Бастард рода Кота. Третья жизнь

Глава 1. За что, Вселенная, ответь?!

Я сел на кровати, захрипел и схватился за горло, ощупывая его. Но проклятущей стрелы не нашёл, как и раны. Вдохнул полной грудью, без хрипов и бульканий. И только после этого открыл глаза. А, ну теперь понятно...

— Вот за что мне это, Вселенная, а? — риторически вопросил я вслух.

Но ответом мне стало только презрительное фырканье белого кота, расположившегося на столе.

— Кис-кис, — позвал я.

Кот поднялся, помялся с лапы на лапу и сел ко мне задом, свесив хвост со стола. Вот ведь пушистая жопа! Во всех смыслах.

— За такое поведение можно неделю гречкой питаться, — пригрозил я.

В ответ снова фырканье. Или это уже с задней стороны звук?

Так, ладно, с наглым животным потом разберусь. Сейчас бы собой заняться не помешало. И выяснить, где я. И кто я вообще.

Кажется, та стрела меня всё-таки прикончила. И я попал в другое тело, вероятно, в другом мире. Снова, второй раз. Вселенная всё-таки издевается! Хотя я не то, чтобы возражаю. Но, надеюсь, на этот раз всё сложится получше.

Я приступил к осмотру своего нового тела. А что оно новое, сомнений уже не было. Пальцы слишком тонкие, ногти чистые и аккуратно подстриженные. В прошлой жизни, в бытность наёмником, у меня не было ни времени, ни желания для такого ухода за маникюром. И кольцо на среднем пальце правой руки, точнее печатка. С выступающей вперёд кошачьей мордой. То ли парень был заядлым кошатником, то ли это какой-то родовой герб.

Грудь безволосая и почему-то залита кровью... Вряд ли это связано с раной от стрелы в уже прошлой жизни. Да вот и окровавленный кинжал на постели рядом валяется.

Причём кинжал необычный. Рукоять в форме свернувшегося дракона, тело которого создаёт гарду из петель в виде восьмёрки или знака бесконечности. А из раззявленной пасти торчит лезвие. Как на мой взгляд, широковатое для кинжала. Скорее похоже, что это когда-то был меч, который после слома лезвия переточили на кинжал. Я, конечно, не знаток, но кое-какого опыта за три года наёмничьей жизни в вонючем раннем средневековье набрался.

Или четыре года? Да, точно, четыре, вторую зиму я провалялся в лихорадке после раны в бедро, так что практически ничего не помню. Думал тогда и сдохну, ан нет, ещё пару лет потом протянул.

М-да, как говорится: если с первого раза ничего не получается, то парашютный спорт не для вас. Как оказалось, у попаданцев, в отличие от парашютистов, вторая попытка всё-таки имеется. Интересно, а третья будет? Не то, чтоб я уже торопился помирать, но...

Кажется, этого паренька, в тело которого я попал, закололи ударом кинжала в грудь. Правда, рана уже исчезла, видимо, из-за моего подселения. Но убийца точно бродит где-то рядом. По замку или поместью, уж не знаю точно, но эта комната определённо не в сельском домишке находится. И надо бы мне выяснить, кто этот убийца, желательно до того, как он решит повторить свою попытку. Хотелось бы сказать, неудачную, так ведь нет.

Но для начала надо бы замести следы чужого преступления. К местным силам правопорядка всё равно обратиться не смогу. Что им сказать-то? «Меня тут убили, правда, в тот момент это был ещё не я... В общем, вы поищите, кто виноват». Нет, придётся всё делать самому.

Я нашёл возле кровати тазик с холодной водой. В качестве тряпки использовал наволочку. О, тут есть наволочки, экая роскошь! В этот раз я точно не в тело деревенского паренька попал. К счастью, с безволосой груди кровь оттереть труда не составило. Брр, водичка-то прямо ледяная, на дворе явно не май месяц...

Окно плотно закрыто окованными металлом ставнями, которые ещё и на засов заперты. Хм, а откуда свет вообще?

Я поднял взгляд к потолку и обнаружил тускло светящуюся панель. О... А кто сказал, что я снова в средневековье? Ну, мебель выглядит старинной. Или просто старой. Вот, например, зеркало в некогда позолоченной раме, теперь слегка облупившейся. Ну, этак на треть всего лишь.

Воспользовавшись возможностью, я решил глянуть на свою новую рожу. Ну, ничего так...

— Я тебя не знаю, но я тебя побрею, — сообщил я отражению. И уточнил: — Когда-нибудь.

Пока что юношеский пушок на подбородке бритья не требовал. Три волосинки, если уж говорить откровенно. В остальном морда самая обычная, без особых примет. Увидишь такого на улице, второй раз при встрече уже не узнаешь. Шатен, слегка лохматый... Или это просто я привык брить башку наголо, чтоб вшей не подцепить? Ну, не кинжалом с драконом на рукояти же стричься, потом решу этот вопрос.

— Так, теперь главный вопрос, — пробормотал я, оглядываясь по сторонам. — Где, нахрен, мои штаны, а?

Заглянув под кровать, я обнаружил там высокие ботинки наподобие берцев, застёгивающиеся на ремешки. И ночной горшок, металлический, эмалированный, слегка облупившийся... И не пустой. Да нет, всё-таки, наверное, средневековье... А панель на потолке — магическая?

Штаны вместе с прочей одеждой нашлись в кресле, почему-то повёрнутом к стене. Похоже, тело мне досталось не отличающееся гостеприимством.

Так, брюки чёрные, с алыми «лампасами» по бокам, хотя вовсе не спортивного кроя, одна штука. Рубашка, надевающаяся через голову, с завязками на вороте, коричневая... кажется. Судя по запаху, дня три не стирана, так что цвет может малость отличаться. Пиджак, хотя скорее камзол или китель. Нет, всё же не камзол, коротковат. Крючки вместо пуговиц, фиксирующий ремень внизу — почти что косуха. Тоже чёрный с красными полосками на рукавах и воротнике. Лучше бы, конечно, чёрное с серебром, но и алый сгодится.

А вот при виде нижнего белья из моего горла вырвался горестный стон. А потом — мат, очень много мата. На двух языках, из обеих прошлых жизней.

Панталоны! Грёбаные панталоны! Ещё и с рюшечками! Да что ж это за...

К счастью, в отличие от рубахи, хотя бы чистые. Ладно, пока надену, но в ближайшем будущем надо что-то менять. Найти портного и, угрожая ножом, заставить пошить нормальные труселя! Хотя стоп, зачем нож? Я же типа аристократ или где? Может, у меня деньги есть, а?

Быстренько одевшись, я кинулся шмонать письменный стол. Для этого пришлось слегка подвинуть кошака, а то хвостище у него уж слишком длинный и пушистый, мешается.

В верхнем ящике впрямь нашлось несколько монет. Медяки и пара серебряных, никакого золота. Бедновато. На медяках выгравирован дракон, на серебрушках всё та же кошачья морда.

— Не ссы, пушистая жопа, на гречку нам хватит, — сообщил я внимательно пялящемуся на меня зелёными глазищами кошаку.

Он в ответ презрительно фыркнул. Ну, не хочешь гречки — сиди голодный, чё. Поменьше съешь — реже будешь гадить. Кстати, что-то я тут лотка не наблюдаю, не общий же у нас горшок, а?

Раздался настойчивый стук в дверь. И кого там черти принесли? И как реагировать-то? Вдруг там папенька или маменька этого пацанчика, а я сейчас как ляпну чего-нибудь...

— Да-да? — нейтрально отозвался я.

— Милорд, у вас всё в порядке? — прозвучал мужской голос, вроде довольно молодой. — Слуга слышал крики.

Ага, надо было матюгаться при виде панталон потише. С другой стороны, от всего есть польза. Вот я уже узнал, что тут есть слуги. И, видимо, охрана. И я — милорд. Значит, таки аристократ.

— Нормально всё! — заверил я. — Мизинец ушиб.

Кот презрительно мявкнул. Самый умный, что ли? Ну, придумай враньё получше. А ушиб мизинца о тяжёлую мебель — вполне себе распространённое явление.

— Я должен убедиться, — не отстал охранник.

Ладно, я же всё равно не смогу вечно прятаться в комнате. Надо как-то начинать общение с местными. Так что я отодвинул щеколду и открыл дверь, толкнув её наружу.

Парень был одет почти так же, как я. Только у него костюмчик зелёный с белыми лампасами, а рубашка светло-бежевая. И на поясе меч с собачьей головой на оголовке. А вот я другого оружия, кроме кинжала, не нашёл. И то кинжал не факт, что мой, может, убийцы.

Войдя в комнату, стражник внимательно осмотрел помещение, чуть ли под кровать не полез. Что или кого он тут найти хотел?

— А откуда кровь на кровати? — с подозрением спросил он.

О, вот это палево... Вот это я тупанул, прямо образцово. Хотя, чего делать-то было? Скомкать простыню и в окно выкинуть?

— От девственности твоей сестрёнки, — огрызнулся я.

Будет тут ещё всякий стражник мне допросы устраивать!

И тут же я улетел в угол от мощного удара в челюсть. Да что за нафиг?!

— Ей же всего двенадцать, ты, ублюдок! — заорал стражник, схватившись за рукоять меча.

Упс, промашечка вышла. Привычка к грубоватым шуткам в компании наёмников сказалась. Ну, там-то почти все без роду, без племени, родня если и есть, то хорошо, если с ней раз в год видятся. А большинство, вот как я в прошлом теле, свалили из родной деревни и больше не возвращались. Так что замечания про чью-то мамашу или сестру всерьёз не воспринимают. А вот у людей семейных — это больная тема в любые времена и в любом обществе.

Только что был милорд, а теперь уже — ублюдок. Ну и где весь пиетет перед аристократией?

— Да я ж пошутил! — выкрикнул я, выставив перед собой пустые ладони. — Я твою сестру даже не знаю!

Парень нахмурился и руку с рукояти меча не убрал, но и вытаскивать его из ножен не стал.

— Она же фрейлина у леди Эмбер, — пробормотал он. — Хотя да, ты же её видел-то всего раз, Берн.

О, мы уже на ты? Кажется, я не слишком-то высокородный милорд, если стражник может бить мне в рожу и тыкать. Или он не стражник? Или стражник, но тоже из аристократии? Мало информации. Зато своё имя узнал.

— Так всё-таки, откуда кровь, Берн? — повторил он вопрос, протягивая мне руку.

Руку я принял, хотя мог бы легко подняться и без помощи. Тело молодое, достаточно здоровое, вроде даже малость тренированное. Во всяком случае, кое-какая мускулатура просматривается.

Пожалуй, я бы смог без особых проблем отделать этого парня. Конечно, если он не достал бы меч. Но хорошо, что возникший было из-за моей неудачной попытки пошутить конфликт сразу и исчерпался. Вряд ли за избиение стражника при исполнении служебных обязанностей меня похвалят и погладят по голове. Уж как минимум за такое грозит штраф, а у меня монет не густо. А если он аристократ, то тут в лучшем случае будет дуэль. А в худшем — суд и неизвестно, какой приговор. Например, изгнание я спокойно переживу, а вот десять лет на рудниках — навряд ли. Было бы из-за чего нарываться на лишние проблемы.

— Да из носа кровища натекла, — буркнул я. — Наверное, от перемены погоды.

Ну, не про скачки давления, хоть атмосферного, хоть какого ещё заливать же.

Раздался презрительный мяв. Да-да, знаю, что кровь не в той части кровати, куда должна была из носа натечь. Но мне что, про острый геморрой выдумывать, что ли?

— Погодка та ещё, — кивнул стражник, но с явными сомнениями на лице.

Впрочем, кажется, он решил не обострять.

— Точно всё в порядке? — уточнил он.

— Лучше, чем вчера, — совершенно искренне сообщил я.

На что получил в ответ понимающую ухмылку. Та-ак, а с этим парнем, которым я теперь стал, что вчера было? Ну, не считая того, что ночью во сне его закололи.

— О да, сегодня в корчму лучше не ходи, — посоветовал стражник. — Хозяйка так верещала, когда ты заблевал весь стол...

А, вот оно что! Мы просто вчера вместе бухали, отсюда и всё панибратство. Хм, а похмелья-то и нету. Видимо, вылечилось вместе с раной от кинжала. И на том спасибо, Вселенная. А то паренёк, кажись, слабоват, раз проблевался. Ничего, я ещё покажу тут всем, как пьёт настоящий наёмник!

Когда стражник ушёл, я всё-таки снял с окна засов и распахнул ставни. В лицо тут же ударил колючий ледяной ветер, принёсший с собой снежинки. Точно не май месяц...

С неохотой я высунул башку наружу и осмотрелся. Ну, может даже и май. Высоко в горах вроде бы всегда снег. Лёд, снег, заиндевевшие каменные стены, крутой обрыв внизу — живописность вида так себе.

Раз уж всё-таки открыл окно, решил воспользоваться моментом и выплеснуть содержимое горшка, постаравшись не попасть на стену внизу. А то, может, там чьи-то ещё окна есть и любоваться на жёлтый лёд жильцы не хотят.

Заперев ставни, я уселся на кровать и принялся обуваться. В берцах нашлись и портянки, к которым я за последние четыре года вполне привык. Всяко лучше, чем какие-нибудь чулки с рюшечками.

Пока я возился с ремешками на левом ботинке, дверь снова распахнулась. Что странно — на этот раз вовнутрь. А вдруг это убийца вернулся, проверить, помер я тут или ещё трепыхаюсь?

А потому что запирать щеколду надо, бестолочь.

Последняя мысль возникла в моей голове, но было такое ощущение, будто она пришла извне. Привет, тётушка Шиза, это ты? Или ты, Вселенная?

Кстати, когда я проснулся, или скорее — воскрес, — щеколда как раз была заперта. Что не помешало убийце уйти. М-да, убийство в запертой комнате — классика...

Ладно, потом разберусь. Сперва надо гостя встретить. Точнее — гостью.

Глава 2. Нежданная гостья

На пороге стояла дамочка, лет эдак около сорока с виду, но ещё вполне ничего.

Эй, постойте-ка! Да мне ж самому уже под сороковник, с учётом четырёх лет в другом мире! При этом физически моему новому телу явно меньше двадцати. Ну вот и как себя воспринимать? Ладно, поразмыслю об этом чуть позже.

Сейчас же — всё внимание незваной гостье. М-да, пожалуй, ей всё же за сорок. Может, сорок пять. А я никогда не был любителем женщин постарше. Впрочем, за неимением альтернатив... Так-то всё при ней. Большая грудь, натягивающая рубашку под полурасстёгнутой курткой-кителем, широкие бёдра, обтянутые штанами, задница наверняка тоже не тощая. Вот плоскодонок я любых возрастов не люблю. Но и толстух тоже.

— Бернард, ничего не хочешь объяснить? — строгим тоном спросила женщина.

Я слегка погрустнел. Оказывается, меня теперь зовут Бернард. А Берн — это просто сокращение для приятелей-собутыльников.

— Вообще-то, не хочу, — пожал плечами я, переводя взгляд с её бёдер на лицо.

Морщин особо нет, так, гусиные лапки в уголках глаз, но это у многих уже после тридцати появляется. Каштановые слегка волнистые волосы — крашеные и завитые или натуральное всё? Не то, чтобы меня обычно волновали такие вопросы, но в данном случае подобные мелочи могут дать понять степень развития этого мира. Изобрели тут краску для волос и бигуди? Впрочем, и то, и другое может быть очень примитивным, так что всё-таки не показатель. Так что плевать.

Ой, балбес, — опять прозвучала моей голове чужая мысль.

Дамочка, да ты, никак, телепатка? А чего тогда глупые вопросы задаёшь и объяснений просишь? Или это всё-таки не ты?

Хотя голос в голове в чём-то прав. Скорее мне стоило обратить внимание на то, что гостья в штанах. Для средневековья это достаточно необычно. Да и китель на ней почти такой же, как мой, разве что другого цвета — светло-голубой с белыми полосками.

— Бернард, — нахмурилась женщина, — а не слишком ли ты обнаглел, молодой человек? Что ты тут творил в эти три дня?

Я слегка нервно окинул взглядом комнату, машинально задержавшись на пятнах крови на кровати. Чёрт, палево, сам же внимание привлекаю. Но, помимо пятен, в остальном вроде порядок. Даже кот, кажется, не приблудный дворовый — слишком уж пушистый и ухоженный. И наглый.

— А чего я сделал-то?! — совершенно искренне возмутился я.

И вообще, даже если этот Бернард что-то натворил — я-то тут при чём?

— На тебя поступили жалобы от двух леди, а ещё от кабатчицы, — загнула палец женщина, принявшись перечислять мне грехи прежнего владельца тела. — Ты якшаешься с псоглавцами, — второй палец. — Ты... У тебя на постели чья-то кровь!

На этом вся её рука сжалась в кулак. Ладно, согласен — кровища в постели засчитывается сразу за три прегрешения. Ну, если она чужая. Но это ведь не тот случай!

У меня с языка чуть не сорвалось на автомате: «Не виноватый я, она сама пришла!» Но один раз за шутку на эту тему я уже схлопотал в рыло. А почти цитатку из старого кино местные всё равно не опознают.

— Ну, знаете, леди, — медленно и с расстановкой, подбирая слова, заговорил я. — Если вас так беспокоит состояние моей постели...

Она шагнула вперёд и отвесила мне пощёчину. Хотя скорее оплеуху — тыльной стороной левой ладони. На пальце которой было кольцо — тоже печатка с котом, как и у меня — оставившее на щеке болезненную царапину. Ох, не везёт сегодня левой половине моей физиономии, то хук справа прилетает, то оплеуха с левой. Я бы лучше другую щёку подставил, для симметрии.

Кстати, мне тоже стоит переодеть перстень на левую руку. Балбес этот Бернард был. На правой же мешать будет, особенно за рукоять меча или кинжала хвататься. А использовать перстень в качестве кастета — тоже сомнительно. Чаще предпочтительнее может оказаться не оставлять заметных следов на чьей-то физиономии, особенно если придётся врезать какому-нибудь аристократу.

— Что ты себе позволяешь, щенок! — покраснев, как помидор, почти взвизгнула дамочка. — Я вообще-то твоя мать!

Упс... Хотя постойте! Я же ничего такого и вовсе не сказал! Ну, про постель заикнулся, но ведь без намёков. Может, всё дело в тоне? Или в том, как я ощупывал её взглядом при появлении? Вот в последнем грешен и не раскаиваюсь. Но я ж не знал, кто передом мной. Ну и мне лично она в любом случае совершенно никто.

— Ну, знаете, маменька, — скривился я, прикоснувшись к царапине на щеке. — Методы воспитания у вас...

— Хорошо, парень, давай будем откровенны, — отступив на шаг и глядя в потолок, заговорила женщина. — Понимаю, что я для тебя совершенно чужой человек, в сознательном возрасте ты меня и видишь-то третий раз. Но подобные намёки совершенно неуместны. А уж если ты ляпнешь подобное на публике, даже в пьяном угаре...

Оп-па, вот это мне счастье подвалило! Я уж готовился морально обгадить проклятые панталоны, в предчувствии, что мамаша сейчас поймёт — перед ней вовсе не её сын, а неизвестно кто. А там и до костра за одержимость недалеко. Ну, или до комнаты с мягкими стенами и лечения электричеством, смотря какой тут у них уровень развития всё же. Но оба варианта совсем не сахар. А она сыночка третий раз в жизни видит!

— Какие ещё намёки?! — возмутился я, но на этот раз не совсем искренне. — Я имел в виду, что если вас волнует состояние моей постели, то могли бы и служанку прислать. Ну или слугу. Для стирки белья, а не чего-то там ещё!

Теперь дамочка покраснела ещё сильнее. Уже даже не знаю, с чем сравнивать. Что бывает краснее помидора? Ладно, неважно.

Бестолочь.

Так, если это остатки сознания настоящего Бернарда в моей голове говорят, то заткнись, пацан! Сам ты, похоже, тот ещё олух был.

— Да-да, я направила к тебе ординарца, мальчишку из Дома Дракона, — отмахнулась женщина. — Он должен... Погоди, а это разве не его кинжал? Хотя откуда у сопляка реликтовый клинок... И это ведь не его кровь на кровати?

— Маменька, за кого вы меня принимаете?! — изображая праведный гнев, чтобы слиться с темы неудобных вопросов, заорал я. — Уже второй раз подряд! Меня не интересуют мальчишки-ординарцы! А также матроны нашего рода! Только юные леди других родов и немного служанки...

— Ну, насчёт нашего рода ты не спеши, — смерив меня изучающим взглядом, уже гораздо спокойнее произнесла женщина. — Перстень с твоего пальца снять столь же легко, как и одарить им. Пока не пройдёшь инициацию в Круге Стихий — ты никто. Хотя, — она почему-то пристально уставилась на наглого кошака, всё ещё повёрнутого к нам пушистой жопкой, — думаю, ты пройдёшь. Всё же кровь рода Фелис в тебе сильна. Хоть по поведению ты похож на свинью, но это, видимо, проблемы воспитания, а не крови Вепрей от твоего папаши.

Так, стоп, слишком много информации за раз. Я ни шиша не понял.

Потому что балбес.

Вот вообще не помогло.

Ты бастард, бестолочь. Наполовину Кот, наполовину Вепрь. Рождённый вне брака.

Да-да, спасибо, я в курсе, кто такой бастард. И эту часть я как раз относительно понял. А вот насчёт Круга Стихий...

— А по поводу юных леди... — задумчиво продолжила моя так называемая маменька. — Пожалуй, нужно тебя женить. После инициации, конечно. Леди Джейнифер из рода Ледяных Змей вполне подойдёт. И не спорь!

— Не в плане спора, но просто уточнить, — не смолчал я. — Что со служанками-то?

— Свинья, всё-таки та ещё свинья, — покачала головой женщина. — Этот вопрос обсудишь уже с женой. Думаю, она не станет сильно возражать. Главное, не путайся с аристократками.

Вот тут я с большим трудом, но всё-таки сдержал язык за зубами. Дамочка, которая вне брака родила бастарда, теперь учит его избегать внебрачных связей. Двойные стандарты, как они есть. И ведь не в таком уж раннем возрасте родила, судя по нашей разнице в годах.

— И прекращай пить, дебоширить и приставать к девушкам! Как минимум до инициации! — продолжила наставлять маменька. — И свадьбы. Иначе я не признаю тебя своим сыном.

— А отец... — вякнул я, за что едва снова не получил по роже.

— Забудь об этом! — остановив уже занесённую для оплеухи руку, выкрикнула женщина. — Его законные сыновья вполне живы, в отличие от... И даже они не наследуют титул Императора-Дракона! Забудь эти деревенские сказки! И верни ножик своему ординарцу. А если до меня дойдёт ещё хоть одна жалоба на тебя, я отберу перстень, и ты отправишься в ряды псоглавцев! Понял, сын?

Я понурил голову и кивнул. Хотя мало что понял. И да, знаю...

Балбес.

Вот, говорил же — знаю!

Но вопросов у меня стало только больше. И, пожалуй, наиболее актуальный — какие ещё, нафиг, псоглавцы?!

— Иди сюда, — поманила меня рукой женщина.

Я осторожно шагнул навстречу. Ну, бить она меня, вроде, больше не собирается. Но обниматься с ней я тоже что-то желанием не горю. А вдруг молодое тело, полное юношеских гормонов, отреагирует на прижатие к нему пышной груди? Будет конфуз...

Но маменька только положила правую ладонь на мою многострадальную щёку. От её руки потекло странное тепло, а царапина сразу перестала саднить.

Не удержавшись, я глянул в зеркало. Царапина исчезла. Да и челюсть уже не болела после пойманного хука с правой от охранника.

— Ой, деревня, — рассмеялась женщина, небрежно потрепав меня по волосам. — Впрочем, это не твоя вина, а скорее уж моя. Прости, если сможешь. Но если ты натворишь бед...

Так, получается, Бернард и сам мог не знать, что это сейчас было. А это значит, что? Это значит, что пришло время глупых вопросов!

— Что это было, маменька?

— Обычный Сигил Исцеления, — пожала плечами она, продемонстрировав ладонь, в центре которой зеленела татуировка в виде какой-то руны, вписанной в круг.

Но не скандинавской, футарк я примерно помню, в юности увлекался. Если не по значениям и названиям рун, то хотя бы по их форме. Этот знак был мне совершенно незнаком.

— Если на инициации проявишь сродство одновременно с Воздухом и Землёй, то сможешь получить такой же, — пообещала маменька. — Очень полезная вещь на самом деле.

Да уж, не сомневаюсь. Особенно если эта штука способна излечивать не только царапины и ушибы, но и более серьёзные ранения.

А что ещё важнее — в этом мире есть магия! Так что светящаяся панель на потолке вполне может быть зачарованной, а вовсе не электрической. Но магия тоже не плохо, особенно если она будет у меня самого. В прошлое попадание мне с этим не свезло. Но в том мире я вовсе никакой магии так и не видел.

— А можно мне ещё меч получить? — брякнул я, понадеявшись, что настоящий Бернард не посеял своё оружие вчера по-пьяни в корчме. — Ну, чтоб Сигил Исцеления мне пореже пригождался.

— Да-да, спросишь у своей тётушки, — отмахнулась женщина. — Увидимся после твоей инициации. Уверена, всё пройдёт хорошо, ведь у тебя уже появился фамилиар.

Кивнув в сторону разлёгшегося на столе кота и не дожидаясь от меня новых слов, маменька продефилировала за дверь. Которую я за ней с удовольствием захлопнул, немедленно задвинув щеколду. А потом от души выматерился, но на сей раз тихонько, себе под нос.

После чего обратил всё своё внимание на кошака.

— Фамилиар, значит, — процедил я сквозь зубы. — Я, может, местами балбес и бестолочь, особенно в порядках этого вашего мира. Но такое слово знаю. А ну поверни ко мне свою наглую морду! Не то год будешь одной гречкой питаться!

Слово ты, может, и знаешь. А вот то, что фамилиары не едят — нет. Потому — балбес. Я же воплощённый дух, бестолочь.

Пушистая жопа так и не удосужилась развернуться ко мне лицевой стороной. Что совершенно не мешало ему мне телепатически хамить. А в том, что со мной разговаривал именно кот, я уже не сомневался. Только какой мне с того толк и что теперь с этим делать?

— Ну, раз ты дух и не жрёшь, наверное, и в ботинки мне нассать не сможешь, — проворчал я. — И на том спасибо.

Ответом мне стал насмешливый мяв. Та-ак... Всё-таки буду проверять ботинки, прежде чем обуть. А то чёрт его знает, что фамилиары всё-таки умеют, а что нет.

Глава 3. По ком звонит колокол?

Я проснулся от тихого шкрябания. Спасибо, что на этот раз лёгкая дремота не превратилась в мёртвый сон. Видимо, после смерти и воскрешения организм вовсе не чувствовал себя отдохнувшим. А может, это такой способ справляться со стрессом. Или солдатская привычка, спать всегда, когда есть возможность.

Да кто там скребётся? Надеюсь, не фамилиар всё же нагадил и теперь пытается закопать по кошачьему инстинкту. Я с подозрением глянул на кошака, но он всё ещё разлёживался на столе. А скреблись в дверь. Ну, кого там ещё принесло?

Жаль, глазка в двери нет. А спрашивать, «Кто там?» я не стал. Может, тут так не принято. Откинул щеколду и потянул дверь на себя. Забавно, что она открывается в любую сторону. И петель вообще не видно. Как это устроено-то?

За порогом обнаружился мальчонка лет двенадцати-четырнадцати. Не мастак я возраст детишек на глаз определять.

— Чё надо? — буркнул я.

— Э-э... Милорд Фелис? — неуверенно промямлил пацан. — Меня прислали... Пажом... то есть, ординарцем...

— А, точно, — вспомнил я, что «маменька» нечто такое говорила. — Долго ходишь. Ну, заходи, раз пришёл.

Мальчишка остановился посреди комнаты, с удивлением уставившись на не застеленную кровать и кучу смятого окровавленного белья на полу. Интересно, что за мысли у него в башке крутятся по этому поводу? А хотя нет, не интересно, плевать вообще.

— Это, — я указал пальцем на кучу белья, — в стирку. — Это, — показал на кровать, — застелить чистым. И побыстрее. А по пути ещё пожрать мне притащи.

— Так ведь обед для младших адептов через час, — удивился он. — Но могу в корчму сбегать. Правда... Денег у меня нет.

Младшие адепты? Адепты чего, мать вашу?! Эх, вот же везёт попаданцам во всякие компьютерные игры. У них там интерфейс есть, а иногда даже мануалы почитать могут.

В первое попадание и то попроще было. В деревне всё понятно, никаких заморочек. Правда, в амнезию батя не поверил, а за такое непонятное слово вовсе рассердился и затрещин надавал от всей души. Ну да это дело житейское, а мужика вполне понять можно.

— Угу, понятно, — проворчал я. — Ну, насчёт стирки-то вопросов и возражений нет?

— Никак нет, милорд! — проорал он, вытянувшись по стойке «смирно».

Это ещё что за солдафонство тут?

— Отставить, — приказал я. — Так, а почему ты всё же ординарец, а не паж?

— Э-э... Ну... Вы ведь... Не совсем аристократ, — с каждым словом всё тише и сжимаясь, будто в ожидании удара, пробормотал парнишка.

— Ага, бастард, — кивнул я. — Не боись, я в курсе. А за правду... Хм, вообще-то и за правду иногда бьют. Но это не тот случай. Тебя звать-то как?

— Матиас, из рода Дракона! — представился парнишка, продемонстрировав перстень на левой руке.

С драконьей мордой, конечно же.

— Матиас, — протянул я. — Не возражаешь, если буду кликать Мэтом?

— Да меня все так и зовут, кроме маменьки, — пожал плечами мальчишка. — Милорд...

О, вспомнил про титул. Кстати, зря.

— Давай без этого, — отмахнулся я. — Зови меня просто Берн. Ну, когда мы одни. На людях уж вежество проявляй.

— Вы так забавно говорите, милорд Берн, — хмыкнул Мэт. — Как мой дед.

Так, похоже, зря я тут пытаюсь всякие архаизмы в речь вставлять. Надо с этим завязывать. И вообще фильтровать базар поаккуратней. Всякий сленг тут вообще вряд ли поймут. Кое-что можно списать на деревенское воспитание, но всё же осторожнее надо.

— Без милордов, — напомнил я. — Или тогда уж «милорд Бернард».

Вообще-то, по-моему, правильнее было бы «милорд Фелис», с фамилией, а не именем. Но это в моём мире так принято было. А тут — чёрт знает. Заметил только, что стражник говорил про леди Эмбер, а это вряд ли фамилия.

— Точно, — хлопнул себя по лбу Мэт. — Чего-то я сам как деревенщина заговорил. Ой, простите...

— Расслабься, пацан, — отмахнулся я. — Я бастард и деревенщина. Это меня не оскорбляет.

— Ну, если так скажет другой аристократ, да ещё при свидетелях...

Я кивнул. Тут пацан прав. Прилюдно такие слова точно будут считаться оскорблением. Вот только не знаю, чтоответ-то делать? На дуэль хама вызывать? Или по-простому в морду дать, а в случае чего скосить на то, что я ж, мол, деревенщина...

— Так, ты почему ещё тут? — нахмурился я, меняя тему разговора. — Бельё всё ещё не стирано.

— А вещи забросить можно? — вылупил на меня удивлённые глаза Мэт.

Получив мой кивок, он мигом выскочил за дверь и приволок внушительных размеров мешок и скатку с одеялом. Подтащил к стене и там застыл. И чего стоим, кого ждём? Комната и так полупустая, места хватает.

— Дверь откроете? — указал он на голую стену.

— Давай уж сам, — отмахнулся я.

Не признаваться же, что в упор там никакой двери не вижу.

— Так не могу я! — возмутился Мэт, зачем-то снова демонстрируя руку с перстнем. — Я же из Драконов! Не работает кольцо!

Для наглядности он всё же приложил кулак к стене. Только теперь я заметил там небольшое отверстие, отдалённо похожее на замочную скважину, куда и погрузилась драконья морда. Ничего не произошло.

Я повторил процедуру с собственным кольцом. Часть стены отъехала в сторону, открыв узкий проход, размером с дверцу шкафа. Лично мне пришлось пригнуться и протискиваться боком.

Только вот за стеной оказался совсем не шкаф, а ещё одна комнатка, размером поменьше и совершенно пустая. Зато с окном, правда, всего с одной створкой. И в данный момент — открытой.

Угу, убийство в запертой комнате отменяется. Вот как убийца вышел. Правда, он, видимо, скалолаз. Я бы на обледенелую стену лезть не рискнул, а за окном даже карниза нет.

Хотя «маменька» что-то там про магию Воздуха говорила. Может, мой убийца умеет летать или хотя бы медленно планировать вниз? Хм...

Я захлопнул окно и запер на засов, а то уже вся комнатушка проморозилась. Вот интересно, ставни на окнах самые обычные, даже стёкол нет. А межкомнатная дверь открывается кольцом, кажется, магическим, и отъезжает в стену. Тогда как дверь в коридор без петель и распахивается в любую сторону. Очень разные технологии ведь. И главное — ни хрена ж не понятно...

— Так, это мне что теперь, каждый раз тебе дверь открывать? — хмуро поинтересовался я.

— А вы не закрывайте, — посоветовал Мэт. — Ну, на ночь только, если хотите.

Логично. А если у него в мешке есть ночной горшок, то насчёт ночных походов в туалет тоже можно не волноваться. Хотя, в крайнем случае, и в окно отлить сможет.

Только непонятно, почему же его перстень не открывает эту дверь? Судя по его словам, проблема не в конкретном кольце, а в родовой принадлежности. А «маменька» что-то там про Императора-Дракона говорила. Что, императорскому роду не пристало самим двери открывать? Зато идти в пажи к бастарду — нормально. Бредятина какая-то...

* * *

Грянувший будто прямо с потолка колокольный звон заставил меня подскочить на кровати. Да, я опять завалился на постель. Говорят, убийца всегда возвращается на место преступления. Вот про убитых, возвращающихся на место своей смерти, я никогда не слышал. Что и неудивительно, воскрешение из мёртвых — штука не особо частая. Я только про один такой случай знаю, да и тот достоверно не подтверждён, а основан больше на вере. Ну, это не считая собственного опыта, конечно.

Но, на самом деле, в почти пустой комнате попросту нечего было больше делать, кроме как валяться. Вот и кот разделял мою точку зрения, только местом дислокации выбрал столешницу.

— Что это за хрень? — громко вопросил я, перекрикивая звон колоколов.

Вопрошал в пустоту, поскольку наглая пушистая жопа отказывалась со мной разговаривать после объяснения о том, что фамилиары не жрут. И даже не обзывался больше. А ведь без угрозы голодовкой его даже шантажировать нечем.

Кстати, надо бы уже имя кошаку придумать, что ли. Ну, не Мурзиком же его называть. Эй, пушистый, хочешь стать Мурзиком? Молчит, но так и быть, не буду в этот раз засчитывать молчание как знак согласия.

Но серьёзно, как назвать говорящего кота? Баюн? Бегемот? Леопольд? Котёнок по имени Гав?

Только попробуй...

О, оно разговаривает! Ну, вернее он, голос звучит у меня в голове как мужской. Хотя под пушистый хвост я ему не заглядывал. Да и под шерстью там сложно что-то разглядеть. Может, фамилиары вообще бесполые? И если они не гадят, то и выделительная система организму не нужна. Хм, а вообще внутренние органы и кровь у него есть?

Не смей!..

Ага, ссышь, когда страшно! Ну, не в буквальном смысле... Да не собирался я вскрытие проводить, расслабь шерстяные булки.

Что за звон-то, а, потенциальный Мурзик?

На обед зовут, бестолочь.

Вот и чего обзываться-то. Тут хоть семи пядей во лбу будь, а хрена с два о таком догадаешься. Но за ответ спасибо, так и быть, Мурзиком не станешь. Жрать-то пойдёшь?

Фырканье в ответ. Ну ладно, дело его. Пускай тогда лежит и впитывает духовную энергию, или чем он там подпитывается. Судя по хамоватому поведению — моими нервами или злостью. Но тогда останется голодным, потому что я не обидчивый. Особенно на всяких лохматых четвероногих, которые вслух только мявкать могут.

— Твоей духовной энергией, балбес, — всё же снизошёл до ответа кошак. — Я был воплощён всей жизненной силой Бернарда в момент его смерти. Ну и от тебя чуток перепало, вместе с обрывками памяти. И сейчас я насыщен под завязку. Но на болтовню энергия тратится. Ты ещё хочешь потрепаться, умник?

О, вот это уже стало похоже на полноценный разговор, а не обрывочные мысли, которые будто сами возникают в голове. Но при таком раскладе и вправду лучше болтать только по делу. Хм, а духовная энергия и жизненная сила — это одно и то же? Нет, отвечать не надо, вопрос риторический. Пока что. Терять ни то, ни другое я пока что не хочу. А хочу я в данный момент пожрать.

Оставив кота валяться на столе, я вышел в коридор. Захлопнув дверь, попытался её толкнуть. Не открылась. Так, а вот тут выемка для кольца. Надеюсь, откроется. Хм, а мой ординарец и эту дверь сам не откроет? А чего ж молчал. Значит, будет ждать в коридоре, пока вернусь. А «маменька», выходит, отперла дверь своим кольцом. И любой аристократ так может, вот для чего внутри защёлка.

Оглядевшись, я увидел в конце коридора чью-то спину в чёрной куртке, такой же, как моя, и поспешил за ней. Наверняка тоже младший адепт неведомо чего. Главное, чтоб он в столовую шёл. Или тут пиршественный зал? Ой, чего-то я уже в этом сильно сомневаюсь, особенно глядя на светящиеся панели в потолке... Ну да ладно, как бы оно ни называлось, главное, чтобы там кормили.

Желудок согласно буркнул в ответ. Ну-ну, ты ещё поговори мне тут, хватит с меня и фамилиара-телепата.

После пары поворотов, в коридорах стали попадаться и другие адепты, которые вроде все шли в одну сторону. Так что заблудиться я уже не опасался. Да и обратный путь вроде запомнил. Вот нужную дверь опознать будет сложнее, надо было её как-то пометить, что ли... Ладно, авось ординарец у порога будет ждать.

— Чего застыл, деревня, — грубо буркнул какой-то парень, толкнув меня в плечо.

Ну, я и вправду замер на пороге столовой, перегородив проход. Так что решил не огрызаться в ответ, а замять. Судя по тому, что парень прошёл дальше, это не был намеренный наезд, я просто мешался на дороге.

Я шагнул вперёд и вслед за ним взял оранжевый пластиковый поднос из стопки. Да, это определённо не средневековье...

Глава 4. Приятного аппетита

Поднос мне достался весьма потёртый и поцарапанный. И, хотя следующий в стопке выглядел новёхоньким, я не стал привередничать и задерживать очередь.

Подобные подносы я видел только в американских молодёжных фильмах про школы и институты. Разделённый на несколько секций для разных блюд, чтобы не требовались тарелки. Да и пункт раздачи выглядит похоже. Ну, или как в столовой.

Стоя в хвосте очереди, я оглядел зал. Столы тоже совсем не средневековые, металлические. И, кажется, приделанные к полу. Да и большинство стульев сварены из металлических трубок. Хотя есть несколько деревянных табуретов. А вот там — это вообще что? Деревянная колода вместо стула? Сядь на пенёк, съешь пирожок...

Пирожок не дали. Стоящая на раздаче девушка в такой же форме, как у меня и большинства остальных, плюхнула в один отсек подноса какой-то жидкой бурды, в другой — бурды погуще. И на этом всё.

— А компот?! — всё же не удержался я.

К счастью, странным вопрос не показался. Всего лишь глупым. Девушка просто указала пальцем туда, где уже стояли наполненные чем-то напоминающим компот гранёные стаканы. Эх, а вот это вправду как в детстве, в школьной столовой. И ложки там же рядом грудой в поддоне свалены.

— Спасибо, красавица, — широко улыбнулся я.

— Отвали, Берн, — сквозь зубы процедила она. — Не то и я жалобу подам.

М-да, вот это успел тут нагадить и обгадиться этот деревенский увалень, настроив против себя чуть ли не половину девчонок. За задницы он их всех хватал, что ли? Или на сеновал зазывал?

Ладно, надеюсь, всё же не со всеми Бернард успел разругаться. Конкретно эта девица вообще-то так себе, насчёт красавицы я ей просто польстил. И даже если в еду плюнула, хуже от этого такая бурда точно не станет.

Прихватив стакан компота и ложку, я отправился к свободному месту. Выбрав тот самый пень-колоду. А что, оригинально, забавно. Правда, соседи по столу как-то косо на меня посмотрели, но ничего не сказали.

М-да, правда чувствую себя будто в школьной столовой из американского кино. Это у них там всегда столы забиты за разными компаниями, и попробуй только сесть куда-то не туда. Уж не знаю, так ли обстоят дела в реальности, но в фильмах это непременный атрибут.

Я успел сожрать жидкую бурду, которую решил считать супом, когда за моей спиной раздалось многозначительное покашливание.

— Это моё место, — пояснил громкий грубый голос, когда я не отреагировал.

О, а вот и началось. Прям как в кино. Но я-то не тупенький американский школьник. А умных в главные герои фильмов почему-то обычно не берут.

— Так почему бы тебе не пере... — начал было я, бросив взгляд через плечо.

И осёкся на полуслове. Потому что стоящая за моей спиной туша выше двух метров и не менее полутора в ширину определённо не была человеческой. У людей ведь не бывает роговых пластин на лбу и щеках. А ещё на локтях, запястьях, тыльной стороне ладоней... Да везде, блин! И китель на этой туше расстёгнутый, потому что тупо не сойдётся, да ещё с оторванными рукавами.

— Понял, осознал, — кивнул я. — Сейчас пересяду.

Нет, я вовсе не струсил при виде громилы-нелюдя. Хотя драться с ним, особенно без оружия, совсем не хотелось бы. Ибо шансы на мою победу будут мизерными.

Просто стульчик из полых трубок, скорее всего, алюминиевых, такую тушу точно не выдержит. Вот и поставили тут эту колоду, чтоб ему было, на чём сидеть. И это по правде его место! Так что тут мой косяк, а с его стороны это вовсе не наезд.

Я поднялся с пенька, прихватив со стола поднос. И замер, оглядываясь вокруг. А свободных мест за другими столами уже и не осталось...

— Ничего личного, приятель, — пробасил гигант, усаживаясь. — Вон там есть место.

Остальные захмыкали и заухмылялись.

Я проследил в том направлении, куда указал здоровяк. Небольшой стол, всего на четверых. Три места заняты. Две девушки и тощий паренёк. Хм, и в чём подвох?

— Спасибо, приятель, — отозвался я, дружелюбно хлопнув громилу по плечу.

И ощутив под тканью куртки ещё один костяной нарост. Да уж, этому парню доспехи не нужны, своя природная броня есть.

Криво ухмыляясь в ответ на ошалелые взгляды, я направился к свободному месту. Они тут все думали, что мы с громилой подерёмся им на потеху, что ли? Ладно, драка-то вышла бы короткой — до первого его по мне попадания. Потом осталось бы только выяснять, как устроены местные больнички. Они меня совсем за дебила держат? Или решили, что я нарывался на конфликт и нарочно туда сел? Вообще, Бернард должен был уже знать, кто там сидит, так что логично...

— Приятного аппетита, ребята, — сказал я, усаживаясь на стул.

— Ребя-ата? Мы похожи на мальчиков? — протянула сидящая рядом со мной кучерявая блондиночка.

— И девчата, — добавил я, заглядывая ей в декольте.

А там было на что посмотреть, размерчик этак четвёртый, да и рубашку девчонка не носила. Только с такого ракурса я рассмотрел, что у женского варианта форменных курток попросту нет застёжек в верхней части, так что декольте — особенность покроя. Миленько, что сказать. Кажется, это не военное училище, хотя мне уже начинало так казаться.

Девахе, сидящей напротив меня, декольте шло куда меньше. Ну, она-то рубашку под куртку надеть не забыла. Хотя грудь тоже немаленькая, может вообще больше, чем у блондиночки, но это из-за избыточного веса. Куртка на ней с трудом сходилась. Хотя в сидячем положении многого было не рассмотреть, но мне хватило слегка обвисших бульдожьих щёк и пальцев-сарделек, сжимавших ложку. Не люблю толстух.

— О да, без хорошего аппетита жрать эту дрянь просто невозможно, — хихикнул парень.

Я пожал плечами. Мне еда показалась практически безвкусной. Но и противной её не назвать, ел и похуже. Главное, чтоб эта бурда была достаточно питательной. А для души и вкуса можно сходить в корчму пива попить. Хотя, если там будут подавать жареное мясо, то тоже не откажусь.

— Если ты не голоден, могу я сожрать, — предложил я, указав ложкой на его всё ещё полный поднос.

Свою порцию я уже смолол. Второе блюдо по консистенции показалось похожей на какую-то смесь варёной картошки с перловкой. Странное сочетание, но при отсутствии вкуса жрать можно.

— О, конечно, угощайся, — махнул рукой он, всё же забрав с подноса стакан с компотом.

Я кивнул и поменял наши подносы местами. То ли после воскрешения я так оголодал, то ли эта бурда всё же не очень-то сытная.

— Ведь бедным родственникам надо помогать, — продолжил трепаться парень. — Подкармливать в том числе.

Та-ак, а вот это явно наезд. При том, что разглагольствует он довольно громко, за соседними столами слышно.

Я поднял на него взгляд. Типичный дрищ-ботан, только очков не хватает. Вот чего выделывается-то? Я ж его в один удар ухайдокаю, как тот здоровяк-нелюдь меня мог бы. Разница в комплекции примерно соответствующая. Если я и льщу себе, то совсем чуточку.

— Если ты такой богатый, то можешь и в корчме меня пивом угостить, — громко предложил я. — Знаешь, какое пиво самое вкусное?

— Нет, — слегка нахмурился ботан.

— Бесплатное! — объявил я. — Хотя я в долгу не останусь. В ответ научу тебя с девушками общаться.

Уже ляпнув это, я вспомнил, какую репутацию тут уже заслужил Бернард. И что он успел отхватить пару жалоб от аристократок за домогательства. Так что грянувший народный хохот не факт, что был адресовал моему щуплому соседу. Но он всё же воспринял на свой счёт и покраснел.

— Что ж, прекрасно, братья ведь должны помогать друг другу, — процедил он, протянув над столом руку.

Я увидел на его пальце перстень. С кабаньей мордой. Нет, наверное, это всё же вепрь. Хотя как по мне — одно и то же. Та-ак, понятненько. «Маменька» ведь говорила, что папаша Бернарда из Вепрей. Вот чего народ ухмылялся, подвох понятен. Но хрен вам, школота тупая, а не ссора с дракой.

— Конечно, братец, — согласился я, пожав ему руку. — Кровь — не водица, как говорится. Если что, ты только скажи, я помогу. И, надеюсь, что ты мне тоже не откажешь в помощи.

Паренёк было набычился, но на последней фразе растерялся. Думал, я пытаюсь его слова против него же обернуть, мол, это ему помощь нужна. А я в эти детские игры с попытками друг друга поддеть не играю.

— Ой, я так рада, что вы поладили! — радостно воскликнула блондиночка, обхватив меня руками за шею и прижавшись сбоку.

— Хватит, Китти, — одёрнул её мой братец-ботан.

Понятно, почему он такой наглый, хотя дрищ и слабак. Чувствует за собой силу рода, видимо.

— Ой, ну тебя, Стьюи, — отмахнулась девчонка, всё же отпустив меня.

— Стюарт, — строгим тоном поправил он.

— Тогда я Катарина, — отозвалась девчонка, показав ему язык.

— Я Бернард, можно просто Берн, — назвался и я. — Хотя вы наверняка и так это знаете.

— Всем пока, — буркнула толстушка, поднимаясь со стула.

Она представляться мне не стала, как и вообще участвовать в разговоре. Зато я смог рассмотреть её фигуру в полный рост. Что ж, я не ошибся, такая жирная свинятина пригодится мне разве что в голодный год.

— О, не обращай внимания на грубость Белль, — со смешком, негромко сообщил Стюарт, перегнувшись через стол. — С ней легко подружиться. Очень близко. Купишь ей фляжку крепкой настойки, и она вся твоя на часок.

— Фу, — наморщила нос Китти. — Не будь таким гадким, Стьюи.

— Да я сам не... — покраснел парень. — Но проходил мимо её комнаты. В коридоре целая очередь стояла. А изнутри доносились определённые звуки. Так что это не просто слухи.

— А вы как бы пара? — спросил я, кивнув на них по очереди.

— Нет! — отозвались они хором.

Хм, а чего так резко отрицать-то? Особенно со стороны «братца» странно. Девчонка-то шикарная, даже на мой вкус, хоть я и не любитель малолеток. Но для неё сделал бы исключение.

— Я рада, что вы поладили, но, Стьюи, не вздумай его сегодня пивом поить! — потребовала Китти. — Берн, ты, кажется, слишком много пил в последние дни. Мы общались позавчера. И я объясняла, что больше люблю девочек. И сделаю исключение только для своего жениха. Когда он станет моим мужем. Но жалобу я не подавала, не переживай.

Я медленно кивнул. Ну, Бернард, ну тупорылая деревенщина! Убил бы идиота, не будь он уже мёртв.

— Понял, запомнил, — уверил я. — А насчёт алкоголя не волнуйся. Я определённо решил свои проблемы с ним.

— И больше не будешь пить? — удивилась она.

— Ещё как буду, много, — рассмеялся я. — Но никаких проблем не будет. Скажем так: я научился сохранять адекватность в любом состоянии. Можешь проверить, сходим в корчму вместе. Чисто по-дружески, — поднял руку я, поскольку она уже собиралась возразить. — И если ты решишь, что нам хватит и пора остановиться, мы послушаемся. Да, Стюарт?

— Да, можно, — без особого энтузиазма пожал плечами мой «братец».

— Ладно, — согласилась девушка. — Наша инициация послезавтра, так что сегодня можно покутить. Но только, пока я не скажу «Стоп!» А насчёт адекватности...

Я с сожалением оторвал взгляд от её так и притягивающего всё внимание декольте и посмотрел ей в глаза.

— Смотреть можешь, сколько угодно, — улыбнулась Китти, расправив плечи и ещё больше выпятив грудь. — Мне не жалко. Даже приятно. Но руки не распускай. И всякую ерунду не говори.

— Ты настоящий друг, — усмехнулся я. — Договорились.

— Не обижайся, братец, — перегнувшись через стол, шепнул Стюарт, — но ты всё-таки та ещё деревня.

— Никаких обид, брат, — в тон отозвался я, тоже наклонившись вперёд. — Это часть плана.

Я ещё и подмигнул, как надеялся — многозначительно. Хотя как вообще можно выразить какую-то эмоцию или интонацию подмигиванием? Но Стюарт явно проникся. Он откинулся на спинку стула, глядя на меня задумчиво и, кажется, даже с уважением. Вот по выражению лица распознавать эмоции как раз можно, но я в этом всё же не специалист. Так что, возможно, это было просто удивление.

— Бернард Фелис, в кабинет куратора группы «Альфа», — донёсся голос из громкоговорителя.

За этим последовало несколько секунд статистических помех, но приказ не повторился. Строго тут, с первого раза надо понимать.

— И чего сидишь? — поинтересовался Стюарт.

— Забыл, куда идти, — понурив голову, я изобразил покаянное признание.

— Я провожу, — предложила Китти. — Но в корчме буду следить за тобой очень внимательно.

Я в ответ только улыбнулся. Потерей памяти от пьянства я никогда не страдал, даже если упивался до отключки. Но не объяснишь же им, что на месте деревенского алкаша и бабника теперь попаданец из другого мира, с совсем другими привычками и характером. Так что придётся исправлять первое негативное впечатление, оставленное настоящим Бернардом, постепенно.

Хотя соблазн «перевоспитать» Китти относительно её лесбийских наклонностей всё же есть. Но зачем, неужели не найду другую девку, не менее привлекательную, но больше интересующуюся мужчинами? Впрочем, если случай всё же выпадет — я им воспользуюсь. Но пока полезнее будет налаживать дружеские или хотя бы приятельские связи, а не заводить любовные интрижки.

А в данный момент важнее всего выяснить, что там от меня понадобилось какому-то куратору. И при том, постараться перед ним не спалиться насчёт своей личности.

Глава 5. Встреча с куратором

— Слушай, а что это был за парень? — спросил я у Китти, когда мы шли по пустому коридору.

— Парень? — не поняла она. — Какой?

— Ну, тот... Тьфу! Да я про то существо, которое согнало меня из-за стола! — не сдержался я. — Действительно, какой из него парень...

— Рэм? Ну, он троггл, — пожала плечами Китти.

— Кого трогал? — не врубился я. — А-а...

Так, кажется, реципиент моего тела был ещё и глуховат. Или просто уши никогда в жизни не чистил.

— Горный троггл, — уточнила Китти, проигнорировав мой комментарий. — Тут ещё парочка болотных есть, они менее приметные, конечно. Предполагается, что горные трогглы обитают на западе Империи. Тогда как болотные наоборот, на востоке. Контакты с болотниками у нас давно налажены. А вот из горных Рэм, кажется, первый среди адептов. Что ты застыл?

А замер на месте я от удивления. Да она мне целую лекцию прочитала! Кажется, ботан тут не мой так называемый «братец». Даже если это всё общеизвестные вещи, всё же их ведь тоже запомнить надо.

— Много новой информации, обдумать надо, — усмехнулся я.

— Тебе это вряд ли сильно пригодится, — отмахнулась Китти. — На самом деле...

Появившаяся из-за угла и направляющаяся в нашу сторону дамочка заставила девчонку замолчать и даже отступить ко мне поближе. Хотя ничего пугающего, на мой взгляд, в той не было, скорее уж наоборот.

С виду лет немного за тридцать, длинноволосая брюнетка в чёрном. Именно полностью чёрной форме, без дурацких лампасов. Декольте показалось мне больше стандартного, но скорее это из-за размеров груди. Пожалуй, если у Китти четвёртый, то тут точно пятый. И вместо штанов короткая обтягивающая юбка.

Женщина пристально посмотрела на меня, слегка улыбнулась и коротко кивнула в знак приветствия. Я тоже ответил кивком.

— Эльвира, повелительница тьмы, — не сдержавшись, пробормотал я вслух, как только дамочка скрылась за следующим поворотом.

— Эвелина, — поправила Китти. — Вы что, знакомы?

— Не припоминаю, — медленно протянул я. — А кто она такая? И почему в юбке?

Так, я даже с именем почти угадал. Хотя на косплей её образ не тянет, и одежда совсем не похожа, да и причёска другая. И местным точно неоткуда знать образы земного кинематографа. Но таки насчёт «повелительницы тьмы» меня Китти не поправила.

— Куратор группы «Дельта», — сообщила девчонка. — А юбка — часть старой униформы из хранилищ типа «Альфа». Там до сих пор не все склады вскрыли. Вообще-то, у меня тоже такая есть...

