Аргумент барона Бронина 3

Глава 1

Я против себя

Я стоял посреди комнаты из чёрного мрамора. Казалось, стены поглощали тусклый свет, что лился из магического источника над моей головой.

Прямо напротив меня стояла моя точная копия, по крайней мере, копия того тела, в котором я сейчас находился. Паренёк, невысокий, светлый, с льдистыми голубыми глазами и нахальной улыбкой. Он лениво опирался на нагинату и глядел на меня.

— Ну что, Лёшенька, — хмыкнул мой двойник. — У нас есть минутка, перед тем как нам придётся сражаться. Если хочешь, ты можешь задать мне пару вопросов. Не каждый день удаётся поговорить с самим собой, а?

Он подмигнул мне. Я на нахала внимания не обращал. Пытался подбить те ресурсы, которыми сейчас обладаю. Песка с собой принёс я немного. От силы килограмм двадцать. То, что набилось в карманы и под одежду. Ну и тот песок, из которого я сделал свой щит. Опять же, магический песок над моей головой. Тот самый, который был у меня в мешочке. Что ж, на безрыбье и акула тунец.

А ещё, к своему удивлению, я смог наладить контакт со своими мышками. До этого ничего не чувствовал, ни одной живой души рядом, даже отражение было пустым местом на энергетическом плане. А вот мыши, оказывается, были где-то неподалёку, метрах в ста над моей головой. Значит, я действительно под академией. А то на какой глубине я оказался, признаться, заставляло задуматься и зауважать тех, кто эту академию возводил. Всё-таки, сооружение действительно колоссальное, и по масштабу, и по той магии, что заложена в неё.

Микки находилась в каком-то помещении и забившись в уголок, боялся показывать нос из норки. Потому что с академией творилось что-то непонятное. Она будто бы превратилась в огромный механизм, где каждый камушек, каждая стена, каждый элемент кладки двигался и трансформировался, создавая причудливые лабиринты.

Сплинтер тоже ощущался, но он по-прежнему носился где-то с броненосцем, поэтому он точно мне не помощник.

К слову, Микки почти сразу почувствовала, что-то неладное, и то и дело отправляла мысленные сигналы, проверяя, в порядке ли её хозяин, и сможет ли она чем-то помочь. В то время как второй мышь заигрался настолько, что даже не почувствовал, что со мной что-то произошло. Более того, он про меня, похоже, совсем забыл и сейчас развлекался вовсю. Нет, когда я разберусь со всем этим, надо будет с зазнавшейся мышью потолковать и показать, кто здесь хозяин. А то, глядишь, так попаду в беду, а этот дармоед даже ни сном, ни духом. И даже ухом не поведёт. Но это я так, шучу чтобы пар выпустить. Чем мне здесь поможет мышь, я, на самом деле, понятия не имею.

Меня больше заботило немного другое. Сила в моём противнике ощущалась немалая, но при этом на энергетическом плане он не существовал. Я скорее телом ощущал опасность, исходящую от него. Он был вполне живым человеком, но при этом почему-то магии в нём не ощущалось. Видимо, мне с ним придётся сражаться врукопашную, показать, на что способно моё тело. Или нет?

— Какие правила нашего поединка? — спросил я.

— Никаких, — улыбнулся мой двойник, признаться, загнав меня в тупик.

— Магию тоже можно использовать? — спросил я.

— Конечно, и поверь, я её буду использовать на полную.

— Но в тебе же нет магии, — иронично заметил я.

— Это тебе так кажется, — ехидно хохотнул пацан.

Так, а это мне начинает не нравиться. Если бы он был материализованной иллюзией, или кадавром, или ожившей статуей, повторяющей мой образ — это одно дело. Есть ещё зеркальная магия — довольно редкий вид магии, что практикуют горгоны в одном из отдалённых миров, который я когда-то посещал. Тоже магия любопытная, но она несовершенна. И в любом случае, клоны, созданные при помощи зеркальной магии, прямо-таки фонят энергетическим излучением. А здесь же пустота.

Я слышал только про один тип артефактов, которые способны создавать нечто подобное. И если моя догадка верна, то это может обернуться чем-то не очень хорошим. Нет, не для меня, в целом, для этой академии и этого мира.

Существуют божественные артефакты познания. Я слышал только о трех таких. Они были созданы для того, чтобы полубоги могли обучаться и совершенствоваться. Бог Феронил создавал такие для своих детей-полубогов. Он был богом войны и на пике могущества захватывал соседние миры, но править ими совершенно не хотел. Поэтому назначал сановниками своих сыновей, а чтобы они хорошо справлялись со своими задачами и были непобедимы, он создавал им такие вот тренажеры.

Эти магические симуляторы создавали полную копию тренируемого, дабы тот смог преодолеть себя, выйти за собственные рамки. Я себя не переоцениваю и понимаю, что с одной стороны сейчас у меня не такое уж и сильное тело, но, если рамки отпадут и мне придётся преодолевать себя, это может повредить не только академии, но и этому миру в целом. Всё-таки магия, которой я владел когда-то и владею сейчас, довольно сильна и опасна, если использовать её бездумно. А мне придётся её использовать без ограничений, чтобы победить самого себя. Ну что ж, посмотрим, что из этого может выйти.

Пару сотен лет назад, когда я только услышал об этом тренажёре, я грезил о том, чтобы найти его, испытать себя, чтобы выйти за собственные рамки. Что ж, похоже, мысли материальны. Правда, я уже совсем не тот. Я едва не рассмеялся.

— Вижу твое смятение, ты уже понял, при помощи чего я создан? — хмыкнул мой двойник. — Если хочешь, можно договориться. Например, не использовать магию.

Он поднял вверх руку и ровно половина моего песка, собранная в щит, вдруг приняла форму вытянутой змеи и стремительно поплыла к моему противнику. Ровно половина. Мы с ним полностью идентичны. Значит, он может все то же, что и я. А ещё песок его признает хозяином, а значит, он претендует на половину того объема, что есть у меня. Неприятно.

— Ты же понимаешь, что если мы с тобой выложимся на полную, то можем проблем создать. Но я пришел ведь испытывать тебя лишь по одному направлению, по одному уровню, по уровню тела. Уровень разума здесь, скорее всего, даже не вспомнят. Ну а уровень духа ты будешь экзаменовать с другой копией. Здесь же, если договоримся, можно только поспаринговаться на мечах без магии стихий. Ну, это я только предлагаю.

— Что-то мне рожа твоя не нравится, — хмыкнул я. — Слишком уж ты хитрый. Готов поспорить, что лучше мне с тобой ни о чем не договариваться. Все равно нарушишь все обещания. Лишь бы победить.

— Верно мыслишь, — расхохотался двойник. — Но здравого смысла я тоже не лишен. Я бы не хотел тех последствий, которые могут наступить, если мы с тобой выйдем за рамки и не будем сдерживать силы.

Он будто нарочно принял совсем расслабленную позу и принялся поигрывать древком от нагинаты, перекидывая из одной руки в другую.

Ну нет, я слишком хорошо себя знаю. Вон как отыгрывает. Значит, скоро начнет атаковать. В следующий миг мой двойник будто бы потерял равновесие и нагината начала заваливаться вперед. Он наклонился за ней, изображая, что пытается перехватить древко. Одновоременно с этим из-за его спины в меня устремился длинный отросток из песка, напоминающий скорпионий хвост.

Я легко увернулся, рубанув по импровизированному хвосту клинком нагинаты. Толку от этого было мало, что я смогу сделать песку? Но не реагировать тоже было нельзя. Я попытался перехватить контроль над его частью песка, но он не отозвался. И наоборот, будто отстранился от меня, будто говоря: я тебе не принадлежу. Очень любопытно.

Воспользовавшись заминкой, я создал из песка, который до этого потихонечку заводил за спину противника, короткое копье, которое тут же выстрелило в спину моего оппонента. Я хотел воспользоваться моментом, пока он отыгрывал неловкость, но он тоже был не промах. Заметив атаку, он сначала напрягся, но потом расслабился и попросту неуклюже завалился на пол. А мое копье пролетело в миллиметре от его головы.

— Ой, какой я неловкий. Завалился, — хохотнул он, тут же вскочив на ноги.

Он будто пытаясь удержать равновесие выбросил руку вперёд. Клинок его нагинаты сверкнул смазанным веером и пронесся перед самым моим лицом. Я немного откинул голову назад — этого было достаточно, чтобы кончик клинка до меня не добрался.

Я создал небольшую ладонь из песка, и мягко подтолкнул просвистевший перед лицом металл, заставив моего противника повернуть корпус чуть сильнее. Почти получилось, он едва не потерял равновесие, при этом раскрывшись. Но рано я радовался. Он едва не засветил мне прямо в лоб древком, толстый конец вдруг засветился ярко-голубым светом. Я думаю, что этот пропущенный удар точно не прошел бы без последствий.

Мы принялись обмениваться выпадами, и я обнаружил, что каждый мой хитрый выпад встречал либо удачно подставленный блок, либо проходил мимо, неспособный достать до противника. Будто тот знал каждый мой удар, и был к нему готов.

Ну а дальше мой двойник перешел в атаку. И тут для меня что-то дошло. По мимике, жестикуляции и положению тела я за секунду знал, как он будет действовать дальше. Я будто открытую книгу читал его и каждое его действие, и прекрасно понимал, как и чем он будет бить в тот или иной момент. Чем больше мы сражались в полном контакте, тем очевиднее были для меня все его дальнейшие действия.

На каждый новый выпад противника, я отвечал своими контратаками. Магические атаки встречали магические щиты или меткие контрудары, пресекающие любые попытки атаковать друг друга на корню.

Темп постепенно стал ускоряться. На каком-то этапе я даже перестал улавливать, как реагирует мое тело. Я просто действовал по наитию, отдавшись на волю интуиции и рефлексов. Клинки сверкали с такой скоростью, что казалось, вокруг меня образовался серебристый купол. Сталь звенела на очень высокой ноте, от чего звук неприятно резал уши.

Руки двигались настолько быстро, что, если не присматриваться, они просто размывались в пространстве. И самое что интересное, темп продолжал расти.

— Что? Понял уже? — недовольно хмыкнул мой двойник.

Что нужно понять, я не знаю, но продолжаться дальше так не могло. По крайней мере, я не готов доверять на сто процентов этому телу. Мои навыки уже не поспевали за действиями. Я резко разорвал дистанцию, создал несколько ступенек из песка, намереваясь забраться повыше и потом сверху попытаться атаковать.

Как только я добрался до высшей точки, случилось еще кое-что. Я ощутил новые залежи песка. Где-то на грани ощущений, и очень далеко от меня. Но столько, что я смогу заполнить эту комнату до краев.

Я хохотнул, затем сделал еще несколько рывков вверх и, взяв под контроль огромный кусок пустыни, расположившись сверху, сделал сотни ручейков и направил их прямо в это помещение.

Каким образом песок попадал сюда, я не знаю. Он проникал в комнату беспрепятственно и все быстрее, быстрее собирался под сводами потолка.

Я нарочно держал его на максимальном отдалении, чтобы мой противник не почувствовал стихию. Я не забывал ни на секунду о том, что он тоже владеет песком.

Собрав нужное количество, я ринулся вниз на нагло смотрящего на меня двойника, намереваясь разбить его на две части.

Парнишка усмехнулся и принялся совершать пассы, готовя мне веселую встречу.

Ну, сейчас, подожди. Сейчас я тебе…

В эту атаку я вложил все свои силы. Я окружил себя телекинетическим коконом и усилил его песком. Я сам сейчас был клинком, который должен провести атаку. И такая атака могла бы уничтожить даже сильного демона, попади она в него.

Но вряд ли он додумается, что этот мощный приём, достойный звания удара последнего шанса, всего лишь отвлекающий маневр.

Глава 2

Дебют

Полковник Афанасьев испытывал сейчас нечто что по гамме чувств было ближе всего к триумфу.

Наконец-то он дорвался до должности распорядителя испытаний и мероприятий для учеников.

Он четыре года был заместителем генерала Лупицкого по личному составу и грезил тем, что однажды Лупицкий доверит ему организовывать боевые вылазки и испытания. До этого организацией занимался сам генерал Лупицкий.

Генерал, как правило, не спешил напрягаться и выдумывать что-то интересное для учеников. Вся его деятельность состояла в том, чтобы найти какую-то заварушку поинтереснее и бросить силы туда. Правда здесь он не обходился без креатива, выдавая почти невыполнимые задачи. Стоит отдать должное, эта методика давала свои плоды, потому как все эти невыполнимые, на первый взгляд, задачи как правило были выполнены, а ученики добивались больших результатов.

Но Афанасьев всё равно был недоволен. Можно же делать все более изящно, подходить более творчески к обучению будущей элиты Российской империи. Как говорится, пропал распорядитель мероприятий — да здравствует новый распорядитель! Лупицкий уже день как исчез, и о нём не было ни слуху ни духу. Однако график обучения очень плотен, нельзя оставлять курсантов незагруженными.

У Лупицкого имелся запас заданий примерно на неделю, но Афанасьев уверенно его отодвинул и достал из закромов свою старую папочку, где он коллекционировал различные идеи, чем можно занять юных воинов.

Идея создания идеального испытания, будоражила полковника. К тому же нужно было действовать быстро, пока не вернулся Лупицкий.

Полковника очень заинтересовал новичок Медведев, которого по какой-то причине выделили из рода. Однако мальчишка показал недюжинную сноровку. А ещё намекнул, что на самом деле не из этого мира. С одной стороны, можно было бы отмахнуться от глупых бредней новичка, но Афанасьев был уверен — это не просто бредни, и что-то в этом ученике есть. Осталось только понять что именно и вытащить это наружу, сделав из паренька идеальное оружие. А для этого нужно подойти к подготовке с особой фантазией.

В юности Афанасьев зачитывался легендами, что ходили об академии. Ведь тайн относительно этого учебного заведения было слишком много. И у сочинителей всех мастей хватало почвы для фантазий и рассуждений. Целые приключенческие книжки писались о том, что могло бы находиться за стенами Муромской академии. Тысячи людей задавались вопросами, какие тайны она скрывает.

А когда Афанасьев сам поступил учиться сюда, оказалось, что большинство этих выдумок — чистая правда. Более того, в академии скрывалось столько тайн и секретов, что будь этих выдумщиков даже в сто раз больше, они не смогли бы их всех рассказать.

В итоге, детское увлечение Афанасьева стало только прогрессировать, когда он добрался до местной библиотеки.

У воинов древности приключения были что надо. Преподаватели и инструкторы совсем не жалели своих подопечных. Казалось, что воины прошлого были более искусны в магии и науках, ну, либо были более красноречивы. По крайней мере, многие приёмы, механизмы, существа, которые описывались в некоторых трактатах, не укладывались у Афанасьева в голове. Такое просто невозможно было повторить при том уровне магии, что был доступен сейчас.

Также он нашёл немало подтверждений тому, что маги прошлого частенько путешествовали по мирам, в то время как современники Афанасьева заговорили о межпространственных путешествиях только сейчас, когда к ним пришли демоны. Кстати, ходили легенды, что многие твари, обитающие на нижних ярусах академии, были привезены из других миров. Хотя здесь могут быть и ошибки перевода, ведь язык претерпевал немало изменений. Например, «перенос твари из нижнего мира» может значить что угодно — как найденный озлобленный дух, затаившийся где-то в глубоких пещерах, так и буквально тварь из другого мира.

Поэтому, когда Афанасьев дорвался до возможности самому выбирать испытания для учеников, он, решив не мелочиться, выбрал самое страшное, древнее и опасное существо, какое только мог найти из архивных описей академии. А в катакомбах содержалось действительно много страшных существ.

У полковника чесались руки. Наконец-то он исполнит свои давние мечты!

В трактате «О Великом Пространственном Спруте», было множество информации о самом таинственном существе из катакомб, и о том как им управлять. Существо это было древнее и коварное, однако сотни лет изучения дали свои плоды, позволив обезопасить окружающих от влияния твари и от её разрушительной мощи. Казалось, что древний маг Игнатус, который, собственно, этот трактат и написал (а судя по трактату, он и пленил это существо), будто занимался дрессировкой этого спрута. И так уж вышло, что при смерти Игнатуса спрутом больше никто не занимался. Хотя не ясно неизвестно почему. Либо из-за того, что не могли с ним управиться, или просто никому не было дела до многорукого монстра.

Но слава Игнатусу, инструментарий был описан довольно чётко. Как бы это не звучало смешно, но общение с монстром осуществлялось посредством детских музыкальных инструментов. В ход шли серебряные колокольчики, дудочки, бубен и трёхструнная гитара. Игнатус учил Спрута подчиняться себе посредством различных мелодий. Так уж вышло, что у полковника Афанасьева был идеальный слух, и в подростковом возрасте, до отправки в Муромскую Академию, он увлекался музыкой. И если бы не влияние его родного батюшки, что был из древнего военного рода, то матушка бы обязательно отдала его в консерваторию, и быть тогда полковнику Афанасьеву не бравым воином, а пианистом.

Путём сложных трелей Афанасьев вышел на контакт с древним существом, что висело в пространстве огромной древней тюрьмы в катакомбах, и даже смог завести с ним диалог. Оказалось, что существо также общалось мелодичными трелями, описание значений которых находилось в том же трактате.

Посредством магии и алхимических препаратов Афанасьев смог вызубрить книгу наизусть за каких-то полчаса. И поэтому контакт с монстром он наладил довольно быстро.

Основная суть диалога с монстром заключалась в том, что в одной башне академии находятся игрушки для этого самого спрута, но игрушки ценные, ломать их нельзя. Надо с ними просто поиграть и попугать их, а потом аккуратненько сложить на одном из уровней академии, где находится зал для следующего этапа испытаний. По крайней мере, такие команды были понятны Спруту, и именно такими командами пользовался Игнатус, когда взаимодействовал с этой тварью.

Надо ведь удивить учеников и приучить их действовать решительно даже в абсолютно непредсказуемых ситуациях.

К слову, из всех описаний, несмотря на всю опасность и коварность, Спрут был одним из самых понятливых и адекватных тварей, которые частенько использовали для обучения курсантов в прошлом. Было предположение, что этот Спрут был всё ещё ребенком, в лучшем случае подростком, и ему очень нравились игры. Вот Спруту и давали поиграть, но с условием, что он не будет ломать игрушки.

Однако игра явно вышла из-под контроля, и игрушки сами решили надавать разыгравшемуся подростку. И когда курсанты смогли сначала ранить щупальца, а потом и вовсе отсечь одно из них, Спрут немного разозлился и стал выходить из-под контроля. Он готов был забыть правило, что игрушки ломать нельзя, и тогда пришлось вмешаться самому Афанасьеву. А вмешательство куратора в активное обучение, не совсем правильно. По крайней мере, в регламенте было подписано, что нужно устраивать события таким образом, чтобы они разворачивались сами собой, без участия стороннего персонала.

Лупицкий в этом плане был хитрецом, и его тактика не создавать испытания, а искать их, была, конечно же, оправдана. А здесь, несмотря на столь красочное и яркое испытание, Афанасьеву всё-таки пришлось вмешаться самому.

Простейшее заклинание темноты, доведенное до абсолюта, и несколько манипуляций с панелью управления академией позволили незаметно убрать стены и пол под ногами курсантов, отправив их на нижний ярус. Заклятье массовой левитации не дало им разбиться. Хотя, по правде, Спрут большинство ребят доставил-таки до мест назначения. Проблема была только с Медведевым, что сопротивлялся до последнего, и с Алексеем Гореловым, который, уйдя от щупалец один раз, уворачивался теперь, как сумасшедший и пытался улизнуть. Видимо, он напитал себя магией огня, ускорив рефлексы до максимума. И сейчас уже щупальца гонялись за ним, пытаясь схватить. Но Горелов не поддавался. И Афанасьеву пришлось самому его спеленать и отправить на следующее испытание.

Ну ладно, вышло как вышло. Переходим к следующей части! А следующая часть — это самый таинственный артефакт Муромской академии. Более того, ходило суждение, что вся академия является частью артефакта или, правильно сказать, футляром.

В древних трактатах было много рассуждения на тему природы огромного лабиринта с десятком комнат и той силе, что таилось в нём. Древние, не в силах понять весь гений, создавшего этот лабиринт, призывали не использовать его слишком часто и бездумно. Более того, призывали применть его только для самых исключительных учеников.

Но Афанасьев считал всех учеников исключительными, так что этот пункт был выполнен. Что же касается всего остального, древние считали, что если неправильно использовать артефакт, то можно не только лишиться его, но и потерять всю академию. Ну, это были простые предположения, как будет на самом деле, не знал никто.

И как понял из трактатов полковник, древние зачастую много осторожничали, не спешили рисковать. С одной стороны, бережное отношение к артефактам позволило многим из них дожить до наших времен. С другой стороны, как понять все возможности того или иного магического чуда, если не использовать его по полной.

У всех курсантов испытание на Божественном Артефакте проходило в принципе по плану. Ученики должны были продемонстрировать на что способны и дойти до определённого уровня мастерства, выложиться на полную, а потом двойник, созданный Артефактом, должен был бы сдаться и растаять.

С Медведевым же, или как он себя теперь называет, Брониным, что-то пошло совсем не так. Во-первых, он уже на второй минуте показал поразительную скорость и точность в боевых искусствах. Но бой и не думал не заканчиваться. Скорее всего это говорило о том, что он выложился не на полную, хотя тот уровень, что он показал, просто поражал.

А потом юноша решил пойти совсем иным путём. После того, как Медведев прервал спарринг, он призвал силу стихий, после чего вся академия содрогнулась.

— Господин полковник, у вас всё хорошо? — от вкрадчивого голоса Афанасьев едва не подпрыгнул на месте. Голос принадлежал генералу Седову, ректору академии.

— Да, всё под контролем, — поспешно ответил полковник.

— Вижу, вы развлекаетесь? У меня в кабинете побелка осыпалась. Я понимаю, что это не ваши компетенции, но исправить это придется вам.

— Господин генерал, у нас испытание в полном разгаре. Не желаете присоединиться и понаблюдать? — спросил полковник.

— Благодарю, но нет. Виду вы творчески подошли к обязанностям. Но лучше не усердствуйте с экспериментами. Действуйте, пожалуйста, по заведенному Лупицким регламенту. Думаю, так будет правильнее, и безопаснее для всех.

— Но, господин генерал, результаты ведь великолепны. Вы только гляньте, — начал было полковник Афанасьев, но генерал его прервал:

— Вы мне побелку в кабинете исправьте и ради всего разумного, действуйте по регламенту. Давайте действовать без излишней фантазии. Пожалейте учеников, будьте добры.

Стоит ли говорить, что Афанасьева визит генерала не обрадовал. Но приказ есть приказ.

Вот только стоило полковнику предпринять попытку вмешаться в испытание, как артефакт притормозил его.

В мозгу Афанасьева ярко вспыхнула чёткая мысль: Испытание должно быть закончено, и вмешиваться в его ход не следует.

Эта мысль была явно вложена в его голову артефактом.

Глава 3

Три начала

Многотонный кулак сотканный из песка, рухнул на одинокую фигуру подростка.

Я предусмотрительно поднялся над кулаком, но что-то было не так.

Грудь сдавило, позвоночник затрещал, будто это на меня сейчас обрушилась вся мощь стихии.

Я почувствовал привкус крови во рту.

Я опустился на заполнивший комнату песок. Не удержался и рухнул на колени. Да что же это?

Передо мной начала образовываться воронка. Видимо мой двойник пытается выбраться.

Попытался воспрепятствовать этому, но из меня будто выжали все силы. Ну и чёрт с ним, пускай вылезает.

— Не любишь ты оставлять себе шансов на поражение, — услышал я вымученный хохот.

Из образовавшейся ямы показался мой двойник.

Выглядел он бледно. Лоб и щека были рассечены. Я на автомате провёл рукой по лицу, будто в зеркало на себя смотрел… С удивлением посмотрел на свою ладонь, она была в крови.

Тем временем, мой двойник, едва передвигая руками и ногами выполз на поверхность и развалился на песке, раскинув руки в стороны.

— Это ведь испытание для подростков, — выплюнув сгусток крови, сипло проговорил двойник. — Оно учит смирению и еще какой-то ереси. Поле твоего последнего удара испытание бы и закончилось. Зачем было песок сюда перекачивать? А если бы ты меня убил? Ты ведь и сам помер бы.

— Откуда я знаю что здесь за испытания и какие условия. Мне никто ничего не объяснял, — буркнул я. Мне самому сейчас хотелось завалиться на землю и полежать, но я себе такой блажи не позволю.

— В любом случае, ты сам себе создал проблем, — силясь подняться на локтях продолжил мой двойник. — Теперь испытание придётся продолжить.

Обычно после такой пафосной фразы противник встаёт с новыми силами и начинает показывать чудеса выносливости. Но мой противник и не думал вставать.

Что он там говорил, я почти прошёл испытание?

Я перехватил свою нагинату и метнул её таким образом, чтобы она вонзилась аккурат рядом с головой моего отражения.

— Сдавайся, — лениво произнёс я, — а то дальше хуже будет.

— Убедил, — хмыкнул мой двойник, — ну лови тогда мудрость. Порой, прежде чем действовать, нужно присмотреться и понаблюдать.

— Благодарю за урок, — абсолютно серьёзно кивнул я.

— И от меня мудрость, поменьше раздумывай, а то еще пару секунд и артефакт начал бы испытание по новой. Я был бы полон сил, а ты попросту не прошёл бы задание. И кто знает, что с тобой стало бы.

Я едва не расхохотался.

Хотя чему я удивляюсь. Божественные сущности и их разумные артефакты почти всегда работают на грани абсурда. Так чего удивляться, что две мудрости сказанные мне, полностью противоречат друг-другу.

— И что, на этом всё? — спросил я.

— Нет, конечно, для тебя всё только начинается, — вымученно хохотнул двойник. — Ты меня победил, никакой ничьей, никаких полумер, только победа, только хардкор.

Что за хардкор такой, я не знал, но слово прозвучало гаденько.

Мой двойник поднялся, на ноги. От прежней бледности не осталось и следа. Раны на его лбу и щеке стремительно затягивались. Он снова выглядел бодро и нахально, в то время как я по-прежнему ощущал себя пережёванным.

— Твоё тело и связь с материальной магией этого мира должна быть на высоте, — принялся поучать меня двойник.

Мне показалось, что он больше не выглядит как подросток.

Он будто повзрослел за несколько секунд. Его тело стало крупнее, и теперь стало скорее походить на моего отца, или дядю Диму. Черты лица обострились, и теперь не были мальчишескими. Надбровные дуги увеличились, скулы заострились, нижняя челюсть стала шире и тяжелее. Взгляд стал строгим и пронзительным.

— Твоё направление это разведка. Тебе придётся бездействовать и наблюдать куда больше чем сражаться, но это не значит, что ты можешь позволить себе быть слабым. Твоё тело должно быть сильно, но ты не имеешь право использовать его бездумно, для грубой драки. Твоё тело, это оружие, которое стреляет лишь один раз и сразу наповал. Ты идеально оружие последнего шанса. Именно такие мысли должны быть в твоей голове, и никак иначе.

Ого, как разошёлся.

Я позволил себе усмехнуться. Очень уж пафосно звучали речи двойника, но меня тут же швырнуло на землю.

— Не смей непочтительно относиться к бесценной науке, — натужно просипел мой двойник. Я округлёнными глазами смотрел на него.

Он только что атаковал меня магией разума.

Но она ведь не работает в этом мире!

В следующий миг, тело моего противника изогнулось дугой. Он зарычал, и через боль выпрямился.

Из его рта струёй потекла кровь.

— Этот мир не признаёт магию разума, — расхохотался он.

Ага, будто я этого не знал.

— Целый мир пытается меня стереть, но я не поддамся, пока ты не усвоишь свой урок.

По его вновь побелевшему лицу, побежала кровавая слеза.

— В этом мире нет магии разума, но здравый смысл и разумность здесь ценятся превыше всего. Ты это не твоё тело. Ты это не устремления твоего духа. Ты в первую очередь это разум. Холодный, острый, готовый к любым испытаниям. Не поддающийся химическим реакциям тела и моральным терзаниям. Ты холодный разум достигающий цели. И когда ты это поймёшь, для тебя не останется недостижимых задач.

Говоря это, он смотрел на меня в упор, налитыми кровью глазами. По его щеками кровь текла уже струями.

Я не особо впечатлительный, но эта сцена отпечатается в моей памяти надолго.

В следующий миг, помещение залил яркий свет. Стены окружившие меня вдруг стали сужаться. Песок подо мной, при этом стал будто бурлить, но его уровень наоборот стал понижаться. Будто каменное крошево впитывалось в гранитные стены.

В следующий миг, стены и вовсе исчезли… Вернее они стали прозрачными.

Я увидел соседние комнаты, где несколько десятков других ребят сражались со своими копиями.

Вон Ирэн хлещет свою противницу лозами, то и дело уворачиваясь от ядовитых стрел. А её волк сцепился со своим двойником.

Росомахин прыгал по воздуху будто по земле, видимо создавая ступени благодаря своей стихии. Выглядело это эффектно, как и сотни копий, что будто живые, атаковали двойника, спрятавшегося за прозрачным коконом.

Казалось, что на двойника Росомахина набросилась целая армия невидимок.

Снежинская, будто ледяная королева, создала ледяную булаву и атаковала свою противницу, разбрызгивая крошечные льдинки.

Все ребята справлялись довольно неплохо.

Василий со своим двойником мелькали будто в лучах стробоскопа, то появляясь и осыпая друг друга ударами, то исчезая.

Внезапно ситуация изменилась.

Казалось, все двойники только и делали, что ожидали удачного момента. И вот, бойцы, будто сговорившись, стали делать ошибки. А в следующий миг…

Ирэн покатилась по каменному полу. В неё нацелились две лианы, на концах которых открылись две хищные пасти.

Миг, и сочащиеся ядом зубы сомкнулись на её плече и бедре.

Двойник Василия, подловил своего спарринг-партнёра, и сильно пнул того ногой в живот. Следом, на голову завалившегося подростка, полетел тяжёлый двуручный меч.

Я увидел Орлова, отступающего под градом воздушных копий сыплющихся на него.

И еще пять десятков ребят, для которых ситуация резко изменилась.

— Если ты хочешь, ты можешь помочь им. Всем. Но тогда ты не пройдёшь своё испытание, — произнёс вдруг голос моего двойника. От неожиданности я даже вздрогнул.

— Кто-то из них умрёт? — невозмутимо спросил я.

— Мне это неведомо, — хитро улыбнулся двойник.

— Можешь больше ничего не говорить. У каждого из них свой путь и своё испытание, которые они должны пройти, — твёрдо заявил я. — Если я вмешаюсь, они точно свои испытания не пройдут. А если я вмешаюсь, и они победят, то грош цена таким испытаниям. Это военная академия. Каждый должен самостоятельно пройти свой путь.

Я снова поглядел на своего двойника, и едва не поперхнулся.

На меня глядел архимаг Алексиус и хитро смотрел на меня. Как же гадко он улыбается. Сразу видно достойного мага разума.

— Божественный артефакт пожелал, чтобы ты прошёл именно это испытание. Видимо он не знает, скольких учеников ты погубил.

— Огни совершали грубые ошибки — были слишком слабыми. — пожал я плечами.

Вот сказал а самому не по себе. Видимо здравый смысл и опыт архимага борются во мне с юношеским максимализмом и излишней чувствительностью. Всё же подростком быть непросто.

— Это испытание слишком простое. Но здесь ничего удивительного, тренажёру слишком давно не приходилось прибегать к разуму. Вот и потерял сноровку.

— И что же, выходит я прошёл испытание? — спросил я.

— Выходит что так, — иронично поглядел на меня старик. — Но прояви уважение, не заставляй думать божественный дух, что заключён в этом артефакте, будто он недоработал. Это чревато.

— Спасибо за урок, — я глубоко поклонился почтенному и вызывающему уважению старцу. Всё же круто я выглядел тогда.

Копия моего былого кивнула в ответ.

— Так-то лучше, — ехидно сказал старик. — Дам тебе подсказку. Если пройдёшь и третье испытание, возможно заслужишь небольшой приз.

Стены вдруг завибрировали, а старик подмигнул мне.

— Всё-всё, молчу.

Его очертания поплыли. Фигура в белых одеждах стала таять. Мне показалось что лицо старика исказилось от боли.

От него отделился маленький светящийся шарик, и очень быстро устремился ко мне. Я не препятствовал, и даже убрал щиты, чтобы не создавать препятствий, устремившемуся ко мне светлячку.

Стоило светящейся частичке коснуться меня, как в голове стало проясняться.

Видимо этот артефакт, запертый в мире без магии разума, только что нарушил правила мироздания.

Мало миров, где сильны три начала. Тело, разум и дух. А даже если такие и есть, то они рискуют очень скоро разрушиться, не способные прийти к единству.

Местные боги, сохранили два начала. Ну а магия разума здесь не приветствуется. Выходит, если бы я продвинулся достаточно далеко в своих тренировках, то весь мир стал бы атаковать меня, пытаясь уничтожить, или вернуть к прежнему уровню моего развития.

В покое бы меня не оставили. Как это работает понять непросто.

Нужно просто смириться и развивать то что доступно. Однако в мирах где три начала сильны, боги ходят по земле наряду со смертными. А у смертных есть шанс встать в одни ряды с бессмертными и всемогущими.

И кто знает, может однажды, под небом какого-нибудь мира, смертные будут восхвалять всемогущего бога Алексиуса.

Я сделал глубокий вдох, и морок отступил.

Это что это, меня соблазнял артефакт? Или просто показал картинку будущего, с возможными перспективами.

Или это было следующее испытание.

Кстати, вроде всё логично. Сначала было испытание тела. Магия стихий и боевое мастерство. Следующим было испытание разума. Причём, не принимаемого этим миром. Дальше будет испытание духовного начала? Очень любопытно. Особенно если учитывать то, что я так и не разобрался с магией духа.

Тем временем, образ настоящего Архимага Алексиуса растаял в дымке.

И теперь мне стало понятно, что следующее испытание не начнётся, пока мир не убедится, что угрозы со стороны магии разума нет. Главное, чтобы он не воспринял за угрозу меня.

Я уселся на песок в позе лотоса. При помощи песка, вернул себе нагинату. С ней мне было спокойнее.

Попробовал ментально дотянуться до Ардруила, но тот не отреагировал. По-прежнему закрывал свой разум. Помощничек. Надо будет отплатить ему тем же при случае.

Прошло секунд пять, как пространство передо мной снова засветилось.

Сначала на том месте где стоял мой двойник появился голубоватый огонёк. Затем его цвет начал темнеть. Стоило мне подумать, что свет исчез, как на его месте появилось чёрное пятно. Или правильнее сказать не пятно, а комок, который формировался в нечто живое. Комок перьев. Вот показалось крыло, второе. Мелькнула лапа, а затем и чёрный массивный клюв.

Птица выпрямилась, и на меня уставился здоровенный чёрный ворон.

Он раскрыл клюв:

— Корк! — крикнула птица и повернула голову на бок.

У меня перехватило дыхание.

Это был мой ворон.

Корк!

Мой лучший друг… по крайней мере внешне.

Говорят, чем старше становятся люди, тем сложнее найти им друзей. Когда тебе четыреста лет, задача практически невыполнимая. А я вот нашёл друга. И пускай это птица. Зато он понимает меня лучше любых людей. И не болтает понапрасну.

На моём лице расползлась радостная улыбка, а щёки помокрели. Я и не думал что буду так рад увидеть старого пернатого друга.

Я выставил вперёд предплечье, и ворон привычно рванул вперёд, выставив лапы.

Я уже приготовился к привычной хватке на запястье, но Корк полетел мимо, куда-то мне за спину.

Я развернулся ему вслед. Корк неспешно летел куда-то вглубь, вновь расширившегося помещения.

— Дружище, постой, — позвал я, но ворон даже не обернулся. Я бросился следом.

Краем глаза заметил неясную фигуру и обернулся. Там стояла Ирэн и приветливо улыбаясь махала мне рукой.

Я отвернулся, и тут же заметил с другой стороны еще одну фигуру. Там был Росомахин. Он насупился в своей манере, и хмуро глядел на меня. Ох, этот еще…

В следующий миг, я застыл на месте. Дорогу мне заступила еще одна фигура, и от неё я не готов был отмахиваться.

Передо мной стоял Максимус. Он в своей манере нагло улыбался мне, глядя сверху вниз. Корк уже сидел на его плече и несильно клюнул его в щёку, как делал это со мной.

Отчего-то мне стало очень больно от этого зрелища, но вида я не подал. Только встал на месте и опёрся на свою нагинату.

Это испытание духа? Победить своего прошлого ученика? Да без проблем.

Я по-прежнему стоял с невозмутимым лицом, а песок подо мной ходил ходуном. Я его одним ударом смету. Не знаю, что нашло на Корка, но с этим потом разберусь. Главное не поранить старого друга.

Рядом с Максимусом, по обе стороны встали Росомахин и Ирэн.

И всё было так реально, что я на какое-то время растерялся, силясь понять: реальность это, или иллюзия…

И всё е это Иллюзия. Максимуса здесь быть не может, как и Корка. Хотя одна мысль о том, что мой старый друг мог меня предать, едва не вызвала во мне вспышку ярости. К слову, возможность предательства Ирэн и Росомахина, тоже вызвало во мне тягучее и неприятное чувство. Но это не на самом деле. Поэтому я усмирил песок под ногами, и просто улыбнулся в ответ.

В следующий миг, все трое потянулись ладонями к своим лицам. Я не сразу понял что они делают, а они стали снимать свои лица, будто маски. Под масками было моё улыбающееся лицо. Ребёнка, старика и подростка.

Я нахмурился, и три мои копии нахмурились в ответ. Я снова улыбнулся.

Корк слетел с плеча Максимуса и подлетел ко мне.

Я ощутил ментальный толчок. Это было сродни дружескому постукиванию по плечу.

— Я рядом, — донёсся до меня ментальный импульс.

А следом, я обнаружил себя сидящим на груде песка, улыбающимся и плачущим.

— Ты прошёл все испытания, — раздалось в моей голове. — А вот и обещанный приз.

Я вдруг ощутил как нечто проникает в мою голову. Будто сильный менталист пытается пробить мою защиту, и у него это прекрасно получается.

В следующий я понял что за подарок мне достался. Я теперь мог дотянуться до капсулы, что зависла на границе этого мира. А значит, я могу вернуть себя. А ещё, я могу вернуть Корка!

Глава 4

Итоги и выводы

Я вытер лицо рукавом.

— Что это здесь? Дождь, что ли, идёт? — хмыкнул я.

Огляделся. Песок и те же самые гранитные стены.

— И что, это всё? Всё, на что способен божественный артефакт? Я, конечно, ожидал большего.

Рядом показалось небольшое облачко, которое меня ударило микромолнией. Ощутимо, но не смертельно. Я даже не поморщился.

— Прояви уважение, — раздался в голове голос.

Что-то мне подсказывало, что он принадлежал вовсе не артефакту, а Ардуилу. Слишком уж я хорошо изучил этого проказника. Это вполне в его стиле.

Нет, безусловно, стоит отдать должное. Спецэффекты были на высоте. Но в целом испытание меня не впечатлило. Слишком лёгкое. Оно, похоже, было рассчитано на подростка лет 14. Но я-то не подросток. Я-то четырёхсотлетний архимаг. Пускай и выгляжу несколько моложе. Но всё равно, не могли придумать что-то посерьёзнее…

Я опёрся на свою нагинату и оглядел гранитные стены.

— И как мне теперь отсюда выбираться? — задал я вопрос в воздух. — Только не говорите, что опять доставкой будет заниматься тот жуткий спрут. Не уверен, что я позволю ему снова себя схватить, — хохотнул я.

— Не нравится спрут — добирайся сам, — раздался позади меня знакомый голос.

Я обернулся. Там стоял полковник Афанасьев и с любопытством смотрел на меня.

— Летать умеешь? Поднимайся, выход там, — он показал пальцем вверх.

— Так, а вы здесь чего? Только не говорите, что вы всё это придумали и реализовали? — хохотнул я.

— Нет, не я. А вот от тебя жду подробный отчёт как прошло испытание, — заявил он, с прищуром глядя на меня.

— Это только от меня или от всех? — нахмурился я. Всё же в испытании было много личного.

— От всех понадобится. Так что не филонь. Подробненько, со всеми деталями опишешь что за испытания были. Мы этот артефакт уже много сотен лет изучаем. И вот такие данные собираем.

Что-то в голосе Афанасьева подсказывало, что он преувеличивает. Но мне не жалко. Правда, стоит ли рассказывать всё, что я здесь видел? Расскажу, пожалуй, только про первое испытание. Ну и про второе, умолчав о том, что видел я не себя молодого, а архимага Алексиуса. Или просто скажу, что видел себя старым. Что же касается третьего испытания… что ж, его тоже можно частично раскрыть. Расскажу, что видел своих заклятых врагов, насмехающихся надо мной, и друзей, которые хотели меня предать. Но я не сдался, не поддался на провокации, и испытание оказалось пройденным. Такие вот дела.

Я поглядел на Афанасьева.

— А других альтернативных способов добраться обратно в свою кроватку нет? — хитро спросил я. — А то спать-то мало осталось. И не я себя выдёргивал из кровати.

— А ты наглец, — хмыкнул Афанасьев. — Поучить почтительности тебя, конечно, надо. Но наглецы мне нравятся. По крайней мере, робость ещё никого не красила. Однако одной смелостью транспортные услуги не оплатишь. Так что давай-ка создавай свою песчаную ладонь и дуй наверх.

— Вас подбросить? — вздёрнув бровь, спросил я.

— Возражать не буду. А заодно расскажешь, откуда взялся песок, — подозрительно поглядел он на меня.

— Откуда? Что-то с собой притащил, что-то сверху нагрёб, — кивнул я в потолок, которого, уже собственно, и не было.

— Сверху нагрёб? А какой радиус у твоей стихии. Как далеко ты чувствуешь? — спросил он у меня.

— Откуда я знаю? Не замерял.

— А плохо, что не замерял. Отчёт вести всегда надо, — покачал головой Афанасьев.

Я пожал плечами.

— Да как-то необходимости не было.

— Необходимости у него не было, — посетовал головой полковник. — Знаешь, Медведев, или как ты себя называешь теперь… Бронин, у вас ведь скоро будет распределение по наставникам. Я вот думаю, не тряхнуть ли мне стариной, не взять тебя к себе в ученики?

— Наставники? — вздёрнул я брови. — А кто обычно выступает наставником?

— Как правило, старшекурсники, — заявил Афанасьев, — но порой и преподаватели тоже занимаются индивидуальным обучением. Я вижу в тебе потенциал. Глядишь, из тебя что-то и получится.

Я смог удержать нейтральное лицо.

Из меня уже давно что-то получилось.

Ну не буду же я огорчать полковника, который так жаждет поделиться своими знаниями. Поэтому уверенно закивал:

— Конечно, конечно, для меня это будет большой честью.

— Ай, хитрец! Наглец и хитрец. Ужасные качества, идеально подходящие к инструментарию карьериста и будущего офицера. Далеко пойдешь, паря. Мне тоже будет любопытно поработать с тобой, — он мне подмигнул.

Я тем временем, не тратя времени, создал песчаную ладонь под собой, и та приподняла меня в воздух.

— Забирайтесь, — предложил я своему потенциальному наставнику.

Тот осторожно вступил на плоскую поверхность.

— А что это был за спрут? — спросил я.

— Древний пленник нашей академии, — пояснил Афанасьев.

— Понятно, — покивал я, задумавшись о чём-то своём.

А Афанасьев не сводил с меня глаз.

— То есть спрут тебя заинтересовал, а основное испытание — нет? — спросил он.

— Конечно, заинтересовало, — закивал я головой. — А что это такое было? Какая-то симуляция?

Но, видимо, задал этот вопрос недостаточно естественно изобразил восхищение и трепет. Потому как Афанасьев лишь покачал головой и задумался о чём-то своём.

— Ай, непростой ты парень, Алексей Бронин. Чувствую, с тобой будет очень интересно. Главное, чтобы проблем было не слишком много.

Платформа, созданная из песка, принялась подниматься наверх.

Я поглядел в потолок. Показалось, что там светят звезды, потом понял — нет, не звезды, а фонари. Эх, а было бы так завораживающе красиво! Ну, что поделать.

Поднимались мы метров двести, не меньше. Всё-таки глубоко располагалась комната с божественным артефактом.

— Да уж, испытания так испытания, — протянул я нарочито громко. — А у нас еще много таких будет? — покосился я на Афанасьева.

— Кто знает. Вот Лупицкий вернется — будут испытания. Я с вами слишком много нянчусь, — проворчал он.

— Кстати, а куда делся генерал Лупицкий? — спросил я с интересом. — Его так и не обнаружили?

— Нет, не обнаружили. Он как с тем демоном сцепился, так и исчез вместе с ним. Ни слуху, ни духу, — покачал головой Афанасьев.

— Господин полковник, признаюсь по достоинству, оценил юмор генерала Седова, который обещал, что испытания нас будут ожидать за каждым углом. Но вы уж скажите, сегодня следующего что-то ожидать? А то и так насыщенный день был. Так еще и испытания после ночи.

— Посмотрим. Ничего не могу обещать, — хмыкнул он.

Я чуть поморщился. А мог бы и сказать.

* * *

Генерал Лупицкий, тяжело дыша, опирался на свой меч. Вот уже больше десяти часов он бился с архидемоном.

Архидемон, которым, по сути, был ученик архимага Алексиуса — Максимус, развалился в тридцати метрах от своего противника, и задумчиво смотрел на него. Оба воина сильно устали, и оба не видели дальнейшего смысла в продолжении битвы, ведь было очевидно, что никто из них не может одержать победу. Силы их были равны. Быть может, если бы Максимус был более опытен и искусен, и привычен к своему телу, он смог бы одержать победу, но это не имеет значения, ведь есть только здесь и сейчас.

Мозговые паразиты в голове Максимуса требовали разум новой жертвы. Они наблюдали за боем демона и человека и возжелали испробовать душу столь сильного воина, который сопротивлялся величайшему архидемону. По крайней мере, так думал Максимус.

На самом деле мозговые паразиты уже давно пытались пробраться в разум и тело генерала Лупицкого. Им казалось, что защита генерала вот-вот поддастся, и генерал на грани чувств это понимал. Понимал, что скоро бой закончится, независимо от того, кто победит.

Лупицкий не питал надежд, ведь он оказался не в своём мире. Похоже, демон перенес его в мир Инферно. Генерал ожидал, что на него накинутся толпы монстров, но этого не произошло. Они были вдвоём с демоном.

Главное — одержать победу. Похоже, свою последнюю победу, причём в чужом мире. А потом доблестно сложить голову.

Но главное, что в бою, а не в постели. Не стариком, не боясь будущего, а в бою, как настоящий воин, как живой человек.

Когда Лупицкий понял, что демон утащил его в портал, да еще и в другой мир, мир Инферно, родной мир демонов, генерал подумал, что на том конце его встретит целая армия демонов. Но нет, архидемон остался один. И даже честно принял бой, что удивительно.

Но итог битвы был один — никто из противников не смог одержать победу. Только третья сила по-прежнему пыталась пробиться к сознанию Лупицкого и взять его под контроль.

— Кто ты, демон? И зачем ты меня сюда перенес? — спросил генерал, тяжело отдышавшись и снова поднявшись на ноги.

— Да не демон я, сколько раз тебе говорить, — лениво отмахнулся Максимус.

— Тогда зачем ты меня сюда перенес? — спросил Лупицкий.

— У меня контракт. Твоя душа в обмен на мою. Тут уж не обессудь. Ты хорошо сражался, но мои цели куда важнее, чем признание сильного противника. Ты был хорошим врагом, и мне понравилось с тобой сражаться. Жаль, что не удастся повторить.

Лупицкий искривил губы:

— С чего ты взял, что не удастся? Можем прямо сейчас продолжить.

— Да ты на ногах еле стоишь, — хохотнул демон, — как, собственно, и я. А вот твари, что поселились в моей голове и пытаются сейчас пробиться к тебе, ещё полны сил и скоро до тебя доберутся.

Лупицкий призадумался:

— Странный ты. Выглядишь как демон, а говоришь, что не демон. Еще в тебе какие-то твари живут и жрут тебя. В незавидном положении ты оказался, — хмыкнул он.

— Ты тоже любопытный. Скоро ты умрешь и будешь сожран. А в тебе еще есть силы на сочувствие. Хотя я тебя на это и обрёк.

— Ну, с возрастом я стал ценить любопытных врагов, с которыми есть о чём поговорить, — хохотнул он. — Расскажешь, почему так вышло?

— Неудачный контракт с дьяволом, — пожал плечами демон. — Получил сильное тело, а в контракте не было указаний, что к этому телу не прилагается балласт в виде мозговых паразитов, способных сожрать разум.

Лупицкий снова помолчал, прислушался к себе. Защита его, несмотря на слова демона, держалась неплохо. И паразиты, или кто это там стучится к нему в сознание, ещё не скоро преграду пробьют. Но выбираться из ситуации как-то нужно. По крайней мере, учитывая ситуацию и то, что погибать ему пока что не придется, можно попробовать вернуться обратно на родину.

— Ты, как я вижу, воин по сути своей. Неужели тебя устраивает наш незавершённый бой? — хмыкнул Лупицкий. — Сейчас его продолжать смысла не имеет, потому что верх мы друг над другом не одержим. Но, глядишь, спустя годик или два сможем встретиться снова, накопить сил и повторить наш поединок.

Демон горестно вздохнул.

Ответа так и не последовало. Тогда генерал решил сменить тактику.

— А для чего ты пришел в наш мир, раз ты не демон? — сменил тему Лупицкий.

Максимус чуть подумал: какая разница, всё равно перед ним уже труп. А почему бы и не поговорить, чтобы скоротать время.

— Я пришёл за своим учителем, который сбежал в ваш мир.

Лупицкий задумался. За учителем. Он окинул демона взглядом.

— Не знаю, насколько ты был силён до того, как тебе дали это тело, но духа тебе не занимать. Видимо, твой учитель — сильная личность.

— Он великий архимаг, сильнейший маг разума нашего мира.

— Маг разума? — нахмурился Лупицкий.

— Да, вам, видимо, невдомёк. В вашем мире есть магия материального мира, она же магия стихий, а ещё магия духа. Зато магия разума в вашем мире заблокирована. А в нашем мире наоборот. Немного есть магии духа, зато магия разума сильна и процветает. Такие дела, — улыбнулся он.

— И что же? Ты нашёл здесь своего учителя?

— Нашёл. Он переродился в теле какого-то сопляка. Назвал себя бароном Брониным. И теперь щеголяет, будто ни в чем не бывало. Да вот только что-то он замыслил. Это вполне в стиле старого пройдохи.

— Барон Бронин, — призадумался Лупицкий. — Никогда о таком не слышал.

— Уверен, услышал бы, в будущем. Но не суждено тебе оставаться в живых, — невесело улыбнулся демон.

— И для чего ты ищешь своего учителя? — спросил Лупицкий, не отреагировав на фаталистичную ремарку.

— Чтобы убить его и забрать его силу, — прямо ответил Максимус.

— Любопытно. Не буду врать, — произнёс генерал. — Я не самый сильный воин своего мира, но и не из последних. Твои твари ко мне ещё не скоро подберутся, а я уже набрался сил и могу продолжать бой. Зато ты, как я смотрю, еще не готов. К тому же судя по твоему примеру, контракты с демонами заключать вообще не стоит. Но ты сам говоришь, что ты не демон. Поэтому предлагаю прити к договорённости: я дам тебе защиту от твоих паразитов, и, возможно, она сможет какое-то время продержаться, а ты вернешь меня домой.

— И зачем мне это?

Лупицкий призадумался. Затем, взвесив все «за» и «против», ответил:

— Если ты не найдёшь своего учителя самостоятельно, через два года я обеспечу тебе встречу с ним. А там уже судьба решит, кто из вас одержит верх. Сильнейший архимаг твоего мира или ты в теле архидемона.

Максимус призадумался.

— Но эти паразиты, которые сейчас внимательно следят за нашим диалогом, дают мне доступ к памяти этого демона. Всё-таки контракт с ними пока что выглядит выгоднее.

— Как показывает практика, не бывает честных контрактов с теми, кто в любой момент может тебя убить. И сколько бы ты с ними ни договаривался, в любом случае, сильная позиция на их стороне. И они будут шантажировать тебя, столько, сколько им заблагорассудится. И рано или поздно сожрут тебя. Просто так, из прихоти. Я же дам тебе возможность общаться с ними на равных и диктовать свои условия.

— Нет! — завопили сотни голосов в сознании Максимуса.

Это было настолько громкое крик отчаяния, что даже Лупицкий его услышал. И он уже знал ответ который услышит.

Собрав силу четырех стихий, что были открыты ему, создал кристаллическую решетку, безошибочно угадав, где располагаются демоны. Он с легкостью нашел подход и просто их заблокировал. Точно так же, как это сделал когда-то Максимус. Только Максимус блокировал тварей посредством магии разума. А Лупицкий добавил магию стихий и магию духа, а вместе они смогли создать несокрушимую тюрьму.

— Теперь ты их хозяин, — произнес Лупицкий. — А дальше решай сам: готов ты со мной договориться или нет. Или мы будем продолжать наш бой?

Теперь настало время Максимуса подумать.

— У меня есть тебе одно предложение, — произнес вдруг он. — Ваш мир атакует лишь один из множества дьяволов. Зовут его Базалес. И то, как он со мной поступил, мне особо нравится. Думаю, ты тоже не в восторге от того, что ваш мир осаждают демоны. Не хочешь объединить силы и наподдать рогатому?

