Симбиоз 4. Внедрение

Глава 1

Еще повоюем!

Не успел я открыть глаза, как ощутил нестерпимую боль в груди. Будто кто-то очень сильный ударил меня в солнечное сплетение.

Я попытался вскрикнуть. Но мой крик застрял в горле. Словно я потерял дар речи. А ещё я не мог вздохнуть. Как рыба на суше, я пытался сделать хоть один глоток воздуха, но всё было безуспешно.

В глаза снова начала заливаться темнота. Боясь потерять сознание, я пытался вздохнуть снова и снова. Не помню, сколько времени я потратил на эти попытки. Но помню, что так и не смог отправить порцию кислорода в лёгкие.

В результате я снова отключился и у в кромешной темноте увидел то самое вьющееся дерево, сотканное из двух огоньков.

— Не сопротивляйся, Максим, — услышал я мелодичный женский голос. Он был мне знаком. Это говорила Лена. Вернее, осколок говорил её голосом. — Это бесполезно.

Я хотел ответить, но не смог выдавить из себя не единого звука. И, глядя на то, как светящееся дерево принимает завораживающие женские формы, я снова начал задыхаться.

И опять я потерял сознание. Я думал, что после этого провалюсь ещё глубже в свое галлюцинации. Как в фильме «Начало», где герои могли погружаться в сны во снах.

Но случилось, отнюдь, не так. Темнота растаяла и я увидел, как человек в военной форме куда-то тащит меня за ногу. Первая мысль — сказать ему, чтоб прекратил и оставил меня в покое. Но я так и не смог преобразовать в слова свои мысли. Так как по-прежнему не мог ни говорить, не дышать.

Затем я опять потерял сознание и снова увидел образ Лены в кромешной темноте. Она медленно приближалась и тянула руку ко мне. Будто хотела помочь.

Но я не успел дождаться, когда она дойдёт до меня, ведь снова вылетел из галлюцинаций и увидел спину тащившего меня за ногу солдата.

И так продолжалась раз за разом.

Я снова просыпался, а затем терял сознание, не сумев вздохнуть. Опять видел очаровательную Лену, а затем солдата. Казалось, это замкнутый цикл длился целую вечность.

Но в итоге он закончился. В тот момент, когда Лена таки приблизилась ко мне и щёлкнула пальцами. После этого моё тело начало подниматься вверх. Будто я оказался в невесомости.

— Прекрати бороться, Максим, — сладко приговаривала девушка. — Взамен ты получишь всё, что пожелаешь. Силу, с которой не сможет никто сравниться. Власть, которую не сможет никто оспорить. Могущество, перед которым все преклонятся. Весь мир будет в твоих руках, — она подошла ко мне ещё ближе и заглянула мне прямо в глаза.

Снова приблизился миг когда я должен был вывалиться из галлюцинаций. Но в этот раз этого не произошло. Будто меня держал в темноте взгляд Лены. То есть взгляд осколка. Я отчего-то никак не мог ни отвернуться, ни даже моргнуть. Я смотрел ей в глаза и всё моё нутро кричало: «Подчинись!».

— Просто сдайся, Максим, — продолжала она говорить. — Возглавь мою армию и помоги мне изменить эту планету. А после ты будешь волен делать всё, что захочешь. Ведь этот мир будет твоим.

Несмотря на то, что всё во мне кричало, чтобы я согласился, мне хотелось ответить по-другому. Но я ничего не мог сделать. Ни сказать, ни вздохнуть, ни вырваться. Мог только смотреть девушке в глаза.

— Просто кивни, — сказала она, прикоснувшись своими нежными пальцами к моему подбородку. — Этого будет достаточно.

Кивнуть? Не-ет, я тебе не «Чех». И не Неделин. Так просто ты мне мозг не поджаришь. Ведь всё, что я сейчас вижу, не настоящее. Просто галлюцинации. А, значит, отсюда можно вырваться.

Я собрал все свои силы и резко дёрнул головой влево. А затем сделал тоже самое вправо.

— Нет? — улыбка с её лица тут же исчезла. Теперь она всем видом показывала, что её расстроил мой отказ. Даже смогла слезу пустить. — Это твой ответ, Максим? Ты отвергаешь моё предложение?

Я было хотел в ответ кивнуть и тем самым подтвердить её слова. Но быстро одёрнул себя. Ведь это могла быть ловушка. Кивну и, возможно, она сочтёт это ответом на вопрос, который задала ранее. И стану я после этого солдатом в её армии тварей.

— Какой же ты упрямый, — сжала она свои ладони в кулачки. — Почему тем единственным, который может со мной общаться, оказался именно ты? Зачем ты создаёшь эти трудности?

Чем дольше она говорила, тем чётче я понимал, что в этой галлюцинации мне воздух совершенно не нужен был. И потому можно было не мучать себя попытками вздохнуть.

Поняв это, я попробовал сконцентрироваться на своих способностях. Ведь, если я не мог управлять своим настоящим телом, то, возможно, получится взять под контроль тело энергетическое. Подобное я уже смог сделать во время миссии на свиноферме.

Сначала у меня ничего не получалось. Мои способности отказывались отзываться. Но вскоре мои попытки принесли свои плоды. Я, наконец, почувствовал свои энергетические руки.

А вслед за этим начало отзываться и физическое тело. И даже вернул возможность говорить. Хоть и с большим трудом.

— Нет, — выдавил я из себя.

Услышав мой ответ, Лена удивилась ещё сильней. Её губы задрожали, будто она сдерживала себя, чтобы не расплакаться. Ещё одна слезинка скользнула по её щеке.

Но я знал, что это обман. Я знал, что это не Лена. Это даже не девушка. Это осколок, принявший приятную мне форму, желая ввести в заблуждение.

— Нет! — повторил я. — И ещё тысячу раз НЕТ!

А затем сжал одну из энергетических ладоней в кулак, чтобы ударить собеседника.

Но осколок опередил меня.

— Ну раз так… — твёрдо произнесла девушка. — Пусть будет по-твоему.

А в следующий миг её образ растаял, а темнота спала.

Я пришёл в себя и сразу же смог вздохнуть полной грудью.

Открыл глаза. Военный по-прежнему тащил меня за ногу. Глянул по сторонам. Мы были далеко от штаба. Ннаходились на дороге, которая вела к складам с лабораториями. То есть в центр зоны, где находился осколок.

Вокруг нас были и другие солдаты, которые так же тащили за ноги людей. Я успел насчитать пару десятков.

Среди тех, кого тащили, я находил много знакомых лиц. Это были сотрудники проекта «Вторжения». Как гражданские, так и военные.

А вот тех, кто тащил, я узнать не мог. Я их лиц точно никогда не видел. Они были явно не из персонала. Ещё отметил, что все они были вооружены автоматами АК-12.

Попытался отыскать кого-то из моего отряда. Но никого из них не нашёл. Даже подполковника Кудрина не увидел. Единственным, кого я смог найти взглядом, был лейтенант Растягаев. Тот самый морпех, который поблагодарил нас за игру в страйкбол.

Так, надо будет привести его в чувство после того, как освобожусь сам. Но ещё не стоит забывать, что все остальные солдаты вряд ли будут спокойно смотреть, как я этим занимаюсь. Так же нужно было понять, кто вообще эти солдаты. И как с ними бороться? Это ещё люди или уже твари? Нужно ли их оставлять в живых или можно сразу убивать? Что-то мне подсказывало, что верным будет последний вариант.

— Сержант, — окликнул я военного, которой тащил меня. Мой голос хрипел. Говорить было больно. — Ты куда меня тащишь? Кто отдал тебе приказ?

Солдат тут же остановился и глянул на меня через плечо. Увидев его жёлтые глаза без зрачков, я сразу же понял, что договориться с ним не получится. Это дикий.

В следующий момент он отпустил мою ногу и попытался схватиться за свой автомат. Но все его движения были заторможенными. Видимо, ему поджарило мозг недавно. Хотя, он был гораздо шустрее, чем те, которые были в орде тварей на нашем последнем задании. Те были почти-что окоченелыми. А этот лишь слегка медлительным.

Но сержант не успел даже дотронуться до своего АК-12. Мой энергетический кулак впечатался ему в лицо и его отбросило на пару метров от меня.

После этого я сразу же вскочил на ноги, чтобы забрать у противника оружие. Тот либо потерял сознание от моего удара либо умер. Поэтому никакого сопротивления не оказал.

Чего нельзя было сказать о других военных. Все они почти синхронно отпустили тех, кого тащили, и схватились за своё оружие.

Используя свои способности, я выставил перед собой энергетический барьер и спиной вперёд направился к ближайшему зданию. Я планировал забраться в окно первого этажа и уже оттуда попробовать отбиться от противников.

Когда я сошёл с дороги в газон, автоматы диких затрещали. Пули начали биться о мою защиту и падать в траву. Я чувствовал, как моя мана стремительно тает. Всё-таки сдерживать десятки пуль очень энергозатратно.

Но стреляли далеко не все, некоторые из них, бросив всё, со всех ног побежали прямиком ко мне. Другие попытались обойти с флангов.

Оценив ситуацию, я понял, что не успею добраться до окна раньше, чем твари добегут до меня.

Поэтому я сосредоточил поддержание энергетического барьера на левой руке, а правой решил «встретить» всех, кто попытается приблизиться ко мне.

Первому приближающемуся дикому я обмотал горло своей энергощупальцей. Затем приподнял его и швырнул в того, кто обходил меня слева. При это продолжал отступать к зданию и прикрываться энергощитом от летящих в меня пуль.

Ещё двоих я встретил ударами наотмашь. Я старался бить с такой силой, чтобы не тратить много маны, при этом вырубать противников одним ударом. Пятого я зашвырнул в окно второго этажа. Шестой и седьмой получили по удару в голову сверху энергетическим молотом.

После этого все нападавшие закончились. Остались только стреляющие. Но к этому моменту, очень удачно для меня, последние начали перезаряжаться. Причём все. Похоже потратили по магазину.

Воспользовавшись этим, я сбросил щит, развернулся, ускорился и, предварительно разбив энергоруками окно, прыжком оказался в здании. После этого я сразу же спрятался под окном и глянул сколько патронов в магазине моего трофейного АК-12. Двадцать один. Не густо. Придётся добывать боеприпасы в бою.

В этот момент дикие, похоже, перезарядились и возобновили стрельбу. Я решил пока не высовываться и дождаться, когда они израсходуют и эти магазины.

— Зачем ты борешься со мной? — вдруг раздался голос Лены. Её призрачный образ появился в комнате буквально из ниоткуда. — Перестань, Максим.

— А может это тебе надо перестать? — огрызнулся я. Только сейчас я почувствовал боль в ногах. Будто мне по ним палками били, пока я был без сознания. — Может, оставишь в покое нашу планету и улетишь обратно в космос?

— Я же говорила, — жалобным голосом говорила девушка. — Я жить хочу. А в космосе мне нет места. Там нет жизни.

— Могла выбрать другую планету, — хмыкнул я. — Тебе здесь не рады. Как видишь, мы тоже жить хотим.

— Я не выбирала вашу планету, вы сами меня сюда затащили, — произнесла она.

— Сами? Серьёзно? — усмехнулся я. — Вот тут ты врёшь. У нас нет таких технологий, чтобы управлять астероидами.

Стрельба за окнами прекратилась. Похоже, мои враги отстреляли по второму магазину. Пора было открыть ответный огонь.

Я повернулся спиной к собеседнице и выглянул в окно, защищаясь на всякий случай щитом. Убедившись, что противники перезаряжаются, я снял защиту и начал стрелять.

Надо было экономить патроны и потому я старался бить точно в голову. Не всегда, конечно, получалось попасть. Но троих я успел ликвидировать прежде, чем твари возобновили стрельбу. И вообще, мне повезло, что враги были слабыми и обычные пули успешно пробивали им головы.

— Кого ты имеешь, когда говоришь: «У нас нет таких технологий»? — улыбнулась Лена. — Всё человечество или ваш народ?

— Любой ответ подходит, — ответил я отцепляя магазин, чтобы проверить количество патронов. Осталось тринадцать. Да уж, потратил целых восемь, чтобы убить троих диких. Не такой я меткий, как Анна.

— Тут ты ошибаешься, — продолжала говорить призрачная девушка. — Кое кто на вашей планете смог сделать так, чтобы я оказалась тут. Хотя в последний момент, я скорректировала курс, решив приземлиться на другой континент. На ваш.

— Что ты такое несёшь? — нахмурился я.

Внезапно в мою комнату ворвались двое диких и оба сразу же кинулись на меня прямо сквозь мою собеседницу. Но никто из них добежать до меня не смог. Одного я энергощупальцами приложил о потолок, а другого о стену.

— Я не вру, — девушка оставалась на своём месте. — Можешь сам у них спросить.

— У кого спросить? — за окном снова прекратилась стрельба и я выглянул, чтобы потратить оставшиеся у меня пули. На этот раз успел убить пятерых. И того снаружи осталось семеро.

— У того, другого народа, — ответила девушка. — Они живут на другом материке. И вы с ним почему-то не ладите. Но ничего, благодаря мне, вы все станете едиными.

— Так, стоп, — кажется я понял, кого она имела ввиду. Попутно я в полуприседе подошёл к одному из лежащих на полу диких. Проверил, есть ли у того магазины с патронами. Оказалось, что есть. Затем стянул с него разгрузку и спешно накинул на себя. — Ты про американцев что ли говоришь?

— Да, про них, — кивнула она.

— Мда-а, — протянул я. — И почему я не удивлён? Прям как в фильме «Не смотрите наверх», — я на миг задумался. — Но я всё равно тебе не верю.

— Зачем мне врать? — усмехнулась девушка. — Мне незачем кого-либо обманывать. Тем более по таким пустякам.

А ведь смысл в её словах был. Тем не менее вот так на слово я принимать это не стану. Но подполковнику Кудрину обязательно эту информацию передам. Он, думаю, разберётся, что с ней делать и как проверить.

Подтянув ремни своей разгрузки, я отбежал к выходу из комнаты. Опять высовываться в это же окно у меня желания не было. Поэтому я решил покинуть здание и устранить противников, обойдя их сбоку.

Осколок попытался остановить меня, но я слушать больше не стал. Я выбрался на улицу через окно на другой стороне здания, прошелся вдоль кирпичного забора и оказался там, где и планировал — сбоку от противников.

Не долго думая, я открыл огонь по оставшимся. До того, как они поняли, откуда по ним стреляют и начали палить в ответ, я успел положить троих из них. Осталось четверо.

Я прошёлся вдоль кирпичного забора в обратном направлении, обошёл здание с другой стороны. Выглянул из-за угла и подстрелил всех оставшихся тварей. Затем вернулся в дом, поднялся на второй этаж и оттуда внимательно изучил местность во всех направлениях.

Я смог заприметить ещё две группы диких, которые тащили персонал проекта «Вторжение» к центру зоны. Но, к моему счастью, они проходили мимо меня стороной.

— Максим, — снова вернулся ко мне осколок в виде призрачной Лены. — Просто встань на мою сторону. И тебе не придётся больше ничего бояться.

— Нет уж, — хмыкнул я в ответ. — Пожалуй, я ещё повоюю. И ты сильно пожалеешь, что устроила этот импульс у нас дома. Я тебе такое устрою, когда доберусь до тебя…

С этими словами я покинул здание и направился к дороге, где последний раз видел лейтенанта Растягаева. Нужно было привести его в чувство. Дополнительный ствол в руках опытного морпеха мне не помешает, чтобы ликвидировать последствия импульса.

Глава 2

Визор

Привести в чувство лейтенанта Растегаева оказалось задачей очень сложной. А точнее, невыполнимой. Сколько я его не расталкивал, сколько не бил ладонями по лицу, тот напрочь отказывался приходить в себя.

Примерно две минуты безрезультатно я его будил. Затем понял, что нельзя вот так оставаться на дороге и отнёс его в здание. Простому человеку было бы крайне сложно перенести на себе крепко сложенного мужчину, вес которого был под сотню килограмм. Но, благодаря большому количеству зелёного элемента, для меня эта задача оказалась, я бы даже сказал, простой.

Затащив Растегаева на второй этаж в комнату отдыха персонал, я потратил еще минуту на то, чтобы привести морпеха в чувство. И опять безрезультатно.

Так, ладно, пусть офицер пока своими силами ищет дорогу из тьмы. Я был уверен, что он сейчас находится там, откуда я сам недавно выбрался. В галлюцинациях, которые устроил для него осколок. А я в это время перенесу в здание остальных людей, которые остались на дороге.

Возможно, в этом не было никакого толку, ведь осколок, скорее всего, знает где кто находится в его зоне. И может туда направить своих тварей в любой момент. Тем не менее, мне не хотелось оставлять людей лежать на открытой местности и быть лакомой добычей для диких.

Первую десятку гражданских я перенёс в здание без каких либо проблем. Но, когда я возвращался за очередным человеком, недалеко на дороге показалась новая группа тварей. Шли они со стороны центра зоны. Это были такие же военные, как те, которых я перебил ранее.

Откуда они все вообще взялись здесь? И кто это такие?

Увидев их, я сразу же вернулся к зданию и спрятался за ближайшим углом. Оказавшись в укрытие, уже по привычке первым делом проверил сколько патронов в магазине. Хотя я и так знал, что он полный.

Твари подходили всё ближе. Уже дошли до людей, которые лежали на дороге. Я стрелять не торопился. Сначала хотел убедиться, что, кроме этого отряд диких из десяти существ, больше никого поблизости не было. И к ним поддержка тут же не прибежит, когда я начну палить по ним.

Те вели себя максимально картонно. Они не смотрели по сторонам, не следили за обстановкой. Не пытались выяснить угрожает ли им какая-либо опасность. Приблизившись к лежащим на асфальте людям, они просто начали хватать их за ноги и волочить туда, откуда пришли.

Что ж, теперь можно открывать огонь. Враги были заняты и потому, думаю, я успею убить их всех, прежде, чем они поймут, кто и откуда их атакует.

Я прицелился и начал плавно давить на курок. А затем раздался выстрел. Затем еще два. Один из диких тут же упал замертво на асфальт лицом вперёд. Не прошло и секунды, как последовали ещё пара выстрелов и снова один из врагов упал без дыхания.

Но, к моему удивлению, эти выстрелы были не из моего автомата. Кто-то меня опередил. Я осторожно покосился туда, откуда звучали выстрелы и увидел лейтенанта Растягаева. Он бесстрашно бежал в сторону тварей. Держа пистолет на вытянутой руке, он стрелял во врагов прямо на бегу.

Проснулся таки! И, учитывая, что он палит по тварям, а не в меня, он, похоже, выдержал испытание осколка. Но это было неточно.

Когда морпех приблизился к противникам, пятеро из них уже лежали на асфальте с простреленными головами. После этого Растягаев впечатал в лицо ближайшему дикому ударом пистолета, перехватил его шею со спины и прострелил висок.

Я увидел, как опустевший магазин вылетел из пистолета. Ловким движением морпех выхватил второй магазин из подсумка, вставил его в ствол и выстрелил в следующего дикого. Я был точно не уверен, куда он попал. С такого расстояний было плохо видно. Но мне показалось, что у того дикого Растягаев двумя точными выстрелами лишил обоих глаз.

Ещё один враг упал замертво. Осталось трое. Я же стрелять не решался, боясь что зацеплю пулей морпеха

К этому моменту твари уже отбросили тех, кого тащили. Схватившись за свои АК-12, они прицелились в офицера и открыли по нему огонь.

Стремительным нечеловеческим рывком Растягаев, оказался за спиной того дикого, который остался без глаз, и воспользовался им, как щитом. Пока морпех прикрывался телом одичавшего, он сумел открыть ответный огонь и прострелил голову ещё одной жертве.

Осталось два.

После этого он швырнул вперёд тварь, за которым прятался. Тот, пролетел три метра над землёй и сбил с ног одного из врагов, что стрелял из АК-12. В это же время Растягаев нырнул под последнего, что оставался в строю. Уж не знаю, как тот его не подстрелил, но офицер успел перехватить вражеский автомат, а затем из него же выстрелил четыре раза противнику прямо в лицо.

Остался один. Тот, которого морпех уронил броском мёртвого врага.

Растягаев медленным уверенным шагом двинулся к лежащему противнику. Тот, лежа под мёртвым телом, никак не мог перехватить свой автомат, чтобы направить его в офицера. Морпех отцепил магазин АК-12 и отбросил его в сторону. Затем закинул трофейный автомат за спину. Очень быстро перезарядил пистолет и ловким движением вернул его в кобуру на поясе. Выхватил нож, мастерски крутанул им в руке, а затем воткнул в горло последнему врагу.

Если сказать, что я был очень впечатлён увиденным зрелищем, то ничего сказать. Я будто посмотрел короткую сцену из фильма «Эквилибриум». Лейтенант Растягаев примерно так же использовал рукопашный бой и одновременно применял пистолет на близкой дистанции.

Офицер принялся обыскивать мёртвых военных. Даже отсюда я видел, что он собирал с них магазины для АК-12 и своего пистолета. В какой-то момент он внезапно замер и исподлобья глянул в мою сторону.

Он что, заметил меня?

— Выходи оттуда! — находящийся за спиной морпеха автомат так быстро оказался в его руках и прицелился в меня, что я даже не понял, как это произошло. — Только очень медленно. Одно резкое движение и ты труп.

— В этом я сомневаюсь, — я на всякий случай выставил перед собой энергетический барьер и вышел из-за угла.

— А-а, «Инженер», — хмыкнул Растягаев. — Как здоровье? Голова не болит? Мозг не поджарился?

— Осколку не удалось меня переманить на свою сторону, если ты об этом, — чтобы продемонстрировать свой мирный настрой, я убрал руки с автомата, оставив его висеть на ремнях. Но энергетическую стену оставил. — А сам ты как? На чьей стороне ты?

Мой опыт походов в аномальные зоны подсказывал, что облучённые твари могут охотиться друг на друга. Поэтому вопрос о том, в своём ли уме Растягаев, оставался открытым.

— Я в норме. Сначала ты докажи, что в голове у тебя ничего не поджарилось, — морпех всё ещё держал меня на прицеле. Похоже, он тоже не особо доверял мне.

— Даже не знаю, — ответил я. — Например, я мог тебя убить, пока ты дрался с дикими… Хотя нет, я бы тебя убил намного раньше. И не стал бы затаскивать в комнату отдыха персонала на втором этаж этого здания.

— Что ж, — офицер всё ещё не торопился опускать оружие. — Про комнату для персонала говоришь правду. За это спасибо. А что случилось с твоим отрядом? Где они все? Они ведь самые мощные ребята в этой зоне. Неужели они тоже до сих пор не пришли в себя?

— Увы, — сказал я. — На этот вопрос ответить я не могу. После импульса все они пропали. Полагаю, они сейчас находятся там, куда дикие утаскивают всех. В центре.

— Странно всё это, «Инженер», — покачал головой морпех. — Мне казалось, что ваш отряд должен был выдержать импульс. А, может, ты врёшь мне? Может, это ты всё-таки их перебил?

— Если так, то зачем я с тобой сейчас разговариваю, товарищ лейтенант? — чем дольше я общался с Растегаевым, тем больше был уверен, что мозг у него не поджарился. Ведь те облучённые, с кем мне довелось пообщаться, обычно говорят витиеватыми фразами. И при каждом уместном и неуместном случае твердят, что нужно защитить то отца, то мать. А морпех говорил, как самый обычный человек. Если, конечно, можно считать морпеха с таким уровнем подготовки обычным человеком.

— Возможно, ты зубы мне заговариваешь, — а вот Растегаев, похоже, всё ещё сомневался во мне.

Внезапно один из лежащих на асфальте людей закашлялся. Затем он перевернулся на бок, а после встал на четвереньки. Когда кашель его опустил, он поднял голову и поочередно посмотрел на нас с морпехом. Это был Леонид Павлович. Наш спец по КИОСу.

— Только не убивайте меня, пожалуйста, — хриплым голосом процедил Лёня, оставаясь на четвереньках. На его глазах были одеты странные прозрачные очки. — Я не хочу… не хочу умирать…

— В очередь, Леонид, — ответил учёному Растегаев. — Сначала нам с «Инженером» нужно решить, будем ли мы убивать друг друга. И уж потом будем думать, что будем делать с тобой.

— А почему-у вы хотите убить друг друга? — испуганно спросил Лёня.

— Он думает, что я стал диким, — пояснил я.

— Но-о… — протянул учёный. — Это же чушь. Ни у кого из вас я не наблюдаю последствией поражённого мозга.

— И как ты это определил? — спросил морпех.

Леонид Павлович постучал указательным пальцем по своим очкам и ответил:

— Благодаря этому визору. Это мобильный КИОС со встроенной дополненной реальностью. Также в нём здесь есть функция, которая помогает отличить дикого от нормального.

— Каким образом? — хмыкнул я.

— Видите ли, — Леонид, похоже, почувствовал, что опасность ему не угрожает и поднялся на ноги. — Наш мозг излучает различные энергетические волны. У здорового человека эти волны очень слабые. Их можно обнаружить только с помощью очень сложных устройств. Не таких, как этот визор.

— Тогда как же ты понял, что мы не дикие? — добавил вопрос Растегаев.

— Очень просто, — голос Лёни уже почти не дрожал — В отличии от нормальных людей, у диких мозговые волны очень яркие. Их легко распознать даже примитивными методами, — он развёл руками. — Вот и всё.

Мы с морпехом ещё раз оценивающе друг на друга посмотрели. Лично я и без Леонида уже давно понял, что мозг у морпеха не поджарился. А вот тот, видимо, до сих пор сомневался.

— Хорошо, — после минутной «перестрелки» глазами, наконец, произнёс офицер. — Дай мне сюда свои очки. Гляну через них на «Инженера». И на тебя тоже.

— Да-да, конечно, — Лёня полез в сумку, которая была перекинута через его плечо, и извлёк из неё два футляра. — У меня несколько таких. Вот вам по одному. Думаю, они вам пригодятся сейчас не только, чтобы проверить друг друга.

Учёный сначала подошёл к морпеху и отдал ему чёрную продолговатую коробочку. Затем такую же дал и мне. Это был самый обычный футляр в каких хранят очки. Внутри, кроме самого визора, оказался ещё напульсник и наушник. Причём проводов между ними не было.

— Сначала наденьте напульсник, — уточнил Леонид. — Он нужен, чтобы определять основу в ваших телах. Замер происходит постоянно в реальном времени, поэтому вы всегда будет знать какой у вас уровень и сколько цветных элементов.

Натянув на запястье напульсник, я сначала ощутил лёгкое покалывание. Будто тот меня бил очень слабым током. Но эти ощущения быстро пропали. Когда я надевал визор, никакого покалывания уже не было.

После того, как очки оказались перед моими глазами, вокруг меня всё сразу же преобразилось. У всех живых и мёртвых существ появился контур. Причём у Лёни и Растегаева он был зелёным, а у мертвецов чёрным. Так же я отметил, что этот контур не идеально обводил фигурки всех тел. Местами он некорректно прорисовывался, а иногда возникали различные помехи.

— Думаю, вы уже увидели контур вокруг существ, — сразу же пояснил Леонид. — По его цвету и можно определять друзей и врагов. Точнее, тварей от обычных людей. Зелёный — это свой. Красный — дикий. Чёрный — мертвец. Прорисовка работает еще в тестовом виде, поэтому не обращайте внимания на помехи. Позже, думаю, мы доведём до ума программное обеспечение.

— Уж не знаю, насколько можно доверить этой штуке, — хмыкнул морпех, ставя оружие на предохранитель и убирая автомат за спину, — но чёрт с вами. Если бы «Инженер» был диким, мы бы уже давно поубивали друг друга.

— Простите, но тут вы ошибаетесь, — заметил Леонид.

— В чём? — насторожился офицер.

— В оценке своих сил, — ответил учёный. — У вас двадцать четвёртый уровень. В то время, как у Максима Александровича пятьдесят первый. И цветных элементов у него в разы больше. При всём уважении, товарищ лейтенант, у вас нет никаких шансов против Максима.

— Хм — прорычал Растегаев, — спорить не буду. Этот парень уже разок надрал мне зад. Так что, возможно, ты, Лёня, прав. А как ты определяешь этот уровень?

— Просто посмотрите на того, чей уровень, хотите узнать, и немного прищурьтесь, — ответил учёный. — Остальное визор сделает за вас. Там всё интуитивно.

Я глянул на морпеха и прищурился. Над его контуром, который рисовала дополненная реальность, появилось число «24».

— А более подробную информацию можно узнать? — спросил я у учёного. — Я имею ввиду цветные элементы.

— Да, — кивнул Лёня. — После того, как сконцентрировались на цели, коснитесь большим пальцем ладони на той руке, на которую у вас надет напульсник.

Я провёл действия, о которых сказал Леонид и увидел текст, с полной информацией о Растегаеве. Точнее, о его уровне и цветных элементах.

Имя отсутствует — 732 грамм, 24 уровень.

цветные элементы: 31 зелёный (сила), 22 жёлтый (скорость), 26 синий (выносливость), 19 фиолетовый (сила умения), 24 красный (сопротивление), 13 оранжевый (мана).

Затем перевёл взгляд на Леонида и изучил его:

Л еонид Павлович — 161 грамм, 11 уровень.

цветные элементы: 5 зелёный (сила), 4 жёлтый (скорость), 9 синий (выносливость), 3 фиолетовый (сила умения), 7 красный (сопротивление), 11 оранжевый (мана).

— Некоторые имена я уже занёс в базу. Поэтому они отображаются. Другие не успел ещё, — дополнил информацию Леонид. — И ещё. Чтобы проверить себя, согните и сразу же разогните указательный палец.

Я так и сделал:

Максим «Инженер» Ларионов — 2826 грамм, 51 уровень.

цветные элементы: 81 зелёный (сила), 49 жёлтый (скорость), 58 синий (выносливость), 139 фиолетовый (сила умения), 92 красный (сопротивление), 142 оранжевый (мана).

Что ж, не хило я так подрос. Особенно меня впечатлило количество фиолетового элемента. Насколько я помнил, до того, как я забрал основу с Неделина, у меня было меньше ста грамм.

— Ладно, «Инженер», — протянул мне руку Растегаев. — Ты уж не серчай. Сам понимаешь. Непонятно, кому можно верить после случившегося.

— Да, всё понимаю, — пожал я руку морпеху. — Предлагаю время здесь больше не терять. Давай перетащим оставшихся в здание и двинемся в центр, к осколку.

— У тебя есть план? — хмыкнул офицер.

— Придумаем по ходу, — ответил я. — Но, самое главное, надо устроить этому осколку такую взбучку, чтобы даже у него в мыслях больше не было устраивать здесь импульс.

Глава 3

Старый знакомый

Не таким я представлял наше возвращение на базу. По моим скромным прогнозам в это время я уже должен был находиться в своей койке и видеть далеко не первый сон. А лучше и вовсе спать без сновидений.

Со всеми этими боевыми миссиями и попытками решить неожиданные проблемы в аномальных зонах мы все забыли, что наша войсковая часть тоже находилась в аномалии. И здесь могло произойти тоже самое, что случилось на всех последних миссиях. Более того, подобное здесь уже случалось. Первый импульс был как раз во время тренировок перед вторым заданием.

Похоже, командование слишком сильно полагалось на контейнер с предохранителем, в котором содержался осколок в центре нашей зоны. По заверению учёных, свинцовая коробка должна была захлопнуться, если осколок решит повторить выброс. И отсюда возникает вопрос — а почему предохранитель, собственно, не сработал? Брак на производстве? Или, может, человеческий фактор? Или осколок сумел каким-то образом перехитрить защитный механизм?

И был ли вообще среди моих предположений правильный? Может, есть какая-то другая причина? Так или иначе, я очень сомневался, что осколок откроет мне правду, даже если я спрошу его об этом.

Пока мы с лейтенантом Растегаевым переносили оставшихся людей в здание, я снова увидел образ призрачной Лены. Она стояла на дороге чуть поодаль и печальным взглядом наблюдала за нами.

— О, снова эта дрянь, — рыкнул морпех, глянув туда, где стояла Лена.

— Ты тоже видишь там девушку? — задал я вопрос, закидывая на плечо очередного человека.

— Да, — ответил офицер. — Бывшая моя. Редкостная сука, хочу я сказать.

— Странно, — удивился я. — Мне казалось, что осколок является к нам исключительно в приятном для нас образе.

— Похоже этот инопланетный разум ещё не до конца разобрался в человеческой психологии, — усмехнулся морпех. Он шёл впереди меня в направлении здания. На своём плече он нес рыженькую девушку. Ту самую, которая посвюду ходил в компании своей черноволосой подружки. — Хотя, на самом деле, смотреть мне на бывшую приятно. Она, конечно, дрянь редкостная, но красотка, каких поискать. Фотомодель и всё такое.

Мы доставили в здание двух последних людей.

За всё это время никто из перенесённых нами так и не проснулся. Единственными, кто пришёл в себя, по-прежнему оставались я, Леонид Павлович и лейтенант Растегаев. По крайней мере, других мы пока не обнаружили. Кстати, морпех попросил обращаться к нему по позывному «Кулак». Или просто Андрюха.

— Ну, «Инженер», что мы с тобой будем делать? — задал мне вопрос «Кулак», когда мы поднялись на второй этаж, чтобы ещё раз осмотреть территорию вокруг. — У нас есть два варианта. Первый — двинуться к осколку, чтобы самостоятельно решить задачу. Я думаю, всем нам очевидно, что всё самое интересное происходит в центре зоны. Второй вариант — покинуть зону, чтобы связаться с командованием и тщательно продумать план действий. Заодно узнали бы обстановку снаружи. А ещё нормально бы вооружились. А то эти АК-12 после двадцать пятых что-то совсем мне не нравятся.

— Мы потратим слишком много времени, если выберем второй вариант, — покачал я головой. — А вот по поводу автоматов — вообще не аргумент. Я заметил, что тебе одного пистолета достаточно, чтобы успешно разбираться с врагами. Поэтому, я считаю, что у нас только один путь — все брать в свои руки, — затем я посмотрел на Лёню. — Кстати, Леонид Павлович, а что это за наушник, который шёл в комплекте с визором? Может, получится наладить связь с командованием?

— Увы, нет, — расстроенно выдохнул учёный. — Это же гражданский вариант визора. Для персонала, который работает на базе. С помощью этой гарнитуры можно настроить локальную голосовую связь, и даже на несколько человек. Но за периметр зоны сигнал поступить не может. Таковы меры предосторожности. А вот в боевом варианте КИОС, который мы встроили в тактические очки, функций гораздо больше И связь шире и даже интерфейс можно под себя настроить.

— Жаль, что ты не захватил с собой пару военных образцов, — протянул Андрюха. — Связь с внешними миром нам бы сейчас не помешала. Ну хотя бы у нас теперь будет, какая никакая, но связь между собой.

К этому моменту мы уже глянули во все стороны от нашего здания. Как ни странно, но мы не заметили ни намека на какое-либо движение. Войсковая часть казалась безжизненной.

— Похоже, всех, кто попал под импульс, уже перенесли в центр зоны, — произнёс я. — Одного только я не могу понять — кто все эти военные?

— А что тут непонятно? — хмыкнул «Кулак». — Это же ребята из оцепления. По крайней мере, некоторых из них я ранее видел у главного входа в нашу зону.

— Точно, — задумался я. — Почему я сразу не догадался? Во время импульсов зона ведь расширяется. Вот, похоже, в неё эти военные и угодили.

— Ага, — кивнул морпех. — Такая же хрень случилась у нас на миссии. Я чуть было своих бойцов не потерял. А сюда вернулся и расслабился. Вот никак не думал, что подобное может случится прямо у нас дома.

— Да уж, такой себе день выдался, — согласился я. — Ладно, думаю, пора выдвигаться к осколку. Глянем, для чего осколок всё это устроил.

— Пошли, «Инженер», — поддержал меня морпех и сразу же двинулся к выходу.

— А-а, я? — вдруг прозвучал вопрос от Леонида. — А мне что делать? Я не могу пойти с вами. Я не солдат.

— Хм, — нахмурился «Кулак». — Тогда оставайся здесь и попробуй привести в чувство тех, кто без сознания. Стрелять то хоть умеешь? Вдруг, дикие к тебе наведаются.

Учёный отрицательно покачал головой.

— Зараза, — рыкнул Андрюха. — Короче, запрись в этой комнате. Никуда не выходи и молись, чтобы у нас с Максом всё получилось.

— Я… не верю в бога, — умоляюще посмотрел Леонид Павлович на морпеха. — Я же учёный.

— Придётся поверить, Лёня, — хмыкнул лейтенант. — На войне так же, как в падающем самолёте. Неверующих не бывает.

* * *

До складской зоны, где находился центр нашей зоны, отсюда было двести метров. Как и положено подобным складам, все они были огорожены забором из сетки рабицы и находились в удалении от основных построек. А поверху этого забора была ещё протянута колючая проволока.

То, что склады находились на открытой территории лишало нас возможности подойти незамеченными. В другой ситуации меня бы это не смутило. Ведь до сегодняшнего дня почти все дикие предпочитали сражаться в рукопашную. Если не считать всяких дрынов и арматуры, которыми они часто орудовали. Но сейчас наши враги были вооружены огнестрельным оружием. И вряд ли кто-то из них станет интересоваться целью нашего визита. Более того, огонь по нам откроют задолго до того, как мы приблизимся к забору.

— Нам и близко не подойти, — заявил «Кулак», когда мы остановились возле здания после которого начиналась открытая территория.

Отсюда было видно, как по периметру огороженной зоны ходли патрули вооружённых диких. Их было довольно много. Даже слишком много. Примерно полсотни. И это только в видимой нам части. А с другой стороны складов, я уверен, врагов было не меньше.

Также были и твари, которые этот забор разбирали на металл, чтобы затем оттащить его на склады. Но, как показывала практика, они тоже в стороне вряд ли останутся, когда возникнет опасность для осколка.

А вот наших отрядов и остального персонала проекта «Вторжение» видно не было. Похоже, они находились внутри складов.

— Нет, не подойти, — согласился я с морпехом. — Я так долго энергетический щит не смогу держать. К тому же по нам будут палить несколько десятков тварей. Разумеется, они стрелки такие себе. Мажут, как говорится, «будь здоров». Но даже этого хватит, чтобы обнулить всю мою ману за несколько секунд.

— Нужно что-то придумать, чтобы подкрасться незамеченными, — развивал мысль Андрюха. — Или отвлечь их чем-то.

— Можем попробовать на живца, — озвучил я самый очевидный вариант.

— Да, это может сработать, — кивнул «Кулак». — Один будет стрелять по ним. Они сосредоточат свой огонь по нему. А другой в это время зайдёт с другой стороны.

— Если бы это был обычный враг, то это могло бы сработать, — хмыкнул я. — Но мы имеем дело с осколком. А он, как мне кажется, знает обо всём, что происходит в зоне. Так что подобная обманка едва ли получится.

— Тоже верно, — протянул Андрюха. — Ну, а если подумать, тому, кто будет отвлекать, банально патронов не хватит. А у нас нет ни гранат, ни подстволов. Как вариант, можно было бы в оружейку наведаться. Да она, как раз, там, рядом с осколком, и находится. Надо будет предложить командованию перенести оружейку в другое место. На всякий случай.

— Что заставляет вас бороться? — внезапно раздался рядом с нами женский голос. Услышав его, мы с «Кулаком» чуть было подпрыгнул на месте от страха.

— Опять ты, дрянь такая, — процедил сквозь зубы морпех, глядя на призрачную Лену через прицел. Хотя он скорее всего, видел другую девушку — свою бывшую.

— Как видишь, Максим, я подготовилась, — произнесла Лена. — В этот раз ты не сможешь дойти до меня. Даже с помощью своего друга.

— Поверь, мы найдём способ, — ответил я ей.

— Ты чего, «Инженер», можешь общаться с ней? — удивился морпех тому, что я смог вести диалог с осколком.

— Могу, — подтвердил я. — Только от этого мало толку. Мы с ней уже давно потеряли точки соприкосновений.

— Мы можем их вернуть в любое время, — голос Лены был, как всегда, крайне мелодичен. И лился так, будто говорит не твой заклятый враг, а любимая девушка. — Просто прими моё предложение. И весь мир будет у твоих ног.

— Зачем мне это? — я уже даже не думал над ответом на этот вопрос. Я давно всё для себя решил

— Что она тебе говорит? — морпех, похоже, не слышал (или не понимал) её слов. — Скажи ей, чтобы больше не появлялась мне на глаза. Ушла от меня и туда ей дорога. Видеть её больше не хочу.

— Андрюх, — усмехнулся я. — Это не твоя бывшая. Это астероид в её обличии.

— А, точно, — цикнул «Кулак». — Сложно это, конечно, принять.

— Как я понимаю, ты не планируешь менять своё решение? — уже рассерженным голосом спросила лена.

— Нет, — ответил я. — И впредь можешь больше не спрашивать об этом. Только зря время теряешь.

Девушка нахмурилась.

— Жаль тебя терять, Максим, — грустным голосом произнесла она. — Ты стал бы отличным лидером. Гораздо лучше остальных.

— Остальных? Каких ещё остальных? — нахмурился я.

— Уже неважно, — тая в воздухе, ответила она.

Как только она исчезла, все патрули, что ходили вокруг складов, резко остановились. Затем раздался громкий стук металлический двери, которую, похоже, открыли мощным ударом ноги.

— Рядовой Ларионов! — в следующий миг раздался громкий голос от выхода одно из складов. Оттуда, где только что открыли железную дверь.

— Знакомый голос, — прищурился я, пытаясь разглядеть того, кто прокричал мою фамилию.

— Ага, — кивнул «Кулак», — этот голос я ни с каким другим не перепутаю. Это наш ротный.

— Ротный? — я сразу же начал перебирать в памяти всех офицеров, которых знал в проекте «Вторжение». И очень быстро понял, кого имел в виду Андрюха. — Хочешь сказать, это старший лейтенант Ковригин? Тот самый, который наехал на «Пороха»?

— Именно он, — подтвердил «Кулак».

А затем до нас снова донёсся громогласный голос Ковригина:

— Рядовой Ларионов, лейтенант Растегаев, оба ко мне!

Что ж, похоже, в этот раз угрозой уйти из проекта «Вторжение» выкрутиться из ситуации не выйдет. Ведь, судя по всему, Ковригин переметнулся на сторону осколка.

Глава 4

Непробиваемый

Поняв, что враг знает о нашем присутсвии и прятаться больше не было смысла, мы вышли из-за угла. Мы вышли на обочину и встали перед двумя узкими, но высокими плитами. Такие используют для строительства фундамента. Так же их будет очень удобно использовать, как укрытие, если дикие начнут в нас стрелять из своих АК-12.

— «Отлично»! Ещё один перебежчик, — произнёс я, глядя на фигуру старшего лейтенанта Ковригина, который находился примерно в семидесяти метрах от нас.

Старлей уже вышел со склада и теперь неторопливым шагом приближался к ограждению складской зоны. Точнее, к тому участку этого ограждения, которую безоружные дикие уже успели разобрать на металл.

Остальные военные по-прежнему не двигались. Оружие тоже не спешили на нас направлять.

— Ты был прав, «Инженер», — хмыкнул «Кулак». — Прям самый лучший день в нашей жизни. А что ты имел ввиду под «ещё один перебежчик»? Ты уже встречал кого-то из таких?

— Ага, — кивнул я. — Со старлеем Неделиным пересеклись, когда возвращались с основной миссии в научном парке.

— А-а. Так это вас отправились останавливать двигающуюся зону? — вопросительно посмотрел на меня офицер. — И чем закончилась встреча со старлеем?

— Ничем хорошим, Андрюх, — я вспомнил, как мне пришлось по настоянию «Пороха» забрать основу с Неделина. Меня от этой мысли аж передёрнуло. Похоже, не скоро я ещё привыкну собирать основу с тех, кого я знал при жизни. И лучше бы таких моментов было бы как можно меньше. А в идеале так и вовсе не было бы.

— Жаль парня, — покачал головой морпех. — Он, конечно, был не самым приятным человеком, но бойцом был отличным. Его отряд мог стать одним из лучших в проекте «Вторжение».

— Увы, уже не станут, — отрезал я и замолчал.

Морпех тоже не стал продолжать разговор на эту тему. Судя по печальной гримасе, его действительно расстроила новость о гибели Неделина. Надеюсь, он не вздумает точить на меня зуб за это.

— Рядовой Ларионов, лейтенант Растегаев, оба ко мне! — повторил свою команду старший лейтенант Ковригин. Хотя, он уже не офицер, он — дикий. И потому никто из нас даже и не рассматривал его слова, как приказ. — У вас есть последний шанс, чтобы выжить.

«Кулак» достал из кармана монокуляр и глянул через него на нашего противника.

— А он поздоровел, — заключил морпех. — Когда только успел такую массу набрать?

Затем Растегаев протянул монокуляр мне. Хотя, как я понял по характерному сколу на одной из его сторон, это был не совсем мнокуляр. Это была одна из половинок когда-то сломанного бинокля.

Я приподнял на лоб очки-визор, поднёс мнокуляр к глазу и тоже посмотрел на Ковригина. Тот и впрямь выглядел так, будто очень долгое время не вылезал из тренажёрного зала. На него была надета армейская майка, которая очень хорошо подчёркивала все изменения бывшего офицера.

Рост у старлея остался прежним, но вот мускулов явно прибавилось. Причём довольно массивных. Даже удивительно, как он сумел так увеличиться в размерах за столь короткое время.

Хотя, присмотревшись, я заметил на его теле много кровоподтёков, синяков, а местами даже проглядывались разорванные мышцы. Похоже, это была плата за столь быстрый рост мускулатуры. Впрочем, судя по лёгкости его движений, какого либо дискомфорта или боли он Ковригин не ощущал.

Тем временем он приблизился к разоброннаму участку забора. Бесцеремонно растолкал стоявших там диких, прошёл ещё метров пять вперёд и остановился. Нас к этому моменту разделяло примерно пятьдесят метров.

— Не слышу вашего положительного ответа, — пробасил старлей, сверля нас тяжёлым взглядам. Полопавшиеся капилляры в его глазах были хорошо видны через монокуляр даже с такого расстояния.

На его лбу и лице зияли свежие рваные раны и виднелся серьёзный отёк. Будто это были последствия увеличившегося в размерах мозга.

«Кулак» просящим взглядом посмотрел на меня. Я понял, что он хочет ответить Ковригину за нас обоих и кивнул напарнику. Я же тем временем отложил монокуляр и вернул на глаза визор. Решил узнать уровень нашего противника.

Результат меня впечатлил:

Аркадий «Безумец» Ковригин — 2017 грамм, 44 уровень.

цветные элементы: 151 зелёный (сила), 23 жёлтый (скорость), 77 синий (выносливость), 34 фиолетовый (сила умения), 17 красный (сопротивление), 9 оранжевый (мана).

Не знаю, где он разжился таким количеством чёрной основы, но он однозначно хорошо подготовился к нашей битве. Огромное количество зелёного элемента указывало на то, что старлей гораздо сильнее нас с «Кулаком» вместе взятых. Значит, в рукопашную с ним лучше не вступать. К тому же и выносливости у него, хоть отбавляй. Так что измотать его явно не получиться.

А ещё не стоит забывать, что у него явно были какие-то умения. Визор их, к сожалению, определять не мог.

— Мы тут с рядовым Ларионовым посовещались, и пришли к общему мнению, — тем временем выкрикнул Андрюха нашему противнику.

— «Разрешите обратиться, товарищ старший лейтенант?» — нужно сначала говорить, — рыкнул в ответ Ковригин. Голос, у него, кстати, тоже сильно огрубел после преобразования.

— Могу только сказать: «Разрешите послать вас нахрен, товарищ бывший офицер?», — не растерялся «Кулак».

Что-то мне подсказывало, что Андрюха зря так резко ответил. Не то, чтобы я был с ним не согласен, но, как мне казалось, он поторопился с подобными выпадами. Нужно было чуть лучше изучить противника перед боем.

Но теперь об этом поздно думать.

Ковригин развел руками в стороны и прорычал на всю округу так, словно он был не человек, а медведь. Мне показалось, что даже дикие вздрогнули от его рыка.

— Надеюсь, он ни в кого не превратиться сейчас? — тихо произнёс «Кулак».

— Нисколько не удивлюсь, если это произойдёт, — подметил я.

После того, как Ковригин перестал рычать, он схватил с земли металлическую трубу, что служила опорой в бывшем заборе. А затем швырнул её в нас, будто это было копьё.

Сделал он это с такой легкостью, будто труба ничего не весила. А полетела она к нам с такой скоростью, что позавидовали бы все олимпиские чемпиону по метатнию копья.

Мы с морпехом отступили в стороны, чтобы не угодить под удар. Я инстинктивно выпустил вперёд свои энергетические руки, чтобы поймать трубу-копьё в полёте. Как ни крути, а сила моих умений была не намного меньше физической силы Ковригина.

Всё произошло очень быстро. Не знаю, как я успел, но мне удалось поймать трубу прямо в воздухе. Она зависла в трёх метрах от меня. При этом мои энергоруки обожгло болью. Не сказать, что сильной, но ощутимой.

— Зачётная ловкость, — одобрительно покачал головой Растегаев. — Это же ты поймал железку, да?

— Я, — кивнул я, замахиваясь трубой, чтобы отправить её обратно в старлея.

А тот уже на всем ходу бежал в нашу сторону.

— Сможешь дать ему отпор? — спросил меня морпех.

— Без понятия, — честно ответил я.

Я швырнул трубу аналогичным образом. Бросок получился тоже впечатляющий. Хотя не такой мощный, как у старлея. Целился при этом я в ноги противнику. Чтобы он не мог поймать железку руками.

Но Ковригина нисколько не смутил мой бросок. Он даже не попытался отклонится от летящий в него трубы или перепрыгнуть через неё. В итоге та угодила ему прямо в бедро, согнулась и отскочила в сторону, не нанеся старлею никакого вреда. А он продолжил бежать, как ни в чём не бывало.

Тем временем все дикие подняли свои АК-12 и прицелились в нас.

— Похоже у нас проблемы, — прошипел «Кулак».

— Это ещё мягко сказано, — согласился я, глянув на свой автомат. Видимо для того, чтобы очередной раз убедиться, что на моём оружии не было никаких полезных обвесов. Но больше всего расстраивало отсутствие подствольного гранатомёта, к которому я уже так привык. А ведь сейчас так был бы к месту фугасный выстрел…

— В здание! — во всё горло рявкнул «Кулак» и потянул меня за рукав.

Второй раз просить меня не пришлось. Я сразу же кинулся вслед за морпехом. И сделал я это очень своевременно. Ведь Ковригин к этому моменту уже почти приблизился к нам.

Андрюха первым запрыгнул в открытое окно. Следом за ним, помогая себе энергоруками, в здание «нырнул» и я. Офицер тут же развернулся, вскинул свой АК-12 и, не келеблясь ни мновения, тут же открыл стрельбу по Ковригину. Я последовал его примеру.

Наши пули застучали по телу Ковригина. Но тому было откровенно плевать на них. Причём я видел, как оставались следы на его плоти после каждого попадания. Похоже, он боли совсем не чувствовал.

На всем ходу, старлей схватил одну из плит, за которыми мы недавно прятались. К моему удивлению, ему не составило труда поднять её, затем развернуться вместе с ней, а затем бросить прямо в наше окно.

Плита врезалась в угол окна, отколов от него при этом значительный кусок. Нисколько не замедлившись, в следующий миг она оказалась в нашей комнате и столкнулась с противоположной стеной. Чудом она нас не задела. Всё произошло настолько быстро, что мы едва успели среагировать — отпрыгнули к боковой стене. Похоже, никто из нас не ожидал, что Ковригин будет швыряться целыми плитами.

— Чёртова псина! — огрызнулся «Кулак», сменяя магазин. — Откуда столько силищи-то?

— Надо было соглашаться на предложение отца, — каким-то образом Ковригин услышал Андрюхины слова. — Но теперь вы всего лишь жалкие мушки. Осталось только вас раздавить.

В следующий миг раздался звук, похожий на взрыв. Стена, возле которой мы стояли, вздрогнула и по ней поползли глубокие трещины. Затем удар повторился.

Мы тут же отскочили от неё и прицелились.

Стена продолжала вздрагивать до тех пор, пока в ней не образовалась дыра. Похоже, силищи у Ковригина было столько, что он без особого труда мог пробивать стены, толщиной в два кирпича. А может и больше.

Как только мы увидели его лицо через образовавшуюся дыру, мы зажали спусковые крючки. Но наши пули только лишь раззадорили противника. Яростно прорычав, он отошёл от здания на несколько метров, а затем с разбегу врезался плечом прямо в стену с дырой.

Кирпичная кладка, разумеется, не устояла под таким мощным натиском и рассыпалась, словно в неё въехал трактор. А сам Ковригин оказался в помещении вместе с нами.

— Но вот и всё, залётчики, — пробасил он. — Конец вам.

Вблизи старлей выглядел ещё более утрашащим. Складывалось впечатление, что он стал жертвой бесчеловечных опытов. Неужели вот о такой силе постоянно твердит мне осколок? Предлагает стать вот таким чудовищем?

