Эмерит-3

Глава 1

Это художественное произведение. Любое совпадение с реальными людьми является случайным. Автор не преследует цели сформировать привлекательный образ нетрадиционной сексуальной ориентации и поддерживает семейные ценности.

Все права защищены. Эта книга или любая её часть не может быть воспроизведена или использована каким-либо образом без письменного разрешения автора или его законного представителя, за исключением использования кратких цитат в рецензии на книгу. Обращение к пиратам и флибустьерам: данная книга эксклюзивно публикуется на Автор.Тудэй. Если непременно хотите ей поделиться, дождитесь завершения книги. Неприятно видеть у вас ошибки, исправленные к концу книги в оригинале. Copyright © Titus

* * *

Пролог

Женщина должна быть как хороший фильм ужасов:

чем больше остаётся места воображению, тем лучше.

А. Хичкок

* * *

По пустынным улицам на окраине Аугсбурга шёл молодой человек в бесформенной чёрной хламиде. Это был район безликих складов, где ночью никто навстречу не попадался. В поздний час лишь редкие машины проезжали мимо, заставляя его прятаться в кустах — встречаться с кем-либо ему совсем не хотелось. Он предполагал, что из-за учинённого им переполоха в городе происходит броуновское движение одарённых, поэтому старался выбраться незамеченным. Через некоторое время он увидел поблизости ауры двух ведьм (а молодой человек не сомневался, что источники, в которых ясно различим фиолетовый цвет, принадлежат ведьмам), быстро двигающихся в его сторону.

Парень ускорился и неожиданно для себя за очередным поворотом вывалился на освещённую парковку около очередного склада. Хм, и машины не простые, и люди — он увидел, как из дверей вышла пара нарядных женщин навеселе, села в представительский мерс и уехала. Через минуту на парковку зарулил вырвиглазного цвета порш, из которого выбрался подтянутый мужчина в яркой рубашке. Он вошёл в здание, перекинувшись парой слов с охранником.

«Наверное, какой-то клуб», — решил молодой человек и направился ко входу в заведение — источники ведьм были уже совсем рядом, и он не придумал ничего лучшего, как затеряться среди посетителей клуба до утра.

Как только он вошёл, на парковку заехала патрульная машина с синими проблесковыми сигналами с двумя полицейскими внутри.

Глава 1.

Муж и жена:

— Дорогой, давай займёмся ролевыми играми. Представь, что ты пришёл в публичный дом.

— Ну, если хочешь, давай.

— Мужчина, мужчина, не хотите отдохнуть с дамой?

— А в вашем заведении ничего поприличнее нет?

* * *

— Вход пятьдесят евро, — пролаял по-немецки охранник, и я выпал в осадок. Как так, я всё понял — в моей голове неожиданно раздался смутно знакомый женский голос, переведя с дойча на великий могучий.

— Ээээ, не понял… — пробормотал я.

— Я мовье, вход пяшьдесьят евро, — повторил охранник, мешая русские и польские слова.

— Чё-то какой-то клуб дорогой, — почесал я затылок, уставившись на строгую табличку «Колизеум».

— Не бачив? То дом толеранции. Во всех бурдель так.

— Пятьдесят, так пятьдесят, просто денег с собой нет, — я развернулся на выход, но резко затормозил, увидев вылезшую из машину полицайку-ведьму, направившуюся к дверям клуба.

— Слышь, брат…

— Москаль мене не брат, — перебил меня охранник.

— Да? Ну, и ладно. Мне бы внутрь попасть, — я решил любыми способами попасть в клуб и не связываться с ведьмами. Этих-то уработаю, так они сигнал подадут, ещё набегут. А со всеми ведьмами Евросоюза я не вытяну.

— Можешь попрацовать, — равнодушно пожал плечами громила, пряча потаённую заинтересованность в глазах. — Вход пяшьдесьят евро и половина от всей працовни. Пуштить могу в кредит.

— Идёт! — думал я недолго. Не, проституткой я работать не собирался. Ещё чего!?! Главное внутрь попасть, осмотреться, переждать и свалить по-английски. Не прощаясь.

Заходя в раздевалку для мальчиков, услышал, как вошла ведьма и стала расспрашивать охранника. И опять параллельный перевод с дойча в голове: Никого подозрительного не видел? Нет, фрау. А кто-то из новеньких не появлялся? Нет. Если кто появится…

Дальше я не слышал, плотно прикрыв за собой дверь. Хм, и зачем поляку меня покрывать? Видать, охранник не из простых, и решил дать подзаработать заведению на моей внешности.

Душ принёс облегчение. Я минут десять стоял под струями воды, сбрасывая накопившееся напряжение, и, наконец, почувствовал себя человеком. Растёрся, обернул бёдра полотенцем за неимением нижнего белья и посчитал, что этого должно хватить.

— Куда? — остановил меня охранник перед выходом в зал.

— А что, так нельзя? — я похлопал себя по белому полотенцу, взятому в раздевалке.

— Можно. Браслет надень, он показывает, что ты на работе. Розовый, что ты по девочкам, голубой — по мальчикам. Можешь оба сразу нацепить, — поляк протянул два разноцветных силиконовых браслета. Продвинутые европейцы, чё. Немецкий орднунг, всё продумано. Красавчики.

Нацепил розовый браслет на левую руку и зашёл в большой светлый зал. А ничё так. Не скромненько и со вкусом — в стиле древнего Рима. Обнажённые античные статуи, фонтанчик, рядом беседка в виде ротонды, где возлежат отдыхающие клиенты в окружении гологрудых гетер. И ни одного одарённого. Ого, да у них в лупанарии сегодня тематическая вечеринка! Часть девочек щеголяет в трусиках и прозрачных кружевных чулочках на подтяжках, часть — без трусов, но в темных плотных чулках, кошачьих ушках на голове и хвостах, торчащих из задниц. Интересно, они приклеены или… А, не, не приклеены — мимо меня, виляя бёдрами, прошла темнокожая чаровница с нагло торчащим из анальной пробки чёрным лисьим хвостом а-ля «лошадка хочет какать» и зазывающе улыбнулась. Сделал морду кирпичом и отвернулся, изучая контингент. Ибо нефиг, я здесь не за этим. Мне бы только ночь простоять и день продержаться, а не кидаться во все тяжкие. Отдохну и смажу лыжи, а пока надо оглядеться и понять, как себя вести.

Большинство в помещении — женщины. У всех работниц передком и языком по два браслета, но не у всех есть браслеты — вижу двух мадам-клиенток без браслетов в компании девушек с низкой социальной ответственностью. Мужчин всего пять человек, четверо отдыхают в компании гетер, и лишь один темноволосый молодой парень сидит отдельно. Он увидел мой браслет и приветливо помахал мне рукой. О, коллега, однако — у него на руке тоже красовался розовый браслет.

Фу, бля! Хорошо, хоть не голубой. Видимо, последние слова я произнёс вслух, потому что парень удивился и не торопясь поднялся.

— Хрихорий, — представился он с характерным малоросским акцентом. Пониже и пощуплей меня, загорелые жилистые руки, как и я щеголяет обмотанным вокруг бёдер полотенцем.

— Адольф, — ответил ему первым попавшимся немецким именем. Что я, слабоумный? Представляться своим настоящим именем, когда вокруг рыскают ведьмы в поисках подозрительных людей, было бы верхом идиотизма.

— Немчик? — удивился Гриша.

— Аха, фольксдойч из Поволожья. Истинный ариец, блондин, характер нордический, беспощаден к врагам третьего… Кхм, короче, ко всем врагам.

— Круто! Повезло тебе. А мне, как приезжему, поляки карту побыта делали и разрешение на працовню. Отдаю им три четверти всех заработков, — поделился он наболевшим.

— И что, много работы? — я проводил взглядом двух продефилировавших мимо девочек, бросавших на меня призывные взгляды.

— Когда как… Адольф, давай присядем, а то пообщаться спокойно не дадут. Сегодня мало клиенток, у меня только одна была, так что, считай, день в минус — никто не будет давать скидок за вход. Хочешь, не хочешь, а полтинник отдай, плюс долю с клиентки.

— А чего эти? — я кивнул на удалившихся гетер.

— Та… не обращай внимания. Светленькая — чешка, тёмненькая — из Румынии. Многие здесь или подработать, или по зову естества. Если клиентов нет, они готовы за так. А ты здесь свежий член, так сказать, вот и интересуются. Уестествлением на халяву.

— А сам чего?

— Да ну нах, я же неодарённый — ещё намотаю чего на пропеллер, а мне работать надо, а не лечиться. Да и скорее сотрёшься под корень, если ещё сосок будешь ублажать. Сюда со всех стран Европы шмары понаехали, из местных только проституты. Матриархат, местным фрау западло ноги раздвигать.

— Подожди, а как же медосмотры, соцпакет?

— Я тебя умоляю! Бордели здесь польская мафия держит! Какие соцпакеты? Хочешь работать, работай, медосмотры, анализы раз в месяц. Но здесь всё равно лучше, чем в Польше на плантации малину собирать или яблоки сортировать. Поэтому, когда предложили, я даже не сомневался.

— Что-то не похож ты на простого работягу, слишком складно излагаешь…

— Так у меня высшее образование за плечами, хорошая работа была. Начал за незалежность малороссов качать, что Катька наши права щемит, так за меня Тайная канцелярия взялась. Пришлось бежать в Польшу. Только никому в Европе моё высшее не надо оказалось, своих переизбыток. Или руками работай, или передком…

— Всё с тобой ясно, Хрихорий. Ты у нас, значит, передовик, специалист бурения с горячим стажем и вредными условиями труда. Один здесь за всех парней отдуваешься?

— Сегодня один был, пока ты не пришёл, но обычно три-четыре парня здесь всегда дежурят. Фриц с Гансом завсегдатаи, тоже любители этого дела шары подкатить. Нормальные пацаны, не шпыняют меня. Есть ещё Генрих, засранец. Из этих, белокурых бестий. Смотрит на тебя, как на насекомое. Так и дал бы в бубен, но, сам понимаешь, работу не хочется потерять. Бывают ещё два заднеприводных, которые по мальчикам. Ну, эти, с голубыми браслетами и в кожаных шортах. Достали уже, всё время пытаются размотать на тройничок. Вот я и выбираю рабочее время, когда их не бывает.

— Да, тяжела работа проститута, — посочувствовал я.

— Не у меня, а у нас. Ты же теперь к нам на постоянку?

— Посмотрю, как пойдёт. Я больше по массажу. Может, до интима дело и не дойдёт, ограничусь массажем зоны бикини.

— Ну-ну. У нас здесь иногда такие клиентки бывают, что твои желания будут учитываться в последнюю очередь. Самое страшное на госпожу Генриетту из дома Виттельсбахов попасть. Баронесса Баварская — страшная женщина, — Гриша перешёл на шёпот: — Она, наверное, любит страпон. После неё парни потом по нескольку дней не появляются, в себя приходят от моральных травм. Любительница пожёстче, всегда ведёт мальчиков в красную комнату. А после красной комнаты никто из парней на других клиенток смотреть уже не может — все силы у них забирает. Один поляк, как ты новичок, вообще больше не появился, пропал. Или замучила его до смерти, или импотентом стал. В общем, слухи о ней ходят самые страшные, и ни от кого ни слова потом про неё. Молчат, как рыбы об лёд.

— А сам не боишься на неё попасть?

— Я для неё росточком не вышел, бог миловал, всегда кто-то рядом из парней повиднее рядом был. Хотя, у меня прибор ого-го! Есть даже свои постоянные клиентки! Для местных бюргеров и фрау это как в баню раз в неделю сходить — в порядке вещей.

Его занимательный рассказ прервало появление нового лица — в лупанарий зашла статная девица гренадёрских кондиций. Вся в облегающем чёрном латексе с тонированным наглухо чёрным же мотоциклетном шлеме в руке. Я говорил, что все встретившиеся на моём пути одарённые были исключительно красивыми? Так вот, вошедшая магесса была не исключением. Одарённая в ранге учителя, блондинка, красавица, на вид лет тридцать — такой только стоит пальцами щёлкнуть, как любой парень её будет. Ну, кроме меня, конечно же. Бросил взгляд на Григория, а тот побледнел от страха и весь как-то скукожился.

— Земеля, ты чего? Как будто привидение увидел.

— Это она… баронесса…

Оппа, нежданчик. Тем временем вошедший следом за ней поляк-охранник что-то начал ей втирать, показывая рукой в нашу сторону, и блондинка принялась нас разглядывать.

— Слушай, Гриш… Да не трясись ты! А нельзя отказаться от уестествления клиентки? Это же произвол насильно тянуть работника в красную там или чёрную комнату, если ты не хочешь?

— Желание клиента — закон. Тем более ставка на красную комнату в десять раз больше обычной белой, а она ещё и берёт не на полчаса, а на всю ночь. За такую клиентку тебя вся польская мафия убеждать будет, и, возможно, ногами. Слушай, что-то живот прихватило, отойду я, — Григорий быстро слинял от медленно но верно надвигающейся опасности. Дааа, земеля оказался трусоват.

Около меня остановились черные шнурованные сапоги на высокой платформе.

— Встань, — приказала немка, и у меня в голове опять зазвучал синхронный перевод на нормальный язык. Что за…? Ладно, позже разберусь.

Встал и с полуулыбкой посмотрел в голубые глаза белокурой бестии. Получилось снизу вверх — она была примерно моего роста, но толстая подошва сапог, плюс каблук… Интересный экземпляр одарённой — в её источнике три стихии. Сила разума, огня и земли. Занятно. Я думал, в Европе все подряд ведьмы со стихиями смерти, ан нет.

Блондинка с пытливым интересом пыталась что-то найти в моих глазах, но нашла только мой ироничный прямой взгляд.

— Пошли, — бросила она по-немецки, разворачиваясь в сторону лестницы на второй этаж, где находились нумера.

— Яволь, майн фюрерин! Их либедих! — ответил ей тоже на немецком, выдав почти весь свой словарный запас на языке Гёте. На мою неожиданную эскападу фрау обернулась и одобрительно оскалилась.

«Посмотрим, что за магесса-страпонесса мне попалась. Если что, вырублю и скроюсь в её мотоциклетном прикиде, должен подойти», — думал я, поднимаясь по ступенькам и наблюдая перед собой упругие девяносто, упакованные в облегающий блестящий латекс. В то, что мне хватит сил её вырубить, я не сомневался.

Зашли в дальнюю комнату, оббитую красным бархатом. Блондинка закрыла тяжелую дверь на замок и развернулась ко мне. От нее повеяло опасностью, а её взгляд превратился в дуло пистолета перед выстрелом.

— Если ты хоть кому-то проболтаешься, что здесь между нами произойдёт, я тебя убью, — угрожающе она надвинулась на меня. Но эффект был смазан смешком, прозвучавшим в моей голове во время синхронного перевода.

— Да без проблем, я не из болтливых, — ответил я на великом могучем. На промелькнувшее в её глазах сомнение я пояснил: — Да ты не переживай. Я как та собака, всё понимаю, только шпрехать на твоём языке не могу. А ты меня понимаешь?

— Моя твоя понимать, — она ответила по-русски с ужасным акцентом. Стащила перчатку с руки, встала близко-близко и с потемневшим взглядом погладила меня по щеке. — Красивый, нравиться, карашо.

— Слушай, — поморщился я, отстраняясь от неожиданной ласки, — говори лучше на дойче, я и правда всё понимаю.

— Гут, — она опять перешла на свой лающий язык. — Ты мне обойдешься в пятьсот евро в час, я забронировала номер на четыре часа. Надеюсь, ты меня не разочаруешь.

Она отошла от меня к стойке с игрушками и взяла в руки стек с кожаным хлястиком. Я бросил взгляд по сторонам. Окна нет, поэтому незаметно покинуть помещение не получится. А так всё в лучших традициях логова последователей Маркиза: огромный траходром с железной спинкой, к которой так удобно пристёгивать наручниками жертву, черный Андреевский крест с широкими ременными крепежами, станок с колодками, подвешенные на крюк в потолке цепи с качелями из плотной кожи — здесь было всё для воспалённой фантазии гостей.

Баронесса подошла ко мне, похлопывая себя стеком по ляжке: — Умеешь играть во взрослые игры со стоп-словом?

— Приходилось, был как-то опыт, — я напрягся, готовясь вырубить магессу. Сейчас я этой любительнице пятьдесят оттенков коричневого покажу, что такое патриархат!

Неожиданно она всунула мне в руки стек, и одним движением расстегнула куртку, под которой ничего не было, кроме зажимов на затвердевших сосках. С придыханием и поволокой в глазах магесса выдохнула: — Я плохая девочка. Накажи меня!

* * *

— Эх, где сейчас наш Ярик? Бедненький, наверное, его сейчас пытают, стараясь выведать секреты производства алмазов, — печально произнесла Наташа, наблюдая, как Ксения свет Борисовна копается в моторе Комбата. Ягужинская в компании с Мухиной и Смирновой сидела в гараже, потому как оставаться в одиночестве было решительно невозможно. Вечеринка закончилась землетрясением и всеобщим шухером. Теперь Лазенковский дворец разрушен, парк в осаде, Ярослав пропал, и что делать непонятно… Оставалось только смотреть, как Ксюха работает над сборкой очередного автомобиля.

— А откуда могли узнать про алмазы при нашем уровне секретности? — спросила Ксения, размазывая грязь по рукам промасленной ветошью. Ей тоже было тревожно, но она умела успокаиваться, погружаясь в работу с железяками.

— А может это не из-за алмазов? — вставила свои пять копеек Варя. — Это же сучка Лопухина виновата в его похищении! Узнала, что он сильный одарённый, и решила прибрать к рукам такое сокровище!

— Точно! Вот курва! Мы тут, понимаешь, его выходили, вырастили, поддерживали, он с нами князя получил, а она на всё готовенькое! — возмутилась Наташка.

— Ничего, зная, как Ярик решает проблемы, могу вас уверить, что надолго Анька силой его не удержит. Помню, как мы с Яриком отбивались от бандитов, он страшен в гневе, — Ксюша, наконец, поняла всю бесплодность попыток оттереть руки от масла грязной тряпкой и вытерла их о любимый комбинезон, надетый по привычке на голое тело.

— Ага, кобельеро он ещё тот! Всё в будущий клан! — передразнила Ярика Наташа. — А нам тут переживать, пока он с Анькой кувыркается! Ходок!

— Да хватит тебе! — шикнула на неё Варя. — Ты живёшь в мире одарённых аристократов, девочка. Поэтому он ходил, ходит и будет ходить, нравится тебе это или нет. Сильным мужчинам можно и нужно. Да и не факт, что он сейчас с кем-то кувыркается. Безопасницы у Юсуповых опытные, так даже с ними Машка с Иркой ничего не смогли сделать. Нет, девочки, Лопухина была на подтанцовке, а заправлял какой-то матёрый противник… Хоть бы он выжил и справился!

Глава 2

Поручик Ржевский после посещения борделя молча одевается и выходит на улицу.

— Поручик, а деньги?

— Мадам, денег нет, но вы держитесь здесь. Вам всего доброго, хорошего настроения и здоровья!

* * *

Люди живут в своих проблемах и мечтах. Чем больше у человека проблем, тем чаще он сбегает в свой вымышленный мир с розовыми пони и драконами или в замки с тяжёлыми шторами и мрачными комнатами в красно-чёрных тонах. Вы хоть раз видели абсолютно нормального человека, кроме того, кто в зеркале? И что такое норма? То, что является нормой для меня, будет извращением для другого и наоборот. Нет, каждый сходит с ума по-своему, и лучше никому не хвастаться своими тараканами, потому как у собеседника тараканы могут быть совсем другого размера и породы…

К чему это я? Тараканы в голове Греты (Генриетта разрешила звать её сокращённым именем) были размером с немецкую овчарку. Она была не такой, как большинство одарённых из-за моральной травмы в подростковом возрасте, нанесённой гостившим у них в замке одним английским лордом. Она влюбилась в него, а он оказался садистом-насильником. Позже она пережила эту влюблённость, после которой остались те самые необычные потребности. И теперь, если другие магессы-европейки любили доминировать над своими партнёрами, Грета наслаждалась подчинением. И чем грубее было мужское доминирование, тем большее возбуждение она испытывала. Но высокий статус владелицы местных земель обязывал держать марку, поэтому о её тайных пристрастиях знали только запуганные расправой работники немецкого борделя. Один не очень умный поляк решил, что она слаба, и он сможет шантажировать её слабостью… Что ж, за некоторые ошибки люди должны платить головой, потому как честно предупреждала. Но с другими мальчиками, державшими язык за зубами она была щедра.

Всё это я узнал после двух с половиной часов непрерывной сладкой боли и страстных экспериментов, когда я отдыхал перед очередным заходом и дал отдохнуть ей. Доминируй, властвуй, унижай… Я попробовал на баронессе почти всё, эмпатически угадывая её самые тайные желания, и не стал отказывать фроляйн (она оказалась не замужем, потому как тридцатник для европейки ещё не возраст) в её слабостях. В конце концов, если человек нуждается в терапии, пусть даже такой своеобразной — со связыванием, подчинением, всеми этими зажимами, разноразмерными игрушками и грубым сексом, то кто я такой, чтобы осуждать и отказывать настроившейся на получение удовольствия дамы? Хотя, я думал, она послабее будет, вырубившись уже после первого оргазма с применением белой Силы моего меча самурая. Но нет, немка оказалась выносливей, чем я предполагал, вырубившись под конец третьего часа марафона. Она провалилась, наконец, в забытье, оставшись прикованной к кровати наручниками. Умаялась, бедняжка, вот и уснула.

Не стал её освобождать, выигрывая себе время для бегства. Только укрыл простынкой обнажённое тело партнёрши и сказал её бесчувственной тушке: «Мне нужна твоя одежда и мотоцикл». С трудом напялил на себя это блестящее латексное мучение, оставив её мобильник и бумажник с деньгами на кровати. Позвонил с мобильника на один накрепко запомненный номер телефона, подтерев затем историю звонков, и оставил. Почему не взял деньги? Скоро меня будут ждать, а гусары за секс деньги не берут. Не, серьёзно, не хотелось почему-то оставлять о себе мнение, как о мелком воришке, стянувшем кошелёк. Пусть я её больше никогда и не увижу.

Запихал полотенце под куртку, сымитировав женскую грудь, надел наглухо тонированный шлем и вышел, плотно прикрыв дверь. Сменившийся новый охранник на выходе только хмыкнул — видать, ночь удалась, раз дама от кавалера еле идёт на раскоряку. А у меня была одна цель — не сверзиться с высоких каблуков. И как женщины на них ходят? Наверное, у них центр тяжести ниже. Нашёл на парковке мотоцикл клиентки, сел и уехал. Хорошо, что в прошлой жизни несколько раз пробовал на мотоцикле — не опозорился.

Через час езды по автобану на Запад я покинул Баварию, оказавшись в землях Баден-Вюртемберг. Съехал с трассы перед Дорнштадтом и прилёг на травке, дожидаясь машину. Раннее летнее утро, ухоженный сельскохозяйственный пейзаж, редкие машины фермеров, птички, тепло — июль в Германском королевстве чудо как хорош.

От нечего делать залез в приобретённое меню своих способностей. Хм, требуется обновить программное обеспечение — перед глазами возникла надпись, закрывая интерфейс. Ну, давай, обновим. Мысленно жму кнопку и наблюдаю поползший бегунок загрузки. Да, забавно. Это у меня теперь что, компьютер с модемом в голове в наследство от кардинальши? Интересные магические разработки, у нас в старой вселенной до чипов с модемами в голове ещё не дошли. Хотя, знаю, велись разработки на Западе для вживления нейросетей в организмы. И некоторые особо одарённые индивидуумы даже мечтали поскорее себе в голову чип вживить. Чтобы добровольно отдать Большому брату право следить за собой ради быстрого доступа в интернет и интерфейса на зрачок глаза?!? Ну, точно придурки, жертвы рекламы.

Наконец, бегунок загрузки пропал, и система запросила логин с паролем. Стоп! Какой логин, какой пароль? Жму на отмену, и ничего. Блин! Система предлагает обратиться к разработчику Хексенсофт в Аугсбурге. Вот же облом! Это что, мне теперь обратно возвращаться, выбивать пароль из ведьм??? Ну нафиг. Жил раньше без интерфейса, поживу и дальше.

— Что, не получилось интерфейс освоить? — раздался в голове знакомый голос.

— Ты кто? Встроенный онлайн переводчик?

— Не надейся. Я твоё персональное привидение, — около меня на траве возникла знакомая ведьма в весьма откровенном рокерском наряде. Ну, вы знаете: кожаная куртка-косуха на голое тело, ультракороткие джинсовые шорты и черные колготки в крупную сетку. Я напрягся — передо мной сидела Магда Бернауэр, которая пыталась меня убить. И тут же расслабился — её источника я не видел, значит, она нематериальна, а с духами я научился бороться. Кстати, у ведьмы пропал её жуткий акцент — обмен мыслями напрямую пошёл на пользу.

— Да? И что же тебя, привидение, заставило стать переводчиком?

— Скука. Достало меня долгое заточение в амулете, а просто подглядывать без какой-нибудь активности не интересно.

— А как ты смогла выбраться из амулета? Пентаграмма Брисингамен вроде как узница для духов.

— О, мой молодой тюремщик, ты не всё знаешь о духах и защитных артефактах. Твой амулет не узница, а вместилище. Шесть камней — шесть духов. Самый сильный дух может служить хозяину амулета, пользуясь памятью других духов, заключённых в пентаграмме. Кстати, спасибо, что забрал Силу у кардинала. И кстати, я могу и не служить. Как договоримся. Считай, мой онлайн перевод был рекламной демонстрацией моих возможностей. И это ещё я не давала доступ к обширным знаниям, которыми мы владеем.

— И что же ты хочешь взамен какому-то простейшему переводу и поисковому запросу, который я могу сделать при помощи интернета?

— Сущую безделицу, — легкомысленно махнула рукой ведьма. — Чтобы ты мне нашёл и помог вселиться в новое тело. Своё-то я из-за тебя потеряла! — она обвиняюще показала на меня пальцем.

— Во-первых, не из-за меня, а из-за себя. Кто меня хотел убить? Вот и получи, фашист, гранату. А во-вторых, у тебя губа — не дура. За какие-то сомнительные услуги целое тело! Тебе ещё и не всякое подойдёт? Наверняка будешь требовать тушку одарённой? — я решил сбить цену, хотя озвученные возможности заинтересовали.

— Ты догадлив, мой недалёкий друг. Ты видишь только минусы, но и плюсы тоже имеются.

— Например? Давай, удиви меня!

— Получишь себе боевика в ранге мастера — раз, — она принялась загибать пальцы с ярко-красным маникюром, — онлайн переводчик с большинства языков мира — два, знания ордена ведьм и Римской католической церкви — три!

— Знаешь, воплощать боевика-мастера, которого до этого убил, идея так себе. Что тебе помешает довести дело до конца в следующий раз?

— Магическая клятва на своём источнике. Да и зачем мне мстить? Новая жизнь в удовольствие для себя и без обязательств перед Римом гораздо лучше, чем стопроцентная вероятность убиться об эмерита.

— А что мне помешает заставить оказывать услуги бесплатно? Ты же узница амулета. Или, например, договориться с другим духом в амулете? С той же кардинальшей.

— Несмотря на твою силу, вряд ли ты сможешь какого-то духа заставить, — её взгляд потяжелел. — А на счёт кардинала я бы на твоём месте не обольщалась. Вот уж кто доведёт дело до конца. Упорная тварь. Держала меня на коротком поводке. Хорошо, что она стала слабее, теперь держу её я.

— Ой, оставь свои бдсмские подробности с поводками и ошейниками при себе. Мне это не интересно.

— Так что на счёт моего предложения?

— Ну, не знаааю. Подумаю об этом как-нибудь, — лениво ответил я. Главное правило переговорщика — никогда не соглашаться сразу. Тем более, когда некуда спешить. Если ты выказываешь безразличие к предмету торга и вообще делаешь одолжение, выслушивая продавана, то и условия в будущем будут наиболее выгодные. Плюс дополнительные рекламные акции, бонусы… Нет, определённо спешить не надо!

— Подумай, я дважды предлагать не буду! — начала угрожать. А вот этого спускать нельзя. За одно решил проверить, насколько могу управлять своим личным привидением.

— Ты мне надоела. Кыш! — махнул рукой, шевельнув в груди императорским гневом. И ведьму, в глазах которой мелькнули досада с раздражением, смело. Призрак истаял, словно и не бывало. Посмотрим, когда в следующий раз появится.

Через двадцать минут послышался звук мотора, и я увидел приближающийся знакомый источник. Завёл Хонду, выехал на трассу, остановился, снял шлем.

— Привет, Энрике, — за рулём автомобиля с испанскими номерами сидел секретарь Исабель. Именно ему я позвонил на заученный номер, и мы договорились о месте встречи.

— Здравствуйте, Ярослав, — он с невозмутимой мордой лица посмотрел на мой блестящий женский костюм. — Я смотрю, вы сменили имидж?

— Жизнь заставит, не так раскорячишься.

— У нас проблемы?

— Энрике, текущие проблемы я решил. Ничего такого, о чём тебе нужно знать. Одежду привёз? — не стал его грузить подробностями. Некогда, да и незачем.

— Да, господин, — он насупился, не утолив своего любопытства. Но нет. Не фиг, пусть привыкает, что отчитываться я никому не буду. — На заднем сидении.

— Поехали, — скомандовал я, забираясь в машину. Переоденусь по дороге.

* * *

Генриетта Виттельсбах была вне себя. Ещё бы! Её, баронессу Баварскую, владетельницу окрестных земель, ограбил какой-то проходимец! Мерзавец! Подлец! Пусть он не взял денег, которых она хотела отсыпать с лихвой, но он забрал её любимую Хонду и оставил совсем голой, из-за чего она пережила не самое приятное время, когда пришла в себя. Хорошая звукоизоляция и антимагические наручники сыграли с ней дурную шутку: она почти сорвала голос, пока пыталась докричаться до охраны. А ведь она уже в мечтах забрала этого смазливого Адольфа к себе в личные слуги, и что-то такое ей даже приснилось, пока она витала в облаках.

Но жестокая реальность оказалась куда как прозаичнее — он просто сбежал! Скорее всего это был какой-то преступник, которого разыскивала полиция. По крайней мере она пришла к такому выводу, когда давала показания полиции об угоне мотоцикла. Знакомые ей одарённые полицайки очень уж расспрашивали об особых приметах Адольфа. Она не стала говорить, что самая главная его особая примета — это его нефритовый жезл, оказавшийся выдающимся во всех смыслах. Оооо, что он им вытворял! Какие дооолгие минуты наслаждения он дарил!

Но ничего, от неё ещё никто не уходил, и баронесса решила провести своё собственное расследование. Ох, как она его накажет! Он будет умолять её о пощаде! А потом, когда она сжалится, заставит его долго и упорно отрабатывать свою вину. Ведь он нашёл у неё все заветные точки и, чего уж от самой себя скрывать, доставил ей удовольствие, которое она прежде не испытывала. Ей почудилось такое родство душ во время их смелых экспериментов, что она просто обязана его найти! И она его найдёт!

* * *

Петергоф, рабочий кабинет Императрицы в летней резиденции. В кабинете тет-а-тет, склонившись над огромной картой мира, общаются две женщины в военных мундирах.

— Таким образом, сильно ничего мы сделать не можем, — Елизавета докладывала по отчёту аналитиков Екатерине Третьей. — Можно, конечно, выдать каперских патентов и пошалить на торговых путях англичанки, но… Сейчас не семнадцатый век. На орбите куча спутников, всё как на ладони. Вот если бы был подводный флот!

— Лиза, хватит мне напоминать о завиральных идеях Жюля Верна, с которыми ты носилась тридцать лет назад, ещё когда была восторженным подростком! Вбухать кучу денег, чтобы проплыть двадцать тысяч лье под водой? И кому такое расточительство в голову придёт? — российская Императрица была бережливой хозяйкой, как и другие императрицы. В этой вселенной мировых войн не случилось, вот и не случилось гонки вооружений на море. Инженерная мысль развивалась классически: у всех были надводные флота с броненосными крейсерами, эсминцами и линкорами. До авианосцев и ракетных эсминцев этот мир ещё не дорос.

— Вооот! А бы были субмарины, всё было бы шито-крыто! Поставили глушилку, вдарили самодвижущейся миной системы Барановского, и нет судна! А чтобы спутники не заметили, атаковать только под покровом ночи или при низкой облачности.

— Хватит сказок! Предлагай рабочие варианты! Чёрт, как давит! — Императрица расстегнула жёсткий воротник. Она давно не надевала мундир и успела отвыкнуть.

— Так давай снимем. Обсуждать можно и в платьях с декольте.

— Нет, мы всё-таки планируем военные действия! Антураж должен быть соответствующим! Выкладывай ещё варианты!

— Хорошо. Можно устроить волнения в резервациях индейцев в Северной Америке. Или вообще разом взяться за все английские колонии, кроме самой дальней — с Австралией не вариант. Слишком далеко и народу там маловато. А вот в бывших испанских колониях можно попробовать.

— Нет, это всё долго! Нам надо, чтобы был мгновенный эффект. Если молодой Шонуров в лапах Анны Третьей, мы не можем играть в долгую.

— Катя, ну я не знаю. Захватить что-нибудь силой? Ближайшая английская территория, отжатая Стюартами у Испании — военная база в Гибралтарском проливе. Есть ещё Крит, захваченный у греков, но он менее важен для контроля судоходства. Есть ещё Гавайи с Пёрл-Харбором, но он у чёрта на куличках. Да и развязывать полноценную войну с морской империей, у которой традиционно флот в два раза больше любого другого флота… Какие основания?

— Покушение на цвет российского дворянства! Наследники сильнейших кланов чуть не погибли в Варшаве! А похищение российского поданного? Шонуров должен заменить хорошо потрудившегося на передовом фронте графа Ржевского. Ведь ему всего двадцать один год, а он уже учитель. И есть надежда, что он станет самым молодым мастером. А там, чем чёрт не шутит, может и до магистра дорастёт!

— Но прямых доказательств нет! Ни по покушению, ни по похищению…

— Достаточно прозрачно намекнуть, что мы знаем. Кроме этого, война уже идёт. Экономическая. Нас вышвырнули с рынка энергоносителей Европы, введя санкции и подорвав подводные газовые трубопроводы. А Де Бирс? Поставка российских алмазов за рубеж была существенной статьёй доходов.

— Тогда предлагаю начать с диверсий на алмазных приисках и танкерах, перевозящих сжиженный газ. Ответим диверсиями на их диверсии — все следы по подрыву Великого газового потока ведут к англичанке. Хотя английский посол убеждает в обратном и всё пытается обратить внимание на улики, указывающие на немцев и сбежавших из России экстремистов-малороссов.

— Хорошо займись. А я напишу письмо Аннушке. По родственному. Может одумается и не дойдёт до греха. Гибель одарённых мужчин от враждебных действий друг друга — это за гранью. Их и так мало.

Глава 3

Я спросил у дяди Феди:

«Отчего машина едет?»

Дядя Федя нос потёр

И сказал: «У ей мотор».

Я поправил дядю Федю:

«Не у ей, а у неё».

Рассердился дядя Федя:

«Ах ты, сука, ё-моё!»

Я на всякий случай в руку

Взял обломок кирпича

И ответил: 'Я не сука,

Я — орлёнок Ильича!'

* * *

— Бель, тебе не о чем волноваться. В живых из нападавших никто не остался, — я успокаивал пожилую женщину, воспылавшую материнскими чувствами. Мы сидели в одной из гостиных действующей крепости Монтжуик в Барселоне, откуда открывался вид на суетливую портовую жизнь. Энрике довёз меня до ближайшего аэропорта, и мы сразу вылетели курьерским скоростным дирижаблем в Каталонию, где в самом защищённом месте города меня ожидала королева.

— Кроме Лопухиной, — она поджала губы. Я ей озвучил усечённую версию своих приключений, про мои похождения в немецком борделе и появившееся персональное приведение она не знала.

— Кроме Лопухиной, — согласился с очевидным. — Но я до неё доберусь. Не в моих правилах оставлять врагов без ответных ударов.

Я вспомнил свою бурную молодость в той вселенной. Как говорится, не спрашивайте, как я заработал свой первый миллиард, чтобы мне не приходилось врать. И кулаками пришлось помахать, и от киллеров отстреливаться, и потом лично разобраться с заказчиками. Что очень не приветствовалось российским законодательством, хотя, это самооборона чистой воды. Но лучше пусть меня судят двенадцать, чем несут шестеро. Тьфу-тьфу-тьфу, к счастью, обошлось. В общем, я не добрый, а справедливый. Как ко мне, так и я в ответ. Каждому по делам его.

— Я займусь ей, — бесстрастно перевёл Энрике слова королевы, по-прежнему служа переводчиком с испанского, что меня напрягало. Некоторые вещи должны знать только двое. Надо срочно учить язык или договариваться с Магдой.

— Исабель, я сам с ней разберусь. Некоторые вещи мужчина должен делать сам, а не прятаться за спиной женщины. Найди мне её, но не трогай.

— Хорошо, — она сверкнула глазами и отвернулась к окну.

— Ещё мне нужны учителя, книги и уединённое место, где можно тренироваться. Этот замок не подходит.

— Эта крепость — самое защищенное место в Каталонии! И пока существует угроза, я против, чтобы ты покидал её стены! — вскинулась.

— А как мне учиться заклинаниям? Когда мы учили Щит Бурбонов, часть парка в Варшаве пострадала. И это я учил защитное заклинание. А как мне учиться атакам, когда рядом порт? Силы у меня немеряно, сколько вливать в заклинания не знаю. Жахну чем-нибудь случайно, и нет порта. Плюс вся конспирация накроется. А оно нам надо? Я как бы теперь тоже заинтересован и в процветании Испании, и в спокойной жизни. Деньги, они тишину любят.

— Ты прав, тебе надо учиться, — она ненадолго задумалась. — Есть у меня домик в горах. Там тебя спрячем и начнём готовить к принятию в род Бурбонов. Учителей тебе найду, для начала научишься владеть холодным оружием. Есть в моём арсенале несколько артефактных мечей, поэтому в первую очередь тренировки, чтобы не было неприятных сюрпризов — железо, оно кровь любит. Но ты должен скорее усвоить кастильяно. Будущий король Испании обязан знать язык, на котором говорят его подданные.

— Это понятно… Слушай, а у тебя нет книг, как управлять духами?

* * *

В крепости библиотеки не оказалось, и Исабель с секретарём уехала во дворец, где хранилась часть родовой библиотеки. В конечном итоге нужные книги нашлись, и Энрике привёз один тяжеленный фолиант по управлению духами, краткую историю дома Бурбонов в двух томах и испано-английский словарь, поскольку все книги были на испанском. На испанском, Карл!

Я уединился в келье с узкими окнами-бойницами, где из мебели были только грубый стол и пара таких же стульев из потемневшего от времени дерева, и приступил.

— Что, возникли трудности? — ехидно спросила Магда, когда я попытался осилить оглавление фолианта.

— Нет таких трудностей, которые не преодолеет настоящий комсомолец! — я поднял глаза на возникший на фоне стены призрак ведьмы рядом с наполненной кровью ванной. Сегодня она была опять почти обнажена, рассчитывая на свою сексапильность. Татуировок на ней в заключении явно прибавилось, но к чему эти влажные фантазии с купаниями в багровых реках?.. Я понимаю, каждый себя украшает или развлекает, как хочет. Может, у неё недостаток внимания был в детстве? Или у ведьм так принято, показывая, кто на хате главная паханка, и теперь это она так передо мной хвастается придающими силу татухами?.. Бррр! В общем, не впечатлила — не моё это, не моё!

— А кто это? — изобразила лицом интерес расписная.

— Комсомол? Да так, религиозная секта, ты её не знаешь. Поклонялась сильному духу, подмявшему под себя одну пятую всей территории суши. Пока в этого духа верили, для людей не было ничего невозможного. У них была самая сильная армия в мире, они полетели в космос, — разоткровенничался я.

— Ты говоришь в прошедшем времени, — подметила Магда. — Когда это люди летали в космос?

— Давным-давно. Видела шумерские рисунки? Космонавты в колесницах по небу рассекают, — не стал её просвещать о своём прошлом.

— А что за дух, как зовут?

— Зачем тебе об этом знать? Многие знания — многие печали. Сидишь себе и сиди тихонечко в амулете, скучай дальше.

— Так я беспокоюсь. Призовёшь этого сильного духа, загонишь в пентаграмму, а там я. Судя по твоему рассказу о его влиянии, это дух уровня архимагистра, я с ним не справлюсь.

— Конечно не справишься. Куда тебе против дедушки? Так что давай, предлагай нормальные варианты сотрудничества, а не шантаж. Буду — не буду переводчиком. Партия сказала надо, комсомол ответил — есть!

— А тело мне новое будет?

— Я предлагаю вернуться к вопросу, когда докажешь свою лояльность и нужность. Утром деньги, вечером стулья.

— Ты же сам говорил, оказанная услуга ничего не стоит?

— Разовая услуга. А если услуги нужны постоянно? И вообще, я рисковать не буду. Пока не уверюсь в твоей полной преданности, кина не будет. Так что думай, как будешь доказывать. Всё, не отвлекай. Кыш! — махнул рукой, развеивая иллюзию вместе с ванной крови девственниц.

— Между прочим, это невежливо по отношению к даме, — в голове возник обиженный голос ведьмы.

— Ничего, потерпишь. Вот такой я хам и самодур! — лучше сразу расставить точки над i. Не заслужила ещё вежливого обращения.

Следующие полчаса я воевал со словарём в одиночку, но потом в голове снова раздался знакомый голос, который стал переводить текст с листа. За остаток дня и бессонную ночь я осилил всю книгу.

* * *

— Смирнова, привет. Как жизнь? — мне наконец-то привезли защищённый от прослушки и отслеживания телефон, и я первой набрал Ксюху. Хотя Исабель настаивала, чтобы я вообще ушёл в подполье и никому не звонил, но нет. Я так не могу. Сам в порядке, а они там волнуются, как пить дать. Люблю их всех, каждую по-своему. А любовь — это ответственность и забота. Чтобы они не волновались лишний раз.

— Ярик?!? Ааааа! Живой!!! — было слышно, как она искренне обрадовалась, и на душе стало тепло.

— Да, это я. Как вы там? Все живы-здоровы?

— Сволочь ты, Ярик! Опять пропал на несколько дней, ни слуху, ни духу, а девочкам в их положении вредно волноваться…

— Чего это я сволочь? Обстоятельства преодолимой силы, как смог, так и позвонил.

— Ты где сейчас? Опять какой-то номер кривой, не польский.

— В Испании, в гостях у королевы, в безопасности. Немецкие ведьмы напали, но потом как-то все разом кончились. Сейчас сижу в крепости, самообразованием занимаюсь, чтобы в следующий раз у врагов не было шансов.

— В Испании? Это хорошо… Только не проси опять Комбата к тебе перегнать, не возьмусь. Да и не бросишь здесь всё вот так сразу.

— И в мыслях не было. Ты не ответила. Все живы?

— Все. Даже Потапыч. Лена при помощи девчонок вылечила, сейчас восстанавливается. Здесь столько новостей, не знаю с какой начинать…

— Вываливай всё сразу, потом отсортирую.

— В общем, так. Лазенковский дворец разрушен, восстановлению не подлежит, ты и Лопухина объявлены в розыск польской королевой, на Лазенки наложен арест, сейчас отсюда ничего не ввезти, не вывезти, кроме личных вещей. Старший Шонуров принял титул, хотел сюда прискакать с шашкой наголо, но Кристина его убедила остаться в Питере. Ещё она говорила что-то про мануфактуру, вроде арест сняли, но это ты лучше у неё. Дальше, все клановые наследники вернулись в Россию, здесь остались только посвящённые в твою тайну. Ну, и Софья с Мойшей тоже здесь. По моим делам. Три машины готовы к продаже, но пока арест действует, реализовать их не смогу. Ракету тебе вот дорисовала. Нужны деньги, время и спокойное место, чтобы её построить.

— Ракету?!? Здорово! — на фоне всех остальных новостей, кроме той, что все живы, эта была самая приятная. Я же столько лет ещё в той жизни в детстве мечтал стать космонавтом, а здесь ещё и первым буду!

— Я так и знала, что ты бесчувственный болван! Тебе игрушки важнее, чем мы. А ещё и тормоз!

— Ээээ, Смирнова, чего началось-то? — последний наезд заземлил мой полёт фантазии.

— Я же русским языком сказала, девушки в положении, им вредно волноваться.

— Как, в положении???

— А вот так, кверху каком! Для того, кто в танке, говорю открытым текстом: они беременны. Все. Лена поставила диагноз.

— ВСЕ?!? И ты???

— Ну, нет. Все, кроме меня. У нас с тобой не настолько частые тренировки для поднятия ранга были. Так что, давай. Звони всем, изображай бурную радость от новости.

— Ээээ… — у меня вдруг кончился весь словарный запас. Но как? Не, я знаю, отчего дети рождаются, но чтобы залетели все сразу…

— Ярик, чего ты там блеешь? Соберись, ты же мужик! Будущий глава большого семейства! — Ксюха на том конце провода вовсю веселилась.

— Ооооо… — я схватился за голову, представив, что начнётся через девять месяцев.

— Давай-давай, не страдай. Короче, звони всем. Лене, Мухиной, Ягужинской, Юсуповой, Кристине тоже не забудь позвонить, поинтересоваться самочувствием.

— А Софья?

— Ты уже и с ней успел?!?

— Не помню точно, возможно мне приснилось.

— Дааа, правильно тебя Наташка кобельеро называет!

— Ой, ну всё! Ты в курсе, что смеётся тот, кто смеётся последний? Смирнова, теперь надо будет над тобой усиленно поработать, чтобы не отрывалась от коллектива.

— В смысле?!?

— Готовься, говорю. Ребёнка тебе тоже будем делать!

— Ой, а у меня тут… В общем, мне пора. Пока! — и отключилась, зараза такая. Всё бы ей ехидничать. Отправил ей сообщение, чтобы номера всех наших скинула. На память телефоны не помню, а звонить надо каждой, Ксюха права.

* * *

Над Букингемским дворцом развевался королевский штандарт — английская королева Анна III была на своём рабочем месте. Кроме неё в кабинете викторианского стиля находились герцогиня Элизабет Йоркская — глава контрразведывательной службы МИ-5, и герцогиня Шарлотта Сассекская — глава внешнеполитической разведки МИ-6. Между этими службами, хоть они и находились на страже интересов английской короны, шла жёсткая конкуренция за ресурсы и влияние на принятие решений. Королева же намеренно поощряла конкуренток, считая, что слабакам рядом с ней не место, и следя за тем, чтобы соперницы не выходили за рамки. Ведь на первое место Анна ставила Великую Британию, у которой нет друзей, а есть только интересы. Героическое прошлое предков заставляло её не только гордиться, но и прилагать усилия, чтобы империя по прежнему оставалась владычицей морей.

Ещё бы ей не гордиться. Маленькая страна аграриев и рыбаков на туманном острове, омываемом суровыми морями, сделала ставку на пиратство и техническую революцию и не прогадала. Далеко в прошлом жестоко подавленное восстание ткачей-луддитов, громивших цеха с первыми промышленными ткацкими станками. Мануфактура всегда побеждает ручной труд. Низкие цены, высокое качество и дешёвая доставка морем не оставили шансов соседям. Дальше — больше. Англия стала покупать и воровать технологии, развивая у себя промышленность. Купцы доставляли в Форин офис подробные отчёты о происходящем в мире и новинках, не брезгуя приватизировать всё, что плохо лежит. Когда это было выгодно, купец превращался в пирата. Ведь зачем платить, если можно взять? Ну, или просто подсмотреть. Например, паровой двигатель и первый паровоз придумали братья Черепановы в российской глубинке, но именно Англия стала флагманом паровозостроения, сняв все сливки с идеи.

Но, кроме уважаемых купцов и машиностроителей, были и старые добрые джентльмены удачи с полученными от английской королевы каперскими патентами. Расцвет пиратства пришёлся на период освоения Испанией Нового света. Испанская корона владела половиной мира, награбленное у индейцев золото лилось рекой. И за золотыми галеонами шла настоящая охота. Английские приватиры нападали на конвои и на генерал-губернаторства Америки, лишая Испанию прибылей. Долго так продолжаться не могло. Погрязшая в роскоши Испания не желала отказываться от сладкой жизни. Она собрала войско, построила флот и отправила его к берегам Туманного Альбиона. Но английские колдуньи во главе с королевой собрали Большой ковен, и восемнадцать магичек успешно утопили в разыгравшемся сильнейшем шторме Непобедимую Армаду. Инквизиция из ревностных католиков по всей Европе уже во всю сжигала ведьм, и никто не смог защитить испанский флот и амбиции короля Филиппа II.

С тех пор влияние Испании пошло на убыль. В конце концов она потеряла все свои заморские колонии, а Великая Британия стала империей, над которой никогда не заходит солнце. Ну и что, что основные английские капиталы нажиты грабежами колоний и соседей? Деньги не пахнут, а историю пишет победитель. Теперь же у Англии новая цель: ослабить и в итоге развалить Российскую империю. Известно ведь, пока империя расширяется, она живёт. Как только начался застой, всё. Тушите свет, сливайте воду. Начинается регресс, который ничем хорошим для правящей верхушки не заканчивается. Далеко ходить не надо: Римская империя загнулась, не просуществовав и тысячи лет, а императорский род оказался истреблён.

Почему целью выбрана огромная северная страна, а не Европа или, скажем, Индокитай? Европа уже давно под влиянием Британии. Английские капиталы проникли во все важнейшие отрасли Старого света, торговый флот и Гранд флит с военными базами в проливах плотно контролируют все грузопотоки, держа на сырьевом подсосе европейскую экономику. И с Матриархом удалось договориться о совместном развитии магических технологий, играя в дуэте главную скрипку. В застрявшей же в самобытном и эгоцентричном развитии Паназиатской империи слишком много людей и одарённых. Она пока не по зубам. В Африке английские кланы и так во всю резвятся, стравливая местные племена и выкачивая ресурсы, в Южной Америке дикари (никто так и не смог покорить континент с кровожадными индейцами, находящимися в первобытно-общинном строе). Так что выбор жертвы очевиден — Россия.

— Я получила непонятное письмо от Екатерины Третьей. Ознакомьтесь, я хочу выслушать ваши соображения, — Анна раздала герцогиням копии письма. — Какие-то невнятные угрозы, намёки на одарённых мужчин… Что она имеет ввиду?

— Ваше Величество, может до Романовых дошли слухи, что именно с нашей подсказки один из кардиналов покушался на Елизавету? — подала голос Глава контрразведки.

— Элиз, Лорд Кавендиш, по его словам, сработал чисто. Никаких денег, никаких улик, простая внушённая мысль в момент интимной близости. Пусть он всего лишь в ранге ученика, но сделать так, чтобы любовница считала его идею своей… В этом он мастер.

— Ваше Величество, я уверена, дело в одарённом мужчине, — веско сказала своё слово начальница Секретной разведывательной службы. — Я собрала воедино отчёты наших агентов и циркулирующие слухи при российском дворе, и могу с уверенностью заявить, что речь идёт о молодом дворянине Ярославе Шонурове. Его род Екатерина Третья недавно сделала княжеским, хотя за какие заслуги, пока не понятно. Ярослав отметился в окружении польской королевы, которая имела на него виды, но после устроенного скандала на дне рождения принцессы пропал при загадочных обстоятельствах. Полагаю, Екатерина думает, что мы причастны к его пропаже.

— Чарли, вы как всегда информированы выше всяких похвал, — Анна похвалила свою подчинённую, у которой в глазах на миг промелькнуло недовольство. Шарлотта не любила своё уменьшительное имя, позволяя себя так называть только королеве, с которой была знакома с детства. — Но что же такого в этом Ярославе?

— Я думаю, он всего лишь хорош в постели. Иначе зачем Констанции разыскивать своего фаворита? Наша служба отметила всплеск интереса польских шпионов в Лондоне. Они ищут следы Шонурова-младшего, я была вынуждена задержать двоих самых наглых. После вдумчивых расспросов в подвалах Тауэра с ними случились несчастные случаи в подворотнях нижнего города. Портовая зона — не самое безопасное место, — со скромной улыбкой закончила свой спич контрразведчица, решившая реабилитироваться в глазах своего сюзерена.

— Элиз, ты веришь, что он всего лишь мальчик для утех? — приподняла бровь Анна. — А ты что скажешь, Чарли?

— Я так не думаю. Полагаю, Романовы через него пытались создать альтернативный канал российских алмазов в Европу. Польша перестала участвовать в алмазных аукционах Де Бирс и стала сама предлагать обычные и силовые алмазы на продажу соседним королевским домам. По отчётам биржи, Гогенцоллерны пока приостановили участие в алмазных аукционах, а немецкий рынок в Европе является основным. На этом фоне, Ваше Величество, вряд ли идёт речь об обычной сексуальной игрушке Констанции.

— Точно! За эту операцию род Шонуровых пожалован княжеским титулом! — воскликнула Анна, на миг забыв об английской сдержанности. — Но почему Романова и Грабовская думают, что он у меня?

— Не могу знать, мало информации, — склонила голову герцогиня Сассекская. Герцогиня Йоркская тоже решила помалкивать до конца встречи, сделав вывод, что сегодня не её день.

— Что ж, в любом случае, есть повод познакомиться с этим молодым человеком. Найдите мне его! Надо перекрыть все каналы сбыта санкционных товаров из России, и всех, кто нарушает эмбарго, показательно наказать!

— Ярослав нужен живым или мёртвым?

— Чарли, он нужен живым. Казнить всегда успеем. Можно устроить невыносимым пребывание в гостях у британского льва для любого человека. Рано или поздно ломаются все. Гораздо лучше сделать из него придворную собачку в назидание Романовым. Представляю выражение лица их посла, когда русский князь в качестве моего нового пуделя будет есть с пола из миски у моего трона!

— Слушаюсь.

— А что у нас с подготовкой к войне? Насколько сильно ударили санкции по России?

— Ваше Величество, мы не готовы к большой войне один на один. Экономическая война успешно пополняет вашу казну, но мы сейчас опустошаем запасы Европы. На России это пока никак не отразилось. Россия — континентальная империя с разветвлёнными железными дорогами и известными маршрутами для дирижаблей. Морская блокада, которую предлагает Глава Адмиралтейства лорд Спенсер, ничего не даст. Россия переключится на торговлю с Паназиатской империей, с которой имеет протяжённую сухопутную границу.

— Я помню мой план, — поморщилась Анна. — Мы и не должны воевать один на один. Европа должна нищать, и, когда чернь начнёт голодать, именно она должна влиться в двинувшиеся на восток армии. А мы лишь должны давать ссуды и оружие, подсчитывая прибыли. Я спрашиваю о вашей оценке сроков к началу горячей фазы войны. Матриарх Римской католической церкви слишком стара и осторожна, чтобы добровольно толкнуть маленькую Европу в пасть огромного российского медведя. Помнится, я делала ставку на одного из кардиналов…

— К сожалению, новости из Европы на этот раз неутешительные. Кардинал погибла под развалинами церкви святой Афры при проведении обряда возвышения в попытке выпить Силу из сосуда. Но аугсбургский алтарь разрушен, а сосуд сбежал — именно к такому выводу пришли ищейки. Пока что информации мало. Сейчас расследованием занимается швейцарская гвардия, лично преданная Матриарху. У меня нет агентов среди гвардейцев.

— М-да, планы иногда приходится менять, — королева села в кресло, взяла из вазы яблоко и принялась его разглядывать в поисках изъяна. — Что ж, сделаем ставку на другого кардинала. Подготовьте три наиболее подходящие кандидатуры для выбора. Думаю, лорд Кавендиш может опять понадобиться… С другой стороны, это отличная новость! Тактически мы отступили на шаг, но стратегически шагнули вперёд сразу на два! Орден аугсбургских ведьм без алтаря стал слабее. Европейским ведьмам придётся договариваться об использовании нашего алтаря, а это возможность взять Орден полностью под наш контроль. Пожалуй, это повод наградить неудавшуюся жертву обряда. Миледи, если вам станет известно имя Сосуда, сообщите мне. Британский лев не забывает об оказанных ему услугах, как и о нанесённых обидах! — герцогини склонили головы, принимая к исполнению волю своей королевы.

Глава 4

— Ну, как тебе новая подружка?

— Да как сказать… Представляешь, она даже не скрывает, что интересуется моей машиной, ресторанами и домом в Испании.

— Да ты что? Бросай ее и беги куда глаза глядят!

— Я бы рад. Но от налогового инспектора фиг убежишь.

* * *

Июльский день в Барселоне — это испытание. Каменный город нагревается, как печка, заставляя прятаться своих жителей в полуденные часы. Не спасала даже близость к морю. Другое дело — лето в Пиренейских горах. Я с удовольствием воспринял переезд. Так в сопровождении боевой звезды испанских волкодавов я оказался в замке Фарнес, построенном на северных подступах к Барселоне на одном из горных перевалов.

Замок принимал активное участие во всех кровопролитных войнах во времена реконкисты, когда предки Исабель освобождали территорию от нашествия мусульман. Сейчас он утратил своё оборонительное значение и служит военной базой, где с восемнадцатого века размещается гарнизон Бурбонов. Впрочем, гарнизон — это было слишком сильно сказано. Здесь проходят тренировки испанского спецназа, живущего в казармах за стенами крепости. В самом замке было слишком тесно, и в нём никто не жил. Теперь здесь живу я.

В центральной башне оказалось несколько благоустроенных комнат, где я и разместился с навязанной мне Исабель помощницей. Боевая звезда расположилась в помещениях крепостной стены и стала нести охрану стен с воротами. Командир звезды — плотно сбитая испанка под полтинник в ранге мастера, попыталась меня построить, озвучив правила для охраняемого объекта, но была поставлена на место: «Эсмеральда, не говорите, что мне делать, и я не скажу, куда вам идти. Замок покидать в тайне от вас не буду, но за свой распорядок я отвечаю сам!»

Впрочем, в течение недели мы с ней поладили. Я с удовольствием учился махать колюще-режущим во внутреннем дворе замка в компании с боевиками звезды — Эсмеральда была начальницей над четвёркой ветеранов в ранге учеников. Мне нравились эти основательные жилистые мужчины, нюхнувшие пороху. Они же с удовольствием учили работать рапирами, шпагами, дагами и мечами, сказав, что подходящее мне оружие меня само выберет.

За всеми тренировками исподтишка наблюдала помощница, с которой у меня сразу не задалось. Молодая девица по имени Лукреция с тёмными омутами глаз являлась дворянкой из обнищавшего рода маркизов Борджиа и была одарённой в ранге учителя, что для её двадцати пяти лет было очень даже неплохо. Она с самого первого дня знакомства говорила со мной только по-испански с видом огромного одолжения, хотя знала английский, на котором мы могли с ней объясняться. Когда я поинтересовался у Исабель, зачем мне такая надменная помощница, да ещё из дворян, которая ни черта не понимает на русском, а лишь сверкает глазищами, получил развёрнутый ответ: «Ярослав, наш язык ты выучишь, и девочка станет тебе незаменимой, как Энрике стал незаменимым для меня. Лукреция является дочерью министра финансов и знает всю финансовую и налоговую систему Испании. Ты не смотри на её красивую внешность, за ней скрывается изощрённый ум. Когда завоюешь её расположение, она станет тебе правой рукой!»

Ну, ок. Не совсем понял, почему я должен завоёвывать её расположение, но не стал спорить с упёршейся королевой. Полагаю, что она подсунула мне девочку в надежде «стерпится-слюбится», рассчитывая поскорее увидеть от меня внуков, на которых уже несколько раз намекала. Ну да пусть тешится надеждами. После моего жёсткого условия, что она меня не заставляет жениться, и я сам выбираю с кем породнится испанский королевский дом в моём лице, должна же быть отдушина в виде маленьких интриг у пожилой женщины?

— Что, маркиза не воспринимает тебя в качестве будущего правителя? — ехидно спросила Магда, развалившись на диване в образе наложницы из гарема султана. Полупрозрачные одежды, под которыми видна упругая грудь, вуаль, закрывающая нижнюю часть лица — она пыталась найти разные способы понравиться.

— Да мне пох. Исабель Лукерье не сказала, какой у меня ранг, вот и выпендривается. Думает, что я новик-нищеброд, которому дважды повезло. Сначала дворянин Шонуров меня усыновил, теперь в род Бурбонов планируют ввести… Короче, терпит блажь королевы, сама на контакт не идёт. Как же, сама Борджиа, ей невместно!

— Взял бы, да обработал девочку, подобрал ключик к её замочку. А то смотрит на тебя глазами недоенной коровы.

— Магда, я всегда подозревал, что ты мне желаешь отнюдь не добра. Это же горячая испанская кровь — она же потом меня до суха выдоит, когда войдёт во вкус. К тому же воспитана в лучших матриархальных традициях — не буду подчиняться, уморит, чтобы стать королевой. Нет и ещё раз нет, мне наших русских девушек хватает.

— А как же немка?

— Пфф, это был сеанс лечебной терапии, так что не считается. Ты давай, стрелки не переводи, когда души ведьм поможешь поглотить? — я вычитал в фолианте, что память духов может стать твоей, если их пропустить через себя и усвоить скрытую в них энергию. То есть пятьдесят на пятьдесят — может получиться, а может и нет. Но поглощение душ автор считал опасным, так как бывали случаи, когда человек становился одержимым злым духом, поэтому процедуру рекомендовалось проводить под надзором сильного одарённого в ранге не ниже мастера. В моём случае одарённых мастеров, кому я мог доверять, рядом не было. Кроме духа Магды. В самом-то деле, не буду же я просить командира боевой пятёрки помочь в сомнительном ритуале, когда существует призрачная угроза охраняемому объекту. Магда — идеальный исполнитель, мотивированный на получение новой жизни. К тому же, охранная пентаграмма не даст ей навредить. А вот духи ведьм, освобождённые из плена амулета перед поглощением, вполне могут. Теоретически.

— Ты обещаешь мне найти новое тело? — она приподнялась на локте, отчего её грудь качнулась.

— Обещать — не жениться. Но я склоняюсь к мысли, что после усвоения памяти ведьм ты мне принесёшь больше пользы в живом виде.

— То есть я могу надеяться?

— Если получится усвоить память ведьм.

— Уиии! Ты лучший! — она подскочила и чмокнула меня в щёчку. Виртуально.

* * *

И вот я второй день маюсь с мигренью. Вчера вообще не смог встать, даже пропустив через себя лечебную энергию — поглощение сразу пяти душ ведьм было опрометчивым решением. Ведь я же эмерит! Мне море по колено! Но, как говорится, голова — предмет тёмный, и исследованию не подлежит. Оказалось, одномоментное формирование множества новых нейронных связей в мозгу ещё то испытание. Болью. Из пяти душ ведьм получилось усвоить четыре, энергию одной души — не получилось, и она развеялась насовсем. Жаль, что это была душа кардинальши. Интересно, какие секреты пропали? Но даже усвоенные знания четырёх ведьм мне сильно помогли. Ведьмы оказались полиглотками, и теперь я владею множеством языков и некоторыми специфическими их обрядами, от которых мороз по коже. Бррр, кое-какие воспоминания из половой жизни ведьм я, как нормальный мужчина, предпочёл бы развидеть.

Но любому процессу приходит конец, завершилось и усвоение новых знаний вместе с мигренью.

— Всем привет! Что у нас сегодня на обед? — мы с помощницей столовались вместе с охранявшими меня боевиками, которые сами кашеварили из доставляемых в замок продуктов.

— Всё, как обычно. Хамон, домашняя лапша, оливки и рёха, — Эсмеральда отсалютовала бокалом. Пузатая бутылка красного вина традиционно стояла на столе. Но не для того, чтобы напиться, а лишь аппетита для. — Будешь?

— С удовольствием присоединюсь, — я уселся за стол, из-за которого, фыркнув, встала маркиза. — Что, Лукерья, уже пообедала?

— Меня зовут Лукреция, пора бы уже и запомнить! — бросила и ушла с гордо вздёрнутым носиком. Красивая, чертовка. Похожа на актрису Галь Гадот, сыгравшую Чудо-женщину.

— Гордая девочка, считает своё назначение твоим помощником ошибкой и наказанием, — Эсмеральда пригубила из бокала.

— Ты тоже так считаешь?

— Кто я такая, чтобы обсуждать решения нашей королевы? А маркиза Борджиа ещё слишком молода и горяча, дай ей шанс, — рассудительно ответила магичка.

— То, что её предки были Папами в Риме и управляли всей Европой, не даёт ей права быть такой сс… ээээ, слишком сильно задирать свой нос. Сама она ещё ничего в этой жизни не сделала.

— Когда ты так хорошо научился говорить на кастельяно? Двух слов не мог связать, а теперь… — мудрая женщина решила сменить скользкую тему.

— Носители языка попались хорошие, плюс экспресс-курс с полным погружением по методу Бернауэр-Шонурова. Быстро, дёшево, сердито, — далее, не чинясь, я приступил к трапезе.

— Может и нам попробовать? Я бы русский выучила…

— Эсмеральда, не надо тебе этого. Поверь.

— Зови меня Эсми. В боевой обстановке длинные имена слишком длинные.

— Тогда и ты меня зови Яриком. В боевой, — за столом потекла неспешная беседа.

— Доминик говорит, у тебя какой-то аномальной глубины источник, — она посмотрела на лучшего мечника, с которым мы больше всего времени проводили в учебных схватках. — Сколько не пытался пробить твой щит с применением Силы, но так и не смог. Говорит, что это не артефакт, который давно бы просел.

— Всё может быть, — я пожал плечами. Конечно же я не собирался быть мальчиком для битья, и защитился, как мог. — Измерить мой источник пока никому не удалось. Поэтому энергозатратный Щит Бурбонов для меня идеален.

Эсмеральда переглянулась с Домиником.

— Послушай, — он взял слово, — сейчас система обучения неэффективна. Ты не растёшь, полагаясь на свой щит. А вдруг, щитом ты не сможешь воспользоваться, что тогда? Поэтому предлагаю дальнейшие тренировки вести без защитных артефактов и применения Силы. Чистое мастерство, как в старину.

— Я подумаю над этим. В принципе, не против. Мало ли с кем мне придётся пободаться на дуэли? — согласился для вида. Люди иногда бывают внезапно смертны. Рисковать своей жизнью в учебных схватках с мастером меча я не собирался, поскольку пока здесь не доверял никому, из-за чего постоянно таскал на себе активированный Щит. И для тренировки полезно, и для безопасности. — Но давайте дальнейшее обечение перенесём на попозже. У меня дело к королеве. Сегодня собираемся, завтра утром выезжаем в Барселону.

* * *

Вечером набрал Варшаву.

— Софья, нужен артефакт скрыта на ооочень большой объект. Это срочно, — мы уже созванивались, и я знал, что у них с Мойшей всё в порядке. Заказ на коллекцию от Пандоры выполнен, силовые алмазы огранены и учтены, ювелир ждёт моего появления, чтобы продолжить работу. С моими девушками я тоже созванивался. Боевые подруги дружно выдохнули, что со мной всё хорошо, и ненавязчиво интересовались, когда я появлюсь. Обещал воссоединение нашей шведской семьи в ближайшее время, чем, собственно, сейчас и занимался.

— Что за объект? Движимый или недвижимый? Габариты? Вес? — стала составлять техзадание.

— Ээээ… надо уточнить. Я тебе чуть позже скину. Под это дело разрешаю взять любые силовые алмазы у деда.

— Хорошо. Что-то ещё?

— Да. Пакуйте лабораторию, вы скоро переезжаете.

— Дед будет опять ворчать. Только на новом месте обустроились…

— Поворчит и перестанет. Не дадут вам спокойно в Польше работать, так что переезд без вариантов. С Ксюшей переговорите, я ей дам поручение выделить одну из машин только под ваши нужды.

— Эх, ясно…

— Выше нос! Нас ждут великие дела! Всё, отбой!

Следом набрал Мухину.

— Алё! Редакция! Как слышно?

— Ярик, привеет! Приём отличный, как обычно!

— Супер! Как самочувствие? По утрам не тошнит?

— На удивление, нет. Лена говорит, открытая тобой Сила Жизни купируют у нас все побочки от беременности. Хотя, срок меньше месяца, какие там могут быть побочки?

— Варя, а какие сейчас новости и слухи вокруг моего исчезновения?

— Ничего такого, затихло всё. У нас в прессе молчок, у пшеков тоже. Ощущение, что все к чему-то готовятся. Дефензива опять к нам приходила, везде свой нос совала. Из парка по-прежнему не выбраться, мы в осаде… То, что мануфактуру Петру Алексеевичу вернули, ты уже в курсе. Что ещё? Мы на чемоданах сидим, ждём когда ты появишься, заберёшь нас.

— Соскучились, что ли?

— А ты как думаешь? Появишься, привяжем к себе, никуда больше не отпустим.

— Ну-ну, мечтай. Привязывалка у вас ещё не выросла. Забыли, кто главный?

— Ты, главный, самое главное не забывай, что нам принадлежишь. Наташка грозилась, что если ещё какая шалава у тебя появится, к ветеринару сводить. Вжик, и готово! Дети-то у нас уже будут, а у посторонних интерес пропадёт.

— Но-но-но! Мухина, руки прочь от святого! Я ещё не нагулялся. И ты знаешь мой принцип — всё в дом!

— Да-да, я помню. Кобельеро, ты реально рискуешь. Ты же буквально по лезвию ходишь! Мы теперь девушки беременные, такие непредсказуемые! Мало ли что нам в голову взбредёт?

— Варя, кончай херню молоть! Давай лучше о делах. Напиши статью в Чижике. Сделай вброс, что со мной всё в порядке, и разбавь какой-нибудь дичью, как ты это умеешь. Чтобы на правду сильно не было похоже. Я тебе фотку скину, где я с мечом тренируюсь. Справишься?

— Пффф! Ты забыл, кому обязан статусу испанского принца?!? Не волнуйся, ты обратился по правильному адресу! Читательницы кипятком будут писать!

— Ээээ, Мухина! Только ты в статье палку не перегибай! Так, пару намёков, но никому, что я эмерит, и где я сейчас. Понятно?!?

— Ярик, не учи отца и баста! Всё, давай, пока! Пошла газету готовить, — сбросила звонок.

Я улыбнулся — как мало нужно человеку для счастья. Сидели все в Лазенках пригорюнившись, не знали, чем себя занять, всё из рук валилось. Но стоило мне сделать несколько звонков и замотивировать, как у всех пышущая энергия и блеск в глазах. Нет, людям, чтобы почувствовать себя счастливыми, нужна цель. Даже не так, а ЦЕЛЬ! Цель сделать что-то самим, быть в команде, добившейся общей трудновыполнимой задачи, и просто быть первыми. Амбициозные задачи для амбициозных людей — то, что нужно для поддержания в тонусе захандривших девушек.

* * *

— Исабель, мне нужен грузовой скоростной дирижабль без опознавательных знаков. Есть у тебя такой? — на следующий день мы без происшествий добрались до королевского дворца в Барселоне, и я уединился с королевой в её рабочем кабинете.

— Зачем тебе? — спросила с подозрением. Она была не в духе — я в категорической форме отказался от помощницы.

— Надо смотаться в Варшаву, моих девочек забрать. Ну, и барахла там накопилось…

— Я против! Куда ты полетишь, когда на тебя охота ведьм идёт?!? Ничего, подождут твои грелки! У нас здесь свои есть, не хуже. Когда будет у тебя хоть один ребёнок в проекте, тогда и будешь жизнью рисковать!

— Старая, мы так не договаривались, — я шевельнул в груди гневом, чтобы не зарывалась. А за одно напомнить, кто есть кто в нашем тандеме. — В принципе, мне твои испанцы вместе с Бурбонами никуда не упёрлись. Могу хоть сейчас от всего отказаться и уехать, спокойней буду жить. Мы говорили, я становлюсь главой твоего рода и принимаю решения сам. А ты уже сейчас пытаешься рулить.

Она поджала губы: — Но ты обещал оставить потомство! Вдруг что с тобой случится? И чем тебе Лукреция не угодила? Из хорошей семьи, с отличным потенциалом в магии!

