Армада — Инцидент

Глава 1

В самое пекло

— Приветствую, Алекс! — приятный голос искусственного интеллекта вывел меня из состояния анабиоза.

Одновременно по всем отсекам корабля разнесся издевательский голос командира «Фауста».

— Эй, парни, подъем! Всем доброго утра!

— Ага, доброго. Как же… — проворчал мужик, лежащий в соседней капсуле. — Два месяца в анабиозе.

— К такому не привыкнешь. — пробурчал я, выбираясь наружу.

Прошу прощения, кажется, я забыл представиться…

Меня зовут Алекс Кларк, мне двадцать восемь лет и я специалист по вооружению. Собираю и испытываю новейшие бронекостюмы, тестирую боевые системы управления. Да-а, а еще я проектирую новые пушки для вооруженных сил. Меня прикомандировали к элитному батальону орбитальных десантников и отправили на Каллипсо, чтобы испытать новейшие военные разработки.

В общем, так я и оказался на борту «Фауста».

Наш крейсер с десантом отправили на третий спутник Юпитера, чтобы разобраться в сложившейся критической ситуации. С колонии был перехвачен какой-то странный сигнал бедствия… Сигнал, направленный куда-то в дальний космос. И все, тишина. Вся возможная связь оборвалась.

Я быстро посетил медицинский отсек, а затем прямиком направился в отдел управления вооружением. Он занимал почти четверть всего внутреннего пространства крейсера, но при этом управлялся всего одним человеком.

— Виктор, ты здесь? — крикнул я, после чего прислушался.

Где-то в глубине, между транспортных контейнеров и огромных грузовых роботов, упало что-то металлическое, покатилось по полу. А еще, через несколько секунд, из-за большого управляющего модуля показалась лысая голова японца.

Виктор Чан, специалист по корабельному вооружению уже разменял шестой десяток. За годы службы на земной Федерации он лично разобрал на подшипники все, что можно разобрать, проапгрейдил и собрал обратно. Но самое удивительное было то, что несмотря на китайскую фамилию, он был японцем, родившимся в России и попавшим во флот Федерации.

Старик всегда носил синий засаленный комбинезон, покрытый пятнами масла. Из каждого кармана торчали ключи, примочки, провода, микросхемы.

— А-а. Уже проснулся? — недовольно пробурчал тот, вытащил ключ и скрылся обратно.

Я усмехнулся, бросил взгляд на массивный стеллаж, где располагался целый ряд легких бронекостюмов. Один из них был разобран и лежал на полу. Внутри рылся манипуляторами ремонтный дрон.

Осмотрелся, затем улыбнулся и задумчиво отправился к своим игрушкам.

Пройдя метров тридцать, я свернул направо и остановился у большого транспортного модуля, состоящего из двух секций. Первая секция как раз и содержала в себе «Тахиона». Это экспериментальный бронекостюм нового поколения, под интуитивным управлением уникального искусственного интеллекта.

Я заглянул через обзорное стекло, задержался на минуту и довольно ухмыльнулся.

— Что, опять свою консервную банку рассматриваешь? — послышался ехидный голос японца. — На Земле не нагляделся?

— Чего-о? Консервную банку? — мне стало настолько смешно, что я не сдержался и обернувшись, засмеялся. — Да эта банка стоит, как четверть этого крейсера.

Преувеличиваю, конечно. Просто «Тахион» собирали почти полтора года, каждый раз возвращая на доработку очередного изъяна. На его разработку угрохали такую неприличную сумму, что даже озвучивать не хотелось.

— Твои погремушки скоро отправятся в музей! — весело произнес я, указав на «Скаута».

Чан кивнул головой, затем удалился по своим делам, бормоча что-то по-японски. Английский и русский языки уже почти как двадцать лет стали языками космоса.

Я уже хотел было активировать открытие модуля, как вдруг по всем отсекам и коридорам «Фауста» раздался громкий голос капитана.

— Всем десантным группам, всему командованию собраться на взлетной платформе главного ангара для целевого инструктажа. Готовность десять минут.

Это касалось и меня.

Я тут же покинул отсек управления вооружением и, сверившись с планом корабля, отправился искать главный ангар. Если бы не встречающиеся по пути инженеры и техники, хрен бы я добрался до него вовремя.

Я занял свое место, присоединившись к группе офицеров.

Здесь собралось триста хорошо подготовленных десантников. Все они были в прекрасной физической форме, одеты в одну и ту же униформу — берцы, темно-зеленые штаны и такого же цвета майки.

Ни оружия, ни брони на них не было. Пока не поступила команда, Виктор Чан даже не пошевелился бы запустить систему управления вооружением. Все бронекостюмы были упакованы в специальные контейнеры, а оружие и боезапас хранился отдельно. Специальные боевые системы корабля были заточены на то, чтобы максимально быстро экипировать десантника, и при этом потратить минимум энергии.

За спиной, в один ряд, стояли новые транспортные боты, класса «Бегемот». Всего их было шесть.

Далее шел ряд штурмовых роботов «Голиаф» и серия легких танков «Триггер».

Целевой инструктаж начался внезапно. И был он весьма странным. По крайней мере, я ожидал другого.

На центр взлетной платформы вышел полковник Тангер. Крупный, широкий в плечах, но уже стареющий офицер, славившийся удачно проведенной спецоперацией, в результате которой Тангейзерский конфликт был исчерпан.

Полковник смерил всех собравшихся хмурым взглядом, после чего громко произнес:

— Уже все в курсе, что на Каллипсо произошла чрезвычайная ситуация. Опуская подробности, могу сказать следующее. Орбитальная станция по неизвестным причинам рухнула на поверхность спутника, предположительно в квадрате «К-4». Никакой связи с колонией нет. Провести быструю высадку к главному перерабатывающему центру мы не можем — в это время года бушуют мощные электромагнитные бури, а сама атмосфера на спутнике слишком опасна для мелких единиц техники. Поэтому нами принято решение высадить две десантные группы в стороне от центра, используя мобильные транспортные боты. Их массы достаточно, чтобы пройти воздушные коридоры и беспрепятственно сесть на поверхность. Будем выбирать зоны, где наименьшее воздействие электромагнитных возмущений. Аналитики уже начали просчитывать координаты.

Он отвлекся на пару секунд, затем продолжил:

— Группой «А» командует майор Раттлер. В его подчинении будет тридцать человек и один робот. Задача — сбор информации. Мы не можем производить полноценную высадку, потому что не знаем, что там случилось. При контактах с враждебной формой жизни, в бой вступать только в крайнем случае, но быть готовыми защищаться. При обнаружении отравляющих веществ, биологической угрозы, радиационного заражения — срочно эвакуироваться. Цель инженерный городок № 4, у главной газодобывающей станции. Далее по обстоятельствам.

Тангер снова окинул всех присутствующих хмурым взглядом. От меня не укрылось, что на правой щеке у него огромный рваный шрам. Интересно, где старик его получил?

— Группой «Б» командует майор Хаузер. Состав десантной группы и меры предосторожности те же. Задача отыскать обломки рухнувшей орбитальной станции, собрать информацию. Предположительно, квадрат «К-4» это песчаная равнина, но это не точно. Остальные десантные группы, в полной боевой готовности, ждут дальнейших указаний. Все ясно?

— Так точно! — прогремели три с лишним сотни голосов.

— Отлично. — Тангер уже собирался удалиться, но вдруг растерянно обернулся по сторонам. — Да, чуть не забыл. Группу майора Раттлера будет сопровождать Алекс, специалист по вооружению, отправленный сюда Департаментом вооружения. Разрешаю оказывать ему всяческое содействие, однако прошу не путаться под ногами.

Со всех сторон послышались плохо сдерживаемые смешки. Некоторые пытались найти меня среди остальных присутствующих.

Само собой, мне не понравились его последние слова, но я заранее был готов к этому. Еще на Земле меня предупредили, что старый вояка Тангер — офицер традиционной закалки, а такие во все времена не любили полувоенных, вроде меня. Ну, оно и понятно, боевой опытный офицер, прошедший массу военных спецопераций, а ему на шею сажают какого-то не стрелянного инженеришку, чтобы тот свои игрушки опробовал. Какого хрена?

— Все. Личный состав в распоряжении командиров десантных групп. Готовность двадцать минут, затем начинаем высадку! Все свободны! — жестко произнес полковник, после чего закончил инструктаж.

Не прошло и двух минут, как все шустро разбрелись по ангару. И это инструктаж? Все равно, что ничего. Признаться, я ожидал большего.

Удивительно, но каждый техник, каждый десантник знал свое место, задачу и способ ее выполнения. Люди действовали быстро, слаженно. Единый механизм, состоящий из нескольких сотен винтиков.

Ну а я, оставшись под впечатлением почти бессмысленного инструктажа, не нашел ничего лучше, как отправиться обратно к Виктору.

Японец все ещё где-то гремел инструментами, поэтому я отправился прямиком к своему контейнеру. Активировал сенсорную панель, разложил оборудование.

— Ну привет, здоровяк! — произнес я, восхищенно разглядывая представший передо мной «Тахион».

Темно-серая танталовая броня, обеспечивающая защиту всех жизненно-важных органов, прочный, но очень компактный каркас из облегченного титана, система мощных сервоприводов. Комплект стартовых репульсорных двигателей. Да-а, «Тахион» даже может совершать прыжки, разом преодолевая расстояние до пятидесяти метров. Сам бронескаф был набит электроникой по самое «не хочу». Вооружение тоже на уровне: Новейшая импульсная винтовка «LR-33», наплечный стрелковый комплекс «FAR-44», рельсотрон «ZEUS», компактная ракетница «NK-2».

И все это управлялось уникальным искусственным интеллектом, имя которому «Ава». И разработал ее я.

С нескрываемой гордостью я смотрел на то, как на полированном корпусе «Тахиона» мигают синие светодиоды, символизируя полную готовность.

Внутри бронешлема, закрытого многослойным бронестеклом, горела мягкая оранжевая подсветка. К спинному модулю шли многочисленные трубки, кабеля. Умный компьютер постоянно тестировал броню, сверяя все поступающие данные. Ава сама себя проверяла, заканчивала последние приготовления.

— Ну что же, пора! — довольно пробормотал я и шагнул к скафу. — Ава, открывай!

«Тахион» пшикнул, что-то пискнуло. Передние броневые пластины мягко откинулись вперед, обнажив внутреннюю часть бронекостюма. Задний фрагмент нагрудника приветливо сдвинулся вверх, как бы приглашая влезть внутрь.

Я ухватился руками за стойку, закинул ноги внутрь и буквально сполз вниз. Тело окутала приятная прохлада. Уникальный внутренний подклад из органического силикона был напичкан датчиками, сенсорами, контактными модулями. Было очень удобно, даже вылезать не хотелось.

Я выжал внутреннюю кнопку блокировки и скаф оперативно сложился в первоначальное состояние. Броня с едва слышным щелчком встала на место, сверху опустился бронешлем.

— Приветствую, Алекс! — Ава сразу же отозвалась приятным женским голосом.

— И тебе того же, — произнес я, сдерживая эмоции. Меня аж распирало от гордости. — Состояние бронекостюма?

— Все системы функционируют на сто процентов. Можно веселиться.

— Отлично, подключай адаптивное управление.

Я мгновенно почувствовал, как почти в каждой клеточке моего тела что-то едва ощутимо кольнуло. Шею обхватило что-то мягкое, приятное. Резко захотелось спать, но это чувство пропало уже через несколько секунд. Это подключился основной модуль адаптации.

— Адаптация носителя успешно завершена! Целостность сто процентов!

Я улыбнулся.

Теперь, через бронестекло я не просто видел противника — Ава превращала картинку в визуальный сканер. Любой противник или союзник был как на ладони. Я видел его состояние брони, объем энергии, частично выявлял сильные и слабые стороны. Если что-то проанализировать было сложно, Ава тут же начинала углубленный детальный анализ. Так же, Ава позволяла мне самому обучаться новым приемам, навыкам, рассчитывать боевые алгоритмы.

— Значит, это и есть тот самый «Тахион», — через внешний микрофон я услышал голос Виктора. Звуковая система скафа была настроена так, что когда ко мне кто-то обращался, я понимал, откуда он говорит. Это не являлось чем-то уникальным, но в ранних версиях этому не уделялось должного внимания. И именно поэтому, облаченный в броню десантник, не всегда понимал, откуда надвигается угроза.

— Ага, — ответил я, затем добавил. — Нравится?

Японец поджал губы, цокнул, затем кивнул и задал очередной вопрос.

— Какой у него вес?

— Сто четырнадцать, — коротко ответил я, затем обратился к Аве. — Пройдемся до главного ангара?

И не дожидаясь ответа, зашагал вперед.

Виктор проводил меня взглядом, скривился и пробормотал: — Все равно, консервная банка!

Я шел мимо рядов контейнеров, которые один за другим, по специальным транспортерам, отправлялись в главный ангар, где их быстро разбирали десантники. Слева и справа попадались и открытые контейнеры, которые сканировали на предмет наличия неисправностей. Далее — по центральному коридору, почти не сверяясь с планом. Ава сама вела меня в нужном направлении. Не прошло и трех минут, как я появился в главном ангаре, и сразу же привлек к себе внимание всех присутствующих.

Здесь было около шестидесяти человек, половина из которых уже грузилась на транспортники, а другая заканчивала сбор. Все остальные группы сместились в другой ангар, готовясь к предстоящим операциям.

Я буквально нутром чувствовал, как десантники провожают меня завистливым взглядом, восхищенно рассматривая уникальный скаф. Они отвлекались от своих дел, делились эмоциями и вновь приступали к работе.

Впереди показался майор Раттлер — командир десантной группы. Он был облачен в командирский «Палладин», который отличали желтые полосы на груди и руках.

— Ну давай, Алекс! Шевели поршнями! — крикнул тот, указав рукой в сторону открытого трюма транспортного корабля.

Я подошел ближе, осмотрелся. Ава тут же доложила мне, что на борту находится двадцать «Скаутов», восемь «Палладинов» и три «Дефендера». Десантники в тяжелых скафах заканчивали погрузку штурмового «Голиафа».

— Значит так, слушай внимательно. — Раттлер хлопнул меня по плечу. — Ты в моем подчинении, держись рядом. На рожон не лезь, а то мне за твою шкуру головой отвечать. Понял?

Я усмехнулся. Да что там со мной может случиться⁈

— Всем десантным группам и экипажам транспортных ботов, закончить погрузку и приготовиться к взлету. Готовность три минуты, — капитан «Фауста» оперативно готовил крейсер к высадке десанта.

— Ладно. Алекс, дуй в корму. — Раттлер легонько толкнул меня в спину, намереваясь поскорее самому занять место командира. Я молча забрался, прошел вдоль рядов легких «Скаутов», которые фиксировали свои скафы к специальным стойкам. Их импульсные винтовки, ракетницы и пулеметы были зажаты в руках.

Мне такого не требовалось. Почти все вооружение «Тахиона» умещалось под выдвижной броней. Исключение составляли только рельсотрон и ракетница. Я занял свое место в самом конце отсека.

— Кгхм! — голос пилота, выдерживая стиль, разнесся по трюму. — Товарищи десантники, «Отбойник» быстро и без комфорта доставит вас к точке высадки, не успеете оглянуться. Просьба не блевать в салоне, не высовываться из окон и не рассыпать попкорн… Да, кстати, передаем за проезд!

По трюму разлетелся дружный хохот десантников. Даже хмурый Раттлер позволил себе улыбнуться.

— Я серьезно! Зайцев не возим! — пилот явно обладал чувством юмора. И это не запрещалось. Наоборот, помогало немного сбросить напряжение. Впрочем, впервые десантировался здесь только я, а потому, ощутимо волнуясь, не сразу понял сути этого приема.

— Только хочу заранее предупредить — у нас лицензии нет, — подключился второй пилот. — А еще я утюг дома не выключил!

— Все, завязывайте! — Раттлер перестал улыбаться и снова нахмурился.

«Отбойник» пошуршал гравитронами, легко приподнялся и, запустив главные двигатели, шустро выскользнул из чрева «Фауста». Следом за ним вылетел и второй борт, которым командовал майор Хаузер.

Пока наш транспортный бот пробивался через толщу атмосферы, я прекрасно ощутил все то, что чувствует тушенка, которую затолкали в банку и основательно встряхнули. Хотя Ава своевременно и перенастроила балансир, я все равно ощущал рвотные позывы. Благо, самое тяжелое длилось всего несколько минут. На остальных я не смотрел, не до того было.

Наши пилоты оказались мастерами своего дела — провели «Отбойник» там, где воздушные потоки буквально раздирали друг друга, выворачивая наизнанку все, что оказывалось поблизости. Почти сорок минут наш транспортный бот лавировал между потоками, то ускорялся, то резко зависал на месте, смещаясь то вправо, то влево.

Раздался оповещающий сигнал.

— Ребят, высадка будет дерьмовой! — предупредил командир корабля, с трудом удерживая борт в воздухе. — Сильные воздушные потоки!

— Ну что, пушечное мясо! Готовы? — заорал Раттлер, одевая бронешлем. Забрало все еще было поднято.

— Так точно! — рявкнули тридцать голосов.

— Все, подберите яйца, сейчас начнется! Кэп, что там на сканере?

— Инженерный городок «№ 4» перед нами, но что-то здесь не так. Не обнаружено ни одной формы жизни. Секунду… Э-э, а что это там, справа черное?

— А-а с-сука! Держитесь! — вдруг заорал второй пилот и резко бросил борт влево…

Раздался тяжелый удар. Лязг металла.

Снова удар. Натужно взвыл левый движок, весь транспорт накренился на правый борт. По трюму покатились не закрепленные предметы, сдвинулись оружейные ящики. Погас свет.

«Отбойник» поймал глубокую воздушную яму и резко провалился вниз…

Глава 2

Пустые земли

Неожиданно, транспортник жестко качнуло, причем так, словно в нас что-то влетело. Снаружи послышались какие-то противные звуки, скрежет по металлу. Борт снова вздрогнул.

Движки натужно взвыли.

— Проклятье, да что там у вас? — хрипло рявкнул майор.

— А ч-черт! Стая каких-то уродливых птиц… Едва в самую гущу не угодили. — выдохнул пилот, кое-как стабилизируя корабль. — Все, кажется, мы на месте.

— Высадка! — громко заорал Раттлер.

Почти одновременно с поступившей командой, транспортный бот резко дернулся, практически завис на месте. Нижний шлюз сложился гармошкой и я увидел светло-коричневую землю. Что-то над моей головой щелкнуло и я резко ухнул вниз, уже через пару секунд воткнувшись танталовыми бронеботинками в сыпучий песок.

Это оказалось совсем не страшно.

Уровень адреналина резко подскочил. Вообще, я, конечно же, волновался. У меня была некоторая подготовка, которую я прошел еще несколько месяцев назад. Дважды преодолел коммерческий курс выживания, который можно было купить за деньги, три раза в неделю посещал тренажерный зал. А, еще прошел спецпроверку на состояние психического здоровья. Все это вовсе не делало меня полноценно подготовленным к возложенной миссии, но и такая подготовка лучше, чем ничего.

В целом, Департамент вооружений — полувоенная организация, и сотрудники, вроде меня, такие же полувоенные. Тягаться с десантниками в силе и выносливости конечно же бессмысленно. Они буквально неделями жили в своих скафах, ели и спали. Даже гадили в них. А я всего-то десяток раз облачался в «Тахиона», несколько раз прошел серию контрольных испытаний, да обошел испытательный полигон. И все.

Десантники могли мочить противника из всего, что вообще стреляло или пыталось это делать.

Осмотревшись по сторонам, я неприятно удивился.

Да-а! Ранее я представлял себе Каллипсо совершенно иначе.Само собой, на редких сканографиях я видел бледно серое небо, многочисленные горно-перерабатывающие комплексы, шахты. Летающих в небе грузовых и пассажирских ботов. Во многих местах на поверхности спутника была мелкая желтоватая трава и даже что-то похожее на кусты.

Но реальность оказалась иной. Серо-желтое небо, какой-то унылый рыжий полумрак. Освещение было куда хуже, чем на Земле. Солнечные лучи, добирающиеся сюда около часа, отражались от огромного пятнистого бока гиганта Юпитера, лишь слегка согревая поверхность и озаряя все вокруг тем самым рыжим освещением. Гравитация существенно ниже, но ее искусственно довели до нормального уровня.

Температура тоже отличалась.

Я тут же сверился с датчиками — плюс два. Не густо.

Изначально считалось, что третий спутник Юпитера это просто каменно-ледяной гигант, с почти отсутствующей атмосферой. Оказалось это не совсем так. Здесь были горы, равнины, многочисленные ущелья. Даже болота имелись. Где-то в районе экватора было замечено огромное море с ужасно соленой водой. И что интересно, там имелась своя собственная жизнь.

Основными жителями спутника были только насекомые, мелкие животные отдаленно похожие на ящериц, какие-то броненосцы и существа, напоминающие птиц. Я сразу окрестил их грифонами.

— Вот это жопа! — пробормотал я, глядя на рыжий горизонт. — Да тут кроме песка и камней ничего нет!

Никаких признаков разумных видов жизни за все годы колонизации здесь обнаружено не было. Да и враждебных форм жизни на спутнике тоже не оказалось.

— Песок да камни, блин! — проворчал десантник слева от меня, взрыв бронеботинком сыпучий грунт. — Дерьмо!

— Так, внимание! — Раттлер указал направление. — Перед нами инженерный городок номер четыре. Он…

Майор вдруг осекся. И обернувшись, я понял почему.

Мы находились у истока большого каменного ущелья. Справа, в своеобразном каменном мешке, располагалось поселение. Сразу за ним — газодобывающая станция. Там было множество небольших производственных строений, какие-то домики. Все это обносила довольно высокая стена, собранная из легких бронещитов. В центре массивные ворота, у которых стояло несколько единиц давно брошенной техники. Все выглядело так, словно здесь никого не было уже, по меньшей мере, год.

Справа и слева от ворот стояли высокие сторожевые башни. Я даже отсюда разглядел торчавшие дула импульсных пулеметов. На стенах были заметны какие-то вмятины, рваные пробоины. Все было занесено песком, ветер гонял полупрозрачные ошметки, отдаленно напоминающие целлофан.

— Майор, — обратился я к Раттлеру. — Разве здесь не должно проживать четыреста человек?

Ава быстро предоставила мне всю основную информацию об этом поселении. Я вовремя вспомнил, что моей второстепенной задачей является поддержка десантной группы.

— Да-а, — с недоумением протянул тот, осматривая стену. — Это так.

— Что-то не похоже, что здесь кто-то живет! — пробурчал сержант, слева от меня.

И верно. Территория точно была брошенной. Об этом говорило все — и транспорт у ворот, и строения. Не было ни электричества, ни какой-либо другой видимой жизнедеятельности человека. Стекла разбиты, все грязное, ржавое.

Только тишина и шум песка, который клубами гонял ветер.

Над нами тихо летал «Отбойник» сканируя территорию и пытаясь вызвать на связь поселение.

Ничего. Абсолютно ничего.

— Пилот, что там на сканере?

— Ничего. Признаков жизни нет, — тут же отозвались с борта.

— Связь с полковником Тангером есть?

Некоторое время было тихо.

— Отсутствует. Над нами сильные электромагнитные возмущения. Сигнал не проходит.

Десантники разбрелись по небольшой площади, организовав что-то вроде периметра. Одновременно они следили каждый за своим сектором, готовые отреагировать на любую агрессию. Ава услужливо подсветила мне их уровни брони и энергии. Отдельно были отмечены легкие, средние и тяжелые единицы. Вооружение тоже имело свою отметку. Союзники были подсвечены зеленым цветом, красным… красного не было.

Подобной адаптивной системы еще не имел ни один бронекостюм.

Вообще, на вооружении земной Федерации состояло лишь три типа боевой брони.

Легкие скафы, заслуженно носили имя «Скаут». Применялись для разведывательных операций, имели относительно слабую броню, легкое вооружение, но зато все компенсировалось хорошей подвижностью. Вес такого скафа составлял почти шестьдесят пять килограмм. «Скаутами» вооружалось большинство подразделений, независимо от типов задач.

Средние — «Палладины». Их на вооружении больше всего — это основная ударная сила. Средняя броня, широкий выбор оружия, но сниженная подвижность. Боец, облаченный в «Палладин» может использовать огнемет, ракетницу, импульсную винтовку или пулемет. Были и рельсотроны — своего рода ручная артиллерия. Такой скаф весил около ста килограмм и увеличивал рост своего носителя на двадцать сантиметров.

Ну и на сладкое оставались тяжелые «Дефендеры». Десантник, попавший внутрь этого бронекостюма, теоретически мог стрелять с рук из малого корабельного фазера, бросаться космическими минами и даже таскать в руках эктоплазменную зенитку. Много брони, малая подвижность. Неповоротливый зверь. Вес такого гиганта достигал почти ста семидесяти пяти килограмм.

На фоне новенького «Тахиона», все они выглядели как тусклые консервные банки, рядом с отполированной противотанковой миной. Но вообще, как ни крути, вся существующая линейка бронекостюмов Федерации уже морально устарела.

Главная причина заключалась в том, что Земля остро нуждалась в ресурсах, а они были весьма ограничены. Назревал Тангейзерский конфликт, а ничего толкового Федерация предоставить не могла. Вооружение не менялось уже двадцать лет, что само по себе чудовищно. Отчасти оказало влияние еще и то, что до этого, за последние двадцать лет не было ни одного крупного конфликта, разумеется, в планетарном масштабе.

В восьмидесятых годах двадцать первого века наштамповали несколько десятков миллионов бронескафов разных модификаций, которые быстро потеряли свою первоначальную эффективность. Да, проводились многочисленные апгрейды, но все это была временная мера, оттягивающая момент истины.

И вот теперь, пришло время новых разработок. «Тахион» — первопроходец. Если его испытания пройдут успешно, то будет открыто серийное производство, которое уже в течении года быстро отправит все остальные модели на свалку. Ну, или в музей, к Виктору.

Все десантники вооружены и готовы использовать пушки, был бы только повод. Ну а я даже винтовку не стал активировать. Зачем?

— Ава, проверь, есть ли на территории инженерного городка признаки электроэнергии? — спросил я у искина.

— Сканирую. Нет, ничего.

— Может быть радиация? Наличие ядовитой смеси в воздухе? Бактерии?

— Нет, все чисто. Теоретически, здесь можно даже дышать без шлема, но не более трех минут. Воздух разряжен, а давление ниже нормы почти вдвое. Содержание кислорода низкое.

— Та-ак! Ава, какие-нибудь признаки жизни имеются?

— Только ящерицы, насекомые. Ничего крупнее кошки.

Я задумался. Где же тогда люди? Не могли же четыреста человек просто взять и исчезнуть⁈

Один из десантников Раттлера подошел к воротам, что-то там осмотрел.

— Здесь следы какой-то дряни! — крикнул он.

Я зашагал к нему, одновременно дав указание Аве провести анализ.

Пока ИИ изучал внешний вид содержимого, я осмотрел стену, использовав зум. Почти вся она была целой и только в этом месте имелись выбоины, оплавленные дыры.

— Алекс, это сильнодействующая органическая кислота. Ее природа неизвестна. — доложила Ава, закончив быстрый анализ.

— Чудесно, — недовольно выдохнул я. — Откуда тут кислота?

— Так, ладно! — Раттлер принял решение. — Борт, забирайте нас. Здесь поблизости, в ста километрах есть иридиевая шахта и небольшое шахтерское поселение. Летим туда.

«Отбойник» взревел движками, закружил, выискивая удобное место для посадки. Менее чем через минуту сел, открыл задний шлюз.

— Все, грузимся на борт, — скомандовал майор, все еще глядя на сторожевые башни. Ему показалось, будто обзорные стекла покрыты трещинами. Но активировав зум, он понял, что большей части стекол вообще не было.

Закончив загрузку, «Отбойник» вновь взмыл в воздух, покрутился в воздухе и устремился на восток, куда указал командир десантной группы.

Ветер стих, а потому борт летел спокойно. Я не стал цепляться к стойке — остальные тоже не торопились. Ограничились тем, что просто держались за бортовые поручни.

Наш транспортник медленно набирал скорость. Пилоты не желали лишний раз рисковать нашими жизнями, а потому старались вести «Отбойник» так, чтобы он перемещался точно по центру довольно широкого ущелья.

— Связь с Хаузером есть? — поинтересовался Раттлер, влезая в кабину. Я тоже подошел поближе, поэтому хорошо слышал двустороннюю связь пилотов.

— Сигнал слабый, но есть.

— Вызови его. Может они нашли что-то полезное.

— Принял.

Второй пилот принялся вызывать группу «Б» по внешней связи, но слышимость была просто отвратительная. Голос майора постоянно искажали помехи, иногда связь вообще проседала на две-три секунды.

— Хаузер? Что у тебя?

— Сели на самом краю каменного плато. Квадрат «К-4». До орбитальной станции еще километров шесть, но там сплошное болото.

— Как болото? — голос у Раттлера изменился. — Тангер же говорил, что там должна быть равнина?

— Не знаю… В любом случае… А ч-черт!

Из наушников послышался неестественный шум. Какой-то грохот.

— Что там у тебя?

Несколько секунд было тихо. Затем послышался отчетливый голос командира группы. Он был сильно взволнованным, голос был напряжен.

— Раттлер, на нас движется что-то странное. Сканер сошел с ума.

Снова помехи.

А уже через секунду послышался истошный крик.

— На нас напали, транспорт подбит. Несу потери.

— Хаузер, кто напал? — наш командир сам перешел на повышенный тон.

Дальше связь оборвалась.

Командир десантной группы переглянулся с пилотами, затем молча покинул кабину.

— Что происходит? — громко спросил я, безошибочно определив, что все пошло не по задуманному плану.

Ответить Раттлер не успел.

Послышался удивленный возглас одного из летчиков, затем крик.

— Береги-ись!

Одновременно где-то рядом полыхнула мощна, очень яркая зеленая вспышка. Что-то врезалось в левый борт, да так, что «Отбойник» вздрогнул.

Практически сразу оглушительно рвануло.

С левого борта брызнули искры, по всему внутреннему пространству разлетелись мелкие ошметки.

Транспорт накренился на правый борт, резко провалился в воздушную яму. Кто не удержался, покатился по полу, сшибая других.

— Какого черта⁈ Держи-ись! — заорал Раттлер, оперативно цепляя страховочный карабин. Я не успел последовать его примеру, а уже через несколько секунд сильно пожалел.

Снова полыхнула зеленая вспышка. Я услышал приближающийся свист.

— Ава, что это? — крикнул я, кое-как приняв вертикальное положение у правой переборки. Но ответа не расслышал.

Под днищем что-то оглушительно взорвалось. Шлюз-гармошка посыпался вниз раскаленными обломками, словно это был не прочный сплав легированного титана, а пластиковый конструктор. Почти треть внутреннего содержимого отсека «Отбойника» провалилась куда-то вниз. Я успел отметить, что туда же укатилась пара «Скаутов» и один «Дефендер». Тяжеловес попытался удержаться за транспортировочную сеть стальными пальцами, но просто разорвал ее, так и не сумел.

«Отбойник» резко задрал нос, ткнулся кормой в скалу и отскочив от нее, начал жестко заваливаться влево. Отвалилась часть правого крыла.

А в следующую секунду балка подо мной прогнулась, лопнула и я, вместе с «Тахионом» рухнул вниз, ударившись шлемом об один из гравитронов.

— Ава, стабилизируй! — заорал я, но ИИ уже и сам сделал все, что от него зависело. Заработали репульсорные двигатели, меня резко толкнуло вверх. Я мгновенно потерял равновесие и едва не впечатался в скалу. Мимо пронесся транспортник, резко набирая скорость. Я заметил, что из-под сломанного крыла валит черный дым. Кажется, наш борт горел.

Ноги угодили в песок. Правая нога цокнула о небольшой камень. Сервоприводы жалобно взвыли, но справились с чрезмерной нагрузкой.

Немного завалившись вперед, я выставил перед собой руки и остановил падение. Сверху на меня упало что-то большое, едва не расплющив. Я с силой ткнулся шлемом в песок. Сзади, где-то в районе затылка, что-то хрустнуло.

Вокруг творилось какое-то безумие. К такому меня не готовили.

— Ава, повреждения? — дрожащим, срывающимся голосом произнес я.

— Анализирую, — через несколько секунд Ава добавила. — Перегрузка нижнего правого сервопривода. Царапины и мелкие повреждения корпуса, снижена прочность крепления шлема. Герметичность шестьдесят два процента.

Я решительно поднялся на ноги, активировал импульсную винтовку. Локтевая бронепластина сдвинулась в сторону, в танталовую ладонь выскользнула компактная «LR-33».

Одновременно, совсем рядом снова что-то взорвалось.

Я заметил, как «Отбойник» бестолково зарыскал воздухе. Резко задрал нос. Пилоты из последних сил пытались посадить транспорт, но все-таки не справились. Еще одно попадание стало для корабля фатальным. Что-то ярко-зеленое влетело в транспорт, почти сразу растворившись в корпусе корабля. Брызнули короткие зеленые молнии.

Гулко рванула топливная сборка, расположенная в хвостовой части. Во все стороны разлетелись мелкие обломки. Транспортник мгновенно окутало облако черного дыма и яркого пламени.

Из-за дыма показались разбегающиеся во все стороны десантники. Двое из них горело прямо на ходу…

По внутренней связи я слышал только истошные крики, шум. Ничего толком не разобрать.

Бронешлем странно клацнул, появился люфт. Я протянул к нему руки, решив, что нарушилась блокировка, снял фиксирующую клипсу, затем вторую. Но внезапно сверху на меня снова что-то упало. Скаф сшибло с ног и я рухнул на колени. Рядом воткнулся в песок обломок крыла. Я едва удержал равновесие, шлем предательски хрустнул и слетел с головы и покатился по песку.

Осознание того, что я остался без шлема заставило меня вздрогнуть. Набрав полные легкие чужого воздуха, я ощутил привкус ржавчины. В груди чуть закололо. Было тяжело, но терпимо. Ава не ошиблась, дышать можно, но лучше подобным не увлекаться.

Я оглянулся, поискал глазами то, что сшибло меня с ног. Справа лежало тело десантника. У него отсутствовала рука вместе в плечом. Меня заляпало темно-алой кровью.

— Да твою-то мать!

Взглянув вверх, я заметил, что на скале повисла оборванная транспортировочная сеть. Видимо, вывалившийся из трюма десантник успел зацепиться за нее. Отлетевший обломок крыла просто перерубил ему конечность и боец рухнул вниз, орошая все своей кровью.

— Ава… А, черт!

Шлема-то на мне уже не было. Искин меня попросту не слышал.

Я подхватил лежащий на песке бронешлем, в дыму кое-как заметил желтый «Палладин» Раттлера. Он только что выбрался из-под обломков, одновременно пытаясь потушить очаг пламени на плече. Я подхватил шлем, зашагал к командиру группы.

Тут и там попадались тела раненых и погибших.

Я наткнулся на десантника в легком скафе. Тот лежал на спине, зажимая рану на боку — оттуда торчал исковерканный обломок. Он проткнул слабозащищенное место и сейчас боец лежал на песке и истекал кровью.

— Помоги… — громко прохрипел он.

Я ошалело рухнул на колени, трясущимися руками отложил шлем. Порыв ветра облепил раненого песком, заодно присыпав и обширную рану.

И без помощи Авы было ясно, что повреждения критические. По-хорошему, тут нужен медпак второго уровня, но у меня его не было.

— Медика! — заорал я, пытаясь отыскать красно-белый символ на шлемах бойцов.

В жутком шуме меня никто не услышал. Наверняка и внутренняя связь работала плохо.

Внезапно я ощутил легкое головокружение, в груди что-то сильно кольнуло. Во рту практически пересохло. Кажется, я надышался чужого воздуха.

Неожиданно, слева от меня появилась крупная тень. Я даже не успел ничего предпринять, как меня ухватили за плечо и с силой дернули вверх.

— А-а! Какого хрена?

Мне прилетела затрещина. Да такая, что аж голова качнулась вправо и назад, затылок больно ударился о тыльный обод бронекостюма, а зубы громко щелкнули.

— Алекс! Какого дьявола ты тут расселся? — процедил сквозь зубы Раттлер и заглянул мне в лицо. — Иди и испытывай свою разработку! Только под ногами не путайся!

Я помотал головой — в глазах плясали разноцветные пятна, а в ушах звенело. Но в целом, первые признаки дезориентации мгновенно рассеялись. Хороший прием для тех, кто потерял над собой контроль.

Видимо, увидев меня на коленях, Раттлер решил, что я в шоке, а потому и поторопился дать мне отрезвляющую затрещину. Хорошо хоть бронеперчатку снял.

Майор осмотрелся по сторонам, задержал взгляд на истекающем кровью десантнике. Кажется, тот уже не дышал.

«Отбойник» лежал в пятидесяти метрах от нас. Всю носовую часть транспортника сплющило о камни, а бронестекло кабины вмяло внутрь. Что там с пилотами, мне даже думать не хотелось. Наш корабль, лежа на боку, нещадно дымил, а из-под правого крыла вырывалось пламя. Хорошо же «Отбойнику» досталось.

Нас сбили. А ведь мы даже не ожидали подобного.

Я закашлялся. Голова закружилась сильнее. Зашарил руками по песку.

Командир десантной группы догадался, что мне не хватает кислорода, подобрал с грунта мой шлем и сунул в руки.

— Держись рядом!

Майор почти сразу потерял ко мне интерес, отскочил в сторону и принялся раздавать указания уцелевшим парням.

Я поспешно натянул шлем на голову. Щелкнули фиксирующие клипсы. Пшикнуло. Сразу стало легче дышать.

Снова активировал Аву. Искин мгновенно оповестил о состоянии костюма, но меня это не сильно волновало.

— Дерьмо! — проворчал я, осматривая затянутое дымом ущелье.

Бойцы Раттлера уже начали занимать позиции, другие вытаскивали раненых из транспортного отсека. Пытались добраться до контейнеров, вытащить средства орбитальной связи.

— Медика сюда! — послышалось слева.

Я крутанул головой, почти сразу заметив двоих десантников в средних «Паладинах». Один был цел и невредим, а у второго расплющило руку, вместе с бронеперчаткой. Я отчетливо увидел, как из-под щелей исковерканного металла капает темная кровь.

Справа, еще у одного выпавшего из трюма десантника, от чудовищного удара о камни лопнуло бронестекло. Камень и песок заляпало кровью.

Легкая тошнота подкатила к горлу. В голове зазвенело.

— Ава, сделай мне легкую противошоковую инъекцию, — дрожащим голосом пробормотал я, обращаясь к искусственному интеллекту бронекостюма.

— И просканируй местность. Есть враждебные формы жизни? — добавил я спустя пару секунд, почувствовав слабый укол в области шеи. Все-таки моя второстепенная задача оказывать содействие десантной группе.

— Обнаружено шесть сигнатур, — доложил искусственный интеллект, спустя пару секунд. — Расстояние тридцать метров. Приближаются. Десять сигнатур. Двенадцать.

Я похолодел. Как тридцать метров? Где?

Лихорадочно осмотрелся. Уцелевшие десантники носились по ущелью, стараясь закрепиться. Из-за камней торчали стволы импульсных винтовок. Переносной сканер, возможно поврежденный, ничего не показывал. И это было странно. Противника как будто не было. Да как так?

— Пятнадцать метров. Приближаются, — напомнила Ава.

Песчаный грунт в нескольких метрах от меня заметно вздулся, затем начал проседать.

— Они под нами, — догадка посетила меня слишком поздно.

— Раттлер! Берегись! — заорал я глядя на майора, но было уже поздно.

Крайнего гренадера почти мгновенно по пояс затащило под землю. Его крик оборвался сразу… Упал на колени второй, тоже закричал. Рухнул на грунт. Пластины в области живота взорвались кроваво-металлическими ошметками.

Затем, песок передо мной буквально взорвался светло-коричневым вихрем. Меня с такой силой ударило в грудь, что я сам того не ожидая, отлетел на камни. С неожиданной силой ударившись виском о внутреннюю часть шлема. Голову прострелила настолько острая боль, что меня мгновенно вырубило…

Глава 3

Один

Я открыл глаза, но почти ничего перед собой не увидел.

Бронестекло шлема частично запотело, наверное поэтому свет почти не пробивался внутрь.

— Ава, ты здесь? — спросил я, обратившись к искусственному интеллекту. — Детальное состояние скафа!

Тишина. Искин упорно молчал.

— Зар-раза, вот я попал! — процедил я сквозь зубы, ощутив ледяные мурашки на спине.

Я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Сервоприводы отключились. Передо мной мигали системные сообщения о том, что уровень заряда батарей критический. Его хватало лишь на поддержание моего собственного жизнеобеспечения. Да и то, кажется в ближайшие пару минут все должно было вырубиться.

Судя по всему, была ночь. Мля, сколько же я провалялся в отключке?

Попытался отследить хронологию и понять, что посадило мне батарею, которая теоретически, могла год обходиться без основной подзарядки.

Не отследил. Подавляющее большинство функций не работало.

Единственное что пришло мне в голову, снять разблокировку. Но подобное категорически запрещено — это означает, что я останусь без защиты в прямом контакте с атмосферой спутника. Дерьмо! Но какие еще варианты?

В аварийном ранце, которым оборудован каждый бронекостюм, имеется запасная батарея. Теоретически, можно попробовать ее заменить, только сделать это нужно очень быстро.

Я взвесил все за и против, выдохнул. Нашарил рычаг аварийной разблокировки скафа, выдавил его на полную. Послышались тихие щелчки. Сразу стало свободнее. Откинулись передние бронепластины, а я наконец-то обрел возможность двигаться.

Кажется, реально была ночь. На меня сразу же дунуло холодом, причем ощутимым. Я прищурился, клубы песка гоняемого ветром, едва не забили мне глаза.

Если днем было плюс семь градусов, то сейчас определенно был минус, причем серьезный. Сразу же сковал озноб. На мне был лишь комбинезон из легкой облегающей ткани, который совершенно не гподходит для защиты от холода.

Кое-как высвободив руку, я тут же отстегнул бронешлем. Рывком головы сбросил его в сторону, оттолкнул рукой.

Осмотрелся по сторонам. Никого. Куда все подевались?

Потом, все потом. Сначала нужно выбраться и восстановить питание.

Я извлек вторую руку, подтянулся, вытащил ноги из отверстий. Все, я выбрался.

Еще раз быстро осмотрелся, но ничего вокруг не заметил. Никакого движения, только ветер по-прежнему гонял песок.

— Блин, х-холодно-о! — проворчал я, чувствуя, что начали стучать зубы. Кажется, идея выбраться на холод оказалась не самой удачной.

Тем не менее, я все же вылез наружу полностью. Сунул руки под спинную часть нагрудника, нашарил рычаг и потянул на себя. Тяжелая бронепластина съехала влево.

Ничего не видно.

На ощупь кое-как отыскал питающий протокабель, запасной модуль адаптации. Да где эта чертова батарея?

Тело снова пробрал крупный озноб. Я быстро просчитал, что даже если и найду батарею, подключить ее уже не успею.

— Сраные бабуины, вот дерьмо! — прорычал я, бросив бесполезное занятие. Как раз в этот момент погасли все еще работающие на остатках энергии светодиоды. Мой «Тахион» сдох.

— Дьявол, вот тебе и продвинутый скаф!

Я снова осмотрелся, прижался к поверхности бронекостюма. Метрах в пяти от меня, лежало что-то черное.

Бегом бросился к нему, уже зная, что это такое. Мертвый десантник.

Передо мной был «Скаут». Его броня в трех местах была прожжена чем-то странным, а по бронестеклу шли трещины.

Не подойдет, слишком много повреждений.

Слева, за камнями увидел еще одного. Стараясь перемещаться быстро, я подскочил как можно быстрее, оценил состояние.

«Палладин», хоть бы был целым…

Не повезло, внутри тоже труп. Повреждения слишком сильные.

— Да зараза!

Я уже промерз до костей, ледяной ветер дул так, словно поставил перед собой цель приморозить меня к броне.

Снова осмотрелся, приметил еще один скаф. Рванул к нему, чувствуя, что пальцы на руках и ногах начали цепенеть. Еще две-три минуты и я уже не смогу бегать, просто лягу и замерзну нахрен.

Так, еще один «Скаут». Бронекостюм почти целый, только стекло разбито. Это был тот самый десантник, который приложился головой о камни, забрызгав все своей кровью.

С трудом отыскал кнопку аварийной разблокировки. Тихо щелкнуло.

Уже из последних сил я начал вытаскивать из «Скаута» мертвое тело. Голова десантника была разбита, кажется, даже череп был проломлен.

К черту заляпанная кровью внутренность скафа, к черту, что тут лежал мертвец. Я уже не думал о морали, о гуманности. Еще немного и броня мне больше не понадобиться. Только бы согреться!

С трудом забравшись внутрь и заняв место, я тут же активировал блокировку.

— Активировать обогрев. — стуча зубами от холода произнес я.

Потерял несколько секунд.

Затупил. Не было здесь и намека на голосовое управление. Примитивнее некуда.

Покопавшись в панели, отыскал систему обогрева. Конечно же, воздушную. Индукционной тут и быть не могло, слишком уж прост и ограничен «Скаут».

Почти сразу тело обдало приятным теплом.

Однако голова все еще была без защиты. Я снова почувствовал головокружение. Опять нехватка кислорода.

Кое-как поднявшись на ноги, я зашагал к своей первой находке. Валявшийся на песке шлем, хотя и слегка потертый, подошел как влитой.

Щелкнули клипсы. А я облегченно выдохнул, плюхнулся пятой точкой на песок и прикрыл глаза.

Успел, еще бы немного…

Сердце колотилось, а тело медленно отогревалось, что не могло не радовать.

В самом скафе было тихо. Внешние микрофоны, видимо по инициативе десантника, почему-то стояли на минимуме. И чего этим добился прежний владелец «Скаута»?

Минуты через четыре, я переключился на другую задачу. Воздух есть, тепло. Броня, пусть и легкая, но лучше чем ничего.

Импульсная винтовка была пристегнута к спинному креплению. С третьего раза удалось ее отстегнуть. Взвесил, осмотрел.

Это была «LR-20», довольно громоздкая винтовка стреляющая теми же пулями, но по-другому принципу. Да, удалось частично совместить эффект использования энергии отдачи свободного затвора и разогнать линейным электромагнитным полем специальную пулю. Не самое удачное оружие, но куда лучше, чем старые автоматические винтовки, работающие на основе энергии пороховых газов.

Пусть и не к месту, но я вдруг вспомнил историю. В 2035 году на Земле вспыхнула вирусная эпидемия, унесшая четверть населения планеты. Промышленность и медицина оказались в таком провале, что выйти на прежний уровень развития удалось только к 2053 году. Все это время военная промышленность топталась на месте, а некотором роде даже откатилась назад. Идея проектирования первых бронекостюмов стала инновационной, но быстро доказала, что в этом направлении еще работать и работать.

Именно поэтому морально устаревшее стрелковое оружие все еще состояло на вооружении — оно дешево в производстве и его было много. Реально много.

Я осмотрелся, но ничего кроме песка и темных отвесных скал не увидел. Куда же делись остальные десантники? Не испарились же.

Из-за ограниченной видимости я насчитал только восемь тел. Но наверняка их было куда больше — часть осталась под обломками нашего корабля, часть попросту занесло песком.

Так, а где сам «Отбойник»?

Я осмотрелся. Затем активировал прожектор. Мощное устройство могло сразу же привлечь ко мне внимание тех, кто на нас напал. Поэтому я быстро выкрутил его мощность на минимум.

Я не заметил ничего любопытного. Здесь не было ни пещер, ни ответвлений. Просто ущелье, усеянное камнями.

Наконец-то удалось обнаружить транспортник. Он лежал между камней, уткнувшись носом в скалу. Даже отсюда я заметил, как сильно деформировалась кабина, а бронестекла вообще были покрыты паутиной мелких трещин.

Увязая в сыпучем песке и иногда спотыкаясь о камни, я добрался до корабля, и мягко говоря, охренел.

— Ни фига себе! — пробормотал я, глядя на поверженного стального гиганта. — Вот это тебе досталось!

Весь левый бок представлял собой мешанину рваных обломков, проводов, механизмов. Крыло отсутствовало, видимо после взрыва, раскрошившись на бесформенные куски. Один оторванный двигатель лежал у скалы, занесенный песком. Второй был относительно цел, но вряд ли работоспособен.

Фюзеляж помят, покоцан. Хвостовая часть была почти снесена, а прямо по центру, поперек корпуса, шла широкая трещина.

Часть нижнего шлюза отсутствовала — корабль просто рухнул на камни, проломив ту часть днища, что еще была цела… Вряд ли транспортник можно отремонтировать, проще пустить на переплавку.

И все же большая часть трюма уцелела.

Я с некоторым трудом отодвинул сломанный шлюз, забрался внутрь и почти сразу же понял — после крушения здесь кто-то был.

Справа от входа стояли открытые контейнеры, какие-то ящики. На полу пустые упаковки от первоуровневых медпаков. Коробки из-под батарей. Слева висели обрывки транспортной сети, которая фактически отделяла грузовой отсек, от десантного. Все было засыпано обломками, какими-то деталями, содержимым контейнеров. Песком.

И ни души.

Почти полная тишина.

Лишь по обшивке шуршал песок. Проклятый песок, он тут повсюду. Я чувствовал, как он забивается в щели, пробивается под одежду. Да он даже на зубах скрипел.

Я пролез глубже, сдвинул пару перевернутых контейнеров. Осмотрелся. Сплошной бардак, тут сам черт ногу сломит.

Увидел переходной тамбур в кабину пилотов. Решил заглянуть, мало ли, вдруг там найдется что-то интересное?

Поднялся наверх по короткой лесенке, влез внутрь и неприятно удивился.

Оба пилота были здесь. Одного засыпало обломками бронестекла, отчего он практически сразу истек кровью. Второй сломал ребра о штурвал и размозжил челюсть.

Летчики не носили бронекостюмов. Только простые летные комбинезоны из органической резины. Они почти не обеспечивали никакой защиты от физических воздействий, а потому и не смогли смягчить последствия крушения. От чудовищного удара о камни, человек умер на месте. Не удивлюсь, если все внутренние органы были повреждены или раздавлены сломанными ребрами.

В кабине не нашлось ничего интересного.

Панель управления разбита, средства связи не функционировали. Питания не было.

— Мда-а, парни. Вы чудом посадили эту птичку, жаль сами не пережили экстренную посадку, — тихо произнес я, отдав дань уважения погибшим.

Я уже собирался вернуться обратно в трюм, когда обратил внимание на небольшой отсек для личных вещей экипажа. За дверцей я нашел стандартный рюкзак, какими обычно комплектуют военнослужащих Федерации.

Внутри оказался импульсный пистолет с запасной батареей, медпак и суточный паек.

Медпак тут же перекочевал в аварийный ранец, места там хватало. Паек я отложил в сторону, намереваясь воспользоваться им в самое ближайшее время. А пистолет… Какой от него толк? У меня уже была «LR-20», на поясе висела пара «ST» гранат.

Хотел уже оставить его здесь же, но «чуйка» подсказывала, что лучше взять с собой. На поверхности спутника, где есть неизвестный противник, много оружия не бывает. Все-таки сунул и его в аварийный ранец. Ну так, на всякий случай.

Осмотрелся еще раз, но больше ничего полезного не нашел. Уже собирался выбраться из кабины, как вдруг уловил какой-то посторонний шум, которого еще треть минуты назад не было.

Увеличил чувствительность внешнего микрофона.

Звук был странный. Чем-то напоминало цоканье чего-то острого по толстому металлу. Направление определить не смог, не было у «Скаута» такой функции.

Я притих, бросил взгляд на тамбур. Вроде бы никого нет, но почему-то я был уверен, что странный звук доносится именно из трюма.

Сделал шаг, второй.

Погасил прожектор.

Здесь звук был более четкий. Одновременно с ним я услышал какое-то ритмичное шипение. Оно, то приближалось, то удалялось. Источник явно перемещался по разгромленному трюму.

Руки сами собой подтащили импульсную винтовку. Сжал ее покрепче.

Выдохнул, вдохнул. Сердце снова начало предательски колотиться о грудную клетку.

Попробовал подойти ближе, но только неуклюже ткнулся шлемом в переборку. Звук разлетелся по всему транспортнику.

Подозрительный звук резко прекратился.

Я похолодел. Мысленно отругав себя за оплошность, все-таки решился действовать.

— Ну, дерьмо! Вот, сейчас я…

Совершив резкий прыжок вперед, я рассчитывал приземлиться почти у самого выхода и сразу же, припав на колено, вскинуть к плечу винтовку.

Видел такой прием на курсах выживания. Правда, там его применяли внутри строящегося здания, но какая разница?

Уже в полете я запоздало вспомнил, что там была лесенка.

Я неловко рухнул прямо на пол, с грохотом раскидав все, что весило меньше чем скаф. Я еще не успел даже понять, что мое фиаско закончилось куда более мягко, чем я предполагал, когда в мою сторону полетели ярко зеленые сгустки какой-то дряни…

Я умудрился выставить перед собой винтовку, глазами ища невидимого противника, но ничего не заметил.

Да включи же ты прожектор!

Вспыхнул луч света, выхватив из темноты странное, жуткое, совершенно непривычное человеческому глазу существо…

Оба светящихся сгустка пролетели над головой, один из которых, скользнул по поверхности бронешлема. Во что они там попали, меня уже не волновало. Я даже на мгновение завис, пытаясь понять, что именно я увидел.

Тварь издала короткое шипение, затем резко скакнула в сторону. Я успел заменить только большие кожистые крылья. Или перепонки.

Одновременно я выжал спусковой крючок. Сухо щелкнуло.

Ничего.

Вспомнил, что в суматохе совсем забыл снять с блокиратора.

Пока я возился с винтовкой, непонятный противник скакал где-то за контейнерами, оставаясь незаметным.

— Эй! Вылезай! — крикнул я, снова вскинув «LR-20».

Начал вертеться по сторонам, стараясь осветить как можно больше пространства. Слева показалось какое-то движение. Шелест. Что-то упало.

Тварь была не очень крупной, примерно с человека. Но в плохом свете я практически ничего не разобрал.

Я шагнул влево, затем еще. Ствол винтовки смотрел туда же, куда и я. Противник определенно был здесь, но старательно уклонялся от контакта. Или это мне так показалось?

Справа послышалось невнятное шипение. Я тут же осветил тот участок и заметил противника. Тот шустро рванул дальше, нырнув за ряды вразнобой лежащих контейнеров. Нет, он не просто рванул. Он планировал, отдаленно напоминая белку-летягу. Мелькнул длинный извивающийся хвост.

— Да стой же ты, урод! — я начал злиться, хотя страх по-прежнему не отступал.

Дал короткую очередь на опережение. Трассирующие пули изрешетили тонкую переборку, оставив на ней дыры с оплавленными краями. Кажется, только одна попала в цель.

Я услышал яростное шипение, переходящее в свист.

А уже через мгновение, из-под дальнего ящика, в меня полетело что-то зеленое, светящееся изнутри. Я увернулся, но потерял тварь из виду.

Споткнулся, едва не рухнул. Весь трюм был забит различным хламом, перемещаться по которому было проблематично.