Глава 5

Ох, уж эти преподаватели

Что может быть лучше для молодого растущего организма, чем пятичасовой сон, пусть и с перерывами, после очень насыщенного трудного дня? Правда, всерьёз надеюсь, что еще поспать удастся. Это было бы не лишним. Хоть мне не нужно спать много, но сегодня чувствую, без этого я не обойдусь.

Когда я вошел в свою комнату, Василий уже лежал в кровати. Правда, он не спал, а смотрел в потолок круглыми глазами. «Видимо, думает о чем-то важном», — подумал я и решил его не беспокоить. Мне думать особо не о чем, поэтому я спокойно улегся в свою кровать и почти сразу вырубился.

Проснулся я от того, что Микки подала мне импульс. Она каким-то образом добралась до канцелярии и, разобравшись, что там происходит, уведомила, что скоро меня придут будить, для того чтобы передать какие-то документы.

Почему бы и нет? Я сладко потянулся, поднялся. По ощущениям поспал я часа полтора. Чувствую, сильно устал, слишком много спал.

Бросил взгляд на своего соседа. Он всё также лежал в кровати, глядя в потолок. Кажется, он даже не засыпал. По крайней мере, даже позу не изменил. На всякий случай ментально его прощупал. Вроде живой и теплый, даже дышит. Ну, и то хорошо. Не придется разбираться с хладным трупом. А то потом доказывай, почему сосед умер на второй день пребывания со мной в одной комнате. Ну, это я так.

По-прежнему не беспокоя соседа, поднялся с кровати и хотел было пойти одеться, но обнаружил, что даже не раздевался вчера, а прямо так в одежде завалился в кровать. Взглянул на себя в зеркало. Вроде одежда не сильно помялась, но сменить её всё равно надо. Поэтому по-быстрому сбегал в душ и переоделся в чистое.

Благо, чистая одежда была всегда. Местная магия и слуги позволяли курсантам всегда выглядеть безупречно, при этом не нужно было следить за этим самостоятельно. Когда я сам был молод и постигал ментальные науки, мой учитель заставлял меня драить одежду каждый день перед тренировками. Говорил, что одежда мастера должна быть белоснежной. За пятна на рубахе он наказывал страшнее, чем за неудачи. Это, как он говорил, закаляет разум. До сих пор его за это ненавижу. Однако любовь к чистоте у меня сохранилась. И желание всегда выглядеть идеально тоже. Это действительно заставляет чувствовать себя куда более уверенным в себе. Хотя, казалось бы, какая тут связь, но работает.

Несмотря на явные издевательства, учителю за науку я благодарен до сих пор.

В свою бытность архимагом я приводил одежду в порядок одной лишь силой мысли. На это у меня уходило пару секунд, а не полчаса в ручную. Все-таки ментальная магия имеет свои любопытные особенности при взаимодействии с внешним миром. С песком же так не получалось. Максимум чего я добивался — это истирал свою одежду до дыр.

Выйдя из душа и одевшись, я встал перед зеркалом, чтобы убедиться, что выгляжу идеально. В этот момент в комнату залетел какой-то офицер.

— Медведев, на выход! — рявкнул он во всю мощь своего луженого горла. Видимо, ожидал, что я в столь ранний час буду нежиться в кровати, и он меня заставит подпрыгнуть, но когда я ему ответил: «Всегда готов», — причем не из постели, а из-за его спины, тот сам подпрыгнул и ойкнул.

— Ты что, вообще не спишь, что ли? — ошарашенно спросил он. — Тебя вызывают в канцелярию. Следуй за мной.

— Так точно, господин младший лейтенант! — ответил я.

Видимо, он знал, что у нас вчера было испытание, и решил поглумиться над новичком, но не тут-то было. Сам же на своей шутке попался.

Бросил взгляд на Василия. Тот даже с приходом старшекурсника не подал признаков жизни. Сильно его приложило. Интересно, что у него за испытание такое было, что до сих пор в себя прийти не может. Мне казалось, что у него довольно крепкая нервная система, но, похоже испытание нашло ключик к этому непробиваемому парню.

Я посмотрел на свой браслет, который тут же засветился разными цветами, после чего осмысленно задал вопрос:

— А где находится канцелярия?

Передо мной сразу же появилась красная линия, которая зазмеилась куда-то сквозь холл, на лестницу и дальше. Я по привычке зашагал вперед. Старшекурсник увязался за мной.

— Господин младший лейтенант, так и будете меня провожать? — спросил я.

— Сказано доставить, значит доставлю, — заявил он.

— Да у меня маршрут построен, — сказал я.

— Это ничего страшного. Меня отправили за тобой. Значит, задание должно быть выполнено. Ты лучше скажи, что натворил-то? Как проштрафился, что тебя на третий день в канцелярию вызывают?

— Это талант надо иметь, — с гордостью заявил я. — Вот буду всем тайны свои рассказывать, так и приглашать перестанут, — хохотнул я.

— Достойный ответ, — покивал головой парень и, вместе с тем, сразу поскучнел. Видимо он рассчитывал на любопытную байку. Однако, поняв, что не услышит ничего интересного, тут же сменил намерения: — Ну раз дорогу знаешь, значит дошагаешь. Бывай.

Какой он непостоянный. А порывался сопроводить. Ну и ладно. Я бодрым шагом продолжил спускаться по лестнице. А младший лейтенант развернулся и напротив поднялся обратно в холл. Наверное, еще кого-то кошмарить собирается.

Я быстро миновал лестничные пролеты и вышел в коридор, идущий куда-то вглубь нашего корпуса. Раньше я здесь не проходил. По бокам то и дело встречались разнообразные двери, ведущие в кабинеты и аудитории. Были и окованные металлом двери, были кожаные, деревянные. От чего зависел материал обивки, я не представлял, но любопытство зашкаливало.

Оставил себе пометку в голове — дать задание Микки обследовать эти комнаты. Вдруг там что-то интересное будет. В любом случае, не сомневаюсь, что рано или поздно все эти кабинеты я посещу. Но лучше ведь заранее знать, к чему стоит готовится. Любопытство всегда было одним из главных моих движителей.

В дверях одного из кабинетов появилась высокая фигура в длинном балахоне. На голову фигуры был накинут капюшон, но я его узнал сразу по многим признакам: по походке, по телосложению, а еще потому, что от него воняло демонами. Этого гада я ни с кем теперь не перепутаю. Более того, подсознательно искал нашей встречи.

— Здравствуйте, Демилион Асгоротович, — приветствовал я преподавателя.

Тот вздрогнул, внимательно поглядел на меня.

— Бронин? Или правильно сказать Медведев?

Я уверенно шагнул к нему расслабленной походкой. Преподаватель, ничего не подозревая, выпрямился, будто ожидая, что последует какой-то вопрос. А я без обиняков втолкнул его в кабинет.

— Ах ты, демонская подстилка! — зарычал я на него. Да так, что демонолог вздрогнул.

— Ты чего себе позволяешь, малец? Это военная академия, а не школа благородных девиц, — взъярился было он.

Но я запустил в него такой импульс, что его швырнуло на землю. Затем сверху ещё пару раз припечатал песчаным кулаком.

— Ты что себе позволяешь? Ты только что атаковал преподавателя. За это светит…

— Ты, тварь, якшаешься с демонами! — прошипел я. — Ты пытался меня продать и сдавал наши позиции портальщику.

— Это клевета! Ты лжешь! В эту чушь никто не поверит! — зарычал он в ответ.

— А мне не нужно, чтобы мне кто-то верил! Я не собираюсь никому ничего доказывать! Я прямо сейчас, прямо здесь тебя убью! — заявил я, оскалив зубы.

— Так попробуй! — хохотнул он.

Глаза демонолога вспыхнули. Его демоническая аура стала в разы сильнее. Фигура его стала укрупняться. Несмотря на то, что его давил к земле песок, он, хоть неспешно, но выпрямился прямо передо мной.

— Демонское твоё отродье! А сколько разговоров-то было… С демонами якшаться нельзя, заёмная сила демонов — это плохо, — издевательски хохотнул я максимально язвительным голосом.

— Да что ты понимаешь, сопляк? Я с этими демонами уже десять лет…

— И я с этими демонами, — перебил я его издевательским голосом, — Я уже триста лет демонов бью. И заставил их бояться себя до усрачки. А ты еще просто не знаешь, кто я такой. И не научился бояться меня. Но я тебя научу.

Уверенности во внешнем виде Демилиона поубавилось. Все-таки уверенность в себе и напор — это пятьдесят процентов успеха. А еще плюс тридцать процентов — это подготовка. И вот, мы имеем восемьдесят процентов шанса на успех.

Поэтому я снова запустил ему в лоб заранее подготовленный песчаный кулак. И одновременно с этим запустил ещё один со спины, чтобы хорошенечко его прижать.

Но Демилион Асгоротович тоже оказался не дураком, и на пути моих песчаных кулаков встал щит из демонического пламени. Песок принялся плавиться стеклянной коркой, облепив щит.

— Ты забылся, пацан, — гулким голосом произнес демонолог. — Я преподаватель в этой школе, а ты ученик. Если тебе что-то привиделось, это твои проблемы и фантазии. И не думай, что у тебя не будет последствий из-за твоего поступка. Знайте свое место, господин Медведев.

— Я его знаю, и мое место здесь — давить таких, как ты, — рявкнул я.

И в этот момент третий кулак ударил демона сверху. Защита его не выдержала и разлетелась осколками. Я вложил много сил в этот удар, но Демилион решил не выставлять больше щитов. А просто сбежал.

Прямо под ним открылся портал. И он попросту рухнул вниз.

— Сбежал. Да уж. Ну и преподавателей набирают в военную академию… — хмыкнул я, постучав ладонями друг о друга, будто стирая прилипшую грязь.

Портал закрылся сразу же, как только голова Демилиона пропала под полом, и мой удар бесполезно рассыпался по полу, оставив глубокую вмятину и целую сеть трещин.

Чем хороша магия песка: несмотря на гигантскую силу удара, шума не было. Иначе, можно было бы переполошить половину академии. В этом явное преимущество перед магией камня.

Ну, ничего. С этим гадёнышом я еще встречусь. Сопляк. Ишь, возомнил о себе. Демонов он десять лет гоняет. Только увижу его в этой академии, надаю ему. Такое ему устрою, что мало не покажется. И доказать его причастность я смогу легко. Не отвертится.

Оглядел кабинет. Тот был обставлен довольно минималистично: пара книжных шкафов, заставленных какими-то фолиантами. Быстро пробежался по заглавьям магическим зрением. Ничего путного там не было, больше теоретические изыскания. Никаких магических фолиантов или заклинаний в нем не имелось. Поэтому, махнув рукой, я вышел из кабинета, прибрав за собой песок, и вновь направился по маршруту.

Когда я дошел до канцелярии, меня встретили не самые добрые лица, пускай и бодрые и отдохнувшие. И это при том, что солнце еще не встало. Они что, здесь вообще не спят, что ли? И главное, все присутствующие что-то делали. Здесь было по меньшей мере человек 40. Все суетились, бумажки летали, подписывались и заполнялись бланки.

— Кто таков? — окликнула меня высокая, статная женщина с породистым лицом. Ей бы в дорогом платье на балах плясать, а она стояла передо мной в неуместных для кабинета доспехах, которые лязгнули, стоило ей повернуться.

— Бывший граф Медведев, ныне барон Бронин.

— Медведев был, Брониных у нас нет, — внимательно оглядела она меня.

— Я еще не подал документы на регистрацию титула, — пояснил я.

— Так и не зовись тем титулом, которому не соответствуешь, юноша, — заявила она. — Чего тянешь? Хочешь вообще без титула остаться?

— Да нет, планировал заняться, — не стушевался я. — Как раз к вам за этим пришел. Это же через вас организовать можно?

— Можно, можно. И от родни твоей, теперь уже лишь кровной, запрос пришел.

Что за запрос я услышать не успел, потому что двери, в которые я вошел минут назад, резко распахнулись, врезавшись в стены. На пороге встал воин, в светящихся серебристых латах. Вернее, были они когда-то серебристыми, сейчас же они сплошь были усеяны выбоинами, подпалинами, царапинами и трещинами.

Мне даже показалось, что от него идет чёрный дымок. Я напрягся. Что-то здесь было не так. Чем-то таким фонило от этого рыцаря, что мне совсем не понравилось. И нечто подобное я уже ощущал, причем совсем недавно, когда столкнулся с Максимусом, своим бывшим учеником. Сначала думал, что это влияние демонической оболочки, а может, контракт с дьяволом так на него повлиял. Не придал значения этому оттенку в ауре или в энергетическом слепке. А вот почувствовал нечто подобное и от этого воина.

Он, слегка склонившись, содрал с себя вогнутый шлем с вмятиной на забрале, и я увидел, что это Лупицкий. Вот это да! Это что же, генерал Лупицкий тоже каким-то образом связан с демонами?

Я застыл на месте. По крайней мере, Лупицкий не так прост, как Демилион. И его я вряд ли смогу победить и прогнать из Академии. Но находиться здесь, зная, что под боком столь опасный враг — это не самая лучшая перспектива. Хотя тут еще разобраться надо, что это за аура такая была у Максимуса. Может, я тоже в чем-то не прав? По крайней мере, я не знаю, как действовать в этой ситуации, но пока точно не стоит идти на открытую конфронтацию.

Я поклонился. Не успел даже слова сказать, как за моей спиной окликнула та самая женщина:

— Федор Львович, вот вы где! Мы же вас уже второй день с ног сбились искать. Где вы были-то все это время?

— Доброе утро, Роза Степановна. Где был, там уже нет, — отрубил он.

— Что же вы к нам в такую рань-то пришли? Может, вам лучше в медсанчасть показаться? А то вы похоже ранены.

— Подождет. Дело у меня есть неотложное. — заявил он.

— Какое? Конечно, чем могу помочь? — тут же откликнулась Роза Степановна.

— Я все личные дела проверяю, — начал он. — Меня одна фамилия заинтересовала, не помню, чтобы личное дело было.

— Какая же? — подняла брови женщина.

— Бронин, — произнес он.

Меня будто током поразило. И где же он мог слышать эту фамилию? Я ведь мало кому её называл.

Я уже знал что последует дальше, поэтому напрягся, ожидая чем обернётся эта ситуация. Не ожидая я так скоро столько демонопоклонников под боком.

Глава 6

Возвращение легенды

Я стоял и глядел на вошедшего Лупицкого, всем своим нутром ощущая приближающиеся проблемы.

Да уж, наша битва будет эпичной и вряд ли долгой.

Песок, который я оставил за пределами канцелярии, сейчас собирался прямо за дверью, готовый в любой момент трансформироваться в копье или кулак, чтобы атаковать возможного противника.

Будто гром среди ясного неба — в ответ на вопрос генерала начала говорить Роза Степановна:

— Как интересно, — хмыкнула она. — Вот этот молодой человек называет себя бароном Брониным. — я физически ощутил направленный в спину палец. — Правда, он еще не засвидетельствовал свой титул.

Лупицкий перевел глаза на меня. Я глаза не отвел, так мы друг друга и сверлили взглядами.

— И как же это возможно, что я услышал эту фамилию до того, как титул был засвидетельствован? — спросил он.

— Видите ли, — ничего не подозревая, принялась рассказывать женщина, — данный молодой человек — урождённый граф Медведев. Однако его буквально вчера выделили из Рода. Новый титул он ещё не получил, но, как я поняла, фамилию себе уже выбрал, и всем подряд её называет. Очень по-мальчишески. Опять же, есть некоторые нюансы с заполнением документов, а также получением титула и вступлением во владение выделенными ему землями.

Лупицкий невозмутимо перевел взгляд на женщину:

— Вы же понимаете, учебный год только начался, и парню надо учиться.

Женщина не ответила.

— Вы ведь можете решить все бюрократические вопросы без его участия? — спросил Лупицкий.

— Ну… — женщина хмыкнула. — Это, конечно, против правил, да и хватает у нас важных дел…

— Я знаю, — дипломатично произнес Лупицкий. — Так же знаю, что для вас нет ничего невозможного.

— Ну, скажете тоже… Есть много чего невозможного для нас. Но если вы просите, можем сделать исключение. Однако совсем избавить его от дел я не могу — придется съездить на землю и засвидетельствовать титул. Иначе никак. А то он и вовсе может лишиться титула такими темпами.

— С этим разберемся, — заявил Лупицкий. — Как я помню, там не так много времени надо потратить. Если что, сделаем портал.

Женщина закашлялась.

— Портал? — недоуменно перевела взгляд мне в спину.

Я этот взгляд лопатками почуял. Ну и ментальные линзы показали, которые я развесил вокруг на всякий случай. Ведь если сейчас с Лупицким придется драться, то все присутствующие тоже будут задействованы, и не факт, что на моей стороне.

— На секундочку, земли, которые выделены данному юноше, находятся более чем в тысяче километров отсюда, — назидательным тоном заявила женщина. — Вы ведь понимаете, что это слишком затратно?

— Ну, порой забываю о необходимости отчитываться за энергию, — пожал плечами Лупицкий. — Виновен. Ну, на крайний случай отправим его поездом.

— Так-то лучше. А то совсем не бережете казенные ресурсы, — произнесла Роза Степановна. — На самом деле, еще под вопросом необходимость создания последнего портала. Прорыв демонов, конечно, был большой, но слишком уж легко вы с ним справились. Да и последствия, мне кажутся несоизмеримыми.

— Все на благо наших учеников, — ответил Лупицкий. — Все оправдано. Нечего тут разбираться, — хмыкнул он.

Затем перевёл взгляд на меня.

— Господин Алексей… Хм… Бронин. Позвольте нам с вами перекинуться парой слов наедине, — произнёс генерал.

— Для чего это? — первое, что пришло в голову, спросил я.

Лупицкий поднял брови:

— К старшему по званию, тем более генералу, так обращаться не принято, молодой человек, — тут же взвилась Роза Степановна за моей спиной. — Боюсь, вопрос о том, почему вас выделили из рода, становится для меня все менее загадочным. По крайней мере, манер вам явно не достает, а также субординации.

— Прошу прощения, господин генерал, — тут же поправился я. — Так точно, будет исполнено. Готов приступить к обсуждению интересующих вас вопросов, — отчеканил я, а сам раздумывал, как теперь из этой ситуации выходить.

В любом случае, пообщаться с ним наедине будет куда безопаснее для меня. Это гарантирует то, что у Лупицкого не будет подкрепления. Но в то же время и свидетелей тоже не будет. А я что-то не настолько уверен в своих силах, чтобы выступать против такого монстра, как Лупицкий, сейчас. Вот будь у меня ментальная магия здорова — все было бы хорошо. Но с одной песчаной магией боюсь не сдюжу.

Лупицкий оглядел помещение, задержав взгляд на побелевшей Розе Степановне, затем кивнул в сторону выхода.

— Давай за мной, — произнес он и, молодецки развернувшись, размашисто зашагал к выходу.

Я тут же распылил песчаное копьё и запрятал песок по углам на потолке и рассыпал мелким слоем по полу.

Всё же нападать первым пока не стоит.

Набрав полную грудь воздуха, я незамедлительно последовал за ним. Я физически ощущал цепкий взгляд, устремленный мне в спину. По крайней мере, все сотрудники канцелярии внимательно следили за мной.

Все-таки Лупицкий, как я понял, был здесь легендарной личностью. И то, что он заинтересовался каким-то первокурсником, более того, попросил в канцелярии об услуге, однозначно должно было вызвать целую волну обсуждений порождённых любопытством.

Да уж, попал я в интересную ситуацию. Осталось понять, чем это всё для меня обернется. Ведь если я правильно понял, именно Лупицкий сражался тогда с Максимусом и потом вместе с ним пропал. А сейчас вот вернулся и интересуется, кто же такой Алексей Бронин. Да еще и демонами от него несёт за версту. Совпадение? Не думаю. Но что гадать — сейчас всё и узнаем.

Шагали мы недолго. Лупицкий встал посреди коридора, внимательным взглядом оглядел пару дверей, затем толкнул ближайшую.

— Заходи, — поманил он меня.

Оглядев кабинет, он уселся прямо на преподавательский стол. Мне указал на первую парту, находящуюся прямо напротив стола. Я невозмутимо последовал указанию и, усевшись за парту, выжидательно посмотрел на генерала.

Параллельно снова подтянул песок к входу в аудиторию. Надеюсь мимо кабинета в ближайшее время никто не пройдёт.

Так мы с генералом и сверлили друг друга взглядами. Пауза явно затянулась, но уж я точно не собирался начинать беседу первым. И его долгий взгляд меня нисколько не смущал — не на того нарвался.

— Итак, — наконец спросил он, — Алексей, тебе случаем не доводилось слышать имя Алексиус? А если точнее — архимаг Алексиус? — спросил он, глядя мне прямо в глаза.

— Допустим, — ответил я. — Мало ли архимагов развелось на белом свете.

— Приемлемый ответ, — кивнул Лупицкий. — А что касаемо ученика этого самого архимага — Максимуса, самого настоящего архидемона, об этом ты что-нибудь слышал?

— Кое-что слышал, — в тон генералу ответил я.

— И что же ты слышал?

— Что он едва не разрушил всю академию, — хмыкнул я.

Одно радовало, что он еще не успел поговорить с Афанасьевым, иначе тот рассказал бы генералу про этого Максимуса и наши с ним взаимоотношения.

— Ладно, давай не будем ходить вокруг да около. Я общался с этим самым Максимусом, вернее, сначала мы с ним долго бились, а потом уже приступили к переговорам.

— Все по классике, — хмыкнул я, не сводя глаз с директора.

— И он мне рассказал интересную историю, что он из другого мира, что оказался здесь, потому что погнался за своим учителем, неким архимагом Алексиусом.

Произнеся это, он вперился взглядом в меня, так, будто ожидал прочитать все мысли на моем лице. Я даже бровью не повел.

— Его проблемы, — пожал я плечами.

— Так вот, он говорит, что этот самый его учитель, архимаг Алексиус, переродился в другом теле и является неким бароном Брониным, которым ты назвался. Это совпадение?

Можно, конечно, сейчас выиграть время и солгать, но не люблю я ложь. Особенно когда на этой лжи меня ловят. К тому же она и так раскроется очень скоро, когда Лупицкий пообщается с Афанасьевым. А это может случиться в любую минуту.

— Господин генерал, — отбросив лишнее, спросил я, — могу я к вам обратиться не как к должностному лицу, а как к человеку, или как к мужчине?

Лупицкий удивленно поднял брови.

— Вообще-то, если уж по-честному, я специально завёл этот разговор наедине, чтобы мы могли поговорить как мужчина с мужчиной, — немного подумав, ответил он. — Поэтому это будет предпочтительно.

— Тогда позвольте задать вопрос: От Максимуса за километр воняло адскими эманациями и демонской сущностью. Но это понятно — он заключил контракт с дьяволом, да ещё и согласился поместить себя в тело архидемона. Но вот один вопрос мне покоя не даёт: от вас я чувствую те же самые эманации. И, признаюсь честно, этот факт не позволяет мне отвечать прямо на ваши вопросы.

— Чувствуешь демонические эманации? — переспросил Лупицкий, хотя вопрос был явно риторический. Он прислушался к себе. — Я ничего не чувствую. Это любопытно. Каким именно образом ты их чувствуешь? — спросил он.

— Я ещё не изучал природу этих эманаций, — уклончиво ответил я. — Не было времени, как вы понимаете. Однако природа излучения явно демоническая.

Он помолчал, будто решая, что мне стоит говорить, а что нет. Затем смерил меня взглядом.

— Максимус сказал, что в теле, которое дал ему дьявол, скрываются некие демонические паразиты. Что это за паразиты, он сам не знает. Да и я тоже.

Я едва подавил желание расплыться в улыбке. Максимус надеялся обмануть весь свет, вот только обманывается сам на каждом шагу.

— Но когда мы с ним бились, — продолжил Лупицкий, — он пообещал этим паразитам мою душу. Но я смог себя оградить. Не позволил им пленить разум. И помог этому Максимусу более надёжно оградиться. Однако, судя по твоим словам, так просто от них избавиться мне не удалось, и одна из этих тварей всё же присосалась ко мне. Или несколько тварей. Это правда, — он взглянул мне в глаза. — Мне скрывать нечего.

— А позвольте тогда ещё один нескромный вопрос? — невинно продолжил я.

— Задавай уж, раз мы начали общаться, — пожал плечами генерал.

— Вы с демонами или дьяволами контракт заключали? — спросил я напрямик, следя за каждым движением Лупицкого.

С одной стороны, человек его уровня обязан быть сдержан и не позволит себе излишних эмоций, но контракты с демонами и дьяволами накладывают свои отпечатки и влекут за собой неожиданные последствия.

— Контракт с демоном или дьяволом я не заключал, однако есть две договорённости с одним молодым человеком в теле архидемона, — хитро посмотрел он на меня.

— Так раскроете ли вы подробности этой договорённости? — спросил я.

— Раскрою. Первая договорённость: мы с ним договорились объединиться, чтобы надавать по щам одному дьяволу, что осаждает этот мир.

— Второе? — напомнил я.

— Второе: я пообещал этому демону, что через два года, если он сам не найдёт некоего архимага Алексиуса, я обеспечу ему встречу с бароном Брониным.

Ну да, что-то подобное я и ожидал.

— Почему через два года? — спросил я напрямик.

— Здесь всё просто. За эти два года я планирую лично заняться обучением Бронина. Чтобы этот барон стал настоящим монстром. По крайней мере, поднять его до своего уровня. Этого уже будет достаточно, чтобы архидемону Максимусу не поздоровилось при встрече.

— Вы очень самоуверенный, — хохотнул я. — С чего вы взяли что справитесь с такой задачей

— Потому что в противном случае, я убью тебя своими руками — невозмутимо ответил генерал.

— Как легко вы готовы нарушить данное слово, — хитро ухмыльнулся я.

— Почему же, я свожу демона на твою могилку, — тем самым обеспечу вашу встречу.

Глава 7

Отъезд

После разговора с Лупицким я по-прежнему в его сопровождении снова отправился в канцелярию, ну а там уже получил дальнейшее распоряжение.

В общем, как доложили генералу, а заодно и мне документы все подготовят без моего участия.

Роза Степановна намекнула, что я буду ей обязан. Чем именно обязан, я пока не знаю. Лупицкий покивал, сказав, что тоже не останется в долгу. Оставалось дело за малым. До транзитного поезда меня обещали доставить. Отправляется он с ближайшей станции через три часа.

Об этом меня уведомила еще одна девушка, лет двадцати пяти на вид, что, похоже, тоже занималась моим вопросом. При этом все с любопытством наблюдали за мной. Чего это целый генерал, считай, второй человек в академии, вдруг так озаботился судьбой какого-то подростка, тем более первокурсника, только-только поступившего на учебу. Более того, генерал Лупицкий в принудительном порядке поручил закрепить меня за ним, как за моим наставником.

Я попытался возразить, мол, полковник Афанасьев уже вызвался быть моим наставником, и я дал согласие.

Но генерал лишь махнул рукой:

— Ничего страшного. Если захочет, тоже поучаствует. Не думаю, что он будет возражать.

Роза Степановна попросила меня по буквам продиктовать мою новую фамилию. Затем сверила с какими-то бланками и выдала мне ряд документов и какую-то квадратную коробочку, от которой довольно сильно фонило магией.

— Так, это твои документы. Здесь надо поставить подпись. Здесь, здесь и здесь, — командовала она.

Я послушно подписывался.

— Вписываешь свою фамилию в графу «владелец», — продолжала инструктировать она.

Я аккуратно вывел: «Алексей Михайлович Бронин. Барон, владелец поместья Иртыш». Дальше следовали характеристики объекта, буквенно-цифровой код, координаты.

— Вот эту печать, — она указала на коробочку, — откроешь, когда прибудешь на участок. Она сразу сработает, и участок будет закреплен за тобой. Сейчас там деактивирован регистрационный знак рода Медведевых. Раньше его не открывай, иначе он сгорит. А новые тебе выдадут не скоро, это уж поверь. Понял?

— Понял, — кивнул я, тут же убрав коробочку в пространственный карман.

— Всё, а теперь кыш собираться. Не теряй времени. Надо еще разобраться, кто тебя доставит до перрона.

— Я сам доставлю, — вызвался Лупицкий.

— Да как можно, вы же целый генерал! У вас что, других задач нету?

— Есть. Но это задача не менее важна, — заявил генерал, чем снова породил целую волну заинтересованных взглядов в мою сторону.

Чувствую, скоро по академии поползут новые слухи.

* * *

Первым делом, я подал сигнал своим мышкам. Микки поручил оставаться в академии и разведывать территорию. Всё же у нее это неплохо получается. Зато Сплинтеру приказал поскорее возвращаться ко мне. Такая несуразная боевая единица мне вполне может пригодиться. Если и не в противостоянии против врагов, то хотя бы в качестве отвлекающего элемента. Ну или буду использовать крошечного воина для психической атаки по неокрепшим нервам моих будущих врагов.

Налаживал связь я находу, и когда закончил, обнаружил что уже стою в холле нашего отряда.

Быстро взбежал на лестницу, и ввалился в нашу комнату.

Отсутствовал я явно больше часа, поэтому, когда я вошел в свою комнату и увидел Василия в той же самой позе, также не мигающего, глядящего в потолок, немного задумался. Этого паренька психиатру бы что ли показать, а то совсем он не в себе.

— Эй, Вась, ты там как, живой? — позвал я.

Ноль реакции.

Ох, не очень хочется этим заниматься, к тому же, как я выяснил, этот мир весьма неохотно встречает адептов магии разума, но потянулся к нему. А там даже копаться не пришлось, чтобы почувствовать крайнюю степень смятения, снедающего парня. Что-то его очень сильно беспокоит. Я бы даже сказал, он пребывает в предшоковом состоянии. Но не оставлять же его так. У меня времени маловато, но на дружескую встречу времени я никогда не пожалею.

Подошел к нему, заглянул в глаза, затем размахнулся и изо всех сил влепил ему пощёчину.

— А ну, очнись, боец! Отставить хандру! — зарычал я.

Парень вздрогнул и из-под одеяла тут же вскинулась рука с зажатым в ней кинжалом. Я отшатнулся. Василий бешеными, налитыми кровью глазами уставился на меня. Однако в следующий миг в его взгляде промелькнуло узнавание, и он опустил клинок.

— Извините, — произнес он.

— Чё ты извиняешься? Я тебя только что по щеке хлестнул, а ты тут извиняешься. Ну-ка давай-ка рассказывай, что там у тебя случилось?

— Ничего такого не случилось, — отведя глаза, произнес он.

— Ага, знаю я, как ничего не случилось, — хмыкнул я. — Вот так вот оставишь тебя одного, а потом начнешь бегать по академии голый с топором. Рассказывай давай, кому как не соседу по комнате душу изливать.

В его голову проникнуть я, конечно, не могу, изложить нужные мысли. Но надавить кое на какие центры и нервные окончания вполне, что побудит его быть посговорчивее.

— Давай, рассказывай, иначе я никуда отсюда не уйду. Так и буду здесь ждать. А еще сейчас пойду звать преподавателей и психологов, чтобы с тобой провели воспитательную беседу. А то ишь, решил здесь в одного страдать. Не положено, — хохотнул я.

Поняв, что я не сдамся, и, видимо, решившись на что-то, он, сначала нехотя, принялся рассказывать:

— Я убил его пять раз.

— Кого? — спросил я.

— Алексея, — Василий отвёл глаза.

Я не сразу понял, о ком он.

— Так, Горелова что ли? — спросил я.

И тут Василия прорвало:

— Да. Он меня бил. Пытался меня убить много раз. Но я уходил от него. А когда стало невмоготу, я его убил. И этого нельзя было делать. Я не имею права. Я должен был умереть. Но не позволить себе поднять на него руку. Но стоило мне его ударить, как он встал и продолжил. А потом я его убил. Я думал, что это все закончилось. Но в следующий миг он восстал и снова продолжил меня истязать.

— Так и правильно сделал, — пожал я плечами. — Видимо, это и было твоё испытание. Артефакт показывал тебе, что ты ничем не обязан этому напыщенному снобу. И что можешь легко его избить и даже убить, если тебе того захочется. Ты ему не принадлежишь.

— Это не совсем верно. Все-таки их семья воспитывала меня как сына. Я обязан им. Я дал клятву, что буду присматривать за Алексеем. Но теперь… — он умолк.

— Что теперь? Говори уже.

— Я не уверен, что смогу относиться к нему по-прежнему теперь. И если он снова начнет меня задирать, я вполне могу убить его и шестой раз.

Вот это поворот! Это мне нравится!

— Слушай, если вдруг ты захочешь ему надавать тумаков, знай, я готов тебе в этом помочь и составить компанию, — расхохотался я.

— Я вам не позволю, — заявил он. — Я должен оберегать Алексея Горелова.

— Ага, — хохотнул я. — Или убить его, когда он будет тебя донимать, — расплылся я в улыбке.

Парень умолк, опустил глаза.

— Это что, всё из-за чего ты так тревожишься? — спросил я.

— Это для меня очень важно, — ответил он.

— Не переживай, в твоей жизни будет ещё очень много чего важного, на первый взгляд, что на самом деле яйца выеденного не стоит. Конечно, любопытно, что на второй день пребывания здесь тебе выдалось такое испытание, но это же прекрасно, что у тебя так быстро появилась возможность вырасти над собой. Так что давай, парень, не хандри. Приходи в себя, а еще лучше, воспользуйся оставшимся временем и поспи.

— Что значит поспи? А вы куда собрались? — окинув меня взглядом с ног до головы, спросил он.

— А у меня появились неотложные дела. Не забивай себе голову, — улыбнулся я. — И давай, не раскисай. А если Горелов к тебе вдруг подойдет и начнет что-то говорить, ты, главное, не переборщи, а то, боюсь, за убийство курсанта тебя по головке никто не погладит.

— Ага, — закивал он головой, — да я и не собирался, тем более теперь понимаю, что это было испытание.

— А вот и прекрасно, — расхохотался я. — Ты меня, как сосед, вполне устраиваешь. Не хотелось бы так быстро менять окружение.

В этот момент дверь в нашу комнату распахнулась, туда бодрым шагом вошел Лупицкий. Я даже не заметил, когда Василий, при виде такого гостя, оказался в вертикальном положении. Вот лежал, а вот уже стоит. Магия какая-то. Никогда раньше ничего подобного не видел. Я едва сдержал улыбку.

— Здравия желаю, господин генерал! — рявкнул Василий.

— Ага, — кивнул генерал. — Бронин, давай-ка, не тяни время. Собрался? Чего копаешься? Отправляться пора.

— Так точно, господин генерал! — хохотнул я.

— Вещи с собой взял?

Я огляделся: а из вещей мне не особо много чего и нужно. Закинул пару комплектов белья и запасную одежду в пространственный карман, решил пользоваться им, а не чемоданом. Все-таки налегке путешествовать куда удобнее. Благо, что эта магия у меня заработала. Теперь чемоданы мне вообще не нужны. Правда, немного застыл перед футляром, в котором лежала сломанная нагамаки. Подумал, подумал, откинул футляр, взял вытянутую рукоять и закинул ее тоже туда же в пространственный карман. А пригодится, почему бы и нет?

Все-таки хочу одну свою мыслишку воплотить в жизнь.

— Я готов, — отрапортовал я, повернувшись к генералу.

— Вот и прекрасно.

Генерал повернулся к незапертой двери, в которую уже заглядывали любопытные курсанты, что не спали в этот час. Всем интересно, что это у первокурсников в комнате делает целый генерал. Он взмахнул рукой, и на месте дверного проема стал разрастаться ярко-голубой портал.

Опачки! Любопытненько. А я слегка замешкался. Все-таки есть кое-что, без чего мне в дальнюю дорогу лучше не отправляться.

— Господин генерал, а куда ведет портал?

— На железнодорожную платформу.

— А какую конкретно?

Лупицкий окинул меня недоуменным взглядом, но все-таки пояснил.

— На ту же самую платформу, где вы появились.

— Понятно. Господин генерал, а можем мы отправиться не из моей комнаты, а с улицы?

— Это еще зачем? — спросил он.

— А мне кое-что прихватить с собой надо, — невозмутимо ответил я. — Это очень важно.

— Ну, важно так важно.

Он снова щелкнул пальцами, взмахнул рукой, и портал мигнул, однако не исчез.

— Давай за мной, — заявил он.

— Но я же…

— Это портал на улицу, не пешком же идти.

Если бы сейчас здесь была Роза Степановна, обязательно бы сказала, что генералы не бережливы к магии. Но я лишь улыбнулся и уверенно шагнул в портал. И почти сразу же в следующий миг оказался в метрах в двадцати от академии, посреди песчаных дюн.

— И что ты решил с собой прихватить? — спросил меня Лупицкий, едва не заставив вздрогнуть.

— Кусочек пустыни на память, — хохотнул я, а в следующий миг вокруг меня стала собираться здоровенная дюна из белого кварцевого песка.

Генерал в который раз с любопытством меня оглядел.

— Твоя стихия — песок, — скорее не спросил, а заключил он.

— Грешен, — растянул я губы в улыбке.

— Да уж, любопытненько. И что, собрался его с собой везти? — спросил он. — Поезд не грузовой, а пассажирский.

— Я что-нибудь придумаю, — улыбнулся я.

— В этом даже не сомневаюсь. Ну что, отправляемся?

На всякий случай, прежде чем шагать вперед, я пустил плотный поток песка прямо сквозь портал. Лупицкий, которому я буквально перегородил дорогу, замешкался и оглянулся на меня.

— Ну, молодой человек, наглости тебе не занимать.

— Это предусмотрительность и осторожность, — парировал я.

Генерал лишь хмыкнул и, совершенно игнорируя поток песка, шагнул прямо в портал. Песок же аккуратно обогнул его с обеих сторон, практически не задевая его защиту. Следом прошел и я. Все-таки не зря я обеспокоился. Стоило мне выйти из портала, как тот закрылся, а вместе с ним прекратился и поток песка. Хотя чего я жалуюсь…

Лупицкий задумчиво смотрел на здоровенную белую кучу. Целый бархан посреди степного пейзажа.

— Да уж, — пробормотал он.

Перекачать я успел несколько тонн белого песка. Не скажу, что все, что хотел, но это тоже неплохой аргумент в любом противостоянии.

Появилась у меня еще одна мыслишка, но для этого понадобятся кое-какие вложения. Деньги у меня имеются, все-таки и от деда остались сбережения. Он нередко перечислял на мой счет кругленькие суммы, видимо, подозревал, чем все может обернуться. Да и батюшка тоже деньги отправлял, вернее, дядя Дима отправлял деньги от лица батюшки на мои дни рождения и другие праздники.

Не скажу, что мне хватит денег на безбедную жизнь до старости, но и влачить жалкое нищенское существование мне тоже не грозит. Ну и для моих целей средств хватит. Ну а там, глядишь, найду, где финансами разжиться.

— Ну что, думаю, с остальным сам разберешься. Вот твои билеты.

У Лупицкого, будто у заправского карточного фокусника, появился золотистый билет, который он протянул мне.

— В документах все данные есть. Дальше разберешься сам. А теперь счастливо. Делай дела и возвращайся обратно. К слову, что бы ни произошло в твоих новых владениях, считай это первым испытанием, — подмигнул он мне.

— Что вы имеете в виду? — спросил я.

— Ну как что? Только не рассказывай мне, что тебе достался абсолютно беспроблемный участок, на который нет ни у кого притязаний.

— Откуда вы узнали? — спросил я.

— Так это древняя традиция. Каждому нежелательному наследнику, которого выделяют из рода, дают шанс, так сказать, реабилитироваться и заслужить доброе имя, даря ему возможность проявить себя в противостоянии с серьезным противником. И чем серьезнее противник, тем громче будет твоя победа. А значит, и возможность показать, что даже нежелательные наследники рода что-то из себя представляют.

— Любопытно. Не знал о такой традиции, — хмыкнул я.

— Ну вот теперь знаешь. И не вздумай сплоховать. У тебя нет шанса на проигрыш.

Подмигнув мне, он исчез, на этот раз без всякого портала.

— Вот же фокусники, — покачал я головой и побрел в сторону платформы. Песок толстенной змеей пополз за мной следом.

Глава 8

Переосмысление

Купе в поезде мне досталось пустое, и это были просто замечательные новости. По крайней мере, было чем заняться, и нежелательная компания мне была бы сейчас в тягость.

А задач у меня было целых две. Во-первых, я хотел разобраться с даром божественного артефакта и возможностью дотянуться до своего закапсулировавшегося сознания. Но отчего-то эту задачу я откладывал как только мог. Хотел подойти к ней с максимальной серьезностью, отдохнувшим и собранным. Боялся, что что-то не так сделаю или неосторожно залезу и утеряю столь ценную для меня информацию. А главное, что я боялся навсегда потерять — разум Корка.

Вторая задача, которой я хотел бы заняться, — это адаптация Ардуила. Сегодня должно было быть занятие по работе с артефактным оружием, в частности, с клинками. И, к сожалению, я его пропускаю из-за того, что вынужден отправиться в поездку, но кое-что в голове и у меня есть. Я читал несколько книжек на эту тему еще в юном возрасте. К тому же некоторая информация была записана в моем сознании, и в принципе, пускай без помощи специализирующегося на этом преподавателя, я и сам мог кое-что проверить.

Идея присоединить божественный клинок с заключённым в нём божественным духом к рукояти нагамаки меня, если честно, будоражила. Пускай с Ардуилом у нас договор только на год, но за этот год я могу столько всего успеть с божественным клинком! Ух, от одной мысли об этом руки начинают чесаться, а дыхание перехватывает.

Что касается артефактного оружия, как правило, мастера предпочитали делать его из двух или из трех элементов. Но зачастую из двух. Это понятно, рукоять и клинок. При том, что камни душ предпочитали вкладывать либо в клинок, либо в рукоять. Если в рукоять, то там использовались духи, усиливающие защиту. Для усиленной атаки духов помещали в клинок, и по возможности агрессивных существ.

Очень редки были случаи, когда камни душ помещались и в клинок, и в рукоять, но следовало к этому относиться осторожно и убедиться, что духи между собой ладят, потому что внутренний конфликт оружия вполне мог привести не только к разрушению артефакта, но и к гибели хозяина.

Что касается трех душ, было только одно упоминание в книге, которое я сейчас как раз и пролистывал, о мече с двумя клинками. И в нем использовались три души трех братьев-соколов. Правда, о защитной магии в рукояти там речи не шло. Все было направлено на силу удара. И, как говорили легенды, этот клинок мог не только убить бога, но и разрушить мир. Поэтому он был уничтожен почти сразу. Память о нем осталась, но доподлинно неизвестно, существовал ли такой клинок на самом деле. Да уж, и для чего мне эта бесполезная информация?

В принципе, помещать какой-то камень душ в клинок необходимости нет — у меня уже есть готовый клинок с душой. Рукоять у меня тоже есть. К слову, в этой рукояти есть сосуд или вместилище для камня душ. Но что это за камень душ может быть, пока что рановато об этом думать.

Нужно сначала подружить Ардуила с новой рукоятью и как-то убедить его взаимодействовать с ней. А уж потом и думать, удастся ли добавить еще один камень душ в божественное оружие.

— Меня на такую простую рукоять, еще и оружие какое-то нестандартное! Это что ты удумал, Алексиус? — возмущался дух полубога, когда узнал о моих планах.

— Ну слушай, уж лучше хоть какая-то рукоять, пускай и не стандартная, чем вообще никакой, — весомо заметил я. — Неужели тебе не надоело быть пустым куском металла?

— Пустым куском металла? Да я! Я ведь обломок величайшего оружия.

— Именно, то, что обломок. Неужели тебе не надоело быть обломком?

Ардуил помолчал.

— Да я не просто обломок. Я же величайший…

— Величайший обломок. Я не спорю, — согласился я. — Глупо здесь спорить. Но я предлагаю тебе вернуться в состояние полноценного оружия. А учитывая тот факт, что мы с тобой заключили договор, это будет идеальное оружие для меня. Я смогу этим оружием вершить великие дела. Ну а ты станешь легендарным оружием этого мира. Неужто это тебя не будоражит?

— Я и так уже легендарное оружие, только своего мира.

— Но будет еще один мир, и тебя будут почитать. Я слышал, что боги становятся сильнее от того, что смертные помнят их и поклоняются им. А еще я слышал, что каждый полубог — потенциальный бог. Вдруг ты станешь каким-нибудь богом оружия в этом мире? Не думал о такой перспективе?

— Красноречивый ты слишком, Алексиус, — подозрительно произнес Ардуил. — Опасное это качество для типчиков вроде тебя.

— Ну, не без этого. Настоящий архимаг ведь не только силой бравирует, он еще хлестко жжет глаголом. Не все же воевать, доказывать силу своего тела и магии. Можно еще доказать свое право быть архимагом силой меткого слова.

Ардуил снова помолчал.

— Ишь, как запел, — хмыкнул Ардуил.

— Вот так и ты докажи, что не рукоять делает великий клинок. Более того, даже со слабой рукоятью ты способен творить великие дела. Ну что, сможешь доказать?

Вот говорю все это, а про себя думаю, что такого ни в одном учебнике по артефакторике точно не вычитаешь. Как убедить артефактный божественный клинок взаимодействовать с другими частями оружия. Думаю, даже лучшие преподаватели Муромской академии меня такому бы не научили.

— Твой ядовитый язык пролезет в самую узкую нору самой высокой скалы. Ты прямо-таки отец хитрости, скажу я тебе.

— Ой, да не заливай, — отмахнулся я. — Ну так что, согласен поработать с рукоятью?

— При одном условии: ты ее улучшишь, либо заменишь, сделаешь достойной меня. Пока что временно с этой поработаю. Но не думай, что достаточно одного твоего обещания. Я требую рукоять из самой лучшей древесины этого мира, украшенную драгоценными камнями и покрытую позолотой.

— Ты что, решил стать эстрадным микрофоном? — хохотнул я.

— Не эстрадным микрофоном, если бы я еще знал, что это такое, а лучшим и красивейшим клинком этого мира. Ты же сам об этом говорил. Или уже хочешь забрать свои слова обратно?

— Будет тебе лучшая в мире рукоять, — согласился я. — Ну-ка, давай-ка попробуем, прорепетируем твою посадку.

Ардуил отлип от моего предплечья и вытянулся на койке. Я в свою очередь вытащил из пространственного кармана длинную рукоять нагамаки и положил перед ним. Обломанный конец клинка с грубыми зазубринами вдруг распрямился и потянулся несколькими щупальцами к рукояти. Вот это да, я не знал, что он так умеет. Щупальца вроде были металлические, но при этом извивались, будто бы живые. Хотя чисто технически они и так были живые. Ведь Ардуил… Хотя чёрт знает, как у них устроено у этих духов, пускай и божественных.

Клинок присосался к рукояти, а затем маленькие металлические щупальца обвились вокруг гарды, став с рукоятью одним целым. Я осторожно приподнял нагамаки за рукоять, опасаясь, что клинок отвалится. Потряс оружие на всякий случай. Нет, вроде держится. Осторожно взмахнул. Клинок со свистом рассек воздух. Хотя, казалось бы, взмахнул не сильно. Хм… Сделал небольшой взмах, насколько позволяла площадь купе. Извернулся и едва не подскочил от раздавшегося грохота. Сам не заметил, как случайно подрубил цепь у соседней койки. О-хо-хо. Надеюсь, соседа ко мне не подселят. А то ему спать негде будет. А я ведь даже не заметил, как перерубил эту цепь.

— Впечатлен? — хохотнул Ардуил. — Я еще и не такое могу.

— Даже не сомневаюсь, — почесал я макушку. — Ладно, как мне тебя хранить? В ножны полезешь? — спросил я, припомнив, что ножны я оставил вместе с клинком. Да уж.

— Рукоять здесь неудобная, — посетовал полубог. — Так бы я вокруг пояса обернулся. Но рукоять такая длинная. Я, конечно, могу чуть похимичить с ней, сделать более гибкой. Но боюсь, тебе с ней будет неудобно.

— Нет уж, давай обойдемся без экспериментов, — попросил я.

В этот момент по селектору раздался голос машиниста поезда:

— Мы прибываем на промежуточную станцию. Будьте осторожны, за бортом бушует, — он прочистил горло, — песчаная буря. Хотя, как это возможно, ответить я, к сожалению, не могу. Однако перед выходом закутайтесь в плотную одежду и берегите себя.

Эх, это я переборщил. Подошел к окну, держа нагамаки осторожно отставленным в сторону, чтобы никому ничего не повредить.

А за окном действительно бушевала песчаная буря. По крайней мере весь песок, что я смог с собой утащить, сейчас со скоростью состава следовал за моим вагоном.

Хорошо было бы, если бы здесь был какой-нибудь товарняк или просто пустое помещение, куда можно было бы этот песок забить. Но, за неимением большего, отправил песок за собой следом.

Я снова посмотрел на клинок.

— Надо понять, как мне тебя теперь переносить.

— А что тут понимать? — хмыкнул Ардуил.

Сначала он принялся уменьшаться. Я бы подумал, что он сейчас впитывается куда-то в меч, но нет. Он снова принял прежнюю форму. Задумчиво похмыкал.

— Нет, рукоять здесь недостаточно вместительная, — произнес он.

А потом принялся обвиваться вокруг рукояти. Теперь у меня в руках было нечто вроде дубинки, усиленной металлом. Что ж, тоже любопытное решение. Из эфеса забавно торчал маленький хвостик, отчего казалось, что клинок нагамаки уменьшился в десять раз. И теперь маленький кинжальный клинок торчал на длинной массивной рукояти.

Это самое забавное оружие, которое у меня когда-либо было. Я едва не рассмеялся. Затем открыл пространственный карман.

— Ардуил, ты не против таких карманов?

— Кидай уж! Где тебе меня еще держать? — хмыкнул он. — А при случае быстро с руки на рукоять я вряд ли смогу перебраться. Так что пока довольствуемся меньшим.

Я кивнул и аккуратно сунул рукоять в пространственный карман.

Теперь настала пора разобраться с подарком божественного артефакта. Признаться, я сам не знаю, с какой стороны к этому подойти. Но изо всех сил попытался прийти в более спокойное состояние.

Я уселся на койке, подогнув под себя ноги. Затем попытался нащупать канал и потихонечку, неспешно, потянулся через образовавшуюся протянутую ниточку к своему прежнему разуму, что завис где-то на границе этого мира. И только когда добрался до туда, понял, насколько тоненькая эта ниточка и насколько большая капсула, в которой находится мой разум, по сравнению со мной сейчас. И понял, что даже и пары процентов не смогу освоить.

Однако уже через пару мгновений я понял замысел артефакта. Мне было даровано ровно столько, чтобы перекачать разум Корка. По крайней мере только об этом я и подумал. Потому что крупицы моего сознания, безусловно, бесценны, но для этого мира, к сожалению, бесполезны. Зато мой ворон для меня куда важнее каких-то там знаний, которых и в этом мире полно.

Эх, выходит, теперь у меня новая задачка. Нужно срочно подыскивать подходящее тело для Корка. И обычная курица тут не подойдет, да и вороны, не факт, что будет достаточно. Все-таки нужна птица с развитым мозгом, а тела для своего друга я выращивал отдельно из специально выведенных птиц.

Где найти здесь таких, я ума не приложу. Но задачу решить необходимо.

Глава 9

Подарки

Только я хотел заняться тем, чтобы подобрать тело для Корка, как меня весьма бесцеремонно прервали. Все-таки, похоже, кто-то появился на роль соседа по купе. Прямо посреди помещения вспыхнула яркая вспышка, и на землю рухнула весьма миловидная девушка. Она тут же вскочила и принялась отряхиваться.

— И где тебя носило? Я тебя столько времени найти не могла, — отряхнувшись набросилась на меня Лилит.

Стоило Лилит появиться, как из моего кармана моего походного рюкзака выпрыгнул Сплинтер в своих маленьких доспехах и с копьецом, и принялся размахивать им по сторонам, готовясь отразить любую атаку. И смотрел так грозно, что у меня у самого от умиления улыбка расплылась по лицу.

Я подал сигнал грызуну, чтобы он успокоился, мол, опасности никакой нет. Сплинтер, конечно, мне не поверил, по крайней мере, он явно ощущал эманации демона, но успокоился и сел в позу лотоса, хоть и копьё было взято на изготовку.

Девушка не обратила на мышонка никакого внимания.

— Что значит не могла найти? — хитро спросил я. Не знаю, почему она не могла меня найти, но уверен, я сейчас узнаю какую-то тайну.

— Да я тебя вообще не чувствовала. Только здесь тебя смогла отследить. Ты будто бы был под какой-то защитой, — продолжила возмущаться девушка.

Это любопытно. Похоже, у академии есть какая-то защита против отслеживания и наблюдения, по крайней мере магию демонов она заблокировала.

Но думаю, что Лилит это знать не стоит. Все-таки это секреты академии, а эта пигалица на другой стороне и далеко не союзница. Кто знает, как она использует эти знания.

— Я тестировал заклинания блокировки, — соврал я. — И благодарю за обратную связь. Они прекрасно работают.

Девушка насупилась.

— Что ещё за заклинания блокировки? Ты что, собрался от меня прятаться?

Я лишь закатил глаза.

— Ладно, я не с пустыми руками. Подарочки тебе привезла, — заявила девушка.

Подарки от демонов никогда не бывают просто так. Бойся демонов дары приносящих. Однако любопытно.

— Что за подарки? — поинтересовался я.

— Ты логово портальщика разорил, портальщика убил, вскрывал все его сокровищницы, а сокровища не забрал, — хохотнула девушка. — Вот делаю за тебя грязную работу.

Она выставила руку вперед, и в ней появился здоровенный мешок, от которого тут же пахнуло проклятой магией.

— Ты что творишь? Ну-ка убери быстро, — зарычал я. — Здесь же проклятий столько, что весь поезд можно уничтожить.