— Зачем мне пятая колонна? Она же спит и видит сама стать королевой! Тем более, у меня для тебя есть хорошие новости. Мои так называемые грелки уже сейчас в рангах учителей и мастеров, а скоро будут магистрами. И четверо из них уже в положении.

— Как это?!? — у Исабель округлились глаза. Не играет — я уловил её эмоции искреннего изумления. — Магессы годами не могут зачать, а здесь все сразу!

— Ну, не все сразу, если говорить на чистоту. Но да, сам в шоке.

— Это же меняет дело! Надо срочно их доставить в Испанию! — вскочила, не сдержав волнения.

— Вот для этого мне и нужен дирижабль. И, я надеюсь, ты больше не будешь под меня подкладывать своих протеже.

— Пожалуй, ты прав. Если ты обрюхатишь Лукрецию, ничего хорошего из этого уже не выйдет. Ещё начнёт травить конкурентов своего бастарда, в их семейке это традиция… Выкажу ей свое недовольство удалением от трона, пусть поумерит амбиции, сделает выводы. А не сделает, что ж… У Испании много достойных сыновей и дочерей, кто станет тебе опорой!

Глава 5

Два друга давно не виделись, решили, что нужно встретиться, пришли в бар, заказали себе выпивку. Смотрят, а за соседним столиком девушки красивые сидят, ну они к ним и подсели, выпили, веселятся, после один из них поехал с новой подругой к ней домой, а другой домой поехал один. Спустя неделю собираются они снова в этом баре и первый мужик спрашивает:

— Слушай, ну как ты вечер провел с той красоткой? А то меня её подруга продинамила…

— Да лучше бы и меня продинамила…

— А что случилось то?

— Да ничего…

— Да прям, ничего, рассказывай, раз уж начал!

— Ладно, в общем поехали мы к ней домой, я такой весь навеселе уже готовый, а у нее дом — огромный, шикарный коттедж с частной охраной. Потом она меня привела в спальню, посадила на стул, показала, где у нее бар и говорит пей, что хочешь и жди меня. Ну собственно я достал самый крутой виски, начал пить, потом пришла она в сексуальном пеньюаре, садится на кресло передо мной и спрашивает: — А ты мёд любишь? Ну я опешил, говорю, что могу с чаем пару ложечек съесть. Она в этот момент достает сзади трех литровую банку с медом и зовет собаку: — Лорд, лорд, ко мне! Распахивается дверь, и прибегает огромный мраморный дог, больше меня ростом. Она тем временем опускает руку в банку и намазывает себе между ног медом и говорит: — Лорд, лизать! Пес активно начинает слизывать мед, я сижу в шоке. Тут она обращается ко мне: — А теперь ты! Ну я собственно опешил, начал съезжать с темы, а она как скажет: — Лооорд! И собака как зарычит! Ну собственно на этом и всё!

— Как всё⁈ Что дальше то было⁈

— Чё-чё! Так мы с Лордом за вечер трехлитровую банку меда и наебнули!

* * *

Очередной выпуск газеты «Чижик-пыжик»:

Срочная новость.

На 87-ом году жизни скончался граф Ржевский, который буквально сгорел на своём нелёгком поприще хранителя золотого генетического фонда Империи. Овеянный боевой славой, обласканный монаршим вниманием и наградами ветеран так и не оправился от моральной травмы, полученной при попытке покрыть старшую княжну Юсупову. Что ж, нелёгкая выпала доля для единственного на всю Россию мастера, отдувавшегося за всех российских одарённых мужчин-слабосилок. Но дело его живёт, и сколько малышей уже выросло или ещё бегает под столом — одному богу известно. Покойтесь с миром, граф. Любим, помним, скорбим!

Политика.

Расследование подрыва подводного газопровода продолжается. Хотя, скорее всего, ни к чему не приведёт. В самом-то деле, как можно верить, что группа пьяных туристов из Малороссии на чартерной румынской яхте смогла провернуть диверсию на глубине в сорок метров? А оборудование, а взрывчатка, а спецподготовка? Кто-то же готовил этих экстремистов правильной установке заряда на глубине? Cui prodest? — кому выгодно? Основным бенефициаром безусловно являются бритты. Англичанка гадит. Исподтишка, как она это обычно любит, попутно стравливая народы к своей выгоде. К тому же, давайте не забывать о существующем эмбарго на предметы роскоши из Российской империи: под запрет попали алмазы, меха и премиальный Аурус, составивший конкуренцию британскому Роллс-Ройсу. И это не считая действующего эмбарго на наши энергоносители. Патриотически настроенная российская общественность в ожидании ответных шагов, ведь все мы помним о принципе зеркальности в дипломатии. А ещё мы помним высказывание известного английского дипломата — бессменной главы Форин офис баронессы Маргарэт Тэтчер: «Если плюнуть в Россию — она утрётся. Если плюнет Россия — мир захлебнётся».

Светские новости.

Как стало известно нашей редакции, княжич и бывший фаворит польской королевы, оказавшийся испанским принцем-бастардом, готовится к принятию в королевский род Бурбонов. Да-да. Речь идёт об известном нашим читателям владельце торговой марки «Пандора» и изобретателе магических кремов Ярославе Шонурове, всколыхнувшем Высший свет своей победой в конкурсе «Лидеры Российской империи». Неожиданно пропавший на некоторое время с радаров общества молодой дворянин объяснил своё отсутствие необходимостью постичь дзен и поднять свой магический ранг до небывалого уровня. Редакции удалось взять у него эксклюзивное интервью для наших дорогих читателей:

Р: — Ярослав, куда вы пропали из Варшавы? Все были взволнованы вашим неожиданным исчезновением прямо с презентации первой коллекции ювелирного бренда.

Ш: — Это был перфоманс, интрига. Ради красивейших бриллиантовых украшений разрушить Лазенковский дворец и исчезнуть, чтобы о тебе говорили… Что может быть лучше такой рекламы?

Р: — Да, этого никто не ожидал. Ваша рекламная кампания прошла с размахом и чуть не вызвала военные действия между государствами! Воистину — вы гений чёрного пиара и эпатажа! Так как и куда вы делись?

Ш: — На вечере я увидел магичного медведя, сбежавшего из королевского зоопарка в Варшаве. Его свирепая натура неожиданно нашла отклик в моей душе! Я вскочил на медведя, и мы умчались в горы, где я занимался медитацией, поднимал ранги и осваивал искусство фехтования.

Р: — Вы сами поднимали ранги?!? И до какого уровня вам удалось развить свой источник?

Ш: — Ранги — это не главное. Сила — вот что на первом месте во все времена! Я чувствую в себе Силу не меньше архимага!

Р: — Но ведь ещё никто из мужчин не достигал этого уровня! Вы уверены, что стали архимагистром?

Ш: — Вы сомневаетесь в слове дворянина?!? Милочка, человеку доступно всё, если он поставит перед собой цель!

Р: — Оооо! Звучит очень… пафосно. И какие же цели вы перед собой ставите?

Ш: — Я — свободный художник, маг и поэт. Какие может ставить перед собой цели творческая личность? Сделать всемирно известный бренд, написать самую дорогую картину, сочинить стихи и стать сильнейшим волшебником на Земле, конечно! И не только на Земле! Я планирую покорить космические просторы, чтобы стать самым сильным магом во всей Вселенной!

Р: — Это очень амбициозные цели! Что ж, нам только остаётся пожелать вам удачи, ведь пока что за всё, что вы брались, у вас получалось!

После окончания интервью Ярослав вернулся к тренировкам, а нашему корреспонденту удалось украдкой сделать несколько снимков княжича Шонурова. Самое удачное фото мы предлагаем вашему вниманию.

Новости Европы.

При заходе в немецкий порт взорвалось судно, перевозившее сжиженный газ. Происшествие случилось в порту города Киль в землях Шлезвиг-Гольштейн, где принадлежавшее нефтегазодобывающей корпорации «Бритиш петролиум» танкер СПГ под названием «Royal Fortune» должен был встать на разгрузку. Взрыв был такой силы, что несколько сухогрузов и рыболовецких траулеров под разными флагами просто испарились, а нефтяной танкер английского товарищества на паях «Стандарт оил» разломился, загорелся и затонул. В результате взрыва и возникшего пожара вся портовая инфраструктура разрушена, множество человеческих жертв. На расположенной по близости военно-морской базе Кригсмарине сильно пострадал лёгкий крейсер «Кёнигсберг», его систершип «Лейпциг» и вся первая флотилия тральщиков, находившаяся в гавани, затонули. Королева Германии ввела режим чрезвычайной ситуации и объявила трёхдневный траур. В Берлине английское посольство закидали камнями, полиция применила водомёты для разгона стихийной демонстрации — в народе циркулируют слухи о подстроенном английскими спецслужбами теракте. Редакция соболезнует немецкому народу и призывает соотечественников воздержаться от посещения немецкого королевства.

В заключении новостной колонки с удовольствием сообщаем: редакция газеты получила аккредитацию на предстоящее событие года — принятие в род Бурбонов Ярослава Шонурова, и задержится в Европе, что позволит нашим читателям узнать о торжестве в числе первых. Следите за нашими новостями!'

* * *

За сутки до выхода газеты где-то на неметчине.

— Альфа, вижу цель ясно на удалении трёх миль. Разрешите атаковать, — забубнила в рацию одетая в водолазный костюм крепко сбитая женщина. Она в компании своей напарницы уже полдня сидела в засаде на отмели небольшого острова в ожидании «Королевской Удачи».

— Кобра, атаку разрешаю. Осторожнее, рядом другие суда, — поступил ответ на шифрованном канале.

— Приняла… Гюрза, слышала? Начинаем, — аквалангистка продублировала команду.

— Три, два, один, пуск! — напарница довернула на громаду судна торпеду и нажала на стартовую кнопку.

Это была современная самоходная мина системы Барановского, в которой были устранены детские болезни в виде демаскирующих пузырьков воздуха от работы двигателя внутреннего сгорания. Поэтому морская торпеда на электрическом ходу резво рванула под водой, не оставляя после себя след.

— Куда?!? Стой! Поворачивай! Поворачивай!!! — заорала Кобра, показывая на повернувший и ускорившийся сухогруз, до этого тихо-мирно чапавший за громадным танкером-перевозчиком сжиженного газа. Неизвестно, о чём думал капитан небольшого судна под британским флагом, но, видимо, он слишком торопился в порт, решив пройти за кормой и обогнать медленно ползущую «Удачу».

— Не могу! — зло крикнула в ответ Гюрза. И была совершенно права — отправленная в последний путь мина была дистанционно неуправляемой и имела лишь блок самонаведения по кильватерному следу. Мощная для своего размера торпеда-малютка должна была взять след танкера и взрывом повредить рулевое оперение с винтами, но нацелилась на влезший сухогруз.

— Пиздец котёнку, срать не будет, — пробормотала Кобра, чувствуя непоправимое. — Ныряем!

Через минуту прозвучал первый взрыв, а затем вспышка, видимая даже на глубине, и ВЗРЫВ!!! Ударная волна достала пловчих на глубине трёх метров, вызвав контузию, и им пришлось срочно всплывать.

— Жива? — оглушённая Гюрза выплюнула нагубник.

— Жива! Жесть! Это что так ёбнуло? — ошалело крикнула Кобра, борясь со звоном в ушах.

— Да хер его знает, но пора очень быстро сваливать, — Гюрза оценила масштаб трагедии и приняла верное решение. Потому как берега не было видно вместе с множеством судов, наблюдавшихся пять минут назад. Море кипело от падающих обломков, Солнце скрылось за тучей дыма и пыльной взвеси. Было видно только обломки судов и задравшийся нос разломившегося нефтяного танкера, который энергично горел, выбрасывая вверх жирные клубы чёрного дыма.

Спустя четыре часа из-за дальнего острова вышло и начало удаляться небольшое частное научно-исследовательское судно, изучавшее популяцию и жизнь морских котиков в здешних водах.

* * *

Летняя резиденция Императорской фамилии в Петергофе. Над столом с расстеленной картой склонились две женщины, разглядывая цветные фотографии взрыва и пустынного пейзажа, больше похожего на лунный. День был по-летнему тёплый, между собеседницами разгорелась жаркая дискуссия, и они щеголяли в бриджах и белых рубашках с подвёрнутыми рукавами, мундиры с жёсткими воротниками висели на спинках стульев.

— Лиза! Это что?!? У Альфы была задача тихо прийти и просто повредить танкер СПГ, а не устраивать геноцид населению и Кригсмарине!!! Нет, подумать только! Несколько тысяч погибших и пропавших без вести, Киль полностью разрушен вместе с базой ВМФ! А если узнают, что это наших рук дело???

— Тогда война, — мрачно уронила Елизавета. — Но узнать не должны. Мину специально собирали из китайских и английских комплектующих. Ни на одной детали не было надписи «Сделано в России». Немки думают, что это проделки англичанки, ведь у ней так и записано в стратегии Роял Нави — двойной стандарт. Как только кто-то посягнёт на её владычество на море, любыми путями сокращать флот соперника. Так что мы своими руками подыграли Королевскому флоту.

— Но как так вышло?

— Не знаю. Альфа в режиме радиомолчания движется в Хельсингфорс и затем прибудет ко мне на доклад.

— Слышать больше про эту стирательницу городов не хочу! Сначала Порт-Роял, затем Варшава, а теперь Киль с его «Королевской Удачей»! Удача, так удача, ничего не скажешь! Да её вместо оружия массового поражения только отправлять! Никаких ей миссий в Париже или Риме! Если только в Лондон или Нью-Йорк как-нибудь заслать… И из Питера, как отчитается, сразу её удали на тысячу километров, не меньше! — стала разоряться Катерина.

— Я поняла. Но есть же и плюсы! Немцы остановили все поставки танкерами английского СПГ до окончания разбирательства, и мне уже звонили по поводу поставок газа через сухопутный трубопровод, прощупывали почву.

— Это всё лирика. Как остановили поставки морем, так и возобновят. Лиза, все операции по диверсиям на танкерах отменяем. Не хватало, чтобы кто-нибудь умный связал происшествия с нами. Тем более нашёлся твой рыцарь в блистающих доспехах на белом коне!

— Хорошо, Катя, отменю.

Успокоенная покладистостью сестры императрица успокоилась и впервые улыбнулась.

— Читала про своего тайного воздыхателя? — она положила перед канцлером газету с фотографией атлетически сложенного молодого человека с голым торсом верхом на буром медведе. В руках у Ярослава, а это был молодой Шонуров, была сабля, которой он замахнулся на невидимого противника.

— Пфф, дешёвый фотомонтаж! — фыркнула Елизавета. — Медведь отдельно, мальчик отдельно.

— Тем не менее, это же он?

— Он-он. Интересно, где он пропадал всё это время, если Мухина в курсе, а наша Тайная канцелярия нет, — проворчала Елизавета.

— Интересно другое: если это не газетная утка, то где состоится приём в род Бурбонов Шонурова?

— Обычно королевские торжества проводят в Мадриде. Думаю, этот случай — не исключение… Катя, а ведь если это правда, то не видать нам больше омолаживающих кремов, как своих ушей! Испанка не выпустит из своих рук молодое дарование. Введёт в род, оженит, и останется Ярослав на чужбине. А мы ничего не сможем сделать: все вопросы к главе рода — к Исабель, — встрепенулась Лиза.

— Этого нельзя допустить! — Екатерина выпрямилась и сверкнула очами. — Ярослав — гражданин Империи, и наш долг спасти его! Вырвать из загребущих лап испанки, чтобы его талант раскрылся в полной мере и служил Отечеству, а не этим прошмандовкам из Европы! Не важно, архимаг он там, который в будущем заменит Ржевского, или обычный учитель, пытающийся хвастовством привлечь к себе внимание. Мужчины, они такие врунишки! Любимая поговорка: «Обещать — не значит жениться». В общем, ему простительно… Вот что: отправь Альфу со своими бой-бабами в Испанию разузнать о месте и времени проведения торжества. Дадим им широкие полномочия, если получится, выкрадут парнишку, заодно всё от Петербурга подальше будут. Справятся — будет им моё прощение всех грехов, нет — будут в вечной ссылке на Аляске охранять популяцию белых медведей! И на этот раз ты их уже не отмажешь!

* * *

Посёлок Архангельское, рабочий кабинет во дворце Юсуповых.

— Ну, мааа! Я хочу в Испанию! Ты же читала, не было никакой опасности — это всё была рекламная акция и постановка, — Ирина включила ребёнка и пыталась надавить на эмоции Главы, хотя говорила совсем не то, что думала. Конечно же было и нападение, и похищение мальчишек — она сама это видела, но ведь сейчас-то всё образумилось!

— Я тебе дам Испанию! — Арина потрясла выпуском «Чижика» и шмякнула его о стол. — Это жёлтая газетёнка соврёт, не дорого возьмёт. А я больше верю Быстрицкой, чем Мухиной. Тем более пока не ясно, кто стоял за нападением, и как Ярослав выпутался из передряги.

— Значит, Машке всё, а мне ничего⁈ Она уже и залетела, и на торжество в Испанию собралась, а я здесь одна в московской глуши должна сидеть?!? — у наследницы навернулись слёзы. В самом-то деле, где справедливость? Старшенькая по Европам развлекается в приятной компании, а Ирина? Ведь именно она должна была быть на месте Машки! Звонила ей, но абонент — не абонент.

— Ну, тише, тише. Москвичи тоже люди, — мать сбавила тон. Мария отзвонилась, отчиталась о выполнении задания по залёту, и что теперь она не появится в России, пока не родит. На начавшиеся угрозы просто отключилась и отрубила телефон, вызвав у матери приступ гнева. Глава в итоге остыла, оставшись довольной — вышло, как она и хотела, хоть дочь и взбрыкнула. А теперь ещё младшенькая на мозги капает, и Арина принялась убеждать: — Программа минимум выполнена, Мария в положении. Зачем педалировать ситуацию? Да и не приглашал тебя никто в Испанию. А из-за забора стоять любоваться на торжество в толпе простолюдинов — это выше достоинства Юсуповых!

— То есть, если я получу приглашение, то ты не против? — у Ирины моментально высохли слёзы.

— Не против, чадо ты моё!

— Урааа!

— Только оно должно быть официально оформлено! — построжела Арина. — На королевском бланке, все дела. Чтобы Бурбон отвечала за безопасность приглашённых, иначе не отпущу!

— Мамочка, всё будет! Спасибо! — Ирина чмокнула мать в щёку и ускакала к себе.

— Ребёнок ещё совсем! — проворчала Арина. — Куда тебе рожать? У самой ветер в голове, а всё туда же…

А в это время ребёнок уже искал телефонный номер в смартфоне.

— Алё! Митя? Привет! — наконец она дозвонилась до Разумовского.

— А, Ира, привет, — ответил он вялым голосом.

— Тебе Ярослав не звонил?

— Нет.

— Если позвонит, дай знать. У него мероприятие планируется. В Испании. Очень хочу там побывать.

— Не ты первая, — Дмитрий хмыкнул в ответ. — Уже Долгорукая с Дашковой звонили, тоже хотят.

— Вот видишь! — она попыталась расшевелить парня своей энергичностью. — Значит, будет весёлая тусовка! Оттянемся на полную!

— Я ещё за прошлый раз отдуваюсь, — Разумовский не оценил радужных перспектив. — Прописался уже на стадионе со спортзалами. Пока не стану сильнее, никто меня больше не отпустит. Мама пообещала, а она у меня знаешь какая?

— Ой, да не строже, чем моя! Давай так, я достаю на тебя официальное приглашение, и у твоей матушки не будет повода беспокоиться — безопасность будет обеспечивать королевский род Испании.

— Ну, я не знааю… Вдвоём что ли поедем? Я без Гончаровой не хочу.

— Хорошо, — скрипнула зубами Юсупова. — И твою Гончарову позовём! Я лично с ней договорюсь! Ну так что? Дай знать, пожалуйста, когда Ярослав позвонит.

— Договорились, — Дмитрий повеселел. — На связи. Пойду, начну готовить почву для своей поездки.

— Удачи! — пожелала Юсупова и отключилась. Теперь осталось только убедить поехать Леру, выбить через сеструху пригласительные — и дело в шляпе!

* * *

Букингемский дворец. Королева принимала доклад от своих спецслужб в современном напичканном электроникой центре управления, в который была превращена одна из гостиных. На мультиэкране висела динамичная карта мира.

— Докладывайте!

— Кхм, — откашлялся Глава Адмиралтейства, — британский флот не имеет отношения к трагедии. Это чистая случайность. На снимках из космоса отчётливо видно отсутствие военных кораблей поблизости Киля, кроме немецких.

— Это понятно! Никто и не будет в открытую нападать, — сварливо ответила Анна. — Лорд Спенсер, я спрашиваю, какие шаги предприняты для поиска улик? Мы не должны исключать возможную диверсию.

— Ваше Величество! Колбасники не дают разрешения для входа в их территориальные воды. Они прислали ноту, считают, что Роял Нави ответственен за случившуюся трагедию. На месте взрыва работают военные и спасатели, я не могу искать улики без доступа к месту происшествия!

— Кто хочет, ищет возможности, кто не хочет — причины. Что мне ваши оправдания? Я ещё раз спрашиваю, что сделано для расследования происшествия?

— Ваше Величество, не сделано ничего! У меня связаны руки обстоятельствами, я прошу принять мою отставку! — лорд побагровел.

— Я подумаю. Вы свободны, — холодно произнесла королева. Глава Адмиралтейства щёлкнул каблуками и вышел с прямой спиной.

— Истеричка, — насмешливо бросила Анна в закрывшуюся дверь. — Чуть что, сразу в отставку! А работать кто будет? Видел бы Ричард Львиное сердце, во что превратились мужчины, в гробу перевернулся! Нет, обмельчали мужчины, обмельчали — они уже далеко на те, что раньше. А ведь так иногда хочется опереться на сильное плечо!

Присутствовавшие на встрече герцогини Йоркская и Сассекская вежливо улыбнулись.

— Миледи, а вы чем меня порадуете?

— Ваше Величество, — слово взяла Шарлотта, — мои люди получили доступ к опросам выживших свидетелей и сопоставили их показания со снимками с нашего спутника. На основании кропотливо проведённого расследования службой МИ-6 я восстановила хронологию событий. Из-за трагического стечения обстоятельств в одном месте одновременно собрались три судна под английскими флагами, которые и произвели столь разрушительные последствия. Вот, смотрите, — она достала из папки несколько чёрно-белых фотографий. — На первом снимке видно движение сухогруза между танкером СПГ, двигающимся в порт, и нефтеналивным танкером, стоящим на рейде в ожидании разгрузки. Это «Мэйфлауэр» — сухогруз дедвейтом десять тысяч тонн. Он перевозил тринитротолуол из Белфаста в Киль для фабрики Круппа. В момент взрыва судно находилось между двумя танкерами, что послужило повреждению обоих судов. Нефтяной танкер разломился, нефть начала выливаться в залив и загорелась, а из повреждённых танков «Роял Форчун» хлынул сжиженный газ. На этом снимке можно увидеть, как газ в соприкосновении с водой мгновенно закипает и испаряется, белое облако газа распространяется во все стороны. На следующей фотографии видно взрыв, когда облако добралось до горящей нефти. Сто пятьдесят тысяч кубометров газа, большой бадабум, и нет Киля.

— М-да, страшные кадры, — поморщилась Анна. Получается, к ней предъявляют вполне обоснованные претензии, ведь это были английские суда. Она вспомнила научное исследование британских учёных во главе с доктором Джерри Хэйвенсом в начале восьмидесятых. Они провели натурный эксперимент в английском местечке Мэплин Сэндс, разлив сорок кубометров сжиженного газа. Протяжённость облака испарившегося газа составила сто пятьдесят метров, и когда это облако подожгли, воздух загорелся на протяжении трёхсот метров. Самые приблизительные расчёты показали, что при разливе ста тысяч кубометров газа и его возгорании существует опасность детонации самопальной вакуумной бомбы, мощность взрыва которой составит сотни килотонн! Подобный взрыв полностью разрушил бы Лондон, а здесь маленький Киль (в этой вселенной не случилось трагедии в Хиросиме и Нагасаки, ядерное оружие не было изобретено яйцеголовыми из Манхэттена, поэтому королева видела тотальные разрушения города впервые. Ведь мощность взрыва составила десяток Хиросим!)

— Чарли, вам задача отслеживать настроения в европейских столицах и всячески влиять на общественное мнение. Нельзя, чтобы Европа отвернулась от английских энергоносителей. Мне безразличны потери у швабов. Эти терпилы должны жить по моей указке и покупать английские товары, и точка! — герцогиня Сассекская склонила голову, принимая к исполнению задание.

— Элиз, вам я поручаю принять меры, чтобы подобная трагедия никогда не произошла в Британии. Если одним таким взрывом выведена из строя четверть вымпелов немецкого военно-морского флота, то горячие головы захотят провернуть такой же фокус с Гранд флитом. Кроме этого, ищите следы возможной диверсии. Нам крайне выгодно перевести стрелки с себя на кого угодно. Хоть на китайцев, хоть на русских. Ведь произошедшее больше всего на руку именно нам.

— Слушаюсь, Ваше Величество! — герцогиня Йоркская энергично конспектировала всё сказанное.

— Что по другим нашим делам?

— Найдены следы того молодого русского княжича Шонурова. Данные ещё нуждаются в проверке, но, возможно, он сейчас в Испании. Готовится к принятию в род Бурбонов, — герцогиня Сассекская достала новую чёрно-белую фотографию.

— Да? — удивилась Анна и погрузилась в раздумья на целую минуту, разглядывая обнажённого по пояс смазливого блондинчика верхом на медведе. — Мы чего-то не знаем, а это очень неприятно осознавать. Или Романовы распространяют своё влияние на испанское королевство вслед за Польским, или Матриарх начала разыгрывать партию в борьбе за наследство бездетной Исабель. И то, и другое несёт потенциальную угрозу. Нам не нужно усиление Российской империи, как не нужны и возможные притязания Испании на Гибралтар… А он ничего. Возможно я его потом повышу от пуделя до дога. Есть у меня один дог, очень мёд любит, — у ней затуманился взор, когда она в мечтах представила будоражащую картину новых развлечений. Герцогини понимающе переглянулись.

— Да, я жду выполнения моего поручения, миледи, — встрепенулась Анна. — Найдите и привезите мне его!

Глава 6

— Я ей говорю: «Бери в рот и соси». А она кочевряжется: «Я не умею… Я не буду…» Я опять спрашиваю: «Так сосать будешь?» Она головой мотает.

— И чо дальше было?

— А чо дальше? Смотал шланг, закрыл бак и уехал. А то бензина дай, да ещё и сам соси…

* * *

Хороша земля с высоты птичьего полёта. Темно, огни ночных городов, проплывающих под нами, тишина и лёгкое покачивание на воздушных потоках, убаюкивающее одинокого пассажира. Со скоростным дирижаблем не получилось. Слишком маленькая грузоподъёмность в угоду скорости. Пришлось брать обычный грузовой в испанской авиакомпании «Иберия», официально оформлять лётное задание и пилить целые сутки. Стартанули вечером, чтобы к следующей ночи быть над Варшавой.

За время полёта выспался и познакомился с двумя пилотами и механиком. Хуан и Эстебан оказались улыбчивыми парнями, любящими свою работу и обязанные своими лётными корочками дому Бурбонов. Предупредил, что еду вызволять своих женщин с их приданым, и что есть определённый риск, на что лётчики ответили, что завсегда и с радостью. Мазуте же было глубоко фиолетово, лишь бы платили. Так и полетели.

На высоте было время подумать. В этом мире всего ничего, а столько всего наворотил, аж страшно вспоминать. Страшно интересно. И дорожку сильным мира сего перебегал уже не раз, и звездил, и ведьм сжигал, и королеву трахал, и с дочкой её развлекался, и за решёткой аки орёл молодой сидел, и мишку спас, и польскую мафию проредил. А чудо-крем, а алмазы? Сейчас вот опять развлекаться по полной рванул… Ох, не доведёт меня до добра путь самурая. Хотя, это как раз в духе даосизма — важна не цель, а лишь путь. Красота процесса, так сказать. Чтобы потом обо мне сказали: «ОН умер в самом расцвете сил, и пусть не достиг всего, чего хотел, но, господи, как он жил! Каких женщин он имел! Какие принцессы за ним бегали, и от каких королев и императриц он сбегал!!! Настоящий человек с большой буквы М!» Имея ввиду конечно Мужчину, а не мудака или мямлю. И будут поднимать бокалы и говорить тосты гусары, вспоминая подвиг бунтаря, отдавшего свою жизнь, чтобы вернуть патриархат в мир матриархата… Смахнул одинокую мужскую слезу с трёхдневной брутальной щетины и успокоился. Рано ещё сдаваться и думать о смерти. Ещё не все деньги заработаны и не все девки перетр… эмм, познакомились с моим обаянием. Вперёд и только вперёд! У меня появился азарт, как высоко я смогу залезть, прежде чем сверну себе шею. И, чёрт возьми, мне нравится моя жизнь!

Во время полёта потренировался в установке Щита Бурбонов на дирижабль. Растянул его по всей обшивке накачанного газом гиганта и почувствовал, как бодро начал опустошаться источник. За минуту поддержания щита мой океан Силы потерял десятую часть. Из чего сделал вывод, что высокоранговые заклинания от вкладываемой в них мощности могут поглотить любой объём. Даже такой огромный, как у меня. Значит, держать щит долгое время — не вариант. Всегда было проще спрятаться, чем воевать в открытую, отражая удары. Надо будет делать ставку на скрытность, а не на оборону, если дойдёт до открытого противостояния с Грабовской.

Над Варшавой мы были в час ночи. На подлёте с нами связались диспетчеры и сообщили воздушный коридор с маршрутом подлёта к аэродрому Бабище в Бемово, с которого мы резко ушли, выключив ходовые огни. Рацию, взорвавшуюся возмущёнными воплями диспетчеров, Эстебан просто отключил, передав перед этим сообщение о неполадках в электронике. Подлетев к Лазенкам, бросили якорь и снизились до сорока метров, спустили грузовую платформу.

— Ну, хватит, хватит! — я обнимал всех девчонок сразу, решивших задушить меня в объятьях. Только Софья с насупившимся Мойшей стояли в стороне. И у Смирновой, державшей за холку медведя в трёх метрах от нашей тесной компании, подозрительно блестели глаза.

— Все разговоры потом, наговоримся ещё. Софья! Поднимаешься со мной первой, начинаешь устанавливать Скрыт. Ксюша, потом твоя очередь. Загоняешь на платформу машину, я её выгружаю на дирижабле, затем следующую, — начал командовать, и процесс пошёл.

Мы почти успели. Загрузили все машины, Софья при помощи механика заканчивала установку артефакта на борту, вниз спускалась платформа, чтобы забрать оставшихся девчонок с Потапычем, как гондолу тряхнуло.

— Господин, надо срочно уходить, нас атакуют! — Эстебан выскочил из кабины с бешенными глазами.

— Сейчас догрузимся и уйдём, — я был само спокойствие.

— Собьют ведь!

— Пусть попробуют! Я в кабину, а ты заканчивай погрузку, — двинул к Хуану.

— Вон оттуда фаерболом прилетело, — второй пилот показал на машину с полицейскими синими проблесковыми огнями, стоящую за забором. Я решил грузиться в самом удобном месте — на парковке Уяздовского замка, от которого было всего ничего до проезжей части. Как оказалось, это было ошибкой. Не фатальной, но неприятной. — Штатных защитных артефактов хватает всего на пару низкоранговых прилётов. Ещё один, и потом всё, будем падать!

— Хером им по сусалам, а не падать! Отставить панику, я помогу отбиться.

В это же время на полицейской машине ожил матюгальник: — Внимание! Работает полиция! Прекратить погрузку! Снижайтесь и примите наряд, иначе будете уничтожены!

— Русские не сдаются! Хуан, включи-ка громкоговоритель, скажу ему пару ласковых, — во мне бурлил азарт. Когда ещё получится безнаказанно послать по матери полицая?

— Ярослав, у нас такого нет, для связи только радио.

— Жаль. Давай своё радио.

Пилот включил рацию, которая сразу взорвалась воплями на великопольском: — Дирижабль авиакомпании «Иберия» ответьте полицейскому управлению Варшавы! Дирижабль…

— Броненосец «Потёмкин» слушает! — Я перебил какого-то пшека.

— Пся крев! Слушай сюда! Вы нарушили кучу правил и законов! Немедленно прекратить погрузку! Снизиться и принять полицейский наряд!

— Да иди ты в дупу! Я — княжич Российской империи Ярослав Шонуров! Какие основания для задержания? Я нахожусь на официально зафрахтованном борту над землёй, лично дарованной мне Польской королевой, забираю то, что принадлежит мне по праву! Если и буду говорить, то только с ней!

В ответ послышалось только растерянное молчание полицая, прерывая редким треском помех. Пусть думают, лишь бы не шмаляли, нам немного времени надо. Наконец рация ожила.

— Пан Шонуров, с вами говорит глава дефензивы Беата Дабковская, — из динамика зазвучал надменный женский голос. — Немедленно прекратить погрузку. Спускайтесь на землю и останетесь живы. В противном случае будете уничтожены, как враг польского королевства.

— Пани Беата, а в чём меня обвиняют? — я попытался тянуть время.

— Узнаете. Вам не выдержать моих атак фаерболами. Мне не хочется вас сбивать, но при неподчинении я это сделаю!

Выглянул на дорогу, на которой прибавилось машин с нарядными люстрами. Как на карнавал собрались. Около одной из них стояла одарённая в ранге мастера с рацией в руке и пристально смотрела на освещённый прожекторами дирижабль. Странная какая-то. Вся в сучках и корешках, не впечатлила.

— Я буду говорить только с Констанцией! — упрямо затянул старую песню.

— Ярослав, не дури. Сам ты, может, и выживешь, но погибнут твои люди! — она воззвала к моему разуму.

— Беата, я б тебя послал, да вижу — ты уже оттуда. Некогда мне с тобой лясы точить. Отбой!

— Молодой, глупый, самоуверенный мальчишка! — прошипела рация. — Знаешь, каким бы буйным не был бык, на банке пишется «тушёнка». Лови!

В руках у неё родился крупный фаербол размером с баскетбольный мяч, который она швырнула в нас. Я только успел растянуть Щит Бурбонов на весь дирижабль, как сгусток огня ударил в защиту и отразился, улетев в парк. Недалеко раздался сильный взрыв. Удивление на лице безопасницы было не разобрать, но я бы дорого заплатил за мгновенное фото с её портретом для своей коллекции. Впрочем, дефензива с удивлением быстро справилась, и в мою сторону полетели разноранговые фаерболы с каменными шипами и прочими сосульками. Даже обычные полицейские открыли огонь из табельного, решив повеселиться за компанию. На улице и в парке закипели разрывы — все прилёты отражались, разлетаясь в разные стороны, я рванул в зону разгрузки.

— Скоро ещё? — крикнул Эстебану, чувствуя, как резко стал мелеть мой океан Силы.

— Минута! Затем рубим якорь и можем лететь! — он стоял у лебёдки, контролируя подъём грузовой платформы.

— Хорошо! Софья! Когда скрыт можно включать⁈ — кричу артефакторше, сосредоточенно соединяющей какие-то проволочки.

— Две минуты, и можно запитывать, осталось последний мановод подключить в контур!

— Софочка, нет у нас двух минут! Минута, или нам зад поджарят! — подошёл поближе с целью помочь. Совершенно не был уверен, что у нас есть хотя бы минута. Сила уже плескалась на донышке — атакуемый заклинаниями Щит потреблял слишком много маны.

— Тогда тебе надо будет с двух рук запитывать, позже два конца соединю, — принялась объяснять, не отвлекаясь от скручивания проводов.

Лязгнула вставшая на место платформа.

— Погрузка окончена! Рублю трос! — Эстебан дёрнул рычаг аварийного сброса якоря, и нас сразу качнуло — дирижабль стал набирать высоту.

— Вот, держи скрутки обеими руками! — Соня протянула два пучка проводов. Ну, теперь я уверен, всё будет в порядке. Скрутки — это по-нашенски. Был бы педантичный немец, точно бы грохнулись, пока он заканчивает подсоединять, дублировать и изолировать. Главное на потом не оставить времянку — известно же, что они самые постоянные.

Щит уже работал на последних каплях Силы, которая была нужна для накачки артефакта Скрыта, и я перекрыл поток энергии. Схватился двумя руками за пучки мановодов, и моё тело выгнулось от высоковольтного разряда тока. Последней промелькнувшей мыслью поджариваемой электричеством бестолковки было: «Да ёб твою медь! Ну для кого техника безопасности пишется: не трогать оголённые провода?!? Попался, как двоечник на уроке труда! Сейчас точно собьют!»

* * *

Беата Дабковская без лишнего энтузиазма кидала фаерболы в висящий на якоре дирижабль. Деваться Ярославу было некуда, рядом есть молодые энергичные, зачем тратить собственный ресурс? Тем более, она уже никуда не спешила — её сорвали с костюмированной вечеринки, посвященной юбилею дефензивы, и ночь была безнадёжна испорчена.

Рядом с ней молодой шляхтич-новик, являющийся секретарём королевы и сотрудником дефензивы, с энтузиазмом выдаёт молнии каждые полминуты, показывая главе службы свою удаль. Своих сил маловато, тратит ценный накопитель. Будь аппарат чуть подальше, и он бы уже не доставал, да и несколько тысяч вольт для высокорангового щита — это слону дробина, но чем бы дитя не тешилось… За что-то пан Цибульский взъелся на русского княжича и сейчас тратил и свою, и заёмную Силу под ноль.

Хотя, и так понятно, за что. Амбициозный мальчик всё хочет, чтобы на него обратила внимание Констанция, сделав его, наконец, секретутом. Ярослав же был не такой. Цену себе знал и вообще… Как он вышел сухим из воды с Катаржиной, когда мать с дочкой захотели его захомутать! Нет, Шонуров очень интересный экземпляр, и она не желает ему смерти. А вот пообщаться по душам на своих условиях в подвалах дефензивы очень даже желает. Эта схема с российскими алмазами не даёт ей покоя. Информация — это оружие. Кто знает, какие блага она сможет принести в будущем ей лично, если будет владеть данными? Да и другими секретами княжич наверняка богат — близость к власть предержащим всегда полезна, а она была уверена, что у него своя оччень интересная история с Романовыми. Поэтому предвкушала скорую встречу с Ярославом, когда она тет-а-тет начнёт ему выкручивать яйца. Ну не сможет никуда деться медлительный дирижабль из воздушного пространства Польши! У королевства хватит огневой мощи заземлить любой воздушный корабль, пусть его княжич и назвал хвастливо броненосцем.

Вдруг очередная молния пана Цибульского не отразилась щитом, а ударила в гондолу. В этот же миг дирижабль пропал. Летевший следом фаербол пролетел мимо и погас в высоте.

— Как это??? — она от удивления протёрла глаза и с угрозой развернулась к шляхтичу. — Ты чего наделал? Каким заклинанием ударил?!?

— Матка Боска! — тот был удивлён не меньше её. — Пани Дабковская, это не я! Запустил обычную молнию, клянусь!

Беата развернулась и принялась разглядывать ночное небо, по которому шарили столбы прожекторов. Запустила прощальным салютом наугад россыпь маленьких фаерболов, которые потухли в небе, ни в кого не попав.

— Свяжись с диспетчерской, пусть проверят отметки на локаторах и поднимают дежурное крыло валькирий. А ты подними все упоминания про броненосец «Потёмкин». Если это новейшая российская разработка летающей супер-крепости, умеющей прыгать на расстояния, я должна об этом знать!

* * *

Я целовался взасос. Чужой язык требовательно шарил у меня во рту, добиваясь отклика. Наконец у Лизы получилось меня возбудить, она оторвалась от меня и вперилась глазами в моё восставшее достоинство. «Какой он у тебя большой!» — хрипло прошептала младшая Романова и опять полезла со своим французским поцелуем. «Капец! Это когда я успел попасть в руки канцлера?» — промелькнула мысль и скрылась, унесённая вдаль потоком нахлынувшего удовольствия.

— Ленка, отстань от Ярика, он уже ожил. Вон какой стояк! — сказала темнота голосом Марии.

Я открыл глаза и нос к носу оказался с нашей врачихой — она делала мне искусственное дыхание рот в рот, Юсупова делала непрямой массаж сердца.

— Фуууух, устала! — Елена свет Станиславовна села на пол, следом Мария убрала руки с моей груди.

— Где я? — попытался сесть, но был удержан в лежачем положении.

— Всё там же. Рейс Варшава — Мадрид, высота три тысячи метров над уровнем моря, если пилоты не врут, — ответила Наталья, сидящая на лавочке у борта гондолы.

— А что со Скрытом? — запоздало спохватился я.

— Отключился без подпитки, — Софья посмотрела в иллюминатор, где уже было утро. — Сейчас мы всем видны.

— Так нас же собьют! — подскочил, оттолкнув удерживающие меня руки. На удивление, чувствовал я себя хорошо, а мой обмелевший источник активно наполнялся Силой — по ощущениям, уже пятая часть заполнена.

— Кто? Немки? Скрыт пропал на границе с Чехией, а сейчас мы уже над Германским королевством, им до нас дела нет. А вообще я удивлена, как это хватило твоего заряда, чтобы Скрыт действовал весь полёт над Польшей, — артефакторша пристально посмотрела мне в глаза.

— Ты мне лучше скажи, чего ты там наворотила, что я чуть копыта не откинул⁈ Чем это меня так приложило?

— Это молния с земли прилетела, ты только взялся за провода, как долбануло. Самому дирижаблю ничего страшного — клетка Фарадея рулит. Какой-то двоечник, видимо, слабо в школе учился — не знает, что молнии воздухоплавателям не страшны. Как оказалось, тебе тоже. А вообще, удачно получилось. Видимо, ты можешь конвертировать одну энергию в другую. Жахнуло молнией, а ты первоклассный артефакт подзарядил за секунду. Я для Скрыта взяла самые лучшие силовые алмазы, их по расчётам надо минут десять заряжать на полную. Может, откроем подразделение по мгновенной зарядке артефактов?

— Чур меня! После таких энерджайзеров всякие страсти мерещатся! Или я вам уже надоел? В следующий раз скорой помощи рядом может не оказаться.

— Уважаемый Ярослав, — подал голос Мойша, до этого молчаливо сверливший меня взглядом, — я таки имею спросить: куда мы летим, и где мы будем жить?

— Я уверен, вам понравится. Тёплый климат, доступ к любым материалам, защита королевского дома, все дела.

— Мы договаривались о других условиях! Надо будет пересмотреть условия сотрудничества! — начал разоряться ювелир.

— Мойша, не делайте мне мозг, у меня была тяжёлая ночь, — поморщился я. Сидящий рядом на задних лапах медведь недовольно заворчал.

— Эх, что за молодёжь пошла! Вы посмотрите на этого страдальца за мой счёт!

— Старик, если я начну пересматривать условия прямо сейчас, то новые тебе не зайдут, обещаю, — нахмурился я, уловивший моё раздражение косолапый рявкнул. — Хотя, может вам и не нужен собственный дом с мастерской, который я присмотрел перед отлётом.

— Так с этого и надо было начинать! Ярослав, а вы далеко не дурак! Знаете, как найти подход к людям! — изобразил улыбку ювелир.

— Мойша, таки вблизи я тоже не идиот! И хочу напомнить одно мудрое выражение: молчание — золото.

— Я всё понял. Молчу-молчу.

Успокоившийся медведь улёгся на передние лапы, и к нему под бочок переместились уставшая врачиха с Юсуповой.

Из кабины выглянул Эстебан: — Господин, вас по рации Польша вызывает. Княгиня Грабовская. Ответите?

— И что ей от меня надо? Да, отвечу, — с кряхтением встал и пошёл к радиоточке. — Броненосец «Потёмкин», княжич Шонуров у аппарата, приём.

— Здравствуй, Ярослав. Чего же ты, как тать, под покровом ночи прокрался? Не зашёл поздороваться, нарушил мой указ об аресте твоего имущества и запрет на применение магии в городе, нашумел и улетел, не прощаясь. Ай-яй-яй, нехорошо! — выкатила предъяву сочувствующим голосом.

— И тебе не хворать. Констанция, дорогая, а напомни мне, с чего это ты арестовала моё имущество? Первый раз об этом слышу… — я вычленил главное.

— А с того, дорогой, что после твоего ремонта польского исторического наследия Лазенковский дворец в руинах! Плюс от сегодняшнего погрома в парке много пострадавших. Да всего твоего имущества не хватит, чтобы за свои художества расплатиться, золотой ты мой!

— Тц, прекраснейшая из королев, неувязочка в твоих словах! Дворец рухнул не из-за ремонта, а из-за нападения немецких ведьм, вызвавших землетрясение. Сам видел. И руководила нападением одна из кардиналов-католичек. Так что все свои претензии направляй напрямую в Ватикан Матриарху, — я перевёл стрелки, сохраняя дружелюбный тон. А как иначе? Почти миллиард вложил алмазами в наше общее дело, так что ссориться мне с Грабовской не с руки. — И в Лазенках сегодня твоя дефензива повеселилась. Спроси у Беаты. Я ни одного атакующего заклинания не применил, только защищался!

— Как, ведьмы? — её удивление не было притворным.

— А так. Залезли в парк, напали, всё порушили, меня похитили, начали жестоко пытать… Можно сказать, чудом спасся.

— Бедненький! Какая интересная история, — королева справилась с удивлением и промурлыкала: — Брильянтовый мой, возвращайся обратно, расскажешь мне её лично. И Беате заодно. Твоё слово против её слова.

— Любопытная ты моя, к глубокому моему сожалению не могу, обещал сначала посетить королеву Испании. Но, как только, так сразу! А Беате привет передавай и спроси про тушёнку, которой она грозилась.

— А не боишься, яхонтовый ты мой, что все твои инвестиции в польские проекты улетят коту под хвост, если прямо сейчас не вернёшься? — ну, вот, наконец-то дошла до угроз.

— Нет, не боюсь, я тебе так же нужен в делах, как и ты мне. Констанция, давай позже созвонимся, обстоятельно всё обговорим, а не будем кричать по радио на весь мир. Я уверен, мы утрясём все разногласия…

— Хорошо, Ярослав, договорились. Я жду твоего звонка через неделю, — её голос стал деловым. Всё-таки поставила условие, чисто по-женски оставив последнее слово за собой. Ну и пусть, мне не жалко. Главное — результат.

— Договорились. Отбой!

Глава 7

Разговор двух парней:

— Будь другом, посоветуй мне, на ком жениться; на богатой сорокалетней вдове, или на молоденькой девушке, бедной, без приданого, но которую я люблю?

— Разумеется, на девушке! Ведь самое главное в мире — это любовь. Кстати, кто эта вдова, и где она живёт?

* * *

— Ярослав, это абсолютно недопустимо! Необходимо пригласить как можно больше гостей! — возмущалась Исабель. Наше путешествие на дирижабле благополучно закончилось — мы поздно ночью долетели до Мадрида, и, оставив всех отдыхать в пригородном Каса де Хуан Карлос, я поехал в резиденцию Испанской королевы. Вот что значит женское любопытство — раннее утро, а она уже прислала за мной машину с требованием поскорее к ней прибыть.

— Зачем? Ты же сама говоришь: в казне мало денег. Ещё и приглашать всех подряд, кормить чёрной икрой! — мы битый час ломали копья по списку гостей, которых срочно-обязательно надо пригласить на торжество по случаю принятия меня в род Бурбонов. Не то чтобы мне было жалко денег — они как раз не проблема в перспективе, но как представлю множество знатных гостей, с которыми надо будет находить общий язык, улыбаться и вообще быть диковинной зверушкой на всеобщем обозрении… Бррр, лучше опять в немецкий бордель, чем вот это вот всё! Там-то как раз всё честно и понятно в товарно-денежных отношениях, а в европейских политических раскладах… В политике всяко-разно побольше проституток будет, чем в любом борделе.

— На такое событие в казне деньги найдутся! Ты пойми, масштаба такого события в Европе не было больше сотни лет! Ну не принимает никто в королевские рода, не принято так. А здесь один из старейших родов признаёт наследным принцем человека со стороны! Нет, ты как хочешь, но возрождение испанской королевской ветви Бурбонов должно пройти с блеском!

В дверь постучались, заглянул Энрике: — Ваше Величество, разрешите прервать вас на завтрак? — его не пригласили, как обычно, переводчиком, отчего он был в недоумении.

— Да, сейчас выйдем, пусть накрывают, — распорядилась Исабель, и её помощник исчез. — Давай сделаем перерыв, потом продолжим… Ярик, а когда ты успел так хорошо выучить наш язык?

— Я его и не учил, — пожал плечами и решил раскрыться. — Помнишь, ты давала книгу, как управлять духами? Я поглотил знания духов нескольких ведьм, напавших на меня в Варшаве. Теперь я знаю все европейские языки, включая несколько мёртвых, плюс некоторые языки Азии и Африки.

— Но ведь это же опасно! — воскликнула она. — Мальчик мой, ты очень рисковал стать одержимым! Почему не обратился ко мне за советом⁈

— Исабель, никакого риска не было, — слукавил, успокаивая пожилую женщину. — Ни у кого из убитых мною ведьм не было моего ранга, так что ни у одного духа не было даже шанса. Зато теперь я знаю сильные и слабые стороны ведьм, смогу с любой из них справиться.

Она лишь покачала головой: — Я понимаю, ты мужчина, и принимаешь решения сам. Но обещай мне, что когда будет нужна помощь, ты ко мне обратишься!

— Хорошо. Если надо будет для дела, то за мной не заржавеет. Хочу напомнить про Лопухину. Ты мне её нашла?

— Нашла. Она в Аугсбурге.

— О как! И почему я не удивлён? Смотаюсь в Германию до принятия в род, закрою должок. Потом уже так запросто не смогу раскатывать по Европе… И не спорь! Это не обсуждается, — я припечатал ладонью, увидев, как вскинулась королева.

— Как же с тобой сложно, — шумно выдохнула она, набрав перед этим воздух для гневной тирады. — Возьми хотя бы моего секретаря для подстраховки.

— Нет, справлюсь сам. Меня никто не знает, быстро один туда-обратно… Пойдём, перекусим, что ли? Да добьём список гостей. Согласен, будем приглашать по максимуму. Отстреляюсь один раз, и свободен, — я решил подсластить пилюлю, хоть в чём-то уступив.

После лёгкого завтрака мы продолжили.

— Королеву Грабовскую с князем Мазовецким приглашаем? — после моего тотального одобрения европейских монарших особ, когда я махнул рукой, что приглашаем всех, повеселевшая Исабель перешла к проблемным кандидатурам.

— Польку-то? — я ненадолго задумался. — Приглашаем! Только без Катаржины и князя.

— Без мужа нельзя приглашать — это оскорбление. Мужья идут обязательным придатком на официальных мероприятиях, не нам менять традиции.

— Окей, пусть будет с Мазовецким, — скрепя сердце согласился. Надеюсь, у Констанции хватит ума не тащить с собой ещё и дочь.

— Хорошо. Надо бы ещё отправить формальное приглашение Матриарху в Рим и всем императрицам. Обычно так не делают, но мы можем таким образом отдать дань уважению и заявить о себе.

— А вдруг они все приедут? Бель, ты уверена? Как бы это не их уровень — из-за какого-то пацана приглашать императриц. Да и Матриарх уже старенькая…

— Да, ты прав. Императриц — это перебор. Но Матриарха пригласим — всё-таки Глава Евросоюза, куда входит Испания… — Исабель сделала очередную отметку. — Кстати, она довольна богата и влиятельна. Говорят, любит сама проводить исповеди у молодых красивых мальчиков, которые потом вмиг становятся богаче. Не хотел бы сходить к ней на исповедь?

Спросила словно так, между делом, и уткнулась в записи, а в эмоциях настороженность к вопросу с подковыркой.

— Бггг, Бель, да ты жжёшь! Нет, исповедоваться перед озабоченными старушками меня совсем не тянет!

— Жаль, она бы могла сильно помочь Испании… Кого-то ещё хочешь пригласить? Друзей или знакомых?

— Пётр Алексеевич должен присутствовать. С супругой.

— Мог бы не напоминать, твой приёмный отец здесь желанный гость в любое время. Твои родственники — мои родственники. Я имею ввиду друзей. Подумай. Я бы рекомендовала пригласить друзей-парней твоего возраста. Это было бы полезно и им, и тебе. Короля играет свита.

— Как скажешь. Есть у меня один друг, позвоню ему.

— Ну, и славно. Начнём тогда рассылать приглашения по списку.

* * *

Мы закончили планирование дел поздно вечером, и я остался ночевать во дворце в отведённых мне покоях.

— Что-то не впечатляет. Ты бы пару уроков взял, что ли? — появившийся дух Магды из-за моего плеча скептически разглядывал полотно. Давно чесались руки, а тут свободный вечер — попросил принести мне мольберт с красками и холстами разных размеров.

— Ничего ты не понимаешь в высоком искусстве! Это полотно уйдёт за самую большую сумму в истории! Ведь главное в картине что?

— Игра света и тени, красота и плавность линий?

— Нет. Имя художника.

— Ты, что ли, художник?!? Да я б эту мазню и даром не взяла!

— Вооот, я же говорю: ничего-то ты не понимаешь, — я прищурился и наложил особо удачный мазок. — Я не художник, я — бренд!

— Фигню ты говоришь, бренд! Лучше бы меня нарисовал, — она встала передо мной, сбросив с себя на пол полупрозрачное платье, и приподняла руками упругую грудь с нагло торчащими сосками.

— Пффф, модель из тебя так себе. Не люблю расписных. Ты в этих татухах выглядишь, как последняя прости меня господи.

— Да? А Тааак? — миг, и всё её тело очистилось, сверкая первозданной чистотой.

— Гораздо лучше, но ты меня отвлекаешь. Брысь!

— Эх, ненастоящий ты художник, не настоящий! Другой бы с радостью накинулся на возможность рисовать такую шикарную и на всё согласную модель! — притворно покачала головой и стала выкручивать себе соски.

— Ну, всё! Достала! Сгинь! — махнул рукой, развеивая привидение. Магда истаяла с тихим смешком — развлекается так. Взяла за моду напоминать о себе в самый неподходящий момент: то в туалете появится, сиськами потрясёт, то во время разговоров с людьми ноги раздвинет. Конечно же отвлекаюсь — бесит. Но виду не подаю, иначе вообще с цепи сорвётся.

— Ярослав, ты мне обещал новое тело! Я тут подумала, тело Лопухиной мне подходит по всем статьям! — в голове раздался капризный голос Магды.

— Твоё тело — моё дело. А свои дела я планирую сам, без подсказок. Будешь давить, вообще вернёмся к вопросу через год! Всё, отвянь, не мешай, хочу сегодня картину закончить…

* * *

— Что это? — Исабель удивлённо рассматривала холст.

— Это картина, — я был сама невозмутимость.

— Да? И что на ней изображено?

— Я с детства не любил овал, я с детства угол рисовал! — продекламировал известный в моём мире стих. — Бель, здесь отражение концепции мира: чтобы мы не делали, все дороги имеют один конец.

— А почему конец квадратный и чёрный? — королева была в недоумении — я долго не думал и повторил известную в моём старом мире картину Малевича «Чёрный квадрат».

— Потому что. Мой приёмный отец говорил, сколько бы у тебя не было земли и денег, в конце тебе дадут бесплатный участок два на два, которого тебе хватит за глаза, а земля, она чёрная… Бель, на самом деле — это шутка. Я недавно поспорил, что смогу продать этот холст за большие деньги. Есть у меня одна журналистка, придумает такую концепцию, закачаешься!

— Ну, развлекайся! Вряд ли у тебя что-то путное выйдет.

— Эх, Бель, вот недооцениваешь ты силу рекламы! — помолчали, каждый думая о своём.

— Да, тебе посылка пришла. От скудерии Дукати. Что заказал?

— О! Приехал, наконец-то! Это мотоцикл на силовых кристаллах. Оказалось, очень быстрое средство передвижения. Побыстрее моего Комбата будет. На нём и смотаюсь в Аугсбург, обернусь за день.

— Всё-таки решил ехать?

— Да, некоторые долги надо требовать лично.

— Только будь осторожен! И Щит держи постоянно! Не хочу тебя потерять из-за глупости.

— Слушаюсь, мамочка! — я поцеловал пожилую женщину в щёку.

* * *

Ранее летнее утро, на дорогах никого. Только я на железном послушном коне, в турбированном сердце которого спрятан немаленький такой табун в триста двадцать лошадей. Итальянцы создали очередное инженерное чудо, добавив в схему силовые кристаллы и увеличив мощность мотора вдвое! Из-за чего мой новый чёрный конь оставит далеко позади Комбат и по ускорению, и по максимальной скорости. Две с половиной секунды до сотни, четыреста км в час, гироскоп, дублирующие и страхующие системы безопасности, мощность, какая есть не у всякого автомобиля, и на выходе — золотая пуля. Что мне и нужно.

Ветер упруго упирается в Щит Бурбонов, растянутый на весь байк, и я совсем не чувствую его сопротивления. Дорога змеёй извивается под мотоциклом, пока я наконец не вырываюсь из горных серпантинов Испании в плодородные долины Франции. Сразу ускорился, обходя на трассе любой автомобиль, как стоячий. Это даже круче, чем я гонял на Комбате! Адреналин, учащённое биение сердца и накатывающая волнами эйфория! Вот оно чувство свободы: ты один на один с бесконечной дорогой! Вскоре возник туннельный эффект зрения от скорости — не видно никаких деталей на обочине, только редкие помехи на дороге, из-за чего скоро наступает разрыв с реальностью — я словно погрузился в созерцательный транс, прерываемый очередным предупреждающим сигналом пустого бака о необходимости остановиться.

На третьей по очереди заправке снял и приторочил к седлу шлем — солнце уже стояло высоко, и в шлеме стало совсем жарко. Как и в кожаной куртке, которую пришлось тоже снять. Вот она обратная сторона Щита: безопасно, но из-за отсутствия ветра жаришка заставляет попотеть.

Перед немецкой границей остановился, надел шлем. Рисковать не стал — был здесь недавно, будет обидно, если меня раньше времени срисуют местные полицайки. В одиннадцать утра пересёк мост через Рейн, по которому проходит граница с Германским королевством, и буквально через час я уже въезжал в город. Пожалуй, я установил мировой рекорд, доехав от Мадрида до Аугсбурга всего за шесть часов.

Спокойно припарковался у отеля «Гладиатор», где по данным Исабель обитает Лопухина, подошёл к рецепции и на чистейшем немецком попросил позвонить в номер фроляйн, передать, что к ней приехал знакомый. Сам расположился на диванчике с газеткой на подходе к лобби — мне объявили, что она скоро спустится, и надо немного подождать.

— Девушка, можно вас на минуточку? — бросил в спину особы, затянутую в чёрную лакированную кожу, когда Лопухина, не заметив меня, прошла мимо. Я ждал всего ничего, каких-то пятнадцать минут.

— Всего на минуточку? Слабак! — ответила автоматом Анька, разворачиваясь на голос. — Тыыы??? — отшатнулась. В глазах промелькнул испуг, который она быстро спрятала за маской радости.

— Я. Как дела?

— Привеет! Дела отлично! Погоди минуту, мне надо сделать срочный звонок, — натянуто улыбнулась.

— Погоди, — я взял за руку развернувшуюся к лифтам девушку и сделал шаг к ней. — Ты не представляешь, как долго я ждал нашей встречи!

Поднёс её напряжённую кисть к губам для поцелуя и легонько куснул кожу на костяшках пальцев, активируя способность «Укус суккубы». Пусть интерфейс не работает, но, надеюсь, способность никуда не делась.

— Я тоже. Очень… ждала… — ответила прерывающимся от волнения голосом. Способность сработала — я ощутил волну вожделения, накатившую на Аньку.

— Пойдём к тебе в номер. Ведь нам надо с тобой столько всего обсудить!

— Да-да, пойдём! — ответила с придыханием и прильнула, повиснув на моём локте.

Мы поднялись к ней в номер, и я закрыл на замок дверь, повесив на ручку предупреждение «Не беспокоить».

— Поиграем? — отстранил от себя девушку, полезшую обниматься.

— Да! Возьми меня! Очень тебя хочу с нашей самой первой встречи! Отдери меня, как сучку! Поимей во все дырки, заставь стонать и извиваться под тобой! — опять протянула свои руки.

— Стоп! Лопухина! Ты себя плохо вела. Я должен тебя наказать!

— Оооо, даа! Накажи меня! Хочешь, можешь связать и отхлестать меня или просто трахнуть! — она достала из раскрытого чемодана кнут и стала тереться об него, совсем потеряв голову от возбуждения.

— Это обязательно. Раздевайся.

— Да, мой хороший! — она быстро освободилась от одежды, легла на кровати, раздвинув ноги, и начала ласкать набухший клитор пальчиком. — Возьми меня! Ну же! Чего ты ждёшь⁈

— Ты пока сама неплохо справляешься. Продолжай… — я почувствовал, как в штанах начал подниматься мой боец — вид от получающей удовольствие девушки стал меня заводить.

— Мммм… — Анька закрыла глаза, прикусила губу и ускорилась.

— А ты знаешь толк в наказаниях, — рядом на кровати появился дух Магды, одетый в декольтированный чёрный кожаный костюм. Каблуки, ошейник с шипами, дилдо в руках — она была в своём репертуаре. — Знаешь анекдот? Мазохист просит садиста: «Сделай мне больно!» А тот в ответ: «Не буду!»

— Ты думаешь, Лопухина — мазохистка? — я приподнял бровь, ведя виртуальную беседу.

— Не уверена, но вот то, что ты скорее из нас, из садистов — как пить дать! Девочка так тебя хочет, а ты её мучаешь!

— Ой, не выдавай желаемое за действительное. Как будто не бывает нормальных людей!

— Представь себе, не бывает! В любой паре кто-то ведущий, кто-то ведомый. Быть сабмиссивом или доминантом, каждый выбирает сам. Ты уже ведёшь, осталось лишь сделать последний шаг, взять то, что можешь! Окуни её в пучину боли и вознеси к небесам на пике удовольствия!!!

— Магда! Тьфу на тебя! Ты же больная на всю голову! Тебя, что мало пороли в детстве?

— Одно из самых приятных воспоминаний! Не познавший красоту боли, не поймёт, как ей можно усилить наслаждение!

— Вот же озабоченная! Сгинь!!! — отмахнулся от привидения, и оно истаяло. Совсем у неё крыша в заточении поехала! Тем временем тело Лопухиной задёргалось в конвульсиях — она уже вставила два пальца во влагалище и энергичными движениями довела себя до оргазма.

Открыла подёрнутые поволокой наслаждения глаза: — Ярик! Ты ещё не разделся? Я тебе помогу! — подскочила и начала расстёгивать мои штаны.

— Погоди, давай сначала поговорим. Зачем ты меня сдала ведьмам? — я попытался её отстранить, схватив за руки, но она с силой вцепилась в ремень.

— Ну, давай, покажи мне своего дружка, — стала бороться, став от возбуждения совсем невменяемой. Похоже, она даже не поняла, о чём я её спросил. Нет, в таком состоянии разговора не получится. Обнял её и куснул за ухо, отменяя действие наваждения. Подействовало мгновенно — Лопухина замерла, её спина напряглась.

— Как??? — она отпрыгнула на кровати, оттолкнув меня. — Как ты это сделал?!?

— Благодаря твоим знакомым ведьмам. Это же ты меня преподнесла меня им на блюдечке, парализовав. Признайся, ты хотела моей смерти?

— Да! Я хотела чтоб ты сдох! — выкрикнула, распаляясь. Её лицо исказила ярость. — Из-за тебя погибла мама! Из-за тебя я потеряла всё, что имела! Живу теперь здесь на птичьих правах, как приживалка! Ненавижу! Тварь! Ничтожество! Умри!

Она сформировала маленький но яркий фаербол и метнула в меня. Щит сработал штатно — огненный шар отразился, ударив её в грудь. Вскрикнув, она повалилась ничком с дыркой напротив сердца.

— Ярик, ты убил её! Скорее лечи тело, пока не поздно! — крикнула Магда, появляясь опять рядом.

— Ты же видела, она сама убилась, — я подскочил и начал вливать лечебную энергию в глубокую рану.

— Скорее, скорее, скорее, — причитала ведьма. — Чини моё новое тело, ты же мне его обещал!

— Я сказал, что посмотрим. Конкретно Лопухину я тебе не обещал! — дело шло туго. Несмотря на вливаемый поток Силы удалось пока только восстановить сердце и срастить артерии, а ещё восстанавливать лёгкое, кости, кожу…

— Всё, дальше ждать нельзя! Перемещай меня в тело и запускай моторчик, а то потеряем. Я с той стороны помогу!

— Хорошо. Готова? Давай! — я освободил дух Магды, схватился за упругие полушария девушки и подал электрический разряд. Полёт на дирижабле принёс для меня ещё одни дивиденды — я научился выдавать молнии. Небольшая тренировка по регулировке силы разряда, и вот перед вами живая машина для дефибрилляции.

Разряд, ещё разряд, и сердце начало сокращаться. Лёгкое уже восстановлено, теперь вливаю энергию, начиная наращивать кости. Смотрю аурным зрением, тускнеющий источник Силы Анны опять засиял. В нём по-прежнему три стихии: Огня, Разума и Жизни — ранг у Лопухиной как был ученика, так и остался.

Через двадцать минут всё закончилось — я уже заканчивал восстанавливать кожу, когда девушка шумно вздохнула и открыла глаза.

— Я опять жива! — радостно прошептала она.

— Не надолго, — я схватил её за горло и надавил. — Как тебя зовут?

— Магда, — просипела в ответ.

— Поклянись своей жизнью, что будешь служить мне верой и правдой до конца своих дней.

— Ты хочешь, чтобы я стала твоей рабыней? — она схватила меня за руку, пытаясь ослабить давление.

— Да. Иначе умрёшь. Слишком опасно тебя оставлять без присмотра, чтобы ты там не говорила.

— Оооо! Я согласна! Это же просто праздник какой-то служить самому сильному в мире одарённому! Всегда мечтала стать твоей сексуальной рабыней! Боялась тебе предложить, чтобы не испугать. А тут ты сам… Клянусь своим средоточием Силы, своей жизнью и своей честью служить тебе до гроба, и пусть только смерть разлучит нас! — её источник полыхнул, принимая клятву.

— Ээээ, стоп! Как-то это не так прозвучало, как планировалось… — я убрал руку с её шеи. — Ладно, потом разберёмся. Кожу себе долечишь сама.

— Стой! Выпускай из пентаграммы дух Анны, и покончим с этим. Я должна усвоить её память.

О, а я и не заметил, как в охранном амулете появилась новая душа. Закинул её из амулета в голову девушки, которая сразу потеряла сознание. Это минут на пять-десять — так и со мной было в первый раз, когда я ломал волю духа ведьмы.

Через десять минут тело Лопухиной дёрнулось, и она открыла глаза. На меня смотрел вурдалак — красные глаза от полопавшихся капилляров и чёрный зрачок с отсутствием полоски радужки. Не помню такого эффекта, когда сам поглощал духов. Неужели Магда стала одержимой духом Анны? Сделал шаг назад и зажёг в руке фаербол.

— Как тебя зовут?

— Анна, — ответила охрипшим голосом. Я чуть не кинул в неё напитанный до состояния плазмы огненный шар, но она меня опередила. — Раньше меня звали Магдой Бернауэр, теперь меня зовут Анна, и никак иначе. Ты же хочешь получить доступ к богатствам клана Лопухиных?

— Допустим. Где я с тобой познакомился?

— Февраль, Петербург. Ты был мальчиком по вызову, который меня убил и пленил мой дух.

— Ты была одна?

— Нет. В подвале был княжич Разумовский, он был моей целью.

— Хорошо, — я погасил фаербол, успокоившись. Она была в прошлом Магдой и говорила правду, я это почувствовал. — Умойся, приведи себя в порядок. Через десять минут мы уезжаем.

— Стой! Ты обещал мне вернуть мою Силу! Трахни меня и одари стихией Смерти!

— Аня, хорошего по чуть-чуть. А сейчас не время и не место, — я развернулся и пошёл в ватерклозет — после манипуляций по оживлению тела Лопухиной все руки были в крови.

Через двадцать минут из отеля вышла влюблённая парочка молодых людей. На прижимающейся к парню девушке был тот же обтягивающий кожаный костюм и небольшой рюкзачок. Ярко-красные губы, солнечные очки в пол-лица, радостная улыбка и походка от бедра — было видно, что девушка поехала развлекаться. Парень же был чем-то загружен и бросал настороженные взгляды по сторонам. Подошли к мотоциклу, она, недолго посопротивлявшись, надела наглухо тонированный шлем, и они с рёвом мотора, с пробуксовкой рванули по дороге, нарушая все правила движения.

* * *

Генриетта Виттельсбах только что была в полицейском управлении, где интересовалась прогрессом поиска одного молодого человека. И вот сейчас возвращалась со своим шофёром на лимузине в родовой замок, погружённая в тяжёлые думы. Запавший в её сердце блондин пропал, словно сквозь землю провалился. Все попытки его найти в Германском королевстве были неудачными — он нигде больше не всплыл в криминальной хронике, из-за чего перспектива его найти становилась очень туманной. А она так надеялась… Ну, ничего, его фоторобот разослан по всем полицейским управлениям королевства, где-нибудь да засветится.

Грустные размышления прервало резкое торможение — шофёр только начал движение на загоревшийся зелёный сигнал светофора, как тут же ударил по тормозам из-за возникшей аварийной ситуации.

— Шайзе! Засранец, кто тебя учил так водить?!? — её обычно спокойный водитель, высунувшись в открытое окно, орал на жёстко подрезавшего автомобиль мотоциклиста.

Белокурый парень оглянулся, мазнув безразличным взглядом по тонированному салону лимузина с гербом баронессы Баварской, и продолжил движение, его вызывающе одетая спутница в чёрном шлеме развернулась и показала средний палец кричавшему им в спину водителю. Через мгновение они умчались, а взволнованная Генриетта выскочила из машины.

Это был он, Адольф! Но он был не один, а в компании с какой-то шалавой! Как он мог?!? Надо проследить по камерам, откуда они выехали и куда направляются, а так же выяснить, кто её соперница. Если она богата, и он с ней из-за денег, Грета его просто перекупит — никто не посмеет отказать владелице местных земель!

Через час баронесса в сопровождении полицайки была в гостиничном номере, который снимала русская девица со смешной фамилией Лопухофф. Оказывается, она приезжая с просроченной временной регистрацией и с минимумом денег (сбежала из отеля, не заплатив), а положила глаз на её Адольфа! Ладонь с силой сжалась в кулак, причиняя боль от впившегося в кожу острого маникюра — она учуяла запах похотливой самки, недавно занимавшейся здесь сексом. О том, что секс был бурным с жёстким доминированием и разными игрушками, говорили пятна крови на постельном белье и пустая красочная упаковка от интимных приблуд. Сволочи! Развлекались у неё под носом, когда она думала об этом парне! Ничего, смеётся тот, кто смеётся последним. Хорошо, что удалось опознать редкую модель мотоцикла Дукати — таких моделей для одарённых наберётся всего с десяток на всю Европу. Можно сделать запрос на фабрику, и методом исключения понять, куда делся один из аппаратов, пусть даже на попавшем в объективы камер мотоцикле не было регистрационного номера.

«А если он одарённый?!? Как-то же он управлялся с подпиткой силовых кристаллов???» — её внезапно посетила запоздалая мысль. «Ведь тогда его можно даже на себе женить! Определённо, сегодня очень удачный день, пусть его и не успели задержать на границе королевства!» — Генриетта уже знала, что Адольф скрылся на территории Франции в компании с окрутившей её мальчика сучкой. Тем более, полицайки пришли в возбуждение, получив наконец-то его настоящий портрет с видеокамеры, и пообещали сделать официальный запрос во Францию на выдачу подозреваемого в совершении преступления — несколько немецких ведьм пропало без вести, и какой-то важный артефакт разрушен. Со своей стороны Генриетта решила попросить свою тётю, королеву Германии, в помощи розыска её избранника по неофициальным каналам, если полицейский запрос во Францию останется без ответа.