«Кулак» утопил спусковой крючок своего автомата и выпустил по врагу сплошную очередь в упор. Я снова убедился, что старлей не игнорирует попаданий, как тот же петух, в которого мы целым отрядом не могли попасть в деревне. На этом оставались следы от каждого меткого выстрела. Тем не менее, они его ни замедляли, ни наносили какой-либо боли. Напротив, они будто ему бодрости придавали.

Но как такое может быть? Понятное дело, что имеют место быть сверхспособности и всё такое. Но как может плоть оставаться в живых после таких увечий?

Андрюха продолжал стрелять.

Я тоже не терял время и не ждал, когда Ковригин что-то предпримет против нас. Представив свои энергетические щупальца в виде боксёрских перчаток, я сразу же нанёс два прямых удара врагу прямо в лицо.

Без ложной скромности отмечу, что сила моих ударов, похоже, была куда мощнее, чем попадание пули. Иначе не объяснить, почему Ковригин сразу же попятился, когда ему прилетела двоечка в лицо. А пули в тоже время его только смешили.

— Отставить, рядово… — попытался прикрикнуть на меня старлей, но тут же получил очередной удар энергетического кулака. И снова он отшагнул назад.

— Продолжай, «Инженер», — меняя магазин, произнёс «Кулак». — У тебя, вроде, получается. Не останавливайся.

А я, собственно, и не собирался прекращать. Снова и снова я бил энергоруками Ковригина, заставляя его пятиться. Главное в этом деле было следить за силой удара. Ведь, если перестараюсь, может иссякнуть вся мана и меня скрутит от боли. А дальше, как пить дать, старлей воспользуется моей уязвимостью.

Несколько раз, злобно рыча, старлей пытался шагнуть в мою сторону. Но у него ничего не получалось. Я не давал ему ни единого шанса вырваться из серии моих ударов. Его лицо, которое и до этого момента было сильно обезображено, теперь и вовсе потеряло все человеческие черты.

Когда я заставил Ковригина отступить до дыры в стене, через которую он очутился в здании, я решил немного сменить тактику.

Одной из энергетической рук, я придал облик щупальцы. Схватил ею за ногу старлея и потянул на себя. При этом второй рукой продолжал бить того по лицу. Вскоре мои усилия принесли плоды и Ковригин рухнул на спину.

После этого я схватился щупальцами за кусок кирпичной кладки, что висела на арматуре над дырой, и заставил его грохнуться прямо на лежащего старлея. Уж не знаю, что в данном случае сильнее — падение кирпичей на голову или удары моих энергокулаков, но враг, вроде, затих.

Засыпанный пылью и кирпичами, он даже рычать перестал.

— Хочешь сказать, это всё? — будто не веря своим словам, настороженно произнёс «Кулак».

— Чёрт его знает, — ответил я.

Я тоже не мог поверить, что всё так быстро закончилось. Впрочем, лужа чёрной основы под Ковригиным ещё не появилась. А, значит, нужно было завершить начатое.

Я шагнул вперёд, к телу старлея. Неожиданно через окно заметил, что наше здание окружали дикие с автоматами.

После этого кирпичи, которыми был засыпан Ковригин, зашевелились и из-под них показалась рука. Подняв её повыше, тот громко щёлкнул пальцами. Снаружи раздался болезненный крик кого-то из тварей. Через то же окно я увидел, как трое из них упали замертво.

— Что происходит? — ещё более настороженным голосом спросил «Кулак». — Что он сделал?

Не успел Андрюха договорить, как старлей, отбрасывая кирпичи, прыжком оказался на ногах. Но больше всего меня удивило не то, что он поднялся, а то, что его лицо стало выглядеть ещё лучше, чем до того, как я начал его бить энергоруками. А на теле пропали все пулевые ранения, оставив только дыры в одежде.

— Что с лицом? — ухмыльнулся Ковригин и, не дожидаясь ответа, бросился на меня.

В следующий миг, я ощутил его кисть на своём горле, а ноги внезапно перестали чувствовать пол под ногами.

Глава 5

«Есть пробитие»

Пальцы Ковригина, которыми он сжимал моё горло, лишили меня возможности дышать. Мне казалось, будто сам терминатор душил меня. Наверное, будь я обычным человеком, а не облучённым пятьдесят первого уровня, я бы не продержался и пары секунд в подобном захвате. А то и одной не выдержал бы.

По искривившемуся лицу старлея было видно, что он применяет огромные усилия, чтобы сжать мою шею. Получается, не так-то и просто убить меня. Тем не мнеее, медленно, но верно он приближался к нужному ему результату.

Я услышал стрельбу из автомата. Похоже, «Кулак» разрядил ещё один магазин в старлея. Надеюсь в меня не попал. А то, я почти ничего не чувствовал, кроме боли в горле и нехватки кислорода. Таким образом, запросто мог ранение не ощутить.

— Прощай, рядовой «Ларионов», — прорычал мне в лицо Ковригин.

Боль нарастала.

Внезапно за его спиной я увидел облик Лены. Она смотрела на меня со слезами на глазах. Её губы шевелились, но слов я не слышал.

А вот звук лезвия ножа, выскользнувшего из кобуры я чётко услышал.

— А ну отцепись от него! — заорал «Кулак», запрыгивая врагу на спину.

В следующий миг я увидел, как нож вонзился старлею сбоку в горло. Мне в лицо брызнула горячая кровь и залепила глаза.

После этого я услышал, как Андрюха дважды повторил свой удар ножом. Хватка на моём горле слабела, но вырваться по-прежнему было невозможно.

Я кое-как проморгался. Затем попытался сконцентрироваться на своих энергощупальцах. Мне хотелось создать из них копья, чтобы проткнуть врага насквозь. Как я это делал со змеями в научном центре. Но позади Ковригина стоял «Кулак» и я боялся его задеть.

А воздуха становилось всё меньше. В глазах начало темнеть.

Так! Не умирать. Этот отбитый старлей не должен победить тебя, Макс.

И тут я нашёл решение. Я сделал из левой энергощупальцы обычную человеческую кисть, схватил ею «Кулака» за шкирку, а затем отбросил его в сторону. А после это сразу же превратил свои энергоконечности в два копья и воткнул их Ковригину прямо в грудь.

Хватка на моём горле ослабла. Я жадно глотнул воздуха.

А затем оттолкнул от себя старлея и повторил колющий удар.

Видно было, что он ослаб и едва мог двигаться. Он даже припал на одно колено. А затем он снова щелкнул пальцами. Краем глаза я увидел через окно, как еще несколько диких, что окружили наше здание, рухнули замертво.

Это что получается? Он высасывает жизни из других тварей? Это он удобно устроился.

Сразу же после этого раны на теле Ковригина начали заживать прямо на моих глазах. Все четыре дыры в его груди, которые я проделал энергокопьями, взяли и исчезли.

— Андрюха, — обратился я к напарнику, пока наш враг приходил в себя, — как думаешь, ты сможешь повторить тот трюк, что проделал, когда мы с тобой встретились?

— Против пары сотен диких предлагаешь выступить? — уточнил морпех.

Я понимал, что перестрелять тварей из здания не получится. Патроны были на исходе. Почти всё потратили на Ковригина. Поэтому оставался только ближний бой, коим мастерски владел «Кулак». Так же я не сомневался, что ему в этом помогала какая-то его способность, о которой он мне до сих пор не рассказал. Потому что невозможно было так ловко избегать пуль, да ещё на таком близком расстоянии.

— Да, против двух сотен, — подтвердил я напарнику. — Справишся? Сам видишь, нам не убить твоего бывшего ротного, пока рядом находится армия одичалых.

— Я попробую, — подмигнул мне морпех, откидывая в сторону «Калаш» и доставая из кобуры пистолет. — А ты продолжай убивать гада.

С этими словами он буквально вынырнул через ближайшее окно наружу. На улице сразу же раздались пистолетные выстрелы. Так же застучали автоматные очереди.

— Ничего у вас не получится, — первым делом забасил старлей, когда к нему вернулись силы. — Отец позаботится о…

Но договорить он не успел, так как в его глотке оказалось моё щупальце-копьё. Ни про какого «отца» я и слушать не хотел. Чтобы это не значило.

Не вытаскивая копья из горла противника, я воткнул второе копьё ему в руку. В ту, с помощью которой он щёлкал, чтобы излечить себя. Надеюсь, он не сможет проделать этот трюк свободной рукой. А то у меня нет столько энергетических конечностей, чтобы контролировать всё.

Снаружи продолжалась ожесточённая стрельба. С одной стороны от неё становилось страшновато. С другой стороны она меня радовала. Ведь это свидетельствовало о том, что мой напарник жив. И занимается ликвидацией армии нашего главного противника. И с каждой секундой их становится всё меньше.

Ковригин, тем временем, застыл, глядя на меня полумёртвыми глазами. Как я и надеялся, сделать ещё один щелчок он больше не мог.

— Вот и всё, Танос грёбаный, — высказал я ему, глядя в лицо. — Больше твоя перчатка бесконечности не сработает.

Но тот ответить он мне не мог. Он был только в состоянии хрипеть в ожидании того, когда снаружи закончатся все его бойцы.

— Прекрати, Максим, — призрачный образ Лены перестал быть немым и я услышал её голос. — Зачем ты всё усложняешь?

— А ты думала, что будет иначе? — ответил я, не глядя на девушку. — Ты устроила импульс у нас дома. И за это ты получишь сполна.

— Видишь, Максим, — продолжала она напевать мелодичным голоском. — Ты уже называешь созданное мною место своим домом. Ты ведь уже один из нас. Почему ты борешься против своей сущности?

— Не спорю, я здесь уже, как дома, — ответил я. — Но, если ты не заметила, на планете есть ещё восемь миллиардов людей. И я не хочу, чтобы они стали облучёнными, дикими или ещё какими-то.

— Это неизбежно, — сказала она. — Рано или поздно, изменение всех коснётся. Всех людей. Всех животных. Всех, кто обитает на это планете. Исключений не может быть.

— Или же мы просто выкинем тебя обратно в открытый космос, — хмыкнул я. — Туда, откуда ты прилетела.

— Сомневаюсь, — её образ начал медленно таять. — Ваш род уже не сможет существовать без меня. Без тех изменений, который я привнесла в ваш мир.

— Вот и проверим, — отрезал я.

Тем временем Лена исчезла окончательно. А сразу после этого зазвучал голос «Кулака» в наушнике:

— Макс, осторожно! Твари рванули к тебе в дом.

Ну час от часу не легче.

Уже в следующий миг я увидел через окна приближающихся диких. И даже услышал шаги в соседней комнате.

Как ни крути, а мне пришлось вернуть на место щупальца, которыми я удерживал Ковригина. Ведь, чтобы дать отпор диким, мне потребуются обе мои призрачные конечности. Создать энергощит одной рукой, и расшвыривать врагов другой. А ещё придётся следить, чтобы старлей не задавил меня своей тушей.

Разумеется, стоило мне отпустить врага, как сразу же раздался щелчок.

— Минус двадцать разом, — прозвучал мой напарник в наушнике. — Он что, опять щёлкнул?

— Ага, — подтвердил я, выскакивая в соседнюю комнату.

Там уже находились примерно с десяток диких. Я прикрылся энергетическим щитом. А свободной щупалецей сгрёб всех врагов к одной стене. После этого, не отпуская, начала расстреливать их из АК-12.

Я всё еще неважно орудовал одновременно обеими парами конечностей (призрачными и настоящими), но сейчас другого выбора не было. Придётся учиться на ходу.

Как только я расстрелял «гостей», как на меня бросился поборовший смертельные раны Ковригин. Но я уже знал универсальное средство против него — щупальца-копья.

Продолжая прикрываться щитом, я воткнул энергетическое копьё старлею в горло. Затем превратил призрачную конечность в кулак и мощным ударом отбросил противника подальше от себя.

Дикие уже начали пробираться в моё здание через все окна. Мне пришлось выбежать в центральный коридор и отступить в дальнее крыло. Так я мог принимать всех врагов с одной стороны, а не со всех разом.

Сколько бы я их не бил, они продолжали переть. Складывалось ощущение, что они не закончатся никогда.

— Андрюх, снаружи много ещё диких? — обратился я к напарнику через голосовую связь.

— Там уже никого не осталось, — внезапно для себя голос «Кулака» я услышал за своей спиной. А точнее за дверью, которая была закрыта.

Я обернулся. С той стороны раздалась пара выстрелов и дверная ручка упала на пол. Затем Растегаев ударом ноги распахнул дверь и прошёл ко мне в коридор.

— Все враги уже в здании, — сказал он на ходу.

В этот момент здание тряхнуло. Послышались тяжёлые шаги. А затем стена справа от нас рассыпалась и из неё выскочил неугомонный старлей.

— «Кулак», прикрой, — попросил я напарника и, пока Ковригин не успел что-либо предпринять, воткнул ему в грудь очередное копьё.

— Это ничего не изменит, — прошипел старлей, припадая на колено. — Моя смерть сделает отца лишь сильнее. А ты, рядовой Ларионов, всё равно станешь одним из нас. Рано или поздно…

Я прикрывал спину энергощитом и прислушивался к выстрелами, которые звучали позади. Нужно было дождаться, когда Андрюха перебьёт оставшихся диких. До этого момента не было смысла наносить Ковригину смертельну рану.

— По крайней мере, ты уже не твердишь, что убьёшь меня, — хмыкнул я. — Очередной раз сработала теория о шкафах: «Чем больше шкаф, тем громче падает».

— Смейся, рядовой, — прорычал Ковригин. — Но долго тебе не придётся радоваться.

Выстрелы за спиной стихли.

— Андрюх, как обстановка? — спросил я у морпеха.

— Вроде чисто, — ответил тот.

— В таком случае, сеанс окончен, — это я говорил уже старлею.

После этого я несколько раз ударил ему энергокопьём в горло и тот замертво свалился на живот. Я думал, что сразу же под ним образуется лужа основы, но этого не произошло. Рука старлея, будто на рефлексах, оттянулась в сторону и его пальцы совершили очередной щелчок.

Только в этот раз его раны заживать не стали. Вместо этого они почернели и прямо из них потекла основа.

— «Есть пробитие», — выдохнул я, поворачиваясь к Андрюхе. Не знаю почему именно сейчас я вспомнил эту фразочку из одной популярной онлайн-игры про танки. — Справились, напарник.

— Собираем основу и двигаем к осколку, — отправляя пистолет в кобуру, объявил «Кулак». — Надеюсь, наши друзья ещё живы.

Глава 6

Выбор

— Бросим монетку? — предложил «Кулак» подобным образом определить, кому достанется чёрная основа Ковригина.

Меня же эта идея не радовала. Как и в случае с Неделиным, я готов был найти любую причину, лишь бы не забирать основу с того, кого я знал. И пусть Ковригина я знал плохо. Пусть, как мне казалось, он был ужасным человеком и офицером, я всё равно не мог воспринимать его, как на типичного дикого.

Хорошо хоть это не помешало мне сражаться с ним.

— Давай разберёмся без монетки, — отказался я. — В нашем отряде подобные вопросы решаются иным образом.

— Ну-у, — протянул морпех, — если хочешь забрать основу с ротного себе, я возражать не стану. Я всё-таки не мало её собрал с тварей, пока дрался с ними. Как ни крути, в ближнем бою тяжело избегать чёрных луж. Нет-нет, да наступишь в какую-нибудь. Какая-то основа случайно всасывалась, с других специально забирал. Так что можешь забрать всё, что осталось после старлея, себе.

Я приблизился к Ковригину и сконцентрировал взгляд на луже под ним. С помощью визора решил узнать, сколько ресурсов осталось после него:

Чёрная основа — 1009 грамм.

цветные элементы: 72 зелёный (сила), 12 жёлтый (скорость), 38 синий (выносливость), 17 фиолетовый (сила умения), 9 красный (сопротивление), 4 оранжевый (мана).

Увиденное заставило меня задуматься. Выходит, подтвердилась наша теория о том, что часть элементов теряется после смерти противника. Вот и Ковригин оставил после своей смерти вполовину меньше ресурсов, чем было в нём живом.

Затем прямо у меня на глазах значение зелёного элемента сменилось с «72» на «71». Это что получается? Ресурсы не только теряются после смерти, но ещё и выветриваются, пока находятся в луже? Что ж, это объясняет, почему с, вроде бы, сильных противников выпадает так мало основы.

— Мне эта основа точно не нужна, — заключил я после осмотра лужи. — Здесь очень мало маны и силы способности. Она мне большой погоды не сделает. А вот тебе, Андрюх, она очень пригодится. Ты же, получается, у нас рукопашник. Ближний бой любишь, так?

«Кулак» согласно кивнул.

— Ну значит решено, — продолжил я. — В этой луже очень много зелёного и синего элементов. Сила и выносливость тебе очень пригодятся в драке. Так что забирай себе. А я гляну, что осталось после тварей.

Я прошёлся по коридору, вглядываясь в каждую тёмную лужу. Враги наши были очень низкого уровня и потому в каждой такой луже имелось буквально по два-три грамма основы.

К тому же почти все они были пустыми. В том смысле, что цветных элементов в них не было. Такие я, разумеется, игнорировал. Пусть потом лучше кто-нибудь соберет эту основу в контейнеры и потратит на тех, у кого ещё нет иммунитета. Так будет гораздо больше пользы для проекта «Вторжения».

Целенаправленно ходить и изучать каждую лужу с основой на всём участке, где сражались мы с дикими, я не стал. Времени на это не было. Проанализировал лишь те лужи, что попались на пути в сторону складов. Как вывод — я собрал лишь шесть луж, в котором находилось по одному фиолетовому элементу. Остальные меня не заинтересовали.

— Спасибо, Макс, — догоняя, поблагодарил меня морпех. — Я нехило так подрос уровнем после этой битвы.

Я обернулся на «Кулака» и глянул на него через визор:

Имя отсутсвует - 1847 грамм, 41 уровень.

цветные элементы: 107 зелёный (сила), 36 жёлтый (скорость), 67 синий (выносливость), 39 фиолетовый (сила умения), 33 красный (сопротивление), 18 оранжевый (мана).

— Да, выглядишь теперь солидно, — усмехнулся я. — А не хочешь рассказать, что за способность у тебя такая? По рукопашным навыкам, вроде как, мне понятно. Это тебе явно не от осколка досталось. Но как ты умудряешься так ловко избегать пуль, выпущенных в тебя почти в упор?

— Рукопашный бой, — ответил морпех, — это Кудо. Такое боевое искусство. У меня второй дан. А вот, что у меня за способность, объяснить сложно.

— Уж как-нибудь попробуй, — настоял я.

— Как бы это проще сказать, — начал Андрюха подбирать слова. — Я чувствую опасность заранее. Если, например, ты решишь прицелиться мне в голову из своего АК-12, я узнаю об этом примерно за секунду. Более того, в моей голове сразу же возникнет множество вариантов, как избежать смерти и даже, как провести контратаку.

— А если в тебя будут целиться сразу двадцать человек? — добавил я вопрос.

Морпех задумал. Похоже, ему было тяжело объяснить, что происходит, когда он использует свою способность.

Через полминуты он продолжил.

— Это похоже на танец в коридоре с лазерными лучами, — объяснил «Кулак». — Видел, наверное, в кино, как суперагенты проходят подобные системы безопасности? Основной смысл — не коснуться подвижных лазерных лучей. Иначе сработает охранная система.

— Ты прям видишь эти лазеры? — хмыкнул я.

— Нет, не вижу, — уточнил морпех. — Я их чувствую. И знаю, как противодействовать им. Знаю, куда можно идти, куда нельзя. Понимаю, кто из врагов в данный момент опаснее всех.

— Выходит, у тебя что-то вроде паучьего чутья, как у человека-паука? — сделал я вывод.

— Не знаю, что у него там за чутьё такое, — хохотнул мой напарник. — Но лично я стал буквально чувствовать опасность. Единственная проблема — это оружие. Здесь все наши враги оказались дохляками. С ними успешно справляется стандартный ПЛ-15, — морпех достал из кобуры свой табельный пистолет и продемонстрировал его мне. Затем ловким движением вернул его обратно. — А вот в зонах, где враги уже подросли, этому малышу приходится тяжко. Не хватает мощности. Надо будет обсудить этот вопрос с нашим оружейником Валуниным. Может, он найдёт для меня что-нибудь помощнее.

— Кстати, о нём, — подметил я, когда мы подошли к разобранному участку забора, которым были окружены склады. — И обо всех остальных. Мы почти дошли до осколка. Насколько я помню, лаборатория находится вон там, — я указал на один из складов, которые были сделаны по типу утопленных в землю замаскированных ангаров. На их овальной крыше даже трава росла.

На территории складов оставалось ещё пару десятков тварей с обожжёной кожей. До этого момента они усердно продолжали заниматься сбором металлолома. Но, когда мы зашли за ограду, они бросили все свои дела и двинулись в нашу сторону.

Не сговариваясь, мы с «Кулаком» тут же вскинули свои АК-12 и начали отстреливать всех «металлосборщиков». Я отметил, что морпех стрелял намного лучше меня. Возможно, даже лучше, чем наша Анна. Мало того, что он не промахнулся ни разу, так ещё и попадал всегда в одно и тоже место — точно в висок.

Не прошло и полуминуты, как все враги закончились.

— Хорошо стреляешь, — похвалил я напарника.

— Спасибо, — отлучённо ответил он, глядя куда-то в сторону.

Я посмотрел туда же и увидел призрачный образ Лены. Она стояла у угла ангара. Из её глаз, как всегда, текли слёзы. Вид у неё был измученный.

— Пожалуйста, — еле слышно произнесла она

— Поздно пить Боржоми, — резко ответил ей морпех. — Думать надо было раньше, стерва.

Как я понимал, Андрюха видел в этом призраке исключительно свою бывшую. В прямом и переносном смысле. А то, кем она является на самом деле, он почему-то не учитывал. Наверное, на то были очень серьёзные причины.

Мы подошли к железным воротам, рядом с которыми на кирпичной стене висела табличка с надписью: «Склад вооружения и боеприпасов №2». Интересно, почему эту табличку так и не поменяли?

Стальная дверь, что находилась слева от ворот, была раскрыта настежь. Я обратил внимание, что механизмы, которые предназначались для автоматического закрывания этой двери, были сломаны. Также я заметил, что ангар был полностью обесточен.

Первое, о чём я подумал, что нам потребуются фонари. Ведь внутри скорее всего нас ждёт кромешная темнота. Но, глянув через порог, я увидел картину обратную — в ангаре было довольно светло. Всё внутреннее помещение было залито багровым светом. Точно таким же, каким была окрашена волна импульса от осколка. Наверное, свет шёл от осколка.

— Заходи, — окинув местность позади нас взглядом через прицел своего автомата, настороженно произнёс «Кулак». — Я прикрою тыла. Ты смотри вперёд.

— Принято, — кивнул я и сделал шаг за порог.

Как только я оказался внутри, сердце моё ёкнуло. Здесь находилось огромное количество людей из персонала проекта «Вторжение». Их разместили вдоль стен в позе эмбриона. Некоторые из них лежали на боку, а другие сидели, обняв ноги руками. И, самое главное, все они были без сознания.

А ещё все эти люди были оплетены плотной сетью оранжевых корней, которые росли от осколка. Причём многим из них эти корни проткнули ноги и руки. А вот кое-кому повезло ещё меньше — им корни пронзили тела, шеи и даже головы. Судя по всему, этих людей уже не получится вернуть к жизни.

Очень быстро я отыскал взглядом ребят из своего отряда. «Порох» находился в дальнем от меня углу. Корни пробили ему почти все конечности. Причём сразу в нескольких местах. «Ведьма» и Анна лежали вместе у стены справа. Им обеим повезло — корнями их не задело. «Бесячий» и «Соня» сидели недалеко от них. У обоих были пробиты стопы. «Мех» лежал калачиком у левой стены. На первый взгляд корни его не проткнули, но обвили его так сильно, что придётся помучиться, чтоб высвободить пулемётчика. «Ключа» я отыскал недалеко от осколка. Он всё ещё был в своём экзоскелете, а корни, обтянув его со всех сторон, будто пытались утащить его под бетонный пол. Хорошо хоть, безрезультатно.

Здесь же был подполковник Кудрин и капитаны Валунин и Жикин. Нашёл я и нашего электрика Вована и черноволосую подружку рыженькой. А ещё, к моему удивленью, здесь же обнаружился профессор Ногтев и паренёк, которого мы спасли с крыши отеля в научном центре. Гриша его, вроде, зовут. У него ещё была способность, связанная с телекинезом.

— А вон мои ребята, — голос «Кулака» дрогнул.

Я глянул туда, куда он показал. Морпехам, которые в том месте находились, к сожалению, не повезло. Корни пробили их тела сильнее всех остальных. Не нужно хорошо знать анатомию, чтобы сделать вывод, что Андрюхин отряд не переживёт этот день.

— Сука! — прорычал морпех. — Только Женька живой остался. Все остальные мертвы.

Голос «Кулака» задрожал ещё сильнее. Он едва сдерживал свои эмоции.

— Сожалею, — негромко произнёс я. — Может, удастся ещё кого-нибудь спасти…

— Не удастся, — ответил «Кулак», схватил топор, что лежал на коробке возле двери, и двинулся в сторону осколка. — Пойдём, «Инженер», разобьем этот булыжник к чертям собачьим.

Я молча взял второй топор и двинулся вслед за морпехом.

О том, что осколок раньше был заперт в стеклянной камере, свидетельствовало только разбитое стекло вокруг него. Похоже, оно не выдержало ударной волны от импульса.

Отсутствие преград позволило бурно вьющимся корням раскинуться по всему помещению и окутать собой всех пленников. Интересно, для чего осколо это сделал? Чтобы высасывать жизнь из них? Или есть другая причина?

— Остановитесь! — с агрессией вскрикнула внезапно возникшая перед нами Лена. — Не делайте этого!

Ничего не отвечая девушке, «Кулак» взмахнул топором и ударил по её призрачному образу. Разумеется, оружие прошло насквозь, не нанеся той никакого вреда.

— Прочь с дороги, дрянь, — прорычал тот. — Сейчас ты ответишь за смерть моих друзей.

— Я не виновата, — продолжала кричать девушка. — Это их выбор.

— Охотно верим, — это уже сказал я.

Мы подошли с топорами к осколку и встали с разных сторон от него.

Я оглянулся на Лену и заявил:

— Я теперь я даю тебе выбор. Либо ты убираешь свои корни от наших друзей и возвращаешь их к жизни. Либо мы прямо сейчас расколим тебя на части.

— А что потом будете делать? — воинственным голосом ответила девушка. — Вам ведь всё равно зона нужна.

— У нас есть другой осколок. Неделин им поделился, — сказал я. — И, очень кстати, размер зоны вокруг него точно такой же, — я поднял топор над головой. «Кулак» сделал тоже самое. — А теперь выбирай. Убёрешь корни? Или расколоть тебя?

Гнев на лице девушке испарился за секунду. Она сорвалась с места и встала передо мной, закрывая своим телом булыжник.

— Ты не понимаешь, что творишь, — дрожащим голосом произнесла она. — Будет только хуже.

Глава 7

Причина

— Довольно этих игр, «Инженер», — рявкнул «Кулак», держа над собой готовый к удару топор. — Зачем ты с ней разговариваешь? Просто давай расколим осколок и всё!

Стоит отметить, что Андрюха был полностью прав. Мой ультиматум, в котором я предлагал выбор осколку, выглядел, как минимум, нелепо. Подобное могло сработать, возможно, против обычных людей. Причём, если бы враг был искренен в своих эмоциях. Если бы враг действительно боялся меня. Но нужно быть честным перед собой — оба этих фактора вряд ли имели место быть в данной ситуации.

Враг скорее всего притворялся. Я был уверен в этом. Постоянно плачущая призрачная Лена, в образе которой осколок являлся ко мне, её дрожащий и напуганный голос, тревога на лице… Всё это несомненно было ширмой, притворством. Не стоило даже допускать мысль о том, что внеземной разум испытывал хоть толику тех эмоций, которые так старательно показывал мне с помощью образа секретарши Лены. Девушки, которую я хоть и нем была моей, но, как ни крути, она была мне небезразлична.

— Уничтожив семя, ты создашь еще больше проблем, — продолжала говорить Лена напуганным голосом. — Остановись, Максим. Остановитесь оба!

— Проблем для кого? — твёрдым голосом спросил я. — Для нас? Или, может, для тебя?

Девушка не ответила. Лишь продолжила смотреть на меня красными от слёз глазами.

— Всё, Макс, хорош трепаться с этой дрянью! — снова прорычал мой напарник. — Давай уже покончим с ней.

И снова морпех был прав.

Тем не менее, тот «спектакль», который устроил я, дал мне понять, что внеземной разум явно не хотел, чтобы мы уничтожали этот осколок. Или, как она там его назвала? Семя? Этим словом она ещё ни разу не называла осколок.

Но у меня оставался вопрос — почему она не хочет, чтобы мы уничтожали семя?

Какой вред астероиду будет от того, что будет сломан небольшой булыжник, в то время, как на планету упали сотни подобных. Ведь, судя по всему, осколки не существовали отдельно друг от друга. Всех их связывал единый разум. Центр которого, скорее всего, находился в Сибири в Путоранском заповеднике.

— Максим, — эмоции переполняли девушку. Вернее, как я был уверен, притворные эмоции. — Ты же понимаешь, что я не могу выполнить твою просьбу. Невозможно взять и просто убрать корни. Это так не работает.

— Именно это я и хотел услышать, — усмехнулся я, готовясь к удару.

Разумеется, я понимал, что корни не могут расти обратно. И завянуть по щелчку они тоже не могут. Тут придётся хорошенько поработать топором, чтобы освободить людей, угодивших в эту ловушку. Но начать следовало именно с осколка. К тому же так я, возможно, отвечу на вопрос, почему астероид не хочет, чтобы была уничтожена даже одна из мелких его частей.

Единственная проблема, которая могла возникнуть — исчезнет зона над нашей базой. Но с другой стороны — чёрт с ней. Эксперимент того стоил. Тем более, как я упомянул ранее, у нас был ещё один осколок. Тот, который лейтенант Неделин хотел притащить в Москву. С помощью него мы сделаем новую зону, если эта пропадёт.

А сейчас необходимо было показать астероиду, что мы намерены серьёзно. Что человечество не станет спустя рукава наблюдать за тем, что творит пришелец. Сегодня астероид убил очень много людей. Слишком много. Враг заслужил потерять часть себя.

— Бей, Андрюха, — кивнул я морпеху. — Ты первый.

— Неееет! — вскрикнула Лена и бросилась под лезвие топора, которое мой напарник уже начал опускать на осколок.

Разумеется, защитить призрачным телом свой булыжник Лена не могла. Топор прошёл сквозь девушку, а затем высек искры из осколка. Удар лейтенанты был резким и очень мощным.

Следом за «Кулаком» ударил и я, стараясь попасть в то же самое место, что и офицер. Снова во все стороны посыпались искры. Сразу после меня Андрюха нанёс ещё один удар.

По осколку поползла лёгкая трещина. Поочерёдно мы повторяли удары ещё несколько раз, пока треть осколка не отвалилась.

— НЕЕЕЕТ! — взревела Лена, глядя на упавшую на пол часть булыжника. Только в этот раз она это сделала с неприкрытой агрессией. Что ж, вот ты снова показала своё истинное лицо.

На месте отколотой части м увидели то, что скрывалось внутри. Там было что-то вроде ядра. Оно пульсировало, словно сердце, и имело ярко-красный оттенок.

Но при виде его мы не остановились. Нужно было завершить начатое. В любом случае, мы не знали, как ещё прекратить то, что устроил осколок.

— Ещё! — крикнул мне Андрюха. — Бей, Макс!

И я ударил снова. Целясь прямо в сердце-ядро.

— Не делайт… — голос Лены прервался на полуслове сразу после того, как я ударил в ядро. Впрочем, и она сама куда-то сразу же пропала.

Я ожидал, что топор после удара отскочит от сердца камня, так же как и от поверхности осколка. Но, вопреки моим ожиданиям, лезвие воткнулось в ядро, словно то было деревянным. Даже звук оказался похожим на тот, когда ударяешь по стволу дерева.

Вырвать топор у меня не вышло. Даже несмотря на то, что у меня было довольно много сил, данных мне зелёным элементом. Казалось, ядро срослось с лезвием.

Сердце камня прекратило пульсировать. Ярко-красное тона сменились ровным белым светом. Словно лампочка с холодным оттенком была вставлена внутрь осколка. И весь этот свет перекинулся на всё помещение, которое до этого было залито тонами, похожими на аварийное освещение.

Непонятно по какой причине, но произошли изменения и в визоре. Если раньше «Кулака» я видел с чётким зелёным контуром, то теперь этот контур стал белым. Тоже самое произошло и со всеми людьми, которые были окутаны паутиной корней. Сразу же поймал себя на мысли, что это сильно усложнит нам задачу, когда люди начнут просыпаться. Ведь мы не сможем сходу определять кто из них свой, а кто чужой. Придётся быть аккуратнее, когда начнём их освобождать.

Мы с морпехом замерли, опасаясь пошевелиться. Всё-таки в своём желании наказать осколок мы, пожалуй, зашли слишком далеко. Возможно, не нужно было бить в само ядро. Впрочем, думать об это было уже поздно

— Зона пропала? — настороженно спросил «Кулак», вертя головой по сторонам. Похоже он опасался внезапной атаки призрачной девушки. Либо просто пытался понять, куда она делась.

— Непонятно, — ответил я. Но затем сразу же посмотрел на потолок. Туда где висели лампы. — Надо проверить, есть ли электричество.

Я быстро отыскал выключатель и несколько раз нажал на него. Это не дало никакого результата. Лампы на потолке не загорелись Тогда я вернулся ко входу и выглянул наружу. Там тоже всё было без изменений — хмурые осенние тона и угрюмые тучи, низко висящие над землёй. Всё выглядело так же, как это было во всех зонах, в которых мы побывали.

После этого я вспомнил про Леонида, который был с нами на связи. Быть может, у него есть какой-нибудь определитель зоны. По крайней мере, У Фёдора в костюме такой точно имелся. Но он всё ещё был без сознания. Вообще никто из людей не проснулся после моего удара по ядру осколка.

— Леонид, — обратился я к учёному через голосовую связь. — Вы можете нам подсказать, осталась ли аномальная зона?

— Чего? — удивлённым голосом ответил тот. — Почему вы это спрашиваете? Что вы сделали с осколком?

— Немного постучали по нему, — пояснил «Кулак». — Так есть зона или нет?

— Постучали? Вы с ума сошли? — новость об этом явно не понравилась Леониду Павловичу. — К нему вообще нельзя прикасаться.

— Просто скажи, есть зона или нет? — вместо дополнительных разъяснений, повторил я вопрос.

— Секунду, — недовольным голосом проворчал Леонид. Через полминуты он поделился результатами. — И да и нет. Прибор показывает, что аномалия сохранилась, но излучение сильно изменилось.

— Что значит изменились? — переспросил я.

— Волны, которые исходят от центра зоны, — объяснил учёный, — они всегда имели пульсирующий характер. Теперь же они ровные. Точнее, это излучение волнами назвать больше нельзя. Да и концентрация излучения стала заметно ниже. Скорее всего это скажется на работоспособности визора. Он ведь заточен под пульсацию, — он ненадолго затих. — Так что конкретно вы сделали? Только не говорите, что вы разбили осколок?

— Совсем немного, — усмехнулся «Кулак». — Воткнули топор ему прямо в ядро.

— В ядро? — ещё более удивлённым голосом произнёс Лёня. — Внутри него есть ядро. Невероятно…

— Всё. Конец связи, — вместо продолжения деалога отрезал Андрюха, окидывая взглядам полторы сотни людей, опутанных паутиной корней. — У нас тут ещё очень много дел осталось.

— А мне что делать? — спросил Леонид

— Пока ничего, — направляясь с топором в подполковнику Кудрину, сказал морпех. — На всякий случай оставайся там, где сидишь и не отсвечивай.

* * *

Для начала я хотел отыскать новый свинцовый контейнер, чтобы положить в него осколок. Тем самым обновить систему безопасности, которая защищала от импульсов. Ведь не исключено, что тот ящик, в котором изначально лежал осколок, был с браком. Возможно, в этом и была причина, по которой осколок смог ударить по всем нам импульсом.

Но я быстро отказался от этой идеи. Ведь я так и не смог вытащить из сердца-ядра свой топор. И даже «Кулаку» это не удалось, несмотря на то, что сил у него было на порядок больше. Морпех даже попытался сломать черенок, но даже этого сделать не удалось. Инструмент оказался очень крепким.

Интересно, почему он таким стал? Из-за постоянного контакта с осколком? Насколько я помню, те вещи, как, например, колун Фёдора, менялись после контакта с корнями. Или же это ядро его так усилило? Что ж, вот и новая задачка для «Ключа» и остальных учёных проекта «Вторжение». Пусть разбираются во всём этом.

Сначала мы с Андрюхой перерубили все корни, которые торчали из основания осколка Затем мы принялись высвобождать людей. Начали с тех, кому не пробило корнями тела и конечности. Решили, что «пациентов» с травмами лучше трогать без наблюдения медиков.

«Кулак» начал с подполковника Кудрина. Я же первым делом обрубил корни, которыми были обвиты Анна и Ольга, а затем переключился на Фёдора, а после на Бориса.

Пока мы работали, я заметил, что с момента моего последнего посещения этого места здесь всё сильно изменилось. Учёные хорошенько облагородили своё рабочее пространство. Скрыли толстые провода, которые ранее были опасно протянуты по полу во все стороны. Так же этих проводов почти не было заметно и на стенах.

Да и в целом, всё стало больше походить на нормальную современную лабораторию, а не на автомобильный бокс, который соорудили на быструю руку.

Спустя пару минут, когда мы освободили около десяти людей, некоторые начали приходить в себя. Причём не только освобождённые, но и те, кто ещё оставался в ловушке.

— Что происходит? — примерно такими были первые вопросы проснувшихся.

— Где я?

— Как я здесь оказалась?

— Что случилось?

— Почему так голова болит?

— Помогите мне! Умоляю…

Каждый раз, когда кто-то просыпался, мы с «Кулаком» откладывали свои дела и внимательно наблюдали с действиями пробудившегося. Мы опасались, что те после сна могут стать дикими. Работоспособный визор, конечно, упростил бы нам задачу. Но, увы, тот дал сбой после того, как я ударил в ядро осколка. Поэтому пришлось работать, как говорится, по старинке.

— Как вас зовут? Ваша профессия? — задавали мы вопросы, которые, как нам казалось, могли выявить тех, кто переметнулся на сторону осколка. Сражение с подобными «Чеху», «Неделину» или «Ковригину» нам сейчас было совсем ни к чему. — Что помните?

— Василий Андреевич Якин. Поваром я работаю, — отвечал первый пришедший в себя. — Помню красную вспышку. Потом ничего не помню. Хотя… дерево какой-то помню. Ещё мальчик был в темноте.

— Что хотел этот мальчик? — добавил я вопрос.

— Не знаю, — отвечал проснувшийся. — Я не понимал его слов. Но было больно. Очень больно. Спасибо, что освободили. Спасибо большое.

— А сейчас как себя чувствуете? — продолжал я. — Нет желания убить кого-нибудь?

— Убить? — округлил тот от удивления глаза. — Нет, вы что? Как вы могли такое подумать?

— Не переживайте, — поспешил я его успокоить. — Просто пытаемся понять, не превратились ли вы в дикого.

— Нет-нет-нет, — разволновался повар. — Я Василий Якин. Я не дикий.

Подобным образом мы приветствовали всех, кто просыпался. Разумеется, это был далеко не научный метод. И, возможно, мы задавали совсем не те вопросы, которые могли бы нам помочь выявить врагов. Но уж как могли.

К тому же мы держали в голове самое важное — дикие, как правило, не общаются с людьми. Они просто хотят убивать. И, причём, бросаются в атаку сразу же. По крайней мере, ни разу мы не встречали таких тварей, которые хотели нас перехитрить словами, а потом нанести удар в спину.

Даже тот дикий, с которым удалось поговорить на свиноферме, не врал нам в лицо. Да очевидно, что он явно нам что-то недоговаривал, но никакой подлости в итоге от него не последовало. Более того, он сдержал обещание и помог в битве с волками. И даже возле самого осколка он не пытался убить меня исподтишка. Он просто встал между мной и внеземным булыжником, надеясь его спасти.

После короткого опроса «на вшивость», как назвал этот тест «Кулак», пробудившиеся присоединялись к нам в освобождении людей. Правда не все. У некоторых для этого совсем не было сил и они располагались у дальней стены. Выходить из лаборатории мы всем настрого запретили.

Проснувшихся становилось всё больше. Мы едва успевали их освобождать и допрашивать.

Также я заметил одну закономерность — в себя приходили только те, кому не был нанесен вред корнями. С одной стороны, это к лучшему. Ведь им явно придётся не сладко, когда они проснуться. С другой стороны, я допускал возможность того, что эти люди могли стать дикими. И от этой мысли мне самому становилось больно. Ведь трое из моего отряда, включая нашего командира, были из их числа.

Примерно через двадцать минут начали приходить в себя те, кого я хорошо знал. Первым проснулся Фёдор.

После «теста на вшивость» Разводной сразу же направился к контейнеру с осколком, чтобы понять, почему тот не закрылся, когда возникла опасность. Он даже на торчащий в ядре топор не обратил внимания. Либо просто решил оставить этот вопрос на потом.

— Нет, «Инженер», никакого брака нет, — заключил «Ключ» после осмотра ящика. — Всё в полном порядке.

— Тогда почему система безопасности не сработала? — спросил «Кулак». Он в этот момент рубил корни, которыми был скован капитан Жикин.

— Причина одновременно очень простая и очень пугающая, — ответил Фёдор. — Кто-то отключил систему безопасности.

— То есть, как это «кто-то отключил»? — удивился я.

— Просто, — хмыкнул Разводной. Он был удивлён не меньше моего. — Кто-то взял отвёртку, нож и снял кожух, — Фёдор показал на место, из которого торчали проводки, — а затем перерезал все провода. Хотя резать их было уже не обязательно. Экранирование нарушилось уже после снятия кожуха и защита, разумеется, к этому моменту не работала.

— Ты хочешь сказать, что в проекте «Вторжение» завёлся предатель? — внезапно раздался строгий голос Кудрина. Похоже он пришёл в себя в тот момент, когда Фёдор озвучивал причину отключения системы безопасности.

Подполковник, держась за голову, поднялся на ноги и подошёл к осколку. Глядя на него, все сотрудники замерли. Работы по освобождению людей из под корней приостановились.

— Я? — Фёдор аж побледнел после вопроса начальника. Похоже, он сам не думал, что выявление причины не сработавшего механизма приведёт к такому выводу. — Я не знаю, товарищ подполковник. Я просто сказал, почему защита не сработала.

— Тем не менее, всё указывает именно на предателя, — Кудрин остановился возле осколка и внимательно изучил торчайщий из него топор. Затем он окинул всех присутствующих строгим взглядом и громко произнёс. — Что ж, предателя мы непременно найдём. Даже не сомневайтесь. Опыт у меня в подобных делах имеется. Но для начала расскажите мне, кто разбил осколок?

Я аж сглотнул от неожиданности. Даже не знаю, что означал вопрос подполковника. Похвалить он нас за это хотел или наоборот?

Глава 8

Мы на войне

В принципе, и до вопроса Кудрина о том, кто разбил осколок, в лаборатории было довольно тихо. Но после него, как будто стало ещё тише. Настолько тихо, что даже было слышно дыхание рядом стоящих людей.

И это при том, что к этому моменту проснулись уже около полусотни людей.

— Я повторяю свой вопрос, — Кудрин продолжал давить взглядом всех, кто находился в помещении. — Кто разбил осколок? И, главное, зачем?

Лейтенант Растегаев молчал. Я тоже не торопился отвечать. Нет, я ничего не боялся. Более того, я бы уверен, что мы с морпехом всё сделали правильно и вряд ли начальство за это применит против нас какие-либо санкции. Дело было в том, что Кудрин пропустил важный пункт после пробуждения — «тест на вшивость». Не знаю, как «Кулак», но я не собирался делать подполковнику поблажку, даже несмотря на то, что он наш начальник.

— Товарищ подполковник, — вышел я вперёд, — перед тем, как мы ответим, разрешите сначала задать вам пару вопросов.

Тем не менее субординацию, я, конечно же, соблюдал.

Кудрин оценивающе на меня посмотрел и в момент, когда что-то хотел мне ответить, внезапно зажмурился и с болезненным выражением на лице немного склонил голову. Похоже, он ощутил острый приступ мигрени.

После этого подполковник нашёл взглядом ближайший стул и буквально рухнул в него.

— Ты, рядовой Ларионов, отдаёшь себе отчёт в том, что говоришь это начальнику части? — Кудрин смотрел мне в глаза, стараясь не моргать. Говорить ему было явно очень сложно. — Понимаешь, что обращаешься к своему непосредственному командиру?

— Понимаю, — тоже стараясь не моргать, твёрдым голосом ответил я.

— «Инженер» прав, товарищ подполковник, — вступился за меня «Кулак». — На базе произошёл инцидент. И каждый, кого задел импульс, должен быть проверен. Включая вас. Будь у нас работоспособный визор, этого бы не потребовалось. Но, вследствие недавних событий, устройство работает неправильно.

Кудрин обдал морпеха таким тяжёлым взглядом, что будь на его месте зелёный солдат, то умер бы от страха, наверное. Но Андрюха стоял непоколебимо и смотрел начальнику прямо в глаза.

— Понятно всё с вами, — тяжело вздохнув и закрыв глаза, произнёс подполковник. — Хотите начать поиск предателя с меня… — он замолчал и начал активно массировать виски пальцами обеих рук. — Что ж, разумно, бойцы. Всё правильно. Делайте, что нужно.

Я был немного удивлён, что начальник сдался так быстро. Может, он просто не хотел спорить из-за больной головы? Хотя, это врядли. Как никак, Кудрин долгое время работал в ФСБ. И потому толк в различного рода допросах знал. В этой, так сказать, «дисциплине», он разбирался гораздо лучше любого из нас.

Впрочем, уже в ближайшие минуты он подтвердил это на деле. Пока мы задавали ему контрольные вопросы, мы не заметили, как сами рассказали подполковнику о том, что произошло на базе после импульса. Также я не понял, в какой именно момент Кудрин перенял инициативу, и начал задавать вопросы нам.

Общаясь с нами, он даже успел заново организовать работу по извлечению из-под корней всех тех, кто еще оставался в ловушке.

Попутно начальник приказал проснувшимся медикам заняться своими прямыми обязанностями — выписать каждому нуждающемуся по таблетке от мигрени. Уже через пять минут Кудрин перестал держаться за голову, а его голос заметно приободрился.

— Говорите, зона расширилась, солдаты из оцепления стали дикими, а старший лейтенант Ковригин и вовсе стал перебежчиком? — покачал начальник головой. — Плохо. Очень плохо. Придётся назначить нового ротного, — затем он перевёл своё внимание на «Ключа». — Разводной, что скажешь по осколку? Сильно они навредили ему?

— Этот момент придётся изучить подробнее, — неуверенно ответил Фёдор. — На первый взгляд ничего существенного не произошло. Никакого пагубного воздействия на человеческий организм не наблюдаю. По крайнее мере, нам он точно вреда не наносит.

— Но что-то ведь определённо изменилось? — добавил вопрос я. — Не так ведь просто исчез призрак осколка.

— Есть у меня кое-какие догадки на этот счёт… — покачал головой Разводной, разглядывая торчащее в ядре лезвие топора. — Но я, пожалуй, для начала проведу пару тестов. Как будут результаты, доложу.

— Занимайся, — махнул ему рукой Кудрин. Похоже, голова у него больше не болела. По крайней мере, виду он уже не подавал. — Остальные, — он произнёс это так громко, чтобы его услышали все. — С этой секунды на базе действует карантин. Запрещаю всем покидать эту лабораторию до особого распоряжения. Никто отсюда не выйдет, пока мы не убедимся на все сто процентов, что опасность миновала, — затем он снова обратился к «Ключу». — Разводной, у тебя связь с внешним миром работает?

— Так точно, — кивнул Фёдор.

— Отлично, — сказал начальник. — Давай-ка отправим пару голосовых сообщений. Спросим, что происходит вокруг нас и в стране в целом.

* * *

Кудрин на скорую руку записал два голосовых сообщения. Одно для центрального штаба проекта «Вторжение». Другое начальнику оцепления нашей зоны.

Пока ждал ответ, подполковник без дела не сидел. Сначала он помахал топором вместе со всеми остальными. Занимался он этим делом, пока очередь не дошла до тех людей, чьи конечности и тела были пробиты корнями. После этого он отдал приказ, чтобы дальше процессом освобождения занимались исключительно медики.

Сказать честно, это была самая суровая часть. Ведь те люди, когда приходили в себя, испытывали очень сильную боль. И далеко не все из них мужественно терпели её. Благо наши медики хорошо знали своё дело и очень быстро оказывали им помощь.

Но как бы Кудрин не заверял, что никто не покинет лабораторию, пока не убедимся, что опасность миновала, сделать это всё-таки пришлось. Медики настояли на этом. Ведь им банально не хватало лекарств. Потому пришлось собрать отряд и отправить его в санчасть под руководством «Кулака».

Спустя десять минут пришёл ответ от начальника оцепления.

Связь осуществлялась через системы в экзоскелете Разводного, поэтому входящие сообщения невольно слушали все, кто находился в лаборатории.

Начальник оцепления сообщил, что после импульса зона расширилась примерно на пятьдесят метров. Из-за этого около трёхсот солдат подверглись облучению и обратились в диких. Похоже, это именно те, против кого мы с лейтенантом Растеряевым сражались, пока пробирались в центр к осколку.

Жаль ребят. Но иначе мы поступить не могли. В любом случае, их уже невозможно было вернуть в нормальное человеческое состояние.

— Все солдаты, которых задело зоной, за периметр не выходили, — докладывал начальник оцепления в голосовом сообщении. — Остальной личный состав я отвёл на пару километров от зоны. Технику держим в полной боеготовности. Развернули в воздухе вертолёты трёх боевых отрядов, которые вылетели час назад на миссии. Планировали послать их на зачистку базы. Какие будут указания, товарищ подполковник?

— На базе установлена чрезвычайная ситуация, — говорил в ответном сообщении Кудрин. — Ваша задача — никого не выпускать из зоны. И никого не впускать. Боевые отряды разворачивайте обратно на миссии. Пусть выполняют поставленные задачи. Мы справимся и без них.

Следом пришёл ответ и из центра командования проектом «Вторжение». Выяснилось, что люди там знатно так переволновались, когда случился выброс в нашей войсковой части. Секретарь совета безопасности Кожин (тот самый, который является самым главным во «Вторжении»), даже не скрывал своих эмоции во время записи сообщения. Он даже рассказал нам забавную историю. Уверял, что прямо на его глазах несколько сотрудников поседели, а некоторые даже постареть успели за те пятнадцать минут, во время которых с нами не было связи.

Да, именно столько прошло времени вне зоны, пока мы тут целых полтора часа давали отпор распоясавшемуся осколку.

Было ещё несколько людей, которые не скрывали своих эмоций — остальные члены моего отряда. Вот уж не думал, что они буду так рады меня видеть. Ольга на волне эмоций даже в щёку меня поцеловала. Хотя, после этого раскраснелась и попыталась скрыться от моих глаз.

— Красава, «Инженер». Я уже давно понял, что тебе можно доверить задание любой сложности, — «Порох» даже виду не подал, что ему было больно. Хотя у него были все конечности пробиты корнями. Впрочем, благодаря его способности к регенерации, заживали его раны прямо на глазах. В то время, как остальные спасались болеутоляющими.

Когда освободили всех, кто находился в нашем ангаре, и оказали помощь нуждающимся, Кудрин отправил ещё шесть отрядов на территорию части. Первый должен был сходить за сухпайком. Люди всё-таки хотели есть. Ещё два должны были проверить соседние ангары. Возможно, там тоже находились выжившие. Четвертому отряду предстояло привести сюда Леонида Павловича и всех людей, что были с ним. Как выяснилось, все те, кого мы с «Кулаком» перетащили в здание, уже давно пришли в себя.

Оставшиеся два отряда, один из которых возглавлял я, отправились на осмотр территории. Нашей задачей было проверить всю войсковую часть на наличие опасностей. Коих, кстати, мы не обнаружили.

Пока мы ходили на разведку, Кудрин устроился за столом старшего по лаборатории и организовал там «уголок допроса». Он по одному приглашал к себе на беседу всех людей и задавал вопросы, которые могли помочь ему выявить предателя.

Как я понял, подполковник был уверен, что в проекте «Вторжение» завёлся вредитель, который помог осколку устроить эту диверсию. Он обещал найти его и наказать. Какое именно наказание ждёт предателя, подполковник озвучивать не стал.

Так или иначе, на разговор к бывшему ФСБшнику попали все. За исключением меня и моего отряда. Ведь никто из нас физически не мог устроить диверсию, так как мы в момент импульса находились вместе с Кудриным.