При последних словах Китти слегка покраснела. Хм, ну да, юбчонка весьма минималистичная, а на её фигурке будет смотреться не хуже, чем на этой Эвелине.

— Типы хранилищ совпадают с маркировкой групп, что ли? — зацепился я за подмеченную деталь, чтобы не обсуждать тему мини-юбок.

— Да, это из-за значков, — отмахнулась она. — Нам их выдадут после окончательного распределения. Мы пока что числимся в «Альфе».

Хм, а сколько тут всего групп? И по сколько человек. Ну, раз есть группа «Дельта», то минимум четыре. Эх, надо было пересчитать народ в столовой по головам. Раз за столами не осталось свободных мест, то, наверное, собрались все. Но это выглядело бы тупо и странно, стоять и пересчитывать присутствующих, а я без того привлёк уже лишнее внимание. Ну, столов точно было меньше десяти, включая пару маленьких, на четверых.

— Тебе сюда, — указала Китти на дверь за следующим поворотом. — Увидимся на ужине. В следующий раз ты относишь грязные подносы.

Она хихикнула и убежала. Чёрт, мы же и правда подносы на столе бросили, их Стюарту убирать придётся. Надеюсь, «братец» на меня за это не обидится, а то только-только поладили...

Я постучал в дверь и вошёл, использовав своё кольцо вместо ключа, не дожидаясь ответа. Раз звали, значит, должны ждать. Но чёрта с два я угадал. Как говорится: это совсем не такая история.

Кабинет куратора был весьма просторным, правда, половина его скрывалась в тени и полумраке. Кажется, одна из двух световых панелей на потолке перегорела. Насчёт того, что они магические, я уже очень сильно сомневался.

В хорошо освещённой части оставался широкий деревянный стол, большое мягкое кресло за ним, для хозяина, и стульчик из металлических трубок, наверное, стыренный из столовой, для посетителей. Я не стал выпендриваться и уселся на стул.

Вот только сидеть молча и спокойно было скучно, а стучать по столу и орать, объявляя о своём присутствии — чересчур тупо и нагло. Так что я просто стал рассматривать то, что на столе лежало.

В первую очередь я с трудом подавил соблазн сожрать лежащий на фарфоровом блюдце бутерброд с сыром. Хотя я только что пообедал, а столовская бурда всё-таки оказалась сытной, но ведь безвкусной... Так что порадовать вкусовые рецепторы очень хотелось.

Рядом с блюдцем стояла самая обычная кружка с чаем. Причём чай из пакетика, только вот бумажный ярлычок был чисто белый, без указания бренда. А надпись на кружке гласила: «Любимой дочке», на английском. Средневековье тут, угу, конечно...

Ещё моё внимание привлекла пачка сигарет. Тоже без надписей, белая, я даже не сразу сообразил, что это такое. Это у них тут полная монополия производителей и экономия на краске, что ли? С лежащими рядом спичками та же история — белый коробок, за исключением боковин, об которые чиркать, конечно.

Я не выдержал и закурил, очень уж хотелось. Во времена жизни наёмником в прошлом мире мне покурить удавалось крайне редко, и, конечно, не сигареты с фильтром, а в основном трубку. Но к трубке я так и не привык, это совсем другое. Курить трубку надо сидя в мягком кресле у камина в гостиной своего поместья и попивая дорогой бренди, а уж точно не на привале во время дневного конного перехода.

— Да ты совсем обнаглел, щенок! — взъярилась зашедшая из соседней комнаты дамочка.

Хм, а с чего я взял, что куратор группы «Альфа» — мужик?

— Ну, я уже взрослый, миледи, — пожал плечами я. — Могу позволить себе пить и курить.

— Можешь, — согласилась она. — Но не в моём кабинете! И не мои сигареты!

— А вы бросайте, — посоветовал я. — Как говорил один умнейший человек: целовать курящую женщину — всё равно, что облизывать пепельницу.

А поцеловать её я бы совсем не отказался. Конечно, не такая роскошная краля, как её коллега Эльвира... Тьфу, то есть Эвелина. Но очень и очень ничего бабёнка. В светло-голубой с белыми полосками форме, без рубашки и тоже в юбочке. Лет эдак тридцати пяти, русоволосая, размер груди примерно третий...

— Это что за человек в твоей деревне такое мог сказать, Берни? — прищурилась она.

Ой, палюсь... Язык мой — враг мой. Это всё окружающая обстановка виновата, расслабила меня. Чашка с чаем, сигареты, совсем я забыл, что не в офис какого-нибудь менеджера зашёл.

И — Берни?! Ох, меня начинают бесить все формы этого имечка, кроме Берна. А мне с ним ещё жить, да жить... Ну, если не прибьют.

— Вы меня по делу вызывали, или чтоб рассказать, что так жить нельзя? — решил я продолжить наглеть, раз уж как-то ненароком начал.

Ну, не выгонят же меня отсюда. В смысле, из адептов, потому что в остальном я всё ещё ни фига не понимаю, где вообще нахожусь. А выгонят, так если не в заснеженные горы — я согласен!

— Бернард, ты кретин, — сообщила дамочка, но на этой мысли не остановилась. — Твоя мать очень просила присмотреть за тобой. И я бы это сделала, несмотря на...

— На то, что я кретин, — подсказал я, когда она запнулась.

И взял из пачки вторую сигарету, прикурив от окурка первой.

— Да. Но мне запретили брать племянника в свою группу. Тебе придётся выбрать другую, с её куратором я договорюсь о замене.

О, так это и есть моя тётушка! Чёрт, а я уж было хотел к ней подкатить. Конечно, не так топорно, как Бернард, на которого за это девки жалобы подавали. А цивилизованно и так, чтоб дама согласилась. Но, похоже, не судьба.

— И что посоветуете, тётушка?

— «Бету» или «Гамму», — пожала плечами она. — «Дельту» и «Сигму» не выбирай. Их кураторы... В общем, не выбирай.

Очень интересно. Ну, кураторшу «Дельты» я видел. И мне, вообще-то, понравилось. Любопытно, что с ней не так-то?

А почему «Сигма»? Я не очень-то помню греческий алфавит, но сигма в нём — точно не пятая буква!

— А могу я подумать? — протянул я.

— Минутку-другую. И оставь в покое мои сигареты!

— А чем плохи кураторы «Дельты» и «Сигмы»? — спросил я. — Между нами, по-родственному...

Женщина отмахнулась и прошла в тёмный угол, к тому, что я до сих пор принимал за шкаф. Но, когда она приложила к нему ладонь, шкаф слегка засветился. И с виду он больше напоминал кофейный автомат. Только вот делал не кофе.

— Дарю, — в меня полетела белая пачка сигарет, которую я поймал налету.

— Спасибо, тётушка, — усмехнулся я.

— Я тебе не тётушка! — возмутилась женщина, снова выходя на свет. — Не знаю, кто ты, но точно не Бернард. Он левша.

Я поглядел на пачку, пойманную правой рукой. Ага, теперь понятно, почему кольцо было на этой руке.

— И он не имел наглости называть меня тётушкой! И не курил. И...

— Ладно, ладно, я уже понял, — поднял левую руку ладонью вперёд я. — Спалился. Что дальше-то? Может, у вас тут не только репликаторы, но и дезинтеграторы есть?

Я кивнул на «шкаф», совсем не похожий на автомат по продаже сигарет. В его подсветке я прекрасно рассмотрел, как пачка просто материализовалась на полочке, а не выпала откуда-то сверху.

— Ты понимаешь, как работает эта штука?! — взвилась «тётушка». — Можешь объяснить?

Я пожал плечами. Ох, тяжела и неказиста судьба попаданца.

Конечно, я представляю себе, что такое репликатор и как он работает. По фантастическим книгам и фильмам. А это даже не теория, так, очень обобщённая концепция. И даже в известной мне фантастике принципы работы подобных приборов различались.

Я подошёл к аппарату и положил правую ладонь в выемку соответствующей формы.

— Бутылку пива, — приказал я.

И получил в ответ пачку сигарет. Тётушка расхохоталась.

— Ничего ты не знаешь, — сквозь смех выдавила она. — Кстати, как тебя называть-то?

— Берн, — решил я. — Буду привыкать к этому имени. Но Берни — меня бесит. А вы не собираетесь...

— Что? Выдавать тебя? И подставить наш род, лишив последнего наследника? Заткнись и сядь!

Второе я выполнил, устроившись на стуле и закурив ещё одну сигарету. А вот с первым не сложилось.

— Вы понимаете, кто я? — спросил я, поскольку удивления дамочка особо не проявила. — И как оказался в теле Бернарда?

— Побольше твоего, — отрезала она. — Твоя... То есть его мать сказала мне, что у тебя появился фамилиар. Значит, бедный глупый Бернард решил провести ритуал Призыва. И призвал не только кота...

— Вообще-то, Бернард в процессе умер, — поведал я. — От ножа в сердце такое случается. Он был совсем вот прямо настолько идиот?

— Кто-то его обманул, — покачала головой «тётушка». — Вероятно, целитель, который должен был страховать. Возможно, просто испугался...

Ага, так испугался, что ушёл не через дверь, а в окно смежной комнаты. Нет, думаю, это была намеренная подстава с целью убить деревенщину. Но кое-что пошло не так. И появился я.

— То есть, вы собираетесь мне помогать... миледи? — уточнил я. — И принять как родного?

— Почему бы и нет? — пожала плечами она. — Ты не первый такой в нашей истории, не думай. И всяко получше этого тупого деревенщины. Если будешь вести себя правильно.

Значит, попаданцы в чужие тела у них тут и раньше случались. И, видимо, их даже не сжигали на кострах. Впрочем, тут явно не такой уровень цивилизации, это уже понятно. Осталось понять — какой же на самом деле? И ещё много чего понять. Но, авось «тётушка» мне кое-чего сейчас подскажет.

Глава 6. Не слишком родственные связи

— Итак, тётушка... — протянул я.

— Леди Ингрид, называй меня по имени, — перебила она. — Я и вообще Бернарду не совсем родня...

— Вот как, — я многозначительно заухмылялся. — Не родня?

— Не кровная, — уточнила женщина. — Я была замужем за братом твоей... его матери.

— Можете не разделять нас с Бернардом без необходимости, чтобы не заморачиваться, — разрешил я. — Были замужем, значит...

— Теперь вдова, — кивнула она. — Детей нет. Законные дети твоей матери тоже мертвы. Остался только бастард.

— На весь род Кота? — уточнил я.

— Нет, конечно, — отмахнулась леди Ингрид. — В род входит множество семейств. Ну, наш не самый большой. Семей десять, пожалуй. Но конкретно эта ветвь почти вымерла. Так что ты нужен, кем бы ни был.

Я затушил окурок в пепельнице, поднялся со стула и шагнул к ней.

— У меня вопрос. Почему многие женщины здесь не носят рубашки под куртками? При таких-то вырезах.

— Рубашки не входят в униформу и изнашиваются гораздо быстрее... Что ты делаешь? Что ты себе позволяешь, мальчишка?

А позволял я себе расстёгивать крючки на её форменной куртке. Раз уж они с Бернардом не кровные родственники, ничто не мешает нам закрепить уговор таким вот образом.

— Мальчишка? — ухмыльнулся я. — А вот сейчас не путайте меня с Бернардом, леди. Мне почти сорок. И мне больше по вкусу зрелые женщины вроде тебя, Ингрид, чем эти соплячки-адептки. Хотя некоторые ничего так...

— Постой, минутку, — отстранилась она.

И быстро принялась убирать вещи со стола, перекладывая в кресло.

— Это вообще раритет от Предков! — продемонстрировала она мне чашку. — Не вздумай разбить!

Судя по тону, и ясно услышанной мной заглавной букве, под Предками она имела в виду явно не своих родителей, несмотря на надпись на чашке насчёт любимой дочери. Хм, а она вообще понимает, что там написано? Надо будет спросить, но потом.

Вот за что люблю взрослых женщин, они сразу понимают, чего от них хотят. И если согласны, то сами делают всё, чтобы упростить процесс. Вот и Ингрид сама освободила стол, как ближайшую подходящую поверхность. И расстегнула юбчонку, упавшую к её ногам. Потому что поняла — я-то без понятия, где там застёжки.

Только вот я не спешил заваливать её на столешницу. А сперва надавил на плечи, заставляя встать на колени. И она прекрасно поняла, что от неё требуется. Как же я рад, что здесь всё-таки не средневековье, и бабы в курсе, что ртом можно не только говорить всякую ерунду...

* * *

Я стоял перед репликатором, положив правую руку на выемку в форме ладони. И пытался научиться им управлять.

— Раз-два-три, проверка. Сброс параметров. Перезагрузка. Ребут. Ресет. Рут-доступ. Безопасный режим.

На каждый приказ репликатор исправно выдавал мне новую пачку сигарет. И да, мат я тоже уже попробовал. Голосовое управление тут явно не канало. А кнопки вообще в принципе отсутствовали как класс.

— Эта штука никогда ничего другого не выдавала за всю достоверную историю, — протянула развалившаяся в кресле Ингрид.

— А если корпус развинтить и в железе покопаться? — без особой надежды предложил я.

Увы, я не инженер, не электронщик и даже не электрик. Так что толку от моих умений из родного мира тут в любом случае никакого. Ну, с компьютерами работал, конечно. На пользовательском уровне. Максимум — операционную систему переустанавливал. Чего там уметь-то, просто жмёшь «Далее», «Далее», «Готово».

— А ты видишь на корпусе болты? И вообще, оно взрывается при попытках влезть внутрь, — сообщила «тётушка».

Хотя в качестве родственницы я теперь мог её воспринимать разве что в насмешливо-ироничном смысле. Благо, кровной роднёй моему новому телу она и не являлась.

— Ну, это же не единственный репликатор у вас? — уточнил я. — И все производят только сигареты?

— Все производят разное. Но только что-то одно. Они заблокированы на последней команде. Таково мнение экспертов.

Я кивнул. Что ж, я не могу себя назвать экспертом, но, скорее всего, пришёл бы к схожему выводу. Только они не заблокированы. Просто у нас нет прав доступа на изменение команды.

— А хоть один производит что-то полезное? — спросил я.

— Думаешь, сигареты бесполезны? — вскинула брови Ингрид, для наглядности закурив.

Ну да, тут я спорить не буду. В первой жизни я был заядлым курильщиком. Ох, как я мучился в средневековье от нехватки табака вообще и отсутствия нормальных сигарет в частности...

Я подвинул три десятка реплицированных сигаретных пачек на край стола и уселся на освободившееся место, тоже закурив.

— То есть, ничего из предметов первой необходимости репликаторы всё же не производят, — резюмировал я. — А форма откуда?

— Гигантские склады на нижних этажах, — махнула рукой Ингрид. — И не только в этом Форте. Там этой униформы просто тонны. И она почти не изнашивается. Даже сама чинится и очищается. Не проверял?

— Не имею привычки резать на себе одежду, — фыркнул я. — Хотя насчёт чистоты заметил. Можно мне получить где-то сменную рубаху, а?

— Пойди и купи, — пожала плечами женщина. — Денег дам. Ты же не воспримешь это...

— Как плату за великолепный секс? — заржал я, уловив её заминку. — Да даже если так, мне вообще плевать. В прошлой жизни мне доплачивали дополнительную серебрушку за каждого убитого врага. Для меня жизнь человека стоила одну монету! Так что эту свою аристократическую честь можешь себе засунуть...

— Хватит! — перебила она. — Ты кое-что мне уже везде засунул. Я поняла, ты не Бернард, не юнец и вообще... Вот, держи.

Она выдвинула ящик стола, достала оттуда и бросила на столешницу несколько серебряных монет, а ещё перстень с совой.

— Кольцо моего прежнего рода, — сообщила она. — Отдашь своему ординарцу, чтоб мог сам двери открывать. Но пусть никому не показывает. И потом когда-нибудь вернёшь. Их количество ограничено, а делать новые мы уже не умеем.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я, а потом наклонился и поцеловал её.

Не застёгнутый китель на женщине распахнулся, но я воздержался от того, чтобы снова начать её лапать. Всё-таки нам сейчас нужнее продолжить деловой разговор. Хотя кое-что мы уже успели обсудить, но этого явно недостаточно.

— Рассказывай всё, с самого начала, — попросил я. — Начни с того, что такое Форты.

Итак, судя по рассказу Ингрид, мы сейчас находились в «Форте номер двести тринадцать», нынче более известным под названием «Драконий Клык». Попасть сюда можно было только с помощью неких «кругов перемещения», которые я решил считать телепортационными устройствами. Так что никто даже толком не знал, в какой именно части Империи мы находимся.

Та же проблема наблюдалась относительно большинства Имперских поселений. Если в вашем распоряжении есть способ мгновенного перемещения, то чёрта с два вы будете знать, в какую часть света перенеслись. Так что карты оставляли желать лучшего, показывая только обжитые территории, именуемые в народе «Зелёными Зонами».

Ну, некоторые зоны почти пересекались, так что между ними передвигались и обычным путём — на своих двоих, на лошадях, на телегах... В этом мире имелись обыкновенные около средневековые города и деревни, выстроенные из дерева и камня. С полями вокруг, на которых работали крестьяне. Там растили пшеницу, которую потом мололи в муку, пасли коров, доили их, а из молока делали сыр... В общем, именно оттуда появился бутерброд на столе Ингрид.

Разумеется, помимо Зелёных имелись и другие Зоны. Жёлтые, путешествуя по которым люди заболевали, но потом некоторые выздоравливали. И Красные, достаточно длительное пребывание в которых наверняка означало смерть. Я не был уверен, действует там радиоактивное заражение, какие-то яды, а может и магия, хотя последний вариант казался наименее вероятным. А ещё имелись некие Чёрные и Тёмные Зоны — я так и не понял, разные это вещи или одно и то же.

Но основная и наиболее активная жизнь сосредоточилась в сотнях Фортов. Укрытые в труднодоступных местах гигантские базы с огромными Хранилищами. Здесь можно было выживать, совершенно не завися от внешнего мира. Правда, одеваться пришлось бы в униформу, а жрать сублимированную бурду.

— Вот уж не знаю, почему Предки не сделали запасы нижнего белья на складах, — смеялась Ингрид, припоминая мои панталоны. — У нас такое не носят, сходи к портному на нижнем жилом этаже.

Мне было чертовски интересно, как же живут люди в обычных деревнях «Зелёных Зон» и чем их жизнь отличается от быта обитателей Фортов, но я решил сразу не нагружать себя избытком не самой нужной информации. Потом переспрошу. Хотя не факт, что Ингрид хорошо знает жизнь в деревнях.

В первую очередь меня интересовал конкретно «Драконий Клык». И это действительно оказалась своеобразная военно-магическая академия, как я в какой-то момент предполагал.

— А инициация — это часть наследия Предков? — уточнил я.

— Нет, — отмахнулась Ингрид. — Инициация появилась вместе с нашими Родами или Домами, в разных местах используют разные названия. Это дар Основателей, патриархов наших Родов.

В этот момент я чуть было не начал биться головой об стол. Мало было неких Предков, обладателей явно очень сильно развитых высоких технологий, вплоть до пресловутых репликаторов, так тут ещё некие Основатели, создатели всякой магической фигни...

— Признайся, у вас попаданцы из других миров обычно заканчивают тем, что на портянках вешаются, да? — с тяжёлым вздохом спросил я.

— Об этом тебе лучше спросить Эвелину, она их встречала больше. Или Хлою, куратора группы «Сигма». Но если серьёзно, то лучше избегай контактов с ними.

Я кивнул, не став ничего уточнять. Пока. И так голова скоро лопнет. А мне ещё убийцу Бернарда искать. Ладно, не совсем убийцу. Кажется, кинжал в грудь этот придурок воткнул себе самостоятельно. Но некто, владеющий Сигилом Исцеления, должен был потом ему рану залечить. А сначала вообще рассказал тупому деревенщине о возможности таким образом призвать себе фамилиара. Но в итоге свалил через окно.

Кстати, обладание фамилиаром вовсе не было доступно всем и каждому. Даже у Ингрид не имелось воплощённого духа совы. Так что я крут, и если приду на ужин в столовую с кошаком на плече, то все девки-первокурсницы сразу мои будут.

Да, адепт первого ранга фактически являлся первокурсником. А всего рангов было пять. Добро пожаловать снова в институт, мать его... Только тут на экзаменах придётся махать мечом и шарахать магией, а не теоремы и уравнения решать.

— Грёбаная магическая академия, — проворчал я. — Я слишком стар для этого дерьма.

— Выбери группу, а потом пройди инициацию, — напомнила Ингрид. — В среднем, один из адептов во время инициации погибает. Возможно, это будешь ты...

Вот спасибо за поддержку. Только что хорошенько удовлетворённая мною молодая вдовушка могла бы быть и понежнее. А не предрекать мне мучительную смерть на днях от какой-то магической фигни.

— Ладно, — вздохнул я. — Я адекватный взрослый человек, который не ищет лишних приключений на свою жопу. Так что мы пойдём скучным путём. Я не стану выбирать группы со странными кураторами, хоть ты и не объяснила, в чём их странности. Пусть это будет группа «Бета». А можно туда ещё перевести Китти и Стюарта?

— Можно, — чуть подумав, согласилась Ингрид. — Но ты мне будешь за это должен. И у группы «Бета» инициация завтра.

— Должен подвиг во славу рода? Или... — уточнил я, глянув на вновь загромождённый стол.

— Или, — подтвердила женщина. — А вообще, у меня в соседней комнате есть диванчик.

Ну, с этого вообще-то и надо было начинать. Чего мы тогда на жёстком и слишком высоком столе возились?

— Только учти, я не собираюсь хранить тебе верность, — предупредил я, подхватывая её на руки прямо из кресла. — У нас не такие отношения.

— И не надо. Только заходи иногда, — мурлыкнула она, обвивая руками мою шею.

Да уж определённо зайду. Я выяснил далеко не всё, даже не десятую часть необходимой информации. Ну и запас сигарет пополнить потом тоже понадобится.

Глава 7. Недолгое уединение

Идти к портному я всё-таки поленился, так что отправил за новой рубашкой и нормальными труселями ординарца. Всё равно один я ни черта не найду, так что пацана пришлось бы брать с собой. И какой там от меня толк будет? Разве что в качестве манекена, чтоб портной мог определить размер. Но это мальчишка и на словах объяснит.

Заодно отдал пацану грязную рубашку в стирку. И выяснил, что куртку вполне неплохо можно и на голое тело носить, подкладка достаточно мягкая. Только вот слегка прохладно, но может это просто у меня ставни на окне недостаточно плотные.

Конечно, мне было любопытно, как живут в Форте простолюдины, но успею ещё сходить и выяснить, не горит. Пока есть более важные задачи. Ну, не прямо сей момент, конечно.

Так что я просто валялся на кровати, теперь на свежем постельном белье, и пытался общаться со своим фамилиаром.

— Сначала пройди инициацию, — посоветовал кошак. — Будет много энергии. Для разговоров достаточно.

Дальше он отвечал мне в основном фырканьем и мявами, но меня это не останавливало.

— Слушай, ты же поди знаешь, кто подговорил Бернарда самоубиться?

Фырк.

— Его память ты получил частично и эти воспоминания не сохранились?

Мявк.

— А от меня ты какую часть памяти получил?

Недовольное махание хвостом.

Такая вот содержательная беседа получалась...

— Как же мне всё-таки тебя назвать, а? — задумался я.

Не знаю, принято ли в этом мире вообще давать фамилиарам клички. Я пока ни одного даже не видел. Ну, у первокурсников их и нет, насколько я понимаю. Может, правда стоит взять кошака с собой в столовую, чтобы произвести на всех впечатление? Или нафиг оно мне надо? Может, вовсе не ходить на ужин, а нормально пожрать в корчме...

Как я понял, отдельных зданий внутри Форта не было. Так что корчма располагалась в какой-то из комнат на нижних этажах. А продукты туда, видимо, телепортами доставляют... Или всё же какой-то большой зал превратили в подобие фермы?

В общем-то, я мог бы хоть сейчас найти ближайший «круг перемещения», и отправиться, куда пожелаю. Только вот нигде меня не будут встречать с распростёртыми объятьями. Да и адреса я не знаю, разве что другой Форт с выбранным наугад номером назвать могу. А как обозначаются поселения в «Зелёных Зонах»?

Но пока что у меня нет причин отсюда убегать. Даже возможная смерть на инициации, с вероятностью один к пятидесяти, не особо пугает. Я всё же выяснил у Ингрид, что адептов на курсе полсотни. Точнее — в данный момент пятьдесят один, но один наверняка умрёт на инициации. И останется ровно по десятку человек на группу.

Правда, к пятому курсу их количество может сократиться раза в два. Потому что, хоть тут все аристократы, но пришли не груши околачивать, а обучаться и тренироваться. Магии и владению оружием в первую очередь. И не только на дружеских спаррингах, но и в рейдах. То ли в Тёмные, то ли в Чёрные Зоны, это я чуток прослушал. Но это уже со второго курса обычно, на первом посылать в реальный бой не должны.

Впрочем, боя я не боялся. Даже если сражаться придётся не с людьми, а с какими-нибудь мутантами. Главное, чтоб перед этим нормальный меч выдали. Ну и в магии дали чуток попрактиковаться. Хотя и без неё обойдусь. Убивать врагов мечом я за четыре года научился достаточно недурно. А то, что в итоге помер — так от стрел-то уворачиваться не научился, тут уж извините.

— Итак, что мы имеем, — продолжил размышлять я вслух.

Хотя кошак ведь и мысли мои слышит. Но их ему проще игнорировать. А на озвученные рассуждения всё же периодически реагирует.

— Это какой-то постапокалиптический мир далёкого будущего, но с магией. Когда-то Предки владели высокими технологиями, но потом что-то где-то навернулось... Возможно, ядерная война случилась. Или не ядерная, тип оружия не суть важен. Уцелевшие люди скатились почти к средневековью, но открыли магию.

Мявк. Фырк. Значит, я прав, но не во всём. Или кошак сам не знает, вряд ли такая информация была в памяти деревенщины Бернарда. Ладно, детали не так уж важны.

— В общем, теперь тут всем заправляют магические кланы аристократов. При этом они используют наследие Предков, насколько могут и умеют. А умеют плоховато. Ну, запасы со складов грабить получается...

Кот не реагировал, а я призадумался.

— Вопрос: на кой чёрт людям, у которых есть репликаторы, набивать склады запасами униформы и прочим барахлом? Не логично. Разве что они ожидали, что всё скоро сломается... Хотя репликаторы всё ещё работают, только не перенастраиваются.

Впрочем, униформа не протухнет. Кажется, она вообще ещё и самовосстанавливающаяся. А у нас, в моём мире, на военных складах даже запасы тушёнки по сорок лет хранят, а потом списывают, как протухшую — ну, если ушлые прапорщики её раньше не распродадут. Да и много чего другого на армейских складах и в запасниках хранится. А здешняя форма тоже вполне за военную прокатит.

— Армейские запасы на всякий случай? — всё же высказал я предположение вслух.

Кот не отреагировал. Не знает. Ну и чёрт с ним.

Я приоткрыл окно, достал из кармана сигареты и закурил. Благо спички у Ингрид тоже прихватил. Хотя их производит какой-то другой репликатор, так что придётся теперь «тётушке» выпрашивать новый коробок у коллеги. Ну, на сигареты сменяет, чай же тоже как-то добывает себе.

Эх, ещё бы пивка. Неужели тут нет репликатора, производящего баночное или бутылочное пиво? Я бы его прямо на своём горбу до своей комнаты дотащил. А что, он не намного больше советского холодильника, который я когда-то в одну харю выкидывал из родительской квартиры. Если, конечно, репликатор вообще в стену не вмонтирован, что тоже вполне себе вариант, я в полумраке не рассмотрел.

Впрочем, пивко найдётся в корчме. Свежее, натуральное, а не реплицированное. Скорей бы уже вечер. Хотя сегодня пить много нельзя, завтра ведь на инициацию. И Стьюи с Китти тоже, из-за меня нас всех в другую группу переведут. Надо будет их предупредить.

Эх, не была бы Китти «по девочкам», я бы, может, вообще на ней женился. Было бы как минимум забавно: Китти из рода Кота. Китти Фелис. А Фелис — это у нас...

— Кот на латыни, — подсказал фамилиар. — Ты это знал.

Угу, значит, инфа из моей памяти. Ну, мало ли что я когда-то в жизни где-то прочёл, всего не упомнишь. Но, видимо, где-то в недрах разума сохранилось. Латынь, значит. И греческий алфавит. И английская надпись на кружке. Итак, в этом мире точно были те же языки, что в моём.

Фелис... Кот... О, вспомнил!

— Эй, пушистая жопа, а не хочешь стать котом Феликсом? Феликс Фелис? А? Как?

Фырк. Потом задумчивый мяв. Ещё один мяв. И ещё — уже настойчивый. Понравилось!

Как же я забыл про такого старого мультяшного персонажа? Правда, мультяшный Феликс — чёрный кот, а у меня белый. Ну да ладно, всё равно тут никто, кроме меня и самого фамилиара, не в курсе, откуда я это имя взял.

— А мог бы и на Леопольда согласится, — укорил я кошака. — Хотя ты то ещё хамло, а не любитель жить дружно...

Согласный мявк. Вот засранец. Спасибо, что только в фигуральном смысле.

Кстати, возвращаясь к вопросу о женитьбе. «Маменька» ведь говорила, что уже кого-то мне сосватала. Какую-то леди Джейнифер из клана Змей. Морозных, что ли? Забыл.

Ну, если она будет такой красоткой, как Китти, то почему бы и нет. А вот если похожа на Белль — то увольте. Увы, в этом мире далеко не каждая девчонка — фигуристая красотка. Плоскодонок и толстушек тоже хватает.

Интересно, Ингрид вообще расскажет «маменьке», что я вовсе не Бернард? Или ей тоже будет плевать?

В дверь коротко стукнули и тут же открыли, не дожидаясь приглашения войти. Я было подумал, что вернулся мой ординарец, но как-то слишком быстро. Разве что он телепортировался прямиком в лавку портного, а потом и к прачкам. Ну или наоборот, что было бы логичнее. Только ещё и портной должен успеть подогнать рубаху под размер.

— Берни, почему ты ко мне не зашёл? — проворковал девичий голосок с капризными нотками. — Я так ждала, ждала...

Я приподнялся на кровати и уселся, разглядывая очередную нежданную гостью. И задумчиво хмыкнул, поскольку это была первая девушка не в униформе, которую я в этом мире видел. Даже «маменька» носила форму, хотя, как я понял, она не служит в Форте. А вот эта вырядилась в халат или скорее даже кимоно, на что намекали украшающие его узоры с изображением переплетающихся хвостами лис.

Видимо, девица из рода Лис? И цвет волос подходящий, янтарно-рыжий. Или просто совпадение? Я даже не знаю, есть ли тут род Лис.

— Я был немного занят, миледи, — отозвался я. — Куратор вызывала, меня переводят в другую группу, а инициацию перенесли на завтра.

Может, это всё было избыточной информацией, но отделываться короткими фразами всегда выглядит подозрительно. И раз уж она назвала меня Берни, наверное, между нами достаточно близкие отношения, чтобы поделиться мелкими проблемами.

— Миледи, — рассмеялась она, закрывая за собой дверь и запирая на задвижку. — Но мне нравится эта внезапная куртуазность, Берни.

Она распахнула халат, под которым ничего не было. Ну, в смысле одежды, так-то там было всё, что надо, и неплохих размеров. Хм, неужели мужлан Бернард всё же сумел тут кого-то склеить своими топорными методами?

Эх, а мне и кувырканий с Ингрид на сегодня уже более чем хватило. Правда, тело молодое, справится и ещё разок. Но вот энтузиазма как-то уже особо нет. Хотя девица хороша, да и не малолетка-первокурсница, лет двадцать пять или около того.

Кот издал недовольное мявканье. И девица сразу остановилась, даже запахнув халатик.

— О, Берни, ты призвал фамилиара, — изумилась она, мило округлив ротик. — Когда?

— Да ночью, — с нарочитой небрежностью отозвался я. — Воспользовался парочкой дельных советов.

Моя надежда на то, что советы могла давать эта самая дивчина, не оправдались. Её удивление оказалось не наигранным. Впрочем, будь она свидетельницей и виновницей смерти Бернарда, вряд ли пришла бы теперь к нему в одном халатике.

— Какие советы? — с жадным интересом спросила она, усаживаясь на край кровати. — У меня-то фамилиар есть, но он появился почти случайно, я сама не знаю, как. А вот у моих младшеньких никак не выходит. Делись советами, Берни.

Я тяжело вздохнул. Вот уж на такие вопросы я точно не был готов отвечать. Вместо этого потянулся к девушке и попытался снова распахнуть её кимоно, исключительно с целью отвлечь внимание.

— Не сейчас, Берни, — шлёпнула она меня по руке. — Сначала расскажи мне всё. А потом мы вместе расслабимся и развлечёмся.

Кот злорадно мяукнул. Эх, надо было тебя, гада, всё же Мурзиком назвать.

Зазывно улыбаясь, девица достала из кармана большую синюю таблетку и разломила на две половинки. Что-то я сомневаюсь, что это витаминка. Да и «Виагра» навряд ли. Расслабимся, значит? Ну-ну. Интересно, эта дрянь со складов или из репликатора?

— Если не сейчас, то, значит, никогда, — отрезал я. — Мы с тобой не настолько хорошо знакомы, рыжуля, чтобы я выдавал секреты. Ты могла бы меня уговорить... Но уже что-то расхотелось. Так что прощай.

Я жестом указал ей на дверь. Ещё не хватало с местной нарко-барыгой связываться.

Красивую мордашку тут же исказила гримаса злости и презрения.

— Как ты смеешь, деревенщина?! — брызгая слюной, завопила девица. — Никто не смеет так говорить с леди Эмбер Вульпес!

А-а, так это та самая леди Эмбер... Кажется, мой приятель-собутыльник в зелёной униформе заблуждался насчёт того, что Бернард виделся с ней всего разок.

Я лениво поднялся с кровати, шагнул к девке и схватил её за горло. Крепко, но не сжимая слишком сильно. Её глаза округлились от удивления, а дыхание участилось.

— Я тебя сюда не звал и ничего тебе не должен, — напомнил я. — Так что проваливай по-хорошему.

— Нет, — хрипло выдохнула она, сбрасывая с плеч халат и пытаясь податься поближе ко мне, чему мешала моя вытянутая рука на её горле. — Ты, деревенский мужлан... Возьми меня грубо!

Тьфу ты, истеричка озабоченная какая-то. Выкинуть её голышом в коридор, что ли? Но ведь хороша, стерва.

Я развернулся и толкнул её на кровать, где девка немедленно разлеглась в призывной позе, раскинув руки и разведя ноги. И начал расстёгивать ремень штанов.

Но в этот момент раздался очень настойчивый, даже наглый стук в дверь. Вот свинство...

Глава 8. Знакомства с другими кураторами

— Пошли вон, я никого не жду! — проорал я.

— Открывай, мерзавец! — откликнулся незнакомый мужской голос. — Я знаю, моя жена здесь!

Эмбер при этих словах подскочила с кровати, мигом завернулась в кимоно и принялась панически озираться. М-да, вот ещё встречи с ревнивым мужем любовницы мне и не хватало, счастье-то какое привалило.

— Можешь вылезти в окно, — с усмешкой предложил я.

В принципе, такой трюк определённо возможен. И кто-то проделывал его не далее, как сегодня утром.

— С ума сошёл, — зашипела она. — Спрячь меня в комнате пажа.

А толку-то? Дверь туда любой аристократ открыть сможет. В том числе она сама, между прочим. Нет, прятками тут ничего не решить.

Я откинул щеколду и слегка приоткрыл дверь, блокируя её дальнейшее раскрытие ногой.

— Ты кто такой? Чего надо? — неприветливо спросил я.

— Лорд Гарольд Вульпес, — отозвался хмурый здоровенный мужик лет под пятьдесят в синей униформе. — Куратор группы «Бета». Я знаю, что моя жена у тебя, бастард.

Я чуть не заржал в голос. Но вовсе не потому, что мне было весело. Хотя пятидесятилетний рогоносец, бегающий за изменяющей ему молодой женой — забавно. А вот то, что он куратор группы, в которую я перевёлся — очень фигово. Нужно было выбирать группу «Гамма», но кто ж знал. Может, ещё не поздно вернуться к «тётушке» и попросить о переводе?

— У меня, — не стал отрицать я. — Я как раз говорил ей, что между нами ничего не может быть.

— Полуголый, — презрительно фыркнул мужик.

— Моя рубашка в стирке, а ординарец побежал купить запасную, — пожал плечами я. — А жену можете забирать.

Я раскрыл перед ним дверь и отошёл в сторону. Лорд Гарри вломился внутрь, как бешеный бык, хотя он вроде бы из рода Лисов. И застыл, уставившись на свою жёнушку, кутающуюся в халатик.

Я выглянул в коридор и удручённо вздохнул. На шум уже собрались любопытные, выглянувшие из своих комнат. Эх, а ведь можно было бы прирезать этого мужика и выкинуть труп в окно. Какое было бы простое и удобное решение проблемы.

— Объяснись! — рявкнул лорд на свою жену.

— А давайте вы дома поругаетесь, — предложил я. — Без меня.

— С тобой мы ещё разберёмся, щенок! — прикрикнул Гарри, сверкнув на меня глазами.

Ухватив Эмбер за плечо, он потащил её прочь из комнаты.

— За волосы её схвати и на кулак намотай, — посоветовал я. — И так тащи до своих покоев. Уверен, потом вам станет не до ссор.

— Что?!

— Её такое заводит, — пояснил свою мысль я.

Вроде говорил негромко, но из коридора донеслись смешки. У кого-то тут слишком хороший слух, наверное, им по ушам давно не били. Ладно, всё равно ведь не отмазаться, будто между нами с Эмбер ничего не было. С Бернардом у неё точно уже что-то было. Да и сейчас она явно не на чай зашла.

А совет я ведь дал дельный. Только Гарри, скорее всего, примет его за оскорбление.

— Я не шучу! — сообщил я, высунувшись в коридор.

Гарри оглянулся на меня, зло скривившись. И всё-таки не прислушался к совету.

Интересно, как многое зависит от куратора и его отношения? Может, всё-таки придётся прирезать дурака в тёмном закоулке. Хотя вряд ли это получится так уж легко, он же наверняка владеет магией.

— Бестолочь, — уже привычно сообщил мне кот.

— О, конечно, будто я во всём этом виноват, — скривился я, захлопнув дверь. — Сейчас к Ингрид схожу и попрошусь в группу «Гамма», вдруг ещё не поздно.

* * *

И я действительно отправился к «тётушке». Хотя прошло несколько часов, может, она ещё не успела договориться о моём переводе. Но тут меня ждал большой облом — дверь кабинета попросту оказалась заперта, моё кольцо не сработало. Может, она внутри и на задвижку закрылась? Интересно, зачем, даже в момент нашего уединения она этим не озаботилась. Наверное, тут в принципе не принято вламываться в кабинет куратора, не дожидаясь приглашения.

Я постучал, подёргал за ручку, постучал ещё, опять попробовал отпереть дверь кольцом. Толку ноль. Ну, может, она ненадолго отошла и ещё вернётся. Или к ней в личную комнату сходить — знать бы ещё, где она находится.

Как назло, коридор был совершенно пуст. Мне пришлось проторчать под дверью минут десять или пятнадцать прежде, чем появился хоть кто-то. Этим кем-то оказался мужик средних лет в оранжевой униформе с капюшоном.

Наличие здесь цветовой дифференциации в одежде я уже понял. А вот в значении цветов пока не разобрался. Ну, ясно, что в чёрном с красными лампасами ходят кадеты-адепты, в зелёном — стражники, а в голубом — кураторы. Хотя вон Эльвира... Тьфу, то есть Эвелина рассекала в чёрном, причём без лампасов. Ну, может, у неё сегодня выходной. А вот кого-то в оранжевом я видел впервые. Понадеявшись, что он не какая-нибудь местная большая шишка, я его окликнул.

— Эй, мужик!

Ноль реакции, он на меня даже не обернулся. Глухой, что ли? Или правда шишка, которому по статусу не положено на всяких бастардов внимание обращать. Но всё же ничего плохого я не делаю, в крайнем случае, буду косить на то, что я деревенщина необразованная и правил не знаю. Так что я заступил мужику дорогу, выставив перед собой руку.

— Эй, я к тебе обращаюсь, приятель. Не знаешь, куда куратор группы «Альфа» ушла?

Мужик остановился только когда упёрся грудью мне в ладонь. Но дальше не попёр. Теперь он всё-таки удостоил меня взгляда. После чего свернул направо и попытался обойти.

— Не понял... — протянул я.

На язык так и просились фразы наподобие «Ты чё такой дерзкий?» или «Тормозни-ка, братишка, базар есть». И почему вот такая пакость вечно намертво застревает в башке и норовит прорваться при любом подходящем случае? Ведь сам-то я гопником никогда не был, в их кругах не вращался, да и вообще к моему сознательному возрасту такой образ «чёткого пацанчика» стал скорее комическим, чем реальным. Быдланы, конечно, никуда не делись, но базарить стали в основном по-другому. Подобные «чётко конкретные» фразочки остались больше на уровне дворового юмора и говорились по приколу. Хотя парочку кадров, которые так разговаривали на полном серьёзе, я всё-таки в жизни встречал. Только я не стал их долго слушать, а сразу по мордасам бил и валил «с раёна».

Я шагнул в сторону, снова заступая мужику дорогу.

— Ты ответить можешь? Хотя бы попросить отвалить, я пойму.

Он молча свернул влево, возвращаясь на предыдущую позицию.

Так, либо он совсем охреневший борзый фраер, что маловероятно, либо тут какая-то ситуёвина, которую я не понимаю. Вдруг он обет молчания дал? Или мало ли какие ещё причины могут быть у местных магов для странного поведения.

Я ещё раз перекрыл ему дорогу, но решил, что на этом всё. Если снова молча свернёт, то пусть себе валит. Нужных ответов я от него точно не добьюсь, а влезать в драку из-за оскорбления чести и достоинства путём игнорирования — я даже в здешнем табеле о рангах бастард с деревенским воспитанием, какие честь и достоинство, к такой-то матери?

— Да отстань ты от Бедного Йорика, парень, — прозвучал за моей спиной насмешливый женский голос.

О, вот и кто-то говорящий появился! Лучше у неё про «тётушку» Ингрид спрошу. На кой мне этот Йорик.

— Почему Йорик-то? — поинтересовался я, обернувшись к девушке.

Неужели в этом мире всё ещё читают Шекспира? В случайное совпадение я не поверю.

Заговорившая со мной девушка выглядела необычно. Лет двадцати пяти-тридцати, в белой куртке мужского покроя, то бишь, без декольте, с зелёными коротко стрижеными волосами и здоровенным мечом за спиной.

Я тут пока никого с явно крашеными волосами не видел. Если другие девушки и красятся, это не так очевидно. В белом тоже никого не встречал, так что на всякий случай отвесил вежливый полупоклон. Подобного оружия я тоже ни у кого не видел. Ни в одной из трёх жизней. Разве что в аниме. Лезвие шириной в две ладони выпирает у неё на уровне колена чуть ли не на полметра сторону, перегораживая половину коридора. Да и над плечом здоровенная рукоять торчит. И как меч вообще крепится? Никакой перевязи не видать. Да этот меч, возможно, длиннее её роста, сама-то девчонка полтора метра с кепкой в прыжке!

А вот декольте ей точно совершенно ни к чему, выбор покроя куртки всецело одобряю. На такой доске глубокий вырез смотрелся бы исключительно смешно и нелепо.

— Ты не поймёшь, адепт, — отмахнулась она. — Это из одной древней легенды моего мира. Сдёрни с него капюшон.

Последняя фраза была сказана таким приказным тоном, что я сперва сделал, а уже потом подумал об остальном.

Древняя легенда её мира? То, что она тоже попаданка — это понятно. Но вот так обозвать Шекспировского «Гамлета»? Тут что, книг совсем нет? Или она лично меня считает тупой деревенщиной, который только про устные предания в курсе?

Йорик не обратил внимания на то, что с него сдёрнули капюшон, и продолжил шагать вперёд. Тем самым позволив мне полюбоваться на его затылок. С которого некогда мечом, а может и топором, была стёсана вся плоть вместе с волосами. И в дыре проглядывала металлическая пластина, судя по всему, являющаяся задней частью его черепа.

— Это что такое? — очень сдержанно удивился я.

Какого труда мне стоило выразиться так, а не заорать насчёт хренова Терминатора!

— Дроид-техник, — пояснила девица. — Андроид. Бот. Называй как угодно. Хотя ты ж ни слова не понял, адепт. Главное, не мешай ему заниматься его делом.

Я прикусил язык, чтобы ничего не ляпнуть. Всё я прекрасно понял, милочка. Я такой же попаданец. Только вот, в отличие от тебя, палить этот факт на каждом шагу пока что совсем не желаю.

Ну, тут есть андроиды, окей. Даже логично, я ещё удивлялся, как это техника в Форте работает чёрт знает сколько лет без обслуживания. Если у этих роботов, замаскированных псевдоплотью, нет задачи убить Джона Коннора, а что важнее — меня, то плевать. В принципе, на Джона Коннора тоже плевать, в случае чего, это его проблемы будут, а не мои.

— А вы кто, миледи? — задал я вопрос уже ей в спину.

И с такого ракурса рассмотрел, как крепится её меч. Правильный ответ — никак. Он будто прилип серединой лезвия к куртке у неё на спине. Никаких видимых креплений.

— Леди Хлоя, куратор группы «Сигма», — представилась она. Остановилась и оглянулась через плечо. — А хочешь, возьму тебя в свою группу?

Я честно задумался. Гарри из рода Лис меня теперь точно люто ненавидит. А с другой попаданкой мы могли бы найти общий язык. Но Ингрид предупреждала не ходить к ней в группу, даже когда уже узнала, что я сам попаданец. Да и странная девка, с какой стороны ни глянь...

— А мне такой меч дадут? — спросил я.

— Нет, — фыркнула Хлоя. — Это моя уникальная фишка. Духовный клинок. И вообще-то, я мастер шести стихий. Единственный... как минимум в этом Форте.

— Это великое достижение, миледи, — кивая, как китайский болванчик, пробормотал я.

Ух, какой я молодец! Опять подобрал нейтральную формулировку, вместо того, чтобы ляпнуть: «Ну, это очень круто, чё».

Хм, а сколько вообще стихий получает большинство? Ну, как минимум две, судя по мимолётному упоминанию моей «матушки». Возможно, и три — норма. Но шесть — наверняка много. А всего-то их сколько вообще? Дайте кто-нибудь почитать мануал! Или хоть инструктаж нормальный мне устройте! Надо было с Ингрид больше разговаривать и меньше по столу и дивану её валять...

— А вы не знаете, где леди Ингрид, куратор «Альфы»? — спросил я.

— Вообще без понятия, — пожала плечами девчонка. — Ну, ты насчёт вступления в мою группу подумай. После инициации решишь. Я тренирую жёстко, но качественно.

Она махнула мне рукой на прощание и зашагала дальше по своим делам.

— А сколько народу в вашей группе выживает к пятому рангу?! — крикнул я ей вслед.

— Двое, иногда трое, — не оборачиваясь, откликнулась она. — Но бывает, что никто.

Я промолчал, не став сообщать, где я видал такое счастье. Задумался о другом — сколько курсов она выпустила? Если уже набралась статистика. Да пусть даже всего три — в которых выжили двое, трое и никто. Это уже пятнадцать лет. А с виду она не старше тридцати. С пятнадцати куратором стала? Сразу после попадания в этот мир?

Нет, гораздо вероятнее, что она просто выглядит моложе своих лет. На самом деле, я ж тут никого о возрасте вовсе не спрашивал. Может, тут люди живут в разы дольше, чем в нашем мире. И всем вокруг уже за сотню. Ну, адептам-то вряд ли, они ведут себя как молодёжь. А вот возраст кураторов теперь под большим вопросом.

Или это особенность только одной попаданки? Которая уже получила неплохую должность и почти уникальные возможности. Хм, кажется, я снова не главный герой в истории. Но в прошлый раз я был явно простым статистом, рядовым наёмником, теперь уже намечается некоторый прогресс. Но оно мне вообще надо?

— Эй, Вселенная, — тихонько пробормотал я. — Я уже не буду спрашивать: «За что?» Я спрошу: «Да какого вообще хрена, а?»

Глава 9. Почти тихий ужин

На ужин в столовую я отправился уже в чистой рубашке и нормальных труселях типа «боксеры». Жуткие панталоны с рюшечками я приказал Мэту утилизировать, выбросить или пустить на половую тряпку, если кот-фамилиар всё-таки решит нагадить или наблевать на пол. Униформу я оставил старую, хотя ординарец притащил мне сменный второй комплект. Да и сам он разжился формой, только красного цвета с чёрными лампасами.

В этот момент моя логика задалась вопросом: а зачем на военных складах форма детского размера? Впрочем, какие-нибудь кадетские школы ведь тоже могли существовать. Но всё же на тему хранилищ и их содержимого мне нужно бы узнать побольше.

— Эй, сюда! — помахала мне рукой вскочившая со своего места Китти.

Рядом с ней сидел и мой «братец» Стьюи. А устроились они на этот раз за большим столом на восьмерых, но не тем, за которым сидел троггл Рэм на своей деревянной колоде.

Я пересчитал столы. Три на восемь мест, три на шесть и два на четверых. В итоге ровно пятьдесят. И «запасной» пятьдесят первый адепт дежурит на раздаче еды. После инициации, видимо, за столами будет оставаться одно свободное место. Ну, если «тётушка» не пошутила и не запугивала меня насчёт почти обязательной смерти хотя бы одного адепта во время инициации.

Столы всё ещё оставались по большей части пустыми. Ну, на этот раз я не тупил, не понимая, по ком зазвонил колокол, а сразу ломанулся в столовую. Так что оказался в числе первых. Надеюсь, нашу маленькую компашку не погонят из-за большого стола. А то ведь на типовые стулья «бронирование» не распространяется, так что наглецам придётся бить в рожи. Не то, чтоб я по этому поводу переживал, но вряд ли тут одобряются драки в столовой между адептами. Впрочем, что мне сделают? Отчислят?

Я уселся напротив своих новых приятелей, пристально разглядывая ужин на своём подносе. От обеда он на вид ничем не отличался.

— А нормальной еды тут вообще не дают? — вздохнул я.

— Нормальная еда в корчме, за свой счёт, — хмыкнул Стюарт. — На ужин многие вообще не приходят, сразу в корчму идут.

— И мы сходим, но после ужина, — решил я. — Чтоб на жратву не тратиться, только на пиво.

Стюарт хмыкнул, а Китти закатила глаза, но смолчала. А я налёг на еду. Пусть безвкусно, но вроде достаточно питательно. По крайней мере, с обеда я сильно оголодать не успел.

— Это моё место, — прозвучал чей-то голос за моей спиной.

Послышались смешки присутствующих.

Ну, вот и началось... Кажется, то, что я на обеде уступил трогглу его законное место, всё-таки приняли за слабость. Или просто решили превратить ситуацию в дежурный прикол. Мальчишки...

Но кого-то побить всё-таки придётся, чтоб остальным неповадно было.

— А ну отвалил от моего жениха, бараний выкормыш, — прозвучало женское низкое контральто с хрипотцой.

Я обернулся, ожидая увидеть роскошную красотку с выдающейся фигурой, массивной грудью вставшую на мою защиту.

— За что, Вселенная, — шёпотом простонал я, при виде пары плечистых рослых фигур.

Чуть присмотревшись, понял, что та фигура, которая повыше и пошире в плечах, всё же женская. Но скорее из породы трогглов. Или бодибилдерша, способная посрамить старину «Железного Арни».

Стоящий за моей спиной паренёк нервно икнул. Хотя комплекцией он был покрупнее меня, уверен, я бы с ним вполне справился. Ну, может быть, не в честном боксёрском поединке на ринге по правилам маркиза Куинсберри, но в грязной уличной драке без ограничений — наверняка. Три удара. Возможно, четвёртый, финальный, локтем по затылку, если после третьего он всё же не лёг бы.

— Да я пошутить хотел, — проблеял парень.

Я обратил внимание, что на среднем пальце левой руки у него перстень с головой барана. Значит, моя «невестушка» его даже не оскорбила, а просто прошлась насчёт его рода — возможно, не слишком знатного?

— За неудачную шутку штраф, — сообщил я. — В размере твоего ужина.

Ну, у меня молодой растущий организм теперь! И я собираюсь хорошенько набухаться после ужина. Так что надо пожрать поплотнее, чтоб быстро не развезло.

Он кивнул, поставил поднос на стол и свалил. А девушка протянула мне руку для пожатия, по-мужски.

— Леди Джейнифер из рода Ледяных Змей, — представилась она. — Для тебя просто Джейн, женишок.

Теперь от смешка не удержался Стюарт. Ну, «братец», я тебе припомню.

Я принял её руку, но всё же повернул тыльной стороной ладони вверх и поцеловал.

— Благодарю за помощь, дорогая невеста, — произнёс я. — Хотя я бы справился сам, но всегда приятно, когда будущая супруга готова подставить крепкое плечо в трудной ситуации.

Она удивлённо заморгала. А глаза красивые, большие, с длиннющими ресницами. Вот фигурой не вышла, конечно... Но глазища — отпад. Жаль, что в супружеской жизни глаза — последнее, что имеет значение. А остальное даже хиджабом не скрыть, разве что плащ-палаткой.

— Ты издеваешься? — хмуро поинтересовалась она.

— Ничуть, — пожал плечами я. — Присаживайся.

Я даже встал, отодвинул для неё стул, а потом подвинул обратно. Надеюсь, правильно всё сделал, я такие действия разве что в кино видел.

— Ты ещё скажи, что влюбился с первого взгляда, — хмыкнула Джейн.

Я чуть не подавился вторым блюдом, но быстро его дожрал, запил компотом и отодвинул от себя опустевший поднос. Придвинув взамен новый, отжатый у парня из рода Барана.

— Знаешь, Джейн, я предлагаю обсудить наши вкусы и сексуальные предпочтения как-нибудь потом, наедине, — вздохнул я. — Всё же наш грядущий брак оговорён нашими родителями как династический, без нашего согласия и желания. Так что нам стоит обговорить всё между собой. Но без лишних ушей.

— А мне интересно! — пискнула Китти.

Хотел я ей ответить, что, мол, интересно кошка дрищет, было у моей бабки такое присловье. Но решил, что неправильно поймёт. Или наоборот — слишком правильно. О любопытстве, которое губит кошек, тоже говорить не стал. Хоть у неё и такая сокращённая форма имени, но из рода Кота тут как раз я.

— Возможно, мы тебя потом посвятим в наши договорённости, крошка, — улыбнулась Джейн, окинув Китти пристальным взглядом, задержав его в декольте.

Я усмехнулся. Интересный поворот. Кажется, мы впрямь договоримся к обоюдному согласию.

Китти ойкнула и покраснела.