— Ну какой ты суеверный, — хмыкнула девушка. — Эти проклятия легко снимаются. Зато в этом мире ценится золото и драгоценные камни. Вот проклятие снимешь, можно будет использовать как валюту. Глупо отказываться от ресурсов.

Да уж, об этом я не подумал. Вернее, не так. Я даже не задумывался о том, что можно снять проклятие. Все-таки мои познания в артефакторике довольно скудные. По крайней мере, я не знаю, как их снимать. Возможно, на уроках Муромской академии, посвященных артефактам, можно какую-то информацию почерпнуть. Но я пока таких учений не встречал.

— Если поможешь с этим, будут благодарен.

— Конечно помогу, — улыбнулась девушка.

— Что мне это будет стоить? — тут же спросил я.

— Договоримся, — хмыкнула она.

— Сначала озвучь цену, а потом будем общаться. Но не забывай, что это я разорил гнездо портальщика. Все-таки сокровища мои. Согласен посовещаться с тобой за долю. В противном случае буду считать, что ты меня обокрала.

— Обокрала? Ты же сам их бросил.

— Откуда ты знаешь? А может, я собирался вернуться?

— Ну конечно. Портал-то схлопнулся, как бы ты вернулся?

— Придумал бы как, — невозмутмо заявил я.

— Значит, это тебе не пригодится, а я думала, ты обрадуешься.

В её руках помимо мешка появилась небольшая книжица.

— А это еще что? — насторожился я.

— Как что? Книга портальщика. У каждого из них такая есть. Они там все свои знания записывают.

— И где ты её взяла? — заинтересовался я.

— Так под его филактерией. Я даже удивилась, что ты её пропустил.

Вот блин. Да уж, невнимательный я совсем. Такое сокровище едва не упустил. А эта книжка мне бы не помешала. По крайней мере, у меня ведь действительно есть портальный ключ. А если я пойму, как им пользоваться, то можно будет неплохо разгуляться. Мне не нужны высшие заклинания портальщиков, которые способны перемещать целую армию, а вот научиться самому перемещаться в пространстве без сложных ритуалов, мне не помешало бы. Ради такого я готов отдать немало.

Я посмотрел на Лилит.

У нее было явно приподнятое настроение. И чего она такая радостная? Задумала что-то.

— Что ты хочешь за эту книжицу?

— С чего ты решил, что я такая меркантильная? Просто не скрывайся от меня больше. И всё. Я бы хотела узнать о тебе побольше.

— Зачем это? — спросил я.

— Ну, кто знает, как дальше наша судьба сложится? — улыбнулась девушка.

Я проигнорировал. Ясно как. Либо я ее убью, либо она меня убьет, либо разойдемся порознь. По крайней мере, с демонами обычно всегда только так.

Девушка подкинула мне книжицу, я тут же ее подхватил.

— Ой, а где это мы? — оглянувшись, спросила она. Видимо, до неё только сейчас дошло, что мы находимся в купе поезда. — Мне кажется, или это комната движется?

Она подбежала к окну.

— Действительно движется. И что это за стук?

— Это поезд, — ответил я, изучая книжицу в своих руках. Нужно проверить на предмет проклятий. Мало ли, как портальщик мог защитить свою собственность.

— Поезд? Никогда о таком не слышала. Расскажешь, что это такое?

Ага. Делать-то больше нечего.

— Местные люди так передвигаются, — пояснил я.

— А что, они портал не создадут? — хмыкнула она, с любопытством глядя в окно.

— Слишком затратно.

— Обалдеть! — она вдруг исчезла.

Я пожал было плечами: Ушла и ушла. Хотел было присесть на свою койку, но она снова появилась, до крайности задумчивая.

— Значит, построить здоровенную железную машину, и перевести целую гору чёрного угля — это значит дешевле, чем портал? — задумчиво спросила она.

— По всему выходит, что так, — ответил я, призадумавшись насколько это выгоднее. Хотя услуги мага пространства, наверное, стоят куда дороже, чем этот состав. Либо есть другое обоснование. Такие маги нужны на поле битвы, чтобы быстро доставлять армию или эвакуировать раненых. А на простые перевозки можно создать и такой поезд. Все-таки тут соотношение цены и ценности играет роль.

Девушка прошлась по купе. Видимо рентабельность железной дороги перестало её волновать.

Она вдруг заметила Сплинтера и воскликнула:

— А это что ещё за зверёк? Твой тотемный зверь, что ли?

— Ещё одна… — хмыкнул я. — Нет, просто мой шпион, — ответил я.

— Ой, какой миленький! И кто какой грозный? — сюсюкая, произнесла она, попытавшись погладить мышонка по головке, но тот зашипел и взмахнул копьецом. — Настоящий воин! Вернее, будешь, как подрастешь, — подмигнула она мышке.

Она уселась на мою койку и поглядела на меня. У меня от этого едва дыхание не перехватило. Нет, в ней точно течёт кровь суккубов. Иначе, почему у меня так дыхание перехватывает от её взгляда.

— Ну так и что? — после недолгой паузы спросила она. — Ты сам будешь заниматься очищением артефактов или мне это сделать? Кстати, если удастся снять проклятие и оставить усиление, то стоимость таких безделушек вырастет в разы. Подумай об этом, и ты сможешь озолотиться. Будешь завидным женихом, — хохотнула девушка.

Я никак не реагировал, однако вопрос финансов меня интересовал. Все-таки у меня сейчас довольно глобальные цели, и деньги никогда не бывают лишними.

По крайней мере, мне надо было самому подумать о том, чтобы забрать сокровища портальщика с собой. Хотя как это сделать безопасно для себя, я не знал. Зато вот Лилит, похоже, совсем не переживает за последствия.

— Ой, — хмыкнула девушка. — Кажется, кто-то переполошился.

Стоило ей это сказать, как я услышал какой-то шум в вагоне и топот. Моё купе располагалось в центре вагона, но я услышал, как где-то по бокам затрещали перекрытия, будто кто-то большой и сильный пытался проломить двери купе.

— Открывайте! — раздался голос. — Кажется, начался прорыв демонов. Откройте для проверки.

— Кажется, это за тобой, — хмыкнул я, глянув на Лилит.

— А я пользуюсь успехом, — усмехнулась она. — Ладно. Ты ещё долго будешь в этой едущей комнате?

— В поезде? — спросил я, усмехнувшись. — Думаю, ещё полдня.

— А куда ты едешь?

— В родное поместье по делам, — ответил я.

— Ну тогда я к тебе чуть позже вернусь. А то местные бойцы немного нервные и явно горят желанием помешать нам поболтать в приватной обстановке.

Я ничего не ответил, а девушка подмигнула мне, затем неожиданно вдруг послала воздушный поцелуй и растворилась. Почти в этот же миг дверь моего купе распахнулась, в неё ввалились воины.

— Вы видели демонов? Наши маги говорят, что был прорыв.

— И большой прорыв? — вскинул я брови.

— Нет, небольшой, — опешил здоровенный воин в серебристых доспехах. Он явно не ожидал, что ему будут задавать вопросы. — Но тем не менее демоны на борту или были на борту поезда.

— Я никаких демонов не видел, — заверил я. И даже почти не соврал. Всё-таки Лилит, хоть и была по природе демоном, таковой не выглядела, и внешне была вполне обычной девушкой.

Воин оглядел моё купе. Его взгляд остановился на перерубленной койке.

— А это ещё что? — указал он пальцем на обломки.

— Неудачно чихнул, — невозмутимо ответил я.

— Ну вы прикрывайтесь что ли, — усмехнулся воин. — Ладно, сам вижу, что здесь пусто. Будьте осторожнее. Если увидите демонов, нажимайте кнопку тревоги, — он указал на небольшую красную кнопочку, находящуюся в изголовье моей койки.

— Благодарю, будет сделано, — улыбнулся я.

Воин еще раз подозрительно оглядел мое купе, затем покинул его. Я же невозмутимо сел на свою койку и взялся за книжицу портальщика. Очень любопытно. Конечно, возможность вернуть Корка очень важна, но без подходящего тела я вряд ли смогу это сделать быстро. А вот возможность путешествовать порталами очень полезна. И если разберусь с портальным ключом, мне это может сослужить очень хорошую службу. По крайней мере, если я смогу найти уединенное место в Инферно и, гуляя туда, тренировать ментальную магию, кто знает, чем это может обернуться. Может, я смогу вернуть все свои знания, а там, глядишь, найду какую-то лазейку и смогу использовать менталистику здесь, в этом мире.

Я ведь не собираюсь действовать топорно. Ментальная магия, она довольно хитрая, и интуиция подсказывает, что если не действовать в лоб, то обойти местные ограничения я сумею. По крайней мере, в мелочах мне это удавалось. Главное — не привлекать внимание внешних сил.

Будто по наитию я достал из пространственного кармана портальный ключ, покатал его в руке. Он оказался теплым. Взглянул на него. А портальный ключ, оказывается, светился ровным оранжевым светом. Раньше такого не замечал. Я подвинул его к книге, и камень в моих руках засветился еще ярче. Любопытно. Принялся искать информацию в книге о портальных ключах и о том, как с ними работать. Чувствую, эта поездка окажется более полезной, чем я ожидал.

Ко мне на колени юркнул мышонок. К слову, видимо из-за доспехов и оружия он уже не был таким легким, и вес его ощущался довольно отчетливо.

Он взглянул мне в глаза.

— Что, голодный? — предположил я.

Он покивал.

— Ну, беги тогда, поищи себе еды, — кивнул я, представляя, как мышь будет отыскивать ресторан и пугать поварих.

Можно было бы, конечно, упростить ему задачу, сходить, купить что-то поесть. Но он же не просто мышь, он мой шпион и должен решать задачи любой сложности. По крайней мере, я не сомневался, что у него это получится.

Глава 10

Дележка

Стоило мне погрузиться в таинство портальной магии, как меня снова отвлекли.

Как и первый раз, посреди купе зажглась небольшая искорка и появилась Лилит.

Снова она.

— Тебе что здесь нужно? Сейчас опять набегут охранники, — возмутился я.

— Ой, да не переживай. В этот раз я их не побеспокою, я уже поняла, какая здесь система безопасности. Вот увидишь.

— Как это, система безопасности? Ты что, местную систему решила взломать? — нахмурился я.

— Да нет, я всё размышляла, как ты от меня спрятался, и попыталась смоделировать разные ситуации, чтобы понять, как не дать тебе от меня скрыться впредь, — деловито пояснила она.

«Ах ты ж чертовка», — хмыкнул я про себя, но внешне никак не отреагировал.

— И что, поняла? — спросил я.

— Нет, — вздохнула девушка, — зато нашла сигнальную систему твоего этого поезда.

Она огляделась, и вдруг заметила чем я занимаюсь.

— О, ты уже изучаешь ключ портальщика? — подобралась она, увидев в моих руках сияющий портальный ключ.

Я тут же спрятал камень в пространственный карман.

— Ой, да ладно, не отвлекайся на меня. Я здесь посижу, понаблюдаю за тобой.

— Ага, вот ещё чего не хватало, — хмыкнул я. — Ты зачем пришла?

— Как зачем? Нам ведь нужно очищать артефакты. Вот этим и предлагаю заняться. Мне скучно, а ты всё равно ничем полезным не занимаешься.

— Как это ничем полезным не занимаюсь? — возмутился я. — Я ведь твой подарок изучаю.

— Это дело хорошее. Но подарков у тебя ещё вагон и маленькая тележка.

Я попытался просканировать поезд ментальным взглядом, насколько это было возможно в моих силах. Получилось не очень хорошо. По крайней мере, суеты я никакой не заметил. Затем потянулся сознанием к разуму Сплинтера, который как раз сейчас преодолевал переход в следующий вагон. Он тоже ничего не заметил, никаких шумов и суеты.

Видимо, Лилит действительно смогла никого не побеспокоить и обошла систему безопасности вполне филигранно. Что ж, в любом случае, её помощь мне не помешает. По крайней мере, глупо отказываться от таких даров. Вопрос только, как мне всё это уместить в своём пространственном кармашке.

Судя по величине мешка, сокровища эти увесистые. Но в любом случае я не брал с собой багаж, поэтому, может, и так смогу их утащить. Если, конечно, демоница не придумает ничего неожиданного.

— И как ты собралась снимать с них проклятие? — спросил я.

— О, значит заинтересован? — хохотнула она. — А мне нравится твоя решимость. Раз так, давай заниматься делом.

Девушка растянула губы в широкой улыбке. Улыбка у неё была действительно красивая. Ровные белоснежные зубки с слегка удлинёнными клыками придавали ей особый шарм.

— И как собираешься снимать те проклятия? — не без любопытства спросил я.

— Вот прям так возьми тебе всё и расскажи, — хихикнула девушка.

Нет, что-то у неё действительно слишком уж хорошее настроение. Это неспроста. Интересно, что у неё на уме? И где мог просчитаться? Может, отказаться от этой затеи? С этими демонами не угадаешь, где у них начинаются замыслы. А что касаемо благих намерений, у демонов не может быть благих намерений вообще.

Увидев моё замешательство, она тут же заговорила:

— Да, расскажу уж, здесь же всё просто. Сначала нужно определить тип проклятия, на что оно направлено: на духовное тело, на материальное или на разум. Ну, это базовые проклятия. Бывают ещё побочные, направленные на эфирные тела, на управление человеческими страстями и на впадение в грех, но это уже скучные проклятия, и от них вреда не так много. А вот те, что разлагают саму суть жертвы… С этими да, с этими нужно быть осторожнее. А с базовыми работать проще всего. По крайней мере, один из самых простейших способов — переместить предмет с проклятием в тот мир, где этот вид магии не действует. И попытаться его активировать, тогда оно само по себе сгорит. Его изотрёт мир. Но желательно самому с ними не контактировать. Ты сам понимаешь почему. Чтобы проклятие, начав действовать, принялось искать жертву и излилось в мир. Или ты ещё не разобрался с проклятиями? — она с хитринкой посмотрела на меня.

Я ничего не ответил, но она и так поняла.

— Тогда куда же ты торопишься? Сначала нужно разобраться с портальной магией, а потом уже очищать артефакты от проклятий.

В общем, оставшаяся часть пути прошла интересно и с пользой, да еще и в компании с полудемоницей, что придавало пикантности всей ситуации. На самом деле, снятие проклятий с артефактов — дело оказалось непростое, но интересное. По крайней мере, я увлекся. Сложновато было, конечно, с определением проклятий и тем, чтобы самому не попасться под их воздействие. Но Лилит оказалась довольно опытной в этом деле. Как она сказала, не раз пыталась пуститься в бега, но не решалась. Однако готовила плацдарм себе изрядно. По крайней мере, как я понял, она имела изрядный опыт в потрошении сокровищниц и использовании чужих артефактов, а так же в снятии с них проклятий.

Я так увлёкся, что несколько раз едва не забыл про свой песок, который так и следовал за поездом. Вспоминал в последний момент, но не уверен, что не потерял часть своих запасов. Да уж, оставаться без своего самого сильного оружия не стоит.

Правда, продвигалось очищение артефактов не так быстро. Мы едва успели очистить Меч Паучьих Королей, как называла его Лилит, и Корону Грязной Власти. Как она сказала, для нее названия этих артефактов очевидны. Она просто на них смотрит, а те показывают ей свое название. Раньше не задумывался, как это у демонов происходит. Оказывается, вот как.

Прервал нас проводник. Он зашел без стука уведомить о том, что скоро будет моя станция. Однако, увидев Лилит, он замешкался.

— Упс, простите. Не хотел вас отвлекать.

Оценив девушку взглядом, он поджал губы и приподнял бровь. Затем оценивающе поглядел на меня, мол, какую красотку к себе пригласил.

— А вы, девушка, откуда? Что-то не помню, чтобы вы садились в этот вагон.

— Она из соседнего, — поспешил ответить я.

— Понятно, — проводник снова оценил меня взглядом. — Ну что ж, следующая станция ваша. Не забывайте вещи и имейте в виду, за нами по-прежнему следует песчаная буря. Так что будьте осторожны.

* * *

В глубокой пещере существо, похожее на нечто среднее между останками человека и облезлым драконом, вылепленным из песка, почувствовало неладное. Его создатель и обидчик, на которого была завязана привязка к миру, куда-то удалялся. Причем довольно стремительно. Если раньше лич был спокоен, ощущая неподалёку существ, создавших его, то сейчас эта связь могла прерваться. И лич вполне весомо испугался того, что, лишившись хозяев, он может и сам лишиться своей псевдожизни. Ведь создатель, сами того не ведая, подпитывал его, позволяя оставаться в живых, если форму этого существования можно было так назвать.

Пора было выбираться из подполья и продолжить свою охоту. За минувшие сутки лич сумел поднять уже больше пятнадцати умертвий. Правда, по большей части это были скелеты животных: лисицы, барсука, двух лосей и нескольких небольших грызунов, волка и ворона. Правда, от последнего толку вообще не было, потому что на своих костяных крыльях он бы никогда в жизни не взлетел.

Получилось найти и полуразложившегося человека, сделав из него зомби. Но все эти существа были слишком уж слабыми. И использовать их для чего-то серьезного не представлялось возможным, а действовать нужно было немедленно. Тащить на себе этих тварей смысла не имело, поэтому лич попросту забрал всю накопленную умертвиями энергию себе, слегка подпитавшись.

Это было, конечно, обидно. Лич потратил немало сил, создавая этих ходячих мертвецов, но вернул себе чуточку больше. Правда, если бы умертвия успели набраться сил, а еще лучше — смогли бы кого-то убить, прибыль была бы больше. Но и это тоже неплохо.

Лич снова принял форму песчаного дракона. Кроме того, что эта форма ему полюбилась, ему было проще находиться именно в этой личине и сохранять свое естество. Видимо, это было как-то связано с тем, что именно такую оболочку создал ему тот мальчишка.

Пришла пора отправляться в путь. Рановато, конечно, но оставаться на месте в данном случае было куда рискованнее.

* * *

Геннадий Степанович Курпатов, глава графского семейства Курпатовых переживал не лучшие времена. В миру уже поговаривали, что сам граф Курпатов на грани банкротства, а их род рискует лишиться титулов. Ситуация была отчаянная. Вариантов, как наладить дела, оставалось не так много.

Развернувшаяся на западе война лишила их семейство нескольких доходных дел. Еще два дела стабильно работали в убыток вот уже второй десяток лет. Еще и беспокойные соседи все время донимали…

Хватило бы совсем небольшой суммы в пару миллионов рублей, чтобы привести дела в порядок. Да, все-таки пара миллионов рублей не такая уж и маленькая сумма, но она бы как раз подошла.

Геннадий, как обычно, сидел в своем кабинете и, снедаемый тяжелыми думами, покуривал трубку. В этот момент у него зазвонил магофон. Он нехотя протянул руку и поднял трубку. Ничего хорошего он не ждал. Это либо кредиторы, либо еще какой-нибудь «доброжелатель», который расскажет ему о новых возникших проблемах.

Звонил его старый закадычный друг, барон Кречетов, с которым они когда-то заканчивали магическую академию Македонского.

— Геннадий Степанович, здравствуй, дорогой! Есть новости, — раздалось на том конце провода. — И мне кажется, эти новости тебя могут заинтересовать. Более того, они могут тебя порадовать.

— Излагай уже, — не надеясь ни на что хорошее, произнес Курпатов. Он даже поморщился, будто от зубной боли.

— У меня появились интересные новости из канцелярии. Помнишь тот спорный участок, из-за которого у вас с Медведевым когда-то был серьезный конфликт?

— Этого еще не хватало. Что Медведев еще от меня хочет? — Курпатов предпринял усилие над собой, чтобы его возглас не был похож на стон.

— Да ты не понял. Не тот проблемный участок, а тот, на который были притязания у твоей семьи. На реке Иртыш.

— Так, поподробнее давай, — тут же выпрямился Курпатов, почуяв возможную наживу.

— А что тут подробнее? Медведев своего старшего сынка выделил из рода и отдал ему тот самый участок. Теперь он принадлежит не клану Медведевых, а пока что неизвестному барону без фамилии. Знаешь, Генка, я думаю, что тебе наконец-то улыбнулась удача, и рекомендую ее не игнорировать, а поскорее хватать медведя… гм… быка за рога.

У Курпатова тут же завертелись мысли в голове. Вот тот самый шанс, который он просил! Вселенная услышала его мольбы, предоставила прекрасную возможность. У него появится шанс решить свои долговые проблемы. Нужно всего-то вернуть свое.

— Только не расслабляйся, — напомнил о себе друг в трубке. Курпатов про него уже и думать забыл, почти его не слышал. — Я тебе доложил об этом, но не забывай про Лисицыных и Фоминых. Те тоже своего не упустят. Не знаю, когда они получат ту же самую информацию, но я на твоем месте не зевал бы и не считал ворон, а действовал. Я уж попробую со своей стороны помочь. Думаю, сможем сделать все возможное, чтобы преимущество осталось на твоей стороне. Поэтому начинай действовать, и все будет хорошо. Надеюсь, ты очень скоро поправишь свои дела и перестанешь ходить с такой кислой миной.

С Кречетовым у Курпатов были хорошие отношения, и он порой спускал такие шуточки. Всё же нужный человек в канцелярии никогда лишним не будет. И в этот раз, баронишка оправдал все надежды возложенные на него.

— Придержи информацию как можно дольше. Я начинаю собирать гвардию.

Глава 11

Ресурсы

Я стоял в открытом поле, глядел на открывающийся густой лес. Выходит, это все мое. Любопытно. Только что мне с этим делать? И где искать свою усадьбу?

Рядом со мной стояла Лилит и с любопытством оглядывала окружающую территорию. Ждать никаких комментариев не приходилось. Да и что она мне может сказать? Как хорошо превратить этот лесок в пылающую пустыню? Или какие там пейзажи нравятся демонам?

От железнодорожной платформы до моего участка было, к слову, не так далеко. Хотя и двигался я, в основном, по пересеченной местности, по лесам, полям и через реки с озерами. Примерно километров двадцать. Ни много, ни мало. Да и какая разница? Перемещался я при помощи своей песчаной ладони. Правда, была проблема, всё же песка я потерял немало, и запасы надо бы восстановить. Вот только где? Вопрос пока открытый.

Я, правда, нашел несколько торчащих из леса скал, и одна из них, оказалось, состояла из песчаника. Но песчаник, как известно, легко превращается в песок. Не такой качественный, как хотелось бы, но тоже вполне сможет подойти для моих целей. Вполне пригоден для использования. Но к нему я вернусь чуть попозже. Все-таки переработка камня в песок — дело тоже непростое.

К слову, как я нашел свой участок? Удивительно, но браслет, который присвоила мне Академия, оказался довольно многофункциональным. И при этом не только в Академии, но и во внешнем мире. По крайней мере, я, решив побаловаться, наугад ввел данные участка в систему навигации, и маршрут построился.

Передо мной выстроился огромный план местности, который пересекла коротенькая красная линия, ведущая от места моего положения к обведенному красным светом массивному участку. Все-таки технологии местного мира меня не перестают удивлять и радовать.

Я слышал о техногенных мирах, где при помощи механики и науки достигали необычных решений, которые вполне могли бы заменить любую даже сложную магию. Здесь же, посредством магии, обогнали техногенные миры. И это впечатляло. Более того, я ведь в этом мире живу уже десяток лет, а до сих пор удивляюсь каким-то его новшествам. И думаю, что этот мир еще не раз приятно меня удивит.

Стоило мне ступить на свой участок, как во внутреннем кармане что-то завозилось и завибрировало, явно подавая импульсы, чтобы я обратил на него внимание. Я полез в карман, достал ту самую печать, которую мне вручила Роза Степановна в канцелярии Муромской академии. Одновременно с тем, как я достал коробочку, на меня вдруг повеяло запахом косматой слежавшейся шерсти. Послышался грозный рык где-то совсем рядом.

Я поднял голову, и из леса, медленно ступая, вышел здоровенный медведь. Можно было бы, конечно, предположить, что это проекция тотема нашего графского рода Медведевых. Но нет, зверь был слишком натуральным, и никаких тебе эманаций духовной магии. Следом за медведем появилось еще два зверя. И что делать? Нападать они пока не торопились, однако что-то мне подсказывало, что стоит мне сделать шаг навстречу им, они тоже атакуют. Любопытно, и что же мне с этим делать?

С одной стороны, даже несмотря на недостаток песка, я легко могу их прихлопнуть. С другой стороны, надо ли мне переводить такой ценный ресурс? Вон какие звери. Мне такие пригодятся в личной охране. Уверен, они здесь не просто так завелись. Скорее всего, это какие-нибудь стражи территории. И раз их здесь разместили, нужно научиться ими пользоваться, а не пытаться с ними бороться или устранить их.

Здесь путей несколько. Либо попробовать поговорить с дядей Димой или отцом, чтобы понять, как управляться с этими зверями, но это не солидно. Второе, как я уже говорил, попытаться их убить. Третье, приструнить по праву сильного и показать, кто здесь хозяин. Но для этого мне нужен дополнительный песочек и побольше.

Да уж, задачка. Время и силы тратить не хочется ни на изучение, ни на переработку песчаника в песок. Ведь песка понадобится много. Однако, когда я летел к своим угодьям, то пролетал над небольшим городком, а там отчетливо угадывался дом местного самоуправления или административное здание. Быть может, там будут какие-то полезные связи и контакты. Да и узнать побольше об этом участке, прежде чем начинать какую-то деятельность. Как подсказывает интуиция, как только я активирую печать и переоформлю участок на себя, начнутся любопытные события, и к этим событиям нужно быть готовым.

Поэтому, решив не торопиться и не пороть горячку, я поднял песчаную ладонь повыше и отлетел чуть подальше от троицы скалящихся медведей.

— Тебя что, напугали эти зверюшки? — хихикнула Лилит.

— Не дождешься, — заявил я.

Вообще, следовало бы её отправить восвояси, но в компании всегда веселее. К тому же меня забавляла реакция Сплинтера на эту полудемоницу-полудевушку. Он сидел у меня на плече с копьём в руках, готовый в любой момент отразить коварную атаку. Дисциплина и служение сделают из любой мыши настоящего воина. Даже самому любопытно, во что это может перерасти. По крайней мере, этот Сплинтер совершенно не похож на исполнительную и послушную Микки или рассудительного Корка. Таких боевитых питомцев у меня ещё не было.

Отправившись обратно и пролетая над небольшим городком, я вдруг заметил кое-что любопытное. На этот раз летел чуть другим маршрутом и увидел территорию, заполненную камнями, кирпичами, щебнем и песком. Да, там было две довольно основательные кучи песка. Причём песок хороший, кварцевый. Не самого лучшего качества, но для моих целей вполне подходил.

Можно было бы просто забрать его по праву хозяина стихии, но предположу, что этот песок кому-то принадлежит, и просто так забирать его будет не совсем правильно. Поэтому я решил опуститься и узнать, что же это за территория такая и зачем им песок. Может, удастся его выкупить.

Благодаря Лилит, у меня прибавилось золотых изделий, в том числе золотых монет. С золотых кругляшей демоница с лёгкостью фокусника уже поснимала все проклятия, и те готовы были к использованию в товарно-денежном обороте.

Местечко оказалось захолустным. И когда в затемнённое помещение вошёл пускай и юный, но граф в сопровождении эффектной красавицы, у сидящего в конторке мужчины задёргался глаз, а его молодой помощник едва не уронил челюсть, уставившись на обворожительную брюнетку с ярко-синими глазами.

Всё-таки одежда выдавала во мне принадлежность к какому-то благородному роду. Пускай по правилам Академии я был сейчас в форме, лишь с удалёнными знаками отличия.

— Не часто у нас в краях увидишь благородного господина, — поклонился седоволосый мужчина, поднявшись со своего места. — Вы путешествуете или по каким-то важным делам? Или, может, решили присмотреть для себя местечко для рейдерского захвата?

— Меня заинтересовал песок на территории за вашим зданием, — честно произнёс я.

— Песок? О, вы хотите что-то построить? — предположил мужчина.

— Да, построить кое-кого, — покивал я.

— Это замечательно. У нас имеется масса строительных и отделочных материалов. А кроме песка вам понадобятся клейкая смесь, цемент, арматура, гравий, кирпичи, блоки, бетон?..

Старик продолжал перечислять номенклатуру, а у меня уже у самого начал дергаться глаз.

— Нет, интересует только песок.

— Но как же, из песка не построишь серьезного здания, достойного такого достопочтенного господина.

— Мне хватит пока и того. Давайте вернемся к песку. Это все, что у вас есть?

— Ну, на этом складе, да. Однако у нас есть карьер неподалеку, а также ещё несколько точек, где хранится товар, — произнес мужчина, подсчитывая примерные убытки, которые он понесёт, недостаточно заполнив чек. Ведь песок — это лишь малая доля того, что требуется в строительстве.

Однако курочка по зернышку клюет, как известно. И кто знает, может, сейчас этот странный господин купит только песок, а потом поймёт, где просчитался и закупит все остальное. Поэтому нужно сохранять любезность, — всё это я прочитал на его лице.

— Так сколько вы можете поставить песка? — спросил я. — Меня интересует все, что у вас есть.

— Ну, для начала можем доставить четыре вагона. К вечеру, думаю, управимся. А там еще вагонов двадцать.

Мужчина улыбнулся, будто решил, что удачно пошутил, предлагая мне серьезное количество. Я же, задумавшись, кивнул:

— Да, меня такое количество устраивает.

— Какое количество?

— Четыре вагона сегодня и все, что сможете поставить в ближайшее время. Чем раньше доставите, тем лучше. Сколько это будет стоить?

Мужчина тяжело рухнул в кресло, а мальчишка-помощник едва не поперхнулся. Он хоть и не особо хорошо понимал в математике, но примерный порядок цифр осознавал. Несмотря на то, что продавать простой песок — не самое выгодное предприятие, но масштаб сумм впечатлял.

— Вы же шутите? — пробормотал мужчина.

— Ни в коем случае, — мотнул я головой. — Этот песок нужен мне как можно скорее.

— Возможно, возникнут какие-то проблемы с логистикой, песок доставим, но с задержками…

— Ничего, я могу забрать самовывозом, — хмыкнул я.

— Самовывозом? — переспросил старик. — И как же вы собираетесь его вывозить?

— Доверьтесь мне, у меня есть на этот случай удачное решение. Так откуда можно брать песок, и какова будет его стоимость?

Глава 12

Вмешательство в планы

Полина Медведева, младшая дочь главы рода Медведевых, была вне себя от возмущения. Она была до крайности недовольна тем, как ее отец обошелся со старшим братом. Ей было неважно, какие причины были у отца. Ей было неважно положение семьи, политические особенности и то, как их семья будет выглядеть на светской арене. Она любила своего брата и считала такой поступок крайне подлым.

Тем более, она знала, на что способен ее брат. Да, он не обладал сродством с камнем, но его сродство с песком порой показывало такие чудеса и возможности, которых она сама бы не смогла повторить. И это при том, что песка у Алексея было довольно мало, в то время как камня вокруг было предостаточно.

Сначала девочка хотела покинуть родной дом и отправиться следом за братом в Муромскую академию, чтобы поддерживать его и быть опорой. Это был бы вполне справедливый акт неповиновения отцу, как ей казалось. Но Полиночка была умной девочкой и, взвесив за и против, поняла, что это может лишь создать проблемы Алексею. Во-первых, это расстроит отца и настроит его еще сильнее против старшего брата. Во-вторых, ему ведь нужно будет как-то обеспечить ей кров и быт. А Полина не раз читала о Муромской академии и понимала, что брату это будет сделать непросто.

Тогда Полина стала искать альтернативные способы, как помочь брату. Отменить решение отца, к сожалению, было не так просто, да и, наверное, уже невозможно.

С новой женой отца она старалась не контактировать. Всё их общение сводилось лишь к вежливым приветствиям и пожеланиям приятного аппетита за общим столом. Но на этом всё.

Однако многие замечали, что девочка была сама не своя. Полина, дабы унять тяжелые думы, погрузилась в тренировки и столько энергии пустила в обучение, что даже Лермон отметил, насколько сильно она продвинулась.

Не прошло и пары дней, как она смогла победить в поединке Светлану. Хотя та была явно сильнее и опытнее. Да и боевые искусства ей были больше по душе, чем магические науки. Однако Полина, вложив всю свою ярость и непринятие ситуации, смогла с легкостью победить сестру, что вызвало недоумение не только у Лермона и Светланы, но и у дяди Дмитрия, который всегда следил за спаррингами племянников.

— Эй, постой! — догнала сестру Светлана.

Полина ожидала, что сестра начнет ей угрожать или иными способами станет оправдывать своё поражение, но у сестры не было гнева в глазах или каких-то иных намерений.

— Тоже из-за Лёшки переживаешь? — спросила Света напрямик у опешившей сестры.

— Да, — немного подумав, честно ответила она. — Отец не должен был так поступать.

— Согласна, он должен был стать главой рода и делать то, что я ему говорила бы. У меня уже был план о том, как мы станем лучшим родом империи. Лёшка был бы отличным лицом нашего рода, я бы вела захватнические войны, а ты сделала бы нашу семью монополистами на ресурсном рынке. Всё было так очевидно! А теперь наш будущий наследник — какой-то непонятный баклажан, который только и делает, что вопит с чужой матерью.

Полина едва не расхохоталась от удивления, услышав такое от своей сестры. По крайней мере, она была уверена, что та Лёшу ненавидит и вряд ли поддержала бы её в данном вопросе.

— Мы должны как-то исправить ситуацию, — решительно произнесла Света, едва не заставив Полину расплакаться от облегчения и благодарности.

— Но как мы это будем делать? — спросила Полина, все еще не веря в намерения сестры.

Из-за воротника девочки выглянула любопытная мордочка мышки, будто тоже заинтересовалась ответом Светланы. Свету появление третьего лица не смутило.

— Сначала я думала накачать Анну снотворными, — назвав имя новой пассии отца, девочка скривилась. — А маленького Стёпку отправить куда-нибудь, например, в цирковую труппу, чтобы он там рос, подальше от нас. Всё-таки у нас своя семья. У нас была мама, и она умерла. А новая мама нам не нужна.

— Ну как же, это же всё равно наш братик. Маму нашу не вернешь, — заступилась за новую жену отца Полина.

— Ничего страшного. У меня к ним нет жалости.

Идея Светланы Полину не порадовала. Всё-таки она не была готова обречь на неясную судьбу малыша, да и не испытывала она гнева или обиды на отца и его новую жену. Но всё-таки Полина была рада, что отец снова стал улыбаться, хоть и совершил довольно жестокий поступок по отношению к Лёше.

— Нет, меня так не устраивает. Я не хочу никому вредить. — твёрдо ответила Полина.

— Да, я уже сама передумала, — отмахнулась Полина. — Это я так в первые дни злая была. А сейчас думаю, что надо что-то другое делать. Хотела даже отправиться в Муромскую академию по своей воле, чтобы Лёшка там сноровку не терял. А то, наверное, совсем обленится, раз ему теперь не нужно защищать род Медведевых. А уж я бы ему показала, где единороги пасутся.

— Я тоже об этом думала, — призналась Поля. — Но что мы там делать будем? Лешка только на нас отвлекаться и будет.

— Да, я знаю, но у меня есть другой план, — подмигнула сестре Света.

— И какой же? — заинтересовалась Полина.

— Отец передал Леше спорную землю, и скорее всего там будет серьезная битва за право владеть ею. Вот я и думаю, что там мы очень даже сможем пригодиться. И если вовремя прибудем, покажем всем, кто туда прибудет, что такое клан Медведевых. И пускай даже Лёшка выделен в отдельный род, он всё равно наш. И в обиду давать его никто не собирается. Я хотела отправиться сама, но вижу, что ты тоже решительно настроена. Если хочешь, давай объединим силы и отправимся вместе.

— А как же дядя Дима и папа, и господин Лермон? — захлопала глазами Полиночка.

— Так мы им не скажем, — заявила Светлана.

— И когда мы будем отправляться? — немного подумав, спросила Поля.

— Да хоть сегодня ночью, у меня уже все готово. Я, если честно, давно хотела к тебе подойти и предложить это, да всё никак не решалась. Думала, что ты не захочешь идти против воли отца. А сейчас вижу, что ты тоже решительно настроена.

Поля согласно закивала.

— Да, я согласна, отправляемся. Только как мы доберемся так далеко? Нам ведь не продадут билеты на поезд. Да и вообще… — она осеклась на полуслове, поглядев куда-то за спину Светланы.

Она вдруг увидела неясный силуэт, который приближался и увеличивался. При этом двигался он совершенно бесшумно. Сначала Полина подумала, что кто-то подслушал их разговор и сейчас будут проблемы. Но уже в следующий миг увидела силуэт огромного косматого зверя. Это был медведь настолько больших размеров, что занял собой все пространство коридора. Света, не сразу поняв, почему взгляд сестры сфокусировался не на ней, обернулась и едва не вскрикнула, когда увидела прямо перед собой огромную лобастую морду.

— О-о, — протянула девушка. — Кажется, у нас проблемы.

Медведь скосил на нее взгляд, затем покачал головой, будто отрицая что-то. Затем посмотрел на Полиночку. И вдруг в головах у девочек появилась навязчивая мысль, будто кто-то им ее заложил, не сказав при этом ни слова:

«Я пойду с вами. Надо же вас оберегать.»

* * *

Максимус сидел на высокой скале из оплавленного оникса и смотрел вдаль. Ему нужно было много чего решить и понять, как он будет действовать дальше. Во-первых, у него появилось сильное тело, которое даст ему куда больше возможностей, чем прежнее. И, в принципе, если так рассудить, он теперь и без Кристалла Силы архимага Алексиуса сможет стать властителем своего родного мира.

С другой стороны, оставлять такого противника, как архимаг Алексиус, за спиной — не самая лучшая идея. Да и опять же, не хотелось ему в личине демона нарушать правила мира. Всё-таки демон есть демон, человек есть человек. И, захватив власть, будучи простым человеком, он был бы куда эффективнее и понятнее для местных жителей, чем человек в теле иномировой твари.

Еще он размышлял, что же ему сделать с паразитами. Те больше не имели над ним никакой власти. Более того, теперь он имел власть над ними и мог в любой момент их просто уничтожить. Единственный момент — это знания, что были в их голове. Буквально недавно у него был достаточно напряженный диалог о том, как можно убить дьявола, забрать его силу, естественно поделившись с мелкими тварями, питающимися разумом. И предложение это его весьма заинтересовало. Осталось только понять, как победить Базалеса. Ведь сил у него не так много. Да и дьявол, наверное, не дурак и перестраховался на этот случай. Вряд ли он позволил бы кому-то из своих подчиненных или партнеров стать сильнее себя.

Хотя, с другой стороны, он уже заручился поддержкой некоего генерала Лупицкого, который проявил себя довольно сильным воином. И даже вернувшаяся сила Максимуса, помноженная на знания паразитов о силе и природе демонов, не смогли помочь ему победить простого человека. И это любопытно, ведь если он найдет еще таких воинов, у него может появиться неплохой шанс ударить демонов побольнее. Этим он не только вернет должок хитрому дьяволу, но и сможет получить несомненную пользу.

Максимусу предстояло решить:

Продолжить охоту за Алексиусом? Да тот помещён в тело ребёнка и ослаблен, но представляет серьёзную опасность. И к тому же, старик в теле юнца всё время умудрялся улизнуть. Да так, что Максимусу не удавалось того отследить.

Опять же, слишком много у Алексиуса сильных союзников. И когда только успел. Хотя чего он ждал от архимага.

Правда, была одна деталь. У Максимуса было обещание от сильного воина, который обещал устроить встречу с Алексиусом через два года.

Два года, это одновременно и много и мало. Если смотреть в проекции жизни, еще молодому Максимусу, уже исполнилось сто четыре года. С другой стороны, за два года многое можно успеть, и получше подготовиться к любым сюрпризам.

А что если перестать гоняться за мальчишкой? Довериться Лупицкому. Всё же в том мире, заблокирована магия разума, а Максимус в ней значительно сильнее. Всё же Алексиус был блестящим учителем.

Опять же, не стоит забывать про собственное обличие. Он теперь демон. Каждый уважающий себя воин, будет видеть в нём вызов. Даже крестьяне будут атаковать его. С одной стороны это забавно, но и Максимус не был совсем уж социопатом и убийцей.

А что если сфокусироваться на развитие личной силы?

А что если взглянуть на мир демонов в ином ключе. Не как на мир врага, или мир временного союзника, а как на ресурсную базу. Ведь этот мир может обеспечить огромные объёмы силы и власти.

Опять же, почему бы не попробовать стать властителем демонов. Эта мысль настолько неожиданно родилась в голове Максимуса, что он усомнился, а не влез ли кто-то в его мысли? Вдруг еще какие-то вредные организмы, снова завладели его разумом, и диктуют правила.

Нет, Максимус действительно подумал об этом, и допустил такую возможность.

Подумать только, неисчислимые орды демонов, которых можно раз за разом пускать на убой. Более того, он будет получать всё больше сил. А там глядишь, можно заняться и захватом новых миров.

А ведь демоны, с их особенностями, неплохо устроились. Да и идеи по бесконечной экспансии не были чужды Максимусу.

Стоило бывшему ученику Архимага подумать об этом, как перед ним возникла вспышка, в которой проявились черты небольшого бесёнка.

Это было крохотное толстенькое создание, с крохотными крылышками, что явно не справлялись с весом тела. Крылья изо всех сил трепыхались, стараясь удержать непомерный для них вес. Всё же у бесёнка было довольно упитанное тельце.

Бесёнок тяжело дышал. В когтистых ручках он сжимал массивный свиток.

— Да я умотался искать тебя повсюду, псевдокрасномордый, — заявил бесёныш, с вызовом взглянув на архидемона. И это несмотря на то, что демон был размером с мизинец архидемона.

Максимус приподнял бровь, что уже выглядело жутковато.

— Я не ослышался? — спросил Архидемон.

— Не ослышался, — хмыкнул бес. — Ну или врачу покажись, я ведь и не шарю в вопросах слуха.

— Ты давай-ка, следи за тем что извергает твоя пасть, пупсик, — грозно рявкнул Максимус.

— Я тебе не пупсик, я демон вестник! Я приношу ужасные и тревожные вести, и жутко этим горд, — заявил бесёнок потрясая пергаментом. А здесь я для души разносчиком подрабатываю.

— И что ты там принёс? — спросил Максимус.

— Дополнительное соглашение сторон с описью. По договору 10/666−13 АД.ИНФЕРНО.

Максимус нахмурился, по спине пробежали мурашки, сигнализируя об активации плохого предчувствия.

— И что там за дополнительное соглашение? — с интересом спросил Максимус.

— Так возьми сам и почитай. А то ишь, нашёл себе пупсика прислужника. Я тебе не нанимался.

— Ой всё, — отмахнулся Максимус.

Бесёнок, будто только этого и ожидая, силой швырнул свёрток в архидемона.

Запущенный свиток, завис в возле глаз Максимуса и принялся раскрываться.

«Первое доп. соглашение, на компенсацию расходных материалов». — значилось в договоре.

'Согласно пункту семьсот восемьдесят два, части шесть тысяч пятьсот сорок девять, заказчик, и арендатор тела, обязуется компенсировать стоимость расходных материалов.

В ходе последней битвы, было потеряно порядка, одного миллиона семьсот пятнадцати тысяч шестьсот душ демонов. Эквивалент потерь армии, был рассчитан в невинных душах известных вам миров. Итого, ваша задолженность, четыре миллиона, восемьсот пятнадцать тысяч, шестьсот три души.'

— Так, получите распишитесь, — заявил демонёнок, решив что я уже успел изучить документ за отведённое три секунды.

Максимус же не реагировал. Более того, он знатно обалдел.

— Ну чего медлишь, давай подписывай, и я полетел дальше, у меня сегодня семьдесят три скорбные вести еще нужно разнести. Среди них и проклятья есть.

Максимус же, смотрел вдаль, не обращая внимание на уродца.

— Базалеса определённо надо валить, — пробормотал Архидемон.

Бесёнок вдруг побледнел. Вернее, из красного оттенка кожи, он приобрёл нежно розовый цвет кожи.

Я это что вслух сказал? — спросил вдруг Максимус, затем щёлкнул пальцами, и на месте бесёнка образовалась мокрая лужица.

Глава 13

Развитие ситуации

Архидемон Максимус, убив бесёнка, хотел было продолжить наслаждаться видом пепельных равнин. Всё-таки эти виды в последнее время стали его радовать и находить отклик в душе. Но ему не дали посозерцать красоту выжженной пустыни. Снова появился бесёнок.

— Итак, плохая новость номер семьдесят сем: Не убил, недотёпа, — громогласно закричало мелкое создание. — Думал, справишься со мной? Ан нет! Плохие новости не убить, как бы ты ни пытался их заглушить, а-ха-ха-ха!

— Ой, отвали, а! — отмахнулся Максимус.

Можно было попробовать и второй раз его убить, но давать новых поводов на радость бесу он не собирался.

— А ещё я передам твои слова дьяволу Базалесу. И для него это будет тоже плохой новостью, а-ха-ха-ха! Шикарный день для ужасных новостей сегодня!

Максимус обратил внимание, что демонёнок слегка увеличился в размерах. Видимо, это его точка роста — чем больше плохих новостей он принесёт, тем больше он становится. Любопытно. У всех своя борьба. И каждый в ней находит свою радость. Осталось понять, что на самом деле нужно Максимусу. Последние десять лет заставили его задуматься о многом, особенно последние дни, когда он пребывал в шкуре архидемона.

Наконец, бесёнок, поняв что не властен над нервной системой здоровенного монстра, удалился.

Немного подумав, Максимус приметил высокий зиккурат в километрах в 30 от той горы, где он разместился, и, усмехнувшись чему-то своему, направился туда.

— Эй, паразиты, готовы информацией делиться или будем дальше играть в молчанку? — хохотнул он. — Скоро я вам столько душ предоставлю, что вы жрать устанете. Правда, будут они демонические. В общем, готовьтесь.

* * *

Граф Курпатов, как только узнал, что земли, на которые у него есть притязания, скоро сменят хозяина, действовал так быстро, как только мог. Но уже на половине пути до него дошли слухи о том, что он узнал об этом самый последний. Ну что сетовать, хотя бы узнал.

Он собрал гвардию в сотню бойцов, столько же осталось в его родовом поместье. Всё-таки совсем оставлять род без охраны тоже нельзя. Боевые маги, воины рода, двадцать единиц техники — этого вполне должно хватить, чтобы заставить испугаться молодого барона, у которого, судя по данным, вообще ничего нет, даже имени. Ни чем молодой барон, бывший граф Медведев, не успел обзавестись. Разве что врагами. Зато два других соседа — Гадюкины и Гималаевы — обладали куда более серьёзными гвардиями и могли выделить куда больше бойцов, и это Курпатову не давало покоя. Но поздно уже отступать, да и не собирается он идти на попятную. Если он Медведеву не раз заявлял о своих правах, то Гадюкиным и Гималаевым тоже сможет кое-что противопоставить.

Поэтому, судя по тем донесениям, что поступали от Кречетова, стало ясно, что артефакт печати уже был активирован. А значит, земля уже перешла во владение бывшего Медведева. Видимо, он уже и род успел себе выбрать.

Нападать ведь нужно только после того, как печать активирована и новый владелец вступил на землю. Иначе может случиться конфуз. Наступать на земли Медведевых, пускай уже и отписанные барону, но не подтверждённые, — идея плохая, и это может вызвать серьёзную ответную реакцию. Но дело сделано. Осталось только прийти, заявить свои права и забрать своё. О не менее жадных соседях Курпатов старался не думать.

Девять часов ему понадобилось, чтобы добраться до места. Первым удивлением для него стало, когда он приблизился к землям: на месте некогда густого леса обнаружилось множество просек, будто кто-то старательно пытался вырубить лес, но как-то криво и рядами. Присмотревшись он понял, что в лесу вырублен какой-то узор.

— Да что здесь…

Но не это смутило Курпатова — всё пространство вокруг было засыпано песком. Казалось, будто он оказался в пустыне, посреди которой по неизвестной причуде природы вырос густой еловый лес. А этот лес, в последствии потом ещё и зачем-то вырубили. Да, любопытно.

Стоило Курпатову ступить на землю, как земля под его ногами дрогнула и принялась активно шевелиться. Граф попятился назад. Воины за его спиной, не заподозрив ничего неладного, ждали указаний.

В следующий миг прямо перед Курпатовым выросла огромная фигура злобного голема. Природу этого голема было понять сложно. Он явно был не каменным. И это странно, ведь Медведевы всегда славились как главные повелители камня в Российской империи. Голем раскрыл огромную пасть и прорычал:

— Вижу, ты тоже пришёл заявлять права на мои земли.

Несмотря на колоссальные размеры голема, голос был мальчишеским, а главное — до обидного издевательским.

— У тебя два выхода. Раз ты ступил на мою землю, пути назад у тебя уже нет. Надо было раньше думать, прежде чем без разрешения приходить сюда. А теперь ты либо умрёшь, либо будешь мне служить. Принесёшь клятву верности и будешь послушным рабом.

— Да как ты!.. — начал было граф Курпатов, но здоровенная фигура будто его не слышала и продолжила вещать:

— И мне плевать, какого ты рода и племени. Забыл добавить, что одного тебя убивать не собираюсь. Я вырежу весь твой род, если ты посмеешь воспрепятствовать мне, своему новому господину.

* * *

— Песочек… — отчего-то по-мальчишески расхохотался я.

Видя такую гору родственной стихии, я просто не мог ничего с собой поделать. Я улыбался как ребёнок. Уж не знаю почему, даже в пустыне меня так не впечатляли объёмы этой стихии. Возможно, потому что здесь, посреди леса, не было никаких посредников. Пустыня сама по себе стихия, у неё есть хозяева — духовные звери. А здесь чистый песок и ничего больше. Ну и никого. Песок в неестественной для себя стихии, чувствующий себя неуютно, ну, как я предполагаю. И единственное родственное существо, которое есть у этой здоровенной горы песка — это я. И песок готов делать всё, что угодно по одному лишь мановению моего пальца, или движению брови, или слову, да по чему угодно. Я теперь здесь хозяин. Я всё что угодно превращу в пустыню, если того захочу.

Утробный смех вырвался из моего нутра. Поймал на себе одобрительный знак Лилит. Нет, надо держать себя в руках. Всё-таки я не тёмный властелин, а одобрение полудемоницы — это уже не очень хороший знак.

Под ошарашенными взглядами двух продавцов строительными материалами я создал здоровенную ладонь и поднялся на ней в воздух. Песка тут было ещё столько, что, создай я хоть тысячу таких ладоней, не смог бы его израсходовать. Песок был чистейший, высочайшего качества и уже сортированный.

Но подумав, решил создать песчаную иллюзию, чтобы никого не смущала летящая по небу сама по себе ладонь. Поэтому, немного подумав, я создал к этой ладони здоровенного голема, который изображал, будто несёт меня. Мне такая картина показалась весьма любопытной.

— Ну что, пора идти принимать свои угодья, — потёр я руки.

Здоровенный голем сделал шаг, потом ещё и ещё. Жалко, конечно, что без иллюминации. Было бы куда эффектнее, если бы земля при этом дрожала. Но и так сойдёт. Не знаю, чьи земли я миную по пути, но думаю, хозяева будут не против. Я ведь не собираюсь никого там захватывать.

Однако пусть знают, что сосед у них тоже может кое-чем удивить. В мире аристократии хорошие спецэффекты ценятся куда сильнее эффективных и мощных ударов. Но зато, как правило, после спецэффектов все споры и решаются. Никто не хочет применять убойное оружие, зная, что в ответ может получить такой же увесистый удар. И это всех устраивает.

Медведи, которые так и стояли на границе участка, при виде приближающейся здоровенной туши вдруг стали задумчивыми. Конечно, а что ещё им оставалось делать? Они снизу вверх глядели на тридцатиметровую фигуру, пытаясь понять, с какой стороны её жрать и вообще, насколько она съедобна.

Как и в прошлый раз в нагрудном кармане что-то запульсировало. Я достал на свет родовую печать, которая должна была закрепить земли за мной. Чувствую, как только я активирую эту печать, случится что-то любопытное. Если до этого я сомневался, то то теперь сомнений нет — что бы ни произошло, я с этим справлюсь.

Стоило мне зависнуть над участком и посмотреть на медведей, что грозно, но с опаской поглядывали на меня, я понял, что стал видеть больше. Это была заслуга песка. Того самого песка, который придавал мне в том числе и силу. Я ощущал, что медведи действительно стражи этих мест. И у них есть связь с этим участком. И что по праву сильного я эту связь могу прервать, могу их подавить, могу их напугать и прогнать. А что будет, когда я стану хозяином? Любопытно.

Я открыл коробочку, и меня тут же обволокло золотым сиянием.

— Пройдите идентификацию, — раздался приятный женский голос. — Предъявите документы.

— Документы были ранее предъявлены, — тут же продолжила она.

Из печати появился яркий луч и начал светить мне прямо в лицо. Что это за глупости?

— Личность отсканирована и подтверждена. Добро пожаловать, барон Бронин! Теперь вы владелец этого участка. Ваш титул дополнен. Теперь вы можете распоряжаться этими землями. При использовании титула указывайте, что вы барон Иртышский.

— Да, имечко так себе, — хохотнула Лилит. — Иртышский барон? Ничего смешнее раньше не слышала.

Тем временем печать вспыхнула, от неё отделилась яркая искорка и переместилась к моей груди. Миг, и она растворилась где-то в моём сюртуке, а я почувствовал мягкое тепло. Любопытно.

Я снова посмотрел на медведей. Ага, как я и ожидал, теперь появились новые команды. Они теперь подчинялись мне и, более того, ожидали приказаний.