В итоге застряли мы в лабораториях довольно на долго. Около шести часов провели мы здесь. А затем ещё столько же мы потратили на расчистку территории от мертвых тел диких. Оставлять их на территории базы никому не хотелось.

Мало ли… вдруг превратятся в зомби и сожрут нас во сне?

Ну а вывезти мёртвых за территорию части помог Ван Ваныч на своём тракторе с прицепом.

И только после того, как мы закончили с уборкой территории, Кудрин разрешил всем вернуться в спальное расположение.

Результаты потерь среди гражданского персонала, личного состава боевых подразделений и нанесённого ущерба базе, подполковник пообещал озвучить утром следующего дня.

— Это был очень тяжёлый день, — говорил он нам перед тем, как отпустить. — Сегодня мы потеряли много людей. Несколько боевых отрядов не вернулись с заданий. Погибли сотни солдат, что несли службу в оцеплении аномальных зон. И даже здесь, на нашей базе, случились потери среди гражданского персонала, — подполковник тяжело вздохнул. — Сегодня наш враг был агрессивен, как никогда. Он недвусмысленно дал нам понять, что мирного разрешения ситуации не будет. До этого момента мы с вами находились в режиме чрезвычайного положения. Пытались устранить угрозу в зачаточном состоянии. Хотели разрешить ситуацию, не поддавая её огласке всему миру. Но, похоже, всё это в прошлом, — подполковник обвёл взглядом всех присутствующих. — Отныне мы с вами на войне.

Глава 9

Новые знакомства

США. Апартаменты Жадного Билла в одном из небоскрёбов на Манхэттене.

Офицер секретной службы разведки прибыл к Жадному Биллу ранним утром. И застал его за завтраком на балконе, откуда открывался роскошный вид на Нью-Йорк.

— Кофе крепкий? — рассевшись в своём любимом диване, спросил Билл своего гостя. Разумеется этот вопрос был совсем не про бодрящий напиток. На языке разведки это означало, насколько раскалена ситуация в том или ином вопросе.

— Пожалуй, крепче ещё никто не заваривал за всю историю человечества, — ответил офицер. Никаких знаков отличия на нём не было. Более того, одет он был в самый обычный строгий костюм. Не дорогой, не дешевый. Такой, в котором можно слиться с любой толпой.

— О как, — приподнял брови Билл. — Настолько всё серьёзно?

— О-о, да, — протянул офицер. — Серьёзно настолько, что даже мне боязно этим заниматься. А я, между прочим, тридцать лет проработал в разведке. Думал, что уже всё повидал в этой жизни, — он тяжело вздохнул. — Да-а, Билл, заварил ты, конечно, нам кофейку. Вот же чёрт тебя дёрнул уронить именно этот астероид на нашу планету.

— Главное сейчас не дрожать булками, — Билл поднялся на ноги и подошёл к перилам. — И во что бы то ни стало добраться до моего астероида. Русские там его охраняют или ещё кто-то… неважно. Кстати, кто там вообще живёт в этом чёртовом заповеднике? Сибирцы? А-а, — пренебрежительно махнул он рукой в сторону. — Плевать, кто там живёт. Добраться туда нужно и точка!

— Не боишься, что это может привести к ядерной войне с Россией? — хмыкнул разведчик, вставая рядом с собеседником.

— Ну они ведь не дураки, — самодовольно усмехнулся Билл. — Прекрасно понимают, что в случае ядерной войны мы друг друга просто взаимоуиничтожим. А заодно и весь мир. Поэтому никто не нажмёт на красную кнопку. Ни они, ни мы. — он на миг задумался. — Но вскоре, благодаря астероиду, мы сделаем так, что их ракеты нам будут не страшны. Главное — опередить их, — Билл развернулся к гостю. — Ладно, рассказывай уже, какие успехи у наших отрядов в Сибири?

— Девять отрядов мы намеренно скормили русским, чтобы отвлечь их от основных команд, — ответил офицер. — И у нас это получилось. Русские взяли их примерно там, где мы и предполагали.

— Выходит, оставшиеся пять отрядов смогли зайти в аномальную зону? — опасливо улыбнулся Билл.

— Нет, — покачал разведчик головой. — Русские все-таки смогли вычислить ещё три отряда. Отдать им должное, работают они на высшем уровне.

— Кто бы сомневался, — Билл почти не дышал. — А последние два отряда? Что с ними?

— Бойцы одного их этих отрядов были разорваны на части… хм, — офицер брезгливо сглотнул. — Каким-то русским медведем. Огромным, мать его…

— Бога ради, Брайан, скажи, что у последнего отряда получилось! — Билл сжал со всей силы кулаки.

— Да, Билл, они зашли в аномальную зону Путоранского заповедника два часа назад, — офицер улыбнулся во все своих тридцать два. — Операция «Шторм в Сибири», считай, началась.

Билл поднял голову к небесам и облегчённо выдохнул.

— Прекрасные новости, — Билл дрожащими руками налил себе целый стакан виски. — Если наши бойцы не подведут, у нас будет самый мощный отряд одарённых на планете. И они никого не подпустят к моему астероиду, — он наполнил ещё один бокал для гостя. — Запомни, Брайн, мои слова. Придёт время и русские будут умолять нас, чтобы мы пустили их в их Сибирь. Точнее, это уже будет наша Сибирь…

* * *

Войсковая часть проекта «Вторжение».

Московское время — 01:41.

Аномальное время — 10:06.

Весь день в аномальной зоне проходит в условиях глубокой ночи.

Как же я был рад, что меня не назначили в ночное дежурство по части. Ведь предыдущие сутки для нашего отряда были чересчур напряжёнными и насыщенными. И очень-очень длинными. Как бы это не прозвучало, но наш рабочий день вчера длился почти сорок часов.

Вот такая получается забавная арифметика с этими временными аномалиями.

Впрочем, никто мой отряд даже и не пытался отправить на дежурство. Как и всех остальных военных, кто вчера вернулся с боевого задания. Более того, всем нам сегодня был положен полноценный выходной день. Единственное, нужно будет до обеда посетить собрание подполковника Кудрина, на котором он проведёт разбор полётов, расскажет о результатах прошедшего дня и объявит о дальнейших планах.

Как и положено человеку на выходном, я смело проспал завтрак. И даже понежился в кровати минут двадцать после того, как проснулся. Благо мне никто не мешал. Ведь в расположении никого не было. Даже моих боевых товарищей. Видимо все уже разбежались по своим делам. А «Порох», «Соня» и «Бесячий» так и вовсе сейчас находятся в лазарете. Надо будет обязательно посетить их сегодня.

Пока лежал, решил проанализировать в голове всё то, что происходило со мной вчера.

Что меня больше всего тревожило, так это поведение астероида. Для чего он устраивал весь этот цирк с излишними эмоциями? Для чего он при каждом удобном случае показывал мне образ плачущей Лены? Неужели он решил, что таким способом можно склонить меня на свою сторону? Или он просто прощупывал меня? Так сказать, начал прорабатывать различные варианты в поисках такого, который непременно заставит меня перейти на его сторону. Интересно, а такой вообще есть? Лично я вот так сходу придумать такой не мог.

Выходит, что в следующий раз осколок может явиться ко мне уже в другом виде? Например, в образе ротного из времён, когда я проходил срочную службу. И тот будет уже не плакать передо мной, я давить психологически, уничижать и всё в этом духе.

Что ж, поживём, увидим.

Ещё меня волновало, почему астероид не применяет тактику перемещения зон в глобальных масштабах. Ведь по-любому возле каждого из осколков есть свой, так сказать, Неделин, который по первому же приказу астероида направит аномалию к ближайшему населённому пункту. Сделай он так, наша страна… Да что уж там? Целая планета может рухнуть за несколько дней. Как ни крути, в одной только России подобных зон насчитывалось больше ста. А у проекта «Вторжение» банально не хватит ресурсов, чтобы противостоять такому количеству опасностей.

Или же переместить зону было инициативой самого Неделина? А астероид здесь совсем не причём? Так или иначе, но астероид теперь знает про эту тактику. И очень вероятно, что может её повторить.

С этими мыслями я поднялся с кровати. Быстро накинул на себя повседневную военную форму. Конечно, мне хотелось одеться в гражданскую одежду, но Кудрин приказал, чтобы на территории части все люди соблюдали дресс код. Все специалисты должны носить только свою форму одежды. Это было необходимо, чтобы с первого взгляда понимать, кто есть кто.

Так же хотел нацепить на глаза визор, но вспомнил, что вчера пришлось его сдать. Ведь Леониду Павловичу необходимо было выяснить, почему те перестали корректно работать.

Впрочем, с посещения Лёни я и решил начать свой день. Ведь его кабинет как-раз находился в нашем здании.

— Доброе утро, Леонид Павлович, — поприветствовал я учёного, без стука войдя в его кабинет. Огромного КИОСа, похожего на аппарат МРТ, здесь больше не было. Но зато появилось много рабочих столов и стеллажей. — Есть успехи по визору? Нашёл, почему вчера он начал глючить?

Кроме самого Леонида, здесь находились ещё четыре человека в белых халатах. Трое мужчин и одна девушка. Мужчины приветственно кивнули мне, а затем продолжили заниматься своими делами.

Двое из них перебирали какие-то микросхемы. Причём делали это с помощью энергетических рук. Похоже, учёные начали активно применять свои способности в разработке новых технологий.

Третий мужчина сидел за компьютером и что-то рисовал на планшете. Причём делал он это с какой-то невероятной скоростью. Видимо это это был дизайнер, которому сильно прокачали скорость. Что ж, умно.

А вот девушка, которая сидела за столом с несколькими мониторами, оказалась более активной по отношению ко мне. Она помахала мне рукой, разулыбалась, а затем почему-то раскраснелась. Ну а после предложила мне кофе. Сначала я хотел вежливо отказаться, но вовремя увидел рабочую кофемашину.

— Что ж, — улыбнулся я девушке в ответ. — От настоящего кофе я не откажусь.

Белокурая девушка тут же бросила свои дела и подбежала к кофемашине. Глядя на её очаровательные округлости, которые белый халат очень хорошо подчёркивал, я невольно вспомнил секретаршу Лену. Как же я соскучился по её кофе. Ведь она заваривала самый лучший, как мне казалось, кофе в Москве.

— Приветствую вас, Максим Александрович, — Леонид сидел за столом ближе всех ко мне с паяльником в руках. На меня головы он даже не поднял. На других сотрудников тоже внимания не обращал. Вместо этого он ковырялся в какой-то штуке, похожей на материнскую плату. — Как хорошо, что вы навестили нас так скоро, — он вытянул левую руку в сторону, указывая на полку, заваленную десятками футляров очков. — Возьмите, пожалуйста, оттуда визор в футляре цвета хакки. Это военный экземпляр. В нём есть все опции, которые будут необходимы вам на боевом задании. Я очень прошу вас потестировать его в ближайшие пару дней. Чтобы мы успели внести исправления до вашей следующей миссии.

— Это я легко, — подойдя к полке с футлярами, ответил я. — А с причиной поломки разобрались?

— Не было никакой поломки, — хмыкнул Леонид. — Нужно было просто перенастроить улавливание частиц под излучение в спектре… — дальше последовал поток научных терминов, которые в моей голове отразились белым шумом. Я даже думал, что сейчас перед глазами увижу выскочившую ошибку, как бывает в операционной системе Windows. Мол, «память не может быть read», или «выполнена недопустимая команда».

Я взял с полки нужный футляр и тут же открыл его. Внутри были точно такие же очки, какие я вчера использовал. За исключением обрамления в цвете хаки. Быстро одел напульсник, вставил наушник и нацепил очки. Ощутил лёгкое покалывание на запястье, а затем увидел по центру сверху заполняющуюся полоску с надписью «Загрузка».

Пока шла загрузка, ко мне подоспела девушка и протянула капучино. Белоснежно улыбнувшись, она ещё немного приблизилась и негромко произнесла:

— Спасибо, Максим, что спас вчера нас всех, — она говорила это с какой-то запредельной нежностью. — Мы все без преувеличения в долгу перед тобой.

— Я просто делал, что должен был, — ответил я.

В этот момент загрузка завершилась. И я сразу же смог увидеть данные о своей собеседнице:

Наталья Спиридонова — 9 уровень. Программист.

Количество цветных элементов у неё я изучать не стал. Это было ни к чему.

— Кстати, я убрал информацию о количестве чёрной основы из информации о других людях, — будто предвидев мой вопрос, произнёс Леонид. — Я решил, что это лишнее. Но, если вам захочется, чтобы граммы отображались, можете настроить этот параметр в настройках. Так же осталось и детальное изучение окружающих людей, существ и основы в чистом виде.

— Пожалуй, оставлю так, — ответил я. — Спасибо.

Наталья всё ещё стояла прямо передо мной, словно чего-то от меня ждала. И это, честно сказать, создавало немного неловкую ситуацию. Чтобы как-то разбавить обстановку, я сделал глоток кофе и ещё раз поблагодарил девушку:

— Очень вкусно, Наташ, — и я не врал. Кофе был действительно хорош. Хотя не настолько хорош, насколько он получался у Лены. — Спасибо большое.

— Рада, что тебе понравилось, — ещё ярче улыбнулась белокурая Наташа. — Кстати, по всем вопросам и предложениям, связанным с визором, можешь обращаться прямо ко мне. Потому что я и занимаюсь программированием операционной системы.

— А я работаю над дизайном интерфейса, — поднял руку мужчина, который активно художничал на планшете.

Я посмотрел на него, чтобы визор показал мне его данные:

Андрей Мельников — 11 уровень. Веб-дизайнер.

— Хорошо, — кивнул я поочередно Наташе и Андрею, — приятно познакомиться.

— В общем, Максим, ты знаешь, где нас искать. Хорошего тебе дня, — с этими словами девушка развернулась и будто поплыла обратно к своему рабочему месту. А я, разумеется, не мог не проводить её взглядом. Ведь девушка была хороша, с какой стороны на неё не посмотри.

После того, как Наташа заняла своё рабочее место перед тремя мониторами, глазеть на неё было уже не очень культурно. Поэтому я нашёл себе место на диване у дальней стены, чтобы там допить кофе и разобраться с обновлённым интерфейсом визора.

Первым делом я обратил внимание, что обрамление на людях теперь исправно отображалась правильным цветом. Более того, теперь помех стало гораздо меньше. Интересно, когда Леонид и его команда успели всё это наладить? Не спали что ли?

Также теперь в левом верхнем углу всё время отображался мой текущий уровень — «51». Я сконцентрировался на этом числе и система тут же предложила настроить шрифт и размер. Я ничего менять не стал и пока оставил как есть. В принципе, меня всё устраивало.

Рядом с показателем моего уровня отображалось количество грамм чёрной основы и сколько её нужно собрать, чтобы получить следующий уровень: «2843/2860».

Чуть правее от этих цифр бежала постоянно прыгающая полоска, показывающая мой пульс.

В правом верхнем углу находился виджет, показывающий дату и время. Причем отдельно для внешнего мира и внутри зоны: «13.06.2024. Чт. 1:46 / 10:36». А вот это отображение этого показателя я сразу же отредактировал. Мне показалось, что дата и время во внешнем мире — это лишнее. Оставил только аномальное время.

Также рядом с часами виднелся значок шестеренки. Это были опции. Туда я пока заходить не решился. А то, боюсь, закопаюсь в настройках и, чем чёрт не грешит, пропущу разбор полётов у Кудрина.

В левом нижнем углу располагался небольшой квадратик с миникартой. Чуть правее от неё находили два зачёркнутых значка. Первый в виде динамика. Второй — три силуэта людей. Сконцентрировавшись поочерёдно на них, я увидел следующие подсказки:

«Вы не участвуете ни в каких голосовых чатах».

«Вы не состоите в ни в каких группах».

Понятно, это связь с отрядом.

— Наташ, у меня созрел первый вопрос, — обратился я к девушке. Когда она подняла на меня голову, продолжил. — Мини-карта в опасных зонах будет работать? Или только в нашей?

— Это не просто мини-карта, — уточнила Наташа. — Это полноценная карта всей Земли. Если активируешь её, сможешь посмотреть вообще любую область. Так же туда можно будет загрузить полноценные трехмерные планы тех объектов, куда вы направитесь. Если, конечно, таковые существуют. И да, она полноценно работает даже в офф-лайн режиме.

— А когда наши технари прокачают железо, — добавил Мельников, показывая рукой на двух мужчин, что перебирали энергоруками микросхемы, — то на этой карте будут отмечаться даже живые объекты. Сейчас просто мощности процессора не хватает.

— Профессор Ногтев обещал скоро удивить нас неким открытием, — сказал один из технарей. — Сказал, что чёрную основу каким-то образом можно использовать в создании различных материалов. И даже в электронике. Если это поможет сделать процессор «холодным», то мощность этого визора может превзойти любые современные компьютеры.

— Звучит оптимистично, — удовлетворительно покачал я головой. — Спасибо.

Я продолжил изучение интерфейса.

Впрочем, изучить осталось всего один элемент — в правом нижнем углу находилась вертикальная полоска оранжевого цвета и числом «142» над ней. Сначала я не понял, что это такое. Но потом, сопоставив цвет и число, догадался, что это показатель маны. Что ж, теперь будет гораздо удобнее следить за ней. И не придётся ждать, когда возникнет боль в груди из-за её низкого уровня.

Что ж, на этом, пожалуй, достаточно изучать интерфейс визора. На часах уже было «10:43», а мне к одиннадцати надо быть в штабе. И туда лучше не опаздывать.

— Всем спасибо, — вставая с дивана, громко произнёс я. — Хорошего вам дня. А мне пора идти дальше.

— Заходите, Максим Александрович, — отвлечённо пробормотал Леонид.

— До скорой встречи, Максим, — с улыбкой посмотрела на меня Наташа.

Остальные лишь молча помахали мне рукой.

Улыбнувшись Наташе в ответ, я покинул кабинет и сразу же направился на улицу.

Как только я вышел из расположения, я увидел странную картину. Около двадцати людей лежали на газоне в различных позах. А рядом, на плацу, было такое же количество энергетических тел. Они сидели в позе лотоса напротив очень знакомой мне девушки. Она тоже была в призрачном виде, поэтому я сразу не сообразил кто это, но был точно уверен, что знаю её. А ещё это совершенно точно была не Ольга.

— Максим! — выкрикнула девушка, увидев меня. А затем пригласительно махнула мне рукой. — Привет! Не хочешь присоединиться к нам?

Вот это поворот. Каким образом я услышал её голос? Ведь, когда Ольга гуляет в своём призрачном образе, её слов совершенно не слышно.

— Э-э, — слегка растерялся я. — Я бы и рад… Но, во-первых, я не понимаю, что вы тут делаете. Во-вторых, я спешу в штаб. А в-третьих, я не умею вот так выходить из тела. Ну, в смысле у меня есть такая способность, но я не знаю как она работает.

— Тут ничего сложного, — в следующий миг девушка исчезла и появилась прямо передо мной. Вблизи я сразу же понял, кто это. Это та самая рыженькая, которая всегда ходила в паре с брюнеткой.

Алла Патрина — 14 уровень. Инструктор.

Наконец-то я узнал её имя. А то уже как-то неудобно было. Столько времени знаком с ней, а имя до сих пор не выяснил.

— Прости за вопрос, а что ты за инструктор? — удивился я её профессии.

— Сейчас покажу, — Алла схватила меня за руку и потянула на себя.

А ощутил лёгкое покалывание по всему телу, а затем вышел из него в своём энергетическом виде.

Глава 10

Алла

Я даже немного испугался, когда Алла выдернула моё энергетическое тело наружу. К такому повороту я явно не был готов. К своим энергощупальцам я давно уже привык, а вот к прогулкам вне тела как-то не пришлось. Тем более, когда это случается вот так неожиданно.

Глянул себе за спину. И впрямь я лежал на асфальте. К тому же далеко не в самой грациозной позе.

Также обратил внимание, что в некоторых местах на стенах домов, асфальте, земле и газонах имелись странные светящиеся трещины. Причём они явно были не настоящие. Похоже, они были энергетическими. А, судя по тому, что я их раньше никогда не замечал, увидеть их можно только в призрачном состоянии.

Интересно. Надо будет позже выяснить, что это такое.

Но как это у Аллы вышло? Вот так просто взяла, потянула меня за руки и хоп — я уже стою перед ней в призрачном виде. При этом я не заметил, чтобы девушка применила для этого хоть какие-то усилия.

А ведь последний раз выйти из тела у меня получилось, насколько я помню, когда астероид впервые пришел ко мне в облике обнаженной девушки. А после этого я как-то совсем забыл, что способен на это. И потому совсем не практиковал эту способность.

Поймал себя на мысли, что это умение Аллы можно как-то применить и в боевой ситуации.

Если Алла умеет вот так любого человека вывести из себя (в смысле вытащить из физического тела, а не выбесить, как это делал наш Серёга), то во время боя это может навести шороху во вражеских рядах. Как минимум противник растеряется.

С другой стороны, как говорил Ван Ваныч, у каждого облучённого есть энергетическое тело. Вернее оно всегда у нас было, но астероид каким-то образом то ли и пробудил его, то ли активировал. То ли зарядил нас энергией, которая позволила управлять этим самым энергетическим телом.

И вот тут и крылась вторая сторона монеты. Ведь некоторые из нас, например такие как Ольга, несут немалую опасность, прибывая в энергетическом теле. И потому можно лишь усугубить ситуацию, вытащив «внутреннее я» противника наружу.

Так, ладно, я что-то отвлёкся. Прошло буквально пару секунд с момента, как Алла вытащила моё энерготело наружу, а в моей голове пронёсся такой огромный поток мыслей, что уж самому не по себе от этого.

Но, стоит отметить, что солдафон во мне начал надёжно укрепляться. Невзирая на давно обитающего во мне и хорошенько обжившего мою голову инженера.

Иначе я не мог объяснить, почему начал все больше и чаще мыслить тактически. Начал думать о том, какие угрозы в данный момент присутствуют вокруг меня. И какие возможности для противодействия опасностям имеются в конкретный момент времени. Видимо четыре полноценные миссии за плечами и ещё одна крайне нештатная ситуация, когда мне буквально всё пришлось взять в свои руки, не прошли для меня бесследно. Так что, не удивительно, что мой «внутренний воин» начал раскрываться.

— Так что же ты за инструктор, Алла? — удивлённо озираясь вокруг себя, спросил я у девушки.

— Я инструктор по йоге, — рассмеялась она.

Я снова удивился тому, что слышу её голос и звонкий смех. А ведь раньше такого никогда не было. Слова всех, кто находился в энергетическом теле, как правило, были не слышны остальным.

— Инструктор по йоге? — переспросил я.

Я, конечно, понимал, что данная дисциплина имеет место быть в рамках проекта «Вторжение». Как ни крути, род нашей деятельности довольно напряжённый и нервный. Но зачем заниматься йогой в энергетическом теле? Хотя, йога, как раз, и создана для того, чтобы находить равновесие внутри себя. По крайней мере, я так понимал йогу.

— Это отличный способ повысить количество красного элемента. То есть сопротивления, — пояснила девушка, показывая рукой на всех людей, сидящих рядом с нами в позе лотоса. — Чем дольше мы пребываем в таком виде, тем больше получаем красного элемента. А, благодаря йоге, сопротивление растёт ещё сильнее.

— И когда только вы успели выявить эту закономерность? — задал я очевидный вопрос. — Да и в целом, когда ты сама успела вот так хорошо освоить свою способность? Гуляешь себе вот так легко в энергетическом теле. Телепортируешься. И, к тому же, умеешь вытаскивать других людей из их тел. Не припомню, чтобы ты такое умела раньше.

Девушка рассмеялась. Я обратил внимание, что в призрачном образе она казалась ещё более милой, чем в своем настоящем облике. В то время как наша Ольга, когда находится энергетическом виде, напротив, больше похожа именно на злющую ведьму. Собственно, оттуда и её позывной.

— Да буквально три дня назад, — ответила Алла. — По меркам аномального времени, разумеется, — тут же пояснила она. — Как только первый раз я провалилась сквозь кровать, тут же отправилась к Ван Ванычу. Он мне детально рассказал о моём даре. И ещё намекнул, что в таком виде очень хорошо растёт внутренняя энергия. Разумеется, я не сразу поняла, что именно он и имел ввиду. Дедуля ведь любитель выражаться высокопарными фразочками. Бесспорно, обычно он рассказывает полезные вещи, но порой может нести таку-ую чушь… И думай потом, где он что-то дельное сказал, а где просто набор слов был.

Я согласно кивнул. Ван Ваныч действительно порой мог нести откровенную ахинею, но при этом делал вид умного и разбирающегося человека.

— В итоге я почти весь день провела, упражняясь в прогулках в энергетическом теле, — продолжала рассказывать девушка. — А к вечеру, благодаря выданному нам мобильному КИОСу, то есть визору, заметила в себе интересное изменение.

Девушка замолчала. Я, поняв, что она ждёт уточняющего вопроса от меня, тут же задал его:

— И что это было за изменение?

— Я заметила, что уровень красного элемента вырос на целых семь грамм, — ответила та. — С этими новостями я на следующее утро пришла к нашим учёным. Рассказала им всё и тем самым нарвалась на различные опыты.

— Ничего себе, — нахмурился я. — И какие опыты они над тобой проводили? Не обижали?

— Нет, конечно, — рассмеялась девушка. — Они там все безобидные. Но, тем не менее, продержали меня в лаборатории целых шесть часов. Сначала я просто сидела, а они мониторили количество элементов во мне в реальном времени. Затем попросили ходить. Потом бегать. Потом выполнять всякие физические упражнения. А потом я устала и решила восполнить силы любимым способом — помедитировать. Я ведь не вчера стала и инструктором по йоге. До падения астероида у меня была собственная школа. Точнее, школа моей мамы.

— Понятно, — кивнул я. — И что в итоге?

— В итоге учёные выяснили, что из всех проведённых опытов быстрее всего красный элемент рос именно во время занятий йогой, — сказала Алла. — Кто бы мог подумать, да?

— Да уж, — покачал я головой. — Я бы точно никогда до такого не додумался.

— Ну а после лаборатории я пошла к Кудрину и предложила ему таким образом прокачивать наших людей, — дополнила свой рассказа Алла. — К моему счастью, он против не был. Более того, даже похвалил за инициативу.

— Да ты молодчинка, — оценил я труды девушки.

Алла положила руку мне на грудь. Я отметил, что ощущения от прикосновения в энергетическом теле воспринимались намного ярче. Я буквально почувствовал тепло её ладони. И, при этом, её тепло было наполнено эмоциями, которые я мог считать. Но держала она свою ладонь не долго, поэтому всего букета эмоций я разобрать не успел. Но одно я ощутил точно — девушку явно тянуло ко мне. Возможно, именно поэтому она и прикоснулась ко мне — чтобы я это ощутил.

— Ну так, что, ты присоединишься к нам? — подмигнув мне, спросила девушка и, взяв меня за руку, потянула к остальным ученикам. — Ты же, вроде, сегодня выходной. Так?

— Да, выходной. Но нет, извини, — ответил я. — Прямо сейчас, к сожалению, не могу. Нужно в срочном порядке бежать в штаб. Разбор полётов у Кудрина пропускать нельзя. А я уже итак сильно заговорился и с тобой. И, судя по всему, уже опаздываю. Начальник за это по головке не погладит.

— Что ж, Максим, — расстроенно вздохнула Алла. — Раз начальство приказало, надо идти. Но, если вдруг надумаешь позаниматься йогой, то обязательно сообщи мне, — она снова мне подмигнула. Только в этот раз в этом подмигивании я рассмотрел некий намёк. — Могу даже провести для тебя индивидуальный урок.

Даже так? Она сейчас только йогу имела ввиду или что-то большее? Или это я уже сам додумываю?

— Кстати, ты можешь написать мне или даже позвонить с помощью визора, — отпустив мою руку и отойдя от меня на пару шагов, рассказала Алла. — Лёня вбил в справочную систему программы адресаты всех участников проекта «Вторжение». Точнее, Наташа это сделала, а не Лёня. В общем теперь можно связаться с кем угодно, кто находится на базе. очень удобно.

Я улыбнулся девушке и ответил:

— Спасибо, я подумаю над твоим предложением, Алла. Особенно заманчиво звучит предложение про индивидуальный урок.

Девушка слегка засмущалась. Призрачный облик не мог передать живой оттенок её лица, но было и так понятно, что она раскраснелась.

— Одно могу сказать точно, что урок йоги точно не помешает, — продолжал я. — Я обязательно напишу тебе.

— Буду ждать с нетерпением, — очень мило улыбнулась девушка.

— И ещё, Алла, — показал я рукой на свой физическое тело. — А как мне теперь вернуться обратно?

— Просто подумай о том, что хочешь вернуться, — ответила она, идя от меня спиной вперед. — Сконцентрируйся на этом. Поначалу это может быть сложно, но потом освоишься. Как я понимаю, ты со своей способностью тоже не сразу был на «ты». Но в итоге освоился. Здесь тоже самое.

— Спасибо, — поблагодарил я Аллу.

Она в ответ лишь улыбнулась и телепортировалась обратно в то место, где была до моего прихода — перед людьми, которые пришли к ней на занятие.

Я посмотрел на своё тело и попытался представить, как возвращаюсь обратно в него. Но, не успел я как следует сконцентрироваться на этом, как в следующий миг я открыл глаза уже в своём теле.

Быстро же у меня получилось вернуться обратно. Надо будет позже ещё попрактиковаться в этом. А лучше, наверное, сделать это вместе с Аллой.

Как ни крути, а её предложение меня заинтересовало. И я непременно воспользуюсь её услугами. Ведь сопротивление, как показали последние миссии, очень важный показатель. Без хорошего сопротивления в зону лучше вообще не соваться.

Единственное, теперь нужно решить в каком виде провести урок с Аллой. Притащить весь свой отряд, и заставить всех сидеть в позе лотоса несколько часов? Ну или что там делается на йоге? Я точно не знаю, так как в жизни никогда не посещал подобных мероприятий.

Либо прийти к Алле на урок индивидуальный. Что уж вертеть носом. Я всё-таки мужчина. И потому не мог не усмотреть в её предложении второго смысла. Даже, если его там на самом деле и не было.

К тому же, я человек не женатый. Меня не должны тревожить встречи с девушками, так как у меня не было одной единственной. Мне не перед кем отчитываться. Лена, кстати, не считается. Так как с ней мы ни на одно свидание не сходили. А даже, если бы сходили, не факт, что я стал бы завязывать с ней отношения.

К тому же, с Леной я и вовсе могу уже никогда не увидеться…

Ведь никто не знает, чем оберенётся наше противостояние с астероидом. Да, нам обещали отгул на денёк в Москве. Но я отдавал себе отчёт, что этого может не случится. Нас вообще уже завтра могут отправить в Сибирь, а там… Там вообще непонятно что творится.

Ещё раз махнув рукой Алле, и получив улыбку в ответ, я двинулся к штабу.

Несмотря на то, что я потратил довольно много времени на разговор с девушкой, к собранию успел вовремя.

Я предполагал, что, как и в прошлый раз, соберут много военных в актовом зале. Но ошибся. Во-первых, Кудрин собрание решил проводить не в актовом зале, а прямо в своём кабинете. Во-вторых, присутствующих было немного — около двадцати. В основном это были командиры боевых отрядов. И, конечно, же капитаны Жикин и Валунин. Причём «Пороха» среди них не было. Я был единственным представителем из своего отряда.

— Присаживайтесь, товарищи, — пригласительным жестом, указал Кудрин на конференц-стол, и первым уселся во главе. Когда все расселись, он начал говорить. — Скажу вам прямо — за этим столом собрались самые важные люди в проекте «Вторжение». Да, есть ещё командование в лице Константина Юрьевича Кожина, министра обороны и даже самого президента. Но никто из них не был в поле, никто из них не ходил в аномальную зону, — он серьёзным взглядом обвел всех сидящих за столом. — А вы были. И видели больше любых наших командиров. В том числе, больше меня, — он немного помолчал и продолжил. — Поэтому, планируя дальнейшие действия проекта «Вторжение», первым делом я буду советоваться не с командованием, а с вами. И сейчас я хочу услышать ваше мнение о произошедшем вчера. А затем мы вместе решим, что будем делать дальше.

Глава 11

Совет

Признаться, заявление подполковника Кудрина о том, что я вхожу в состав, как он выразился, самых важных людей в проекте «Вторжение», мне льстило. Разумеется, если отбросить ложную скромность, то я нахожусь здесь вполне заслуженно. Всё-таки я побывал в четырёх успешных миссиях. И, главное, общими стараниями с лейтенантом Растегаевым мы смогли предотвратить превращение нашей базы в типичную аномальную зону с потерей почти всего штата проекта. Случись это, и командованию, сидящему в Москве, пришлось бы всё начинать заново.

Тем не менее, меня не оставляла мысль, что в этом кабинете я оказался потому, что «Порох» в этот момент находился в медчасти. Как ни крути, а он командир моего отряда. И потому именно ему положено присутствовать на подобных советах, а не мне, рядовому бойцу.

Но получилось так, как получилось. Я здесь. Среди людей, от которых, как заверял Кудрин, будет зависеть дальнейшее развитие проекта «Вторжение».

Какое-то время подполковник молча смотрел на наши озадаченные лица. Как оказалось, не меня одного удивили слова начальника. Ведь, кроме самого Кудрина и двух его замов, за этим столом присутствовали только представители боевых групп. А такие люди обычно выполняют задачи, а не ставят их.

Я переглянулся с «Кулаком». По выражению его лица без труда можно было угадать его мысли: «Нифига себе!». Похоже, он тоже не ожидал такого поворота событий.

— Простите, товарищ подполковник, — первым нарушил недолгую тишину Андрюха, — вы уверены, что это верное решение? Мы всё-таки солдаты. Мы привыкли действовать, а не планировать.

— У нас буквально земля горит под ногами, товарищ капитан, — резко ответил ему Кудрин. — Почти все наши задачи имеют гриф «срочно». У нас нет времени использовать классическую цепочку командиров. Большая часть которых до конца не понимает, насколько быстро меняется ситуация на земле. Нам нужно всё решать на месте, здесь и сейчас. Самим. Поэтому да, я уверен, что планировать действия должны те, кто находится в эпицентре событий. Но, спешу вас уведомить, окончательное решение в любом вопросе остаётся за мной.

Ага, понятно. Выходит, мы всё-таки не планировщики, а советники. Впрочем, это тоже довольно серьёзная роль. Ещё вчера о подобном я и подумать не мог.

Тем временем сидящие за столом с подозрением посмотрели на «Кулака». Они настолько упорно сверлили глазами морпеха, что мне показалось, что они даже не услышали вторую половину слов, сказанных Кудриным. Впрочем, я и сам не сводил взгляд с Растегаева. А причиной было то, что начальник внезапно назвал его не тем званием.

— Ещё раз простите, товарищ подполковник, — придавленный двумя десятками взглядов, поспешил разобраться «Кулак». И делал он это очень осторожным тоном. — Вы случайно, не ошиблись? Я лейтенант, а не капитан.

— Нет, капитан Растегаев, — хмыкнул начальник. — Я не ошибся, — он взял в руки пачку листов формата А4, что лежали на столе перед ним. Посмотрел на верхний лист, затем поднял голову и продолжил. — Раз уж вы подняли эту тему, давайте с неё и начнём. Сегодня с утра у меня состоялся серьёзный разговор с руководителем проекта «Вторжение» Кожиным и министром обороны Российской Федерации. Во-первых, мне удалось согласовать с ними создание внутреннего совета из боевых офицеров и сержантов. То есть вас. Во-вторых, я запросил разрешение на вывод всех участников проекта, как гражданских, так и военных, в особый статус. Это позволит мне, как начальнику данной войсковая части, присваевать внеочередные звания тогда, когда я посчитаю это нужным. А не по выслуге лет и без дополнительных запросов наверх.

Большая часть присутствующих напряглась. Всем своим видом они выказывали недоумение. Похоже, не всем было понятно, каким образом Кудрин умудрился заполучить такие серьёзные привилегии от командования. По их лицам нельзя было сказать, что им это не нравилось. Скорее, напротив. Но, всё же, понять, как так вышло, они хотели.

Насколько я разбирался в теме, внеочередные звания могут присваиваться исключительно с одобрения командиров военных округов и министра обороны. И верховного главнокомандующего, разумеется. А тут такие полномочия у начальника части. Звучало как-то неправдоподобно.

Но Кудрин, видя немой вопрос на лицах офицеров и сержантов, быстро поспешил аргументировать свою позицию:

— Такая необходимость возникла вчера, — голос подполковника стал чуть тяжелее. — За один только день мы лишились большей части офицеров. Если не считать меня и моих замов, на базе не осталось никого старше лейтенанта. Так же я принял решение, что отныне командирами рот смогут стать только те, кто понюхал пороху в аномальных зонах. Чтобы не случилось таких недоразумений, как со старшим лейтенантом Ковригиным, — подполковник мельком глянул на меня. Будто напомнил мне этим, что я имею непосредственное отношение к инциденту с тем старлеем. — А скоро у нас произойдёт масштабное пополнение личного состава. И для этого, как вы понимаете, придётся повысить в звании приличное количество офицеров, которые находятся на базе, — подполковник выдержал небольшую паузу, а затем окинул всех вопросительным взглядом. — Ещё вопросы имеются?

Похоже все были удовлетворены аргументацией подполковника, потому как никто ничего не задал ему.

А тот тем временем продолжил:

— А вот у меня есть, чем продолжить тему званий воинского подразделения проекта «Вторжение». Отныне должность командира боевого отряда считается капитанской. Всем офицерам, которые уже командуют отрядами, с этого момента присваивается звание капитана.

После этих слов начальника я пробежался глазами по погонам присутствующих. Большая часть из них были лейтенантами. И только пятеро имели сержантские лычки.

Похоже, только что на моих глазах появилось полтора десятка капитанов. Момент, как минимум, запоминающийся.

Сразу подумал о «Порохе». Интересно, а ему дали капитана? Ведь высшего образования у него еще нет. Хотя, как он сказал, выпускные экзамены у него должны быть на следующей неделе. Впрочем, Кудрин в нынешних условиях мог закрыть глаза на этот недочёт нашего командира.

Но начальник, не дав нам толком переварить полученную информацию, решил добить эту тему объявлением о том, что его замы Валунин и Жикин теперь майоры.

Все присутствующие офицеры одобрительно кивнули новоиспечённым майорам.

— Фамилии остальных, кого я уже успел за утро повысить, можете найти в этих списках, — Кудрин передал те самые листы, что держал в руках, ближайшему офицеру. — Так же после обеда всем командирам отрядов приказываю предоставить списки бойцов, которые получили тяжёлые травмы в ходе последних миссий и вчерашнего инцидента на базе. Знаю, таких у нас набралось не мало. И большая часть из них вряд ли сможет впредь выходить в поле. Но отправлять их в запас рано. Я предложу им должность командиров рот.

Едва воспрянувшие духом офицеры резко изменились в лицах. Похоже речь зашла об их боевых товарищах, которым вчера повезло меньше остальных.

Я и сам вспомнил, какие увечья корни осколка нанесли многим людям. И это, как уточнил начальник, не считая тех, кто получил травмы на заданиях.

Закончив со вступительной частью, мы перешли в оглашению результатов вчерашнего дня. Точнее прошедших четырёх суток. Именно столько прошло времени на нашей базе с того момента, как наш отряд отправился на миссию в научном центре.

Всего за эти дни побывало на заданиях двенадцать отрядов, включая наш. Успешно завершить миссию и вернуться на базу удалось только семи из них. С остальными пятью связь пропала и они в данный момент считаются перебежчиками. Точнее, с четырьмя. Ведь отряд Неделина мы уже ликвидировали.

Ещё три боевых отряда прямо сейчас находится в поле. Особенно Кудрин акцентировал внимание на том, который отправился под Казань. Там довольно серьёзные проблемы с неким «троллем-рыцарем», который умеет выходить из зоны, минуя оцепление. Как он при этом остаётся незамеченным, никто не понимает. Тем не менее, ребятам каким-то образом придётся найти этого мутанта и ликвидировать.

Также выяснилась судьба боевого отряда, который был собран из гражданских. Тех самых пассажиров нашего самолёта, за которых яростно заступался «Порохов». К моему облегчению, их не стали отправлять в опасную зону. Более того, их перевели на гражданские должности. Надо будет порадовать Порхова, когда навещу его в медчасти.

Дальше Кудрин озвучил самые печальные новости.

Во время инцидента на базе пострадало 72 человека из числа сотрудников проекта «Вторжение». Из них 54 — раненых, 18 — убитых.

В оцеплении, как уже вчера говорилось, потери составили 322 человека. А всего по стране из-за внезапного расширения зон погибло 2453 солдата. И это число продолжает расти.

Также погибли тысячи гражданских. Но точных цифр Кудрин называть не стал. Отметил лишь, что эта цифра пугающая.

— Как я уже неоднократно повторял, это были тяжёлые для нас дни, — продолжал говорить подполковник. — Но есть и хорошие новости. Семь отрядов, которые успешно выполнили свои задачи, вернулись не с пустыми руками. В общей сложности им удалось добыть 492 килограмма чёрной основы. Таким образом мы в ближайшие дни значительно расширим штат проекта «Вторжение».

Тем временем листы со списками присвоенных званий прошли через руки нескольких офицеров и оказались у меня. Первым делом я отыскал фамилию командира своего отряда. Как я и предполагал, Кудрин закрыл глаза на то, что у «Пороха» нет высшего образования, и таки дал ему капитана. Хотя, ручкой напротив фамилии Прохора была поставлена звёздочка. Возможно, это как-то связано с его дипломом.

На всякий случай решил глянуть, присутствует ли в списке моя фамилия. Чем чёрт не шутит. И, внезапно, я нашёл там Ларионова. От этой новости во мне аж закипел адреналин. Всё-таки не каждый день тебя повышают в звании.

Я сначала подумал: 'С какой стати? Я ведь не командир отряда. Но затем увидел само звание — старший сержант.

Сразу всё встало на свои места. Похоже, это мне за заслуги прошлого дня подкинули. Вот тебе и отличился, спасая базу. Что ж, спасибо.

— А теперь, товарищи офицеры и сержанты, приступим к следующей части нашего совещания, — объявил Кудрин, после того, как закончил доклад по результатам прошедших дней. — Нам с вами нужно решить, как будем развивать базу, а также необходимо накидать план действий. Желательно таких действий, результат который окажет на астероид неизгладимое впечатление. Пусть он поймёт раз и навсегда, что на нашей планете он будет жить либо под нашим контролем, либо не будет вовсе.

Повисла тишина. Никто не торопился первым излагать свои мысли. Оно и понятно. Здесь всё-таки находились боевые офицеры, они ораторы. Эти ребята привыкли работать руками, а не языком.

Тем не менее один из свежеиспеченных капитанов таки решил внести предложение:

— Товарищ подполковник, а может бахнем по осколкам высокоточным оружием? Например, «Калибрами»?

Я глянул на говорящего. Визор сразу же показал его имя:

Роман «Жёсткий» Сковородкин.

— После вчерашнего дня мы знаем, что разрушение осколка приводит к тому, что зона становится безопасной, — продолжал говорить офицер. — Предлагаю повторить трюк, который проделали «Кулак» и «Инженер».

Мне предложение «Жёсткого» не понравилось.

— Возражаю, — не стал я ждать, когда начальник ответит Роману Сковородкину. — Мы ещё не знаем, стала ли зона безопасной. Если честно, то мы вообще не знаем что произошло с зоной. Сначала нужно подождать, когда «Ключ»… То есть, рядовой Разводной, и другие учёные объявят о результатах исследования осколка. А до тех пор лучше подобного не повторять.

Кудрин кивнул мне и задумался. «Жёсткий» одарил меня недовольным взглядом. Похоже, он был не рад, что я зарубил его идею на корню.

— Вопрос применения высокоточного оружия уже неоднократно рассматривался, — ответил начальник Сковородкину. — И даже заходила речь о ядерном оружии. И каждый раз все обсуждения сводились к тому, что лучше придержать наши ракеты. К тому же учёные категорически против этого. Говорят, что в данный момент не могут предсказать, что случится с осколком после взрыва. Ведь при выплеске такого огромного количества энергии, враг может использовать её себе во благо. Вероятно, ракетным ударом мы только усилим противника.

Снова все ненадолго притихли.

— Нужно начинать с себя, — взял слово ещё один капитан. Как мне подсказал визор, его звали Валентин «Шнур» Анисимов. — Как ни крути, а нам нужно гораздо больше боевых отрядов. И, желательно, чтобы они были, как можно сильнее. Поэтому предлагаю тратить не по 400 грамм основы на новобранцев. А сразу полтора килограмма. А то и два. Тем самым мы с вами будем получать солдат очень высокого уровня. А таких можно смело отправлять на самые опасные задания, — он тяжело вздохнул. — У нас у всех за плечами есть печальный опыт. Вчера многие из нас едва выжили в зонах из-за того, что командование сразу не решились тратить достаточно основы на новобранцев.

— Уточню, что мы так не сделали не потому что «не решились», — хмуро произнёс подполковник. — У нас для этого банально не хватало ресурсов. Но теперь у нас гораздо больше основы для подобных экспериментов. Кстати, я и сам думал над подобной идеей, — он обвёл глазами всех присутствующих. — Что скажут остальные?

Офицеры лишь молча кивнули. А я же решил дополнить эту мысль:

— Я, как и все, поддерживаю план капитана Анисимова. Но считаю необходимым внести кое-какие корректировки в него.

— И какие же? — вопросительно посмотрел меня «Шнур».

— Дело в том что вы, капитан, забыли про базу, которую нам дают, когда знакомят с чёрной основой. Сама по себе основа не усиливает нас. Сильнее мы становимся благодаря цветным элементом. А чёрная основа — это всего лишь резервуар для этих элементов, — я выдержал небольшую паузу и продолжил. — Поэтому я предлагаю тратить на новобранцев не полтора-два килограмма, а только один.

— И насколько сильных солдат мы можем получить за это килограмм? — уточнил капитан Егор «Сук» Деревянный.

— Таких, как я, — твёрдо ответил я, а затем оценил реакцию офицеров. Судя по их лицам, все они забыли про суть основы, думая, что именно она делает нас сильнее. Затем продолжил. — У меня сейчас 51 уровень. Это примерно 2800 грамм основы. А цветных элементов наберётся всего на 570 грамм. Выходит, я ещё могу заполнить свой резервуар больше, чем на две тысячи. Сами видите, сколько ещё потенциала. И потому новобранцу для начала тренировок одного килограмма основы будет достаточно — 400 грамм для получения иммунитета и 600, чтобы получить 23 уровень. Таким образом вы сможешь поставить под ружье в два раза больше людей.

— Очень напоминает премимум-подписку на сезонный пропуск в современных играх, — усмехнулся один из капитанов. Похоже, он увлекался видеоиграми, раз знал подобные тонкости.

— Примерно так, — кивнул я ему. — Сделаем так и будем получать новобранцев, которые будут сходу готовы к интенсивным тренировкам.

— Согласен с тобой, Ларионов, — постучал Кудрин карандашом по столу. — Признаю, я и сам забыл, что сама по себе чёрная основа мало что значит. Так и запишем, — он сделал заметку карандашом у себя в блокноте, а затем снова обвел глазами всех нас. — Есть ещё предложения по улучшению эффективности труда на базе?

— У меня есть, — это уже был я. — Необходимо в кратчайшие сроки разработать эффективный план тренировок, благодаря которым мы сможем быстро увеличивать количество цветных элементов в нас. Сегодня по пути сюда я заметил, что Алла преподаёт йогу. И это, по её словам, форсирует рост сопротивления. Уверен что есть и другие способы для качественной прокачки наших характеристик. Таким образом мы сможем очень быстро делать из новобранцев довольно сильных бойцов, не подвергая их опасным прогулкам по аномальным зонам. В которые, к слову, лучше новичков больше не отправлять. Вчера нам астероид это ясно дал понять.

— Согласен, — кивнул Кудрин. — Вот ты, «Инженер», этим и займись. Тем более в данный момент ты единственный из присутствующих, у кого есть визор. Он тебе поможет отслеживать цветные элементы.

— Есть, — его приказ меня нисколько не расстроил, не смотря на то, что у меня сегодня выходной день. Ведь я и сам хотел сегодня этим заняться. А закончить день я планировал йогой с Аллой. Или не йогой… Там, как получится.

Совещание продолжалось.

— Нам требуется гораздо больше инструкторов, — сказал капитан, чье имя визор указал, как Сергей «Жук» Снегов. — В данный момент у нас есть только инструкторы по стрельбе и боевой подготовке. Причём по одному. Этого явно мало, исходя из того, что в наших рядах ожидается существенное пополнение.

— Согласен. Для новых бойцов нужны не только ротные, замполиты и прочие заместители, — подхватил Андрей «Вихрь» Горяев. — Нужны опытные инструктора по физподготовке, по рукопашному бою и по сверхспособностям. Чем больше, тем лучше.

— Не могу не согласиться, — ответил на это предложение подполковник. — Понятное дело, что потребуется больше инструкторов. Причём найти таковых по физухе и рукопашке будет не сложно А вот по способностям… Тут придётся искать такого, у кого будут схожие способности с Ван Ванычем. А самого старика назначить нельзя, — Кудрин усмехнулся. — Мало того, что он немного с приветом, так его не выгонишь из курятника теперь. Кстати, его уже достроили.

От заявления начальника, что курятник уже готов, я мысленно удивился. Стоит отметить, что работа на базе продвигается не просто стахановскими темпами. А гораздо быстрее.

Дальше последовало еще несколько предложений по хозяйственной части. Особенно бурно мы обсуждали расширение тренировочной зоны. В итоге пришли к единому мнению, что сначала нужно выработать план тренировок. И уж потом, отталкиваясь от этого, строить новые беговые дорожки, полосы препятствий, тиры и так далее.

Капитан Деревянный даже предложил построить бар на территории части. Мол, служба службой, а пар надо где-то выплёскивать. И все мы были порядком удивлены, когда Кудрин заявил, что такой уже имеется.

После речь зашла про безопасность базы и дальнейшие планы противодействия астероиду.

— Есть ещё одна важная деталь, — негромко произнёс «Кулак». — Мы должны быть готовы к немедленному реагированию в случае, если придёт в движение ещё какая-нибудь зона. Вчера Неделин хотел притащить аномальную зону в нашу столицу. Что мешает астероиду завтра, или даже сегодня, взять и направить другие осколки к ближайшим городам? И что случится, если в движении придут сразу все зоны, которые находятся в нашей стране? В таком случае нам придётся очень сладко.

Я вспомнил, что и сам вчера думал над этим вопросом. Хорошо, что Андрюха вспомнил про этот момент.

— Для таких случаев предлагаю на базе постоянно держать пару десятков оперативных групп, — предложил капитан Евгений «Люк» Костров. — Понятное дело, что нужно постоянно отправлять отряды на миссии, но и в тылу должен кто-то всегда находиться.

— Собственно, армия для этого и существует, — напомнил всем Кудрин. — В мирное время солдаты как раз и находятся в тылу. Тренируются и обучаются, чтобы в любой момент отразить возникшую угрозу. И как только наступает время неспокойное или, не дай бог, военное, тогда солдаты покидают тренировочные площадки и выходят из тыла, — подполковник ещё что-то записал своём блокноте. — Тут велосипед изобретать не надо. Будем действовать по-старинке — оставим на постоянном боевом посту несколько команд, готовых отреагировать немедленно.

— Причём это должны быть опытные бойцы, — добавил я. — Это должны быть люди, которые хотя бы раз побывали на миссии. На примере того же Неделина можно сказать, что остановить осколок — дело явно не для новичков.

Затем мы решили требовать у командования, чтобы больше не держали оцепление слишком близко к зонам. Ведь те в любой момент могут резко увеличиться.

Изначально солдат держали так близко, чтобы они со временем получили иммунитет. Но теперь от этой идеи нужно отказаться. Слишком опасно.

В финальной части совещания мы обсуждали ближайшие операции. Полковник Кудрин внял нашим просьбам, и согласился дать всем дополнительные дни на тренировку перед следующими миссиями. Вместо четырёх дней, теперь у отрядов будет минимум шесть дней между заданиями.

Исключением стал только наш отряд. Ведь угроза на Comic Con никуда не делась. Этот объект по-прежнему оставался самой горячий точкой в нашей стране. До сих пор твари оттуда пёрли в огромных количествах и оцепление с ними едва справлялось. Нужно было предпринимать меры для зачистки Comic Con в максимально кратчайшие сроки. А туда, разумеется, нужно отправлять только самых опытных — то есть, наш отряд.

Тем не менее Кудрин рассчитывал, что оцепление вокруг Comic Con продержится ещё шестнадцать часов реального времени. Это целых четыре аномальных дня, которых нам должно хватить, чтобы отдохнуть и подготовиться.

После совещания, когда все офицеры покинули кабинет, я доложил Кудрину о рассказе астероида про американцев. Мол именно они и притащили этот инопланетный булыжник на Землю.