Я прозевал момент и слишком поздно заметил, как тварь уже совершила свой выстрел. Зеленая клякса угодила прямо на ствольную коробку «LR-20», с тихим шипением принявшись прожигать металл. Взвился белый дымок.

— Вот падаль! — подумал я. — Какая-то кислота, что ли?

Тварь выскочила внезапно. Отталкиваясь от всего, до чего могла дотянуться, она в мгновение ока сократила расстояние почти вдвое. Я успел заметить, что у нее были острые конечности, но откуда они росли, не разглядел.

Рванул влево, совершил что-то вроде переката и уперся боком в переборку. Снова вскинул винтовку, поймал в прицел существо и выжал спусковой крючок. Клацнуло. Но выстрела не последовало.

Я глянул на верхнюю крышку. Там горел индикатор предельной перегрузки.

— Бля!

Внутри пушки что-то коротнуло.

Толку от нее больше не было. Я размахнулся и швырнул ее в противника, а сам бросился назад, нырнул за ящики.

Грохнуло. Я успел заметить голубоватую вспышку.

Охренеть, «LR-20» что, взорвалась? Выходит, кислота замкнула батарею?

Но размышлять было некогда.

— Так, что еще есть из оружия? — спросил я сам себя, даже не заметив этого.

Прокрутив информационную панель на запястье, я охнул.

Гранаты, штык. Сигнальная ракета. И все?

— Дерьмище, да десантник в «Скауте», фактически безоружен! — я взвыл от бессилия и страха.

Но думать об этом было некогда. Я отчетливо услышал яростное шипение. Резко задрав голову вверх, я увидел жуткую морду.

Вытянутый череп, обтянутый светло-коричневой кожей, две пары маленьких черных глаз. Какая-то щель вместо носа, зубастая пасть, обрамленная беловатой слизью. На бронестекло упала мутная капля, за ней потянулись какие-то сопли.

Меня аж передернуло от отвращения. Тварь совершила какое-то неестественное движение, но я чисто интуитивно отклонился в сторону. Острая хитиновая конечность скользнула по поверхности бронешлема и угодила в ящик, пробив внешнюю стенку насквозь. Ну и силища…

Вдруг, из аварийного ранца выпал трофейный пистолет.

Я изо всей силы пнул ящик ногой, тварь слетела с него, оказавшись с другой стороны. Оттуда послышалось возмущенное шипение. Подхватив пистолет я сразу же снял блокиратор и приподнявшись, принялся искать противника.

И тот не заставил себя ждать. Встав на четвереньки, он бросился на меня. Мелькнул гибкий хвост.

Я дважды выстрелил почти в упор. Все пули попали прямо в раскрытую пасть.

Противник булькнул, отлетел в сторону. Запутался в сети и начал барахтаться, переворачивая все, что было плохо закреплено. Распахнул свои, то ли крылья, то ли перепонки.

Затем все-таки затих.

А я облегченно сел на пятую точку. Я благодарно пострел на пистолет, который собирался бросить. Сейчас он меня спас.

О возможностях напавшей на меня твари я не знал. Что это вообще такое?

Помедлил, затем выкрутил мощность прожектора наполовину. Поднялся.

Медленно подошел, пнул ботинком мертвое тело.

Ухватил ее за нижнюю конечность, вытянул на открытое место.

Приблизился и скривился от отвращения.

— Вот блевота! — выдохнул я. — Ну и откуда ты такой взялся?

Существо было довольно крупным, примерно со среднего человека. Вес около восьмидесяти килограмм. Вытянутое коричневое тело, четыре массивных отростка, как у морской звезды. Из них росли хитиновые то ли когти, то ли штыки, их концы были подвижны. Внутренняя часть штыков была полой — там проходили тонкие узловатые мышцы или сухожилия. Они позволяли крюкам сгибаться и разгибаться. Так тварь и цеплялась за все, что могло служить точкой опоры. Между верхними и нижними конечностями была натянута своеобразная кожаная перепонка. Именно с ее помощью существо совершало короткие пролеты.

Еще был хвост. Длинный и невероятно гибкий. Думаю, он тоже играл не последнюю роль в феноменальной подвижности существа.

Что это за тварь?

Ничего подобного на спутнике замечено не было. Это точно.

Так откуда же это взялось?

А ее атаки кислотой? Что если чем-то подобным сбили «Отбойник»? Чем-то гораздо крупнее этой летающей пакости…

Я отвернулся, отошел прочь. Затем подумал, вернулся и, ухватив тварь за нижнюю конечность, потащил ее к выходу из трюма. Только сейчас заметил, что дверь была прикрыта не полностью — так он сюда и пролез. Выбросил труп наружу, хотел уже закрыть дверь, но передумал и повесил тело прямо у входа. Затем обратил внимание, что метрах в тридцати впереди, перемещаются какие-то темные силуэты.

Еще твари. Мля-я… Их что, привлек шум?

Мне стало реально страшно. Что я мог поставить против них? Винтовки у меня не было, а от пистолета на средней дистанции толку не много.

Да и шлюз запереть нельзя — механизм блокировки заклинило и сейчас, толку от него было мало. К тому же, других дыр в корпусе тоже хватало. Нет, забаррикадироваться не получится… Так что же делать?

Глава 4

Остаться в живых

Большая часть контейнеров внутри трюма была очень тяжелой, даже подтащить не получится.

Взгляд сам собой остановился на хитрой маркировке одного из ящиков. Ранее я часто имел дело с различными комплексами вооружения, благо доступ был. Кое-что разработал и сам, причем весьма толково — приняли на вооружение.

Ухватил один из них, кое-как перевернул, приоткрыл крышку.

Выругался.

Внутри оказалось навесное вооружение для транспортника. Это был малый корабельный фазер и комплект боепитания для него. Не годится, я даже не смогу его закрепить, не говоря уже о том, чтобы дать на него питание.

Перешел к другому контейнеру, тому самому, за которым прятался от противника.

Здесь оказались запасные детали для двигательных установок, механизмы, блоки.

В следующем — инструмент, какие-то шестеренки.

У меня быстро портилось настроение. Я отчего-то решил, что внутри найдется много оружия и боеприпасов для десанта, но не судьба. Запасного почему-то не было. А если что-то и было, то видимо его унесли выжившие.

Однако когда я подошел к четвертому ящику и быстро прочитал маркировку, то слегка улыбнулся. Предчувствие говорило — открывай!

Крышка была откинута одним рывком.

Да неужели⁈

Внутри оказался охранно-сторожевой модуль «Циклоп». Полный комплект, в неполной разборке.

— Вот это я понимаю, фортануло! Хех, бабуины! — я довольно ухмыльнулся и мысленно поблагодарил Фортуну, богиню удачи.

Боевой модуль «Циклоп» предназначался для охраны тех или иных военных объектов. Это была специальная тренога, на которой крепился трехствольный импульсный пулемет «MR-52». Все это было автоматизировано и управлялось программно-электронным блоком. В комплекте шел сервопривод с механизмом поворота, инфракрасный прицел, сканер, система определения «свой-чужой» и дополнительный модуль управления. Грубо говоря, это была стационарная огневая точка, способная вращаться и менять угол ведения огня, и при этом длительно удерживать тот или иной сектор. Если, конечно, батареи хватало.

Но взглянув на индикатор заряда, я немного охладил пыл.

Шестьдесят два процента. Не густо, но все же.

Примерно рассчитал, что ее должно хватить на шесть-семь часов. Может немного больше, если ничего не случиться.

Вообще устройство этого модуля включало в себя две батареи — одна отвечала за работу привода и блока управления, другая давала энергию для самого пулемета. Сложная система, основанная на молекулярной физике и теохимии.

Я решительно выволок треногу наружу, выдвинул распорки и закрепил. Водрузил на нее тело пулемета, зафиксировал. Подключил электронный блок, затем быстро активировал электронный модуль управления «Циклопом».

Заработало!

Я еще раз взглянул на камни. Между них определенно что-то перемещалось. Что-то крупное. Попытавшись активировать зум, я ничего не добился.

— Ну что, сволочи? — радостно воскликнул я, глядя на тихо жужжащий охранный модуль. — Попробуйте теперь до меня добраться!

Затем я вернулся в корабль и задвинул шлюз настолько плотно, насколько смог.

Прошел внутрь. Осмотрелся.

Тяжелые ящики сдвинул к шлюзу, а из легких ящиков собрал что-то вроде баррикады, освободил часть внутреннего пространства.

И наконец-то закончив, вдруг очень хорошо ощутил, что сильно голоден. С момента пробуждения прошло уже часов десять, не меньше… О, если бы я знал, сколько провалялся в отключке.

Вспомнил про найденный сухой паек.

Ранее я ни разу не пробовал разовые пайки вооруженных сил, но неоднократно слышал, что на вкус они редкое дерьмо.

Но под голодное урчание желудка, распаковал брикет и откинув забрало шлема, лично убедился, что они не такие уже и плохие. На вкус напоминало бездрожжевой недопеченный хлеб и одновременно обезвоженное куриное мясо. Впрочем, какая на вкус настоящая курятина, я не знал. Еще в середине прошлого столетия весь этот вид домашней птицы выкосил какой-то хитрый мутированный вирус.

Довольно быстро насытившись и запив все витаминным напитком, я улегся на один из контейнеров и задумался. Меня посетило чувство сытости и умиротворенности. Конечно, лежать в скафе было жуть как неудобно, но с этим можно смириться. Да и хрен с ним, что я остался совсем один, на поверхности спутника, в окружении неизвестных тварей. Выберусь! Наивно, но почему-то и вправду стало спокойнее.

Я почему-то вспомнил новостную сводку о сложившейся ситуации на Каллипсо…

В 2113 году Федерация успешно колонизировала третий спутник Юпитера. Его название неоднократно менялось, присваивалось другому спутнику Сатурна, но в итоге название оставили прежним. Там был обнаружен сверхэффективный элемент, способный обратить вспять энергетический кризис. Элемент получил имя «Квантаниум». Это открытие произвело настоящий фурорЁ!

Всего за два года удалось не только колонизировать спутник, но и наладить добычу и транспортировку минерала на Землю. В 2115 году оттуда прибыл первый транспортный корабль, на борту которого находилось шесть тысяч тонн «Квантаниума». А это колоссальные деньги. Департамент энергетики публично заявил, что готовится отменить энергетический кризис и существенно расширить добычу минерала.

Но вот, спустя месяц с Каллипсо был перехвачен странный сигнал бедствия. Никакой конкретики. Орбитальная станция, обеспечивающая отгрузку минерала, исчезла из поля зрения. Связи нет.

Командование земной Федерации приняло решение срочно отправить к спутнику военный крейсер с тремя сотнями десантников, готовых взять ситуацию под контроль.

Несмотря на обстановку и ситуацию в целом, я сам не заметил, как глаза сами собой закрылись, а я попросту заснул…

* * *

Что, Алекс? Решил, что все под контролем, да?

Не будет тебе тишины, забудь о спокойствии. Рано ты расслабился!

Я резко проснулся и вскочил на ноги от того, что «Циклоп», с характерным звуком, во все стороны отправлял горячие гостинцы.

Снаружи слышался вой, какое-то шипение, вой. Пару раз что-то дико завизжало.

Сказать что я охренел, значит, ничего не сказать.

Уверенность и воодушевление от того, что я надежно защищен — как ветром сдуло. Я не знал, что там происходило, сколько было противников. Но тот факт, что охранный модуль старался на полную катушку, я осознал сразу. Мгновенно сделал вывод, что рано мне радоваться — обстановка не располагала.

А если «Циклоп» не справится?

Что делать? Стрелять из пистолета? Бросать «ST» гранату?

Вместо этого я бегом бросился в кабину, забрался на разбитую панель и выглянул наружу, отыскав пространство между трещинами.

Все еще была ночь. Но одновременно с этим бушевала пылевая буря. Видимость резко упала до десяти метров, однако я разглядел, что кое-где заметны темные силуэты. Именно по ним и работал охранный модуль.

Я спустился обратно, но выходить в трюм не стал. Ограничился тем, что просто задвинул тонкую дверь, отделяющую тамбур от кабины. Хотел вытащить тело мертвого пилота и занять его кресло, но «Скаут» в нем все равно бы не поместился.

Так и остался на полу, прижавшись спиной к переборке, положив рядом гранату и пистолет. Сидел долго, около часа. Сидел и слушал, каждый раз замирая от ужаса, когда модуль прекращал вести огонь на поражение. В итоге усталость все-таки взяла свое и я снова провалился в беспокойный сон.

* * *

Когда же я снова открыл глаза, то сразу же сообразил, что уже светло.

Ветер по-прежнему гонял песок. Он монотонно шуршал по броне «Отбойника» уже почти не раздражая меня.

Сколько прошло времени? Да к черту, а какая разница?

Выбрался в трюм и услышал странный писк. Сначала напрягся, а потом понял — это пищал разряженный «Циклоп», упрашивая оператора как можно скорее заменить ему батарею.

Дьявол! Запасной-то у меня не было.

Я прислушался — снаружи никаких посторонних звуков вроде бы не доносилось.

Ухватился руками за шлюз и резко распахнул. Выглянул.

— У-у, твою-то мать! — проворчал я, оценив удручающую картину.

За ночь намело столько песка, что тренога на треть скрылась под сыпучим грунтом. Поодаль, метрах в двадцати-тридцати, я различил какие-то холмики. Насчитал штук сорок. Наверняка это тела тех, кого ночью отработал мой охранник.

Я мысленно похвалил умную железяку. Чтоб я без нее делал?

Спустя пору минут я выбрался наружу и снова охренел. Трупа, который я повесил у входа, нигде не было. Веселенькое дело, да. А чертового песка нанесло просто до хрена!

«Тахион». Где его теперь искать?

— Мля! Ну и как я его здесь найду? — я окинул взглядом горы песка. — Откопать «Тахион» в общем-то, не проблема, но вот найти его… Он же может быть где угодно! — ужаснулся я, окинув взглядом песчаные холмики.

Точного местоположения бронескафа я не помнил, лишь приблизительно.

Вокруг были камни, утопающие в песках разнокалиберные обломки сбитого «Отбойника», тела погибших десантников. Еще здесь находились и те, кого ночью, если конечно это была ночь, отработал «Циклоп».

Прошагав по зыбкому песку метров тридцать я остановился, обернулся и зачем-то посмотрел на транспортник. Он выглядел жалко. Сейчас уже сложно было опознать в нем ту стальную, грациозную птицу, которая менее суток назад покинула крейсер «Фауст». Теперь, это просто черная гора исковерканных стальных обломков, присыпанная песком и пылью. На верхнем хвостовом стабилизаторе сидело что-то вроде крупной птицы, отдаленно напоминающей земного грифа. Я чисто интуитивно активировал зум и приметил, что гриф смотрит на меня с какой-то унылой тоской…

Так, хорош. Какого черта я себя нагнетаю? У меня все хорошо! Все хорошо!

— Алекс, все хорошо! — повторил я вслух, затем снова огляделся и недовольно хмыкнул.

Еще минут десять я бродил по ущелью, пытаясь отыскать свой экспериментальный бронекостюм, но тщетно. Когда я оставил его, было совсем темно и холодно, а все о чем я тогда думал, это как бы поскорее найти скаф, согреться и добраться до сбитого корабля, надеясь найти там выживших. И сейчас у меня было лишь примерное направление. Я обрыскал все холмики, заглянул за камни — ничего. Даже прошелся в обе стороны на тридцать метров, но пока удалось обнаружить только тела погибших еще вчера десантников. Кажется, ночью кто-то основательно покопался здесь. Во многих местах, на металлических поверхностях были заметны глубокие царапины, как будто кто-то пытался разорвать броню и добраться до мяса.

Меня посетила догадка, а вдруг эти существа — что-то вроде падальщиков?

К своему удивлению я обнаружил не менее десятка тварей, идентичных той, с которой столкнулся в трюме корабля. Все они были поражены охранно-сторожевым модулем — умная электроника била точно в голову. Я мысленно окрестил их летягами, ссылаясь на то, что манера передвижения смахивает на поведение мелких пушистых животных с Земли. Правда, там они давно уже числятся как практически исчезнувший вид.

Но вот впереди показался довольно большой холмик, из-под которого почти ничего не было видно. Добравшись до него, я тут же принялся разгребать песок руками. Из-за того, что моя находка лежала у восточного склона ущелья, песка сюда намело основательно.

Ничего. Увидел другой, такой же по размеру.

Я обрадовался, заторопился к холмику.

Но к моему разочарованию и это был не «Тахион».

— Да где ты мля⁈ — выругался я, с досады взрыв ногой кучу песка.

Передо мной лежал «Палладин». Корпус был поврежден, но незначительно. Что-то острое проткнуло слабозащищенное место, заодно и убив самого десантника. Рядом с ним обнаружился сломанный «FAR-32».

Либо мой экспериментальный скаф занесло песком более основательно, чем я думал, либо он лежал в какой-то канаве… Ну, еще существовал вариант, что его уже кто-то утащил. Мысль, конечно, абсурдная. Летяги хотя сильны и даже разумны, но на кой черт он им сдался? Или, здесь есть еще кто-то помимо них?

Честно говоря, я плохо понимал, почему закованные в броню бойцы десанта так быстро выбывали из строя. Ну, понятно, кого-то случайно раздавило под обломками, кто-то сломал ребра от сильного удара. Парочка десантников просто сгорела, оказавшись в опасной близости от рванувшего топливного бака «Отбойника». У многих были разбиты бронешлемы, хотя это тоже странно — на то они и защищены бронестеклами, чтобы держать прямое попадание двух-трех импульсных зарядов. А тут пусть и сильный, но всего лишь удар о камень… Странно. Напрашивалось мнение, будто они картонные. Лишь позднее я понял, в чем кроется истина.

О том, чтобы снять «Скаута» и переобуться в «Палладина» не было и речи. Его только откапывать пришлось бы минут десять, а я и так рисковал, выбравшись на открытое пространство. К тому же, хотя в нем и имелась энергия, я заметил, что была повреждена правая нога. Поэтому я принял решение остаться в «Скауте», но попытаться вооружиться более основательно.

Для начала я нашел и выкопал из-под песка сразу две полностью исправные «LR-20», снял с трупа несколько импульсных гранат и еще один не поврежденный «FAR-32». Также я отыскал на информационной панели среднего бронекостюма интересный подмодуль, позволяющий частично синхронизировать оборудование одного скафа с другим. Правда, аналогичный тому, с которого осуществляется синхронизация. «Скаут» был слишком легок и прост. И все же, на его основе, кое-что придумать мне удалось.

Ведь я кто? Специалист по вооружению или бесполезный лаборант, препарирующий мутировавших крыс? Да у себя в лаборатории, еще практикантом я столько всего перебрал, что даже и не вспомню. Всю линейку старых бронескафов я, конечно, не разбирал. Но в целом, они были идентичны друг другу, да и интерфейсы схожи. Конечно, позднее Департамент разработки новых вооружений хорошо постарался — моя инженерная лаборатория была уникальной. Было бы желание копаться в механизмах, а инструмент найдется.

Вот и сейчас, нужный инструмент, хотя и в сильно ограниченном количестве, но все-таки был. Стараясь действовать быстро, постоянно осматриваясь по сторонам, я приступил к вынужденной модернизации.

Аккуратно снял и перекрутил весь электронный модуль. Вытянув из аварийного ранца контактный оптоволоконный кабель, я подсоединился к системе почти севшего «Циклопа» и перезалил себе его подпрограмму. Благо, такую модернизацию было осуществить не сложно.

Затем переставил себе с «Палладина» плечевой модуль крепления стрелкового комплекса. Он, конечно, был довольно громоздкий, но я поснимал все лишние примочки и тем самым облегчил его процентов на тридцать. Сверху водрузил найденный «FAR-32». Теперь у моего легкого скафа был примитивный искусственный интеллект, который при необходимости, мог активировать стрелковый комплекс и устранять возникшую угрозу. Да, голосового управления он по-прежнему не имел, но зато теперь, я мог задействовать независимую огневую точку.

В процессе пришлось не только снять шлем, но и вообще выбраться наружу. Дышалось нормально, хотя уже через три минуты я начинал чувствовать легкое головокружение. Да, а еще стало куда теплее. По ощущениям было около плюс двенадцати градусов.

Ветер по-прежнему гонял песок. Было тихо.

Я мельком взглянул на небо и вдруг понял, что оно имеет серовато-ржавый оттенок. Видимый на небе гигантский бок гиганта Юпитера, частично отражал далекий солнечный свет. Я снова присвистнул. Картина была если не эпической, то уж точно любопытной.

— Эх, Фортуна, не подведи! — пробормотал я, облачившись обратно в броню «Скаута». — Ну-ка, посмотрим.

Модуль работал, правда, сектор обстрела составлял всего тридцать градусов, а меткость предварительно составляла около семидесяти процентов. Ствол «FAR-32», вертелся в рамках своего сектора, выискивая противника.

Сам скаф прибавил почти десять килограмм, что сразу же сказалось на координации. Я мигом нафантазировал себе уйму примочек, которые можно было бы попробовать реализовать, но вскоре мой пыл поостыл.

Осознав, что скорее всего мой «Тахион» уже не найти, я сильно расстроился. Правда, обнадеживало, что в числе моих особых инструментов на «Фаусте», имелся отдельный поисковый модуль, в который заранее были вбиты маячки беспилотного «Тахиона». Если удастся вернуться на крейсер, то запустив протокол поиска, можно легко отыскать скаф. Ну а там, подойти к полковнику Тангеру и попросить его выделить транспортник, чтобы забрать разработку. М-да… Мечты! Попробуй-ка доберись до этого «Фауста». Крылья у меня пока еще не выросли…

Я подумал и снял с «Палладина» небольшой сканер. Он был слабенький, бил всего на пятьдесят метров, но и это, в сложившихся условиях, было очень неплохо. Правда, прослужил он не долго.

Завершил процесс вооружения тем, что снял с еще одного выведенного из строя «Скаута» почти полную батарею, дававшую мне еще двадцать часов работы. По итогу, у меня было две батареи, в общем, дававшие мне тридцать четыре часа автономной работы. Все.

Но расслабляться не стоило. Пока я «работал», успел заметить появление новых летяг. Правда, все они находились на вершине ущелья и вниз спускаться пока не собирались. Но тот факт, что они наблюдали за мной, не давал мне покоя. Что бы это значило? Боятся «Циклопа»? Или чего-то ждут?

Вернувшись на «Отбойник» я собрал все оставшиеся пайки, кое-как уместил все внутри аварийного ранца. Еще раз все осмотрел, но полезного ничего не нашел.

Раз поблизости никого не нашлось, значит, все реально погибли. Интересно, что предпримет старый вояка полковник Тангер? Организует еще одну высадку? Запустит поисковых дронов? Попытается просканировать весь спутник? Вызовет подкрепление с Земли? Ха, да на это уйдет два месяца!

Я колебался. Теоретически, атмосферные бури могли утихнуть и тогда за мной прилетят, нужно только оставаться рядом с кораблем. А если нет? Из-за мощных электромагнитных бурь, возникающих в атмосфере спонтанно, «Отбойник» попросту не знали где искать — сигнал не проходил. Не удивлюсь, если и борт Хаузера постигла та же участь. Лишь бы только их транспорт не был сбит противником, о котором я еще так ничего и не узнал.

Кто? Кто, черт возьми, атаковал наш транспорт? На спутнике не было ничего агрессивного, что могло представлять прямую угрозу жизни человека или помешало бы колонизации. Но эти падальщики-летяги…

Я вспомнил, что когда осматривал заброшенный инженерный городок, мне показалось, будто все здесь покинуто ну никак не два-три месяца назад. Гораздо раньше, не менее полугода точно. Что если проблемы начались гораздо раньше? Что если на Каллипсо изначально мы не заметили что-то такое, что впоследствии заявило о себе?

Да, примерно восемь месяцев назад, со спутника прибыл грузовой транспорт с дорогостоящим минералом. Но он был полностью автономен и управлялся компьютером. Эдакий большой грузовоз, прилетел, забрал то, что подняли на орбиту и, обогнув Каллипсо, полетел обратно к Земле. Без всяких вопросов.

Что если, груз, оставленный на орбите спутника, уже никто не контролировал?

Я все-таки решился. Оставаться здесь без еды, без энергии, на остатках батарей — опасно. Да, я бы мог разобрать все скафы погибших десантников, извлечь все батареи… А дальше? Перспектива оставаться в ущелье, где больше ничего нет, меня совсем не радовала. К тому же, я обнаружил оранжевый ящик с маяком. Судя по всему, он не работал, что меня совсем не воодушевило.

Перед тем как покинуть корабль, я случайно наткнулся на поискового дрона. Одноразовый. Он взлетал вверх, делал скан поверхности земли в радиусе четырех километров, затем отправлял результат на модуль управления, а сам ликвидировался.

Решил запустить дрона, осмотреться. Результатом такой разведки стало обнаружение аж сорока сигнатур, органического происхождения.

Осознав, что летяг тут много, я окончательно удостоверился в том, что отсюда нужно убираться как можно скорее.

В общем, взвесив все за и против, я все-таки выбрался наружу, определил направление, с которого мы двигались, после чего медленно направился по ущелью к нашей первоначальной точке высадки. Пройти нужно было относительно немного, но все же… Что там могло попасться на моем пути?

О, если бы у меня были репульсорные двигатели — я бы гигантскими прыжками доскакал до места всего за час.

Не судьба, Алекс! Не судьба.

По-прошествии первого часа, я смог преодолеть всего три километра. Двигаться по песчаному дну ущелья было очень неудобно. И не только потому, что ноги вязли в песке. То и дело попадались камни — одни величиной с дом, а другие не больше собаки. Я спотыкался, их приходилось обходить и перепрыгивать. Было ощутимо тяжело, я даже начал покрываться потом.

Да еще и проклятый песок забивался в щели между бронепластинами, проникал под одежду и даже попадал в сервоприводы. У «Скаута» их всего шесть — два спинных, два бедренных и два плечевых соответственно. Они маломощные, совсем не похожие на те, какими был оборудован «Тахион».

Да что это я? Опять вспоминаю про свою разработку. И, как бы это ни было печально, надо признать, неудачную разработку. Меня всего лишь приложило о камни, а уже отрубилась система питания. Это меня озадачило почти сразу. Я намеревался решить проблему, как только рассветет, но одна проблема сменила другую. Я вообще ничего не нашел. Правильно ли я поступил, оставив его где-то там?

Песок скрипел, частично искажал работу сервоприводов, шелестел по стальной броне. В какой-то момент я даже ощутил его у себя на зубах. Вот дерьмо.

— Каллипсо, мля! Что, кроме песка и камня здесь ничего нет?

Нет. Здесь были они — летяги.

Они преследовали меня, постепенно приближались. Многие спустились вниз и теперь перемещались по песку, короткими перелетами. Нет, конечно, полноценно они летать не могли, но часто, используя порывы ветра, отталкивались конечностями о камни и планировали между ними.

Я активировал зум и понял, что эти особи крупнее той, с которой я схватился ночью.

Едва я поднял импульсную винтовку и прицелился, как все они мгновенно попрятались за камнями.

— Вот гниды! — проворчал я, осматривая ущелье.

Их было около десятка. Держались на расстоянии примерно ста метров. Стрелковый комплекс на таком расстоянии был бесполезен, а снайпер из меня был не очень. Одновременно выяснилось, что система прицеливания сбоит.

Я начал волноваться. По спине поползли предательские мурашки. Тварей много, они уверены в своем превосходстве, преследуют меня. А я не могу идти все время, мне нужен отдых. Будь я в «Тахионе»… ай, да к черту!

Меня посетила довольно толковая мысль — а откуда они вообще понимают, что я пытаюсь взять их на прицел? Разве только… Они уже сталкивались с другими десантниками. Выжившими.

— Раттлер⁈ — пробормотал я, вспомнив про майора.

Я остановился как вкопанный, рассеянно глядя на существ. Затем отмахнулся, и продолжил путь, постоянно оборачиваясь и оценивая обстановку. Летяги, словно зловещие тени, двигались за мной, постепенно сокращая расстояние. Через час мне уже не нужен был зум, я и так все прекрасно видел.

Я забрел в какой-то узкий каменный мешок — справа и слева ущелье раскалывалось на несколько направлений. Они, то смыкались, то размыкались и пересекались между собой.

Почти сразу на моем пути встретился серьезный завал. Одна из треснувших скал рухнула, перегородив обломками проход. Теоретически можно было перелезть через нее, но когда я сделал попытку это сделать, летяги резко сократили расстояние почти вдвое.

Загнали меня в ловушку. Твари!

Я развернулся, откинул шлем и от отчаяния заорал.

— А-а, с-суки! Ну, идите сюда! Мяса вам, да?

Глава 5

Выжившие

Одновременно активировался «FAR-32». Импульсная винтовка уже была в моих руках, вторая же висела за спиной. Рука потянулась к импульсной гранате, но я не решился ее использовать, тем более, ранее гранаты я вообще не метал.

А двигались падальщики легко и быстро.

В качестве средства успокоения, я подумал о том, что в прошлом система «Циклопа» хорошо себе показала, а значит должна работать и сейчас. Все то же самое, только ствол другой.

Я резко вскинул «LR-20» и, поймав в перекрестье прицела приближающуюся тушу, дал короткую очередь. Почти все ушло в молоко, только один сгусток плазмы скользнул по верхней конечности, оставив на ней черный оплавленный след. Сверху тявкнул «FAR».

Стоит отметить, что стрелковый комплекс работал по старинке — на основе энергии пороховых газов, бил пулями калибра 8.32 миллиметра. Плоский короб с патронами на сто пятьдесят выстрелов крепился за спиной, почти не занимая места. Оружие морально устарело, но все еще стояло на вооружении, честно выполняя возложенные на него задачи. Разумеется, на новых экспериментальных моделях бронескафов стрелкового оружия уже не было. Тот же «FAR-44» был уже на импульсной основе.

Ближайший летяга скользнул влево, стрелковый комплекс проводил его длинной очередью и, кажется, накрыл. Другая тварь поперла напролом, видимо решив, что у нее девять жизней. Я угостил ее прямым попаданием в голову, одновременно мысленно обрадовавшись тому, что их осталось всего восемь.

Я сделал шаг назад, затем еще. Приходилось вертеться то вправо, то влево. Твари довольно шустро приблизились, расстояние между нами сократилось до двенадцати-пятнадцати метров.

Мимо меня пролетел зеленый сгусток — крайняя тварь слева совершила кислотный плевок, но расстояние подвело. Мало того, что не попала, так еще и под собственным весом его траектория получилась навесной.

— Дерьмо! С-сучьи бабуины! — ругался я, закусив губу до крови, но, почти не замечая боли. Жал на спусковой крючок, целился, снова жал.

Поразил еще одну тварь. Сначала задел вскользь, а когда та замешкалась, добил контрольной очередью. И на этом мое везение закончилось.

Навыки стрельбы у меня были слабые. Опытный, хорошо натренированный боец, за то же время, мог бы уже поразить если не всех, то хотя бы большую часть наступающих противников точно. Но учился я быстро.

Со всех сторон в меня полетели кислотные сгустки. Я прекратил вести стрельбу, сосредоточившись на том, чтобы не словить очередной плевок. «FAR» поразил еще двоих, но не насмерть. Раненые летяги скрылись за камнями, пропав из виду.

А затем в меня все-таки попали. Зеленый сгусток угодил в грудную пластину и с шипением принялся разъедать ее структуру. Я смахнул большую часть перчаткой, но пожалел об этом почти сразу — перчатка тоже начала дымиться.

Несколько капель попали на боковую панель. Что-то коротнуло, сама собой активировалась сигнальная ракета. Взлетела на высоту около ста метров и хлопнула. Разлетелись зеленые искры. Толку-то, кто ее здесь увидит?

Я взвыл от отчаяния.

Внутри костюма тоже запахло едкой химией. И хотя боли я еще не чувствовал, этот момент несомненно был близок.

Держа винтовку одной рукой, я кое-как сбросил пострадавшую перчатку и вновь схватился за рукоять, но уже своей рукой, без защиты. Очередной плевок, зацепил плечо, но я этого почти не заметил.

Пригнулся, увернулся, рванул влево. Еще одной очередью поразил планирующую летягу прямо в воздухе. Пораженную тварь перекувырнуло и швырнуло на песок.

Позади меня что-то хрустнуло, лязгнуло. Огрызающийся «FAR» почему-то резко замолчал, а когда я понял причину этого, мне стало страшно — стрелкового комплекса больше не было.

Одновременно, все оставшиеся летяги резко зашипели и бросились на меня, уже не пытаясь уклониться от выстрелов. Все, что я успел — это дать пару неприцельных очередей прострелив еще одному противнику крыло и лапу.

На груди защипало. Я почувствовал жжение, нарастающую боль.

— Хрен вам! — прорычал я, взмахом руки выдвинув острый штык.

Увернулся и вонзил его в летящую тварь, проткнув прямо в воздухе. Вытащил, снова вонзил. Бронестекло заляпало бурой жижей.

В ногу ткнулся еще один плевок, принявшись неумолимо прожигать податливый материал. Перед глазами мелькнули кожистые крылья, цокнули по броне острые конечности.

Я потерял равновесие и завалился на спину. Острой болью отозвалась левая нога — между пластин ткнулось что-то острое. Ударило по бронестеклу, загородило весь обзор. И почти сразу я увидел зубы, острые желтые зубы. Они пытались прогрызть стекло, царапая прочное бронестекло. Показалась микротрещина, затем еще одна. От них поползли в стороны другие трещины.

Я не хотел умирать, но чувствовал, что еще немного и меня проткнет острая конечность. А там может быть, и стекло прогрызут, сдерут кожу…

И тут произошло нечто странное. Откуда-то справа послышался негромкий возглас, затем гул. Я не успел даже посмотреть туда, когда меня накрыло огненным валом. Прекратилось это практически сразу. Тем не менее, незащищенную бронеперчаткой руку, сильно обожгло, хотя я и лежал на боку, частично присыпанный песком.

Две из четырех оставшихся летяг сгорели прямо в полете, шмякнувшись на песок черными обугленными тушками, а еще одна, полыхая огнем, обхватила меня конечностями и перепонками, прижалась, да так и сдохла. Я незамедлительно ухватил ее перчаткой и попытался сдернуть с себя, но только оторвал одну из нижних конечностей. Привстал на колено, хотел уже подняться, но внезапно, от вспышки острой боли в груди, меня аж перекосило.

Жгло просто адски.

Я заорал, принялся вертеться на месте, пытаясь избавиться от «Скаута», вреда от которого теперь было больше, чем пользы. Я раз за разом хлопал обожженной рукой по кнопке аварийной разблокировки, но потрепанный скаф, видимо от воздействия температуры, заблокировался намертво.

Я почти ничего не видел, только мелькающий свет, какие-то пятна. Настал тот момент, когда я, не выдержав острой боли, вновь рухнул на песок. А затем просто отключился и потерял сознание…

* * *

Меня что-то толкнуло, затем еще раз.

— Алекс! Ну, все, хватит уже валяться! — совсем рядом я услышал знакомый голос. И медленно открыв глаза, увидел майора Раттлера.

Командир десантной группы, все еще был в своем желтом «Палладине». Сейчас на нем не было шлема, да и бронеперчаток тоже. Сам скаф был потрепан.

— А? — пробормотал я, хотя прекрасно его расслышал.

— Как себя чувствуешь? — рядом послышался другой голос, незнакомый.

Я чуть повернул голову и увидел другого десантника. У него в руках был шлем, на лобовой части которого, был изображен красный крест, символизирующий принадлежность к медчасти.

— Ничего не чувствую, — произнес я.

— Это сержант Ферт, — майор кивнул на десантника с крестом. — То, что ты еще жив, лишь его заслуга.

— Это моя работа, — хмыкнул тот, отложив шлем.

— Что со мной? — я спросил у медика, но сам отвлекся и уже таращился по сторонам.

— Все в норме. — Ферт вытащил какой-то электронный модуль, что-то поклацал на нем, затем навел на мое лицо. — Ну да. Норма.

Я не решился переспрашивать, хотя ответ меня совсем не устроил.

— Тебе прожгло кислотой грудину, почти до ребер. Проткнуло левую икру, и обожгло левое бедро. Рука ерунда, всего лишь ожог второй степени. Все подлатали, правда, полностью истратили медпак второго уровня.

Я скривился. Медпаки стоили очень дорого и использовались в крайнем случае. Они были трех уровней — зеленый, синий и красный. Красный мог вытащить тяжелораненого умирающего с того света, дав ему реальный шанс жить дальше. Синий, латал большинство средних ранений и мог поставить в строй бойца, который по каким-либо причинам выбыл из него. Ну а зеленый лечил легкие раны, травмы и в некоторых случаях переломы. Основной акцент шел на отравление организма.

— Ясно, — выдохнул я и снова осмотрелся.

Мы находились в каком-то гроте естественного происхождения. В самом его центре, прямо на камне, стояла мощная лампа, заливая все холодным белым светом. Рядом с ней, лежали шесть импульсных винтовок и два рельсотрона. Стоял ящик, запасной бронескаф. Чей-то шлем.

Чуть поодаль лежали двое раненых бойцов, без бронекостюмов. У одного отсутствовала рука. Всего я насчитал пять человек. Пять.

Я ужаснулся. Взвод элитных десантников, вместе с Раттлером прошедших Тангейзерский конфликт, почти перестал существовать меньше чем за сутки.

— А ты молодец, Алекс! — майор неожиданно хлопнул меня по плечу.

Я только сейчас понял, что на мне больше нет «Скаута». Почему же я дышал нормально, не испытывая головокружений и недостатка кислорода?

— Не переживай, я сделал тебе инъекцию, поэтому временно организм потребляет меньше кислорода. — пояснил Ферт.

Одновременно я потрогал место на грули, куда попала кислота падальщика. Там находилась плотная повязка, надежно закрывающая рану.

Я растерянно глянул на Ратллера с немым вопросом.

— Ты покрошил шесть летунов. Еще двое уползли с трудом. Ты сражался, прям как десантник, хотя у тебя практически нет необходимой подготовки.

— Летунов? — я сразу же понял, что он имел в виду падальщиков, которых я окрестил летягами.

Он кивнул, зашагал влево и, ухватил мертвое уродливое тело, затем швырнул его на каменный пол грота. Да, это была одна из тех тварей, с кем мне пришлось сражаться.

— Я просто пытался выжить.

— Это понятно. Признаюсь, я тебя сильно недооценил. — Раттлер снова смерил меня взглядом, затем задумался и наконец-то решившись, предложил. — Алекс, давай-ка кое-что обсудим!

Стало ясно, майор в замешательстве.

— Как видишь, нас осталось всего пятеро, — вздохнул он, затем продолжил. — Когда «Отбойник» сбили, я собрал всех кого мог и с боем начал прорываться обратно. Нас было двенадцать. Пока отходили, я потерял еще троих. Нас порвали, просто порвали. Парни не были готовы к встрече с таким противником.

Он тяжело вздохнул.

— Я не знаю, откуда… Но вот этого дерьма на Каллипсо полно, — он пнул обмякшее тело летяги. — Их тут сотни, если не тысячи. Но не это самое страшное.

— В смысле? — удивился я.

— Идем за мной. Есть кое-что, чего ты, скорее всего еще не видел.

Майор медленно направился к дальнему выходу из грота, а я, помедлив, последовал за ним.

Раттлер вывел меня в узкое ущелье, но совсем не то, по которому я следовал ранее. Там, у огромного камня я увидел новую, необычную тварь. Это было что-то вроде собаки, только размером с быка. Узкая задняя часть, массивная передняя. Оно опиралось на передние мускулистые лапы. Выше была чудовищная морда с огромными челюстями, острыми зубами и чем-то вроде хитинового панциря, защищающего лобовую часть черепа. Существо было с очень развитой мускулатурой, покрыто прочной и толстой кожей, вроде как наши носороги. Тварь была мертва — с левого бока отсутствовал огромный кусок мяса.

— Ни хера себе, — процедил я, рассматривая кучу изрешеченного мяса. — Святые бабуины, это что?

— Охотник. Их охотник. Глянь туда!

Я посмотрел в указанном направлении и охренел. Таких представителей местной фауны было еще четыре. Они лежали бесформенной кучей, истекая буро-желтой кровью.

— Вы их?

— Да. Рельсотронами и ракетницами. Винтовки малоэффективны — в этого высадили полсотни патронов, он все никак не мог успокоиться. Чудовищная живучесть. А против тех летающих уродцев, огнемет самое то.

— Я назвал их летягами.

Он на мгновение замолчал, нахмурился.

— Хочу сказать вот что. Наши пушки говно. И вообще, нужно было брать больше патронов…

Я окинул его удивленным взглядом, но промолчал.

Далее он мне вкратце рассказал, что близлежащие земли спутника буквально кишат непонятно откуда взявшимися тварями. Днем их почти не было видно, они предпочитали отлеживаться. А как стемнеет…

Я также узнал, что выжившие после крушения «Отбойника» десантники тоже приняли решение пробиваться к инженерному городку. Согласно наблюдениям, оставалось пройти всего десять километров. Я правильно сделал, что бросился вдогонку, почти догнав его группу. Хотя, честно говоря, я вообще не знал, что пытаюсь кого-то догнать.

— Что у вас с боезапасом? — спросил я.

— Не густо. Около шестидесяти процентов уже ушло. Мы забрали все, что было в «Отбойнике».

— Я заметил.

— Как ты выжил? — Раттлер снова посмотрел на меня с удивлением. — Неужели там не было этих тварей?

— Было и много. Я нашел и активировал «Циклопа».

Майор уважительно хмыкнул, затем задал вопрос, который поставил меня в тупик.

— А где твой «Тахион»?

Я объяснил, но на мой ответ Раттлер отреагировал по-своему. Он сначала рассмеялся, а затем добавил, что это была просто высокотехнологичная но ненадежная игрушка… Однако у меня было свое мнение на этот счет.

Отдохнув несколько часов, мы продолжили путь к инженерному городку.

В строю осталось только два «Скаута», два «Палладина» и один поврежденный тяжеловес «Дефендер».

Сержант Ферт, врач по совместительству, таскал на себе огнемет. Его «Скаут» был пробит сразу в трех местах, но сам он был цел.

Боец, лишившийся руки, управлял тяжелым скафом. Именно в последнем бою он и потерял руку, когда охотник вырвал у него не только рельсотрон, но и конечность, вместе с бронеперчаткой. Удалось запаять скаф, сделав что-то вроде крюка.

Я снова надел своего потрепанного «Скаута». Заменили шлем, перчатку. Несмотря на то, что у меня в груди и на бедре зияли прожженные кислотой дыры, сам бронекостюм был еще вполне боеспособен. Из оружия мне досталась трехзарядная ракетница и импульсная винтовка. Найденный мной пистолет по-прежнему находился в аварийном ранце.

Раттлер вооружился рельсотроном. Двух из пяти охотников завалил именно он, причем в ближнем бою.

Рядовой Кэш захватил импульсный пулемет, а вторым рельсотроном, на который кто-то додумался присобачить лазерный прицел, вооружился сержант Барнс. Почти у всех имелись стрелковые комплексы «FAR» двух модификаций, но боезапаса для них оставалось мало.

— При отступлении мы вообще не заботились об экономии патронов, а теперь вот… — Барнс не договорил, разочарованно махнув рукой. Сейчас на нем лежала обязанность распределять боезапас, которого оставалось немного.

— Все, закончили. Выдвигаемся! — приказал Раттлер, затем сверился с координатами и, махнув рукой, первым двинулся вперед.

До «ночи» приблизительно оставалось около шести часов. Мы рассчитывали дойти до инженерного городка, проникнуть внутрь и, отыскав центр связи, вызвать «Фауст». Если сигнал пройдет через атмосферу, то полковник Тангер наверняка отправит сюда второй транспортный бот, а там, по возможности, и «Тахион» можно будет захватить.

До цели — семь километров. Но это по прямой. Извилистое ущелье добавляло пару-тройку километров.

Шли быстро, стараясь идти не по центру, а вдоль правой части ущелья, под нависающими скалами. Массивный каменный гребень частично нависал над нами, таким образом, скрывая от чужих глаз.

— Майор… — начал я и осекся. Не хотел я спрашивать Раттлера о том, почему они отступили, не проверив, есть ли еще живые на месте крушения. И так было ясно, что в творившемся безумии, никто не смог бы поступить иначе. Хотя, конечно, обидно, что меня бросили одного.

Вместо этого, я задал другой вопрос. — На «Фаусте» есть тяжелое вооружение?

— Имеешь в виду танки? Роботы? — уточнил Раттлер.

— Нет.

— А что тогда? Авиацию?

— Термоядерные бомбы!

— А, ты об этом… Нет. Наш батальон отправляли с разведывательной миссией. Даже речи не было о том, что нас ждет серьезный военный конфликт. Почему ты спросил?

— То, что сбило «Отбойник»… Это что-то другое, — я не мог подобрать нужных слов.

— В смысле другое?

— Что-то очень крупное. Что-то, чего мы еще не видели. И я сомневаюсь, что вот этим вот… — я указал на свою винтовку. — Мы это остановим.

— Отчасти ты прав. Но не это в приоритете. Главное, передать информацию на Землю. А уже оттуда выдвинется весь флот Федерации. Если потребуется, на Каллипсо выжгут каждый метр этого долбанного песка. Но никто не станет взрывать здесь термоядерный заряд. Не забывай, здесь большие залежи чрезвычайно ценного минерала «Квантаниума». Высокоактивный природный газ, в четыре раза полезнее того, что ранее добывался на Земле. Масса других минералов. Фактически, это Эльдорадо.

Майор замолчал, да и я не стал задавать новых вопросов.

Почти полтора часа мы шли в полном спокойствии. Нас никто не пытался атаковать, хотя по левому краю ущелья, за нами двигалось около дюжины летяг.

— Гляди! — хмурый Раттлер указал на них рельсотроном. — Наблюдают, с-суки!

Я для вида поднял ракетницу и прицелился — все твари скрылись за камнями, как будто их и не было.

— Учатся, — ухмыльнувшись, пояснил Ферт. — Теперь они как бы боятся. А совсем недавно прямо так, в лоб перли.

Постепенно ущелье начало расширяться. Песка стало меньше, зато камни стали попадаться все чаще и чаще.

— Смотрите! — крикнул Барнс, указав куда-то влево.

Там, в широкой трещине, больше напоминающей ответвлении, стоял брошенный колесный транспорт. Его сильно занесло песком, но даже отсюда было ясно, что он цел.

— Оп-па! — произнес я, опознав устаревшую технику. — Да это же «Джаггер»!

Глава 6

Кровь и песок

Ничего особенного — машина производства еще шестидесятых годов прошлого века, с частично бронированной кабиной и открытым кузовом. Их доставили на Каллипсо в большом количестве еще тогда, когда только-только был открыт «Квантаниум». Довольно быстро «Джаггера» вытеснили более новые типы техники, и в итоге все оставшиеся на ходу джипы оставили патрулировать внешний периметр колонизированной территории. А это около двух тысяч километров.

Основное его преимущество — наличие больших колес, позволяющих свободно грести по песчаному грунту, пролезать по ущельям и камням. Ну а главный минус — транспорт жрал много топлива.

Сверху, на треноге была закреплена сборка спаренных импульсных пулеметов «MR-40». Кузов был частично прикрыт бронещитками, а сверху его огибали прочные кунги.

— Интересно, на ходу? — произнес Ферт, изучающее глядя на увязшую в песке машину.

— Кажется, да. Откопаем?

— Ну не знаю, терять время зря… Хотя признаю, на колесах лучше, чем на ногах, — согласился Барнс.

— Тогда за дело, — я ударил кулаком по большому ящику с инструментами. Крышка откинулась и оттуда посыпался песок и ржавчина. И больше ничего.

— Э-э, а где лопаты? Я руками грести не буду, — возмутился сержант Ферт, заглядывая внутрь.

— Мы тут часа три провозимся. Легче дойти.

Я сначала расстроился, а затем обратил внимание на огнемет сержанта.

Эти новые огнеметы отличались высокой мощностью и сжатым объемом топливных емкостей. Несмотря на то, что они были компактные, смеси туда влезало в три раза больше. Правда, избыточное давление тоже было очень высоким, но чем-то нужно было жертвовать.

— А ну, дай-ка, — я, немного посомневавшись, попросил у медика его огнемет.

— Зачем? — Ферт все же снял огнемет и протянул мне.

— Есть идея, — я быстро отстегнул топливопроводный шланг, подключил воздушный. Быстро перенастроил. — Так, ну, посмотрим!

Я выжал спусковой крючок. Под сильным давлением, вместо пламени, пыхнула мощная струя воздуха, разметав кучку песка в разные стороны. Все тут же окутало пылью.

— Ну не знаю! — Раттлер опустил забрало шлема и отошел на пару шагов назад. — Слабовато.

— Согласен! Мощности мало, — я прекратил бесполезное занятие, а уже в следующую секунду мой взгляд скользнул по воздушному компрессору «Джаггера». Он был завешен старой маскировочной сетью, и поэтому не сразу удалось понять, что именно под ней находится.

Эти компрессоры использовались для заполнения кислородных баллонов. Раньше, лет тридцать назад. Дополнительно, они прямо на ходу подкачивали объемные шины, если вдруг те ловили случайную пулю или пробоину.

Я решительно полез на транспорт, влез под компрессор. Осмотрелся, выудил хомут, перетянул.

— Ты чего там творишь? — десантники полукругом стояли в двух метрах от джипа и улыбались.

— Один момент. Так, сейчас.

Мне хватило минуты — конструкция оказалась простой. Я вытянул большой шланг, пристегнул его, сунул другой конец в руку «Дефендеру». Затем напрямую подключил источник питания и завел компрессор. Тот сначала натужно взвыл, зачем пару раз чихнул, но когда из-под фильтра вылетела вся пыль, он почему-то заглох.

— Гребанный металлолом! — выругался я, затем влез в кабину и лишь с третьего раза запустил двигатель. Тот работал без нареканий.

Из-под фильтра снова полезли клубы пыли, посыпался песок. Но затем все пришло в норму.

— Под действием пневматики, сила выхода воздушной смеси будет в разы выше… — пояснил я. — Короче говоря, вот вам кустарный импульсный компрессор. Жми на рычаг.

Тяж открыл клапан. Его качнуло в сторону, но шланг он все-таки удержал даже одной рукой. Из широкой трубы, снабженной рассеивающей насадкой вырвался мощный поток воздуха, который легко разметал небольшой холмик песка. По моим прогнозам, нескольких минут хватило бы для того, чтобы частично выкопать «Джаггер».

— Ну да, это лучше чем махать лопатой. Только надолго ли его хватит? — усомнился Раттлер.

— Пока есть горючка.

И действительно, минут через пять удалось размести почти весь песок. Да, вихревые потоки воздуха не разносили его далеко, но этого и не требовалось. Главное откопать, а дальше он и сам выберется.

В общем, удалось откопать большую часть корпуса, колеса и даже освободить кузов. Оказалось, что правое заднее колесо пробито. Да что там пробито, просто варварски разорвано. Непонятно, что явилось причиной аварии джипа, но точно не заднее колесо.

— Толково… — Ферт внимательно осматривал результат моих стараний. — Как додумался?

— Ну, все! — я отключил компрессор и удовлетворенно хмыкнул. — Хорошая вещь, используется для автоматической подкачки шин, та же технология применяется для стационарных огнеметов. Я просто применил ее не по прямому назначению.

Барнс и Ферт забрались внутрь кузова, проверили сборку пулеметов.

— Так, патронов около трех сотен. Не густо, конечно. Но и на том спасибо.

После короткого осмотра выяснилось, что смято переднее крыло, отсутствует бампер и повреждено рулевое управление — гидроусилитель накрылся. Джип мог поворачивать, но водителю приходилось буквально через силу выкручивать руль. Конечно, силы сервоприводов бронекостюмов хватало, правда, можно было легко переусердствовать и что-нибудь сломать.

Майор Раттлер сам решил сесть за руль.

— Так, ну шансы есть. Топливо в наличии, правда, немного. Но до инженерного городка должно хватить. — Раттлер заглянул на приборную панель. — Не знаю, сколько жрет эта лошадь, но мы с ней как-нибудь договоримся.

«Джаггер» всеми шестью колесами уверенно взрыл песок, побуксовал немного, но быстро выбрался из тупика. Управлять неисправной машиной было сложно, но майор хорошо справлялся.

Изначально ползли со скоростью не больше тридцати в час, но затем ущелье вновь стало чище и джип погреб быстрее.

Далеко впереди показались очертания газодобывающей станции.

— Мы уже близко, — обрадовался Барнс, стоящий за пулеметами.

Одновременно с приближением к городку, я заметил, что поведение нашиъ сопровождающих, резко изменилось. Теперь, справа и слева, вдоль маршрута следования, за нами двигалось уже не десять летяг, а все три десятка. И это было неспроста.

Нападать они вроде как не собирались, но по их действиям было ясно — они чего-то ждут, упорно преследуя транспорт.

— А, черт! — выругался командир десантной группы.

Впереди был небольшой завал.

Теоретически, «Джаггер» мог бы перелезть через него, если бы не одно «но». Очень весомое «но».

С другой стороны завала стояло сразу три охотника. Стало ясно — своими массивными и защищенными мордами, именно они двигали камни, создавая завал. Но видимо они не рассчитали времени и сил — завал получился неполноценным.

— Твою мать! — Раттлер хлопнул по рулю, едва не сломав пластиковый обод.

— Дерьмище! — пробормотал я, впервые увидев живого охотника.

Ближайший, самый крупный монстр, стоял метрах в пятидесяти, маленькими черными глазками буравя нашу группу. Его внешний вид был просто чудовищным, создавалось впечатление, будто это помесь изуродованного быка и собаки с неестественно развитыми челюстями. Только вот рогов не было.

— Какой-то он крупный, — произнес нахмурившийся Барнс, медленно разворачивая пулеметы. — Те, что мы видели, были мельче.

— Что делать? — Ферт поднял рельсотрон и, обернувшись, указал на еще одну замеченную угрозу. — А-а, вот дерьмо!

Скалы, справа и слева, были буквально облеплены летягами. Было их около сотни, а может и больше.

Теперь они не прятались, просто застыли в позах стервятников, разглядывая наш транспорт. Выглядело это так, как будто стая волков окружила выдохшуюся лошадь и теперь, только и ждет сигнала к атаке.

— Так это засада… — устало выдохнул «Дефендер». — Они сейчас бросятся на нас. Всем скопом.

Ситуация получилась еще та. Впереди завал из камней, который в обычных условиях мы могли бы преодолеть без особых проблем. Но сразу за ним стояли охотники. А справа и слева мелкие летяги, которые попросту заплюют нас кислотой.

— Слушаем внимательно, — медленно заговорил командир. — Когда начнем прорываться через завал… Как хотите, но старайтесь избегать кислоты. Бейте из рельсотронов по охотникам. Барнс — воздух твой. Алекс, держи ракетницу наготове и лупи под ноги охотникам. Эти четырехлапые уроды в состоянии нас перевернуть.

Сержант кивнул. Судя по поведению, он боялся.

Элитный десант? Суровые, прокачанные парни в броне и с большими пушками…? Все так. Вот только те, что уцелели, уже видели, как падали их товарищи, уверенные в том, что им любой противник по плечу. Их готовили к схваткам с другими десантниками, а тут… И теперь боевой дух выживших, сильно пошатнулся.