Глава 8

Когда я ехала на работу, меня остановил гибддшник: знак был сорок, а я ехала под восемьдесят. Спросил, где работаю и куда так спешу. Я ответила, что нигде не работаю, опаздываю на блядки, любовник наелся виагры и нервничает, а знак не заметила, потому что задумалась… новые трусы надела или в старых еду? Охреневший от такого ответа страж порядка вернул документы и посоветовал в следующий раз выезжать заблаговременно.

* * *

Вечером этого же дня были в Мадриде. Всю дорогу прижимавшаяся своим фигуристым телом Лопухина под конец взмолилась:

— Давай, заедем в любой торговый центр, упарилась уже в этом наряде. Он, конечно, мне идёт, но, шайзе, не дышит!

— Заедем. Ань, только ты теперь ругайся по-русски. Это тело никогда на немецком не ругалось.

— Окей, босс! — она нахваталась моих словечек, пока сидела в узилище. Хорошо, что сплавил её из артефакта, а то, чем дальше, тем меньше было бы секретов. — Где я остановлюсь? В гостинице или королевском дворце?

— Пока будешь с другими девушками в гостевом доме.

— Оооо, тогда мне надо подготовиться. Как ты меня представишь? Сексуальной рабыней?

— Чур меня! Ты моей смерти хочешь⁈ Или членовредительства — мне уже угрожали. Не будем выдавать твои влажные фантазии за действительность, представлю тебя секретаршей с функцией телохранителя, — я вспомнил, как Исабель пыталась мне навязать Лукрецию помощницей. — Будешь от меня озабоченных дамочек отгонять.

— Чтобы наследница богатого клана была простым телохранителем? — скептически приподняла бровь. — Тогда уж давай назовём членохранитель. Будет передавать суть, и название поинтереснее.

— Мда, новое название тоже не очень… Про охрану кричать не будем, будешь секретаршей. Тем более Юсупова за охрану уже отвечает.

Заехали в молл на окраине. Девушка попросила кредитку и упорхнула, пообещав быть через полтора часа. Посмотрим, насколько она пунктуальна. Сам передохнул и перекусил фастфудом — вездесущие кебабы в этом мире тоже повсеместно распространились. Пока утолял голод, занялся наблюдением.

Что-то сегодня здесь слишком много одарённых — я для тренировки растянул аурное зрение на весь торговый центр, и увидел шесть человек с источниками Силы. Один принадлежал Лопухиной, недалеко от неё были две магессы в рангах учителей, еще два учителя бродили на другом уровне, шестым одарённым был новик, бродивший отдельно от всех.

Через полтора часа появилась Анна. Признаться, я был приятно удивлён. Во-первых, пунктуальностью, а во-вторых… Вместо бунтарки с красными волосами, одетую в обтягивающую кожу, передо мной стояла скромно одетая леди в светло-сером брючном костюме. Волосы покрашены в привычный Магде чёрный цвет и собраны в деловую причёску, лёгкий макияж… Если бы я не отслеживал перемещения Лопухиной, то мог бы и не узнать.

— Прекрасно выглядишь. Умеешь же, когда хочешь. Садись скорее, поехали. Не нравится мне здесь.

— Не нравится шоппинг? Всем одарённым парням нравится, а тебе нет? — подколола.

— Не нравится, когда пялятся, — я увидел пару одарённых женщин в рангах учителей, спустившихся на паркинг следом за моей спутницей, и усиленно делавших вид, что до нас им нет дела. — Никто за тобой не ходил?

— Пфф, здесь весь центр друг за другом по бутикам ходит!

— Держись крепче, сейчас поедем быстро, — только сели, сразу рванул на выезд. Кто их знает, что этим одарённым нужно? На ведьм не похожи — нет в источниках фиолетовой стихии Смерти. Значит, силовики. А что они здесь забыли? Почему таскались за Лопухиной? Ну их, лучше тихо-мирно уехать.

Вечером мне пришлось объясняться с моими девушками.

— Что она здесь делает? — уперев руки в боки, передо мной стояла гневная Мари Юсупова, воплотившая в себе традиционную русскую композицию «жена встречает загулявшего мужа в день получки». Невозмутимая Анна спокойно стояла за моей спиной, скромно улыбаясь и предоставляя мне возможность объясниться.

— Лопухина со мной. Теперь она в нашей команде.

— Девочки, нет, вы видели?!? А нас спросить? — Мари оглянулась в поисках поддержки. Лена, Варя, Ксюша и Наташа своим насупившимся видом выражали полное согласие с возмущением подруги. Думаю, была бы здесь Софья, тоже бы от Аньки моську воротила.

— Маша, хочу напомнить. Все решения в клане я принимаю сам и несу за них полную ответственность. Когда будет нужен совет, я спрошу отдельно. Привыкайте к патриархату. Кому не нравится, дверь вон там. Но прежде, чем кто-то уйдёт, добавлю: Аня уже не та Аня, которую вы знали. Она изменилась, стала гораздо спокойнее и теперь будет служить нашему клану верой и правдой. Подтверди, — я повернулся к Лопухиной.

— Я поклялась на своём источнике жизнью, что буду до конца служить Ярославу. Так что теперь, девочки, я с вами в одной лодке. Позаботьтесь обо мне, — она, изображая полное смирение и саму скромность, ритуально поклонилась. Актриса! Как говорил товарищ Станиславский, не верю!

Фыркнув, Ягужинская сверкнула на меня своими глазищами: — Ты её трахал? — как самая ревнивая девушка, Наталья не смогла удержаться.

— Конечно! — почти не покривил душой, чтобы отстала. Интим был? Был, пусть и несколько своеобразный. Тем более, по любому не отверчусь от повышения ранга Лопухиной своим нефритовым жезлом. — Знаешь правило всех байкеров «Села — дала»? А мы с ней на мотоцикле с самой Германии. Ещё вопросы? Больше вопросов нет. Завтра все вместе едем во дворец к Исабель, подготовьтесь к приёму у королевы.

* * *

Вечером в номере одной из недорогих гостиниц на окраине Мадрида собралось шестеро женщин.

— Зоя Пална, это точно была Лопухина! Вот на фото она в профиль. Немного смазано, я снимала украдкой, — самая крупная из женщин стала листать фотки на своём смартфоне. — Мы проследили за ней до парковки. И знаете, с кем она уехала? С Ярославом Шонуровым! Мамба, скажи!

— Да, мы его опознали. Не успели схватить, они сразу уехали на мотоцикле без номеров.

— И хорошо, что не успели. У объекта уровень учителя, как и у вас, и у Лопухиной. Без подготовки только бы шум подняли. Почему вторая двойка не помогла? — Альфа весь день провела в отеле с пятой смертельной гадюкой, занимаясь сбором информации.

— Так мы, это, шопингом занимались. Лопухину случайно увидели, думали, тихо сами проследим. А с ней, оказывается, наш объект разъезжает.

— Жалко, что Ярослава заснять не успели.

— Зоя Пална, можно записи с видеокамер поднять, нам служба охраны торгового центра на один зуб.

— Мамба, никаких видеозаписей! Незачем раньше времени следы оставлять… Какие соображения? Почему объект в компании со своей похитительницей?

— А может, он к ней привязался? Мальчики ведь такие ранимые! Стокгольмский синдром — я о таком читала: она его похитила и влюбилась, а он к ней привязался. Парням ведь нужно сильное плечо рядом!

— Кобра, версия так себе. Какие ещё идеи?

— А вдруг, это он её похитил? Сделал рабыней и теперь держит на коротком поводке, заставляя выполнять свои самые гнусные прихоти?

— Гюрза, да ты «PlayGirl» перечитала! Я сама видела, как она расплачивалась платиновой картой. Когда это рабыням давали кредитки? — Кобра встала на защиту своей версии.

— Я думаю, их обоих взяла в оборот Исбель Третья. Анна скрылась на территории Евросоюза, испанская королева подкупила её, и Лопухина помогла захомутать Шонурова, будущего мастера или даже магистра! — Альфа выдала третью версию.

— Точно! Поэтому они спокойно раскатывают в компании друг друга, как у себя дома! — поддержала начальницу четвёртая гадюка с милым позывным Куфия. — Зоя Пална, вы — гений!

— Не нужно меня хвалить, я бы не пришла к правильным выводам без вашей помощи. Девочки, мы делаем общее дело! Успех операции зависит от каждой из нас! Может, нас даже наградят за успешную операцию, — Альфа толкнула короткую зажигательную речь.

— Главное, чтобы не посмертно, — буркнула Эфа, обломав весь пафос момента. Она собирала весь день информацию об охране в королевском дворце, и была уже в курсе, что миссия им предстоит сложная.

— Тьфу ты! Типун тебе на язык! Никаких посмертно, вернёмся все вместе и с выполненным заданием! Главное, что мы его нашли. Готовь сообщение в Центр: «Над всей Испанией безоблачное небо!»

* * *

В это же время два британских агента из МИ-6 находились на съемной квартире, расположенной на улице Амнистии, неподалёку от Восточного королевского дворца, откуда наблюдали за жизнью Мадрида. Англичане, сделав ставку на передовые технологии, не изменяли своим принципам: при помощи закладок в программном обеспечении, разработанном английско-американским ай-ти гигантом, они удалённо подключились к городским камерам, легко взломав полицейский сервер, и запустили программу поиска русского княжича Шонурова по его оцифрованным фотографиям. И вот удача — в первый же день он попался, засветившись на мотоцикле в компании с какой-то девицей.

— Это точно он! Программа дала совпадение на девяносто процентов! — горячился молодой парень, доказывая свою точку зрения. Технарь до мозга костей, он свято верил в точность программы, написанной специально для нужд спецслужб Великой Британии.

— Джон, но остаётся возможность ошибки в целых десять процентов! — ему оппонировала молодая женщина чуть постарше своего напарника.

— По закону больших чисел округляем вероятность до единицы! Джесс, мы должны срочно сообщить в офис. Такая удача — справились с заданием за один день! Нам точно полагается премия!

— Думаю, ты прав, это русский княжич, — она, активировав на своём смартфоне шифрование канала, набрала Лондон и дождалась, когда ей ответят. — Герцогиня, мы нашли Ярослава Шонурова. Программа «Глаз Бога» выдала вероятность совпадения девяносто процентов!

— Джессика, а если вы ошибаетесь? Вероятность ошибки в одну десятую невелика, но она есть, — чеканя слова, ответила невидимая собеседница.

— Да, но по закону больших чисел… Считаю, ошибки нет! — разведчица излишне горячо заверила Главу службы.

— Полагаю, так и есть. Но если вы неправы, вам придётся за это ответить. Переправить в Мадрид элитное отделение в пустую — это будет слишком дорого.

— Я понимаю, — сглотнула Джессика. — Но и награда, надеюсь, будет соответствующая, если я права.

— Конечно. Готовьтесь к приёму боевой звезды во главе с агентом Ноль Ноль Шесть. За вами информационное обеспечение операции и зачистка следов.

— О, сама Шестёрка приедет⁈ Герцогиня, теперь я уверена в успехе операции на сто процентов!

— Как говорят в России, на родине нашего объекта, не говори гоп, пока не перепрыгнул.

— Не слышала такого выражения. Гоп — это из их популярной в криминальных кругах песни «Гоп-стоп, мы подошли из-за угла?» — разведчица блеснула знаниями. Она учила русский язык в школе, затем в университете, и была очень горда своим глубоким пониманием культуры противника.

— Джессика, давай не будем обсуждать тонкости языка далёкой варварской страны. Я хочу донести до тебя мысль: успех или неудача в операции коснётся всех причастных. Ты поняла?

— Да, госпожа.

— Это хорошо. Не подведи меня.

* * *

Время до принятия в род пролетело быстро из-за множества навалившихся дел. Вроде мелких, но важных. По настоянию Исабель отправил всех беременных девушек на Канарские острова, хоть они и горели желанием остаться: «Незачем их в Мадриде держать — на приёме будет множество магичек с различными артефактами. А если кто поймёт, что твои одарённые спутницы уже в интересном положении? Там и выводы ненужные могут сделать, и порчу на них навести, и похитить, и надавить, когда мы этого совсем не ждём. Нет, пусть лучше на курорте позагорают, в безопасности». Слетал с ними на дирижабле на Исла де Гран Канариа, устроил всех в королевской резиденции, отдохнул душой и телом — девушки потребовали очередного поднятия уровня, да и время подошло продлевать вассальство Юсуповой, которая теперь уже полноценный магистр. На мой вопрос, не повредят ли детям новые ранги у мамаш, Лена заверила, что наоборот помогут. Дескать, никому ещё секс животворящий не мешал, вот и работал в поте лица.

Всего три долгих дня с двумя бессонными ночами на Канарах, и вернулся обратно с одной Лопухиной — Смирнова тоже решила остаться на курорте. «Ты лети, я спокойно здесь поработаю над ракетой. Инструменты у меня с собой, материалы здесь найду, мастерскую обустрою, никто отвлекать не будет. Если чего не хватает, я с материка выпишу, пришлёшь с пацанами. А Потапыч здесь за нами присмотрит».

Так и улетел обратно на дирижабле, официально переименованном в «Потёмкина». Я взял в долгосрочную аренду броненосец, намереваясь в последствии его выкупить. А чё? Скрыт на нём стоит, даже радары дирижабль не видят, в боевой операции был, экипаж обстрелян, никто на берег не списался, пацаны нормальные. От добра добра не ищут.

Появление Аньки все девушки сначала приняли в штыки. Но она повела себя правильно, ни к кому не навязываясь и отставив на потом поползновения в мою сторону. Настоящая лисичка со скалочкой. Зато, когда летели обратно в Мадрид, оторвалась:

— Ну, кусни меня! Хочу попробовать секс с тобой под Укусом суккубы! Ну, пожалуйста! Чего тебе стоит? Всех девиц в своём гареме перетоптал на Канарах, а как же я? — она залезла ко мне на колени и стала ёрзать причинным местом, пытаясь надавить на жалость и вызвать закономерную реакцию в штанах.

— Ань, ты как маленькая! Здесь ни удобств, ни кровати, ни душа! Потерпи, — ссадил на палубу, ибо не фиг.

— Лааадно… Но, смотри, ты обещал! — она и не подумала обижаться. Я же говорю, лиса.

За неделю до принятия меня в род прилетел батя с Кристиной. У неё уже стало видно животик, и я её тоже отправил «Потёмкиным» на Канары. Заодно переслал Смирновой разного металла по требованию. Она показывала мне проект ракеты и пыталась донести порядок расчётов ускорения, торможения с прочими заумными формулами, от которых я отмахнулся: «Ксюш, ты гений, я тебе доверяю. Только делай сразу два аппарата. Будет не сильно дороже, а выигрыш по времени колоссальный — запустим пробный корабль с собачкой, как это было в моём мире, проверим автоматику, а потом уже я полечу». Сам принцип работы жидкостного ракетного двигателя она решила сделать на керосине и кислороде, предложенный ещё стариной фон Брауном. Он, хоть и не самый эффективный, но самый простой в исполнении в наших условиях. Тем более, она предложила сэкономить на защите спускаемого аппарата: «Ярик, с орбиты падать всего две минуты, а твой Щит Бурбонов в Польше себя хорошо показал. Растянешь его на капсулу, и спокойно приземлишься — вот тебе и экономия на весе огнеупорной защиты! Можно хоть из стекла тебе кабину забацать для лучшего обзора». Продуманная, согласовал. Уверен, Силы в источнике с орбиты до Земли должно хватить.

Пётр Алексеевич сопроводил супругу и вернулся. Не один. Вместе с ним прилетела Мухина со Смирновой.

— Ярик, ты мне не тот металл прислал, — наехала Ксюха. — Я заказывала листовую фехраль толщиной два миллиметра, а ты мне что отправил?!?

— Что заказывала, то и отправил! — я ткнул пальцем в смету. — Вот химическая формула, вот толщина двойка!

— А ты мне нихром! В прутках! Как я тебе из двухмиллиметровых прутков камеру сгорания сделаю?!?

— Мда, никак, — я признал очевидное и вспомнил, как поставщик меня убеждал, что нихром ничуть не хуже фехраля, которого не было на складе. А вот про пруток я точно сам проглядел, мой косяк.

— Короче, я в дирижабле всё своё хозяйство привезла обратно. На Канарах, если чего нет, то ждать поставки неделю. Минимум! В таких условиях работать никаких нервов не хватает, а ещё твои беременные женщины с перепадами настроения…

— Ксюша, так вот в чём дело! Ты не из-за материалов приехала, а из-за подруг сбежала, — до меня вдруг дошло.

— Вот не надо! Конечно же из-за материалов!

— Окей, пусть так. Мастерскую тебе выделю, занимайся, никто тебе мешать не будет. А ты чего вернулась? — спросил у Мухиной, с интересом греющей уши рядом с нами.

— У меня тоже уважительная причина! Я — журналист! А здесь событие века! Как я смогу на расстоянии описать всё великолепие Высшего света Европы?!? Такое событие раз в сто лет, я физически не могу его пропустить!

— А как же твоя беременность?

— А что, беременность? Кому интересна обычная журналистка в стае таких же акул пера? Я же не Анька, не буду на тебя прилюдно вешаться!

— Когда это я на Ярослава вешалась? — с Лопухиной, занимавшейся сёрфингом в интернете, мигом слетела маска невозмутимости. Она честно выполняла роль моего секретаря, заполняя ежедневник различными делами и напоминалками.

— В Лазенках! А сейчас, думаешь, никто не видит, как ты на него облизываешься⁈

— Между прочим, в Лазенках… — начала распаляться Анька.

— Тихо! — мне надоел базар-вокзал, и я чуть придавил девушек Императорским гневом. Побледневшие девушки мигом заткнулись. — Кто старое помянет, тому глаз вон.

— А кто забудет, тому два! — Варя долго за словом в карман не лезла.

— Точно! Варя, а скажи мне, дорогая, какого хрена ты меня архимагистром назвала? Я же говорил, лишнего в газете не вбрасывать! — вспомнил статью в Чижике, которую раскопала Лопухина, когда собирала свежие сплетни.

— Ты же сам говорил, печатай любую дичь! То, что ты эмерит, я ни слова!

— Бляяя, вот ты Варя-инфоповод! Ладно, придумаю, как это преподнести. А тебе задание: я картину нарисовал. Называется «Черный квадрат» Шонурова. Задача — продать в качестве самой дорогой картины в мире!

— Ммм? Картину? Покажешь?

— Конечно! Даже дам сфотографировать.

— Квадрат, квадрат… — Мухина погрузилась в раздумья. — Тогда лучше назвать не квадратом Шонурова, а… как там тебя после принятия в род обзовут?

— Герцогом. Буду Ярослав Хуан Педро Альфонсо де Шонуров лос Сантос де Бурбон, — я с третьего раза выучил своё новое имя.

— Всего лишь герцогом? — удивилась Варя. — Князи же по статусу выше, нэ?

— Это в России князи выше, а в Европе герцоги, которые потом становятся королями, — пояснила Лопухина.

— Короче, всё не как у людей! Ладно, герцог дон Педро с Альфонсом тоже сойдёт… Слушай, я сейчас тему раскачаю, а ты потом сможешь ещё квадратов нарисовать? Ну, я не знаю, голубых там, синих, красных и прочих фиолетовых? — загорелась Мухина.

* * *

Времени до приезда гостей оставалось всё меньше, а ещё столько всего надо успеть! Например, запечь новую партию алмазов для Грабовской. Меня ожидали непростые переговоры, надеюсь, полька сдаст назад, увидев очередную партию бриллиантов. Ведь это же надо быть последней дурой: и разругаться со мной, и остаться без богатства, плывущего в руки. Собственно, я сейчас занимался подготовкой: стелил соломку, чистил пёрышки. Кстати, надо выбрать костюм. На вкус Исабель страшновато полагаться… Хоть с домом для ювелира помогла, угодила — Мойшу и Софью я разместил в старинном домике рядом с королевским монетным двором, где они и будут создавать свои шедевры, и где я стал запекать алмазы. А что? Режимный объект, всегда под охраной, лучшие в Испании специалисты и оборудование, плюс доступ к любым драгметаллам по щелчку пальцев — я в первые увидел выражение безмерного удивления на лице старого еврея, когда он понял, где придётся работать. Он был рад, в отличие от Софьи, которая рассчитывала поселиться ко мне поближе. Но, а ля гер, ком а ля гер — я заверил девушку, что буду почаще заезжать, тем более Смирновой надо что-то из артефактов для постройки ракеты…

Я ехал на Комбате от Мойши со свежей партией силовых алмазов, думал о текущих делах и вспоминал прошедшую ночь. Я уже готовился ко сну, когда в дверь моей спальни поскреблась Лопухина. Она была одна. Её узнаваемый источник было хорошо видно в аурном зрении, поэтому сюрприза не получилось. Впустил на порог одетую в халат девушку, держащую в руках традиционный склерозник.

— Чего тебе? — я как раз закончил тренировочный бой рапирой с манекеном. По возвращению в Мадрид я опять начал тренироваться с мастером меча — ветераны во главе с Эсмеральдой стали моей официальной охраной, и Доминик продолжил моё обучение в правильном махании холодным оружием.

— Вспомнила, что не обсудили несколько дел. Пустишь?

— Заходи.

Она прошла по огромному помещению к креслу и забралась в него с ногами. Полы халата невзначай распахнулись, обнажив стройные ножки.

— Что-то у тебя здесь зябко, — она вопросительно глянула на тёмный зев камина. Хмыкнув, щёлкнул пальцами, и на дровах в камине весело заплясали языки пламени.

— Ну, давай, рассказывай, что надо срочно обсудить, когда ночь на дворе, — я сел во второе кресло, стоящее рядом.

— Во-первых, ты уже в курсе, что Матриарх подтвердила свой приезд на церемонию?

— Да, Исабель предупредила.

— А то, что она тебя позовёт на исповедь, тоже предупредила?

— В честь чего? Я из православной страны, она католичка…

— Что не мешает духовному сану предлагать свою помощь верующему за неимением ортодоксального священника рядом.

— Ну, это мы посмотрим. Да и не сильно я верующий, отмажусь. Что-то ещё?

— Во-вторых, ты уже повторил традиционные танцы? После твоего принятия в королевский род Исабель даёт бал.

— И? Я-то причём? Это для приезжих, чтобы молодежь не скучала…

— Когда это ты стал старым? Будут твои смотрины, слинять или сидеть в уголке тебе никто не даст.

— Ёёёё!!! Я и бал! Опять?!? — вспомнился Бал дебютантов в Петербурге.

— Да. Будет здорово, если мы станцуем первый танец, как в тот раз.

— Зачем тебе это?

— Ооо, здесь несколько причин. Испанский королевский дом этим заявит о поддержке опальной наследницы, что откроет мне возможность запросить по официальным каналам доступ к счетам клана Лопухиных. Затем моё появление в твоём обществе снимает с меня все подозрения в участии твоего похищения. И, напоследок, первым танцем ты покажешь Высшему свету, что место рядом с тобой уже занято, и другим претенденткам на твой член, руку и сердце сначала придётся отодвинуть меня. Что будет очень сложно, поскольку я на твоё сердце не претендую.

— А на руку и член, значит, претендуешь?

— Как будет угодно моему господину, — склонила голову, — я же ведь твоя рабыня.

— Рабство уже давно отменили, и сейчас оно преследуется по закону. Мне больше нравится слово слуга или компаньонка.

— Господин может называть меня любыми словами, на моей преданности и подчинённом отношении к нему это никак не скажется.

— Ладно, проехали. Смотри только не брякни кому про рабство, а то легенда про мою избранницу лопнет курам на смех.

— Вот и славно. А теперь давай повторим несколько раз танец. Не хочется, знаешь ли, ударить лицом в грязь.

Она вытащила меня из кресла, и мы повторили. Несколько раз.

— Да ты не так двигаешься! Ярик, что ты держишь меня, как хрустальную вазу? Прижми покрепче! Нет, это невыносимо! Некоторые движения надо отрабатывать сначала в горизонтальном положении! — она всё старалась прижаться посильнее и потереться об меня всеми своими выпуклостями.

— Ань, а мы точно менуэт репетируем?

— Мы репетируем разные танцы! Вдруг будет первым танцем вальс или пасадопль? Фуух, жарко, — она развязала и скинула на кресло халат, оставшись в кружевном нижнем белье чёрного цвета. — Что? Новое, сегодня первый раз надела, — она заметила мой оценивающий взгляд на бюстгальтер, сквозь который просвечивали стоящие соски.

— Да не, ничего. Надо, так надо, давай дальше тренироваться, — мне стало интересно, как Лопухина будет меня дальше соблазнять.

— Ииии, раз, два, три, раз, два три, — на очередном повороте она споткнулась и стала заваливаться, пришлось подхватить, чтобы не упала. — Ой, я такая неловкая, кажется, ногу подвернула… Ай! — воскликнула она, попытавшись встать на ногу, и повисла на мне всем весом. Подхватил и понёс её лёгкое тело на кровать.

— Здесь болит? — я стал ощупывать лодыжку.

— Нет, выше.

— Здесь? — я начал пальпировать колено.

— Выше…

— В паху что ли потянула? — я повёл ладонями вверх по бедру.

— Не пойму… Ой, щекотно! — она вскрикнула и, обхватив меня за шею, повалила на себя. — Ладно, не ищи. Производственная травма, сама заживёт. Лучше кусни меня, хочу понять, как твоя способность соблазнения работает, — прошептала мне на ухо и впилась поцелуем в мои губы, запечатывая все возражения.

Подразнил её поцелуями и укусил за губу, активируя способность. Дальше она сошла с ума: рычала и царапалась, как дикая, а потом кричала в голос, кончая раз за разом… Да, грешен, не устоял под напором такой животной страсти и устроил секс-марафон. Во время пятого раза, когда в коленно-локтевой вдалбливал до упора свой нефритовый жезл, освободил из своего источника стихию Смерти и вместе с семенем стрельнул фиолетовым жгутом Силы в источник девушки.

Наутро она чувствовала себя неважно, оставшись в моей кровати. Заверила, что у ней было такое же состояние после инициации в прошлой жизни, так что всё в порядке, пройдёт. Надо лишь день отлежаться. Оставил её и поехал в кои-то веки по делам один, без секретаря. Я на своём Комбате, следом боевая звезда Эсмеральды на тонированном микроавтобусе. Забрал у Мойши алмазы, возвращаюсь во дворец. Надо бы Мухину проведать, интересно, как она придумала впарить Чёрный квадрат?

Мои размышления прервал взрыв. Я увидел в зеркале заднего вида, как следовавший за мной микроавтобус подпрыгнул, объятый пламенем. Что за?!?… Вдруг многотонной кувалдой долбануло мой Комбат, небо мелькнуло перед глазами, и лобовое стекло покрылось паутиной трещин — мой броневик перевернулся, и я повис на ремне безопасности вверх ногами. Спасибо Щиту Бурбонов, который постоянно был на мне, я оказался невредим. Походу, нападавшие об этом не знали, иначе бы не рискнули. Бляяя! Что это за твари напали?!? Моих людей взорвали, да ещё машину мне поцарапали! Ну всё, писец вам! — я отстегнул ремень и свалился на крышу, ставшую полом.

Глава 9

— Слышал, у тебя новая девушка? И как она?

— Хорошенькая. Ходили вчера в тир. Немного настораживает, что после стрельбы она постоянно стирает отпечатки…

* * *

Бывают такие моменты в жизни, когда, попав впервые в переплёт, теряешься, не зная, как реагировать. Идёт молодая симпатичная, говорит по телефону, а навстречу три парня друг за другом и вручают ей букеты один больше другого. Парни идут дальше, а она стоит в обалдении и уже не помнит, о чём говорила, и вообще, что вот это вот сейчас было? Так и я впал бы в ступор, если бы не бывал в прошлой жизни в переделках. Да, машины подо мной не взрывались, но охрана на гелике летала и горела так, что потом пришлось хоронить в закрытых гробах. Не люблю похороны…

После опрокидывания Комбата я действовал на автомате: сначала покинуть неподвижный автомобиль, дальше отстреливаться, пока не прибудет кавалерия. Дверь не открывается — заклинило, остаётся выход через окно. Сформировал воздушную линзу, бахнуло, и пострадавшее ветровое стекло вылетело от удара на асфальт. Выбрался и притаился за бронированным боком автомобиля. Кто это у нас здесь? В аурном зрении вижу вокруг себя кучу одарённых — пятеро борются за жизнь в горящем микроавтобусе, спереди, с боков и сзади ещё с десяток одарённых, которые вовсю воюют между собой! Знаков различия нет, все в тёмной мешковатой одежде и в балаклавах.

Вижу, как слева двое учителей работают в паре: один человек отражает воздушным щитом летящие в них сосульки, второй шмаляет через дорогу фаерболами в противников. Справа двойка одарённых боевиков тоже страхуют друг друга: один защищает, другой атакует. Вообще не понял. Это что, мы попали в случайный замес между двумя бандитскими группировками?

Метнулся к лежащему на крыше микроавтобусу, близко не подойти, весь пылает. Ну, нет, опять я свою охрану не потеряю! Потянул стихией Огня энергию из пожара, три секунды, и только дым с треском остывающего металла говорят о том, что здесь только что вовсю горело. Выбил ногой стекло в боковой двери, и стал вытаскивать на асфальт надсадно кашлявших испанцев. Побитые все, в крови, но живые. Всех меньше пострадала Эсмеральда, она даже стала помогать вытаскивать последнего пострадавшего.

— Ярик, брось нас здесь, беги! Спасайся, это нападение!

— Эсми, отставить! Спасёмся все вместе!

Вдруг раздался взрыв — один из фаерболов попал в бензобак микроавтобуса. Я пригнулся и тут же выпрямился. Да какого чёрта?!? Мне ли бояться с ультимативным Щитом Бурбонов? В душе начал закипать гнев, мои глаза застило красным. Ссуки, шавки помойные, вы на кого руку подняли?!? Сейчас я вам покажу, кто здесь папа! И я отпустил все тормоза.

* * *

Эсмеральда приготовилась умирать. Её с утра тревожило нехорошее предчувствие, из-за чего она была на взводе. Поездка с молодым господином по каким-то его скучным делам на монетный двор прошла успешно, и они почти доехали обратно, но спокойно вернуться не получилось. Начало атаки женщина пропустила — её оглушило взрывом, и она на короткое время потерялась в пространстве. Когда пришла в себя, всё было плохо: водитель повис безвольной куклой на ремне безопасности, рядом в дыму стонали её боевые товарищи. Она, закрывая рукавом нос и рот от дыма, попыталась выбить стекло, но сил не хватало…

Неожиданно боковое стекло разлетелось от удара ботинка, и чьи-то руки принялись вытаскивать пострадавших. Она подползла к Доминику, бывшему сегодня за водителя, отщелкнула ремень и стала тащить его к выходу. Выбралась сама, затем они вдвоём с Ярославом вытащили пострадавшего, находящегося в беспамятстве. Молодой господин не стал искать убежище от нападавших, а помогал своей охране спастись!

— Ярик… беги! Спасайся… — она попыталась достучаться до парня, но тот проигнорировал её команды. Вместо этого он распрямился и пошёл на открытое пространство — Эсмеральде лишь оставалось простонать. Глупый, глупый молодой и неопытный господин! Это же ловушка, подготовленная минимум двумя звёздами одарённых. Сейчас его убьют!

Вдруг от парня повяло такой жутью, которую она за всю свою долгую жизнь ни разу не испытывала. Ей захотелось стать маленькой и спрятаться, провалиться под землю от физически ощутимой жажды смерти, которая расходилась волнами от этого простого на вид русского парня. Его фигура окуталась белым сиянием и метнулась на обочину, пропав из вида.

Эсмеральда на подгибающихся ногах поднялась, чтобы успеть увидеть, как успешно отражаются фаерболы, каменные дротики с сосульками и молниями от Щита, изобретённого магами Бурбонов. Ярослав же, которого окутало безумство берсеркера, убивал врагов голыми руками. Два тела уже лежали с развороченной грудью, и сейчас он разделывался с тремя одарёнными, закрывшимися общим силовым щитом. Чужая защита со звоном лопнула под быстрыми ударами его кулаков, и следующий удар пришёлся в грудь боевика. Через секунду бездыханное тело свалилось с дырой в груди, и Ярослав принялся за следующего. Третий одарённый завизжал, и засветившимся кинжалом ударил в защиту господина. Эсмеральда выдохнула — Щит Бурбонов выдержал, а Ярик переключился на последнего оставшегося в живых боевика. Точнее, на последнюю — бой-баба отпрыгнула и стащила с головы платок, освободив копну белых волос. Ярослав затормозил на мгновение, затем метнулся в плотную к противнице. Первым ударом он выбил из рук кинжал, следующий пришёлся на блок. Магичка перешла в контратаку и пнула парня по голени.

С таким же успехом можно было пинать кирпичную стену — она вскрикнула от боли и, стащив с головы закрывавший нижнюю часть лица шарф, стала творить заклинание. Глаза ведьмы налились синевой, а волосы стали шевелиться от поднимающегося ветра. Ярослав ударил её в грудь, та с трудом заблокировала выпад, отвлёкшись от волшбы. Следующий удар парня пришёлся по ноге — лоу-киком он ударил магичке в колено, и беловолосая ведьма стала заваливаться на бок. Он не дал — поймал её за волосы, и ударил ребром ладони по шее девушки. Через секунду обезглавленный труп, фонтанируя кровью, свалился ему под ноги.

Господин оглянулся в поисках оставшихся на другой стороне дороги противников, но от тех уже и след простыл. Тогда Ярослав поставил ногу на тело поверженного врага, поднял за волосы голову магички и издал победный клич. Он стоял, как доблестный рыцарь в сверкающих доспехах, от него по-прежнему исходили жуткие волны желания убивать, но Эсмеральду впервые переполняла гордость за своего подопечного: вот он новый правитель Испании, который возвысит королевский род Бурбонов! Такому наследнику, не струсившему, не сбежавшему, а кинувшемуся сражаться за себя и своих людей, не стыдно служить! Вот за кем она теперь пойдёт и в огонь, и в воду!

— Вива Испания! — издав победный клич в ответ, Эсмеральда взметнула вверх сжатый кулак.

* * *

— И этого монстра мы должны захватить? Да мы еле ноги унесли! — у Гюрзы тряслись руки, когда она попыталась прикурить. Не получилось, и сломанная в сердцах сигарета полетела на пол фургона. Боевая звезда смертельных гадюк без потерь добралась до минивэна с рекламой популярной пиццы, где на месте водителя их дожидалась Альфа.

— Девочки, я, кажется, описалась, — призналась бледная Куфия. — Жесть! Такой ужас пережить!

— Да расскажите вы спокойно, что случилось! — потребовала Альфа, дав по газам — следовало поскорее уехать с места неудачной засады.

— Зоя Пална, смерть чуть с нами не случилась. Он боевую звезду голыми руками порвал! Чуть притормозили бы, все бы там и легли, — подавленно уронила Кобра.

— А вот сейчас не поняла, что за боевая звезда?

— Конкурентки, на англичанок похожи. Были. Место больно удачное: с одной стороны парк, ни камер, ни траффика. Они чуть раньше засаду организовали со стороны парка. Подорвали сначала охрану объекта, потом его самого. А потом он их на британский флаг… Старшей в их звезде вообще голову оторвал. Мне теперь, боюсь, неделю спать не придётся, чтоб кошмары не приснились!

— Ну-ну, хватит! Нальем тебе боевые сто грамм, и в люлю, — опытная Альфа пресекла нытьё. — Что можете сказать по горячим следам об объекте?

— Такое впечатление, что это был не Императорский гнев, который Ярослав выдал на Лидерах России, а что-то большее. Не было бы спецподготовки, сердечко бы там и остановилось. А как он засветился белым светом, и пошёл причинять? Мы ввязались в перестрелку с магичками, чтобы спасти Ярослава, потому как намерения у конкуренток были враждебные. А оказалось, что это не его, а от него спасать надо! — эмоционально доложила Мамба. — В общем, вы как хотите, а я захватывать его больше не пойду! Списывайте в запас, принимайте отставку, если придёт приказ опять его брать.

— Никаких отставок! Девочки, я доложу Канцлеру, пусть меняет задачу, исходя из открывшихся данных. А сейчас всем переодеваться. Высажу вас парами, я с Куфией, как с самой пострадавшей, доеду до мотеля. Сегодня всем расслабиться и отдохнуть, встречаемся завтра.

* * *

Когда прискакала кавалерия в виде гвардейского спецназа и криминальной полиции, которая живо оцепила весь район, я уже подлечил пострадавших. Передал медикусам свою охрану, только отчего-то возбуждённая Эсмеральда отказалась от госпитализации, следуя за мной по пятам.

— Ладно, скажи мне, кто это был? — криминалисты забрали тела нападавших вместе с головой беловолосой магички, тыкавшей в меня кинжалом, и мы с Эсми остались вдвоём.

— Боевая звезда английской спецслужбы МИ-6. Командирша, которую ты обезглавил, это агентесса под номером ноль ноль шесть.

— Давай угадаю, — хмыкнул я, — её зовут Бонд? Джейн Бонд?

— С чего ты взял? — удивилась охранница. — Под шестёркой у лайми числится известная в узких кругах магистр магии леди Джейн Саутворт из Самсбери. Одна из самых опасных и удачливых ведьм на службе английской короны. Была. Пока с тобой не пересеклась.

— А чего они вообще полезли? И кто был с другой стороны? Я видел две звезды.

— Вряд ли они хотели тебя ограбить. Скорее, пленить. Одарённых мужчин не принято убивать, вас захватывают конкуренты для усиления собственного клана. Убивают в крайнем случае: «не достанься ж никому, только богу одному!» А кто были вторые, я не знаю. Может, твои тайные поклонницы? Увидели нападение, вмешались, чтобы спасти.

— А чего тогда они не остались, если поклонницы?

— Ты себя в зеркало в тот момент видел? Я бы тоже не рискнула к тебе подойти.

— Ну, погорячился малость, взыграло ретивое. Думал, хоронить вас придётся.

— Если бы не ты, то точно бы не все выжили. Спасибо тебе за парней. Держи, — она протянула кинжал с потёртыми ножнами, снятыми с пояса шестёрки. Криминалисты попытались изъять клинок, но Эсмеральда заявила, что с бою взято, то свято, и теперь это собственность господина. — Попробуй подать на него Силу.

Я пригляделся к артефакту. Узкий четырёхгранный клинок с причудливой рукоятью. Длина лезвия сантиметров сорок, по виду строгий и простой снаружи, но внутри… Мановоды сплетены в затейливый узор, в рукоятке спрятан разрядившийся силовой кристалл, а ещё, я помню, он светился в руках ведьмы.

— Что это? — я не спешил следовать указаниям Эсмеральды. А вдруг ебанёт в руке? Сначала надо разобраться, с чем имею дело.

— Это мизеркорд, был изобретён в двенадцатом веке для добивания на поле боя тяжело-раненных. Позже стал повсеместно применяться для убийства рыцаря в доспехах, после появления одарённых используется для преодоления магической защиты. Любой защиты. Попробуй, подай столько Силы, сколько он возьмёт.

Я хмыкнул и открыл краник, вливая в кинжал Силу. Мизеркорд засиял так, что стало больно глазам. Вытянул Силу обратно, и сталь вернулась к своему прежнему серому цвету, а клинок даже не нагрелся. Забавная вещица.

— Повезло тебе. Ярик, я не знаю, какого ты ранга, да и не моё это дело, но если бы у ведьмы была твоя Сила… В общем, тебе повезло дважды.

— В чём?!? — не понял её посыл.

— Остался жив, и нашёл наконец-то клинок под твою руку. Я его узнала, это легендарный «Ку-де-грас» или «Удар милосердия», изготовленный Мерлином под руку и по заказу первого английского архимагистра. Он известен ещё под именем «Убийца архимагов». Не знаю, как он оказался у Джейн, но цены этому клинку нет. Есть ещё его брат — ёрои доси или «Сокрушитель доспехов», сделанный в Японии по заказу императора Паназиатской империи. Сейчас он, по последней информации, хранится у императрицы Люй.

— А откуда ты всё это знаешь? — мне стало интересно, насколько у охранницы богатое прошлое.

— Да так, пришлось однажды погрузиться в тему, — она ушла от ответа, а на её лицо набежала тень. Ну, не хочет говорить, её дело. У каждого человека свои скелеты в шкафу, мне бы со своими разобраться. Да и эти ведьмы… Вот не верю, что случайно попал в замес!

— Слушай, а ножик для меня не маловат? — я решил отвлечь взгрустнувшую Эсмеральду. — Мы с Домиником всё больше длинномером учились фехтовать.

— Ярик, выкинь ерунду из головы! Хватит терять время учиться махать железом, к которому у тебя нет способностей, — женщина не стала жалеть моё самолюбие, выдав правду-матку в глаза. — Ты сам по себе оружие — кладёшь врагов пачками руками налево и направо без всяких мечей. Да и неудобны длинномеры в повседневной. А здесь кинжал, который тебе незазорно на поясе таскать, и который когда-нибудь тебя спасёт. Так что забудь про тренировки с Домиником, не нужны они тебе…

* * *

Вечером, когда Комбат доставили Смирновой на ремонт, а партия алмазов перекочевала в сейф, состоялся разговор с королевой.

— Бель, вот это я точно не одену! Не, я понимаю, это женский мир, где дамам нравится любоваться кривыми мужскими ногами, но весь вечер ходить в колготках?!? А этот воротник! Не-не-не, я лучше останусь простым русским князем, чем стану испанским балеруном! — до приёма осталось четыре дня, и Исабель притащила мой костюм на примерку.

— Но посмотри, это же красиво! — она показала нарисованный эскиз, в чём мы должны, по её задумке, появиться перед Высшим светом Гейропы. — Ты в нём будешь настоящий испанский кабальеро!

— Знаешь, у всех свои представления о красоте. Давай обойдёмся обычным стандартным фраком.

— Ты собираешься таскать с фраком «Убийцу архимагов»?!? Я подозревала, что у тебя нет чувства стиля, но чтобы до такой степени???

— Чего это нет? Чё началось-то?

— То чёрной краской холст заляпаешь и называешь это картиной, то костюм подобрать не можешь! Ты бы ещё в джинсах пришёл на принятие в род!

— А что, можно? — я повесил мизеркорд на ремень своих джинсовых штанов, решив попозже подобрать подходящую одежду для носки клинка.

— Нет! В крайнем случае — мундир. На, посмотри другой эскиз. Как в воду глядела, захватила с собой на всякий, — проворчала она, передавая фотографию.

— Что за испанский стыд?!? Почему опять штаны в облипку? — на фото был излишне женственный парень.

— Ну, знаешь, — вспылила Исабель, — есть правила, которым даже монархи должны подчиняться! Или традиционный костюм, или этот мундир!

— Ладно, убедила, старая. Надену мундир, — я понял, что спорить с закусившей удила королевой бесполезно, — но только на этот праздник!

Чего только не сделаешь, чтобы стать принцем! Придётся день-два пострадать. Исабель, помолчав, наконец, перешла к главному вопросу.

— Я читала отчёт Эсмеральды… Мальчик мой, я очень рада, что предсказание стало сбываться. Победить в прямом противостоянии готовую ко всему боевую звезду, это… это… — её глаза увлажнились, и она отвернулась к окну.

— Вообще-то, там было две звезды, — напомнил я.

— У которой тоже не было шанса, — глухо ответила Исабель. Она промакнула платком глаза и, справившись с волнением, повернулась ко мне. — У английской шестёрки даже с мизеркордом не получилось пробить твою защиту, а она была мастером. Сейчас тебе страшны только архимаги. Пожалуйста, будь осторожен с Матриархом.

— В Европе только один архимаг, я уж как-нибудь с ней договорюсь… Бель, мы оставим без ответа нападение наглов?

— А что ты предлагаешь?

— Сменить в королевстве правящую династию. Не будет у них архимагов, не будет проблем.

— Ну-ну, какой резвый. Это в Европе один архимагистр, а в Британии — целых три! Англичане хороши в дальнем планировании и славятся своей бульдожьей хваткой. Если поставят цель, то могут добиваться её десятилетиями или столетиями, закладывая камни в фундамент успеха уже сейчас.

— Я же говорю, нет человека — нет проблемы, — пожал плечами на очевидную вещь. — Я привык не прятаться, а решать их по мере возникновения. Может, им войну объявить?

— Чтобы на нас контрибуцию после поражения повесили? Поговори с Матриархом. Одна Испания воевать с Британией не может. Тем более, какой повод?

— Нападение на наследного принца, это не повод?!?

— Будущего принца. Ты ещё не введён в королевский род. Сейчас ты княжич, подданный Российской империи. Но это не важно. Анна Третья принесёт формальные извинения, отбрешется, что это были не её люди, или они действовали сами, или вообще просто мимо проходили, а мы на них первые напали и убили, чтобы завладеть легендарным оружием. Видеозаписей нет, свидетелей нет, кроме тебя и твоей охраны.

— О, а ещё же была вторая звезда!

— И где она? Кстати, у тебя есть соображения, кто это мог быть?

— Магички-европейки или русские. Я видел двух женщин-учителей лет под тридцать в торговом центре, когда вернулся из Аугсбурга. Я тогда удивился, что так много одарённых в одном месте собралось, и поскорее уехал. А сейчас задним числом вспоминаю, что у одарённых второй звезды ауры показались мне похожими на тех женщин — в них не было стихии Смерти.

— Вот тебе ещё один вопрос, который надо прояснить с Матриархом, когда пойдёшь к ней на исповедь. Если это не европейки, значит, твои соотечественницы.

— Вообще-то я не хотел на исповедь, — поморщился от перспективы. — Ты же говорила, парней на ней ничего интересного не ждёт?

— А вдруг тебе понравится?

— Понравится во всех смыслах лечь под Матриарха?!? Это вряд ли.

* * *

Глубокой ночью в королевском гараже, отданном под нужды Смирновой, собралось импровизированное собрание одной шведской семьи. После богатого на события дня меня накрыл откат — я наслаждался обществом подруг и предавался ленивым размышлениям. Какой-то мудрец сказал: «Бесконечно можно наблюдать за текущей водой, горящим пламенем и чьей-то работой». Я с ним полностью согласен. Особенно, когда работающая трясёт своими аппетитными сиськами — Ксюша, традиционно надев на голое тело комбез, лазила с тестером под капотом пострадавшего Комбата:

— Ярик, тебе только телегой управлять! Силовые кристаллы вышли из строя, все стёкла под замену, и непонятно, что с проводкой, — ворчала она.

— Варь, сделай из случившегося рекламу Комбатов. Пассажир не пострадал, машина показала себя лучше всяких похвал, — дал поручение Мухиной, которая, в отличие от меня, бурлила энергией.

— Да без проблем! А знаете, какие я фотки достала? — она чуть ли не подпрыгивала от нетерпения на месте.

— Какие? — оторвалась от планшета Лопухина, изучавшая список гостей на предстоящее событие.

— Вот, самая интересная из всех! Выкупила у одного папарацци, оказавшегося в нужном месте в нужное время, — Варя продемонстрировала большую фотографию, снятую при помощи телевика.

— Хм, впечатляет. И ракурс хороший, и лицо узнаваемо… Ярик, ты зачем ей голову оторвал? — поинтересовалась Аня, невинно хлопая глазками.

— Где? — вылезла из-под капота Смирнова. — Мда, и правда, оторвал… И правильно сделал! Это она тебе машину ушатала?

— Ага, она. Шестёрка из МИ-6. Наглая, резкая, начала угрожать, вот и въеб… ммм, попала под горячую руку.

— О! А её душа к тебе в защитную пентаграмму попала? — встрепенулась Анна.

Заглянул в защитный артефакт. Ого, а я и не заметил, как в нём появилось пять новых духов. Пентаграмма была опять почти полна, остался последний пустой слот.

— Попалась. Вместе с ещё четырьмя духами боевиков.

— А давай, я её прочитаю? Интересно же, какие она с собой тайны унесла? — Лопухина воспылала энтузиазмом.

— Я против. Ты — мастер, как и она. Была. Надо поднять тебе уровень, чтобы наверняка… А вообще, сейчас не время и не место, — обрубил обсуждение, заметив заинтересованные взгляды Вари и Ксюши, и быстренько перевёл на другую тему: — Короче, твоя идея не актуальна. Скажи, так сколько ты в итоге отправила Мите приглашений?

По совету Исабель созвонился с Разумовским и предложил прилететь в Мадрид на торжество. Он обрадовался, заверив, что точно будет, и спросил, можно ли ещё рассчитывать на пригласительные. На мой вопрос, а кто, собственно, ещё хочет приехать, Митя стал мяться. Тогда я озвучил максимум десять приглашённых. И не меньше половины строго парни, которые могут приехать в паре с подругой. Я рассудил, что одинокие девушки из нашего общего круга знакомств мне здесь нафиг не сдались во избежание, в то же самое время Митяй в Мадриде один заскучает. Так что в идеале он приедет в компании пары друзей с подружками.

— Он забрал все десять приглосов, — ответила Анька.

— Да? А кто прилетит, известно?

— Нет. Он попросил пустые. Сказал, сам впишет.

— Что ж, значит, будет сюрприз. Варь, так как ты придумала раскрутить «Чёрный квадрат»?

— Ярик, тебе понравится, доверься мне, — Мухина не стала колоться, создав на ровном месте интригу.

* * *

Очередной выпуск газеты «Чижик-пыжик»:

'Светские новости.

Продолжается подготовка к принятию российского княжича Ярослава Шонурова в королевский род Бурбонов. Но не всем по нутру готовящееся событие. Как стало известно редакции, не далее, чем вчера состоялась попытка похищения будущего принца: группа боевиков подорвала следовавший во дворец кортеж. Сначала была нейтрализована охрана, затем боевики напали на бронированный автомобиль «Комбат», которым управлял княжич. К счастью, изготовленный КБ Смирновой внедорожник показал себя с лучшей стороны. Ярослав остался невредим после мощного взрыва, а у «Комбата» пострадало только лобовое стекло да лакокрасочное покрытие. Молодой Шонуров был раздосадован случившимся и покинул автомобиль для выяснения отношений. В результате нападавшие скоропостижно скончались. Последний оставшийся в живых главарь боевиков — английский мастер Джейн Саутворт, вступила в бурную полемику с Ярославом, пытаясь убедить, что случившееся происшествие для его же блага. Убедить не получилось, и англичанка буквально потеряла голову от доводов будущего принца, о чём свидетельствует фотография с места происшествия.

В тот же день Редакции удалось взять интервью у Ярослава Шонурова:

Р: — Скажите, как сильно по вам ударило неудавшееся похищение? Наверное, тяжело жить с мыслью, что за вами охотятся?

Ш: — Пфф, напугали ежа голым задом! Я привык к повышенному вниманию со стороны одарённых девушек. Одной больше, одной меньше — для меня никакой разницы!

Р: — Но, потерявшая от вас голову Джейн была мастером. Как вам удалось победить назойливую англичанку?

Ш: — Всего лишь мастер! Я же говорил, что чувствую в себе силу не меньше архимага!

Р: — Говорили. Но многие не поверили. Думаю, теперь сомневающихся будет меньше. Ещё вопрос: какие у вас планы на ближайшее будущее?

Ш: — После принятия меня в род Бурбонов я создам фонд защиты одарённых мужчин и проведу благотворительный аукцион. Первым взносом в фонд станет выручка от реализации моего имущества на аукционе.

Р: — Как интересно! И какие лоты вы планируете выставить на продажу?

Ш: — Первые два — это «Комбаты», изготовленные дворянкой Смирновой по моему заказу. В них реализована возможность управления даже новиком, хотя, по своим гоночным и защитным характеристикам они не уступают самой первой модели, на которой я езжу. Максимальная скорость триста пятьдесят кэмэ в час, разгон до сотни за четыре и две секунды, брутальная внешность… что ещё надо мажо… эмм, молодым амбициозным парням, старающимся походить на меня? Третьим лотом будет картина, которую я написал сам. Концепт, созданный мной, когда я впервые заглянул в глаза Смерти. Это без лишней скромности Шедевр, вызывающий у всех сильные эмоции. Мне будет жаль с ним расставаться.

Р: — О! А вы умеете заинтриговать! Можно ли разместить фотографию картины в нашей газете?

Ш: — Нет! Пусть сюжет и цветовые решения станут сюрпризом для участников аукциона.

Р: — Что ж, спасибо за интервью. Наша редакция желает вам удачи в продаже лотов. Ведь на празднике, устроенном в вашу честь, будет весь цвет европейского дворянства и представители самых богатых кланов Российской империи!'

* * *

Английская королева, пребывая в дурном, гуляла по парку. Казалось бы, идеально спланированная операция, опытная команда исполнителей и не самая сложная цель, но что-то пошло не так. Исполнители погибли, и сейчас у неё на столе лежит нота протеста из испанского МИДа, на которую что-то нужно отвечать. А ещё висит не закрытое дело с катастрофой в немецком Киле, и эмбарго, наложенное на энергоносители из английских колоний, до сих пор действует.

— Чарли, мне уже доложили о вашей неудаче. Я бы хотела узнать детали из первых рук, — Анна Третья, наконец, нашла, на кого можно выплеснуть своё раздражение.

— Ваше Величество, — герцогиня Сассекская присела в реверансе, — всё шло по плану, но нам немного помешали.

— Вот это вы называете «немного помешали»?!? Фотографии вашего фиаско разошлись по всем бульварным газетёнкам Европы! «Русский княжич даёт отпор зарвавшейся англичанке»! «Английская дворянка потеряла голову от испанского принца!» — королева тыкнула носом разведчицу в повторяющуюся во многих изданиях фотографию. Да, конечно же Шарлотта видела фотографию светящегося парня с узнаваемой головой шестёрки в руке, и представляла, какую бурю вызовет эта новость у Анны, но чтобы так быстро?

— Чарли, вы меня разочаровываете. Ответьте, как мог какой-то член на ножках уделать вашего мастера? В то, что русский княжич владеет Силой архимагистра, я не верю.

— Ваше Величество, вмешалась третья сторона. Я только что получила спутниковые снимки, где видно, что мои сотрудницы попали в засаду.

— А кто знал о деталях готовящейся операции? Чарли, в вашей службе где-то течёт, — королева поджала губы.

— Я обязательно проведу внутреннее расследование, — герцогиня склонила голову.

— Конечно, проведёте. Только не внутреннее, а внешнее. Вы будете помогать расследованию, которое будет проводить служба контрразведки. Элизабет, я поручаю это вам.

— Слушаюсь, Ваше Величество, — следовавшая по пятам Глава МИ-5 герцогиня Йоркская сделала лёгкий книксен. — С вашего позволения, я бы хотела задать один вопрос прямо сейчас. Миледи, а вы не знаете, куда делся легендарный «Ку-де-грас»? В королевской оружейной палате его нет.

Шарлотта Сассекская на секунду испытала прилив злобы. Теперь понятно, откуда ветер дует, и откуда королева в курсе всех новостей. Задавив негативные эмоции, она спокойно ответила:

— Согласно секретного указа её Императорского Величества Марии Стюарт от 1856 года, на операции против королевских домов исполнителю в качестве оружия последнего шанса выдаётся мизеркорд. Видимо, из-за подлой засады шестёрка не успела им воспользоваться.

— О, май гад! — у Анны Третьей округлились глаза от шокирующей новости. — Найти! Найти «Ку-де-грас» и вернуть! Любыми силами! Слышите?!? Любыми!!!

— Мы готовы объявить войну Испании? Европейский союз не будет спокойно наблюдать за нашей агрессией, — герцогиня Сассекская воззвала к разуму своей королевы.

— Шарлотта, теперь это вас не касается. Данный вопрос будет решать малый королевский Совет. Отправляйтесь под домашний арест, всю информацию, касающуюся этого дела, передадите герцогине Йоркской. Элизабет, войдите в курс дела и обеспечьте охрану арестованной!

— Слушаюсь, Ваше Величество! — Глава службы МИ-5 в душе ликовала. Определённо, сегодня был её день!

Глава 10

— Леонид, а что вы делали с тремя ассистентками в лаборантской?

— Ничего…

— А почему тогда на вас кролик смотрит с таким уважением?

* * *

Наконец-то наступил последний день перед часом икс. Столько нервов было сожжено, столько событий произошло! Во-первых, вчера начали прибывать монаршие особы с мужьями, фаворитами, детьми, собачками или просто бедными родственниками. Европейская тусовка давно не собиралась таким многочисленным составом, а здесь отличный повод на других посмотреть и себя показать! Хорошо, что Восточный королевский дворец самый большой в Западной Европе, получилось всех разместить. Всё-таки сто тридцать пять тысяч квадратных метров, на которых расположено почти три с половиной тысячи роскошных помещений. Никогда ещё Паласио Риал де Мадрид не принимал столько титулованных гостей.

Во-вторых, Разумовский тоже приехал. С подругой. И почему я не удивлён? Он был в компании с Лерой Гончаровой, к которой неровно дышал. Вместе с ним приехал Лёха Голицын в паре с Ириной Юсуповой, Родион Трубецкой — с Вероникой Дашковой, а Саша Хованский — с Долгорукой Алёной. Девушки выглядели прекрасно, впрочем, как и всегда. Особенно им шли украшения от Пандоры, подаренные мной на приёме в Лазенках.

— Митяй, а чего Андрюха один? — я увидел Куракина, с независимым видом вышагивающим в одиночестве. Гости из России приехали, расположились в покоях, почистили пёрышки, и я в сопровождении Лопухиной повёл их выгуливать в парк. — Мне Аня сказала, ты забрал все десять пригласительных.

— Да не, он не один. Его спутнице надо отойти от долгого перелёта, завтра на торжестве присоединится.

— А чего ты его взял? Я же предупреждал, брать друзей. Из Куракина друг, как из навоза пуля.

— Скажем так, меня очень сильно попросили его взять.

— Да? Ну, ладно. Если тебе это важно, потерплю.

— Ярослав, расскажи, как тебе повезло победить мастера? И зачем ты открутил леди Джейн голову? — в наш разговор, мило улыбнувшись, влезла Валерия. Она держала Митю под ручку и изредка бросала на меня заинтересованные взгляды.

— Да, Ярик, расскажи! Нам очень хочется знать, — заслышав любопытную для всех тему, наследницы российских топовых кланов мигом тормознули своих сопровождающих, расположившись полукругом. Видя такое дело, Лопухина подошла ко мне сзади и взяла под локоток, потеснив Разумовского.

— В одной умной книге прочитал, что одарённые, начиная с мастеров, могут оживать. Поэтому тело лучше обезглавить, а в идеале ещё и сжечь. Можно и серебряным колом в сердце вместо головы с плеч, но это не точно. Надёжнее — голову.

— И всё же, как тебе удалось одолеть мастера, напавшего в составе боевой звезды? — спросила Дашкова.

— Вика, ты же читала моё интервью? — она кивнула в ответ. — Всё просто: пришёл, увидел, победил. Легко побеждать, когда чувствуешь в себе Силу.

— Хочешь сказать, ты — архимаг? — округлила глаза в притворном изумлении.

— Нет, конечно. Не буду тебя обманывать.

— А как же, «я чувствую в себе Силу архимага»?

— Вик, чувствовать и быть — как бы немного разные вещи. А вдруг, я — эмерит?

— Ты??? — на этот раз удивление не было притворным. — Ха-ха, хорошая шутка! Эмеритов не бывает, как и мужчин архимагов. Не хочешь говорить, что тебе помогли, лучше не сочинять, чтобы не выглядеть смешным. Ладно здесь все свои, и мы к тебе хорошо относимся, а если кто чужой услышит? — она глянула на Долгорукую.

— Да, — подключилась Алёна, — Ярик, мы же твои друзья! И с удовольствием послушали бы правдивую историю. А то в последнюю встречу ты так быстро нас покинул в компании Анны, что мы и не знали, что думать! Переживали… Может, тебя надо спасать из плена Лопухиной?

Я ободряюще положил ладонь на сжавшую мою руку Анны.

— У нас здесь что, средневековье с сексуальным рабством? Ань, я у тебя в рабстве? — она отрицательно замотала головой. — Вот, видите, никого спасать не надо. Сейчас княжна помогает мне с делами в качестве секретаря. Я решил поучаствовать в судьбе этой милой девушки. Защита слабых и обездоленных — какое другое занятие может лучше подходить испанскому принцу?

— То есть, она всего лишь твоя подопечная? — Юсупова решила прояснить до конца.

— Ирина, с какой целью интересуешься?

— А вдруг, я имею на тебя виды? — с вызовом ответила, вызвав предупреждающее покашливание своего спутника Голицына.

— Боюсь, твои виды не одобрит Глава клана Юсуповых.

— А где Мари? Я хотела увидеться с сестрой, — Ирина ничуть не смутилась.

— Она отдыхает на Канарах. Давно хотела к морю, и вот, мечта сбылась.

— Оооо! Никогда не была на Канарах! Мы бы с удовольствием слетали, правда, девочки? — Дашкова, сама непосредственность, теперь уже вызвала покашливание своего спутника.

— Королевский дом Бурбонов всегда славился своим гостеприимством. Но пока не буду ничего обещать до вступления в род. Сеньориты, позвольте на время украсть ваших спутников. Ань, займи наших гостей. Говорят, в местном пруду карпы ничуть не уступают карпам в Лазенках, — послал их в ту степь. Фууух, отделался на время.

— Пацаны, вы зачем в Тулу со своими самоварами? Здесь столько европеек на всё готовых, а вы с этими недотрогами, — мы как раз проходили мимо позировавших друг другу одарённых девиц в рангах новиков. Девицы увидели нас и приветливо помахали руками.

— Мальчики, идите к нам! — самая бойкая позвала нас к себе на вполне чистом русском.

— Сейчас! Только наши подруги вернутся, и придём! — крикнул в ответ Голицын и уже тише нам: — Да ну, бля! Ты посмотри на них — это же машинки для стрижки евро! Из нас пятерых этих прошмандовок только Куракин с Разумовским потянет. И то, не долго! Нет, наши лучше. Самостоятельные, богатые. А эти… Кроме титула и сисек нет ничего.

— Ты что, их знаешь? — удивился я.

— Чешка, француженка, румынка, венгерка и две болгарки из благородных. Нет, не знаю, служба безопасности поработала, предупредила, от кого на празднике держаться подальше. С такой уединишься, вмиг захомутает. Так что я выбираю наше, отечественное.

— Согласен с Алексеем, — Трубецкой посмотрел в след удалившимся подругам. — Девушкам от нас надо было только сопроводить к тебе на церемонию, так что изначально обо всём договорились. И нам спокойнее, никто лезть не будет, пока мы, якобы, заняты княжнами. Так что я поддержу отечественных производительниц, нищие амбициозные европейки — не для меня.

— Я тоже! — добавил Разумовский. — Для меня быть рядом с Лерой — это шанс. Может, она, наконец, увидит, что я к ней неравнодушен.

— Мить, а мне кажется, она тебя использует. Ты хоть раз с ней целовался? — спросил друга.

— При чём здесь это? — он густо покраснел.

— Чем больше девушку мы любим, тем меньше нравимся мы ей. Митяй, хочешь, чтобы она на тебя внимание обратила? — на мой вопрос он лишь согласно кивнул. — Тогда слушай меня. Я тебе помогу взять эту крепость.

— А ты, прям, такой опытный сердцеед? — язвительно заметил подошедший поближе Куракин.

— Дюша, тебе до сих пор не даёт покоя твой проигрыш в гонке? — каюсь, не удержался, подколол.

— Я уж и забыл. А ты, видимо, кроме гонки и похвастать ничем не можешь. Всем заливаешь про свой уровень архимага и про выдуманные победы. Ведь всем понятно, что ты трахаешь Мухину, а она тебя расписывает в лучшем свете, публикует постановочные фото!

— Андрей, прекрати! — Разумовский попытался успокоить брызжущего ядом Куракина. — Ярослав пригласил нас в гости, и с нашей стороны будет невежливо…

— Димон, разве я не прав⁈ — Куракина несло. — Вон, посмотри, даже какую-то зубочистку на пояс нацепил вместо нормального клинка. Что, Ярик, не дают пока нормального оружия, чтобы не порезался?

— Дурак ты, Дюша. Но я на дураков не обижаюсь, как и не собираюсь никому ничего доказывать. Иди, погуляй, остынь, а мне надо с Митей поговорить. Пацаны, миль пардон, давайте чуть попозже продолжим, — я схватил Разумовского за рукав и отвёл его в сторону.

— Ярослав, ты меня извини, не знал, что Андрей опять в бутылку полезет, — посыпал голову пеплом Дмитрий.

— Да хер с ним, горбатого могила исправит. Надеюсь, от него и его спутницы не будет проблем? Не хотелось бы сор из избы… С кем, кстати, он прилетел?

— Думаю, не будет. Меня просили не говорить, но я намекну. Графиня Северная, — заговорщицки понизил голос Митяй.

— Не слышал о такой. Тоже из вашей тусовки? Или грелка Андрюхи? — на мои вопросы он лишь хмыкнул и неопределённо пожал плечами. — Да бог с ней, я хотел с тобой про Леру. Покажи ей, что ты парень с яйцами, а не собачка, ждущая, пока её погладят. Женщины любят целеустремлённых и напористых. Помнишь Ржевского? Бывало, подойдёт к даме и сразу предлагает впендюрить.

— Из-за чего часто получал веером по роже, царствие ему небесное!

— Да. Часто по роже, но не менее часто и пендюрил. Пятьдесят на пятьдесят. Как по мне, хорошая вероятность. Так что учись у графа, мой юный падаван!

— Это кто? Не понял, как ты меня сейчас обозвал?

— Падаван? Это персонаж, ученик из саги про джедаев — рыцарей звёздных войн. Планирую как-нибудь издать и снять фильм. Ты же слышал, я собираюсь полететь в космос?

— Ярик, да ну тебя! Не поймешь, когда ты шутишь, а когда серьёзно. Какой космос? Кто тебя отпустит? Мы тут с пацанами забились, насколько сильно тебя ограничит в телодвижениях твоя новая Глава рода. Сначала женит, потом внуков потребует. А потом затянет тебя в будни европейского быка-производителя, будет торговать твоими генами. Мама говорит, у тебя есть все шансы стать мастером скорее меня. Может даже, станешь первым русским магистром!

— Эх, Митяй, не о том думаешь! Я-то разберусь со своей жизнью. Ты пойми, не в рангах дело, а в стержне внутри. Докажи для себя сначала, что ты чего-то стоишь. Сделай что-то необычное, что не принято в обществе для начала. Не бойся пойти наперекор общественному мнению.

— Например?

— Не знаю, стриптиз-клуб в Питере открой или театр-варьете с канканом и актрисульками. Чтобы Высший свет видел, Митя Разумовский — чёткий пацан, который не бегает за юбками, а берёт от жизни всё. Который живёт по правилу: пацан сказал, девочка сделала. Только так ты станешь настоящим Главой своего клана.

— А Лера?!?

— А что, Лера? Увидит, что около тебя постоянно много красивых девушек, которые тебя слушаются, и подумает, «такой жеребец нужен мне самой». Если станешь сильным, уверенным, и она признает твоё первенство, то будет с тобой рядом. Другого пути нет, если не хочешь стать каблуком. Ты сам для себя реши, клан Разумовских будет и дальше развиваться или вольётся в клан Гончаровых?

— Я хочу, чтобы клан Разумовских и дальше процветал! Ярик, обещаю стать сильным!

— Давай! Начни с Леры. Предложи впендюрить.

— Что, прямо сейчас? — у Мити в ужасе округлились глаза.

— А чего тянуть? Путь в тысячу ли начинается с маленького шага. И помни о возможности перепихнуться с Гончаровой или с любой другой — пятьдесят на пятьдесят.

* * *

Вечером опять собрались в гараже у Смирновой прежним составом. Ксюха почти закончила с ремонтом пострадавшего Комбата, и навела марафет на две машины перед продажей.

— Не жалко отдавать? — спросила Мухина у Ксении Борисовны, в последний заход полирующей кузов второго Комбата.

— Наоборот, интересно, как воспримут моих шестилитровых монстриков в Европе. Здесь все помешаны на экологии, поэтому немного волнуюсь перед премьерой. А вдруг, будет полное фиаско?

— Уверен, купят с хорошей премией, — постарался успокоить девушку. — Варь, а что за идея с благотворительным фондом? Ты заявила, мне понравится, а я давал задание только аукцион порекламировать.

— Пользуйся моментом. Завтра ты звезда, под это дело есть возможность толкнуть одарённым всё, что хочешь. Лоты, связанные с твоим именем, многие захотят купить и такой вот покупкой обратить на себя твоё внимание. А благотворительность… Люди всегда легче расстаются с деньгами, если думают, что помогают больным и страждущим. В случае с твоим фондом — ты борешься за права мужчин, за патриархат. Магички такое легко проспонсируют, все будут думать, чем бы дитя не тешилось…

— Точно! Пи-ар не бывает плохим, если о тебе все говорят. Тогда надо заодно распродать всю коллекцию Пандоры. Начнём с украшений, затем Комбаты, закончим Квадратом. Озадачу Мойшу, пусть упакует и привезёт. Что ещё? Ань, озвучь список монархов, кто уже приехал.

— Да все уже приехали, — Лопухина открыла свои записи. — Сёстры Гогенцоллерны, чета Габсбургов, Грабовская с Мазовецким, Шведская Хедвиг София с дочерью, из Италии — Бьянка Медичи с сыном, из Румынии — Илона Цепеш с супругом. Это из крупняка, а ещё хуева куча из карликовых королевств типа Чехии и Албании. О простых баронессах, маркизах и графинях вообще молчу — многие идут со статусом сопровождающей свиты своих монархов. В общей массе большинство — женщины, мужчины тоже есть, но немного, всего лишь каждый четвёртый. Только из России парней и девушек поровну, но ты это и сам видел.

— Понятно. О чём говорили, пока гуляли?

— Всё пытали в каких мы отношениях. Не удержалась, призналась, что жить без тебя не могу. Не поверили — слишком хорошо знали характер предыдущей Анны. Закинули удочку на посещение Канарских в твоём обществе.

— Что значит, предыдущей Анны? — среагировала Мухина.

— Варя, не обращай внимания. После встречи со мной, когда я применил всю свою силу убеждения, Аня изменилась в лучшую сторону. Это она и имела ввиду.

— Пффф! А сила убеждения светилась зелёным, или обошлись без подсветки?

— Варь, всё бы тебе опошлить! Я понимаю, профессия требует, но с нами ты можешь быть сама собой.

— О! Быть самой собой — я всегда ЗА! Тогда замутим тройничок? Ксюша, как обычно, в кусты, а я на всё готовая! Покажешь, как убеждал Аню, может, тоже проникнусь и стану лучше? Ань, ты как, поддержишь?

— Как решит мой господин, — скромно потупила глазки, актриса.

— Господин решил: пусть сначала гости разъедутся, потом и оттопыримся. Нефиг даже на пол шишечки расслабляться, пока враги кругом. У вас восприятие похуже, а на меня присутствие стольких одарённых давит. Я же ещё эмоции считываю. Так мне сегодня, пока в парке гуляли, несколько хищниц открыто предложили переспать, а в мыслях у них… Кому-то просто интересно с молодым горячим, а кто-то уже на наследство Бурбонов нацелился. Поэтому, Ань, завтра до события смотришь, наблюдаешь со стороны, ходишь среди гостей, собираешь слухи, а присоединишься ко мне после официальной части. Варя, ты знаешь, что делать. Ксюш, а ты на празднике засветиться на желаешь? Смотри, потом жалеть будешь.

— Да чего я там не видала? — Ксюша закончила полировать и любовалась на своё отражение на лакированном боку машины. — Вот если бы ты пригласил на выставку космических аппаратов…

— А где такая выставка? — заинтересовалась любопытная Мухина.

— Эх, — вздохнула Ксюха, — где-то в другой вселенной. Так что мне эта великосветская тусовка не интересна. Развлекайтесь завтра без меня, я сразу на аукцион автомобили подгоню, присоединюсь на время.