— Будь это Китай или, например, Индия. Да кто угодно! Я бы удивился, — хмыкнул подполковник, выслушав мой рассказ. — Но, когда речь заходит об американцах, я уже ничему не удивляюсь, — затем он пожал мне руку. — Ещё раз спасибо тебе «Инженер», что вчера не опустил руки и спас всех нас. И да, пока Порохов, находится в санчасти, его обязанности выполняешь ты. Списков ваших раненных бойцов мне не надо, у вас там нет кандидатур на должность ротных. Но фамилии тех, кто войдёт в состав вашего отряда на миссию на Comic Con, к концу дня мне предоставь. Как понимаю, у вас там, кроме «Пороха», ещё двое пострадали.

— Так точно, — отдав воинское приветствие, я покинул кабинет начальника. Пора было навестить наших больных в санчасти.

Но, как только я вышел из штаба, в правом верхнем углу визора всплыло уведомление с изображением письма. Точно, как сказала Наташа, у меня теперь есть возможность созваниваться и переписываться с другими участниками проекта «Вторжение».

Интересно, кто мне написал?

С этими мыслями я открыл сообщение.

Глава 12

Мемориал

Уж не знаю, каким образом Наташа и технари из отдела КИОС смогли этого достичь, но визор очень точно отслеживал все движения моих глаз. Понимал в какую область меню я смотрю в конкретный момент времени и делал её ярче. А тона всех остальных виджетов, напротив, приглушал, чтобы они не отвлекали. Так же по моим глазам визор на лету определял, что именно я хочу сделать и исправно отзывался — открывал нужное мне меню и нажимал на необходимые кнопки.

А ещё кто-то говорит, что наша страна безнадёжно отстала в плане микроэлектроники. Интересно, чтобы они сказали, увидев мой гаджет?

А вот меня, после того, что я увидел в подземном бункере под названием Объект №1906 (том самым, откуда мы направились на самую первую миссию в деревне), подобные вещи уже не так сильно удивляли. Я уже был морально настроен ко встрече с самыми прорывными достижениями нашей страны.

Я сконцентрировал свой взгляд на иконке с изображением письма. Меню сообщений послушно открылось и я увидел целых два непрочитанных письма. Одно — от «Пороха». Второе — от Аллы.

Пока думал, какое прочитать первым, пришло третье — от «Ключа».

Так, после штаба я намеревался навестить своих товарищей в санчасти, поэтому начну, пожалуй, с Порохова.

« Здарова, инженер. Сходил в штаб? Что Кудрин рассказывал? Если надумаешь заглянуть к нам в больничку, захвати чего-нибудь сладкого. Конфет каких-нибудь шоколадных. И побольше».

Прочитав сообщение, сразу же накатал ответное. Пришлось это делать голосом, так как никакой клавиатуры в моём гаджете предусмотрено не было. Впрочем, встроенный искусственный интеллект очень точно распознавал все мои слова и даже грамотно расставлял знаки препинания:

«Привет, Прохор. Скоро приду и всё расскажу. Конфет, так и быть, захвачу».

Только набрал сообщение, как рядом со мной раздался знакомый голос:

— Максим Александрович, ещё раз здравствуйте, — это был наш научник Леонид. В обеих руках у него было по чёрному кейсу с кодовыми замками под ручками. — Подскажите, вы случайно не планируете посетить лабораторию?

Сначала я хотел ответит Лёне, что вряд ли меня туда сегодня занесёт. Но затем вспомнил про свой план разработки рабочей методики для прокачки цветных элементов. А без консультаций с «Ключом» в этом деле не обойтись.

— Да, возможно загляну, — ответил я учёному. — А что ты хотел?

— О, прекрасно! — радостно воскликнул Лёня. — Могли бы вы передать этот кейс Фёдору Васильевичу?

— А что в нём? — задал я вопрос, с подозрением посмотрев на кейс. — Надеюсь, не бомба?

— Бомба? — сразу же растерялся Леонид. — П-почему вы так решили?

— Я не решил, — похлопал я по плечу учёного. — Шучу просто.

— А-а, да, — поправляя очки с толстыми линзами, попытался Лёня усмехнуться. Делал он это весьма неумело. Похоже, у него были некоторые сложности с чувством юмора. — В кейсе партия визоров для сотрудников из научного отдела, — он с надеждой посмотрел на меня. — Так вы отнесёте?

— А во втором кейсе тоже визоры? — решил я еще немного помучить вопросами Лёню.

— Да, в нём тоже визоры, — ответил Леонид. — Для подполковника Кудрина и его замов. Видите ли, у меня дел очень много. Надо спешить обратно в отдел КИОС. Помогите, пожалуйста, Максим Александрович.

— Ладно, давай его сюда, — я выхватил кейс из рук учёного, пожелал ему хорошего дня и направился по своим делам.

Пока шёл, решил прочитать остальные сообщения:

«Максим, ещё раз привет 🙂 Надумал йогой позаниматься? Групповые сеансы будут проходить до самого ужина. Можешь присоединиться в любое время. Если не сможешь днём, то, как обещала, могу устроить тебе индивидуальное занятие вечером. Жду ответа. Алла 😉».

Что ж, в течение дня я точно не смогу. Даже, если захотеть. Поэтому мне подходил только вечерний вариант. Впрочем, чего скрывать, я с самого начала был настроен только на индивидуальное занятие. Раз уж девушка сама предложила, то чего отказываться?

Ответил:

«Привет-привет 🙂 Конечно же надумал! Давай вечером в 20:00? Сможешь?»

Отправив Алле сообщение, заглянул в письмо от Разводного:

«Ку, Макс! Как дела? Мы тут хорошенько поработали с осколком. Неплохо ты его прищучил, скажу тебе. В общем, как ты понял, есть много новой информации. Если интересно, загляни в лабораторию после обеда».

Хм, смотрю у Фёдора визор-то есть, раз он может присылать мне сообщения. Выходит, он получил его так же как и я, в индивидуальном порядке? Надеюсь, Леонид не подставит меня со своим кейсом. А то принесу его в лабораторию, а внутри окажутся вовсе не визоры. А что-нибудь запрещённое…

Пожалуй, прежде, чем тащить «посылку» учёным, загляну-ка я внутрь, пока далеко не ушёл от штаба.

Открыл кейс, который, не смотря на наличее кодового замка, заперт не был. Внутри, как и утверждал Лёня, находилось три десятка футляров с очками. Проверил парочку из них. Ничего подозрительного не обнаружил.

Мда-а, а не перекинулась ли мне навязчивая идея Кудрина, что среди нас находится предатель? Не то, чтобы я не доверял бывшему ФСБшнику, но, как ни крути, не мне же заниматься поиском кротов. Это должны делать специально обученные люди. А у меня и без этого хлопот хватало.

Кстати, о них. Ещё раз прокрутил в голове все задачи, которые запланировал на сегодня. Для начала нужно навестить наших больных. Затем заглянуть к Разводному. После отправиться в тренировочную зону и поэкспериментировать с различными нагрузками и упражнениями, чтобы попытаться выявить самый эффективный способ прокачки цветных элементов. Не забыть при этом составить список бойцов, которые отправятся на Comic Con. Ну а после ужина непременно нужно встретиться с Аллой.

Да уж, выходной у меня сегодня выдался только на словах.

Путь в санчасть проложил через столовую. На то были две причины. Во-первых, я до сих пор так и не позавтракал. В желудке было только кофе, выпитое в отделе КИОС. И то уже давно выветрилось. Во-вторых, только на кухне я мог найти шоколад для «Пороха». Кстати, а когда он стал таким сладкоежкой? Никогда не замечал за ним такой страсти.

Дорога до столовой пролегала через спальную зону войсковой части, поэтому по пути я мало кого встретил. Видимо, все сотрудники в это время были заняты на своих рабочих местах.

До обеда оставалось ещё полчаса, поэтому в самой столовой, кроме работников кухни, тоже особо никого не было. Несмотря на то, что я посетил столовую в неположенное время, никто ворчать на меня не стал. Напротив, накормили до отвала и завтраком и заодно обедом. Даже на мою просьбу о шоколадных конфетах повара отреагировали нормально.

— Для тебя, Максим, всё что угодно, — говорила улыбчивая тётушка, которая, кроме конфет, завернула мне в бумажный пакет несколько пирожков с мясом и капустой. А также вручила целый пакет с фруктами для больных. — Заходи в любое время. Накормим, напоим. Голодным тебя не оставим.

Когда я уже собрался уходить, эта тётушка даже умудрилась обнять меня. Да причём так крепко, что я подумал, что это не мне на миссии надо ходить, а ей.

Что ж, наверное, нет смысла долго думать над тем, откуда взялось такое приветливое отношение ко мне. Это результат вчерашнего спасения базы. Ну, а дружеские отношения с персоналом кухни — это всегда только на руку. Дружишь с поварами — всегда будешь сыт. Это я ещё по срочной службе знаю.

Покинул я кухню через выход для персонала.

На улице обратил внимание на грузовик, который, судя по всему, привёз продукты. Точнее, не на сам грузовик, а на людей которые его разгружали. Было заметно невооруженным взглядом, что ребята были неплохо прокаченные по силе. Они очень ловко поднимали коробки, которые, при иных обстоятельствах, могли утащить только двое, а то и трое. Тоже самое было со здоровенными замороженными тушами оленины. Такие, если определять на глазок, тоже в обычных условиях один человек вряд ли бы унёс.

Ещё в глаза мне бросилась рабочая связка из двух молодых людей. Судя по их лицам, совсем пацаны они были. Один, без каких либо усилий, выбрасывал из кузова грузовика коробки, которые затем летели метров семь. А второй с помощью телекинеза ловил эти коробки в воздухе и аккуратно укладывал штабелями.

Присмотревшись, во втором парне я узнал того самого паренька, которого мы спасли на небоскрёбе в научном центре. Что ж, вот и нашёл он себе занятие. Конечно, такие способности пригодились бы и в бою, но, как говорят военные, у него еще молоко на губах не обсохло. Поэтому, только к лучшему, что он сейчас направляет свои навыки мирное русло.

Очередной раз за сегодняшний день отметив, что одарённые на базе начали повсеместно применять свои способности во всех сферах деятельности, я покинул территорию столовой.

На полпути к санчасти я наткнулся на странный объект, которого раньше в части не наблюдал. Им был довольно большой кусок кирпичной стены. Примерно два метра в высоту и три в длину. Судя по характеру свежих повреждений, ещё недавно этот кусок находился в положенном ему месте — в стене какого-то здания.

Я глянул в сторону — туда, где вчера у меня состоялся бой с мутированным старлеем Ковригиным. Отсюда очень хорошо просматривался тот дом, который сейчас представлял из себя довольно печальное зрелище.

Мой внутренний инженер сразу обратил внимание на одну из дыр в стенах этого здания. Она своей формой очень напоминала тот самый кирпичный кусок, который попался мне на пути. Похоже, кто-то притащил его сюда, вместо того, чтобы поставить на место. Впрочем, оно и правильно. Тот дом только под снос.

Я подошел поближе и увидел несколько фотографий на это куске кирпичной стены. А на земле перед ним лежали цветы и горели свечи.

Да это же мемориал. Похоже, люди на скорую руку соорудили это место из того, что было под рукой для того, чтобы оставлять память о погибших.

Посчитал количество фотографий. Их оказалось столько же, сколько покинувших нас вчера — восемнадцать.

Присмотрелся к лицам на этих фото. Все были мне знакомы. Четверо из них совершенно точно были пассажирами рейса Петропавловск-Камчатский — Москва. Того самого, во время которого мы увидели падение астероида.

По коже пробежала дрожь. В суете я как-то забыл о том, что вчера на этой самой дороге я сражался с десятками диких. Да, их тела мы вынесли из части. Но, если присмотреться, почерневшая кровь на асфальте осталась. Её отмывать никто не стал.

Увиденное заставило меня очередной раз задуматься о нашем деле. О том, чем мы жертвуем, ведя борьбу с астероидом. О том, сколько ещё людей нас покинет, прежде, чем мы одолеем врага.

И одолеем ли вообще? Кудрин нам сказал, что мы теперь на войне. Только вот не стал добавлять, что подобной войны мы никогда не видели. Да что уж там? Человечество за всю свою историю вряд ли когда либо с подобным сталкивалась. Но нам «повезло». Наше поколение либо заложит фундамент нового мирового устройства, либо станет последним.

И, что самое неприятное, астероиду подходил любой из этих вариантов. А вот нам нужен только один…

С этими мыслями я добрался до санчасти.

Во дворе было довольно тихо. А вот внутри жизнь буквально кипела. Всё-таки здесь сейчас находились полсотни раненных. И всем им требовалось внимание врачей.

— Здравствуйте, Максим, — услышал я приветливый голос Анны, как только вошёл в санчасть. На ней был белый халат, на шее висел стетоскоп. Если бы она первой со мной не поздоровалась я бы и не узнал её в таком виде. Всё-таки я привык видеть её в военной форме.

— Добрый день, Анна Степановна, — поздоровался я с женщиной, вспомнив, что она в гражданской жизни была заведующей в травматологии. — Вы решили вернуться в родную стихию?

— Как оказалось, среди медиков на базе всего четыре травматолога, — устало улыбнулась Анна. Сдаётся мне, она до сих пор не ложилась. Вот же крепкая женщина. — Рук катастрофически не хватает. Кто бы мог подумать, что в военной части, где сплошь и рядом переломы и прочие увечья, окажется так мало необходимых специалистов.

— Хорошо, что вы мне об этом сказали, — покачал я головой. — Обязательно доложу Кудрину, что травматологов нужно побольше.

— Спасибо, Максим, — ответила она. — Полагаю, вы пришли навестить наших товарищей?

— Да, — кивнул я. — Не подскажите, где они?

— На третьем этаже, — ответила Анна. — В палате «307» мужчины, а Юля в триста пятнадцатой. Направо от лестницы.

Поблагодарив Анну, я поднялся на третий этаж и первым делом заглянул в палату, где лежали «Порох» и «Бесячий».

Глава 13

Они не готовы

Кроме «Пороха» и «Бесячего» в палате находились ещё четверо бойцов. У всех травмы были идентичные — пробитые насквозь конечности.

Больные выглядели приветливыми, при каждом удобном случае старались шутить. Но, тем не менее, без труда угадывалось, что все они скрывали мучившую их боль.

— Врачи говорят, что сами не понимают, почему эти травмы нас так мучают, — объяснял Сергей. — Разумеется, после такого от боли никуда не деться, это нормально, но чтоб не справлялись даже сильные болеутоляющие… это уже перебор.

— Ничего страшного, прорвёмя! — насмешливо проворчал «Порох» со своей койки. — Как говорил какой-то умник: «Всё, что нас не убивает, делает сильнее». Так? — он окинул всех, кто находился в палате вопросительным взглядом, а потом сам и ответил на свой вопрос. — Конечно так! А вот, когда мы отсюда выберемся, астероид очень пожалеет о том, что решил нас продырявить.

Как и ожидалось, командир держался лучше остальных. А ведь его конечности были пробиты аж в семи местах. Как я понял, ему было проще чем остальным, не только потому что он такой стойкий от природы. Ему в этом помогал его дар регенерации. Кстати, благодаря нему, все его раны уже почти зажили. Ему даже, в отличие от других пациентов, сняли повязки с рук и ног.

— Правда, доктора говорят, что не все раны затянутся, — грустно произнёс «Бесячий», приподняв свою перебинтованную ногу. — Так и буду теперь всю жизнь ходить с дырой в стопе.

— Далеко не самое заметное место, — усмехнулся «Порох». — Под ботинком никто не увидит твою героическую травму.

— А вот на пляже с такой ногой тебе лучше теперь не появляется, — пошутил один из пациентов с перебинтованным плечом.

Палата залилась громким мужским смехом.

После этого я разгрузил все гостинцы на тумбочку «Пороха», оставив немного для Юли. Я планировал посетить её после беседы с командиром.

Жадно набив рот конфетами, «Порох» резво вскочил со своей кровати и, сказав остальным, чтобы тоже налетали на вкусненькое, потянул меня к выходу. Под довольное чавканье больных, что не заставили просить себя дважды, мы с командиром покинули палату и вышли на просторный балкон. Отсюда открывался неплохой вид на парк, в котором всем больным разрешалось прогуливаться. Но, разумеется только тем, кто мог делать это самостоятельно.

— Ну рассказывай, «Инженер», что там начальство поведало? Куда нас в следующий раз отправят? На Comic Con? — закинув в рот очередную конфету, спросил Порохов.

— С чего вдруг тебя на сладкое потянуло? — задал я вопрос, перед тем как приступить к рассказу.

— Да чёрт его знает, — хмыкнул командир. — Врачи говорят, что это, возможно, из-за моей регенерации. Мол, организм требует питательных веществ. Странные они… Откуда питательные вещества могут взяться в шоколаде? Но им виднее.

Затем я вкратце рассказал обо всём, что обсуждалось на совещании у Кудрина. Не забыл также упомянуть, что Прохору дали капитана. Несмотря на то, что «Порох» давно морально настроился на это повышение (он ведь для этого высшее образование и получал), удивление на своём лице он скрыть не смог.

— Вот так сразу капитана, говоришь? — покачал головой командир. — Нормально я так продвинулся по службе за эту неделю. Хорошо работает Кудрин, однако.

Обсуждать, буду ли я посещать дальнейшие советы Кудрина, когда Порохова выпишут из санчасти, я не стал. Что-то мне подсказывало, что он и сам не знал ответа на этот вопрос. Оставил это на будущее. Если позовут на следующее совещание, значит пойду. Не позовут, выходит, что я был прав. Я там оказался только по причине, что наш командир не смог посетить данное мероприятие из-за травм.

После этого я перешёл к вопросу укомплектования отряда на миссию на Comic Con.

— Нужно до вечера подготовить список, — объявил я Порохову. — И, насколько я понимаю, на данный момент нас всего шестеро. Юля с Серёгой за пару дней на ноги вряд ли встанут.

— Всё верно, «Инженер», — кивнул Прохор, облокачиваясь на перила. — Я уже завтра выйду отсюда и приступлю к тренировкам. А вот рыжик и «Бесячий» выбыли на пару недель. По крайней мере, так сказали врачи. Несмотря на то, что здоровье у всех нас, облучённых, гораздо крепче, чем у обычных людей, раны от этих чёртовых корней, заживают слишком медленно. И болезненно.

— Что будем делать? — спросил я, вставая рядом. — Не пойдём же мы вшестером?

— Не-ет, — протянул Порохов, — на Comic Con я бы вообще человек десять заявил. А лучше два, или даже три таких отряда. И чтоб все заходили с разных сторон.

— Звучит, как план, — согласился я.

— Только вот есть пара проблемок, — «Порох» с напряжением в глазах посмотрел на меня. Казалось, что он хотел мне что-то сказать, но никак не мог на это решиться.

— И что это за проблемы? — так и не дождавшись, когда командир продолжит говорить, спросил я.

— Наш отряд нужно переукомплектовать, — тяжёлым голосом ответил «Порох».

— А что не так с нашим отрядом? — задал я дополнительный вопрос. Хотя, я уже понимал, к чему он клонит. Я ведь, вроде как, не дурак. И не слепой. Прекрасно видел, кто как вёл себя на прошедших миссиях. И заметил, что Юле и Сергею, в отличии от остальных, было слишком некомфортно.

— Ты ведь и так всё понимаешь, Макс, — произнёс командир. — «Соня» и «Бесячий», они… Да, у них отменные способности, но в плане боевой подготовки они очень слабы. Коротко говоря, они не готовы…

— Где-то я эту фразочку уже слышал, — хмыкнул я.

— Все слышали… — продолжал Прохор. — Например, в Анне я нисколько не сомневаюсь. Стреляет она метко, ведёт себя уверенно. Мне порой кажется, что у неё боевого опыта больше, чем у меня. «Ведьма» тоже красотка. Со своими способностями она не пропадёт. «Мех» вообще прирождённый воин. А теперь, когда он раскрыл свой электрический дар, дела у него пойдут ещё лучше. Про тебя, Макс, так и вовсе говорить нет смысла. Ты незаменимый солдат. С твоими энергетическими ручищами из любой передряги можно выбраться. А вот все остальные…

Тут напрягся и я. Меня смутило то, что он решил использовать слово «остальные» так рано. Он ведь перечислил всего четверых. А нас в отряде восемь. Ладно, я могу ещё понять насчёт «Сони» и «Бесячего», в какой-то степени я был с ним даже согласен. Они, как выразился командир, не готовы. Но как же «Ключ»? Да, он не воин. Но, как солдат поддержки, он отрабатывает на все сто. Но больше всего меня удивило другое. Я был ошарашен тем, что Порохов и себя причислил к «остальным». Это уж совсем ни в какие ворота не лезло.

— А с тобой что не так? — попытался я поддержать командира. — Ты тут давай не раскисай. Если надо, я помогу всем, чем смогу. И чем не смогу тоже попытаюсь помочь.

— Да на в раскисании дело, «Инженер», — очередной раз вздохнул «Порох» и снова замолчал.

В этот раз я не стал торопить его с разъяснениями. Решил дождаться, когда он сам наберётся духа.

В итоге ему понадобилось пару минут, прежде, чем он снова начал говорить:

— Вчера, пока я был в отключке, я увидел кое-что новенькое. Да, как и все, я видел светящееся дерево, которое разговаривало со мной то ли на другом языке, то ли вообще это был какой-то набор звуков. Но было и другое. И это озадачило меня больше всего.

— И что ты такого «другого» увидел?

— Помнишь, я рассказывал про видение, которое было в деревне после прикосновения к первому осколку? — спросил Прохор. — Про то, как я сижу в какой-то куче железа. А вы с отрядом подтаскиваете ко мне всё больше и больше металла. А потом новых людей приводите.

— Помню, — кивнул я.

Как такое можно забыть. Он тогда даже рассказал, как с мечом в руке огромную армию повёл в бой против войска, численность которого была ещё больше.

— Так вот, — продолжил Порохов. — В этот раз снова были схожие видения. Только теперь картина дополнилась, благодаря моей способности. Причём я мог не только давать ментальные команды всем людям, что находились вокруг меня. Я мог полностью контролировать их. Представляешь?

— Хочешь сказать, ты мог управлять разумом? — нахмурился я.

— Нет, больше, — объяснил Порохов. — Я мог брать под контроль всё тело целиком.

— Неплохая такая способность, — покачал я головой. — И что, тебя пугает такая сила?

— Отнюдь, нисколько не пугает, — хмыкнул «Порохов». — Такая способность очень даже хороша. Но было кое что другое. И вот от этого я буквально в ужасе, — он отошёл от перил, достал из кармана очередную конфету и съел её так жадно, будто годами сладкого не видел. — Вот мы с тобой, «Инженер», уже на четырёх миссиях побывали. Лучше остальных знаем, что там творится и как всё устроено. И вот, опираясь на эти знания, сейчас скажи мне, куда твари в зонах постоянно стаскивают металл?

Ответ на этот вопрос был на поверхности, поэтому я ответил без раздумий:

— К осколку разумеется.

— А ещё?

— К башням, — и тут от осознания того, к чему всё это время подводил «Порох», мне голову будто бронебойной пулей прострелило. Настолько я был удивлён. — Хочешь сказать, что у тебя есть способности башни? Тех самых чудовищ, которые делают из тварей послушную армию?

— Говорить этого не хочу, «Инженер», — хмыкнул он. — Ой, как не хочу. Но во время последнего видения, когда я взял одного из окружающих меня людей под контроль, его глазами я смог посмотреть на себя…

Порохов замолчал. И это молчание ярче любых слов отразило его мысли.

— Хочешь сказать, что в видениях ты стал башней? — осторожно спросил я.

— По крайней мере, меня было не отличить от тех железных чудищ, с которыми мы встречались, — пройдясь по балкону туда-сюда, ответил Прохор. — Да, в видениях я был башней, Макс. А вы все мне подчинялись. Причём, я чувствовал, что подчинялись против своей воли. Но мне было плевать на вашу волю.

Я задумался.

С одной стороны, зачем придавать серьёзное значение каким-то видениям? К чему лишний раз волноваться из-за того, что ещё не случилось? И, быть может, никогда не случится. Ведь, как сказал Морфеус в фильме «Матрица»: «Знать путь и пройти его — не одно и то же».

С другой стороны, не стоит недооценивать попытки астероида контактировать с нами. Напротив, нужно воспринимать всё сказанное и показанное им всерьёз. Пытаться понять, что именно он хочет сказать. И, конечно же, извлекать из этого пользу для себя. Если таковая имеется.

«Порох» смотрел на меня так, будто ждал моего мнения.

— Полагаю, ты хочешь знать, что я думаю по этому поводу? — задал я вопрос командиру.

Тот кивнул и ответил:

— Ты единственный, кто может общаться с астероидом. И потому чьё ещё мнение, если не твоё, может быть важнее в моём случае?

Его ответ мне польстил.

— Во-первых… — я пытался сформулировать свою мысль попроще, но это у меня особо не получилось. — Смотри, если рассматривать твое видение в перспективе того, что может произойти в будущем, то, мне кажется, к этому следует отнестись очень серьёзно. Астероид, как я думаю, ничего не делает просто так. Если он закинул тебе что либо в голову, то скорее всего сделал это с какой-то конкретной целью. Ну и не стоит исключать того, что он просто ищет точки соприкосновения с людьми. Со мной у него сложности не возникает, я прекрасно понимаю его. Но, похоже, после вчерашнего дня он перестанет рассматривать меня в роли парламентера и начнёт искать другого. Того, кто окажется более сговорчивым.

— Например, меня? — хмыкнул Прохор. — Хрен он угадал. Со мной он тоже договориться не сможет. А что во-вторых?

— Во вторых, — я посмотрел «Пороху» в глаза. — Думаю, не так просто ты причислил себя к «остальным», когда перечислял бойцов нашего отряда. Опасаешься идти в поле? Думаешь, что навредишь нам? Так ведь? — командир кивнул и я продолжил. — Так вот, я считаю что это не повод для того, чтобы такому бойцу как ты, отсиживаться на базе. Более того, теперь, когда астероид показал тебе истинную сущность твоего дара, нам легче будет понять, что можно ожидать от тебя. Так что не переживай, командир, мы присмотрим за тобой. И, разумеется, упаковывать в металл тебя не станем, как бы ты не просил об этом.

— Что ж, — с облегчением выдохнул Порохов и усмехнулся. — Ты меня немного успокоил, «Инженер». А то я ведь толком не спал этой ночью. Постоянно это ведение возвращалось. В холодном поту раза четыре просыпался. И это… — он чуть приблизился и почти шепотом произнёс. — Только никому об этом, понял?

— Я никому ничего не расскажу, — ответил я. — Секреты хранить умею. Но сам ты рассказать должен. Как минимум отряду.

«Порох» разочарованно вздохнул, но согласился со мной. Всё таки в нашем деле многое строится на доверии.

— Кстати, по поводу отряда, — продолжил я. — Нужно положить список Кудрину на стол до конца дня. А то он с меня три шкуры сдерёт.

— Не боись, Макс, не сдерёт, — слопав очередную конфету, ухмыльнулся Прохор. — Будет тебе список. Иди занимайся своими делами, а я пообщаюсь с коллегами из других боевых отрядов и найду, кем заменить «Соню» и «Бесячего». И заодно подумаю, стоит ли оставлять их в боевом отряде.

— А «Ключа» передумал списывать? — хмыкнул я.

— Да я тут про Ольгу вспомнил, — хохотнул «Порох». — Если Разводного не возьмём, она ведь мне этого не простит.

— Это да, — согласился я.

На этом мы с «Порохом» расстались я направился в палату, где лежала Юля. К сожалению пообщаться с ней не получилось. Так как она спала. А её соседки строго настрого запретили её будить, сказав, что она мучилась всю ночь. И только час назад успокоилась и смогла заснуть.

Разумеется, спорить я не стал. Оставив конфеты, фрукты и пирожки на её прикроватной тумбочке, я направился в лабораторию к Фёдору. Пора было выяснить, что случилось с осколком после моего удара по нему колуном. А затем совместно с «Ключом» приступить к разработке тренировочной программы.

Глава 14

Глобальная паутина

13 июня. 2024 года. 7:01 по Московскому времени.

Москва. Головной офис проекта «Вторжение».

Ночка выдалась жаркой. Никому, начиная рядовыми сотрудниками и заканчивая высшими должностными лицами, поспать сегодня не удалось. События у границы главной зоны в Путоранском заповеднике вот уже сутки развиваются очень стремительно. Американские боевые отряды один за другим не оставляют попыток проникнуть в аномальную зону с астероидом.

И даже, когда казалось, что всё, у «заокеанских партнёров» боевые отряды закончились, они преподносили новый сюрприз в виде очередной группы. И её, разумеется, тут же схватывали российские спецслужбы.

— Мда-а, наглость у американцев просто зашкаливает, — протянул министр обороны, глядя на отчёт. Он прибыл в офис проекта «Вторжение» пять минут назад и сразу же принялся изучать, что случилось за время его отсутствия. — Запустить на территорию чужой ядерной державы четырнадцать диверсионно-разведывательных групп за сутки… это перебор даже для них.

— Пользуются они нашей добротой…— хмыкнул один из генералов, что сидели за большим конференц-столом. — Сделай мы нечто подобное на территории США, они бы такой хай подняли на весь мир…

— Наше дело не кричать, а действовать, — монотонным голосом ответил министры обороны, продолжая изучать отчёты. — Выходит, двенадцать отрядов, которые были отвлекающими, мы схватили. Одну группу разорвал медведь. А что случилось с четырнадцатой? Живые?

— Всё, как и планировали, товарищ генерал, — ответил на этот вопрос секретарь совета безопасности Кожин. — Позволили им войти в зону. Хотя, это было сложно. Пришлось даже отвлечь того самого медведя. А то ещё бы чуть-чуть, и он бы вышел прям на последний отряд американцев. И сожрал бы и их.

— Получается, мы помогли американцам осуществить задуманное? — тяжёлым голосом спросил министр обороны.

— Пришлось. Самостоятельно они бы никогда не дошли до зоны, — покачал головой Кожин.

— С огнём играете, Константин Юрьевич, — высказался один из генералов. — Не кажется ли вам, что из-за этого у нас будут большие проблемы в будущем? Этот американский отряд, которому вы сегодня позволили так легко добраться до зоны, завтра может стать сильнейшей боевой единицей на планете. Как думаете, что они после этого сделают первым делом?

— Мы тоже на месте не сидим, — парировал Кожин претензию офицера. — Завтра у нас таких отрядов будет несколько десятков. К этому ещё прибавьте технику, способную передвигаться в зонах. А также у нас начали появляться первые прорывы в технологиях в результате экспериментов с осколками. Будьте спокойны, товарищ генерал, американские диверсанты не смогут покинуть Путоранский заповедник. По крайней мере без нашего согласия.

— Надеюсь, вы правы, Константин Юрьевич, — покачал головой генерал.

— А что у нас с базой? — спросил министр обороны. — Нашли, кто помог осколку устроить тот импульс?

— Подполковник Кудрин прислал девять фамилий людей, которых нужно внимательным образом изучить, — ответил Кожин. — У него есть версия, что это была американская диверсия. Разумеется, это маловероятно, есть и более правдоподобные варианты. Но в нашем деле ничего исключать нельзя.

— И что это за «более правдоподобные варианты»? — уточнил министр обороны.

— Кудрин считает, что это сделал кто-то из боевых отрядов, которые вчера попали под импульс во время миссий. Есть мнение, что кто-то из них поддался влиянию астероида, но при этом смог сохранить рассудок. То есть не сошёл с ума, как это произошло с Неделиным и Ковригиным. Вместо этого боец спокойно вернулся на базу, не привлекая к себе внимания. А затем отключил охранную систему осколка. А то, что система была именно отключена, подтверждают технари, которые её и создавали.

— Выходит, под подозрением целых семь отрядов. Почти пятьдесят человек, — покачал головой министр обороны. — Удалось кого-нибудь отсеять из этого списка?

— Да, вот взгляните, — Кожин протянул лист бумаги министру обороны.

Тот глянул на имена:

Ларионов Максим Александрович (старший сержант, отряд №1)

Анна Степановна Бирюкова (рядовая, отряд №1)

Сергей Васильевич Воронов (рядовой, отряд №1)

Жуков Мирон Сергеевич (сержант, отряд №3)

Васильев Михаил Игнатьевич (капитан, отряд №4)

Пращин Павел Герогеевич (рядовой, отряд №5)

Пушкин Василий Сергеевич (капитан, отряд №8)

Вертухов Павел Андреевич (сержант, отряд №9)

Семёнов Остап Евгеньевич (рядовой, отряд №9)

Основной Марат Тимурович (старший сержант, отряд №12)

Королёва Мария Андреевна (рядовая, отряд №12)

Андрей Петрович Кулаков (капитан, отряд №13)

— Вижу несколько знакомых имён, — нахмурившись, произнёс министр. — И даже Ларионов здесь. Насколько я помню, это ведь он спас базу от последствий импульса. Вы уверены, что ему место в этом списке?

— Я вам больше скажу, товарищ генерал, — кивнул Кожин. — Ларионов — основной подозреваемый в этом деле. Ведь только он способен разговаривать с осколком. И кто знает, о чём он там с ним уже успел договориться.

— Будете проверять его, Константин Юрьевич? — с прищуром посмотрел министр на секретаря.

— Да, уже занимаемся, — подтвердил тот. — Есть у нас один учёный с очень интересной способностью. Представляете, он умеет проецировать в голове события прошлого всего лишь со слов собеседников. Посмотрим, поможет ли ему этот дар определить, кто отключил охранную систему осколка…

* * *

Войсковая часть проекта «Вторжение».

Аномальное время — 13:56.

По пути в лабораторию я размышлял над словами «Пороха».

Сейчас мне почему-то казалось, что я слишком малое значение придал новости о том, что Порохов является потенциальной башней. А башня, как ни крути, самый серьезный противник в любой зоне. По крайней мере, в перспективе.

Да, нам ещё не попадались такие башни, которые доставили бы нам много проблем. Были твари и пострашнее. Но мы знаем самое главное о башнях — они стремительно развиваются. При первой встрече в деревне такой враг был слаб и очень уязвим, несмотря на свой силовой щит. На свиноферме башня уже поднялась на ноги прямо на наших глазах. И её было гораздо сложнее уничтожить. Хорошо хоть РПГ у нас был. А в небоскребе научного центра башня устремилась к нам почти сразу, как мы прибыли. Мы тогда даже в зону не успели зайти, как встретились с тем джаггернаутом. И он оказался самым крепким из всех.

Если следовать этой логике, на следующей миссии такой враг может нас очень сильно удивить своим уровнем развития. И хлопот доставит столько, что мы можем не вывезти.

Был ещё один момент. Я вспомнил, как «Порох» на свиноферме настаивал, что башню обязательно нужно уничтожить. И даже больше, утверждал, что вообще все башни, которое попадаются на пути, надо непременно убивать. Тогда я на это внимания не обратил. Наверное, решил, что это такие меры безопасности. Но сейчас я вижу в его словах больше смысла. А вдруг наш командир уже тогда что-то понимал о своём башенном даре, но не говорил нам об этом?

Впрочем, а как он мог об этом сказать? Особенно после слов, что все башни нужно истреблять. «Ребята, вы только не пугайтесь, но я тоже башня. Только не стреляйте в меня, пожалуйста». Примерно так?

Сюда можно отнести и слова «Чеха», который говорил «Пороху» о каком-то перерождении. Сейчас мне кажется, что Чехов изначально решил, что наш командир прибыл к осколку не с целью его обезвредить. А для чего-то другого. Но для чего? Что «Чех» имел под словом «перерождение»? То, что Порохов видел в своих видениях? Где он был башней и мы послушал стаскивали металл к нему?

Тут я поймал себя на мысли, что мы слишком мало знаем об этих самых башнях. И нам бы следовало их изучать получше, а не только уничтожить при встрече.

Мой мыслительный процесс прервался, когда я дошёл ангара, в котором находилась лаборатория. Точнее, её прервал обратившийся ко мне военный, дежуривший у дверей.

— Ваш пропуск! — устрашающе положив одну руку на приклад АК-25, а другой обхватив рукоять оружия, громко произнёс он.

Я даже немного растерялся от его вопроса. Ведь ранее на базе ничего подобного со мной не случалось. Никаких пропусков здесь не существовало. По крайней мере, я о них не знал. Впрочем, раньше и охраны в этом месте не было. А сейчас вон, аж четыре здоровых лба с оружием в руках сверлят меня тяжёлыми взглядами. Точнее, пытаются сверлить. Отчего то я видел в их лицах тщательно скрытую неуверенность.

Глянул по сторонам. Заметил ещё с десяток военных, которые патрулировали периметр.

— И что в кейсе там у тебя? — спросил другой солдат, который сжимал автомат в руках крепче, чем остальные.

— Здесь визоры для учёных, — попытался я ответить непринуждённым голосом. Я понимал, что охрана ничего мне не сделает. Всё-таки это мои союзники. Да и не самый последний я человек в проекте «Вторжение». Но всё равно было как-то не по себе. — Леонид Павлович просил передать.

— Не знаем никакого Леонида Павловича, — отрезал первый охранник. Затем он немного смягчился в лице и чуть дружелюбнее произнёс. — Слушай, «Инженер», только не усложняй. Не положено пропускать посторонних. Теперь доступ в лабораторию есть только у учёных. Приказ начальника части.

Что ж, оспаривать такой приказ я не стану. И нарушать его тоже.

— Всё ясно, ребята, — подняв руки, будто сдаюсь, попятился я, чтобы не накалять обстановку. — Настаивать не буду.

А сам тем временем быстро накидал сообщение Фёдору, чтобы тот вышел меня встречать.

Меньше, чем через минуту дверь позади охранников отворилась и на пороге показался «Ключ». Он был без своего экзоскелета и я очередной раз поймал себя на мысли, что мне непривычно видеть его в гражданском обличье.

Отошли с ним подальше от охраны.

— Привет, Макс, — судя по его помятому лицу, он похоже спать ещё не ложился. Либо поспал совсем чуть-чуть. — Прости, забыл предупредить что у нас теперь здесь очень строго. Никого не пускают, кроме одобренных Кудриным учёных.

— Хочешь сказать, что я не смогу войти даже вместе с тобой? — удивился я.

— Не сможешь, — кивнул «Ключ». — Для всех военных вообще стоит особой запрет. А членам боевых отрядов так и вовсе даже близко к лабораториям нельзя подходить, — он покачал головой и добавил. — Такие дела.

— Ого, как жёстко, — хмыкнул я. — Похоже, Кудрин всерьёз взялся за безопасность базы.

— Ещё бы, — усмехнулся Фёдор. — После такого инцидента хорошо хоть головы виновных не полетели. Хотя… — мне показалось, что Разводного смутили его собственные слова. Он даже начал по сторонам озираться, как это делают, когда хотят удостовериться, что никто не подслушивает.

Впрочем, охранники, стоявшие у входа в лабораторию, глаз с нас не спускали. Уверен и слух свой напрягли так, что смогли бы услышать нас даже с расстояния десяти метров. А может среди них был кто-то со способностью слышать на расстоянии?

— Что «хотя»? — задал я вопрос, понимая, что «Ключ не договорил».

— Виновный-то есть, — перейдя на шёпот, ответил Федя. — Я же говорил, что кто-то руками отключил систему безопасности осколка.

— И уже есть подозреваемые? — решил уточнить я.

— Откуда мне знать? — голос Фёдора сбился. Мне показалось, что он из-за чего-то волнуется. — Я же не из особого отдела. Я учёный, а не дознаватель. Мне привычнее работать с микрочастицами, а не с людьми.

— Кстати, об этом, — вспомнил я про цель своего визита. — Ты вроде как меня и позвал, чтобы рассказать что-то интересное про осколок. Ну так что, не передумал? Или Кудрин и это запрещает?

— Не, это он как раз таки разрешил… — «Ключ» внезапно осёкся, будто взболтнул лишнего.

— Ты это чего? — удивился я растерянной физиономии Фёдора.

— Да так… — как будто не зная, что мне ответить, начал подбирать слова Разводной. — Кстати, давай кейс сюда. Отдадим его пока охране. Пусть досмотрят.

Фёдор буквально вырвал у меня из рук кейс и, не говоря больше ни слова, отнёс солдатам для изучения.

Какой-то Разводной сегодня странный. От недосыпа это у него что ли?

Оставив кейс охранникам, «Ключ» предложил покинуть складскую зону и отправиться на тренировочную площадку, где у нас раньше была столовая под открытым небом.

— В общем, после импульса все видели одно и то же, — выйдя за ограждение, возобновил «Ключ» тему про осколок. — Как в кромешной темноте два огонька сначала создают древо. А потом это древо превращается в таинственную девушку.

— Хочешь сказать, все видели одну и ту же девушку? — спросил я.

— Все говорят, что у неё были светлые волосы и большие глаза. И грудь такая, знаешь… какую не скроешь ни под какой одеждой, — объяснил «Ключ», демонстрируя размеры описываемого на себе. — Какое бы слово для неё подобрать…

— Идеальная? — подсказал я.

— Да, это подходит, — кивнул Фёдор. — Я и сам её видел. В смысле, девушку. Не грудь. Кстати, — вспомнил он какую-то важную деталь, — есть небольшие отличия в рассказах людей. — Кто-то видел её одетой, а кто-то обнажённой.

— Верю, — усмехнулся я. — Я и сам её в обоих вариантах видел. А почему ты об этом рассказываешь? Ты же, вроде как, сказал, что ты не следователь и не тебе заниматься подобным.

— А-а, я? — Фёдор так сильно округлил глаза, что это было заметно даже под его визором. — Нет. Это я не для расследования изучал. Это, чтобы понять произошедшее.

Если честно, странное поведение Фёдора всё больше стало походить на нечто другое. Это уже не выглядело банальным недосыпом. Мне начинало казаться, что мой товарищ что-то недоговаривал. А, точнее, что-то скрывал.

Но в лоб, разумеется, я о подобном спрашивать не стал. Даже если мои подозрения верны, сомневаюсь, что «Ключ» хотел мне навредить. Возможно, как и в случае с «Порохом», Разводной настраивался на правильный лад, чтобы раскрыть мне что-то интересное.

— Кстати, есть у меня кое что для твоих изучений, — вдруг вспомнил я про один момент, который нужно было обязательно рассказать Фёдору. — Астероид как-то назвал осколок семенем. Как думаешь, что он имел ввиду?

Разводной задумался.

— В этом что-то есть, — ответил он через полминуты. — Хотя, ботаники с нашим пришельцем из космоса бы не согласились. Но, к счастью, они его не изучают. Так что мы можем осколки назвать и семенем.

Тем временем мы дошли до спортплощадки.

— Ну, а в итоге что произошло с осколком после моего удара топором? — спросил я, когда мы нашли стол под самым ярким фонарём и уселись за ним. — Я его не сломал?

— Нет, семя по-прежнему функционирует, — как мало времени понадобилась «Ключу», чтобы перейти с «осколка» на «семя». — Единственное, излучение теперь ровное (никаких волн больше нет) и не такое интенсивное, как раньше. А в остальном почти тоже самое.

— «Почти»? — зацепился я за это слово.

— Ага, — кивнул Разводной. — Как раз накануне профессор Ногтев, изучая осколок, смог определить, что тот постоянно передаёт сигналы другим осколками. Не всем, а только тем, что находятся поблизости. А те в свою очередь другим ближайшим осколкам. Мы проверили эту информацию с другими булыжниками, которые были добыты на миссиях. В итоге выяснили, что таким образом образуется глобальная паутина, которой сейчас окутана почти вся планета.

— Хочешь сказать, что именно благодаря этой паутине астероид всегда знает, где мы находимся и что делаем? — сделал вывод я. — Мы двадцать четыре на семь под колпаком у инопланетного разума?

— Похоже на это, — ответил Фёдор. — Но ты, Макс, вчера это изменил. Воткнув топор прямо в ядро осколка, ты оборвал эту связь. Точнее, ты обрубил те нити, с помощью которых осколок на нашей базе обменивался информацией с другими семенами.

— Хочешь сказать, что астероид больше не имеет доступа в нашу зону? — у меня аж мурашки пробежались от полученных новостей. — Поэтому та девушка, которая постоянно одолевала меня своим нытьём, исчезла, как только я рубанул по ядру?

Разводной очень серьёзным взглядом посмотрел на меня. Сейчас его лицо очень чётко отражало, что он и впрямь, что-то скрывал от меня. Либо что-то хотел спросить, но никак не решался.

Но, чуть помолчав, похоже набрался смелости.

— Скажи, Макс… — неуверенно начал он. — Ты ведь мог просто упаковать семя в свинцовый контейнер. И зона бы отключилась. Ты это прекрасно знал. Но ты не стал так делать. Вместо этого ты взял и расколол осколок, — он тяжело вздохнул. — И вот скажи мне, только честно, откуда ты знал, что это поможет? Откуда ты знал, что связь пропадёт?

Кажется, мне стало понятно, что «Ключ» всё это время скрывал меня.

Глава 15

Пушистик

— Федь, ты на сейчас полном серьёзе задаёшь мне этот вопрос? — глядя «Ключу» прямо в глаза, спросил я.

Сказать, что я удивился вопросу Разводного, всё равно, что промолчать. Как он вообще мог подумать, что я мог что-то знать о последствиях, к которым приведут удары топором по осколку? В тот момент я руководствовался желанием задать взбучку инопланетному противнику. А ещё отомстить за то, что он позволил себе устроить такой бардак прямо у нас дома.

К тому же, не я один такой был. Моим напарником — «Кулаком» — управляли почти те же эмоции, что и мной. Всё, что он хотел — это как следует наподдать осколку.

Постой. А если всё это случилось не просто так? Вдруг астероид именно этого и добивался, а мы поддались на его хитрый план? Ведь в чём-то «Ключ» был прав. Я и впрямь отбросил идею упаковать семя в свинцовый контейнер.

Или вовсе не подумал об этом? Сейчас уже и не помню.

С другой стороны, я бы всё равно не смог засунуть осколок в ящик. Его густо разросшиеся корни не позволили бы этого делать. Тем не менее, корни я рубить не стал, чтобы убрать помеху. Вместо этого безрассудно рискнул разбить сам осколок.

— Макс, ты не подумай ничего такого, — «Ключ» побледнел и в целом выглядел очень растерянным. Казалось, что он сам испугался своего же вопроса. — Мне просто интересно, как ты додумался до такого? А, главное, как решился? Последствия могли же быть самыми непредсказуемыми.

— Как я додумался? — хмыкнул я. — Если честно, никаких тщательных мозговых штурмов я не проводил. Мне просто хотелось максимально жёстко ответить астероиду на его выходку. Хотелось сделать что-то, чтобы он впредь даже не думал о новом импульсе.

— А вдруг он взорвался бы? — выдавил из себя «Федор».

— Если честно, такое мне в голову не приходило, — озадачился я. — Те последствия, о которых я задумывался, были не такие суровые. Мне казалось, максимум что может случится, так это зона отключится.

— Хочешь сказать, ты не знал, что произойдёт, когда бил по осколку? — прищур Разводного хорошо угадывался даже под его визором с тёмными линзами. Кстати, почему у него линзы тёмные, а у меня полностью прозрачные?

— Откуда мне это было знать? — усмехнулся я и на этой же волне решил пошутить. — Ещё скажи, что я отключил охранную систему осколка.

Я ожидал, что «Ключ» посмеётся вместе со мной, но тот ещё больше напрягся. И тут, наконец, в мою голову ворвалась мысль, которую я усердно отгонял. Похоже, Разводной в чём-то меня подозревал. Казалось, безобидная шутка внезапно пролила свет на поведение моего товарища.

Мне резко стало не до смеха.

— Подожди, Федь. Надеюсь, ты не думаешь, что я имею какое-то отношение к инциденту с осколком? — я встал из-за стола и в этот момент на одном из ближайших столбов перегорела лампочка. Меня это не испугало, но мой собеседник вздрогнул.

Незначительный участок дороги, что пролегала мимо тренировочной площадки, погрузился во тьму. Похоже, Фёдор был очень напряжён, раз испугался из-за такой мелочи. Всё-таки у нас тут такое часто происходит во время «тёмного дня» (когда вне зоны ночь, а внутри дневное время).

— Или всё-таки подозреваешь меня в чём-то? — задал я ещё один наводящий вопрос.

Разводной продолжал молчать. И этим лишь укрепил мою недавно возникшую догадку. Теперь я был уверен, что мне не показалось. Мой товарищ и впрямь считал, что я могу иметь какой-то отношение к отключению системы охраны осколка.

— Ну ты даёшь, Федя, — протянул я. — Как ты вообще мог такое подумать? Мы же вместе были на миссиях больше суток. А здесь, в зоне, так и вовсе прошло несколько дней. А в момент выброса весь наш отряд возле штаба находился.

— Не всё так просто, Макс, — наконец-то ответил «Ключ» каким-то неживым голосом. Видно было, что ему вся эта ситуация была очень неприятна. — Ты единственный, кто общается с осколком. Ты первый, кто пришёл в себя после импульса. Более того, ты после каждого импульса, под которые мы попадали, всегда раньше всех просыпался. Нет больше никого, на кого бы падало столько же подозрений, как на тебя.

— И что с того? — я не мог поверить в то, что слышал. Мой боевой товарищ, который ранее ни разу не давал повода в себе усомнится, сейчас выдавал такое. — Я был за полкилометра от осколка в момент выброса.

— Не обязательно было находиться рядом, — покачал головой Разводной. — Систему безопасности могли отключить хоть неделю назад. А осколок всё это время мог просто выжидать удобного момента.

— Хреновые у вас в лаборатории правила безопасности, раз за целую неделю не увидели, что система охраны отключена, — я сел на лавку рядом с «Ключом». — Федь, ты странно себя ведёшь. Сначала ты говоришь, что не твоё это дело заниматься расследованиями, а потом буквально допрос мне устраиваешь. Что с тобой не так?

Фёдор очень тяжело вздохнул и опустил голову.

— Вот и ему я то же самое сказал, — еле слышно произнёс «Ключ».

— Кому «ему»? — нахмурился я.

— Неважно, — ответил Разводной.

— Нет, нет, нет, — стал я давить. — Сказал «А», говори и «Б».

«Ключ» поднял голову и умоляюще посмотрел на меня. В его глазах читалось, будто он просил меня не требовать от него ответа.

В этот момент из темноты на дороге, где недавно погасла лампочка, раздалось рычание.

Услышав это, я тут же забыл про разговор с Разводным, соскочил со скамьи и изготовил в боевые положение свои энергетические руки.

«Ключ» тоже покинул своё место и, словно метеор, спрятался за моей спиной.

Повисла тишина. Гнетущая тишина, какая бывает ночью в заброшенных местах. И в этой тишине я слышал едва уловимые звуки стали. Будто чем то острым стучали по асфальту.

Затем звериный рык повторился.

— Это кто? Дикая тварь? — дрожащим голосом спросил «Ключ». — Какой-то мутант вырвался из клетки?

— Вы что, здесь на базе держите мутировавших животных в клетках? — удивился я, не сводя глаз с тёмного участка дороги.

— Конечно, — ответил «Ключ». — А ты думал, на ком мы опыты в лаборатории проводим? На людях?

— После твоей сегодняшней выходки я, пожалуй, могу и в такое поверить, — хмыкнул я.

Затем из темноты раздался женский голос: «В атаку!» И зверь, что там скрывался, бросился на нас. Я это понял по быстро застучавшим когтям по асфальту.

В следующий миг на свет выбежала серая собака. Нет, это был волк размером со взрослую овчарку. И по самому короткому пути, прямо через скамейки и стол, кинулся в мою сторону.

Я среагировал моментально — ударил энергорукой сразу же, как увидел зверя. Вернее, попытался ударить. Ведь тот, резко сменив направление движения, как-то уж очень легко увернулся от моего удара.

Я попытался подсечь противника второй энергощупальцей. Но и её он избежал, ловко перепрыгнув и вскочив на стол. А затем сиганул прямо на меня.

Его прыжок оказался настолько стремительным, что я не успел вернуть энеркоруки на исходную. Всё, что мне удалось, это выставить энергетический барьер между нами.

Впрочем, и это меня не спасло. Каким-то немыслимым образом волк преодолел преграду. Причём в момент, когда он проходил через мою энергостену, он принял призрачный облик. Таким образом он и просигнул сквозь неё.

Волчьи лапы ударили мне в грудь и я завалился на спину. Как только я оказался на земле, прямо перед моим лицом лохматый зверь щёлкнул пастью со здоровенными стальными клыками.

К этому моменту мои энергоруки были уже готовы к новой атаке. Собственно, это я сразу же и сделал — попытался схватить противника за горло, а затем отбросить его подальше от тебя.

Но волк снова принял призрачный облик, и у меня ничего не получилось.

Да как так-то? Впервые вижу, чтобы энергетические тела проходили друг друга насквозь.

А после этого волк приблизил свою морду вплотную к моему лицу, высунул язык и… начал облизывать меня, радостно скуля.

Это что сейчас такое было?

— Хороший мальчик, — услышал я тот же женский голос. И только сейчас я понял, кому он принадлежал. Это была Ольга. — Молодец, Пушистик. Отличная атака.

— Оля? — спросил ледяным от страха голосом «Ключ». — Это ты что ли?

Я же говорить ничего не мог, так как волк никак не мог угомониться и продолжал облизывать мне лицо.