— Веди меня к поместью, — указал я одному медведю, и тот, развернувшись, побрёл куда-то вглубь зарослей. Затем посмотреть на оставшихся двоих. — А вы патрулируйте участок, чтобы никого лишнего здесь не было.

— Всю животину извести? — раздался в голове вопрос.

— Только двуногую, — пояснил я, не показывая удивления.

— А как быть с теми, кто здесь и так жил?

Хороший вопрос, и славно, что эти медведи уточнили.

— Их не трогать, но когда я обоснуюсь в поместье, пригласите их ко мне на разговор. Надо понять, кто это и чем они могут мне быть полезны.

Медведи совсем по-человечески кивнули, затем разбрелись по сторонам. А я же отправился следом за тем медведем, что прокладывал путь.

Стоило мне углубиться в заросли, как откуда-то сбоку раздался мерный гул двигателя. Кажется, с таким же звуком летают новомодные вертолёты. И этот вертолёт, похоже, летел в сторону моих земель.

А вот, похоже, и гости.

Глава 14

Демонстрация силы

И всё-таки, что ни говори, хороший понт дороже денег.

Пока гости готовились к эффектному появлению, я успел добраться до середины своих угодий.

Увидел большущий особняк. Выглядел он, конечно, заброшенным, но вполне себе исправен, разрушений я не разглядел. Окна на месте, крыша не прохудилась. При том что размер дома впечатлял. Здесь тысячу человек разместить можно.

Никогда не понимал аристократию, к чему все эти излишества?

Минут пять потребовалось, чтобы облететь по кругу поместье. Оказалось, что за основным корпусом еще несколько больших хозяйственных построек и здоровенные конюшни, которые уже кто-то успел переоборудовать в гараж. Видимо, не так давно пустует это поместье. Однако, почему оно не востребовано, было понятно. От родовых земель графского рода Медведевых эта территория довольно далековата. И уверен, что батюшка от неё с радостью избавился. По крайней мере, добираться сюда то ещё приключение.

Несмотря на то, что я двигался на своей ладони и особо не торопился, звуки вертолетов приближались, но очень медленно. Всё-таки эффектное появление тут было в приоритете. Нужно же показать всю технику и всю мощь, весь боевой потенциал. Нужно убедиться, что вертолеты выстроились аккуратным клином, а личная гвардия собралась в стройные порядки.

— Так-с, а что это? — я как раз настроил телекинетические линзы и наблюдал за происходящим на границе моей территории.

Неужто целых два рода объединились, чтобы показать мне, кто тут новый хозяин. По крайней мере, я увидел два стяга с разными по цветам гербами.

то явно две разные команды. Изображения на гербах рассмотреть не удалось. Всё же линзы не идеальны.

Кажется, у предводителей отрядов завязалась какая-то перепалка. Они что-то друг другу доказывали, а я, зевнув, направился изучать свой особняк. Чувствую, пока они разберутся, у меня в запасе есть еще минимум час. По крайней мере, учитывая то, как они потрясают кулаками, явно говорит, что уступать стороны не собираются. Ну, мне в принципе по барабану, кого из них атаковать первым. Но пока что они не заступили на мою землю, меня это не касается.

Немного посетовал на то, что не слышу о чём они говорят. А учитывая размер территории, не успел туда забросить туда Сплинтера, чтобы тот подслушал о чём ведётся беседа. Надо быть готовым к тому, что меня ждёт. Ну ничего. Силы у них не серьёзные. По крайней мере, вряд ли они станут меня атаковать. Наверное, понадеются на то, что я не знаю всех дворянских правил, и попытаются меня запугать. Ведь там же надо ещё войну объявить по правилам, всё задекларировать, а они вряд ли это успеют сейчас сделать. Попытаются нахрапом выбить из меня переоформление угодий. Ну, даже если я что-то не учёл, техники у них не так много. И бойцов тоже. А вот песка у меня вполне достаточно. И сомнений в том, что я смогу им надрать задницы у меня нет.

Внутри особняк оказался довольно симпатичным. Огромный холл с двойной лестницей и входом на второй этаж. В холле можно было играть в баскетбол, если повесить два кольца в обоих краях помещения, да еще место на трибуны бы осталось. И это только вход.

К тому же особняк четырехэтажный и от его размеров пока что дух перехватывает.

Удивляло две вещи: что он так долго простоял бесхозным и с ним все в порядке. Ну и как за этим всем ухаживать? Это ж надо будет целую кучу слуг нанимать. Хотя возможно, те самые люди, которые живут на этих землях, о которых говорили медведи, и есть те самые слуги, которые только и ждут, когда здесь появится хозяин. Да уж, мечты-мечты… Буду надеяться, что так оно и будет.

А вот здесь уже можно выпустить Сплинтера и пускай исследует помещения. Глядишь, найдет чего интересного. Опять же, его размер этому только располагает. Уверен, здесь должно быть полно потайных ходов, о которых даже прежние хозяева не всё знают.

— Такс! — оценил картины, висящие на стенах.

Полотна, судя по всему, не дешевые. Похоже, Медведев-старший даже не заглядывал сюда ни разу, не представлял, какие ценности здесь оставляет. А живопись в этом мире ценится. Довольно немало денег стоит. По крайней мере, огромный пейзаж, ориентировочно семь на двенадцать метров, должен стоить немалых денег. Вон там и медведи, и драконы, какие-то жар-птицы изображены. И нарисовано всё очень живенько. Думаю, ценность этого полотна немалая.

Вот и еще один способ обзавестись финансами — распродать отсюда старый хлам. То есть, я имею в виду раритет и произведения искусства, конечно же.

Также было немало портретов. Вот только любопытная особенность: на всех портретах были вырезаны лица. И к чему бы это? Видимо, кто-то был недоволен теми, кто был изображен на этих портретах.

Сам я пока дом исследовать не буду, пока хватит эффективной оценки Сплинтера. Хотел развернуться, чтобы выйти на улицу, как натолкнулся на взгляд Лилит.

— И что, это все твое? — спросила она с любопытством.

— Ну, похоже, пока что да, — пожал я плечами.

— Впечатляет. По крайней мере, я сама когда-то росла в замке и понимаю, сколько может стоить такое поместье. А ты, оказывается, и без сокровищ портальщика богат? — хмыкнула она.

— Пока не знаю, — пожал я плечами. — Какое это имеет значение? Главное — силой обладать и быть способным удержать эти богатства, не дать всяким хапугам отнять свой кусок. Не находишь?

Я искоса взглянул на нее.

— Разумные слова мудрого мужа, — хмыкнула она. — Но с этим мы еще разберемся, — вдруг напряженно произнесла она, кивнув мне за спину.

Не заподозрив неладное, я обернулся туда, куда был устремлен взгляд девушки. Там разгоралась ярко-зеленая искорка, которая полыхнула, затем стала резко разрастаться, пока не превратилась в нечто похожее на здоровенное круглое зеркало. Можно было бы сказать, что это портал, но это был явно не портал. По крайней мере, пространственных сквозняков я не ощущал. И никакие частицы с противоположной стороны сюда не залетали. Видимо, это какой-то способ коммуникации. Кто-то решил со мной поговорить? Интересно, кто же это?

— Так, уже можно говорить, — раздался с того конца знакомый говорок.

Это был Саматхан, новоявленный вождь кочевников, который, в сопровождении своего племени, доставил меня до Муромской академии.

— Такс! Меня кто-нибудь слышит? — раздалось снова с того конца.

Я почесал затылок, затем подошел к пространственному зеркалу. По крайней мере, никакой опасности оттуда не исходило. Да и не могло исходить. Что они мне сделают? Однако на всякий случай щит я повесил.

— Бронин-хан! — увидев меня, оживился Саматхан. — Доброго вечера! — поклонился он.

— И тебе не хворать! — покивал я.

— Ты давал обещание, я тебе верил. Пора обещания исполнять. Время уходит. Наши земли жаждут нового правителя.

Да уж, не вовремя он появился. У меня там на границе владений тоже гости, и тоже жаждут моего внимания. Но время пока есть.

— Фу-фу-фу-фух! — протянул я. — И как бы мне тебе помочь?

— А что сделать-то надо? — вдруг вмешалась Лилит, внимательно посмотрев на Саматхана. Мне показалось, что она усмехнулась. Но это была лишь видимость. Лицо девушки не выражало ничего.

— Да пообещал вот этому достопочтенному человеку, что помогу свергнуть его нерадивого родственника, а вот он в свою очередь сможет стать во главе своего племени и рода и повести великий народ кочевников к вечной славе и власти над миром… ну, всем тем миром, что не является Российской империей.

— А что конкретно надо сделать, чтобы помочь достопочтенному господину?

Саматхан нахмурился, с непониманием посмотрев на меня. Кажется, у них там категоричный патриархат, а женщинам слово дают редко. Но тем не менее я ответил:

— Да по идее ничего, так ведь? Нужно ведь просто убить твоего родственника?

— И всю его семью с наследниками вместе, — кивнул Саматхан.

— Не жалко племянничков?

— Жалко, — честно сказал он. — Но оставлять живых нельзя. Иначе смысла не будет. А бессмысленные смерти мне не нужны. Если уж делать дело, то наверняка, и идти до конца, — заявил он.

— Справедливо. Как понимаю, у тебя и здесь дела есть, а я могу этим заняться пока, чтобы у тебя не мешаться под ногами и самой не скучать, — предложила вдруг Лилит.

— Серьезно? — спросил я.

— Да, почему нет?

Я посмотрел на Саматхана.

— Ты не против, если этим займется моя спутница?

— Да почему я должен тут быть против? Мн еважен результат.

В следующий миг Лилит исчезла, повисла пауза.

— А где твоя спутница? — наконец спросил Саматхан. — Она уже что, тоже решила не выполнять свою часть договора?

В следующий миг Лилит снова появилась, вот только не рядом со мной, а рядом с Саматханом. Один из её локонов волос вдруг выстрелил вперёд и ужалил Саматхана в шею. Тот совсем немужественно ойкнул и отскочил от девушки. Она же поймала ручкой свой локон и облизала его.

— Так, родни у тебя немало. Кого конкретно нужно убивать? Ага, можешь не объяснять, уже увидела. Аривидерчи, — девушка вновь исчезла, уже заставив оконфузиться меня.

— Это было нападение! — возмутился Саматхан, запоздало вырвав клинок из ножен.

Ага, вот он такой смелый, когда Лилит уже исчезла. Попробовал бы что-нибудь подобное проделать при ней. Но, думаю, что Саматхан не дурак и больше выступал перед своими приближёнными, которые сейчас выступали в качестве публики.

— В общем, Лилит сказала, что всё сделает, — пожал я плечами. — С ней потом и разбирайтесь.

Брови Саматхана медленно сошлись на переносице. А в следующий миг с громким хлопком снова появилась Лилит.

— Ну, кажется, дело сделано, — хмыкнула она, а следом проливным дождем на пол юрты, в которой находился Саматхан, посыпались головы.

— Дело сделано, — отряхнув ручки, произнесла девушка. — Не теряй времени даром.

Следом она исчезла, для того чтобы появиться рядом со мной.

— Долго ты обещания выполняешь, — покачала она головой и уселась прямо на пол, недалеко от меня. — Я бы несколько раз подумала, прежде чем иметь с тобой дела.

Саматхан, тем временем, на том конце магического зеркала хлопал губами, как выброшенная на берег рыба.

— Как… Как это? Как же теперь? Мы же должны были подготовиться. Мы должны были прибыть к месту, где разместились шатры Великого Хана. И должны были прийти на место первыми.

— Мне ты ничего про это не говорил, — пожала плечами Лилит. — Дальше разбирайтесь сами. Я свое дело сделала. Помогла вот своему дорогому Алёшеньке, — она зевнула и спросила уже у меня: — Ну что, займемся твоими гостями? — посмотрела она на меня. — А то я уже успела заскучать.

Заскучать она успела. После того, как вырезала целую ветвь славного рода предков Саматхана. Ужас какой.

— Чего ты такая кровожадная? — посмотрел я на Лилит.

— Вовсе не кровожадная, я результативная. Я бы даже сказала эффективная — вот это правильное слово. Ну так что, ты дальше будешь здесь топтаться на месте или пойдем делать полезные дела?

— Я буду делать полезные дела, а ты побудь рядышком. А то ты у меня всех врагов так перебьешь, а мне потом скучно будет жить.

Девушка снова демонстративно зевнула. А я перевел взгляд на Саматхана, который упал на колени и обхватил голову руками.

— О-о-о, — протянул он.

Кажется, своей помощью я добавил Саматхану куда больше проблем, чем было раньше. Ну ничего, он мальчик большой, справится.

— В общем, не за что, — кивнул я хану кочевого племени и направился на выход из своего особняка.

Хотя оставлять за спиной гостей посреди своего дома, наверное, не самая удачная идея. Но это ведь не портал, а лишь зеркало, поэтому я не беспокоился. Не думаю, что эти кочевники что-то смогут стащить из моего нового дома.

Глава 15

Невежливые гости

Оставлять Саматхана в непростой ситуации я, конечно, не собирался. Но и сам плохо представлял, чем могу сейчас ему помочь. Учитывая подступающих гостей к границам. Да, для него сейчас все складывалось не самым лучшим образом. Это факт. Неизвестно, какая сейчас неразбериха творится среди приближенных бывшего хана. И хорошо бы, если бы Саматхан оказался где-то поблизости и успел заявить права до того момента, как дальние родственники растерзают остатки власти, прежнего верховного хана.

А сейчас он рискует оказаться в ситуации, где его примут очень неблагосклонно. Тем более могут еще и обвинить в убийстве прежнего хана и просто казнить, так сказать, наказать виновника, поднявшего сумятицу, тем самым закрепив чью-то другую власть.

Лилит, конечно, наделала дел. Все-таки связаться с демонами, какие бы благие намерения у них ни были, не стоит от слова совсем. Сам не знаю, почему я до сих пор взаимодействую с этой чертовкой. Но чувствую, она еще не раз удивит и меня, и тех, кто путешествует со мной.

Но если уж по справедливости, что-то мне подсказывает, что Лилит прекрасно осознавала что она делает, и решила таким образом подшутить над Саматханом. А шутки у демонов, как известно, очень злые.

Ещё раз обернулся на обессиленного паренька и покинул свое новое поместье. Я обязательно придумаю как ему помочь. Все-таки, пускай косвенно, но я имею отношение к такому развитию событий. Главное, чтобы он теперь сам глупостей не понаделал. А там время покажет и все расставит по своим местам.

— Тебе помочь в переговорах с твоими незваными гостями? — хихикнула девушка.

Один из ее длинных локонов изогнулся и, будто щупальца осьминога, приблизилось ко мне, попытавшись обхватить за плечи. Я ментальным телекинетическим импульсом отбросил отросток. Нечего тут баловаться своими ложноножками.

— Как грубо, — хмыкнула девушка.

Ничего, пускай не привыкает.

— Так тебе помочь? — снова спросила она.

— Ты уже Саматхану помогла. Спасибо, как-нибудь обойдусь без твоих услуг.

— Ну, разве я не полезна? Неразумно с твоей стороны не использовать такой ресурс, как я. Я ведь очень много чего могу.

— Я это уже заметил. Но лучше всего ты умеешь создавать проблемы.

— Значит, те сокровища, которые я тебе принесла, — проблемы?

Я лишь отмахнулся. Типичная женская логика. Сейчас она будет меня убеждать, что всё это для моего блага, а Саматхан не понимает, какое счастье на него свалилось.

— Неужели ты обиделся из-за этого мальчика? Я ведь создала самую идеальную для него ситуацию: у него больше нету конкурентов, он теперь может стать ханом без каких-либо проблем, ему не придется своими руками убивать родню.

Ну да, что-то подобного я ожидал.

— А как быть с остальными лидерами кочевых племен?

— Ну, надо будет, я и их убью, — хохотнула девушка.

— Ага. И вообще всех кочевников в степи вырежешь, — хохотнул я.

— А почему бы и нет? Мне их души не помешают.

А, ну теперь понятно.

— Тоже душами питаешься.

— Ну, не буду же бесплатно работать, а мне надо было подкрепиться.

Ну нет, сейчас разберусь с хапугами, что пришли в надежде отобрать у меня земли, а дальше сам попытаюсь помочь Саматхану. По крайней мере, с портальной магией я кое-как начал разбираться. Во всяком случае, в теории. На практике еще надо будет подработать, отточить некоторые навыки. Но это успеется.

Девушке решил больше ничего не отвечать — она покорно следовала за мной, будто у нее своих дел нету. Эх… Ну, не прогонять же ее.

Вот размышляю так, и сам себя не узнаю. Вообще, по-хорошему, гнать её надо куда подальше, а еще лучше с топором в спине. Ну нет же, испытываю судьбу. И мне, чёрт побери, это нравится.

Ну ладно, с Лилит ещё успеется. Мне сейчас нужно решить, как привечать и как поступать с непрошенными гостями. Хотя, по большей части, это будет зависеть от того, с чем они ко мне придут и что будут требовать. Я строгий, но в целом справедливый. Если не будут себя вести некрасиво, то и сами не пострадают.

Собрал весь песок, какой был в доступе, и преспокойненько направился навстречу двум гвардиям, которые только что пересекли границу моих владений. Учитывая тот факт, что шли они совместно, видимо, о чем-то договорились. Знать бы еще о чем. Наверное, обсуждали не только дележку. Вряд ли их интересовало мое мнение насчет того, что они решили поживиться.

Я поднялся на песчаной ладони над поместьем, затем еще выше над макушками деревьев — как раз для того, чтобы увидеть четыре приближающихся вертолета. Видимо, они тоже меня увидели или почувствовали, потому что в следующий же миг из подкрылков всех четырех вертолетов в разные стороны разлетелись яркие искорки ракет, что огненными росчерками разлетелись по лесу и принялись взрываться.

— Это же они мои деревья там портят! — возмутился я.

— Тебе все еще не нужна моя помощь? — хохотнула девушка.

— Сам разберусь, — огрызнулся я. — Понты, так понты.

Как и прежде, от ладони, на которой я находился, начала расти рука, а затем и огромное туловище голема, что будто тащил меня за собой. Вот только на этот раз я влил чуть побольше силы, и голем, по крайней мере его конечности, были вполне себе толковым оружием, вернее вполне себе материальным, а не видимостью.

Голем сделал пару шагов вперед, затем хорошенько размахнулся — вертолеты намека не поняли. Тогда я влил побольше энергии и песка в здоровенный кулак, и он попросту смахнул все четыре вертолета на землю, будто это были назойливые мухи.

Представляю, что сейчас творится в головах у ребяток… Вертолет — это не дешевое удовольствие. Но ничего, будут знать. Мои леса мне куда ценнее, чем эти вертушки, хотя упали они вроде бы на мягкое. Глядишь, оставлю себе в качестве трофеев.

— Вы пришли на мою землю, — начал вещать Голем, следуя моим указаниям. Голос, конечно, получился мальчишеский и совсем не грозный, но зато был хорошо слышен.

Среди деревьев принялось что-то расти. Кажется, я увидел несколько бликов воды. Видимо, кто-то из пришедших является неплохим водником. По крайней мере над макушками деревьев показалась массивная змеиная голова. При этом прозрачная, хоть и мутноватая.

Да, никаких сомнений.

Водник, еще и с с тотемом гада. Видимо, это какие-нибудь Гадюкины или Гюрзины. Не удивлюсь. А учитывая, что так коварно подоспели ко мне, по-любому какие-то мерзкие и недостойные гады.

На голове змеюки, что изо всех сил вытягивала шею, чтобы сравняться по росту с моим големом, высилась человеческая фигурка. Правда, учитывая тот факт, что находилась фигурка далековато, разглядеть, кто там стоит, было сложновато. Да и мне плевать, кто там стоит, потому как следующая оплеуха полетела в голову змее.

— Постой! — зашипела тварь. — Ты рискуешь совершить ошибку!

Змея шипела, но слышно её было отчётливо.

— Это вы совершили ошибку, придя сюда, — заявил голем моим голосом.

— Прекрасный блеф, юноша, — ответила гадюка.

А сбоку от голема вдруг появилась массивная рогатая фигура. Поначалу я подумал, что это демон, но нет. Из-за леса появилась здоровенная козлиная башка. Судя по всему, вылепленная из снега.

Ну да, гадюка и козел. Очень хороший союз.

Все-таки Мальбус натолкнул меня на одну интересную мысль — что-то с моей стихией было не так. По крайней мере, сейчас передо мной стояли два очень сильных и опытных мага — маг воды и маг снега. Но они не дотягивали по своей мощи до моего песка, и здесь два предположения.

Либо я со своими тренировками так наловчился, что контроль над песком у меня, шестнадцатилетнего пацана, в разы больше, чем у этих опытных магов. Либо стихия песка уникальна для этого мира, и, кроме меня, других одаренных этой стихией либо очень мало, либо их просто нет. И поэтому песок так послушан мне и отзывается по малейшему запросу.

А если анализировать, то с каждым днем контроль над песком становится все лучше, и кто знает, к чему это может привести в будущем. Поэтому, несмотря на всю иллюминацию, у меня даже не было сомнений в том, что эти ребятки ничего не смогут мне противопоставить. Более того, они, кажется, сами это уже поняли, потому что первый этап агрессивных переговоров, а именно обмен демонстрационными понтами, кажется, завершен и не в их пользу. И они понимают, что их снежный козел да мокрая гадюка и рядом не стояли против моего песчаного человека.

А нет, погорячился. Из-за деревьев в моего песчаного гиганта полетели огненные росчерки. Кажется, решили его разбомбить. Правда, метили они в грудь и в голову. Но я же не дурак. Тем более что они собирались сделать с песком? Наивные.

Я тут же выставил незанятый кулак вперед, и он полетел по обратной траектории снарядов. Тем временем ракеты пролетели сквозь мою грудь и пролетели куда-то вглубь моих угодий. Я поморщился. Кажется, они направились к моему поместью. А вот это уже не очень хорошо.

Один за другим раздалось два ощутимых взрыва. Первый — это я разнес миномётный расчет. Там сдетонировали снаряды, и взрыв получился ощутимый. А второй взрыв раздался за моей спиной. Вот как чувствовал! Я обернулся. В небо поднимался пыльный столб дыма. Кажется, там занимался огонь.

— Лилит, — обернулся я к девушке, — ты случаем не слышала о такой профессии, как пожарный?

— Давай, проси о помощи. Мне нравится, когда меня просишь, — улыбнулась девушка.

И что мне с ней делать?

— Слушай, глянь, пожалуйста, не сгорит ли там моё поместье. А то мне негде будет жить, и я перестану быть завидным женихом, — усмехнулся я.

Я убедился что Лилит уже исчезла. Видимо переместилась куда-то, а следом в моей руке появилась нагамаки с горящим голубым огнём клинком.

Я взмахнул лезвием, и от клинка отделился стремительный луч света, будто солнечный зайчик. Он скользнул по башке снежного горного козла, и развалил его на две части. Раздался вскрик. Я вдруг увидел, как распушившийся белый снег принялся пропитываться алой кровью. А следом из сугроба выбрался мужчина, держащийся за обрубок кисти.

— Он мне руку отрубил! Чёрт… — вопил кто-то.

— Ну ничего, до свадьбы заживет. По крайней мере, если до нее доживешь, — хмыкнул я. А затем повернулся к гадюке. — А теперь твоя очередь, тварь.

Глава 16

Воспитательные меры

— Подожди, подожди, паренек. Давай-ка попробуем договориться, — вскинул руки к небу аристократ, умастившийся на голове здоровенной гадюки. — Нет необходимости сражаться и проливать кровь. Мы пришли сюда засвидетельствовать свои права на данные земли. Агрессию мы… — он замялся, затем продолжил, — проявили, тут спорить нет смысла. Да, были не правы, готовы обсуждать компенсацию. Однако и вопрос никуда не ушел, мы имеем право на эти земли, о чем неоднократно заявляли прежним владельцам. Сейчас появился новый владелец, и мы также заявляем свои права. По-моему, все довольно справедливо.

— А мне плевать, что вы здесь пришли заявлять, — абсолютно бесцветным голосом произнес я. Хотя внутри я откровенно веселился.

В головах двух аристократов, (или сколько их там было), что пришли указать место молодому баронишке, видимо, случился диссонанс. Они-то ожидали, что обладают большой личной силой, плюс силой гвардии. Ещё и военная техника имеет свойство устрашать впечатлительных подростков. В связи с этим, нежданные гости пребывали в иллюзии, что естественных врагов у них здесь практически нет. Наверное, думали, что они быстренько порешают со мной, а затем между собой уже разберутся, кому достанутся земли. Но встретили они то, чего совсем не ожидали и чего совсем не планировали. Готов спорить, что они даже и не предполагали, что я окажу какое-то сопротивление.

И теперь, когда сопротивление они таки получили, да такое, что они сами могут пострадать и лишиться лишнего, у них не оказалось совершенно никакого плана, как действовать дальше… Мало того, что надо было потратить время на его продумывание мер, чтобы действовать хоть как-то эффективно, к тому же нужно было согласовать свои видения и с третьей стороной. Потому как если каждый сейчас начнет действовать по-своему, у нападающей стороны явно возникнет целая масса проблем. Они ведь просто не смогут между собой сейчас договориться, пока находятся по разные стороны от меня.

Справа от меня тяжело дышал снежный козло-маг без руки. Дышал он так шумно, что даже я его слышал, хотя был метрах в двадцати от него. Спереди меня сверлил взглядом повелитель гадюки.

— Мне плевать, о чём вы там хотели меня просить. Не имеет значения, чем вы руководствовались, — начал я максимально нудным тоном. — Есть предписанные правила и обычаи, как следует общаться аристократам и как следует уведомлять о своих претензиях на то или иное имущество или землю. И что-то я не помню в этих правилах, что принято заваливаться на чужую территорию с гвардией и портить посадки, нарушать покой, показывать свою мощь, мощь своей магии, а еще разрушать постройки на моей территории. Быть может, я не прав? Покажете мне такие поправки, чтобы мне знать и понимать, как вам в случае чего отвечать.

Каждое слово я выделял магическим давлением, будто кирпичи клал или гвозди забивал. С одной стороны, выглядело забавно, что подросток заставляет умудрённых жизнью аристократов становиться всё более задумчивыми. С другой стороны, они же не знают, что мне на самом деле больше четырёхсот лет. Пусть часть знаний и навыков я утерял, но опыт-то никуда не денется. Опыт всегда будет со мной.

Выпрямился повелитель козла. Он держался за обрубок руки и был весьма бледен, однако держался неплохо.

— Вообще-то я считаю, что это мои земли по праву, и вы удерживаете их абсолютно незаконно. Я считаю, что имею право вести себя на своих землях, как захочу. Если захочу здесь всё сжечь, я это сделаю, лишь бы вам не досталось. И не вам мне указывать.

«А вот и первые нестыковки и проколы», — про себя захихикал я, едва удержавшись, чтобы не потереть руки.

— Что значит «ваши земли»? Что значит «можете делать, что захотите»? — взвился голос со стороны любителя гадюк.

При том что это был кто-то другой, потому что тот аристократ, который стоял на голове водяного зверя, соблюдал спокойствие. Зато появился еще один игрок. В воздухе рядом с головой гадюки повисла фигура, и, несмотря на расстояние, мне почему-то стало очевидно, что это девушка.

— Эти земли спорные. Кто будет их хозяином, мы и пришли сюда решить. И пока не решим, мы отсюда не уйдем.

Я решил долго не ходить вокруг да около и, отправив песчаную ладошку, шлепнул девчонку пониже спины. А учитывая размер песчаной ладони, её попросту сбило вниз и вбило в землю.

— Вы совершили нападение на дочь рода… — начал было повелитель гадюки, но я его прервал:

— Мне плевать, кто она. Она на моих землях и заявляет, что эти земли принадлежат ей. И пытается всех ввести в заблуждение, будто эти земли её. Вы между собой, для начала, разберитесь. А во-вторых, давайте-ка вы зарубите себе на носу одну истину. Титульная печать, означающая, что эти земли мои, у меня есть. У вас она, вероятнее всего, отсутствует. И пока вы не предъявите хоть что-то, я буду считать, что вы не имеете никакого права здесь распоряжаться моим имуществом и моими землями. Более того, вы разбойники и грабители не достойные зваться аристократами. И второе… Вы все приперлись на мою землю, проявили агрессию. Сделали первый и абсолютно ошибочный шаг. А теперь я имею право ответить вам. И раз уж вы оказались здесь, в моей власти, я сам буду решать, как и с кем поступать. Если я захочу выпороть, будто девчонку, эту вашу дочь рода, так тому и быть. И пускай радуется, если уйдет отсюда живой. То же самое касается и вас.

Признаться, я по правде верил в то, что говорю. По сути, я давно принял правила игры этого мира. Раньше, когда моя сила и мощь зависела только от меня и моего разума, все было куда проще. Я бы сразу просто убил наглецов. Сейчас же я не так силен и могущественен, как хотелось бы. И к тому же мне необходимо обзаводиться связями, слугами, личной гвардией и всем прочим. Если я буду как Лилит вырезать всех неугодных или всех, на кого мне покажут пальцем, далеко я не уеду. Один, как известно, в поле не воин. Ну, пока этот воин сам не стал целой армией.

Поэтому, пускай и на повышенных тонах, но я все-таки склонялся к переговорам. И переговорам, которые закончатся обязательствами со стороны напавших репарациями, ну и еще чем-нибудь полезным. Прекрасно будет, если они все вдруг станут служить мне. Ну это, конечно же, в лучшем случае. Там как пойдет, так пойдет. Но терять инициативу в переговорах я точно не собираюсь, тем более показывать слабость, или позволять кому-то разговаривать на моих землях со мной таким образом.

Именно в этот момент психанул маг холода:

— Я не собираюсь мериться навыками в словоблудии с каким-то мальчишкой!

Быстро он отошел от потери руки. А следом в меня полетел прозрачный осколок. Сосулька, причём здоровущая. Но слишком медленно. Все-таки у стихийной магии есть свои недостатки. Я построил вокруг себя щит, и сосулька попросту разбилась на сотни осколков. Однако осколки не спешили рассыпаться и теряться. Они вдруг образовали жужжащее кольцо и устремились мне навстречу. Хм… В принципе, если посмотреть, магия холода и льда, или что там у этого выскочки, недалеко по своим качествам ушла от моего песка, по крайней мере, схожих черт очень много.

Повелитель гадюки, к слову, тоже воспринял это как призыв к действию, тут же забыв о своих словах. В мою сторону устремилась целая туча разноцветных брызг. И выглядели они не совсем как радуга, а как нечто очень опасное. Уж не знаю, чем мне грозит этот фейерверк, но под него лучше не попадать. Всё-таки магия воды мною еще мало изучена, и может таить в себе любые неприятности. Казалось, что часть этих брызг была ядовито-зеленая. Это вполне может быть кислота или какой-нибудь очень опасный яд, от которого я очень быстро склею ласты.

Ну что ж, если они устали от переговоров, не имею ничего против. Видимо они недооценили мою демонстрацию.

Я оскалился. Мой песчаный человек ощетинился шипами и бросился вперед, навстречу к гадюке.

Щит, выставленный передо мной, зашипел и заискрил от водяных брызг, что пока так и не достигли цели. Я же ощутил, как под руками завибрировало длинная рукоять нагамаки. Ардуил, похоже, напитывался силой и готовился к разрушительной атаке.

Действуя по наитию, я взмахнул клинком, и с него сорвались сотни маленьких световых копий, что будто солнечные зайчики принялись скакать по деревьям, воинам и всему, на что только могли попасть. За тем исключением, что от простых солнечных зайчиков не было никакого вреда. А вот от этих маленьких бликов от всего отваливались куски. Деревья превращались в труху. Листья — в мелкую кашицу. Люди лишались конечностей. Либо отлетали прочь, если щиты оказывались недостаточно прочными. И это, как я понял, Ардуил еще и не напрягался, а лишь только пробовал свои силы и возможности. Да уж. Он впечатляет своей мощью. Хотя чего я удивляюсь? Всё-таки полубог, а не простое магическое оружие или дух воина.

— О, я смотрю, у вас здесь весело, — раздался голос Лилит. — Ну тогда я тоже вступаю, — хохотнула она. — А то решили повеселиться без меня!

Я не успел отреагировать, как девушка исчезла. Наряду с солнечными зайчиками, тут и там стала появляться вытянутая тень, которая напоминала скорее жуткого спрута, раскинувшего свои щупальца в попытке достать лакомую жертву. Там, где мелькала её жутковатая фигура, уже совсем не напоминающая девушку, раздавались крики, стоны, вспышки сжигаемых щитов, а кое-где и оторванных конечностей.

— Так, — рявкнул я, — никого не убиваем, оставляем их в живых, — заявил я. — Если кто погибнет, будете сами потом расхлёбывать.

Что будут расхлёбывать демон и полуразумный меч, я сам плохо представлял. Сказал первое, что пришло в голову. Но это, как ни странно, подействовало.

— Так что делать-то? — появилась рядом со мной Лилит.

— Обезоружьте и плените, — заявил я.

— Будет сделано, — хохотнула девушка.

— Ардуил, слышал? Усмири своих солнечных зайчиков. Пускай обезоруживают, но не убивают и по возможности не калечат.

— Смотри, как бы я не решил, что с тобой скучно, — произнес в моей голове разумный клинок.

— Весело будет, когда с демонами будем воевать, а с людьми держи себя в руках. В любом случае, какие бы они ни были, это их земля. У них здесь свои правила. И они в битве с демонами — наши союзники. Не забывай, кто наш истинный враг.

— Как это кто? Твой бывший ученик — Максимус. А он, к слову, тоже человек.

— Он исключение. К тому же, он в теле демона, так что далеко от тех тварей не ушел.

Признаться, я даже немного расстроился. Слишком быстро решилась проблема, при том с минимальным моим участием. Я только щиты со всех посбивал, а Лилит уже всех упаковала.

С одной стороны, это показатель того, что я неплохой руководитель и умею делегировать, а также решать проблемы минимальными усилиями. В то же время я хотел и сам посмотреть, на что теперь способен, и в полной мере себя не испытать. Ну что имеем, то имеем.

Передо мной в повалку лежало порядка трёхсот человек с ранениями разных степеней тяжести, все связанные, мычащие и недовольные. Ну, сами заслужили. К тому же их тоже можно понять. У них была сильная гвардия, а их скрутили три существа, выглядящие крайне тщедушно, но при этом очень могущественные, и один из которых вообще не живой, а просто меч.

Ну что ж, нужно уметь проигрывать.

— Продолжим переговоры, — невинным голосом предложил я, — а то кричать друг другу через поле не очень комфортно. Я решил, что диалог, так сказать, с глазу на глаз будет куда удобнее, вы не находите?

В ответ снова грозно замычали. Я решил не пользоваться лишний раз отзывчивостью Лилит и действовать самостоятельно. Примерно припомнив, с кем вёл диалог, я отыскал повелителя козлов и любителя гадов. При помощи телекинеза освободил их от пут и поставил на ноги прямо перед собой, при этом хорошенько спеленав, как в свое время Максимуса. Оставил только головы, чтобы могли разговаривать, руки же стянул за спиной, чтобы у них не было соблазна использовать магические заклинания.

— Так зачем вы сюда пришли? — невозмутимо улыбаясь, спросил я. — Напомните, вы хотели обсудить что-то по поводу того, кто должен владеть этой землей? А потом, кажется, кто-то из вас оступился…

Рядом зевнула Лилит.

— Скучно. Может, я займусь пока твоей системой безопасности? А то ходят тут всякие…

— Системой безопасности? — спросил я.

— Ну да… Я примерно поняла, как этот песок работает. Давай создам что-нибудь? Какого-нибудь монстрика, который будет твои земли охранять?

— Здесь вроде бы есть кому охранять.

— Ну да, я видела тех трех плюшевых мишек.

— Ну создай, — отмахнулся я, неожиданно даже для самого себя. — Только давай без лишних жертв. Пускай система эта незваных гостей пленит, обезвреживает, но не убивает. Договорились?

— Что-нибудь придумаю, — хихикнула девушка.

И это «я что-то придумаю» мне очень не понравилось. Хотя… какая мне разница, что будет со злоумышленниками? Главное, чтобы они живы остались. И смогли мне аргументировать, зачем они пришли и что хотели.

Я снова повернулся к пленникам.

— Как вы уже поняли, земли вы не получите. Поэтому предлагаю перейти к вопросу, как вы будете компенсировать моральный и материальный урон, что нанесли ваши ракеты.

Глава 17

Договоренности

Все-таки люблю я договороспособных людей со здоровым инстинктом самосохранения. По крайней мере, беседа с аристократами была весьма конструктивной и полезной для обеих сторон. Они поняли, что на мою территорию лучше дорогу позабыть, по крайней мере, пока здесь снова не сменится хозяин. Иными словами, получили хороший опыт. Ну а я в свою очередь получил немало полезных бонусов для себя.

Мы договорились о том, что я не буду нападать на них в ответ, не буду портить их территорию и разрушать их поместья. Но все-таки посражаться им придется. Правда, не со мной.

Представители рода Гадюкиных и рода Гималаевых пообещали, что прибудут в рамках часа с личной гвардией в случае, если мне понадобится помощь. И от каждого по одной дополнительной услуге на политической арене, если потребуется меня поддержать в каком-то начинании. Меня это вполне устраивало. По крайней мере, есть польза в тех моментах, когда нужно сражаться, но сражается кто-то за тебя.

Кроме всего прочего, договорились о том, чтобы они совместными силами занялись благоустройством моей территории, а также ремонтом моего поместья. Все-таки с одной стороны там давно никто не жил и, скорее всего, работы и так было немало, но они постарались, выпустив ракеты, которые попали прямо в крышу. Оценив ущерб, на том и сошлись, что в рамках ближайших нескольких месяцев работы должны быть завершены, а поместье будет готово к тому, чтобы я туда заселился.

Представители родов пытались уйти от ответственности, ссылались на глав родов, но это они уже пускай сами решают, внутрисемейно, так сказать. А если у кого-то появится желание не выполнять обязательства, пообещал отправить на переговоры Лилит. Отчего-то эта перспектива их очень впечатлила и сделала куда более сговорчивыми. Даже не знаю теперь, как на это реагировать. Девчонка, пускай и демонического происхождения, наводит страху на врагов куда больше, чем я. Хотя как посмотреть, тут, кажется, есть даже чем возгордиться.

Стоило мне выпроводить вынужденно дружелюбных и покладистых Гадюкиных и Гималаевых, как появилась радостная Лилит. Либо что-то задумала, либо опять уже успела напакостить.

— Ты представляешь, ловушка-то сработала.

— Какая еще ловушка? — удивился я.

— Ну, система безопасности, которую я для тебя разработала. Уже попались еще одни охотники до чужой земли, — Лилит растянула губы в улыбке.

Ну да, дядя Дима говорил о трех претендентах, а здесь я увидел двух. Любопытно. Кого там еще принесла нелегкая?

— Его жизни что-то угрожает? — спросил я у демоницы.

— Да нет. Максимум профилактическая беседа от твоего голема, — хихикнула она.

— Ладно. Тогда это подождет, — я побарабанил пальцами по бедру, решая, как поступить. Или вернуться в свое поместье, где, по всей видимости, до сих пор висит зеркало, созданное кочевниками. Либо отправиться в пустыню сразу к Саматхану.

По ощущениям, всё мое противостояние двум гвардиям аристократических родов заняло едва ли больше часа. Что могло произойти за час, кто ж его знает. Да все что угодно. Однако все-таки я решил переместиться для начала в холл своего особняка. На подлёте в очередной раз поморщился, увидев несколько здоровенных дыр в крыше, которые оставили ракеты аристократов. К слову, они, когда эти дыры увидели, тоже были не рады. Уже в голове подсчитывали, сколько у них уйдет денег, чтобы покрыть ущерб. А нечего было направо и налево расшвыриваться снарядами. Не стоит забывать о том, что за все надо платить в этом мире. За все. За любой шаг приходится платить.

Иногда цена невысока и может заключаться в паре добрых слов, а иногда — в огромных суммах денег. И кому, как не аристократам, это знать? На этот раз, решив получше оценить ущерб да и изучить поместье, залетел прямо сквозь дыру в крыше.

Миновал пару полуразрушенных комнат, в которых, к слову, хранилась какая-то древняя мебель, тоже пострадавшая. Вот и еще. Надо было раньше так сделать, чтобы потом у Гадюкиных не было вопросов, откуда у них новые счета на оплату.

К слову, ракеты запустили именно люди Гадюкиных, что Гималаевых немало порадовало, но они тоже отличились, выкорчевав порядка трёхсот деревьев несколькими залпами. А деревья, между прочим, тоже имеют немалую ценность. Они десятилетиями росли. А время, как известно, — самый ценный ресурс. И никаким золотом его не перекрыть.

Пространственное зеркало по-прежнему висело в холле. Однако было оно чёрным. На той стороне невозможно было разглядеть абсолютно ничего: ни шатра, ни людей, ни ещё каких-то деталей. Будто магический артефакт закопали под землю. И распорядились им каким-то иным, неблаговидным способом.

Ладно, видимо, меня решили не ждать. Ну и правильно. По крайней мере, сейчас Саматхану не до ожиданий. Ему нужно быстро действовать, а моя задача — его поддержать, не дать в обиду.

— Ну что? — ехидно улыбнулась Лилит. — Полетели вырезать кочевников?

Она подпёрла ладошками, хищно улыбнувшись.

Хотел бы я сказать, что никого вырезать не будем, но сам в этом не был уверен до конца.

— Попробую практиковаться в портальной магии, — ответил я. — Ты меня, если что, подстрахуешь?

Всё-таки магия портальщиков оказалась довольно тонкой наукой, тем более демоническая портальная магия. А в основе того, что я изучал, была именно магия демонов. А как известно, всё, что касается демонов, максимально извращено и перевёрнуто с ног на голову. Уж не знаю, либо это хаотические правила демонов такие, или они специально выстраивали свою магию так, чтобы запутать нормальных людей.

Всё-таки чему учит долгая жизнь и постоянное совершенствование — это тому, что даже имея огромный опыт можно совершать ошибки. Поэтому не стоит пренебрегать помощью более опытных товарищей, на каком бы высоком уровне ты сам ни был. Ведь нельзя знать всё, и всегда есть люди, которые добились больших высот в том деле, к которому ты ещё не учился.

Я принялся выстраивать магические структуры, основываясь на заметках портальщика и на том, что объясняла мне Лилит. Задача была не самая простая, особенно учитывая тот факт, что шестьдесят процентов магических структур я составлял из песка, а еще тридцать процентов — из телекинеза. Лишь десять процентов, которые заключались в моей голове, я выстраивал магией разума, которая в рамках моего сознания работала неплохо.

Признаться, на успех я не рассчитывал. Тем более что понамешал столько всего, да еще и усложнил побольше, чем это было в портальной магии демонов. Но когда вдруг тоненькие нити, сотканные из песка, стали светиться и вибрировать, я, признаться, невольно улыбнулся, что не укрылось от Лилит.

— Доволен собой? — хихикнула она. — Не забывай, что без моей помощи не разобрался бы.

— Ну, конечно, — закивал я. — Куда же без тебя.

— Вот-вот, — со значением кивнула девушка. — Не забывай, кто тебя тут оберегает и кто тебе помогает.

Ага, ещё понять бы, для чего это всё.

Всё-таки не верю я, что этой у демоницы нет тайных умыслов.

— А теперь давай, шагай в портал, — поторопила меня демоница.

— Не хочешь первая пойти? — предложил я.

— Ну нет, я не настолько тебе доверяю. А то вдруг меня перенесёт разобранную по запчастям.

— Не боишься потерять меня, если то же самое случится со мной? — взглянул я на неё.

— Я в тебе не сомневаюсь. Уверена, что у тебя все хорошо получится, — тут же заявила она. — Давай, давай, иди вперёд. По крайней мере, я не вижу никаких признаков того, что этот портал работает неисправно. Или как-то тебе сможет навредить. Так что не сомневайся, шагай вперёд.

Главное правило исследователя, какой бы эксперимент ни проводил: не проводить испытания на себе, не опробовав на подопытных кроликах. Девица стояла далековато, поэтому толкнуть её в раскрывшееся окно портала не получилось бы. По крайней мере, она бы точно сбежала. Поэтому в моей руке появилась нагамаки. Я, недолго думая, сунул клинок прямо в портал. По крайней мере, что бы я не напортачил, у меня явно не хватит сил, чтобы навредить божественному оружию.

— Ардуил, видишь что-нибудь интересное в той стороне? — спросил я.

— Пустыню, — тут же последовал ответ. — А что происходит? И где это мы оказались?

— Пока нигде, — ответил я. — Не чувствуешь никакой угрозы, исходящей от портала?

— Да нет, портал как портал. Так, стоп, а почему ты спрашиваешь? И почему я через портал прошёл и никого из вас больше не вижу? Не говори только, что ты сунул меня в портал, чтобы проверить, насколько он опасен!

— Не, ни в коем случае. Я просто решил напугать всех врагов на том конце, — максимально убедительно произнёс я.

— А, ну хорошо. Я тебе почти поверил, но больше так постарайся не делать, — ответил Ардуил.

Сделав глубокий вдох, я шагнул вперёд и оказался под жарким палящим солнцем. Вокруг меня раскинулись пески. И лишь по конским и верблюжьим яблокам и некоторым брошенным вещам — я смог понять, что когда-то на этом месте был лагерь кочевников. Сейчас же здесь было пусто. Однако ветра сильного не было. И в песке вполне нормально угадывалась вереница следов, уходящая на восток.

— Что ж, кажется, мы опоздали, — за моей спиной произнесла Лилит.

— Мы не опоздали. Просто не потеряли время, — на автомате ответил я девушке. Одно из главных правил архимага, никогда не признавать, что в чём-то ошибся и с мудрым видом поправлять окружающих, если они заподозрили ошибку.

Создал под собой песчаную ладонь, поднявшись в воздух, направился в след веренице.

— Кстати, тебе в академию не надо возвращаться? — раздался голос Ардуила в моей голове. — Ты ведь вроде все свои дела порешал.

Кажется кому-то не нравятся пустыни.

— Рановато ещё возвращаться. Тем более, что мне выделили неделю. Хочется всласть покуражиться на свободе. Слишком долго я ждал этого момента.

Нагнали кочевников мы через каких-то полчаса. Недалеко они успели уйти. Всё это время, к слову, Лилит решила не лететь рядом со мной на ладони, а планировала, раскинув в разные стороны руки, будто крылья. При этом волосы её значительно удлинились и тянулись следом, будто щупальца спрута. Что-то в этом было одновременно и прекрасное, и пугающее. Но, стоит признаться, неотразимое.

Нас заметили издалека и принялись улюлюкать, давая сигнал своим о возможной опасности. Я же, решив не провоцировать, обогнул кочевое племя по широкой дуге и зашёл в начало клина, где ожидал увидеть Саматхана. Я не ошибся, он скакал впереди всех, и вид у него был не самый радостный. Он меня узнал, хоть и был не очень рад, подал знак своим, чтобы меня не атаковали.

Я же, опустившись ниже, поравнялся с воином. Он покосился на Лилит, что невозмутимо держалась рядом, полируя ноготочки о чёрное обтягивающее платье.

— Куда путь держишь? — спросил я Саматхана.

Он поморщился, будто думая отвечать ли. Но всё-таки произнес:

— Сегодня на закате будет собрание всех глав кланов.

— Планируется что-то любопытное? — хмыкнул я.

— Этого сказать не могу. Но вряд ли мне так легко теперь отдадут власть. Благо я хоть смыл с себя кровь своего родственника и похоронил отрубленные головы.

Саматхан недобро посмотрел на Лилит.

— Всё-таки я должен был быть победителем и воином, а не подлым убийцей, подсылающим наёмников. Хуже только отравить родню. Я должен был победить его в честном бою.

— Ну, чувствую, у тебя ещё будет возможность победить парочку своих кузенов и племянников, — хохотнула Лилит, отчего Саматхан недобро зашипел.

— Всё-всё, молчу-молчу, — хохотнула полудемоница.

— Раз уж ты здесь, — продолжил Саматхан, — мне всё ещё понадобится твоя помощь, чтобы сначала сделать ханом моего отца, а потом принять полномочия. Не уверен, что моя небольшая гвардия справится со всеми желающими занять шатёр хана.

— Ради этого я сюда и прибыл, — покивал я.

Глава 18

Собрание старейшин

Стоянку кочевников было видно издалека. И это был уже даже не палаточный городок, а целый мегаполис. По крайней мере, шатры тянулись далеко к линии горизонта и расширялись, будто море, в разные стороны, и куда ни глянь — везде были шатры и палатки. Всё-таки велико племя кочевников. По правде, я даже не ожидал, что их будет столько. И все эти люди, свободолюбивые, непокорные, подчинялись одному великому хану. И возможно, следующий великий хан сейчас едет рядом со мной.

Ну, это уж как карта ляжет. Повезет ему или нет? Посмотрим.

Звуки и запахи лагеря вскоре тоже накрыли нас. Гвалт сотен тысяч глоток: людей, животных. То и дело на пути попадались сверкающие пятнышки круглых озер, явно искусственных. Видимо, в каждом племени есть свой маг воды, который способен в любой пустоши создать оазис. Ну, или не в любой. Вполне возможно, что лагеря устраивают там, где есть достаточное количество воды, чтобы всему племени хватило.

Как только мы влились в ряды высоченных шатров и по мере приближения к центру поселения, Саматхан всё больше мрачнел. Ему явно было не по себе, хотя виду воин не подавал. Это я чувствовал так, на грани ощущений. Всё-таки эмпатическая часть во мне тоже сильна. От него прямо-таки веяло смятением. Предвкушением чего-то страшного, но не страхом. Несмотря на внутренний дисбаланс, он был готов к любым раскладам.

Рядом с Саматханом ехал и его отец Улумбек. Вот он был каменно спокоен. Сейчас, при свете дня и спокойной обстановке, я увидел, насколько он стар. Возможно, он спокоен оттого, что готов умирать. И даже радуется тому, что умрет, занимаясь каким-то важным делом. В бою, в приключениях. От рук врагов. А не просиживая морщинистый зад и увядая, глядя, как взрослеют его сыновья.

Зато две жены Улумбека, которые ехали следом за ним, были далеко не так спокойны. На лице дородной женщины, что ехала на повозке с неприкрытой головой и лицом, было смятение. Вторая же женщина, явно помоложе, и вовсе рыдала. Старшей бы успокоить несчастную, но она даже не смотрела в её сторону. Видимо, несмотря на разрешенное многоженство, девушки друг друга не поддерживали, возможно, даже ревновали.

Когда мы приблизились к середине поселения, я увидел настолько здоровый шатер, что он вполне мог бы поспорить с крепостью Муромской Академии. Да уж, кочевники знали размах. Столько ткани. И как еще эту конструкцию не сносило ветром? По крайней мере, отчетливо слышались шлепки хлопающей ткани, которую трепал ветер.

Саматхан огляделся. Я только сейчас понял, что несмотря на плотное размещение шатров, наш отряд довольно легко прошел сквозь весь лагерь, при этом никого не зацепив, не задев и без каких-либо конфликтов на ровном месте. Хотя представить такое было сложно, Саматхан довольно быстро нашел свободное место. Хотя наличие такового меня вообще удивило, даже предположил, что это место специально для него и оставили.

Раздав краткие указания, он направился вперед и встал в самом центре пятачка. Его помощники тут же разбежались в стороны, раздавая указания и руководя развертыванием лагеря. Стоит отдать кочевникам должное: момент сворачивания и разворачивания лагеря занимал у них действительно очень короткое время. Уровень их организованности впечатлял.

Саматхан кивнул мне, затем обернулся себе за спину, туда, где солнце закатывалось за горизонт.

— Мы почти вовремя, — произнес он. — Составишь мне компанию? — спросил он, посмотрев на меня, старательно игнорируя девушку за моей спиной.

— Я для этого сюда и прибыл, — ответил я.

— Ну и прекрасно.

Рядом с Саматханом встал его отец.

— Думаю, парням, — он кивнул в сторону приближенных Саматхана, что сейчас руководили развертыванием лагеря, — делать там нечего. По крайней мере, что бы там ни произошло, им этого лучше не видеть.

Саматхан покивал, подозвал к себе высокого черноволосого мужчину с уродливым шрамом через все лицо.

— Дилинбек, я попрошу всех вас побыть здесь. Туда я пойду только со своим отцом и с чужаками. Вы берегите народ. В случае если я не выйду оттуда живым, ваша задача — сохранить наше племя. И в случае моей смерти ты будешь главой рода.

Саматхан посмотрел на своего отца Улумбека, и тот, покивав, снял с шеи небольшой амулет.

— Это будет подтверждением.

Он протянул амулет мужчине. Тот кивнул и надел амулет на себя. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций. Он вопросительно посмотрел на Саматхана, мол, будут ли какие-то еще указания. Не дождавшись таковых, направился обратно наводить порядок среди членов своего племени.

Саматхан посмотрел в сторону шатра, и я проследил за его взглядом. Вход находился с дальней от нас стороны, поэтому я не сразу заметил длинную вереницу людей, разномастно одетых в дорогие одежды, что тянулись длинной очередью и скрывались внутри огромного тканевого сооружения.

Когда мы приблизились к выстроившейся длинной веренице, на Саматхана и Улумбека все больше стали бросать взгляды, будто не ожидали их здесь увидеть. Или, напротив, радовались таким дорогим гостям. По крайней мере, на лицах азиатов сложно было распознать какие-либо эмоции.

Саматхан едва заметно передернул плечами. Это невозможно было заметить, но я это почувствовал. Ему эти взгляды очень не нравились.