* * *

Ночью приходила Мухина: «Ярик, хочу взять у тебя очень короткое интервью, пока ты ещё простой Шонуров». Ограничились по-семейному одним разом и сразу на боковую. Проснулся утром, её уже рядом нет. Чудо, а не девушка! Встал в приподнятом: все роли распределены, всё на мази, осталось день простоять и ночь продержаться. Завтракали втроём: я, батя, Исабель.

— Ну, что, молодые люди, готовы? — спросил у приёмных родителей.

— Готов, только руки немного вибрируют. Мне бы писят коньяка для обретения душевного спокойствия, — признался Шонуров-старший.

— Ваше сиятельство, подожди вечера, а то напринимаешь успокоительного, потом опять будешь заливать всем, что ни в одном глазу! — попытался урезонить батю.

— Вот ничего молодёжь не понимает! Пётр Алексеевич, не переживай. Мы сейчас его отправим готовиться, а сами по рюмочке пропустим спокойствия для, — улыбнулась Исабель. — О, представляете? Мне уже вчера свахи начали хвалить свой товар, подарочки заносить! А я им: вот приму парня в сыновья, потом Глава рода и будет решать! Представляю их лица, когда узнают, что ты станешь Главой рода Бурбонов! — королева тихонько захихикала.

— А не рано ему? — наморщил лоб батя. — Молодой, неопытный, наломает дров.

— Я же его не в короли! Войдёт в курс дел, пообтешется принцем, через годик королём Испании объявим. А пока пусть рулит делами рода, нарабатывает авторитет и состояние.

— Кхм, родители, а ничего, что я здесь сижу?

— Вот! Сиди и слушай! Мотай на ус, пока мы живы! — батя воспрял духом от замаячившей на горизонте рюмки.

— Лексеич, Бель, вы ещё меня переживёте. Давайте ещё раз по диспозиции на трезвую голову. Я с батей перед принятием меня в род делаю разведку боем: обходим гостей по флангам, наскочили, засветились и смылись. Ни с кем долго языками не цепляемся, не делаем предпочтений, никого в плен не берём, так?

— Да, и никакого Императорского гнева, как было в Варшаве! Помни, здесь есть пожилые гости, которые могут не пережить. Не хотелось бы омрачать праздник похоронами. А ты ещё хотел ближе к вечеру аукцион, — Исабель постаралась внушить.

— И не отказываюсь от этой мысли. Надо же начать зарабатывать, не охота сразу начать деньги из тебя тянуть. Тем более, ты в кредит залезла, чтобы накормить здесь всех икрой. Вот и займусь с погашения долгов. Итак, гуляем с батей, потом к тебе, одеваем праздничные мундиры, по-быстрому меня объявляешь сыном, торжественный обед, аукцион, бал и в кроватку. Завтра гости начинают разъезжаться. Для самых надоедливых крайний срок убытия на третий день, так? — дождался подтверждения и свалил одеваться.

* * *

По задумке Исабель, мундир я надену на принятие меня в род и сниму только после бала перед сном. До начала торжественной части мы с батей полчаса-час бродим среди гостей в смокингах, Лексеич тоже оденет мундир со своим иконостасом позже.

— Ну что, готов? — спросил перед входом в тронный зал раскрасневшегося отца. Он перестал мандражировать: глаза горят, грудь колесом — вот что значит поддержка Исабель и гордость за приёмного сына!

— Погнали, сынку! Покажем Европе, кто такие Шонуровы!

Перед нами открылись тяжёлые двери, и мы вошли. Голова пошла кругом от свалившегося на нас внимания, а от сияния источников множества одарённых чуть не ослеп. Прикрутил эмпатию с аурным зрением, стало чуть полегче — слепить стало обилие бриллиантов на одарённых обоих полов. Взял под локоть приёмного отца, задавая направление движения. В центр нельзя — там Матриарх, застрянем сто процентов, а вот вдоль окон и стеночек — самое оно. Идём, всем улыбаемся, киваем. Некоторые самые опытные дамы уже просчитали нашу траекторию и начали неторопливое движение нам наперерез. И никакой спешки: никто никому дорогу не заступает, все ходят, улыбаются, раскланиваются. Мимо снуют официанты с водой и французской шипучкой, но практически никто не пьёт.

«Это он! Какой красавчик! Хм, симпатичный кобелёк… Интересно, насколько хорош в постели? О, говорят, он был фаворитом у Грабовской, пока она не дала ему отставку, можешь спросить у неё… Бггг, и чего в нём нашла Исабель? Совсем обычный парень, вот я бы на его месте… Викт о р, кто знает, насколько он близок к королеве? Ты бы смог её ублажать каждую ночь?» — послышались шепотки со всех сторон на разных языках. Некоторые дамы, прикрыв рты веерами, говорили довольно громко, надеясь меня смутить. Да уж, как похоже на Бал дебютантов в Питере — общество другое, а мысли у всех одни и те же!

— Сеньора, приветствую, прекрасно выглядите! Мадам, как поживаете? Спасибо, мадмуазель, муй бьен! Фрау, гутен таг! Отличный денёк сегодня, не правда ли? Сеньорита, буэнос диас, вы обворожительны! — я раскланивался в ответ, держа похер-фейс.

Батя тоже был собран и строг: — Здравствуйте. Добрый день! Добрый день! Здравствуйте… Ярик, ты где так на их языках понаблатыкался? Со всеми чешешь, как на родном, а я ни в зуб ногой! Хорошо хоть Исабель русский выучила…

— Лексеич, никто здесь от тебя чудес не ждёт, расслабься и просто здоровайся, как тебе удобно… О, Ваше Королевское Величество, здравствуйте! — мы пересеклись с Грабовской, гуляющей под ручку с Мазовецким.

— Ярослав, помнишь, я тебе разрешила называть меня Констанция?

— Наедине, — я коротко глянул на невозмутимо державшего морду кирпичом её мужа.

— По-родственному теперь можно и на людях, — снисходительно улыбнулась. О чём это она? Опять намекает на беременность дочки?!?

— Констанция, ты же знаешь, к будущему ребёнку Катаржины я не имею никакого отношения!

— Тише-тише! Не ст о ит опять. Я про род Бурбонов — ты разве не знаешь, что все королевские рода друг другу родственники? Пусть дальние и не всегда кровные, но всё же.

— Фуух, вот ты о чём!

— Да. Так что, Я-ро-слав, — она, смакуя каждый слог, произнесла моё имя, — я тебя тоже вполне открыто могу так называть. С твоей стороны было умно пригласить всех заинтересованных лиц в одно место. Давай, сегодня встретимся все вместе, сядем рядком да обсудим тишком.

А теперь она о чём? Наверно, опять будет предъявлять за порушенный дворец. Нет, сегодня точно с ней никакого желания.

— Констанция, с удовольствием, но сегодня никак! Очень напряжённый день! Всё завтра.

Откланялись, отошли.

— Сын, о чём говорили? Я польский не очень, часть слов только понял, — спросил приёмный отец.

— Говорили, что мы теперь родственники. Это была Польская королева Констанция с мужем Мариушем.

— Родова — это хорошо, — глубокомысленно обронил Лексеич. — Будет, если что, к кому обратиться по-родственному.

Ну-ну, святая простота. К таким родственничкам обратишься, ещё и должен останешься.

— Тереза, здравствуйте! Вы очаровательны! — раскланялся с Австрийской королевой, когда мы дошли до четы Габсбургов. Она дружелюбно улыбнулась в ответ, и я чудом не отшатнулся. Нет, к её улыбке я никогда не привыкну.

— Это тоже родственники? — батю передёрнуло от вида Габсбургов.

— Да, теперь тоже. Родню не выбирают.

— А чё это с ними? Вроде, одарённые.

— Одарённые. Но близкородственные связи ещё никому на пользу не шли…

Мы подошли к следующим трём женщинам. Двух из них я видел на дне рождения Катаржины, а вот третья… Чёрт! Как она-то здесь оказалась?!?

— Ваше Королевское Величество, Ваше Высочество, гутен таг, — я по очереди кивнул Урсуле и Берте Гогенцоллерн. — Рад вас видеть на празднике. Позвольте представить вам моего отца. Его сиятельство Пётр Алексеевич Шонуров.

— Здравствуйте, Ярослав. Господин Шонуров, приятно познакомиться с приёмным отцом такого шустрого во всех смыслах молодого человека, — со светской улыбкой поприветствовала королева Германии. — Позвольте и мне представить мою племянницу баронессу Генриетту Виттельсбах. Хотя, вы, вроде как, знакомы?

— Немного, — кивнул я, глядя на поедающую меня глазами молодую немку. Сегодня она, конечно, выпендрилась — никакой облегающей кожи и латекса, только атлас, кружева и классическое платье в пол.

— Ай-яй-яй, как нехорошо обманывать столь прелестную девушку! Зачем же вы представились Адольфом и скрылись, оставив баронессу в трудном положении? — попеняла мне Урсула, не меняя приветливого выражения лица.

— Я был в Баварии инкогнито, — пожал плечами о незначительном, — а девушка отдыхать изволила, не стал тревожить после тяжёлой трудовой ночи.

— И часто ты так подрабатываешь⁈ — с вызовом бросила Грета.

— Не часто. Прошу прощения, нам надо ещё успеть оказать внимание другим гостям. Фрау, фроляйн…

— Стоять! Ты мне должен! — баронесса заступила мне дорогу.

— За мотоцикл, что ли? Так я его оставил на трассе.

— Да какой мотоцикл?!? Нашли его в целости. Я беременна, и ты должен на мне жениться!

О, как! Нихера ж себе предъявы! Эта новость сегодня для меня была самая шокирующая. Присмотрелся к её источнику, и правда, рядом уже светится маленький источник будущей жизни. Однако!

— А ты уверена, что от меня? Насколько помню, Генриетта завсегдатай мужских борделей. Не получилось бы, как с Катаржиной, — я изо всех сил держал улыбку на лице.

— Тише! — прошипела Урсула, и продолжила нормальным голосом: — За такие слова раньше вызывали на дуэль. Но сейчас и мужчины обмельчали, и век на дворе не тот… Из всех её знакомых ты единственный одарённый. Так что вариантов отцовства немного. Впрочем, можно назначить генетическую экспертизу.

— Эммм, даже не знаю, что сказать. Для меня это всё довольно неожиданно, — я судорожно пытался избежать расставленного капкана.

— Не переживай, всё в порядке, — Урсула, как опытный политик, протянула руку «помощи». — Мы уже почти договорились с Исабель о вашей свадьбе. Твоя приёмная матушка сказала, что Глава рода примет решение после принятия тебя в род Бурбонов. И это она ещё не знает об интересном положении Генриетты. Представляю, как она будет рада!

Кивнул, что принял к сведению, и отошёл в большом смятении. Как они красиво меня почти сделали! Но ничего, я ещё побарахтаюсь! Интересно будет посмотреть на их лица, когда узнают, что я — Глава рода.

— Чего? Чего так долго говорили? — начал меня тормошить батя. — Нехристи! Что за язык?!? Гыр-гыр-гыр, лают как собаки, ни черта не понять!

— Потом скажу, — отмахнулся я. Увидев, как он насупился, пояснил: — Говорят, новость тебе и Исабель сильно понравится, озвучу вам сразу обоим, чтобы не повторяться.

Мы почти завершили круг променада, когда я увидел стоящую вместе группу россиян. Митя мне приветливо кивнул, и я скорректировал нашу траекторию. Пять пар, стоят под ручку. Все смотрят на меня, кроме Куракина со спутницей — они стоят к нам спиной и кого-то обсуждают. Я невольно залюбовался — всё-таки какие наши девчонки красивые! Никакие испанки с немками и рядом не стоят!

— Ярослав, Пётр Алексеевич, здравствуйте! — Разумовский первым пожал нам руки. Он был искренне рад нас видеть, я же обратил внимание на красный след на его лице и немного напряжённую Гончарову.

— Привет! Как сам, всё в порядке?

— Всё супер! Закаляю характер, — он осторожно потрогал скулу.

— Давай, закаляй! Девушки, вы очаровательны! Родион… Александр, — я стал ручкаться с княжичами.

— Привет семейству Шонуровых! — к нам с торжествующей улыбкой развернулся Куракин. — Позвольте вам представить мою спутницу. Графиня Северная!

Графиня повернулась, и я в очередной раз выпал в осадок. В рот компот, да как так-то⁉ Вы что, сговорились все сегодня?!? Предо мной собственной персоной стояла ЕИВ Елизавета Романова — Канцлер Российской империи!!!

— Ваше Высочество… — пробормотал я.

— Тссс, Ярослав, я здесь инкогнито. В Испанию приехала обычная графиня Елизавета Северная. Вот, решила к тебе по-простому на праздник. Мог бы и прислать официальное приглашение, чай, не чужие люди, — уколола с вежливой улыбкой.

Я перевёл взгляд на батю, которого, казалось, сейчас хватит удар. Он налился дурной кровью и с остекленевшими глазами замер, боясь вдохнуть. Приобнял его и влил немного лечебной энергии. Наконец, он порозовел и перевёл дыхание: — В-в-вашество… Безмерно, очень рад! В такую даль к нам с сынишкой на праздник…

— Полно-те, Пётр Алексеевич. Прошу вас не привлекать лишнего внимания, — она одобряюще улыбнулась моему отцу. Легко сказать, не привлекай — всё внимание окружающих было приковано к нам. Сомневаюсь, что кто-то из присутствующих в зале не раскрыл инкогнито Великой княгини, надо будет потом спросить у Бель и у Мухиной, как они пропустили такую жирную сенсацию?

— Как скажете, — я натянул дежурную улыбку, больше похожую на оскал. — Не знал, как отнесётесь к приглашению, вот и не стал рисковать. Последняя встреча с государевыми людьми была не очень, даже за решёткой пришлось посидеть, представляете? И никто не извинился за произвол Тайной канцелярии, значит, ко мне какие-то претензии остались. Вот надумал получить второе гражданство, чтобы моё присутствие в Испании было официальным, Исабель любезно пообещала протекцию.

— Все ошибаются, виновные в произволе уже наказаны. Впрочем, здесь и сейчас это не тема для разговора. Предлагаю назначить встречу на сегодня после торжественной части. Ты же в курсе, что у нас двойное гражданство запрещено? Нам надо обсудить много вопросов, начиная с кремов и брильянтов, заканчивая твоим подданством. Думаю, вместе с Главой твоего нового рода мы найдём общий язык, — в голосе Романовой появились стальные нотки.

— Графиня Северная…

— Мы не на приёме в Зимнем, на надо титулов, зови меня Елизаветой! — перебила она меня.

— Лизавета, сегодня никак! Очень напряжённая программа. На Главу Бурбонов столько всего навалится, что придётся ему сегодня, похоже, не спать. Всё — завтра.

Всех сегодня в пень! Надо перевести дух после такого дня! Привести мысли в порядок, и вообще…

— Слава, ты не понял! Моя спутница сказала сегодня, значит, сегодня! — начал бычить Андрей.

— Или что? — мне стало интересно.

— Иначе вызову на дуэль! Не зассыт твоё сиятельство? А то понаберут по объявлению в интернете из грязи в князи, никакого понятия о дворянской чести! — он победно взглянул на Романову, проверяя, какую реакцию вызвал его спич. Лиза же никак не отреагировала, с интересом отслеживая мимику моего лица, из чего я сделал вывод, что всё это продуманная провокация.

— Меня Исабель просила не омрачать день чьей-либо смертью. Давайте, всё завтра.

— Трус! Я, княжич Куракин обвиняю тебя в трусости и неуважению к фамилии Романовых! — воскликнул он. — Я требую дуэли!

Вот Андрюха дурааак, я же его разделаю под орех! Куракина не жалко, а Разумовского очень даже. Эх, Митя-Митя, стал разменной монетой во взрослых играх…

— Щенок! Да как ты смеешь! Я, князь Шонуров, принимаю вызов на дуэль! Было нанесено оскорбление мне и моему роду, которое можно смыть только кровью! — не стерпел Пётр Алексеевич.

— Тихо! Тихо всем! Никаких сегодня дуэлей! Лиза, держи своего придворного пса при себе, чтобы он никого не покусал! — скандал уже начался, и мне ничего не оставалось, как давить его в зародыше. — Прошу простить, нам пора, время на общение вышло. Отдыхайте, гости дорогие, увидимся позже.

— Нет, ты слышал?!? Каков наглец! — возмущался батя, когда я силком тащил его коридорами на переодевание.

— Лексеич, остынь, он получит по заслугам. Я запрещаю тебе с ним драться, сам разберусь, понял?!?

— Ты поперёд батьки в пекло не лезь! Запрещалка у тебя ещё не выросла, понял!?! — старший Шонуров закусил удила.

— Ладно, замнём для ясности. Только ты помни, что дуэли между одарёнными и простаками запрещены высочайшим указом.

— Это они в России запрещены, а мы сейчас у чёрта на куличках, — буркнул Лексеич, остывая.

— Твоё сиятельство, хватит ворчать, шевели булками, опаздываем! — время уже поджимало, и я отставил все разговоры с приёмными родителями на потом. Быстрое переодевание, и вот мы с батей стоим в мундирах за приоткрытой дверью, из-за которой слышатся усиленные магией слова королевы:

— Дорогие друзья! Я безмерно счастлива предстоящим событием! Веками мой род угасал, а страна приходила в упадок, ослабленная конкуренткой. Но теперь всё изменится! Я хочу вам представить молодого человека, на которого возлагает надежды вся Испания. Вот этот достойный кабальеро, который возвысит род Бурбонов!

Передо мной распахнулись двери, и под звуки бравурного марша я первым вступил в зал. Подошёл к королеве и встал по правую руку, слева от неё встал старший Шонуров. Музыканты, взяв заключительный аккорд, прекратили играть.

— Многим может показаться странным мой выбор, но я, Исабель Третья Бурбон, Королева Испании, добровольно и сознательно принимаю российского княжича Ярослава Петровича Шонурова в род Бурбонов!

Она взяла с подставки ритуальный кинжал и резанула себя по ладони над каменной чашей.

— Согласен ли ты войти в мой род? — она протянула мне кинжал.

— Согласен! — резанул себя по ладони, и моя хлынувшая кровь смешалась в чаше с кровью королевы.

Она взяла меня за руку, раны на ладонях соприкоснулись.

— Да будет так! — воскликнула Исабель. Из наших источников навстречу друг другу вырвались жгуты Силы, и кровь в чаше полыхнула огнём, не оставившим после себя даже копоти. Мы разжали руки, о, чудо — никаких ран больше не было!

— Присваиваю тебе титул герцога и нарекаю именем Ярослав Хуан Педро Альфонсо де Шонуров лос Сантос де Бурбон! — она поцеловала меня в лоб и развернулась к гостям. — Дорогие друзья! Я хочу представить вам нового Главу рода Бурбнов — Ярослава! Мой мальчик, неси свою тяжёлую ношу с честью! Вива Бурбон! Вива Испания! — воскликнула королева под грохот фанфар. А я с удовольствием наблюдал ошарашенные лица титулованных гостей и прямо чувствовал, как скрипят шестерёнки в их головах. Как же так?!? Впервые за долгое время главой королевского рода стал мужчина! И не просто мужчина, а вчерашний безродный парень! Почему? За что? Нет, это просто немыслимо, невероятно! Неужели, он все решения будет принимать сам?!?

Глава 11

— «Скучно…» — подумала Роза Марковна, — «скандал сам себя не закатит…»

— Яша, радость моя… Дай мне посмотреть твой мобильный…

* * *

Столы ломились от яств. Икра трёх видов, включая заморскую баклажанную, хамон, оливки — это только в качестве закусок под алкоголь всех видов. Основными блюдами — баранина по-сеговийски, перепела, рулька. Для особых ценителей — кабанятина и оленина. Не знаю почему, но по этому поводу у Исабель обнаружился пунктик: на столах обязательно должно быть дикое мясо, как в старину! Ну, такое себе. Оно же пахучее и жёсткое, хотя, для гурманов, наверное, в самый раз.

Организацией банкета занималась протокольная служба двора, которая решила всех усадить за круглые столы. Отказались от традиционного длинного стола, где бы мы сидели во главе — отсадишь какого-нибудь монарха подальше, вот тебе и смертельная обида. А так, каждый монарх за своим столиком на шесть персон в компании родственников и свиты.

По дороге в соседний банкетный зал к нам присоединилась секретари. За нашим столом уселось пятеро: я, приёмные родители и Анна с Энрике. Появление Лопухиной со мной рядом никому не понравилось — на неё было обращено столько недоумевающих, раздражённых и просто враждебных взглядов, что было не понятно, как они не прожгли в девушке дырку! Впрочем, она держалась молодцом, нацепив дружелюбную маску прилежной ученицы. Сели по-порядку: Аня, я, Лексеич, Исабель и Энрике. Заиграла лёгкая музыка, Исабель подняла фужер, отсалютовав окружающим, и все приступили.

— Как пообщались, кого видели? — спросила королева, пригубив игристого.

— Всех видели, даже кого не планировали. Ты в курсе, что здесь младшая Романова под чужим именем? — ответил я.

— Да, мне уже доложили. Что будешь делать?

— По-классике, сделаю из лимона лимонад. Надо лишь придумать, какую она принесла нам пользу своим появлением.

— Думай, теперь ты главный в делах рода. Пётр Алексеевич, как вам выход в Свет? Нашли кого-то для себя интересным?

— Куракин, сукин сын, всё настроение испортил. Я его на дуэль вызвал, а Ярослав запрещает с этим щенком разобраться! — наябедничал на меня королеве.

— Полно вам, какая дуэль? Он же одарённый… Девочка, какая у него стихия? — обратилась к Лопухиной.

— Андрей — новик со стихией Огня, — кротко ответила Анна, отыгрывая роль скромного секретаря.

— Вот, видишь, не соперник ты ему. Пётр Алексеевич, оставь развлечения молодым. Я уверена, Ярослав найдёт, как поставить его на место, не убивая. Сын, я очень надеюсь, что на празднике не дойдёт до смертоубийства.

— Не дойдёт. Бель, будь спокойна.

— О, а ещё немка какую-то новость принесла. Радостную. Ярик хочет озвучить её нам обоим сразу, — батя махнул официанту, подзывая. Он пригубил и уже забраковал итальянскую шипучку, потребовал, чтобы наполнили бокал коньяком.

— Не, только принесёт. В подоле. Ребёнок у неё будет, говорит, от меня, — озвучил всем новость. Батя, глотнув из бокала, поперхнулся от такой новости. Я постучал его по спине.

— Ух… не в то горло пошёл, — просипел он. — А ты уверен, что ребёнок от тебя?

— Я то же самое спросил, говорят, готовы на экспертизу. Думаю, мой — по времени похоже. Когда мы с ней кувыркались, она была одна — я видел. Не уверен, что это новость для меня радостная — Немецкая королева жениться заставляет на племяннице.

— Да уж, — крякнул батя. — Правильно говорят, свято место пусто не бывает! Мальчик, водочки мне налей, — он опять позвал официанта. — Что-то коньяк мне не зашёл.

— Лексеич, ты бы осторожнее. А то к вечеру совсем тёплый будешь, всё самое интересное пропустишь!

— Не учи отца, и баста! Я свою норму знаю! Старый конь борозды не испортит!

— Но и глубоко не вспашет, — добавила Исабель. — Ярослав, оставь отца, он уже взрослый. Скажи лучше, что с баронессой думаешь делать? То-то я думаю, чего это Урсула свою не самую любимую племяшку притащила в желании породниться? Сватала тебе её.

— А чё делать? Ты же хотела внуков побольше? Я от ребёнка отказываться не буду, у меня принцип: всё в дом! Предложу остаться без всякой свадьбы. Захочет, пожалуйста. Правда, девушка со странностями, но ничего, и такая в хозяйстве пригодится.

— Слова не мальчика, но мужа! За это и выпьем! — Бель снова подняла фужер.

Больше ничего важного за обедом не обсуждали, отдав должное искусству поваров — молочный барашек под винным соусом был чудо как хорош! Дамы за столом поклевали перепёлок, батя под водочку оприходовал оленину и отправился отдохнуть — традиционный адмиральский час родился не на пустом месте. Я же пошёл в зал, в котором будет проходить аукцион. Остался доволен. Аня с Энрике всё организовали: ряды кресел по количеству приглашённых, подиум для экспонатов, стойка с молотком и конферансье в придачу. На эту роль пригласили популярного ведущего Хулио с испанского ток-шоу — бойкого хлыщеватого мужчину лет сорока с хорошо подвешенным языком, которого традиционно приглашали на разные праздники королевского дома. Проверил привезённые Мойшей десяток драгоценных гарнитуров, один отложил про запас. Мало ли, кому отдариваться придётся? Тем более, две штуки были с идентичными камнями, что не есть хорошо для аукциона. Ну-с, можно начинать.

Время пять вечера, в зале с тяжёлыми шторами собрались почти все гости. После обеда уже прошло три часа, надо же новых развлечений! А какая уважающая себя дама откажется от шоппинга? Тряхнуть мошной, хвастаясь своим достатком, утереть нос давней конкурентке, посмотреть, как другие соревнуются за очередной лот… нет, никак невозможно пропустить аукцион!

— Дамы и господа! Внимание, начинаем торги. Первым лотом идёт произведение ювелирного искусства от молодого, но уже известного бренда «Пандора»! Всего будет продано девять гарнитуров из белого золота с бриллиантами. Один лот хозяин коллекции снял с торгов. Может, молодой Бурбон решил его подарить своей избраннице? — заливался соловьём излишне болтливый конферансье. — Во всяком случае, оставшихся украшений точно на всех не хватит, и я уже предвкушаю ожесточённую борьбу. Итак, особенностью является силовой алмаз в центре броши, огранённый в бриллиант грушевидной формы, который может использоваться, как накопитель маны…

В затенённом зале загорелись лампы, выхватив стоявшую на подиуме Софью. Она в белых перчатках держала брошь, куда на глазах гостей вливала энергию. Прозрачный камень мягко засветился изнутри, вызвав волну перешёптываний в зале.

— Уважаемые дамы, — в этот раз ведущий проигнорировал мужскую часть зала, сексист эдакий. Нет, он определённо нарывается, надо будет с ним разобраться, разъяснить политику партии. — Силовой бриллиант имеет вес тринадцать карат и изумительную чистоту, что позволяет закачать в него больше маны, чем обычно. Начальная цена, тадааам… сто тысяч евро!

Я специально поставил цену ниже рынка. Такого же веса и чистоты обычные камни начинались торговаться от полумиллиона, а здесь халява — силовой камень, который на порядок стоит дороже обычного. Налетай, торопись, покупай, не жмотись!

Торги бодро начались, конечная сумма достигла шести миллионов евро, что для вчерашнего куска графита более чем. Лот в итоге достался Шведской королеве Хедвиг Софии Августе, которая к концу первого тура соревновалась с итальянкой. Второй лот с камнем в виде овала, также заточенного под накопитель маны, купила итальянка Медичи за пять с половиной миллионов, так что даже сэкономила. За третий гарнитур с зеленоватым бриллиантом, огранённым в форму изумруда и заточенным под наполнение лечебной Силой, развернулась борьба между Габсбургами и албанской княгиней. Как итог, южанке пришлось уступить, и жертвам инцеста гарнитур достался за каких-то восемь миллионов. Самая ожесточённая борьба развернулась за девятый лот с розовым бриллиантом, огранённым в виде сердца. За него боролись сразу три женщины, ещё не участвовавших в торгах: Илона Цепеш из Румынии, немка Урсула Гогенцоллерн и российская графиня Северная.

— Прекрасный образец ювелирного искусства! Ваше сердце будет пылать от страсти, ведь в камень можно залить Силу Огня и вложить соответствующее заклинание! Посмотрите, как он начинает светиться, если его накачать маной! — нахваливал ведущий. — Госпожа с номером сорок, десять миллионов, раз…

— Зачем им артефакт с Огнём? — тихо спросил Исабель, глядя на разворачивающуюся борьбу. Мы сидели вдвоём с приёмной матерью в партере справа, чтобы видеть всех участников аукциона.

— Думаю, здесь вопрос больше в форме, чем в содержании. Купить сердце от молодого Бурбона… Что-то в этом есть, не находишь? — так же тихо ответила Бель, прикрывая рот раскрытым веером. Многие умели читать по губам, так что большинство дам использовали веера не по назначению.

— Сударыня с номером семь, десять двести! Десять миллионов двести тысяч, раз… — Хулио среагировал на жест Елизаветы. Сидевшие рядом русские княжны в компании княжичей были возбуждены происходящим. Ещё бы, находиться среди первых лиц государств и уже владеть ювелиркой от «Пандоры», за которую ведётся такая серьёзная борьба! Оказывается, у них не просто бриллианты, а вместилища маны! Я не успел их удивить в Польше из-за похищения, и вот сейчас они сами разобрались с подарками, заряжая камни Силой. Ах, как блестели их глаза, подсвеченные магическими камнями, какие восторженные взгляды они бросали в мою сторону!

— Фрау с номером четыре, одиннадцать миллионов! Одиннадцать миллионов, раз, одиннадцать миллионов, два… Кто же станет счастливой обладательницей розового сердца? Открою по секрету, десятый гарнитур, снятый с торгов молодым Бурбоном, с таким же розовым бриллиантом. Кому же захотел подарить его Ярослав Альфонсо де Бурбон? — бился в экстазе конферансье. Ещё бы, ему была обещана премия, если всё пройдёт хорошо.

— Можно я твоего Хулио прибью? — прорычал сквозь зубы, ибо терпеть уже не было сил. — Бель, это нормально? Он не только за меня уже всё решил, не только сокращает моё имя, как захочется, но ещё и малину всю портит! Кто же станет бороться за украшение, существующее не в единственном экземпляре?!?

Я и снял десятое украшение в том числе потому, что оно повторялось, все другие экземпляры были в единственном. Исабель ничего не ответила, только недовольно поджала губы, оставив своё мнение при себе.

— Сударыня с номером семь, одиннадцать двести! Одиннадцать двести, раз… Одиннадцать четыреста, госпожа с номером сорок! — я оказался прав. Прижимистая немка отвалилась, отказавшись от дальнейшей борьбы. Зачем бороться за неоригинальный гарнитур?

— Двенадцать миллионов! Никому неизвестная сударыня из далёкой северной страны сразу подняла ставку на три шага! Двенадцать миллионов, раз… Тринадцать миллионов! Госпожа под номер сорок! Кто же рискнёт перебить такую ставку?… Невероятно! Сразу пятнадцать миллионов озвучивает сударыня под номером семь! Дамы, пятнадцать миллионов, раз… пятнадцать миллионов, два… Иииии, пятнадцать миллионов, три! Продано!!! — ведущий со всего маху ударил молотком по трибуне и промакнул платком лоб, глядя на безмятежно улыбающуюся Елизавету.

Я же подсчитал выручку. А неплохо расторговались: небольшая кучка графита, продуманная реклама «Пандоры», месяц работы ювелира, и в сухом остатке — семьдесят миллионов евро!

Тем временем, ведущий промочил горло и продолжил: — Мадам и месье, переходим к следующим двум лотам. Первым идёт спортивный внедорожник чёрного цвета с оригинальным названием «Комбат»! Шести литровый бензиновый двигатель работает в паре с электрическим для экономии и докатки машины паркингбоем до стоянки у популярного клуба. Разгон до сотни чуть более, чем за четыре секунды, и это при бронировании автомобиля по первому классу! Как мы знаем, автомобиль уже побывал в боевых действиях, и прекрасно себя зарекомендовал! Встречайте!

На подиум через распахнутые двери на электротяге бесшумно въехал брутальный агрегат, из-за руля которого вылезла Ксюха в вечернем платье.

— Как видите, броневик подходит даже юным леди, так что вы можете управлять им сами или дать покататься своему фавориту, если он вас в очередной раз порадует. Мне кажется, с таким стимулом молодой человек должен будет вас радовать и днём, и ночью. Ха-ха, — Хулио посмеялся собственной шутке. — Итак, начальная цена полмиллиона евро! Кто сделает первую ставку? Всего пятьсот тысяч за возможность ездить на уникальных автомобилях с силовыми кристаллами! Неужели, нет желающих???

Я посмотрел на стоящую в тени прикусившую от волнения губу Смирнову. Молчание затягивалось, наконец, взметнулся первый номерок.

— Молодой господин под номером девять, один миллион! Миллион, раз… — начал отсчёт конферансье. Ксюша, тебе не о чем беспокоиться, когда твой мужчина такой продуманный, а у него есть друзья. Я подговорил Разумовского, чтобы он помог, если торги на машины забуксуют. «Митяй, догони до миллиона евро каждую, я тебе компенсирую, если ты один их выкупишь!» «Ярик, да без проблем, всегда рад помочь!»

— Полтора! — выкрикнул парень со второго ряда. Ого, как загорелся сын итальянки! Филипп Медичи взял номерок у матери и втянулся в торги.

— Два! — взревел Куракин около Елизаветы. Не знаю, зачем «Комбат» ему понадобился, но он торговался до победного, задрав планку до четырёх с половиной миллионов. Зато, когда сияющая Ксюша вывезла второй комбат, выкрашенный в нескромный золотой цвет, торги пошли с удвоенной силой.

— Миллион! — привычно начал Митяй.

— Два! — Филипп решил взять реванш во что бы то ни стало.

— Три! — Разумовский пошёл дальше, превысив мой максимальный порог.

— Четыре! — Медичи не мелочился.

— Четыре с половиной! — Митя повторил ставку Куракина.

— Пять!!! — выкрикнул покрасневший Филипп. Молодой патриций не мог допустить проигрыша на виду всего Света и пошёл ва-банк.

— Пять миллионов, раз, пять миллионов, два, пять миллионов… три! — ведущий опять с душой жахнул молотком. — Продано сеньору под номером тридцать девять! Дааа, никто не ожидал такой напряжённой борьбы между молодыми людьми! Кто бы мог подумать⁈… И мы переходим к заключительному лоту, картине нарисованной новоиспечённым Главой рода Бурбонов.

Двое слуг внесли укутанную в ткань раму, установили на стойке и синхронно сбросили ткань на пол, открывая взорам произведение абстрактного искусства.

— Даааа, что же хотел сказать этим художник? — задался вопросом озадаченный конферансье. Он, как и прочие, впервые увидел картину. — Кхм, дамы, я теряюсь. Думаю, молодому Главе сначала стоит походить на курсы живописи, что ли?

— Хватит! — усиленный магией голос Исабель прогремел под сводами зала. Она величественно встала со своего места и продолжила: — Благодарю, далее в ваших услугах мы не нуждаемся. Это была ваша последняя работа на род Бурбонов. С продажей картины мы справимся сами.

Побледневший Хулио, до которого вдруг дошло, кому он раздавал свои ненужные советы, и что теперь его карьера на телевидении яйца выеденного не стоит, спешно покинул помещение.

— Да, теперь, видимо, придётся поработать языком мне, — я встал со своего места и поднялся на подиум. — Господа и дамы, вы не против?

Улыбающиеся дамы, уже что-то представив в своих бурных фантазиях, были только ЗА — они вежливо похлопали, господам же было глубоко фиолетово, и я продолжил:

— Вы любите тайны? Эта картина — тайна. Купившей или купившему я открою тайну тет-а-тет. Я лишь добавлю, за сколько бы этот холст не будет продан, он в дальнейшем станет только дорожать, — я взял в руку молоток. — Итак, начальная цена — десять миллионов евро, шаг — один миллион!

Пока все думали, нахрен им нужен кот в мешке, возникшую заминку прервала Матриарх — она первая подняла номерок вверх.

— Госпожа с номером один, десять миллионов! Десять миллионов, раз… — по рядам одарённых гостей пошла волна шепотков. Если уж сама Малгожата Вторая впервые вступила в торги, надо брать!

— Номер тридцать девять — одиннадцать миллионов! Номер четыре — двенадцать! Опять первый номер — пятнадцать! — торги бодро пошли вверх. Через пять минут торгов планка пробила потолок в пятьдесят миллионов и пока не думала останавливаться. Отсеялись лишь мелкие игроки, оставив между собой торговаться четырёх самых богатых и упорных участниц.

— Номер семь — шестьдесят миллионов! Номер четыре — шестьдесят один! Единица — шестьдесят два миллиона! Номер сорок — шестьдесят три миллиона евро! — госпожа Цепеш из Румынии пыталась бороться наравне с тяжеловесами, но сдулась — это была её последняя ставка.

— Номер один — восемьдесят миллионов! Номер четыре — восемьдесят пять! — наконец, немка тоже сделала последнюю ставку, оставив бороться двух участниц.

— Первый номер — девяносто восемь миллионов! Номер семь — сто!!! Сто миллионов, раз… Сто миллионов, два… Сто миллионов… Три! Продано графине Северной!!! — я, больше не сдерживая радостных эмоций, стал со всей силы стучать многострадальным молотком по трибуне, и молоток не выдержал — сломался.

— На, вставишь в рамку, как символ успеха, продадим его на следующем аукционе, — я передал обломки деревянного молотка возникшей рядом Лопухиной и повернулся к шумящим гостям:

— Господа и дамы! Всем спасибо за участие в торгах, вырученные деньги пойдут в благотворительный фонд имени меня, организованный в поддержку прав одарённых мужчин во всём мире. Патриарх — это звучит гордо! До встречи на балу, который начнётся в десять вечера!

* * *

Я отдыхал в компании приёмных родителей — после торгов я был выжат, как лимон, и Исабель утащила меня с собой.

— Признаться, ты меня впечатлил! Салют! — блестя глазами, довольная королева махнула рюмку коньяка.

— Салют! — отзеркалил и тоже влил в себя благородный напиток, отдав дань традиции. Хотя, для меня это лишь перевод денег — алкоголь без блокираторов совсем не берёт.

— О, бухаете и без меня? — в гостиной нарисовался Шонуров-старший.

— Батя, это ты бухаешь, а мы отмечаем.

— Пётр Алексеевич, ты коньяк будешь? — предложила Исабель.

— Коньяк? Буду! За что пьём? — Лексеич плеснул себе волшебства в хрустальный мрак бокала и, покачивая, стал согревать его в ладони.

— За Главу рода Бурбонов и за твоего сына! Представляешь, первый день, а уже собрал сливки с Высшего общества на сто восемьдесят миллионов!

— Молодец! А я говорил, мы ещё покажем, кто такие Шонуровы! — у бати встали торчком усы и загорелись глаза — новая порция алкоголя хорошо легла на ранее удобренную почву.

— Покажем-покажем, если ты сейчас ещё коньяком не догонишься. Иначе, мне на балу придётся без тебя зажигать.

* * *

В покоях Валерии Гончаровой, любезно предоставленных Испанской королевой, собралось четыре русские княжны.

— Ой, девочки, представляете в каком я была восторге, когда поняла? Он подарил нам силовые бриллианты! Мне никто никогда не дарил таких дорогих подарков! — Лера была настолько взволнована, что силком потащила подруг к себе.

— Да, подарок королевский! — более спокойная Дашкова задумчиво рассматривала светящийся камень. — Только мне теперь кажется, он уже в другой весовой категории. Не нам на него охоту устраивать и пытаться между собой поделить. Тут совсем другие расклады нарисовались. Видели, как немки на него стойку сделали? И как Елизавета среагировала? Ну его нафиг, иначе отвергнут голову и скажут, что так и было.

— Точно! Нам бы с ним в друзьях остаться, а не мечтать о несбыточном! — поддержала подругу Долгорукая. — Я тут подумала, что наши кавалеры очень даже ничего. Видели, как им европейские шлёндры глазки строили? Вы как знаете, а я, пожалуй, займусь Сашенькой. Хованскиий — известный и старый род, урону чести не будет.

— Алёна, полностью с тобой согласна! Займусь-ка и я своим спутником. Трубецкие тоже не пальцем деланные!

— Ой, девочки! А мне Митя перепихнуться предложил! Я ему такую пощёчину отвесила, у него аж искры из глаз! — Лера наконец-то оставила подарок Ярослава в покое, рассказывая о смешном.

— Ну, и дала бы! Он на тебя уже давно чуть не молится! На меня бы так кто смотрел, –возмутилась Вероника.

— А может, и дам! Ты правильно подметила, на Ярика теперь совсем другая охота пошла, нам не по чину. А род Разумовских, как и Гончаровых, входит в топ-десять журнала Попс. Почему бы не объединить капиталы под моим началом? Митя меня помладше, в рот заглядывает. Думаю, проблем со слиянием не будет.

— Пффф, не рановато такие грандиозные планы строить? — фыркнула Дашкова. — Ты пока не Глава своего рода, сама не решаешь. Хотя, можешь уже сейчас попытаться Диму окольцевать, а мы с Алёной пока ещё поразвлекаемся. Под венец пойдём под тридцатник, чтобы успеть нагуляться и потом ни о чём не жалеть.

— Подруга, поддерживаю тебя на все сто! И дружеское внимание будем оказывать Ярославу, не забудем на чужбине. Тяжело ему вдалеке от России будет, а тут мы! — воскликнула Долгорукая. — Согласные и на Канары, и в рекламе его брендов поучаствовать, и потусить на любом празднике. Надо будет чем-нибудь отдариться.

— Вы такие меркантильные, противно слушать! — вспылила Юсупова, не выдержав. — Это же Я-ро-слав! А вы о выгоде и подарках! Он такой… такой…

— Какой такой? — Вика поторопила зависшую Ирину.

— Самый лучший… Я люблю его, — прошептала Юсупова. — Жить без него не могу…

— Подруга, мы все его любим… как брата, — Дашкова переглянулась с Долгорукой, они подошли и обняли страдающую девушку. — Я уверена, он нас тоже всех любит, как сестёр. Только помнишь, он говорил про обет безбрачия из-за неразделённой любви? Удастся ли ему теперь его не нарушить, вот в чём вопрос. Многие думают, он запал на младшую Романову, а ещё Лопухина за ним везде хвостиком… Не легко ему будет с её-то характером, а для тебя это возможность вовремя подставить своё дружеское плечо!

* * *

Куракин в волнении ходил по своей гостевой комнате и говорил по смартфону:

— Пап, да, повторяю ещё раз: я купил «Комбата»!

…

— Ну, дорого, конечно вышло, в карманные деньги не уложился, выписал вексель… Но уверен, отобьём все вложения, когда скопируем начинку и выставим под своим брендом! Представляешь, итальяшка взял за пять лимонов евро! А с нашими возможностями мы окучим рынок Европы за год-два! Разберём броневик по винтику, слижем, и дело в шляпе!

…

— Да какие там иски? Смирновой и этому выскочке не до России, они и не узнают! А когда узнают, поздно будет — мы свои патенты оформим.

…

— Понял, послезавтра отправить броневик дирижаблем в Питер. Меня ещё на Канары звали…

…

— Как, нахер???

…

— Да понял я, понял. Никаких Канар! Сразу домой в свите графини.

…

— Пап, да не, не переживай. Мне кажется, Лиза на меня запала. Может быть, что-то даже с ней получится замутить. Канцлеру ведь тоже фавориты нужны, не только Её Величеству.

* * *

В моих покоях раздавались неприличные звуки: «глоть», «глоть», «глоть». Я пошёл освежиться перед балом, и за мной увязалась Анна с блестящими от возбуждения глазами.

— Знаешь, я всю жизнь мечтала отсосать у принца! У меня ещё ни разу не было ни с одним самцом королевских голубых кровей. А у тебя в новом статусе я еще и первой буду! Никак не могу отказаться от возможности орально лишить девственности принца Бурбонов!

Стянула с меня штаны, поиграла с бубенчиками и начала целовать наливающийся силой нефритовый жезл…

«Глоть», «глоть», «глоть», — отработав обязательную программу с прелюдией, вонзила в мою задницу острые коготки маникюра, заставляя меня податься вперёд. Мой член, упиравшийся в глотку, преодолел сопротивление и вошёл в гортань. Она насадилась до упора и замедлилась, став делать с чувством, толком, расстановкой, горловой минет. От новых ощущений и повышенного давления я разрядился. Анька отпрянула, закашлявшись, но потом сразу вернулась к моему чупа-чупсу, выдаивая его досуха.

— Надо чаще тренироваться, — она, наконец, закончила и поднялась с колен, вытирая уголки губ. — У Лопухиной глотка маленькая, придётся разрабатывать. Видать, не любительница этого дела была.

— Ань, ты эти садистские замашки Магды бросай! — я потирал расцарапанную задницу.

— Тебе, разве, не понравилось? Подлечишься, делов-то! Зато как ты напрягся внутри меня и сразу кончил!

— Я предупредил!

— Ой, боюсь-боюсь! Накажи меня! — Анька нагло ухмыльнулась в притворном страхе. Нашёл, блин, сексуально-озабоченную рабыню на свою голову!

* * *

Уже давно стемнело — ночь на юге наступает раньше и сразу. В десять вечера королевский парк погрузился в темноту, лишь в прудах отражался ярко освещённый дворец — сегодня в нём давали бал.

Сменив сорочку на свежую, я по-прежнему был в надоевшем за день мундире. «Ну, ничего. Несколько часов мучений, и можно про него забыть. Завтра закажу у портного новый мундир свободного кроя, Глава я, в конце-то концов, или нет?!?» — я умело скрывал раздражение, когда шёл под ручку с довольной Лопухиной, надевшей пышное платье. Впереди шли мои приёмные родители, следом мы. Наконец, наша компания вошла в бальный зал, мажордом ударил палкой в пол и объявил о начале танцев. По протоколу я первым открывал бал, поэтому сразу повёл девушку в центр, сопровождаемый тяжёлыми взглядами европейских записных красавиц. Впрочем, Аня держалась хорошо. Во-первых, одна мечта уже сбылась, а во-вторых, большинству здесь она фору даст, если придётся драться, а взгляды не убивают.

Под звуки менуэта мы начали танцевать.

— Ярик, на десять часов Романова под ручку с Куракиным, она сейчас во мне дырку просверлит! — держа улыбку на лице, сквозь зубы промычала Лопухина.

— Вижу, не нравится ей. Ничего, пусть терпит. В чужой монастырь со своим уставом… Сегодня закину удочку на счёт твоих активов.

— О, а на четыре часа Матриарх! Тебя гипнотизирует, — снова подметила Аня.

— Это она пообщаться хочет. По душам. На исповедь меня ждала после аукциона, а я продинамил, не пришёл.

— Не боишься?

— Я?!? Нет. Настоящие мужчины женщин не боятся, они ими командуют.

— Ну-ну, не забывай, она архимагистр — сильнейшая магесса в Европе!

Наконец, танец закончился, и я повёл Аню к группе веселящихся молодых русских княжичей в компании княжон. Хорошо, что Елизавета в сопровождении Куракина отошла пообщаться со знакомыми, иначе бы не рискнул.

— Ваше Королевское Высочество, поздравляю с титулом! — присела в реверансе Дашкова, её примеру последовали другие княжны. — Как теперь к вам обращаться, по-новому или как раньше?

— Вероника, я всё тот же, можно на «ты» и по имени. Возьмёте в свой кружок Анну Николаевну? Мне надо с Дмитрием переговорить.

— Конечно, не переживай, мы же твои друзья… Ань, как тебе в Испании? Не тянет домой?

Мы с Разумовским отошли на несколько шагов.

— Мить, спасибо тебе за помощь! Для меня это было очень важно.

— Долг платежом красен, как говорит моя мама. Тебе спасибо, что меня спас.

— Слушай, а как ты рискнул поднять ставку на второй «Комбат» до четырёх с половиной миллионов? Первую машину твой конкурент за такую сумму не стал брать. Ты реально захотел купить броневик?

— Да не, я просчитал Филиппа. Мажор, маменькин сынок, не знающий отказа. Увидел красивую игрушку, хотел купить первую, но жаба задавила. Думал, вторую подешевле купит, как получилось у его маман купить второй лот с украшениями дешевле на полмиллиона. Так-то у Медичи деньги водятся, но если можно сэкономить, европейчики экономят. Но когда выехал второй «Комбат» в виде золотого слитка, ты бы видел, как у него загорелись глаза! Это же итальянцы — гламурные цыгане, им золото подавай, как нашей Багратион! В общем, повторил ставку Куракина, а дальше был расчёт на характер Филиппа.

— Красавчик! Как ты его сделал! С меня причитается.

— Я же говорю, свои люди, сочтёмся. Тем более, я, и правда, такую машину хочу. Только не золотую! Сможет Смирнова ещё экземпляр сделать? Со скидкой по-братски.

— Мить, для тебя сделаем по-себестоимости. Будешь лицом нашей рекламной компании в России. Чувствую, рынок Европы к такой машине пока не готов, одна в Италии — не в счёт. Сначала подтянем их до нашего уровня, потом и в Европе будем рекламировать… Как у тебя дела с Гончаровой? Вижу, она тебе улыбаться начала.

— Да, сначала по морде, а теперь Димочка-Димочка. Вот что значит твой рецепт от Ржевского — реально работает! С таким прогрессом скоро допустит до тела.

— Ну, смотри. И помни: доминируй, властвуй, унижай. Последний пункт на твоё усмотрение, но первые два маст хэв. Не она тебя должна до тела допустить, как милостыню подать, а ты главный. Пацан сказал, девочка сделала, понял?

Заиграли первые такты венского вальса, и к нам подошла Ирина.

— Извиняюсь, вы наверное о чём-то важном? Ярослав, приглашаю на Белый танец. Как в тот раз. Помнишь? — она присела в реверансе, и я подал ей руку.

— Конечно, помню. В тот раз ты оттоптала мне все ноги.

— Неправда! Не было такого! — она остановилась в возмущении, не дойдя то танцпола.

— Хм, вот и проверим сейчас, кто из нас прав. Не наступишь, возьму свои слова обратно, — подхватил Юсупову и закрутил в танце, она лишь успела взять в руку шлейф своего шикарного платья.

Я уже говорил, что Ирина неплохо вальсирует? Когда партнёры совпадают по уровню и тащатся от танца, это как рождение новой Вселенной с одновременным оргазмом двух душ. Вокруг всё смазывается в сплошное цветное пятно, остаются только улыбка и сияющие глаза партнёрши. Вот почему так много пар профессиональных танцоров и фигуристов остаются вместе. Но всё хорошее заканчивается, закончился и вальс. Мы с Ириной, улыбаясь и держась друг за друга, по кривой пошли обратно.

— Ну, как? — взволнованно вздымающаяся в глубоком декольте грудь девушки магнитом притягивала мой взгляд.

— Уже гораздо лучше. Но всё равно ещё есть над чем работать, — заявил с серьёзным видом и получил дружеский тычок острым локтём в печень.

— Не выдумывай, я — идеал!

— Не льсти себе. Идеал — это я. Видишь, сколько гостей по мою душу?

— Да уж, — помрачнела Ирина. — Столько охотниц, все богаты и знамениты, а ещё и Романова здесь… Скажи мне, — она остановилась и посмотрела прямо в глаза, — у меня есть шанс?

— Шанс на что? Ещё потанцевать?

— Перестань! Ты понимаешь, о чём я.

— Ирин, шансы есть всегда. У кого больше, у кого меньше, у кого-то они вообще призрачные. Ты подумай сначала, что хочешь, и чем готова поступиться ради этого.

— Я хочу быть с тобой!

— И сможешь отказаться от своего клана? Арина планирует тебя Главой. Не отвечай, подумай. Может, тебе и не надо этого. Понимаю, я идеален, но не для всех. Слетай на Канары, поговори с Марией… А то получится разница между ожиданием и реальностью, — я попытался охладить пыл надумавшей лишнего Юсуповой.

Мы вернулись к ребятам, Ирина взяла под ручку Голицына.

— Племянник, удели тётушке внимание, — сзади раздалась немецкая речь, и я развернулся к подошедшей женщине.

— Ваше Величество, мы уже породнились? — удивился словам Урсулы Гогенцоллерн.

— А как же? Все монархи — сёстры и братья, значит, ты мой племяш. Отойдём, — не спросила, приказала. Ну, давай, отойдём, интересно, что скажешь.

— Внимательно слушаю, тётушка.

— Неожиданно, молодой Бурбон стал Главой рода против всех правил и обычаев. От мудрости Главы зависит очень многое. Например, процветание. Надо сделать правильный выбор, выбрав в жёны кровь ведущей монархии Европы, — она сделала многозначительную паузу.

— О, вы имеете ввиду Романовых? Насколько я знаю, они самые богатые после императорского рода Поднебесной.

— Нет! Я имею ввиду самую промышленно-развитую страну — Германию! Дойчланд — вот паровоз всей Европы, включая Испанию!

— Насколько я знаю, вся вместе взятая Европа уступает в развитии Британии с её заокеанскими колониями.

— Именно поэтому мы, европейские рода, должны объединиться перед лицом общей опасности! Ты слышал об англосакском теракте в Киле? Мы должны положить этому конец!

— Так положите, я-то тут причём?

— Ты должен жениться на Генриетте!

— Я? Должен? Смешная шутка. Тётушка, если у вас всё, разрешите откланяться.

— Что мне передать племяннице?

— Что всем, кому я должен, прощаю. Если она хочет быть при Испанском королевском дворе, для неё найдётся местечко. Но только в качестве спутницы, одной из. Никаких замужеств.

— Ты всего лишь ученик, возомнивший себя архимагом, и слишком слаб, чтобы общаться на равных с магистром. Ты делаешь ошибку, говоря со мной в таком тоне, — озвучила угрозу ровном голосом, а в эмоциях раздражение с желанием прибить.

— Многие ошибаются. Англичане вон тоже ошиблись, — я положил руку на мизеркорд. — Честь имею! Хорошего вечера, Урсула.

Кивнул и отошёл. Достали эти озабоченные бабы. «Мне бы саблю, да коня, да на линию огня… А дворцовые интрижки — это всё не про меня…» — неожиданно вспомнился Сказ, неизвестный в этом мире. Надо будет вспомнить слова поэмы, да опубликовать в Чижике — давненько не было скандалов. Очень уж он такой… вольнодумный.

Внимание привлекла двигающаяся в мою сторону яркая девушка.

— Ярослав, прошу прощения. Я была неправа, — без тени раскаяния извинилась Лукреция Борджиа, а это была именно она.

— Неправа в чём? — интересно, что ответит, и не менее интересно, как она попала в число гостей, если Исабель её отлучила от двора.

— Что не помогала вам освоиться в Испании, что была заносчива по отношению к будущему Главе рода Бурбонов, который станет королём.

— То есть, если бы я остался простым русским дворянином, а не будущим королём, ты бы не стала извиняться?

— Да! То есть, нет! Ярослав, вы меня совсем запутали! Конечно, я бы извинилась в любом случае! — она улыбнулась кокетливой улыбкой, а в эмоциях коктейль из пренебрежения и чувства превосходства. Обожаю, когда мне врут в глаза, а я об этом знаю.

— Хм, ты так убедительна… Лукерья, а как ты попала на праздник? — с удовольствием отметил, как перекосилось её лицо от переиначивания её имени на русский лад.

— О! Я в свите Матриарха Её Преподобия Малгожаты Второй. Борджиа не чужие Римской Католической церкви! — заявила с вызовом. Что ж, всё с тобой понятно — заделалась при церкви агентом влияния, преследуя какие-то свои корыстные цели. — Ярослав, приглашаю вас на танец! — присела в реверансе, склонив голову.

— Спасибо, я пока пас. Попробуй пригласить русского княжича Куракина, у вас с ним так много общего!

Выпрямилась, сверкнув глазами, поджала губы и отошла, ничего не ответив. Ну-ну, какие мы обидчивые! Нет уж, дорогая, не ко двору ты!

— Ваше Королевское Высочество, я вижу, вы скучаете в одиночестве? — прозвучал сзади вкрадчивый голос. Следующей ко мне подошла строго одетая женщина. Вся на стиле, готичненько и со вкусом — повернувшись, я молча разглядывал эффектную барышню в ранге магистра. — Извините, мы не знакомы. Кардинал сестра Франческа.

— Ваше Высокопреосвященство, не то чтобы скучаю… давайте знакомиться, Ярослав Хуан Педро и так далее, — кивнул, скрывая раздражение. Ещё одна дальняя родственница, в сёстры уже набивается. — Чем обязан? Тоже хотите пригласить на танец?

Как раз зазвучали аккорды вступления полонеза.

— О, нет. Плотские утехи не красят носителей креста, — а у самой в глазах бесята. Знаю, как не красят, видел в памяти ведьм оргии с жертвоприношениями на алтарях, да и сам поучаствовал. Чуть жив остался. — Ярослав, с вами хочет поговорить Её Преподобие.

— Отчего же не поговорить? Пиздеть — не мешки ворочать, — пробормотал под нос, двинувшись за кардинальшей.

— Почему не пришёл на исповедь? — сразу наехала католичка, когда мы остались наедине — Франческа подвела меня к Матриарху и тут же отошла.

— А должен был? — хмыкнул, увидев, как подёрнулись рябью лица гостей — возникший пузырь с защитой от прослушки отсёк лишний шум окружающего мира.

— Все мы дети Господа, подчиняемся Его воле. А с королевских родов спрос вдвойне. Не тебе нарушать обычаи.

— Даже если я атеист?

— Тем более. Иначе, королём Испании можно и не стать. А с поддержкой Римской Католической церкви ты станешь сильнее. Я чувствую в тебе потенциал, с церковными обрядами возвышения ты будешь самым сильным одарённым мужчиной всей Европы! — я почувствовал ментальное давление от Матриарха, как будто щупальца осьминога пытались влезть мне в голову.

— Это всё? — зевнул в ответ, отсекая щупальца чужой воли изобретённым мной защитным экраном от злых духов. — Не интересно. Сам как-нибудь справлюсь. Без ваших обрядов. Малгожата, давай на чистоту. Мне на благополучие всей Европы наплевать, я Исабель обещал с Испанией помочь, а перед тобой у меня никаких долгов.

— Ошибаешься, есть. Без меня так удачно Квадрат не продался бы за многие миллионы. Если бы не я, не стала бы она самой дорогой картиной в истории!

— За это да, спасибо. Но не больше. Ты и одного евро не заплатила, только создала интригу. Так что извиняй, оказанная услуга ничего не стоит.

— Глупо. Господь наказывал делиться. Поговори с более мудрой и опытной приёмной матерью. Церковь нуждается в добровольных пожертвованиях прихожан. Обычно мы довольствуемся десятиной с любых доходов, но если человек упорствует в своих заблуждениях, он может потерять всё. Подумай об этом, скажем, до завтра. Восемнадцать миллионов — небольшая сумма… для начала. Ступай, сын мой, — защищающий нас пузырь истаял, и она показушно перекрестила меня, показав всем, кто здесь главный. Клюшка старая! Интриганка и мелочная рэкетирка! Уже посчитала, сколько я заработал на аукционе! Нет, что за вечер?!? Все в родню набиваются, крышу предлагают! Пора указать гостям, что они здесь гости, а не хозяева! — в моей душе начал ворочаться гнев, но я усилием воли заглушил его.

Оглянулся в поисках Лопухиной, и решительно двинулся ей на помощь — около неё была Елизавета с Куракиным, другие ребята тактично отошли. Было видно, что Анне некомфортно, видать, уже обменялись шпильками.

— Графиня, прекрасно выглядите, — сделал заслуженный комплимент Романовой — сегодня она блистала, и я невольно залюбовался. Всё-таки роскошная женщина — это не соотношение веса и роста. Это соотношение интеллекта, вкуса и безграничной уверенности в себе. — Вижу, моя прекрасная спутница на этот вечер заскучала. Позвольте украсть у вас Аню.

Лопухина, почувствовав поддержку, взяла меня под локоть, отзеркалив Романову с Куракиным, и мило мне улыбнулась: — Спасибо, Ваше Высочество, я вас обязательно отблагодарю. Когда угодно, куда угодно и где угодно. Жаль, что не все спутники дождутся от своих дам таких благодарностей, — притворно вздохнула, бросив сочувствующий взгляд на Андрея.

— Что ты знаешь о благодарности, девочка? — нахмурилась Лизавета, положив руку в останавливающем жесте на предплечье покрасневшего княжича. — Твоя мать ела с моей руки и участвовала в заговоре против нашего рода, пыталась меня убить, чтобы занять место Канцлера!

— Сын за отца не отвечает, — вмешался я, пока бабы не сцепились на потеху публике. — Родители ошибаются, но дети страдать не должны. Вы же воспользовались моментом, чтобы отжать всё у клана Лопухиных.

— Как ты разговариваешь с Её Императорским Высочеством?!? — не вытерпел Куракин. — Легко обвинять, спрятавшись за королевским титулом! Я называю тебя трусом и подлецом, боящимся дуэли! Дерись, если ты мужчина! А моя спутница меня обязательно отблагодарит, вот!

Я сделал жест рука-лицо. Нет, ну что за идиот? «Слабоумие и отвага» — разве, этот девиз у Куракиных?!? Хотя, если он так желает убиться, зачем мешать желанию недоумка? Генетические линии умственно отсталых индивидуумов должны прерываться. Впрочем, мне об него р у ки марать убийством не с рук и, извиняюсь за каламбур.

— Андрей, мне теперь с тобой не почину глупостями заниматься, но если ты так хочешь опозориться… Я принимаю твой вызов. В парке через пять минут. Поскольку выбор оружия за мной, а я не хочу тебя убивать, то ограничимся волшебным лещом. Я выбираю драться руками. По очереди и с применением магии. Сначала ты меня ударишь, потом я. Не зассыт, твоё сиятельство? Хочу выбить дурь из твоей башки.

— Волшебный лещ? Это… оригинально! Хотелось бы посмотреть, кто победит на этом суде чести, — ответила Елизавета, пока Куракин возмущённо открывал рот, не зная, что сказать. — Поскольку одной из причин дуэли явилось неуважительное отношение к императорской фамилии, то со стороны этой самой фамилии я обещаю победителю исполнение желания. Любого желания. Я буду болеть за тебя, мой защитник, — она одобряюще похлопала по руке княжича.

Глава 12

Девочки, чай вообще универсальное средство:

пригласишь мужчину — будет секс,

пригласишь подругу — будет пьянка.

* * *

Признаюсь, если бы не просьба Исабель обойтись без смертоубийства, возможно в семействе Куракиных сегодня не досчитались бы одного члена. Ибо достал. Но, мнение моей приёмной матушки что-то для меня значит, да и не было смертельной обиды на дурака. В самом-то деле, как можно обижаться на молодого неопытного, если его никто не учил? А лещ вразумляющий, как и волшебный пендель, чудеса делает. Наступает просветление в мозгу, просыпается уважение к окружающим. Потому как сильно влияет на самооценку и просто оценку своего места в пищевой цепочке сильных мира сего. Получить вовремя по роже — дорогого стоит, глядишь, и изменится человек в лучшую сторону. Ведь лечебную процедуру можно и повторять до полного выздоровления пациента.

На входе в парк из темноты вынырнула Эсмеральда — она со своими поправившимися ветеранами охраняла ближайшие подступы ко дворцу. Попросил её проводить нас на ближайшую укромную полянку и обеспечить отсутствие посторонних в радиусе пятидесяти метров. Молча кивнула, взяла два факела и повела по тёмным дорожкам. Мы с Куракиным в сопровождении наших дам двинулись за ней следом.

А вот и искомая полянка. Эсмеральда воткнула в песок факелы и растворилась в ночи. Я снял мундир и отдал его Анне. Оставшись в белой сорочке, закатал рукава, похрустел шеей, размял плечи. Куракин был сегодня тоже в мундире и со шпагой на боку, он последовал моему примеру: снял мундир и отдал его Елизавете.

— Дюша, ты готов? Давай уже, минута твоего позора, и покончим с этим, — я шагнул навстречу Куракину.

— Я тебя заставлю жрать землю! Позор целиком и полностью будет твоим!

— Ну-ну. Начинай, не болтай. Видел по телеку реслинг с пощёчинами? Ты бьёшь меня ладошкой по лицу первым, потом моя очередь. Магией можно пользоваться любой. Продолжаем до тех пор, пока один из нас не сдастся или не сможет продолжать дальше, — я был спокоен, как удав. Щит Бурбонов на мне, у противника ранг новика — это будет проще, чем у ребёнка конфету отобрать.

Куракин шагнул ближе, в его глазах стал разгораться огонь, он замахнулся и наотмашь ударил меня засветившейся красным ладонью.

— Ай! — вскрикнул он, тряся отбитой рукой. Ещё бы, щита-то у него нет, а красным светится ладонь или синим — бетонной стене это фиолетово. Я же стоял непоколебим, как скала. Даже не шелохнулся.

— Шулер! Я всегда знал, что ты подлого сословия! — воскликнул Куракин, отскочив. — Ты недостоин честной дуэли! Я прирежу тебя, как свинью!

Он выхватил из ножен шпагу и сделал выпад, целя мне прямо в сердце. Клинок изогнулся дугой, уперевшись в Щит, и сломался. Ну всё, сучонок, ты меня достал! Я долго терпел, но в этом мире, видимо, понимают только язык силы. В груди стала разгораться ярость, гнев заполонил меня, застив красной пеленой глаза, и выплеснулся наружу. Удавлю сволочь голыми руками! Сделал шаг вперёд, протягивая руки к горлу княжича. Тот взвизгнул и попытался отскочить, но запнулся и упал на задницу. Он с расширившимися от ужаса глазами засучил руками и ногами, пытаясь отползти от надвигающегося кошмара, и когда мои руки были готовы сомкнуться на его шее, у Куракина закатились глаза, и он потерял сознание.

— Ярослав, стой! — сзади кто-то пытался достучаться до меня. Я же встал на колени, приподнял голову княжича за волосы и сделал замах второй рукой, намереваясь лишить его головы. — Да стой ты! — кто-то сильный схватил меня за руку, мешая завершить начатое.

— Отпусти! — обернувшись, я зарычал в бледное, как смерть, лицо Елизаветы, но та была непреклонна.

— Стой! Ты победил! Дуэль окончена, слышишь? Ярослав, ты победил. Не совершай ошибку, убивая поверженного противника, — Романовой, наконец, удалось оттащить меня от тела, под которым начала расплываться зловонная лужа.

— Я в своём праве! Он нарушил всё, что мог! — я всё ещё пытался вырваться, но гнев стал утихать — Лизе удалось достучаться до моего разума.

— Нарушил-нарушил. Он поплатится за это вплоть до лишения княжеского титула. Но Куракин одарённый, даже такой он нужен империи.

Я оглянулся на Лопухину и через мгновение оказался рядом с ней, сканируя её состояние — она тоже лежала без чувств, потеряв сознание. Вроде, всё в порядке, внутренних повреждений нет. Влил в неё лечебную Силу, пытаясь привести в чувство, но не преуспел. Тогда подхватил её на руки и, глядя на Куракина, усмехнулся:

— Лиза, бери своего спутника, и потащили их к лекарям.

— Фуууу, — она сморщила носик, уловив миазмы, исходящие от княжича. — Нет, дальше он сам.

Из кустов, ломая ветки, вывалились две тёмные фигуры. Я напрягся и сразу расслабился — это была Эсмеральда с Домиником.

— Ярик, что случилось?!? — крикнула охранница.

— Дуэль случилась. Эсми, всё в порядке, но нужна помощь медикусов.

— Ничего себе дуэль! Во дворце переполох, гости не знают, что думать — твой гнев достал до бального зала. Тебе надо срочно появиться во дворце!

— Держи, — я передал тело Лопухиной Доминику и стал на ходу надевать мундир, направляясь во дворец.

— Я с тобой! — меня догнала Романова и зашагала в ногу. — Надо показать, что у нас всё под контролем. Если ты появишься один, все будут думать, что ты со мной что-то сделал. То же самое — я. Появлюсь одна, и возникнет куча вопросов, где ты, и скандал неминуем. Ярик… то, что ты выдал, проняло даже меня, а я спокойно переносила Императорский гнев Екатерины. Что это было?

— Это и будет твой вопрос? Я обещал открыть одну тайну покупателю картины, но не больше, — мой мозг уже пришёл в норму, и я просчитывал разные варианты поведения.

— Пожалуй, нет, — подумав, ответила Елизавета. — Спрошу попозже.

Дойдя до дверей дворца, из которых лился свет, она поправила на мне воротник, стряхнула мелкий мусор с мундира, придавая лоск моему виду, и спросила:

— Ну, что, твоё Величество? Идём?

— Идёмте, графиня. Побудьте моей спутницей до конца вечера, — мне совсем не улыбалось бродить одному среди европейских хищниц Высшего света.

— Это и будет твоим желанием, обещанным за победу в дуэли? — она с иронией приподняла бровь.

— Нет, конечно! Для графини Северной это будет слишком много, а для Великой княгини Романовой слишком мало. Впрочем, ты можешь отказаться.

— Ну уж нет! Не дождёшься! — она решительно взяла меня под руку, и мы шагнули в распахнувшиеся перед нами двери.

* * *

Ирина пребывала в приподнятом после танца с Ярославом. Они опять так чудесно вальсировали! Неужели, он не понимает, что они созданы друг для друга? А ещё грела предстоящая поездка на Канары в его компании. Уж там-то она добьётся своего, и они будут вместе. Хотя бы на время — Ирина понимает всю ответственность перед родом Юсуповых, на которую так легкомысленно забила сестрица.

— А где Ярослав? — она спросила княжича Голицына, когда не смогла отыскать его взглядом среди гостей.

— Так они с Куракиным пошли дуэлиться, — пожал плечами Алексей. — В сопровождении Лопухиной и Романовой.

— Как, с Романовой? — её сердце пропустило удар и забилось в тревоге.

— А чего ты всполошилась? Он же не с ней будет драться, а с Андрюхой.

— Ты не понимаешь… — прошептала она.

И в этот момент из парка накатила волна жажды убийства. Пусть она и была ослаблена расстоянием, но кому-то стало дурно от вызванного ей животного ужаса. Оркестр сфальшивил, взяв слишком высокую ноту, и прекратил играть, справа раздался звук бьющегося стекла — официант споткнулся и полетел на пол с полным подносом фужеров из-под шампанского, именитые гости окутались силовыми щитами в ожидании нападения.

Эти кошмарные волны прекратились через несколько секунд, оставив после себя в зале звенящую тишину. Первой пришла в себя Испанская королева. Проворчав про несдержанность молодёжи, усиленным магией голосом скомандовала оркестру продолжать. Музыканты заиграли менуэт, Исабель подала руку Шонурову-старшему:

— Пойдём, Пётр Алексеевич, тряхнём костями, успокоим гостей. Ярик, опять куда-то вляпался.

— Ух, я ему! — погрозил в воздух краснолицый Лексеич — он был хорошо подшофе, и даже не заметил, что случился переполох. Князь удивлённо обвёл взглядом находящихся в смятении гостей и спросил в полголоса: — Я не понял, а что он натворил?

— Потом узнаем.

* * *

Когда мы с Лизаветой, мирно беседуя, вошли под ручку в зал, удивлённые лица понаехавших надо было видеть! Не знаю, чего они ожидали, но отсутствие между нами малейшего напряжения, порванной одежды и хлещущей кровищи, видимо, поломало их самые смелые надежды на горяченькое. Одна — архимагистр, которая спокойно выдаст Императорский гнев, второй — выскочка, который тоже, вроде, может что-то такое эдакое. Тогда от кого и кому прилетело в парке?!? И где прежние спутники этих двух? Интрига. Высшее общество успокоилось и принялось наворачивать вокруг нас круги в ожидании сенсации. Только русские княжичи с княжнами проявляли олимпийское спокойствие.

— Исабель, позволь тебе представить мою новую спутницу на этот вечер. Елизавета, графиня Северная, — я подошёл к приёмным родителям, закончившим танцевать. — Графиня, Её Королевское Величество Исабель Третья Бурбон.

— Хм, очень приятно, Елизавета. Как вам у нас? — спросила королева и незаметно пихнула в бок зависшего Лексеича — тот затаил дыхание и ещё больше покраснел, увидев Романову.

После тычка он отмер: — В-в-вашество… Кхм, отставить! Графиня, я дико извиняюсь! Дамы, разрешите отойти на время. Оставляю вас в компании Ярика… Ой, то есть Ярослава! — он опять смутился и на деревянных ногах потопал в сторону ближайшего официанта. На перерез ему двинулся Мариуш Мазовецкий.

— Спасибо, Ваше Величество, всё очень достойно, — со светской улыбкой ответила Лиза, проводив взглядом Шонурова-старшего. — Я надеюсь, что отношения между Российской императорской фамилией и королевским родом Бурбонов с новым главой достигнут небывалых высот.

