Глен Катарина

Закаливание души

Катарина Глен

Закаливание души

(Омраченный мир — 0)

Перевод: Kuromiya Ren

1

Лейтенант Эмамори Мацукара сидела на корточках в тенях переулка, глядя на двухэтажный постоялый двор через дорогу. Где-то внутри ее ничего не подозревающая мишень ела и пила, не зная, что это угощение могло быть последним.

К сожалению. Хотя мужчина сам был в этом виноват.

Поправив маску на лице, она выглядывала признаки беды. Висящие фонари озаряли вход в Аонару. Кто-то двигался в фойе, убирал вход для новых гостей. Прямоугольные окна на верхнем этаже мягко сияли. Тихая мелодия флейты доносилась с холодным ночным ветерком, порой ее заглушал хохот.

Ах, звуки напивающихся мужчин.

Их настороженность ослабевала.

Эма водила большим пальцем по обмотанной шнурком рукояти катаны. Они упрощали ей работу. Если все в ее отряде выполнят работу, мужчины внутри даже не поймут, что по ним ударило, пока не будет слишком поздно.

Целью был Оджиро Генран, незначительный лорд, служащий клану Тайшо. Ее клану. Повод уничтожения: ответственность в убийстве недавно назначенного вассала, избранного вместо него. А еще он годами забирал часть налогов со своих земель для своих интересов, а не для поддержки клана.

Лорд-командир Висей Тайшо не терпел сомнения в верности и наглую измену. Генран перешел черту своего влияния.

Его преступления закончатся этой ночью стараниями Черного Шипа, приносящего возмездие и смерть тем, кто подвел клан Тайшо.

Так ее любили описывать ее командиры. Она не выбирала себе такое прозвище, но оно хорошо скрывало ее личность. И за все, что клан Тайшо сделал для нее — за все, что клан ей дал — истребление гадких людей, как Оджиро Генран, было меньшим, что она могла сделать в ответ.

Отряд должен был занимать места, готовы й устроить отвлечение и поддержать побег. Помогало то, что владелец гостиницы Аонара хотел помочь их операции. Хорошие трудолюбивые люди хотели избежать проблем. Но они часто соглашались помочь, если это означало, что потом им будет безопаснее жить.

И щедрая компенсация помогала.

Шаги прозвучали за ней, едва заметные, но ее острый слух позволил их уловить. Она напряглась, сжала сильнее рукоять меча. Оглянувшись, она улыбнулась и расслабилась.

Вовремя.

Лейтенант Рё Тайкен опустился рядом с ней на колени, огляделся темными всегда настороженными глазами, сливаясь с тенями вокруг нее. Серьезный, сосредоточенный, как им всем нужно быть. Хотя его губы были чуть изогнуты, словно он вот-вот мог очаровательно улыбнуться ей.

Его поддержка была всегда приятна перед такой миссией.

Он не только был ее напарником во многих схожих миссиях, он был ее парой с тех пор, как они были достаточно взрослыми для любовных утех. Они много раз спасали друг друга за годы, как-то умудрились остаться целыми.

И только ему она доверяла свою жизнь.

— Все на месте, — его тихий голос послал дрожь по ее спине. Она склонилась ближе, его близость успокаивала ее. Они увидятся в следующий раз не раньше окончания миссии. Как только он подаст сигнал, обратного пути не будет.

Ей не стоило переживать. Они продумывали план неделями, прорабатывали разные сценарии на случай, если что-то пойдет не так. Как всегда, у них был план побега. Они все сделают быстро, и в их миссии не было места неуверенности.

Выполнить план.

Убрать мишень.

Вернуться домой с победой.

— Хорошо. По твоему усмотрению.

Он кивнул, повернулся к ней и придвинулся ближе.

— Что-то нужно от меня?

Эма поймала его взгляд. Даже в темноте переулка она видела истинный смысл в его глазах. Ох, этот мужчина. Сколько раз они сделали это? Каждый раз ее сердце колотилось в предвкушении. Не только из-за предстоящего убийства, но и из-за обещания его рук вокруг нее позже, их тел, слившихся вместе в честь их успеха. Они затеряются друг в друге, чтобы забыть кровь, которую им пришлось пролить.

— Думаю, ты знаешь, — прошептала она.

Он хитро ухмыльнулся, и ее кровь закипела, согревая приятно ее тело. Он просунул палец под ткань на ее рту, сдвинул повязку. До боли медленно. Она судорожно выдохнула, прижалась пальцами к стене за собой. Он провел подушечкой большого пальца по ее губам, глаза потемнели от желания.

— Не время для игр, Эма, — упрекнул он, склонившись к ее лицу. — Ты не можешь подождать?

— Нет.

— Как и я.

Рё пересек оставшееся расстояние, прижался ртом к ее губам, ладони легли на ее щеки. Эма прильнула, принимала все, что он давал, отдавала все, что могла.

Каждая миссия содержала риск, что один из них не вернется: мысль, которую Эма тут же отогнала. Они были живыми сейчас. Был важен только этот мимолетный миг.

Его губы двигались на ее, разжигая огонь, вечно горящий между ними. Эма подавила стон. Молчание было их союзником, искушение было приятным врагом. Было чудом, что лорд-командир Тайшо все еще позволял им работать так вместе. Хотя они ни разу не проваливали миссию. Тайшо доверял им: убийце и стратегу, будущим лидерам клана.

Эма отодвинулась и поправила маску. Все поцелуи мира не могли стереть то, что ей нужно было сделать. Или то, что она делала в прошлом. Но пока что они успокоили тревоги внутри нее, возникшие из-за того, что ее ждало.

Она закрыла глаза. Типичная реакция. Не было смысла переживать.

— Спасибо, лейтенант, — она склонила голову. — Тебе лучше идти.

