Алексей Аржанов, Виктор Молотов

Моя Теневая Империя

Глава 1

Это была поистине кровавая ночь. Я лежал на мокрой земле, а в небе сияла красная луна.

Встал, не обращая внимания на боль и смертельные раны. Да я ещё не сдох только благодаря собственной магии. И теперь лишь вопрос времени, когда жизнь оборвётся. Но… на то мы и некроманты, чтобы уметь восставать из мёртвых.

Мой учитель подходил не спеша, словно хотел насладиться моментом моего убийства.

Хах! Ну уж нет. Я не позволю ему захватить этот мир.

Не позволю!

Перед глазами всё расплывалось, но я собрал в себе силы на последний удар. Чтобы победить верховного некроманта и не дать ему погрузить весь мир во тьму.

— Ты на ногах не стоишь, сдавайся. И будем править этим миром вместе, — усмехнулся он.

— Ты собрался править мертвецами, — процедил я.

— А если не сдашься, ученик, то скоро сам присоединишься к моей армии.

За его спиной стояли тысячи мертвецов. Чокнутый псих! Ладно бы кладбища воскрешал, а он живых убивал для создания своей армии.

— Нет, — отрезал я и раскинул руки.

Раньше я мог максимум тысячу мёртвых поднять. Но сейчас пора и мне стать верховным! А иного выбора нет… Либо я убью этого психа, либо он уничтожит весь этот мир.

Поэтому в свой приказ я вложил всю магию, что только была у меня. Использовал все свои умения по контролю над мёртвыми.

— Подчинитесь, — прошептал я, и этот голос услышал каждый…

Каждый мертвец на этом поле боя обратил свой взор ко мне.

— А теперь убейте его, — я указал на ошарашенного учителя.

— Как… как ты это сделал?

— Не ожидал? — усмехнулся я, а из уголка рта потекла липкая струйка крови. — А вот так, ученик превзошёл своего учителя.

Ближайшие мертвецы окружили его толпой. А он уже не мог забрать управление на себя, как ни пытался.

— Сдохни, — сказал я без сожаления, лишь заслышав крики верховного.

Теперь у меня лишь один путь — воскреснуть личем. За всю историю только у трёх некромантов это получилось. Что ж, пора мне стать четвёртым.

Хах. А магии на поддержание жизни-то уже не осталось. Ну ничего, соратники сделают всё, как надо. А вот и они, уже бегут.

Бегите, бегите, мне всё равно для превращения в лича придётся в земле пяток лет полежать.

А вот как они подбежали, я уже не видел. И на душе стало так легко. Я впервые узнал, как же прекрасна смерть. Но для таких, как я смерть — это не конец. Смерть — это только начало…

* * *

Я очнулся на похоронах, когда услышал скорбный монотонный голос:

— Сегодня мы собрались здесь, чтобы попрощаться с Константином Матвеевичем Владыкиным…

Вслед за этими словами послышался надрывный женский плач на фоне траурной музыки.

Кто там скулит прямо над моей гробницей? Совсем, что ли, страх перед верховным некромантом потеряли?

Я никак не мог разлепить глаза после долгого сна. И это мне не нравилось, ведь я должен был стать личем — верховной нежитью. А нежити, как известно, глаза не нужны! Так какого фига, спрашивается?

— Он ушёл слишком рано, и все мы потрясены этой потерей… — продолжал мужской голос.

Ах вот оно что! За эти годы над моим склепом успели организовать кладбище. Судя по всему, рядом со мной кого-то хоронят. Хорошие новости, ведь это мне только на руку! Как только выберусь из гробницы, сразу же подниму свежую армию мертвецов. Мне уже не терпится узнать, как сильно изменился мир за пять лет.

Вряд ли мои братья-некроманты смогли достичь такого же могущества и стать личами, как и я. Они должны были помочь восстановить после кровавой войны.

Уже предвкушаю страх, который испытают родственнички умершего, когда из соседней могилы поднимусь я. Меня всегда забавляло, какой фурор производит восставший мертвец. Вахахах!

Мне удалось сделать вдох и открыть глаза, и уже на этом моменте я понял — что-то идёт не так. Ведь мои лёгкие, глаза, да и все прочие органы остались в специальном сосуде — в филактерии. Туда их должны были положить соратники сразу после погребения.

В нос ударил запах свежевыкопанной кладбищенской земли, а глаза защипало от яркого солнечного света. Беглым взглядом я оценил обстановку. Шея жутко затекла, поэтому с ходу обеспечить себе хороший обзор мне не удалось.

Одно я понял чётко — моё тело лежит в гробу. К этому мне как раз не привыкать. Вопрос в том, откуда у меня это тело и почему со мной прощается столько людей? У меня даже столько знакомых не было. Если не считать тех, кто хотел меня убить.

Получается, что это меня хоронят, что ли? Да что ж за чертовщина со мной случилась?

— … и да упокоится он в земле, и да отправится он к богу нашему — Солнцу, — заключил мужчина в белой мантии. Жрец, судя по всему.

Нет, ну это уже чересчур. Что проклятый жрец забыл на моём кладбище? Мне казалось, что мы ясно дали понять этим богобоязненным хлюпикам, что мёртвые земли — наши земли.

Я, громко хрустнув спиной, поднялся и хмурым взглядом осмотрел своих «гостей». Жрец замолчал и выронил жезл, который с гулким стуком ударился о заготовленную для меня могильную плиту.

— Ну и что, спрашивается, вы здесь устроили⁈ — прохрипел я.

Я планировал прокричать эти слова так, чтобы все сосуды для цветов на кладбище полопались, но высохшее горло не позволило.

Высокая женщина, чьё лицо было скрыто чёрной траурной вуалью, громко всхлипнув, прошептала:

— Костя… — и упала в обморок.

Её тут же поймал статный светловолосый парень, чей взгляд метался, то на меня, то на упавшую женщину.

— Мама! Мама! — повторял он, потряхиваю её за плечи.

— В-вызовите бюро по контролю чёрной магии! — закричал жрец, поспешно подбирая свой жезл. — Срочно!

— Спокойно, Ваше Благовестие, я из бюро, — заявил блондин, бережно опустив свою мать на землю. — Я сам наложу печать на брата.

Его взгляд прожигал меня насквозь. Парень потянулся к карману белого камзола.

— Унесите её в безопасное место! — скомандовал он, передав потерявшую сознание женщину слугам.

Не понял, а кого это он братом назвал? Меня, что ли? Это вряд ли… Этот блондин никак не может быть моим братом. Мои младшенькие были страшнее чёрта!

— Стойте, Роман Матвеевич, не делайте этого! — крикнул моему, так называемому брату, жрец. — Сотрудникам бюро запрещено ставить печати на своих родственников! Это должен сделать кто-то другой. Я уже вызываю ваших коллег, подождите минуту.

— Ну-ка быстро все заткнулись и отошли от меня со своими печатями! — прокашлявшись, пригрозил я и выбрался из гроба. — Вы совсем идиоты? Я — верховный некромант. Не советую приближаться ко мне даже на метр.

В последние слова я намеренно вложил угрозу, поскольку не хотел кого-либо увечить без веской надобности. К этому моменту большая часть людей уже с криками разбежалась. Остались только я, жрец и Роман.

Роман Матвеевич послушно поднял руки и сделал шаг назад.

— Спокойно, Кость, — произнёс он, глядя мне в глаза. — Это чёрная магия в тебе говорит. Это — не ты. Потерпи немного, сейчас тебе поставят печать. И ты станешь таким, как прежде.

Риск оказаться запечатанным меня совсем не привлекал. Не знаю, о чём говорят эти сумасшедшие, но так просто я им не дамся. Я мысленно потянулся к своей магии. Некромантия тихо отозвалась томным гудением в моей груди. Какое же приятное чувство.

Подниму мертвецов. И оставшиеся храбрецы тут же покинут кладбище. Хах! Раньше это всегда срабатывало, значит и спустя сотни лет должно сработать.

Однако сотворение заклятье мне пришлось прервать, поскольку внимание привлекла надпись на могильной плите: «Константин Матвеевич Владыкин. Годы жизни: 2002–2024».

М-да… Прошло явно не пять лет. А все пятьсот!

Значит, все мои соратники давно мертвы, а во время ритуала что-то пошло не так.

На изображении, прибитом к плите, была фотография юноши.

— Он вспоминает… — прошептал жрец. — Помогите ему!

— Костя! Константин, слышишь меня? — вновь обратился ко мне Роман. — Видишь фотографию? Узнал? Это — ты, брат. Что бы тебе ни внушала чёрная магия — это ты!

Его голос срывался на крик, и это лишь раздражало.

— Да тихо ты! Думать мешаешь! — отмахнулся я и взглянул на свои ладони.

Тонкие пальцы, ни одной язвочки, ни одного шва. Все свои — ни одного пришитого. Нет! Это точно не руки верховного некроманта… Неужели боги надо мной подшутили?

Или это происки других некромантов? Вот это более вероятно. Эти слабаки до жути меня боялись и могли решиться на подлянку только после проведения ритуала обращения в лича.

Я потрогал своё лицо, провёл ладонью по непривычно густым волосам.

Всё, приехали. Этот кусок полусдохшей молодой плоти — точно не моё тело. Пока жрец с Романом присмирели, я обратил свой взор внутрь тела — в самые глубины.

Ну и бардак… Судя по состоянию органов, ещё чуть-чуть — и они начали бы гнить. Да это попросту унизительно. Я — некромант, а не жалкий безмозглый зомби!

— Позор на мою семью, — вздохнул Роман и пошагал ко мне.

— Роман Матвеевич, что вы делаете⁈ — закричал жрец.

— Плевать на законы! Отчитываться перед руководством мне, а не вам. Я сам поставлю печать, пока ещё не поздно, — произнёс он.

Роман Владыкин достал из кармана футляр, из которого тут же выскользнул лист заговорённой бумаги. На ней был изображён символ бога Солнца.

Давно я эту ересь не видел.

— Не дёргайся, Костя, я просто… — бормотал он, протягивая свои руки ко мне.

— Отошёл, — сказал я и толкнул его правой рукой.

Собрав некротическую энергию из всех омертвевших тканей в своём теле, я выпустил из своей ладони заклятье «гниль». Благодаря этому трюку я смог одновременно исцелить своё тело и наслать проклятье на родственничка.

Как только моя магия коснулась камзола Романа, кладбище осветила яркая вспышка, и мой «брат» отлетел в сторону, сбив своей широкой спиной одну из могильных плит.

Ого! А одёжка-то пошита из осветлённой ткани. Неплохо, очень даже неплохо. Проклятья ему удалось избежать.

Выходит, он не такой уж и прост, как кажется. Скорее всего, светлый маг третьего или четвёртого ранга.

Но всё равно вышло слабовато. Моя некромантия откатилась до самого зачатка. Куда делась мощь, которую я наращивал всю прошлую жизнь⁈ Ох, не знаю, какой глупец решил, что засунуть меня в это тело — хорошая шутка, но я ему точно кадык вырву при встрече. А потом воскрешу и повторю всё ещё раз!

Жрец начал нервно читать молитвы, взмахивая перед собой жезлом. Я медленно перевёл на него взгляд и жутко ухмыльнулся.

— Сгинь, — посоветовал я и махнул рукой. — Эта фигня на меня не работает.

Но мужчина не замолкал. Точно решил вывести меня из себя! Ох, это он зря!

Вдалеке за спиной жреца появились силуэты трёх мужчин в белых одеждах. Они неслись к нам, точно дикие зомби к свежим мозгам.

Плохо дело. С нынешним уровнем тёмной магии я едва ли смогу даже самого свежего мертвеца из могилы достать. Бежать не вариант, а сражаться слишком рискованно. Придётся решать проблему другим путём.

— Костя, пожалуйста, не сопротивляйся им, — взмолился Роман, пытаясь подняться на ноги. — Тебе не причинят вреда, только закроют развитие тёмной силы печатью и поставят на учёт. Даю тебе слово!

— А? — удивился я и взглянул на белый клочок бумаги, который лежал под моими ногами.

Лишь повторно рассмотрев рисунок печати, до меня дошло, что на самом деле со мной хотят сделать.

Запечатать дальнейшее развитие моей магии? И всего-то? Тьфу!

Я с трудом сдержал смех.

А я-то думал, они хотят извлечь из меня магический источник и оставить безмозглым овощем. Но нет, на такое способен только высший маг света, и уж никак не эти дилетанты. А эту низкоуровневую дрянь я с себя быстро снять смогу. Я этих жрецов, как облупленных знаю. Было дело — уже снимал с себя такие оковы. Хотя этот вид печати даже оковами стыдно называть. Скорее уж обыкновенная повязка на глаза. И то прозрачная.

Вот он — оптимальный вариант. Смогу избежать боя, и выйти из ситуации победителем. Так уж и быть, дам солнцелюбам наложить на себя печать. Пусть потешат свою гордость.

Я широко распахнул руки и воскликнул:

— Уговорили, господа! Я весь ваш!

Трое сотрудников бюро налетели на меня, чуть не сбив с ног. Двое сразу же схватили меня под руки, а третий — рыжебородый мужчина — проговорил заклятье и ударил печатью по моей груди.

— Слава Солнцу! — воскликнул жрец. — Вы как раз вовремя, господа. Я еле удержал этого осквернённого юношу.

— Да ты бы хоть попытался приличия ради, — рассмеялся я.

Голос дрогнул.

По моим венам пробежала волна светлой магии и сковала сердцевину моего тёмного начала.

Какая же всё-таки мерзость — эта ваша светлая магия. Плеваться хочется, но не могу позволить себе такую вольность на драгоценном кладбище.

— Всё, ведём его в штаб, — скомандовал рыжий. — Роман Матвеевич! Чего разлеглись? Или вам особое приглашение требуется?

Похоже, этот бородатый — у них главный. Ну надо же, светлые маги впервые за тысячи лет научились создавать иерархию! Эта эпоха не перестаёт меня удивлять. Ещё и печати эти слабенькие… Такое ощущение, что этот мир забыл, что такое — тёмная магия.

— Простите, Фёдор Ильич, — ответил Роман, отряхивая камзол. — Растерялся. Всё-таки сами понимаете… Тёмная магия, да ещё и в младшем брате.

— Да не переживайте вы так, — улыбнулся Фёдор Ильич. — Всё хорошо будет с вашим Костиком.

— Фёдор Ильич, я только прошу вас — будьте с ним аккуратны, — нахмурился Роман. — Мне кажется, мозг Константина уже поддался разложению. Боюсь, он потерял рассудок.

— Да? — нахмурился бородач. — Константин, узнаёшь меня?

— С трудом, Фёдор Ильич, — солгал я. — Совсем скверна голову одурманила.

Как же всё-таки смешно заигрывать со светлыми. Так полагаются на свои печати, что даже допустить не могут, что я их за нос вожу.

— Видите, Роман Матвеевич? — светлый маг похлопал меня по плечу. — Действует печать! Сейчас мы его в штаб привезём, на учёт поставим и домой отпустим. А как отоспится — совсем другой человек будет. Да, Константин?

Другой — не то слово. Он даже не представляет, насколько оказался прав!

— Да вы побыстрее меня увидите с этого кладбища, — поторопил светлых я. — А то, боюсь, опять мной тёмная магия овладеет.

— И то верно, — кивнул Фёдор Ильич. — А вот и здравомыслие вернулось, — он махнул своим бойцам и отдал команду. — Ведите его в машину.

Хорошо, что я успел убрать омертвление из своего мозга. После смерти этого тела большая часть воспоминаний развеялась, но некоторые общие знания всё же остались. Благодаря этому незатейливому трюку я, по крайней мере, не так сильно удивился новым технологиям, которыми пользовались светлые маги. А в частности — машинам и мобильникам.

Болваны… И на что они потратили столько сил и энергии? На обычные механизмы? Нет бы магию свою развивать! И куда, чёрт возьми, скатился этот мир?

Так, погодите! Судя по надписи на могильной плите, прошло не меньше пяти веков. А я должен был всего пять лет пролежать в гробу и восстать личем… А не вот это всё.

Меня затолкали на заднее сидение автомобиля между двумя бойцами. Старший брат моего предшественника — Роман уселся за руль, а Фёдор Ильич расположился справа от него — на пассажирском.

Как только мы тронулись с места, светлые маги завели беседу.

— Эх, жаль мне вас, Роман Матвеевич, — вздохнул Фёдор Ильич. — За своих-то ребят я ручаюсь — никто вас не посмеет попрекнуть. Но другие наши коллеги точно начнут пальцем тыкать. Как это так — тёмная магия да в семье сотрудника бюро!

— Меня больше волнует, как воспримет эту новость отец, — ответил Роман. — Он сейчас на войне. На звонки не отвечает, только письма велит слать. Я не уверен, что до него весть о гибели Кости дошла. А уж когда он узнает, что в нём магия запретная проснулась…

Запретная? Ну, приехали… С каких пор тёмная магия под запретом⁈

— С отцом я поговорю сам, не беспокойте старика попусту, — заявил я, отыгрывая роль.

Роман обернулся и с удивлением взглянул на меня.

— Роман Матвеевич, на дорогу смотрите! На дорогу! — воскликнул Фёдор Ильич.

— Что-то это совсем на тебя непохоже, — хмыкнул Роман. — Ты раньше отца, как смерти боялся.

— Учитывая, что я только что вылез из гроба, смерть меня больше не тревожит, — усмехнулся я.

Посмотрел в окно и стал прикидывать варианты. Происходящее совсем мне не нравилось. Словно надо мной поработал умелый иллюзионист… Только вот тогда магия бы не работала.

А я чётко ощущал печать в груди… Мерзкую, противную. Так и хотелось выдернуть её.

Но пока нельзя. Иначе окружающие что-то заподозрят. А я ещё не восстановился после воскрешения, чтобы им противостоять.

Самым удобным для меня вариантом будет внедриться на время в эту семью. Раз уж я забрал тело их покойного младшего сына, то воспользуюсь ситуацией и разведаю обстановку через Владыкиных. Создаётся впечатление, что этот город захватили светлые маги.

Интересно получается… Может быть мир поделился? Тогда мне срочно нужно найти своих последователей! Остаётся надеяться, что хотя бы другие тёмные маги не растеряли своего былого величия и не ударились в развитие примитивных простолюдинских технологий, как эти солнцелюбы.

Вскоре мы прибыли в широкое каменное здание — штаб. Там и располагалось бюро по контролю так называемой тёмной магии. Бойцы вывели меня из машины и попросили следовать в учётный отдел.

— Ещё одного привели, Фёдор Ильич? — спросил сотрудник, что сидел на пропускном пункте штаба.

— А как же? Тёмные маги плодятся, как кролики, — усмехнулся рыжебородый. — У этого господина магия пробудилась аж на собственных похоронах. Никогда раньше о таком не слышал.

— Погодите-ка, — охранник смерил меня взглядом, а после, раскрыв рот, посмотрел на Романа Владыкина. — Роман Матвеевич… Так это ж ваш брат!

— Работой своей занимайся, а не слухи собирай! — рявкнул Фёдор Ильич и поспешил провести меня через пропускной пункт.

Меня с Романом оставили в комнате ожидания. Вскоре должен был подойти секретарь и завести на меня очередную пачку бесполезных бумажек. Любят же светлые записывать всё подряд. Попросту тратят дорогостоящую бумагу, из которой можно было бы чёрный фолиант сделать.

— Помилуй меня, Солнце, — вздохнул мой брат и уселся за стол напротив меня. — Завтра это будет знать всё бюро. Ты слышал? Тебя уже на входе узнали.

— Да расслабься ты, — пожав плечами, сказал я брату. — Подумаешь, тёмная магия пробудилась! Ну и что с того? Такая же магия, как и у всех остальных. Просто специфика у неё другая. Смерть, страх, разложение — красота!

Я не хотел сдерживать эмоций и выложил Роману то, что на самом деле думаю о своём тёмном ремесле.

Всё равно он считает, что я умом после воскрешения тронулся.

— Да неужели ты не понимаешь, что тебя могли убить⁉ — Роман ударил кулаком о стол. — Хоть раз в жизни подумай своей головой, Константин. Ты уже не ребёнок.

Скорее всего, я бы воскрес и во второй раз. Но сейчас не это главное. Нужно прояснить один момент, пока я не начал поднимать все кладбища.

— А с какой стати меня вообще должны убить? — спросил я. — Сосуществовали же тёмные маги со светлыми — и ничего.

Роман скривился то ли от моего заявления, то ли от других посетивших его голову мыслей.

— Чего ты, как яблоко гнилое, скукожился? — усмехнулся я. — Выкладывай, что думаешь.

— Ты совсем ничего не помнишь, да? — прищурился он.

— Да как-то после смерти туго думается, — ответил я и почесал затылок.

— Кость, не знаю, что тебе наплела эта скверна, но тёмная магия запрещена законом уже лет триста. Таких, как ты, запечатывают и ставят на учёт — это моя работа. И хорошо, если удаётся сделать это вовремя — до того, как сила начнёт развиваться. Тебе крупно повезло, что мои коллеги быстро прибыли на кладбище. Если бы Фёдор Ильич опоздал, тебя пришлось бы казнить. Ты хотя бы это понимаешь⁈

Я с трудом сдержал негодование. Это юное тело совершенно не приспособлено для скрывания эмоций. Сплошные гормоны. Даже после воскрешения!

Как это — тёмная магия запрещена? С какой стати? От неё ведь было столько пользы! Кто помогал общаться с умершими родственниками? Некроманты. Кто создавал самые сильные армии для государства? Тоже некроманты. А чёрные целители? Неужели и про них забыли? Этот мир точно спятил!

— Начинаю смутно припоминать, — хмыкнул я. — Только в толк не возьму, с какой стати тёмную магию запретили.

— Так и думал, что ты в школе просто так штаны просиживал, — съязвил Роман. — Про великое восстание мёртвых забыл? Да это даже дети знают…

— Молодчина, братец, — усмехнулся я. — Решил уделать своими познаниями истории человека, мозг которого был долгое время мёртв. Может, ещё экзамен мне устроишь?

— Ладно, Кость, прости, — опомнился Роман. — На тебя и так столько всего навалилось. А касаемо тёмной магии… Да тут и рассказывать-то особо нечего. После того как один некромант попытался захватить весь мир, светлые маги решили объединиться и взять под контроль всех тёмных. И как видишь, поступили очень даже гуманно. Мы не убиваем тех, в ком пробудилась тьма. Просто не даём ей дальше развиваться, и человек живёт дальше. Никаких казней и тюрем, если только того не требуют обстоятельства.

А вот и последствия войны, что развязал мой покойный учитель.

— То есть, если я начну балагурить, то ваше бюро сочтёт это обстоятельством? — уточнил я.

Роман нахмурился.

— Не нужно этого делать, Кость, — попросил он.

— Да я и не смогу, даже если захочу, — пожал плечами я. — На мне ведь печать. Дело уже сделано.

Не смогу, пока не сниму её. А избавлюсь от этих пут я очень-очень скоро.

— Если честно, — сказал Роман и огляделся, чтобы убедиться, что вокруг никого нет. — Я даже в какой-то степени рад, что в тебе эта магия проснулась, представляешь? Иначе бы я точно потерял своего младшего брата. Уже навсегда. Так у тебя хотя бы есть шанс на…

Я рассмеялся, тем самым перебив Романа. Пришлось несколько раз постучать по столу, чтобы успокоиться.

— Умора! — восстанавливая дыхание произнёс я. — Светлый маг радуется, что воскрес тёмный. Прямо-таки начало хорошего анекдота. Хоть барда зови, чтобы песню об этом сочинил.

— Рад, что к тебе вернулось чувство юмора, — обиженно насупился Роман. — Хотя, о чём это я? Раньше у тебя его вообще не было. Не припомню, чтобы мы хоть раз беседовали друг с другом больше пяти минут. Ты ведь из своей комнаты вообще на белый свет не вылезаешь.

Вот как? Эту пагубную привычку нужно загубить на корню. Надоели уже тесные помещения — гробов и склепов с головой хватило.

— Единственное, о чём я хочу тебя попросить, Кость, — продолжил брат. — Побереги нервы матери. Она души в тебе не чает. Я думал, что после твоей гибели, она уже не придёт в себя. Сам понимаешь — ты её единственный сын.

— Не понял, — нахмурился я. — Как это — единственный? А ты?

— Кость, я очень ценю, что твоя мать приняла меня, как своего, но всё-таки наша с ней связь — это нечто другое. Пойми, ей куда важнее её родной сын, а не тот, кто остался у отца от прошлого брака.

О, так мы сводные братья? Прямо-таки повеяло гнилостным ветром прошлого. Мои братья-некроманты тоже были от разных матерей. Видимо, иметь гуляющего папашку — это моё проклятье.

Дверь распахнулась, и в комнату вошёл мужчина со стопкой бумаг в руках.

— О, Владыкины! — хохотнул он. — Вот уж не ожидал, что вашу семью постигнет такая участь. Вы двое теперь, как инь и янь.

Роман опустил взгляд, испытав явный стыд из-за очередного упоминания о клейме, которым теперь отмечена наша семья.

— Я бы на вашем месте так не шутил, — бросил я секретарю. — И уж тем более не упоминал бы восточные учения. Вряд ли бюро это одобрит.

— Минуточку! — секретарь с грохотом уронил бумаги на стол. — Вообще-то, Китай — наши близкие союзники, и я имею полное право исп…

— Заканчивайте болтать и приступайте уже к делу, — перебил его я. — Поберегите нервы покойника.

Мужчина ничего не ответил, лишь покраснел и принялся судорожно заполнять бумаги. Время от времени он задавал мне рядовые вопросы, и я с лёгкостью отвечал на каждый из них до одного определённого момента.

— Как вы погибли?

— А? — замялся я. — Кстати, хороший вопрос. Ром, а как я погиб?

— Эпилептический припадок, — сказал Роман. — Никого в этот день не было дома, а сам ты не смог вызывать лекарей. Не успел.

Странно… Что-то непохоже. Не чувствую я в своей черепушке таких изменений.

Логика подсказывает, что Роман мне лжёт.

— Закончили, — подписавшись внизу документа, заявил секретарь. — Отныне, Константин Матвеевич Владыкин, вы обязуетесь посещать бюро каждый месяц. Вы будете состоять на учёте у Фёдора Ильича Зубова, который и наложил на вашу магию эту печать. Пока что можете быть свободны.

После муторной бумажной волокиты мы с Романом покинули бюро, и брат повёз меня домой.

— Это правда — про эпилептический припадок? — спросил я.

Брат долго молчал.

— Не знаю, — наконец ответил он. — Такое заключение выдал наш родовой лекарь.

— Думаю, меня отравили, — заявил я.

Роман, выпучив глаза, воскликнул:

— С чего ты это взял?

— Тёмная магия нашептала.

Роман нахмурился и не ответил. Ну, придётся привыкать. Ведь говорить о смерти — моя любимая тема.

На этом разговор с братом был окончен. К нашему родовому особняку мы подъехали молча. Хотя, особняком это место назвать было трудно. Обитель Владыкиных больше напоминала средневековый форт. Неприступную крепость, что разлеглась на отшибе.

Мрачновато. Мне уже нравится это место!

— Константин, мне нужно вернуться на работу. Я сегодня дежурю, — сказал Роман, когда я вышел из машины. — Убедительная просьба — до утра мать не беспокой. Ложись спать. Завтра проведём семейный совет и всё обсудим.

Я молча кивнул и направился к высоким воротам поместья, которое скорее напоминало настоящий замок. Как только машина моего брата исчезла за горизонтом, я резко развернулся и в предвкушении потёр ладони.

Мать тревожить не буду, а вот спать сейчас — точно не время.

Так-с… Где тут у нас ближайшее кладбище?

Глава 2

В поместье я заходить не стал. И на моё счастье, охраны у ворот не было. Но вдали виднелись фонарики патрулирующих территорию.

Да, в имении тоже надо разведать обстановку, выстроить связи… Но этим людям я пока не мог доверять. В отличие от мертвецов. Они врать и ставить магические печати не умеют. И точно не станут принимать меня за врага из-за тёмного магического источника.

— Посмотрим, где тут у нас мертвечиной пахнет? — пробурчал я себе под нос, напрягая чутьё некроманта.

А затем вышел из ворот особняка на дорогу. Фух, вроде охрана меня не заметила. Есть фора в пару минут, пока они не спохватились, что до дома я всё-таки не дошёл.

Может печать на мой магический источник и поставили, но инстинкты не отберёшь. Я столетиями приучал себя улавливать самые тончайшие запахи некротики. Уж что-что, а кладбище я за десятки километров учую. И этот давык даже смерть не отберёт.

И к счастью, одно кладбище нашлось буквально в пяти километрах от родового имения Владыкиных. Оно и неудивительно, особняк находился на окраине города, как и большинство кладбищ. Почему-то люди побаиваются жить рядом с местами погребений. Этого я понять не могу.

Как говорил в своё время мой учитель: «мёртвых бояться не нужно, нужно бояться живых». Правда, потом он сошёл с ума, но это уже другая история.

Но на мой взгляд, лучше вообще никого не бояться. Куда полезнее уметь вселять страх. Он прекрасно подпитывает запасы тёмной магии. Донельзя полезная эмоция.

Пока я добирался до ближайшего кладбища, наступила полночь. Посреди безоблачного чёрного неба засияла серебристая луна. Место захоронения оказалось не таким уж и большим, около четырёхсот могил.

Однако надпись над воротами кладбища меня не на шутку заинтересовала. Хм…

«Место упокоения третьего императорского пехотного полка».

О-о-о! А вот это — прекрасная находка. Обученные военному ремеслу мертвецы — идеальная основа для армии мёртвых. Правда, поднять их прямо сейчас у меня не выйдет. Но на будущее это местечко стоит запомнить.

Я распахнул ржавые скрипящие ворота и прошёлся мимо могил, с удовольствием вдыхая ночной кладбищенский воздух. Здесь пахло свежестью и мокрой землёй после прошедшего днём дождя.

Странно всё-таки получается. Для полноценного кладбища могил маловато, а для одного полка многовато. Судя по всему, с этим бойцами случилось что-то крайне нехорошее. И чем хуже была их судьба, тем проще мне будет снять печать. Пока что энергетику этого кладбища я не чувствую, но если она достаточно тёмная — печать солнцелюбов получится снять за часок-другой.

Я добрался до центра кладбища, поднял сухую палку и начертил на земле круг. После тщательно перепроверил все тёмные знаки, которые отрисовал вокруг него. Нельзя было ошибиться ни единой чёрточкой. Иначе можно случайно вместо снятия печати, дьяволу душу отдать. Знавал я таких «мастеров» некромантии. Не все понимали, что ремесло это требует осторожности, а потому наделали ошибок, которые в лучшем случае стоили им жизни.

Дилетанты.

Я сел на землю ровно в центре круга и прочёл древние заклинания. Затем положил правую руку на свою грудь, и ладонь быстро утонула в моей плоти. Пальцы тут же нащупали путы проклятущих светлых магов. Окутали ими моё новое сердце. Вот ведь собаки!

— Ну давай-давай, — шептал я, пытаясь нащупать конец этой белой нити.

Наконец, мне удалось подцепить печать… Я рассчитывал, что придётся ждать в этой позе несколько часов, пока всю нить не выдавит кладбищенская тёмная аура.

Но печать вырвалась из моего тела за долю секунды. И как только я освободился от оков, моё тело заполнил сладкий ужас.

— Ох! Вот это здесь атмосфера! — не удержался я.

Кладбище оказалось переполнено тёмной магией. Похоже, третий императорский полк положили некроманты или тёмные маги. Такого концентрата некротики я не ощущал с тех самых пор, как умер.

Я поднялся с земли и отряхнул со штанов кладбищенскую землю. Остаточная энергия светлой печати корчилась в агонии в траве под моими ногами.

— Да здравствует свобода! — воскликнул я и раздавил печать, как надоеливого таракана.

* * *

Светлый маг Фёдор Ильич Зубов споткнулся о порог заброшенного дома, чуть не вывернув себе ногу. И тут же схватился за грудь.

— Фёдор Ильич, что с вами? — Роман Владыкин подхватил своего коллегу под руку.

— А вы не почувствовали? — удивился он. — Магией тёмной чертыхнуло. Чуть сердце не остановилось. Должно быть, в доме до сих пор остались следы ублюдка, которого мы преследуем.

— Не почувствовал, — замотал головой Роман. — Честное слово.

— Значит, слабоваты вы ещё, Роман Матвеевич, — усмехнулся Зубов. — Ничего, я вас ещё поднатаскаю.

Роман Владыкин остановился у порога и задумчиво всмотрелся во тьму.

— Что-то видите? — напрягся Зубов. — Нет, простите, Фёдор Ильич. Задумался. Переживаю, что мы поздно наложили печать на Костю. Вдруг, он освободится?

— Смеётесь, что ли, надо мной, Владыкин? — обиделся Зубов. — Мою печать может содрать только очень могущественный тёмный маг. С очень чёрной душой. Вроде того, за которым мы с вами охотимся.

* * *

Я в предвкушении потёр ладони.

Что ж, раз уж эта дилетантская печать канула в небытие, хорошо бы теперь взглянуть, сколько сил мне удалось сохранить после своей смерти…

Я взмахнул руками и воскликнул на всё кладбище хриплым громогласным голосом:

— Восстаньте, о, мёртвые воины!

Голос — вот главное оружие некроманта. И результат зависит от того, сколько маны удалось в него вложить.

Из могилы около моей ноги вылезла костлявая рука и… Всё. Тишина. Больше никаких движений.

М-да… Вот это я понимаю — переродился в могущественного лича! Это что ж теперь, заново все силы восстанавливать? Долго, муторно, но деваться некуда. Даже одного мертвеца пока не удаётся поднять. Безобразие!

Есть, конечно, и другой — более быстрый способ вернуть утерянную силу. Найти филактерию, в которой хранятся мои органы. Так, я смогу вытянуть хотя бы долю былого могущества из своих замаринованных кишок.

Вопрос только в том — где она? Если я правильно ориентируюсь в воспоминаниях этого ходячего трупа, который стал моим новым телом, то сейчас нахожусь в столице Российской Империи — в Санкт-Петербурге.

Только я знать не знаю, что это за империя! В моё время не было ни такой страны, ни такого города. Это Русь матушку, что ли, так переименовали? Во дают…

Так или иначе смерть я свою встретил на землях Новгородского Княжества. Значит, там филактерию и нужно искать. Но к этому делу лучше приступить после того, как я смогу привыкнуть ко всем тонкостям современного мира. Ещё неизвестно, не запрут ли меня под замок Владыкины. А не хотелось бы. Убивать новообретённое семейство у меня нет желания. Всё же я не мясник какой-то.

Мои размышления прервал хруст веток. Стоило моим мыслям оборваться, и я понял, что всё это время рассуждал вслух. Дурная привычка ещё со стародавних времён…

Но ещё дурнее — игнорировать живых. Я приучил своё чутьё к поиску мёртвых тел, но при этом разучился ощущать присутствие живых существ. А судя по хрусту, я на кладбище я был уже не один.

И шумит точно не поднявшийся мертвец. Его-то как раз я бы легко почувствовал.

— Покажись! — потребовал я, повернувшись к широкому могильному камню.

Тихий шорох выдавал живое существо, скрывшееся за ним. Однако, услышав мой приказ, оно больше не решилось скрываться за монументом.

Из тени появился женский силуэт. Облачённая в чёрный балахон молодая шатенка выбежала на лунный свет и упала передо мной на колени.

— Я ждала тебя, владыка! — одарив меня безумной улыбкой, заявила она. — Я так долго к тебе взывала! Спасибо, — она начала кланяться, касаясь лбом кладбищенской травы. — Спасибо, что услышал мои молитвы!

Только этого счастья мне после воскрешения не хватало! А от девушки ночью на кладбище ничего хорошего ждать не стоит.

— Ты ещё кто такая? — удивился я.

Неужели кто-то из моих последователей дожил до этих дней? Если это так — для тысячелетней дамы сохранилась она более чем неплохо. Выглядит ровесницей Константина Владыкина, чьим бренным телом я теперь управляю.

— Как же? Ты не знаешь? — она изобразила печаль. — Я — твоя самая верная последовательница. София! София Потёмкина!

— Девочка моя, ты уверена, что поклонялась именно мне? — усмехнулся я. — Я знать не знаю никаких Софий. Тем более Потёмкиных. Погоди, кто я такой, по-твоему?

— Как же? — улыбнулась она. — Дьявол.

Тьфу ты! Какое разочарование. Меня спутали с этим проходимцем, косящим под бога. Когда-нибудь закончится этот позор или нет?

Интересно, зачем такой молодой и красивой деве понадобился Дьявол?

— И зачем же ты взывала к владыке преисподней? — нахмурился я.

— Чтобы вернуть своего мужа, — ответила София и перевела взгляд на могилу, из которой торчала костлявая рука.

Только сейчас я заметил, что на камне выгравировано имя «Андрей Потёмкин».

— Я каждый день прихожу на это кладбище, уже два года подряд с тех пор, как не стало его полка, — объяснила она.

— И молишь Дьявола о возвращении мужа? — сухо усмехнулся я. — Софья, этому старому чёрту плевать на твои молитвы. Он бы откликнулся, если бы ты предложила ему свою душу. Но мёртвых он воскрешать не может.

— Как… — Софья ошарашенно отклонилась назад и упала на зад. — Так ты — не Дьявол?

— Не-а, — замотал головой я, наслаждаясь этой сценой.

— Тогда кто ты?

— Некромант, — театрально поклонившись, представился я. — А вот в тебе я чувствую зачатки тёмной магии. Давно колдуешь?

— С тех пор как мужа не стало… — прошептала она, глядя в пустоту. — Стой! Но если ты — некромант, значит, точно сможешь его воскресить!

Только вот как её до сих пор не поймали, если здесь тёмная магия под запретом? Хм, значит, прятаться она умеет. А это хороший навык.

— Смогу, — сложив руки на груди, кивнул я. — Только зачем тебе эта горстка костей? Постель он тебе уже не согреет. Смирись, София, душу своего мужа ты уже не вернёшь. А его трухлявое тело тебе вряд ли пригодится.

Девушка в ужасе схватилась за чёрные волосы. Даже в этом кладбищенском смраде я чувствовал, как от Софии исходят нотки тёмной магии. Очень добротные нотки. Из неё могла бы выйти неплохая ученица. Особенно, если учесть тот факт, что девушку до сих пор не поймали люди из бюро вроде Зубова и моего брата. Печати света я в ней не чувствую.

— Что же мне теперь делать? — спросила она, наморщив носик.

— Как говорил мой учитель: «Самые судьбоносные встречи случаются под луной», — процитировал старика я чокнутого старика. — Кажется, это он сказал уже после своей первой смерти. Не важно! Раз встала на тёмную сторону, обратную дорогу искать поздно, — я пожал плечами. — Стань моей слугой. Если докажешь свою верность — сделаю тебя своей ученицей.

Знаю я таких, как она. Увлеклась тёмной магией из-за потери мужа, а теперь продолжает искать способ вернуть его уже по инерции. На деле же ей нужна опора. И я могу ей стать.

Да и мне надо собирать новых последователей. Надо же с кого-то начинать!

Пока рано об этом говорить, но меня совершенно не устраивают законы этого мира о тёмной магии. И я из принципа хочу возродить это ремесло!

— Х-хорошо! — она обрадовалась, как я и ожидал. — Сделаю всё, что хочешь! Ой, или «хотите»? Как мне к вам обращаться?

— «Владыка» меня более чем устраивает, — ответил я. — Можно на «ты». Все эти дворянские лобызания и прочие гадости этики я терпеть не могу. Но на людях лучше называй меня по имени. Константин. Константин Матвеевич Владыкин.

— Я поняла, владыка! — кивнула она и вскочила на ноги. — А мы будем вместе появляться на людях?

— Пока не стоит, — ответил я. — Лучше нам на какое-то время разойтись. Для встреч выберем условное место и время. Например… На этом кладбище по полнолуниям.

— Зачем? — удивилась она. — Я могу дать тебе свой номер.

— Ась? — не понял я.

В голове зашуршали воспоминания прежнего Владыкина. Телефоны… Премерзкие современные технологии! Покойник Константин не отлипал от своего мобильника. Но пожалуй, такая связь удобнее, чем встречи на кладбище по полнолуниям.

— Давай, — я протянул Софии руку.

Девушка не сразу поняла, что я от неё хочу, но вскоре быстро сориентировалась. Достала из сумочки толстую чёрную книгу, вырвала из неё клочок бумаги и написала на нём семь цифр.

— Вот, владыка, — она дала мне клочок бумаги. — Можете связываться со мной в любое время дня и ночи. Но лучше — ночью.

Я спрятал бумажку в карман, решив, что разберусь, как работает эта диковинка позже. Затем бросил взгляд на её книгу и спросил:

— Что это у тебя?

— Мой самоучитель тёмной магии, — ответил София. — От бабушки достался.

— Какая-нибудь шарлатанская чушь? — с сомнением спросил я. — Дай-ка посмотреть.

Я забрал у неё книгу и обнаружил на её корешке надпись «Экс Мортис».

— Да ты совсем рехнулась, что ли⁈ — воскликнул я. — Это же книга мёртвых! Одна из десяти копий. Ты зачем из неё вырвала страницу⁈

Испугавшаяся моего гнева София вновь начала кланяться.

— Простите, владыка, я не знала, — оправдывалась она.

— Так, я её временно изымаю, — заявил я. — Рано тебе ещё пока такие книжки читать. Когда приступим к обучению, тогда и получишь её назад.

Глупая девчонка даже не подозревает, какой артефакт всё это время был в её руках. Переплёт сделал из человеческой кожи, а содержание книги может прочесть только могущественный тёмный маг. Несведущего человека такая книжка может попросту поглотить.

В свои лучшие годы я смог собрать всего лишь пять копий «Экс Мортис». Надеюсь, что за эти столетия оставшиеся книги никто не уничтожил. Было бы неплохо их найти. Если буду правильно использовать эту книгу, то смогу черпать из неё запас тёмной магии. По крайней мере, пока не восстановлю собственные запасы.

София надула губки, явно расстроившись из-за того, что я отобрал книгу. Но ей же лучше будет. Удивительно, что за два года она ещё не отдала этой книге свою душу.

— Всё, моя юная слуга, — подытожил я. — Расходимся. Когда понадобишься — я свяжусь.

Махнул рукой и пошёл к выходу из кладбища. Благодаря здешней тёмной ауре я понял, почему место захоронения полка выглядит, как заброшенный пустырь. Чем-то осквернили этих бойцов на поле боя. Видимо, местные теперь побаиваются сюда ходить. Такой концентрат тёмной магии даже простолюдин почует. Мерещиться всякое начнёт, холодок по спине пробежит. Люди во все времена сторонились таких мест.

Все кроме некромантов, разумеется.

Я вышел из кладбища и поднялся в гору на тропу, с которой пришёл. И замер в недоумении. Сюда-то я прибежал на запах кладбища.

А вот дом-то мой в какой стороне остался?

* * *

Особняк Владыкиных. Пять часов утра.

Роман Матвеевич после тяжёлого дежурства вернулся домой. Как только он вошёл в зал, на него сразу же бросилась рыдающая мать — Елена Александровна Владыкина.

— Рома! Слуги сказали, что мне не почудилось. Что Костик наш вернулся к жизни. Где он?

— Наверное, в комнате в своей отдыхает, — ответил Роман. — Я велел ему не тревожить тебя.

— Да нет его в комнате-то, Ром, — заохала Елена. — Исчез он. Ушёл, наверное, куда-то.

— Успокойся, пожалуйста, — попытался утешить мать Роман. — Никуда он не денется. Наверняка он по имению бродит! У нас же не особняк, а они коридоры да потайные комнаты. Крепость, одним словом. Найдётся!

— Он же совсем слабенький, Рома! — воскликнула женщина. — А вдруг он не справился со стрессом и руки на себя наложить захотел?

В этот момент массивные двери дома с грохотом распахнулись.

* * *

Нет, надо обзавестись картой. Крутил я этот город на дьяволовых шампурах!

Злой, как чёрт и уставший я добрался до особняка Владыкиных и мощно толкнув входные двери, быстрым шагом ворвался внутрь.

— Семья, я дома! — оповестил Владыкиных я.

— Костя! Костенька! — закричала женщина, которая потеряла сознание на похоронах и тут же подбежала ко мне.

Она попыталась схватить меня за щёку, но я ловко уклонился от руки матери.

— Цыц! — пригрозил пальцем я. — Я эти нежности на дух не переношу.

— Константин, я ведь просил тебя — посидеть дома! Мы ведь договорились, что с утра проведём семейный совет! — грозно рыкнул Роман. — Где ты был?

— Где я был? — пожал плечами я, придумывая отговорку. — Гулял. Думал о смерти.

— Я же говорила! — женщина повернулась к Роману и замахала указательным пальцем. — Он хотел счёты с жизнью свести!

— Что? — удивился я. — Вовсе нет, я что же, идиот, по-вашему, маменька? Я, как никак, вчера с того света вернулся. Надо было всё это обмозговать. А по поводу твоего замечания, Роман, к семейному совету я подоспел как раз вовремя. Утро едва-едва настало.

— Не будет никакого совета, — вздохнул он. — Мать из-за тебя целую ночь не спала. Иди и сам поспи. В обед поговорим.

— Нет уж, Роман, — помотал головой я. — Пойдём, переговорим с тобой сразу. Маменька, а вы идите спать, — махнул рукой я. — Живо-живо. Стресс сокращает жизнь, так что отдохните.

Я оставил шокированную женщину в фойе, а сам положил руку на плечо старшего брата и настойчиво повёл его в боковой коридор особняка.

— Да что на тебя нашло? — воскликнул Роман, когда мы достаточно удалились от Елены Владыкиной. — Ты сам на себя не похож!

— Рома, ты в гробу когда-нибудь лежал? — перебил его я.

— Что? — вскинул брови брат.

— Лежал или нет? — повторил вопрос я.

— Нет, — нахмурился брат.

— А это мероприятие, знаешь ли, очень голову прочищает, — подметил я. — Я уже разок умер — больше повторять этот трюк не хочу. Вся эта ситуация помогла мне переосмыслить свою жизнь. Так что не надо, пожалуйста, больше меня опекать. И матери об этом скажи, если зайдёт разговор.

Мне нужна была легенда. Объяснение, с какой стати я вдруг перестал быть хлюпиком-Костечкой. И старая добрая смерть очень хорошо объясняла перемены в моём характере.

— Надеюсь, ты это серьёзно, — вздохнул Роман. — Если честно, Кость, я пока даже не знаю, как к тебе относиться. С одной стороны, я давно хотел, чтобы ты перестал быть таким… мягкотелым. Но столь резкие перемены особенно на фоне пробуждения тёмной магии меня не на шутку пугают.

— Не беспокойся, тёмную магию я уже совсем не чувствую, — уверил его я. — Специально ушёл из дома, чтобы попробовать призвать тьму.

— Что⁈ — воскликнул Роман. — Ты ведь играешь с огнём, Костя!

— Всё в порядке, я просто должен был убедиться, что никому в этом доме не наврежу. Печать работает, — сказал я. — Фёдор Ильич хорошо постарался.

Придётся врать Владыкиным и дальше. Но моя ложь не причинит им никакого вреда. Вредить им тёмной магией я не намерен. Я, может, и некромант, но при этом человек очень благодарный. Если кто-то даёт мне кров и еду — я возвращаю долг сполна. Они ещё не раз обрадуются, что старого Кости больше нет. По крайней мере, пока я не решу отсюда съехать.

— Ладно, брат, ты меня успокоил, — кивнул Роман. — Извини, что вспылил. Тяжёлая была ночь. Мы с Зубовым вышли на след одного тёмного мага. Он стольких наших положил…

— Поймали? — поинтересовался я.

— Нет, улизнул, — с грустью ответил Роман.

Слава хвори! Ещё один потенциальный союзник. Надо будет позже разузнать подробнее об этом тёмном маге. Может, сойдёмся во взглядах.

— Всё-таки хорошо, что тебя подняла эта чёрная магия, — перевёл тему Роман. — Если бы ты умер окончательно, отец бы этого не пережил. Тогда бы род Владыкиных прервался.

— Почему это? — не понял я. — А как же ты?

— Воины света принимают обет безбрачия, забыл? — усмехнулся Роман. — Отец уже слишком стар, чтобы завести нового наследника. А Валерка и вовсе не Владыкин. По крайней мере, по крови.

— Какой Валерка? — спросил я.

Этой реплике Роман удивился, пожалуй, даже больше, чем моему воскрешению.

— Брат наш младший, — ответил он. — Ты чего, Кость? Не пугай меня так.

— Привыкай, у меня память после воскрешения трупными пятнами покрылась, — сказал я. — Половины жизни вообще не помню.

— Ох, — вздохнул Роман. — Ну, значит, будешь со всеми заново знакомиться. Что ж теперь поделать? А Валерий — это наш младший. Его отцом был брат нашей матери, но вся семья Валерки погибла. Так что наши родители решили принять его в семью Владыкиных. В общем — долгая эта история, Кость. В любом случае отцовской крови в нём нет, хоть он и усыновил мальчика.

Вот это у меня семейство… У матери с батькой, как я посмотрю, была насыщенная жизнь. Итог: один сводный брат — Роман, а второй и вовсе двоюродный. Я прям-таки связующее звено во всей этой разношёрстной семейке. Не удивительно, что они так боялись потерять единственного наследника.

— Всё, Кость, не напрягай сильно голову, лучше иди отдохни, — предложил Роман. — Комнату сам найдёшь или попросить слуг, чтобы тебя проводили?

Так у нас всё-таки есть слуги? Проклятье! А я хотел притащить Софию в дом. Ну ничего, потом придумаю способ, как устроить её к нам. Личная служанка мне точно не помешает.

— Сам найду дорогу, — я махнул брату рукой и направился к лестнице на второй этаж.

Видимо, мышечная память у этого тела сохранилась — помнят ноги, как добраться до своей берлоги.

За окном начался ливень. Где-то за горизонтом в землю ударила молния. Я шагал в полумраке второго этажа. Окна были открыты, поэтому занавески колыхались от ветра, шурша по каменным стенам, словно призраки.

Хорошее поместье. Такое мне по душе.

Шагая по длинному коридору, я задумался о причине смерти предыдущего владельца этого тела. Этой теме нужно уделить особое внимание. Если Костика действительно отравили, значит, враги могут повторить попытку. Так просто убить им меня не удастся, но лучше всё же не расслабляться.

Нужно понять, кто это мог сделать. Кому это выгодно? Убить единственного наследника Владыкиных. Хотя, если следовать логике, усыновлённый Валера запросто может унаследовать всё, что есть у этой семьи. Кровь важна только в контексте родовой магии. А вот титул и имущество запросто перейдёт даже к приёмному сыну.

Но не стал бы меня травить малолетний брат. Чушь же, верно?

Хм, а про своего учителя раньше я также думал. А потом он стал моим главным врагом. Жаль, что кукухой поехал, он же мне отца заменил.

Я остановился, почувствовав на себе чей-то недобрый взгляд. Одна из боковых дверей была приоткрыта. Маленький темноволосый мальчик лет десяти выглядывал через щель в дверном проёме. И в этом взгляде трудно было не разглядеть презрение.

А может, моя теория не так уж и абсурдна.

— Ну что, братец, — я улыбнулся во весь рот. — Хочешь попробовать убить меня ещё раз?

Хочет, по глазам вижу!

Глава 3

Валера Владыкин смотрел на меня, как на жертву. Давно я не ловил на себе такого взгляда. Точно не в последнюю тысячу лет. И уж тем более на меня так никогда не смотрел ребёнок!

Он думает, что перед ним тот же самый Константин Владыкин, что и прежде, поэтому не понимает, что играет со смертью.

— Чего молчишь? — бросил ему я. — Не успел соскучиться по старшему брату?

Валера медленно прикрыл дверь, до последнего не отрывая от меня своего взгляда.

А глаза-то у мальчугана что надо. Взгляд убийцы. Недурно для десятилетки. Интересно, что на него так повлияло? Да я смотрю, семья Владыкиных таит много сюрпризов. Можно было бы заглянуть к нему в комнату и напугать тёмной магией до чёртиков, чтобы больше никогда не решался идти против меня.

Но я хочу поступить иначе. В точности до наоборот.

Я выждал минуту и подошёл к двери, что вела в комнату Валеры, и слегка отворил её. Инстинкт самосохранения быстро отреагировал на колебания воздуха над моей головой. Я быстро выставил руку вверх и поймал падающий на меня с потолка нож.

Валера, уже сидя на своей кровати с книгой в руках, ошарашенно посмотрел на меня.

— Валерка! — пропел я, заглядывая в комнату младшего брата. — Вот такими жалкими трюками тебе меня не взять. Если действительно хочешь убить меня — действуй, как профессионал. Буду ждать новых попыток.

Валера замер с открытым ртом, не в силах даже страницу книги перевернуть. Видимо, полагал, что его комната — неприступная крепость. О нет… Пока я в доме, пусть даже не думает, что в имении есть хотя бы один безопасный для него уголок.

Не будь Валера братом моего предшественника, то не раздумывая убил. Но в моём положении это ничего хорошего не принесёт. Поэтому буду действовать иначе.

Я уже начал закрывать дверь, но вспомнил, что в моей руке до сих пор его нож.

— Ах да, игрушку свою забери, — сказал я и метнул нож.

Нож пролетел рядом с его лицом и воткнулся в стену. Из рук Валеры выпала книга.

Вот теперь я достаточно его напугал, чтобы спровоцировать новые попытки убийства. Пусть попыхтит. Пока я настороже, мне это ничем не грозит. Разве что развеселит.

Посмотрим, что выйдет из Валеры. Всё-таки не каждый десятилетка способен найти или создать сильнодействующий яд и прикончить собственного брата.

Закончив демонстрировать, кто в доме главный, я запер дверь в его комнату и направился к себе. Личные покои ушедшего Константина Владыкина находились в самом конце коридора на втором этаже.

Его комната больше походила на каморку, забитую всеми забытым хламом. Единственное окно было прикрыто плотными, не пропускающими солнечный свет занавесками. Повсюду валялись старые книги, одежда и другое барахло покойного владельца.

— М-да, ну и бардак, — пробормотал я себе под нос, и пинком отправил старый носок под кровать. — Даже у меня в склепе атмосфера была уютнее.

Я наспех сделал небольшую перестановку и повернул кровать головой на запад, как полагается всем некромантам. А после поставил зеркало перед спальным местом. В простонародье часто ходили слухи о том, что зеркало перед кроватью ставить нельзя, иначе оно может забрать твою душу.

На деле же всё работало совсем не так. Спящий беззащитный человек привлекает злых духов из потустороннего мира. А спящий некромант может такими духами питаться. Особенно хорошо это мне может помочь в первое время.

Дух выходит из зеркала, пробирается в тело — а выбраться не может. После чего я его спокойно поглощаю. Причём у некромантов это происходит неосознанно, и мне даже усилий прилагать не надо.

Собрался прилечь на пару часов, чтобы пропустить самую светлую часть дня, но моё внимание привлекло пространство комнаты, которое ранее занимала кровать. На пыльном полу красовался начерченный мелом белый круг с пятиконечной звездой внутри него.

Чёрт меня подери! Это же пентаграмма для призыва душ! Да ещё и вычерчена так неаккуратно. Судя по кривым символам призыва, её рисовал не просто дилетант, а совсем бездарный человек.

Так предыдущий владелец моего тела увлекался запретными искусствами ещё до своей смерти? Любопытно. Может, из-за этого ритуала я и попал в его труп? Нет… Быть такого не может. Чтобы призвать мою душу, понадобилась бы сила крайне могущественного некроманта-медиума.

Или катализатор.

Минуточку… А это что такое?

Я обратил внимание на маленькую банку, что стояла в центре круга. В ней лежал высушенный указательный палец.

— Эй! — воскликнул я и, подняв склянку, погремел лежащими в ней косточками. — Да это же мой палец! Приятель, как же я по тебе скучал.

Я откупорил банку и достал из неё кусочек засохшей тысячелетней плоти.

А вот и катализатор! Значит, этот хлюпик Владыкин действительно умудрился призвать мою душу. Вопрос только — зачем? И откуда у никчёмного дворянского отпрыска взялся столь могущественный артефакт?

Я подобрал со стола нить, протянул её между фалангами высохшего пальца и повесил самодельный костяной амулет себе на шею. По жилам тут же заструился поток тёмной магии.