— Будет замечательно, если эти отношения станут взаимовыгодными, а не ущемляющими чьих-то интересов, — прагматично заметила королева. — Я надеюсь, что представители императорской фамилии будут учитывать мои пожелания при выстраивании этих самых отношений.

— Несомненно. Со своей стороны я приложу все усилия, но, вы же понимаете, — Лиза бросила на меня короткий взгляд, — отношения зависят от обеих сторон.

— Без сомнения, это так, — важно кивнула Исабель. — Что ж, развлекайтесь. Хорошего вам вечера.

— Лиза, а пойдём, потанцуем, — предложил своей спутнице, когда мы отошли от королевы. — Надо кое-что обсудить.

— О! В этот раз ты меня пригласил на танец! Однако, прогресс! Веди меня, мой герой! — как раз заиграли вступительные аккорды очередного танца.

— Не ехидничай, тебе это не идёт. Лучше поставь защиту от прослушки, как в тот раз.

Мы начали танцевать, и нас окутал силовой пузырь.

— О чём ты хотел поговорить? — лукаво улыбнулась.

— Что это за подкаты с отношениями и небывалыми высотами? Не хочешь объясниться? — я попытался собрать в кучку разбегающиеся мысли — Лиза прильнула ко мне в танце своими волнующими выпуклостями, мешая думать трезво.

— А ты как думаешь?

— Я думаю, отвечать вопросом на вопрос тебе не идёт.

— Ну, хорошо, — чуть отстранилась и со вздохом принялась объяснять, как маленькому. — Вся политика состоит из сдержек, противовесов и взаимности. По-простому, мы — вам, вы — нам. Вот ты хочешь, чтобы мы вернули активы Лопухиной, а это, между прочим, миллиарды золотых рублей. Или, например, алмазы. Урсула намёками пытается узнать, о каких подпольных объёмах может идти речь, а Констанция прямо спрашивает, на сколько мы через тебя сможем увеличить поставки. А это тоже миллиарды евро. О миллионах — это не их уровень. На этом фоне сущей мелочью выглядит вопрос с омолаживающими кремами, которые мануфактура Шонуровых перестала выпускать. Что ты теперь скажешь о небывалых высотах? Не хочешь объясниться, как российский подданный торгует российскими алмазами, а мы ни сном, ни духом?

— Алмазы не российские, — ответил, держа невозмутимую морду. Блин! Всплыли те самые вопросы, которые, я надеялся, никогда не дойдут до Романовых.

— Не уверена. Да, у нас официально не добываются розовые силовые алмазы, один из которых я купила, и которые ты поставлял польской короне. Я об источнике их происхождения и использовании нашего имени для твоих сомнительных сделок. В твоих интересах всё объяснить, — она не давила и говорила спокойно, но за этим спокойствием таилась сила, которую не стоит игнорировать.

— Хорошо, я подумаю и дам тебе ответ. Завтра. О кремах… Даже не знаю. Может, возобновим производство, может нет. Но это точно уже будет не в Питере. Нет доверия государевым людям, которые то арестуют мануфактуру, то отдают её обратно и требуют выдать крема на гора. А как производить, когда мастеровые разбежались? В общем, для меня это сейчас неактуально и, ты правильно заметила, сущая малость.

— Тем не менее, императрица требует возобновления поставок «Королевского Женьшеня» ко двору и считает этот вопрос одним из ключевых.

— Ну, требовать она может у тех самых дознавателей, что выбивали у меня признание в покушении на Канцлера.

— Да к чёрту! — она вдруг обвила мою шею руками и крепко поцеловала. Оторвалась и горячо зашептала: — Я же тебе сказала, ты — мой герой, спас меня! Ярик, ты можешь больше не скрываться. Я знаю, что ты дал обет безбрачия из-за меня! Ты мне тоже сразу понравился. Если бы я знала, что ты в меня влюбился, эта встреча была бы раньше! — произнесла с жаром, а я почувствовал исходящие от неё эмоции предвкушения и возбуждения. Бляяя, этого мне ещё не хватало! Как знал, не надо было всем подряд про обет.

— Эммм, сразу понравился?

— Конечно! Независимый, бунтарь, красавчик. Не верил, не боялся, не просил. С самых низов, всего добивался сам. Ты знаешь, что девушкам такие нравятся?

— Обычно девушкам нравятся богатенькие мажоры, а это не про меня.

— Мажоры нравятся молоденьким дурочкам, которые ничего ещё не видели. А повидавшим всякого женщинам нужен мужчина не слабее, чем она. Я читала стенограмму твоего допроса менталисткой. Жаль, что не сразу обратила на него внимание. Точнее, ознакомилась, но не приняла на веру. А ведь ты тогда уже признался, что являешься архимагом! И тогда всё сходится: и твоя Сила, когда я не смогла прочесть твои мысли, и твой Гнев, присущий императорским родам, и сломанный малый анализатор… а тот бой с английской боевой звездой, где ты их порвал голыми руками?!? — Лизавета к концу речи распалилась, а я ощутил усиливающееся возбуждение, исходящее от женщины. — Тссс, ничего не отвечай. Вижу сомнение в твоих глазах, не хочу, чтобы ты мне врал. Я уважаю чужие тайны, а некоторые вещи не надо произносить вслух…

Пузырь звуковой защиты с тихим звоном лопнул, и я только сейчас увидел, что танец уже закончился. Елизавета отступила на шаг и сделала реверанс:

— Ярослав, спасибо за танец. Я устала. Не проводите свою спутницу до её покоев? День был насыщенным, мне надо отдохнуть.

— Графиня, сочту за честь, — я решил не оставлять Елизавету одну. Надо договариваться, чтобы моя тайна не стала достоянием общественности. Сложно спрогнозировать, что тогда начнётся.

Под множеством любопытных, ревностных и прочих тяжёлых взглядов мы вышли из зала.

— Зайдёшь на чай? — предложила она, когда мы длинными переходами добрались до дверей её комнаты.

— Не откажусь. Какой у тебя есть?

— Да какая разница?!? — войдя внутрь, она заперла за нами дверь и накинулась на меня, как страдающий от жажды путник набрасывается на воду, найденную в оазисе пустыни. Она впилась в мои губы требовательным поцелуем и вовсю стала орудовать острым язычком в моём рту.

А я что, железный? Когда тебя хочет такая роскошная женщина, остаётся только не ударить в грязь лицом, тем более её эмоции желания пьянили не хуже голицынской шампаньезы. Я стал срывать ставшей ненужной одежду с Лизаветы, она, не отрываясь от затянувшегося поцелуя, начала расстёгивать мой мундир. Не желая воевать с многочисленными застёжками, рванула полы мундира в разные стороны, ткань затрещала, и пуговицы золотом градом застучали по полу. Следом полетела разорванная рубашка — в порыве страсти она совсем потеряла голову и стала рвать на мне одежду. Я не остался в долгу и разорвал спереди её платье, освобождая грудь из плена тяжёлой материи. Стон наслаждения слетел с губ княгини, когда я обеими руками сжал упругие полушария и стал мять её идеальную двоечку. Она отстранилась и с затуманенным взором посмотрела, что стало с её платьем.

— Погоди, — шепнула и через секунду выскользнула из упавшего на пол платья. Она осталась стоять в полупрозрачных трусиках и чулках, мне осталось только подхватить её ладную фигурку и шагнуть в сторону кровати.

Остатки нашей одежды полетели в разные стороны, и вот она уже любовно гладит мой меч самурая с горящими от предвкушения глазами. Наконец, Лиза толкнула меня в грудь, укладывая на лопатки, и начала пристраиваться в позе наездницы. Ну нет, красавица, не в этот раз, я не дам тебе себя объездить. Столкнул в сторону и стал бороться, чтобы овладеть её телом сверху. Романова угадала мои намерения — она зарычала и стала сопротивляться. Очень быстро наша борьба в партере превратилась в реслинг из порнхаба. Никакой пощады друг другу! Только насилие, только бой не на жизнь, а на смерть! Да, кулаками мы не дрались, но силовые приёмы с захватами и удушениями были с обеих сторон. Она ещё и царапаться начала!

— Отпусти меня! — зашипела она. — Кобель! Сволочь! Урод! Как ты обращаешься с будущей императрицей?!?

— Слышала такую народную мудрость: обращайся с королевой, как со шлюхой, а с шлюхой, как с королевой??? — прошептал я ей на ухо, придавив своим телом. — Я буду драть тебя сегодня, как последнюю шлюху. Ай! — она извернулась и саданула мне коленом в промежность.

Вскоре грубая сила победила красоту: я заломил ей руки за спиной, раздвинул её колени своими коленями и, поставив будущую императрицу раком, вошёл в неё. Вошёл грубо, сразу и на всю длину, вызвав короткий вскрик. Затем без раскачивания и без дальнейших прелюдий начал жёстко трахать её узкую киску. Сначала она вскрикивала при каждом моём глубоком проникновении, затем перестала, став стонать и подмахивать навстречу — ей стало нравиться моё доминирование. В спальне раздались шлепки голых тел и усиливающиеся стоны. Отпустил заломленные руки, намотал на кулак её волосы и с упоением стал драть непокорную женщину, утверждая своё превосходство.

Лиза начала стонать в голос — она стала кончать, и я подал чистую Силу на свой член, усиливая удовольствие женщины. Вспышка, и мой нефритовый жезл сжало мышцами влагалища, а партнёрша затряслась в конвульсиях сильнейшего оргазма. Как только её чуть отпустило, стал опять вдалбливать свой член до упора, упираясь в какую-то преграду внутри. Вспышка, вспышка, вспышка, а в ответ уже только мычание и непрекращающийся оргазм. Наконец, не выдержав накопившегося напряжения, излился в партнёршу, подарив ещё одну вспышку напоследок.

Рухнули на бок мокрые и удовлетворённые. Не получилось довести Романову до потери сознания, как когда-то Грабовскую, хотя, я старался. Лиза покрепче Констанции будет, однако.

— Это было нечто, — прошептала хриплым голосом обессиленная княгиня. — Знаешь, у меня уже почти три года никого не было. Жалею, что не встретилась с тобой раньше. Столько времени потеряла зря!

— И чтобы ты сделала?

— Сделала своим фаворитом, конечно! — она приподнялась на локте, и её идеальная грудь качнулась, вызвав у меня новый прилив желания.

— А я бы опять сбежал. Не люблю быть игрушкой, — я стал гладить её гладкую кожу на внутренней части бедра. — Мы, Шонуровы, не размножаемся в неволе, нам свободу подавай. А теперь ещё и Бурбоны такие же свободолюбивые стали.

Она в ответ стала гладить мой расслабленный член, который от действий умелой руки стал опять вставать по стойке смирно.

— А это нормально? Он такой большой… — она уже вовсю его дрочила, не отрывая от него взгляда.

— Тебе что-то не нравится? — я добрался рукой до клитора партнёрши и начал массировать её твердеющую горошину.

— Мог бы быть и понежнее со мной! — женщина отодвинула мою руку и перешла к более активным действиям: уселась на мои бёдра, поелозила причинным местом, затем привстала на коленях и направила мой королевский скипетр в своё лоно.

— Оххх, — выдохнула она, насадившись на половину, — такой огромной елдой ты мне там чуть всё не порвал.

— Сдалась бы сразу, никакой борьбы не было бы.

— Я? Сдалась?!? Никогда!!! — она стала двигаться, настраиваясь на волну.

— Ах, тааак?!? — не выходя из партнёрши, повалил её набок, а затем и на спину — она успела только пискнуть. Развёл её ноги широко в стороны, зафиксировал руки и стал добиваться покорности, быстро трахая на всю длину члена. Ритмичные шлепки обнажённых тел опять разнеслись по комнате. — А теперь сдаёшься?

— Нет! Ни-ко-гда… Ах… Ох… Мамочки, ещё!!! — её лицо исказилось в порыве страсти. Ещё, значит ещё. Опять подал энергию на свой меч джедая, и она закричала от сотрясшего её оргазма. — Ещё! Ещё! Ещё! — она повторяла с закрытыми глазами, принимая меня на всю длину. Вот что значит длительное воздержание — совсем одичала в одиночестве.

На очередной вспышке моего нефритового жезла внутри женщины она не выдержала и отрубилась. Я как раз тоже кончил и без сил свалился рядом. Ух, такого непрерывного марафона у меня давненько не было… Прогнал через тело энергию жизни, восстанавливая силы, рядом зашевелилась Елизавета.

— Я победил, — погладил её по голове с растрёпанной причёской, когда она открыла глаза.

— Ты? Побеждают сильнейшие, а это так, лёгкая разминка перед генеральным сражением. Рано расслабился, победа будет за мной!

Я зарычал и приступил к третьему акту марлезонского балета.

— Ой, только не в попу! Стой! Всё, сдаюсь, сдаюсь! — взмолилась Лизавета.

— Точно?!? — я и не думал останавливаться.

— Да! Сдаюсь на милость победителя!

И уже тише: — Только будь со мной нежен, я там ещё девочка…

* * *

Меня разбудил солнечный луч, проникший сквозь задёрнутые шторы. Бросил взгляд на часы — семь утра. Для аристо ещё совсем раннее время — все отсыпаются после бала до полудня, а мне в самый раз, чтобы тихо по-английски свалить, не прощаясь. Стараясь не шуметь, встал, чтобы не разбудить Лизавету. Вчера она всё никак не могла успокоиться и угомонилась только к четырём утра, испробовав разные позы и даже сделав интересные для себя открытия. Даже в джакузи с пузырьками попробовали. В общем, утомилась, бедняжка, пусть спит.

Натянул на себя штаны с сапогами, стал собирать разорванную одежду. Мда, рубашку уже ничего не спасёт, а мундир без пуговиц можно надеть на голое тело и запахн у ть. Не буду же я с голым торсом шарахаться по коридорам дворца? Не дело это — в первый же день в статусе Главы рода давать повод для зубоскальства и сплетен среди придворных.

— Ты куда? — сзади послышался сонный голос.

— Спи, милая. Мне пора, — я направился к двери.

— Стой! Не уходи! — она подскочила с кровати и обвила руками со спины, не давая уйти.

— Я должен. Что будет с твоей репутацией, если увидят меня, выходящим из твоих покоев?

— Можно подумать, кто-то в этом дворце не знает, что ты провёл эту ночь со мной?!? Пусть завидуют!

— И всё же, пойду я, дела не ждут.

— Возвращайся! Ты мне обещал раскрыть свою тайну!

— Одну из тайн, а у меня их много, — я, наконец, развернулся и обнял обнажённое тело, прильнувшее ко мне. Посмотрел в счастливые глаза удовлетворённой женщины и вздохнул. — Хорошо. Буду в десять, жди. А сейчас иди, отдыхай, — я развернул Лизавету на сто восемьдесят и придал ускорение шлепком по ягодице.

За дверями ко мне присоединилась Эсмеральда и чётко по-военному доложила обстановку:

— Ярослав, с Анной всё в порядке, пришла в себя, выспалась, сейчас чем-то занимается со Смирновой в гараже. Куракина отмыли, привели в сознание, дали снотворное, сейчас спит у себя. Госпожа Мухина отсыпается после бессонной ночи. Драк, дуэлей и других происшествий во время нашего дежурства не было!

— Где Матриарх со свитой?

— Ушли в монастырь.

— В смысле? — аж остановился от неожиданной новости.

— Так Энкарнасьон находится через дорогу от дворца! Дольше ехать, — не поняла моего удивления охранница.

— Аааа, понятно. А я уж подумал… — я вспомнил, что Матриарх с кардинальшами и прочими сёстрами остановилась в женском монастыре, а не в дворце. — Ничего не просила передать?

— Они о чём-то с Её Величеством Исабель говорили перед уходом, я не в курсе.

— Ясно. Спасибо, Эсмеральда, иди, отдыхай, — я заметил покрасневшие глаза магички после беспокойной ночи.

Только принял душ и переоделся, как в покои постучал Энрике и сообщил, что королева ожидает на завтрак.

— Всем доброе утро! — на часах девять утра, прекрасная солнечная погода — утро и правда было добрым, но не для всех.

— Доброе утро, — улыбнулась Исабель.

— Кому, доброе, а кому, не очень,- простонал бледный Лексеич, перебравший вчера с возлияниями. Я подошёл к нему сзади и положил руки на голову, подавая лечебную Силу.

— Батя, ты бы поберёг моторчик. Да и нейроны от алкоголя в голове умирают, не восстанавливаются. Будешь потом междометиями.

— Оооо, отпускает, — с наслаждением простонал он. — Так это нечасто. Раз в жизни такой праздник бывает. А с роднёй грех было не выпить. Оказывается, Мазовецкий — мировой мужик! Хорошо поговорили, вспомнили боевую молодость.

— Много расспрашивал? — я закончил с лечением и сел на своё место.

— Да не, я сам всё рассказал, — простодушно отмахнулся Лексеич. — Как воевал на границе с Польшей, как ранение в бою получил, когда шляхту в капусту рубил. О тебе и не рассказывал. Почти. Только что усыновил, и что голова у тебя светлая — крема придумал, у нашего предприятия сразу дела в гору пошли… А, вспомнил! Он спрашивал, в каких ты отношениях с Романовыми…

— А ты?

— Рассказал всё, как на духу. Что не знаю и знать не желаю про отношения, ибо чревато. Но он не расстроился. Договорились встретиться ещё и вообще дружить домами. Я же говорю, мировой мужик!

— Ну-ну, ты бы осторожнее с ним. Шляхта, да ещё и поляк… Бель, а ты о чём с Матриархом?

Королева, пившая до этого маленькими глотками кофе, отставила свою чашку и откинулась в кресле:

— Малгожата говорит, что церковь благословляет пожертвования на благие дела, к коим относится и десятина. Рассчитывает тебя сегодня увидеть в лоне Римской католической церкви в три часа пополудни.

— Пусть и дальше надеется. Богу — богово, кесарю — кесарево. А будет лезть в мирские дела, так матриархи тоже люди. Бывает, надрываются на работе. Можно сказать, сгорают прямо на своём рабочем месте. В общем, полезут ко мне, спрошу с неё почём опиум для народа.

— Дааа, если бы не предсказание… я бы уже пожалела о своём выборе. Но я не жалею. Только наступая на мозоли окружающим, можно отстоять свои интересы. Делай, что должен, мой мальчик, и будь, что будет… Я слышала, ты провёл встречу на высшем уровне с графиней Северной?

— От кого слышала?

— От кого, от кого… — проворчала она. — Всё западное крыло дворца слышало! Вы бы хоть полог тишины накидывали, что ли⁈ Когда будете выяснять отношения, кто из вас главнее в паре.

— Да нет никакой пары. Пар спустили, и навели мосты для будущих переговоров. Так сказать, обозначили свои позиции.

— Ну-ну. Посмотрим, о чём договоритесь с этих ваших позиций, — королева ворчала уже больше по-привычке.

А вообще, конечно, переговоры предстоят непростые. Это у парней на первом месте чувства и романтика, а женщины существа до мозга костей практичные. Видел ещё в той жизни интервью у молодых парней и девушек. Ведущая спрашивала, что для них важнее. В ответ от девушек звучало: «деньги» и «материальный достаток». Тогда как парни признавались, что «хотят найти вторую половинку», «чтобы любила и уважала, растила детей». Так что я не обольщаюсь — у Романовой на первом месте интересы рода и империи, которой она живёт и служит, а не чувства.

* * *

В десять утра был у покоев Елизаветы. Постучался, сразу открыла дверь со светящимся от радости лицом. Сама отлично выглядит: лёгкое платье, причёска, дневной макияж, на шее — кулон от «Пандоры» в виде розового сердца. Хорошо быть магессой, от бурной ночи — ни следа.

Зашёл. В комнате на подставке стоит моя картина в раме.

— Нравится?

— Мне больше нравится тайна, которая идёт в довесок. Надеюсь, она ст о ит своих денег, — она встала рядом и принялась вместе со мной разглядывать квадрат.

— А давай, я тебе скажу, что это мой автопортрет, и закончим на этом? Даже добавлю, что рисовал себя обнажённым, глядя в зеркало. Так что на картине то самое место, которое тебе у меня больше всего понравилось.

— Не верю. У тебя не такая чёрная душа.

— А ночью говорила, что тебе нравится мой боец, и какой он у меня большой.

— Ярик, оставь ночные пошлости для ночи, ты не Ржевский, тебе не идёт. Мне кажется, ты сейчас не знаешь, как себя вести. Посмотри на меня, — она повернула руками мою голову к себе. — Я всё та же женщина, которую ты любишь, и которая любит тебя. Твоя женщина.

— Чёрт, это будет труднее, чем я думал, — убрал от своей головы её руки. Не такой уж я подлец, чтобы прямо сейчас заявить, что во мне сидит старый циник, который не верит в любовь. Ну, может, немного верит где-то там, в глубине души, но пускать туда другого человека… Нет, я пока не готов. — Давай оставим этот разговор на потом. Спрашивай свой вопрос.

— Откуда ты берёшь алмазы? — впилась в меня пронзительным взглядом.

— Лиз, а может, я тебе лучше свой ранг озвучу?

— Пффф, я уже догадалась, что ты — архимаг. Правда, как им стал, мне не понятно. Нет, милый, алмазы.

— Я их делаю сам.

— Сам??? — в изумлении распахнула глаза, но потом загрузилась в раздумья. — Сам… сам… Но как? Нет такой технологии в мире, я бы знала!

— В мире нет, а у меня есть.

— Покажи!

— Мадмуазель, а в добавок к картине машинку для закатывания губ вам не подарить? — скептически приподнял бровь.

— Ну, покажи, покажи, покажи! — Лиза впала в детство, схватив меня за руку и чуть не подпрыгивая на месте от нетерпения.

— Девушка, вам сколько лет? — попытался вразумить, надавив на обычно больную женскую тему.

— Покажи, покажи! — не прокатило.

— Ладно, собирайся, смотаемся по-быстрому, — проворчал для вида. Но на самом деле мне было интересно, сможет ли архимаг создать сферу давления эмерита? Ведь я назвал так сферу, будучи в самом высоком ранге. Планировал потом девушек своих попробовать для создания алмазов, когда они станут архимагинями, поскольку сам уже не успевал за возросшей потребностью. А здесь такой повод — сама попросила показать. Тем более, риск минимален. Не сможет Лиза делать алмазы, то и говорить не о чем. А если сможет… Вот вы себе можете представить, что сёстры Романовы сидят ночами у вакуумной печки, чтобы получить горсть алмазов, обнуляя при этом свой магический резерв? Вот и я не могу. Зачем им это, если ящиками получают с приисков уже готовые? И трепаться не в их интересах: вдруг, кто повторит, и обвалит цены на эти самые алмазы?

Сели в отремонтированный Комбат и в сопровождении микроавтобуса дежурной охраны поехали на монетный двор. Провёл её коридорами в подсобку, где стояли мои видавшие виды три обшарпанные печки.

— Вот! Моя кимберлитовая трубка, — я пафосно обвёл рукой небольшое помещение без окон.

— Что-то не впечатляет.

— Ну, лаборатория в процессе расширения производства, но тебе же только принцип понять? Смотри, — я засыпал в оправки готовый графитовый порошок и запустил процесс.

— А это зачем? — поинтересовалась Лиза, когда я включил вакуумный насос.

— Технологическую карту тебе рано, сначала проверим твои силы.

Через двадцать минут температура в печке достигла нужной величины — Ксюша что-то доработала в нагревательных элементах ещё в Варшаве, и процесс теперь не занимал несколько часов.

— Вот, смесь готова, теперь подаём газ, создаём сферу давления, как воздушный щит, только внутрь, сжимаем, сжимаем, и вуаля! — в печке хлопнуло, исходящее из неё яркое свечение пропало. — На выходе свежезапечённые силовые алмазы!

Открыл печку, вытряхнул на ладонь из формочек несколько алмазов правильной формы и протянул их Лизавете.

— Красивые… Так просто?!? — она попробовала зарядить маной кристаллы, и они начали мягко светиться изнутри, отсвечиваясь в её глазах.

— А ты попробуй. Вон ещё две печки готовы. Сначала делаешь сферу, а потом сжимаешь её своей Силой, пока хватает сил.

Лиза попробовала. Я перешёл на аурное зрение, чтобы проконтролировать процесс. Сделала всё правильно: сформировала сферу внутри печи, стала её сжимать, используя энергию своего источника.

— Всё, больше не могу, — заявила Лиза, когда её источник почти опустошился. Посмотрел на неё обычным зрением — на лице испарина, на виске бьётся проступившая от напряжения венка. И правда, больше не может.

— Всё, отпускай сферу, посмотрим, что получилось.

В печке раздался несильный хлопок, и я открыл дверцу.

— Мда, фокус не удался, факир был пьян, — пробормотал я, доставая огнеупорной рукавицей горячую оправку. Высыпал на стол чёрные камушки, взял один и без труда раскрошил его пальцами.

— Не получилось? — расстроилась княгиня.

— Получилось, но не то. Попробуешь ещё раз? — предложил из вежливости, хотя, видел, что её сил на ещё один такой подвиг не хватит.

— Нет, устала что-то. Давай опять ты, только помедленнее.

— Да без проблем, — я опять показал весь финальный процесс. После хлопка достал и высыпал на ладонь очередную партию готовых алмазов. Что ж, отрицательный результат — тоже результат. Не получилось у Романовой создать давление, как при ядерном взрыве, может получится у архимагинь, собранных в боевую звезду? Надо будет не терять время, и сразу ставить эксперимент, когда все мои девушки станут архимагистрами.

— Это какой глубины у тебя источник, если два раза подряд смог, а я и одного раза до конца довести не смогла? — задумалась вслух, и тут же без паузы: — А ты точно архимаг? — с подозрением покосилась на меня.

— Лиза, ты же выбрала один вопрос и уже получила правдивый ответ. Так что больше не спрашивай. А теперь моя очередь загадывать желание.

— Я думала, твоё желание уже сбылось, — она, глядя мне в глаза, хлопнула себя по ягодицам и сжала их ладонями.

— Нееет, дорогая. Это твоё желание сбылось, а моё ещё нет. Верни активы клана Лопухиных наследнице Анне.

Глава 13

Мужик рассказывает другу:

— Еду как-то ночью. Вдруг, вижу на дороге лягушку. Подобрал её. Приехал домой, лёг спать и лягушку положил рядом с собой. Утром просыпаюсь — а со мной лежит обалденная блондинка! Вот ты мне веришь?

— Верю.

— А жена не верит!

* * *

Я уже говорил, что для женщин на первом месте деньги? Романова посмотрела на меня недоумённо. Какие активы? Какие счета? Это дело империи. Пусть Анна появляется в России и всё делает официально. Подаёт прошение на высочайшую инстанцию, как Императрица решит, так и будет.

— А зачем тогда этот фарс? Обещание от рода Романовых?

— Ярик, ну ты различай интересы Романовых и всей Российской империи! И вообще, давай не будем о скучном.

— О скучном?!? — я начал закипать. — Лиза, вот так дом Романовых исполняет свои обещания?

— А ты не проси несбыточного! Ярослав, ты как хитрожопый поляк. Хотел для своей подстилки ещё и денег с нас выбить?

— Аня не подстилка. Скажи, а ты специально Куракина с дуэлью подставила, чтобы сблизиться со мной? Если знала, что я выше рангом. Не жалко его тебе было?

— Жалко у пчёлки! Ты не ответил про свою пассию. Что у тебя с Анной?

— Лиза, стоп! Где-то наш разговор повернул не туда. Давай возьмём паузу, чтобы не поссориться.

Обратный путь до дворца на машине прошёл в молчании. Лизавета смотрела в задумчивости в окно, я же был на нервах. В конце пути не выдержал:

— Про алмазы выяснили. Я не прикрывался домом Романовых. Намекал, что с некой миссией, а Грабовская сама додумала, ещё и Урсулу ввела в заблуждение. Так что претензий по алмазам не принимаю. Если есть интерес, давайте объединим усилия, обрушим алмазный рынок, обанкротим Де Бирс.

— Господи, Ярик, какую чушь ты несешь! Как ты их собрался банкротить? — развернулась ко мне всем телом в раздражении. — Как можно обрушить рынок, если делаешь в час по чайной ложке, а российские алмазы под санкциями?!? Ты лучше скажи, что пошутил на счёт наследства Лопухиной.

— Лиза, какие шутки?!? Я, что, похож на шутника?

— На клоуна ты похож! Ходишь весь из себя павлин-мавлин, прожекты строишь, когда твоё дело детей одарённым строгать. Да с таким потенциалом ты всю европейскую политику с нашей помощью под себя подмять можешь!

— За деньги и влияние трахать одарённых аристократок? Тогда чем я от проститутки буду отличаться?

— Я тебе открою глаза, мой милый. В политике все кто снизу — проститутки. Все с этого начинали.

— И ты?

— А я сверху! Я — Её Высочество Романова! Управляю империей вместе с сестрой!

— Знаешь, в одной вселенной Романовы доуправлялись до того, что развалили империю и кончились вместе с ней.

— О чём ты?

— Да так, мысли в слух про альтернативно одарённых. Скажи мне в последний раз, ты вернёшь активы Лопухиных?

— Нет! И хватит об этом!

— Значит, не договорились…

— Конечно! Договариваются с равными. А ты, хоть, и ровня мне теперь по Силе и статусу, но весовые категории слишком разные! Да ты пылинки с меня сдувать должен и ловить каждое моё слово! — завелась Елизавета.

Мы остановились на парковке у дворца, я вылез с места водителя, обошёл машину, открыл дверцу пассажира и помог ей выйти, скрывая разочарование.

— Что ж, графиня, я вас услышал. Жаль, что не получилось договориться. В этом случае считаю ваше дальнейшее нахождение на территории королевства неуместным, — перешёл на официальный тон. — Извольте завтра покинуть Испанию!

— Всенепременно, Ваше Высочество! Не сомневайтесь, покину. Провожать меня не нужно! — сверкнула глазами и поцокала с парковки во дворец.

* * *

Лиза в раздражении шагала по дорожкам парка — она решила прогуляться, чтобы унять расшалившиеся нервы. Каков наглец! Не только и дальше собирается кувыркаться с другими девицами, когда у него появилась она, Романова, но и собирается кувыркаться за её счёт! Что в казну попало, то пропало, а он: глаза завидущие, руки загребущие! Нет чтобы подластиться, да попросить по-человечески, как это принято у парней, когда они просят у своих девушек денег, одежду или машину, так он требовать вздумал! Ну и что, что подставила Куракина? Того требовали интересы империи, чтобы выяснить всё о Ярославе! Конечно, не надо было так резко с Ярославом, но уж слишком он был нагл и самоуверен. Бесит! Хотя, он хорош и влюблён в неё, и она, вроде, тоже в него влюбилась, как девчонка. Но он же должен понимать, что для неё на первом месте род и кровь предков!?!

Пройдясь по дорожкам, она немного остыла. Дура! Ну что стоило всё свести к шутке? С её-то опытом? Закусило, что не она была главная в постели? — Лиза начала заниматься самокопанием и только присела на скамейку в тени, как с другой стороны кустов раздалась русская речь.

— Парни, прикиньте, меня вчера Вероника к себе утащила и чуть не изнасиловала! Заездила меня совсем! — воскликнул кто-то голосом Родиона Трубецкого.

— Такая же фигня! Меня к себе Алёна привела, тоже полночи развлекались! — ответили голосом Саши Хованского.

— Повезло вам. А моя спутница к себе пошла отдыхать. У Ирины случилась мигрень на балу после всплеска Императорского гнева, — прозвучал голос Лёши Голицына.

— А мы с Гончаровой до утра в парке гуляли, — ответил голос Димы Разумовского.

— И о чём говорили?

— Я ей о звёздных войнах, о космических рыцарях, а она спрашивала, как сильно её люблю и что готов сделать, чтобы доказать. В общем, замуж за меня хочет, если соглашусь на её условия.

— А ты?

— А что, я? Она обещала сладенького выдать авансом, к себе под утро позвала, так отказался. Не готов ещё ответственное решение принять.

— Бггг, ну и дурак! — прозвучал голос Андрюши Куракина. — Дают — бери, бьют — беги. А ты, как баба из простушек, ломаешься.

— Андрюх, а ты сам-то вчера как ночь провёл?

— Так это, Ярику, пиздаболу этому, вчера втащил на дуэли, что он потерялся где-то, а Лиза меня потом полночи благодарила в разных позах! — похвастался Куракин.

— Какая Лиза? — не понял Разумовский.

— Известно, какая — Романова! Трахал её вчера до посинения! — видимо, у Куракина после дуэли случилось разжижение в мозгах — он начал нести откровенную дичь, и Елизавета не выдержала.

— Здравствуйте, мальчики, — она вышла из-за кустов и спросила ласково. — Андрюша, так кого ты вчера трахал?

Молчание было ей ответом — парни замерли, боясь пошевелиться, а Куракин стал краснеть.

— Молчишь? Расскажу тебе одно стихотворение нашего любимого Александра Сергеевича.

Орлов с Истоминой в постеле

В убогой нагот е лежал.

Не отличился в жарком деле

Непостоянный генерал.

Не думав милого обидеть,

Взяла Лаиса микроскоп

И говорит: 'Позволь увидеть,

Чем ты меня, мой милый, ёб'.

От излишне болтливого княжича можно было прикуривать, другие парни тоже стали краснеть, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не заржать.

— Вот что, ребятки, погуляли, и хватит. Завтра все вылетаем домой. А тебя, дорогой Андрюша, жду в Имперской канцелярии через три дня. С отцом и матушкой. Пора тебе взрослеть или лечиться, если не всё в порядке с головой. Будем все вместе думать, кто и как должен отвечать за свои слова и дела, ТЫ ПОНЯЛ?!? — в конце Лиза не сдержалась и выплеснула накопившееся раздражение Императорским гневом.

С побледневших парней мигом слетело веселье, а придавленный Куракин закатил глаза и потерял сознание. Под ним опять начала расплываться лужа. Лиза повела носом и поморщилась:

— Тц, засранец, только языком молоть. Вот так, мальчики, учитесь, как не надо делать. В России молчание — золото.

* * *

На следующий день русская делегация с притихшими княжичами улетела, оставив в Мадриде одну Юсупову. Княжны тоже порывались остаться, чтобы слетать в моей компании на Канары, но что-то у них случилось, и они резко засобирались домой. Только Ирина изъявила твёрдое желание повидаться с сестрой.

После убытия «графини», состоялись запланированные встречи с королевами.

— Ярослав, что вы решили? — первая встреча была с Грабовской. Вместе с Польской королевой на переговорах был её муж, с моей стороны — Лопухина.

— Констанция, все договорённости по финансированию проекта в Закопанах в силе, а вот с алмазной биржей пока не получается. Не хватает объёмов, чтобы сделать Варшаву алмазной столицей.

— Но ведь ты обещал… А почему Елизавета спешно уехала, не осталась на переговоры? Думаю, вместе мы бы выработали устраивающее всех решение.

— Она не имеет отношения к поставляемым мной алмазам.

— Да-да, конечно. Понимаю… Что ж, умно. Уехала, чтобы не вызывать лишних подозрений. Но мы то с вами знаем, откуда алмазы, — она многозначительно понизила голос.

— Констанция…

— Всё, молчу-молчу. Даже у стен есть уши… Да, по поводу дефензивы: я провела расследование и сняла с тебя все обвинения. Так что этот парк с живописными руинами на месте Лазенковского дворца — твой. Можешь возвращаться в любое время, восстанавливать наше общее историческое наследие, никаких к тебе претензий.

— Спасибо, тронут.

— Ещё один вопрос: а что за броненосец «Потёмкин» к нам прилетал? Я бы хотела купить такой дирижабль для коллекции, — поинтересовалась легкомысленным тоном, как о незначительном, а в эмоциях тщательно скрываемый интерес.

— Новейшая российская разработка. Очень секретная, — перевёл все стрелки на Романовых, подтвердив самые худшие опасения польки. Со своей стороны я уже не опасался широкой огласки: одним подозрением больше, одним меньше, императорскому дому — без разницы.

— Понятно, жаль… Ярослав, я слышала, ты изобрёл какие-то чудо-крема?

— От кого?

— От меня, — влез в разговор Мариуш. — Мне твой отец рассказал. Я потом поискал в интернете, ты и шампунь, и крем производил.

— Да, было дело. Шампунь для роста волос, «Кобелиная сила» называется. Ну, и крема до кучи. Но сейчас мы пока приостановили выпуск, ищем новую производственную площадку.

— О, так может, у нас? — предложила полька. — Выделим землю с фабрикой, с тебя производство, прибыль пополам.

— Спасибо за щедрое предложение, — я не смог сдержать саркастической улыбки. — Я подумаю, но, вряд ли. Производство должно быть под боком, к вам не наездишься. Давайте пока завершим инвестпроект в Татрах. Как там дела продвигаются?

В общем, встречу завершили на позитивной ноте, чему поспособствовала очередная партия переданных алмазов.

* * *

Следующая встреча была с немками.

— Ярослав, что ты решил по поводу женитьбы на Генриетте? — спросила Урсула.

С их стороны была королева вместе с принцессой-консортом Бертой, с нашей — я в сопровождении Лопухиной. Её Величество была сегодня в довольно открытом платье, намереваясь использовать свой сексапил в переговорах. Ничё так фигурка, вполне ебабельна. Только мимо — мне уже имеющихся девушек за глаза. Как в анекдоте: «Мужчины хотят секса каждый день, пока не встретят женщину, которая хочет секса каждый день».

— Жениться в ближайшее время не входит в мои планы. Вынужден отказаться. Но! Я очень трепетно отношусь к своим будущим отпрыскам. Предлагаю баронессе войти в мою свиту. Дому Бурбонов требуется свежая кровь, для Греты найдётся тёплое местечко.

— Что ж, я поняла, — поджала губы Урсула. — Но это было вполне ожидаемо. После того, как на тебя обратила внимание Великая княгиня, многие стали относиться к тебе по-другому. Скажи, а какой у тебя ранг?

— А ты как думаешь?

— Ходят слухи, что не ниже архимагистра, но я не верю. Так какой? — глянула пронзительно.

— Не меньше, чем у тебя.

— Не верю! Сможешь доказать?

— А зачем? Хотя… если есть лишний магический шар-анализатор, привози. Интересно самому, что покажет.

— Я подумаю, — важно кивнула, скрывая волнение. Ещё бы, такая новость! В этих краях мужчин магистров отродясь не бывало! — А что на счёт алмазов? Дойчланд заинтересован в стабильных поставках русских алмазов на свой рынок. И силовых, и обычных…

— Урсула, я всем говорю: нет у меня алмазов из России! Это алмазы рода Бурбонов, и точка!

— Конечно-конечно, мы все понимаем, что в Испании нет и быть не может русских алмазов, — притворно согласилась. — Но всё же, могу я рассчитывать на стабильные поставки кристаллов с дисконтом от цены Де Бирс?

— Можешь. Точно будет дешевле. Я как раз провёл углубленные консультации по ценообразованию с Елизаветой, и могу сказать, что идея понижения цены на алмазы нашла… не то чтобы поддержку, но горячий отклик в душе русского канцлера.

— Да уж, мы все слышали, как вы всю ночь консультировались. Я бы тоже с удовольствием проконсультировала по любому интересующему тебя вопросу! — заправила выбившийся локон за ушко. — Может, Испании что-то интересно? Беспроцентные ссуды? Машины? Королевский род Гогенцоллернов готов оказать дому Бурбонов всеобъемлющую поддержку, — Урсула приоткрыла рот и провела языком по губам.

— Это очень заманчивое предложение. Обещаю, я обязательно его обдумаю, — ответил с полуулыбкой, закругляясь. Вот ещё! Торговать телом для преференций? Увольте!

* * *

После обеда ко мне на встречу напросился итальянский принц. Удивился, этому-то что нужно? Оказалось, что Медичи уже опробовал «Комбат» и пришёл в полный восторг:

— Перфекто! Белиссисмо! — он писал кипятком от переполнявших его эмоций. — Уважаемый Ярослав, выражаю своё восхищение вашим автомобилем! Как вам удалось достичь такой динамики?

Слово за слово, и вот я уже служу переводчиком между Филиппом и скромно одетой Смирновой, к которой мы переместились в гараж. Хорошо, что она сегодня не работала с железом, а корпела над чертежами ракеты — «Комбаты» разошлись по рукам, не было повода надевать любимый комбез. В конечном итоге Филипп, которому недавно стукнуло двадцать лет, предложил выпуск наших броневиков на мощностях скудерии Дукати, контрольный пакет которой принадлежит семейству Медичи. А когда он узнал, что в нашем гараже как раз стоит самая мощная модель мотоцикла, он ещё больше воспылал энтузиазмом:

— Ярослав, само небо свело вместе любителей машин и мотоциклов, работающих на силовых кристаллах! Мамма миа! Да мы таких дел наворотим, Роллс-Ройсы и Бугатти будут нервно курить в сторонке!

Наконец, мы обменялись контактами, договорились быть на связи и расстались довольные друг другом. Итальянцы последними из гостей уехали домой, осталась только Генриетта, которая решила таки войти в свиту принца Бурбонов. Да от святош ни слуху, ни духу, что немного напрягает. После моего показательного игнора они затаились, наверняка готовя какую-то пакость.

На следующий день начали собираться на Канары. В итоге, со мной на броненосце полетит Мухина с Юсуповой. В Мадриде останется Смирнова, которая с головой погрузилась в новый проект, и Аня с Гретой, у которой я принял клятву не вредить мне и моим близким в обмен на возможность быть рядом. Посмотрим, никаких тайн я ей не раскрываю, пока не пообтешется. Отдал её на воспитание Лопухиной, которая воспылала энтузиазмом, получив новую игрушку:

— Так ты говоришь, она мазохистка?

— Махровая. Клейма ставить негде.

— Ооооо! Ты лети спокойно, отдыхай, мы здесь сами разберёмся. И за хозяйством я присмотрю, и на новенькую гляну. Со всех сторон.

Вот и полетели втроём, плюс боевая звезда охраны во главе с Эсмеральдой. Во время полёта Варя, терзаемая писательским зудом, погрузилась в подготовку очередного выпуска «Чижика», Ирина, непонятно за что на меня дувшаяся, сидела с самоучителем испанского языка, я же думал, что делать с Де Бирс. Поймал себя на мысли, что слова Лизы меня задели — не хочется думать о себе, как о прожектёре.

Полёт был меньше суток, на следующий день утром были на Исла де Гран Канариа, где попал в объятия своих девушек, успевших соскучиться по мне и по новостям великосветской тусовки из Мадрида.

* * *

В старинном зале женского монастыря Энкарнасьон, переделанном в современный рабочий кабинет, Матриарх общалась со своим кардиналом:

— Франческа, ты лично общалась с молодым Бурбоном. Хоть, и не долго, но всё же. Что ты о нём думаешь?

— Ваше Преподобие, мне он показался слишком смазливым. Не знаю, мне кажется, многие клюют на его внешность, приписывая ему несвойственную мужчинам Силу. К тому же, он слишком самоуверен и нагл, проигнорировав ваши пожелания. Надо указать ему место, чтобы не забывался!

— Красота — это страшное оружие. Но, чем красивее мужчина, тем он должен быть умнее. Ибо только своим умом он может противостоять тому вреду, который приносит ему красота. Судя по тому, что никому из европейских лидеров не удалось с ходу захомутать Ярослава, он достаточно умён и изворотлив. Как ты предлагаешь указать ему своё место?

— Методы стандартные, — пожала плечами кардинальша. — Обвинение в ереси, организация народных волнений и протестов, дуэль, где он проиграет, суд Святой инквизиции, на котором он покается и примет все наши условия или умрёт. У Испании только один магистр — Исабель. Церковь умеет ждать. После её ухода в другой мир я спокойно справлюсь с новым королём, вызвав его на дуэль.

— Франческа, ты помнишь, что стало с сестрой Беатриче? Она погибла при покушении на Елизавету Романову и проведении обряда возвышения. А ведь она тоже была магистром, как и ты. Мы так и не выяснили, что доподлинно произошло в Аугсбурге, где побывал Ярослав. Всё указывает, что именно он был сосудом. Я почувствовала, что источник Беатриче стал деградировать. А вдруг, именно молодой Бурбон возвысился? Ты правильно заметила, церковь умеет ждать. Я предлагаю тебе сначала выяснить его уровень, чтобы знать, к чему готовиться.

— Но как? Очень сложно заставить дворянина пройти тест на магическом шаре, если он этого не хочет.

— Ты должна соблазнить его.

— Я? Его???

— Да. Займитесь этим на большом магическом анализаторе. В момент наивысшего наслаждения происходит непроизвольный выплеск Силы. Достаточно телесного контакта в момент оргазма, и шар выдаст всю информацию о нём.

— Но как я должна заманить его в Рим?

— Этого не требуется, переправим шар в этот монастырь.

— А если он меня не захочет?

— Франческа, не разочаровывай меня. Сделай так, что бы захотел. Не всё же тебе слушать английского интригана лорда Кавендиша, с которым ты развлекаешься? Я знаю, что англичанка сделала на тебя ставку, как на будущего Матриарха.

— Ваше Преподобие… — смутилась кардинальша.

— Да-да, я много чего знаю. Девочка, не давай себе задурить голову. Англичане хотят столкнуть Европу с Россией. Для нас это смерти подобно. Наш интерес — обещать англичанке и саботировать начало войны. Самое лучшее, что может быть — Европейский союз мирно объединится с Российской империей. Конечно же под нашим началом. Представь, Глава Римской Католической церкви и Российская императрица — одно лицо. Ты. Мы сделали ставку на Лопухину, но не получилось. Попробуем через Бурбона, раз он стал близок Елизавете. Найди к нему ключик, сделай своей марионеткой и нанеси через него удар по Романовым.

— Какие ресурсы я могу задействовать? — глаза Франчески блестели от открывшихся перспектив.

— Не буду говорить, что любые. Постарайся справиться сама в рамках своего бюджета и подчинённых тебе людей. Максимум, что можешь сверх этого — простить ему десятину. Всё равно он платить не собирается, — проворчала Матриарх. — Молодой, дерзкий… Ничего, и не таких мужчин ставили в стойло.

* * *

Август на Балтийском море чудо, как хорош. Нет этой изнуряющей жары Пиреней, когда дыхание африканской пустыни ощущается во всей Испании. Лёгкий бриз колышет прозрачный тюль у открытого настежь окна, солнце, любимые берёзки, птички… одним словом, красота!

— Ну, рассказывай! — Екатерина, расположившись на террасе, налила себе и сестрице чаю. Лиза только вчера вечером прилетела, сразу ушла отдыхать к себе с дороги и вот сегодня пришла с докладом.

— Хорошо съездила, узнала много всякого-разного, закрыла один гештальт, а денег потратилааа… — младшая сделала театральную паузу, став маленькими глоточками пить чай.

— Чего? Не тяни! — императрица в нетерпении отставила чашку.

— В общем, я потратила сто пятнадцать миллионов евро, чтобы узнать его тайну, но не выяснила, какой ранг у Шонурова, ставшего Бурбоном.

— В смысле? А куда тогда потратила такие деньги???

— Купила на аукционе картину и одну безделушку, — легкомысленно ответила Лизавета. — Да, ещё завела сердешного друга и тут же с ним рассталась.

— Таааак… — угрожающе привстала Катерина. — А теперь, милая, давай по-порядку.

И Елизавета рассказала, как к ней подходили европейские королевы, как прошёл аукцион, и как она завела близкие отношения с Ярославом, и откуда берутся алмазы, и как молодой Бурбон потерял берега, потребовав вернуть наследство Лопухиной. Умолчала только об интимных подробностях их постельной битвы, которые уж точно не относились к делу.

— Вот я и не узнала, какого он ранга. Не могу представить, чтобы он был эмеритом. Может, просто более глубокий источник? — младшенькая закончила свой рассказ.

— Лиза! Как ты могла его оттолкнуть? Вот ты умная, а иногда дура-дурой! Да что тебе стоило пойти на его условия? Активы в виде электростанций и линий передач за рубеж не вывезешь! Остались бы они здесь, а деньги, что деньги? Сто лет наши кланы выводят деньги за рубеж, а они всё не кончаются! Вот ты говоришь, Лопухина при нём. Так она при нём и останется! А в России её предприятиями управляли бы наши ставленники, мы бы контроль над активами не потеряли!

— Да я потом уже поняла, когда летела обратно, — повинилась Лизавета. — Что делать-то? Алмазы его производства, предъявить нечего, с кремами облом, отношения испорчены…

— Тебе хоть с ним понравилось?

— Оооо! — Лиза закатила глаза. — Лучшая ночь в жизни! Как случилось с ним, у меня ни с кем ни разу не было! Это было… интересно! Он такой… такой…

— Дааа, неприступная крепость моего железного канцлера пала, сдавшись на милость победителя, — сделала вывод Катерина, увидев мечтательное выражение лица сестрицы. — А как же, мужчины — люди второго сорта, члены на ножках, которым только дырку подавай?

— Оказывается, не все такие. Есть и среди них достойные противники. О! Прикол хочешь? Он ещё за патриархат топит, представляешь?!? Фонд для поддержки одарённых мужчин организовал…

— Не так давно, всего лет триста назад, Россия была патриархальной. Рождались сильные мужчины, правили страной и держали женщин в чёрном теле, пока на трон не взошла Екатерина Вторая. Кто знает, как бы пошла история, если бы тогда появился мужчина-эмерит или, на худой конец, архимаг? — подумала вслух императрица. Сёстры помолчали, и Катерина, обмозговав ситуацию, решила:

— Вот что. Княжичам общению с Ярославом не препятствовать. Пусть насаждает патриархальные взгляды среди молодёжи, если он так силён. С Куракиным сама разберёшься. Лиши дворянского звания и отправь его послужить на границу, пусть пообтешется среди офицеров, когда будет гонять по сопкам хунгузов. Возьмётся за ум, вернём дворянство. А тебе, Лиза, выяснить реальный ранг Ярослава. И давай, не глупи, наводи к нему мосты. Если он тебя любит, раз выбрал дамой сердца, значит, не всё потеряно. Я вас любил, любовь ещё, быть может… Твоя задача, чтобы любовь в его душе угасла не совсем… Кого оставила в Мадриде присматривать?

— Так Альфу и оставила вместе с боевой звездой. Я перед отлётом с ней обстоятельно поговорила. Натерпелись они страху, когда ввязались в бой с англичанками. Говорит, чудом в живых остались.

— Не поняла. Неужели, они англичанок испугались? В отчёте, вроде, по другому было.

— Ярослава они испугались до мокрого исподнего! Полезли его спасать, а он один всех врагов порвал. Остались бы, и их бы покрошил за компанию. Теперь говорят о нём только с придыханием.

— Нет, подумать только! Третий русский архимаг был под боком, как и у англичан, а мы… Эх! Ничего, мы ещё за него поборемся!

* * *

Газета «Имперские известия»:

«Новости Европы: В начале августа с величайшей помпой прошло принятие в королевский род Бурбонов нового члена. Им стал широко известный по 'Лидерам Российской империи» княжич Ярослав Петрович Шонуров, в котором узнала своего сына Испанская королева Исабель Третья. Поздравить соотечественника прибыли его верные друзья. Возглавляла делегацию ЕИВ Елизавета Романова, посетившая Мадрид с неофициальном визитом. Во время праздника российский канцлер горячо поздравила Ярослава и приобрела на аукционе для своей коллекции его картину «Чёрный квадрат». Картина будет выставлена уже этой осенью в Третьяковской галерее для всех желающих её увидеть.

Политика: Англия совместно с Европейским союзом приняли очередной пакет санкций, в который вошли предметы роскоши. Таким образом, пушнина и необработанные российские алмазы, включая силовые, стали также запрещены к поставке — европейцы полностью перекрыли экспорт. Ранее действовал запрет только на шубы из натурального меха и бриллианты.

Продолжается расследование диверсий на российском подводном газопроводе и на военно-морской базе Кригсмарине в Киле. Несмотря на неоднократные требования российской стороны допустить экспертов к месту аварии на газопроводе, Евросоюз до сих пор отвечал отказом'.

Газета «Чижик-пыжик»:

'Светские новости.

С радостью сообщаем, что редакции в полном составе удалось побывать на торжествах, организованных в честь принятия в испанский королевский род наследника. Высший свет Европы представляли все королевские дома без исключения, Матриарх также почтила своим присутствием событие вместе с кардиналом. Из России на праздник прибыло большинство представителей кланов из топ-десять рейтинга «Попс», включая опальную княжну Анну Лопухину. Ярослав, войдя в род Бурбонов, взял шефство над княжной, ставшей сиротой в результате известных событий, ранее освещённых в нашей газете.

На организованном принцем благотворительном аукционе с молотка ушли украшения модного ювелирного бренда «Пандора», два спортивных броневика марки «Комбат» и авангардная картина, самолично написанная Ярославом. На «Чёрный квадрат», изображённый на картине, цена поднялась до рекордных ста миллионов евро! Лот приобрела ЕИВ Елизавета Романова, прибывшая на праздник инкогнито. Что, конечно же, не осталось незамеченным Ярославом — он выбрал Елизавету своей спутницей на вечер. Княжич Куракин, который должен был сопровождать Её Императорское Высочество в тот вечер, не стерпел отставки и вызвал принца Бурбона-Шонурова на дуэль. Где и был посрамлён. Ещё бы, ведь у Андрея — ранг новика, против Ярослава, чувствующего в себе Силу архимагистра. В итоге, не считая запачканых штанов, пострадало только самолюбие Куракина и его княжеский титул — вызов на дуэль вызвал высочайшее неудовольствие. Указом Императрицы он был лишён дворянского звания и отправлен в войска на Дальний Восток в звании подпоручика.

После бала нашей редакции снова удалось взять эксклюзивное интервью у виновника торжества:

Р: — Ваше Королевское Высочество, разрешите поздравить с новым статусом!

Б: — Мучас грасиас, сеньорита!

Р: — О, вы уже совсем вжились в образ испанского принца! А как же Россия?

Б: — Я обязательно посещу Санкт-Петербург.

Р: — В каком качестве?

Б: — В качестве императора, конечно!

Р: — Ярослав Петрович, неужели, вы хотите стать императором вся Руси? А дом Романовых в курсе?

Б: — А что, в мире только одна империя? Я не буду раскрывать своих планов, чтобы не сглазить.

Р: — Тьфу-тьфу-тьфу! Можем пожелать только удачи! А что на счёт творческих планов? Их-то вы можете раскрыть?

Б: — Конечно! Я воодушевлён успехом своей картины и планирую написать ряд полотен.

Р: — Однако! И каков сюжет?

Б: — Следующая картина будет называться «Чёрный круг». Я уверен, она повторит успех моего первого полотна.

Р: — Что ж, я уверена, у вас всё получится. И последний вопрос от наших читательниц: что у вас с личной жизнью? Многие наслышаны, вы дали обет безбрачия?

Б: — Давайте оставим мою личную жизнь за кадром. Личная жизнь — она такая, личная… Что касается обета, то я ещё слишком молод и могу подождать. И вообще, лучшее время для брака — семьдесят-восемьдесят лет. И она уже еле говорит, и он почти не слышит.

На этом интервью завершилось — принц с верными друзьями улетел на курорт. Редакция и в будущем продолжит освещать личную жизнь Испанского принца. Следите за горящими новостями на страницах нашей газеты!'

Глава 14

Во время корпоратива в Таиланде, руководитель фирмы вдруг выдвинул предложение. Если кто-нибудь прыгнет в пруд к крокодилам и выберется оттуда живым — сразу пять миллионов баксов! А если его съедят крокодилы, то его семье — два миллиона! Долго никто не решался, но вот один мужик прыгнул в воду. И тут началось, крокодилы гонялись за ним, а он носился, как ужаленный, дрался с сотней голодных крокодилов, ломал их, кусал, топтал, уворачивался и вырывался… Через тридцать минут мужик всё же выбрался из воды, отдышался и заорал:

— Покажите мне, какая сволочь толкнула меня в воду!

И оказалось, что это была его жена. Так вот, именно отсюда и пошла поговорка: «За каждым успешным мужчиной стоит женщина».

* * *

На съёмной квартире, что на улице Амнистии, царило воодушевление. После шока от провала миссии у разведчиков МИ-6 не оставалось другого выхода, как впрячься в работу с новыми силами, и вот появился результат.

— Элизабет, хорошие новости, — разведчица набрала телефон нового куратора — герцогиню Йоркскую. Начальница пыталась сыграть на контрасте, приказав обращаться к ней по-простому без титулов, да и в принципе была попроще, что помогло поскорее установить нужный контакт. — Бурбон вчера улетел на Канарские острова, и сегодня уже добрался до места назначения.

…

— Да, локацию установили, он находится в королевской резиденции на Исла де Гран-Канариа, отправляю карту.

…

— Нет, улетел с какими-то знакомыми, королева осталась в Мадриде.

…

— Принято! Отслеживать его нахождение на острове, как только он соберётся покинуть Канары, сразу дать знать. Элизабет, да вы не беспокойтесь, — разведчица позволила себе фамильярность и высказала мнение: — Парень после стресса, поехал отдохнуть на курорт. Как показывает статистика, в течение первой недели все сидят безвылазно на пляже или у бассейна.

…

— Я всё поняла, не подведу. Отбой! — она отключилась и обратилась к парню, слушавшему их беседу. — Скоро закончим миссию и вернёмся домой.

— Джесс, ты опять так уверенно пообещала… — напарник был более осторожен.

— Да не ссы, за нами теперь только наблюдение. Мы, хоть и останемся в этот раз без премии, но с головой и в строю. Герцогиня гарантирует. Поэтому отслеживай его мобильник и средства передвижения. Хоть ты и не смог взломать связь, но доступ к вышкам сотового оператора имеешь.

— Да то понятно, но первое и последнее неснятое предупреждение… Немного нервирует.

— Я же говорю, возьми яйца в кулак, напряги булки и просто делай своё дело.

* * *

— Варя, каким, нахрен, императором?!? Ты что, с дуба рухнула? — я вяло переругивался с Мухиной. Мы плавились под лучами солнца на лежаках приватного пляжа с чёрным песком, глядя на плещущиеся волны холодной Атлантики. Вот уже третий день я выгуливаю свой бабский батальон, поскольку беременные девушки настойчиво потребовали внимания. И никуда не денешься с подводной лодки, ибо курорт, и здесь решительно нечего делать. Варя выпустила очередной номер «Чижика» и принесла мне похвастаться, чтобы я узнал о себе новости из первых рук, а там всплыли «мои» имперские амбиции, разбавленные моими же реальными высказываниями.

— Ярик, ты чего запереживал-то? С архимагом же нормально получилось! Никто не знает, какой у тебя точно ранг, но все стали с тобой очень уважительно общаться. Так что ты в надёжных руках! — она перевернулась на спину, подставляя грудь для загара — чужих рядом нет, и девушки устроили загорание топлесс. Лена вон вообще голышом полезла купаться. — Помни, за спиной успешного мужчины всегда стоит женщина! В твоём случае за твоей спиной целый гарем умных женщин, в общем, просто расслабься и получай удовольствие!

— Да не хочу я быть никаким императором! Я и на короля согласился, поскольку есть кому страной управлять. А с империей так не получится — всегда какая-нибудь сволочь найдётся. Или отравить задумает, чтобы место занять, или войной пойти, чтобы от империи кусок оттяпать!

— Ой, что-то у тебя рано голова стала болеть за империю. Давай решать проблемы по мере их поступления. И вообще, займись лучше своими прямыми обязанностями — намажь меня кремом от загара, а то сгорю, — Варя протянула мне флакон.

Я выдавил крем на покрасневшую кожу девушки и начал медленно втирать в упругую грудь. Втирал тщательно, поэтому соски девушки затвердели, и Мухина прикусила губу. Хм, интересно, а как грудь реагирует на чистую Силу? Подал энергию на ладони, и Варя издала непроизвольный стон.

— А мне⁈ Меня тоже намажь! — приподнялась на своём лежаке Наташа. Она вполглаза наблюдала за нашей беседой, и её также взволновала опасность сгореть на солнце.

Ну, мне не жалко. Намазал и её, подав на руки Силу, когда мял ей грудь. Ягужинская тоже не сдержалась от стонов. За всем этим с интересом наблюдала Кристина, загорающая под зонтиком — у ней одной уже был явственно виден живот, и Лена не рекомендовала ей долго находиться под прямым солнцем.

— Уххх, свежа водичка! — воскликнула наша главврач, рухнув рядом на лежак. Она, наконец, накупалась и добежала до нас по раскалённому песку, тряся сиськами. — А вы чего не купаетесь?

— Чего-то не тянет. Ты правильно заметила, холодная вода, ещё застужу чего важного, — я закончил с Наташкой и опять принял горизонтальное положение. — Захочу искупаться, в бассейне поплаваю.

— Ты смотри, испанцы, они такие. Нормальные люди просто так бассейн писсином не назовут. Иди, лучше в океане поплавай. Тебе не страшно, если что, подлечу. И геморрой, и простатит…- я проигнорировал её слова, и она продолжила: — Так что, нашего полку прибыло, ещё какая-то Генриетта появилась, пока мы здесь куковали?

— Ну да, девочка залетела, пусть будет с нами.

— Блин, Ярик, ты как оружие массового поражения! Ты бы предохранялся, что ли? А то скоро от беременных в твоём окружении будет не протолкнуться! — привстала на локте Лена.

— Ой, не начинай! Не принято в одарённых предохраняться! Как я резинку буду натягивать при какой-нибудь королеве?

— Ага! Правильно Наташкин тебя кобелём зовёт!

— А ничего, что ты ещё думаешь, как королев натянуть, когда мы рядом?!? — Ягужинская поддержала дружескую беседу.

— Это я так, гипотетически, — вдруг осознал, что сболтнул лишнего — мой довод был явно не из той оперы.

— Гипотетически он… С Иркой тоже будешь только про гипотезы и тантрические практики? — Наталья посмотрела на сестёр Юсуповых, бредущих по щиколотку в накатывающихся волнах и решающих какую-то сложную задачу. Младшая сестра не поддалась общему настроению топлесс и загорала в раздельном купальнике.

— При чём здесь Ира? Она здесь только чтобы с сестрой повидаться.

— Ну-ну. Свежо придание, да верится с трудом, — проворчала Ягужинская.

— Так! Всё, хватит! — я не выдержал и в раздражении встал с лежака. — У меня есть срочные дела. Думал, полежу, расслаблюсь, но, раз расслабиться не получается из-за гнусных инсинуаций некоторых собственниц, пойду, займусь делами.

Поднялся в гору до королевской резиденции, где в тени столетнего кедра страдал Потапыч.

— Что, тебе здесь тоже не очень? — я потрепал мишку по загривку. Тот только вздохнул. — Ладно, сейчас смотаюсь по делам, потом тобой займусь — организую тебе трансфер в Сибирь. Согласен, не климат тебе, что в Испании, что в Африке.

Нашёл главу своей охраны.

— Эсмеральда, сегодня ночью вылетаю на «Потёмкине». Туда-обратно за три-четыре дня управлюсь. Ты присмотри здесь за девушками.

— Нет! У меня приказ Исабель сопровождать тебя везде.

— Да я на броненосце, что со мной может случиться? Полечу под невидимостью, а самое ценное, что у меня есть — это женщины, которые остаются здесь. Беременные. Им защита больше нужна.

— В резиденции дежурная охрана есть.

Я стал молча смотреть в глаза магички, держа паузу, и она сдалась:

— Хорошо, оставлю здесь троих, с тобой полечу я и Доминик! Это не обсуждается!

— Окей, собирайся, — я решил, что троих ветеранов здесь хватит. В самом деле, что может случиться за неполную неделю?

* * *

С выключенными ходовыми огнями вылетели ночью на Юго-Восток, врубив невидимость. Спал урывками, поскольку каждые два часа требовалось подзаряжать силовые кристаллы. Софья ещё в Мадриде доработала систему управления Скрытом, но от постоянной подзарядки уйти не удалось — слишком большой объём приходится укрывать от лишних глаз. Через полтора дня были на месте.

— И что здесь такое? — спросила Эсмеральда, разглядывая в бинокль объект за колючей проволокой. Мы долетели до нужной точки на карте Сьерра-Леоне, сделали круг почёта под невидимостью и отлетели за три километра, чтобы спрятать дирижабль за лесистыми холмами. Нужное нам место было на отшибе Фритауна, где принимались, сортировались и готовились к отгрузке алмазы с территории страны и соседней Гвинеи.

— Здесь алмазные копи Де Бирс, принадлежащие английской короне. За ними заржавело, пришёл забрать должок.

— В смысле? Ты хочешь напасть на укреплённую базу? В открытую???

— Зачем нападать? Будем действовать в лучших традициях спецназа — тихо придём, заберём, и нас здесь никогда не было! Ты забыла? У нас есть Скрыт. Один стоит стационарный на дирижабле, другой, мобильный — у меня в кармане.

— Хм. Без разведки? Ты знаешь, где хранятся алмазы?

— Я же говорю, у меня есть невидимость. Прогуляюсь по базе в одиночестве, посмотрю, послушаю. Узнаю, где они хранятся, ночью прилетим под Скрытом, спустимся, как Питеры Пены, сразу на крышу нужного здания и заберём. Не думаю, что тут тонны алмазов. Я читал официальную статистику. Годовая добыча в стране не более сотни килограмм. Вряд ли они копят весь год алмазы для отправки. Если получится, то сразу приватизирую, тогда и ночью лезть не нужно будет.

— Понятно, — поджала губы Эсми. Она поняла, что я уже решил идти в одиночестве, и что спорить со мной бесполезно. — И когда собираешься?

— А чего тянуть? Сейчас и пойду, — я был готов на всякий случай: сам в свободной одежде цвета хаки, за спиной рюкзак с ножом, мультитулом, сухим пайком и запасом воды, на боку — мизеркорд, к которому привык, и без которого теперь никуда.

— Когда тебя ждать?

— Ждите меня на броненосце через сутки. Если не появлюсь… Да не, появлюсь в любом случае. Но, если вдруг, то ждёте ещё сутки и улетаете на Канары. Лезть на базу запрещаю! Это приказ. Во время ожидания сохранять радиомолчание, сотовую связь не включать. Это понятно?

— Да чего ж непонятного? И так весь путь молчком проделали, только эфир слушали. А мобильники ты у всех ещё на Гран Канариа отобрал и в оружейный сейф броненосца сложил!

— Ну и славно. Ускакал.

Я попрыгал, проверяя, как уложены в рюкзаке вещи, включил Скрыт и трусцой побежал в сторону базы. Через полчаса был на месте и стал наблюдать.

* * *

Ну, что сказать? Не самая оживлённая здесь жизнь. У ворот редкая толпа местных доходяг-старателей, ждущих чего-то. За два часа приехал только один грузовик под охраной двух джипов. На автомобилях установлены пулемёты, в каждой машине по три человека, одарённых среди них нет. Вряд ли на базе вообще нет людей без Дара — я бы не оставил такой объект без магической защиты. Всё-таки в Африке попадаются силовые кристаллы, и магички среди местных есть, которым они нужны для создания артефактов. В стране идёт перманентная гражданская война, как и во всех странах, где нашли ресурсы, интересные для английского капитала. Ничего нового: разделяй и властвуй. В каждой стране есть продажное правительство, выбранное «демократическим» путём при помощи британских советников, которое сидит безвылазно в столице, расположенной, как правило, на побережье. И есть вся остальная Африка, где живёт б о льшая часть населения, которой не перепадет даже крошек с барского стола.

Та же Сьерра-Леоне. Это одна из богатейших стран африканского континента, где добываются золото и алмазы, и где местные жители умирают от голода, а работать на алмазных приисках должны даже дети. Взрослый мужчина получает по три фунта стерлингов за десятичасовой рабочий день. Что же говорить о детях, которым можно платить меньше?

Значит, будем поступать, как завещал дедушка: «экспроприация у эксплуататоров», или грабь награбленное. Хоть я и был олигархом, но, как и у каждого человека, рождённого в Советском Союзе, у меня обострённое чувство справедливости. Живи сам и давай жить другим. Поэтому и зарплаты у меня были выше, чем у конкурентов, и помогал, чем мог. Всех денег на заработаешь и с собой в могилу не унесёшь. Получится чем-нибудь помочь местным, помогу. Слышал одну историю ещё в старом мире: местный парень нашёл крупный алмаз и озолотился. Купил всей деревне еды, себе внедорожный Мерседес, а через два года ему было не на что купить бензин… Ну, хоть месяц люди поели от пуза.

Вечером, когда небо начало заволакивать дождевыми тучами, у ворот началось движение. Подобрался поближе и стал слушать. Благо, что понимаю местный язык — спасибо ведьмам-полиглоткам. Повезло, да.

С базы вынесли стол с весами, вышло четверо охранников с автоматическими винтовками, которые оттеснили от стола нахлынувшую толпу. Белый мужчина-клерк, появившийся из ворот с чемоданчиком, оказался одарённым в ранге новика со стихией Земли. Он стал по одному принимать старателей, высыпавших на стол золотой песок или выкладывавших драгоценные кристаллы. Алмазы проходили первичную оценку, песок же просто взвешивался и упаковывался в пакеты. Клерк считал, показывал цифры на калькуляторе и, после кивка старателя, отсчитывал по несколько купюр. Некоторые не соглашались и спорили, но для галочки, без огонька. Всегда последнее слово было за клерком.

На предпоследнем старателе произошёл сбой — старик выложил из тряпицы сразу пять камней, клерк показал сумму, но, видимо, слишком маленькую. Африканец стал возмущаться с несправедливой оценкой, и захотел забрать камни, тогда по знаку клерка один из охранников шагнул и, не долго думая, ударил его прикладом в спину. Старик со стоном упал, гулко ударившись головой об утоптанную землю. Клерк отслюнявил купюры и передал их охраннику, который с брезгливым видом запихал тощую пачку денег пострадавшему за пазуху. Старатели, уже получившие расчёт, подхватили старика и оттащили в сторонку, став приводить его в чувство. Никто не возмущался и не протестовал — видимо, ситуация была привычной для аборигенов.

Покончив с выплатами, клерк собрал чемодан и двинулся обратно в открывшиеся перед ним ворота. Я не стал тормозить и пристроился за ним следом, словно за компанию — это был самый лучший момент попасть незаметно на базу и выяснить, где хранятся алмазы. Под Скрытом никто из охраны на воротах даже не посмотрел в мою сторону. Хороший артефакт Соня сделала, хоть и быстро разряжалась, пока я не связал его с силовыми камнями-накопителями — я пользовался её поделкой из Варшавы, которая раньше болталась на шее у Потапыча.

Тем временем, мы дошли до административного двухэтажного здания. Клерк пиликнул картой доступа на входе и зашёл внутрь, я проскользнул следом в медленно закрывающуюся доводчиком дверь.

— Джон, были какие-то проблемы? — поинтересовалась женщина, развалившаяся в кресле у работающих мониторов. Ого, а вот и второй одарённый на базе — магичка была в ранге ученика со стихиями Воды и Разума. Я напрягся. Чёрт! А она меня видела на камерах? Вроде, Скрыт не защищает от камер.

— Какие могут быть проблемы с черномазыми? — удивился он. — Охранники знают свою работу, никаких проблем.

— Как улов?

— Средне, бывало и лучше. Джейн, пойдём, покувыркаемся?

— Стой. А кто это за тобой зашёл в периметр? Кто-то из проверяющих?

— Когда? — удивился мужчина.

— Да вот только что. И в здание за тобой зашёл… Ты, разве, не видел? — встревоженно спросила магичка, приподнимаясь в кресле.

Джон только начал разворачиваться ко входу, как я шагнул к нему и ударил сзади по шее. На всякий, рука была усилена, и мужчина рухнул, как подкошенный, грохнув чемоданом по полу.

— Замри! — скомандовал по-английски, подкрепив приказ ментальным посылом. Мы с ветеранами тренировали простейшие заклинания, когда учились фехтованию в горах. Даже простые заклинания становились чем-то убойным, если в них вбухать кучу Силы, а у меня по умолчанию её не меряно, что иногда помогало в спаррингах трое на одного. Вот и магичка оцепенела, свалившись обратно в кресло.

Я связал руки и ноги клерку, вставил кляп, затем принялся за магичку: тоже связал руки за спиной, оставив свободными ноги.