Но никто не собирался дешево продавать свою жизнь! Наоборот, каждый уже приметил себе удобный сектор обстрела.

— Ферт, страхуй Барнса, твой огнемет еще даст несколько выстрелов, — майор отдавал последние распоряжения. — Готовы?

Ответить никто не успел.

Твари начали раньше.

Одновременно, со всех сторон послышалось яростное шипение. Почти все летяги резко сократились и плюнули. Вниз полетело несколько десятков кислотных сгустков, способных превратить наш джип в дымящееся решето.

Но майор был готов.

Он резко выжал педаль в пол. «Джаггер» взрыв колесами песок, даже привстал на дыбы. Резко рванув вперед, он зацепился передними колесами за камни, растолкал их. Почти все плевки прошли мимо, принявшись с шипением плавить и разъедать песок. Часть попало в джип, но все ограничилось только корпусом.

Одновременно заработал Барнс, щедро поливая крылатых бестий пулями. Посыпались фрагменты тел, каменная крошка, раненые твари, гильзы. Все смешалось в какую-то безумную какофонию. Внешний микрофон не был способен передать всю гамму звуков и от перегрузки, правый динамик моего «Скаута» отрубился. Я вертелся во все стороны, только и успевая жать на спусковой крючок. Ракетница лежала у меня под ногами, и я был в состоянии быстро сменить пушку.

Завывающе жахнул рельсотрон — снаряд угодил самому крупному охотнику прямо в лоб. Монстр словно на стену налетел. Взревел, бестолково замотал головой, затем словно обезумев, понесся куда-то вперед.

Снова рыкнул движок. Нас затрясло, начало кидать из стороны в сторону. Десантник в «Скауте» вскрикнул, резко наклонился, брызнула кровь. А когда выпрямился — головы уже не было. Острая конечность срезала почти никак не защищенную шею. Затем десантник в легком скафе просто рухнул за борт, попав под заднее колесо. Хрустнуло.

Майор сосредоточился на препятствии. Он резкими рывками проталкивал машину между наваленных камней, раскидывал их. Почти все они были мелкие, поэтому неудивительно, что он повел машину прямо через них.

Неожиданно, в днище уперся крупный обломок, машина дернулась, накренилась. Но никакого ущерба он не нанес — его просто вывернуло под ближайшее колесо и мы продолжили движение.

— Давай, дава-а-ай! — рычал майор, яростно вертя руль и выжимая педаль газа.

Снова посыпались плевки.

— А-а, с-суки! — Ферт во все стороны пыхал огнеметом, но с каждым выстрелом пламя становилось менее плотным. Вокруг уже летало несколько огненных факелов. Падали обугленные и дымящиеся тела. Несколько раз прямо на наши головы пикировали мертвые тела.

— Гранаты!

Я схватил первую попавшуюся под руки «ST» гранату и зашвырнул ее влево. Та упала в метре от скопления сразу шести летяг. Взрывом разметало не только песок, но и фрагменты коричневых тел.

Грохнуло еще пару раз. Один далеко, другой почти под колесами. Осколки звякнули по корпусу. Взрывной волной «Джаггера» едва не подбросило. Все три колеса правого борта с размаху угодили в камень. От сильного удара Барнс едва не вылетел за борт.

Те, у кого еще работали «FARы», отстреливались, как могли. Пулеметы косили летяг пачками, но визуально их не становилось меньше. Летяги, отстрелявшись, начали соскакивать вниз, планируя над нашими головами и изредка плюясь кислотой. Некоторые, приземлившись, плевались вдогонку. Медленно пробирающийся через каменный завал «Джаггер» был легкой целью.

Заорал «Дефендер». Он, как самый крупный, был первостепенной целью.

В лишенного руки десантника, угодило сразу полтора десятка плевков. Ярко-зеленая жижа поползла по броне, разъедая металл.

Броня тяжелого скафа была куда толще той, что имелась у «Скаута». Но даже у нее были слабые места — броня-то была не везде. Десантник выронил оружие, пошатнулся, упал на колени и принялся стряхивать с себя кислоту, но ничего этим не добился — только перчатка задымилась. А вдобавок сверху метко спикировал крупный летун, тут же обхватив верхнюю часть тела острыми конечностями, хвостом и перепонками. Зубами впился прямо в трехслойное бронестекло.

— Раттлер, жми! — заорал я, поливая из импульсной винтовки снующих вокруг тварей. Некоторые уже успели спланировать и прицепиться когтями к бортам. Тут и там мелькали крюки — они пытались зацепить ими добычу и вытащить из кузова. Сил им не хватало — масса даже легкого скафа была около ста пятидесяти килограмм. Но угроза была еще и в том, что летяги, выверенными движениями острых когтей, поражали слабо защищенные места, нанося рваные раны.

В ход пошли штыки и приклады винтовок.

Движок взвыл так, словно был готов разлететься на части. Резко дернулся, провалился передней частью в какую-то канаву. Нас всех подкинуло в воздух, но никто не вывалился — спасли кунги.

Крутой поворот. Часть тварей не удержались и просто кубарем слетели на песок.

Несколько раз Барнс прекращал стрельбу, ругался, но снова продолжал бой. Один из пулеметов сорвался с крепления и теперь, вреда от него было больше чем пользы.

— Все! — Ферт с досадой швырнул пустой огнемет в показавшуюся между бронепластин тварь. Та с шипением выпала вниз, тут же оказавшись под колесами.

Вскрикнул Раттлер. Сверху, прямо в открытую кабину, рухнул крупный летун, весь объятый пламенем. Майор тут же пинком выкинул его наружу. Одновременно откуда-то справа прилетел крупный кислотный сгусток. Его шлем почти сразу задымился, но сам майор продолжал вертеть руль.

Мы прорвались через завал.

Это заняло всего-то около тридцати секунд. Мимо с ревом пронесся оглушенный охотник, с размаху ткнувшись мордой в стену. Я тут же выстрелил в него из ракетницы — та рванула прямо у него между задних ног, разорвав осколками брюхо.

Взбешенный зверь развернулся, пронесся вперед несколько метров. Но когда из развороченного живота посыпались внутренности, он жалобно взвыл, рухнул и уже через несколько шагов зарылся мордой в песок.

— Алекс, выстрел!

Я поспешно перезарядил ракетницу, высунулся из кузова. Справа показался другой охотник, который скакал параллельно «Джаггеру». Барнс тут же открыл по нему огонь из пулеметов, но было видно, что пули просто вязнут в толстой шкуре. И тогда сержант взял ниже, по ногам…

Хлопнуло. Вторая ракета попала в переднее плечо. Охотник завалился на бок, рухнул. Я еще успел отметить, что он снова поднялся на ноги.

Я снова подобрал «LR-20», дал короткую очередь. Щелкнуло.

— Бабуины! — зарычал я, торопливо меняя батарею. — Да их тут никак не сотня!

Вскрикнул Ферт.

Тварь умудрилась зацепить его хвостом вокруг правого плеча и подтащить к борту. Сразу две конечности ткнулись ему в слабо защищенное предплечье.

Медик заорал, выронил винтовку, кое-как ухватился рукой за бронещиток, а другой… Штык выдвинулся легко и непринужденно, именно им и махал сержант, надеясь попасть по хвосту, чтобы перерубить его. Удалось, но не с первого раза. Я лишь чудом ухватил его за ногу и резким рывком, дернул на себя, не дав ему вывалиться под колеса.

Твари вились над нами как огромные жирные мухи.

Рухнул «Дефендер». Кислота прожгла броню сразу в нескольких местах и десантник не выдержал. Внутренняя связь то отключалась, то вновь работала. Но тяж уже почти не кричал, только стонал от невыносимой боли. Помочь ему было просто невозможно.

Я мельком глянул на спидометр.

Шестьдесят.

Раттлер просто выжал педаль в пол, и сейчас джип чертыхался по кочкам, но в скорости не снижал. Майор лавировал между камнями и выступами просто мастерски — джип лишь пару раз скользнул бортом о камни. Сшиб переднюю фару.

Лопнула задвижка — задний борт распахнулся, разом скинув четверых прицепившихся к корме летяг.

Дальше джип пошел быстрее. Песка стало меньше, да и камни почти не попадались.

Наконец, летяги отстали. Все они спланировали вниз, но долго преследовать «Джаггер» не могли. Прихрамывающий охотник, который получил ракету в плечо, попробовал протаранить транспорт, но одновременно получил сразу два снаряда из рельсотрона, оба в левый бок. Он завыл, снизил скорость, затем вообще шлепнулся на песок. Заревел, но уже не поднялся.

Последний охотник отстал сам, но перед этим успел ухватить страшными челюстями за ногу раненого «дэфа». Оторвал вместе с плотью. Кровь забрызгала почти все вокруг. Невероятно острые зубы охотника обладали чудовищной мощью и прочностью. Он без видимых усилий грыз трехсантиметровую броню, словно обычный картон. Но получив в морду длинную пулеметную очередь, выбившую глаз, зверь поспешил удалиться.

Вскоре, все закончилось.

Джип вылетел из ущелья и на полной скорости помчался к ограде.

За ним, на некотором расстоянии, постепенно отставая, следовали остатки армии летяг.

— Дьявольские бабуины! — выдохнул я и без сил завалился внутрь кузова. — Н-ну нахер!

Почти все бронещитки, защищающие внутреннюю часть, были либо согнуты, либо прожжены. Весь корпус — крылья, капот, борта — все было в разнокалиберных дымящихся дырах. Колеса, хотя и были пробиты, но держались на последнем издыхании. Система автоподкачки шин отработала на сто процентов. Весь корпус был облеплен ошметками, фрагментами тел, крыльев… Повсюду кровь и кишки расстрелянных в воздухе летяг. На колесах намотаны светло-розовые внутренности.

Я лихорадочно обернулся. Ферт, с израненным плечом сидел на полу, привалившись к борту. Его бронестекло треснуло и потому обзора у медика почти не было. Разряженная винтовка валялась рядом. На плече все еще болтался хвостовой обрывок.

«Дефендер» был мертв. Мало того, что вся броня в оплавленных дырах, так еще и правую ногу оторвали… Зрелище ужасное — пол джипа залит кровью, повсюду отработанные гильзы, фрагменты тел.

Барнс был относительно цел, но весь костюм изъеден кислотой. Все плевки пришлись по касательной, поэтому не прожгли плоть, но броню покоцали основательно.

Раттлер тоже был цел, но ему досталось. Шлем прожгло насквозь. Сейчас он лежал рядом на сиденье. Часть левой щеки, вместе с мясом и мышцами съела кислота. Майор кривился, но терпеливо переносил жесточайшую боль.

Сам я почти не пострадал. Лишь в бедро, прямо между пластин, ткнулось что-то острое и разорвало кожу. Мой «FAR» попросту оторвало, сейчас он бестолково болтался на спине.

— Э-э… Выбрались, — проворчал Барнс и сплюнул кровью. Командир проехал еще метров сто и остановился. Нас больше никто не преследовал.

— Дерьмо ваша засада! — крикнул Ферт, обернувшись к ущелью. — Уроды!

— Бабуины. — повторил я, и чуть было не сплюнул внутрь шлема.

— Это было жестко… — проскрипел майор и обернулся. — Где Кэш?

— Он упал под колеса. Кажется, ему шею перерубило, — произнес Барнс, глядя в одну точку.

Лобового стекла не было, даже рама согнулась. Правая передняя дверь оторвалась, капот был в дырах, дымился. А правое переднее колесо вообще превратилось в прорезиненные лохмотья.

— Еще немного и транспорт сдохнет. Топлива почти не осталось, — майор отпустил треснутый, заляпанный бурой жижей руль. Да что там руль — все было заляпано. Если бы кто-то из нас не участвовал в этом аду, подумал бы, что подобное граничит с фантастикой.

До городка оставалось около километра, когда внезапно земля вздрогнула. Затем еще раз.

Мы одновременно подняли головы, растерянно осмотрелись.

— Что там еще? — я в ужасе приподнялся, выглянул наружу.

Неподалеку от нас, из-под вздыбленного песка вылезало что-то невообразимое…

Какой-то темно-коричневый бугор, Куски брони, а справа и слева толстые отростки, напоминающие лапы. Мелькнула жуткая морда, два огромных черных глаза.

Существо напоминало вытянутого рака, только размером он был как три наших джипа. Все покрывала толстая хитиновая броня, светло-коричневого цвета. На хвосте какие-то темные полосы.

— Да ну бля! — простонал Барнс, потянувшись к пулемету. Глянул на индикатор, хмыкнул.

— Что это? Рак? — Ферт потерял дар речи, вытаращившись на монстра.

Я подхватил ракетницу. Там оставался всего один заряд.

Вместо клешней у него были странные конечности, напоминающие смятые воздушные шарики, надетые на карандаш. Они как-то странно шевелились, вздувались.

Огромные черные глаза не выражали ничего — просто черные блестящие шары, размером с пивной бочонок.

Вдруг, одно из конечностей резко сжалось, затем по нему проскочили зеленые искры, а в следующий момент полыхнуло ослепительная, ярко-зеленая вспышка. К нам устремился бесформенный сгусток, размером с автомобильное колесо «Джаггера». Светофильтры справились, но какой в этом смысл?

Я запоздало подумал о том, что наверняка, именно такая тварь и стреляла по «Отбойнику»…

Глава 7

Беги или сдохни

— Ага, щас! — заорал Раттлер и вдавил педаль в пол.

Наш потрепанный «Джаггер» рванул вперед так быстро, что мы не удержались и попадали кто куда.

Зленый сгусток влетел ровно туда, где мы только что стояли.

Глухо хлопнуло. Песок вздыбился, полетел во все стороны. Между отдельных фрагментов, окутанных пылью и зеленоватым дымом, проскакивали короткие блеклые молнии. Послышался сухой треск.

— А-а, мимо! — взревел Ферт, подбирая с пола рельсотрон. — Аха-ха! Жми, командир!

Раттлер давил на газ что было сил, уже почти не пытаясь объезжать попадающиеся на пути камни. Джип кидало, швыряло в стороны. Казалось, он вот-вот развалится к чертям…

— Мочите тварь! — заорал Барнс, разворачивая пулемет. Только один ствол еще выполнял свою функцию, второй же просто болтался бесполезным куском дерьма. Сержант попросту оторвал его и швырнул наружу.

Взвизгнул рельсотрон.

Вылетевший снаряд угодил прямо в бронированный лоб гигантского рака. Но, похоже, это ему никак не навредило. Он весь был закован в толстую, предположительно, хитиновую броню.

Издав какой-то громкий стрекочуще-щипящий звук, рак медленно пополз вперед, глядя точно на нас.

Заработал пулемет, но куда бы ни попадали пули, эффекта не было.

Одновременно я выпустил последнюю ракету. Она взорвалась почти у самой морды. Но рак только качнул головой, на мгновение замер, затем снова пополз вперед, словно это была рождественская хлопушка.

— С-ска! Его ничего не берет! — в отчаянии выдохнул Барнс, оттолкнув тело пулемета.

До города было недалеко, чуть меньше километра.

Уже отсюда были видны ворота и высокая стена. Раттлер вел «Джаггера» прямо к инженерному городку. Возможно, только там мы и сможем укрыться от непробиваемого противника.

Снова вспышка. Второй сгусток полетел нам вдогонку, но майор, контролирующий обстановку с тыла, резко навалился всем весом на руль и сломав его, кое-как сумел бросить джип влево. Сгусток пронесся мимо всего в полутора метрах от нас. Я сумел разглядеть длинные, вытянутые частицы неизвестной энергии. Они переплетались друг с другом, пульсировали. Все было как в замедленной съемке.

Впереди глухо хлопнуло. Транспорт слегка качнуло от взрывной волны. Снова взвился песок, объятый молниями и дымом.

— Оба рельсотрона огонь по готовности! — заорал Раттлер, кое-как удерживая то, что еще несколько секунд назад было рулем.

Ферт и Барнс выстрелили одновременно. Два снаряда угодили точно в цель. Один под брюхо, второй в одну из конечностей, с которых и слетали эти ярко-зеленые сгустки.

Кажется, мы начали отрываться — дальше пошел ровный участок земли, почти свободный от наносов песка и камней.

Но не успели мы обрадоваться, как машина резко дернулась, через секунду еще раз. Резко упала скорость, но само движение не прекратилось.

— С-сволочь! — майор с силой долбанул кулаком по приборной панели, проломив ее. — Топлива больше нет.

Скорость быстро падала, а движок почти не реагировал на попытки Раттлера проползти еще немного.

— Все. Валим из джипа. — Барнс соскочил первым, не удержался и припал на колено.

За ним эвакуировался майор, медик и в последнюю очередь я.

Рак медленно, но неотвратимо приближался. Он отталкивался своими закованными в хитин лапами, шелестел, скрипел броней.

Джип проехал еще метров тридцать и заглох.

— Че встали? Бегом к воротам!

И мы побежали. Скорость движения была смехотворной, рак двигался куда быстрее. Не пройдет и двух минут, как он догонит и сожрет одного за другим.

— Не добежим! — я покачал головой, быстро просчитав скорость и расстояние.

— Барнс, мины есть? — спросил Раттлер, тяжело дыша. Прожженный шлем он одел обратно, но толку от него было немного. Кислорода не хватало.

— Одна, — выдохнул тот.

— Ставь! Прямо тут.

Сержант перебросил мне рельсотрон, а сам остановился и оглянулся, одновременно снимая со спины аварийный рюкзак. У «Палладинов» он был побольше.

Быстро выудил черную круглую шайбу, что-то пощелкал на ней, затем бросил ее на песок.

— Все, ходу!

Снова бросились бежать. Ноги вязли в песке, стекла бронешлемов, из-за нарушенной герметичности начали запотевать.

Сзади загромыхало. Рак добрался до «Джаггера», смял его своим весом, словно картонную коробку. Затем отшвырнул обломки — только колеса покатились во все стороны. Чудовищный монстр издал жуткий стрекочущий звук и снова пополз дальше.

До ворот оставалось всего полкилометра, но не это было самое страшное. Напрягало то, что они были закрыты. Наглухо.

Секунд через двадцать рванула мина.

Я, не сбавляя темпа, обернулся.

Преследующий нас рак вертелся на месте, окутанный черным дымом. Он как-то странно шипел, вскидывал передние конечности.

— Дым! Нужен дым! — заорал я. — Использовать его как завесу!

Барнс среагировал сразу. Прямо на ходу он выхватил дымовые шашки, активировал и швырнул назад.

Плотные облака почти скрыли от нас тварь, но по сотрясению земли и эху, было ясно, нас продолжают преследовать.

Мы добрались до ворот.

Я с разбегу пнул грязный металл коленом. Ухватился за кое-как выступающие пазы, дернул. Разумеется, такая махина даже не пошевелилась.

— А-а, зараза! — от досады я со всей силы ударил кулаком по воротам. Звякнуло.

Ферт и Барнс, припав на колени, снова дали залп из рельсотронов.

Оба снаряда угодили прямо в морду приближающегося противника, но тот опять не обратил на это никакого внимания.

— Да сдохни уже, кусок дерьма! — простонал я.

До него оставалось метров семьдесят, не меньше. Еще немного и тогда…

Но вдруг он остановился как вкопанный.

Несколько секунд смотрел перед собой, тихо шипел. Затем медленно повернулся влево, приподнялся на своих лапах, словно заглядывал куда-то вдаль.

Где-то справа от нас, но очень далеко, что-то оглушительно грохнуло. Эхо раскатилось по долине. Рак смотрел именно туда.

А затем мы увидели, как со стороны гор к бронированной твари очень быстро движется что-то похожее на сгусток. Он светился желтым светом, при этом постоянно ускоряясь.

Секунда и сгусток влетел прямо в брюхо противника.

Рака откинуло в сторону, он перевернулся на спину. Посыпались перебитые конечности, отвалился кусок черного панциря. Рак громко зашипел, начал извиваться.

А затем он просто взорвался.

Изнутри.

Клочья черного мяса, куски хитина, внутренности — все разлетелось по сторонам, буквально залив светло-коричневый песок черной жижей.

— Ох м-мать! — пробормотал майор, аж привстав. — Вы это видели?

— Это кто его так? — Ферт едва не подавился.

Я посмотрел в ту сторону, откуда прилетел загадочный сгусток, но ничего там не увидел. Только горы.

— Не знаю, что это было, но оно просто в хлам разворотило эту креветку! — радостно хохотнул Ферт, опустив рельсотрон прикладом в песок. — Представляете, какая мощь?

— Алекс, что это могло быть? — спросил майор, обернувшись ко мне.

— Я не знаю ничего, что могло бы нанести такие повреждения, — для убедительности, я еще и головой покачал. — На нашем корабле такого вооружения не было.

— Ясно. — Раттлер вновь повернулся к воротам. — Есть идеи, как их открыть?

— Так, стоп командир. Твою рану нужно обработать, — сержант Ферт полез за медпаком. — Выглядит плохо, как бы ты заразу не занес.

Командир десантной группы скривился, потрогал щеку, но ничего говорить не стал. Медик сработал быстро, свое дело он знал хорошо. Мышцы срослись всего за несколько секунд, кожа затянулась. Медпаки — уникальная вещь.

Не прошло и минуты, как на щеке Раттлера остался только уродливый шрам.

Пока сержант возился с медпаком, я размышлял, как открыть ворота. По всему выходило, что возможно это только с внутренней стороны. Металл был толстый, а механизм блокировки наверняка уже заржавел.

— Может, обойдем? — предложил Барнс.

— Далеко. Зря время потеряем!

— А ну-ка, дай рельсотрон. — попросил я у Ферта.

— Ты что, хочешь садануть из него по воротам? — усмехнулся тот. — Это ничего не даст.

— Дай, говорю.

Заполучив оружие, я откинул ствольную коробку, порылся во внутренностях. Вытащил источник питания.

— Э-э, ты чего творишь? — возмутился сержант.

— Тихо! — Раттлер остановил десантника, внимательно наблюдая за моими действиями. — Не мешай!

Поменяв полюса, я снял со спины свою «LR-20», проделал ту же операцию. У меня было две батареи разных типов. Соединив их между собой, я сразу же заметил, что они начали сильно греться. Появился легкий дымок.

— Нельзя так делать! — воскликнул Барнс и опасливо отшатнулся.

Затем я аккуратно положил все это прямо под стеной, там, где было больше всего дыр, оставленных кислотой.

— А теперь посмотрим… — пробормотал я, бросившись обратно.

Секунды через три, из сборки выстрелил голубой протуберанец, изогнулся, вонзился в металл. Затем появился второй, но уже меньше. Они переплелись между собой, вырос третий. Все это снова и снова ударяло в металлическую стену, прожигая все новые и новые дыры. Затем произошел громкий хлопок, сборка взорвалась. Тот участок окутало голубоватое облако, но каждый из нас уже разглядел, что оплавленный бронещит кусками опадает на песок. Образовалась бесформенная дыра, размером примерно полтора на полтора.

— Хм, толково! — похвалил Раттлер, улыбнувшись. — Оказывается, быть спецом по вооружению, это весело. Алекс, отличная работа. Как ты до этого додумался?

— Так, всего лишь наблюдения. Плюс немного молекулярной физики.

Барнс уже стоял у дыры, осматривая результат. По всему был видно, эффект ему понравился.

— Научишь? — спросил он, уставившись на меня с удивлением.

— Ага. А ты меня стрелять.

— Не вопрос!

Когда мы пролезли внутрь, перед нами раскинулась небольшая площадь, заметенная песком, каким-то мусором. Я не ошибся — все было брошено. Многие двери зданий открыты, окна разбиты. Транспорт стоял, как попало и где попало.

Большая часть зданий была занесена песком, пылью. Дороги почти не было видно. Столбы электропередач стояли покосившиеся, провода оборваны.

— Тут давно никого нет, — покачал головой Ферт.

— Что же все-таки произошло? Куда делось четыреста человек?

— Нужно найти командный пункт. Если удастся, восстановить связь с полковником и вызвать сюда транспортник, — произнес майор, затем поискал глазами план города.

Здание администрации поселения, находилось недалеко.

Оно было двухэтажным и напоминало монолитный блок, с небольшим количеством окон. Все его стекла были разбиты, а оторванная дверь валялась рядом.

— Что, кто-то забыл как открываются двери? — пробурчал Барнс, заглянув внутрь.

— Полная разруха. Жесть!

Мы вошли внутрь, поднялись на второй этаж. Все оборудование было на месте, но ничего не работало.

— Электроэнергии нет.

— Где же ее взять? Я что-то не видел здесь электростанции!

— Сейчас посмотрим, — я склонился над стендом, под которым была грязная карта, исчерченная какими-то символами. — Так, ага. Электростанция тут есть, правда, ветряная. В восточной части городка. Скорее всего, управлять отсюда мы ей не сможем. Нужно идти и пробовать вручную.

— Алекс, сможешь это сделать?

— Не знаю. Ветряные мельницы это каменный век. На Земле их уже давно нет. Но думаю, технология проста.

— Идем к станции.

Мы выбрались обратно и неприятно удивились. Начинало темнеть.

— Вот дерьмо, на открытом месте не безопасно. Сильно сомневаюсь, что здесь нет этих сраных летяг.

— Вооружиться бы не мешало, — заметил Барнс. — У нас почти ничего не осталось.

— Тут наверняка должен быть арсенал или что-то вроде него, — предположил я.

— Нет, вряд ли. Это просто инженерный городок.

— Но как же охрана? Где-то они должны были хранить оружие…

— Кажется, вижу! — Ферт зашагал к одному из зданий, с разбитым стеклопакетом.

Это не арсенал. Это был опорный пункт. Сломав дверь мы вошли внутрь и поняли, что здесь ничего нет. Все, что могло стрелять — пропало. Полки и стенды были пусты. Ни патронов, ничего.

— Показатель удачи аж зашкаливает, — проворчал Барнс. — Когда стемнеет, нужно будет где-то укрыться. И пожрать.

А темнело быстро. Откуда-то слышались далекие воющие звуки. И они приближались.

— Так, вон тот дом видите? С решетками на окнах!

— Ну?

— Живо туда! Забаррикадируемся, посмотрим, что к чему.

Мы бегом бросились к указанному дому, распахнули дверь и ввалились внутрь.

Внутри оказался подвал, которым мы и решили воспользоваться. Закрыв решетку, мы опустились в довольно большое помещение, в котором было много самого различного инструмента. Имелся даже генератор электроэнергии, работающий на… «Квантаниуме».

— А черт! Да я даже не знаю, как он выглядит! — с досады Барнс пнул какой-то пластиковый ящик, из которого высыпался зернистый желтый порошок.

— А это случайно не он?

— Да хер его знает. Не интересовался.

— Алекс, что ты знаешь о «Квантаниуме»? — спросил Раттлер.

— Да не особо… Стабильный элемент, в восемь раз более эффективный, чем плутоний. Начали применять во всех видах промышленности. Когда я улетал, пытались понять, можно ли использовать его для производства оружия.

— То есть, он радиоактивный?

— Только бета излучение и оно слабое, — я мало что знал об этом элементе. Все-таки род моей деятельности был другого плана.

Тем не менее, я подошел к генератору, осмотрел его. Ни марки, ни клейма завода-изготовителя. Мне вообще показалось, что его собрали прямо здесь, на Каллипсо.

Я всыпал желтый порошок в выдвижной контейнер, при этом немного успокоившись. На дне виднелись мелкие крошки точно такого же порошка. Вроде, все правильно…

Разобравшись в управлении, я просто запустил его, нажатием одной единственной кнопки. Внутри генератора начались какие-то реакции, что-то зашумело.

А затем вспыхнул свет.

Сначала одна лампа. Потом другая, третья.

Вскоре, уже весь подвал был хорошо освещен. Заработал один из станков.

— Интересно, кто тут жил? — спросил Ферт, шатаясь по помещению.

— Какой-нибудь местный мастер на все руки.

Я обнаружил генератор воздуха, бочку с водой, опреснитель.

А Барнс, порыскав по помещению, отыскал ящик с сухими пайками. Нормально. Жить можно.

Вскоре мы сняли шлемы окончательно. Дышалось вполне терпимо — генератор кислорода, хорошо поддерживал нужный уровень, и потому можно было обойтись вообще без костюмов.

— Что с батареями скафов? — спросил Раттлер.

— У меня тридцать процентов.

— Тридцать три.

Я глянул на свой индикатор заряда. Семнадцать. Но в аварийном ранце лежала вторая батарея.

— Алекс? — майор задержал на мне взгляд. — Что у тебя?

— Семнадцать. Во второй еще семьдесят два.

— Второй? — удивился Ферт. — Откуда у тебя вторая батарея?

Я начал с того, что объяснил, откуда у меня вообще взялся «Скаут».

— Да-а, мужик. Ты полон сюрпризов, — хмыкнул Барнс. — Конечно, любой из нас бы смог сделать тоже самое, но… Тебя этому ведь никто не учил.

Я ничего не ответил. Просто снял скаф, решил провести осмотр, а заодно сменить батарею. Ходить с семнадцатью процентами, мягко говоря, глупо.

Быстро перекусили имеющимися пайками, подлатали раны, затем решили отдохнуть. Забаррикадировали вход, осмотрели подвал. Имелась какая-то дополнительная дверь, но она оказалась закрытой.

Снаружи было тихо.

Майор взвесил все за и против, затем дал команду отдыхать, но перед этим поделил на почасовые дежурства. Первым дежурил Ферт, затем Барнс. Моя смена была третьей.

Закончив со скафом, я накидал в угол найденные в доме старые подушки, завалился сверху и мгновенно вырубился. За последние сутки произошло слишком много всего, чтобы перегруженная нервная система работала как обычно. Это раньше, у себя в лаборатории я мог не спать по двое-трое суток, поддерживая себя лишь энергетическими капсулами. А сейчас ситуация другая…

Барнс разбудил меня через четыре часа.

— Алекс, подъем. Твоя очередь, — тихо произнес он, толкая меня в плечо.

Я тут же подорвался, кивнул. Протер заспанные глаза.

— Ты как?

— Чувствую себя куском говна. И выгляжу, наверное, так же.

— Да, не нормально. Ну все, одевай скаф. В шесть разбуди Раттлера, ок? — Барнс зевнул. — Все, я спать.

— Ага.

Сержант рухнул на какое-то подобие сломанного дивана и почти сразу отключился. Да-а, сон у десантников такой. Если есть время, тренированный организм засыпает сразу, зачем тратить время на лишние размышления?

Я кое-как встал. Влез в «Скаута». Шлем одевать не стал, зачем в помещении?

Окинул взглядом темные углы, затем потолок. Ничего интересного.

Десантники спали. Ферт похрапывал, причем как на вдохе, так и на выдохе.

Основное освещение отключили, на всякий случай. В углу помещения горела лишь небольшая лампа, тускло освещая дальнюю часть подвала. Было тихо, только едва слышно работал генератор.

Я уселся в кресло, при этом едва не раздавив его. Положил рядом пистолет.

Осмотрелся, но ничего интересного в подвальном помещении не было, поэтому я встал и направился к выходу. Подниматься на первый этаж я не собирался, какой смысл? А вот осмотреть прилегающий к подвалу коридор было бы кстати. Что там за дверь?

Выбрался в коридор. Прислушался.

Вроде тихо.

На всякий случай, Барнс разместил на первом этаже самодельную растяжку. Если кто-то решит влезть, неприятно удивится.

Я остановился у двери, внимательно осмотрел ее. Тяжелая, выполнена из стали, выкрашена темно-зеленой краской. Какой-то встроенный замок, правда, очень примитивной конструкции.

За ней — ничего.

Дернул на себя. Без результата.

Глянул в замочную скважину, удовлетворенно хмыкнул. Полез в аварийный ранец и вытащил инструменты, которыми ранее крепил на себя стрелковый комплекс. Был у меня особый мультитул, который я по счастливой случайности, нашел у «Палладина».

Провозившись с замком несколько минут, я уже хотел бросить это бесполезное занятие, но вдруг раздался громкий щелчок, а дверь чуть-чуть подалась на меня.

— Оп-па! — пробормотал я. — Неожиданно.

Вытащил пистолет, снова прислушался. Обернулся — наши все спали. Смысл будить, если опасности нет? Пока нет.

— Ладно, посмотрим, что там! — тихо оправдался я перед самим собой, разбираемый любопытством.

Потянул на себя дверь. Она с тихим скрежетом, цепляя поверхность бетонного пола, открылась. Внутри темнота.

Я тут же активировал прожектор, выкрутил на полную мощность.

Передо мной был короткий, пыльный коридор, с самыми обычными стенами. Ни краски, ничего. Просто голые бетонные стены.

Метров через шесть висела лампа, но не работала. Я пробежал глазами по стене и быстро определил, что кабель к ней шел не из дома.

— Та-ак! — тихо произнес я, прислушиваясь. — Кажется, это не просто подвал. Интересно, куда он ведет?

Глава 8

Вход воспрещен!

Конечно же, я сомневался. Оставлять спящих парней просто так, глупо. Хотя с другой стороны — вход надежно забаррикадирован, на первом этаже ловушка. Да и никаких посторонних звуков с поверхности не доносилось.

Еще минут пять я бродил по комнате и раздумывал, стоит ли идти самому или нет.

— Ладно, пройдусь немного. Осмотрюсь и обратно, — решил я, затем шагнул в коридор.

Старался двигаться тихо, но из-за того, что стальные ботинки скафа бухали по бетону, мои старания оказались почти бесполезными. Пистолет убрал обратно, снял «LR-20», у которой была еще почти полная батарея.

Коридор закончился внезапно — он уткнулся в другой, куда более широкий туннель, по центру которого шел сток. Одновременно в нос ударил тяжелый, дурной запах и я почти сразу понял его природу. Я попал в главный канализационный туннель. Все отходы жизнедеятельности, грязь и стекающая с производственных участков вода, попадала именно сюда.

— Замечательно, — недовольно пробурчал я. — Искал что-то ценное, а нашел говно.

Сейчас уровень отходов был на самом минимальном уровне — все-таки городок пустовал уже, по меньшей мере, полгода.

Вряд ли здесь могло быть что-то интересное. Все же решил пока не идти обратно, а еще немного осмотреться. Запах старых испражнений хоть и присутствовал, но был слабым — за прошедшее время большая часть французских ароматов благополучно выветрилась.

Остановился, затем сомневаясь, снова продолжил путь.

И как оказалось, не зря.

Метров через тридцать туннель плавно свернул влево и уперся в большую стальную решетку, с приоткрытой дверью. Все было завалено влажным мусором, грязью, дерьмом. Но за самой решеткой было относительно чисто.

Снова осмотрелся, прислушался. Где-то капала вода.

И почти сразу вскинул винтовку.

В углу, на грязном бетонном полу обнаружился крупный летяга. Мертвый.

Приблизившись, я понял, что лежит он тут уже давно. Может, месяца четыре точно. Тело разложилось, кожа скукожилась и пошла пузырями. На светло-коричневом теле несколько пулевых отверстий. Кто бы не жил в том домике, что мы заняли, он тоже столкнулся с долбанными летунами. Здесь-то они откуда?

Далее обнаружился еще один дохлый пришелец. Но его развороченное тело выглядело так, словно в него жахнули из чего-то крупнокалиберного.

Завернув за решетку, я увидел отводящий вправо туннель, который даже на первый взгляд был очень длинным. Вдоль стены шел толстый прорезиненный кабель.

Я обернулся, прислушался. По-прежнему где- то капала вода.

Все-таки решил посмотреть и пошел дальше.

Эхо разлеталось далеко вперед, отскакивало от стен, отчего мне казалось, будто впереди кто-то бродит. Если в этих туннелях кто-то и был, он уже точно в курсе моего присутствия.

Минуты через две я остановился перед закрытой зверью. Осмотрел ее — точно такой же замок, как и у той, что отделяла наше временное убежище от канализации.

Достал инструмент, поковырялся. Без толку.

Попробовал еще раз, но только больше разозлился.

Вскинул винтовку и сделал одиночный выстрел, разворотив внутренности замка. Дверь с тихим скрипом приоткрылась. Я толкнул дверь ногой, быстро заглянул внутрь, сунул ствол винтовки.

Передо мной оказалось большое помещение, заставленное каким-то неизвестным оборудованием, густо покрытое пылью. На полу пучки проводов, кабелей. Все пребывало в таком виде, словно… за последний год тут вообще никого не было.

Я вошел, осмотрелся. Присвистнул.

— Вот оно значит как! — усмехнулся я.

Еще около получаса я осматривал помещение, затем обнаружил лестницу, ведущую наверх. Обычная стальная решетка, навесной замок. Выбравшись наружу, я почти не удивился, потому что уже догадался, что именно я там увижу.

Обратно вернулся без проблем — туннели были пусты. Вломившись в свой подвал, я обнаружил, что десантники уже встали и даже надели скафы.

Едва я появился, на меня тут же нацелились две винтовки и рельсотрон.

— Ты? Что случилось? — Раттлер встретил меня с недовольным лицом. Стволы опустили.

— Ничего.

— А почему ушел?

Я не нашелся что ответить, а потому просто пожал плечами.

Ферт и Барнс переглянулись. Судя по их виду, они уже собирались искать меня наверху.

— Так нельзя делать. Кто угодно мог сюда забраться и… — майор внезапно изменился в лице. — Где ты был? Что-то нашел?

— Ага.

— Ну не томи, специалист, бля. Выкладывай!

— Электростанцию, — просто ответил я, затем обернулся и указал винтовкой направление. — Там!

* * *

До обнаруженного мной подвала добрались без проблем.

Войдя внутрь, десантники замерли — площадь помещения была куда больше чем та, в которой мы провели ночь.

— Как много оборудования, — выдохнул Ферт. — Но, это же… Все старое?

— Да, середины прошлого века. Даже удивительно, зачем вообще нужно было его транспортировать сюда. Разве только изначально, геологоразведка Каллипсо считалась непродуктивной.

— Это можно заставить работать? — спросил майор, осматривая пучки проводов, ведущие к массивным электронным блокам.

— Да. Насколько я помню, сначала нужно запустить винт. Ну, в смысле, саму ветроэлектрическую установку.

— А где она?

Я просто ткнул пальцем вверх.

Мы поднялись наверх. Выходить из здания не стали, и так все было видно.

Уже почти рассвело. Каллипская ночь закончилась. Вокруг все было истоптано следами, не похожими ни на что. Скорее всего, по всему городку лазили летяги, ища, чем бы поживиться.

Ветряная электростанция представляла собой широкое одноэтажное здание, на крыше которой размещался сам ветрогенератор. Огромный, с тремя лопастями, каждое размером с наш сбитый «Отбойник». Все это закреплялось на массивной трехногой станине, вбетонированной в крышу.

Чтобы запустить ветроэлектрическую установку, нужно было постараться. Несмотря на то, что на поверхности спутника постоянно дул ощутимый ветер, его все равно было мало, чтобы раскрутить такого гиганта.

— Вот это махина! И как ее запустить? — майор осмотрел огромные лопасти, выкрашенные серой краской. Они замерли в неподвижном положении.

— Там, на пусковой площадке, есть стартовый двигатель. Нужно влезть на самый центр и запустить его. Одновременно, внизу нужно проверить турбину на работоспособность и вывести все на магистраль. Этим я и займусь. Но кто полезет наверх?

— Ба-арнс! — крикнул майор, обернувшись вниз. — Есть для тебя дело.

Сержант быстро поднялся, выслушал задачу и смерил взглядом расстояние. Затем ухмыльнулся и недовольно спросил.

— Сколько здесь, метров пятьдесят? Семьдесят?

— Вроде того.

— Ладно, я понял. Надеюсь, это будет стоить моих потраченных усилий?

— Хватит болтать, дуй наверх!

Он оставил винтовку внизу, водрузил на голову шлем и, ухватившись руками, шустро полез вверх. Не прошло и пяти минут, как внизу загорелся индикатор вращения винта. Скорость оборотов постепенно повышалась, подбираясь к рабочей отметке.

Прошло минут пять, прежде чем удалось набрать нужную скорость.

— Есть, — крикнул я и, выжав рычаг, и для проверки, просто перенаправил энергию на само здание.

Вспыхнула одна лампа, вторая. Вскоре все помещение набитое старым оборудованием уже светилось лампами и светодиодами.

— Работает? — поинтересовался Раттлер.

— Да.

— Хватит энергии, чтобы запустить центр связи?

— Возможно, но нужно подождать, пока накопители соберут достаточный буст. Тут, как бы, все с запасом нужно делать.

— А увеличить скорость вращения винта можно?

— Можно, но это ничего не даст. Скорее от старости что-нибудь сломается.

Около получаса мы провели внизу, ожидая, пока накопители энергии наберут необходимое количество. Когда же этот момент наконец-то настал, мы смогли перенаправить главную магистраль сначала на соседние здания, а затем и на центр связи.

В принципе, присутствие людей здесь более не требовалось. Был бы ветер. Сутки проработает точно, а там, нас уже заберут.

— Слушайте, пока я лез наверх, заметил, что на востоке у газодобывающей станции что-то есть, — произнес Барнс, переводя дыхание. — Видел слабые огни. Может, даже отблески. Не знаю, что это, но лучше бы проверить.

— Что бы это могло быть?

— Да хрен его знает, но я точно не ошибся.

— Ладно, проверим. — Раттлер принял информацию к сведению. — Но наладить связь — в приоритете.

Центр связи нашли с трудом. Это оказалось совсем маленькое здание, на крыше которого размещалась большая спутниковая тарелка. Со всех сторон его окружали другие здания, и именно по этой причине мы потратили почти час времени. И хотя ее частично занесло песком и пылью, она все-таки работала.

В оборудовании связи я почти ничего не понимал, зато выяснилось, что сам Раттлер — бывший связист. Оборудование было ему знакомо, поэтому, как только удалось все подключить, майор принялся вызывать «Фауст».

— Вызываю полковника Тангера, вызываю полковника Тангера. Это Каллипсо. Десантная группа, майор Раттлер! Прием!

В эфире только белый шум.

Ничего.

— Может, снова электромагнитные бури? — предположил Ферт, после двадцати минут бесполезных запросов.

— Может и так. Но какой-то, же сигнал должен проходить?

— Командир, может Хаузер ответит? — предположил Барнс, вспомнив про вторую группу.

Но и этот сеанс связи прошел в одностороннем порядке. Создавалось впечатление, будто на спутнике, никого кроме нас, вообще не осталось.

— Дьявол! — Раттлер в приступе ярости отшвырнул микрофон. — Какого хрена, где связь?

Никто не ответил. Меня посетила запоздалая мысль о том, что возможно, просто неисправна антенна. Или все-таки буря.

О том, что группа Хаузера погибла, я даже думать не хотел. Каждый из нас помнил, что перед тем как «Отбойник» атаковали, Хаузер подвергся нападению первым.

Я снова выбрался наружу, поднялся на один пролет вверх и задумчиво осмотрел видимую часть городка. За стеной, настолько, насколько хватало обзора, простиралась пустыня. Слева от нее было то самое ущелье, из которого мы выбрались только чудом. Где-то там лежал мой «Тахион». Эх, как бы он сейчас пригодился бы…

Осмотрел линию горизонта. Справа, у вытянутой с севера на юг горной гряды, никаких признаков существования человека не было, но именно оттуда был уничтожен гигантский рак. Кто? Как? И главное, чем? Я был твердо уверен, что оружие, которым нейтрализовали рака, не имело земных аналогов.

Сержант Ферт отыскал в центре связи интерактивную карту городка, которая наглядно показывала, что вообще есть на прилегающей территории. Здесь было около тридцати зданий, самого разного назначения. Правда, теперь, с трудом можно было узнать, где и что находится. Большую часть города занимала газодобывающая станция, которая была полностью автономной.

Добываемый из недр спутника газ, перекачивался в специальные подземные резервуары, находящиеся прямо под городом — их объем был просто огромным. Его должны были перегружать в специальные транспортировочные контейнеры и выводить на орбиту, где орбитальная станция оперативно цепляла их к транспортному кораблю. Как именно это происходило, я не знал, да собственно меня это и не интересовало.

— Майор, может быть, стоит поискать другой командный центр? Наверняка там должно быть что-то, что позволит разобраться в причинах произошедшего. Ну не могло же просто так взять и исчезнуть четыреста человек? Какие-нибудь данные об эвакуации, о пострадавших. Да хоть что-нибудь.

— Возможно. — Раттлер поднялся с места, подошел к карте и быстро отыскал запасной командный центр, где могла находиться вся верхушка управления города. Он оказался совсем рядом.

Мы еще некоторое время спорили, что в приоритете, затем все-таки покинули центр связи, вышли на центральную улицу.

Здесь все было по-прежнему. Пустота и уныние. Ветер гонял песок, пыль и какой-то мусор, брошенный транспорт потихоньку ржавел и проседал в песок. Еще сильнее чувствовался тот факт, что здесь все брошено.

Ни о чем не говорили. Каждый думал о своем.

Когда все-таки поднялись в запасной командный центр, то поняли, что ответов здесь мы не найдем.

Здание пустовало. В правой части верхнего этажа обнаружились следы пожара, который довольно быстро локализовали пожарные дроны. Внутри было множество столов, шкафов, брошенной техники. Но ничего, что могло бы ответить на наши вопросы.

Раттлер попробовал отыскать какие-нибудь журналы отчетности, но и таковых не оказалось. А вся наблюдательная и измерительная техника словно выгорела, как будто бы от запредельной перегрузки…

Все это сильно действовало на нервы. Напрашивались отдельные мысли, но я пока не стал обсуждать их с десантниками. Еще сочтут меня за параноика.

За десять минут мы обследовали оба этажа, но так ничего и не нашли. Это сильно действовало на нервы, особенно в нашей-то ситуации.

В конце концов, мы выбрались наружу и двинулись вверх по улице. Большинство дверей были заколочены, окна разбиты. Стены ободраны, покрыты пылью.

Барнс отыскал продуктовый магазин, но едва мы вошли внутрь, нам пришлось быстро покинуть внутреннее помещение — продуктов внутри не оказалось, зато обнаружилось аж четыре мертвых летяги. Твари уже успели разложиться, а трупный запах наполнил собой все помещение. Я заметил, что характер повреждений их тел не был мне знаком.

А затем нам попался танк.

Легкобронированный танк «Вихрь» слегка модифицированной модели. Он так же, как и все вокруг был засыпан песком и стоял, протаранив стену одного из домов. 105 миллиметровая электромагнитная пушка уныло уткнулась стволом в кучу песка. Внутри самой машины ничего интересного не оказалось. Топлива не было, да и основная батарея давно разрядилась в ноль.

Чуть поодаль, за перекрестком, мы обнаружили второй, точно такой же танк.

— Странно! Разве на Каллипсо были танки? — удивился Барнс, разглядывая бронированную машину.

— А что не так?

— Само наличие танков. Я точно знаю, что тяжелая техника не поставлялась на Каллипсо. Они слишком плохо себя зарекомендовали при движении по песчаному грунту, гусеницы легко вязли в глубоком песке. У меня друг, офицер одного из транспортников, был в числе тех, кто изначально перевозил сюда всю строительную, а позже и военную технику. Так вот он точно говорил, что танков ни в одной из партий не было!

— И что ты хочешь этим сказать? — удивился я. — Что колонисты сами развернули здесь производство военной техники? Ну, это уже бред. Здесь нет таких заводов.

— Я ничего не хочу сказать. Просто точно знаю, что вот этого тут быть не должно.

Минуты через две, впереди показалась громадина газодобывающей станции. Огромный комплекс, большие производственные корпуса. Впереди, метрах в двухстах от нас, были видны легкие ворота, из титановой сетки. Почти повсюду, справа и слева, на них висели какие-то таблички. А перед самой оградой, прямо на сером асфальте, стояли какие-то темные устройства, обвешанные какими-то тряпками. И мне показалось, будто они двигаются.

— Что это там такое? — спросил я и уже собирался ативировать зум.

— Ты про надписи? — Барнс сделал несколько шагов вперед, а затем удивленно вскрикнул и плашмя рухнул прямо на дорогу. — На землю!

Я еще секунды две-две с половиной стоял на месте, переваривая услышанное, но внезапно меня сбил с ног мгновенно среагировавший Раттлер. А уже через секунду, когда мы оба грохнули на дорогу, впереди послышался приближающийся цокающий звук. Взорвался брызгами сухой песок. В нашу сторону устремился целый дождь крупнокалиберных пуль. Они принялись выбивать из стен обломки бетона и штукатурки, дырявить окна, двери. Рухнул перебитый столб. Развалился на части остов какого-то погрузчика.

— А, бля! Какого хрена проиходит? — заорал Ферт, высовываясь из-за угла. — Что это?

— Назад бля, назад! — Ратллер придавил меня к асфальту, не давая встать.

— Да что за херня? — вскрикнул я, но вырываться не стал.

— Лежи и не шевелись, — рядом с нами, на песке извивался Барнс, пытаясь уйти из-под обстрела.

Пули продолжали долбать все, что находилось над нами, перед нами, справа и слева от нас. Секунд через двадцать, все закончилось.

— Так, ну-ка давай назад, — майор оставил меня в покое, а сам медленно пополз назад, к углу здания, за которым прятался Ферт. — Плашмя, по песку. Не торопись. Голову не поднимай.

Когда мы смогли, наконец, встать на ноги и я кое-как оправился от первоначального шока, то сразу шагнул к Раттлеру, заглянул ему в лицо и спросил.

— Майор! Что это было?

— Охранно-сторожевой модуль.

— «Циклоп»?

— Не-е. Кое-что поинтереснее, — устало выдохнул Барнс. — Это крупнокалиберный «Гриф». Именно их я и видел с мельницы…

Повисла неловкая пауза. Я поочередно посмотрел на каждого из бойцов, затем пожал плечами и произнес.

— Крупнокалиберный? М-м! Что, только мне это кажется странным? Откуда у стен газодобывающей станции стоят эти «Грифы»? Кто их там мог поставить?

Барнс глянул на Раттлера, затем произнес:

— Понятия не имею. Я про такие штуки только читал. Не знал, что их вообще поставляли на Каллипсо, а главное — за каким чертом они тут? Здесь же не от кого обороняться!

— Сколько их? — поинтересовался Ферт.

— Я видел четыре.

— Ну и как их нейтрализовать?

Мы переглянулись.

— Скорее всего, настроены по принципу «свой-чужой», — ответил я, немного успокоившись. — Та же электроника, что и у «Циклопа». Я работал с такими.

— Тогда тебе виднее, как их отключить.

Я попытался выглянуть из-за угла, но тут же ближайшая турель резко довернула ствол, и резко нырнул обратно.

— Барнс, у тебя еще остался лазерный прицел?

— Ну?

— А стреляешь хорошо?

— Ты что предлагаешь бить по автоматической турели?

— Не по ней, а по инфракрасному модулю. У каждого устройства имеется блок управления, обычно он сверху. Там есть большая оптическая линза — глаза охранного модуля. Если точным выстрелом его уничтожить, то «Гриф» вырубиться.

— Да ну, шляпа… — фыркнул Ферт. — У него время срабатывания две-три секунды. Даже снайпер прицелиться не успеет.

— Варианты? — спросил Раттлер.

— Ну-у… Отвлекающий маневр! — хмыкнул я. — Я точно знаю, что система охранного модуля будет работать по наиболее приоритетной цели. Той, что лучше распознается, и которую легче поразить.

Барнс хохотнул, но все равно вытащил из ранца лазерный прицел, прищелкнул его к рельсотрону.

— На хер туда вообще лезть? — возразил медик.

— Они стоят тут не просто так, разве не ясно? Вдруг, ответы на наши вопросы там?

Сержант недовольно скривился, но промолчал.

— И вот что я предлагаю. Ферт, видишь то здание, где выбито крайнее правое окно?

— Ну?

— Если оттуда вытащить мощный фонарь и посветить в линзу, то модуль сначала должен среагировать на источник тепла и света. Так?

— Ну, вроде так.

— А Барнс в это время метким выстрелом разнес бы модуль управления вдребезги!

Раттлер молча осмотрел нас, кивнул и взвесив все за и против, произнес.

— Пробуем! Ферт, дуй к окну. Только осторожнее.

— Дерьмовая идея, — пробурчал сержант, но все-таки потащился в обход, к тому зданию, с разбитым окном.

Барнс подготовил рельсотрон, занял позицию за углом. Ему только и нужно было, что высунуться и прицелившись, жахнуть крупным калибром.

Я отсюда расслышал, как ругается Ферт, пробираясь по внутренним коридорам здания. Что-то гремело, падало. Его силуэт то мелькал в окнах, то скрывался, а затем снова появлялся. Наконец, он добрался до последней комнаты, вошел внутрь.

Я думал о том, что эти «Грифы» явно стоят тут не просто так. Неужели, на станции есть уцелевшие люди? Что если они не смогли отстоять городок, отступили к производственному комплексу? А затем, закрепившись и выставив охранные модули, таким образом, попытались сдержать непонятно откуда появившихся летунов и охотников? Очень похоже на правду.

Внезапно, внутри того же помещения, что-то оглушительно хлопнуло, брызнули голубые искры, а сам Ферт неожиданно громко заорал и рухнул куда-то вниз…

Глава 9

Какого хрена?

— Фе-е-ерт! — взревел майор и бегом бросился в обход, по тому же маршруту, которым ранее прошел медик.

Я рванул следом за ним.

Поворот, проулок, вход в здание. Небольшая лестница, длинный коридор.

— А, черт! Алекс, осторожнее, — крикнул майор, но я не понял, что он имел в виду.

Позади меня грохотал тяжелыми стальными ботинками Барнс.

Ворвавшись в помещение, где находился Ферт, мы увидели удручающую картину. Все было погромлено — битые стекла, ошметки штукатурки, мусор, скарб. Все это валялось, как попало и где попало. А то, что было из металла, сосредоточилось прямо посреди комнаты одной бесформенной кучей, как впрочем, и сам сержант. Его в неестественной позе придавило к какой-то круглой платформе, а сверху облепило металлическими предметами. Тут были инструменты, детали каких-то механизмов, гантели, диски. Создавалось впечатление, будто кто-то специально стащил сюда все, что содержало много металла…

— Чего уставились? — нахмурившись, пробормотал скрюченный на полу Ферт. — Магнитной мины, что ли не видели?

Раттлер вдруг захохотал.

— Чего разлегся? Под ноги надо было смотреть!

— Тьфу, ты! — выругался Барнс, заглядывая через мое плечо. — Я-то думал, его тут уже на фарш покрошило.

— Отключи ее, — попросил медик, не в силах даже пошевелиться.

Фактически, магнитная мина «ТМ-2», не была миной в прямом смысле этого слова. Она имела очень необычную функцию и использовалась больше для нейтрализации противника, но никак не для ликвидации. Обычная магнитная мина, под воздействием магнетизма, притягивает себя к объекту, а затем взрывается. Но у «ТМ-2» принцип действия другой. Мощным импульсным толчком она подбрасывает все, что есть в пределах досягаемости, а затем резко притягивает к себе все металлические объекты, вплоть до тяжелого скафа, и прочно удерживает до тех пор, пока кто-то со стороны не поможет бедолаге. Ну или тот не умрет от голода и жажды. Если выкрутить мощность мины на максимум, теоретически, она даже может содрать с человека скаф по частям, или переключить на режим импульсных толчков и расшатать всю конструкцию бронекостюма. Но «Палладин» подобного эффекта не боялся. Однако придавило Ферта люто… Тот даже не мог пошевелиться.