Он смотрел в ее глаза, хмурясь, пока изучал ее.

— Что такое?

Рё знал, когда что-то было не так. Она покачала головой, прогоняя мысли и пытаясь подавить тревоги.

— Ничего такого, — она улыбнулась за маской. — Давай сделаем это и пойдем домой.

Он прижался лбом к ее лбу, нежно опустил ладони на ее плечи.

— Лучше вернись ко мне, Эма. Понятно?

Обычная игривость пропала из его голоса. Рё переживал? Они работали так вместе почти десять лет. Эта ночь не отличалась от других.

Так почему она видела море крови, закрывая глаза?

Эма кивнула ему.

— Я всегда возвращаюсь, — она вонзила палец в его грудь. — Увидимся после.

Его улыбка вернулась. Он кивнул и пошел по переулку.

Качая головой, Эма посмотрела на гостиницу. Они сталкивались с мишенями хитрее в прошлом. Оджиро Генран был предателем, но он не был умным. Наглецов было проще всего одолеть.

Сигнал вспыхнул на миг в переулке напротив. Эма встала, проверила улицу и устремилась к источнику.

2

Ночь была на стороне Эмы. Смерть была госпожой ночи, разрешила ей действовать, пока она быстро двигалась в тенях.

Шого, младший член отряда, ждал за гостиницей. Янтарный свет сиял в окнах на втором этаже, озаряя достаточно его фигуру. Когда он увидел ее, он поднял два сжатых пальца и быстро начертил круг.

Можно было входить.

Эма кивнула, показывая, что поняла. Он встал и пропал в переулке.

Одна дверь вела в кладовую Аонары.

Точка входа.

Эма три раза тихо стукнула в деревянную раму двери. Она ждала, считая секунды. На шестой она постучала снова, передавая сигнал члену отряда, ждущему внутри.

Еще две секунды. Щелчок. Дверь открылась на ширину двух пальцев.

Эма скользнула внутрь, кивнула Оте, мышцам их команды. Его тихое доброе поведение не вязалось с силой, которой обладали его толстые руки и высокое тело. Он выглянул в коридор, когда вошел Сабуро. Худой советник похлопал крупного друга по плечу и повернулся к ней.

— Готово. Первая комната.

— Хорошо.

— Знаешь, куда идти?

— Конечно. Мы достаточно раз обсудили это. Просто убедись, что он один.

— Ясное дело, — Сабуро улыбнулся, морщинки появились в уголках глаз. — Сделаем это.

— И ты обещал всем нам потом горячий ужин, — Ота скрестил руки, улыбаясь Сабуро. — Ты угощаешь.

Брови Сабуро приподнялись.

— За тебя и меня, Ота. Я не могу заплатить за всех.

Эма рассмеялась.

— Я заплачу за остальных. Так что?

— Ладно. Удачи, — Сабуро посмотрел на них по очереди и отступил в коридор.

Ота перекрыл проем, глядя другу вслед.

— Он вел себя странно?

— Хм? — Эма убрала панель рядом с ним. — Вроде нет. Ты знаешь лучше меня.

Смех загремел с этажа выше. Ота смотрел на коридор.

— Ага.

Ота был немногословным, и его внезапная неуверенность в Сабуро беспокоила ее. Они дружили всю жизнь, были неразлучны, почти как Эма и Рё. Только он знал бы, если бы что-то было не так, по такому короткому разговору.

— Мы еще можем отступить.

Он покачал головой через миг.

— Не нужно.

— Ота, ты уверен?

— Да. Продолжай. Они скоро закончат.

Эма сжала губы, трепет в животе вернулся. Он просто переживал за друга, или было что-то еще? Она сильно переживала за Рё, но это не могло остановить миссию. Ее отряд был сильным и способным, но они столкнулись со своими страхами. Способность откладывать страхи делала их выше, и потому Тайшо доверял им больше всех.

Ей нужно было доверять Оте, как она верила в остальную свою команду.

Эма прошла в скрытую нишу, закрыла за собой панель. Она один раз пробиралась тут, когда торговец шелком решил в гостинице проводить темные дела. После уборки этого беспорядка хозяин гостиницы был навеки благодарен.

Лорд-командир Тайшо убедился, что мужчина всегда помнил об этом.

Она отцепила веревочную лестницу и развернула ее. Она умело и быстро поднялась, пролезла в брешь в потолке и попала в коридор второго этажа. Комната Генрана была сверху, панель входа была в паре шагов по узкому коридору.

Теперь она ждала.

Хохот и пошлые разговоры гремели вокруг нее.

Странно. Звуки, казалось, доносились из комнаты внизу. Сабуро ошибся? Или хозяин гостиницы разместил Генрана не там?

Подавив дрожь в животе, Эма сжала губы и замерла. Если Генран уйдет в нужную комнату, миссия пройдет без сложностей.

Терпение и осторожность.

Хозяину гостиницы сказали приносить больше выпивки, чтобы мужчины были счастливыми. Конечно, милость клана Тайшо. Смех звучал все громче и чаще, так что он работал хорошо.

Эма размяла шею и плечи, сжала пальцы. Затхлый воздух коридора наполнял ее воздух, пока она медленно дышала. Если бы она послушалась идеи Рё, она была бы в пышном кимоно, как у куртизанок, пыталась бы развлечь мужчин перед тем, как убьет Генрана.

Она провалилась бы, не начав. Эма мало знала об искусстве, всю жизнь провела с мечом. И ее эффективность с оружием была бы ограничена. Рё знал это, хотя она подозревала, что идея была шуткой. В чем-то.

Ее наряд был черным. Мечи на талии были ее призванием. Так должно быть. Смело и без ограничений. Из теней и обратно.