— Отомри, — скомандовал я, отключая Скрыт и садясь в кресло напротив женщины. Я не волновался, что она меня запомнит — предусмотрительно надел на голову балаклаву.

— Ты кто? Ты знаешь, что сейчас с тобой будет? — она заёрзала в кресле, пытаясь освободить руки.

— Джейн, отвечай на вопросы, и ты не пострадаешь.

— Да пошёл ты! — она беззвучно зашевелила губами, проговаривая какое-то заклинание, и я опять накинул на неё оцепенение. Что ж, не хочет по-хорошему, будет как обычно — по плохому. Этих кровопийцев, грабящих местное население, не жалко.

Подошёл к ней, зафиксировал руками её голову и стал играть с ней в гляделки. Через десять минут, когда сломал ей волю и позадавал вопросы, я знал всё, что нужно. Оказывается, завтра ждут дирижабль из метрополии для вывоза накопившейся партии алмазов, а этих алмазов на базе сейчас больше, чем официально добывает вся страна за год. Это я удачно зашёл. Тем более, на днях искатель удачи притащил какой-то супер-пупер силовой алмаз гигантских размеров, из-за которого Де Бирс организовала внеплановый рейс грузового дирижабля. А ведь ещё на базе и золота под тонну. М-да, что же делать?

Для полноты картины и уточнения деталей привёл в чувство клерка и сразу провёл допрос под менталом. Времени мало, и если я хочу успеть забрать все алмазы, надо шевелить ножками. Итак, что мы имеем: база с двадцатью вооружёнными охранниками на базе за колючей проволокой, напичканной видеонаблюдением и всякими датчиками — это из минусов. С другой стороны, сейчас уже поздний вечер, на улице дождь, а управление всей электроникой в этом самом здании, как и сейф с ценностями. Из нейтрального: в окрестностях неспокойно — партизанят какие-то бандиты. Из-за этого всё передвижение за территорией базы только в светлое время суток и под охраной джипов с крупнокалиберными браунингами. База охраняется автоматическими турелями, вход только один, в порту Фритауна расположена полицейское подразделение, которое примчится в течение пятнадцати минут после получения сигнала тревоги. Поэтому надо делать всё тихо и сваливать.

Первым дело отрубил всё видеонаблюдение и выдрал с корнями жёсткие диски, на которые писалась картинка — их в рюкзак. Затем забрал магнитные пропуска и зашёл в хранилище, куда Джон и Джейн имели только одновременный доступ. Хранилище больше похоже на склад: стеллажи, на них контейнеры с маркировкой, везде чистенько. Стал вскрывать контейнеры все подряд. Золото оставляю на полках, контейнеры с алмазами составляю на тележку, оказавшуюся в хранилище как нельзя кстати. В одном из контейнеров какие-то цветные камни, непохожие на алмазы — их тоже с собой.

Вытолкал свой груз за ворота хранилища, по ощущениям на тележке — за двести килограмм. И как их тащить? Прошёлся по зданию, в одной из комнат нашлись брезентовые сумки. То, что нужно! Набил в каждую килограмм по тридцать драгоценных кристаллов, получилось шесть полных сумок, остаток самых крупных камней, индивидуально упакованных в прозрачные зип-пакеты, упаковал в рюкзак, на оставшееся место утрамбовал найденные самоцветы.

На улице за окном стоит темень и льёт, как из ведра — лето в этой части Африки самое дождливое время года. Подхожу к пульту управления базой и, по полученной от магички информации, обесточиваю все сигнальные датчики. Заодно обесточиваю автоматические турели на всякий. Вроде, они без датчиков работать не должны, но лучше перебдеть. Всё, теперь из действующей охраны на базе только пост на воротах, остальные охранники попрятались от дождя.

С начала близкого знакомства с местными одарёнными прошло чуть больше часа, и они начали приходить в себя. Опять грубо вмешиваюсь в сознание англичан, превращая их в полуовощи, даю установку подчиняться моим командам и приказываю нести все сумки. Одарённые тормозят, и мне приходится сначала повесить сзади каждому по сумке на плечи в качестве рюкзаков и вручить по сумке в руки. Парень покрепче — его шатает, женщина, подняв больше своего веса, заваливается на бок. Чёрт! Придётся впрячься самому. Забираю сумки из её рук, поднимаю её на ноги — нормально. Стоит на шатается. Иду к двери, приказываю идти за собой и включаю Скрыт. Топающие сзади одарённые останавливаются, потеряв меня из вида.

— Да тьфу на вас! — в сердцах выключаю невидимость, возвращаясь в помещение. Упражнение из разряда дудочки и кувшинчика. — Стоять! — приказываю женщине.

Оставляю одну сумку, освободившейся рукой беру за плечо клерка, растягивая Скрыт на нас обоих, командую ему на выход. Покидаем здание, попадая на ярко освещённую площадь — центральная часть базы подсвечивается прожекторами с четырёх сторон. Хлюпаем по дорожкам в противоположную от ворот сторону, где за ближайшим к лесу зданием приказываю Джону замереть и не отсвечивать. Возвращаюсь обратно, попадаю внутрь благодаря пропуску клерка и опять в режиме невидимости проделываю путь до крайнего к лесу здания в компании с магичкой.

Подхожу к сетке двойной ограды. Поверху витки колючей проволоки, сама сетка из обычного металла, по которой раньше подавался ток. Что ж, перекусывать такую мультитулом не вариант — слишком толстая. Подаю Силу на засветившуюся правую руку, рисую на сетке букву П в человеческий рост, и кусок ограды падает в лужу. Бордовые края проёма шипят под каплями дождя и быстро чернеют, остывая. Шаг ко второму контуру, и на землю снова падает прямоугольник сетки — путь свободен. Дальше вывожу за ограду вьючных англичан и командую идти за мной, не включая невидимость. Темно, дождь — водить их по одному не вариант. Потеряются, как пить дать. А так, идём не спеша по компасу в сторону дирижабля. Можно сказать, первая часть операции по экспроприации прошла успешно.

Не успели отойти на полкилометра, как мои глаза ослепили мощные фонари, а из темноты вынырнули чернокожие люди, вооружённые автоматами. Берцы, военные штаны, сверху плащи с капюшонами — они окружили, направив на нас оружие.

— Фриииз! — приказал один из них. Я остановился, следом остановились мои спутники. Из темноты вынырнула невысокая на фоне остальных негритянка. Ого, занятно. А она очень непроста — у женщины ранг архимагини, тогда как среди остальных её людей только ауры двух новиков. Это что здесь за место такое, где ночами разгуливает единственный известный на всю Африку архимаг?

Она, тем временем, подняла руки и, с засветившимися рыжим золотом глазами, приказала на английском языке: — Спать!

Следовавшие за мной одарённые кулями свалились на раскисшую землю. Я отпустил ручки сумок и выпрямился, глядя ей в глаза.

— Я сказала, усни! — её глаза опять полыхнули золотом, а ребятки с автоматами напряглись.

— Ты кто, женщина? — я с интересом разглядывал сильную магичку. В её источнике переливалось цветное солнце, в короне которого не хватало синего цвета водной стихии.

— Тебе сказали, спать, значит, спать! — ко мне шагнул один из бойцов и со всей дури двинул прикладом по голове. Автомат отскочил от моего Щита, не сдвинув меня ни на миллиметр. Чернокожий отскочил и с криком «Проклятый колдун!» стал стрелять в меня из автомата.

Пули забарабанили по моему Щиту, рикошетя во все стороны. Магичка окуталась пузырём защиты, в который прилетело несколько раскалённых ос. Грохот выстрелов стих неожиданно, оставив после себя стоны раненных людей — некоторые люди пострадали, а боец, открывший огонь, лежал с пузырящейся кровью грудью, отходя в загробный мир. Другие лежали вповалку — кого-то свалила пуля, кто-то упал за компанию, чтобы не прилетело. Одна магичка осталась стоять напротив меня.

Не люблю, когда в меня сразу стреляют. А поговорить? Я вызвал в груди привычный Императорский гнев, давая волю чувствам. Нельзя спускать нападение на себя, никому и никогда! Выхватил из ножен мизеркорд, шагнул к магичке и засветившимся ярко-белым светом клинком ударил её в грудь. Отточенная сталь завязла в её защите, я подал ещё энергии и стал продавливать щит магички. Миллиметр за миллиметром.

— Стой! — магичка с посеревшим лицом упала на колени и попыталась схватить меня за руки. Её ладони соскользнули с моей защиты, тогда она схватилась за светящийся клинок в попытке остановить медленно надвигающуюся смерть. Раздалось шипение, запахло палёным мясом, но она не отпустила мизеркорд.

— Остановись! Я клянусь, никто из нас не причинит тебе вреда! Не убивай! — на этих словах её источник полыхнул, подтверждая клятву.

— Кто ты, женщина? — я повторил свой вопрос.

— Я — Адонго! Хозяйка чёрного континента! — она продолжала держаться за светящийся кинжал, хотя испытывала боль.

— Что ты здесь делаешь? — я перестал давить и накачивать Силой «Ку-де-грас».

— Кости привели меня сюда! Они сказали, здесь изменится моя судьба! — ответила архимагиня с фанатичным блеском в глазах. Неожиданно.

— Хм, и что тебе ещё сказали твои кости? — я прикрутил гнев обратно.

— Что я найду Сердце Африки! — опять с пафосом и блестящими глазами.

— М-да, тяжёлый случай, — с фанатиками в этой жизни мне встречаться ещё не приходилось. — И что делать будем, Адонго? — я до конца успокоился и убрал клинок в ножны. Отношение теперь уважительное, с местными одарёнными ещё ни разу не сталкивался, угрозу я больше не чувствовал, Щит всегда на мне — можно и поговорить.

— Скажи мне, кто ты? И что привело тебя в мои земли? — встала в полный рост, не обращая внимания на бойцов, занявшихся перевязкой раненных.

— Обычный парень из Европы. Путешествую инкогнито. Я бы не хотел называть своего имени.

— Понимаю. Ты боишься, что, узнав твоё имя, я получу над тобой власть.

— Не совсем, но… пусть будет так.

— Ты сильный колдун, я приглашаю тебя в гости. Не бойся, на тебя никто не нападёт. Извини за своих спутников, мои люди понесут их на себе.

— Да я и не боюсь. И это не мои люди. Они — одарённые англичане, я попросил их донести эти сумки до нужного места. Потом отпущу. Наверное.

— Они нужны тебе только в качестве гружёных мулов, — со странной интонацией спросила женщина.

— Да.

— Я дам тебе носильщиков, позволь позаботиться о моих людях, — она посмотрела на затихшего парня, который стрелял в меня.

— Сколько угодно, — я оттащил сумки из лужи и присел на них, вытянув ноги. Хорошо, когда ты в ладах со стихиями — над Щитом Бурбонов, не дававшим мне промокнуть под проливным дождём, я растянул воздушную линзу, как трёхметровый зонтик, с которого вода стекала, на попадая на поклажу. Щит — щитом, но сидеть на мокрых сумках, на которые течёт вода, нет никакого удовольствия.

Женщина встряхнула вмиг восстановившимися руками и приказала на местном наречии поднести усыплённого англичанина к погибшему бойцу. Села на колени, положила им обоим руки на грудь и начала читать заклинания, покачиваясь вперёд-назад. Я вгляделся аурным зрением в интересную картину: источник англичанина замерцал и стал гаснуть, ручеёк энергии через руки архимагини потёк в умершего и стал формировать в районе солнечного сплетения светящий шарик. Когда источник Джона погас, тот стал походить на высохшую мумию. Мда, с таким видом не живут. Погибший же ранее боец внезапно открыл глаза и захрипел, пытаясь подняться. Адонго надавила на его грудь и стала уже вливать свою лечебную энергию, убирая страшные раны. Через десять минут она закончила и встала, за ней поднялся на ноги совершенно здоровый негр, ставший одарённым-новиком.

— Это как ты смогла? — я тоже встал, подстёгнутый интересом.

— Магия Вуду, — пожала плечами. — Не смогу объяснить. Чёрная магия чёрного континента.

В этот момент из темноты вынырнул невысокий щуплый парень и затараторил на местном наречии:

— Белые вышли с английской базы, неся с собой сумки. Сделали дыру в заборе и ушли тайком. Всё спокойно, их отсутствие не заметили.

— Как ты смог незаметно покинуть базу? — она обратилась ко мне на английском.

— Магия электричества. Не смогу объяснить — белая магия, — ответил тоже на языке просвещённых мореплавателей, не став светить знание местного языка.

— Хаа, шутник! Я знаю, что такое электричество! А что ты вынес с базы Де Бирс? — она кивнула на сумки.

— Алмазы, — я не стал скрывать. Обещали не вредить, поэтому приоткрыл завесу тайны. Интересно же, как среагируют? Если что, по любому, со мной им не справиться.

Глава 15

По Средиземному морю шёл еврейский пиратский корабль. Под чёрным флагом. И на всякий случай ещё и под белым.

* * *

Солнечное утро, сижу под навесом, пью какой-то горьковатый отвар из корешков. Дождь прошёл, всё вокруг пар и т, бойцы отсыпаются после напряжённой ночи. После того, как выяснилось, откуда мы топали, я вкратце рассказал про отключённую защиту базы. Что привело в крайнее возбуждение аборигенов — с разрешения Дуни (я стал так про себя назвать Адонго) они рванули к базе, тряся оружием. Оставили только раненных, которыми занялась магичка. Через некоторое время мой острый слух уловил далёкий треск выстрелов, что-то даже взорвалось, и всё затихло. Через час ожидания появились довольные партизаны, неся свою добычу, среди которой оказалось оружие, золото и снаряжение.

Дуня предложила провести остаток ночи в их лагере, пообещав к обеду доставить меня, куда нужно. И вот я смотрю, как она занимается своей Вуду-волшбой. Сначала выложила круг из листьев, который вспыхнул, оставив после себя хлопья сажи, затем стала завывать и пританцовывать.

Наконец она дунула в мою сторону и вышла из круга.

— Что ты делала? — я так и не понял, на что она убила целые полчаса, хотя, да, было интересно.

— Я призвала духов скрыть следы твоего пребывания на моей земле. Англичане проведут следствие после уничтожения их базы, но ничего не найдут. Я-ро-слав, — она произнесла по слогам сложное для неё имя, — ты говорил, вынес все алмазы. Я здесь, чтобы спасти Сердце Африки! Пожалуйста, покажи алмазы, которые ты забрал.

— Эмм, а для чего?

— Если камень у тебя, я предложу обмен. Он не должен покинуть чёрный континент! Его украли из святилища — кто-то выковырял алмаз из фигурки тотема, и духи привели меня на встречу с тобой.

— Ты же говорила, кости подсказали.

— Конечно, кости. А как, ты думаешь, я общаюсь с духами? Раскидываю косточки летучих мышей, и духи мне указывают путь.

— Мда. Понятно, что ничего не понятно. Ну, давай, посмотрим, есть ли среди трофеев твой камень.

Я начал высыпать из сумок на циновку пакетики с алмазами и складывать их обратно.

— Не то, не то, — она мельком просматривала содержимое пакетов. — Это всё? — расстроенно спросила, когда мы закончили с последней сумкой.

— О! Ещё же в рюкзаке было! — я стал выкладывать свою добычу из рюкзака.

— Это ОН! — Дуня вцепилась в пакет с самым большим алмазом. Она бережно достала камень, подала на него энергию, и он засиял холодным голубым светом. — Что ты хочешь за Сердце Африки? У меня есть золото, много золота!

— Да не надо мне золота!

— Хочешь моего тела? — она одним движением дёрнула вниз лямки платья, оголяя крепкую грудь.

— Дуня! Тьфу ты… Адонго! Если тебе так нужен камень, забирай просто так!

— У тебя есть женщина? Её зовут Дунья? Она ничего не узнает!

— Дунья — это ты! Слушай, я не хочу так. Я ещё алмазами за секс не платил!

— А что такого? Ты крепкий, красивый, хоть и белый. Но ничего, у каждого свои недостатки. Если получится понести, будут хорошие здоровые дети…

— Не-не-не, с детьми будет явный перебор. Я говорю, забирай камень так! — отверг её поползновения. — Слууушай, а давай, ты на золото, что мне предлагала, людей подкормишь? Видел, что твой народ бедствует.

— Я так и планировала, но вернуть камень для племён было важнее. Но это золото быстро проестся. Нужна система, меня так в высшей школе учили.

— В какой высшей школе? — удивила, так удивила!

— Старейший африканский университет в Кейптауне. Там белые преподаватели обучают одарённых подростков. Пытаются вдолбить в головы детей вождей племён европейские ценности, чтобы потом грабить наш народ! — сверкнула глазами. — Ты думаешь, Де Бирс — одна такая компания? Множество корпораций, как спрут, вгрызлись в бедную Африку и выкачивают все соки, оставляя после себя нарушенную экологию и голодающее население! Знаешь, сколько здесь платят колонизаторы?

— Три фунта за день?

— Вот! Ты знаешь! А скупают камни и металлы у частных старателей вообще за бесценок!

— Послушай! А что, если я буду скупать драгоценности и золото у этих частников? Дам справедливую цену, — меня вдруг осенило. Ведь можно с Де Бирс воевать по-разному. И грабить потихоньку, и лишать их притока халявных алмазов.

Идея понравилась, и мы договорились. Дуня дала номер своего спутникового телефона и пообещала скупать у старателей для меня камни, я же пообещал прилететь примерно через месяц с чемоданами наличных, которые здесь в ходу. Евро больше для Севера Африки, в центральной и южной части больше востребованы английские фунты.

Потом был небольшой пир, где отоспавшиеся довольные бойцы выставили награбленную на базе еду. Каждый уже знал, что Сердце Африки найдено, и хотел сказать что-нибудь приятное в адрес белого Мбвана — вождя, хозяина заморских земель. Потому как у сильного колдуна не может не быть земель — хоть какая-то деревня с пастбищем, но должна быть!

* * *

— Как сходил? Что принёс? — меня начала пытать Эсмеральда, когда днём я появился в сопровождении чернокожих бойцов под висящим в небе аэростатом. Сразу поднялся с баулами на борт, крикнул партизанам «Но пасаран!» и отчалил.

— Зипуны принёс и контракт на поставку алмазов, — я кивнул на баулы, сваленные в кабине. — Поехали, потом всё расскажу.

Набросил невидимость, и наш броненосец пролетел над дымящейся территорией бывшей базы. В развалинах казармы кто-то ковырялся, ворота были выломаны, техника отсутствовала, кроме трёх полицейских машин и грузовика с красным крестом на крыше. Долетели до побережья, где разминулись со спешащим навстречу дирижаблем с логотипом Де Бирс на борту. Ещё раз напомнил всем про радиомолчание и пошёл на боковую — ночью поспать не удалось, и сейчас спать хотелось зверски.

Проснулся затемно от неясного чувства тревоги. Встал, походил, попил чайку. В кабине спросил о новостях из эфира. Ничего такого, никто нас не вызывает, да и далековато мы от берега. Здесь доже сотовая связь не берёт. Надо будет тоже обзавестись спутниковым телефоном. Что-то я стормозил — ведь можно несколько спутников запустить и настроить связь для своих. Проект дорогой, но не дороже денег. Да, надо заняться.

Утром были на Канарах, где узнали шокирующие новости. Оказывается, пока я зажигал в Африке, на остров под видом туристов высадился десант из сильных одарённых. В коротком бою, где подавляющее превосходство в количестве и качестве было за нападавшими, королевская резиденция была разрушена, охрана погибла вместе с тремя ветеранами из боевой звезды Эсмеральды, медведь опять сильно пострадал, а гостившие девушки исчезли. На море катер береговой охраны вступил в неравный бой с оказавшейся вооружённой океанской яхтой и был потоплен, точное количество погибших установлено, женщин среди них нет — доложил лейтенант аэродромной службы, приехавший с нами на место происшествия.

— Кто это сделал? — прорычала Эсмеральда, взяв офицера за грудки.

— Я не знаю! Яхта была под флагом Панамы. Только, где Панама, и где мы? Да и не были похожи нападавшие на индейцев, все белые! — лязгнул зубами летёха, пытаясь отцепить от себя бешеную магичку.

Я же стоял с закрытыми глазами и пытался уловить возмущения эфира, но всё, что я смог почувствовать, это приторный запах жасмина, знакомый по столкновениям с ведьмами. Чёрт! Если бы не улетел за алмазами, то хрен бы что у них получилось! Сссука, как же я не вовремя! Найду, кто это сделал, и убью всех. Каждого по три раза!!!

Выдохнул, и открыл глаза, расслабив ладони, непроизвольно сжавшиеся в кулаки.

— Что с ним? — я глянул на побледневшую Эсмеральду, держащую обморочного лейтенанта.

— Ты опять жути нагнал… Ярик, надо подключать спецслужбы. Эмоциями здесь не поможешь.

В стороне послышался недовольный рёв, и я пошёл на звук. Около раненного зверя была женщина в белом халате, только что поставившая ему укол.

— Что с медведем? — я присел на корточки и положил руку на голову страдающего зверя.

— Перелом позвоночника, задние лапы парализованы. Надо делать операцию или вызывать одарённого, специализирующегося на лечении животных, — женщина убрала в чемодан использованный шприц. — Я ему ставлю обезболивающие, но это не лечение.

— Всё понятно, спасибо, вы свободны. Дальше я сам, — женщина кивнула, подхватила чемодан и ушла. — Как же так, Потапыч? — стал гладить косолапого по лохматой башке. Он приподнял голову и заворчал, показав в оскале зубы.

— Ну, ничего. Сейчас мы тебя подлечим, — я пересел к его спине и стал вливать лечебную энергию в место перелома, которое пульсировало красным в аурном зрении. Так, здесь надо срастить, здесь восстановить нервный столб… Через двадцать минут медведь заворочался и поднялся на лапы — ура, получилось!

— Что, Миша, накажем обидчиков? — я поднялся на затёкших ногах и потрепал его за холку. Потапыч утвердительно рявкнул. — Ну, и славно. Сейчас только пойму в какую сторону лететь раздавать звиздюлей…

— Ярик, там тебя спрашивают, — ко мне подошла Эсмеральда.

— Кто?

— Вроде, русские. Говорят, знают что-то.

— Русские? Туристы, что ли? Зови.

На площадку, обойдя выломанный кусок стены, зашло две женщины. Хм, одарённые. Одну точно нигде не видел, а у второй аура кажется знакомой.

— Ярослав, здравствуйте, — начала которая постарше. — Меня зовут Зоя Павловна, я командир русской боевой группы Альфа. Мы отдыхали на курорте и случайно увидели, что произошло.

— Стоп! — я почувствовал, что со мной не до конца откровенны. — Давайте не будем начинать знакомство с вранья. Ты кто? — я спросил крепкую девицу помоложе.

— Кобра.

— Кто?!?

— Ну, Кобра… Это позывной такой. У нас отряд смертельных гадюк!

— А имя у тебя есть, змеюка?

— Олеся… Но вы только никому!

— Да бог с тобой! Кому я пойду трепаться? Это ты на подземном паркинге в Мадриде была?

— Я.

— А с англичанками?

— Тоже я.

— И везде случайно?

— Зоя Пална, давайте всё, как есть, расскажем? — она обратилась к первой магичке.

— Да, Зоя Павловна, попробуйте. Умные люди говорят, хорошее первое впечатление можно произвести только один раз. Давайте, как на духу.

И они рассказали. Оказалось, что группа должна была меня доставить в Россию ещё из Варшавы, но перепутала с Разумовским, потом из Мадрида, но схлестнулась с англичанками из МИ-6, встав на мою сторону.

— Вас извиняет только то, что вы спасли моих гостей из рушащегося дворца. А здесь-то вы что забыли?

— Приказали наблюдать, — пожала плечами Альфа. — Не знали, куда ты улетел, поэтому продолжили наблюдение за резиденцией.

— А в этот раз почему не вписались?

— Ярослав, тут было без вариантов. Десант возглавили две английские архимагини в сопровождении спецназа — мы их опознали. Да нас бы размазали тонким слоем, даже не задержавшись!

— Опять англичане! — в душе заворочался гнев.

— Эмоциями делу не поможешь, — они синхронно отступили на шаг. — Прибереги гнев для врагов.

— Врагов?!? Как их теперь найти?

— Так мы потому и пришли! Получили команду от Её Императорского Высочества Елизаветы Романовой поступить в твоё распоряжение. Она дала нам карт-бланш на любые действия для спасения наследниц клана Юсуповых, и уже предоставила всю имеющуюся информацию, куда идёт яхта, на которой уплыли нападавшие.

— Это хорошо. Эсмеральда! — я позвал свою охранницу. — Обменяйтесь контактами, наладьте канал связи, выясни, куда уплыли англичане. Готовимся к отлёту!

Набрал номер Испанской королевы.

— Исабель, ты в курсе про нападение?

— Да. Ярик, ты где?

— На Канарах.

— Срочно возвращайся в Мадрид, тебе опасно там!

— А чего опасного? Англичанге уже уплыли.

— Как англичане? Пираты же были под панамским флагом⁈

— Представляешь? Среди нападавших опознали английских магичек!

— Тем более возвращайся в Мадрид! Будем разбираться, решать дипломатическими методами.

— Бель, ты о чём? Какими дипломатическими?

— Я вызову британского посла!

— И что ты ему сможешь предъявить, кроме подозрений?

Она ненадолго повисла и выдохнула: — Миердэ…

— Вот именно! Короче, я лечу в погоню, разберусь на месте.

— Стой! Я запрещаю!

— Бель, тебе напомнить, кто теперь глава рода? Как я могу бросить своих беременных женщин?!? Это решённый вопрос, ты лучше подними спецназ в ружьё, пусть будут на низком старте. Вдруг, где я один не справлюсь. Всё, отбой!

Погрузка топлива и припасов не заняла много времени, и вот я с Потапычем, Эсмеральдой, Домиником и Альфой в сопровождении русской боевой звезды уже в воздухе.

— Что с обещанной помощью? — обратился сразу к Эсмеральде и Альфе, склонившейся над планшетом.

— Яхта движется к Гибралтарскому проливу вдоль африканского побережья. Скоро будет понятно, пойдёт дальше на Север или повернёт в пролив.

— Хорошо, полный вперёд! Ориентир — яхта!

В этот момент на мой смартфон поступил входящий звонок от неизвестного абонента.

— Слушаю! — принял вызов.

— Ярослав, здравствуйте, — в трубке послышался женский голос, говорящий по-русски с акцентом.

— Кто это?

— Неважно. Ваши женщины у нас. Не делайте глупостей, и с ними всё будет хорошо. Вас приглашает в гости Императрица Великой Британии Анна Третья. Прилетайте в Лондон. Да, и не забудьте «Ку-де-грас». Вам придётся вернуть клинок, принадлежащий английской короне.

— Вы понимаете, что сделали самую большую ошибку в вашей жизни? — я еле сдерживал эмоции. — Со своей стороны я рассматриваю нападение, как казус-белли для начала войны. Да я порву вас всех на британский флаг!

Что-то, видимо, из эмоций вырвалось наружу, потому что кто-то из гадюк ойкнул и быстро направился в направлении туалета.

— Ну-ну, как много пустых угроз! Помните, жизнь ваших девушек, в том числе беременной супруги вашего приёмного отца, находится в ваших руках! Ждём вас в столице в течение двух суток, потом не обижайтесь, — женщина отключилась. Я попытался перезвонить — нет такого номера.

— Сссамка собаки, — выдохнул сквозь зубы. — Летим за яхтой!

* * *

Тёмная ночь, мы в режиме невидимости подлетели к Скале — английской крепости в Гибралтарском проливе, в гавань которой вечером зашла яхта с нападавшими. К моменту схода людей на берег мы не успели, поэтому я решил сделать круг и осмотреться.

Вдруг на земле ожил зенитный пулемёт, и трассирующие пули полетели в нашу сторону.

— Бля, — только успел выдохнуть я, растягивая Щит Бурбонов на весь дирижабль, по которому сразу забарабанили трассеры. Вскоре к ним присоединились скорострельные орудия, и Щит стал жрать мою Силу, как не в себя.

— Уходим на испанскую сторону! — крикнул пилотам, и Эстебан отвалил от крепости вглубь материка.

Когда отлетели на полкилометра, огонь из крепости прекратился.

— Летим чуть дальше, ищем площадку для выгрузки.

— Да мы можем и тут на пляже выгрузить, только пониже спустимся, — ответил второй пилот.

— Хорошо. Хуан, командуй.

Спустились на подъёмнике все сразу, и возбуждённого медведя с собой захватил, который что-то такое почувствовал в воздухе, став наматывать круги по кабине. Пилоты отнеслись к нему с опаской, поэтому взял его с собой от греха подальше.

— Эсми, идёшь за мной в отдалении, — начал раздавать указания. — Я сначала сагрю на себя всё, что можно, и начну выбивать защиту. Вы ни во что не вмешиваетесь, твоя цель — вывести девушек в безопасное место. Альфа, ты с нами?

— Да, я же сказала!

— Тогда за главную Эсмеральда, ваша задача в бой не ввязываться, только эвакуация гражданских.

— Стоп! Какой у тебя план?

— План простой — иду в открытую и даю всем пизды. Кто не спрятался, я не виноват.

— Хороший план, — усмехнулась Альфа. — На, возьми гарнитуру.

Она передала мне рацию и помогла закрепить на одежде. Следом выдала по рации моим испанцам и показала как пользоваться.

— Ага, спасибо. Связь — это здорово, — я залез на медведя, растянул на нас двоих Щит Бурбонов и направил косолапого в сторону военной базы. Потапыч рявкнул и припустил галопом, почувствовав моё нетерпение.

— А он один справится? — озвучила общее сомнение Мамба.

— Скоро узнаем. Когда он впереди, мне как-то спокойнее, — призналась Куфия, которая бегала в туалет на дирижабле. Не то чтобы она его боялась, но после того случая с англичанками, когда пришлось менять нижнее бельё, чувствовала рядом с принцем некоторую слабость в коленях.

— Тихо! Слышали задачу? Идём следом, эвакуируем гражданских. Но если парня зажмут, будем его вытаскивать в первую очередь. У меня очень чёткие инструкции сверху, — Альфа стала накачивать гадюк.

— Готовы? — спросила Эсмеральда. Дождавшись кивка от Альфы, продолжила: — Делимся на двойки. Я с Домиником вперёд, вы парами за нами. Погнали!

* * *

Домчался до огороженной сетчатым забором базы за десять минут.

— Стой! Кто идёт? — окрикнул вооружённый охранник-простак, заметив движение у ворот. Когда он увидел, кто к ним в гости, от удивления у него округлились глаза, из-за чего стал похож на одну известную птицу.

— Открывай, сова, медведь пришёл!

— Стоять! Иначе стреляю! — несколько истерично закричал он.

— Короче, так, служивый. Я, принц Ярослав Шонуров де Бурбон, объявляю эту землю незаконно оккупированной английскими захватчиками и возвращаю её под юрисдикцию испанской короны. Даю всем пять минут, чтобы открыть ворота, сложить оружие и подготовиться к интернированию. Покидать самовольно базу запрещаю. Время пошло, — я демонстративно посмотрел на часы.

Охранник забубнил что-то по рации, сообщая о внештатной ситуации. Через три минуты послышался шум моторов, и за забором нарисовались два открытых джипа с вооружёнными людьми. Они лихо затормозили у ворот, с них посыпались вооружённые автоматическими винтовками бойцы.

— Сложи оружие и сдавайся! — закричал один из них в матюгальник.

— Во-первых, русские не сдаются! А во-вторых, уважаемый, где ты увидел у меня оружие? — я развёл руки в стороны.

— Слезь с медведя, руки в гору и заходи на базу!

— Ага, щаз! Ваше время вышло, пеняйте на себя, — я пришпорил медведя пятками, он заревел и бросился на ворота.

В щит ударили пули, рикошетом разлетаясь в разные стороны, и медведь тараном снёс хлипкое ограждение. Охранники порскнули в разные стороны, не прекращая поливать нас из всех стволов. Разъярённый Потапыч набросился на ближайшего охранника, и того снесло от удара лапой. Я только вцепился в шерсть косолапого, чтобы не свалиться на этом родео, когда он начал метаться среди вражеских бойцов. Через минуту стрельба стихла — враги кончились, замерев сломанными куклами в неестественных позах, и мы поскакали в гавань, где у причала была пришвартована океанская яхта и два эсминца.

Вдруг с одного из эсминцев пальнула пушка, прилетевший снаряд отрикошетил от моего Щита в близстоящее здание, раздался взрыв. Второй эсминец подключился к веселью, сделав свой выстрел в нашу сторону. Или наводчики корабля были не такими меткими, или они взяли поправку, но взрыв раздался буквально под лапами Потапыча, и нас бросило в сторону взрывной волной.

Я слетел с загривка, но не пострадал, благодаря Щиту, да и медведя только оглушило, но воевать так дальше? Нет, неинтересно. Бросился к встающему на лапы Потапычу, активируя Скрыт, схватил его за загривок и потащил в сторону от причала. Медведь раздражённо рявкнул, пытаясь развернуться к обидчикам, но я подкрепил усилия мысленным приказом, и он подчинился. Скрывшись с вида кораблей за штабелем металла, подвесил косолапому на шею артефакт Скрыта и напитал силовые камни маной под завязку.

— Слушай сюда, твоя задача — рыскать по территории в поисках моих женщин. Понял? — на эти мои слова мишка недовольно заворчал и дёрнулся в сторону причала. — Потапыч, я с ними разберусь, ты мне там не помощник. А женщин на кораблях скорее всего нет — не чувствую я на них источников! Поэтому у тебя задача более важная — найти женщин и привести меня к ним! Понял? Выполняй! — я оттолкнул от себя зверя, и тот ушёл в невидимость. Вот теперь повоюем!

Встал, похрустел шеей, разминая, и сорвался на бег в сторону гавани. Меня на эсминцах заметили и открыли стрельбу с зенитных автоматов и пушек. К пальбе присоединилась единственная пушка, появившаяся на носу океанской яхты, и вокруг меня стали рваться снаряды. Взрывной волной меня стало бросать из стороны в сторону, и в душе родилась боевая злость, вплеснувшаяся желанием убивать.

— Сссуки, бля! Держите гостинец! — я сформировал в руке фаербол, ухнув в него немеряно Силы, от чего шар накачался до размеров баскетбольного мяча, и запулил его в ближайший эсминец. Нестерпимо светящийся сгусток плазмы, брызжущий во все стороны искрами сварки, прямой наводкой полетел в борт корабля. Удар пришёлся в носовую оконечность прямо под стрелявшей в меня пушкой. Раздался взрыв, палуба вспухла и орудийную башню подкинуло в воздух. Из огромной пробоины вырвались языки пламени, корабль стало заволакивать дымом. Башня приземлилась аккурат на стрелявшую в меня пушку океанской яхты, и её орудие смолкло.

Кидаю второй фаербол над ватерлинией в районе миделя пострадавшего эсминца. Взрыв, и зенитные автоматы на надстройке заткнулись. В развороченном боку корабля что-то искрит, туда потоком хлынула морская вода, и эсминец начал крениться. Второй эсминец, спустя три фаербола, постигает та же участь — он замолкает и заваливается на бок. Первый корабль уже затонул, из воды торчат только антенны, на которые залезли моряки в спасжилетах.

Бегу к океанской яхте. Я уже вижу, что на ней нет сильных одарённых, только источник незнакомого новика, поэтому не церемонюсь, когда меня начинают поливать огнём из автоматов. Кидаю россыпью горсть мини фаерболов, палуба окутывается серией взрывов, и огонь стихает. Только слышны стоны раненных моряков. Вблизи вижу название яхты на поручнях трапа — «Императрица Анна». Что ж, зайду в гости к императрице.

— Где капитан? — нагибаюсь над матросом, баюкающим оторванную руку. Тот находится в шоке и только мычит. Иду дальше. Вдруг из распахнувшейся двери с криком выскакивает мужик — безумные глаза, в руках тесак, которым тычет в меня острым концом. Щит пружинит, и удар соскальзывает в пустоту. В ответ бью противника рукой, тот падает с развороченной грудью.

В принципе, где капитанский мостик, мне знать не надо. У самого была подобная яхте в том мире. Только поменьше. Но у всех судостроителей инженерная мысль работает одинаково, поэтому иду в нужном направлении. Подхожу к закрытой двери, за которой вижу аурным зрением источник новика, и усиленным ударом ноги выбиваю дверь вместе с замком. Грохочут выстрелы, и мужик роняет пистолет на пол — одна из пуль рикошетом прилетает ему в руку. Он зажимает рану и с гордым видом выпрямляется.

— Я — капитан лорд Макинтош! Извольте покинуть моё судно!

Я делаю два шага на встречу и бью под дых, тот загибается и пытается вдохнуть воздух. С удовольствием добавляю ему коленом в нос. Лорд улетает к штурвалу, из разбитой сопатки течёт кровь.

— Где мои женщины? — я наступаю на него и он пытается отползти назад.

— Я военнопленный! Я сдаюсь! — взвизгивает, борясь с моей давящей аурой жажды убивать. — Я требую к себе гуманного отношения в соответствии с Лондонской конвенцией!

— Макинтош, ты — пират! А на пиратов конвенции не распространяются. Тебе полагается висеть на рее и танцевать джигу. Ещё раз. Где. Мои. Женщины?!? — я достал мизеркорд и поднёс его к глазу лорда, запитав Силой. Тот попытался отодвинуться от кончика загудевшего от напряжения клинка, но упёрся в рулевую колонку и замер. — Мне не доставит удовольствия тебя пытать, но, если надо для дела…

— Стой! Если я расскажу, ты оставишь мне жизнь?

— Ты не в том положении, чтобы торговаться, — я сунул клинок в рану на его руке. Запахло палёным мясом, он дико закричал и отрубился.

* * *

Ярослав ускакал с шашкой наголо на амбразуры, следом помчалась двойка испанцев. За ними побежали Альфа с Коброй, потом — Мамба и Гюрза, в арьергарде — Куфия с Эфой. Когда они достигли развороченного проходного пункта, в гарнитуре послышался взрыв, разъярённый рёв медведя, треск гарнитуры и тишина.

— Ярик, Ярик, приём! Ярик, ответь! — потребовала Альфа, но в эфире был один лишь треск помех, а в порту стал нарастать бой — там всё стреляло и взрывалось.

— Это он их так? — Куфия притормозила у изломанных тел английских солдат.

— А есть сомнения? — бросила Эфа, сев на колено у входа в будку охраны. Она заглянула внутрь и крикнула: — Чисто!

— Никак нет! После того, что он сделал голыми руками с элитным отрядом спецназа… Мне кажется, у него отклонения в психике. Я слышала, у сильных одарённых срывает крышу от вседозволенности.

— А я рада, что он на нашей стороне. Я ему даже позывной придумала — Щитомордник. Тоже ядовитая змея, а с его непробиваемым щитом кликуха подходит как нельзя лучше.

— Разговорчики в эфире! — в беседу влезла Альфа. — Догоняйте, а то самое интересное пропустите!

Замыкающая пара смертельных гадюк рванула в гавань, где было на что посмотреть. Взрывы на причале закончились, в бухте плавал какой-то мусор и барахтались моряки в спасжилетах. От одного эсминца остались только торчащие штыри антенн, второй перевернулся килем вверх и медленно погружался на дно. На океанской красавице-яхте, когда-то бывшей белоснежной, были видны подпалины, на носу, смяв леера, лежала чадящая груда железа.

На борту показался растрёпанный Ярослав: — Назад! Назад! — закричал он, бегом спускаясь по трапу на берег. Как только парень встал на причал, внутри рвануло, языки пламени выплеснулись из иллюминаторов, яхта осела и начала тонуть.

— Стой! Там же девочки! — рванула Альфа, но молодой Бурбон её перехватил.

— Нет там девочек, одни пираты. Шальная императрица будет им общей могилой.

— А где медведь? — оглянулась Кобра.

— Пошёл искать девушек, их с яхты ссадили на берег. И, да. Вы были правы. В атаке на Канары участвовали две англичанки-архимагини. Родная сестра Анны Третьей — Мария Стюарт и двоюродная — Матильда Стюарт-Галлоуэй. Они где-то в крепости, — он задрал голову, разглядывая огни на горе.

— Какой план? — вперёд выдвинулась Эсмеральда.

— Я — наверх, штурмовать Скалу. Вы — ловить моряков. Соберите их в кучу и свяжите, чтобы потом по щелям не вылавливать.

— Ты уверен? За триста лет эта Скала с батареей морских орудий, как кусок швейцарского сыра — вся в дырках и мышиных норах. Один не справишься!

— Я должен. За мной не соваться, контролировать ситуацию здесь и охранять пленных. Когда появится испанская гвардия, встретить и ввести в курс дела! — приказал Ярослав.

— А где твоя рация? — Альфа.

— Да слетела где-то, пока я как шарик от пинг-понга летал. Короче, не надо мне её, у меня мобильник противоударный, — он достал из кармана смартфон и спрятал обратно. Дождавшись подтверждения, что с его приказами всё ясно-понятно, развернулся и побежал к подножью Скалы.

* * *

Исабель в волнении еще раз посмотрела видеоролик, на котором весь в соплях и слезах соловьём пел английский капитан лорд Макинтош. Оказывается, на захват Ярослава прибыли две архимагини из английского королевского рода! И сейчас он совсем один пошёл штурмовать крепость, усиленную за века хитромудрыми артефактами! На её просьбу не совать голову в пасть льва, а дождаться гвардейского спецназа, который вот прямо сейчас она отправляет на помощь, наследник лишь рассмеялся и заявил, что не будет ждать и прятаться за спинами штурмовиков, когда его женщины в плену. А ещё попросил, чтобы она взяла на себя все дипломатические расшаркивания для получения максимального эффекта от его действий.

Королева набрала личный номер Матриарха:

— Малгожата, извините, если разбудила.

— Здравствуйте, Исабель. Что случилось, раз вы меня тревожите по горячему номеру среди ночи?

— Я хочу заявить о вероломном нападении Великобритании на Испанию. По указанию и при участии королевского дома Стюартов совершено нападение на Исла де Гран Канариа с целью захвата в плен единственного наследника рода Бурбонов.

— Я слышала, в нападении на остров участвовало судно под флагом Панамы?

— Это не так. Я пересылаю видео с откровениями капитана напавшей на остров яхты. Отправила…

— Хммм, — через долгих три минуты просмотра Матриарх наконец-то отмерла. — И что вы хотите?

— Я требую, чтобы агрессор был наказан всей мощью Евросоюза!

— Нууу, не стоит так серьёзно относиться к пограничному инциденту. Наследник же не пострадал?

— Да, случайно. Но погибли граждане Евросоюза! Нападение на одно государство — это нападение на всех!

— Исабель, давайте не будем горячиться и ломать копья. Я направлю в Мадрид кардинала Франческу для расследования происшествия и оказания посильной помощи. Когда она сможет увидеть вашего наследника?

— Это не известно. Сейчас Ярослав штурмует английскую крепость в Гибралтаре, где находятся взятые в заложники гости дома Бурбонов!

— Как штурмует? Он что, развязал войну с Британской империей?!? Исабель, вы должны срочно прекратить все боевые действия и восстановить статус кво!

— Малгожата, я так вижу, вы не горите помогать Испании, несмотря на заключённые договоры о совместной обороне?

— Да о какой обороне ты говоришь, если Испания напала военную английскую базу?!?

— Ты меня не слышишь. На базе заложники, за безопасность которых поручился мой королевский род!

— Но можно же договориться, выслушать их требования…

— Их требование — обмен заложников на моего наследника! Он должен появиться в Лондоне и сдаться!!!

— … — молчание было ей ответом.

— Я всё поняла. Испания, может, и небольшая страна, бывшая когда-то ведущей державой Европы, но мы не забыли, что такое честь и верность данному слову! Если надо будет вести военные действия в одиночку, мы будем их вести. Если в течение суток Евросоюз не поддержит мою страну, Испании такой союз не нужен! Спокойной ночи! — Исабель прервала разговор.

Глава 16

Сообщение ТАСС:

— Вчера, в Тихом океане, при невыясненных обстоятельствах, пропал весь Тихоокеанский Флот США. Космонавты Ляхов и Рюмин продолжают эксперименты на орбите.

* * *

Я сидел на вершине скалы, смотря в сторону восхода светила, и не чувствовал зябкой свежести утра. На душе висел камень, а в голове пульсировала одна мысль — что делать?

Захват крепости прошёл не то чтобы буднично, но без лишних превозмоганий. Я-то ожидал эпической битвы с двумя архимагами, бой не на жизнь, а на смерть. Но вместо этого… У подножия скалы меня толкнул башкой медведь. Взял его за холку, и он повёл меня вверх по склону к спрятанному в камнях замаскированному входу. Дальше было дело техники — проник в секретный ход, пришёл, увидел, победил. Потому как из сильных одарённых в крепости остались только мои девушки, а из вояк самой сильной магессой была безымянная женщина-полковник в ранге мастера. Не успел спросить имя, когда она на меня напала, а потом уже было поздно — кончилась. Лишил её головы, помня об особенностях высокоранговых магичек, остаток гарнизона в количестве десятка деморализованных солдат сдался. Всего же я в крепости насчитал с полусотню человек. Получается, сорок врагов вот этими самыми руками…

Я посмотрел на освещённые утренним солнцем руки по локоть в крови, подошёл к флагштоку, спустил британский флаг, насколько смог вытер им заскорузлую кровь и сбросил грязную тряпку за крепостную стену. Из короткого допроса пленных выяснил, что опоздал буквально на три часа. Архимагессы сели в свой дирижабль и отчалили в сторону Англии. Всё бы ничего, но они забрали с собой сестёр Юсуповых! Они бы и других девушек сразу забрали, но их комфортный скоростной дирижабль поднимал всего пять человек — пилота и четырёх пассажиров. Вот они и посадили к себе на борт двух самых ценных пленниц, рассчитывая забрать остальных следующим рейсом, а тут случился я.

Вернулся к освобождённым от антимагических наручников-подавителей девушкам, державшимися молодцом — ни тебе слёз, ни истерик. У всех была железобетонная уверенность, что я за ними приду. Ну, это они мне так сами сказали, а что на самом деле у них в головах… Чувствую, что перенервничали. Спустился с ними к подножью скалы и передал в руки Энрике, прибывшему с ротой испанского спецназа.

— Бойцы, — начал я перед строем гвардейцев, — сегодня знаменательный день! Сегодня мы пришли на эту землю и освободили её от захватчиков! Я вам обещаю, это только начало! Англичане объявили нам войну, напав исподтишка на Канарские острова. Но нам есть, чем ответить. Враг будет разбит, победа будет за нами! Но пасаран! Вива Испания!!!

— Вива Испания!!! — грохнуло сотней глоток парней и девчонок.

— Оставляю вам крепость. Обустраивайтесь, тренируйте расчёты орудий на батарее, готовьтесь к обороне. В общем, рулите, — обратился к стоящему рядом командиру спецназа. — Да, ещё. Погибать запрещаю. Наглы будут пытаться отбить Скалу. При невозможности удержать крепость — нахер с пляжа. Вернусь, опять захвачу. Отвечаешь головой, — я зажёг фиолетовым глаза. Тот проникся и побежал командовать.

— Что дальше будешь делать? — спросила подошедшая Эсмеральда.

— А что делать? Полечу выручать Юсуповых. Слово дома Бурбонов о защите своих гостей — не пустой звук. Только бы понять, как бритты увидели под Скрытом дирижабль…

— А спросить у пленных?

— Спрашивал, не знают. Системой обороны рулила погибшая магесса.

— Понятно, что ничего не понятно. Командуй, что делаем дальше.

— Я бы отправил девчонок под твоей охраной в Мадрид, но ты же откажешься? — она утвердительно кивнула головой. — Тогда собирайтесь, летим на «Потёмкине» в Лондон.

Ушла готовиться, а ко мне подошла Зоя Пална:

— Ярослав, мы с тобой. Наша задача прежняя — освободить всех русских из плена.

— Да без проблем! Только лёгкой прогулки не будет, как здесь. Готовы дальше подчиняться, добро пожаловать на борт.

Согласилась и пошла грузиться.

— Девочки, теперь с вами, — я подошёл к компании отдыхающих в компании медведя своих женщин. — Едете с Энрике в Мадрид, Потапыча берёте с собой. Я по быстрому смотаюсь в Лондон, вы занимайтесь текущими делами. Варя, с тебя разгромная статья в «Чижике» о похождениях англичан и публикация патриотической сказки про «Федота-стрельца». Держи поэму, было свободное время, написал на досуге. Натуль, отправлю с вами сумки с драгоценностями. Вызвони Софью, отберите силовые алмазы для отправки в Польшу, остальное — Мойше. Пусть делает следующую коллекцию «Пандоры». Лена, за тобой наблюдение за Кристиной. Крис, а тебе скоро рожать.

Косолапый недовольно заворчал.

— А тебе, Потапыч, охранять женщин. Ну всё, погнали, — я обнял всех девушек сразу, у которых подозрительно заблестели глаза.

— Ярик, ты только вернись, — шмыгнула мне в ухо Кристина.

— Куда ж я от вас денусь? — отстранился, вглядываясь в родные лица. — Я ведь ещё не всех сделал архимагинями, как обещал! Только Машу и Варю успел, а вас ещё вон сколько! В общем, спокойно езжайте, готовьтесь, скоро буду.

Ушли, а у меня важный разговор.

— Исабель, доброе утро! Как наши дела?

— Могли быть и лучше, но не так плохо, как могли бы быть, — проворчала она.

— Поделишься?

— Матриарх отказала в военной и дипломатической помощи Евросоюза — это из плохого.

— Ну, это было ожидаемо. Что ещё?

— Британский посол прислал ноту протеста твоим действиям в Гибралтаре. Угрожает, что если Испания захватит Скалу, Британская империя объявит войну Испании.

— А ты? Показала ему моё видео?

— А я поздравляю тебя с возвращением земель под юрисдикцию Испанской короны. Показала. МИД Великой Британии в его лице заявил, что признания под пытками являются ничтожными. В общем, сейчас Испания официально находится в состоянии войны. Но есть и хорошее.

— Да?

— Мне позвонили королевы Германии и Италии. Урсула высказала поддержку на словах. Она неофициально будет снабжать нашу армию техникой, инструкторами и направит представителя Кригсмарине в наш генштаб для координации действий. А ещё направит миноносцы для минирования подходов к испанским военным базам, в том числе к новой крепости в Гибралтаре. Медичи выразила восхищение блистательно проведённой операцией по освобождению испанской территории без погибших с нашей стороны. Тоже пообещала неофициальную всестороннюю поддержку, несмотря на отказ Ватикана в помощи Испанской короне.

— Это прекрасно…

— Слышу в твоём голосе сомнение.

— Исабель, Англия — морская держава, а в обороне войну не выиграешь.

— Что ты задумал?

— Слетаю на Туманный Альбион, развеюсь. Надо Юсуповых вызволить. Не буду говорить пафосных слов, ты и так всё знаешь.

— Что с тобой поделать, лети, — опять перешла на ворчливый тон. — Только помни, что тебя будет ждать одна старая никому ненужная женщина.

— Ой, вот только не начинай! Кристине скоро рожать, и твоему внуку ты будешь очень даже нужна. Всё, пока! — отключился. Долгие проводы — лишние слёзы. Не хватало ещё по телефону успокаивать.

* * *

В Букингемском дворце замерла всякая жизнь: придворные были ниже травы, тише воды — Английская королева которое утро встала не с той ноги. Денежная река с европейского континента обмелела, когда Германия и Польша отказались покупать британские алмазы и сжиженный газ, плюс добавились убытки от воинствующих аборигенов Сьерра-Леоне, разоривших опорный пункт Де Бирс. Случай вопиющий, и она обязательно отправит туда карательный отряд, но сначала надо разобраться с брошенным испанцами вызовом. Нельзя никому дать повода подумать, что британский лев ослабел. Иначе стая шакалов, нападая вся сразу, может победить даже царя зверей.

Позавтракав безвкусной овсянкой, вызвала главу МИ-5 герцогиню Йоркскую и главу Адмиралтейства лорда Спенсера.

— Элизабет, как так получилось, что на сто процентов верная информация о нахождении испанского принца на Канарах, оказалась неправдой? — начала ровным тоном, от которого герцогиня невольно поёжилась.

— Не знаю, Ваше Величество. Полагаю, что это преднамеренный обман сотрудников МИ-6. Скорее всего, разведчики остались верны свой опальной главе и дали мне не ту информацию, подставив меня перед вами.

— Тем не менее, именно вы отвечали за службу разведки. Вы должны были выстроить действующую вертикаль власти в МИ-6, а вместо этого сейчас ссылаетесь на рядовых исполнителей. А вы, Эдвард? Мы уже полдня в состоянии войны с какой-то Испанией, а я от вас до сих пор не увидела предложений, что Роял Нави собирается предпринять, чтобы вернуть контроль над Гибралтаром!

— Ваше Величество! Мы должны сначала понять, какие возможности имеет противник! Два эскадренных миноносца и «Императрица Анна» приняли неравный бой и затонули, выполнив свой долг до конца. По суматошным сообщениям из крепости им противостоял многочисленный высокоранговый противник. Я полагаю, нет смысла отправлять корабли на убой, если вопрос может решить пара архимагинь!

— Лорд, а вы не забыли, кто кому служит? Архимагини могут решить любой вопрос, но зачем тогда нужны вы? — ледяным тоном королевы можно было заморозить воду. — Тем более, по моим данным, в нападении участвовал всего один человек!

— Ваше Величество, — Спенсеру ударила кровь в голову, — я уже говорил, что готов уйти в отставку!

— Пожалуй, я была права. Не осталось у мужиков яиц. Как дело коснулось войны, паркетные шаркуны сразу в кусты! Лорд, я принимаю отставку, вы свободны. Дальше я сама! — от Анны разошлась удушливая волна императорского гнева, которая заставила резко побледнеть герцогиню Йоркскую. А у бывшего главы Адмиралтейства, на которого пришёлся основной удар, носом пошла кровь, и он стойким оловянным солдатиком упал навзничь без чувств, гулко ударившись затылком о дубовый паркет.

— Элизабет, вызовите медикуса, у Спенсера обширный инсульт и инфаркт миокарда одновременно. А вам я высказываю своё неудовольствие. Отпустите из-под ареста герцогиню Сассекскую, пусть дальше занимается разведкой, видимо, это не ваше.

— Слушаюсь, — подчинённая присела в реверансе.

— Да, тех аналитиков, что подвели, в подвал Тауэра. Я надеюсь, вы, как глава контрразведки, не разучились работать с материалом? Разрешаю применить к ним испытание пятой степени. Я хочу знать, это была их преступная халатность, или им подсказали передать нужную противнику информацию!

Оставшись одна, Анна набрала дежурного секретаря Адмиралтейства:

— Это говорит ваша королева. Кто у аппарата?

— Баронет Ричард Каннингем!

— Вот что, баронет. Будете исполнять мои приказания в точности, станете лордом. Я приняла на себя обязанности Первого лорда Адмиралтейства взамен ушедшего в отставку лорда Спенсера. Приказываю сформировать в Портсмуте ударный отряд из двух линейных кораблей, десяти эсминцев и пяти десантных кораблей, на которых разместить полк морских пехотинцев. Отправить отряд на захват крепости Скала в Гибралтарском проливе. Покинуть территориальные воды Англии отряд должен в течение четырёх часов. Исполнять!

— Эмм, моя королева… — в трубке прозвучал неуверенный голос.

— Я слышу по голосу, вы ещё молоды. Слова «моя королева» надо сначала заслужить. Ко мне обращаться «Ваше Величество»!

— Ваше Величество, прошу простить! Я надеюсь заслужить такое право! Но усилить десант линкорами нет никакой возможности! «Императрица Мария Первая» проходит плановое обслуживание машин, а «Императрица Елизавета Вторая» погнула винт и сейчас находится на ремонте в сухом доке!

— Ричард, вы меня уже начинаете разочаровывать. У нас что, нет рабочих линейных кораблей?!?

— Ваше Величество, есть! Есть линкоры! Но они на других базах — в Портсмуте слишком мало места для них. Основное место базирования — Скапа-Флоу, линкорам нужно время добраться до Портсмута. День-два, и всё будет!

— Нет, мы не можем столько ждать. Чем мы можем усилить миноносцы, сопровождающие десант?

— Бронепалубный крейсер «Кинг Лайн Харт» стоит в полной боевой готовности.

— Хорошо, баронет, пусть будет крейсер. Командуйте. И помните, четыре часа, не больше!

* * *

С задержкой вылетели с аэродрома Скалы. Пока погрузка-разгрузка, пока уточняли погоду и лётный маршрут… В общем, я был на нервах, чувствуя, как уходит время. Но вот, мы наконец-то в воздухе и под Скрытом держим путь вдоль побережья Португалии на Север. Пока летели, связался с Ксенией Борисовной, поставил новые задачи: обзавестись собственными спутниками для наблюдения в режиме реального времени за действиями противника и для создания собственной спутниковой связи. А то сейчас нам со спутниковыми данными помогают Романовы через Альфу, но это же не будет продолжаться до бесконечности?

— Ярослав, наблюдаю небольшую эскадру, движущуюся от берегов Англии к Испании, — ко мне подошла Зоя Павловна с планшетом.

— Сколько?

— Шестнадцать вымпелов. Удалось идентифицировать один крейсер, десять эсминцев и пять десантных кораблей. Курс Зюйд-Вест, скорость двадцать узлов.

— Где?

— Англичане обогнули Францию, оставив Брест за кормой, вошли в Бискайский залив.

— Принял. Пошли отвоёвывать Гибралтар. Расчётное место и время встречи?

— Если будем лететь с прежней скоростью, аккурат посреди Биская на закате и встретимся.

— Не надо на закате. Нужен хотя бы час светлого времени, чтобы успеть всех принять. Побреем бриттов!

Я дал команду пилотам ускориться, и они врубили форсаж, прибавив аж десять километров в час! Нет, я никогда не привыкну к скоростям этого мира. Решено, после полёта в космос точно займусь самолётами!

Через три часа на горизонте появились чёрные точки, и пилоты сбросили скорость до крейсерской. Приблизились к идущему тремя колоннами каравану. В авангарде — тройка эсминцев, во втором ряду по центру — крейсер, прикрываемый по бокам двумя миноносцами, сзади десантные корабли, охраняемые эсминцами. Идут друг за дружкой в кильватерный след, как по линеечке. Выпендрёжники. Ничего, сейчас внесём свои коррективы.

— Дамы, действуем так, — я подозвал Эсмеральду и Альфу. — Трое на левый борт, трое на правый. Я по центру с вами. Задача: пролетаем над строем кораблей контркурсом, каждая тройка атакует цели со своей стороны. Потом разворачиваемся и начинаем зачистку с хвоста отряда. Вопросы?

— Ярик, я понимаю, ты уверен в своих силах, но, может, лучше начать с хвоста? Миноноски без десанта для крепости не страшны.

— Скоро будет темнеть, не успеем всех приласкать. Действуем по моему плану. Да и чего нам бояться? Мы под Скрытом, Щит Бурбонов нас защитит, нечего опасаться.

Снизились, уменьшили скорость, бойцы разошлись по сторонам, открыли иллюминаторы. Хуан под нами приоткрыл створки грузового люка, куда втягивается платформа, показался приближающийся эсминец, лихо режущий волну.

— Приготовились, ииии… начали! — я первым запулил накачанный Силой фаербол в надстройку приблизившегося корабля. Сверкающий плазменный шар точнёхонько попал, куда и целился. Раздался взрыв, из окон боевой рубки выплеснулось пламя. Каменный шип, запущенный Эсмеральдой, попал в верхнюю полусферу носовой пушки и пробил её, застряв в бронированной крыше. Жаль, у неё не получилось вызвать детонацию, но и так хорошо. Альфа же не стала ничего изобретать и тоже запулила фаербол в зенитный спаренный пулемёт. Её огненный шар был поменьше, чем у меня, поэтому она выбрала себе цель по зубам — зенитку слизнуло распустившимся на её месте огненным цветком. Мы успели нанести ещё удар по корме миноносца, вызвав пожар на корабле, как он скрылся из вида, а под нами появился крейсер.

Я только успел зарядить фаерболом по спаренной орудийной башне на носу, как на крейсере ожили зенитные скорострелки и ударили по дирижаблю. У меня даже не осталось времени удивиться вслух, как они смогли увидеть мой летучий броненосец под Скрытом?!? Пришлось растягивать Щит Бурбонов на дирижабль и отвлечься от атаки крейсера — и защищаться, и одновременно накачивать Силой огненные шары я пока не умею.

Огляделся. В грузовой кабине появились непредусмотренные конструкцией дырки, скрипел металл, что-то искрило, запахло жжёной изоляцией. Из кабины выскочил Хуан, он выхватил из рук суетящегося механика огнетушитель и стал заливать пеной появившиеся язычки пламени.

— Доложить о повреждениях! — скомандовал я, отражая защитой зенитные снаряды.

— Пока не понятно. Пожар ликвидирован, надо провести диагностику, — пилот отбросил в сторону использованный огнетушитель.

— Ну так проводи! — рявкнул на него, и Хуан скрылся из вида.

Тем временем снаряды перестали барабанить по Щиту, и я выглянул наружу. Под нами уже десантный корабль, отворачивающий в сторону вслед за крейсером. Позади нас объятый пламенем эсминец, и крейсер принял вправо, чтобы не протаранить замедлившийся миноносец.

Пользуясь отсутствием огня по дирижаблю, снимаю защиту, формирую фаербол побольше и швыряю его в корму десантной калоши. Как оказалось, бронирование у неё слабое — жахнуло хорошо. Из огромной дыры в палубе взметнулся протуберанец огня, и корабль сразу стал терять ход. Так, не отвлекаемся, под нами уже видно следующую калошу с суетящимися на ней людьми. Создаю опять фаербол, кидаю в десантное судно.

К моменту, когда развернувшийся крейсер прицельным огнём отогнал наш дирижабль от избиваемых кораблей, все пять десантных калош потеряли ход и опасно кренились, набрав воды, а четыре эсминца вовсю пылали. Ещё один эсминец, атакованный нами самым первым, затонул. Довершить разгром английского флота вторжения помешали повреждения, полученные от крейсера в нашем первом столкновении — мы потеряли один из двигателей, и гондола дирижабля стала травить. Найти и заделать повреждения в полёте не представлялось возможным, и я, скрепя сердце, дал команду лететь к берегу.

Нет, если бы не полученные повреждения одного из баллонов, мы бы остались и потопили все корабли, кроме кусачего крейсера, ведь даже с одним двигателем у нас было преимущество в скорости, но купаться совсем не хотелось. Крейсер же, когда охраняемые им беспомощные корабли сбились в кучу, наворачивал круги, как курица-наседка, берегущая цыплят.

— И как они нас видят? — в сердцах махнул рукой и приказал держать курс на Мадрид, оставив позади пионерские костры.

На море опустилась ночь, в сторону берега дул попутный ветер, и у нас были все шансы не промочить ноги. Когда до берега оставалось сотня километров, из-за потери летучего газа, мы снизились до тридцати метров, что вызывало у всего экипажа опасения о благоприятном завершении нашего боевого вылета. Но тут ветер посвежел до штормового, и нас быстрее потащило к берегу, плюс Зоя Павловна вспомнила, что она и Мамба владеют воздушными стихиями. Они что-то стали мудрить с механиком, который организовал накачку забортного воздуха в прохудившийся баллон. После того, как магички стали подогревать закачиваемый воздух, дело пошло веселее — мы поднялись до трёхсот метров. В душе поселилась робкая уверенность, что мы дотянем до берега.

* * *

В Букингемском дворце бушевала буря.

— Что значит, корабли возвращаются?!? — королеве Анне Третьей изменила английская сдержанность, и она орала на прибывшего на доклад баронета.

— Ваше Величество! На отряд напал невидимый летучий корабль! Мы ещё только учимся отражать атаки с воздуха! Главный калибр беспомощен против воздушных целей, а зенитная малокалиберная артиллерия неэффективна! По сообщениям с «Кинг Лайн Харт», крейсер смог отогнать, но никак не повредить корабль нападавших! Мы даже не знаем, с чем мы столкнулись!

— Вот! Ключевое слово — отогнали! Почему не продолжили движение к цели?

— А какой смысл? Без десанта, без поддержки сильного отряда кораблей, должных обеспечить блокаду крепости?!?

— В смысле, без десанта? — не поняла королева.

— Так затонули все десантные корабли. Вместе с десантом. Спаслась лишь малая часть. Также затонуло пятеро миноносцев. Из-за разыгравшегося шторма спасательные мероприятия пришлось прекратить и оставить повреждённые корабли. Сейчас крейсер и рассеянные из-за шторма пятёрка миноносцев возвращаются в Портсмут.

— Неслыханно! — Анна тяжело осела в кресло. — Чтобы Роял нави спасовал перед лицом врага?!? Что это могло быть?

— Эксперты полагают, что это блиндированный дирижабль, на который установили артефакт невидимости с кристаллами повышенной ёмкости. Речь может идти о небольших дирижаблях с малым количеством одарённых на борту. Если мы научимся бороться с невидимостью, угроза будет нивелирована.

— Ричард, а как удалось засечь летающий объект?

— В управлении крейсером участвует одарённая в ранге как минимум мастера. Баронесса Дюпон, находящаяся на службе Вашего величества, как раз и была тем мастером, почувствовавшим возмущения в эфире и давшим целеуказание для зенитных расчётов. К сожалению, её возможности обнаружения таких возмущений ограничены одним-двумя кабельтовыми, поэтому было принято разумное решение повернуть назад. Она даже не знает, был ли один летучий корабль, или их было несколько!

— Полагаю, это был один дирижабль. И, кажется, я знаю, кто им управлял… — королева в задумчивости постучала маникюром по лакированной столешнице. — Что ж, подождём, когда он сам прилетит сдаваться… Баронет, — королева встала из-за стола. — Записывайте. Первое, организовать патрулирование эсминцами десятимильной зоны вокруг Англии!

— Но, позвольте! Как показал бой, миноносцы бессильны против дирижабля-невидимки! — воскликнул излишне горячий Ричард Каннингем.

— Ничего, у королевы много! Потеря эсминцев даст нам возможность оказать горячую встречу на берегу. А если вы меня ещё раз прервёте, организацией обороны будет заниматься уже другой офицер! — она сверкнула глазами, заставив поёжиться молодого баронета.

— Второе, организовать мобильные группы автомобильных зенитных орудий, во главе каждой поставить магичек в рангах не ниже мастеров.

— Ваше Величество, можно вопрос? А где мы в Адмиралтействе возьмём столько мастеров?

— Пишите. Третье, запретить выход в море боевых кораблей, временно перевести всех магичек на передвижные точки противовоздушной обороны.

— Кхм, записал. Нас будут спрашивать, на какой срок прекратить выход кораблей?

— До тех пор, пока не научимся засекать летающие цели на большом расстоянии и уверенно их уничтожать! Впрочем, я думаю, мы решим проблему максимум за пару месяцев. Баронет, аудиенция окончена. Идите, работайте!

Следующими были приглашены на ковёр герцогини, возглавлявшие спецслужбы.

— Чарли, как отдохнула? Аристократическая бледность тебе к лицу.

— Ваше Величество… — Шарлотта Сассекская не смогла быстро придумать, как ответить без мата.

— Можешь не благодарить. Миледи, у нас много работы! — с места в карьер начала королева. — Итак, у нас цель — Ярослав Шонуров-Бурбон, захвативший крепость в Гибралтаре и устроивший бойню нашему десанту в Бискайском заливе.

— Извините, а почему вы думаете, что десант уничтожил он? — поинтересовалась восстановленная в должности глава МИ-6.

— Так а больше некому! Это же он улизнул с Канар незамеченным на дирижабле. Никто пока не додумался тратить мощные силовые кристаллы на такую глупость, как невидимость! — сарказм так и брызгал из королевы.

— Видимо, не такая уж и глупость! — съязвила в ответ Шарлотта.

— О, Чарли, ты с утра выпила таблетки храбрости⁈

— Простите, Ваше Величество, вырвалось, — герцогиня потупилась.

— Прощаю в первый и последний раз, — королева помолчала, дав время проникнуться, и обратилась к контрразведчице: — Элизабет, что рассказали разведчики, вернувшиеся из Мадрида?

— Ваше Величество, они не вернулись. После команды, они больше не выходят на связь. Полагаю, их раскрыли.

— Или они перешли на сторону противника, — припечатала королева.

— Может, ударились в бега? — герцогиня Йоркская ухватилась за соломинку.

— Надейся на лучшее, готовься к худшему. Пока не доказано обратное, считать их перебежчиками и предателями со всеми вытекающими. А вам тоже первое и последнее предупреждение за плохую работу с личным составом!

— Слушаюсь, — вторая герцогиня потупила взор.

— Как наши пленницы Юсуповы?

— Размещены вдвоём в комфортной камере Тауэра в магических подавителях. Слушаем и пишем все их разговоры, пока ничего ценного.

— Мне нужны видео их пыток. Я хочу, чтобы Ярослав потерял голову и примчался, теряя всяческую осторожность. Он должен знать, что его жестокость вызовет ещё большую жестокость с нашей стороны!

— Кхм, извините. Но ведь они подданные Российской империи княжны Юсуповы! Мы не боимся осложнений с Россией?

— Элизабет, ты тупая или притворяешься? Где я сказала, пытать? Я сказала, мне нужно видео. Разрешаю провести четыре этапа дознания: угрозы, посещение комнаты пыток с наглядным примером, что остаётся от человека после пятого этапа, раздевание и привязывание к устройству. Четыре этапа, понятно? Проводить экзамен запрещаю, а для правдоподобности загримируйте их, и пусть помычат на камеру. А с Романовыми я позже объяснюсь.

— А я уж думала… Но как объяснить это Юсуповым для правдоподобности?

— Не знаю. Рассадите их в разные камеры, потребуйте выдать его самые страшные тайны, предложите место при императорском дворе Великой Британии. В общем, придумайте сами!

— Поняла.

— Теперь вы. Чарли, мне нужна вся информация о новом оружии Испании — дирижабле-невидимке. Он один, или надо ожидать их массового появления? Какое вооружение, какая на нём защита, сколько человек в экипаже? Гран Флит получил оплеуху от этой вундервафли, и мне надо знать о нём всё! Наши учёные как-то пытались создать нечто подобное, но разработка была признана неэффективной без огромных запасов энергии в дорогих силовых кристаллах-накопителях.

— Задача понятна. Разрешите выполнять?

— Да, миледи, идите, работайте.

* * *

Мы благополучно добрались до Мадрида, я поблагодарил за удачный вылет экипаж и отправил всех отдыхать. Команда аэродрома обещала исправить все повреждения за сутки, вот на эти сутки я и дал всем отпуск.

Отдохнув, к вечеру приехал в королевский дворец.

— Ты вернулся! — Исабель обняла меня, и я ощутил её неподдельные эмоции радости.

— Молодец, сынку, показал им, где раки зимуют! — Пётр Алексеевич крепко пожал мне руку, и мы устроились за столом чаёвничать.

— Как у вас здесь? Военное положение не ввели? — на улицах Мадрида я не увидел никаких приготовлений к войне.

— Зачем? Всё спокойно, — Исабель ответила на русском, чтобы Шонуров старший тоже поучаствовал в беседе. — Сейчас самые горячие бои идут на дипломатических фронтах. Матриарх топит за мир с Британией, прислала своего кардинала для встречи с тобой, как с главой рода. Я же угрожаю выходом из Евросоюза, если Ватикан не будет отстаивать наши интересы. Ты встреться с кардиналом, помощь всей Европы будет нам совсем не лишней.

— Хорошо, переговорю, — я пожал плечами. — Хотя и сомневаюсь, что поможет. Я ведь их прокатил с десятиной. А кто нам пообещал поддержку из стран-участниц Евросоюза?

— Не страны, королевские рода. Это немного разное. Немецкий род Гогенцоллернов и итальянский Медичи.

— А в чём отличие? — не понял.

— Рода могут оказывать помощь в частном порядке, а страны связаны договорами.

— Ага, понятно. Прибавь сюда род Романовых, они тоже помогают в частном. Больше никто? Из Польши не звонили?

