Кейн: Абсолютная сила III

Глава 1

Едва только «Джавелин» остановился после посадки и рулёжки, его хозяйка вскочила с кресла.

— Ждите здесь! Мы скоро. Взлетаем сразу же после того, как я вернусь, — приказала Габриэла пилотам. — Михаил, иди за мной!

— Госпожа! — воскликнул один из пилотов. — У нас не хватит времени на дозаправку! На ещё один суборбитальный прыжок топлива не хватит…

— Мы полетим во Владивосток в обычном режиме, — отмахнулась от его заявлений Габриэла. — Всё, ждите здесь, мы быстро.

Она спустилась на вторую палубу, где располагался просторный грузовой отсек летательного аппарата. Эта машина стоила её семье чудовищных денег. Целого небольшого состояния. И дело даже не столько в огромной стоимости самого самолёта, а в его содержание и обслуживание. Их строили штучно. Далеко не каждый богатый аристократический род имел у себя подобный аппарат. А уж обычным, даже очень богатым простолюдинам нечего было и думать о том, чтобы заполучить этого красавца. ДеРосса помогло то, что они являлись родственниками итальянского короля, так что для них сделали небольшой исключение.

И сейчас, быстро спускаясь по лестнице на нижнюю, грузовую палубу, Габриэла на полном серьёзе размышляла на тем, о чём её отец будет переживать больше. О её гибели или о том, что она при этом лишиться самого современного летательного аппарата на планете.

— Ты ведёшь себя опрометчиво, Гиги.

— Большое тебе спасибо, Михаил, — проворчала она себе под нос. — Как будто я и без тебя этого не знаю…

— Не нужно было лететь сюда. Это слишком опасно.

— Я обещала ему это.

— Кому, ему? Нищему барону? — уточнил её верный телохранитель с какой-то странной интонацией в голосе.

— Моему деловому партнёру, вообще-то! Если ты не забыл! Через его порт теперь будет идти шестьдесят процентов груза по всем нашим сделкам в Российской Империи!

— Это не повод рисковать своей головой. И ты собираешься забрать даже не его, а какую-то девку, — уже куда более грубо и настойчиво заметил он.

— Видимо, она важна для него, — с неожиданной резкостью бросила Габриэла, идя по грузовому отсеку и лавируя между закрепленными ремнями пластиковыми контейнерами с товаром, от их предыдущего заказа.

— Это, что я сейчас услышал? Ревность?

— Это вообще не твоё дело! — рявкнула она. — Влад попросил об этом, значит я это для него сделаю…

Резкий рывок заставил её развернутся. Михаил сжал её тонкое плечико в своих пальцах и прижал спиной к контейнеру.

— Что ты…

— Замолчи! Гиги, послушай меня. Твой отец поручил мне охранять тебя и заботится о твоей жизни! — Михаил смотрел ей прямо в глаза. — Я защищал тебя с тех пор, как ты ещё пешком под стол ходила и была мелкой девчонкой! И я не собираюсь смотреть на то, как ты бессмысленно рискуешь своей жизнью из-за какого-то поганого мальчишки…

Габриэла едва не сжалась под этим суровым взглядом.

За всю её жизнь она всего несколько раз видела, как этот высокий и грозный мужчина смотрел на неё таким взглядом. И все три раза происходили после того, как она едва не погибла. Как правило, из-за собственной упёртости, настойчивости и жадности, пытаясь всеми силами заполучить для семейного «бизнеса» лучшую сделку.

Почему-то именно в эти, столь редкие моменты, Габриэла вспоминала о том, почему этого человека прозвали Столичным Мясником и о том, почему бывший командир одного из элитных спецподразделений Российской Имперской Армии сбежал из своего государства. Именно сейчас, в эту самую секунду, на неё смотрел не знакомый мужчина и телохранитель, что находился рядом с ней с трёхлетнего возраста.

Нет.

Сейчас она смотрела в глаза жестокого убийцы, что вырезал под корень имперский аристократический род в самом сердце Петербурга.

Наверное, ей стоило бы испугаться. И Габриэла испугалась. На самом деле под этим взглядом у неё задрожали колени, а холодный пальцы страха сжали сердце так, что даже вздохнуть было сложно.

Но взгляда она не отвела.

— Это. Моё. Решение, — чётко, по словам, произнесла она, глядя в эти убийственные и жестокие глаза. — И ты либо вспомнишь свою клятву моему отцу и поможешь мне, либо убирайся с моего самолёта.

Навряд ли кто-то когда-либо узнает о том, скольких сил ей стоило произнести эти слова так, чтобы её голос не задрожал при этом. Но она справилась. Справилась настолько хорошо, что её решимость даже смогла удивить стоящего перед ней убийцу.

— Ты настолько…

— ДА! ДА, НАСТОЛЬКО! — выкрикнула она, чувствуя, что вот-вот может потерять самообладание. — Поэтому либо уйди и не мешай мне, либо иди за мной и помогай!

Михаил недовольно поджал губы, вздохнул и отпустил её плечо, после чего толкнул в сторону уже пущенной грузовой рампы.

— Ладно, пошли, раз уж это так серьёзно, — с какой-то странной обреченностью сказал он. — Но не думай, что я не расскажу об этом твоему отцу. Если уж ты не хочешь слушать меня и голос разума.

Упоминание об отце заставило Габриэлу внутренни содрогнуться. И ведь она знала, Михаил выполнить своё обещание. Просто для того, чтобы отомстить ей за то, что она ему сейчас тут устроила.

Но, это будет потом. Сейчас она должна сделать то, что обещала.

Отбросив в сторону переживания о будущем, она сосредоточилась на настоящем. Пересекла стоянку для частных самолётов. Прошла вдоль окружающего её высокого забора, стараясь не смотреть на собравшихся за забором людей. Многие из них толпились в очередях, что протянулись к самолётам. Жители и гости Осаки хотели убраться как можно дальше от опасности. Люди кричали, стараясь добраться до готовящихся к взлёту самолётов, но охрана аэропорта и солдаты не пропускали их, следя за тем, чтобы все соблюдали очередь…

Как будто это могло что-то изменить. Габриэле хватило нескольких секунд для того, чтобы сопоставить количество стоящих на лётном поле авиалайнеров и огромную толпу для того, чтобы понять простую вещь. Места хватит далеко не всем.

А ещё они вздрагивали и кричали каждый раз, когда до аэропорта долетали особо громкие звуки далёких взрывов. Сражение за судьбу одного из крупнейших японских городов уже началось, но никто не хотел себя обманывать. Все и так прекрасно знали о том, кто именно пришёл в их дом. Сражение было проиграно ещё до того, как началось.

Одна из женщин, японка средних лет, держала на руках пятилетнюю девочку. Малышка прижимала к груди плюшевую собаку, уткнувшись личиком в плечо матери и плакала, если судить по дрожащим плечам. Течение толпы вытолкнуло их к ограждению, практически вжав в металлический сетчатый забор.

А в это время навстречу Габриэле и Михаилу спокойно шли одетые в дорогие костюмы мужчины и женщины, стараясь поскорее добраться до своих частных самолётов, чтобы сбежать от опасности. Видя это, люди в очереди кричали, прося забрать их. Или, хотя бы, их детей. Буквально умоляли, обещая всё, что угодно за шанс сбежать и спастись. Габриэла, к собственному стыду, вдруг осознала, что старается не вслушиваться в эти крики. Пытается идти быстрее, чтобы оставить их за спиной.

Софию они с Михаилом нашли именно там, где и сказал ей Владислав. Он оставил девушку в зоне ожидания для частников. Девушка сидела в одном из кресел, прижав ноги к груди, обхватив их руками и опустив голову. Длинные светло-русые волосы растрепались по плечам, и Габриэла с неожиданностью для себя подумала о том, что вообще он в ней нашёл. Нет, она знала про её секрет. И, как и обещала Коршунову, не собиралась хоть как-то распространяться об этом. Данное слово для неё не пустой звук. Но, всё равно…

А затем быстро отбросила непрошеную мысль и направилась прямо к девушке.

— София? — осторожно спросила Габриэла, подходя к ней и тронула за плечо.

Та не отреагировала. Лишь вздрогнула, когда ДеРосса коснулась её.

— Эй, слышишь меня? Владислав попросил меня забрать тебя. Пойдём, мы отвезём тебя отсюда.

Кажется, что услышанное имя оказалось единственным, что оказало на неё хоть какое-то действие.

— Влад? — тихим голосом спросила она, подняв голову и Габриэла на миг испытала острую жалость, глядя на бледное, испуганное лицо.

Как? Как человек с такой силой может вообще чего-то бояться, думала она.

— Да, Влад попросил меня увезти тебя отсюда, — мягко произнесла она. — Пойдём со мной.

Она потянула её за руку. София встала и позволила ей повести себя. Они, наверное, выглядели сейчас, как две подруги. Почему-то эта мысль едва не заставила Габриэлу рассмеяться.

Вместе с Михаилом они вывели девушку из зоны ожидания и направились по коридорам аэропорта обратно. Михаил связался с пилотами и оставшимися на борту «Джавелина» людьми, приказав им срочно готовиться ко взлёту.

— Мне плевать, дали они разрешение или нет, — рявкнул её телохранитель в рацию. — Если потребуется, то по рулёжке взлетать будете! Мы будем через пять минут!

— Проблемы? — спросила у него Габриэла.

— Ребятам не дали разрешение на срочный вылет, — отозвался Михаил, открывая перед ней и Софией дверь, ведущую на улицу. — Там местные свалить пытаются.

— Как будто мы чем-то от них отличаемся, — проворчала она.

— Нет, на самом деле. Поторопимся.

Выйдя на улицу, они свернули и направились к своему самолёту. Область для частников была отделена от основного аэропорта. Всё для того, чтобы богатые и знатные не испытывали проблем, мешаясь с простолюдинами.

Уже оказавшись на улице и вновь идя по огороженной территории, Габриэла заметила, что обстановка накалилась ещё сильнее.

Собравшаяся толпа людей уже не роптала, как раньше. Теперь, глядя на то, как частные джеты один за другим выруливали на взлётную полосу и разгонялись для взлёта, в воздухе зазвучали куда более жуткие звуки. Крики страха превратились в гневные вопли. Люди орали на растерянных, но стойко стоящих на своих постах солдат и охранников, требуя, чтобы их пропустили к самолётам, но те не отвечали, лишь переглядывались между собой. Опытный взгляд заметил бы, что они напуганы точно так же, как и остальные. Просто вбитая армией дисциплина не позволяла им поддаться общей панике и нарушить приказы.

Заметив их, некоторые начали кричать оскорбления и трясти забор, держась за толстую сеть. Кто-то даже попробовал забраться по ней наверх, но конструкция не позволяла просто так перелезть через неё. Тем не менее, Михаил уже достал свой пистолет и проверил магазин.

Они успели пройти почти половину пути, когда воздух над аэропортом разорвал новый звук. К рёву двигателей взлетающих самолётов и крикам людей прибавилось гулкое и тревожное завывание сирены. Настолько оглушительное, что даже вопли толпы на несколько секунд стихли.

В тот же миг, заглушая собой все остальные звуки, ударил раскат грома. За ним ещё один. И ещё. Грохот слился в сплошную канонаду, а над лётным полем пронеслись очереди трассирующих линий, уносясь куда-то в сторону.

Тридцатимиллиметровые зенитные, опознало звуки стрельбы сознание Габриэлы. Наверное, японские «Тансаны», отстраненно подумала она. Полгода назад она поставила целую партию таких автоматических зенитных пушек на Филиппины…

Выскочившая из-за окружающего лётное поле леса существо моментально заставило её выкинуть все мысли из головы. Больше всего оно походило на здоровенную, быстро передвигающуюся по воздуху медузу, что волочила за собой длиннющие хвосты-жгуты.

Едва успев появиться на глаза, она тут же расплескалась по небу брызгами, когда очередь из защищающей аэропорт зенитной тридцатки порвала её на лоскуты.

Да только это была лишь первая. Вслед за ней всколыхнулась целая волна. Твари устремились прямо к аэропорту, невзирая на убийственный огонь оборонительных орудий и солдат. Несколько существ оказались столь быстры, что успели добраться до готовящегося ко взлёту частного самолёта. Твари набросились на уже успевший вырулить на взлётную полосу джет, присосавшись к его корпусу и опутывая фюзеляж десятками своих хвостов. Длинные отростки тут же начали прожигать металл чем-то вроде кислоты. Не прошло и нескольких минут, как самолёт развалился на части, а затем взорвался, превратившись во вспыхнув огненным шаром.

Появление чудовищ разожгло панику ещё сильнее. Габриэла едва не оглохла от панических криков. Напуганные люди кидались на забор, раскачивая его и стараясь повалить. Началась давка, в которой те, кто находился сзади буквально ползли по головам, давя тех, кому не повезло оказаться впереди.

— Быстрее! — проорал ей в ухо Михаил, болезненно хватая за плечо и таща вцепившуюся в Софию Габриэлу за собой. Со стороны их «Джавелина» уже слышались выстрелы и мелькали магические техники. Оставшиеся на борту телохранители защищали их билет к спасению.

Только вот добраться до него им оказалось не суждено.

Толпа повалила забор, хлынув через него прямо в их сторону.

То, что произошло дальше смешалось для Габриэлы в сплошную череду хаотичных образов.

Вопящие люди. Одни от страха. Другие от отчаянья, когда их давила напирающая толпа. Звуки выстрелов пистолета прямо над её головой. Она даже не знала, в кого именно стрелял Михаил. Хотелось надеятся, что в воздух, отпугивая людей. Куда более громкий рокот защищающих лётное поле орудий и винтовок солдат, что без остановки стреляли по монстрам. Ко всему этому добавились вспышки от магических ударов. Среди солдат оказалось несколько одарённых, что использовали свою силу и убивали нападающих тварей. Самый настоящий хаос, в котором всё, за что она цеплялась — напуганная до ужаса девушка рядом с ней.

Габриэла ухватилась за её руку, словно ища в ней дополнительной храбрости и потащила ее к Джавелину. Они даже успели преодолеть часть пути, пока кто-то сильно не толкнул Габриэлу в спину. Они вместе с Софией рухнули вперёд. Габриэла сильно ударилась головой об асфальт. Глаза захлестнуло что-то красное и влажное. Вкус собственной крови на губах.

— Вставай, Гиги! Ну же!

Михаил схватил её за плечо и резко дёрнул, поднимая девушку на ноги. Несколько выстрелов отогнали самых настырных, что уже успели перелезть через частично поваленный забор. А сама Габриэла вдруг поняла, что Софии нигде рядом с ней нет. Найти её она не смогла.

Вместо этого Габриэла увидела несколько десятков мерзких медуз, что облепили корпус и крылья стоящего в нескольких сотнях метров от них крупного лайнера, прожигая металл своей кислотой и буквально разламывая его на части. Из дыр в крыльях уже сочилось топливо, собираясь лужами на земле.

А затем какой-то идиот открыл по ним огонь.

Лайнер и покрывающего его монстры превратились в огромный огненный шар, когда лайнер взорвался. Ударная волна сокрушающим молотом разошлась во все стороны, раскидывая людей, словно кукол.

Если бы её сейчас спросили, то Габриэла никогда не смогла бы сказать, сколько времени она была без сознания. Пять секунд или же пять часов. Голова раскалывалась, а мир вокруг раскачивался. Признаки контузии или сотрясения. Она лишь понимала, что лежит на земле, прикрытая магическим щитом.

Михаил стоял рядом, и приближающиеся к нему твари разваливались на кусочки без видимых на то причин. Будто кто-то нарезал их прямо в полёте бритвенно острым ножом. Редкий случай, когда младшая наследница семьи ДеРосса видела, как её верный телохранитель использовал свою силу.

А ещё она понимала, что даже этого не хватит. Точно так же, как видела огромную волну летающих существ, что неслись к взлётному полю… Их было так много, что даже выделить отдельных монстров из этой кучи казалось невозможным. Жуткий живой прилив вот-вот грозил захлестнуть аэропорт Осаки, истребив в нём всё живое.