Чудесно! В нём остались крупицы моих прежних сил. Всяко лучше, чем ничего.

Я накрыл ковриком пентаграмму на случай, если слуги или кто-то из Владыкиных заглянет в комнату, и улёгся на кровать. Не хватало ещё, чтобы кто-то её обнаружил. Вся моя конспирация пойдёт мёртвому псу под хвост!

Немного поёрзав не чересчур мягкой кровати, я заснул с мыслями о том, что кровать в дальнейшем нужно будет заменить на могильный камень. Иначе ни о каком качественном отдыхе не может быть и речи.

* * *

Роман Владыкин сидел в гостиной перед камином. Потолок над его головой скрипел и шуршал так, будто на втором этаже завёлся полтергейст.

— Что это за звуки? — напряглась только-только пришедшая в себя Елена Владыкина.

— Костя, — коротко ответил Роман. — Двигает что-то. Наверное, решил сменить обстановку в своей комнате.

— Это к лучшему, — вздохнула мать. — Чем быстрее он придёт в себя, тем лучше. Теперь я больше беспокоюсь за Валеру. Он так расстроился, когда Кости не стало. Он ведь первым нашёл его тело. Бедный мальчик, был совсем один дома и не знал, как помочь умирающему брату. Я даже не знаю, что нам теперь делать, Роман, — Елена пожала плечами. — Семья разваливается.

— Я так не думаю, — помотал головой Роман. — Хочешь — верь, хочешь — нет, но я почувствовал, что Костя изменился в лучшую сторону. Знаю, звучит абсурдно, но смерть пошла ему на пользу.

— Что ты такое говоришь, Роман? — удивилась мать.

— Просто я почувствовал, что из него исчезла эта мальчишеская глупость, — ответил Роман. — Он уже давным-давно не ребёнок. И тебе пора перестать его баловать. Лучше сконцентрируйся на Валере. Бедный мальчик слишком много смерти повидал. Сначала его родители, потом Костя. Не знаю, сможет ли он это пережить.

* * *

— Ого, этот мелкий хмырь даже не попытался убить меня во сне? — произнёс я, поднимаясь с кровати. — Зря, упустил хороший шанс.

Я взглянул в зеркало, оценив лёгкие синяки под глазами. Во! Другое дело. Возвращается прежний облик. Если продолжу спать по два часа в день, скоро стану совсем, как новенький.

Правда, окружающие меня дворяне вряд ли сочтут эти изменения хорошим признаком, поэтому лучше спрятать от них мою природную привлекательность.

Я похлопал по щекам, нагнав на лицо самую малость тёмной магии, и синяки скрылись из виду. Жаль терять такую изюминку, но к новому окружению придётся адаптироваться.

Но ничего так не помогает адаптации, как хороший завтрак. Надо посмотреть, на что способны слуги Владыкиных. Если готовят они из рук вон плохо, точно придётся вести сюда мою новую последовательницу.

Как только я вышел из своей комнаты, рядом со мной тут же с грохотом рухнул старинный доспех. Шлем и наручи отлетели от креплений и укатились в дальний конец коридора. Рядом с моими ногами в пол вонзилось остриё копья.

Я заранее почувствовал, что снаружи что-то изменилось, поэтому замер в дверном проёме, ожидая, когда подготовленная специально для меня ловушка сработает.

Молодец, Валерка, хорошая попытка. Хотел подстроить несчастный случай. Но вышло уж больно грубо и неказисто. Я бы убил себя изящнее.

Слуга, что остановился в двух метрах от моей комнаты, выронил поднос. Тарелки шумно разбились о пол.

— Ох, Константин Матвеевич! — бросившись складывать осколки на поднос, воскликнул пожилой мужчина. — Простите ради Солнца. Вы не ранены?

— Пустяки, — перешагивая через доспехи, махнул рукой я. — А это что? — я указал на яичницу, прилипшую к полу. — Мой завтрак?

— Не гневайтесь, Ваше сиятельство, — замахал руками слуга. — Я сейчас же принесу новый.

— В комнату? — удивился я. — Зачем? Я с семьёй позавтракаю.

Это хороший способ поближе познакомиться с Владыкиными.

— Изволите завтракать в обеденном зале? — удивился слуга. — Раньше вы просили меня носить вам еду в ваши покои.

— Приказ отменяется, — ответил я. — Я не ем там, где сплю.

Старая привычка. Есть в склепе, как минимум, не гигиенично.

Заметив, что Валера вновь наблюдает за мной из своей комнаты, я показал ему большой палец.

— Хорошая попытка, дерзай дальше, — бросил брату я и направился на первый этаж.

Я спустился в просторную гостиную, стены которой были увешаны картинами военных баталий и портретами всевозможных полководцев. А глава семейства — Владыкин знает толк в искусстве. Видимо, он — не просто военный, но и утончённая личность.

Когда я вошёл в обеденный зал, сидевшие за столом Роман и Елена Владыкина одарили меня удивлёнными взглядами.

— Костя? — удивился Роман. — Ты чего не спишь?

— На том свете отосплюсь, — махнул рукой я. — Пришёл разделить с вами трапезу.

Я уселся напротив брата и заметил, что Роман и Елена выглядят похуже восставшего мертвеца. Видимо, мои родственники не спали уже больше суток.

Ну вот! Я так старательно скрывал свои синяки, а они, оказывается, часть дресс-кода семьи Владыкиных.

Слуга поставил передо мной чашку свежезаваренного кофе и тарелку с яичницей. Мы приступили к завтраку.

— Как же здорово! — обрадовалась мать. — Мы столько лет не сидели за одним столом. Только отца вашего не хватает и Валерки. Кстати, Кость, ты своего младшего брата случайно не видел?

Видел — не то слово.

— Я здесь, — послышался голос Валеры.

Мальчик вошёл в обеденный зал и, подойдя ко мне, бросился на мою шею.

— Я так рад, что с тобой всё хорошо, Костя, — пропыхтел он, уткнувшись в мою шею.

Так, и что дальше? Нож в печень? Удавка на шею?

— Ох, какое счастье, — растрогалась мать и прикрыла рот ладонью.

— Я же говорил, что всё нормализуется, — улыбнулся Роман.

Валера отлип от меня и уселся рядом. В мой нос ударил знакомый терпкий запах. Я быстро перевёл взгляд на чашку с кофе и увидел, как на долю секунды в ней мелькнула маленькая зелёная капля, которая быстро растворилась в напитке, не оставив и следа.

— Ага, учуяли свой любимый кленовый сироп, Константин Матвеевич? — улыбнулся слуга и поставил на стол десерт.

Какой, чёрт тебя раздери, кленовый сироп? На всю столовую ядом пахнуло! Неужели больше никто не чувствует?

Валера уплетал яичницу, делая вид, будто ничего не произошло. Вот ведь хитрый малец! Никто из членов семьи не заметил, что он чем-то капнул в мою чашку. И мне обзор закрыл — думал, видимо, что я не почувствую запах.

Хорош, подлец. Неплохо справляется. Чувствую, в ближайшее время Валерка будет моим главным развлечением в этом доме.

Я перешёл к десерту, проигнорировав кофе. Мальчуган уже начал напрягаться, и время от времени поглядывал в мою сторону, не в силах понять — почему его план не работает.

— Ром, ты что-то говорил о семейном совете, — напомнил старшему брату я. — Думаю, сейчас — самое время обсудить все вопросы.

Роман и Елена Владыкины переглянулись.

— А ты уверен, что уже готов говорить на эту тему? — уточнил Роман. — Сразу скажу — разговор будет не очень приятный.

— Переходи к делу, — поторопил его я. — Чем быстрее мои усохшие мозги восстановят память, тем лучше.

— Усохшие? — вздрогнула мать.

— Не беспокойся, мам, это он так шутит, — сказал ей Роман и перевёл взгляд на меня. — Вопрос серьёзный, Кость. Он касается будущего нашей семьи. Хотелось бы обсудить это до возвращения отца.

— А что с нашим будущим? — спросил я, и начал помешивать кофе, чтобы спровоцировать Валеру. — Главный наследник рода в лице меня вернулся к жизни. Я молод и здоров. Потомство обеспечить смогу. В чём проблема?

— Только наши потомки унаследуют княжеский титул, за которым не будет стоять ни единого гроша, — сказал Роман. — Пока отец командует императорскими войсками, наша семья получает большой доход. Но наш отец не вечен. Ему уже перевалило за шестьдесят, и воевать так, как прежде, он не сможет. На одной зарплате, которую платит мне бюро по контролю тёмной магии, мы долго не проживём. Денег не хватит даже для ухода за имением, не говоря уже о слугах.

Понятно, бизнеса у этой семьи нет, либо он давно прогорел и осталось только обеспечение за военные заслуги. Плохо дело.

— О чём речь? — пожал плечами я. — Раз княжеский титул унаследую я, значит, добыча денег — это моя задача. Вам об этом вообще беспокоиться не нужно.

По крайней мере, до тех пор, пока я притворяюсь членом этой семьи.

— И откуда же ты возьмёшь деньги, Кость? — нахмурился Роман. — Отец устроил тебя в военную академию, но ты сделал всё, чтобы тебя оттуда попёрли. Хотя он очень хотел, чтобы ты пошёл по его стопам. А теперь ты не сможешь получить даже простейшего магического образования. С тёмным началом, хоть и запечатанным, тебя не возьмут никуда. А без диплома ты ничего в этой жизни не добьёшься. Тех, кто стоит на учёте в нашем бюро, даже на самые простые должности не берут. Никто не хочет связываться с тёмной магией.

— Диплом? — усмехнулся я. — Не смеши меня! Есть множество других путей — как заработать.

— Например? — Роман с интересом ждал мои предложения.

— Своё дело! — ответил я. — Для этого никакой диплом не нужен.

— Ха! — рассмеялся Роман. — Ты слышала его, мам? Своё дело. А что ты умеешь, Кость? Зелья варить? Или может, магические свитки создавать? Ты даже одежду для других дворян сшить не сможешь.

Всё, что он перечисляет — это мелочи. С таким мышлением состояние не сколотить. А без денег выжить невозможно — так было во все эпохи.

Однако я знаю, как можно подзаработать и попутно обзавестись полезными связями. Создать свою сеть тёмных товаров и услуг. Я уже делал это раньше, но в открытую. В те далёкие годы, когда светлые маги даже боялись приближаться к некромантам и всем тёмным колдунам, можно было не скрываться и продавать любые товары, которые сейчас считают запрещёнными.

Если в этой эпохе любые проявления тёмной магии — табу, мне ничего не остаётся, кроме как создать подпольную сеть. Найти других представителей тёмной стороны, взять их под своё руководство и организовать новую сеть.

Нет, звучит слишком мелко. Я создам свою теневую империю прямо под носом у светлых магов! Вот так лучше.

Но Роману Владыкину рассказывать об этом нельзя. Пусть и дальше думает, что тёмную магию во мне задушили на корню. Но полагать, что я всё тот же слабак, которым был прежний владелец тела, я им не позволю.

— Можешь сомневаться сколько влезет, но когда я принесу домой первую прибыль — тебе придётся вернуть свои слова назад, — заявил я.

— Посмотрим, — кивнул Роман. — Но пока я бы не советовал тебе сильно светиться перед людьми. Ещё заподозрят что-нибудь недоброе. О, точно! Чуть не забыл…

Старший брат просунул руку в карман брюк и достал оттуда брошюру.

— Вот, держи, Кость, — сказал он. — Фёдор Ильич Зубов просил тебе передать. Прежде чем задуматься о своём деле, сходи туда.

Я взглянул на брошюру. На белом листе бумаги был изображён круг из людей, обведённых чёрным жирным контуром. Надпись на брошюре гласила: «Психологическая помощь запечатанным тёмным магам. Обсудим ваши проблемы в тёплой компании».

— Чёрт меня подери, это ещё что за богомерзкая дрянь? — не удержался я.

— Костя! — воскликнул Роман. — Зубов сказал, что тебе обязательно нужно посещать эти собрания. Там тебе помогут. Пообщаешься с такими же запечатанными, как ты. Узнаешь, как они справляются с новой жизнью.

— Аа… — понял я. — Хорошая идея!

Мама и Роман, удовлетворённо улыбнувшись, переглянулись. Они не догадывались, почему эта идея показалась мне хорошей.

А ведь эти встречи — отличная возможность познакомиться с другими тёмными магами. Да мне эту брошюру, будто сам дьявол подкинул! Там я смогу найти подходящих кандидатов и завербовать их. А после — снять с них оковы светлой печати.

— Ладно, мне уже пора на работу, — Роман взглянул на часы и устало протёр глаза. — Кость, у тебя уже кофе остыл. Давай я твой выпью, а тебе слуги свежий сделают, — брат потянулся за чашкой.

— Нет! — хором крикнули мы с Валерой и одновременно вцепились в чашку.

Роман ошарашенно посмотрел на нас, но не придал нашей реакции особого значения. Такие мелочи после вчерашних похорон его уже не удивляли.

— Что такое, Валер? — спросил я, хитро ухмыльнувшись. — Своего кофе не хватило? Так мне не жалко.

Я пододвинул к нему чашку.

— Пей, — велел я.

Валера Владыкин испуганно захлопал глазами.

— Н-не хочу, — замотал головой он.

— Пей, кому говорят? — процедил сквозь зубы я. — Чего ты так испугался?

Валера взглянул на мать, но та была занята разговором с собирающимся на работу Романом.

— Помощи ищешь? — улыбнулся я. — Нет, малыш, мама занята.

— Как ты понял? — спросил он, пытаясь перевести тему. — Никто ведь не заметил.

— Тебе ещё многому предстоит научиться, — усмехнулся я и, посмотрев на соблазнительный кофе, пожал плечами. — Ну, раз не хочешь — как хочешь!

И залпом выпил уже остывший, но всё ещё бодрящий напиток. Валера не знал, как реагировать — радоваться или готовиться к худшему?

Я поставил пустую чашку на стол и шумно вздохнул.

— Красота! — заявил я. — Ничто так не бодрит, как чашечка кофе с утра.

С ядом. Только такими мелочами некроманта не убить.

Валера, не теряя надежды, ждал, что произойдёт дальше. Я почувствовал, как мой желудок обожгло, а затем по животу разлилось тепло. Тёмная магия быстро нейтрализовала яд ещё до того, как он начал всасываться в кровоток.

— Ты уже должен был умереть… — прошептал Валера, глядя на часы. — Пять минут прошло. В прошлый раз хватило и двух!

— Пойдём со мной, — велел я ему и вышел из-за стола. — Поговорим.

Младший брат долго не решался, но всё же последовал за мной в гостиную. Мать удалилась отдыхать, а Роман отправился на работу, поэтому мы с Валерой могли спокойно поговорить наедине.

Я сел напротив камина, Валера неуверенно расположился в другом кресле — подальше от меня.

— Как видишь, твои трюки больше не работают, — заключил я. — Поэтому отвечай на мои вопросы.

— А если не стану? — нахмурился он.

Я ухмыльнулся.

— Если бы ты был простым ребёнком — я бы ничего тебе не сделал, Валера, — ответил я. — Но я вижу по твоим глазам, что тебе уже приходилось убивать людей. А значит, и играть с тобой я буду по правилам убийцы. Поверь мне, ты не хочешь знать, какие ловушки могу устраивать я. Падающие доспехи и капля яда в кофе даже близко с этим не стояли.

— Ты изменился, — сглотнув, сухой ком, произнёс он. — Это тёмная магия тебя таким сделала?

— Думай, как хочешь, — махнул рукой я. — Но ты, кажется, уже забыл, что вопросы здесь задаю я. Так ответь же мне — зачем ты меня убил?

Валера молчал. Кажется, мои слова его почти не напугали. Сильный мальчик с очень крепким стержнем. Но пока что он всё ещё видит во мне своего брата, а потому не боится. Зря.

Но времена изменились, и я должен ему это показать. Я взмахнул рукой, направив свою магию в камин.

Огни пламени заплясали из-за присутствия в комнате встревоженных душ. Да, в этом имении было много не упокоенных, как и в любом другом месте. Но призраками становятся отнюдь не все. Только те, у кого было достаточно мощи при жизни. Либо люди с невыполненной задачей, которая тяготила их много лет ещё задолго до смерти.

Я же заставил проснуться самых слабых обитателей потустороннего мира. Никакого вреда в малом количестве причинить они не могли. Зато напугать — запросто.

Огонь изогнулся, и от камина потянулись длинные неестественные тени. Валера Владыкин замер, осознав, что эти тени тянут к нему свои руки.

И лишь когда они приблизились к нему практически в упор, он воскликнул:

— Х-хорошо! Хорошо! Я буду отвечать на твои вопросы.

Взмахом руки я успокоил духов, и пламя вернулось к прежнему состоянию.

— Так-то лучше, — улыбнулся я. — Раз уж зарекомендовал себя не как мальчик, а как мужчина, будь готов к тому, что с тобой будут и обращаться соответствующим образом.

— Что ты хочешь узнать? — спросило он. Взгляд мальчика нервно метался по комнате. — Зачем я убил тебя? Потому что ты бы развалил нашу семью, а я готов её возглавить. И у меня, в отличие от тебя, есть цель.

— Вот как? И какая же, если не секрет? Интересно было бы послушать, — сказал я.

— Ты не поймёшь, — ответил он.

— Да уж постараюсь, выкладывай уже, — упёртость Валеры начала мне надоедать. — Что за цель?

Валера отвернулся и посмотрел на огоньки пламени в камине. В его глазах я видел их отражение, будто в зеркале.

— Месть, — заявил он.

Месть? Ох, какое же сладкое слово. Месть я люблю!

— Рассказывай, Валера. Кому мстить будем?

Глава 4

— «Будем»? — удивился Валера. — Ты хочешь помочь мне?

— А почему бы и нет? — пожал плечами я. — Раз уж мы — одна семья, и знаем маленькие секреты друг друга, чего бы нам не сотрудничать?

— Даже после того, как я попытался… — Валера осёкся. — После того как я убил тебя?

— Как видишь, меня не так-то просто убить, — усмехнулся я. — Но рука у тебя не дрогнула, и ты даже несколько раз повторил попытки. Из чего я могу сделать вывод — тебе уже приходилось убивать прежде. Скажи, братец, а своих родителей не ты ли случайно…

— Нет! — громко вскрикнув, перебил меня мальчик. — Это не я их убил! Но я хочу за них отомстить. А убивал я других людей… Ну, знаешь… — Валера замялся. — А ты точно матери не расскажешь?

Вот умора! Мальчишка в десять лет уже обзавёлся собственным списком загубленных душ, но при этом боится, что о его грешках прознает мать.

— Даю слово — не расскажу, — уверил его я. — Только не заставляй меня вновь вытягивать из тебя информацию с помощью духов.

Валера поёжился, бросив взгляд на камин, а затем признался:

— Я с восьми лет работаю на гильдию убийц. Выполняю их заказы, — ответил он.

— С восьми лет? — вскинул брови я. — А сейчас-то тебе сколько? Девять?

— Мне двенадцать! — обиделся Валера.

Я прожил так много лет, что теперь все казались мне детьми.

— Кто-то ещё знает о том, что ты — наёмный убийца? — спросил я.

Мальчик замотал головой.

— И каким же образом ты попал в гильдию, будучи ребёнком? — поинтересовался я и откинулся на спинку комфортабельного кресла.

— Моих родителей убили наёмники из гильдии, — начал рассказ он. — В ту ночь у меня впервые пробудились магические способности. Магия яда. Меня они не восприняли, как угрозу, поэтому мне удалось убить одного из них. Не знаю почему, но они оставили меня в живых. Возможно, заказ был только на моих родителей, но не на меня.

— Либо они разглядели в тебе потенциал, — отметил я.

Как и я. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять — из Валеры может выйти неплохой союзник. Он — не тёмный маг. Магия яда является одним из ответвлений магии жизни. Но ходит мой брат по тропе между тьмой и светом. И я подтолкну его в нужном направлении.

— Когда меня усыновили твои родители и перевезли сюда, — продолжил он. — Один из наёмников появился снова. Он пришёл ко мне ночью и предложил стать одним из них. Вернее — не предложил, а заставил. Сказал, что за мной должок, раз я лишил одного из их людей жизни. Принудили отрабатывать. Но, я не против, если уж на то пошло. Всяко лучше, чем просиживать штаны в своей комнате, как это делаешь ты.

— Одна смерть мне уже дала понять, что тактику нужно менять, — сказал я. — Теперь собираюсь жить совсем по другим правилам. И предлагаю тебе сделать так же.

— О чём ты? — нахмурился брат.

— Присоединяйся ко мне, — улыбнулся я. — Раньше мы почти не общались, но пора это навёрстывать. Предлагаю заняться общим делом. Мне нужен такой человек, как ты.

— Убийца? — пожал плечами Валера.

— Верно, — кивнул я. — Тот, кто умеет работать в тени. Если встанешь на мою сторону, можешь быть уверен — вместе мы сделаем так, что наша семья пойдёт в гору. А мы сами обретём власть, которая не снилась и самому императору.

— Я бы решил, что ты блефуешь, если бы не… — Валера вновь бросил взгляд на камин. — Что это были за тени? Тёмная магия? Я думал, что Рома позаботился о том, чтобы её запечатали.

— Пусть Рома и дальше так думает, — усмехнулся я. — И тебе лучше помалкивать об этом. Если расскажешь кому-то, в лучшем случае семья узнает о том, что ты состоишь в гильдии убийц.

— А в худшем? — прищурил глаза Валера.

— А в худшем — духи мёртвых докажут тебе, что кроме яда есть множество других способов убить человека.

Я не стеснял себя в выражениях. Валерий Владыкин напоминал мне меня самого в детстве. Крепкий парнишка. Не сломается, но поймёт, как высоки ставки.

— Со мной ты сможешь стать сильнее и сможешь отомстить за своих родителей, — сказал я.

— Но я до сих пор даже не знаю, кто был заказчиком! — ответил Валера.

— Узнаем, — ответил я. — Это только начало пути.

Валера задумался. Я заметил по его глазам, что мальчик заинтересовался моим предложением. Но по какой-то причине продолжал колебаться.

— Как ты можешь доверять мне после всего, что я сделал, Кость? — спросил он. — Да, у тебя есть козыри, и ты можешь быть уверен, что я никому не расскажу о твоём маленьком секрете. Но мне ведь ничто не мешает повторить попытки — убить тебя.

— Знаешь, а я, наоборот, рассчитываю, что ты продолжишь, — заявил я.

— Что⁈ — удивился Валера.

— Для меня это отличная тренировка. Я не хочу расслабляться даже дома, — заявил я. — Продолжай в том же духе. Ищи новые способы, пытайся застать меня врасплох. Но старайся делать это так, чтобы никто тебя не заподозрил. Даже я. Честно скажу, с доспехами вышло так себе. Сильно нашумел, да и слуги могут понять, что их кто-то сдвинул. С ядом получилось лучше, вся семья решила, что у меня был эпилептический припадок.

Валера был шокирован моим предложением, но по его лицу пробежала еле заметная улыбка.

— Идёт, — ответил он. — После смерти ты мне нравишься куда больше, Костя.

— Это правда, смерть мне к лицу, — рассмеялся я.

— Так какова наша цель? — с загорающимся интересом спросил Валера. — Мы ведь не просто семью обогатить хотим, верно?

— Скоро узнаешь, — ухмыльнулся я и поднялся с кресла. — Скажу, когда соберу больше людей.

Нужно найти соратников, готовых положить свою жизнь ради возвращения былого могущества тёмной магии. Но в этом мне могут помочь не только люди. И не только те, кто обладает таким сомнительным сокровищем, как жизнь.

Я поднялся в свою комнату и раскопал в вещах бывшего владельца тела замысловатый аппарат, именовавшийся мобильником. Мышечная память и остатки воспоминаний предшественника быстро помогли мне понять, как пользоваться плодом современных технологий.

Я достал клочок бумаги с номером Софии Потёмкиной и ввёл его в телефон.

Послышались гудки, чем-то напоминавшие мне звуки, которые можно услышать при призыве Дьявола. Уж не старый ли хрыч разработал эту мобильную сеть?

— Да? — послышался женский голос.

— Это владыка, — коротко ответил я. — Проверка связи.

— О-о! — резки приободрилась София. — Владыка! Я глаз не сомкнула — ждала, позвонишь ли ты. У тебя появились приказы для меня?

— Да, собирай вещи, — сказал я. — Завтра переедешь в мой особняк. Я договорюсь с семьёй, чтобы тебя приняли моей личной слугой.

— Я с превеликим удовольствием возьму на себя эту обязанность, — заявила женщина. — Но… Не заподозрит ли твоя семья, что я… — девушка перешла на шёпот. — Тёмный маг.

— Ты скорее чернокнижница, нежели настоящий тёмный маг, — ответил я. — Без книги мёртвых себя не выдашь. Главное — старайся меньше говорить о смерти, разложении и кладбищах. Моей семье почему-то не очень нравятся эти темы.

— Поняла, владыка, — ответила София. — Я буду ждать твоего сигнала. Считай, что уже сижу на чемоданах.

Я положил трубку. Всё-таки дьявольский аппарат — этот телефон. На протяжении всего разговора меня не покидало ощущение, что связь осуществлялась через каналы преисподней.

А София не так глупа, хоть и корчит из себя простую послушную девчонку. Роман Владыкин, будучи агентом бюро по контролю тёмной магии, запросто может распознать в ней колдунью. Но пока она может черпать силу только из книги мёртвых «Экс Мортис». На такое любой дурак способен. Прежде чем обучу её колдовать без книги, я расскажу Софии, как правильно скрывать свою силу.

Уже хотел убрать мобильник, но меня смутила открытая вкладка с перепиской бывшего Константина Владыкина с человеком, который именовал себя в телефоне, как «Продавец».

Константин: «Деньги я добыл. Когда можно забрать артефакт?».

Продавец: «завтра в пять вечера. Там же, где и всегда. Адрес скидывал выше».

Я пролистал диалог и понял, что остальные сообщения Константин удалил. Последние не успел, поскольку умер уже через десять часов после встречи с Продавцом.

Так… Интересно, о каком артефакте идёт речь? Уж не о моём ли высушенном пальце?

Определённо о нём. Не знаю, зачем почившему Константину Владыкину понадобился катализатор, но благодаря тому, что он его нашёл — я теперь нахожусь в его теле.

А если продавец где-то добыл часть моего тела, значит, может знать, где находятся остальные.

Я извлёк из сообщений адрес последнего места встречи.

— Так же, где и всегда — говоришь? — ухмыльнулся я. — Вот из-за этой неаккуратной фразы ты и не избежишь встречи со мной, Продавец.

Пора проведать этого таинственного торгаша. Я повесил на плечо сумку и забросил в неё «Экс-Мортис». Собственных сил у меня пока маловато, а книжка не помешает, если я столкнусь с неприятностями.

Вернее, если неприятности решат столкнуться со мной.

Я выждал несколько часов в своей комнате, сидя на пентаграмме, благодаря которой и был призван в эту эпоху. Эта точка имеет очень большое значение для моей души. Здесь я смогу восстанавливать силы. И хорошо, что мой предшественник начертил пентаграмму в своей комнате, а где-нибудь за городом в лесу. Чем ближе источник — тем лучше.

Вечерело. Пора ехать на поиски продавца.

Я вышел из комнаты и сразу же уклонился от рухнувшего на меня с потолка Валеры с ножом в руках.

— Шумел слишком, — бросил я, не оборачиваясь. — Я ещё два часа назад услышал, как ты забрался в этот угол.

— Да не шумел я! — обиделся брат.

— Обувь другую найди. Или смажь чем-нибудь подошвы, — посоветовал я. — Твои туфли скрипят, когда ты на стену лезешь. Чтоб к моему возвращению придумал способ получше!

Я покинул стены имения и вызвал такси. У семьи Владыкиных было несколько машин и личный водитель, но я не хотел светиться. Наверняка Роман или наша мать запросто смогут разузнать, куда и зачем я ездил. Им эта информация ни к чему.

Заначки, которую я раскопал в своей комнате, хватало точно на две поездки туда и обратно. Нужно поскорее наладить приток денежных средств. Не стану же я у матери и старшего брата клянчить? Да я скорее в могилу вернусь, чем обзаведусь зависимостью от кого-то.

Машина привезла меня в центр города. Я пробился через толпы людей к переулку, который значился на карте.

Несмотря на то что квартал, в котором я оказался, находился неподалёку от центра, место оказалось вовсе не для обитания знати и прочих представителей высших слоёв общества.

Если присмотреться, за каждым углом можно было заметить сомнительную личность. Продавцы запретных услуг. Видимо, здесь и происходят встречи с подпольными гильдиями и контрабандистами. Неплохо устроились, прямо под носом у правительства. Узкий неприметный переулок, который можно запросто пройти мимо, если не знать, о его существовании.

Кто-то положил руку мне на плечо. Я заметил, как чья-то тень легла на мою — выход из проулка мне перекрыли.

— А вы не заблудились, сударь? — прохрипел мужчина за моей спиной. — Вас, наверное, не предупреждали, что за вход нужно платить? По одёжке вижу, что деньги в вашем кармане водятся.

Я медленно повернулся и скинул его ладонь со своего плеча.

— Поверь, ты не хочешь знать, что я храню в своих карманах, — усмехнулся я.

Кажется, отброса обидел тот факт, что я не воспринял его угрозу всерьёз. Он собрался применить силу, оскалил пожелтевшие зубы, но тут же замер.

Драться смысла не было, поскольку я уже победил.

Он хотел замахнуться, но вовремя остановился и взглянул на свою руку, которой я только что коснулся ладонью.

Кожа начала чернеть и покрываться язвами. Он задрожал и с криком отскочил от меня, ударившись спиной о стену, после чего сполз по ней на землю.

— Что ты сделал с моей рукой, ублюдок⁈ — стоная от боли, прорычал он.

— А теперь представь, что бы с ней случилось, окажись она в моём кармане, — усмехнулся я. — Да не трясись ты так — не отвалится. Хотя… Может, и отвалится. Если не скажешь, где здесь найти «особого» торговца.

— Какого, твою мать, особого торговца? У меня рука гниёт, собака! — прокричал он.

— Ла-а-адно, — вздохнул я и подошёл к нему. — Видимо, одной тебе мало…

— Стойте-стойте! — замахал здоровой рукой мужчина. — Я понял! Правда, понял! Не надо, хотя бы правую не трогайте. Кто вам нужен? Сергий?

— Сергий? — усмехнулся я. — Какое-то монашеское имя.

— Он и был церковным служителем в прошлом, а сейчас приторговывает всяким барахлом, — пролепетал он. — Первая дверь за углом справа. Я только что видел, как он прошёл туда…

— Молодчина, — я похлопал бандита по щеке. — Заслужил.

Он вздрогнул, испугавшись, что его лицо покроется чёрной коркой, как и рука. Но я не стал наносить ему большего вреда. Информация он мне предоставил, хватит с него и руки.

— Кожа заживёт через неделю, — сказал я, удаляясь вглубь проулка. — Если инфекция не присоединится.

Я протиснулся между стен близко стоящих друг к другу зданий и, приоткрыв скрипучие старые двери, вошёл в пристройку. Справа от меня послышался щелчок. В мой висок уткнулось ранее не виданное мной металлическое оружие.

«Пистолет» — слово всплыло из памяти прошлого Владыкина и попыталось вселить мне ужас. Видимо, это что-то опасное. Странно, но магии в этом куске металла я совсем не чувствую.

— Что ты здесь забыл? — прорычал владелец пистолета. — Пошёл вон отсюда, если жизнь дорога!

— Я слышал, что ты торгуешь «особыми» безделушками, — произнёс я, по-хозяйски расхаживая вдоль разбитых витрин. Угрожающего мне человека я игнорировал, отчего тот начал стремительно выходить из себя.

— Стоять! — рявкнул он. — Кому сказал? Бегом — домой, сопляк. Не то твой затылок поцелует пуля.

— Не признал, что ли, Сергий? — спросил я, резко развернувшись к нему лицом. — Мы же с тобой всего несколько дней назад виделись.

— Батюшки-светы! — воскликнул мужчина в подранной монашеской рясе и чуть не спустил курок. — Мертвец!

Я ударил тыльной стороной ладони по его руке, и оружие со звоном упало на кафель.

Торговец вжимался спиной в стену. Его тело содрогалось от ужаса. Сергий споткнулся о керамический горшок и рухнул на груду коробок в углу комнаты. Капюшон упал, обнажив курчавую седую голову. Его нижняя губа тряслась, отчего неухоженная борода ходила ходуном.

— Ты же умер… — прошептал Сергий. — Я ж точно слышал, что тебя схоронили!

Сергий потянулся за пазуху.

— Без лишних движений! — предупредил его я. — Что, неужто у бывшего монаха ещё один пистолет припрятан?

Однако в руке Сергия был крест с изображением бога Солнца.

— Этой железкой можешь мне не грозить, — усмехнулся я. — Уж лучше бы пистолет достал, право слово. А умер я, как видишь, не до конца.

— Зачем ты пришёл? — напрягся торговец. — Что тебе от меня нужно.

— Палец, который ты мне продал, — перешёл к делу я. — Где ты его раздобыл?

— Я своих поставщиков не раскрываю, — хмыкнул Сергий.

— Поставщиков? — я рассмеялся. — Какое громкое слово. Какие могут быть у этой лавки поставщики? Да сюда даже пьянице побрезгует войти.

— Однако же ты — избалованный дворянский щенок — шастал ко мне, как к себе домой. И не изменяешь привычкам даже после смерти, — сказал Сергий, а затем, связав несколько событие воедино, оторопел. — Погоди… Ты что-то сделал с тем пальцем, да? Только не говори мне, что у тебя тёмная магия пробу…

Я резко шагнул на Сергия. Единственная свеча в помещении тут же затухла, а вместо неё торговца озарил бледно-зелёный свет из моих глаз.

— А если и пробудилась тёмная магия, то что? — спросил я. — Доложишь обо мне в бюро? Сильно сомневаюсь. Не просто так бывший жрец Солнца приторговывает в тёмных закоулках Санкт-Петербурга. Причём торгует не палёной водкой, а самыми настоящими некромантскими артефактами.

— Что тебе от меня нужно? — в отчаянии воскликнул Сергий.

— Хочу заключить с тобой сделку, — предложил я. — Не хочешь сдавать поставщиков? Что ж, этим ты меня даже порадовал. Честный торговец — большая редкость. Если уж ты даже под угрозой смерти не сдаёшь своих партнёров, значит, тебе можно доверять.

— А ты мне смертью угрожаешь? — нахмурился он.

— Думаешь, я шутки шучу? — усмехнулся я. — Значит так, Сергий, я предлагаю тебе взаимовыгодные отношения. Товары у тебя, как я понимаю, весьма специфические. Ровно то, что светлые маги и их бюро на дух не переносят. Поступим следующий образом: я найду тебе клиентов, помогу расширить ассортимент и наладить новую сеть. А ты расскажешь, откуда взял палец. Идёт?

— Откуда ты клиентов взять собрался? — усмехнулся старик. — Бизнесмен хренов! Я живу исключительно за счёт нескольких постоянных покупателей. Они знают меня, а я знаю их. И чёрт меня дёрнул связаться с дворянским сыном! Откуда у такого, как ты, могут быть знакомые сторонники тёмных искусств?

— Повторюсь, клиенты — моя забота. Я налаживаю твою торговлю, а ты платишь мне процент и сводишь со своими поставщиками, — повторил условия я.

— Сначала докажешь, что не лжёшь, и только после этого я, возможно, расскажу, откуда достал этот проклятый палец! — начал торговаться Сергий.

— Уж больно условия неконкретные, — хмыкнул я. — Сколько ты сейчас зарабатываешь в месяц?

— А тебе-то это зачем? Уж явно поменьше, чем тебе отец даёт на карманные…

— Сколько? — твёрдо повторил я. В моих глазах вновь блеснул некротический свет.

— Рублей сто-двести, если повезёт, — признался Сергий.

Сто-двести… По нынешним меркам это совсем негусто. Едва ли хватит, чтобы сытно питаться в течение месяца.

— Значит так, — решил подытожить я. — Я подниму твой доход до пятисот рублей в месяц. Как только это случится — ты сведёшь меня с поставщиками. Условия ясны?

Я мог бы его пытать, дальше угрожать… И он бы всё рассказал, как миленький. Но использовать Сергия в своих целях куда как выгоднее.

— Хочешь в пять раз увеличить мой доход? — рассмеялся Сергий. — Да если у тебя такое получится, я твоим слугой по гроб жизни буду. Только не выйдет у тебя ни черта.

— Значит, договорились, — улыбнулся я. — За язык тебя никто не тянул, Сергий. Будешь моим слугой. Твой номер телефона у меня есть. Скинь мне, в какое время тебя можно найти. И озаботься, чтобы клиентов, которых я к тебе пригоню, не прирезал какой-нибудь отморозок. Одному уже пришлось по рукам надавать, но что-то мне подсказывает — он тут такой не один.

— Ты только не вздумай сюда других дворян присылать! — воскликнул Сергий. — Ещё не хватало, чтобы кто-то из них меня сдал в бюро.

— Не беспокойся, — сказал я, покидая лавку. — Присылать буду только проверенных.

Выбравшись из переулка, я взглянул на часы. Половина шестого. Судя по информации из буклета, который мне отдал Роман, собрания «закодированных» тёмных магов начинаются в семь.

А значит, у меня достаточно времени, чтобы успеть заскочить в бюро.

Пора познакомиться с новыми магами.

Штаб бюро находился в нескольких кварталах неподалёку от центра города. Я добрался до места пешком, попутно изучая новую среду своего обитания.

Шумно, суетно, все куда-то спешат, повсюду кипит жизнь… Отвратительно!

Дай Светлым Магам волю — и они превратят город в муравейник. Здесь даже присутствие духов едва улавливается. Я чувствую, что глубоко под городом лежит немало костей, а души умерших теряются в скоплениях людей.

Раньше призраки выбирались из своих домов, чтобы высасывать силу из живых. Сейчас же всё наоборот. Живые люди заполонили улицы, и духам попросту не хватает сил, чтобы банально показать своё присутствие.

Теперь я лучше понимаю, к какой катастрофе привёл этот мир мой учитель. Своей выходкой он настроил весь мир против тёмных магов. И теперь в городе едва ли найдётся уголок, куда бы смог скрыться мне подобный и почувствовать себя в уюте и безопасности.

Полагаете, что право на жизнь есть только у вас, Светлые? Что ж, придётся напомнить им, какова правда на самом деле. Каждый имеет право и жить, и каждый имеет право умереть.

— Стой, куда собрался? — рявкнул на меня вооружённый охранник в белом камзоле.

Погрузившись в мысли, я даже не заметил, как оказался у стен штаба. Хорошая всё-таки штука — этот навигатор!

— Константин Матвеевич Владыкин, — представился я. — Пришёл на собрание запечатанных.

— А-а-а! — улыбнулся охранник. — Братец Ромки Владыкина? Проходите сударь. Опаздываете! Все остальные уже в сборе.

Я прошёл в корпус штаба, куда был разрешён вход гражданским лицам. Пройдя по длинному коридору, оказался у входа в зал, из которого доносились голоса. Собрание уже началось.

Ух, как пахнет-то… Чую запах тёмной магии. Слабый аромат запечатанного могущества.

— Ну что ж, — прошептал я себе под нос. — Пора приступить к вербовке.

И, распахнув широкие двери, вошёл в зал.

Глава 5

В полупустом зале стояли кругом десять стульев, на которых сидели люди разных возрастов. Единственным, кто выделялся из общей толпы, был темноволосый мужчина в очках, облачённый в форму агента бюро.

Он сидел в кресле, закинув ногу на ногу и, задумчиво, поджав губы, слушал выступления участников собрания.

Однако беседа резко прервалась, стоило мне войти в зал.

— Простите, вы, наверное, ошиблись залом, — поправив очки, заявил агент бюро. — У нас здесь собрание запечатанных.

— Значит, не ошибся, — ответил я, подхватил свободный стул и протиснул его в круг. — Константин Владыкин. Новенький.

— А-а! — протянул ведущий собрания. — Владыкин! Ну как же, как же. Слышал о вас. Фёдор Ильич предупреждал, что брат Романа Матвеевича должен к нам заглянуть.

— И вот он — я! — улыбнувшись, я рухнул на стул и вальяжно развалился на нём, потеснив своих соседей.

— Меня зовут Анатолий Юрьевич Калугин, — представился мужчина. — Я единолично отвечаю за все собрания нашего маленького… клуба. Только, честно говоря, я не ожидал, что вы заглянете к нам так скоро. Обычно запечатанным магам требуется несколько недель, чтобы адаптироваться к новому ритму жизни. Всё-таки закрытие источника магии — процедура не самая приятная.

— Да будет вам, — махнул рукой я. — Комар больнее кусается. Я подумал — а чего ждать? Нужно ведь скорее начинать реабилитацию, верно?

Остальные члены собрания посмотрели на меня с осуждением. Судя по их измученным лицам, запечатывание источника прошло для них совсем не безболезненно.

— Ох, ну не смотрите на меня так, — театрально развёл руками я. — Я просто хочу, как можно скорее избавиться от этого сладкого соблазна. Вы ведь всё прекрасно понимаете, как манит тёмная магия. Как трудно устоять перед её голосом…

— Константин! — воскликнул Калугин. — Пожалуйста, потерпите. У нас высказываются по очереди. Мы дадим вам слово, когда наступит ваш черёд говорить.

— Конечно, Анатолий Юрьевич, — ухмыльнулся я. — Я с радостью послушаю остальных.

— Прошу прощения у всех собравшихся, — обратился к участникам «клуба» Калугин. — Моя задача — объяснить Константину правила наших заседаний. Много времени это не займёт.

Солнцелюбы… Как же они любят всякие правила и заковыристые законы. Хлебом не корми, но дай засранцам придумать новое правило. По какой-то причине они всегда полагали, будто в сообществе тёмных магов царит хаос и анархия.

Но ведь это совсем не так! Мы, в отличие от них, принимаем свою естественную сущность. Мы — люди — такие же животные, как волки или медведи. Или любые другие хищники. И нашим миром всегда правил сильнейший. Иерархия по силе — вот основа всех законов.

А правила и законы светлых… Что ж, их придумали специально для трясущихся слабаков.

— Первое правило, Константин, — обратился ко мне Анатолий Калугин. — Мы собираемся здесь каждую пятницу ровно в шесть вечера. Вы имеете полное право не посещать наши «посиделки», — он усмехнулся и показал пальцами кавычки. — Но первые пару месяцев я бы посоветовал вам не пропускать собраний. В противном случае закреплённый за вами агент может всерьёз заинтересоваться вашим психическим состоянием. Это очень усложнит вашу и без того непростую жизнь.

— Короче, пожалуйста, — поторопил его я. — Мы уже потеряли столько драгоценного времени на одно только правило.

Калугин раздражённо нахмурился, но быстро отпустил накопленный негатив.

— Второе правило, Константин — пока говорит один, остальные молчат и внимательно слушают. Мы друг друга не перебиваем. Позвольте остальным высказаться. Мы для того и собираемся здесь, чтобы сбросить груз и избавиться от боли, которую дарит каждому из присутствующих зачаток тёмной магии.

Слушать его бесконечную болтовню — вот настоящая боль! И как только этот мир до сих пор не вымер, раз им уже более шестисот лет правят светлые маги?

— И третье правило — откровенность. Мы говорим то, что думаем. Ничего не стесняемся. Вроде всё просто, да, Константин?

— Проще не придумаешь. Мне уже можно говорить? — вздохнул я.

— Нет, говорит только тот, у кого в руках флажок, — добавил Калугин, указав на моего соседа, в руках которого был маленький деревянный штырь с белой тканью, на которой был изображён лик Солнца.

Эй, это уже четвёртое правило! Он их на ходу, что ли, придумывает? Чёрт меня раздери, какой ещё флажок? И это — современные тёмные маги? Во имя смерти! До чего мы докатились…

Парень слева от меня сжал флажок до хруста в межфаланговых суставах, и заговорил:

— Меня зовут Артемий Костровский. И я не спал уже больше двух недель.

То-то он мне сразу приглянулся! Он чем-то на труп ходячий похож.

— С тех пор как во мне пробудилась тёмная магия, я почти не могу уснуть из-за ночных кошмаров, — протирая покрасневшие глаза, произнёс он. — Меня преследуют призраки, просят, чтобы я исполнил их желания, или просто бессвязно кричат. Но даже если я пытаюсь помочь им, они не умолкают…

О! Медиум. Только какой-то неправильный. Не припомню ни одного медиума, который бы боялся призраков! Он ведь одним чихом может прогнать любого духа. А-а-а, ну конечно… Кого он прогонит-то без доступа к тёмной магии?

Интересно светлые придумали. Магию мы вашу, значит, запечатаем, но от её пассивных эффектов страдайте и рассказывайте всем о своей боли на позорных собраниях.

— Вы закончили, Артемий? — спросил Калугин.

— Да, — кивнул парень.

— Скажите, вы регулярно молитесь Солнцу, как я и говорил? — нахмурился куратор.

— Да, конечно, Анатолий Юрьевич, — закивал Артемий.

— Значит, уже очень скоро вам станет лучше, — улыбнулся Калугин и взглянул на меня. — А теперь отдайте флажок Константину.

Артемий трясущимися руками передал мне флажок.

Проклятье, до чего же они довели обычного тёмного мага. И если представить, что таких в мире тысячи… Нельзя это так оставить.

Я выхватил из его рук флажок и заговорил:

— Господа! Да что вы знаете о настоящих страданиях? Мне тёмная магия нашёптывает совсем другое. Вам такое и не снилось. Мертвецы говорят мне, как приятно освободиться от оков и вдоволь напитаться той силой, что дарована была нам природой…

— Константин! — перебил меня Калугин. — Что вы…

— Флажок у меня! — я помахал знаком Солнца, напомнив Калугину про третье правило.

Не мешай моей пропаганде тёмной магии, выродок!

Анатолий Калугин замолчал, а все остальные запечатанные слушали меня, затаив дыхание.

Я продолжил:

— Представьте, как тяжело слушать эти соблазнительные речи? Например, сегодня ночью со мной заговорила собственная тень. Дух сказал мне: «Разве хочется тебе и дальше быть изгоем? Ходить на нищенскую работу, которую предоставляют запечатанным. Скрывать свой истинный потенциал!»

— Константин! Прошу вас… — вновь вмешался Калугин.

— Но я взял себя в руки и хорошо всё обдумал, — я проигнорировал покрасневшего от злости Анатолия Калугина и продолжил. — И мною было принято решение — стать таким же, как и все остальные запечатанные. Не нужны мне эти речи о сладкой свободе и могущественной силе. Не нужен мне мой скрытый потенциал. Лучше быть таким, как все.

Я молча передал флажок следующему соседу, но тот выронил его из рук и зааплодировал. А следом к нему присоединились все остальные.

— Хороший пример, Константин… — в замешательстве ответил Калугин. — Видимо, тёмная магия действительно сильно на вас напирает. Очень рад, что вам удаётся удержаться от соблазна.

Болван. Совершенно не умеет читать между строк. Вся моя речь — это не история о страданиях бедного запечатанного. Я лишь косвенно рассказал присутствующим, как на самом деле приятно пользоваться этой силой.

Учитывая, в какой заднице находятся члены этого «клуба», кто-то из них точно должен клюнуть на мою выходку.

Раз Анатолий Калугин и закреплённый за мной куратор Зубов того хотят, я продолжу посещать эти собрания. Регулярно и прилежно, постепенно создавая облик благонравного солнцелюба. Но на деле буду использовать эти сборы для вербовки новых людей.

Остаток собрания я слушал вполуха. Большинство «запечатанных» плакались Калугину о том, как тяжело им живётся. И чем хуже была каждая следующая история, тем с большим интересом на меня стали поглядывать тёмные маги. Будто начали задумываться, что истинная надежда кроется не в консультациях Калугина, а во мне.

— На сегодня можете быть свободны, — заключил Анатолий Калугин. — Вы все большие молодцы! Уже скоро вы все пойдёте на поправку и сможете получить работу.

Ещё по головке их погладь. Проклятье… Я словно в детском саду оказался.

— Помните, молодого виконта, который ходил с вами на собрания в прошлом месяце? — спросил Калугин.

Собравшиеся закивали.

— Больше он здесь появляться не будет. Кураторы решили, что он полностью принял свой новый образ жизни и ему дали работу. Теперь виконт будет разгружать наши машины с провизией. Представляете? Ему дали работу в нашем бюро. Вам всем стоит тоже к этому стремиться.

Дворянину? Разгружать провизию? Невероятно… Да ещё и под присмотром бюро. Вот уж действительно — честь! Роман-то мне говорил, что мне работу совсем не дадут. Видимо, не хотел расстраивать брата новостью о том, что ему предстоит драить туалеты и заниматься очисткой выгребных ям для господ из бюро.

После своего воскрешения я полагал, что мир разделился, а я пришёл в себя на территории светлых магов. Но это — не так. Они забрали себе весь мир, а тёмных превратили своих рабов. И это после того, сколько мы сделали для развития магии и всего мира в целом…

— Константин, — позвал меня Анатолий Калугин. — Задержитесь, пожалуйста, ненадолго. Мне бы хотелось с вами переговорить тет-а-тет.

Запечатанные покинули зал, а мы с консультантом остались наедине. Я уже заранее знал, о чём пойдёт речь. Ох, главное — сдержаться, и не превратить этого выскочку в ползающий комок плоти. Пока слишком рано показывать свою силу. Какое-то время придётся поставить на свою магию статус «инкогнито».

— Константин, вы очень впечатлили меня своим рассказом, — сказал Калугин. — Но я боюсь, что такими историями вы можете шокировать другим запечатанных. Это не пойдёт им на пользу. Реабилитация поражённых тёмной магией — и без того непростая штука.

— А я-то думал, что у нас тут свобода слова, — хмыкнул я.

— Если хотите, можете рассказывать о тёмных соблазнах мне лично, — сказал Калугин. — Но остальным… Эм… Лучше сочините историю о страхах! Страхи куда лучше помогают понимать опасность тёмной магии.

Когда-то тёмные пугали светлых, а теперь всё наоборот. Нас самих же пытаются запугать собственной магией!

— Анатолий Юрьевич, я либо буду посещать собрания и делиться своими переживаниями, либо забуду о них вовсе, — заявил я. — Или вы хотите, чтобы тёмная магия взяла надо мной верх?

— Нет-нет, что вы… — напрягся Калугин. — Ладно, вы правы, Константин. Но постарайтесь, по крайней мере, общаться с остальными… чуть помягче.

— Это можно, — кивнул я.

Покидая зал заседаний, я прикинул дальнейший план действий. Как ни странно, но Калугин прав. Такими речами я быстро завладею умами запечатанных, но навлеку на себе лишнее внимание бюро.

А значит, нужно начинать действовать точечно — выбирать слабое звено и беседовать с тёмным магом за пределами собраний.

— П-привет! — из-за угла появился Артемий Костровский. — Ты, кажется, Костя, верно?

А вот и первый кандидат!

— Он самый, Артемий, — кивнул я и протянул ему ладонь для рукопожатия. — Княжич Константин Владыкин.

— О… Ого! — воскликнул Артемий, ответив на рукопожатие трясущейся рукой. — Тогда, наверное, мне стоит обращаться на «вы». Всё-таки я барон…

— На это мне как-то плевать, если честно, — фыркнул я. — Хоть конюх. Либо общаемся на «ты», либо не общаемся вовсе.

— Прости! — замахал руками Артемий. — Просто… Ты очень меня впечатлил своей речью. Такая выдержка! Не знаю, как ты до сих пор не поддался на уговоры тёмной магии. Если бы призраки не пугали меня, а предлагали способ снять печать… Стыдно признаться, но, думаю, я бы согласился.

Рыбка заглотила червячка. Осталось немного дожать.

— Об этом лучше поговорим снаружи. Вряд ли сотрудники бюро обрадуются, что мы обсуждаем тёмную магию за пределами стен зала собраний, — сказал я.

— Да, конечно! — кивнул Артемий. — Можем попить чаю. С меня чай, с тебя рассказ о своей борьбе с тёмным началом. Как тебе такое?

— Честная сделка. Только чай я на дух не переношу, — усмехнулся я. — Обойдусь обычной водой.

И яду. Много яду.

* * *

Анатолий Калугин набрал номер Фёдора Ильича Зубова.

— Да, Анатолий Юрьевич? — устало ответил Зубов. — Чего хотели?

— Фёдор Ильич, прошу прощения, что бужу вас после дежурства, но у мне срочно нужно кое-что с вами обсудить. Это касается Владыкина.

— Романа?

— Нет, Константина, — напомнил Калугин. — Кажется, он — ваш клиент.

— А, младший Владыкин… Ну-ну. Я установил ему печать. Сейчас он должен отлёживаться дома.

— Дело в том, что он уже начал посещать собрания. И меня очень беспокоит его состояние, — заявил Калугин. — Боюсь, что тёмная магия берёт над ним верх.

— Вы, как всегда, преувеличиваете, Анатолий Юрьевич, — хмыкнул Зубов. — Я не мелочился и поставил ему очень мощную печать. Она скорее его убьёт, чем позволит тёмному началу вновь взять под контроль тело.

— Вот как? — удивился Калугин. — А можно как-то проверить, правильно ли поставлена печать?

— Вы сомневаетесь в моём мастерстве? — разозлился Зубов.

— Нет, что вы! Я просто…

— Её уже не проверить, Анатолий Юрьевич. Она за сутки сливается с телом, — сказал Зубов. — Вы сами-то свою чувствуете?

— Нет… Но я долго практиковался, чтобы подавить свою тёмную магию! — оправдался Калугин.

— Поэтому вас и оставили консультантом в бюро. Так что переставайте мучить меня паранойей. Роман Владыкин живёт в одном доме с Константином. Он дополнительно проконтролирует, если вас это успокоит. А мне больше не звоните. Дайте отоспаться…

Зубов положил трубку.

Анатолий Калугин сжал телефон в руках, а затем с яростью пнул ногой стул, отправив его в полёт через весь зал собраний.

— Значит, придётся всё делать самому… — процедил он сквозь зубы.

* * *

— А что это у тебя, Константин? — спросил Артемий Костровский, заметив, как я капаю в свой стакан с водой яд.

— Сироп от кашля, — коротко ответил я.

Интересно, Валера уже заметил, что я стащил у него из-под носа пузырёк с ядом? Наверняка обнаружил пропажу и теперь бесится. Но потеря не велика. Он может выделить сколько угодно яда с помощью своей магии, а мне нужно заново вырабатывать иммунитет ко всем видам отрав. Хоть прошлый глоток и прошёл для меня безболезненно, голову всё-таки немного кружит.

Мы с Костровским сидели в кафе в двух кварталах от штаба бюро. Артемий заказал себя какую-то бурду, которую светлые называют чаем.

Чай без кладбищенской травы — не чай. Не говоря уже о проклятом сахаре, который современники добавляют во всё подряд.

— Ты хотел узнать, как мне удаётся бороться с тёмной магией? — начал разговор я. — А что, если я скажу тебе, что я и вовсе с ней не борюсь?

Скажу прямо. Если Артемий отреагирует слишком остро, отшучусь. Раз он позвал меня побеседовать, значит, готов к непростому разговору. Если бы парня интересовал только вопрос избавления от тёмных сил, он бы сейчас докучал Калугину, но не мне.

— Но как же тогда? — заикнулся он. — Ты сказал, что видишь мертвецов и духов. Выходит, до запечатывания ты был некромантом?

— Ага, — кивнул я. — Воскресил сам себя прямо на собственных похоронах. Считаешь, не стоило этого делать?

— Нет, почему же, просто… — Артемий дождался, когда официант отойдёт от нас подальше, и добавил уже шёпотом: — Эта магия опасна. Нам нельзя ею пользоваться.

— А магия молний не опасна? — пожал плечами я. — Или пиромантия? Воспламенение людей проходит без вреда для здоровья?

— Но это ведь совсем другое, — с сомнением, ответил он.

— Это — одно и то же, — сказал я и ударил кулаком по столу. — Тебя не смущает, какую работу предлагают запечатанным? Какое будущее сулят?

— Да, не очень перспективно, но всё же…

— Таскать ящики! — всплеснул руками я. — Вот твой отец — чем он занимается?

— Мы относимся к клану князя Медникова, — ответил Артемий. — Мой отец работает в его казначействе.