— Звонила Грабовская, спрашивала, нужна ли военная техника. Они могут дать по ленд-лизу бронетранспортёры и лёгкие танки.

— В смысле? Это придётся потом за них платить?

— Почему, потом? Платить надо будет сразу, только частями в течение года.

— Вот ведь полячка хитрожопая! Зачем нам в войне с морской державой бронетехника, да ещё и за деньги? — возмутился Лексеич. — А Урсула тоже решила помогать по ленд-лизу?

— Нет, она за свои. Отправила миноносцы с якорными минами к Гибралтару, — Исабель отпила из чашки и отставила её в сторону. — Ярик, у нас есть какой-то план? Нужен финт ушами, чтобы выиграть войну с Великой Британией.

— Планов полно. Самый главный — пробраться тайком на остров и освободить Юсуповых. Но пока что из реальных — кошмарить английский флот. Слона надо есть по кусочку.

Глава 17

На суде Святой инквизиции:

— Ведьму сжечь!

— Но она такая красивая…

— Хорошо… Но потом сжечь!

* * *

Мы с Ксенией Борисовной сидим в гараже над чертежами и обсуждаем сроки запуска первого космонавта.

— Да не могу я тебе за неделю мощную ракету родить! — кипятится Смирнова на мой невинный вопрос когда уже в космос?

— А за месяц?

— И за месяц не смогу! Пока только герметичная капсула для полёта готова, — она кивает на прозрачную сферу с круглым же прозрачным люком. — Ещё не разработан механизм посадки, нет системы жизнеобеспечения в капсуле, а ты уже о полёте!

— Ксюш, а ничего, что она прозрачная? Чёт в моём мире по другому спускаемый аппарат выглядел.

— Я помню, ты рисовал. Так проще. Сначала герметичный контур из плексигласа, потом обошью его металлом. Должны быть двойные стенки для надёжности.

— Ага, понятно. Слушай, а зачем нам своя собственная ракета? Можно же и на кооперации. Купить несколько ракет, которыми спутники в небо запускают. Ты же узнавала ценник на ракеты-носители для запуска спутников связи?

— Они маломощные. Твою капсулу после доукомплектации только штук пять вместе потянут, а их синхронизировать ещё тот гемор.

— А без доукомплектации? Ну, это я так, на всякий случай.

— А в таком виде, — опять кивок на сферу, — плюс двести килограммов полезного груза, потянет и одна. Но ты же не смертник? Зачем тебе билет в один конец без парашюта и без запаса воздуха?

— Ты права, без парашюта сигать с орбиты… такое себе приключение. Да и дышать чем-то надо. А ещё попить до поесть хотелось бы.

— Я о том же, — вздохнула Смирнова. Мы помолчали, думая каждый о своём. Наконец, она выдала: — Интересно, как там Юсуповы у англичан? Не обижают их?

— Вроде, не должны. Россия с Британией не воюет.

После Ксюши зашёл к Лопухиной.

— О, развлекаетесь? — я увидел лежащую на полу связанную Генриетту и водрузившую на неё свои ноги Анну.

— Воспитываю, — Анька, сидящая на кресле в трусах и свободном топе, под которым было видно отсутствие бюстгальтера, перелистнула страницу популярного у любителей тематических игр журнала.

— И как успехи?

Лопухина наклонилась к своей жертве и потянула за верёвку, отчего она врезалась Грете в промежность, баронесса издала стон наслаждения.

— Ещё работать и работать, — Лопухина погладила маску, полностью скрывающую голову Греты. — Ночью будет очередной сеанс, придёшь?

— Посмотрим, — уклончиво ответил и ретировался. У меня война, а они здесь со своими глупостями.

* * *

На следующее утро пошёл пешком на встречу с кардиналом. В идеале, конечно, сделать её своим агентом влияния, и через неё проводить нужные Испании политические решения, но я не обольщался — слишком разные у нас цели. Да и Матриарх, наверняка, не простила, что я её послал в сад с церковной десятиной, а кардинальша прислана в Мадрид с конкретными инструкциями, от которых так просто не отойдёт.

В назначенный час был у ворот женского монастыря Энкарнасьон, распахнувшихся при моём приближении.

— Сестра Франческа вас ожидает, — стрельнула глазками молоденькая монахиня-простачка в строгом одеянии и пошла вперёд, показывая дорогу.

Перед высокими дверями одного из залов она оставила меня одного. Постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь.

— Ваше Высочество, здравствуйте, — меня поприветствовала находящаяся в одиночестве ранее виденная одарённая в ранге магистра. Не такой вызывающий макияж, как при нашем знакомстве, и одета попроще в черную хламиду — сегодня кардинальша выглядела более располагающе, что ли.

— Ваше Преосвященство, прекрасно выглядите! — я не покривил душой.

— Можете звать меня просто Франческа, — улыбнулась.

— Тогда и вы можете меня звать Ярославом.

— Я слышала, друзьям вы разрешаете звать себя Яриком?

— Всё правильно, только друзьям.

— Я очень надеюсь стать вам настоящим другом, — улыбнулась опять, а в эмоциях настороженность охотника, загоняющего дичь. Я промолчал, и она продолжила, показав на сервированный фруктами и напитками стол: — Вина? Разговор нам предстоит долгий.

— Пожалуй, — я шагнул к столу и стал разглядывать этикетки. — Белое или красное?

— Сегодня никому пускать кровь не планировала, поэтому — белое.

Я наполнил два бокала и протянул один магичке.

— За полное взаимопонимание! — произнесла тост и пригубила.

— Ага, за него, — отсалютовал и тоже хлебнул вина. Ммм, а неплохой вкус у святош.

— Ярослав, — она уселась в кресло и закинула ногу на ногу, совершенно случайно распахнувшиеся полы хламиды оголили коленки женщины.

— Франческа, — я никак не прореагировал на её татуированные ножки и сел в кресло напротив.

— Ярослав, нам всем надо найти выход из сложившийся кризисной ситуации… — она замолчала, ожидая моего ответа, но я с полуулыбкой ждал продолжения. Не дождавшись от меня ни слова, продолжила: — То, что происходит на границах Евросоюза, не лезет ни в какие ворота! Право объявлять или прекращать войну принадлежит только Матриарху!

Я зевнул и откинулся на спинку.

— Франческа, давайте начистоту. Матриарху плевать, какие проблемы у рода Бурбонов. Почему у меня должна болеть голова о проблемах главы Евросоюза?

— Может быть потому, что Испания находится в Европе?

— И? Назовите хоть одну причину, почему я не должен стоять на страже собственных интересов? Исабель уже озвучила нашу позицию. Если Евросоюз не помогает, нам он не нужен.

— Я предлагаю не нагнетать, — она встала и обошла моё кресло встав за спиной. Положила мне руки на плечи, помассировала их и, наклонившись, прошептала мне прямо в ухо: — Ведь мы все взрослые люди, не так ли? Язык нам дан договариваться, а не решать всё силой.

— К чему эти заигрывания? — я не делал попыток отстраниться.

— А может, ты мне нравишься? — её шёпот стал жарким. — Ммм, такой сладкий, так бы и съела всего!

Она укусила меня за ухо, и я почувствовал секундный всплеск животного желания обладать этой шикарной женщиной. Желание накатило и отступило — мой источник нейтрализовал «Укус суккубы». Ах, вот как! Кардинальша решила поиграть?!? Развернулся к ней с горящим желанием в глазах.

— О, Франческа! Ты мне тоже очень, очень нравишься! Хочу тебя! — с жаром заявил ей, чувствуя, что безнадёжно переигрываю. Однако, она приняла всё за чистую монету и с торжествующим взглядом отступила, сбрасывая с себя чёрную хламиду на пол.

Осталась в кожаном белье, еле скрывающем её прелести, и отступила к большому черному матовому шару, стоящему на подставке около стены. Опёрлась на него пятой точкой и протянула ко мне руки: — Иди же ко мне, мой кабальеро! Возьми меня!

Зарычал и, разрывая на себе рубашку, бросился к ней. Она помогла мне избавиться от пострадавшей рубашки и прильнула к моей обнажённой груди:

— Ооо, Ярослав, ты же будешь хорошим мальчиком и сделаешь всё, что я попрошу? — простонала мне в ухо, сжимая через брюки моего бойца.

— Да, моя госпожа! Только скажи, что ты хочешь? — я добавил в голос хрипотцы для имитации страсти, облапав её идеальную задницу.

— У меня много желаний. Первое, ты должен прекратить воевать с Англией!

— А ещё? — я продолжал мять её булки.

— Второе, ты должен меня трахнуть со всей страстью, на которую только способен, прямо на этом шаре!

— Ещё? — одной рукой я залез ей спереди в её кожаные трусы и проскользнул среднем пальцем между половых губ внутрь влагалища. Она уже была готова — не знаю, заранее воспользовалась лубрикантом или уже возбудилась, но внутри всё было мокро от обилия любовной смазки.

— Ммм, — она подалась промежностью вперёд, — потом скажу… продолжай…

Я начал её потрахивать рукой, и она застонала, закрыв глаза.

«Поиграли, и хватит. Теперь попробую, как мой Укус на тебя подействует», — подумал я, целуя её шею. Между поцелуями укусил, активируя умение соблазнения. Глубокий стон был мне ответом. Она распахнула свои затуманившиеся вожделением глаза, отстранилась и начала расстёгивать ремень на моих брюках. Наконец, она справилась и рывком стянула с меня штаны вместе с трусами. Присела на корточки, обхватила мои ягодицы руками и начала сосать мой чупа-чупс.

— Хорошая девочка, — я положил руки ей на голову и стал управлять её движениями. Она же, не доводя меня до оргазма, выпустила член из плена своих губ. Отстранилась, сняла с себя кожаную сбрую, поднялась и повернулась ко мне попкой, облокотившись о матовый тёмный шар.

— Возьми меня! — Франческа схватила мой меч самурая и стала направлять его в себя.

Что ж, когда дама так просит и теперь по-настоящему хочет, почему бы и нет? Вошёл в неё сразу на всю длину своего нефритового жезла, вызвав короткий вскрик. Она замерла, словно бабочка, насаженная на булавку, затем начала делать осторожные фрикции. Я же не стал дожидаться, пока она привыкнет, схватил её за волосы и начал грубо трахать. Шлепки тел и короткие женские вскрики разнеслись по залу. Через пару минут она затряслась в конвульсиях — её настиг первый оргазм. В это же время тёмный шар засветился, став переливаться цветами стихий одарённой кардинальши. О, как! Оказывается, шар — это магический анализатор! Только побольше, позволяющий анализировать высокоранговых одарённых!

Я намотал её волосы на кулак и задрал её голову, заставив выгнуться в спине.

— Это что за шутки? Отвечай!

— Ах! Какие? — мой Укус её ещё не отпустил, и она опять начала подмахивать, стараясь получить новую порцию удовольствия.

— Это шар-анализатор? — я почти вышел из неё, оставив во влагалище только головку члена.

— Дааа, продолжай! — магичка попыталась насадиться на мой меч самурая, но я крепко держал её за волосы, не давая свободы.

— Зачем?

— Нееет! Не останавливайся! Трахни меня! — она стала извиваться, и мне пришлось заломить ей руку, заставив её распластаться на шаре.

— Зачем?!? — рыкнул я.

— Чтобы узнать, какого ты ранга! Матриарх прочит меня на своё место, и ты должен помочь в моём возвышении! Ай! — я чересчур сильно завернул ей руку, заставив её приподняться на цыпочках от боли.

— Как я могу помочь тебе возвыситься? Отвечай! — я опять вошёл в неё на всю длину и замер, чувствуя, как внутри сжимаются и разжимаются мышцы влагалища.

— Оооо! Какой же он у тебя… С твоей помощью мы устраним Романовых, объединим Евросоюз с Россией, и я стану верховным Матриархом! — она опять стала извиваться на моём жезле, стараясь получить свободу движений.

— Поклянись своим источником, что ни словом, ни делом не причинишь вреда ни мне, ни сёстрам Романовым, и никому не выдашь моей тайны!

— Дааа, только трахни меня! Клянусь! Клянусь своим источником! — её источник полыхнул, подтверждая слова её клятвы.

— Хорошо, а я помогу тебе в твоём возвышении! Я сделаю тебя архимагистром. Пора получить Европе нового Матриарха! — я начал опять её с чувством трахать, придумав на ходу, как мне из ведьмы сделать своего агента. Ещё через минуту я перестал сдерживаться и излился в магессу, открыв кранчик со своей Силой. В момент нашего общего оргазма энергетический жгутик протянулся от моего члена к источнику Франчески, добавив в него новый цвет. В этот момент матовый шар засветился особенно ярко, раздался хлопок, и он потух.

— Ай! — она оттолкнулась от шара. — Жжётся!

— Ты же любишь погорячее?

— С ума сошёл? Не до такой же степени! — возмутилась кардинальша. В её глазах потух огонь страсти, действие «Укуса суккубы» закончилось. — Что здесь сейчас было? — она новым взглядом обвела зал и уставилась на закопчённый изнутри шар. — Ой!

— А как ты думаешь? Мы стоим здесь вдвоём совсем голые…

На этих словах она погрузилась в раздумья.

— Ты! — с возмущением воскликнула, отмерев. — Ты применил на мне свою способность, и я потеряла над собой контроль! — её глаза засветились красным и в руке появился огненный шар.

— Я. Дорогая, если ты кинешь в меня фаерболом, то потеряешь всю магию. Ты поклялась своим источником не причинять вред мне и роду Романовых.

— Это нечестно! Я не понимала, что делала! — она сразу поверила, и из её глаз брызнули слёзы обиды. Как так?!? Ведь она хотела совсем другого — подчинить себе испанского принца, а по факту все её мечты и расчётливые планы накрылись медным тазом!

— Зато я сделал тебя архимагом. Франческа, я — эмерит, перегоревший шар-анализатор тому подтверждение. Возможность в самое ближайшее время с моей помощью стать Матриархом, уверен, утешит тебя.

— Как?!? Ты — эмерит, а я — архимаг?!? — она в изумлении распахнула глазищи и с сомнением провела по своему телу, прислушиваясь к ощущениям внутри. Через несколько ударов сердца от удивления у неё отвисла челюсть: — Я чувствую! Я чувствую, как отзывается стихия Воды!

— Да. Стихия окончательно пробудится через пару-тройку дней. Будет тяжело, но ты справишься, — я стал одеваться.

— А вот сейчас не поняла. Ты больше не придёшь?

— А зачем? Мне от тебя больше ничего не нужно. Моё дело маленькое: всунул, вынул и пошёл. А встречу со мной тебе надо заслужить. Сначала разберись с Матриархом, поддержи мою страну в противостоянии с Британией, а уж потом… — я развернулся к двери.

— Понятно. Подожди…- она задумалась на долгую минуту.

— Получается, ты мне сделал подарок, а я тебе нет, — Франческа, наконец, приняла какое-то решение и стремительно метнулась к рабочему столу. — Садись на диван, — скомандовала она, вытащив на свет коробочку с проводами, на концах которых были присоски.

— Что ты хочешь сделать? — притормозил в дверях. Не то, чтобы я боялся ведьму после её клятвы, но вот так оголтело участвовать в сомнительных экспериментах? Ну, нет, без меня.

— Слышал когда-нибудь про магический интерфейс? Разработка «Аугсбург хексен», помогает распределять Силу и управлять параллельными потоками энергии.

— Интерфейс? Что-такое слышал, — я вспомнил про заблокированный софт в своей голове.

— Не знаю, как он может помочь эмериту, но уверена, не помешает. Это мой тебе подарок от Римской католической церкви в качестве жеста доброй воли. Я надеюсь, что в ближайшем времени все наши разногласия уйдут в прошлое! — торжественно произнесла, усадила меня на диван и залезла ко мне на колени. Устроилась поудобнее, поелозив пятой точкой, и принялась устанавливать присоски на моём лбу и висках.

— Не отвлекай! — она попыталась быть строгой, когда я стал её опять лапать — вид упругой голой груди, качающейся прямо перед моими глазами, был невыносим.

— Мммм, — промычал в ответ. Мой рот уже был занят — я прикусил её сосок и теребил его языком.

— Ярик, стоп! Хватит! А то встанет криво! Ну, Ярииик… — с первого раза у неё поставить софт не получилось.

* * *

«А ничё так, наглядно — в переустановленном интерфейсе опять видно все семь активных стихий и процент заполнения источника маной», — ночью я в своих покоях разбирался с виртуальной игрушкой в своей голове. Став любовниками, между мной и Франческой исчезла стена отчуждения, амбициозная ведьма мигом просекла открывающиеся перспективы и стала самой собой — живой и любопытной женщиной, не лишённой здоровых плотских желаний. В итоге мы расстались ближе к вечеру — я наконец-то покинул оказавшиеся столь гостеприимными стены.

Так, а что у меня с заклинаниями? В закладке фиолетового цвета опять видно «Укус суккубы» и «Призыв духов». Ну, с Укусом всё понятно, а с духами всё сложно. В книге из родовой библиотеки Бурбонов было, что духи — это крайне ненадёжные и малоуправляемые энергетические сущности. Что ж, согласен — Магда была ещё та штучка. В общем, с духами надо разбираться в спокойной обстановке, когда есть и время, и место, и желание. А сейчас этого ничего нет — война как никак. А что у меня с атакующими заклинаниями?

В красной вкладке тоже три вполне понятных названия техник: «Огненный щит», «Молния» и «Фаербол обычный». Хм, а какие ещё фаерболы бывают? «Фаербол кручёный» или «Фаербол усиленный»? Хотя, если в него ухнуть маны побольше, вот тебе и усиленный… Может какой-нибудь «Фаербол бронебойный»? А то удар моим усиленным фаерболом по крейсеру не впечатлил — носовую орудийную башню я у него не пробил, только подкоптил.

Так, что у меня ещё из нападающих? В жёлтой вкладке только «Каменный щит», даже дротика нет, надо будет найти и изучить для коллекции. В синей зато есть одинокая «Ледяная игла». Сосулька, что ли? Нажал мысленно на кнопку, и в воздухе сформировалась ледяная иголка. Влил в неё Силу, и она увеличилась до средних размеров сосульки. Понятно. Я по незнанию сразу вбухивал кучу маны в заклинание, вот и появлялась сосулька, а, оказывается, могу работать тоньше. Развеял сосульку и мысленно несколько раз жамкнул по иконке с заклинанием. В воздухе мгновенно материализовалось с десяток иголок. Прикольно. И какая у них убойная сила? Движением руки послал их в парадный мундир, одетый на манекен. Плотная ткань мундира взорвалась лохмотьями, а на каменной стене за манекеном появились оспины от удара иголок. М-да, ну и фиг с ним, с мундиром — он мне с самого начала не понравился.

Что у меня ещё с заклинаниями? В оранжевой вкладке — «Щит Бурбонов» и «Ментальная защита первого уровня». Блин! Это что, я со всей своей Силой эмерита ещё и не от всякого ментального воздействия смогу защититься?!? И сколько всего этих уровней защиты в природе существует? Надо будет всё-таки учителя магии нанять, а то занимался только фехтованием, которое в итоге со «Щитом Бурбонов» оказалось ненужным.

Смотрю дальше. В зелёной вкладке, как и в красной, тоже три заклинания: «Регенерация повреждений», «Молниеносный дефибриллятор» и «Воскрешение нефритовым жезлом». Это как так? И такое заклинание существует?!? Нет, я понимаю, первое заклинание мне перепало от Леночки, когда она меня инициировала в одарённого, но второе? Непонятно, и меня терзают смутные сомнения, что не всё так просто с интерфейсом… Ладно, отложу этот вопрос до лучших времён. Надо будет порыться в библиотеке или посоветоваться с той же Франческой, где-то наверняка есть база с названиями техник.

В предпоследней голубой закладке со стихией Воздуха ещё две иконки с заклинаниями: «Воздушный щит» и «Сфера Давления Эмерита». Да, так и записано, всё с большой буквы. Сокращённо — «СДЭ». Всё-таки, получается, я сам изобрёл заклинание, а интерфейс не только опознал, но и присвоил оригинальное имя заклинанию, при помощи которого я штампую алмазы?!? Так, может, и не надо ничего изучать, а просто наизобретать разных заклинаний, просто представляя, что мне надо в итоге? Это ж какие перспективы открываются!

Так, а что в последней серой вкладке с надписью «Комбо»? Как интересно, в ней одинокая иконка с названием техники «Мина замедленного действия». Да, это тоже я изобрёл, скрестив Сферу давления с обычным фаерболом. Последний раз её использовал, когда подорвал и утопил пиратскую яхту. Значит, в этом направлении и надо работать — создавать различные комбинации из обычных заклинаний.

Из задумчивости меня вырвал входящий звонок на мобильный. Опять вызов с неизвестного номера.

— Алё?

— Ярослав, — в трубке послышался знакомый женский голос, говорящий с акцентом по-русски, — вы меня не послушали, так что теперь пеняйте на себя. Это вы виноваты в мучениях ваших подруг!

— Кто это?

— Отправляю вам одно занятное видео. Перезвоню через пять минут, — разговор прервался, следом звякнуло оповещение о доставленном файле.

Открыл его, и у меня потемнело в глазах. Твари! На цветном видео были видны Маша и Ира Юсуповы. Сначала шли кадры с Машей — она лежала обнаженная на спине в каком-то тёмном помещении, её руки и ноги были спущены вниз и притянуты верёвками к ножкам широкой лавки, отчего грудь и безволосый лобок подруги были выпячены напоказ неудобной позой. Палач в бесформенном плаще и колпаке с прорезями для глаз мучил её — выкручивал соски, от чего у Маши открывался в крике рот, неслышимый на беззвучном видео. Видимо, это было уже заключительные кадры — всё тело было в красных полосах от ударов, ссадины и порезы на теле кровоточили. Следом шли кадры с Ириной — она висела обнажённая на косом кресте, её глаза, как и у сестры, были закрыты чёрной повязкой. Бедная девочка — она тоже была вся в синяках и кровоподтёках. Тот же самый палач сначала терзал её грудь, а потом двинулся ниже, размазывая натёкшую кровь по её животу. После того, как он достиг низа живота младшей Юсуповой и рукой полез к ней в промежность, Ирина задёргалась в путах, а её рот открылся, исторгая ругательства. По крайней мере, я так думаю, так как палач оторвался от процесса и похлопал её по щеке. Затем повернулся к оператору, взял Ирину за волосы и, запрокинув ей голову, ладонью другой руки провёл по её горлу. На этих кадрах видео оборвалось.

Какие же твари! Живодёры! — я в бессильной ярости сжимал кулаки. Опять поступил вызов на телефон от неизвестного абонента.

— Тварь, я найду тебя и лично оторву тебе голову! — закричал в трубку.

— Оооо, сколько экспрессии! — прозвучал довольный женский голос. — Зачем искать? Ты знаешь, где я. Прилетай в Лондон, сдавайся на милость императрицы Великой Британии, и твои подружки не только останутся живы, но и вполне целы. Ты же не хочешь, чтобы мы тебе начали их возвращать по кусочку? Сначала пальчик, потом ушко, потом носик… Время пошло, — она опять сбросила вызов. Через мгновение смартфон разлетелся на тысячу осколков — я не сдержался и с силой запулил его в стену. Глаза застило красным, я заметался по покоям, громя мебель. Ссуки, твари! Убью всех!!!

В коридоре забухали сапоги, и в комнату с клинком в руке ввалилась Эсмеральда.

— Ярик! Что случилось⁈ — она обводила взглядом пострадавшую спальню, выискивая врагов.

— Англичане случились! — прорычал я, тяжело дыша. — Видео прислали. Пиздец какое презанятное. Ссуки.

— Ты своим выплеском гнева с жаждой убийства на уши весь дворец поставил! — заявила охранница, убирая клинок в ножны. — Ты себя контролируй, что ли. А то мало ли у кого сердце, а тут ты такой нестабильный!

— Всё, я в норме, — выдохнул, успокаиваясь. — Готовь дирижабль, предупреди Альфу, завтра утром вылетаем.

* * *

Очередной выпуск газеты «Чижик-Пыжик»:

'Срочные новости.

Как стало известно редакции, на Канарские острова, на которых отдыхали российские верноподданные, было совершено вероломное нападение. Пиратское английское судно под флагом третьей страны высадило десант и захватило в плен гостей, отдыхавших на курорте по приглашению главы рода Бурбонов. В результате были убиты испанские граждане, русские одарённые девушки, среди которых оказались сёстры Юсуповы, были похищены. Что это, как не акт войны, если были пленены только русские дворянки?!? И куда смотрят российские власти, раз до сих пор не прозвучало ни одного слова из канцелярии ЕИВ в осуждение британской агрессии?

За жизнь и честь российских дворянок сейчас борется один всем известный испанский принц Шонуров-Бурбон. Он взял на клинок оккупированную англичанами крепость в Гибралтарском проливе, вернув её под крыло Испании, и освободил часть россиянок, находившихся в крепости Скала. К сожалению, в плену остались княжны Юсуповы, но Ярослав Шонуров-Бурбон обещал приложить все силы для освобождения сестёр и наказания английской военщины. Так, одним из первых был казнён британский лорд Макинтош, командовавший пиратским судном, напавшим на Канары. Он был повешен на рее, вся команда, участвовавшая в нападении, утоплена вместе с судном. «И так будет с каждым! Но пасаран! Вива Испания!», — заявил Ярослав, перед тем, как улететь навстречу британскому флоту.

Биржевые новости.

После того, как в Атлантическом океане неподалёку от крепости Скала английский танкер корпорации «Бритиш Петролеум» с грузом техасской нефти подорвался на сорвавшейся с якоря дрейфующей мине, испанскими властями на неопределённый срок было запрещено любое движение английских судов через Гибралтарский пролив, ставший районом экологического бедствия. Страховки на перевозку всех английских товаров подскочили в три раза.

На Лондонской сырьевой бирже царит паника, акции нефте-газодобывающих компаний рухнули, вслед за ними начали снижаться акции компаний сырьевого сектора. Обвал акций на бирже произошёл после того, как стало известно о гибели английского десанта в Бискайском заливе. Британский флот, сопоставимый с Непобедимой Армадой времён войны Испании с Англией, был утоплен единственным в своём роде испанским летающим броненосцем «Потёмкин». Жалкая горстка британских кораблей смогла вернуться в порт, и в настоящее время всё присутствие Королевского Флота в мировом океане ограничивается лишь патрулированием своих территориальных вод. И вот этого «непобедимого Гранд флита» боятся все страны в мире?!? Пора уже отринуть ложные страхи и осознать, что британский лев одряхлел.

Следите за горящими новостями из горячих точек мира на страницах нашей газеты! А для постоянных читателей сюрприз! В приложении к газете «Сказка про Федота-стрельца, удалого молодца», рассказанная Ярославом Шонуровым-Бурбоном:

Верьте аль не верьте, а жил на белом свете Федот-стрелец, удалой молодец.

Был Федот ни красавец, ни урод, ни румян, ни бледен, ни богат, ни беден,

Ни в парше, ни в парче, а так, вообче…'*

* * *

В Петергофе было жарко. И в прямом, и в переносном смысле. Погода на Балтике в августе была переменчива, и сегодня был как раз один из тех дней, когда стояла несвойственная этому климату жара — термометры в тени показывали плюс двадцать восемь. Было душно и парило, как это обычно бывает перед грозой. В высоком кабинете летней императорской резиденции тоже было предгрозовое состояние — Императрица проводила внеочередное совещание со своим канцлером.

— Лиза, что мы делаем, чтобы освободить наследниц Юсуповых? Мне Арина уже всю плешь проела! Почему мы бездействуем? Как мы реагируем? Планируем ли объявить войну Великой Британии вслед за Испанией? — передразнила кого-то Екатерина. — Ты-то хоть понимаешь, что мы не готовы к войне?!?

— Кать, конечно понимаю. Так мы ещё и не начинаем воевать! Так, по мелочи — Альфу в помощь молодому Бурбону дали, обеспечиваем его информацией… Был бы официальный запрос на военную помощь от Евросоюза, тогда бы и ломали голову. А так, сама понимаешь, Матриарх старенькая, отбрыкивается от военных действий всеми силами, на которые её со всех сторон подталкивают. Дадим ей помереть спокойно, а со следующим Матриархом уже будем выстраивать.

— А что делает Мухина? — продолжала разоряться Императрица. — Тоже хороша — подзуживает к участию России в конфликте! Куда смотрит общественность, почему нет осуждения британской агрессии?!? Тьфу ты! Тоже мне, пятая колонна! И не заткнёшь ей рот — находится в Испании. А ещё этого стихоплёта Шонурова размещает! Ты читала?

— Читала. Ничего так, актуальненько:

'Да за энтого посла

Даже я бы не пошла, —

Так и зыркает, подлюка,

Что бы стибрить со стола!

Он тебе всё «Йес» да «йес»,

А меж тем всё есть да ест.

Отвернись — он пол-Расеи

Заглотнёт в один присест!'

— Лиза, вот ты ещё только про аглицкого посла не напоминай! — как от лимона поморщилась Катерина. — Шлёт ноту за нотой, англичанка предупреждает, чтобы мы не лезли. Я ему, конечно, ответила, что мы не оставим без ответа похищение российских дворянок и склоняемся к открытой военной помощи Испании, чтобы позлить. А тут ещё ты сказкой Ярослава восхищаешься, в которой он российский трон высмеивает. Как, кстати, у тебя с ним? Помирилась?

— Когда? Я с ним и не общалась больше.

— Так он и не знает?

— Не знает, что?

— Ну, что ты залетела.

— А ему-то зачем об этом? Пусть спокойно воюет. Всё, что от него было нужно, он уже…

— Да, ты права. Не будем ему пока об этом. Может, потом пригодится эту политическую карту разыграть. Да и лишнее подтверждение, что он минимум архимаг, зачем на весь свет?

В это время за дверью в приёмной раздался какой-то шум, зазвенело разбитое стекло, и в дверь без стука заглянул секретарь c перекошенным лицом.

— Там, там… — он пытался что-то сообщить, поправляя съехавший на бок галстук, но закончить ему не дали. Чья-то сильная рука выдернула за шиворот секретаря из двери, как морковку из грядки. На пороге стояла разгневанная Арина Юсупова.

— Ваше Императорское! — от побагровевшего лица княгини можно было прикуривать. — Это что же делается?!? — она тяжело ступила в кабинет.

— Арина? Ты чего здесь? — в удивлении приподняла бровь Екатерина. Она махнула успокаивающий жест маячившему в проёме секретарю, и тот с облегчением закрыл дверь с обратной стороны.

— Вот заехала к тебе по-родственному, как ты и приглашала, — язвительно ответила Юсупова.

— Арина, я конечно рада, но твой тон… — Катерина добавила в голос льда.

— Мои девочки… — неожиданно княгиня горько зарыдала, закрывшись руками и безнадёжно размазывая тушь по лицу.

— Да что случилось-то?!? — Императрица растерялась и чисто по-женски стала успокаивать — она подошла и приобняла дальнюю родственницу. Провела к столу, усадила её в кресло и махнула Лизавете. Та быстро налила в стакан воды и подала сестре. — Вот, пей. Может, тебе успокоительное дать? Я в курсе про Иру и Машу, мы делаем всё возможное, но им ничего не угрожает.

— Как, ничего не угрожает??? — Юсупова аж поперхнулась водой от возмущения и отставила стакан. — А вот это вы видели?!? Прислали анонимно на почту с обещанием Английской королевы обменять моих кровиночек на голову бывшего Шонурова.

Она достала смартфон, запустила беззвучное видео, и у неё опять потекли слёзы.

— Вы должны повлиять на Анну Третью и на Бурбонов! Пусть отпустят моих девочек и потом хоть поубивают друг друга! Чего там англичанка ещё хочет? Если её нужен только этот Шонуров, я ей сама его привезу!

Пребывающие в шоке после просмотра видео сёстры Романовы переглянулись.

— Нет, это переходит все границы! Никто не воюет с детьми! Я общалась с главой Форин офис, меня заверили, что с они в безопасности, — удручённо заявила Елизавета.

Побледневшая от гнева Екатерина решительно подошла к селектору.

— Срочно соедини меня с Анной Стюарт! — приказала секретарю по громкой связи. Все в комнате замерли. Через три минуты зазвонил телефон, и Императрица сняла трубку.

— Анна, май дарлинг, как понимать видео с мучениями княжон Юсуповых, которые, на минуточку, мои родственницы?!? — с ходу наехала на собеседницу.

…

— Это точно? Ты обещаешь?!? — спросила после долгого монолога со стороны англичанки.

…

— Смотри, если обманула, то никаких договорённостей с палачами детей не соблюдают. Мы тоже можем ударить по больному.

…

— Всего тебе хорошего. Не прощаюсь, — Екатерина положила трубку и повернулась к застывшим в ожидании женщинам. — Говорит, постановочное видео. Сняли специально, чтобы спровоцировать Бурбона на решительные действия. На самом деле никто не пострадал, Ирина и Мария в безопасности. Но вернуть пока не может, настаивает на их нахождении в гостях в статусе почётных пленниц до завершения конфликта с Испанией. Арина, я ей в этом вопросе немного, но верю, а повлиять сейчас мы никак не можем, даже если пойдём войной. Твои девочки теперь заложницы и для нас.

— Ой, смотри, Катя, — выдохнула Юсупова. — Не прощу ни тебе, ни Шонурову, если что-то с ними… Ты-то по большому счёту ни причём, а Ярославу сверну голову, как кутёнку! — она сверкнула глазами и тяжело встала. — Ладно, поеду я. Извини, что ворвалась, вазу тебе в приёмной разбила…

— Да что, мы не люди? Всё понимаем. Такое кино матери получить!

— Нет, не понимаете! Потому как матерями не были! Вот как станете, так поймёте! — веско сказала и вышла из комнаты.

— М-да. Я бы тоже с ума сошла, если с моим ребёнком такое снимут! — передёрнула плечами Елизавета.

— И не говори. Вот что. Дай отбой Альфе, пусть занимается своими обычными диверсиями без помощи испанцам. Не надо, чтобы нас с ним связали, если Ярослав попадётся. Сравнивать военную мощь Испании и Великой Британии даже не смешно!

* * *

* «Сказка про Федота-стрельца, удалого молодца» написана Леонидом Филатовым. https://www.culture.ru/poems/33195/pro-fedota-strelca-udalogo-molodca

Глава 18

— Маш, подвинься, а то я упаду с кровати.

— А ты прижмись к моей спине.

— Можно подумать, что тогда не упаду!

— Коля, ну ты же бывший моряк!

— И что?

— Значит, надо пришвартоваться и бросить якорь!

* * *

Очередной день, очередной вылет. После того видео ломанулись к берегам Туманного Альбиона, да только на побережье нас тормознули около Дувр-касл. Крепость по-английски. На подлёте утопили попавшийся под руку эсминец, и около Дувра попали в прицел грамотно организованной ПВО. Думал проскочить над заслоном, бросив всю энергию на Щит, но переоценил свои силы — к наземным зениткам присоединились откуда-то взявшиеся небольшие скоростные дирижабли, ощетинившиеся пулемётами. В результате короткого огневого контакта мне удалось заземлить один из кусачих летающих кораблей и вырваться обратно к морю из-под плотного перекрёстного огня. Легко отделались — получили только дырки в обоих баллонах, из-за которых пришлось опять лететь на закачиваемом из атмосферы подогретом воздухе. Поэтому теперь я поменял тактику — летаю вокруг острова, топлю эсминцы, ищу брешь в противовоздушной обороне.

— Команданте, на горизонте миноносец! — Хуан выглянул из кабины.

— Где? — подорвалась с места Мамба. Сегодня боевая звезда смертельных гадюк была без Альфы — она осталась на земле для прикрытия. Спецназ получил приказ работать отдельно от меня буквально через день после того мерзкого кино, но в итоге на земле осталась только Зоя Павловна. На мой вопрос, почему остальные тоже не остались, Кобра ответила за всех гадюк: «Русские своих не бросают. А приказ… что приказ? Они далеко, а мы здесь. Совесть наша, нам с ней жить». Так и летаем.

— На одиннадцать часов, — лётчик махнул рукой в ту степь.

— Вижу. Атакуем? — Мамба глянула на меня.

— Пропустим. Если что, на обратном пути утопим. Сдаётся мне, миноноски у англичан вместо поплавков у рыбака, — я подметил, что каждый раз нас ждал горячий приём на берегу после нашей «поклёвки».

В этот раз под Скрытом мы пролетели над Бристольским заливом и южнее Кардифа достигли берега. Углубились буквально на пару километров, как по нам прилетело.

— Разворачиваемся! — скомандовал под вздрагивание гондолы от близких взрывов. И как они нас видят?!? Не понимаю. Но рисковать прорваться вперёд бесполезно. Может, десантироваться и пешком до Лондона? Но тогда экипаж обречён — без меня штатный артефакт защиты просадят за секунду. Да и Скрыт долго не удержится без моей подпитки. Нет, должен быть другой способ попасть в Лондон, забрать Юсуповых и благополучно свалить домой на большую землю.

Вернувшись на обратный курс, Хуан заметил спешащий на перехват крейсер из Кардифа, систершип ранее встреченного нами в Бискайском заливе. Мы успевали проскочить, если прижаться поближе к южному берегу залива, но я решил попробовать новое заклинание, изобретённое прошлой ночью. Вспомнил про кумулятивные снаряды, применяемые против брони разной толщины, и создал смешанное заклинание — полую сосульку весом под сотню килограмм с миной замедленного действия внутри. Намучался, конечно, пытаясь скрестить ужа с ежом, но после тысячной попытки получилось. Испытывать не стал, потому как не на чем. Не было под рукой лишнего танка или ненужного крейсера, вот и задумал провести натурные испытания. В этот раз решил не геройствовать, а подойти с кормы корабля, воспользовавшись преимуществом в скорости. Обогнули по большой дуге крейсер, носящий название «Король Артур», стали быстро приближаться к корме. И на что англичане надеялись, отправляя всего один корабль на нашу поимку?

Хуан открыл грузовой люк в полу, в гондолу ворвался свежий морской ветер.

— Девочки, приготовьтесь, бросаем заклинания на счёт «три»! — сквозь шум ветра скомандовал сгрудившейся у люка боевой звезде смертельных гадюк. — Раааз… двааа…

На счёт «два» мы находились в пятистах метрах на удалении от корабля, и в этот момент его зенитная артиллерия проснулась — в нашу сторону протянулись нити трассирующих пуль.

— Три!!! — мы уже были в пятидесяти метрах от кормы пошедшего на циркуляцию крейсера, преодолев разделяющее нас расстояние под плотным прицельным огнём. В зенитчиков полетели фаерболы и прочие сосульки с каменными дротиками. Я мысленно нажал в интерфейсе на иконку с названием «Кумулятивный фаербол» и движением руки бросил его в бронированную одноорудийную башню крейсера по левому борту. Хорошо, что теперь с работающим ведьминским софтом могу параллельно управлять заклинаниями с потоками маны — получилось и гостинец бриттам отправить, и Щит со Скрытом удержать.

Ярко светящаяся сосулька попала, куда и планировал — орудийная башня скрылась в огне. М-да, разочарование, однако. Огонь опал, и перед глазами целёхонькая башня с подгоревшей краской. Нет, надо пробовать с каменным или железным пустотелым дротиком — из льда слишком капризная и хрупкая оболочка получилась. И у гадюк ничего не вышло — все их заклинания разбились о силовые щиты зенитных расчётов. Оставив «Артура» в покое, полетели на выход из залива, где разминулись со спешащими с юга и с севера скоростными английскими дирижаблями, у которых из гондол торчали длинные стволы. Пулемёты это, или они уже поставили орудия, я не стал рассматривать, как не стал ввязываться в бой. Хотя Доминик всё порывался опробовать в бою недавно установленный в гондоле «броненосца» крупнокалиберный пулемёт. Ну их. Они над своей территорией и в английских водах, тогда как мне до европейского континента ещё лететь и лететь.

Зато теперь понятно, почему крейсер рванул из порта нам на встречу. Надеялся связать мой летучий корабль боем, и более скоростные мелкие дирижабли вцепились бы в меня, как собаки в медведя, кусая и не отпуская от себя. Так и обнулили бы Щит, а потом бы нас сбили. Ещё настораживает вдвое увеличившийся радиус обнаружения «Потёмкина» под Скрытом. Если наглы нашли путь увеличения зоны поискового заклинания, то рано или поздно они растянут зону сканирования до нескольких миль. Получается, надо придумывать что-то кардинально другое, чтобы попасть незамеченным на территорию Соединённого королевства.

В сердцах утопил эсминец, по прежнему курсировавший вдоль английского побережья, и полетел домой.

* * *

Через несколько дней позвонила Дуня. Месяца ещё не прошло, да и как-то не до неё было.

— Привет, Адонго. Как дела?

— Я-ро-слав, — она опять по слогам произнесла моё имя, — они собрали карательный отряд и скоро высадятся! Ты должен их перехватить по дороге!

— Стоп. Кто, они? Куда высадятся?

— Англичане! Несколько судов в сопровождении крейсера вышло из Кейптауна и движется к побережью Сьерра-Леоне! — её беспокойство не было поддельным.

— Когда они ожидаются во Фритауне?

— Уже через семь дней!

Я загрузился, переваривая информацию и пытаясь совместить далёкую африканскую страну со своими планами. Дуня, не услышав ответа, стала убеждать:

— Ярослав! Мы собрали тебе три большие сумки алмазов и пятьсот фунтов золотого песка! Если ты не прилетишь, карательный отряд разграбит деревни и поубивает старателей! Я не требую, чтобы ты всегда защищал мой народ, но сейчас я прошу, помоги!

— Ладно, — скрепя сердце ответил хозяйке чёрного континента. — Прилечу в течение недели. Жди.

Почему бы и не слетать? Какая разница, где кусать англичан? А война — дело затратное, для военных действий нужны деньги. Значит, чем больше я ресурсов заберу у них из под носа, тем лучше. Только надо освоить бронебойный фаербол — иконку с «Кумулятивным фаерболом» я переименовал в «Праздничный салют». Попробовал запустить его ещё раз уже ночью. Спрятанный в сосульке фаербол взлетел высоко в ночное небо и рванул тысячей хрустальных льдинок, погасших не долетая до земли. Красиво и бесполезно.

* * *

Спустя четыре дня изучения нового стихийного заклинания и утомительных тренировок, когда приходилось раз за разом создавать каменный дротик, я в компании Эсмеральды и Доминика летел в Африку. На этот раз русская боевая звезда осталась в Мадриде вместе с Зоей Павловной. Я не стал их брать с собой. Зачем? С десантом я и сам должен справиться. Вместо них взял несколько тонн камней, загрузив по максимуму дирижабль — для создания каменных снарядов требовался материал. Это сосульки можно создавать из влаги, находящейся в воздухе, а с заклинаниями стихии Земли такое не проходит. Можно, конечно, и на высоте нескольких десятков метров магией зачерпнуть земли и сделать из неё оружие, но что делать, когда ты над океаном? Да и скорость создания каменных дротиков сильно страдает даже когда ты летишь над землёй, ибо Силы требуется больше прямо пропорционально расстоянию от земли. Физическую формулу Е равно Эм Цэ квадрат, выведенную сто лет назад молодым экспертом из одного швейцарского патентного бюро, в мире магии никто не отменял.

На утро седьмого дня, когда ожидалось появление карательного отряда, я на удалении двадцати миль от берега барражировал в небе. Видимость — на миллион, свежий ветер, море, чайки с бакланами… красота, в общем. Эх, если бы не война с наглами, то был бы, как в раю…

Ещё при подлёте к Фритауну ночью я уточнил у Эсмеральды координаты английских кораблей — она была на связи с Альфой и её незаменимым планшетом с информацией со спутников. Всё без неожиданностей — как было четыре вымпела, так и осталось, к обеду должны появиться в территориальных водах Сьерра-Леоне.

В одиннадцать часов появились корабли на горизонте, и я уже был готов. Подлетели поближе. Ну, так и есть. Четыре штуки, движутся кильватерной колонной. Первым идёт крейсер, за ним два гражданских судна, замыкает строй ещё один крейсер. Хм, а Дуня говорила, всего один должен был прийти и три судна с карателями. Но ничего, два, так два. Придётся опять с хвоста начинать.

Заложили дугу и стали нагонять. Вскоре стало видно название следовавшего в арьергарде крейсера. Опять какой-то король. Эдвард, вроде. Ну, Эдик, так Эдик. Получай! Я нажал на новую иконку с «Кумулятивным фаерболом», когда мы приблизились на километр к корме вражеского корабля. Из кучи щебня в воздух поднялся крупный камень, он потёк и обхватил уже висящую перед ним Сферу давления эмерита с заключённым в ней фаерболом. Несколько секунд, и перед глазами — каменный дротик. Я махнул рукой в направлении крейсера, и снаряд со свистом рассекаемого воздуха улетел вперёд. Не попал — всплеск от дротика поднялся метрах в двадцати от правого борта крейсера. Спустя пару секунд утонувший снаряд рванул, и в воздух взметнулся столб воды от взрыва.

Ещё на момент испытаний я понял, что стенки у снаряда надо делать потолще — на расстоянии ста метров Сфера давления выходила из-под моего контроля, и закаченная в фаербол Сила вырывалась на свободу. Первые разы полые каменные дротики с тонкими стенками взрывались, бомбардируя осколками Бискайский залив, над которым я тренировался. Затем дротики просто плюхались в воду без всякого эффекта, как обычные булыжники, когда я намагичил слишком толстые стенки у снарядов. Но, наконец, я подобрал оптимальную толщину стенок, которые разрушались от удара о препятствие или взрывались в воде от разницы температур, когда раскалённый изнутри каменный снаряд шёл ко дну. К сожалению, меткость заставляла желать. Как приделать к каменному дротику систему самонаведения я пока не придумал. А попадать без прицела и БИУС с километра по движущейся цели, это… непросто.

Тем временем на крейсере проснулись и принялись палить в белый свет, как в копеечку. Переждав шквал огня, я дал команду подойти поближе. Сука, в полукилометре на крейсере опять засекли мой невидимый «броненосец», и гондола затряслась от попаданий, мешая прицеливаться. А под конец они ещё и жахнули из орудия, задрав ствол вверх градусов на сорок. Когда мимо дирижабля прошелестел крупнокалиберный смертоносный чемодан, я дал команду отвернуть. Ну их нафиг, попадут ещё и просадят в ноль Щит с первого раза, а пулемётами добавят, и писец котёнку.

Тем временем пассажирские корабли вместе с крейсерами увеличили ход, выжимая всё из машин. Они явно поскорее хотели добраться до берега. Что же делать?!?

— Эстебан, — я вошёл в рубку к пилотам, — обгоняй караван, забирайся на километровую высоту и держись над последним крейсером. Как уравняешь с ним скорость, дай мне отмашку. Попробуем их достать бомбометанием.

Пока летуны совершали эволюции, занимая новый воздушный эшелон, я колдовал с заклинанием «Кумулятивного фаербола», увеличивая на него расход маны. Расчётный вес каменного снаряда увеличился с сотни килограмм до четверти тонны, на этом и остановился. Назвал новое заклинание «Ультимативный фаербол» и нажал на иконку, формируя конструкт — я как раз получил оповещение от Эстебана о готовности к бомбометанию. Камни на полу зашевелились, и из нескольких камней сформировалась оболочка Сферы давления, в которую был упакован фаербол. Пары секунд хватило, чтобы перед глазами повис веретенообразный каменный снаряд. Он, повинуясь движению моей руки, принял вертикальное положение остриём вниз и полетел в открытый люк — я просто отпустил его в свободное падение. Следом отправил ещё один Ультиматум, повышая шансы попасть в крейсер с первого раза.

Поднёс к глазам позаимствованный у летунов бинокль. Вовремя. Увидел всплеск у борта крейсера первого снаряда, второй воткнулся в палубу рядом со стрелявшей в нас пушкой. Взрыв, и огненный шар вспух на палубе крейсера. Через несколько мгновений огонь спал, и я увидел метровую дыру в палубе, откуда валил дым, и вырывались языки пламени. На корабле забегали матросы, борясь с пожаром.

— Молодцы, так держать! — я похвалил пилотов. — Хуан, запроси связь с «Королём Эдвардом».

Тот забубнил в рацию, прыгая с канала на канал. Наконец ему с крейсера ответили, и он протянул мне микрофон.

— С вами говорит испанский принц Ярослав Шонуров-Бурбон. С кем имею честь?

— Капитан корабля «Кинг Эдвард» Эндрю Нортон, — раздался сухой мужской голос.

— Сэр, предлагаю вам сдаться, — я не стал рассусоливать. Полоска берега на горизонте, времени в обрез — всё это не располагает к долгим переговорам.

— Ответ отрицательный, — капитан был немногословен.

— А подумать? Эндрю, тебе уже один раз прилетело, прилетит ещё. Поэтому не глупи. Стоп машина, ложись в дрейф и на шлюпках до берега. Корабль я в любом случае утоплю… — молчание было мне ответом. — Эй, капитан, не уснул? Какой будет твой окончательный ответ?

— Ответ отрицательный, — у него явно заело пластинку. Как будто с роботом разговариваю — ни единой эмоции. Или рядом кто стоит, контролирует капитана, как раньше комиссары с маузерами в руках контролировали красных командиров, имея полномочия отменить любой их приказ.

— Как знаешь. Передавай привет Эдику. Отбой, — я вернул микрофон Хуану.

Повернулся к груде камней. Хм, четвертушками ковырять крейсер можно до самого берега. Надо что-то помощнее. На борту у меня двадцать тонн скальной породы, можно попробовать отправить наглам повесомее подарочек. Главное, попасть.

Подшаманил опять заклинание, увеличивая поток маны до веса каменного снаряда в тысячу килограмм. Жмакнул на иконку с новым названием «Небесная кара», и вокруг достигшей полуметра Сферы давления с ярко светившимся фаерболом внутри стал формироваться каменный кокон. Преобразование заняло с десяток секунд, и вот перед глазами висит бочкообразное каменное веретено. М-да, размер внушает. Такой булыжник и без взрывоопасной начинки дырку с километра в любой броне проделает!

Развернул его опять остриём вниз и отпустил. Падение Кары опять наблюдал в бинокль. Неудобно. Надо будет ещё заклинание какого-нибудь орлиного глаза изучить, а то бинокли не всегда под рукой, да и таскаться с ним…

Внизу полыхнуло. Снаряд не промазал и воткнулся точнёхонько по центру корабля сразу за чадящей трубой. От взрыва крейсер вздрогнул и стал тормозить, потеряв ход, на корме начал распространяться пожар. С этим пока всё, помешать уничтожить карателей он уже не сможет. Если что, потом добью.

— Молодцы, бойцы! Энрике, держи курс на второй крейсер! — прокричал в сторону кабины, Эсмеральда продублировала мою команду пилотам.

Дирижабль ускорился и через три минуты нагнал головной корабль, который, увидев судьбу замыкающего, стал двигаться зиг-загом. Пассажирские суда тоже принялись изображать подобие противолодочного манёвра кто во что горазд. Ну-ну. Первым отправил четверть-тонный Ультиматум. Мимо!

— Снижаемся до пятисот метров! — скомандовал пилотам, старавшимся повторять змейку вслед за крейсером. Мы спустились вниз, и с увеличившегося в размерах корабля по нам открыли зенитный огонь. Пули застучали по Щиту, просаживая его, бегунок запаса моей маны бодро начал уменьшаться.

Не стал выпендриваться, нажал три раза на иконку с «Небесной карой» и по очереди сбросил три бомбы вниз. Одна промазала, подняв столб воды у борта выше боевой рубки, две другие попали в крейсер в районе миделя. Громыхнуло знатно, даже дирижабль качнуло взрывной волной. Когда огненное облако спало, стали видны задравшиеся нос и корму корабля, погружающиеся в океан — крейсер не выдержал моих подарков, разломившись пополам.

— Энрике, сначала догоняй ближайший пароход! — отдал очередную команду, бросив взгляд на суда с карателями. Они сделали правильные выводы и разделились — первый пароход повернул прямо к берегу, второй лёг на противоположный курс, решив уйти обратно в море. На ближайшем пароходе царило нездоровое шевеление — люди в черной форме бегали по палубе с оружием в руках, готовясь экстренно покинуть судно.

Ну, с этим попроще будет. Догнали, снизились до трёхсот метров. Вызвал по радио капитана, предложил сдаться. В ответ получил отборную брань с указанием на то, что это гражданское судно под нейтральным флагом. На мои слова, что он везёт вооружённый отряд, хамский ответ капитана вывел меня из себя:

— Слышь, ты, щенок! Это охотники, купившие тур на сафари! Если ты тронешь мой корабль, то мировое сообщество объявит тебя военным преступником со всеми вытекающими! Так что заткни свою пасть и лети куда летел!

Я отвечать ничего не стал, а отправил ему три четверть-тонных Ультиматума. И ещё одну Небесную кару добавил, поднявшись чуть повыше. Чтобы наверняка. Оставив за кормой тонущий пароход рванули за убегающим судном. Не знаю, или они решили вообще обратно в Кейптаун уйти, или это обманный финт ушами, но далеко они не ушли.

— Говорит испанский принц Ярослав Шонуров-Бурбон. Остановить судно, лечь в дрейф, останетесь живы, — я раз за разом пытался вызвать капитана улепётывающего корабля. Но тот не отвечал, пытаясь сделать вид, что никого не слышит, и вообще он здесь случайно. Ну, как хочешь. Я предупреждал. Сразу вывалил на него тонную Кару, проделав сквозную дыру в корме, из которой поднялся столб воды.

Засуетившимся у спускаемых на воду шлюпок матросам и людям в чёрной форме крикнул в матюгальник: — Сеньоры! Оружие за борт, иначе шлюпки буду топить!

Понявшие всё с первого раза люди стали выбрасывать оружие в воду. В одном месте вспыхнула короткая перестрелка — кто-то не захотел расставаться с оружием. Противника процесса разоружения успокоили свои же — чёрная фигурка несогласного с политикой партии полетела за борт.

Оставил их в покое, вернулся к самому первому крейсеру, двигавшемуся в арьергарде разгромленного конвоя. «Король Эдвард» накренился на левый борт и осел в воду по орудийную башню, экипаж по прежнему боролся за живучесть корабля. Не стал им продлевать мучения, скинул ещё один однотонный подарок. Эту Небесную кару Эдик уже не пережил — перевернулся и стал тонуть.

Доминик, пробывший весь бой статистом за прикладом крупнокалиберного пулемёта, оглядел чистый от кораблей горизонт и спросил: — Команданте, шлюпки отпускаем или топим?

— Отпускаем, мы же не звери какие. Только ещё раз круг сделаем, крикнем, чтобы всё оружие утопили.

* * *

Когда мы вечером долетели до африканской деревни, в которой меня ждала Дуня, я сошёл на землю в компании с Домиником и Эсмеральдой. Доминик тащил плотные брезентовые мешки с наличкой, Эсми бдила в полной боевой. Хоть мне здесь ничего не угрожало, но она по-прежнему играла роль охранницы — короля делает свита.

Встретившая меня Адонго обняла и потёрлась носом о мой нос, приветствуя дорогого гостя на своей земле.

— Я очень рада тебя видеть, — широко улыбаясь заявила она.

— Тоже. Очень рад, что успел. В море шлюпки остались с остатками команд английских кораблей и карателей. Должны быть без оружия, но я бы на всякий случай принял бы их, проконтролировал. Да, и одарённые там были, видел несколько магиков и магичек.

— Не беспокойся, я знаю. Духи рассказали. Мы встретим их ночью на побережье, никто не уйдёт.

— Славно. Когда займёмся делами?

— Завтра. Сегодня отдыхай. Я вижу, ты потратил много сил. Прислать к тебе моих воспитанниц? Их массаж позволит тебе быстрее восстановиться, — она оглянулась на двух одарённых в рангах новиков, стоящих неподалёку.

Посмотрел на заулыбавшихся темнококожих девушек, поймавших мой взгляд. Типичные представительницы негроидной расы: широкие носы, пухлые губы, курчавые волосы… короче, на любителя, не в моём вкусе.

— Массаж? Почему бы и нет? Массаж я люблю. Вон та пусть сделает, стройненькая, у которой магия Жизни есть, — я отказался от второй более плотной магессы, у которой была стихия Земли.

— О, ты видишь магию? — восхитилась Дуня. — А я всё думала, про какие твои невероятные возможности мне духи шептали… Я-ро-слав, ты всё-таки попробуй массаж в четыре руки. Уверяю, не пожалеешь.

— Да?… Хорошо, уболтала, красноречивая.

Дуня со своими головорезами ушла в ночь встречать на берегу шлюпки, Доминик с Эсмеральдой вернулись ночевать на дирижабль, а я в компании девушек пошёл в хижину. Ночь вступила в свои права, в хижине было темно, как у негра в ж… эммм, темно, в общем, было. Девушки зажгли свечи, сняли рубашки, оставшись в одних юбках. Имани — так звали одарённую коренастую девушку со стихией Земли, принесла тазик с водой и попросила присесть на лавку. Говорила на африканс, который я благодаря ведьмам понимаю, поэтому без лишних вопросов сел, куда надо.

Имани в переводе означает «вера», буду Веркой звать, так привычнее, — размышлял я, наблюдая за её действиями. Она расшнуровала и стащила с меня ботинки, закатала штанины и начала мне мыть ноги, покачивая острой грудью. Увлекательное зрелище. А вторую девушку зовут Ифе, что в переводе — «любовь». Любка, значит. Хм, а у Адонго имя в переводе означает «вторая из близнецов», — до меня только сейчас дошло. Интересно. Получается, у африканской архимагини кто-то из неслабых одарённых родственников должен быть…

— Пойдём, — меня потянула за руку Верка. Она уже закончила и теперь звала в соседнюю комнату. Дальше был массаж в исполнении двух обнажённых девиц, чьи намазанные маслом шоколадные тела блестели в неверных огнях многочисленных свечек. Меня в четыре руки полностью раздели и уложили на живот. Верка принялась мять ступни своими каменными руками, заставляя мычать от болезненных ощущений, Любка засветившимися зелёным руками стала массировать напряжённые плечи, снимая усталость и посылая волны обезболивания по всему телу. Мммм, потрясающие ощущения: одна сверху идёт вниз, другая — снизу вверх… Их руки встретились на моих ягодицах. Кто-то из них звонко шлёпнул меня по заднице, скомандовав перевернуться на спину.

— Ого, как у наших братьев! — Верка оценила размер, начиная массировать напрягшегося от предыдущих манипуляций моего бойца.

* * *

Утро я встречал в прекрасном расположении духа, сидя на террасе бунгало и попивая знакомый отвар из корешков. Ночью получилось отдохнуть и душой, и телом, солнце светит, птички поют, жизнь хороша, и жить хорошо.

Появившаяся к обеду Дуня совершила обмен резаной бумаги с номиналом в английских фунтах и евро на добытые африканскими старателями сокровища. Доминик и Эсмеральда сейчас контролируют погрузку алмазов и золота, а я в компании с чернокожей архимагиней гуляю по деревне.

— Адонго, у вас же все имена что-то значат? Рождённая во вторник, вторая из близнецов… У тебя должна быть сестра, но про сильную одарённую слышал только о тебе, — спросил в лоб поджавшую губы собеседницу.

— Никому другому я бы не ответила, но тебе отвечу, — после небольшого раздумья ответила она. — Мои родители были сильнейшими в совете вождей африканских племён. Мать владела шестью стихиями, как и я теперь владею, отец был сильнейшим призывателем духов среди мастеров искусства Вуду. И у них родилась двойня. Сначала на свет появился мой брат, затем родилась я…

— Да? А где он, и где твои родители? Я не слышал про двух архимагинь на африканском континенте, — поторопил подзависшую Дуню.

— Их подло убили. Заманили на саммит, посвящённый объединению африканских племён, и убили. Родителям не нравилось, что из недр Африки добываются богатства, которые затем уплывают, а нашему народу остаются лишь крохи. Они вели переговоры об объединении всего континента в союз, подобный союзу в Европе, чтобы вместе противостоять колонизаторам. Диктовать свою волю пришлым, чтобы здесь оседали капиталы, а не уплывали за океан. Когда предварительные договорённости были достигнуты, англичане об этом узнали и пригласили всех вождей на конференцию в Куйптауне. На саммите «Свободная Африка» мы должны были договориться о новых правилах игры, чтобы не было жертв на переходном периоде среди колонизаторов и мирного населения. А вместо этого получили ночь длинных ножей — все, кто был против колониальной политики Англии, умерли. Нам с братом было пять лет.

— Но как? Твои родители были сильными одарёнными, они бы справились с врагами!

— Одна даже самая сильная архимагиня не может противостоять двум. На саммит приехали представительницы королевского дома Стюартов для придания веса переговорам. Я даже помню тот день, когда они уехали на эту чёртову конференцию, оставив нас у дальних родственников!

— Понятно. Извини, не знал. А что стало с твоим братом?

— Мы поклялись отомстить. Он тоже стал сильным колдуном, призывателем духов. Изингома, что означает «первый из близнецов», собрал отряд и начал нападать на колониальные базы по всей Африке. В один из дней его отряд попал в засаду. Когда разгромленные остатки его отряда принесли мне брата, его душа уже улетела и потерялась, по крайней мере я не смогла призвать его дух. Я провела обряд Вуду, воскресив его тело, но не смогла вернуть его душу. Теперь он безвольный не-мёртвый с белыми глазами.

— Зомби, что ли? — от удивления я остановился, как вкопанный.

— Я не люблю, когда его так называют, — она поморщилась. — Но ты прав, европейцы таких как он зовут зомби. Я понимаю, что он всего лишь неживое тело, но кроме него у меня никого не осталось. Теперь я вместо брата продолжаю борьбу с колонистами, но в то же самое время понимаю, что партизанить — тупиковый путь. Надо объединяться, ставить своих людей во главе каждого государства, менять законы, иметь свою армию. Только тогда можно добиться перемен в жизни простых людей.

— Хорошая идея, — похвалил прожектёрку. Ну а чё? Мечтать не вредно, пусть верит в хорошее светлое будущее.

— Правда? Ты тоже так считаешь? — она остановилась и неожиданно взяла меня за руку. — Возьми меня в жёны!

— Эммм… — я не нашёлся, что ответить. В какие, нахрен, жёны?!? У меня и так полна горница женщин, а здесь ещё одна, совсем неформатная!

— Я положу к твоим ногам всю Африку! Тебе же нужны силы для борьбы с англичанами? Став верховным вождём всех племён ты легко выкинешь всех врагов с континента! Англичане первыми запросят мира, когда потеряют свои доходы!

Хм, а идея здравая, — задумался я. Если сейчас я опираюсь только на Испанию, то воевать в одиночку с Великой Британией такое себе удовольствие. Но всё поменяется, если за моей спиной будет весь чёрный континент! С другой стороны, жена-архимагистр, которая не рукавица, её точно с белой ручки не стряхнёшь и за пояс не заткнёшь.

— Хммм, — повторил уже в слух, вкладывая в хмык весь свой скепсис. — Ты сильная одарённая. Зачем тебе я?

— Я всего лишь женщина, а народы Африки консервативны. Патриархальный уклад у нас в крови. Вождём может быть только мужчина. Я действительно нуждаюсь в помощи мужчины, который сильнее меня, а рядом со слабаком уже я не смогу быть, даже ради своего народа, — она не лгала и говорила, что думала — чистую правду.

— И обязательно жениться?

— Конечно! Всё должно быть официально. Но я чувствую, ты меня не хочешь. У тебя много других женщин, и я не собираюсь на тебя претендовать. Брак может быть фиктивным…

— Хммм… Мне надо подумать. Но, если вдруг у нас с тобой всё сложится, надеюсь, ты своего брата на свадьбу свидетелем брать не будешь?

И вот мы летим обратно в Мадрид в компании с Дуней. Воспитанниц она тоже хотела взять с собой, но как представил Верку с Любкой, рассказывающих подробности этой ночи моим девушкам, так сразу и отказал. Незачем этим непосредственным детям природы встречаться с моими подругами. Мне ещё пожить хочется спокойно. Хватит пока с них одной Дуни. Я только предупредил Исабель о визите в Мадрид африканской архимагини и её матримониальных фиктивных планах. На что получил вздох облегчения и сетования испанской королевы, что я наконец-то взялся за ум.

* * *

Возвращение в столицу Испании вышло спокойным. Англичане затаились на острове, больше никаких карателей на горизонте не возникло, Исабель взяла в оборот Дуню, и у меня появилось время заняться личной жизнью.

— А это правда, что ты собрался жениться? — невзначай спросила Наталья за завтраком на следующее утро после моего прилёта. Мы завтракали старым составом с моими боевыми подругами, из новеньких к нам только молчаливая Грета присоединилась.

— А откуда дровишки? В смысле, с чего ты взяла? — я чувствовал эмоции тщательно скрываемого интереса девушек, но они дождались окончания завтрака, задав вопрос только когда я притронулся к кофе.

— Да все об этом во дворце знают! — фыркнула Лена. — Привёз с собой трофей из Африки, а нам не хвастаешься.

— Да? Ничего нельзя сохранить в тайне! — возмутился я, наконец отхлебнув из своей чашки.

— А вообще-то нам обидно, мог бы и сам сказать, — подключилась Варя.

— Мухина, вот точно эта новость мимо тебя не пройдёт! Ладно, приоткрою тайну. Вчера вечером Исабель поддержала идею заключения брака с африканской принцессой.

— С какой принцессой? — удивилась Лена.

— Африканской. Конечно, Адонго больше подходит титул королевы с её влиянием в Африке, но её никто не короновал, так что будет принцесса. На самом деле она называет себя хозяйкой чёрного континента, но таких титулов нет, вот Исабель и проводит генеалогические изыскания. И что-то мне подсказывает, что она найдет подтверждение своей идеи в каких-нибудь тысячелетних хрониках.

— Да ну нафиг! А как же мы? Мы ещё и с ней должны тебя делить?!? — возмутилась Наталья.

— Спокойно! Брак фиктивный, в смысле политический, — поправился я. — Нам нужны союзники и ресурсы в войне с Англией, а за её спиной целый континент! Всё-таки натуральный архимаг на дороге не валяется!

— Подумаешь, архимаг! Да мы все скоро будем архимагинями!

— Наташ, успокойся, надо, так надо, — стала успокаивать Кристина. Вдруг она схватилась за живот. — Ой, девочки, кажется начинается!

Лена тут же подскочила и, бросив на роженицу диагностическое заклинание, скомандовала: — Ярик, скорее Кристину в медицинский блок, там у меня всё готово к родам!

Я подхватил на руки Кристину и понёс её вслед за Леной, показывавшей мне дорогу. Дойдя до палаты, водрузил её на гинекологическое кресло, около которого уже маячила акушерка, и наша врачиха меня беспардонным образом выперла: — Иди-иди, нечего тебе здесь делать! Есть некоторые вещи, которые мужчинам видеть вредно.

Я и не собирался быть на родах. У каждого своя работа, нечего отвлекать людей, когда они заняты делом. Тем более у Кристины начались схватки, и она начала стонать в голос, так что я без всякого сожаления ретировался.

Спустя пять часов был допущен к роженице и своему сыну, в котором уже светилась горошина источника со стихией Огня. Маленький краснокожий сморщенный инопланетянин был криклив и требователен.

— А он точно мой сын?

— Как ты однажды сказал Петру Алексеевичу, а в глаз? — слабо улыбнулась измученная Кристина. Несмотря на магическую поддержку и вливание лечебной Силы, роды ей дались нелегко.

— Да твой, твой, не сомневайся. Такой же командный голос. Только родился, а уже вырабатывает, весь в отца, — пошутила Лена. — Как назвать думаете?

— А чего тут думать, Петром и назовём, — сказала Кристина. — В честь приёмного отца Ярослава.

— Пётр Петрович? Оригинально, — усмехнулся я.

— Почему, Петрович? Ярославович! Или ты против? — прищурилась Крис.

— Конечно, нет. Инцест — дело семейное, кому какое дело? В общем, я только за! — поддержал идею Кристины. — Ладно, отдыхай, пойду готовиться к торжественному мероприятию. Мы с Исабель решили, что не стоит затягивать с помолвкой. Завтра утром будет объявлено о предстоящей свадьбе одного испанского принца с африканской принцессой. А за малыша не бойся, никто теперь не посмеет отравить моего первенца!

— Но ведь он бастард!

— Одарённый бастард! Который тоже когда-нибудь станет эмеритом! Мне Адонго обещала открыть секрет после свадьбы, как она повышает ранги у мужчин. А то мне на ум приходит только секс втроём, где мужчины играют в тяни-толкая с одарённой женщиной.

— Я против такого способа с нашим сыном! — взвилась Кристина.

— Сам не хочу, так что Дуня… тьфу ты, Адонго, научит, как можно обойтись без экспериментов с МЖМ.

— Никогда бы не поверила, что буду только ЗА твою женитьбу на посторонней темнокожей женщине!

— Я теперь тоже «за»! — в разговор влезла Лена. — А вдруг у меня тоже будет сын? Да и если будет дочь, тоже способ твоей Дуни пригодится!

* * *

На следующий день ровно в полдень в одном из светлых залов королевского дворца распахнулись двери, и в них появилась чернокожая красавица, в которой я еле узнал африканскую архимагиню.

Мажордом стукнул своей палкой о пол и объявил: — Принцесса африканского континента Адонго Танзийская!

— Рот закрой и вручи девушке букет! — тихонько скомандовала Исабель, прикрыв свои губы веером.

Пришлось собраться и, скрыв своё удивление, заняться делом. Вручил букет, подвёл Адонго к Исабель, встав на колено, преподнёс невесте коробочку с кольцом.

— Я старый солдат и не знаю слов любви. Короче, выходи за меня, — выдал я темнокожей красавице, заставив поморщиться Исабель от своего спича.

На лице Адонго не дрогнул ни один мускул: — Я согласна, — величаво кивнула она.

Я поднялся с колена и одел ей на безымянный палец кольцо, она в свою очередь окольцевала меня, и мы повернулись к Исабель.

— Благословляю вас, дети мои! — королева Испании перекрестила нас. — Ярослав, ты можешь поцеловать свою теперь уже невесту.

Я осторожно прикоснулся губами к губам Адонго, та неожиданно обвила мою шею руками и ответила страстным поцелуем.

Глава 19

Он год принцессе глазки строил и шоколадки покупал.

А ей хотелось, чтоб как в сказке — и бал, и бал, и бал, и бал…

* * *

Один из высоких кабинетов в Ватикане. Матриарх вызвала к себе кардинальшу и заставила держать ответ.

— Франческа, дитя моё, расскажи, как прошло испытание молодого Бурбона? — ласковым тоном спросила глава Римской католической церкви.

— Ваше преподобие…

— Когда мы наедине, я разрешаю звать меня по имени, — Матриарх попыталась настроить кардинальшу на доверительную беседу.

— Как вам будет угодно, — склонила голову собеседница, которую не обманул тон Матриарха. — Малгожата, ваше задание выполнено в точности, он овладел мной на шаре-анализаторе. В момент нашего одновременного оргазма выплеск Силы был настолько велик, что шар перегорел и разрушился. Таким образом, доподлинно не удалось установить, какого ранга испанский принц, — Франческа достала из кармана мантии тряпицу, развернула её, и перед Матриархом появился почерневший осколок стекла. — И у меня не получилось считать остаточные энергии, разрушившие шар. Может, получится у вас?

Матриарх взяла в руку осколок, покатала его на ладони и небрежно уронила обратно на ткань.

— Нет, ничего не осталось. Больше ты мне ничего не хочешь сказать? Ничего странного или необычного не заметила?

— Нет, — скромно потупила глаза кардинальша.

— А скажи мне, как могло получиться, что шар, выдерживающий Силу трёх архимагистров одновременно, мог разрушиться от выплеска Силы предполагаемого архимага и обычного магистра? Ты же по прежнему магистр? — Малгожата пристально посмотрела на собеседницу.

— Я не знаю…

— Не знаешь, что?

— Не знаю, почему перегорел анализатор.

— Какой твой ранг? — жёстко спросила Матриарх, которой надоело тянуть ответы из подчинённой.

— Всё тот же — магистр, — Франческа, наконец, подняла глаза и ответила прямым взглядом. Ей нечего было бояться — шар разрушен, второго под рукой нет, никто не сможет уличить её во лжи.