Габриэла хотела крикнуть, предупредить Михаила. Но едва только она сделала вдох, как жаркий воздух обжёг ей губы. Настолько, что она закашлялась. Будто она мигом оказалась в раскаленной пустыне или печи.

А затем волна пламени смыла тварей с небес.

Испепеляющий огонь взметнулся вверх, поднимаясь сплошной стеной, и сжигая всё на своём пути. Подобно живым змеям, огненные протуберанцы сплетались, огибая людей, заставляя их вскрикивать от случайных ожогов. Но это оказались случайные жертвы.

Настоящей же целью этого колоссального огненного вихря оказались напавшие на аэропорт существа. Прямо на глазах у Габриэлы живой огонь обжигающим пологом прошёлся над лётным полем и людьми, выжигая каждую иномирную тварь.

Габриэле не потребовалось много времени на то, чтобы найти эпицентр этого катаклизма, что только что спас им всем жизни.

София сидела на коленях, прижимая к себе маленькую японскую девочку, сжимающую испачканную в грязи плюшевую собаку. Они обе были объяты пламенем, словно горящая свеча, но огонь не причинял им вреда. Габриэла встретилась с ней взглядом, с трепетом заметив разительные изменения.

Это была уже не та бледная и напуганная до тихой панике девчонка, которую она забрала из аэропорта меньше десяти минут назад. Сейчас София смотрела на неё таким взглядом, от которого Габриэле стало страшно.

А щей она узнала малышку. Уже видела, её, когда толпа прижала мать с ребёнком к забору.

Прошло ещё несколько минут, за который бушующая стихия окончательно расправилась с угрозой и магическое пламя наконец рассеялось в воздухе. София поднялась, держа малышку на руках и подошла к ней.

— Пригляди за ней, пожалуйста, — попросила она её по-русски, передав малышку в руки такого же ошарашенной произошедшим Михаила. — Мне нужно вернутся.

Телохранитель принял ребёнка с таким видом, будто не знал, что ему делать дальше. Впервые Габриела увидела у него такое выражение.

— Ч… что? — сухими и потрескавшимися от жара губами прошептала ошарашенная Габриэла. — Вернуться? Вернуться куда⁈

— К нему, — абсолютно спокойно сказала София, бросив грустный взгляд на плачущую малышку, что прижимала к себе испачканную в грязи плюшевую игрушку.

Глава 2

— Сука, да когда же вы уже кончитесь⁈

Это сражение длилось уже больше двух часов. Волна тварей, что пришла из океана, казалась практически бесконечной. Повезло ещё, что фокус с заморозкой в самом начале всё же возымел свой эффект. Большое количество монстров оказались просто превращены в лёд той атакой. Если бы та девка не сдохла от ответного удара и успела бы завершить задуманное до конца, то получилось бы остановить большую часть врагов ещё в воде.

Но, фиг там плавал, как говориться. Чего нет, того нет.

В итоге основная масса нетронутых льдом монстров просто выбралась на поверхность значительно раньше.

Тут уже началось раздолье для скопившейся на прибрежной линии бронетехники. Заполненное танками и самоходной артиллерией побережье, плюс солдаты, плюс огромное количество одаренных. Наступающих монстров встретил настоящий шквал из свинца и магических ударов. Я и сам даже на пару секунд позволил себе с малодушничать и поверить в то, что этого хватит.

Ага. Конечно. Не хватило.

Снаряды и магические удары удерживали эту живую лавину ровно до тех пор, пока на образовавшееся в заливе ледяное плато не начали выбираться совсем уж здоровенные ублюдки. Кракены, какие-то крабы переростки. Некоторые вообще напоминали помесь кашалотов, к которым какой-то больной разум приделал паучьи ноги. Мерзость. Покончив с большей частью японского флота, эти гиганты пошли дальше. Уцелевшие чудом корабли, в том числе и один из линкоров, отступили в дальнюю часть залива.

И именно эти гиганты, лишившись своих игрушек и проломили общую оборону. Едва только тяжёлые орудия перевели свой огонь на этих мастодонтов, как оставленные без должного внимания мелкие гады начали прорываться к берегу. Общих усилий уже не хватало для того, чтобы сдерживать прущую вперёд орду.

С этого момента оборона начала сыпаться. Разваливаться, как карточный домик, из которого вытащили пару нужных карт. Монстры добрались до бронетехники и людей. Ломали машины. Прожигали их броню кислотой и вскрывали острыми, как бритва клешнями словно консервные банки, в надежде добраться до находящихся внутри вкусняшек. Про обычных солдат, лишенных хоть какой-то защиты, я вообще молчу. Их шансы на выживание имелись только в том случае, если массированный огонь не подпускал уродов близко. Как только это правило оказывалось нарушено, люди начинали гибнуть. И гибли они с пугающей скоростью.

И вот тогда в дело уже вступили одарённые ближнего боя. В том числе и я. Магический защитный доспех давал нам хоть какие-то шансы на то, чтобы сражаться с ними в ближнем бою.

Сражаясь с помощью Сэры, я уже призвал Акселя и Ларииля.

Вместе с берсерком и святым рыцарем мы неплохо так смогли проредить первую волну на моём участке, но это было недостаточно. Пока я практически в одиночку продолжал удерживать свой кусок, остальные постепенно отступали под натиском. Тварей просто было слишком много. Это я мог спокойно продолжать сражаться, постоянно подпитываясь от недобитых противников, благо что Акс, что Лар оставляли особо жирных мне как раз для этой цели. Вот я и «выпивал» их досуха, постоянно расходуя полученную энергию на всё новые и новые техники и для того, чтобы усиливать своих напарников. Особенно хорошо себя показывали огонь и молнии в разных итерациях. Морская стихия и элемент воды для этих уродцев, как родные, так что их антиподы действовали отлично.

Но в любом случае так продолжаться долго просто не могло. Уже видел, что остался практически один. Уцелевшая бронетехника отходила вглубь Осаки, вместе с прикрывающими её солдатами и одарёнными. Это оставляло меня почти что в окружении. Не такая уж и проблема, если подумать. То, что мне и требовалось на самом деле.

Я даже не пытался скрывать свою ауру, позволив своей силе выйти наружу. Рассчитывал, что таким образом смогу привлечь Вестника. Как же. Разбежался. Эта сволочь торчала где-то посреди переполненного тварями залива, не торопясь на свидание. Скотина! Либо так, либо этот гад просто выжидает. Или издевается.

Так что в скором времени даже я начал уставать. Нет, дело не в нехватке энергии. Такой щедрый поток тварей давал мне более чем достаточно жертв для энергетического поглощения. Я начал тупо уставать от количества противников. Слишком напряжно.

Призвал Шрайка, благо набрать нужный объём энергии для его окончательного восстановления оказалось не трудно. Этот идиот тут же бросился в самую гущу боя. А ведь какой радостный-то! Столько жертв! Пыряй сколько твоей душе угодно.

Следом пошли ещё несколько душ из Арсенала. Карадан, старый пиромант, чью душу я вытащил из заточения в ловушке пару десятков лет назад и Тирия. Эта молчаливая мадам уже тяготела к использованию более классического стиля под названием «порезать всех на кусочки». Парные клинки в её руках работали не хуже разделочного комбайна.

Тем не менее, даже работая впятером, нам в скором времени пришлось отходить назад, под угрозой оказаться просто погребёнными под непрекращающейся лавиной из тварей.

Быстро отпустив четыре души из пяти и оставив рядом с тобой только Акселя я рванул прочь с набережной, по пути вырезая попадающихся мне на пути монстров.

— Похоже, что твой план не сработал, — заметил берсерк, ударом Гаргары развалив на две части похожую на мутировавшего краба тварь размером с танк.

— Похоже на то, — проворчал я, перепрыгнув через перевернутую машину.

— И? Что будешь делать?

— Помнишь рыбалку на Арии?

— Прикалываешься, парень? — удивлённо спросил берсерк, разрубив кинувшегося на него очередного монстра вместе с остатками обгорелого танка. Гаргара прошла через прочную броню с такой же лёгкостью, как сквозь мясо, плоть и кости.

— А чего? Хочешь сказать, что не впишешься в такое приключение?

— Да я только за!

Какая-то образина, похожая на вытянутую лягушку с полной клыков пастью прыгнула на меня из-за угла, но быстро улетела назад, развалившись на две половинки.

Эх, будь я на своём предыдущем уровне, то смог бы разобраться с этой проблемой. С мелкой шушерой то уж точно. Вообще бы проблем не доставили. Но в текущих условиях я был слишком сдержан в возможностях.

Нужно было как-то приманить сюда Вестника. Или же добраться прямо до него, что, в сложившихся обстоятельствах представляло из себя проблему.

Хотя…

Я резко остановился посреди улицы и задумался. А, собственно, что мне мешает?

Быстро просканировал округу, нащупал крупную группу людей и двинулся в её сторону. Нашёл отряд военных, что отходили назад, под прикрытием бронетехники отбиваясь от мелких монстров. Мы с Акселем появились как раз вовремя, чтобы помочь ребятам и быстро перебили нападающих в фарш.

— Спасибо! Вы помогли нам! — на ломанном английском произнёс один из солдат, с непонятными мне знаками различия на форме.

В целом, мне было плевать на то, какое звание он носил, главное, что был не обычным солдатом.

— Да пожалуйста. Связаться со своим начальством можешь?

— Да, могу, — отозвался тот, с почтением глядя на стоящего за моей спиной Акселя. Берсерк как раз стряхивал с Гаргары ошмётки убитой твари. — Но для чего?

— Сообщи, что мне нужен корабль со стволами покрупнее и вертушка чтобы до него добраться.

На лице японца появилось странное выражение, будто он не поверил в то, что услышал.

— Вы сказали, что вам нужен… корабль?

— Ага, — кивнул я. — И побольше.

— Но зачем?

— Серьёзно? Зачем? Нафига эти тупые вопросы? Чтобы убить Цетуса, разве не ясно?

* * *

Штаб Императорской Армии.

Токио.

Оборона Осаки рушилась. Все их попытки задержать и остановить чудовищ в заливе провалилась. Даже живое оружие клана Такаги — носитель частицы живой стихии, и тот, не сработал. По крайней мере не так, как они рассчитывали.

Что ещё хуже, похоже, что Цетус остановился посреди залива в восьми милях от берега и не двигался. Так, как и всегда.

Несколько беспилотников, что кружили в небе успели заснять его. Третий Губитель просто стоял там, на водной глади и не двигался с места. Даже в этот раз, всё произошло именно так, как и раньше. Цетус никогда не покидал воду, действуя подобно адскому кукловоду, насылая на людей волны существ, что сметали их с поверхности земли.

А всё, что у него имелось под рукой — бумажный стаканчик с чаем, что давно остыл.

К Омуре подошёл невысокий молодой офицер.

— Генерал, простите, что беспокою. С нами связался полковник Кобояши. Он просит о разговоре с вами.

— Юрга? Чего он хочет?

Лейтенант замялся, словно не знал, как именно сообщить генералу новость.

— Сэр, мне кажется, что вам лучше поговорить с ним лично, — наконец произнёс он.

— Хорошо, — устало вздохнул Тецуо. — соедините меня с ним.

Ему тут же вручили в руки трубку спутникового телефона.

— Генерал Омура?

— Это я, Юрга. Что у вас случилось? Нужна помощь?

— Мы пока сдерживаем натиск, генерал, — произнёс бодрый голос из динамика, но Тецуо было не обмануть. Это была та самая бодрость, которая рождается из утомления и усталости. Когда ты держишься на одних морально-волевых, потому что других вариантов уже не осталось.

— Тогда о чём ты хотел поговорить, Юрга.

— У меня тут странная ситуация. Мои люди доставили ко мне в штаб иностранца. Он требует от нас линкор и вертолёт.

Тецуо, решивший в этот момент сделать глоток чая, едва не подавился, услышав это.

— Ч… ЧТО⁈

— Да, генерал, — проговорил Кобояши. — Я сам считаю… то есть, я считал это бредом. Но этот иностранец утверждает, что собирается убить Губителя.

Не смотря на всю абсурдность услышанного, Омура едва не расхохотался. Сколько храбрецов хвалились столь же невообразимыми планами? И сколько из них теперь лежат в своих могилах? Все. Каждый из них.

— Юрга, ты там не перегрелся? Что за чушь ты не…

— Эй! — из динамика послышался новый, незнакомый ранее голос. Молодой и дерзкий. Незнакомец говорил на английском с русским акцентом. — С кем вы там? Начальство? Дай. Да дай ты мне трубку!

Из трубки донеслось шуршание, словно кто-то пытался отобрать аппарат у другого человека.

— Э, генерал-сан, или как вас там. Меня слышно? Короче, начальник, дай мне линкор, вертолёт и расчистите путь до этой твари. Я прикончу её. Давайте, не скупитесь. Я принесу вам его башку на блюдечке… да с хрена ли ты лезешь! Нет! Не отдам! Отвали. Сам себе свой телефон найди! Э! Генерал-сан! Вы там слышите меня? Давай, не жмоться. Мне нужен корабль! Большой! И чтобы калибр максимальный. Чем больше, тем лучше!

Тецуо уже хотел было приказать, чтобы этого наглеца арестовали. Никто не имеет права так хамски относится к офицеру Японской Императорской Армии.

Но почему-то не сделал этого.

Он даже не мог на сто процентов сказать, почему именно. Виной ли тому безвыходное положение, или же дикая уверенность, что звучала из динамика телефона, что он сжимал в своих руках, он не знал.

— С чего вы взяли, что сможете убить его? — осторожно спросил он.

— Потому, что он… да отвали ты! Не видишь, люди разговаривают! Сорян, генерал-сан, тут ваши подчиненные пытаются у меня телефон отобрать. Короче, вы всё время целились не туда.

Услышанное заставило его опешить.

— Что? В каком смысле, не туда?

— В самом, сука, прямом. Это приманка! Он вас отвлекает. Просто дайте мне ваш грёбаный линкор. И снимите с него весь экипаж. Мне нужно лишь то, чтобы он мог один раз выстрелить и плыть туда куда надо. Всё. Давай, мужик. Ценой одного корабля я сделаю то, чего никто из вас не смог за всю вашу грёбаную историю!

Все это звучало, как какой-то бред. Они ведь перепробовали всё. Снаряды. Сталь. Магию. Даже ядерное оружие. Всё это не помогло. Каждый раз их цель осталась неуязвимой к этим ударам.

А здесь какой-то щенок собирался совершить немыслимое… с одним единственным линкором!

— Кто вы такой?

— Барон Российской Империи на отдыхе. Владислав Коршунов.

Позор. Это просто позор. Просить о помощи человека, чьё государство уже однажды унизило его страну… Или не сделать этого, чем навлечь ещё больше страданий на собственный народ.

— Ждите.

Убрав телефон от уха, Тецуо подозвал к себе своего адъютанта.

— Свяжитесь с адмиралом Ишикавой и узнайте, боеспособен ли ещё «Сусано». Живо!

На то, чтобы узнать требуемую информацию ушло всего пара минут. «Сусано» сильно потрепало при отступлении, но он всё ещё был на ходу. Что важнее, часть его вооружения, в том числе огромные орудия главного калибра всё ещё были в строю. В остальном же корабль был очень сильно повреждён, лишившись большей части всего хрупкого электронного оборудования.

— Так что мы сможем сделать ещё несколько выстрелов. Но, боюсь это все, на что сейчас способна гордость имперского флота, Тецуо, — сокрушенно произнёс адмирал.

— Я не думаю, что от вас потребуется слишком много.

— Что ты имеешь в виду?

— У нас есть план, Ишикава. Я так думаю.

Он в вкратце рассказал ему о странном бароне и его предложении. В ответ получил порцию ругательств и возмущения. И это его даже порадовало. Потому, что генерал уверился в том, что не сошёл с ума.

— Как думаешь, ему можно доверять? — поинтересовался адмирал.

— А какой у нас выбор. Твари всё глубже и глубже заходят в Осаку. На аэропорт уже была два нападения, но, слава богу, оба отбиты. Нам нужен хоть какой-то шанс.