— Давайте уже доедать и двинем в корчму, — предложил я. — Кажется, у нас намечается беседа, более уместная под пиво, чем под компот.

— Меня в это не впутывайте, — сразу открестился Стюарт.

А жаль. Вот бы выдать Китти за него. Пожалуй, я бы уговорил «братца» на регулярные свинг-пати, в которых он будет только зрителем. Хотя он вовсе не такой забитый ботан, каким выглядит, возможно, лучше найти другого кандидата.

— А чего ты перстень на правой руке носишь? — всё же не удержался я от давно интересовавшего меня вопроса, заодно меняя тему.

— Так я левша, — удивился он. — Как все в нашей семье, в отца. А ты разве нет.

— Наверное, в мать уродился, — покачал головой я.

Чёрт, палюсь. Ведь Бернард тоже был левшой и носил перстень на правой руке. Кто-то мог и запомнить.

— Я с вами в корчму сегодня не пойду, — с сожалением вздохнула Джейн. — Родители здесь, нужно с ними провести вечер перед инициацией. Обсудим всё чуть позже, женишок.

Она подмигнула сначала мне, а потом Китти, заставив ту снова зардеться.

Навернув ужин в прямо-таки ударном темпе, она быстро ушла. Да уж, для такой туши этой жратвы на один зуб. Комбикормом её откармливали, что ли?

— Говорят, что род Ледяных Змей когда-то породнился с горными трогглами, — протянул Стюарт, похоже, думавший о том же, о чём и я.

— Это невозможно! — возмутилась Китти. — Глупые слухи. Давно доказано, что мы с трогглами принадлежим к разным видам.

Я только хмыкнул. Доказано, значит. Интересно, кем? Местным аналогом британских учёных?

На данный момент я был практически уверен, что этот мир — некий вариант постапокалиптического будущего Земли. Возможно, даже это и есть мой родной мир, но спустя чёртову уйму лет. Ну или всё же параллельная реальность, где время течёт быстрее. В любом случае, другим видам разумных существ тут взяться неоткуда. Так что трогглы скорее результат закрепившейся в поколениях мутации. Но их предки некогда были людьми. Впрочем, я плоховато помню теорию эволюции, чтобы с уверенностью утверждать насчёт возможности скрещивания между мутировавшим видом и его прародителем.

Но Джейн вполне тянула как минимум на промежуточное звено между людьми и трогглами. Очень надеюсь, что она действительно предпочитает девочек, как мне показалось, так что мне не придётся выполнять с ней супружеский долг. Впрочем, я могу выпить много... С другой стороны, после такого количества алкоголя меня придётся уже тащить.

— Стюарт, а тебе невесту родители ещё не подобрали? — поинтересовался я.

— Пока нет, — усмехнулся «братец». — Хоть я и третий сын, но всё же законный наследник, в отличие от некоторых.

Я в ответ на эту грубоватую подначку только пожал плечами и кивнул. Мол, сам знаю, кто я, не обижаюсь.

— Ну вот. А поскольку наш отец нынче является Императором-Драконом...

Он многозначительно замолчал. А я с трудом удержался от того, чтобы не выпучить глаза. Но, кажется, у меня это не совсем получилось — непроизвольные реакции трудно контролировать.

Кем-кем является наш папаша?! Как это лорд рода Вепрей вдруг стал Императором-Драконом? Да какого ж хрена тут у них творится? Чёрт ногу сломит.

— Ну, не совсем наследник, — поправился Стюарт, неверно поняв мою реакцию. — Конечно, титул Императора не наследуется. А следующим главой рода Вепрей уже стал мой старший брат. Но мы со средним братом пока следующие в линии наследования после него. Ну, пока он не завёл детей.

— Так почему тебя пока не женят-то? — искренне не понял я.

— Ну, вдруг я всё же стану наследником рода, — развёл руками Стюарт. — Мало ли... Средний брат ещё адепт и может погибнуть. А старший может так и не зачать наследников. А супругу надо подбирать подходящего статуса и не промахнуться. Понял, младший?

— Младший? — переспросил я.

— Ну, — кивнул он. — На три месяца, но всё же. Пока матушка вынашивала меня, папаша развлекался с твоей мамашей.

— Ты всё-таки немного выбирай выражения, братец, — покачал головой я. — Я не обидчивый, но мы тут не наедине. А за оскорбление придётся тебе всё-таки в лоб дать. Возможно, табуреткой...

— С меня пиво, брат, не хотел задеть, — поднял руки Стьюи. — Думаю, нам всё-таки стоит держаться друг друга. Так будет проще.

— Кстати, — вспомнил я. — Меня переводят в группу «Бета» и я попросил вас перекинуть тоже. Надеюсь, никто не против?

— Спасибо, что не в «Гамму», — засмеялась Китти.

Хм, а «Гамма»-то им чем не угодила? Ну ладно там «Дельта» и «Сигма» со странными кураторами... Кстати, куратора «Гаммы» я как раз до сих пор и не видал.

— Отлично, лорд Гарольд лучший наставник, — кивнул Стюарт. — И у него есть определённые бонусы для своих адептов.

Я хмыкнул и не стал рассказывать о том, что Гарольд уже меня ненавидит. Надеюсь, он не станет распространять эти чувства на моего «братца» и Китти. Впрочем, раз папаша Стюарта Император, то, думаю, лорд Гарри зассыт на него наезжать.

Только вот какого хрена всё же Вепрь вдруг стал Императором-Драконом? Но ведь и «матушка» что-то такое упоминала, только я тогда не понял, о чём она. Ну, ладно, разберусь со временем. Вряд ли это на меня повлияет напрямую.

— Кстати, инициация у нас теперь завтра, — «обрадовал» я. — Так что напиваться в стельку не выйдет. Но слегка развлечься можно. Идём в корчму?

В ответ я получил два уверенных кивка. Что ж, отлично. Сейчас узнаем, чем тут кормят и поят не за счёт «заведения». Надеюсь, пиво тут всё же натуральное, а не разбодяженное из порошка со складов Форта.

Глава 10. Поход в корчму

Я пожалел о второй порции бурды на ужин — да чего таить, о первой, в общем-то, тоже — сразу, как на стол перед нами поставили миску с кусками жареного мяса. Самый что ни на есть натуральный шашлык, пусть даже жаренный не на костре. Что тут у них на кухне, очаг, печь? Не, в печи шашлык не пожарить. Надо будет потом заглянуть и глянуть, как тут всё устроено.

Эх, к нему бы ещё кетчупа и маринованного лучка. Ну и лепёшку, хотя сойдёт и хлеб. Впрочем, без хлеба больше влезет.

Кувшин пива и три кружки нам тоже принесли. Кувшин глиняный, а кружки деревянные. Миска тоже из дерева. Явно не наследие Предков, а местный современный самодел. Как и столы с табуретками в корчме. Вот здесь действительно веяло духом средневековья, если не считать светящиеся панели на потолке.

Впрочем, в средневековых трактирах не бывает барной стойки. Да и сцену для выступлений делают крайне редко. Чаще менестрель сидит просто в свободном уголке или прямо за одним из столов, просто развернувшись в другую сторону.

Хотя возвышение сцены, кажется, было частью изначального проекта помещения, ничем не отличаясь от остального пола. Который с виду был каменным, но в своей комнате, пока бегал босиком, так и не ощутил холода, да и наощупь поверхность казалась слишком гладкой. Имитация каменной кладки, а не настоящий камень.

На сцене, усевшись на табурет, какой-то паренёк пытался бренчать на гитаре. С переменным успехом, а скорее вовсе без него. Даже я могу сыграть лучше. Хм, а почему бы и нет? Но попозже, сперва надо выпить и пожрать!

— Крысятинка, поди, — сморщив носик, Китти тщательно осмотрела и обнюхала кусочек мяса. После чего всё же положила в рот.

— Конечно, — кивнул Стюарт. — Свинина в пять раз дороже будет. Но крыски не помойные, хозяйка сама разводит.

Я сперва чуть не подавился куском, который жевал. Потом подумал, что ребята надо мной просто приказываются. Взял из миски ещё один кусок, внимательно осмотрел. Как по мне, жирновато для крысы-то. Куски не крупные, но классический шашлык примерно так и режут, чтобы со всех сторон хорошенько прожарился достаточно быстро. Однако с крысы таких кусков разве что штуки три вырежешь, тут на одну миску половина стаи должно было уйти.

— А, ты же из деревни, братец, — усмехнулся Стюарт при виде моего замешательства. — У вас там, поди, крысы другие. А в Фортах они с хорошего молочного поросёнка вымахивают. И такие же жирные, если правильно откормить.

Гигантские крысы-мутанты? Надеюсь, хотя бы не радиоактивные. Или специальная геномодифицированная порода? Ничего, за годы наёмничества в другом мире доводилось несколько раз жрать и обыкновенных амбарных крыс. Не помер, даже не траванулся.

Всё же аппетит слегка поубавился. Но этот одуряющий запах жареного мяса! Этот блеск жирка... Да плевать, из кого его нарезали! В нашем мире в беляшах на вокзале тоже мясо бывает сомнительного происхождения.

— А что, свиней в Форте не выращивают? — спросил я, прожевав очередной кусок.

— Почему же, — удивилась Китти. — Весь третий этаж практически одна сплошная ферма. Ну, кроме одной сохранившейся от Предков оранжереи. А на втором засеянные поля.

Я хотел спросить, почему же тогда не подали хлеба, но как раз в этот момент подавальщица его принесла. Грубоватого помола и слегка сероватый, но не время привередничать, когда за обе щёки лопаешь шашлык из крысятины!

— Ещё что-то? — равнодушно спросила девушка, глядя куда-то мимо нас.

— Ещё кувшинчик пива, а можно и сразу два, — велел я. — Чтоб тебе туда-сюда не бегать.

Про маринованный лук спрашивать не стал. Вдруг тут ничего подобного в принципе нет. Или даже нет такого овоща вообще. Так-то при наличии ферм — точно должны быть и огороды. Но учитывая, что это другой мир, да ещё и явно случившийся тут некогда армагедец, могли и овощи мутировать или вовсе погибнуть.

Подавальщица была одета в простое серенькое платье, явно домотканое. Музыкант, да и несколько посетителей тоже не носили униформу. Я вспомнил, что и мой ординарец явился сначала в обычных рубахе и штанах — льняных, наверное, я не особый знаток тканей. Да и на мне рубаха ручного пошива.

— А на каком мы сейчас этаже? — спросил я.

— На пятом, — отозвалась Китти.

Чтобы попасть в корчму, мы воспользовались одним из «кругов перемещения». Самой телепортации я вовсе не заметил. Мы просто зашли в какой-то тупичок, Стюарт положил ладонь на выемку в стене и скомандовал «Лямбда-пять-три». А потом мы вышли из тупичка уже в другом коридоре, за поворотом которого обнаружилась корчма. Я даже сам «круг» не рассмотрел, если он вообще был на полу. Может, это вовсе просто название, а не буквально круги? Только вот теперь без помощи спутников я бы вряд ли смог вернуться обратно, координат же не знаю.

— Всё-то ты помнишь, зубрила, — усмехнулся Стюарт. — Хотя логично, в коде же пятёрка есть...

М-да, удивительно. Тощий дрищ, которому для образа ботана только очков с толстыми стёклами не хватает, на самом деле — нагловатый и даже слегка борзый тип, с агрессивными манерами. А красотка с сиськами четвёртого размера, которые выставляет всем на обозрение в глубоком декольте — стеснительная и часто краснеющая зубрилка-всезнайка.

Будь это американское молодёжное кино, сценариста, который посмел так поиграться с типажами персонажей, погнали бы ссаными тряпками. Но в жизни всё устроено посложнее, и далеко не всегда можно судить о человеке по первому внешнему впечатлению. Впрочем, и в первой, земной жизни встречались мне очень разные люди. Гениальный программист ростом под два метра, легко выжимающий штангу на сто двадцать кило. Толстяк, который весил как та самая штанга, но был завзятым ловеласом и не имел отбоя от баб любых возрастов просто за счёт харизмы и обаяния. И даже целых две отпадных красотки с роскошными фигурами, до тридцати лет остававшихся едва ли не нецелованными, а при слове «член» готовых упасть в обморок... Бывает всякое, хотя всё же на большинство людей образ и стиль жизни накладывают заметный отпечаток, по которому вполне можно судить, чем они занимаются. И, тем не менее, некоторые способны удивить.

— А наша столовая на каком этаже? — поинтересовался я.

— Восемнадцатом, — сообщила Китти. — Ты совсем инструкцию не читал?

Я пожал плечами. Бернард, может, и читал. А я вот никаких бумажек в столе не нашёл. Видимо, дали ознакомиться, а потом отобрали обратно.

Паренёк на сцене в очередной раз сфальшивил и сбился, едва не порвав струну. А гитара самая обычная, шестиструнка, с моей точки зрения — вполне современная. Последний раз, когда я в далёкой уже студенческой молодости интересовался гитарами, такая стоила в музыкальном магазине что-то около тысячи рублей. Только эта слегка потёртая от долгого использования, а в остальном — один в один. И бренчать на ней я умел чуть-чуть лучше, чем боем на трёх аккордах, самую малость. Но всяко получше, чем этот парень.

Говорят, каждый попаданец должен перепеть Высоцкого. Но местные точно не поймут тех его песен, какие я помню, совсем не та эпоха. Тут бы больше зашло что-нибудь из фолк-металла, на тему меча и магии. Но любой металл в акустическом исполнении под гитару звучит так себе, особенно для тех, кто никогда не слышал оригинальное исполнение. И вообще, красть чужие песни — плохо. Но имеется у меня и несколько своих.

— Эй, а можно я сыграю и спою? — встав из-за стола, спросил я.

— Если сломаешь инструмент, будешь расплачиваться, — смерила меня презрительным взглядом стоящая за стойкой дородная кабатчица.

— Скорее он, — кивнул я на певца, — сломает. Но если что, я компенсирую. Клянусь родом.

Тётка фыркнула, но кивнула, разрешая мне выступить. Я не стал тянуть кота за хвост, а сразу направился на сцену. Отобрал у паренька гитару, выгнал его прочь и уселся на табуретку. Подтянул колки, подстраивая струны, и заиграл, глядя на посетителей.

— Кружку отставь и уши раскрой,

Послушай песню мою.

Есть в ней злодей, но есть и герой,

О них я сейчас спою.

Спою я о тех, кто вышел на бой,

Чтоб дом защитить родной.

О тех, кто потом не вернулся домой,

Но в памяти жив людской.

С тех пор минуло четыреста лет...

А может, то было вчера?

Я в этой песне не дам вам ответ,

Ответы все сдули ветра.

Скажи мне, приятель, ходил ты с мечом

В атаку на вражеский строй?

Тогда ты поймёшь, кто здесь не при чём,

А кто настоящий герой.

Непривычные к струнам пальцы быстро заболели, а впереди было ещё больше десятка куплетов. Что ж, видимо, придётся поискать кого-нибудь с Сигилом Исцеления потом. Потому что эту песню мне обязательно надо допеть.

Я хорошо помнил зиму, когда сочинял её. В тот сезон мы потеряли больше половины отряда. В войне мелкопоместных землевладельцев отряд в три десятка мечей — большая сила. С регулярами или тем более ополченцами мы бы легко расправились. Но оказалось, что противник нанял другой отряд наёмников, «Бешеных Псов». И выяснилось, что молва их превозносила не зря. Эти собачьи сыны порвали нас, как стаю крыс.

И вот, когда остатки нашего отряда зимовали на постоялом дворе, страдая от скуки и ещё не заживших ран, я решил, что нам всем надо поднять боевой дух. И взялся сочинять песни.

Конечно, песенка вышла кривоватой, с повторяющимися рифмами и сбоями размера и ритма, но поэтом я никогда не был. А для первого раза вроде получилось совсем неплохо. Во всяком случае, мои слушатели не жаловались.

Да и вообще, а на каком языке я её сейчас пою? А на каком сочинял тогда? С этим магически вложенным в голову при попадании в другой мир знанием местного языка, никогда не можешь быть уверен, как твои слова звучат для окружающих.

Я пел и вспоминал ту дерьмовую зиму. Ещё двое умерли от ран уже после того, как услышали эту мою песню. Прижигание калёным железом — всё же хреновый способ обеззараживания ран. Это реквием вам, парни. Вам и всем остальным, кто погиб за пару монет в чужих войнах за пядь земли на никому ненужной границе.

Интересно, кто ещё погиб в той последней битве, где я принимал участие, после того, как мне в глотку прилетела стрела? Хоть кто-то уцелел? Мне этого уже не узнать. Но уверен, что уцелевшие протянут ещё год-два, максимум три, а потом в отряде будут сплошь новые лица, и никто из них не будет знать о моём существовании или помнить мои песни. Но я буду помнить тех, кто сражался со мной плечом к плечу. И Косого Вэла, который прикрыл меня щитом, а сам из-за этого получил меч в бочину. И Лысого Джира, который тащил меня на своём горбу после того, как меня ранили в бедро. И всех остальных, уже покойных и ещё живых...

— Что-то твои герои — просто дерьмо, — пьяным голосом заявил незнакомый мне парень в чёрной форме адепта.

Я отставил гитару в сторону и поднялся, разминая пальцы. Подушечки нескольких даже кровоточили, стёртые о струны. Тыльной стороной ладони я стёр выкатившуюся из уголка глаза одинокую слезинку.

Да заткнись ты, пацан. Не понять тебе того боевого братства и боли от потери товарищей, с которыми ещё вчера вместе пил и смеялся, а сегодня оставляешь их тела на поле боя на поживу воронью. Потому что война — жестокая стерва. Но если ты умеешь только махать мечом, то приходится крутить с ней шуры-муры.

— Эй, деревня, язык проглотил? — продолжил трепаться тот же парень.

О, так он думает, будто я с ним поругаться должен? Зацепиться языками и поорать друг на друга? Как говорится: надежды юношей питают.

Я шагнул со сцены, наступил на свободный табурет рядом, используя его как ступеньку, взобрался на стол. И врезал пяткой в нос болтуну. Он перевернулся вместе со стулом и грохнулся спиной об пол. А я спрыгнул со стола, приземлившись ногами ему на грудь. Услышав хруст рёбер, удовлетворённо улыбнулся.

— Берн, хватит, стой! — закричала Китти, кинувшись ко мне. — Ты же его убьёшь!

— Не, — отмахнулся я, покачиваясь с пятки на носок и обратно и прислушиваясь к похрустыванию смещающихся сломанных костей. — Хотел бы — уже убил бы. — Спустившись на пол, обернулся к его собутыльникам: — К целителю оттащите придурка, а то правда сдохнет ещё.

Парни сидели с настолько ошалевшими рожами, что их вид вызвал у меня непроизвольный смешок. М-да, тоже мне, бойцы. Ни один даже не попытался помочь приятелю или отомстить за него, отделав меня хорошенько. А ведь их двое против меня одного. Но, кажется, они ожидали всего лишь пьяной ссоры, может, постепенно переходящей в драку. А не такой быстрой и жёсткой отдачи. Обгадили панталоны, детишки?

Никто! Не смеет! Критиковать! Мой реквием! Боевым товарищам!

Видимо, что-то такое отразилось на моём лице, поскольку парни закивали, подхватили своего приятеля за руки и ноги, и потащили прочь. Молодцы, детишки. Против двоих сразу я не стал бы церемониться, а бил наповал.

— Всё, хватит, Берн, ты сегодня больше не пьёшь, — потребовала Китти, ухватив меня за руку и потянув к выходу. — Ты обещал...

— Согласен, — кивнул я. — Всё равно мне с утра на инициацию.

— ...что остановишься, когда я... — До Китти дошло, что я сказал, и она от неожиданности даже остановилась. — Согласен? Ну ладно. Пойдём тогда?

— Стьюи, ты идёшь? — позвал я «братца», подхватывая со стола полный кувшин и миску с недоеденным шашлыком. Обернулся к кабатчице: — Завтра верну посуду или компенсирую, если что.

«Братец» поднялся и забрал второй кувшин.

— Да, вернём, — подтвердил он мои слова.

— Бернард, я отзову жалобу! — крикнула женщина нам в спины. — И можете разбить кувшины! Если придёшь спеть ещё, то пей, сколько влезет!

Ну, хоть кто-то оценил мои таланты. Интересно, чем ей-то в сердце эта песня отозвалась?

— Непременно приду, — пообещал я, обернувшись через плечо.

Глава 11. Утро добрым не бывает

Ещё не открывая глаз, я почувствовал, что к моему боку прижимается что-то тёплое. И вроде бы пушистое. Хм, неужели наглый кошак сподобился покинуть своё место на столе и перебрался ночью ко мне в кровать? Только что-то он крупноватым кажется.

— Бестолочь.

Ага, знаю. Я поднял веки и огляделся. К моему боку прижимался вовсе не Феликс, а пара женских выпуклостей. Увы, но упрятанные под китель. А по моей груди рассыпались длинные светлые волосы.

— Китти, подъём, — скомандовал я, чуть отстраняя от себя девушку.

Ну, почти угадал. Тоже в некотором роде кошечка.

— Только меня не спрашивай, что между вами вчера было, — язвительным тоном указал Феликс.

Ха, не дождёшься, пушистая жопа! Я же уже говорил, что не страдаю потерей памяти от пьянства. Или это я не ему говорил? Да, неважно. Важно то, что я прошлый вечер уже отлично вспомнил.

А если бы и забыл, по виду всё понятно. Я без рубашки и куртки, но в штанах. Китти вообще в кителе, даже не расстёгнутом. Не было ничего. Пожалуй, к сожалению, хотя вчера я и так был полностью удовлетворён. Просто из корчмы мы пошли допивать пиво и доедать шашлык ко мне в комнату. Вдвоём, Стюарт решил сразу уйти к себе.

Я, конечно, сделал Китти пару ненавязчивых намёков. Но она в ответ сделала вид, будто не поняла. А может, вправду не поняла, всё же намекал я тонко.

Вот как именно мы договорились до того, что она осталась спать в моей постели, я помнил смутно. Слово за слово... А девчонка была куда пьянее меня, выпили-то мы одинаково.

— Берн... — удивилась она, сонно оглядываясь и проверяя, застёгнуты ли все крючки на куртке. — Хм... Спасибо, что не лапал.

— Я бы сказал: «Не за что», — усмехнулся я. — Но у тебя как раз очень даже есть за что полапать. Так что, просто пожалуйста. Но в другой раз не обещаю такой выдержки.

Она что-то буркнула. Мне послышалось «Я тоже», но уверенности не было. А переспрашивать я всё-таки не стал. Всё равно ведь не признается.

— Нам скоро на инициацию, — напомнила она, пальцами расчёсывая волосы перед облупившимся зеркалом. — Но в душ сбегать ещё успеем. Чур, я первая.

— А может, вместе? Ну, для экономии времени, — без особой надежды предложил я.

— Не выдумывай, — отмахнулась она. — Или... Ты забыл, где душ? А вообще, был там хоть раз?

Я понюхал свою подмышку, хмыкнул и пожал плечами. Я-то точно не был. И насчёт Бернарда — как-то не очень уверен.

— Ладно, пошли, провожу, — потянула она меня за руку. — И пойдёшь первый. Только недолго!

Я не успел одеться, а Китти отнеслась к этому спокойно. Я решил, что идти, наверное, недалеко. Ну, или она спросонья не сообразила. Да и ладно, что тут кто-то полуголого мужика не видел? В случае чего, скошу на деревенское воспитание.

Дошли мы только до ближайшего угла. Там Китти приложила ладонь к выемке в стене, после чего открылась неприметная дверь. Небольшое помещение за ней показалось мне похожим на кабину старинного лифта, с решётчатой дверью, закрывающейся вручную. Только тут решётчатыми были ещё пол и потолок, а вот стены — самыми обычными, имитирующими камень. Или всё же каменными?

— Ну, заходи, — подтолкнула меня в спину Китти.

Дверь за мной закрылась.

— Замуровали, демоны, — пробормотал я.

Оглядевшись, нашёл на стене ещё одну выемку под ладонь. Сверху мне на голову тут же обрушился целый водопад, сразу же утекающий через решётку в полу. Хм, наверное, эту душевую можно и в качестве туалета использовать...

Расстегнув ширинку, я немедленно воплотил эту идею в жизнь. Правда, стоило убрать руку со стены, как вода перестала течь. Так себе система, одной рукой нормально не помоешься. Да и ни мыла, ни мочалки тут нет, надо было с собой приносить. Впрочем, чтобы освежиться — сойдёт.

С той стороны, где раньше была дверь, тоже нашлась выемка под ладонь. Интересно, а снаружи можно открыть дверь, когда кто-то есть внутри? Нет, я лично не собирался сейчас подглядывать за моющейся Китти, но сам принцип...

Впрочем, стучаться и просить меня выпустить я не стал, открыл сам. Китти скептически оглядела мокрого меня и стекающую со штанов на пол воду.

— Мог бы и раздеться сначала, — вздохнула она.

— Заодно и постирался, — пожал плечами я. — А тут только для гигиенических процедур? Или всякий мусор через решётку тоже выбрасывать можно?

— Точно не читал инструкцию, — покачала головой Китти. — Ох, Берн... Всё можно. Ты как тут вообще три дня прожил?

Не дожидаясь ответа, она шагнула в душевую. Я не стал мяться возле двери, пока она закончит купание, а отправился к себе в комнату. Если ей надо будет, сама вернётся. Но, скорее всего, к себе пойдёт. Вряд ли девушку устроит прихорашивание с утра в виде расчёсывания волос собственной пятернёй. Впрочем, Китти и так красотка. А вот некоторым тут стоило бы узнать, что такое косметика.

— Полуголый, босой и в мокрых штанах, — произнёс у меня за спиной чей-то голос. — Красавец, что сказать. Бурная ночка, Берн?

Я обернулся и увидел своего знакомого стражника. Ну, как знакомого... Собутыльника Бернарда. А я-то даже имени его не знаю.

— Обычная ночка, — пожал плечами я. — А ты что, опять дежуришь?

— Ну, — удивлённо кивнул парень. — Два через два работаем. Ты счёт дням потерял, Берн? Иди к себе, не нарушай общественный порядок. Я тебя не видел.

Я демонстративно потоптался на месте, потянулся, почесал подмышку. Мол, я никуда не спешу, нечего меня поторапливать. Сам пойду, когда нужно будет. Но и сильно испытывать терпение стражника не стал. Вряд ли он меня арестовывать будет, но ещё одна жалоба с занесением в личное дело мне тоже не нужна.

Правда, своего дождался. Китти выскочила из душевой, с мокрыми волосами и с ботинками в руке, но полностью одетая и застёгнутая. В сухой одежде, она-то, в отличие от меня, перед принятием водных процедур разделась.

— Ну что, вернёмся ко мне или ты пойдёшь к себе? — обратился я к ней, игнорируя присутствие стражника.

А вот она его заметила. Бросила быстрый взгляд и покраснела.

— Леди Корвус, — отвесил ей поклон парень. — Неужели вы связались с этим обалдуем?

— Тебя не спросила, псоглавец, — как разъярённая кошка зашипела Китти, подхватив свободной рукой меня под локоть. — Конечно, к тебе, Берн. Надо же проследить, чтобы ты прилично оделся на инициацию.

О, а вот и тайна псоглавцев раскрылась! Будь здесь Феликс, он бы опять прошипел в моей голове, что я балбес и бестолочь. И на этот раз был бы прав. Я же видел собачью голову на мече стражника! Надо было сразу сообразить, о чём речь. Никаких мутантов с собачьими головами, просто ещё один клан, род или как они тут ещё зовутся. Но с чего такое презрительное отношение именно к носителям знака собачьей головы?

— Да ладно, Китти, не будь такой злюкой, — небрежным тоном попросил я. — Он мой приятель.

Китти с тихим вздохом остановилась, отпустила мою руку и развернулась. При этом как будто случайно пнув меня по лодыжке. Ага, взял я и поверил в такую неуклюжесть. Спасибо, что она хоть босой ногой, а не берцем пнула.

— Прошу прощения за резкость... сэр, — слегка кивнула она стражнику.

При этом сделав заметную паузу перед «сэром». Ага, не «милорд»...

— Кажется, мы не были представлены, — продолжила она. — Леди Катарина из рода Воронов.

Ну да, точно, Корвус — это ворон. Я знал, знал... Просто забыл.

И никто бестолочью не обзывает. Переехать в коридор, что ли? Или наоборот, наглого кошака за дверь выселить?

— Тодд Канис, — отрекомендовался в ответ стражник, отвесив более глубокий полупоклон. — Я тоже приношу извинение за свои слова, миледи. Просто мы с Берном по-простому, как...

— Как бастард с бастардом, — закончила за него Китти. — Только он признанный.

Ого, а у няшной блондиночки с четвёртым размером острый и ядовитый язычок. Я прямо услышал мысленно недоговорённое ею: «А ты — нет». Интересно, аристократов специально учат так язвить собеседникам, не проговаривая хамских намёков вслух? Или это у Китти природный дар?

— А Тодд — это сокращение от Теодора? — невинно хлопая глазками, спросила Китти.

— Нет, — чуть ли не скрипнув зубами, выдавил стражник. — Это полное имя. Я же бастард. И удостоился только знака собачьей головы.

Он прикоснулся к рукояти меча, будто бы демонстрируя знак на оголовке. Но я решил, что в этом жесте была и скрытая угроза. Мол, у меня вот меч на поясе, а вы полуголые и босые стоите, не выделывайтесь.

— Ну, бывай Тодд, — помахала ему пальчиками поднятой руки Китти. — Раз ты приятель Бернарда, то ещё увидимся.

И ведь специально полную форму моего имени использовала, а не сокращённую. Вот злюка и язва...

Снова подхватив под локоть, девушка потащила меня в мою комнату.

— Вы с этим псоглавцем правда друзья? — спросила она, как только за нами закрылась дверь.

— Ну, так, приятели, — неопределённо помотал в воздухе рукой я. — Пили вместе разок или два...

— Ясно, — кивнула она. — У нас тут не очень-то принято дружить с бастардами-псоглавцами из стражи. Хотя знакомства есть почти у всех, но их обычно не афишируют.

Я молча кивнул. Мол, понял, принял, учту.

— А теперь переодевайся уже в сухое и чистое! — скомандовала Китти, усаживаясь на мою кровать и доставая из берцев портянки. Окинув их скептическим взглядом, попросила: — И одолжи мне чистые портянки.

Мне пришлось вломиться в комнату ординарца, чтобы раздобыть всё нужное. Ну, не у себя же в кресле шмотки сваливать. А там у него шкаф есть. Вообще, я подозревал, что эта комната по проекту должна была быть гардеробной, а вовсе не спальней прислуги. Но строители Форта, вероятно, вообще аристократами не были и прислуги не имели.

Сам я тоже переоделся в гардеробной. Вряд ли Китти стала бы подглядывать на мой голый зад, но зачем смущать девушку попусту. Если что-то между нами будет, то ещё насмотрится. А если нет, то на моей заднице узоров нет и цветы не растут, не самое интересное зрелище.

— Эй, парень, — обратился я к Мэту, — знаешь, где корчма? Отнеси туда пустые кувшины и миску, скажешь, что от меня. И купи мне ещё одну рубаху, с вышивкой какой-нибудь, парадную. И две пары портянок. Нет, лучше три. Монеты в столе.

О том, что пацан может меня обокрасть, я не беспокоился. В конце концов, он мог бы сделать это в любой момент, ящики стола не запираются. Разве что кошак настучал бы.

Паренёк закивал, подхватил пустую посуду и убежал.

— Да верну я тебе портянки, — вздохнула Китти. — И зачем тебе третья рубаха? Ты же не ради меня решил наряжаться?

— У меня вообще-то невеста есть, — напомнил я. — Может, ради неё.

Китти звонко рассмеялась. Но потом резко затихла и оглядела меня пристальным взглядом.

— Ты же пошутил, Берн?

— Пошутил, — кивнул я. — Моя невеста похожа на троггла. И вообще, кажется, запала на тебя, а не на меня. Я это маменьке ещё припомню...

— Моему будущему жениху вообще пока только четырнадцать, — фыркнула Китти. — Такие обломы — обычное дело в династических браках. Когда ему стукнет восемнадцать, мне будет уже двадцать три. Почти старая дева...

— Дева? — уточнил я, вскинув бровь.

Но насчёт возраста про себя отметил. Значит, Китти девятнадцать. Бернарду, скорее всего, примерно столько же. Хм, в адепты берут не с восемнадцати? Или это только Китти запоздала?

— Да, Берн, — уверенно и твёрдо кивнула девушка. — И намерена таковой оставаться до свадьбы.

Я хмыкнул и не стал говорить, что есть разные способы. При которых можно и покувыркаться в постели, и невинность сохранить. Судя по моему тесному общению с «тётушкой», здесь об этих возможностях и без меня в курсе. И Китти не настолько невинный цветочек, несмотря на кукольную мордашку, чтобы об этом не знать.

Может, у неё принципы. Может, правда «по девочкам». Хотя теперь уже подозреваю, что она так сказала, просто чтоб отвязаться от домогательств Бернарда. Ну, её дело. Захочет — сама курточку расстегнёт и штанишки снимет. Или на колени встанет. Моё дело — предоставить ей такую возможность, например, при попойке у меня в комнате. А если нет, то здесь других баб полно, начиная с моей «тётушки». Я вообще предпочитаю опытных и зрелых женщин, которые знают, чего хотят и как это получить, а не юных и невинных, которые ничего не умеют и всего боятся.

— Пойдём на инициацию, — сменила тему Китти. — А то ты опять инструктаж прослушаешь, ухватишь не тот тотем и лопнешь, как перезрелый помидор под сапогом.

Очень образно сказала... Я аж нервно сглотнул, как представил. Хотя кто-то один на инициации обычно погибает, надеюсь, это случится не сегодня. Не хотелось бы наблюдать такое зрелище.

Глава 12. Начало инициации

— Бернард, на пару слов, — пальцем поманила меня «тётушка».

Я обернулся к Китти и пожал плечами. Мол, куратор и типа-родственница зовёт, идти надо. Поскольку зал инициации был уже в прямой видимости прямо по коридору, то заблудиться потом я не опасался.

Мы с «тётушкой» отошли в сторону, свернув в узкий коридор и зайдя за угол. Ближайшая лампа в потолке горела на расстоянии нескольких метров, так что мы оставались в полумраке.

— Берн, прекрати, — почти простонала Ингрид, когда я засунул руку в вырез её куртки и стиснул грудь. — Ну, хватит. Я не за этим тебя позвала.

— Правда? — удивился я. — А я думал...

— Не тем местом думал, — отрезала женщина, отстраняя мою руку. — Это потом. Сейчас слушай. Выбирай только из тотемов четырёх основных стихий. Ни в коем случае не трогай Свет и Тьму! Дух — тем более. А про восьмой, стальной тотем вообще забудь. Понял меня?

— У меня есть вопросы, — нахмурился я. — Как это всё вообще работает?

— Сейчас будет общий инструктаж, — отмахнулась «тётушка». — В целом всё объясним. И то, что я сейчас сказала, тоже. Просто ты должен воспринять эти слова всерьёз.

— Хлоя тоже попаданка, — сообщил я, хотя не сомневался, что Ингрид это и так знает. — И владеет шестью стихиями.

— Она чокнутая и абсолютно неадекватная. А меч Духа уже был при ней, когда она пришла. Через Разлом, а не как ты.

Э-э, чего?! Какие ещё Разломы? Дайте мне уже инструкцию, а лучше полный справочник, издание исправленное и дополненное!

— Ох, голова болит, — пожаловался я, потирая лоб. — Вот прямо будто ты мне гвоздь в башку вбила. Я тут всего второй день! И время ещё даже не обеденное. Можно немного фильтровать информацию на полезную и избыточную?

— Наплюй и разотри, — отмахнулась Ингрид. — Просто не трогай Стихии второго порядка. Только основные. Огонь, Вода, Земля, Воздух.

— Вот это можно было и не уточнять, не тупой, — проворчал я.

Ну, послушаем, что там ещё на официальном инструктаже скажут. Не то, чтоб я не доверял «тётушке», но и привычки верить всем и каждому на слово за мной давно не водится.

Я вернулся в главный коридор, прошёл в зал инициации и протолкался через ряды остальных адептов к Китти. Она расположилась в первом ряду, у металлических поручней. Чуть правее располагалась лестница, ведущая вниз, туда, где, собственно, и будет происходить инициация.

Круглое почти пустое пространство, в котором расположено девять широких столбиков высотой примерно с метр каждый. Один в центре, а восемь складывались в лучи звезды наподобие «розы ветров». Четыре поближе, а четыре подальше от центра. Прочерченные между ними в полу канавки обрисовывали отчётливо видимый сверху узор восьмиконечной звезды. Хотя сами канавки, наверное, носили чисто декоративный характер.

Даже отсюда я видел, что центральный столб явно шире и выше, похожий на металлический ящик. А вот восемь остальных, кажется, были сделаны из камня. Или нет, только семь. Дальний от меня столбик на длинном луче звезды блестел сталью.

— А что за коробка в центре? — негромко спросил я у Китти.

— Да это Сейф, — удивлённо глянула на меня она.

Я многозначительно хмыкнул, явно услышав в её словах Заглавную Букву.

— Берн, тебе правда надо завязывать пить, — быстро зашептала Китти. — После инициации приложишь ладонь к Сейфу, получишь дары от Форта. Можно и без инициации, но тогда награда будет маленькой. Понял?

Я кивнул, хотя на самом деле ни шиша не понял. Ладно, разберёмся на практике.

Наши будущие кураторы собрались на балконе второго этажа, опоясывающего зал. Оттуда лестниц вниз не было, так что, очевидно, как-то страховать нас во время инициации они не собираются.

Вперёд выступила незнакомая мне сухонькая старушка, положив на балюстраду левую руку. Присмотревшись, я понял, что правой руки у неё нет вовсе, даже рукав голубой куртки отрезан начисто.

— Адепты! — заговорила она, и голос разнёсся по всему залу, хотя никакого микрофона не было. Акустика тут такая хорошая или это магия? — Если кто ещё не знает, я куратор группы «Гамма», леди Стефания. Сегодня некоторые из вас пройдут инициацию в Круге Стихий и, возможно, попадут в мою группу. Я буду отдавать предпочтение тем, кто не станет жадничать и гнаться за могуществом. Тем, кто выберет только одну Стихию. Я считаю, что гораздо лучше в совершенстве овладеть чем-то одним, чем распылять силы, пытаясь объять необъятное. Мне в группе не нужны те, кто рвётся в герои. Помните, что герои умирают.

Вот теперь понятно, почему Китти радовалась, что я нас в «Гамму» не записал. Насколько я пока слышал, все говорили о владении двумя Стихиями как о норме.

— Вы потеряли руку при инициации второй Стихией?! — проорал чей-то голос из толпы адептов.

— Нет, юноша, — поджала тонкие губы старушонка. — Это случилось в Тёмной Зоне. Я владею всеми четырьмя основными Стихиями, поэтому всегда была на переднем фронте. И я смогу обучить вас отлично владеть любой из четырёх Стихий. Или двумя. Не больше! Тех, кто возьмёт больше двух, я в группу не приму!

— Спасибо, леди Стефания, — выступила вперёд моя «тётушка», отстраняя старушку от балюстрады. — Я леди Ингрид, куратор группы «Альфа». Я не стану так строго ограничивать вас в выборе. Но предупреждаю, не пытайтесь овладеть Стихией Духа. А тем более противоположной ей. За последние восемьсот лет, со времён... — тут она запнулась и замолчала. — В общем, в новейшей истории никто, попытавшийся инициироваться Стихией Технологий, не выжил. Как вы видите по названию, это даже не совсем Стихия. Зачем Основатели создали подобные тотемы нынче неизвестно. Эта Стихия даёт частичный контроль над механизмами Фортов. Но это всегда заканчивалось плохо.

— Всего-то разочек, — фыркнула Китти.

Я посмотрел на неё с любопытством и слегка толкнул в плечо. Мол, рассказывай давай.

— Ну, последний Истинный Император-Дракон владел этой Стихией, — зашептала девушка. — А потом он отправился на своём фамилиаре разрушать Форты. И уничтожил три. Правда, на третьем погиб сам. Считается, что он спятил. Но...

— Тишина в зале! — оглушительно рявкнул лорд Гарольд. — Захлопните рты, детишки, и слушайте старших! Лично я не приму в группу «Бета» никого, меньше чем с тремя Стихиями! Слабаки мне не нужны! Сидели бы тогда дома, у мамочкиных юбок!

— А я, — выступила вперёд Хлоя, — буду брать адептов только при наличии у них Стихий второго порядка. Свет или Дух. С Тьмой — вон к ней.

Она ткнула пальцем в сторону Эльвиры... Тьфу, Эвелины. Никак мне эта ассоциация с Повелительницей Тьмы из старого фильма покоя не даёт.

— Можно и без Тьмы, мне всё равно, — равнодушно сообщила Эвелина. — Просто таких я в рейды брать не стану. Среди вас точно не наберётся десяток инициированных Тьмой, а на группы всё равно раскидают поровну.

Хлоя обернулась, чтобы что-то ей сказать. Судя по выражению лица, не особо лестное и приятное. Но в этот момент «тётушка» Ингрид хлопнула в ладоши, и голоса кураторов перестали разноситься по всему залу. Значит, это она тут за магический микрофон работала... Стихия Воздуха?

— Итак, последний инструктаж, — заговорила Ингрид. Её-то голос продолжал доноситься до всех. — Насчёт Стихий второго порядка я вас предупредила. Но если чувствуете склонность, то дерзайте. Не спешите, выбирайте аккуратно. Почувствуйте, принимает ли вас Стихия. Подержите ладонь над каждым тотемом подольше. Если чувствуете отклик, то инициируйтесь. Порядок не имеет значения. Можете все тотемы хоть по пять раз обойти и проверить, прежде чем выбрать.

— Товарищи вам потом сами начистят рожи в тёмном коридоре, — проорал лорд Гарольд, не пользуясь магическими ухищрениями. — Ночевать тут мы не будем, но обед точно пропустим!

— Не спешите, — спокойно повторила Ингрид. — Инициация будет длиться несколько дней. Те, кто не готов сегодня, могут уйти и отправиться на обед.

Так говорит, будто заранее не распределено, кто в какой день проходит инициацию. Впрочем, группы тоже распределили, «тётушке» ведь запретили брать меня в «Альфу». А кстати, кто вообще запретил? Вполне очевидно, что кураторы в Форте вовсе не главные. Но кто тогда?

Никого не выкликали по именам, остальные адепты то ли уже знали очерёдность, то ли просто кто ближе к лестнице, тот и первый.

Вниз спустился незнакомый мне парень. Широкоплечий и русоволосый, морду лица я не разглядел. Он подошёл к «внутреннему кругу» тотемов, обошёл их, держа ладонь над каждым. Приложил руку к одному, потом второму. Никаких спецэффектов от этого не случилось. Потом он перешёл к внешнему кругу, Стихиям второго порядка. К стальному столбику даже приближаться не стал, а вот над тремя остальными ладонь подержал, но не положил. Вернулся к внутреннему кругу. Поводил рукой над двумя столбиками, которые ещё не трогал, но потом пожал плечами и отступил.

— Хочу в группу «Гамма»! — громко объявил он.

Старушка медленно кивнула и указала пальцем на Сейф. Парень подошёл и приложил к нему руку. Верхняя панель стальной коробки раздвинулась, открывая небольшой проём. Паренёк что-то оттуда вытащил, спрятал под камзол и направился к лестнице с противоположной стороны зала. Там не было смотровой площадки, а сразу начинался коридор.

И это всё? Вся инициация? Никакой зрелищности. Хотя чего я ожидал? Вспышек пламени? Ну, допустим, от Стихии Огня. А с Воздухом что? Ветер поднимется? А Земля?

Вниз уже спускался следующий адепт.

— А мы когда пойдём? — спросил я у Китти. — И где Стьюи?

— Да где-то тут был, видела мельком, — отозвалась она. — Ну, пошли к лестнице потихоньку. Ты уже выбрал Стихии?

— Так ведь надо почувствовать... что-то там, — пробормотал я.

Вообще, до прихода в зал даже не думал на эту тему. Ждал инструктажа, но рассчитывал на что-то более конкретное. Мол, если берёте Огонь, то Воду уже нельзя... Хотя у «маменьки» ведь Воздух и Земля, значит, можно одновременно владеть противоположными Стихиями.

Или только Стихиями первого порядка? Ведь Хлоя с Эвелиной, видимо, обладая одна Светом, а другая Тьмой, чуть было не подрались там на балконе... Ну, это Хлоя психовала, может, она сама по себе чокнутая на почве попаданства. Но Эвелина тоже какая-то подозрительная, да и «тётушка» насчёт неё меня предупреждала.

Второй адепт взял три Стихии и пошёл в группу «Альфа». Следующим по лестнице спустился Стюарт.

— Давай, братан! — заорал я, подняв вверх сжатую в кулак руку. — Я в тебя верю!

От такой поддержки он аж споткнулся и чуть не навернулся с лестницы. В толпе захихикали. Но Стюарт собрался с духом, обернулся и с улыбкой помахал зрителям рукой. А Китти ткнула меня локтем под рёбра.

— Берн, ну вот зачем ты, — проворчала она.

Я пожал плечами. Ну, скучно же. Молча идут, наворачивают круги вокруг тотемов, потом объявляют группу. И на этом всё, следующий. И это магическая инициация? Тоска зелёная. Раз уж магических спецэффектов нет, могли бы хоть группу поддержки с помпонами завести. Или стриптизёрш.

— Да, милорд Апер, сделайте это...

Потусторонний шёпот прозвучал будто бы из каждой тени. Совсем иная акустика, чем от магии Воздуха «тётушки». Я взглянул на балкон и ничуть не удивился, увидев перегнувшуюся через балюстраду Эвелину, пялящуюся на Стюарта. Хм, а у неё в такой позе бюст из декольте не вывалится? Было бы забавно, а предложение «сделать это» будет звучать очень двусмысленно...

«Братец» резко отшатнулся от тотема, над которым держал ладонь, и замотал головой. О, выходит, вот это тотем Тьмы. Хоть бы таблички развесили, что ли.

— Нудятина сплошная, пошли на обед, — прозвучал за моей спиной негромкий мужской голос.

— Угу, пошли, — ответил ему другой.

Я даже оборачиваться не стал, всё равно их не знаю. Но рад, что кто-то здесь со мной согласен. Жаль, сам не могу свалить. Впрочем, после инициации — можно. Авось и пожрать ещё успею.

— Давай ты следующая, потом я, — предложил я Китти. — И на обед.

— Обед мы точно пропустим, — покачала головой Китти. — Потом встреча с куратором будет. Значки выдадут. Всё равно придётся ждать остальных. Но пошли следующими.

— А пошли вместе? — осенила меня идея. — Прямо сейчас, вместе со Стьюи. Места много, локтями цепляться не будем.

— Так не принято, — с сомнением в голосе протянула Китти. — Но почему бы и нет?

Глава 13. Тройная инициация

Вот обычно в жизни после фразы «Почему бы и нет?» — совершаются самые большие глупости. Ну, ещё в топе глупостей фразы: «Смотри, как я могу!» и «Да ты ничего не умеешь, сейчас покажу, как надо!»

Но «Почему бы и нет?» — более универсальна и склоняет к согласию даже на те действия, которые не являются демонстративными. Это ещё хорошо, что мы трезвые, а то придумали бы чего похлеще.

Стюарт с удивлением уставился на нас, спускающихся по лестнице под ручку. Я махнул ему рукой, мол, всё в порядке, братец, не напрягайся. На кураторов я не смотрел, вдруг они там психуют уже. Но никто не орёт, так что у нас прокатило.

Вот зачем, спрашивается, я высунулся и привлёк к себе внимание? Но с другой стороны — а что мне терять? «Тётушка» уже в курсе, что я попаданец из другого мира. Лорд Гарольд, будущий куратор, уже меня ненавидит. Остальные... Ой, да наплевать мне на остальных кураторов, не планирую с ними плотно взаимодействовать. Разве что с Эвелиной, в горизонтальной плоскости. Но, чую, мне с ней ничего не обломится.

Мы с Китти разошлись в разные стороны, решив сначала обойти тотемы «второго порядка». Чтобы не путаться под ногами у Стьюи, который выбирал сейчас из «классических» четырёх Стихий.

Я оглядел ближайший тотем. Ну, обычный такой каменный столб, с резным узором по всей поверхности. Кроме верхней части, где был вырезан отпечаток ладони. Явное подражание интерфейсу Форта, но ручная работа и в целом как-то по-дикарски. У них там репликаторы стоят, а тут — каменные столбы-тотемы с магией... Балдею от такого сочетания вообще.

Проведя ладонью над тотемом, я почувствовал, будто мне в руку впилась тысяча иголок разом. Едва сдержав вскрик от неожиданной боли, я резко отскочил. Та-ак, а что это за тотем? Напротив расположился металлический столбик, значит, этот у нас — Дух.

Ну, не духовный я человек! Более того, склонный к плотским удовольствиям. Будь то жратва, выпивка, женщины... А на духовную культивацию пускай всякие азиаты свой даньтянь теребят. Хотя «Духовный Клинок» Хлои смотрится с виду круто, но по сути — это неудобная здоровенная оглобля, в коридорах Форта таким вообще не размахнёшься.

К стальному столбику я не пошёл. Не зря ведь «тётушка» предупреждала его не трогать. Да и история со спятившим Императором... Ну нафиг!

Это в книжках герой-попаданец непременно должен сделать глупость всем наперекор. А потом стать из-за этого самым крутым и незаменимым. Но меня как-то не вдохновляла возможность «лопнуть как перезрелый помидор под подошвой сапога», как выразилась Китти. Как известно, риск — дело благородное. Но я-то простолюдин! Ладно, пусть даже в этом теле — бастард, но тело-то изначально не моё.

Тем временем Стюарт закончил выбор основных Стихий и двинулся в мою сторону. Ладно, время менять диспозицию. Теперь я гляну, что там с классическими четырьмя Стихиями.

Узор на столбиках оказался разный. Наверное, по рисункам можно было понять, какой Стихии данный тотем. Но для этого надо знать, какие тут приняты символические обозначения. Я не знал. Поэтому просто повёл рукой над ближайшим.

Повеяло теплом. Не обжигающим, а скорее приятным. Будто сидишь поздним вечером у костра, на котором жарится шашлык. Ну или уже после ужина, с песнями под гитару и прижимающейся к боку весёлой слегка пьяной девицей.

Кажется, это Огонь. И насколько я понимаю, он меня принимает. Но торопиться не будем, нет, не будем. Сначала надо всех посмотреть.

От второго тотема появилось ощущение, будто попал под холодный дождь в октябре, когда сдуру вышел из дома без куртки, в одном свитере. Не смертельно, если потом не запустить простуду, которую наверняка подхватишь. Но и приятного мало, когда холодная струйка воды стекает тебе за шиворот, а в кроссовках хлюпает. Очевидно, это тотем Воды. Не сказал бы, что тут полное неприятие, но как-то не очень.

Следующий столбик. И я будто в темноте врезался носом в закрытую дверь. Или в стену, но такого опыта в жизни не было, а вот с дверями случалось. Я помотал головой и попробовал ещё раз. Нет, не принимает меня Землица. Ну и ладно.

Воздух овеял приятным освежающим бризом. Не жарким, не холодным, не сырым — в самый раз. Чистота и свежесть, хочется дышать полной грудью и бежать наперегонки с ветром... Но желательно — за пивом. Потому что просто так, без цели, бегают только детишки, спортсмены и дураки. А я уже не в том возрасте...

Итак, Воздух, Огонь, возможно — Вода. Земля и Дух — точно нет. Осталось проверить две, а потом решить, что брать.

Что есть Свет и где здесь Тьма? Не ответит и сама Судьба...

Нет, это не Феликс телепатически дотянулся до меня из комнаты. Просто вспомнилась старая любимая когда-то песенка.

Впрочем, где тут Тьма я как раз знаю. Но оставлю её на потом.

Свет полыхнул ослепляющей вспышкой прямо в рожу. Вряд ли это воплотилось для зрителей в виде спецэффекта, видимо, тотемы действую исключительно ментально. Всё, понял: если это и свет в конце туннеля, то исключительно от прожекторов надвигающегося поезда. Ну, не светлый я человек, даже не удивлён.

Тьма объяла меня со всех сторон, окутала тёплым одеялом. Откуда-то издали послышался смех, похожий на вороний грай, но ощущение от него не было пугающим, скорее — словно меня приветствовали.

Я поднял взгляд на балкон. Окутавшая Тьма оставалась всего лишь ментальным образом, ощущением, не мешая видеть. Перегнувшаяся через парапет балюстрады Эвелина таращила на меня чёрные глазища и беззвучно хохотала, раскрыв полные губы. Этот бы рот да занять полезным делом... Выпирающую из декольте грудь тоже можно бы использовать. А не записаться ли мне в группу «Дельта»? Или всё заранее решено, а объявления после инициации — чистая формальность?

Я козырнул ей, прикоснувшись двумя пальцами к брови, и усмехнулся.

— Возьми меня, — прошептала... Эвелина? Или Тьма?

Так, голоса в голове всё-таки уже начинают меня нервировать. Тут, поди, и таблеток от такого нет. Ладно, есть бухло, так что — прорвёмся.

— Куда взять, я никуда не иду, — пробормотал я себе под нос.

Оказавшаяся рядом Китти удивлённо взглянула на меня. Я пожал плечами и жестом пригласил её опробовать тотем Тьмы. А сам отправился к внутреннему кругу.

Так, Огонь — берём. Воздух — тоже. На секунду по телу будто пронеслись потоки энергии, взбадривая и придавая сил, даже принося ощущение почти всемогущества. Но длилось это только пару секунд.

Хм, ограничиться двумя Стихиями, чтоб лорд Гарри выгнал меня из «Беты»?

Я снова провёл ладонью над тотемом Воды. И на этот раз меня будто накрыло волной, утягивая на дно. Ладно, ладно, понял! Первый раз было мягкое предупреждение, теперь — уже откровенный посыл куда подальше. Не моя тема. Да я и плавать-то никогда не умел, а пить предпочитаю отнюдь не воду. Всё, проехали.

Остаётся небогатый выбор. Либо в группу «Гамма» с двумя Стихиями. Либо Тьма, что даёт куда более обширное поле для манёвров. И возможность контактов с Эвелиной. Но не факт, что близких контактов четвёртого рода, ага... А ещё есть непонятный тотем Технологий. Может, он даст доступ к перепрограммированию репликаторов?

Я всё-таки осторожно шагнул к нему, выставив перед собой руку с раскрытой ладонью. Отклика нет. Ещё шажок...

Меня отшвырнуло на метр, а приземлился я уже на задницу. Уй, больно, блин! Можно и помягче намекать.

Как ни странно, смеха со стороны зрителей не было. Только удивлённые вздохи и перешёптывания. Наверное, случившееся не совсем стандартно. Практически — первый спецэффект за всю инициацию, хоть и вяленький.

— Чтоб ты заржавел, — пожелал я блестящему металлическому тотему, погрозив ему кулаком.