Выстроившаяся очередь двигалась неспешно. Все представители родов, прибывших на собрание ханов, двигались медленно и степенно, с огромным достоинством. Они оглядывались по сторонам, будто неспешные горделивые верблюды. И позволяли другим окружающим также смотреть на себя. Видимо, это была такая игра или обычай, где участники что-то демонстрировали. Вот только что они демонстрировали, так и не понял. Яркие одежды или магические ауры? Хотя таковых я не ощущал. По крайней мере, никто их не выпячивал.

По меньшей мере час ушел на то, чтобы собравшаяся длинная очередь, наконец, оказалась внутри шатра. И все присутствующие разместились внутри. Как оказалось, мы прибыли последними. Видимо, племя Саматхана действительно было дальше всего расположено от главного города. Помещение шатра было на удивление просторным. В нём могло уместиться по крайней мере несколько тысяч человек. Все места были заняты, кроме одного — место главного хана. По крайней мере, в самом центре стояло резное кресло, усыпанное камнями и драг металлами. У его подножья лежало несколько шкур. Само кресло стояло особняком. По крайней мере, никто не решался приблизиться к нему. Все остальные сидели прямо на коврах. Огромным холмом возвышалась куча мехов, а чуть поодаль расположилось около сотни девушек. Они будто должны были танцевать и смеяться, но были растеряны, ведь хана нет, а значит не для кого.

Стоило всем разместиться, как все глаза вновь устремились в сторону Улумбека и Саматхана. Все-таки, как я понял, больше в сторону отца, нежели сына, ведь, если припоминать разговор с Саматханом, Улумбек является единственным наследником этого ханства, по крайней мере законным. Не знаю, как у них передается власть и будут ли какие-то поединки. Но прежний великий хан убил всех своих братьев, кроме Улумбека. Саматхан, в свою очередь, убил руками Лилит Великого Хана и всех его наследников.

Таким образом, Улумбек — единственный наследник. Но есть один момент — он слаб. У него недостаточно сил. Родные братья его не воспринимали всерьез, верховный хан не стал даже его убивать, не чувствуя от него угрозы. А будут ли другие ханы, у которых большие свиты, большие племена, подчиняться слабому хану? Это важный вопрос, который сейчас все и хотели прояснить. Осмелится ли вообще Улумбек заявить свои права, и что за этим последует?

— Я думал, ты не осмелишься сюда приходить, Улумбек, — сухой старческий голос прорезал тишину. Несмотря на трескучесть и глухость голоса, прозвучал он будто гром среди ясного неба. Все тут же обернулись к говорившему.

— А чего мне бояться? — вдруг выпрямился Улумбек, голос его при этом был чистый и наполненный энергией. — Смерти мне бояться? Или того, что вы попытаетесь отнять у меня мое право? Нет, мне бояться нечего. Я всегда был добрым и справедливым, всегда был смиренным и принимал ту участь и ту судьбу, которую готовила мне жизнь. И раз мои старшие братья, у которых было много прав на всё ханство, решили поступить со мной таким образом, я не роптал, потому что правила есть правила. И для меня они очень важны. Когда мои братья решили убить старшего брата, занять его место — это было их решение, их право и их грех. Они на него пошли, за него расплатились. Я не роптал и никогда их не поддерживал, и сколько бы они ни упрашивали меня, я не стал бы поднимать руку против одной крови.

— Так к тебе бы никто и не пришел, ты же неудачник, — раздалось откуда-то из задних рядов.

Но Улумбек даже глазом не повел.

— Об этом мы с тобой отдельно поговорим, Соломбек, — произнес Улумбек, даже не обернувшись. — Но вернемся к тому, что я говорил. Я смиренный. Я стараюсь вести себя благородно. Но при этом судьба распорядилась таким образом, чтобы я стал новым ханом. И я сюда пришел за своим правом. Кто я такой, чтобы перечить судьбе? Я смиренно принимаю её. Но если кто-то из вас решит, что моё смирение и добропорядочность — это слабость, того постигнет смерть от моей руки или от руки моего сына. Мы все здесь падём, если это потребуется. Но я думаю, обойдётся и без этого. Потому что сколько бы нас ни клеймили с Запада и с Севера, что мы дикари, мы не дикари и никогда таковыми не были. Мудрость Востока не знает границ.

В воздухе промелькнуло что-то серебристое. Улумбек выбросил руку вперед и поймал металлическую стрелку в тридцати сантиметрах от своего глаза.

— Коварства нам тоже не занимать, — произнес он, отчего по залу раздались смешки. Он вдруг сжал руку, и металлическая стрелка, будто из фольги, смялась в его хватке. — Но главная наша сила — это мудрость и умение находить правильное решение в самых сложных ситуациях. Я долго наблюдал за тем, как мои братья позволяют великой памяти о нашем народе угасать и гибнуть. Я умею учиться на чужих ошибках. Я видел, что моими братьями движет лишь жажда власти и наживы, поэтому никогда бы их не поддержал. Мною же движет желание восстановить справедливость этих земель, желание восстановить великое ханство, великую орду, что снова будет властвовать на этих землях. И мы не будем отказываться от нового опыта, от новых технологий, но и от старой мудрости мы отказываться тоже не будем. И это наше главное преимущество перед всеми теми, кто смеет сейчас насмехаться над нами и думает, что с нами все кончено. Степь кое на что еще способна, и мы докажем это.

По помещению пробежал гул голосов. Кто-то одобрительно кивал, кто-то откровенно смеялся, кто-то потрясал кулаками, грозно что-то выкрикивая и показывая пальцами на Улумбека.

Саматхан сидел рядом, опустив глаза. В руках он сжимал рукоять меча, что лежал на его коленях, но при этом он был расслаблен. И это было удивительно. По крайней мере, не было в нем ярости или гнева, да и прежних сомнений больше не было. Он уже все решил. Нечего уже беспокоиться, он уже здесь, и он готов принять свою судьбу, какой бы она ни была.

Вдруг встал один из седоволосых старцев:

— Ты отказался от власти в своём племени, отдав её сыновьям. До нас дошли слухи, что твои сыновья не смогли найти единство и поступили так же немудро, как и твои братья, и что один брат убил другого. Ты рассуждаешь о мудрости, но в своем маленьком племени не смог добиться подобного.

— Я не спорю, я допускал ошибки и буду допускать. А кто их не будет допускать? Я считаю, что доверяться нужно не тем, кто не допускал ошибок, а наоборот, тем, кто их научился преодолевать. Поэтому я шёл сюда с мыслью передать власть сыну Саматхану. Но не сделаю этого, пока он не будет готов. И пока он не научится передавать мудрость своим сыновьям. Мы слишком долго пребывали в запустении. У нас нет права на ошибку. Мы больше не можем ожидать, когда враги обратят на нас внимание и решат забрать наши земли. Мы должны набраться терпения, мудрости и силы.

— Громкие слова, — высказался один из мужчин. Бравый воин, довольно крепкий, с черной смоляной бородой и густой гривой волос. — До меня дошли слухи, что твой сын хотел заключить договор с демонами. Я не знаю подробностей этого договора. Но о демонах наши легенды твердили за тысячелетие до того, как они здесь появились. И о том, что им нельзя верить, наши предки говорили нам очень давно. И как же ты со своей мудростью допустил такое у себя под носом? Улумбек, ответишь на этот вопрос?

— Демонов боятся в инферно не ходить, — хмыкнул я. Сказал это очень тихо, но все взгляды тут же переместились на меня.

— Это представитель демонов, о котором мне докладывали? Ты его еще и сюда привел? Ну-ка встань, чужеземец или чужемирец, как тебя правильно называть? Встань и ответь перед нами.

Я поднялся:

— И что же, я похож на демона? У меня есть рога или красная кожа? Нет, я не демон. Я барон Бронин, урожденный граф Медведев из Российской империи. А с Российской империей, как мне известно, у вас всегда были хорошие отношения. Или это изменилось? На данный момент я представитель Муромской академии и, да, представляю Российскую империю.

— Еще и руса сюда привел. Это же хуже демона, — завопил кто-то.

— Здесь я как ваш друг. Вернее пока не так. Здесь я как друг Саматхана и Улумбека. Если потребуется, у меня достаточно силы, чтобы обеспечить власть моего дорогого друга. Если потребуется, я всю Российскую империю сюда приведу.

Слова, конечно, громкие, но какой аристократ без пафоса?

— А если потребуется, я убью любого, кто посмеет перечить словам моего господина, — это уже поднялась Лилит.

И от нее потянуло таким холодом, что даже мне стало не по себе, а мурашки забегали по коже.

— Бей демонов! — взревел вдруг здоровенный воин, сидящий рядом с нашей компанией.

Вот только напал он не на Лилит, а на Улумбека. И к моему удивлению, Улумбек лишь взглянул в сторону агрессора, и того буквально разорвало на две половины. В разные стороны брызнула кровь.

Затем он посмотрел в другую сторону. И еще один воин, который осторожно поднялся, держа наготове меч, лишился руки и половины черепа.

Чем он бил, я не понял, но выглядело эффективно и эффектно. Уж не знаю, какая защита была у этих воинов, но Улумбек показал, что тоже имеет острые зубы.

Миг — и Улумбек вскинули вверх руки. Не знаю, кого он там атаковал, но меня придавило знатно. Стало вжимать в землю. Я едва удержался, чтобы не встать на колени или попросту не завалиться навзничь на ковры.

— Я сюда пришёл не проливать кровь своих братьев и сестёр. Я сюда пришёл, чтобы занять своё место. Если это будет невозможно, если уважаемые члены Совета Старейшин настолько глухи и слепы, что не смогут принять меня в качестве своего вождя, я покорно отступлю. Но достойному претенденту, не самому сильному, но самому мудрому. В остальном же, не думаете же вы, что я столько лет зря сидел в отшельничестве и страдал от своей судьбы. Нет, я копил силу. Если потребуется, я всех вас здесь могу убить, но не стану этого делать. Потому как вместе с силой, копил и мудрость.

На этот раз повисла такая пауза и такая тишина, что ее можно было резать ножом.

— Сражаться-то будем? — спросил рослый воин со здоровенной секирой, которую он взвалил на укутанное мехом плечо.

— С тобой похоже придётся, — невесело вздохнул Улумбек.

Глава 19

Торжество справедливости

Черноволосый здоровяк, перехватив поудобнее секиру, направился в сторону трона. Затем, не дойдя до него десяти шагов, развернулся и поглядел на Улумбека.

— Твой отец, старик, покалечил когда-то моего отца. Они сражались за право занять это место, — он бросил взгляд на резной трон. — Тогда твой отец победил и занял это место. Но вот прошло время, и снова встает старый вопрос. А кто же будет править нашими племенами, всей нашей степью? Кто будет главным? Старик, ты готов снова оспорить право нашего рода править нашим миром?

Здоровяк поиграл мышцами, затем вонзил секиру прямо перед собой.

— Ты хороший воин, Бардайгал, — произнес Улумбек. — Да-да, я даже знаю твое имя. Не удивляйся.

У черноволосого здоровяка и вправду брови поползли вверх.

— Я многое слышал о тебе, о твоих способностях. Ты сможешь пригодиться своему народу. И мне очень не хочется твоей смерти. Я не хочу тебя убивать или калечить. Не хочу, чтобы потом твой сын пришел к моему внуку с тем же самым вопросом. Давай прервем этот порочный круг, это будет мудро.

— Нет, старик, ты либо преклонишь передо мной колени, либо погибнешь в попытке убить меня. Другого варианта я тебе не оставлю.

Улумбек тяжело вздохнул.

— Справедливости хочешь, мальчишка? — вдруг спросил Улумбек, и в глазах его полыхнул огонь. — На этих землях никогда нет справедливости, есть только сила. И если сильный справедлив, то и справедливость торжествует.

Я ничего заметить не успел, да и не уверен, что было что-то. Бардайгал попросту икнул, дернулся всем телом и завалился на колени. Затем и вовсе закатил глаза и ткнулся лбом в землю. Я готов поклясться, что Улумбек даже не шевелился. Да что это за старик такой, откуда у него столько сил?

По залу пробежали шепотки. Звучал недовольный ропот и возгласы восхищения. Люди переговаривались, пытаясь прийти к какому-то общему решению, хотя какое решение они хотели принять — неясно, ведь никто еще ничего не выдвигал.

Улумбек, не став дожидаться и терять время. По-старчески кряхтя, направился вперед, не глядя по сторонам, не глядя под ноги, но аккуратно огибая тех, кто сидел перед ним. Наконец, он подошел к телу Бардайгала. Черноволосый лежал неподвижно, но я знал, что мужчина был жив. По крайней мере, грудь его вздымалась, да и аура говорила о том, что в нем еще теплится жизнь. Хотя и слабая. Все-таки старик его хорошенько приложил.

Улумбек приложил ладонь к затылку Бардайгала, тот дернулся. Можно было подумать, что старик добил противника, но нет. Тот сейчас глубоко уснул. Затем он, обогнув тело, встал на колени, поклонился трону, коснувшись лбом ковра. Затем поднялся и обернулся ко всем присутствующим.

— Я не буду говорить вам, что достоин этого места, но и не поверю, если кто-то скажет, что он достоин. Так давайте же все вместе станем достойны быть ханами. Тогда будет не важно, кто из нас возглавит наш народ. Главное — это наши сыновья и дочери, наши мужчины и женщины, старики и предки, в еще наше будущее. Главное — это то, куда мы придем. Главное то, кем мы станем и как на нас будут глядеть наши соседи. Кто придет на подмогу? Демоны, русы, западные или китайцы — абсолютно не важно. Главное, чтобы мы были во главе, по крайней мере, на своей земле. Чтобы мы диктовали условия и правила, а не нам. Мы вольный народ. Наша жизнь основывается на свободе. Наши духи — это свободолюбивые, словно ветер, звери. Испокон веков так было и так будет всегда. И мы должны чтить наши традиции. Мы должны не забывать наших предков. Я долгие годы следил за своими братьями, изучал нашу историю и понимаю, что уже много сотен лет у нас не было достойных ханов. И раз здесь нет больше тех, кто претендует сидеть на этом троне, это буду я. Но я не хан. По крайней мере, не великий хан. И если после моей смерти кто-то меня назовет великим ханом, так тому и быть. Но пока что я с вами просто заключаю союз. Вы слушаете меня, я говорю, что делать. А уже история расставит: справедлива судьба или нет? Хороший я правитель или нет?

Улумбек выхватил из ножен кривую саблю и устремил ее вверх. Из кончика сабли в вершину купола ударил золотистый свет, а затем золотое сияние озарило весь купол.

Я вдруг почувствовал вторжение чужеродной магии. Да он, похоже, какое-то благословение на всех наложил. Я попытался разобраться, что это за магия, и не смог.

— Принимай, — зашептала Лилит, — это полезное усиление, а еще оно очень долгосрочное. Не уверена, что вечное, но очень долгосрочное.

Я не стал противиться чужеродной магии, и меня тут же наполнило теплом. Будто кто-то огромный начал тепло и по-доброму дышать мне в затылок. Я даже обернулся, но там никого не было. Суть заклинания я пока не понял. Кроме того, что стал чувствовать себя чуточку уютнее.

— Гверна пришла ко мне сегодня ночью, — произнес Улумбек. — Она поведала мне, что ждет меня сегодня. И дала мне этот дар, чтобы я распорядился им по справедливости. Видимо, это была проверка от нее. Я мог применить этот дар на себя перед тем, как пришел сюда, и был бы самым сильным среди вас. Но я решил разделить его между всеми. Думаю, никто не будет против.

И в этот момент что-то произошло. В головах людей будто что-то изменилось, а может, и заклинание на них подействовало каким-то иным образом. Будто гул из-под земли, люди стали повторять одно имя.

— Улумхан, Улумхан, Улумхан, — повторяли они раз за разом, все громче и громче, пока гул не перешел в крик.

Лишь один человек кричал другое. Саматхан воскликнул:

— Отец!

Я думал, что он хочет вызвать Улумбека, но он продолжил кричать в унисон с другими воинами:

— Отец, отец, отец!

— Ну вот, — протянула Лилит, — а я уж подумала, здесь будет веселенькая резня. Нахватаю себе душ свободных. И что мне теперь делать? Как мне с этим быть? Я столько сил потратила, зря что ли?

— Куда это ты силы тратила? Ты уже вон, забрала себе… — я хотел было сказать, что она забрала души бывшего хана, но решил промолчать. А то слишком уж острый слух у местных кочевников. Мало ли что они услышат. А это им совсем не обязательно.

Я приблизился к Саматхану, положил руку на его плечо.

— Ну что, дружище, кажется, без меня обошлись, — хмыкнул я.

Он криво усмехнулся и искоса поглядел на меня.

— Выходит, что так.

— Думаю, я здесь больше не нужен, чтобы не раздражать всех своим видом. У вас тут закрытое мероприятие, а мне пора свои дела делать.

— Это тоже верно. Но всё равно, когда здесь утрясется, приезжай. Буду рад видеть тебя в гостях. И если наши воины тебе понадобятся, мы встанем под твои знамёна.

Я покивал. Хотя до конца непонятно, как у них здесь всё закончится. По крайней мере, несмотря на то, что все скандировали имя Улумхана, не у каждого были радостные лица. Недовольных было многовато, и думаю, что еще ничего не кончено. Но караулить покой и безопасность новой правящей семьи я точно не буду. Улумхан уже показал себя с непростой стороны, и думаю, что он большой мальчик и справится с напастями. У меня в этом сомнений нет. Да и Саматхан, вроде бы, на что-то способен.

Поэтому я со спокойной душой кивнул Лилит и, незаметно отойдя вглубь шатра, лавируя между скандирующими имя нового хана людьми, подошел к одной из стен. И уже не опираясь на помощь Лилит, создал портал в обратную сторону. На этот раз указав маячком парадный вход в своё поместье. В полумраке шатра никто даже не заметил открывшегося портала. По крайней мере, на той стороне тоже был полумрак, поэтому ничего людей не привлекло. Я шагнул внутрь, дождался, пока пройдет Лилит, и наконец оказался на своей земле.

От чего-то мне даже полегчало, будто отпустило что-то. Я был дома, у себя дома. Это на самом деле мое место в этом мире. Мое поместье, моя земля, уже отвоеванная у жадных до чужого имущества графьёв. Может, крови я за нее не пролил, но попотеть пришлось, и от этого стало еще приятнее.

Посреди холла по-прежнему висело черное пространственное зеркало. Все-таки эти кочевники очень уж неряшливы и убирать за собой явно не привыкли. Я потянулся к зеркалу ментально и, отрезав магические нити, закрыл его.

— Ой, — вдруг произнесла Лилит.

— Что не так? — спросил я, решив, что сделал что-то неправильно.

— Я забыла про твоего гостя, — хмыкнула она. — А он там, кажется, уже дошел до кондиции. Вернее, до кондиции он дошел давно, а сейчас как бы он совсем не обезумел.

Я попытался сообразить, что за гость и что имеет в виду Лилит.

— Ну помнишь, я тебе говорила, что поставила систему безопасности, и туда попался один из охотников за твоим имуществом. А после этого отправились в степи. Так вот, он там уже на всё согласен.

— На что согласен? — удивился я.

— Ну, иди сам посмотри.

— Куда идти? — уточнил я.

— Да ладно, я сейчас его сама перенесу.

Девушка хлопнула в ладоши, под потолком холла открылся провал портала, и оттуда вывалился какой-то человек. Он тут же выпрямился и выпученными глазами принялся смотреть по сторонам. Видок у него был тот еще: весь всклокоченный, с глубокими морщинами, синяками под глазами.

— Я готов! Готов! Готов служить! Готов! Я не имею никаких притязаний ни на какие места, ни на что! Мне не нужно никакое имущество! Я готов отдать все свое имущество, готов отдать свою семью, свою дочь, сыновей, все что угодно, только прекратите это, прекратите, больше не возвращайте меня туда! — голосил мужчина, создавая громкое эхо в холле.

Увидев меня, он бросился мне в ноги:

— Господин, Господин! Отведите меня к главному! Я готов на все! Готов!

Лилит, мило улыбаясь, хлопала глазками, мол, не надо благодарности.

Глава 20

Явление слуги

Я всегда спокойно относился к любым человеческим проявлениям, даже самым неприятным и некрасивым, но сейчас мне откровенно было не по себе. Может быть, дело в том, что это тело не привыкло к подобному, или из-за того, что от мужчины, что сейчас валялся у меня в ногах, слишком уж сильно воняло страхом. И мне это было до крайности неприятно.

Всё-таки, пускай я из другого мира, но я человек. А ещё я не очень терплю демонов и их методы. Более того, демонов я ненавижу и ненавижу довольно давно. Сколько бы люди ни делали мне пакостей, они никогда не сравнятся с демонами. А самое главное, никогда люди не сравнятся в жестокости с тварями инферно и с тем, на что краснорожие способны.

— Лилит, — очень спокойно позвал я, повернувшись к девушке. — Что произошло?

— А что? Он пришёл к тебе не с добром. По крайней мере, если бы он был простым прохожим и душа его была чиста, охранник на него бы не отреагировал, — ответила девушка. — Ну и демон его поистязал, но ты же сам знаешь правила. Истязал он его ровно настолько, насколько испорчена была его душа с самого начала. Поэтому ничего сверхъестественного, он всего лишь получил то, что заслуживал.

— Лилит, — выслушав её отповедь, повторил я её имя. — Ты наполовину человек. Да, ты демон, и демоническая сущность в тебе сильна, но не забывай про свою человеческую сущность. Ни один человек не заслуживает такого. — Я кивнул на трясущегося в рыданиях мужчину. — Не надо так с людьми. Это жестоко и неуместно. И опять же, хотела бы ты, чтобы с твоей человеческой частью произошло точно так же?

— Да со мной и похуже было, — невозмутимо пожала плечами девушка. — Я так не раскисла. Хотя, кого я обманываю? Вначале так же тряслась, рыдала. А сейчас, вот смотри, какая я. А самое главное, не жалею типчиков вроде него. А ты, архимаг Алексиус, меня сейчас удивил. Неужто твоё сердце не до конца высохло за годы жизни и от соли полученного опыта?

Нет, это бесполезный диалог. По крайней мере, убеждать в чём-то демоницу бессмысленно. Потом с ней как-нибудь пообщаюсь при более подходящих обстоятельствах. А сейчас меня всего выворачивало наизнанку из-за покалеченной сущности, что валялась у меня в ногах. Я как мог потянулся к нему своими ментальными щупальцами.

Ограничения мира давили, поэтому я подошёл вплотную и, давя в себе противоречия и сопротивление, положил ему руки на голову. Меня самого едва не начало трясти. Я как мог пытался унять всполошившиеся чувства бедолаги и в край расшатанную нервную систему.

— Всё хорошо, уже всё закончилось, — спокойно произнёс я. — Нечего тут бояться, ты получил жизненный опыт, очень важный опыт, он сделает тебя сильнее, но при том условии, что ты не сломаешься. А ты ведь не сломаешься?

Поначалу мужчина передо мной никак не реагировал. Но по мере того, как я говорил, он понемногу успокаивался и, будто прислушиваясь к моим словам, оттаивал.

Главный урон, что был ему нанесён, — это разбитая вдребезги гордость, на которой, собственно, и основывалась его личность, его победы, его стремление двигаться вперёд. Всё было завязано на гордости. Лилит же сделала так, что страх эту гордость задвинул очень далеко. А потом, будто бы ему было мало, взял и со всей силы шваркнул забитую гордость об каменный пол, разбив вдребезги. Гордости у этого человека больше не было. По крайней мере сейчас он думал лишь о том, чтобы всё поскорее закончилось. И не важно, что всё уже давно закончилось, и он в покое, но всё его существо хотело перестать бояться, перестать быть слабым.

Он уже давно готов был умереть, лишь бы не переживать раз за разом тот ужас, что он переживал, но смерть не приходила. Демоны редко бывают милостивы к своим жертвам, напротив, они скорее наслаждаются страхами и мучениями своих жертв. Это их любимая пища. По крайней мере, одна из.

Ну а потом, стоило ему успокоиться, как на меня хлынули его последние воспоминания. По крайней мере, то, с чем он пришёл на мою землю. И признаться, на миг я даже усомнился, а не заслужил ли он всё это.

И здесь речь шла не о жадности, не об уязвлённой гордости, не о его умыслах против меня. Он шёл убивать, и он готов был убить всех, и идти на любые подлости. Если заклинатель снежных козлов ради бравады говорил о том, что пойдёт до конца, я чувствовал, что это лишь слова. А вот этот человек был действительно плохим. И жизнь его наказала довольно серьёзно.

Их род сейчас буквально как карточный домик рушился на глазах его главы. Причём этот самый глава сейчас был передо мной. Если род Гадюкиных и Гималаевых прислал старших сынов или ближайших родственников, то этот заявился сам. Очень любопытно. Какой интересный экземпляр попался мне в руки.

На самом-то деле стоит отбросить сантименты и пользоваться ситуацией на полную. По крайней мере, последнее, что сейчас следует делать — жалеть этого морального калеку. Сейчас нужно пользоваться предоставленным шансом, каким бы неприятным он ни был.

— Я здесь главный, — холодно произнёс я. По крайней мере, я хоть как-то уравновесил ситуацию, и это слегка облегчало мою совесть. Всё-таки он уже был не в состоянии аффекта. Да, напуган, да, разбит, но уже осознавал, воспринимал сведения. — Ты говорил о том, что будешь служить тому, кто тебя избавит от этого ужаса? — холодно спросил я.

— Да, я так говорил, — медленно кивнул мужчина.

— Так вот, я тебя освободил. Теперь ты будешь служить мне, — безапелляционно заявил я. — Все твои земли и твоё имущество теперь мои. Ты будешь по-прежнему ими владеть, но настоящим хозяином буду я, и я буду распоряжаться всем этим.

— Да, господин, — севшим голосом кивнул мужчина.

— Так не пойдёт, — покачал головой я. — Клятва. Ты знаешь, что делать.

Я физически ощущал, как быстро мельтешат мысли в голове у стоящего передо мной. Ох, как же он сейчас не хотел выполнять свои обещания, как же он страстно хотел попытаться извернуться и миновать тот капкан, в который сам себя загнал. Сам виноват. У мен янет жалости. Нечего было лезть на мои территории. Ему очень не повезло, что он попался на Лилит. Хотя кто знает, может, это мне не повезло. Глядишь, если бы она раньше расставила свою систему безопасности, таких вот слуг у меня было бы побольше.

Из носа графа густой струёй потекла кровь, а по щекам потекли слезы. Только что он понял, что ничего не сможет поделать, и он лишится всего.

— Я, граф Геннадий Степанович Курпатов, глава рода Курпатовых, даю клятву в службе…

— В вечной службе! — припечатал я.

— Даю клятву в вечной службе… — он замялся, а я продолжил:

— Барону Алексию Александровичу Бронину.

Курпатов зажмурившись кивнул, затем продолжил:

— Клянусь служить верой и правдой Барону Алексею Александровичу Бронину, не жалея жизни и чести. Вся моя жизнь принадлежит теперь моему господину.

Пока он говорил, вокруг нас заискрились полупрозрачные воздушные нити. И чем дальше говорил Курпатов, тем ярче эти нити начинали светиться.

— Моя кровь и плоть, мои потомки служат новому Господину до тех пор, пока господин не даст свободу. Либо пока…

— Никаких либо, — безапелляционно заявил я. — Моя смерть тебя от службы не освободит. Если я умру, ты погибнешь вместе со мной. И твой род погибнет вместе со мной.

Курпатов бессильно опустил голову и задрожал. Однако сделал глубокий вдох и продолжил.

— И если я не сберегу господина, то погибну сам и сгинет весь мой род.

— Так тому и быть, — заявил я.

— Так тому и быть, — повторил Курпатов.

Полупрозрачные нити вспыхнули так ярко, что даже резанули глаза, а потом сразу же потухли.

Они натянулись, будто пытаясь стянуть нас с Курпатовым в один узел, но потом исчезли, словно впитавшись в наши с ним тела.

— Господин, я буду служить вам, — не поднимая глаз, произнёс граф. — И не важно, что вы барон, а я граф. Это ни на что не повлияет.

— Я знаю, — ответил я. — А теперь выпрямись.

Он принял вертикальное положение, хотя плечи его были так сильно ссутулены, что казалось, он сейчас завалится вперёд.

— Посмотри на меня, — заявил я.

Он поднял опустошённый взгляд.

— Ты совершил огромную ошибку, придя на мою землю и недооценив меня. Роковую ошибку, фатальную для себя, но не для своего рода. Я вижу, ты много страдал из-за того, что дела ваши шли плохо. Кто знает, быть может, сейчас они поправятся благодаря мне. Но для этого тебе надо будет очень хорошо постараться.

— Да, господин, — кивнул Курпатов.

— Где твоя гвардия? — спросил я.

— Стоят на границе участка. Я приказал им не подходить, когда та тварь… — он вновь опустил глаза.

— Не опускать взгляда, на меня смотреть, — заявил я.

— Да, господин, — произнёс он, вновь подняв глаза.

— Так вот, люди, пришедшие с тобой, останутся здесь на моих землях и будут помогать благоустраивать земли моего поместья, а так же охранять их. Ты же возвращайся к себе и жди моих указаний. И ещё, всех информаторов, что у тебя есть, переориентируй на меня. Теперь они работают на род Брониных. Всё ясно?

— Так точно, господин.

— И всё имущество, все ресурсы, которые у тебя есть…

Курпатов испуганно сжался, будто ожидая, что сейчас я решу забрать у него всё.

— Сделай подробную опись того, что у тебя есть. Я посмотрю, что мне может пригодиться.

— Да, господин, — заявил Курпатов.

— А теперь, Лилит, верни графа Курпатова туда, где он был.

— Туда, где он был? — тут же осклабилась девушка, а граф едва не завопил.

Я лишь ментальным импульсом побудил его сохранить спокойствие.

— К себе домой, — мягко произнёс я. — К демонам больше не надо никого отправлять, по крайней мере не доводить до такого состояния. Как только люди готовы будут сотрудничать, твои демоны должны отступить. Тебе всё ясно?

— Как скажешь. Я думала, тебе понравится результат. По крайней мере, мне очень нравится, — девушка ехидно оскалилась. — Видишь, как ты богатеешь, благодаря мне? Кто знает, может, тот миг, когда мы с тобой познакомились, был судьбоносным для тебя.

— Этого-то я и боюсь, — произнёс я.

Под ногами графа вспыхнула красная искорка, а затем он с громким криком провалился прямо сквозь землю. Лилит не отказала себе в удовольствии поиздеваться над несчастным грешником. Я никак не прокомментировал, по крайней мере, меня это уже не касается. Сейчас граф придёт в себя, выйдет из состояния аффекта, поймёт, что он творил, и я не очень хочу присутствовать при этом. На тот случай, если он захочет от меня избавиться, я вполне подстраховался.

— Алексик, дорогуша, — произнесла Лилит.

— Не смей так меня называть, — повернулся я к ней и всю свою злость направил в голос. Девушка побелела и отшатнулась.

— Эй, ты чего? Чего ты? Спасибо бы сказал.

— За что мне тебя благодарить? — рыкнул я. Хотя, по правде она была права. Благодарить было за что.

— Так я ещё одного поймала.

— Кого ты поймала? — я, сказать по правде, готов был взорваться.

— Да тут душа какая-то летает, злая до ужаса. Судя по всему, некротическая. Ну, знаешь, всякие личи, некродраконы. Кстати, пришёл не за твоей землёй, а сожрать тебя. Ну я, как ты просил, его сильно не мучила. Хотя, сказать по правде, его проще вообще.

Я слегка успокоился. По крайней мере, к некротическим тварям у меня такой жалости не было.

— Мне нужно время, чуть-чуть собрать мысли в порядок. Пускай ещё немного помучается, — отмахнулся я. — И где здесь кровать?

Я потянулся мыслями к Сплинтеру с этим вопросом. У него ведь была задача провести разведку помещений. И зверёк любезно показал мне гору трухлявого тряпья в подвале. По крайней мере, в его понимании это прекрасно подошло бы на роль мягкой постели.

Глава 21

Наследие портальщика

Я ментально просканировал своё поместье и нашёл не так далеко ближайшую спальню. Хотел было туда направиться, но тут позади меня раздалось очередное «Ой!» от Лилит.

Я, уже настроившись на мягкую постель, все же остановился и обернулся.

— Что опять? — спросил я.

— Оказывается, этот древний некротический дух пришёл не сам. Ой, да он с собой целую армию притащил! Ой, да они наступают на твою землю! А у зомбаков, скелетов и другой нежити душ-то нету, это я не учла.

— Эх… — я тяжело вздохнул и снова посмотрел на Лилит. — Ну ты же любишь уничтожать всяких там живых созданий ради развлечения. Вот сходи и убей всех этих зомби-скелетов.

— А зачем мне это? — удивилась девушка.

— Как зачем? Ты же сама сказала, что хочешь меня защищать.

— У них же душ нету. Что я с ними делать-то буду? Мне души нужны. Без душ я даже и пальцем не пошевелю.

— М-да, вот тебе и помощница, — хохотнул я.

Я невозмутимо открыв пространственный карман, и вынул оттуда свою нагамаки.

Ничего, полезно и самому размяться. А то так недолго привыкнуть к тому, что за меня демоны делают работу. Вот так впаду в искушение и совсем шевелиться перестану.

— Ну что, Лилит, давай подключай меня к своей системе безопасности, — сказал я.

Девушка аж вытаращила на меня глаза:

— С чего это? Это моя система безопасности!

— А земля моя, — заявил я. — Устроила здесь самодеятельность на моей территории. Либо давай убирай все, либо предоставляй доступ, причём административный доступ, чтобы я тоже мог вносить корректировки и понимать, что вообще происходит.

— Как это убирай? Я её столько делала, столько сил на неё потратила! Ишь ты хитрец!

— А в чём проблема её предоставить?

— Мне жалко, — честно призналась Лилит. — Я своё не люблю отдавать.

Повозмущавшись, Лилит прочитала короткое заклинание, и у неё на руке возникла небольшая, светящаяся голубоватым светом сфера.

— Вот, — недовольно произнесла она, — берёшь сферу, и будет у тебя доступ к системе безопасности.

— Ты же её делала всего ничего, — хмыкнул я. — Чего возмущаешься-то?

— Я её десять лет делала, просто никуда не применяла. Я ведь хотела свой островок счастья построить. Пока такого нету, с тобой вот поделилась на свою голову.

— Ну не переживай, — хохотнул я, — лишним не будет. По крайней мере, мне точно пригодится.

— В этом я не сомневаюсь, — насупилась девушка.

Я на всякий случай, проверив сферу на опасные проклятия, осторожно взял её с ладони девушки. Это действительно был ключ, причём довольно искусно сделанный. На энергетическом плане я увидел больше сотни нитей, связывающих этот ключ с пространством вокруг.

Заклинание Лилит было похоже на тонкую паутину колоссальных размеров, которую она, будто полог, простёрла над моим поместьем и над всей принадлежащей мне территорией.

Стоило мне потянуться сознанием к этой сети, как я увидел землю с высоты птичьего полёта, почувствовал медведей, что разбрелись в разные стороны и сейчас выполняли мои задания.

Увидел я и несколько деревень, в которых насчитал около трёхсот человек: мужчин, женщин, детей, стариков.

Любопытно…

Я сфокусировался на одном из людей и вдруг завис прямо над его головой. Это был мужчина лет тридцати пяти, усатый, с окладистой бородой. Он о чем-то вежливо говорил с полноватой рыжей веснушчатой женщиной с пышными формами.

Я прислушался.

— Все-таки неспокойно что-то. Не ходила бы ты сегодня по грибы, Савушка, — просил мужчина женщину.

— Ой, да хватит тебе! Такой дождик вчера был, — не соглашалась женщина. — Небось в лесу столько грибочков новых выросло. Представляешь, какой ужин сегодня будет? М-м-м… Закачаешься! Потом ещё благодарить меня будешь. Жареная картошечка, с грибочками, да тушёная с крольчатинкой.

— Ну, неспокойно мне что-то. Не ходила бы ты, — сглотнув слюну, снова повторил мужчина.

Интересно…

Я отдалился от семейной пары и огляделся повнимательнее. Лишь в дальнем краю своей территории заметил что-то неладное. Темные фигуры одна за одной заступали на территорию. Однако темными они были недолго. Стоило им зайти подальше, как система тут же их идентифицировала, подсвечивая их контуры бледно-зелёным цветом.

Кажется, система безопасности Лилит сразу давала какую-то характеристику. По крайней мере, мне кажется, что зелёный цвет здесь был неспроста. Я насчитал около двухсот фигур, и это только те, что пересекли границу. И где он столько мертвяков нашёл? По крайней мере, на мою землю ступали все новые и новые умертвия.

Я снова вернулся сознанием в зал своего поместья.

— А где, ты говоришь, этот самый лич, который их хозяин?

— Вот здесь, — произнесла Лилит, хотя ничего не показывала.

До меня дошло, что она обозначила как-то нахождение главного умертвия на общей карте. Я снова погрузился в проекцию и действительно увидел тёмное пятно, довольно массивное.

— Почему такое большое? — спросил я.

— Такого размера эта душа. Понадобилось создать огромный пространственный карман, чтобы поместить его туда. Могу его выпустить или сюда переместить, — предложила девушка. — Но боюсь, что тогда он разрушит твоё поместье. Либо ещё что-то натворит. По крайней мере, я с ним, наверное, не справлюсь. Он очень сильный.

— Как же ты его захватила?

— Не я захватила, а моя система. Я в неё столько сил вложила и столько духовной энергии, ты бы знал!

— Так вот зачем тебе души! — хмыкнул я.

— Ну и для этого в том числе, — призналась девушка.

— Слушай, а ты говорила, что проще убить этого лича. А ты при помощи своей ловушки сможешь это сделать? — спросил я.

Признаться честно, заниматься этой тварью мне не хотелось. С одной стороны, неплохо было бы допросить бывшего песчаного дракона, (а это был именно он, у меня сомнений не было), каким образом он вышел из-под контроля, и кто повлиял на это. Потому что уверен, без сторонней помощи здесь не обошлось. Но в то же время не так уж хотелось этим заниматься. И хотелось просто избавиться от этой здоровенной и смертоносной занозы.

Страха перед ним у меня не было. Думаю, я и второй раз смогу с ним справиться. Но надо ли оно мне?

Лилит призадумалась.

— Неплохо бы мне забрать его душу, но, боюсь, это будет непросто. Хотя есть один способ. Он, конечно, затратный, — девушка поглядела на меня искоса. — Но…

— Давай уже не томи, говори, — поторопил я красавицу.

— Здесь всё очень просто. Ты можешь попросту активировать ключ-портал и открыть проход в Инферно. В моей ловушке личу откровенно плохо. И он готов на что угодно, лишь бы убраться из этого места. И ты ему дашь альтернативу — мир Инферно.

— Что-то не понимаю я твой ход мыслей. И как это мне поможет?

— Так очень просто, — пояснила Лилит. — Как только он перейдёт в мир Инферно без физической оболочки, а таковой у него нет, только песок, который он использует в качестве носителя, он превратится в камень души. А там я смогу его использовать…

— Нечего тебе будет использовать, — перебил я. — Этот камень души мой, и это не обсуждается.

— Ну, тогда сам с ним и разбирайся, — надулась Лилит.

— Я имею в виду, мне-то он без надобности, но и бесплатно отдавать я его не готов. Я готов сделать всё, как ты скажешь. И готов отдать тебе его душу, но за разумную цену.

— А то, что я тебе объясню, как пользоваться ключ-порталом, разве не достаточная цена? — возмутилась девушка.

«Справедливо», — хотел бы сказать я, но я не уверен, что душа огромного древнего лича сопоставима с секретами портальщика, книжица которого, к слову, у меня с собой. Я думаю, что если я поизучаю её, то сам найду способ.

— И провозишься полгода, — хмыкнула девушка, будто прочитав мои мысли. — И то не факт, что получится, а если что пойдёт не так, ты вовсе можешь выпустить на свободу опасного врага, который без моей помощи тебе голову открутит, вот увидишь.

— Не открутит, — отмахнулся я.

— С моей помощью ты откроешь статичный портал в мир Инферно, а это, к слову, довольно неплохой ресурс. Ты ведь сможешь когда угодно ходить в мир Инферно, и даже не открывая постоянные порталы. Как ты знаешь, статичные порталы отследить практически невозможно. Зато сокровищ из миров Инферно можно утащить огромное количество. Ты просто даже не понимаешь, о чём говоришь. Вроде такой мудрый, но такие промахи допускаешь.

— А ты умеешь убеждать, — хохотнул я. — Но всё равно предложи что-нибудь получше.

Девушка поморщилась. Её явно съедала жадность. Она, видимо, уже оценила весь потенциал души некроманта и лича, и очень хотела его заполучить, и отказываться от неё она не собиралась. Хотя вот ещё вопрос, чего она сама его к рукам не прибрала? Может, без статичного портала не смогла это сделать? Хотя кто её знает, какие там у неё мотивы?

Немного подумав, Лилит произнесла, будто решившись на что-то:

— Тогда я тебе расскажу одно своё наблюдение. Оно может быть, конечно, бесполезным, но может быть очень даже полезным. Настолько, что избавит тебя от многих проблем.

— Вот ты не уверена, что оно полезно, — хохотнул я. — И в чём здесь польза?

— В том, что я тебе про это скажу. И если моё предположение окажется верным, ценность того, что я тебе скажу, будет необычайно высока.

— Что-то мне кажется, ты пытаешься меня обхитрить, Лилит, — сверкнул я глазами.

— Нет, я искренне честна. Просто сразу тебе говорю, что тот секрет, который я тебе открою, вероятнее всего, с какой-то вероятностью может быть бесполезным. Так что я наоборот кристально честна с тобой.

Эх… И что, спрашивается, я торгуюсь? Куда я дену душу некроманта? Разве что обратно в саквояж её засуну. Вот только не уверен, нужна ли мне такая душа. И что я с ней буду делать? Торговать с демонами?

— Ладно, твоя взяла, — согласился я. — Давай выгонять этого мертвяка в мир Инферно. А потом расскажешь, что у тебя там за секрет.

— И душа тогда моя? Ты на неё не будешь претендовать? — спросила полудемоница.

— Не буду, — подтвердил я.

— Хорошо. Мне такой подарочек пригодится. Это очень мило с твоей стороны. Мне таких подарков ещё никто не дарил, — девушка захлопала в ладоши.

«Кому что», — подумал я. «Ох уж эти женщины».

— Так, я тебе объясню, что надо делать, — продолжила Лилит. — Я тебя научу всему. Ты научишься открывать статические порталы. К слову, я сама их ни разу не открывала, знаю только теорию. Ну я тоже почерпнула из книжек. Так что мы вместе будем учиться.

— Так, стоп. А если ничего не получится?

— Ну, мы оба с тобой рискуем. Тогда я лишусь души некроманта, — заявила Лилит. — По крайней мере, сама я такой портал повесить не смогу, даже с твоей помощью. Разве что портальщика какого-нибудь уговаривать. Но у них такие цены, что он десять душ таких запросит.

— Ладно, попробуем сделать портал…

— Ну, и ты научишься создавать статичные порталы. А ещё у тебя на территории будет свой статичный портал в Инферно. И ты не переживай, у меня довольно много знаний и книжек о том, как ими управляться, чтобы, например, никто с той стороны к тебе на землю не зашёл. Я с тобой всем поделюсь.

— Ладно, уговорила.

— Ну тогда пойдём работать, — хохотнула девушка.

Первым делом я истребил порядка трех сотен умертвий. Хотя если по правде, истребил я раз в десять больше. Просто, потому что стоило мне их выпотрошить, как они трансформировались в какое-то новое умертвие. Слишком много мёртвой магии было в них заложено. А уж так эта магия выстроена, что, если не превратить кости и мёртвую плоть в муку, они все время собираются в каких-то созданий. Стоило мне пообрубать у десятка скелетов конечности, как они собрались в здоровенного костяного паука.

Однако, чем меньше частицы, тем меньше магии они могут удержать и тем меньше вероятности, что наполненная некротической магией плоть во что-то снова трансформируется.

Поэтому лучший способ избавиться от умертвий — это их сжечь. Чем я, собственно, и занимался полдня.

Убедившись, что мертвяков больше не осталось, мы с Лилит принялись за статический портал.

Глава 22

Подземелье

Мы с Лилит до вечера провозились с созданием схемы статического портала. После того, как мы по несколько раз перепроверили все энергетические системы и сверились с записями портальщика, а также учебниками, которые были у Лилит, мы, протяжно выдохнув, синхронно уселись прямо на землю.

— Ну что, дорогой, осталось решить только два вопроса, — посмотрела на меня девушка.

— Какие? — лениво спросил я. Думать сейчас ни о чём не хотелось.

— Где будет вход и где будет выход, — заявила она.

Хм, здесь соглашусь. Это действительно важные вопросы. Всё-таки размещая статичный портал в этом мире, нельзя забывать о безопасности. Нужно сделать так, чтобы в случае чего не открылась постоянная пробоина, куда постоянно смогут проникать демоны. Значит, нужно сделать вход в укромном, а главное изолированном и хорошо защищённом месте. И где такое место отыскать?

— Я изучала этот участок, — будто услышав мои мысли, произнесла Лилит. — Есть здесь пара очень хороших мест. Одно из них прямо в подземельях твоего поместья. К слову, поместье было построено на месте древних катакомб, причём очень хорошо защищённых. Мне кажется, там вполне удачное местечко.

— Под моим поместьем? — хмыкнул я.

— Да, именно там. К тому же фундамент твоего поместья довольно серьёзный и магически защищён. И он сможет удержать даже архидемона, если туда его заточить. Ты ещё не изучал свои темницы?

— Темницы? У меня есть темницы? — расхохотался я.

— Да, притом что, судя по эманациям зла, там сгинуло немало душ, как хороших, так и плохих.

— Любопытное местечко мне досталось. Слушай, а я не прочь поглядеть, что там за места такие. Если меня всё устроит, поставим вход именно там.

— А выход где? — снова спросила Лилит, пристально наблюдая за моей реакцией.

Мне ответить было нечего.

— Ну, насчёт этого я уже подумала, — снова переняла она инициативу. — Есть у меня пара хороших местечек рядом с поселениями, где живут вредные, но не самые сильные демоны. При этом довольно богатенькие. Если их пощипать, то можно разжиться как ресурсами,(здесь её глаза заблестели, явно про души думает), так и золотишком, — хохотнула девушка.

Чувствую, она хочет за мой счёт свести старые счёты. Надо будет подумать, как это обратить в свою пользу.

— Я подумаю об этом, но после того, как ты мне эти места покажешь, — ответил я.

— Хорошо, — поскучневшим тоном произнесла Лилит. — Договорились.

— Кстати, а этому личу всё равно, откуда входить в портал? Я к тому, что он не разнесёт мои катакомбы?

— А он в них и не попадёт, — ответила Лилит. — Мы его сразу из тюрьмы пустим на вход в портал, минуя любые помещения. Мы же не хотим, чтобы он где-нибудь в промежутке завис. Нам нужно, чтобы он отправился в Инферно, потерял волю и стал полностью моим, — хохотнула девушка. — Зачем мне душа, которая имеет волю к сопротивлению и возможность вырваться?

— Так было бы честнее, не находишь? — хмыкнул я.

— Зачем мне честность, когда мне просто нужна вкусная душа?

Идти в поместье было лень, поэтому я занялся ещё более нудным делом, а именно созданием портала до холла своего поместья. Заодно и потренируюсь. Всё-таки делать два дела одновременно куда приятнее, чем одно и бесполезное.

Я уже привычно построил линии, задал координаты и влил немного силы, используя песок, телекинез и ментальную магию. Не дожидаясь благословения Лилит, я шагнул в портал и оказался прямо в центре холла. Пощупал себя — вроде всё на месте. По крайней мере, все элементы заклинания были произнесены правильно, и результат вполне отвечал ожиданиям.

Следом за мной из портала появилась Лилит, причём не из моего, а из своего собственного.

— Ты там ошибку допустил, — весело расхохоталась девушка.

— И где же? — удивился я.

— Ну, если бы я последовала за тобой, то оказалась бы здесь совершенно лысая. С одной стороны, очень удобно, а с другой стороны, моей красоте это бы повредило. По крайней мере, мои волосы на голове мне нравятся.

Я ощупал голову.

— Так-с, любопытный побочный эффект. Где же я допустил ошибку?

— Изучай мат часть и не забывай прописывать все химические элементы, которые хочешь пропускать через портал, либо вовсе не ставь ограничений.

— Ограничения… — пробормотал я. — Ну да, при этом одежда осталась на мне. Волосы отрастут, — усмехнулся я. — Не буду из-за этого печалиться. Главное, сам сюда перенёсся.

— Да, весь гладенький, — хохотнула девушка.

Я лишь отмахнулся.

— Пойдём катакомбы изучать. Надо понять, подойдут ли они в качестве перехода.

Вход в катакомбы, как ни странно, оказался не где-то в конце дома, а прямо посередине, в огромном обеденном зале. Причём в самом центре. И замаскирован он был так хорошо, что я бы никогда в жизни не додумался искать здесь. Всё-таки абсолютно верна древняя мудрость о том, что если хочешь что-то хорошо спрятать, спрячь на самом видном месте.

Нужный рычаг, открывающий крупную плиту в центре зала и проход к лестнице, я нашёл спустя пару минут поисков. По крайней мере, достаточно было просто найти хоть какой-то механизм, а дальше уже разбираться.

К слову, механизмов было несколько. Ещё был защитный протокол, который делал из этой столовой прекрасно защищённый объект. А ещё сверху спускалась лестница, открывающая выход на чердак. Видимо, там тоже что-то интересное спрятано. Надо будет на досуге изучить.

Ещё немного изучив механизмы, убедился, что нет никаких ловушек и неисправностей. (А то не хотелось бы застрять в подземелье. Лилит говорила, что запаса мощности катакомб хватит, чтобы удержать даже архидемона, а это не самая приятная судьба, которую я бы хотел получить). Наконец, я решил спускаться вниз. Перед этим запустил вперёд себя Сплинтера, который, смешно скача по ступенькам, изучал пространство на десять метров вперёд от меня.

Выглядело сооружение основательно. Складывалось такое впечатление, что это либо строили из какого-то очень прочного материала, либо вырубали прямо в гранитной скале, при этом максимально усилив всё магией. По крайней мере, сколько не прощупывал стены, потолок и пол, казалось, что они простоят ещё несколько тысячелетий, даже если их постоянно проверять на прочность проточной водой и боевой магией. По крайней мере, выпущенный мною песчаный кулак попросту разлетелся.

Всё-таки Лилит была права, это место идеально подошло бы для создания какой-то тюрьмы. Причём здесь бы поместились любые твари, даже тот монстр из академии, тот который с щупальцами.

Миновав порядка семи витков лестницы, мы оказались в длинном коридоре, который тянулся метров на сто вперёд. Прикинув, я понял, что мы примерно на глубине десяти метров под столовой. Действительно основательная постройка.

— И где ты собираешься сделать выход из портала? — спросил я.

— Это ещё не всё, это только вход, — хохотнула Лилит. — Идём.

Мы миновали коридор. По пути нам то и дело попадались двери, и у меня руки чесались заглянуть внутрь, посмотреть, что же там такое находится, но Лилит тянула за собой, схватив меня за руку:

— Идём, идём, успеется.

В итоге мы дошли до конца коридора, где обнаружилась ещё одна лестница. На этот раз долго не спускались, всего три витка, после чего оказались в довольно просторном круглом зале.

К слову, из зала тоже вели несколько дверей, но коридоров не было.

— Вот прямо здесь в центре можно поставить вход в портал, — заявила она. — К слову, ты не заметил, но вход на лестницу тоже закрывается воротами, причём довольно массивными. Обрати внимание.

— Откуда ты это знаешь? Когда успела все изучить? — спросил я, убедившись что ворота действительно имелись.

Лилит вдруг осеклась и погрустнела.

— Я сама не знаю, как это объяснить, но я уже видела это место, или очень похожее на него, правда в другом мире.

— Как такое возможно? — удивился я.

— Сама не знаю, но я росла в подобном месте. Замок был, конечно, другой, но подземелья были именно такие. Даже выщербины и царапины сходятся. Я могу тебе всё здесь показать, рассказать и про механизмы, и про сокровищницу. Всё довольно просто, мне отец показывал.

— Потом покажешь, — кивнул я, призадумавшись. — Может, это какой-нибудь очередной божественный артефакт или храм какого-нибудь из полимировых богов?

— Вот там рычаг, изолирующий эту комнату, — пояснила Лилит, показывая куда-то в сторону. — Но его можно отключить. Снаружи есть панель управления.

Я снова просканировал зал на предмет механизмов. Действительно нашёл много чего интересного, что следовало бы изучить более детально. В принципе, все механизмы, что есть в этом зале, можно отключить извне. Основное управление ведётся из зала сверху. Но для этого нужно понимать архитектуру системы безопасности. А еще, нужно пройти обряд идентификации и заключить всё управление на себе.

Хм, слишком много она знает про мою систему безопасности. Но пока оставим. Если что, заставлю её всё забыть. Есть у меня методы…

Изучая местность, я уже и сам кое-что заметил: похоже, этот зал в точности напоминал столовую наверху, через которую мы сюда и попали. Тот, кто строил этот замок, явно знал об этих катакомбах. Да и глупо было бы, если бы надеяться, что первый хозяин не знал о них.

Лилит как раз показала ещё один рычаг, и в зале зажёгся довольно яркий магический свет. Оказывается, весь этот зал был сделан из светлого мрамора, украшенного узорами, резьбой и золотой инкрустацией. Стены были расписаны странными картинами, где уродливые монстры, у которых вместо рук и ног были щупальца, клешни, тентакли, какие-то сопла, сражались с титанами. Последние хоть как-то отдалённо напоминали людей, но явно людьми не были. По крайней мере, пропорции выдавали в них существ куда более высшего порядка. Некоторые из них обладали четырьмя руками, у других было восемь глаз, что обрамляли голову по кругу. Кто-то сидел верхом на шестилапом тигре, а кто-то держал в руках здоровенную змею, которой хлестал врагов, будто кнутом. И всё бы ничего, только эта змея горела ярко-жёлтым пламенем.