— «Снять с тебя костюм и кто ты будешь?» — процитировала Ольга первого мстителя, намекая Фёдору, что он такой себе боец без своего экзоскелета. А затем она залилась смехом. — Да-а, Федь, смелости тебе, конечно, не занимать. Настоящий мужчина.

Краем глаза я заметил, как девушка подошла к Разводному и «чмокнула» его в щёку.

— Так, Пушистик, — я таки смог ухватиться за волчью шерсть и оттащил псину от себя. Пришлось сделать это настоящими руками, а не призрачными. — Хорош уже этих нежностей. Хотел бы я сказать, что тоже рад тебя видеть, да вот не скажу. Уж больно ты эффектно появился.

Я поднялся на ноги и внимательнее рассмотрел волка. Точнее, волчонка. Это был тот самый щенок, которого мы нашли на свиноферме и привезли сюда. И, сказать, вымахал он за это время основательно. Обычному зверю на это понадобилось бы несколько месяцев. А этот за сколько так вырос? За неделю стал больше взрослой собаки. Да ещё и способность у него, смотрю, отменная. Прям настоящий боевой пёс.

Впрочем, в остальном он выглядел как крупный щенок. Никаких характерных для взрослого зверя черт у него не наблюдалось. К тому же, на его теле не было никаких язв, какие были присущи другим волкам, которых мы встречали в зоне. Казалось, что это был самый обычный пёс, а не волк-мутант. Если, конечно, не брать в расчёт его размер.

— Значит, Пушистиком ты его назвала? — вытирая лицо рукавом, спросил я у «Ведьмы».

— Мне кажется, ему подходит, — улыбнулась Ольга. Она была одета в короткие джинсовые шорты и белую майку. Видимо она положила здоровенный болт на запрет любой гражданской одежды на территории базы. — Смотрите какой он пушистый.

Пушистик подбежал к своей хозяйке и попытался вскочить на неё, чтобы добраться языком до её лица.

— Место, — строго приказала девушка щенку. Тот послушно вернулся на все четыре лапы, а затем уселся рядом с её ногами. — Хороший мальчик.

Ольга достала из сумки, что висела на её поясе, какую-то вкусняшку и дала её Пушистику. Тот слопал её моментально и благодарно проскулил.

— Что ж, вижу хорошего ты себе питомца завела, — боевое напряжение в моём теле начало стремительно спадать. — А ты не боишься с ним вот так гулять по базе? Думаю, не всем это может понравиться.

— Пушистик зверь свободный, — с картинной строгостью произнесла Ольга. — Он не будет жить в клетке, нравится это кому-то или нет. Если хотят, пусть сами залезут в клетку и сидят там. А мой пёсик будет гулять там, где ему захочется.

— Ты только больше так не делай, — «Ключ» всё ещё никак не пришёл в себя. — Я Пушистика по несколько раз на дню вижу. Но всё равно перепугался до смерти. А какого будет остальным?

— Ладно, согласна, — усмехнулась «Ведьма». — Тут я переборщила, — затем она прищурилась и поочерёдно окинула нас с Фёдором изучающим взглядом. — А вы чем тут занимаетесь? Мне показалось, что вы как-то очень недружелюбно общались.

— Тебе показалось, — я не стал Ольге рассказывать про выкидоны «Ключа». Для начала сам разберусь, почему он устроил всё это. И ещё надо будет выяснить, кого он имел ввиду, когда сказал: «Вот и ему я то же самое сказал». Быть может, кто то надоумил Разводного на это. А пока лучше уведу разговор в другое русло. — Федя мне тут рассказал про тонкие материи. Как осколки устроили на нашей планете глобальную сеть.

— Астероид свой личный интернет что ли провёл? — спросила девушка.

— Можно и так сказать, — ответил Фёдор. — Благодаря этой сети астероид, скорее всего, знает что происходит почти в каждому уголке Земли.

— Ага, кроме нашей базы, — добавил я. — Здесь он теперь слепой. Ни глаз, ни ушей у него здесь нет, — я посмотрел на Разводного с претензией. Намекая на то, что наш разговор ещё не закончен.

Ольга заметила наши «гляделки», но ничего спрашивать не стала.

Неожиданно в ста метрах от нас что-то вспыхнуло, а затем громыхнуло.

— А это что ещё такое? — нахмурилась Ольга.

— Ни секунды покоя, — с тревогой вздохнул Фёдор.

Вспышка и грохот повторились.

— Кажется, я знаю, что там происходит, — быстренько раскинув мозгами, кто мог организовать на нашей базе гром и молнию, сказал я. — Пойдёмте проверим.

Как я и предполагал, это был Борис. Он поднялся на сторожевую вышку, что находилась на углу военной части, и бил молниями прямо в молниеотвод, который стоял за бетонным ограждением.

— Борис, ты чего шумишь? — крикнул я ему в перерыве между громкими ударами молний.

Тот повернулся и с ехидной улыбкой уставился на нас.

— Проверяю кое что, — он хлопнул в ладоши и из них посыпались искры. — Хорошо, что вы тоже пришли. «Инженер», а ну-ка выстави свой энергетический щит.

— Зачем? — нахмурился я.

Но вместо ответа «Мех» ещё раз высек искры своими ладонями, а затем из его рук кривым росчерком в меня полетела молния.

Глава 16

Рабочая методика

Если бы я стал целью настоящей молнии, порождённой природными явлениями, я бы, скорее всего, даже глазом моргнуть не успел. Убило бы на месте. О том, чтобы как-то от неё уклониться и речи бы не шло. Более того, насколько я понимал, как это работает, то быстрыми движениями я бы, напротив, повысил вероятность попадания молнии именно в меня. По этой причине нет смысла сомневаться, что если молния избрала тебя своей жертвой, спрятаться от неё уже нет никаких шансов.

Но тот разряд, которым атаковал меня Борис, вёл себя иначе. Как минимум, он был в разы медленнее. Мгновение, когда кривой росчерк молнии удлинялся, приближаясь ко мне, я чётко уловил. И мне даже хватило времени, чтобы выставить перед собой энергетический щит. Причем я постарался сделать его как можно крепче и потому вложил в него аж девяносто процентов всей своей маны. Это количество я определил, благодаря шкале в правом нижнем углу визора. Ну и характерная боль в груди тоже мне подсказала, что энергия во мне приблизилась почти вплотную к нулю.

Хотя, быть может, дело не в том, что рукотворная молния «Меха» отличалась от природной. Вполне вероятно, что среагировать мне помогла ловкость, которой у меня было почти полтинник.

А затем молния столкнулась с моим барьером и осыпала его искрами. Я намеренно выставил щит в метре от себя, чтобы точно не задело ни меня, ни Ольгу с Фёдором. И, конечно же, чтобы нашему пёсику Пушистику тоже не досталось.

БАМ!

Основной удар электричеством и возникшую после этого ударную волну моему щиту поглотить удалось. Причём мощности барьера хватило бы ещё на целую серию таких же выстрелов молниями. Но, разумеется, это не спасло от очень громкого звука, которым сопровождался удар.

От оглушения в ушах засвистело. Хотя на картинку перед глазами это не повлияло. Как и в целом на всё тело. Если бы была такая необходимость, я бы запросто мог начать бой сейчас. Но, к счастью, этого делать было не нужно. Молнию же в меня швырнул мой товарищ Борис, а не какой-нибудь вражеский дикий. Впрочем, еще пару таких товарищей, и врагов не надо будет.

Я глянул направо — на Ольгу. Та с откровенно злым выражением лица что-то кричала «Меху». Толком разобрать я ничего не мог, так как писк в ушах сильно мешал. Впрочем, пару нецензурных выпадов я уловить всё-таки смог. Хотя, возможно, я прочитал их по губам. Эти довольно популярные слова любой сможет определить даже без звукового сопровождения.

Глянул на «Ключа». Он стоял, раскрыв рот. Его глаза выдавали, что он испугался ещё больше, чем когда на нас из темноты выбежал Пушистик.

Пока мы приходили в себя, Борис спустился по лестнице. И с довольной ухмылкой направился к нам. На нём была полевая военная форма, как на мне. А также у него имелся визор, как у меня — с оправой в цвете хаки. То есть военного образца. Видимо тоже успел заглянуть в кабинет КИОС.

— Натравить бы на тебя Пушистика, — наконец-то услышал я голос «Ведьмы». Хотя он был довольно приглушённым. Будто нас с ней разделяла стеклянная стена. — Да вот он не станет причинять вред своим. В отличии от тебя.

— Ахахах! — непринужденно рассмеялся «Мех». Его смех звучал весьма не трезвыми нотками. — Да ладно вам. Здорово ведь получилось. К тому же я специально замедлил молнию, чтобы «Инженер» успел выставить барьер, — он показал не меня указательным пальцем. — А ты красавчик, Макс. Ловко ты это… выставил защиту.

Значит, я не ошибся. Молния Бориса и впрямь была медленнее обычной. К тому же, если верить его словам, он может изменять её скорость.

— Мозг у тебя замедленный, — не могла остановиться Ольга. Она даже вышла «Меху» на встречу и несильно ударила нижней частью кулака ему по груди. — Ты чего творишь, Рейден чёртов? Тебе твоё электричество всю голову что ли поджарило?

— Напротив, — хохотнул «Мех», — я стал понимать гораздо больше, чем раньше. И, кстати, пока вы дрыхли, я с самого утра навестил Ван Ваныча и он открыл мне глаза на некоторые особенности наших энергетических тел и способностей.

Теперь понятно, почему Борис был пьян средь бела дня. Хотя, в нашем случае средь «тёмного дня». Выходит, он заглянул в гости к старику в тот момент, когда Ван Ваныч ставил очередной «эксперимент» со спиртом. Или самогоном.

— Борис! — это уже был я. Причём я постарался сделать свой голос максимально неприветливым. — Нельзя вот так кидаться молниями в людей. Ты это понимаешь?

— Ну я ведь предупредил перед ударом, — улыбка с лица «Меха» не спадала, чтобы мы ему ни говорили. Похоже, он не находил в своем поступке ничего хулиганского. — К тому же, я молнию швырнул ни в кого-то, а в тебя, Макс. А у тебя защиты, будь здоров! И с реакцией, как вижу, полный порядок.

— А если бы он не успел? — продолжала наседать Ольга.

Уловив недобрые нотки в словах хозяйки, Пушистик тоже начал рычать на «Меха». Только вот делать у него это устрашающе не получалось. Скорее, это выглядело мило. Ути, какой пёсик милый, оказывается. И даже сейчас не скажешь, что он может напасть на тебя, подобно дикому зверю.

— Ну зашиб бы я его малёхынько, — «Мех» с шутливой издёвкой подмигнул мне. — Максимум, вырубил бы ненадолго. Но убить бы одной молнией всё равно бы я его не смог.

— Почему ты в этом так уверен? — Фёдор, наконец-то, тоже вернул свой дар речи.

— Федь, ты это должен знать лучше меня, — ответил ему Борис, очередной раз выдав нетрезвую интонацию в своём голосе. А затем он с прищуром посмотрел на меня, будто изучая. — Визор мне подсказывает, что у Макса целых 93 грамма красного элемента. В смысле сопротивления. А моя сила умения равна жалким двадцати двум. Я бы полдня бил «Инженера». Раньше выдохся бы, чем он двинул коней.

— Это тоже тебе Ван Ваныч рассказал? — задал вопрос я. Как-то незаметно все мои претензии к Борису сошли на нет. И теперь мне самому стало интересно, что такого «Мех» выяснил у нашего специалиста по способностям.

— Ага, тоже, — Борис достал небольшую фляжку из внутреннего кармана. Отвинтил крышку, отхлебнул, поморщился, а затем предложил нам испить его «чудесного» напитка. Увидев наш отказ, вернул фляжку на место. — Имею право немного употребить. У меня сегодня выходной, — пояснил затем он свои действия.

— Так, не отвлекайся. Рассказывай подробнее, что там поведал тебе Ван Ваныч, — лично меня ничуть не смущало состояние «Меха». Ведь меня полностью завлекла информация, которой он владел. Ведь это могло помочь в разработке методики для тренировок, нужных для пополнения цветных элементов. — Что ты имел ввиду под тем, что мог бить меня молниями полдня?

— Всё просто, — развёл руками Борис. — Сопротивление в первую очередь служит защитой от способностей других людей и тварей. Причём имеет явный перевес.

— Что ещё за перевес? — уточнила Ольга. Она, похоже, тоже откинула своё недовольство.

— Например, если бы моя сила способности была равна сотне, а у «Инженера» было бы столько же сопротивления, — объяснил «Мех», — то он смог бы выдержать несколько ударов, прежде, чем его энергетическое тело умерло, — он кивнул на «Ключа». — Кстати, этот коэффициент придётся ещё высчитать. Хотя, тут, конечно, нельзя исключать и защиту физического тела. Ему ведь тоже доставалось бы не слабо. Всё-таки это электричество. Вещь неприятная, когда тебя ею жахают.

— Не сказать, что ты рассказал нам много нового, — хмурым голосом объявил Фёдор. — Мы всё это выясняли ещё, когда Оля повстречалась с башней на свиноферме и чуть было ноги унесла от неё.

— Да, да, — подтвердил я. — Ей же тогда не хило досталось. Причём прямо по энергетическому телу.

— Но вы же не знали, как именно это работает, — махнул Борис на нас обеими руками. — А теперь, зная механику и благодаря визору, мы сможем увидеть силы противника и рассчитать, сколько потребуется для его уничтожения.

— А я в своём экзоскелете, смогу разом просканировать десятки врагов и выявить среди них, как самых слабых, так и самых сильных, — подхватил Фёдор, который, похоже, всё-таки нашёл полезную информацию в словах «Меха». — А если ещё к этому подключить мою аналитическую способность, поиск уязвимостей от Анны и ослабляющий эффект «Сони», то мы сможем кого угодно сокрушить…

— Забудь про Юлю, — сказал я «Ключу». — У неё и «Бесячего» травмы. На следующую миссию они с нами не идут.

Про то, что они оба в принципе больше могут не пойти с нами на задания, я говорить не стал. Вдруг «Порох» ещё передумает. Как это было с Разводным.

— Ах, да, точно, — кивнул Фёдор.

— Так, подождите, — Борис снова пригубил из своей фляжки. — Это ещё не всё. Мы тут в курятнике поэкспериментировали…

— Да мы уж поняли, — перебила его Ольга. Она уселась на бордюр и обняла за шею своего пушистого зверя. Оказалось, что тот в пропорциях был размером, как она. А то и больше.

— Да я не про это, — усмехнулся Борис, посмотрел на свою фляжку и вернул её во внутренний карман. — Я попрактиковался с Кузьмичом, и…

— С кем? — снова перебила его «Ведьма».

— Ну-у, — протянул Борис, — с петухом. Забыли чтоли уже про нового друга Ван Ваныча? Он теперь легенда курятника. Там у него все куры по струнке ходят.

Ольга брезгливо поморщилась.

— А-а, этот Кузьмич, — покачал я головой. — Хочешь сказать, что и ты нашёл с ним общий язык?

— А как же! — гордо вскинул голову «Мех». — Не, разумеется, как Ван Ваныч, я его куриного языка не освоил, но в целом мы друг друга понимаем. Нормальный мужик оказался. Компанейский.

— Ну и что вы такого сделали с этим Кузьмичом? — поторопил его Фёдор.

— Итак, — начал рассказывать «Мех», — сначала Ван Ваныч очередной раз подтвердил, что цветные элементы растут, когда используешь связанные с ними навыки. Затем между первой и второй… не, — «Мех» задумался, — гораздо позже. В общем, в какой-то момент Ваныч выдал теорию, что сила способности лучше всего растёт не просто, когда её применяешь, а когда сталкиваешь её с другой способностью.

— И что? — почувствовав, что Борис не торопился продолжать, задала вопрос Ольга.

— Что-что? — хохотнул «Мех». — Мы с Кузьмичём сразу же проверили это дело на практике. А потом я пошвырял молнией в его курей. Не бойтесь, ни одна куря в ходе эксперимента не пострадала. Как оказалось, там было несколько с силовыми щитам.

— А чего нам бояться? — хмыкнул «Ключ». — Курятник для того и построили, чтобы добывать ценный ресурс. Пожалуй, самый ценный на нашей планете в данный момент.

— Ну и что в итоге? — теперь уже я поторапливал «Меха» с рассказом. — Подтвердилось?

— Конечно, — ответил Борис. — Утром у меня было одиннадцать грамм фиолетового элемента, а сейчас двадцать два.

— Хочешь сказать, что за полдня тренировок ты повысил характеристику на целых одиннадцать грамм? — округлил глаза Фёдор. — Солдаты сегодня за трёхчасовой марш бросок в полной выкладке силу и выносливость на три единицы только подняли. А ловкость всего на одну.

— Да какой там полдня? — отмахнулся Борис. — От силы часок экспериментировали.

— Очередной раз подтверждается, что Алла попала прямо в точку со своей йогой в энерготеле, — задумался я. — Снова убеждаюсь, что нужно искать правильный подход под каждый элемент. Причём, возможно, та же йога и столкновение способностей не единственные методы. Вдруг есть и другие способы?

— Думаю, так и есть, — согласился со мной «Ключ». — Но зато сейчас у нас сейчас есть две работоспособные методики под фиолетовый и красный элементы. Этим мы сможем занять всех новобранцев в ближайшие несколько дней. Но надо будет выяснить действенные способы и для других элементов. Например, как я уже сказал, обычные нагрузки, вроде пробежек и поднимания тяжестей дают неприлично мало эффекта. Поэтому нет смысла на них тратить время.

— А что ты там сказал про йогу? — заинтересованным голосом обратилась ко мне Ольга. — Я бы посетила такое мероприятие. Кто, говоришь, придумал? Алла?

— Да, — кивнул я. — Она проводит несколько занятий в сутки. Причём, вроде как, нон-стопом весь день она это делает.

— Серьёзно? — будто что-то замыслив, прищурилась «Ведьма». — А после ужина будут занятия? Не в курсе?

— Насколько помню, нет, — ответил я, вспомнив, что у меня с Аллой как раз на это время запланировано индивидуальное занятие. — Вечером у неё какие-то другие дела.

— Ну тогда завтра первым делом надо к ней идти, — разочарованно выдохнула Ольга. — Со слабым сопротивлением в опасные зоны как-то боязно теперь соваться.

Тут наше внимание снова привлёк Борис хлопком в ладоши с последующим всплеском искр из них. Выглядело это довольно эффектно.

— Так, ну что? — громко произнёс он, снова потянувшись за фляжкой. — Раз уж мы освоили такое важное ремесло. И, так сложилось, что собрались вместе. Может, потренируемся?

— Я за, — без раздумий согласилась Ольга. — Пушистик, думаю, тоже не откажется.

— А я, собственно, за этим и пришёл сюда, — я тоже не был против.

— Без меня, — а вот «Ключ» отказался. — У меня нет боевых способностей, как у вас. Поэтому я вернусь в лабораторию и продолжу исследования. Там мои умения больше сгодятся.

— Ну-у, как знаешь, умник, — ответил ему «Мех». — Насильно заставлять не станем.

Отпустив Фёдора, мы занялись тренировкой. До ужина оставалось около пяти часов. И за это время мы планировали попробовать множество самых разных вариантов столкновения наших способностей.

А после ужина меня ждала йога с Аллой.

Глава 17

Неутешительные выводы

Перед началом тренировки мы решили замерить свои характеристики, чтобы затем сравнить их с полученным результатом. И на основе этого сделать вывод, какова продуктивность нашей методики.

В этом нам помогла лаборантка Евгения, которую нам в помощь прислал «Ключ». Как я понял, она была в составе той группы людей, которую мы спасли с крыши отеля в научном центре. С её слов выяснилось, что подполковнику Кудрину, при активном участии профессора Ногтева, удалось завербовать в проект «Вторжение» большую часть всей их группы.

И это не могло не радовать. Ведь туда, в научный парк, на конференцию прибыли очень близкие к науке люди. К тому же все они по большей части были биологами. А, как нам рассказывали на брифинге перед миссией по спасению учёных, почти все российские биологи (и даже биологи некоторых соседних стран), стали жертвами упавшего осколка.

В общем, судьба этих людей схожа с нашей (тех, кто отправился на самую первую миссию). Мы тогда были единственными, кто мог без риска мгновенной смерти, зайти в аномальную зону. А эти учёные сейчас, можно сказать, единственные биологи на всю страну. И кому, если не им, заниматься изучением последствий активности осколка в этом направлении.

— Я всё записала. Можете приступать, — объявила нам белокурая Евгения. Белый халатик на ней был настолько коротким, что, мне казалось, она его лично намеренно укоротила. Видимо она решила, что будет преступлением, прятать свои стройные ножки. Кстати, судя по её насыщенному загару, она либо была заядлой фанаткой солярия, либо перед научной конференцией побывала в жарких странах.

Наши характеристики на момент начала тренировки были такими:

Максим «Инженер» Ларионов — 51 уровень.

Сила — 81, Скорость — 49, Выносливость — 58, Сила умения — 139, Сопротивление — 93, Мана — 142.

Ольга «Ведьма» Сердюкова — 36 уровень.

Сила — 31, Скорость — 41, Выносливость — 33, Сила умения — 72, Сопротивление — 36, Мана — 44.

Борис «Мех» Климов — 34 уровень.

Сила — 101, Скорость — 42, Выносливость — 71, Сила умения — 22, Сопротивление — 35, Мана — 21.

— Я убрала упоминания о цветах элементов, чтобы не было нагромождения, — пояснила Евгения, когда мы спросили, куда делись из характеристик цвета. — Мне кажется, что так проще ориентироваться в статах. Меньше букв, больше полезной информации. Если хотите, могу и вам передать пресет такого отображения инфы.

Похоже девушка не понаслышке знает про видеоигры, раз применят такие специфические слова, как «стата» и «пресет».

— Да, давай, — я счёл, что с упрощённой версией действительно удобнее следить за своими характеристиками. И потому без колебания воспользовался предложением лаборантки. Благо, визор позволял делать подобные манипуляции буквально на лету.

Ольга тоже переняла эту версию, сказав: «Наконец, кто-то оформил интерфейс по-человечески». А вот Борис оставил всё, как было. Аргументировал это тем, что с таким вариантом забудет какой цвет на что влияет.

Когда очаровательная Евгения отошла подальше от нас и устроилась на небольшом бревне, мы приступили к тренировкам.

Первым делом размялись. Я вытянул свои энергетические руки в стороны, чтобы посмотреть, каков у меня размах. Каждая из моих призрачных конечностей достигала семи метров в длину. Таким образом в размахе у меня было целых четырнадцать метров.

— С таким размахом ты запросто можешь крутиться, как юла и сносить всех, кто приблизится, — подсказала приёмчик Ольга. В своём призрачном облике она видела мои энергощупальца. — Можешь прям врываться в толпу врагов и превращать их в фарш.

— Только это будет работать до первого серьёзного противника с высоким сопротивлением, — сразу же нашёл я изъян в её предложении. — Это при условии, если раньше у меня голова не закружится и не грохнусь тёпленький прямо в эту самую толпу.

— С другой стороны будет отличный пир для тварей, — хохотнул «Мех». — Кстати, а какой максимальный вес можешь поднимать энергоруками? Не проверял?

— В боях как-то было не до этого, — я глянул по сторонам, в поисках чего-нибудь потяжелее. Рядом ничего полезного не оказалось. Поэтому я решил поднять бревно, на котором сидела с блокнотиком в руках наша лаборантка.

— А можно я останусь здесь? — не захотела покидать своего насиженного места Евгения.

— Может, поднять тебя вместе с бревном? — не растерялся я.

— Ну давай, — улыбнулась лаборантка, усаживаясь, как наездница. — Заодно полетаю.

— В таком случае, держись крепче, — объявил я, хватаясь энергоруками за бревно.

На глазок бревно весило около двухсот килограмм. Плюс к этому сама Евгения весила не больше пятидесяти. Тем не менее, мне не составило труда поднять их обоих на метр над землёй.

— Что-то слишком легко это тебе даётся, — хмыкнула Ольга, тут же вскочила на бревно и уселась позади Евгении. — А сейчас как?

— Даже не вспотел, — ответил я, стараясь держать бревно ровно, чтобы девушки с него не слетели. — Нужно ещё кого-то добавить.

— Та-ак, — протянула «Ведьма». — Целых двух девчонок нашему ненасытному Максу маловато.

— Может, попросить «Ключа» прислать ещё лаборанток? — предложил Борис.

— Кста-ати, — с прищуром посмотрела Ольга на «Меха». — А в тебе, Борь, сколько веса? Выглядишь упитанным.

— Около 115 килограмм, — с горделивой улыбкой ответил тот. Но затем, когда поняв, на что намекала девушка, резко стал серьёзным. — Так, даже не думайте. Я на бревно с вами не полезу.

В итоге, Борису отвертеться не удалось. Девчонки на бревно его залезть таки заставили. И даже не разрешили сесть позади Ольги, как он не упрашивал. Пришлось ему занять место впереди нашего летающего «скакуна».

Таким образом общий вес получился немногим больше четырехсот килограмм. И тут я уже ощутил его тяжесть. Не то, чтобы я не мог его поднять, но усилия пришлось применять немалые.

Я поднял их примерно на три метра над землёй, но им было этого мало.

— Выше! — разведя руки в стороны, кричала Евгения. — Ещё выше.

Поднял ещё на метр. И начал ощущать, что «груз» становится как-будто тяжелее. Сначала подумал, что мана иссякает, но, глянув на соответствующую шкалу на визоре, убедился, что причина не в этом. Поднял их ещё немного. Снова стало тяжелее. Словно общий вес стал раза в полтора больше.

Неужели энергоруки могут уставать, так же, как руки настоящее? Решив, что ещё выше лучше не поднимать товарищей (а то вдруг уроню), начал их опускать. И внезапно ощутил, как «груз» стал легче.

Заметив это, решил снова их поднять. И, как ни странно, они снова стали тяжелее.

— Ты что, решил нами свои энегретические мускулы прокачать? — усмехнулась Ольга.

— Типа того, — ответил я. К этому моменту я, кажется, разобрался, почему «груз» становился то тяжелее, то легче. — Заметил интересный момент. Выходит, что моя сила зависит от дистанции, на которую я вытягивая свои призрачные руки.

— В смысле? — уточнила Евгения.

— Проще говоря, чем короче я делаю мои энергощупальца тем они сильнее, — ответил я. — Причём максимальная сила, похоже, работает до трёх метров. А дальше руки становятся намного слабее.

После разминки на бревне мы приступили к серьёзным тренировкам. Я поставил перед собой энергетический щит, а «Мех» начал бить в него молниями. Уже через минуту Борис выдохся и стало понятно, что сил и маны ему едва хватало, чтобы пробить тридцать процентов моего барьера.

Пока «Мех» отдыхал с фляжкой в руках, его подменила «Ведьма». В своём призрачном образе она буквально набросилась на мой щит с кулаками. Уже через пару ударов стало понятно, что сила Ольгиного удара была гораздо мощнее, нежели Борисов выстрел молнией. Оно и понятно. У девушки было целых 72 в силе умения, а у нашего любителя покрепче всего 22.

Таким образом «Ведьме» понадобилось всего пять ударов, чтобы мой барьер слетел.

— Это очень странно, — нахмурилась Евгения. — По логике Борис ведь бьёт электричеством. А, значит, у него и удар должен быть сильнее, несмотря на то, что фиолетового элемента меньше.

— Я об этом говорил, пока тебя не было, — пояснил Борис. — Сейчас у меня очень слабый разряд. Ну как слабый? Обычного человека, разумеется, могу убить без проблем. А вот прокаченного разве только пощекотать могу.

— Так и запишем, — просмеялась Ольга, — Борис — слабак.

— Ничего, «Ведьмочка», — парировал сходу тот. — К вечеру мои молнии заиграют другими красками.

Пришла моя очередь атаковать. Только вот было непонятно, как это делать. Ведь ничего схожего с моей энергетической стеной ни Борис, ни Ольга создавать не умели.

— А если попробовать так? — Борис выставил руки перед собой так, будто создаёт сферу. А затем перед ним и впрямь образовался электрический шар, который он тут же отправил мою сторону.

Летела шаровая молния не быстро и переодически била разрядами по земле. Ольга и Евгения замерли в ожидании моих действий.

Понять замысел «Меха» было не сложно — я должен был ударить энергетическим кулаком прямо по этой шаровой молнии. Но что-то мне подсказывало, это будет не очень приятно. Всё-таки это электричество. И неважно какой силы у него разряд.

Так и оказалось. При ударе меня тряхнуло так, словно я два гвоздя в розетку засунул. Хотя, откуда мне знать, как было бы больно в этом случае? Я ведь не из тех, кто может додуматься засунуть металлические предметы в розетку. Впрочем, это мне не помешало ударить по шаровой молнии.

— Как ощущения? — настороженно спросила Евгения. — Не больно?

— Бодрит, — со смехом в голосе ответил я. Вслух говорить я этого не стал, но, будь моя воля, повторять подобного удара я бы больше не стал. Но «Мех» считал по-другому. Даже не дав мне отдышаться, со словами: «Лови добавочку», он отправил в мою сторону второй электрический шар.

Что ж, не стану же я пасовать перед трудностями в присутствии девушек? Буду бить по шаровым молниям столько, сколько надо. Как ни крути, а любые серьёзные тренировки связаны с болью, потом и кровью. Невозможно сделать сурового солдата в тепличных условиях. Буду терпеть и преодолевать себя раз за разом. Как говорится, тяжело в учении, легко в бою.

После меня столкновение с шаровой молнией решила проверить и Ольга.

— Только аккуратнее, — предупредила её лаборантка. — У тебя в три раза меньше сопротивления, чем у Максима. Будет гораздо больнее.

Ничего не ответив, Ольга, будучи в своей энергетической форме, ударила с разбегу по шаровой молнии. Во все стороны посыпались искры. Тело девушки откинуло в сторону и та замерла на земле.

— Твою-ю мать, — испуганно протянул Борис. — «Ведьма», ты там как? Живая? Только не вздумай умирать тут нам. Как-то не до этого сейчас.

Ольга в ответ подняла трясущуюся руку со смотрящим вверх большим пальцем. Говорить ей не было смысла, так как её всё равно никто не слышал, когда она находилась в призрачном виде.

После этого, явно применяя серьёзные усилия, она поднялась на ноги и махнула Борису двумя руками. Мол, повтори.

— Ладно, — кивнул тот. — Будь по-твоему. Только разряд сделаю послабее.

Так мы работали примерно час. А как только решили сделать небольшой перерыв, как в верхней части визора появилась большая зелёная надпись:

«Доступно обновление системы! Хотите обновить её сейчас? Да/Нет».

— Это ещё что такое? — проворчал Борис.

Похоже, не я один увидел эту надпись.

— Новая прошивка, — ответила Евгения. — Наши спецы без дела не сидят. Похоже, Наташа за полдня умудрилась накидать улучшение для наших визоров. Соглашайтесь, не бойтесь.

Обновление много времени не заняло. Буквально на пару минут интрефейс погас, а потом снова появился. После этого я первым делом ткнул в колокольчик, чтобы посмотреть, чего завезли нового. Оказалось, что теперь появилась возможность просматривать полный штат всех сотрудников проекта «Вторжение».

Разумеется, я сразу же прошёл в соответствующее меню, чтобы глянуть, сколько же там нас, борцов с астероидом.

Сначала меня встретила надпись:

«Штат проекта „Вторжение“ постоянно расширяется. У вас есть возможность получать уведомления о каждом пополнении личного состава военных и гражданского персонала. Хотите получать такие уведомления? Да/Нет».

Я решил, что было бы неплохо знать, как растёт наша база и потому согласился. После этого смог увидеть подробную информацию о штате:

Штат проекта «Вторжение»:

Всего — 327 человек

Медперсонал — 37

Учёные — 39

Отдел КИОС — 5

Военные — 154

В том числе:

— Начальник части — 1

— Инструкторы — 3

— Боевые отряды — 10 групп

— Роты — 1

— Командиры — 10

Строители — 35

Кухня — 14

Хозяйственная часть — 42

Прочие — 25

Особый отдел — 0

Засекречено — 44

Причём имелась возможность, кликнуть по каждому разделу и увидеть поименный список всех сотрудников. И даже написать сообщение любому из них прямо оттуда. Только вот нельзя было отправить сообщение начальнику части подполковнику Кудрину, его замам капитанам Жикину и Валунину, а также не было возможности связаться с командирами. Хотя, можно было добавить их в «друзья». Наверное, после того, как они согласятся, возможность писать им появлялась.

Что ж, вот и улучшили социальные функции в нашем визоре. Быстро, однако, они модернизируют систему.

Сходу отправил дружбу «Кудрину» и обоим его замам. Вдруг прокатит и они примут. Не даром же я сегодня участвовал на совете. Затем сделал запрос «Пороху» и всему нашему отряду.

Пока занимался этим, пришёл входящий запрос на дружбу от Натальи Спиридоновой. С ней я встречался утром. Она как раз и занимается программированием КИОС. Затем пришёл запрос от Евгении Туфиной, нашей доблестной лаборантки. Также появился запрос от Аллы Патриной.

Увидев имя последней, я вспомнил про вечернюю йогу. Поэтому решил написать девушке, что я про неё не забыл:

«Твоё обещание ещё в силе? Предлагаю встретиться у мемориала в 20:00. А там решим, куда пойдём».

Как только отправил сообщение, понял, что допустил небольшую оплошность. Изначальная цель нашей встречи ведь не прогулка, а занятие йогой. А для этого требовалось место попрактичнее. А я своим сообщением показал, что чуть ли не на свидание её пригласил.

Тем не менее, Аллу моё сообщение нисколько не смутило:

«Оке😉 Буду вовремя. Если успею😂»

Затем я обратил внимание, что у каждого сотрудника из штата появился личный профиль. Ткнул для начала в свой, чтобы посмотреть, как выглядит это меню. Внутри меня встретила надпись:

«Профиль каждого сотрудника проекта „Вторжение“ создаётся и обновляется автоматически на основе персонального КИОС. Самостоятельное редактирование недоступно».

Ясно. Тут у нас все основные данные, контакты и, конечно же, уровень и общие характеристики. Причём в профиле имелось даже личное фото. И когда только специалисты из отдела КИОС успели проделать такой объём работы?

— А что означают пункты «прочие», «особый отдел» и «засекречено»? — хмыкнул Борис, изучая обновлённое меню интерфейса.

— «Прочие» ещё можно понять, — когда я зашёл в соответвующее меню, первое имя, которое меня там встретило, было — Ван Ваныч, начальник курятника. Причём прямо так и было оно написано. Вслед за ним шёл «петух Кузьмич», первый заместитель начальника курятника. — Тут, видимо, пока ещё не организовали этот раздел. Позже, наверное, будут доделывать, — побегав глазами я даже увидел мелкую надпись, которая подтвердила мою догадку: «Раздел на доработке». Затем переключился к следующему пункту, в которое даже зайти не удавалось. Оно было под замком. — «Засекречено» — тоже нетрудно предположить, кто это. Скорее всего — высшее руководство страны, которое приписали в проекту. Не удивлюсь, что там даже сам президент есть. Вот и нельзя туда глянуть, — ткнул в следующий раздел. — А вот «особый отдел» с нулевым количеством сотрудников меня смущает больше остальных. Это что получается, у нас появится внутренняя полиция?

Я сразу же вспомнил про недавнюю выходку «Ключа», который сегодня вёл себя весьма нетипично.

— Или уже этот отдел появился, — пробурчал Борис. — А этот ноль в количестве сотрудников написали специально. Чтобы мы думали, что ещё никакой полиции нет. А на самом деле она уже есть.

— Ну вы и конспирологи, — чуть было не рассмеялась Евгения, а затем предложила нам глянуть на ещё один пункт в обновлении. — Загляните лучше в новое в меню «финансы». Сюда будет приходить наша зарплата. О! — внезапно воскликнула она. — Ничего себе! Уже аванс перечислили.

Оставив размышления об «особом отделе» на потом, я воспользовался предложением лаборантки и открыл меню «финансы». И цифры, которые я там увидел, меня впечатлили:

— Аванс за службу в проекте «Вторжение» — 105 000 рублей

— Надбавка №1 (государственная тайна) — 26 000 рублей

— Надбавка №2 (особые условия службы) — 52 500 рублей

— Надбавка №3 (задачи, связанные с риском для жизни) — 105 000 рублей

— Надбавка №4 (чёрная основа) — 1 865 000 рублей (личный вклад — 373 грамма)

— ИТОГО — 2 153 000 рублей

Вы можете вывести эти средства в удобное для вас время на счёт любого Российского банка.

Увидев свой заработок, у меня чуть глаза на лоб не вылезли. Такую сумму единовременно я ещё никогда не зарабатывал.

Глянул на своих товарищей. Судя по их глазам, они тоже были сильно впечатлены своим заработком.

— Вот это да-а, — Борис аж присвистнул. — Ещё пяток другой таких авансов и заработаю нужную сумму.

— Это куда тебя целых двенадцать лямов понадобилось? — усмехнулась Ольга. — Автомастерскую для премиальных тачек что ли хочешь открыть?

— Неважно, — ответил «Мех» без капли иронии. В его голосе явно прозвучали грустные нотки. Весёлый и жизнерадостный Борис будто улетучился. Интересно, что его могло так расстроить?

Видимо все сходу поняли, что эта тема важна для Бориса настолько, что лучше не пытаться вытягивать из него информацию. Поэтому никто не стал на него давить.

— Полагаю, у вас внушительная надбавка за чёрную основу? — спросила Евгения, чтобы переключить тему.

— Да, не слабая, — ответил я, глядя на «Меха».

День не переставал меня удивлять демонстрацией моих товарищей с иной стороны. Сначала Фёдор странно себя вёл. Теперь вот Борис внезапно расстроился на ровном месте. Причём сразу после получения такого крупного аванса. Что же такого серьёзного у него случилось?

Впрочем, сам я задавать ему вопросы об этом не стану. Сам расскажет, если захочет. Не в моих правилах лезть в чужую душу.

* * *

Мы протренировались до самого вечера. До ужина оставалось десять минут, когда мы закончили.

— Ну что, пора подвести итоги, — объявила Евгения, когда мы, усталые и запыхавшиеся, расселись на её пригретом бревне. Мы ещё в самом начале условились, что не будем смотреть на свои характеристики в процессе тренировки. Чтобы у нашей лаборантки был звёздный час в виде оглашения результатов. — Итак ваша методика и впрямь дала неплохие плоды. Хотя есть кое-какие нюансы.

— Какие? — сходу спросил я.

— О них позже, — ответила лаборантка. — Сначала пробежимся по результатам и некоторым выводам, — она перелистнула блокнот и продолжила. — Начнем с Бориса. За четыре с половиной часа тренировок у тебя добавилось 35 фиолетового элемента, 7 грамм красного, 24 оранжевого и 3 синего. Выходит, ты довольно хорошо прокачал не только силу умения, но и несколько остальных характеристик. Особенно удивила мана. Видимо то, что ты всё время опускал её почти до нуля, на это повлияло.

— В принципе, чувствовалось, что Борис последние пару часов, начал стрелять своими молниями гораздо больнее, — дополнил я.

— Отлично, — хмыкнул «Мех». — До следующей миссии стану настоящим богом грома.

— Не торопись с выводами, Тор, — осадила его Евгения, и сразу же переключилась на «Ведьму». — Теперь ты, Оль. У тебя сила умения возросла на 22, мана — на 21, а вот сопротивление поднялось аж на 37. Похоже то, что тебя постоянно прикладывало электричеством, не прошло даром. Теперь ты будешь лучше держать удары от способностей.

— А почему другие характеристики качнулись хуже, чем у «Меха»? — удивилась Ольга.

— Мы до этого ещё дойдём, — ответила лаборантка и посмотрела на меня. — Так, Максим. У тебя картина такая. Сила умения выросла на 10. Сопротивление на 12. Мана на 9. Ну и выносливость на единичку.

— Чего-о? — нахмурился я. — Я же пахал наравне с остальными. Если не больше. Почему так мало получил?

— Я тоже размышляла об этом всю тренировку, — задумчиво произнесла Евгения. — И единственный подходящий вывод, к которому я пришла, это то, что с повышением количества цветных элементов зарабатывать их становится сложнее.

— То есть, все эти тренировки полный пшик? — хмыкнул Борис.

— Ну почему же? — улыбнулась лаборантка. — Как минимум, подъём цветных элементов до сотни идёт вполне хорошо. Грубо говоря, мы можем делать за неделю таких же бойцов, как Максим, не посылая их на боевые задания.

— Этого мало, — заключил я. — Какой толк от таких бойцов будет через неделю? Даже сейчас мне и всему нашему отряду опасно соваться в опасную зону. А через семь дней там станет еще жёстче.

— Ну, — развела руками Евгения, — что имеет, то имеем, — она на миг задумалась, а затем слегка грустным голосом продолжила. — Не хочется этого говорить, но, похоже все эти тренировки со временем и вовсе сойдут на нет. Например, когда накопится 300 грамм какого-нибудь цветного элемента, едва ли одну единичку получится добавить за целый тренировочный день. И из этого напрашивается весьма неутешительный вывод.

— Какой? — спросила Ольга.

— Битва, — ответил я вместо неё. Мне это было понятно безо всяких уточнений. — Евгения хочет сказать, что нормально прокачиваться получится только в бою. Причём нужно будет находить противников помощнее, вроде башен и других крупных тварей. Только в них бывает много цветных элементов.

— Впрочем, ничего нового, — поднимаясь с бревна, подытожил Борис. — Будем заниматься привычным для нас делом и дальше. Убивать диких, тварей, башни и всех, кто попадётся на нашем пути.

— Так даже лучше, — поднимаясь вслед за ним, сказала «Ведьма». — Не надо будет тратить много времени на эти тренировки. Сейчас поднимем каждый элемент до сотни, а всё остальное добудем в бою.

Я посмотрел на них, а затем кивнул. Тут спорить было бессмысленно.

Думаю, эта новость не сильно обрадует нашего командира. Ведь «Порох» при каждом удобном случае говорил про важность тренировок. Впрочем, совсем исключать их тоже нельзя. Ведь цветные элементы только усилитель. А вот умение работать в команде, метко стрелять и успешно драться добывается иным путём.

На этом мы здесь закончили и направились в казарму, чтобы принять душ.

По пути я получил сообщения от Аллы:

«Жду тебя у мемориала через час🙂 ».

* * *

Нейросеть утверждает, что Евгения выглядит так ;)

Глава 18

Разоблачающий холод

После ужина оставалось ещё минут двадцать до встречи с Аллой. У меня был выбор — либо задержаться в столовой, чтобы затем прийти точно ко времени. Либо отправится к мемориалу прямо сейчас и прождать девушку там.

Выбрал третий вариант — сделать большой крюк по войсковой части, чтобы оставшееся время ушло на дорогу до места встречи.

Но для начала заглянул к поварам, чтобы попробовать добыть у тех бутылку лимонада. К моему счастью, такого добра у них было навалом. Они хотели даже мне целый ящик вручить, но я наотрез отказался. Достаточно было и одной.

Покинув столовую, отправился через те места, которые ещё не были «обжиты». Таким образом я сведу к минимуму любые возможные встречи с другими обитателями базы. Мне это было необходимо, чтобы хорошенько поразмышлять. А подумать было о чём. Ведь в преддверии встречи с Аллой на меня буквально обрушился поток мыслей о другой девушке. О той, которая сейчас находится в Москве — о Лене.

Один из моих внутренних я, тот, который отвечал за принципы и правильные действия, прямо мне говорил, что сейчас я поступаю неправильно. Нет, конечно, он был не против общения с другими девушками. Тем более, когда от этого была ощутимая польза. Во-первых, я могу существенно поднять уровень своего сопротивления, что поможет мне в будущих миссиях. Во-вторых, есть возможность пообщаться с приятным человеком в непринуждённой обстановке. А то общение с вояками, бесконечные тренировки и драки с мутантами, скорее всего, начали негативно воздействовать на мою внутреннюю гармонию. А вечер с Аллой, которая, к тому же, может привести моё душевное равновесие в порядок при помощи йоги, явно пойдёт на пользу моему здоровью.

В то же время этот внутренний я напоминал, что у меня есть одно незаконченное дело — я должен свидание Лене. И потому, как настоящий мужчина, я должен выполнить обещанное. Слово дал, слово сдержал, как говорится. И неважно какие усилия для это потребуются.

В какой-то момент я проходил мимо клубы, за которой очень давно не ухаживали, и потому на ней буйно разрослись различные цветы вперемешку с сорняками. Воспользовавшись случаем, я собрал два скромных букетика. Затем двинулся дальше через самые тёмные места нашей базы, куда ещё даже электричество не провели. Благо хоть визор мог делать картинку перед глазами светлее и потому ночь мне не казалось кромешной. Я чётко видел, куда иду.

Продолжил свои размышления.

Был, разумеется, и другой внутренний я, тот, который был большим любителем нарушать любые правила. Сказать честно, этот «тип» у меня популярностью не пользовался, и потому его советы я часто оставлял за бортом.

Сейчас он пытался меня убедить, что жизнь коротка. А твоя, Макс, так и вовсе может оборваться в любой момент, так как на каждой миссии ты ходишь буквально по краю пропасти. Один неверный шаг и всё, к Лене ты уже не вернёшься. Поэтому жить нужно здесь и сейчас и не думать о том, что может уже никогда не случится. К тому же банально нет никаких гарантий, что Кудрин даст краткосрочный отпуск хотя бы на денёк. А без этого в Москву не попасть и с Леной не увидеться.

Тут я подумал, что не списывался с ней уже почти неделю. А то и больше. С этими временными аномалиями я уже совсем запутался. Правда, для нее прошло чуть больше суток. Она ведь не живёт в аномальной зоне, как я.

Впрочем, написать ей возможности у меня по-прежнему не было. Во-первых, Кудрин запретил кому либо покидать базу, пока не найдут предателя. Ведь только вне зоны работают наши мобильники. Во-вторых, помещение, в котором будет работать интернет и связь с внешним миром, нам так и не организовали. И, что-то мне подсказывало, не сделают его никогда. В-третьих, сейчас в нормальном мире глубокая ночь. И потому Лена, скорее всего, крепко спит в своей уютной постели.

Погружённый в эти мысли, я не заметил, как добрался до мемориала. Здесь всё оставалось по-прежнему — большой обломок кирпичной стены с десятками памятных фотографий на ней, много цветов и свечей. А ночное время суток лишь добавляло антуража этому месту.

Положил букет с чётным количеством цветов рядом со свечами. Немного постоял молча перед мемориалом, глядя на фотографии погибших людей. Затем отошёл и начал вглядываться по сторонам, в ожидании Аллы.

Время — 20:01. Алла ещё не появилась. 20:05 — её по-прежнему не было. В голову начали проникать мысли о том, что она, возможно, восприняла нашу встречу, как свидание. Поэтому и опаздывает. Ведь на деловую встречу девушка вряд ли позволит себе прийти не вовремя. Надеюсь, она не объявится в вечернем платье. Ведь это, как мне кажется, будет точно означать, что она рассчитывает на большее, чем просто на занятие йогой и душевную беседу.

20:11 — Алла, наконец, появилась на дороге. К моему облегчению, на ней было не платье, а спортивный костюм. Впрочем, она и в нём выглядела очень эффектно. Для себя отметил, что вряд ли какое-то платье смогло бы так же здорово выделить все её прелестные округлости. А вот плотно облегающий спортивный костюмчик, как мне кажется, именно для этого и был создан. Чтобы мужики в тренажёрных залах не могли сконцентрироваться на тренировке, когда вот такие красатули ходят мимо и вызывающе выполняют различные упражнения.

Сказать честно, всё моё мужское естество не позволяло мне смотреть на эту красотку равнодушно. В голове неудержимой мощью заработали процессы, которые пытались ещё больше приукрасить девушку. Хотя, казалось, куда тут ещё приукрашивать? Она итак, можно сказать, идеальна. Но мужской мозг на это способен.

Алла.

— Привет, — запыхавшимся, но, не смотря на это, нежным голоском произнесла Алла. И тут же начала оправдываться. — Прости за опоздание. После ужина срочно нужно было заглянуть к Кудрину. Представляешь, для занятий йогой выделили отдельное помещение в спортивном комплексе.

Она звякнула перед своим лицом связкой ключей.

— Привет. Поздравляю, — поздоровался с девушкой я и протянул ей букетик, который предусмотрительно собрал по дороге сюда.

— Спасибо, Максим, — расплылась девушка в улыбке. — Очень приятно, — затем она внимательно посмотрела сначала на меня, потом на мемориал. — Надеюсь, ты не здесь их подобрал?

— Ахахах, — не удержался я от смеха. — Нет, эти цветы двадцать минут назад ещё в клумбе росли. Специально для тебя созрели.

— Очень красивые, — вдохнула Алла аромат цветов. — Ещё раз спасибо.

— Подозреваю, что тебе не терпится сходить в спортзал? — задал я очевидный вопрос.

— Да-а, — с улыбкой протянула она. — Давай сходим вместе? Ты не против? Пожалуйста.

— Кем я буду, если лишу тебя этой возможности? — ответил я. — Конечно, пошли. Показывай дорогу.

Впрочем, я и сам знал, куда нужно идти. Как ни крути, спортзал я уже неоднократно посещал. И даже примерно представлял, какое именно помещение в том здании выделили под йогу. Но решил, что пусть девушка сама покажет мне путь.

Не скрывая свой радости, Алла повела меня в направлении спорткомплекса.

Разумеется этот самый спорткомплекс не был похож на гигантский стадион, какие можно встретить больших городах. Это было небольшое здание, вмещающее в себя спортзал, размер которого был чуть больше баскетбольной площадки. Так же в нём находились бассейн и тренажёрный зал.

А ещё в нём имелось несколько свободных помещений, предназначенных для групповых занятий в зимнее время. Учитывая, что это военная база, думаю, что использовали их для обучения боевым искусствам или чему-то вроде этого. Но в наше время, как оказалась, настоящим воякам даже йога стала жизненно необходима.

Центральные двери были открыты. Внутри нас встретил бардак, который оставили после себя электрики. Похоже, совсем недавно они проводили электричество в это здание. Тем не менее, все наши попытки включить свет не увенчались успехом.

Но нам это особо и не мешало. Глаза уже и сами привыкли к темноте за весь предыдущий «тёмный день». К тому же визор помогал нам всё детально рассмотреть даже в самых тёмных уголках.

— Помещение №117, — прочитала Алла надпись на одной из дверей, когда мы оказались в коридоре, что соединял спортзал и бассейн. — А мы ищем №119.

— Выходит, мы на правильном пути, — добавил я.

Прошли ещё пять метров вдоль по коридору и нашли нужную дверь. Девушка щелкнула замком и распахнула её. Помещение нас встретило волной спёртого воздуха, перемешанного с поднявшейся пылью.

— Уу-у, как всё запущено, — осматривая помещение, в котором придётся полдня убираться, чтобы привезти его в приличное состояние, протянула Алла. Но это нисколько не повлияло на её бодрость духа. — Кажется, я знаю, чем завтра будут заниматься утренние группы.

— Судя по всему, явно не йогой, — усмехнулся я.

— В точку, — кивнула девушка, распахивая настежь окна, чтобы проветрить комнату. — Сначала генеральная уборка.

— Полагаю, мы здесь не останемся? — мне казалось, что для йоги лучше подыскать место, где не будет сантиметрового слоя пыли на всех горизонтальных поверхностях.

— Это почему же? — удивил Аллу мой вопрос. — Энергетическим телам не важно сколько грязи вокруг и какая погода, — затем она схватила меня за руку и потянула к стоящей в углу лавочке. — Себя оставим тут и приступим.

Как я понял, она предлагала в этом месте покинуть физические тела.

Мы быстренько стряхнули всю пыль со скамьи и сразу же пожалели об этом. В воздух её поднялось столько, что даже рыжие волосы Аллы стремительно начали перекрашиваться в серый цвет.

Через минуту пыль осела. Стряхнув с себя её остатки, мы уселись на эту лавочку и Алла тут же выскочила из себя. А затем вытянула наружу и моё энерготело.

— Как это ловко у тебя получается, — разглядывая свои полупрозрачные руки, похвалил я девушку.

Затем глянул на неё. В своём призрачном образе она казалась ещё привлекательней, чем в теле настоящем. Также отметил, что в голове сохранились все присущие мужчине мысли, когда тот видит привлекательную девушку.

Казалось бы, наукой доказано, что химию между мужчинами и женщинами создают процессы внутри биологических организмов. Но вот я нахожусь в энергетическом теле. И Алла стоит передо мной такая же. Но все прежние эмоции сохранились. Я по-прежнему видел в ней очень притягательную особу.

Может, это остаточное явление? Побуду в призрачном облике несколько минут и это спадёт? Что ж, проверим.

— Всё в порядке? — похоже Алла обратила внимание на то, как оценивающе я на неё смотрю. И даже не пытаясь этого скрыть. Чем заставил её немного смутиться.

— Да-да, всё отлично, — я быстро взял себя в руки и постарался отбросить подальше мысли об аппетитных формах Аллы. Я ж сюда в первую очередь работать пришёл. — С чего начнём?

— Для начала заглянем тебе в голову, — с улыбкой ответила она.

