с вороном и тремя волнами, вырезанными на деревянном боку. А справа…

Там был Дамиен, отчасти повернутый к двери, с нежным видом поющий сыну, которого держал на руках. Селена узнала песню с Фестиваля Света. Сцена была красивой: отец и сын, свет солнца лился в окно. Полная любви. Полная света.

Пение остановилось, Дамиен поднял голову.

— Я не слышал, как ты вошла.

Селена закрыла за собой дверь.

— Я не ждала тебя тут. Но я не хотела помешать.

— Он невероятный, да? — сказал Дамиен, глядя на их сына.

— Да. Он — чудо.

— Как твоя мать?

Селена не ответила сразу, выглянула на море в окне. Сине-зеленые волны тянулись к горизонту, сверкая на солнце.

Она посмотрела на Дамиена с улыбкой. То, что она могла улыбаться при разговоре о матери, уже потрясало. Это было небольшим шагом, но все же началом.

— Думаю, она меняется.

— Правда? Почему ты так думаешь?

— Из-за выражения ее лица перед тем, как я ушла.

Дамиен подвинул малыша на руках.

— А Ривен? Она хочет его увидеть?

Селена невольно заметила, как Дамиен притянул сына ближе к груди. Она его понимала.

— Нет. Но, думаю, Ривен выполнит то, что заложено в его имени. Я верю, что он отсечет прошлое Рейвенвудов от будущего. Он будет сновидцем, какими мы должны быть, и принесет надежду нашему народу, начав, возможно, с его бабушки.

Дамиен склонился и поцеловал сына в лоб.

— Надеюсь.

— И я получила утром письмо от отца.

— Как Каяфас? И Вороний замок?

— Они нашли большие залежи серебра на юге и хотят открыть новую шахту. И он работал с Офелианой. Она заговорила, — Селена просияла. — Он сказал, что, как только она заговорила, стало казаться, что она никогда и не была немой. Он лично следит за ее обучением и уже учит ее читать.

— Твоя сестра в хороших руках, — Дамиен улыбнулся и покачал Ривена на руках. Маленький кулачок поднялся и помахал в воздухе, сердце Селены таяло. — Кстати, нас пригласили на свадьбу между домом Люцерас и домом Рафель.

Селена не сразу отвела взгляд от сына и осознала слова Дамиена.

— Лорд Лео и леди Аяка?

— Да. Следующим летом.

Ее улыбка стала шире.

— Я рада.

Стук в дверь перебил их разговор. Заглянул слуга.

— Лорд Дамиен, стюард Бертрам просит встречи.

Дамиен посмотрел на Ривена и вздохнул.

— Передай ему, что я скоро буду.

— Да, милорд.

Дверь закрылась, Дамиен повернулся к Селене.

— Я отпустил Эмили утром. Посидишь с Ривеном?

Ее не нужно было уговаривать. Селена взяла сына на руки, ощутила его вес в своих объятиях. Тонкие темные волосы покрывали его макушку, щеки были румяными.

Дамиен склонился и поцеловал ее в щеку.

— Увидимся вечером?

— Да, — сказала Селена, не сводя взгляда с сына.

Он поцеловал ее снова и ушел, дверь закрылась за ним с тихим стуком. Селена подошла к окну, чтобы свет солнца озарил ее и Ривена. Она тихо напевала, покачивая ее. Ривен через миг открыл глаза, синие, как море за окном. Как глаза Дамиена.

— Здравствуй, кроха.

Он прищурился, глядя на ее лицо.

Она подняла его ближе и вдохнула его нежный аромат.

— Сыночек, — прошептала она, — однажды в твоих руках будут надежды, сны и воспоминания людей. Нам дали дар хождения по снам, и этот дар тяжелый, — она провела ладонью по его метке. — Но ты будешь идти не один. Он приносит свет во тьме и надежду отчаявшимся.

Ривен зевнул и закрыл глаза.

Селена прижала ладонь к его щеке и тоже закрыла глаза. Она нежно наполнила его маленький разум светом солнца и теплом, любовью. Так же, как она наполняла сны жителей этих земель. Так же, как собиралась приглядывать за ними до конца жизни.

Она отступала от его разума и сказала:

— Помни, мой маленький сновидец, ты не один. Свет всегда с тобой.

Content

Буссе Морган Л. Крик ворона