— И если бы в тебе не проснулась тёмная магия, ты бы унаследовал должность отца, верно? — уточнил я.

— Да, скорее всего, — кивнул Артемий.

— Но теперь тебе придётся выполнять самую грязную работу. А всё потому, что природа дала тебе свой дар, который никем больше не ценится, — сказал я. — Ты не лучше и не хуже любого другого мага.

— Но разве тёмная магия не сводит людей с ума? — спросил он.

— Кто тебе ляпнул эту чушь? — возмутился я. — Ты думаешь, что тёмная магия автоматически делает тебя плохим человеком? Нет. Плохим человека делают помыслы, а не его врождённый потенциал.

— Я всё никак не пойму, к чему ты это ведёшь, Кость, — пожал плечами Артемий. — Мы оба — запечатанные. Даже если бы мы хотели снять эти печати, у нас ничего бы не получилось.

Отлично. Он уже заговорил о снятии печати. Значит, понял, к чему я веду.

— Говори за себя, — усмехнулся я. — На мне печати нет.

Раз мы остались наедине, буду доносить информацию прямолинейно. Костровский — точно не из тех, кто станет докладывать в бюро. Если бы он меня боялся, он бы ни за что не пошёл со мной на контакт.

— То есть ты прямо сейчас можешь… Использовать некромантию? — удивился он.

— Да, — кивнул я. — И как видишь, с ума я пока не сошёл.

— Так вот зачем ты рассказывал эту историю на собрании, — улыбнулся Артемий. — Хотел сказать остальным то же, что сообщил мне сейчас?

— Мозгами ты не обделён, — сказал я. — Только мозги твои скоро превратятся в кисель, если ты позволишь призракам и духам мучить себя ночами напролёт. А именно этого бюро и ждёт. Казнить тебя собственноручно они не хотят, но если тебя убьёт твоя же сила… Тут дело другое.

— Тогда у меня совсем нет выхода, — понуро опустил голову он.

— Есть, — заявил я. — Ответь на два вопроса. Раз твой отец работает в казначействе, значит, ты и сам разбираешься в экономике?

— Да, я обучался в академии до того, как стал видеть призраков, — ответил он.

— Значит, ты мне пригодишься, — улыбнулся я. — Присоединяйся ко мне — и я помогу тебе почувствовать настоящий вкус тёмной магии.

— А как же печать? — растерялся он.

— Когда тебе её внедрили?

— Три месяца назад, — ответил он.

Поздно. Много времени прошло. Через ритуальный круг на кладбище снять печать уже не выйдет.

Но есть и другой — более радикальный способ.

— Пойдём со мной, — сказал я. — Я достану из тебя эту дрянь.

Я вышел из-за стола. Артемий засеменил вслед за мной. Уже у входа я притормозил и повернулся к Костровскому.

— Плавать умеешь? — поинтересовался я.

— Э… Нет, — ответил Артемий.

Я улыбнулся.

— Тем лучше!

Глава 6

— Куда ты меня ведёшь? — заволновался Артемий.

Я тащил своего нового знакомого медиума по проспекту к единственному месту, где я смогу снять с него печать света. По-хорошему нужно найти ещё несколько сильных мест для тёмных магов, но для этого придётся плотно познакомиться с этим городом.

— Приметил я тут одно место, пока шёл в штаб, — ответил я. — С очень сильной потусторонней энергетикой. Тебе понравится.

— Что-то я не уверен, — с сомнением в голосе сказала Артемий Костровский.

— Я не понял, ты всё-таки хочешь освободиться или так и планируешь плясать под дудку агентов штаба? — я сурово зыркнул на своего спутника.

— Х-хочу! Конечно, хочу, — испугался он.

— Другое дело. Сомнения мне тут не нужны, — предупредил я. — Тёмные маги не сомневаются. Это удел светлых. Домой сегодня вернёшься уже совсем другим человеком.

Я остановился у начала широкого моста, что раскинулся над рекой, которую современники именовали Невой.

— Мы на месте, — заявил я.

— То-то я подумал, зачем ты спрашивал меня, умею ли я плавать, — проглотил сухой ком Артемий. — Костя, ты же не хочешь сказать…

— Хочу, — улыбнулся я. — Спускайся к набережной. Сделаем это под мостом — подальше от лишних глаз.

Мы пробежались по каменным ступеням до выложенного камнем берега. Беспокойная вода доставала даже до сюда, орошая нас своими брызгами. Когда мы с Артемием прошмыгнули под мост, я скомандовал:

— Раздевайся.

— Мне что, правда, нужно в воду нырять? — испугался он. — Ты ведь даже не объяснил, зачем?

— Откуда ж в тебе столько неуверенности, — закатил глаза я. — Прислушайся к воде. Чувствуешь что-нибудь?

Наступила тишина. Её нарушал только гул автомобилей над нашей головой и шуршание реки о береговую линию. Мы простояли молча несколько минут, и лишь после этого Артемий услышал то, о чём я говорил.

Вой из-под воды.

— Милостивый бог Солнца, да сколько же там призраков… — прошептал он.

— А ну, тсс! — я дал Костровскому лёгкий подзатыльник.

— Ай! — воскликнул он. — За что?

— Не упоминай Солнце в таких местах. Это неуважение к мёртвым, — предупредил я. — Услышал голоса, да? Долго же ты соображал. Видимо, все магические каналы тебе солнцелюбы попортили.

— А что там делают призраки? — спросил меня Артемий. — Под водой-то?

— Утопленники, — коротко ответил я.

— Слишком много для утопленников, — замотал головой Артемий. — Их там сотни…

— Любой город строится на костях, — пожал плечами я. — И этот — не исключение. Видимо, немало народу осталось погребёнными при постройке каналов. Вот и плавают теперь под водой — ищут дорогу домой. Или хотят наказать виновных в своей смерти.

Души не могут уйти, пока не совершён правильный ритуал погребения. Поэтому на обычных кладбищах призраков не найти, в отличие от подобных захоронений. Да и концентратия тёмной энергии тут выходит куда больше.

А истинный некромант способен работать не только с телами, но и с душами.

— А я тут при чём? — не понял Артемий. — Ты ведь не хочешь меня в жертву принести им?

— Да что же ты за тёмный маг, Артемий, если даже таких элементарных вещей не понимаешь? — усмехнулся я. — Ладно, это поправимо. Я тебя всему обучу. А пока — взгляни на воду и попробуй сам догадаться, что сейчас перед тобой.

— Река полная призраков, — не задумываясь, ответил Артемий.

— Это кладбище! — не выдержал я. — И, судя по ауре, костям и душам, ему не менее нескольких сотен лет. Это — то, что нужно, чтобы снять с тебя уже застарелую печать.

— Хорошо-хорошо, я понял, — кивнул Артемий и похлопал себя по щекам, пытаясь собраться с духом. — Что от меня потребуется?

— Раздевайся, а я начерчу круг, — сказал я. — А что будет дальше — увидишь.

Артемий Костровский, озираясь по сторонам, стыдливо скинул с себя одежду.

— А круг ты на чём чертить будешь? — спросил он. — Не на воде же?

— Верно, — улыбнулся я. — На тебе. Повернись спиной.

Я пропустил через палец некротическую энергию и начертил им между лопаток Артемия ритуальный круг. Кожа от соприкосновения с моим ногтем почернела.

— Ай-ай! — всхлипнул Артемий. — Ты что там делаешь?

— Не переживай, небольшой некротический ожог. Быстро заживёт, — успокоил его я. — Исчезнет, когда из тебя выйдет эта дрянь.

Я закончил рисовать круг. Все приготовления к ритуалу были завершены.

— Что теперь? — спросил Артемий, растирая уставшие глаза, которые уже забыли, что такое сон.

— А теперь — плыви! — улыбнулся я и подтолкнул приятеля к краю набережной.

— Стой, подожди! — только и успел вскрикнуть Артемий, но не смог удержать равновесия и рухнул в воду.

Плавать он действительно не умел. Тут же пошёл ко дну — туда, где концентрация призраков была максимальной. Они редко уходили далеко от своих тел.

Я присел на колени и опустил ладонь в реку, после чего начал читать заклинание.

На поверхности тёмной воды всплыли пузырьки. Затем послышался вой. Мою руку схватило что-то холодное и, подтянувшись, выбралось наружу. Над рекой появилась полупрозрачная голова призрака.

— Некромант… — прошептал он. — Воскреси моё тело!

— Да тихо ты, не мешай! — я откинул призрака от себя и тот снова погрузился в воду. — Лучше спустись вниз и вместе со своими дружками и подержи медиума. Не хватало ещё, чтобы его течением унесло.

Силуэт послушно опустился под воду и перестал досаждать мне своими шепотками. Тело ему вернуть! Вечно они только об этом и просят. Хоть бы раз задумались о том, каково это — жить в разложившейся груде мяса или в потрескавшемся скелете. Похуже любого проклятья будет. Уж лучше оставаться обычным призраком.

Я закончил читать заклинание и резким рывком достал руку из-под воды. В моей ладони пульсировала длинная белая нить — печать.

Получилось! Тёмной энергетики в этой реке оказалось достаточно, чтобы извлечь эту дрянь. Осталось дождаться, когда Артемий выберется из-под воды и поделится со мной новыми впечатлениями.

Сейчас он должен почувствовать резкий приток сил.

Однако мой новый знакомый не подавал никаких признаков жизни. А рассмотреть его силуэт сквозь толщу мутной воды я не мог.

— Так и знал, что с этим парнем будет непросто, — вздохнул я и скинул ботинки.

Придётся доставать его самому.

Я сделал глубокий вдох и, выставив руки вперёд, нырнул под воду. Ох, а водичка-то холодная! Как раз взбодрюсь!

Опустившись вглубь на несколько метров, увидел свечение у самого дна. Призраки клубились вокруг тонущего тела Артемия Костровского, утаскивая его глубже и глубже — прямо к костлявым рукам, которые тянулись к парню из густого ила, что покрывал дно реки.

Не послушались меня! Да что за обнаглевшие призраки? Видимо, решили, что я какой-то запечатанный и не могу причинить им вреда.

Что ж, сейчас я быстро поставлю их на место.

Я начертил под водой круг простецкого заклинания и ударил по призракам мощной волной некротической энергии. Водоросли тут же почернели и расплавились, а души мёртвых застыли в оцепенении. Они почувствовали мощный приказ.

— Если не отпустите Артемия, — послал я им мысленный сигнал, — я привяжу ваши души к сточным канавам. Посмертие в реке вам ещё сказкой покажется!

Призраки разлетелись в разные стороны и отпустили Артемия. Я схватил парня за руку и потащил наверх — к берегу.

Наглотавшийся воды Костровский быстро пришёл в себя, как только почувствовал, что все оковы с его тела спали. Призраки больше не держали парня, а печать света была уничтожена.

— Как самочувствие? — стряхивая с себя водоросли, спросил я.

Артемий трясущей рукой коснулся своей груди и издал что-то отдалённо напоминающее смех.

— Так это… И есть тёмная магия? — произнёс он.

— Почувствуй разницу, Артемий, — сказал я. — Испытай этот сладкий вкус свободы.

— Они ведь говорили, что мы — сумасшедшие, — сидя на коленях, шептал Артемий. — Говорили, что эта сила делает нас чудовищами.

— Ну что, чувствуешь себя чудовищем? — надевая ботинки, спросил я.

— Нет, — замотал головой Костровский и посмотрел мне в глаза. — Я чувствую злость. Меня обманывали. Всех обманывают! Прямо сейчас тысячи запечатанных считают себя какими-то выродками!

— Тихо! Чего раскричался? — перебил его я. — Не спеши. Всех тёмных магов мы одним махом освободить не сможем. Но со временем это получится сделать, если я объединю под своим началом как можно больше влиятельных людей, которым не чужда наша тёмная сторона силы.

Я протянул руку Артемию.

— Что скажешь? — спросил я. — Ты готов стать одним из нас?

Костровский тяжело выдохнул и убрал с лица сползшие на лоб мокрые волосы. А затем пожал мне руку.

— Готов, Константин, — улыбнулся он. — Больше никаких собраний в штабе бюро. Теперь только свобода…

— Погоди, опять торопишься, — перебил его я. — На собрания нам ходить нужно обязательно. Это не только способ конспирации, но и отличная возможность заручиться поддержкой других тёмных магов. Нужно распечатать как можно больше новых соратников. Но только тех, в ком мы уверены. Наверняка среди посетителей клуба хватает людей с промытыми мозгами. Ты ведь и сам до сегодняшнего дня полгал, что тёмная магия — это чистое зло.

— Ты прав, — кивнул Артемий. — Я аккуратно пообщаюсь с остальными. Узнаю, что они думают. Но перед этим мне точно не помешает выспаться. Кстати, а призраки больше не будут меня беспокоить?

— Будут — куда ж они денутся? — усмехнулся я. — Ты — медиум. Связующее звено между миром живых и миром мёртвых, — я ткнул пальцем вверх, указав на мост, под которым мы расположились. — Ты как мост между мирами. Только при желании ты можешь развести его, временно закрыв призракам доступ к своему разуму. Но не увлекайся этим. Призраки могут быть полезными. Если ты научишься брать их под контроль, из них могут выйти неплохие охранники. Тебя никто и никогда не сможет ударить в спину, если её охраняет бесплотный дух.

— Мне уже не терпится попробовать! — воскликнул Артемий.

— Да-да, я понимаю, — кивнул я. — Ты только оденься, пожалуйста, пока нас никто не увидел.

— Ой, — опомнился Артемий. — Извини, совсем забылся!

Костровский принялся собирать разбросанную по набережной одежду.

— Ну что, теперь отправимся по домам? — спросил он после того, как оделся.

— Стой, Артемий, — остановил его я. — Для начала я хочу убедиться, что ты можешь за себя постоять. Обратись к реке. Попробуй призвать хотя бы одного призрака.

— Как это сделать? — нахмурился он. — Я ведь ни разу не пробовал.

— Сконцентрируйся на своём тёмном начале, — посоветовал я. — Как только ощутишь жгучий холод в груди — сразу же преврати свою волю в приказ. Заставь одну из душ подняться из-под воды.

Артемий Костровский подошёл к краю набережной, сделал глубокий вдох и взмахнул руками.

Его губы сами прошептали нужные слова. Тёмная магия руководила телом, подталкивала своего носителя к нужным действиям.

Из-под воды появился прозрачный мужской силуэт.

— Ты вызывал меня, медиум? — прошелестел его холодный голос.

— Да, тебя-то я и вызывал, — кивнул Артемий.

Он вызвал какого-то конкретного призрака? Но зачем?

— Я заметил, что ты единственный пытался помешать своим собратьям по могиле утянуть меня на дно, — произнёс Артемий. — Почему?

Ого! Неплохо! Даже я не обратил внимания, что не все призраки были настроены враждебно. А у парня явно имеется неплохой потенциал. При должной подготовке из него выйдет отличный медиум.

— Остальные переполнены злобой, — сказал призрак. — Они не могут смириться со своей гибелью. Мстят живым, топят лодки, утаскивают на дно людей. Я — не такой.

— Как тебя зовут? — спросил Артемий.

— Георгий, — коротко представился призрак. — Можно просто — Жора.

— Кем ты был в прошлой жизни, Жор? — спросил Артемий.

— Эй, — перебил я их. — Не привязывайся к нему слишком сильно. Некоторые призраки умело обманывают людей.

— И он обманывает? — удивился Артемий.

— Нет, в нём я злого намерения не чувствую, — ответил я. — Просто предупреждаю. Будь аккуратен, медиум.

— Я был моряком, — послышался голос призрака. — Моё судно потонуло в этой реке. Потому я и не стремлюсь топить остальных.

— Он отвечает на мои вопросы! — обрадовался Артемий.

— Я же тебе говорил, — кивнул я. — Призраки будут тебя слушаться.

— Кость, я задержусь тут ненадолго, — сказал Артемий. — Хочу посмотреть, на что способны мои силы.

— Хорошо, только не переусердствуй, — посоветовал я. — И постарайся не привлекать лишнего внимания. Если кто-то доложит в бюро, что запечатанный общается с призраками под мостом — у нас будут неприятности.

— Я буду аккуратен, — уверенно кивнул Артемий Костровский. — Спасибо тебе ещё раз. Теперь я твой должник.

— Не должник, — замотал головой я. — А один из первых людей в моей зарождающейся теневой империи.

Судя по лицу Артемия, он пока совершенно не понимал моих планов. И хорошо, иначе масштабы могут его попросту спугнуть.

Я вернулся на проспект и вызвал такси. Пока ждал машину, на город обрушился ливень. Отлично, теперь ни у кого не возникнет вопросов, почему я вернулся домой насквозь мокрый. Главное все водоросли из карманов достать.

Автомобиль остановился на обочине. Я забрался на заднее сиденье. Водитель хотел возмутиться из-за того, что я залил водой его заднее сиденье, но как только я назвал адрес, он резко присмирел.

— Как скажете, господин, — кивнул он.

Мне повезло, что я воскрес в теле дворянина. Если бы пришлось начинать новую жизнь с тела простолюдина — адаптироваться к новым условиям было бы куда сложнее. Пришлось бы потратить не меньше года только на то, чтобы выбиться в люди. И уже после этого задумываться о возвращении могущества тёмных магов.

Но удача мне улыбнулась. А значит — надо этим пользоваться.

* * *

Елена Владыкина разговаривала по телефону, когда Роман вернулся домой.

— Да, — тихо отвечала женщина. — Да. Как только он вернётся, я доложу обо всём.

— Мама! — послышался голос Романа из гостиной. — У меня для тебя хорошие новости!

— Больше не могу говорить, — встревоженно сообщила женщина своему собеседнику. — Свяжусь, когда вся семья будет в сборе.

Елена бросила трубку, и в этот момент в комнату вошёл Роман.

— Что такое, сынок? — улыбнувшись, спросила она.

Телефон быстро скрылся в потайном кармашке её платья.

— Представляешь, Костя наш сегодня был на собрании запечатанных, — с торжеством объявил Роман. — Обычно наши клиенты приходят туда лишь через несколько недель после постановки на учёт. Некоторых вообще силком затаскивают. А Костя добровольно явился, в первый же день после своей… Тёмной инициации.

— Ох, — обрадовалась мать. — Это же прекрасные новости! Значит, он куда сильнее, чем я думала.

— Да, я, если честно, полагал, что он у нас слишком мягкотелый. Но, похоже, случившееся несчастье укрепило его дух, — подытожил Роман.

Взгляд Елены Владыкиной упал на окно, и женщина, громко вскрикнув, закрыла рот руками.

— Мама, в чём дело? — испугался Роман.

— Там за окном… — она судорожно указывала пальцем за спину Романа Владыкина. — За нами с улицы наблюдает какая-то женщина.

* * *

— София! — разозлился я, увидев Потёмкину рядом с главным входом в родовое имение. — Ты как здесь оказалась? Я же просил — прийти завтра утром!

— Прости, владыка, — поклонилась она. — Кажется, я перепутала день с ночью.

У ног Софии стоял громоздкий чемодан. Додумалась же дурёха посреди ночи сюда заявиться. Стоп…

— А как ты оказалась на внутренней территории имения? — спросил я. — Кто тебя пустил?

— Никто, владыка, — замотала головой она. — Я сюда перелетела.

— Не на метле, надеюсь? — зажмурился я.

— А на чём же, если не на ней? — пожала плечами девушка.

— Да тебя же могли заметить! — рявкнул я.

Моему голосу вторили раскаты грома.

— Значит так, — начал я. — С этого дня делаешь всё в точности, как я скажу. Ни шагу вправо, ни шагу влево. Если из-за тебя вся моя конспирация развалится — пеняй на себя.

— Простите! Простите, владыка! — она попыталась упасть на колени, но я подхватил её под руки, чтобы девушка не извозилась в грязи. — Как мне искупить свою вину?

— Потом придумаю. А сейчас — живо со мной в дом, — скомандовал я. — Я представлю тебя семье.

Я распахнул двери имения, София засеменила вслед за мной.

В фойе особняка уже ожидали Роман вместе с матерью.

— Вечер добрый, семейство, — улыбнулся я. — Соскучились?

— Константин! — строго воскликнул Роман. — Кто это с тобой? Эта женщина наблюдала за нами в окно!

— Знакомьтесь, эта прекрасная особа — София Потёмкина, — представил девушку я. — Моя личная служанка. Я решил, что у нас слишком мало рабочих рук.

— Это честь для меня познакомиться с вами, — изящно поклонилась София.

Ого! Актёрским мастерством она не обделена. Вот может, если захочет.

— Не понимаю, Кость, к чему всё это? — нахмурился Роман. — У нас достаточно слуг. Куда ещё одна?

— Тем более новых сотрудников нанимает наш главный дворецкий! — воскликнула мать. — Ты не обговорил с ним её кандидатуру?

— Нет. А зачем? — пожал плечами я. — Мнение княжича ценнее, чем мнение дворецкого. Или я ошибаюсь? Расслабьтесь, я просто хочу обезопасить остальных слуг.

— Обезопасить? — не поняла Елена.

— Может, им и удаётся это скрыть, но всё же никому из наших работников не доставляет удовольствия обслуживать запечатанного. Я нашёл человека, который не побрезгует готовить пищу и убирать комнату такому тёмному магу, как я.

Елена и Роман переглянулись. Судя по их взглядам, мои слова смогли их убедить.

— Хорошо, Кость, — кивнула мать. — Если ты так хочешь, я попрошу нашего дворецкого, чтобы он выделил Софии комнату.

— Я буду вам очень благодарна, княгиня, — вновь поклонилась София и последовала за мной на второй этаж.

Пока Елене Владыкина решала вопрос с дворецким, я завёл Софию в свою комнату и запер дверь.

— Я собирался обсудить с тобой один вопрос до того, как ты заселишься в дом, — начал я. — Но ты вынуждаешь меня делать это буквально на ходу.

— Что тебя интересует, владыка? — захлопал глазками, спросила София.

— Ты явно умолчала о некоторых моментах своей биографии, — хмыкнул я. — Без взаимного доверия нам с тобой взаимоотношений не выстроить.

— О чём я, по-вашему, умолчала? — София виновато отвела взгляд.

— Ты сказала, что изучала тёмную магию по книге мёртвых «Экс Мортис», — сказал я. — Но она слишком сложна в освоении. Максимум, что ты могла делать — это черпать из неё силу. Колдовству тебя обучил кто-то другой. Кто?

— Если я скажу тебе, владыка, я нарушу клятву, — призналась София.

— Ты уже дала мне клятву. Слишком много клятв для одной слабенькой колдуньи, — сказал я. — У тебя два варианта, либо быть верной мне, либо хранить свои секреты и дальше. Но учти — в таком случае тебе придётся уйти из этого дома, а я продолжу следить за тобой. Ты этого хочешь?

— Нет, — замотала головой София. — Хорошо, владыка, я всё поняла. Просто… Те люди, которые показали мне азы тёмной магии — они очень могущественны.

Могущественны? Отлично. Если где-то в городе есть объединение сильных тёмных магов — мне нужно будет с ними встретиться.

— Говори, — начал терять терпение я. — Кто они?

Мои глаза блеснули угрожающим некротическим светом. София вздрогнула, но вовсе не испугалась моей магии. Она с восхищением посмотрела на лучи моей магии.

И ответила на мой вопрос.

Глава 7

— Ковен ведьм, — призналась она. — Я вступила к ним ещё до того, как мой покойный муж ушёл на войну.

Ведьмы? Ну конечно… Всё сходится. А ведь я даже не учитывал, что подобные им могли сохраниться. Женщины, которые не имеют прямого доступа к тёмной магии и творят колдовство с помощью старого доброго контракта. Обычно они заключают договор с тёмной сверхъестественной сущностью или черпают магию, которую им дарует другой могущественный маг.

— Рассказывай, сколько ведьм в ковене? — обратился я к Софии.

— Трое, не считая меня, владыка, — ответила она. — Я могу поговорить с ними, они не будут представлять для тебя опасности.

— Опасности? Ведьмы? — рассмеялся я. — Для меня? Не думал, что у тебя есть чувство юмора София. Но мне сейчас не до шуток. Лучше расскажи, с кем вы заключили контракт. Это принципиально важно. Сущность, с которой ведьмы по неосторожности подписывают договор, может оказаться очень непредсказуемой и опасной.

— Я не знаю, владыка, — замотала головой София. — Я вступила в этот ковен уже после того, как мои «сёстры» заключили контракт. И мне они не дали возможность встретиться с тем, кто дарует им силу. Они использовали меня в качестве… служанки.

Значит, не доверяли ей. Либо, не хотели делиться силой. Хитрые ведьмы, и жадные до власти. Но мне необходимо с ними встретиться. Переманить их на свою сторону, а заодно и связаться через их ковен с той сущностью, с которой они заключили контракт.

Это может быть, как сильный некромант, так и обычный демон.

И тот и другой может мне пригодиться.

— Забудь о ковене, — посоветовал я Софии. — Куда лучше, если ты станешь моей служанкой. Со временем я смогу обучить тебя настоящей тёмной магии. Но только при том условии, что ты докажешь мне свою верность.

— Я буду верна тебе, владыка! — взмолилась она. — Честное слово!

— Больше никаких секретов, понятно? — напомнил я. — О ковене нужно было предупредить с самого начала.

— Я поняла, — кивнула девушка. — Это больше не повторится. Обещаю…

* * *

Пока Роман откланялся отдыхать, княгиня Елена Владыкина подозвала главного дворецкого для разговора.

— Прохор, подойти ко мне, — попросила женщина.

— Да, госпожа, — отозвался статный высокий мужчина, изящно поправив густые усы.

Прохор Андреевич Селивёрстов хоть и был всего лишь дворецким семьи Владыкиных, но и сам своей горделивой осанкой и поведением походил на аристократа.

— Прохор, ты должен проверить эту девушку, — нахмурилась Елена. — Нельзя допустить, чтобы она испортила всю нашу работу.

— Думаете, она может быть шпионкой? — прошептал Прохор.

— Возможно. Мы не для того годами набирали верных людей, чтобы выходка Константина испортила нам все планы, — произнесла Елена. — Император должен получать информацию в прежнем режиме. Если она будет нам мешаться…

— Не беспокойтесь, Елена Александровна, — мягко перебил женщину Прохор. — Я понимаю вашу тревогу. Две шпионки в одном доме — это чересчур.

— Я не шпионка! — вспрыснула Елена. — Таковы условия. Я служу нашему императору верой и правдой, поэтому обязана…

— Я вас понимаю, Елена Александровна, — вновь взял слово Прохор. — Мне известны ваши мотивы. Я знаю, что вы стараетесь ради семьи.

— Но ведь никто кроме тебя этого не знает, Прохор, — женщина достала платок и утёрла им выступившую слезу. — Хотя бы ты понимаешь, что я шпионю для императора не для того, чтобы как-то навредить нашей семье? Это моя обязанность и уже очень давно…

— Знаю, — кивнул Прохор. — И очень уважаю ваш труд.

— Спасибо, Прохор, — улыбнулась женщина, но её улыбка быстро сменилась звериным оскалом. — Проверь эту Софию. Если заподозришь за ней хоть что-то неладное — сразу сообщи мне.

— Будет исполнено, госпожа, — поклонился дворецкий.

* * *

Наш разговор с Софией прервал стук в дверь.

— Константин Матвеевич! — послышался голос дворецкого. — Могу я войти?

Да кого там ещё черти носят?

— Входите! — крикнул я.

Дверь открылась, и на пороге моей комнаты появился дворецкий — заведующий всеми слугами в имении. Если память мне не изменяет, его, кажется, зовут Прохором.

— Что-то нужно, Прохор? — спросил я. — У нас с Софией серьёзный разговор.

— Понимаю, Константин Матвеевич, но мне и самому нужно поговорить с вашей новой служанкой. Я обязан показать ей дом и рассказать о её обязанностях.

— Я и сам могу с этим справиться, — отрезал я. — Тем более перечень обязанностей я передам ей сам. Она будет исполнять только мои приказы.

Прохор оторопел. Похоже, он совсем не ожидал, что я не дам ему взять в оборот Потёмкину.

— Может быть, и платить вы ей тоже сами будете, Константин Матвеевич? — нахмурился Прохор.

А старик, похоже, не лыком шит. Ведёт себя так, будто это я живу в его доме, а не наоборот.

— Прохор, ты на что намекаешь? — я приподнял одну бровь. — Хочешь сказать, у главного наследника рода Владыкиных нет денег, чтобы оплатить услуги одной-единственной служанки?

Я ударил по его профессионализму. Прохор почувствовал себя уязвлённым — это было видно. Но больше всего он опасался, что может обидеть меня своими заявлениями.

— Прошу прощения, Константин Матвеевич, я вовсе не хотел сказать ничего подобного, — поклонился он. — Я лишь хотел проявить гостеприимство по отношению к нашей новой служанке.

— Извинения принимаются, — сухо ответил я. — Можете показать Софии дом. И прошу выделить ей комнату неподалёку от моей. Чтобы я мог позвать её в любой момент.

— Ох… — вздохнул Прохор и, задумавшись о моём указании, замолчал. — Между вашей комнатой и комнатой Валерия Константиновича есть одно свободное помещение. Но… Мы используем его, как кладовку.

Отлично. Чем темнее комната, тем лучше. Лучше места для будущей тёмной колдуньи и не придумать.

— Меня устраивает! — улыбнулась София. — Кладовка — самое то.

Прохор вскинул брови, но ничего не ответил. Видимо, мы с Софией не на шутку поразили его своим ходом мыслей.

— Ну… Хорошо, — наконец, кивнул он. — София, пройдёмте со мной. Обустроим вам комнату.

Прежде, чем последовать за Прохором, девушка взглянула на меня, ожидая разрешения. Я одобрительно кивнул и, когда слуги ушли, заперся в своей комнате.

Чересчур бдительное внимание к одной-единственной служанке. Что-то тут не так. Не думаю, что этот Прохор самовольничает и пытается установить свои правила в доме. Скорее всего, кто-то приказал ему проверить Софию. Либо Роман, либо моя мать.

Что ж, пусть делают, что хотят. Всё равно им моего решения уже не отменить. В отсутствие отца главный в доме — я. Хоть Роман и старший сын, но свою семью он завести не может по долгу службы. А значит, главный наследник и главная ставка на будущее семьи Владыкиных — это я.

И первый наследник за сегодня изрядно утомился. Нужно отоспаться, впереди ещё много дел. Сегодняшний день прошёл крайне продуктивно. На моей стороне уже несколько интересных личностей. Медиум Артемий Костровский. Колдунья-недоучка София Потёмкина. И бывший монах, торговец запрещёнными товарами — Сергий.

Теперь нужно связать всех этих людей в единую систему, получить доступ к ковену ведьм и продолжить агитировать запечатанных, постепенно извлекая из них печати света.

Работы ещё — уйма. Но начало уже положено.

С этими мыслями я провалился в мертвецки глубокий сон.

Следующее утро началось не с чашечки кофе. Я открыл глаза, почувствовав какую-то возню под одеялом. Не привык я просыпаться так рано, но постороннее движение в моей постели не могло меня не разбудить.

Я резко поднял одеяло… И оттуда на меня выскочила змея. С громким шипением чёрная рептилия попыталась впиться зубами в моё плечо, но я поймал её за шею и тут же выпустил в тело змеи приличную дозу некротической энергии.

Чёрная гадюка несколько раз дёрнулась, пытаясь вырваться, но быстро ослабела.

— Бедняга, — вздохнул я, ослабив хватку.

Убивать змею мне не хотелось, поэтому я открыл окно и выбросил её со второго этажа. Пусть уползает.

Я накинул домашний халат и вышел из комнаты. Проходя мимо комнаты Валеры, я крикнул брату:

— Хорошая попытка! Только животных большей не мучай. Я это не одобряю.

— Чёрт! — послышалось глухое восклицание из-за двери.

— И не сквернословить! — бросил я ещё одно замечание младшему брату, после чего направился на первый этаж — в столовую.

Дилетант! Мог бы придумать что-нибудь поинтереснее, кроме яда. Эх, а я, получается, сглупил. Надо было дать гадюке себя укусить. Сжалился, выпустил её на волю и попросту забыл о том, что собирался вырабатывать иммунитет ко всем видам ядов.

Надо будет потом поискать её во дворе. Вряд ли она далеко уползла после удара некротикой.

На лицах сидящих в столовой Владыкиных повисло недовольство. Взгляды Романа и матери были устремлены на мельтешащийся силуэт Софии Потёмкиной, которая то и дело сновала из кухни в столовую — туда и обратно.

— Доброе утро, — поприветствовал я Владыкиных. — Вижу, что София уже вовсю трудится?

— Ей никто этого не разрешал, — нахмурилась мать. — Костя, зря ты подпустил её к кухне. Мы ведь её совсем не знаем. А вдруг она кому-нибудь подольёт яд в пищу?

Валера, только вошедший в столовую, замер, услышав, что речь зашла о яде.

Не Софию тебе надо бояться, мама.

— Она никому не причинит вреда, — ответил я. — Тем более готовит она только для меня, если, конечно, Прохор не убедил её поработать для всей семьи.

Я заглянул на кухню и крикнул:

— София!

— Да, влады… Константин Матвеевич! — отозвалась девушка.

— Ты кому завтрак готовишь? — поинтересовался я.

— Вам, Константин Матвеевич, как вы и просили, — ответила она.

— Вот видите, — пожал плечами я и сел за стол.

— Так она заняла кухню на всё утро только для того, чтобы приготовить завтрак тебе одному? — вздохнул Роман. — Ясно. Поем на работе.

— Это никуда не годится, — фыркнула Елена. — В конце концов, Константин, ты ведь не один в этом доме живёшь!

— Сейчас разберёмся, — уверил мать я. — Прохор!

— Да, Константин Матвеевич, — ответил дворецкий.

— Почему готовит одна София? — спросил я. — Где остальные слуги?

— Ваша служанка никого к кухне не подпускает, — заявил Прохор. — А если кто-то приближается к вашей еде — она шипит и угрожает.

— Умница, София, — улыбнулся я.

— Что-что? — удивился Прохор.

— Я поговорю с ней, чтобы выделила остальным слугам часть кухни, — поправил себя я.

А она молодец. Видимо, опасается, что к моей пище подойдёт кто-то с целью навредить мне. И, судя по недовольному выражению лица Валерки, он уже пытался отравить еду, но тщетно.

Через минуту София начала выносить тарелку за тарелкой. Чего она только не приготовила. Запечённая курица, картофельное пюре, котлеты…

Поток еды всё не прекращался.

— Кажется, она израсходовала все наши запасы, — вздохнул Прохор. — Боюсь, придётся сегодня ехать за продуктами.

— София! — скомандовал я. — Раскладывай еду всей семье. Я один столько при всём желании съесть не смогу.

— Я не стану есть приготовленную ей пищу, — упёрлась Елена.

— А вот я, пожалуй, попробую, — пожал плечами Роман и закинул на свою тарелку несколько котлет.

— Вы пока начинайте трапезу, — предложил я. — Мне нужно побеседовать с Софией.

Я вышел из-за стола и направился на кухню. За спиной послышался голос Романа.

— М-м! Зря отказываетесь. Очень даже неплохо получилось.

Тёмные маги кормят светлого. Ха-ха! Новая эпоха не перестаёт меня удивлять.

Я зашёл на кухню и остановил мельтешащуюся Софию.

— София, хватит скакать, как заведённая, остановись, — велел я. — Есть несколько замечаний.

— Что случилось? — испугалась она. — Я опять что-то не так сделала?

— Не совсем, — улыбнулся я. — Ты большая молодец. Но кое-что в твоей агрессивной тактике нужно поменять. Во-первых, я столько не съем. Позволь и остальным слугам работать. Это не только твоя кухня. Это понятно?

— Понятно, владыка, — прошептала София и захихикала. — Я хотела тебя удивить.

— У тебя это получилось, — ухмыльнулся я. — И второе — видишь моего младшего брата — Валеру?

— Да, — кивнула София. — Он, между прочим, пытался пролезть на кухню всё утро.

— Вот, я хотел попросить тебя — не мешай ему, — заявил я. — У нас с ним небольшая игра. Другими словами, если он будет пытаться убить меня — не вмешивайся. Так надо.

— О, понимаю! — улыбнулась София. — Игры со смертью? Мне такое по душе.

— Только ни с кем больше в доме на такие темы не разговаривай. Остальные не поймут. Поняла?

— Конечно, мне всё понятно, владыка, — сказала София, а затем прильнула к моему уху и прошептала: — Я тоже должна тебя предупредить. Остерегайся дворецкого и своей матери. Я подслушала их разговор. Они ведут тайную игру за вашими спинами.

— Так, тише, — остановил её я. — Об этом расскажешь подробнее у меня в комнате. После завтрака.

Да сколько же тайн в этой семье? Похоже, я возродился в самой странной дворянской семье империи. Пока что меня не успел удивить только отец. Хотя его я ещё лично не встречал.

Вернулся в столовую и приступил к завтраку вместе с остальными. Валера последовал примеру Романа и тоже осмелился разделить с нами трапезу. Елена Владыкина сопротивлялась дольше всех, но всё же не устояла.

— Твоя служанка сносно готовит, Костя, — сказала мать под конец ужина. — Есть ещё чему поучиться, но для начала весьма неплохо.

— Я тщательно подбирал кандидатку, — ответил я. — Благодарю, мама. Кстати, я обсудил с Софией твои замечания. Она больше не будет мешать другим слугами на кухне.

— Слава Солнцу, — вздохнул за моей спиной Прохор.

Интересно, что общего между моей матерью и этим дворецким? Если уж даже София обнаружила, что они плетут какие-то интриги, то и мне стоит быть настороже.

После завтрака я забрал Софию в свою комнату и запер дверь. Прежде чем начать разговор, осмотрел помещение, чтобы убедиться — не спрятал ли мой брат очередное ядовитое животное или взрывчатку.

Мне-то его выходки навредить не могут, а вот у Софии иммунитет к ядам вряд ли имеется.

— Вроде всё чисто, — сказал я. — Теперь рассказывай. Что ты услышала?

— Прохор провёл меня по всему имению прошлой ночью, — сказала София. — Но мне показалось, что его главной целью была не экскурсия, владыка.

— А что же тогда? — я уселся в кресло и закинул ногу на ногу. — Не стой столбом, Софа, сядь.

София растерялась и попыталась сесть мне на колени.

— Да не на меня! На кровать садись! — воскликнул я.

— Простите, владыка, — покраснела девушка и приземлилась на край кровати напротив меня. — В общем, Прохор расспрашивал меня о моём прошлом. Интересовался, кто я такая, кто мои родители и откуда я родом. Спрашивал, как мы с тобой познакомились.

Плохо. Я и не думал, что в доме имеется такой любопытный дворецкий. Он точно не для себя извлекал эту информацию.

— Что ты ему сказала? — напрягся я.

— Сказала, что я из бедной семьи. Упомянула, что мой муж погиб на войне, — начала перечислять София. — Последний факт почему-то порадовал Прохора. Но я не поняла, что в этом радостного.

— Видимо, для него твоё родство с военным — это плюс, — догадался я. — У меня отец военный.

— Ах, вот оно что! — воскликнула София. — Прохор сказал, что я понравлюсь хозяину имения.

— Что ты ответила о нашей встрече? Я надеюсь, ты не упомянула, что мы познакомились на кладбище? — спросил я.

— Нет, конечно, владыка, — замотала головой София. — Я сказала Прохору, что вы нашли меня по объявлению.

— Отлично, — кивнул я. — Всё правильно сделала. Он что-то ещё спрашивал?

— Мелочь всякую… Интересовался, на кого я работала и какие у меня политические взгляды. Не поняла, какое это имеет значение для простой служанки.

Действительно, странные вопросы. Похоже, дворецкий подозревает, что София Потёмкина может оказаться засланным агентом вражеского рода или прочих недругов семьи. А взаимоотношения Владыкиных с другими аристократами и их место на политической арене — это очень важный вопрос. Нужно аккуратно расспросить Романа об этом. У княжеского рода не может не быть врагов.

А раз я теперь Владыкин, значит, их враги — мои враги тоже.

— Потом Прохор отправил меня разбирать кладовку, чтобы оборудовать свою комнату, — объяснила София. — Но я не послушалась и проследила за ним. Он встретился с твоей матерью, и между ними завязалась любопытная беседа. Прохор доложил ей, что прямой угрозы во мне не увидел. И что о моём появлении в доме императору знать не обязательно.

— Императору⁈ — удивился я. — А император-то каким боком тут взялся… Странно, что они вообще обсуждали это на виду. Они точно не заметили, что ты их подслушала?

— Они скрылись в самом тёмном уголке дома, подальше от слуг, — пояснила София. — Я использовала теневую походку, чтобы они меня не заметили.

— Ты владеешь теневой походкой? — усмехнулся я. — Недурно для служанки из ковена ведьм.

Видимо, с помощью неё она и передвигалась на кладбище в ту ночь, когда мы встретились. Я ведь тогда не сразу заметил её присутствие.

— Твоя мама так же упомянула, что пока не будет отправлять письмо с отчётом. Подождёт возвращения отца.

Это что же получается… Она отправляет кому-то информацию о том, что происходит в доме Владыкиных? Но кому? Неужто самому императору?

Этот вариант нельзя исключать. Глава громадной империи должен знать о том, что происходит в самых могущественных дворянских семьях. Но кто бы мог подумать, что сама княгиня Владыкина сливает ему информацию…

Вряд ли мой отец или кто бы то ни было из нашей семьи в курсе. Вполне может быть, что и Прохор — один из агентов императора, который помогает матери следить за порядком в доме.

За порядком — во всех смыслах этого слова.

— Костя! — послышался крик Романа из коридора.

— В чём дело? — я выглянул из своей комнаты.

— Опять сидишь один в темноте, как сыч? — усмехнулся Роман. — Я уезжаю на дежурство. Хотел передать, что тебя у входа ждёт твой друг.

— Друг? Какой ещё друг? — нахмурился я.

Этого ещё не хватало. Надеюсь, не Артемий Костровский сюда припёрся? Мои новые соратники скоро порушат мне всю конспирацию!

— Постоянно забываю, что у тебя не вся память сохранилась после… После похорон, — поёжился Роман. — В таком случае тебе придётся заново с ним познакомиться. Вы вроде неплохо ладили, пока ты учился в военной академии.

Так. Выходит, что это всё-таки не Артемий. Какой-то друг прежнего Владыкина. Удивительно, что у этого замухрышки были друзья!

— София, проследи за моей комнатой, — попросил я. — Я отойду ненадолго.

Девушка кивнула, а я проследовал за Романом на первый этаж. В фойе меня ожидал короткостриженый юноша в синем мундире.

— Кость, — прошептал Роман. — Не отстраняйся от своего друга. Пообщайся с ним, вспомни былое. Может, тебе это пойдёт на пользу.

Я понимал, что мне придётся провести время со старым знакомым, чтобы не вызывать лишних подозрений. Если совсем сокроюсь от старого окружения, ко мне точно возникнут вопросы, как минимум у Романа.

Роман попрощался с другом моего предшественника, махнул мне рукой и покинул дом.

Я замер у лестницы, почувствовав отвратительный аромат. О нет, только не это…

— Здравствуй, Костя, — улыбнулся мне курсант. — Рад видеть тебя живым.

Будь я проклят… От него разит магией, которую я больше всего на свете не переношу.

И это с ним я должен провести сегодняшний день⁈

Глава 8

Не просто светлая магия, а самое противное из её ответвлений. Магия жизни… Да ещё и лекарская ветвь. Сложно даже описать, что испытывает порядочный некромант, находясь рядом с таким магом. Словно аллергик в туче цветочной пыльцы. Невыносимый зуд по всему телу и желание хорошенько прочихаться.

— Роман сказал, что ты забывчивым стал после возвращения с того света. Меня-то хоть не забыл? — спросил курсант.

— Я собственное имя только благодаря надгробью смог вспомнить. Конечно, забыл, друг, — солгал я. — Придётся заново знакомиться.

По лицу курсанта пробежало удивление, которое быстро сменилось то ли гневом, то ли презрением. Но испытывал он эти эмоции отнюдь не ко мне.

— Проклятая тёмная магия! — воскликнул он. — Никому нет от неё спасения. Ни один добрый дворянин не застрахован от неё… — он сокрушённо помотал головой и тяжело вздохнул. — Что ж, Кость, значит, будет у нас сегодня день воспоминаний.

Только этого мне не хватало. Целый день в компании мага жизни!

— Меня зовут Антон Шведов, — представился он и пожал мне руку. — Мы с тобой много лет дружили. Столько всяких передряг пережили! Но, думаю, поболтать лучше на свежем воздухе. Или ты всё также верен своей берлоге и никуда не выбираешься?

— Нет, ты прав, давай лучше пройдёмся до центра, — согласился я.

Ещё не хватало, чтобы весь дом провонял магией жизни. Мне достаточно и одного Романа с его чарами света.

К нашему особняку Антон приехал на такси, но до города нас сопроводил личный водитель Владыкиных. Мы вышли на набережную и не спеша побрели по шумным закоулкам Санкт-Петербурга.

— Знаешь, Кость, как только я узнал, что с тобой случилось, я сразу же подорвался к тебе, — заявил Антон. — Такое горе… Словами не описать, как я соболезную.

— Ты это о чём? — вскинул брови я.

— Как это «о чём»? — хмыкнул он. — О пробуждении в тебе тёмной магии, разумеется. Помню, как ты долго маялся ещё в академии из-за того, что у тебя до сих пор не пробудился магический потенциал. Лучше бы оно и дальше так оставалось.

Так, выходит, у моего предшественника совсем не было магического потенциала? Эх, и повезло же мне! Возродился бы в теле какого-нибудь Антона Шведова. Пришлось бы вырезать из себя магический источник, который отвечает за жизненную магию — а это занятие не из приятных.

— Жаль мне тебя, Костя, — продолжал Шведов. — Но как же всё-таки тебе повезло, что запечатать эту скверну успели. Тебе надо молиться Солнцу каждый день за то, что бог тебя не бросил.

Пока Шведов болтал, я осматривался по сторонам, пытаясь понять, много ли людей заметит, если я скину своего «друга» в реку. Но на улице было людно, как никогда. Лучше не предпринимать импульсивных решений. Пусть и дальше твердит о своём Солнце. Чем больше у меня в окружении таких людей, тем меньше шансов, что кто-то заподозрит во мне одного из сильнейших некромантов в истории человечества.

— Жалеть меня не надо, Антон, — перебил его я. — Жалость побереги для слабаков вроде других запечатанных. Я же получил шанс на новую жизнь и профукать его не намерен.

— Ты не подумай, я никак не хотел тебя оскорбить! — засуетился Шведов, почувствовав источаемую мной волну напряжения. — Как раз наоборот, ты мне каким-то другим кажешься. Сильнее, чем в училище. По характеру — уж точно.

— Я не помню, что было со мной в училище, — ответил я. — Ты не в курсе, почему я отчислился?

— Как же, ещё как в курсе! — усмехнулся Антон. — Ты с момента поступления причитал о том, что не хочешь идти по стопам своего отца. Видимо, хотел таким образом досадить ему.

Какой жалкий ход… Поступить в военное училище по указке отца, а потом ныть и позорить свой род. Всё-таки прежний Константин не вписывался в собственную семью. Каждый Владыкин хранит свои секреты, а у моего предшественника их, похоже, и не было толком.

Некромант под прикрытием куда лучше подходит на роль главного наследника Владыкиных.

По крайней мере, пока мне самому эта игра не надоест.

— А ты, как я посмотрю, всё же добился успеха, — перевёл тему я. — Что означает эта нашивка?

Я ткнул Шведова в грудь. Мой собеседник бережно поправил нашивку на курсантском камзоле и произнёс:

— Меня приняли взводным целителем, — гордо произнёс Шведов. — Ещё год отучусь и смогу ступить на поле брани. Буду отвечать за здоровье своих соратников. Пока что мне позволяют практиковаться у других военных целителей, но к боевым действиям не допускают.

Сказав это, Антон Шведов невольно выпустил наружу магию жизни. Я не выдержал и легонько ударил тёмной магией по его магическому потоку, из-за чего тот схлопнулся.

Антон не понял, что с ним только что случилось, но резко поёжился.

— Что-то прохладно сегодня, — потирая плечи, произнёс он. — Давай-ка лучше отойдём от реки.

Я сделал так, чтобы Шведов почувствовал могильный холод, и был вынужден временно отключить свою магию. Ну невозможно же терпеть эту лекарскую дрянь — честное слово!

— Твой отец ещё не вернулся с войны? — спросил Антон. — Он, наверное, будет сильно расстроен, когда узнает, что с тобой случилось.

— Не нужно строить трагедию из-за щепотки тёмной магии, — хмыкнул я. — И вообще, Антон, не лезь-ка ты не в своё дело. Мои отношения с отцом — это моя проблема.

Шведов оторопел.

— Прости, я не хотел тебя задеть, — ответил он. — Просто я очень уважаю твоего отца. Знаешь же, я с детства мечтал оказаться в его полку. Все говорят, что он — лучший полководец Российской Империи за последние сто лет. И это несмотря на то, что случилось с его людьми несколько лет назад.

О, а вот это уже интересная тема! Я давно хотел узнать об отце, и желательно не от членов семьи. Важно понимать, как относятся к главе рода Владыкиных и другие аристократы.

— Подожди, а что случилось с его людьми? — поинтересовался я.

— А он тебе не рассказывал? — удивился Антон. — Да вся страна гудела, это же было первое крупное поражение Российской Империи в войне с Прибалтийским союзом!

— Ау, Антон! — я постучал пальцем по своей голове. — В этой черепушке воспоминаний — ноль. Хватит вилять, на вопрос прямо ответь.

— Ох, не хотелось бы, чтобы ты узнал об этом от меня… — вздохнул Антон. — В битве за Калининград Матвей Владыкин потерял все свои войска. Выжили лишь единицы. Император решил не обнародовать причины, почему мы отдали Прибалтийскому союзу целый город.

— Наверняка есть хоть какие-то слухи или догадки? — спросил я. — Не мог же лучший полководец потерпеть такое сокрушительное поражение?

— Ну… — замялся Антон. — Я могу сказать, о чём судачат другие военные. Только пообещай, что не скажешь отцу об этом?

— Я — могила, — ответил я, мысленно усмехнувшись над собственным сравнением.

— Говорят, что третий полк Его Императорского Величества, которым и командовал твой отец, был истреблён могущественным тёмным магом, — сказал Шведов. — Родственникам даже запретили присутствовать на похоронах, поскольку умершие источали скверну после смерти.

Третий императорский полк? Стоп… Так я же печать свою снял на кладбище, где они захоронены! Неспроста там такая мощная тёмная энергетика. Значит, слухи не лгут. С ними действительно расправился тёмный маг.

Тогда назревает логичный вопрос…

— А почему Приморскому союзу можно использовать тёмных магов, а нам нет? — спросил я. — У них не действует запрет?

— В том то и дело, что запрет должен действовать по всему миру! — воскликнул Шведов. — Потому-то эту тему и держат втайне. Если в соседних странах начали допускать к войне тёмных магов… Это может обернуться катастрофой.

Интересно… Надо будет обсудить этот вопрос с отцом лично. Некроманты никогда не стремились разжигать войны. Обычно мы приходили на поле боя уже после, чтобы запастить душами и ходячими мертвецами. Никто кроме моего учителя не пытался развязывать масштабных войн. У нас всегда были дела посерьёзнее. Например, создание своих городов-государств.

Чтобы некромант совался в чужую политику? Этот мир действительно сильно изменился.

Мы со Шведовым продолжили прогулку. Через пару минут тема войны была забыта, и Антон начал без умолку болтать о себе любимом. Самомнение у него было, как у самого бога Солнца.

Зато из его монолога мне удалось извлечь информацию о его роде, которая могла пригодиться мне в будущем.

Антон Шведов был сыном графа Сергея Шведова, который, как и мой отец, служил в императорских войсках. По-видимому, Антон знаком с моим предшественником с самого детства. Поэтому мог позволить себе разговаривать с княжичем на равных.

Угораздило же прошлого Константина Владыкина найти себе единственного друга именно из числа магов жизни!

Когда мы поднялись на мост над каналом, Шведов замер.

— О нет… — вздохнул он. — Только не она!

У перил моста стояла высокая блондинка в точно таком же синем камзоле, как и сам Шведов. Курсантка крутилась с телефоном в руках, как юла. Всё внимание было устремлено в экран. Девушка что-то безостановочно бормотала, эмоционально взмахивая свободной рукой.

— Твоя знакомая? — спросил я у Шведова.

— Ты и Платицину забыл, что ли? — удивился Шведов. — Повезло. Я бы тоже хотел её забыть, как страшный сон. Она — лучшая курсантка с женского факультета. И очень уж любит этим козырять. Хотя, на мой взгляд, Лиза Платицина добилась этого места за счёт влияния своего отца. Сам понимаешь, на женский факультет набор строгий. Без связей не пробиться.

— Она сумасшедшая? — перебил его я.

— В смысле? — не понял Шведов.

— Почему она сама с собой разговаривает?

— Так это ж она с подписчиками. Кость, ты чего? — рассмеялся Шведов.

А-а, вот оно что… Очередное дрянное исчадие современных технологий! Что-то из воспоминаний прежнего владельца тела начинает всплывать.

Показывать себя на весь мир с помощью этого мобильника — не самая лучшая затея, на мой взгляд. Могущественный колдун может наложить порчу даже через экран телефона. Достаточно — видеть лицо.

Современные маги совсем расслабились. А ведь тёмная магия неплохо приучила моих современников держать ухо востро.

Мы с Антоном смотрели на Платицину, как на диковинного зверя. Правда, Шведов думал, как обойти девушку, чтобы она нас не заметила, а я пытался оценить, у кого больше мозгов — у поднятых мною зомби или у этой курсантки.

— Антон, а разве курсантам позволяется заниматься такой ерундой? — поинтересовался я. — Вы же военные, как никак!

— Да никто за этим не следит, — отмахнулся Шведов. — А Платицина не только курсантка. Она ещё и модель, и блогер и…

— О-о! — девушка вдруг обратила на нас своё внимание. — Вы не поверите, кого я только что встретила!

Видимо, последние слова были адресованы её зрителям.

— Проклятье! — поёжился Шведов. — Она нас заметила. Бежим!

— Куда? Зачем? — удивился я. — Успокойся, ещё мы от этой пигалицы не бегали.

Елизавета Платицина направила на нас свой телефон, как арбалет на врага, и произнесла:

— Посмотрите на эту парочку! Наш будущий взводный целитель и…

Девушка оторопела. Её тонкие брови поползли на лоб.

— Да это же Владыкин! — воскликнула она, не веря своему счастью. — Запомните это лицо хорошенько. Этот придурок сбежал из нашей военной академии, а потом стал тёмным магом.

— Вообще-то, он запечатанный! — воскликнул Шведов, но я жестом заставил его замолчать.

— Тихо, дай мне чудачку послушать, — попросил я.

— Запечатанный! Ха! — усмехнулась Платицина. — Какая разница? От таких, как он, нужно держаться подальше. От него ещё до пробуждения тёмной магии воняло, а уж теперь мне даже приближаться к нему страшно…

Я сделал резкий шаг вперёд. В моих глазах блеснул некротический свет. Платицина вздрогнула и выронила телефон из рук. Он отскочил от асфальта и улетел с моста в канал.

— Страшно — это хорошо, — улыбнувшись, произнёс я, глядя в глаза Елизаветы.

Девушка замерла, не в силах даже пошевелиться. Как кролик перед удавом.

— Т-ты чего, Владыкин? — спросила она, позабыв про свой телефон. Но через минуту в ней стала нарастать смелость. — Я — популярный блогер и модель! Одно моё слово — и все мои подписчики опорочат твоё имя, как…

— Модель? — усмехнулся я. — А я издалека подумал, что мой знакомый скелет восстал из могилы.

Елизавета была стройной, даже чересчур. Но это ничуть не портило её естеественную красоту. В комплекте с осиной талией шли пышные бёдра и большая грудь.

Видимо, у современников пошла мода на кости. Что ж, выходит, что все мы — немного некроманты.

— Сдвинься, — велел я.

Девушка молча отошла в сторону и упёрлась спиной в перила моста. Я махнул Шведову, чтобы он шёл за мной. Антон проскочил мимо Платициной с таким видом, будто на мосту стоит не девушка, а обезвреженная змея, которая в любой момент может прийти в себя и наброситься на окружающих.