Майор еще раз осмотрел помещение, на предмет наличия дополнительных сюрпризов, но ничего не обнаружил. Шагнув к распластавшемуся Ферту, наклонился, отыскал блокировку и выкрутил ее на минимум.

— Все, дальше сам.

Сержант, кое-как высвободив руки, кряхтя и ругаясь, отпихнул от себя детали, с трудом поднялся и поскорее отошел от ловушки.

— Говно! — пробурчал тот, но затем отскочил в сторону, не пожелав вновь связываться с коварной ловушкой.

— Ладно, эту проблему устранили, теперь бьем «Грифов». — Раттлер вышел из погромленного помещения и направился обратно к выходу. — Во вторую мину не влезьте!

Только когда я разглядел вторую «ТМ-2», я сообразил, о чем предупреждал меня майор, когда мы бежали на помощь к медику. Ведь в нее мог вляпаться любой.

— Бабуины! — выдохнул я, представив, что мой «Скаут» мог бы и не выдержать нагрузки.

О наличии подобных мин я, конечно же, знал, но никогда не видел их в действии. Думаю не совру, если скажу что эффект меня крайне заинтересовал.

Далее приступили к реализации первоначального плана.

Ферт отсоединил от корпуса прожектор, выкрутил его на максимум и сунул в окно. Под определенным углом он навел его на ближайший «Гриф». Реакция была моментальной. Турель охранно-сторожевого комплекса среагировала на источник света очень быстро — ствол развернулся, а сканер и электронные мозги принялись изучать, что же такое попало в сектор обстрела. Расстояние — примерно сорок метров.

Секунда, полторы.

Ствол тяжелого импульсного пулемета зажужжал, начал раскручиваться. Но, то ли умная система не смогла распознать объект, то ли была какая-то другая причина — не было произведено ни одного выстрела. Зато Барнс постарался на славу.

Взвыл рельсотрон.

Электронный блок, вместе с доброй частью тела турели разлетелся вдребезги. Ствол издал пару щелкающих звуков, затем просто отключился, уныло опустившись вниз.

— Отработал, минус один! — доложил сержант, на всякий случай, проверив батарею рельсторона. — Еще три.

Второй удалось поразить так же, как и первый, только со второго раза. С третьим пришлось основательно повозиться. «Гриф» стоял в неудобном секторе, поэтому сержант никак не мог пристреляться.

Ствол этой турели поворачивался быстрее, чем Барнс успевал выстрелить. Как итог с десяток попаданий раскрошили стену, за которой прятался наш стрелок. Две пули угодили в скаф, смяв прочный плечевой щиток и частично повредив сервопривод. Но в итоге, после трех неудачных попыток в бетоне образовалась дыра, через которую сержант просунул ствол рельсотрона, закрепился и произвел меткий выстрел.

— Остался последний, — заметил я, но вместе с тем напрягся. Он был самый дальний — чтобы его поразить, сержанту нужно было оставаться открытым больше обычного. И целиться дольше.

Барнс попробовал, но ничего не вышло. Только словил еще одну пулю, чуть не перебившую ему бронеперчатку.

— Дерьмо! Нет, так не выйдет, — он опустил рельсотрон.

— А если с крыши? — громко предположил Ферт, высунувшись из окна.

— Не пойдет, буду как на ладони. Да и спрятаться там негде.

— Так, делаем следующее, — майор наконец-то сообразил, как обойти «Грифа». — Ферт, топай обратно. И в мину снова не влезь!

Слышно было, как медик ругается. Эту «ТМ-2» он еще долго будет вспоминать.

— Алекс, ну-ка помоги. — Раттлер отошел к большой стальной двери, в третьем здании слева, затем сделал пару выстрелов в крепления петель. Ухватился за нее, взглядом указал мне на противоположную сторону. — Вытаскиваем ее наружу.

Я сразу же догадался, что задумал майор.

— Щит? — спросил Барнс.

— Да.

— А выдержит? — засомневался медик. — Калибр-то у «Грифа» не мелкий. Да и останавливающее действие.

— Разберемся.

Вырвали ее вместе с петлями. Перевернули.

Затем Ферт выудил откуда-то большую ржавую стальную трубу. Оперев дверь на трубу, можно было катить ее под небольшим отрицательным углом.

— Так, Барнс, что делать — ты знаешь. Сейчас я выкачу ее, продвину вперед. Скорее всего, ее либо пробьет, либо развернет отдачей. Сомневаюсь, что удержу. А двоим, здесь не поместится. У тебя будет секунды четыре, не больше. Справишься?

Сержант кивнул.

— Тогда начинаем.

Раттлер медленно выкатил дверь из-за угла. Ствол тут же довернулся к источнику угрозы, начал раскручиваться.

— Рано! Жди! — скомандовал майор сержанту.

Послышался треск и в сторону командира устремился песчано-стальной шторм. Длинная очередь прокатилась по песку, мгновенно добравшись до щита. Долбануло в металл.

— Бей! — заорал майор и тут же сам рухнул на песок. Дверь, от чудовищной отдачи не только пробило в нескольких местах, но и развернув, откинуло в сторону.

Жахнул рельсотрон.

Мимо.

— Бля! — Барнс нырнул обратно, едва сам не попав под плотный огонь.

— Раттлер! — крикнул я. — Цел?

— Вроде, чуть зацепило, — раздался голос майора. Тот лежал на асфальте, но почти не шевелился. Однако я увидел кровь.

— А, черт! — Ферт полез за медпаком. — С-ка, последний пак остался.

— Че делать? — Барнс попытался выглянуть, но турель была нацелена на конкретную точку. Брызнули осколки бетона. Десантник едва успел спрятаться.

— Так, сейчас! — я прикинул в уме. Выглянул, затем посмотрел на крышу. В голову лезли бесполезные идеи, но все же за одну из них я зацепился.

— Ту «ТМ-2», что мы видели, можно снять? — спросил я у обоих.

— Да. Только на хрена?

— Есть идея, — у меня в голове уже нарисовался приблизительный план. В общих чертах. — Предлагаю вот что. Снимаем вторую мину, выкручиваем действие на максимум и отправляем ее к турели. Та срабатывает и турель, под действием магнетизма, стаскивает с треноги.

— С ума сошел? — покачал головой Ферт. — Да в мине весу килограмм тридцать. Как ты ее докинешь на пятьдесят метров? Тут и «Деф» не справился бы.

— Увидишь! — хмыкнул я.

Поискал глазами еще одну трубу, затем увидел длинную вытянутую бронепластину. Прихватил и то и то.

— Стащите мину и на крышу ее.

— Че он задумал?

— Я пока ни хрена не понял. Но обычно, его идеи срабатывают! — пробурчал Барнс.

— Раттлер, ты как?

— Нормально, — голос у майора стал слабее.

Сорвали мину, вытащили ее на третий этаж здания, затем на крышу. Там я уложил трубу, сверху бронепластину. Получилось что-то вроде примитивной навесной катапульты.

— Да, Алекс, ты не дурак! — восхитился Ферт, раскусив задумку. — И чего я раньше гражданских не уважал?

Я определил направление, смерил расстояние. Мину положили на дальний конец.

— Ну что, метаем?

Ферт и Барнс одновременно прыгнули на бронепластину. Сработал рычаг и тридцатикилограммовая магнитная мина, полетела точно к «Грифу».

Не долетела всего метра три, но это не тут глухо хлопнуло. Брызнули голубые искры.

Я как завороженный наблюдал за тем, как турель сначала затрясло, потом она начала заваливаться влево. Рухнула тренога. Весь модуль завалился на асфальт. Ствол крутанулся, уперся в грунт.

— Барнс, бей турель.

Дальше было просто. Выстрел из рельстрона раздолбал весь электронный блок. Ствол импульсного пулемета так и остался лежать, намертво отрубившись.

— В яблочко! — обрадовался Барнс, опуская рельсотрон.

Я и Ферт бросились вниз, к майору.

Тот был жив, хотя дела у него были не очень. Сразу три пули пробили скаф, раскрошив защиту. Одна пробила предплечье и глубоко вошла в плоть, вторая разорвала кожу и мышцы почти у самого сустава, но вышла с другой стороны. Третья же попала в верхнюю часть груди, едва не раздробив ключицу.

— Дерьмово, да? — пробормотал майор, глядя на собственную кровь.

— Нормально. — Ферт был поглощен оказанием медпомощи и на остальное не реагировал. — Видел и хуже.

— «Грифа» сняли? — тихо спросил Раттлер, кривясь от жестокой боли.

— Если бы нет, сейчас рядом с тобой не стояли.

— Молчи, командир.

Я наблюдал, как действует медпак. Капсула с жидкими медицинскими препаратами, воссоединялась с колонией наноботов. Они, крохотными манипуляторами шустро устраняли кровотечение, извлекали пули, осколки костей, обезболивали. Сращивали мышцы и мясо и при этом, использовали материал прямо из тела, объединяя его с жидкой субстанцией. Одновременно, в организм вводился отдельный препарат, который десятикратно ускорял регенерацию, нейтрализовал заразу и восстанавливал пораженные участки.

Медпаки были очень дороги в производстве, и применять их без разрешения командира запрещалось. Обычные аптечки, хотя и были упакованы мощными стимуляторами по последним стандартам, но все же не могли воскресить тяжелораненого.

— Готово. — Ферт сгреб остатки медпака, тут же закопал в песок. — Шрамы останутся, но тут я бессилен.

— Черт, — выдохнул Раттлер, вроде нормально. — Хотя еще побаливает.

— Без этого никак. Залечил процентов на восемьдесят.

— Ферт, Барнс! Выберемся, представлю обоих к повышению, — произнес майор, с помощью бойцов поднимаясь на ноги. Командирский «Палладин» работал с перебоями, а чинить было нечем. Правое плечо, почти не двигалось, что сильно снижало боеспособность. Я отдал майору свой пистолет, все-таки с ним он точно сможет управиться с ним лучше, чем я.

Я наблюдал за действиями медика. Кто знает, вдруг мне тоже придется применять медпак на практике?

Мы прошли вперед, метров через шестьдесят уперлись в легкие ворота. Справа и слева стояли обезвреженные турели.

— А ну-ка, посмотрим, что тут есть? — Барнс шагнул к ближайшему «Грифу».

Осмотрел, покопался. Затем просто отсоединил тело пулемета от треноги, содрал остатки электроники.

— Тяжеловат! — сержант взвесил орудие. — И не удобен.

— Неудобно ему… Ты бы еще орбитальную гаубицу прихватил, — пошутил Ферт.

— Серьезно, хочешь таскать его с собой?

— Ну да.

Мы с медиком переглянулись, но промолчали.

Перед нами был главный корпус. Он раскинулся справа налево, вытянувшись почти на километр.

— Газодобывающая станция. Огромная, блин! — задумчиво пробормотал я, осматривая территорию. — Ну что, посмотрим?

Ограду пришлось просто ломать. Меткими выстрелами перебили несколько креплений, затем просто завалили ее на песок.

Прошли внутрь, сразу направились к главному входу.

По пути ничего интересного не попалось. Лишь правее от входа, лежало несколько тел летунов, расстрелянных никак не меньше месяца назад.

— Здесь все выглядит точно также, как и в самом городке, — заметил Барнс, осматривая территорию. — И эти тоже есть!

Мы осмотрелись, прислушались. Вроде ничего.

Справа от нас стояли мощнейшие насосы, массивные трубы которых уходили куда-то под землю. Там, на большой глубине и добывался газ, затем его перекачивали сюда, в главный корпус. Но, кажется, сейчас ничего не рабоатало.

Распахнув двери главного входа, мы сильно пожалели об этом. Внутри коридора, метрах в десяти от входа стоял «Циклоп».

— В стороны! — рявкнул Барнс, мгновенно рванув влево, схватив по пути Ферта. Я и Раттлер вправо.

Модуль среагировал, но недостаточно быстро. Майор опасался чего-то подобного, а потому еще перед открытием дверей сделал акцент на осторожности.

Длинная очередь метнулась сначала за Фертом, а потом в другую сторону за мной. Пуля выбили несколько декоративных плит, раскрошили металлическую раму.

— Вот сволочь, а! — выругался сержант. — Какой урод его здесь поставил?

— Не, ну а что? Толково! Ни одна тварь не пролезет с этого входа. Думаю, таких охранных модулей на территории полно.

— Слушайте, а ни у кого не возникает подозрения, что как-то слишком уже все…

— Согласен, — майор догадался, о чем я, еще до того, как я договорил. — От летяг такие меры предосторожности явно перебор.

— Ну и? — Барнс вытащил последнюю «ST» гранату. — Что делать с «Циклопом»?

— Все правильно, кидай! — хмыкнул Ферт. Взрывной волной модуль если и не уничтожит, то повредит точно.

Сказано — сделано.

Рвануло. Наружу выбросило мусор, клубы пыли, осколки декоративных плиток.

Быстро заглянув внутрь, Ферт махнул рукой, мол, чисто.

Относительно легкий охранный модуль, почему-то плохо закрепленный, посекло осколками, а взрывной волной его откинуло к левой стене. Задней частью тела он уперся в правую стену, поэтому ствол смотрел по диагонали, оставляя слепую зону, градусов под двадцать.

Барнс тут же рванул вперед и вырубил истерично жужжащий модуль.

— Все.

Мы прошли до самого конца коридора, распахнули вторые двери и обалдели. Даже не так, просто охренели от увиденного.

Вместо сложного промышленного оборудования, рассчитанного на добычу и перегонку газа, здесь был развернут крупный комплекс по производству оружия. И не просто оружия, а такого, что на Земле только-только начали прощупывать. Чего тут только не было — вся внутренняя часть представляла собой огромную площадку. Электричества здесь было, но и света наших прожекторов хватало с избытком.

Я стоял и ошеломленно смотрел то на сложные ракетные установки, которые разительно отличались от всех тех, что я видел раньше. А мне, как конструктору, пришлось повидать немало. То на новые, уникальные прототипы танков, штурмовых роботов, фазеров, летательных аппаратов.

— Долбанные бабуины. — произнес я, дрожащим от волнения голосом. — Не может быть!

— Что? — Барнс обернулся ко мне и нахмурился.

— Это же «Анубис», — первым делом я ткнул на необычного вида ракетную установку. — Засекреченный прототип оружия, которым можно управлять на расстоянии, просто подумав об этом.

— В смысле? — не понял Раттлер. — Это как?

Я снял шлем, подошел ближе, снял с макета необычного вида устройство, с какими-то иглами внутри. Показал его остальным.

— Это значит, что если эта штука работает как надо, то после активации, оператор может с любой точки планеты, без всяких пультов и кнопок, дать команду на запуск. Этот шлем внедряет в мозг особый чип, который, по сути, становится еще одним органом. Органом, который может управлять техникой.

— И как?

— С помощью пси возможностей, — сдержанно выдохнул я и посмотрел на десантников.

Барнс расхохотался. Махнул рукой.

— Да это все чушь. Исследования с треском провалились.

Но я был уверен в том, что увидел. Совершенно точно, здесь шла разработка новейшего оружия, причем по всех смыслах. Значит, газодобывающая станция…? Это что, просто прикрытие?

— Алекс, ты уверен? — майор растерянно смотрел по сторонам.

— Более чем. Те фазеры, слева — их калибр даже больше, чем орбитальные орудия на Земле. А там, дальше новейшие танки, я даже не знаю, как они называются. «Триггеры» что мы привезли, просто детские игрушки.

А когда мы прошли вглубь комплекса, я разглядел еще кое-что.

— Это просто невероятно, — выдохнул я, и не веря своим глазам глупо улыбнулся.

Здесь, метрах в тридцати впереди, был развернут сборочный цех, на которых висели… «Тахионы».

— Это же… — Ферт их тоже увидел и обернулся ко мне. — Новые скафы, да? Алекс?

— Да. Только я не понимаю, откуда они здесь. В смысле, их вообще не должно быть. Только на Земле был изготовлен всего один прототип, да и тот, делали полтора года.

Барнс, отошедший влево, присвистнул.

— А здесь новые винтовки. Плазменные… — сержант поднял голову и посмотрел прямо на меня. — Как это?

Мы шли дальше и понимали — увиденное здесь было событием из ряда вон выходящим. Никакого газа здесь не добывалось в принципе. Никогда. По чьей-то инициативе, вместо добычи ископаемых и минералов, здесь занимались совсем другим.

Каллипсо, спутник на котором были взяты геологические пробы, проведена разведка и обнаружен «Квантаниум» — все фикция. Все, что было известно — все умело поставленная ширма?

Неужели здесь вообще ничего не добывалось?

Глава 10

Первые сомнения

Мы стояли и никак не могли поверить в то, что было перед глазами.

Однако стало очевидным и другое — все производство оружия и техники в одночасье было остановлено. Все и сразу.

Все сборочное оборудование, все прототипы и образцы техники, макетные стенды, готовые партии оружия — все покрывала густая пыль. Повсюду был тот же самый песок, который уже заколебал. Ничего не работало, электричества не было.

— Майор, ты понимаешь, что мы только что увидели? — тихо прошептал я, но тот меня хорошо услышал.

— Да, — неуверенно ответил он, затем добавил. — И нет.

— А где же те, кто управляли всем этим? — спросил Ферт, но естественно ответа не получил.

— Что будем делать? Здесь выживших тоже нет. Будем искать?

— Где? Этот комплекс и за сутки не обойти. Он же огромный.

— Эй, смотрите туда. — Барнс указал на высокую трехъярусную лестницу, выкрашенную желтой краской. Она поднималась вверх, на второй уровень. Даже отсюда там были видны какие-то помещения, застекленные матовыми стеклами и забранные решетками.

И двери. Много дверей.

— Может, там что-то вроде пункта управления? Или отдел разработок?

Почти одновременно, все четверо шагнули в том же направлении. Поднялись наверх. По всему корпусу разносилось эхо наших шагов, но судя по звукам, здесь больше никого не было.

Первую же дверь Ферт вскрыл одиночным выстрелом из винтовки.

Толкнул ногой.

Перед нами открылось большое квадратное помещение, под потолком много осветительных ламп. Повсюду было множество больших столов, на которых лежали рулоны с чертежами, планами, схемами, техническими заданиями. Вдоль стен стояли интерактивные панели, системы визуализации разрабатываемых чертежей, голографические проекторы. Все было покрыто густой пылью.

Увиденное было мне очень хорошо знакомо, хоть и не в таких масштабах. Нет, конечно, и на Земле были подобные комплексы, но их интенсивность явно уступала в несколько раз.

— Алекс? Где мы?

— Похоже на центр разработок вооружения. Скорее всего, здесь создавались и прорабатывались первоначальные чертежи, отбирались наиболее перспективные.

Я медленно прошел внутрь, осмотрелся. Заинтересовался большим чертежом, который был покрыт какими-то пометками, дополнениями. Даже одного взгляда мне хватило, чтобы понять — это какой-то огромный колесный транспорт, вооруженный по самое «не хочу». Ну и для какой цели мог понадобился этот гигант?

Помимо чертежей, в отделе имелось много высокоэффективной компьютерной техники, большие интерактивные мониторы, специальные навороченные голографические проекторы, способные создавать объемные 3D-модели.

По какой-то причине все было обесточено. Брошено.

На полу валялись обрывки бумаги, пара разбитых планшетов, какие-то устройства.

Мы сами не заметили, как разбрелись по комнате. Ферт шуршал бумагой, разглядывал чертежи, на которых ни слова не понимал.

Мне же хватило заглянуть лишь в пару из них, чтобы убедиться в своей догадке. Все то, что на Земле только предлагалось, здесь уже пытались реализовать. И почему-то мне не казалось, что это просто проектировочный полигон. Здесь что-то другое.

Я вспомнил, что журналисты на Земле, года полтора назад, подняли информационную бучу — мол, на Каллипсо убывает слишком много грузовых кораблей. Зачем там столько оборудования, техники и материалов? Но видимо, кто-то, у кого была власть, сумел тихо и без лишнего шума закрыть рты особо пронырливым журналистам. Тогда это незаметно замялось само по себе, и было предоставлено общественности как газетная утка.

Но теперь я понял — все это, может отчасти, но правда! Вот для чего убывали корабли — везли сложное оборудование, но вовсе не для добычи минералов.

Я вышел наружу, остановился на железном мостике и окинул взглядом огромные технологические модули, сборочные манипуляторы, испытательные стенды. Все это стоило эпических денег, кем-то финансировалось. Мне стало не по себе.

Почти сразу, меня посетила еще одна смутная догадка, но вдруг меня окликнул майор.

— Алекс, быстрей сюда! Мы кое-что нашли.

— Что?

— Гляди!

Им удалось открыть второе помещение и как-то запустить один из голографических 3D — проекторов. Появилась полупрозрачная проекция человека, одетого в желтый инженерный комбинезон. На его голове был обруч интуитивного управления — точно такой же, но примитивнее, был установлен на моем «Тахионе». С раны на виске стекала тонкая струйка крови, а левую руку человек держал так, словно бы она была сломана.

Я хорошо знал этого человека. И не мог поверить, что увижу его таким.

Весь внешний вид инженера был озабоченным.

С правого бока, иногда попадая в кадр, влетали какие-то вспышки, сыпались искры. Я даже расслышал характерный звук выстрела рельсотрона. Далекий, но это точно был он.

— Что это? — пробормотал Барнс, недоверчиво глядя на проекцию.

— Тихо, слушай.

— Если вы смотрите эту запись, значит, все уже произошло, — начал человек тихим, дрожащим голосом. — Я заместитель главного конструктора «Spaces Weapon Systems» Саймон Доггер. Вы уже наверняка поняли, что на Каллипсо добыча «Квантаниума» вовсе не главное… Я… Вы… Мы не знали, к чему это приведет. Проект вышел из-под контроля. От имени всех, кто участвовал в этом безумии, прошу прощения… Простите нас. Последствия будут ужасны.

Запись неожиданно оборвалась.

— Э-э, что? «SWS»? — Ферт озадаченно потер лоб и встряхнул головой. — Что я только что увидел?

— Какого дьявола… Есть еще записи? Хоть что-нибудь? — громко спросил я, напрягшись. Смутная мысль закралась в мою голову…

— Вроде нет, ничего.

— Как вы это включили? — я сам не заметил, как повысил голос.

— Ну, я подошел к проектору, а он оказывается, включен, — неуверенно произнес Ферт. — Я тронул, дальше оно само заработало.

Я быстро нырнул под стол, заметил уходящие вниз провода. Проектор был подключен к отдельному источнику питания. Тот, кто его оставил, непременно хотел, чтобы запись нашли и увидели. Он даже не поленился запитать устройство от отдельного источника питания.

Но что мы увидели?

Ничего не понятно.

— Алекс! — Раттлер дернул меня за плечо, развернул. — Нужно уходить. Тут никого нет.

— Уходить? Куда?

Повисла неловкая пауза. Действительно, куда идти? Что теперь делать?

Барнс и Ферт, поколебавшись, рванули к выходу, я же медленно зашагал следом, думая совсем о другом. Я шкурой чувствовал, мы нашли что-то такое, что может многое объяснить, расставить точки. Но это был лишь небольшой фрагмент одной большой цепочки. И пока рано о чем-либо говорить.

Проходя мимо производственных модулей, оба сержанта остановились, начали вертеться по сторонам, размахивать бронеперчатками.

— Чего встали?

— Командир, как бы у нас со стволами напряг! Может, это… вооружимся? — Барнс указал на контрольный стенд, рядом с которым стояли оружейные контейнеры. Один из них был открыт. Внутри него, в два ряда были уложены плазменные винтовки. Рядом лежали отдельные батареи.

— Алекс, что скажешь? Это можно использовать?

— Не знаю, — я подошел ближе, взял в руки образец и прочитал надпись. — «THOR». Название мне не знакомо, хотя на Земле осуществлялись попытки реализовать полноценное плазменное оружие.

— Щас жахнем куда-нибудь. — Барнс вытащил вторую винтовку, подхватил батарею. Сунул в гнездо. Затем снял с блокиратора и уже был готов дать пробный выстрел по стальной стенке макетного стенда.

— Стой! — крикнул я и предостерегающе вскинул руки.

— Чего? — Барнс изумленно уставился на меня расширившимися от неожиданности глазами.

— Это оружие может быть слишком разрушительным. Выкрути регулятор интенсивности нагревания водорода. А лучше, сейчас я стабилизирую магнитное поле. Если долбанет, руки оторвет к бабуинам. Видел уже подобные эксцессы.

Я принялся осматривать конструкцию плазменной винтовки и, к своему удивлению, почти сразу понял, как именно конструкторы реализовали это оружие. Водородное топливо подавалось в сердечник термоядерного реактора, где переводилось в высокоэнергетическое состояние плазмы. Сгенерированный сгусток удерживался мощным электромагнитным полем. В момент выстрела, поле определенного сегмента ослаблялось и плазма, через катушки линейного ускорителя устремлялась к цели.

Сам подумал, а потом ужаснулся — откуда я это знаю? Я только что разобрался в сложнейшем принципе действия оружия, которое на Земле никак даже приблизительно не могли довести до ума. И ладно бы только это. Сам я с таким оружием ранее не работал. Как я это освоил?

Мне стало и страшно и любопытно одновременно.

— Алекс? — майор окликнул меня, глядя с подозрением. — Ты чего завис?

— Задумался, — отмахнулся я. — Так, ну-ка.

Через несколько секунд я отрегулировал и протянул сержанту пушку.

— Давай.

Тот перехватил ее удобнее, прицелился в стенд, нажал на спусковой крючок. Легкая отдача качнула его назад. Винтовка выплюнула ярко-фиолетовый бесформенный сгусток плазмы, который быстро преодолел несколько десятков метров и, угодив в стенку, плюхнулся по ней эдакой кляксой. Не прошло и секунды, как металл растекся словно пюре — образовалась неровная дыра с оплавленными краями. Чем-то напоминало принцип действия «LR-20» только куда с большей мощью.

— Уху-ху! — восхитился десантник. — Обалдеть! Вот это мощь!

Он хотел выстрелить снова, но его опередил Ферт. Он вытащил второй ствол и протянул мне со словами:

— Настроишь?

Я молча выполнил, но при этом испытывал странное чувство, словно не должен был этого сделать. Пушки-то экспериментальные, мало ли что…

— Круто! — десантники радовались как дети. Только майор не разделял их радости, с задумчивым видом глядя на своих парней.

Вскоре, ему это надоело. Атмосфера давила своей мрачностью.

— Все, закончили! — наконец рявкнул он, осадив испытателей. — Уходим!

— Э-э! Командир, раз такое дело, может и броню сменим? — предложил Ферт, указав на висящие на соседнем стенде «Тахионы».

И ведь предложение хорошее, что тут скажешь? Наши скафы были изношены в хлам, половина систем уже не работала. Броня прожжена в нескольких местах, дыры от пуль… Да и батареи были уже на опасном минимуме.

Майор кивнул.

— Идея хорошая, но… Не знаю, — пробормотал я, направившись к разработкам. — Надо попробовать.

Да, концепция принадлежала мне, я участвовал на каждом этапе проектировки бронекостюма. Лично разработал систему репульсорных двигателей, разработал Аву… Да, ей не было равных, хотя я так и не смог раскрыть весь ее потенциал. Созданный мной искусственный интеллект был уникален, но когда нас сбили, он просто не успел себя реализовать.

Эти «Тахионы» отличались от моего даже внешне, хоть и незначительно. А названия им почему-то не дали.

Остановившись у стенда, я задумался.

— Чем помочь? Может, снять? — вмешался Барнс.

Я кивнул.

Барнс и Ферт быстро стащили скаф со среднего яруса, уложили на пол.

Быстро отыскав блокировку, я смог вскрыть один из костюмов. Внутри было все то же самое, но источник питания — только тестовая батарея, составляющая 25% процентов от полноценной мощности, что в принципе, меня не удивило. Мой «Тахион» тоже получил свою основную батарею непосредственно перед отправкой на Каллипсо.

— Ладно, глянем, что они тут натворили, — пробормотал я, быстро избавился от своего изношенного «Скаута» и влез внутрь. Активировал блокировку. Запустил стартовую диагностику и разочаровался… Здесь не было интуитивной системы адаптации, не было голосового управления. ИИ имелся, но какой-то ограниченный, урезанный.

Я приподнялся. Сел.

Затем, встал на ноги. Все работало как часы.

Десантники расступились, глядя на меня с некоторой опаской.

— Ну?

Вместо ответа я демонстративно выдвинул танталовый штык, затем откинул стрелковый модуль.

— Твою мать! — Ферт аж шарахнулся в сторону. — Это че такое?

Я сначала не понял в чем проблема, но заглянув на информационную панель боевого интерфейса, понял, в чем дело. Этому «Тахиону» полностью заменили систему вооружения. Сейчас, за плечом торчало странного вида оружие, стреляющее непонятно чем. Какое-то соотношение технологии с органикой.

А место основного вооружения занимала не импульсная винтовка, а гравитационная пушка, усиленного воздействия.

— Что за хрень? — спросил Барнс, глядя на ствол у меня в руках. — Я такого никогда не видел.

Я осмотрелся, нацелил ее на лежащую на полу металлическую деталь, на вид, весом килограмм в двадцать, выжал спуск и восхищением наблюдал, как та взмыла в воздух.

Затем я отпустил спуск и деталь с силой устремилась вперед с грохотом угодив в какой-то манипулятор, разбив его вдребезги.

— Еп твою! — выругался сержант, глядя на гравитационную пушку. — Что это?

— Грави пушка!

Подобное на Земле только начали проектировать. Пока разработчики топтались на месте, постоянно сталкиваясь с той или иной проблемой. Пожалуй, все существующие прототипы назвать оружием было бы сложно. Но сейчас, прямо у меня в руках был полностью готовый боеспособный образец.

Остальное проверять не стали.

Я выбрался наружу и подготовил еще три «Тахиона».

В целом, это были отличные бронекостюмы, по строению почти не уступающие моему образцу. Но их значительно упростили, лишив системы адаптации, голосового управления и ряда вспомогательных модулей. Броня та же — танталовая, имелись репульсорные двигатели, правда, их почему-то перенесли на спину. Внешний вид отличался лишь тем, что он был не темно-серый, а черный. Ну и расположение основных грудных бронепластин чуть отличалось от оригинала.

Тестовые батареи немного напрягали. Они, конечно, были куда мощнее тех, что была на «Скауте», но и «Тахион» был куда прожорливее. В итоге, решили проблему тем, что сняли с других образцов еще по одной запасной батарее.

Не стану описывать, как радовались Барнс и Ферт, облачившись в новую продвинутую броню. Еще тогда, когда я впервые появился в скафе на главной взлетной платформе, большинство десантников не могло от меня глаз оторвать. И вот теперь, они сами стали обладателями точно таких же. Майор вел себя куда сдержаннее, но и по его реакции было ясно — он доволен.

— Все, закончили?

— Здесь наверняка есть еще много чего интересного, — заметил Ферт, осматриваясь по сторонам.

— Позже. Мы здесь совсем не для этого. Наша задача… — Раттлер вдруг осекся и поднял голову к потолку. Где-то снаружи раздался громкий взрыв.

Мы на мгновение замерли, выкрутили регуляторы микрофонов на максимум.

Снова взрыв, только уже ближе.

— Это снаружи! Бегом на выход! — приказал майор.

Четыре танталовых тяжеловеса, грохоча тяжелыми бронеботниками по стальному полу, устремились к выходу. Миновали ворота, обезвреженный «Циклоп» и выбрались наружу.

Затем я увидел, как рядом с работающим вдалеке ветрогенератором завис транспортный бот, точно такой же, как и сбитый «Отбойник». Второй бот как-то неуверенно кружил у самой ограды, и почему-то дымился… Из-за ограды валил дым, как будто там уже что-то взорвалось.

— Это же наши! — радостно заорал Барнс, но уже через пару секунд остудил пыл, глядя как мощная зеленая вспышка угодила прямо в бот, кружащий у ограды. Тот рванул прямо в воздухе, почти сразу осыпавшись вниз кучей горящих обломков. Кажется, сгусток угодил прямо в топливную сборку.

— Сука! Нееет! — заорал Ферт, глядя как второй транспортник, сорвавшись с места, рванул к первому. Он открыл огонь из малых корабельных фазеров, но по кому — мы не видели.

Промелькнула еще одна зеленая вспышка.

Мимо.

Пилот ловко увернулся, снова открыл огонь из корабельных фазеров.

— Живо туда! — рявкнул Раттлер, первым бросившись вперед.

— Ага, давайте, — подумал я, сразу определив, что бегом они туда будут добираться минут пятнадцать точно. А сам активировал репульсорные двигатели.

Десантников можно понять. Ни один имеющийся на вооружении Федерации скаф, не имел таких двигателей. Парней учили быстро и эффективно поражать противника, работать в составе подразделений, контратаковать или обороняться. Но применять в бою все новоприобретенные фишки… Не, не их профиль.

Когда я совершил первый прыжок, приземлившись впереди десантников, они охренели, наверняка раскрыв рты от удивления.

Барнс сразу затупил. Глупо топтался на месте, роясь в боевом интерфейсе, а Ферт, частично разобравшись, первым же прыжком улетел в стену дома, приложившись танталовой броней о бетон.

С одной стороны это было смешно, но складывающаяся обстановка вовсе не способствовала юмору. Сержант, оправившись от удара, стал вести себя более сдержанно. Уже третий прыжок был похож на нормальный.

Через минуты полторы все они освоили общий принцип передвижения.

До ограды добрались быстро. Оказалось, что она двухъярусная — верхний использовался как раз для обороны. В случае тревоги, весь личный состав охраны поднимался наверх и бил по приближающемуся противнику. Не очень практично, зато верняк.

Забравшись наверх, мы стали свидетелями жуткой картины. Один из сбитых ботов горел в двухстах метрах от ограды. Обломки объяло пламя, валил дым. Еще один рухнул прямо на камни, носовой частью зарывшись в песок.

Активировав зум, я заметил, что у обоих ботов были уцелевшие.

Последний, еще относительно целый бот, тоже горел, но пока держался в воздухе. Из-под правого крыла валил дым, было видно, как пилот старается высадить всю десантную группу.

А дальше, метрах в ста пятидесяти слева были раки. Трое.

Они вылезли из песка, вертелись на месте, задирая уродливые головы вверх. Один только что отстрелялся — на передних конечностях еще были видны остатки зеленоватого свечения. Вокруг них сновали охотники, летяги.

Снова активировав зум, я заметил, что хитиновая броня крайней твари вся испещрена дырами. Как раз в этот момент, бот снова выстрелил из корабельного фазера, прицелившись точно в морду рака.

Попадание вышло четким — правый глаз разорвало в клочья, частично разворотило морду. На песок посыпались какие-то черные ошметки.

Над пустошью пронесся жуткий шипящий визг. Рак поспешил убраться обратно под землю.

Бот самонадеянно рванул вперед, но поторопившись, не смог сманеврировать и угодил под сгусток другой твари. Почти сразу его объяло пламя, и транспорт, оставляя за собой дымящийся след, рухнул в песок. Крайний рак, уверенно двигался к выжившим первого бота. Десантники открыли по нему огонь из всего, что у них было, но тварь упорно ползла вперед, не замечая ничего вокруг. Ее догоняли многочисленные охотники.

Я уже догадался, что сейчас начнется жесточайшая мясорубка.

— За мной! — неожиданно рявкнул Раттлер и перемахнув через ограду, огромными скачками бросился вперед…

Глава 11

Мясорубка

Оба сержанта, яростно взревев, рванули за своим командиром, на ходу активируя все, что имелось на вооружении обновленных «Тахионов».

— Ну все, щас начнется, — сам не зная зачем, пробормотал я, затем активировал гравитационную пушку. Лезть в самую гущу я пока не собирался, все-таки я не десантник. Была другая идея, которую нужно было проверить.

Первым делом я осмотрел блоки строительных материалов, лежащих с внутренней стороны ограды. Быстро отыскал среди них связку скрепленных между собой стальных труб. Выудил одну, а затем с помощью нового оружия, зашвырнул ее далеко вперед, рассчитывая попасть по ближайшему раку. Тяжелая труба угодила в камни, не долетев до цели около двадцати метров.

— Ну нет, так не пойдет.

Я поторопился сменить тактику. Выудил всю стопку труб, благо теперь, у всех поднимаемых объектов не было веса, бросил ее за ограду. Тяжелые металлические детали разлетелись в стороны, некоторые воткнулись в песок. Затем я и сам соскочил вниз, провалившись в нанесенный песок почти по колено. Пока выбрался, потерял несколько драгоценных секунд.

Впереди уже шла битва.

Раттлер и Барнс с ходу накинулись на многочисленных охотников, дырявя их плазменными винтовками. Они оказались крайне эффективными, нанося просто чудовищные повреждения.

Медик Ферт винтовку так и не взял, вместо нее у него оказался пневматический гранатомет с компактными вакуумными зарядами. Сержант, прыгая то вправо, то влево, шустро забрасывал снарядами пробегающих мимо охотников. Шустрых летяг успешно отстреливала самонаводящаяся наплечная электропушка, оставляя после себя прожженные дыры размером с апельсин.

Почти сразу я потерял товарищей из вида.

Поразмыслив, я неуверенно направился к ближайшему раку. Тот медленно приближался, но зачем-то часто останавливался, прикрывая мерзкую морду передними конечностями.

Совершил прыжок.

Приземлившись всего в трех метрах от скопления выживших десантников, я заставил их понервничать. Они сразу же ощерились стволами, но я громким голосом дал понять, что стрелять по мне не надо.

Определив, что я совсем не похож на тварей, которые атаковали транспортники, десантники продолжили бить по бронированному чудовищу, но толку не было никакого. И тогда я, активировав гравипушку, рискнул поднять в воздух саму тварь.

Не получилось. Точнее, совсем не получилось.

Замерцали индикаторы перегрузки. Внутри гравипушки что-то затрещало.

Причину понял сразу же — слишком большой вес. Наверняка у нее тоже есть свой предел. Физические процессы позволяющие перемещать и метать тяжелые объекты были мне не до конца понятны, поэтому я не стал экспериментировать. И вообще, надо бы после боя разобраться, что к чему, а то вступать в схватку не зная возможностей оружия… Чревато последствиями.

Все вокруг горело. Тут и там валялись дымящиеся обломки, за которыми укрывались уцелевшие десантники, высовывались из укрытий, стреляли. Я сразу же отметил, что у остатков правого транспортника группой гренадеров руководил офицер в желтом «Палладине». Он грамотно сосредоточил огонь своих людей по большой группе охотников и летяг, уже во второй раз сорвав командную атаку тварей. Серия взрывов поразила приближающихся существ, частично распотрошив впереди бегущих. Кому-то оторвало ноги, кого-то вообще разорвало на части.

Я вытянул трубу, прицелился и с силой запустил ее к приближающемуся раку. Та с лязгом отскочила от налобной пластины, затем воткнулась в песок. О том, чтобы нанести противнику хоть какой-то урон таким способом, можно было и не надеяться…

— Ай, дерьмо! — выругался я, сообразив, что таким оружием воевать против раков бессмысленно. Гравипушка полетела на песок.

Быстро пробежал глазами по интерфейсу, но кроме той полуорганической штуки, что висела на плече, у меня оставалась только скорострельная импульсная винтовка, которая не годилась для сражения с таким крупным существом.

Та пушка на плече… Она работала сама по себе, и я только сейчас обратил внимание на производимый ею эффект.

Оружие нацелилось на показавшегося между обломками охотника и мгновенно выстрелило. Скошенный ствол с шипением выплюнул какую-то ерунду, отдаленно напоминающую те сгустки, которыми плевались летяги. Угодив в правый бок охотника, сгусток мгновенно растекся и принялся разъедать плоть. Охотник завыл от боли, рухнул на колени. Не прошло и нескольких секунд, как взбешенный охотник, все-таки заметив меня, бросился в атаку, путаясь в высыпающихся из брюха внутренностях… Я отскочил влево — крупная туша рухнула на то место где я только что стоял, взрыв мордой песок.

Все вокруг затянуло черным дымом.

Шумело, трещало, ревело. Разобрать что-либо было почти невозможно. Тут и там горели очаги пламени, валялись трупы десантников. Отовсюду стреляли.

Я как-то сразу растерялся, снова оказавшись в ситуации, когда не понятно, откуда ждать опасность.

Слишком самонадеянно было бросаться вперед, полагаясь только на броню и пушки. Навыков ведения боя у меня не было, да и не помогли бы они мне. Вон, на песке сколько трупов — им тоже не помогли. Некоторые горели, другие лежали в неестественных позах. А ведь эти парни только и делали, что сражались и тренировались.

Я растерянно обернулся, увернулся и проткнул штыком бросившегося откуда-то сверху летягу. Зашагал влево, ища Раттлера или кого-то из сержантов.

Пулеметчики в серых «Палладинах», вместе с легкими «Скаутами» накрыли плотным огнем весь восточный сектор, сумев откинуть противника. Руководил ими уже наш майор Раттлер — бойцы остались без командира, того разорвал напополам выскочивший откуда-то крупный охотник.

Выживших набралось около двадцати человек. Были и раненые, но их благоразумно собрали в кучу, среди обломков транспортника. Повсюду была кровь, мертвые твари, обломки.

Но если с крупными охотниками было относительно просто, то мелкие летяги доставили массу хлопот не только выжившим, но и нашей разрозненной группе тоже. Твари немного сменили тактику и теперь бросались всем скопом на одну жертву.

Первым под удар попал Барнс — сначала его буквально заплевали кислотными сгустками. И хотя танталовая броня была куда прочнее обычной бронестали, кислота постепенно прожигала и ее. Целая стая набросилась на сержанта, стараясь острыми когтями добраться до слабозащищенных мест или пробить бронестекло. У «Тахиона» их почти не было, поэтому Барнс легко отделался. Отбиваясь от них врукопашную, сержант рубил их на части острым штыком, топтал ногами. Но не справлялся.

— Огня-я! — заорал Барнс, под натиском тварей упав на колено.

Один из оказавшихся поблизости десантников пыхнул на него из огнемета, разом испепелив сразу с десяток тварей.

— Вот спасибо!

А мясорубка продолжалась. Я не видел того, что происходило на других флангах, но понимал, там все идет с переменным успехом.

Меткие попадания кислотных сгустков выбили из строя двух «Палладинов» и шесть «Скаутов». Десантники падали один за другим, когда с той или иной стороны прилетал очередной меткий плевок.

Но вот среди клубов дыма показался здоровенный рак. Он оттолкнул передней конечностью обломки транспортника, зашипел. Смял их своим телом.

Среди выживших оставался только один «Дефендер», вооруженный щитом и тяжелым дробовиком. Крупная картечь рвала на части незащищенные тела, а хорошая броня спасала от атак. Но когда у здоровяка закончились патроны, тот с остервенением принялся отмахиваться щитом и довольно успешно. Оказавшись в непосредственной близости от бронированного противника, щит ему не сильно помог.

Клешней у рака не было, только какие-то отростки, из которых и выстреливали крупные сгустки кислоты. Тяжелый десантник не сразу заметил противника, а когда этот момент все же настал, то было уже поздно. В «Дефендера» полетела струя какой-то густой желтоватой жидкости, которая облила его с ног до головы. Попав на металл, жидкость принялась разъедать его.

Металл пузырился, дымился, шипел.

Боец закричал, выронил щит, принялся вертеться и извиваться. Во все стороны полетели брызги, отслоившаяся краска, мелкие ошметки. Видимо он хотел экстренно разблокировать броню, но ничего не получалось. Начали отваливаться отдельные бесформенные фрагменты, куски брони. Брызнула кровь.

Человека растворяло прямо на глазах. Всего за тридцать секунд тяжелобронированный бронекостюм с десантником внутри, превратился в деформированный титановый каркас, на котором висели бесформенные куски брони, из которых вытекала красно-бурая жижа и вываливались кости. Это было ужасно, омерзительно.

Всего на мгновение повисла мертвая тишина.

А затем пыхнул огнемет, второй. Со всех сторон ударили импульсные винтовки.

Жахнул рельсотрон. Рванула граната, другая.

Смерть десантника видели его товарищи и сейчас все они, как один, вырвались из укрытий и дружно открыли плотный огонь по ужасной твари. Рак попятился, прикрыл горящую морду.

Вдруг, сбоку показался майор Раттлер. Он рванул влево и с ходу открыл огонь из своей плазменной винтовки, целясь в глаза противника. И ведь попал.

Разогретая плазма с шипением въелась в плоть, мгновенно принявшись прожигать хитин, кожу, мясо. Рак заметался, неуклюже попятился.

Из мерзкой пасти доносилось яростное шипение. Какой-то клекот.

Одно попадание, второе. Третье.

Рак завертелся на месте, заметил угрозу. Выстрелил длинной кислотной струей, но зацепил майора лишь частично.

— Хер тебе, мешок с дерьмом! — заорал Раттлер, стреляя снова и снова. — Валите эту гниду!

Совершив прыжок, я приземлился слева от морды и тоже открыл огонь Кислотные шары попадали в броню, почти сразу оставляя на ней проплавленные дыры.

Но рак неожиданно рванул вперед, принявшись топтать обломки и прячущихся среди них раненых бойцов. Его масса позволяла с легкостью расшвыривать куски горящего металла, давить людей.

Подключился Ферт, а следом и Барнс. Оба сосредоточили огонь из всех стволов по подыхающему раку. Но тот, видимо находясь в агонии, впал в какое-то тупое неистовство.

Снова рвануло.

Песок под тварью взорвался огненно-коричневым вихрем. По броне клацнули мелкие осколки.

Наконец-то рак издал какой-то громкий, протяжный вой и тяжело рухнул на землю, вздрогнул и больше не поднялся. Весь его панцирь покрывали разнокалиберные дыры и отверстия. Некоторые части тела отсутствовали, другие горели.

— Получил, тварь⁈ — взревел Ферт, всадив еще одну гранату прямо в морду поверженного противника. Глухо хлопнуло. Брызнула черная жижа.

— Там еще один! — крикнул я, заметив движение слева.

Дым уже частично рассеялся, но место крушения все равно было сильно задымлено, ограничивая обзор выжившим.

Тут и там еще шли мелкие стычки, но в целом десантники постепенно одерживали верх.

Вторая бронированная тварь держалась на расстоянии, предпочитая бить издалека.

Я быстро осмотрелся по сторонам, увидел горящий трюм упавшего корабля, бросился прямо туда. Наверняка, вооружение у этих транспортников одинаковое и запасные детали, скорее всего тоже. И теперь на мне был не легкий «Скаут», а это значило…

Обратно я выбрался с малым корабельным фазером в руках.

— Щас ты тварь за все ответишь! — прорычал я и шагнул к противнику, одновременно готовя энергетический ствол к бою. Тяжеловато, конечно.

— Огонь! — рявкнул Раттлер и группа десантников из пяти человек, одновременно ударила из рельсотронов. Получилось эффектно, но не эффективно.

Подключился и я.

Прицелился, дал залп.

От чудовищной отдачи меня качнуло, хотя я был к этому готов. Фазер выстрелил концентрированной энергией, которая угодила раку в лобовую броню. Я активировал зум и увидел, как броня медленно уступает — фазер уверенно прожигал хитин.

— Да-а! — заорал я, проверил батарею и дал второй залп.

— Толково! — послышалось слева. Кажется, это был голос Барнса.

Послышался какой-то грохот. Сержант выволок наружу еще один фазер, встал рядом со мной.

В общем, всего за пять-шесть минут, мы практически изрешетили тварь, не дав ей убраться обратно под землю.

Все охотники и летяги разом куда-то отступили, словно растворившись в дыму. Со всех сторон послышались голоса выживших.

— Что, уже все?

— Отступили? Вот жесть.

— Еще бы немного и всех нас порвали. Поганые твари.

Я отбросил ставший ненужным фазер, обернулся.

Из-за обломков вылезали и собирались уцелевшие бойцы. Они шли по одному, небольшими группами. Видно было, что все из разных экипажей. Некоторые остались без командиров.

— Все сюда! — приказал Раттлер, выбравшись на относительно не задымленное место. Он поднял руку, чтобы его лучше видели.

— Парни, вы кто такие? — с левого фланга показался желтый «Палладин». К нам приближался потрепанный бронекостюм, внутри которого находился старший офицер. Только я в званиях не особо разбирался, как-то не запоминалось мне.

— Спокойно, свои! — громко ответил Раттлер и шагнул к нему навстречу, но на него тут же нацелились несколько винтовок.

Видимо майор ожидал чего-то подобного, потому что отреагировал спокойно. Он поднял забрало бронешлема, а плазменную винтовку упер прикладом в песок.

— Я майор Раттлер, командир первой десантной группы. Это мои люди.

— Раттлер? — «желтый» скаф подошел ближе и тот, кто в нем находился, удивленно откинул свое бронестекло, словно не веря своим глазам.

— Так вы живы? Где вы были?

Майор облегченно вздохнул. Офицера он, разумеется, знал.

— Подполковник Лемер? Да, живы, четверо из тридцати двух.

Тот растерянно осмотрелся по сторонам, задержал взгляд на лежащем неподалеку охотнике с пробитым брюхом, на фрагменты тел сбитых летяг, затем на трупы своих людей.

— А это откуда? — он кивком указал на броню.

— Это интересная история, но лучше об этом позже. Тут не безопасно, нужно отступить к инженерному городку.

— Согласен! — он бросил быстрый взгляд на огибающую поселение стену.

Выживших оказалось всего восемнадцать человек. Большая часть из них «Палладины», вооруженные всем, что только имелось. Было много раненых. С собой захватили все, что могло пригодиться.

В составе выживших оказалось два пилота, с разных экипажей. Им пришлось поступить так же как и мне — отыскать наиболее целые скафы и поменяться местами с погибшими владельцами. Пилотов Федерации не снабжали броней, но в сложившейся ситуации пришлось действовать по обстановке.

Добравшись до стены, мы как можно скорее решили укрыться на газодобывающей станции — места там предостаточно. Оружие, броня, техника. Двигались большой разрозненной группой, переходя с одной улицы на другую.

— Раттлер, удалось выяснить, что здесь случилось? Откуда взялось это дерьмо? — Лемер поднялся на ограду и указал на лежащие в сотне метров от нас останки подохшего рака.

— У меня самого больше вопросов, чем ответов! — майор, в свете последних событий, тем не менее сохранял субординацию. Но Лемер, скривившись, махнул рукой.

Затем майор представил меня подполковнику, но тот и сам вспомнил кто я такой. Он сильно удивился тому факту, что какой-то полугражданский не только все еще жив, но и с явным успехом косит инопланетных тварей.

— Наш «Отбойник» сбила точно такая же тварь, что и вас. — Раттлер угрюмо качнул головой, затем продолжил. — Я потерял почти всех бойцов. Мы даже не ожидали, что столкнемся с подобным. Не сканере не было ничего, вообще ничего. Я получил сигнал от Хаузера, а после этого сбили и нас.

Он рассказал ему все, что было известно. О высадке, о схватке с неизвестным противником. О побеге из ущелья на заброшенном «Джаггере». О ночевке в городе, о ветрогенераторе и «Грифах» охраняющих станцию.

Лемер все выслушал.

На лице у подполковника читалось недоверие, но у десантников не принято ставить под сомнения слова подчиненных. Какими бы абсурдными они ни были. Сначала все проверяется, затем либо опровергается, либо принимаются меры.

— Ясно. Ну, тогда слушай, что произошло в ваше отсутствие. Едва вы покинули «Фауст», началась мощнейшая электромагнитная буря. Аналитики сказали, что ранее таких не было зафиксировано на Каллипсо. Тангер пытался вызвать вас на связь, но никто не отвечал. Отправили сигнал на Землю, но не факт, что он дошел. Наконец, спустя сутки было принято высадить еще три группы, ориентируясь на последний обрывочный сигнал маяка «Отбойника». Так и получилось, что транспортные боты сели почти у самого городка, когда их неожиданно атаковали. Первый бот рухнул сразу же, ну а остальное вы видели.

— Дерьмо! — выругался майор, опустив голову.

Некоторое время шли молча.

— А это откуда? — подполковник кивнул на его «Тахион».

— Это самое интересное, — ответил майор. — Но об этом расскажу позже, лучше увидеть самому. И этого добра хватит на всех.

Мы неторопливо подошли к тому месту, где стояли первые найденные нами танки. Выбрались на открытое место. Уже начинало темнеть, а потому стоило поторопиться.

Но вдруг, откуда-то спереди послышались гулкие взрывы.

— Какого хрена, что это? — Лемер остановился как вкопанный, завертел головой по сторонам.

— Это на станции. — пробормотал я и активировал репульсорные двигатели.

Я совершил прыжок, а когда приземлился, просто охренел от увиденного. Главный корпус газодобывающей станции взрывался прямо у меня на глазах… Во все стороны летели обломки, здание охватило пламя.

И если бы только это. Рядом с уничтоженной станцией кружил неопознанный корабль, которого не было на вооружении у Федерации, да и у человечества в целом…

Глава 12

Через пустыню

Я интуитивно активировал зум и, хотя и быстро, но разглядел неизвестный корабль. Он был небольшим, но очень странным, чем-то напоминая гибрид жука и стрекозы одновременно.

Борт был открыт и внутри я отчётливо разглядел невиданную ранее тварь.

Она была отдаленно похожей на человека, но костлявой и очень худой. У нее развитая грудная клетка, тонкие, но жилистые руки, в когтях какое-то громоздкое оружие. Темно-зеленая обтягивающая кожа, какие-то элементы зеленоватой брони. Головы я почти не разглядел, все закрывал объемный шлем, с черным блестящим стеклом.

Тварь сидела внутри, свесив ноги вниз и определенно смотрела прямо на меня. Я это чувствовал…

— Ах ты дерьмо! — пробормотал я, внимательно глядя на неопознанный объект.

Неопознанный корабль сделал изящный крюк, качнул вытянутыми крыльями и резко набрав скорость, очень быстро унесся куда-то в сторону ущелья.

Рядом со мной неловко приземлился майор Раттлер, выпрямился и окинув взглядом объятый огнем главный корпус, сразу же вскричал.

— Что-о⁈ Ка-ак? Алекс, что там за дерьмо?

Из-за угла показались другие десантники, Барнс и подполковник Лемер. Все были взволнованы.

— Раттлер? Что происходит? Что это?

Барнс остолбенел, глядя на то, как горит газодобывающая станция и не мог поверить… Теперь, мы не только не смогли предъявить доказательства того, что здесь на Каллипсо, вместо добычи газа, полным ходом шла разработка экспериментального оружия. Получалось, что теперь, уже окрыленные тем, что сможем полноценно перевооружить всех выживших, мы остались ни с чем — не было больше ни брони, ни оружия, ни батарей. Все находилось внутри, сейчас просто горело.

— Твари! Тва-ари! — заорал я, со всего маху долбанув танталовой ногой по стене здания. Лёгкий материал разлетелся на куски, во все стороны пошли трещины.

— Спокойно, Алекс! Что ты там видел? — Раттлер, сдерживая себя, медленно повернулся ко мне.

— Его взорвали. — сквозь зубы процедил я, глядя на пожирающее здание пламя. — Знали, что внутри много оружия и других военных разработок и взорвали. Чтобы мы не добрались…

— Кто взорвал?