— Куда? — удивился я.

— Не шевелись, — не посчитав нужным отвечать, девушка уверенно подошла ко мне и положила ладони мне на голову так, что большие пальцы оказались на висках.

Я ощутил холод в тех местах, где лежали её ладони. Не такой, какой чувствуешь после прыжка в ледяную воду, а приятный. Как бы это ни звучало, согревающий душу холод. Затем этот он начал проникать внутрь головы и ощущения разбавились уже покалыванием сотен крохотных игл. Вот это уже больше напоминало окунание в прорубь.

— Что ты делаешь? — задал я ей вопрос. — Это точно йога?

— Не совсем, — спокойно ответила Алла. Она стояла настолько близко ко мне, что наши тела почти соприкасались и я ощущал её тепло. А голова моя, тем временем, костенела от холода. — Так получилось, что мои прогулки вне тела это лишь вершина айсберга. Основные мои способности кроются гораздо глубже. И чем больше я практикуюсь, тем больше начинаю их понимать.

— А сейчас ты понимаешь, что делаешь? — нахмурился я.

— Примерно, — игриво ответила девушка. — Не бойся, ничего плохого я с тобой не смогу сделать, даже, если захочу. У тебя такое мощное сопротивление, что мне его банально не пробить.

— Выходит, у тебя есть боевые умения? — спросил я. Морозная «колючесть» к этому времени спала, оставив в голове лишь свежесть. Такую, от которой мои мысли будто упорядочились. Я даже заметил, что мой внутренний мужик подуспокоился и перестал полыхать от вида горячей Аллы.

— Я могу усыпить любого, к кому прикоснусь, — ответила девушка. — Точнее тех, у кого уровень сопротивления ниже силы моего умения.

— Что ещё умеешь? — добавил я вопрос.

— Иногда получается уловить чужие эмоции, — отвечая, она даже кокетливо подмигнула мне. — Даже мысли у пары людей удалось прочитать.

Её ответ меня озадачил. Выходит, она сейчас могла увидеть все мои чувства, вызванные её притягательными формами? Впрочем, а что в этом нового она увидит? Думаю, она и так прекрасно это понимает.

— И как успехи? — холод из моей головы начал постепенно спускаться вниз. — До моих мыслей уже удалось добраться?

— Я не этим сейчас занимаюсь, — почти шёпотом произнесла она. — Сейчас, пожалуйста, обхвати меня за талию и прижми к себе.

— Хм, зачем? — удивился я.

— Ты только не подумай ничего такого, — посмотрела она мне в глаза. — Я не клеюсь. Просто тебе сейчас будет очень холодно. А моё тело не даст тебе промёрзнуть насквозь.

В следующий миг её слова подтвердились. Во всём моём теле, включая руки и ноги, будто включался лютый морозильник, способный опускать температуру до экстремальных уровней.

Стало очень холодно. Настолько, что было трудно пошевелиться. И потому я решил воспользоваться предложением Аллы. Обхватил одной рукой её за талию, подтянул к себе. Та, поддавшись, прижалась в ответ и даже положила голову мне на грудь.

— Так что же всё-таки ты делаешь? — мне стало полегче. Тёплая, я бы даже сказал горячая, Алла быстро прогоняла весь мороз из меня.

— Настраиваю тебя на нужный лад, — не поднимая головы, произнесла она. — У тебя слишком высокий показатель сопротивления, чтобы одно занятие йогой принесло ощутимую пользу. Я, так сказать, смягчаю твоё энерготело. Благодаря этому за один час йоги, ты сможешь получить не два грамма красного элемента, а двадцать. А, может, и больше.

Я вспомнил, как мы на сегодняшней тренировке выяснили, что по мере роста цветных элементов их качать становится всё сложнее. Похоже, Алла тоже в курсе про эту особенность и даже знает, как с ней бороться.

— А это «смягчение» влияет на другие элементы? — поинтересовался я. Мороз почти полностью отступил. Теперь моё тело было напитано приятной свежестью и лёгкостью. — Смогу я после йоги, например, поупражняться, чтобы повысить другие характеристики?

— Я не проверяла, но думаю да, — сказала она, а затем, облегчённо вздохнув, произнесла. — Фух, это не ты.

— Что? — сразу же насторожили меня её слова. — Что ты сейчас сказала?

Девушка после моего вопроса замешкалась, а затем «отлипла» от меня и резко отступила. Вместе с этим растаяли и все холодные ощущения, которые она ранее вызвала в моём теле.

— Это… наверное… — неуверенно начала Алла отвечать с виноватым выражением лица. — Видимо я сама перегрелась, пока подготавливала тебя. Вот и начала нести всякую чепуху. Бывает такое, не обращай внимание.

Да уж… Как на такое не обращать внимание? У меня к вечеру уже выработалось острое чувство, что почти все люди, с которыми я сегодня контактировал, что-то не договаривали. Да и в целом вели себя как-то не так. Так что её словам я нисколько не поверил.

Девушка неподвижно стояла на месте и опустила глаза, словно провинившийся ребенок. И изредка бросала в мою сторону неуверенный взгляд.

У меня был выбор — надавить на неё, чтобы добиться правды, или спустить случившееся на тормозах. Причём, если выберу первый вариант, то вся йога с желанной прокачкой сопротивления, вероятно, накроется медным тазом. А с другой стороны, какая может быть йога, когда человек явно что-то скрывает? Причём, судя по её реакции, это «что-то» явно не для моей пользы делалось.

Эх, думал, хоть вечером расслаблюсь, но, похоже, не судьба. Алла тоже оказалась какой-то загадочной. И далеко не в том смысле, в каком бы мне хотелось.

Ладно, к чёрту. Мне всё это порядком надоело за сегодня. Может, я бы и не придал этому значения, но её реакция не оставила мне выбора. Здесь явно что-то не так. Буду задавать вопросы.

— Так, Алла, — стараясь казаться дружелюбным, начал я. В голове ещё сохранялась свежесть и лёгкость. Поэтому мне казалось, что я точно знал, как добиться от девушки ответов. — Скажи мне, пожалуйста, что ты сейчас сделала со мной?

— Я уже сказала, — едва слышно ответила она.

— А если честно? — продолжил я задавать вопросы.

— Я всё честно сказала, — ответила Алла уже чуть громче.

— Допустим, — попытался я найти к ней подход с другой стороны. — Но, быть может, ты не всё рассказала?

Девушка снова опустила голову и даже шагнула назад. И этим дала мне понять, что я на верном пути.

— Алла, расскажи мне, прошу, — я старался говорить, так, чтобы не спугнуть её. Ещё мне не хватало, чтобы она сбежала от меня с криками: «Спасите! Помогите!»

— Максим, я… — Алла вся вжалась в себя, будто перед ней не я стоял, а огромный мутированный медведь, готовящийся съесть её. — Прости… он. Я не хотела. Но так нужно было.

— Что нужно было?

— Максим, пожалуйста, я не должна тебе этого говорить. Нельзя.

— Прости, Алла, но придётся, — я уже было собрался подойти к ней поближе, взять её за плечи и заглянуть ей в глаза. Чтобы у неё не осталось шансов отвертеться. Но вовремя вспомнил, что она способна напустить на меня заморозку и бог знает, что ещё. Поэтому решил пока не прикасаться к ней.

— Пожалуйста, Максим, не дави на меня, — умоляюще смотрела не меня девушка. — Я не должна говорить. Он…

— Кто он? — но я не мог не давить на неё. Нужно было разобраться здесь и сейчас. — Про кого ты говоришь, Алла? Про астероид? Он надоумил тебя?

Глаза девушки от удивления округлились.

— Нет, что ты такое говоришь? — ответила она. — Это тут не причём. Точнее, я тут не причём.

— Ты меня совсем запутала, — я начинал злиться. — Тогда кто причём?

— Ты! — чуть было не крикнула она, а затем резко повернулась ко мне спиной.

— Я? — мне аж стало не по себе от её ответа.

Кажется, я разобрался, что Алла имела ввиду. Похожая ситуация сегодня была с «Ключом». Он тоже проговорился подобным образом. И тогда я сделал вывод, что Фёдора кто-то надоумил задавать мне вопросы, связанные с отключением системы безопасности осколка.

Я просто не мог поверить, что Фёдор стал бы это делать таким странным образом. Все эти вопросы наводящие задавать. Вести себя подозрительно. Он бы спросил меня прямо, если бы у него были какие-то подозрения. Но суть в том, что он бы об этом не спросил. Вряд бы ли мой боевой товарищ, который почти другом мне стал, начал бы меня подозревать в подобном. Его явно кто-то на это надоумил. И я, кажется, понял кто. И Алла, надеюсь, сейчас поможет мне подтвердить эту догадку.

Ведь я даже не сомневался, что эти обе истории были связаны.

— Слушай, Алла, — немного помолчав, я приблизился к ней и встал прямо за её спиной. Очень близко, но так, чтобы не касаться её. — Я понимаю, что ты боишься. И больше давить на тебя не стану. Если не хочешь мне рассказывать, хорошо. Я всё пойму. Мы сейчас просто уйдём отсюда и больше эту тему поднимать не будем. Но, если вдруг всё-таки расскажешь, обещаю, никто об этом не узнает. Поверь, я умею хранить секреты.

Девушка продолжала молчать.

Я решил пойти на риск. Прикоснулся к её плечам, показывая, что доверяю ей. Что не боюсь того, что она может снова меня попытаться заморозить.

Девушка от моего прикосновения вздрогнула.

— Чтобы тебе было легче, давай я… — начал я было говорить, но Алла внезапно меня перебила.

— Я же тебе сказала, что я могу ощущать эмоции людей, — дрожащим голосом произнесла она. — А ещё могу считывать мысли. Но это сложно, там мало что понятно. Думаю, мне не достаточно фиолетового элемента, чтобы понимать мысли людей. Либо надо больше практики. Но есть ещё кое-что…

Алла развернулась, отчаявшившимся взглядом посмотрела мне в глаза и продолжила:

— Я умею копаться в воспоминаниях. Там всё проще, чем с мыслями. Ведь разум уже упорядочил все данные и потому их легко читать. Я порылась во всём, что тебя связывает с астероидом. И не нашла доказательств твоей вины. Ты не отключал систему безопасности осколка. Теперь я точно это знаю, — она прижалась к моей груди. Казалось, что она вот-вот расплачется. — Прости, Максим. Я бы не за что не полезла в твою голову. Но он…

Я чуть помолчал, переваривая её слова. Затем задал один единственный логичный вопрос:

— Кто «он»?

Алла тяжело вздохнула и ответила:

— Кудрин.

Собственно, что и требовалось доказать. Именно на него я и думал. Чёртов ФСБшник, похоже, с самого начала внёс меня в список подозреваемых. Выходит, Фёдор готовил его словами, когда упоминал, что нет никого, на кого бы падало столько же подозрений, как на меня.

А ведь Кудрин мне сказал обратное. Даже допрашивать не стал. Более того, на офицерский совет пригласил. Ох, и хитрый же ты, подполковник Кудрин. Не зря занимаешь свой пост. Не зря.

— Прости, Максим, — продолжая вжиматься в меня, прошептала Алла. — Честно, я бы ни за что по своей воле не полезла к тебе в голову. Просто у меня не было выбора.

— Я всё понимаю, — решил я успокоить девушку.

Как ни крути, а винить её и впрямь нельзя. Не стоит сомневаться в её словах о том, что она сделала это не по своей воле. Скорее всего Кудрин жёстко надавил на неё и не оставил девушке выбора. Тем не менее, сеанс йоги на сегодня можно считать оконченным.

Что ж, недаром Кудрин ест свой хлеб. Не стал делать скидку даже для меня. А ведь до этого момента мне казалось, что на меня невозможно подумать. Даже слова Фёдора о том, что я самый очевидный подозреваемый, меня не убедили. Как теперь выясняется, зря.

Алла подняла голову и, посмотрев мне в глаза, спросила:

— Что теперь делать?

— То, что должна, — спокойно ответил я. — Завтра с утра пойдёшь и расскажешь Кудрину всё, что увидела в моей голове. Ничего не скрывай.

— Ты злишься? — сразу задала она ещё один вопрос.

Самое обидное, ведь не на кого мне злиться в данной ситуации. Кудрин выполнял свою работу. Алла делала то, что ей приказали. А ведь благодаря ей действительно могли раскрыть предателя. Только вот есть одно «но». Кудрин не учёл, что и Фёдор и Алла очень хреновые осведомители. Раскрыли себя при первой же возможности. А если бы я действительно был тем, кого они ищут? Даже боюсь думать о последствиях.

— Нет, Алла, не злюсь, — коротко ответил я девушке.

— Но йогой, как я понимаю, заниматься мы сегодня не будем? — с надеждой спросила девушка.

— Не будем, — сухо произнёс я. А затем сам задал вопрос. — А про «смягчение» энерготела правда? Или это было сказано, чтобы пустить пыль мне в глаза?

— Правда, — уткнувшись лицом мне в грудь, еле слышно ответила Алла.

Возвращались в казарму в полном молчании. Перед тем, когда пришло время разойтись, Алла попросила меня ненадолго задержаться, чтобы задать ещё один вопрос:

— Максим, ещё раз прости меня. Но… я в твоей голове не только про астероид воспоминания увидела. Там была ещё девушка, которая тебе нравится. Её, вроде, Лена зовут. Скажи, пожалуйста, что она для тебя значит?

Кажется, я понимал, зачем она спросила меня об этом. Но отвечать я не стал. Вместо ответа, я с улыбкой сказал следующее:

— Спокойной ночи, Алла.

Глава 19

Мир накаляется

Москва. Головной офис проекта «Вторжение».

13 июня 2024 года.

Московское время — 14:57.

Министр обороны России сидел за конференц-столом, склонив голову над очередным отчётом о результатах работы боевых отрядов проекта «Вторжение». За его спиной располагался большой экран с картой мира. На ней отображались самые актуальные данные по аномальным зонам:

Чёрным были подсвечены все иностранные зоны. Их насчитывалось 67. Возможно, в реальности за рубежом находилось гораздо больше зон, но не все страны охотно делились этой информацией. Например, обе известные на данный момент зоны на территории США были обнаружены исключительно разведчиками. Сами же американские власти контактировать по этому вопросу напрочь отказывались.

На карте Российской Федерации в данный момент отображалась информация о 117 активных зонах. В том числе были и три особенные.

В одной из них, сравнительно небольшой, находилась основная база проекта «Вторжение». Она располагалась примерно в трёхстах километрах на юго-востоке от Москвы.

Вторая точка в реальности была пятнадцать километров в диаметре и располагалась она в Татарстане. Российские власти решили отстроить в ней мощный оборонно-промышленный комплекс. Туда уже даже начали перемещать несколько ключевых заводов страны. А также готовились начать строительство новых. Именно там будут собирать оружие и технику, разработанную с применением новейших технологий. Тех, которые удалось создать во время исследований чёрной основы и осколков астероида.

А третья зона располагалась в Сибири. Там планируется возвести вторую военную базу, персонал которой будет сконцентрирован на изучении самой большой и опасной зоны в мире — в Путоранском заповеднике.

Остальные 114 точек на карте России были выделены красным цветом. Это означало, что в них сохранялась активность противника. И каждый раз, когда в окрестностях какой-нибудь из этих зон регистрировалась очередная смерть, точка тревожно подмигивала. Если внимательно смотреть на этот экран, то за час заметишь десять-пятнадцать таких подмигиваний. И это не считая тех, которые непременно пропустишь мимо глаз.

— Значит, два отряда успешно завершили свои миссии и возвращаются на базу, — негромко произнёс министр обороны после изучения документа. — Молодцы, молодцы, — затем он обратился к секретарю совета безопасности Кожину. Впрочем, больше разговорить здесь было не с кем, ведь они находились в помещение вдвоём. Остальных отпустили отдохнуть. — А основы сколько они добыли?

— В сумме 180 килограмм, — ответил тот. По его лицу было отчётливо видно, что он очень давно не спал. Возможно, пару дней. — Этого хватит, чтобы сделать иммунными первую волну строителей оборонно-промышленного комплекса в Татарстане.

— И Кудрин даже возмущаться по этому поводу не стал? — хмыкнул министр обороны. — Он же так рвался контролировать все процессы в проекте. Особенно те, которые касаются основы.

— Подполковник Кудрин сообщил, что база в данный момент не может принять новых людей, — ответил Кожин. — У него сейчас там итак аврал. Целый батальон солдат на полтысячи людей и ещё четыре сотни гражданского персонала прибыли. Всех надо кормить, одевать, койко-место организовать… В общем, зашиваются они сейчас по всем направлениям. Так что на дополнительную основу в этот раз Кудрин не стал претендовать.

— Это, конечно, хорошо, — кивнул министр обороны, — но строительство оборонных предприятий в Татарстане опасно сейчас начинать. Сначала необходимо разобраться с этим «троллем-рыцарем», который орудует под Казанью. А то не дай бог он нагрянет на стройплощадку. Кстати, что там с отрядом, который отправили по душу этого мутанта? Есть от них новости?

— Три часа назад они его выследили. Нападать, как и было установлено планом, не стали. Дождались, когда тот вернётся в свою зону и отправились вслед за ним.

Кожин замолчал, будто не хотел продолжать рассказ.

— И что дальше? — поторопил его министр.

— Они не выходили на связь уже два часа.

— Два часа? — нахмурился министр. — Для них, получается, целых двенадцать прошло, — затем он тяжело выдохнул. — Что думаете, Константин Юрьевич? Живы они ещё?

— Думаю нет, Пётр Алексеевич, — опустив глаза, ответил Кожин. — Надежда, конечно, ещё есть, но, как мне кажется, мы потеряли этот отряд.

Затем они оба замолкли примерно на пару минут. Чувствовалось, что им тяжело было работать из-за усталости и недосыпа. Да что уж там работать? Даже разговаривали они с трудом.

Первым молчание нарушил министр обороны:

— А что по поводу крота? Нашли того, кто сломал систему безопасности осколка на базе?

— Ещё нет, — покачал головой Кожин. — Но список порядком уменьшился.

Он передал министру лист с именами людей, которые сейчас были на карандаше у особого отдела базы. Тот стал вдвое короче:

Анна Степановна Бирюкова (рядовая, отряд №1)

Сергей Васильевич Воронов (рядовой, отряд №1)

Жуков Мирон Сергеевич (сержант, отряд №3)

Семёнов Остап Евгеньевич (рядовой, отряд №9)

Основной Марат Тимурович (старший сержант, отряд №12)

Королёва Мария Андреевна (рядовая, отряд №12)

Андрей Петрович Кулаков (капитан, отряд №13

— Вижу, Ларионов из списка подозреваемых выбыл, — задумался министр обороны. — А вот два бойца из его отряда до сих пор на месте. Вы уж, Константин Юрьевич, поторопите Кудрина. Он должен успеть решить этот вопрос до переброски солдат в Сибирь. А то ведь отряд Порохова, насколько я помню, первые кандидаты на эту роль. Будет нехорошо, если кто-то из них окажется предателем.

— Работаем, товарищ генерал, — вздохнул Кожин. — На это ещё есть время. Кстати, — Константин Юрьевич резко взбодрился после прочтения письма, которое в этот момент пришло на его рабочий мобильный телефон. — Только что сообщили, что резиденция для высшего руководства страны в секретной аномальной зоне уже подготовлена. Сегодня вечером сможем перенести туда весь головной офис проекта «Вторжение».

— Прекрасно, — кивнул генерал. — Наконец-то, хоть выспимся мы с тобой, как люди. И жить будем по одному времени с базой. А то у меня уже голова кругом от того, с какой скоростью у них там всё меняется.

— Согласен, товарищ генерал. Без отдыха мы скоро сгорим…

В этот момент в помещение без стука ворвалась взволнованная девушка в деловом костюме и прямо с порога начала кричать:

— Пётр Алексеевич, — она настолько запыхалась, что едва выговаривала слова, — товарищ генерал… Вам надо… срочно.

— Танюш, успокойся, — генерал, словно молодой солдат, вскочил со своего места и быстро направился к девушке со стаканом воды в руке. — Вот, попей, отдышись и начни всё по порядку.

— Некогда, Пётр Алексеевич, — она даже не взглянула на воду. — Срочно нужно ваше вмешательство. Там министр обороны Индии на связи.

— Та-ак, — протянул генерал и сам отпил воды из стакана. — И что он хочет?

— Он… он… они собираются применить ядерное оружие…

* * *

Войсковая часть проекта «Вторжение».

Московское время — 15:31.

Аномальное время — 21:06.

Весь день в аномальной зоне проходит в условиях солнечного дня.

После трёх дней интенсивных тренировок мы решили немного отвести душу в баре. Как выяснилось, Кудрин не соврал, когда сказал, что такой на территории нашей войсковой части имеется.

Организовали этот бар в бывшей офицерской столовой, которая передавала яркий привет прямо из Советского Союза. Ведь, судя по внутреннему убранству, не ремонтировали его с восьмидесятых годов прошлого века.

Впрочем, это только придавало колорита этому заведению. Ведь, как ни крути, даже нарочно в наше время не получится сделать бар в стиле СССР, чтобы тот был один в один, как в ту эпоху. Обязательно получится вычурная переделка на современный лад. А у нас тут прямо погружение в прошлое.

К тому же вместимость была солидная. Посетителей сто здесь запросто могло разместиться. И, если честно, это сыграло всем только на руку. Ведь на нашей базе по вечерам особо нечем развлечься. Особенно после того, как количество людей перевалило за восемьсот.

Бар сегодня был заполнен всего наполовину, поэтому мы легко нашли место недалеко от барной стойки. Кстати, её сколотили буквально на днях. Похоже, это стало первым улучшением помещения за последние лет сорок. Хотя, если судить по тому, что в интерьер барная стойка совсем не вписывалась, улучшением её можно было назвать с натяжкой. Впрочем, это нисколько не отменяло пользы, которую она приносила.

Мы сдвинули несколько столов и расселись за ними почти всем отрядом. Не хватало Юли и Сергея. Они всё ещё находились в медчасти. По прогнозу врачей, на ноги они встанут дней через пять. Также отсутствовали ребята, которых «Порох» нашёл нашим больным на замену. Последние сказали, что подойдут позже.

Установка на вечер «ни слова про службу» сходу провалилось. Как только мы расселись, пришли печальные вести с полей. Отряд, который отправился уничтожать «тролля-рыцаря» под Казанью, был объявлен пропавшим без вести. Но мы все понимали, что пропавших без вести в опасной зоне с почти стопроцентной вероятностью можно считать мёртвыми.

— За капитана Гулова и его бойцов! — крикнул кто-то в тишину бара. — До дна!

— За седьмой отряд! — поддержал его другой посетитель.

Все, кто находились в баре, мигом осушили тару, которую в этот момент держали в руках. Причём неважно, что это было. Бутылка пива или стакан чего покрепче. Ушло всё за несколько секунд.

Не выпили только мы. Так как не успели еще ничего поставить на стол.

Впрочем, уже через минуту от стойки вернулся Борис с огромным подносом, на котором было по пиву для каждого из нас. И не только по пиву.

— По рюмахе, чтоб ребят из седьмого отряда помянуть, — объяснил свой выбор «Мех». — И по пиву, чтобы «шлифануть».

Затем он залпом выпил «сто грамм» и уселся за стол.

Мы последовали его примеру.

Несмотря на то, что на утро у нас запланирован вылет на миссию в Рязань, мы не боялись употреблять алкоголь. Во-первых, крепкие организмы иммунных хуже подвергаются воздействию спиртного. Проще говоря, хорошо прокаченный боец, вроде меня, как говорит наш «Мех» заметно опьянеть сможет разве что, если ведро пива выпьет. А я столько и не планировал вливать в себя. Во-вторых, мы лишились главного врага любого застолья — похмелья. В общем, сегодня можно было смело пригубить, не боясь утром проснуться с больной головой.

Этот вопрос даже медики внимательно изучили. И после тестов пришли к выводу, что организм неприлично выпившего с вечера иммунного к утру почти полностью очищается от алкоголя. Так мы и нашли в себе ещё одну суперспособность.

— Кстати, а что случилось у тебя с нашей Аллой? — внезапно Ольга толкнула меня локтём в бок. — Сегодня узнала, что ты на свидание с ней ходил?

— Не преувеличивай, — ответил я, открывая бутылку пива.

— Ну-у? — с неподдельным интересом смотрела на меня «Ведьма». — И как прошло?

— Хреново прошло, — сделал я небольшой глоток.

— А что такое? — подключилась Анна. — Девушка она хорошенькая. Неужели не понравилась?

— Скажем так, — попытался я ответить доходчиво, но в тоже время, как можно мягче. Я был уверен, что Ольга узнала эту историю от самой Аллы. Они ведь дружили. И совершенно точно всё, что сейчас услышит из моих уст, предаст ей слово в слово. — Соглашусь с вами, Анна. Наш инструктор по йоге действительно наделена недюжими достоинствами…

— Да что ты там слова подбираешь? — перебил меня Борис ударом кулака по столу. — Девка что надо. Глаз не оторвать.

— Да кто спорит-то, Борь? — кивнул я «Меху». — Алла бесспорно хороша. Да вот, как выяснилось, йога — это не моё.

После моего ответа Ольга и Анна, которые больше остальных жаждали подробностей, быстро потеряли интерес к этой теме. Похоже, своими словами я дал им понять, что эта тема закрыта.

— Мне вот тоже йога не нравится, — усмехнулся «Порох». На теле нашего командира не осталось ни следа от ран. И чувствовал он себя отлично. Его способность к регенерации сработала отлично. — Я больше по рыбалке. Там тоже можно часами сидеть без дела.

— Кстати, надо опробовать это дело, — подхватил Борис идею Порохова. — А что? Вдруг во время рыбалки в сопротивление будет капать ещё больше, чем с йоги? Предлагаю после миссии в Рязани сходить порыбачить.

— Так и сделаем, — словно закрепляя уговор, «Порох» сделал жест бутылкой пива, который можно охарактеризовать, как «ваше здоровье», а затем разом опустошил половину содержимого в ней.

— Ещё охоту можно попробовать, — предложил «Ключ». В кои-то веки он выглядел бодрячком. А то вечно, как запрётся в своей лаборатории, так сразу становится похожим на живого мертвеца, который при жизни страдал хронической бессонницей. — Вдруг и правда в этом что-то есть?

— А давайте в футбол сыграем? — хохотнул «Мех».

— Почему бы и нет? — согласился я. — Раз уж мы допускаем, что спортивные дисциплины хорошо прокачивают способности, можно все их виды опробовать. Хотя бы ради научного интереса.

— Кста-ати, — протянул Прохор. — А что насчёт боевых искусств? Бокс там, борьба и всё такое. Вдруг с их помощью сила и выносливость начнут нормально качаться. А то к этим характеристикам сложнее всего получается. Хотя, казалось, они самые очевидные.

— На днях на базу прибудут инструктора по рукопашному бою, — сказал я. — Надо обязательно проверить и эту гипотезу.

— А я бы на лыжах покаталась, — вдохновенно произнесла Ольга. Видимо вспомнила, что до попадания в проект «Вторжение» она была биатлонисткой.

— Ну, на лыжах, думаю, в Сибири сможешь покататься, — сказал ей командир. — Кстати, как там с погодой в это время года? Снег есть?

— По всякому там, — послышался голос позади Порохова.

Это был Андрей Кулаков, он же «Кулак». Тот самый капитан, на пару с которым мы устроили осколку казнь множеством ударов топорами.

— Всем привет, — он прошёлся вокруг нашего стола, чтобы за руку поздороваться с каждым мужчиной. — Слышали уже, что в Индии случилось?

— Нет, — почти в один голос ответили мы.

Я тут же накинул на глаза визор и открыл раздел «Новости». Этот раздел, кстати, завезли вместе с сегодняшним обновлением прошивки визора. Разумеется, там не было такого же простора, какой есть в том же телеграмме. Никаких тебе блогеров, которые пытаются делать собственные расследования. Никаких конспирологов, кричащих, что начался зомбиапокалипсис. Все новости к нам на визор поступали исключительно из официальных источников.

Но зато все они были без цензуры, ведь участники проекта «Вторжение» в курсе происходящего. А вот весь остальной мир, как я понял, каким-то образом ещё умудряются держать в неведении. Разумеется, про аномальные купола уже все знают, но что происходит внутри них 99 процентов землян ещё даже не догадываются.

— Короче, в Индии есть город Сурат, — «Кулак» начал рассказывать прежде, чем мы нашли эту новость в своих визорах. — В нём проживает около трёх миллионов человек. Вернее, проживало. Ведь один из осколков упал прямо на их город.

— И что теперь там творится? — один только Борис не стал пользоваться визором, чтобы лично увидеть информацию об этом. Решил послушать, что расскажет «Кулак».

— Ничего хорошего, «Мех», — ответил Андрюха. — Там в тысячи раз жёстче, чем на Comic Con, в который мы завтра отправимся. В Сурате о сдерживании границ зоны даже мечтать не приходится. Всё вышло из под контроля. Тысячи смертей в час. Десятки тысяч в сутки. Зона растёт, как на дрожжах. Быстрее, чем наша Путоранская.

Я тоже решил не копаться в визоре и поднял его на лоб. По примеру Бориса, решил узнать эту историю из уст «Кулака». Тоже самое сделали Фёдор и Анна.

— Зона эта сейчас протягивается на десятки километров во все стороны, — продолжал Андрюха рассказывать. — А застройка там плотная. В итоге, по самым скромным оценкам там сейчас больше двух миллионов диких.

— Какой-то ад, — холодным голосом произнесла Анна.

— В итоге, — «Кулак», похоже, приблизился к самой важной части своего рассказа. — Индийцы решил пойти на самый радикальные меры.

— Какие? — уточнил я.

— Ударить по этому городу ядерной бомбой, — закончил Андрюха свою историю.

— И что, прямо ударили? — ошеломленным голосом спросил «Ключ».

— Ещё нет, — ответил «Кулак». — Вроде как консультируются по этому вопросу сейчас с Россией, Китаем и ещё рядом стран. Всё-таки последствия от ядерки будут очень серёзными не только для самой Индии.

— Нельзя этого делать, — заявил Фёдор. — Ох, нельзя.

— А почему они не хотят ударить по осколку обычной ракетой? — поинтересовалась Ольга. — Зачем сразу ядерной.

— Видимо, боятся, последствий, — ответил «Ключ». — Помните, что было в деревне, когда сняли в ней зону? Все твари и дикие с ума сошли. Представляете, что будет, если два миллиона таких рванут во все стороны? Их вообще ничто остановить не сможет. А ядеркой, как я понимаю, индийцы хотят нивелировать эффект возможного хаоса. Хотят одним ударом уничтожить и осколок и всех диких в зоне.

* * *

Просидели в баре мы недолго. Уже через полтора часа покинули заведение и отправились в казарму.

По дороге получил сообщение от Аллы:

«Привет, Максим🙂 Знаю, что завтра ваш отряд отправляется на задание. Береги себя! И удачи вам!»

Пришлось ответить. Коротко написал: «Спасибо». Как ни крути, а удача нам завтра и впрямь понадобится.

Остановился возле казармы и посмотрел по сторонам. Потом на небо. Солнце стояло высоко, несмотря на то, что аномальные часы показывали 22:42. Очередной раз отметил, что зона за последние четыре дня как-будто наполнилась недостающими красками. Раньше всё вокруг было хмурым и блеклым. Будто попал в позднюю осень, которую ещё не засыпало снегом. А сейчас всё стало иначе. Словно вовсе находишься не в зоне, а там, снаружи. Где яркое лето только начинается.

Так же отметил, что за все эти дни ко мне ни разу не приходил призрак астероида. Ни наяву, ни во сне. Похоже, и впрямь наша зона больше не связана с остальными глобальной сетью врага. У него больше нет доступа сюда.

— Чего задумался, «Инженер»? — подошла ко мне Ольга. Мы остались с ней на плацу перед казармой последними. Все остальные уже, наверное, упали в свои койки. — Опять не спится перед миссией?

— Ага, — кивнул я. — Вроде уже нет никакого страха. Но всё равно немного не по себе.

— У меня тоже самое, — улыбнулась «Ведьма». — Как там Кудрин сказал? — она попробовала карикатурно спародировать голос подполковника. — Это ваш финальный аккорд перед отправлением в Сибирь. Поэтому покажите астероиду всё, на что вы способны. Пусть трясётся от страха, пока будет ждать вашего прибытия.

— Да-а, — усмехнулся я. — Речь Кудрин сегодня завернул эпичную. Будто отправляет нас в последнюю битву человечества.

— А ты не думал… — голос Ольги слегка дрогнул. — Не думал, что так оно может и случиться… Отправимся на миссию, не справимся. Затем Рязанская зона разрастётся до размеров, как в том индийском городе. А там, глядишь, наши власти тоже задумаются о применении ядерного оружия. И всё. Миру хана.

— «Порох» за этот пессимизм тебя бы сейчас в угол поставил. На горох, — мне не хотелось принимать на себя печальный посыл Ольги. И потому решил отшутиться.

— И правильно бы сделал, — натужно рассмеялась «Ведьма». — Ладно, «Инженер», пойдём отдыхать. Завтра нам предстоит сражаться против блогеров-мутантов и зомби-косплееров.

— А ещё там будет куча актёров и музыкантов, — добавил я. — А также писателей.

— Будет отличная возможность отомстить им за невыпущенные вовремя проды, — всю грусть из Ольги, словно ветром сдуло. Она уже от души хохотала. А я вместе с ней.

Так мы простояли еще какой-то время, а затем отправились в расположение.

Через восемь часов у нас вылет на следующую миссию.

Глава 20

Эпицентр ужаса

Международный выставочный центр «Рязань-ЭКСПО» был построен пару лет назад. И с тех пор считался самым большим из всех подобных центров в России. Его средняя пропускная способность могла превышать сто тысяч человек в сутки. Хотя, создатели утверждали, что, при необходимости, эту цифру можно поднять чуть ли не вдвое. Всё зависит от организаторов.

На территории комплекса разместились одиннадцать огромных павильонов, в которых можно было организовать практически любой формат выставок. Начиная строительными и аграрными, заканчивая автомобильными и военными.

Рядом с этими павильонами высились пять двадцати этажных корпусов отеля для посетителей выставок. Тут же находился современный торгово-развлекательный комплекс с массой магазинов, кинозалов, ресторанов и ледовых площадок. А ещё имелась подземная железнодорожная станция, благодаря которой прямым рейсом можно было добраться до «Рязань-ЭКСПО» почти из любого крупного города центральной России.

5 июня 2024 года, в день, когда на Землю упал астероид со своими осколками, шёл второй день Comic Con. По давней традиции он проводился совместно с другой близкой по духу выставкой — «Игромир». Оба этих мероприятия в России не устраивали с допандеминых времён — с осени 2019 года. И это способствовало небывалому наплыву посетителей со всех уголков нашей страны. И не только нашей. Люди очень соскучились по подобным выставкам. Тем более по таким масштабным, в которых, в том числе, принимали участие зарубежные компании. Целых шесть павильонов было выделено под эти цели. А билетов продали почти полмиллиона.

В тот злополучный день не пустовали и другие павильоны. В них проводились — всероссийская стоматологическая выставка, выставка средневековых искусств и выставка китайского автопрома. А ещё была военная выставка, которая заняла сразу два павильона. В одном показывали новейшими экспонаты вооружения, в другом был тир, где это оружие можно было опробовать.

В итоге на территории выставочного центра сложилась, так сказать, весьма благоприятная обстановка для начала зомбиапокалипсиса.

И примерно это и случилось. Ближе к вечеру прямо на один из павильонов, туда, где было выставлено холодное оружее средневековья, рухнул осколок асероида. И разом сжёг мозги примерно шестидесяти тысячам людей.

Но среди них оказались те, кто не превратился в диких…

* * *

Главное здание отеля в «Рязань ЭКСПО».

Вип-апартаменты на двадцатом этаже.

13 июня 2024 года.

Московское время — 17:33.

Двустворчатые двери резко раскрылись и в комнату, окольцованную панорамными окнами, неторопливым шагом зашёл статный мужчина атлетического телосложения. У него были жидкие серые волосы до плеч, а на шее висела толстая золотая цепочка.

За собой он волочил по полу двуручный меч с широким лезвием и огромной рукоятью. Подобным образом он тащил меч не потому, что ему было тяжело. Это для обычных людей подобное оружие было бы неподъемным. Для Петра же этот меч был чуть ли ни пушикой. Более того, в его руках этот меч становился тем, для чего и был создан — в страшное смертоносное оружие. И, судя по свежей крови на лезвии, недавно этот меч был применён по назначению.

— Атака гнилых тварей отбита, — разминая шею и пафосно играя грудными мышцами на голом торсе, произнёс Петр. Причем в его голосе чувствовалось, что рубка тварей была для него самым обычным повседневным занятием. — Империум может ещё один день прожить спокойно.

Пётр в прежней жизни увлекался музыкой. Профессионально играл на гитаре и даже весьма недурно пел. Но карьера артиста у него не складывалась. И потому зарабатывать приходилось другим делом, которое любил не меньше, чем тяжёлую музыку. Он был каскадёром. И на Comic Con Пётр прибыл на премьеру сериала «Клятва Чемпиона», где он исполнил все трюки главного героя.

Ну а после падения осколка так сложилось, что именно он собрал вместе выживших людей и попутно возглавил их. Тут и проявилась ещё одна важная черта, о которой он раньше не подозревал. Оказалось, что он прирождённый лидер. И люди готовы были пойти за ним в любое пекло.

— Много врагов было сегодня, мой Император? — не поднимаясь с круглой кровати, что стояла в центре помещения, спросила девушка в полупрозрачном платье. Будучи профессиональной косплейщицей, девушка любила наряжаться для своего мужчины в образы популярных героинь из кино, игр и комиксов. И сейчас на ней было один из таких. — Сильно устал?

— Устал ли я? — усмехнулся Пётр, не глядя на девушку. Он подошёл к панорамному окну и взглянул наружу. Отсюда было хорошо видно, как многотысячная армия диких стояла живым кольцом вокруг зданий отеля. Это было одной из причин почему выжившие до сих пор не покинули зону. — Бог Император не ведает устали. Бой для меня сродни отдыху.

Среди выживших на Comic Con были сплошные гики и фанаты вымышленных вселенных. Поэтому они очень быстро пришли к согласию, что новое общество будут строить на основе «Warhammer 40 000». По крайней мере, в том виде, в каком они его понимали. Так сказать, в вольной интерпретации. Без строгого соответствия канону и правилам. И потому их лидеру полагался статус, как минимум, Бога Императора. И как максимум тоже.

— Значит, у тебя остались силы для всех нас? — неожиданно из девушки выскочило энергетическое тело. Затем оно тут же телепортировалось к Петру, который продолжал смотреть в панорамные окна и с бокалом вина вглядывался в даль. В горизонт, за которым, по мнению выживших на Comic Con, не осталось ничего святого. Но там были восставшие из мёртвых враги, которых придётся истребить, чтобы создать Империум. И уж потом новое общество, построенное на пепле и крови прежнего мира, начнёт покорять космос и нести свободу и мир Императора другим цивилизациям.

Спустя секунду из девушки выскочило ещё одно энерготело. После она сама поднялась с кровати и подошла к своему мужчине. И всеми тремя своими образами начала обнимать Петра и прижиматься к нему своими горячими формами.

— Для вас, мои избранницы, Император всегда найдёт силы, — Пётр отбросил в сторону бокал с вином, а затем этой же рукой обнял за талию одну из энергетических дев. — Если понадобится, с того света вернусь к вам. Хотя, это не понадобиться. Я же бессмертный.

Пётр отдал свой меч другой энергетической девушке, чтобы она отнесла его к стойке. А сам обнял второй рукой девушку в оригинальном обличии.

— Скажи, мой Император, — томно прошептала девушка на ухо Петру. — Сделать приятное своим жрицам для тебя тоже отдых?

— Даже больше — лучший отдых, — ответил Император.

— В таком случае, мы желаем, чтобы ты с нами «отдохнул», — вторая энергетическая дева повисла у своего мужчины на шее.

Способность косплейщицы была не только в том, что она умела одновременно оставаться собой и управлять своими копиями. Вышло так, что её энергетические образы обладали теми же физическими умениями, что и настоящее тело. Таким образом, Пётр, выбрав себе в спутницы одну девушку, на самом деле получил сразу трёх. И «отдыхать» он мог с ними всеми разом.

— Пойдём в наше ложе, Бог Император, — «оригинальная» дева потянула Петра за руку в сторону кровати.

Но тот, внезапно увидев что-то в окне, не сдвинулся с места. Это был летающий объект, прилетевший из мёртвых земель. А всё, что оттуда приходило по земле или прилетало по небу, подлежало безоговорочному уничтожению.

Схватив рацию с пояса, он тут же обратился к одному из своих стражей:

— Робаут, цель наблюдаешь?

— Да, мой Император, — прозвучала в ответ рация. — Уже работаю.

После его слов летающий объект тут же камнем полетел к земле. Очередная цель «неприятеля» с мертвых земель уничтожена.

Пётр надменно улыбнулся и уже было хотел поддаться соблазну своих дев, как вдруг на горизонте его внимание привлёкло ещё какое-то странное движение. Он тут же вырвался из объятий девушек и схватил лежащий на полу возле окна бинокль.

Вдалеке двигалась колонна бронетехники.

— Похоже, враг перешёл в наступление, — тяжёлым голосом произнёс он. — Что ж, раз вы решили бросить вызов Империуму, значит будет вам кара, — а затем он зажал кнопку на рации, которая позволяла обратиться одновременно ко всем последователям и объявил. — Воины Империума, внимите к своему Императору. Нас ждёт ещё одно сражение. К нам движется враг из мёртвых земель. Общий сбор у Алтаря.

Затем Пётр недвусмысленно обвёл взглядом всех своих дев, дав тем понять, что «отдых» откладывается. Те разочарованно вздохнули, а призрачные образы тут же потухли.

— Ступай, мой Император, — дрожащим голосом произнесла жрица. — Защити Империум от вторжения.

* * *

40 километров от города Рязань.

Московское время — 17:22.

Сегодня выдалась довольно дождливая погода. Можно даже сказать, лило, как из ведра. Также дул сильный ветер, тем самым делая погоду совершенно не лётной. Впрочем, даже такие погодные условия не помешали нашему «Мишке» подняться в воздух и доставить нас на пятую миссию.

— Ничего себе спецэффекты, — я смотрел через иллюминатор вертолёта на купол аномальной зоны. Тот под воздействием дождя стал будто стеклянным. Капли обтекали его со всех сторон, придавая вид перевёрнутой чаши во время мытья. А на границе зоны и вовсе целые реки образовались.

— Получается, вода вообще не попадает внутрь зоны? — спросила «Ведьма», которая тоже не могла оторваться от лицезрения зрелища за окном.

— Попадает, — ответил «Ключ», но не вся. — Просто большая часть остаётся снаружи.

— Выходит, это защитный механизм зоны? — попытался найти ответ новый член нашего отряда Марат «Душегуб» Основной. — Типа, из-за временной аномалии, внутрь будет попадать в шесть раз больше жидкости. Из-за этого зона в аквариум превратится

— Ну и хорошо, — присоединилась к разговору ещё одна новенькая в отряде — Мария «Милаха» Королёва. — А то я водолазный костюм с собой не прихватила.

— А он был бы тебе к лицу, — хохотнул «Душегуб», поправляя свою густую бороду.

— Знаю, — не растерялась «Милаха». — А ещё знаю, что, будь я в нём, ты бы помер на задании.

— Это почему же? — скривился в лице Марат.

— Потому что ты бы глаз не сводил с моего аппетитного зада, — подмигнула девушка бородачу. — Пялился бы на неё до тех пор, пока бы не провтыкал какую-нибудь тварь. И та в итоге сожрала бы тебя.

— И не поспоришь, — рассмеялся «Душегуб», — спасибо тебе, родная, что не ходишь на миссии в обтягивающем.

— На здоровье, — ответила та и тоже звонко рассмеялась.

Тут активировался Фёдор, который не смог безучастно смотреть на ту глупость, которая случилась на его глазах.

— Всё не так. Вы опять всё перепутали, — начал объяснять Фёдор про купол и дождь. — В зоне, если простым языком говорить, время идёт быстрее. В шесть раз быстрее. На самом деле, конечно, это всё немного не так. Точнее вообще не так. Но объяснять тонкости не возьмусь. Это слишком сложно. Даже для меня.

— Короче, умный ты наш, — с улыбкой хмыкнула Ольга. — Что ты хочешь сказать в итоге?

— В общем, — улыбнувшись «Ведьме» в ответ, произнёс «Ключ». — Отвечу просто. Всё наоборот. Во время дождя в зону влаги поступает в шесть раз меньше. А не то, как это объяснял Марат. То есть, внутри сейчас от силы дождик слегка моросит. А то и вовсе его нет. Возможно, просто влажность повышенная и всё.

— Ну тогда почему купол зоны вообще задерживает воду? — нахмурился «Душегуб». — Зачем ему это?

— А вот на этот вопрос я не знаю ответа, — недовольно вздохнул Фёдор. Видимо ему не нравилось, когда приходилось признавать подобное. — Может, осколок воды боится. Кто его знает, что на уме у этого инопланетного создания.

«Милаха» и «Душегуб» — это именно те, кто пришёл на замену «Бесячему» и «Соне». Порохов нашёл их в двенадцатом боевом отряде, который вернулся со своей последней миссии без командира. Тот пал в бою с башней. Никто из оставшихся в живых взять на себя роль ушедшего в вечную отставку капитана не решился. И потому всех людей из их группы распределили между другими отрядами. Вот и «Порох» урвал нам двух бойцов. Впрочем, мы пока не знаем, останутся ли они с нами надолго. Так же, как не в курсе насчёт того, вернутся ли встрой Юля с Серёгой. По этому вопросу Прохор ещё не определился.

Густобородый Марат «Душегуб» Основной был взят «Порхом» в отряд в роли снайпера. Я бы даже сказал, первого настоящего снайпера в нашей команде. Не то, чтобы я хотел принизить способности «Ведьмы», которая тоже какое-то время выполняла эти задачи. Но, глядя на «Душегуба» и его тяжёлую снайперскую винтовку «Сумрак» с огромным кирпичом-глушителем, невольно понимаешь — вот где истинный снайпер.

Причём его винтовка была не оригинальным образцом 2012 года. Как и всё наше оружие, это была экспериментальная версия, которая в войска поступит ещё не скоро. Из очевидных отличий от оригинала, у Маратова «Сумрака» был магазин на пять патронов, отсутствовали сошки и был слегка укорочен ствол.

Причём два последних изменения, как рассказал сам «Душегуб», разработаны и реализованы им лично буквально на днях. Они были необходимы для того, чтобы стрельба с рук была более комфортной. Да-да, наш снайпер не использовал свою винтовку по классике, ведь лежать где-то в сторонке у него просто не получится. Во-первых, в зоне лучше не разделяться. Во-вторых, наши битвы в основном проходят на ближне-средних расстояниях. Хотя, с учётом улучшенного качества разведки от того же «Душегуба», теперь возможны дистанции выстрела в плоть до километра.

— Эти дроны-малышки, — объяснял Марат, показывая на прямоугольные коробки на костюме «Ключа», размер которых был со средний тостер. Так они выглядели в сложенном виде — Обеспечат нам видимость всего, что будет двигаться вокруг нас в радиусе ста метров.

— Верим-верим, — прокомментировал это заявление «Порох». — Ты только не забывай, что тамошние твари очень не любят летающие объекты.

Командир имел в виду, что все попытки оцепления разведать обстановку в центре зоны завершились провалом. По какой-то причине связь с дронами постоянно терялась, стоило тем приблизиться к зданиям отеля. В итоге разузнать, что творится в эпицентре зоны никому так и не удалось.

По той же причине и вертолёт с боевой группой опасаются посылать в эту зону, хотя наши «птички» уже умеют это делать. Так то нам придётся добираться до осколка по земле, в составе бронеколонны. Но и на земле нам придётся не сладко. Ведь шестьдесят тысяч диких, стоящих живым кольцом вокруг всех стройний, нам, 'безбилетникам, так просто не дадут попасть на Comic Con.

— Федь, ты говорил, что купил билет на этот Comic Con? — спросила Мария «Ключа». — И чего ты теперь здесь, а не там?

— Ага, — кивнул тот. — Только вместо Comic Con сижу вот в боевом вертолёте. И лечу не чтобы поглазеть вживую на косплейщиц, а убивать их. Причём по-настоящему.

Видно было, что Фёдору было сложно общаться с «Милахой». Впрчоем, как большинству других мужчин. Ведь та по поводу и без так и норовила применить свои женские чары. А «чар» в ней было с избытком. Даже военная форма, которая подчас превращала женщин в бесформенные мешки, не могла скрыть её прекрасных форм. Ну или она источала такую энергетику, из-за которой мужской взгляд дорисовывал ей округлостей.

— Ну ничего, Федь, — соблазнительно подмигнула она «Ключу». — Можешь на меня поглазеть, разрешаю. К тому же я тоже когда-то косплеем увлекалась. Но однажды примерила на себе военную форму и что-то затянуло с головой.

Как утверждал Марат, её сослуживец, «Милаха» не всегда была такой раскрепощённой. Раньше она никогда ни с кем не заигрывала. У уж точно никогда во время разговоров не акцентировала внимание на своих прелестях. Она такой стала после получения иммунитета. В ней появился дар, который буквально возвёл в абсолют её женские чары. Грубо говоря, она научилась, как привораживать любых мужчин, так делать, чтобы те теряли к ней интерес.

А ещё, что куда важнее, она умела сводить с ума до такой степени, что те начинали бросаться на всех вокруг. Таким образом на прошлой миссии она буквально заставляла диких сражаться друг против друга. И, надеюсь в это раз она тоже будет активно использовать свою способность.

— А какие ещё образы до службы ты примеряла на себя? — заинтересовался было Фёдор, но тут пилот сообщил о том. что мы прибыли на место.

Приземлились в пяти километрах от зоны. Именно на таком расстоянии находилось здешнее оцепление. Первым делом мы отправились на короткий брифинг в штабную палатку. Там нас ждал майор Золотой, который командовал здешним оцеплением.

— Пробиться прямо через эту армию мертвецов не получится, — уверял нас начальник оцепления, водя пальцем по карте с обведённым на ней большим красным кругом. — Даже, если вам хватит сил, то тупо не хватит патронов. Да и не всё там так просто. Эти десятки тысяч тварей — не самое страшное.

— Что ещё? — спрашивал «Порох».

— Как нам удалось выяснить, прямо в этом кольце врагов находится семнадцать башен, — отвечал усатый офицер.

— Сколько? — протянул «Борис». — Вы уверены?

— На все сто процентов, — подтвердил начальник оцепления. — Наши дроны не могут долететь до отеля, но вот до внешнего кольца диких добираются без проблем. И мы очень внимательно всё там изучили.

— И где самое слабое место? — спросил Андрей «Кулак» Кулаков, мой товарищ по спасению базы от последствий импульса. Он со своим отрядом, как и ещё одна группа, тоже находились с нами в штабной палатке. По замыслу, наши команды должны будут проникнуть в зону с трёх разных сторон.

— Слабое место? — ухмыльнулся начальник. — Бредишь что ли? Нет никаких слабых мест. Ни с какой стороны не подступиться, это непобедимая армия. Будь у нас побольше иммунных и адаптированной для работы в аномальной зоне техники, мы бы их смели на раз два. Всё-таки, что не говори, а эти твари тупые. Не ровня живому человеку. Но у нас нет ни того ни другого. Есть только вы. И ждать мы не можем. Этот эпицентр ужаса вот-вот лопнет, как мыльный пузырь, и вся здешняя зараза устремится прямиков в Рязань.

— А что мешает отработать тяжёлой артиллерией по всем этим тварям, — хмыкнула «Милаха». — Вдарьте по ним «Тосочками» и всего делов. Ну а дальше мы пройдём по выжженой земле и накажем этот осколок за все его грехи. Ох, как накажем. «Кулак» и «Инженер» уже разок сделали нечто подобное у нас на базе.

— Нельзя, — отмахнулся начальник.

Снаружи раздались выстрелы из чего-то крупнокалиберного. Причём уже не первый раз за то время, что мы находимся здесь.

— И так здесь постоянно, — пояснил майор Золотой. — Твари мелкими группами постоянно выбегают сюда. Бьём их, бьем, а они, суки, не кончаются.

— Что нас останавливает от бомбежки диких? — вернулся я к важному, как я считал, вопросу. Я многое готов был принять, но, чтоб нас отправляли против армии из шестидесяти тысяч враг без поддержки артиллерии — это перебор.

— Нельзя, говорю я вам, товарищ сержант, — огрызнулся на меня майор.

— Нет, нет, нет, так не пойдёт, — встрял в разговор «Кулак». — Давай, товарищ майор, выкладывай карты. Какого художника мы идём умирать маленькими группами, а наши боги войны (он имел в виду артиллеристов) будут в это время прохлаждаться.

Майор, стиснув зубы посмотрел на Андрюху. Затем пробежался взглядом по всем остальными присутствующим. И двадцать четыре пары глаз ему чётко дали понять, что мы не отстанем, пока тот нормально не ответит.