Очень интересные картины. Ещё бы понять, что они означают и какое отношение имеют к этому месту. Либо здесь храм, либо какое-то оружие для противостояния тварям хаоса. По крайней мере, когда я изучал историю своего мира, то наткнулся на интересные записи, что не всегда демоны были проблемой. Демоны вообще появились сравнительно недавно. До этого было нашествие некромантов, а до них нападали твари хаоса, которые по каким-то причинам перестали атаковать упорядоченные миры. По крайней мере, те, о которых мы знаем.

Почему так получилось, я не знаю, но я не докапывался до сути. По крайней мере, это для меня менее важная информация, чем знания о демонах. Хотя, кто знает, может воины древности нашли оружие, способное противостоять тем страшным тварям, которые изображены на картинках. И, быть может, это оружие вполне смогло бы сгодиться и против демонов. Но где искать это оружие? Я так и не узнал. Были древние сказания, но они рассказывали лишь о деяниях. Но ни про оружие, ни про доспехи, ни про какие-то другие артефакты не было даже намёков.

Хоят, кто знает, может я прямо сейчас внутри такого орудия.

— Ну что, — повернулся я к Лилит, — показывай мир Инферно, куда ты там хотела меня перенаправить?

— Ну идём, — девушка подхватила меня за руку, затем создала довольно крупный портал.

— Не будешь проверять? А то мало ли, перенесёшься в мир Инферно без одежды, — хохотнула девушка.

— Не буду, я тебе доверяю, — сказал это и едва не поперхнулся. Как можно доверять вообще демонице? Ну ладно, будем считать, что я пытаюсь усыпить её бдительность.

— На самом деле посмотрим несколько мест, — произнесла девушка, и потянув меня за руку, шагнула в первый портал.

Мы оказались на уже знакомой красно-чёрной местности, усыпанной пеплом, с чёрными камнями, торчащими из земли, и извергающимися вдалеке вулканами. Небо затягивали чёрные тучи, сквозь которые то и дело просвечивали багровые лучи света, видимо, какого-то местного светила.

— И что ты хотела мне показать? — спросил я у Лилит, дёргая её за руку.

Девушка застыла, смотря куда-то вдаль, и на лице её была растерянность.

— Да вот, тот город хотела тебе показать, — произнесла она. — Только там уже не город, там руины.

Я повернулся, проследив за взглядом девушки, и увидел полуразрушенные башни и пробитую крепостную стену. Над руинами некогда внушительного города стоял чёрный дымный столб такого размера, что я сначала даже спутал его с извергающимся вулканом.

— Кажется, уже кто-то здесь порезвился там до меня, и грабить там нечего.

— В любом случае, я предлагаю проверить, — произнесла девушка и зашагала вперёд неровной походкой.

Глава 23

Пережитки прошлого

До пылающего демонического города мы добрались примерно за пятнадцать минут. Идти пешком мне совсем не хотелось. Поэтому я уже по привычке создал песчаную ладонь из прихваченного с собой постоянного запаса.

Я уже привычно старался таскать с собой около сотни килограмм песка.

По крайней мере, при переходе через порталы такое количество не вызывало никакого дискомфорта. И для меня оно являлось более чем достаточным.

Для создания щитов, оружия и любых магических конструкций. Конечно, больше — не меньше, можно было бы и всю тонну за собой таскать, но это было бы слишком заметно. А я ведь не хочу становиться предсказуемым.

Опять же, в мире Инферно мне подчинялась ментальная магия, поэтому вариантов, чем удивить врагов, у меня предостаточно.

Судя по шуму, крикам, взрывам, в городе активно велись боевые действия. Кто-то там с кем-то воевал. А я вот пожалел, что согласился на эту авантюру.

Если по-честному, мне не мешало бы отдохнуть. Всё-таки это тело ещё не настолько привычно к нагрузкам. Это раньше я мог не спать сутками и совершать по пять подвигов в день. Сейчас мне лучше себя так не перегружать. По крайней мере, отдыхал-то я только в поезде, когда ехал на свои земли, а с тех пор уже столько всего произошло.

— Подождём, — предложила Лилит, — когда все сражающиеся друг друга перебьют, а потом добьём остатки? — хохотнула девушка. — По крайней мере, зачем сейчас лезть в самое пекло?

Я покивал. Однако какое-то внутреннее ощущение подсказывало, что лучше вмешаться в эту битву. Что-то там происходит очень важное. И если остаться в стороне, я могу упустить нечто важное.

Немного подумав, я решил послушать внутреннее чувство.

— Нет, Лилит, давай-ка проведём разведку. Нужно хотя бы понять, кто с кем там воюет, — предложил я.

Лилит пожал плечами.

— Ну, как знаешь. Хочешь, я могу сама слетать? Я ведь могу становиться невидимой.

Я призадумался, готов ли доверить ей нечто потенциально важное.

— Думаю, ты сможешь сделать невидимыми нас обоих, — спокойно произнёс я. Отпускать девушку одну мне не хотелось, а ещё — мне не хотелось терять время.

— Да, могу, — согласилась она и протянула мне раскрытую ладонь. — Хватайся, архимаг Алексиус.

Она по-прежнему игнорировала мою песчаную ладонь, предпочитая летать самостоятельно. Однако на этот раз легко скользнула на песчаную плоскость. А следом по моей руке пробежался холод, будто я опустил руку в ледяную воду. Прозрачная амальгама покрыла всё моё тело вместе с одеждой, а затем исчез и песок под ногами.

— Ну что, вперёд, командир! — хохотнула Лилит.

Я же думал о том, какая приятная на ощупь у неё ладонь. И о чём я только думаю? Опять эти подростковые гормоны.

Я огляделся.

Всё-таки висеть в воздухе, понимая, что под ногами ничего не видно, было немного непривычно.

Даже на миг показалось, что я сейчас упаду.

Но быстро отбросил эти сомнения. Осторожно двинулся вперёд, все наращивая скорость. На всякий случай поднялся повыше, чтобы не встречать никаких препятствий на пути и не пришлось ничего огибать. По крайней мере, ощущать габариты, когда ты абсолютно невидим, очень непросто.

Мы как раз миновали толстенную стену, хотя на кой чёрт в городе Инферно толстые стены — непонятно, учитывая, что большинство демонов крылатые или просто умеют летать, как та же самая Лилит.

Стоило нам подняться над первой улицей, как мы увидели внизу сражающихся. Целая толпа демонов отступала под натиском обычных людей. Это явно были маги, потому как голубоватые свечения щитов были присущи явно людским магам, а не демоническим. В демонической магии все цветовые проявления, как правило, красных оттенков и максимально тревожные.

Присмотревшись, среди нападавших я заметил нагов и ещё каких-то существ с крыльями как у стрекоз и золотой кожей. Не знаю, кто это, но нападали явно они. Просто потому что не верится мне, что посреди такого места мог бы находиться город вот таких существ, да и людей. Что здесь вообще забыли люди?

— Ох, как интересно, — заметила Лилит. — Первый раз такое вижу. Это что, пленники взбунтовались?

Я ничего не ответил. Прикинув, вспомнил, что в стене была здоровенная пробоина. Эта команда нападавших, судя по всему, пришла откуда-то извне.

— Я не знаю, кто это, но хочу помочь им, — заявил я. — По крайней мере, демонам помогать точно не собираюсь.

Лилит пожала плечами:

— А мне плевать на обе стороны, пускай хоть все подохнут. По крайней мере, друзей здесь у меня нет.

Я создал облако из песчаных клинков усиленных ментальной магией и, будто град, обрушил его на головы защищающихся демонов. Не знаю по какой причине, но высокоранговых демонов там не оказалось. К тому же никто из них не задумывался поставить щит сверху. А мне это было только на руку. По крайней мере, я хорошенько вложился в это заклинание, усилив его ментальной магией.

В итоге, спустя всего минуту, перед опешившим отрядом людей и других удивительных созданий вдруг оказалась груда обезглавленных демонических тел. Пока они соображали, я, усилив щит, спустился пониже, зависнув аккурат над кучей демонов.

— Кто вы? Назовитесь, — спросил я, постаравшись сделать как можно менее грозный голос, чтобы никто не подумал, что я пришёл качать права или наказывать.

— Мы — законные владельцы этих земель, этого мира и этого города, — заявил седовласый маг, выступив вперёд. — А ты кто? Это ведь ты их убил?

— Убил их я. Вот только вы сражаетесь со всякой шантрапой, которая вам вряд ли смогла бы противостоять. Что же вы будете делать, когда придёт кто-то посерьёзнее? — спросил я.

— Так и мы использовали лишь малые резервы, — поморщившись, ответил седовласый. — Покажись, кто ты. Я хочу видеть, с кем разговариваю.

— Показаться, — хмыкнул я. — Я тоже много чего хочу. Но пока не пойму, кто вы на самом деле и откуда здесь взялись, предпочту сохранить инкогнито. А то не уверен в вашей благонадёжности.

— Да как ты смеешь! — выступил вперёд крепкий мужчина с гривой чёрных волос.

— А что тут сметь? Вас демоны схватят, начнут пытать, а вы им всё и расскажете. По крайней мере, я знаю маловато смертных, что способны выдержать демонские пытки.

— Твои слова справедливы, — произнёс седовласый маг, положив ладонь на плечо черноволосого. — Однако и мы здесь не первое столетие выживаем, и кое-что умеем. Да и у демонов против нас не так много методов. Не всё им подвластно. Ты, как я понимаю, тоже не первый век с ними сражаешься, раз открыто противостоишь им и всё ещё топчешь эту землю.

Хм, видимо путешествия по мирам они не рассматривают. Видимо лишены такой магии.

Маг помялся, переступив с ноги на ногу, видимо по-своему поняв мою заминку. Поглядел вниз:

— Соглашусь, землёй это уже сложно сказать. Скорее, пепел и тлен, оставшийся от нашего мира, — хмыкнул старик.

И тут до меня что-то стало доходить. По крайней мере, я знал много миров Инферно. И, как правило, все эти миры, как правило, принадлежали когда-то кому-то другому. Видимо, это один из таких миров, который ещё не до конца пал, или пал, но местные жители каким-то образом смогли здесь скрыться и закрепиться. Наверное, живут в подземелье или ещё каких-то отдалённых уголках, да помаленьку пакостят демонам. Вот так нападают на города и воруют припасы, чтобы как-то выживать.

— Какие у вас были дальнейшие планы? Вот вы убили пару-тройку низших демонов, вернее, я их убил. Дальше что?

— Идти на подмогу другим нашим товарищам, бои идут по всему городу.

— Хорошо. Как я понимаю, вы подгадали момент, когда здесь не будет сильных демонов. Но что вы будете делать, когда они сюда вернутся? — спросил я.

— Сильные демоны здесь были. Чтобы вы знали, прежнего властителя этого города, архидемона Дилрейка, мы убили. Причём самым первым. И всю его свиту. Это только начало, — произнёс архимаг. — Когда сюда придёт подмога нас здесь уже не будет. А другие высшие демоны, которые придут на подмогу своим, обнаружат неприятный сюрприз

— И ты не боишься так об этом говорить? — вздёрнул я бровь.

— А чего бояться? Я в тебе не чувствую угрозы. И твоей подруге, которая носит на себе печать демона, угрозы я тоже не вижу, — заявил седой маг. — Да и вряд ли вы сможете что-то изменить. Очень скоро демоны этого мира дрогнут и побегут отсюда восвояси, поджав свои хвосты, рога и что они там ещё могут поджимать. Если ты тоже готов сражаться, присоединяйся к нам, а мы уж покажем этим рогатым тварям, что они не всесильны и что есть на них управа.

Очень громкие слова. Эх, как же мне хочется верить в то, что у них всё получится. Даже хочется помочь бедолагам.

Но слишком хорошо я знаю демонов. И слишком много таких миров я видал. А ещё есть один неприятный момент. Демоны редко оставляют миры, отступая. Скорее всего, этот мир уже обречён. А у этих ребят есть шанс либо жить как прежде и выживать как можно дольше, либо умереть в бою, ну или при гибели собственного мира. И как им это объяснить, я пока не знаю. По крайней мере, глядя в их фанатично горящие глаза, понимаю, что шансов донести до них правду немного.

Я ещё раз оглядел их разношёрстную толпу. Человек сто пятьдесят, вернее не человек, людей у них было около тридцати.

Ещё золотокожие парящие нимфы со стрекозиными крыльями.

Наги. Видимо, люди смогли их переманить на свою сторону, либо эти наги — местные жители, не принявшие демоническое начало. Причём, наги-то золотые, как тот, которого я убил в подземелье Портальщика.

Ещё какие-то невысокие люди. По крайней мере, надеюсь, детей они с собой не потащили в бой. Коротышки были вооружены небольшими луками и пращами.

Позади стояли высокие фигуры с тёмно-серой кожей, с закрытыми капюшонами лицами. Видимо, какие-нибудь тёмные эльфы, по крайней мере, слышал я про таких молодчиков. К слову, обычно представители этого народа зачастую являются причиной вторжения демонов. Их вечно угнетают, и они в поисках поддержки извне призывают к себе вот таких вот рогатых союзников, которые потом отхватывают здоровенные куски от их мира, а то и весь мир. А потом эти тёмные эльфы бегают, пытаются всё исправить. Очень предсказуемо.

— Я помогу вам отбить город, — наконец ответил я, — а потом из этого города уйду вместе с вами. Мне надо будет где-то поспать в безопасности.

Лилит хотела было что-то сказать, но я её прервал, сжав ладонь. Только мысленно послал импульс: «Лилит, сними с нас полог невидимости».

Стоило невидимости спасть, как по рядам воинов прошёлся дружный вздох.

— Это же совсем ещё ребёнок, мальчишка!

— Но как он убил всех демонов?

— Наверное, очень силён.

— А почему он лысый? Может болеет?

Я проигнорировал эти возгласы, в частности последний.

— А потом, когда я посплю, у меня с вами будет довольно серьёзный разговор, и боюсь, что этот разговор вам не понравится. Хотя кто знает, — как любил говаривать я, вообще-то, но учитывая, что было это когда-то в прошлой жизни, много сотен лет назад, поэтому… — Как говорил один мой знакомый, даже когда всё плохо и перед вашим носом закрываются все двери, стоит оглядеться — вдруг где-то открылась ещё одна подходящая дверь.

Воины загалдели, причём каждый по своему поводу. Кому-то понравилась перспектива того, что я готов присоединиться, бить демонов. Им было плевать, как я выгляжу. Кто-то среагировал на мой возраст, мол, что мы разговариваем с ребёнком. А кто-то явно напрягся, отреагировав на мои последние слова.

— Какие такие плохие новости ты хочешь нам поведать? — спросил седовласый маг.

— Успеется, — отмахнулся я.

— Ты бы хоть представился, — окликнул меня черноволосый.

— Когда-то меня звали архимаг Алексиус, — ответил я, а затем усмехнулся. — Но сейчас это будет неуместно, да и не по возрасту. Поэтому зовите меня просто Алекс. А сейчас, давайте не будем терять времени. Мне уже самому не терпится надрать уши демоническим отродьям.

Глава 24

Битва за Сталвин

По мне это сложно сказать, но я люблю моменты, когда мне приходится признавать, что я не прав. Особенно, когда Вселенная меня приятно удивляет.

По крайней мере, готов взять свои слова обратно относительно местных бойцов. Ребята действительно подготовились очень даже хорошо.

В городе было около сотни небольших отрядов, которые хорошенько теснили демонов. Притом в глубине города было множество демонов посерьёзнее — вторых и третьих рангов. Даже тройка архидемонов попала в клещи и кое-как отбивалась от двух мобильных отрядов сопротивления.

Как мне рассказал седовласый маг (кстати, его имя Маркус), нападение на город началось всего-то час назад. И за этот час они взяли почти весь город. Пробоина в стене была лишь отвлекающим манёвром, чтобы выманить главного архидемона, что заправлял здесь. Попавшись на столь отчаянную и смелую ловушку, глава города там и сгинул.

Моя ментальная магия всегда была очень неприятна для демонов, всегда была для них неким сюрпризом. По крайней мере, я с момента первых стычек с демонами осознал своё превосходство и всегда им пользовался. И демоны меня за это ненавидели, как и моих учеников, к слову. Ну, пока те были живы.

И даже сейчас, несмотря на то, что сил у меня было в разы меньше, демоны перед моими атаками долго держаться не могли. Тем более, что я всегда заходил в одиночку, со спины и невидимый.

Лилит всё это время держалась рядом, поддерживая режим невидимости. В бой она не вступала, лишь наблюдала за мной и чему-то своему посмеивалась. Ещё бы понять, что у неё в голове…

Я, если честно, на каком-то моменте, даже почувствовал себя прежним, а сейчас и вовсе упивался битвой. Я не кровожадный и, на самом-то деле, далеко не воин, но сражаться и побеждать мне нравилось всегда.

На протяжении всего боя Сплинтер яростно рвался в бой, то и дело выныривая из внутреннего кармана моего пиджака и потрясая копьецом.

Я, конечно же, его не пускал. К тому же вряд ли он понимал, что много здесь не навоюет. Ведь его верный товарищ, броненосец, в этом мире бессилен и не смог бы воплотиться.

Соответственно, один мышь, пускай даже в доспехе беса и вооружённый когтем паука, вряд ли смог бы что-то путное навоевать. Только сгинет бестолку, а мне его потом воскрешай.

Воскрешение, к слову, задача не такая простая, особенно для моих сил. Можно было бы, конечно, провести это с лёгкостью в мире Инферно, но я стараюсь не рисковать напрасно. Здесь слишком много эманаций сущностей, которые и без духовной магии могут вселиться в тело маленького грызуна. А мне потом вздрагивать каждый раз, когда я его призываю и даю ему задание. Нет, лучше оставлю его при себе.

Зато себя неплохо показал Ардуил. Из клинка он не показывался, голоса не подавал, однако на боевых качествах это никак не сказалось. Врагов он разил налево и направо с необычайной лёгкостью. Пускай прозвучит пошло, но он действительно вспарывал доспехи и сносил головы, будто раскалённый нож фигурки из сливочного масла.

По моим ощущениям, прошло ещё чуть больше часа, когда наконец все отряды встретились на площади бывшего города Сталвина.

Как оказалось, это был некогда действующий город, более того — он был столицей славной страны Сильвании. Больше такой страны, правда не было. Её разорили и оккупировали демоны.

Город Сталвин демонам приглянулся, и они его охотно использовали под свою базу.

И сейчас для тысяч пар глаз, что стояли посреди площади некогда утерянного города, это было настоящим символом надежды.

Если бы я мог черпать силы из надежды, я мог бы сейчас свернуть любую гору, а потом бы свернул рога местному дьяволу, и ещё осталось бы.

Воины ликовали. Они одержали победу, отбили свою прежнюю столицу. И это означало для них, что они вполне могут победить. Демоны — страшный противник, но и им можно сопротивляться, демонов можно победить.

Маркус встал рядом со мной. Лилит он старался сторониться.

— Спасибо тебе, Алексиус, — он занёс руку, будто хотел похлопать меня по плечу, но остановился, видимо, опомнившись. И правильно, нечего панибратствовать. Немного помявшись, он протянул мне ладонь. Я крепко её пожал в ответ.

— Неплохо посражались, — хохотнул я. — Признаться, мне этого не хватало.

— Слушай, а ты удивительный парень, — посмотрел на меня маг. — Давно я не встречал столь сильных воинов. Ты, видимо… не знаю, как это объяснить… может, ты одна из реинкарнаций наших рыцарей-тайников, или стихийных магов древности, которые также брили головы. Правда, у них на лбах были татуировки: всякие там стрелки, треугольники, квадраты… У тебя же ничего такого нет. Твоя сила для меня загадка. Но всё это не важно. Я тебе очень благодарен. Ты нам очень помог и вселил в нас надежду.

Я понимал, зачем Маркус это делает. Он активно пытался приманить меня на их сторону и такими вот похвалами побудить сражаться с ними и дальше. Но только на меня такая лесть не действует.

— И ты тоже ничего, неплохо себя показал… — хотел назвать его юноша, но одёрнул себя. Всё-таки старость нужно уважать. От этой мысли захотелось улыбнуться.

Стоит отдать должное: воины времени зря не теряли. На ликования у них ушло едва ли пара минут. Они уже споро разбрелись по городу и шустро грабили хорошо сохранившиеся дома. Довольно большой отряд отправился в городскую ратушу. На площади оставались лишь маги и командиры, контролируя процесс и следя за небом, ожидая в любой момент появления незваных гостей.

— Ты в этот город пришёл с какой-то целью? — спросил меня Маркус.

Он старательно пытался завести беседу и явно смущался моим лаконичным, отрывистым ответам.

— Проходил мимо, услышал, что здесь заварушка. Решил посмотреть, что здесь происходит.

— Понятно. И как часто ты гуляешь вот так мимо демонских городов? — спросил он.

— Признаться, не часто. Вообще, в этом мире я второй раз.

Брови Маркуса взлетели вверх.

— Так вот оно что? Это многое объясняет. Выходит, ты не из нашего мира?

— Нет, не из вашего, — покачал я головой.

— Понятно. Тогда я, кажется, догадываюсь, о чём ты хочешь с нами поговорить.

— Серьёзно? — улыбнулся я. — И о чём же?

— Не будем торопить события. Об этом мы поговорим все вместе в дворце правителя, — произнёс он. — По крайней мере, я не имею права обсуждать это единолично.

— Мудро, — согласился я, но и подковырнуть не мог. — Что, даже любопытство тебя не съедает?

— Нет, не съедает, — покачал головой Маркус. — Что стоит любопытство, когда на кону лежит судьба нашего мира? Я могу что-то упустить, что-то не услышать, не придать чему-то должное значение. А это «что-то» может оказаться критически важным в последствии.

Не прошло и двадцати пяти минут, как все отряды собрались на площади. Командиры провели перекличку, дабы убедиться, что вернулись все. Я не знаю, сколько у них было пострадавших и раненых, но сами воины, похоже, об этом не особо переживали. Либо таковых не оказалось, либо они были готовы к любым потрясениям и собирались оплакивать павших только после того, как вернутся на базу. И это, на мой взгляд, самое верное поведение.

— Ну что, отправляемся? — обратился ко мне Маркус.

К слову, он больше ко мне не подходил ни с вопросами, ни с разговорами, а полностью переключился на координацию отрядов и контроль подступов. Стоило главнокомандующему, рослому мужчине в массивных чёрных доспехах и глухом чёрном шлеме, отдать приказ на отступление, как отряды принялись рассасываться по городу, причём так же спешно, как делали это во время мародёрства. Оказалось, что весь город и его окрестности прямо-таки изрыты норами. Они что же, перед нападением подкопы копали?

Я увязался следом за Маркусом. Мы свернули в одну из улочек, в глубине которой красовалась массивная дыра. Стоило нам скрыться в ней, как Маркус, который шёл замыкающим, воздел руки к потолку, и дыра принялась затягиваться, причём так органично, будто бы на этом месте никакого подкопа и не было. Видимо, он какой-нибудь маг земли или маг камня. В любом случае, от мысли о том, что он может быть магом камня, во мне проснулись тёплые чувства. Я даже вспомнил своих сестёр и дом. Как интересно!

Вроде бы всего десять лет в этом мире прожил в теле ребёнка, а уже столько светлых воспоминаний.

Я мотнул головой, чтобы отогнать это чувство. Пока наслаждался чудесами подземной магии, едва не пропустил важный момент. Седовласый маг Маркус, который направился во главу колонны, о чём-то принялся спорить с черноволосым воином. Они от меня находились далековато, поэтому я едва не пропустил их диалог. Однако вовремя спохватился. Черноволосому не нравилось то, что мы идём с Лилит.

— Маркус, я отвечаю за безопасность нашего города наряду с тобой и другими, — твердил парень. — Я не против привезти чужака из другого мира, который, по крайней мере, человек. Человек на котором нет никаких печатей демонов, никаких проклятий. Но я не поведу к нам домой демоницу, какой бы она ни была. Так не пойдёт.

— Я же говорю, она не опасна. Ты знаешь, насколько моё чутье сильное. Если я уверен, что эта милая девушка не представляет для нас опасности, значит это так, — успокаивающим тоном произнёс Маркус.

— Милая девушка? Милая девушка… Да, я не спорю, ты умеешь предсказывать будущее и чувствуешь много чего из этого мира, но я чувствую то, сколько на ней крови. А крови на ней — десятки тысяч литров. Она пролила столько крови, что можно заполнить целое озеро. И пускай это создание выглядит, как милая девушка, как ты её называешь, на самом деле она далеко не милая. Она смертельно опасная! Если не можем договориться с тобой вдвоём, то представь, как на это посмотрит совет. Маркус, ты для меня не только друг, но и старший товарищ и учитель. Я не хотел бы, чтобы ты себя поставил в неловкое положение.

— Ксенос, — положил ладонь на плечо воина маг. — Нам сейчас никакая помощь не будет лишней. Эта девушка, какой бы она ни была, может нам помочь, если мы проявим чуть-чуть доверия. Я смотрю за линиями вероятности и гляжу далеко. Я тебе гарантирую, что она не причинит нам зла. По крайней мере, это не в её интересах и не в её мотивах. Мы ей просто не нужны. У неё совсем другие мотивы. Недобрые, страшные, но, достигая своих целей, она может помочь нам. А ещё я вижу, что совет будет спорить со мной точно так же, как и ты, но потом покорится моим доводам и аргументам. Тем более, ведь не я один вижу линии судьбы и линии вероятностей.

Ксенос тряхнул головой.

— Ладно, я не буду с тобой спорить. Всё решится в городе. Демоны у нас долго не выдерживают. Но если тащить её, не нужно забывать, что у нас есть на этот случай особые меры. Я настаиваю, чтобы мы их применили.

Я, следя за диалогом, совсем забыл про свою спутницу. Обернулся — Лилит рядом не было. Поискал её глазами и с удивлением обнаружил, что всё это время она стояла прямо за спинами спорщиков и, мило улыбаясь, внимательно их слушала. Да уж, неловкая ситуация вышла. Хотя, мне кажется, она это специально разыграла. У этой девчонки внутри те ещё бесы сидят, как бы смешно это ни звучало, ведь она сама демоница.

— Я позволю надеть на себя оковы, — вдруг заявила девушка, заставив двоих вздрогнуть. — Архимаг Алексиус, ты гарантируешь мою безопасность?

О, как она ловко стрелки на меня перевела!

— А что я должен гарантировать?

— Да просто навесишь на меня щиты, и в случае чего не позволишь причинить мне вред, — заявила девушка. — Ты же защитишь меня, мой рыцарь? Или тебя лучше называть принцем?

Ксенос и Маркус перевели взгляд на меня, будто решив, что девушка действительно говорит правду и я принц. Только как они решили это определить? Какой я принц? Я архимаг до мозга костей!

Да, в принципе, ничего сложного.

Прикинул по своим силам. Всё-таки менталистика и магия песка давали мне довольно много возможностей и преимуществ.

Я уже бегло оценил щиты и способности сражающихся. Всё-таки поучаствовать с ними в бою было хорошей и полезной идеей. По крайней мере, я знал, чего от них ждать. Признаюсь, они далеко не слабаки и даже меня могли бы чем-то удивить. Ну, могли бы, если бы я не увидел все их секреты во время боя. Однако, в случае чего, как минимум сбежать я точно сумею. Ну и прихватить с собой эту пигалицу.

— Ничего не имею против. Гарантирую твою безопасность, Лилит. — заявил я.

— Но оковами дело не ограничится, — заявил Ксенос. — Мы на тебя наденем ещё и шлем отрицания. Мы же не хотим, чтобы ты раскрыла вашему архидемону или дьяволу Базалесу, где мы находимся. Мы слишком хорошо знаем, как ваши рогатые умельцы могут развязывать языки. Не правда ли, архимаг Алексиус? Не ты ли нам об этом говорил?

Я пожал плечами, глядя на Лилит. Ну, как бы с этим не поспоришь. А вот девушке перспектива ходить в каком-то там ограничивающем шлеме явно не понравилась.

— Ну что, демоница? — ехидно посмотрел я девушку. — Доверишься старому архимагу Алексиусу?

А вот Лилит уже было не до шуток. Она глядела на окруживших её людей. Добрых взглядов там было мало. Черноволосый и вовсе глядел на неё так, будто в любой момент готов был перерезать глотку. Затем посмотрела на Маркуса и снова на меня.

В её голове явно происходили какие-то сложные процессы. Но о чём она думала? Да и вообще. Меня всё терзали вопросы: чего она за мной увязалась и почему так хочет помогать? При том, что я ведь тоже не чувствую в ней никакого подвоха или желания как-то мне навредить. Даже мысленно. И я никогда не поверю, что демон сможет так хорошо закрыться от менталиста, даже моего уровня. Демонам просто не свойственна ментальная магия.

Сейчас Лилит пребывала в смятении. Она почему-то искренне доверяла мне. Она действительно верила, что я её спасу и защищу. Хотя, с чего она это решила, ума не приложу. Я ведь к ней в друзья не напрашиваюсь. Да и эта Лилит то появится, то исчезнет. Не я ведь за ней бегаю. С чего она решила, что я буду её защищать? Но при этом она верит мне и хочет довериться сейчас.

Я из тех людей, что не любят задавать лишних вопросов. Если надо будет, всё сами расскажут. А что надо мне, я и так увижу. Мне ведь не сложно залезть кому-то в голову.

Но сейчас она боялась, потому что понимала: сейчас её доверие может обернуться нешуточной опасностью, а может, даже её смертью. Потому что, какой бы сильной она ни была, будучи в оковах, не способная сопротивляться никакому воздействию, она может легко погибнуть. Её решение доверять мне может обернуться для неё концом.

Это заставило меня задуматься, потому что, несмотря на все вводные данные, она склонялась к тому, чтобы согласиться на условия, лишь бы оставаться со мной и не обострять ситуацию с этими людьми.

— Я сам наложу оковы, и, в случае чего, смогу их снять, чтобы дать девушке уйти, — заявил я. — Это моё условие. Если вы доверяете мне и хотите, чтобы я поприсутствовал в вашем совете и рассказал вам свою версию происходящего, это моё условие. Если нет — мы прямо сейчас уходим.

Маркус и Ксенос повернулись ко мне.

— Я совершенно не возражаю, — заявил седовласый.

Ксенос же ожидал явно чего-то другого. Ему это предложение совсем не понравилось.

Зато Лилит ожила, и на её лице снова заиграла лёгкая улыбка. Хотя, учитывая её внешность, да и демоническое прошлое, плюс, не стоит забывать и о её довольно нетривиальных власти и силе. Такая лёгкость была скорее как оксюморон и насмешка. По крайней мере, демоны её уровня так улыбаться не умеют. Но она улыбалась. Улыбалась мне.

— Ладно, так тому и быть, — произнёс Ксенос. — Но это будет на твоей совести, Маркус, и под твою ответственность.

Маркус, под стать Лилит, легко улыбнулся, а затем кивнул мне. И в его руках появились оковы, точно такие же, какие я некогда подарил Ирэн. Только соединённые. А следом и глухой шлем, похожий скорее на трёхлитровую металлическую банку.

Я при помощи телекинеза подхватил артефакты и подвесил оба предмета перед собой. С удивлением обнаружил, что шлем изнутри весь усыпан шипами. Удивлённо посмотрел на Маркуса.

— Какой есть. Вообще-то, это не наша придумка. Демоны сами такое изобрели. Мы лишь используем их артефакты.

Я перевёл взгляд на Лилит.

— Поверь, меня это не пугает, меня и не в такие орудия пыток пихали… — поморщилась она она.

Лилит, появившись рядом со мной, произнесла:

— Надевай уж, чего ждать.

Глава 25

Император менталист

Вот теперь я точно устал. Мы петляли жутко запутанными подземными туннелями, наверное, часа три. Я не знаю, кем надо быть, чтобы запомнить этот витиеватый маршрут. На пути попадалось столько развилок и перекрёстков, что даже у меня начало всё перемешиваться в голове. Однако, кого я обманываю? Я прекрасно запомнил путь и, в случае чего, смогу как вернуться, так и заново попасть к здоровенному подземному городу, который открылся нам в конце пути.

По мере того, как мы миновали те или иные коридоры, к нашему отряду присоединялись и другие отряды, сливаясь в большую армию.

Лилит всё это время несли на носилках, сделанных из четырёх копий и нескольких плащей. Девушка лежала в расслабленной позе и, кажется, вообще спала. Ничего её не беспокоило. Ну да, за архимагом Алексиусом как за каменной стеной. Всё, в принципе, верно. Ну а мне оставалось завидовать.

Стоило нам миновать толстенные каменные ворота, которые, казалось, вырубали прямо из каменных глыб, как мы тут же направились куда-то в центр города.

Где-то на середине пути до меня стало доходить, что вряд ли мне сейчас удастся отдохнуть. По крайней мере, никто из окружающих об отдыхе не думал. Тем более, никто не думал обо мне. Более того, на пути всё больше попадалось людей, которые рукоплескали воинам, бросали под ноги тёмные лепестки каких-то местных цветов. Видимо, они растут только в пещерах, иначе непонятно, где бы они вообще могли прорасти. Не в инфернальном пепле же, под красным небом.

Вернувшихся воинов встречали овациями, криками, улюлюканьем. На каком-то моменте улица, по которой мы шли, соединилась с ещё одной такой же улицей, и наш довольно большой отряд слился с ещё одной не менее многочисленной армией. Я недоумённо посмотрел на Маркуса.

— У нас был довольно смелый план. Сегодня мы полностью очистили четыре города демонов. Били одновременно.

Я оценил численность шагающих воинов. Уже сейчас я насчитал примерно 10 тысяч разномастных существ. Выглядели они уставшими. Многие были ранены, в прорванных, помятых доспехах. Видно, что доспехи были старые, но начищенные до блеска. А главное, воины были счастливы. Они сегодня возвращались с победой. Практически у каждого за спиной был мешок, набитый трофеями.

Четыре города, это конечно, смело. Правда, учитывая среднее количество демонов, всё-таки недостаточно. Но это их война, они сами знают, что делать. Думаю, у них есть план, и они ему следуют. И хорошо будет, если план реализуется в полной мере.

В центре города армия стала делиться. Воины, нагруженные тюками, мешками, направились к здоровенному зданию, где, видимо, располагались основные склады. Командиры же начали толпиться у входа в ратушу. Вход был не особо широкий, поэтому туда могли пройти только два человека, в то время как командиров я насчитал больше пятисот.

— Это что же, они все на собрание старейшин? — удивился я.

— Да, мы все должны быть в курсе новшеств и изменений. Командиры потом доложат своим людям. У кого-то, правда, и нет права голоса, у кого-то много голосов за счёт достижений и заслуг, но мы способны договариваться даже о сложных вещах.

— Это хорошо, — с уважением посмотрел я на Маркуса.

— Не надо так смотреть на меня. Это не моя заслуга, это заслуга нашего императора. По крайней мере, он не бросил свой народ, смог спасти всех нас.

— Император? — удивился я

— Да, император Лидиус.

— Какое интересное имя, — пробормотал я. — В своё время, ещё до начала вторжения демонов, его проклинали. Он был младшим наследником. Ему всего было пять лет. А когда он встал на престол то регенты, управлявшие империей, довели её до нищеты. Демоны, хоть и были сильны и создавали проблемы, но разрушили наш мир именно регенты. Император же не сдался и смог исправить ситуацию.

Очередь была довольно длинная, поэтому я встал на месте.

— Ну так расскажи, пока стоим.

Маркус, тоже оценил очередь, и охотно, с азартом принялся просвящать меня об истории их страны.

— В двенадцать лет император решил взять власть в свои руки. Даже мальчишке было ясно, что в империи творится полнейший бардак, и что мы скоро все погибнем. Он смог собрать верных себе людей. Регенты — его родной дядя и мачеха — когда поняли, что мальчик решил взять дело в свои руки, попытались его убить.

Была кровавая резня в замке, однако Лидиус проявил себя как хороший командир и руководя наёмниками, не только отбил нападение предателей, но и окончательно победил. Правда, было слишком поздно. У ворот последних оплотов уже собрались тысячные армии демонов, и нам ничего не оставалось, как бежать.

Регенты до последнего не принимали такое решение, и если бы не Лидиус, всё закончилось бы тем, что всех просто бы перерезали. Даже ходили толки, чо регенты служии демонам, ну или сами были одержимыми. Император же приказал уходить. Никто не знает, откуда взялись все эти подземные города. Но Лидиус откуда-то о них узнал и привёл всех нас сюда.

Он рассылал гонцов во все крепости к представителям других стран, чтобы те присоединялись. Удивительно, но места здесь действительно предостаточно.

Зато демоны почему-то не могут сюда заходить. Ксенос боится, что демоница сможет привести сюда кого-то… Но нет, не сможет.

Даже архидемоны сюда не суются. А все пленные демоны, которых сюда притаскивают, как правило, очень быстро умирают. Что-то им здесь не нравится.

Я призадумался о судьбе Лилит. Надо будет здесь не задерживаться.

Тем временем, Маркус продолжал:

— Видимо, эти города — священные места наших предков, о которых мы давно позабыли. Но благодаря императору, мы смогли вспомнить и отыскать их. И вот уже около двадцати пяти лет жители этого мира обитают в подземелье.

За эти годы произошло очень многое.

Демоны быстро смогли переломить ход всего противостояния и захватили лидирующие позиции. Другие государства уже давно не справлялись. Из лесов бежали эльфы. Леса превратились в горы углей, а пепел разнёсся по всему миру. Горы полуросликов стали вулканами, пышущими лавой. Все реки и озёра были отравлены, даже болота. Уж насколько наги были привычны ко всяким гадам, но даже болота умудрились отравить так, что нагам стало невмоготу. И постепенно, постепенно все коренные жители этого мира стекались в подземелье, влекомые призывами молодого императора.

Лидиус, несмотря на юный возраст, всегда отличался мудростью и умом. Сейчас же, когда ему исполнилось тридцать семь лет, он и вовсе поражал своей дальнозоркостью, чистотой ума и мудростью суждений.

Мы наконец попали в огромный зал, в котором уместилось по меньшей мере порядка трёх тысяч человек. Большая часть людей уже заняла свои места, и всем было куда сесть. Меня повеселил контраст с шатром кочевников. Если там все сидели прямо на полу, вернее, на коврах, которыми застелили пустынный песок, то здесь же были вполне удобные кресла, амфитеатры, партеры, здоровенная сцена. Можно было представить, что это театр, но это был не театр, скорее, огромный дом правительства. В самом центре, на сцене, было тринадцать кресел. Одно из них, стоящее в центре, было украшено золотом и явно было крупнее, раза в два, остальных кресел. Там сидел молодой, светловолосый парень с пронзительными синими глазами. Я даже с такого расстояния смог их рассмотреть. Мне показалось, что он поглядел на меня. Его взгляд пронзил меня насквозь.

«Он что, тоже менталист?» — подумал я.

На остальных двенадцати креслах восседали мужчины и женщины разных возрастов и рас. Лицом к ним в партере разместились порядка трёхсот человек, также разных рас, форм и размеров. Там были и наги, и какие-то жабоподобные существа, и здоровенные великаны, и огры, и орки, у меня даже в глазах зарябило от такого разнообразия. Всё-таки этот мир был очень широко населён многообразными видами. Например, в мире, где я сейчас жил, были только люди. В моём родном мире были полуразумные существа, крайне агрессивные, но с ними почти не считались. Здесь же разумных рас было пруд пруди.

За спинами лордов в партерах находились уже маги, генералы, полководцы, линейные командиры и дальше по нисходящей. Представителей было очень много.

— Итак, мои дорогие друзья, мы сегодня одержали очередную победу, — очень спокойным, негромким голосом произнёс император, однако слышно его было даже в самых дальних уголках. Да так отчётливо, что складывалось мнение, будто он стоит рядом и говорит прямо в ухо.

— Мы смогли вернуть себе часть нашего наследия, артефактов и оружия, которые усилят наши армии и повысят наши шансы в предстоящем сражении. Кроме того, как докладывают командиры, мы смогли разжиться провиантом. Кто-то даже вскрыл свои старые погреба и привёз немало вина.

По залу пробежался хохоток.

— Всё лучше, чем ничего. Отдыхать тоже нужно. Мы и так живём в непростое время, и если не позволять себе маленьких радостей, то не будет и воли к победе, ведь верно?

По залу пролетел одобрительный гул голосов. Кто-то даже зааплодировал. Император говорил, каждый из присутствующих в зале следил за каждым его жестом и слушал каждое слово. Паренёк действительно умел удерживать внимание толпы. И делал это мастерски. Даже я заслушался. Говорил он — простые слова, однако его голос обладал какой-то гипнотической способностью.

До меня только сейчас дошло. Две армии прибыли недавно. Когда он успел пообщаться с командирами? Хотя, здесь было такое столпотворение, что, в принципе, мог и успеть. Либо всё-таки он очень хороший менталист и считал всю нужную информацию прямо из голов генералов и полководцев, которые руководили нападением. Любопытно, неужто я в этом мире встречу коллегу, да ещё такого умелого?

— Сегодня мы стали на ещё один маленький шажок, но ближе к победе. И я уверен, что мы будем и дальше делать подобные шаги. Не остановимся до тех пор, пока не вернём себе наш мир и не прогоним демонов с нашей земли.

По залу пробежал новый хор голосов, люди принялись аплодировать.

— Мне доложили, что в столице Сталвине был обнаружен странник из другого мира. Этот странник сыграл немалую роль в одержанной победе над врагом. Так ли это?

Часть зала, где мы находились, взорвалась криками. По крайней мере, меня запомнили. Да и я постарался, и выложился на полную. С одной стороны, я и так знал, что я молодец. С другой стороны, мне было чертовски приятно это признание.

— Странник, если ты в этом зале, поднимись, пожалуйста. Я бы хотел увидеть тебя, и чтобы все наши воины тоже поглядели на тебя.

Я потёр ладонью лысину, затем, вздохнув, поднялся. Тысячи пар глаз тут же устремились на меня. Повисла недолгая тишина.

— Как зовут тебя, герой? — спросил император.

Почему-то этот вопрос всё время вызывал у меня внутренний конфликт и целую бурю эмоций. На самом деле, мне всегда хотелось представляться архимагом Алексиусом, но ведь это давно уже не так. Я — Алексей Бронин. Раньше был Алексеем Медведевым. Бывал Лёшкой-Картошкой в исполнении Светки. Кем я только не был.

— Алексиус, — ответил я.

— Мне показалось, кто-то упоминал приставку «архимаг Алексиус», — по залу пронёсся хохоток. — Не слишком ли вы молоды для такого звания?

— Молод. Принимайте это за шутку, — я покривился, но добавил: — Милорд.

— Знавал я когда-то одного Алексиуса, — задумчиво побарабанил пальцем по подлокотнику император. — Так давно, что казалось, это было в прошлой жизни. Будто я уже умер и снова воскрес. Но зачем ворошить прошлое? Ведь верно, архимаг Алексиус?

Я почувствовал сильнейшее давление на разум. Ментальное давление. Это была довольно сильная атака. И исходила она от императора. Но это была не попытка меня убить или покалечить, а скорее проверка на реакцию. Я не раз так пугал своих учеников. И был бы полнейшим дураком, если бы попался на такую уловку. Ментались должен был закрыться. Простой человек, без чутья к тонкой ментальной магии, ничего бы не заметил.

Вот и я никак не отреагировал.

Атака ожидаемо прошла сквозь меня. Я не стал выставлять щиты и уклоняться от неё. Принцип действия атаки заключался в том, чтобы проверить сигнальную систему. Проверка не прошла.

А этот парнишка не так прост. И, пускай звучит глупо, но что-то мне подсказывает, что он знал меня когда-то. По крайней мере, чем ещё объяснить то, что он пользуется моими же приёмами?

Но я пока я не буду делать предположения, как такое возможно. Поэтому послушаем и понаблюдаем, что будет дальше.

Глава 26

Планы на победу

Да уж, ситуация. Такие страсти разворачиваются на фоне глобальной катастрофы и войны с демонами. И ведь непонятно, кто этот парнишка. Он явно был знаком со мной прежним. Вот только в каком виде он сам был?

По крайней мере, маловат он для того, чтобы я его помнил. Особенно учитывая его историю. С детьми я дел не имел. Вернее, имею с ними дело только в этом теле. Когда я был архимагом, детей от меня прятали.

Скорее всего, это тоже реинкарнация кого-то из моих старых знакомых. Вот только кто ещё мог обладать такой магией? Или здесь вмешалась воля случая? Любопытненько.

Это может быть один из моих учителей. У меня их было очень много. Порой мне кажется, даже слишком много. А может быть, один из моих учеников, что более вероятно, учитывая то, какими глазами он на меня смотрит. В них явно читается обида. Обида — это самое распространённое, что испытывают ко мне бывшие ученики. Порой жалко, что не благодарность, но что поделать.

Хотя все они были обижены на то, что я не дал себя убить.

Ладно, тогда такая задачка: какова вероятность вообще, что он меня узнает? По крайней мере, нет ничего такого, что связывало бы меня со мной прежним, кроме имени, да звания которым по глупости назвался. Я выгляжу как юнец и точно не похож на четырёхсотлетнего старика. Только то, что я выходец из другого мира… По крайней мере, я никак не проявил себя как ментальный маг. По крайней мере, как бы это смогли понять местные жители. Менталистика в принципе сложно выявляется. Да и на его провокацию я никак не отреагировал.

Но с другой стороны, какова вероятность существования еще одного архимага Алексиуса во множестве вселенных? Или по крайней мере кого-то, кто по счастливой случайности называет себя именно так. Опять же, я обозначил, что я из другого мира. Но не слишком ли много я из-за этого переживаю?

Единственное, что меня тревожит, — этот человек, который сейчас смотрит на меня пылающими голубым огнём глазами — Император. Если вдруг он действительно один из моих прежних противников, желавших меня убить, но не преуспевших в этом, то что ему сейчас помешает приказать всей этой ораве на меня напасть? А вот здесь я далеко не уверен, что справлюсь. Всё-таки я не всесилен. Встреть я его при других обстоятельствах, то с радостью надрал бы ему уши, так, в по старой памяти.

Но есть ещё один нюанс: ведь он является столпом, опорой и надеждой для огромной страны. Да что там страны — для огромного мира! И неплохо справляется со своей задачей, что, к слову, лишний раз доказывает, что я прекрасный учитель. Ну, если, конечно, это мой ученик. Отсюда еще вопрос: я буду делать?

А ничего не буду делать. Сделаю вид, что ничего не заметил и что я обычный маг песка. А песка, к слову, у меня с собой предостаточно. Да и опять же, думаю, здесь тоже можно будет найти запасы.

Тем временем пауза, повисшая между нами, явно затянулась. В зале так же повисла тишина. Кто-то заподозрил неладное, переведя взгляд с меня на императора и обратно. Маркус как бы невзначай прочистил горло, привлекая к себе внимание. И, видимо, пытаясь мне намекнуть, что невежливо так пялиться на царственную особу. Хотя что тут такого-то?

Я попытался припомнить, с чего всё началось.

— Знаете, архимаг Алексиус — это такая шутка, ещё со времён моей военной академии повелась. Не думаю, что стоит принимать это всерьёз, — легко улыбнувшись, произнёс я. — Мало ли архимагов в мире, или… — я хотел было сказать «их учеников», но удержал себя в руках. — Или рыцарей, королей, императоров. В параллельных мирах частенько бывают повторения, да такие, что порой и не верится с первого взгляда. Быть может, вы меня с кем-то перепутали. Неужто вы знавали архимага одного со мной возраста и похожего на меня?

— Ну, у того архимага было явно побольше волос, — улыбнулся император.

По залу раздались смешки, выражающие явное облегчение.

— Да, возможно, соглашусь с вами, — кивнул император. — Но я думаю, у нас с вами представится время обсудить это и обменяться мнениями о многообразии миров.

— Я почту за честь, — с улыбкой поклонился я.

— Но расскажите нам, что же за уникальная сила позволила вам так легко справляться с демонами?

— О, здесь всё просто, — расплылся я в улыбке. По крайней мере, беседа шла по выгодному мне курсу. — Моя стихия — это песок, — с лёгкой улыбкой произнёс я.

И сразу же продемонстрировал, подвесив над собой лёгкое песчаное торнадо, которое формировалось из всего того, что было спрятано у меня под одеждой.

По крайней мере, обнаружил, что когда песок соприкасается с телом, мне отчего-то становится спокойно и комфортно. Поэтому так с собой его и ношу. И чего в Светка так возмущалась, когда я хранил свой песок в её кровати? Мне вот очень даже нравится.

Окружающие меня воины несколько напряглись и нахмурились. Лица их посерьёзнели. Кто-то положил руку на оружие, кто-то принялся светиться разными цветами и излучать магические импульсы. Даже у Маркуса глаза заискрились и принялись испускать микромолнии. Чтобы лишний раз не нервировать местных, спрятал песок обратно под одежду.

— Как видите, такая вот стихия, — хмыкнул я.

— Итак, странник, что же ты хотел нам поведать? — поспешил сменить тему Лидиус. — Мне передали, что у тебя есть некая важная информация относительно нашего мира и нашей борьбы. Быть может, ты чем-то сможешь нам помочь или что-то подсказать?

— Да, смогу подсказать. Видите ли, я уже не раз вижу подобные миры. Я лишь недавно получил способ легко перемещаться между мирами, но раньше, путём сложных ритуалов, я бывал в мирах Инферно. Не только в тех, где демоны обосновались, закрепились и чувствовали себя вольготно. Бывал и в тех мирах, где местные жители, поняв, что потеряли свой дом, взывали к иным силам. Ну или находили древние артефакты и таким образом переламывали ход битвы. Так вот, демоны, переселяясь в миры, не только их меняют под себя, они приносят туда много своей магии. И когда случаются такие ситуации, в которых демонов прогоняют из мира, эти артефакты, как правило, мир разрушают. И я бы не хотел, чтобы с вашим миром произошло то же самое. Я вижу, каких высот вы достигли в своей борьбе и сохранении своей целостности. Я вижу, сколько всего вы сделали, и как организовали людей. Мне искренне жаль того, что это может оказаться напрасно.

Вообще, у меня были на этот счёт и иные мысли. Не знаю, что в головах у этих людей, но я барон, у меня есть земля, есть целая туча врагов, а вот людей нет, семьи нет, некому за меня заступиться. Просить помощь у батюшки или у дяди мне не очень-то хочется, ведь я сам могу за себя постоять. По крайней мере, теперь у меня есть целая ханская гвардия, которая в случае чего сможет прийти мне на выручку. По крайней мере, как минимум один раз. Кто знает, может, удастся переманить на свою сторону местных воинов и создать личную гвардию на ровном месте, причём почти бесплатно, просто предоставив им место для жизни. А что, очень даже неплохой обмен.

Однако император покачал головой:

— Несмотря на то, что мы не так часто путешествуем по другим мирам, но мы знали о таких исходах, и этот мир не раз подвергался опасностям. Я потратил очень много сил и времени, изучая возможности противодействия захватчикам, а главное — я искал способы препятствовать недоброжелателям погубить наш мир. Наш мир священен. Наш мир не может быть разрушен. Его могут оккупировать. Его могут на время захватить, но уничтожить — никогда. И мы его отобьём. И мы снова восстановим его. Сделаем цветущим и зелёным. Без демонской погани, без угрозы простой жизни. Мы сделаем его снова колыбелью для разных существ, светлых и добрых, не желающих зла. Сделаем так, чтобы они жили и не боялись опасностей.

Ох, неужто он фанатик?

По мере того, как император говорил, в зале нарастал гул. Люди улюлюкали, поддерживали императора, хлопали в ладоши, кивали, вздевали к потолку кулаки.

— Да, мы построим новый мир, сильный мир! Мы не позволим тварям разрушить его! — вопили люди.

Голос императора, хоть и был не громким, но всё равно был слышен даже несмотря на оглушительный гул голосов. Его негромкий баритон перекрывал даже шумные крики. Здесь не иначе какая-то магия. Или…

Я прислушался к себе.

Да он же разговаривает со всем залом ментально. Но кстати, это похвально. Ведь он ведёт мысленный диалог с каждым в этом зале, и это достойно уважения. Либо нашёл какой-то иной способ. Но в любом случае, это менталистика. Самая что ни на есть.

Ах, чертёнок. Молодчина. Ну, видимо, у него было время хорошенько подумать и попрактиковаться. А ещё мне становится понятно, как он так легко смог обеспечить себе власть на этих землях. По крайней мере, я никогда не злоупотреблял менталистикой при взаимодействии с власть имущими. Этот же парнишка явно не терзался моралью.

Хотя чего ему переживать? Он ведь изначально был императором, если, конечно, он не самозванец. И в принципе, субъективно, имел некое право на воздействие на людей. Все талантливые политики, так или иначе, воздействуют на подданных. Кто-то своей харизмой, кто-то дипломатией, кто-то выгодами. Но в любом случае это вопрос воздействия. И все политиканы, которых я знаю, готовы были пожертвовать чем угодно, лишь бы получить такую же власть над умами подданных.

— Благодарю тебя, архимаг Алексиус, за предостережение, — снова обратил на меня внимание император. — Но поверь, мы подстраховались на все случаи. И мы не сдадим наш мир. В этом мире властвует всего один дьявол. Дьявол тринадцатого круга Базалес. Слышал ли ты о таком? — он хитро посмотрел на меня.