— Хорошо, — через пару секунд сказал Ишикава. — Давай попробуем. Я всё равно не уверен в том, что мой флагман доберется до порта после сегодняшнего дня. Воин достойный этого имени должен погибнуть в бою, а не на мели.

— Что же. Значит, так тому и быть.

Отдать самый грозный корабль флота, точнее то, что от него осталось, какому-то залётному барону. Просто потому, что он пообещал сделать невозможное. Да кто вообще в такое поверит⁈

— Вы ещё там?

— Тут я, генерал-сан.

— Будет вам корабль, Коршунов, — сказал Омура в трубку. — Если сделаете то, что обещаете, то…

— И вертолёт!

— Будет, — пообещал Тецуо, а про себя подумал, что если всё удастся, то он всерьёз задумается о том, чтобы переосмыслить свою жизнь.

* * *

Охренеть! Они реально согласились. Доверить целый боевой корабль чёрт знает кому! Либо они в отчаянье, либо…

Да кого я обманываю. Конечно, они в отчаянье. Но, кто я такой для того, чтобы винить их в этом?

Обещанный вертолёт прилетел через десять минут.

И все эти десять минут я принимал участие в обороне установленного на широкой площади штаба. Моя догадка подтвердилась. Твари охотились на меня. После схватки на берегу я скрыл свою ауру. Хотел проверить одну из двух теорий.

Как я и думал, маскирующая техника скрыла меня, и монстры тут же попёрли во все стороны, пытаясь найти ускользнувшую добычу. Сейчас же почувствовать меня могли лишь самые ближайшие из них. Думал, что таким образом заставлю главного урода потерять меня и вынудить приблизиться. Ну, что сказать. Он меня потерял.

Но делать так, как я хотел — не стал.

А, значит, что? Правильно. Если он ко мне не идёт, то мы сами придём.

Забравшись в опустившуюся на асфальт вертушку, ухватился за поручень. Вертолёт тут же взмыл в небо, поднимаясь над городом. М-да. Осаке сегодня явно не повезло. Повсюду поднимались столбы пожаров и огня. Периодически на улицах мелькали вспышки взрывов, там, где японцы всё ещё держали оборону. Да вот только вряд ли это продлиться долго.

По-хорошему стоило бы увести как можно большее число монстров за собой, чтобы дать этим ребятам передышку. Но, к сожалению, сделать этого я не мог. Чем больше этих сволочей сейчас пойдёт за мной, тем меньше шансов на успех. Как бы смешно это не звучало, но у меня был всего один «выстрел».

Качнувшись в сторону, вертолёт направился в сторону залива, облетая мечущиеся в воздухе скопления летающих тварей, что походили на парящих медуз.

Вот впереди показалась туша огромного корабля. Покрытый подпалинами, дырами в корпусе и дымящийся в некоторых местах, он сейчас разворачивался, отделяясь от остатков уцелевшего флота и явно собираясь возвращаться в залив. Одновременно с этим я успел заметить десятки небольших плотов, что отплывали в сторону.

Но, что самое главное, он всё ещё был на ходу. И находящиеся на его носу башни главного калибра выглядели не поврежденными. По крайней мере на первый взгляд.

Именно к нему вертолёт и направился. Через несколько минут машина снизилась и зависла над палубой, позволив мне спрыгнуть вниз.

— Значит, это вы тот безумец? — спросил по-русски невысокий японец в белом мундире, подходя прямо ко мне.

— О, знаете русский! — удивился я.

— Предпочитаю знать язык своего врага, — коротко улыбнулся мне он. — Адмирал Императорского флота Ишикава Годзё.

— Ну, здарова. А я Владислав Коршунов. Очень приятно, — и я даже не соврал. — Вы экипаж уже сняли?

— Да. Почти всех, кто не потребуется…

— Отлично.

Я коротко объяснил ему свой план. Как я и предполагал, адмирал посмотрел на меня, как на сумасшедшего. Впрочем, ошарашенное выражение сменилось после того, как я объяснил ему, в чём до этого заключалась их проблема с Вестником и почему они не могли его прикончить.

— Это правда? То есть та тварь…

— Всего лишь приманка, — ответил я, идя по палубе вслед за адмиралом. — Его настоящая туша скрыта под водой. Поэтому все ваши атаки и не наносили ему вреда. Ну, именно этому, по крайней мере.

— Но, откуда вы…

— А вот откуда я это знаю, это уже секрет, — предупредил я дальнейшие расспросы. — Так, как? Теперь думаете, что у вашего корабля получится?

Понимая, что именно я хочу сделать, адмирал вдруг улыбнулся.

— Думаю, что ещё один раз мы повоевать сможем.

— Вот и чудно, — я быстро призвал Сэру и Акселя, чем изрядно удивил японца. — А теперь, самое сложное, вам нужно научить этих двоих сделать так, чтобы эта посудина плыла туда, куда надо и выстрелила тогда, когда нужно…

— В этом нет нужды, — твёрдо заявил Ишикава. — Я и мои офицеры пойдём с вами.

— Адмирал, вы понимаете, что это путь в один конец? — уточнил я у него, хотя и так видел. Всё он прекрасно понимает. И японец сразу же подтвердил это.

— Да, барон. Прекрасно понимаю. И если то, что вы говорите — правда, то наша жизнь небольшая плата за то, чтобы прикончить это чудовище. — Тем более, что это увеличит ваши шансы.

По-хорошему стоило бы его отговорить, но… я и так видел, что у меня не выйдет. Предо мной стоял настоящий воин. Человек, посвятивший свою жизнь военной службе и готовый сражаться за то, чтобы защищать свой народ и страну. Присяга была для него не пустым звуком. Настолько, что долг и честь превалировали над ценой собственной жизни.

— Что же, адмирал, — сказал я после пары секунду молчания. — Пойдём, порыбачим.

Глава 3

— Эх, это будет великая рыбалка, — пробормотал я, сидя на второй носовой башне и наблюдая за тем, как «Сусано» разворачивался, оставляя за собой волну.

Двести восемьдесят метров в длину. Почти девяносто тысяч тонн водоизмещения. Стальное чудовище оставляло за собой вспененный след, поворачивая на нужный курс.

Как я узнал из короткого разговора с Ишикавой, этот монстр, как и двое его погибших собратьев двигался благодаря ядерному реактору. Атомное сердце корабля позволяло ему развивать максимальную скорость в тридцать пять морских узлов… понятия не имею на сколько это быстро. Даже уточнил. Выходило под шестьдесят километров в час. Девяносто тысяч тонн. Шестьдесят километров.

Внушает.

— После такой хрени я требую попойку, — грозно заявил Аксель, стоя рядом со мной.

— Согласна, хозяин, — тут же присоединилась к нему Сэра. — После такого мы просто обязаны будем нажраться.

— Как будто я против. Как в старые добрые времена, — согласно кивнул я. — Будем бухать.

Мысль о том, что по какой-то глупой причине попойка не случиться, вроде той, что эта дрянь меня просто сожрёт с потрохами, я даже не предполагал. Мне ещё друзей из загашника Дауда и его Сестры вытаскивать. А, значит, что? Правильно. Значит будем побеждать.

Заметив, что корабль повернул чуть сильнее, чем нужно, я коснулся наушника рации, которую мне дал один из японцев.

— Ишикава, на пару градусов назад. Так мы мимо пройдём, — сообщил я ему.

Пару минут спустя «Сусано» чуть довернул, вновь возвращаясь на нужный курс.

Шесть монструозных носовых орудий уже заряжены и готовы к стрельбе. Калибр там такой, что снаряды под две с лишним тонны весили. Надеюсь, что этому уроду понравится такое угощение.

Мой план строился на простом выводе — эти Вестники такие же недоделанные, как и создавший их Бог. Уж я-то знаю. Лишь в тот момент, как их создатель обретает полноценную божественность, то и его аватары возносятся вместе с ним. Сейчас же они не более чем очень и очень могущественные твари. Сильные до опупения. Вот до безобразия просто.

Но они смертны. И их можно убить.

Точно так же, как и их папашу.

Взяв в руки бинокль, я поднёс его к глазам и нашёл нашу цель. Трёхметровая, похожая на человека тварь в каком-то подобие хитинового доспеха или чего-то такого. Уродец стоял на поверхности воды и не двигался. Даже обидно как-то. Я тут его прикончить собрался, а он даже внимания не обращает.

— Акс, как думаешь, сможешь его куклу задержать?

— Зависит от того, сколько времени тебе нужно, — пожал плечами громила.

— Понятия не имею, — честно ответил ему я. — Пока всё не закончится. Так или иначе.

Аксель посмотрел в ту сторону.

— Ну, думаю, что несколько минут тебе обеспечу точно, — произнёс он. — Сэра, поможешь?

— Да, — отозвалась блондинка. — Но только мне нужно будет снять печати с брони. В противном случае, не уверена, что я сейчас смогу двигаться с ним на равных.

— Тогда нет, — быстро решил я. — Обойдёмся без этого. Не думаю, что если сниму их, то потом смогу вернуть обратно. А в таком случае…

— Да я и сама знаю, — насупилась блондиночка. — Ладно, тогда придётся по старинке. Превозмогание и страдание.

— Как будто у нас бывает иначе, — хохотнул берсерк.

— А хотелось бы, — не удержавшись вздохнул я.

— И, ещё, — Аксель указал лезвием Гаргары в сторону противника. — Мне бы поле для схватки. Я в отличии от этой грёбаной водомерки так прыгать по воде не умею.

— Не переживай, — успокоил я его. — Место для драки я тебе обеспечу.

Главное, чтобы энергии хватило.

— Эй, адмирал, сколько нам ещё плыть до нужной точки? — уточнил я по рации.

— Зависит от того, где именно эта точка находится.

— Справедливо, — прикрыв глаза я расширил область сканирования. Главное действовать максимально осторожно и аккуратно, чтобы гадина не подумала о том, что мы его заметили.

Вот его «кукла». Стоит и не двигается. Вот вокруг неё целая куча очень крупных источников энергии. Скорее всего особо здоровые твари. А вот дальше…

— Практически под ним. Плюс-минус ещё метров сто или около того.

Подумав, Ишикава ответил. Выходило быстро, да вот только дадут ли нам шанс на то, чтобы добраться туда? Хотя, чего это я⁈ Кто их спрашивать-то будет.

Сейчас у меня главная проблема — нехватка энергии. И исправить её можно лишь одним способом.

— Ладно, ребята. Давайте порыбачим, что ли.

Связавшись с адмиралом, сообщил ему, что мы начинаем. Сбросил маскировку, позволив собственной ауре выйти наружу.

Ну же, скотина. Вот он я. Страж в собственном соку.

Приди и возьми меня!

И Вестник отреагировал. Усилив зрение, увидел, как его голова повернулась чуть в сторону. Прямо на меня.

И в ту же секунду почувствовал, как крупные сгустки энергии, что бороздили глубину под ним устремились в сторону нашего корабля.

— Аксель! Они идут к нам!

— Я готов, парень.

Расстояние всё ещё огромное. До противника ещё несколько километров. Но оно мне и на руку. Дождался, когда скрытые под водой монстры отошли от своего хозяина и принялся за технику. В воздухе надо мной один за другим зажглись три рунных круга.

Вряд ли кто-то ещё использовал здесь что-то подобное. Нечто подобное, правда, пыталась совершить та девчонка, что ранее едва не превратила залив в ледышку. Я хотел повторить её трюк, но в меньшем масштабе. Только вот между нами существовало одно разительное отличие. Владея Аспектом и умея им управлять, человеку даже не нужно было тратить свою силу. Он мог просто приказать воде замёрзнуть. Или испариться. Или ещё что. И она это сделает.

У меня же такой примочки не имелось.

Вместо этого придётся использовать старое доброе колдовство и чёртову прорву энергии. Я влил в технику три четверти всего своего запаса. И то, смог довести её лишь до десяти процентов её настоящей силы. Ну или около того.

Но сейчас достаточно и этого.

Между тремя руническими кругами начала формироваться крошечная звезда, а поверхность орудийной башни прямо под моими ногами стала покрываться инеем. А затем и вовсе, льдом. Пролетающие мимо брызги воды тут же замерзали, превращаясь в крошечные ледышки, а температура окружающего воздуха упала настолько, что моё дыхание вырывалось изо рта облачками пара.

Выждав ещё пару секунд, я отпустил всю накопленную силу. Ослепительный голубой луч ударил вперёд, точно по носу линкора. Прямо в цель.

«Искра Абсолютного Нуля». По крайней мере мы так её называли. Высшая техника магии льда. Промораживала всё. Выжить после попадания такой хрени было просто невозможно. Если такое в тебя попало и защититься нечем, то дальше тебя только колоть и в коктейли добавлять. Другого толка не будет.

И я попал. Вот прямо хорошо так попал.

Перед носом «Сусано» моментально появилось ледяное плато в пару километров диаметром. Целуй рукотворный айсберг из созданного магией абсолютно прозрачного льда.

А в его центре кукла Вестника. Вмороженная в него, словно рыбина. Выжить после подобного практически не реально…

Эх, если бы всё оказалось так просто.

Ледяная поверхность в центре вздрогнула и пошла трещинами. Кукла вестника одной только физической силой разрушила ледяные оковы, вырываясь из холодного плена.

Впрочем, это было ожидаемо.

— Такого поля для игр тебе хватит? — спросил я Акса, стряхивая с рук ледяную корку.

— О, да! Ещё как!

— Ну, тогда флаг тебе в руки, — быстро включил рацию. — Ишикава, приготовьтесь, у нас сейчас будут гости.

И, ведь не соврал. Действительно будут. Уже здесь, на самом деле.

«Сусано» содрогнулся всем своим корпусом, когда что-то врезалось в него. Из воды вырвались толстые щупальца и тут же принялись опутывать корабль, сбивая с него остатки леерного ограждения и другой мелочевки. А следом, вытащив из воды всю свою здоровенную и мерзкую тушу, кракен начал вылезать на верх. Такая образина и потопить бы нас могла, если бы ей дали шанс.

Но ей не дали.

Оставляя за собой алый след, Гаргара отсекла сразу несколько толстых щупалец. А я подловил момент для контакта и начал высасывать энергию из твари. Хорошо иметь таких противников. Силы в них столько, что я смог бы свой нынешний резерв раза три заполнить.

Но только не сейчас. Благо имелось, куда эту силу направить. Весь поток энергии, полученный от монстра, я почти без остатка отдал Акселю. Ему это пригодится.

— Давай, Акс, — крикнул я, указывая в сторону приближающегося ледяного поля. — Займи его!

— С удовольствием, — рявкнул берсерк и оттолкнувшись от палубы прыгнул. Да так, что покрытие палубы продавило вниз едва ли не на полметра.

Пылающая от ярости и жажды битвы алая комета врезалась в центр ледяного поля, разбросав во все стороны ледяные обломки. Как я и подозревал, на текущем уровне печати Акс просто не мог действовать во всю свою мощь. Кукла остановила удар Гаргары голой ладонью.

С другой же стороны, сейчас, прямо в этот момент, переполненный заёмной силой, вряд ли я смог бы найти более подходящего противника для этого урода. Чем яростнее схватка, чем сильнее противник, тем сильнее будет сам берсерк. Это его предназначение.

Биться до конца, не взирая на шансы. Сражаться пока не победишь или не сдохнешь.

Но, только после своего противника.

Поэтому я прекрасно знал, что случится дальше. Новый удар этой жуткой рельсы оказался такой силы, что Куклу снесло со своего места и отшвырнуло метров на двести.

А вот и шанс!

Сэра исчезла, оставшись исключительно в виде отливающего серебром клинка в моих руках. Эх, больно будет, конечно, но не так, как в прошлый раз. Благо тело уже укреплено.

Зачерпнув побольше энергии, прицелился и метнул подругу словно копьё. Точно так же, как сделал это тогда, в расширенном разломе рядом с Владивостоком. Оружие серебристой молнией пронзило воздух, оставляя за собой оглушительный хлопок от преодоления звукового барьера. И влетело Кукле прямо в морду.