— Ладно, — сдался Золотой. — Хрен с вам. Но я вам ничего не говорил, понятно?

Он сделал особый акцент на последних словах. Видимо, это было важно. Возможно, ответ мог стоить ему погон.

— Не боись, товаиш майор, — убедительным голосом проговорил «Душегуб». — Мы воины, а не трепло и подворотни.

Майор с недовольством на него посмотрел и ответил:

— В общем, товарищи бойцы. Высшее командование мне ясно дало понять, что здешнюю местность ни при каких обстоятельствах бомбить нельзя. На это я им задал резонный вопрос. Собственно, тот же, что и вы мне сейчас задаёте: «А какого *уя? Почему мои солдаты должны гибнуть, а мы даже ГРАДами врага обработать не можем?». На это мне намекнули, что под выставочным центром находится некий секретный объект. И потому нельзя создавать условия, при которых может случиться обвал.

— Даже так⁈ — хмыкнула «Ведьма». — А этот секретный объект что из себя представляет? Такой же, как объект №1906, на который нас затащили сразу после падения астероида?

— Подробностей не могу знать, — майор сделал вид, будто не понимает, что за объект упомянула Ольга.

Но тут мы на офицера давить уже не стали. Нам было достаточно его ответа. Хотя, легче от этого нам не стало. Мы по-прежнему не понимали, как можно пройти такую армию диких, среди которые есть целых семнадцать башен. Мне даже в какой-то момент показалось, что уж лучше в Сибирь отправиться, чем на Comic Con.

— Но вы же говорили, что у вас есть план? — вернулся «Порох» к обсуждению плана.

— Конечно есть, — хмуро ответил майор. — Я же тут зря время не терял.

— В таком случае рассказывайте, — положив руки на стол, заявил «Кулак». — У нас мало времени. И у вас тоже.

— Справедливо, — кивнул начальник. — В общем, ситуация такая. К «Рязань ЭКПО» под землёй тянется три желенодородные ветки. В мирное время они обеспечивали бесперебойный поток посетителей на выставку. Но сейчас, как понимаете, поезда туда не ходят. Но зато там пройти можете вы, — он ткнул пальцем в карту. В места, которые предположительно находились в полукилометре от живого кольца врагов. — Спуститься в подземку сможете в этих точках. И таким образом минуете всех врагов. Затем дойдёте до сюда, — он начал двигать пальцем по карте в сторону центра зоны, — и окажитесь прямо под главным зданием отеля. Там и подниметесь на поверхность, а затем…

— Подожди-подожди, майор, — перебил его «Порох». — А почему нельзя зайти с вокзала за пределами зоны? Нахера мы должны светиться перед дикими? Мол, вот мы здесь! Спускаемся под землю! Только вы за нами не ходите. Вы вон туда лучше ходите. А то снег башка…

— Ты думаешь, я дурак, капитан? — с упрёком посмотрел начальник оцепления на Порохова. — Все внешние тоннели мы давно завалили. Твари лезли оттуда ещё упорнее, чем по поверхности.

— То есть, через тоннели тоже иди небезопасно? — нахмурилась «Милаха».

— Ну-у, — протянул Золотой, — вы не не на прогулку по ромашковому полю идёте. Там везде опасно.

— Что есть, то есть, — почти в один голос ответили мы.

Покидал штабную палатку со смешанными чувствами. С одной стороны, план был, вроде, надёжный. Транспорт доставляет нас до ближайшей точки спуска в подземку. А мы затем почти беспрепятственно доходим до самого отеля. С другой стороны, враги в живом кольце нас непременно срисуют. И тут возникает очевидный вопрос: «А что им мешает отправиться вслед за нами?»

Я, как представил, что десятки тысяч тварей гонятся за нами по тёмному тоннелю, аж жутко стало. Моя боязнь высоты прямо меркла по сравнению с тем, что могло случится в узкой подземке.

Разумеется, делиться своими страхами с товарищами я не стал.

Им не до этого сейчас.

— Так мужики, чтобы без сюрпризов, — заявил «Кулак», когда пришло время расходиться. — Заходим, делаем дело и выходим. Понятно? А вечером идём дружно в бар, чтобы рассказать о том, как гладко прошла миссия. Все меня поняли?

— Замётано, — ответили ему все остальные.

Пожелав друг другу удачи, мы выдвинулись на исходные точки в составе трёх бронеколонн.

Глава 21

Горячий прием

45 километров от города Рязань.

Московское время — 18:11.

Итак, задача была ясна. Три отряда заходят в зону одновременно и движутся к ближайшим железнодорожным станциям. А оттуда по подземным тоннелям у всех нас будет возможность добраться до главного здания отеля «Рязань-ЭКСПО».

Ну, а дальше всё по классике — находим осколок и отключаем его. Да-да, в этот раз двигать купол не планировалось. Главное, чтобы дикие отошли подальше от места, где по ним нельзя работать артиллерией. А уж затем их уничтожением должны заняться чуть ли не все рода войск, включая воздушные силы.

Наша точка входа в аномальную зону была на юге. От места, где проходил брифинг с майором Золотым, туда можно было добраться по прямой. А вот «Кулаку» с его обновлённым отрядом, пришлось зону объезжать. Ведь им нужно было заходить с северо-запада. Третьей группе, с которой мы не успели толком познакомиться, предстояло проникнуть под купол с востока.

В итоге нам пришлось прилично так подождать, прежде, чем мы выдвинулись.

Для того, чтобы быстрее добраться до станций, каждому из отрядов организовали транспорт в виде бронеавтомобилей «Тайфун», адаптированных для работы в аномальной зоне. Причём за руль каждого из таких броневиков, пришлось посадить одного из членов отрядов. Ведь иммунных бойцов в оцеплении почти не было. К тому же «Тайфуны», возможно, будут полезны при эвакуации. По этой причине мы их должны будем оставить их возле входов в подземки. Желательно целыми и невредимыми.

Бронеавтомобилем нашего отряда управлял, разумеется, Борис. Как он выразился, давно мечтал поездить на подобной зверюге и лично пристрелит любого, кто попытается отнять у него эту возможность. Впрочем, никто и не собирался спорить.

Также начальник оцепления не забыл про нашу безопасность. И потому каждый из «Тайфунов» сопровождали по три БМП-3 «Манул». Услышав вопрос: «Почему так много?», Золотой ответил десятью словами. И каждое это слово в приличном обществе лучше не упоминать. Да что уж там? Даже в неприличном лучше так не выражаться.

На просьбу уточнить, что же он имел ввиду, тот ответил незамысловато: «Даже трёх „бэх“ мало сопровождения. Было бы больше, дал бы ещё. Но больше нет».

Вернее, самих боевых машин в оцеплении было достаточно, а вот экипажей с иммунитетом, способных вместе с нами доехать до железнодорожных станций, всего девять. Поэтому так и вышло — по три «Манула» на отряд.

— Уже? — нахмурилась Ольга, услышав стрекот орудий сразу, как мы поехали.

— Ага! — выкрикнул из-за руля «Мех». Он мог следить за всем происходящим через лобовой стекло. — Одиночные твари несутся из зоны. Очень похожи на каких-то… оборотней.

— Ху**ротней! — усмехнулся сидящий справа от Бориса «Порох». — Обычные волки, просто подросли мальца. Ну как мальца? В несколько раз больше стали, судя по всему. Таких мы даже на свиноферме не видели.

Орудия на «Манулах» редко замолкали, пока мы ехали до границы зоны. А возле неё так и вовсе наша бронеколонна была вынуждена остановиться. Не доехали каких-то сотню метров. Всё дело в том, что пришёл сигнал от оператора патрульного дрона о том, что прямо на нас идёт волна диких. Сравнительно небольшая для этих мест — примерно в пятьдесят особей.

«Бэхи» оперативно выстроились в боевом порядке, чтобы отразить угрозу. Волноваться о том, что могут возникнуть какие-то проблемы, не приходилось. Установленные на технику автоматические пушкой 2А72 должны расправиться с тварями буквально за несколько секунд.

Нам даже не поступило команды покинуть бронеавтомобиль, который сейчас занял своё место позади «Манулов».

Орудия на «Бэхах» снова завели своё стальное пение. Как я понял, солдаты из нашего сопровждения могли расправится с врагами прямо на ходу. Но безопасность важнее. Потому предпочитали придерживаться выработанной ими же самими технике безопасности.

Как ни крути, а экипажи этих БМП-3 уже набили руку в каждодневном истреблении диких вот таким способом. Более того, они делают подобные вылазки по несколько раз в день.

Обычно происходит это так. Дрон разведчик с громкоговорителем на борту залетает в аномальную зону. Долетает до живого кольца тварей и пробует выманить кого-то из них, включая различную музыку. И даже порою пытаются выбесить врагов звуком дрели, циркулярки, различными пищалками и прочими раздражительными мелодиями.

Увы, далеко не всегда одичалые реагируют на это. Даже больше — если получилось их спровоцировать, то это, скорее, удача, нежели закономерность. Поэтому о подобной тактике зачистки зоны речи и не шло. Правильнее данное мероприятие было бы назвать разведкой боем.

Но кроме диких, что плотно закрепились в кольце, были и одиночки. Они почему-то игнорировали стадный инстинкт и всё время стремились покинуть территорию «Рязань-ЭКСПО». Они даже не сражались ни с кем внутри зоны. Просто сломя голову бежали на выход. Будто их невидимыми плетями подгоняли. Осложняло ситуацию то, что среди них были не только мелкие особи. Были и отожравшиеся зверюги, справится с которыми подчас было сложно даже с помощью бронетехники.

Именно они чаще всего и становились причиной регулярный жертв среди личного состава в оцеплении. Нам рассказывали, что однажды выскочил настолько здоровенный монстр, что успел разворотить два танка, прежде, чем его усмирили.

— Чисто, двигаем дальше, — сообщил нам по рации командир сопровождения.

Кстати, армейские рации теперь нам нужны были только для общения с другими родами войск. Для общения же внутри отряда и связи с другими боевыми группами мы теперь пользовались мобильным КИОС. Его встроили прямо в баллистические очки и синхронизировали с активными наушниками.

Благодаря этому теперь у меня перед глазами было множество элементов дополненной реальности. Видел список отряда, свой уровень, подсвечивались все живые объекты (и даже некоторые неживые), шкалу запаса маны, компас и ещё много всего.

Отдельно можно выделить мини карту. На ней подсвечивалось местонахождение всех членов отряда. А, когда «Душегуб» запустит в небо свои дроны, можно будет увидеть и врагов. Также КИОС отслеживал в реальном времени состояние здоровья. Поэтому, если кого-то из нас, так сказать, припечёт, мы об этом оперативно узнаем.

Я даже подумал, что если надеть подобные очки на непосвященного человека, то тот, скорее всего, подумает, что оказался в игре с невероятно реалистичной графикой.

— Так, ребятки, заходим в зону, — сообщили по рации. — Веселье начинается.

— Да видим мы, — прокричал в ответ Борис.

Я обратил внимание, что купол зоны во время дождя был особенно красив. Из-за того, что большая часть влаги внутрь не попадала, тот казался перевёрнутой мокрой стеклянной чашей. К тому же влага напрочь убирала прозрачность купола. Зона и в ясную погоду плохо просматривалась снаружи, а теперь и вовсе не видно ничего даже на жалкие пару сантиметров.

Наш «Тайфун», управляемый Борисом, бесстрашно промчался через мокрую стену купола.

— Первый отряд зашёл, — сообщил «Порох» другим группам.

— Второй тоже внутри, — услышал я голос «Кулака».

— Третий будет через минуту.

Внутри врагов оказалось ещё больше. Я это понял по тому, что орудия на «Манулах» заработали с большим упорством. Если раньше они хоть иногда замолкали, то сейчас начали строчить вовсе без перерыва.

— Внимание, бойцы, — серьёзным голосом обратился к нам командир сопровождения. — У нас проблемы. Повышенная активность противника. Предлагаю вернутся за зону для перегруппировки.

— Отставить, — возразил «Порох». — Не вижу повода для такого манёвра. Враги в основном мелкие.

Я глянул в небольшое бронеоконко. В том поле зрения, что было мне доступно, я успел увидеть какое-то невообразимое количество врагов. Разумеется, это была не бесчисленная стена из тварей, до которой нам ещё километра три «пилить», но хотя бы стало понятно, почему так разволновался командир сопровождения.

— Хоть враги и мелкие, но их очень много, — продолжал настаивать на своём военный. — Мы тупо не успеваем всех отстреливать. Скоро они подойдут к нам в плотную. И тогда начнётся полная жопа. Не доедем мы такими темпами. Надо разворачиваться.

С одной стороны с ним нельзя было не согласиться. Ведь обстановка за окном не способствовала выживанию ничему живому, что там может оказаться. Помести туда группу обычных солдат, их порвут в ту же секунду. Но, если говорить без ложной скромности, мы же не обычные солдаты. И мы повидали уже много зловещих орд тварей. Более того, в том числе и по их душу мы сюда и прибыли.

«Порох» это тоже прекрасно понимал. Поэтому, поймав немое согласие на наших лицах, объявил по рации экипажам «Манулов» следующее:

— Так, мужики, найдите местечко поудобнее и занимайте круговую оборону. А мы вам поможем отбить атаку тварей.

— Вы с ума сошли что ли? — яростно выкрикнул командир сопровождения, добавив к этому несколько бранных словечек отборного характера. — Тут техника не справляется, а вы голыми руками собрались что ли с дикарями воевать?

— Братан… в смысле, товарищ офицер, — спокойным голосом ответил Порохов. — Мы идём туда, где ваша бесспорно потрясающая техника не продержится и минуты. Теперь подумай, зачем нам туда идти, если мы не сможем выстоять здесь?

— Понял тебя, — без энтузиазма ответили на той стороне «провода». — Внимание, всем экипажам, занимаем круговую оборону перед заездом вон на парковку, — а затем добавили. — Порохов, предупреждаю сразу. Если не справитесь… Если нас начнут давить слишком сильно и станет очевидно, что ситуация патовая, то я дам команду бойцам на отступление. На ровном месте я терять своих ребят не намерен.

— Так точно, командир, — дал «Порох» уверенное согласие.

Прямо по курсу находилась многоуровневая автопарковка для посетителей «Рязань-ЭКСПО». И была она настолько гигантской, что даже у меня, архитектура со стажем, дух захватывало при виде подобного. И это несмотря на то, что я был морально готов к лицезрению этого девятиэтажного строения, которое, к тому же, тянулось целый километр в длину и загораживала весь обзор с этой стороны. Да уж, в этом месте сложно не найти парковочное место. Хотя, я уверен, особо одарённые «мастера парковки» даже здесь смогут проявить грани своих «талантов».

Не доехав до парковки примерно двести метров, «Бэхи» притормозили. А затем очень быстро выстроились трёхлучевой звездой. А наш «Тайфун» закрепился в центре.

— На выход! — рявкнул во весь голос «Порох».

Все двери, которые имелись у бронеавтомобиля, почти одновременно раскрылись и наш отряд посыпал наружу.

Пока выбирался, отметил, что ещё совсем недавно подобные действия меня ввели бы в состояние ступора. Где это видано, чтобы обычный инженер выезжал на опасную миссию в составе боевого отряда? Но сейчас, я себя чувствовал, как рыба в воде. Нескончаемый грохот крупнокалиберных пушек на «Манулах» нисколько не смущал. Напротив, от этого кровь наливалась адреналином. Да и сотни врагов, прущих на нас со всех сторон, не страшили. Единственное, что было в голове при взгляде на них, это определение самых представителей опасных для их скорейшего истребления.

Как же быстро человек адаптируется под изменчивый мир.

— Вы берите на себя тех, что покрупнее, а мы расправимся со всеми остальными, — объявл Порохов группе сопровождения.

— Принято, — ответили те. И тут же принялись отрабатывать по тварям, которые своими размерами сильно выбивались на фоне общей массы.

Стрелять мы начали сразу же. Даже от «Тайфуна» не успели отойти. Мне так и вовсе пришлось утопить спусковой крючок свого АК-25 прямо из дверей бронеавтомобиля. Пятью короткими очередями убил тварей, которые сумели подойти к нам уж слишком близко. А затем, активировав энергощупальца, схватил ими ещё несколько диких и припечатал тех прямо к «Бэхам».

Попутно услышал, как прострочил «Печенег» Бориса и ударило пару молний из его рук. Причём бахнуло не по-детски. Гораздо громче того, как били орудия на «Манулах». Ольга, запрыгнув на плечо «Ключа» прямо из дверей «Тайфуна», выскочила из своего тела и принялась «утюжить» всех врагов, успевших забежать между БМП.

Как только зачистили территорию вокруг «Тайфуна», поступила мысленная команда от 'Пороха. Тот приказал разделиться на три группы и двинуться между БМП.

Разумеется, пройти так просто нам не дали. Пока я шёл к своей позиции, убил ещё шестерых, жонглируя между стрельбой из автомата и применением энергорук.

Другие члены отряда за это время убили не меньше.

Обратил внимание, что для убийства каждого врага требовалось на пулю, а то и две, больше. Да уж, твари в этой зоне гораздо крепче. Надо держать это в голове.

Прошел вдоль «Манулов» по мокрой асфальтированной дороге, продолжая стрелять. В итоге потратил целый магазин на шестьдесят патронов прежде, чем добрался до назначенной точки, которая находилась чуть впереди бронемашин.

Пока наша бронеколонна была в движении, казалось, что врагов было много, но сейчас, когда мы остановились, их будто в разы больше стало. К тому же они были очень быстрые. Совсем не как те вялые дикие, которых мы спокойно отстреливали после того как расправились с Недельным. Где больше всего проблем нам создавало наше же оружее, которое быстро перегревалось.

Сегодня же расслабиться точно не получится.

Среди противников было много зверей, вроде нехило подросших собак и кошек. Но в основном это были наши старые знакомые дикие. Только вот выглядели они на порядок хуже своих собратьев из тех зон, где мы успели побывать. Эх тела ещё больше подгнили. Глаза у некоторых вовсе отсутствовали. А большинство из них сбросили с себя человеческую кожу, оставив лишь её небольшие лоскуты тут и там. А вместо этого начали отращивать новый защитный слой, похожий на рыбью чешую. Только вот, судя по высикаемым искрам, чешуйки наших врагов были металлическими.

Также я заметил, что у всех врагов изменилась аура — та подсветка, которая есть у всех тварей и хорошо видна глазу иммунного любого уровня. Если раньше мы встречали противников в основном с зелёной аурой (изредка синей), то сейчас у всех была исключительно жёлтая. Подобную я ранее видел только у башен и самых сильных противников.

— «Ключ», займи позицию на крыше «Тайфуна», — продолжал «Порохов» разбрасывать команды, не прекращая огня. — Оттуда анализируй обстановку и постоянно давай нам актуальную инфу. «Душегуб», запускай птичку в небо. Пусть твой дрон отмечает всех врагов.

Сразу же после его слов что-то зажужжало около «Тайфуна», а затем начало стремительно набирать высоту.

К этому моменту наши группы уже находились на позициях чуть впереди между БТРами. Активными действиями мы уже смогли прилично увеличить дистанцию между нами и волной врагов. Теперь главное было удержать позиции.

Мне в напарники достались наши новички «Милаха» и «Душегуб». Уровни у них были сравнительно невысокими. У Марата — 26, у Марии — 28. Но вот цветные элементы они прокачали не хуже нас. Силу, выносливость, скорость и ману они добыли на первой боевой миссии. А силу способности и сопротивление успешно прокачали на базе с помощью тренировок и йоги. Особенно «Душегубу» йога зашла. Благодаря частым походам на занятиях у Аллы, этот параметр у него улетел аж за 130.

— Так, работаем аккуратно. Враги здесь серьёзные, — «Ключ» уже успел проанализировать обстановку и выдал нам оперативную обстановку. — Разбег уровней у врагов — от тринадцатого до двадцать пятого. Вдали так же вижу особо крупных тварей, уровень которых пока определить не могу. Ну, думаю, ещё выше.

Может показаться, что тринадцатый уровень — это ерунда. Ведь мы, когда достигли этой планки, ещё не сильно отличались от обычных людей. Но у заражённых всё иначе. Ведь у них уровень растёт не только чёрной основой, но и цветными элементами. Это нам нужно сохранять баланс и следить, чтобы количество цветных не превышало чёрную. А тварям на это без разницы. Они ведь и озверели из-за того, что случился дисбаланс элементов. Им терять уже нечего.

Таким образом дикий тринадцатого уровня запросто мог иметь силу, ловкость и скорость в районе 70. А это уже сопоставимо с нашими характеристиками. И потому эти враги представляли большую опасность для нас. Близко таких к себе подпускать точно нельзя.

Также ранее «Ключ» выяснил, что боров, волк и башня на свиноферме, а также джаггернаут в научном комплексе были ориентировочно 20−30-ых уровней. Между собой мы их даже называли боссами локаций. А сейчас подобные «боссы» в роли рядовых бойцов, мчатся на нас среди обычных диких. Причём в больших количествах.

Впрочем, против таких высокоуровневых целей у нас был серьёзный аргумент. И я сейчас имею ввиду не только подствольные гранатомёты, РПГ и внушительный запас выстрелов к ним. У нас был человек, который способен работать гораздо тоньше — снайпер. А именно «Душегуб» со своей крупнокалиберной снайперской винтовкой «Сумрак». И выстрел из неё только что прозвучал рядом с моим ухом. Даже здоровенный кирпич-глушитель особо не погасил громкость выстрела. А что будет, если его снять? Более того, активные наушники тоже не смогли нормально подавить шум от него.

Я даже на пару мгновений перестал стрелять и с лёгким ошеломлением в глазах покосился на Марата. А тот, с выражением абсолютной обыденности на лице, принялся искать новую высокоуровневую тварь. И нашёл её очень быстро. Это был громила под три метра ростом, чья голова обросла естественным защитным панцирем из костей.

Благодаря способности «Пороха», который на ментальном уровне позволял делать из нашего отряда единое целое, я смог увидеть, как Марат орудовал своим «Сумраком», так сказать, от первого лица. Причём он делал это стоя, а не лежа. И это нисколько ему не мешало. Ведь зелёного элемента, отвечающего за силу, в нем, будь здоров. Именно это и позволяло ему уверенно стоять на ногах, держа тяжеленную винтовку. И при этом его руки нисколько не дрожали, пока он выискивал цель через восьмикратный прицел.

Я будто почувствовал, как «Душегуб» оценил расстояние до жертвы — четыреста пятьдесят метров. Причём здоровяк быстро приближался. Поэтому снайпер сделал крохотную поправку на расстояние и движение противника. При этом учитывал, что создавали помехи несильный боковой ветер и моросящий дождь. В итоге выглядело всё так, будто Марат стрелял малость вверх в сторону от головы здоровяка.

Визор подсказал «Душегубу», что ветер на пару мгновений стих. Снайпер задержал дыхание и выстрелил. Бронебойно-зажигательная пуля меньше, чем через секунду, влетела прямо в лоб противнику и пробила голову насквозь. Того не спас даже нарост естественной брони. Видимо та ещё недостаточно окрепла, чтобы останавливать такую мощь.

Безжизненное тело здоровяка рухнуло, а Марат невозмутимо принялся искать следующую жертву.

В этот момент миникарта на моём визоре заискрила десятками красных точек. Похоже, дрон «Душегуба» уже набрал достаточную высоту и от него пошла информация. Удобно конечно, но, когда врагов тьма тьмущая, это не слишком помогало. Ведь на миникарту банально некогда смотреть. Успевай только стрелять во всех, кто приближался.

А вот что действительно помогало, так это улучшенная способность Анны.

Теперь, когда она смогла повысить количество фиолетового элемента до сотни грамм, она не только сама видела, где у врагов находятся уязвимости, но и каким-то образом подсвечивала эти места для нас. Правда, был нюанс, это работало только там, куда она смотрит. То есть, если она стоит спиной к врагу, то никаких подсветок, разумеется, не возникает.

Например, сейчас мы держали круговую оборону и Анна могла охватывать лишь третью часть всех врагов. А то и меньше.

Впрочем наши автоматы успешно справлялись с уничтожением тварей и без знания их слабых мест. Даже отсутствие «Сони» с её ослабляющим лучом особо не чувствовалось. Враги на данном этапе эволюции успешно уничтожались классическими методами. Хотя, нельзя забывать, что здесь они были на порядок крепче. И будь их количество хоть бы на треть больше, мы бы не смогли так уверенно их сдерживать.

Хотя наши автоматы классикой называть — это ругательство. Например, в моём АК-25 с прошлой миссии уже успели заменить ствол и ещё несколько деталей. Сделали это для того, чтобы тот меньше грелся. И, что б уменьшилась вероятность заклинивания. Конечно, всегда можно вдарить по автомату с ноги и тем самым починить его. Но лучше уж оно пусть стабильно стреляет. На подобный «ремонт» время ведь надо будет тратить. А его в достаточном количестве не всегда имеется.

Из других нововведений АК-25 очень выделяется привязка к КИОС. Благодаря этому появился визуальный счётчик патронов. И теперь не нужно каждый раз осматривать магазин, чтобы определить, сколько боеприпасов осталось.

Ещё мне понравился новый модуль «Наверняка», который работает в связке с КИОС и ЛЦУ. Он отслеживал, куда смотрит дуло, рассчитывал траекторию и кучу других факторов и показывал в визоре точку, куда попадёт следующая пуля. Весь наш отряд принял это улучшение с распростёртыми объятиями. А вот «Порох», назвав его «руковыпрямителем для рукожопов», воздержался от его использования.

Также нельзя было ни отметить, собственные возросшие характеристики, позволяющие результативнее стрелять. С подъёмом ловкости, я стал заметно быстрее переводиться с одной цели на другую. Да ин а прицеливание в нужную точку теперь гораздо меньше времени тратил. Благодаря силе оружие в руках теперь держится ещё крепче. Оно даже не пытается задрать ствол при стрельбе.

Если проводить грубое сравнение с показателями во время прошлой миссии, то там, где я раньше убивал троих, теперь смело кладу пятерых.

Бой продолжался уже минут пять. За это время мы извели немалое количество боеприпасов и «выкосили» несколько сотен заражённых. Нашумели так, что, казалось, орда диких в живом кольце не могла подобное не услышать. И была высокая вероятность, что они сорвутся со своих насиженных мест и направится к нам.

Но дрон, который следил за ними, ничего необычного в их поведении не замечал. Будто для них обыденное дело, когда что-то бабахает прямо под носом.

Хотя, как под носом? Нас разделяла монструозных размеров парковка и примерно два километра расстояния. Быть может, звук пальбы до них просто не долетал? Хотя, вряд ли. То, как бабахали орудия на «Бэхах» и снайперка «Душегуба», наверное, должно быть слышим по всей аномальной зоне.

Ещё через пять минут наступающих врагов стало заметно меньше. А высокоуровневых тварей так и вовсе не осталось. Причём расправились мы с ними, почти не используя способности. Я от силы десяток диких своими энергетическими щупальцами ударил. А вот «Милаха», демонстрацию способности которой я хотел увидеть больше всего, и вовсе не порадовала. Она отстрелялась ни разу никого не взбесив среди врагов.

Но полностью заслугу засчитывать на свой счёт было бы неправильно. Как ни крути, вместе с нами по врагам стреляли автоматические пушки на «Бэхах». А это многого стоит. Было бы здорово иметь такую огневую мощь на постоянной основе.

— Так, ребята, — раздался в рации голос командира сопровождения. — Основная масса врагов ликвидирована. Дальше по курсу тоже аномальных движений противника не видно. Прыгайте в «Тайфун». Двигаем дальше.

— Вы его слышали, — тут же подхватил «Порох». — Покинуть огневые позиции. Все на борт.

Прежде, чем выполнить приказ, я проанализировал несколько ближайших луж с чёрной основой, что остались после поверженных диких. Результат меня впечатлил. Если раньше мелкие враги оставляли после себя, в лучшем случае, один-два грамма цветных элементов, то тут с среднем набиралось по десять с каждого.

— Ребята, поторопитесь, — с тревогой прозвучала рация. — Разведчики сообщают, что наше окно скоро схлопнется. У нас от силы десять минут, чтобы доставить вас до станции и вернуться обратно.

— Бегом, бегом! — поторапливал всех командир. — «Инженер», чего там замер? Шевелись уже, пока новой волной нас не накрыло.

Борясь с неприятным чувством того, что мы оставляем не тронутым богатое поле с основой и цветными элементами, я застучал сапогами в направлении «Тайфуна».

И уже через полминуты мы двинулись через тоннель в парковке в сторону железнодорожной станции.

Вопреки ожиданием, никакого наплыва врагов на парковке не произошло. Так, парочка диких попыталась броситься на броню «Манулов», но их очень быстро превратили в фарш.

— Ты чего задумался, «Инженер»? — покосилась на меня Ольга. — Устал что ли уже?

— Да вот, думаю, что дальше будет, — ответил я.

— Это ты о чём? — уточнила «Милаха».

— Смотрите. Если на пороге нас встретили твари таких высоких уровней, то чего ждать дальше? — объяснил я свою мысль.

— Хочешь сказать, что в отеле нас ждут враги ещё серьёзнее? — переспросила «Ведьма».

— Да я уверен в этом, — кивнул я.

— Согласен, — поддержал меня Фёдор. — Мы только зашли, а уже нарвались на целую армию диких. Причём довольно крепких. Не будь у нас за спинами «Манулов», враги бы нас могли запросто разорвать.

— Не драматизируй, — вмешался в разговор «Порох». — Все отработали на «отлично». Потому и одолели тварей.

— Порохов, приём! — прозвучала в этот момент рация. — У нас проблемы.

— Проблемы? — нахмурился командир. — Вы же сказали, что у нас окно.

— Да, окно есть, — услышали мы подтверждение. — Но случилось кое-что серьёзнее.

— Говори уже, не томи.

— От живого кольца диких только что начал отделяться огромный кусок заражённых. Угадай, в какую сторону они выдвинулись?

Собственно, чего и требовалось ожидать. Похоже астероид, заметив нас в зоне, с которой имел связь, начал срывать цепи со своих тварей и бросать их на нас. Теперь, кажется, я понимаю, почему мы сходу получили такую массу впечатлений.

Причём, стоит отметить, астероид знает про наши планы зачистки «Рязань-ЭКСПО». Теперь становится ясно, для чего он всё это время держал здесь десятки тысяч одичавших. Он ждал нас.

— Что будем делать? — спросил по рации командир сопровождения. — Тысячи диких уже окружают подступ к нашей станции. Среди них фиксируется движение башни. Предлагаю отступить. Пусть миссию завершают другие отряды. Может, они успеют проскочить.

Порохов посмотрел на нас взглядом человека, который отступать не привык. Недолго помолчал, а затем ответил командиру сопровождения:

— Продолжаем движение. Мы сейчас что-нибудь придумаем.

Глава 22

Смена плана

— М-даа, «Инженер», — протянула «Ведьма», глядя через лобовое стекло. Впрочем, мы всем отрядом сейчас пялились через нег она не самую радужную картину. — И надо было тебе говорить вслух, что дальше будет только хуже. Вот и накаркал.

— Причём солидно так накаркал, — поддержала её «Милаха»

Наша бронеколонна остановилась, не доезжая трёхсот метров до точки назначения. Дальше ехать не было смысла. Ведь вход в подземную железнодорожную станцию полностью окружила орда диких. Не было смысла даже думать о том, что мы сможем прорваться через такую огромную толпу.

На глаз оценить, сколько находилось там заражённых, было невозможно. Но, судя по информации, которую передал нам оператор дрона, там было около четырёх тысяч одичавших.

А, вдобавок, где-то в среди них ещё и башня затерялась. Отсюда мы её не видели, но тот же оператор дрона уверял, что она там точно есть. И развита она гораздо сильнее, нежели те, с которыми нам довелось уже встретиться.

Успокаивало пока только одно — вся эта орда стояла на месте. Никаких намёков, что дикие готовятся рвануть на нас, не было. Впрочем, мы этого делать тоже не спешили. Просто наблюдали.

— Ребята, какого чёрта происходит? — послышался голос командира «Манулов» из рации. — Почему эти твари ни с того ни с сего перекрыли именно тот путь, который нам нужен?

— Сами хотим это узнать, — ответил им Порохов.

— Заражённые стояли ровным кольцом целый месяц (если измерять аномальным временем). Никуда не отходили, — не успокаивался командир сопровождения. — Но, стоило вам прийти, как они резко начали чудить. Ребята, что с вами не так? Не хотите нам ничего рассказать?

— Тут много ума не надо, чтобы понять. И карканье совсем ни причём, — покачал я головой. — Я согласен с ним. Несмотря на то, что это самая опасная и нестабильная зона в стране (если не считать Путоранского заповедника), с самого начала всё пошло чересчур странно. Первая группа заражённых выбежала на нас, словно по наводке. А затем на нас и вовсе попёрли со всех сторон.

— На что ты намекаешь? — хмуро посмотрел на меня «Порох».

— Он знает, что мы здесь, — пояснил я.

— Кто он? — услышал я за спиной вопрос «Душегуба».

В этот момент заработали орудия на БМП. Они отстреливали одиночек, которые то и дело набирались смелости, чтобы подойти к нам. Изредка появлялись небольшие группки диких численностью в десять-двадцать особей. В целом — не страшно для трёх «Манулов». И наше вмешательство не требовалось.

Но одно было понятно всем — срочно нужно было что-то решать. Ведь вряд ли нам позволят долго вот так пялится на местную фауну. Если на нас и не рванёт орда, которая перекрыла станцию, то обязательно прибудет кто-то другой. И, скорее всего, их тоже может быть немало. И, скорее всего, немало настолько, что в отбиться мы вряд ли сможем. Так и придётся свалить из зоны.

— Астероид, — оглянулся я на Марата, чтобы поймать его удивлённый взгляд. — Пока мы с помощью «грёбаной матери» и топора не отключили связь астероида с нашей зоной на базе, видимо, инопланетный гад успел разузнать наши планы…

— Или предатель подсказал. Его же так и не нашли, — перебил меня Фёдор. А затем сразу же замолчал, словно воды в рот набрал. Похоже, решил, что взболтнул лишнего.

Я его мысль развивать не стал. Не то, чтобы «Ключ» был не прав, такая вероятность несомненно имелась. Но не сейчас же нам устраивать охоту на ведьм? Да и не в нашей компетенции это. Пусть Кудрин этим занимается вместе со своим новенькими особым отделом. Нам же остаётся верить, что вместе с нами на эту миссию тот самый предатель не отправился.

— Так или иначе, — продолжал я развивать свою изначальную мысль, — а мы поступили максимально предсказуемо. И, наверное, глупо. Вместо того, чтобы перетасовать все планы, мы попёрлись именно туда, где астероид нас ожидал увидеть больше всего. И вот, как говорится: нате, получите, распишитесь. Мы планировали устроить жестокую взбучку местному осколку, говорите? А в итоге вон как оно получилось. Три-четыре тысячи диких нас полностью отрезали от единственного прохода в центр зоны.

— У нас не было другого выбора, — не согласился со мной «Порох».

— А что нам мешает разхреначить всю эту толпу? — включилась в разговор Ольга. — Мы уже неоднократно дрались с подобным количеством тварей.

— Не дрались мы с таким количеством ещё, — ответил девушке «Ключ». — В научном центре было примерно сотни три. Да и коридор там был узкий. А тут никто в одну стройную линию на нас не попрёт.

— А после битвы с Недельным? — возразила Ольга. — Там ведь тысячи две было, не меньше. И мы их размотали без каких либо проблем.

— То были дикие, которые только-только подверглись заражению, — доказывал своё Фёдор. — Они были слабые, медленные. Там одним выстрелом из автомата сразу нескольких в ряд клали. А эти не такие. Я прошёлся по ним сканером — минимальный уровень восемнадцать плюс.

— М-м, — хмыкнула «Милаха». — Совершеннолетние уже.

— Вот именно! — не останавливался «Ключ». — Если эти совершеннолетние попрут на нас, то даже от БМП живого места не оставят. Разорвут технику голыми руками, а потом сожрут и не подавятся, — затем он посмотрел на Порохова. — Уж, не знаю, командир, что ты там задумал, но тупая лобовая атака тут не сработает.

Прохор посмотрел на «Ключа» с оценивающим прищуром. Судя по всему, плана у него никакого не было. Наверное, он хотел в подземку успеть раньше тварей. Как говорится, проскочить по-быстрому. Ну, а там уж по старинке — устроить лютую мясорубку в узких коридорах. Примерно так же, как в научном комплексе. Хотя, судя по количеству заражённых, патронов для этого потребовалось бы немерено. А такого количество у нас явно нет.

Но в итоге, когда «Порох» увидел непреодолимую стену из одичавших, мысленно взвесил все «за» и «против». И быстро забраковал изначальную идею по очевидным причинам. Хотя, пыл в его глаз так и не погас. Возможно, прямо сейчас в его голове рождается новая идея.

— Командир, не подумай, что я струхнул, но ты уверен в этом? — даже рьяный до битв Борис не горел желанием сражаться против такой орды. — Ты уверен, что идти на многотысячное войско с башней во главе хорошая идея? Я ни на что не намекаю, но нас тут восемь человек. Этого, вроде как, маловато будет.

— Ещё три БМП есть, — усмехнулся «Порох».

— Не, мы пас, — похоже командир сопровождения слышал наши переговоры. — Туда мы не полезем.

Порохов обвёл нас всех серьёзным взглядом и задал вопрос:

— А остальные что думают?

— Я уже высказался, — первым вызвался «Ключ». — Тут без шансов.

— Не хочется этого признавать, но Федя прав, — подхватил «Душегуб». — Иногда всё-таки есть смысл отступить. Живее будем.

— Мужчины полностью правы, — поддержала их Анна. — Незачем лезть на орду. Мы там не выживем.

Остальные лишь согласно кивнули.

— А ты, «Инженер», что думаешь? — «Порох» решил обратиться ко мне индивидуально. — Твои энергетические «руки-крюки» справятся в таком бою?

— Сомневаюсь, — здраво оценил я реальное положение дел. — Чистое самоубийство.

Я даже представить не мог, какой нужно иметь уровень и сколько цветных элементов должно быть в организме, чтобы одним отрядом одолеть такого противника. И ладно, если бы мы отбивались. Могли бы врагов погонять по полям и за несколько часов расстрелять. При условии, если не подключатся другие из живого кольца. Но ведь нам нужно именно прорваться. А это нереально.

— Ладно, выдыхайте, — наконец, улыбнулся Прохор. — Я же не дурак тащить вас туда, — после этого он решил связаться с командирами других отрядов. — «Бармен», как слышишь? Как обстановка? Добрались до точки?

— Нормально слышу, — ответил командир третьего отряда. — Хреново всё! Жопа полная. Одну «Бэху» потеряли, пока ехали до подземки. А там ещё одну просрали. Твари бешеные. Никогда таких не видел.

— Плохо, — хмыкнул «Порох». — Ну, а в итоге что? Прорвались?

— Да хрен там ночевал! — как добрались, так и развернулись. Вообще голяк. С нашей стороны не пройти. Мы уходим из зоны с горящим пуканом. Удачи вам.

Мы все переглянулись. Оказывается, когда мы назвали случившееся с нами «задницей», то очень глубоко заблуждались. Ведь другому отряду досталось куда серьёзнее.

— Принято, возвращайтесь. Отбой связи, — попрощался «Порох» с третьим отрядом и переключился на второй. — «Кулак», приём. Слышишь меня?

— Слышу, «Порох», — ответил Андрюха. Судя по его одышке, тот явно не на пляже лежал. — Чего хотел? Мне тут как бы не до разговоров.

— У нас тупик, — затем Порохов обрисовал коротенько нашу ситуацию. — Такой вот расклад. У вас как успехи?

— Потерь нет, но пришлось крюка́ дать, — ответил «Кулак». — Дикие гоняют нас кругами. По прямой вообще не вариант ехать. Но оператор говорит, что подземка не перекрыта. Так что, думаю, прорвёмся. Минут через пять там будем.

— Понял, тебя, — загоревшимся голосом произнёс Порохов. — В общем, что я предлагаю. Раз уж мы к назначенной нам точке прорваться не можем, то вы же не будете против, если мы присоединимся к вам?

— Никак нет, — бодро ответил «Кулак». — То есть, да. Встретимся на точке.

После этого командир ещё раз пристально посмотрел на нас. А затем повернулся на Бориса, который всё ещё находился за рулём, и дал команду:

— Трогай, «Мех». Рули к точке входа на северо-западе, — после он сообщил о своём решении командиру сопровождения. — Мужики, вы всё слышали. Погуляете ещё немного с нами?

— Без проблем. Проводим до точки, — сразу же ответили те. — Следуйте за нами.

— А ты, — показал «Порох» на меня пальцем. — Полезай в бойницу.

— Я? — удивила меня подобная команда. — Я ведь из такого пулемёта никогда не стрелял.

— А больше некому, — объяснил тот. — Наш основной пулемётчик баранку крутит. Девочек, уж извините, в такое опасное место я не пошлю, — те дружно с наигранной гримасой недовольства посмотрели на командира. А он продолжал. — «Ключ» в своём экзоскелете не пролезет туда. А «Душегуб», — на этом месте «Порох» запнулся. Похоже, не успел придумать причину, почему не может послать того.

— А «Душегуб» не хочет, — не растерялся Марат и сам выдумал версию.

— Точно, — кивнул Порохов. — «Душегуб» не хочет. Так что остался только ты. К тому же у тебя руки есть.

— Они у всех есть, — хмыкнул я, уже тянувшись к люку.

— Я имел ввиду твои энергоруки. Будешь ими отгонять от нас безбилетников и заодно дорогу чистить, если кто-то решит под колёса броситься.

— Да понял я, — я уже высунулся наружу. Обзор здесь был великолепный.

В этот момент наш «Тайфун» сдал задним ходом и я чуть не приложился головой об установленный в бойнице пулемёт.

— Этот молодчик КПВТ называется, — услышал я снизу голос «Пороха». — Ты с ним понежнее. Как никак, 14,5 мм неудержимой дури.

Я схватил пулемёт за гашетку и как будто ощутил всю мощь, которая крылась в нём. Непередаваемые ощущения. А затем я увидел и бегущие в нашу сторону цели, с помощью которых можно пристреляться к моему новому, но временному оружию.

Глава 23

Бросок

Наша бронекортеж быстро развернулся. Машины выстроились в колонну по две, образовав квадрат, и двинулись на северо-запад прямо по газонам и лужайкам. Ведь к той точке, где мы должны будем встретиться с отрядом «Кулака», прямые асфальтированные дороги не вели.

Я бросил мимолётный взгляд на орду, что перекрывала путь в подземную железнодорожную станцию, на которую нам нужно было попасть изначально. Что-то в глубине меня опасалось, что все эти четыре тысячи диких, увидев наше отступление, рванут за нами. Но те стояли на прежних местах, как вкопанные. Мне кажется, они даже не смотрели на нас.

Интересно, почему они так странно себя ведут? Астероид же мог запросто натравить на нас всю армию тварей, что находится в этой зоне. Мог просто взять и бросить по нашим следам все шестьдесят тысяч заражённых. И дать им команду, гнать нас до тех пор, пока мы все не поляжем. Ведь даже за пределами зоны они могли нас преследовать, наделав при этом немало шороху.

Более того, астероид же мог отправить всю эту орду прямо в ближайший город, до которого каких-то сорок километров — в Рязань. Или же сделать манёвр, который пытался реализовать Неделин — потащить осколок в направлении населённого пункта. С учётом аномального времени, вся эта зона с десятками тысяч диких уже через час была бы в Рязани. И никто бы не смог это остановить. Разве что удар высокоточными ракетами по осколку. Хотя, попробуй попади ими по движущейся цели. Да и вообще непонятно, что бы случилось, попади ракета по осколку. Возможно, результат будет гораздо хуже, нежели эта зона оказалась бы в городе.

Не то, чтобы я хотел подобного расклада. Напротив, хорошо, что это не происходит. Но почему астероид не использует своё неоспоримое преимущество на полную мощность? Что его останавливает от этого? Неужели он действительно не желает человечеству зла? Мол, посмотрите, у меня тут стоит армия, которая может за сутки превратить весь регион в полыхающий ад. Но я этого не делаю. Все шестьдесят тысяч диких стоят на месте. А вы, человеки, уж постарайтесь сделать правильный вывод из всего этого. А потом возвращайтесь, чтобы решить вопрос мирно.

Впрочем, не исключено, что астероиду банально могло что-то мешать. Или кто-то. Он ведь не спроста пытался перетянуть меня на свою сторону. Быть может, по каким-то неочевидным причинам он сам не в состоянии управлять напрямую той армией, которую создал? Вдруг для этого ему требуется полководец, который организует все его войска и начнёт активные действия против человечества. Не эту ли роль он предлагал мне?

Так или иначе, всё это лишь догадки. Придётся ещё проделать немало работы, чтобы понять мотивы нашего инопланетного захватчика.

А сейчас тщательно обдумывать этот вопрос у меня времени не было. Ведь с того момента, как мы тронулись, одиночные заражённые снова активизировались. И в довольно большом количестве начали атаковать нас со всех сторон.

— «Инженер», — услышал я голос «Пороха» в своей голове. — Как успехи? Попадаешь в кого-нибудь?

Если честно, управляться пулемётом КПВТ было непривычно. Оно и понятно, я ведь впервые из него стрелял. Поначалу я не попадал вообще ни в кого. Ведь никаких прицельных приспособлений, кроме стандартной мушки, на орудии не было. И КИОС, разумеется, не помогал целиться. Это ведь не АК-25 с новейшими модулями.

К тому же враги были довольно прыткие. Они не просто быстро бежали за нашей техникой, не отставая. Некоторые и вовсе умудрялись догонять и бросаться на броню. Видимо это те, у которых хорошо развита скорость.

Впрочем, догоняющими нас противниками занималась парочка БМП, которые шли за нами следом. Мой же КПВТ мог работать только вперёд и немного по сторонам. Поэтому моей задачей было не подпускать тех, кто бесстрашно пытался взять нашу машину, так сказать, на абордаж.

И с этим у меня были сложности. Ведь не все враги охотно подставлялись под пули. Да, таких было подавляющее количество, но часто находились и те, кто умудрялся уворачиваться от пуль, как это делал «Чех», защищавший самый первый добытый нами осколок. К тому же попадались одичавшие с развитым силовым полем, которое «съедало» несколько пуль, прежде, чем я мог нанести летальный урон. В общем, проблем хватало сполна

А в купе с моей посредственной стрельбой, сложность ситуации, в которой я находился, поднималась в разы.

— «Макс», не молчи, поговори со мной, — продолжал «Порох» вещать у меня в голове. — Тут экипаж волнуется. У тебя там хоть что-то получается?

— Да как бы тебе ответить помягче? — применяя недюжие усилия, чтобы подстрелить очередного прыткого, прокричал я. — Через задницу пока получается. Но в целом держусь. Вроде… Кстати, а зачем ты спрашиваешь? Ты ведь сам всё видишь.

Последними словами я отметил тот факт, что Порохов может воспользоваться глазами любого члена отряда. Впрочем, и мы умели так же, когда командир находился рядом. Причём не только видеть, но и, порой, могли чувствовать то, что ощущал другой боец. И сейчас, когда «Порох» общался со мной, я ощутил ноющую боль сразу в нескольких местах. И это боль точно была не моя…

— Враг сзади слева, — вместо объяснений дал мне «Порох» очень своевременную информацию.

Я на мгновение увидел врага взором «Пороха». Причём видел он картину вокруг меня не из окна бронеавтомобиля, а откуда-то сверху. Будто смотрел через камеру на дроне. Но я быстро вспомнил, что в машине было выведено изображение с того самого дрона, которым сейчас управлял «Душегуб». Наверное, поэтому нашего снайпера не отправили в бойницу.

Среагировал я мгновенно. И, разумеется, не стрельбой. Для подобных целей у меня были энергетические руки, размаха которых хватало, чтобы наказать любого, кто посмеет запрыгнуть на наш «Тайфун». Схватил левой энергетической пятернёй дикого за шею и сжал её посильнее.

Но, к моему удивлению, приём, который до этого не подводил, сейчас не сработал. Шея противника не сломалась. А дышать воздухом тому, похоже, вовсе не нужно было. Более того, враг начал агрессивно сопротивляться и бить меня по призрачным рукам. Пытался извернуть голову, чтобы укусить. А затем и вовсе уперся ногами в края машин и, крепко схватившись за мои энергоруки, попытался вытянуть меня из бойницы.

И ему это почти удалось. Совершенно не готовый к такому повороту событий, я чуть было не вылетел из люка, как пробка. Хорошо хоть успел настоящими руками уцепиться за края.

Предприняв ещё одну безуспешную попытку сломать вражескую шею, я решил просто отбросить дикого в сторону. Но тот, ухватившись ещё крепче, напрочь отказался подать «за борт».

— Ах, ты ж, зараза такая! — проорал я на одичавшего, одновременно проверяя его уровень с помощью визора:

Опасное существо — «Дикий» — 24 уровень.

Сила — 130, Скорость — 126 , Выносливость — 145, Сила умения — 25, Сопротивление — 207, Мана — 31.

Нихрена себе, у него характеристики.

От увиденного, у меня чуть было глаза на лоб не полезли. Это я, получается, вот так ненароком столкнулся с врагом, который, судя по всему, превосходил меня. Как минимум, сопротивления у него было больше, чем, у меня силы умения. Теперь понятно, почему мне не удалось его задушить.

Для подтверждения своей гипотезы я даже попробовал воспользоваться второй энергощупальцей, как копьём. Уколол дикого точно в район сердца. Затем в лицо. После в живот. В итоге получил закономерный результат — я врага даже поцарапать не смог.

— Ладно, не получается ручками, попробуем по классике, — выкрикнул я и, подняв дикого чуть повыше, переместил его прямо перед собой. Так, чтобы дуло КПВТ смотрело точно на дикого. — А четырнадцать с половиной миллиметров выдержишь?

В этот момент пришла подсветка уязвимостей противника от способности Анны. Слабым местом оказалась спина. Враг всеми силами упирался, но я кое как смог его развернуть энергетическими конечностями, а затем с помощью настоящих рук зажал гашетку пулемёта.

Хорошо, что на базе я много времени уделил тренировке, в которой совмещал стрельбу с применением способностей. Мишени, по которым я стрелял, часто держал перед собой энергощупальцами. А, когда приноровился, даже начал двигать эти мишени во время стрельбы. До совершенства это умение я ещё не довёл, до этого ещё далеко. Но вот подобные манипуляции, как с этим диким, у меня уже начали получаться.

По спине дикого простучала короткая очередь. Точнее, не простучала, такое увидеть невозможно, когда бьешь подобным калибром. От туловища врага буквально в одно мгновение просто не осталось ничего.

Меня оросило свежей кровью в пермешку с ещё чем-то. Даже думать не хочу, что там было ещё намешано. Пришлось даже протереть баллистические очки, так как те нехило залепило остатками дикого. Но, главное, своего я добился — враг был повержен. А, с тем учётом, что дикий находился по ходу движения, слетевшая с него чёрная основа прямиком угодила в меня.

В правом верхнем углу визора сразу же увидел логи о полученных ресурсах:

ЧО (чёрная основа): + 94 грамм

Сила: + 9

Скорость: + 5

Выносливость: + 8

Сила умения: + 2

Сопротивление: + 15

Мана: +3

Получен новый уровень: 52.

А вот сейчас было обидно. Не то, чтобы я не был доволен столь солидному приросту, но я рассчитывал на большее. Ведь, когда я победил старлея Ковригина, тот оставил после себя ровно половину элементов, которые у него были.

А сейчас сколько я получил? Десятую часть?

Если судить по беглому взгляду, и того меньше.

Впрочем, если брать в пример характеристику «сопротивление», то на занятиях по йоге такого результата можно добиться за полдня. А я 15 грамм красного элемента хапнул за убийство всего одного дикого. Хотя, дикий был не простой. При иных обстоятельствах тот запросто мог разделаться со с мной. Я уж молчу про людей, у которых нет умения, как у меня.

— Ты чего так долго с ним возился? — прозвучал в голосовой связи настороженный голос «Пороха».

— Крепкий оказался, — ответил я, продолжив стрелять по врагам из КПВТ. — Я вообще ничего не мог с ним сделать своей способностью. Хорошо хоть смог приподнять и подставить под пулемёт. Кстати, Анне спасибо за отметку слабого места.

— Не стоит благодарностей, — хмуро отозвалась женщина.

— Плохи наши дела, — послышался голос «Ведьмы». — Если одиночка столько проблем создаёт, то против десятка таких нам вообще ничего не светит.

— Справедливости ради, — это уже был «Ключ». — Этот дикий имел 24 уровень. Таких здесь, конечно не мало, но и не сказать, что сильно много. Судя по моим расчётам, примерно один на сотню.

— То есть, как минимум, шестьдесят? — уточнил я, опираясь на данные об общем количестве заражённых в зоне.

— Плюс-минус где-то так, — подтвердил «Ключ». — Но в любом случае, по моей грубой оценке, девяносто процентов всех тварей в зоне ниже двадцатого уровня. Но, отмечу, эти результаты выведены на основе имеющихся данных. Мы же не сканировали каждого. Возможно в живом кольце тварей ситуация иная. Сильных врагов там может быть, как меньше, так и больше.