Конечно, я о нём слышал. Это один из четырёх дьяволов, которые осаждают мой родной мир. Правда, даже четырёх этих пройдох не хватает, чтобы как-то серьёзно навредить. Но Базалес среди них самый слабый. Теперь понятно, откуда в императоре такая уверенность.

Мне кажется, о Базалесе я уже слышал, но не думал, что он здесь один. В таком случае, да, у этого мира вполне есть шансы победить. Базалес тупой и жадный. Если он нашёл этот мир самостоятельно, он никогда не поделится ни с кем. В принципе, так же происходит и с моим вторым миром. Ведь тамошние маги явно не по зубам демонам Базалеса, но он никогда не согласится, не признается и не поделится с другими дьяволами лакомым куском. Даже если будет понимать, что подчистую проигрывает. Хотя, как я понял, в этом и суть тактики Базалеса. Некоторые дьяволы разлагают мир гниением, некоторые — проклятиями, болезнями, некоторые — похотью, некоторые — голодом, жадностью, да чем угодно. Базалес захватывает миры через боль и через смерть, просто губя сотнями тысяч и миллионами своих подданных, заслуживая возможность захвата мира силой. По-другому он просто не умеет, слишком туп.

Ну что ж, в принципе, понятно.

— И как же вы собираетесь это сделать? — спросил я, чисто ради того, чтобы поддержать беседу. Хотя вдруг император скажет что-то новое.

— У нас много разных способов, и мы все их будем применять. Один из них, например, это тайные города, являющиеся артефактами древних богов. В одном из таких городов ты находишься. И этот город сам по себе является оружием.

Ага, значит о чём-то таком говорила Лилит. Возможно, всё-таки подземелье под моим домом — одно из таких орудий.

— Ещё я знаю о захоронениях древних богов, и кого-то из мы будем воскрешать. И процесс уже близок к завершению. Боги нам помогут, и мы готовы заплатить любую цену богам, которые этот мир когда-то строили и когда-то умерли за него. Но не грязным демонам. Кроме того, есть другие способы, но о них я тебе сказать пока не могу. Ты пришёл сюда с демоницей, и это не говорит ничего хорошего в твою пользу. Мы благодарны, что ты помог нам. Мы будем благодарны, если будешь и дальше помогать. Но, к сожалению, на этом пока всё. Дальше мы продолжим наше совещание, а тебя я прошу удалиться. Как мне доложили, тебе нужен отдых. Однако, когда совещание наше закончится, я буду рад провести с тобой беседу. Тебя проводят.

Лилит, которая всё это время находилась рядом, правда обездвиженная и оглушённая, вдруг дёрнулась, будто что-то почувствовала. Или ей что-то снится, кто знает? Надеюсь, меня с ней не разлучат.

— Хорошо, благодарю вас за то, что вы рассказали. Я буду рад помочь вам всем, чем смогу.

Я увидел, как ко мне направляются четверо воинов в полном доспехе и вооружённые.

— Архимаг Алексиус, — поклонились они мне. А назвали то архимагом… — Мы хотели бы вас сопроводить до ваших покоев.

— Вы мне с девушкой поможете?

— Да, нас уже проинструктировали. Как я понимаю, вы будете настаивать, чтобы она проследовала с вами, а не отправилась в темницу.

— Или в камеру хранения, — добавил второй воин.

— Нет, это обговаривалось в условиях. Она однозначно должна пойти со мной. Я гарант её безопасности, я ей обещал.

— Да, мы тоже в курсе этого.

Два воина подняли носилки и довольно легко оторвали девушку от земли. В то время как до этого, когда мы шагали к городу, её несли четверо, ещё и я помогал телекинезом. Оказалось, что она очень тяжёлая, что очень странно.

Мы вышли из зала. Я отчего-то забыл, что мы находимся в подземелье. Я ожидал, что после полумрака ратуши окажусь под небом, неважно, ночным или дневным. Но нет, сверху был сводчатый пещерный потолок, довольно грубо отёсанный. Однако в его вышине то и дело встречались светящиеся кристаллы, которые будто звёзды помаргивали в темноте.

Я глубоко вдохнул, затем последовал за воинами. Шли мы не так долго. По крайней мере, спустя минут пять мы остановились возле красивого высокого четырехэтажного дома, украшенного лепниной, барельефами и статуями на входе. Воины подошли к довольно большому входу, и двери перед ними тут распахнули двое лакеев. Видимо, это какая-то местная гостиница или что-то вроде того. Любопытно видеть простые должности в мире, где произошла такая непростая ситуация. Однако сервис и коммерция, похоже, не умирают и живут до последнего. Что поделать, люди не могут жить без комфорта.

* * *

Новоявленный архидемон Максимус, получивший полный доступ к своей силе и даже немного больше, теперь не ограничивал себя.

Он ворвался во вставший на пути город и просто уничтожал всё, что попадалось ему под руку. Двоих архидемонов, которые попытались его остановить, он не глядя разорвал на части. То осознание силы и власти, что дали ему мозговые паразиты, развязало ему руки и затуманило разум. Он почувствовал настолько большую мощь, которую не ощущал даже в архимаге Алексиусе.

По крайней мере, так он думал сначала. Однако Алексиус учил хорошо и не раз говорил, что власть развращает и ослепляет. Она заставляет забыть о том, что нет ничего бесконечного. Нет ничего исключительного и безграничного. Однако любая власть конечна, и любая мощь уравновешена.

Если кто-то обладает непомерной силой, всегда найдётся кто-то равный по силе или сильнее. А главное, этот кто-то будет взращённый на тех семенах, что посадил сильнейший. Новый герой будет силён, осторожен и будет готов к битве. Он не будет себя переоценивать. Он будет внимателен к деталям. И обязательно не упустит своего шанса.

И будет у нового героя иная сила. Любовь. Потому что биться он будет не из-за пустого веселья. Не из-за того, что верит в свою силу и любит разрушать, а потому что будет защищать слабых, потому что будет биться за сохранение мира. А значит, ответственности на нём будет гораздо больше. А когда несёшь ответственность за других, ты готов к самопожертвованию и готов выжимать из себя куда больше, чем на самом деле способен.

Поэтому Максимус и позволил себе такую маленькую шалость — выпустить, так сказать, пар, а уж потом подумать над тем, как ему жить дальше. Примерно четверть города была превращена в руины, когда перед ним встал довольно крупный архидемон с мощной аурой, от которой даже его подданным было не по себе.

— Постой, архидемон, зачем ты пришёл сюда?

— Я пришёл воевать, пришёл убивать и уничтожать.

— Смотрю, ты тоже не в восторге от решения Базалеса, — сказал архидемон. — Меня зовут Козелак. Я давно ищу сторонников, чтобы свергнуть Базалеса и, возможно, занять его место, — демон сделал паузу, наблюдая за реакцией Максимуса. — Ты бы начал с разговора. Быть может, мы нашли бы общий язык.

— Я и сам смогу победить Базалеса, — заявил Максимус.

— Похвальная самоуверенность, — хохотнул Козелак. — Возможно, у тебя вполне есть шанс его победить хитростью или ещё как-то. Силами не дотягиваешь немного. И ты забываешь об одной немаловажной детали, которая не оставляет тебе шансов.

Максимус, будучи глубоко в душе человеком разумным, смог умерить свой гнев и ярость, и остановился.

— Что я не учитываю? — спросил он Козелака.

— Ты не учитываешь то, что Базалес не один. Он верховный дьявол, но воюет не он — воюют его подданные. И даже если силами ты сравнишься с дьяволом, что ты будешь делать с его свитой? Пока ты будешь бить дьявола, они затопчут тебя. И даже если среди них будет не так много сильных архидемонов, они возьмут тебя количеством. Со всеми ты не справишься. Ты сейчас сможешь побить меня, но позади тебя уже собираются мои заместители. И пока ты будешь воевать со мной и побеждать меня, они добьют тебя. Быть может я погибну, но и ты останешься здесь. Не переоценивай свои силы. Я предлагаю объединиться, и вместе мы сможем что-то изменить.

Максимус призадумался. С одной стороны, как показывает его личный опыт, договорённости с демонами ни к чему хорошему не приводят. С другой стороны, надо быть очень глупым, чтобы не призадуматься о словах Козелака. Всё-таки что-то в его выводах есть.

Глава 27

Архимаг

Комната мне досталась довольно просторная. Красиво убранная и явно дорогая.

В таких хоромах даже мой батюшка не побрезговал бы остановиться.

Видимо, какой-то королевский номер или что-то вроде того. За огромными окнами висели иллюзии с прекрасными видами. Причем за каждым окном была своя иллюзия.

За одним окном простиралось море, за вторым горы, а за третьим лесная речка, причём, если прислушаться, можно было расслышать журчание. Все-таки люди, живущие здесь, тосковали по природе и по нормальной жизни. Оно и не мудрено. Все-таки жить в подземелье не самая простая, не самая хорошая участь.

Какой бы безопасное, удобное и комфортное не было, это подземелье оно не перестаёт быть подземельем. И с этим не поспоришь.

Лилит довольно бережно разместили в коридоре, правда, прямо на полу.

Думаю, она будет не против. Джентльмен во мне подумывал о том, что неплохо бы устроить девушке более комфортное размещение, но четырёхсотлетний архимаг одернул и напомнил, что это не девушка, а демоница. Причём довольно могущественная. Так что, как минимум, ей по барабану где лежать, в коридоре или на удобном диване. И не думаю, что у нее после этого затечет шея или спина.

Сам же я, изучив обстановку и проверив пространство на возможные ловушки или другие сюрпризы, растянулся на удобнейшей кровати прямо в одежде и, кажется, мгновенно заснул.

Спал я всего лишь час, по правде. Остальное время я занимался медитацией и оценкой своих сил. Давно не представлялось возможности это сделать. А сейчас, по-моему, самое удачное и правильное время. Тем более я узнал, что этот мир все-таки не полностью инфернальный. Если в нём всё ещё столько людей, значит, он относительно безопасен для меня.

До этого не решался обращаться к плану разума, потому что опасался, что стоит мне открыть разум, как какие-нибудь демоны или злые духи смогут ко мне подселиться. Сейчас я понимаю, что зря опасался. К тому же в этом городе были свои особенности. Я физически ощущал, что здесь безопасно и никто мне не помешает. Был только один нюанс. Капсула была на границе мира, где нету магии разума. Осталось понять, как далеко этот мир находится, и удастся ли мне наладить из этого мира лазейку к капсуле с моим разумом.

Любое важное дело следует начинать с подготовки. Вот и я начал с этого.

Надо было подготовить своё тело и разум к тем изменениям, которые последуют за столь стремительным ростом могущества. Ведь быстрый всплеск мощи может не только пойти на пользу. Знавал я ребят, которых в поисках могущества теряли контроль и их просто разрывало на части. И это, на мой взгляд, самая глупая смерть, которая может быть.

Хоть мне не светила жуткая судьба лопнувшей лягушки, я же не собирался забирать всё сразу, но в любом случае это могло выбить меня на какое-то время из колеи. А мне это сейчас не нужно. Я хочу сразу быть полным сил, энергии и быть максимально эффективным.

Первым делом я занялся подготовкой тела. Телекинез в этом плане очень сильно помогал. Нужно было перестроить некоторые потоки энергии и взаимодействия разума и физической оболочки.

Следующий этап был более сложным. Я перестраивал архитектуру своего сознания, делал более сложной, но при этом компактной. Тем самым я значительно увеличивал объём памяти и ресурсов. Делал я это, безусловно, топорно. И старый архимаг Алексиус обругал бы меня, на чём свет стоит. Но это был тот максимум, который я сейчас мог выдать. По крайней мере, лучше я бы сделать не смог с теми силами, которые у меня сейчас есть.

Ещё раз всё перепроверив, я потянулся к капсуле. Мне понадобилось минут пять, чтобы понять, как с ней взаимодействовать и как, постепенно отщипывая кусочек за кусочком, восстановить своё сознание и старые навыки.

Для начала нужно было разобраться, что есть что и за что отвечает. Придумать некую сортировку своих прежних навыков. Опять же, важно было перекачивать всё самое необходимое, минуя мусор, которого было около шестидесяти процентов. И это несмотря на всю мою дисциплину и умение концентрировать разум только на важных вещах.

Ещё я выделил отдельную капсулу с записанным сознанием Корка. Признаться, были у меня мыслишки не искать специальное тело, а найти обычного ворона или попугая, и пускай даже Корк меня возненавидит. По крайней мере попугаи больше всего подходили для записи разума моего старого приятеля. Ещё думал, что по примеру песчаного дракона мог создать стихийное тело. Хотя не уверен, что у Корка достаточно сил, чтобы удерживать физическое тело и разум в собранном состоянии.

А если он не будет иметь самостоятельного тела и будет зависеть от меня, уверен, моему другу это не понравится. Он птица свободолюбивая, никогда не любил ни от кого зависеть. Единственное, с чем он смирился — подаренным мною бессмертием.

На этом всё. Несмотря на то, что он был обычным вороном, разумом он не уступал многим людям и своей системой ценностей тоже, что меня самого не раз удивляло.

Хотя, как оказалось, любой разум, даже самый примитивный, пережив множество реинкарнаций и набив собственный опыт, способен к осознанию себя и личностному росту. Рассказывая об этом своим ученикам, я часто шутил, что благодаря этому понял: у любого есть шанс, даже у них. Наверное, в том числе, из-за этого меня не очень любили. Ну что уж поделать. Я был таким, каков я есть. И это одно из тех качеств, которые позволили мне встать на вершину. Если они неспособны были этого понять, значит, и мой путь наверх для них был закрыт. Хотя какая уж разница, если им всё равно суждено было умереть. Вот такая тщетность бытия.

Эта мысль показалась мне довольно интересной. Ведь среди тех, кого я учил, могло быть немало толковых архимагов, которые могли бы встать со мной рука об руку, если бы у них были правильные цели, если бы они хотели учиться, постигать магию разума, а не жаждали власти и не желали бы меня убить.

Сейчас, просеивая эти свои воспоминания, немного загрустил. Ведь среди тех ребят было немало учеников, которые мне откровенно импонировали, и мне хотелось видеть их среди сильнейших личностей моего родного мира. Единственное, что им мешало — недоверие ко мне и желание выслужиться перед власть имущими. Ну и деньги.

Какой любопытный парадокс. Адепты магии разума и даже сильные маги, с заявкой на звание архимага или грандмастера, были не особо-то умными. Ещё одна ирония мироздания. Прекрасная шутка, я считаю.

Ещё одно любопытное наблюдение. Сейчас я оценивал жизнь архимага Алексиуса, как жизнь отдельного человека. Я судил о своём прошлом опыте, о своих поступках, суждениях, о своих наблюдениях и принципах через призму Алексея Медведева, мальчишки, рождённого в семье аристократов, воспитанного в семье, какой-никакой, но всё-таки любящей.

А вот архимаг Алексиус всегда был один. У него не было семьи, у него не было никого. Единственное, что у него было — это жажда выжить. Для того чтобы выжить, юному Алексиусу нужно было учиться становиться сильным. А потом желание выжить, как только юный Алексиус почувствовал власть, сменилось жаждой власти, которую интерпретировал как гарант собственной безопасности, абсолютной безопасности. Ведь если ты сильнейший, то ничто не сможет угрожать тебе или покуситься на твою жизнь.

Алексей Медведев, или вернее Алексей Бронин, был совсем иного мнения. Сейчас с жаждой власти, всесилия и стремлением расти перемежались и другие чувства, и очень сильные чувства. Всё-таки я люблю своих сестёр, я всегда переживал за свою семью, даже за отца, который от меня отказался. И это очень странно. По крайней мере сейчас.

А пока в меня перекочёвывала холодная сущность архимага Алексиуса, я зеркально оценивал Алексея Бронина и понимал, что у него тоже очень много не совсем логичных суждений.

Ведь Алексей вполне мог пожертвовать своей жизнью ради Полины. ДА и за Свету бы погиб, несмотря на её вредность.

А ещё, несмотря на мысли, которые были бы в его голове, он бы пожертвовал собой и за жизнь надоедливой Ирэн, и за глупого Росомахина. По крайней мере, он бы точно не оставил их в беде и бился бы за их безопасность, даже если бы эта опасность представляла угрозу для его жизни. Архимаг Алексиус не был таким. Архимаг Алексиус думал только о себе. Алексей Бронин думал о ближних. И, видимо, поэтому архимаг Алексиус всю жизнь был один. И единственный, кто был для него ценен, — это ворона. Птица, чья долгая жизнь зависела от него. И сколько бы Корк не желал независимости, он не был независимым. И глубинное понимание этого также доставляло архимагу Алексиусу удовольствие. Более гордого создания он не знал, и это гордое создание всё равно зависело от него.

Всё-таки архимаг Алексиус был тем ещё засранцем. А Алексей Бронин по своим моральным качествам, наверное, был более лучшим человеком. Хотя кто знает, может, он не успел испортиться, не успел набраться жизненного опыта и стать холодным, жестоким.

Вопрос, который необходимо было решить сейчас: кем я хочу быть? Снова стать холодным, бесчувственным, озлобленным архимагом Алексиусом, не жалеющим никого? Или Алексеем Брониным, наивным подростком, который умеет любить или всё ещё умеет любить? Кто знает, каким станет Алексей через первую сотню лет и станет ли.

Глядя на эти два сознания, я понял кое-что любопытное. Архимаг Алексиус обретя власть, очень сильно тосковал. Только никогда бы не признался в этом никому, в том числе и себе. А тосковал он по тому, чтобы не чувствовать себя живым. НЕ ощущал себя настоящим человеком настолько, чтобы искренне смеяться, чтобы ощущать себя искренне счастливым из-за какой-то, пускай даже глупости.

И, наверное, поэтому гордый и непоколебимый архимаг с такой лёгкостью растворился в новой судьбе. Позволил себе стать простым ребёнком и целых десять лет жить как обычный мальчишка. Со своими обидами, ссорами, капризами и другими атрибутами подросткового периода взросления.

Если смотреть объективно, архимаг Алексиус был скорее злодеем, чем героем. И это осознание заставило меня очень сильно удивиться. По крайней мере, раньше я этого совершенно не осознавал. А всё потому, что архимаг Алексиус не умел любить, и толкала его вперёд злость и ненависть. Выходит, злость и ненависть — самые лучшие мотиваторы для того, чтобы стать сильным с нуля. Но в то же время архимаг Алексиус вряд ли был счастливым.

В чём же причина? Быть может, в том, что основа личности архимага Алексиуса изначально была ущербной, покалеченной. И вот в этом у Алексея Бронина есть большое преимущество. Но кто знает, что прорастёт из него спустя время?

Сейчас мой разум свободен. Он плавает между двумя относительно сформировавшимися личностями. Очень сильный, не подверженный уязвимостям. И уязвимый, но наполненный жизнью и совсем молодой. Немного подумав, я сделал свой выбор.

* * *

Когда я открыл глаза, меня кое-что повеселило. Ведь божественный артефакт в родном мире Алексея Бронина позволил мне вернуть себе небольшую часть сознания. Но стоило мне оказаться в мире, захваченном Инферно, где магия разума была свободна, как я очень легко вернул себе почти всё, что хотел. При том, что избавился от лишнего опыта, который мне был не очень-то и нужен.

Любопытно. Выходит, я обманул систему. И мне это нравится.

Я открыл глаза и потянулся, а спустя пару секунд в дверь постучали. Собственно, я проснулся от того, что почувствовал приближение кого-то. Я поднялся, оценил себя в зеркало. Выглядела я непрезентабельно… одежда выглядела помятой, но это исправляется довольно быстро. Я щелкнул пальцами, так для проформы, и одежда медленно разгладилась. Все лишнее, пыль, грязь и другие частицы, которые на ней не должны быть, просто отделились от ткани. Когда раздался повторный стук, я уже выходил из ванной. Надо было хорошенечко умыться.

Наконец я распахнул дверь. На пороге стояли те же четверо воинов.

— Доброго дня, — вежливо поклонился я.

— У вас такое хорошее настроение, — улыбнулся один из воинов. Я отметил что его доспехи немного отличаются. Видимо он в их группе главный. — Сразу видно, что вы из другого мира. По крайней мере, люди у нас нечасто могут себе позволить вот так улыбнуться.

— Вы напрасно так думаете, — хохотнул я. — Видели бы вы, какие счастливые возвращались ваши воины после успешного рейда на город. Поверьте, это было…

— Что-то мне подсказывает, это было совсем другое счастье, — улыбнулся в ответ воин.

— Как знать, — пожал я плечами, они ведь тоже вернули своё. Продолжая улыбаться я вежливо спросил: — Вы пришли за мной?

— Да, за вами. Император хотел бы вас увидеть.

— Ничего не имею против, — ответил я и обернулся на Лилит. — Девушку я могу взять с собой?

— Я гарантирую, что с ней ничего не случится, — ответил воин. — Но для безопасности императора я попросил бы вас оставить её здесь.

— Справедливо, — кивнул я — Тогда ведите. И очень надеюсь, что вы проследите за безопасностью Лилит.

Сказал это из вежливости. На самом деле, я уже повесил сложную систему охранных заклятий, которая мониторила не только эту комнату и здание, но и всю улицу, на которой стояла гостиница, где я ночевал. Я и забыл, что это может быть так легко.

Я выстроил очень тонкую систему, которая ориентировалась не только на вторжение, но и на намерение. Всё-таки люди, которые совершали убийство либо готовятся его совершить, очень сильно фонят на ментальном плане. Но учитывая, что здесь весь мир переполнен воинами, жаждущими убийства демонов, надо было тоньше отстроить эту структуру. Поэтому я взял слепок внешнего вида Лилит, и то, какие эмоции она может вызывать. Затем завязал всю систему безопасности на её слепок личности. Если на этой улице появится кто-то, кто жаждет убить именно Лилит, система безопасности сразу сработает.

Куда же будет поступать сигнал в случае тревоги? Секунду подумав, я завязал сигнальную систему сначала на себя. В течение десяти секунд она будет уведомлять меня, что Лилит угрожает опасность. А если я не отреагирую, то…

В голове вертелись шестерёнки создавая сложную систему.

Допустим, будет следующее:

Я по-быстрому создал заклинание открытия портала. Вот только не стал его завершать, а создал сложную структуру, которая сама запустит портал в случае, если сигнальная система сработает. Портал откроется аккурат под лежащей девушкой и перенесёт её в мою резиденцию.

Гениально придумано. Ну а по другому я и не умею!

Сам же подумал об этом и сам же посмеялся над собственным самолюбием. Ай да Алексиус, ай да сукин сын! Как же я хорош!

Воин снова выгнул брови:

— Меня поражает ваша жизнерадостность.

— Меня она тоже поражает, — хохотнул я. — Ведите.

Аккуратно закрыв за собой дверь, я направился вперёд. Окружающий мир ощущался совершенно иначе. Он был более прозрачным, более понятным. Я и позабыл, каково живётся, когда разум разогнан до огромных скоростей.

Люди и события становятся предсказуемыми. Казалось, я могу смотреть сквозь стены, понимая, что происходит в соседних помещениях. Я мог даже просчитать что будет происходить там спустя некоторое время. Я просчитывал вероятности наперёд. Был способен едва ли не предсказывать будущее. Хотя предсказание — это не совсем верное слово. Я его предугадывал наперёд и прикидывал разные вероятные вариации.

Не забывал контролировать и себя. Очень часто я видел, как мои ученики, достигшие определённого уровня просветления, стояли, как идиоты, глядя в пространство и глупо улыбаясь. Просто потому, что они были не способны контролировать себя здесь и сейчас, находясь глубоко в своих мыслях. Я давно перерос тот уровень.

Воины привели меня не к дому правительства, где проходил общий совет, а чуть дальше. Я, признаться, удивился, когда понял, что оказался у довольно небольшого и скромного бревенчатого домика, довольно уединённого и совсем не подходящего императорской особе. Либо меня решили везти куда-то подальше, либо император всем своим видом демонстрирует прекрасные моральные качества, что так часто восхищают простых людей. Ну, отбросим цинизм. В любом случае, это скорее хорошо, чем плохо.

— Император вас ожидает, — произнёс один из воинов, отворив передо мной дверь.

Внутреннее убранство домика тоже было довольно скромным. В дальнем углу потрескивал поленьями камин. На каменном полу, на тонкой циновке в позе лотоса сидел император. Только сейчас я обратил внимание, что на нём вполне скромная одежда, без каких-то изысков. Он сидел ко мне спиной, глядя в сторону камина.

— Вы изменились, — произнёс он, стоило мне войти. — Любопытно, когда люди успевают измениться за столь короткое время.

— Что вы имеете в виду? — легко улыбнувшись спросил я.

— Вы знаете, о чём я. Ваша ментальная сигнатура стала совсем иной. И это видно невооружённым глазом. Думаю, даже простой человек бы это заметил. А для меня это как яркое красное пятно посреди белого мира.

Император обернулся ко мне.

— Я думаю, что мы оба всё прекрасно понимаем. Нечего ломать комедию.

Я пожал плечами.

— Не знаю, что понятно вам, ваше величество, — невозмутимо произнёс я. — Меня лишь интересует причина, по которой меня вызвали. Что вы хотели со мной обсудить? Я весь к вашим услугам.

Я чувствовал себя легко и свободно, по крайней мере, понимал, что сейчас мне не сможет навредить никто, и я беспрепятственно смогу уйти отсюда.

Император посмотрел прямо на меня своими пронзительно-синими глазами.

— Я никогда не верил в совпадения и случайности. У всего есть свои причины. И то, что я встретил вас сейчас, спустя столько времени, это что-то да значит. И эта встреча должна нас двоих чему-то научить.

— Если эта ситуация научит нас эффективно убивать демонов и спасать миры, я не против, — невозмутимо улыбнувшись, ответил я.

Император с непроницаемым лицом глядел на меня, даже не мигая.

— Если я правильно понимаю, вы хотите реванша. Вернуть то, что было утрачено, — произнёс я. — Если я могу в этом помочь, я всегда рад быть к вашим услугам, но не в ущерб себе. Видите ли, у меня очень далеко идущие планы, и я пока не готов ничем жертвовать и буду всеми силами защищаться. И даже если это повлечёт за собой разрушительные последствия, это проблемы тех, кто неправильно оценит ситуацию. Надеюсь, мы с вами понимаем друг друга.

Лидиус продолжал сверлить меня взглядом. Я же умолк. Так мы и смотрели друг на друга минуты три.

Архимаг Алексиус, — наконец выдохнул император, — время лечит. Оно лечит абсолютно всё, а ещё оно меняет и трансформирует. Я не знаю ни одну силу, ни один вид магии, который был бы сильнее, чем время. Для меня важен только этот мир. Да, я хочу реванш, я хочу спасти этот мир от демонов. Этот мир дал мне надежду, дал мне жизнь, дал мне моих подданных. Я сделаю всё, что угодно, чтобы его сохранить. Если правильно понимаю, кто вы такой, вы можете в этом помочь. Я буду рад принять вашу помощь. Ни о каких жертвах вас никто не просит, как и никого из присутствующих в этом городе. Хотя у местных жителей уже отняли всё, что только можно было. Я же попытаюсь им это вернуть. Если у вас есть такое же желание, добро пожаловать.

Глава 28

Родня

По итогам мы с Лидиусом договорились о совместном ведении боевых действий против демонов.

Хотел ли Лидиус от меня ещё чего-то, я так и не понял.

Хотя признаюсь, где-то в глубине чёрной души, принадлежащей архимагу Алексиусу, я ожидал, что он попытается что-то предпринять, а у меня будет возможность испытать свои силы. Ну, это я так, шутки шучу. На самом деле, я рад, что у этого паренька, кем бы он ни был, здравый смысл был превыше всего. Ведь сложно представить, какие последствия могли бы быть в случае нашей с ним потасовки.

Мне, конечно, было немного любопытно, кем же являлся этот Лидиус. Кому настолько повезло, что он смог переродиться в императора, пускай и погибающего мира. Но не настолько любопытно, чтобы я опускался до задавания подобных вопросов. Да и какая разница? Ну, это я уже себя успокаивал. Ведь в моей жизни ничего не изменится, если не узнаю о том, что же это за шалопай. По крайней мере, то, что это один из моих учеников, у меня сомнений нет. Это точно не учитель. По крайней мере, у моих учителей никогда не было причин на меня злиться. А вот с учениками мне не везло. Причём не с одним. Видимо, у меня карма такая.

Так уж повелось, что моих учеников либо против меня настраивали и всячески соблазняли, чтобы они попытались меня свергнуть, либо изначально отправляли мне в подмастерья бесчестных сволочей, что только искали возможности воткнуть мне нож в спину. Ну, чего уж сожалеть, у меня уже совсем другая жизнь, и она мне нравится.

Зато у этого мира есть реальный шанс избавиться от вторжения демонов и восстановиться. Дать людям не то что новую надежду, а возможность вернуть всё как было. И это довольно ценно. И я как никто другой это понимаю.

Опять же, тут как посмотреть. С одной стороны, местный император, чьей бы реинкарнацией он ни был, был большим молодцом. Он провёл очень серьёзную работу, объединив людей и представителей других рас под своим крылом.

Но в то же время это было доказательство ничтожности Базалеса. Он же практически захватил этот мир. По крайней мере, терраформирование завершено. Я не чувствовал на этой планете ничего наполненного обычной жизненной природой, по крайней мере в радиусе ста километров от себя. И в то же время, прямо под носом целого дьявола такое количество людей, которые не просто выживают, они ещё и огрызаются. Они ведь постоянно нападают и убивают его архидемонов. Это ж уму непостижимо. Хотя думаю, Базалес специально не зовёт подмогу, чтобы его попросту не засмеяли. Это по крайней мере выглядит более логично.

Меня включили в военный совет, но с учётом того, что я вряд ли смогу часто появляться в их мире. Поэтому мы обменялись ментальными слепками, которые позволят моей проекции находиться на военных советах. Более того, мне даже выделили четырнадцатый трон. Уж не знаю, это такая шутка или огромная честь, но почему бы и нет — любопытно будет посмотреть на глаза всех присутствующих, когда они увидят на сцене среди лордов, принимающих решения, недавно появившегося мальчишку из чужого мира.

По итогам император порывисто поднялся на ноги и, подойдя ко мне почти вплотную, протянул ладонь.

Я, естественно, проверив императора и протянутую руку на предмет каких-нибудь проклятий и пакостей, охотно принял рукопожатие и сжал ладонь в ответ.

Всё-таки за что я благодарен Лермону, сестричкам и генетике рода Медведевых, силы в моём тщедушном теле было немало. И Лидиус даже немного удивился, хотя сам-то пытался изо всех сил сдавить в своей лопатоподобной руке мою тоненькую ручку. А не тут-то было. Медведевы не зря носят свою фамилию.

— Ну что, архимаг Алексиус, — произнёс император. — Не думал, что скажу это, но я рад, что ты присоединишься к нам.

— Ничего не имею против, — добродушно улыбнулся я, пожав плечами. — Обращайтесь.

Я развернулся и пошёл к дверям. Император вернулся на шкуру, на которой до этого сидел, глядя в камин.

— Эй, император! — перед выходом окликнул я его: — Удачи тебе в освобождении мира, — крикнул я напоследок.

Лидиус искоса глянул за спину и едва заметно кивнул. Ишь, император. Я шагнул за порог хибарки.

В принципе, всё, что я хотел в этом мире, я уже нашёл. И на самом деле сложно переоценить те знания и опыт, которые я здесь получил. А ещё тот шанс, что мне здесь представился. Я уже понимаю, что судьба предоставила мне шанс убить дьявола. И не просто дьявола, а того самого дьявола, что осаждает родной мир Алексея Бронина. И одного из тех дьяволов, что осаждает мой родной мир. Это значит, что я ослаблю позиции демонов. И быть может, у меня появится возможность освободить все три мира.

Может всё произошедшее со мной, это испытание, необходимое архимагу Алексиусу, чтобы выйти на новый уровень. Например, на уровень убийцы дьяволов? А это неплохо. Ради такого можно и умереть ненадолго.

Никто в моём окружении не убивал дьяволов прежде, но задача эта вполне выполнимая. И для меня это будет серьёзным достижением. Одна лишь задачка — прежде всего, не позволить дьяволам, когда они поймут, что проигрывают, разрушить эти миры.

А сейчас нужно возвращаться обратно в тот мир, где я простой Алексей Бронин, заклинатель песка, не владеющий ментальной магией. У меня там много дел, и еще… Всё-таки в том мире мне нравится.

А ещё надо каким-то образом добраться до Максимуса. У меня к этому стервецу много чего накопилось, но самое главное, что мне от него нужно, это понимание, как попасть в мой родной мир. В принципе, это главное, зачем он мне сейчас нужен. Потому что домой попасть я хочу. Он меня как-то нашёл. Как именно не знаю, может ассасинские секретики. Еще есть предположение, что он как ученик имеет некий импринтинг, привязку к своему учителю. Я о таком слышал, хотя у меня такой привязки никогда не было.

Вернувшись в свой номер, я попросту проверил, не забыл ли чего лишнего, подхватил в охапку Лилит, которая, кстати, действительно была довольно тяжёлой. И, открыв портал, вышел прямо в холл своего поместья.

Почувствовал лёгкий ментальный укол от Ардуила. Видимо он всерьёз переполошился из-за возврата в мир инферно и потери себя контролировать. Но больше никак себя не проявил. Я воспринял это как вздох облегчения.

Следом из кармана выпрыгнул Сплинтер, и тут же оказался на спине материализовавшегося броненосца. Парочка, даже не обернувшись в мою сторону, тут же скрылась за входной дверью. Резвиться побежали.

Как договаривался с Маркусом и Ксаносом, шлем и оковы я снял только в своём мире, чтобы не подвергать их безопасность угрозе.

Лилит практически тут же открыла глаза. Её лицо было испещрено тонкими иголочными шрамами. Она поднялась, потянулась, приняла позу лотоса, при этом повиснув в воздухе. Её волосы будто ощупывали комнату, ну или трепетали под сильным ветром. Мне даже показалось, что она держится на весу не за счёт какой-то левитации и телекинеза, а за счёт того, что её держат эти самые волосы.

— Ну что, как всё прошло? — спросила она.

— Нормально всё прошло, — пожал я плечами. — Вот только мы с тобой дело-то не завершили.

— Ах, да, дело. Я про него сама забыла, — хохотнула девушка. — Но это не мудрено. Этот шлем… он такую кашу в голове устраивает.

— Нам нужно перенести лича в другой мир. А ещё ты говорила, что знаешь какой-то секрет, который может быть важен, — напомнил я так, на всякий случай, а то ещё попытается уйти от исполнения обещания.

— Ой, слушай, — протянула вдруг Лилит. — Ты не поверишь.

— Во что не поверю? — повернулся я к ней, заранее предчувствуя что-то нехорошее. По крайней мере, каждый раз, когда она так говорит, происходит что-то на грани катастрофы.

— А лич-то сбежал.

— Как сбежал? — возмутился я, понимая, что это совсем нехорошая новость. Всё-таки этот древний пережиток может создать немало проблем. Особенно в этом мире, ведь несмотря даже на возвращённые знания и опыт, менталистика мне не доступна, а песок… Эх…

— Ну, как сбежал? Притворился мёртвым. А когда сигнализация перестала его видеть, он сбежал.

— Хитрый какой, — хмыкнул я.

— А жаль. Я так надеялась узнать, как именно он появился. Ты ведь рассказывал эту историю? Это как раз связано с моим предположением.

— Эх… Давай хоть про предположение рассказывай.

— А что ты так вздыхаешь тяжело? — возмутилась Лилит. — Это я лишилась своей награды. Где теперь мне такую душу достать. Я, между прочим, есть хочу.

— Ты душами питаешься, что ли? — хмыкнул я.

— Нет, это я так, шучу. Но лишней бы она точно не была.

— Ну, значит, будем пытаться поймать того стервеца и вернуть, так сказать, обратно.

— Это да. — задумчиво покивала демоница. Видимо её действительно огорчил этот побег.

— Так ты будешь рассказывать, что там за секрет? — напомнил я о себе.

— Да, кто-то рядом с тобой обитает, — отмахнулась она, будто сказала что-то незначительное.

— Что значит, кто-то обитает⁈ — воскликнул я.

— Да, сущность какая-то, — повертела ладонью в воздухе демоница, но затем, заметив мой взгляд, пояснила. — Ну сущность. Тёмная душа. Скорее всего очень злая. Никак не могу понять где и кто, но всё время чувствую чьё-то внимание. Но именно рядом с тобой. Кто-то очень могущественный, ну в прошлом могущественный, потому что сейчас он никак свою силу не проявляет. Тем не менее, глазастый. Всё время смотрит, зыркает, поджидает, когда может себя проявить, и пакостит, когда такая возможность появляется.

Я призадумался — что-то в этом есть. По крайней мере, такое было ведь два раза. Когда души из моего ларца сами собой перемещались куда ни попадя. Первый раз, когда в песчаного дракона вселился лич, а второй раз, когда один из наших первокурсников умудрился создать голема, и едва не сделал вторую такую же проблему. Я тогда почувствовал какое-то вмешательство, но значения тому не предал. Мало ли что. Думал даже, что души сами проявили такую инициативу. Хотя, проанализировав и сейчас уже возвращённым сознанием архимага, я понимаю, что из того ларца самостоятельно души не выбрались бы. Что-то им помогло и что-то их направило.

Я по-новому посмотрел на Лилит. Она всё-таки не так уж и бесполезна. Ну я, конечно, шучу, девушка очень полезна, просто подозрительна, но кредит доверия к ней потихоньку растёт.

Лилит, видимо, это тоже поняла, потому что заулыбалась и сделала мордочку типа «Знай наших».

Осталось только понять, кто же это такой рядом со мной мне исподтишка пакостит. Я задумался. Уж не Ардуил ли это вредительством занимается? Или ещё кто? Мальбуса я оставил в академии. Дух черепахи? Или броненосца? Да нет, зачем им это? Любопытно, в общем.

— Ой! — снова вскрикнула Лилит. — Кажется, произошла взаимокомпенсация.

— Что это значит?

— У тебя две новые гостьи. Они, правда, почему-то не выражают агрессию, но, тем не менее, довольно сильные маги. Ну, по вашим меркам.

— Любопытно.

— А ещё двое медведей скоро пожалуют. Гонят за собой глав местных деревень. Те матерятся, пытаются отбиваться от медведей, но у тех какая-то магическая защита. В итоге мужики будут напуганы до мокрых штанов. Так что будь готовым.

— Всё интереснее и интереснее.

Тем временем я подключился к системе безопасности, чтобы посмотреть, кто это там пожаловал в гости. С удивлением обнаружил знакомые мордашки.

— Этого мне ещё не хватало, — проворчал я.

Это были Светлана и Полина Медведевы, собственной персоной. И что за сила этих двоих сюда притащила? Что они здесь забыли?

Девчонки довольно уверенно шагали вперёд, причём были они в полном доспехе, при оружии. И каждая напичкана амулетами и чарами отвода глаз. Уж не знаю, как они до сюда добрались, но вариантов у них масса, хоть на том же поезде. При том, что никто бы даже не догадался, что везёт попутчиков.

Но было кое-что ещё. Какая-то эманация силы, но очень неясная. По крайней мере какая-то сущность их преследовала или следовала с ними, и была эта сущность очень могущественной. Настолько сильная, что магия искажалась и коверкалась рядом с ними.

Всё-таки, наверное, эта сущность их оберегает или защищает. Но кто это и по какой причине, ума не приложу. Любопытно. Однако, ожидать, пока они до меня доберутся, смысла нет. Надо идти первым.

Сделав максимально важное лицо, я принялся создавать портал по лучшим технологиям портальщиков. Максимально красивый, вычурный, чтобы привлечь к себе как можно больше внимания.

Моё эпичное появление вызвало целую волну женских визгов. Сначала испуганных, всё-таки все давно знают, как выглядят демонские порталы, а потом уже восхищённых и радостных, ну и немножечко завистливых. Это я про Светлану, конечно же. Однако первым делом мы занялись тем, что обнимались и обхлопывали друг друга.

— Братик, Лёшенька, — вскрикнула Полиночка. — Как же это всё несправедливо. Папа наш совсем потерял разум.

— Это всё женщины, — отрезала Светлана. — Любому голову вскружат.

Я едва сдержал усмешку.

— Ну да, мы точно не такие, — хохотнул я.

— Именно, — заявила Света. — В общем, мы вот что решили: оставлять тебя нельзя одного, поэтому мы тоже выходим из рода Медведевых и присоединяемся к тебе. Один ты не справишься, а вместе мы кого угодно в бараний рог свернём. Вот увидишь.

Рядосм со мной появилась задумчивая Лилит и подозрительно оглядела девчонок. Мне показалосбь, что в её глазах сверкнула ревность.

— А это ещё кто? — возмущённо спросила Светлана, сложив руки на груди. — Что это ещё тут за пигалица?

— Небось та самая, которая мужикам головы пудрит, — хохотнул я.

Все три девчонки подозрительно посмотрели на меня.

— Не успел из родных пенатов вырваться, а уже себе нашёл кого-то. Мы тут, понимаешь ли, вдогонку бежим, а ты…

— А я отправлю вас домой, девчонки, — заявил я.

— Вот ещё, что это ты удумал, — набычилась Света. — променял таки, сестричек?

— Нет, только вы моя надежда и опора, — заявил я с улыбкой. — Но вы ещё очень малы. Давайте не будем об этом забывать. Вот когда станете постарше, тогда я вас с радостью приму. А пока что за вас несёт ответственность наш отец. Ну или дядя, а еще целая толпа воспитателей и учителей. Вы, я надеюсь, хоть кого-то предупредили о том, что ушли? А то отец казнит добрую половину ваших нянечек.

Полина испуганно закрыла ладошками рот.

— А я об этом не подумала…

— Ничего с ними не сделают, — фыркнула Света. — Я записку отцу оставила. Он сам виноват, пускай себя казнит.

— Но вы же понимаете, что Светина записка ровным счётом ничего не решит, — заметил я.

— Наш папа уже больше ничего не решает, мы теперь сами по себе, — заявила Света. — У него появилась новая пассия, а мы теперь сами по себе и сами будем решать, что хотим. Ты уже себе имя рода придумал? Как ты теперь называешься?

— Придумал.

— Ну-ка, расскажи-ка, — тут же оживилась Полина, напрочь забыв про переживания о нянечках.

— Бронин, — не без горделивости заявил я.

— Бронин? — поморщила нос Света.

— А мне так нравится, — вступилась Полина. — И звучит хорошо — Бронин. Ой, слушай, а ведь папа говорил, что ты приручил дух черепашки. Это в её честь ты так назвался? Она ведь хорошо бронирована.

Я вспомнил, что действительно, когда я победил черепаху, было много толков по этому поводу. Отец как только не насмехался надо мной, и при этом запретил вообще упоминать мой тотем и с кем-то обсуждать его. А потом вообще обещал пороть и увольнять, если кто вздумает со мной обсуждать магию духов. Мол, «сам себе создал проблему, пускай сам и разбирается».

— В общем, резюмировала Светлана, — Бронины так Бронины. Бывали и более позорные фамилии, те же вон Гадюкины.

— Так, давайте-ка переместимся в дом, а там я свяжусь с дядей Димой. Надеюсь, ваше отсутствие ещё не обнаружили, — заявил я, хотя подумал, что, может, стоит их прямо в поместье отправить.

Лилит подозрительно косилась на девчонок, хотя мне кажется, она уже должна была понять, что это мои сестры. Да и слишком уж они маленькие, чтобы ревновать к ним.

— Так, Лёшка-картошка, — резюмировала Света, — ты давай тут не ерепенься, а соглашайся уже, пока мы предлагаем. Второго такого предложения не будет.

Я едва сдерживался, чтобы не рассмеяться, особенно когда рядом с девчонками вспыхнул созданный мной портал, и они обе синхронно взвизгнули от неожиданности. Да уж, прямо-таки львицы.

— И что я без вас всё это время делал? — расхохотался я и шагнул в портал. — Давайте за мной.

Мы снова оказались в холле моего поместья. И вот только важный момент — я его до сих пор не исследовал, не знаю, где разместиться с девчонками. Всё же хотелось с ним поболтать, да обсудить последние события. Даже ведь чай им налить не смогу. Не Лилит же просить.

Глава 29

Попутчик

Барон Герман Боровицкий, владелец поместья и земель недалеко от реки Иртыш, давно уже отошёл от дел и передал своим наследникам управление делами. Главное, чем он сейчас занимался — он был гарантом того, что его сыновья не перегрызут друг другу глотки. По крайней мере, те сохраняли видимость приличий, пока отец был жив. Старый барон Боровицкий это понимал, но особо не переживал. Он прожил довольно яркую, насыщенную жизнь, наполненную битвами, приключениями и многим другим.

Вторая функция, которую он выполнял — это охрана фамильного склепа, в котором было, по меньшей мере, пять поколений его предков, близких и дальних родственников. Склеп этот был построен в древней пещере, которую когда-то обнаружил пра-пра-прадед Боровицкого. Настолько ему это место понравилось, что он вложил немало сил, чтобы украсить склеп. Сделать из пещеры настоящую гробницу, достойную царей древности.

На каком-то этапе, кроме родни, Боровицкие стали хоронить в склепе также и слуг, любовниц, бастардов. Надо же было как-то заполнять свободное пространство. В итоге, на сегодняшний момент, в гробнице насчитывалось по меньшей мере четыре сотни тел.

Повинуясь древним традициям, нередко гробницы украшали драгоценностями покойников. В могилы клали магическое оружие, артефакты, золото, драгоценные камни, чтобы им на том свете жилось богаче. Хотя кто знает, как там оно на том свете. Но традиции есть традиции.

Поэтому престарелый барон нёс стражу, чтобы никому не пришло вдруг на ум эту гробницу осквернить или разграбить. Сложнейшие системы безопасности цивилизации не только под завязку заполняли гробницу, но и охватывали прилегающие территории в радиусе пары километров. Род Боровицких был довольно богатым, хоть и не смогли они заслужить звание графьёв или герцогов, но денег у них всегда было полно. Может, потому что они тихо себе работали на своих землях, делали бизнес, а к имперскому двору особо не лезли. Как говорится, подальше от начальства, поближе к своей выгоде.

Боровицкий вдруг посреди ночи обнаружил, что система безопасности начала сходить с ума. Чтобы не допустить проникновения, он поднялся и принялся отдавать приказы десятникам и сотникам, которые уже ждали под дверью.

Единственный момент смущал Боровицкого, что сработка началась не снаружи. Как правило, ведь грабители приходят откуда-то извне и потом уже проникают в гробницу. Здесь же всё было наоборот. На периметре было тихо, зато внутри гробницы сигналы поступали чуть ли не от каждого гроба. Кто-то решил сорвать крупный куш, освернив практически каждую гробницу в фамильном склепе.

Боровицкий был неплохим воякой и строевую подготовку знал на отлично. Поэтому уже спустя двадцать минут выстроившиеся ровными рядами пять десятков бойцов, ощетинившись копьями, подступали к склепу.

— Заходим осторожно, — назидательно командовал Боровицкий. — Берём постепенно, не шумим, панику не устраиваем. Главное — сохранить целостность гробниц, чтобы ничто не пострадало. Наша родня превыше всего, и не важно, что они давно умерли, надо сохранить честь рода, — заунывно повторял он одно и то же. Десятники и сотники закатывали глаза, мол, да ясно уже. Но, на их благо, старик плохо видел и, не замечая взглядов, продолжал раздавать свои инструкции.

Стоило отряду приблизиться к склепу, как откуда-то из глубины тёмного подземелья раздался зловещий голос:

— Живые! Вы мне тоже пригодитесь. Армии мёртвых всегда нужен материал.

Отчего-то у всех присутствующих едва не подломились колени. Каждый из них был опытным воином, но именно сейчас к ним пришло осознание, что их жизненный путь заканчивается здесь и сейчас.

* * *

Покопавшись в воспоминаниях Сплинтера, который кое-как смог провести разведку в ближайших помещениях, я нашёл хоть что-то, отдалённо напоминающее столовую. Осталось понять, чем сестриц накормить с дороги. Но это ещё полбеды. Надо хотя бы посуду найти, да воду, а ещё в чём эту воду вскипятить. Руки чесались привлечь к этому делу Лилит, но отчего-то интуиция подсказывала, что это очень плохая идея и я о такой просьбе потом пожалею. Особенно учитывая то, с каким лицом Лилит смотрит на моих родных сестричек. Однозначно, что-нибудь пакостное задумает. Если не подсыпет им яда, то устроит какую-нибудь неожиданность.

Решение пришло неожиданно, и было вполне эффективным. Ковыряясь в памяти, я обнаружил, что связь с Микки, моей первой мышкой, по-прежнему установлена, и я могу копаться и в её памяти. Так вот, она прекрасно знала, где в нашей академии находится столовая. И что сейчас там как раз готовится шикарнейший обед.

В общем, недолго думая, я попытался создать полноценный портал в столовую нашей академии. Правда вовремя остановился, почувствовав сильнейшее сопротивление с той стороны.

Я и забыл про систему безопасности. Поэтому, используя Микки и её чутьё к магии, оценил структуру защитных и сигнальных чар.

Кажется, основная проблема была в размерах порталов. Немного подумав, создал совсем небольшой портальчик. На этот раз никакого сопротивления не последовало. А вот это очень неприятная дыра в защите. А если демоны бомбу подбросят? Но сейчас этот изъян мне на руку. По-быстрому сунул в портал руки и голову, огляделся, нашёл расположение искомого. Создал новый портал и при помощи телекинеза собрал набор посуды, набрал в чайник чаёк, плюшек и каких-то сладостей к чаю, затем перенёс это всё в свою столовую.

Помещение столовой в моём поместье было пыльным, но вполне подходило для того, чтобы посидеть с сестричками и посудачить о том о сём.

К слову, я не сразу заметил, что из-за ворота Полинки на меня глядят до боли знакомые чёрные глазки ещё одной моей старой воспитанницы. Той самой, которую я оставил своей сестре. Вот уж не ожидал, что снова встречу эту проходимицу. А она, хлопая на меня своими глазищами, вдруг выскочила на плечо сестрёнки и, ожидаемо, принялась грызть бутон какого-то цветка. Да уж, кое-что в мире не меняется никогда.

Света, заметив это, лишь стрельнула недовольным взглядом, посмотрев на сестру, мол, что за глупости? Непозволительна такая блажь для представительницы гордой семьи Медведевых. Однако в её взгляде я заметил тень зависти. Она явно хотела себе точно такую же мышку.

И, несмотря на наши со Светой отношения, она была серьезно обижена, что ей я такого подарка не оставил на память.

Но она, если честно, не заслужила. Слишком уж у неё скверный характер.

Итак, я хотел бы начать расспрашивать сестёр о том, что произошло за последние дни, но вдруг как-то резко осознал, что с момента моего отбытия из родного гнезда прошла едва ли неделя. Сколько же за это время произошло всего. Я аж задумался, припоминая, чего только не было. Тут впору самому что-нибудь порассказать. Да только не надо все это сёстрам знать.

— Как добрались? — спросил я, так и не найдя ничего лучше.

В этот момент я вдруг почувствовал присутствие чего-то сильного и опасного. Тут же завертел головой, пытаясь разобраться. А потом вдруг вспомнил, что когда я впервые увидел сестёр, то за ними следовала некая сущность. Только потом эта сущность куда-то исчезла, а сейчас вот снова появилась.

— Ой, знаешь, добрались мы вполне себе хорошо, — принялась тараторить Полина. — Были, конечно, всякие трудности. Мы сначала ехали на проходящей мимо попутке. Светка сказала, что показываться людям на глаза нам не следует, а то нас тут же погонят обратно домой. В общем, добрались мы до вокзала, а потом уже с вокзала направились на поезде сначала в Иркутск, потом уже в Новосибирск, а потом уже к тебе. Признаться, дорога была непростая, но мы подготовились, взяли с собой запасы. Светка собралась, будто в настоящий боевой поход. Она взяла с собой и спальные мешки, и провиант, даже пару заклинаний чистоты, чтобы красоту наводить. В общем, добрались мы к тебе довольно хорошо.

Девчонки тем временем пили чаёк, закусывали булочками. Я тоже позволил себе поесть. Вдруг понял, что так давно ничего не ел, что сам не заметил, как опустошил внушительную тарелку, забитую сладостями. Неплохо бы что-нибудь более существенное, конечно, поесть, но сейчас не до того.

Пока мы болтали, Лилит куда-то удалилась.

Полина продолжала что-то рассказывать, я же пытался нащупать, что же это за сущность такая.

— Слушайте, а вы ничего странного не замечали? — рассеянно спросил я, перебив Полину.

— Только то, что наш братец не рад нас видеть, — грозно ответила Света. — Больше ничего странного я не замечала.

— Я не о том, — отмахнулся я. — Я имею в виду странное в дороге, какие-нибудь попутчики попадались, быть может, или ещё что-то необычное?

— Ой, попутчики? — вдруг ойкнула Полина, искоса взглянув на сестру.

Света нахмурила брови, мол, «молчи!».

— Рассказывайте давайте. Я почувствовал, что здесь что-то есть, а что конкретно — не пойму. Если вы мне сейчас не ответите, начну нервничать и применять всякие меры, которые не всем могут понравиться. Так что рассказывайте.

— Да нечего тут рассказывать, — заявила Света. — Всякое было по пути, кого только не видели. Да, Полинка?

— Да, Света, — закивала Полина, отчего пряча глаза.

Что-то они скрывают.

— Давайте-ка не ходите вокруг да около. Правду рассказывайте.

Как только мне показалось, что Полина перестанет разыгрывать тайны и расскажет, что там у них были за попутчики, как я и сам почувствовал приближение чего-то неясного. Подключился к системе безопасности, которую Лилит повесила на всём участке, и увидел, что к поместью приближается неожиданная процессия. Порядка десятка мужиков, грубо матерящихся на все лады, бежали вперёд, отмахиваясь оглоблями, граблями, да и кто во что горазд. Драпали они от троицы медведей, которые гнали своих жертв аккурат к моему поместью. Звери мужчин подгоняли и не давали разбежаться, будто опытные пастушьи псы, не дающие разбрестись стаду овец.