— Я не… Я… Видел корабль, не наш. Не с Земли. Он кружил над станцией, когда все взорвалось. Внутри была какая-то зелёная тварь, похожая на человека и насекомое одновременно.

Майор сдержанно выдохнул, снова посмотрел на меня. Затем спросил:

— Уверен?

Я посмотрел ему прямо в глаза и кивнул.

Тот развернулся, шагнул к подполковнику и махнув рукой в сторону станции, что-то произнес. Лемер что-то возразил… Я не стал слушать. Мне было все равно. В голове резко стало пусто.

— Значит… Мы здесь не одни? — справа от меня стоял Ферт. Он все слышал.

— Да, не одни!

* * *

Спустя час все выжившие десантники собрались в здании ветрогенератора. Подвал был большой, а потому те что не вместились, перебрались в соседний подвал дома, где мы провели первую ночь.

Между майором и подполковником состоялся весьма напряжённый разговор. Мне разрешили присутствовать, но майор сразу дал понять, что говорить будет он. Лемеру подробно рассказали все то, что мы своими глазами увидели внутри. Он, хотя и со скрипом, но все же поверил Раттлеру, однако погоды это не сыграло.

— Я тебя услышал. Вывод какой?

— Вывод? — Раттлер нервно усмехнулся, нахмурился. — Здесь точно что-то происходило, и я уверен люди пытались спрятать реальное за ширму. Этот «Квантаниум»… Вовсе не ради него колонизировали спутник. Не знаю зачем, но тут был выстроен завод, по созданию самого высокотехнологичного оружия, причем такого, что и на Земле подобного нет. Что замышляла Федерация? Ведь по всему выходит, что конструкторы и разработчики оружия совершили какую-то серьезную ошибку, в результате которой появились эти существа. Вот, такая раскладка. А мы все ещё сидим на заднице и думаем, что все это не серьезно. А время-то тик-так, тик-так и совсем не на нашей стороне.

Лемер злился все сильнее. У него не было ничего, никакой реальной информации. Обстановкой он тоже не владел. А подтверждающие данные, которые мог бы предоставить Раттлер, вдруг по воле каких-то высших сил были уничтожены прямо под нашим носом. Ну как-то это не очень…

— Майор, ты хоть сам-то в это веришь? Голографическая запись, которую вы нашли, в целом, ничего не объясняла. Все поспешные выводы сделаны только вами, но они могут и скорее всего ошибочны.

— Ну а как же корабль? Алекс видел его! И я ему верю как себе!

Лемер посмотрел в мою сторону с некоторым раздражением. — Это точно был корабль? Не летящий обломок, нет?

— Точно!

— Вот дерьмо. — выругался подполковник. — Как же это все… А, черт! Это какой-то бред сумасшедшего.

— Бред? — взвился майор. — Сегодня сбили три наших корабля, погибла почти сотня хорошо обученных парней! Раки, охотники, летяги — все эти твари, против которых мы сражались, все они откуда-то здесь взялись! Что если Алекс видел тех, кто оставил их здесь? Пусть даже и назовем их хозяевами!

Подполковник грохнул кулаком по столу. — Бля! Что ты хочешь сказать, майор? Что на Каллипсо напали пришельцы, когда здесь, производили оружие, так?

Он нервно рассмеялся.

— Ты хочешь, чтобы я объявил войну с неизвестной расой инопланетных существ? Да если бы я и мог это сделать, то как? Все наши боты сбиты, связи нет. А прямо над нами, в атмосфере мощнейшие электромагнитные бури — даже если бы и были средства связи, с «Фаустом» отсюда связаться нельзя.

Майор на мгновение задумался.

— Значит нужно добраться до главного перерабатывающего центра, найти там центр связи и вызвать Тангера. — повысил голос Раттлер. — Мы одни, на поверхности спутника, где и людей-то уже не осталось. Одни, без еды, воды и батарей. Без оружия, техники.

— И что ты предлагаешь?

— Пересидеть ночь, собрать группу, вооружить по максимуму и отправится к главному перебатывающему центру. По поверхности. Здесь километров что восемьдесят, за двое суток должны управиться. Здесь сидеть — бессмысленно. В самой колонии мы и узнаем всю правду, относительно Каллипсо. А если ещё и связь удастся наладить, то напрямую передать полковнику красный код.

— Угроза вторжения, да? — Лемеру стало страшно от того, что именно ему может выпасть шанс, начать войну космического масштаба.

Раттлер не ответил, он просто упал в кресло, откинул голову и устало прикрыл глаза.

Больше к этой теме не возвращались. Если пожалуют ночные гости. До утра бы дожить…

Мы сосредоточили все силы на лечении раненых, ремонту скафов, подготовкой оружия.

— Алекс, как думаешь… Те танки, что мы видели, могут быть на ходу? — спросил Барнс, зацепившись за какую-то идею.

— Скорее всего да, но без батарей толку от этого мало. За столько времени все село к чертям. А где взять новые батареи — понятия не имею.

— А если откуда-то снять? — предложил сержант. — Например, со сбитых транспортников?

— А вот это может и прокатить. Попробуем реализовать на практике.

Ночь, к моему удивлению, прошла без проблем, за исключением того, что погибло двое тяжелораненых. Итого, выживших десантников осталось шестнадцать.

На утро, Лемер и Раттлер разделили имеющихся людей на две группы — первая отправилась к обломкам трёх транспортных ботов. Задача была снять батареи, если они уцелели, а заодно попробовать завести один из «Голиафов». Штурмовой робот сильно помог бы и в обороне и в возможном марш-броске к сердцу колонии. К тому же, среди обломков можно было найти оружие, патроны и инструмент.

Вторая группа должна была пробраться на почти догоревшую газодобываюшую станцию, и посмотреть, что уцелело. Хотя там все и рвануло, вряд ли могли сгореть те же экспериментальные танки.

Я отправился со второй группой, копаться в обломках транспортников мне было не интересно. Со мной отправился Ферт и ещё восемь человек.

Едва добравшись до места, я сразу понял, что станцию не бомбили, она рванула изнутри. А это значит, что противник все видел и был в курсе нашего вооружения и возможностей огневой мощи. Мне это очень не понравилось, но тут без вариантов.

В горящих обломках удалось отыскать ящик плазменных винтовок и запас батарей к ним, большой контейнер зелёных медпаков, один почти не поврежденный «Тахион». Ещё были рельсотроны неизвестных модификаций, одна кислотная пушка. Из техники совместными усилиями смогли вытащить шесть охранных модулей «Гриф», а также наземную систему противовоздушной обороны и робот- разведчик, перемещающийся на мощном моноколесе. Два ящика мин оказались весьма кстати — помогут защитить базу.

Ещё был один танк, неизвестной модели, но с ним возникло много проблем — полетела основная система охлаждения двигателя, и он перегревался уже через пять минут работы. Дополнительная система почему-то отказывалась работать, я и так и не смог понять в чем дело. Тем не менее, с его помощью удалось вытащить из огня большой энергетический фазер, способный бить аж на сорок километров.

Часов через семь мы притащили все это имущество к зданию ветрогенератора и с удивлением обнаружили, что Лемер и его люди уже организовали что-то вроде укреплённой огневой точки. Все подходы к зданию были перекрыты бетонными блоками и инженерными препятствиями. Работали два «Циклопа», и даже один хотя и поврежденный, но функционирующий «Голиаф».

Главную ограду они прорезали тем же способом, что я показал ранее майору Раттлеру, через нее все и перенесли. Вход надежно заминировали, а заодно перегородили лёгким «Триггером». Помимо этого, в самом городке обнаружили ещё два относительно целых «Джаггера» и прикатили их к базе.

— Ого! — воскликнул Ферт, увидев, что теперь ветрогенератор защищен со всех сторон. — Ну, пусть теперь эти уроды только сунутся!

И действительно, теперь наша маленькая база выглядела совсем иначе. Подполковник Лемер хорошо знал свое дело.

Они неоднократно пытались восстановить связь, но то ли буря была слишком сильной, то ли сбоило оборудование. «Фауст» упорно молчал, да и на самой поверхности спутника не было даже намека на сигнал.

— Так что мы решили? — едва мы вернулись обратно, как я обратился к Лемеру.

— Есть одна мысль. Будем действовать по старинке.

— В смысле?

— Завтра утром, снаряжаем семь человек, вооружаем их по максимуму. Берём «Триггер» и «Джаггер». — вздохнул Раттлер. — Постараемся двигаться максимально быстро, и не ввязываться в бой с попадающимися на пути раками и охотниками. Все что можно уничтожить самим — бьём, но на крупное не лезем.

— И кто пойдет?

— Хочешь рискнуть? — ухмыльнулся подполковник.

— Да. Все лучше чем сидеть и ждать непонятно чего. К тому же, от меня может понадобиться польза, вдруг что-то выйдет из строя или наоборот, что-то нужно реанимировать. Сомневаюсь, что среди ваших людей найдется специалист моего уровня.

— Дело твое. Старшим будет Раттлер.

— Отлично. Барнс и Ферт тоже с нами?

— Если захотят.

— Батареи к «Тахионам» были разряжены наполовину, но имелось ещё по одному тестовому комплекту. Как итог — пять боеспособных бронескафандров, вооруженных самым разным оборудованием. Подполковник дал троих людей, выделив двух гренадеров и одного снайпера.

Сам подполковник не решился отправляться, сославшись на то, что движение в колонне это не его профиль. И это действительно так, Лемер был известен как отличный и грамотный защитник, но вовсе не штурмовик.

— Раттлер, не знаю, чем обернется этот маршрут, но старайтесь не ввязываться в неприятности. — произнес подполковник, когда день почти подошёл к концу. — Я искренне надеюсь, что ты не прав. Но если все же это так, сделай все возможное, чтобы связаться с Тангером. Вызовите подкрепление и выясните, что за дерьмо тут творится. Помни, на борту «Фауста» остался только один транспортник способный пробиться к поверхности, если его собьют, то все… Орбитальный бомбардировщик не в счёт, он тут даже сесть не сможет.

— Не переживай подполковник, все пройдет гладко. — Раттлер был спокоен как питон. — Главное сами держитесь. Нам нужно дней пять, может шесть. Оборона вроде бы налажена, но все равно будьте предельно осторожны. По ночам закрывайтесь в подвале, ночью слишком опасно.

Так и решили.

Ночь прошла без проблем, если не считать того, что бдительные «Циклопы» настреляли больше сотни летяг.

Одного «Грифа» удалось закрепить на корпусе «Джаггера» и теперь джип превратился в мощную мобильную огневую точку. Танк «Триггер» вооружили дополнительными фазерами, снятыми с транспортника, однако управлять ими приходилось вручную.

Настало время отправки. Во внутреннем дворе стояло пять готовых к бою «Тахионов», три «Палладина», робот-разведчик, шестиколесный джип и лёгкий танк. Все вооружены до зубов, костюмы отремонтированы, батареи обновлены.

— Все готовы⁈ — Лемер вышел наружу, снял шлем. С несколько секунд наблюдал за десантниками затем получив утвердительный ответ, громко крикнул. — Все, валите отсюда!

Наша маленькая колонна выдвинулась в путь едва стало светло. Первым двигался робот, тщательно сканируя местность впереди. От инженерного городка шла накатанная дорога на север — наверняка, именно по ней транспорты и перевозили собранное оружие. Вот только куда и зачем?

Джип, как более мобильный, шел вторым, ну а сзади тащился танк. Гусеницы вязли в глубоком песке, отчего скорость упала почти на треть. Но в целом, он неплохо справлялся. Все десантники заняли место на броне — так легче обороняться, если вдруг кто-то вздумает на нас напасть.

Первые тридцать километров прошли без проблем — в пустыне ни души. Все тот же унылый пейзаж — пустыня, песок, холмы. Несколько раз начиналась лёгкая пылевая буря, поэтому мы резко сбрасывали скорость и ползли медленно.

Один раз на горизонте показался гигантский рак, но то ли он не обратил на нас внимания, то ли понял, что попросту не догонит.

Первую остановку сделали на какой-то нефтяной вышке. По крайней мере, конструкция сильно смахивала на устройство по откачиванию нефти. Здесь было несколько легких построек, но ничего интересного. По-прежнему, вокруг ни души.

Час перекура, перекусили стандартными сухими пайками, затем двинулись дальше.

Вскоре, наткнулись на брошенную колонну техники. Ее занесло песком, а большая часть машин была повреждена кислотными плевками. Налицо нападение летяг, однако вокруг ни одного трупа. Если тут и были выжившие они то ли похоронили погибших, то ли их попросту всех сожрали.

К вечеру прошли сто тридцать километров. Впереди показались какие-то строения, но даже с помощью зума было непонятно, что находится у нас на пути.

— Алекс, тот корабль, что кружил над газодобывающей станции… — ко мне обратился Раттлер. — Ты его хорошо рассмотрел?

— Ну да. Небольшой, но гораздо более маневренный, чем наши транспортники.

— А вооружение было?

— Ну, если бы я знал, как выглядит из вооружение, то сказал бы. Вроде бы нет.

— Знаешь, меня посетила мысль. Если они знают о нашем присутствии, почему не нападают?

— Хороший вопрос. А ещё интересен тот факт, что эта псевдостанция охранялась сторожевыми турелями, а едва мы покинули ее, как станцию тут же уничтожили. Где тут логика?

Вопросов было много, один сложнее другого. И наверняка мы к чему-нибудь да пришли, если бы робот-разведчик, вдруг не заволновался.

— Сканер что-то зафиксировал. — оживился Ферт, глядя на информационную панель. — Мля, не пойму. Что-то о странное. Здесь нет наших городов или промышленных объектов?

Я быстро просканировал карту поселений Каллипсо, но в этой части пустыни ничего не было. И это было странно.

Справа холмы, небольшие горы. Слева, насколько хватало глаз, пустыня.

— Может проверим? — предложил я майору.

— Не будем лишний раз рисковать.

— Эй! Смотрите! — вдруг заорал Барнс.

Из-за холмов, на полной скорости вылетел одинокий джип, но его внешний вид не был знаком ни мне, ни десантникам. И все же он принадлежал к земным разработкам.

Одинокий транспорт петлял по занесенной песком дороге, при этом двигаясь прямо к нам.

— Это ещё что такое? — пробормотал майор, затем дал команду наводчику развернуть пушку. — Всем внимание! Огонь не открывать!

И вдруг, прямо из-под песка начали выстреливать клубы пыли. Что-то рьяно преследовало джип, при этом находясь где-то под песком…

Глава 13

Инцидент

— Разворачивай танк! — Раттлер постучал по броне, затем заглянул внутрь.

«Триггер» послушно повернулся, слегка довернул легкую пушку. Теоретически, такой ствол может в несколько попаданий сбить транспортник, вроде «Отбойника», да и гигантского рака отработать. Как это будет на практике — уже другой вопрос…

Джип уверенно приближался, двигаясь по неправильной спирали, то ускоряясь, то наоборот замедляясь…

— Занять оборону! — крикнул майор, спрыгивая с брони и активируя наплечный комплекс. Остальные последовали его примеру, выставив перед собой плазменные винтовки.

То, что преследовало джип, по прежнему было скрыто под песком и у меня были нехорошие предчувствия.

— Огонь по моей команде! — заорал майор. — Не попадите в джип!

— Что там ещё за блевота? — подумал я, глядя, как под песком перемещается нечто невидимое, но смертоносное. Вновь и вновь, то справа, то слева выстреливали клубы песка, лишь немного отставая от машины. Кажется, именно это атаковало выживших, сразу после того, как упал «Отбойник». Именно тогда я и отрубился…

Двести метров, сто пятьдесят.

Сто.

Но когда джип спустился с холмов и по прямой понесся прямо к нам, невидимая тварь резко отстала.

— Эх, а жаль! — разочарованно произнес Барнс, опуская ствол фазера. — А так хотелось ещё пострелять!

Идея присобачить малый фазер к крышке люка командирской башенки «триггера» принадлежала ему. Потому и место стрелка занял он сам.

— Да ну на хрен! Ты видел с какой скоростью перемещалась эта дрянь? — возразил Ферт. Он не разделял мнение своего напарника.

Джип подлетел к танку, резко дал по тормозам. Взметнулись клубы песка, занесло задницу. Водительская дверь резко откинулась и наружу выбрался… Выбралась девушка в лёгком, но сильно грязном инженерном костюме, с шлемом от «Скаута» с отсутствующим забралом. Я чисто интуитивно понял, что это была именно девушка, только потом рассмотрев фигуру, которую обтягивал костюм.

Она почти сразу рухнула на песок, кое-как поднялась и снова вскочила на ноги.

— Помогите… — простонала она, затем повторно упала на песок и уже больше не встала.

— Вот это новость! — Раттлер даже растерялся, зато Ферт отреагировал сразу. На то он и медик.

Сержант подскочил к ней, склонился. Выхватил свои примочки.

— Может в танк ее? — предложил я.

— Давай.

Майор молча наблюдал за тем, как сержант и ещё один десантник затаскивают ее на броню. Минута и Ферт, освободившись от «Тахиона», тоже полез внутрь, прихватив с собой медицинский ранец.

Тварь, преследующая джип, словно растворилась. Все утихло, как будто и не было никакой погони. И все же мы не расслаблялись.

Прошло минут десять, прежде чем медик вылез обратно. Кивнул майору.

— Нормально, жить будет! — выдохнул он, затем снова облачился в бронескаф.

— Что с ней?

— Шок, истощение. Легкое отравление и признаки аноксии.

— Откуда она взялась? — спросил я ни к кому не обращаясь, а затем добавил. — Выходит, это первый, найденный нами выживший?

— Так и есть. И когда она вернётся в норму, у нас появится возможность узнать всю правду. — продолжил мою мысль Ферт, вновь залезая на броню.

— Двигаемся дальше?

— А как же то, на что ругался сканер?

— Да к черту, это в семи километрах на восток, прямо в холмах. Наш танк там не пройдет. Не будем зря тратить время.

Я мысленно согласился. Мы уже нашли первого живого человека, который наверняка расскажет, что же случилось на Каллипсо на самом деле. Зачем лишний раз рисковать всем, что у нас осталось?

— Все, двинули! — Раттлер дал команду продолжить путь. Ферт, я и Барнс остались на броне, а двое «Палладинов» вернулись в «Джаггер». Джип девушки подцепили на буксир и танк потащил его за собой.

Минут сорок двигались без проблем, а затем начали попадаться следы обитания человека — мелкие постройки, брошенный транспорт, «нефтяные» вышки. Что на самом деле делали эти устройства — хороший вопрос, возможно, позже получим ответ и на него.

— Майор, может сбавим ход? — предложил я, остерегаясь как бы нам не налететь на какой-нибудь сюрприз на дороге. — Вдруг, кто-то подстраховался?

— Сбавим, ближе только подберемся. — Раттлер активировал зум и принялся рассматривать строения на горизонте. И так было ясно, что впереди основная часть колонии, где и находился центр переработки всех добываемых на Каллипсо минералов. Здесь же был и пусковой модуль, отправляющий на орбиту все то, что было подготовлено для транспортировки на Землю. Теоретически, на грузовом транспорте можно было подняться на орбитальную станцию… Если бы она была. По неизвестной причине она рухнула куда-то на равнину, где и было совершено первое нападение на Хаузера.

Мне все не давало покоя одна мысль. Заместитель главного конструктора «SWS» Саймон Доггер — гений, специализирующийся на разработке оружия, а также новой программы по разработке имплантантов, позволяющих делать с человеческим телом и в частности мозгом, удивительные вещи… Ещё будучи на земле, я слышал, что он резко сменил род деятельности и теперь работает на крупнейшую на Земле частную корпорацию, которая, по сути, во многом превосходила Департамент вооружения, на который, собственно, я и работал. Почему я перешёл в «SWS»? Честно, я и сам не знал ответа. Меня все устраивало.

Ну и разумеется, не было никаких сведений о том, что частная корпорация пустила корни на Каллипсо. А ещё статья была о том, что их не пустили в космос… Хитро подстроенная ложь.

Вот же коварные люди!

Ещё находясь на планете, Саймон Доггер работал сразу над несколькими крупными проектами, но превысил полномочия, да и его разработки оказались слишком дорогостоящими, поэтому учёному отказали. И тогда он пропал.

Когда я увидел его на голографической записи, мне многое стало непонятно, однако теперь, постепенно я начал понимать общую картину происходящего.

— Алекс! — Раттлер толкнул меня в плечо. — Ты чего, заснул?

— А, что?

— Говорю, что въезжать в город не будем. Сначала посмотрим на него со стороны.

— Согласен, это не безопасно. — здесь я был полностью солидарен с майором. — Тут могут быть эти зелёные уроды, что уже уничтожили газодобываюшую станцию.

Наша маленькая колонна уже почти подошла к главному перерабатывающему центру. Остановились на небольшом холме.

Это было самое крупное поселение людей на Каллипсо. Здесь числилось около двух тысяч человек, и до инцидента, колонию собирались расширить вдвое. Интересно, чье было решение, Федерации или «SWS»?

Раттлер оперативно дал команду роботу-разведчику просканировать всю видимую территорию. Дрон выполнил команду довольно быстро, уже через две минуты мы узнали, что в этом месте людей нет.

— Да что за херня? И здесь никого? — удивился Барнс, пока дрон сканировал огромную территорию. — Не понимаю, куда блять, делись люди?

— Похоже на то… Никаких признаков жизни. Нужно двигаться дальше. В идеале, сразу на центральный командный пункт. Уж там-то точно есть вся информация о том, что здесь случилось.

Двинулись дальше, осторожно миновали аванпост, затем добрались до главных ворот. Защитная стена была почти такой же, как и у инженерного городка, только выше и массивнее. Сторожевые вышки шли через каждые сто метров. Территория тоже выглядела брошенной, но все равно не настолько явно, как у газодобывающей станции. Тут и там попадалась брошенная военная техника, строительные механизмы, транспортники. Но опять, ни намека на человека.

— Да бля, какого хрена? Почему опять ни души? Что они — испарились? — Ферт начинал злится.

Монитор с показателями состояния здоровья девушки он вывел себе в интерфейс, а потому не было необходимости постоянно торчать в танке. Если бы она очнулась или наоборот возникла угроза, медик узнал бы об этом сразу.

В некоторых частях комплекса, в основном на ограде, были видны оборонительные турели, старшие братья «Циклопов» и «Грифов». Их внушительные стволы говорили сами за себя.

— Майор, это что «Вулканы»?

— Ага, они самые.

— А не кажется, что для охраны колонии, слишком уж мощное вооружение? Причем известно, что на спутнике не было обнаружено враждебных форм жизни. Для чего такие меры предосторожности?

— Да, согласен. Явно перебор. Отсюда вопрос, чем ещё они здесь занимались?

— Скоро узнаем. — произнес я, едва сдерживая себя. От волнения и нетерпения я не находил себе места.

Добрались до главного корпуса, но не он был нашей целью. Поэтому быстро миновали его и взяли правее — огромная трехэтажная вышка, в которой и находился командный центр.

Почти стемнело. До полной темноты оставалось около сорока минут, поэтому условно решили переждать ночь все в том же центре.

Вообще, вся территория условно делилась на зоны — красная самая большая. Там людей практически не было, только тяжёлые машины и роботы. В основном там и велась добыча и переработка минералов. Жёлтая зона — условная. Сюда входили транспортные и грузовые терминалы, склады, промышленные площадки. Ну и зелёная зона самая маленькая — жилая. Сюда примыкали жилые, санитарные и медицинские блоки, столовые. Инженерные мастерские, центр связи, электростанция, и командный пункт.

— Здесь?

— Судя по имеющимся данным, да. Мы на месте. — Раттлер спрыгнул с брони.

— Ну, сейчас все узнаем! — Барнс проверил винтовку, включил прожектор. Остальные сделали тоже самое.

Раттлер шагнул ко входной двери, но почему-то задержался у входа. Почти сразу выяснилось, что здесь включена блокировка. Это означало, что изнутри был активирован протокол повышенной готовности, однако он не охватывал управление турелями.

— Что, никак? Может я попробую?

— Действуй. — Раттлер пропустил меня вперёд, а сам отошёл к танку. Технику поставили у входа так, что получилось что-то вроде клина. Так проще обороняться, если вдруг что-то пойдет не так. До сих пор не было замечено ни одного противника.

Я осмотрел блок управления, довольно быстро подключился к системе, взломал код с помощью стандартного дешифратора, после чего получив одобрение системы охраны, кивнул Раттлеру.

— Можно пробовать.

— Заходим!

Дверь с шипением распахнулась и Барнс рванул туда первым. Следом майор, затем Ферт. Я двинулся последним, остальные остались на входе.

Мы быстро поднялись по лестнице на второй этаж, затем на третий. Горело аварийное освещение, на полу разбросаны стрелянные гильзы, мусор.

— Осторожнее! — Барнс указал на магнитную мину лежащую прямо на проходе. Через несколько метров обнаружили ещё две.

— Что тут было?

Барнс остановился у поворота, наклонился и поднял лежащий пистолет. Батарея была пуста.

— Тут была заварушка!

— Всем быть начеку. — Раттлер остановился, прислушался. — Что на сканере?

— Чисто!

Ворвавшись на командный центр, мы охренели. За последние двое суток, я уже сбился со счета, сколько раз мне пришлось «сильно» удивиться…

Здесь явно была схватка. Оборудование частично уничтожено, что-то отключено. Освещение работало только в дежурном режиме. Повсюду дыры от пуль, выбоины. Стреляные гильзы, пустые батареи, использованные медпаки. Удивляло и то, что использовалось стрелковое и импульсное оружие одновременно. Это само по себе было странно…

— У-у, да тут было жарко. Но почему нет тел? — ухмыльнулся Ферт, глядя на помещение.

— Ищите терминалы, информационные модули… Журналы. Любую информацию о случившемся.

— Командир! — голос Барнса дрожал.

— Что-то нашел?

— Да. Взгляни сам.

Он стоял между двумя блоками какой-то аппаратуры, а рядом с ним, прямо на полу лежало тело инопланетной твари.

— Это оно! — воскликнул я, едва увидел пришельца. — Точно такой же был на том корабле.

— Значит, всё-таки вторжение. — процедил сквозь зубы майор. — Мы не одни на Каллипсо. Дерьмо, лучше бы было иначе.

Осмотреть пришельца толком не удалось, тело успело частично разложиться и зрелище было неприятное. Про запах можно не говорить, он был соответствующий. Едва Ферт открыл забрало шлема, как тут же поторопился опустить его обратно. Он вызвался провести вскрытие, но майор не разрешил, сославшись на то, что в будущем у него ещё будет такая возможность.

И все же мы примерно определили, что его рост составлял немногим более двух метров, вес около сотни килограмм, а череп и кости были дополнительно усилены каким-то органическим материалом. Развитые лёгкие, мощное сердце. Но полное отсутствие органов пищеварительной системы. Это поставило медика в тупик.

— Эй, сюда! — снова окликнул нас Барнс.

Он стоял перед голографическим проектором, который, судя по всему, был в спящем режиме.

— Узнаете?

— Да. Включай.

Поначалу ничего не было понятно, но затем на экране снова появился Саймон Доггер. Здесь он выглядел ещё хуже, чем на предыдущей записи. Весь в пятнах крови, на голове повязка.

— Вы нашли мою первую запись, не так ли? — устало спросил он, затем выдержав паузу, продолжил. — Корпорация зашла слишком далеко, но это было очевидно. Каллипсо — идеальное место, скрытое от посторонних глаз. Здесь много минералов, но их ценность сильно преувеличена. Скажу честно, все что вы видели, результат провалившегося эксперимента. Провалившегося с позором. Я не стану говорить, для чего разрабатывалось все это оружие, вы и сами догадаетесь. Скажу только, что идея использовать энергию аннигиляции материи, в совокупности с…да не важно! Привело к тому, что мы случайно открыли портал в иной мир. Мир, где были истощены все ресурсы. Мир, откуда сюда полезли они…

Запись прервалась тем, что Доггера скрутило в каком-то сильном спазме и он упал на пол.

— Вот блять! — Ферт не выдержал и пнул ногой какой-то электронный блок. — Придурки! Кретины! Что они натворили?

— Открыли портал? Куда-а? Зачем? И наверняка, закрыть его не смогли. — продолжил я, сопоставив масштабы с уровнем угрозы. Вот так оно и бывает. Вторгшиеся летяги, охотники, раки. И эти… Человекоподобные существа…

— Они уничтожили всю колонию? Все несколько тысяч человек? Вместе с охраной, гражданским персоналом. Суки, ну как так можно было?

Что-то пискнуло. Ферт заглянул в монитор.

— Товарищ майор? — по связи послышался голос одного из десантников, оставшихся внизу.

— Да?

— Девушка очнулась. Что с ней делать?

— Ведите сюда. — Раттлер не нашел ничего лучше, чем допросить ее обо всем прямо здесь.

Менее чем через минуту, показался «Палладин» сопровождающий бледную девушку.

— Очнулись? — спросил Раттлер и шагнул ей навстречу. — Простите, что обстановка не самая приятная… Ну и кто вы такая?

Девушка остановилась на входе, растерянно осмотрелась по сторонам, заметила мертвую тварь на полу. Выражение лица сменилось презрением и гневом.

— Вы видели их? — спросила она, пропустив вопрос майора мимо ушей.

— Простите, кого их? Выживших?

— Выживших нет. Все погибли.

— Что, прям все? — Раттлер даже растерялся, но тут же взял себя в руки. — А вы? Вы же как-то выжили. Кстати, может всё-таки представитель?

— Анна. Анна Доггер.

Ферт удивленно присвистнул, а Барнс от неожиданности хмыкнул.

— Дочь Саймона Доггера? — на всякий случай, уточнил Раттлер, затем посмотрел на меня.

— Да.

— Ну и что произошло на Каллипсо?

— Получили мой сигнал бедствия, да? — девушка устало улыбнулась. — Я думала он не дошёл, но теперь это уже не имеет никакого смысла. Слишком поздно. Их уже не остановить.

Анна говорила отстраненно, какими-то загадками. Весь ее внешний вид говорил о том, что она вот-вот лишится чувств.

— Кого?

— Кого? — вскричала она. — Да вот их! Эту мерзкую инопланетную падаль. Гниль, дерьмо.

Девушка бросилась вперёд и с ненавистью пнула ботинком мертвое тело пришельца. Если бы у нее был ствол, она бы разрядила в него всю батарею.

— Так, стоп! — я решительно поймал ее за руку и притянул к себе. — Либо вы расскажете, все как есть или будут новые жертвы…

— И они будут. — тихо пробормотала она, как-то неестественно прикрыв глаза. — Хорошо, я все расскажу, только для начала мне нужна медицинская помощь… Здесь есть кое-что.

— Командир! У нас гости! — оставшиеся снизу «Паллалин» и «Тахион» поторопились доложить обстановку. — Сюда движется неопознанный объект… Похоже, это корабль! Какие будут указания?

— Да твою-то мать… Опять! — Анна смертельно побледнела, затем ее ноги подкосились и она потеряв сознание, упала на пол.

— Черт! — майор засуетился. — Так! Алекс, останься с ней. Остальные за мной, живо!

Глава 14

Переломный момент

Десантники бегом бросились вниз, а я остался с Анной.

Из всех четверых, только у меня была самая низкая подготовка, поэтому от меня толку сейчас было немного. Сильно сомневаюсь, что те, кто сейчас летят к нам, имеют благие намерения. Силовой контакт не просто реален, скорее всего, им все и закончится.

Шансы? Да какие шансы?

Я нервно осмотрелся, остановил взгляд на девушке. Надо бы что-то сделать…

Подошел ближе, поднял ее с пола и перенес в небольшую комнату слева, где, скорее всего, ранее отдыхала дежурная смена.

Там была большая кровать, куда я и уложил девушку. Несколько секунд осматривал помещение, не находя себе места от нарастающего напряжения. Затем, хотел уже бездумно броситься вниз, чтобы присоединиться к Раттлеру, но почти сразу передумал. Не знаю почему.

Вместо этого меня посетила весьма толковая идея.

Ранее, я успел заметить, что почти по всей территории перерабатывающего центра, висят многочисленные камеры наблюдения. Что если отыскать пульт управления охраны и видеонаблюдения? Посмотреть, что происходит у входа.

Я бросился к мониторам.

Уже через минуту я нашел то, что искал. Довольно быстро вошел в систему, благо все коды были стандартные, известные любому разработчику. Отыскал систему видеонаблюдения, запустил и мягко говоря, ужаснулся. Тысяча семьдесят камер! И это были не просто камеры, а специализированные дроны, которые с помощью магнитных захватов могли цепляться к любой стальной поверхности. Перемещение по воздуху обеспечивалось наличием маленьких репульсорных двигателей.

— Долбанные бабуины. — пробормотал я, пытаясь определить наш сектор. Удалось, правда, не сразу.

Я щелкнул одну камеру, другую. Сменил направление.

Затем увидел то, что искал.

— Вот оно!

Камера висела слева от входа — расстояние небольшое, может метро двадцать. Качество изображения идеальное. Я прекрасно видел танк «Триггер», «Джаггер» и джип Анны. Десантники в черных «Тахионах» заняли позиции, выставив наружу стволы. Сам Раттлер стоял чуть впереди, частично скрытый корпусом танка.

А впереди, метрах в двадцати от них, садился странного вида небольшой корабль.

Определенно, это было не боевое судно. Я не увидел ни одного ствола, ничего такого, что могло бы послужить оружием.

С правого борта неуловимо быстро открылся трюм, и почти сразу из него выбралось трое существ.

Это были они.

Один в один. Идентичные друг другу.

Высокие, худые. В какой-то сегментированной броне темно-зеленого цвета. На головах каплевидные шлемы. А в руках ни намека на оружие.

— Ур-роды! — процедил я, пристально наблюдая за пришельцами.

Двое остались у корабля, а один, все-таки отличающийся от остальных, сделал еще несколько шагов вперед, остановился и вдруг вытянул вперед костлявую руку, оканчивающуюся небольшими когтями. Затем согнул ее в локтевом суставе, да так и замер.

Судя по всему, он осматривал десантников и технику.

Я заметил, как майор, поколебавшись, тоже неторопливо вышел из-за укрытия, сделал несколько шагов вперед и остановился. Поднял ствол и замер в ожидании.

— Ну? И что дальше? — пробормотал я, не отрываясь от экрана.

Костлявый опустил руку. Обернулся к своим и сделал какой-то знак.

Двое сопровождающих выволокли из корабля человеческое тело, в каком-то легком комбинезоне. Очевидно, кто-то из персонала колонии. На вид не был трупом, скорее оглушен или без сознания. Они шустро потащили его к командиру.

Я видел, как Раттлер дернулся, сделал шаг назад. Но пришелец никак не отреагировал, просто подождал, пока человека поднесут поближе. Затем наклонился, ухватил его за голову и поднял над землей.

— Ах ты с-сука! Мразь! — прорычал я, понимая, что действия пришельца далеки от миролюбивых. — Что же ты делаешь?

Ратллер отклонился влево, отпрыгнул и затем выстрелил.

— Давайте, парни! Порвите этих тварей! — чуть ли не крикнул я.

Но то, что произошло дальше, меня просто шокировало.

Вылетевший из ствола винтовки голубоватый сгусток плазмы начал замедляться, а затем и вовсе остановился прямо в воздухе.

Костлявый чуть довернул руку, сделал какой-то неуловимый жест и шар медленно растворился прямо в воздухе.

А сам майор, почему-то опустив ствол, в нерешительности замер.

— Что-о? — я смотрел, но не понимал, как такое возможно.

Звук присутствовал. Я выкрутил максимальную громкость, чтобы ничего не пропустить.

Теперь я понял, зачем им понадобился человек. Для установления голосового контакта.

— Вы, жалкие слизни! — заговорил тот, кого костлявый держал за голову. Видимо, он как-то воздействовал на его мозг. — На что вы рассчитываете?

Я смотрел, как остальные десантники тоже попытались поразить костлявого плазмой, но и у них ничего не вышло. Все сгустки попросту остановились в воздухе и испарились.

— Кто вы и что вам нужно на Каллипсо? — крикнул Раттлер, подняв забрало шлема.

— Мы — Киаркнеры. Этот мир нам подходит, — выдерживая паузы, ответил костлявый.

— Он уже занят! — жестко парировал майор.

— Кем же? — насмешливо спросил пришелец и быстро повернул голову вправо-влево. — Здесь никого нет!

Я даже на расстоянии почувствовал злость майора. Да меня и самого его слова выбили из колеи.

— Где все жители колонии?

— Их судьба не должна вас волновать. Думайте о своей.

— Не должна? Отступите или мы вас уничтожим! — в голосе Раттлера зазвенела сталь. Он был настроен решительно. Танк довернул башню и в сторону пришельца уставилось дуло пушки. Зажужжал охранный модуль, раскручивая ствол.

Но костлявый на это только злобно рассмеялся.

— Уничтожите нас? Это невозможно!

Что-то звякнуло.

Откуда-то из недр корабля выкатился непонятный плотный шар, размером немногим больше футбольного. На вид он был кожаным, лоснящимся.

Вдруг, шар остановился между пришельцами и десантниками, резко сократился и неожиданно раскрылся.

Что-то хлопнуло. По розоватой внутренней поверхности проскочили зеленоватые молнии. А дальше произошло страшное.

Во все стороны разошлось плотное зеленоватое кольцо, состоящее из тысяч микроскопических молний. Изображение с камеры моргнуло, пошло помехами, но затем нормализовалось.

— Вы, примитивны! И даже не можете управлять вашими собственными телами, не говоря уже об оружии! — Костлявый громко засмеялся.

Затем он бесцеремонно отбросил в сторону уже ненужное тело и решительно направился прямо к Раттлеру. Майор словно окаменел.

Пришелец подошел, ухватил когтистой лапой шлем, сорвал его с головы с такой силой, что полетели ошметки сломанных креплений. Я поразился просто чудовищной силище.

А майор, как и остальные десантники, стояли словно парализованные и даже не могли пошевелиться. Они просто стояли и хлопали глазами…

— Какого хрена? — вскричал я и уже собирался броситься вниз, когда понял — меня просто постигнет та же участь. Вместо этого я трясущимися руками выжал кнопку автоматической блокировки здания. Зажужжали механизмы блокировки всех дверей, как внешних, так и внутренних.

А затем Костлявый подал какой-то знак своим воинам, осмотрелся по сторонам. Заметил камеру, подошел ближе и сорвав ее с крепления, заглянул прямо в объектив, прямо на меня. Его шлем всего на мгновение перестал быть матовым, но я успел разглядеть жуткую насекомоподобную морду.

Некоторое время изображение еще работало, затем оно пошло помехами и быстро отрубилось.

У меня в голове странно загудело.

Я невольно отошел от стола с мониторами, тяжело рухнул на колени.

Мерзкие мысли навалились скопом, все вокруг стало каким-то блеклым. Несерьезным. Само осознание того, что противник настолько силен как будто оглушило меня, выбив из головы все остальные мысли и эмоции.

Мозг отказывался верить в то, что видели глаза. Пришелец, без видимых усилий просто поднял тело взрослого человека, держа его за голову одной костлявой лапой. Транслировал через него свои мысли, говорил его голосом. Костлявый урод был полностью уверен в собственном превосходстве. Он прямо в полете остановил и рассеял шар разогретой плазмы… А эта кожистая сфера с молниями? Что произошло с десантниками — они же просто утратили способность к сопротивлению⁈

Технология была просто чудовищной… Что, блять, произошло?

Боюсь, мы столкнулись с противником, который нам однозначно не по зубам. И это с учетом того, что разработанное на Каллипсо оружие было на порядок лучше того, чем располагала земная Федерация.

Не знаю, сколько прошло времени. Я просто сидел и думал, пребывая в каком-то отупении.

Когда же я смог хоть немного трезво оценивать обстановку и адекватно мыслить, то вновь подошел к столу с мониторами. Переключившись на другую камеру, я обнаружил, что пришельцев здесь уже не было.

Тщательно осмотрев все подходы к зданию с разных сторон, но так и не обнаружил ничего необычного. Танк и джипы по-прежнему стояли у входа. Однако самих десантников я не увидел.

Нет, разломанные на части «Тахионы» и «Палладины» были на тех же местах, где их поразило неизвестное оружие. Но внутри скафов никого не было.

Не было тел.

Не было крови. Ничего.

— Ка-ак! — бессильно простонал я, с каким-то тягостным отупением глядя в монитор.

Я думал, что вступив с ними в огневой контакт, десантники покрошат их в фарш. Ну а что? Новейшая броня, уникальные пушки. Бронированная техника. Опытные парни.

А что у них? Корабль без оружия? Три костлявых урода?

Из комнаты, где лежала девушка, послышался стон. Отреагировал я не сразу — несколько секунд я просто пялился на дверной проем, затем обернулся и быстро зашагал внутрь.

Анна лежала на кровати, скрючившись в какой-то неестественной позе.

— Что с тобой? — произнес я, сообразив, что с ней что-то не так.

Она снова застонала, тело сократилось.

— Анна? Что такое?

«Тахион» сильно сковывал мои движения. Я поторопился активировать блокировку и вылезти из бронекостюма.

— А-ах! Больно!

Правой ладонью она держалась за правый бок. Что-то с ним было не так.

— Так, лежи! — повысил я голос, коснулся лба и понял, что у нее очень высокая температура. Был озноб.

— Дьявол! — выругался я, не понимая в чем дело. Было очевидно, что ей нужна медицинская помощь, но какая? В чем причина такого состояния.

Анна по-прежнему извивалась, держалась правой ладонью за бок.

— А-ай. Жжет.

И тогда я протянул руку к вороту ее комбинезона. Неуверенно нащупал застежку, вытянул молнию вниз. Обе половинки разошлись в стороны, обнажив тело.

— О-о, — непроизвольно вырвалось у меня, когда я увидел обнаженную грудь второго размера. Взгляд на мгновение задержался на розовых сосках.

Я интуитивно отвел глаза в сторону не до этого сейчас. Затем поборов себя, опустил молнию еще ниже.

Стараясь не смотреть на грудь, я осторожно оттянул правую половину костюма в сторону и посмотрел на бок. Под кожей, примерно посередине, была хорошо различима большая синюшная опухоль. Что-то в ней шевелилось, перемещалось.

Зрелище было далеко не самое приятное. Я разом забыл про все остальное.

— Что за херня? — пробормотал я, трезво понимая, что шевелящейся опухоли ну точно не место на живом человеческом теле.

Анна вскрикнула, и как-то резко обмякла, почти перестав извиваться.

Первая же мысль — нужно удалить это дерьмо и поскорее.

Я же не хирург! Мля, да я вообще не шарю в медицине!

А это дерьмо шевелится. Если лопнет?

Черт! Удалить, нужно удалить! А чем? Хирургического инструмента здесь точно нет. Обезболивающее? Противошоковое? Тьфу!

Вспомнил, что перед выездом, Ферт сунул мне медпак второго уровня, со словами: — Возьми, надеюсь, не пригодится.

Я бросился к костюму, открыл аварийный ранец, выудил зеленый медпак «двойку». Как им пользоваться?

Выжал одну единственную кнопку — медпак разложился на две половины. С одной стороны была колония наноорганизмов в специальном небольшом контейнере. Рядом та самая жидкость, которой Ферт обрабатывал пораженное место. Левее, маленькая коробочка с инструментами, перевязочные материалы, регенерон.

— Так, скальпель! — воскликнул я, схватив острый, как бритва предмет. — Э-э!

Неуверенно протянул руку. Отдернул.

Ну, нет, я так не могу.

Непроизвольно посмотрел на ее грудь, отвернулся.

Вздохнул. Все-таки решился.

Нет, не решился. Бля, ну не могу я резать человека!

— Режь! — вдруг простонала девушка.

Я глянул ей прямо в глаза. Оказывается, она была в сознании. Лицо скривилось от боли, но в глазах читалась решимость. — Давай, это единственный способ!

Голос был твердый. Она точно знала, что без этого никак не обойтись.

— Ре-ежь! Вытащи из меня это…

И я начал действовать.

Использовал мгновенную инъекцию обезболивающего. Выхватил из медпака тампон, зажал между телом и комбинезоном. Быстро резанул вдоль опухоли. Брызнула кровь, но я тут же осушил рану тампоном. Легонько поддел край разреза, отодвинул кожу.

Девушка ойкнула, дернулась.

Далее все было как в тумане. Но я откуда-то знал, как действовать в этой ситуации, хотя уверен, повторить подобное уже не смог бы. Да, возможно я допускал ошибки. Но последствия моего промедления могли быть куда хуже.

— Ф-фу! Какая-то дрянь, — бормотал я, чувствуя какое-то мерзкое шевеление под кожей.

Я обработал пальцы, сунул под кожу, с трудом ухватил какой-то скользкий податливый шарик размером с куриное яйцо и аккуратно вытянул его наружу. Он был беловатого цвета, покрытый кровавыми разводами.

Куда его деть? Ай, на хрен.

Бросил его на пол. Шарик практически сразу лопнул и из него высыпалась масса мелких амебообразных шариков.

Они принялись разбегаться в стороны, но не прошло и нескольких секунд, как все они начали интенсивно чернеть. Менее чем через минуту все они подохли. Видимо, внешняя среда была для них губительна. Шарик определенно должен был лопнуть внутри человеческого тела…

Я постарался качественно обработать рану антисептиком, аккуратно соединил края разреза медицинскими степлером, залил регенерирующим биоклеем, а сверху наложил повязку. Использовать нанитов для такой пустяковой раны я не стал, сверх эффективный медпак может понадобиться для другого, куда более серьезного ранения.

— Ф-фух! — облегченно выдохнул я, опустившись на задницу. — Все, закончил.

Посидел так несколько секунд, поднялся.

Анна была без сознания.

— Хорошо. Только, что с ней теперь делать? — в голову полезли разные мысли, но я решительно отмахнулся от них. Совсем не до этого.

Выбросил использованные материалы в мусорный контейнер, а остальное убрал обратно в медпак. Затем подумал и расстегнул ее комбинезон до конца, стянул его полностью.

Девушка лежала прямо передо мной почти обнаженная, только в одних черных трусиках. Не позволил себе рассматривать ее, переключился на другую проблему.

Отошел в сторону, обыскал все имеющиеся в комнатке шкафы.

Выудил из одного плед, подушку. Насчет чистоты я, конечно, усомнился, но это лучше чем ничего. Впрочем, все выглядело неплохо, без посторонних запахов.

Укрыл ее, положил под голову подушку.

А после оставил.

Пусть отдыхает. Еще неизвестно, не нанесло ли вырезанное мной дерьмо какой-то вред ее организму?

Я неторопливо вернулся обратно в основное помещение, сел на кресло оператора и задумался.

Что теперь делать?

Я вновь остался один. Почти. Девушка не в счет — вряд ли из нее получится серьезный боец. Да и черт бы с этим. Ни оружие, ни броня не помогут против такого сильного противника.

— Интересно, много ли таких тварей на спутнике? — пробормотал я, упершись ладонями в стол. Постучал по крышке стола.

Выдохнул.

А что если попытаться понять, чем именно они тут занимались? Что, черт возьми, произошло? Нужно разобраться, причем подробно. Должно же быть хоть что-то?

Я опытный специалист по вооружению. Я умею программировать, взламывать и модифицировать искусственный интеллект, боевые интерфейсы и модули управления. Это центр всей колонии на Каллипсо. Наверняка, где-то здесь на жестких дисках компьютеров хранится вся информация об инциденте. Должна быть. А если она закрыта, то взломаю.

Отчаиваться нельзя.

Да, сейчас я безоружен. Да, мы сломлены.

Но орбите Каллипсо висит крейсер «Фауст». Полковник Тангер должен, а может и уже подал сигнал на Землю, что на спутнике красный код. В ста с лишним километрах подполковник Лемер с десантниками.

Нет, я не один!

Каждый житель Федерации знал, что красный код «угроза вторжения» — высший уровень опасности. Если такая необходимость возникнет, будет мобилизован весь флот Федерации. А это больше двухсот кораблей. Больше трех миллионов десантников. Нужно только разобраться и предупредить — вот наша миссия. Моя миссия.

И я принялся за дело.

Сначала меня заинтересовал центральный терминал, с помощью которого персоналом дежурной смены осуществлялось управление всем комплексом. Тут были пэтабайты данных, многочисленные протоколы, материалы. Рыться во всем этом дерьме можно годами.

Не то.

Пересел за другой терминал.

Снова не то.

Я встал, побродил по помещению, заглянул в соседние блоки. Снял внутреннюю блокировку дверей и спустился на второй этаж, но ничего полезного не обнаружил.

Прошел дальше и наткнулся на пищевой блок. Замороженная еда, концентрированные напитки.

Хм, пригодится.

Вышел, снова поднялся на третий этаж. Уселся за следующий терминал.

Прошло несколько часов, прежде чем я нашел нужную мне информацию. Большая часть была в закрытом доступе и на ее взлом могли уйти сутки.

— Доггер, чем же вы тут занимались? — пробормотал я. — Откуда взялись эти уроды?

Я смотрел на многочисленные записи с испытаний того или иного типа вооружения. Какие-то лабораторные отчеты, инженерные спецификации. Оказалось, что разработка оружия велась сразу во всех направлениях. Это касалось и модификации тела человека, внедрению имплантантов, разработки боевых стимуляторов, оружия. Бронекостюмов дронов, штурмовых роботов, тяжелой и легкой техники.

— Даже так?

Дальше пошла разработка авиационной техники, ракетного вооружения, крупнокалиберных плазменных пушек. Крейсеров, больших десантных кораблей.

Все исчислялось объемами, способными обеспечить миллионную армию.

— Блять, на хрена вам было нужно столько оружия? — я откинулся на кресле и схватился за голову. — Куда вы собирались его девать?

Позади меня послышались тихие шаги, шорох.

Я быстро обернулся.

Позади меня, в проходе стояла Анна, закутанная в плед. Волосы растрепаны, лицо немного бледное. В целом, сейчас ее вид был куда лучше, чем до моего операционного вмешательства. Про себя еще раз отметил, что она очень даже ничего.

— Зачем столько оружия? — тихо переспросила она, посмотрев мне в глаза. Затем судорожно выдохнула и сама же ответила. — Оно было создано, чтобы уничтожить Федерацию…

* * *

Уважаемый читатель, на этом конец бесплатного фрагмента. Если вам понравилось, но возникают проблемы с оплатой, пишите в ЛС, договоримся)

Глава 15

Разгрузка на двоих

То, что я услышал, меня просто поразило.

Мне показалось, что я даже дышать перестал.

Информация была просто шокирующей. Как это? Земные колонисты хотели обратить против Земли созданное оружие? Бред же, ну! Зачем им это делать?

Анна судорожно выдохнула, прошла вперед и осторожно присела в кресло, неподалеку от меня. Чуть скривилась.

— Ты как?

— Нормально. Я все расскажу, — тихо сказала она. — Но прежде, позволь поблагодарить тебя. Ты спас мне жизнь, а я никак не могу понять, откуда во мне взялась «Плешь»⁈ М-м-м, спасибо.

— Что еще за «Плешь»?

— Паразит. Биологическое оружие. Эти зеленые уроды вывели и подкинули в колонию. От этой пакости погибло много колонистов.

— Но что это такое?

— Я мало знаю, но теперь какой-то вид здешних насекомых, при укусе, впрыскивает в тело колонию микроскопических яиц. Они развиваются, растут. А когда созревают, то прорывают внешнюю стенку и начинают жрать человека живьем. Примерно за сутки от него остается только наполовину изъеденный личинками труп. Если такое случится, остается только покончить жизнь самоубийством. Никакой врач, никакой медпак такое не остановит.

Я представил себе этот жуткий процесс и содрогнулся.

— Святые бабуины, — пробормотал я, чувствуя, как по спине прокатились ледяные мурашки.

— Да, — она на мгновение замолчала, внимательно посмотрела на меня, затем спросила. — Как тебя зовут?

— Алекс.

— А ты ведь совсем не десантник, верно? Габаритами не похож.

— Да. Не десантник. Я специалист по вооружению. Работаю на Департамент.

— И как тебя сюда занесло?

Я рассказал все что произошло. Все, от начала и до конца.

— Ава? — удивленно произнесла она, в конце моего рассказа. — Самообучающийся искусственный интеллект, который полностью независим и самодостаточен?

— Да.

— Это невероятно. Как тебе удалось? — Анна оживилась, но затем внезапно смолкла.

И все же я ответил.

— Я разрабатывал ее два с половиной года. Уйма протоколов были уничтожены или модифицированы. Жаль, что теперь все кончено, — я замолчал, затем добавил. — Лучше расскажи мне про инцидент.

Она встала с кресла, осмотрелась.

— А что тут рассказывать? Мой отец заигрался, отошел от всех принципов. Только наука, только новые революционные прорывы, которые можно использовать для производства оружия.

— Но зачем ему это? Что, кто-то стоял за всем этим?

— Всего один человек. Начальник колонии на спутнике.

— Тед Джефферсон? — изумился я, затем ухмыльнулся. — Нет, не может быть! Как так-то?

— А что ты о нем знаешь?

— Ну… э-э. Влиятельный человек на Земле, имеет огромный капитал. Промышлял наркотиками, подпольной медициной, торговлей больших партий оружия. Затем переключился на колонизацию необитаемых планет. Он был идеальным кандидатом на роль начальника колонии. И к тому же, «Квантаниум» был обнаружен его дронами. Цифра его капитала не уместиться на экране этого модуля. Накопленное остояние с легкостью позволило организовать постройку этих заводов, станций. Доставку оборудования, материалов, специалистов.

Информация, которую я услышал — была невероятной. Просто невероятной. Но какой смысл девушке врать?

— И зачем ему уничтожать Федерацию? — осторожно спросил я.

— Они были уверены, что она прогнила изнутри. С могущественной армией, с уникальными образцами военной техники Тед смог бы устроить тотальную революцию на планете. Захватить власть. Перекроить правительство, изменить всю политику, всю экономику.

— Зачем? — я повысил голос.

Анна поджала губы. Качнула головой, мол неужели непонятно?

— Деньги — это хорошо. Но Теду нужен был человек с мозгами, который все это реализует, возьмет под контроль.

— Дай-ка догадаюсь… — я поднял руку и хмыкнул. — Твой отец?

— Да.

— О боже… — я задумчиво постучал пальцами по столу. — Ты знала обо всем с самого начала?

— Нет. Джефферсон публично заявил, что все это оружие создается на благо Федерации. Все оружие как подарок родной планете, дань уважения. Правда открылась внезапно, почти во время начала инцидента. Разработка оружия была завершена на восемьдесят один процент. Но вдруг, мой отец придумал инновационный способ перемещения материи в пространстве. А это полностью меняло понимание человека о телепортации.

— Телепорт?

— Да, типа того. И Тед заинтересовался. Ведь перспектива уникальна — вместо того, чтобы вести флот и всю технику к Земле, можно просто телепортировать всю армию прямо на Землю. Окрыленный любопытной идеей, он приказал моему отцу реализовать прототип в реальных масштабах. И он начал работать. На решение проблем ушло два месяца.

— Но контрольный эксперимент провалился?

— Да. С треском. Когда был активирован нестабильный портал, он открылся совсем не туда. С другой стороны появились они…

Она замолчала. По щеке покатилась слеза.

— Все, хватит об этом, — я решительно поднялся с кресла, шагнул к ней.