Я не ждал, что смогу убить его этой атакой. На самом деле даже ранить не рассчитывал. Но, вот отвлечь — это да. Тварь замешкалась всего на долю секунды…

…а в следующий миг клинок Гаргары вбил её в лёд. Аксель врезал с такой мощью, что от моего рукотворного айсберга начали откалываться куски.

Только этого я уже не видел. Свои проблемы появились.

Новый удар едва не сбил меня с ног. «Сусано» вздрогнул и начал быстро сворачивать с нужного курса.

— Ишикава!

— Я ничего не могу поделать! — прокричал мне в ухо голос адмирала. — Какая-то тварь тащит нас в сторону!

Добежав до края борта, глянул вниз. О! И правда. Ещё один кракен опутал киль и носовую часть своими отростками и теперь изо всех сил пытался утащить здоровенный линкор в сторону.

— Да сейчас, разбежался!

Скакнув вперёд, повторил с ним тот же самый трюк. Поглощение энергии работало безотказно, моментально лишая чудовище его сил. А выпущенный на полную мощность разряд молнии поджарил гада. Да и всю рыбу в округе. Хоть сейчас с лимоном подавать.

Стоило мне разобраться с одним, как к кораблю с двух сторон бросились ещё три точно таких же громадины. А, нет. Ещё, как минимум, две с кормы. И, как будто этого мне было мало, из воды на борт полезла всякая мелочь. Из тех, что я видел во время боя на улицах Осаки. Но с мелкой шушерой хоть проблем было меньше. Тем более, что их выкашивали автоматические оборонительные орудия корабля.

Но всё равно, ситуация так себе. Этак мы вообще никуда не доплывём!

Тонкая алая игла сожгла одного кракена.

Затем ещё одна, одним ударом вынесла уже другого. А я узнал в технике классическое Огненное копьё, только сжатое до критического уровня и накаченное таким уровнем энергии, что можно было бы при желании город снести. Ну или несколько небоскрёбов срезать уж точно.

И сделала это та, кто явно обладала Аспектом огня.

Посмотрел в сторону кормы. Как раз вовремя. Ещё пара подобных ударов. Прилетели откуда-то со стороны берега, прибив двух других монстров.

Молодец, малышка!

С последним я разобрался сам и быстро. Добил скотину молнией и парой ледяных техник, заодно пополнив просевший резерв. Стоило только нам избавиться от этого «груза», как идущий на всех порах линкор начал возвращаться обратно на курс.

Как раз вовремя. Мы уже подходили к моему ледяному айсбергу. Тот разваливался буквально на глазах, от идущей на нём схватки. Аксель и Сэра на пару сдерживали Куклу, но их сил явно не хватало. Они уже не атаковали, больше защищаясь и не давая шанса этой образине обратить своё убийственное внимание на нас.

Главное, чтобы ребята продержались ещё немного. Мы почти у цели.

«Сусано» резал своим носом волны, набирая ещё большую скорость и неумолимо приближаясь к своей цели.

— Ишикава, вы готовы?

— Так точно!

И ведь ни капли сомнений. Эх, крутой мужик. Жаль, что так всё выйдет. Но, кто я такой, чтобы отказывать ему в его желании. Самому бы не сдохнуть.

Ну, начнём. Работа с водной стихией мне всегда хреново давалась, а тут её ещё нужно будет комбинировать с воздухом и держать в постоянном контроле.

Создав вокруг себя воздушный пузырь-барьер, начал быстро растягивать его вдоль оси корабля, покрывая своеобразной воздушной прослойкой всю его верхнюю часть начиная от ватерлинии…

* * *

Адмирал японского императорского флота, Ишикава Годзё, вцепился руками в колесо штурвала. Он по-прежнему не мог поверить в то, что они собираются сделать что-то подобное…

…но и отказаться просто так от этой затеи не мог.

План, да и сам рассказ странного барона, звучали настолько безумно, что он в него поверил. Такое и специально-то не придумаешь.

Так что он решил попробовать.

Тем более, что много и не требовалось. Всего-то, доплыть до точки и выстрелить. Делов-то! И, если уж говорить начистоту, вряд ли его гордый флагман смог бы сделать сейчас что-то большее. И это хорошо. Много людей для этого не потребуется. Для такого задания хватит всего восьми офицеров из экипажа самого «Сусано». Корабль новый… был таковым, по крайней мере. Автоматизирован до предела. Двое человек на боевых постах контроля орудий. Ещё четверо в машинном и реакторном. И он. Сам Ишикава. Здесь, на мостике своего флагмана за его штурвалом вместе с ещё двумя офицерами.

Как и подобает настоящим воинам.

Когда он сообщил о том, что ему нужны восемь добровольцев, то вызвались все без исключения. Он не кривил душой и сообщил, что это будет последний поход для их гордого корабля. Его последний бой. И те, кто согласятся остаться на его борту — умрут. Он не строил иллюзий.

Согласились все.

Каждый вызвался пойти вместе с ним.

В этот момент сердце японского адмирала сжалось от нахлынувших на него чувств. Он даже видел слёзы разочарования на глазах тех, кому оставалось лишь спуститься на спасательные плоты и шлюпки и выжить, когда он сделал свой выбор.

И сейчас, сжимая в руках рукояти штурвала, он решил, что поступил правильно. Плевать на то, что это выглядело глупостью! Безумием. Он готов был на него пойти!

Ради Японии. Ради Императора!

— Ишикава, поверните ещё немного влево! — раздался в динамиках систем связи голос молодого русского барона.

Адмирал послушно выполнил просьбу, чуть качнув колесо штурвала и «Сусано» начал заворачивать свой нос в сторону.

— Вот так. Стоп! Отлично! Идём так… всё! Начинаем!

— Аварийная блокировка отсеков! — тут же гаркнул адмирал. — Задраить все люки! Открыть клапаны носового и центрального балласта!

Оставшиеся на мостике двое младших офицеров тут же выполнили его приказ. По коридорам и отсекам «Сусано» пронеслись громкие щелчки и лязг герметичных замков. Те люки, что ещё оставались открыты, теперь были задраены. Намертво.

Следом открылись клапаны носовых балластных цистерн. Огромные баки, находящиеся внутри корпуса, стали стремительно набирать воду.

Это произошло не сразу. Пришлось выждать почти четверть минуты, прежде чем вода хлынула через разблокированные настежь клапаны и ворвалась внутрь корабля, меняя его дифферент…

…а затем колоссальный линкор «клюнул» носом.

Острый форштевень разрезал воду, глубоко зарываясь в бушующие волны залива Осаки и «Сусано» начал погружаться на дно.

Ишикава с ужасом и трепетом смотрел на то, как его гордый корабль шёл прямо в морскую пучину. Он намертво вцепился руками в рукояти штурвала, боясь, что какая-то жалкая и трусливая часть его бытия, что присутствует в каждом человеке, заставит старого моряка бежать в ужасе от этого зрелища.

Но он не побежал. И потому увидел, как вода обтекает верхнюю часть его корабля. Словно кто-то запер его флагман в воздушном пузыре, не давая морской стихии окончательно уничтожить того, кто вторгся в её вотчину.

Хотя, почему же «кто-то».

Годзё прекрасно знал, кто именно это сделал. Этот молодой парень стоял на второй носовой башне, выпрямившись во весь рост и скрестив руки на груди. Российский барон смотрел вперёд, продолжая с помощью магии удерживать воздушный карман вокруг корабля.

И при этом нижняя часть «Сусано» по-прежнему оставалась в воде, позволяя четырём гигантским гребным винтам продолжать толкать погружающийся линкор вперёд.

Они только что превратили флагманский линкор Японского флота в самую огромную подводную лодку в мире. От осознания этого безумного факта, Годзя расхохотался так, как не смеялся никогда в своей жизни.

Но уже через несколько мгновений этот смех застрял у него в горле. Он не мог сказать, что именно произошло. Оно просто появилось перед ними.

Колоссальных размеров существо, более чем втрое превосходящее их корабль. Гротескное и уродливое, оно напоминало мясистого кашалота, которого за тонкие жгуты или усы тащили под водой похожие на каракатиц более мелкие твари.

А вверх, туда, где находилось созданное магией ледяное поле, тянулся едва заметней отросток. Вряд ли он был толще волоса. Ишикава бы и не заметил его, если бы эта «нить» не лучилась энергией.

Теперь понятно, что именно говорил барон, когда рассказывал о приманке. Эта мерзость напомнила ему рыбу-удильщика, что водилась в глубинах океана и приманивала к себе других существ только лишь для того, чтобы сожрать их.

И сейчас люди действительно впервые столкнулись со своим настоящим противником!

— Вперёд! Самый полный! — проорал адмирал, больше на одних эмоциях. — Держите носовой дифферент на пасть этого ублюдка! Мы выпотрошим его, как рыбу и подадим сашими на стол нашего Императора!

Оставшиеся на борту линкора восемь человек поддержали его своими торжествующими и гневными воплями. Они больше не заботились о такой мелочи, как жизнь. Что такое «спасение», когда в твоих руках возможность нанести смертельный удар врагу!

Стоящий на башне барон что-то сделал, и тяговых чудовищ поразили разряды молний. Каждый был толщиной чуть ли не со ствол главного калибра «Сусано». Попытавшиеся оттащить своего хозяина монстры забились в судорогах, перестав делать то, что от них требовалось.

Впервые оказавшийся перед людьми, Цетус раскрыл свою мерзкую пасть и казалось, что даже глубины океана сотрясались от его вопля…

…а затем нос «Сусано» вошёл в раскрытый в гневном вопле рот, как остриё катаны, вырывая гнилые клыки и рвя об них собственную обшивку. Гребные винты стального гиганта продолжали толкать его дальше, буквально вгоняя корабль всё глубже и глубже в своего противника.

Прямо по самые башни главного калибра.

— Огонь!

Пятисот восьмидесяти миллиметровые стволы взорвались пламенем, исторгнув из себя двухтонные снаряды прямо в пасть этого чудовища. Самые мощные боеприпасы, какие только смогла разработать его держава.

Напичканные магической взрывчаткой, они просто порвали его на куски.

Глава 4

Господи, спасибо тебе за то, что я так хорош.

Хотя, знаешь, что? Перебьешься.

Я лежал спиной на воде и просто пялился на голубое небо. Единственное, что немного портило общую картину — серого цвета грибовидное облако, что поднималось вверх, прямо к небу. Прав был Акс. После такого хрени мы будем просто обязаны напиться.

Итак. Насколько сработал мой план? Да на все сто, мать его, процентов!

Цетус мёртв. Выстрелы линкора порвали его на части, дав мне возможность сделать то, что нужно. А взорвавшийся реактор линкора уже доделал начатое. Победа?

Определённо! Не просто победа. Победище, я бы сказал!

Спасибо тебе, Кель. Благо я успел поглотить достаточное количество силы, чтобы передать её ей. А она уже вытащила с борта корабля меня и всех, кто находился на его борту. Правда опять едва не промахнулась. Я-то надеялся на то, что нас выкинет где-то на берегу. Ага, счас. Разбежался.

Меня, Ишикаву и его добровольцев выбросило в океан практически с двадцатиметровой высоты.

Ну, я просто не смог их вот так взять и бросить. Пришлось расщедриться и отдать практически всё, что успел поглотить ради этого. Жаль только, что без полноценного воплощения Кель не может действовать с нормальной точностью… вообще хоть с какой-то точностью. Ладно, могло быть их хуже. Если судить по тому, что облако от взрыва хорошо заметно, то не так уж мы и далеко.

Да и будем честны, под нами могла оказаться и земля, а не мягкая водичка.

Искали нас не долго. Я бы и сам смог до берега добраться, но, какой смысл дёргаться лишний раз? Тем более, что после всего произошедшего я чувствовал себя выжатым, как лимон. Ещё после тех приколов, которые нас в Японию закинули до конца не восстановился, так сразу с головой в это дело прыгнул.

Вот и расплата.

Болтая ногами в воде, проверил собственное тело. Грустно вздохнул. А, собственно, чего я вообще ждал? Магические каналы выглядели так, словно я по ним кислоту пустил. Всё в хлам. Вообще. Попробовал потянуться к печати, но… ничего. Та оказалась начисто отрезана от силы. Нет, сам Арсенал в порядке. Чувствую друзей и то, что с ними всё в порядке. Разве, что Аксель бесится от того, что я так и не дал ему закончить бой. Едва мы грохнули основное тело, как Кукла сдохла вслед за ним.

Так что тут всё в норме. Но, пока не восстановлюсь — доступ к ребятам мне закрыт. Даже не пообщаться нормально. Ладно, не в первый раз.

Как я уже сказал, искали нас не очень долго. Гораздо быстрее чем я ожидал. Если уж на то пошло, то не прошло и часа, как послышался громкий рокот двигателя, а над нами пролетели пара вертолётов с японскими флагами на борту. Один из них сделал круг над водой, а затем завис, позволив мне разглядеть уже готовых прыгнуть в воду спасателей в ярких комбезах. А заодно сидящую внутри знакомую девчонку с длинными русыми волосами, что трепались на ветру.

Теперь понятно, как они так быстро справились. Молодец, София…

Спасатели по одному подняли нас на борт вертолетов, после чего обе вертушки развернулись и спешно направились в сторону берега.

— Я думал, что ты улетела, — крикнул я ей, стараясь хоть как-то перекричать оглушительный шум вокруг.

— Я кое-что поняла! — получил в ответ.

И всё. Мог бы попытаться расспросить, но нафига? По одному только уверенному взгляду вижу, что если она и не преодолела свой страх полностью, то, как минимум, справилась с ним настолько, чтобы не впадать в порождённую паникой истерику.

Почему? Как? Без понятия. Потом расспрошу её о том, что там произошло.

А сейчас… сейчас я хочу отдохнуть.

Нас доставили в Осаку. Практически сразу же со всех сторон облепили военные, доставая людей из вертолётов и передавая их в заботливые руки врачей.

Там же оказались и мои «соотечественники». Едва мы с Софией вылезли из вертушки, как через окружающую толпу к нам пролез знакомый мужик в костюме.

— Ваше благородие!

— О, Вадим! А ты чего тут делаешь? — узнал я посольского сотрудника.

— Кто-то должен был остаться в посольстве, — с мрачной обидой заявил тот. Ага. Как же, должен был. Скажи уже правду. Тебя просто тут оставили, потому что не жалко. — Я вызвался добровольцем.

Ну да, конечно. Я уже не стал ничего говорить. Лишь спросил, есть ли у него машина.

— Конечно, ваше благородие. Я как узнал о случившемся, так сразу же сюда примчался.

— Тогда едем в посольство. Прямо сейчас…

— Но, как же так? С вами хотят поговорить и…

— Нахер их разговоры, — быстро отрезал я. — Едем отсюда, пока меня на части не порвали.

— Так это правда⁈ Вы действительно смогли…

— Не. Это, вон, бравый адмирал с его людьми сделал. Я, так, посмотрел просто. Всё, давай. Поехали отсюда.

Протолкавшись через толпу и отказавшись от целой кучи предложений о помощи, мы с Софией залезли в машину вместе с Вадимом, который выступал и водителем. А-то я знаю, что будет дальше. Как не отнекивайся, но именно я сделал возможным то, что произошло. Снял с уродца маскировку и разрушил его защиту. От того магические каналы в моём теле сейчас выглядели так паршиво, что даже искорку из пальцев не выдать.

Но, своё я получил.

От одной только мысли о полученном призе губы сами собой растягивались в улыбку. Хотелось залезть в Арсенал, дабы убедиться в том, что всё прошло так, как нужно, но… не могу. Доступ к печати заблокирован и пока не восстановлюсь, получить его не смогу. Так что придётся подождать.

А затем, вспомнив, наклонился вперед.

— Вадим, можете связаться с аэропортом?

— Могу, ваше благородие. Но зачем?

— Хочу узнать, там ли ещё моя подруга. Её «Джавелин» сел там несколько часов назад, а я свой телефон потерял.

Опять. Чёт не живут они у меня долго. Даже обидно.

— Конечно. Сейчас сделаю.