Да уж, с сёстрами побыть хочется, конечно, да и что это за сущность, неплохо бы узнать, но дела есть дела. И от своих обязательств отлынивать не стоит. Я как-никак владелец этих земель, А вот этих двух красавиц неплохо бы отправить домой к дяде Диме, вместе с попутчиками. А то притащили мне кого-то.

Да и, если честно, очень не хочется подставлять нашу прислугу, нянюшек и уважаемых преподавателей, всё-таки те не заслужили. Сам подивился подобным мыслям, возникшим в своей голове. Целый архимаг Алексиус беспокоится о простых людях. Раньше за мной такого не водилось. А сейчас вот, пожалуйста, переживаю о том, что будет со слугами. Но такой уж я теперь, новый архимаг, и это мне нравится.

Ладно, пускай ещё сестрички попьют чайку да расслабятся с дороги. А я тем временем схожу, разузнаю, что мне принесут гонцы. Да подумаю, как быть с девчонками. Вполне можно наладить канал связи, периодически с ними связываться. Всё-таки портальная магия довольно любопытная. Опять же, пространственное зеркало кочевников навело на парочку идей. Поэтому можно будет сделать что-то вроде ментального слепка и заключить его, например, на каком-нибудь предмете, на том же зеркале, чтобы у нас и со Светой, и с Полиной, всегда была связь. По крайней мере, мне самому это было бы приятно. А за основу взять ту магию, при помощи которой я собирался заседать в оккупированном демонами мире. Почему бы и нет? Я уже разобрался в заклинании предложенном Лидиусом.

— Дамы, прошу меня простить, — подмигнул я сёстрам, поднявшись.

— Ой, Лёшка, ты куда? — заволновалась тут же Полина.

— Ко мне тут слуги пришли, надо указания раздать. Вы пока посидите, поболтайте.

— Что значит «посидите, поболтайте»? — возмутилась Полина. — Мы с тобой, нам же интересно.

— Ага, очень интересно, — фыркнула Света. — Он же теперь целый барон! Нам, графиням, этого не понять. Полина, сиди уж, пускай разбирается со своими делами.

— Нет, мне интересно! — заявила младшая. — Лёшка теперь целый глава рода!

— Глава рода из одного человека, — хмыкнул я.

— А это не важно. Главное, что теперь важный! Я тобой очень горжусь. Хочу посмотреть на твоих слуг и похвалить их, чтобы они лучше свои задачи выполняли.

— Ну, пойдёмте, — не стал перечить я.

Я вышел на порог, как раз вовремя, чтобы увидеть выбирающихся из зарослей, и отчаянно ругающихся мужиков.

Они почти подбежали к поместью, когда заметили меня и встали как вкопанные.

За ними следом появились три медведя.

Они уже не бежали, а лениво перебирая лапами приближались к дому.

— А это еще кто? — опешил один из мужиков так и застыв глядя на меня.

Я выступил вперёд, и спустился на пару ступенек вниз, чтобы меня было лучше видно.

Тем временем, медведи сопровождавшие визитёров тоже замешкались, глядя в мою сторону, затем и мужики и медведи вдруг хлопнулись на колени и приклонили головы.

— В этом нет необходимости, — произнёс я. Хотя, есть что-то в таких моментах.

— А вот и наш попутчик, — вдруг раздалось за спиной.

Я обернулся и едва не вздрогнул. В метре от меня возвышалась здоровенная туша косматого медведя. И стоило мне на него взглянуть, как я вновь ощутил присутствие чужой силы.

Глава 30

Задача от рода

Мне отчего-то припомнился тот момент, когда, оказавшись в одном купе с Ирэн Волковой, я ей позавидовал ей. Ведь она могла взаимодействовать со своим тотемом. Я тогда подумал: почему эта девчонка может взаимодействовать со своим духом хранителем, а я, в прошлом архимаг, довольно сильный маг этого мира (ну, об этом, конечно, я узнал попозже, но это не имеет значения), не могу? Но время упущено, я больше не Медведев…

Однако тотем ко мне пришёл.

И учитывая, что я принадлежу теперь другому роду, фамилия моя не Медведев, тот факт, что здесь явилась вот эта здоровенная туша, меня совсем не радует. Более того, меня это заставляет волноваться.

У меня даже нет сомнений, что этот здоровенный монстр имеет прямое отношение к имени рода медведевых. И не удивлюсь, если это и есть главный тотем. По крайней мере силой от него так и веет.

Да и, что бы он здесь делал?

— Кажется, Лёшка сейчас наделает в штаны, — услышал я сдавленный смешок Светланы.

Ничего другого я от этой стервозины не ждал. Как же, помогать она ко мне пришла. Она сидела там, в поместье, и не могла спокойно жить, зная, что меня некому донимать. Обожаю свою сестрёнку.

Я расправил плечи, вздёрнул подбородок. Негоже главе рода, пускай баронского, выглядеть будто испуганный сыч на своей собственной земле. Нет, так дело не пойдёт.

— Чем могу быть полезен? — обратился я к медведю, как бы глупо это не выглядело со стороны.

Я уверен, что он меня прекрасно понимает и ожидал, что тот даст какой-то ответ. По крайней мере, я точно понимал, что этот медведь гораздо, гораздо сильнее, чем черепаха или броненосец, попавшиеся мне на жизненном пути до этого. И раз уж они могли говорить, то почему этого не может делать этот здоровяк? Это было бы как минимум нелогично.

— Пришёл тебя повидать, — спустя недолгую паузу разнеслось над поместьем. Голос медведя был всюду: в ветре, в шелесте листьев, в голове каждого присутствующего. — И, признаться, немного жалею, что не обратил на тебя внимания раньше.

При этих словах улыбка с лица Светланы медленно сползла.

— Ты вышел из рода Медведевых. Сейчас ты не зовёшься Медведевым, но и я с твоими предками договаривался защищать вас не по имени, а по крови. Ты вышел из рода, но, тем не менее, я тебя храню.

Я призадумался, что бы мне на это ответить.

— Большая честь для меня, — пожав плечами, ответил я. — У тебя вон ещё две пигалицы выбрались из отчего гнезда и бродят не пойми где.

— Они тоже под моей защитой, — произнёс медведь.

Ему, видимо, наскучило стоять в дверях, и он осторожно спустился по лестнице. Несмотря на габариты, аккуратно обогнул меня, даже не задев. Я и не шелохнулся, даже не думал отступать перед ним. Медведь, поравнявшись со мной, повернул голову в мою сторону, понюхал моё предплечье, покачал головой из стороны в сторону, затем двинулся к мужикам, которые так и застыли, уткнувшись лбами в землю, задрав пятые точки. Видимо, не первый раз они встречаются с этим здоровяком, уже наслышаны и знают, как правильно себя вести.

Медведи тоже застыли в тех же позах, не смея шелохнуться.

— Вы хорошо несли службу, — пророкотал жуткий голос. Казалось, весь воздух вибрирует, изъявляя волю истинного хозяина этих мест.

— Мы хорошо несли службу, — последовал ответ от медведей. Вот только на фоне тотема Медведевых этот рык звучал подобно обыкновенному писку.

— Вот и дальше служите новому хозяину и не посрамите имени и памяти моей.

— Не посрамим, — ответили медведи.

Я молча за этим всем наблюдал и даже не знал, как реагировать. Света с Полиной тоже застыли, обнявшись и наблюдая за происходящим. Причём Света явно опасалась зверя, а Полина глядела во все глаза и улыбалась, будто видела плюшевого мишку, который с важным видом ходит и раздаёт указания. Казалось, еще чуть-чуть, и Полина начнёт радостно смеяться и хлопать в ладоши.

Тем временем медведь, убедившись, что ему достаточно уделили уважения, вновь вернулся ко мне.

— А ты, Алексей Александрович, землю свою береги, — назидательно произнёс медведь. — Это очень важная земля и ценная. В обиду её не давай. Жену себе найди хорошую и роди хорошее потомство. А уж я попробую сделать так, чтобы твой батюшка исправил свою ошибку. Негоже разбрасываться сыновьями, которые должны укреплять род.

Я мало что понял, но пафоса в словах хватало.

— А что же тогда должны делать дочери? — любопытно спросила Полина.

— Как что? Заниматься экспансией и захватывать чужих сыновей, — вдруг совсем по-человечьи хохотнул медведь.

Мысль его была мне не ясна, но отчего-то повеселила. Видимо, веселье зверя передалось и мне. Да и Полина со Светой улыбнулись.

Кстати, а где Лилит? Мне стало интересно, как медведь отреагирует на эту полудемоницу. А то он так про продолжение рода говорит, глядишь, что-то и про эту красавицу расскажет. Может, в каких-то людях я и разбираюсь, но не во всех. И часто на этом обжигался.

А тем временем медведь продолжил, будто мысли мои прочитал.

— За окружением своим следи, — вновь назидательно произнёс он. — Смотри, чтобы рядом с тобой не было вредителей и врагов.

— И о ком это ты? — решил уточнить я.

— Души ты с собой неправедные таскаешь, носишь их на себе, будто ярмо. Или как тяжёлый камень на плечах. Сбросил бы, а ещё лучше спрятал бы подальше, чтобы никому больше такая ноша не досталась.

Так, любопытно. Кажется, Лилит говорила о чём-то подобном.

— И что это за ярмо? — спросил я.

— Откуда ж я знаю, что ты там себе набрал? Смотри, что с собой носишь, оценивай. Да поаккуратнее с чужими сокровищами. Злыми они могут оказаться.

Это, видимо, он намекает на логово портальщика и то, что я оттуда вытащил. Может, Лилит хитрила и на самом деле не снимала проклятия с сокровищ портальщика, а лишь заглушала их? Или ещё в чём-то дело.

И тут до меня дошло. Филактерия! Та самая закрытая филактерия, которая содержала в себе чей-то злой дух, но при этом не имела выхода. А я ведь, кажется, до сих пор её с собой ношу. Я же в последнее время просто скидывал всё в пространственный карман, думая, что разберу содержимое, когда представится возможность.

Не долго думая, я тут же вывернул всё содержимое пространственного хранилища наружу. Там был и саквояж с камнями души, моя нагамаки, ключ-портал и еще много чего. На куче барахла улеглась запечатанная филактерия, у которой не было горлышка. Она, будто боясь повредиться, улеглась сверху.

Я поглядел на медведя.

— Чувствуешь ли ты в этих вещах что-то угрожающее мне?

Медведь, явно удивившийся такому моему ходу, потянул носом воздух.

— Да почти все эти вещи тебе угрожают, и каждая из этих вещей может тебя погубить.

Так, неудачно задал вопрос.

— Ладно, а что, из этих вещей активно пытается мне навредить прямо сейчас? — я в принципе так и знал ответ, но хотелось услышать ответ от эксперта.

— Все вещи в той или иной степени пытаются тебя развратить, сбить с толку и погубить, — снова ответил медведь.

Да что же это…

— Ладно, а вот эта филактерия, что ты про неё скажешь? — указал я на небольшую капсулу.

— Там хранится очень древняя и несчастная душа. Эта древняя злая душа очень сильно покалечена. И она хочет зла не только тебе. Она хочет зла всему живому. И разрушать эту филактерию нельзя, потому что тогда ты выпустишь очень злой дух на перерождение в этом мире. Лучше бы её куда-нибудь подальше упрятать. Уничтожить душу ты не сможешь, да и никто не сможет. А в этом мире ей делать нечего. Ты бы унёс её туда, где нашёл, и оставил там.

Да уж. Кстати, а вообще зачем я её взял с собой? Чего я собирался с ней делать? Мне души в принципе вообще не нужны, по крайней мере, не были нужны в тот момент. А злая душа неизвестного монстра или мага — уж не было ли это первым воздействием филактерии на меня и на моё сознание?

— А ты можешь понять, кому принадлежала эта душа? — спросил я.

— Зачем тебе это? — спросил медведь.

— Да так, чисто ради интереса.

Медведь задумался.

— Эта душа принадлежала хранителю далёкого мира, — наконец ответил тотем. — И этот хранитель давно позабыл своё предназначение. Всё, что было в нём хорошего, стало злым. Желание защитить переросло в желание уничтожать. Это безумный дух, и лучше будет ему сгинуть в безвестности. Если ты найдёшь мёртвый или пустой мир, оставь душу там, там ей самое место. По крайней мере, всё хорошее в этой душе умерло, а значит, лучшее место для неё — мёртвое место.

— Почему мёртвое место? — спросил я.

— Мёртвые места лечат, — вдруг ответил медведь. — Ведь некоторые раны можно залечить, лишь отрезав конечность. А этому бедолаге и вовсе нужно умереть окончательно, чтобы получить шанс воскреснуть вновь нормальным. Мёртвые миры часто перерождаются, намного чаще, чем нам кажется. Смертные или долгоживущие видят только промежуточные этапы и грустят. Но грустить там не о чем. У других миров всегда есть шанс снова расцвести. Жизненная энергия оттуда никуда не девается. Ей просто нужно время, чтобы снова занять свои места. И как бы твари хаоса не пытались, они никогда не смогут изжить мир и порядок из вселенной. И рано или поздно, хаос проиграет вовсе. По крайней мере, я в это верю.

Пока медведь говорил, всё моё внимание было приковано к нему. У него был гипнотический голос. Глаз от него не мог оторвать. Как только он закончил, я снова перевёл глаза на филактерию и едва не отшатнулся.

Над ней поднялось чёрное облачко. Сначала я его увидел, а потом почувствовал. От него исходила очень чёрная, злая энергия. Настолько злая, что даже мне стало не по себе. Облачко начало обретать какую-то форму, и совсем не человеческую. Скорее, это было похоже на краба с непропорционально огромными клешнями. А ещё у этого краба была клыкастая челюсть хищника. Как интересно.

Медведь тоже повернул лобастую голову в сторону сформировавшегося существа. И такой грустью повеяло от этого зверя. Затем он снова поглядел на меня.

— Я чувствую в тебе великую силу, Алексей. У тебя её ещё нет, но она ждёт того, чтобы зародиться в тебе. Тебе кажется, что твой путь где-то на середине или близко к концу. Я ведь вижу, что ты не первую сотню лет живёшь. Но это только начало твоего пути. Сейчас ты будто в колыбели. Всё, что произошло с тобой, это неспроста. Миру нужно было, чтобы ты переродился. Точно так же, как миру нужно, чтобы переродился этот дух. Эта филактерия не зря к тебе попала. Исполни то, что я тебе говорю. Отнеси её в мёртвый мир и позволь ей переродиться. Это будет одним из тех толчков, что ускорит твоё возвышение.

— Хорошо, — произнёс я, наблюдая за метаморфозами существа. Теперь оно приняло форму высокого худого человека, обтянутого тканью, с накрытой капюшоном головой. Существо подняло руку, будто указывая на меня пальцем. Но только рукав был пуст.

— И что оно от меня хочет? — спросил я.

— Убить тебя, — невозмутимо ответил медведь. — Как и всех здесь, как и этот мир. Он знает, что шанс переродиться у него есть лишь в мёртвом мире, который вступит в круг перерождения. И поэтому считает, что ускорить это можно лишь уничтожив целый мир.

— Ну ничего себе, — обалдело хмыкнул я. — Неплохие амбиции у этой тварюшки.

Чёрному облаку моё высказывание не понравилось. Оно резко потеряло форму, разрослось и чёрной стрелой устремилось ко мне, но будто натолкнулось на какой-то барьер.

— Тебе будет непросто с ним, — усмехнулся медведь. — Если раньше этот дух прикидывался покладистым, то теперь маски сброшены, и он будет пытаться тебя убить. Так что не зевай, на тебе лежит большая ответственность. Ты должен сделать род Медведевых поистине великим. Начать ты должен с того, чтобы увести из этого мира опасность и избавить нас от демонов раз и навсегда. Закрыть им дорогу. Я тебе постараюсь помочь, как смогу.

— Это очень большая честь для меня, — хмыкнул я. — Задачка-то плёвая, конечно. На раз-два справлюсь…

— Не шути с этим, — оборвал меня медведь. — Я вижу, ты овладел давно утерянным навыком менять тотемных зверей и взаимодействовать с ними, не привязывая к себе, — произнёс он.

— Да я и не знал, что по-другому можно, — ответил я.

— Я постараюсь помочь тебе с временным тотемом, достойным тебя, но путь этот будет непрост. Так что доверься судьбе и ничему не удивляйся.

С этими словами медведь уселся на землю. Мне показалось, что он уменьшился в размерах. Он глупо покачал головой, будто только что пришёл в себя. Потом у него в руках появился бочонок с чем-то, что напоминало мёд. Он засунул туда лапу и принялся её вылизывать.

Ситуация сама собой разрядилась. Позади меня рассмеялась Полина, а потом к ней присоединилась и Света. Филактерия, что до этого будто лучилась изнутри, распространяя вокруг себя тёмную энергию, мерцать перестала, а облако растаяло само собой.

До этого казалось, что стало пасмурно, будто погода испортилась, но Полинин смех будто развеял тучи, и снова стало светло. А погода улучшилась, как и настроение у всех окружающих.

— Барин, какие приказания-то будут? Что мы здесь стоим-то почём зря? — подал голос один из мужиков. — Мы уже поняли, что новый хозяин пришёл. Вот готовы служить, ждём указаний. Баб прислать, чтобы они у вас порядок привели? Али что?

— Али что. Надо сначала хозяйство подбить и понять, что здесь делать дальше. Да порядок навести бы на земле. Мне пока что кого-нибудь толкового сюда прислать, чтобы прикинуть фронт работ, — предположил я.

— Так, мы и есть самые толковые здесь. Когда-то мой дед был управителем при старом хозяине. Потом-то надобность отпала, но науку дед нам передавал. И как хозяйство вести, и как домом управлять.

— Не очень-то вы управляли, — хмыкнул я, оглядев замызганные стены здания.

— Ну так, необходимость-то давно отпала. Мы порядок наводили. Не часто, правда. Раз в пять лет, — повинился мужик, — но и хиреть этому хозяйству не давали. В порядке поддерживали.

— Ну да, ну да, — недоверчиво хмыкнул я. — Значит так. Сегодня обсудим с тобой план работ. Тебя, кстати, как зовут?

— Троха, господин, — ответил мужик.

— Меня зовут господин Алексиус, так меня и называй. Так вот, сегодня назначим план работ, а завтра пригонишь сюда всех самых толковых ребят. Будем поднимать хозяйство. А на вас, — я перевёл взгляд на медведей, — будет лежать безопасность всего этого участка.

Медведи синхронно кивнули. Кивнул и четвёртый медведь, что до этого нёс в себе присутствие великого духа. Правда, теперь прежней силы в нём не ощущалось.

Я уже прикинул, что смогу подключить их к системе безопасности. Они в принципе смогут и дальше жить своей медвежьей жизнью, но будут сразу чувствовать неладное, если вдруг какие-то изменения будут поблизости.

Меня эта система вполне устраивает. Лилит действительно постаралась. Уж не знаю, сколько она строила эту систему, но пока что изъянов в ней я не обнаружил. И этих мишек вполне можно в неё встроить. А ещё не стоит забывать, что Лилит создала голема. Поэтому охрана в виде трёх медведей и голема вполне закроют базовые потребности безопасности, а там уже и гвардию свою организую при случае.

— А сейчас-то что делать? — спросил Троха.

— Пришли сюда женщин, чтобы начали порядок в поместье наводить, а то там все пылью да паутиной заросло, там находиться неприятно.

— Будет сделано, господин Алексиус, — тут же ответил мужичок. — Ну-ка, Сёмка, Ванька, вы помните, где хозблок находится?

— Это что же, нам здесь придётся порядок наводить? — возмутился один из мужиков. — Мы никакие не бабы!

— Да нет, пока подготовьте всё. Я сейчас баб наших пришлю, пускай работают.

Мужики хмуро переглянулись, затем кивнули и направились в сторону дома.

— Позвольте, господин Алексиус, — произнесли они, обходя меня по широкой дуге.

Я проследил за ними взглядом и наткнулся глазами на сестричек. А с ними что делать? Надо, наверное, отправить таки ворона дяде Диме, пускай пришлёт за ними кого-нибудь. Света с Полиной, наверное, обидятся, но так будет лучше всего. Оставлять их здесь — идея очень плохая. Тем более что после того, как я организую быт в поместье, мне нужно будет возвращаться в академию. И сделать я бы хотел это как можно быстрее. Не хотелось бы затягивать.

Надо еще понять, что делать с филактерией и как мне с ней взаимодействовать. По крайней мере, я попытался воздействовать на неё телекинезом, и у меня не получилось. Вокруг предмета образовалось какое-то поле отрицания, растворявшее любое телекинетическое воздействие. Тогда я попытался воздействовать на неё песком. Как ни странно, песок справился с этой задачей чуть получше, хотя до филактерии так добраться и не удалось. Однако, создав струю песка, я смог сдвинуть сосуд. Что ж, по крайней мере в свой инвентарь я больше эту штуку не положу. Зато, кажется, знаю, где можно разместить на первое время.

Создав что-то вроде песчаного торнадо, я поднял филактерию в воздух и направился вглубь здания, туда, где был вход в подземелье и, по словам Лилит, лучшее помещение для создания темниц.

— Эй, Лёшка, ты куда? — спросила Полина.

— Да сейчас, одно дельце сделаю. Вы пока чай пейте и вон наш тотем развлекайте.

Медведи уже разбрелись по территории, причём в разные стороны. Троха направился в обратную сторону к своей деревне, а двое его товарищей отправились искать хозблок и подготавливать инструменты для наведения порядка. Кажется, все при деле.

Сейчас вот с филактерией вопрос решу, а потом буду решать, куда пристроить девчонок. К слову, когда Лилит вернётся, надо будет с ней поболтать на предмет мёртвых миров. Чувствую, что перенос филактерии лучше не затягивать.

Глава 31

Шанс для проигравшего

Я спустился в подземелье, ведя перед собой небольшое песчаное торнадо. На вершине вихря то и дело подпрыгивала тёмная филактерия. Тёмной сущности заключённой внутри, явно не очень нравилось, что её перемещают. То и дело я замечал, как от неё по разные стороны выстреливают сотканные из тьмы жгутики, пытаясь зацепиться за стены, но отчего-то у неё ничего не получалось. Либо медведь поспособствовал, ограничив возможности филактерии, либо у неё были какие-то проблемы со взаимодействием с внешним миром.

В любом случае, меня всё устраивало. Сейчас её нужно хотя бы изолировать.

Добравшись до главного зала, с удивлением обнаружил, что там восседает Лилит. Она находилась прямо посреди помещения, повиснув в воздухе так, будто лежала на гамаке, хотя ничего подобного под ней не наблюдалось. Разве что её беспокойные волосы рассыпались повсюду, будто удерживая девушку на весу.

— А чего это ты здесь? — хмыкнул я.

— Да так, прогуляться решила. А потом вдруг вспомнила, что хотела почитать, — невинно захлопала она глазами.

— Ты случайно не от мишки убежала? — спросил я.

— Как ты мог такое подумать? — возмутилась девушка. — Вот ещё буду я бояться всяких животных.

— Тогда пойдём, познакомлю тебя со своим бывшим тотемом, — хитро улыбнулся я.

— О, твой бывший тотем… — изобразила заинтересованность Лилит. — Да, я думаю, в этом нет необходимости, — улыбнулась она, хотя некая нервозность в её голосе проглядывалась.

— Боишься, что вы не поладите? — спросил я.

— Да нет. Просто не стоит забывать, что я официально нахожусь на стороне захватчиков этого мира. Любые местные сильные сущности мне не друзья. И это несмотря на то, что у нас с тобой хорошие отношения, а я вознамерилась тебе помогать. Но это не имеет значения. Скорее всего, любая сущность высокого порядка меня атакует и не будет разбираться, кто прав, кто виноват. У меня нет сомнений, что я смогу победить или сбежать. Просто зачем создавать такие нелепые ситуации на ровном месте? Ведь верно?

— А это разумно, — согласился я. — Здесь не поспоришь.

— А ты чего здесь? — в свою очередь задала вопрос Лилит.

— Да вот, выяснил, что это за сущность вредила мне, — я указал носом на филактерию.

— А, понял-таки? — хмыкнула она. — Ну да, ощущается от этой штуковины определённое зло. Даже мне не по себе. Где ты такую достал-то?

— Да в подземелье у портальщика, — заявил я.

— Я там таких артефактов не помню, — покачала она головой.

— А я его нашёл раньше тебя, ты ещё тогда не прибыла, — пояснил я.

— Понятно, — покивала девушка. — И чем ты собираешься заниматься?

Она вздёрнула бровку.

— Ну, вообще, хотел разместить существо здесь, но медведь мне намекнул, что лучше куда-нибудь это существо убрать из этого мира. Желательно в умирающий мир. Кстати, у тебя нет на примете таких миров?

— А для чего это? — спросила Лилит.

— Да вроде как даст возможность этому существу переродиться. При этом не злым.

— Ты всё стремишься творить добро. Так мне это в тебе нравится. Мы с тобой идеально друг друга дополняем. Этакая борьба и единство противоположностей, — Лилит хихикнула чему-то своему.

— Ну так что? — напомнил я. — Ты знаешь подходящие миры? Где можно было бы похоронить этого бедолагу.

— Надо подумать. А тебе нужны миры уже погибшие или погибающие, или в процессе перерождения?

Внезапно я почувствовал, что вокруг филактерии исчезло поле отрицания. По крайней мере, она больше не сопротивлялась. Более того, мне показалось, что существо, находящееся внутри сосуда, прислушивается к нашему разговору.

В следующий миг над филактерией снова появилось чёрное облако. И снова принялось формироваться в высокую фигуру, укутанную тканью. Под капюшоном плаща по-прежнему была тьма и рассмотреть было ничего нельзя.

Фигура сложила руки на груди и, несмотря на то что я не видел лица, мне показалось, что она внимательно смотрит на меня. Интересно, чего она хочет.

Лилит, в свою очередь, также уставилась на эту фигуру. Пауза явно затянулась.

— Ты хотел что-то сказать? — решил нарушить молчание я. — Говори, если что.

Ответа не последовало. Видимо, существо не умеет говорить. Я вдруг припомнил, что сколько оно ни пыталось цепляться за стены, у него это не получалось. А что, если у него просто нет сил? Но прикасаться к филактерии даже разумом очень не хотелось.

— Лилит, не хочешь попробовать с ним пообщаться? — предложил я.

— Ну нет, я к этой твари не прикоснусь, — заявила она. — Ума не приложу, что можно от неё ожидать. А когда начинаю предполагать, ничего хорошего на ум не приходит. Поэтому давай-ка ты сам с этим разбирайся. Заметь, это не я спешу помогать всем и каждому. Ты благотворитель, ты и рискуй.

Рисковать я не собирался, однако варианты, как себя обезопасить, были. Создал с десяток фокусировочных линз и пропустил ментальное щупальце через них. Диалог у нас будет с небольшими задержками, но если оно захочет меня атаковать, у меня будет секунд десять, чтобы одёрнуть своё щупальце или растворить его. По крайней мере, первыми пострадают линзы. Опять же, мой прошлый опыт архимага подсказывает, что это должно меня вполне обезопасить от неожиданной атаки.

Осторожно коснулся сфокусированным посредством линз щупальцем до филактерии.

— Ты… — раздался в моей голове заунывный и безжизненный.

— Я… — не стал спорить я.

— … должен умереть.

— Да ну тебя, — отмахнулся я, — хотя все мы должны однажды умереть.

Можно было бы и закончить диалог, но не зря же я линзы делал. Вдруг еще что-то скажет.

— Тьфу! Смерть! Нет! — продолжило выдавать поток фраз существо из филактерии. — Нет, я хочу жить!

— Так все хотят жить, — согласился я.

— Я хочу жить иначе, не так, как я живу сейчас.

— Ну так живи, кто тебе не даёт?

Существо захрипело, а затем заревело так, что у меня стало ломить виски.

— Я не могу! Чернота во мне, ненависть целого мира во мне. Она давно разорвала моё сердце, оно терзает мою душу, оно вызывает только ненависть ко всему живому. Я не хочу так, не могу так. Я хочу свободы. И ты хочешь дать эту свободу мне. За это я постараюсь тебя убивать не сразу.

— Очень благодарен за это, — хмыкнул я.

По крайней мере, существо действительно выполняло свои обещания. Я подспудно чувствовал, что оно действительно может послать в меня немало проклятий, довольно вредных и способных усложнить мне жизнь даже сейчас. Но оно этого не делает.

— Чего ты хочешь от меня? — спросил я.

— Мир. Мир, который мёртв, где нет жизни, который готов воспрянуть вновь.

— Хорошо, ты знаешь такой мир? — спросил я.

— Мой мир. Мир, где я жил, где я был счастлив, где я умер, и мир умер вместе со мной. Я должен быть там, вместе со своим миром.

— Хорошо, — не стал спорить я. — Ты знаешь, где этот мир находится?

— Да, я покажу.

Дальше в мой мозг, вернее, в промежуточную иллюзию мозга, которую я создал из фокусировочных линз, стали поступать образы. Что-то из этих образов было мне знакомым. Кажется, нечто подобное я видел в заметках портальщика, но сам я в них пока разобраться не мог. Мои познания ещё не так глубоки.

— Лилит, а ты…

— Нет уж, я в это влезать не буду.

— Да посмотри ты слепок хотя бы, — заявил я.

Аккуратно скопировал из копии разума информацию, предоставленную тёмным существом, и направил её Лилит.

— С чего я вообще должна в это всё погружаться? — возмутилась она.

— Ну, может, ты знаешь, что это за мир? — тут до меня дошло, что Лилит наш разговор не слышала. — Это существо говорит, что есть мёртвый мир, из которого оно родом, и оно хочет попасть туда.

— Ну, хорошо. Я-то чем могу помочь?

— Я не могу понять, что он мне говорит. Может, ты разберёшь его каракули? И подскажешь, как попасть в умирающий мир? — терпеливо пояснил я.

— Ты со мной не расплатишься, архимаг Алексиус, — закатила глазки девушка, принимая вертикальную позу и подойдя куда-то ко мне за спину. — Давай, показывай.

— Так я уже отправил тебе слепок.

— Странно, я не чувствую…

И тут я понял, что мой разум раздвоился ещё раз. И я нахожусь не в своём теле, а между фокусировочными линзами. И меня постепенно притягивает филактерия. Вот это да!

Я тут же разорвал контакт, вернувшись в своё тело, и недобро посмотрел на тёмную фигуру, что соткалась из чёрного тумана над филактерией. Фигура развела руки в стороны и пожала плечами. Мол, нечего спать, сам виноват.

Помогай ещё после этого кому-то.

Перепроверил, что нахожусь в своём теле, и направил ментальный импульс Лилит:

— Глянь, что за мир?

— О, а я его знаю, — заявила девушка. — Это один из тех миров, которые Базалес не смог удержать и разрушил. Причём совсем недавно. Я сама убила тамошнего правителя.

— Как это недавно? — спросил я, покосившись на филактерию.

— Ну, лет триста назад, — заявила она.

Интересно, можно ли довести столь сильное существо до безумия за триста лет? Хотя вопрос в интенсивности воздействия, да и что пережил хранитель целого мира, узнав, что дело его жизни, а именно защита мира, провалено, что он лишился своего дома. Наверное, вполне логично, что он сошёл с ума.

— Я могу вас туда провести, надеюсь он не в процессе зарождения. Я слышала это может быть опасно.

Я почувствовал импульс, исходящий от филактерии. Причём очень нервозный импульс, будто бы я должен был узнать что-то очень важное. С одной стороны, не хотелось этому существу доверяться. Но что поделать. Я снова воспользовался линзами, только на этот раз оставил ещё десяток таких же.

— Этот мир не переродится без меня, — заявило существо. — Я чувствую это. Он ждёт меня, своего верного пса. Он будто усыпальница хозяина, куда ещё не положили последнее сокровище. Как только я там окажусь и смирюсь с гибелью мира, крышка закроется. И вот тогда мир начнёт своё перерождение.

— Лилит, он говорит, что мир начнёт перерождаться только после того, как мы его туда доставим.

— Серьёзно? — восхитилась девушка. — Прямо начнётся перерождение мира?

— Ну да, — удивился я.

— Ты что, не понимаешь? Это же очень круто! Мне отец как-то рассказывал о том, как застал перерождение одного из миров. Говорит, что это самое яркое впечатление его жизни. Хотя он был чистым демоном, не знаю, что могло его так впечатлить, но думаю, это будет нечто грандиозное. Давай скорее отправляться, мне очень интересно.

Я прикинул, а что там нужно? Открыть портал, закинуть филактерию и смыться подобру поздорову. У меня там ещё с сёстрами надо разобраться, да и быт здесь наладить. А ещё неплохо бы перекинуться парой слов с медведем. Думаю, он может ещё много чего рассказать и показать. По крайней мере, твёрдо считаю, что от его помощи отказываться не стоит.

— Ладно уж, раз взялся за дело, надо идти до конца. Давай, открывай портал, — попросил я.

— А чего я? Ты и сам сможешь. Смотри-ка, давай я тебе объясню.

Примерно минут десять ушло на то, чтобы разобраться в каракулях осквернённого хранителя мира. Оказалось, там было всё довольно просто. Я смотрел на координаты не под тем углом. Оказалось, что они написаны не только слева направо, но и вглубь. И если чуть-чуть развернуть, то становилось очевидно, что это глобальная карта миров. И при движении этой карты становилось понятно, что там изображены не наляпанные друг на друга каракули, а выстроившиеся в причудливом узоре множество вселенных.

Более того, этот умник построил понятный маршрут от того места, где мы сейчас находились, до его родного мира. Находился он примерно в семнадцати мирах от нас.

Я поначалу подумал, что придётся открывать семнадцать порталов подряд из мира в мир, но Лилит подсказала, как обойти это и создать один длинный путь до умирающего мира, который даже выглядел как-то иначе.

Все миры на карте были разноцветными. Оттого бросалась в глаза эта аляповатость. В то время как умирающий осквернённый мир был тёмно-багровым, почти чёрным, будто тлеющий уголь, который то и дело по чуть-чуть раздувался ветром.

Отчего-то даже на этом слепке он выглядел пугающе и вызывал внутреннюю тревогу. Я даже осознал, что в глубине души с радостью отказался бы от путешествия туда, но это не в моих правилах.

Ещё пару минут ушло на то, чтобы создать портал, который тоже выглядел несколько иначе. Не как красный овал, зависший в воздухе. Он тоже был багровым, почти чёрным. И откровенно в него заходить не хотелось.

— Ты неплохо справился, — подмигнула мне Лилит. — Очень хорошо. У тебя получается всё лучше.

И, не колеблясь, шагнула в портал первой.

Глава 32

Последняя воля

Лилит скрылась в портале, а вот я туда погружаться не спешил. СЛишком тревожил меня тот мир. Опять же, мне надо было с собой прихватить филактерию. Я снова прикоснулся щупальцем к сознанию тёмного облака.

— И что надо сделать? Просто перенести тебя в тот мир? — спросил я.

— Нет, — ответила сущность. — Филактерию надо будет разрушить и выпустить меня.

— Так, но мы же оба понимаем, что ты очень опасен и можешь напасть.

— Да, это так, — заявил он.

— Тогда зачем мне тебя выпускать и подвергать свою жизнь опасности? Я могу просто закинуть филактерию туда, в этот мир, и закрыть его, — резонно рассудил я.

— Можешь, и это тоже будет приемлемо, только мне придётся слишком долго ждать, пока филактерия разрушится или пока мир устанет меня ждать и начнёт своё перерождение. Я бы хотел просить, чтобы ты разрушил филактерию.

— И как мне это сделать, чтобы ты не напал на меня в итоге? — спросил я.

— Давай заключим договор, — горько усмехнулся тёмный силуэт.

— Договор? Это ты у демонов научился? — хохотнул я. — И что, этот договор будет гарантировать мою безопасность?

— Абсолютно нет, — честно признался силуэт. — Ладно. Я примерно понимаю, что нужно сделать, чтобы гарантировать твою безопасность и безопасность твоей подруги. Я просто сделаю вас частью своего мира.

— Это что ещё значит? — шестерёнки в голове завертелись. — Это значит, что я должен буду остаться там и умереть вместе с миром?

— Нет, ничего такого, — помотала головой сущность. — Просто я приму вас как последних жителей мира. Это вас ни к чему не будет обязывать. Обычно такое не принято делать с чужаками, но какая теперь уже разница? Мира всё равно уже нет, его ничто не спасёт. Я буду чувствовать в вас родственные души и не стану атаковать.

— Так сделай это, — предложил я.

— Уже сделал, — ответила сущность, и слова эти были пронизаны такой тоской, что у меня аж в груди защемило. — А теперь пойдём домой, — ослабшим голосом произнесла сущность.

Я подхватил телекинетической рукой филактерию и понёс её перед собой. Отчего-то я сразу поверил, что это существо не врёт и не будет атаковать. Не то чтобы я доверяю всем и каждому, просто привык верить своему внутреннему чутью.

Чужой мир встретил горячим, тяжёлым воздухом. У меня сначала даже дыхание перехватило. Я закашлялся. Вокруг простиралась чёрная пустошь, заполненная жирным пеплом. Небеса едва-едва светились багровым цветом, точно таким же, какой был у портала. Это был единственный источник света. По крайней мере, никаких светил здесь не было видно.

Куда ни глянь, не было даже и намёка на неровность поверхности. Просто плоская равнина, абсолютно плоская. Ни гор, ни холмов, ни оврагов, ни ям. Про какую-то растительность я и не говорю. Не было ничего. Пустота. Ветра тоже не было. И чем дольше я здесь находился, тем сильнее хотелось хотя бы малейшего дуновения ветерка.

Архимаг Алексиус уже видел такие миры. Алексей Бронин ещё нет. И когда-то давно у столетнего архимага лицезрение подобного мира вызвало ужас. Потом со временем он привык к таким видам. Сейчас же те самые далёкие впечатления снова вернулись, охватив мою душу.

Существование таких миров — это огромное преступление, но всё конечно. И каждый мир вынужден пережить нечто подобное однажды.

Я взглянул на филактерию и вдруг увидел, что чёрное облако стало куда более осязаемым и набирало силу. Несмотря на то, что этот мир давно погиб, но он был родным этому некогда могущественному существу, и здесь страж стало обретать силу — чёрную силу, злую, но родную. Всё-таки этот хранитель часть этого мира.

Я посмотрел на Лилит. Она, повернувшись ко мне спиной и глядела куда-то вдаль. Облачённая в чёрное платье девушка сливалась с окружающим жутковатым пейзажем.

— Больно этому месту, — произнесла девушка, — очень больно.

Правда я не понял: веселилась она или грустила.

Я повернулся к филактерии. Вдруг заметил, что сосуд взлетел высоко в небо, а затем очень стремительно, будто его изо всех сил кто-то швырнул, полетела вниз и столкнулась с землёй. Землю покрывал жирный слой пепла, но пепел был мягким. Поэтому филактерия с мягким звуком «пуф» лишь утонула в чёрном насте.

Похоже, хранитель мира попытался сам решить свою проблему без моей помощи. Я ещё раз коснулся его разумом:

— Нам точно не грозит опасность? — на самом деле я и сам чувствовал изменения, произошедшие в моих взаимоотношениях с этим миром, да и с существом, живущим в филактерии, но кто помешает ему снова изменить своё отношение и попытаться всё-таки нас убить.

— Вам ничего не грозит, — повторил он.

Я кивнул:

— Тогда я попытаюсь её уничтожить. Есть идея чем?

— Она довольно хрупкая, — заявило существо. — Я и сам мог бы её разрушить, но у меня это займёт гораздо больше времени, пару лет возможно. Ты же можешь просто по ней ударить чем-то тяжёлым.

— Что ж, почему бы и нет, — я достал свою нагамаки.

Тут же почувствовал лёгкое раздражение от Ардуила:

— Где это мы? Что за тёмное место? Мы будем сражаться со злыми богами?

— Нет, не будем, — заявил я. — Мне нужно разрушить одну вещицу.

— Опять меня используют не по назначению, — проворчал Ардуил, но я на это не обратил внимания.

Я вдруг заметил вдалеке чёрную точку. В этом мире вообще сложно различить хоть что-то, учитывая однообразие пейзажа, но изменения в панораме тут же бросились в глаза. Что-то к нам приближалось.

— Не бойся, — произнёс в моей голове голос. — Это моя плата тебе за спасение. Должен же я хоть как-то тебя отблагодарить.

Что-то жуткое оттуда летело. Как бы эта плата не обернулась большими проблемами. Ну ладно уж, посмотрим. Пока что не было проблем, которые я не способен был бы решить. По крайней мере, здесь моя ментальная магия меня слушалась вполне хорошо.

— Разруш филактерию, прошу тебя, — раздалось вновь в моей голове и я двинулся вперёд с клинком наперевес.

— Эй, ты что удумал? — окрикнула меня Лилит.

Она по-прежнему не слышала нашего разговора, но я не стал ничего объяснять, а просто рубанул клинком своей нагамаки по чёрному сосуду.

Пространство вокруг мгновенно заволокло чёрным туманом. Оно распространилось так быстро, будто это был чёрный взрыв. Я не видел и своего носа в этой тьме. В этом мире и так было темно, сейчас же казалось что конец настал всему.

Не было никаких эффектов, ни вздоха облегчения, ни крика ярости, ничего. Тишина, безразличие могущественного существа, которому было всё равно, которое желало лишь освобождения от своих мук.

Следом чернота стала уплотняться и растворяться. Видимость стремительно улучшалась, и наконец на том месте, где до этого была филактерия, я увидел уже знакомую чёрную фигуру, обтянутую тканью. Только на этот раз мне показалось, что она была вполне материальной, а не сотканной из тёмного тумана.

— Что ты натворил? — услышал я крик Лилит, и она кажется довольно давно так кричала.

Однако в следующий миг, девушка умолкла.

— Твоё обещание выполнено, — раздался гулкий голос. — Вам пора уходить.

— Что значит «пора уходить»? — возмутилась Лилит. — Я хотела посмотреть на перерождение мира.

— Тогда ты умрёшь, — спокойно ответил голос. — Я обещал сохранить вам жизнь.

— Вот так всегда. С тобой, архимаг Алексиус, сплошные обломы. Ты уже второй раз не выполняешь то, что обещаешь. Души лича меня лишил, посмотреть перерождение мира не дал. Ты мне теперь должен, архимаг Алексиус.

— Поверь мне, это последнее, что я готов выслушивать от демона, — оборвал я. — Нечего мне вменять чувство вины.

— Скучный ты, Лёшка-картошка, — хмыкнула она, правдоподобно передразнив Свету.

— Об этом чуть позже поговорим.

Я повернулся было к порталу, но дух меня остановил.

— Постой, а как же прощальный подарок? — спросил он, а в следующий миг прямо передо мной рухнула тяжёлая чёрная маслянистая капля. Хотя каплей это сложно назвать. у моих ног образовалась лужа примерно метр на метр.

Чёрная вязкая жидкость взволновалась было, но почти тут же перестала колыхаться. Её плоская поверхность напоминала скорее камень, но это было обманчиво. Что-то мне подсказывало: стоит сунуть туда палец, как меня тут же поглотят и очень быстро переварят.

— И что это? — спросил я.

— Я изучал тебя. Сначала хотел убить, потом понял, что ты можешь быть очень могущественен и полезен. Поэтому стал изучать, как с помощью тебя убить как можно больше живых. Одна из твоих слабостей — твой старый друг. Ты не мог найти для него вместилище. Вот оно, вместилище твоего друга. Это морф. Очень редкое существо, и сейчас оно злое, но это из-за того, что мир, в котором мы когда-то жили, стал злым. Однако если очистить его от скверны и зла… В основе оно весьма доброе и светлое существо. Надо просто разделить его тело и сознание.

В следующий миг лужица стала светлеть, а над ней соткалось тёмное облачко, точно такое же, какое когда-то висело над филактерией. Облако дёргалось, всё время меняло форму, выбрасывало жгутики, пытаясь зацепиться и вернуться обратно в стремительно светлеющую лужу. Но у него ничего не получалось.

— Сейчас у этого морфа нет души. Он пуст и девственно чист. Ты сможешь поместить в него сознание своего ворона, но не затягивай. Пустое место всегда заполняется чем-то. Думаю, ты и сам это знаешь. Перенеси туда душу и разум своего питомца.

— Сейчас я этого делать не буду, — заявил я. — Не в этом мире. Откуда я знаю, что туда ещё перенесётся.

— Я тебя понимаю.

В следующий миг лужица стала уменьшаться, будто сжиматься, и спустя пару мгновений на этом месте образовалась филактерия, точно такая же, которую я принёс сюда несколько минут назад, но только она была чуть крупнее.

— Эта филактерия защитит метаморфа. Она позволит тебе его изучить и понять, что угрозы твоему питомцу нет. А теперь вам действительно пора.

Да уж, ситуация была очень непростая. Чёрный безжизненный мир, нахождение в котором уже вгоняло в тоску. Существо, которое покалечено настолько, что в голове не укладывается, как оно может существовать и мыслить, при этом не пытаясь убить меня и Лилит. Опять же вспомнил слова Лилит о том, что каждое существо будет стремиться её убить просто потому, что она демон. Наверное, непросто было этому хранителю обойти свои же правила.

У меня не было желания утешить это существо или как-то приободрить, но разум понимал, что просто так уходить тоже неверно. Хоть какие-то слова должны быть сказаны на прощание, ведь я прощаюсь не с существом, это скорее прощальная тризна над хранителем мира и над целым миром, который сейчас начнёт своё перерождение.

— Как тебя зовут? — спросил наконец я.

Последовала пауза.

Молчание явно затянулось, и чтобы хоть как-то её сгладить, я наклонился и поднял с земли филактерию. В ней я не ощущал никакого зла. Это действительно было вместилище чего-то живого, но лишённого разума. Облачко, что до этого висело над филактерией, было оттеснено подальше, чтобы не причинить мне никакого зла.

— Меня зовут Сарена, — наконец раздался голос.

— Так это же женское имя. Ты что, женщина? — спросил я.

— Это уже давно не имеет значения. Это имя моё и имя моего мира. По крайней мере, то, что осталось важным. Всё остальное уже не имеет никакого значения. А теперь прощайте.

Я сам не заметил, как земля под ногами колыхнулась. Меня просто вышвырнули прочь из мира, будто хозяин, который устал терпеть надоедливых гостей, вытолкнул нас из своего дома до крайности грубо и невежливо. Я вылетел из портала посреди помещения и покатился кубарем. Не то чтобы я привык к такому обращению, но как ответить — ума не приложу. Да и кому отвечать? Мертвецу?

Следом из портала вылетела Лилит. Она тут же вскочила на ноги, и глаза у неё горели такой ненавистью, что я едва не рассмеялся. Всё же меня ситуация не так сильно зацепила.

— Да я сейчас эту тварину… Я его в порошок разотру! — вспыхнула она, побежав прямо к порталу, но тот, вспыхнув, погас перед её носом. — А ну-ка, открывай быстро ещё один портал! Я сейчас этой твари такое устрою! Мы его тут спасаем, а он…

— Успокойся, Лилит, в этом нет никакой необходимости, — заявил я. — Нас ещё ждут другие дела. Ты ещё хотела познакомиться с медведем, — напомнил я.

— Ну нет, хватит мне на сегодня знакомств, — буркнула она. — Я пока что передохну здесь от твоих приключений, да почитаю. Мне твои друзья совсем не нравятся. Ничего хорошего они не несут.

— Ладно, — невозмутимо пожал я плечами. — Я тогда, с твоего позволения, откланяюсь. Мне надо кое-какие вопросы порешать.

— Давай-давай, — произнесла девушка.

— А у тебя никаких дел нету? — спросил я.

— Нет, все свои дела я уже сделала. У меня сейчас, можно сказать, отпуск. По собственному желанию, — хохотнула она.

— Ну ладно, — решив не расспрашивать о подробностях, я направился наверх.

И в этот момент прямо передо мной соткалось нечто тёмное и крылатое. Я даже подумал, что тёмному хранителю мира стало мало того, что он нас вышвырнул. И он решил ещё поглумиться. Но в следующий миг заметил, что это магический ворон. Такой, что обычно приносит послания.

Ворон взмахнул крыльями, затем устремился ко мне, зависнув перед самым носом. Я выставил руку вперёд, позволив ему присесть.

— Давай уже своё письмо, — заявил я. — Интересно, наверное, дядя Дима обнаружил отсутствие сестёр и решил спросить, не знаю ли я что-то об этом.

Однако на конверте значился совсем другой герб, не клана Медведевых, а что-то напоминающее рептилий. Снежинская, наверное, обо мне вспомнила. Или может… Гадюкины.

В содержании письма значилось следующее:

"Уважаемый барон Алексей Александрович Бронин!

Между нами и вами возникло недопонимание, которое мы бы хотели решить в кратчайшие сроки. Мы подтверждаем, что у вас есть полное право выражать негодование и требовать сатисфакции. Однако у нас тоже есть некоторые претензии на ваш счёт.

Приглашаем вас в нашу резиденцию под Новосибирском (координаты прилагаются) для обсуждения наших с вами дел. Предполагаю, что придём с вами к общему мнению, и наши с вами рода будут сотрудничать долго и эффективно.

С уважением, Зиновий Павлович Гадюкин, глава рода Гадюкиных.

Жду вас в течение трёх ближайших суток. Ваш визит в указанный срок будет означать ваше доброе намерение и желание к переговорам. В обратном же случае будем считать, что вы наш род игнорируете. И сделаем свои выводы."

Промежуточный эпиложек

В тёмном кабинете за драпированными окнами сидели двое достопочтенных аристократов. Они попивали дорогой коньяк с высоких гор Грузии и молчали, обдумывая сложившуюся ситуацию.

— Значит, ты говоришь, что твоя гвардия не справилась, Зиновий Павлович?

— Да, не справилась, Николай Анатольевич.

— И ты говоришь, что гвардейцы признались, будто их уделал какой-то мальчишка?

— Именно так, — согласился Гадюкин.

— Может, ваших солдат и командира подкупили, Зиновий?

— Исключено, мой дорогой. Во-первых, с ними была моя дочь. Во-вторых, Агафону, моему командиру, я доверю свою жизнь. Да и не раз в прошлом доверял. Опять же, я общался со всеми солдатами по отдельности, и все повторяли одну и ту же версию. Врать причин нет.

— Ну мало ли… — побарабанил пальцами по дубовому подлокотнику седо мужчина с короткой стрижкой. — Значит, недооценивать мальчишку нельзя. Это любопытно.

— Медведевы действительно те противники, которых не стоит недооценивать, — веско заметил Гадюкин.

— Но почему-то же этого мальчишку выгнали из рода, — подметил седой. — Предоставьте мне подробный отчёт о том, как проходила операция и какие заклинания использовал этот… как он теперь называется? Бронин?

— Да, конечно. Думаю, моему командиру это не составит труда, — кивнул Гадюкин.

— То твоё письмо, думаешь, мальчишка явится?

— Мы, аристократы, довольно предсказуемы. А Медведевы никогда не славились хитростью и изворотливостью.

— Я бы хотел присутствовать на ваших переговорах с тем мальчишкой, — выдвинул следующее требование гость.

— Я подумаю что можно сделать. Только я прошу вас, Николай. Вы же понимаете, что не стоит нападать на моего гостя на моей территории, а также за её пределами? Я бы хотел, чтобы молодой барон добрался до меня и убыл от меня в полной безопасности.

— А ты меня неплохо знаешь, дорогой Зиновий. Всё же Медведевых я ненавижу люто, и с огромным удовольствием придушил бы ублюдка. Но тебя тоже понимаю, и подставлять не буду, не переживай. Однако изучить его я желаю. Ну и потом, через время, хочу лично удавить его.

Гадюкин слегка прикрыл глаза, но не осуждал своего гостя. Он его прекрасно понимал. Если не можешь удавить большого медведя, почему бы не передушить его щенков? По крайней мере, кто он такой, чтобы судить представителя дружественного рода?

К тому же Гадюкин и сам не прочь полакомиться медвежатиной, но всему своё время. Победа приходит к тем, кто не спешит и умеет ждать.

— Я бы хотел, чтобы на пути следования ко мне барону ничего не грозило, — повторил Гадюкин. — Однако, по пути следования обратно, думаю, с ним вполне может случиться несчастный случай.

Продолжение по ссылке https://author.today/work/388148

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Аргумент барона Бронина 3

Content

Аргумент барона Бронина 3

Глава 1 Я против себя

Глава 2 Дебют

Глава 3 Три начала

Глава 4 Итоги и выводы

Глава 5 Ох, уж эти преподаватели

Глава 6 Возвращение легенды

Глава 7 Отъезд

Глава 8 Переосмысление

Глава 9 Подарки

Глава 10 Дележка

Глава 11 Ресурсы

Глава 12 Вмешательство в планы

Глава 13 Развитие ситуации

Глава 14 Демонстрация силы

Глава 15 Невежливые гости

Глава 16 Воспитательные меры

Глава 17 Договоренности

Глава 18 Собрание старейшин

Глава 19 Торжество справедливости

Глава 20 Явление слуги

Глава 21 Наследие портальщика

Глава 22 Подземелье

Глава 23 Пережитки прошлого

Глава 24 Битва за Сталвин

Глава 25 Император менталист

Глава 26 Планы на победу

Глава 27 Архимаг

Глава 28 Родня

Глава 29 Попутчик

Глава 30 Задача от рода

Глава 31 Шанс для проигравшего

Глава 32 Последняя воля

Промежуточный эпиложек

Nota bene