— Нет! Алекс, ты понимаешь, что произошло? — тихо произнесла она. — Все погибли. Все… Они быстро научились уничтожать нас. А затем принялись изучать человечество и делали это безупречно и с невероятной скоростью. Многих уже не стало. Пришельцев было немного.

Я остановился в нерешительности, взглянул на девушку.

— А эти раки? Собаки с огромными челюстями? Летуны, плюющиеся кислотой. Они здесь откуда?

— Из их мира, — она опустилась на кресло снова. — Они быстро заполонили все вокруг — бороться было бесполезно. Мы убивали одну тварь, на ее месте появлялось две. Очень быстро мы проиграли, даже не успев использовать весь накопленный военный потенциал.

— А почему не уничтожили сам портал?

— Не смогли.

Теперь я в деталях осознал все, что произошло на Каллипсо. Все легло на свои места. Я вспомнил извинения Саймона Доггера. Вспомнил ту голографическую проекцию, где он был ранен. За что он извинялся? Да вот за все это. За все, что они сами же натворили.

— Дерьмовые бабуины! — выдохнул я, представив весь масштаб катастрофы. — Это просто… Я слова нужного подобрать не могу.

Анна, сидя в кресле, молчала.

Я подошел ближе, присел перед ней.

— Еще не все потеряно. Слышишь?

— Нет, их не остановить. В их руки уже попали сведения о нашей Земле. О Федерации. Наша планета сильно заинтересовала их. И самое страшное в том, что они могут начать масштабное сражение.

— Тогда нужно любыми средствами связаться с «Фаустом» и передать красный код.

— Что за «Фауст»?

— Военный крейсер, находится на орбите Каллипсо. На нем мы и прибыли сюда. С нами было триста человек элитного десанта. Правда, большая часть уже погибла.

— Если крейсер еще может отправить сигнал на Землю, это нужно сделать любой ценой. Земля не устоит, если эти твари начнут вторжение. Их потенциал невероятен.

— Но как связаться с крейсером? Связи нет. Все проклятые электромагнитные бури.

— Эти бури здесь тоже не просто так, — вздохнула Анна.

— Что, тоже дело рук зеленых пришельцев? — догадался я, одновременно вспомнив, что изначально на Каллипсо практически не было электромагнитных бурь.

Мы болтали с ней несколько часов. Время летело незаметно.

По итогу выяснилось, что у болот на севере есть экспериментальный модуль связи, который также разработал ее отец. Теоретически, модуль был способен создавать разрывы в электромагнитных полях и таким образом создавать бесперебойные каналы связи. Но разработку не успели опробовать на полной мощности, все ограничилось только тестовыми запусками. А затем произошел инцидент…

— Анна, нужно добраться туда как можно скорее.

— Не думаю, что это возможно. Я сама осталась жива лишь потому, что отец эвакуировал меня и нескольких охранников в отдаленный законсервированный бункер, где и я провела несколько месяцев. Почти вся охрана по пути погибла, а те, что выжили стали жертвами «Плеши». И к тому же, под песком водится какая-то дрянь, которая пожирает все, что движется.

— Да, мы видели, как ты пыталась оторваться от нее…

— Поверхность спутника на восемьдесят процентов покрыта песком. Если это и возможно, то очень опасно.

Я замолчал.

Мозги уже начали работать в правильном направлении, просчитывать варианты. У нас был легкий танк, два джипа. Наверняка, на территории перерабатывающего центра много и другой техники, которой также можно воспользоваться. Но ее еще нужно найти. Проблема была еще и в том, что пришельцы как-то отслеживали перемещения людей на поверхности спутника. И это нужно было решить как можно скорее.

Разложив все по полочкам, я вдруг ощутил, что сильно устал. Последний день был насыщен событиями, требующими колоссальной отдачи.

— Не хочешь перекусить? — спросил я.

— Я больше суток ничего не ела, — кивнула девушка, и даже чуть оживилась. — В бункере закончились концентраты.

— Думаю, найдется что-нибудь съедобное, — я сразу же отправился на второй этаж, где ранее обнаружил пищевой блок.

Осмотрелся, набрал несколько брикетов замороженных продуктов, поискал глазами размораживатель. Пока читал этикетки и ждал разогрева, порылся в запасах и нашел бутылку шотландского виски, с выдержкой в пятьдесят лет. Не знаю зачем, но прихватил и ее.

Анна к моей находке отнеслась скептически, но не отказалась.

Замороженная еда — конечно не высший класс, но все же куда лучше армейских безвкусных пайков. У обоих оказалось овощное рагу, бифштекс и ржаной хлеб. Запили все апельсиновым витаминным концентратом, в который добавили немного виски.

Девушка отправилась искать хоть какое-то подобие душевой комнаты, сославшись на то, что за прошедшие сутки вся покрылась коркой пыли. Ну а я, кое-как добравшись до кровати, завалился спать. Причем отдыхать пришлось там же, где ранее лежала Анна.

Не знаю, сколько я спал.

Проснулся внезапно.

Открыв глаза, я быстро посмотрел по сторонам. Прислушался.

Поднялся на ноги, вышел из комнаты.

— Анна? — позвал я, но никто не отозвался.

Я двинулся вглубь помещения, где имелись помещения непонятного предназначения. Заглянул в одно, второе. Ничего.

— Алекс?

Голос доносился оттуда-то слева. А еще был слышен шум стекающей воды.

Я прошел дальше и увидел, что это оборудованная душевая.

Она была внутри.

Я засомневался, стоит ли мне туда заходить.

— Да? — ответил я.

Она слишком выглянула из-за стеклянной двери и я увидел то, от чего любой мужчина возбудится на месте. Я медленно поплыл.

Мокрые волосы, приятный запах. Не запах пыли, крови и дерьма, к которым я уже привык. Не дыма.

Цветы.

Пахло цветами.

Голое, чистое тело. Мокрое. По коже стекали капельки влаги.

Голова слегка закружилась. Я сделал попытку отвернуться, но не смог себя побороть. Почувствовал, что реакция внизу живота начала набирать обороты.

— Раз уж пришел, может, посмотришь на шрам? — застенчиво улыбнулась она и отодвинула дверь еще шире.

Боже, что я увидел. Признаюсь, когда я ее оперировал, то на многое просто не обратил внимание.

Замечательная фигура, все на своих местах. Про шрам я даже не вспомнил.

— Я не… Я… Хочу… сказать, — у меня даже язык начал заплетаться. Посмотрел ей в глаза.

— Ты же уже все это видел, — она шагнула навстречу и взяла за руку. Грудь возбуждающе качнулась.

— Должна же я отблагодарить тебя за спасение.

— Да я не…

Она приложила палец к моим губам.

Уже давно комбинезон буквально разрывало. Он едва не порвался, когда я начал его снимать. Сдерживаться я уже просто не мог, возбуждение зашкаливало.

Она взяла меня за руку и завела в душевую, прижалась всем своим мокрым телом.

Я почувствовал дрожь, голова снова чуть закружилась, словно я принял легкий наркотик. Приятное тепло окутало со всех сторон. Затем ее руки медленно поползли по телу… Ниже и ниже.

А дальше я словно с цепи сорвался…

Блин, а я ведь даже не спросил, сколько ей лет… — запоздалая мысль была уже совсем не к месту. Теперь все мысли вытеснили чистые инстинкты…

* * *

Все было шикарно. Просто шикарно.

Такая разрядка была нужна нам обоим, несмотря на сложившуюся обстановку. Может это и неправильно, но так уж получилось.

Я не был женат, как-то не сложилось. Девушки у меня были, но редко — все свободное время вытесняла работа над новыми проектами, участие в новых презентациях, испытаниях. Поэтому не удивительно, что после полугодового воздержания, я сорвался, как голодный зверь.

Анна была приятно удивлена.

Но все закончилось. Оба заснули все на той же кровати.

К счастью, за ночь ничего не произошло. Казалось, до нас никому не было дела. Но это не так.

Я отчетливо помнил, как костлявый пришелец, смотрел в камеру. Просто так в нее смотреть он не стал бы… Значит, он знал, что я за всем наблюдаю. Чувствовал?

Я поделился этим воспоминанием с девушкой и ей это не понравилось.

— Алекс, они… Мы не знаем всех их возможностей. Я сама видела, как один из них пожирал энергию выстрела, прекрасно себя чувствовал при облучении радиацией. Его травили, били разрядом высокого напряжения. Все без толку.

— Ну хоть что-то вы успели о них узнать?

— Отец сделал смелое предположение, что они владеют развитыми пси-возможностями. Но не все. Есть простые воины, а есть что-то вроде привилегированных.

— Кажется, я одного я вчера видел, — задумчиво произнес я, вспомнив, как один костлявый обезвредил шестерых десантников. — Он смог растворить прямо в воздухе сгусток раскаленной плазмы, да не один, а сразу несколько. Затем смог вступить в контакт, ухватив за голову человека. Тот говорил, получая от него ментальные команды.

Анна слушала с интересом. Однако вид у нее был какой-то отстраненный.

— Что-то не так?

— Да. Нет, все нормально. Продолжай.

— Я не знаю, с чем мы имеем дело. Но сражаться с ним нужно иначе.

Спустя час Анна показала мне планировку всей колонии. Я заинтересовался техникой, что находилась на территории перерабатывающего центра. Если нам нужно двигаться на север, то нужно что-то быстрое и маневренное. Обычный «Джаггер» для этого не подойдет — слишком тяжел для двоих. Да, проходимость тоже важна, но это второстепенное.

Джип Анны тоже не подходил.

— Знаешь что… — она на мгновение задумалась. — В одном из главных ангаров, где стояла уже готовая техника, был интересный образец. Компактный, небольшого размера. С мощным движком, но почти без оружия. Его разрабатывали как штабную машину, но в серию так и не пустили. Думаю, это что нам нужно.

— Покажешь?

Порывшись среди проектов и разработанных образцов, она нашла голографическую 3D-проекцию.

— «Кобра»? — переспросил я.

— Ну да, над названием долго не возились.

— А какая у тебя была должность?

— Я просто помогала отцу, при этом вникала во все его проекты. К сожалению, о том, что он повелся на поводу Джефферсона, я узнала уже перед самим инцидентом. Мы тогда поругались.

— Когда ты видела его последний раз?

— Два… Нет, три месяца назад, — она опустила голову, а я отругал себя за то, что лишний раз напомнил ей о том, что произошло.

Анна не только отыскала «Кобру» в ангаре, она смогла дистанционно привести ее прямо к зданию, где мы находились.

Теперь предстояло решить вопрос с оружием и броней.

Одевать тяжелые бронекостюмы было бессмысленно. Они тяжелые, занимают много места. Решено было использовать инженерные скафы.

Они не боевые, но сделаны из материала, который хорошо держал прямое попадание кислотного сгустка летяги. Конечно, при столкновении с охотником или раком — толку от таких костюмов немного, но выбирать не приходилось.

К тому же, у нас имелся только один «Тахион» — тот, что ранее был на мне. Остальные были разобраны на куски и валялись перед главным входом. В самом здании управления мы собрали всю провизию, медикаменты и воду. Оружия тут как такового не было, но в танке у входа был целый ящик разного оружия, что мы успели вытащить из-под обломков транспортников и руин газодобывающей станции.

Мы были готовы.

Цель ясна — добраться до болот, где находился экспериментальный модуль связи. Его переместили туда с целью основать еще одно поселение, но не вышло — там так ничего и не построили. Запустить, отправить сигнал на «Фауст». А затем ждать, пока Федерация отправит сюда весь флот, всю армаду боевых кораблей…

Конечно, покидать базу колонистов было страшно.

Нет, не потому, что мы пригрелись на теплом месте. А потому, что коварный противник каким-то образом знал, что здесь все еще есть живые люди.

И едва мы покинули ворота, не прошло и десяти минут, как за нами увязалось ОНО…

Глава 16

Повелитель песков

— Что там?

— Алекс, оно приближается…

«Кобра» быстро разогналась до восьмидесяти километров в час — по рыхлому песку такая скорость перемещения настоящее чудо. Мощный турбированный движок и большие задние колеса с хорошим грунтозацепом, успешно справлялись со своей задачей. Высокая подвеска и небольшой вес тоже играли на руку. Так и не принятый на серийное производство джип, летел по песку, словно его преследовал сам дьявол. Да, собственно, так оно и было…

За нами следовало то самое существо, что так и не показалось из песка. Подобная же тварь ранее преследовала джип Анны, и скорее всего, атаковало нашу группу, когда рухнул «Отбойник».

— Анна, что это такое? — крикнул я, когда заметил, что оно приближается. Из песка выстреливали клубы пыли, а песок на пути следования то проседал, то вновь поднимался.

— Я не знаю, — девушка выглядела растерянной. — Его еще ни разу не видели целиком. Мы только наблюдали, что оно может затянуть под землю даже танк. Очень быстрое, сильное. Но перемещается только по песку. Точнее, под ним.

— Значит, нужно искать другой маршрут, пролегающий не по песку, — я, не сбавляя скорости, осмотрелся по сторонам. — Вдоль холмов возможно?

— Да. Но это большой крюк. Может не хватить топлива.

— Да к бабуинам… — процедил я, крутанув руль влево.

Там, в нескольких километрах пролегала цепь невысоких холмов. За ними пролегала более высокая скалистая гряда, но и она была вполне преодолимой. Вдоль нее песчаный грунт граничил то ли с каменистой поверхностью, то ли вообще с какой-то глиной.

Снова выстрелило облаков пыли. Только куда ближе и правее.

— Алекс, оно уже близко!

— Бери «ST» гранаты, — я указал на небольшой ящик в кузове. Все что было, собрали с обломков бронекостюмов пропавших десантников. — Бросай их. Может, отвалит это дерьмо!

Анна решительно полезла в кузов «Кобры», откинула крышку ящика и, ухватив первую гранату, выкрутила активатор.

Бросила.

Через четыре секунды рвануло.

Облако песка и пыли выстрелило во все стороны. От громкого звука, существо преследующее нас, с каким-то гудящим ревом отпрянуло в сторону. Вздыбился песок. Среди барханов мелькнули отдельные фрагменты желто-коричневого тела. Это было видно даже невооруженным глазом.

Размеры твари были просто огромными — в три, а то и четыре раза больше чем наш транспорт. Монстр вновь рванул за нами, выравнивая скорость. Бля, да как оно это делает?

Всего несколько секунд и тварь почти поравнялась с машиной. Ударило из под земли, попав по заднему колесу.

— Еще гранату! — отчаянно крикнул я.

Несколько секунд, снова громкий взрыв.

Существо все с тем же ревом, рвануло в другую сторону. «Кобра» вновь начала увеличивать дистанцию, но я понимал — это совсем ненадолго.

— Какой-то песчаный червь, что ли? — пробормотал я, но Анна услышала.

— Нет. Что-то другое.

На пути начали попадаться крупные барханы, наносы песка, камни.

Я бросил руль влево, затем вправо. «Кобру» ощутимо занесло, сбавили в скорости.

— Долбанные бабуины… — прорычал я понимая, что на этом участке разогнаться будет очень непросто.

— Жми, жми! Алекс! Быстрее!

Я глянул в зеркало заднего вида и увидел, как из-под песка выстрелило не только облако пыли, но и показалась какая-то зазубренная конечность. Меня аж передернуло от увиденного.

А уже через мгновение, в днище джипа что-то ударило. Ударило так сильно, что «Кобру» даже развернуло. Ящик перевернулся и гранаты высыпались из кузова, посыпавшись на песок. Анна бросилась за ними, но не удержалась и вылетела наружу, шлепнувшись на грунт. Джип бросило на камни. Оба задних колеса оказались зажаты между крупными валунами.

Я рванул машину вперед, затем назад — без толку.

— Блять! — я бросил руль, выбрался из кабины и растерянно осмотрелся. Мы в ловушке. На своих ногах не убежать, но и защищаться никто не запрещал.

Никого. Однако чувствовалось, в песке что-то есть.

Девушка вскочила на ноги, сделала несколько нерешительных шагов к джипу и вдруг остановилась. Запрыгнула на камень.

Песок, в двух метрах от нее, вздыбился. Раздался какой-то хриплый, булькающий «о-ох». Там показалось что-то неописуемое, уродливое. Песок медленно заскользил по поверхности, буквально всасываясь внутрь, словно в недра гигантского пылесоса.

Я завис всего на секунду, пытаясь понять, что это за существо, а рука уже пыталась нащупать приклад винтовки. Заскрежетало по металлу. Упала запасная батарея.

Вдруг, в мою сторону с силой устремился песчаный вихрь, откинув меня внутрь кабины. Брони на мне не было — все-таки инженерный скаф это совсем не тоже самое что бронекостюм. Ему даже до «Скаута», как луне до Юпитера. Вес тоже куда ниже, если килограмм двадцать есть, и то хорошо.

Я приподнялся, кое-как выглянул наружу. Если тварь живет в песке, значит, как-то там ориентируется. На звук? Нет, не похоже, скорее, на вибрацию. А я скакал по машине, что безумный.

— Анна, стой тихо! — прошипел я.

Мне казалось, что вот сейчас откуда-нибудь высунется какая-то уродливая морда, оттуда выстрелят гибкие щупальца и кого-то из нас затащит под песок. Но все оказалось куда хуже.

Песок и мелкие камешки уже втягивались внутрь своеобразной воронки, постепенно увеличивая ее диаметр. Боже, что там за дерьмо притащили с собой эти зеленые костлявые уроды? Что там у них на планете вообще за твари обитают?

Девушка кивнула, но по ее внешнему виду было ясно, что еще минута и ее саму затащит в воронку. Песок перемещался все быстрее и быстрее, закручивался подобно спирали. Поползли более крупные камни. Заскользили между ног у девушки.

— Алекс? — ее голос задрожал. Она растерялась и вполне могла выкинуть какую-нибудь необдуманную глупость.

— Сейчас!

Я подтащил к себе плазменную пушку, выкрутил регулятор нагрева на максимум. Поднял ствол и жахнул прямо в переплетение непонятных отростков, когтей, каких-то зазубрин. Сгусток угодил внутрь, но, кажется, не нанес ощутимого вреда.

Однако подземная тварь издала такой душераздирающий рев, что я едва не оглох. Весь песок вздыбился вверх гигантским грязно-коричневым облаком, и наружу частично вылезло что-то очень крупное, похожее на пятнистую камбалу. Сверху и торчали эти отростки, конечности, какие-то крюки. Они хаотично перемещались, шевелились. Размер твари просто шокировал — примерно с одноэтажный дом. Как оно вообще перемещается?

— Живо ко мне! — крикнул я, готовясь выстрелить еще раз. Неизвестно, какие повреждения нанесла ей плазма с первого раза.

Девушка рванула вперед, в несколько прыжков оказалась рядом. Рухнула в джип.

Приподнялась, испуганно выглянула.

— Что это за мерзость?

Я снова выстрелил.

Мы во все глаза уставились на то, что дико выло и пыталось вновь зарыться в песок. Все вокруг превратилось в песчано-пыльную бурю, шевелилось, ревело. Сложно было разобраться, что это такое — большая часть по-прежнему находилась под песком.

Анна поднялась, выпрямилась. У нее в руке показалась граната. Зажигательная. Это я увидел по красной маркировке на корпусе.

Ее взгляд был вопросительным и перепуганным одновременно.

Выждав удобный момент, я выстрелил снова. Голубой шар разогретой плазмы вновь угодил прямо в скопление шевелящихся конечностей. Полыхнуло голубоватая вспышка.

Тварь еще больше вздулась, снова приподнялась.

Я увидел ту самую воронку, куда всасывался песок. Чудовищна, размером с джип, пасть, обрамленная по краям мелкими черными отростками. А на самом дне черная дыра, в которой что-то щелкало.

— Бросай! — крикнул я. — Прямо туда!

Анна среагировала мгновенно.

Черно-красный цилиндр полетел точно в цель.

Нет. Не попал.

В последний момент граната отскочила от одной из конечностей и упала сбоку от воронки. Глухо хлопнуло. Наружу брызнули сполохи пламени. Видимо ее хорошо обожгло, потому что дальше начался какой-то ад.

Все вокруг вздыбилось. Джип вытолкнуло с камней и он отлетел влево, едва не перевернувшись. Тело твари резко провалилось куда-то вниз, снова поднялось. Все завибрировало, зашаталось.

Машина сильно качнулась.

— За руль, быстро! — заорал я девушке, а сам снова вооружился винтовкой, готовясь стрелять во все, что только можно.

В колесо ткнулось что-то твердое, но вроде не критично. Я выстрелил.

Плазмой срезало конечность, будто она была сделана из масла. Но тут же из песка полезли и другие отростки.

Снова выстрел. Еще один.

Еще.

Но оказалось, что вовсе не это было самое страшное. Мельком взглянув вправо, а потом влево — я заметил неладное. С обоих сторон показалось еще какое-то движение. А когда я понял, что именно это было… То даже похолодел от ужаса.

Тварь поразительно напоминала гигантское чудовищное блюдце. И сейчас края этого «блюдца» начали сворачиваться внутрь, образуя чудовищную шаурму. Наша «Кобра» оказалась почти в самом ее центре.

— Да твою-то мать! Анна, жми или мы трупы! — рявкнул я.

И девушка, послушно плюхнувшись на место водителя, выжала газ на полную. Машина взрыла песок колесами, чиркнула по телу монстра, резво рванула вперед. Едва не завалившись вбок, проскользнула колесами по изуродованным плазмой конечностям прямо в пасти. Прокатилась по телу гигантского хищника и вылетела с другой стороны, едва не сорвав бампер о песок.

Я резко глянул назад и обалдел.

Края тела гигантской твари попросту свернулись вовнутрь, образовав чудовищную картину. Всю внешнюю поверхность покрывали многочисленные отростки. Получилось, черт знает что. Оно начало резко сокращаться, отталкиваясь отростками и зарываясь одним концом в рыхлый песок. Из задней части ударила струя грязной пыли. Качнулась хвостовая часть.

Так вот как оно перемещается. Словно гигантская песчаная торпеда. Да-а, никакой это не червь.

— Жми к холмам! Выжимай все что есть.

— Сейчас!

Анна замешкалась, пару раз бестолково крутанула руль, затем выжала какую-то кнопку, находящуюся на нижней части панели управления. Резко хлопнуло. Я даже на мгновение оглох.

А затем, что-то произошло.

Движок взревел так, словно хотел вырваться наружу. «Кобра» стремительно рванула вперед так, как, наверное, не ездила еще никогда. Я лишь мельком глянул на спидометр.

— Сто пятьдесят! — пробормотал я, видя как снаружи, все аж смазалось. Пылило нещадно.

Движок надрывно ревел и в какой-то момент, мне показалось, что внутри что-то сломалось. Повалил дым. Но «Кобра» продолжала шустро лететь вперед. Нас вроде бы никто не преследовал, хотя из-за клубов пыли видеть этого наверняка я не мог.

Минуты через две такой гонки, джип вылетел на каменную поверхность, левой частью с силой угодив прямо в камень. Бампер оторвало к чертям. Машина накренилась, но удержалась. Я не удержался и завалился внутрь кузова — винтовка укатилась куда-то под колеса.

А затем движок загорелся.

Повалил густой белый дым, брызнули искры.

— О, черт!

— Алекс, нужно бежать, — она уже выбралась из кабины, но попала в транспортную сеть и зацепилась локтевым бандажом за транспортную сеть. Начала суетится, дергаться.

— Черт… Да отвали ты.

— Спокойно, — я подхватил со дна съемный штык, помешкав, рубанул им по сети. Высвободил ее, потащил за руку.

Оба спрыгнули на каменную поверхность, бросились бежать.

Оглушительно рвануло.

«Кобра» превратилась в пылающий факел, объятый дымом.

Анна споткнулась и рухнула на камни. Я подскочил, помог ей подняться.

Когда мы посмотрели на наш транспорт, у меня сразу же возник вопрос.

— Что это было? Откуда такая мощь и почему движок сдох?

— Я активировала турбированный режим. Он не был протестирован окончательно, но в процессе предварительных испытаний… Короче, резкое увеличение выгорания топлива, прожгло внутренние механизмы. Вот и рвануло. Состояние топливной сборки на повышенных оборотах было нестабильным и его так и не смогли сбалансировать.

— Ясно, — выдохнул я., затем, кое-как сдерживаясь, похвалил. — Ты молодец, вытащила нас оттуда. Ф-фух. Видела бы ты то, что видел я. Это дерьмо свернулось в трубку и зарылось в песок. Что плазма, что зажигательная граната не нанесли ему серьезных повреждений. Сейчас оно наверняка отстанет, но уверен, мы еще встретимся.

Активировав зум, отсюда было разглядеть место нападения той твари, но сейчас там было спокойно. Монстр убрался подальше, наверное, зализывать раны.

Эти костлявые уроды… Они отправили это за нами.

— Как думаешь, как они узнали о том, что мы покинули перерабатывающий центр?

— Думаю, да. Иначе эта дрянь за нами бы не увязалась.

— Тогда почему не преследуют дальше?

Вопрос остался без ответа.

— Что будет делать дальше? Транспорта-то у нас уже нет.

Повисла пауза. Как бы ситуация только что усложнилась.

— Не знаю, добираться до конечной точки еще около сотни километров. Мы дали крюк, отдалившись от основной дороги. В любом случае, идти пешком теперь не вариант. Нас догонят и просто размажут.

— Погоди. Так, сейчас. — Анна уставилась в свою информационную панель, копаясь в настройках. — Ага, есть. Карта хоть и старая, но ничего лучше нет.

Она развернула голографическую проекцию, и я увидел карту этого сектора. Если верить ему, то в трех километрах от нас было что-то вроде старой обсерватории. Ее строили еще до колонизации, а после вроде как забросили. Из-за постоянных бурь в атмосфере, наблюдать за ближайшими космическими объектами было крайне проблематично. Она быстро потеряла свою ценность.

Информация у Анны была непроверенной. Может, никакой обсерватории там уже и нет. Но куда деваться?

— Анна, мы у подножия холмов. Если твоя обсерватория там, то посмотри, через что нам предстоит пройти! — я покачал головой и указал на приблизительный маршрут.

Впереди были светло-коричневые скалы. Не слишком крутые, но постараться придется. Оборудования для скалолазания, в принципе, не было нужно. Но просто не будет — факт.

— Дойдем! — Анна упрямо качнула головой.

Я поразился ее стойкости. Для девушки совсем не характерно. Но ведь и она не комнатная лаборантка. Провела тут два года, участвовала почти во всех проектах, пережила вторжение пришельцев, уничтожение колонистов.

Мы собрали все, что уцелело и двинулись в путь.

Поначалу было легко. Склон холма был пологий, камни попадались редко.

Инженерные скафы не были оборудованы сервоприводами, только прочный, износостойкий внешний материал, внутренняя биологическая подкладка. Немного встроенного оборудования, в основном сейчас абсолютно бесполезного. Мы довольно быстро устали, пришлось делать кратковременные перекуры.

— Анна, а что сделали с колонистами? — спросил я, вспомнив, что так и не узнал, куда делись все люди с Каллипсо.

— Они погибли.

— Ну, это понятно. А тела-то где?

Анна остановилась.

Через стекло шлема я заметил, что ее лицо перекосило. Видимо, шла какая-то внутренняя борьба.

— Анна?

— Не называй меня так официально. Лучше просто Энн.

— Хорошо, принято, — охотно согласился я. — Так ты ответишь на вопрос?

— Алекс. Ты уверен, что хочешь… — она осеклась. Вздохнула. — Их всех забрали. Всех, кого поймали. Парализованные тела просто собирали, грузили в какие-то корабли и увозили.

— Значит, они живы?

— Может быть.

— И зачем мы им?

— Я считаю, что они нас едят, — тихо произнесла она. — Никого из тех, кто пропал, я больше не видела. В момент их вторжения, я была в главной лаборатории и многого не видела. Не было тел, не было крови. Люди просто пропадали. Мы еще пытались понять, почему и единственное предположение — в наших телах содержится много животного белка. А он сильно пришелся им по вкусу.

Я задумался. Выходит, что многие из колонистов вполне могут быть живы? Нуждаться в помощи. Сомневаюсь, что всех просто взяли и сожрали. Или же причина в другом? Может их используют еще для какой-то цели?

— Энн, а что за история с порталом? — у меня в голове тут же созрел иной вопрос. — Почему его не закрыли?

Она тяжело опустилась на камень, посмотрела на горизонт.

— Последний раз, когда я видела отца живым, он сообщил, что они поддерживают его открытым оттуда, со своей стороны. Выжившие попытались уничтожить все оборудование, весь испытательный полигон с вратами телепортации, но это не помогло. Точнее, вообще не получилось и причину мы уже не узнали. Всего за неделю, они не только захватили все, они принялись перебрасывать сюда свою местную живность.

— А где этот портал?

— В горах. Высоко в горах. Там есть долина, вот в ней и расположен объект. Его строили отдельно, но там же находится и центр разработки вооружений, склады с техникой и оружием.

У меня не укладывалось в голове, как так получилось, что они попросту начали расселяться по Каллипсо, сметая все сопротивление? Это как минимум странно. Верным решением было бы просто разбомбить орбитальной авиацией всю территорию испытательного полигона и портала. Но ее не было.

— Есть еще кое-что… — Анна вдруг замялась. — Этот портал, он не такой, как это общепринято. Он основан на квантовой технологии… Это сложно объяснить. Нужно увидеть.

— Но это невозможно?

— Почему? Возможно, если хочешь чтобы сожрали и тебя.

Я ничего не ответил. Анна и сама не располагала всей информацией.

Мы продолжали идти. Миновали уже километра два и поднялись над поверхностью почти на восемьсот метров. Здесь давление скакало с пятого на десятое. Датчики сбоили, показывали какую-то ерунду. Электроника начала сильно барахлить.

Поднялся сильный ветер. Он поднимал пыль, сильно сокращая обзор.

— Что за ерунда? — возмутился, заметив, что все системы костюма начали глючить. Генератор дыхательной смеси тоже сбоил, не на шутку меня встревожив. Это в наши планы не входило.

— Электромагнитная буря? — предположила Анна, осмотревшись по сторонам. — Да нет, не похоже.

— Идем дальше?

— А что нам остается?

Мы снова двинулись в путь, но теперь были настороже. Дышать стало тяжелее — пришлось поднимать забрало шлема и периодически дышать открытым воздухом. Когда голова начинала кружиться, переключались на замкнутый цикл.

Вскоре, впереди показались стены обсерватории.

Я поднял винтовку, выкрутил регулятор на средний режим. Мало ли что?

Да, территория давно заброшена. Все запущено, грязно. Но кое-что сразу привлекло мое внимание.

Здание было небольшим, со стеклянным куполом на крыше. Сам купол был укреплен защитным поясом, на котором торчали какие-то устройства неизвестного предназначения. Главный вход в обсерваторию оказался перекрыт.

— Это что за подарки? — указал я на уложенные у входа магнитные мины. Точно такие же, на какой ранее подорвался Ферт. Их пытались замаскировать, но ветер сделал свое дело. Помимо мин, имелись электрические ловушки, а у стен самой обсерватории стоял почти севший «Циклоп».

При нашем появлении он сначала подал предупреждающий сигнал и затем стал раскручивать блок стволов.

— А черт, в сторону! — я толкнул девушку и сам устремился за ней. Но охранный модуль так и не сработал. Ствол пожужжал, остановился и затих.

— Почему он не стреляет? — удивилась девушка.

— Не знаю. Странно.

— Может, батарея села? Посмотрим?

Мы поднялись, вышли из укрытия. «Циклоп» никак не отреагировал на наше появление.

— Кто-то его здесь поставил! — заметила девушка и, выглянув из-за укрытия, догадалась. — А, ясно! Настроена система «свой-чужой».

— Хм-м. Думаешь, кто-то из выживших? — поинтересовался я, осматривая строения. Тут явно кто-то был.

Я покрепче сжал винтовку. Кто бы тут ни находился, ему придется несладко.

— Не может быть, — с некоторым запозданием ответила Энн. — Тут все давно заброшено. Обсерваторию покинули еще до строительства основного перерабатывающего комплекса. Точно знаю.

— Угу… Но, кажется, ты ошиблась…

Я попробовал активировать сканер, но ничего не вышло.

Мы медленно подошли к запасному входу. Здесь тоже стояли мины, ловушки. Справа, у скалы размещался небольшой ангар. Судя по всему, внутри стоял какой-то транспорт. Но все было накрыто адаптивной маскировочной сетью.

— Эй?

— Есть кто?

Внезапно затрещал небольшой динамик у входа. Я его даже не сразу увидел.

— Кто вы такие? Что вам надо? — послышалось оттуда. Голос был жесткий, твердый, но искаженный помехами и каким-то хрипом.

— Спасатели, — крикнул я, не особо надеясь на успех. — С Земли.

Из почти незаметного динамика раздался хриплый смех, затем надсадный кашель.

— Спасатели? — проскрипел голос, затем вздохнул. — Ну, проходите…

Глава 17

Призрачное оружие

Я вошел первым.

Впереди был длинный прямой коридор, лишенный освещения. Лишь в самом его конце висела красная лампа аварийного света.

Мы оба откинули забрала своих шлемов, переглянулись, но снимать шлемы пока не стали.

— Кто это может быть, Энн? — тихо спросил я, активируя встроенный в шлем фонарь.

— Понятия не имею. Судя по голосу — человек то ли стар, то ли болен. Ну, может быть еще ранен. Но я точно знаю, здесь никого не должно быть.

До конца коридора добрались быстро.

Толкнули легкую алюминиевую дверь и сразу же отпрянули в стороны. В трех метрах от входа стоял второй «Циклоп», лениво вращая блок стволов.

— Спокойно, он ничего вам не сделает! — справа послышался тот же голос, что говорил с нами ранее. Но повернув голову в том же направлении, мы никого не увидели. Пусто.

Переглянувшись с девушкой, одновременно двинулись в том же направлении. Сразу же за углом обнаружили прорубленную прямо в камне лестницу, уходящую глубоко вниз, куда-то во тьму.

— Эй⁈

— Спускайтесь…

Через минуту мы оказались в самом низу, прямо перед массивной стальной дверью. Она издала тихий шипящий звук и медленно приоткрылась. В глаза ударил яркий белый свет. Довольно быстро адаптировавшись, шагнули внутрь.

Мы оказались в огромном подземном помещении. О том, что это лаборатория догадались сразу.

Она была битком забита неизвестным сложным оборудованием. Переделанные медицинские автоклавы, какие-то манипуляторы, захваты. Пучки проводов с иглами и присосками, контейнеры с жидкостями, терминалы с разобранными внутренностями. Многие агрегаты были собраны вручную, позаимствовав части других устройств. Чистотой тут и не пахло, создавалось впечатление, что здесь живет техногенный маньяк. Помещение наполняло тихое жужжание многочисленных агрегатов, что-то пищало, булькало, потрескивало.

Даже мне, с моим-то опытом и спецификой работы, подавляющая часть увиденного оборудования была не знакома.

И справа, у одного из автоклавов стоял человек в старом темно-синем комбинезоне. Весь его внешний вид был необычным, даже отталкивающим.

Высокий, худощавый. Уже в возрасте. На голове короткая седина, правая часть лица изуродована обширным шрамом, судя по всему полученным недавно. На глазах усиленные инверторные очки с фиолетовой подсветкой. В области шеи парочка вживленных биоимплантантов. На левой руке вместо кисти — сложный бионический манипулятор.

— Спасатели, значит? — скептически произнес человек, окинув нас обоих взглядом. — Не очень-то похожи.

— Мы-ы… Погоди… Доктор Крейн, вы? — вдруг воскликнула Анна и неуверенно шагнула к нему. — Вы живы?

— Э-э… — протянул я, растерянно взглянув на девушку. — Ты его знаешь?

— Конечно, — она обернулась ко мне, затем подошла ближе к доктору. — Вы меня помните?

— Анна? — устало выдохнул Крейн. На лице не дрогнула ни одна черточка. — Дочь Доггера, да?

Она кивнула.

Доктор неопределенно кивнул, отвернулся. Зачем-то подошел к ближайшему столу, порылся в нем, затем через плечо пробурчал.

— Значит, твоему отцу мы обязаны этим апокалипсисом⁈

Вопрос был задан странно. Мне вообще показалось, что это не вопрос, а констатация факта.

— Нет… То есть, не совсем. — Анна замялась, быстро глянула на меня. — Вовсе нет. Что за глупость?

— Ясно, — каким-то мрачным голосом произнес Крейн, еще с треть минуты стоял у стола, затем медленно повернулся. Мне показалось, будто он смотрит на меня.

В общем-то, ничего не изменилось, однако выражение его лица явно стало другим.

Из-за инверторных очков я не видел его глаз, но сразу почувствовал — что-то изменилось.

Доктор медленно поднял правую руку, согнул в локте и резко растопырил пальцы. Я очень хорошо ощутил, как у меня почему-то немеют ноги. Быстро, катастрофически быстро.

— Э-э! Что…? Что за херня? — я не удержал равновесия и рухнул на пол. Руками попытался ухватиться за какой-то агрегат, но только с грохотом обрушил его на пол.

— Эй, док! Доктор? — Анна, испытывая странное чувство тревоги, шагнула ко мне, затем бросилась к Крейну и силой толкнула его в плечо. Но ничего не получилось. Эффект был таким же, как если бы она толкнула кирпичную стену.

— Что, вашу мать, происходит? — крикнул я, отпихнул ногой обломки, а сам потянулся к соскользнувшей с плеча винтовке.

Неожиданно, из носа доктора хлынула кровь. Лицо жутко побледнело, на лбу выступил пот. Руки затряслись. На шее и правой руке вздулись вены. Док скривился от боли, но по-прежнему был сосредоточен на мне.

И внезапно все закончилось.

Крейн обессилено опустил руку, вытер кровь под носом, а затем медленно снял очки.

— Прошу меня извинить. Не удержался, — монотонно произнес он и как-то дико захохотал.

Девушка стояла в метре от него, с перекошенным от непонимания и злости лицом.

— Может, объясните, что это за дерьмо было? — прошипел я, прямо через костюм растирая онемевшие ноги. — Как это понимать?

— Конечно, — тот наконец-то перестал хохотать и, шагнув к столу, взял оттуда автоматический инъектор и протянул мне.

— Держи! Поможет избавиться от последствий моего вмешательства. А может и нет.

— Какого еще вмешательства, док? — вскрикнула Анна, впившись в Крейна безумными глазами. — Что, за дерьмо тут происходит?

Тот осмотрелся, сдержанно выдохнул, вдохнул. Затем опустился на стоящее неподалеку кресло. Смерил девушку взглядом, затем меня. Кивнул.

— Не буду растягивать, перейду к делу, — он положил очки на стол, затем кинув в рот какую-то зеленую капсулу. Проглотил.

— Анна, ты знаешь меня как сотрудника «SWS», который до вторжения пришельцев работал с твоим отцом. Работал плотно. На первых этапах мы вместе разрабатывали теорию, по которой позднее он и реализовал тот чертов портал. Реализовал, несмотря на то, что я говорил, это не безопасно. Выходная точка могла оказаться где угодно, даже за пределами нашей галактики. Привел ему доказательства. Ослепленный яростью, он отверг мои расчеты, отстранил от работы, а затем добился того, чтобы депортировать меня на Землю, однако я сбежал и укрылся здесь. Итог известен. Вместо того чтобы открыть портал на Землю, он открыл его в другую галактику.

— Этого не может быть. — Анна вытаращилась на него безумными глазами. — Отец не пошел бы на это. Это была ошибка всего отдела разработок. Портал открылся случайно. Все расчеты были проверены.

После услышанного, я еще раз взглянул на Крейна, но уже иначе. Оценивающе.

Глаза холодные, выражение лица жесткое, волевое. Очевидно, что перед нами человек решительный и сильный. Но не совсем в себе.

— Может. А отдел разработок тут совсем ни при чем. Это его личные амбиции. Напомнить, для чего проектировалось все оружие?

Повисла напряженная пауза. Анна стояла в метре от доктора, буравя его недовольным взглядом. А я просто сидел на полу, все еще держа в руке инъектор. Никаких уколов я себе делать не собирался. По крайней мере, в данный момент точно.

— Где сейчас Доггер? — произнес Крейн. — Полагаю, либо погиб, либо пропал?

— Я не знаю. — Анна помрачнела. Отошла от доктора, поискала глазами кресло.

— Ну, ясно. Другого я и не ждал.

Я поднялся на ноги. Вроде все нормально.

— Что это был за цирк? — спросил я, указав на инъектор. — Что вы сделали?

На лице доктора промелькнула зловещая улыбка.

— А вы, собственно, кто такой? — он вдруг посмотрел на меня с некоторым сомнением. На мгновение, я увидел в нем типичного ученого, который боится преждевременно открыть какой-то только ему известный секрет.

— Я Алекс, специалист по вооружению. С Земли.

— А-а, Департамент вооружений, — усмехнулся Крейн. — Ну и как, нравится вам на Каллипсо? Наверняка удивились, когда увидели, сколько здесь всего реализовано, да? Жалкому Департаменту до здешних разработок как пешком до Сатурна.

— Док, ближе к делу! — сдержанно произнес я, впившись в него глазами. Его издевки меня совсем не интересовали.

— Ладно, ладно. Алекс, да? Загляни-ка в соседнее помещение. — Крейн указал рукой на едва заметную дверь в стене.

— Что там? — напрягся я, но с места не сдвинулся.

— Да не бойся ты. Ничего смертельно опасного там нет.

Я поколебался, но все-таки подошел, толкнул дверь и заглянул внутрь. Сразу же вспыхнул свет и увидел огромный автоклав, заполненный кислотно-зеленой жидкостью. Внутри автоклава, на специальных манипуляторах было подвешено тело костлявого пришельца. Судя по всему, оно еще было живое.

— Что-о? Как вам удалось? — я резко обернулся, затем немного прошел внутрь.

Крейн только улыбался, но ничего не говорил.

Ко мне подошла Анна.

— Это же они, верно? Вы смогли поразить одного из них?

— Нет. Вовсе нет, — доктор замахал руками. — Один из их одноместных кораблей разбился в горах. Я нашел еще живое тело, усыпил и притащил сюда.

— Так это существо, живое? — уточнил я.

— То, что от него осталось. Да.

— В смысле?

— Я извлек часть его мозга, изучил и сделал поразительное открытие.

— Какое же?

Но Крейн не спешил с объяснениями.

— Вы ведь в курсе, что мы не смогли оказать им хоть сколько-нибудь серьезное сопротивление, да?

— Да. Я лично это видел. Группа элитных десантников, облаченных в лучшую броню и вооруженных плазменными винтовками, просто просрали всухую.

— Угу… — Крейн отошел от своего стола, протиснулся между мной и Анной и тоже подошел к автоклаву. — Наше оружие бессильно против них. Они поглощают любую энергию и преобразуют ее в кое-что иное. Идите сюда.

Мы обошли автоклав слева и поняли, о чем говорил док. Прямо из задней части черепа костлявого, шли многочисленные провода и трубки. Они подсоединялись к совсем уж странной конструкции, напоминающей многоуровневую спутниковую тарелку, объединенную с какой-то высокотехнологичной динамо машиной.

— Для начала, посмотрите вот это. Уверен, никто из вас подобное еще не видел.

Крейн указал на 3D-проектор и запустил голографическую видеозапись, развернув ее в полном объеме.

Там был виден созданный Доггером портал. Конструкция, размером примерно шесть на пять на пять метров, была расположена в огромном открытом ангаре, окруженный оборудованием. Я видел людей в синих и белых инженерных комбинезонах, многочисленные блоки управления. А позади, взвод вооруженной охраны. Охраны, запакованной в «Тахионы» и тоже вооруженных плазменными винтовками.

— Что это такое?

— Смотрите.

Портал замерцал, начал менять цвет с голубоватого на кислотно-зеленый. По поверхности портальной кромки пошли зеленоватые молнии. Разошлись какие-то волны. Инженеры забегали, засуетились. Охрана плотным строем двинулась к порталу. Видимо, что-то пошло не так.

А потом, из портала вывалилось существо.

Пришелец.

Всего один.

Он вяло шевелился, безуспешно пытался подняться. Никакой угрозы от него не было…

Видеозапись прервалась.

Затем, почти сразу запустилась вторая.

На ней я увидел того же пришельца, но спустя некоторое время, уже окруженного учеными, инженерами. Насколько я понял, они пытались наладить контакт.

— Что это такое? — снова спросил я, но повторно остался без ответа.

Теперь пришелец выглядел куда лучше. Ему показывали какие-то видеозаписи, устройства и оружие. Он постоянно был окружен вниманием.

— Твою мать! — пробормотал я, догадавшись, что будет дальше.

Они пытались наладить контакт, а он уже учился всему, что попадало в поле его зрения. Все было для него примитивным, он как будто бы вспоминал все, что было ему знакомо.

— Это еще что! — ухмыльнулся Крейн, оценив мою реакцию. — Дальше — интереснее.

Запись снова прервалась. Опять началась другая.

На ней пришелец неподвижно стоял у портала, что-то осматривал. Затем подошел ближе, протянул к нему руку.

К костлявому подошел кто-то из ученых, начал что-то объяснять ему. Костлявый никак не отреагировал. И тогда инженер крикнул охранника. Тот подскочил к пришельцу, зачем-то выхватил шокер.

Дальше началось страшное. Костлявый мощным ударом лапы откинул охранника прямо в портал, подхватил шокер и сжав его в руке, буквально высосал из него всю энергию. Затем другой лапой ухватил инженера за голову и приподнял над полом. И замер.

Послышался сигнал тревоги, отовсюду посыпалась охрана, другие инженеры.

Бойцы выставили стволы, взяли пришельца на прицел.

А тот начал говорить, вещая через инженера, безвольно повисшего в руке костлявого монстра.

Звук оказался искажен помехами. Хотя большую часть речи было не разобрать, кое-что я все-таки понял.

Костлявый пришелец говорил примерно то же, что и в прошлый раз, при встрече с Раттлером.

Он еще не успел закончить, когда бойцы в «Тахионах» подняли стволы и дали залп.

Десяток плазменных шаров пролетели всего около полутора метров, а затем просто повисли прямо в воздухе. Тварь подняла руку, сделала какой-то жест и сгустки плазмы принялись таять прямо на глазах.

Я это уже видел.

Бойцы прекратили огонь, когда увидели его безрезультативность. Начали расходиться в стороны, беря пришельца в кольцо.

А костлявый только разогревался. Он отшвырнул в сторону бесчувственное тело инженера, снова совершил какое-то действие когтистыми лапами и «Тахионы» один за другим попадали на пол. Люди в них оказались парализованными.

Все точно так же, как и в прошлый раз.

— Ну что?

— Выходит, открыв портал Доггер и его инженеры, чуть ли не собственноручно создали все условия, чтобы пришелец набрался сил и силой взял контроль над нашими технологиями?

— Да. Вот еще кое-что.

На следующем, очень коротком фрагменте, было видно, как пришелец подходит к пульту управления порталом, активирует систему и через портал в наш мир вваливаются все новые и новые твари… Сначала один, потом еще двое.

— Вот значит, как все было, — расстроено пробормотала Анна. — Отец и здесь меня обманул. Но зачем?

— Да он до хрена кого обманул, — не сдержался доктор. — Он и Джефферсон. А отвечая на вопрос зачем — чтобы скрыть свою вину. То, что они затеяли, было крайне опасно. Вот и случилось то, что случилось.

— Пришельцы захватили власть над порталом и начали переброску своих на Каллипсо? — произнес я, как бы уточняя у Крейна. — А как же все остальные колонисты?

— Я не знаю, — доктор отвернулся. — Меня там не было. Все эти записи я получил, взломав систему удаленного доступа. Сначала я просто наблюдал, смотрел. А потом свалился этот урод. И я переключился.

Мы снова посмотрели на автоклав.

— И какое же открытие вы сделали, доктор? — спросила Энн, вспомнив про громкое заявление Крейна.

— А-а! Мы подошли к самому интересному, — доктор довольно потер свою настоящую ладонь о бионический протез. — Они обладают развитыми пси-возможностями. Их сила велика, но тоже не безгранична. Но именно она и позволяет гасить плазму, поглощать энергию, парализовывать органику, блокировать электронику. Ментальные возможности тоже из той же области.

— Пси-сила? — недоверчиво произнес я. — Но ведь ее изучение ничего не дало.

— На Земле велись лишь жалкие разработки, — недовольно махнул рукой Крейн. — Сведений было катастрофически мало и недостаточно для изучения. А здесь, имея живого носителя подобных способностей…

Мы снова осмотрели автоклав, пришельца внутри. До меня начало доходить, чем именно здесь занимался Крейн.

— Откуда вы все это взяли? — спросил я, указав на блоки неизвестных устройств и агрегатов.

— Сам придумал, — пожал он плечами. — У меня было много времени. К тому же, я стоял у истоков, еще до прибытия сюда. Наработки были.

Некоторое время было тихо.

Аппараты по-прежнему тихо жужжали, пищали. Но никто не проронил ни слова.

Затем Анна все-таки спросила то, что я никак не мог сформулировать.

— Этот ваш фокус…

— Это не фокус! — с неожиданной яростью взвился Крейн. — Это реально! Я частично освоил пси-возможности. Но, к сожалению, есть последствия, а мое тело уже старо для этого. И многое уже недоступно.

Он задумчиво пощупал имплантанты на шее, затем уродливый шрам.

— Примочки не дали ожидаемого результата, — вздохнул он, затем откинулся на кресле и довольно улыбнулся. — И все же. Вы понимаете, на пороге каких открытий я стою?

— Каких же?

— Невероятных.

Я только ухмыльнулся, а Анна промолчала, но по глазам было видно, ее хотя и впечатлило, но она не разделяла мнение доктора.

— Если продолжить изучение, мы сможем бороться с пришельцами их собственным оружием. И поверьте, это не за горами. Вариаций использования пси-силы достаточно много.

— И что же можете вы? — спросил я, затем указал на автоклав с телом внутри. — Только парализовать мои ноги? Хм, а он? Можете его победить?

— Пока нет. — Крейн качнул головой и нахмурился. — Нужно больше материала. Больше времени. Больше возможностей. Есть побочные эффекты и я пока не придумал, как их минимизировать.

Мне почему-то захотелось позлить ученого. Он с таким энтузиазмом говорил об оружии против пришельцев, будучи стопроцентно уверенным, что это возможно. Другие ученые, тоже уверенные в своих теориях, открыли портал, результатом чего стало то самое истребление колонистов на Каллипсо. И это меня раздражало. Он сам допускает ту же ошибку, что Доггер. Только ценой будет его собственная жизнь.

Видимо у меня на лице отразились мысли, потому что Крейн вдруг как-то притих. А спустя некоторое время, напрямую спросил о наших планах. А когда получил ответ, задумчиво покивал головой, отошел в сторону и друг истерически захохотал.

— Вы серьезно? Думаете, флот Федерации сможет решить проблему на Каллипсо? Да ни за что. Они уже сейчас почти непобедимы. Эти зеленые твари просто разберут земной флот на запчасти. К тому времени, когда военные корабли доберутся сюда, пройдет два, а то и три месяца. За это время мощь и возможности пришельцев станут колоссальными и простым оружием им уже ничего не сделать. Флот Федерации груда бесполезных консервных банок.

— Почему?

— Знаете, чем они сейчас занимаются? — вдруг спросил док, резко поменявшись в лице. — Показать?

Он уверенно шагнул обратно в лабораторию, склонился над одним из терминалов, что-то там выбрал и развернул его к нам.

— Вот! Скрытая камера, которую нельзя отследить. Я установил ее еще до вторжения, рассчитывая следить за успехами Доггера.

На широком мониторе были видны все те же ворота пространственного портала, только теперь все было с другого ракурса. Буквально все заставлено технологиями иного мира, даже сам ангар уже был чем-то другим. Пришельцев было уже около сотни. Они разворачивали оборудование, строили какие-то механизмы. Сам портал они тоже значительно расширили, модернизировали. Теперь здесь мало что походило на земные технологии.

— Нравится? А ведь они только разогреваются, — усмехнулся Крейн. — Вы думаете десять тысяч десантников, да несколько кораблей смогут изменить ход? Да ни за что. Они уже заполонили треть Каллипсо своими существами. Видели их? Раки, какие-то собаки и летающие твари.

— А еще песчаная тварь…

Я не выдержал и грохнув по столу.

— Сбросить сюда термоядерную бомбу. Выжечь к чертям их гнездо! — я повысил голос, сжав кулаки от злости.

— Бессмысленно. Они заранее знают, что мы можем против них использовать. Они поглотят энергию любого взрыва. Даже таких колоссальных масштабов. Пси-сила обладает уникальными возможностями. Особенно, если ее используют коллективно.

— Чушь!

— Нет, не чушь!

— И что же, вы считаете, что нет смысла оповещать Землю о столкновении с враждебной расой? — я уже понимал, что ответ мне не понравится.

— Нет. Нет смысла отправлять сюда флот, объявлять мобилизацию. Потому что Земля, в сложившейся ситуации, бессильна.

— И какой же выход? — дрожащим голосом спросила Анна.

— Освоить пси-способности и нанести им удар такой силы, что они не скоро выползут из своих нор! — вскричал Крейн, подняв бионическую клешню вверх…

Глава 18

Гидра

— Безумец! — выдохнул я и отвернулся от Крейна.

— Что-о? — доктор даже пошатнулся, удивившись моей реакции. — Я?

— Да! — процедил я сквозь зубы. — Может быть они и обладают пси-способностями, может они во многом опережают нас в развитии. Но я верю, что силой нашего оружия, силой десантников мы можем не только переломить ход вторжения, но и отбросить их обратно в свой мир. Просто нужно их изучить. Понять. Опередить.

— А я чем тут занимаюсь? — Крейн побагровел. Края губ у него затряслись.

— Алекс, спокойнее. — Энн обеспокоенно обернулась ко мне и жестом попросила убавить пыл. — Доктор, пси-сила это не доказанная наукой область знаний. Нам это не освоить!

— Я кому все это показывал? — натурально оскорбился док. — Мне что, еще раз продемонстрировать ту малую часть ее возможностей?

— Нет. Не нужно. Все это очень опасно. Что вы хотите, создать армию псиоников?

— А если и так? Почему нет? — он почти что кричал. Лицо побагровело, изо рта полетели брызги слюны.

Я хотел было расписать ему все по полочкам, сославшись на его собственные наблюдения о побочных эффектах, но вдруг резко передумал. На меня накатила какая-то тяжелая усталость и нежелание дальше вести разговор. Я точно знал, изучение пси-способностей до добра не доведет.

— Доктор, у вас в ангаре мы видели транспорт, — я резко сменил тему, вспомнив о главной цели нашей миссии. — Что у вас там?

— Модифицированный «Шмель», — безразлично произнес док, выдержав недовольную паузу.

— Ого, серьезно? — восхитилась Анна. — Но откуда?

— От верблюда. Есть и все.

— Мы арендуем? — спросил я, не особо рассчитывая на удачу. — На неопределенный период.

— Забирайте. Мне он не нужен, — нервно отмахнулся Крейн. — И сделайте одолжение, валите отсюда поскорее! У меня много работы.

Мы, не обратив внимание на его вежливое «пожелание», выбрались обратно, остановились у входа. Рядом лениво вертелся по сторонам сторожевой «Циклоп».

— Алекс, что ты обо всем этом думаешь? — тихо спросила Энн.

— Что твой отец полный придурок!