Разговор мужчин утихал. Вскоре они разойдутся в свои комнаты, уснут или возьмут женщин в постель. Как только Генран останется один, ожидая своего развлечения на ночь, он получит Эму.

Быстро. Легко. Она будет греться в руках Рё раньше, чем думала.

Она села на корточки и прижала пальцы к деревянному полу, балансируя тело.

Выжидать.

Слушать.

Дышать.

Прошли бесконечные минуты, и она уловила шорох двери. Кто-то вошел и двигался. Слова не звучали. Не было звуков, кроме шарканья ног. Когда дверь задвинулась, щелкнув об дверную раму, миссия перешла в последней фазе.

Эма встала, тихо вдохнула и прижала ладонь к панели. Она двигалась беззвучно, открылась в комнату, повернувшись на круглой петле в центре. Генран сидел спиной к ней, опустив голову, неподвижный, как камень. Она не дала себе фыркнуть. Он молился духам? Наверное, даже худшие люди искали у духов прощения за проступки. Но духи не будут слушать такого человека, как он.

Успокаивая сердце, Эма прошла в комнату, двигаясь на носочках. Легкие, плавные и осторожные шаги. Она должна быть готова ко всему. Судя по тому, что озаряла одинокая лампа, они с Генраном были одни.

Пот стекал по ее шее, но что-то ее тревожило. Его хаори выглядело знакомо, ткань цвета песка с рисунком из ракушек. Она недавно такое видела.

Она сжала вакидзаси в ножнах. Короткий меч лучше подходил для быстрого убийства.

Эма сжала рукоять крепче, чтобы пальцы не дрожали. Она делала так много раз. Почему ее рука хотела дрогнуть? Из-за осознания неминуемой крови на ее руках? Знакомый запах уже проник в ее нос. Наступит день, когда она утонет в крови, сорвавшись?

На это не было времени. Сосредоточься!

Эма подвинула ногу для последнего шага, сжала ножны левой рукой, а вакидзаси — правой. Один удар. Меткий удар. И вернуться в тени.

Один шанс.

Она отогнала мысль, что волосы Генрана выглядели не так, как она помнила, и его поза была странно неподвижной. Словно он приветствовал смерть, ждал наказание.

Она приготовилась ударить, и Генран вдруг обмяк и склонился влево, тело рухнуло на татами, как мешок риса. Эма отскочила, окинула комнату взглядом, а потом посмотрела на неподвижного мужчину.

Не неподвижного. Мертвого.

Раскаленная паника сжала ее грудь.

Отмена.

Кто-то отклонился от миссии. Но кто? Почему?

Отмена.

Не важно… уже мертв…

Отмена.

Эма сглотнула. Она должна была подтвердить его смерть, чтобы доложить Тайшо. А потом она подаст сигнал и уберется отсюда.

Она склонилась ближе.

Нет. Неправильно. Волосы…

Не Генран.

Духи, это был не Генран.

3

Тело хозяина гостиницы лежало на боку, открытую шею пересекала темная неровная линия. Глаза застыли, смотрели на стену напротив, не видя ее.

Проклятье.

На этаже ниже зазвучали крики. Грохот, треск дерева. Вопли ужаса. Гостиница снова ожила, вопли паники и звуки боя подтверждали ужасную правду.

Их миссию сорвали.

Эма повернулась к проходу, и панель повернулась на петлях. Двое вооруженных мужчин прошли, а за ними шагали еще двое, не давали ей сбежать так, как она прибыла.

Эма перепрыгнула бедного хозяина гостиницы и проехала к двери, толкнула ее в сторону.

Больше мужчин ждали в коридоре. Они бросились к ней, создав непроницаемую стену, перекрыв оставшуюся часть гостиницы.

— Не дайте ему уйти! — прокричал голос за ними.

Эма отступала, бросилась в комнату. Было проще пробраться в проход, через который она пришла, чем биться с большой группой в коридоре.

Чуть не споткнувшись об тело хозяина, она устремилась к ближайшему врагу у прохода. Сделав финт, Эма бросилась влево, взмахнула вакидзаси и ударила им врага по ноге. Он взвыл, пронесся мимо нее и упал на пол. Ей просто нужно было пройти. Если никто не ждал ее внизу…

Она застала одного врасплох, но не других. Она быстрым броском чуть не задела крупного возле прохода, но он отбил с неожиданной силой, оттолкнувшей ее. Она запнулась о свои ноги, вернула равновесие, и ее проход закрылся.

Она проклинала всех духов, которых знала. Где был Рё, Ота, кто-нибудь? Грохот все звучал внизу, а с ним и крики.

Что бы там ни происходило, это означало, что она осталась одна.

Она смотрела на мужчин, окруживших ее, отгоняющих ее в угол, как крысу. Десять, включая одного, которого она ранила. Если они схватят ее, всему конец. Хоть ее тренировали для таких ситуаций, реальность была страшнее, чем она могла подготовиться.

Она была Черным Шипом. Она не сдастся без боя. Не из-за этих мерзавцев.

Эма с ревом бросилась вперед, отвлекая их этим финтом. Ближайшие двое попытались отбить ее атаку, но она сосредоточилась только на своем клинке и мишенях перед ней. Ей не приказывали их убивать, но обстоятельства резко изменились.

Сначала ранить. Убивать, только если необходимо.

Эма легкими шагами двигалась от противника к противнику, не останавливаясь. Бросок, удар, шаг. Если она промазывала, она отходила. Если попадала, она отходила. Она была водой в трещинах, ускользала, не давая им ее поймать.

Кровь залила пол, ее руки, людей. Но, даже раненые, они не отступали.

— Взять его! — снова тот голос. — Чего вы ждете?