Когда Лиза Платицина осталась за нашими спинами, Шведов воскликнул:

— Ну ты выдал, Кость! Поставить на место Платицину! Да это же уму непостижимо. Такое действительно может быть под силу только человеку, который уже однажды умер.

— Ты сейчас не шутишь, что ли? — удивился я. — Тебя девчонка испугала?

— Да нет… Я… — засмущался Антон. — Так это же Платицина, Кость! Ей обычно никто и слова против сказать не может. Это ещё хорошо, если она не заставит тебя за телефон платить…

— Как она может меня заставить? — не понял я.

Видимо, я что-то упустил. Может, вместе с эпохой светлой магии на человечество опустился матриархат? Или Шведов полагает, что я должен плясать вокруг какой-то курсантки просто потому, что природа её красотой не обделила?

— А, ладно, — махнул рукой Шведов. — Забудь. Ты главное — не слушай её, Кость. Ты ведь — почти нормальный человек. Ну да, запечатанный… Но жизнь ведь на этом не заканчивается!

— Я тебе очень не рекомендую называть меня «почти» нормальным человеком, — сурово произнёс я.

— Прости, Кость, я вовсе не это имел в виду, — оправдался он. — Я просто очень переживаю за тебя. Сначала отчисление, потом смерть, а уже после неё тёмная магия! Я представляю, как тебе нелегко.

— Не поверишь, но чувствую я себя просто прекрасно. Поэтому избавь меня от своих переживаний, — велел я.

— Хорошо, убедил, — кивнул Антон. — Знаешь, Кость, а ты… Как-то даже возмужал, на мой взгляд. Даже жаль, что мы с тобой не сможем повоевать бок о бок.

— Я и не хочу воевать, — ответил я.

— А чем же ты тогда планируешь заниматься? — удивился Шведов.

— Да так… Попытаю удачу в бизнесе, — усмехнулся я.

Темы для разговоров со Шведовым стремительно иссякли, поэтому через полчаса я оставил его, а сам направился домой.

Парень этот Антон, может, и хороший, но боюсь, что друзьями нам с ним никогда не стать. Слишком уж промыт его мозг всякой лживой чепухой касательно тёмной магии.

— Эй, Костя! — услышал я знакомый голос со стороны дороги.

У тротуара остановился автомобиль, и из него высунулся мой брат — Роман Владыкин.

— Я уже домой еду, меня согласились подменить сегодня на дежурстве. Хочу отоспаться хорошенько. Тебя, может, подвезти? — спросил он.

— Было бы чудесно, — кивнул я и уселся на заднее сиденье.

Каково же было моё удивление, когда я обнаружил, что сзади кроме меня сидел ещё один мужчина.

Рыжебородый ублюдок… Как там его звали? Зубов, кажется?

Он-то мне печать и всадил тогда на похоронах.

— Здравствуй, Константин, — улыбнувшись одним уголком рта, поприветствовал меня Фёдор Ильич.

— Приветствую, — я пожал ему руку и почувствовал лёгкий укол.

По ладони пробежала лёгкая рябь. Вот ведь засранец — касанием света воспользовался! С помощью этого заклятья светлые маги испокон веков раскрывали затаившихся в толпе тёмных магов.

Но если обычного некроманта такой трюк сразу заставить поёжиться от боли, то мне он совсем не страшен. Лёгкий зуд, щекотка — не более того.

Видимо, Зубов решил проверить, не снял ли я его печать. Какие ж всё-таки недоверчивые все эти солнцелюбы! Я даже слышал, что они когда друг другу руки пожимают, всё равно используют касание света. Опасаются, что кто-то из их приближённых может оказаться тёмным.

— Кость, помнишь Фёдора Ильича? — спросил Роман. — Это он помог тебе запечатать силы.

— А как же? — улыбнулся я. — Помню-помню. Ума не приложу, что я бы я без вас делал, Фёдор Ильич.

Зубов отпустил мою руку, удовлетворённо вздохнув. Видимо, убедил сам себя, что я чист.

— Как себя чувствуешь, Константин? — спросил он. — Тёмная магия не беспокоит?

— Есть немного, — уклончиво ответил я. — Но я справляюсь.

— Слышал, что ты уже начал ходить на собрания в наш штаб? Со мной недавно разговаривал твой консультант — Анатолий Юрьевич Калугин.

Эх, видимо, сильно его впечатлил мой акт пропаганды тёмной магии. Неужели уже настучать успел?

— Анатолий Юрьевич — выдающийся светлый маг! — заявил я. — Общение с ним очень помогло мне… встать на путь истинный.

— Приятно слышать, — улыбнулся Роман. — Видите, Фёдор Ильич? Я же говорил, что мой брат быстро адаптируется к новому стилю жизни.

— Странно, а Калугин как раз наоборот был очень встревожен состояние Константина, — подметил Зубов. — Сказал мне, что парнем вот-вот овладеет тёмная магия.

— Что? — удивился Роман. — Вы серьёзно, Фёдор Ильич? Почему раньше мне не сказали?

Зубов неожиданно рассмеялся во весь голос и несколько раз постучал кулаком по своему колену, чтобы успокоиться.

— Да потому что чушь всё это! — выдавил из себя он. — Какая к чёрту тёмная магия? На Константине печать стоит, которую я сам лично заговаривал. Этот Калугин несёт полнейшую ахинею. Мне кажется, что я самого проверить нужно, так сказать, на вшивость.

— Фёдор Ильич, не стоит при Константине… — попытался перебить начальника Роман, но Зубов уже тарахтел, как заведённый.

— Да подождите вы, Роман Матвеевич! — отмахнулся он. — Константин, если будут какие-то проблемы с Калугиным — ты мне сразу скажи. Он хороший консультант по той простой причине, что пережил запечатывание на собственной шкуре. Мы за ним тщательно следим. Чтобы ничему лишнему вас там не научил.

Опа! Как интересно… Так господин Калугин и сам был искушён тёмной магией. Вот оно как получается? Бывший тёмный маг учит других запечатанных, как правильно бороться с мрачным соблазном?

А Зубов тоже хорош. Так свято верит в силу своей печати, что готов лбом о кирпичную стену биться лишь бы это доказать. Мне крупно повезло, что мой куратор настолько самоуверен. Даже если я прямо сейчас подниму труп и заставлю его вести машину, Фёдор Ильич всё равно будет упираться, доказывая, что его печать работает, как надо.

— Кстати, Роман Матвеевич, — перевёл тему Зубов. — Дома хорошенько отдохните. Это приказ. В следующий раз мы обязательно поймаем эту мразь.

— Он ускользает от нас уже несколько недель, — устало вздохнул Роман. — Боюсь, скоро мы поменяемся местами. И добычей окажется не он, а мы с вами.

— О ком идёт речь? — спросил я.

— О твоём собрате, — ответил Зубов. — Никак не можем поймать одного некроманта. Ублюдок постоянно выскальзывает из наших лап.

Да потому что таких как вы, мы за версту чуем. Чтобы поймать некроманта нужно мыслить, как некромант. Странно, что светлые за пятьсот лет этого так и не поняли.

Роман остановил машину у дома Зубова. Фёдор Ильич жил в небольшом обветшалом поместье. Нашему имению даже в подмётки не годится. Больше похоже, что здесь живёт какой-нибудь вампир, но никак не воин Солнца.

Видимо, чин в их организации никак не зависит от дворянского титула. Очевидно, что Зубов либо мелкий барон, либо и вовсе не аристократ. Но при этом по должности он выше, чем мой старший брат.

Нравится же солнцелюбам всё усложнять.

Роман довёз меня до дома, а сам направился спать. Уже вечерело, а мне не давал покоя некромант, о котором беседовал Зубов с моим братом.

Нужно найти этого мага. Судя по всему, он один из немногих, кого ещё не успели запечатать. Понять бы только, как его выследить… Может, пробежаться по всем ближайшим кладбищам?

Стоп…

София рассказывала мне о ковене ведьм. Очевидно, что силу им даёт некто могущественный. А что, если они заключили договор с этим самым некромантом?

Я поднялся на второй этаж и заскочил в комнату Софии.

— Владыка, ты вернулся! — широко улыбнувшись, протянула она.

— София, доставай метлу, — велел я.

— Что? Зачем? — испугалась девушка. — Я недостаточно чисто прибрала вашу комнату?

— Нет, дурёха, — усмехнулся я. — Веди меня к своему ковену. Хочу познакомиться с твоими подружками.

— Я боюсь, это слишком опасно! — воскликнула она. — Нас всего двое. Если они решат напасть, что мы тогда будем делать?

Я рассмеялся.

— Видимо, ты прежде ещё никогда не видела, что некроманты делают с ведьмами, София?

От авторов:

Дорогие друзья, вас собралось уже очень много, а лайков под книгой очень мало. А это важно для продвижения.

Поэтому мы решили сделать для вас небольшой бонус: каждые 500 лайков будет выходить дополнительная глава.

Спасибо за поддержку, мы это очень ценим =)

Глава 9

— А-а! — улыбнулась София. — Ты об «этом самом» говоришь? Ой, мне такое нравится!

— О чём? — не понял я.

— Ну, что некромант делает с ведьмами… — она захлопала в ладоши, как заведённая.

— Подчиняет их, забирая власть у того, кого ведьмы слушаются прямо сейчас, — ответил я. — А ты о чём подумала? Тьфу ты! Как тебе не стыдно, София?

София смущённо спрятала взгляд.

— «Это самое» только после подчинения. Сначала нужно убедиться, что они готовы мне подчиниться, — сказал я.

— Владыка, я всё сделаю, как ты скажешь, но… Боюсь, метла нас вдвоём может и не выдержать, — сказала София.

— Шутишь, что ли? — рассмеялся я. — Я на метле не полечу. Направляйся к ним одна, а я пойду следом. Как только окажешься у своих подружек, скажи, что с ними хочет повидаться тёмный маг. И как только они дадут ответ, скинь мне сообщение на телефон. Если согласятся — спокойно жди вместе с ними моего прихода. Будем беседовать.

— А если они откажутся? — напряглась София.

— Тогда всё равно жди, — усмехнулся я. — Заодно увидишь, что происходит с низшими колдуньями, которые отказываются мне подчиняться.

Мы дождались темноты. София вытащила свою колдовскую метлу во двор в то единственное место, откуда никто не заметит взлёта. За домом Владыкиных прямо на их территории располагался глубокий пруд, сокрытый толстыми стволами ив. Взлетать из-за их крон — одно удовольствие.

Я заглянул в свою комнату и подобрал сумку с «Экс Мортис». Собственных сил у меня пока что не так много, так что книга мёртвых может оказаться жизненно необходимой.

Прежде чем покинуть свою комнату, я остановился у двери и произнёс:

— Валера, я знаю, что ты за дверью. И знаю, что в твоих руках копьё.

— Возьмите меня с собой, — попросил Валера.

— Я тебе разрешил предпринимать попытки моего убийства, но не припомню, чтобы позволял подслушивать разговоры, — сурово произнёс я.

Я вышел в коридор и ловким рывком вырвал копьё из рук Валеры.

— Ты так скоро перепортишь весь отцовский арсенал, — хмыкнул я.

— Так ты возьмёшь меня с собой или нет? — нахмурился брат.

— А зачем тебе к ведьмам? — пожал плечами я. — Только не говори, что гильдия убийц дала тебе заказ на ведьму?

— Нет, — помотал головой Валера. — Я просто хочу быть полезным. Ты ведь сказал, что мы теперь будем работать сообща!

А мальчишка хорош! Я опасался, что он воспримет моё предложение, как игру или какой-то обман, но Валерка меня приятно удивил. Парнишка готов приступить к работе, но ему нужно дать верное направление, чтобы мы оба получили от этого пользу.

— Послушай, Валер, — начал я. — Я рад, что ты воспринял мои слова всерьёз. Но там — с ведьмами — ты нам не поможешь. Однако я могу доверить тебе другую задачу. Не менее серьёзную.

— Какую? — глаза Валеры загорелись. — Нужно кого-то убить?

— Нет, не спеши, — усмехнулся я. — Убивать никого не надо. Поговори с гильдией убийц. Я хочу встретиться с их лидером.

— С лидером⁈ — воскликнул Валера. — Да ты хоть представляешь, что из себя представляет человек, руководящий гильдией убийц?

В мою эпоху лидером гильдии был самый способный убийца, и все вопросы с потенциальными союзниками он решал лично. Почему Валеру так удивило, что я требую встречи с лидером, я понять не мог.

— Погоди, Валер, а ты вообще знаком лично с главой своей гильдии? — поинтересовался я.

— Конечно же, нет! — воскликнул он. — Низшие члены гильдии вроде меня понятия не имеют, кто всем заправляет. Да, если я обращусь к своему наставнику с заявлением о том, что мой брат хочет повидаться с главным… Костя, в лучшем случае меня изгонят. В худшем — убьют. А в самом худшем…

— Я понял, — кивнул я. — Тогда предложу тебе другой план.

Видимо, в современной гильдии убийц куда больше членов, чем было в мою эпоху. Непосвящённому может показаться, что это — хорошо.

Но всё совсем не так. Как раз наоборот, высокая численность сотрудников гильдии убийц — прямой показатель её упадка. Какое-то время я и сам руководил подобной гильдией. И могу сказать без лишних сомнений — чем сильнее и вернее члены организации, тем гильдия могущественнее.

Более того, лидер сильной гильдии ни от кого не скрывается. Его знает весь город. Даже император может быть лично знаком с этим человеком. Потому что способный убивать обладает огромной властью. Ему незачем скрываться. Никто не может лишить его жизни. Всё совсем иначе — сильные мира сего сами будут искать общества такого человека, чтобы договориться об убийстве неугодных.

Короче говоря, современная гильдия убийц — это плевок в душу нашим предкам. Скрывающийся лидер, сотни сотрудников… Тьфу!

Я-то думал, что потеснить решили только тёмную магию. Но всё совсем не так. Светлые раздавили всех представителей сильного ремесла. Некроманты, убийцы, воры — где они?

— Валерка, — я хлопнул брата по плечу. — С собой не возьму, но доверю тебе не менее важное задание. На выполнение у тебя всего три дня.

— Слушаю! — глаза Валеры зажглись.

Мальчику не терпелось приступить к делу, и я очень уважал это черту.

— Значит так, братишка, — начал я. — Раз не можешь связаться с главой, тогда убеди своих соратников, а ещё лучше — наставников — тех, кто руководит новичками. Расскажи, что один могущественный и амбициозный тёмный маг ищет взаимовыгодных отношений с гильдией убийц.

— Это ты про себя, что ли? — удивился Валера. — Кость, за враньё меня могут и…

— Ты сомневаешься, что — могущественный тёмный маг? — перебил его я. — Передай своим мои слова, и я буду ждать встречи с ними. А сам — не сомневайся. Я тебя не подведу.

— Хорошо, — улыбнулся Валера. — Значит, договорились!

Я пожал младшему брату его маленькую, но очень крепкую руку, и направился во двор.

София уже была на позиции. Взгромоздилась на метлу и читала заговор, чтобы дать возможность инструменту взлететь.

Никогда не понимал, почему ведьмы так любят эти дурацкие мётлы. Существует столько вариантов! Например, кресло — стильно и удобно. А в современную эпоху выбор ещё шире. К примеру, те же самые автомобили. Чего бы их не сделать летающими?

Обыкновенная консервативность? Если так, то — хорошо. Консервативность я ценю. Но всё должно быть в меру. Всё-таки, раз уж прогресс так активно идёт в гору, то и тёмная магия должна развиваться.

— Ну что, Соф? Готова? — спросил я, нежно похлопав её по спине.

Девушка вздрогнула от моего прикосновения и тут же взлетела в воздух.

— Да, владыка. Я скинула вам координаты на телефон, — сообщила София. — Следуйте по ним, и окажетесь в том месте, где скрывается ковен ведьм. Это не очень далеко от кладбища, на котором мы с вами впервые встретились. Часа два пешком — не больше.

— Хорошо, лети, — кивнул я. — Буду ждать твой отчёт.

София взмыла над особняком и исчезла в густых облаках. Надеюсь, она там не замёрзнет.

А её слова о том, что мой путь будет лежать через кладбище, очень порадовали. После разговора с Антоном Шведовым мне захотелось вновь посетить место упокоения третьего императорского полка.

Нужно поработать там с «Экс Мортисом».

Через час я уже был на кладбище, но сообщение от Софии так и не пришло. За это время с учётом скорости её метлы, она уже давно должна была добраться до места сбора ковена.

Странно. Возможно, ведьмы не захотели со мной сотрудничать и прогнали Софию. Хотя в таком случае она бы всё равно со мной связалась. Значит, вариантов всего два. Они либо захватили её, либо прикончили, как предательницу.

Что ж, в таком случае при посещении ковена мне гарантированно понадобится помощник. Разумеется, не из мира живых.

Я прошёлся вдоль могил, поглаживая кожаную обложку «Экс Мортис».

Так… Рядовой, рядовой, сержант… Нет, эти не пойдут. Покойный муж Софии тоже не пойдёт. Во-первых, он — младший лейтенант, во-вторых — мне точно будет мешаться излишняя привязанность моей слуги к ходячему трупу. Она уже смирилась с тем, что его не вернуть, а значит, лишний раз тревожить её этим зомби не стоит.

Я старался закончить поиски как можно скорее, и через пять минут мне это, наконец, удалось.

«Северин Степан Сергеевич. Подполковник», — гласила надпись на его надгробии.

Ого! А вот это — отличная находка. Судя по званию, воин не только умелый сам по себе, но и способный командовать другими людьми.

Пусть душа его на место не встанет, зато восставшее тело обязательно сохранит хотя бы часть нажитого опыта. А значит, и приказы исполнять он сможет куда более сложные, чем обычный зомби.

Я положил руку на твёрдую обложку книги мёртвых и потянул из неё магическую силу. Мои губы прошептали заклятье призыва умершего, и через пару минут из-под ног раздался шорох. Тело, что долгое время лежало в земле, пришло в движение. Кладбищенская земля разверзлась, и из расколотого гроба появился силуэт павшего воина в сером выцветшем камзоле.

Стоит отметить, сохранился он куда лучше, чем многие зомби, которых мне когда-либо приходилось поднимать. Сколько он пролежал в могиле? Два года? Три? А признаков разложения почти что нет. Кожа целая, кости и внутренности не вываливаются. Только пара колотых ран виднеется в нескольких частях тела, но это — мелочи.

— Ну, здравствуй, мой первый мёртвый слуга, — поприветствовал я. — Пойдём за мной, Степан. Будешь пугать ведьмочек.

— Жрать… — прошептал мертвец.

— Сначала работа, потом жрать, — объяснил ему я.

Как ни старайся, я животные инстинкты никуда не деть. Сколько мертвецов ни подними, но каждый из них всё равно начнёт требовать то, что свойственно живому.

И еда — это ещё мелочи. Помнится, некоторые трупы просили и о более сложных вещах. Именно поэтому я всегда старался для крупных армий мертвецов достать тело полководца. Обычно на него и ложилась задача — снабжать их всем необходимым.

Потому-то я и в этот раз в первую очередь поднял предводителя. Потом, когда поднакоплю силы, подниму разом несколько десятков рядовых бойцов.

— И всё-таки хорошо ты сохранился, — сказал я Степану. — Сразу видно, какой магией тебя убили.

Некромантия — штука очень любопытная. Поскольку она властвует над разложением и тленом, то может как ускорить этот процесс, так и замедлить его.

Под воздействием некромантии живой человек может сгнить за пару минут, а мёртвый — долгое время поддерживать работоспособность своего тела.

Между прочим, именно по этой причине большинство женщин, владеющих тёмной магией, сохраняют свою сексапильность на долгие годы. Восемнадцать лет или восемьдесят — порой и не отличишь!

Я покинул кладбище и направился по указанным Софией координатам. Благо территория, которую мы со Степаном пересекали, была абсолютно безлюдной. Кладбище третьего императорского полка обходили стороной, а пустырь, что находился за ним, отталкивал прохожих не хуже самого места захоронения.

Через полчаса пути мы прошли сквозь незримую магическую стену. Я быстро сообразил, что за нашей спиной только что осталась граница магической защитной системы, и поспешил прочесть контратакующие заклятья.

— Фух, — выдохнул я, когда почувствовал, что концентрация враждебной тёмной магии сходит на «нет». — Степан, а мы с тобой только что чуть по второму разу не сдохли.

Зомби потёр грязные усы и что-то недовольно пробурчал.

— А как же! — ответил я. — Можно подумать, что я хочу умирать. Не переживай, мы почти на месте. Ты только иди себе какое-нибудь оружие подыщи. Хотя бы палку какую. Ты недостаточно страшный, чтобы напугать ведьм одним своим видом.

Степан ненадолго отстал от меня, а после вернулся с длиннющим суком, конец которого уже был заточен острым камнем.

Способный мертвец. Смог копьё на ходу организовать. Жаль только, что он магию свою не вспомнил. Это в большей степени лотерея. Лишь один восставший труп из тысячи может пользоваться теми способностями, которыми владел ещё при жизни.

Координаты, присланные Софией, указывали на большую хижину, которая возвышалась над землёй за счёт дюжины крепких балок, плотно укоренённых в земле.

Ко входу в дом вела крутая лестница. И что самое любопытное — никто нас не встречал. Один лишь слабенький защитный купол, который мы со Степаном с лёгкостью преодолели — и более никаких препятствий.

Неужто эти курицы решили подготовить для меня ловушку? Глупое решение, и скоро они в этом убедятся.

Я поднялся по лестнице до главных дверей. Степан ещё долгое время буксовал в самом низу — типичная картина для только что поднявшегося трупа. Сделать копьё — без проблем, а вот подняться по лестнице — это задача, которая требует нешуточных усилий.

Стучаться — не в моём стиле, а потому я распахнул двери одним крепким толчком.

Сидящие в главном зале женщины были готовы к моему приходу. Ни одна из них не вздрогнула, когда я вошёл в прихожую.

— Доброй ночи, ведьмы, — сухо поприветствовал их я. — Кто-нибудь ответит мне на вопрос, почему моя слуга перестала выходить на связь⁈

Мой голос эхом пронёсся по дому, и его стены заскрипели. Нужно поменьше орать… Ещё не хватало обрушить здесь всё к чёртовой матери.

Дом изнутри казался куда больше, чем снаружи. Колдовское расширение пространства. Любят же ведьмы эту бурду.

В центре главного зала горело магическое пламя, а рядом с ним вальяжно разлеглась рыжеволосая кудрявая девушка. Гормоны молодого тела, которым я владел, быстро отреагировали на ведьму. В отличие от курсантки Лизы Платициной, рыжая не обладала модельной внешностью, а потому — у неё было за что подержаться. В моём вкусе.

Однако она никак не отреагировала на мои слова. Лишь продолжала молча наблюдать за языками пламени. Из дальних концов комнаты появились два других силуэта. Белокурая ведьма в чёрном облегающем платье и шатенка с короткой стрижкой, чьи зелёные глаза едва-едва проглядывались под густой чёлкой.

— Последний раз спрашиваю, где София? — потребовал ответа я. — Если продолжите молчать, мне придётся убить одну из вас в качестве наказания. Пока что это не угроза, а предупреждение.

— У тебя здесь нет власти, запечатанный, — хмыкнула рыжая. — Перестань шуметь и сам вали отсюда, пока цел. Не то Жанна и Олеся тебя в клочья разорвут.

— Ага, так ты у них главная? — улыбнулся я. — Ну-ну. В клочья, говоришь, разорвут? Пусть попробуют.

Я по-хозяйски прошёл мимо двух ведьм и присел напротив рыжей. Она резко вскочила и уселась ровно.

— Эй, вы зачем его пропустили⁈ — прокричала она остальным ведьмам.

— М-мы тут ни при чём, — простонала блондинка. — Я двигаться не могу…

— Жанна, ты совсем спятила⁈ — рявкнула рыжая. Огонь в очаге разбушевался под стать её настроению. — Ну-ка быстро взяла себя в руки! Наш владыка придёт в ярость, если…

— Рита, — пробурчала шатенка Олеся. — Жанна не врёт. Он чем-то нас околдовал.

Я, улыбнувшись, раскинулся на диване и положил ноги на кофейный столик.

— Ничего особенного я с твоими подругами не сделал, можешь не переживать, — успокоил её я. — Обыкновенный паралич. Любой некромант может провернуть такой трюк со слабым тёмным магом.

— Некромант⁈ — напряглась рыжая. — Так София, выходит, не солгала про тебя?

— Ты спешишь задавать вопросы ещё до того, как сама ответила на мои, — перебил её я. — Где моя служанка?

— Во-первых, София — это моя служанка, — фыркнула ведьма. — Во-вторых, попридержи коней и не спеши мстить. Она жива-здорова. Пока что.

Видимо, мне всё же удалось её испугать. Рыжая ведьма изо всех сил старалась держаться и не терять лицо лидера, но всё же остерегалась меня.

И это правильное решение.

— Назови своё имя, — я, не моргая, глядел своей собеседнице в глаза.

Она сдалась первой и отвела взгляд.

— Маргарита, — представилась она.

— Очень приятно, юная ведьма, — кивнул я. — А я — Константин.

— Юная? — усмехнулась она. — Да ты сам-то навряд ли старше меня.

— Мне стоит объяснить, как обманчива бывает тёмная магия? — спросил я. — Или же ты сама не сглаживаешь морщинки с помощью дарованной тебе силы?

— Это — моя естественная красота! — фыркнула Рита.

— Охотно верю, — сухо ответил я. — Но куда больше меня интересует — кто ваш покровитель?

Жанна и Олеся взвизгнули. Я и сам от неожиданности подскочил на месте, решив, что к нам зашёл на огонёк тот, кто и главенствует над ведьмами.

Но причиной всеобщего испуга оказался зомби Степан, который только сейчас смог преодолеть лестницу и теперь грозил парализованным ведьмам своим самодельным копьём.

— Спокойно, Степан! — крикнул я. — Вольно. Пока что они не представляют для нас опасности.

— Да что ты о себе возомнил? — раздражённо буркнула Рита. — Сначала забрал нашу служанку, потом направил её сюда, как шпиона. А теперь и вовсе додумался явиться в нашу обитель лично. Твои угрозы неуместны, некромант. Наш владыка в разы сильнее тебя. Он не простит тебе, если ты убьёшь нас.

— Убью? Вас? — удивился я. — Зачем мне убивать таких прекрасных ведьм? Я пришёл, чтобы пригласить вас к себе. Смените покровителя! Я буду давать вам силу, а вы будете служить мне.

— И какой в этом смысл? — пожала плечами Рита. — Что ты можешь предложить нам?

— Рита, не надо! — крикнула Жанна. — Наш повелитель разозлится!

— Тихо! — рявкнула Рита. — Мы с Константином просто разговариваем.

— Я могу предложить вам свободу, — заявил я.

— Мы и так свободны! — взмахнула руками Рита.

— Да что ты? — усмехнулся я. — Летать на метле посреди ночи и колдовать, скрываясь в своей лачуге — это свобода? Вы до смерти боитесь, что вас поймают агенты бюро по контролю тёмных магов. Только обычных тёмных они запечатывают, поскольку они обретают эту силу не добровольно. Вы же сами стали ведьмами, потому что захотели переступить черту. И я вас не сужу. Но они будут судить. Что с вами сделают, если поймают? Посадить в тюрьму? Или сожгут?

— Он нам угрожает! — пискнула Олеся. — Останови его, Рит, пожалуйста. Он тебе зубы заговаривает!

— Вас настолько сковал страх, что мыслей о свободе даже не возникает, — понял я. — Что ж, ладно. Может быть, это я слишком мелочусь? А ваш покровитель предложил вам нечто большее, чем свобода. Бессмертие? Или вечная молодость? Каков ваш контракт?

— Покровитель не желает, чтобы мы говорили о нём, — всё так же пряча от меня взгляд, ответила Рита.

А лидер из неё оказался так себе. Я уже сломил её волю. Осталось только подобраться к личности их предводителя — и дело в шляпе.

— Он — некромант? — спросил я. — Тот, за которым охотится бюро?

— Что? — удивилась Рита. — Нет. Мы не водимся с некромантами. Да их и не осталось в мире. А если кто и остался — так только одни безумцы.

— Один некромант прямо перед тобой, — ответил я. — Доказательство стоит с копьём в руках рядом с твоими девицами. Если ваш владыка — не некромант, тогда кто?

— Пожалуйста, не дави на меня! — воскликнула Рита. — Он убьёт меня, если я скажу! Он держит нас силой.

— Мы случайно его призвали, — разрыдалась Жанна. — Мы хотели силы, а загнали себя в ловушку. Теперь и ты в ловушке вместе с нами. Он тебя уже не отпустит из этого дома. Будь ты хоть трижды некромант.

Значит, демон? Один из владык преисподней. Вряд ли сам Дьявол. Он бы так мелочиться и запугивать не стал. Кто-то из его прихвостней? Тоже вряд ли. Дьявол со своей компанией редко вступают в игры смертных. А уж если и вступают, то приносит в наш мир кардинальные перемены.

Нет. Это какая-то маленькая по меркам ада сволочь. Но при этом достаточно сильная, чтобы питать сразу трёх женщин тёмной магией. И, кажется, я начинаю догадываться, кто стоит за ковеном ведьм.

— Выпустите Софию, — попросил я. — С вашим владыкой я договорюсь.

— Договориться с ним не выйдет, — замотала головой Рита. — Он не станет тебя слушать. Он понимает только язык боли.

— Именно это я и называю — «договориться», — усмехнулся и поднялся с дивана, чтобы самостоятельно найти Софию.

В этот момент дом содрогнулся. Весь свет в обители ведьм погас. Жанна и Олеся вышли из оцепенения и рухнули на пол. Мой зомби-полководец смотрел в одну точку, ожидая приказа.

— Ты доигрался, некромант! — крикнула Рита, вжимаясь в диван. — Он услышал тебя. Теперь нам всем конец…

Грохот прекратился, и в доме наступила абсолютная тишина. Зеркало, что стояло за спиной Риты, треснуло.

Как только осколки стекла разбились о пол, девушки завизжали и попрятались по углам. Рита прыгнула на меня, будто следуя инстинктам. Искала помощи. Но быстро отстранилась и побежала вслед за «сёстрами».

Из прохода, что открылся за зеркалом, появился силуэт.

— А я уж думал, что ты и не придёшь, старина! — воскликнул я. — Что? Давно же ты у меня пиздюлей не получал!

Глава 10

— А? — рявкнул грозный голос. — Что ты там вякнул?

На весь ведьминский дом раздался громкий треск магического портала, через который вошёл демон.

Мой старый знакомый. Ох, как же я его раньше гонял… Это красную морду я узнаю из тысячи.

Он тряхнул рукой, и магические потоки отбросили меня к стене. Больно не было.

— Аластор, неужто не узнал меня? — рассмеялся я.

— Да с какой стати я должен знать какого-то сморчка вроде тебя⁈ — рявкнул он и щелчком пальцев зажёг потухший очаг.

В тусклом свете пламени мне удалось разглядеть его лица. И я окончательно убедился, что ни с кем другим его не перепутал. В темноте Аластора было легко принять за обычного человека. Ничем не примечательные черты лица, человеческая одежда — чёрные туфли, строгие брюки и неаккуратно заправленная в них рубашка. Лишь одно отличало демона от обыкновенного мужчины. Красная кожа и один рог на голове.

Второй я ему оторвал давным-давно, когда он ещё всерьёз полагал, что может тягаться с опытным некромантом.

— Это ты здесь шорох наводишь? — прорычал он. — Кто тебе разрешил трогать моих служанок, сопляк?

— И вправду не признал! — удивился я. — Аластор, может, ты хочешь, чтобы я тебе и второй рог оторвал?

На мгновение демон застыл. В его жёлтых глазах вспыхнул огонёк страха. Он прошёлся вдоль дивана, на котором только что сидела рыжая ведьма Рита, а затем остановился. Взглянул на меня издалека, поскольку опасался подходить слишком близко.

И правильно, чёрт его дери, поступал.

— Нет… — замотал головой он. — Не похож. Да и быть того не может. Тот, кто лишил меня рога, уже давно мёртв. Не знаю, зачем ты так рискуешь, пацан, но теперь твоя смерть будет в сто раз мучительнее, чем могла бы быть.

Честно говоря, мне было смешно его слушать, но приходилось сдерживаться. Он ведь невероятный слабак! Один из самых бесполезных демонов Преисподней! Да, разумеется, обычный слабенький дворянин с ним вряд ли сможет справиться. Может, он и слабейший, но всё же демон!

Но со мной ему тягаться нет никакого смысла.

— Чего замолчал, сопляк? — хмыкнул Аластор и сложил руки на груди. — Откуда ты знаешь моё имя? — демон зыркнул на ведьм. — Неужто кто-то из вас умудрился проболтаться⁈

— Нет, господин! Мы верно служим тебе! — поклонилась Рита, ударив копной рыжих волос по полу.

Жанна и Олеся сделали то же самое.

— Дожили, — вздохнул я. — Сначала скот воровал, а теперь ведьмочек вербуешь? Да уж, Аластор, это — определённо рост.

— Заткнись! — крикнул он и взмахом руки ударил по мне адской магией.

Меня прижало к стене невидимой рукой. Зомби-подполковник рванул на Аластора с копьём, но и его демон прижал к полу с помощью своих сил.

Должно быть, он думает, что это больно. Что ж, ладно, веселья ради подыграю ему немного. Не стану сразу вырываться.

— Ходячий мертвец… — хмыкнул Аластор, рассматривая Степана. — Теперь понятно, почему ты притворяешься тем некромантом. Ты нашёл его записи, да? Изучил его дневники, юный тёмный маг?

Записи? Дневники? О чём он вообще говорит? Я отродясь ничего на бумаге не записывал. Никогда не страдал плохой памятью.

Аластор подошёл ко мне. Его начало злить моё молчание, и из-за эмоций он с каждой секундой всё меньше и меньше поддавался страху. Видимо, всё же решил, что я ничего не могу ему противопоставить.

Ох и рожа у него будет, когда он, наконец, поймёт…

— Как тебя зовут, щенок? — обнажив клыки, спросил он.

Я прошептал на древнем некромантском языке своё настоящее имя. Не все смертные могли понять его смысл, ведь язык был придуман тёмными магами для тайных переговоров с нечистью. Но для Аластора это имя звучало, как «Вселяющий страх».

И оно себя оправдало. Аластор попятился назад, услышав давно забытый язык. Демон рефлекторно увеличил давление своей магии и придавил моё тело к стене с удвоенной силой. Видимо, опасался, что я вот-вот вырвусь. Но я даже не пытался этого сделать.

Пока что.

— Шутить думаешь со мной, сучонок? — хихикнул он. — Я начинаю подозревать, что ты встретился с призраком того некроманта. Уж больно много ты знаешь. Что ещё он тебе рассказал?

— Он рассказал, что Аластор — самый слабый демон, которым сам Дьявол брезгует, — усмехнулся я. — А если серьёзно, дружище, ты где магию достал? В последний раз, когда мы с тобой виделись, ты даже меч в руках удержать не мог.

Дверь за спиной Аластора с грохотом распахнулась. Все — я, демон, ведьмы и даже зомби-Степан устремили свои взоры на вырвавшуюся из плена Софию Потёмкину.

— Я спасу вас, владыка! — крикнула она, увидев меня прижатым к стене.

Вот дурында! Подумала, что меня и вправду захватили. Эх, София, из-за тебя шутку придётся оборвать.

— Вы какого чёрта до сих пор не убили её⁈ — рявкнул Аластор на ведьм. — Я ведь приказал вам принести её в жертву!

— Мы пытались, господин, но об неё ритуальный нож сломался! — оправдалась Рита.

Нож ритуальный сломался? О-о! А это хорошо. Значит, в Софии всё-таки есть зачатки тёмной магии. Светлых магов и простолюдинов без способностей можно легко подвергнуть такому ритуалу. А вот тёмных защищает их собственная магия, если они сами не желают отдаться ритуальному таинству.

Я оттолкнулся от стены и окутал себя тёмным облаком некротического пара, который сразу же растворил магию Аластора.

Демон, не веря своим глазам, в ужасе развернулся, но как только наши взгляды пересеклись, я врезал размашистым ударом по его красной физиономии.

Аластор перелетел через мебель и рухнул прямо в очаг пламени, который согревал ведьминский дом. Демоны редко поддавались горению, но высокая температура магического огня немного освежила его разум.

Ведьмы, которые собирались наброситься на Софию, замерли. Да и сама Потёмкина больше не решалась подходить ко мне с Аластором, поскольку поняла — её помощь никому не понадобится.

— Я не могу в это поверить, — прохрипел демон, медленно поднимаясь на ноги. — Эта магия… Это не может быть правдой! Ты мёртв! Ты давно должен быть мёртв!

— Не забывай, что говоришь с некромантом, Аластор, — пожал плечами я. — Мы с самой смертью на «ты».

— Где ты пропадал эти пятьсот лет? — прошептал он, в ужасе рассматривая меня так, будто увидел впервые в жизни. — И что это за тело? Зачем тебе сдался этот человек⁈

— А что тебя не устраивает? — я деланно осмотрел свои руки. — По-моему, отличное тело. Даже не сгнило почти. Ах да, ты просил представиться. Я теперь — Константин Владыкин. Княжич, между прочим. Так что прошу любить и жаловать.

— Видите? Видите? — в восторге пропищала София, указав на меня пальцем. — Это мой новый владыка!

В глазах Аластора блеснул огонёк понимания. И чувство страха быстро сменилось надеждой. Он рассмеялся, изрыгнув языки пламени из своего рта.

— Константин? — во весь голос рассмеялся он. — Владыкин? Верховный некромант, да ты ведь растерял всю былую мощь!

— Да, смерть иногда бывает невыгодной, — ответил я. — Не все навыки удалось перенести в новое тело. Но это вовсе не проблема. Уж с таким, как ты, у меня хватит сил справиться.

— Самоуверенный, дерзкий смертный! — рявкнул Аластор. — Как и полтысячелетия назад. Только теперь между нами есть большая разница. Твои силы угасли, а мои все эти годы только росли! А если учесть, что в прошлый раз я тебя почти победил…

— Почти победил? — усмехнулся я. — Это ты про тот случай, когда я проспал всю нашу битву, а ты фехтовал с моими скелетами? Ну да, точно. В тот раз как-то слабовато вышло. Я тебя даже не изувечил.

— Довольно бахвальства, Владыкин, — улыбнулся Аластор. — Можешь считать, что ты — тру…

Грудную клетку Аластора пронзило копьё Степана. Налетевший на демона мертвец протащил врага через всю комнату. Вышедший из спины наконечник копья вонзился в стену, лишив Аластора возможности двигаться.

— Да ладно? — усмехнулся я. — Не заметил, что я отдал приказ своему полководцу? А ещё говоришь, что это я растерял былую мощь.

— Дерьмо… — прохрипел демон, плюясь горящей кровью. — Ты что натворил⁈ Копьё мимо моих сердец прошло! Чуть не убил меня!

— Если бы я хотел тебя убить, Аластор, я бы сделал это ещё пятьсот лет назад. Ты ещё не понял? Меня забавляет твоя компания, — объяснил ему я.

— Да пошёл ты, Владыкин! — рявкнул демон.

Меня забавляло, как он быстро привык к моему новому имени. Старое он произнести не мог, поскольку говорить на некромантском языке могли только действительно сильные существа. А он таковым не являлся.

— А вы⁈ Ведьмы, я к вам обращаюсь! — завизжал Аластор, обхватив древко копья. Демон беспомощно скользил по самодельному оружию Степана, но не мог себя снять с него. — Вы же видели, что этот кусок мяса летел на меня с копьём! Почему не предупредили?

Однако ведьмы не спешили отвечать. Жанна и Олеся вопросительно смотрели на свою предводительницу — Риту. А та глазела то на меня, то на Аластора.

Не могла определиться, кого из нас ей стоит слушаться. Пока что их троицу питает адская магия слабейшего демона. Но даже такое слабое создание, как ведьма, может почувствовать, на чьей стороне больше могущества.

— Чего ты уставилась на меня, рыжая скотина⁈ — прохрипел Аластор. — Убей его! У тебя моя сила!

Девушка перевела на меня взгляд. Она не осмелилась задать вопрос. Рита ждала от меня разрешение. Почувствовала, что любое лишнее действие может причинить ей же вред.

— Расслабься, — улыбнулся я. — Вы, ведьмы, можете перейти на мою сторону. Дать мне обет, и тогда я поделюсь с вами своей силой. Но если вы не захотите отречься от Аластора, я убью вас.

Я не собирался убивать ведьм собственноручно. Мне в принципе не хотелось лишать жизни трёх дам, сведущих в тёмной магии. Однако после того, как я хорошенько отделаю Аластора, высок риск, что они умрут сами из-за того, что демон потеряет контроль над своей магией.

В том-то и смысл контракта с ведьмой. Ты даёшь ей свою силу, но, если возникнет нелёгкая ситуация, но можно поступить наоборот — вытянуть силу из поклявшейся тебе женщины. И при желании эту силу можно вытягивать до тех пор, пока ведьма не умрёт.

И Аластор запросто может так поступить к этой троицей, если достаточно сильно испугается за свою жизнь.

— Доверьтесь ему, — посоветовала София. — Владыка — сильный маг! — Потёмкина перевела взгляд на меня и добавила: — Только я бы хотел попросить кое о чём. Если это уместно…

Быстро же она осмелела. Уже условия ставит. Хотя верной слуге можно и угодить, если условие не слишком наглое.

— Чего ты хочешь, София? — спросил я.

— Эй, вы вообще про меня забыли, что ли⁈ — рявкнул Аластор после очередной неудачной попытки достать из себя копьё.

— Владыка, я хочу, чтобы ковен ведьм подчинялся мне, когда они примкнут к вам, — заявила София.

— Что⁈ — вскинула брови Рита. — Но ведь главная ведьма — это я!

— А София, между прочим, дело говорит, — кивнул я. — В её верности я уже убедился. Она присоединилась ко мне даже до того, как я показал свою истинную силу. Учтите, дамы, если вы согласны стать моими ведьмами, то придётся подчиниться и Софии.

— Спасибо, владыка! — поклонилась мне София.

Рита, Жанна и Олеся напряжённо переглядывались, пытаясь прийти к общему решению. Но выбора у них не было. Смерть или подчинение могущественному магу. Выбор очевиден.

Сильной нужды присоединить к себе ведьм у меня не было. Но уж больно мне понравилась идея собрать полный комплект…

Брюнетка София, рыжая Рита, блондинка Жанна и шатенка Олеся.

Пятьсот лет назад я уже собирал такой набор, но только из ходячих трупов. Может, для разнообразия и живых стоит взять под своё крыло? Как минимум, глаз будут радовать.

Хотя я всё же недооцениваю полезность ведьм. Это столетия назад они мне были не нужны. Теперь ситуация иная. Для расширения моего влияния и создания своей Теневой Империи мне понадобятся любые силы.

Так почему бы не начать с таких, как они?

— Значит, договорились, — согласилась Рита. — Мы отрекаемся от Аластора и даём клятву верности тебе. Главенство Софии уж как-нибудь переживём.

— Так я вам и позволю это сделать! — прокричал Аластор.

Но было уже поздно. Рита, Жанна и Олеся прочли заклятье отречения. Им бы этого не удалось, но контракт с демоном подразумевает одно особое условие.

Если ты знаешь его имя, значит, можешь и избавиться от его влияния. Судя по всему, ведьмы не знали, как зовут Аластора, пока я несколько раз не обратился к нему по имени.

— Стойте! — закричал демон. — Не отрекайтесь от меня! Я ж вас по стенке…

— Ну всё, заканчиваем кричать, дружище, — я положил руки на его плечи. — Пора возвращаться в ад.

Я резким рывком сорвал Аластора с копья, залив весь пол кипящей кровью, и несколько раз ударил демона по лицу. Каждое соприкосновение с моим кулаком, обжигало противника некротическим ядом. Демоны достаточно устойчивы против тёмной магии, поскольку адское пламя в чём-то родственно её силе.

Но Аластор всё равно почувствовал растекающуюся по телу боль. После третьего удара демон не выдержал и с истошным воплем телепортировался назад — в свой мир. От вспышки схлопнувшегося портала весь дом окатило волной пламени.

Рита задула загоревшийся рыжий локон и со вздохом произнесла:

— Я и не думала, что он — такой слабак.

— Ну что, ведьмы? — улыбнулся я. — Настало время для нового контракта.

Рита, Жанна и Олеся преклонили передо мной колени и прочли связующие клятвы. София хотела сделать то же самое, но я её остановил. Делать из Потёмкиной ведьму — глупое расточительство. Из Софии ещё может выйти настоящий тёмный маг. Нужно лишь растолкать спящий в ней дар.

— Ого… — вздохнула Жанна. — Вы чувствуете это, девочки? Сил будто больше стало.

— Не будто, — ответила ей Рита. — Определённой больше. До чего же всё-таки жадный этот ублюдочный демон! Обычный человек дал нам больше магии, чем он.

— Я не совсем обычный человек, Рита, — ответил я. — Я будущий владыка Теневой Империи.

— Теневой империи? — Олеся захлопала глазками. — А что это?

— Могущественное сообщество тёмных магов и прочих обездоленных. Всех тех, кого ущемили светлые маги и их проклятое бюро, — объяснил я. — И раз вы присоединились ко мне, я готов дать вам первое задание.

— Так быстро? — нахмурилась Рита. — Даже не дашь нам отдохнуть?

— Отдохнуть? — хмыкнул я. — Ты на диване валялась, когда я пришёл! Я вам не ленивый демон. Хотите больше сил — учитесь трудиться.

— Хорошо, — кивнула Рита, почувствовав в моём тоне опасность. — Мы будем. Даю слово.

— Значит, ты в этой троице главная? — спросил я, внимательно рассмотрев рыжую ведьму с головы до ног.

— Да, — кивнула она.

— Сколько у вас клиенток? — перешёл к основным вопросам я.

— Чего? — не поняла ведьма.

— Сколько женщин к вам обращаются за помощью? Ну, привороты-отвороты, порчи, разные ритуальные обряды… — перечислял я. — Так, что за пустые взгляды? Я не понял, вы чем вообще тут занимаетесь⁈

— Зелья варим! И делаем крема, — заявила Жанна.

Рита злобно зыркнула на «сестру», явно намекая, что болтать об этом не стоит.

Понятно. Три ведьмы вместо того, чтобы заниматься тем, что даровала им тёмная магия, готовят магическую косметику.

Хотя… Это не такой уж и плохой вариант.

— И как? Раскупают ваши крема? — спросил я.

— Спрос есть, но мы боимся широко заявить о себе. Сам понимаешь, — объяснила Рита. — Чуть высунешься — и сразу же попадёшься на глаза бюро.

— Понимаю, именно поэтому нужно знать, где торговать и как распространять информацию, — кивнул я. — Есть у меня один магазин. Там торгует бывший монах. Ему неплохо удаётся скрываться от светлых магов, причём в самом центре города. Вы можете поставлять ему на продажу свою косметику и покупать у него материалы для новых продуктов. Я просматривал товары в его лавке, там были травы, которые могут вам пригодиться.

Я протянул Рите листок с адресом Сергия.

— А это не слишком рискованно? — напряглась Рита.

— Не слишком, — ответил я. — Заключить договор с Сергием — это обязательная часть наших с вами деловых отношений.

— Владыка, а может, нам стоит взять их в ваше поместье? — предложила София. — Будет ещё больше служанок!

— Нет, Софа, это будет перебор. Моя семья ещё с твоим появлением не смирилась, — ответил я и вновь обратился к ведьмам. — Значит так, нам надо решить вопрос, как поддерживать постоянную связь…

— Я знаю! — подняла руку София. — Создадим конфу в мессенджере.

— Чего? — не понял я.

Опять что-то на современном языке.

— Не переживайте, владыка, это дело я возьму на себя, — сказала София и потянулась к телефону.

Через пару минут на экране моего мобильника появилась надпись: «Вас добавили в чат 'Продажа косметики».

— Отлично! — кивнул я. — Завтра свяжусь с Сергием и объясню ситуацию. А вы пока можете быть свободны. Когда монах даст добро, встретитесь с ним и займётесь работой с клиентской базой.

Мы с Софией покинули ведьминскую хижину и направились домой.

Степану я приказал не показываться на глаза моим родственникам, но при этом стараться держаться неподалёку от особняка. Подполковник закопался под землю рядом с западным забором и притаился в ожидании моих приказов.

Когда я вошёл в дом, на меня тут же налетел Роман. Мать бежала вслед за ним, размахивая каким-то пергаментным листом.

Письмо?

— Костя, ты где был? — схватил меня за плечи Роман. — Я тебя уже обыскался. Почему на звонки не отвечал?

А правда, почему? Наверное, через защитный барьер вокруг хижины ведьм не проходят радиоволны. Вроде так называлось это чудо связи.

— А что, собственно, стряслось? — спросил я.

— Пришло письмо от отца, — сказала Елена Владыкина. — Он скоро будет здесь.

— О! Отлично! — обрадовался я.

Мне хотелось познакомиться с главой семьи Владыкиных.

— Костя, вышла одна неувязка, — предупредил меня Роман. — Письмо о том, что ты умер, до отца дойти успело.

— А о том, что ты воскрес — нет, — заявила мать, прикрыв рот рукой.

А позвонить они почему-то не могли. А почему нельзя звонить на фронт — я ещё не разобрался.

Через открытую форточку послышался рёв мотора. Массивный чёрный автомобиль остановился у ворот особняка Владыкиных.

— Поздно что-то решать, — вздохнул Роман. — Отец уже здесь.

Глава 11

Владыкины засуетились, будто в любой момент в дом мог вторгнуться враг. Хотя на деле в своё имение вернулся глава семьи — Матвей Владыкин.

— Костя, послушай меня! — Роман схватил меня за плечи. — Лучше тебе спрятаться. Не высовывайся, пока я сам не объясню отцу, что произошло на самом деле.

— Прятаться? — усмехнулся я. — Нет уж. Я после воскрешения отца даже не помню толком. Хочу встретиться и поговорить с ним лично.

— Да как же ты не понимаешь? — нахмурился Роман. — Он ведь считает, что ты мёртв! А что, если отцу станет плохо, когда он увидит тебя живым — здоровым? Он и так уже не молод.

Я молча слушал болтовню Романа, но уходить не собирался. Ничего с отцом не случится. Если он действительно такой великий воин и полководец, как говорил Антон Шведов, значит, воскрешение сына его вряд ли сильно удивит.

Интересно, почему на фронт нельзя позвонить с помощью этих современных мобильников? Зачем использовать старомодные письма? Что-то тут не сходится. У светлых магов всегда плохо работала логика, но здесь я её совсем не вижу.

— Роман! — воскликнула мать. — Ну сделай же что-нибудь! Костя, пожалуйста, не показывайся ему на…

И в этот момент входные двери распахнулись. В фойе, медленно шагая, вошёл высокий седовласый мужчина. На его правом глазу была бинтовая повязка, пропитанная свежей кровью. Каждый шаг Матвея Владыкина эхом бил по моим ушам. Нет нужды вскрывать его магические каналы, чтобы понять — этот человек обладает очень большой властью.

Я редко интересовался светлыми магами, но этот сразу приковал к себе мой взгляд. Роман и Елена Владыкины так беспокоились о приходе отца, будто глава нашего рода какой-то тиран или монстр.

Но тем и был удивителен человек, который теперь должен был считаться моим отцом. Выглядел он, как усталый израненный старик, но энергия, что от него исходила, казалась мне чуть ли не безграничной.

Теперь понятно, что для современников значит князь. Это явно не пустой титул, а настоящее скопище магии. Это объясняет, почему семья так переживает, что княжич Константин Владыкин сначала умер, а потом воскрес тёмным магом. Тот, кто должен унаследовать эту мощь, просто обязан быть достойным человеком.

В таком случае тебе повезло, Матвей Владыкин, что в твоём сыне восстал я!

Матвей спокойно осмотрел свою семью левым глазом, а затем остановил взгляд на мне.

— Хм, — хмыкнул он. — Турецкие шпионы неплохо наловчились подделывать почерк. Я поверил, что писала ты, Елена. Я, признаться, и вправду поверил, что Константин умер.

Он говорил это с таким железобетонным спокойствием, будто ему и вовсе было плевать, как на сына, так и на семью. Но очевидно, дело вовсе не в этом. У Матвея Владыкина мощная выдержка. Он не хочет показывать свою слабость перед родственниками, которые на него опираются.

Кажется, Елена и Роман начали сомневаться, стоит ли говорить отцу правду. Ведь он только что сам себе придумал правдивую ложь. Зачем ворошить улей?

Есть зачем. Раз уж я теперь член этой семьи, то и вести должен себя достойно. С ходу врать главе семейства — непозволительная наглость. И такие тонкости понимает даже некромант. Это — дело чести.

— Боюсь, турецкие шпионы не подделывали никаких писем, отец, — произнёс я.

— Костя! — попытался перебить меня Роман.

— Тихо! — произнёс Матвей Владыкин.

Он не звучал громогласно, и стёкла не вибрировали от мощи его языка. Однако всем сразу же захотелось подчиниться требованию старика.

Один из самых могущественных полководцев. Не сложно догадаться — почему. Возможно, я тороплюсь с выводами, но, кажется, он владеет магией приказа.

— Константин хочет поговорить со мной, — уже спокойнее произнёс Матвей Владыкин. — Наверное, впервые в жизни! Так что будьте любезны, соблюдайте тишину, пока я говорю с сыном.

Роман понуро опустил голову. Мать, как всегда, суетливо прикрыла рот руками, как будто этот жест мог помочь ей замолчать.

— Продолжай, Константин, — кивнул отец. — Что ты говорил о шпионах?

— Уверен, ты полагаешь, что тебя специально вывели с фронта вестью о моей гибели, — произнёс я. — Но это не так. Несколько дней назад я действительно умер.

Матвей Владыкин похлопал глазами, видимо, решив, что я шучу над ним. Затем прищурил веки и внимательно вгляделся в меня, будто пытался просверлить взглядом мою голову.

— Продолжай, — кивнул он, осознав, что я ему не лгу.

— Я воскрес на собственных похоронах, из-за того, что во мне пробудилась тёмная магия, отец, — заявил я.

Чем быстрее он узнает правду, тем лучше. Чем скорее он смирится с шоком, тем проще ему будет доверять мне и не копать под меня. Осознать, что его болезненный сыночек умер — не проблема. Принять, что он воскрес, став тёмным магом — сложно. А вот додуматься, что этот тёмный маг — некромант — собирается создать свою империю под носрм у светлых — попросту невозможно.

Он должен остановить свои размышления между второй и третьей ступенями.

Отец тяжело вздохнул и прошёл мимо нас к дивану, что стоял напротив камина. Матвей Владыкин достал из сумки старую трубку и принялся набивать её табаком.

Пока Роман и Елена молча наблюдали за действиями отца, я проследовал за ним и сел в кресле неподалёку от отца.

Раскурив трубку и заполнив воздух едким дымом, Матвей прокашлялся и, наконец, нарушил молчание:

— Чёрт меня дери, сынок, — единственное, что он смог ответить. — Лучше бы это были турецкие шпионы. Печать же сразу поставили?

— Да, отец.

С одной стороны, я понимал, как тяжело старику принять такую новость, но с другой сам еле сдерживал себя, чтобы не рассмеяться из-за его реакции.

Никогда не питал к светлым магам ничего кроме шутливой ненависти, но до чего же меня забавляет, когда они охают и ахают от рождения в их семье тёмного.

— Всё не так плохо, отец, — продолжил я. — Твой единственный наследник жив. Кроме того, смерть слегка изменила мой взгляд на жизнь. Есть тебя беспокоит, что я не смогу возглавить семью…

— Ты никогда не должен был возглавлять семью, Константин, — заявил Матвей Владыкин. — Не притворяйся, что не знал этого.

— О-отец, — заикнулся Роман. — Костя потерял большую часть воспоминаний после воскрешения. Ему придётся вспоминать своё прошлое постепенно.

— Серьёзно? — поднял брови он, пожёвывая конец трубки. — Что ж, Кость, тогда самое время столкнуться с жестокой правдой жизни. Ты никогда не был достаточно сильным и способным для того, чтобы возглавить семью. На бумагах? Да. На бумагах я планировал сделать тебя следующим князем. Но руководить тобой должен Роман. Я обучал его этому с самого детства.