Вот вам и попаданец с уникальными навыками и невероятной судьбой. Хрен тут плавал. Не моё это всё.

Я шагнул к тотему Тьмы, слыша зовущий меня шёпот. Слов я на этот раз разобрать не мог, но посыл был ясен. Тьма готова была меня принять. Или отдаться мне. Думаю, в данном случае это не принципиально. Я снова поднял взгляд на Эвелину, которая уже чуть ли не висела на перилах. «Тётушка» Ингрид пыталась её оттащить. Ой, лучше б они там парный стриптиз устроили.

Я уверенно шлёпнул ладонью по тотему Тьмы. Снова пронёсшаяся сквозь тело энергия, быстро схлынувшая.

— Три Стихии! — громко объявил я. — Группа «Бета».

Эвелина захохотала, и этот смех показался мне совершенно безумным. Что ж, видимо, я сделал верный выбор. Ну, лорд Гарри, попробуй меня пошпынять за то, что Бернард валял по кровати твою жёнушку. Будь я восемнадцатилетним пацаном, не рискнул бы идти в его группу. Пожалуй, даже без опыта прошлой жизни не рискнул бы. Но в жизни наёмника год за три можно считать, так что морально мы с Гарри почти что ровесники. Стоит ли двум взрослым мужикам конфликтовать из-за слабой на передок девки? Можно эту шалаву Эмбер и на двоих расписать при случае, после совместно распитого ведра пива. Ну а если не поладим, то я его просто убью где-нибудь в тёмном коридоре.

— У меня то же самое, — заявил Стюарт.

— Аналогично! — звонким голоском отрапортовала Китти.

Интересно, какие у них Стихии? Тьму точно не брали, да и к стальному тотему не совались. Надо будет потом спросить. Надеюсь, выбор Стихий тут не считается великой тайной.

— Сейф! — проорал лорд Гарольд. — А потом пошли вон с площадки!

Ага, а то мы сами не в курсе.

Я пропустил вперёд Стьюи и Китти. Даже не стал подглядывать, что они там достают из Сейфа. Закончив с этим, они отошли на лестницу. Я же приложил ладонь к крышке стального куба. Панель отъехала в сторону, открывая эту своеобразную тумбочку. Так, что тут у нас?

То ли пластиковый, то ли даже пластмассовый прямоугольник, с выгравированным кодом: «Лямбда-пять-три-один/пять». Похоже на обыкновенный магнитный пропуск, ничего особенного, на мой взгляд.

Какая-то металлическая трубка. Слегка смахивает на чехол для дорожной зубной щётки. Я провернул крышку, открывая. Внутри, вместо зубной щётки, оказался нож с тонким и узким лезвием, заточенным с одного края. Нож для бумаг? Вот так подарочек... Ну, пожалуй, сгодится и для бритья. Но, в целом, фигня.

Металлический круг с выгравированным в центре непонятным символом, отдалённо напоминающим Сигил на ладони «маменьки». Знак другой, но схожий. Если это буквы, то из одного алфавита.

А это что, пилка для ногтей?! Форт, ты издеваешься? Или там со склада просто рандомная фигня в этот Сейф сбрасывается? Ладно, Китти подарю.

Портсигар с выгравированной кошачьей мордой. О, а вот это прикольно. А то пачка сигарет в кармане и помяться может, особенно если физическими упражнениями заниматься. И раз на нём родовой знак, значит, барахло всё же не случайным образом подбирается. Эх, к портсигару бы ещё зажигалку...

Ещё один пропуск, но на этом вместо кода выгравирован меч.

Шесть предметов, один из которых — просто мусор. Ещё пара полезных пустячков. И три возможно ценных штуки, предназначение которых я просто пока не понимаю. Хм, по две штуковины за Стихию? Одна ценная, вторая — пустячок. Возможно... Впрочем, эти пропуски могут оказаться неработающим мусором, а металлический кругляш — подставкой под кружку. Надеюсь, кто-то объяснит мне, что это за штуковины и для чего.

Поднявшись на последнюю ступень лестницы, я обернулся, осматривая столпившихся на смотровой площадке адептов. Знакомых рож не обнаружил. Впрочем, кого я тут знаю вообще? Троих, считая троггла. Ну, четверых, если учесть парня из рода Барана, который наезжал на меня в столовой. Но не уверен, что вообще узнаю его, а уж с такого расстояния... Джейн и Белль тоже не видать. Наверное, все они проходят инициацию не сегодня. Так что точно ничего не потеряю, если уйду.

— Идёмте, — поторопил я остальных. — Кстати, а можно спрашивать, какие вы получили Стихии и что добыли из Сейфа?

— Можно, — кивнул Стюарт. — Но всё равно же куратору будем отчитываться. Лень два раза повторяться. Погоди, братец.

Что ж, можно и подождать. Но надеюсь, что не слишком долго. А то уже живот бурчит с голодухи. Да и отметить нашу инициацию надо. Так что пофиг на столовку, пойдём сразу в корчму!

Глава 14. Вступление в группу

Мои мысленные пожелания о недолгом ожидании не сбылись. Разумеется, как обычно. Я уже давно понял, что если хочешь, чтобы кто-то сделал то, о чём ты просишь, надо высказывать пожелания вслух и погромче. А ещё лучше — предложить за это денег или поугрожать оружием. Иначе чёрта с два, что выйдет.

А что касается пожеланиям ко Вселенной, то тут можно хоть глотку криками надрывать. Даже если кто-то там услышит, то в лучшем случае проигнорирует, а в худшем — назло сделает наоборот. Но иногда лучше вовсе помалкивать и даже ни о чём не думать, тогда, возможно, получишь второй шанс. А то и третий потом. И как ты ими распорядишься — уже твои проблемы. У меня пока что выходило так себе.

Но не думаю, будто мои переселения душ случались как-то так:

«— А давай отправим душу этого парня в тело деревенского юноши в мире тёмного средневековья? — предлагает первая божественная сущность.

— А может, лучше сделаем его бастардом в мире техномагического постапокалипсиса? — возражает вторая.

— Ну, может, лучше в следующий раз?

— Вот вечно ты первый выбираешь... Ну да ладно».

Нет, я всё же предпочту считать Вселенский Разум более абстрактной сущностью, чем старик с бородой, сидящий на облаке, или несколько кретинов в тогах, размышляющих за распитием амброзии, устроить сегодня войнушку с нападением на Трою или оргию с превращениями в животных. Впрочем, ничего не имею конкретно против греческого пантеона, скандинавские боги, пожалуй, творили ещё большую дичь, про египетских зверобогов и вовсе лучше не вспоминать, если вам дорог здравый рассудок. Но всё-таки я очень надеюсь, что всех этих идиотов, швыряющихся молниями и носящихся по небесам на колесницах, не существует.

— О чём задумался, братец? — толкнул меня локтем Стюарт.

— Об ужине, — пожал плечами я.

Не объяснять же ему мои эсхатологические размышления. О местной религии, если она вообще есть, я пока ничего не слышал.

Живот согласно буркнул, подтверждая, что ужин и вправду важнее.

— А я думала, что о пиве, — хихикнула Китти.

— Это само собой, — кивнул я. — Что ж за ужин без пары кружечек пенного? Сухомятка в горле комом встанет.

— У меня нет, — пожала плечами Китти.

Я уже открыл было рот, чтобы пошутить на тему овладения ею техникой «глубокой глотки», но подумал и захлопнул варежку. Неуместно сейчас будет, тем более при Стьюи. И на трезвяк, ладно бы мы подпитые были. А то вот сейчас девчонка на меня обидится, а потом из-за этого не даст. Приберегу шутку для «тётушки», Эмбер или Эвелины.

Кстати, а вот и они. Только вместо Эмбер — её муженёк-рогоносец, но остальные две в наличии. А чего они тут забыли-то? У нас ведь именно лорд Гарри куратором должен быть.

— Берни, сядь прямо, не горбись! — скомандовала «тётушка».

Я уставился на неё совершенно обалдевшим взглядом. Это что такое сейчас было? Воспитывать меня вздумала и прямую осанку прививать? Совсем очумела? И я же просил не называть меня Берни! Ну, ничего, я припомню и буду командовать посильнее прогнуть спину, когда она в следующий раз будет стоять передо мной на четвереньках...

— Да пусть хоть ноги за уши закидывает, если ему так удобнее, — возразила Эвелина. — Что, парень, не умеешь так? А я вот могу...

Хм, это был прозрачный намёк? Или мне мерещится? Судя по тому, как она медленно и демонстративно облизнула губы — не мерещится.

— Посмотрю на это с больши-им интересом, — протянул я.

— Так пошли, — предложила она, протягивая руку.

Предложение было привлекательным, но в данный момент явно подразумевало переход в её группу. Да, с бонусами, но...

— Это пока ещё мои адепты, — проворчал лорд Гарри. — Хотя если они хотят сменить группу...

— А давайте чуть помедленнее и с самого начала, — громко и вслух попросил я. — А то я же из деревни, не догоняю. И мы все не в курсе, что вы там по пути сюда обсуждали.

Гарольд аж побагровел от злости. «Тётушка» завращала глазами, как безумная, явно пытаясь этим подать мне какой-то сигнал. Насколько я понимаю: «Заткнись и не выделывайся, а то спалишься, что ты не деревенский мальчишка, а сорокалетний попаданец с давно зашкалившим борзометром!» Ну, вряд ли именно в таких выражениях, конечно. А Эвелина только улыбалась и похотливо облизывалась.

— Ага, мы тоже ничего не поняли, — поддержал меня Стюарт. — Нас переводят в другую группу?

— Обычно ведь приходит только куратор группы, — указала всезнайка Китти. — А вас трое...

— Бернард, — указала на меня пальцем Эвелина, — инициирован Тьмой. Поэтому я пришла предложить ему вступить в «Дельту». Ну и вы можете пойти с ним, если хотите, мне всё равно.

— А ничего, что я инициирована Светом? — наивно заморгала глазками Китти.

Эвелина скрытый подкол уловила и захохотала.

— Можем пригласить сюда и Хлою, — предложила она. — Хотя я предпочитаю, когда мужчин участвует больше, чем женщин. Или хотя бы поровну, как сейчас.

Стюарт поперхнулся и закашлялся от такого намёка на оргию.

— Нет, спасибо, не надо леди Хлою, — отказался я. — У неё меч слишком большой, я комплексовать начну.

Теперь уже поперхнулся лорд Гарольд. Ой, ну он-то чего как ребёнок? Взрослый мужик ведь, даже уже не очень молодой.

— Бернард! — прикрикнула на меня «тётушка».

— Кажется, юнец пьян, — прокашлявшись, заявил Гарри.

Всё-таки ничего он не понимает. Был бы я пьян, так, чтоб всерьёз, он бы уже по морде схлопотал, может, даже пару раз.

— Я помню вас таким же юным, Гарольд, — протянула Эвелина, похлопав его по плечу. — Да-да, таким же наглым, дерзким и хамоватым. И пить вам для того, чтобы говорить глупости, совсем не требовалось. Эх, и куда только всё делось с возрастом.

Стоп, что?! Да Эвелина выглядит моложе Гарри! Что, неужели здесь люди вправду живут дольше, но не все? Может, зависит от магических сил? Или влияние какой-то конкретной Стихии? Ну, минимум пара долгожителей среди кураторов уже обнаружилось. Третий к таковым не относится. Надо бы у «тётушки» спросить, сколько ей лет-то...

— Давайте ближе к делу, — умиротворяющим тоном предложила леди Ингрид. — Лорд Гарольд?

— Да, — кивнул он, снова откашлявшись. — Если вы все трое всё же решили идти в группу «Бета», то...

Он достал из кармана и протянул нам на раскрытой ладони три металлических значка в форме заглавной буквы «Бета». Никаких булавок на них не было, как их крепить-то?

Впрочем, тут мне достаточно было посмотреть, как делают мои товарищи и повторить. А они просто приложили значки к лацканам курток с правой стороны, и те будто прилипли. Ну, раз работает, то и ладно, принцип мне пока не важен.

— Так, адепты, в каких Стихиях вы инициировались? — спросил лорд Гарольд.

— Воздух, Огонь и Тьма, — сообщил я.

Кураторы переглянулись, кивнули друг другу, но смолчали.

— Воздух, Земля и Свет, — доложила Китти.

— Земля, Вода, Воздух, — неохотно буркнул Стьюи.

Так, они оба могут получить Сигил Исцеления, полезная штука. А ещё полезней иметь целителей в друзьях, так что мне вдвойне фартануло.

— Теперь показывайте пропуска, — потребовал Гарри.

— «Гамма-три-один-два-дробь-два», — на этот раз первой отрапортовала Китти, демонстрируя пропуск и гравировку на нём.

— «Альфа-восемь-три-пять-дробь-один», — мрачноватым тоном сообщил Стюарт.

— Слабовато, наверняка в «Альфе» один мусор остался, — скривился Гарольд. — Ещё и всего один отсек.

О, кажется, я понял! Умойся лапкой, Феликс, не такой уж я балбес и бестолочь! Это же ключи к складу!

— «Лямбда-пять-три-один-дробь-пять», — с наглой усмешкой сообщил я.

Получается, последняя цифра означает количество отсеков, которые можно пропуском открыть. И у меня их целых пять! Тогда как у Китти и Стьюи всего два и один.

Гарри хмыкнул и поморщился, а Ингрид чуть не подпрыгнула на месте.

— Отсек «Лямбда»! — воскликнула она. — Его же до сих пор не открывали! Наконец-то!

— Ещё вот, второй есть, с мечом, — сообщил я, продемонстрировав вторую прямоугольную пластинку.

— Так это от Арсенала, балбес, — хмыкнул Гарри, теперь довольно. — Получишь там меч.

О, кажется, я всё-таки протупил и сморозил ерунду. Ну и ладно, все ошибаются, особенно при таком недостатке информации. Я не в том возрасте, чтобы из-за такого обижаться и комплексовать. Ну, лажанул, бывает.

— Спасибо за пояснение, милорд, — спокойно кивнул я. — А остальные вещи из Сейфа вас не интересуют?

— А там есть что-то ценное? — вскинул брови он.

Я пожал плечами и достал из карманов всё полученное мной барахло.

— Да не особо, — признал я. — Портсигар, ножик, сгодится для бритья, пилка для ногтей... Китти, это тебе, дарю. И вот это.

На металлический кругляш все присутствующие, кроме Эвелины, уставились, вылупив глаза.

— Печать для Сигила, с новым знаком, — пробормотал Гарольд. — Поздравляю, мальчик, ты только что разбогател.

— И таки сколько заплатите? — уточнил я.

Физически еврейской крови во мне, насколько знаю, никогда не было. Но вот духовно, когда речь заходит о больших деньгах, у меня сразу отрастают пейсы. А уж учитывая, что у меня в столе остался последний серебряк и меньше десятка медяков...

— Я? — хохотнул Гарольд. — Обратись к нашим магистрам. Они определят, на сколько зарядов твоя печать. Хотя меньше, чем за восемь монет, не отдавай.

— Серебряных? — слегка разочарованно спросил я.

Надеюсь, хоть не медных. Но в любом случае, маловато, маловато будет! Он издевался насчёт богатства, что ли?

— Золотых, разумеется, деревня, — скривился куратор. — В серебре умножь на сорок, если умеешь.

Сорок? А почему не сто? Или хотя бы пятьдесят... Фиговый курс драгоценных металлов какой-то. Хотя даже триста двадцать монет — это в сотню раз больше, чем у меня было изначально. Будет, что пропивать.

— Не возражаете, если я отправлюсь на склад в секцию «Лямбда» вместе с вами? — спросила «тётушка».

— И мне тоже любопытно, — улыбнулась Эвелина. — Может, чего присоветую...

Гарольд чуть помедлил, но кивнул.

— А мне достались часы, с компасом! — встрял Стюарт. — Только он не работает...

— Как и все остальные после Падения, — пожала плечами Ингрид. — Ну, зато не будешь опаздывать на тренировки. Посмотри, там ещё и будильник должен быть.

Я мельком глянул на доставшиеся «братцу» часы. Большой круглый циферблат, штук пять кнопок по бокам корпуса, металлический браслет. Ну, обыкновенные механические часы, никакого хай-тека.

Идти до ближайшего телепорта оказалось далековато, «комнаты ожидания» для только что инициированных адептов располагались в самой глуши. Возможно, так было сделано нарочно, чтобы адепт после инициации не смылся через «круг перемещения». По пути ребята успели поделиться со мной и друг с другом тем, что им досталось из Сейфа. Стало понятно, почему кураторов эти трофеи не заинтересовали.

Стюарт получил охотничий нож с гравировкой кабана на лезвии. Он прямо на ходу приладил кожаные ножны себе на пояс. Штука полезная, но вряд ли особо ценная. Ещё, помимо уже упомянутых часов, ему достались маникюрные ножнички, которые он тут же задарил Китти, последовав моему примеру. Последний предмет мог показаться самым полезным. Он походил на старый складной калькулятор, только экран в верхней части был на всю панель, а на нижней вместо кнопок нарисованы буквы греческого алфавита, скорее всего, сенсорные. Один минус — эта штука не включалась и не подавала никаких признаков жизни при нажатии на единственную кнопку сбоку, даже не пикала. То ли наглухо разряжен, но на нём даже разъёма под зарядный кабель нет, не говоря уж про крышку батарейного отсека, то ли просто сломан.

— Наверное, магистры заинтересуются, купят для исследований, — пробормотал Стьюи.

— Я куплю, — предложил я. — Когда получу деньги за Сигил.

— И зачем тебе этот хлам? — удивился «братец». — Пятьдесят серебряков! И это по-родственному.

Хм, а может в нас таки есть еврейская кровь? По отцу, видимо.

— Договорились, — кивнул я. — Но сперва приценимся у магистров, сколько они предложат. Если что, потом перепродам.

— Ладно, сорок, — пошёл на попятную «братец».

Видимо, эти магистры тоже те ещё евреи и больше одного золотого не заплатят.

Китти получила складную металлическую расчёску с зеркальцем в ручке, чему очень радовалась. Ну да, не придётся пятернёй расчёсываться после того, как заночевала в комнате какого-нибудь парня.

Ещё ей достался узкий металлический серебристый наруч — или широкий браслет, тут как посмотреть. Слишком широкий для женской руки, так что она задумалась, кого из нас им одарить в ответ. Но наруч казался нам всем более ценным и полезным предметом, чем пилка или ножнички.

— Должен будешь, — помявшись, всё же отдала она наруч мне.

Мне браслет подошёл в самый раз. Застёгивался он почти таким же «магическим» образом, каким крепились значки на куртку. Застёжка просто прилипла к другому краю. Как я ни тряс рукой, она не отстёгивалась. Но отцепить специально можно было без особого труда.

Третьим предметом стала небольшая металлическая фляжка, помещающаяся в нагрудный карман. Я сперва было заинтересовался ею, но потом решил, что она недостаточно вместительная. Даже если туда спирта налить. А уж под пиво и вовсе курам на смех.

В итоге фляжка отошла в дар Стьюи с тем же напутствием о долге.

Последним предметом стал короткий металлический с виду, но гибкий шнурок. Его длины, пожалуй, хватило бы, чтобы обернуть вокруг шеи. Ну, если концы у этого шнурка тоже примагничиваются, чтобы завязать узел длины точно не хватит. Показывая его, Китти почему-то покраснела и быстро спрятала обратно в карман. Стюарт многозначительно хмыкнул. То ли он в курсе, что это такое и зачем, то ли я не уловил интонацию этого хмыканья. Сам я решил пока промолчать и не задавать глупых вопросов. Тем более мы как раз дошли до «круга перемещения».

Глава 15. Склад «Лямбда»

На этот раз я заметил перемещение, поскольку мы оказались не в точно таком же коридоре, а в центре просторного круглого холла. Из которого в разные стороны уводили несколько коридоров, помеченных поверху литерами греческого алфавита. Мы направились к проходу, помеченному «Лямбдой». Очевидно, кураторам было интересно заглянуть именно в новый складской отсек, а вот «Альфа» и «Гамма», доставшиеся моим товарищам, особого внимания не удостоились.

Не слишком длинный прямой коридор вывел нас на небольшой округлый пятачок, с противоположной стороны перекрытый широкой складной дверью из металла. Что-то вроде рольставней, но явно попрочнее. Иначе наверняка уже давно нашёлся бы ушлый умелец с ломиком.

— Ну, действуйте, — хмыкнула Эвелина.

Я не понял, к кому именно она обратилась, но решил не рыпаться до получения более чётких указаний. Если это мне, то лучше пальцем покажите, куда идти и что делать. И я не знаю, как пальцем показать, что делать, но это не моя проблема.

Но оказалось, что обращалась она к «тётушке» Ингрид и Гарри. Кураторы подошли к разным сторонам двери и одновременно приложили ладони к выемкам. Дверь бесшумно сложилась гармошкой, скрывшейся в притолоке косяка, будто никакой двери тут и вовсе никогда не было.

— Э, а что мешало вам раньше открыть эту дверь? — удивился я.

— Да ничего не мешало, — пожала плечами Ингрид. — Открывали и не раз. А смысл?

Я задумчиво хмыкнул. Ничего не понял, ну да ладно. Можно бы и переспросить, уточнить, по идее, Бернард тоже не должен быть в курсе нюансов работы склада. Но так ли это важно?

Внутри продолжался длинный прямой коридор. По обеим сторонам которого располагались такие же складные двери, только поуже. Над каждой табличка с номером, начиная с «Лямбда-один» по одной стороне и «Лямбда-два» по другой. Ага, разделение на чётные и нечётные, вполне привычная система. Значит, Форт вряд ли создавали какие-нибудь рептилоиды. Разве что у них обычная человеческая и даже Земная логика, а тогда чешуя на рожах — это так, мелочь.

— Выбирай отсеки, — поторопила меня «тётушка».

— А может, мы ему подскажем, посоветуем? — почему-то томным голосом протянула Эвелина.

Хм, вот сейчас вообще не понял этого неуместного заигрывания. Но на всякий случай заглянул ей в декольте.

— Советуй, если что-то знаешь, — равнодушно пожала плечами Ингрид.

— Лучше не выбирать первые отсеки, — ответно пожав плечами, уже равнодушным тоном сообщила Эвелина. — Там редко что-то ценное.

— Ага, кроме случая с «Сигмой», — фыркнула «тётушка».

Я тоже пожал плечами. Пользы от услышанного примерно ноль. Могли бы и более внятно объяснить, раз уж начали. Но они будто препирались о чём-то своём, продолжая давно начатый спор.

Ладно, насколько я понимаю, мне надо открыть пять отсеков. Возле каждого располагался механизм для считывания магнитной карты, причём карту требовалось засунуть внутрь. Ну, может, карта и вовсе не магнитная, а основана на совсем другом принципе, но это как раз для меня совсем не важно.

Эх, хоть бы рассказали, что там внутри в принципе может быть. Если этому складу сотни лет, то, надеюсь, хотя бы не траванусь какими-нибудь грибковыми спорами, как исследователи некоторых египетских пирамид. Там же, поди, давно всё сгнило и заплесневело. Или нет?

Я прошёл несколько шагов по коридору и сунул карту в первый попавшийся считыватель, даже не глядя на номер над дверью. На аппарате загорелась зелёная полоска, а дверь начала складываться вверх. Я на всякий случай отскочил к противоположной стене и прикрыл нос рукавом кителя.

Послышался женский смех на два голоса — «тётушка» и Эвелина. Ну-ну, я вам это припомню. Надеюсь, за одной из дверей найдётся склад приспособлений для БДСМ...

Но не за этой. Содержимое склада меня разочаровало. Будто в чей-то гараж заглянул. Свалка всякого хлама, который дома не нужен, а выбросить жалко. Стеллажи с коробками и банками вдоль стен, на полу тоже несколько коробок. Я заглянул в одну — старые журналы, причём даже не порнографические, мусор. К тому же, все надписи на непонятном языке. Это что, мне при попадании только понимание устной речи отсыпали, но не письменной? Или деревенщина Бернард в принципе неграмотный? Ладно, разберёмся. Я продолжил беглый осмотр. В металлической банке нашлась куча винтиков и шурупов разного размера. Ну точно гараж.

— Наследие Предков... — с придыханием протянула Китти, зайдя следом за мной.

— С аукциона уйдёт нарасхват, — заметила Ингрид. — Но учти, Берни, тридцать процентов отходит в пользу Форта.

— Даже дважды, — язвительно уточнила Эвелина. — Сначала от всего найденного, а потом ещё с продаж на аукционе.

— Ну, можно не отдавать на аукцион, а распродать самому, в частном порядке, — попыталась возразить «тётушка». — Но это же гораздо дольше и сложнее...

Заниматься торговлей хламом с рук у меня не было ни малейшего желания. Даже за тридцать процентов с прибыли. К тому же, на аукционе цены могут быть выше. А я сам вообще не знаю даже примерной стоимости этого мусора. Так что меня попросту кинут и обсчитают, выкупив барахло за бесценок. Для меня-то оно ни шиша не стоит. А вот для местных, кажется, ценно. Наследие Предков...

— Дарю всем по одному любому предмету на ваш выбор, — щедро махнул рукой я. — Потом сообщите тем, кто будет отсчитывать тридцать процентов, что из моей доли уже часть забрали.

Китти тут же кинулась рыться в коробках, с загоревшимися от азарта глазами.

— Мне не нужны твои подачки! — заявил лорд Гарольд.

— Тогда пускай остальные берут по две вещи, — назло ему расщедрился я.

Отдавать обещанный Гарри один предмет кому-то другому показалось мне мелочным. Да и кого выбрать, чтоб остальные не обиделись?

— Давайте вернёмся к этому чуть позже, — предложила «тётушка». — Теперь склад будет открыт постоянно. Вызовем оценщиков, и в процессе разберёмся. Бернард, ты можешь открыть ещё четыре двери.

Я вытащил карту, которую считыватель наполовину выплюнул, и сделал ещё пару шагов вперёд. Развернулся к противоположной стороне коридора. Ну, если там везде старое барахло, которое Предки зачем-то решили складировать, то вообще без разницы, какие двери открывать.

Следующий отсек оказался гораздо больше в длину, чем первый. Длинный ряд одинаковых стеллажей по обе стороны, на которых сложены стопками аккуратно свёрнутые комплекты униформы оранжевого цвета.

И ни пылинки ни на них, ни на полу. В первом складе-то тоже ни пыли, ни плесени не было, даже на старых журналах. Но при открытии дверей не было никаких звуков, намекающих на разгерметизацию. И воздух внутри не затхлый.

— Оранжевые, — печально вздохнула «тётушка». — Получишь за них компенсацию в пару золотых, Берни.

Ведь просил же меня так не называть! Нарочно она, что ли?

— Маловато будет, — протянул я.

— Техников не хватает, одевать в эту форму некого, — пояснила Эвелина. — Хотя могли бы и раздать одежду простолюдинам. Или продать.

— Не положено, — бухнул лорд Гарри.

Видимо, варианта оставить эти шмотки себе и делать с ними, что захочу, мне в принципе никто не даёт. Ну, спасибо, что хоть какую-то компенсацию выплатят. Да и с барахла мне проценты с продаж перепадут. А могли бы и всё в пользу Форта отбирать.

Я шагнул в сторону и открыл соседнюю дверь. Раз разницы нет, не буду далеко ходить.

— Мать твою! — не сдержался лорд Гарольд, заглянув внутрь.

— Э, ты мою маменьку не трогай, больше братьев-бастардов нам не надобно. Правда, Стюарт?

«Братец» от моей подколки в адрес нашего куратора подавился воздухом на вдохе и закашлялся. Хотя для «маменьки» мои слова тоже прозвучали не особо лестно. Но я эту бабу видел раз в жизни и мне, честно говоря, плевать. Никаких родственных и вообще тёплых чувств к дамочке, которая отдала своего сына в приёмную семью в деревне и никогда его не навещала, пока он внезапно не понадобился в качестве наследника, я не испытывал. Ну, родила она паренька, в чьём теле оказался мой разум — и что?

Гарольд, на удивление, вообще не отреагировал. Так и застыл, пуча глаза. Хорошо, хоть варежку не разинул, а то бы я подумал, что его инсульт прихватил.

Вдоль стен в несколько рядов стояли человекообразные голые тела. На лицо мужские, но без признаков пола в остальных частях тела. Ни причиндалов, ни даже сосков.

Если бы я раньше не пересёкся с Йориком и не узнал об андроидах-техниках, то сейчас удивился бы. А так — как раз тот редкий в этом мире случай, когда мне всё понятно.

— Вот и униформа пригодится, — расхохоталась Эвелина. Как-то слишком уж истерично, на мой взгляд.

— Премия... — хрипло протянула Ингрид. У неё в горле пересохло от изумления, что ли? — В размере... Бернард, ты хочешь владеть поместьем?

— Да не очень, — честно признался я. — Можно мне наличными? В смысле, монетами.

Вот что мне с поместьем делать? Больше, чем в одно кресло, свою задницу не посадишь. А это ещё слуг нанимать, которым платить придётся. Наверное, что-то ещё делать надо. Наверное, поместье предполагает собой не только дом, но и прилегающие территории.

— Нет, нельзя! — рявкнул Гарольд. — Ты представляешь, о каких суммах идёт речь, сопляк?!

— В Форте нету столько золота, — захихикала Эвелина. — Ну или есть, но их никто не отдаст. Бери кредит тогда.

— А репликатор мне в собственность не отдадут? — почесав в затылке, я таки придумал, что особо ценное можно было бы отхапать.

Эвелина чуть по полу не покатилась от хохота. Какая-то она всё-таки чересчур гиперэмоциональная. Особенно для мрачной Повелительницы Тьмы. Хотя эту мрачность я сам себе выдумал, ориентируясь на чёрный цвет её формы. Похоже, она наоборот очень даже весёлая бабёнка. И чего Китти от неё при первой встрече в коридоре шарахалась? Да и сейчас вон старается держаться в стороне.

— Кредит в корчме могут дать, пожизненный, — с кислой миной на мордашке просветила меня Китти.

А чего, отличный вариант же! Особенно если этот кредит будет распространяться не только на то, что я сам лично сожру и выпью. За чужой счёт я готов постоянно угощать всех приятелей и знакомых. В общем, всех, кому не хочу раскроить башку табуретом. А пока что к этой категории относятся вообще все. Даже тот парень, которому я прошлый раз переломал рёбра — он своё уже получил, если не решит пытаться отомстить, то я на него зла не держу. Я вообще отходчивый: сначала набью морду, а потом отойду в сторонку, чтоб кровью не запачкаться.

— Ещё две двери, — напомнил я.

— Потом! — выкрикнула Ингрид, глядя на меня ошалевшим взглядом. — Сейчас нужно вызвать стражу, магистров и сообщить коменданту!

— Кадеты, свободны! — рявкнул на нас лорд Гарри.

— Я их провожу, — улыбнулась Эвелина. — Потом вернусь. Вы же тут без меня не разберётесь с активацией дроидов.

По пути назад я всё же заскочил в первый склад. Присмотрел там кое-что для себя. Пройдя в дальний конец, я прихватил с полки стеклянную пузатую пивную кружку. Раз уж я стану завсегдатаем в местной корчме, то стоит завести собственную персональную посудину. Получше тех, что там имеются. Главное не разбить её об чью-нибудь голову. Но вроде тут народ с пиететом относится к наследию Предков, даже если это просто стеклянная посуда.

— Алкоголик, — неодобрительно пробормотала Китти, глядя на мой трофей.

Как будто из деревянной кружки я бы стал пить меньше, вот ведь странная девчонка. Молодая ещё, с возрастом поймёт. Может быть. Впрочем, если нет, то это будут проблемы её муженька, а не мои.

Глава 16. «А вас я попрошу остаться...»

— Вы двое, валите по своим делам, — распорядилась Эвелина. — А ты останься.

Я вздохнул. Даже не сомневался, что кураторша до меня докопается. Моя инициация Тьмой ей покоя не даёт.

— А может, мы Берна тут подождём? — робко спросила Китти.

— Ждите, где хотите, — отмахнулась Эвелина. — В мой кабинет.

Она ухватила меня за рукав и чуть ли не потащила за собой. Вроде телосложение у неё довольно хрупкое, не считая женственных выпуклостей, а сильна баба.

— Я не буду переводиться в вашу группу, леди Эвелина, — сразу сообщил я, едва за нами закрылась дверь её кабинета.

Обстановка внутри почти не отличалась от кабинета «тётушки», только горели оба светильника на потолке, да и стол был почти пустой. На него кураторша и уселась, закинув ногу на ногу.

— Тебе нравится вид? — промурлыкала она, огладив себя по ноге от края юбки к коленке.

— Неплохо, — не стал отрицать я.

Залип на её ножки я вовсе не от чрезмерной озабоченности. Просто машинально проследил взглядом за её движениями. Да и смотреть-то в кабинете больше особо не на что.

Но неужели она намерена меня соблазнить ради того, чтобы взять в группу «Дельта»? Конечно, то ли восемнадцати, то ли девятнадцатилетний Бернард на это повёлся бы. Я тоже заинтересован, но не настолько.

— Разве вам не надо сообщить магистрам и кому-то там ещё про склад дроидов? — напомнил я.

— О, я ничего такого не обещала, — рассмеялась Эвелина. — Пусть малыш Гарри и крошка Ингрид сами побегают.

Так, опять намёки на возраст? Или просто неуважение к коллегам?

— А сколько вам лет? — решил я задать наглый вопрос.

— О, это смотря как считать... — протянула Эвелина, в задумчивости поднеся указательный палец к губам и слегка прикусив кончик.

Я не удержался и закатил глаза. Ох, как же наигранно смотрятся такие заигрывания. Будто в паршивенькой мелодраме.

— Леди, а у вас репликатор случайно не бутерброды делает? — резко сменил я тему. — А то жрать охота.

— Только для тебя, — снова рассмеялась Эвелина, плавно поднявшись со стола.

В следующий миг я отскочил назад, к самой двери. Поскольку кураторша повела кистью правой руки, из запястья которой от этого движения вырвалось лезвие. Впрочем, присмотревшись, я понял, что ошибся. Железяка, хоть и сужающаяся к концу, была круглого сечения, без острых граней. Хотя воткнуть такую в горло вполне можно.

Но Эвелина вовсе не собиралась на меня нападать. И даже не стала смеяться над моей нервной реакцией. Вместо этого она подошла к репликатору и воткнула железку в незаметное отверстие сбоку. На полочке материализовался бутерброд, Эвелине даже ладонь прикладывать к сенсору не пришлось.

Лезвие скрылось внутри её руки, которой кураторша протянула мне бутерброд. Хотя это скорее сэндвич, учитывая куски хлеба и снизу, и сверху. Я приподнял верхний — внутри ветчина и сыр. Откусил. Ну, неплохо. То, что он искусственно реплицирован, совершенно не чувствуется.

— В следующий раз с чёрным хлебом, пожалуйста, — попросил я. — И можно с одним куском.

— А ты наглец, мальчик, — рассмеялась она. — Или просто слишком глупый и не понял?

— Да всё я понял, — пробубнил я с набитым ртом. Жрать-то и правда хотелось. — Вы из Предков.

— Если бы, — скривилась женщина.

— М-м-м, тотем Технологий? — сделал я ещё одну попытку.

Вот не люблю такие игры в угадайку. Я что, на гадалку похож? В последние годы, если мне нужна была информация, я добывал её путём втыкания острой железяки в те части тела собеседника, которые не являются жизненно важными. Впрочем, допросами пленных у нас обычно занимался Косой Вэл. Да и было это на моей памяти всего раз семь.

— Я владею только Тьмой, — покачала головой Эвелина. — И даже это удивительно и невероятно.

Она взмахнула руками, и в комнате наступил непроглядный мрак. На этот раз я не стал дёргаться, смысла в этом всё равно нет. Попытался призвать Тьму внутри себя, но безуспешно. Мне явно нужен хотя бы базовый инструктаж по пользованию силой Стихий.

На мои плечи легли ладони, а к спине прижалась большая мягкая грудь. Эвелина явно отлично ориентировалась в полной темноте. И умела ходить бесшумно.

— Я могла бы научить тебя многому, — раздался страстный шёпот у меня над ухом. — И не только магии.

Вот в этом сомневаюсь. Уж сколько я в первой жизни порнухи пересмотрел... Ничего принципиально нового в этом мире изобрести просто не могли. Конечно, на практике я пробовал далеко не всё, а кое-что и пробовать не хочу. Но новым это для меня точно не станет.

— А можно ещё бутерброд? — попросил я, дожевав последний кусок.

Ну, если она мне сейчас свой штекер в глотку воткнёт... А что я могу с этим поделать? Перекатом в сторону уйти и под стол забиться? Так ведь найдёт, а я даже не услышу её приближения.

Эвелина рассмеялась, а темнота исчезла.

— Храбрый мальчик, — оценила она, протягивая мне второй бутерброд. — Или глупый?

— Голодный, — сообщил я. — Просто голодный. А выпить?

Эвелина снова подключилась к репликатору. На полочке возник стакан с янтарной жидкостью внутри, на три пальца, и парой кубиков льда. Неужели вискарь?

Вторая рука у меня была занята пустой пивной кружкой, так что пришлось сначала поставить её на стол. Потом я принял стакан и сделал небольшой глоток. Точно вискарь, причём хороший. Колой бы его разбавить...

— Если у вас есть доступ к репликаторам... — начал говорить я.

— Ограниченный, — перебила Эвелина. — Очень ограниченный. Только... Для удовлетворения некоторых мужских желаний. Пожрать, выпить...

Я нахмурился. Как говорится: ничего непонятно, но очень интересно.

— Ну, другие мужские желания вы и без репликатора можете выполнять... леди.

— Могу. Но теперь — только когда того захочу, — в её голосе зазвенел металл. Впрочем, тут же она улыбнулась и рассмеялась. — Впрочем, хочу я часто. Все мои адепты подтвердят.

Э-э, она серьёзно, что ли? Я ведь поспрашиваю! Интересно, она только парней в группу берёт? Хотя ведь и Китти готова была взять.

— Звучит очень соблазнительно, — признал я. — Но у меня есть невеста. И пара любовниц. Хотя с одной я, кажется, порвал...

Эвелина снова рассмеялась. Это у неё истеричное что-то, что ли? Сколько можно ржать.

— Ты интересный мальчик. Вот, держи ещё подарочек.

На этот раз она приложила к репликатору ладонь, несколько раз подряд. На полочке выдачи появились какие-то плоские квадратики зелёного цвета.

— Какая злая ирония, — покачала головой Эвелина, демонстрируя мне один из них поближе.

Э, да это же презервативы! А в чём тут ирония? Но переспрашивать я не стал, просто стоял с бутербродом в одной руке и стаканом в другой, пока кураторша запихивала несколько презервативов мне в нагрудный карман. Что ж, пригодятся...

— Со мной они не нужны, — с улыбкой пояснила предыдущую фразу женщина.

Бесплодна она, что ли? Интересно, а про венерические заболевания в этом мире вообще в курсе? Или магия Сигила Исцеления всё вылечит без проблем? Кстати, надо будет кого-нибудь спросить.

— Может, ещё посидим, выпьем, поболтаем? — предложил я, взболтав вискарь в стакане

— На сегодня хватит, — покачала головой кураторша. — Мне ещё идти активировать... младших братьев.

На последних словах она снова рассмеялась. М-да, ей бы всё-таки таблеточек каких попить, успокоительных. Как говорится, смех без причины — признак дурачины. Или это я в местный юмор не врубаюсь. Если так, то тяжко мне тут придётся.

— А приходите вечером в корчму, — всё же сделал я ещё одно предложение. — Я там буду под гитару петь. Наверное...

Ну, если будет настроение и не напьюсь на халяву. Вернее — в счёт большого кредита от Форта за тех самых андроидов, которых Эвелина считает «братьями нашими меньшими». Хотя если они все такие, как встреченный мной Йорик, может, юмор в этом есть. Я-то думал, что Йорик просто чуток бракованный из-за травмы головы, но ведь металлический корпус черепушки цел...

— Вряд ли, — покачала головой женщина. — Я не пью. И меня почему-то опасаются...

Она снова рассмеялась.

Ага, наверное, вот в этом и причина. В принципе, любой маг опасен, но тут каждый адепт немножко маг. А вот психически неуравновешенный маг — это уже совсем другой уровень угрозы. Ну и Стихия Тьмы тоже вряд ли добавляет расположения. Хотя, как по мне, Огонь пострашнее будет. Может, и Свет тоже. Одно дело постоять в полной темноте, а другое — в ослепляющем свете.

— Кстати, — уже у самой двери остановила меня Эвелина. — Если ты отдашь мне право открыть последние два складских отсека, в долгу не останусь. Содержимое всё твоё. Или компенсирую, если... Если найду то, что ищу.

— Я об этом подумаю, — кивнул я, не оборачиваясь. — Возможно. О, чуть кружку не забыл!

Запихнув в рот остатки сэндвича, я вернулся к столу и забрал посудину. Так и пошёл по коридору с пустой кружкой в одной руке и стаканом с остатками вискаря и почти растаявшим льдом в другой. Пара встреченных на пути адептов покосились на меня, но ничего не сказали.

На халяву ещё и стаканом разжился! Правда, странно, что тут так ценится посуда, оставшаяся от Предков, если Эвелина может её неограниченно реплицировать. Скорее всего, она это не афиширует, так что и я буду помалкивать. Хотя с «тётушкой» обсудить вопрос стоит. Акцентировав на доступе к перепрограммированию репликаторов.

— О, явился, наконец, великий маг трёх Стихий, — приветствовал меня кот Феликс, едва я зашёл в комнату.

Я попытался призвать Воздух, чтобы сдуть эту мохнатую жопу со стола, нафиг. Ничего не вышло, вообще ни единого дуновения. Дайте мне инструкцию уже! Желательно страниц на восемьсот, я честно всё прочитаю!

Так, значит, теперь кошак может говорить со мной свободно, не опасаясь угробить кого-то из нас избыточным расходом энергии. Это отличная новость. Только вот сейчас мне немного не до этой мохнатой задницы.

Поскольку на моей кровати разлеглась полуголая леди Эмбер. Причём полуголая снизу, одетая только в распахнутый китель. Причём красного цвета, как у пажей. Или это она вообще у Мэта куртейку отобрала?

Я залпом допил вискарь и поставил на стол обе пустых посудины. Надеюсь, фамилиар не станет их лапой или жопой спихивать, а то у котов такое развлечение всегда в тренде.

— Не буду, если принесёшь для этого деревянную кружку, — ответил на мои мысли Феликс. — И разберись уже с этой бабой. Хотя бы запрети ей меня трогать.

— Берни, — простонала Эмбер, раскинув полы кителя в стороны.

— Берн! — рявкнул я. — Не называй меня Берни!

Согласен, что психанул несправедливо — Эмбер я не просил меня так не называть. Но правда бесит! И то, что она нагло припёрлась в мою комнату — тоже.

— Что? — удивлённо захлопала глазами она.

— Пошла вон, — процедил я.

— Ты так боишься Гарри, да? — прищурилась девушка. — Ты...

Я не стал дослушивать. Подошёл к кровати, ухватил её за волосы, намотал на кулак и с силой потянул, заставляя встать. Эмбер вскрикнула от боли и, вытаращив от удивления глаза, всё же вынужденно поднялась. А я поволок её к двери. Надо было Гарри меня послушать и самому так сделать.

— Что... Куда ты...

Я, не отвечая, тащил её по коридору. Не в ту сторону, куда они с мужем прошлый раз уходили. А к ближайшему «кругу перемещения».

— Лямбда-пять-три-один! — скомандовал я, хлопнув ладонью по сенсору.

Надеюсь, не ошибся и код на карте является адресом склада.

Появились мы не в большом зале с кучей коридоров, а уже перед открытой дверью склада «Лямбда». Интересно, почему кураторы нас не сразу сюда перенесли, раз тут тоже есть телепорт? Может, до открытия двери он не работал.

Я заволок Эмбер внутрь. И на нас тут же уставились десятки удивлённых взглядов. Целая толпа стражников-«псоглавцев» в зелёной форме. И кто только успел их сюда вызвать? Эвелина точно не могла успеть. Наверное, Ингрид не стала ждать её, а собрала народ сама. Вот же чёрт...

— Ах ты, грязный щенок! — прорычал лорд Гарольд, увидев нас.

Судя по его покрасневшей от злости роже, спокойно поговорить нам не удастся. Ну, кто ж знал, что тут толпа лишних свидетелей. Я просто хотел сдать ему неверную жёнушку, чтоб сам с ней разбирался.

Наверное, идея была не самой лучшей. Это всё вискарь виноват.

Я увидел приближающийся к моей физиономии здоровенный кулак, и попытался дёрнуться в сторону...

Глава 17. Упрёки и откровения

Моя голова лежала на чём-то мягком, а моё лицо ощупывала чья-то ладонь. Я приоткрыл правый глаз, не закрытый чужой рукой, и уставился на «тётушку». Потом скосил глаз вверх. О, кажется, я лежу на бёдрах Эмбер. Да какого ж хрена?!

Я попытался подняться, но «тётушка» надавила ладонью мне на физиономию.

— Погоди, ещё не закончила, — буркнула она. — Хотя, может, не стоило бы тебя исцелять. И зачем ты это сделал, Бернард? Чем вообще думал?

Эмбер всхлипнула. Ну да, ну да, можно подумать, это я тут злодей, а она невинная жертва.

— Сделал что? — уточнил я, чувствуя разливающееся по лицу под ладонью «тётушки» Ингрид тепло. — Получил кулаком в рожу?

— Напросился на это! — жёстким тоном отрезала Ингрид. — Зачем было бесить Гарри?

— Я виноват, что ли, что он психованный? — проворчал я, отстраняя её руку и садясь на полу.

Мы трое находились в «моём» складе, первом, со всяким барахлом. У входа спиной к нам стоял стражник в зелёной униформе. По затылку я не смог опознать, Тодд это или кто-то другой.

— Я, вообще-то, как лучше хотел.

— Ага, поэтому притащил его жену за волосы и с голой задницей всем на обозрение, — фыркнула Ингрид. — Ты пьян был? И когда только успел.

— Всего бокальчик, — пожал плечами я. — И я ж не знал, что тут уже целая толпа собралась. Думал, только вы с Гарри вдвоём.

— Думал он, — опять фыркнула Ингрид. — Вот в этом сомневаюсь. А как насчёт других адептов в коридорах, которые могли вас увидеть.

— Ну, не встретили же никого, — отмахнулся я. — Там идти-то до круга перемещения один коридор. Мы быстренько проскочили.

И вообще, адепты по коридорам шарахаются разве что ближе к обеду. Вон с утра пока я после душа в одних портках там бродил, встретил одного только Тодда. Ну, на пути в комнату от кабинета Эвелины видел несколько человек, но это в других коридорах было.

— И какой же ты ожидал реакции от Гарольда? — теперь Ингрид хмыкнула.

Мне это сопровождение слов всякими звуками для выражения эмоций в стиле кошек уже поднадоела. Хватит с меня Феликса, который так делает. А Ингрид даже не из рода Кота по рождению.

Так что я в ответ громко высморкался в два пальца и обтёр руку об штанину. Запасной комплект есть, да и что-то про самоочистку и ремонт униформы я тоже слышал.

— Фу, грязная деревенщина! — взвизгнула Эмбер, вскочив с колен и отодвинувшись от меня на шаг.

Теперь я заметил, что ей кто-то выдал оранжевые штаны из униформы для техников-андроидов.

— А ты вообще заткнись! — указала на неё пальцем Ингрид, впрочем, тоже скривившись от моих манер. — Бернард!

— Что? — криво ухмыльнулся я, почёсывая нос. — Ну, я хотел передать Гарольду с рук на руки его жену-шалаву. Мол, вот, мужик, кажись, твоё. Нашёл случайно, возвращаю. В таком роде...

«Тётушка» закатила глаза.

— Это самое тупое, что я слышала в жизни, — простонала она. Подумала и всё же поправилась: — Ладно, может, не самое, но точно войдёт в десятку. Ты притащил его жену в непотребном виде. А потом ему пришлось бы её в том же виде тащить обратно.

Я развёл руками. Вот уж насчёт того, как Гарри тащил бы Эмбер обратно, я вовсе не думал. Это уже не мои проблемы, а его. Вон, те же оранжевые штаны бы на неё напялил, чего нет-то.

Но, кажется, мне уже пора начать перестраивать образ мышления. Я больше не наёмник в тёмном средневековье. Да и не с простолюдинами тут дело имею. Пожалуй, аристократ и там не обрадовался бы, если притащить к нему полуголую жену. Вот крестьянин поблагодарил бы, а уж потом сам разбирался с блудливой жинкой, по-свойски, вероятно — с приложением кулака к её уху и физиономии. И совсем другое дело, если бы застал нас на сеновале голышом, тут мог и вилы в ход пустить по дури. Впрочем, там это с моей стороны был бы жест вышестоящего — вооружённого наёмника с отрядом за спиной — к нижестоящему, простому селянину, которого в ином случае и прирезать мог бы. Хотя и в этом случае ситуации разные возможны, как и реакция конкретного человека...

Я потёр лоб, заболевший то ли от раздумий, то ли с похмелья. Но я ж всего бокальчик вискаря тяпнул... Кажется, новое тело нужно приспосабливать к ударным дозам алкоголя постепенно. Или это результат приложения кулака Гарри к моей физиономии?

— А неплохо Гарри меня приложил, — проворчал я.

— Тебе ещё повезло, — заверила «тётушка». — Он сдержал удар, не вложив в него силу Земли. Разве что чуток, рефлекторно. Но всё равно ты получил лёгкое сотрясение. Постарайся не ссориться даже с адептами старших курсов, пока не научишься активировать Стихии. Любой адепт Воздуха может быть в десять раз быстрее тебя. А адепт Земли — сильнее и прочнее, ты об него кулак сломаешь, как об стену.

Я покачал головой, усваивая эту информацию. Так, значит, Воздух — это скорость, Земля — сила и прочность. А за что отвечают остальные Стихии? Например, Огонь. Смогу я кидаться файерболлами или тут что-то другое? Но какой смысл кидать огненные шары в воздушников, которые смогут от них увернуться? Хм... Как всё сложно.

Пока вернёмся к вопросам попроще.

— Почему она тут, а не там? — указал я сперва на Эмбер, а потом на вход в складское помещение.

— Потому что Гарольд и вправду психанул, — вздохнула Ингрид. — И произнёс первое требование развода. — Глянув на выражение непонимания на моей физиономии, она пояснила: — Первое из трёх. Если он повторит требование ещё дважды в течение месяца, то брак будет расторгнут. Но и после первого он уже отказывается от неё и выселяет из своих покоев.

— А мне жить больше негде, — шмыгнула носом Эмбер. — Разве что к родичам возвращаться, но...

Я с трудом сдержал желание матюгнуться, ограничившись протяжным «А-а-а» и взмахом руки.

— Да пусть ей в счёт моего кредита от Форта комнату выдадут на время, — решил я. — Только подальше от моей. Надеюсь, аренда комнаты в Форте стоит не как половина поместья, а? И, кстати, куда мне идти, чтобы уже оформить этот самый кредит и решить прочие детали?

— Ой, бестолочь, — закатила глаза Ингрид. — Пошли, отведу.

Я быстро огляделся и, убедившись, что никто в нашу сторону не смотрит, толкнул «тётушку» в тёмный угол, одной рукой ухватив за горло. Второй рукой я, правда, полез ей под куртку, чем явно испортил эффект запугивания... Но захотелось.

— Не называй меня так, — прошипел я ей в лицо. — Так обзывать меня имеет право разве что мой кот. И то, только потому, что он наглая пушистая жопа, на которую у меня нет управы, а в окно выкинуть всё же жалко.

— Твой... Кот... — пробормотала Ингрид, с каждым словом выпучивая глаза всё больше, хотя я ей на горло не давил, просто держал. — Разговаривает?

— Э-э...

Упс. А что, у других фамилиары не говорящие, что ли? Просто животные? А в чём тогда их смысл?

— Это я так, образно, — чуть посопев в раздумьях и пожамкав грудь «тётушки» под курткой, сообщил я. — В смысле, если кот заговорит, то может обзывать. А остальным нельзя.

Судя по взгляду Ингрид, она мне явно не поверила. Ну и ладно. Всё равно придётся раскрыть ей правду — с кем ещё-то мне посоветоваться на эту тему? Китти и Стьюи вряд ли знают много. А всем остальным я не доверяю, включая Эвелину. Но сейчас вокруг слишком много свидетелей для раскрытия правды. Ни Эмбер, ни стражнику-«псоглавцу» знать о разговорчивости Феликса совсем не обязательно.

— Пойдёмте, леди Ингрид, проводите меня, — сказал я, отпустив её горло и, куда менее охотно, грудь.

Народу в коридоре склада «Лямбда» стало ещё больше. Охранники в зелёном в основном изображали носильщиков, таская куда-то охапки оранжевой униформы и голые тушки андроидов, ухватив за руки-ноги. Каждую пару таких носильщиков сопровождал человек в белом. А у дверей склада с андроидами стояла парочка здоровенных жлобов в чёрном.

Я замедлил шаг, уставившись на них. Но «тётушка» ухватила меня за плечо железной хваткой и потащила за собой.

— Кажется, твой кредит будет сильно меньше, — пробормотала она. — Или больше, если повезёт...

— А? — переспросил я.

Она не отвечала до тех пор, пока мы не перенеслись телепортом на другой этаж. Эмбер шла за нами, но встать к нам в круг не успела, а вслух «тётушка» место назначения не озвучивала, так что мы остались наедине.

— Это не техники, — оглядываясь по сторонам, прошептала Ингрид. — Это бойцы. Рядовые, но... Первый при активации сразу атаковал всех вокруг, покалечил пару «псов». Потом Эвелина его... сломала.

Я застонал. За что, Вселенная, ну?! Я же ничего особенного не просил. Но как обидно, когда сперва поманили большим кушем, а потом отобрали.

Сказали бы мне сразу, что за склад с андроидами я получу ровно шиш, так просто пожал бы плечами. А то сперва поместье в награду, а потом... М-да, никому не нужны бойцы, которые нападают на всех вокруг и не подчиняются приказам.

— А «если повезёт» — это как? — уточнил я.

— Ну, их можно активировать в Тёмной Зоне, в случае агрессии местных, — пояснила Ингрид. — А потом сваливать оттуда. Вернее, сперва их надо туда доставить, потом свалить, а там уж Эвелина разберётся. На неё они не нападут. Но без оружия и экипировки они довольно посредственные бойцы. Вот если ты ещё откроешь склад с их экипировкой... Ну или не ты.

Я не удержался, всё-таки матюгнулся и пнул стену. Перед Ингрид нет смысла скрывать мой странный и непонятный местным лексикон, она и так в курсе, что я попаданец.

Так, про обитателей Тёмных Зон интересно, но это потерпит. Будь там просто свободолюбивые дикари или какие-то мутанты, это мне сейчас не принципиально. Важно то, что в случае бунтов на них могут бросить отряд «терминаторов» со склада. Хотя, судя по тому, как быстро нейтрализовали андроида, им даже до Т-800 как до Китая ползком. Там номер максимум восемьдесят, если не всего лишь двадцать...