Проклятье. Придется их убить. Всех. Сон о падении в кровавое море вспыхнул перед глазами, ее ладонь вырвалась из поверхности, сжала воздух, и ее утащило вглубь. Она поклялась не сдаваться, не забирать больше жизней, чем нужно… Но теперь не было выбора…

Нет! Ей нужно было продержаться еще немного. Ее команда придет…

Но план был не таким. Одна жизнь не была важнее другой. Они шли на миссию, рискуя, понимая, что могли умереть.

У них был приказ. Биться до смерти, принять смерть с готовностью. Рё, хоть дарил ей любовь и поддержку всю жизнь, послушается этого приказа.

Эма дрогнула. Тело врезалось в нее, и они оба упали на пол. Другие мужчины навалились, придавливая ее весом, пытаясь остановить ее борьбу.

Если бы она была быстрее… Если бы она знала… Если бы…

Кто-то вырвал ее меч, ее подняли на ноги.

Нет!

Она подцепила правой ногой мужчину рядом и потянула, сбила его. Он зарычал, его колено ударилось об пол. Ее рука освободилась. И она вонзила ладонь в грудь другого врага. Кости захрустели под ударом. Эма вырвалась и устремилась к двери, но больше рук тянули ее назад. Их было слишком много…

— Я польщен, что Тайшо отправил любимого пса за мной, хоть ты и бешеный, — Генран стоял в комнате. Он насмешливо поклонился и хлопнул в ладоши. — Смотреть на тебя увлекательно. Хотя, думаю, мужчина, который только убивает, прикрываясь ложным именем справедливости, немного… не в своем уме, — он указал на свою голову с усмешкой.

Лицемер. Но она молчала. Ее голос выдаст ее.

— Я не такой глупый, чтобы дать тебе жить дольше. Я просто хочу знать, кто такой Черный Шип, перед тем, как убью его. Ты же это понимаешь? — он прищурился. — И я хотел, чтобы ты знал, что это я тебя убил, выродок. Что я видел твое лицо и души всех тех, чьи жизни ты украл, в твоих глазах, — он кивнул одному из мужчин, окруживших ее. — Снимите его маску. И быстрее. Мы уже потратили много времени на это пропащее место.

Ладонь сжала ткань на ее лице и потянула. Когда маска не отцепилась сразу, другая пара рук потянулась к ее голове. Она вырывалась, хотя это лишь оттягивало неминуемое.

Прохладный воздух окружил ее открытую голову. Ее волосы упали на ее спину. Несколько мужчин охнули, другие засмеялись, поняв, кого они пытались подавить. Ладони сжали ее сильнее, прижали ее тело плотно к их телам.

Генран большими глазами разглядывал ее открытое лицо.

— Поправка. Тайшо послал за мной любимую суку. Кто знал…

Эма дала телу обмякнуть, и мужчины упустили ее. Она упала на корточки, вытащила скрытый кинжал и бросилась низко, порезала ногу бандита, который осмелился забрать ее меч. Он зарычал, его колено подвернулось. Эма схватила вакидзаси, пока он отвлекся, и откатилась, сбив другого мужчину подножкой. Она вскочила и оказалась лицом к лицу с Генраном, ее мишенью и единственным, кто должен был умереть этой ночью.

Трус пятился к двери, но она потащила его за воротник. Один удар по шее — и все. Он мог получить быструю смерть. Теперь она не могла обещать милосердие.

Шорох ног за ней. Эма бросилась в сторону, потеряла контакт с мишенью, но избежала смертельного броска противника.

Она взревела, повернулась и ударила по груди напавшего. Брызнула кровь, попала на ее лицо. Она пнула его в живот, отправляя на пол.

Один был мертв.

Больше криков донеслось с первого этажа. Проклятье, что там творилось?

Генран улыбнулся, пытаясь отыскать равновесие.

— Похоже, пришли мои друзья. Вам, мерзавцам Тайшо, конец.

Ни за что. Не ее люди. Не этой ночью.

— Ты тоже Тайшо, предатель.

Он фыркнул и сплюнул к ее ногам.

— Не суди меня, демоница, — Генран вытащил меч из ножен. — Для таких, как ты, есть особый ад.

Эма пригнулась, ушла от атаки Генрана, бросилась в сторону и взмахнула мечом. Она повернула запястье, выбила меч из его ладоней.

Она цокнула языком.

— Слабо.

Его глаза сверкнули, щеки покраснели.

— Тысяча ихори тому, кто ее убьет!

Он побежал, его слуги бросились к ней. Она без колебаний пригнулась и вонзила меч в живот ближайшего напавшего. Она откатилась, вытащила катану и вскочила вовремя, чтобы встретить летящий меч. Лишь секунда промедления, и ее голова была бы отрублена.

Духи, ей нужно было покончить с этим!

Несмотря на его навык, он был предсказуемым. После пары неплохих попыток Эма увидела принцип его действий, использовала это для следующего удара. Она бросилась вперед, ее клинок пронзил его бок и вышел из спины. Эма теряла себя, но ей было все равно. Она была Черным Шипом, опасной убийцей и гордостью Тайшо! Она не умрет тут!

Четверо были мертвы.

Всюду была кровь. Плоть разделялась под ее клинком. Ее тело гудело, пробудилось, запах крови питал ее атаки.

Семь мертвых. Трое осталось.

Пот катился по ее лицу. Мышцы ее рук болели, но слушались ее приказов. Тела валялись вокруг нее, улика ее ярости осталась на каждом.

Еще один.

Кровь сделала ладони скользкими. Она поправила хватку и пронзила последнего противника.

Грудь Эмы вздымалась. Красный туман отступил, и она оказалась посреди жуткой резни.

Духи, она все это сделала?