Ответ ей конечно же не понравился, но вместе с тем она адекватно понимала, почему я так сказал. И причина была весомой.

— Нет, я об этом. — она качнула головой назад. — О работе Крейна.

— Пси-сила? Возможности… Это все очень опасно. Изучение подобного смертельно. Чуть что пойдет не так и это может убить его самого. Он окрылен некоторым успехом, но ты видела, как это сказалось на организме доктора. А он сам сказал, что это только малая часть. А сама-то ты что думаешь?

— То же, что и ты. Это опасно. И не факт, что это вообще можно освоить. Крейн мог ошибиться. Мозг может не выдержать и перегореть. Тогда мы получим безумного монстра со сверхспособностями.

Я согласно кивнул.

— И что мы теперь будем делать? Помощи от него никакой не будет — ни оружия, ни брони. Связи тоже нет. Спасибо, что хоть транспорт отдал. — Энн осмотрелась по сторонам.

— Отправимся туда, куда задумали изначально. Вот на нем.

Я зашагал к ангару, по пути надевая шлем обратно. Голова привычно начинала кружиться.

Толкнул ногой легкую раздвижную дверь из углепластика и уставился на транспорт.

«Шмель» — небольшой продолговатый вездеход на воздушной подушке, использующий значительно модифицированную версию древней технологии. Вооружения на нем не было, зато сам двигатель явно был нестандартным. Это было видно сразу, не нужно быть техником.

Брони почти не было, зато сверху были прочные кунги, на которых были закреплены прожекторы.

Вообще, этот тип транспорта был разработан на Земле еще лет тридцать назад. Из-за дороговизны и отсутствия сферы применения, не попал в массовое производство, но успешно выпускался малыми партиями для частных военных компаний. Я лично знал более десятка разновидностей этого типа транспорта, а на один из них даже получал техническое задание, по установке на корпус тяжелого фазера.

— Класс! — довольно выдохнул я. — Он еще и облегченный. Теоретически, эта штука может разгоняться до двухсот километров в час. Никакой песчаный хрен нас теперь не догонит.

— До модуля связи примерно сто пятьдесят километров, — заметила Анна. — Но дальше должна быть равнина, а левее болото.

— «Шмель» пройдет где угодно. Была бы хоть какая-то точка опоры.

— Тогда чего мы ждем?

Мы выкатили его из ангара, проверили состояние батареи и рванули в путь.

«Шмель» легко соскальзывал с камня на камень, сновал между валунами. Не прошло и десяти минут, как мы вновь очутились на песке.

— Хорошо идет, быстро доберемся, — похвалил я, сверяясь с координатами.

Вскоре, песок действительно перешел в обычную сухую глину. Началась голая равнина и здесь ветра сталкиваясь друг с другом, создавали гигантские торнадо. Именно они и не давали пустыне поглотить равнину, сметая песчаные массы обратно.

Торнадо приходилось объезжать то справа, то слева. Но вскоре они остались позади и дальше пошла голая равнина, поросшая какой-то желтой кучерявой травой. Она была настолько мелкой, что казалось поверх глины кто-то постелил желтый ковролин.

Мы разогнали вездеход почти до максимума. Затем, выставив на автопилот, решили немного перекусить. В ход пошли стандартные сухпайки, найденные на основной базе.

— Алекс, а если модуль связи неисправен? — спросила Энн, в процессе приема пищи.

— Исправен. Должен быть, — я с аппетитом поглощал синтетическую курицу, мысленно заставляя верить себя, что она настоящая. Почему-то, после того как безумец Крейн опробовал на мне свои пси-навыки, мне жутко хотелось жрать.

— И все же… Вдруг?

— Не знаю. На месте решим.

У меня в запасе была еще одна, пусть и слабая, но все же идея и на этот случай.

Рухнувшая где-то квадрате «К4» орбитальная станция имела собственный модуль связи, причем рассчитанный на передачу сигнала в открытый космос. С ее помощью можно отправить сигнал бедствия уже не на «Фауст» а прямо к Земле. Конечно, может быть масса причин, по которым сделать это невозможно, но как говориться, надежда умирает последней…

Перекусили, запили все концентрированным напитком. Вновь принялись осматривать равнину, но ничего интересного вокруг не было.

Анна не заметила, как провалилась в сон, а я продолжал внимательно следить за навигацией.

Несколько раз справа и слева показывались одинокие летяги, но тягаться в скорости с несущимся над землей транспортом они были не в состоянии. Один раз из-под земли вылезла морда гигантского рака, но тот был увлечен рытьем норы и не обратил на нас никакого внимания.

— А ведь уроды знают, что мы живы и движемся, — подумал я, вспомнив про наш выезд из базы колонистов. Песчаная тварь показалась издалека, словно ее заранее направили на тот же маршрут. Ну не могла она за несколько километров почувствовать наше присутствие. Не в вибрациях дело. Как же все-таки они нас находят?

Осмотревшись по сторонам, я не заметил ничего необычного.

Равнина оказалась перерезана скоплениями гор, небольших ущелий и каньонов. «Шмель» летел по широкой долине, расположенной между двух горных цепей. В одном месте я заметил скопление каких-то построек и намеренно сбавил ход, а затем и вовсе остановил движок.

— Что там еще такое?

Активировал зум и принялся рассматривать строения.

Это была группа одноэтажных зданий, построенных прямо у основания горного массива. На производственные постройки это было мало похоже, скорее что-то инженерного или жилого характера. Там, между ущелий, было относительно свободное место, которое и приглянулось проектировщикам.

У построек я заметил несколько стоящих в ряд «Джаггеров», один грузовой «Мамонт» и еще какие-то легкие транспортники.

— Может, там есть выжившие? — мелькнуло у меня в голове. Одновременно подумал о том, что Крейн же как-то выжил. Почему не могут быть и другие?

Я уже хотел разбудить Анну, но в самый последний момент меня кое-что смутило.

Увеличив активность зума на максимум, я разглядел на площадке фрагменты бронекостюмов, стволы винтовок. Выглядело это точно так же, как тогда — у входа в центр управления, когда группу Раттлера попросту парализовали, вытащили из скафов и куда-то утащили. А продвинутые танталовые бронекостюмы разломали на части, словно пластмассовые игрушки.

Выживших там не было. Факт.

Я нахмурился, снова завел «Шмеля» и сверившись с сеткой координат, направил его вперед.

Вскоре горы расступились в стороны, постепенно переходя в холмы, а затем и вовсе исчезли из виду. Здесь стало более влажно, ветра постепенно успокоились.

Еще километров двадцать и местность снова начала меняться.

Внутренние датчики скафа сразу же сообщили о том, что влажность воздуха резко увеличилась. Температура снизилась на пару градусов, да и окружающий мир преобразился.

Нет, зелени здесь не было. Совсем. Унылая бурая равнина, поросшая какими-то жесткими кустами. Тут и там были лужи воды, затянутые все той же бурой растительностью. И чем дальше тем больше.

— Болото что ли? — подумал я, снижая скорость.

Впереди, насколько хватало глаз, было только огромное болото. Согласно данным, которые Анна внесла в навигатор, нам нужно было продвинуться вглубь болот еще на сорок километров. Но как тут может быть построен модуль связи?

Пока я всматривался в навигационную панель, «Шмель» влетел в густые заросли кустов и, видимо, попав на глубокое место, потерял точку опоры. А когда я выглянул наружу, то увидел огромную жуткую тварь выползающую из воды.

Длинное, метра под четыре, вытянутое тело, широкий, почти плоский хвост как у глубоководного кальмара. Вдоль тела тянулись какие-то мешки с круглыми отверстиями. Спереди несколько рядов длинных щупалец, на концах которых были какие-то темно-зеленые когти. В центре, прямо между щупалец была различима пасть, похожая на обрамленную зубами конусообразную шишку из которой торчала скошенная трубка. Справа и слева желтые глаза.

Меня аж передернуло от омерзения.

Существо взмахнуло плоским хвостом, резко взмыло в воздух и быстро облетело «Шмеля» по кругу.

— Анна… Энн… — я не спуская глаз с твари, пнул девушку ногой, отчего она сразу проснулась и, вскочив на ноги, уставилась на меня с нескрываемым раздражением.

— Алекс, ты чего творишь? — зашипела она, забыв откинуть забрало.

Вместо ответа, я просто ткнул пальцем в зависшее над транспортом отродье.

— Что? Ох, дерьмо…

Одновременно с этим, существо, заметив, что нас стало двое, резко устремилась вниз. Мелькнуло что-то черное. Рядом с моей рукой в борт вонзилась длинная костяная игла… Сама тварь пролетела почти над нашими головами, сразу же начав набирать высоту.

— Будет разворачиваться… — простонала Анна.

— Жми! Валим, валим отсюда! — я, отпрянув в сторону, едва не сбил девушку с ног.

«Шмель» устремился вперед на полной мощности. Из-под днища во все стороны брызнула бурая жижа, вперемежку с длинными тонкими водорослями. Транспорт занесло на правый борт и мы едва не вывалились наружу.

— Осторожнее! — крикнула Энн, обернувшись ко мне. Затем начала вертеть головой, пытаясь определить, куда делся противник.

Ну а я, кое-как подхватив винтовку, попытался взять на прицел склизкую тварь.

Совершив крутой разворот, она, размахивая хвостом, шустро устремилась за нами.

Развить приличную скорость на болоте оказалось невозможно.

— Алекс, стреляй! Бей ее!

Я поймал в прицел противника, выстрелил.

Мимо.

Снова выстрелил. Еще раз.

Все мимо.

Тварь была очень шустрой, несмотря на крупный размер. Она бросалась то вправо, то влево, избегая моего огня.

Лишь с шестого раза мне удалось ее поразить, да и то случайно. Раскаленный шар плазмы прожег дыру в боковой части тела, повредив один из мешков. Тварь издала сдавленное шипение, задергалась в воздухе, а затем, неуклюже развернувшись, устремилась прочь. Не прошло и минуты, как она превратилась в черное пятно, почти растворившееся на горизонте.

— Что это за падаль? — выдохнул я, откинув забрало. Все внутри шлема запотело, да и сам я был мокрым, словно только что принял душ. — Что это за дерьмо пыталось на нас напасть, а?

— Не знаю. Такого мы еще не видели.

— Оно летало? Видела? Вынырнуло из воды и взлетело. Вот же мерзость.

— Да. Но размеры… Ни крыльев, ничего. Откуда такая маневренность и скорость?

— Не знаю и знать не хочу.

Я склонился над толстой иглой, аккуратно выдернул ее. Острый конец угодил в декоративное пластиковое основание, под которым была подкладка из органического силикона. Жидкость из иглы, угодившая в силикон, скукожилась и почернела.

— Гляди! В этих иглах какая-то сильная кислота… Разъедает органику моментально. — поразился я, оценив степень повреждений.

— Метает иглы, летает без крыльев… Блять, не удивлюсь, если здесь таких много! Это же болото!

«Шмель» продолжал двигаться вперед на средней скорости, избегая больших скоплений зарослей.

Вскоре, мы наткнулись довольно большой островок суши, практически лишенный растительности. Между камней обнаружили какой-то объект, частично скрытый тиной.

— Что это там такое?

— Кажется, обломки какого-то летательного аппарата. Сломанного. — Анна активировала зум. — Это разведчик.

Добравшись до него, я понял, что не ошибся. Это действительно был легкий летательный аппарат. Между сломанных крыльев нашли человеческое тело, в рваном авиационном костюме. В его спине торчало аж три иглы, ничем не отличающихся от тех, что я осматривал ранее. Но не это было самым странным.

Тело было сильно изуродовано. Живот вздулся, вся кожа почернела. На вид все следы стремительного разложения. Анна только случайно повредила кожу в почерневшем месте, как она лопнула и наружу, прямо ей под ноги вытекла целая лужа черной жидкости, вместе с наполовину переваренными внутренними органами.

— О-у. Я не могу на это смотреть. — Анна отпрянула в сторону, едва успела снять шлем. Ее вырвало.

Я же, кое-как поборов рвотный рефлекс, быстро осмотрел остатки тела и выдал пришедшее на ум заключение.

— Это внешнее пищеварение. Желудочный сок впрыскивается в тело жертвы, затем он переваривает окружающие ткани. Получается легкоусваиваемая белково-углеводная смесь

— А дальше? — пробормотала побледневшая Анна, вытирая губы.

— А дальше, тот, кто впрыснул жидкость, как-то поедает ее, — закончил я и сам едва сдержался, чтобы не блевануть.

— Дерьмо. Это что, сделала та летающая тварь? — Анна обернулась и посмотрела в том же направлении, куда скрылась подстреленная тварь.

— Даже не знаю, как это отродье назвать…

— Пусть будет Гидрой. — предложил я, отвернувшись от малоприятной картины.

— Согласна. Не дай бог эта падаль вернется! — ее аж передернуло от омерзения.

Обследовав обломки летательного аппарата, мы нашли только сигнальный маяк. Он не был активированным, поэтому еще мог сгодиться для какой-нибудь цели. Лежали обломки уже давно, с месяц точно.

— Все, уходим отсюда, — я зашагал обратно к «Шмелю». Задерживаться на этом островке суши не было никакого желания.

Вездеход прополз вперед еще километров двадцать. Но на горизонте по-прежнему не было видно никакого модуля связи. Это сильно раздражало и действовало на нервы, еще больше накаляя обстановку.

Минут через пятнадцать мы остановились.

— Ну на хрен! Нужно поворачивать обратно! Здесь кроме этого бурого дерьма ничего нет! — не выдержал я, хмуро глядя по сторонам.

— У нас есть цель, — возразила девушка. — Вроде, с координатами все правильно.

— Ага… Ты видишь что-нибудь похожее на модуль связи? Ползем в никуда! — пробурчал я, и заметив, что начинает темнеть, заволновался. — Вот черт! Нужно что-то делать.

— А что тут сделаешь? Обратно нельзя. Там мы уже были.

Ответить было нечего.

Снова продолжили путь.

Вокруг только одно болото. Лишь далеко на юге, откуда мы прибыли, были видны небольшие холмы.

Еще минут через двадцать откуда-то появился зеленоватый туман, мгновенно сокративший видимость почти втрое.

— Сука, да что же за невезение! Сами себя загнали в кучу дерьма! — выругался я, понимая, что ночью, на болоте, не имея точного направления, мы вряд ли найдем узел связи.

— Быстро темнеет, — заметила Анна.

— Вижу.

Вскоре пришлось активировать внешнее освещение. Поначалу сомневались, стоит ли вообще это делать, но потом перестали об этом думать.

Еще минут двадцать «Шмель» просто полз вперед. Из-за темноты и плотной зеленоватой дымки, разглядеть хоть что-либо дальше пяти метров, стало попросту невозможно.

— Тихо! — вдруг встрепенулась Энн. — Слышишь?

Я прислушался, но ничего не услышал.

— Похоже, как будто вода плещется. К нам что-то приближается…

— Дерьмо! — я снова подтянул к себе винтовку, подготовил ее к стрельбе.

Хлюпанье раздалось совсем рядом, где-то справа. Я высунул наружу ствол плазменной винтовки, выкрутил регулятор на максимум. И вдруг обратил внимание на индикатор заряда. Он составлял всего семь процентов.

Ругаться уже не хотелось. Нужных слов просто не подобрать.

— Слева, Алекс! Слева! — взвизгнула Анна, прижавшись спиной к борту…

Глава 19

Изобретатель

Что бы там ни появилось, я был готов к выстрелу.

Секунда. Другая.

Из-за плохого света и зеленой дымки было непонятно, откуда именно ждать опасность. Я слышал, как плещется вода.

Сердце начало колотиться. Руки задрожали. Ожидание просто невыносимо действовало на нервы.

— Ну-у! — подумал я, больше не желая оттягивать момент.

Если это Гидра, подобная той, что мы уже встречали, то можно сказать, нам не повезло. Совсем.

Другого оружия не было.

Легкие и удобные инженерные скафы не имели никакого вооружения и сейчас мы об этом сильно жалели.

— Алекс! — зачем-то пробормотала Анна.

— Да?

Тишина.

И вдруг, из дымки проявились очертания чего-то серого. Крупного.

Какие-то механизмы огромных размеров. Обломки металлических конструкций.

— Что за ерунда?

Еще секунд сорок я просто смотрел на то, как из темноты вырисовываются знакомые, пусть и деформированные, очертания.

— Ну, нахрен! Святые бабуины! — облегченно выдохнул я и опустил винтовку. — Это обломки орбитальной станции.

— Почему она вообще рухнула?

Я качнул головой. О том, что орбитальная станция рухнула, знали и на Земле, однако причина была неизвестная.

«Шмель» медленно приблизился к обломкам и теперь можно было различить большую часть сооружения.

Станция чем-то напоминала огромный гриб со скошенной верхушкой. Ее размер был около двухсот метров в диаметре. Под самой шляпкой ранее по кольцу располагались беспилотные транспортники, поднимавшие с поверхности Каллипсо добытый «Квантаниум», газ и другие минералы. Из основания шел главный транспортный терминал, с которого и осуществлялся забор груза, предназначенный для отправки на Землю. Транспортный корабль пролетал мимо, цеплял готовый груз, делал круг и летел обратно к родной планете. Не самый эффективный способ, зато полная автоматика и это не занимало много времени. На станции не было людей, всем управлял только компьютер.

Сейчас все это выглядело печально. Гриб более чем наполовину ушел в болото, расколовшись на две части. Стены покрывали трещины, разломы. Многое отвалилось. Главный погрузочный терминал либо сгорел, либо отломился во время падения. Транспортников тоже не было, все либо утонуло, либо часть их до сих пор болтается где-то на орбите.

— Вот дерьмо. — пробормотал я, осматривая огромную конструкцию. — И как она при ударе не развалилась на части.

— Вряд ли там могло что-то уцелеть… Не знаю.

— Отыскать бы шлюзовую камеру, — подумал я, но получилось вслух. — Насколько я знаю, внутри должен быть предусмотрен специальный отсек для ремонтных групп.

— Зачем?

— Для того, чтобы от темноты укрыться. И к тому же, с оружием у нас совсем плохо.

Анна ничего не сказала.

Я медленно повел наш «Шмель» вдоль места крушения. Удалось обойти почти всю площадь, прежде чем я заметил шлюзовую камеру.

С виду, она почти не пострадала. Но это только внешне…

— Энн, подведи нас вон к той покосившейся платформе. Я выберусь и попробую закрепиться.

Мне удалось легко перепрыгнуть с транспорта на платформу, добраться до шлюзовых ворот.

После падения, то, что осталось от станции сильно увязло в грязи и водорослях. Весь корпус представлял собой жалкое зрелище — уже подсохший слой грязи служил неплохой маскировкой, но и наводил тоску. Казалось, будто огромного колосса поразило невидимым оружием и он, выполнив свой долг, достойно ушел на покой.

— Есть! — я отыскал панель, разблокировал крышку и выжал кнопку разблокировки.

Пшикнуло.

Массивная дверь дернулась, приподнялась на полметра и замерла.

— Ай, зараза! — я от души пнул ее ногой. Дверь поддалась еще сантиметров на двадцать и встала намертво.

Опустился на колени, заглянул внутрь.

Вроде бы ничего. Пролезть можно, до уровня воды далеко. Если забаррикадироваться, то можно переждать до утра. Вряд ли на вездеходе безопасно.

Подумал и пожалел.

— Энн, давай ко мне, — крикнул я, а затем заметил неладное. — А, ч-черт! Быстро вниз!

Девушка, замешкалась всего на секунду, но это едва не стоило ей жизни.

Гигантская гидра, с едва слышным свистом, спланировала прямо на нашего «Шмеля». Массивное тело твари грохнулось на верхние кунги, сразу же сломав их. Вездеход частично ушел под воду, черпнул бурой жижи.

Гидра, не удержавшись, свалилась в воду, подняв тучу брызг.

— Анна! — закричал я, бросившись вперед.

Девушка показалась почти сразу. Она, с ног до головы вымазанная грязью, шустро выпрыгнула из салона, ухватилась руками за какую-то сломанную балку и хотела уже спрыгнуть ко мне на платформу… Но внезапно из жижи выстрелило щупальце и обвилось вокруг ее ноги, сразу же сдернув девушку вниз.

Я с ужасом заметил ту самую морду болотной твари. Гидра медленно выползала из болота, вся облепленная тиной. В слабом ночном освещении это выглядело просто кошмарно.

Скошенная игла, огромные желтые, ничего не выражающие глаза… Я во всех подробностях представил себе, что сейчас в девушку вонзится игла, в нее попадет желудочный сок и все что я смогу сделать для подруги — пристрелить из винтовки. Чтобы не мучилась.

— Ну, не-ет! — я рванул вперед, кое-как ухватил ее за запястье, затем уперся ногами в решетчатый пол и что было сил, потянул ее на себя.

Энн дернула ногой, ударила подошвой ботинка по щупальцу. Затем еще раз.

Хватка ослабла, но неожиданно Гидра выпустила коготь. Он легко проткнул плотную поверхность скафа, вонзился в плоть.

Девушка вскрикнула, задергалась.

Вцепилась в меня руками.

— Держись! — прохрипел я. — Держись, не вздумай отпускать!

Винтовка лежала в метре от меня, но достать ее я не мог. А вот у Анны был шанс.

— Винтовка. Попробуй достать… — я потянул девушку изо всех, и ей удалось зацепиться пальцами за решетку. Постанывая от боли, она подтянулась, уцепилась выше.

Странно, но почему-то Гидра не использовала остальные щупальца. Если бы это случилось, я бы точно не удержал. Я и сейчас-то начал сдавать…

Анна ухватила винтовку, резко согнулась и почти не целясь, выжала спуск, отправив весь оставшийся заряд плазмы прямо в пасть болотной твари.

Хлюпнуло. Захрустело.

Анна, издав какой-то невнятный стон, полетела прямо на меня, вместе с оторванным щупальцем. Сама же Гидра, извиваясь и хлестая уцелевшими конечностями, резко погрузилась под воду. Вынырнула, отпрянула в сторону, затем снова погрузилась. Зацепила «Шмеля», отчего тот еще раз накренился и снова черпнул бортом воды.

— Все, все. Давай, сюда. Руку. Внутрь. Давай, лезь.

— Сейчас. А-ах, больно. Черт, тяжело. Все.

Дальше все происходило настолько быстро, что не прошло и десяти секунд, как мы оба протиснувшись через приоткрытый шлюз, оказались внутри. Сначала рухнула она, затем и я.

— Это было… Жестко! — выдохнул я, откинув забрало.

Почти сразу же пожалел об этом.

Воняло просто ужасно. Несмотря на то, что температура окружающей среды была немногим выше нуля градусов, все равно шли какие-то процессы брожения.

Я скривился, закашлялся и вновь опустил забрало.

— Что такое? — тихо спросила Энн, переворачиваясь на спину.

Я объяснил.

— Смотри, там кажется, еще один шлюз, — заметила она, указав рукой направление.

Так получилось, что станция рухнула на бок, поэтому мы лежали не на полу, а на стене, под небольшим углом. Добраться до шлюза было, в общем-то, несложно, но очень неудобно. К тому же, оказалось, что фонарь Энн вышел из строя, а мой просто облепило грязью. Оставшийся снаружи «Шмель» давал немного света, поэтому кое-как мы справились и с этой задачей.

Наконец-то, ползком, оба перебрались в соседнее помещение и опустили дверь.

Здесь было сухо, но абсолютно темно.

Так и остались лежать, прямо на стене.

Не знаю, сколько прошло времени, но я вдруг вспомнил, что Гидра проткнула когтем костюм Энн, повредив ногу.

— Поднимайся, — я перевернул ее на спину. — Как нога?

Она не ответила.

— Вот дерьмо! Черт! — заматерился я, осознав, какую ошибку допустил. Нужно было сразу обработать рану. Вдруг, внутрь попала какая-то сильная инфекция, или еще хуже — какой-нибудь паразит?

Кое-как очистил от грязи фонарь. С трудом нащупал застежку, резким движением стянул ботинок. Вся внутренняя поверхность была в крови. Осмотрел рану. С медициной я был знаком очень плохо, но то, что я увидел, мне не понравилось.

Острый коготь распорол мягкие ткани на голени, глубоко вошел в мясо. Крови было не много, но края раны уже опухли и потемнели. Это был плохой признак.

— Млять, бабуины долбанные! — я снял перчатки, полез в ранец, выхватил медпак.

Привычным движением разложил его.

А дальше что?

Анна простонала. Тело сковал озноб.

Ситуация патовая. Лежим внутри развалин орбитальной станции, вокруг болото, жуткие твари. Почти нет света. Девушка ранена, характер повреждения до конца не ясен. И я, человек, который понятия не имеет, как использовать медпак по прямому назначению.

— Ай, ладно! — я выудил контейнер с нанитами, затем упаковку с желтоватой жидкостью. Высыпал все остальное.

Нервы ни к черту.

Увидел инструкцию. Читать времени не было. По картинке догадался, что нанитов нужно активировать и поместить в рану. Затем залить все жидкостью. И ждать. Когда наниты закончат процесс лечения и восстановления, их нужно деактивировать. Вроде бы просто. Но одновременно я вспомнил, с какой внимательностью подходил к работе сержант Ферт. Вряд ли здесь все так просто.

Дрожащими руками начал пошагово, а затем так увлекся, что и сам не заметил, как уже все закончилось.

— Все-е, — я откинулся спиной на стену, поднял голову вверх. Опустил, посмотрел на девушку.

Анна лежала без сознания.

Поначалу я заволновался, но проверив пульс, понял, что все в норме. Медпак второго уровня лечил раны куда хуже. Другое дело возможная инфекция… Здесь у меня не было уверенности.

От перенапряжения, обстановки и плохого освещения, я прикрыл глаза, задумался и заснул.

Снился мне Крейн. Он стоял в лаборатории, своей бионической лапой совершал какие-то манипуляции, а сидящий в автоклаве пришелец злобно ухмылялся, тыкал в него уродливым пальцем. Но ученый не сдавался, продолжал попытки использовать пси-силу на костлявом… Глаза вылезли из орбит, из носа опять пошла кровь. Вздулись вены, кожа посерела. Но Крейн словно не замечал этого.

— Безумец! Ты же погибнешь! — закричал я, затем бросился к Крейну, но внезапно проснулся.

В реальности, в общем-то, мало что изменилось. Энн лежала не на спине, а на животе. Рана была хорошо обработана, несмотря на то, что повязку я наложил абы как.

А еще было холодно. Температура ощутимо упала, а в инженерных скафах не было системы обогрева. Вообще.

Стены помещения были холодные.

Со рта шел пар.

И это меня сильно взволновало. Я помнил, что температура ночью опускается до минус семи, но, то в пустыне. А как обстоят дела на болотах? Еще ниже? И вообще, выходит, вся эта масса воды должна замерзать? Каждый раз замерзать, а потом оттаивать? Да ну, бред.

А холод чувствовался уже ощутимо.

— Да твою-то мать! Закончится это дерьмо когда-нибудь? — заорал я, понимая, что уже на грани. Долбанул ботинком по стене. Швырнул упаковку от медпака в сторону. Снова заорал.

Из одной жопы, в другую. Легче не становится. Чем дальше, тем больше проблем.

— Проклятое Каллипсо. Проклятый Доггер. Джефферсон. Уроды, блять! Что вы натворили?

Выпустил пар, немного успокоился. Обратил внимание на то, что внутри есть еще одно небольшое помещение. Добрался до него, открыл дверь. В нем оказались старые тритиевые батареи, широко используемые на первых транспортниках. Какого черта они тут делают?

Идея родилась сама собой.

Проверил индикаторы. Еще рабочие, но наполовину разряженные.

Вытащил батареи, аккуратно отсоединил корпуса и извлек активные элементы. Затем соединил пару между собой, нарушив полярность. Пошла реакция. Батареи начали греться. В принципе, если не контролировать процесс они могут и взорваться. Но вовремя разъединив, я получу два неплохих источника тепла. Размеры большие, по десять килограмм каждая. И самое главное, подобный процесс можно использовать несколько раз.

— Итого, восемь батарей! — пробормотал я, пересчитав находки. — Четыре источника. Ок, попробуем так. Что я, не спец по вооружению, что ли?

Сказано — сделано.

Не прошло и двадцати минут, как по всем углам помещения уже стояли импровизированные «обогреватели». Да, существенно они температуру повысить не смогли, но до десяти градусов поднять удалось. Уже что-то.

Пока Анна приходила в себя, я выбрался обратно ко входу, осторожно оценил обстановку. Оказалось, что сюда нагрянула целая стая гидр. Парочка облепила «Шмеля», а остальные повисли кто-где, уцепившись щупальцами за обломки.

Огромные, вытянутые. Они были очень похожи на гигантских кальмаров. Только щупалец я насчитал аж десять, из которых два были самые длинные. Мешки вдоль тела были заполнены каким-то газом, скорее всего водородом. Он-то и позволял гидре летать. Непонятно только, как они развивали такую феноменальную скорость?

— Ну и мерзость, — процедил я, пристально осмотрев тварей. — Тоже порождения мира пришельцев? Хотя, может быть и нет. Я слышал, что Каллипсо был исследован на лишь семьдесят процентов. Дальше не было необходимости, хотя ученые считали, что есть виды фауны, которые нам еще не встречались.

Лезть наружу я предусмотрительно не стал. Вроде бы меня не заметили, а если и так, то отреагировали спокойно. Все же я не стал испытывать терпение чудовищных существ.

У нас не было оружия. От слова совсем.

Не было провизии, воды. Да и последний медпак, который я старался беречь, пришлось использовать. И то, не факт, что я не опоздал с его применением…

Я провел у входа около двадцати минут, а затем вернулся обратно. Была мысль обыскать грузовое отделение «Шмеля», но не рискнул. Какого хрена мы не проверили его сразу? Вдруг Крейн хранил там что-нибудь полезное?

Стало теплее.

Анна по-прежнему была без сознания.

Я не знал, стоит ли попытаться привести ее в чувство. Может быть отдых именно то, что ей сейчас необходимо?

Починил ее фонарь, так что теперь со светом проблем не было.

Посидел, подумал. Отправился исследовать станцию дальше, но это оказалось практически невозможным. Повсюду завалы, трещины. Все затоплено черной жижей. Тут и так помещений было немного, а уцелевших тем более.

Ни оружия, ни провизии я не нашел. Только инструмент, который хотя и мог быть нам полезен, но в данный момент меня не особо заинтересовал. Однако покопавшись, я обнаружил два баллона с жидким азотом, еще два с кислородом. Ремонтный комплект трубок и проводов, пневматический клепатель. А на обратном пути мне попалась толстая алюминиевая труба.

И тут мне на ум пришла одна любопытная идея. Притащив все необходимое в помещение с «обогревателями» я обнаружил, что Энн очнулась. Она все еще полулежала на полу, но услышав грохот, прижалась к стене.

— Алекс? Ф-фух! Где мы?

— Да все там же, на станции, — я прищурился. — Помнишь что-нибудь?

— Да-а… — неуверенно протянула она, задумавшись. Потом увидела свою голую ногу, свежую повязку. Потрогала, ухмыльнулась.

— Это меня Гидра так?

— Да. Думал все, потерял тебя. Использовал медпак.

По ее лицу было заметно, что услышанное ей не понравилось.

— Ну и зачем? — тихо спросила она. — Он же был в одном экземпляре.

— Не говори ерунды! Затем, что так надо! Мне что, нужно было бросить тебя?

— Ты уже второй раз спасаешь мне жизнь, — улыбнулась она, а после зачем-то добавила. — Мне снова нужно тебя отблагодарить?

— Может быть, в любом случае, не откажусь, — усмехнулся я, догадавшись о смысле сказанного.

Она осмотрелась, села, облокотилась о стену.

— Ты что, сделал обогреватель? — удивилась она, заметив сцепленные между собой батареи.

Почти все я уже разъединил, чтобы не перегрелись и не долбанули.

— Ну да. Было очень холодно, вот я и решил проблему.

— Сцепив тритиевые батареи вместе? — поразилась она. — А если бы рвануло?

— Ну не рвануло же. Я за этим следил.

— Следил? Да ты оставил меня почти на полчаса. М-м, ладно. Идея интересная, но совсем не безопасная.

Я кивнул, подошел к куче собранных мной деталей, осмотрел все и, накидав в голове приблизительный чертеж, принялся собирать новый тип оружия.

Вообще, идея воссоздать из подручных материалов самодельную криопушку показалась мне вполне реализуемой. Ну а что? Жидкий азот есть, пневматический пускатель есть, трубки тоже. Для создания высокого давления можно использовать баллон со сжатым кислородом. Проблема лишь в насадке. Да, алюминиевую трубу можно использовать, но нужен распылитель, иначе облако жидкого азота просто не добьет до цели.

Подключив все компоненты, я столкнулся с дилеммой. Побродив по помещениям, я обратил внимание, что на одной из стен нашего помещения есть что-то инверторного микрокомпрессора, нагнетающего давление в контуре блокировки. Грубо говоря, это и позволяло шлюзу открываться и закрываться.

Разобрав микрокомпрессор на части, я снял винтовую крышку, проплавил в ней три отверстия нужного диаметра, а затем накрутил на трубу и зафиксировал — пришлось использовать остатки плазменной батареи. Затем разобрав винтовку, я снял приклад, рукоять и даже прицельную планку. Соединив все это, у меня получилась необычная и габаритная конструкция настоящей криопушки.

Из-за ограниченной дальности применения Федерация не использовала такой тип вооружения — по сути, это оружие для ближнего боя. К тому же, об экономии можно было и не заикаться. Вот если десантника обвешать баллонами с жидким азотом и кислородом, тогда да, будет запас. Но, это же, превратит его в прекрасную мишень. А иначе, у бойца в запасе только десятка полтора зарядов.

Соорудив что-то вроде рюкзака, я сцепил вместе баллоны и закинул их за спину. Футуристическая сборка деталей от плазменной винтовки, трубы и гибкого шланга меньше всего походила на оружие для защиты.

Испробовать пока было негде — снаружи еще ночь, да и Гидру еще выцелить нужно. Теоретически, дальность выстрела должна быть до десяти метров, но на практике может быть что угодно. Вряд ли можно ожидать каких-то выдающихся результатов. Если все получиться как надо, то струя сверх охлажденного азота под давлением попадет на противника, и даже если и не заморозит его, то уж точно замедлит. Мелкое существо, вроде летяги или самого костлявого поразит точно. Ну а дальше по обстоятельствам.

Интересно, а такую энергию пришельцы смогут поглотить?

— Что это такое? — Энн вытаращилась на мое изобретение, но потом разглядела конструкцию и добавила. — Криогенная пушка?

— Ну, это громко сказано. Но да, думаю, пригодится.

— Круто. Из чего ты ее собрал?

— Можно сказать, что из мусора, — ответил я, затем сменил тему. — Ты как себя чувствуешь? — поинтересовался я.

— Вроде хорошо, только пить сильно хочется. Ощущения как после интоксикации.

— Извини, придется потерпеть. Снаружи воды много, но вряд ли ей можно утолить жажду.

— Сколько прошло времени?

— Часов пять, наверное. Скоро утро. Нужно поскорее валить с этих болот. Пока ты спала, я вылез наружу и насчитал сразу десяток Гидр. Парочка особей облюбовала нашего «Шмеля».

Энн нахмурилась.

— Мерзкие твари.

— Очень! Может, свалят куда-нибудь?

— Выходит, если мы нашли упавшую орбитальную станцию… А ведь здесь модуль связи тоже должен быть.

— Да, я тоже так думал. Но большая часть станции уничтожена, остальное затоплено. Вниз не пробраться, а уж о том, чтобы найти и отыскать узел связи и речи быть не может. Да и передающее устройство, скорее всего, сгорело при прохождении через атмосферу.

— Она здесь менее плотная, чем на Земле. Хотя да, думаю, ты прав. Ну и что мы теперь будем делать?

— Для начала предлагаю выбраться наружу и осмотреться. Если поблизости нет этих болотных тварей, нужно прыгать в вездеход и все-таки попытаться отыскать этот экспериментальный модуль связи. Он наверняка где-то недалеко. Во вчерашнем тумане мы вполне могли проплыть мимо него. Если встретим Гидр или еще кого, просто на максимальной скорости сделаем ноги.

— А если не найдем?

Я не хотел об этом думать.

— Не найдем, отправимся обратно на базу колонистов. Если что, у инженерного городка «№ 4» остался подполковник Лемер, с несколькими десантниками. Может, что-нибудь придумаем. Энн, какая разница⁈

Так и решили.

Анна вновь привела инженерный скаф в прежнее состояние. Герметичным его больше не назовешь — все-таки коготь Гидры оставил рваную дыру. Здоровью девушки ничего не угрожало, однако теперь нам следовало быть максимально осторожными. Оказывается, на Каллипсо появилось достаточно существ, способных убивать тебя постепенно. Бактерии, паразиты, вирусы.

Наш «Шмель» был на месте. Салон частично залит жижей и грязью, корпус облеплен чуть подсохшей тиной. Гидра была только одна, да и та лениво спланировала куда-то на север, не заметив нашего появления.

Я забрался на верхний ярус обломков станции, активировал зум и осмотрелся.

— Да! Есть! — обрадовано вскрикнул я, заметив на западе какое-то низкое строение, с несколькими антеннами на крыше.

— Отлично!

Мы завели вездеход, но прежде чем двигаться, я решил все-таки испытать криопушку. Просто для уверенности в том, что ей можно защищаться.

Я выжал спусковой крючок — резкой отдачей чуть не вырвало трубу. Вперед, метров на восемь, выстрелило серебрящееся облако дисперсной смеси, частично коснувшись воды. Удивительно, но поверхность воды не замерзла. Даже признаков оледенения я не заметил.

— Вот значит как… — пробормотал я, убирая ствол. — А я-то думал, почему при ночном снижении температуры, эти чертовы болота не мерзнут? Любопытно. Как думаешь, в чем причина?

— Жидкий азот — почти минус двести градусов, обалдеть! Ну, думаю, что объяснение только одно — в воде есть какой-то необычный элемент, который и не дает ей замерзнуть. Если, конечно, это вообще похоже на земную воду.

Я взглянул на манометр баллона с азотом.

— Ладно, криопушка работает, значит, не зря я возился. Зарядов не много, может пять или шесть. Есть еще запасной баллон, но поменять его быстро не получится.

— Все равно круто. Алекс, ты молодец.

Далее мы погрузились на вездеход и без всяких проблем добрались до модуля. Пришлось сделать небольшой крюк — впереди оказалось скопление болотной растительности, в которой точно могли обитать Гидры.

«Шмель» тихо подкрался к строению.

Вокруг спокойно, ничего необычного.

Экспериментальный модуль связи действительно располагался в небольшом одноэтажном здании, которое плавало прямо по болоту. Оказалось, что оно было реализовано на той же технологии, что и подушка «Шмеля», поэтому болото и не могло его поглотить. Модуль просто дрейфовал по поверхности, как какой-нибудь корабль-призрак. Было очевидно, что здесь давно никого нет. Его законсервировали и забыли.

По периметру его окружала ржавая решетчатая ограда, стены из какого-то легкого, но прочного материала. На крыше аж три комплекта антенн, два из которых предназначены для орбитальной связи.

— Странно. Почему его бросили? — поинтересовался я, осматривая антенны.

— Точно не помню. Кажется, отец не увидел в нем реальной пользы, — пожала плечами Анна. — Основной узел связи работал без нареканий, да к тому же и потреблял он куда меньше энергии.

И ее последние слова меня сильно озадачили.

Сам модуль связи-то может и работает, но есть ли у него свой источник питания? А если нет?

Отмахнувшись от негативных мыслей, мы выгрузились на стартовую платформу густо облепленную тиной и грязью. Входную дверь открыли без проблем, код разблокировки был стандартным.

Обе половинки двери с тихим шипением разъехались в стороны, и перед нами оказался небольшой тамбур, за которым располагалась вторая дверь.

Внутри оказалось темно.

— Мля! Ни хрена не видно! — я едва не споткнулся о внутреннюю перегородку.

— Сейчас! А, вот…

Анна нашарила у входа рубильник, опустила его вниз.

Щелкнуло.

Но вместо того, чтобы залить помещение светом, загорелась только пара небольших ламп аварийного света.

— Да что ж мразь, а? — выругался я, увидев, что внутри ничего не было…

Глава 20

В центре событий

Одновременно со злостью и разочарованием, мы услышали тихий гул. А когда обратили внимание, то увидели, что над строением кружит корабль пришельцев. Бежать было уже поздно.

Оба хотели броситься внутрь, но неожиданно крыша узла связи взорвалась. Внутрь посыпались горящие обломки, вырвалось зеленоватое пламя.

— А, с-суки! Анна, в «Шмеля» живо, — заорал я, толкая перед собой девушку. — Уйдем по болотам обратно к станции. Ее им не раздолбать.

Но едва мы бросились обратно к вездеходу, как с корпуса корабля сорвался ещё один зеленоватый сгусток неизвестной материи. Он угодил прямо в вездеход, мгновенно его уничтожив. Взрыв был относительно слабый — движок просто разорвало изнутри, одновременно разворотив еще и корпус с воздушной подушкой. То, что осталось, сразу же утонуло в черной жиже.

Все. Бежать некуда.

Мы резко остановились.

— Назад! — крикнул я, закрывая ее собой. — Встань за мной!

Корабль завис прямо перед нами. Я по-прежнему не видел на корпусе ничего, что было похоже на оружие.

— Они нас нашли, Алекс. Нашли! — Анна начала паниковать. — Поганые твари!

— Отходи внутрь комплекса, — я крепко сжал в руках трубу криопушки. — Будь у входа. Ну давайте, вылезайте. Посмотрим, боитесь ли вы холода, уроды!

Но корабль не сел. Борт не открылся и никто к нам не спустился. Вместо этого, откуда-то снизу выстрелила объемная сеть, сделанная из какого-то зеленого материала.

Энн вскрикнула. Дернулась.

Нас обоих сбило с ног, со всех сторон обмотало сетью. Я рухнул на платформу, едва не придавив собой Анну. Кажется, при падении, у криопушки что-то сломалось.

Попытавшись освободиться, только сделал хуже — сеть тут же втянулась обратно, спеленав нас в один большой кокон, затянув в недра корабля.

Стоит ли говорить, какое отчаяние мной овладело?

Бегали, бегали. Старались выжить, добраться до модуля связи, отправить сигнал. Предупредить «Фауст». И все зря. Все в пустую.

Попались, как глупые мыши в мышеловку.

Я, не прекращая ругаться, просто ухватился руками за сеть, и что было сил, дёргал во все стороны, пытаясь ее разорвать. Куда там.

Все было бессмысленно.

— Алекс? — голова Анны оказалась где в районе моей спины.

— Что?

— Что теперь с нами будет?

Что я мог ответить? Что нас навестил песец? Что нас ждет то же, что и всех остальных колонистов? Сожрут? Будут изучать? Да что изучать-то, им и так все про нас известно. Мы примитивны для них…

— Не знаю. Посмотрим, — ответил я, с каким-то отупением глядя в одну и ту же точку. Корабль удалялся, и горящий модуль связи, до которого мы так долго добирались, остался внизу… Скоро и он пропал из виду.

Мы оказались в каком-то замкнутом пространстве, напоминающем багажник. Под нами размещалось тонкое, полупрозрачное дно, хотя снаружи это выглядело иначе. Что это был за материал, я, конечно же, не знал. Инопланетные технологии, мать их.

Сам корпус корабля изнутри чем-то смахивал на хитиновый панцирь некоторых видов жуков с Земли. Только куда прочнее.

Внутри корабля пришельцев было тихо, настолько тихо, что мне даже показалось, будто у скафа отказали микрофоны.

— Куда они нас тащат?

— Ясно куда. К себе.

Прошло ещё минуты три и корабль пришельцев миновал болота. Пошли холмы, затем горы. И не нужно быть дураком, нас по любому везли к порталу, где и обосновались костлявые уроды. Так них что-то вроде гнезда.

Выбраться из сети было невозможно — края каким-то образом сцепились между собой так, что я даже не смог их найти. Перерезать просто нечем. Несколько попыток освободиться ни к чему не привели.

— Оставь, это бессмысленно. К тому же… Я уже ее вижу! — пробормотала Анна и вытянула руку, указывая мне направление.

Портал.

Мы подлетали.

Территория базы и испытательный полигон, для которых Доггер и Джефферсон выбрали место в горах, занимала довольно большой участок пространства, со всех сторон укрытого неприступными скалами. Но это только на первый взгляд.

Приглядевшись, я заметил, что из этого каменного мешка, есть два пути, один шел на юг, другой на северо-восток. В центре, между скал был виден сам портал. Массивная конструкция, чем-то напоминающая футбольные ворота. Между каменными колоннами, облепленными какой-то синей дрянью, мерцало силовое поле, зеленоватого цвета. Изредка по нему пробегали крупные молнии.

Построек было много, но ни одно из них уже не напоминало дело рук человека. Пришельцы тут все перекроили по своему.

Больше ничего толком рассмотреть я не успел, корабль быстро пошел на посадку.

Криопушка никуда не делась. Она тоже попалась в сеть, правда запуталась так, что воспользоваться ей было почти невозможно. Я ухватился за нее руками, рассчитывая, что как только приземлимся, сразу же вытащить ее из сети. Впрочем, на что я надеюсь? Вряд ли с ее помощью можно будет что-то решить…

Транспорт не стал садиться. Просто завис в двух метрах на посадочной платформой и открыл нижний шлюз, тот самый, через который нас втянуло внутрь. Мы просто рухнули вниз все такой же бесформенной кучей. Я больно ударился локтем и едва не разбил стекло скафа.

— Дерьмо! — выругался я и с удивлением обнаружил, что сеть сама по себе распалась на фрагменты.

Поднявшись на ноги, я первым делом ухватил криопушку и помог подняться Анне.

Осмотревшись, я заметил, как справа и слева к нам приближалось несколько костлявых уродов. Теперь я их хорошо рассмотрел.

Высокие, под два с лишним метра ростом, тощие, но жилистые. Руки оканчивались когтями, ноги вроде бы ничем не выделялись. На теле элементы блестящей зеленоватой брони. Головы скрыты шлемами, с опущенными стеклами темного цвета. Их было шестеро, но оружия при них я не заметил. Однако это ещё ни о чем не говорило, да и вообще, по сути — оружие они сами…

Я оттеснил Энн, прикрыл собой. Выставил перед собой ствол и понял, что он сломан. Алюминиевая трубка сплющилась, отломилась от основания пневматического пистолета. Видимо, от падения. Стрелять было ещё можно, но дальность в полтора- два метра максимум, и то, руки бы себе не отморозить.

— Ну давайте, суки. Подходите! — прорычал я, одновременно осознавая, что я им сейчас совсем не противник. И все же просто так, без боя, сдаваться я не собирался.

— Алекс? — Анна вцепилась мне в плечо, затем подняла какой-то камень.

— Спокойно!

Они подошли ближе, образовали полукольцо и остановились. Принялись рассматривать нас, перебрасываться друг с другом невнятными звуками. Затем один из них резко двинулся вперёд и зашагал к нам, одновременно вытягивая когтистую руку…

Я поднял импровизированное оружие. Пришельцы издали странные звуки, напоминающие скрипящий смех.

— Ага, щас! Чё ржете, уроды? Клешню убери, бабуин! — рявкнул я и выжал спуск.

Все работало исправно. Там больше и ломаться-то было нечему. Облако серебристого газа выстрелило прямо в пришельца, отчего тот резко присел, но руки не опустил.

Когда облако рассеялось, в общем-то ничего не поменялось — пришелец все также стоял в двух метрах от нас, с вытянутой рукой. Вот только затем, он как-то неестественно дернулся, качнулся. Рука откололась и упав на бетонную поверхность площадки, раскололась на несколько крупных кусков. Сам пришелец медленно развернулся, шагнул к своим и вдруг рухнул, переломившись пополам.

Что тут началось… Все пришельцы разом издали жуткий звук, сильно напоминающий тот, как если бы царапали гвоздем по стеклу.

Мы с девушкой попытались зажать уши, но это было невозможно, да и сбавить чувствительность микрофонов никто не успел.

Бросились к нам. Один из них вскинул руку и я почувствовал, как неведомая сила срывает с меня баллоны, трубки… Другая сила со всех сторон сжала мою голову так, что я едва не задохнулся от боли. Упал на колени, рядом рухнула Энн.

— А-а-а! — заорал я, схватившись за голову. Но не смог даже прикоснуться к ней — руки не слушались. Какая-то невидимая, но нереально мощная сила не просто развела их в стороны, а ещё и начала выкручивать их против часовой стрелки…

Но вдруг послышался резкий скрежещущий звук и внезапно все прекратилось. Я обессиленный упал прямо на бетон, ничего не видя перед собой…

* * *

— Ну, чего разлёгся! — я почувствовал, как меня меня грубо пнули в правый бок. Очень хорошо почувствовал — именно это и привело меня в чувство.

Открыв глаза я понял, что лежу на грязном полу, забрызганном уже подсохшей кровью. Потолок грязный, закопченый.

Мне было больно, не хотелось двигаться. Совсем. Голова внезапно взорвалась ноющей болью.

В помещении было темно. Очень быстро я понял, что Анны рядом со мной нет, а вместо нее был кто-то другой. А быстро взглянув вправо, я понял, что это никакое не помещение, а просто большая клетка. На Земле в таких держали мелкий скот.

— Вставай уже, нечего тут валяться. — снова тот же голос.

И он был мне знаком. Очень знаком.

— Что?

Меня снова пнули, только теперь полегче. Я кое-как перевернулся на спину, снова посмотрел в потолок. Тоже прутья решетки.

— Хорош, бля! — рявкнул я, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь.

Кое-как поднялся, упёрся спиной в стену. Передо мной был Крейн. Весь халат грязный, в прожженных пятнах. Очки сломаны, бионический протез заклинило. И так жесткое лицо, сейчас просто перекосило от злости.

— Доброе утро, мля! — процедил он, глядя мне в лицо. — Ой, кто это у нас тут? Алекс?

Я с удивлением отметил, что шлема на мне больше не было, хотя сам скаф никто не додумался снять. Дышалось нормально.

— Док? Какого ты здесь делаешь? — удивился я.

— Все вы. Ваша вина. Ты и девчонка. Какого черта вы ко мне полезли, а?

— Не ори. И без твоих истерик башка трещит.

— Сейчас ещё больше будет болеть! — пообещал Крейн и привычно поднял руку, но затем недовольно скривился и опустил ее. Выругался, сплюнул на пол и отвернулся.

— Какого хрена?

Но доктор молчал, не желая со мной говорить. Наконец, когда я уже не ждал ответа, тот всё-таки произнес.

— Едва вы покинули обсерваторию, заявились эти уроды на корабле.

Новость меня ошеломила.

— Откуда они узнали?

— Следили за вами, разве не ясно? Не прошло и получаса, как они нагрянули и раздолбали все здание.

— А как же…

— Лаборатория? — живо отозвался док. Его глаза зловеще блеснули. — Уничтожил. Все сжёг. Они не должны знать, чем я занимался. Не должны были увидеть своего полумертвого… коллегу.

Я все услышал. Теория о том, что они как-то отслеживают перемещения людей по поверхности спутника подтвердилась. Но все же, как они это делают? Крейн, просидевший в лаборатории несколько месяцев почти не высовывал носа наружу и потому остался незамеченным…

— Что они будут с нами делать? — спросил я, меняя тему.

— Не знаю. За прошедшие сутки ко мне ни разу никто не пришел. Хоть бы пожрать дали, уроды зелёные.

— Док, не пробовал отсюда выбраться? — я снова сменил направление.

— И как я должен это сделать? — Крейн посмотрел на меня с издёвкой. — Голыми руками?

— А как же твои навыки пси…

— Тихо! — зашипел док и затравленно осмотрелся по сторонам. Но вокруг никого. — Даже если и получится, в чем я сомневаюсь… Дальше куда?

Только сейчас я рассмотрел, что клетки стояли внутри какого-то большого и абсолютно пустого помещения. На полу и стенах уже были заметны следы деятельности инопланетной цивилизации — протянутые через отверстия полупрозрачные нити, какие-то устройства непривычной глазу формы.

— Вот так! Им не нужно знать о том, что я начал осваивать их оружие. — шепнул док. — Ещё рано. Слишком рано.

Если бы не сложившаяся обстановка, я бы рассмеялся — вид у Крейна был как у увлекшегося маньяка. Но он был вполне адекватным человеком.

— Где Анна?

— Не знаю. Я никого не видел. Тебя одного притащили. Кстати, я сделал поразительное открытие… Мда, ещё одно. Эти летяги… Они не из их родного мира. Эти костлявые уроды доставляют их сюда с какой-то другой планеты. То же касается и раков, зубастых собак и…

— Песчаная дрянь тоже?

— Наверное. Я не в состоянии проверить эту теорию.

Мне больше не хотелось говорить. Крейн, безумец, но с мозгами. Одновременно боится и строит планы по уничтожению пришельцев. Оптимист, блин. Хотя… А что в этом плохого? Сам себе дал надежду, поверил в нее, а дальше ему на голову свалился я, спутав все планы.

— Знаешь, док… — я неуверенно подбирал нужные слова. — Наверное, я был неправ. Твои навыки и вообще идея в целом, не лишена смысла, хотя поверить в успех сложно. Возможно, если все досконально изучить, что-то и получится…

Тот уставился на меня как дикарь на кусок жареного мяса. В его голове шел какой-то сложный мыслительный процесс. По его лицу было очень непросто понять, какая будет дальнейшая реакция.

— А! Понял, да? — ухмыльнулся он и поднял палец вверх. — Это не просто ценное открытие, оно с успехом перевернет представление о пси-возможностях в целом. И знаешь, они ведь даже потрудились меня обыскать…

Он заговорщитски подмигнул мне, затем ещё раз огляделся по сторонам, отстегнул клапан халата, под которым обнаружился потайной карман. Сунул туда руку, аккуратно извлек содержимое. На ладони лежал крохотный шприц для инъекций и маленькая ампула с ярко-красной жидкостью.

— Что это? — тихо спросил я, покосившись на нее с подозрением.

— То самое. Вакцина, пробуждающая у человека пси-способности. О, разумеется это лишь прототип. Но из тридцати вариаций, эта самая активная.

Договорить он не успел.

Послышался шум открываемой двери.

Мы одновременно обернулись на звук и заметили, как в проходе показалась высокая фигура пришельца. Он неторопливо осмотрелся, затем издал какой-то невнятный звук и шагнул вперед. Следом за ним вошло еще двое и втащили за собой человеческое тело.

Костлявые уроды подошли к нашей клетке, остановились.

Было очевидно, нас разглядывают как примитивных животных, которые почти не представляют опасности. Это длилось около тридцати секунд.

— Ну, чего уставились? — процедил я, глядя на них с нескрываемым раздражением.

Впрочем, вряд ли они меня поняли. Ни наша мимика, ни речь не были им понятны.

Затем старший из пришельцев дал какой-то знак, ухватил лапой лежащее на бетоне тело и легко поднял перед собой. Человек, не открывая глаз, издал какой-то стон, затем начал говорить. Слова были нечеткие, но в целом все было понятно.

— Ты, кто убил нашего собрата… Как ты это сделал? — костлявый указал на меня когтем.

Крейн удивленно хмыкнул, но ничего не сказал.

— Идите в жопу, уроды! — я даже средний палец показал. Ну, для убедительности.