Вот оно что… Не могу его за это осуждать. Если прежний Константин Владыкин действительно был настолько бестолковым куском дерьма, я прекрасно понимаю, почему отец решил поступить именно таким образом.

История знает много примеров, когда неподготовленные, слабовольные маменькины сыночки садились на престол и разваливали империи, которые их деды и прадеды строили потом и кровью.

Это решение вызывало во мне лишь уважение. Но ситуация изменилась.

— Согласен, что до последних событий твоё решение было наилучшим из всех возможных, отец, — сказал я. — Но теперь оно не имеет смысла.

— Почему же? — спросил Матвей, как-то отстранённо глядя в пламя камина.

— Потому что я больше не тот, кем ты меня знал, — заявил я. — Обстоятельства изменились. Ты не знаешь нового меня, а я не помню тебя. Нам придётся познакомиться заново, чтобы ты сложил обо мне верное впечатление.

— Матвей Ионович Владыкин, — произнёс отец. — Всё? Будем знакомы?

— Не имена меня волнуют. А действия, — проигнорировал его безобидную шутку я. — Я знать не знаю, что ты из себя представляешь, а ты не знаешь, на что способен теперь я.

Отец дёрнулся и чуть не выронил из рук свою трубку

— Константин! — грозно воскликнула мама.

— Тихо! — повторил отец. — Не вмешивайся, женщина. Лучше сходи прикажи слугам, чтобы приготовили нам чаю.

— Может быть, ты голоден? — забеспокоилась мать.

— Думаю, что к концу этого разговора я буду сыт по горло. Так что — просто чаю, — ответил он. — А ты, Роман, присядь. Не припомню, чтобы нам доводилось разговаривать вот так втроём.

Мой старший брат сел по левую руку от отца.

— Отец, прошу, не воспринимай слова Кости близко к сердцу. Он тяжело переносит… — попытался оправдать меня Роман.

— Тяжело переносит что? Тёмную магию? — усмехнулся отец. — Хочешь сказать, что это тёмный дух наконец-то вселил в его безвольное тело хоть какие-то зачатки характера? Не ожидал такое услышать от агента бюро.

Роман промолчал.

— Отец, если хочешь убедиться, что я уже не тот, кем был прежде, тогда подвергни меня проверке, — посоветовал я.

Это был наилучший способ как можно скорее показать главе семьи свою силу. Доказать свою полезность. Если он убедится, что я действительно на что-то способен, значит, его сомнения со временем отпадут. Я заполучу княжеский титул и огромную власть среди светлых магов.

Такой план мне даже в кошмарах не приходил. Но двойным агентом мне бывать ещё не доводилось. Опыт, несомненно, интересный.

— Допустим, — кивнул отец. — Я могу предположить, что ты действительно изменился, Константин. Я могу даже смириться с тем, что мой наследник, будучи тёмным магом, окажется достаточно хорошим главой рода. Но… Ты не подумал о самом главном. Как ты продолжишь род?

— Действительно — как? — пожал плечами я, решив, что его слова — шутка. — Берёшь достойную женщину, а затем…

— А затем она рожает тебе новых тёмных магов! — воскликнул отец. — Нет, Кость, давай уж без шуток. Наш род на грани гибели. Я ещё и сам это до конца не осознал, но это так! Роман дал обет безбрачия. В твоих жилах течёт скверная тёмная энергия, которая передастся и твоим детям. Остаётся только Валера? Мальчик, родителям которого не являюсь ни я, ни Елена?

Даже если дар запечатан, тёмная магия может передаться наследникам.

— Отец, если пожелаешь, я могу… — начал Роман.

— Можешь что? Отказаться от клятвы, которую ты дал бюро? — спросил он. — Нет, Рома. Так дела не делаются. Священнее семьи, только клятва. Ты дал слово, и я его уважаю. Ты борешься с тёмными магами и защищаешь нас во время Красной Луны.

Я поперхнулся собственной слюной и громко закашлялся, услышав понятие «Красная Луна».

Вашу ж мать! Насколько страшный след оставил после себя мой учитель? И судя по словам отца след этот тянется до сих пор…

— Прости, Константин, — отец убрал трубку, решив, что я закашлялся из-за его дыма.

Но причина была совсем в другом.

— Красная Луна⁈ — воскликнул я. — Вы это о чём?

Не может быть, чтобы оно до сих пор живо.

Я поверить в это не могу. Ведь мой учитель повержен. Я собственноручно убил его! Его магия должна была развеяться. Должна…

Сколько сотен лет уже прошло…

— Кость, ты и про Красную Луну уже забыл? — вздохнул Роман. — Я тебе даже завидую. Хотел бы и я оставаться в неведении и не думать обо всей этой нечисти, которая так и норовит разорвать…

Мать за спиной Романа уронила поднос и разбила чайный сервиз. Отец даже не дрогнул, будто для него этого шума и вовсе не было.

— Сколько раз тебе говорил, Лена, позволь слугам выполнять свою работу. Где Прохор Андреевич? Куда делся твой любимый слуга?

— А… Он сейчас занят, — уклончиво ответила мать.

Ага, занят он! Конечно, так я в это и поверил. Учитывая, что я уже узнал о нём и об их с матерью письмах, которые, судя по всему, отправляются прямиком к императору… Похоже, Прохор, где-то клепает новое письмишко. Надо воспользоваться ситуацией.

— София! — крикнул я.

Девушка в чёрном возникла словно из ниоткуда.

— Да, Константин Матвеевич? — спросила она, согнувшись надо мной.

Она явно думала, что я обращу внимания на её совсем нескромный вырез декольте, но я продолжал задумчиво вглядываться в пламя камина.

Глазеть на пламя — это у нас семейное.

— София, помоги матери приготовить чай, — велел я, а затем аккуратно притянул к себе служанку и добавил уже шёпотом: — Найди Прохора. Тихо и аккуратно узнай, что он там делает.

— Будет сделано, ваша светлость! — поклонилась она и поспешила выполнять свои задачи.

Хотя приготовление чая, очевидно, было задачей второстепенной.

— Кто эта девушка? — вскинул брови отец. — Не помню, чтобы у нас была такая служанка.

— Это София Потёмкина, — сообщил я. — Это я привёл её в наш дом. Она — моя личная служанка.

— Личная служанка? — усмехнулся отец.

Матвей Владыкин аккуратно огляделся, видимо, пытаясь убедиться, что мать достаточно далеко, чтобы услышать наш разговор.

— У меня тоже была такая служанка когда-то давно, — добавил он шёпотом. — И не одна. Хоть что-то ты от меня унаследовал, Константин.

К моему удивлению, отец подмигнул мне. А нижняя челюсть Романа отвисла настолько, что я опасался — как бы она не отвалилась и не укатилась прямо в камин.

Наконец, один из слуг принёс нам чай. Но это был не Прохор и не София. Судя по всему, Прохор и Елена Владыкина были заняты своими шпионскими делами, а я София шпионила за шпионами.

Ух! Весело же всё-таки в этом доме! Не удивлюсь, если и Валера сейчас пытается кого-то убить. Жаль, что не меня. Давненько малец уже не испытывал меня на внимание и прочность.

— Погоди, Константин… — задумался отец. — Ты только что сказал, что служанку зовут София? София Потёмкина?

— Да, всё верно, — кивнул я. — А что?

Не мог же отец быть с ней знаком? Да, её бывший муж служил в его полку, но вряд ли Матвей Владыкин помнил каждого солдата по имени.

— Потёмкина… Потёмкина… — бубнил себе под нос отец. — Какая же знакомая фамилия. Может, кто-то из наших вассалов?

— Отец, под нами всего пять семей, — улыбнулся Роман. — Пора бы уже запомнить. Мне иногда кажется, что ты имена своих солдат помнишь лучше, чем имена наших вассалов.

Рома, не давай ему подсказок! Иначе я толком не разберусь в этой системе.

— А всё потому, что не все наши вассалы воюют вместе со мной, — раздражённо бросил Матвей. — Пять, говоришь? Пять семей⁈ Тьфу! На моей стороне борются всего два графа. Всю остальную армию составляют новобранцы, которых поставляет мне сам Император. А куда делись ещё три рода? Они-то почему не поставляют бойцов?

— Отец, мы уже много раз об этом говорили, — ответил Роман. — Они поставлять воинов не могут, они заняты…

— Не важно, чем они заняты! — заявил Матвей Владыкин. — Надо собрать совет вассалов. Но под предлогом бала! Во как мы поступим.

Отец улыбался, радуясь собственной задумке.

— Хорошая идея, отец, — хитро ухмыльнулся я. — Пригласить на пирушку дворян, которые так любят набить свои животы изысканными блюдами и дорогим алкоголем, а на деле — заманить их на военный совет.

— Верно! — кивнул отец. — А Константин правильно мыслит!

Мне бы тоже не помешало собрать всех моих союзников. О расширении сети пока говорить рано. Для начала эту сеть нужно создать. Но звенья моего тёмного механизма пока работают из рук вон плохо. Они ещё не научились взаимодействовать друг с другом. Отец неожиданно подкинул мне идейку. Надо придумать для них повод собраться, а затем нагрузить их новой работой.

Мои идеалы не вживить в их умы столь быстро. Ни ведьмы, ни Артемий, ни Сергий пока что не верят в то, что я смогу вернуть былое величие нашей драгоценной тёмной магии.

Не буду торопить события. Они сами это поймут. А для того, чтобы собрать их на совет и поручить новые обязанности, я преподнесу другую идею. Такую, чтоб у них коленки от предвкушения задрожали.

И я уже знаю, чем их заманить.

— Погодите, мы слишком отвлеклись на дворян и служанок, — сказал я. — Отец, ты заговорил о Красной Луне.

— Ну? — кивнул Матвей. — И этого не помнишь?

— Очень смутно, — ответил я. — Насколько мне известно, Красная Луна помогает контролировать нежить и другие порождения тёмной силы?

Мой учитель создал это явление. Красная Луна должна была светить над миром, не давая Солнцу взойти. Благодаря этой магии легионы нежити, оборотни, ведьмы, вампиры, вурдалаки и прочие тёмные должны были подчиняться ему до скончания времён.

Но я ведь одолел его! Откуда взяться Красной Луне⁈

— Константин, если кратко — раз в месяц луна приобретает кроваво-красный оттенок, — объяснил Роман. — И в ночь, когда это происходит, тёмные существа отдаются столь страшному голоду, что перестают бояться даже собственной смерти. Ты не обращал внимания на металлические заслонки на окнах? На светлые обереги у дверей?

Я обернулся и обнаружил, что оконные рамы действительно отличаются от тех, что я наблюдал в некоторых домах Санкт-Петербурга. Их покрывал тонкий слой металла. А если прислушаться — от них разило магией. Лёгким волшебством — ничего особенного. Видимо, в ночь Красной Луны эти металлические заслонки закрывали окна. Так, чтобы никто не проник…

Я убил учителя, но при этом его проклятье полностью не развеялось. Красная Луна не нависла над землёй навечно. Но стала беспокоить смертных каждый месяц. Двенадцать раз в год.

Любопытно…

— А в этом месяце — какого числа будет Красная Луна? — спросил я.

— Никто не знает, — ответил Роман. — Сегодня тринадцатое сентября. В этом месяце пока что не было кровавой луны.

Учитывая, что на дворе уже полночь, я сильно удивлён, что до сих пор над имением Владыкиных не поднялась Красная Луна. Пятница, тринадцатое. Такое мой учитель очень любил.

— Значит, предсказать, когда над миром поднимается Красная Луна просто невозможно? — спросил я.

— Да, — кивнул Роман. — Одна ночь в месяц. И так уже много столетий.

Интересно-интересно. Значит, учитель всё же оставил миру своё тёмное наследие…

— Точно! — воскликнул мой отец. — Потёмкина! До меня только сейчас дошло!

Мы с Романом с удивлением уставились на отца.

— Был у меня такой солдат в полку. Потёмкин! — заявил он. — Надо бы как-нибудь наведаться на кладбище.

На кладбище? О нет! Туда отцу пока точно соваться не стоит. Нужно его отвлечь.

— Отец, мы говорили совсем о другом, — я привлёк к себе его внимание. — Ты мне не веришь, что я изменился. И я воспринимаю это, как вызов. Что ж, я его принимаю.

— Кость, отец устал после дороги, — вздохнул Роман.

— Нет-нет, всё хорошо, — помотал головой Матвей Владыкин. — Хочешь убедить меня, что смерть тебя изменила? Ладно, — отец пожал плечами. — Я готов поверить во всё, что угодно. В то, что ты можешь добыть денег или в то, что ты способен красиво изрекаться. Это полезные навыки. Но я — человек войны.

Ах, вот что он хочет мне предложить…

— Я верю в грубую силу, — сказал он. — Если сможешь победить в дуэли моего новобранца, я тебе поверю. Сдюжишь?

Не используя тёмную магию? Испытание, достойное верховного некроманта!

Глава 12

— Это для меня — не проблема, отец, — ответил я. — Каждый оценивает силу человека и его характера по-своему. И если для тебя такой тест должен представлять из себя дуэль — я уважаю твоё решение.

— Смотри-ка! — ухмыльнулся Матвей Владыкин. — А я был уверен, что ты откажешься от моего предложения. Хорошо, я подыщу тебе достойного соперника. Когда будешь готов?

— Да хоть завтра, — ответил я.

— Тогда давай завтра вечером, — кивнул отец. — С утра мои солдаты проходят тренировки, которые им ни в коем случае нельзя пропускать.

— Ты только попроси своих командиров, чтобы они не слишком сильно замучили на тренировках моего будущего соперника. Я не хочу бороться с истощённым солдатом, — попросил я.

— Достойная просьба, — кивнул Матвей. — И я её удовлетворю. Только боюсь, что ты слишком много на себя берёшь, Константин. Никак не пойму, отчего в тебе взялась такая смелость? Ты ведь тёмной магией пользоваться не можешь. Роман, а печать на нём точно стоит?

— Конечно, стоит, — кивнул Роман. — Фёдор Ильич поставил её лично.

— Фёдор Ильич? Зубов, что ли? — вскинул брови Матвей Владыкин. — Вот старый пройдоха, никак от моей семьи не отстанет.

— Ты это о чём? — спросил я отца.

— Зубов раньше служил со мной ещё до того, как я стал самостоятельно командовать войсками. Но потом… — отец многозначительно вздохнул. — Не пришлось ему по нраву военное дело. Вот он и решил уйти в отставку и стать светлым магом на службе в бюро.

Это что же должно случиться с человеком, чтобы он так кардинально изменил свою жизнь? Из солдата в верующего воина, или, как их называли раньше — в паладина. Отречься от семьи и принять волю бога Солнца. Видимо, Зубов пережил многое на этой войне. Странно, а на первый взгляд, и не скажешь, что за рыжебородым воином кроется тяжёлое прошлое.

— Сначала Зубов оставил меня, — продолжил отец. — Потом заманил Романа в бюро, а теперь и на тебе след своей магии оставил, Константин.

— Он ради нас старается, отец, — защитил Зубова Роман.

— А кто же спорит? — хмыкнул Матвей Владыкин. — Итак, Константин. Завтра вечером в нашем тренировочном зале. Договорились?

— Договорились, — кивнул я. — А у нас что, есть тренировочный зал?

Это отличная новость! Мне бы не помешало вспомнить былые навыки или приобрести новые. Правда, надо хорошо над конспирацией тёмной магии поработать.

— Хорошо же тебе память-то отбило, — усмехнулся отец. — Только тренера там не ищи, на случай, если забыл, что с ним случилось.

Даже собственный тренер был у Владыкиных… Неплохо. Всё-таки у княжеской семьи очень много приятных преимуществ в сравнении с другими.

— А что случилось с тренером? — поинтересовался я.

— Эм — протянул отец. — Пришлось его уволить после того, как я уехал на войну.

Что-то недоговаривает. Что ж ладно, разузнаем что к чему. А на сегодня разговоров точно хватит.

Я поставил пустую чашку из-под чая на поднос и поднялся с дивана.

— Спасибо за разговор, отец, — сказал я. — Рад, что ты вернулся.

— Взаимно, — кивнул он. — Рад, что вернулся и ты, сын.

Вот уж действительно иронично. Один вернулся с войны, а другой с того света. Но сказанное мной не было очередным витиеватым порождением дворянского этикета. Мне правда понравилось беседовать с Матвеем Ионовичем Владыкиным. Сильный мужчина, и стержень в нём определённо был. Часто бывает, что такие люди зазнаются и становятся тиранами внутри своей семьи. Но мой новый отец держался достойно. Даже не стал устраивать сцен из-за пробуждения во мне тёмной магии. А это дорогого стоит.

Я пожелал родственникам доброй ночи и направился в свою комнату.

— Валерка, чего с отцом не встретишься? — бросил я. — Он только что с войны вернулся.

Но из комнаты мне никто не ответил. Либо Валера в очередной раз где-то затаился, чтобы меня прикончить, либо он не горит желанием видеться с Матвеем Владыкиным.

Да уж, отношения в этой семье сложные, как высшие круги некромантии. В роду Владыкиных много секретов, и это меня несказанно привлекает.

Я зашёл в свою комнату, и пока моё зрение ещё не успело привыкнуть к темноте, я увидел два светящихся во мраке глаза.

— София, что удалось разузнать? — спросил я, аккуратно прикрыв за собой дверь.

— Много чего, владыка, — ответила она. — Боюсь, эта информация может вас шокировать.

— Что там на этот раз закрутила моя мать с Прохором? — спросил я. — Надеюсь, ты не узнала, что между ними что-то… — я поморщился, надеясь, что София опровергнет моё предположение.

— Нет, владыка. Они обсуждали вопрос денег, — сказала девушка. — Я пришла уже под конец разговора, и шептались они слишком уж тихо. Мне удалось расслышать лишь одну фразу. Ваша мать сказала: «Больше красть деньги из родовой казны не получится».

— Плохо дело… — нахмурился я. — Значит, всё, о чём мы разговаривали до этого — полная брехня. Все притворяются, будто наша семья цветёт и пахнет, а на деле внутри неё завелись предатели. Мне это не нравится. Нужно разузнать, как сейчас обстоят дела с нашей казной.

— Ты можешь воспользоваться интернетом, — предложила София.

— Чем? — не сразу понял я, но через мгновение вспомнил об очередной хитром изобретении современников. — А там что? Можно разыскать ответ на любой вопрос?

— Почти. Многие учёные-экономисты пишут статьи о предпринимательском потенциале некоторых дворян, — объяснила она. — Недавно я даже листала статью о том, чем занимаются приближённые к императору семьи. Возможно, там и ваша фамилия есть.

— А ты — голова, — похвалил Софию я. — Надо проверить.

Я прыгнул за ноутбук своего предшественника. Оказалось, что на нём стоит пароль. Я без труда догадался, что верной последовательностью цифр служит его дата рождения. Затем вошёл в систему и сменил пароль на дату своей смерти. Вот уж о чём точно никто не догадается!

София оказалась права, и я достаточно быстро нашёл статью одного профессора, в которой подробно скрывались все тонкости бизнеса семьи Владыкиных.

Я впервые для себя узнал, что, оказывается, моя семья владеет землями на юге Российской Империи, а в частности — Краснодарским Краем. Теперь понятно, почему мы вынуждены жить вдали от своих земель. На этой территории вовсю идёт война с турками, а потому наш отец и отсутствует месяцами. Он не только командует войсками императора, но и защищает свои подконтрольные земли.

Подробно изучив анализ состояния Владыкиных, я выяснил, что основным источником заработка моего рода является земледелие и туризм. Ясное дело, на Чёрное Море все хотят. И тёмные маги, и светлые.

Судя по карте боевых действий, сейчас количество возделанных территорий сократилось вдвое, но при этом на нашу казну это сильно не повлияло. Денег у Владыкиных достаточно, но куда они, чёрт подери, тогда уходят?

Почему мать сказала, что больше не сможет таскать деньги из казны? Нет, все эти недомолвки делу не помогут. Надо вывести её на чистую воду. Да и отцу стоит знать о том, что творится у него за спиной. Хотя это — вопрос сложный. Может быть, и такое, что Елена преследует благие цели. Но как бы то ни было, она должна рассказать об этом главе семьи.

Я поговорю с ней. Но для этого мне понадобится один старый добрый помощник для развязывания языка. Безболезненный способ, разумеется.

— София! — позвал девушку я.

— Да, владыка? — тут же подбежала ко мне служанка.

— Зелья варить у ведьм научилась? — спросил я.

— Да, я им часто помогала в этом деле. Знаю базовый уровень, — ответила она.

— Базовый уровень — это хорошо, но мне нужно нечто большее. С зельем правды доводилось работать?

— Да… — пыталась вспомнить София. — Да, точно! Один раз было. Вы хотите, чтобы я его сварила? Я могу!

— Отлично, Софа, — улыбнулся я. — Если начнёшь прямо сейчас, сколько времени тебе понадобится?

— Часов двенадцать-пятнадцать, владыка, — быстро сориентировалась София. — Сам отвар приготовится быстро, но ему желательно отстояться в течение ночи. Ингредиенты у меня есть. Если чего не будет хватать — слетаю к Рите и остальным ведьмам. Я же теперь у них главная!

Получается неплохо. Значит, пока зелье отстаивается, я успею принять участие в поединке, а уже после — за ужином — я воспользуюсь зельем правды. Каждый имеет право на тайну, но не все секреты можно держать вдали от семьи.

Окончательно подготовив план на ближайшие дни, я лёг спать. Сон был очень поверхностным. Да и ложился спать я только для того, чтобы поднакопить сил, находясь рядом с пентаграммой.

Сон был чуткий, а потому я услышал шаги. Кто-то аккуратно приоткрыл дверь в мою комнату и не спеша подошёл к кровати.

Я намеренно делал вид, что не слышу шагов гостя. Лучше выяснить, кто тут бродит посреди ночи, чем спугнуть недруга прямо с порога.

Вряд ли это Валера. Он передвигается куда тише.

Я почувствовал, как чья-то лёгкая гладкая рука легла на мою грудь и проскользнула под одеяло вниз — к моему паху.

Нет, это точно не Валера!

Неужто София шалит?

Я приоткрыл глаза и увидел молодую девушку. Заметив, что я проснулся, она приложила указательный палец к пухлым губам и игриво улыбнулась. Её халатик был полупрозрачным, и даже в кромешной тьме я мог разглядеть очертания её обнажённого тела.

Стройная фигура. Чёрные чулки. А пышную грудь прикрывало полупрозрачное кружево бюстгальтера. Как и то, что находилось ниже.

Я помню её. Это одна из служанок, которые работали в доме ещё до того, как я устроил сюда Софию. Чего это она вдруг решила придаться любовным забавам вместе со своим господином? Может быть, прежний Константин уже делал это? Вряд ли. Судя по рассказам о нём, парнишка ещё женщин не знал.

Гормоны молодого тела заполнили мою кровь, и я решил, что отказывать столь прекрасной девушке не имеет смысла.

Я позволил ей забраться на себя и почувствовал, как нас связал жар. Служанка, имя которой мне даже не было известно, ловко двигалась на мне, продолжая всё так же хитро улыбаться. Её тяжёлое дыхание стало нарастать, она с трудом сдерживала стоны.

Девушка закинула руки за свою голову. С её плеч упал тонкий халатик, обнажив крупную грудь, и это отвлекло моё внимание лишь на секунду. Служанка выдернула из своих волос заколку и попыталась вонзить её прямо в мою грудь.

Я ловко поймал её за запястье, а затем, оттолкнувшись от кровати, перевернул девушку на спину, оказавшись сверху. От заколки исходил запах яда.

Так и знал, что здесь что-то нечисто. Но это точно не мой брат постарался. Не сомневаюсь, что убийца из него хороший, но он уже в курсе, что у меня иммунитет к ядам.

Она попыталась освободить руку, но я держал её достаточно крепко, чтобы девушка не смогла вырваться.

— Мы ещё не закончили, — коротко сказал я.

И продолжил двигаться, продолжая удерживать её руку с заколкой. Вскоре, когда жар в моём паху достиг пика, служанка изогнулась от удовольствия и застонала.

И лишь после этого, когда здравые мысли прорвались сквозь горячую пелену, она осознала, в какой ситуации оказалась.

— Одевайся, — велел я. — Будешь отчитываться перед князем.

— Ч-что? — испугалась она. — Н-нет, господин, вы не так поняли!

— О, заговорила! — усмехнулся я. — Я думал, что ты только стонать умеешь. Быстро одевайся и следуй за мной.

Заколка уже была в моих руках. Атаковать меня ей больше было нечем. Шла к главе Владыкиных она крайне неохотно.

Отец заснул у себя в кабинете, я знал об этом, поскольку София докладывала мне о передвижении всех членов семьи вплоть до полуночи, пока я не улёгся спать.

Я постучал в дверь его кабинета.

— Отец! — позвал его я. — Просыпайся. У меня для тебя сюрприз.

За дверью послышался шорох, затем быстрые шаги. Матвей Владыкин повернул ключ и открыл дверь. А затем замер, глядя на полуобнажённую служанку.

— Константин… — не отводя от неё взгляда, прошептал отец. — Что за…

— Она пыталась убить меня этим, — я показал заколку. — На конце — яд.

Лицо Матвея Владыкина побагровело. Однако он сдержался и не стал кричать, нарушая сон остальных жителей имения.

— Веди её в мой кабинет, — велел он.

Я затолкал служанку в кабинет отца. Девушка в ужасе отскочила в самый угол, смущённо прикрывая обеими руками наготу.

— Кто тебе приказал это сделать? — потребовал ответа отец.

— Я… Нет… — замотала головой девушка. — Не могу сказать.

Матвей скрипнул зубами, и я почувствовал магическую вибрацию.

— Отвечай на мои вопросы! — воскликнул он, а затем громко всхлипнул и схватился за перевязанный глаз.

Он хотел приказать ей с помощью своей магии, но не смог. Видимо, ему мешает ранение. Что-то случилось с ним на этой войне. И лучше подкупленной врагами служанке об этом ничего не знать.

— Спокойно, отец, — я положил руку на его плечо. — Не напрягайся. Мы ведь можем допросить её другим способом?

Он тяжело вздохнул, осознав, что я понял, в чём его беда.

— Да, — кивнул он. — Я отправлю её в свой штаб. К военным дознавателям. Одно дело — покушение на убийство князя. И совсем другое — попытка убить сына одного из главных полководцев империи, — он грозно зыркнул на служанку. — Тебе это с рук не сойдёт.

Он повернулся ко мне и добавил:

— Я позвоню своим солдатам, сегодня её заберут, — сказал он. — Проследи, чтобы она никуда не скрылась и ничего с собой не сделала.

Отец набрал номер штаба и начал переговоры с военными. Мне не пришлось удерживать служанку. Она уже сползла по стене на пол и принялась беззвучно рыдать. Видимо, осознала, что вляпалась в очень большие неприятности. Но делиться с нами информацией не спешила.

Любопытно. Ведь ей может угрожать смертный приговор. Кто же смог её подослать? Да ещё и за мной! Каждый третий в этой империи норовит прикончить Константина Владыкина.

Менее чем через час за служанкой прибыла группа вооружённых солдат, после чего её забрали в штаб.

Мы с отцом посмотрели вслед покидающей наше поместье машине. Первым нарушил тишину я.

— Что они с ней сделают?

— Не беспокойся, Константин, — ответил отец. — Поверь мне на слово, уже завтра имена нанимателей нам будут известны. Теряюсь в догадках, кто мог это сделать. Против нашей семьи уже давно никто не решался выступить ни в открытую, ни тайком.

— Как твой глаз? — перебил его я.

Я чувствовал, что в ране, которую он получил, была некротика. Должно быть, лицо задело чьей-то магической атакой. Светлые маги уже позаботились о ране, и нужно лишь подождать пока их примочка, которая сейчас закрывала глаз, вытянет всю некротику.

— Сносно, — ответил отец. — Переживу. Но лучше ни с кем не говори о том, что ты сегодня видел. Разумеется, силой голоса я смог бы расколоть её за долю секунды. Но пока что мне нельзя пользовать своей магией. Поэтому я решил передать служанку дознавателям.

— Её будут пытать? — спросил я.

— Пытать? — усмехнулся отец. — Нет, сынок. Мы же не в средневековье. Разве солдат станет кромсать юную девушку? Даже если она и действует против дворян или самого императора. Нет, скажу тебе по секрету, есть у нас один хороший способ заставить говорить любого человека, но… Мы переняли его от тёмных магов.

— Дай-ка отгадаю, — улыбнулся я. — Зелье правды?

— Верно, — кивнул отец. — Вижу, ты в школе не зря штаны просиживал. Ещё бы в военном училище ты себя вёл достойно! Эх, ладно, не будем сейчас об этом. Пойдём спать, пока другие служанки на нас не набросились.

Остаток ночи прошёл спокойно. Не знаю, успел ли рассказать отец матери и Прохору, но на следующее утро за завтраком все вели себя спокойно, будто ничего и не случилось.

Роман впервые за долгое время проснулся позже всех и никуда не спешил. А то мне начинало казаться, что дежурства у него почти каждый день. Но он всё ещё выглядел уставшим и напряжённым. Видимо, того некроманта они до сих пор не поймали.

Раздался звонок в дверь.

— Я открою, — сказал Прохор и пошагал в прихожую. — Должно быть, это почтальон.

Пока дворецкий не спеша проследовал до двери и обратно, вся семья уже успела приступить к трапезе.

— Вот, Матвей Ионович, — Прохор протянул главе семейства письмо. — Кажется, это вам.

— Ну-ка! — Матвей подхватил конверт и взглянул на имя адресанта. — О, наконец-то! Из Военного Комиссариата прислали. Константин, это вестник хороших новостей.

— А меня-то это как касается? — спросил я.

— Я решил, что ставить крест на твоей карьере военного ещё рано. Ну, отчислился из училища? Всякое бывает! — отец пожал плечами, хотя этими словами он явно успокаивал сам себя. — Месяц назад я отправил прошение в Военный Комиссариат. Подумал, что они могут тебе хотя бы звание рядового присвоить. Начинать-то с чего-то нужно. Не вышло с офицером, так получится с…

Отец распаковал письмо и прочитал потенциальное звание, которое предложил мне комиссариат.

— Завхозом… — прошептал он.

— Завхозом? Нет уж. Я дворянин. Сын влиятельного князя. С печатью или без, но унижаться я не намерен, — сказал я.

— Кость, а что ты хотел? — пожал плечами Роман. — Они бы взяли тебя рядовым, но наше бюро уже передало информацию о твоём статусе во все инстанции. Запечатанного никуда не возьмут. Максимум улицы убирать или ящики грузить. И то — подальше от других людей.

— Нет, Роман! — воскликнул отец. — Я с этим не согласен. Мой сын мог бы проявить себя на поле боя! Но ему даже этого давать не хотят.

Отец нервно размахивал письмом и был готов в любой момент запустить его в кого-нибудь из членов семьи.

— Да выброси ты его в окно, чтобы глаза не мозолило, — махнул рукой я.

— И то верно, — кивнул отец и вышел из-за стола.

Глава семейства скомкал письмо и яростно метнул его в открытое окно.

С улицы прямо из-под окна раздался чей-то крик. Мы с отцом удивлённо переглянулись.

— Это ещё что? — нахмурился он.

— Нас кто-то подслушивает, — прошептал я.

В первую очередь я подумал, что там скрылась София. Однако в этот момент моя служанка вышла из кухни с подносом в руках.

Если там не София, тогда кто?

От авторов:

Дорогие друзья! Следующая бонусная глава будет выложена по достижении 1000 лайков. Всем спасибо за поддержку =)

Глава 13

— Никому не двигаться! — приказал я слугам, которые уже рванули к окну. — Отец, ты тоже стой на месте.

Если нас кто-то подслушивает, то этот человек явно смог пройти через охрану. Возможно, даже перебил нескольких человек. Учитывая вчерашнее происшествие со служанкой, которая попыталась убить меня прямо в постели, лучше быть настороже. Отец ранен, лучше ему держаться подальше.

Я сделал мощный рывок вперёд и мигом распахнул окно. Где-то около фундамента дома послышался громкий женский крик.

— Кто здесь⁈ — требовательно крикнул я.

Рядом со мной появился Роман, а между нами пытался протиснуться отец.

Под окном сидела светловолосая женщина в очках. В её руках зажат какой-то современный аппарат. Её трясло от волнения. Должно быть, она и сама в шоке от того, что забралась так далеко.

— Ты ещё кто такая? — спросил я. — И как сюда пробралась?

— Я… — женщина напряжённо теребила амулет с блестящим фиолетовым камнем, что висел на её шее. — Через охрану прошла…

— И как? Пропустили? — усмехнулся я.

— Пропустили, — резко поменялась в лице женщина и насупила брови.

— В дом её! Живо! — крикнул отец из-за наших спин.

— Я её знаю, — сказал Роман. — С этой особой точно стоит переговорить дома. Но прошу, не спешите с действиями. Смотрите, что у неё в руках. Камера!

Так Роман намекнул, что не стоит вызывать охрану на задержание.

Пока что я не понимал, о чём идёт речь, зато изо всех сил старался всмотреться в её амулет. Трудно описать ощущения, которые я испытывал, глядя на фиолетовый камень. Будто мои глаза и этот минерал были магнитами с равными полюсами. Стоило мне повернуть взор на амулет, и взгляд тут же отлетал в сторону.

О! Давно я уже не видел таких артефактов. Этот амулет за счёт инкрустированного в него магического камня может отводить взгляды. Теперь понятно, как она прошла через охрану.

— Ты слышала? С тобой хочет поговорить мой отец, — сказал незваной гостье я. — Проходи в дом.

— Я попрошу охрану, чтобы проследили за ней. Не хватало ещё, чтобы она улизнула в самый последний момент, — сказал Роман.

— Теперь уже не улизнёт, — ответил я. — Мы видели её лицо. Ей нет смысла сбегать.

Через пару минут незнакомка сидела в гостиной в окружении всего семейства Владыкиных. Матвей Ионович ходил взад-вперёд, задумчиво глядя себе под ноги.

Охрана осматривала содержимое сумки девушки.

— Вы не имеете права! — попыталась возразить она.

— Имеют, — звонко пресёк её споры отец. — Вы проникли в мой дом, юная леди. В имение князя Владыкина. Уверяю вас, моя служба безопасности имеет право проверять все ваши вещи. При необходимости даже раздеть догола и отправить в военный штаб, если сочтут вас слишком подозрительной.

— У неё здесь какие-то бумаги, — сказал один из охранников и, прищурившись, начал читать. — Тёмный маг… Владыкины — угроза Рос…

Мужчина резко замолчал и испуганно уставился на моего отца.

— Дочитывай-дочитывай, — велел отец. — Чего так напрягся? Не ты же писал.

— Тёмный маг. Владыкины — угроза Российской Империи, — произнёс он. — Статья Юлии Кедровской.

— Юлия Кедровская — это она, — сказал Роман, указав на девушку рукой. — Она уже писала разгромную статью об одном из членов нашего бюро. Теперь решила взяться за моего брата. За нашу семью!

Роман стиснул зубы и с трудом сдержался, чтобы не ударить кулаком по стене.

— Ох и зря же вы так поступили, Юлия, — нахмурился отец. — Вы хотя бы приблизительно понимаете, сколько законов вы сегодня нарушили? Журналистка? Разгромные статьи? Смешно. У меня хватит влияния, чтобы смешать вас и вашу газетёнку с грязью. И это я даже не говорю о том, что моё имение — охраняемая территория. Вы отсюда попросту можете не выйти живой.

Перед отцом стоял сложный выбор. И по выражению лица было видно, что он склоняется к худшему варианту, хотя сам того не хочет. Но репутация семьи — это святое. Она и так подпорчена появлением тёмного мага, а разгромная статья может вовсе опустить на дно в глазах других аристократов.

Я почувствовал, что Матвей и Роман Владыкины были на грани. Эта ситуация привела их в бешенство. Когда я увидел, как злобно улыбнулся Валерка, сжав в своём кармане нож, мне стало понятно — нужно что-то делать.

— Успокойтесь, господа! — воскликнул я и встал перед Кедровской, которая уже напрочь лишилась дара речи от страха. — Вы лишь усугубляете ситуацию, разве не понятно?

— Константин, лучше не лезь, — посоветовал мне отец.

— Почему же? — спросил я. — Эта ситуация напрямую касается меня. Это моё имя хотят очернить. А вместе с ним и нашу фамилию. Значит, мне эту ситуацию и разрешать.

— Что ты предлагаешь? — спросил Роман. — Отпустить её? Вежливо попросить не писать про нас гадости?

— Сейчас узнаете, — сказал я и повернулся к Юлии. — Ты хочешь статью написать? Чтобы всё её активно читали?

Девушка закивала, глядя мне в глаза. Вся её смелость давно ушла в пятки.

— В таком случае делай, как скажу я — и статья выйдет шикарная, — предложил я. — Ты хочешь написать неправду, солгать народу и тем самым привлечь как можно больше внимания.

— Но что здесь ложь? — нахмурилась она. — Вы ведь Константин Владыкин, правильно?

— Он самый, — кивнул я.

— Тёмный маг? — уточнила она.

— Запечатанный тёмный маг, — ответил я.

— Это что-то меняет? — пожала плечами она. — Неспроста же Тёмных Магов ставят на учёт и изолируют от большинства профессий, в которых подразумевается работа с другими людьми…

— Послушай меня, — перебил я Юлию. — Лучше красивой лжи привлекает только шокирующая правда. Раз все думают, как и ты, значит, народ не сильно удивится, что очередной тёмный маг представляет угрозу для своей же семьи и целой империи. Мы поступим иначе. Я позволю тебе наблюдать за мной целый день.

— Зачем? — удивилась она.

— Узнаешь наверняка, опасен я или нет, — сказал я. — А потом напишешь честную статью. Только правду и ничего кроме правды. Если увидишь, как я ем младенцем — напишешь об этом. Если увидишь, как я целыми днями дрыхну у себя в комнате — напишешь об этом. Что бы я ни делал — пусть это окажется в статье.

— Константин… — попытался вмешаться отец.

— Отец, дай мне довести дело до конца, — попросил я.

Матвей Владыкин больше ничего не сказал. Видимо, его устроил тот факт, что сын сам разгребает свои собственные проблемы.

— Ну что, Юлия? Тебя устраивает такой вариант?

— Вполне, — кивнул она и, резво вырвав сумку из руки охранника, вскочила с дивана. — Когда начнём?

— Завтра утром, — сказал я. — Подходи к главным воротам, а я попрошу охрану, чтобы они передали нам о твоём приходе. После этого можешь целые сутки за мной следить. И да — не надо больше лазать через забор.

— Значит, договорились, — она хитро улыбнулась. — Теперь я могу идти?

— Да! — воскликнул отец и обратился к охранникам. — Господа, выставите её за пределы нашей территории.

Это предложение устроило отца куда больше, чем устранять невинную девушку. Тем более, по лицу девушки было понятно, она ищет сенсацию. Она её и получит, при этом не очерняя нашу фамилию.

Так я смог обратить ситуацию в свою пользу.

Больше ничьи слова Юлию Кедровскую не задевали. Она покинула имение с улыбкой на лице. И я знал — почему.

Она была уверена, что обязательно застанет меня за каким-нибудь чёрным дельцем. За творением тёмной магии или другой пакостью, которую на дух не переносят светлые.

Что ж, посмотрим. Ради того, чтобы она не очерняла Владыкиных, я с радостью удержусь от колдовства на протяжении следующих суток.

— Константин, зачем всё это? — спросил меня отец.

— Это единственный выход, — ответил я. — Твои угрозы бы не сработали. Неужели ты не понимаешь? Для неё это хороший материал. Если бы даже ты смог её запугать, Кедровская обязательно передала бы полученную информацию другому журналисту, и тогда он бы написал эту статью. Мы бы запустили замкнутый цикл. А если мы позволим ей следить за нами и будем сотрудничать, то велика вероятность, что мне удастся отбелить своё имя и репутацию нашей семьи. А третий вариант, как мне кажется, и вовсе не уместен. Её будут искать.

— Умно, — кивнул Роман. — Отец, Костя правду говорит. Спорить с журналисткой — хуже не придумаешь.

— Ну, хорошо, — вздохнул отец. — Значит, вам виднее. Но если ситуация выйдет из-под контроля, не говорите мне, что я вас не предупреждал!

Семья Владыкиных разошлась по своим делам, а я собрался в город. Выждал момент, когда никто не заметит моего исчезновения, и поехал в центр Санкт-Петербурга, чтобы пообщаться с Сергием. Ведьмы сообщили, что они ждут меня там. Уже готов отчёт по первым продажам.

И это не могло не радовать! Дело пошло в гору. Валера пока не смог выгадать правильный момент для договора о встрече с гильдией убийц, но мальчик работал над этим, и я в нём не сомневался.

Если убийцы перейдут на мою сторону, но я смогу продавать запрещённые товары ещё и им. Так, приток денег увеличится в разы.

Когда я вошёл в тёмный проулок между домами, до меня донеслись чьи-то крики. Издалека создавалось впечатление, что три женщины пытались избить одного мужчину. Не знаю, что там случилось с Сергием, но я уже начал беспокоиться за его здоровье.

Из-за угла появилась рыжеволосая Рита, а вслед за ней Жанна и Олеся.

— Эй! — крикнул им я. — Вы чего расшумелись? Вы хоть понимаете, как мы сильно рискуем, занимаясь сами знаете чем практически в центре города?

— Этот выродок меня трогал за жо… — начала Жанна, но Рита грозно взглянула на «сестру», заставив её замолчать.

— Здравствуй, владыка, — поклонилась рыжая ведьма. Остальные сделали то же самое. — За этот день удалось организовать продажи. Мы через Сергия продали пять омолаживающих кремов, а несколько наших клиенток посетили его магазин и купили несколько его безделушек.

— Каких конкретно безделушек? — спросил я.

— Два проклятых клевера для отпугивания удачи и три куклы-вуду, — ответила Рита.

— Куклы-вуду? — удивился я. — И всё? А специальные иглы? А доски с ритуальным кругом? Одни куклы без полного комплекта работать не будут.

— Это скажи Сергию, — посоветовала Рита. — Он готов толкнуть покупателям любое дерьмо без лишних объяснений.

— Верное замечание, обязательно с ним побеседую, — ответил я.

Хотя полезная информация мной уже получена. Пока что покупателей ещё слишком мало, но уже видно, на что ориентирован простой народ. На предметы, с помощью которых можно незаметно напакостить недругам. Вот на них-то мы и сделаем упор. Враги есть не только у дворян, но и у простолюдинов.

А светлые маги могут сколько угодно доказывать, что их колдовство — самое лучшее.

Но простой народ куда проще переубедить, чем упёртых дворян. С них можно будет начать нашу тёмную революцию.

— Владыка, можем ли мы тебя попросить кое о чём? — спросила Рита.

— Что случилось? — нахмурился я.

— Сергий… Не совсем хорошо с нами поступил. Он, видимо, решил, что мы не ведьмы, а работницы борделя, — сказала Рита. — Не мог бы ты поговорить с ним о том, как стоит общаться с деловыми партнёрами?

— Он щупал меня! — вновь повторила Жанна.

— Да все уже это поняли! — прикрикнула на неё Рита.

— Можете быть уверены, этого больше не повторится, — сказал я. — Проведу с ним беседу. Но вам я тоже должен сделать одно замечание.

— Да, владыка? — захлопала глазами Рита.

— Отчёты о продажах передаём мне не на словах, а высылаем в чат. И чтобы были оформлены ясно и чётко, — велел я.

— Будет сделано, — ведьмы поклонились и прошли мимо меня к выходу из проулка.

Что ж, пока есть время до вечера, нужно переговорить с Сергием. Главное — не переборщить и не растратить на него слишком много сил. Сегодня мне ещё предстоит дуэль с одним из солдат моего отца.

А учитывая, что на ней мне нельзя будет пользоваться тёмной магией… Нужно держать себя в тонусе.

Я вломился в магазин Сергия, заставив монаха вздрогнуть от неожиданности.

— Ну где это видано⁈ — крикнул я. — Сергий! Ты же вроде как монахом был, разве нет?

— Д-да, был… — испугался он. — А что?

— Ведьм моих трогал? — спросил я, медленно приближаясь к нему. — Честно говори. Если замечу, что ты лжёшь, будет только хуже.

Сергий в ужасе начал пятиться.

— Ну… Да, трогал! Только двух, — признался он. — Третья меня чуть не убила. Но я ведь был монахом! Был! Я теперь не связан с богом Солнца. А учитывая, что я долгое время не мог иметь отношений с женщинами, то…

— То слушай меня внимательно, — сказал я и припёр Сергия к стене. — Если хотя бы ещё одна ведьма или тем более клиентка скажет мне, что ты приставал к кому-то из них… — я улыбнулся, оскалив зубы.

Магазин Сергия вновь осветило ярко-зелёным некротическим светом. Этот свет всегда вселял ужас смертным. В этом и заключался весь его смысл.

— Руки покроются волдырями, — прорычал я. — А всё, что спрятано в твоих монашеских трусах, отвалится к чёртовой матери. Ты это понял?

Огни масляных фонарей, которыми освещался магазин Сергия, вспыхнули гораздо ярче, чем прежде. Их тени зашевелились, медленно приобретая формы искажённых человеческих фигур. Тёмные руки потянулись к бывшему монаху.

— Понял-понял! — закричал Сергий. — Чур меня, чур!

— Никаких чуров, — ответил я. — Я защищаю тебя и твой магазин, обеспечиваю тебе приток покупателей, а ты меня слушаешься. Или ты забыл?

— Нет, Константин Матвеевич, — сглотнув сухой ком, ответил Сергий. — Я всё помню. И ценю вашу помощь. Денег у меня за сегодняшний день стало в разы больше. Поставщики будут очень рады.

— Не забудь, что ты обещал меня свести с этими поставщиками, — напомнил я.

— Верно, — кивнул он. — Уговор дороже денег. Обязательно сведу, когда доход увеличится до оговорённой нами отметки.

— Отлично, — уже спокойнее сказал я и двинулся к выходу из магазина. — И отчёт в мессенджер пришли.

Ух, наконец-то я выучил это новое словечко.

И выучил я его не зря. По дороге домой сообщения посыпались на меня горой. Хорошо, что я научился пользоваться всеми функциями телефона. Стоит отметить, без этого гаджета трудно было бы управлять своим тёмным бизнесом. Ведьмы прислали отчёт, а следом за ними Сергий.

Но потом пришло ещё одно сообщение. Номер не был забит в мою записную книжку, поэтому имя отправителя я не знал. Но текст его сообщения заставил меня насторожиться.

«Владыкин, я тут узнал, что ты, оказывается, не сдох. Когда деньги возвращать будешь?»

Я сперва и не заметил его. Оказывается, это сообщение пришло ещё вчера ночью. Как раз в тот момент, когда мы с отцом отправляли служанку-убийцу в военный штаб. Естественно, тогда мне было не до сообщений.

Второе сообщение от этого же человека пришло буквально полчаса назад.

«Видимо, идиотом меня считаешь? Хорошо, Кость. До этого момента о твоём воскрешении знал только я. Но раз уж ты решил меня игнорировать, я передам остальным людям, у которых ты занимал деньги, что должник вернулся. И жаждет отдать всю сумму с большими процентами!»

Отлично! И у кого же мой предшественник умудрился набрать долгов? Стоп… А зачем он вообще занимал деньги? Он же княжич! Видимо, гордость не позволила взять деньги у семьи. А сам добывать не научился. Вот и набрал долгов.

Только непонятно, кому он должен денег? Взял-то он, а требуют их назад от меня! Ладно, пока что можно проигнорировать эти сообщения. Рано или поздно эти ребята сами себя покажут. Тогда и познакомимся.

Прибыв домой, я сразу же направился в тренировочный зал. Отец вместе со своим солдатом уже ждали там. Я опасался, что Матвей Владыкин позовёт самого слабого новобранца. Но увидев приглашённого воина, я был приятно удивлён.

Высокий парень с выбритыми висками был одного возраста со мной. Может быть, даже чуть младше. Но возраст в этой ситуации не имел никакого значения.

Он был здоровый, как бык!

Даже сквозь его камзол можно было с лёгкостью разглядеть очертания крепких мышц. Что ж, приятно, что отец не стал со мной нянчиться. Либо он захотел испытать меня по-настоящему, либо решил завалить и тем самым проучить меня.

— Вечер добрый, господа, — поприветствовал я военных, а затем протянул руку своего будущему сопернику. — Константин Владыкин.

Здоровяк широко улыбнулся и, ответив на моё рукопожатие, представился:

— Григорий Баскаков. Рядовой четвёртого полка Его Императорского Величества!

Эхо его голоса ещё несколько секунд проносилось по громадному тренировочному залу.

Отец, хитро щуря единственный незабинтованный глаз, глядел на меня, будто ожидал, когда же я откажусь от дуэли.

— На чём будем драться? — спросил я. — На кулаках или с оружием?

Григорий улыбнулся, в то время как Матвей Владыкин ошарашенно открыл рот.

— Константин, а ты хорошо подумал? — спросил он. — Григорий может показать тебе пару полезных приёмов, которые он изучил в ходе войны. А потом мы все вместе поужинаем.

— Отец, не сочти за грубость, но я спросил Григория, на чём мы будем драться, — ответил я. — Или ты сам хочешь предложить условия поединка?

Матвей Владыкин понял, что отступать я не намерен. Видимо, его желание поберечь сына быстро улетучилось, а на смену ему пришли азарт и жажда улицезреть хороший бой.

— Григорий! Выбирай оружие! — приказал он.

— Есть, товарищ полковник! — прогромыхал он и двинулся к многочисленным рядам с оружием.

Владыкины хранили немало интересных орудий убийства. От старинных клинков до современного огнестрела.

— Волнуешься? — шёпотом спросил меня здоровяк.

— Я? — усмехнулся я. — Нет. Правильнее будет сказать — предвкушаю.

— А я очень волнуюсь, — признался он. — Твой отец — настоящий лидер. Невероятный полководец. Видел бы ты его на поле брани… Я бы очень не хотел оплошать на его глазах. Если я одолею его сына…

Григорий замолчал. Рядовой испугался, будто чуть не выдал государственную тайну.

— Да будет тебе, — я пихнул его локтем в плечо. — Отец не слышит. Что ты хотел сказать?

— Матвей Ионович сказал, что, если ты согласишься на бой, и я тебя одолею — он даст мне звание сержанта, — заявил Григорий Баскаков. — Ты уж прости, но я никак не могу проиграть.

— Понимаю, — улыбнулся я. — Я и не жду, что ты станешь поддаваться. Рад, что мой отец дал тебе хорошую мотивацию.

— Тебе повезло иметь такого отца, — сказал Григорий. — Я бы душу отдал, чтобы родиться в такой семьёй. Ой… Прости, лишнее ляпнул.

— Душу лучше не разбазаривай. Она ещё тебе пригодится, — посоветовал я. — Ну что? Выбрал оружие?

— Да, — кивнул рядовой и поднял здоровенную алебарду. — Вот этим буду сражаться!

Эх… Неплохо.

— Тогда я возьму это, — я подобрал два коротких кинжала.

Доводилось пользоваться этим оружием в прошлом. Хочется верить, что моя душа ещё не забыла, как орудовать ими.

Я прошёлся до центра тренировочной площадки и прокричал:

— Ну что, рядовой Баскаков, начнём?

И внезапно тот, кто сперва лебезил предо мной, злобно оскалился. Ох, хорошо он сыграл роль, только надо было потянуть.

— Начнём! — процедил он.

Баскаков встал в боевую стойку, и на его шее блеснул небольшой красный амулет. Неужто артефакт усиления⁈

От авторов:

Дорогие друзья! В комментариях мы устроили опрос на лучшую обложку. Если есть желание, вы можете принять участие и поставить плюс на понравившейся.

Глава 14

Хитрый солдат! Очередной любитель воткнуть нож в спину! Странно, что я ожидал чего-то иного. Ни воинская честь, ни здравый смысл не дадут никому из современников считать тёмного мага равным противником. Каждый норовит унизить даже запечатанного.

Только Григорий Баскаков сейчас ввязался в игру со смертью. Рядовой скалится, полагая, что обманул незадачливого дворянина. Взял огромную алебарду, подготовил амулет, зачарованный на увеличение силы носителя. Да и сам обладал совсем не скромной мышечной массой.

Видимо, он считает, что этим набором он сможет превратить меня в труху. Унизить перед собственным отцом и заслужить повышение. Вот только я вижу за этой грудой мышц труса.

Если бы я пошёл на слабенького дворянского сына, то не стал бы набирать с собой кучу артефактов и пользоваться всеми возможными козырями. Печальное зрелище.

Хотя вполне может быть, что трусость Григория Баскакова спасла его от неминуемой гибели. Ведь без артефакта у него не было бы ни единого шанса меня одолеть.

Теперь эта битва будет хотя бы отчасти равной. И раз противник нарушил правила, то ничто не мешает и мне воспользоваться силами.

Я сжал кинжалы в руках и заполнил холодный металл тёмной магией. Никто из присутствующих не поймёт, что я сделал на самом деле.

И убить моего оппонента лезвия не должны, если я сам этого не захочу. Однако быстро привести в негодность его алебарду — запросто!

Рядовой Баскаков атаковал первым. Сначала на весь зал раздался его громогласный рёв, после чего туша воина, сорвалась с места и понеслась на меня, словно боевой слон.

Я спокойно следил за его движениями. Человеку с двумя кинжалами не стоит сильно суетиться. Главное — уклониться в самый последний момент, а после — контратаковать.

— Получай, Владыкин! — рыкнул Григорий Баскаков и приготовился к атаке, которую я по его замыслу не должен был ожидать.

Баскаков на бегу взмахнул алебардой и прокрутил её вокруг своей оси. Это придало ему ускорения, и он налетел на меня, готовый в любой момент перерубить пополам.

Мало того что он повышал себе скорость, так плюс ко всему количество его энергии значительно увеличивалось за счёт магии амулета силы.

— Хороший трюк, рядовой, — усмехнулся я. — Жаль тебя расстраивать, но…

Я резко оттолкнулся от земли и перемахнул через крутящегося Баскакова в тот самый момент, когда он должен был нанести мне удар. Я резко развернул корпус и ноги, чтобы перекувыркнуться над рядовым.

— Но атаковать противника в лоб — глупая тактика, — закончил фразу я и полоснул кинжалом по его плечу.

Пришлось сдержаться и не всадить лезвие чересчур глубоко. Если бы я нанёс удар изо всех сил, Баскаков столкнулся бы сразу с двумя немаленькими проблемами. Первая — отсутствие правой руки. Вторая — скверна с моего кинжала может распространиться и на другие органы.

Я ловко приземлился на ноги и бросил короткий взгляд на отца, пока Григорий Баскаков пытался остановиться. Инерция уже не давала рядовому вовремя остановить вращение.

Матвей Владыкин глядел на меня с большим удивлением. Судя по его реакции, он ожидал, что я проиграю дуэль после первого же удара. Да, в этом теле было совсем немного мышц, но важно не их количество, а умение ими пользоваться. Человеческое тело может творить невероятные вещи, если знать, какие группы мышц и в каком порядке привести в действие.

Баскаков ударился о стену. Алебарда вонзилась в пол и рядовой остановился. Громадная ручища стёрла кровь с плеча. Он громко хмыкнул.

— Думаешь, что это — просто царапина, Грига? — крикнул ему я.

— А как иначе? — раздражённо ответил он. — Ты даже кожу мою толком не смог рассечь. И это ты называешь дуэлью? Да дети во дворе друг другу палками больше увечий наносят!

Спровоцировать меня решил. Хорошая тактика, только меня уже давно перестали заводить такие очевидные заманухи. Если он не ценит моего милосердия, я с каждым ударом буду наносить всё более глубокие ранения, пока он не остановится.

— Кожу, говоришь, не рассёк? — прошептал я. — Тогда посмотрим, какая толщина у твоих мышц.

Амулет на шее Григория Баскакова вспыхнул красным. Резким рывком он выдернул застрявшее в стене лезвие алебарды и тут же рванул вперёд — на меня.

На этот раз он решил не крутиться. Здоровяк поднял массивное оружие над своей головой и приготовился ударить меня им сверху вниз. Я обратил внимание, что солдат делал особый упор на левую руку. Да быть того не может… Неужто левша?