Она посмотрела на свои грязные ладони, вес жизней, которые она забрала, давил на ее грудь. Она никогда еще… так много…

Десять человек, и никто из них не был приговорен.

А Генран все еще жил.

Ненадолго.

4

Эма вырвалась в коридор. Ей нужно было спуститься и найти Генрана, пока он не сбежал.

Она заметила следы окровавленных ног, ведущие к лестнице. Генран?

Эма добежала до лестницы, проехала по полу и дико развернулась. Лямка на ее сандалии порвалась, но она не остановилась. Эма тренировалась на узких лестницах много раз на случай неожиданной погони или быстрого побега. Ее носки едва касались деревянного пола, пока она спускалась. Внизу она схватилась за угол стены и развернулась.

Первый этаж был лабиринтом коридоров, ведущих к разным частям гостиницы, включая больше комнат гостей, кухни и покои работников.

Напротив нее несколько солдат в темно-синих хаори преградили путь. И они заметили ее. Один из мужчин отделился от группы и побежал за ней.

Она бросилась в коридор справа, перепрыгнула тело, лежащее лицом в пол, его серая накидка с эмблемой была с большой дырой.

Черные растрепанные волосы…

Кейтаро. Один из ее отряда.

Проклятье!

Ее преследователь взревел сзади. Смерть члена ее клана придала ей сил, она повернулась и отбила удар. Она оттолкнула его с рывком силы, а потом пронзила так же, как один из них сделал с Кейтаро. Она ударила его ногой по паху, и он упал на пол.

Обогнула угол. Еще одно тело лежало на пороге гостевой комнаты. Серая хаори Тайшо с темно-красным пятном на эмблеме клана. Темные волосы были собраны в узелок. Гибкая фигура юного Шого лежала без движения. Он пытался добраться до доступного выхода из комнаты.

Или пытался защитить людей внутри.

Эма смотрела на сцену перед собой. Несколько женщин и юная девушка лежали в комнате, пустые глаза смотрели на потолок, конечности изогнулись под странными углами.

Мертвы. Мертвы, как мужчины, которых она бросила наверху.

Почему… почему же…

Эма оторвала взгляд от комнаты и бросилась по коридору. Генрану это с рук не сойдет. Убийство невинных заслуживало приговора уже смерти. Когда она доберется до него, она заставит его страдать, как страдали те женщины.

Без колебаний. Без пощады.

Рев, полный боли, рассек крики.

Рё. Она узнала бы его голос всюду.

Эма устремилась к источнику, чуть не врезалась в другого солдата в синем, появившегося перед ней. Его спина врезалась в стену, он сполз на пол. Кровь свободно текла из его рта и шеи.

Ота вышел и посмотрел на нее с высоты своего роста.

— Почему ты еще тут?

— Генран. Где он?

Ота выругался.

— Тебе нужно идти. Если ты умрешь, все мы провалимся.

— Я не уйду, пока он не будет мертв!

Эма перепрыгнула павшего солдата и побежала к комнате, услышала голос Рё:

— Сволочь…

Его голос резко оборвался. Эма ворвалась в открытый проем и попала в руки нескольких солдат в синем. Они забрали ее меч, подавили ее на пол. Она металась, укусила ближайшего мужчину за руку. Он взвыл и ударил ее по челюсти. Яркие огни вспыхнули перед ее лицом. Мужчины подняли ее. Чья-то ладонь сжала ее волосы, отклонила ее голову, открывая шею.

— Нет!

Эма повернула голову на голос Рё. Его лицо было в синяках и крови, свежая кровь текла из его носа. Он бился в хватке мужчин, глаза были огромными, он смотрел то на нее, то на Генрана и…

— Сабуро, что ты наделал?

Генран фыркнул. Сабуро повернулся к Рё с неестественным холодом. Куда пропала его доброта? Очаровательные морщинки в уголках глаз, которые ее обезоруживали?

— Вы же не думали, что я позволю вам убить свою семью?

— Что? — прорычал Рё. — Он не…

— Он — двоюродный брат моей матери. Он сильно поддерживал нас, когда мой отец был болен, не потребовал отплатить ему. Как я мог допустить смерть такого щедрого человека, навлечь такую беду на свою семью?

— Ты нам не говорил! — Эма смотрела, как он пожал плечами. — А лидеры? Тайшо?

— Это не кровное родство. Раскрывать это не требовалось, — он предал их. Всех. Но почему… после всего…

— Требовалось! — Рё извивался, но его крепко держали. — Клан на первом месте. Приказы Тайшо важнее. Генран заслужил наказание. Ты знал…

— Ах, я не признавался в том случае, — Генран пошевелил пальцами, — который ваш командир так хотел повесить на меня, — он хмуро посмотрел на Рё. — Если бы ты трудился, а не слепо следовал за своим хозяином, может, раскрыл бы правду до этого ненужного кровопролития.

— Правда? — Эма дернулась в хватке, скрипнув зубами, жар пылал в ее груди. — Что насчет тех женщин? Той девочки?! Вы убили их, чтобы защитить свой лживый зад! Ваши нарушения…

Генран рассмеялся.

— Ты звучишь как твой хозяин. Открой глаза, девочка. Твое лицемерие пропитано обманом. Или они говорят правду, что ты обожаешь смерть, танцуешь с ней во тьме? Что еще может привлечь женщину заниматься такой мерзостью? — он развел руками. — Все смерти, которые случились тут, можно легко списать на действия Черного Шипа.

— Сабуро.

Ота. Все еще тут. Проклятье, остался только он?

— Назад, Ота, — хоть Сабуро знал о преимуществе друга в размере и силе, он не боялся. Его глаза блестели, как сталь. — У меня не было выбора.

— Выбор был.

Сабуро молчал. Губы Генрана изогнулись в улыбке.

Ота резко выдохнул.