На это дело ушло всего несколько минут. К сожалению, мои надежды не оправдались. Габриэла уже улетела. Ну, не винить же её за это? Учитывая, какой адище тут творился, я бы на её месте поступил бы точно так же. Ладно, хорошо, что хоть живая. Жаль только, что не повезло. Я наделся быстро свалить отсюда, потому что прекрасно понимал, что вполне себе с большой вероятностью начнётся дальше.

К сожалению, на следующий день мои страхи оправдались.

— Слушай, Вадим, а нельзя их как-то… ну, я не знаю, прогнать может? — спросил я, стоя у окна.

Внизу творился сущий хаос. Вся улица, где располагалось посольство, была забита машинами с репортёрами. Народ толпился у входа в посольство. Единственное, наверное, что всё ещё не дало им ворваться внутрь и растерзать меня — охрана самого посольства, что стояла на своём посту и грозно взирала на собравшихся.

Сука, я ведь ожидал чего-то подобного. Уже к вечеру интернет сходил с ума от новости. Человечество смогло убить первого Губителя в истории! Целая сенсация! И ведь я рассчитывал, что все бросятся на храброго адмирала. В сети уже даже видео есть. Кто-то снимал то ли с самолёта, то ли с беспилотника. «Сусано» ломиться вперёд на полном, ходу отбиваясь от нападающих на него монстров. А потом, зарывается носом под воду, уходя на глубину. Линкор. На глубину. Ага.

Дальше видео не было, по понятным причинам. Только снятый на видео момент взрыва.

И теперь все они жаждали пообщаться с моей скромной персоной. Только вот каким образом узнали, что это был я? А? Так и хотелось найти их военное начальство и узнать о том, какая скотина проболталась! Ну есть же военная тайна, там. Понятие секретности и прочее дерьмо? Но нет, уже растрепал кто-то.

— Вы теперь знаменитость, ваше благородие, — подметил тот очевидное. — Нам уже поступают сообщения от посольств из других стран. С вами хочет поговорить очень большое количество людей.

— А вот я ними не особо хочу, — пожаловался я.

— Но решать это не вам, — заявил стоящий за моей спиной мужчина. — Если на желание встретится с вами от сторонних послов мы ещё можем не обращать внимание, то только не приглашение от его императорского величества. Император Японии не тот человек, которого вы можете просто так проигнорировать.

О, этот мужик тот ещё фрукт. Прилетел пару часов назад. На личном «Джавелине» с гербами Российской Империи на бортах. Великий Князь Антон Владиславович Багратионов. Первый советник Императора и бла-бла-бла. Нет, правда. Там столько титулов, что от их перечисления можно натурально физически устать.

В общем из своего короткого общения с ним я понял три вещи. Он мужик серьёзный, сильный и до одури влиятельный.

Ещё при встрече позволил себе «слегка» прощупать его. Почему «слегка»? Потому, что на нормальное сканирование я был сейчас банально не способен. И пока не восстановлюсь, сделать этого не смогу. С другой стороны, не думаю, что я стал бы усердствовать в этом деле. Ещё не дай боже почует чего и подумает как-нибудь неправильно. Ну нафиг.

А, вот, что касалось его слов, то тут действительно, куда не кинь, всюду клин. Пока я отмокал в ванной после того, как Вадим притащил нас в посольство, вечером приехала целая делегация из более чем двадцати машин.

Ох, надо было видеть лицо бедолаги. Вадим в панике ворвался в ванную комнату, вопя что-то о посланнике императора и прочий бред. У него едва истерика не случилась. Ещё бы, ведь начальство свалило, оставив его старшим сотрудником в посольстве вместе с обслугой. Их, по обещаниям посла, должны были забрать «в скором времени». Естественно, когда именно это должно было случиться, никто не уточнял. А само ещё вернутся не успело. Вот Вадим и отдувался.

А я лежал и кайфовал, особо его не слушая.

Припёрлась целая делегация, вместе с доверенным лицом от Императора. Мол, желаем видеть барона Владислава Коршунова при дворе. Император говорить желает.

А затем развернулись и ушли. Как ни в чём не бывало.

Разумеется, что первым же порывом на столь хамское приглашение было послать их куда подальше и спокойно вернуться обратно домой, во Владивосток.

И дело даже не в том, что меня туда пригласили. О, нет. Нифига. Пригласительных было два! Этот напыщенный и надменный японец так и сказал: Император желает встретится с вами и вашей спутницей.

Не нужно быть гением для того, чтобы понять, почем именно они хотят видеть там и Софию. К гадалке не ходи. Как бы мне того не хотелось, но, похоже, что инфа о том, что она обладает Аспектом стихии выплыла наружу. Ну, или, по крайней мере догадки об этом. А это значит, что? Правильно. Её всеми силами попробуют заполучить.

Ну, я так думал. Всё же видел, что устроила та девчонка. Если бы ей не помешали, то она бы проморозила весь чёртов залив.

— А я всё равно не хочу, — заявил я, на что вызвал у Багратионова лишь недовольное хмыканье.

— Как я уже сказал, решать в данном случае предстоит не вам. Данная встреча может оказать весьма благоприятное действие на наши отношения с Японией. Российский барон принял участие в уничтожении одного из Губителей. Более того, по заявлением некоторых — именно вам принадлежал план его убийства. И большая часть вклада в успех.

— А я заявляю, что всё сделали сами японцы. Адмирал там этот. И его офицеры…

— Они другого мнения.

— Кто бы сомневался.

Эх, ну что им стоило взять все заслуги себе, а? Я-то не гордый… Хотя, ладно, чего уж там. Гордый, конечно. Но кичиться победами? Не, не моё. Мне достаточно самого факта победы. И уж тем более, я не испытываю желания что-то и кому-то доказывать. Сам прекрасно знаю, чего я стою и без сторонних восхвалений.

— А может всё же ну его?

— Нет.

— Точно?

— Абсолютно.

— Ну и хрен с вами, Антон Владиславович, — вздохнул я и стоящий рядом со мной Вадим побледнел от подобного ответа. — Ладно. Давайте смотаемся в Токио, а потом я хочу домой…

— Потом вы направитесь в столицу, — поправил меня Багратионов. — На встречу с Государем Императором.

— У меня дела вообще-то, — напомнил я ему, чем заставил лицо Вадима принять такое выражение, что я даже забеспокоился. У него там сердце от страха сейчас не тормознёт?

— Какие у обычного барона могут быть дела, что он готов отодвинуть в сторону личную аудиенцию у Императора? — не без издевки в голосе поинтересовался Багратионов. — Прекратите нести чушь, Коршунов. Все ваши дела вторичны и могут подождать. А сейчас, идите собирайтесь и девушку вашу, тоже, подготовьте. Мы вылетаем в Токио через три часа…

* * *

В Токио мы прилетели уже к вечеру. И сразу же из аэропорта, под чётким руководством наконец вернувшегося к своей работе посла и самого Багратионова направились сначала в посольство, где для нас оказались подготовлены костюмы. А затем, переодевшись и выдержав небольшой скандал, поехали во дворец.

— Вы должны надеть галстук! — в очередной раз прошипел мне посол.

— Сами надевайте, — отбрехался я. — Я себе эту петлю на шею цеплять не стану.

— Это протокол! Вы должны выглядеть соответствующе…

— Это бред, — огрызнулся я. — Меня туда пригласили, а не я сам напросился. Пусть вообще спасибо скажут, что не в трениках приеду.

— Я буду жаловаться! — едва не завопил посол.

— Кому? — не удержался я и махнул в сторону сидящего на против меня на диване лимузина Советника. — Вон, пожалуйста. Жалуйтесь. Вряд ли вы кого-то по значительнее встретите. А я всё равно эту хрень надевать не стану. Я всё сказал.

Посол жалобно посмотрел на Багратионова, но тот только пожал плечами. Он уже пытался меня «образумить» и заставить надеть галстук. Ввиду чего оказался послан туда, куда ходят далеко и надолго. В вежливой форме разумеется. После чего удивился, хмыкнул и заявил, что раз не хочу, то и не надо.

Видать подобное отношение, без какого-либо страха и заискиваний для него редкость, раз уж он принял мою точку зрения. Или же просто для вида согласился. Вроде, как бросить вредному псу кость, чтобы он потом проблем не доставлял. Кто их, аристократов, разберёт.

Но, следовало признать, что шло всё, что называется, по первому разряду.

На мне был дорогущий костюм тройка. Чёрный с белоснежной, как только что выпавший снег сорочкой. Золотые запонки, туфли. Ради интереса полюбопытствовал, сколько стоит такое чудо. Услышал ответ. Задумался. Да где они вообще его взяли⁈ Если верить сообщениям от Елизаветы, то мы на еду и лекарства для бездомных потратили меньше!

Ладно, больше на самом деле. Но всё равно! Такие бабки за какие-то шмотки!

С другой же стороны…

Я повернул голову и посмотрел на Софию.

Девчонка просто цвела. Длинное, нежно-голубое платье, с разрезом на бедре. На ногах изящные туфли в тон. Длинные русые волосы тщательно вымыты, причесаны и собраны в изящную причёску заколкой из серебра. Красота такая, что глаз не отвести. Нет, конечно же всё это напускное. Она и сама по себе красавица. Да и я никогда не зацикливался на шмотках. Не больше, чем обёртка для прекрасной конфетки. Обёртка прекрасная и баснословно дорогая, чего уж тут говорить.

Зато сама София от всего оказанного ей внимания просто-таки млела. Эх, дорвалась малышка. Сколь бы утилитарный и практичный подход в жизни она не исповедовала, но в душе каждая девушка мечтает о дорогих платья, прекрасных туфлях и прочем, чтобы подчеркнуть свою красоту.

А я и не против. Сидит сейчас эта услада для глаз и восторженным взглядом смотрит в окно нашего лимузина, разглядывая красоты японской столицы.

На самом деле за эти пару дней дофига всего произошло. Российское посольство в Осаке гудело, как пчелиный улей после случившегося. Народ носился туда-сюда, а уж после того, как к нам прибыли посланцы от японского Императора то их скорость и вовсе стала какой-то невообразимой.

Но для меня всё это прошло так, фоном. Большую часть времени я соизволил валятся в своём номере вместе с Софией и отдыхать. Только когда вышеназванный злой дядя приехал, пришлось нехотя начать шевелиться. Как бы я не выкобенивался, но на данный момент придётся немного уступить Багратионову. Хотя бы с той точки зрения, и я ни капли в ней не сомневался, что проблем он мне сможет обеспечить столько, что я погрязну в их решении вместо того, чтобы заниматься тем, чем должен.

— Хорошо, — всё же сдался посол, убирая проклятый галстук. — Запомните, Коршунов. При Императоре ни в коем случае не обращайтесь к нему первым. Только в том случае, если он сам заговорит именно с вами. Вас примут в конце приёма. Держись поближе ко мне и старайтесь ни с кем не говорить.

— А что так?

— Вас могут попытаться спровоцировать, или ещё каким образом испортить вашу репутацию в глазах Императора.

— И они попытаются это сделать, — брякнул Багратионов, глядя в окно.

— Скорее всего Его Высочество прав, — вздохнул посол. — Наши отношения с японцами очень… не простые. Оба правителя заинтересованы в более или менее мирном сотрудничестве, но при дворе Нобунаги есть множество тех, кто всё ещё хотят продолжения последней войны…

— Так они же её и начали, — вспомнил я. — Вроде бы первыми напали и попытались отвоевать Сахалин.

— В общем — верно, — согласился посол. — Проблема только в том, что всё это произошло не по воле самого Нобунаги. Часть японских кланов решила, что им самим по силам захватить Сахалин и другие острова и вернуть их обратно в лоно Японской Империи.

— И они себя переоценили, — жёстко произнёс Багратионов.

— Его высочество участвовал во время той короткой войны, — тут же пояснил посол, чем заставил меня несколько по-новому взглянуть на императорского советника. — Созданный среди кланов Хоккайдо союз действительно не смог оправдать своих надежд. Они проиграли, но эта короткая война дорого нам стоила.

— Тогда к чему все эти разговоры о мире? Если их император тут не причём?

— Когда ты занимаешь подобное место, Коршунов, происходящие события всегда являются более сложными, чем это кажется со стороны. Нобунага просто не мог отмахнуться от тех, кто начал всё это. Среди кланов Хоккайдо много очень и очень влиятельных личностей. Да, во время войны пострадали их военные силы. Политическое же влияние осталось нетронутым. Репутацию свою, конечно, они подмочили знатно, но и всё. И они умны. Выставили всё так, словно всё началось из-за наших действий. А когда мы надрали им их жёлтые задницы, сделали вид, будто они и не проигрывали вовсе. Учитывая, что после окончания этого… конфликта, не произошло никаких изменений на географических картах, предъявить что-то кому-то сложно.

— Кроме мешков для трупов, — произнёс я, чем вызвал злой кивок со стороны князя.

— Верно. Кроме погибших. Нобунага просто не мог заявить, что его подданные действовали своевольно. Это означало бы показать всему миру, что он не контролирует собственных людей. Конечно же, я уверен в том, что чистки были и те, кто должен был — понесли наказание. Всё же они его подставили. Но всё это делалось за закрытыми дверями. Чтобы не выносить сор из избы.

— Знаете, Антон Владиславович, мне даже нравится, с каким чувством вы говорить про то, как «надрали их задницы», — не удержался я, на что, к моему удивлению, Багратионов улыбнулся.

Не знал, что он такое умеет.

— Ну, ещё бы. Я лично участвовал в тех сражениях, — не скрывая гордости в голосе заявил он. — Но, возвращаясь к нашему разговору. Евгений прав. Во время приёма ведите себя осторожно. В разговоры старайтесь не вступать. На провокации не реагируйте. Если кто-то попытается каким-либо образом давить на вас, просто вежливо прерывайте разговор и сразу идите либо ко мне, либо к нему. Всё поняли?

Мы с Софией кивнули. Я даже дважды. Судя по мрачным лицам обоих наших «нянек», мне не поверили. Ну и пусть. Что я, враг себе, что ли?

* * *

Токийский Императорский дворец… впечатлял. Как-то я не интересовался, в каких именно хоромах живут местные императоры, короли и прочие государи. Логично предположить, что в больших и красивых. Странно было бы, будь оно иначе. Лично мне хватило бы и своего имения…

…если бы один мудила не взорвал его! Сука. Может попросить Викторию, что ли. Пусть поднимет этого мудака. А я его грохну. И так раз этак двадцать! Урод. Нет, ну серьёзно!

Ладно. Спокойно. Надо будет — отстрою. А сейчас, возвращаясь к виду из окна лимузина, могу сказать одно. Если кто-то захотел бы дать определение в словаре выражению «дорого-богато», то фотография всего этого великолепия подошла бы просто идеально.

Сейчас наш лимузин катил по мосту, давая возможность рассмотреть дворец во всём его величии. Его и дворцом-то, сложно назвать. Скорее целый комплекс, состоящий из выполненных в классическом для Японии стиле, садов, небольших прудов и всего прочего. И всё это дело занимало столько место, что по своим размером больше походило на небольшой город. Прямо в Центер Токио.

Что мне особенно понравилось, вокруг дворца почти не было вездесущих для этой страны небоскрёбов. Ни одно здание в округе не превышало громаду дворца своими размерами. Лишь через несколько километров здания начинали аккуратно подниматься вверх, стараясь дотянутся своими крышами до неба. Выходило, что обитель Императора Нобунаги Ясуо, как бы находилась в центре огромной чаши и ни одна тень не падала на его дворец.

Символичненько.

Наш кортеж пересёк церемониальный мост и остановился. Дальше едва не произошла забавная заминка. По протоколу первым машину должен был покинуть самый знатный — то есть Багратионов. Но, по факту, приглашённым лицом являлся я, а остальные, как бы, шли довеском. Так что в теории первым явить под свет японской знати свою рожу предстояло бы именно мне.

Наш посол замялся, так как, очевидно, из-за всей спешки просто не смог проконтролировать этот момент, чем заработал такой взгляд со стороны Антона Владиславовича, что бедолаге чуть дурно не стало.