То-то я заметил, что его удары мне показались немного непривычными!

— Да что ты крутишься туда-сюда⁈ — рявкнул Баскаков. — Дерись со мной, как мужчина!

Я резко расслабил всё тело, отклонился в правую сторону, и алебарда рухнула на землю в сантиметре от меня. Достаточно было угадать, какая половина его тела выдерживает больший вес — и победа у меня в кармане.

— Как раз таки я дерусь честно, рядовой Баскаков, — произнёс я и замахнулся кинжалами. — В отличие от тебя.

Григорий вздрогнул, испугавшись, что я вонжу клинки прямо в его грудь, и с удвоенной силой потянул застрявшую в полах алебарду, но она не поддавалась. Видимо, амулет силы не был готов дать сразу так много энергии.

Мой левый кинжал обрушился на амулет, разрубив звенья серебряной цепи, на которой он держался. А правый полоснул по древку алебарды.

Баскаков, хоть и потерял амулет, посчитал, что я промахнулся. Злобная улыбка вновь исказила его лицо.

— Тебе нужно было лучше целиться, Владыкин! — просипел он, вновь потянул алебарду и… Остался с одним лишь древком в руках.

Я не промахнулся ни разу за эту битву. Одним ударом я рассёк его медальон, лишив оппонента источника силы, а вторым — запустил скверну в древко алебарды. Древесина даже после множественных обработок хранит в себе жизненную энергию. Я обратил процессы внутри неё вспять и заставил гнить.

Так Григорий Баскаков остался без оружия.

— Всё, довольно! — крикнул отец. — Я не могу больше смотреть на этот цирк!

Баскаков в ужасе выбросил из рук сгнившую алебарду и попытался поднять с пола амулет, однако мой отец не дал ему этого сделать.

— Смирно! — рявкнул Матвей Владыкин. — Что это у тебя под ногами солдат?

— Матвей Ионович, это… — промямлил Баскаков. — Мы ведь ещё не закончили дуэль!

— Нет, вы закончили, — усмехнулся отец. — Я не ожидал такого от вас обоих. Честно скажу. Давно меня так не удивляли и собственные солдаты, и собственные дети. Браво, Константин. Беру свои слова назад. Я не думал, что ты сможешь показать достойный бой, но ты даже без магии умудрился одолеть противника более опытного, чем ты. Да ещё и жульничающего!

Матвей Владыкин в ярости пнул амулет Баскакова.

— Ты что же, рядовой, — процедил сквозь зубы он, — думаешь, что я никогда не видел амулетов силы? Полагаешь, что я вчера родился?

— Матвей Ионович, но я ведь почти победил в дуэли, как договаривались… — пытался оспорить мнение Матвея Баскаков. — Ваш сын смог меня только поцарапать! Я не получил ни одного ранения!

— И за это ты должен его отблагодарить, — хмыкнул Матвей Ионович. — Поскольку у него было как минимум три шанс прикончить тебя. Ножами. Против алебарды! Чёрт тебя раздери, Баскаков, ну ты меня и разочаровал. Я считал тебя лучшим новобранцем… Уезжай, пока я в пылу гнева не отстранил тебя от следующей операции.

— Х-хорошо, Матвей Ионович, — закивал он. — Простите меня, пожалуйста.

Здоровенная туша Баскакова засеменила к выходу из тренировочного зала.

— И амулет свой прихвати! — рявкнул ему вслед мой отец.

Баскаков вернулся, второпях подхватил амулет и вновь направился к выходу из поместья Владыкиных.

— Этот амулет ему не пригодится, — сказал отцу я. — Я уничтожил его магическую сердцевину.

— Ты как вообще это сделать⁈ — отец ударил меня ладонью по спине. — Вот уж не думал, что мой сын — мастер борьбы на коротких клинках.

— На ножах или кинжалах? — уточнил я.

— Не имеет значения, — замотал головой он. — Что ж, ты выиграл это пари, Константин. Вижу, что ты не обманул старика. Что-то в тебе и вправду изменилось после перерождения. И что самое удивительное — в лучшую сторону.

— Благодарю, отец, — улыбнулся я. — Что ж, я пойду немного отдохну перед ужином. Увидимся за столом.

— Конечно, сын, — всё так же радостно кивал отец. — Конечно.

Но, разумеется, я собрался не только отдыхать. Этим вечером должен был осуществиться мой план. Нужно узнать у Софии, как обстоят дела с зельем правды для моей матери. Елена Владыкина должна признаться, что происходит с нашим родовым бюджетом.

Я поднялся на второй этаж имения и постучался к Софии. Девушка аккуратно приоткрыла дверь, оставив лишь тонкую щёлочку, через которую я увидел её личико. А вслед за этим в мой нос ударил смрад готовящегося зелья.

Да… Это определённо зелье правды. Как только из него выйдет запах всех лишних осадков, оно будет готово.

— Да, владыка? — прошептала она.

— Чего застыла? — мотнул головой я. — Открывай дверь! Внутри поговорим.

Я проскочил в её комнату и сразу же пошагал к зелью.

— Идеально, — улыбнулся я, оценив белоснежную густую жидкость, которая отстаивалась в кромешной тьме более двенадцати часов. — Ты помнишь, что нужно сделать?

— Конечно, владыка, — кивнула девушка. — Я справлюсь, можете мне верить.

— Очень хорошо. Продолжай в том же духе и уже скоро перейдёшь из ранга служанки в ранг ученицы. Терпеть осталось недолго.

Мой телефон зазвонил.

«Артемий Костровский».

О, а вот и мой новоиспечённый медиум.

— Да, Артемий? — ответил я. — Давно о тебе ни слуху, ни духу. Я уж начал переживать, что тебя всё-таки призраки утопили.

— Нет, Кость, я просто был занят обработкой новых рекрутов. Я походил вместе с другими группами на собрания и… Смогу уговорить ещё одного запечатанного, — заявил Костровский. — Кажется, к нам готов присоединиться ещё один человек!

— Да это же просто великолепные новости! — обрадовался я. — Нашу армию нужно расширять. Так, мне необходимо с ним встретиться. Я должен определить, как снять его печать. Когда он свободен?

— Завтра в любое время! — сообщил Артемий. — Тоже поведёшь его к реке? Топить будем?

Последнюю фразу Артемий произнёс с каким-то особым азартом.

— Не факт, что к реке… — задумался я. — Погоди, Артемий, не получается завтра!

Проклятье, завтра ведь за мной будет весь день следить эта журналистка. Не могу же я у неё на глазах начать снимать печати с других запечатанных и собирать тёмную армию.

— Послезавтра встречаемся в том же кафе, где мы с тобой беседовали перед отправкой к мосту, — сообщил я. — В шесть вечера. И без опозданий. Отбой.

Я положил трубку и воодушевлённо потёр ладонью о ладонь. Интересно, какой тёмный маг на этот раз? Может, ещё один некромант? Или призыватель?

— Владыка, с тобой всё хорошо? — спросила София. — У тебя выражение лица какое-то… жуткое.

— Это я просто радуюсь, — усмехнулся я. — Пойду в ванную, отмокать. Увидимся на ужине. Очень тебя прошу, Софа, постарайся не оплошать.

— Хорошо! — улыбнулась девушка. — Ой, владыка, вам спину потереть?

— Не сегодня, — помотал головой я.

Наконец-то я добрался до ванной. Последние несколько дней обходился обычным душем, но принятие ванн — это особое удовольствие. Я наслаждался этим ещё в прошлой жизни. Правда, для полноты картины не хватает несколько вёдер крови… Ну, да чёрт с ней. И обычная горячая вода сойдёт.

Я включил кран и скинул одежду. Комнату заполнил густой пар. Я погрузился в обжигающую воду и прикрыл глаза.

До ужина оставалось ещё сорок минут. У меня было достаточно времени, чтобы привести своё тело в порядок после дуэли.

Жаль, что Григорий Баскаков решил сжульничать. Мне всегда нравилось бороться с противниками, которые крупнее и сильнее меня в физическом плане. Искать хитрые способы, чтобы одолеть их — это целое искусство.

Но рядовому уж очень сильно хотел выпендриться перед моим отцом.

Мои размышления прервал какой-то шум. Я открыл глаза, но не смог разглядеть ничего из-за густого пара, который уже заполнил всю ванную комнату.

Стоп… Пара как-то чересчур много. Это не пар! Это дымовая завеса!

Над моей головой подул горячий воздух. Время для меня замерло. Готовясь выскочить из воды, я пытался сообразить, где уже слышал этот звук.

Вспоминай… Вспоминай…

Точно! София пользовалась этой штукой. Фен.

Только что-то мне подсказывает, что сочетать современную электронику с водой лучше не стоит. Я оттолкнулся от краёв ванной и выпрыгнул наружу ровно в тот момент, когда фен упал в воду. Раздался громкий хлопок и вспышка электрического разряда.

И тишина.

Из вентиляционного отверстия над ванной появилась голова Валерки.

— Хорошая попытка, — похвалил его я. — Почти подловил. Только убить меня хотел или, может быть, хочешь мне что-то сказать? Я что-то давно не слышу от тебя отчёт о договоре гильдией убийц.

— Я за этим и пришёл, — фыркнул он, вытягивая фен из ванной. — Глава гильдии готов с тобой встретиться. Завтра.

— Сам глава? Даже не его подручные? — удивился я.

— Да, — кивнул Валера. — Сам глава. Я сообщил своему начальству, что главу ищет некромант. Не думал, что они так быстро откликнутся.

— Это хорошие новости, Валер. Только передай своим, что я встречусь с главой послезавтра, — заявил я.

— Что? — удивился мальчик. — Кость, ты чего творишь? Ты не можешь переносить встречи с такими важными персонами!

— Ещё как могу, — сказал я. — Пусть знают, что я — человек занятой. И не могу скакать к ним по первому их зову. Если готовы увидеться со мной послезавтра, пусть передадут мне место встречи через тебя.

— Ладно, — вздохнул Валера и захлопнул вентиляционную решётку.

Все будто сговорились! Ни от кого вестей не было несколько дней. Как только я решил показать журналистке, что тёмных магов не стоит бояться, так сразу же вся нечисть повыползала ко мне с распростёртыми объятиями!

Я надел заранее заготовленный наряд и направился на первый этаж — в столовую. Эх, и не нравилось мне это дворянское тряпьё. Жутко не хватало моей некромантской рясы. В ней было как-то посвободнее, что ли. И телу, и духу.

— О, Константин! Мы тебя уже заждались! — улыбнулся отец. — Я как раз рассказывал Роману и Валере, как ты сегодня одолел моего солдата.

Валера — шустрый чёрт. Только что совершал очередное покушение, а теперь сидит с полупустой тарелкой и слушает истории отца. И пяти минут не прошло!

— Кость, не ожидал от тебя такого! — воскликнул Роман. — Учитывая, как ты раньше дрался… Слушай, ты ведь не использовал тёмную магию?

— Конечно, использовал, Ром, — усаживаясь за стол, усмехнулся я. — Передай обязательно Зубову, что его печать не работает.

— Ха! — рассмеялся Матвей Владыкин. — Кажется, у Константина не только сила, но и чувство юмора появилось. Хотел бы я посмотреть на лицо Фёдора Ильича, когда ему сообщат, что его фокусы с магией света дали сбой. Представляю, как он разозлится.

Отец, сам того не подозревая, превратил подозрения Романа в шутку, которая быстро разрядила обстановку и заставила моего старшего брата поверить, что тёмная магия тут ни при чём.

Да, в целом она действительно была ни при чём. С помощью тёмной магии я сломал его алебарду, хотя до этого момента мог убить Баскакова раз десять — не меньше. Отец хоть и хороший солдат, но все моменты, когда рядовому угрожала смертельная опасность, пересчитать не смог.

За столом уже собралась вся семья Владыкиных. Мать по вечерам не ужинала, а потому уже принялась за свой чай. София была на позиции — за её спиной.

— София! — позвал я девушку. — Чаю!

Это был сигнал к действию. Служанка улыбнулась и молча кивнула. Хоть мы и не рассчитывали на такой удачный поворот, но вслед за мной Софию позвала и моя мать:

— А мне вина, пожалуйста, будь так любезна.

София смогла бы подлить зелье правды и в уже готовый чай. Но теперь проблем точно не возникнет. Куда проще будет добавить зелье в фужер одновременно с вином.

Сначала служанка налила чёрный чай в мою чашку, а затем подошла к Елене Владыкиной. Роман и Матвей о чём-то яро спорили и не замечали, что происходит за столом.

София изящно взмахнула рукой, и из-под её рукава выпало несколько капель зелья.

Валерка вздрогнул и резко повернулся ко мне. В его глазах застыл ужас.

Проклятье! Заметил всё-таки. Наверное, подумал, что мы собираемся отравить мать.

Я посмотрел мальчику в глаза и молча кивнул, давая понять, что мы не делаем ничего плохого. Валера колебался, но всё же решил довериться мне. Однако расслабиться у него не вышло. Он продолжал хмуриться, внимательно наблюдая за мной, Софией и Еленой.

Я выждал несколько секунд после первого глотка вина, сделанного матерью, и задал вопрос.

— Мам, мне кажется, сейчас самое время поднять одну важную тему, — начал я. — Мне помнится, как ты убеждала меня в том, что весь наш род держится только на жаловании отца. Но, насколько мне известно, у нас идёт большой приток денег с плантаций на юге. Что с ними? Куда деваются эти деньги?

Елена Владыкина хотела ответить так, как положено отвечать шпионкам — уклониться, отшутиться. Но женщина почувствовала, что сделать этого не может. Зелье уже действует.

Мать выронила бокал вина, и тот с треском разбился о пол. София, что стояла рядом с Еленой, даже не дрогнула, увидев, как осколки разлетаются по гостиной, а полы её платье окрашиваются в красный.

Взгляды всех Владыкиных устремились на Елену. Настал момент истины. Не знаю, зачем и на кого шпионила мать, но через минуту мы узнаем правду.

Я аккуратно осмотрелся и не обнаружил дворецкого Прохора. Сообщника матери нет поблизости, значит, он не сможет заткнуть ей рот или отвлечь внимание.

— Я… Я… — заикалась женщина. — Поймите, я делала это для защиты семьи!

Отец медленно поднялся из-за стола. Его лицо перекосило от ярости.

— Что ты делала, Елена? — строго спросил он.

Глава 15

Елена Владыкина явно не могла понять, с какой стати её саму так пробило на откровения. Но она никак не могла остановиться, зелье правды выдавливало из неё истину. Чутко, нежно и безболезненно.

Когда в столовой появился главный дворецкий Прохор и увидел, как заливающаяся слезами Елена выкладывает все их тайны, было уже слишком поздно что-то предпринимать.

Тем более, Прохор при всём желании не посмеет пойти против воли моего отца. Матвей Владыкин сурово смотрел на супругу в ожидании ответа.

— Матвей, Костя, пожалуйста, поймите меня правильно… — вздохнула она. — Особенно ты, Роман, пойми.

Я ещё не понимал, к чему шёл этот разговор, но он уже начал набирать интересные обороты. Почему она так выделила Романа? Он-то тут причём?

— Мама, я не понимаю, о чём ты говоришь, — поднял брови мой старший брат.

— Елена, хватит ходить вокруг да около! — воскликнул отец. — Что не так с нашими деньгами? Я ведь доверил тебе следить за казной! Ты же знаешь, что у меня нет времени заниматься финансами, я постоянно на войне. Что ты сделала с нашими доходами?

— Я расскажу, только, пожалуйста, не судите меня, — взмолилась Елена. — Все деньги, которые мы получаем с плантаций и остальных активов Краснодарского края, я отдаю…

Елена выдержала паузу. Видимо, старалась справиться с давлением, которое оказывало на неё зелье правды. Но нет, солгать ей не удастся. Если она будет пытаться уйти от ответа, выпитое зелье будет приносить ей дискомфорт.

— Расслабься, мам, — посоветовал я. — Скажи правду — и тебе станет легче.

Елена решительно кивнула и произнесла:

— Эти деньги я отдаю в бюро по борьбе с тёмными магами, — заявила она.

— Что? — лицо Матвея так исказило от удивления, что с его глаза чуть не слетела повязка. — Но какой в этом смысл? Их ведь спонсирует государство. Сам император!

— Да, и в данном случае… Выходит почти то же самое, — уклончиво ответила она.

— Мама, пожалуйста, объясни, что ты имеешь в виду? — настоял Роман. — Ты ведь не просто так отдаёшь деньги руководителям моего бюро? Тут что-то не так.

— Когда ты подал документы на вступление в бюро, Роман, мне пришлось немного потрудиться, чтобы тебя туда приняли, — сказала Елена.

— Что? — Роман рассмеялся. — Глупости какие! Я ведь сам туда прошёл, о чём речь?

— Подожди, сынок, — перебил Романа отец. — Дай матери договорить.

Я молча слушал, перепалку между Владыкиными, которую я сам же и спровоцировал. Но мне было нужно знать, не представляет ли Елена непосредственной опасности для семьи. Хотя, даже если и не представляет, инвестиция в бюро по борьбе с тёмными магами — это высшая степень глупости! Я бы им ни копейки не отдал.

— Когда ты прошёл вступительные испытания, Роман, — продолжила мать, — мы с Прохором получили письмо из штаба. Тебе отказали. В общем… Не захотели они тебя принимать. Их не устроили то ли твои физические данные, то ли магия. В общем, это место уже было занято.

Роман молчал. Он даже не пытался спорить. Видимо, картина, которая всё это время была центром его мировоззрения, разрушалась вдребезги.

Жаль, что ему пришлось узнать это через подстроенный мной разговор. Но лучше уж быть в курсе своих слабых и сильных сторон, чем жить в неведении.

— Так вышло, что я смогла связаться с императором, — продолжила Елена. — Поскольку ты, Матвей, был тогда на войне, он не отказал мне в разговоре. И… Он предложил мне сделку. Я инвестирую деньги нашего рода в развитие бюро в течение двух лет, а взамен он договорится с руководством, чтобы Романа приняли в ряды борцов с тёмной магией.

Так она и вправду старалась ради семьи. Никакого злого умысла. А инвестиция в бюро, по меркам светлых магов, это святое дело.

— Прости, что нам пришлось надавить на тебя, — сказал ей отец. — Константин задал верный вопрос. Если деньги куда-то уходят, нужно понимать — зачем и куда, но… Елена, ты не имела права, решать такой вопрос без моего ведома. И даже если давать взятки… Уж прости, но ты слишком переплатила.

— Но письма до тебя идут слишком долго, а сотовую связь в Краснодарском крае глушат магическими волнами, чтобы никто не мог прослушать ваши внутренние переговоры! — воскликнула она. — Что я ещё могла сделать?

— Всё что угодно, но только не проталкивать меня так, — вздохнул Роман, положив вилку на стол.

Похоже, этот разговор отбил у него весь аппетит.

— Роман, но ты ведь так хотел попасть в бюро, — принялась оправдываться Елена. — Я просто хотела, чтобы ты нашёл своё место.

Кажется, Матвей и Роман поняли её мотивацию. Но мне начинает казаться, что она выпила недостаточно зелья правды. Вернее, хватило его ненадолго. Поскольку прямо сейчас я чётко вижу, что у неё была и другая выгода во всей этой истории. Да, может быть, Елена Владыкина действительно беспокоилась о Романе.

Но ведь сам факт его вступления в бюро подразумевает, что парень автоматически вычёркивается из линии наследования в своём роде. Обет безбрачия.

До вступления Романа в ряды воинов света я не был первым наследником, а теперь им стал. Видимо, Елена всё же хотела, чтобы всё унаследовал именно её родной сын — Константин Владыкин, а не старший — Роман, что был рождён другой женщиной.

Ну и путаница в этой семейке… И это они ещё не подозревают, что прежнего Константина отравил Валерка!

Смех, да и только.

— С сегодняшнего дня я возьму управление казной на себя. Временно, — сказал отец. — Но позже передам его в руки сыновей. Либо Роману, либо Константину. Я ценю твой поступок, Елена. Но продолжать вести дела с императором за моей спиной, я тебе позволить не могу.

Она с пониманием кивнула, но я понимал, что это ещё не всё. Велика вероятность, что Елена шпионит за одним из самых сильных родов империи для самого императора. Вряд ли инвестиции — это единственная её задача.

В итоге обстановка за столом стала менее напряжённой, и в скором времени даже Роман вновь начал травить байки со своей работы, хоть и продолжал мысленно испытывать дискомфорт. Мой старший брат не особо умел скрывать эмоции.

— Мы почти вышли на этого треклятого некроманта, — сказал Роман. — Представляешь, отец? Он убил уже более двадцати гражданских. И нескольких наших агентов. Нам так и не удалось найти всех тел. Боюсь, что он взял их трупы под контроль.

— Роман! — воскликнул Матвей Ионович. — Я понимаю твой азарт, но не при детях же.

Отец указал взглядом на Валеру, который с невероятным воодушевлением слушал истории о трупах.

— А как он выбирает жертв? — спросил я. — Есть какая-то закономерность?

Неужели, этот некромант — обычный психопат? Многие полагают, что тёмные маги — это одни сплошные маньяки, только это совсем не так. Я вижу лишь два варианта, как можно объяснить логику его действий. Либо он убивает людей для какого-то ритуала, либо делает это просто так, как маньяк.

— Все его жертвы… Были женщинами, — сообщил Роман. — Даже агенты бюро, которых мы потеряли.

Я заметил, как Роман сжал вилку в кулаке и погнул её. Брат любил фантазировать о том, как поймает этого негодяя, но вспоминать то, что враг уже успел сделать, ему было трудно.

— Женщины — и всё? — спросил я. — Есть ещё какие-то опознавательные черты? Цвет волос, цвет глаз. Группа крови?

Вся семья в недоумении глазела на меня, будто я только что сам мертвеца воскресил перед их носами.

— Что? — пожал плечами я. — Врага нужно знать в лицо. Я стал больше узнавать о некромантии, чтобы иметь возможность ей противостоять.

— Это похвально, Кость, — кисло улыбнулся Роман. — Но из сходств между жертвами только светлые волосы — больше ничего. Группу крови мы не сверяли.

Блондинки, значит? Не знаю ни одного ритуала с блондинками. Скорее всего, обыкновенный маньяк. Ох и ужасное же всё-таки сочетание… Мой учитель хоть и стал к концу своей жизни последним психом, но даже он говорил, что убивать ради удовольствия для некроманта — это табу.

У убийства должен быть веский смысл. А вот у воскрешения… Можно иногда и побаловаться!

Ужин подошёл к концу, и я направился отсыпаться. День выдался трудным, а что ожидать от завтрашнего дня я и вовсе не знал. Почти целые сутки в компании этой журналистки. Удовольствия от этого мало, но, по крайней мере, я смогу убедить её, что тёмная магия не опасна для окружающих.

Если, конечно, тёмный маг не желает обратного. Но это — уже второй вопрос.

София разбудила меня в десять утра громким стуком в дверь. Стоило мне открыть глаза, и я увидел в зеркале напротив себя пять силуэтов, а потом почувствовал резкий приток сил.

О! Отлично, сегодня ночью в мою ловушку попалось несколько духов. Души, которым нравится путешествовать через зеркала, забрались в меня посреди ночи и переварились. Даже завтракать сегодня не хочется.

— Владыка, к вам пришли! — позвала меня София. — Вы всё ещё спите?

— Уже поднимаюсь, — ответил я. — Можешь войти.

Дверь открылась и, к моему удивлению, в комнату вместе с Софией вошла журналистка Юлия Кедровская.

Заметив мою наготу, она смутилась, но при этом продолжила с интересом рассматривать мою комнату.

— Все тёмные маги живут в кромешной тьме? — спросила она, монотонно стуча кончиком ручки по своей записной книжке. — Я думала, что хотя бы запечатанные открывают занавески.

— А я думал, что у нас с тобой приличное интервью, — усмехнулся я. — Может, дашь мне хотя бы одеться? Или же тебе хочется предоставить людям настолько подробный отчёт?

Я специально скинул с себя одеяло и поднялся с кровати. Такой трюк всё же вынудил Кедровскую отступить к порогу моей комнаты.

— А касаемо солнечного света, — ответил я, натягивая штаны, — я не любил его ещё до пробуждения тёмной магии. Так что связи здесь никакой нет. Дело комфорта.

Ручка журналистки противно шуршала по бумаге. Видимо, она и вправду записывала каждое моё слово.

— Позволишь, если я понаблюдаю за твоими утренними ритуалами? — спросила Юлия Кедровская.

— Во-первых, с каких это пор мы на «ты»? — спросил я, заперев свою комнату. — Во-вторых, может, я и запечатанный, но никаких ритуалов утром не провожу.

— Ты же обращаешься ко мне на «ты»! — воскликнула она.

— Так я — дворянин, а ты — журналистка, — лишний раз напомнил я.

— Но я тоже из дворянской семьи! — обиженно воскликнула она.

— Ты — княгиня? — спросил я.

— Нет, — замотала головой Юлия.

— Тогда пиши свою статью и следуй моим правилам, — ответил я. — И если сильно хочется, можешь на «ты». Только не при отце. Он разозлится и опять начнёт тебе угрожать.

Кедровская была ошарашена разговором со мной, и я понимал почему. Мало кто горит желанием спорить с журналисткой, которая может смешать твою репутацию с дерьмом. Вот только меня такие вопросы не сильно заботили. Особенно если учесть, что любая связь с тёмной магией в современном мире автоматически отправляет человека на самое дно лестницы авторитета.

— Хорошо, — кивнула она. — Но я не поняла насчёт ритуалов. Разве тебе не нужно как-то настраивать свои магические потоки? Бороться с желанием напасть на человека или воскресить мертвеца?

Я проигнорировал её вопрос и медленно повернул взгляд на Софию.

— Ну зачем ты её впустила без моего разрешения? — спросил я служанку. — Я бы хоть подготовился. А то без моих ритуалов мне всё больше и больше хочется её убить.

София вздрогнула, явно не сообразив, что я шучу, причём над ними обеими.

— А если серьёзно, Юлия, во мне стоит первоклассная печать. Её поставил очень могущественный светлый маг — Фёдор Ильич Зубов, — рассказал я.

Я решил, что лучшей конспирацией всегда будут отсылки на способности Зубова. Чем больше все вокруг говорят, как хороши его печати, тем менее вероятно, что он начнёт сомневаться в моей верности светлой магии.

— И что же, тебе совсем никогда не хочется навредить кому-то? — нахмурилась она. — А если я сама тебя попрошу. Укуси меня!

— А? — удивился я. — Это ты меня соблазнить сейчас пытаешься или что?

— Я провоцирую тебя на агрессию. Может взять моё тело, если хочешь, некромант. Что бы ты хотел с ним сделать? — как-то чересчур театрально пропела она.

— Владыка, она с ума сошла? — шёпотом спросила София.

— Нет, София. Видимо, она думает, что я — вампир, — пожал плечами я.

— А есть разница? — усмехнулась Кедровская. — Что вампиры, что некроманты — всё это порождения тьмы. У вас мысли схожи. И да, кстати, почему твоя служанка называет тебя владыкой?

А вот это действительно не так-то просто объяснить. Ну, София! Предательница. Мало того, что притащила её в мою комнату, так ещё и забыла о том, как нужно называть меня на людях.

— Это наша семейная шутка, — солгал я. — Всё-таки фамилия нашей семьи произошла именно от этого слова.

— Как-то странно, — нахмурилась она. — Ну ладно! Просто занимайся своими делами, а я буду тщательно следить.

Я решил ничего не отвечать на её предложение и сразу же направился в туалет. По крайней мере, умыться она позволила мне без своего присутствия.

Юлия следила за каждым моим жестом и словом даже когда я завтракал. Но светские беседы нашей семьи быстро её утомили, и девушка решила поменять тактику.

— Я поняла, что вы хорошо держите себя в руках, когда находитесь дома, Константин, — при моём отце она говорила совсем другим тоном. — Быть может, нам стоит выйти на прогулку?

— Исключено! — воскликнул Матвей Владыкин, громко стукнув кулаком по столу. — Хватит издеваться над моим сыном.

— Не стоит, отец, — успокоил его я. — Это отличная затея. Я бы с радостью подышал свежим воздухом.

— Я уже наслышан о твоих прогулках, Константин! — заявил отец. — Ты всюду суёшься без охраны. Несколько моих знакомых дворян говорили, что несколько раз видели тебя на улице без сопровождения. Как это понимать? Ты — княжич или простолюдин?

Только этого мне не хватало. Ещё и охрану мне навязать собираются. Да такими темпами я скоро точно не смогу вести свои тёмные дела и оставаться незамеченным.

Но на этот раз я возьму с собой охрану, чтобы оценить, насколько легко можно от них скрыться.

Нас с Юлией посадили в машину, после чего мы направились в город с двумя сопровождающими. Я заметил, что магами эти двое не были, но владели хорошим оружием, закалённым стихийным колдовством. Достойные воины. Если возникнет опасность, они действительно смогу защищать дом. Хотя бы временно.

Вот только мне такая защита на улицах совсем не сдалась.

— Мы пройдёмся по проспекту, — предупредил я охранников и помог Юлии покинуть автомобиль.

Мужчины ничего мне не ответили, но я заметил, что они последовали за нами, стараясь скрываться в толпе.

— А нам обязательно ходить в их компании? — спросила журналистка. — Что-то мне подсказывает, что их князь направил вместе с тобой для того, чтобы ты никому не навредил.

— Тебе не надоело ещё меня подозревать? — усмехнулся я. — Что ж, но я с радостью развею твои сомнения. Я тоже хочу сбежать от их общества. Вопрос только в том, не испугаешься ли ты сбежать вместе со мной.

— Я? Испугаюсь? — улыбнулась Юлия. — С какой стати? Журналистам приходится идти и не на такие опасности!

— Зря ты так, — пожал плечами я. — Если я окажусь настоящим некромантом, я запросто могу заколдовать тебя или даже убить.

— О! — воскликнула она. — Придумала!

Девушка аж затряслась от нетерпения.

— Я знаю, как нам лучше поступить, — сказала она. — Сбежим вместе и спрячемся в каком-нибудь тёмном проулке. Где не будет ни души!

— Мне начинает казаться, что на самом деле из нас двоих убить человека хочется именно тебе, — усмехнулся я. — Зачем нам в проулок?

— Если ты вдали от свидетелей не захочешь причинить мне вред, я, может быть и поверю, что твоя печать действительно работает, — заявила она. — До сегодняшнего дня я слышала от всех очевидцев, что даже запечатанный порой не может устоять перед соблазном завладеть беззащитной дамой.

Я всё больше убеждаюсь, что современники сошли с ума. Если они действительно верят в статьи этой помешанной? Что ж… Переубедить народ будет очень трудно.

— Хорошо, тогда дай мне руку, — сказал я и сжал ладонь Кедровской.

Мы начали ускорять шаг. Заболтавшиеся друг с другом охранники не сразу поняли, что мы удаляемся от них вглубь толпы. Когда один из них заметил пропажу, мы уже со всех ног бежали к другому концу улицы, где и находилась подходящая улочка.

Тёмный дворик, каких в Санкт-Петербурге очень много. Идеальное место, чтобы совершить убийство.

Юлия смотрела на меня в ожидании. Я сложил руки на груди и произнёс:

— Ну? На этом наши приключения окончены?

Она захлопала глазами.

— Ты что, правда ничего не хочешь со мной сделать? Ну и самоконтроль… — кажется, на этот раз она действительно поверила мне. — В таком случае я подумаю, Константин. Может, я действительно напишу хорошую статью о твоей семьи. Но в таком случае мне бы хотелось провести с тобой ещё и вечер.

— А может, и ночь, — пожал плечами я. — А чего мелочиться?

Юлия рассмеялась и, позвав меня жестом, направилась к выходу из проулка.

И в этот момент я почувствовал мощнейшее давление тёмной магии. Все мои каналы активировались одновременно.

Рядом с нами был маг. Не просто маг.

Некромант.

Я поднял взгляд и увидел, как с балкона спрыгнул тёмный силуэт. Мужчина летел прямо на Кедровскую.

Я вспомнил слова Романа. «Жертвы — женщины. Блондинки».

— А вот и он, — оскалил зубы я.

Юлия Кедровская совершенно случайно послужила приманкой. Ох, не хотел бы я пользоваться своей магией перед ней, особенно после того, как мне пришлось обрабатывать её целый день.

Но если она сейчас умрёт от рук этого ублюдка, вину обязательно свалят на меня.

— Не так быстро! — крикнул я и выпустил из ладони мощную некротическую волну.

Некромант не смог долететь до Юлии и ударился о стену. Волосы девушки всколыхнули от поднятого мной ветра. Увидев тёмного мага, она в ужасе спряталась за мою спину. Но в её глазах читалось смятение. Кедровская, может, и со странностями, но всё же не дура. Она поняла, что я использовал тёмную магию.

Таинственный некромант угрожающе вышел из тени.

— Стой, кому сказал! — велел ему я. — Ты не понял? Она — моя добыча!

Глава 16

— Добыча⁈ — вздрогнула журналистка.

Девушка испугалась моих слов, но при этом решила всё же не покидать укрытия в виде моей спины. Появившийся из тени некромант представлял для неё больше опасности. Но не потому, что был сильнее или опытнее меня. А потому что его помыслы были недобры даже по меркам тёмного мага.

Некромант, за которым уже несколько месяцев охотится мой старший брат, вышел и тени, расправив широкие плечи. Он был облачён в чёрную рясу, отдалённо напоминавшую те одеяния, что носили некроманты ещё в мою эпоху. Консервативность! Это мне по душе.

Длинные чёрные волосы свисали до самых плеч мужчины. Он прищурил белёсые глаза и громко шмыгнул широким носом.

— Этот запах… — прошептал он. — Ты тоже некромант? Как и я?

В его холодном голосе звучала радость, но в то же время я улавливал нотки волнения. Он не мог понять, кто встретился ему в тёмных закоулках города — союзник или конкурент?

Но я мог ответить на этот вопрос.

Враг.

— Как ты? — усмехнулся я. — Не смеши меня. Я не убиваю людей налево и направо. Из-за таких, как ты, тёмных магов и считают сущим злом!

— А разве мы злом не являемся? — удивлённо поднял брови он. — Наша магия создана для того, чтобы нести боль и страдания. Проблема в том, что такие маги, как я, это понимают. А запечатанные сосунки трясутся перед гнётом светлых и боятся принять свою истинную природу.

— Ты что-то путаешь, — не согласился я. — Одно дело — принимать свою природу, другое дело — превратить себя с помощью некромантии в психопата и начать убивать людей без веской на то причины! Говоришь, что тёмная магия — это зло? А как же, по-твоему в прошлом возделывали гектары полей до того, как появилась техника? Это делали зомби! Кто лучше всех справлялся с исчадиями ада и прочим потусторонним злом? Светлые маги? А вот и нет! Некроманты. Я могу перечислять ещё очень и очень долго, только сомневаюсь, что ты хотя что-то из этого поймёшь.

— Довольно! — рявкнул некромант. — Если не хочешь подохнуть, некромант-пацифист, тогда отдай мне девчонку и забудь, что видел меня сегодня. Я пощажу тебя только потому, что ты мой собрат по магии.

Юлия Кедровская вцепилась в моё плечо, испугавшись, что я могу её бросить.

— Тише, чего дрожишь, как скелет кладбищенский? — спросил я. — Думаешь, я отдам тебя этому психу? — я перевёл взгляд на некроманта. — Как тебя звать?

Пару мгновений он всё же думал стоит ли открывать мне своё имя. А потом ухмыльнулся. Я сразу понял, что он решил соврать.

— Василий Болотников, — представился он. — Безземельный граф. Светлые отобрали у меня всё, как только узнали, что я не разделяю их взгляды.

Имя явно было ложью, а вот причина ненависти к светлым — реальная. Это было очевидно по смене эмоций на лице тёмного, когда он произносил свой ответ.

И я не мог просто так отпустить его и дальше позволить убивать.

— А я отберу у тебя жизнь, если ты сейчас же не встанешь передо мной на колени, — оскалился я. — Я не столь великодушен, чтобы позволить тебе сбежать. Либо подчинись мне, убийца, либо готовься узнать, на что способна настоящая тёмная магия.

Лицо «Болотникова» перекосило от злобы. Я почувствовал вибрацию тёмной энергии. Жажда убийства. Некромант не захотел мириться с оскорблением.

Я оттолкнул Кедровскую назад и приготовился к бою.

— Ох, как же мучительно ты будешь подыхать! — процедил сквозь зубы он и вытащил из сумки сосуд. Керамическая ёмкость разбилась о землю, и по земле рассыпалась костная мука.

О… Старый трюк. Никогда не любил эту технику!

Болотников взмахнул рукой и направил поток некротической энергии в костный порошок. Юлия за моей спиной громко вскрикнула, когда из праха начали образовываться кости, из которых быстро сложился силуэт скелета-слуги.

Не прошло и секунды, как скелет и его создатель атаковали меня с двух сторон. Справа от моего виска просвистел костяной кинжал. Слева на меня нёсся «Болотников», готовившийся поразить меня заклятьем разложения.

Разложение — это сильная магия. Скелеты тоже бывают полезны, но в технике его призыва есть большой недостаток. Те слуги, что создаются из праха, очень-очень хрупкие.

Я перехватил руку скелета и резким рывком вырвал её из сустава, затем размахнулся и врезал плечевой костью прямо по лицу «Болотникова». Некромант вскрикнул, а разложение пролетело мимо меня.

Длинный нос переломило пополам, и пока он пытался продрать глаза от рефлекторно выступивших слёз, я прильнул к скелету и прошептал на языке мёртвых:

— Подчинись.

— Хорошая попытка! — безумно хихикая, крикнул «Болотников» и вытер кровь с лица. — Только силёнок у тебя не хватит, чтобы переманить чужого слугу!

Стоило ему закончить эту фразу, и скелет рухнул на землю, попутно вонзив костяной кинжал в бедро своего же создателя. Слуга разбился в труху, а некромант с трудом сдержал вопль. «Болотников» зарычал от боли и уставился на меня воспалёнными глазами. В них читалось удивление, шок.

— А я тебя предупреждал, — погрозил я. — Нужно было подчиниться мне, пока ещё не поздно.

«Болотников» понял, что нужно срочно что-то предпринять, иначе его жизнь оборвётся. Он вскинул руку в попытке выпустить в меня удушающее облако, но времени на этот трюк я ему не оставил.

Я собрал последние капли маны и изогнув пальцы рук, прошептал:

— Сглаз.

«Болотников» споткнулся и рухнул передо мной на колени. Хоть я и не планировал этого делать, но всё же мне удалось принудить его к преклонению.

Некромант схватился за шею. Воздух перестал проходить через его гортань. Голосовые связки парализовало от моего заклятья. Я наложил на него немоту. И заговорить он сможет ещё очень нескоро.

Эти чары отняли у меня слишком много сил. Повезло, что сегодняшней ночью я подкрепился парочкой призраков. Иначе бы энергии точно не хватило для столь изящного трюка.

Некромант рухнул на спину, судорожно пытаясь проглотить хотя бы немного воздуха.

— Ты… убил его? — прошептала Юлия.

— О, а я думал, что ты уже сбежала, — я сделал вид, что удивился. — Нет, не убил. Скоро начнёт дышать. Но двигаться и разговаривать ещё долго не сможет.

Юлия осмотрела меня с ног до головы — так, будто увидела впервые. Я заметил, что в её руках до сих пор находится блокнот и ручка. Не удивлюсь, если она успела всю нашу битву зарисовать на скорую руку.

— Чего смотришь? — поинтересовался я. — Думаешь о том, какая теперь получится разгромная статья?

Я был готов к тому, что она начнёт меня шантажировать. В таком случае я мог бы наложить сглаз ещё и на неё. Но сил после этого совсем не останется. Придётся перезаряжаться на кладбище.

— Я не знаю, что и сказать… — произнесла она, глядя на меня, открыв рот. — Ты и он… Вы будто совсем разные. Два некроманта, но при этом ваши идеалы прямо противоположны. Но при этом бюро и общественность считает врагами вас обоих!

— Я тебе говорил, — напомнил я. — Тёмная магия — это не приговор. Это — не зло. Обычный инструмент, как и любая другая магия. Важно лишь то, в чьих руках этот инструмент находится.

Она схватилась за голову.

— Я просто поверить в это не могу, — произнесла Юлия. — Всё совсем не так, как я себе представляла. Ты спас мне жизнь, Костя. Я этого никто не забуду, честное слово.

— Мне было бы очень приятно, если бы ты забыла о произошедшем, когда будешь писать свою статью, — сказал я. — Если ты упомянешь, что я пользовался тёмной магией…

— Нет, я обещаю! Ни за что не расскажу о твоей магии. Ни у тебя, ни у твоей семьи не возникнет проблем из-за моей статьи. Я не стану описывать твою битву с некромантом. Хотя… Если бы я сказала, что ты одолел этого психопата, мнение людей о тебе точно бы изменилось!

— Нет, не стоит, — помотал головой я. — Хотя кое-кому об этом сообщить всё же стоит.

Я набрал номер своего старшего брата. Роман Владыкин ответил не сразу.

— Костя! Что-то срочное? Я сейчас на задании! — воскликнул он. — Мы почти вышли на след того некроманта!

— Да ну? — усмехнулся я. — И где ты сейчас находишься?

— На Московском проспекте, — тяжело дыша, ответил он. — Может, уже скажешь, что случилось?

— Заверни в проулок справа от магазина с оборудованием для лекарей, — сказал я, разглядев за углом вывеску. — Ты будешь приятно удивлён.

Буквально через минуту послышался скрежет шин, и в наш проулок въехал рабочий автомобиль Романа.

Фёдор Ильич Зубов вместе с моим старшим братом выскочили из машины и в ужасе уставились на лежащего у моих ног онемевшего некроманта.

— Во имя Солнца… — выругался Зубов. — Да это же наш некромант!

— Костя, как это понимать? — взгляд Романа метался. Он не знал, на ком заострить внимание. На мне, обездвиженном некроманте или скандальной журналистке.

— Ваш брат… — попыталась заговорить Юлия, но мне пришлось её перебить.

— Фёдор Ильич, это всё ваша заслуга, — улыбнулся я. — Вы не представляете, что тут случилось!

Зубов удивлённо посмотрел на меня, нервно почёсывая рыжую бороду.

— В каком это смысле, Константин? — спросил он.

— Ваша печать оказалась настолько могущественной, что магия этого некроманта попросту на мне не сработала. Он ударил меня сглазом, но его отразило обратно в некроманта, — заявил я.

И ещё один аргумент в пользу того, что я — запечатанный до мозга костей.

— Ого! — хохотнул Зубов. — Ты слышал, Роман? Я завалил некроманта, даже не вступая с ним в схватку!

Зубов лучился от счастья. Роман, кажется, тоже поверил в мою историю. Только Юлия бросала на них недовольный взгляд. Видимо, журналистка считала, что это несправедливо по отношению ко мне. Но я был доволен. Мне не нужна такая слава. Я всего лишь прищучил больного ублюдка, который позорил доброе имя тёмного мага!

— Так, а вы, Юлия, — Роман указал на журналистку. — Даже не думайте писать об этом статью. У моего брата и так достаточно проблем. Скажите людям, что некроманта взял Фёдор Ильич Зубов.

— Хм, — хмыкнула Кедровская. — Больно надо! Я вообще ничего не буду писать об этой стычке и вашем бюро. А насчёт Константина и семьи Владыкиных можете не беспокоиться. Я не подведу вас.

В проулок вбежали охранники, которые должны были служить нам сопровождающими. Запыхавшиеся мужчины вытащили закалённые магией клинки, но тут же замерли, осознав, что перед ними Роман Владыкин.

— А вы двое где были? — воскликнул Роман. — Моего брата и его спутницу чуть не убил тёмный маг!

— Не ругай их, Ром, — заступился за них я. — Мы сами от них сбежали.

— С тобой, Кость, я ещё дома поговорю, — вздохнул Роман. — Езжайте в особняк. И журналистку подвезите до дома. Я надеюсь, что на ночь она не собирается у нас оставаться?

— Нет, я собрала достаточно информации, — сказала Юля Роману, а затем взглянула на меня и хитро подмигнула.

Когда я вернулся домой, уже начало вечереть. Отец сидел на веранде и курил трубку. Я заметил, что в моё отсутствие Матвей Владыкин снял со своей головы повязку. Над правым глазом красовался глубокий шрам. Определённо магическая рана, но уже зажившая. По крайней мере, глаз удалось сохранить.

— Роман мне уже всё рассказал, — сказал отец, поприветствовав меня коротким кивком. — Я впечатлён, сынок. Мне до сих пор трудно смириться с тем фактом, что внутри тебя тёмное начало, но… Рад, что ты можешь бороться с себе подобными.

Я решил никак не комментировать его слова касаемо тёмной магии, а потому перевёл тему.

— С журналисткой всё прошло довольно гладко, — сообщил я. — Можешь быть уверен, она напишет хорошую статью. Если бы мы продолжили на неё давить, Кедровская обязательно бы нам отомстила — будь уверен.

— Согласен, — кивнул он. — Знаешь, Константин, мне нравится, как ты стал мыслить. Я горжусь твоим сегодняшним поступком. И в отношении тёмного мага, и в отношении журналистки. Ты поступил, как настоящий Владыкин.

— Благодарю, отец, — улыбнулся я.

Не знаю, что подразумевается под фразой «настоящий Владыкин», но всё же я рад, что старик остался доволен. Матвей Владыкин вызывал уважение. Хоть мы и были из разных эпох и владели разными магическими ветвями, я всё же ценил его мнение.

Спать я лёг пораньше, поскольку следующий день обещал быть насыщенным. Утром я выгадал удачный момент, чтобы выскочить из дома в обход всех остальных Владыкиных, и направился к месту встречи с Артемием Костровским. Теперь отец постоянно настаивает, чтобы я выходил из дома вместе с охраной. Придётся выходить из дома незамеченным, либо искать способы, как скинуть сопровождающих, если всё же они увяжутся за мной в город.

Артемий ждал меня в кофейне за тем же самым столиком, за которым мы с ним заговорили впервые. Рядом с ним сидел хмурый мужчина раза в два старше самого Артемия. Видимо, это и есть очередной кандидат для вступления в мои ряды.

— О, Костя! — улыбнулся Артемий. — Познакомься, это наш новый друг.

— Иван Черепанов, — представился мужчина и пожал мне руку.

— Константин Владыкин. Княжич, — кивнул я, сообщив новому знакомому свой титул, намекая, что и он должен назвать свой.

— Я не из дворян, — помотал головой он.

— Тогда откуда у тебя магические способности? — нахмурился я.

— Я — бастард, — объяснил он. — Один князь переспал с кухаркой. Но в наследство мне оставил только тёмную магию. Весь его род мёртв, а земли уже давно перешли другим дворянам. Так что на влияние моей семьи не рассчитывай.

Прямолинейный. Это хорошо. Не люблю людей, которые ходят вокруг да около.

— Расскажи, Иван, — решил перейти сразу к делу я. — Какова твоя тёмная магия?

— Я — проклинатель, — ответил Иван Черепанов. — Любое моё слово может причинить вред, если я вложу в него тёмную магию.

— Отлично, — улыбнулся я. — Но ты ведь можешь и снимать сглазы, верно?

Иван молча кивнул. Наш новый знакомый оказался немногословен. Без сомнений, это — хорошая черта для проклинателя.

— Артемий сказал мне, что ты готов избавиться от печати, — произнёс я. — Почему?

— А для этого нужна особая причина? — пожал плечами Иван. — Тёмная магия — это моё единственное наследство. Не хочу быть таким же, как все простолюдины. Хочу пользоваться тем, что даровано мне от рождения.

— Хорошо, — кивнул я и внимательно осмотрел его шею. Печать находилась именно там — на уровне голосовых связок. — Печать у тебя совсем не большая. Проклинатель хоть и обладает большой силой, но лишить его магии достаточно просто.

— Топить будем? — прошептал Артемий.

— Нет, хватит и обычного кладбища, — заключил я. — Но если тебе так хочется поплавать, Артемий, можешь сходить на Неву и без нас. Уверен, призраки составят тебе компанию. А с тобой, Иван, встретимся послезавтра на центральном кладбище. Быстро сниму с тебя печать — и приступишь к работе.

— К работе? — удивился он. — К какой?

— Я, в отличие от бюро светлых магов, предлагаю достойную работу. Ящики грузить никто не будет, — уверил я. — Вы двое будете работать вместе. В центре города есть один неприметный закоулок. Там находится лавка, которой заведует бывший жрец Сергий. Он подчиняется мне. Расположитесь в том же здании. Ты, Артемий, будешь продавать услуги связи с усопшими. А ты, Иван, делать то, что умеешь лучше всего. Проклинать и снимать сглазы. Пятнадцать процентов от выручки мне. Договорились?

— Идёт! — ответил Артемий.

Иван молча кивнул, но по его скудной мимике всё же можно было понять, что мужчина остался доволен моим предложением.

Я оставил медиума и проклинателя и направился в другой конец города. Валерка скинул мне координаты того места, где со мной должен был встретиться глава гильдии убийц.

Улица находилась на окраине Санкт-Петербурга, на самом юге, и в этой части города уже совсем не пахло аристократами и знатью. Здесь расселились самые низшие слои общества. Нищие, бездомные, алкоголики и любители запрещённых веществ, в том числе и магических. Все те, кого отвергло общество.

Я не знал, что в этом городе имеется такое место. Велика вероятность, что среди этих мрачных улочек я смогу найти других представителей тёмной магии.

А Валера забыл меня предупредить, что в дворянской одежде сюда лучше не соваться. На меня с ненавистью смотрели все обитатели этого района. Думаю, что Валерка специально не сказал мне об этом, чтобы в очередной раз предпринять попытку убить меня. Умно. Не будь у меня тёмной магии под рукой, я вполне мог бы попасть под нож.

Однако аура, которой я себя окружил, не позволяла людям приблизиться ко мне. От меня веяло страхом, и это вселяло в людей ужас. Даже те, кто действительно хотел ко мне подойти, быстро избавлялись от этого желания.

Вскоре я забрёл в тупик. Ещё раз перепроверив карту, убедился, что нахожусь именно в том месте, где со мной должен встретиться глава гильдии.

Наступила гробовая тишина. Все люди исчезли, заперлись в своих домах, где-то между зданий послышался шорох приближающихся ног.

Если это глава гильдии передвигается с таким шумом, то современные убийцы обречены на провал. Над моей головой раздался хруст, а затем едва слышимый выстрел. До боли знакомый звук. Это что — арбалет⁈ Время от прилива адреналина замедлилось.

Я инстинктивно отскочил назад, в землю у моих ног вонзился арбалетный болт. За моей спиной появилось несколько тёмных силуэтов. На крыше стояли ещё несколько человек в чёрной кожаной одежде, едва различимых на фоне вечернего неба.

Это явно не деловая встреча с главой гильдии. Они решили устроить для меня западню.

— Зря ты пришёл сюда, некромант, — крикнул один из убийц. — Валим его, парни!

Глава 17

С крыш домов полетели стрелы и арбалетные болты. Современные убийцы не пользовались огнестрельным оружием, и это меня радовало. Хоть в выборе орудия убийства они честь не потеряли. Закалённые магией стрелы и болты куда могущественнее обыкновенной свинцовой пули.

Резким рывком я уклонился от нескольких снарядов и, выхватив кинжалы из ножен, парировал атаку двух убийц, что оказались за моей спиной. Сталь ударилась о сталь, искры озарили тёмную улочку.

Убить меня решили? Ох, глупая же затея! С теми, кто пытается меня прикончить, я не привык церемониться. Главное, что Валерки среди них нет. Не чувствую его присутствия.

Думаю, мой младший брат не был в курсе, что его соратники решат меня убить. Такой ход был бы слишком подлым даже для него.

— Вы что, стрелять разучились, идиоты⁈ — прокричал один из убийц, что скрывался на крыше. — Убейте его, пока он колдовать не начал!

Видимо, этот крикливый мужик — и есть глава гильдии. Ну и разочарование… Настоящие убийцы действуют молча. Все команды глава отдаёт до начала операции. И уж точно не оскорбляет своих бойцов во время их попыток избавиться от цели.

Боитесь, что я использую магию? Это правильно. Знали бы вы, ребята, что я конкретно хочу сейчас сделать!

Я выгадал идеальный момент, когда один из бойцов попытается вонзить мне нож в спину.

— Как нехорошо атаковать сзади! — цыкнул я и, ловко извернувшись, подставил убийцу под стрелы его же товарищей.

Арбалетный болт пронзил его сердце насквозь, и в эту же самую секунду я впрыснул в погибшего большую дозу тёмной магии.

— Восстань! — крикнул я.

Всё произошло настолько быстро, что убитый враг не успел даже рухнуть на землю. Его смерть и воскрешение произошли за долю секунды, пока он ещё стоял на ногах.

Мой ход заставил убийц замешкаться. И это промедление стоило им победы.

Подконтрольный мне зомби бросился на своего бывшего напарника и вонзил в его шею нож. Я скрылся за ходячим трупом от стрел и поднял следующего мертвеца.

Стрелки на крыше посылали в меня снаряды уже с меньшей уверенностью. Даже глава гильдии перестал орать на своих подчинённых. Убийцы были шокированы процессом, который я запустил. Все враги, которые пытались прикончить меня, атаковав со спины, одним за другим превращались в послушных зомби.

Уже через пару минут я оказался закрыт пятью ходячими мертвецами, которые служили мне щитом от стрел.

— Остановитесь! — воскликнул глава. — Не стреляйте! Проклятье…

— Что такое? — крикнул я, высунув голову из-за своих мёртвых соратников. — Кажется, почти весь твой отряд уже перешёл на мою сторону. Спроси у стрелков, может, они тоже хотят присоединиться? Если да — пусть вниз головой прыгают с крыши. Всех подниму! Если что, сломанная шея зомби не сильно мешается.

— Да пошёл ты! — рявкнул глава. — Ты прикончил половину моих лучших бойцов!

— Лучших? — вскинул брови я. — А вы точно гильдия убийц? Мой младший брат гораздо лучше справляется со своими обязанностями, чем твои высокоранговые бойцы.

— Что тебе от нас нужно? — спросил глава.

— Ты прекрасно знаешь, что мне нужно. Мой младший брат передал вам, каковы мои мотивы. Или ты хочешь сказать, что тебе о них не донесли?

— Моя гильдия никогда никому не подчинялась, — замотал головой мужчина.

— Похвально, — кивнул я. — Только ситуация сильно изменилась. Если бы вы отказались со мной сотрудничать после обычной деловой беседы, мы бы разошлись мирно. Никто бы не пострадал. Но тот факт, что вы устроили мне западню, очень сильно меняет условия потенциальной сделки.

— Ты это о чём? — не понял убийца.

— Если вы не станете со мной сотрудничать, я превращу всю вашу гильдию в ходячих мертвецов, — заявил я. — А ещё мне надоело кричать, так что спускайся. Поговорим лицом к лицу.

— Я тебе не доверяю, — замотал головой он. — Что, если ты попробуешь меня атаковать?

— Да ты ещё поплачь, чёрт возьми! — усмехнулся я. — Даю слово, что не трону тебя, если твои стрелки будут вести себя прилично.

Глава долго сомневался, но всё же приказал своим бойцам дальнего боя опустить луки и арбалеты. Он спрыгнул с высоты третьего этажа и приземлился на ноги так, будто законов гравитации для него и вовсе не существовало.

Магия левитации, и лёгкий шаг. Хорошая комбинация для убийцы. Жаль только, что пользуются они этими способностями кое-как.

Хотя… Может, и не жаль. Если бы эта гильдия была такой же профессиональной, как та, что существовала в мою эпоху, вероятно, я был бы уже мёртв. Они никогда не упускали своей цели. Тем более, обучал их я сам.

Я приказал мертвецам расступиться и вышел навстречу главе. Он скинул со своей головы капюшон и сурово взглянул на меня единственный глазом. Он оказался куда моложе, чем я думал. Голубоглазый, короткостриженый. Щетину на его левой щеке разделял длинный шрам, который продолжался до самого лба, утопая в пустой глазнице.

— Ты бы хоть повязку носил, — сказал ему я. — Я сначала подумал, что ты и сам — зомби какого-нибудь некроманта.

— Довольно издеваться, — попросил он. — Ты и так унизил меня и всю мою гильдию. Чего ты хочешь?