— Отпусти их, Генран. Ты уже знаешь, на что мы способны.

Генран цокнул языком, обошел Сабуро и сказал Оте:

— Это все, что от вас осталось. И она, — он указал на меня, — умрет в любом случае. Кто не хотел бы убить известного убийцу?

Мужчины за ней заерзали.

Проклятье. Эма пыталась освободить руки, но эти мужчины были не такими, как те, с кем она встретилась сверху.

Вой агонии. Один из мужчин дернулся, его напарник упал на пол. Эма вырвалась из хватки оставшегося солдата и развернулась.

Ота уже бросился к другой мишени. Она оставила их на него. Ей нужен был Генран!

Эма бросилась к нему, когда увидела, что Рё все еще не смог освободиться. Один из солдат, державших его, поднял меч для удара.

Одна секунда на выбор.

Проклятье.

Гадкие приказы.

Эма повернулась и бросилась на солдата, сбила его на пол. Рё зарычал, боль в его голосе разожгла в ней ярость. Она рассекла шею солдата и спрыгнула. Она не видела, как бился Ота, годами, но не было сомнений, что он был самым сильным в их группе. Его мощные удары, усиленные гневом, несли смерть. Рё освободился и работал в тандеме, чтобы убрать оставшихся солдат, его скорость и меткие удары не давали врагам биться дальше.

Эма бросилась в коридор. Генран. Где он был? Трус…

Движение. Кто-то встал с пола, шатаясь из-за раненой ноги.

— Сабуро…

Рё сжал ее запястье и оттащил ее. Ота пронесся мимо нее, схватил друга за воротник и потащил его глубже в гостиницу.

— Он не может… — Ота ведь это не делает?

— Идем. Мы уходим отсюда.

Эма вырвала руку из его хватки. Его хаори было порвано на правой руке, ткань пропитала кровь. С этим и лицом в синяках и крови он выглядел почти как смерть.

Вряд ли она выглядела лучше.

— Тот мерзавец все это устроил! Ты видел их… что они сделали?

— Эма…

Она юркнула мимо него, вырвалась в прихожую, перепрыгивая павших товарищей по команде, пока спешила выбежать в ночь.

5

Эма вышла на улицу и устремилась в толпу любопытных соседей, глядящих на гостиницу Аонара. Некоторые смотрели большими глазами, пока она пробегала мимо. Небольшая группа собралась вокруг чего-то на дороге. Она заметила на земле пару ног. Кто-то всхлипывал, пока другой звал лекаря.

Еще жертва Генрана?

Ругаясь, она поспешила к ним, искала взглядом в толпе и за ней признаки старшего лорда. Но мерзавец ускользнул в хаосе.

Нет! Он не мог уйти. Не после всего этого!

Погодите. Эма поспешила мимо испуганных взглядов, глядя на грязную дорогу. Следы ног пересекали рассеянные отпечатки местных. Широкие шаги, словно человек бежал.

Вот и он.

Многие заплатили из-за трусости Генрана. Хозяин, его семья, девочка, те женщины… и ее команда.

Она не могла об этом думать. Не сейчас.

Она заставила ноющие ноги бежать. Он не мог уйти далеко. Если она просто…

— Эма!

Рё схватил ее за руку и потащил под навес ближайшего здания. Он прижал ее плечо к стене одной ладонью, его раненая рука висела плетью. Темные глаза впились в ее, грудь вздымалась, он пытался отдышаться.

Он был живым. В синяках и крови, но живой.

Он мог легко стать одним из тел, брошенных там. Жертв труса. Жертв ее неведения. Может, если бы она была внимательнее, учла неуверенность Оты, она увидела бы что-нибудь за ее слепым обязательством выполнить миссию.

— Эма, это конец.

Стиснув зубы, она сжала воротник его хаори.

— Мне нужно его найти. Я не могу…

— Все кончено!

— Нет!

Она оттолкнула его, выбежала на улицу, искала следы, которые приведут ее к Генрану. У него был отрыв во времени, но он не мог скрываться вечно. Она разглядывала окрестности в тени, проклиная духов. Где они были?

Рё снова схватил ее и потянул.

— Мы уходим. Сейчас!

— Рё, стой…

— Забудь о Генране! Толпа будет искать тех, кто в ответе за все это, и они уже видели нас. Останься со мной, — он обвил ладонью ее руку выше локтя, хотя его хватка была в этот раз нежнее. — Мы его поймаем, Эма. Но не этой ночью.

Он тянул. Она стояла еще миг, а потом дала ему увести ее, взглянув еще раз на пропитанную кровью гостиницу. Рё был прав, хоть она и не хотела принимать это. Что они могли? Они уже потеряли больше, чем ожидали.

Предательство Сабуро. Генран сбежал, узнав о ее личности. И солдаты в синей форме… кем они были? Что их связывало с Генраном?

Она уже слышала в голове рев потрясения Тайшо. Он был… ох, он разозлится. И все те тела…

Эма терпела смерть годами. Всегда была цель, может, парочка бандитов умерла в процессе. Но эти убийства были неоправданными, она к такому не привыкла. Она еще не видела, чтобы жизнью так пренебрегали. Особенно жаль было хозяина и его семью, их тела бросили, как тряпки, кровь запятнала их дом. Они не заслужили смерти! Они были виноваты лишь в том, что помогли их клану убрать неопознанного убийцу. Они просто впустили нас в свою гостиницу.

Эма, ругаясь, топала по земле за Рё. Порванная лямка сандалии хлопала по лодыжке. Она убрала волосы с лица, кровь на ее ладонях приклеила пряди к месту. Они бежали по улицам городка, а потом за его пределами. Им нужно было добраться до места встречи: темной рощи в миле от дороги.