Положение спас я. Мне весь этот протоколизм был до одного места. Тем более, что меня волновал другой, куда более несущий вопрос. Я банально хотел есть. Со всем этими примерками, сборами и дикой спешке, меня даже не покормили! Ну и, кто здесь важный гость, спрашивается?

Так что я без лишних экивоков просто открыл дверь и вышел наружу, после чего, как подобает истинному джентльмену, протянул руку своей спутнице.

Встречали нас официальные представители Императора, в том числе и тот надменного вида старикашка, что полтора дня назад припёрся в посольство и сообщил, что императорское величество меня на ковёр к себе желает. Улыбчивый, с повадками породистой змеи подколодной. Таких персонажей я встречал за свою жизнь достаточно. Для них игра в интриги в тенях трона — чуть ли не смысл жизни. Самые заклятые друзья, что называется. Сейчас улыбаются, а через пол часа с точно такой же улыбкой заботливо засовывают тебе кинжал под рёбра.

Впрочем, о вежливости я не забывал. Представил себя и Софию. Багратионов же, как и посол, представились сами.

А дальше всё, как по учебнику. Милые девушки-служанки в красивых кимоно, почётная самурайская гвардия, в кажущихся архаичными пластинчатых доспехах. Да вот только от «старины» там разве что вид. И броня, и оружие пропитаны таким количеством энергии, что я даже начал в голове прикидывать, чем пробивать этих живых танков. Естественно, исключительно ради собственного любопытства.

Как только с раскланиванием и расшаркиванием было закончено, нас проводили во дворец, где уже вовсю шёл приём. Огромной приёмный зал был переполнен, куда взгляд не кинь. На глаз тут тысячи две человек, если не больше.

Проводив нас в зал, сопровождающий нас японец сообщил, что Император будет готов принять нас по окончанию приёма. До тех пор он будет занят, так как даже такое событие — не повод откладывать светские дела.

Вопрос — а чего вообще устраивать все это дело, коли он такой занятой, я, естественно, задавать не стал. Как говориться — в чужой монастырь со своими правилами не лезут. Да и вообще, не поклонник я этого дела, по монастырям чужим лазить. В лучшем случае там просто скучно. В худшем… ну, в худшем хотя бы не так скучно.

— Ну, что? — спросила София, оглядываясь по сторонам. — Чем займёмся?

— Ты ещё спрашиваешь? — улыбнулся я, беря её под руку.

Эта красавица поняла меня мгновенно.

— Дай угадаю, ты голодный, ведь так?

— Конечно! Так что пошли, узнаем, чем тут кормят.

— С удовольствием.

И ещё одна радостная улыбка. Приятно видеть, как красивая девушка искренне тебе улыбается. Ещё больше я был рад тому, какие изменения с ней произошли за тот короткий промежуток времени, что я её не видел. Она так и не стала рассказывать мне о том, что произошло в аэропорту, а я и не настаивал. Главное, что чтобы там не случилось, это повлияло на неё лучшим образом. Словно Софи нашла в себе какой-то внутренний запас уверенности.

Так что её радостная, а, главное, уверенная и искренняя улыбка была более чем достойной наградой за всё случившееся.

О, кстати! Кормили здесь отменно. Расставленные, очевидно, по чёткому плану столы ломились от разнообразной еды. Тут буквально было всё, о чём только можно было подумать. Небольшой перекос в сторону рыбных блюд, но учитывая их вкус и качество я не против.

Так мы и потратили почти час, путешествуя от одного столика к другому. Я пробовал всё понемногу и заодно наблюдал за происходящим вокруг. Всё же, как бы не выглядело со стороны, предупреждениям Багратионова я внял. К нам особо никто не подходил, а сам я не рвался заводить новые знакомства. Но за окружающими следил.

Поэтому, стоя рядом с очередным столиком и дегустируя нежнейшее на вкус крабовое мясо в каком-то хитром соусе, вовремя заметил медленно приближающуюся в нашу сторону пару: мужчину и женщину, внутренне напрягся. Со стороны могло показаться, что они просто гуляли по залу, но меня хрен обманешь. Видно, что все их гуляния водили парочку вокруг нас с Софией, постепенно, как бы невзначай, выводя этих двоих на встречу с нами.

Поэтому, когда я услышал за своей спиной вопрос на идеальном русском, то даже не удивился.

— Барон Владислав Коршунов, я полагаю?

— Он самый, — повернулся я с улыбкой. — Хотя, не думаю, что вы хоть сколько-то сомневались в ответе на этот вопрос, ведь так?

Стоящий предо мной старик по-доброму улыбнулся. Хотя, сколько там доброты было, в этой улыбке, тот ещё вопрос.

Да и стариком его можно было назвать с о-о-очень большой натяжкой. На вид — лет шестьдесят, не больше. Но, только на вид. Внутренне ощущал, что его возраст приближается годам, этак, к девяносто — сто. На лысо бритый череп. Длинная, тщательно ухоженная борода. Одет в какое-то подобие длинного и чертовски дорого на вид мужского халата, который предпочитало большинство присутствующих на приёме японцев. Вроде эта штука хаори называлась, или что-то подобное.

К слову, подошёл он в одиночестве. Женщина, которую видел с ним раньше, куда-то ушла.

А ещё этот мужик дьявольски силён. Тут даже каких-то особых способностей не нужно было, чтобы это понять. И так вижу, что он тщательно контролирует свою ауру. Но и без этого, скрытая, она фонила. Для меня, по крайней мере. По моим ощущениям этот «старик» находился на одном уровне с Багратионовым. Или, даже выше. В руках трость из непонятного, явно добытого не в этом мире тёмного дерева. Тоже не простая и излучающая силу. Либо артефакт, либо скрывала внутри оружие. Точнее не скажу, уж больно урезаны в данный момент мои способности.

А вот о чём я мог сказать с уверенностью — меня проверили. В энергетическом плане, я имею в виду. Ощутил, как этот мужик оценивал меня. Даже интересно, к каким выводам он пришёл. В моём-то состоянии.

— Такаги Кеншин, — представился старик и, к моему удивлению, протянул мне свою ладонь.

— Владислав Коршунов, — ещё раз, в этот раз уже официально представился я и указал ладонь на стоящую рядом со мной девушку. — А это прекрасное создание, София Гранина.

— Ваша спутница прекрасна, — улыбнулся Кеншин, чем вызвал лёгкий румянец от смущения на лице Софи. — Вам очень повезло молодой человек.

— Ну, тут я даже спорить с вами не стану.

— Вы уж простите старика, если помешал вашему разговору, — по отечески произнёс он, опираясь на свою трость. — Но, я просто не смог удержаться. Признаюсь, что в этом зале витает множество слухов. В том числе и о молодом иностранце, что оказал значительный вклад в столь великую победу.

— Слухи? — решил уточнить я.

— О, да. Представляете, говорят, будто молодой барон из России вместе с горсткой наших храбрых моряков смог убить Губителя. Поразительная история. Я бы счёл её не более чем фантазией…

— Если бы не знали, как обстоят дела на самом деле, — закончил я за него. — Ведь так?

— Звучит безумно, соглашусь. Но, от того не менее интересно. Скажите мне, Владислав, как вам это удалось?

— Боюсь, что моё участие в этом событии несколько преувеличено.

— Настолько преувеличено, что сам Император Нобунага удостоил вас чести личной встречи с ним?

Коротко глянув за спину моего собеседника, нашёл взглядом нашего посла. Тот стоял и смотрел на меня с такими глазами, будто ждал, что меня вот-вот попробую сожрать.

Пф-ф-ф… Это кто-кого ещё сожрёт.

— Не могу не отметить, что ваш русский практически идеален.

— Один мудрец говорил, что для победы над своими врагами первое, что нужно сделать — это понять их, — глубокомысленно выдал Такаги. — Знание языка своего противника — шаг на пути к его пониманию.

— А мы с вами противники? — поинтересовался я у него.

— Я вижу противника в каждом, молодой человек. Потому я тот, кто я есть. И потому, я всё ещё жив. Опасность может поджидать нас на каждому шагу. Даже в столь… прекрасном месте.

Угу. А вот теперь вечер становится любопытным.

— Софи, не могла бы ты нас ненадолго оставить? — попросил я её и та моментально поняла, что именно я от неё хотел. Сразу же сослалась на то, что хотела бы найти что-нибудь выпить.

Извинившись перед стариком, улыбнулась и направилась в сторону, двигаясь туда, где находился Багратионов, что стоял рядом с послом. Умница девочка. Сразу сообразила, куда надо идти.

— Чего вы хотите, Такаги-сан? — уже открыто поинтересовался я у него. — Вы вокруг меня уже минут десять круги наворачивали, прежде чем решились подойти.

— Хотел своими глазами увидеть человека, который смог сделать то, что доселе считалось невозможным, — отозвался тот. — Я уже побеседовал с Ишикавой. Любопытно было составить о вас личное мнение.

— И?

— Вы… интересный человек, Владислав. Как и ваша спутница. Знаете, она стала бы прекрасным, пусть и несколько экзотическим дополнением для любого кланового рода Японии. Даже здесь, посреди императорского дворца могут найтись те, кто захочет заполучить столь прекрасный цветок для своего сада.

— Надеюсь, что у вас нет потребности в «экзотике», Такаги-сан, — проговорил я глядя ему в глаза.

— О, нисколько, молодой человек. Но могут найтись те, кто вполне способны проигнорировать ваше мнение.

— Даже так? Что же, передайте им, что я найду, где взять достаточно соли для того, чтобы в их «садах» больше ничего и никогда не выросло. Собственными руками посыплю.

— Храбрые слова, — усмехнулся Такаги. — А сможете ли?

— Напомните мне, по какой причине устроен этот приём, — вместо ответа спросил я у него, чем вызвал ещё одну улыбку. И в этот раз, к моему удивлению, она оказалась куда более искренней.

— Хороший ответ, Владислав. У меня к вам нет неприязни. Лично к вам, я имею в виду. Ходит много слухов, это вы правильно заметили. И, как верный подданный и сторонник Императора, я не могу не заметить, что сейчас в этом зале есть очень большое количество людей, которые смогли бы получить выгоду от того, если с вами что-то случилось бы. Что-нибудь крайне неприятное.

Дальнейший короткий разговор уже не представлял интереса. Так, переливание из пустого в порожнее. Старик сделал то, что хотел. Предупредил меня, о том, о чём я и так догадывался. Спасибо, конечно, но лучше бы сказал, почему. Вот тут действительно вопрос. Когда мы разошлись, рядом со мной сразу же оказался Багратионов.

— Что он хотел? — не став тратить время потребовал он.

— Предупредить, — честно ответил я ему.

— Что именно?

— Что меня здесь не любят.

— То же мне, открыл истину, — проворчал Антон Владиславович. — Кроме нас, сюда больше никого из наших не пригласили. Это вообще первый приём такого масштаба, куда мы получили официальное приглашение.

— Благодаря мне, между прочим, — не преминул я ему напомнить.

— Не зазнавайтесь, Коршунов. Я бы вообще предпочёл отказаться от подобной чести, кабы была такая возможность, — тут же попробовал он меня осадить. — Такаги одни из самых близких сторонников нынешнего Императора Японии. И если он пришёл к вам, чтобы предупредить, то, можете считать, что это было сделано по просьбе самого Нобунаги.

Выслушав его, я устало покачал головой, и закинул себе в рот ещё один кусочек сашими с нежнейшей красной рыбой.

— Бесит. На кой-чёрт такие сложности-то?

— Есть пара мыслей. Как я уже сказал, Нобунага не желает полномасштабной войны между нашими государствами. Он жёсткий, но крайне практичный и умный политик. К сожалению, он связан древними договорами между императорским родом и кланами Японии. И, боюсь, сейчас за наш счёт местные пытаются играть в перетягивание каната.

И? Как мне это понимать? Даже спросил, на что получил ответ из разряда: не твоё дело. Приказали быть тише воды и ниже травы? Вот и исполняй.

В принципе, я бы даже так и поступил. Правда. У меня всё это лицедейство не вызывало ничего, кроме отвращения. Я бы и дальше спокойно трескал закуски, запивая их соком, дожидаясь назначенной встречи, чтобы поскорее разобраться с этим делом и свалить восвояси.

Да вот только не дали.

Глава 5

Приём длился уже почти два с половиной часа. За это время, не считая моего разговора с Такаги, ничего действительно интересного не произошло. И не то, чтобы я был этим фактом как-то недоволен. Нет, правда. Мы с Софией гуляли по открытой для гостей зоне дворца и прилегающих к ней садах. Пробовали еду, болтали и просто отдыхали. Я даже был удивлён, тому, что высказанное мне предостережение так и не нашло своего подтверждения.

Единственное, что меня раздражало — столько времени тратил, по сути, в никуда.

А ведь я ждал. Правда ждал. Даже наделся на то, что случится хоть что-то интересное. А в итоге до отвратительного спокойный вечер.

Я и не в обиде. Хотелось просто отдохнуть. Да и после всего случившегося тело требовало восстановления. Так что я был рад тому, что всё происходило чинно, тихо и более или менее благородно. Нет, люди, конечно, обращали на нас с Софией внимание, но не более. Кто-то смотрел с пренебрежением. Кто-то с лёгким, вызванным скукой интересом. Большая же часть встреченных мужчин же во всю залипали на мою спутницу. Можно понять. Это длинноногое стройное чудо в своём платье выглядело просто обворожительно. Особенно если учесть, как она смотрелась на фоне одетых в дорогие, но похожие друг на друга кимоно женщин.

Вот уж действительно, прекрасный и экзотический цветок в этом саду. Мой цветочек. Что я и показывал, гордо шагая с ней рядом и придерживая за талию.

В какой-то момент подошёл Багратионов, тенью преследующий меня и ошивающийся вокруг нас, как наседка. Как бдительный сокол следил, чтобы я не влез в неприятности. Антон Владиславович сообщил, что через час уже должен выступить Нобунага с речью, а затем, ещё минут через пятнадцать-двадцать подойдёт и наш черед.

На мой вопрос: а какого хрена мы тогда не приехали к тому моменту, когда нас вызовут, чтобы не тратить время, он тактично промолчал и посмотрел на меня, как на идиота.

Ну и ладно. Сами играйте в свои игры. Мне-то, что? Я свою работу сделал… ну, или сделаю. Поскорее бы уже разобраться со всей этой хренью и вернуться домой.

Примерно с такими мыслями я и шёл по одному из доступных для гостей садов, когда заметил странное. Всё больше и больше взглядов. В саду, где мы находились, как-то неожиданно стало больше людей. Они словно стягивались сюда. А ещё украдкой, по-тихому, наблюдали за нами с Софией.

Сказать, что я напрягся… ну, нет. Не напрягся, но стал внимательнее. Может быть, потому и заметил компанию уже изрядно накидавшихся молодых разодетых в дорогие хаори парней, что шли в нашу сторону, громко о чём-то разговаривая.

Чего-то подобного я и ожидал, да, но… не так же в лоб!

— Милая, не беспокойся, но нас сейчас будут провоцировать, — шепнул я Софии.

— Что?

— Видишь вон тех идиотов, что идут прямо к нам?

— Угу.

— Вот и славно. Веди себя спокойно и не дергайся.

Взяв её под руку и пошёл прямо вперёд. По-хорошему стоило бы уйти куда-то в сторону, но, спрашивается, с какого перепуга⁈ Меня тут собрались ломать через колено и думают, что я буду терпеть подобное?

На губах сама собой появилась улыбка.

Да хрен вам! Это вы меня позвали, а не я к вам напросился!

Они всё ближе. Вот уже прямо перед нами. Молодые. Лет двадцать от силы. Вижу, что трое из четырёх надрались так, что ещё чуть-чуть и эти идиоты уже вылезут за пределы любых рамок о приличии. Один из них заметил меня, впившись мутным от выпитого взглядом. На лице появилось полное презрения злое выражение.

Практически пройдя мимо, он что-то сказал мне по-японски, а затем громко расхохотался, кивнув своим дружкам в сторону Софии. А когда мы не отреагировали и просто прошли мимо, то заговорил уже по-английски.