— Для начала познакомиться, — сказал я. — Моё имя ты знаешь. А как кличут тебя?

— Ворон, — ответил глава. — Своего настоящего имени я называть не стану.

— И правильно, — кивнул я. — Ты ведь убийца. Не называть своё имя — это первое правильное решение, принятое тобой сегодня. Что ж, Ворон, у тебя всего два варианта. В одном ты останешься в выигрыше, а во втором распрощаешься со своей душой, но твоё тело пополнит мою армию. Что выберешь?

— Для начала я хочу услышать, чего конкретно ты от меня требуешь, — насупился он.

Он боялся меня. Но старался держаться стойко. Он и так облажался перед своими товарищами. Не хотел показаться ещё большим трусом после всего, что случилось.

— Я предлагаю тебе подчиниться, — сказал я. — Гильдия убийц продолжит свою работу в прежнем режиме, однако руководить ею буду я. Через тебя, разумеется.

— А если я откажусь, ты собираешься всех нас перебить? — хмыкнул он. — Что ж, чудесный выбор. Обыкновенная угроза.

— Не тебе это говорить, — строго произнёс я. — Это твои люди пришли на деловую встречу с оружием. И твои люди пытались вонзить мне нож в спину. Если ты так горишь отстоять свою честь — сразись со мной один на один. В честном поединке. Только уверяю — тебя ждёт та же судьба, что и остальных. Либо выслушай мои условия до конца и прими решение, как мужчина.

Ворон потёр щетину и громко выдохнул.

— Не надо дуэли, я тебя услышал, — смиренно произнёс он.

— Ещё одно правильное решение, — кивнул я. — Растёшь. Пойми, от нашего сотрудничества выиграют все. И я, и гильдия убийц, и наши будущие клиенты. Я научу вас, как работать более слаженно. Покажу, как правильно убивать. Лезть в ваши внутренние дела не стану, мне они не интересны. Но двадцать процентов от прибыли должны поступать мне регулярно. Таковы условия.

— Звучит лучше, чем стать ходячим мертвецом, — сухо усмехнулся он. — Я недооценил тебя, некромант. Ты не такой, как те тёмные маги, которых нам доводилось убивать прежде. Мы с тобой говорим на одном языке. На языке смерти.

— Значит, ты согласен, Ворон? — спросил я.

— Да, — кивнул он. — Двадцать процентов, и ты обучаешь моих бойцов. Только… Чему ты собрался их обучать? Тёмной магии?

— Не только, — ответил я. — Если у твоих людей нет способностей к тёмным искусствам, то и дать знаний из этой области я им не смогу. Однако я могу научить, как правильно убивать. Как оставаться незаметным, и чем обрабатывать оружие, чтобы оно становилось более эффективным. Не смотри на мой возраст, некроманты умеют сохранять молодость. Мне доводилось управлять гильдий убийц. Я знаю, о чём говорю.

— По рукам, — кивнул Ворон.

Ему было тяжело принимать это поражение, но он понимал, что отказ повлечёт за собой его гибель и полное уничтожение гильдии убийц, как таковой.

— С сегодняшнего дня я назначаю Валерия Владыкина своим связным. Всю информацию и деньги передавать через него, — сказал я. — Если кому-то из нас потребуется личная встреча, договариваемся также — через Валеру.

— Идёт, — кивнул Ворон. — А когда ты планируешь приступить к обучению моих бойцов? Ты же не думаешь, что можешь просто надавать обещаний и спокойно получать свою долю?

— Не дерзи, — велел я. — Пока ты относишься ко мне, как к врагу — ты и твоя гильдия будет находиться в опасности. Измените своё отношение, и я никому не дам вас в обиду. А к обучению, мой дорогой друг, я приступлю уже на следующей неделе.

Разговор с Вороном был окончен. Я дал ему исчерпывающие ответы на все вопросы.

— Ах да, — вспомнил я. — Касаемо твоих павших соратников…

Я рассёк указательным пальцем воздух и начертил в нём магический узор. Духовная связь с ходячими трупами открепилась от моего тела и перешла к Ворону.

— Возвращаю твоих бойцов. Они будут слушаться тебя, — сказал я. — Поверь, они ещё смогут принести тебе пользу.

А ещё они будут служить напоминанием о том, что бывает, если кто-то пытается меня убить.

На следующий день во время завтрака дворецкий Прохор принёс свежую газету и положил её на стол между мной и моим отцом.

— Константин Матвеевич, тут про вас статейка, — сообщил он.

— Ого! Быстро же Кедровская текст накатала, — удивился я. — Посмотрим, что в итоге получилось…

Я не сомневался, что Юлия не станет меня обманывать. Однако журналистке удалось всё же приятно меня удивить. Кедровская в своей статье описывала меня, как очень добропорядочного и сильного человека, который живёт бок о бок с тёмной магией и даже не думает ею пользоваться.

Добропорядочный? Ха-ха! О да, это точно про меня.

Юлия не стала описывать мою схватку с некромантом, но взамен сочинила какую-то поистине смешную историю о том, как я спас её от уличного бандита и при этом даже не попытался прибегать к своей магии.

— Ловко она всё вывернула, — хмыкнул Роман, читая статью. — Всё-таки ты неплохо справился, Костя. Она не предприняла ни одной попытки очернить тебя или нашу семью.

— Я бы даже сказал, что эта статья может поднять нашу репутацию, — подметил отец. — Люди начнут говорить, что семья Владыкиных настолько могущественна, что их даже тёмная магия не может сбить с пути. Ты хорошо постарался, Константин. Отличная работа!

— И, стоит отметить, Юлия Кедровская послушалась и меня тоже, — сказал Роман. — Не стала писать о поимке графа Свиридова.

— Свиридова? — переспросил я.

— Тот некромант, который напал на вас с Кедровской, — объяснил Роман. — Только это строго между нами. Не стоит упоминать его настоящую фамилию. Этот маньяк долго скрывался под фамилией Болотникова, чтобы нам было труднее на него выйти. Сейчас бюро ведёт расследование, так что не будет лишним, если весь этот разговор не покинет стен нашего дома.

— Я умею хранить тайны, Ром, — кивнул я. — В этом можешь не сомневаться.

Правда, одну тайну мне бы очень хотелось выбить из этого Болотникова-Свиридова. Или уже от членов бюро, если они обладают нужной информацией. Этот некромант хоть и не превзошёл меня по силе, но мастерство у него на должном уровне. Он не может быть самоучкой. Вопрос лишь в том, кто его обучал?

* * *

Во мраке древнего склепа послышался скрип каменной плиты, а вслед за ним — грохот. Из гробницы поднялся силуэт иссохшего тёмного мага. Его телу была не одна сотня лет. Однако своё могущество он вернул совсем давно. Ему приходилось лишь изредка возвращаться в свой склеп, чтобы восстановить силы.

Некромант мысленно потянулся к своему ученику, который должен был принести ему новые жертвы. Склеп был пуст, и древний тёмный маг жаждал узнать ответ — почему его подмастерье не удосужился подготовиться к его пробуждению.

Когда некромант дотянулся до мыслей своего ученика — графа Свиридова — он моментально получил ответы на все интересующие его вопросы. Его подмастерье был схвачен агентами бюро. А помог им в этом молодой тёмный маг…

— Знакомый почерк… — прошептал некромант. — Эта магия… Не может быть, неужели это он⁈

Тёмный маг почувствовал, что его ученика одолел некромант, которого он очень хорошо знал.

— Он ведь должен быть мёртв! — рявкнул он. — Нет. Если это действительно он, я должен избавиться от него любой ценой. Даже если придётся потратить все силы…

Он выбрался из своего склепа и вдохнул холодный кладбищенский воздух. Ветер нёс тонкий запах тёмной магии с другого конца города.

— Это точно он… — просипел некромант. — Тот, чьё имя на языке мёртвых звучит, как «Вселяющий страх». Вот ведь живучий ублюдок! Смог вернуться несмотря на то, что ему помешали перейти на новый уровень могущества и стать личем! Но теперь мы в разных весовых категориях. Он — молодой некромант, его силы ограничены. А своих пределов не знаю даже я сам. Мне не составит труда избавиться от него.

Некромант взмахнул руками и обрушил тёмную магию на кладбище. Но этого ему было мало. И его сила растеклась по всем окрестным кладбищам города.

Мертвецы восстали из могил и медленно побрели к своей цели.

* * *

Я почувствовал мощнейшие колебания тёмной магии. Казалось, что эта сила пролетела через весь город, словно раскат грома.

Был вечер, отец и Роман мирно беседовали, сидя у камина. Валеры не было видно с самого утра. Никто из обитателей дома не почувствовал того же, что и я.

Никто, кроме Софии. Девушка выронила тарелки, и те побились о пол. Прохор налетел на служанку и принялся отчитывать её за неаккуратность, но та смотрела мне в глаза. И они были полны ужаса.

Если эта магия зародилась где-то в центре города, значит, с момента её сотворения могло пройти уже несколько часов.

— София, — позвал я девушку. — Убери посуду, я сам со всем разберусь.

Служанка молча кивнула, а я побежал на второй этаж. Моё чутьё некроманта намекало, что в городе происходят мощнейшие магические возмущения. Если Роман сидит и спокойно попивает чай, значит, бюро не смогло уловить этой энергии. Светлые маги понятия не имеют, что только что случилось в Санкт-Петербурге.

Если у них есть специальные артефакты для улавливания колебаний тёмной магии, то они обязаны были это заметить!

Или нет… Что, если выброс тёмной магии был настолько огромным, что артефакты попросту не выдержали нагрузки?

Я выскочил на балкон и вгляделся вдаль. Далеко за горизонтом началась гроза. Скоро она доберётся и до нас. Мощные заклятия часто меняют погоду и даже климат. Но столько тёмной магии разом… Это явно не граф Свиридов. Некромант, которого я одолел несколько дней назад, ни за что в жизни бы не смог сотворить такое заклятье.

Вопрос только в том, что этот таинственный маг попытался сделать, используя столько энергии сразу?

На горизонте появились люди. Чьи-то силуэты приближались к дому. Странно, обычно тот пустырь все обходят стороной. Ведь там находится кладбище, на которой захоронен проклятый полк моего отца.

Погодите-ка…

Я усилил зрение с помощью магии и рассмотрел приближающихся бойцов. Мертвецы. Погибшие солдаты. Десятки мёртвых бойцов. Кто-то поднял это чёртово кладбище!

Но стоило мне взглянуть в другую сторону, и я понял, что восставший полк — лишь одна из нагрянувших проблем. Мертвецы приближались к имению Владыкиных со всех сторон. Не только павшие солдаты, но и тела гражданских. Значит, поднято не одно кладбище.

Будь я проклят… Судя по количеству мертвецов подняты вообще все кладбища города! И все они идут сюда — к нашему особняку.

Если бы на меня натравили хотя бы двадцать или тридцать мертвецов, я бы смог перехватить контроль над ними. Но их там сотни, если не тысячи!

Остаётся только один вариант.

Принять бой.

— Стой, кто идёт⁈ — послышался крик охранника у главных ворот дома.

А следом раздался крик боли…

Глава 18

Армия мертвецов, которой не было видно ни конца, ни края, собиралась вокруг нашего имения. Единственное, что удерживало врагов — это каменные стены. Хорошо, что Владыкиным принадлежал особняк, больше напоминавший укреплённый форт. Наверняка это было решение отца. Только не думаю, что князь догадывался, для чего могут пригодиться эти стены.

Я бегом спустился на первый этаж, чтобы сообщить всем членам семьи о надвигающейся угрозе.

— Отец! Роман! — крикнул я. — Дом окружают мертвецы. Их там сотни. Нам нужно срочно подготовиться к обороне!

Роман и Матвей Владыкины озадаченно взглянули на меня, но вопросов задать не успели, поскольку в гостиную ввалился раненый охранник. Его правая рука была изодрана в клочья.

— Что там происходит⁈ — воскликнул отец, увидев, в каком состоянии появился один из сотрудников службы безопасности имения.

Отец вскочил с кресла, из его рта выпала трубка и звучно ударилась о пол. Старик взглянул в окно и узрел собственным глазами, какая угроза нависла над семьёй Владыкиных.

Армия мертвецов столпилась у главных ворот и пыталась продавить их своим весом. И я не сомневался — скоро им это удастся. Треск петлей был слышен даже из дома.

— Мы пытались отбиться… — прошептал раненый охранник. — Но их слишком много.

— Я вызову бюро, — опомнился Роман. — Иначе нам не справиться.

— Отличная идея, Ром, — кивнул я. — Займись вызовом подкрепления. А мне нужно все свободные руки! Ворота скоро продавят, нужно забаррикадировать все входы и выходы из особняка.

— Я этим займусь, — кивнул отец. — Прохор! Вызови всех охранников сюда. Работаем все — и раненные в том числе. Дом нужно отстоять!

Правый глаз отца блеснул, и по особняку пронеслась волна магии. Хоть у меня и была высокая устойчивость к светлым ветвям колдовства, но я почувствовал лёгкое желание подчиняться его приказам. Могу представить, как действует магия на людей, не обладающих способностью противостоять этой силе. Ей он может управлять сотнями людей разом.

Жаль, что на зомби это не действует.

Отец быстро переключился на роль полководца и принялся командовать охранниками и слугами. Вся мебель сдвигалась к окнам и дверям.

— Почему бы нам не активировать заслонки? — спросил я, указав на металлические пластины над окнами.

— Нельзя! — замотал головой отец. — Они подпитываются от мощной защитной магии. Её ядро перезаряжается около двух недель. Если поднимем заслонки сейчас, то останемся без защиты в ночь Красной Луны. Тогда от нашей семьи и мокрого места не останется.

— Если мы не удержим оборону до прибытия сотрудников бюро, то нас сожрут заживо ещё до появления Красной Луны, — сказал я.

Я пробежал по коридору первого этажа, чтобы убедиться — не прорвались ли зомби за периметр ограждений. И заметил кое-что странное.

Толпа передвигалась вслед за мной. Мертвецы игнорировали слуг, но следовали за мной вдоль забора, куда бы я ни направился.

Их нацелили на меня с помощью магии. Скорее всего, враг каким-то образом настроил их на уникальный запах моей маны. Это может означать лишь одно — этот некромант откуда-то меня знает. Но думать об этом сейчас точно не время. Нужно воспользоваться этой деталью и обернуть их привязанность ко мне в нашу же пользу.

— Они выехали! — послышался крик Романа из гостиной. — Мои коллеги будут здесь через полчаса!

И стоило моему брату сообщить нам эту новость, как металлический забор с грохотом рухнул. Мертвецы устремились на территорию особняка и равномерно рассредоточились вокруг нашего дома.

— Полчаса, говоришь? — сухо усмехнулся я. — У нас нет и десяти минут.

Они снесут весь дом. Один мертвец — сущий пустяк. Десять мертвецов — весомая угроза. Но армия зомби — это непобедимое воплощение хаотической силы, которая может прорваться даже через оборону могущественного архимага.

Не стоит недооценивать власть толпы.

Нужно их отвлечь от дома, иначе они его протаранят насквозь. Раз они охотятся за мной, значит, я могу выманить их в одиночку. Но даже мне может не хватить сил, чтобы прорваться через эту толпу. Должен быть другой способ…

И он есть.

— София! — закричал я на весь коридор.

— Да, владыка? — девушка моментально появилась рядом со мной, будто ни на секунду меня не оставляла.

— Сейчас я продиктую тебе рецепт одного зелья. Запомни его. Делается оно недолго.

— Я помогу, — произнёс подоспевший к нам Валера. — В зельях я разбираюсь.

— Ты как раз вовремя. Твой яд нам понадобится, — кивнул я.

— Что нужно сварить? — спросила София.

Я быстро надиктовал перечень ингредиентов. Все они имелись у нас в доме. Благо большую часть вещей моей служанки составляли откровенные чёрные одеяния и комплекты трав для варки зелий.

— Валера, дай пузырёк, — попросил я. — Я знаю, что у тебя всегда с собой пустые пробирки.

Я давно понял, что он может выделять яд лишь несколько раз в сутки, а потому собирает его на протяжении всего дня.

Валера протянул мне пробирку. Я извлёк из кожаного чехла свой кинжал и рассёк себе ладонь. Тонкая струйка крови быстро заполнила пробирку.

Почуяв мою кровь, мертвецы принялись с удвоенной силой биться о стены особняка.

— Держите, — я протянул склянку с кровью. — Сварите целый чан. Можете прямо на кухне расположиться. У вас не более двадцати минут.

У Софии и Валеры было много вопросов, но они понимали, что на объяснения у нас времени нет, а потому сразу же рванули на кухню.

Я собирался сделать зелье-обманку. Раньше его использовали воры, убийцы и другие представители тёмных профессий, чтобы придать себе чужой запах и обмануть магические системы безопасности.

Если сварить целый чан такого отвара, какое-то время зомби собьются и будут прорываться к этому зелью, но не ко мне. А если распылить его по двору, то это и вовсе вызовет дезориентацию.

Но пока об этом думать ещё слишком рано… Для начала придётся как-то сдержать их. И один способ хороший способ уже есть у меня на примете.

Пока Роман, Матвей и охранники отбивались от мертвецов на первом этаже, я переместился на балкон второго этажа и направил свою магию на толпу мертвецов. Мне нужно было выцепить хотя бы двадцать трупов и взять их под контроль. Посеять хаос прямо в центре их армии. Это не спасёт нас, но позволит выиграть время, чтобы реализовать весь мой план.

— А вот и наилучшие кандидаты… — прошептал я, заметив мертвецов в военных камзолах.

Солдаты третьего полка Его Императорского Величества. У меня с ними особая связь, поскольку я снял с себя печать на том кладбище. Можно сказать, возродился, как некромант с помощью их энергии.

Значит, и перехватить их под свой контроль будет проще, чем остальных мертвецов.

Придётся рискнуть, использовать всю свою силу!

Я взмахнул руками, прочёл заклятье на языке мёртвых, и половина бойцов проклятого полка подняли свои головы.

Сработало… Даже не двадцать. Человек тридцать пять удалось отцепить!

— Давайте, господа! — приказал я. — Ваша война ещё не окончена! Оттащите этих гнилых ублюдков от стен нашего дома!

В рядах мертвецов начался хаос. Взятые под мой контроль солдаты ринулись в разные стороны и начали отталкивать мертвецов прочь от дома. Их силы недостаточно, чтобы одолеть всю армию, но так мы получим драгоценные минуты, чтобы спастись.

Но мой тёмный призыв услышали не только новоприбывшие солдаты. Земля рядом с каменными стенами, окружавшими имение, разверзлась, и на волю выбрался воин, которого я брал с собой к ведьминское логову для битвы с демоном.

Подполковник того же подразделения — Северин Степан Сергеевич. А точнее — его ходячий труп.

Я почувствовал лёгкое головокружение. Запас маны начал стремительно истощаться. Я потратил почти все силы на захват этих мертвецов.

Мною было принято решение спуститься на первый этаж и проверить, как обстоят дела у Романа с отцом. Если оборону удержаться не удаётся, мне придётся вступить в ближний бой. Убивать зомби кинжалами — не самое удобное занятие, но если потребуется, я готов пойти на это.

— Матерь божья… — прошептал князь. Руки отца опустились. Он, замерев от шока, глядел через разбитое окно прихожей на баталию, которая началась среди мертвецов. — Это ведь третий Императорский полк. Они же бьются за нас! Северин ведёт бойцов даже после смерти!

— Успокойся, отец, — попросил Роман. — Ты переволновался. Тебе кажется. Отойди от окон!

Но отец не унимался.

— В бой, третий Императорский! — проревел он. — Тесните их! Северин, пробивай коридор для отступления!

Магия отцовского голоса ударила по мертвецам. Единственные уцелевшие окна в доме потрескались. На долю секунды мне показалось, что мёртвые солдаты после крика отца стали с большим упором продавливать стену мертвецов.

Но и их не хватило надолго. Армия окружила отряд, и он пропал из виду.

— Владыка! — крикнула запыхавшаяся София. — Готово. Что делать с чаном?

Успели! Управились мои тёмные алхимики. Теперь дело за малым.

— Рома! — крикнул я. — Если хочешь дожить до прибытия подкрепления — живо за мной!

Роман не стал задавать лишних вопросов. Брат доверился мне и помчался вслед за мной на кухню. Оттуда валил такой смрад, что даже из моих глаз рефлекторно выступили слёзы.

— Что вы здесь творите⁈ — удивился Роман.

— Это их отвлечёт, — сказал я. — Доверься мне. Помоги перенести чан на второй этаж.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Кость, — громко выдохнул он и ухватился за ручку громоздкого сосуда, до краёв заполненного зловонной жидкостью.

Мы с Романом донесли отвар до второго этажа и выбрались с ним на балкон, с которого открывался вид на задний двор имения.

— Давай, последний рывок, — подбодрил брата я. — Выливаем это дерьмо на улицу.

Мышцы ныли от усталости. Тащить приготовленное моими соратниками зелье было непросто. София и Валерка не поскупились и сделали литров семьдесят зелья-обманки.

Мы с Романом надавили в последний раз и столкнули чан во двор. Чёрная жидкость разлилась по газону, пропитав собой сухую землю.

На долю секунды гул, создаваемый мертвецами, стих. А затем стал ещё интенсивнее, чем прежде. Земля задрожала от топота сотен ног. Зомби перестали атаковать особняк и полились всем составом во двор. Мертвецы носились вокруг образовавшейся лужи. Одни рыли землю, другие замерли на месте.

Этот запах перебил мой собственный. Теперь они думают, что выполнили свою задачу — нашли меня.

— Господи, Костя, я не знаю, как ты это придумал, — произнёс Роман, — но, кажется, ты спас нас всех от мучительной смерти.

— Не благодари, — улыбнулся я.

Я почувствовал сигналы от взятых под мой контроль солдат. Не всех разорвали в клочья. Пятнадцать тел остались почти невредимыми. Я мысленно отдал им приказ — скрыться под землёй.

Они могут ещё пригодиться в будущем.

В течение следующих десяти минут мы все поняли, что без зелья особняку Владыкиных точно настал бы конец. Бойцы бюро опоздали.

Но уж когда они появились — передо мной предстала действительно завораживающая картина! Во двор вбежали пять светлых магов и тут же рванули в толпу мертвецов. Магия всех мастей обрушилась на собравшихся в одном месте зомби.

Роман не выдержал, перемахнул через балкон и, выхватив из ножен клинок, окружённый сияющей солнечной магией, врубился в толпу мертвецов вместе с соратниками.

Дожили… Стою и радуюсь тому, что светлые выкашивают на моих глазах целую армию мертвецов. Времена сильно изменились. Осталось только узнать, кому хватило могущества, чтобы поднять такую армию. Аура у всех мертвецов одинаковая. Это сделала не группа некромантов. Заклятье прочёл всего один, но очень сильный.

Я перемахнул через балкон вслед за Романом. Светлые маги прекрасно справлялись с армией мёртвых, я не спешил им помогать. Меня интересовало кое-что другое.

Я аккуратно проскользнул мимо рвущего врагов Романа и склонился над одним из трупов. Моя рука опустилась вглубь — к чёрному сердцу трупа, и я извлёк наружу эссенцию тёмной магии. Когда бойня закончится, в более спокойной обстановке я смогу определить, кто поднял этих мертвецов.

— Аккуратнее, княжич! — воскликнул бойкий женский голос за моей спиной.

Мимо меня пронеслась светловолосая женщина в белом одеянии бюро. Она, орудуя светящим остроконечным копьём, продиралась сквозь мертвецов в десятки раз быстрее остальных своих коллег.

Я невольно залюбовался этим зрелищем.

Вот это грация! Нравятся же мне женщины, которые могут вытворять такие кульбиты. Как же всё-таки жаль, что она не родилась тёмным магом. Такую бы я с радостью взял к свою команду.

Вскоре битва с мертвецами превратилась в обыкновенную бойню. Сотрудники бюро быстро избавились от собравшихся вокруг нашего поместья зомби, и главной нашей проблемой стал лишь вопрос уборки территории от скопившихся зловонных трупов.

Когда последний мертвец был испепелён солнечной магией, уже наступил вечер.

— Фух, — тяжело выдохнул Зубов, рухнув на громадный садовый камень. — Ну вы даёте, Владыкины! Вы чего тут устроили? Я столько мертвецов ещё никогда в одном месте не видел! Да мы тут перерубили тысячу гниющих ублюдков! Не меньше!

— Я понятия не имею, почему они здесь появились, Фёдор Ильич, — вздохнул Роман. — Вся наша семья была дома, никто ничего сверхъестественного не совершал. Никаких ритуалов, если вы вдруг об этом.

— Расслабься, Роман, — сказал Зубов. — Я ни тебя, ни твоего брата ни в чём не подозреваю. Думаю, проблема совсем в другом.

— Есть предположения? — вмешался в разговор я.

— Есть, — кивнул Зубов. — Я понимаю, что наколдовал их не ты, Константин, но появились они определённо из-за тебя.

— Что вы такое говорите, Фёдор Ильич? — нахмурился Роман.

— А ты сам-то ещё не понял? — усмехнулся Зубов. — Это — месть. Кто-то решил насолить вам за того некроманта. Он ведь попал в наши руки из-за Константина. Видимо, у него были союзники.

— Только этого нам ещё не хватало! — воскликнул Роман. — А вам удалось расколоть этого мерзавца, Фёдор Ильич? Он не выдал, кто работает вместе с ним?

— Если бы! — махнул рукой Зубов. — На нём такой мощный сглаз висит, что я опасаюсь, как бы он на всю оставшуюся жизнь немым не остался.

— Так будет даже лучше, — скрипнул зубами Роман. — Немой тёмный маг не сможет читать заклинания. Сразу большая часть арсенала отсекается.

— Ты что же, Роман, намекаешь, что всем тёмным надо языки отрезать, а не печати ставить? — рассмеялся Зубов.

Роман бросил на меня короткий взгляд.

— Прости, Кость, — сказал он. — Я не это имел в виду.

— Расслабься, меня ваши шутки не задевают.

Тем более, даже если бы они отрезали мне язык тогда на кладбище, я бы всё равно смог творить некромантию. Для чтения заклятий на языке мёртвых сам язык не нужен.

Вскоре прибыло ещё больше сотрудников бюро, и те вместе с нашими слугами приступили к очистке двора. Матвей Владыкин в этой операции уже не участвовал. До поздней ночи он сидел у камина и молча смотрел в огонь.

Похоже, встреча с покойниками из Императорского полка всколыхнула недобрые воспоминания. Мне не хочется его тревожить, но в будущем стоит поднять эту тему и выяснить, что случилось с его солдатами. Раньше Матвей командовал войсками на западе империи до тех пор, пока Прибалтийский Союз не обрушил на него тёмную магию.

Неспроста его перевели на юг — на войну с турками. Причина не только в том, что под угрозой оказался принадлежащий нам Краснодарский край. Но всё это — лишь мои догадки.

А сейчас нужно получить вполне конкретный ответ на главный вопрос. Какая мразь натравила на меня целую орду мертвецов?

Я поднялся в свою комнату, достал из кармана тёмную эссенцию и прочёл несколько заклятий, которые могли пролить свет на владельца сотканных чар.

И вскоре истина предстала передо мной. Моё сердце пропустило несколько ударов. Я узнал эту магию. Узнал, что за некромант поднял кладбища города. И не мог в это поверить.

— Этого не может быть… Несколько сотен лет прошло! Как он может быть до сих пор жив? — прорычал я и раздавил в кулаке тёмную эссенцию. — Если он жив до сих пор… Этому может быть только одно объяснение.

Глава 19

Я помнил запах этой силы очень и очень хорошо. Это магией владел один из моих последователей. Мой близкий соратник.

Никон.

Он обучался у того же учителя, что и я. Но сильно отставал в навыках и знаниях от меня, поэтому в конце концов не стал самостоятельным некромантом и решил стать моей правой рукой.

То, что он жив до сих пор, может означать лишь одно. Ему удалось стать личем — восставшим из мёртвых некромантом-нежитью. Существом, чью силу теперь не сдерживают оковы человеческого тела. Но как же, чёрт возьми, так вышло так, что он личем стал, а я нет?

На ум приходит только один вариант. Никон намеренно испортил мой ритуал, и сам принял в нём участие вместо меня. Я ослаб после победы над учителем, а он воспользовался этим, чтобы навсегда избавиться от главного конкурента.

Меня убила моя же правая рука… Раз он не атаковал меня раньше, значит, не догадывался, что я воскрес в этой эпохе. Но что-то заставило его осознать это. Где-то он нашёл мой след. Вопрос только — где?

Ну конечно! Я ведь одолел другого некроманта — графа Свиридова. Ещё во время битвы я заметил, что его навыки мне что-то напоминают. Его обучил Никон. Не исключено даже, что Свиридов собирал жертв, чтобы подпитывать восставшего лича.

Плохо дело. Появление агрессивно настроенного по отношению ко мне лича сильно усложняет задачу. Неизвестно, когда Никон атакует в следующий раз. Но прятаться от него я не собираюсь. Наоборот, нужно найти его первым и поговорить.

Для начала нужно пустить вопрос о личе по растущей сети моих тёмных магов. Возможно, кто-то из моих знакомых окажется в курсе, где обитает мой старый знакомый Никон. Если нет, то пройдусь по всем склепам города.

Кроме того, нужно будет поговорить о существовании лича с Романом. Наверняка у бюро есть какое-то официальное мнение насчёт произошедшего массового подъёма мертвецов.

Но этим я займусь завтра! Пора подкрепиться ночными духами.

Прежде, чем лечь спать, я принял горячий душ, чтобы смыть с себя ошмётки мертвецов. Многие полагают, что некроманты — грязные и отвратительные создания. Но на этот счёт я бы поспорил. Да, мы работаем с трупами. Именно поэтому мы регулярно следим за гигиеной и не позволяем запаху разложения следовать за собой, когда выходим в люди.

И это я ещё не говорю о силе некротической магии, которая убивает все микроорганизмы.

На следующее утро я проснулся полностью восстановившимся. Зеркало перед моей кроватью было переполнено силуэтами. Видимо, вслед за армией мертвецов сюда налетело много духов, и все они попали в мою ловушку.

На ближайшие несколько недель мне теперь точно заряда хватит. Этого Никон явно не мог предсказать.

На первом этаже царил хаос. Прошлым вечером, находясь под приливом адреналина, я и не обратил внимания, что наш дом настолько сильно пострадал. Выбитые окна, полное отсутствие входных дверей. Стены поцарапаны. Но, что примечательно, ни одного трупа или других неприятных следов зомби не осталось. Видимо, агенты бюро уже хорошо наловчились зачищать зоны, когда подверглись нападению тёмных сил.

— Проснулся, Костя? — спросила прошедшая мимо меня мама. — Прохор уже сделал тебе завтрак.

— Прохор? — удивился я. — А где София?

— Твоя служанка ушла вместе с отцом, — хмыкнула мать.

— Как ушла? — не понял я. — Куда?

— На какое-то кладбище, — вздохнула мать. — Понятия не имею, что им в голову взбрело. Вообще, твоя служанка какая-то странная. Лично меня она напрягает.

Дальнейшую болтовню матери я уже не слушал. София с отцом ушли на кладбище? Вместе⁈ Стоп… Очевидно, где их нужно искать. И лучше не оставлять их вдвоём надолго. Если отец применит слово силы и вытащит из Софии информацию обо мне, ему сразу станет ясно, что его сын — некромант до мозга костей!

Я рванул к выходу из особняка.

— Костя, а завтрак? — удивилась мать.

— Позже, — махнул рукой я. — Мне тоже нужно на кладбище!

— И почему всей нашей семье вечно нужно на кладбище? — вздохнула мать и направилась к слугам, которые трудились над восстановлением имения.

Я добрался до кладбища третьего императорского полка за считаные минуты. Позволил себе усилить собственное тело с помощью маны и ускорить бег. Энергии с утра у меня было — хоть отбавляй.

Кладбище изменилось до неузнаваемости. Все заборы повалило, цельных могил практически не осталось. Всё место упокоения солдат превратилось в растоптанную пустыню. И посреди этой пустыни стояли София и мой отец.

Я подошёл к ним сзади и обратил внимание, что стоят они у могилы Андрея Потёмкина — покойного мужа Софии.

— Ты тоже здесь, Константин? — спросил отец, не оборачиваясь. — Мы не стали тебя будить. Захотел посетить эту могилу и побеседовать с твоей служанкой.

София взглянула на меня краем глаза, и я понял, что она уже взята под контроль приказом отца. Вопрос только в том, что он уже успел ей приказать. Только следовать за собой? Или отвечать на вопросы?

— Что происходит, отец? — нахмурился я. — Почему ты забрал мою слугу без предупреждения? И почему ты, София, не сообщила мне, что покидаешь имение?

Последний вопрос был адресован не столько служанке, сколько отцу. Я понимал, что София покинула особняк не по собственной воле. И мой отец по долгу чести должен сам признаться в применении магии, чтобы я попусту не наказывал Софию.

— Успокойся, Константин, — произнёс он. — Она пыталась тебя разбудить, но я убедил её пойти вместе с собой. Силой.

Отец клюнул. Осталось продолжать этот разговор, аккуратно подбирая слова.

— Ты объяснишься? — спросил я.

— Мне с самого первого дня после возвращения с войны казалось, что твоя служанка мне кого-то напоминает. А потом, когда передо мной предстали мои павшие войны… Я вспомнил. Потёмкина! — отец грустно улыбнулся. — Вдова моего покойного младшего лейтенанта. Вопрос только в том, как так вышло, что она оказалась в нашем доме? Не слишком ли странное совпадение, Константин?

Глаз отца вспыхнул, а слова ударили по моим ушам. Это был приказ. Он ждал, что я подчинюсь его магии и отвечу на вопрос.

Но я не собирался сдаваться. Я попытался сопротивляться отцу своей собственной некротической энергией. Он понял, что я не подчиняюсь ему, а потому повторил вопрос ещё громче.

— Что ты от меня скрываешь, Константин? — крикнул он.

Мои губы пошевелились. Язык сам захотел ответить на его вопросы. И тогда я пошёл на отчаянный шаг. Ему незачем знать мои тайны. Хоть он и глава рода, я не позволю ему копаться в секретах моей тёмной стороны.

Я направил некротику в свои слуховые каналы и сжёг их. Боли я не почувствовал, но лишил себя слуха на несколько секунд. Этого хватит, чтобы избавиться от влияния магического слова отца.

Я выдержал паузу, дождался, пока отец не сдастся. В его глазах сначала вспыхнуло удивление, а сразу после — печаль. В этот момент я восстановил свой слух и сразу же услышал речь отца. Теперь в его словах магии не было.

— Я впервые вижу, чтобы кто-то сопротивлялся моей воле, — вздохнул он. — Я и сам, конечно, хорош. Собственного сына попытался принудить с помощью магии слова…

— Должно быть, ты ещё не восстановился от раны, отец, — решил отвести тему я.

— Нет, Константин, — усмехнулся он. — Восстановился. Просто ты смог противостоять моей силе. А если ты принял решение молчать и при этом смог подавить даже моё влияние… Полагаю, я не имею права допрашивать тебя и дальше. Я уважаю твои секреты и то, как ревностно ты их хранишь.

— Что рассказала тебе София? — решил прямо спросить я.

— Я не спрашивал её ни о чём, — признался отец. — Единственное, что я узнал — достаточно ли хорошо мой сын обошёлся со вдовой моего покойного сослуживца. И девушка ответила, что лучше о ней ещё никто не заботился.

— София будет в безопасности под моим присмотром, — уверил его я.

— Я в этом не сомневаюсь, сын, — кивнул он и тут же опомнился. — Ох, что-то мы заболтались на этом кладбище. Наверное, нам стоит вернуться домой.

— Я бы хотел обсудить с тобой ещё кое-что, отец, — сказал я. — София пусть идёт домой, мы нагоним её позже.

Девушка послушно кивнула и покинула кладбище. Отец вопросительно смотрел на меня, в ожидании вопроса.

— Понимаю, что тебе не просто — говорить на эту тему, но я хочу знать, что случилось с третьим полком, которым ты командовал, — произнёс я.

Отец побледнел.

— Они погибли. На этом — всё, — отрезал он.

— Отец, ты понимаешь, что я хочу от тебя услышать, — настоял я. — Не забывай. Я хоть и запечатанный, но тёмный дух очень хорошо чую. Возможно, если я узнаю, что произошло с этими солдатами, я пойму, как лучше контролировать свою тёмную магию.

— Константин, да я даже права не имею рассказывать об этом… — стиснул зубы отец.

— Их убил некромант — это я прекрасно понимаю, — сказал я. — Слышал, что Прибалтийский Союз использовал против твоей армии некроманта, как оружие.

Отец уселся на камень и устало провёл ладонью по лбу.

— Так оно и было, — кивнул он. — На западе некромантов освободили от печатей и позволили им воевать против наших войск и светлых магов. Но не всё из этой истории правда…

— Что ты имеешь в виду? — спросил я.

— Понимаешь ли, все меня чествуют, как великого полководца, но я себя таковым не считаю. Особенно после того, что случилось там — под Калининградом, — продолжил отец. Ему было тяжело говорить об этом, но он не останавливался, несмотря на дискомфорт. Думаю, ему уже очень давно нужно было выговориться. — Я потерял контроль над собой, когда увидел тёмного мага. Это был первый некромант, которого я увидел вживую. Мной овладел страх, и я не смог направлять бойцов с помощью магии слова. Понимаешь, Константин? Мы могли победить. Но солдаты бились с ним своими силами, без моей поддержки.

— Поэтому ты и перевёлся на другой фронт? — спросил я.

— Да, — кивнул отец. — Потому что у турок нет некромантов. А когда ты сказал, что эта сила пробудилась в тебе… Боже. Я испытал этот страх вновь. Лишь пару дней назад, когда ты одолел другого некроманта и защитил ту журналистку, я впервые осознал, что тёмный маг — это не абсолютное зло.

То, что случилось с отцом, это следствие длинной цепочки событий, которую сами же светлые маги и породили. Запрет на тёмную магию озлобил некромантов и превратил их в оружие для некоторых государств. Современные некроманты сами верят, что они — зло. Потому что светлые им это внушили!

Проклятье… И сам отец! Испугался бы он так некроманта, если бы постоянно видел представителей тёмной магии среди своего окружения? Нет.

Вот к чему приводит победа светлой стороны над тёмной. К тому, что настоящее зло начинает цвести там, где его никто даже не ожидает увидеть.

— Я благодарен тебе, Константин, — улыбнулся отец. — За то, что ты выслушал меня. И за то, что помог побороть свой страх. Рад, что мы поговорили до моего отъезда. Завтра я уезжаю обратно — на войну.

— В Краснодарский край? — спросил я.

Он замотал головой.

— Нет. Отправлю императору прошение о переводе, — заявил он. — Вернусь на западный фронт. Снова поведу войска на Прибалтику.

Отец — человек войны, и я не тот, кто должен его отговаривать. Однако во всём, что он мне сказал, есть один большой плюс. Он смог преодолеть свой страх. А значит, прежних ошибок он уже не допустит.

Мы вернулись домой как раз в тот момент, когда бригада магов-строителей заканчивала ремонтировать наш особняк. Роман расплатился с работниками и приветливо помахал нам рукой.

— Я уже начал за вас переживать, — улыбнулся он. — Сбежали все куда-то, оставили меня одного в доме, который вот-вот рухнет.

— Прости, Роман, у нас с Константином были неотложные дела, — улыбнулся отец. — И да, понимаю, что вы ещё не успели отойти от вчерашнего происшествия, но я хотел предложить вам устроить сегодня большой ужин. Я завтра возвращаюсь на фронт, поэтому не отказался бы отобедать с семьёй в полном составе.

— Ох, — у Романа опустились плечи. — Прости, отец, я не знал, что ты уже уезжаешь. Поэтому пригласил сегодня свою коллегу. Хотел отблагодарить её за помощь с ордой мертвецов. Остальные сотрудники бюро отказались, а она сказала, что с большим удовольствием познакомится с нашей семьёй.

— Роман, бога ради, не отчитывайся передо мной, как школьник, — рассмеялся отец. — Это и твой дом тоже. Пусть приходит.

«Она»? Интересно, а ведь среди бойцов бюро была всего одна девушка. Уж не та ли это богиня войны с копьём наперевес?

— Роман, а как зовут твою коллегу? — поинтересовался я.

— Наталья Добрынина, — ответил Роман. — Ты должен был её видеть вчера вечером. Она выкосила раза в два или в три больше нежити, чем все остальные.

Значит, это точно она. Что ж, мне будет крайне интересно с ней познакомиться.

Всю оставшуюся часть дня слуги готовились к предстоящему ужину. Я же отстранил Софию от подготовки и увёл в свою комнату, чтобы начать то, что обещал ей уже очень давно.

— Ты готова, — заключил я. — Пора тебе стать настоящим тёмным магом, Софа.

— Правда? — расцвела она. — Владыка, а как ты понял, что я готова?

— По многим признакам. Ты не раз доказала мне свою верность. Твои умения в тёмной алхимии тоже успели меня впечатлить. Я решил, что достаточно тебе прозябать на кухне и целыми днями убирать дом. Вчера был тот самый момент, когда мне был жизненно необходим другой тёмный маг в качестве соратника. Но такого рядом не оказалось.

— Прости, владыка. Я сделала всё, что могла, — вздохнула девушка.

— И это правда, я тебя ни в чём не виню, — кивнул я. — Пойми одну важную вещь, София. У нас появился серьёзный враг. Другой тёмный маг. Вполне возможно, что он даже не некромант, а лич. Нам потребуется много сил, чтобы одолеть его. Поэтому мы начнём обучение прямо сейчас.

Следующие три часа я обучал Софию выходить в транс, связываться с духами и искать в окружающем мире некротику. Девушка схватывала новые знания налету.

Но нам пришлось прерваться, поскольку стол был уже собран, а гостья, приглашённая Романом Владыкиным, уже прибыла в наше имение.

— Продолжай практиковаться, — посоветовал я Софии. — Вернусь с ужина — проверю, как у тебя выходит. Только не высовывайся наружу. У нас в доме целых два агента бюро. Роман и Наталья. Нельзя, чтобы они заподозрили тебя в использовании тёмной магии.

Я спустился вниз и тут же столкнулся взглядом с Натальей Добрыниной. Светловолосая девушка была белом облегающем платье с вырезом на уровне левого бедра. Вечерний наряд подходил ей не хуже, чем форма агента. Думаю, она бы и в таком виде неплохо справилась с копьём.

Наталья поздоровалась со всеми членами семьи и лишь после этого подошла ко мне. Её глаза блестели, как два солнца. Любят же светлые маги добавлять с помощью своего колдовства такие изящества. Осветлить волосы и зажечь безопасным для глаз пламенем свои зрачки. Ну и показуха…

— Рада официально познакомиться с вами, Константин, — улыбнулась она. — Я о вас наслышана.

Она невольно взглянула на мою грудь — в то самое место, где должна находиться печать света.

— Боюсь даже представить, какие слухи обо мне ходят, — усмехнулся я и помог ей присесть.

И лишь потом заметил, что Роман тоже отодвинул стул для своей коллеги. Странно… Мой старший брат вёл себя слишком суетливо. Это на него совсем непохоже.

В моей голове сложилось «два плюс два». Несколько фактов с щелчком объединились в один любопытный вывод.

Ну ты и проказник, Роман. Он ведь явно солгал отцу насчёт того, что позвал сюда всех коллег, но все кроме Натальи отказались. Уж Зубов точно пришёл бы. Мне рыжебородый командир светлых магов показался безотказным человеком.

Неужели Роман втюрился в эту колдунью? Что ж, могу его понять. Но ведь агенты бюро дают обет безбрачия. Не слишком ли вызывающе он себя ведёт?

— Как давно вы работаете с моим сыном, Наталья? — спросил отец, когда все приступили к ужину. — Он почти ничего не рассказывал о вас.

— Правда? — удивилась Добрынина. — Странно, мы с Романом воюем бок о бок уже несколько лет. Зато Роман мне много рассказывал о своей семье. Особенно о тебе, Константин.

Она вновь перевела беседу в иное русло и переключилась на меня. Кажется, отец тоже это заметил, а потому напряжённо нахмурился.

— В бюро все о тебе говорят, Константин, — заявила Наталья. — Я особенно восхищена тем, как ты, будучи запечатанным, одолел того некроманта — графа Свиридова.

— Разве это не запретная тема для бюро? — перебил её я.

Роман и вовсе не встревал в эту беседу. Хотя ему-то как раз и нужно было пресечь болтовню Натальи, пока та не разболтала все тайны их организации.

— Я думаю, семья Владыкиных имеет право знать о делах, в которых участвуют их дети, — сказала Наталья. — На самом деле, Константин, я неспроста завела этот разговор. У меня есть для тебя предложение.

Услышав это, Роман почему-то вздрогнул, но быстро пришёл в себя. Наши родители в оцепенении следили за этой беседой, а Валерка почему-то тихо посмеивался. Либо его забавляло всеобщее напряжение, либо я не заметил и уже наелся его яду — одно из двух.

— Я бы могла поспособствовать тому, чтобы вас взяли в наше бюро, Константин, — заявила она. — То, как вы справились с тем некромантом… Это очень впечатляет. Похоже, света в вас куда больше, чем тёмных сил. Поэтому…

— Нет, — спокойно перебил её я и неспешно испил из фужера вина.

Горло обожгло. Всё-таки опять налил сюда яда, засранец.

— Нет? — искренне удивилась Наталья и нервно рассмеялась. — Вы шутите, Константин? Это же такая возможность. Я могу поговорить с начальством насчёт должности и…

— Нет, — вновь повторил я. — И точка. Никакие деньги, должности и прочие соблазны вашего бюро меня не интересуют. Думаю, на этом стоит закрыть эту тему.

А причин для моего отказа целое множество. Во-первых, обет безбрачия, который точно лишит семью Владыкиных последнего шанса на продолжение рода. Во-вторых, светлые маги! Тьфу! Да ни за что я не стану работать с ними бок о бок. По крайней мере, до тех пор, пока они не перестанут промывать мозги современникам.

И самый главный аргумент — это странное поведение Натальи Добрыниной. Она будто пришла на ужин только для того, чтобы пообщаться со мной.

Роман попытался разрядить обстановку и завёл светскую беседу, которая мало интересовала и Наталью, и его самого. Добрынина больше не пыталась соблазнять меня должностью в бюро, и вскоре ужин подошёл к концу.

Девушка, которая впечатлила меня своими боевыми навыками, но разочаровала скрытыми намерениями, покинула наш дом. Роман покинул имение, чтобы проводить коллегу, а отец воспользовался этим моментом, чтобы переговорить со мной с глазу на глаз.

— Ты всё правильно сделал, Константин, — сказал он. — Я бы на твоём месте держался подальше от этой Добрыниной.

— Тебе тоже показалось, что она предлагает мне должность не из чистых мотивов? — поинтересовался я.

— Да, — кивнул отец. — Рад, что наши мнения сошлись.

Я услышал грохот на втором этаже. Будто зеркало разбилось. А вслед за звуком мимо нас с отцом пронёсся ветерок. Он был переполнен тёмной магией.

— Что это было? — нахмурился отец.

— Наверное, Валерка опять в мою комнату залез. Не переживай, я пойду разберусь, — убедил его я. — Доброй ночи.

Как только отец отвёл взгляд, я тут же ускорил шаг. Помчался к своей комнате, пропуская по две-три ступени за раз. Что-то тут не чисто. Я оставил Софию практиковаться. Но такой поток тёмной энергии… Не могла же она сама его породить⁈

Я распахнул дверь в свою комнату и видел Софию. Девушка стояла напротив меня, сложив руки по швам. Под её ногами были разбросаны осколки от разбившегося зеркала.

— Вот мы и встретились, — произнесла она дребезжащим мужским голосом, — Константин Владыкин.

Она одержима… Кто-то пробрался в её тело. Но кто⁈

Глава 20

В комнате повеяло запахом смерти, высшей некромантией. Той силой, которую я и сам собирался получить. Магия лича.

Почти всесильное существо. От такого не поставишь защиту на юной колдунье. Но благо, что лич может вселяться в тела людей лишь на короткое время.

— Так это всё-таки ты, Никон? — процедил я сквозь зубы, взглянув в глаза Софии.

Сознание девушки в них уже не отражалось. Её взгляд источал могильный холод, ненависть и толику страха. Несмотря на обретённое могущество, Никон всё равно меня до сих пор боялся.

— Здравствуй, старый друг, — скрипуче рассмеялся Никон. — Давно же мы с тобой не виделись. Ты славно обдурил мою армию нежити. Я удивлён до глубины души, что тебе, будучи теперь низшим некромантом, удалось справиться с ордой, которая запросто могла стереть с лица земли целый город.

— Старый друг, говоришь? — хмыкнул я. — А уж не ты ли добил меня вместо того, чтобы предать ритуалу становления личем, как и обещал?

— Это была обыкновенная мера предосторожности, — Никон пожал узенькими плечами Софии. — Я опасался, что ты мог заразиться безумием от нашего учителя. Если бы ты воскрес личем и принялся захватывать мир, как и он, то тебя бы уже никто не смог остановить.

— Заразился безумием? — от этой глупости я чуть не потерял дар речи. — Если кто тут спятил, так это ты, Никон! А ты не подумал, когда предавал меня, что я всё равно найду способ вернуться к жизни? Что мой дух не успокоится, пока не отомстит?

— Да брось… — Никон выдержал паузу, поскольку побоялся произносить моё старое имя. — Константин, теперь ты молодой и слабый маг. Ты не сможешь мне отомстить, как бы ни старался. Раньше я был твоим слабым компаньоном, оруженосцем, слугой… Но теперь мы поменялись местами. У меня достаточно сил, чтобы принудить тебя — служить мне.

— Да ну? — усмехнулся я. — И что же ты до сих пор этого не сделал?

— Я хочу, чтобы ты присоединился к нам добровольно. Не в качестве слуги, но в качестве соратника. Я думаю, что наши с тобой взгляды сойдутся, если мы хотя бы пару минут поговорим о том, что светлые натворили с этим миром.

— Даже если они и десять раз сойдутся, присоединятся к тебе я не стану, — помотал головой я.

— Почему ты такой упёртый⁈ — тело Софии подлетело ко мне. Девушка впилась ногтями в мои плечи.

Я игнорировал это, не пытался её убрать или откинуть. Никон хочет меня спровоцировать, чтобы я причинил вред собственной напарнице.

— Давай объединимся! — попросил Никон. — Уничтожим этих солнцелюбов — всех до единого. И начнётся эпоха вечной тьмы. Только тёмная магия — и ничего более. Разве не об этом мы мечтали?

— Об этом мечтал наш учитель, — сказал я. — Которого ты назвал безумцем. Правда, заметь, он хотел подчинить светлых, а не истребить их. Кто из вас ещё больший безумец, я ответить затрудняюсь. Ты хочешь уничтожить сотни тысяч ни в чём не повинных людей. Только за то, что они обладают не такой магией, как мы.

— Они творят с нами то же самое! — рявкнул он. — И ты помогаешь им! Ты сдал им моего ученика!

— Так и знал, что графа Свиридова воспитал ты, — усмехнулся я. — Знакомый почерк. Считаешь, что я сдал этого идиота, потому что поддерживаю светлых? Нет. Просто некроманты, которых воспитываешь ты, ничем не лучше агентов бюро, жаждущих запечатать и казнить каждого встречного тёмного мага.

— То есть, ты отказываешься? — нахмурился Никон.

— То есть — пошёл вон из тела моей служанки! — крикнул я и легонько толкнул тело Софии своей правой ладонью.

На моей коже уже блестела печать изгнания, начертанная кровью. Пока этот псих пытался меня убедить присоединиться к нему, я проткнул кожу ладони ногтем среднего пальца и им же начертил сложную руну.

София вскрикнула, голос вернулся к девушке. Её глаза и рот широко распахнулись, и оттуда вырвалась зеленоватая дымка, которая тут же устремилась к осколкам зеркала и растворилась в них.

Я не дал Софии упасть и поймал её тело до того, как оно рухнуло на частички разбитого зеркала.

— Владыка… — просипела она, глядя мне в глаза. — Я так виновата. Прости меня, пожалуйста.

— Что здесь случилось? — спросил я, аккуратно усаживая её в кресло. — Как он попал в твоё тело?

— Я зашла слишком далеко в практике некромантии… — призналась она. — Ты сказал, что научишь меня поглощать призраков, застрявших в зеркале, но я решила попробовать это сама и удивить тебя, когда ты вернёшься с ужина!

— Удивила — не то слово, — усмехнулся я. — Значит, Никон влетел в тебя, когда ты сняла защитную оболочку с зеркала?

— Угу, — кивнула она. — Я пыталась сопротивляться, но даже трёх секунд не продержалась.

— Не удивительно, — кивнул я. — Он очень силён. Никон — это и есть тот враг, о котором я тебе говорил. Это он наслал на наше имение армию мертвецов.

— Владыка, не пойми меня превратно… — прошептала София. — Я ни капельки не сомневаюсь в твоих силах… но разве у тебя хватит могущества, чтобы справиться с таким, как он? Это ведь практически невозможно… Я впервые ощутила такую силу.

— Если смогу восстановить своё прежнее величие, то без труда размажу его по стенке, — сказал я.

Значит, надо найти другие части своего тела. Одного пальца недостаточно. Скоро доход Сергия достигнет договорённой отметки, и монах сведёт меня с поставщиками. Кто знает, может, у них там где-нибудь всё моё тело завалялось?

— Меня смутило кое-что другое, — подметил я. — Никон, может, и стал могущественным личем и научился отправлять свой дух в путешествия через зеркала, но он, как был идиотом, так им и остался. Не силой, так хитростью мы этого безумца прижмём. Вопрос в другом. Ты слышала, что он сказал? Что предложил мне?

— Да, — кивнула София, и насупив брови, прохрипела, изображая голос Никона. — «Присоединяйся ко мне!».

— Нет, — мотнул головой я. — «Присоединяйся к нам».

— К нам? — удивилась София.

— Он не один. Мы уже успели столкнуться с одним из его учеников, — напомнил я. — Значит, он уже успел собрать союзников, и собственных последователей. Он, судя по всему, пробудился раньше меня, но не так давно. Никону мало что было известно о ритуале перерождения личем. Скорее всего, он ошибся с начертанием круга и просуществовал между миром живых и миром мёртвых на несколько сотен лет больше, чем должен.

— Почему ты так думаешь, владыка? — спросила девушка.

— Потому что, если бы он проснулся хотя бы сто лет назад, ему бы хватило могущества, чтобы медленно, но верно, обратить этот мир во тьму. А раз на верхушке до сих пор сидят светлые маги, значит, он здесь с недавних пор.

— Тогда каков наш план, владыка? Я готова учиться дальше! Я хочу помочь тебе! — София попыталась вскочить с кресла, но я силой усадил её обратно.

— Тише, не дёргайся, — остановил её я. — После изгнания столь могущественного духа твой организм не сможет быстро прийти в себя. Пока что тебе нужно отдохнуть. Я отнесу тебя в твою комнату.

Я подхватил Софию на руки и переместил пострадавшую ученицу на её кровать. По пути внимательно осмотрел её тело, но некротики не обнаружил. Магические каналы тоже не пострадали. Серьёзного вреда Никон ей не нанёс. Только утомил.

Видимо, мне удалось застать его врасплох руной изгнания. Он наверняка хотел убить Софию перед тем, как покинуть её тело. Надо бы предупредить ученицу, чтобы больше никогда не занималась теми ступенями некромантии, которые я ей ещё не объяснял.

Я вернулся в свою комнату и убрал осколки разбившегося зеркала. Эх, такой источник энергии попортили! Надо будет прикупить новое зеркало, да желательно в лавке Сергия. Лучше всего подойдёт такое, перед которым кто-нибудь погиб или повесился.

Да уж, я провёл так много времени в обществе светлых магов, что и сам начал понимать, почему нас — тёмных побаиваются. Мрачная у нас магия. Но это не делает её злой или вредоносной.

На следующее утро вся семья Владыкиных собралась в фойе, чтобы проводить отца на фронт. Его короткий отпуск подошёл к концу.

— Шлите письма только в самом крайнем случае, — попросил отец. — В Европу они будут идти достаточно быстро, но там больше риск, что их перехватят. Если у меня будет появляться возможность обойти защитные чары, я буду звонить вам. Но специально звонков не ждите. Я буду прибегать к ним редко, опять же — только в самом крайнем случае.