— Ты знаешь, а я ведь планировала поставить тебя на своё место, — Малгожата откинулась в кресле и с интересом энтомолога рассматривала сидящую перед ней женщину, как диковинную бабочку. — Франческа, ты меня разочаровала. Неужели, какой-то мужчина смог настолько вскружить тебе голову, что ты забыла о долге перед церковью?

— Ваше преподобие, я не понимаю, о чём вы…

— Девочка, я отслеживаю ранги всех значимых иерархов церкви. Я почувствовала, что ты стала архимагистром без всякого шара. Лжесвидетельствовать — большой грех, дитя моё. Ты будешь лишена сана и наказана, — Малгожата открыла ящик стола и достала наручники. — Надень блокираторы и смиренно прими неизбежное.

— И не подумаю! — Франческа тоже откинулась в кресле и скрестила руки на груди.

— Вот как? Почему? Ты же понимаешь, что в противном случае не выйдешь отсюда живой?

— Потому что, ты уже мертва, — кардинальша щёлкнула пальцами, и Матриарха парализовало. Старая женщина обмякла в кресле, её руки безвольно повисли.

— Как ты смогла… — только смогла выдохнуть она. Её взгляд начал стекленеть, из приоткрывшегося рта протянулась ниточка слюны.

— Ты знаешь, Малгожата, я была очень прилежной ученицей. В одной старой книге я вычитала простое, можно сказать, бесполезное заклинание. Неважно, какого ты ранга, это заклинание на миллисекунды блокирует доступ к источнику у любого одарённого. Обычно человек даже не замечает, что доступ к Силе на мгновение ограничен, только если в крови не присутствует один редкий нейротоксин. В лесах Южной Америки водятся такие любопытные лягушки, ты даже не представляешь! Мне тут привезли по случаю одну представительницу Phyllobates terribilis. Её яд действует через кожу, вызывая паралич нервной системы, в том числе и сосредоточения Силы. А что самое интересное — через парочку часов он разрушается, не оставляя и следа. Так-то нейротоксин неопасен для магов с лечебной стихией Жизни. Яд постепенно нейтрализуется, если у одарённого есть такая стихия, и если источник нормально подпитывает организм маной… Хотя, кому я это рассказываю?

Франческа аккуратно завернула осколок в тряпицу, спрятала его в карман и вышла, плотно закрыв за собой дверь. Она в душе радовалась своей победе над старой грымзой, отдавшей Европу в руки чужаков англо-саксов и загнавшей своей политикой её в тупик. Теперь никто не встанет на пути к заветному сану, она сможет сама рулить Европой и помочь одному милому испанскому принцу, которому поклялась.

* * *

Сентябрь в Петербурге бывает разным. Бывают по-летнему тёплые дни с ярко-жёлтой кленовой листвой на фоне умытого голубого неба, а бывают серые дождливые с порывами ветра, обещающими начало затяжной промозглой осени, за которой следует стылая зима. Как раз в один из таких дождливых дней и состоялось очередное совещание сестёр Романовых, уже перебравшихся с летней дачи в Зимний дворец.

— Катя! Как он мог жениться? А как же я?!? — Елизавета, прочитав в известной жёлтой газетёнке о помолвке и уже через три дня сыгранной свадьбе Ярослава Шонурова-Бурбона с какой-то темнокожей принцессой из давно забытого туземного царства, почувствовала себя не то чтобы обманутой, но определённо уязвлённой.

— А ты как хотела? И сама не ем, и другим не дам? Свято место пусто не бывает! — Императрица напомнила Канцлеру об эпичной ошибке этого лета. — Значит, другая архимагиня смогла найти к твоему мальчику подход. Хотя, почему, к твоему? Уже, выходит, к чужому.

— Интересно, чем она его взяла? Может, там всё несерьёзно?

— Ну, я тебе навскидку могу накидать вариантов, если исключить брак по-любви. Союзник в борьбе с Британией с неисчерпаемым людским ресурсом — раз, помощь в захвате и доля во всех национализированных филиалах английских сырьевых корпораций — два… Всё-таки она — единственный архимаг на всю Африку!

— Но что же делать?!?

— Во-первых, не паниковать! У нас есть, на чём сыграть. Пришла пора сообщить ему, что ты ждёшь от него ребёнка. Вряд ли он будет отказываться от своего первенца, — Екатерина тоже читала «Чижика», в котором было всё о свадьбе и ни слова о родившемся сыне испанского принца. — А во-вторых, пора уже начинать реально помогать нашему соотечественнику. Пусть Альфа опять оказывает всестороннюю военную поддержку. Россия откажется от нейтралитета, и мы наконец вспомним, что наши дворянки были похищены, а сёстры Юсуповы до сих пор удерживаются силой. Поиграем мускулами, заставим англичанку пойти на уступки, чтобы не потерять всё — войну на три фронта ни одна империя не выдержит!

— Точно! А когда всё утрясётся, Ярослав должен будет признать, что в его победе будет и наша заслуга! Катя, ты — молодец! — Лиза, пришедшая в прекрасное расположение духа, порывисто обняла сестру и чмокнула в щёчку.

— Я — да. И ты тоже будешь, если воспользуешься моментом и восстановишь отношения с Ярославом. Если у него брак по-расчёту, который, как известно, самый крепкий, то почему бы следующему браку не быть по-любви? Многожёнство ни нашей, ни католической церковью не приветствуется, но для одарённых есть исключения. А дальше — дело техники: ночная кукушка всегда дневную перепоёт. Станешь главной в вашем трио, распространишь наше влияние сначала на Испанию, затем на Африку.

— Да сдалась мне эта Африка! Моему ребёнку отец нужен! Живой и рядом! — недовольно отстранилась Лизавета.

— Ээээ, нееет! Неправильно ты рассуждаешь! Ты же канцлер великой империи! Должна рассуждать в государственных масштабах. Всё, что ты делаешь, должно приносить пользу державе и роду Романовых!

— Знаешь, Катенька, определённым образом Ярик теперь тоже часть рода Романовых, — Лиза погладила свой живот, — и действовать я теперь буду в наших с ним общих интересах!

* * *

Букингемский дворец, в одном из современных кабинетов которого проходит совещание Стюартов.

— Это невообразимо! Подумать только, этот мальчишка не только утопил два крейсера вместе с мастерами, но и два пассажирских судна с нашими подданными! — возмущалась Мария.

— Поменьше эмоций, сестрица. Ты не на восточном базаре. Вспомни об английской сдержанности, — поморщилась Анна. — Этот факт уже осветили газеты, прозвав испанского принца Мясником. Теперь он — военный преступник, потопивший мирные суда с нонкомбатантами.

— Но он впервые смог утопить два бронепалубных крейсера! Если так пойдёт дело…

— Ничего, у королевы много. Признаться, меня невероятно, прямо до печёнок, бесит его неожиданная женитьба на африканской архимагине и поменявшееся поведение Романовых. Они явно нацелились на наше поражение. А Великая Британия не может проиграть. Наше поражение в маленькой войне с Испанией приведёт к гибели империи, — спокойным тоном ответила Анна. Её эмоции выдавали только побелевшие костяшки пальцев, сжатые в кулак. — Я поняла этого маленького русско-испанского хищника. Ему надо всё. Если мы пойдём на перемирие и утрёмся, то через год потеряем Африку, являющуюся бриллиантом в английской короне.

Женщины в задумчивости помолчали, переваривая мысль.

— Нам надо срочно отвлечь Бурбонов на внутренние проблемы. Может, как-то подействовать через католическую церковь? Народ в Испании богобоязненный со славными традициями выжигания ереси калёным железом. Обвинить в демонопоклонничестве, натравить на него Святую инквизицию… — подала голос третья родственница Стюарт-Галлоуэй, занимавшаяся финансами королевского дома.

— Католички нам пока не могут помочь. Малгожата скоропостижно скончалась, а главная претендентка на сан Матриарха, Франческа, уже заявила, что никаких активных действий предпринимать не будет, пока не изберут новую главу, — ответила Мария, курирующая европейскую политику.

— Значит, пришло время крайних мер. Покажем испанскому принцу, что мы не сотрясаем воздух попусту. Мы же обещали ему посылать сестёр Юсуповых частями, если он не приедет в Лондон? — хищно улыбнулась Анна.

— А как же возможные осложнения с Романовыми? — спросила Мария.

— Как говорят русские, снявши голову, по волосам на плачут. Когда идёт речь о вопросе существования Британской империи, я готова истребить всех русских дворян, а не только Юсуповых! Наша задача — выманить молодого Бурбона любыми средствами и уничтожить его! Возьми в свои руки создание нового видеоролика и посылки Ярославу. В этот раз копию княгине Юсуповой не отправляй, — приказала Анна сестрице.

— Поняла.

— Миледи, это наш последний шанс. Иначе придётся двум английским архимагиням наведаться в Мадрид и лично устранить принца, что чревато неожиданностями и непросчитываемыми негативными последствиями в отношениях с Европой. Так что постарайся.

* * *

Свадьба с Адонго прошла скромно. Из присутствующих были только Исабель с Энрике да я с одетой по праздничному случаю в белое невестой.

Католический священник наскоро зарегистрировал наш брак, я вручил Дуне букет, вот и всё торжество. На следующий день супруга улетела на «Потёмкине» в Африку готовить электорат к переходу под руку четы будущих Танзийских королей — для нашей с ней коронации нужна подготовленная почва и атмосфера не только в Танзании, но и во всех племенах-государствах чёрного континента.

Но перед отлётом случилась брачная ночь: «Ярик, без близости наш брак недействителен!» — заявила Дуня, заявившись в одной ночнушке в мои покои. Зашла, разделась и легла, напряжённая как струна… Ну, не знаю. После неожиданно страстного поцелуя на помолвке я ожидал бурю в постели, а она оказалась молчаливым чёрным деревом. Короче, бревно бревном. Отработал без души обязательную программу, и она сразу ушла. Даже её воспитанницы пораскрепощённей были. Может, какие неприятные воспоминания об интимной близости из прошлого у неё в шкафу? Дуня была уже не девочкой — это точно. А какие у них в Африке обряды посвящения девушки в женщину, я даже интересоваться не хочу. Вот нисколечки. В общем, спишу её холодность в постели на фиктивный брак.

Утром сходил на чаепитие в Генштаб, где послушал размышление двух генералов о военных действиях между Испанией и Англией.

— Вы хотите повторения фиаско Непобедимой Армады у берегов Англии? — иронично поднял бровь сухопутный генерал от Германского королевства Франц фон Гинденбург. — Без преимущества на море любой десант обречён.

— И что вы предлагаете? Сидеть за морем и тупо ждать, пока английская военщина не придумает, как нейтрализовать наш единственный летающий броненосец? — главнокомандующий испанскими силами пожилой генерал Марио де Мендоса кивнул в мою сторону.

— Позиционная война — это тоже война, — важно произнёс Франц и отхлебнул из своей кружки. Было видно, что это обсуждение у них идёт не по первому кругу, все доводы озвучены несколько раз, и сейчас они спорят больше по инерции.

— Но надо же что-то делать! — Марио встал и зашагал по кабинету.

— Мы и делаем — ждём. Раньше время работало против нас, но после гениального хода с женитьбой на африканской принцессе, — немец отсалютовал мне кружкой, — оно теперь работает на нас. Через некоторое время дом Бурбонов усилится настолько, что Англии с её оставшимися колониями в Северной Америке ничего не будет светить.

— Ну, знаете… Мы должны внести свой вклад в будущую победу! — старый конь бил копытом.

— Лучшая война — это та, в которой ты победил, не сделав ни единого выстрела, — пафосно процитировал кого-то Франц и повернулся ко мне. — А вы что думаете, Ваше Высочество?

— Я думаю, что стрелять пока что приходится только мне. Ладно, вы тут дальше обсуждайте, как держать границу на замке, пойду я, — ответил, вставая. И правда, чего людей отвлекать от важного? Займусь пока своими хотелками. Тем более, говорят же, что время работает на меня.

Дошёл до гаража Смирновой, где Ксюха в одиночестве возилась с дайверским снаряжением.

— Привет, дорогая. Ты решила податься в водолазы?

— О, Ярик! Подержи ка здесь, — она всунула мне в руки гаечный ключ, а сама принялась затягивать контргайку.

— Ксюш, а зачем ты связываешь между собой сразу несколько аквалангов? — озадачился я подключёнными друг к другу баллонами.

— А это запасы воздуха для твоего корабля. Чем больше возьмёшь, тем дольше сможешь болтаться на орбите. Дышать будешь из акваланга, лишнее давление с углекислым газом стравишь в космос — дёшево и сердито. Потом, конечно, можно всё перевести на автоматику, но пока будет времянка.

— У нас всё временное — самое постоянное, — проворчал я.

— Чего?

— Я говорю, в другой вселенной у нас в космических аппаратах было тройное дублирование всех систем.

— Ну, тройное не обещаю, а двойное сделаю.

У меня завибрировал в штанах телефон — Энрике прислал сообщение, что мне прислали посылку. Из Англии. В душе колыхнулось чувство беспокойства.

— Ты продолжай, я скоро вернусь, — я покинул Смирнову, направившись в секретариат.

— Вот. Доставлено обычной почтой, — Энрике кивнул на обычную коробку с ярким лейблом Английской королевской почтовой службы. — Мы просветили её, взрывчатки внутри нет.

— Молодцы! Бдите дальше, — тут же открыл посылку и обнаружил внутри обычную видеокассету и два вакуумных пакетика с окровавленными пальцами. Стоп! В ушах гулко застучала кровь. Два пакета, в каждом по мизинцу.

— Энрике, где можно посмотреть кассету? — вмиг охрипшим голосом спросил королевского секретаря. Он провёл меня в кабинет с видеооборудованием, и я попросил меня оставить одного.

На кассете были пытки Юсуповых. В этот раз уже со звуком. Сначала Марию истязали, опять привязав её к станку, потом Ирину. На обеих из одежды — только браслеты на руках, блокирующие магию. В конце палач отрезал у каждой по мизинцу с левой руки, вызвав крики боли у девушек, и уже знакомый женский голос произнёс с акцентом по-русски: «Ай-яй-яй, нехорошо. Уже почти месяц прошёл после моего первого приглашения. Если ты не появишься в Лондоне через три дня после получения посылки, в следующий раз я пришлю тебе их головы!» Видео оборвалось под плач измученных сестёр.

Что же делать? Вариант бросить Юсуповых, попавших в беду из-за меня, я не рассматривал.

— Ксюш, тут такое дело… Ты сможешь меня запулить до Лондона? — я вернулся к Смирновой с вопросом.

— В смысле?!?

— Ну, твоя недоделанная ракета. Ты говорила, налегке, хоть сейчас в космос. А если не в космос, а до Англии по баллистической орбите?

— Что-то случилось?

— Пока нет, но через три дня случится. С Юсуповыми. Поэтому мне кровь из носу надо быть в Лондоне через два дня. Так когда ты меня сможешь запулить?

— Если очень надо… Так, у меня сейчас на стапеле стоит обычная ракета для запуска спутников. Планировала завтра запустить очередной спутник для связи по твоему поручению. Заменить его на плексигласовую капсулу дело нескольких часов. Система для дыхания, считай, у тебя уже есть… В принципе, реально. Только надо будет поставить тебе в кабину дистанционный прерыватель для отключения и сброса ракеты-носителя, чтобы ты в космос не улетел — за оставшееся время я не смогу из неё откачать лишнее топливо.

— Да без проблем. Пожертвуем космической программой, раз надо для дела. Потом как-нибудь слетаю.

— Ярик, только я не смогу дублирующую систему сделать. Просто не успею!

— Ксюш, я верю в твой технический гений. Всё получится. Если надо чем-то помочь, озвучивай, помогу.

— Займись парашютом, который тонну выдержит. Твоя капсула на минималках вместе с тобой будет килограмм шестьсот, парашют посчитала с запасом, чтобы твой Щит на прочность не испытывать.

* * *

И мы занялись. Перевезли герметичную капсулу, так и не обшитую металлом, на стартовую площадку в десяти километрах от Мадрида, откуда Смирнова запускала спутники. Установили на неё дыхательное подводное оборудование, переименованное в космическое. Парашютов на тонну я не нашёл, и сшить ни одна мастерская не успевала, поэтому обошёлся восемью обычными парашютами — Ксюша закрепила их под днищем спускаемого аппарата.

— Ярик, запоминай внимательно. Вот эта красная кнопка — для отключения маршевого двигателя, оранжевая — для сброса ракеты носителя, зелёная — для активации парашютов при приземлении, синяя — для их отстрела по приземлению. Смотри, не перепутай! — инструктировала меня Ксюха. — Без отключения маршевого двигателя, его сброс будет заблокирован во избежание аварии!

— Да понял я, понял! — не выдержал на десятом по счёту инструктаже. — А когда нажимать-то? Отключение и сброс?

— По моей голосовой команде. Я буду отслеживать телеметрию ракеты и дам тебе команду по рации. У тебя будет пять секунд, чтобы остановить и отстрелить двигатель. Тогда приземлишься в пригороде Лондона. Протормозишь полминуты и улетишь в Ирландию. Это в лучшем случае. Можно и в море упасть. Северное. Которое даже в сентябре холодное. В общем, ты уж постарайся не тормозить.

— А ты постарайся не промазать, — поёжился я. Перспектива искупаться в холодном море совсем не обрадовала.

— Исключено. Уж в сторону английской столицы я как-нибудь нацелюсь.

— О! Смирнова, нам же позывные нужны! Я буду «Первым», а ты будешь «Хьюстоном», — в этой вселенной англичане запускали свои ракеты с панамского перешейка — самой ближайшей точки к экватору, принадлежащей Британской империи, поэтому названия «Хьюстон» и «Канаверал» ни о чём никому не говорили.

— Почему ты «Первый» — понятно, а почему я «Хьюстон»?

— Чтобы никто не догадался. Канал связи будет открытый? — на мой вопрос Смирнова кивнула. — Вот именно по этому. Враги могут слушать, подготовиться. А оно мне надо?

Помолчали.

— Ксюш, слушай, всё пытаюсь понять, а как ты изначально планировала меня с орбиты спускать? Кнопок для управления маловато, — задал неожиданно заинтересовавший меня вопрос.

— Ещё я должна была установить маневровые двигатели, которыми ты бы нацелился на Землю, и общий импульс которых отправил бы тебя к атмосфере. Но это в следующий раз.

— Понятно… Где центр управления полётом устроишь?

— Лучше на точке старта. Там и радиосвязь, и оборудование уже настроено…

— Слушай, а можешь резервную радиоточку у меня в комнате сделать? На приём только. А то все волнуются, — предыдущий день был… непростым. Мои девушки ходили подавленные — они откуда-то узнали про Юсуповых, а с Исабель я выдержал непростой разговор, когда она прямо запретила лететь в Лондон. На это я ответил, что мы договорились: я — Глава рода, и я принимаю решения. Внук у неё уже есть, через несколько месяцев ещё будут, так что полечу без вариантов. В общем, женщины смирились, а я им пообещал одностороннюю радиосвязь моего полёта, чтобы хоть как-то успокоить.

— Да можно, без проблем, — пожала плечами изобретательница.

* * *

Ранним солнечным утром третьего, последнего дня, отведённым англичанками на моё прибытие, я сидел в кресле капсулы. Подо мной ракета для запуска спутников, на поясе «Ку-де-грас», в кармане старый верный артефакт Скрыта, рядом Ксюха, дающая последние указания перед стартом.

— Ярик, ещё раз. Кнопки. Вот здесь, под правой рукой. По команде. Сначала красная, потом оранжевая. Вот простенький высотометр, при снижении до трёх тысяч метров нажимаешь зелёную. Как приземлишься — синюю, — за внешним спокойствием подруги скрывалось её волнение, проявлявшееся в несвойственной ей повышенной болтливости.

— Смирнова, да ты задрала уже! Сотый раз повторять — это явный перебор! Отвянь! — я был нарочито груб, чтобы привести её в рабочее состояние.

— Повторение — мать учения! И не забывай всю дорогу держать Щит над всей капсулой! Не то твои будущие дети пострадают от радиации, а ты мне тоже обещал ребёнка! — наехала на меня с подозрительно заблестевшими глазами.

— Пацан сказал, пацан сделает. Тем более ты у меня последняя в магистрах ходишь, все остальные уже давно архимагини. Слабенькие, правда, им ещё учиться и учиться, но тем не менее, — Ксюха давно уже не уединялась со мной, увиливая от интима под предлогом навалившейся работы.

— Смотри! Сам пообещал! — она оставила последнее слово за собой, захлопнув с той стороны герметичную дверь.

Задраил створку, сел в кресло, пристегнулся, огляделся. Минимализм — наше всё. Слева закреплены акваланги, от которых к креслу протянута маска для подачи воздуха, справа — рация с блоком управления и питания — от неё к маске тянется провод с микрофоном. В ногах — огнетушитель, на котором настояла Смирнова.

— Раз-раз, проверка связи, — в кабине голосом Ксюши заговорил динамик.

— Слышу прекрасно. Меня слышно?

— Подтверждаю. Ключ на старт. Готов?

— Как пионер, всегда готов! — я активировал Щит Бурбонов и растянул его на всю прозрачную капсулу.

— Продувка. Зажигание.

Раздался гул, и я почувствовал, как подо мной просыпается ракета. Мне резко стало не по себе, когда я вспомнил, что сижу на нескольких тоннах ракетного топлива.

— Предварительная, — продолжала Смирнова, — главная. Десять, девять, восемь…

Не к месту вспомнилось, что я не посмотрел обязательный для всех космонавтов «Белое солнце пустыни». Правда, его в этой вселенной не сняли, да и я, вроде, не совсем космонавт — только покину атмосферу и сразу обратно.

— … три, два, один. Старт!

Вибрация усилилась, и Земля дрогнула, отдаляясь.

— Поехали! — воскликнул я.

— Первый, как самочувствие? — через минуту спросила Смирнова.

— В норме, Хьюстон, — ускорение, прижавшее меня к креслу, было, но терпимое. Я ожидал б о льших нагрузок. Наверное, всё дело в усиленном магией организме — мой источник с лечебной стихией Жизни сам купировал всю побочку от перегрузок.

Тем временем ракета всё набирала высоту, высотомер уже показывал двадцать тысяч метров.

— Хьюстон, наблюдаю вращение аппарата, — я увидел, что небо и Земля начали меняться местами.

— Первый, сильное вращение? Ускоряется?

— На первый вопрос — нет, второй — вроде, нет.

— Тогда, это нормально. Приготовься через минуту нажимать кнопку.

Огляделся. Небо уже налилось чернотой, Солнце уменьшилось в размерах и стало ярче, его жёсткие лучи начали слепить.

Я надел солнечные очки и кинул взгляд на высотомер — уже шестьдесят километров. Ракета продолжала набирать высоту, она перелетела Бискайский залив и двигалась над территорией Франции. В душе возникла эйфория. Юра, я сделал это! Русские в этой вселенной тоже пионеры в космосе!

— Первый, начинаю обратный отсчёт. Десять, девять…

Придавленный ускорением, я с усилием повернул голову вправо и положил палец на красную кнопку. Вот и заканчивается мой первый космический полёт. Хотя, по мнению русских в той вселенной, все полёты ниже ста десяти километров не считаются. У американцев потолок итого выше — сто двадцать два километра, иначе ты не астронавт, а обычный стратосферный турист. А я даже до сотни кэмэ не поднялся. Ну, хорошо, пусть я буду считаться не космонавтом, а обычным туристом, всё равно первый.

— … три, два, один. Стоп машина!

Я нажал красную кнопку. Нажал ещё раз. Может, Ксюха провода перепутала? Нажал оранжевую со сбросом ступени и похолодел — двигатель продолжал работать, ракета продолжала бодро набирать высоту, никак не реагируя на все мои потуги.

— Хьюстон, у нас проблемы, — передал я в эфир.

* * *

Лиза спешила, как могла. После разговора с Екатериной она сразу собралась и вылетела на дирижабле в Мадрид. Конечно же инкогнито, хотя накануне спецслужбы испанцев были предупреждены о прилёте второго лица Российской империи. Быстрое прохождение пограничного контроля по дипломатическому коридору, и вот графиня Северная уже едет по извилистым улицам на бронированном Аурусе в сопровождении микроавтобуса охраны в королевский дворец.

Время тянулось мучительно медленно, но, наконец, она у цели. Вышла из машины, и уже на ступенях дворца раздавшийся гул с Востока заставил обернуться Романову. На её глазах, оставляя за собой дымный след, в небо взлетала ракета.

— Графиня Северная, с возвращением. Позвольте вас проводить в отведённые вам покои, — подчёркнуто вежливый мажордом поклонился, встретив Елизавету на входе.

— Всё потом, я сначала к Ярославу! — она обогнула разодетого мужчину и быстро пошла по знакомому маршруту.

— Постойте, погодите… — попытался притормозить её мажордом, но кто в мире сможет остановить архимагиню, задавшуюся целью?

Лиза взлетела по ступенькам, пронеслась ураганом по длинным коридорам (ну, кто так строит?!?) и… у дверей в апартаменты Ярика неожиданно столкнулась с боевой группой смертельных гадюк.

— Ваше Высочество… — растерянно произнесла самая крупная, Кобра, кажется.

— Здравствуйте, девочки. У себя? — она кивнула на дверь.

— Эмм, тут такое дело… — промямлила другая гадюка.

— Он там что, с Альфой развлекается?!? — Лиза не увидела начальницу гадюк и сделала для себя логичный вывод. Она раздвинула женщин, решительно распахнула дверь и шагнула внутрь.

В комнате у открытого окна стояли все знакомые лица: Аня Лопухина, Варя Мухина, Лена Бойко и Наташа Ягужинская. Правда лица эти были какие-то нерадостные.

— Где Ярослав?!? — рявкнула она. Не получив ответа, её глаза полыхнули красным, а в руке сформировался фаербол: — Я — архимагиня Романова, отвечайте!

— Да мы ту все архимагини, — шмыгнула носом Наталья и с тоской посмотрела в небо. Лиза, поняв, что случилось что-то из ряда вон, развеяла фаербол.

— Но я беременна, — растеряно произнесла Лизавета.

— Мы как бы тоже все немножко беременны, — с сарказмом ответила Мухина. — Добро пожаловать в клуб.

В это время голосом Ярика зашипел стоящий на подоконнике радиоприёмник:

— Хьюстон, разгонная ступень выработала топливо и сама отключилась. Произвёл сброс ступени в ручном режиме успешно. Высота сто двадцать тысяч, удаляюсь от Земли.

— Первый, ты, главное, не паникуй и будь на связи, произвожу расчёт твоей орбиты, — прозвучал взволнованный женский голос, в котором проскальзывали истеричные нотки.

— Где Ярик? — помертвевшим голосом спросила Елизавета, подходя к окну.

— Он улетел! Но обещал вернуться, — срывающимся голосом произнесла Наталья и уткнулась в плечо Елене. Её плечи сотряслись в беззвучных рыданиях.

Глава 20

— Эй, мужик, я принц, ищу Спящую Красавицу, где она?

— Аааа, новенький? Вон там, развлекайся. Только смотри, не целуй её!

* * *

Бывают моменты, когда становится всё кристально ясно. Уходят на второй план второстепенные мелочи, в мозгу возникает звенящая пустота, в которой бьётся единственная мысль: «Всё, допрыгался. Это конец!» Подсознание услужливо дополнило фразу анекдотом про Штирлица: «А где же пистолет?», но я запинал это не вовремя всплывшее воспоминание в дальний угол.

Во-первых, я ещё жив, и это главное. Тем более оказалось, что до конца умереть у меня один раз уже не получилось. А во-вторых, Смирнова сказала, что воздуха она закачала в баллоны с запасом на два часа дыхания, так что на один оборот вокруг Земли точно хватит — Гагарин вон полтора часа по орбите летал.

— Первый, я рассчитала твою траекторию, — сквозь треск помех прозвучал изменённый расстоянием голос Ксюхи. — В апогее ты поднимешься до трёхсот двадцати кэмэ, в перигее опустишься до ста пятнадцати. Это будет над пустыней Сахара в Африке. Твоя задача — придумать, как направить капсулу в нижней точке орбиты к Земле. Придумаешь — затормозишь об атмосферу и приземлишься на территории Европы. Капсула у тебя подготовлена к приземлению. Если приводнишься, жмёшь синюю кнопку, отстреливаешь парашюты и ждёшь спасательную команду. Как понял?

— Понял тебя, Хьюстон.

— Я скоро пропаду, ты входишь в тень Земли. Не переживай, через сорок минут связь опять должна появиться, — сквозь всё нарастающий шум помех пробился голос подруги.

— Принял, отбой.

Вот я и один. Снял маску, отстегнулся от кресла и взмыл в невесомости. Оттолкнулся от прозрачного потолка и, не рассчитав усилия, ударился о пол. Бойтесь своих желаний, они сбываются, — я рассердился на самого себя, потерев ушиб. И чего мне на Земле не сиделось? Сейчас вот приходится преодолевать и превозмогать. Не, так-то, конечно, интересно и виды красивые. Смертельно красивые.

Космический аппарат тем временем влетел в тень Земли и понёсся над ночными городами, освещённые электрическими огнями. Полюбовавшись пейзажем, вернулся к дыхательной маске — воздух в капсуле был спёртый, дышать без неё уже было тяжело. Ещё одним неприятным открытием стало отсутствие маны за пределами атмосферы Земли — я почувствовал, что источник постепенно теряет энергию, подпитывая Щит Бурбонов, при этом не восстанавливаясь ни на йоту.

— Скоро рассвееет, выхода нееет,

Ключ поверни, и полеетееели…

Нужно писать в чью-то тетрадь

Кровью, как в метрополитееенеее.

Выходааа нееет,

Выходаааа неееет!!! — я начал напевать вспомнившуюся к месту песню Сплина. В голове родилась одна идея, как спастись, и требовалось подготовиться. Для начала я разъединил все четыре баллона с воздухом и подключил маску для дыхания к одному из них. Если все баллоны имели запас воздуха на два часа, значит, в каждом было дыхательной смеси на полчаса. Час полёта уже прошёл, в каждом баллоне должно остаться половина воздуха…

Через пятнадцать минут я переключился с первого опустевшего баллона на второй.

— Первый, как слышишь меня, приём… Первый, как слышишь меня… — сквозь белый шум пробился знакомый голос.

— Хьюстон, слышу хорошо. Доброе утро, — поприветствовал я подругу, появление которой в эфире совпало с восходом светила над горизонтом.

— Прекрасно! А то здесь некоторые волнуются.

— Передай им, что беременным вредно волноваться, всё в норме, всё под контролем, — излишне бодро ответил я.

— Первый, они тебя слышат и ждут твоего скорейшего возвращения, — Ксюха уже взяла себя в руки — её голос был деловит и сух.

— Обязательно. Хьюстон, предупреди за пять минут до перигея.

— Принято!

Через несколько долгих минут Ксюша объявила о готовности. Я отсоединил от дыхательной маски третий почти пустой баллон и подключил последний, четвёртый.

— Первый, начинаю отсчёт последней минуты. Шестьдесят секунд… пятьдесят…

— Хьюстон, всю капсулу затормозить не получится, я полечу на Землю один, без капсулы.

— Стой! Это же верное самоубийство!

— Ты говорила, моему Щиту не страшен Армагеддон. Что ему какая-то плазма при приземлении?

— Ярик! Это же было в теории! А как ты будешь без воздуха?!?

— Воздух с собой, — я похлопал по баллону. — Первый, продолжай отсчёт!

— Десять секунд… Ярик, стой, должен же быть выход?!? — истеричные нотки в голосе Ксюхи зазвучали с новой силой.

— Девочки, вы у меня самые лучшие. Люблю вас всех. Не поминайте лихом, скоро увидимся. Первый, пошёл на посадку, отбой! — я вырвал из маски микрофон.

— Ярик! Ярииик! — возгласы сменились всхлипами.

Я с зажатыми между ног двумя баллонами для дыхания и одним огнетушителем подлетел к двери, разблокировал её и открыл наружу. Отлично, хоть что-то идёт по плану — воздух, удерживаемый Щитом Бурбонов, не вылетел в космос вместе с дверью. Значит, шансы на благополучное возвращение увеличиваются.

Подо мной проплывала Африка, впереди появился узнаваемый Гибралтарский пролив с южной частью Иберийского полуострова, когда я, наконец, покинул свой аквариум. Оттолкнулся руками от дверного проёма в направлении Земли, и поток воздуха из оставшейся без защиты капсулы придал мне небольшое ускорение. Я остался один на один с космосом — небольшая полоска воздуха, удерживая вокруг моего тела Щитом — не в счёт. Ну, погнали! Направил раструб огнетушителя в противоположную от Земли сторону и активировал его. Йухууу! Понесла, родимая! Струя пены вырвалась из огнетушителя, и я быстро полетел к Земле. Когда импровизированный реактивный двигатель иссяк, я отбросил его от себя, и взялся за третий почти пустой дыхательный баллон.

Как там, чем выше скорость реактивной струи, тем выше скорость отбрасываемого ей тела? Сейчас и проверим. Взялся обеими руками за баллон и создал между ними фаербол аккурат внутри баллона. Получилось — я почувствовал как стенки баллона нагреваются. Когда температура баллона стала нетерпимой для рук, я открыл вентиль, и раскалённый воздух придал мне новое ускорение к Земле. Через полминуты баллон опустел и отправился вслед за огнетушителем. Планета всё ближе, но и воздуха в последнем баллоне всё меньше. По расчётам его там осталось всего минут на пять, а я так и не вошёл в атмосферу.

Ещё через минуту я принял решение рискнуть. Сделав глубокий вдох, отключил от баллона маску и от души влил энергию в фаербол, созданный внутри баллона. Его стенки мгновенно стали горячими, и я, обжигаясь, открыл вентиль. Раскалённая струя воздуха дала мне новый пинок в объятия Земли, и уже через минуту я почувствовал первые признаки появления атмосферы — Щит начал подрагивать от давления газа. Тем временем кислород в лёгких кончился, перед глазами поплыли разноцветные круги, и я судорожно вздохнул. К моему удивлению, вздохнуть получилось — небольшие остатки воздуха, удерживаемые Щитом у моего тела, насытили кровь остатками кислорода.

Между тем, я уже летел болидом к Земле в объятиях плазмы. Но бушующее совсем рядом пламя нисколько не обжигало — Щит жрал ману, как не в себя, надёжно защищая от запредельной температуры. Я расхохотался. Да, я умру, но это точно будет не в космосе от удушья. Осталось только удачно приземлиться.

* * *

Королева Англии была с утра в раздражении. Сегодня истекает последний день ультиматума, но никаких известий, что испанский принц приедет добровольно сдаваться, не было. Видимо, придётся казнить сестёр Юсуповых и выходить на новый виток напряжённости с Европой и Россией.

Анна вздохнула. Раз придётся делать эту неприятную работу, надо сделать её красиво, обставив подобающим образом, и приказала доставить пленниц в Букингемский дворец. Казнь она назначила на вечер, символично приурочив её к заходу Солнца.

Ближе к полудню, когда королева направилась отобедать, её привлекло удивлённое восклицание придворной фрейлины, глядящей в окно куда-то вверх. Анна, которой было не чуждо чисто женское любопытство, бросила взгляд в небо и увидела летящий к земле метеор, оставляющий за собой инверсивный след.

— Узнайте, что это, и где упало, — приказала Анна фрейлине и продолжила движение в столовую. Подумаешь, какая-то штука с неба свалилась. Это не повод отвлекаться от планового приёма пищи.

После обеда к ней с докладом примчалась взмыленная герцогиня Йоркская.

— Ваше Величество…

— Элизабет, ты глава МИ-5, лицо королевских спецслужб. Одной из. Приведи себя в порядок, отдышись и доложи, как подобает, — королева холодно остановила подчинённую.

Герцогиня осеклась, отдышалась и, сделав реверанс, начала докладывать: — Ваше Величество, сегодня произошло чрезвычайное происшествие. Объект с неба упал на окраине Лондона на часовню четырнадцатого века и разрушил её. Через некоторое время объект, злой как чёрт, выбрался из развалин, нейтрализовал наряд бобби, попробовавших его задержать, и теперь движется сюда! — в конце докладчица не выдержала и опять ударилась в эмоции.

— Стой! Какой объект? Куда, сюда? — не поняла с первого раза Анна.

— Так это, испанский принц же с неба свалился! Ну, который Бурбон! Он едет на велосипеде сюда, во дворец!

* * *

— Долбанная Англия с их долбанными канализациями! — ворчал я, выбираясь из-под земли. — И ещё претендуют на звание просвещённых мореплавателей, а дома порядок не могут навести!

Получилось всё идеально. Ну, почти. Хватило воздуха, чтобы не задохнуться, хватило маны, чтобы не сгореть в атмосфере и не убиться о какую-то каменную церквушку, возникшую на пути. Дольше времени заняло выбраться из заболоченной ливнёвой канализации, каменный свод которой я пробил и наконец-то затормозил при падении. Только вылез на свет божий, как двое велосипедистов-простаков в характерных котелках английских полисменов попытались скрутить. Оглушил их, приложив друг о друга, и на велосипеде одного из них покатил в центр Лондона. Как оказалось, я приземлился на окраине столицы Соединённого Королевства — так мне заявил перепуганный священнослужитель, бродящий у развалин. Он махнул в сторону, куда я должен ехать, чтобы попасть в Букингемский дворец, я включил Скрыт и поехал.

Кручу педали, смотрю по сторонам. В своё время я попутешествовал по Лондону, и некоторые районы вполне узнаваемы. Как тот же Уимблдонский парк, мимо которого сейчас проезжаю. Так что не заблужусь. Меня больше волнует, как искать Юсуповых. А ещё я уверен, что о моём эпическом приземлении уже известно — сопоставить два плюс два большого ума не надо. В английских спецслужбах не дураки работают. В общем, когда я отъехал подальше от разрушенной церквушки, отключил Скрыт. Тем более меня сбил поворачивавший таксист. Сам я не пострадал, находясь под Щитом, но возникшая аварийная ситуация на дороге и откровенная лень ещё час крутить педали заставила меня подойти к остановившемуся таксисту. Он вышел из машины и пытался понять, на кого это он наехал, и откуда возникла свежая вмятина на крыле?

— Шеф, свободен? — спросил я его по-английски.

Он наконец увидел валяющийся на дороге велосипед, обратил внимание на меня и заявил: — Сэр, я должен дождаться полиции как участник дорожного происшествия! И вы тоже!

Перепираться в мои планы не входило, и я зажёг в ладони фаербол.

— Всё будущее общение с полицией беру на себя. В Букингемский дворец. Живо! — рявкнул я на сбледнувшего с лица водилу. Забрался на заднее сидение и поехал. Уже через двадцать минут такси остановилось у ограды.

— Дальше нельзя, только пешком, — он кивнул на запрещающий проезд знак. — С вас сто фунтов!

— Да ты охренел! — изумился я ценам. В той вселенной такси столько не стоило!

— Сэр, вы мне машину помяли и заставили скрыться с места своего преступления, — начал бычить водила. Видимо, таксисты-мудилы есть во всех вселенных, как перманентное зло. Увидев мою заминку, он стал развиваться: — Иначе я сообщу полиции и вас арестуют, сэр!

— Да хоть королеве своей жалуйся! — я вдруг успокоился, увидев королевский штандарт над дворцом. Значит, Анна Третья на месте, не придётся её по всему Лондону бегать искать. — Стой здесь, жди. Сейчас тебе из дворца за поездку денег занесут. Вместе с ущербом.

Вышел из машины и направился к воротам, не став включать Скрыт. Пусть все знают, кто к ним в гости пришёл. Я — эмерит, под Щитом. Что они мне смогут сделать? Стоявшие на воротах бравые молодцы в высоких мохнатых шапках попытались перекрыть мне дорогу, но несколько слабеньких молний охладил их пыл. Далее ко дворцу я прошествовал без помех. Окинул на всякий аурным зрением окрестности. Занятно: большая группа одарённых собралась во дворце, группа поменьше скрытно передвигается за оградой парка, заходя ко мне в тыл и отсекая путь назад. Ну-ну, не собираюсь я сваливать прямо сейчас, сначала надо забрать Юсуповых.

Подошёл к главному входу, только хотел постучаться — выбить дверь воздушной линзой, как она сама отворилась. Вошёл, чё. Внутри чопорный мажордом-простак, важный, как граф из многовекового рода, бросил: — Следуйте за мной, сэр. Вас ожидают.

Повернулся и двинулся вглубь дворца, нисколько не беспокоясь, следую ли я за ним. Постоял и… пошёл следом. В той вселенной в этом дворце бывать не пришлось, чёрт его знает, где тут королеву искать. Шли мы недолго, меня привели в большой зал, где на троне восседала Анна Третья в окружении множества одарённых. Я насчитал двух архимагинь, одной из которых была королева, и больше двух десятков магистров с прочими мастерами и учителями. Все при оружии и с защитными артефактами.

— Ярослав Шонуров-Бурбон! — объявил мажордом.

— Прими у него «Ку-де-грас», — надменно повелела Анна. Простак развернулся ко мне и протянул обе руки. Ага, щаз, разбежался, так я ему и отдам свой козырь!

— Где Юсуповы? — не стал играть в вежливость — со мной тут не сильно церемонятся.

— Передай нашему гостю, что ему не разрешалось задавать мне вопросы. Здесь вопросы задаю я! — королева обратилась к мажордому, не посмотрев на меня.

— Её Величество вам передаёт, что задавать вопросы…

— Я всё слышал, продолжать не надо, — перебил я слугу. — Передай их величеству, что я считаю до трёх, а потом разнесу всю вашу богадельню, и в роду Стюартов станет на два представителя меньше, если мне сейчас же не передадут Марию и Ирину Юсуповых! Раз!

В рядах придворных пронёсся лязг — многие обнажили клинки.

— Здесь условия диктую я! — раздался властный голос королевы. — Верни мой мизеркорд, склони голову, и я оставлю тебе жизнь. Юсуповы мне не нужны, они сразу отправятся домой, а ты здесь задержишься, пока не заплатишь за все свои ошибки!

— Два… — я расширил своё восприятие и увидел аурным зрением в отдалённом зале источники двух архимагинь и одного ученика. Блёклые ауры одной архимагини и ученицы были мне знакомы — это были Юсуповы.

— Если ты начнёшь сопротивляться, сёстры умрут, — буднично сообщила Анна и пультом включила огромную панель. На видеотрансляции возникли обнажённые Мария и Ирина, распятые на крестах, рядом стоял палач с коротким мечом в руке. У меня сжалось сердце от вида плохо выглядевших подруг: слипшиеся грязные волосы, синяки и порезы на теле, левые кисти рук в бинтах с бурыми пятнами крови, запавшие глаза и потрескавшиеся губы — пребывание в неволе с заблокированными источниками давалось им нелегко.

— Ах ты ссука, — выдохнул я, выхватывая клинок. — Всё, пиздец тебе! Три!

Рванул к трону, путь тут же преградили одарённые с клинками, и в меня полетели различные заклинания.

— Менталом, менталом его гасите! А то разнесёте мне весь дворец! — крикнула Анна, после того, как отразившийся от моего Щита фаербол взорвал огромную напольную вазу.

Я же не стал сдерживаться. С левой руки запустил молнию в ближайшего мастера, махавшего полуторным мечом, правой проткнул ярко засветившимся мизеркордом артефактное защитное платье женщины-магистра, клинок которой соскользнул с моего Щита, и она открылась для контратаки. Шаг, тычок, брызги крови, раззявленный в крике рот, тут же чья-то отрубленная кисть с мечом — я превратился в мясорубку. Хорошо, что мой источник успел частично восстановить ману, просевшую во время моего приземления — я чувствовал, как из него уходит энергия в Щит для отражения вражеских заклинаний. Вдруг ближайший из оставшихся на ногах противниках отпрыгнул назад, и из-за его спины в воздух взметнулась сеть, приземлившаяся мне на голову.

Ааааа, ведьмы! Вон чё удумали! Решили спеленать меня на расстоянии! — я не смог устоять на ногах и свалился на пол. Мизеркорд остался в руке, но та была лишена подвижности из-за сетки, оказавшейся металлической. Ко мне медленно подошла одна из архимагинь, в которой я узнал сестру королевы, Марию.

— Вот ты и попался, сказала она, поигрывая кинжалом, похожим на японский танто, — не пытайся выбраться, умрёшь уставшим: эта сеть из металла для блокираторов, — она увидела мои старания освободиться от пут. — Тебе не говорили, что не стоит спорить с большими тётями и играть во взрослые игры? Это плохо кончается.

С этими словами она наклонилась и вонзила свой засветившийся кинжал мне в плечо, легко преодолев Щит Бурбонов.

Бляяя, больно-то как! — у меня брызнули слёзы из глаз от раскалённого металла, резанувшего по нервам. От накатившей злости на свою глупую беспомощность и на эту ведьму, что собралась меня порезать на ленточки, у меня сорвало кран: на глаза упала красная пелена, и волна Жажды смерти ударила от меня в разные стороны. Моё тело ярко засветилось, как «Ку-де-грас», и я почувствовал, как клочьями расползается и спадает металлическая сетка, возвращая мне подвижность. Медленно встал, наслаждаясь испуганным видом ослеплённой ведьмы, и вбил мизеркорд ей прямо в сердце. Звякнула о каменный пол японская сталь, выпущенная ослабевшей рукой Марии. Но, даже пронзённая кинжалом милосердия, она продолжала бороться за жизнь — ведьма обхватила поразившую её руку и пыталась вытолкнуть из себя зажатый в ней мизеркорд. Я отпустил кинжал, схватил её за съехавшую набок вычурную причёску и ребром ладони ударил по шее. Обезглавленное тело, затрясшееся в конвульсиях, упало на пол и напоследок окатило меня фонтаном крови. Поставил голову на живот ведьмы, вытащил кинжал и бросил в неё напитанный Силой фаербол. Ведьм надо сжигать — это я запомнил хорошо. Она вспыхнула сразу вся, обдав волной жара.

— Неееет! — завизжала Анна, в которой не осталось ничего королевского — сейчас это была обезумевшая фурия. — Матильда, убей их! Вырежи им сердце и отрежь головы! Сейчас же!

Я сначала не понял, о ком она, но когда на экране видеотрансляции палач проткнул мечом Ирину… В общем, я был быстр, ощущая, что всё равно не успеваю. В мгновение ока оказался у королевы и пришпилил её мизеркордом к спинке трона. Привычно хватаю за волосы, открывая шею, и ударом руки обезглавливаю. Отбрасываю в сторону закатившую глаза голову, вытаскиваю из королевы мизеркорд и бегу в дальний зал, в котором уже погас источник младшей Юсуповой. В дверях на мгновение оборачиваюсь, чтобы послать фаербол в сучащее руками тело Анны Третьей.

Бегу из всех сил, вышибая двери воздушными линзами передо мной, но поздно — когда я возникаю на пороге зала с крестами, третья английская архимагиня пронзает сердце Маши Юсуповой.

— Я тебья предупреждала, — сказала по-русски ведьма знакомым голосом, стаскивая с головы мешок с прорезями для глаз.

— Я тоже, — в два шага оказался у неё и вогнал мизеркорд в сосредоточение Силы архимагини.

Её тело выгнуло от боли, а «Ку-де-грас» засветился пуще прежнего и взорвался, разворотив ведьме грудь — верный кинжал не выдержал пропущенных через него за столь короткий промежуток времени больших энергий. Мда, похоже, Матильде каюк — её источник погас, а её тело почернело. На всякий случай сжёг и его, чтобы не было неожиданностей.

— Маша, Ира, как же так, — я подошёл сначала к Марии и пальцами разорвал кожаные ремни, которыми девушка была зафиксирована на кресте. Бережно опустил её на пол, сорвал блокираторы и кинулся к Ирине. Освободив младшую Юсупову, положил её тело рядом с сестрой, сел на колени и закачался от накатившей тоски. Не уберёг девочек, как когда-то Дашу, которую обещал защищать! Как теперь с этим жить?!?…

Стоп! У меня же способность есть! — я вспомнил о «Воскрешении нефритовым жезлом» в интерфейсе от хексен-софт. Положил руки на грудь сестёр и для начала влил лечебной Силы. И если мёртвое тело Ирины не приняло мою энергию, то сердце Маши стукнуло и мерно забилось. Я положил ей обе руки на грудь и стал лечить пострадавшее тело, заодно напитывая маной её обмелевший источник. Не знаю, как у ней получилось выжить, не иначе как чудо. Не иначе, благодаря неродившемуся одарённому ребёнку, которого она носит под сердцем — на короткое время он стал поддерживать жизнь в теле матери. Хорошо, хоть, Матильда не успела сёстрам головы отрубить, а только проткнула им сердца.

— Ярик, ты пришёл… Почему так поздно? — Маша открыла потемневшие глаза. Она глянула на своё обнажённое окровавленное тело и обвела взглядом зал. — Ирина! Она убила её!!!

— Тише, тише. Убила, но не до конца. Она ещё тёплая, сейчас воскрешать буду, — я надавил на грудь, укладывая обратно на пол собравшуюся подскочить подругу.

— Как? Как ты её собрался воскрешать?!? — походу, у Маши начиналась истерика.

— Как-как, кверху каком! Да успокойся ты, — мне пришлось дать ей пощёчину, чтобы она пришла в себя. — Есть наработки, я так когда-то Смирнову оживлял.

Оторвался от пришедшей в себя старшей Юсуповой и, снимая штаны, подошёл к младшей.

— Давай, давай, поднимайся, — я начал дрочить вялый член, взывая к своему нефритовому жезлу, с которого всё и началось.

— Фууу, ну ты и извращенец! — скривилась Маша. — Давно заделался некрофилом?!?

— Отвернись, не мешай, — бросил старшенькой, во все глаза наблюдавшей за процессом. Наконец, боец подал признаки жизни и встал по стойке смирно. Нажал в интерфейсе на кнопку с Воскрешением и стал пристраиваться у промежности Ирины: развел ей ноги в стороны и попытался ввести в неё член. Получалось не очень.

— Блять, Ярик, ты что, труп моей сестры насилуешь? — опять не выдержала Машка.

— Дура ты. Способность у меня есть. Воскрешаю нефритовым жезлом. Видишь? — я кивнул на светившийся зелёным меч джедая. — Помоги лучше, подержи ноги.

— Правда, что ли?

— Нет, ёбтя, шучу! Мари, ну, какие нахрен сейчас шутки?!? — не выдержал я.

Маша подползла на коленях и, пристроившись сзади меня, перехватила разведённые в стороны ноги сестры. Наконец, я смог раздвинуть пальцами половые губы Ирины и войти в неё.

— О, а она у нас девственница! То-то я думаю, почему так туго…

— Пффф, — фыркнула сзади прижавшаяся ко мне голыми сиськами Маша. — Для тебя, дурака, свою девственность берегла. А ты…

— А что, я? Как только, так сразу, — я уже вовсю работал своим поршнем, не забывая нажимать в интерфейсе заветную кнопку. Наконец, я почувствовал, как Сила потекла из моего нефритового жезла в источник Ирины, пробуждая его. Сердце девушки встрепенулось и застучало всё быстрее, ускоряясь. Фууух, пол дела сделано — тело оживил! Осталось за малым.

Зажёг фиолетовым глаза и огляделся. Вижу у тела Ирины чью-то парящую душу. Хватаю её и усилием воли заталкиваю в младшую Юсупову. Несколько секунд ничего не происходило. Наконец, её губы дрогнули и она простонала:

— Ммммм, хорошо как… — она открыла глаза и произнесла: — Любимый… ты пришёл…

И столько было незамутнённой радости и обожания в глазах, что я успокоился — такое не сыграешь. Душа Ирины в её теле, а то были опасения. Закинул бы в тело Юсуповой душу одной из Стюартов, вот был бы поворот! Тем временем меня и Ирину начало забирать. Мышцы её влагалища начали сокращаться, тесно обхватывая мой член, и я излился. Она выгнулась, достигнув пика одновременно со мной, обхватила меня и прижала к себе, лишая подвижности. Я лежал на Ирине и только чувствовал, как стихают внутри Ирины конвульсии мышц влагалища.

— Молодец, Ярик, справился, — сзади навалилась всем весом старшая Юсупова, которая, наконец, отпустила ноги сестры.

— Раздавите… — сдавленно пискнула под нами младшенькая, и Маша скатилась с нас в сторону.

Она звонко шлёпнула меня по ягодице и скомандовала: — Подъём! Враги не ждут! Потом намилуетесь, у вас теперь вся жизнь впереди. Ярик, ты не забыл, что во дворце архимагини есть?

— Были, да все сплыли, — кряхтя, как старый дед, ответил я, поднимаясь. Кивнул на кучку пепла, оставшуюся от Матильды. — Эта последняя была. Больше нет.

— Ты что, всех врагов уже победил?!?

— Нет, в тронном зале ещё кто-то оставался. Надо идти, доделать работу. Не надо врагов за спиной оставлять, — я подобрал короткий меч последней из Стюартов. — Ирина, ты как?

— Мммм? Я думала, лишиться девственности больнее будет, — ответила витавшая в облаках девушка.

— Ирка, не тормози! Идти можешь?!? — встряла Маша.

— Могу, — ответила, поднимаясь на ноги. — А как идти в таком виде??? — она ткнула в голую грудь сеструхи.

— Как-как… с высоко поднятой головой! Пусть все видят, что им не удалось сломить Юсуповых! — гордо заявила Мари. Мы и пошли. Спереди я с мечом в руке, сзади босиком шлёпали по полу боевые подруги.

Знакомой дорогой вернулся к месту боя. Ещё на подходе просканировал дворец аурным зрением. Большинство одарённых разных рангов собралось в тронном зале, на вскидку их даже больше стало, только архимагинь среди нет. Никак реванш взять хотят, навалившись всей толпой, придурки. Куда им без архимагинь-то?

Перед входом в помещение хрустнул шеей, разминая, и решительно шагнул внутрь. Около трона стоят напряжённые одарённые, смотрят во все глаза на меня и на вошедших за мной сестёр Юсуповых. Напрягся для броска вперёд, чтобы раз и навсегда закрыть вопрос с наглами, как вперёд выступила одарённая в ранге магистра.

— Королева умерла! Да здравствует король! — воскликнула она.

— Да здравствует король! — грянуло со всех сторон, и все одарённые мужчины встали на одно колено, женщины застыли в реверансах склонив головы передо мной.

В наступившей тишине сзади раздался громкий шёпот Ирины:

— Маш, я чёт не поняла. Это они кому, нашему Ярику?!?

— Я в шоке! По-ходу, да, ему…

— Кто такая? — я подошёл к замершей в поклоне женщине, первой назвавшей меня королём.

— Герцогиня Шарлотта Сассекская, милорд, — её губы тронула улыбка.

— Готова принести мне клятву верности своим источником? — я не собирался ни с кем церемониться.

— Да, милорд, — кротко ответила герцогиня. Ну да, сама скромность. Сомневаюсь, что можно достигнуть высоких рангов при английском дворе, и не участвовать в интригах.

— Хорошо. Это касается всех. Кто не принесёт клятву, умрёт.

— Клятву вам дадут все здесь присутствующие, милорд, — она подняла глаза и ответила прямым взглядом. Эх, ну и намучаюсь я с ней. Нет, по большому счёту она не обманывала — я это чувствовал, но она, как и все присутствующие, готова соблюдать букву, а не дух клятвы. В отличии от моих русских девушек. Так что придётся держать всех в ежовых рукавицах.

— Что ж, с тебя и начнём. Но сначала организуй одежду княжнам Юсуповым.

— Слушаюсь, милорд, — она распрямилась и вышла из зала, позвав с собой «молодых леди».

— Милорд, вы должны решить судьбу «Сокрушителя», — вперёд шагнула ещё одна женщина-магистр и на прямых руках протянула мне японский клинок в ножнах.

— Что это? — я не спешил брать в руки хитрый артефакт, которым меня ранили.

— Это ёрои доси — «Сокрушитель доспехов». Анна Третья получила его во временное пользование от китайской императрицы, — одарённая опустила глаза долу. Ещё одна «скромняшка» на мою голову.

— Как зовут? — я подошёл ближе и поднял за подбородок её голову, чтобы увидеть глаза.

— Герцогиня Элизабет Йоркская, милорд. Готова принести клятву.

— Обязательно, — усмехнулся я.

— Так что делать с «Сокрушителем»? Вернём?

— Нет. Что с боя взято, то свято, — я забрал клинок — хорошая вещь, в хозяйстве пригодится. Да и не надо, чтобы по миру гуляли артефакты, которыми меня можно убить. — Пусть китаянка требует ёрои доси с предыдущей королевы, я у неё ничего не брал.

— Вы правы, милорд.

* * *

После столь напряжённого дня я думал, что усну сразу, как только доберусь до кровати, но вот я лёг, а сна ни в одном глазу. Слишком много событий, да ещё Юсупова, которая старшая… Заявила, что в гробу она видала такие приключения с отрубанием пальцев, а зрелище, как я трахаю её мёртвую сестрицу — не для слабонервных, и хотела бы развидеть. Так что она уезжает к маме домой становиться наследницей, оставляя вместо себя влюблённую в меня Ирину. На мой вопрос, а как же её клятва, бросила:

— Ярик, твоя вассальная привязка слетела — ты месяц меня не трахал, так что без обид. Я от тебя получила, что хотела, — она погладила себя четырёхпалой рукой по животу. — И ребёнка, и ранг архимагини, так что мамочка меня примет с распростёртыми, а оставаться при тебе на десятых ролях… Нет, это не для меня. Как говорится, лучше быть первой на деревне в Москве, чем последней в твоём столичном Мадриде! — она между делом узнала про мою свадьбу.

В общем, подпортила мне настроение. Ну, да ладно. И правда, без обид — девчонки пострадали из-за меня и натерпелись на две жизни вперёд, так что оставил сестёр одних пошептаться да попрощаться — утром дирижаблем отправлю старшую домой. Благо теперь весь королевский флот мой. И воздушный, и Роял Нави.

Вообще-то взятие власти прошло как-то слишком… спокойно, что ли? Никаких восстаний в армии и колониях, чему поспособствовали уцелевшие спецслужбы. Только в Северной Америке начались какие-то брожения.

— Ваше Величество, — докладывала мне герцогиня Сассекская, которую я оставил во главе МИ-6, — по моим данным начали мутить воду Рокфеллеры, Вандербильты, Скотты при поддержке Морганов и Швабов. Устроили чаепитие в Бостоне, подбивают соратников к объявлению независимости и созданию Северо-Американских Соединённых Штатов. Аббревиатуру уже придумали — САСШ.

— Чарли, — обратился я к ней по имени, от которого она внутренне поморщилась, не подав при этом вида. Её слабость я выяснил, когда спросил, как к ней чаще всего обращалась прежняя королева. Соврать герцогиня мне не смогла из-за принесённой клятвы, и ответила прямо, добавив, впрочем, что лучше к ней обращаться полным именем. Но я не стал нарушать традиций, обращаясь, как я хочу, а не как ей нравится. Ибо нефиг. Не заслужила ещё. — Чарли, а почему об этом докладываете вы, а не герцогиня Йоркская? Внутренние враги — это её профиль.

— А со внешними вы ещё не определились. Теперь вы определяете внешнюю политику Британской империи. После того, как Испания неожиданно стало союзницей, МИД в растерянности. Поэтому пока я пустила ресурсы своей службы на отслеживание телодвижений всех врагов короны.

— Хорошо, — я уже знал о вечной конкуренции между МИ-5 и Ми-6. — Тогда доведите по вашим каналам до всех этих Рокфеллеров с Морганами и прочими Швабами, что аббревиатура США мне больше нравится. Расшифровывается как Социалистические Штаты Америки. Могу помочь поставить эксперимент по строительству коммунизьма на отдельно взятой территории. Национализируем все предприятия, от каждого по способностям, каждому по делам его. Если не угомонятся.

— Я поняла. А что делать с печатанием рублей Российской империи? Продолжать?

— В смысле? Давай-ка поподробнее.

— Предыдущей королевой была запущена программа печати фальшивых рублей для подрыва экономики глобального конкурента. Уже вброшено в обращение два миллиарда рублей по разным каналам.

— Печать рублей остановить, оборудование демонтировать, все запасы фальшивок уничтожить, всю программу засекретить. Выполнить немедленно! — приказал я. Не хватало мне, чтобы возникли какие-то претензии от земляков. Сам не делал, а что там до меня другая власть творила, то мне не ведомо. Тем более, два миллиарда не такая уж большая сумма. Отследят как-нибудь и вынут из оборота. Да и начинать общение в новом качестве с извинений — это заранее ослабить свою позицию в переговорах, что мне крайне неинтересно.

— Поняла, — она замялась, как девочка. — Ваше Величество, а можете ещё раз показать?

— Что показать? — не понял, задумавшись о возможных проблемах с Романовыми.

— Радугу… — выдохнула она. Я позавчера, когда принимал клятву у своих новых подданных, заявил, что они присягают эмериту — слишком уж мне эмоции некоторых не понравились. Мальчишка, вчерашний безродный, куда мне в калашный ряд? Конечно же, никто сразу не поверил, и пришлось продемонстрировать радугу из рук, чтобы прониклись. Зато после демонстрации сомневающихся не осталось — эмоции крайнего удивления, страха и смирения трудно подделать.

— Вай нот… Но сначала закрой вопрос с американцами и фальшивками! Покажу тебе потом и радугу, и небо в алмазах, — отправил восвояси, подумав, почему бы и не да? Подчинённым можно трахать не только мозг, тем более новая подчинённая готова лечь под своего суверена во всех смыслах — это я мимоходом считал эмоции замужней герцогини, которую давно не радовал престарелый лорд. Как говорят итальянцы: «anni, amori e bicchieri di vino, nun se contano mai» — годы, любовники и бокалы вина — то, чему не надо вести счет. Спасибо Франческе, вовремя поделившейся со мной народной мудростью.

— Я уеду жить в Лондон.

Я уеду туда, где большая вода

Может быть навсегда…

Я уеду жить в Лондон,

Мне Москва будет сниться… — начал напевать, набирая номер Вари.

— О, что за новый мотивчик? — спросила подруга вместо приветствия. Я и не заметил, как она сразу ответила на вызов.

— Старая песня о главном. Быть или не быть — вот в чём вопрос.

— Бедный Йорик. Эк тебя плющит на чужбине! Так ты давай, завершай там все дела, и до дому, до хаты.

— Мухина, у тебя всё просто! Как я здесь хозяйство без надзора брошу?!? Тем более коронация ещё не состоялась! Некоторые уже меня зовут Величеством, но это так, мелкий подхалимаж. Для большинства я ещё какой-то непонятный хрен с горы! Так что лучше вы ко мне. Дел по горло, один тут зашиваюсь.

— Так тебе и надо! Мы тут все чуть не поседели, пока ты по космосам летал и в Лонд а нах развлекался! Ксюша, вон, чуть все волосы себе от переживаний не повыдирала, остатки девочки помогли вырвать, чтоб не повадно было. Единственный мужик в семье, и того угробила.

— Чего это угробила?!? Я жив!

— А кто песню орал на весь космос, что выхода нет?!? Ты думал, тебя только в Мадриде слушали? Твоя запись теперь гуляет по всей сети.

— Бляяя…

— Ярик, ты в газеты и в интернет не заглядывал? Ты теперь самая известная и обсуждаемая личность в информационном пространстве! Так что, с тебя ещё и тот мотивчик. Народ требует песню в массы!

— Хорошо… Хотите песен? Их есть у меня! Короче, собирай всех наших, жду всех в Англии. Испанцев на меня оставь, Исабель я сам приглашу.

— Генриетту захватить? Они теперь с Лопухиной не разлей вода.

— Бери всех, нужны свои люди. Местным пока доверия нет. Тут такой клубок завязался, заколебёмся распутывать.

— Да, чуть не забыла, а Лизу с собой брать? — спросила Мухина посерьёзневшим тоном.

— Какую Лизу? — когда я звонил в первый раз домой, чтобы успокоить девочек, ни о какой Лизе разговора не было.

— Графиню Северную, которая Романова. Приехала к тебе в тот самый день, как снег на голову, плакала вместе с нами. Говорит, ребёнка от тебя ждёт, с тобой хочет…

— Ещё одна?!? Да, пожалуй, кранчик надо прикрутить… — почему-то вспомнилось о контрацепции и об ушедшей в воодушевлении Шарлотте Сассекской. — Что ж, мы в ответе за тех, кого того.

— Того чего?!? — не поняла Мухина.

— Того самого! Короче, и Лизавету вези. Дворец большой, вместимся. Правда, сейчас в тронном зале ремонт, но до коронации должны закончить… Всё, всех жду ещё вчера! Отбой!

Эпилог

Два врача-гинеколога на отдыхе решили сходить в кабак на стриптиз. Сидят грустные-грустные.

— Вась, ну разве это стриптиз?

— Не говори, Петь. Скорей бы на работу!

* * *

Прошло полгода с памятных событий. Британскую империю с пару месяцев лихорадило, когда я железной рукой менял ей курс. Не все согласились с новой политикой партии. Уволилась из МИДа и свалила за океан баронесса Маргарет Тэтчер, вместе с железной леди уехали в Америку обиженные Де Бирсы — они не прислушались к моим пожеланиям о кардинальном улучшении условий труда в колониях, пришлось их корпорацию национализировать с выплатой минимального выходного пособия. Денег специально заплатил немного, чтобы соблюсти букву закона, и как пример для остальных, что ссать против ветра не надо. Одновременно с этим уволилась и подалась в Америку часть офицерства из Королевских вооружённых сил. Не стал никому препятствовать и уговаривать остаться.

Была, конечно, мысль всех несогласных пустить в расход… Но я же не Сталин, чтобы инакомыслие вытаптывать на корню, не считаясь с потерями? Люди мне нужны для моих планов. А несогласные пусть сначала объединятся, соберутся в кучку, там-то я их всех сразу и прихлопну. Всё-таки Рокфеллеры с Морганами не угомонились — бандитская натура лезет наружу. Не пришлись им по нраву мои новые требования с улучшением условий труда в колониях и на предприятиях. По прежнему воду мутят, замысливают что-то. Надо будет наведаться в Большое Яблоко, проредить оппозицию, пока они какую-нибудь техно-магическую приблуду против меня не изобрели. Работы в этом направлении ведутся, Шарлотта мне регулярно докладывает, так что придётся слетать за океан, показать, кто в доме папа.

Мои размышления над планами прервал телефонный звонок. Я оставил себе смартфон со вбитыми номерами близких и друзей, кто может мне звонить напрямую, а не через секретариат.

— Привет, Митяй. Сколько лет, сколько зим!

— Привет, Твоё Величество! Как жизнь? — голос Митяя изменился. Стал пониже и говорить он стал поувереннее.

— Как в сказке. Чем дальше, тем веселее. Какие новости?

— Да вот, пригласить тебя хотел. На открытие своего стриптиз-клуба в Питере, «Три сиськи» называется. Как ты и советовал сделать что-нибудь эдакое. Сейчас пошла мода на патриархат, сам знаешь благодаря кому. Так что получилось даже проще клуб открыть, чем ожидал.

— А почему три сиськи, а не две, как у всех нормальных? — сама по себе новость была любопытной, но заинтересовало именно это — в моей памяти всплыла в памяти старая кинолента «Вспомнить всё» с Арнольдом, о которой в этом мире я не слышал.

— Потому что это глагол!

— Да ты гений пиара, — усмехнулся я. — Представляю, как повалит народ и будет требовать экзотику.

— На то и расчёт! Так как, приедешь?

— Заманчиво, но уже не в этой жизни. Мне тут своего стриптиза хватает. Ежедневного.

— Да уж, завидую. Императором стал. Небось, каждый день девственницы? — Митяй побывал в числе приглашённых на моей коронации, на которой в том числе меня объявили императором Британской империи.

— Не завидуй, я вкалываю, как тот раб на галерах. О, кстати, тебе тоже могу повышенное внимание женщин устроить. Ты там как, не женился ещё?

— Да мне внимания хватает, — осторожно ответил Митяй. — Я же клуб открываю. Кастинги, репетиции, фотопробы… А с Лерой я расстался, так пока ни с кем и не встречаюсь, чтобы по-серьёзному…

— Ну, это поправимо. Слушай, мне тут из Африки технологию поднятия рангов супруга подогнала. В подарок за будущего ребёнка, мда… — я вспомнил про ещё одну забеременевшую с первого выстрела в своём окружении темнокожую принцессу. — Так вот, как ты смотришь на то, чтобы лет через пять стать самым молодым архимагом? Только тссс, никому.

— Ого! Так вот ты как ранги поднимал! Постой, вы же с Адонго позже встретились… Значит, ты уже умел ранги поднимать? — сделал вывод Разумовский. — И мне не поднял! А ещё друг называется?!?

— Митяй, чисто по-дружески поверь, мой способ тебе бы не понравился. Ладно, давай, открывай свой клуб и намазывай лыжи в Лондон. Дружище, нас ждут великие дела!

Я завершил разговор и вернулся к своим планам. На чём я остановился? Ага, политика и вообще, зачем это всё.

После завершения войны с англичанками, когда я неожиданно для себя оказался у руля огромной империи, встал вопрос: что делать дальше? Империя должна расширяться, чтобы не погибла и не похоронила под обломками своих граждан и моих детей. Как представлю, что через несколько десятков лет подрастут у меня наследники и наследницы от разных мам, голова сразу болеть начинает. Чтобы они потом не перегрызлись за власть, надо подготовить фундамент и дать цель. Нет, не так. ЦЕЛЬ!

Человечеству нужны амбициозные планы и вызовы. Сейчас, когда враги кончились, сам Бог велел направить все усилия и ресурсы на обеспечение хорошей жизни для людей. А техническую мысль направить вовне — в космос. На освоение новых планет, на создание нового фронтира, куда будут стремиться самые активные жители Земли, которым стало тесно на планете. Хочешь приключений? Лети на Марс, колонизируй планету. А потом и до других звёзд пусть летят.

Что по первому пункту, то в черновом варианте согласились все доступные лидеры. Правда, мне потом попеняли, что слишком громко я убеждал Франческу Первую — нового Матриарха и Главу Евросоюза. Её возгласы со стонами и междометиями заставили переживать всех моих ближних за исход долгих переговоров. Лизу в этом плане удалось убедить гораздо быстрее, а Дуню и уговаривать не пришлось — она с самого начала была обеими руками ЗА развитие чёрного континента. Теперь у нас предварительная договорённость о создании союза, куда войдут Британская и Российская империи, Евросоюз и вся Африка с созданием общих вооружённых сил, рынка сбыта и валютой. Со временем и взбрыкнувшую китаянку к нам подтянем, обидевшуюся на присвоение мной «Сокрушителя доспехов». Но ничего, если надо, слетаю и в Паназиатскую империю, закрою вопрос. Трудолюбивые китайцы с индусами занимают не последнее место в моей космической программе. А с воинствующими индейцами из Южной Америки пусть уже мои дети вопрос закрывают, как оперятся.

Так что сейчас я строю социализм на всей планете под видом государственного капитализма — транснациональные корпорации, ставшие спрутом, высасывающим все соки из людей и стран в старой вселенной, в этом мире подлежат национализации. Если, конечно, не примут новых правил игры и не станут работать на всеобщее благо. Так что покой мне только снится.

Конец.

* * *

Послесловие.

Уважаемые читатели, спасибо, что проявили терпение, пока я дописывал концовку книги. Отдых пошёл на пользу, удалось собрать мысли в кучу и подвести черту под историей. Если я забыл о какой-то незакрытой сюжетной линии, начатом, но не до конца освещённом событии, напишите в личку. Внесу правки в текст.

Что сейчас? Буду вычитывать книгу, добавлю недостающие фотографии, сделаю редакционные правки. После этого разрешу скачивание книги. Продолжения цикла не будет. История подошла к логическому концу, Ярик убедился, что у всех одинаково вдоль, и ни у кого поперёк, и поставил перед собой цель стать первым космонавтом, ступившим на другую планету. Но это уже совсем другая история.

Всем мира и добра. Ваш Автор.

Март, 2024 г.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Эмерит-3

Content

Эмерит-3

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Эпилог

Nota bene