Их хоть кто-то будет ждать? Не Кейтаро и Шого. Ее грудь болела от мыслей об этом. Ота убил Сабуро или сжалился? Еще кто-то в серой хаори лежал на полу, но Эма не успела опознать всех.

Почти вся ее команда пострадала.

Они добрались до рощи, быстро нырнули в заросли и скрылись ото всех, кто мог быть на дороге в позднее время.

Там никого не было.

— Проклятье, — Рё провел ладонью по волосам, глядя на пустую поляну. — Тогда ждем.

Эма прислонилась к дереву, ее грудь вздымалась от бега, пот пропитал кожу и капал с лица и шеи.

Она считала миссию легкой, верила информации, которую ей дали лидеры. Никто не говорил о родстве Сабуро с Генраном, о возможности, что это навредит. Если бы она полезла глубже, раскрыла бы это? И даже тогда, она могла бы подозревать, что добрый и верный Сабуро так их предаст? Обменяет верность клану на странные обязательства перед известным преступником?

Хотя она не знала теперь, говорил ли Генран правду, что не был виноват, или это были слова труса? А если Тайшо ошибся? Или причина убийства Генрана была намеренно ложной, как он и намекал?

Это было не важно. Эма не смогла его убить. Дважды. Он жил, а многие погибли. Если бы она знала… она должна была увидеть знак, то, что она упустила. И Ота… Она должна была…

— Ты не можешь винить себя.

Она взглянула на Рё, тот прислонился к дереву напротив нее и хмурился.

— Конечно, могу. Это была моя миссия. Я в ответе за все, что произошло.

— Нет. Сабуро нас предал.

— Я должна была это увидеть. Ота даже говорил…

— Если бы Ота знал, он был так и сказал. И было слишком поздно. Даже если бы мы попытались отменить миссию, они напали бы на нас. И результат был бы тем же. А то и хуже.

— Я не смогла это остановить. Не смогла спасти их…

— Ты спасла меня, — он подошел к ней, прислонился здоровым плечом к коре. Она посмотрела на дыру в его рукаве. Как сильно он был ранен? Он еще сможет биться? Грудь снова сдавило, и было сложно дышать.

Она чуть не потеряла его. Они чуть не потеряли друг друга.

— Я бы так же сделал для тебя, — Рё сжал ее руку. — И, думаешь, Тайшо так просто это оставит? Если Сабуро еще жив, это ненадолго. А Генран… пожалеет, что полез к нам. Он будет умолять о быстрой смерти до того, как мы закончим с ним.

Эма вздохнула, прижала ладонь в крови к своему лбу.

— Ты не понимаешь? Только один человек должен был умереть этой ночью. Один. Я не смогла даже закончить работу. А другие…

Он приклонился лбом над ее ухом и тихо выдохнул.

— Мы пытались. Еще как. Но Генран знал весь план. Когда мы пошли туда, все уже было кончено. Многие уже были мертвы раньше, чем мы могли вмешаться. Мы не должны были выжить.

Эма притянула его к себе, помня о его ранах. Они ждали в тишине близко друг к другу, словно могли потерять друг друга, если бы отпустили. Так всегда ощущалось после миссии, облегчение из-за того, что они живы и снова вместе. В этот раз осознание сокрушало душу, сжало сердце так сильно, что слезы грозили пролиться. Время шло, никто не приходил, и Эма сжала его сильнее, повторяя в своей голове имена жертв.

Таки. Горо. Рейки. Кейтаро. Шого.

Хозяин. Его семья. Женщины. Девочка…

Эма проклинала духов, даже если они такое не заслужили. Она проклинала Сабуро. Проклинала Генрана. И она проклинала себя. В темноте ночи было проще увидеть свои грехи и ошибки. Она почти потеряла себя там. Даже сейчас она едва помнила, как убила всех тех людей. Но она помнила кошмарную ситуацию после этого. Это пугало ее больше всего.

Прутик хрустнул среди деревьев. Эма и Рё отодвинулись друг от друга и смотрели на тьму. Через мгновения одинокий мужчина прошел на поляну. Тусклый свет луны озарил его знакомый силуэт.

— Ота, — прошептала она.

Он посмотрел на нее, но его глаза будто видели что-то еще.

— Сделано.

Рё выругался. Эма коснулась руки Оты.

— Мне жаль.

Он пожал плечами и увильнул от ее ладони.

— Он предал нас. Другого варианта не было. Он тоже это знал в конце.

Поражение в его голосе жалило ее грудь. Он потерял друга ужасным образом. И он наказал друга. Эма не знала, хватило бы ей сил сделать так, как Ота, если бы ситуация была иной. Если бы их предал Рё.

Ота поклонился и пошел медленно и размеренно к дороге.

Рё вздохнул.

— Пора, Эма. Никто больше не придет.

Это вонзило раскаленный клинок в ее сердце. Но они ничего не могли поделать. Они ждали призраков, те люди не увидят новый день, они лежали среди трупов в гостинице.

Она и Рё чуть не оказались среди них.

Эма расправила плечи и пошла за ним. Рё остановил ее нежным прикосновением к руке. Она повернулась, поймала его напряженный взгляд. Он хмурился, поджав губы, разглядывал ее лицо.

— Тебе никогда не придется сделать то, что сделал он. Никогда.

Эма кивнула. Дрожа, она обвила себя руками. Они пошли за Отой, трое были тихими, ночь окружила их. Слова Рё звенели в ее голове.

Она надеялась, что он был прав.

6

Эма сидела на коленях в приемной, смотрела на доски перед собой, прямые линии дрожали от того, что она долго смотрела. Лорд-командир Висей Тайшо расхаживал по комнате, сцепив ладони за спиной. Рё был рядом с ней на полу, тоже склонил голову, стиснул зубы.