Пришельцы никак не отреагировали.

— Такой ответ меня не устраивает. Повторяю. Как ты это сделал?

Вот значит как. Что, не ожидали? Самодельная криопушка, собранная мной из металлолома, по эффективности оказалось круче современного фазера? Выходит, холод они поглотить не могут, потому что никакой энергии при выстреле нет? Выходит, они вообще не знакомы с таким элементом, как жидкий азот? И сверхнизкая температура для них опасна…

Отвечать я не собирался. Мне вообще не хотелось с ними говорить.

— На хрен!

Тогда тот, что говорил со мной, вдруг снял с головы шлем и медленно приблизился ко мне.

— Говори, червь!

Боже, ну и отвратительная же у тебя морда. Она чем-то смахивала на насекомое и ящерицу одновременно. Кожи не было, лишь какая-то шероховатая пленка, чем-то напоминающая ту же ящерицу. Глаза огромные, желтые. Ни ресниц, ни век. Ничего. Вместо рта кривая щель, обрамленная мелкими зубками. Нос плоский, без разделения на ноздри. От него ощутимо несло чем-то едким, органического происхождения.

— В жопу. Иди, — отрывисто произнес я, резко качнув головой. Ещё и рукой махнул.

Костлявый отпрянул, а затем, надев шлем обратно, произнес:

— Ты пожалеешь! Сильно.

Тело человека безвольно упало на пол. А сам костлявый неожиданно выпрямился, поднял руку и чуть довернув ее, впился в меня желтыми глазами.

Я очень хорошо ощутил, как мое тело резко перестало мне подчиняться. Все мышцы наполнила какая-то нереальная тяжесть. Одновременно, правая рука начала выворачиваться влево, вокруг оси. Почти сразу я почувствовал дискомфорт, а затем и быстро нарастающую боль.

Крейн качнулся в мою сторону, но его самого вдруг отшвырнуло влево. Он ударился о прутья клетки, сполз по ним и других попыток помочь мне уже не предпринимал.

Я хотел перехватить выкручиваемую руку другой, но и та мне более не подчинялась. Прострелила острая боль. Где-то в локтевом суставе хрустнуло. Я вскрикнул.

А пришелец все продолжал. Он медленно доворачивал кисть, а меня все сильнее одолевала невыносимая боль.

Снова хрустнуло. Кажется, сустав. Я заорал так, что едва не охрип.

Боль была просто ошеломительная, обжигающая. Она сверлила мозг, не давая думать ни о чем другом. Мгновение и я уже лежал на грязном полу, уткнувшись лицом в бетон.

В глазах все потемнело, в ушах появился какой-то звон.

Я уже был на грани отключки, когда неожиданно все закончилось. Костлявый опустил руку и снова наклонившись, посмотрел на меня через стекло шлема. Ухватил лапой голову человека…

— Ты сильно пожалеешь. Приду завтра. Продолжим.

Тело снова упало на бетон.

А пришельцы, один за другим покинули помещение и закрыли дверь.

— Алекс? Алекс ты как? — док бросился ко мне.

Я не мог говорить. Даже дышать было тяжело.

Ни о чем, кроме боли я не думал. И хотя она стала какой-то тупой, но по-прежнему всепожирающей… Легче мне не стало.

Я вновь обрел способность двигаться, но покалеченной руке это не сильно помогло.

Крейн пытался оказать мне помощь, но у него ничего не было. Что тут сделаешь?

— Так, сустав он тебе практически разрушил, — бормотал он, аккуратно ощупывая конечность. — Порваны связки, сухожилия. Вроде бы сосуды целы, крови нет. Но уже все опухло.

Я только простонал в ответ. Думал только о том, чтобы стало легче. Прошло несколько минут, а может и секунд. Не знаю.

— Алекс… Я могу попробовать тебе помочь, — Док говорил тихо. Послышалось какое-то шуршание, но я почти не обратил на него внимания — меня сейчас волновала только покалеченная рука.

И вдруг, я очень хорошо почувствовал, как мне в шею ткнулось что-то острое, холодное…

* * *

Уважаемый читатель, если ты читаешь, значит тебе нравится, как автора меня это очень радует. Дальше будет куда интереснее — сюжет лютый и зубодробильный.

Но так получилось, что реклама обошлась очень дорого, поэтому на этом бесплатный фрагмент закончен, просьба не ругаться. Цену не заваливаю, держу на минимуме. Спасибо за понимание.

Глава 21

На пределе возможностей

Я и сказать-то ничего не успел…

Да что там, даже не сразу понял, что именно произошло. А когда пришло осознание факта того, что Крейн ввел мне свою экспериментальную вакцину по пробуждению пси-способностей, было уже поздно.

Я дернулся, скривился от вновь прострелившей в руке боли. Завертел головой.

— Э-э… Что за?

От места укола во все стороны начал расползаться неприятный холодок. Шея медленно деревенела, голова наливалась какой-то чудовищной тяжестью.

Я охнул. Уткнулся лбом в бетон.

В голове зазвенело.

Затошнило.

— За-чем? — простонал я, понимая, что мне стало куда хуже, чем было до укола. Чуть повернул голову.

Крейн приблизился почти вплотную, посмотрел мне в глаза. В его холодных промелькнуло что-то вроде азарта, любопытства.

— Это поможет… Поможет. Главное, выживи!

Далее меня скрутил дикий спазм, я сдавленно замычал и, не выдержав, отключился.

* * *

… Очнулся я ночью. По крайней мере, через немногочисленные окна расположенные под потолком, дневной свет не пробивался. Лишь справа от меня, под самым потолком висела одинокая лампа.

Боль никуда не ушла. Рука по-прежнему болела, но ее характер стал тупым, ноющим.

Я не только смог пошевелиться, но и перевернулся на спину. Тело слушалось. Ноги, да и вообще большая часть тела сильно затекла, но это было терпимо. Вспомнив про Крейна, я поднял голову и осмотрелся.

Дока не было. В клетке только я один.

— Бабуины хреновы, — простонал я, снова опустил голову. — Чем дальше, тем хуже.

Что они с ним сделали? Сожрали? Использовали для опытов?

Вот дерьмо!

Боль. Она невыносимая.

Раздробленный локтевой сустав не работал. Да и с чего бы?

Попробовал ощупать покалеченный локоть здоровой рукой.

Рука сильно опухла, каждое прикосновение отзывалось болью. Попробовать вправить сустав? Да его поломало на куски. Вряд ли такую травму можно излечить на всем этом гребанном Каллипсо. Сделать полноценную операцию по замене сустава здесь в принципе невозможно. Да и хирургов не осталось. Медпак с таким вряд ли справится — залечить, срастить кости — да. Но восстановить первоначальное состояние сустава… Нет. Точно нет.

Я продолжал лежать на грязном и холодном полу. Тишина давила на уши, а тупая ноющая боль не давала даже думать о чем-либо другом. Мне стало страшно. Страшно от того, что, по сути, теперь я инвалид. С одной рукой.

Конечно, если не восстановить сустав, не заменить на искусственный, можно обойтись имплантацией бионического протеза. Типа как у Крейна. Но очень уж пугала меня такая альтернатива.

Никакой реальной помощи я сейчас себе оказать не мог. Просто лежал на полу, терпел боль. Старался не двигаться. Но разве можно так пролежать сутки? Двое?

Попробовал приподняться на здоровом локте, оперся спиной о прутья клетки.

Неудачное движение.

Снова боль, да такая, что аж в глазах заплясали разноцветные огоньки. Я сдавленно простонал. Уткнулся лбом в холодные стальные прутья.

А еще хотелось справить нужду. По малому.

Но тут даже в полный рост не встать, не говоря уже о том, чтобы не залить пол клетки собственной отработанной жидкостью. Вроде мелочь, а все равно сделать ничего нельзя.

Ну а как иначе? Под себя?

Нет, бля. Я не старый дед. Не инвалид, мать вашу. Гребанные пришельцы.

— Вам меня не сломать, твари! — заорал я что было сил, но вряд ли меня кто-то услышал.

Злость вскипела во мне с неистовой силой. Казалось бы, после того, что со мной сделал тот костлявый урод, во мне должен был поселиться страх… Страх и бессилие. Но нет. Я не боялся. Только кипел от злости.

Должен же быть способ их остановить?

Затекла шея. Здоровой рукой попробовал ее размять, но получилось не очень. Зато пальцами ощутил небольшую опухоль на шее. Точно. Укол, который сделал мне Крейн. Из-за боли я совсем забыл о том, что согласно теории дока, во мне уже могли инициироваться пси-способности.

Но я ничего необычного не ощущал. Абсолютно ничего.

Неужели на меня не подействовало? Крейн вполне мог ошибиться, ведь он делал тестовый образец, опираясь только на результаты, отразившиеся на нем самом… а в моем случае результат может быть каким угодно. Например, нулевым.

Прошло часа два, а я по-прежнему лежал на полу. Начал донимать голод, ведь я уже больше суток ничего не ел. В постоянно меняющейся обстановке, в непосредственной опасности быть схваченными пришельцами, мы с Анной не смогли обеспечить себя провизией — все сгорело в «Кобре».

И сейчас голод начал терзать не меньше, чем боль.

Жажда? Да, жажда тоже. А у меня не было ничего, что можно употребить по назначению.

Куда делся Крейн?

Анна? Ее-то куда забрали?

Раттлер,Ферт. Барнс? Где все?

Почему вообще все клетки в этом помещении пустые?

Я снова начал злиться. Начало донимать отчаяние — на горизонте никаких просветов. Мне тут никто не поможет. К тому же, очень скоро должен прийти костлявый, продолжить свои пытки.

От одной только мысли по телу пробежал озноб. Содрогнулся. Да так, что снова дала о себе знать острая боль.

— С-сука! — выругался я, схватившись здоровой рукой за поврежденную.

Слезы бессилия сами собой потекли из глаз. Я хотел их стереть, но и это движение отдалось болью.

Полежал несколько минут. Успокоился.

Я не собирался сдаваться. Раньше не собирался. А теперь… Что я могу теперь?

На несколько минут я притих, погрузившись в собственные мысли, затем снова принялся орать какую-то ерунду, поминая всех и вся изощренным четырехэтажным матом.

Ощутимой пользы это не дало, но морально вроде бы стало немного полегче.

Минуты, часы… Все летело незаметно. Я потерял счет времени. Кажется, даже началось что-то мерещиться.

Несколько раз отключался, снова приходил в себя. Голод донимал все сильнее, казалось, что желудок к позвоночнику прирос. Нужду кое-как справил, правда все равно в одном углу образовалась малоприятная лужа.

Я не сразу понял, что они пришли ко мне снова.

На этот раз их было двое.

Снова притащили тело человека, только на этот раз другое. Какую-то бледную женщину средних лет.

Привычным движением ее подняли за голову и начали транслировать свою речь.

— Продолжим, червь? — интонации не сохранялись, но и так было ясно, он сказанное было с большой долей презрения. — Ты слишком дерзок. Слишком самонадеян.

Женщина, то ли без сознания, то ли по какой-то иной причине, говорила монотонно, без эмоций. Глаза закрыты, тело висело безвольным чучелом. И все это, в совокупности, было страшно, до дрожи. Нормально воспринимать такую речь было морально тяжело.

— Идите на хрен, глисты зеленые! — выкрикнул я, забившись в угол клетки, кое-как удерживая покалеченную руку.

— Тебе мало? Продолжим, — костлявый отпустил тело, повернулся к своему сопровождающему, забрал у него небольшой серебристый баллон. Я с ужасом разглядел на корпусе надпись «жидкий азот».

Какого хрена, что они задумали?

Женщина безвольно лежала на каменном полу, не подавая признаков жизни. Кажется, такие сеансы связи были смертельны для людей. Костлявый, даже не заботясь, наступил на нее, поелозил своей лапой по грудной клетке, отчего послышались мерзкие хрустящие звуки. Одновременно наблюдал за мной.

— С-суки! За что вы так? Твари, выберусь порву на ремни! — заорал я так громко, насколько мог. Голос предательски дрогнул и я закашлялся.

Но пришельцы лишь переглянулись, но никак не отреагировали.

Один из них глянул в угол клетки, недовольно отвернулся. Затем когтем указал на лужу… Раздался странный звук и я решил, что они смеются.

— Ничего, уроды… У меня еще будет шанс.

Пришельцы просто стояли и разглядывали меня. Затем один открыл клеть, резко сорвал с меня правый ботинок, вместе с частью костюма.

Затем тот, что со мной разговаривал, решительно, без промедлений дернул клапан на баллоне. В мою сторону устремилась короткая струя сверх охлажденного газа. Правую ногу, чуть ниже колена, обдало высокой отрицательной температурой.

— Аа-ахр… Черт!

Это было очень больно. Так больно, что боль в суставе показалась легким дискомфортом. Нет ничего хуже, мгновенно застывающей крови в сосудах, отмирающей плоти и нервов, еще передающих обжигающую, просто невыносимую боль. Мозг просто взорвался от дикой, резко ударившей в него боли. Интуитивно я протянул к ноге руки, пытаясь защититься, но просто не дотянулся. Почти сразу потерял сознание.

Очнулся, когда никого уже не было.

Тело женщины никуда не унесли. Она просто лежала рядом с клеткой.

Мертвая.

Моя нога, чуть ниже колена, была темно-сизой, даже слегка фиолетовой. Я ее совсем не чувствовал. До колена вообще ничего. Однако выше была сильная боль, чем-то заглушенная, но уверенно пробивавшаяся откуда из глубины, выворачивая мозг наизнанку.

В голове прочно засела мысль, что это конец. Какое-то отупение.

Я все еще не верил, что теперь инвалид. Отмороженная нога, разбитый локтевой сустав. Скоро начнется отторжение тканей, заражение крови. Мне осталось совсем не долго. И никакой надежды на спасение…

Во рту пересохло.

Я бессмысленно пялился в потолок, на стены. Вдруг, краем глаза я заметил, что у женщины за спиной был небольшой смятый рюкзак. Хотел подняться и попробовать дотянуться до него, но ничего не вышло. Из-за неосторожного движения обмороженная кожа начала трескаться, из ран потекла какая-то красноватая жидкость, мало чем похожая на кровь. Конечность ниже колена превратилась в сосульку.

Это тоже было больно. Неудобно. Мозг просто не мог понять, что одна из конечностей больше не функционирует. Я бестолково елозил по полу, пытаясь хоть как-то приспособиться и перетерпеть сильнейшую боль.

Минут двадцать спустя, я все же подполз к решетке, затем с большим трудом, за руку подтащил женщину чуть ближе и дотянулся до рюкзака. Открыл и не поверил своим глазам. Внутри был медпак первого уровня. «Единичка».

— Святые бабуины, — выдохнул я, трясущейся рукой пытаясь вскрыть спасительную капсулу. Неужели, маленький, но шанс?

Вскрыл. С третьего раза.

Потянулся к контейнеру с нанитами. Одной рукой действовать неудобно, особенно, когда все твои мысли забиты болезненными ощущениями. Открыть-то открыл. А куда их девать? Высыпать на кусок обмороженного мяса? Так толку не будет.

Извлек скальпель, кое-как, с трудом сделал на мерзлом мясе глубокий надрез. Высыпал туда. Залил эмульсией. Все. Умные наниты сами должны определить характер повреждений, состояние и способы противодействия и восстановления. Жаль, конечно, что медпак всего лишь первого уровня. Если б что-то посущественней, то можно было бы не беспокоиться.

Откинулся на прутья, выдохнул. Устал.

Энергии не было совсем.

Все, больше от меня ничего не зависит. Будь, что будет.

Постепенно выше колена боль начала стихать. Почувствовал какой-то зуд.

Не хотелось вообще ничего, только лежать. Что там делали с ногой наниты, мне даже смотреть не хотелось. Знал, ничего хорошего там не увижу.

Выждав минут десять, я все же кое-как приподнялся и посмотрел.

Зрелище не самое приятное. Плоть разморозило, однако цвет кожи был странным, бледно-розовым, с фиолетовыми прожилками. Кое-где кожа полопалась, но открытых ран не было. Как не было и чувствительности. На мыслекоманды конечность не реагировала. При сильной пальпации ощущалась какая-то далекая боль, уходящая в кость.

Сами наниты почему-то не деактивировались, а ушли глубоко в плоть. Вся регенеративная эмульсия впиталась. Медпака не хватило.

— А-а, дерьмо собачье! — разозлился я, осознав, что «единичка» решила проблему только частично. Теперь то, что осталось от ноги, можно было смело назвать полуорганическм протезом. Вряд нормальная физиология теперь вообще возможна с моей-то травмой.

И все же. Отмирание тканей было остановлено. Про кровообращение молчу, понятия не имею — что там с ним.

Я раздраженно отшвырнул остатки медпака. Снова устало откинулся на решетку и вдруг ощутил что-то новое. Что-то, чего ранее просто никогда не чувствовал. Чужое присутствие внутри себя. Сначала я испугался, затем напрягся. Появилось нездоровое любопытство.

Я попытался сконцентрироваться и вдруг понял, что чувствую в своем теле каждый наноорганизм. Каждую единицу. Они были повсюду, во всем организме. Немного, может около тысячи. Несколько минут я просто наблюдал за тем, как они перемещаются по сосудам, попадают то в один орган, то в другой.

А что если…

Я попробовал усилием воли заставить их двигаться туда, куда мне нужно и о чудо, один из них отозвался. Сначала только один, затем второй. Наноорганизм беспорядочно заметался из стороны в сторону, сцепился с другим.

Нет, так не пойдет. Стоп.

Сконцентрировался по новой, более тщательно.

Получилось управлять отдельным нанитом. Смог направить его к сердцу. Затем в мозг. Как это работало, я не знаю. Я специалист по вооружению, а не техномедик — для меня эти процессы малопонятны. Но еще ни разу я не слышал о том, чтобы кто-то мог интуитивно управлять наноорганизмами в собственном теле. Наша медицина до такого еще не дошла.

Попрактиковавшись еще около часа, я смог управлять уже десятком нанитов. Я пока не знал, как применить это на практике — никаких плюсов мне это не дало. Но, может быть, я просто что-то делаю не так?

Я попытался вспомнить слова Крейна, но из головы словно все выветрилось… Однако я хорошо запомнил тот факт, что он ни слова не сказал о нанитах. Док применял свою пси-силу иначе. А у меня что?

Еще час ушел на то, чтобы подчинить себе уже сотню наноорганизмов. А когда я попытался собрать их всех вместе, получилась заминка — они закупорили сосуд, едва не образовав тромб.

Дерьмово. Пришлось расцеплять их.

Если это и есть проявившиеся пси-способности, то какие-то они неправильные. Не так я себе это представлял. Точнее, не представлял. Я вообще с пренебрежением отнесся к утверждению дока, даже несмотря на демонстрацию его силы.

Не знаю, сколько прошло времени. Часов у меня не было.

Я просто увлеченно работал над изучением своей новой способности. И в какой-то момент я понял одно — наниты в моем теле могут его исцелять. Без регенерона, без эмульсии. Прямо так, на месте. Используя соседние, здоровые клетки. Беря материал прямо из тела.

Это было нереально круто. Я даже про голод и жажду забыл.

Сонливость как рукой сняло. Энергии все еще было мало, но я научился ее экономить. А ближе к утру, мои наниты смогли восстановить часть разрушенного сустава…

Потом снова пришли они.

Втащили новое тело. Какого-то парня, но еще живого. Он был в отключке, иногда что-то бессвязно мычал. Тело женщины, уже начавшее источать трупные флюиды, они убрали. Старший пришелец ткнул в него когтем, отмахнулся. Видимо, их обоняние чем-то смахивало на наше.

На мою обезображенную ногу они никак не отреагировали. Прижатая к телу рука их тоже не волновала. Да и я сам, забившись в угол, всячески изображал страдающего человека. Конечно, сейчас меня здоровым назвать меня было сложно, но нестерпимая боль уже отступила на второй план.

— Че, глисты позорные, опять притащились? — процедил я, скривившись от боли и ненависти.

— Продолжим… — на этот раз я услышал всего одно слово. Но сколько страданий за ним могло быть. Пришельцы напрочь лишены гуманности, в их действиях был только какой-то расчет, известный только им. Никакого сочувствия. Меня не хотели просто убить, меня хотели зверски замучить. И при этом не давать умереть. Для чего?

Они ведь уже наверняка разобрались в том, что их товарища я заморозил из того самого баллона с азотом, который позже испытали на мне. Так в чем же дело? Просто развлечение?

В этот раз баллона с азотом у них не было. Это натолкнуло меня на мысль, что сейчас пытка будет другой. Теперь-то что?

Они открыли дверь, зачем-то сорвали всю одежду, обрызгали меня какой-то зеленоватой жидкостью. Затем к моей клетке подсоединили какой-то скрученный провод созданный не человеком. Брызнули искры, отчего металл клетки начал медленно нагреваться. А затем, закрыв клетку, они ушли.

— Вот уроды! Суки! — крикнул я вдогонку, но ответной реакции не получил.

Примерно через минуту я понял, что они попросту превратили мою тюрьму, в пыточную камеру. Нагревающийся металл наводил на мысль, что скоро он раскалится до такого состояния, при котором я просто начну поджариваться, как бекон на сковородке…

Свободно перемещаться по клетке я все еще не мог — нога подчинялась мне очень плохо, а сустав я смог восстановить только частично. Боль немного отступила, но каждое неосторожное движение вызывало новый взрыв болевых ощущений.

Клетка была полностью металлической, не спрятаться. Ничего. Со злостью я обнаружил, что мою одежду они не выбросили — оставили в помещении. Но дотянуться до нее было невозможно.

Про способность управлять нанитами я благополучно забыл, да и как она мне могла сейчас помочь? Я все еще контролировал только треть всей колонии. Остальная содержалась в организме, полностью бездействуя.

Лихорадочно смотрелся.

Поблизости не было ничего, на что можно встать или использовать как защиту от нагревающегося металла. Да еще и жидкость, которой меня обрызгали… Что-то с ней было не так. По мере нагревания, она подсыхала и очень неприятно стягивала кожу. Появилось легкое жжение, поверхность пошла красными пятнами. Казалось, будто меня облили едким органическим клеем.

Но реальность оказалась куда хуже…

Глава 22

Любой ценой

По мере повышения окружающей температуры, едкая жидкость начинала жечь все сильнее. И вскоре жжение достигло точки, когда терпеть ее стало невыносимо.

Каким образом они смогли так нагреть мою клеть, оставалось загадкой. Сначала я подумал, что просто замкнули электрическую цепь, но быстро отсеял эту мысль — тут что-то другое. Прежде чем я обнаружил, что клетка греется не вся, умудрился получить несколько ожогов. Самый дальний угол оставался относительно менее горячим, но и там стоять голыми ступнями на раскаленном металле было довольно болезненно и крайне неприятно.

Отчаянная попытка отодрать провод тоже ни к чему не привела — его словно чем-то приварили, хотя пришелец прицепил его одним простым движением, без каких-либо заморочек.

— А-а! Твари, выпустите! — заорал я, понимая, что еще несколько минут и начну поджариваться. От жары мне стало плохо, голова закружилась.

Но никто на мой крик не отреагировал. Создавалось впечатление, будто меня просто бросили. Полностью. Неужели это контрольная пытка, после которой мне не оставят и шанса?

Придут ли они снова?

Да к черту, эту жаровню пережить бы.

Черт! По-хорошему, дрянь которой меня облили нужно смыть, но чем?

Нечем!

Тот угол, где был прикреплен провод, постепенно раскалился так, что цвет металла стал багрово-красным. Появился запах жженого металла. К нему примешивались флюиды подгоревшей плоти. Моей плоти — я уже трижды обжегся так, что от боли начало подташнивать.

Воздух горячий. Дышать было тяжело.

Еще немного и потеряю сознание. И если это случится, то все — конец.

С большим трудом из последних сил я забился в дальний угол, снова принялся кричать. Молотить здоровой рукой по прутьям.

Без толку.

Когда я уже почти отчаялся и чуть было не рухнул на раскаленный пол клетки, неожиданно открылась входная дверь и внутрь помещения вошел пришелец. Всего один.

Мля, как же они похожи друг на друга. Если рядом поставить еще двоих, то опознать настоящего будет очень сложно.

— Выпусти меня, слышишь? Тварь, выпусти! — крикнул я, обернувшись на шум. — Я же зажарюсь здесь.

Костлявый подошел почти вплотную, остановился и не снимая шлема уставился прямо на меня. Да и было на что посмотреть. Весь красный, в обширных ожогах. Кожа местами пошла пузырями, болталась какими-то лоскутами. Как я еще не отключился из-за болевого шока? Черт его знает.

— Чего уставился, выпусти! — процедил я, сплюнув на пол белой слюной.

Но тот медлил. Просто смотрел, вертел головой по сторонам.

И тут я не удержавшись одной рукой, все-таки рухнул. Упав на колени, я потерял равновесие и угодил лицом прямо на металл. Отчетливо услышал шипение, в нос ударил запах паленого мяса…

Заорал.

Снова обжегся.

Я подскочил как ужаленный, ударился головой о потолок клетки, снова упал. Заметался. Когда наконец-то смог снова прижаться спиной к прутьям, был уже на грани. Еще чуть и чуть и сдохну.

Раздался какой-то шум. Что-то звякнуло.

Краем глаза обратил внимание, что отключенный провод валялся на полу. А рядом с ним лежал поврежденный медпак, точно такой же, как и тот, что я использовал ранее.

Пришелец медленно удалялся обратно к выходу.

Хлопнула дверь и я снова остался один, кое-как держась одной рукой за потолок.

— Бабуины… — судорожно выдохнул я.

Просунул ногу через прутья и подкатил к себе медпак.

Вскрыл. А как его использовать? У меня по всему телу ожоги, термические и кислотные. И пусть кислотные были хоть и обширные, но легкие, поверхностные.

Сделал укол обезболивающего. Затем, противошокового.

Стало чуть легче, но незначительно.

Снова выхватил скальпель и одним уверенным движением разрезал кожу на бедре. Поторопился вызволить специальный контейнер с нанитами, затем отправил их в рану. Зачем-то залил рану регенероном.

Сконцентрировался. Не вышло.

Мешала боль.

Отдышался. Попробовал еще раз. На этот раз лучше.

Наконец смог увидеть в себе новых нанитов. Сосредоточившись, заставил наноорганизмы лечить самые сильные ожоги на ногах и спине. Получилось плохо, но хоть что-то.

Клеть перестала греться. Из-за того, что температура воздуха в помещении было в районе двадцати градусов, уже через полчаса стало значительно легче. И это время не прошло даром.

Я старательно брал под контроль все новых и новых нанитов, тут используя их по назначению. С сожалением отметил, что когда тот или иной организм истощал свой ресурс, он просто растворялся прямо в крови. Вообще, я на каком-то подсознательном уровне видел свое тело, видел скопления нанитов, ран и повреждений. Я не мог это объяснить, потому что и самому принцип был непонятен.

Часа через два я залечил почти все ожоги, а органическая кислота перестала жечь сама. Температура вернулась в норму, поэтому теперь она не представляла опасности.

Оставшихся нанитов я отправил долечивать поврежденный сустав и вскоре отметил, что дело близится к завершению. Боли почти не было, а подвижность медленно возвращалась.

До самого вечера просидел один. Ко мне никто не пришел.

Меня поразил тот факт, что пришелец сжалился и не только прекратил мои пытки, но и зачем-то оставил мне медпак. Да, он был мне крайне необходим, но… Что это значило? И почему в этот раз пришелец был один?

Как ни старался, так и не смог найти этому рационального объяснения. Остановился на том, что пришелец просто понимал, что еще немного и их пленник подохнет сам. Если бы это произошло, кого-то сделали бы виноватым… Значит, я им еще для чего-то нужен.

Поспал около двух часов. Проснулся оттого, что сильно хотелось жрать. Кое-как подавил ноющее чувство, переключился на другие мысли.

С приятным удивлением обнаружил, что почти все раны если и не зажили, то уж точно перестали беспокоить сильной болью.

Кажется, не все так плохо.

Снова сконцентрировался и понял, что внутри организма почти не осталось живых нанитов. Все они перегорели, полностью использовав свой ресурс.

Вот хоть убей, но никак у меня в голове не укладывался тот факт, что я могу управлять наноколонией, прямо в собственном теле. Списал все на пси-способность. Хотя проявилась она совершенно неожиданным образом.

А может, я могу еще что-нибудь?

Но больше выяснить мне ничего не удалось.

Внезапно что-то оглушительно взорвалось. Погас свет.

От той единственной лампы в помещении света было немного, но когда и он погас, мне вновь стало не по себе.

Что, произошло? Может, это кто-то из выживших?

Снова что-то взорвалось, но уже менее громко.

Каково же было мое удивление, когда внезапно входная дверь распахнулась и на проходе показался человек.

— Живые есть? — заорал он с ходу, заглядывая внутрь.

Я не мог поверить тому, что слышу человеческий голос. За прошедшие пару дней у меня едва крыша не поехала — единственным моим спутником была только боль. Она сводила меня с ума, но и она же не давала мне умереть.

— Да-а! — что было сил закричал я, застучал кулаками по решетке.

Человек на входе включил фонарь, сразу же бросился внутрь, подскочил к одной клетке, к другой.

— Сюда! — крикнул я.

Это был Барнс. Сержант Барнс. Десантник.

— Алекс? Ты как здесь оказался? — лицо сержанта перекосило от удивления. — Вот хрень… Это они тебя так изуродовали?

Признаюсь, когда я пытался управлять нанитами, я совершенно не придавал значения тому, что здесь важна и косметическая составляющая. Безусловно, наниты залечили ожоги, но мое лицо, да и большая часть поверхности кожи, все равно были страшно изуродованы.

— Я-я… Э-э…

— Потом! — перебил десантник. — Нужно валить, и поскорее.

— А что там взорвалось?

Барнс не ответил. Он меткими выстрелами сбил петли. Стальная дверь с грохотом рухнула на пол.

— Руку! — крикнул он. Затем вытянул меня наружу.

На Барнсе был какой-то непонятный скаф. Вроде и не инженерный, но и не боевой. Что-то странное. Из оружия только импульсный пистолет.

— За мной. Нужно выбираться отсюда поскорее. У нас около двух минут.

И я бросился за сержантом. Абсолютно голый, грязный. Весь в потеках крови, ошметках обожженной кожи.

Долго ли я смогу бежать без скафа? Снаружи холодно, да и не надышишься особо. Две-три минуты, потом опять нехватка кислорода. Отравление.

Выбравшись из помещения, я первым делом увидел танк. Он стоял посреди небольшой площадки и бил из пушки по видневшимся вдали сооружениям пришельцев. Те уже начали контратаку. В танк полетели кислотные сгустки, но пока броня держала, тот продолжал стрелять.

Промелькнул фиолетовый сгусток. Второй.

Танк огрызнулся в ответ.

Это явно ненадолго. Сейчас они просто используют свои пси-способности…

— За мной! Алекс! — Барнс бросился куда-то влево.

Впереди были какие-то строения, уже мало похожие на человеческие. Долбанные пришельцы, везде засунули свои лапы, перестраивая все вокруг под свои нужды.

Я разглядел впереди какой-то большой восьмиколесный транспорт. Вокруг него бегали люди.

Люди! Выжившие!

Вдруг, сзади послышался оглушительный грохот. Резко обернувшись, я увидел, что танк перестал существовать. Он был объят пламенем, с яркими зеленоватыми сполохами. Башня лежала в двух метрах от него, нещадно дымя.

— Дерьмо, танка больше нет! — Барнс оглянулся и выругался. — Алекс, быстрее…

Вдруг, мне в спину прилетело что-то горячее. Болезненное.

Я охнул, повалился на бетон. Барнс склонился рядом, сделал несколько прицельных выстрелов, подхватил меня, закинул на плечо и побежал дальше. Вправо, влево. Сержант двигался зигзагом, чтобы не словить еще одно попадание.

С транспорта кто-то открыл огонь. К нему присоединился еще один ствол.

Трюм был открыт. Сержант буквально влетел внутрь, ударившись о стену. Я слетел с плеча, ударился обо что-то головой. Рухнул на пол.

А вокруг что-то происходило.

Взревел движок. Транспорт содрогнулся. Снова что-то взорвалось. Послышался мат.

Я краем глаза увидел Крейна с винтовкой в руке.

Он высунулся из люка на крыше, швырнул гранату.

Грохнуло.

По броне транспорта защелкали попадания. Образовалась одна дыра, другая. Кто-то вскрикнул. Мимо меня пронеслись чьи-то ноги. Брызнули искры, снова грохнуло.

Тот, кто управлял транспортом, бросал машину то вправо, то влево. Всех, кто был внутри, швыряло по салону, но некоторые еще умудрялись отстреливаться…

— Алекс!

Это был голос Анны. Она едва ли не кубарем скатилась ко мне, протянула руки.

Ужаснулась, когда увидела мое лицо.

— Ох, черт… Ты как?

— Не знаю, — выдохнул я, ощутив, что со спиной не все в порядке. В области лопатки сильно болело, все тело сковала какая-то слабость.

— Держись, все будет хорошо.

Еще некоторое время я держался, затем мне стало дурно. Хотел блевануть, но нечем было. Я двое суток ничего не жрал.

Когда наконец-то все закончилось, я уже был в отключке…

* * *

Вокруг были только гладкие бетонные стены. Немного мебели. Кровать.

Светила лампа. Работала вентиляция, в ней что-то тихо гудело.

Я даже не сразу понял, что очнулся. Просто в каком-то отупении лежал с открытыми глазами и смотрел, почти ничего не осознавая.

Мы что, вырвались?

— Эй! — позвал я.

Послышались тихие шаги. Рядом склонилась Анна.

— Очнулся? Ну ты, конечно, заставил меня понервничать… — она даже улыбнулась.

Я с удовлетворением отметил, что с ней все нормально. Не было ни ран, ничего, что могло остаться от пыток этих инопланетных уродов. Ее не тронули.

— Где мы?

— В одном из закрытых бункеров. Их тут много. Вовремя успели унести ноги.

— Откуда?

— С территории портала. А, прости. Ты же ничего не знаешь. Так, погоди. Как себя чувствуешь?

— Не знаю. Ничего не чувствую.

— Ну, это нормально. Ферт предупреждал.

— Ферт? Он тоже здесь? — удивился я.

— Да. Не поверишь, но нам удалось вывести из их карцера почти двадцать человек.

— Как? Как вам удалось?

— Ну… Это сложно объяснить. Помнишь, что Крейн говорил про пси-способности? Так вот он опробовал их на одном из пришельцев. И получилось. Его настолько удивил тот факт, что человек овладел их силой, что охранник полностью дезориентировался. Док заставил его открыть камеру, где было трое десантников. Ну а дальше дело техники, вооружились, освободили остальных. Дальше взорвали генератор, питающий основной энергетический контур. Вмешательство инопланетных технологий в земные, не прошло бесследно. Рвануло так, что мы думали, вся база взлетит на воздух. Кажется, это даже нарушило работу портала.

Послышался скрип двери.

В комнату вошел майор Раттлер.

— Алекс! Рад видеть тебя живым! — тот подошел ближе, сел на соседнюю кровать.

— Майор… А я-то как рад. Пока сидел в клетке, думал все. Живых не осталось.

Раттлер усмехнулся.

— Чтобы меня завалить, нужно сильно постараться. Я как таракан. М-да, вид у тебя конечно… Что они с тобой делали?

— Пытали, — я, выдержав паузу, нахмурился. — Сначала сломали руку. Потом отморозили ногу. Затем хотели поджарить живьем.

По лицу майора было ясно, что мой короткий рассказ выглядит совсем уж фантастично. Особенно в свете того, что сейчас и рука и нога были в норме. Ну, относительно.

Я пока не стал ничего объяснять. Рано еще. Сам ничего толком не понял.

Внезапно ожила рация. Раттлер нахмурился, быстро вышел.

— Сколько я провел в отключке?

— Недолго. Может, часов пять. — Анна встала, подкатила к моей кровати какой-то медицинский аппарат. — Так, давай-ка осмотрим твою спину.

Я приподнялся, чуть откинул одеяло и понял, что по-прежнему голый. Покраснел.

— А, не переживай. И к тому же, чего я там не видела? — улыбнулась девушка. — Давай-ка, на живот.

— Ты и в медицине соображаешь?

— Немного.

Осмотр завершился положительным диагнозом.

Оказалось, что мне в спину прилетел не кислотный сгусток, а нечто другое. У пришельцев было и свое ручное оружие, которым они пользовались весьма уверенно. Меня зацепило рикошетом, поэтому повреждения оказались незначительными. Медик Ферт использовал медпак «двойку», поэтому процесс излечения прошел быстро и эффективно.

И все же, Анна смотрела на меня с некоторым удивлением.

— Что-то не так? — спросил я, когда смог подняться на ноги.

— Держи, — она протянула мне обычный повседневный костюм инженера. — Да просто странно. Как ты выжил после их пыток?

— Пси-способности… — я замялся, не зная как объяснить попроще. — Крейн сделал мне укол вакцины. Прямо там, в клетке.

— Да ладно… — протянула она, затем добавила. — Серьезно? Он не говорил.

— А где сам док?

— Собирает лабораторию, — девушка недовольно качнула головой. — Он невозможен. Пусть его творение и уникально, но он всем уже нервы вытрепал. Раттлер уже трижды объяснял ему, что мы в этом бункере не задержимся, но он никого не слышит. Помешался на своей вакцине.

— В смысле?

— Твердит, что ему нужно срочно продолжить свои исследования. Он что-то придумал. Что-то очень важное.

— Ясно… Энн, а поесть ничего нет? — смутился я, одновременно ощутив, что желудок жалобно просит набить его хоть чем-нибудь. Хотя бы чуть-чуть.

— Сухпайки. Их в бункере полно.

— Я умираю с голоду. Мне бы кусок бифштекса, овощное рагу и я бы стал самым счастливым человеком на этом дерьмовом спутнике.

— Сейчас принесу, — улыбнулась она.

Я остался один.

Честно говоря, не верилось, что удалось выбраться. Цепочка событий сложились так, что в них было сложно поверить. Я еще совсем недавно корчился от боли, смотрел, как под действием органической кислоты отмирает моя плоть, поджаривается кожа… Боль выжигала меня изнутри, заставляя думать только о ней и ни о чем более. А потом эксперимент с нанитами…

Дверь снова открылась и внутрь проскользнул… Крейн.

— А-а, выжил! Отличная работа! — док жадно потер ладонь о бионический протез. — Ну, что-нибудь чувствуешь?

— Да.

— Ну?

— Док, я не знаю, как это объяснить… Но теперь я могу управлять колониями нанитов внутри себя.

Крейн округлил глаза. Растерянно потер лоб, затем медленно опустился на кровать.

— Этого не может быть… Да как, так-то? — Крейн выглядел обескураженным. — Ты уверен?

— Более чем. Я сумел заставить нанитов залечить разбитый локтевой сустав и разморозить ногу, после того, как ее обработали жидким азотом. А после ввел в организм еще одну колонию и залечил обширные ожоги.

— Невероятно. Я знал, что пси-способности имеют весьма широкий спектр применения, но чтобы настолько… — Док даже присвистнул. — Круто. Вот это новость. А еще? Еще что-то необычное обнаружил?

— Нет. А должен был?

— Признаюсь, я сам не знаю чего теперь ожидать. Твой случай меня озадачил. Так, ладно. Мне нужно работать. Я знаю, как можно модифицировать вакцину.

После этих слов, док подскочил, словно пружина и унесся куда-то в коридор, снова оставив меня одного.

А еще через несколько минут появилась Анна. У нее в руках было сразу два разных рациона индивидуального питания.

— Вот, выбрала самое лучшее! — улыбнулась она.

— Отлично.

Я принялся с бешеной скоростью поглощать куски куриного мяса, сублимированное картофельное пюре и что-то похожее на кукурузный хлеб.

Вдруг, в коридоре послышался топот.

Дверь распахнулась и в проходе появился взъерошенный Барнс.

— Есть связь с «Фаустом»!

Глава 23

Момент истины

— Это что, шутка? — вырвалось у Энн. Полуулыбка на ее лице приобрела глуповатое выражение.

— Какая к черту шутка⁈ Фауст на связи! Реально! — бросил Барнс и махнув рукой, бросился обратно.

Мы переглянулись.

— Беги туда. Я догоню.

— Ладно. — рассеянно кивнула Анна и решительно бросилась к выходу.

Ну а я с некоторым трудом поднялся с кровати, немного размял спину, затем ноги. Справа, в открытом шкафу висел оранжевый комбинезон. К черту, что не мой размер — натянул, поправил. Сойдет.

Вышел из помещения и только сейчас понял, что не знаю куда идти. Справа и слева был один прямой коридор, да к тому же, ещё и плохо освещенный.

— Бабуины, мля…

Прислушался, вроде слева какой-то шум, голоса. Двинулся туда.

Длинный бетонный коридор, по которому я двигался, делился на две зоны — жилую и специальную. И если с первой все было ясно, то для чего предназначалась вторая, осталось для меня загадкой. То, что бункер не простой было и так понятно, но сейчас меня это не интересовало.

Я добрался до конца коридора, насчитал аж двенадцать гермодверей, затем выбрался в какое-то широкое фойе. Почти сразу определил, что я пришел по нужному адресу. Справа, из приоткрытой двери доносились возбужденные голоса и какая-то возня.

Я ещё не разобрал слов, но сразу понял, что есть проблемы. А несколькими секундами спустя…

— Нас девятнадцать человек, двое раненых. Нужна срочная эвакуация… Блять, да чтоб тебя! Опять не работает?

Майор был крайне недоволен — связь была откровенно паршивой.

Я стремительно вошел внутрь узла связи и стал свидетелем того, как Раттлер яростно отшвырнул в сторону микрофон. Его багровое лицо говорило о том, что он очень зол.

— Что такое?

Раттлер обернулся, быстро смерил меня взглядом. Отвернулся.

— Связь есть, но отвратительная. За последние семь минут, несколько обрывов. Нас почти не слышат, мы тоже частично.

Я подошел ближе, осмотрелся. У пульта сидел незнакомый мужик, не похожий на десантника. Явно кто-то из спасённых колонистов. Он прижал к правому уху наушник и внимательно слушал, одновременно усердно вертя какие-то ползункии и регуляторы. Сам Раттлер тоже периодически дёргал то один, то другой элемент подстройки, слушал и злился.

— Ну? А сейчас?

— Ничего. Без толку.

— Пробуй снова!

Анна стояла слева, рядом Барнс и Ферт. Сзади ещё двое десантников, с оружием в руках. Все превратились в слух. Из монитора иногда вырывались отдельные слова, искаженные помехами.

— Да когда же это дерьмо закончится? Заберёт нас отсюда кто-нибудь? Будь проклято это сраное Каллипсо. — процедил кто-то из десантников.

Связист внезапно хлопнул себя по лбу, бросил на стол наушники и решительно полез под пульт. Что-то там выдернул, скрутил провода, вставил. Выругался. Снова открутил. Наружу вылетела какой-то элемент. Пара минут и вспотевший связист вылез обратно. Раттлер смотрел на него с немым вопросом — мол, ну что?

— Сейчас проверим. Вырубил всю защиту.

— А это разумно?

— А кто нас здесь перехватит?

И вдруг:

— Раттлер, твою мать! Связь мне наладили, живо! — это был голос разъяренного Тангера.

— Полковник! Слышу вас! — майор снова схватился за микрофон.

— Раттлер, что у вас за дерьмо происходит? Где мои десантные группы?

Неожиданно из эфира разом пропали все шумы и помехи. Связь мгновенно стала просто идеальной.

— Докладываю. На спутнике Красный Код. Повторяю, Красный Код. Нужно срочно передать на Землю. Все спустившиеся десантные группы разбиты. Транспорта нет. Нужна срочная эвакуация. Нас девятнадцать человек, двое раненых. Координаты… Э-э-э, квадрат Е2, точка 17а. Бункер Альфа.

В ответ тишина. Раттлер уже собирался повторить доклад, но Тангер ответил сам.

— Понял тебя, майор. — голос Тангера резко изменился. — Держитесь, в течении часа будет транспортный бот. Майор, ты понимаешь, что Красный Код это высший уровень опасности…

— Я в курсе. — перебил его Раттлер. — Угроза вторжения враждебной формы жизни. Военный потенциал противника крайне высок… Связь снова оборвалась.

— Да твою-то мать, долбанная связь. Сколько ещё я буду с ней…

— далее, в весьма нецензурной форме, майор упомянул разработчиков узла связи, пожелав им заниматься сексом со своими задницами…

— Вряд ли они тут причем! — выдохнул Барнс. — Это все генерируемые пришельцами электромагнитные поля, их природа и плотность совсем не такие, как мы себе представляем. Может, это вообще не поля, а что-то на них похожее.

Раттлер никак не отреагировал. Он просто стоял, пялился в одну точку и шумно дышал. Жилистой руеоц он сжимал микрофон до тех пор, пока корпус не треснул. Наконец-то он ответил.

— Сигнал передан. Скоро будет борт. Оповестить всех, подготовить раненых к эвакуации. Всем быть в боевой готовности, у нас один час.

— А-а! Ну наконец-то. — Ферт облегчённо выдохнул и обернувшись к Барнсу, радостно хлопнул его по плечу. — Если ничего не случится, поднимемся на орбиту, а там просто подождем, пока сюда прибудет флот Федерации. И тогда ударим всей мощью Земли.

— Ещё немного… — задумчиво пробормотал Барнс.

— Так! Вы, двое. Проверьте периметр. Осмотрите воздух. — Раттлер резко обернулся, хмуро глянул на десантников. — Чую, что-то здесь не так.

И я быстро сообразил, что именно встревожило майора — почти все уже выжившие знали, что пришельцы каким-то образом определяют, есть ли люди на поверхности спутника и где именно. Не может быть, что после нашего дерзкого побега, нас просто взяли и отпустили с миром на все четыре стороны.

— Майор, а как далеко от портала мы находимся? — поинтересовался я.

— Чуть больше часа езды.

— Ясно. Думаю, никого не удивлю, но они наверняка знают, где мы и дай бог, что к тому времени, когда они явятся сюда, нас здесь уже не будет.

Раттлер задумчиво покачал головой, осмотрелся.

Барнс, Ферт и остальные бросились на выход. Внутри помещения остался только сам Раттлер, связист и мы с Анной.

— А где Крейн? — спросил я, заметив, что старика нигде нет.

— В лаборатории. Ну, точнее это он ее так называет. Одержим какой-то вакциной. Не знаю, но он что-то плел про особые способности.

Я кивнул и направился к выходу.

Энн вызвалась меня проводить, а заодно помочь привести в рабочее состояние несколько стандартных бронекостюмов. Здесь были обнаружены модифицированные «Скауты», которые очень помогли бы, в случае реального появления пришельцев. А я почти не сомневался в том, что они нагрянут…

— Док,ты здесь? — громко спросил я, заглянув внутрь плохо освещенного помещения. Где-то в глубине лаборатории что-то упало. Разбилось. Послышался изощрённый мат.

— А? Чего надо?

— Док, сюда летит наш транспорт. Скоро мы сможем покинуть Каллипсо. А там флот Федерации…

— Да, да. — бесцеремонно перебил меня Крейн. — Как я и говорил, весь флот это куча консервных банок. Все имеющееся вооружение не подходит для сражения с таким серьезным противником.

Я промолчал.

— Знаешь, Алекс… Когда мы бежали, я не поленился и подсчитал, сколько времени понадобится, чтобы эти зелёные уроды раздолбали танк. — док возбуждённо вытаращил глаза. — Причем, прошу заметить, это был новейший прототип.

Я мгновенно сообразил, куда он клонит.

— Так вот, они разобрали его за сорок семь секунд. Хорошо, что он был на дистанционном управлении и внутри никого не было. Алекс! Сорок семь секунд. Что, по-твоему может выставить Федерация? Фазеры? Плазменное оружие, которое толком только здесь и удалось реализовать? Термоядерные бомбы? Ха!

— И какой вывод?

Крейн цокнул языком, недовольно отвернулся. Затем махнул нам обоим рукой.

В дальней части лаборатории обнаружились столы, на которых было полно разобранного на части оборудования, безумные мотки проводов, в которых можно было спрятать собаку, какие-то колбы, перегонные кубы. Я такого не видел уже давно, но это явно не смущало Дока. А в самом углу стоял большой автоклав, заполненный розоватой жидкостью, внутри которой плавало тело человека. К его лысой голове были подключены пучки разноцветных проводов и какое-то подобие разобранного на отдельные части шлема.

— Док, ты с ума сошел? Ты что, ставишь эксперименты на людях? — ужаснулись мы с Анной.

— Ай, спокойно… — нетерпеливо отмахнулся Крейн, выставив перед собой ладони. — Он мертв, хотя мозг ещё функционирует на двадцать процентов. Знаете, кто это?

Я лишь вопросительно пожал плечами и хмыкнул. У Энн реакция была примерно такой же.

— Я что, маньяк? — оскорбился док, догадавшись по нашим лицам. — Нет! А вообще, это одна из жертв ментального контакта с псиоником. После этих сеансов связи, мозг человека как будто бы выгорает. Он ещё жив, но человек обречён.

— И?

— Так вот посадив в автоклав такого выгоревшего, я наткнулся на поразительную вещь. Мозг, словно носитель, записал часть прошедшей через себя информации. В себя. Это как отпечаток. Если его изучить, мы можем получить ещё больше информации о пси-возможностях. Я специально вытащил тело этого парня, потому что… В общем, теория подтвердилась.

— И что ты выяснил?

— Кое-что интересное. Но пока я не готов это озвучить. Нужно проверить.

— Так в чем же дело? — я начал нервничать.

Крейн замялся, виновато опустил подбородок вниз. Почесал бионическим пальцем отросшую бородку.

— Ну?

— Нужен доброволец. — он указал на стол, на поверхности которого стоял лабораторный стенд, с держателем для четырех небольших колбочек с красной жидкостью. Они были темнее той, что он вколол мне ранее.

Я все понял. Этот зацикленный на пси-способностях безумец предлагает мне испробовать его вакцину? Опять?

— Не-е-ет, только не снова. Стоп! Не-ет!

— А почему нет? — взвился Крейн так, словно я его чем-то оскорбил. — У тебя уже есть первоначальные навыки и они совершенно неожиданные. Конечно, есть вероятность, что они заблокируют друг друга, возникнет конфликт и произойдет обширное кровоизлияние в мозг… Но шанс относительно мал. Всего двадцать шесть процентов.

— Обдолбанные бабуины! — вырвалось у меня. — Всего-то двадцать шесть процентов?

— Вот! И я говорю, немного же… — док не понял моего сарказма, решив, что я разделил его точку зрения.

— Да ни хрена подобного!

Улыбку с лица Крейна как рукой стерло. Он тут же надулся.

— Без меня. — отрезал я и развернувшись, уже собирался уйти, как вдруг по бункеру прокатился напряжённый голос Раттлера.

— Всем приготовится к бою, у нас гости!

— Э-э-э, ну вот… — опустил руки док.

— Блять! — выругался я и забыв про Крейна, бегом бросился к лежащим в соседнем помещении скафам. Анна рванула за мной, а док, бормоча себе под нос какую-то ерунду, снова полез в пучок проводов.

Мне хватило минуты, чтобы понять — все скафы оказались со снятыми батареями, поэтому приводить их рабочее состояние времени не было. Да и толку от них немного. Раз зелёные уроды могут блокировать всю электронику, какой смысл использовать броню? Знаем, проходили.

— Энн, за мной!

Мы бегом бросились к выходу. Бункер оказался довольно большим и имел два выхода. У основного как раз и организовывалась оборона, а запасной вел куда-то в горы.

Выбравшись на поверхность, мы заметили, что бойцы Раттлера и выжившие колонисты поработали на славу. Здесь уже стояло четыре активных «Циклопа», один «Гром» и два лёгких танка. На стене пряталась пара снайперов, гренадеры готовили минометы, найденные в арсенале, а остальные вооружались чем могли.

Мне тоже перепала штурмовая импульсная винтовка с компьютерным модулем наведения. Грубо говоря, теоретически, она била во все, что не похоже на человека.

Энн вооружилась аналогичным образом. У главных ворот стояли ящики с «ST» гранатами и дымовыми шашками.

Раттлер раздавал последние указания, держа в руках четырех зарядную ракетницу.

— Что, гости, майор? — попытался пошутить я, хотя обстановка совсем не располагала.

— Алекс, дуй к Барнсу. Туда.

— Где твари?

— Забирайся на вышку. Увидишь.

Когда я забрался на сторожевую башню, я охренел.

К бункеру, через горы, вела узкая дорога, прокатанная тяжёлой техникой. Сейчас почти вся она была забита приближающимися охотниками и летягами. Чуть поодаль, расталкивая в сторону мелкую живность, перли бронированные раки. А над ними кружили три корабля пришельцев, вроде того, на котором мне уже довелось полетать. Они пока не прилижались, но это было делом времени и его у нас не было…

— Щас полезут! — нахмурился Барнс. — Много собралось. Не знаю.

Он осмотрел рыжее небо, но никаких признаков приближающегося транспортника с «Фауста» пока не было. И это накаляло обстановку ещё больше. Здесь собралось восемнадцать человек, за исключением Крейна, у которых в головах уже прочно сидела мысль о том, что за ними летит помощь. А тут, надежду о спасении, разом перечеркивала орда инопланетных тварей, готовых сожрать каждого из нас, без всякой жалости…

Они постепенно приближались…

— Триста метров!

— Приготовиться! — заорал Раттлер. — Огонь, по моей команде!

Часы тикали все быстрее, но момент неумолимо растягивался. Каждый был готов выжать спусковой крючок и накрыть огнем всю эту дрянь.

— Расстояние двести пятьдесят метров!

— Жда-ать!

— Двести метров!

И вдруг истошный крик Анны прокатился над оградой:

— О черт, глядите!

В небе, между густых желтовато-коричневых облаков был различим корпус огромного корабля, входящего в атмосферу Каллипсо, в нескольких десятках километров от базы. Это был «Фауст».

Даже отсюда, невооружённым глазом было видно, что в корпусе крейсера зияют огромные пылающие огнем дыры, из которых валил черный дым. От крейсера отваливались отдельные фрагменты, горящие куски обшивки…

— Вот дерьмо-о! — судорожно выдохнул Барнс, грохнув прикладом колонне.

— П*здец! — вырвалось у меня…

* * *

Ребят, подписывайтесь на мою страницу, чтобы быть в курсе всех обновлений. И лайки, не забываем ставить лайки)

Вторая книга цикла тут: https://author.today/work/136495

Content

Армада — Инцидент

Глава 1 В самое пекло

Глава 2 Пустые земли

Глава 3 Один

Глава 4 Остаться в живых

Глава 5 Выжившие

Глава 6 Кровь и песок

Глава 7 Беги или сдохни

Глава 8 Вход воспрещен!

Глава 9 Какого хрена?

Глава 10 Первые сомнения

Глава 11 Мясорубка

Глава 12 Через пустыню

Глава 13 Инцидент

Глава 14 Переломный момент

Глава 15 Разгрузка на двоих

Глава 16 Повелитель песков

Глава 17 Призрачное оружие

Глава 18 Гидра

Глава 19 Изобретатель

Глава 20 В центре событий

Глава 21 На пределе возможностей

Глава 22 Любой ценой

Глава 23 Момент истины