— Интересно, кто пустил сюда шелудивую псину и его ручную шлюху.

Замер. Остановился. Развернулся к ним. Ага, так и думал. Стоят, скалятся и смотрят на меня.

— Чего уставился? — высокомерным и громким голосом потребовал он ответа. — Что? Или я в чём-то ошибся на счёт твоей суки, гайд…

Ах, какое-же это приятное чувство, когда твой кулак соприкасается с мерзкой рожей.

Я не стал даже слова тратить. Короткий, едва уловимый рывок, дабы преодолеть разделявшие нас несколько шагов. Просто от души врезал ему по морде.

Ох, сколько шума-то поднялось. Его дружки поднимают идиота с окровавленной рожей с земли. Тот уже нацепил доспех. Быстро среагировал. Хвалю. Но какой смысл от такого навыка? Будь у меня в руках уже оружие, он был бы мёртв. Совсем не пуганный что ли? Со всех сторон сбегаются охрана. Какая-то женщина завопила, добавляя к общему гвалту ещё больше шума.

— Что здесь происходит! — рявкнул властный голос, моментально заставив замереть этого недомерка. Тот уже приготовился броситься на меня, но резко остановился.

К нам подошёл высокий японец в сопровождении нескольких самураев. Тех самых, что видел, когда мы только приехали. Уже уточнил у Багратионова. Эти парни что-то вроде местной императорской гвардии. Лютые типы. Настоящие псы войны, как пояснил Антон Владиславович. Ребят тренировали с детства, выращивая из них машины для убийства.

— Что произошло, я спросил! — снова рявкнул подошедший японец.

— Он оскорбил и ударил меня! — заверещало это убожество, тыча в меня пальцем.

— Это так? — спросили у меня.

— Да, — спокойно подтвердил я, абсолютно не собираясь оправдываться.

— Причина?

— Он оскорбил мою спутницу, — невозмутимо пояснил я, указав на стоящую рядом Софию.

Дальше разговор шёл на японском. Попытавшийся наехать на меня идиот что-то доказывал, тыча в меня пальцем. И чем дальше, тем более и более яростными становились его реплики. Даже обидно, что я ничего не понимаю. При этом двое из его дружков, такие же поддатые дегенераты явно вступились за своего кореша, доказывая его несомненную правоту.

А вот четвёртый стоял чуть поодаль. Едва только началась общая суматоха, как он отошёл ещё дальше, дистанцируясь от происходящего.

— Что произошло? — услышал я знакомый и гневный голос за своей спиной.

— Я вон тому врезал, — кивнул я в сторону идиота с разбитой мордой.

— Дерьмо, — совсем не подобающе своему высокому титулу выругался Багратионов.

— Знаете его?

— Хотелось бы не знать, — проворчал он. — Это Накагава Изаму.

— О! Накагава Изаму⁈ Что, серьёзно? — я попытался выдать максимально удивлённое выражение на морде. Долго правда не продержался. — И, чё? Кто это вообще такой? И, кстати, вы этого идиота вот так просто по памяти назвали?

— Положение обязывает, — буркнул Багратионов. — Младший сын главы клана Накагава. Одного из тех, с Хоккайдо. У него в прошедшем конфликте погибли оба старших брата и дядя…

— Ага. Очень интересно, — я указал Багратионову на четвёртого, который, за прошедшие пол минуты, отошёл ещё дальше, смешавшись с толпой. — А вон тот?

— Какой?

— Тот, что сейчас стоит у фонтана и старательно делает вид, будто он не при делах, — пояснил я. — Рядом с тремя старыми тётками в кимоно…

— Говорите тише, Коршунов! — шикнул на меня подоспевший и явно запыхавшийся посол. — Это жёны министров и…

— Ой, да пофиг, — отмахнулся я от него. — Это он всё устроил. Вывел этих пьяных идиотов прямо к нам.

— Проклятие, я ожидал чего-то подобного, но, думал, что они не станут затевать такую идиотскую игру прямо здесь, — тихо выругался Антон Владиславович. — Послушайте, Коршунов.

— М-м-м?

— Сейчас скорее всего вас…

Его прервал громкий крик. Кретин, которому я разбил лицо указал на меня пальцем, что-то крича по-японски.

— Так и знал, — покачал головой императорский советник.

— Чё ему надо?

— Вызывает вас на дуэль за запятнанную честь.

— Здесь? В императорском дворце? — удивился я.

Дуэльные кодексы были распространены в этом мире почти повсеместно. Разве, что имели небольшие отличия от места к месту. Например, в Российской Империи были запрещены любые дуэли в пределах императорского дворца и бои насмерть. Ну, за исключением случаев, как у нас с Варницким. Когда претензия оформлена официально и оба участника ждут не дождутся, чтобы вцепиться друг другу в глотки.

— В Японии к этому относятся иначе, — пояснил он. — Пусть мы и находимся во дворце, пока Император не появился на публике лично, то его здесь как бы и нет. Это позволяет гостям чувствовать себя свободнее. В том числе и в таких вот ситуациях. И для японца нет ничего хуже оскорбленной чести. За это они могут и будут драться насмерть. А тот факт, что это сделано на приёме у Императора только всё усугубляет.

— О, ка-а-а-ак, — протянул я с напускным удивлением.

— Хватит придуриваться, Коршунов, — зашипел Багратионов, видя, как один из гвардейцев идёт в нашу сторону. — Слушайте меня внимательно. Сейчас вы откажетесь от боя.

— И сделаю я это потому…. Почему?

— Потому, что я так сказал! — властно заявил он, но, видимо поняв, что это не возымело на меня никакого впечатления, добавил. — Если вы сейчас убьёте его, то это обернётся дипломатическим скандалом. А если он убьёт вас, то окончательно загубит для наш шанс на то, чтобы через тебя хоть как-то улучшить наши отношения с японцами.

— Ага. А если я трусливо откажусь, то это ничего не изменит? Так что ли — не удержался я от сарказма.

— Да плевать я хотел на то, что о вас подумают. Вы не японец. Их традиции на вас не распространяются! Пусть думают про вас всё, тчо захотят. Сам факт того, что вы сделали — уже позволит нам наладить контакт! Поэтому ты откажешься от поединка. Понял меня⁈

Выслушав его, я лишь утвердительно хмыкнул.

— Влад, слушай, мне плевать, что там тебе наговорило это ничтожество, — зашептала мне на ухо София. — Просто забей. Слышишь? Не надо ввязываться в эту хрень…

— Спасибо, конечно, милая, но я сам разберусь, — мягко отстранил я её.

Самурай подошёл, склонил голову в уважительном поклоне.

— Младший сын клана Накагава требует от вас ответить за нанесённое оскорбление, — произнёс он на идеальном русском, чем удивил. Оказывается, их ещё и языкам обучают!

— И? — поинтересовался я в ответ. — Чего ему надо?

— Накагава-сан требует нанори, поединок чести, — пояснил он. — Вы оскорбили его честь, и он призывает вас к ответу.

— Коршунов, немедленно от… — начал было Багратионов, но тут уж я его опередил.

— Я согласен.

Услышав меня, самурай вновь поклонился, в этот раз несколько ниже и более… уважительно, что ли. Затем развернулся и направился к своему начальнику.

— Что ты творишь⁈ — зашипел советник. — Я же сказал…

— Скажите мне, Антон Владиславович, — проговорил я, снимая с себя пиджак и оставаясь в белоснежной рубашке. — В какой момент государственная служба заставила вас забыть о самоуважении?

Мой вопрос заставил его замолчать.

Про взгляд, которым он на меня посмотрел я вообще говорить не стану. Если бы глаза могли убивать, то меня никакая магия не спасла бы.

И, всё-таки, он промолчал.

Просто отошёл в сторону, едва слышно ругаясь сквозь зубы.

Дальнейшие события развивались удивительно быстро и споро. Настолько, что я всерьёз задумался о том, а не было ли всё готово заранее на подобный случай. Хотя ответ, как мне кажется, куда проще. Просто такие вещи тут, вероятно, случались на постоянной основе. Люди вокруг расступились, образовав широкий круг, под бдительным руководством дворцовой стражи.

Мой противник, немного успокоившись, к сожалению, не протрезвел. Умственно, я имею в виду. То, что он «выбил» алкоголь из тела с помощью магии — я и так уже успел заметить. А вот эмоционально, только разгорелся ещё сильнее. Затем пришёл один из самураев, передав ему аккуратно и с уважением принесенную катану в красивых лакированных ножнах.

А вот мне никто оружия не подал. Потому, что у меня его не было. Сука. И доступа к Арсеналу, тоже не имелось.

Заметив, что я стою без оружия, мой противник зло усмехнулся и бросил своим дружкам на японском какую-то фразу, от чего те рассмеялись. Ну-ну. Смейтесь, кретины. Я из него всё дерьмо и голыми руками выбью. Тоже мне, проблема.

К моему удивлению, оказалось, что драться голыми кулаками не придётся.

Из толпы вышел человек и подойдя к нам, глубоко поклонился. Действительно глубоко, я имею в виду. Согнулся практически пополам. А затем протянул мне традиционный японский меч в чёрных ножнах.

— Прошу, Коршунов-сан, — произнёс он, держа оружие на вытянутых руках. — Примите этот меч от моего господина, как дар.

— Благодарю, — не стал я отказываться. — Могу ли я узнать, кому обязан?

— Тем, кому эта ситуация нравится ничуть не больше, чем вам, — по-русски произнёс японец, после чего поклонился и направился обратно.

Проследив за его ним, заметил стоящего Такаги. Старик стоял вместе с уже замеченной мною ранее женщиной, опираясь на свою трость и смотрел на меня. Кивнул ему, показав свою благодарность, чем заработал ответный кивок.

Что там говорил Багратионов? Такаги одни из самых преданных сторонников Императора? Так, вроде? Обнажил клинок катаны, попробовав его на весу. Немного тяжелее чем я привык, но сойдёт.

Нас обоих вывели в образовавшийся в саду круг и быстро проинструктировали. Как я и ожидал — бой до смерти одного из участников. Никакой магии и техник. Только искусства меча и ничего более. Затем приказали выбрать какого-то кайсякунина. Секунданта, как мне перевёл подошедший Багратионов. Он же и вызвался добровольцем.

Со стороны Накагавы выступил один из его дружков.

После чего нас в последний раз спросили, готовы ли мы отказаться от поединка. Оба ответили отрицательно, на чём вся подготовка и закончилась.

— Бейтесь, — кивнул самурай. — Пусть смерть вас рассудит.

И в тот же момент этот идиот набросился на меня…

* * *

Такаги Кеншин стоял среди людей, опираясь на свою трость и наблюдал за тем, как оба участника будущей дуэли готовились к поединку. Его несколько покоробило то, как этот молодой русский отнёсся к преподнесенному клинку. Осмотрел лезвие и взвесил клинок в руке с выражением: и так сойдёт.

А ведь этот меч мог стоить больше трёх сотен тысяч йен. И был выкован одним из лучших оружейников Токио. Да, в нём не имелось каких-то хитрых чар или же большой силы. Это был пусть и обычный, но очень и очень качественный клинок, созданный из лучших материалов. А молодой барон просто хмыкнул, засунув его обратно в ножны.

И, всё-таки, Кеншин улыбался.

— Думаешь, что это была хорошая идея, устраивать всё это, муж мой? — спросила стоящая рядом с ним супруга так тихо, что едва ли кто-то мог бы это услышать.

— Более чем, — так же тихо отозвался глава клана Такаги.

Ему не стоило больших усилий для того, чтобы подтолкнуть события в нужном направлении. Один из младших детей союзного рода вполне себе справился со своей задачей — напоить и раззадорить юного Накагаву, а затем сделать так, чтобы его встреча с русским стала неизбежной. Дальше юность, алкоголь и известное презрение Накагава к русским сделали своё дело.

— Но зачем?

— Разве не очевидно? Потому, что меня об этом попросили.

Стоило ему это произнести, как любимая супруга сразу же потупила взгляд и сделала короткий шаг назад, встав чуть позади своего супруга.

— Прости меня за этот вопрос, — услышал Кеншин и одобрительно кивнул.

Именно такого поведения он и ждал от неё.

И, его действительно об этом попросили. Император был человеком, который любил поражать одной стрелой столько воробьёв, сколько было в его силах.

Слишком много слухов ходило вокруг того, что случилось в Осаке. Большинство просто отказывались верить в то, что чужак, пусть и с помощью доблестных японских военных моряков, смог сделать нечто подобное.

Больше того, сама мысль о том, что он совершил то, что не смогли все остальные — казалась унизительной! Это даже звучало, как оскорбление! Подданный Российской Империи, государства, которому они столь унизительно проиграли последнюю, столь глупо развязанную маленькую войну, буквально спас их страну.

И сейчас перед старым другом Кеншина стояла неприятная дилемма.

Император не мог просто так взять и публично принести благодарность этому русскому. От того и была назначена приватная встреча. И, в тоже самое время, он не мог этого не сделать. Произошедшее было удивительно само по себе! Многие до сих пор не могли поверить в то, что это действительно произошло!

Тем не менее, ситуация была такова. И с ней нужно было что-то сделать.

И такой старый лис, как Такаги Кеншин прекрасно умел разыгрывать «плохие» карты.

Чтобы сейчас не произошло, Император будет в выигрыше в любом случае. Если Коршунов умрёт, то это избавит Нобунагу от необходимости встречи с ним, а, значит, что те слухи, что сейчас витают в воздухе окажутся не более чем мимолётным муаром, недостойным упоминания. Благодарность — благодарностью, но если молодой человек не смог выйти победителем в таком поединке, то какая может быть речь о победе над столь грозным противником?

Если же погибнет молодой Накагава, то это нанесёт удар по одному из сильнейших кланов Хоккайдо. Северяне уже давно стояли костью в горле у правителя Японии. Их бесконечное самодовольство, гордыня и постоянное стремление показывать свою независимость создавали ему достаточно проблем. А во дворце Нобунаги ничего не происходит без его одобрения.

Этот юнец, что сейчас вошёл в круг и готовился к схватке, ещё даже не начал понимать, как он подставил свою семью. Воистину, мудрость приходит лишь с опытом прожитых лет. И то, не всегда. Как только он убьёт русского, то нанесет такое пятно на свою семью, что вряд ли они смогут его смыть в ближайшее время. Слухи о том, что Император удостоил чужака права на аудиенцию и так у всех на устах. А этот несдержанный щенок убьёт иностранца. Аристократа. Возможно того, кто помог стране в такой сложный момент, какой бы безумной эта теория не являлась.

Такаги уже предвкушал любой из этих исходов.

А ещё ему было интересно, как молодой барон поведёт себя в таких условиях. В то, что он откажется, Кеншин не верил. После их недолгого разговора он составил достаточно хорошее и точное мнение об этом человеке, чтобы понять его. Молодой. Гордый. До предела уверенный в себе.

Он не откажется.

Даже забавно, что этот юноша понравился ему. В нём чувствовался сильный дух. Тем не менее, личные чувства не имели никакого значения. Единственное, о чём сожалел Такаги — то, что не удастся малой кровью наложить лапу на юную спутницу Коршунова. Девушка действительно была удивительно красивой. Для иностранки, разумеется. Но внешняя красота ни шла ни в какое дело по сравнению с тем фактом, что в её теле находилась Частица живой стихии.

Что ещё более поразительно — похоже, что она могла каким-то образом контролировать эту силу без разрушительных последствий для собственного тела и разума!

Если бы не требование императора, то, возможно, он, Такаги, пошёл бы даже на конфликт с Российской Империей для того, чтобы заполучить в свои руки подобный трофей. Они потеряли одного из носителей Частицы в Осаке, и подобная потеря болезненно могла отразиться на их силе.

Бой начался.

Накагава сорвался с места с поразительной скоростью. Сразу чувствовалась рука хорошего учителя. Его семья всегда славилась своим искусством сражения на мечах…

Кеншин вдруг понял, что совершенно откровенно пялиться на случившееся.

Точно так же, как и все вокруг.