Тайшо остановился перед ней, нависая. Эма смотрела вниз, сосредоточилась на его ступнях.

— Ты проведешь год с монахами на горе Цу-рен.

Эма подняла голову. Вот и все. Он отсылал ее. Хуже, чем одиночное заключение, которое Тайшо устроил ей после ее отчета утром. Но не так плохо, как казнь.

Он хмуро смотрел, не позволяя возразить. Он уже принял решение. Она уже прошла жуткие часы допроса утром. А потом день наедине с мыслями, она думала о катастрофе ночью, горевала из-за смертей. Она заслуживала все, что ей дал Тайшо.

Сглотнув, она снова опустила голову.

— Да, господин.

— Я уже это видел, Мацукара. Твоя решимость ослабла. Ты стала небрежной. Твоя гордость одолела тебя. И нечто между вами помешало работе, как я и ожидал.

Нет. Тайшо не заберет единственного человека, которому она доверяла.

— Лорд-командир, это никак не…

— Верность клану на первом месте. Не лейтенанту Тайкену или кому-то еще. Ты отпустила цель. А он теперь знает твою личность, еще и выжил после встречи с Черным Шипом. Он — доказательство, что Черный Шип может, проиграть, что от него можно сбежать. Ты опозорила нас, Мацукара. Опозорила меня!

— Господин…

— Ты сама сказала, что он был у тебя! И ты не справилась. Последствия хуже, чем ты думаешь.

Эма вздохнула. Она знала, что с ним нельзя спорить.

— Да, господин.

Он отошел, потирая ладонью лицо, Эма подняла взгляд и увидела отца Рё, заместителя командира Тайена, хмуро глядящего на затылок Тайшо. Но, когда он посмотрел на нее, его взгляд смягчился. Она не дала ему потерять единственного сына. Это не забывалось так просто.

Эма рискнула взглянуть на Рё, его избитое лицо, правая рука была перевязана и в петле. Если бы она завершила миссию, а не спасла Рё, его бы рядом с ней уже не было. Она была рада гневу Тайшо, зная, что она сделала бы тот выбор снова ради Рё или других ребят из команды.

Тайшо тоже это понимал.

Рё не посмотрел на нее. Его плечи были напряженными, он смотрел на отца темно-карими глазами. Он знал, что это было их решение?

Заместитель командира Тайкен кашлянул.

— Считай это шансом, лейтенант. Воины-монахи Цу-рен обладают богатыми знаниями боевых техник из древних времен. Хоть они выбрали мирный путь, это знание передается. Если они тебя обучат, это будет нам выгодно.

— Господин, — сказала Эма, — разве они поделятся со мной своими тайнами? С нами?

Тайшо склонил голову с усмешкой.

— Об этом позаботились. Мы общались с ними несколько лет. Ты будешь милой, будешь их слушаться. Время вдали поможет тебе, Мацукара, пока я уберу хаос, который ты оставила. Тренируйся с ними. Очисти душу и восстанови верность долгу. Верность мне. Я не прощу тебя в следующий раз. Все. Можно идти.

Эма и Рё встали одновременно.

— Не ты, лейтенант Тайкен. Нам нужно кое-что обсудить.

— Да, господин, — он кивнул ей, когда Тайшо не смотрел, и опустился на колени. Эма вышла из комнаты, не понимая, как она переживет год в горах вдали от всего, что она знала.

— Тебе стоит собирать вещи, Мацукара, — сказал ей вслед Тайшо. — Я хочу, чтобы ты ушла утром.

7

У Эмы почти ничего не было, но она это забрала. Немного одежды, кинжалы, еда на неделю наполнили сумку. Мечи были на поясе, как всегда, на голове — широкополая шляпа, спешно восстановленные сандалии на ногах.

Она поправила серый хаори из-за прохлады раннего весеннего утра, улыбнулась Рё, который пришел проводить ее до ворот города.

— Я удивлена, что Тайшо дал тебе прийти.

— Ты забываешь о влиянии моего отца.

Она рассмеялась.

— Нет, я не забыла, — Тайкены были одной из самых богатых семей клана с длинной историей поддержки.

Но клан все еще возглавляла семья Тайшо.

Ее взгляд упал на дорогу и реку за ней. Деревья были все еще голыми, хотя они скоро расцветут. Она не сможет это увидеть.

— Это всего год.

Эма подозревала, что он пытался убедить себя, как и ее. Тайшо нужно было, чтобы Черный Шип на время пропал, чтобы убрать шум после нападения на Генрана, и чтобы восстановить ее репутацию. Так сказал заместитель командира Тайкен перед тем, как она покинула замок. Многое могло измениться за это время.

Каждая миссия в чем-то меняла их. И в этот раз тоже. Вернется ли она? И к чему?

— Не тебя же отсылают.

— Это не наказание. Не смотри на это так. Но не буду врать. Я буду ужасно скучать по тебе.

— Да. И я, Рё.

Он обнял ее одной рукой, рука в перевязи прижалась к ее груди.

— Эма, — выдохнул он ей на ухо, в его голосе было отчаяние, которое ранило ее сердце. Он отодвинулся и поймал ее губы своими. Она закрыла глаза от неожиданных слез. Она прильнула к нему, затерялась еще раз, молясь, чтобы это был не последний раз.

Когда их рты разделились, он выпрямился и опустил ладонь на ее шляпу, улыбаясь.

— Вернись, хорошо?

Она кивнула, прошла через врата города. Первые лучи солнца пронзили небо, бросили длинные тени на дорогу. Она смотрела на горы на горизонте на севере, куда ей нужно было добраться.

Она повернулась, выдавила улыбку, стараясь выглядеть уверенно.

— Обязательно.

Content

Глен Катарина Закаливание души