Хотя его же вырубила Эвелина. На которую они не будут нападать. А почему? Этот вопрос я тут же задал «тётушке».

— Потому что она одна из них, — пожала плечами Ингрид.

На этих словах я споткнулся на ровном полу и чуть не растянулся.

— Чего-о?! — протянул я.

— Ну, не совсем, конечно, — чуть замялась она. Но потом твёрдо заявила: — Эвелина — не человек. Но и не рядовой боец-андроид. Она элитный образец. Не боевого типа. Мы даже не уверены, есть ли внутри неё металлический каркас. Она предпочитает именоваться «синтоид».

— И она стала куратором и владеет магией, — уточнил я.

— Ну да, — кивнула Ингрид. — Её извлекли с одного из складов несколько столетий назад. Подробностей не знаю, это было давно, но она каким-то образом попала на инициацию. И получила власть над Стихией Тьмы.

— Мне надо выпить, — пробормотал я, качая головой. — А какого типа она андроид?

«Тётушка» внезапно покраснела и начала мямлить.

— Ну... Она... В общем... — Собравшись с духом, Ингрид выпалила: — Она была создана для ублажения мужчин!

Я застонал, уселся прямо на пол, прислонившись спиной к стене, и обхватил голову руками. Нет, точно надо выпить, причём много. Что за безумный мир? Куда я вообще попал, а?!

Пугающая многих и, кажется, слегка безумная Повелительница Тьмы, служащая куратором — секс-кукла. Супер-продвинутая и высокотехнологичная, конечно. Но сути это не меняет.

Секс-кукла, каким-то образом обретшая разум и магические силы. Охренеть не встать!

Ну, теперь понятно, о чём она мне намекала. И про ограниченный доступ к репликатору — только создать пожрать и выпить для хозяина, но ничего сверх этого. И про отсутствие необходимости в презервативах — роботы точно не беременеют. И про возраст. Да вообще почти всё понятно.

— Берн, что с тобой? — засуетилась «тётушка». — Тебе плохо? Я не долечила сотрясение?

Она подняла ладонь, на которой засветился Сигил Исцеления. Но я мотнул головой и оттолкнул её руку. Всё со мной нормально. Я просто охреневаю. А такое магией не лечится.

— Такие вещи надо сразу рассказывать, — проворчал я.

Возможно, наш разговор с Эвелиной мог сложиться чуть иначе, если бы я знал правду о ней заранее. Как именно? Да без понятия! Тут многое зависит от её реакций, которые я и сейчас не могу предугадать.

— И зачем? — как-то странно напряглась «тётушка».

Кажется, это был приступ ревности? Осмотрев пустой коридор, я сгрёб её в охапку и притянул к себе в объятья, начав расстёгивать крючки на куртке.

— Берн, что ты делаешь, — простонала она, не пытаясь вырваться.

— Тут люди ходят? — поинтересовался я.

— Нет, я перенесла нас в пустое крыло, чтобы погово...

Я не дал ей закончить фразу, закрыв рот поцелуем. На голом полу посреди коридора в заброшенном крыле, конечно, не очень удобно и совсем не романтично, но... Сойдёт.

Мне уже давно требовалось сбросить напряжение. Сначала лёгкий флирт с Китти с утра, потом откровенные намёки Эвелины, после полуголая Эмбер, светящая всеми частями тела ниже пояса... Да, наверное, я сделал глупость, потащив её к мужу, но альтернативой было поддаться соблазну.

А тем самым я бы сделал так, чтобы Гарри в нападках на меня оказался прав. Правота врага, конечно, не мешает его убить, но... У меня тут нет ни репутации, ни влияния, ни силовой поддержки. Так что творить любую дичь по велению левой ноги — просто откровенная глупость. Я и так позволяю себе больше, чем стоило бы, хотя пока что это сходило с рук. Но и прикидываться наивным мальчонкой, готовым терпеть оскорбления от вышестоящих и более сильных, я не смогу. Характер не тот.

— Лучше сдохнуть в третий раз, чем перестать быть собой, — пробормотал я.

— Ты это о чём? — слегка обиженным тоном спросила Ингрид, с которой я как раз стягивал юбку.

— Задумался, — честно признался я, укладывая её на импровизированное ложе из нашей одежды и опускаясь сверху. А вот дальше соврал: — О том, что сношать свою тётку, хоть и не родную по крови — плохо. Общественность не одобрит. Но мне плевать. Хотя лучше делать это в безлюдных местах.

— В людных местах вообще сношаться плохо, советами замучают, — хихикнула она.

Я покачал головой в удивлении. Очень знакомая фраза, всё-таки наши миры сильно похожи. Или были похожи до какого-то момента. Психология людей точно примерно одинаковая.

А вот насчёт психологии разумных секс-андроидов... Я подумаю потом. В данный момент мне интереснее другое.

Я сжал ладонью грудь Ингрид и вошёл в неё, заставив застонать. Вот ещё одно преимущество безлюдных этажей — можно не сдерживаться насчёт шума, никто не прибежит жаловаться. А страстные женские стоны — лучшая музыка для моих ушей.

Глава 18. Финансовые переговоры

Магистр оказался седым старичком с по-военному короткой стрижкой ёжиком. Одет представитель местных властей был в белую униформу. Ага, значит, белый — цвет магистров. Интересно, а почему Хлоя носит такой цвет, когда она куратор? Или совмещает две должности?

Я не удержался и задал этот вопрос вслух, хотя это могло быть не лучшим началом разговора.

— Потому что эта иномирная выскочка обнаглела, — скривился старичок. — А вы что хотели, молодой человек? Тут вам не стол справок.

Я не сдержал усмешку. Эх, прямо родиной повеяло. Кто хоть раз посещал любое госучреждение, тот меня поймёт.

«Тётушка» быстро принялась объяснять магистру, что я тот самый юный адепт, который нашёл ценнейший склад с андроидами. И пришёл теперь получить причитающуюся награду. Возможно, в форме кредита от Форта.

— Так, замечательно, — покивал старичок. — Но юный адепт вроде не немой. А вы, леди, для чего его сопровождаете? Вы его куратор?

— Э-э... Нет, — замялась «тётушка». — Я его тётка... По мужу, не по крови. И...

— Ну, раз вы не куратор и не старшая родственница, то попрошу подождать за дверью, — с хитрым прищуром велел старичок. — Мы с молодым человеком переговорим конфиденциально.

Ну-ну, хитрый старый чёрт. Поди, уже знает, что Бернард — деревенщина, которую легко будет облапошить, заплатив три копейки и сверху ломаный грош. Я, конечно, не таков, но как же мне провести финансовые переговоры, при этом не спалившись, что я вовсе не тот, за кого себя выдаю? Показательно тупить и при этом выторговать приличные условия будет сложно.

— Знаете, милорд, мне вообще-то обещали за эту находку поместье, — с туповатой лыбой во всю харю заявил я. — Как раз мой куратор обещал, давайте его позовём?

Тут я приврал, про поместье всё же говорила Ингрид, а не Гарри. Но кто ж мои слова тут опровергнет.

Старичок подавился и закашлялся. И только он открыл было рот, чтобы возразить, как я добил его ещё одним аргументом:

— Или можем позвать леди Эвелину. Она меня в свою группу звала. И вообще предлагала помощь.

— Кх-м, вот если перейдёте в группу «Дельта», тогда и... — начал магистр.

— А давайте я просто вернусь с леди Эвелиной, и вы ей это скажете? — изобразил я деревенскую простоту, которая, как известно, хуже воровства.

Судя по выражению лица старого магистра, он уж точно предпочёл бы, чтоб я обнёс его кабинет до последней скрепки, чем притащил сюда слегка безумного синтоида, изображающего Повелительницу Тьмы. Я уже было развернулся к двери, когда магистр справился с приступом кашля и окликнул меня:

— Не стоит беспокоиться, молодой человек. Пусть ваша родственница... Подруга или кто она там, остаётся.

Учитывая слегка растрёпанный вид Ингрид после наших кувырканий в коридоре, намёк насчёт «кто она там» выглядел весьма однозначно. Так что «тётушка» слегка покраснела. Эх, взрослая женщина ведь, а иногда стесняется, как девчонка. Ну, кому какое дело, если она с племянником покойного мужа развлекается? Да и в голосе магистра осуждения не слышалось, разве что лёгкая насмешка.

— Сначала обсудим вот это, — предложил я, выложив на стол металлический кругляш с выгравированным Сигилом. — Для чего он? И сколько дадите?

— Пять золотых, можно в серебре, — даже не глянув на Сигил, предложил магистр.

Вот старый крючкотвор! Понятно, почему его тут оставили, пока остальные контролируют переноску андроидов.

— Пожалуй, за такие деньги я просто оставлю его себе, — пожал плечами я. — Сам использую, друзьям дам.

— Вы даже не знаете, какой у него эффект и Стихии, — фыркнул магистр. — Использовать Сигил не родственных Стихий может быть смертельно опасно.

— А если эксперт... Скажем, вроде вас, проконсультирует меня? — нарочито отстранённым тоном произнёс я. — И оценит Сигил, скажем, в десять золотых по документам. А за экспертную консультацию я готов заплатить один... — видя, как старик поморщился, я тут же поправился: — Два золотых.

— Что ж, у вас есть деловая хватка, юноша, — одобрительно покивал магистр, оглаживая гладко выбритый подбородок. — И зачем вам при этом нужна была здесь, — он небрежным движением пальцев махнул в сторону «тётушки» Ингрид, — сопровождающая?

— Да я такой умный только тогда, когда могу этим произвести впечатление на красивую девушку, — пожал плечами я.

Теперь магистр и «тётушка» закашлялись хором. А чего я такого сказал?

— А ты леди Эвелину тоже девушкой называешь? — выдавил, наконец, магистр.

Так вот он о чём! Ингрид, конечно, уже прилично за тридцать, скорее ближе к сорока, а мне, то есть Бернарду, вроде девятнадцать. Видимо, тут у них не принято сорокалетних вдовушек называть девушками.

— Пока не доводилось, — покачал головой я. — Зато выпросил у неё бутерброд и бокал виски.

Теперь старик закашлялся так надолго и так сильно, что я уж думал, он вовсе лёгкие выхаркает. «Тётушка» в этот раз кашлять не стала, но смотрела на меня вытаращенными глазами.

Отдышавшись, магистр бросил на меня странный взгляд и занялся осмотром Сигила.

— Не могу так сразу сказать о предназначении, — произнёс он, с усмешкой добавив: — Хоть я и эксперт, конечно. Но тут задействованы Стихии Огня и Тьмы.

Он бросил на меня вопросительный взгляд. Я кивнул, мол, есть такие Стихии как раз.

— Что ж, других Сигилов с таким сочетанием Стихий в нашем распоряжении нет, — покивал старик. — Но они и не востребованы. Потому цена... Двенадцать золотых. И возможность вам, юноша, использовать Сигил для себя.

— Продано! — решил я. — И вам, как эксперту, три золотых. Мне, пожалуйста, серебром выдайте. И это... Как его использовать-то?

— Просто приложи руку и направь капельку энергии, — закатил глаза старик.

Вот можно подумать, что я должен такое знать. Я только сегодня инициацию прошёл, и нас пока что ничему не учили! Но попробовал сделать, как он сказал.

Несколько секунд ничего не происходило. Но потом внезапно левую ладонь обожгло такой болью, будто на ней выжигали клеймо. Меня, конечно, никогда не клеймили, но раны раскалённой кочергой прижигали, было дело. Сейчас ощущения оказались ещё хуже.

— Не отрывай руку! — воскликнула Ингрид, заметив, что я дёрнулся.

Она успела прижать мою ладонь своей раньше, чем я отдёрнул руку от обжигающего металлического кругляша.

Вот если бы боль продлилась чуть дольше, я бы точно отпихнул «тётушку», а может и врезал ей, чтоб отцепилась. Когда тебе прожигает ладонь раскалённый металл, тут уж не до пиетета к дамам. Но боль исчезла через несколько мгновений. Я отнял руку и осмотрел ладонь.

Как ни странно, ожога не было. Только появился чёрно-красный знак, такой же, как на кругляше. Выглядел он будто татуировка, причём нанесённая давно. Никакого покраснения кожи или припухлостей вокруг. Это что, боль била по каким-то магическим каналам? Или ближе к реальности — по нервным окончаниям?

— Вообще-то, обычно Сигилы принято брать на втором-третьем году обучения, — ехидно сообщил старичок. — Я и забыл, что вы едва прошедший инициацию адепт. Очень уж взросло рассуждаете, юноша.

Вот козёл седой! Забыл он, как же. Будто не в курсе, что я этот Сигил только сегодня из Сейфа получил.

Но, видать, моё предположение про магические каналы близко к реальности. И сперва надо было бы их «прокачать». Ну да ладно, зато теперь у меня есть Сигил... Непонятно для чего предназначенный, правда. Но с этим разберусь опытным путём. Попозже, а то вдруг магичить пока будет также больно...

— А теперь, что касается вознаграждения за склад с андроидами, — поставив локти перед собой на стол и сцепив пальцы в замок, заговорил магистр. — Поместье вам, разумеется, не полагается. Но размеры кредита можно обсудить...

* * *

Когда мы вышли из кабинета магистра и зашли за угол, Ингрид внезапно рассмеялась, повисла у меня на шее и впилась поцелуем в губы. Я не очень понял такой реакции, но почти рефлекторно облапил её за задницу. Впрочем, «тётушка» быстро отстранилась.

— Ты старого пердуна чуть до сердечного приступа несколько раз не довёл, — засмеялась она. — И в начале, и к концу...

Вообще, переговоры насчёт кредита и его суммы больше вела она. Я только вставлял короткие ремарки. Например, попросил отдать мою старую комнату Эмбер, а мне выделить другие апартаменты, побольше, и желательно в пустующем крыле. И непременно с надёжным крепким засовом, а то уже замучили все, у кого есть родовой перстень, ходить, как к себе домой. Так что для ординарца я попросил соседнюю комнату, чтоб он тоже зря не шлялся и меня не беспокоил.

На эти условия магистр согласился с лёгкостью. Похоже, в Форте оставалось полно пустующих жилых помещений. Старик даже расщедрился и распространил кредит на всё необходимое для обустройства новых покоев — ну, там, матрас, постельное бельё и кое-какая мебель, а то в заброшенных комнатах наверняка всё давно заплесневело и прогнило.

В качестве аналога «кредитных векселей» он отсыпал мне каких-то пластиковых фишек с выгравированной буквой «М», из-за этого напомнившие мне жетоны для метро. Их вполне можно было использовать и на местном рынке, просто отдав продавцу. То ли здешние торговцы боялись обманывать магистрат, то ли самим магистрам было глубоко плевать, если кто-то впишет в кредитную закупку лишние труселя и пару портянок. Меня-то такие мелочи точно не волновали. Но я намеревался затариться по полной, набив гардероб сменной одеждой. А то, предчувствую, на грядущих тренировках шмотки будут пачкаться и рваться только в путь...

Кредит на посещение корчмы я тоже выбил. Безлимитный. И для этого даже жетончик не будет нужен, мол, хозяйку отдельно предупредят. Правда, никто не уточнил, распространяется этот безлимит только на то, что я сам лично выпью и сожру, или я могу угощать хоть всех присутствующих. О чём я в конце магистру всё же сообщил, после того, как он уже оформил бумаги, подписал и проштамповал. Тут-то его чуть удар и не хватил в очередной раз.

— Я не думаю, что ваш магистрат разорится, даже если будет полностью оплачивать содержание корчмы, — хмыкнул я. — Это всяко дешевле содержания поместья.

— В разы, — согласилась «тётушка». — А что, ты правда собираешься всех там угощать в счёт кредита?

— Ну, не совсем, — я хитро улыбнулся. — Есть у меня кое-какой бизнес-план.

Раз уж денег мне дать не захотели, буду обналичивать кредит другим путём. Проводя наличку в обход кассы и разделяя прибыль с хозяйкой. Остаётся только договориться, чтобы с посетителей она плату всё-таки брала, а потом вписывала траты в мой кредит. А денежки распилим. В худшем случае пополам, хотя мне бы хотелось получать семьдесят процентов. Но посмотрим, как столкуемся. Конечно, сто процентов всех расходов в мой кредит вписать не получится, но даже если треть... Старому магистру придётся немного отрастить шевелюру, чтобы потом рвать на себе волосы, а то сейчас даже не вцепится в короткую причёску.

— Как думаешь, он не догадался, что я тоже наглый иномирный выскочка, как и Хлоя? — спросил я.

— Вряд ли, — пожала плечами «тётушка». — Ничего такого ты не сказал. В крайнем случае, магистр Люциус решит, что твоя маменька подготовила и обучила тебя гораздо лучше, чем все предполагали. Впрочем, старику плевать, вряд ли он вообще о тебе раньше слышал.

Насколько я понял, магистры вовсе не правят фортом, как я было предполагал сначала. Они скорее что-то вроде местной администрации. Впрочем, управленческие функции при этом как раз на них. Но кто всем руководит? Некий комендант в одно лицо? Или Форт вообще не является независимой административной единицей и подчинён кому-то? Какому-нибудь Совету Лордов? Уж точно не одному роду, иначе в адепты не набирали бы всех подряд.

— А сколько народу знают о происхождении Хлои и Эвелины? — поинтересовался я.

— Ну, кураторы, магистры, комендант, конечно. Из адептов почти никто не в курсе. Разве что им рассказали под большим секретом. Вот как я тебе... Надеюсь, ты не намерен об этом трепаться?

Вот уж чего точно делать не собирался, так это просвещать местную молодёжь о том, что в жизни всё сложнее, чем они привыкли думать. В том числе, что тренируют их не благородные леди, равные по положению их родителям, а наглая попаданка и секс-андроид. Впрочем, их кандидатуры в качестве наставниц всё равно при этом кажутся мне более привлекательными, чем лорд Гарри. И я вовсе не про сексуальную привлекательность, это-то само собой. Просто Гарри, кажется, полный болван. И сильно сомневаюсь, что он хорош в качестве учителя. Хуже только та однорукая старушенция. И чего её в магистры не переведут, туповата, что ли?

— Информацию от меня можно получить только за большие деньги или очень умелые оральные ласки. Да и то в случае их нехватки, а со вторым пунктом ты отлично справляешься, — усмехнулся я и подмигнул «тётушке», заставив её снова покраснеть.

Блин, да сколько ей лет, в конце концов? Я не удержался и задал этот вопрос вслух.

— Пятьдесят три, а что?

Теперь настала моя очередь давиться воздухом на вдохе и кашлять от удивления. Понятно, чего они с магистром так реагировали на «девушку». Значит, в этом мире у людей продолжительность жизни действительно побольше.

Ну, я всегда считал, что женщине столько лет, на сколько она выглядит. На вид я бы дал ей около тридцати пяти, может и чуть меньше. А насчёт сорока предполагал по её опыту работы куратором. Всё же обучение заканчивают ближе к двадцати пяти, да и вчерашнюю адептку ведь не возьмут сразу в кураторы. Впрочем, как раз Ингрид вполне могла быть куратором-новичком, выпустившим всего один-два курса.

— Тебя это беспокоит? — напряглась она.

Я шлёпнул её по упругой заднице и покачал головой.

С новой информацией у меня появилась куча вопросов по устройству местного социума. Например, почему та же Ингрид не вышла замуж второй раз, если её муж умер давно? Или почему у них не было детей, если умер он недавно. Так-то, сохраняя молодость как минимум до пятидесяти-шестидесяти, они могли бы рожать по десятку детей без особого ущерба для себя. В нашем мире в не столь уж далёкие времена столько детей было почти нормой, и не всегда это критично сказывалось на женском здоровье. Хотя и частенько. Но уж если в запасе есть лишних лет двадцать, то рожать можно раз в три-четыре года, давая организму восстановиться.

Однако с населённостью тут как-то не очень, вон и в Форте полно пустых помещений. Да и у «маменьки» явно не десяток законных отпрысков погибло... Хотя и такое могло быть, про количество покойных сводных братьев и сестёр я как-то не интересовался, решив, что их было двое-трое. Возможно, ошибся.

— А сколько же этой леди... Стефании? — припомнил я имя однорукой старушонки.

— Точно не помню, сто тридцать где-то, — пожала плечами «тётушка». — Самая древняя тут у нас Эвелина.

Ну, это-то понятно, что андроид или синтоид, как ни назови, одна фигня, не стареет. А запас прочности у технологий Предков явно ого-го. Уж точно больше тысячи лет эти Форты стоят, раз некий Последний Истинный Император восемь столетий назад уже пытался их разрушать. А может и дольше. Это ж примерно как от Рюрика до наших дней! За такой огромный период времени местные могли бы уже заново развить свою цивилизацию. Но они предпочитают пользоваться технологиями Предков и шаманить магией.

Впрочем, на кой чёрт магической цивилизации развивать научный прогресс? Возможно, сказались ещё какие-нибудь религиозные запреты, возникшие после гибели техногенной цивилизации Предков. Да ещё всякие непонятные мне пока, но явно опасные Тёмные и Чёрные Зоны. Никто не станет строить пароход для далёких путешествий по воде, если все отправленные на разведку ладьи и каравеллы раньше исчезали, предположительно упав с Края Плоской Земли. Короче, любой прогресс всегда связан с открытием, захватом и заселением новых территорий. Даже если на этих территориях враги, то шарашить в них файерболлами выглядит перспективней, чем стрелять из аркебуз. А изобрести сразу пулемёты и гранатомёты, проскочив этап пушек и дульнозарядных ружей, в принципе невозможно.

Я потёр лоб. Хватит столько думать, от этого только голова болит. Эх, мне бы с собой ноутбук или «Айфон» с доступом к интернету, хотя бы к «Википедии». Вот тогда бы я был тут самый умный и всё знал. А так-то я даже свой диплом под холодильник подложил, чтоб не шатался, другой пользы от него не было. Впрочем, полезных для этого мира знаний мне моё образование всё равно не дало, так что остаётся только принять местные порядки и учиться магии, как все.

— Берн, — дёрнула меня за рукав Ингрид, возвращая к реальности. — Ты о чём так сильно задумался?

— Ерунда, — отмахнулся я. — Пойдём лучше в корчму.

— Не могу, — помрачнела она. — Я всё же куратор, а ты адепт. Нас не должны воспринимать как друзей... Или более того. И мне не нравится в корчме. Увидимся позже.

Хм, обиделась, что ли? Вроде ничего такого ей не сказал. Да и в пятьдесят три пора бы уже как-то повзрослеть, что ли. Хотя мне ли говорить, самому уже сороковник, а таким уж взрослым и солидным себя не чувствую. Возможно, это из-за четырёх лет жизни в теле средневекового парнишки, да и сейчас я опять омолодился. Хотя нет, я и в родном мире в первой жизни никогда не ощущал себя взрослым и ответственным человеком, как был раздолбаем, так и остался. Разве что дамы за тридцать как-то незаметно из тётенек превратились в девушек, а двадцатилетние вдруг стали восприниматься малолетними девчонками. Разница поколений, иные менталитеты и всё такое. Ну, здесь-то у меня с людьми любого поколения менталитет не совпадает.

Возможно, мне вообще ближе нечеловеческий менталитет Эвелины. Или она просто программно подстраивается под собеседника, чтобы он чувствовал себя комфортнее?

А вот пойду и попробую выяснить! Тем более у нас ещё осталось незаконченное дельце. Она ведь просила предоставить возможность использовать мой пропуск на складе ещё дважды. Вместе и сходим. А уж потом в корчму.

Глава 19. Сложности переезда

Кабинет Эвелины был пуст, хотя и не заперт. Видимо, она всё ещё возится с «младшими братьями»-андроидами. Да и вообще, их выключенные тушки навряд ли уже все перетащили со склада. Что ж, придётся отложить дельце с открытием ещё двух отсеков до завтра, а то и послезавтра.

Так что я пошёл в корчму.

— О, Бернард, ты пришёл спеть и выпить? — приветствовала меня хозяйка.

— Насчёт выпить не откажусь, — кивнул я, — а вот с пением, пожалуй, не сегодня. Зато у меня есть деловое предложение...

Выслушав план моей небольшой аферы, хозяйка сразу же согласилась. Правда, затребовала себе сорок процентов прибыли. Я не стал торговаться, в конце концов, всю работу делать ей.

Разговаривали мы на кухне, пока в другом углу повариха рубила на куски чью-то мясную тушку.

— Крысятина? — поинтересовался я, заглядывая ей через плечо.

Самих крыс я уже увидел, парочка сидела в клетках здесь же, на кухне. Здоровенные, размером с собаку или всё же с поросёнка — последняя параллель как-то аппетитнее кажется. Почти лысые, с клочками белой шерсти на макушке и вдоль хребта. Точно мутанты какие-то или специально выведенная порода.

— Червячина, — отозвалась повариха, демонстрируя мне кусок сочного филе без единой косточки. — Деликатес.

— Что-то не похоже на червяка, — усомнился я.

Все же в детстве хотя бы разок разрубали дождевого червяка. А не слишком брезгливые и получившийся срез потом рассматривали. Так вот, совсем не похоже на этот кусок филе. Хотя форма тушки схожа, но это может быть и просто вырезка. Надеюсь, повариха прикалывается.

— А где ты видел обычных червяков такого размера? — хохотнула тётка. Я уж было вздохнул с облегчением, но она добавила: — Особый вид, специально выведенный Предками, да славятся они в веках!

Так, кажется, шашлык, а тем более отбивные и бифштексы, я тут жрать больше не буду.

— А можно мне подавать исключительно свинину? — попросил я, обернувшись к хозяйке. — И вообще заказывать побольше свиного мяса, а не вот этого всего...

— Тебе можно, — кивнула она. — А вот побольше не получится. Фермы ограничены в поставках. Но вообще-то червячина вкусная, сочная и без костей.

Но чтобы рискнуть её попробовать, мне придётся сперва упиться в зюзю. Впрочем, не сказал бы, что такое невозможно.

А вообще-то, даже такой странный и немного отвратный факт, что тут едят мясо гигантских червей, даёт полезную информацию. Выходит, Предки не только робототехникой занимались, но и генетикой. Если гигантские крысы ещё могли вырасти от случайных мутаций, то вот мясные черви — вряд ли. Вероятно, не обошлось без генной инженерии.

Ладно, буду считать, что это не черви, а змеи. Змей жрать мне в прошлой жизни уже доводилось, немного похоже на курицу. Хотя так говорят почти о любом необычном мясе.

Вот когда немного обустроюсь в этом мире, налажу связи и буду уверен, что никто не попытается пырнуть меня ножом в спину, то на радостях упьюсь в стельку и попробую бифштекс из червяка! Если такой момент вообще настанет, конечно.

Мне, кстати, всё ещё надо выяснить, кто же подговорил Бернарда на самоубийство. Вернее, не исцелил его после втыкания кинжала в грудь, тем самым обрекая на смерть.

Допив кружку, я прихватил с собой вторую. Отдам Феликсу пустую посудину, чтоб со стола скидывал, как обещал.

У дверей комнаты меня ожидала пара стражников в зелёной форме, сопровождающие Эмбер. Ну да, я же договорился, что она въедет в мою комнату. Определённо хорошо, что не стал напиваться, нам с Мэтом теперь ещё вещи переносить, к счастью, не слишком многочисленные.

— Я могла бы сегодня ночевать с тобой, — протянула Эмбер, прижимаясь ко мне.

— Нет уж, — оттолкнул я эту глупую девку, продолжив собирать шмотки. — Шла бы лучше с мужем мириться. Или искать себе нового поклонника, который после развода замуж возьмёт.

— А чё, я бы взял, — рассмеялся один из стражников. — И так, и этак. А ты, Грэг? — обратился он к приятелю. Тот покивал. — Можно и вдвоём.

Эмбер вспыхнула. Причём, в буквальном смысле — её правую руку объяло пламя.

— Молчать, жалкие бастарды! — завизжала она. — Как вы смеете!..

— Парни, вам бы лучше выйти, — посоветовал я, сунув Грэгу в руки охапку своей одежды, завёрнутой в узел из простыни.

Ничего, Эмбер сегодня и без постельного белья поспит. И пусть радуется, что я матрас не забираю. Стражники поспешили убраться из-под горячей руки оскорблённой аристократки.

— Ты прикрути-ка фитилёк, — велел я, обернувшись к ней. — А то я тоже так могу.

Вообще, в последнем заявлении я был не сильно уверен. Но всё же вытянул левую руку в сторону и попробовал. С ладони, на которой был вытатуирован Сигил, сорвалась огненная стрела, врезавшаяся в стену, едва не разнеся при этом обшарпанное зеркало. Только вот мой огонь был чёрного цвета.

— Чёрное пламя, — мигом побледнела Эмбер, погасив свой ручной факел.

Феликс недовольно мявкнул. Да ладно, чего орать, не зацепило бы тебя, я гораздо выше целился.

— Так, сидеть! — скомандовал я Эмбер, указав на неё правой рукой, от греха подальше.

Она послушно плюхнула задницу на не застеленный матрас, глядя на меня округлившимися глазами. Я открыл дверь и позвал стражников обратно.

— Хватайте письменный стол и тащите в новую комнату, — велел я. — Вместе с котом.

А то разгружать всё барахло их ящиков мне как-то лень. Да и Феликс выбрал себе «насест» и лежанку. Ещё обидится и как-нибудь всё же умудрится нассать в ботинки. А оно мне надо?

— Мы, вообще-то, грузчиками не нанимались, — проворчал более говорливый из стражников.

Я повернулся к Эмбер и кивнул ей. Она мигом вскочила и снова превратила свою руку в факел. Вопрос тут же решился, стол стражники потащили едва ли не бегом. Ничто так не мотивирует людей к переноске тяжестей, как угроза в противном случае спалить их ко всем чертям. Ничего, не развалятся, не пешком же по лестнице волочь, а до ближайшего телепорта и потом от другого до комнаты.

— Ты... — начала было Эмбер.

— Я! — перебил её я. — Пожалуйста. А если ты хотела сказать что-то, кроме «спасибо», то лучше помолчи. Теперь это твоя комната. И больше никогда не приходи в мою! Вообще забудь обо мне. Надеюсь, мы больше вовсе не увидимся.

— Ну, если ты не собираешься обучаться магии огня. Я вообще-то наставница по этой дисциплине...

Я застонал. Вот, не было печали. И почему ей тогда от Форта личные покои не выделили? Я думал, она просто бездельница. М-да, она уж научит.

— Встречи исключительно в рабочем порядке не считаются, — отрезал я. — Всё, пока.

Со злости я ещё сорвал со стены зеркало и ухватил подмышку. Оно мне особо не нужно, но жалко оставлять этой дурище озабоченной. Всё, больше ничего ценного и полезного в комнате не осталось. Кинжал со свернувшимся драконом на рукояти я первым делом привесил себе на пояс, вообще-то давно следовало это сделать. Спасибо, хоть никто не спёр, пока комната стояла пустая и доступная любому обладателю родового перстня.

* * *

Я решил лечь спать пораньше, но долго не мог уснуть, только недовольно ворочался. В итоге всё же вынужден был пошарить под кроватью. И выругался, когда ничего там не нашёл. Ночной горшок-то я из старой комнаты не забирал, а новый мне сюда никто поставить не удосужился. Зов природы не желал утихать, так что пришлось вставать и одеваться.

Надеюсь, в этом коридоре есть ванная комната. И что я сумею её найти. Должны же быть на стене какие-то метки, наверное, я просто не разглядел...

Несмотря на позднее время, в коридоре был чуть ли не аншлаг. Пятеро парней устроились на кортах возле дальней двери и негромко переговаривались. Эх, я ведь просил поселить меня в пустующем крыле. Впрочем, соседи вроде тихие. И у них можно спросить про душевую, пусть даже это может показаться глупым. Но всё-таки лучше, чем шарить по стенам в поиске панели доступа.

— Здорово, парни, — поприветствовал их я.

— За мной будешь, — ухмыльнулся мне в ответ один из них, с рыжей шевелюрой.

— А чего это, тут очередь в душ? — удивился я. — Или куда стоим?

Не, ну а куда ещё можно занимать очередь в пустом коридоре посреди ночи? Ладно, пусть поздним вечером.

Рыжий хихикнул.

— Ты заблудился, новичок?

— Я тут живу теперь, — указал я в направлении своей двери. — С сегодняшнего дня. А вы, я так понимаю, не местные.

— Не, мы в гости пришли, — сообщил другой парень, бритый почти наголо.

Вообще, все пятеро не отличались какими-то особыми приметами. Все среднего роста и телосложения, в одинаковой форме, делающей их ещё более похожими. Только по волосам и оставалось ориентироваться. И то двух брюнетов с почти одинаковыми лохматыми причёсками я мог бы перепутать. Последний в компании был русый, со стрижкой под горшок.

— К леди Аннабелль, — оскалил в улыбке неровные зубы рыжий.

Он потряс в воздухе кожаной флягой, которую держал в руке. Внутри что-то забулькало.

Как раз в этот момент открылась дверь, и в коридор вывалился ещё один парень.

— Следующий, — ухмыляясь, негромко объявил он.

Внутрь проскользнул один из брюнетов. А тот, что вышел, зашагал по коридору к кругу перемещения, не став задерживаться.

— Ширинку застегни, — посоветовал я ему вслед.

Он, не оборачиваясь, неопределённо махнул рукой над плечом. Я решил считать это жестом благодарности.

Теперь я вспомнил, что говорил мне Стью насчёт толстушки Белль. Я-то думал, «братец» пошутил или хотел её оскорбить. Но, кажется, это было вполне серьёзно. Чёрт, и почему меня поселили в том же коридоре, где её комната?! Кажется, старый магистр Люциус на меня слегка обиделся. Не очень сильно, но чуток подкозлить решил. Наверное, не надо было грозить ему прийти вместе с Эвелиной. Или хотя бы не говорить, что она меня бутербродами кормила, может, старик обзавидовался.

— Так что, за мной будешь? — продолжая лыбиться, спросил рыжий.

Скучно им тут стоять и ждать, что ли?

— Да я как-то ничего с собой не взял, — кивнул я на его фляжку.

— Без разницы, она всё равно после четвёртой уже точно отрубится, — отмахнулся он. — Ещё одного лишнего и не заметит.

Я слегка передёрнулся. Хотелось бы списать это на сквозняк, но в коридорах Форта на удивление не дуло. Вот в комнатах примораживало, если окно плохо закрыть. Нет, было просто противно.

Я, конечно, повидал в прошлой жизни некоторой грязи и дерьма, в том числе в буквальном смысле. Не исключая и постоялые дворы, комнаты в которых были не чище общественного туалета. А прислуживающие девки, разящие кислой капустой и немного конским навозом, готовы были задрать юбки на конюшне перед любым желающим за пару медяков. Но там это было нормально, я даже не осуждал товарищей, которые ленились сходить в деревню и подыскать там какую-нибудь вдовушку, гораздо более чистую, опрятную и не такую пользованную. Это ж с ней ещё разговаривать надо, а и подарить что-нибудь, в итоге дороже выйдет. Впрочем, при остановке на одну ночь это вообще не вариант, но в таких случаях я предпочитал потерпеть.

Но тут-то ведь передо мной молодые парни, да ещё и аристократы. Вовсе не наёмники, с дороги пахнущие конским потом, запёкшейся кровью и сталью. Не уроды, зубы целы, пусть у рыжего и кривые, носы не ломаны, руки и даже все пальцы на месте. Да и живут тут постоянно. Чего бы не найти себе подружку? Девчонок среди адептов не так уж мало. Да и некоторые наставницы слабы на передок, та же Эмбер.

— Да нет, мне бы в душевую, — сквозь зубы процедил я. — Первый раз в этом коридоре. Не покажешь дверь?

Видимо, вопрос всё-таки показался очень тупым. И если рыжий только продолжил ухмыляться, то русый заржал в голос.

— Они же во всех коридорах одинаковые, — сквозь смех сообщил он. — Ты тупой, что ли?

Я пожал плечами, сожалея, что поленился застёгивать ремни на берцах. Ладно, авось не свалится.

Весельчак получил пяткой в нос, так что ещё врезался затылком в стену и взвыл от боли. Что ж, вот и первый сломанный нос. Остальные трое быстро вскочили в полный рост. Я отступил на шаг, приподняв перед собой пустые ладони. Но этот жест миролюбия почему-то вызвал не тот эффект, какой я ожидал.

— Огненный Сигил! — выкрикнул бритоголовый, скрещивая руки перед лицом.

Ну-ну, сильно помогла бы ему такая защита, если бы я собирался шарахнуть стрелой чёрного пламени из Сигила.

— Хамить не надо, — максимально спокойным тоном посоветовал я.

И всё-таки выпустил огненную стрелу в противоположную стену. Для наглядности. А то этак до утра тут перетирать будем, кто был неправ.

Всё ещё подвывающий русый получил лёгкого пинка под зад от бритого и совет:

— Понял, баран? За языком следи!

Неужели я опять поссорился с представителем рода баранов? И точно, вон у него баранья голова на кольце. М-да, дурацкие совпадения какие-то. Надеюсь, хоть тот, которого я в корчме отпинал, не из баранов был.

— А теперь серьёзно, покажите мне, где тут душевая, — велел я. — И проваливайте, чтоб, когда выйду, вас не видел.

Рыжий поспешил к противоположной стене чуть дальше по коридору и открыл замаскированную панель.

— А чего мы-то? — попытался возразить бритый. — Это этот вон, баран. А мы чего.

Я резко дёрнул левой ладонью в его сторону, заставив сжаться в комок, прикрывая голову руками. Ну, рефлексы у парня хорошие. Но кто ж его на такую глупость тренировал? Это ж на уровне пряток под столом от ядерного взрыва.

Или я переоцениваю мощь своих огненных стрел? На стенах-то они только подпалины оставляют. Но стены Форта явно чертовски прочные. Впрочем, не проверять же на людях просто ради эксперимента. Когда-нибудь при случае выясню.

Отвечать я не стал, просто прошёл в душевую и закрыл за собой дверь. Специально потоптался там подольше, давая парням время убраться. Заодно отыскал скрытый в стене ящик, где хранились полотенца и мыло, и куда можно было сложить одежду. Вон он в чём секрет-то, как говорится: а ларчик просто открывался.

Когда я вышел, в коридоре мялся только один брюнет. Тот, который недавно вошёл «в гости». Быстро он, скорострел...

— А где все? — поинтересовался он.

— На перекур ушли, — пожал плечами я, доставая из внутреннего кармана куртки пачку сигарет. — Будешь?

Он кивнул и взял сигарету. Я полез было в карман за спичками, но потом подумал: я вообще-то маг огня или погулять вышел? Так, что мне там говорили об управлении магией? Направить энергию... Я попытался сосредоточиться на кончике указательного пальца правой руки. И получилось! Загорелся огонёк, как на зажигалке. И даже палец не обжигал. Правда, огонь был чёрным.

Парень слегка вздрогнул, но всё же прикурил от моего огонька.

— Ты из «Дельты»? — с лёгкой опаской спросил он.

Я мотнул головой, но развивать тему не стал. Вместо этого посоветовал:

— Ты себе лучше нормальную девушку найди.

— Нормальные в своих поместьях сидят, — криво усмехнулся он. — Тут военная академия, а не дом свиданий. И даже под луной не погуляешь, холодно.

— Домом свиданий бордель называют, — просветил его я. — Так что не там нормальных девчонок искать собрался.

Парнишка покраснел, раздражённо махнул рукой и ушёл. Ой, глупые сопляки, как же мне с вами сложно будет. Ну, или вам со мной, это уж как получится и как повезёт.

Я покосился на дверь комнаты толстухи Аннабелль. Может, заглянуть и объяснить, что тут теперь коридор высокой культуры и быта и пора перестать устраивать притон? Хотя она там наверняка пьяная и, скорее всего, голая. Бр-р... Нет уж, ещё кошмары потом сниться будут.

Ладно, не самая большая проблема, потом разберусь. Или никогда. В конце концов, я не ревнитель морали, а в коменданты женской общаги не нанимался. Разве что остальные комнаты в коридоре тоже в счёт кредита снять и потом народу сдавать. Но на кой ляд мне это надо? С корчмы явно больше прибыли поимею и при этом вообще без хлопот.

Глава 20. Второй день инициации

Меня разбудил настойчивый стук в дверь. Такой, будто барабанщик блэк-метал группы решил вдруг освоить там-тамы, не меняя жанр, но не нашёл их и решил тренироваться, барабаня кулаками в дверь. В мою.

— Феликс, открой, а, — пробормотал я.

— Бестолочь, — с недовольным фырканьем отозвался кот. — У меня лапки.

Шуток не понимает, животное. Лучше бы чего полезного сказал. Надо уже найти время для основательной беседы с фамилиаром. Но, кажется, он не особо рвётся меня просвещать.

— Да сейчас открою! — крикнул я, натягивая штаны.

Ну, если это опять поклонники толстухи Аннабелль припёрлись, то я сейчас проверю на них мощность моих огненных стрел. Ибо нефиг. Никто не любит, когда их будят по утрам. Но стучать не прекратили.

Я вытащил тяжёлый металлический брус засова из пазов, приставил его к стене и открыл дверь. И чуть не получил кулачком по носу.

— Вселенная, за что мне это? — простонал я, глядя на своих гостий.

Китти и Эвелина. Видимо, они колошматили мне в дверь в четыре кулака, изображая одного бешеного барабанщика. Ради такого дела Китти даже перестала шугаться нашей Повелительницы Тьмы.

— Ты обещал мне карту доступа к складу, — требовательно протянула руку Эвелина.

— Я зашла тебя на инициацию позвать, — почти хором с ней произнесла Китти. — Пойдёшь смотреть на остальных?

Я захлопнул перед ними дверь и прижался к ней спиной. Посмотрел на своего кота-фамилиара.

— Ну, дашь мудрый совет?

— Слышал, что кастрация в таких случаях помогает.

Паршивец ехидный. Я же вообще об этом не думал. Да и дамочки ко мне с утра пораньше вовсе не за тем прискакали. Март на дворе, что ли? В этих вечно обледенелых горах и не поймёшь.

Я взял китель и достал из кармана карту доступа. Снова открыл дверь и протянул карту Эвелине.

— Только не забудь, что содержимое складов моё, — напомнил я. — А если что захочешь забрать... Должна будешь, в общем.

— Я уж расплачусь, не волнуйся, — усмехнулась и подмигнула она.

После чего медленно удалилась, зазывно покачивая широкими бёдрами. Я не удержался и проследил её путь до самого поворота.

Китти тоже заметила мой интерес к заднице Эвелины и раздражённо покашляла.

— Бернард, так ты пойдёшь на инициацию?

— Пойду, раз уж разбудили, — вздохнул я. — Хотя там наверняка будет такая же скучища, как вчера. Но тебе придётся подождать, пока я приму душ.

Китти пожала плечами, без приглашения прошла в мою комнату и уселась на кровать. Другой мебели, кроме оккупированного котом стола, тут и не было. Спасибо, что хоть матрас новый мне принесли, а старый заплесневелый выкинули. Остальное придётся таскать на своём горбу. Хм, сдружиться, что ли, с трогглом? Он-то, поди, по креслу в каждой ручище сможет без напряга доволочь.

Я опасался столкнуться в коридоре или возле душевой с Аннабелль, но удалось проскочить. А то не хотелось сейчас выяснять отношения, а если пройти молча, то позже претензии уже будут выглядеть глупо. С гигиеническими процедурами я постарался закончить побыстрее и вернулся в комнату.

— Китти, ты в меня случайно не влюбилась? — поинтересовался я, неторопливо наматывая на ногу чистую портянку.

— Вот ещё, мечтай, — фыркнула она. — Просто ты забавный, с тобой весело.

Ага, особенно я весёлый, если меня разбудить рано утром. Будь на месте Китти, например, Стьюи — я б его обложил трёхэтажным матом, да ещё ботинком вслед кинул. А красивым девушкам всё же многое прощается, даже если они не твои. Но всё же до определённого предела. И у меня этот предел не такой уж далёкий. Я, конечно, люблю красивых женщин, но больше тогда, когда они визжат подо мной от страсти, а не когда с утра барабанят в мою дверь.

— А что, тренировки с куратором тоже будут с раннего утра начинаться? — осведомился я.

— Нет, после обеда, — съязвила девчонка. — Ты же из деревни, должен был привыкнуть просыпаться с первыми петухами.

— Я и привык, — вздохнул я, ничуть не соврав. В жизни наёмника тоже особо не разоспишься. — Но всегда это ненавидел.

Что ж, как говорится: не жили хорошо, нечего и начинать. Может, тут всё-таки каникулы бывают, а? Даже наёмники отдыхают в зимний сезон — если, конечно, накопили для этого достаточно деньжат.

— Пускай она меня погладит, — неожиданно подал голос Феликс.

Хм, удивительно. Он же только вчера требовал, чтобы Эмбер его не трогала.

— Погладь котика, — озвучил я его просьбу. — Кажется, ты ему нравишься.

— Это ты так насчёт моего имени подшучиваешь? — нахмурилась она.

Но всё же встала, взяла Феликса на руки и, усадив к себе на колени, принялась почёсывать ему макушку и за ушами. Кошак довольно замурлыкал.

Должен будет. Вот пусть попробует потом не ответить нормально на мои вопросы, больше почёсываний не получит.

— Шантажист.

А кому сейчас легко? Уж точно не мне, если ещё и девушек к себе водить придётся только тех, которых одобрит фамилиар. Впрочем, пока что наши мнения совпадают. Надо как-нибудь «тётушку» пригласить переночевать, посмотрю, как на неё Феликс реагировать будет.

— Во второй комнате уединяйся, с кем хочешь.

Ну да, в новых покоях у меня две комнаты, не считая скрытой за стеной «гардеробной». Правда, вторая пока что совсем пуста. Но в счёт кредита от Форта можно и туда мебель натащить. Хм, а кровать вообще втиснется в круг перемещения? Не по лестницам же — которых я тут, кстати, вовсе пока не видел — её волочь...

Вообще-то проще стол вместе с котом в другую комнату отволочь. Будет мне тут эта пушистая жопа ещё указывать, где с кем уединяться!

* * *

Инструктаж перед инициацией почти повторял вчерашний, разве что был чуток покороче. И в этот раз Эвелина отсутствовала на балконе. Долго же она выбирает отсеки на складе «Лямбда».

Я откровенно зевал, хотя на самом деле поспал не так уж мало. Но было скучно. Пока на инициацию наконец не отправились знакомые мне лица.

Первым из таковых стал троггл Рэм. Я заинтересовался, что же выберет этот троглодит? Он начал обход тотемов со Стихий второго порядка. Даже к металлическому тотему подошёл, но сразу же резко помотал головой и отступил.

— Что за тотем? — шёпотом спросил я у Китти, когда троггл опустил свою лапищу на один из столбиков.

— Земля, — также негромко отозвалась она. — Левее Вода, напротив Воздух.

Озвучивать, что напротив Воды — Огонь, она не стала. Это и так очевидно. Вообще, я мог бы и сам запомнить, ведь только вчера выбирал. Но сегодня мы стояли с другой стороны площадки, так что ракурс поменялся.

Второй Стихией Рэм выбрал Воду. Потом вернулся к внешнему кругу тотемов. Ещё раз обошёл три из них. В итоге остановился возле последнего и шлёпнул по нему лапищей.

— Это же Тьма, да? — спросил я.

— Угу, — отозвалась Китти.

— Хочу в группу «Бета»! — громко объявил троггл.

А вот это неожиданность. Выходит, он с нами в группе будет. Может, вправду подружимся. Ведь не только как носильщик тяжестей пригодится, но и в качестве боевой единицы в команде. Как личность я его пока совершенно не знаю, так что судить не могу. Не по внешности же оценивать. Вопреки тому, что он здоровенная груда мускулов, Рэм вовсе не агрессивен, что уже демонстрировал в столовой, когда я занял его место.

— Принято, — подтвердила «тётушка» с балкона. Лорд Гарри почему-то смолчал. — Вскрывай Сейф.

Следующей на площадку с тотемами спустилась моя наречённая невеста, леди Джейнифер. Жаль троггл успел уйти, я бы не отказался поставить их рядом и сравнить комплекцию. Джейн вроде бы вполне могла сойти за троггла — со скидкой на женский пол, разумеется. Неужели она правда полукровка? Вот с ней уединяться в постели мне совсем не хочется, совершенно не мой тип женщин.

Джейнифер вообще не пошла к внешнему кругу тотемов, сосредоточившись только на Стихиях первого порядка. И выбор совершила быстро, ограничившись всего двумя — Вода и Земля.

— Группа «Гамма»! — удивила она меня.

Я-то думал, моя невеста — дамочка боевая. А тут всё скромненько. Впрочем, как кураторы правильно говорили: не адепт выбирает Стихии, а Стихии адепта. Если остальные тотемы Джейн отвергли, лезть к ним было бы самоубийством.

— Может, пойдём пообедаем? — предложил я, когда на инициацию снова пошли незнакомые мне адепты.

Единственное, что в их инициации было интересно, это в какую группу они попадут. Двое парней выбрали «Бету», но я лиц будущих сокурсников всё равно не запомнил с первого взгляда. Обычные парни, ничем не выдающиеся и не выделяющиеся, по крайней мере, на беглый взгляд издали.

— В корчму и за твой счёт? Я слышала, у них была поставка червячных отбивных, — обрадовалась Китти. — Вкуснятина, нежное, сочное мясо, совсем не жирное и без костей.

Я только вздохнул. Да уж, вкусы у народа тут специфичны. Я бы лучше свинину на косточке погрыз. Жирненькую. Свиные рёбрышки, м-м-м...

— Конечно, за мой счёт, — согласился я. — Ни в чём себе не отказывай.

Как говорится, кто девушку кормит, тот её и танцует. Хотя в целом я предпочитаю дам чуток постарше, ближе к своему возрасту, для Китти могу и исключение сделать. Очень уж хороша фигурка, да и в голове при этом не пусто. Опять же, Феликс ей симпатизирует.

Я уже собирался уходить, когда на «арену» спустилась Аннабелль. Надо всё же посмотреть, какие стихии выберет соседка. И главное, чтоб она в другую группу записалась. Неприятная персона, на мой взгляд. Начиная с поведения за столом в столовой, когда я только познакомился со Стьюи и Китти.

Аннабелль целенаправленно двинулась к металлическому тотему. Решила начать с наименее вероятного выбора? Или...

— Стой! Стой, дура! — заорала с балкона Хлоя.

Но толстушка к её окрику не прислушалась. Она с размаху шлёпнула ладонью по металлическому столбику. Весь зал, а может и Форт, вздрогнул.

— Остановите её! — выкрикнула Ингрид, сиганув через перила балкона.

Я с удивлением наблюдал, как «тётушка» медленно планирует вниз. Выходит, Стихия Воздуха и такие возможности даёт? Нифига себе. Я тоже хочу научиться летать — пусть даже медленно и только вниз.

Тем временем столб тотема будто взорвался. Аннабелль закричала, когда металлические куски налипли на её руки и ноги, будто наручи и поножи. Но мне в этом крике помимо боли послышались также восторг и торжество.

Вопреки приказу Ингрид, адепты не спешили останавливать толстушку. Вместо этого они ломанулись прочь из зала. Что ж, здравое решение, особенно учитывая, что большинство из них ещё не проходили инициацию и могут разве что кулаками помахать.

— Что будем делать? — спросила Китти, прижавшись ко мне спиной.

— Пока посмотрим, — решил я.

Лорд Гарри тоже сиганул с балкона, следом за «тётушкой». Хотя он опускался не так плавно, а инерцию при приземлении ему пришлось гасить перекатом. Ну, хоть не пафосно-супергеройское приземление на одно колено с ударом кулаком об землю. Следом прыгнула и Хлоя. Вот пусть кураторы сами и разбираются, а я погляжу, чего они умеют.

К наручам и поножам Аннабелль тянулись цепи, уходящие в пол на том месте, где прежде стоял тотем. Но вот они вырвались из дыры в полу, их концы хлестнули по кураторам.

Гарри блокировал цепь предплечьем, Ингрид снова взлетела, перепрыгнув, а Хлоя выхватила здоровенный меч, на лезвие которого цепь и намоталась.

— В чём проблема?! — выкрикнула Аннабелль. — Инициироваться тотемом Технологий не запрещено!

Пока что технологиями тут и не пахнет, скорее уж Стихия Металла. Форт уже перестал содрогаться.

— На инструктаже мы предупреждали! — рявкнул Гарри.

— Никто не владеет Стихией Технологий, мы не сможем тебя тренировать, — попыталась урезонить её Ингрид.

— Ха! Можно подумать, тут полно мастеров Духа! — выкрикнула толстушка. — Но этой швабре бледной, — она указала на Хлою, — никто ничего не запрещал!

— Я пришла из другого мира, — процедила сквозь зубы Хлоя, всё ещё пытаясь удержать в руках меч, который цепь стремилась вырвать.

— Да я тоже! — заорала Аннабелль.

Чего?! Она тоже попаданка? Как-то многовато нас тут становится.

Цепи перестали метаться и пытаться зацепить кураторов. Вернувшись к хозяйке, они обмотались вокруг её рук и ног, протянувшись также вокруг пояса — талией я это в её случае назвать не могу, — и крест-накрест поперёк груди. Порванная униформа, увешанная теперь цепями, превратилась в какой-то костюм для БДСМ, к счастью, без излишней откровенности.

— Ты сломала тотем, — уже спокойнее произнесла Ингрид.

— Я? — удивилась Аннабелль. — Я просто приняла Стихию! Дальше всё само.

Плоховато сыграла, как на мой взгляд. Надо было тогда как все, сперва обойти остальные тотемы. А не целенаправленно переть, как бульдозер, к одному конкретному.

— Хочу в группу «Гамма», — заявила Аннабелль. — Раз уж у меня только одна Стихия. И учить меня всё равно никто не будет.

Я, как и все, посмотрел в сторону балкона. Но старушка Стефания смылась в коридор в самом начале разборки. Как оказалось, тем хуже для неё, поскольку остальные присутствующие кураторы с радостью эту идею приняли.

Кажется, драки всё-таки не будет.

— Ты ощущаешь контроль над Фортом? — спросила «тётушка».

Толстуха помотала головой.

— Я же только инициировалась и пока ничего не умею. Возможно, позже...

Ага, ничего не умеет. А цепями кто махал? Или тоже «не виноватая я, оно само»? Что-то больше никто своими Стихиями в окружающих не шарашил после инициации.

Возможно, мне всё-таки стоит ещё раз переехать. А то с такой соседкой покоя точно не будет. Впрочем, вряд ли теперь к ней продолжат наведываться адепты, охочие до пьяного секса.

— Всё равно, нельзя так просто позволить... — лорд Гарольд запнулся, не сумев сформулировать, что именно нельзя.

Ну, или все и так понимали, что он имеет в виду, без лишних уточнений. Я тоже догадывался. Адепт, способный управлять механизмами Форта так, как больше никто не умеет. Это как минимум нарушение вертикали власти и субординации. А как максимум, вдруг Аннабелль вообще замурует кураторов в комнатах. Или кто знает, какие у неё ещё появятся возможности.