— Короче, радостных новостей не сказать, чтобы много, — я продолжал палить из КПВТ по всем, кто был по курсу движения.

Снова мне «на радость» попался прыткий заражённый, который очень ловко уворачивался от пуль. Пришлось даже подпустить его к самой броне, чтобы схватить за горло энергрукой, зафиксировать, и уж потом расстрелять.

Оценив обстановку, я позволил приблизиться к нашей бронемашине ещё одному одичалому, который имел силовой щит. Тот, злобно рыча, ловко запрыгнул на транспорт, но сразу же оказался в моих энергощупальцах. А затем я воспользовался проверенным методом — подставил его под пулемёт.

Перед тем, как расстрелять жертву, проверил его с помощью визора:

Опасное существо — «Дикий» — 18 уровень.

Сила — 101, Скорость — 97 , Выносливость — 123, Сила умения — 7, Сопротивление — 52, Мана — 11.

Что ж, этот враг оказался намного слабее предыдущего. И потому я первым делом попробовал проткнуть его энергетическим копьём. Первым ударом получилось только сбить силовой щит, а уж вторым сумел пробить тело противника, не встретив никаких препятствий. Как любят говорить — словно горячий нож сквозь масло.

Ситуация с полученными ресурсами повторилась. Они снова упали на меня, а визор быстро показал логи с результатами:

ЧО (чёрная основа): + 24 грамм

Сила: + 2

Скорость: + 1

Выносливость: + 2

Сила умения: + 0

Сопротивление: + 1

Мана: +0

Получен новый уровень: 53.

Как и следовало ожидать, с дикого 18 уровня ресурсов упало ещё меньше. Можно сказать, совсем крохи. Впрочем, и проблем с его убийством у меня не возникло.

Но опять же, чтобы получить столько мне бы пришлось всё утро бегать марафон в полной разгрузке. А тут «бац» и готово. Как ни крути, а Евгения была права — лучший способ прокачки находится на поле боя.

— Продолжай в том же духе, Макс, — услышал я в наушнике голос «Ключа». — Я фиксирую результаты сбора элементов.

— Зачем тебе это? — опередила меня с этим вопросом «Милаха».

— Пытаюсь отыскать закономерность, — ответил Разводной. — Хочу понять, почему с заражённых выпадает так мало элементов. То есть, куда деваются остальные.

— И как успехи? — задала вопрос Ольга.

— Пока ничего.

Продолжили путь в том же духе. Я активно работал пулемётом и изредка подпускал одиночек, чтобы забрать у них основу. Душа желала, чтобы ещё хоть разок попался высокоуровневый дикарь, но тот явиться не изволил.

Пару раз из-за этого чуть было не подставился под удар других диких. Хорошо хоть «Порох» исправно уведомлял обо всех опасностях.

Я отстрелял уже несколько сотен патронов. И это дало свои плоды — я стал гораздо чаще попадать по целям. Причём настолько метко стрелял, что редко кто к нам приближался менее, чем на полсотню метров. Исключениями были те, кого я подпускал намеренно.

Судя по картам, какой-то момент, мы приблизились к живому кольцу заражённых почти на полкилометра. Я даже сумел немного рассмотреть их. Хотя это было сложно. Ведь моросящий дождь с туманом создали условия с очень плохой видимостью.

— Так, ребята, три минуты до точки назначения, — объявил по рации командир сопровождения. — Предупреждаю сразу, мы задерживаться на месте не будем. Доставим вас и сразу же по газам отсюда. Будьте готовы очень быстро прорваться в подземку.

— Принял, командир, — ответил ему «Порох», а затем связался со вторым отрядом. — «Кулак», мы приближаемся. Вы на месте?

— Так точно, — ответил Андрюха. — Давайте быстрее! А тот тут жарковато.

— Две с половиной минуты и мы у вас.

По мере приближения к назначенному месту, ряды противников становились плотнее. Стрелять приходилось так много, что даже некогда было схватить кого-нибудь энергоруками, чтобы провести «отжим» чёрной основы.

Впрочем, случилось то, что я совсем забыл учесть, увлёкшись стрельбой. Закончилась лента с патронами. Как раз в тот момент, когда впереди показалось округлое одноэтажное здание, где и находились эскалаторы ведущие к подземным станциям. Теперь мне оставалось надеяться только на свои способности.

Чтобы не тратить время на захват врагов с последующим швырянием, я стал орудовать энергощупальцами, как копьями. Просто тыкал ими во всех, кто смел приблизиться на дистанцию поражения. Впрочем, не всегда получалось попадать, так как машина двигалась с довольно приличной скоростью. Да и, к тому же, попадались такие враги, которые с одного раза не прокалывались. А некоторые, особо ловкие, даже уклонялись от моих ударов. Похоже, на таком высоком уровне некоторые твари видели мои призрачные конечности, поэтому и имели возможность применять контрмеры.

Тем временем показался второй отряд. Как и утверждал «Кулак», они уже были на месте. Заняли позицию перед одним из многочисленных входов, и поливали огнём всех, кто пытался приблизиться. И работали они, сказать на чистоту, очень эффектно.

От них в заражённых летел просто град пуль. Самих пуль, разумеется, видно не было. Но, учитывая, что противники замертво падали один за одним с нереальной скоростью, количество пуль без зазрения совести можно было измерять именно градинами. Также это подтверждали целых два пулемётчика, которые явно ничего не слышали про экономию патронов.

Перед их отрядом постоянно что-то взрывалось. Видимо, это результат работы фугасов, отправленных к врагам из подствольных гранатомётов. Но больше всех меня удивил огнемётчик, который устроил самое настоящее фаер-шоу.

А вот БМП, которые должны были сопровождать отряд «Кулака», видно не было. Похоже, уже отправились за зону.

— Вы сюда на шашлыки что ли приехали? — похоже, даже «Порох» впечатлился тем, как ловко их боец поливал пламенем врагов и умело создавал огненные стены. Причём, если на прошлых наших миссиях дикие зачастую бежали прямо через пламя, то сейчас старались обойти его. Но в местах обхода было не слаще — там их встречали очередями ребята с пулёметами.

— Быстрее давайте! — вместо ответа проорал «Кулак». — К нам орда движется от кольца.

Одновременно с «Кулаком» эту же информацию проорал и «Душегуб», который тоже следил за обстановкой со своего дрона.

— У нас пара минут, не больше! — горланил Марат.

— Успеваем, — спокойно отвечал «Порох».

А орда тем временем уже стала заметна. Шли они от кольца в нашу сторону сплошной живой стеной. Причём, именно шли. Не бежали, как это делали одиночки и малые группы.

— Так, мальчики и девочки, — зазвучала рация голосом командира сопровождения. — Мы сейчас делаем «круг почёта» вокруг здания и уходим. Дальше вы сами по себе.

— Принято, — ответил им «Порох». — Спасибо вам.

— Да не за что. Удачи!

Я ещё раз бросил взгляд на орду. Точнее не на саму орду, а на две массивные фигуры, которые выделялись на фоне заражённых. Они были похожи на гигантских горилл в тяжёлых костяных доспехах. Даже с расстояния в триста метров и с учётом плохой видимости можно было неплохо рассмотреть их.

Похоже, это были башни. Те, кто этой ордой и командовал. Стоп, а почему их две?

— Наро-од, — будто услышав мой немой вопрос, тут же ответил на него «Ключ». — На нас тут не орда идёт. А две орды.

Да уж, удача нам здесь действительно понадобится. И причём не мало. Жаль, что нет цветного элемента, который бы отвечал за удачу. Это было так кстати…

Глава 24

Спуск

Здание входа в подземную железнодорожную станцию было аналогично тем, какие обычно используются для входа в метро. Это было сравнительно небольшое округлое одноэтажное строение с множеством стеклянных дверей со стороны лестниц. Имелись даже привычные глазу указатели, поясняющие где «вход», а где «выход».

Прямо к этому месту сейчас со всех сторон стремились дикие. Бежали они, как поодиночке, так и в составе небольших групп. А также среди них встречались и мутировавшие животные. Сколько конкретно заражённых было в округе, невозможно было подсчитать даже с помощью дрона.

Но одно можно было сказать точно — много. И потому у ребят из отряда «Кулака» работы было немеренно. Но как бы стойко они не держались. Как бы результативно не перемалывали всех атакующих противников, а последние всё равно начинали понемногу поджимать наших бойцов. И, если что то срочно не изменить в этом раскладе, их и вовсе скоро раздавят.

Впрочем, им и не придётся здесь долго держать оборону. Ведь наш отряд, можно сказать, прибыл. Нам до них осталось преодолеть не больше сотни метров.

— Дава-ай, Боря, не жалей их! — кричал «Порох» «Меху» чуть ли не прямо в ухо.

Борис, похоже, выжал из «Тайфуна» всю мощь, которая в нём была. Мчались мы сейчас с такой скоростью, что одичалым лишь в редких случаях удавалось запрыгнуть на транспорт. Гораздо чаще они оказывались под колёсами нашего бронеавтомобиля, где их не ждало ничего хорошего. Только неминуемая смерть.

К тому же и я активно этому способствовал. Своими энергетическими щупальцами хватал всех врагов, которые оказывались рядом, а затем дергал их в сторону машины, чтобы те по инерции залетали прямо под наш «гоночный каток».

— «Инженер», дуй к нам, — скомандовал мне «Порох». — Всем полная готовность. Как только останавливаемся, сразу же на выход. Оружие держите наготове. Стрелять придётся сразу же.

Не успел я плюхнуться в свое сиденье, как «Мех» ударил по тормозам. Все члены отряда были пристёгнуты, поэтому остались на своих местах. А вот меня чуть в сторону кабины не бросило. Благо я сумел удержаться за поручни своими энергоруками.

— Пошли! — проорал командир за миг до остановки.

Ответственные за открывание дверей были наготове. Поэтому уже в следующую секунду путь наружу был открыт и мы бросились на подмогу второму отряду.

Так же, как и в случае с первой нашей вынужденной остановкой в этой зоне, стрелять пришлось сразу же.

Спрыгнув на прочное асфальтированное покрытие в числе первых, я вскинул свой «Калаш» и сходу открыл огонь по всем ближайшим целям. Выпустил четыре пыли — минус один дикий. Пять пуль — минус два. Ещё четыре — третий замертво упал. Кто-то попытался атаковать сбоку — схватил его энергорукой, приподнял повыше и расстрелял почти в упор.

В этот момент ещё один дикий попытался кинуться нам меня с левой стороны. Переведя на него своё внимание, я уже запустил в его сторону энергощупальце в виде копья. Но не успел. Меня опередил Разводной. Тот не успел выскочить из «Тайфуна», как сразу же рубящим ударом колуна перехватил атакующего меня заражённого.

Почувствовал пару хлопков командира по плечу, свидетельствующих, что отряд покинул транспорт и надо двигаться в направлении входа в подземку.

— Не бежим, идём спокойно, — командовал «Порох» с помощью ментальной связи.

Мы двинулись приставным шагом, не забывая при этом опустошать свои магазины. Кроме стрельбы, я ещё успевал наступать на ближайшие лужи с чёрной основой, оставшейся после поверженных противников. В правом верхнем углу визора постоянно всплывали логи с полученными ресурсами, но я туда даже не смотрел. Сейчас не до этого.

Враги были крепкие, многие из них имели естественную костную защиту. Другие были облеплены металлическими элементами, которые, казалось срослись с их телами. Третьи пользовались силовыми щитами.

Всё это создавало немалые трудности в устранении врагов. Из-за этого нужно было стрелять очень точно. Ведь каждый промах давал шанс диким подойти поближе. А, если тех подпустить к себе, то они запросто могут порвать нас на части. Ведь среди них были такие, которые имели уровень силы под сотню.

Сказал мысленное «спасибо» тому, кто придумал модуль прицеливания «Наверняка», благодаря которому получалось «класть» все пули максимально точно.

Единственным, у кого не возникало нкиаких проблем в уничтожении врагов, был Борис. Ему даже новейший модуль прицеливания не требовался. Он, со своим «Печенегом» и системой бесперебойной подачи пулемётной ленты «Скорпион», патронов совсем не жалел. А сил ему хватало не только для того, чтобы контролировать агрессивную отдачу пулемёта, но и двигаться при этом, не отставая от нас…

Уже через полминуты, мы приблизились к зданию и уже собрались занять позицию рядом со вторым отрядом.

— Прибыли? Отлично! — услышал я в голосовой связи голос «Кулака», который даже не глянул на нас. Настолько он был поглощён стрельбой. — У нас с вами от силы пару минут. Так что не задерживайтесь тут. Сразу дуйте внутрь. Но только через этот проход, — он, не оборачиваясь, показал большим пальцем на двери за своей спиной

Я мельком глянул на причину того, почему у нас осталось так мало времени — на орду тварей. Те плотной бескрайней стеной двигались в нашу сторону. А над ними возвышались две башни, похожие на горилл в костяной броне.

Мелькнула очевидная мысль. Они ведь не останутся здесь, когда мы спустимся на станцию. За нами ведь увяжутся. И каким образом мы собираемся противостоять этому полчищу заражённых? Ведь даже для узких тоннелей метро врагов тут многовато. Да и боеприпасов у нас не не хватит А, если бы даже хватило, то оружее от пергрева расплавилось бы прямо у нас в руках.

Не загоняем ли мы себя в ловушку?

Впрочем, ловушка это или нет, думать уже поздно. Ведь наши БМП, проехав вокруг здания, уже мчались на всех парах прочь из зоны. Мы теперь сами по себе. И даже на «Тайфунах» не получится уехать. Да что там уехать? Даже с места вряд ли тронемся.

Выслушав «Кулака», мы двинулись внутрь через тот проход, на который он нам указал.

— Две с половиной минуты у нас осталось, если быть точнее, — внёс поправку Фёдор. А в следующий момент он зацепился своим экзоскелетом за стеклянную створку двери и та посыпалась ему под ноги.

— Правильно, делай проходы пошире, — тут же отреагировала «Милаха». — А то тварям ведь нужно будет побольше места, чтобы бежать за нами в подземку.

— Не будет скоро здесь никого прохода, — подал голос один из бойцов второй группы. Судя по карте, он находился внутри здания.

— В каком смысле? — озадачился «Ключ».

— Э-э, — выскочил навстречу Фёдору плечистый боец в боевой раскраске и бронежилете прямо на голое тело. — Так, здоровяк, ты поаккуратнее тут ходи. Просто идёшь по прямой прямо к лестнице, никуда не сворачивая. Усёк?

— Почему? — застыв на месте, уточнил «Ключ».

Я глянул вокруг — весь пол помещения был обтянут растяжками, тянущимися от небольших зелёных банок, похожих на консервные. Так же были заминированы все проходы, кроме того, через который зашли мы.

— Потому что порвёт тебя на части. Вот почему! — разведя руками в стороны, показывая на взрывчатку, ответил подрывник. Визор подсказал мне его имя — Мирон «Летящий» Жуков. — И даже твой костюмчик не спасёт. Здесь всё заминировано, малыш. Тут «Ведьмы» повсюду. И ещё кое-что посерьёзнее. Если коротко, то, как мы отсюда уйдём, эта местность сразу будет идеально ровной. Подарочек, так сказать, для наших друзей снаружи.

Я обратил внимание на что-то черное и массивное на всех несущих колоннах.

Похоже, этот подрывник нисколько не лукавил, когда говорил, что сравняет это место с землёй. Уж не знаю, насколько мощная у него взрывчатка, но места подрыва он выбрал правильные. Это я, как инженер-строитель хорошо понимал.

И когда он только успел проделать такую работу?

Федя, судорожно вздохнув, осторожно двинулся вперёд.

— Ломать не строить, — хмыкнул я и пошёл следом за Федей, внимательно смотря по сторонам.

Новость о том, что всё в этом месте заминировано, вызвала у меня двоякие ощущения. С одной стороны — это продуманный шаг. Засыпав этот проход, мы отрежем путь нашим преследователям. Собственно, вот мне и ответ на вопрос о том, не загоняем ли мы себя в ловушку. С другой — устраивать взрывные работы в этом месте было нежелательно. Ведь начальник оцепления зоны довольно ясно намекнул, что под нами находится секретный бункер.

Разумеется, бункеру вряд ли навредит подобный взрыв. На то он бункер. С ним бы ничего не случилось, если бы даже зону подвергли массированной артиллерийской атаке. Но, как ни крути, риск оставался. Тем более, если взрывать такие места, как вход в подземную станцию. Ведь, я уверен, эта система подземных железнодорожных сообщений как-то связана и с бункером. Не стали бы так просто строить метро там, где можно пустить ветку по поверхности.

— Народ, внимание! — раздался крик «Кулака». — Орда ускоряется. Оставаться на поверхности нельзя больше ни секунды. Все внутрь!

Следом снаружи послышался чудовищный рёв, из-за которого зазвенели все стеклянные двери, задрожали стены и посыпалась штукатурка. Похоже, этот монструозный звук издала одна из башен, которая поняла, что «дичь» ускользает.

Наш отряд уже начал спускаться вниз, а мы с «Порохом» заняли позицию возле лестницы, чтобы прикрыть отступление второго отряда. Дав залпы сразу из всех подствольных гранатамётов, что у них были, ребята рванули внутрь.

Первым вниз мимо нас пробежал огнемётчик, следом за ним стрелки, затем пулемётчики, после был их командир, а замыкал группу подрывник «Летящий». Он буквально на ходу крепил последние растяжки там, где только что прошёл его отряд.

Снова снаружи послышался оглушительный рёв. Сейчас, похоже, решили погорланить обе башни разом. Громкость их рыка была такой высокой, что я с опаской бросил взгляд на взрывчатку — не рванёт ли она от такой вибрации?

И вот подрывник, ловко закрепив последнюю растяжку прямо у входа на лестницу, пробежал мимо нас с Прохором.

— Спускайтесь, мужчины, мы прикрываем, — сообщила нам Анна. Она, Борис, Мария и Ольга уже спустились до первой развилки и заняли позиции, чтобы могли спуститься и мы.

Как только мы рванули вниз, сзади раздался первый взрыв. Следом за ним второй. Потом третий. А затем взрывы начали грохотать один за другим. Запустилась целая цепная реакция из взрывов.

Как только мы спустились до первой развилки, в дело вступил огнемётчик.

— Как говаривал Гендальф, — проорал тот. — Вы не пройдёте!!!

А затем вся лестница за нашей спиной залилась пламенем, в котором угадывались силуэты, как попавших в огонь диких, так и тех, кто успел остановиться перед образовавшейся преградой. Впрочем, остановка их не спасла от неминуемой смерти.

— Бьём фугасами на «раз-два», — скомандовал «Порох». — ДВА!

Уже по отработанной схеме мы одновременно утопили спусковые крючки подствольных гранатомётов. Пять выстрелов с осколочно-фугасными зарядами отправились к врагам на той стороне стены огня.

А затем последовал очередной взрыв. Точнее пять взрывов, слившихся в единую симфонию. Впрочем, на них мы не смотрели, так как уже бежали по фойе мимо билетных касс в направлении турникетов. Там нас ждал отряд «Кулака», который на всякий случай прикрывал нам спины.

И прикрывать было от кого.

Не успели мы добежать до этих самых турникетов, как позади нас послышался пронзительный рык. Я обернулся и увидел дикого, охваченного пламенем. Но, несмотря на горящее тело, он продолжал бежать прямо на нас. Причём бежал он неестественно быстро даже для заражённого. Никогда ранее не видел настолько быстрых противников.

Первым делом оценил врага с помощью визора:

Опасное существо — «Дикий» — 27 уровень.

Сила — 266, Скорость — 178, Выносливость — 251, Сила умения — 24, Сопротивление — 99, Мана — 34.

Что ж, понятно откуда такая прыть. Целых 178 грамм жёлтого элемента у этого товарища. А про остальное лучше вообще не думать.

Прикрывающие нас бойцы открыли огонь по дикому сразу же, как он появился. Но на пули ему было плевать, так как тот был защищен естественной костяной бронёй вперемешку с металлом.

Я же изготавливать свой АК-25 не стал. Вместо этого сконцентрировался на энергетических конечностях.

Как только враг оказался в зоне досягаемости моей способности, я тут же вмазал ему энергетическим кулаком. И это на него подействовало гораздо лучше чем, какая-либо пуля. Тот не просто остановился. Его отбросило назад метров на пять. И при этом он несколько раз кувыркнулся.

Ведь сопротивления у этого дикого было почти в два раза меньше, чем у меня силы умения. С недавних пор я понимал, как это работает. Поэтому и встал вот так на его пути, не боясь его физической силы и выносливости, которые перевалили за две сотни.

Не дожидаясь когда он встанет, щёлкнул спусковым крючком подствольника. Предварительно я зарядил бронебойный выстрел, вместо фугасного. Поэтому часть костяной брони вперемешку с металлическими фрагментами слетели в врага, оголив его плоть.

От взрыва дикого откинуло ещё метров на пять. Но тот, словно не получив никакого урона, быстро вскочил на ноги и снова побежал в мою сторону, злобно рыча.

Я уже приготовил свои энергетические копья, чтобы ткнуть ими в образовавшееся уязвимое место противника. Но меня опередили мои боевые товарищи, которые тоже видели слабое место противника.

Несколько пуль застучали по оголённой плоти. Сначала мне показалось, что дикий и в этот раз не обратил внимания на эти попадания. Но, чем больше пуль в него попадали, тем медленнее враг становился. А затем и вовсе он припал на колени и замертво упал лицом вперёд в десяти метрах от меня.

По растёкшейся в следующий миг чёрной основе я понял, что враг отдал концы.

— «Инженер», убирайся оттуда! — услышал я позади себя голос «Кулака».

Но, прежде чем кинуться наутёк, я подбежал к одичавшему, чтобы забрать с него основу. Я понимал, что это опасно, но я должен был взять ресурсы с него. Ведь это враг 27 уровня. А сбор элементов с такого экземпляра поможет «Ключу» понять закономерность того, почему мы получаем меньше ресурсов, чем имеется в телах противников.

ЧО (чёрная основа): + 119 грамм

Сила: + 18

Скорость: + 11

Выносливость: + 21

Сила умения: + 3

Сопротивление: + 9

Мана: +2

А вот на логи я уже не смотрел. Выстрелив из подствола в сторону лестницы зажигательным снарядом, я побежал в направлении турникетов.

По неработающему по очевидным причинам эскалатару спустились без серьёзный происшествий. Видимо огненные препятствия всё-таки смогли притормозить остальных преследователей. Лишь изредка работала снайперская винтовка «Душегуба», который стрелял уже с самого низа.

Глубина, на которой находилась станция, была довольно значительной. По ощущениям напоминало Московскую станцию «Парк Победы» с её бесконечным эскалатором.

Очередной раз убедился в своей догадке, что местное метро как-то связано с подземным бункером. Не просто же так железнодорожные тоннели утопили на такую глубину.

Света здесь, разумеется не было. Нас спасала функция нашего КИОСа, которая позволяла видеть даже в кромешной тьме.

— А теперь главный подарочек для варей, — маниакально произнёс «Летящий», когда мы добрались до станции. — Пришло время завалить проход.

Он зажал одну из кнопок на своём пульте и где-то далеко сверху послышался хлопок. Не сказать, что он был громкий. Тем не менее, ударная волна, промчавшись через все лестницы и длиннющий эскалатор, до нас добралась.

— «Душегуб», у тебя наверху дрон остался? — обратился «Порох» к нашему снайперу. — Можешь глянуть, как там дела? Завалило проход?

— Да, дрон там остался, — ответил тот. — Только вот связи с ними нет. Очень уж глубоко мы забрались.

— А как же у подрывника сигнал дошёл до туда? — хмыкнула Ольга.

— А вот это не ваше дело, госпожа, — резко ответил тот. — У экспертов по взрывчатке свои технологии.

— Ладно, будем считать, что там всё завалено, — подвёл итог наших дебатов «Кулак». — Двигаем в направлении отеля.

— Погоди-ите, — вдруг потянул «Душегуб», глядя через прицел своего «Призрака» наверх. Туда, где начинался эскалатор. — Не знаю, что вы там завалили но дикие, похоже, этого не ощутили.

Мы тоже посмотрели наверх. Даже невооруженным взглядом через ночное зрение КИОСа было отчётливо видно, как беспорядочная толпа мчится вниз по эскалатору.

Похоже, завалить вход в подземку не удалось. Мы и впрямь загнали себя в ловушку.

Глава 25

Тоннель

Главное здание отеля в «Рязань ЭКСПО».

Концертный зал.

13 июня 2024 года.

Московское время — 18:17.

Взволнованный Император Пётр стоял за кулисами, в ожидании выхода на сцену. В его руках была электрогитара, которая для него служила наилучшим успокоением.

За свою жизнь Пётр выступал перед публикой, без преувеличения, сотни раз. В детстве начинал с кукольного театра. В школьные годы занялся вокалом и по-настоящему увлёкся гитарой. В старших классах, помимо пения и игры на музыкальном инструменте, уже был главным ведущим на всех концертах в местном районном доме культуры.

В студенчестве, разумеется, не обошлось без клуба весёлых и находчивых. Но, самое главное, на втором курсе он попал в состав рок-группы в роли гитариста. А ближе к пятому, когда главный солист покинул группу, Пётр сам возглавил её и стал совмещать игру на гитаре с вокалом.

В общем, Пётр любил сцену. А сцена любила его. А в моменты выступления он, словно был другим человеком. В нём не было страха, сомнения, стеснения. Он был самим собой. Сцена — это его стихия.

Тем не менее, каждый раз перед самым выходом к публике, Пётр волновался так, словно делает это в первый раз. Вот и сейчас, стоя за кулисами и волнуясь, он всеми силами пытался отвлечься, играя на гитаре. На как играя? Без электричества электрогитара нужного звука не даст, разумеется. Но Петру этого и не надо было. Руки аккорды помнили, а воображение само воспроизводило нужную мелодию.

Ну, а для пения электричество и вовсе не требовалось. Так он сейчас и делал. Елозя пальцами по грифу и перебирая струны, он полушёпотом пел одну из своих любимых песен, авторство которой принадлежит его тезке:

…И открыв глаза, мы идём ко дну,

Я хотел бы плыть, но опять тону,

Дай мне руку, друг, стань самим собой,

Всё взорвёт вокруг полукровный во-о-о-ой.

(Пётр Елфимов — «Полукровки»)

— Э-эм, Император, простите, — обратился к Петру мужчина в сером невзрачном балахоне. Перед этим он целых три минуты стоял за его спиной, не решаясь прервать песню.

— Дай угадаю, монах, — не оборачиваясь к последователю, произнёс Пётр. — Все уже собрались?

— Да, мой Император, — неуверенным голосом ответил монах. — Все уже возле Алтаря. Ждут, когда и вы выйдите к ним.

— Что ж, не будем заставлять их ждать.

С этими словами, аккуратно приставив гитару к музыкальной колонке, Император уверенным шагом вышел на сцену. Как только он увидел сотню людей в зале, всё его волнение резко сошло на нет, а разум наполнился абсолютной уверенностью.

— Приветствую вас, воины Империума, — разведя руки в стороны, как рок-звезда, провозгласил Пётр.

— За Бога Императора!!! — в один голос отозвались все, кто был в концертном зале.

Впрочем концертный зал таковым теперь не являлся ни по названию, ни по применению. Это был Алтарь. Ведь именно сюда упал осколок астероида, который местная община провозгласила святым. Для них это было знамением с небес, позволившим выжить, в то время, как тысячи и тысячи людей вокруг потеряли свой разум. А Пётр, сумевший собрать остатки выживших в единое целое, был назван Богом Императором.

Сам осколок лежал на металлическом постаменте перед сценой. Вокруг него располагалась целая аллея из свечей. Во все стороны от осколка тянулись ветви корней. Они опутывали собой все стены, пол и потолок. Углублялись далеко под землю, уходили за стены этого зала и даже взобрались высоко вверх до самой крыши отеля. Это помещение и вся местность в округе напоминала буйно-растущие джунгли посреди техногенной катастрофы.

— Братья, — обращался Пётр к публике. — Наконец-то настал тот день, которого мы ждали. Богиня предупреждала нас, что это произойдёт. И это произошло. Они пришли.

Люди смотрели на Императора, не отводя глаз. В прошлом все они были увлечёнными геймерами и фанатами комиксов. И это сильно сплачивало их придавало веру в своё предназначение. С каждым днём они всё больше и больше укреплялись мыслью, что должны построить новый мир на руинах старого.

Обычно, стереотипы рисуют подобных гиков в виде школьников, которые только и думают о своих видеоиграх. Но здесь собрались по большей части люди взрослые. Причём многие из них были хорошими специалистами в своих областях. Среди них присутствовали врачи, инженеры, изобретатели и многие другие. Были даже спасатели и военные.

В общем, как они думали, у них были все шансы для построения новой цивилизации с претензией на покорение космоса.

— Сегодня, — продолжал свою речь Пётр, — на другой стороне зомби-кольца были замечены враги. И враги сильные. Они прибыли на бронированное технике и дали отпор всем зомби, которых встретили на пути. Буду честен перед вами, сражались они достойно, не хуже нашего.

— Техномаги, не иначе, — вдруг кто-то в зале не удержался от комментария. А затем начал озираться по сторонам, опасаясь наказания за то, что посмел вставить реплику, пока говорил Император.

— Не знаю, брат, кто они, — Пётр же не придал этому значения. — Но точно знаю, что они прибыли с мёртвых земель. Знаю, что, несмотря на то, что они убивают наших врагов, они нам не друзья. И мы должны защитить Империум от их вторжения!

В зале зазвучали восторженные возгласы:

— За Императора!

— За Богиню!

— За Империум!!!

В этот момент на сцене появилось ещё одно действующее лицо. Это была девушка в призрачном облике. На её нагое тело была надета бесформенная полупрозрачная мантия…

— Богиня! — тут же взорвалась толпа. — Богиня явилась к нам!

— О, моя Богиня, — Пётр учтиво склонил голову перед девушкой. — Ты пришла, чтобы пролить на нас очередную мудрость?

Девушка грациозной походкой подошла к Императору и произнесла:

— Пётр, услышь меня, пожалуйста. Возьми семя, — она показала рукой на осколок. — И вместе со своим войском уходи отсюда. Как можно скорее. Бегите, как можно дальше. Вы не ровня тем людям, которые пришли. Вы не сможете противостоять им. А они здесь лишь с одной целью — уничтожить семя. Лишить меня доступа к вам. Они уже много раз так делали в других местах. И сделают снова.

В зале повисла тишина. Каждый раз, когда Богиня говорила, люди пребывали в ступоре. Ведь они не могли разобрать её слов. И при этом ощущали сильную головную боль. И, чем дольше она говорила тем сильнее мигрень становилась.

— Что она сказала, Император? — спросил один из последователей, когда девушка замолчала. Все они были убеждены, что Пётр понимал её слова. Ведь не даром он был их Богом Императором.

— Она дала нам решение, — посмотрев на девушку, ответил Пётр. — Она просит, чтобы мы немедленно атаковали чужеземцев, — впрочем, Пётр тоже не понимал слов Богини и потому интерпретировал её слова, как ему вздумается. — Они сейчас идут к нам через подземный тоннель. Так устроим им подобающий приём. Устроим им там братскую могилу! Выпускайте им навстречу меганобов! За Империум, братья!!!

— За Императора!!!

Толпа взорвалась в овациях и криках. А затем они, бросив всё, рванули на выход вслед за Императором.

А девушка, продолжая стоять на сцене, печально смотрела им вслед и горьким голосом говорила:

— Неужели не найдётся больше никого, кто сможет меня понять. Не может быть так, что только Максим слышит, что я говорю…

* Меганоб (из вселенной Вархаммер 40к) — закованные в мега броню орки, подобные шагающим танкам. Они способны выдержать град пуль и снаряжены мощным вооружением.

* * *

Рязань-ЭКСПО. Подземная ЖД станция №2.

Московское время — 18:19.

Мы на скорую руку раскидали по сторонам фосфоресцирующие палочки, чтобы немного оживить мрачную подземку. И заодно удостовериться, что здесь, кроме нас, больше никого не было. Впрочем, будь враги рядом, об этом бы тут же сообщил Фёдор. Он бы с помощью систем своего костюма быстро обнаружил затаившегося противника. Если, конечно, у того нет какой-нибудь особой способности, помогающей скрываться от любых глаз.

Сама станция особо ничем не отличалась от современных московских станций метро. За исключением большого количества трупов заражённых и явных следов боя. О последнем можно было судить по множеству характерных сколов на стенах. Не нужно быть большим специалистом, что их оставило стрелковое оружие. Кто-то здесь до нас нехилую бойню устроил.

— Мда-а, «Летящий», ты и впрямь летящий, — придавил «Кулак» взглядом подрывника Мирона. — Вырвать бы твои руки, сержант Жуков, а затем прикрепить туда, откуда они должны расти.

— Да я? Как же так? — не мог найти слов в своё оправдание Мирон. — Я всё рассчитал. Должно было…

— Хреновый ты счетовод! — продолжал напирать на него командир.

— Согласен, — хмыкнул пулемётчик Семён «Пух» Роков. Это был довольно упитанный мужчина, который своим телосложением очень напоминал того мультяшного персонажа, в честь которого и получил свой позывной. — Моя шестилетняя дочь и то бы лучше справилась.

Пока бойцы обменивались взаимной «симпатией», я и ещё четверо бойцов активно стреляли в сторону противников. До диких отсюда было чуть больше сотни метров, поэтому я впервый использовал прицел с четырехкратным увеличением в настоящем бою.

Как выяснилось, подрывник «Летящий», пока мы спускались, успел на всякий случай установить несколько растяжек на эскалаторе. А огнёметчик догадался разбрызгать зажигательную смесь рядом со взрывчаткой. Благодаря этому сейчас там, наверху, полыхало такое пожарище, что лишь немного твари решались проскочить через него. Чем очередной раз доказали нам, что они явно стали умнее. Или же башня, которая ими руководила, не пускала их в огонь.

— Чего делать-то будем теперь? — малость взволнованным голосом спросила Ольга, глядя на едва разборчивые силуэты диких за стеной бушующего пламени.

— Что делать, что делать, — спокойно произнёс «Душегуб» таким тоном, будто каждое утро сталкивается с такими грозными волнами врагов. — Хреначить по ним из всех орудий будем.

С этими словами он утопил спусковой крючок своего «Сумрака». Снайперская винтовка выстрелила настолько громко, что в воздух сразу же взметнулась вся пыль с ближайших поверхностей. А местами даже штукатурка с потолка посыпалась. Очередной раз я задался вопросом, что будет, если снять массивный глушитель с этого оружия? Это ж какая мощь в этой винтовке, если глушак почти не спасает? Или это наоборот, усилитель громкости? Надо будет уточнить этот момент.

— Будем дело делать или виноватых искать? — рявкнул «Порох», а затем с немого согласия «Кулака» дал общую команду обоим отряда. — Согласно плану, мы продолжим движение по тоннелю в сторону отеля. Но для начала немного бабахнем, — он окинул всех присутствующих взглядом. — Так, бойцы, все, у кого есть РПГ, мухой на эту линию. Заряжаем термобары и жахаем ими в топлу.

— А потом что? — удивилась «Милаха». — Ты же не думаешь, что на этом дикари закончаться? Или их это как-то испугает. Напоминаю, что их там несколько тысяч. Рано или поздно они всё равно нас догонят.

В подкрепление её словам со стороны вражеской орды раздался чудовищной громкости рык, от которого буквально задрожали все поверхности. Похоже, даже башням ничего не помешало протиснуться через завалы в подземку.

— Мы что-нибудь обязательно придумаем, — ответил девушке «Порох». — Но для начала попробуем задержать их немного, — он кивнул на пятерых бойцов, которые уже сидели на исходной позиции с заряженными термобарическими гранатами. — Стреляем поочередно по команде «Пуха», — последний тоже был в этой пятёрке. — Стараемся не только тварей прикончить, но и повредить эскалатор, чтобы спуск им малиной не казался. Всё, работайте.

— Первый — «Горец», — тут же принялся командовать «Пух». — ПЛИ!

Раздался глухой негромкий хлопок и граната полетела вверх в сторону стены огня. Но, не пролетев и полпути, снаряд зацепил один из фонарей, что были расставлены между линиями эскалаторов, отрекошетил, а затем ударился о стену. В итоге даже взрыва толком не произошло.

— Да что сегодня с вами не так? — увидев это, заорал «Кулак», подкрепив свои слова хлёсткой волной отборного мата. — Вас по объявлению что ли набрали? — затем он показал пальцем на подрывника. — А ты, «Летящий», быстро заминируй тут всё, пока эти «снайпера» так неприлично промахиваются.

Мирон молча бросился выполнять приказ, а «Пух» продолжил командовать стрелками.

Тем временем «Порох» подозвал меня к себе. пришлось прекратить огонь и выслушать, что он хочет.

— Слушай, «Инженер», ты же загрузил карты «Рязань-ЭКСПО»? — спросил он меня, подозрительно массируя рукой своё плечо. При этом по его лицу было понятно, что он испытывал не слабую боль. — Есть планы подземки?

— Что с плечом? — вместо ответа, спросил я.

— Да пустяки, не обращай внимания, — отмахнулся он. — Ну так что, есть у тебя карты?

— Да, всё есть, — кивнул я.

— Тогда посмотри, где там можно что-нибудь подорвать, потолок обрушить или ещё что-нибудь сделать, чтобы перекрыть путь этой орде, — объяснил Порохов мне задачу. — Сам видишь, «Милаха» полностью права. Нам тут не помогут обычные пострелушки.

В этот момент раздался мощный взрыв на эскалаторе. Второй боец справился со своей задачей на «ура» — зарядил прямо в толпу диких, стоявших за огненной линией.

— Понял, сделаю, — ответил я и тут же открыл в визоре файл с трехмерной картой «Рязань-Экспо» и быстро отыскал план-схему подземных тоннелей.

А боковым зрением заметил, как «Порох» переключился на ногу и начал усердно массировать её. Нет, это не «пустяк», как' выразился командир. С ним явно что-то не так. Также вспомнил, как примерно полчаса назад я ощутил боль во время ментальной связи с командиром. То есть, я почувствовал его боль. Ещё тогда я заподозрил что-то неладное.

Прозвучал ещё один взрыв, обогрённый душераздирающими воплями тварей. А «Пух» уже давал команду четвертому стрелку.

В этот момент раздался очередной рык башни. И одновременно с ним все дикие сорвались со своих мест и понеслись вниз по эскалатору прямо сквозь огонь. Похоже, они устали ждать, когда спадёт пламя.

Орда сейчас напоминала сходящую с гор сель, которая не знает преград. Мчались твари максимально хаотично. Многие из них постоянно спотыкались друг о друга, падали, а другие давили упавших.

Не припомню, чтобы на прошлых миссиях дикие были столь же агрессивными, как эти.

— А вот теперь нам точно пора, — объявил «Порох», глядя на приближающуюся орду. — Закругляемся и валим отсюда.

Все шестнадцать человек тут же бросились к правому тоннелю, который должен был привести нас прямо к отелю. Точнее, под него

— Ну что, «Инженер» нашёл что-нибудь? — прямо на бегу, спросил меня Порохов.

Несмотря на то, что у меня на всё про всё было буквально несколько секунд, справиться с поставленной задачей я успел. Хотя, если честно, мне ничего изобретать и придумывать не пришлось. Мы ведь, грубо говоря, находились на линии метро. И потому я заранее знал, что искать. Нужно было просто определить точное местонахождение искомого.

— Да, всё нашёл, — ответил я.

— И сколько взрывчатки потребуется? — тут же включился «Летящий». — Если что, то у меня немного осталось.

— Ничего взрывать не придётся, — сказал я ему.

— Это как? — насторожился тот?

— Вот так, — я спрыгнул на рельсы одним из последних

Здесь я сразу же ощутил запах, похожий на жидкое горючее. А затем увидел, как огнемётчик обильно разбрызгивал зажигательную смесь на рельсы, стены и даже потолок. И при этом недовольным взглядом награждал всех, кто проходил мимо него и тем самым заставлял делать паузу.

— «Летящий», у тебя осталось что-нибудь с дистанционным взрывателем? — выкрикнул огнемётчик Мирону.

— Ничего такого больше нет, — ответил тот на бегу. — Но думаю «Вдовы» с этим справятся.

— Тогда ставь их скорее!

Не говоря больше ни слова, Мирон быстро установил на шпалы несколько небольших мин, похожих на зелёный шайбы. Как он сказал, активируются они, когда на них кто-нибудь наступит. А, с учётого того, какая орава нас преследовала, наступят на них непременно.

— Ну так что ты нашёл? — задал мне вопрос «Порох», когда мы пробежали пятьдесят метров по тоннелю. — Как можно перекрыть путь этим гадам?

— Да всё просто, — ответил я. — Там впереди есть гермозатвор.

— Серьёзно? — почему-то Ольгу это удивило. — Они тут что, к ядерной войне готовились?

— Вообще-то, — пояснил я. — гермозатворы устанавливают в подземных тоннелях не только на случай ядерной войны. В первую очередь это делается на случай затопления и прочих происшествий. И уж только потом инженеры задумываются о других угрозах.

— И где этот твой затвор? — уточнил «Кулак». — Далеко? А то твари явно быстрее нас бегают.

— Ещё триста метров, — я даже показал рукой вперёд.

— Погоди-погоди, — хмыкнула «Милаха». — Как я понимаю, гермозатвор — это здоровенная тяжеленная дверь, которую не сдвинешь. Так?

— Так, — кивнул я. — Но там есть механизм, который всё сделает за нас.

— Но ведь электричества нет? — не сдавалась девушка.

— Как это нет? — хохотнул Борис. А затем щёлчком пальцев высек несколько искр. — Энергии подадим столько, сколько потребуется.

— Ты, мужик, с этим аккуратнее, когда находишься рядом со мной, — рыкнул на «Меха» огнемётчик. — Я вообще-то топливо на себе тащу.

Про то, что гермозатвор при необходимости можно закрыть и без электричества, говорить не стал. Ведь, в нашем случае, руками толкать многотонную дверь всё равно не придётся. У нас был живой электрогенератор Борис.

Когда преодолели ещё полсотни метров, сзади раздался взрыв. Похоже, орда уже спустилась по эскалатору и налетела на установленные там растяжки. Затем раздался очередной рык башни. А следом за её рыком сдетонировали «Чёрные вдовы», которые оставил на рельсах наш подрывник.

Тут же вспыхнуло мощное пламя, которое разом подожгло десятки диких. Тоннель заполнился пронизывающими до мозга костей криками боли.

— Ускоряемся, ускоряемся! — проорал «Кулак». — Ещё двести метров до затвора

Мы уже бежали без оглядки. Благо на пути враги нам не встречались. Хотя вот их трупов под ногами было довольно много. Как и на станции. А беглого взгляда на их тела мне хватило, чтобы увидеть пулевые ранения. Это кто же здесь применял огнестрельное оружие? Неужели и в этой зоне мы встретим сошедших с ума перебежчиков? Этого только нам не хватало.

— Не отстаём! Бежим, бойцы! — продолжал кричать «Кулак».

Ещё сотня метров осталась позади. До гермозатвора отсюда было всего ничего.

И тут перед нами внезапно образовалась развилка. Один тоннель продолжал уходить прямо, а второй круто забирал влево.

— Это что ещё за сюрприз? — стремительно приближаясь к развилке, прокричал «Порох». — Инженер, куда нам здесь?

— Прямо! — сразу же ответил я.

А сам я снова открыл карту подземных коммуникаций. Не то, чтобы я не был уверен в направлении. В этом я нисколько не сомневался. Меня встревожило другое. То, что я не помню, чтобы в план-схемах была указана эта развилка.

Уже через пару секунд я в этом убедился. В картах и впрямь не было никакого ответвления, отчего в голове тут же засвербило от весьма логичного вопроса. А куда, собственно, ведёт левая ветка? Туда, куда я думаю? В секретный бункер?

Мда-а, очень непростое место.

Позади нас активировалась вторая ловушка, оставленная дуэтом огнемётчика и подрывника. Снова по ушам ударило болезненным криком заражённых.

— Твари догоняют нас! — объявил Фёдор. — Если не ускоримся, можем не успеть до затвора.

— Вы слышали его, мальчики и девочки, — тут же взорвался криком «Кулак». — А ну, поднажали! Бежим, как в последний раз.

Враги уже приблизились к нам настолько, что я начал замечать красные точки на своей миникарте. А это означало, что нас с ними разделяло меньше пятидесяти метров. Именно такой радиус я выставил на радаре.

— Вот он, — вскрикнул «Мех», который бежал со своим тяжеленным «Печенегом» впереди всех. Похоже, силу и выносливость он прокачал лучше нашего. — Даю свет.

В следующий миг зажглись все имеющие лампочки. От такого яркого света, который вспыхнул уж слишком неожиданно, я на пару секунд даже ослеп.

Затем поблизости затрещали какие-то механизмы, что-то заскрипело. Жаль, что вентиляция не заработала, а то качество здешнего воздуха оставляло желать лучшего.

«Мех» самостоятельно подбежал к приводу и провёл с ним все необходимые манипуляции, словно не первый раз это делает. И уже через пару мгновений гермозатвор начал закрываться.

А затем, предварительно отбежав на десять метров от гермозатвора, мы встали плотной стеной, чтобы встретить градом огня всех, кто успеет прорваться к нам.

И таковых оказалось немало. Обезумевшие твари, словно лавина, рванули к нам через сужающийся проход. Наши автоматы и пулемёты тут же застучали пулями по врагам, не оставляя им не единого шанса приблизиться к нам. По крайне мере, до того момента, пока у нас оставались бы патроны. Или же одна из башен добралась бы до нас раньше времени.

В какой-то момент дикие навалились на гермозатвор так плотно, что мне показалось, что они смогут прервать процесс закрытия. Или, что ещё хуже, начнут раскрывать его обратно. Но, к нашему счастью, механизмы были сделаны на совесть. Несмотря на все вражеские потуги, дверь продолжала перекрывать путь заражённым.

До полного закрытия гермозавтра понадобилось чуть меньше минуты. За это время мы успели расстрелять порядка трёх десятков диких. Можно было сказать без преувеличения, что мы находились буквально на волосок от смерти.

— Ну вот и всё, спаслись, — выдохнула «Милаха», перезаряжая свой «Калаш».

— А они точно не пробьют эту воротину? — с недоверием глядя на гермозавтор, спросила «Ведьма».

И прямо в этот момент с той стороны по ней ударили чем-то очень тяжёлым. А затем удар повторился. Похоже, твари, предпочли не сдаваться.

— Запас прочности у этой двери огромный, — ответил я. — Но мы не знаем, какие сюрпризы прячут в рукавах башни. Вдруг у них есть способности плавить металл?

— Или ходить сквозь стены, — усмехнулся Борис. — Они ведь как-то умудрились через завалы пробраться. По логике и здесь что-нибудь придумают.

— Что бы там ни было, у них уйдёт какое-то время, чтобы справиться с гермозатвором, — хмыкнул «Порох», массируя своё плечо. — Если у них что-то и получится, мы всё равно уже будем далеко отсюда.

— Согласен, — кивнул «Кулак». — Двигаем дальше. «Инженер», сколько там до отеля осталось?

Но не успел я ответить, как нам в глаза ударил свет фонарей. Разумеется с той стороны тоннеля, в которую нам нужно было идти. Эти фонари были настолько яркими, что невозможно было разобрать, кто решил нас таким образом поприветствовать.

Мы тут же разбежались по сторонам и вжались в стены.

— Это что ещё за чудо? — напрягся «Душегуб». — Откуда взялись? Как пропустили?

— «Ключ», видишь там кого-нибудь? — спросил Фёдора «Порох».

Через секунд десять тот ответил:

— Люди, много людей. Живые, не дикие. А ещё… Вот это да-а…

— В чём дело? — прорычал «Кулак». — Что ты там такого увидел?

Но ответь Фёдор не успел, так как со стороны света загромыхал громкоговоритель:

— Чужаки! Вы вторглись на территорию Империума. Именем Бога Императора, даём вам один единственный шанс, чтобы немедленно покинуть наши земли. Либо умрите прямо здесь. Что выберете?

— Я не ослышалась? — протянула Ольга. — Он сказал «Империум»?

— Так и сказал, — подтвердил «Ключ». — Что ж, вот мы и добрались. Добро пожаловать на Comic Con.

Заключение. Старт нового тома!

Окрестности Путоранского заповедника.

Точное место — неизвестно.

Время — неизвестно.

Капрал Питер Хейст с позывным «Инсейн» остановился на крутом скалистом берегу бурной реки. Светило яркое солнце, но никаких бликов от него на воде не было. Более того, все местные объекты даже тени не отбрасывали.

Такова была местная особенность аномальной зоны. Вечная хмурость с фиолетовой дымкой, витающей в воздухе.

— Капрал, дело плохо, — услышал «Инсейн» голос позади себя. К нему обращался один из членов его группы Коко Рамбо. Латиноамериканец, когда-то лишившийся правого глаза на одной секретных операций. — Сэм больше не может держаться. Он вот-вот отдаст концы.

— А медик нам на что? — огрызнулся Питер Хейст.

Вместе с иммунитетом и сверхспособностью, он получил и негативную черту. Его голос огрубел настолько, что стал походить на звериный. И, чем сильнее «Инсейн» прокачивался, тем больше усугублялась эта проблема. Это ему очень не нравилось, и потому он предпочитал молчать. А, когда обстоятельства вынуждали его говорить, он начинал из-за этого злиться.

— Мэтью не в силах что-то сделать, — ответил Коко. — Его целительная способность не в силах восстановить пробитую печень.

Питер Хейст резко развернулся и бросил недобрый взгляд на Мэтью, которому достался дар исцелять живых существ. Впрочем, пока его способность ещё не была сильно развита и он мог лечить только слабые раны. С серьёзными травмами, особенно с теми, что не совместимы с жизнью, он пока не мог справиться.

Затем «Инсейн» перевёл взор на раненого бойца. Тому во время предыдущий схватки с местными монстрами досталось сильнее всех. Если, конечно, не считать тех троих, что умерли на месте.

За последние пять часов группе американских морских котиков пришлось сразиться девять раз. В восьми из них бойцы успешно ликвидировали всех противников. А вот в последней схватке монстры оказались настолько сильными, что отряд потерял сразу трех человек. И ещё один получил смертельное ранение.

— Капрал, я всё, — боец из последних сил сорвал с шеи цепочку с жетонами и протянул командиру. — Отдай их моей жене и детям. Прошу.

Питер подошёл к раненому, присел возле него, забрал жетоны и произнёс:

— Бредишь ты, Брайан. Нет у тебя никаких детей. И жены никогда не было. Ни у кого из нас нет ни жён, ни детей. Да и сами мы, можно сказать, не существуем. Вся наша семья находится прямо здесь, — «Инсейн» прикоснулся ладонью к груди раненого бойца. — Прощай, брат. Скоро увидимся.

Тело Брайана вздрогнуло, будто его ударило током. А затем из его груди начала выходить тёмно-серая дымка, которая сразу же впитывалась в ладонь капрала. Со стороны могло показаться, что «Инсейн» вытягивал душу из бойца. Впрочем, примерно так он и было. Ведь Питер умел забирать энергетические тела одарённых, не теряя при этом цветных элементов, которые были у жертв.

Брайн перестал дышать, его кожа побледнела так, словно он умер уже давно.

— Держи Мэтью, это тебе, — капрал Хейст поднялся на ноги и ударил ладонью по груди медика. От удара серая дымка мгновенно перекинулась в тело Мэтью. Таким образом командир передал ему все цветные элементы умершего Брайана. — Развивай свой навык. Нам нужен медик, который сможет лечить любые раны. Чтобы даже с того света доставал павших бойцов, — Питер вернулся к берегу. — Нам до астероида еще 150 миль идти. А мы потеряли половину отряда, не преодолев и десяти. Придётся задержаться здесь, чтобы поднять свои силы. Хотя бы раза в два.

Затем он глянул на наручные часы, которые вместо времени показывали количество чёрной основы — 7345 грамм.

Друзья! Четвёртый том завершён. Читайте пятый том прямо сейчас по этой ссылке — https://author.today/reader/329469

Не забудьте, пожалуйста, добавить его в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы. Спасибо, что продолжаете читать ;)

Content

Симбиоз 4. Внедрение

Глава 1 Еще повоюем!

Глава 2 Визор

Глава 3 Старый знакомый

Глава 4 Непробиваемый

Глава 5 «Есть пробитие»

Глава 6 Выбор

Глава 7 Причина

Глава 8 Мы на войне

Глава 9 Новые знакомства

Глава 10 Алла

Глава 11 Совет

Глава 12 Мемориал

Глава 13 Они не готовы

Глава 14 Глобальная паутина

Глава 15 Пушистик

Глава 16 Рабочая методика

Глава 17 Неутешительные выводы

Глава 18 Разоблачающий холод

Глава 19 Мир накаляется

Глава 20 Эпицентр ужаса

Глава 21 Горячий прием

Глава 22 Смена плана

Глава 23 Бросок

Глава 24 Спуск

Глава 25 Тоннель

Заключение. Старт нового тома!