— Матвей, может, уже закончишь с этими войнами? — спросила мать, когда мы вместе провожали отца. — Ты достаточно долго служишь. Тебе уже положена пенсия. Не пора ли уйти в отставку?

— Уйти в отставку? — усмехнулся он. — И на что же тогда мы будем жить? Наш Краснодарский край раздирают турки, и даже доход с сохранившихся плантаций кое-кто умудрился растратить. Нет. До тех пор, пока наша семья не получит достойный источник дохода, я не уйду с фронта.

Я увидел в глазах отца сожаление. Кажется, он действительно был готов оставить службу. Но не мог этого сделать из-за финансов.

Раз уж я задержался здесь — в этой семье, имеет смысл помочь Владыкиным с этим вопросом. Когда мой теневой бизнес раскрутится, процент с прибыли можно буудет передавать Владыкиным. Буду считать это платой за аренду тела их сына.

— Роман, Константин, — обратился к нам отец. — Доверяю вам следить за финансами в моё отсутствие. И самое главное — берегите семью. Ночь Красной Луны так до сих пор и не наступила в этом месяце. Будьте готовы.

— Не переживай, отец, — ответил я. — Если уж мы с армией мертвецов разделаться смогли, больше нам бояться нечего. А ты береги себя и своих бойцов. Будем ждать твоего возвращения.

Отец тяжело вздохнул, не нашёл сил, чтобы ответить мне, а поэтому резко развернулся и пошагал к выходу из особняка. Мать громко всхлипнула, но сдержала слёзы.

— Отец прав, Кость, — сказал Роман. — В этом месяце осталось меньше десяти дней. Красная Луна может подняться в любую из ближайших ночей. Я займусь подготовкой. Проверю, не повредили ли мертвецы защитную систему дома. С финансами сам справишься?

— Справлюсь, можешь быть уверен, — кивнул я. — Я хоть и недолго учился в училище, но уроки экономики не пропускал.

Вся семья разошлась по своим делам. В дверь позвонил почтальон. Я решил не дожидаться прихода дворецкого, а потому сам забрал почту. Никаких важных писем там не оказалось, только еженедельная газета.

Стоп… Газета. Современные средства массовой информации…

Вот, чем мне нужно заняться. Собирать запечатанных через собрания в бюро — это слишком долгий и муторный процесс. Такими темпами я никогда не превзойду организацию, которую уже успел сколотить Никон.

Я поднялся к свою комнату и принялся готовить свой самый главный механизм набора союзников.

— Так… Адрес газеты… — бормотал я себе под нос, пытаясь разобраться в примочках современных технологий. — Всё-таки, не такая уж и плохая штука — этот компьютер.

Как заманить к себе запечатанных? Да очень просто. Нужно предложить им то, чем их обделяют. Но при этом не показаться своих истинных намерений сообществу светлых магов.

Объявление было готово. Я разослал его на почты издательств, которые выпускают печатные газеты. Изначально хотел подсунуть объявления и в электронные газеты и сайты с новостями, но быстро осознал, что они мне не помогут. Моя задача — распространить бумажную газету в тех районах, где люди не живут, а существуют. Тем, у кого нет возможности приобрести телефон и выйти в интернет.

Показать её людям без работы.

«Достойная работа для запечатанных!».

А следом за этой кричащей фразой — анкета с перечнем вопросов. Эту анкету запечатанные должны были заполнить и отправить на указанный ниже адрес.

Я долго думал, какие вопросы вставить в анкету, чтобы получше разузнать о состоянии их печати, но при этом не создать лишних подозрений. Вопросов в анкете было много, но большая их часть существовала исключительно для отвлечения внимание. Меня волновали только «особые вопросы».

И эти особые вопросы анкеты должны были извлечь информацию о том, сколько лет человек носит печать, какова была его магия и бывают ли у него навязчивое желание вернуть своё колдовство. К последнему предложению была приписка с уточнением, что работникам будет предоставлена психологическая поддержка.

План рискованный, но эту газету мало кто читает среди дворян и уж тем более агентов бюро. А если кто-то и заинтересуется человеком, который дал объявление, я смогу объяснить всё, что здесь описано. Сопереживаю запечатанным, поскольку сам таковым являюсь. Решил набрать их к себе в качестве слуг. А психологическая поддержка, которую я предлагаю — это буклетики на собрания в бюро.

Никто не сможет прикопаться. Особенно, если учесть, что все эти сборы будут кратковременными. Разок ударим по населению этим предложением и сразу же затихнем.

Газета вышла через сутки после того, как я подготовил объявление. В ожидании результатов я договорился о встрече с нашим новым проклинателем — Иваном Черепановым и избавил его от печати.

А через три дня на почту обрушились десятки писем с анкетами.

В первую очередь меня интересовали те, у кого печать висит с недавних пор, чтобы иметь возможность снять её, не собирая всех на кладбище или у самых тёмных вод Невы.

Тип тёмной магии интересовал меня меньше. Сейчас я был готов набрать любых бойцов, но всё же меня интересовала статистика. Нужно знать, каких магов мне нужно будет ещё добирать, а каких образуется избыток.

И главный вопрос — об их желании вернуть тёмную магию. Всех, кто осмелится указать это в анкете, я призову гарантированно, даже если их печати уже два десятка лет.

Однако мне повезло, я смог выбрать тридцать человек с относительной свежей печатью. И все они хотя бы раз думали о её снятии. Я назначил всем, кто был избран, собеседование в лавке Сергия.

И день, которого я так долго ждал, наконец настал.

— Что тут творится⁈ — воскликнул Сергий, увидев длинную очередь, которая выстроилась перед его магазином. — У меня на всех товаров даже не хватит!

— Успокойся, — велел я. — Это не покупатели.

— А кто же тогда? — нахмурился он.

— Будущие деловые партнёры.

— Мало мне этих двух типов! — Сергий указал взглядом на Артемия Костровского и Ивана Черепанова. Вокруг этой парочки так и клубились духи. Причём не все они были добрыми.

— Могу тебя понять, Сергий, — кивнул я. — Бывшему жрецу непросто привыкнуть к тёмному ремеслу. Но поспешу заметить, тебя ведь не просто так изгнали из бюро, верно?

Сергий нахмурился, но ничего не ответил.

— Когда-нибудь обязательно расскажешь, — сказал ему я. — Мне бы хотелось узнать эту историю.

Я вошёл в лавку и приступил к собеседованию. Моей задачей было отсеять тех людей, кто покажутся мне ненадёжными. Каждого, кто меня устраивал, я просил подождать, пока собеседование не пройдут все остальные.

Мне приходилось давить на их страхи, петлять между фактами, и расспрашивать об их отношении к тёмной магии. Некоторые пытались врать, но слух некроманта не обманешь. Я чувствовал, как их сердце билось вопреки печати и жаждало вновь обрести утраченную силу.

В итоге я исключил всего пятерых. Через несколько часов в лавке Сергия собралось двадцать пять человек, готовых работать на меня.

— Что ж, дамы и господа, — улыбнулся я собравшимся. — Вы прошли несколько уровней отбора и убедили меня в том, что мы с вами разделяем одни и те же ценности. Хотите стать богатыми?

— Да! — крикнула толпа.

— Хотите стать свободными? — продолжил вопрошать я.

— Да! — ещё громче воскликнули запечатанные.

Я достал из сумки книгу мёртвых «Экс Мортис» и положил на чёрный кожаный переплёт свою ладонь.

— Значит, настало время скинуть кандалы, — заключил я.

И ударил заранее заготовленным мощным распечатывающим заклятьем по обложке, захватив всю лавку и всех запечатанных, что собрались в ней.

В книге было достаточно магии для такого поворота.

— Во имя Солнца… — прошептал Сергий и вжался в угол.

Видимо, даже жрец учуял, сколько тёмной магии разом освободилось в его лавке.

Народ молчал. Каждый присутствующий испытывал ни с чем не сравнимое чувство свободы и возможности соприкоснуться со своим настоящим «я», которое было заперто силой.

— Как самочувствие, друзья? — спросил я.

Хоть и знал заранее, каким будет ответ. Толпа взорвалась от ликования. Все они потянулись ко мне, но я сверкнул некротическим светом из глаз, и маги остановились.

— Тише-тише, — произнёс я. — Не шумим. Если кто-то заметит, что в этом тёмном переулке собралось столько людей, обязательно возникнут вопросы.

— Простите, Константин Матвеевич, — поднял руку один из тёмных магов. — У меня к вам вопрос.

— Слушаю, — кивнул я.

— Думаю, все мы уже поняли, что наша будущая работа будет связана с тёмной магией. И все с этим согласны. Так ведь, друзья?

Толпа ответила одобрительными кивками.

— Но где нам работать, чтобы оставаться незамеченными? — спросил он.

— Верно подмечено, — улыбнулся я. — Этот вопрос уже решён. Трёхэтажное здание, что находится прямо за этой лавкой, уже мной арендовано.

Пришлось потратить все деньги, которые мне удалось заработать с помощью Сергия, Артемия и ведьм. Но оно того стоило. Теперь, имея такое количество тёмных магов, наш спектр услуг может значительно расшириться. А значит, и доход увеличится в несколько десятков раз.

— Здание очень неприметное, — объяснил я. — Вход с улицы в него всего один. Он будет использоваться только нашими клиентами. Всех своих сотрудников я убедительно прошу проходить через закоулок мимо лавки Сергия. Здесь посторонних людей почти не бывает.

— Потому что ни один приличный человек сюда не сунется, — фыркнул Сергий.

— Ты что-то хочешь нам сказать, Сергий? — строго произнёс я.

— Я молчу! Молчу, — замотал головой монах, видимо, вспомнив, как я наказал его в прошлый раз.

Пока Артемий с Иваном показывали нашим новым сотрудникам их рабочие места и объясняли суть предстоящего труда, я начал подготавливать самое главное. То, без чего наш бизнес не будет иметь абсолютно никакого смысла.

Реклама.

И это очень сложный момент, если учесть, что тёмная магия и любые услуги, которые связаны с этим ремеслом, строго запрещены.

Однако и для этой задачи у меня уже было решение. Народ, который заинтересован тёмной магией, обязательно найдётся, а значит, и намёк в объявлении они понять смогут.

«Консультации от запечатанных магов».

Всё. Точка. Какого рода консультации? А приходите — и узнаете. Только никто из тех, кто опасается обращаться к тёмным магам, не пойдёт и к запечатанным. Если к нам зайдёт кто-то из представителей правопорядка или агенты бюро, все сотрудники просто подадут нашу работу, как социальную помощь запечатанным.

А вот с самими клиентами дела будут обстоять иначе!

Если человек будет интересоваться запрещёнными товарами, тёмными услугами или любым другим ассортиментом, который мы можем предложить, мы будем брать с них обет молчания. Никто из властей не узнает о нашей работе, а мы гарантируем, что выполним желание клиента любой ценой и по фиксированной цене.

Я вышел из арендованного под нашу организацию здания уже поздно вечером. Все остальные тёмные маги уже давно разошлись, но я решил задержаться, чтобы разобраться во всех тонкостях предстоящей работы.

Холодный осенний ветер просвистел в тёмном проулке, что вёл к чёрному входу в здание.

И я почувствовал, что меня кто-то преследует. Некроманты Никона?

Нет. Собратьев по тёмной магии я не ощущаю. Тогда кто?

— Вот мы тебя выследили, наконец, Владыкин! — крикнул мне вслед молодой парень в военном камзоле.

Военный? Нет. Такой же камзол, как и у Антона Шведова. Курсант.

С другой стороны проулка появился второй курсант и перегородил мне выход на улицу.

— Пора возвращать долги, Владыкин, — рыкнул один из них. — Выворачивай карманы.

— Выворачивай, а то расскажем бюро, что ты промышляешь по тёмным закоулкам, — курсант поморщился. — Проклятый запечатанный.

Они знают, где находится моё здание, а мой предшественник задолжал этим ублюдкам деньги. Отпускать их — не вариант. И уж тем более убегать от них я не собираюсь.

Но стоит ли их убивать, ради сохранения тайны?

Глава 21

— Владыкин, неужели оглох? — усмехнулся один из курсантов. — Ты чем тут занимаешься, запечатанный?

— Да тише ты, Сергей, — попросил его товарищ. — Он, кажется, сейчас богу душу отдаст от страха.

Пока эти гиены перебрасывались остроумными, по их мнению, замечаниями, я искал способ избежать кровопролития. Какие были взаимоотношения между этой парочкой и бывшим Константином Владыкиным, я не знаю. Долгов парень набрал немерено. Но я уже другой человек и возвращать долги своего предшественника бывшим однокурсниками не намерен. Как и унижаться перед ними. Но убивать их — не выход.

Лучше воспользоваться ещё одним великолепным преимуществом тёмной магии.

В моих руках вспыхнул бледно-зелёный свет. Им на долю секунды осветило тёмный проулок и испуганные лица курсантов.

— Эй, он колдует! — воскликнул один из них. — Владыкин, мерзкий ты тёмный маг!

Послышались шаги и скрежет металла о ножны. Они испугались, что я околдую их тёмной магией, и решили напасть на меня с двух сторон. И правильно сделали. Околдовывать несопротивляющуюся жертву совсем неинтересно.

Я резко приник к земле, уклонившись от размашистых ударов сразу двух сабель, а затем направил подготовленное заклятье в обоих противников сразу.

— Сглаз. Забвение, — прошептал я.

Курсанты замерли, сабли выпали из их рук и со звоном ударились о холодный асфальт. Я удержал заклятье, не дав ему рассеяться, и внедрился в их умы, чтобы приступить к тонкой настройке сглаза.

Если переборщить, можно лишить врагов не только памяти обо всей своей жизни, но и разучить их двигаться или говорить. Мне такой эффект не нужен. Правда, и один лишь сегодняшний вечер я стирать тоже не собирался — этого мало. Думаю, две недели — самое то.

Ровно столько, судя по сообщениям в телефоне, они за мной следили. Пусть забудут о своей идее.

Как только я отключил заклятье, курсанты безвольно рухнули на землю. Дело сделано, теперь можно с чистой совестью возвращаться домой. Больше эти они меня не побеспокоят. Хотя… Нужно сделать ещё кое-что.

Раз на них сработал сглаз, значит, маги из них никудышные. Стоит добавить ещё одно заклятье на случай, если ублюдки вспомнят о долгах Владыкина.

Я ещё раз внедрился в их разум, запустил иллюзорную дымку в мысли курсантов, создав ложные воспоминания. Теперь они были убеждены, что я свой долг вернул.

Муторно, и энергии много потрачено, но зато обошлось без убийств. Эти парни ещё только начинают свою жизнь. Не хочется мне губить их почём зря.

Я достал из их карманов мобильники, удалил свой номер и все смс-сообщения, связанные с долгом.

Вот теперь точно всё. Можно возвращаться домой! Неделька и так выдалась непростая. Нужно хоть одну ночку позволить себе отдохнуть. Жаль только, что зеркало из-за этого проклятого Никона разбилось. Было бы куда лучше, если бы его дух случайно забрёл ко мне ночью и оказался мной сожран.

При таком избытке энергии я, может быть, сразу бы во сне личем и стал!

Вернувшись домой, заметил, что мать и главный дворецкий Прохор выглядят напряжёнными. Ну конечно… Стоило отцу покинуть дом, и в нём сразу начали плестись интриги. Только на этот раз я не позволю им зайти слишком далеко.

Доступ к счетам Владыкиных теперь только у меня. Никто больше не сможет проводить махинаций с нашими деньгами.

Я подозвал к себе Софию, после чего поднялся с девушкой в свою комнату.

— Докладывай, — велел я. — Что тут уже успело без меня случиться? Вижу, матери опять на месте не сидится. Она готовит очередную сделку с императором?

— Мне удалось подслушать их разговор, владыка, — кивнула София. — На этот раз было очень сложно. Они, похоже, догадались, что их беседы кто-то подслушивает, а потому на этот раз воспользовались свитком сокрытия голоса.

— Но ты ведь смогла его обойти? — нахмурился я.

— Конечно, владыка, как ты меня и учил! — кивнула она.

— Умница, Софа, — улыбнулся я и кивком попросил продолжать отчёт.

— Елена Владыкина встревожена из-за того, что доступ к счетам Владыкиных теперь только у тебя. Кроме того, она не может пойти против воли мужа и возобновить передачу денег в бюро по контролю тёмной магии.

— Это и так было очевидно, — подметил я. — Финансирование бюро я закрыл. Не хватало ещё заработанные тёмной магией деньги вливать в организацию, которая тёмных магов отлавливает!

— Это не всё, владыка, — замотала головой София. — Главная проблема в том, что переводы денег закончились, но Елена не хочет разрывать сделку с императором.

— А разве срок договорённости ещё не истёк? — спросил я. — За это время наша семья выплатила просто немыслимые суммы. Никто ещё так не вкладывался в развитие бюро, как Владыкины.

— Два года, — ответил София. — Но ей удалось проплатить лишь полтора. Елена Владыкина собирается просить аудиенции у императора. Исходя из того, что она говорила Прохору, её беспокоит судьба Романа.

— Значит, никаких тёмных помыслов? — нахмурился я.

— По крайней мере, мне не показалось, что таковые имеются, — кивнул София. — Она хочет просить милости государя, чтобы Романа не изгнали из бюро.

— А изгнание из бюро — это даже пострашнее, чем наложение печати на тёмного мага, — хмыкнул я. — Разрыв обетов, позор, чёрная метка на всей жизни светлого мага. Если вступил — то на всю жизнь. Светлые до одури любят постоянство. По их мнению, никто не может передумать.

Уж слишком короткая для этого их жизнь. Поживи они лет триста-четыреста, осознали бы, что в жизни нужно попробовать всё. Иначе наскучит.

Да, не хотелось бы мне, чтобы Роман изгнали из бюро. Он действительно горит этой миссией. Хоть я и не разделяю его взглядов, но лишать мужчину цели у меня нет желания.

Если вспомнить бывшего монаха Сергия, который теперь выступает в качестве моего бизнес-партнёра… Если честно, зрелище-то жалкое. Благодаря внесённым мной изменениям в развитие тёмной торговли, он очень скоро пойдёт в гору, но если бы не появился я… Он бы так и умер в этом проулке. Был бы зарезан первым же зашедшим в его лавку пьяницей.

Нельзя, чтобы и Роман докатился до такой жизни.

— София, даю тебе очередную крайне ответственную задачу, — произнёс я. — Постарайся выяснить, когда мать собирается на аудиенцию к императору. Этот день пропустить нельзя. Как только выяснишь — сразу же звони мне.

Я запрошу у своего медиума Артемий Костровского призрака-шпиона, чтобы проследить за матерью вплоть до тронного зала. Наверняка там будет стоять мощная антимагическая защита, но если сильного призрака подкрепить моей магией, то он сможет пробиться сквозь незримую оборону.

Хотя, если учесть, какие печати ставят современные светлые маги, я сильно сомневаюсь, что и тронный зал будет хорошо защищён. Расслабились они без хорошей тёмной магии, ох расслабились. Появись сейчас какая-нибудь новая третья ветвь магии — и она захватит весь мир.

А, между прочим, призрак-шпион в тронном зале — это очень важный ход не только для слежки за моей матерью. Так я смогу впервые выйти на императора. Выяснить, что он из себя представляет и чем может быть опасен для моей теневой империи.

— Я поняла, владыка, — кивнула София, вытаскивая меня из глубоких размышлений. — Я сделаю всё, как ты велишь.

— Хорошо спала сегодня? — я ошарашил её неожиданным вопросом.

— Что? А… Неплохо, — кивнула девушка.

— Вздремни пару часиков и после полуночи — поднимайся, — велел я. — Пойдёшь со мной во двор. Приступим к новому уроку.

София обрадовалась и радостно захлопала в ладоши.

— Тихо, а то перевозбудишься и заснуть не сможешь. А некромантия без отдыха очень тяжко творится, — объяснил я. — Особенно в первый раз.

Когда ночь опустилась на Санкт-Петербург, а густые тучи обволокли серебристый лик луны, мы с Софией выбрались на задний двор. Я несколько раз убедился, что охраны вокруг нет. Двое дежурят у главных ворот и двое — в другом конце двора. Расстояние до них огромное, никто не заметит, что творит княжич и его служанка посреди ночи.

— В течение этой недели ты себя очень хорошо показала, София, — сказал я. — Раньше ты могла колдовать только с помощью книги мёртвых, но теперь я пробудил в тебе скрытый потенциал, и как далеко он сможет развиться — лишь вопрос твоего упорства.

— Я — очень упорная, владыка, — кивнула София.

Ну да, если учесть, что девушка два года подряд пыталась призвать Дьявола на кладбище и остановилась только после того, как там появился я, упорства ей не занимать.

— Тогда сегодня у тебя особая задача. Подними свой первый труп, — улыбнулся я.

Во время нападения орды мертвецов я заставил бойцов третьего проклятого полка закопаться под землю. Мне не хотелось тревожить чувства Софии, поэтому я убедился, что её покойного мужа среди них нет. Скорее всего, Андрей Потёмкин пал во второй раз, когда защищал наш особняк вместе с остальными солдатами.

Хоть потенциал у Софии был высок, но времени на эту тренировку мы потратили немало. Несмотря на упорство, она несколько раз чуть не сдалась, но я заставлял её читать заклятье снова и снова. И первого результата София добилась к утру. Из-под земли высунулась голова одного из погибших солдат, но на этом — всё.

— Неплохо для начала, — уверил её я. — Заставить их проснуться и выбраться из земли — самое сложное. Тебе просто не хватило маны, чтобы довести дело до конца. Можешь идти отдыхать. Продолжим в следующий раз.

Я заметил, что с другого конца сада в нашу сторону идут охранники. Видимо, готовятся сдать смену. Взмахом руки я окутал проснувшегося зомби и заставил закопаться обратно, пока следы наших ночных тренировок не обнаружили сотрудники службы безопасности Владыкиных.

Вся семья собиралась на завтрак, а я намеревался спать. Распорядок дня был нарушен, но я сделал это целенаправленно. Следующей ночью у меня намечался ещё один урок. А потому я заглянул к Валерке, прежде чем уйти отдыхать, и произнёс:

— Передай Ворону, что сегодня в полночь я буду тренировать его убийц.

— О… — с трудом сдержал эмоции Валера. — А мне можно там присутствовать?

— Нужно, — улыбнулся я. — А то пока что твоя фантазия дальше ядов так особо никуда и не зашла. Случай с феном не считается.

Следующая встреча с гильдией убийц прошла более гладко. На этот раз Ворон даже не пытался окружить себя бойцами. Видимо, решил показать своё доверие и полное подчинение. Мой прошлой демонстрации силы хватило сполна, чтобы доказать — убить убийц для меня не проблема.

Гильдия ютилась в заброшенных катакомбах под бедняцким районом города. В одной из оборудованных ими комнат для тренировок, мы и приступили к делу.

— Значит так, господа, — начал я. — Для начала поднимите руки, если среди вас есть те, кто владеет тёмной магией. Или те, кто уже запечатан?

Из нескольких десятков бойцов руки подняли всего два человека.

— Оба запечатанные, — объяснил Ворон.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда после основной тренировки вы двое задержитесь, и я проведу для вас дополнительное занятие. Попусту растрачиваете свой потенциал. Его нужно освободить.

— А теперь приступим к основам! — воскликнул я и извлёк из ножен два своих кинжала. — Первые пять добровольцев, нападайте на меня. Я укажу на ваши ошибки. Без практики не будет никаких знаний. Будет проще, если вы станете учиться прямо на ходу.

— Константин, но… — протянул Ворон.

— Не бойся, я твоих бойцов не раню. — усмехнулся я. — Только укажу на их ошибки.

А ошибок у современных убийц оказалось даже слишком много. Половина из них не обладала теневым шагом. Даже простых заклятий иллюзий, которые может изучить любой дотошный маг, они не знали.

Будь я проклят! В мои годы любой мальчишка-попрошайка с улицы мог обдурить даже знающего мага и отжать таким нехитрым способом пару-тройку монеток. Куда делись все нажитые знания? Всё кануло в небытие.

Я потратил почти всю ночь, обучая убийц теневому шагу, и элементарным заклятьям сокрытия своего дыхания и присутствия в целом. Такое могли себе позволить не только тёмные маги, но и светлые.

— Те, кто хорошо умеют скрывать своё присутствие, также отлично чувствуют, если кто-то скрывается рядом, — произнёс бойцам я. — Валера, ты не дашь соврать. Сколько бы ты ни пытался меня убить, я всегда знаю, где ты находишься, откуда нападёшь.

Валера выглядел невероятно воодушевлённым. Он дождался, когда урок для его коллег закончится, и даже задержался, чтобы посмотреть, как я снимаю печати с двух тёмных магов. Видимо, мальчик хотел о чём-то со мной поговорить.

— Вы двое были грузом для своих коллег, — сказал я тёмным магам. — Отстающими. Пока остальные могли использовать светлую магию или не страдать от бремени магии вовсе, вы тянули остальных убийц вниз из-за давления печати. Но теперь всё изменится. Вы станете элитными убийцами. Теми, чьи услуги будут стоить дороже всего, — я взглянул на Ворона и добавил. — Можешь быть уверен, очень скоро твоя организация озолотится.

Когда убийцы разошлись по своим заказам, на улице уже расцвело. Валерка подошёл ко мне и решительно заявил:

— Я ошибался насчёт тебя.

— Ты это о чём? — не понял я.

— Я не думал, что такой, как ты, может оказаться действительно способным убийцей. Я думал, ты только запугивать можешь с помощью своих теней!

— Ты много обо мне не знаешь, Валер, — усмехнулся я. — Но у нас ещё будет возможность показать друг другу наши навыки.

— Я хочу делать так же, как и ты, — сказал я. — Хочу стать элитным бойцом, как и теневые маги. Если тьма даёт вам столько сил… Мне бы тоже хотелось принять её.

— Валера, к сожалению, это невозможно, — вздохнул я. — И тебе это не нужно.

— Почему? — воскликнул он. — Теперь я ясно вижу, что тёмная магия сильнее.

— Это не так. Она просто… другая, — пожал плечами я. — И каждый маг должен довольствоваться той магией, с которой рождён, Валера. В этом и ошибка бюро, в котором служит наш с тобой старший брат. Они полагают, что могут запретить людям быть теми, кем они являются с рождения. Запретить птице летать, понимаешь?

— Понимаю, — вздохнул Валера.

— Не переживай, твою магию можно развить не хуже, — улыбнулся я. — Знал я одного мага яда…

Я вспомнил, как один мой знакомый создал новый вид ядовитых пауков, но позже потерял над ними контроль, и те расползлись по всему миру.

— А, впрочем, это не самый лучший пример, — осёкся я. — Если будешь тренироваться, Валера, то твоей главной проблемой станет не твоя слабость. А твоя опасность для окружающих. Так что в каком-то смысле ты даже похож на тёмного мага.

Этот ответ моего брата удовлетворил. Всё же он был ещё слишком мал и неопытен, чтобы понять, как устроен этот мир. Но под моим надзором ошибок он не допустит.

Я покинул логово убийц и направился в особняк Владыкиных. Но на полпути мне пришлось попросить таксиста остановиться.

— Стойте! — воскликнул я. — Пару минут… Кажется, нам нужно сменить маршрут.

— Как вам будет угодно, — кивнул водитель.

На мой телефон пришёл новый отчёт Сергия. На этот раз монах сделал всё как надо. Учёл приток от всех наших новых работников. Сразу видно, что помогал ему составлять эту таблицу Артемий Костровский, который несколько лет обучался на экономическом факультете Академии.

Прирост дохода одной лишь лавки Сергия был просто феноменальным. Наше главное здание ещё только начинало раскручиваться, но монах уже стал богаче в сотню раз, чем был прежде.

Я набрал номер Сергия.

— Да, Константин? — ответил старик.

— Видел твой отчёт, Сергий, — произнёс я. — Я выполнил свою часть сделки. Обещанный мной доход тобой уже получен. Мы даже перевыполнили план. Что насчёт твоего обещания?

Сергий выдержал паузу. Уж не знаю, кто был его поставщиком, но монах всячески старался не торопить события, а потому до последнего не давал мне информацию о своём партнёре.

Но у этого человека могут быть другие части моего прошлого тела. Поэтому я обязан с ним встретиться.

— Хорошо, — вздохнул Сергий. — Я сдержу своё слово. Приезжайте ко мне, Константин. Мы отправимся к поставщикам прямо сейчас.

Глава 22

Сергий не солгал. Когда я прибыл в его лавку, бывший монах показал мне сообщение от поставщиков. Я на всякий случай попросил взглянуть на переписку с людьми, которые поставляют ему товары, чтобы убедиться, что Сергий и некая неизвестная группа людей не решила подготовить для меня ловушку.

Но всё оказалось чисто. В диалоге постоянно мелькали списки товаров, отчёты о поставках — обычный деловой разговор, который заканчивался небольшим диалогом на тему возможности организовать личную встречу между мной и поставщиком.

— Он будет ждать вас на складах в портовом районе города, — объяснил Сергий. — Только учтите, Константин, мой поставщик сегодня прибывает в город и сегодня же отплывает обратно.

— Хм, так он не из Российской Империи, — догадался я. — Дайте-ка отгадаю, уже не с Прибалтийским Союзом ли ты торгуешь, Сергий?

— Тише! — шикнул торговец. — Да вы, что такое говорите, Константин. Да если ж кто услышит!

— Так с ними или нет? — надавил я.

Это было важной информацией, если учесть, что прямо сейчас мой отец, рискуя жизнью, ведёт войну с Прибалтикой. В таком случае мне не хотелось бы снабжать их деньгами.

— Нет, Константин, — помотал головой Сергий. — Клянусь, не с ними. Товары действительно возят из-за рубежа, но из страны, которая не состоит во вражеском союзе. Скажем так, она придерживается нейтралитета.

Торговому государству выгодно поддерживать нейтралитет. Чтобы иметь возможность поставлять товары одновременно несколько враждующим сторонам. Такие страны живут за счёт войн. Для них это настоящая золотая жила. Правда, я сильно сомневаюсь, что поставщиком Сергия является некий официальный представитель того или иного государства.

Скорее всего, меня ждёт встреча с очередным теневым агентом. Таким же, как я сам.

— Что ж, тогда собирайся, Сергий, — велел я. — Закрывай лавку.

— Что? — встрепенулся бывший монах. — Почему? Куда?

— Поедешь на эту встречу со мной, — объяснил я.

— Константин, но вы же понимаете, что это невозможно, — помотал головой он. — Поставщик чётко выразился, что вы должны явиться туда лично без сопровождения. Я думал, что вы уже убеждены, что никто вам не собирается угрожать…

— Да я никого и не боюсь, Сергий. Дело не в этом, — ответил я. — Ты мне понадобишься в этой сделке. Ну да ладно, чтобы не спугнуть поставщика, действительно откорректируем план. Поедешь со мной, но в порт соваться не будешь. Будешь ждать в машине неподалёку от въезда в доки. Если понадобишься — я тебе позвоню.

Сергий пожал плечами, но всё же согласился. Пока торговец не подозревал, зачем он мне может пригодиться на этой встрече. Но я уже давно прикинул, как можно использовать Сергия. Да так, чтобы он приносил ещё столько пользы и прибыли, сколько он и сам не подозревает.

Сергий вызвал такси — знакомого водителя, который уже не раз сопровождал его на подобные встречи. Этот таксист получал процент от самого Сергия, чтобы хранить молчание и не передавать кому бы то ни было информацию о теневом бизнесе.

И этот человек меня заинтересовал.

— Как тебя зовут? — приподняв одну бровь, спросил я водителя.

— Захар, — представился бледнокожий мужчина с пышными усами.

Он взглянул на меня серыми глазами, догадался, что я отношусь к дворянскому сословию, и почтительно приподнял козырёк, слегка обнажив свою лысину.

Но сделано это было без особого преклонения. Скорее из необходимости. Однако я от него ничего другого и не ждал. Мы находились не в светском обществе, а занимались организацией теневого бизнеса. Излишние реверансы тут ни к чему.

— Кто тебе платит деньги за молчание, Захар? — прямо спросил я.

Сергий на заднем сидении многозначительно прокашлялся.

— Монах, — коротко ответил водитель, не отрывая взгляда от дороги.

— Сколько? — продолжил копать я.

— Сергий — главный. Интересуйтесь у него, — уклонился от ответа Захар. — С чего это я вам должен отвечать на такие вопросы, ваше сиятельство?

Последнюю фразу Захар произнёс с иронией, и мне это не понравилось.

— Потому что над Сергием стою я, — я всё так же спокойно продолжил объяснять Захару, у кого в руках власть.

— И что? — пожал плечами водитель. — Как там у вас говорится? Вассал моего вассала — не мой вассал.

— Сергий, где ты достал такого дерзкого мужика? — рассмеялся я.

Монах, который уже успел вжаться в заднее сиденье, с трудом выдавил из себя:

— Его тоже из бюро уволили. На то он и дерзкий, Константин. Другой бы не стал так рисковать из-за нашей чёрной работёнки.

— Послушай, Захар, — продолжил я. — В этой организации главный — я. И всё это время мне даже никто не сообщил, что у Сергия есть личный водитель. Предлагаю тебе повышение. Ты будешь работать не только на Сергия, но и на других сотрудников моей организации, по моему усмотрению. А взамен я буду платить тебе в три раза больше, чем Сергий.

— Тридцать рублей⁈ — воскликнул Захар, и от удивления чуть не влетел в фонарный столб. — Я согласен!

— Тридцать рублей? — у меня аж челюсть отвисла. — Сергий, ты платишь ему десять рублей в месяц?

— Ну… Да, — кивнул монах. — Он ведь только подрабатывает. А так он в основном таксует…

— Ты спятил, что ли, дурак старый⁈ — воскликнул я. — Человеку, который хранит твои секреты, рискует попасть под суд, если его заметят… Десять рублей?

— У меня больше не было! — фыркнул Сергий и сложил руки на груди.

Всё-то у него было. Сам получал по сто-двести рублей в месяц, а водителю платил меньше десяти процентов от дохода. Ему только за молчание нужно рублей пятьдесят накидывать за каждое дело.

— Захар, отныне я буду платить тебе сто рублей в месяц. В зависимости от рискованности выполняемых задач и важности перевозимых людей и товаров будут доплаты, — объяснил я.

— Договорились, Ваше сиятельство! — переметнулся Захар.

Как же быстро деньги меняют людей.

— Не надо почестей, — помотал головой я. — Просто — Константин.

Я взял номер Захара и предупредил, что буду вызывать его часто. Мне давно не хватало верного водителя, который не станет болтать налево и направо о том, в каких закоулках я был, и с какими сомнительными личностями болтал.

Вскоре мы прибыли в порт. Я попросил Захара и Сергия подождать снаружи, а сам направился к только что пришвартовавшемуся кораблю. Издалека я увидел сновавших по торговому судну матросов и сразу понял, откуда прибыл наш поставщик.

Двухметровые широкоплечие блондины. Этих ребят я ни с кем не перепутаю. Я встречался с ними ещё в своей эпохе.

Викинги.

Хотя в современное время, кажется, их именуют норвежцами. Волосы не такие длинные, косичек нет. Никто не кричит и топоры не кидает. Но в моё время они были очень могущественными воинами. А уж некроманты у них были! Ого-го!

Хоть я и был одним из могущественных некромантов на своём континенте, но тёмных магов из Скандинавии очень глубоко уважал. Особенно меня удивляло, что их некроманты чаще били по морде, чем призывали мертвецов. Но действовали очень даже эффективно.

С судна выдвинули трап, и по нему спустился мужчина в строгом чёрном костюме. Внешне он сильно отличался от остального экипажа корабля. И дело даже вовсе не в его дорогой одежде. Блондин, но уж больно низкий и щуплый. Его моряки — скандинавы, а он сам явно прибыл с других земель.

— Эй ты, — небрежно махнул мне рукой иностранец. — Подойди сюда.

Я усмехнулся и прищурил глаза, внимательно осматривая его с ног до головы. По-русски толком не говорит. Причём явно нацелен говорить со мной, как с каким-то портовым бандитом. И дело тут вовсе не в моём титуле. Он не видит во мне бизнес-партнёра.

— Ты уверен, что не обознался? — не сдвинувшись с места, крикнул ему я.

— А? — он небрежно почесал затылок и поправил криво висящий галстук. — Тебя ж Сергий прислал? Или что? Хочешь сказать, что я обознался?

Как же ломанно он говорит на нашем языке… Что это за акцент? Где-то я уже слышал этот язык. Французский? Нет! Точно, это английский… Только всё равно акцент отличается.

В моей голове вспыхнули воспоминания прошлого Константина Владыкина, и до меня дошло, что за чудо природы стоит передо мной. О-о-о! Представитель, так называемого, нового света! Чудо природы.

Американец.

— Парень, а ты, вижу, ещё не понял, с кем разговариваешь, да? — я, не спеша, побрёл навстречу ему.

Я вовсе не хотел унижать его или обвинять в невежестве. Судя по всему, поставщик совершенно не понимал, кто в нашей стране имеет власть, у кого какая магия, и как нужно общаться со своим бизнес-партнёром.

— Погоди-погоди, — он резко напрягся и сделал пару шагов назад. Его рука устремилась к карману.

Что там? Магический артефакт?

В кармане клацнул металл. Звук снятого предохранителя. Ох, как же это всё-таки жалко… Обыкновенный пистолет. У американцев совсем нет магии?

— Крайне не рекомендую тебе доставать свой бесполезный кусок железа, — сказал я и подошёл к нему в упор. — Да. Я от Сергия. Вернее — это он от меня. Сергий — мой сотрудник.

— Хм, — нахмурился американец и вновь потянулся к карману. — Спокойно! — предупредил меня он. — Всего лишь сигареты.

Блондин закурил, нервно бросил на меня взгляд, громко закашлялся и лишь затем заговорил:

— А ты, я вижу, не так уж и прост, — усмехнулся он. — Не такой простак, как это Сергий. Теперь понятно, откуда такое увеличение продаж в вашем регионе. Меня зовут Джошуа Хэйтем, — он протянул мне руку.

Я ответил на его рукопожатие, взглянул ему в глаза и традиционно блеснул своим некромантским зеленоватым блеском. Джошуа вздрогнул и попытался вырвать руку, но я ему не дал это его сделать. Мои пальцы крепко обхватили его ладонь.

— Не бойся, — улыбнулся я. — А у тебя нет магических способностей?

— Э-э-э… — протянул Джошуа Хэйтем, не зная, как реагировать на мои действия. — А можно я снова начну торговать через Сергия?

— Нет, — рассмеялся я. — Сергий, видимо, тебя очень расслабил. Он — твой первый русский клиент? Только отвечай честно.

— Да, — кивнул он. — Сергий был моим первым деловым партнёром. Мне буквально полгода назад поручили эту работу. До меня был другой человек. Быстро же ты меня раскусил, Консъ-антъ-ин.

Я усмехнулся и ответил:

— Нет, друг. Раз мы теперь с тобой деловые партнёры, постарайся произносить моё имя правильно. Смотри, для меня это никаких проблем не составляет, Джошуа Хэйтем.

Последнюю фразу я произнёс на чистом английском. В прошлом мне приходилось много путешествовать, поэтому языками я овладел достаточно неплохо.

— Ого! — удивился он. — А ты полон сюрпризов… Константин. Верно сказал?

— Да, — кивнул я. — До этого, Джошуа, ты имел дело с русским простолюдином. Сейчас же ты познакомился с дворянином, обладающим магией. И непростой магией, если ты понимаешь, что я имею в виду.

— Вот чёрт… — вскинул брови он. — Ты же не хочешь сказать, что ты из бюро⁈

Я рассмеялся и только сейчас отпустил его руку. Меня очень забавлял этот иностранец. Очень трусливый. Он и до встречи со мной едва ли понимал правила игры, а уж когда я продемонстрировал ему знание английского языка и магию… Как бы он не отказался от своей работы.

— Нет, Джошуа, — помотал головой я. — Я тот, кто и должен заниматься бизнесом с такими торговцами, как ты. Тёмный маг. Некромант.

Мы оба нарушали местные законы, так что я не боялся признания.

Последнее слово я прошептал. И стоило ему вырваться на волю, как волны залива ударились о берег, громко шипя. Джошуа Хэйтем вновь вздрогнул. Мне даже стал жаль бедного американца. Кажется, я не на шутку его запугал. Что ж, но это всё-таки к лучшему. Теперь я смогу склонить его к тем ценам, которые нравятся мне, и что главное — извлечь информацию о своём настоящем теле.

— Как часто ты приплываешь сюда, Джошуа? — спросил я.

— Каждые три недели, — ответил он. — А что?

— Товары откуда поставляешь? — спросил я. — Вижу, матросы у тебя — не американцы.

— Отовсюду, — быстро сообразил он. Видимо, этот вопрос задавали ему достаточно часто. — Норвежцы — мои телохранители! — американец усмехнулся, видимо, решив, что этот факт меня испугает. — Товары моя организация собирает со всего мира!

Может быть, лет восемьсот, до того как я изучил все азы некромантии, я бы и испугался скандинавов. Но сейчас я знал, где находятся их слабые места. Хотя американец — был для меня большим вопросом. Что это за нация такая? Вроде есть в нём черты европейца, но классической гордости и аристократичности не вижу. Вот уж не думал, что за то время, пока меня не было в этом мире, родится целая новая страна.

Но я вижу, что с этим Джошуа Хэйтемом проблем точно не возникнет. Он для меня опасности не представляет. Его достаточно испугала моя магия, чтобы этот парень никогда не решился противостоять мне.

Хоть он и боится меня, но разрывать со мной торговых отношений не станет. За это я не переживаю. Ведь я многократно увеличил и его доходы, и доходы бывшего монаха Сергия.

— Послушай, Джошуа, у меня для тебя есть сразу несколько очень выгодных предложений. Но хочу, чтобы взамен ты помог мне с одним делом, — сказал я. — Очень рассчитываю, что ты не испортишь наши деловые отношения в первый же день нашего знакомства.

— Конечно же, нет, Констъ-анъ-тинъ! — воскликну он, раскинув руки. — Моё начальство очень радо, что в этом регионе вашей империи резко возросли доходы. Какие предложения ты хотел бы мне сделать?

— Во-первых, Сергий скупал твои товары в очень скудных количествах, — сказал я. — Готов купить оптом всё, что ты привёз.

— О… Правда? — удивился он. — Ты ведь не шутишь?

— Не шучу. Только хочу, чтобы твои бравые скандинавы разгрузили все товары и довезло до моей лавки. Место для складирования ящиков у меня есть.

— Без проблем! — воскликнул он. — Это полная ерунда. Мелочь! Но это ведь не всё, что ты хотел мне сказать?

— Да, не всё, — улыбнулся я. — Но сейчас твой черёд.

Я просунул руку за шиворот и достал сушёный палец, который некогда был частью моей руки.

Джошуа Хэйтем побледнел.

— Помнишь его? — спросил я. — Это ведь ты отдал его Сергию?

— У… Угу, — кивнул Джошуа. — Да. Это был мой первый рабочий день. Но… Информация об этом очень дорого стоит! Очень дорого, Константин!

— Отлично, — улыбнулся я. — Но не спеши называть цену. Ты правильно понял. Мне нужна информация о местонахождении других частей тела, которому принадлежал этот палец. Но перед этим я предложу тебе ещё один крайне дорогой товар.

И я готов поставить тебе его бесплатно, если ты сделаешь скидку на информацию о теле некроманта, которому принадлежал палец.

— Какой товар? — не на шутку заинтересовался Джоуша Хэйтем.

— Сергий! — воскликнул я.

— Что? — не понял американец.

— Сергий. Твой бывший партнёр. А точнее — его кровь.

— А к чему мне кровь этого старика? — усмехнулся Джошуа Хэйтем.

— Отречённый монах, — ответил я. — Ну, ты — человек, который ничего общего с магией не имеешь. Но твои наниматели точно должны быть в курсе. Вообще-то, кровь монаха, отречённого от бога Солнца, служит очень сильным катализатором для варки тёмных зелий! Очень мощным!

Я с трудом сдерживал эмоции. Кровь Сергия была действительно очень могущественной, но я не собирался использовать её в собственных целях. Однако я знал, что монах будет не против её продать.

— Хм… — задумался американец. — Хорошо. Убедил. Я продаю тебе оптом весь товар, Сергий отдаёт мне кровь…

— Если согласится, — поправил Джошуа я. — Сергий ждёт около порта. Я специально взял его с собой.

— Я ведь просил приезжать одному!

— Я всего лишь привёз с собой товар, — развёл руками я. И Джошуа Хэйтем не смог сказать мне ни слова против.

— Ладно… — вздохнул американец и просунул руку под пиджак. — Не пугайся. Пистолет у меня только в правом кармане. Здесь у меня информация о частях тела того древнего некроманта. Моё начальство сообщило, что этот конверт можно продать, но… за очень большую сумму. Константин…

— Оптовая закупка. Кровь Сергия, с процентом, который получит сам монах, разумеется, — перечислял я. — И пять тысяч рублей сверху!

Это все деньги, которые я успел получить из своего теневого бизнеса. Но остальные части своего тела мне было найти крайне необходимо.

— Ну что? — я протянул руку американцу. — Согласен, Джошуа Хэйтем?

Глава 23

— Да ты просто безумец, Константин, — усмехнулся он. — Не в обиду тебе. Просто уж больно крупную сделку ты мне предлагаешь. Пожалуй, более крупные заказы у нас только военные берут.

— Значит, военные всё-таки пользуются услугами тёмных магов? — спросил я.

— Не думаю, что мне стоит об этом говорить, — нахмурился Джошуа. — Но, с другой стороны, раз уж мы деловые партнёры… Пойми, Константин, почти все втайне пользуются нашими услугами. Все, кроме армии Российской Империи, разве что. Ваши ребята уж больно принципиальные. Берут мелочи, вроде зелий правы или… Ну ты понял. Оружие они у нас не закупают.

— Ближе к делу, Джошуа. Я готов подписать все бумаги и перевести деньги прямо сейчас. Сергия тоже сразу позовём. Он не откажется сдать вам кровь, в этом можно не сомневаться. Но информацию о местонахождении частей тела древнего некроманта я хочу получить сегодня же.

Джошуа Хэйтем не был против моих условий, а потому вслед за моим заявлением началась муторная бумажная волокита. Весь процесс занял у нас чуть больше часа. Особо дорогие запретные предметы я договорился оплатить только по факту реализации, когда у них найдётся свой покупатель. В противном случае это стало бы уже слишком невыгодной для меня сделкой.

Пока моряки-скандинавы грузили товар в зачарованные отвлекающими заклятьями фуры, мы с Джошуа Хэйтемом перешли к финальной части договора.

— Рад иметь с тобой дело, Константин, — кивнул он, а затем протянул мне пергамент. — Здесь вся информация о том трупе, который ты ищешь. Правда, как ты сейчас поймёшь, с этим делом есть несколько проблем.

Так и думал, что гладко дело не пройдёт!

Развернув пергамент, я обнаружил, что на нём изображена карта Российской Империи. Причём карта старинная — не сильно моложе меня самого.

На карте были отмечены несколько линий. Все они отходили от территории Великого Новгорода и заканчивались жирными точками в других городах империи.

Великий Новгород — место, где я погиб. Там и должно было находиться моё тело, но, судя по всему, его растащили по всей стране.

— И как это понимать? — спросил я Джошуа. — Этой карте ведь лет пятьсот. Я сильно сомневаюсь, что части тела до сих пор находятся там, где отмечены точки поставок.

— Именно, — кивнул американец. — Но торговая компания, которая уже тогда начала распространять по империи части этого тела, существует и по сей день, но в разрозненном состоянии. У потомков тех поставщиков, которые перевозили товары, могли сохраниться документы о том, куда их затем перепродали.

— Это уже моя проблема, — кивнул я и спрятал карту за пазуху. — Благодарю за сотрудничество, Джоуша. Предлагаю встретиться здесь же через три недели. Думаю, к тому моменту мне удастся реализовать большую часть товаров, а потому моей организации понадобится новая поставка.

Мне было любопытно, как судно Джошуа Хэйтема попадает в один из главных портов Российской Империи, но задавать этот вопрос я не стал. Очевидно, в бюро и среди таможенников у его руководства есть свои люди.

Торговая империя. Она уже давно выросла, запустив свои корни во все уголки мира. Но она для меня конкурентом не является. Как раз наоборот, за счёт расширения торговых путей через Хэйтема и его коллег я смогу увеличить могущество своей Теневой Империи.

Я попрощался с американцем и направился к машине. Захар и Сергий всё ещё ждали меня около порта. Правда, теперь старый монах сидел с перебинтованной рукой. Он уже успел подняться на корабль и сдать кровь судовому врачу.

— Как вы развели америкоса на эту сделку? — удивлённо спросил меня Сергий.

— Это ты о чём? — не понял я.

— О моей крови! — воскликнул мужчина. — Да если б я знал, что она так дорого стоит… Слушай, а может, им ещё что-нибудь пригодиться? Волосы, к примеру, или…

— Нет, Сергий. Только кровь. Больше ничего от тебя не нужно, — перебил монаха я.

Ещё не хватало, чтобы он от жадности своей продал американцам почку.

Я вернулся домой и закрылся у себя в комнате. Зажёг газовую лампу и разложило карту на своём рабочем столе. Тусклый свет старых светильников придавал уют этой комнате, поэтому я чаще обращался к ним, и всё реже пользовался современными электрическими приборами.

Очевидно, что разъезжать по всем уголкам Российской Империи в поисках остальных частей тела времени и возможности у меня сейчас нет. Мне нужны люди, у которых есть связи со всеми городами. Не сомневаюсь, что торговцев в этой стране навалом, но никто из них не занимается сбытом запрещённых товаров. Бюро тщательно следит за этим делом.

Эту нишу я занял первым, и на территории Российской Империи конкурентов у меня нет. Однако догадываюсь, кто может помочь мне с поиском моих усохших мощей.

Что ж, придётся вновь выбраться в город. И район для моей «особой прогулки» подойдёт не любой. Нужно место, где будет достаточно богатых людей, но при этом не так далеко от бедных кварталов.

Я нашёл такое место на Московском проспекте. Неподалёку от проулка, где мне пришлось столкнуться с графом-некромантом Свиридовым. Мне осталось только сыграть придуманную мной роль, и тогда тот, кто мне нужен, сам выйдет на меня.

Я небрежно повесил кошель на правом боку. Рядом с ним из кармана торчала кредитная карта. Не знаю, что воруют современные карманники — золото или карты, но на всякий случай я предоставил им выбор.

Сам я достал телефон и набрал номер своей ведьмы — Риты. Пока мирно болтал с рыжеволосой колдуньей, ко мне подобрался худощавый юноша и схватился за кошелёк.

Однако моя рука оказалась быстрее. Я сбросил вызов и вцепился в кисть карманника так, что его рука хрустнула.

— Пока что я всего лишь сместил тебе суставы, — произнёс я. — Но если ты откажешься выполнять мои требования, я лишу тебя рабочей руки.

— Ладно-ладно! — испугался парень. — Что тебе нужно?

— Веди меня к своей гильдии, — потребовал я.

— К какой ещё гильдии? — нервно усмехнулся карманник, спрятав от меня взгляд.

— К гильдии воров, — прошептал я. — Если будешь притворяться, руку потеряешь — это я тебе обещаю.

— Зачем тебе к ним? Ты что, из полиции? — напрягся парень.

— Нет, я потенциальный партнёр твоих руководителей, — заявил я. — Веди меня к главному. Он тебе ещё спасибо за это скажет.

В подтверждение своих слов я отпустил руку карманника. К счастью, убегать он не решился. Лишь кивнул в сторону проулка и повёл меня за собой.

По иронии судьбы именно в том месте, где произошла моя схватка с графом Свиридовым, находился скрытый люк, который вёл в подземное помещение.

Карманник остановил меня у массивной металлической двери, чем-то напоминавшей вход в банковский сейф, и произнёс:

— Дальше я тебя пустить не могу. Стой здесь, а я поговорю с главным. Если он посчитает нужным, то обязательно выйдет, чтобы с тобой переговорить.

— Идёт, — кивнул я.

Парень прошмыгнул в дверь, после чего та с грохотом закрылась. Главарь гильдии воров не заставил меня долго ждать.

Молодой, но весьма невзрачный мужчина спустился в помещение через тот же люк, через который вошли мы с карманником. Он появился не из главной двери и меньше всего напоминал вора. Но эти трюки я знал назубок.

Наименее примечательный член гильдии и является их главой. Прошла половина тысячелетия, а трюки у воров остались прежними.

— Мой человек сказал, что ты хочешь заключить с нами сделку, — прошептал он.

Я понял, что шепчет он не специально. На шее под его воротником скрывался глубокий шрам. Похоже, ему уже однажды пытались вскрыть глотку, но безуспешно.

Я молча протянул главе карту, которую получил от американца, и тот самый кошель, которым приманивал к себе карманника.

— Что это? — спросил глава гильдии.

— На обратной стороне карты — имена поставщиков, — произнёс я. — Их семьи, скорее всего, живы и по сей день. Мне нужно знать, где находятся товары, схема перемещения которых изображена на этой карте.

Вор кивнул, затем открыл кошель и удивлённо замер.

— Да, — кивнул я. — Это — аванс. Двадцать пять процентов от суммы, которую ты получишь, если сможешь найти весь товар, который мне нужен.

— Это — не проблема, — ответил он. — Дай мне десять часов. Сегодня вечером я сообщу тебе всё, что смогу выяснить. Продиктуй мне свой номер телефона.

— Зачем? — усмехнулся я. — Ты мой мобильник стащил.

Губы вора расплылись в широкой улыбке. Он просунул руку в карман, а затем вернул мне мой телефон.

— Неплохо, — сказал он. — Ты один из немногих, кому удалось поймать меня, Константин Владыкин. Жди звонка. Если понадоблюсь ещё раз, скажи любому карманнику, что тебе нужен Шрам.

Да уж… И всё же воры не меняются. Хотя его мастерство меня порадовало. Куда лучше, чем у растерявшей былое могущество гильдии убийц.

Вернулся домой, но воры связались со мной куда быстрее, чем я рассчитывал. Уже вечером на мой телефон позвонил неизвестный номер.

— Слушаю, — ответил я.

— Трудную ты нам подкинул задачку, — просипел Шрам. — Мы отправили запросы в другие гильдии. Ответа из остальных городов империи в короткие сроки можешь не ждать. Но… Один из товаров, который тебя интересует, уже находится в Санкт-Петербурге.

— Хорошие новости, — улыбнулся я. — Когда сможете его выкрасть?

— Мы не сможем его выкрасть, Константин, — ответил Шрам.

— Странно слышать это от главы гильдии воров, — усмехнулся я.

— Не странно, если дело касается главного склада бюро по контролю тёмных магов, — заявил он.

Главный склад… Проклятье! Могу понять, почему даже воры не хотят туда соваться. Защита у них должна быть крайне мощная. А ловушки светлых магов простому человеку не обойти.

Здесь понадобится тёмное мастерство.

— Благодарю за информацию, Шрам, — ответил я. — Дальше я сам.

Я взглянул на часы. Восемь вечера. На улице уже стемнело. Что ж, если я сам не проникну на склады центрального штаба бюро, то никто не сможет этого сделать. Лучше поспешить и сделать это до того, как мой бывший соратник Никон догадается, что в городе скрывается одна из частей моего прошлого тела.

Добрался до штаба я быстро. Обошёл ограждения со всех сторон и нашёл наиболее подходящее место для того, чтобы проникнуть внутрь и остаться незамеченным. Благодаря лекциям о трудоустройстве запечатанных я знал, где находится главный склад. Там горбатятся тёмные маги, силу которых закрыли уже очень давно.

Я сконцентрировал в себе энергию и приготовился перескочить через ограду. Всего-то надо окутать себя тёмным покровом. Часовые меня не заметят, а их аппаратуру я быстро выведу из строя.

Но продолжить свой путь к складам я не успел. Наступила полночь. Сначала меня окутало ярко-красное сияние, а затем зазвучала сирена.

Я решил, что меня каким-то образом заметили. Но причина включившейся тревоги была в другом.

Я поднял голову и увидел Красную Луну. Прямо как в тот день, когда оборвалась моя жизнь!

Content

Алексей Аржанов, Виктор Молотов
Моя Теневая Империя

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23