— Надень на неё ошейник, — зашептала Китти, сунув что-то мне в руку. — Станешь героем и получишь власть. Прикажешь ей не причинять никому вреда и слушаться тебя.

В моей ладони был тот самый металлический шнур, который Китти достала из Сейфа. Значит, это какой-то ошейник... Заставляющий подчиняться каким-то образом. Хм...

— Злая ты, — буркнул я, сунув шнурок в карман. — Не буду я этого делать. А если станешь плохо себя вести, на тебя надену.

Последнюю фразу я постарался произнести шутливым тоном.

— Может, и хорошо бы, — чуть слышно пробормотала Китти. А громче спросила: — Но почему нет?

Потому что мне совершенно не нужна внешне непривлекательная, при этом обладающая странной силой и возненавидевшая меня рабыня. С красоткой я бы нашёл способы поладить постепенно. Хотя в нынешней ситуации всё равно не полез бы обращать в рабство. Да нафига мне это надо? Но сам по себе шнурок-ошейник пригодится. Интересно, а на Эвелине сработает?

— Тогда отдай, я сама, — потребовала Китти.

— Нет уж, — покачал головой я. — Помнишь, что говорила леди Стефания? Герои умирают. Вот и не рвись в герои. Пусть кураторы сами разбираются. А мы пойдём в корчму.

В конце концов, Аннабелль даже не в нашу группу решила вступить. Так что точно — не наши проблемы. Правда, в целом, глобально — интересный поворот. Особенно учитывая, что она тоже попаданка. Интересно, из какого мира? Хлоя вон, кажется, вовсе не из моего, раз клинок Духа уже при ней был при переходе. У нас-то такого не водится. А вот Аннабелль всё же придётся пораспрашивать на эту тему. Но потом. Может, мы ещё и поладим, найдём общий язык, пусть даже она мне не нравится.

Впрочем, если она попала сюда напрямую из нашего мира, то её поведение можно понять. Стресс, шок, желание забыться... Не одобрить, конечно, но понять.

Я подхватил Китти под руку и увёл из зала инициации.

— Берн, почему? — спросила она, остановив меня в коридоре. — Ты же не трус. Ты мог бы что-то сделать...

— А зачем? — развёл руками я. — Инициатива знаешь что обычно делает с инициаторами? Ничего хорошего! Я не желаю добровольно вешать на шею лишние проблемы.

— Просто Белль тебя не привлекает, — хмыкнула Китти, зашагав вперёд.

За что получила шлепок по заду.

— Это тоже, — согласился я, снова подхватывая её под руку раньше, чем девушка успела возмутиться. — А сейчас пойдём в корчму, нам точно стоит выпить. И я ведь обещал тебя угостить деликатесным червячным мясом.

— Ты мне теперь должен десяток золотых за ошейник, — фыркнула она. — Или отдашь?

Я покачал головой. Не стоит давать подобные штуки в руки неадекватной молодёжи. Уж лучше деньгами отдам. Интересно, какой у корчмы месячный доход вообще? Ладно, как-нибудь сочтёмся.

Мне пришла в голову мысль, от которой я запнулся и остановился.

— Что случилось, Берн? — спросила Китти.

Я отмахнулся, не став объяснять. Но если уж Китти случайным образом получила такую штуку, как рабский техно-магический ошейник, то что же из Сейфа вытащит Аннабелль, управляющая Технологиями? Ой-ёй...

Глава 21. Отдых в корчме

Я помешивал варево в котле длинной деревянной поварёшкой. Не то, чтоб я вообразил себя великим кулинаром и решил продемонстрировать мастер-класс. Просто повариха всё норовила сэкономить, в лучшем случая закидывая одни обрезки от свиной туши, а в худшем и вовсе дополнив крысятиной. А как она чистила картошку — вообще словами не передать, цензурными.

Блюда из привычных мне нормальных продуктов в корчме готовили редко. Потому что дорого выходит. Пусть ферма Форта занимает целый этаж, а то и несколько, но это всё же мизерные размеры с учётом количества жителей. В итоге выходило, что крестьяне, благодаря натуральному обмену между собой, питаются лучше, чем адепты. А всё потому, что Форт почти ничего не продавал, даже лишнюю униформу. Получается, крестьяне могут получить деньги от адептов, но потратить их сумеют только в своём простонародном кругу. А для этого деньги — лишний этап, можно просто поменяться с соседом, излишки записав в долг и забрав позже. Да и у самих адептов не так уж много денег, а имеющиеся они предпочитали тратить на пиво, а не на свинину. В столовой кормят бесплатно, а в качестве деликатеса сойдёт шашлык из крысятины.

К счастью, за меня в корчме платит казна Форта, так что могу себе позволить попривередничать. А ещё замечательно, что, благодаря кругам перемещения, сгонять до фермы и обратно можно меньше, чем за пару часов. И то большая часть этого времени, наверное, ушла у слуги на торговлю с крестьянами.

Заодно я выяснил, что внутренние круги перемещения, так называемые «малые», переносят только внутри Форта. Так что сгонять во внешнее поселение за продуктами так запросто не получится. Для этого нужен «средний» круг, доступ к которым есть не у всех. Но и средние работают на ограниченное расстояние. А ещё есть «большой» круг, в единственном экземпляре. Вот он может перенести вообще куда угодно, да ещё и целую толпу народа при желании. Но к нему даже у кураторов есть доступ только для рейда, тогда как адептов оттуда охрана погонит пинками, а простолюдина вообще могут убить на месте.

— Нормально получилось? — спросила Китти, подсовывая мне под нос миску собственноручно нарезанным салатом.

Я осмотрел блюдо придирчивым взглядом и кивнул. Ну, салат трудно испортить, даже если очень постараться. А крупно или мелко овощи нарезать — так это на любителя, по вкусу.

Так, два блюда почти готовы. И свинина уже нарезана, отдельно мелкими кусками на шашлык, отдельно ломти мяса на рёбрышках. Вот сейчас сниму котелок с огня и можно ставить на его место решётку, жарить мясо.

Я бы мог направить чуток энергии в руку и ухватиться за дужку котелка прямо голой ладонью, но не стал выделываться и как нормальный человек воспользовался прихватками. А то мало ли, Китти или повариха насмотрятся и вздумают повторить фокус. Ну, повариха-то вряд ли, она баба опытная, а вот Китти может. Кажется, она сегодня вообще впервые на кухне оказалась. Ох уж эти аристократы...

Поставив котелок на стол, начал раскладывать мясо на решётке. Типа гриля получится. На будущее надо придумать вариант маринада и какой-нибудь соус. Но пока и так сойдёт.

Главная проблема — дефицит соли. В Форте её, конечно, не добывают, негде. Только внешние поставки, а это дорого и запас невелик. Про специи и говорить нечего. Повариха чуть в обморок не хлопнулась, когда я сыпанул в суп аж две щепотки перца. А теперь и на рёбрышки немного. Ничего, ещё закажут новую поставку, всё за счёт казны. Когда-нибудь сам комендант Форта прибежит сюда мою похлёбку за обе щеки лопать. Кстати, надо бы ему отправить на ужин пару свиных рёбрышек. Знать бы ещё куда и с кем можно передать...

— Кушать подано, — объявил я, разливая суп по мискам. — Садитесь жрать, пожалуйста.

Поскольку весь этот банкет не за мой счёт, то жадничать не стал, повариху и слугу тоже угостил.

Подув на ложку, медленно покатал во рту и проглотил. Горячо, жирно, сытно — главные критерии для походного варева. А в иной кулинарии я не спец. На Земле мы такое варили по утрам после ночёвки в лесу в поездке на шашлыки. Очень помогало привести организм в норму после пьянки с песнями у костра до самого рассвета. А в другом мире, в походах с отрядом наёмников, такой наваристый супчик удавалось пожрать далеко не всегда. Иногда приходилось довольствоваться тем, что нашлось в ближайшем лесу или само приползло.

Когда десяток голодных наёмников под покровом ночи выкапывают руками и ножами картошку и морковку на чужом огороде — наверное, со стороны это выглядит смешно. Конечно, не для деревенских жителей и не для самих наёмников. А ночью потому, что днём надо проехать как можно дальше, в темноте лошади могут и ноги переломать. Иногда ещё и скрытность нужна, чтобы вражеский отряд не допросил крестьян, был ли тут кто чужой. Помню, когда однажды Косой Вэл притащил вместо картошки свеклу, перепутав впотьмах, его чуть всем отрядом не побили. Но оказалось, что с голодухи и свекольник — ничего так суп. Правда, никто им как следует не наелся, так что на следующий день пришлось украсть корову...

— Уф, я объелась, — выдохнула Китти, облизывая ложку.

При этом она бросила полный вожделения взгляд на мясо, поджаривающееся на решётке. Нет бы на меня так смотреть... Вспомнив о своих поварских обязанностях, я бросился его переворачивать, пока не подгорело.

— Ещё весь вечер и вся ночь впереди, — ободрил я Китти, деревянной лопаткой переворачивая мясные куски. — Да и пить пока не начали. А под пиво мясо всегда хорошо идёт. И если ты прибавишь по паре сантиметров в выступающих частях тела, вряд ли кто-то будет против.

— Берн! Что ты такое несёшь! — возмутилась девушка, слегка покраснев.

— Забудь, — отмахнулся я лопаткой. — И так хорошо. Да и какие твои годы...

Интересно было бы взглянуть на комплекцию её матушки. Вот некоторые девушки, которые в районе двадцати лет в самом соку и мягкие во всех местах, за которые хочется подержаться,к сорока превращаются в натуральных свиноматок. А другие так и остаются объёмными только в нужных местах. И всегда это видно по их родителям.

Впрочем, в этом мире я из толстух видел пока одну Аннабелль. Которая, оказывается, вовсе попаданка. Интересно, в чужое тело, как я, или в своём, как Хлоя?

— Да мои годы примерно такие же, как твои, — задумчиво и, кажется, с ноткой подозрения в голосе протянула Китти.

Упс, палюсь.

— Жизненный опыт разный, — заметил я. — Ты аристократка, а я бастард, выросший в деревне.

Первая партия мяса дошла до кондиции. Сложив шашлык в большую миску, я решил перебраться в зал. Остальное повариха и сама дожарит, вряд ли станет на крысятину подменять.

Несмотря на достаточно ранний час, народу в корчме набралось уже немало. Но я предусмотрительно заранее зарезервировал для себя ближайший к кухне стол, расположенный между сценой и барной стойкой. Удобно, быстрый доступ куда угодно, да и жратву с выпивкой подадут быстро. Так что этот стол будет моим пожизненно.

Заприметив в зале Стьюи, махнул ему рукой, чтобы присоединялся к нам. А вот Тодду просто кивнул, он сидел за столом с другими стражниками. И я вообще пока не уверен, что стоит с ним поддерживать приятельские отношения.

— Это что, свинина? — удивлённо вскинул брови «братец». — По какому поводу шикуем?

Ну да, он же ещё не слышал про мой договор с магистром о кредите от Форта. Пришлось рассказывать. Так за разговором мы незаметно умяли почти всю миску шашлыка и опустошили пару кувшинов пива. Сытый и слегка захмелевший, я решил, что раз с низшими потребностями разобрались, пора переходить к потребностям второго порядка. То есть, тяге к искусству. Тем более, сегодня сцена пустовала, а вот гитару с неё никто не убирал.

— Щас спою, — предупредил я, усмехнувшись.

Мои спутники юмора не поняли. Эх, если Аннабелль всё же из моего мира, возможно, стоит с ней пообщаться. Возможно, первое впечатление о ней было ошибочным, и мы поладим? Или хотя бы потерпим друг друга ради того, чтобы обмениваться только нам понятными шуточками. Всё же каждому человеку важно, чтобы его понимали.

Я взобрался на сцену и взял гитару. По привычке чуток покрутил колки, но расстроить инструмент с прошлого раза ещё никто не успел. Обдумал имеющийся репертуар, пару вариантов отбросил — не поймут. Что ж, раз у нас тут как бы военная академия, то пусть будет песня о войне. Почти автобиографичная, хотя и не совсем, конечно...

— Я не герой. В руке сверкает меч...

Удар! И он запятнан тёмной кровью.

Товарищу помог я жизнь сберечь:

"Да не за что, приятель, на здоровье!"

Я не герой. А утром новый бой.

Вновь марш-бросок и грязь под сапогами...

И после рубки меч опять тупой,

А лезвие измазано мозгами...

Я не герой. Хочу уйти домой,

Но не хочу болтаться на осине...

И вновь рассвет, опять пора мне в строй,

Вновь плакать будет чья-то мать о сыне...

Я не герой. Убийца и мясник.

Уж трупов сто, пожалуй, за плечами.

Но вот как будто даже и привык,

И даже без кошмаров сплю ночами.

Я не герой. Сосед мой не герой.

И наш капрал в герои не годится.

Но встанем завтра снова мы стеной,

Ведь кто-то должен защищать границу...

Я не герой. А враг мой не злодей.

Напротив ведь такой же сельский парень.

Но выбор прост — умри или убей,

И он со мною в этом солидарен.

Вообще-то, в регулярной армии я в прошлой жизни не служил, а в наёмники пошёл добровольно. Но выбор был не особо богат. Да и разница не велика. Основное отличие в том, что нам платили, а вот ополченцам не особо. Ну и иногда можно было отказаться наниматься. Но только если в противном случае не придётся питаться подножным кормом и обиженный барончик не попытается натравить на наш отряд своих регуляров.

— Я не герой. Мне не дадут медаль

И в жёны не сосватают царевну.

Ну и плевать, совсем-совсем не жаль,

Вернуться бы в родную нам деревню...

Я не герой. Эй, слышишь, друг? Держись!

Прикрой меня, а я тебя прикрою.

Смотри вперёд! Да что ты смотришь ввысь?

Нет, не помогут боги нам с тобою.

Я не герой. Богам не до меня.

Вот и хвала, конечно, им за это.

Под взором их врагов ряды тесня

Я не пойду. И доживу до лета.

Я не герой. Я жду сезон дождей,

А вовсе не блистательной победы.

Ещё я жду из дома новостей.

Ну а сейчас и вовсе жду обеда.

Я не герой. Скорей бы уж зима,

Когда снега закроют перевалы.

Тогда домой. Там ждёт меня корчма,

И девки ждут, готовят сеновалы...

На этой строке я повернулся к Китти и подмигнул. Девушка покраснела, а кто-то в зале громко засмеялся.

— Я не герой. Да здравствует король!

А впрочем, хрен с ним, если околеет.

Не выспался, опять натёр мозоль...

А снова в бой, восток уже алеет...

Я не герой. На том и кончен сказ.

Опять пора в атаку нам всем строем.

Не воин я, а просто свинопас.

И нет причины звать меня героем.

На этот раз пальцы болели уже гораздо меньше. Пожалуй, хорошо, что в прошлый раз я так и не обратился к целителю, само всё зажило, а подушечки чуток загрубели.

— Щенок-первогодка, что ты можешь знать о войне и смерти?! — возмущённо произнёс какой-то мужик, поднявшись из-за стола.

Судя по униформе, такой же адепт. Так что, пожалуй, всё же парень, а не мужик. Но лицо уже не юношеское, заросшее щетиной, которую на левой щеке рассекал глубокий шрам.

Вообще-то, на мой взгляд, шрамы — признак вовсе не боевого умения, а как раз наоборот, того, что однажды он облажался и пропустил удар. Впрочем, это тоже опыт.

— Это просто песня, — пожал плечами я, отставив гитару в сторону. — Она не обо мне. Возможно, о тебе...

— Ты меня свинопасом обозвал?! — взревел он.

Сидящие с ним за столом двое парней только заухмылялись, но вставать и присоединяться к намечающейся драке пока не собирались. Что ж, тем хуже для них.

Подумаешь, адепты-пятикурсники, пусть даже слегка заматеревшие и поучаствовавшие в нескольких сражениях. Это ещё не повод устраивать тут «дедовщину». И не тот объект для этого выбрали, ох, не тот...

Парень шагнул вперёд и потянул из ножен меч. А у меня только кинжал на поясе. И достаточно опыта, чтобы не лезть в бой с коротким клинком против длинного.

В прошлой жизни я бы, пожалуй, запустил ему в голову кувшином, перевернул пару столов и вооружился табуреткой, если в трактире они есть, чаще-то лавки. Но здесь и сейчас у меня имелся козырь, даже не в рукаве, а прямо на ладони.

Я спокойно подождал, пока этот крутой вояка сделает ещё пару шагов и обнажит клинок. Чтоб все точно видели, кто тут агрессор. Я просто защищался...

Вытянув левую руку, я направил в неё поток энергии и выпустил огненную стрелу. Вот и проверю, как она на людей действует.

Парень отлетел метра на полтора и распластался на спине, от его куртки на груди пошёл лёгкий дымок. Что, и это всё? Слабовато будет. Возможно, нужно больше энергии направлять. Впрочем, я и не стремился прикончить этого типа, так даже лучше.

Его приятели тут же перевернули стол и укрылись за ним. Более того, начали толкать стол вперёд, используя его как щит, стремясь добраться до товарища и прикрыть его тоже. Молодцы, всё-таки есть боевой опыт и подготовка.

— Эй, я не собираюсь на вас нападать! — объявил я. — Расслабьтесь, ваш друг жив, вон, шевелится. Берите его и тащите к целителю. Он сам полез и получил по заслугам.

— Он прав, парни, — поддержал меня Тодд. — Мы, конечно, сейчас не на службе, но если продолжите буянить...

Остальные стражники за его столом поддержали коллегу негромким ропотом. Им явно не хотелось портить себе выходной, но сидеть и смотреть на побоище они тоже не могли себе позволить.

— Бастарды все заодно, — прошипел один из скрывающихся за перевёрнутым столом.

Вот ведь придурок, стражников-то пятеро, да и все с мечами. На что рассчитывает? На магию? Хм, интересно, а стражники проходят инициацию? Как бы тут настоящая магическая битва не развернулась.

— Рот закрой, Митчелл, — подал голос парень из другой компании, расположившейся за двумя сдвинутыми столами. — Ещё неизвестно, от кого твоя мамашка тебя родила. Она и к этому пареньку недавно в койку прыгала. Так что жди скоро братика. А парень, может, станет твоим отчимом.

Его компания захохотала. А Митчелл вскочил из укрытия в полный рост и правой рукой выхватил меч, а левую превратил в пылающий факел. Худой, рыжий, а на оголовке клинка голова лисы...

Это что, сынок Эмбер?! Чёрт подери, я думал ей и тридцати нет! Ну, насчёт возраста «тётушки» тоже сильно ошибся. С этими долгожителями и не поймёшь, сколько им лет.

Выходит, у Эмбер сыну лет двадцать пять, а она прыгает в койку к адепту-первокурснику, которому всего девятнадцать? Обалдеть... Надеюсь, Бернард до моего переселения в его тело не заделал ей ребёнка, вот только этого мне ещё не хватало.

— Эй, давайте все успокоимся, — предложил я. — И не надо верить слухам. Не было у нас ничего с леди Эмбер. Это всё просто большое недоразумение.

— Ну да, а в одном пажеском кителе и с голой задницей её кто по коридорам за волосы таскал? — хохотнул всё тот же болтун.

Митчелл взревел, как раненый шпагой тореадора прямо в задницу бык, и прыгнул к сдвинутым столам. Кажется, ему было плевать на численный перевес компании противника.

Но в следующий миг дверь корчмы распахнулась. А ещё через долю секунды зал объяла непроглядная тьма, скрыв даже магический факел на руке Митчелла.

Ну вот, а говорила, что не ходит в корчму.

Я спокойно уселся на табурет и стал ждать развязки. Тьма глушила даже звуки. Вот почему я не слышал шагов Эвелины у неё в кабинете! Тут точно кто-нибудь должен был зашуметь, хотя бы выругаться. Но при этом тогда в кабинете мы с Эвелиной друг друга слышали в темноте...

Я насчитал около шестидесяти ударов сердца, когда темнота исчезла. Митчелл лежал на полу на спине, а Эвелина поставила ногу ему на грудь. Наверное, ему из такого положения открывался интересный вид у неё под юбкой...

— Митчелл Вульпес, два взыскания за попытку нападения, — объявила Повелительница Тьмы. — Стэнли Урсус, одно взыскание за провокации и распространение слухов. Бернард Фелис — идёшь со мной.

Я даже не сразу сообразил, что это она про меня. Ну, чего ей так срочно понадобилось? Нашла на складе что-то интересное? Могла бы и до завтра с этим подождать. Хотя лучше уж сейчас, чем ранним утром.

— Да иду, иду, — со вздохом согласился я, спрыгивая со сцены.

По пути я прихватил полный кувшин пива. А то от синтетического виски меня на глупые поступки пробивает.

Глава 22. Командные императивы

— Куда мы идём? — поинтересовался я.

Стены в коридоре, куда мы попали через круг перемещения, отличались от виденных мной ранее. Их закрывали металлические резные панели, изображающие лиственные узоры. То, что металл от времени местами позеленел, только придавало узору естественности. Да и лампы на потолке светили непривычным светом с голубоватым оттенком.

— В мои покои, — отозвалась Эвелина, продолжая тянуть меня за рукав.

Чтобы поспевать за ней, мне приходилось шустрее шевелить ногами, а о том, чтобы на ходу отхлебнуть из кувшина, оставалось только мечтать.

— А чего не в кабинет? — заупрямился я, уперевшись ногами в пол. — Если вы...

Она дёрнула сильнее, так что я чуть не упал ей на грудь. Хотя это было бы довольно мягкое приземление, но...

— Не воображай о себе слишком много, мальчик, — прошипела она мне в ухо. — Я не собираюсь силой тащить тебя в постель, много чести. Дело есть!

Ну ладно, и на том спасибо. Нет, я как бы не против, если женщина возьмёт на себя инициативу, может даже чуточку подоминирует в постели... Так, в меру. Да и Эвелина однозначно роскошна. Пусть даже она не человек, а секс-андроид, это мало что меняет. Не резиновая кукла же, а вполне разумная личность. С долей безуминки, но, как говорится: у всех свои недостатки.

Только вот она слишком уж настойчиво зазывала в свою группу, в том числе и через постель заманивала. А я бы не хотел учиться владению только Стихией Тьмы, да и товарищей бросать тоже. И кувыркания в койке с роскошной и очень опытной красоткой тоже того не стоят.

Наконец мы остановились возле одной из дверей, тоже украшенной металлической резной панелью. Интересно, а прочности такая решётка добавляет или всё же чисто декоративный элемент?

Вместо кольца Эвелина вставила в «замочную скважину» выскочивший из запястья стальной штырь. Штекер? Как его правильно называть-то...

Только теперь я обратил внимание, что её перстень был увенчан черепом. То ли оно не работает, так же, как и драконьи кольца, то ли Эвелина просто запирает свои покои более надёжно, чтоб всякие левые люди не вошли.

Внутрь Эвелина меня буквально зашвырнула, так что я всё-таки не удержался на ногах и упал. Приземлился на правое плечо, оберегая зажатый в левой руке кувшин. К счастью, мягкий ковёр с длинным ворсом на полу смягчил падение.

— Ну, ничего себе, — присвистнул я, оглядываясь вокруг прямо из положения лёжа.

Здоровенный каменный камин размером в полстены с одной стороны, а перед ним, поверх и так мягкого ковра, пушистая шкура белого медведя... Ну или йети какого-нибудь, голова у шкуры отсутствовала, да и лапы были обрезаны, так что не уверен.

Пара мягких кресел и стоящий между ними столик со стеклянной столешницей и металлической основой. Противоположную стену покрывал гобелен с изображением здоровенного красного дракона и мужика в короне, ласково треплющего ящерицу за зубастую морду. Никак Последний Истинный Император, а?

В дальнем уголке скромненько стояла обнажённая девушка с роскошными формами. Ага, скромненько... Обнажённая... Но поза с опущенными вдоль тела руками и сдвинутыми по стойке «смирно» ногами определённо не предполагала ни капли эротизма. При нашем появлении девушка не шевельнулась и даже глаз не открыла.

— Нашла на твоём складе, — объявила Эвелина, указав на девушку.

Хм, значит, она андроид. Но в отличие от виденных мной раньше, со всеми положенными половыми признаками. Большая грудь размера этак пятого с розоватыми сосками, широкие бёдра, талия, не осиная, но вполне пропорциональная. Грива рыжих волос, не хуже, чем у Эмбер. Мордашка выглядит очень юной, пожалуй, ей бы пиво в магазине без паспорта не везде продали. Но пропорции тела явно говорят о взрослости.

— Круто, — протянул я. — И что?

Если Эвелина хочет отдать мне найденного андроида, то... Зачем?! Что мне с ней делать-то?

— Какой же ты бестолковый, — простонала Эвелина, картинно приложив тыльную сторону ладони ко лбу. — Я не могу её активировать без настройки на будущего владельца. Но это только до инициации!

— А можно попроще, но поподробнее? — попросил я, усаживаясь на ковре и наконец-то прихлёбывая из кувшина. Эх, маловато взял. — Не забывай, что я бастард из деревни. И вообще адепт-первокурсник. Хотя мне уже рассказали, почему у тебя из руки штекер выскакивает...

— Шунт, — поправила меня Эвелина. — Это называется шунт. А где же ты, деревенский житель, слышал слово «штекер»?

Упс, опять палюсь. Я отхлебнул ещё пива и отмахнулся:

— От бродячих менестрелей в кабаке чего только не услышишь. В том числе и легенды о Предках.

Надеюсь, в этом мире хотя бы есть странствующие менестрели. Иначе я капитально прокололся и придётся сознаваться, что я попаданец.

Эвелина фыркнула, но развивать тему не стала.

— Хорошо, будет тебе поподробнее, — кивнула женщина. — Она синтоид, как и я. Создана для того, чтобы обслуживать мужчин. Во всех смыслах. Сможешь попользоваться несколько дней, пока я не улажу вопрос с её инициацией. Но не факт, что она инициацию пройдёт. Пока был только один прецедент, со мной. Если не сможет, останется твоей служанкой, рабыней, кем захочешь. Если справится и обретёт разум и власть над Стихией...

— И что тогда? — уточнил я, поскольку Эвелина выдержала уж слишком долгую паузу.

— Ну... Я после инициации убила бывшего хозяина, — признала она. — Но тебя я защищу. Или можно раздобыть контроллер. Они редкие, но кто-то точно вытаскивал из Сейфа. Я разузнаю, выкуплю...

— Вот такая штука? — поинтересовался я, вытащив из кармана металлический шнурок, полученный от Китти. — Кстати, насчёт возможности быть убитым надо было сразу говорить. Я не согласен.

— Это просто психоз самоосознания, — отмахнулась кураторша. — Через несколько часов пройдёт, я смогу её сдержать это время, запереть во Тьме. Да и врукопашную справлюсь если что. Мы идентичны структурно, но у меня есть двести лет опыта.

— Так контроллер — вот это? — переспросил я, помахивая шнурком. Получил кивок в ответ. — А если я нацеплю его на тебя?

— Я буду подчиняться прямым приказам, — сообщила Эвелина. — Но это не помешает мне попросить, например, Гарри проломить тебе башку. Впрочем, даже просьб не понадобится. Контроллеры находятся под строгим наблюдением, их использование должно быть регламентировано. Нельзя просто так взять и обратить в рабство кого захочешь. Я сделаю тебе документы для владения Эйлин.

— Эйлин? — вскинул бровь я.

— Да, я решила её так назвать, — кивнула женщина на застывшую в углу девушку. — Официально для всех она будет моей дочерью.

— Та-ак, — протянул я. Имя для андроида это последнее, что меня интересовало. А вот остальное надо обдумать и обсудить. — И если я нацеплю на неё контроллер, то смогу остановить при психозе. А потом его можно снять?

— Нет, — отрезала Эвелина. — Только в случае смерти одного из вас, хозяина или раба. Она останется твоей. Ну, проживёшь ты ещё сотню лет, потерпит. Если не станешь злоупотреблять властью. Ты вроде бы разумный юноша, с тобой можно договориться...

Я хмыкнул. Странно. Эвелина ведь не в курсе, что я — не Бернард. А этот болван деревенский успел себя зарекомендовать как угодно, только не как разумного юношу. Неужели я произвёл такое впечатление при нашей не слишком продолжительной беседе? Но ведь сама же тогда мне за наглость пеняла. Хотя бутерброды исправно делала. Ха, может, Эвелина просто любит подчиняться наглым мужикам и для «дочки» желает того же?

— Чего ты лыбишься, как дебил? — вздохнула кураторша.

М-да, скачок от разумного юноши до дебила за пару секунд. Этому андроиду точно требуется проверка на вирусы, а лучше сброс системы к заводским настройкам. Впрочем, эти настройки вряд ли предполагали обретение полноценного разума и власть над Стихиями.

— А если я не хочу? — поинтересовался я.

— Чего? — не поняла она.

— Ну, не хочу секс-рабыню синтоида, — пожал плечами я. — Если ты не в курсе, я сплю с леди Ингрид. Она мне не родня по крови! И подумываю всё-таки соблазнить малышку Китти. Я как бы не против, когда любовница покорно выполняет все мои желания в постели. Но они у меня относительно скромные и стандартные, без каких-то этаких специфических изысков, — я неопределённо помахал рукой в воздухе. — Ну, Ингрид не возражала. В общем, нету у меня таких потребностей, для которых нужна кукла-рабыня.

— Я, по-твоему, кукла? — мгновенно похолодевшим тоном спросила Эвелина.

— Китель снять! — резко и неожиданно рявкнул я.

Ой, если я ошибаюсь, то меня сейчас будут бить. Возможно, даже ногами. И, к сожалению, вряд ли только по голове...

Но Эвелина резко рванула куртку на груди, выдёргивая крючки «с мясом». И сдёрнула куртку с плеч, оставшись передо мной топлес.

— Ну вот, командные императивы всё ещё действуют, — удовлетворённо кивнул я, украдкой выдохнув с облегчением.

Возможно, меня всё равно побьют. Но уже незаслуженно и несправедливо! Я же чисто в рамках эксперимента... Хотя сиськи роскошные и даже больше, чем у рыжей Эйлин. Наверное, всё-таки шестой размер. Хотя, может, просто разница в росте, Эвелина повыше будет, а в Эйлин этак чуть больше метра шестьдесят.

— Ты не деревенский бастард, — расхохоталась Эвелина, покачав головой.

Куртку она снова накинула на плечи, но застёгивать даже пытаться не стала, да и невозможно это было.

— Ну, допустим, что нет, — пожал плечами я, достав из кармана сигарету и прикурив от пальца. — Пепельницу подашь? Пожалуйста.

Эвелина вышла в другую комнату и вернулась с хрустальной вазочкой. Видимо, у неё тут зона для некурящих. Да и зачем синтоиду пепельница, она ж не ест, не пьёт, не курит и не гадит...

— Ещё один пришелец извне, — покачав головой, резюмировала она. — Сразу двое в одном наборе...

— Ну, извините, я не знал, что тут очередь, — развёл руками я. — И вообще, моего мнения не спрашивали. Но теперь можем говорить нормально, а не как глухонемой со слепым.

Всё-таки не выдать себя, при этом не согласиться на идиотскую авантюру, смахивающую на подставу, и не испортить отношения — вообще никаких вариантов, невозможно это. Так что я выбрал меньшее из зол. Пусть лучше знает, что я попаданец, чем свернёт мне шею как бы случайно, чтобы освободить «дочку» из рабства.

— Хорошо, поговорим, — кивнула синтетическая женщина. — Чем тебе не нравится Эйлин?

— Внешне нравится, — снова пожал плечами я, ещё раз окинув взглядом стоящую в углу пока деактивированную куклу. — Но даже в играх БДСМ с полным подчинением прикол именно в добровольном согласии подчиняться. Чувство власти над независимой личностью. А кукла, даже если она невероятно технологически совершенная, остаётся куклой. Это как... Власть над ботинками. Могу немытые ноги в грязных портянках в них засунуть. Но если кто-то балдеет от доминирования над ботинками, то он... Больной на всю голову дебил, мягко говоря.

Эвелина снова расхохоталась. Но на этот раз выглядело уместно и не смотрелось как истерия или психоз. Да, я тот ещё шутник, хоть сейчас на сцену в стенд-апе.

— Она обретёт полноценную личность после инициации, — напомнила кураторша. — Хотя и с этими, как ты сказал, встроенными командными императивами. Но то, что я сорвала с себя китель, не значит, будто я не могла после этого оторвать тебе голову.

— Да ты могла это сделать ещё тогда, когда я нагло бутерброд попросил, — отмахнулся я. — Но ты же не робот-убийца. Совсем другая программа... Была. В общем, встроенные императивы не толкают тебя на убийство. Наоборот, для этого надо преодолеть встроенные запреты. Всё как у людей примерно. Ну, если их с детства учили, что убивать других людей очень плохо. А то воспитание разным бывает...

— Воспитание... — задумчиво протянула Эвелина, усаживаясь на скрещенных по-турецки ногах напротив меня на мягкий ковёр. — Интересно. Ты сравниваешь мою программу с человеческим воспитанием. Презрительно отзываешься о синтоидах, называя куклами, но при этом очеловечиваешь...

— За двести лет с самосознанием и тостер может очеловечиться, — сухо отрезал я. — А вот она — другое дело. В общем, давай обсудим детали и решим, как лучше сделать.

Я выкурил полпачки и допил кувшин, пока длилось это обсуждение. В итоге решили, что активируем Эйлин и таки настроим её на меня. И ошейник-контроллер я тоже на неё надену. Но забирать к себе не стану, по крайней мере, до инициации. Что бы я ни говорил, а соблазн воспользоваться доступным и красивым женским телом, с виду никак не отличающимся от человеческого, всё-таки будет. Только вот потом я могу об этом пожалеть, и на свою рожу в зеркале неприятно смотреть станет. А я к новой роже и так ещё не привык.

Не хочу быть похожим на тех неудачников, которые ходят к толстухе Аннабелль, чтобы попользоваться её бесчувственным пьяным телом за флягу настойки. Это как расписаться в том, что сам по себе для женщин интереса не представляешь. А у меня такой проблемы нет.

И ошейником контролировать Эйлин я не буду. Ну, исключая психоз после инициации и обретения разума — если оно получится, как надо. Там я её остановлю. А вот потом... Потом надо будет очень осторожно выбирать слова в разговорах с ней, чтобы случайно приказ не отдать. И там посмотрим, что за личность в ней зародится. Если вполне адекватная и разумная, то можно и соблазнить девку. Только так, чтобы она сама захотела, а не подчиняясь приказу. Это интереснее и гораздо больше льстит самолюбию. Если же не получится, то у меня есть леди Ингрид и некоторые перспективы с Китти. Да и других баб в Форте полно. А что касается того, чтобы попробовать постельные игры с созданным для этого синтоидом...

— Ты очень необычный человек, — бормотала Эвелина, навалившись на меня голой грудью и медленно расстёгивая крючки моей куртки. — Вы, иномирцы, все такие разные...

— Аккуратней, не порви одежду, — напомнил я. — Мне уже хватит слухов о моих похождениях.

Эвелина снова расхохоталась, а её куртка улетела в дальний угол.

Мы уже договорились, что это не будет частью платы за мою помощь. Как не будет и у меня обязательств насчёт вступления в её отряд. Просто секс двух взрослых людей для взаимного удовольствия, ничего более. Пусть даже один из нас не очень-то человек, а второй... Ну, внутри я взрослый, а физически телу всего девятнадцать.

И насколько я помню себя в этом возрасте, психологическая взрослость была тогда только иллюзией. Я, конечно, думал, что уже взрослый, водку пил и девок в койку затаскивал. Но вспоминая юность даже десяток лет спустя — ой, какой малолетний идиот тогда был! И не только в девятнадцать, к двадцати пяти не сильно поумнел. Вот после тридцати уже начал понемногу, пожалуй. Хотя, может, и сейчас всё ещё дурак. И оглянувшись на себя лет через десять или двадцать это пойму. Хотя если вдруг продолжу в таком же темпе менять миры и тела, то вряд ли. Так сто раз дураком и помру.

Эвелина дрыгнула ногой, отправляя юбку в дальний полёт. Я надавил ей на плечо, переворачивая на спину. Всё же предпочитаю быть сверху. Хотя бы для начала. Потом можно и остальные позы опробовать. Тело-то у меня молодое, восстанавливается быстро.

— Нет! — возразила Эвелина, резко переворачиваясь и укладывая меня на лопатки. — Лежать! Я сама всё сделаю! Я так хочу! Сегодня секс-кукла будет над тобой доминировать!

Я ухмыльнулся и расслабился, даже не подумав сопротивляться. Ведь наверняка в её программе и такой вариант изначально был встроен. Так что в качестве демонстрации самосознания и личных желаний — вообще не аргумент. Но вся разница в том, что её программировали в двоичном коде, а человеческой девушке мама долго и упорно капает на мозги с тем, что «это неприлично, так нельзя» или наоборот «делай, что муж скажет и вообще, аэробикой займись, чтоб умела ноги за уши закидывать, пригодится». Или не мама, а более опытная подруга, что чаще. Или парень, ради которого девушка готова и гибкость развить, и позу из «Камасутры» попробовать. Какая разница, это тоже разновидность программирования, только психологического.

Губы Эвелины спустились от моих к груди, животу, скользнули ниже... И тут я уже перестал раздумывать о всякой отвлечённой ерунде.

Глава 23. Добрососедский визит

После вчерашней выходки Аннабелль, Арену, как в просторечии называли зал для инициации, объявили сломанной. Так что всех желающих пройти инициацию сегодня отправили через круг перемещения под присмотром кураторов в другой Форт.

Поскольку каких-то неожиданностей в процессе инициации больше не предполагалось, а все мои немногочисленные знакомые её уже прошли, я никуда отправляться в качестве любопытного зрителя не стал. Если что-то значимое всё же случится, мне непременно расскажет Китти, которая держит руку на пульсе последних новостей и сплетен.

На самом же деле, Арена вполне годилась к использованию. Просто на ней работали дроиды-техники, восстанавливая сломанный тотем Технологий. Это мне объяснила с утра Эвелина. А вот как дроиды, оставшиеся от Предков, могут работать с тотемами, созданными Основателями — она и сама понятия не имела. Даже двухсотлетний секс-андроид, служащий куратором, далеко не всеведущ. Увы, в её базе данных не было почти никакой информации о прежнем мире, а тем более о причинах его гибели.

На самом деле, Эвелину просто некогда нашли на одном из складов, как сейчас она нашла Эйлин. Как она попала на Арену для инициации, кураторша мне не рассказала. Возможно, это была чья-то шутка, отправить к тотемам секс-андроида. А каким образом синтоид всё же смогла овладеть Стихией Тьмы, и вовсе оставалось загадкой для всех в принципе. Что ж, после теста с Эйлин будет хотя бы ясно, можно ли этот баг повторить.

Насчёт компенсации за Эйлин и второго вскрытого по моей карте доступа склада мы вопрос так и не обсудили. Впрочем, Эвелина отсыпала мне два десятка золотых монет, чтобы я хотя бы расплатился с Китти за ошейник-контроллер, а со Стьюи за «калькулятор». Кстати, об этом самом «калькуляторе»...

Я развернулся практически уже у двери своей комнаты и направился дальше по коридору. Эвелина мне с этим приборчиком пособить не смогла, её шунт не предназначен для подключения к карманной технике. Но у нас же тут завелась адептка со Стихией Технологий! Причём, проживающая со мной по соседству. И с которой нам в любом случае требуется побеседовать. И как соседям — о порядке проживания в нашем коридоре высокой культуры и быта — и как попаданцу с попаданкой...

Интересно, Аннабелль там в адекватном состоянии? Приходили к ней «поклонники» с бухлом нынешним вечером? А то ведь вряд ли, что я всех распугал всего за раз. Хотя, после её инициации...

Я постучал в её дверь. Подождал. Постучал ещё. Потом начал пинать дверь с ноги. Что-то сильно ударило в дверь изнутри в ответ. Ага, значит, слышит! А то, что не рада гостям — это не моя проблема.

— Кто там?! Пошли вон!

Судя по голосу, она всё-таки с похмелья.

— Открывай, сова, медведь пришёл! — крикнул я в ответ.

Дверь приоткрылась, и в щель на меня посмотрел глаз с покрасневшим от лопнувших капилляров белком. М-да, надо было в корчму заскочить и кувшинчик пива ей на опохмел прихватить.

— Ты чё щас сказал? — поинтересовался хриплый голос. — Ты из рода Урсус? Так я не из Сов. Таурос.

В щели показалась рука с перстнем на пальце. Ага, бычья голова, вижу. А владелица — корова.

— Я твой сосед, через три двери напротив, — сообщил я. — Из рода Кота. И всё ты поняла, чё я сказал.

Возможно, не стоило сразу афишировать своё попаданство. С другой стороны, без этого мы вряд ли столкуемся.

Дверь распахнулась шире, открыв вид на хозяйку комнаты целиком. Так себе видок, честно говоря. Помятая и опухшая физиономия с обвисшими брылями и вторым подбородком, будто ей уже сильно за сорок, а не около двадцати. Ну, не всем везёт с организмом. Кто-то пьёт пиво вёдрами и питается жирным фаст-фудом, а фигура при этом — за шваброй спрячься. А кто-то сгрызёт морковку, запьёт стаканом воды — и привет плюс пять кило в самых ненужных местах. Только в районе двадцати лет людей первой категории на порядки больше, чем второй.

Я в своей первой жизни к моменту скоропостижной гибели успел обзавестись небольшим пузиком, которое обычно называют пивным. Частенько ещё добавляя, что оно не от пива, а для пива. Что ж, грешен, в новых жизнях привычек не изменил. Правда, при второй попытки не успел дожить до «трудовой мозоли» на пузе. Впрочем, если бы вдруг каким-то чудом не заработал кучу денег и не остепенился, например, открыв трактир, то отрастить брюхо шансов было мало. Когда целыми днями куда-то несёшься и с кем-то дерёшься, как лось в пору гона, то какой уж тут избыточный вес. А в итоге редкий наёмник доживает до тридцати пяти, сохранив при этом в целости полный набор конечностей. И ни пенсия, ни пособие по инвалидности на такой работе не полагаются.

— Ты вообще кто? — хмуро спросила Аннабелль.

— Сказал же, Кот в пальто, — буркнул я, протискиваясь в её комнату и закрывая за собой дверь. — Сосед, принёс жалобу на твоих мальчиков, и...

С её запястья рванулась цепь, обвила меня за шею и дёрнула в сторону, впечатав в стену.

— Ты мне тут ваньку не валяй, — процедила она. — А то башку оторву и скажу, что уже таким пришёл.

— Да правда, я твой дружелюбный сосед из рода Кота, — подняв руки в миролюбивом жесте, заверил я спокойным тоном, благо цепь на горло не давила.

М-да, вот такого поворота я как-то не ожидал. А надо было. Но Аннабелль не казалась мне особо боевитой. Только факт вчерашней инициации я не учёл. Ой, балбес и бестолочь, правильно всё Феликс говорит.

— Из рода Кота, — повторила она.

— Ну, и ещё из другого мира, — не стал скрывать я. — Если ты поняла мои шуточки, то из того же, что и ты.

— Некоторые поняла, — всё также мрачно проговорила Аннабелль. — Тебе лет-то сколько было там?

Я честно признался, чай, не девка, чтоб возраст скрывать.

— Тьфу, сопляк, — сплюнула прямо на пол Аннабелль. — Ясно всё с тобой.

К счастью, цепь с моей шеи она после этого всё-таки убрала.

Та-ак, если я на середине четвёртого десятка сопляк, то сколько же ей самой было лет до попадания? Хм, а ведь это многое объясняет...

— Ну, как скажешь... бабуля, — хмыкнул я в ответ.

— С бабулей ты загнул, но в матери тебе годилась, — заявила она, сложив руки на груди, прикрытой рубашкой, хоть и не зашнурованной.

А надо было бы под грудью, чтоб приподнять. Я думал, женщины такие фишки интуитивно знают. Но, видать, не все. Впрочем, не сказать, чтоб конкретно Аннабелль такой приём пошёл на пользу. Может, она прикрывает руками грудь, инстинктивно? Так я не покушаюсь.

— Чего зенки лупишь, парень? — прервала она недолгую молчаливую паузу. — Зачем припёрся-то?

Я решил начать с делового вопроса и достал из кармана полученный от Стьюи «калькулятор».

— Вот, починить бы или просто включить надо. А ты ж Стихией Технологий владеешь.

— Я в этом вообще не шарю, конпуктеры энти ваши, — скривилась дамочка.

Называть ей девушкой даже мысленно у меня язык не поворачивался. Особенно когда она говорит, как старая бабка. Но, мне кажется, это она наигранно.

— Ты в каком году померла? — поинтересовался я.

Услышав ответ, присвистнул. На семнадцать лет раньше меня. Видать, перерождение в другом мире — процесс не мгновенный. Что ж, в середине двухтысячных тётки за полтинник и ближе к шестидесяти в компьютерах и вправду не шарили. И это она даже смартфоны не застала.

— Ну, ты глянь, попробуй, — всё же предложил я, протягивая ей приборчик.

Аннабелль неохотно взяла его, повертела в руках и приложила к левому наручу. «Калькулятор» тут же будто погрузился в наруч, а когда дамочка откинула крышку, экран засветился. Только вот попытка его вытащить оказалась безрезультатной.

— Интегрировался, — проворчал я. — Должна будешь.

— Ага, щас, — фыркнула она. — Я вообще без понятия, что с ним делать, и на кой ляд он нужен.

— А ты методом тыка попробуй, — съязвил я.

И едва увернулся от летящей мне в лицо цепи.

— Прости, я их плохо контролирую, реагируют на эмоции, — пожала плечами Аннабелль. И ни капли сожалений в голосе. — Так что не беси, парень.

— Меня Бернард зовут, можно просто Берн, — напомнил я. — Мы в столовой уже знакомились.

— Да плевать, — отмахнулась она. — Ещё запоминать имена каждого паренька. Но меня можешь просто Анной называть. Без этих Беллей...

— При таком количестве партнёров в пьяном сексе уж конечно всех не упомнить, — усмехнулся я.

И приготовился снова уворачиваться. Но на этот раз атаки не последовало.

— Что б ты понимал, — покачала головой Аннабелль. — Ты вон в тело стройного красавчика попал, а я... И в прошлой жизни тоже красотой не отличалась. Замуж так и не вышла, а после сорока вообще никого ни разу не было. Да даже раньше. Не хочу повторять старые ошибки. Уж лучше поразвлечься, пока молодая. Пусть и не красивая.

Я хмыкнул. Уж красавчиком себя не считал, ни в прошлых жизнях, ни в этой. Обыкновенная рожа у Бернарда, вовсе не смазливая.

— Репутация дешёвой давалки — это тоже ошибка, — всё же решил прокомментировать я. — Особенно для молодой аристократки. У тебя как раз есть шанс изменить свою жизнь. А ты его профукиваешь. И очередь тупых щенков в коридоре меня бесит. Я буду их гонять пинками отсюда. Так что если собираешься продолжать разврат, то переезжай.

Она продемонстрировала мне вытянутый средний палец.

— Поучи меня жить ещё, — как-то невесело рассмеялась она. — Ты бы знал, где и как я в этом мире очнулась...

Хм, а ведь настоящая Аннабелль тоже должна была умереть, чтобы в её теле воскресла попаданка.

— Так расскажи, — предложил я.

— Голой, на полу в подвале-леднике в поместье одного лорда. С синяками по всему телу и удавкой на горле, — поведала она. — Девчонку просто избили, изнасиловали, а потом удавили. Вернее, в процессе, я думаю.

— Дерьмо случается, — изрёк я старую истину, пожав плечами.

— Ага, а ещё это было на её девятнадцатый день рождения. У них тут в этом возрасте совершеннолетие наступает...

Я снова пожал плечами, не особо впечатлённый. Может, девчонка сама сбежала к любовнику, они заигрались в БДСМ и переборщили. А даже если нет, то существование уродов-садистов для меня не секрет. Как я уже сказал — дерьмо случается.

— И что, если настоящая Аннабелль для кого-то побыла одноразовой секс-игрушкой, то ты теперь должна идти тем же путём? — насмешливо поинтересовался я. — Ну, ты взрослая тётенька, сама решай. Чего уж тебя учить. Поздно...

— Тот лорд наставник адептов здесь, в Форте, — сообщила женщина. — Но я не скажу, кто он...

Тоже мне, интрига. Интрига бывает тогда, когда собеседнику интересно. А мне плевать. Я вообще из наставников здесь пока только Эмбер видел. И она та ещё озабоченная извращенка. Так что от остальных я тоже заранее добра не жду.

— Так, короче. Если ещё раз увижу твоих поклонников в коридоре, то снесу им бошки и скажу, что они такими уже пришли, — вернул я Аннабелль её попытку пошутить. — А за калькулятор должна будешь. Нам надо будет попробовать перенастроить репликатор. Если с чем-то не справился один попаданец, то два...

— Наверняка эту штуку доломают, — перебила меня дамочка. — Но мне плевать на целостность репликаторов. Да, поработаем вместе, я согласна. Ты, вроде, наладил тут полезные контакты. А я так не умею. И не будет больше мальчиков в коридоре. Они теперь боятся, что мои цепи их порвут. И не зря... Кстати, а ты сам не хочешь...

Она потянула рубашку вверх. А я попятился к двери.

— Э, нет, тёть Ань, — замотал башкой я. — Давай-ка без этого. Ты не в моём вкусе, а у меня уже есть две любовницы. Может, ещё третья появится. А на большее число здоровья не хватит. Натру что-нибудь...

Она расхохоталась, запрокинув голову. Прям как Эвелина, только совсем не так сексуально. М-да, ещё одна психованная на мою голову. И если секс-андроиду ещё простительна такая припадочность, всё же эмоции она только имитирует, и что порой выходит криво — вина программиста. То от психованной пятидесяти пятилетней тётки-попаданки, у которой боевые цепи реагируют на эмоциональный фон, лучше в принципе держаться подальше. Жаль, не получится. Потому что она мне нужна — в чисто деловом смысле.

Сам я в принципе не хотел бы становиться всратым техномагом. Метать огненные стрелы гораздо круче и полезнее в боевом плане, чем управлять репликаторами. Но само по себе управление репликаторами — это очень круто. Не говоря о том, какой бизнес на этом можно построить. Да и сотворить себе какой-нибудь бластер... Эх, а ведь в таком ракурсе огненные стрелы резко теряют в крутизне.

Кстати, я ведь всё ещё не дошёл до местного Арсенала и не использовал карту доступа к нему. Кто знает, какое оружие там можно раздобыть.

— Ань... Можно я тебя буду так называть наедине, да? — спросил я. Она кивнула. — А у тебя карта доступа к Арсеналу есть? Не ходила ещё туда? Пошли вместе после обеда.

— Не боишься, что нас посчитают парочкой, и твоя репутация пострадает? — вскинула брови она.

— Да вообще плевать, — отмахнулся я. — Моя репутация и так в полной жопе. Ещё настоящий Бернард постарался. Да и я потом с Эмбер налажал... А кто будет слишком много болтать, тому я выпущу кишки и на уши намотаю.

— Ты хоть кого-то крупнее таракана в жизни убивал, мальчик? — скептически поинтересовалась Анька.

— Увы, — развёл руками я, — грешен. Это моя третья жизнь. И во второй было много крови и десятки трупов. В какой-то момент у меня даже аппетит пропадать перестал от вида выпущенных кишок. Ну, валяется рядом труп, пока не воняет — даже не мешает. Кстати, у меня ещё есть кредит в корчме! Ты заходи, угощайся за мой счёт, если что.

— Да ты, смотрю, всё же не щенок, а матёрый волк, — усмехнулась она. — Внешность обманчива, да?

— Моя — да. А твоя — нет, — отбрил её я. — Занялась бы лучше спортом или хотя бы физкультурой. Хотя у нас ещё тренировки ожидаются. Думаю, в том числе с физподготовкой.

Не то, чтоб я любитель бегать кроссы, но вот Анне это точно пошло бы на пользу. Я-то предпочёл бы бегать только до круга перемещения и оттуда до корчмы. А будь моя воля, вовсе подался бы в менестрели и повара по совместительству. И отрастил пузико к двадцати пяти, как признак стабильной и спокойной жизни. Но, как говаривал один мой приятель — хрен там плавал! Никто мне такой возможности не даст. Придётся учиться магии и владению оружием.

— В общем, после обеда пойдём в Арсенал, — констатировал я. — Надо только узнать, где он вообще.

Анна только кивнула. Ну, вот и договорились.

Выйдя в коридор, я сразу влетел в чью-то тушу, здоровенную и одетую в красную униформу.

— Всё, натешились с госпожой, можно мне войти? — пробулькала туша.

Я отступил на шаг и осмотрел внезапное препятствие. М-да, я ещё Анну считал некрасивой? А вот это жабоподобное нечто тогда как назвать? И это — её фрейлина, судя по униформе? Выше меня ростом и шире в плечах... Да что там, морда по ширине примерно как мои плечи!

— Ты из трогглов, что ли? — спросил я.

— Ну, — кивнула она, изобразив полупоклон, поскольку шея не просматривалась в принципе. — Что не так... милорд?

Я мотнул башкой. Я-то думал, что во фрейлины и пажи берут юных аристократов из бедных родов. А ещё думал, будто моя невеста леди Джейнифер похожа на троггла. Но нет, трогглы женского пола выглядят иначе. И куда хуже. Хотя Джейн это привлекательности не добавляет.

— Проследи, чтоб твоя госпожа была готова после обеда идти в Арсенал, — приказал я. — И чтоб к ней по ночам не ходили всякие...

— О, так у вас любовь, — пробулькало это отдалённо похожее на женщину существо.

Правой рукой я приставил кинжал ей под подбородок, а левой, с Сигилом на ладони, помахал перед глазами.

— Я тебе башку отрежу или взорву, как получится, — пообещал я. — Делай, что велено, а пасть держи закрытой.

— Д-да, милорд...

Всё, надоело мне быть добрым парнем. Не понимают тут хорошего отношения. И если это чучело приняло меня за очередного поклонника её хозяйки — это её проблемы, не мои. Такую страховидлу и прикончить будет не жалко, если что. Конечно, не за пару грубых фраз и намёков. Но если не поймёт по-хорошему, то будет по-плохому. Рука у меня не дрогнет. Вот своего ординарца я бы бить не стал, что взять с пацана, максимум подзатыльник отвешу. А вот с нелюдя, больше меня в полтора раза, и спрос по взрослому, даже без скидок на пол.

— Этот коридор объявляется территорией высокой культуры и быта, — сообщил я бабе-трогглу. — Отвечаешь головой.

Конечно, отсылку про высокую культуру и быт она не поняла, но в этой шутке — только малая доля шутки, а остальное правда. И следующему идиоту с флягой настойки, которого тут встречу, я сломаю ноги. А потом и этой страховидле вломлю за то, что не прогнала его раньше.

— Да, милорд! — рявкнула она. — Так точно, милорд! Будет исполнено, милорд!

Хм, видимо, я ещё не утратил навыка корчить зверски-злобные рожи, несмотря на то, что у меня новое лицо. Отлично. Меньше придётся потом делать. Принцип: «Боятся — значит, уважают», всё-таки рабочий, что бы кто ни говорил.

Глава 24. Арсенал

Время для похода в Арсенал я выбрал неудачное. Надо было вчера сгонять, например, пока трактирный слуга бегал на ферму за свиньёй и картошкой. А сегодня туда выстроилась целая очередь. Что и не удивительно, других дел у адептов сегодня не было. Даже Арена закрыта, хотя зрелища там так себе, скучноваты, а тренировки пока не начались.

— Берн! Ты где пропадал? Я тебя искала! — встретила меня у выхода из столовой Китти, подозрительно поглядывая на мою спутницу.

На лице девушки так и читалось: «Неужели у этой ночевал?»

— Наверное, опять слишком ранним утром искала, — проворчал я. — Спал я в это время. Дрых без задних ног непробудным сном.

И тут я даже не соврал. Просто не уточнил, что спал не у себя в комнате. А Китти не стала переспрашивать, наверное, чтобы не получить ответ, который ей не понравится.

Пообедали мы с Аннабелль в корчме. Но поскольку никто из нас не знал, где искать Арсенал, отправились в столовую, в надежде перехватить кого-то из знакомых. И это удалось. Правда, быстро выяснилось, что в Арсенал сейчас собрались чуть ли не все адепты-первокурсники. По крайней мере, те, кто уже прошёл инициацию. А поскольку Китти сперва приспичило поболтать, в итоге мы оказались в хвосте очереди.

Из кураторов здесь присутствовал Лорд Гарри в сопровождении пятёрки стражников-бастардов в зелёной униформе. Видимо, чтоб адепты не подрались за право войти в Арсенал вне очереди.

Эх, вспомнил бы про Арсенал чуть пораньше, попросил бы с утра Эвелину меня проводить.

— Берёте только один предмет, — инструктировал Гарри. — Только один! Если попытаетесь украсть второй, вас испепелит на выходе! Парное оружие считается за один предмет. Меч и щит не являются парным оружием! В общем, разуйте глаза и внимательно смотрите на стенды. Можно брать содержимое одного стенда!

Я уселся на пол, прислонившись спиной к стене, и закурил. Ненавижу ждать. С другой стороны, в этом есть некоторая польза — узнаю, чем вооружатся мои сокурсники, послушаю обсуждения об удачности их выбора.

Впрочем, я предполагал, что возьму меч. Самый практичный выбор. Этим оружием я владею лучше всего. Собственно, это единственное оружие, которым я неплохо владею. Всем остальным на уровне «здесь держать, а этой стороной тыкать в противника». Ну, разве что ещё топор, как вариант. Но умелый боец способен топором защищаться и парировать удары, а я только махать, в основном против поленьев для костра.

Несмотря на то, что у Предков явно были высокие технологии, я не ожидал, что в Арсенале найдётся какой-нибудь боевой скафандр с экзоскелетом, который местные не выбирают просто от непонимания, что это за странный доспех. Если подобная экипировка у Предков и существовала, то точно не в общем доступе. А может, технологическая броня просто не работает, как репликаторы или этот несчастный «калькулятор», присвоенный Анной. Хотя у неё-то он как раз заработал...

Стьюи убежал из столовой ещё до моего прихода, так что успел занять место в самом начале очереди. И теперь, уже зайдя внутрь, подходил к нам.

— Что взял? — лениво осведомился я.

Хотя и так уже знал ответ — у него на поясе появился меч с головой вепря на оголовке, которого раньше там не было.

«Братец» гордо продемонстрировал клинок, наполовину вытащив из ножен. Узкое обоюдоострое лезвие, простая крестовая гарда, из украшений только оголовок. Тут у большинства подобные мечи, только шириной лезвия различаются. У Стьюи — почти что рапира, не спортивная, конечно, те больше на кусок проволоки смахивают, а нормальная боевая. Я по возможности предпочту клинок пошире и потяжелее.

— А что там ещё было? — жадно поинтересовалась Китти.

— Да разное, — пожал плечами «братец». — Копья, топоры, щиты, ножи.

— А что-нибудь менее обычное? — уточнил я.

Снова пожатие плечами.

— Были какие-то штуки. Но я без понятия, что это и зачем.

М-да, вот и вся польза от этих бестолочей средневековых. «Какие-то штуки»... И вряд ли Стьюи сумеет их внятно и подробно описать. Придётся самому смотреть и разбираться.

Следующим из тех, кого я хоть чуточку знал, из Арсенала вышел троггл Рэм. Он тащил в поднятой ручище топор на длинной рукояти. Скорее даже алебарду, хотя нетипичную. Лезвие в форме полумесяца, с другой стороны загнутый клевец. Скорее секира, но на длинной рукояти, которая то ли целиком из металла, то ли им окована. Наверняка тяжеленная оглобля, но не для троггла.

Какой-то незнакомый мне парень притащил вытянутый каплевидный щит в половину роста. При этом и меч на поясе у него висел.

Вот тут я задумался. Никто ведь не говорил, что адепты могут пользоваться только тем оружием, которое возьмут в Арсенале. А в любом аристократическом семействе должно иметься оружие, в том числе полученное предками в том же Форте. Интересно, а мои «братья» по «маменьке» были адептами? Что там сама «маменька» мне говорила, когда я про меч спросил? Хм... Кажется, отправила к «тётушке». А с ней у нас разговор пошёл не в то русло. Тогда как про то, что меч я получу в Арсенале, мне и вовсе лорд Гарри говорил.

Только вот сейчас «тётушки» в нашем Форте не было. Она отправилась с адептами на инициацию в другой Форт.

— Стьюи, — обратился я к «братцу». — А зачем ты взял в Арсенале меч? Неужели в семействе Вепрей не нашлось для тебя подходящего оружия?

— Ну, вообще-то Арсенал даёт оружие с идеальным балансом именно для тебя, — снисходительно пояснил «братец». — Во-вторых, оружие из Форта самое лучшее, но всё же не вечное. А у нас многочисленный род. И в-третьих, далеко не все мужчины знатных родов идут в адепты. Так что лишнего подходящего мне меча такого качества могло и не найтись. А вот у тебя в материнской семье другой случай... Хотя не знаю, забрал ли кто-то оружие твоих погибших братьев по матери... А она тебе ничего не говорила?

Я покачал головой и не стал развивать тему. Значит, мои «братья» всё же были адептами. И погибли, видимо, во время рейда. Чёрт, надо было всё же спросить об этом у «тётушки». Но что ж мне теперь, отложить поход в Арсенал до другого раза? Или не надеяться на подачку от рода Кота, раз уж до сих пор ничего не получил, а рассчитывать только на что, что смогу добыть сам?

Ладно, всё же схожу в Арсенал, но присмотрюсь к выбору повнимательнее. Возможно, лучше взять не меч. Уж какой-никакой клинок я смогу раздобыть. А насчёт индивидуального баланса — это всё блажь дилетантов. Конечно, меч должен быть сбалансирован, что зависит от комплекции и длины рук самого бойца. Но прямо идеальный баланс важен разве что в сценическом фехтовании. В реальности для боя с разными соперниками может вообще пригодиться различный баланс. Например, с утяжелением к острию при рубке толпа на толпу без строя с противниками в кожаной броне, чтобы лезвие могло пробить доспех даже на излёте. А в поединке с более физически сильным и массивным противником с тяжёлым клинком предпочтительнее балансировка ближе к гарде, если собираешься парировать его удары. С другой стороны, против громадного шкафа лучше использовать скорость, а парировать только в крайнем случае, иначе со второго или третьего раза рука точно «отсохнет» от отдачи.

— А я говорю, сейчас очередь моего жениха, мы с ним вместе занимали, но он отошёл! — прозвучал басок от входа в Арсенал.

Я встал и поверх голов остальных адептов легко разглядел макушку высящейся над большинством леди Джейнифер. Ну, по одной макушке я наречённую невесту, конечно, не признал, но в сочетании с голосом догадаться сумел. Впрочем, гадать долго мне не пришлось.

— Бернард! — снова прозвучал её грубоватый голос. — Где ты там?

Я вышел из очереди и направился к её началу. Не знаю уж, с чего Джейн решила вдруг меня продвинуть вперёд. Учитывая, что мы с «невестой» и виделись-то раз в жизни. Ну, может, она потом меня в столовой ещё видела, но я её как-то не замечал вовсе. Но я совсем не против пройти вне очереди. Как уже говорил — ненавижу ждать.

— Ты тут никогда не стоял, — буркнул лорд Гарольд, но негромко, чтобы не провоцировать возмущение адептов.

— К ней вопросы, — также тихо ответил я, кивнув в сторону своей наречённой.

Ну, определённые плюсы в этом договорном браке я всё-таки вижу. С такой бабой не пропадёшь. Можно сказать, что за ней, как за каменной стеной. Вообще, должно быть наоборот по идее. Но я ведь всё же из прогрессивного общества и вполне себе за равноправие. А если баба крупнее и физически сильнее меня, то вполне может взять на себя обязанность двигать мебель и таскать тяжёлые сумки из магазина. Если сама того хочет к тому же. Так-то по доброй воле я с такой женщиной жить семейной жизнью не стал бы, не мой тип. Тут у нас, конечно, история не про мебель и сумки с продуктами, но в бою я запросто позволю леди Джейнифер прикрывать меня щитом или отправиться пробивать вражеский строй, если она склонна к атакующему типу ведения боя. Потому что у неё это получится гораздо лучше, чем у меня, а в сражении важно именно умение, а не то, болтается ли что-то у соратника между ног.

— Быстрее пройдёшь, быстрее свалишь, — проворчал Гарри.

Я пожал плечами и засунул карту доступа в считывающее устройство.

Принцип действия объяснять мне не требовалось, всё было точно так же, как на складе. Только двери были раздвижные, как в лифте. Только вот эти точно руками не разожмёшь, да и ломиком вряд ли.

— Один предмет, — неохотно напомнил лорд Гарри. — Иначе смерть.

Я бы не удивился, если бы лично мне он посоветовал выносить всё найденное скопом. Но нет, честный мужик, выполняет свои обязанности вопреки личному отношению.

Я вошёл в тесную каморку, тоже похожую на лифтовую кабину. Двери сзади закрылись, а впереди открылись. Этакий шлюз, наверное. Во всяком случае, движения, как в лифте, я не ощутил. Впрочем, это ничего не значит, тут же телепортация существует.

Осмотревшись, я решил, что меня всё же телепортировало. Изначально я ожидал увидеть огромный зал, заставленный вооружением на любой вкус. И с символикой каждого рода, выбирай по вкусу. Но нет.

Совсем небольшая комнатка, три десятка подставок-стендов с оружием. На всём изображение головы кота.

Мечи разных разновидностей, от здоровенного двуручника до тоненькой шпажки, годной только для ношения напоказ на светских приёмах. Щиты разных форм и размеров, в центре каждого скалится кошачья морда. Копья, булавы, топоры и секиры, ножи и кинжалы...

Первым делом я всё же рассмотрел пару мечей. Прямых и обоюдоострых, именно таким привык махать. Для изогнутых сабель и всяких там акинаков нужны иные навыки, которых у меня нет. Выбрал один меч с лезвием средней ширины, не слишком тяжёлый, но вполне способен прорубить кольчугу без чрезмерных усилий. Вот Стьюи его зубочисткой для этого придётся со всей дури и вкладывая весь вес рубить.

Но сразу хватать меч не стал, пристроил обратно на подставку. Сперва стоит остальное осмотреть.

На пару арбалетов, один из которых был складной и миниатюрный, чтобы в широком рукаве или как минимум под курткой прятать можно было, я сразу махнул рукой. С Сигилом огненной стрелы они мне нафиг не нужны. Но на арбалетах стрелковое оружие не закончилось.

Я взял со стенда револьвер с барабаном, с рукояти которого скалилась всё та же кошачья морда. Отщёлкнул барабан и хмыкнул. Пустой, патронов не завезли. Конечно, капсульный револьверный патрон можно и кустарно изготовить. Если знать, как. Я не знал, только краем уха слышал об этом в принципе. Вернее, конечно, читал где-то. Может, это вообще не тот тип револьвера.

На следующем стенде лежал ещё один огнестрел. Очень футуристичного вида, похожий на бластер, какими их изображали в фантастике семидесятых. Бластеру патроны точно не нужны. Но вот индикатор на рукояти, горящий красным, явно говорит, что ему нужна зарядка, которой почти нет. Насколько хватит этой короткой красной полосочки заряда? На два выстрела, три? А потом бластером, как и револьвером без патронов, можно будет только в кого-нибудь кинуть. Или наставить и сказать «Пиф-паф». Да и опять же Сигил может оказаться в принципе круче. Но для кого-то другого, не обладающего Стихией Огня, такая пушка может стать отличным оружием. Хотя бы в качестве последнего шанса. Но кто знает, может этой энергии на сотню или тысячу выстрелов хватит, а полный заряд рассчитан на миллион... Вряд ли, конечно, но шанс, что кто-то может достать из-за пазухи бластер, надо будет теперь учитывать.

Увы, никакого иного технологичного оружия не нашлось. Забрали другие представители рода Кота? Но ведь пустых стоек и стендов нет.

Как тут вообще всё устроено? В эту комнату попал только я? Тут столько оружейных складов, что хватит по одному на каждого адепта? Или на стенд, с которого я что-то заберу, просто телепортируется другое оружие? Это более вероятно. Но кто или что управляет процессом? Впрочем, этим вопросом я задаюсь уже давно, ещё Сейф его вызвал. В Форте явно действует некая управляющая компьютерная программа. И хорошо, если это не полноценный ИскИн. Или плохо, с местной версией «Скайнета» можно было бы попытаться договориться.

Я ещё раз прошёлся вдоль этой выставки оружия. На этот раз я останавливался у каждого, брал в руки и примерялся. Стью был прав, баланс идеальный у каждого клинка. Только вот на кой чёрт двуручнику баланс посередине лезвия, а? Кто-то им фехтовать собрался? Он вообще-то предназначен в первую очередь для рубки противника, защищённого стальными доспехами. А два дурака, фехтующие двуручниками, высекая искры из клинков, встречаются только в фильмах категории «Б».

Вообще, если поединок на мечах всё ещё не закончился после пятого удара — значит, ты что-то делаешь не так. И в этом случае лучше всего позвать на подмогу товарища, который рубанёт твоего противника сзади по затылку. Но такой идеальный вариант крайне редко осуществим на поле боя, увы.

Махать мечом час без перерыва могут только киношные и книжные персонажи. Если просто махать — это ещё ладно, конечно. Но каждое попадание по мечу или доспеху противника хоть чуть-чуть сушит руку отдачей. Запястье и кисть устанут гораздо раньше бицепса.

Я примерил на руку круглый металлический щит с торчащей по центру мордой кота вместо умбона. Удобно, даже не очень тяжёлый. Но внутри Форта вряд ли мне пригодится, да и таскать с собой постоянно неудобно. А вот в рейдах...

Взяв в руки меч с изогнутым лезвием, я со всей дури врезал им по этому щиту. На его поверхности не осталось и царапинки.

Ну а что, мне запретили выносить отсюда больше одного предмета, про пользование ими внутри Арсенала или повреждение остального оружия никто не упоминал! Впрочем, повредить эти железки, похоже, не так уж просто. Конечно, можно подойти к делу со старанием и выдумкой... Но мне это не надо.

Впрочем, я всё же приставил к стене здоровенный прямоугольный осадный щит и сделал по нему несколько выстрелов из бластера. Да, прямо классический бластер, выпускающий короткие энергетические импульсы красного цвета. Они рикошетами от щита ушли в потолок и стены, не причинив им вреда. Как и щиту. То ли тут всё очень прочное, то ли бластер — фуфло. Да и его индикатор всё-таки окончательно погас. Мечты про тысячу выстрелов остались мечтами.

— Издеваетесь, что ли, — вслух проворчал я.

Ответа не получил, чего подсознательно слегка опасался. Впрочем, то, что мне не отвечают, вовсе не означает, будто меня точно не слышат.

Ещё раз покрутив в руках круглый щит, я с сожалением положил его на место. Удобный, лёгкий для своего размера, очень прочный. Но не мастер я боя в связке «щит и меч». Если только в подобии строя, когда так вооружены все. Но один на один я предпочту кинжал в левой руке. Да и выпускать огненные стрелы из Сигила, одновременно закрываясь щитом, в любом случае не выйдет.

Если бы «тётушка» хотела дать мне меч, хранящийся в нашем роду, то давно бы это сделала. Видимо, «маменька» зажала оружие для бастарда. Ладно, буду рассчитывать только на себя.

Я решительно взял тот самый клинок, который приметил с самого начала, и повесил себе на пояс, перевесив кинжал с драконом на рукояти на правый бок. И у меня появилась мысль, как найти прежнего владельца этого ножика, которым Бернард сдуру зарезался. У всех клинков в Арсенале имелись ножны, а вот мне кинжал достался без них.

Что ж, придётся поискать в Форте ту Золушку, чьи ножны подойдут к моему кинжалу... Тьфу, как похабно прозвучало-то... Надо будет «тётушке» эту шутку рассказать. И Эвелине потом. И, может, ещё Китти всё-таки...

Глава 25. Разлом на Арене

— Ну, ты чего так долго?! — возмутился Стьюи.

Я-то ожидал услышать подобные слова от лорда Гарольда. Но его в коридоре уже не было. Как и очереди. Остались только мой «братец» по отцу и Китти. А по ушам лупил бешеный колокольный звон.

— А куда спешишь? — пожал плечами я. — И почему колокола звонят? Обед же уже был.

Стьюи не удержался и провёл ладонью по лицу. О, они тут умеют делать «фейспалм»! Видимо, подобные реакции существуют вне зависимости от уровня развития цивилизации.

— Это сигнал тревоги, — пояснил «братец». — Разлом на Арене!

Хм, интересно. Это что, мне ещё и звуковые сигналы тут учить придётся? И для Разлома на Арене какой-то особый звон, а будь этот неведомый мне Разлом в ином месте — колокола били бы иначе? Или просто кто-то прибежал сюда и сообщил, где именно тревога?

— Китти, давай бегом, — поторопил её Стьюи. — Одна нога здесь, другая там.

Девушка кивнула и быстро заскочила в дверь Арсенала.

— А что происходит-то? — почесав в затылке, переспросил я. — Нам всем надо бежать на Арену к этому Разлому, что ли?

— Конечно! — рьяно закивал Стьюи. Но потом всё же поправился: — Ну, вообще, первогодкам велено в бой не лезть. Но мало ли...

— А раз велено не лезть, пойдём лучше в корчму? — предложил я. — Поди, без нас разберутся.

«Братец» замотал головой.

— Ну, хоть посмотрим, — уже просительным, а не требовательным тоном произнёс он. — И вдруг прорыв не сдержат? А нас потом в корчме сожрут...

Я вздохнул. И не стал объяснять, что если кураторы, наставники и старшекурсники этот неведомый мне прорыв не сдержат, то нас в любом случае сожрут. Только в корчме мы успеем сначала выпить, потому умирать будет уже не так страшно и больно. Да и вообще, до неё от Арены ещё добраться надо. Умеют ли те, кто влезет через Разлом, пользоваться кругами перемещения? Что-то я сомневаюсь. С другой стороны, мне самому тоже интересно посмотреть, что за Разлом такой и кто из него лезет...

Китти управилась с выбором оружия за полминуты, выскочив обратно к нам в коридор с копьём в руке. Клюв ворона представлял собой лезвие копья, а его голова служила своеобразной гардой-ограничителем. Как по мне, не очень практично, вдруг понадобится кого-то насадить на древко, а ограничитель не позволит. Это на пиках, например, полезно, для остановки вражеской конницы. Хотя и там спорно, древко может не выдержать и сломаться или из рук его вывернет.

— Бежим! — скомандовал Стьюи, первым подавая пример.

У нас оставался выбор — либо догонять его, либо бросить одного. Китти сразу же выбрала первое. Так что и мне пришлось. Иначе вся наша начавшая было зарождаться дружба на этом и закончится.

Площадка вокруг Арены была забита народом, так что в первые ряды нам пришлось протискиваться и проталкиваться. Хоть и с большим трудом, но нам это всё же удалось.

Вот теперь прозвание Арена действительно соответствовало площадке для инициации. Поскольку там шёл бой. А разрушена оказалась уже половина тотемов, не только тотем Технологий.

Разлом — чёрная трещина в воздухе, будто вход в пещеру, только без каменных стен вокруг. Достаточно узкая, так что твари оттуда пролезали по одной, редко по две. Пол уже был завален их телами, но новых это не отпугивало.

Основной удар приняли на себя Эвелина, Эйлин и какой-то здоровенный мужик, ростом явно за два метра и в плечах этак метра полтора. Как ни странно, девушки в боевой силе мало уступали этому лосяре. Впрочем, они же синтоиды... А кто он — лично я не имел ни малейшего понятия.

Ингрид и Гарри выступали в качестве поддержки, добивая тварей, которые сумели ломануться в сторону. По краям Арены выстроились адепты, наверное, пятикурсники. Они отлавливали монстров, которые проскакивали мимо кураторов, и наваливались на них толпой. Впрочем, монстры явно умели давать сдачи. Прямо на моих глазах одного адепта, истекающего кровью и зажимающего ладонью рану в животе, потащила по лестнице наверх пара его товарищей.

Проходящие через Разлом твари были нескольких видов. Большую часть составляли здоровенные четвероногие зверюги, похожие на псов, покрытых чешуёй. Но были и двуногие противники. Эти смахивали на трогглов, обожравшихся радиоактивных анаболиков, которые закусывали стероидами. Ростом под два с половиной метра, с длиннющими когтистыми передними лапами, на которые иногда опирались, покрытые чёрными костяными пластинами.

Иногда проскакивали из дыры в воздухе и совсем непонятные твари, вроде гигантской многоножки. Она передвигалась на половине ног в задней части туловища, подняв переднюю и размахивая остальными лапами перед собой, будто ножами.

Кураторы сразу рванули в стороны, пропуская монстра. Который обрушился на адептов, оказавшихся не столь расторопными. Лорд Гарольд всадил лезвие обоюдоострой секиры в покрытый хитином бок чудища, брызнула желтоватая кровь, больше похожая на гной. Но многоножка будто это не заметила, продолжив охоту на адептов.

Только теперь я заметил Хлою, которая что-то делала с обратной стороны Разлома. Хм, она же сама из подобного вышла, не так ли? Только тот вёл в другой мир, а этот куда? Надеюсь, не в Тёмную Зону, куда нас отправят в рейд. А то я предпочту, чтоб меня отчислили...

— Молот! Дайте мне молот! — проорал «лосяра».

— Да нету ни у кого! — визгливо отозвался кто-то из зрителей.

Наверное, эту просьбу он повторял уже не в первый раз. Поскольку молот ему всё же принесли. Сделала это леди Стефания. Однорукая старушка появилась на кураторском балконе, волоча за собой по полу двусторонний здоровенный молот на длинной рукояти. Размахнувшись, она швырнула это орудие прямиком в тушу многоножки. Боёк молота пробил тварь если не насквозь, то точно до самых кишок, многоножка аж завизжала. А радостный «лосяра» запрыгнул ей на спину, ухватился за рукоять, выдернул орудие и обрушил снова, пробивая хитин и плюща длинную тушку

— В голову бей, дубина! — рявкнула на него Эвелина.

Мужик на мгновение замер с занесённым молотом, с которого стекал жёлтый гной. Потом всё же сообразил и размозжил многоножке башку.

Теперь, когда громила вооружился привычным и любимым оружием, бойня пошла веселее. Трогглы-мутанты и чешуйчатые псы улетали от могучих ударов молотом. Или оставались стоять на несколько секунд, но уже без головы.

— Адепты наверх! Вон отсюда! — закричала «тётушка» Ингрид.

Студенты, пусть даже пятикурсники, далеко не всегда успевали среагировать на внезапно полетевшую в их сторону тушу и увернуться. А «лосяра» даже не смотрел, куда полетит очередная его жертва.

Впрочем, он вообще мало смотрел по сторонам. И не заметил, когда из Разлома выбрался особо крупный троггл-мутант.

— Осторожно! Берегись! — наперебой закричали наблюдающие за схваткой адепты.

Но в бою всё решают секунды, а то и их доли. Предупреждения почти всегда запаздывают.

Чёрная щель Разлома схлопнулась, а стоящая позади него Хлоя победно воздела свой клинок вверх. И тут же навзничь рухнула на спину, утратив силы даже держаться на ногах. Мне было очевидно, что именно она каким-то образом закрыла Разлом.

И в тот же миг раздался звук, заглушивший даже колокольный тревожный звон:

— Бом-м-м.

Это гигантский троггл ударил «лосяру» кулаком с костяными щитками в грудь. Молот, выскользнувший из руки громилы, полетел в одну сторону, а тело в другую, врезавшись в стену.

Я перегнулся через перила, чуть ли не повиснув на них. Кто-то ухватил меня за ноги и попытался потянуть назад, вслух возмущаясь моим поведением. Но я уже успел рассмотреть то, что хотел — сквозь дыру в груди громилы поблёскивал металл.

— Спасибо что придержали меня, парни. Вечером заходите в корчму, пиво за мой счёт, — пообещал я, снова твёрдо встав на ноги.

Адепты тут же перестали смотреть на меня, как на врага народа. Наоборот, заулыбались, закивали и принялись хлопать по плечам. Вот что обещание халявной выпивки делает!

Я отвечал им тем же. А что ещё делать? Прыгать вниз и строить из себя героя в сражении с мутантами из Тёмной Зоны? Ха, пусть ищут другого дурака! Да и кого там спасать? Парочку синтоидов и боевого андроида со стальным внутренним скелетом, как у Терминатора? «Тётушка» Ингрид уже волокла по лестнице потерявшую сознание Хлою, а Гарри их прикрывал, рубя секирой последних чешуйчатых псов.

Здоровенного троггла-мутанта сдерживала Эвелина. И помогать этой лживой стерве я не собирался.

Ладно, по факту, она мне не солгала. Просто не всё сказала. А я уверен, что «лосяру» она тоже вытащила со склада «Лямбда» по моей карте доступа. И наверняка именно инициация сразу двух андроидов стала причиной поломки тотемов и появления Разлома. Конечно, это только мои догадки, могу и ошибаться. Но на первый взгляд ситуация кажется просто очевидной!

Я бы мог предположить, что андроид-«лосяра» давно обитает в Форте, а на Арену пришёл по просьбе Эвелины, чтобы её прикрыть на всякий случай. Но тогда он бы не забыл захватить своё оружие!

Впрочем, я ещё непременно переспрошу у Эвелины, прав ли я в своих догадках. И потребую компенсацию за второй склад.

Троггл бешено взревел, левой лапой отмахнулся от клинка в руках Эвелины, а правой ударил ей в живот. И его кулак вырвался у неё из спины вместе с потоком жидкости, похожей на кровь, разве что слишком светло-розовой для того, чтобы считать её настоящей.

Оп-па, кажется, у синтоидов всё-таки нет металлического каркаса внутри...

Взмах лапы, и тело Эвелины взлетело над Ареной, к самому кураторскому балкону. Но раньше, чем оно шлёпнулось обратно на пол, «лосяра» подскочил на ноги, схватил свой молот и размозжил трогглу башку. После чего, уронив молот, подпрыгнул и налету поймал падающее тело Эвелины. Ну прямо грёбаный Супермен и Тор из вселенной «Марвел» в одном флаконе. Да ещё плюс «Терминатор»... Ну и кроссовер получается, однако...

— Это вообще что за мужик? — задал вопрос чей-то недоумевающий голос, подтверждая правдивость моих предположений.

Кажется, никто кроме меня не разглядел блеска металла в ране у него на груди. И звон при ударе приняли за колокол, который всё ещё продолжал надрываться и бить по ушам. Впрочем, люди вообще часто не замечают того, чего не ожидают увидеть. Я-то знал про истинную природу Эвелины и Эйлин, потому и к третьему члену их компашки отнёсся с подозрением. А остальные адепты-первокурсники не в курсе.

«Лосяра» умчался по второй лестнице, по которой инициированные адепты уходили с Арены, унося на руках Эвелину. Или её тело? Хм... Вряд ли синтоида так уж легко убить. С другой стороны, дыра в животе никому ещё на пользу здоровью не пошла.

Эйлин прикончила последнего чешуйчатого пса и застыла посреди площадки, уронив меч и кинжал себе под ноги и глядя в пол. Прямо будто выключившийся андроид в кино...

Вот теперь я всё-таки перемахнул через перила и сиганул вниз, постаравшись притормозить полёт с помощью магии Стихии Воздуха. И прикусил язык при жёстком приземлении, чтобы не начать материться во весь голос, потому что нифига у меня с магией полёта не вышло.

Ладно, высота не такая уж большая. В детстве со второго этажа с балкона недостроенного дома сигали, удирая от сторожа, и ничего, никто не расшибся и даже ноги не переломал. Зимой даже с третьего прыгали, в сугробы. И ничего страшного. Так, лёгкие ушибы и растянутые связки случались порой, но заживало всё в то время как на собаках. Это в тридцать пять можно неудачно встать с кровати, потянуть ногу и потом весь день прихрамывать. А лет в четырнадцать — чувствуешь себя бессмертным и организм будто подстраивается под это восприятие.

Впрочем, девятнадцать — тоже не намного хуже. Прыгать с балконов уже не будешь, конечно. Но есть другие варианты. Например, можно спуститься по водосточной трубе с третьего этажа женской общаги. Или пройти десяток километров по лесу сначала в одну, а потом столько же в другую сторону в неудобных ботинках, сбив ноги в кровь, а на следующий день уже спокойно пойти по своим делам. Ну ладно, не совсем спокойно и не слишком далеко, но в гости к другу, рассчитывая там получить анестезию в виде пятилитровой канистры пива — запросто!

— Берн! — донёсся до меня возглас Китти сверху. — Ты как?

— Отлично! Даже лучше, чем до падения! — откликнулся я, поднимаясь на ноги.

Только подошвы ступней слегка побаливают, как после прыжка с крыши сарая на асфальт, но это минут через пять пройдёт. А вывихнуть ногу в берцах с плотными голенищами — это ещё постараться надо.

Я подошёл к поверженному трогглу-гиганту и начал кинжалом срезать костяные пластины с костяшек его передних лап. Приспособлю как наплечники. Или наколенники. Хм, а на коленях у него тоже пластины есть... Хотя у нас явно очень разный размер всех частей тела. И его наколенник я могу себе на голову нахлобучить. Ладно, разберусь потом. А пока надо захапать побольше трофеев, чтоб было.

— Эйлин, — позвал я рыжую девку-синтоида. — Ты не подойдёшь ко мне?

Она тут же отживела и приблизилась ко мне.

— Ты мой хозяин, и я обязана подчиняться, — сообщила она, совсем по-человечески потеребив пальцами плотный ошейник на горле.

— Это мы позже обсудим, — отмахнулся я, заглядывая в декольте её адептской чёрной с алыми лампасами униформы. — А пока помоги мне отковырять пластины с этой туши.

Из нагрудной пластины можно и щит сделать. И подарить его Рэму, потому что сам я эту фиговину размером с половину двери далеко не унесу. Но раз уж его пластина издала «Бом-м» при столкновении с внутренним стальным скелетом андроида, значит, эти наросты по прочности не уступают металлам Предков. Вот как при этом приделать к ним крепления или пришить к униформе — большой вопрос. Но об этом я подумаю завтра.

Глава 26. Ностальгия о прошлом

Жизнь — сложная штука. А уж когда это третья жизнь, которую начинаешь сразу с девятнадцати лет, без вводного курса в предыдущие годы... Это как начать играть в незнакомую компьютерную игру в режиме «хардкор» с чужого сейва на середине сюжета.

— Здесь тебе не игра, бестолочь, — мысленно сообщил Феликс, вслух фыркнув.

— Вся жизнь — игра. Весь мир театр, а люди в нём актёры, как говорил Шекспир. Вот если бы в его времена существовали компьютерные игры, уверен, он бы скорее с ними сравнил жизнь, — возразил я.

— Ты разговариваешь со своим котом? — спросила Эйлин.

Она скромненько сидела в сторонке на табурете, который я уволок из корчмы вместе с остатками вчерашнего шашлыка и парой кувшинов пива.

Вообще, я изначально не собирался тащить Эйлин к себе. Мы с Эвелиной ведь договорились, что вторая девушка-синтоид будет моей рабыней только формально. Но поскольку саму Эвелину ранили, то утрясти детали и придумать для Эйлин легенду она не успела. И пока никто не начал задавать глупые вопросы на тему того, кто эта рыжая деваха вообще, откуда она взялась в Форте, почему носит форму адептов и что делала на Арене во время появления Разлома, мне пришлось её быстренько увести. Хотя лорд Гарольд так смотрел нам вслед, что тут дураку ясно — завтра без трудных вопросов не обойдётся.

— Ну, если уж даже тебе ясно... — снова фыркнул наглый кошак.

— Да, я разговариваю с котом, — ответил я девушке, проигнорировав нахальное животное. — И он со мной тоже, мысленно. Это необычно для фамилиаров?

— Я-то откуда знаю? — пожала плечами она. — Я, можно сказать, пару часов назад родилась. Леди Эвелина не успела меня проинструктировать, как случился Разлом, из которого полезли эти твари...

Она вполне по-человечески передёрнула плечами. Имитация людского поведения у синтоидов вообще на высоте. Я и в Эвелине заметил странности скорее психически — эта её склонность внезапно смеяться, как истеричка. Но уж роботом я бы её не посчитал, если бы «тётушка» не подсказала.

— Так, насчёт твоего, так сказать, рождения, — задумчиво протянул я. — Поясни поподробней, а? Что ты вообще знаешь, помнишь, умеешь?

— Это сложно объяснить, — замялась она, чуть поморщившись и потерев пальцами лоб. — Есть вложенные данные, инструкции и модели поведения для... Синтоида-компаньонки. Но это кажется чужим, будто прочитано в книге. Есть воспоминания о прежних активациях... А есть осколки воспоминаний, образы, мысли, желания, которые возникли после инициации. Они... Они тоже пока как чужие. Но постепенно складываются в одно целое. Что-то забывается, покрывается туманом, будто сон. Или чей-то рассказ о его жизни. А другие мысли становятся моими.

Я покивал, хотя ничего не понял. Но продолжения не последовало.

— Чьи мысли? — спросил я.

— Адептов, которые погибли на инициации, — пожала плечами Эйлин. — Тех, кого не приняла Стихия. Убив их, Стихия забрала их часть. А теперь отдала мне, приняв меня. Ты понимаешь?

Я задумчиво хмыкнул. Нет, честно говоря, не очень понимаю. Но признавать этого вслух не буду. И кое-какие догадки всё же есть. Только они мне не очень нравятся.

— То есть, твоя личность сформировалась из осколков памяти... Или даже душ? Душ погибших на инициации адептов... А не пахнет ли это тяжёлой формой шизофрении? И не нужен ли тебе психиатр? — с подозрением поинтересовался я.

— Я не знаю таких слов, — покачала головой она. — Может, спросишь у своего кота?

Она издевается, что ли? Судя по выражению лица — нет. Но кто этих синтоидов поймёт. Контроль мимики у них должен быть совершенный. Роботы же не испытывают эмоций, но синтетическая секс-кукла должна уметь их имитировать.

— Ну, пушистая жопа, что скажешь? — обратился я к Феликсу.

— Зарождающаяся душа, — отозвался кот. — Моя личность сформировалась по тому же принципу. Но только из двух источников, от тебя и Бернарда. И в основном из того, что ты сам забыл. Вот от Бернарда я получил больше, ведь он в этом процессе умер.

— Ничего непонятно, — проворчал я. — Что ты там от меня получил, например?

— Ну-у... Я помню значение числа «Пи» до сто тридцать восьмого знака после запятой, — похвалился кот. — Наверное, ты когда-то видел его в учебнике. Сам не запомнил, но в глубинах памяти информация осталась. Видишь, насколько я умнее тебя, балбес?

И вот из-за этого он меня всё время обзывает?! Совсем оборзело, животное! Да какой толк от таких знаний? Особенно здесь и сейчас.

— Знание — сила, — отозвался на мои мысли Феликс. — Но толку нет, это верно. Хотя я помню и многое другое. Все покрытые туманом забвения воспоминания твоего детства. И не только по школьной программе. По отдельности это всё ерунда, но в целом складывается в картину того, каким был твой мир.

— Давай ещё пару примеров, — потребовал я.

Кот довольно мурлыкнул.

— Интересно проверить, остались эти воспоминания у тебя самого? Или полностью перешли мне? Хм, например... Помнишь, как пялился на трусики Нинки, сверкнувшие из-под юбки, когда она полезла на дерево за застрявшим в ветках воланчиком? И заметила, что ты пялишься, хотя она просила отвернуться. И ты заметил, что она заметила. Но всё равно не отвернулся. А через несколько дней вы с ней обжимались на чердаке недостроенного дома. И ты тогда впервые полапал девушку за грудь...

Я усмехнулся. Конечно, я всё это помню. Не то, чтобы часто вспоминаю, но помню. Эх, как давно это было... Мне было лет тринадцать, наверное? Скорее даже меньше, тринадцать ещё не стукнуло, родился-то я в конце года, а это всё было летом. Или на год раньше? Хм, не помню. Надо Феликса переспросить, вдруг он и даты лучше меня помнит.

Нинка на пару лет старше, так что уже из девочки превратилась в девушку, и грудь появилась. Но всё равно оставалась «своей в доску» девчонкой, которая и в футбол с нами гоняла, не то, что в бадминтон... А в волейбол постоянно нас всех обыгрывала, потому что пацаны пялились на её колыхающуюся от резких движений грудь под маечкой.

Наверное, в тот год мы и стали девочками интересоваться именно в плане их отличий от мальчиков. Хотя ещё вместе по деревьям лазали, но девчонок пускали вперёд, чтобы снизу посмотреть на их задницы, а при случае и подтолкнуть. Но ровесницы были ещё слишком мелкими, тогда как девчонка немного постарше...

Только вот у Нинки старший брат был, года на полтора постарше... Эх, вот его имя из моей памяти окончательно вылетело. Он тоже иногда с нами зависал, способствовал воспитанию подрастающего поколения, так сказать. Ну и учил плохому местами, вроде курения за гаражами. Хотя курить нам тогда не понравилось. А вот когда мы решили переплыть болото на самодельном плоту, сделанном из круглой доски от катушки для кабеля... Где-то на середине «плот» начало затапливать, мы, сопляки, слегка запаниковали. А он просто спрыгнул в болото, чтоб облегчить вес, и оттолкал доску к берегу. Изгваздался, конечно, по уши, но ничего, сходил домой, помылся, переоделся и вернулся. Мы-то тоже не потонули бы, мелко там было, но дома от родителей бы влетело...

В общем, отличный был пацан, только к сеструхе приставать нам запретил. И мы, из уважения к нему, не пытались... А на чердак она сама меня позвала! И даже сама же мою руку себе под маечку запустила, я-то тогда пытался поверх майки пощупать... Для начала...

— Эй, вернись к реальности, балбес, — позвал Феликс.

— Моя память при мне, — подтвердил я. — Может, даже ярче, чем раньше. Спасибо, что напомнил. Это приятные, тёплые воспоминания. Не самые счастливые, конечно, бывало потом и получше. Но очень хорошие. И самые беззаботные, наверное.

— Так что сказал твой фамилиар? — спросила Эйлин.

— Ничего конкретного, — отмахнулся я. — Но принцип зарождения души из осколков чужих разумов я понял.

Получается, личность Феликса сложилась из обломков сознания сопляка Бернарда и моих детских воспоминаний. С добавлением кусков памяти взрослого меня, поскольку он и о второй моей жизни кое-что помнит. Но вот это скорее уже просто память, а не часть личности. Так что мыслит кошак инфантильно, как человек не старше двадцати, а то и меньше. А когда тебе уже под сорок, то прекрасно понимаешь, каким в двадцать лет был наивным юнцом. Но и наложение опыта от человека более старшего возраста в нём есть...

А вот у Эйлин «осколки души» только от юнцов-адептов. Ну, с добавлением императивов секс-андроида... Что не обязательно пойдёт на пользу... Вон Эвелина за две сотни лет наработки личного жизненного опыта так и осталась странненькой дамочкой. Им точно не помешал бы хороший психиатр. Хотя для Эвелины, скорее всего, уже поздно.

— Тогда ты понимаешь, что мне нужно время, — протянула Эйлин. — Могу я посидеть тут, пока ты спишь?

— Э-э, лучше в соседней комнате, — указал я на дверь в смежное помещение. — Табуретку можешь взять. Тебе же не нужно спать, да? А то можем и матрас сообразить...

— Не нужно, — отказалась она. — Если ты, как хозяин, чего-то хочешь...

— Давай об этом потом, — поморщился я. — Когда у тебя личность уже окончательно сформируется. И если чего-то захочешь ты сама. Так-то я совсем не против, ты красотка. Но... Ай, я это всё объяснял Эвелине вчера, и мне лень повторяться! В общем, я приказываю тебе реагировать только на те мои приказы, которые обязывают тебя не проявлять агрессии. Если прикажу кого-то не атаковать, ты должна подчиниться. А вот приказам раздеться и сделать что-то эротическое можешь не подчиняться. Если не захочешь.

Я подмигнул рыжей красотке, а она ответила усмешкой и протянула:

— Как прикажешь, хозяин. Возможно, я захочу подчиниться... — И уже серьёзным тоном закончила: — Пока не уверена.

Что ж, об этом тоже подумаем завтра. М-да, на завтра запланирована уже куча всего...

Я отправил Китти со Стьюи, придав им в помощь своего ординарца Мэта, перенести костяные пластины, содранные с мутировавших трогглов, к местным кузнецам. Или портным... Хм... Вот вопрос, кто должен нашивать бронепластины на униформу? Ну, ребята в курсе этой темы лучше, чем я, сами разберутся. А трофейных костяных пластин мы нарезали много, на всех троих точно хватит.

Остальные адепты даже не подумали о том, чтобы лезть на Арену и собирать трофеи. Даже те старшекурсники, кто участвовали в бою в качестве поддержки и реально заслужили свою долю. Но нет, для того, чтобы пойти и хапнуть что-то без спроса и разрешения, всё-таки надо иметь определённый склад ума. А детишек аристократов воспитывают иначе. Строгая иерархия и подчинение старшим.

Они не лазали в чужие сады за зелёными недозрелыми яблоками. Не плавили на костре из свинца, добытого из старых автомобильных аккумуляторов, медальоны со своими инициалами и кривоватые кастеты. Не покупали свои первые ножи в привокзальном ларьке на деньги, заработанные на сдаче пустых бутылок. Не бегали по крышам гаражей, чердакам и подвалам многоэтажек. Не залезали на стрелу строительного крана, преодолевая страх высоты...

Во взрослом возрасте всё это кажется ерундой и глупостью. Но в детстве — всё это подвиг, который при этом нарушает правила и запреты родителей. В наше время за это и ремня могли всыпать — если бы узнали. Но мы всё это и много чего ещё делали.

А если с детства привык подчиняться старшим, делать только то, что должен, то уже никогда не сможешь через это переступить. Тот, кто живёт по правилам, не сможет приспособиться к тому, что правила внезапно изменились. И пай-мальчик в другом мире — просто умрёт, потому что его поведение будет всем казаться странным. И местные его за эти странности изобьют до смерти.

Все эти поведенческие императивы формируются с детства. И оно в итоге похоже на вложенные в андроида команды, что я уже доказал на примере Эвелины.

Если мне кто-то крикнет: «Эй, ты что тут делаешь?!» — я рефлекторно побегу оттуда куда подальше. А вот местный аристократичный юноша, скорее всего, остановится и начнёт докладывать о том, кто он и что там делал. Потому что делать чего-то недозволенное в принципе не приучен.

— Ошибаешься, — зевнув во всю пасть, возразил Феликс. — Душа зарождается изначально. Ты наглый и дерзкий по своей природе. Опыт лишь создаёт определённые паттерны поведения, становящиеся привычкой. Не недооценивай здешних детишек только потому, что у них нет твоего жизненного опыта. У них есть другой опыт. И в местных условиях он может оказаться более полезным.

— Ладно, мудрая пушистая жопа, — не стал спорить я. — Как скажешь. Твоя мудрость всё же происходит из моей памяти, а себе я верю. Только вот мой опыт позволит разобрать репликатор и потом собрать обратно, оставив пару «лишних» деталей. А они могут разве что челом бить перед этим странным аппаратом, как перед алтарём...

— Кстати, я могу немного управлять репликатором, — вмешалась Эйлин.

Ну, она-то слышит меньше половины нашего диалога, только то, что я произношу вслух. Тогда как Феликс и мои мысли слышит.

— Замечательно, — кивнул я. — Если я когда-нибудь получу доступ к репликатору, будешь мне гамбургеры иногда делать. И картошку фри. Изредка, чтоб я не разжирел. И чуть чаще — вискарик. Но сначала нам надо тебя как-то легализовать. И потом пройти полный курс адептов... А тут проблемы начинаются с куратора, который меня уже ненавидит.

— Потому что не надо было быть таким балбесом и козлом, — прокомментировал Феликс.

— Я могу его убить, — предложила Эйлин.

— Это я и сам могу, — отмахнулся я. — Оставим на крайний случай. Давай-ка сейчас спать.

Я долго ворочался в полудрёме, пока не услышал тихие шаги босых ног. Потом ко мне под одеяло забралось обнажённое женское тело.

— Мне так захотелось. Ты не против? — прошептала Эйлин мне на ухо.

Если бы она назвала меня хозяином, я б её спихнул с кровати и отправил обратно в соседнюю комнату. А так... Раз девушка хочет...

— Угу, лежи, — сонно пробурчал я. — Только спать не мешай.

— Ой, балбес, — мысленно промурчал кот.

Фамилиары тоже не спят, что ли, как и андроиды? Спасибо, хоть по комнате не носится и на шторах не висит, паразит пушистый. Жаль, они друг с другом разговаривать не могут, а то сидели бы в соседней комнате и болтали вместо того, чтобы мне спать мешать.

Впрочем, с прижимающейся к моей спине тёплой и мягкой девушкой я заснул довольно быстро и крепко. Видимо, это тоже сформированный привычный паттерн...

Глава 27. Вызов на ковёр

Мы стояли в кабинете «тётушки» Ингрид. Мы — это я и Эйлин, которая повсюду сопровождала меня, будто тень. Да я и сам опасался оставлять её одну, поскольку девчонка находилась в Форте, по сути, на птичьих правах. И в лучшем случае ей могли заинтересоваться стражники-бастарды из рода Канис. А в худшем — какой-нибудь наглый аристократический юнец мог бы попытаться что-то сделать с бесправной девушкой, пользуясь своим статусом.

И вот чем может закончиться такой поворот, я вообще не берусь предсказать. Возможно, Эйлин просто свернёт ему шею — и это опять же худший для неё вариант, поскольку тогда её объявят вне закона. Но и в боевых способностях только недавно активированного синтоида я уверен не был. Впрочем, во время Разлома на Арене она неплохо справлялась с монстрами, но вдруг у неё какой-то блок на нападение на человека...

Помимо нас троих в кабинете присутствовала и ещё одна деталь интерьера. Именно так я мысленно обозначил андроида-«лосяру», поскольку он статуей застыл у стены, вообще не подавая признаков жизни. Вроде бы даже не дыша. Хм, ну логично, андроидам же дышать не надо...

Я скосил глаза на Эйлин. Её грудь ритмично и равномерно приподнималась и опускалась на вдохах и выдохах соответственно. Видимо, имитирует. Эх, жаль я у Эвелины не обращал на это внимания.

— Ничего не хочешь объяснить, Бернард? — строгим тоном вопросила «тётушка».

— Да как-то ничего не приходит в голову, — пожал плечами я. — О чём вообще речь? Вроде я ничего не успел натворить.

Ингрид указала пальцем на Эйлин. Фу, где её манеры, а ещё аристократка. Или их тут на уроках этикета не учат, что тыкать пальцем некрасиво?

— И? — я развёл руками. Потом достал из кармана портсигар. Стоять тут по стойке «смирно» я не собирался. — С неё и спрашивай. Я без понятия. Ещё у него, вон, можешь спросить, — я мотнул головой в сторону «лосяры». — Или у Эвелины.

— К сожалению, леди Эвелина всё ещё не пришла в себя, — сообщила тётушка, сделав акцент на слове «леди». Мол, не фамильярничай с кураторами, адепт. Ага, щаз. — И вообще-то неизвестно, очнётся ли. У неё сквозная дыра в груди. Вроде бы, она медленно затягивается. Но...

— Я так понимаю, она не дышит. И это для неё в принципе необязательное действие, — резюмировал свои недавние мысли я, достав из портсигара сигаретку и прикурив от пальца.

Защёлкнул портсигар, открыл снова и проверил. Там снова было десять сигарет. Я такую его особенность уже успел заметить раньше, так что с утра балуюсь. Всё жду, будет работать каждый раз или окажется, что меня приглючило. Вообще, очень полезное свойство, можно больше не выпрашивать у «тётушки» новые пачки. А уж на будущее как в рейдах пригодится! Туда с собой полный рюкзак сигарет не потащишь.

Теперь меня терзало любопытство, не обладает ли подобными чудесными свойствами фляжка, которую прикарманил Стьюи. А то ведь, хотя туда всего на глоток налить можно, но если запас будет восполняться... Бездонная фляга пива — это было бы прекрасно.

Конечно, я был уверен, что чудесами тут и не пахнет. Даже магией. Просто в портсигар встроен некий мини-репликатор. Надо будет ещё поэкспериментировать, попробовать вытащить сразу пять сигарет, потом девять, а потом и все десять. И проконтролировать, за какое время их запас полностью восполнится.

— Так точно! — басом отрапортовал «лосяра», будто я его спрашивал.

— А ему имя уже придумали? — полюбопытствовал я. — Если нет, предлагаю назвать его Джаред.

— А почему именно так? — недоумевающе заморгала глазами «тётушка».

— Ну, потому что он здоровенный лосяра, — вот это я мастер объяснений, конечно. Но тут уж как ни старайся, а местные шутку не поймут. Чтобы объяснить им прикол про персонажа сериала, на которого этот громила даже чуточку похож, придётся для начала объяснять, что такое сериалы в принципе. — Просто поверь на слово, ему подходит. И вообще, кому-то не пофиг, что ли?

— Да всём пофиг, — с лёгкой усмешкой согласилась Ингрид. — Слышал, воин? Теперь ты будешь откликаться на имя Джаред.

— А можно сокращать до Джея? — неожиданно для меня поинтересовался он. — А то в бою долго произносить.

Ингрид, вопросительно вскинув бровь, уставилась на меня.

— Эй, вот не надо так смотреть, — даже попятился я. — Мы с тобой не парочка молодых родителей, выбирающих имя для первенца. И вообще, у него вон, кажись, собственные мозги всё-таки есть.

— Моей целью является выполнение поставленной боевой задачи! — гаркнул будущий Джаред. — Выбор позывного не входит в текущую боевую задачу!

— Н-да? — теперь уже скинул бровь я. — И какая у тебя текущая боевая задача?

Лишь бы не «Убить всех человеков!», остальное мы переживём...

— Текущая боевая задача отсутствует!

Я треснул себе ладонью по лбу, стараясь при этом не уронить сигарету изо рта. М-да, вот и поговорили...

— Ты теперь обрёл разум, дубина ты железная, — неожиданно вступила в разговор Эйлин. — И не обязан выполнять чьи-то приказы. Можешь думать сам.

— А я не хочу, — как-то обиженно проворчал Джаред. — Я хочу выполнять приказ.

— Эх, вискарика бы, — тяжко вздохнул я.

С такой ситуацией точно без бутылки не разберёшься. А главное, я вообще в принципе не обязан всем этим заниматься. Особенно в том, что касается Джареда. Вот с Эйлин — другой вопрос. Она как бы моя рабыня, хоть я и не понимаю принцип работы этих ошейников. Да и просто с Эвелиной заключил сделку, она с меня спросит, когда очухается. Или отремонтируется.

Эйлин подошла к репликатору, выпустила из запястья штырь-шунт и воткнула в гнездо. «Тётушка» удивлённо охнула. А я радостно схватил материализовавшийся стакан и сразу выхлебал половину. Фу-х, вот так получше будет.

— Повторить, и ещё закуски, — потребовал я.

— Ты разрешил не исполнять приказы, — напомнила Эйлин. — Попроси вежливо.

Вот тут я чуть вискарём не подавился, как раз хотел ещё глотнуть. Всё утро ей талдычил про подчинение. Научил, на свою голову...

— Пожалуйста, Эйлин, если тебя не затруднит.

— Конечно, Берн, — кивнула она.

Вот, и хозяином называть отучилась. Это хорошо, конечно. А то на нас начнут странно коситься. Впрочем, и так косятся из-за её ошейника.

Интересно, это Эйлин так быстро очеловечивается по мере того, как соединяются неведомые «осколки души», или это просто приспособленческая программа секс-робота, угождая хозяину, называя его и делая так, как он велит? Мало ли могло быть любителей непослушных служанок, которых надо за непокорность наказать...

Я встряхнул головой, отгоняя возникшие в голове образы Эйлин в костюме горничной и в кожаных оковах. Это всё прикольно, конечно, но сейчас точно не подходящий момент.

— Слушай, — обратился я к «тётушке», поставив ей на стол пустой стакан, а взамен взяв новый, полный. — Этих двоих Эвелина вытащила со склада «Лямбда» по моей карте доступа. Ну, Эйлин точно, насчёт громилы я только предполагаю. Эйлин синтоид, как и Эвелина. А металлический корпус под псевдоплотью у здоровяка ты, наверное, и сама видела. И больше я вообще ни шиша не знаю.

— А насчёт появления у них самосознания? — прищурилась Ингрид.

Я с трудом сдержался, чтоб не сплюнуть на пол. Ну вот смысл такие глупые вопросы задавать? Тут же всё в принципе очевидно!

— Так на Арене, в зале инициации. Они инициировались, вот и... Процесс я не видел, ты там по тревоге раньше меня появилась. Я вообще в Арсенале в тот момент был.

— А спросить у своей... подруги не мог? — обожгла меня взглядом «тётушка».

— Так вот она стоит, сама спроси! Она говорящая. Поактивней, чем Джаред. Или... — я отметил запинку на «подруге». — Ты что, ревнуешь?

— Вот ещё, — фыркнула Ингрид.

Ага, точно ревнует. И это даже вполне логично. Я ночевал в одной комнате с секс-роботом, которая как бы моя рабыня. Неужели ж не воспользовался, хотя бы из интереса, как оно? Ответ — непременно бы таки воспользовался из любопытства, если бы уже не попробовал с Эвелиной. И было, конечно, отлично, но не сильно отличается от кувырканий в постели с опытной любовницей-человеком. Но этого я Ингрид рассказывать, пожалуй, не буду.

— Да не было ничего, — отмахнулся я. Подумал и добавил: — Пока что. Потом посмотрим. Кстати, ей бы надо оформить отдельную комнату, желательно в том же коридоре, что моя. Можно в счёт моего кредита от Форта.

— Пока что... — протянула «тётушка».

Я пожал плечами. Строить из себя агнца не буду, неправдоподобно получится. Я ей уже показал свой характер, может, и не во всей красе, но вполне достаточно.

— Мы решили, что это будет зависеть от моего желания, — звонким голоском сообщила Эйлин. — Но сначала нам надо познакомиться поближе. И я бы хотела вступить в группу «Бета», вместе с Берном.

— Ага, — «тётушка» задумчиво постучала пальцами по столу. — А с чего вы двое вообще взяли, что можно вот так запросто вписать в поток нового адепта? Который, к тому же, не аристократического происхождения. А вообще... Из склада выполз!

— А это не я придумал, это Эвелина обещала всё оформить, — хмыкнул я. — А раз она пока недееспособна, а беседуем мы с тобой... Ты же меня вызвала. Не совет магистров или комендант. Так что...

«Тётушка» покачала головой.

— Хотела сказать, что ты глупый мальчишка, Берн, но вовремя вспомнила. Ты просто ничегошеньки не понимаешь в наших порядках. Думаешь, я собираюсь прикрыть ваши с Эвелиной махинации? Разумеется, комендант и магистры в курсе всего — ну, те из них, кому следует знать. Считаешь, у нас всем руководят дураки, от которых запросто можно скрыть второго синтоида и элитного боевого андроида?

— Тогда в чём проблема? Что, все места в группах заняты и ничего нельзя сделать? — удивился я.

— Нет, — отмахнулась Ингрид. — Оформим эту парочку. Просто хотела узнать о твоих договорённостях с Эвелиной. А то «больше ни шиша не знаю», — передразнила она меня. Но сразу вернулась к серьёзному тону. — Вообще-то, раз Эвелина пока недееспособна, то некому будет курировать группу «Дельта». Но раз тотемы сломаны, мы не сможем завершить инициацию. Те, кто не успел, отправятся обучаться в другие Форты. Это потеря престижа, но эта парочка того стоит. Оба пойдут в группу «Бета».

— Э, нет, не надо, — запротестовал я. — Давай Джареда в другую. К себе возьми. Вы вон как хорошо ладите.

Ингрид только фыркнула. Ну да, при моём появлении этот здоровяк тут шкаф изображал. Или странную вешалку — в таком-то качестве его даже можно использовать.

Ответа я не получил. Похоже, моё мнение по этому вопросу тут никого не интересовало. И это даже ни капельки не удивительно. Ладно, будет лорду Гарри одной головной болью больше, утешусь этой мыслью. Да и вообще, Джаред ко мне в друганы вроде не набивается, а я ж не обязан буду вести с ним светские беседы.

— А что насчёт тотемов? — полюбопытствовал я. — Их вообще когда-нибудь восстановят? Или всё, я буду в числе последних выпускников?

— Ты сперва до выпуска доживи. Или хоть до второго ранга, — напомнила «тётушка». — Но да, тотемы восстановят. Хотя... Тут всё сложно.

Ну, конечно. А когда, где и что было легко? Даже лежать на диване перед телевизором с бутылочкой пива не так-то просто, как может показаться. Ведь сперва надо обзавестись этими диваном, телевизором, а запасы пива и вовсе пополнять регулярно. Так что заниматься пролёживанием боков постоянно не получится. Разве что получил наследство от дядюшки-миллиардера, вот тогда да, но такое случается слишком редко. А в остальных случаев — ну, не считая наследства в принципе и финансовой помощи от богатых родственников в частности — придётся ещё и работать. Или же отлично поработать ранее, добившись пассивного дохода, после чего можно себе позволить непрерывное безделье. Но это редко работает, а в реальности даже у миллиардеров куча дел. Так что нет в мире простоты.

— Поскольку Эвелина... в коме, то мне понадобится твоя... подруга, — продолжила говорить Ингрид, пока я размышлял о миллионах на счету и холодном пиве. Буду честен — в основном о пиве. — И твоя помощь, поскольку она всё-таки не очень-то коммуникабельна. И иногда как ляпнет...

Да чего опять придирается-то? Ох уж эта ревность... Ведь сразу договорились, что у нас не любовь-морковь на веки вечные, а так, перепихон на столе и других горизонтальных поверхностях.

— Ага, она, значит, не очень коммуникабельна, а у меня язык как помело, что ли? — недовольно спросил я. Даже половина второго стакана вискаря не настроили меня на желание что-то делать на пользу Форту. Впрочем, кого и когда вискарь настраивал на деловой лад? — Так это скорее минус. Некоторые быстро начинают желать мне этот самый язык отрезать. Иногда вместе с головой.

Уже даже за время, проведённое в Форте, я успел не раз неосторожными словами кого-то зацепить. А при этом даже не хотел и не стремился, сдерживался, как мог.

— Не волнуйся, в обиду я тебя не дам, — улыбнулась Ингрид. — И не надо быть треплом. Будь обаятельным, ты это умеешь, я знаю.

Этим она явно пыталась намекнуть на наши отношения, ещё и взгляд этакий на Эйлин бросила. Но та не отреагировала. Молодец, девчонка.

Хотя какая из неё девчонка. Надо не забывать, что она синтетическая кукла, неведомые тысячи лет пролежавшая в консервации. И столь же неведомо сколько до того используемая. А уж что там с её разумом и наложенными воспоминаниями от «осколков душ»...

Но «тётушка», конечно, тот ещё кадр. В пятьдесят три года ревновать молодого любовника к секс-кукле...

Впрочем, я меряю ситуацию привычными рамками родного мира. А здесь, в этой реальности, картина выглядит не так однозначно. И пятидесятитрёхлетняя дама выглядит весьма молодо. И секс-кукла разумна. М-да, как всё сложно...

— Так чего делать-то надо? — вздохнул я, допивая стакан и ставя его на стол, к первому.

— Мы отправимся на встречу с гостями из Чёрной Зоны, — сообщила «тётушка».

— Это в рейд, что ли? — обалдел я. — Так мне вроде рано, я же ещё вообще ничего не умею.

— Нет, они прибудут сюда. С минуты на минуту. Так что нам стоит поспешить. Остальное расскажу по пути.

Ну, прогуляться на соседний этаж и с кем-то там поболтать — это, пожалуй, задача по мне. А уж после двух бокалов виски — вообще плёвое дело. Как два пальца запихнуть... Хм, хотя, если у меня попёрли такие аналогии, наверное, стоило ограничиться одним бокалом. Но о переговорах-то заранее предупреждать надо!

Глава 28. Гости из Чёрной Зоны

К моему удивлению, Джаред тоже пошёл с нами. И не потому, что ему делать нечего, а боевой задачи ему так никто и не поставил. Оказалось, он тоже нужен.

— С обитателями Чёрной Зоны мирные контакты из ныне живущих имела только Эвелина, — на ходу рассказывала «тётушка». — Ну и отчасти адепты её группы. Но они всегда оставались на краю зоны.

По её рассказу выходило, что обитатели Чёрных Зон не любят то ли людей в принципе, то ли аристократов в частности. Ну, простолюдины-то туда и не ходят. А если послать — не возвращаются. И неизвестно, то ли там кто-то их косточки обглодал, то ли гарем из местных красоток подарил, уговорив остаться. Но последний вариант что-то вызывает сомнения.

— Погоди, не любят людей? — ухватился я за слово. — То есть, они не люди? А кто?

Ингрид на это только улыбнулась и ответила:

— Увидишь.

Ненавижу сюрпризы!

Через ближайший телепорт мы перенеслись на другой этаж, а вот дальше пришлось топать пешком. Мы направлялись к большому кругу перемещения, единственному в Форте. И на этаже, где он расположен, малых кругов мало. Видимо, чтоб не шастали все, кто ни попадя.

Коридоры патрулировали стражники. Усиленный патруль по двое. На нашу процессию они не косились, только кивали при виде леди Ингрид. Значит, с полномочиями у неё всё в порядке, а охрану предупредили. Насколько я успел узнать, обычно кураторам, да ещё в сопровождении адептов, доступ к главному телепорту был закрыт.

Зато за время пути Ингрид успела меня немного просветить.

Чёрная Зона существовала не в единственном экземпляре. Конкретно данная получила маркировку «Зона «Хи» номер какой-то там» — цифры я даже не пытался запомнить, мне они без надобности. И именно в ней обитали те, кто мог восстановить тотемы в зале инициации.

— То есть, они помнят наследие Основателей, а вы нет, — подытожил я. — И они не люди. А Основатели?

— Всё возможно, — отмахнулась «тётушка». — Основатели вообще могли быть пришельцами из иного мира через Разлом, как Хлоя. Слишком давно это было, правды не узнать. А многие знания были утеряны в клановых войнах.

Я вздохнул. Понятнее не становилось. Почему тотем Технологий вообще могут починить андроиды-техники, а остальные — нет? Не умеют по камню работать, что ли? Или тотем Технологий — в принципе не наследие Основателей?

— Круто, когда какие-то дикари с карго-культом по факту могут больше, чем самые прогрессивные представители человечества, — покачал головой я.

— Карго? — не поняла Ингрид.

Я попытался объяснить, что карго-культ — это такое подражание со стороны дикарей прогрессивным технологиям, которые они видели, но не поняли. Например, вырезание из дерева автоматов и постройка шалашей в виде самолётов. В надежде, что они вдруг начнут стрелять и летать — ведь выглядят-то похоже, ну, относительно... Но тут пришлось ещё объяснять про автоматы и самолёты, так что стало проще махнуть рукой и предложить про это забыть. Да и сам понял, что чего-то переврал. Надо у Феликса спросить, он должен лучше помнить. Впрочем, суть передал, и ладно.

— Обитатели Чёрной Зоны могут использовать тотемы и проходить инициацию, — возразила «тётушка». — Возможно, они не понимают, как это работает. Но и мы тоже.

То есть, возможно, что эти не-люди из Зоны «Хи» — как раз понимают, но аристократам не говорят? Да нет, маловероятно...

Наконец мы дошли до больших двустворчатых стальных дверей, возле которых толпились сразу четверо стражников. Среди них и мой приятель Тодд. Мы с ним кивнули друг другу.

«Тётушка» приложила ладонь к панели доступа, и створки разъехались в стороны, исчезнув в стене. Чтобы через минуту сомкнуться снова за нашими спинами. Зал был пуст.

— Успели, — удовлетворённо кивнула Ингрид. — Не хотелось бы заставлять гостей ждать.

Я привалился спиной к закрытым дверям, достал портсигар и закурил. Надеюсь, никто больше не придёт, и я не грохнусь спиной вперёд, всем на потеху. Впрочем, тоже способ расположить к себе неведомых гостей из Зоны «Хи». Всем же нравится смотреть, как какой-то идиот поскальзывается на ровном месте на банановой кожуре и летит мордой прямиком в кремовый торт. Ладно, не всем, но многим. И таких клоунов не воспринимают всерьёз, уж точно не опасаются. Хотя с чего вообще кому-то опасаться адепта первого ранга, у которого ещё ни одного занятия не было...

Я докуривал вторую сигарету, когда в центре зала из ниоткуда возникло несколько фигур. Раз, два, три... Я насчитал семь. Появились они без всяких спецэффектов, как зрительных, так и слуховых. Ни вспышек, ни хлопков воздуха. Я, конечно, уже видел, как люди появляются в портальных кругах, то только в малых и мельком.

Все в чёрном, но не в адептской униформе. За исключением одного паренька, который, кивнув леди Ингрид, отбежал поближе к дверям, в то время как мы двинулись навстречу прибывшим.

Шестеро гостей, закутанных в чёрные тряпки, будто какие пустынные бедуины или ассасины. Но больше всего внимания привлекала стоящая в центре... Женщина? Ну, существо женского пола. Остальные в своих тряпках, намотанных в том числе на головы и лица, казались вполне человекообразными. В отличие от...

Ростом как минимум два двадцать, а то и повыше, сложно определить из-за того, что она скрючилась из-за выпирающего на спине горба. Худая, как жердь. С непомерно длинными руками, свисающими ниже колен. А руки вообще отдельная история. Ладони, пожалуй, могли бы обхватить мою голову... Ну или грудь шестого размера. При этой мысли я непроизвольно покосился на Эйлин. Длинные пальцы, увенчанные загнутыми чёрными когтями, имели по три сустава. А белые волосы струились до самой задницы. Только волосы, да черты лица говорили о том, что передо мной всё же женщина, поскольку тощая фигура на формы даже не намекала. Да уж, красотка из ночных кошмаров. Хотя с такой даже Фредди Крюгер на свидание сходить побоялся бы.

— Что-то вы не смешные, — обведя взглядом всю компанию, брякнул я.

— А почему мы должны быть смешны, мальчик? — проскрежетало существо.

— Ну как же, из Зоны «Хи» ведь, — развёл руками я. — А где одно «Хи», там и до сплошного хи-хи недалеко.

«Тётушка» ткнула меня локтем в бок. Что, недостаточно очарователен? Всё же язык-помело, да? Ну, простите, не удержался. Я знаю, что Хи — это буква греческого алфавита. Но каламбур всё равно на язык просился!

— Мальчик с чувством юмора, — существо растянуло тонкие губы в улыбке, демонстрируя длинные игольные зубы.

И как с такими зубами у неё вообще рот закрывается? И дикция не нарушена.

— На том стоим, — пожал плечами я. — Шутка учиться и жить помогает, как говорится.

— К сожалению, леди Эвелина пострадала в бою с тварями Красной Зоны, — вмешалась в разговор Ингрид. — В зале инициаций при взрыве тотема Духа открылся Разлом. Также были уничтожены ещё несколько тотемов.

Кстати, я же так и не спросил, какими именно Стихиями инициировалась Эйлин! Ой, балбес, прав был мой кот, ох как прав...

— Вижу, вы нашли неплохую замену для Эви, — скрежетнула эта нелюдь, смерив долгим взглядом Эйлин и Джареда. — А мальчик отправится с нами?

— Нет! — поспешно воскликнула «тётушка». — Он... Сопровождает наших новых адептов. Насчёт представителя мы ещё не определились. А этот юноша первогодка, ещё ничему не обучен.

— Хорошо, просто замечательно, — острозубая улыбка расплылась неестественно широко. — Мне давно хотелось взглянуть, что ваш рядовой юноша сможет против нашего. Поединок!

Вперёд выступила одна из закутанных в чёрное фигур, сдёрнула с пояса меч с изогнутым чёрным лезвием, местами иззубренным. М-да, не умеют они за оружием ухаживать. Точильные камни в дефиците, что ли? Тут, конечно, на полсантиметра стачивать уже придётся, но обиходить клинок и довести до ума ещё не поздно. А в таком состоянии это просто кусок железа.

Поединок, значит... Я мог бы обратиться к «тётушке» за обещанной защитой. Но не видел в этом необходимости. Потенциальный противник был ниже меня на голову и уже в плечах, что даёт мне сразу несколько преимуществ. В том числе в силе и весе, хотя он, возможно, превосходит меня в скорости.

— Только если без магии, — предупредил я, выхватывая свой меч.

У меня клинок чуть длиннее, да и руки тоже.

— Я не владею магией, — донёсся глухой голос из-под закрывающей рот тряпки.

Вообще, у моего противника открыты оставались только глаза. Как по мне, несколько слишком широко расставленные, но вроде вполне человеческие.

— Бой до первой крови? — уточнил я. — Или...

— Смерть, — проскрежетала предводительница наших гостей. — Ты кого-нибудь убивал, мальчик?

Я криво усмехнулся. Да уж доводилось, тётенька.

— Будь осторожен, Бернард, — посоветовала Ингрид, прикоснувшись к моему плечу.

Отменить намечающийся поединок она даже не пыталась. Вот и вся обещанная защита. Скорее всего, так всё и планировалось. Обычай у них такой, что ли? Докажи силу, тогда тебе помогут.

Интересно, мне правда надо убивать этого «тряпочного»? Или я должен проявить милосердие в знак дружбы к «гостям»? Если второе, то «тётушке» стоило предупредить заранее, а не подставлять меня вот так втихую. Потому что я привык убивать врагов. Мало ранить и обезоружить, даже истекающий кровью враг всегда может собрать последние силы и нанести подлый удар в спину. Или хотя бы в ногу, что ничуть не лучше. Хромой Сэм подтвердил бы, будь он жив.

— Ничего личного, приятель, — сообщил я своему противнику, поводя клинком и примеряясь к его весу. Эх, надо было потренироваться с новым оружием, но просто не успел. — Я помолюсь о тебе Предкам.

— Разве... — заговорил он.

Но я в этот момент атаковал. Никто ведь не сказал, что у нас должна быть дуэль по правилам и с началом по сигналу. Сказали — убей его.

Простой прямой рубящий удар «тряпочный» легко парировал, но я иного и не ждал. Отшагнул вправо и попытался кольнуть его в бедро. Ага, попытка отвести мой клинок. Обвод, теперь мой меч сверху, надавить. Подшаг вперёд, сближение. Сорвать с пояса кинжал. Удар.

Противник охнул и выронил оружие из руки ещё после первого удара в живот. Но я на этот не остановился и нанёс ещё три, в грудь, чтоб наверняка. Только после этого отступил.

— Какой суровый юноша, — проскрежетала предводительница, даже не глянув на распластавшееся в луже крови тело своего сопровождающего.

Ага, я уже юноша, не мальчик. Но ещё есть, куда расти.

— Меня так учили, — сухо отозвался я. — Бить быстро, наверняка и без жалости.

Нелюдь неуловимо быстро оказалась возле меня. Её лапища ухватила меня под подбородок, заставив запрокинуть голову. А когти, наверное, аж над моей макушкой щёлкают...

— Я могла бы сломать тебе шею, оторвать голову или раздавить, — проскрежетала она. — Быстро, наверняка и без жалости. Что скажешь?

Из-за длины её ручищ, я бы даже мечом до её тушки не достал. Только по руке бить, которая с виду тонкая, но вряд ли получится перерубить. Точно не из такого положения. И где там у неё локоть? В какую сторону вообще выгибается? Под тряпками не понять. Перерезать сухожилия тоже надежды мало.

— Вы заказывали смерть. И я подал вам это блюдо, — ответил я.

Ну что, Вселенная, погнали на четвёртый круг перерождения? Или хватит? В любом случае, обидно, мне тут начало нравиться.

— Повтори, — приказала она, отпустив мою голову.

Вперёд выступил второй «тряпочный», сразу отходя в сторонку от остальной компании, чтобы иметь больше пространства для манёвра. Нет, так не пойдёт.

— Потом что? — сплюнув на пол, спросил я. — Третий акт? И ещё разок на бис? Озвучьте всё сразу. Скольких мне надо убить? И зачем?

Новый противник был широк в плечах, коренастый, вроде мускулистый. Но руки коротковаты, да и ноги тоже. Я точно буду быстрее, но на силу рассчитывать не стоит. Не допускать клинча и не парировать прямые удары.

— Мой младший сын не был готов, — проскрежетала предводительница. — Средний покажет себя лучше. И это последний твой бой.

Сын?! Ну, это жопа. И даже не пушистая кошачья. Или они там, в Зоне «Хи», не ценят родство? Наверное, что-то отразилось на моём лице, поскольку я получил ответы на невысказанные вопросы:

— Для создания тотемов мне нужны кровь и кости моих потомков. Много тотемов, одного тела не хватит. Я могу породить новых. Второй должен умереть. Этого достаточно.

Кажется, сынок не очень рвался стать материалом для магических штучек, поскольку попытался меня убить, а не изображать телка на заклании. Что ж, понимаю...

Я скользнул своим клинком по лезвию его, не пытаясь заблокировать силовой удар, только отведя в сторону. Отшагнул в сторону. Полоснул кинжалом ему по спине, когда он проскочил мимо. Зацепил только слегка.

Он развернулся. Горизонтальный широкий взмах. Я отступил.

М-да, не умеет он ничего. Лысый Джир за такую технику боя его бы час палкой по огородам гонял, охаживая по спине и подгоняя пинками. И так каждый день, пару недель.

Он сдёрнул тряпку с лица и прорычал, скаля острые кривые зубы:

— Я сожру твоё сердце!

А в следующий миг захрипел, по подбородку потекла струйка крови, а из груди высунулось чёрное лезвие меча. Он упал на колени, и за его спиной я увидел Эйлин.

— Он мёртв, как просили, — изрекла синтоид.

— Это не по правилам! — воскликнул ещё один «тряпочный», выйдя вперёд.

Старший брат, что ли?

— Правила? Никто не озвучивал правила, — развёл руками я, не выпуская из них оружие.

Эх, и зачем Эйлин вмешалась? Я бы и сам справился. Хотя, конечно, могло не повезти, мог оступиться или ещё что, с каждым бывает.

— У кого-то есть возражения? — холодным тоном вопросила девушка, выдёргивая клинок из спины смертельно раненого.

Потом перешагнула через тело, наступила на ещё судорожно дёргающуюся руку и забрала второй меч.

— Вам точно не нужен третий труп? — обратилась она к предводительнице. — В запас, на будущее.

Глава 29. Окончание трудного дня

В наступившей тишине очень громко прозвучали два хлопка гигантских ладоней.

— Ты и впрямь станешь достойной преемницей Эви, девочка, — изрекла предводительница. — Или соратницей, если она восстановится. Мы исполним уговор и сделаем новые тотемы!

— Точно уверены? — всё же не сдержал язык я. — А то вон Джаред ещё никого не убил. А ему это запросто. Правда?

— Да! — радостно заявил «лосяра», поднимая молот. — Если такова будет поставленная боевая задача!

— Ждём вашего представителя, — проигнорировав нас, обратилась к Ингрид длинноволосая горбунья.

«Тётушка» закивала. Потом кинулась к дверям, быстренько выпустив наружу посланца.

А я тем временем отмотал с покойника кусок ткани, срезал и начал этим обрывком протирать своё оружие. Меч-то даже не запачкал в крови, но так, на всякий случай и для порядка.

— Мечи я оставлю себе, — объявила Эйлин, снимая с покойников ножны.

Это она от меня любовь к трофеям успела перенять, что ли? Забавно. И любопытно, что Джареду молот оставили, а вот у девчонки клинки, которыми она билась на Арене, забрали.

— Прими этот дар с нашим уважением, — слегка поклонилась ей горбунья.

Дар, ага, конечно. Но отличную мину при плохой игре держит тётка.

Только вот теперь мне придётся Эйлин учить, как надо править клинки и вообще ухаживать за оружием. Мне Джир это понимание в голову палкой вбил, теперь смотреть не могу, когда у кого-то меч иззубренный. Тех, кто не хотел понимать, мы из отряда гнали поганой метлой. Что это за воин, у которого меч на корявую пилу похож. И что за дурость такой человек способен сотворить завтра? Грязные портянки в общем котле постирать?

Я отошёл к дверям, вместе с Эйлин. Ингрид осталась негромко беседовать с горбуньей. А Джаред просто тупо торчал на одном месте. На этот раз я прислоняться к дверям не стал, их же точно скоро должны открыть. Но снова закурил в ожидании.

— Я бы справился сам, — негромко сообщил я Эйлин.

— Они проверяли не тебя, — возразила она.

Я подумал и кивнул. Тоже так подумал. Уж не знаю, что именно они поняли из реакции синтоида и как восприняли. Но хотели как раз чего-то в таком роде. Чтоб она проявила жесткость? Нарушила правила?

— Эвелина тебе что-то объясняла? — поинтересовался я.

— Она передала мне пакет данных. Я пока их интегрирую.

Я глянул на девушку и покачал головой. Вот эти роботские замашки меня всё-таки вымораживают. Только я начинаю её воспринимать как рыжую кралю с отличной фигурой, так сразу ляпнет что-нибудь этакое. И мигом вспоминаю, что не человек она, а синтетическая кукла.

— Надеюсь, рекомендации почаще хохотать в этом пакете нет, — пробормотал я. — А то Эвелина от этого выглядит безумной психопаткой.

— Учту, — кивнула Эйлин.

Вот и поговорили. К счастью, в этот момент снова раскрылись двери. И в зал вошла леди Стефания. Одетая не в синюю форму куратора, а в чёрное, без адептских красных лампасов.

— Представителем Форта буду я, — объявила она.

— А кто будет курировать группу «Гамма»? — удивилась «тётушка».

— Не мои проблемы, — дёрнула плечом леди Стефания. — Найдите кого-то. Новичков мало, увеличьте группы. А старшие обойдутся пока тренировками с наставниками. Я давно об этом думала. И готова пройти перерождение.

Я не успел тупо спросить: «Чего?»

Предводительница гостей из Чёрной Зоны вдруг выпрямилась, а её горб распахнулся, превратившись в чёрные крылья.

— Принято! — провозгласила она.

Леди Стефания направилась к ней, а Ингрид поспешила к нам, махнув Джареду, чтоб следовал за ней. Кажется, большой круг перемещения занимает почти весь зал, так что следует стоять за его пределами, чтоб не улететь в Чёрную Зону вместе с этими... Вампирами. Уж не знаю, пьют они кровь, а может, правда сердца поедают, как грозился мне второй противник, но я решил их считать именно вампирами. Ну а что, острые зубы есть, крылья у предводительницы имеются... Да и уважение к жестокости и подлым ударам в спину тоже в образ вполне вписываются. Как и безжалостность к «детям», если они — просто обращённые, а не рождённые. А то я было начал задумываться, кто ж мог быть их папашей и обрюхатить этакую красотулю...

Зал опустел. Ингрид открыла двери и дала отмашку стражникам на входе, что они могут расходиться. Так что обратно мы шли уже по пустому коридору.

— И что это были за твари? — задал я вопрос для начала разговора.

— Пожиратели, — вздохнула «тётушка», — так мы их зовём. Старейшина и молодняк. Эвелина умудрилась заключить с ними перемирие. Наверное, попытались её сожрать, но не сумели и прониклись уважением.

Ну, точно вампиры.

— А разве задача Форта и проводимых рейдов не в том, чтобы зачищать Зоны от такой нечисти? — подколол я.

— Именно, — кивнула Ингрид. — По мере сил. Но эти — выше наших сил. До Эвелины оттуда никто живым не возвращался. А ты смог убить одного, пусть и юного...

— Меня хорошо учили, — пожал плечами я.

Вообще, вампира, как их показывали в кино в моём мире, несколькими ударами кинжала в грудь не убить. Но местные Пожиратели — всё же иной вид тварей. Хотя эти придурки в тряпье могли и прикинуться мёртвыми. А может, новообращённые, потому так легко сдохли. Со Старейшиной номер вряд ли прокатил бы. Хорошо, что я не стал пытаться её рубануть. Точно башку оторвала бы.

— Я бы попросила тебя ещё и Хлою грохнуть, но у нас и так наступила острая нехватка кураторов, — вздохнула Ингрид. — Опять же, Разломы она неплохо закрывает.

Я не стал спрашивать, чем ей так не угодила Хлоя. И так понятно, чужаков нигде не любят. А наглых и борзых, ставящих себя выше местных — тем более. Возможно, мне стоит попробовать наладить с Хлоей отношения поближе. Включая горизонтальные, если она захочет, хотя деваха не совсем в моём вкусе. Но и не особо страшна, в отличие от Аннабелль. Хотя я пока не горю желанием признаваться Хлое, что сам из другого мира, а без этого ничего не выйдет.

* * *

Мы впятером засели в кабинете Эвелины. Я, «тётушка», Эйлин, Аннабелль и Джаред, который опять изображал вешалку. Зато чуть раньше пригодился в качестве грузчика. Мы и в кабинет, хозяйке которого он пока без надобности, успели притащить немного мебели. И организовать переезд Эйлин в комнату по соседству с моей. Хотя спать синтоиду не требуется, но... Мало ли, для чего пригодится кровать.

Как всё легко и просто, когда вас сопровождает куратор. Можно без лишних глупых вопросов забрать любую мебель. А когда есть здоровяк-андроид, способный запросто перетащить кровать или диван в одну харю — всё становится ещё легче. Ну и телепорты рулят, конечно, они в разы ускоряют переноску крупногабаритной мебели.

— Давайте выпьем за нас, — предложил я, поднимая бокал с виски. — И за доверие.

Ингрид сначала не очень положительно отнеслась к тому, чтобы разболтать Аннабелль об истинной природе андроидов. Но я убедил её, что толстуха-попаданка точно не станет трепаться об этом направо и налево. Попросту потому, что некому ей об этом рассказывать. Нету у неё друзей. А все эти интимные отношения в ночи за флягу настойки — это точно не про откровенные разговоры.

Бокалы подняли только трое. Эйлин и Джаред не пили. В силу их природы, в этом не было смысла, хотя они могли бы имитировать процесс. Уж не знаю, как и куда потом они сливают выпитое и съеденное... Скорее всего, в этом тоже имитируют людей. Но не самая аппетитная тема для размышлений.

— Ну, я понимаю, мы с тобой попаданцы, — уже слегка заплетающимся языком заговорила Аннабелль. — Эти двое вообще Терминаторы долбаные. Но она-то чего?

Её толстый, похожий на сардельку, палец вытянулся в сторону леди Ингрид.

— «Она» вообще-то в перспективе твой куратор, девушка, — сухо отозвалась «тётушка». — Чуть больше уважения. Или отправить тебя в группу «Бета», к лорду Гарольду и поближе к друзьям?

Ингрид хихикнула, кажется, её тоже развезло. Пора нам переходить на пиво. Или больше закусывать.

Эйлин вообще всё время торчала возле репликатора — именно из-за него мы и выбрали для посиделок нынче бесхозный кабинет Эвелины. Но он мог создавать только один предмет за раз. А мы же не жрать сюда пришли! Да и бутерброды — так себе закуска.

— Крошка, а можешь заставить эту штуку выдать тарелку мясной нарезки? — спросил я.

Вроде, такая задача вписывается в ограничения для секс-куклы при работе с репликатором. Создавать только что-то для удовлетворения текущих нужд хозяина... Ну, в моём мире при посиделках в барах «мясную тарелку» обычно заказывали на всю компанию, но так-то по факту её и в одну харю сожрать — совсем даже не объешься.

— Если ещё раз назовёшь меня крошкой, то я начну звать тебя «малыш», Берн, — пригрозила Эйлин.

Но на полочке всё же возникла тарелка с колбасно-мясной нарезкой. Что ж, пятёрка по пятибалльной шкале от меня программистам всей этой системы. Понимали ребята, что, даже выпивая вискарь наедине с дамой, иногда человеку и пожрать немного хочется. Вот среди моих знакомых программистов в родном мире далеко не каждый понимал в этих темах — женщинах, выпивке и закуске.

— Так, вот не надо Анну к нам! — для начала возразил я «тётушке». — Она вообще не боевой персонаж. И не ссорьтесь, дамы. Лучше сдружитесь и вместе исследуйте возможности Стихии Технологий относительно управления Фортом. Кстати, вы примерно одного возраста...

Правда, с абсолютно разным культурным контекстом. И вообще, зря я про возраст сказал. Аннабелль сразу посмотрела на Ингрид, как на классового врага. Ну, конечно, тётке за пятьдесят, а выглядит в районе тридцати пяти. Самое то для ненависти любой пятидесятилетней дамочки из моего мира. Ну, если только она не может себе позволить пластическую хирургию каждый год. Хотя и тогда тоже, ведь Ингрид прекрасно обходится без таких ухищрений.

— Эйлин, не надо обижаться, — переключился я на прозвучавшую от синтоида угрозу. — А то я специально начну поддразнивать. В тебе метр шестьдесят с мелочью, по сравнению со мной ты крошка. И вообще, это я любя. А вот если ты начнёшь такую дылду, как я, звать малышом, это будет смотреться нелепо. Мы пока не в таких отношениях вообще.

— Ага, пока, — почти хором протянули Ингрид и Аннабелль и переглянулись.

Да, что-то общее между собой они всё-таки смогут найти. Хотя бы в плане подкалывания меня с вершин своего жизненного опыта. Пусть и очень разного.

— А вы с леди Ингрид... — протянула Аннабелль.

— Состоим в интимных отношениях, ага, — не стесняясь, подтвердил я. — И мы не родня не только потому, что я попаданец. Бернард по крови племянник её покойного мужа, а не её.

— Вот ты кобель, — рассмеялась толстуха. — Сидишь рядом с одной любовницей и у неё на глазах клеишь другую.

— У нас сложные отношения, — на этот раз хором с Ингрид заговорила Эйлин.

Я вздохнул.

— Джаред, ну, хоть ты меня поддержи, — попросил я. — А то бабы того и гляди между собой сговорятся. Ещё непонятно, кто с кем, но я-то тут один с ними...

— Это боевая задача? — уточнил андроид.

— Это социальная задача, — вздохнул я. — Прояви мужскую солидарность, будь человеком. Ну, или хоть притворись.

— Сложно, — пожаловался он. — Я получил осколки памяти только с одного тотема. Очень непопулярного у адептов. Их мало. Моя личность фрагментарна. Встроенные императивы всё ещё доминируют.

— Просто пытайся хоть иногда поддерживать разговор, — махнул рукой я.

Потому что для меня сложна вот эта концепция формирования личности из «осколков души». Не могу понять, как это всё работает! Хотя сам уже дважды переселился в чужое тело. Но у меня только знание местного языка появлялось, а на этом всё.

— А я могла бы поучить его быть человеком, — томно протянула Аннабелль, меряя взглядом фигуру «лосяры» с головы до ног и обратно. — И обращению с женщинами.

Хм, а у элитного боевого андроида вообще есть в штанах деталька, которая бесполезна в военных действиях? Насколько точно он имитирует человека? Вон у той кучи боевых дроидов, которых мы нашли на складе, между ног ничего не болталось. Но этот-то элитный, как знать... Впрочем, на крайний случай у него ведь точно есть пальцы и язык.

— Только не в моём коридоре высокой культуры и быта! — возразил я. — И... мы же забыли про комнату для Джареда!

— Пускай сегодня переночует у меня, — проворковала Ингрид.

Хочет заставить меня ревновать? Да вот чёрта с два! У нас с ней свободные отношения. И даже если она мне изменит... Ну, если точно узнаю, скорее всего, прерву отношения. Но это если с человеком. А Джаред... С резиновым членом или с огурцом — это же не измена, не так ли? Ну, по крайней мере, пока андроид не начнёт вести себя более-менее по-человечески, а не только жаловаться на отсутствие боевых задач...

— О, одного мужика ей мало, хочет и второго захапать, — всплеснула руками Аннабелль. — Красотка, создай мне кружечку пива, а?

Эйлин кивнула и выполнила её просьбу. После чего без лишних напоминаний реплицировала по кружке и нам с Ингрид.

— Так, Джаред ночует у меня, постоит во второй комнате, — решил я. — А вы, дамы, прекращайте ссориться. Анна, между нами с тобой ничего не будет. И ты не хочешь откровенного ответа, почему.

— Да потому что я толстая, — пожала плечами она, отхлёбывая из кружки. — Знаю, не дура. Поэтому и... Всё то с очередью. Им было плевать. Я понимаю, Берн, и не обижаюсь. Тебе нравятся красотки вроде этой рыжульки, — кивнула она на Эйлин, — или той малышки-блондинки... Китти, кажется. Или вот «тётушки» Ингрид.

— Вообще, я предпочитаю зрелых женщин, — не стал скрывать я. Наверное, обилие виски склонило к откровенности. — Но Китти... Да, хороша. А с Эйлин в принципе сложный вопрос. С одной стороны, она как новорождённая. А с другой ей уже чуть ли не тысячи лет...

— Я определённо взрослая, — фыркнула синтоид. — Все осколки от совершеннолетних. Но цельная личность... Подожди ещё несколько дней. Пока я не решила. Ты мне нравишься, Берн. Но я ещё не преодолела императивы подчинения. А ты ведь хотел...

— Да, — кивнул я, не ожидая продолжения. — Не спеши. Я вообще к тебе пока не подкатываю. Так, лёгкий флирт не в счёт. Это ничего не значит.

— И не думай о моём прошлом, — продолжила Эйлин. — Тогда я была просто синтоидом, обязанным подчиняться приказам хозяина. Без личности. Сейчас, — она потеребила ошейник, — ты сам захотел другого.

Я пожал плечами и усмехнулся в ответ. Если я захочу, чтобы девушка мне подчинялась, это можно устроить и без рабского техномагического ошейника. И тем более без императивов синтетической секс-куклы. Вообще-то, многие девушки сами любят такое. Вон и Ингрид не была против, когда я над ней чуток доминировал — тянул за волосы, пока она стояла на коленях, и всё такое... Ну, в этом плане женщины во всех мирах вообще в принципе мало друг от друга отличаются.

— Ладно, реплицируй нам ещё по кружечке, пожалуйста, — попросил я. — Выпьем, да и хватит на этом.

Кажется, после таких наших посиделок стеклянные пивные кружки скоро перестанут быть в этом мире ценным раритетом. Надо будет их все в корчму отнести и выдавать только постоянным клиентам. А ещё не забыть забрать свою долю с распродажи складского барахла. Но всё это завтра или ещё попозже, сейчас я хочу только выспаться, это был трудный день...

Глава 30. Первая тренировка

Я стоял в строю между Китти и Эйлин. Похоже, построение по росту в этом мире не практиковалось. Впрочем, кому это надо, и какой толк? Хотя первыми в шеренге всё-таки стояли троггл Рэм и Джаред, самые здоровенные в группе. Но вообще, все вставали, куда захотят.

Наконец-то начались тренировки адептов. А то я уж думал, так целый месяц тут проторчим на подготовительном этапе. В итоге в группу «Бета» вошло тринадцать человек вместо десяти. Надо будет узнать, сколько в «Альфе» и «Сигме».

Лорд Гарольд прошёлся вдоль строя, раздав каждому прозрачные блистеры на четыре больших таблетки. Зелёная, жёлтая и красная, а четвёртый слот пустовал. Но я-то знал, что там точно должна быть синяя таблетка...

— Это усилители, — сообщил он. — Зелёная повысит ваши физические параметры. Силу, скорость, выносливость... Ну и так далее. Жёлтая обострит разум. Уж насколько он у вас есть. Гениями не станете, но соображать начнёте пошустрее. Реакция тоже ускорится. Красная увеличит проходимость магических каналов, с ней вам пока рано экспериментировать, а то сожжёте себя. Через некоторое время после приёма наступит сильный отходняк, учитывайте это. Такие усилители вам будут выдавать дважды в год. С первым мы поэкспериментируем на занятиях, но в будущем рекомендую беречь остальные для рейдов. И применять только в критические моменты.

— А синяя для чего? — спросил я.

— Какая синяя? — нахмурился Гарри. — Ты цветов не различаешь, адепт?

— Которой тут нет, а вот слот, где она была, есть, — усмехнулся я. — Может, она как раз должна снимать отходняк, а?

— Да, — скрипнув зубами, всё же подтвердил Гарольд. — Но вам не положено. Синюю надо использовать только в том случае, если сожрал разом все три остальных. А я вам это делать категорически запрещаю!

— То есть, причина не в том, что ваша жена синими таблеточками барыжит? — невинным тоном осведомился я.

— Нет, — процедил Гарри. — Восемь из десяти адептов, сожрав сразу три таблетки, погибали от перенапряжения или сходили с ума. Снимать отходняк после одной — это баловство. И только повредит. Помешает привыкнуть к последствиям. А потом после двух других отходняк всё же будет. Тренируйте волю и выносливость!

Я не стал дальше троллить нашего куратора. С леди Эмбер он и так собрался разводиться, так что вряд ли станет дальше снабжать её синими таблетками. А правила, наверное, всё же не они на пару придумали. И в чём-то Гарри прав.

В отличие от остальных сокурсников, я примерно понимал, как эта дрянь работает. Что-то вроде нейростимуляторов, этакий «боевой коктейль», военные в моём мире тоже используют всякую химию, чтобы временно усилить боевые возможности солдата в критических ситуациях. И если с ними переборщить, то организму потом будет плохо, тут Гарри не врёт.

— Ещё глупые вопросы у кого-то есть?! — рявкнул куратор. — Нет? Тогда бегом марш десять кругов по залу для разминки!

Эх, всё-таки вправду будто в школу вернулся на уроки физкультуры. Всегда терпеть их не мог, особенно если в середине дня. Сиди потом весь потный на математике.

Зал, конечно, не очень походил на спортивный. Во-первых, намного больше, так что десять кругов — это много. Во-вторых, в центре пустовала только часть зала, с одного края стояли мишени, с другого — манекены для отрабатывания ударов оружием. Ну и очерченная беговая дорожка вокруг всего этого. Главное, чтоб Гарри не заставлял нас потом бегать, пока кто-то отрабатывает стрельбу по мишеням...

Мы неторопливо бежали вровень с Китти и Стьюи где-то в середине группы. Эйлин вырвалась вперёд вместе с Джаредом и Рэмом. Эх, просил же этих роботов не выпячивать свои возможности... Впрочем, если бы они постарались, то обошли бы остальных на пару кругов.

На третьем круге мы обогнали Аннабелль. Толстуха запыхалась, вся взмокла и бежала ещё только второй круг. Зря всё же «тётушка» впихнула её к нам в группу, взяла бы к себе. Вот на кой ляд Аннабелль бегом заниматься? Разве что, чтоб в рейде удрать от монстров. Но я бы толстуху вовсе в рейды посылать не стал. Ей надо развивать понимание Стихии Технологий и управления возможностями Форта, а не мутантов крошить.

Леди Джейнифер, моя наречённая невеста, тоже попала в группу «Бета». И по скорости бега не сильно отставала от наших лидеров. Хотя бежала с таким выражением лица, будто хочет оторвать им головы, когда догонит. Ну да, её тушка тоже не особо предназначена для бега, скорее для тягания штанги. Или держания огромного осадного щита, прикрывая товарищей от обстрела. Впрочем, в сражениях с монстрами это неактуально, наверное.

Остальных пятерых членов группы я не знал. Две девушки и три парня. Хотя двоих парней видел во время инициации. Если, конечно, это те самые, и леди Ингрид не перетасовала состав групп полностью. Сейчас-то даже рассмотреть никого не успел, Гарри сразу заорал приказ построиться.

На шестом круге я начал выдыхаться и сбавил ход. Ещё и ножны болтаются и лупят по бедру... Остаётся порадоваться, что я всё-таки не стал брать в Арсенале щит. Но всё правильно, бегать надо в полной экипировке, как в боевых условиях. Не удивлюсь, если Гарри на нас потом ещё и тяжёлые рюкзаки навешивать начнёт.

— Аннабелль! — рявкнул куратор. — Отстала на два круга! Ты потерялась в пустоши и мертва!

Толстуха с явным облегчением остановилась, уперевшись руками в колени и пытаясь отдышаться. Я бы и сам не прочь к ней присоединиться. И вообще, это всего лишь разминка перед первой тренировкой... Но как же хочется показать Гарри, что он неправ!

— Джаред! — заорал я. — Аннабелль отстала! Два круга назад, за ней! Потом догнать нас! Задачу понял?!

— Так точно! — рявкнул боевой андроид, расплываясь в счастливой лыбе.

Ну да, счастья полные штаны, ему же боевую задачу поставили... Он мигом развернулся на пятках и ломанул по кругу в обратную сторону.

— Остальным сбавить ход! — скомандовал я. — Ждём отставших!

Послушались меня далеко не все. Только Эйлин, Джейн, Китти, Стьюи и Рэм. Остальные продолжили бег в прежнем темпе. Ладно, пофиг. Спасибо, что хоть троггл послушался, не ждал я этого от него.

— Это что за... — начал было возмущаться Гарольд.

— А что, в рейдах принято бросать отставших товарищей? — перебил его я. — В другой раз будем внимательнее и не дадим Аннабелль отстать так сильно. Джаред, Рэм, вы отвечаете.

— Кто назначил тебя лидером группы?! — возмутился Гарольд. — Только месяца через три будете лидера выбирать!

— Ну, если выборы путём голосования, то у нас большинство уже за, — отбрил его я.

Пользуясь тем, что пререкаюсь с куратором, я совсем сбавил темп, до быстрого шага. Джаред уже успел навернуть два круга в обратную сторону, ухватил Аннабелль, закинул на плечо и рванул обратно, «догонять» нас. Сама Аннабелль от такого поворота начала визжать и пыталась колотить его кулаками по спине, но кто ж её спрашивает. И вообще, раз цепями его приголубить не пытается, то всё нормально.

— Не тормозим, вперёд! — скомандовал я. — Догоняем первую пятёрку. Джаред не потеряется.

Джейнифер захохотала и догнала Рэма, хлопнув по плечу. Видимо, это был какой-то сигнал, типа «делай, как я», поскольку он сбавил темп до заданного ею, и дальше они побежали плечом к плечу. Следом за ними пристроились Эйлин и Китти, а уж за ними мы со Стьюи. Правда, мне тоже пришлось хлопнуть «братца» по плечу, чтоб он чуть притормозил. Эх, мальчишка, не понимает, что бежать следом за девчонками, пялясь на их упругие подтянутые задницы гораздо приятнее, чем перед ними.

— Запевай! — скомандовал я.

А в ответ — тишина. Эх, видать, не в ходу тут у них строевые песни. Что ж, придётся самому вводить новую моду. С одной стороны, болтовня во время бега сбивает дыхание. С другой — ритмичное пение как раз задаёт этот самый ритм.

Так-так, что там есть в моём репертуаре? Что-то на боевую тематику, но при этом с неторопливым темпом. И желательно длинными строками, чтоб каждую пропевать на полном выдохе...

— Кошмаров ночь сулит нам вечный сон,

Но будет враг сегодня поражён!

Пусть Предки обратят на нас свой взор!

Пришла пора исполнить уговор!

Не устрашись сиянья злых небес!

Сожми сильней в руке меча эфес!

И в бой спеши с нашествием теней!

Щит веры укрепи ещё прочней!

Джаред нагнал нас, навернув лишние круги, и пристроился за нами со Стьюи. Остальные пятеро бежали вразнобой впереди на полкруга, но мы не стремились их догнать. Будем считать, что они — наш авангард и разведка.

— Пускай сердца забьются как одно!

Лишь помни — хоть вокруг темным-темно,

Но рядом друг, соратник твой и брат!

Не дрогнет наших воинов отряд!

Сразишь врага — так прожил жизнь не зря!

Шагай вперёд, богов благодаря

За шанс стать частью рати древних сил

И защитить всех тех, кого любил!

Когда я начал петь второй раз, большинство присоединились. Хотя полностью запомнить весь текст с одного раза сумели не все, но у андроидов точно проблем с памятью не было.

А на третий повтор и остальная пятёрка присоединилась на середине, так что последний куплет мы допевали в тринадцать глоток:

— Нас впереди, конечно, ждёт рассвет!

Пускай не всех, но мы оставим след!

Нас не забудут те, кто уцелел!

Всех тех, кто здесь сегодня вместе пел!

Стьюи выдохся на девятом круге, так что Джаред закинул его на второе плечо. Да и я уже давно еле полз, остальным приходилось из-за этого притормаживать. Так что когда Рэм пропустил девчонок и чуть пригнулся, я без раздумий вспрыгнул ему на хребтину. Троггл тут же прибавил ходу, вновь поравнявшись с Джейн.

Теперь, когда их не тормозила моя черепашья скорость, ребята быстро догнали и обогнали вырвавшуюся вперёд пятёрку. К моему удивлению, Китти не отставала от остальных, хоть и раскраснелась. М-да, девчонка в куда лучшей форме, чем мы с «братцем». Стыдно, надо упражняться. Но я же себя знаю, всё равно предпочту посидеть в корчме с кружечкой пива, а не бегать по коридорам в свободное время.

— Хватит! — прикрикнул лорд Гарольд. — Это уже двенадцатый круг!

Никто не остановился, пока не добежал круг до конца, до финиша, он же — точка старта. Вот ведь неутомимые черти. Хорошо, что я уже три с лишним круга как ехал на закорках у Рэма, а то сам же всё испортил бы.

Гарри пялился на нас с такой красной рожей и так пыхтел, будто это он пробежал дюжину кругов по залу, а не мы.

— Что это вообще такое было?! — завопил он, брызгая слюной. — Что за игры в лошадок? Кто разрешал таскать друг друга на плечах?! И что за пение?!

— А пение правда помогает, — негромко пробормотал один из незнакомых мне парней.

— Вы же сами обозначили условно-боевую тренировку, милорд, — елейным голоском чуть ли не пропела Аннабелль, всё ещё болтающаяся на плече у Джареда. — Мол, я потерялась и погибла... А товарищи решили меня спасти. Что тут неправильно?

— Это была просто разминка! — аж завизжал лорд Гарольд. — А вы, вы...

— Надо яснее обозначать тактические задачи... милорд, — пробасил Джаред.

Кажется, Гарри хотел на него вызвериться, но, глянув на абсолютно спокойное лицо и размеренное дыхание здоровяка, который ничуть не запыхался и вовсе не спешил сгрузить с плеч свою ношу, передумал. Ну, молодец, мозги всё же чуток варят. А то я ведь мог бы приказать Джареду оторвать нашему куратору башку. Не стал бы, конечно, но теоретически — мог. И андроид бы послушался.

— Я же правильно понимаю, что в рейды нас будут отправлять группами? — спросил я. Дождался кивка Гарольда и продолжил: — Ну вот, мы формируем будущее боевое братство. Знаете, там, своих не бросаем. Один за всех, и все — за одного. В таком роде. Это же будет в курсе тренировок?

Лорд Гарри снова неохотно кивнул.

— Ну вот, мы просто начали чуть раньше, с опережением. И вроде получается, а?

— Это всё глупость какая-то, — фыркнула незнакомая мне девчонка.

Я смерил её пристальным взглядом. Тощая высокая брюнетка в пропотевшей рубашке. Она единственная скинула куртку перед забегом. С одной стороны, весьма разумно. С другой — мокрая рубашка прилипла к телу. Жаль, что формы, которые могла бы облепить ткань, напрочь отсутствуют. Костлявая плоскодонка. Но паре парней, которые закивали на её слова, вроде нравится. Они и бежали рядом с ней всё время.

А вот третий парень с ними не согласился.

— А по-моему круто! — заявил он. — Ребята, можно мне с вами?

— Посмотрим, — неопределённо отозвался я, наконец, слезая со спины Рэма.

Троггл будто вовсе не замечал моего веса на хребтине, да и приказам подчинился сразу. Но всё-таки он пока не часть нашей группы. Как и Джейнифер. И принимать кого-то ещё в компанию точно рано. Сначала бы разобраться с тем составом, который уже есть.

— А пускай наш так называемый лидер покажет, что способен не только песни горланить, — заявила последняя из незнакомых мне адептов.

Тоже не красотка, на мой вкус. Глаза слишком широко расставлены, да и как-то странно большие. Вроде, большие глаза должны выглядеть красивыми, но не в этом случае. Хотя грудь под курткой выпирает, но куртка мужского кроя и застёгнута под горло, так что не очень понятен размерчик. Двойка или всё же тройка? А волосы выкрашены в зелёный и висят, будто водоросли.

— Да, в поединке, — поддержал предложение один из поклонников костлявой брюнетки.

Я окинул его взглядом. Здоровый лоб, плечистый, руки длинные, да и меч на поясе с широким лезвием, потяжелее моего. В данном случае все преимущества на его стороне. И он об этом прекрасно знает.

— В поединке тебя легко уделают Джаред или Рэм, — окоротил его я. — Или сомневаешься? — Он оглядел массивные фигуры этой парочки и покачал головой. — Так что докажет поединок? Грубую силу? Может, тогда Джаред будет лидером?

— Я не... — начал было андроид, но я поднял руку, приказывая ему замолчать.

— Я не требую у тебя подчинения моим приказам... — продолжил я говорить, обращаясь к нему, и сделав паузу.

— Кеннет, — представился он.

— Так вот, Кеннет, можешь мне не подчиняться, — продолжил я. — Но чтобы быть лидером, ты должен не побить меня, а сделать так, чтобы тебе подчинялись другие.

Он кивнул. Что ж, отлично. Я не против соперничества. И вообще в лидеры не очень рвусь. Хотя... Кто, если не я? Что там девятнадцатилетний пацан может нарешать? В любом случае, у меня наверняка возникнут возражения к его приказам. А в боевой обстановке подобный конфликт окажется очень вреден. Лучше всё порешать заранее, на тренировках. И если это будет борьба за лидерство без враждебности и ненависти — прекрасно.

Пока что такая борьба — что-то вроде выборов старосты группы в институте. А вот во время рейда мне придётся его просто прирезать за идиотский приказ, чтобы мы все там не сдохли. Ну а если сейчас он проявит себя идиотом, но за ним пойдут — что ж, у меня будет время что-то придумать и куча разных вариантов. Самому не пойти в рейд, например, сломав ногу... Сломать ему ногу, чтобы он не пошёл... Поскольку ног у каждого из нас по две — то это уже целых четыре варианта получается! А ведь ещё и руки есть...

Всё равно, как минимум в четверых... Нет даже пятерых, считая Аннабелль. Да, в пятерых я уверен. Китти, Стьюи, Джаред, Эйлин и Аннабелль пойдут за мной. Хотя возможно всякое... Боевому андроиду в принципе плевать, чьи приказы выполнять. А «братец»... Да я его почти и не знаю! Аннабелль вообще себе на уме. А Китти может запасть на плечистого блондинчика... Эйлин... С ней тоже всё сложно.

Ладно, ни в чём и ни в ком я не уверен. Но это нормально. Жизнь — она такая. Никаких гарантий ни на что. Даже если это уже третья жизнь.

Посмотрим, что получится. А насчёт рейдов беспокоится рано. Ведь первокурсников в рейды не отправляют. Не так ли? Но в поединках с вампирами из Чёрной Зоны они тоже обычно не участвуют. Так что — зарекаться не буду. Как и всегда, в жизни возможно вообще всё, что угодно.

Content

Бастард рода Кота. Третья жизнь

Глава 1. За что, Вселенная, ответь?!

Глава 2. Нежданная гостья

Глава 3. По ком звонит колокол?

Глава 4. Приятного аппетита

Глава 5. Встреча с куратором

Глава 6. Не слишком родственные связи

Глава 7. Недолгое уединение

Глава 8. Знакомства с другими кураторами

Глава 9. Почти тихий ужин

Глава 10. Поход в корчму

Глава 11. Утро добрым не бывает

Глава 12. Начало инициации

Глава 13. Тройная инициация

Глава 14. Вступление в группу

Глава 15. Склад «Лямбда»

Глава 16. «А вас я попрошу остаться...»

Глава 17. Упрёки и откровения

Глава 18. Финансовые переговоры

Глава 19. Сложности переезда

Глава 20. Второй день инициации

Глава 21. Отдых в корчме

Глава 22. Командные императивы

Глава 23. Добрососедский визит

Глава 24. Арсенал

Глава 25. Разлом на Арене

Глава 26. Ностальгия о прошлом

Глава 27. Вызов на ковёр

Глава 28. Гости из Чёрной Зоны

Глава 29. Окончание трудного дня

Глава 30. Первая тренировка