— Что сейчас произошло? — только и смог пробормотать он, глядя на то, как тело юного Изаму упало на траву императорского сада.

А его отрубленная голова лежала в нескольких метрах от тела.

Взмахнув катаной, барон стряхнул с лезвия кровь и убрал клинок в ножны.

Это было даже не смешно. Всего один удар… и Кеншин даже не смог разглядеть его! На какую-то долю секунды он даже уверился в том, что Коршунов нарушил правила нанори. Церемониальный поединок чести давал право лишь на собственную силу, навыки и мастерство! Никакой магии!

Но, нет.

Взгляд в сторону окружающих кольцом место схватки самураев моментально отмёл эту мысль. Они бы ощутили малейшее колебания магической энергии. Если они его не почувствовали, то, значит, всё было честно.

Развернувшись, барон оглядел толпу. Нашёл взглядом его, Кеншина, и направился прямо к нему. При его приближении, стоящие на краю стихийно образованной арены люди сделали шаг назад.

Все, кроме самого Такаги.

Подойдя ближе Коршунов поднял руку с мечом и протянул оружие хозяину.

— Это хороший меч, Такаги-сан, — медленно произнёс он, глядя ему в глаза. — Надеюсь, что больше он не станет участником в столь глупых играх. Подобное оружие заслуживает более славной участи, чем резать юнцов вам на потеху.

Кеншин удивленно моргнул. А затем чуть поддался вперёд, чтобы забрать оружие. И когда его пальцы коснулись клинка, барон добавил.

— У меня соли хватит на всех, Такаги-сан, — напомнил он ему сказанные ранее слова.

Глава 6

Идиоты. Другого слова нет. Я забрал свой пиджак у Софии, и взяв её под руку, мрачной тучей направился обратно во дворец.

Устраивают свои тупые игры, проверки. Я не был уверен на сто процентов, но убедился во всём, когда возвращал меч Такаги. Не сложно было догадаться. И это раздражало.

У этого сопляка не было никаких шансов. Тот, кто его обучал сделал свою работу прекрасно. Нет, правда. Чувствовалась хорошая база. И стиль у него явно на уровне… на уровне двадцатилетнего парня, который взял меч в руки в раннем возрасте.

Но, что такое десять, двенадцать, да даже пятнадцать лет опыта против того, кто не выпускал оружие из рук несколько столетий? Он открылся всего на долю секунд, но мне хватило и этого. А дальше скорость и инерция сделали всё остальное. И ведь он это понял. Я видел это по его глазам. Идиотизм! Глупая растрата!

Заметив моё мрачное настроение, Софи не торопилась завязывать разговор. Просто молча шла рядом, за что ей отдельное спасибо. Разговаривать не хотелось от слова совсем.

Я бы так и ушёл из сада, если бы меня не окликнули сзади. Развернулся, увидев одного из дружков мертвого Накагавы. Тот быстро подошёл ко мне с мечом в руках. Я быстро узнал тот клинок, что держал мой противник.

— Он ваш, Коршунов-сан, — произнёс парень таким голосом, что становилось понятно. Он куда с большим удовольствием воткнул бы лезвие этого меча мне в живот.

— Мне не нужно его оружие.

— И тем не менее, вы обязаны его принять. По традиции клинок проигравшего достаётся победителю, — и он протянул мне лежащий на вытянутых ладонях меч.

— Заберите его, Коршунов, — произнёс догнавший меня Багратионов. — Это действительно традиция. И куда более важная, чем вам может показаться. Если не сделаете этого, то оскорбите весь его род.

— А убийство их пацана — это не оскорбление? — зло поинтересовался я.

— Это был поединок чести, — пожал плечами советник. — Причина не важна.

Раздраженно хмыкнув, я протянул руку и взял оружие. Классическая японская катана в алых ножнах. Посмотрев на оружие, подошёл ближе к парню.

— Передай его семье, что если они захотят отомстить, то я к их услугам. В любое время. А ещё скажи, что вашего друга использовали в качестве разменной монеты. Четвёртый ваш дружок, что свалил. Как протрезвеете и успокоитесь, вспомните, что произошло и сделайте выводы.

Злые глаза парня на миг расширились. Злость из них не ушла, но появилось что-то вроде понимания и, возможно, осознания.

— Я передам им ваши слова, Коршунов-сан, — уже куда с большей признательностью произнёс молодой японец, а затем, к моему удивлению, склонился в поклоне.

— И? — требовательно спросил Багратионов. — Что это было?

— Честность, Антон Владиславович, — коротко пояснил я.

Дальше приём развивался абсолютно спокойно. Ко мне больше никто не подходил. К удивлению, даже местная стража не попыталась подойти и забрать полученный после дуэли клинок. Как пояснил посол, полученное в результате нанори оружие — священно. А Багратионов добавил, что это всё равно, что отобрать триумф, лишить человека победы, достигнутой в честном поединке. Верный способ нанести страшное оскорбление человеку.

Прошло ещё минут сорок, прежде, чем случилось то, чего все ждали.

Ведущие в главный приемный зал дворца двери открылись и сквозь них, в окружении своей стражи шагнул император Японии, Нобунага Ясуо.

И, честно сказать, я ожидал… нет, не большего. Просто другого.

Невысокий, крепко сложенный мужчина лет шестидесяти. По крайней мере на вид. Скорее всего он гораздо старше, но с одарёнными возраст точно определить сложно. Одетый в церемониальные одежды, он прошагал сквозь зал, пока окружающие почтительно склоняли головы в поклоне.

Помнится, я отметил, что Такаги чертовски силён. Ну, так вот, по сравнению с этим парнем, глава клана Такаги как-то даже терялся. Мне даже не пришлось использовать собственные способности для того, чтобы оценить его силу. Его аура давила так, что я едва не произвольно не склонил голову, когда тот проходил мимо. Словно кто-то надавил мне на затылок, вынуждая наклониться.

Ага, счас. Разбежался. Я стойко выдержал это давление. Всего мгновение и оно тут же исчезло, а я на миг встретился глазами с императором.

Что это? Ещё одна их ублюдская проверка? Грёбаный мастодонт. Если ты так силён, то, где ты был, когда твари Вестника ровняли Осаку с землёй? Одна эта мысль выбила из меня любое благоговение перед появившейся персоной.

Нобунага вышел в центр зала, окинув всех собравшихся тяжёлым, в буквальном смысле, взглядом. А затем заговорил. Громко. Отчётливо. Твёрдо. Как и подобает человеку, что держит в своих руках бремя правления над тысячами и миллионами людей.

Только я его не слушал.

Видел подобные выступления. И ни раз. Ничего нового я не услышал. Всё те же восхваления конкретной страны, в данном случае Японии, её доблестных защитников и прочее. Нобунага говорил долго, проникновенно и всякое такое. А собравшиеся слушали его со всем полагающимся почтением.

Признаюсь, я ожидал большего. Опять-таки, если он силён настолько, насколько я смог почувствовать, то, спрашивается, какого дьявола он отсиживает свою задницу вместо… хотя, ладно. Понимаю, что вопрос некорректен.

Как только речь закончилась, приём продолжился. Нобунага вместе со своей свитой ходил по залу, подходя то к одной группе гостей, то к другой, перекидывался несколькими фразами и шёл дальше.

И, что любопытно, прошёл мимо четы Такаги, лишь обменявшись со стариком взглядами.

Минут через двадцать Император покинул общий зал и наступил наконец тот момент, ради которого мне пришлось вытерпеть весь проклятый этот вечер.

— Барон Коршунов? — обратился ко мне невысокий тщедушный старикашка, который пару дней назад доставил приглашение в российское посольство в Осаке. — Идите за мной. Его Величество Император желает поговорить с вами. Ваша спутница может остаться здесь.

— Я думал, что пригласили нас обоих, — напомнил я ему.

— Император изменил своё решение и желает говорить лишь с вами без посторонних глаз, — безапелляционно заявил он и повернувшись к Багратионову добавил. — Боюсь, что это будет личная встреча.

— Я непосредственный представитель Императора Российской Империи, — начал было Багратионов, но японец поднял ладонь, прерывая того на полуслове.

— Император желает говорить с бароном, как с воином. Или же его благородие не способен говорить от своего имени?

Заданный вопрос заставил советника покраснеть от возмущения. Я даже подумал, что у того прямо на глазах голова закипит.

Но, нет. К моему удивлению, Антон Владиславович сдержался.

— От своего может, но не от имени нашего государства, — напомнил он, чем вызвал у имперского посланника лишь снисходительную улыбку.

— А, разве кто-то говорил о том, что Император будет говорить от имени Японии?

Сказанное заставило моих сопровождающих замолчать.

И если советник выглядел так, словно готов удавить япошку прямо здесь, наплевав на свидетелей и возможные последствия, то вот у посла было выражение будто тот смотрел на надвигающуюся катастрофу.

— Коршунов, ради бога, умоляю вас, только не устройте какую-нибудь глупость, — запричитал он, глядя на меня чуть ли не жалобным взглядом.

— Не парьтесь, я разберусь, — успокоил я их и коротко поцеловав Софию, двинулся за японцем к противоположной части зала.

Мы прошли по запутанным коридорам, дворца, пока не добрались до… ну, до того места, куда надо было, очевидно. Все эти бесконечные коридоры выглядели столь однотипно, что заблудиться в них ничего не стоило. Даже богатый, но больно уж одинаковый декор, и тот никак не помогал в навигации.

Но, не суть важно. Мы подошли к массивным двустворчатым дверям, по обе стороны от которых стояли молчаливые самураи в своей броне.

Подойдя к ним ближе, я протянул одному из них катану, но тот лишь качнул головой.

— Ни один воин не заберёт у другого оружие, — пояснил мой проводник, открывая дверь. — Идите барон, Император ожидает вас. Вам дарована редкая и ценная возможность встретится с Его Величеством, как один воин с другим. Как равный с равным. Но, будьте аккуратны в своих словах.

Какой, однако, завуалированный способ показать, что ты здесь мышь и вообще тебя никто не боится. С другой стороны, учитывая ту силу, что я почувствовал, выходить против этого человека с этой катаной, всё равно, что сразиться с тигром, имея при себе зубочистку. В теории, конечно, можно и затащить, но шансов не много.

А вот его слова про «равный с равным», меня удивили. Признаюсь, такого не ожидал. Хмыкнув, я шагнул внутрь, услышав, как двери за моей спиной закрылись.

Нобунага сидел на коленях за невысоким традиционным столиком. Перед ним стояли несколько фарфоровых бутылочек и то ли небольшие пиалы, то ли совсем уж маленькие блюдца. Сам же император успел переодеться, сменив расшитое дорогой вышивкой хаори на совсем простое на вид кимоно белого цвета.

— Прошу меня простить, юноша, за то, что наша встреча заняла так много времени, — проговорил тот, не вставая с места.

— Видимо его всё же оказалось достаточно для того, чтобы устроить дурацкие игры, — без какого-либо пиетета произнёс я, кивнув на меч в моей руке. — И? Стоило оно того?

Нобунага взял в руку фарфоровую бутыль и разлил какой-то напиток по двум сакадзуки. Ага, я всё же запоздало вспомнил, как называются эти плоские чашечки. А напиток, должно быть, саке.

— А вы более дерзкий, чем я предполагал, — вместо ответа проронил он. — Присаживайтесь, поговорим.

Ну, делать всё равно нечего. Я опустился за стол, скопировав позу сидящего предо мной человека.

— Даже в этой комнате, при разговоре с глазу на глаз, люди, обычно, всё равно остаются скованы чрезмерным правилами. Прошу, — он указал на стоящую передо мной чашку. — Попробуйте. Это лучший саке в Японии.

— Не имею привычки отказываться от хорошей выпивки.

Мы оба поклонились друг другу. Я положил трофейный клинок на пол и взял чашку двумя руками, повторив движения своего собеседника. Напиток на вкус оказался… странным. Вроде отдаёт виноградом или яблоком. В целом не то, чтобы по вкусу вкусно, но, по сути, вкусно. Да и не крепкое особо.

А вот тот факт, что саке оказалось совсем непростым, я заметил ещё в тот момент, когда взял сакудзуки в руки.

В жидкости явно чувствовалась энергия. Едва-едва. Обычный человек бы не заметил. Да, что там человек! Не каждый одаренный бы ощутил это. И это точно не яд. В том, что этот мужик не будет меня травить я не сомневался…

Ну, ладно. ПОЧТИ не сомневался.

После всех этих разговоров о традициях и прочей ерунде — это было просто не в их стиле. Да и убивать меня вот так? При личной встрече? Особенно если учесть всё, что мне до этого рассказал Багратионов. Не, не верю.

— Скажите мне, Владислав, — произнёс Нобунага, отставив пустую чашку в сторону и придерживая рукав своего кимоно. — Это правда?

— Что именно?

— Вы убили Цетуса.

О, а вот это не вопрос. Скорее утверждение. И он ждёт, чтобы я его подтвердил.

— Спросите ваших моряков. Адмирала Ишикаву, например…

— Уже, — отозвался император. — И все они говорят одно и тоже. Именно вы сделали так, что «Сусано» добрался до своей цели. Именно вы сняли маскирующие чары с Губителя, позволив им увидеть его… истинное обличие.

При последних словах мужчина скривился.

— Но, даже так, я не поверю в то, что обычных корабельных орудий оказалось достаточно для того, чтобы убить эту тварь.

— Простите, но до этого вы даже не знали, каков его истинный облик, — парировал я.

— Справедливо. И, тем не менее, я хотел бы услышать ответ.

— Для подобного сначала стоит задать вопрос.

Император хмыкнул каким-то своим мыслям.

— Вы что-то сделали, Владислав. Что-то, чего не делал ещё никто до вас, — медленно проговорил Нобунага, словно рассуждая сам с собой. — Бедный, почти находящийся на грани нищеты молодой человек, ранее никогда не проявлявший каких-то выдающихся магических способностей. Ваш отец умер, оставив вам огромное количество долгов и проблем.

— А я смотрю, что вы хорошо выполнили домашнюю работу.

— Знать многое о многом — обязанность хорошего правителя, — пожал он плечами. — Тем интереснее выглядят… изменения, так скажем, что произошли с вами в последнее время.

— Трудности закаляют, — отозвался я. — Верчусь, как могу. Вы сами сказали, что у меня хватает проблем. Как говорил один мудрец: жизнь — это движение. Только оно дарует выживание, ведь…

— Ад пожирает праздных, — с улыбкой закончил за меня Нобунага, чем удивил. — Кажется так звучит продолжение этой фразы.

Я не удержался от удивленной усмешки.

— Приятно видеть человека большой культуры.

Император ответил своей собственной улыбкой и разлил саке по чашкам. Мы выпили. Посидели несколько секунд в тишине, смакуя напиток…

Брошенная мне в лицо чашка встретилась с ладонью. Пальцами отбил предмет в сторону, заметив блеск стали. Тонкий стилет едва не вонзился мне в левый глаз, но я чудом увернулся.

Правая рука схватилась за катану, убранным в ножны клинком отбивая следующий удар. Такой быстрый, что едва успел уследить за ним глазами.

Лезвие покинуло ножны одним плавным движением. Я ударил, даже не вставая с колен, целя ему в шею…

— Прекрасный напиток, — медленно произнёс Нобунага, плавным движением поставив свою чашку обратно на стол.

Я опустил взгляд, на свои руки. Они всё ещё держали пустую пиалу.

— Хороший трюк, — коротко прокомментировал я, положив сакудзуки на стол и перевернув её донышком вверх. Так, чтобы налить в неё что-либо было больше невозможно.

— Иногда понять человека, что сел с тобой за один стол можно лишь по тому, как он реагирует на неожиданную опасность. Как я уже сказал, Владислав, вы удивительно любопытный человек. Интересный, я бы даже сказал. И сейчас мой интерес к вам вырос. Скажите мне, сколько вы хотите за то, чтобы стать моим подданным?

— Боюсь, что я не стану отвечать на этот вопрос.

— Дело в цене?

— Дело в самоуважении, — отрезал я. — Разве у чести воина может быть цена? Кому, как не вам об этом знать.

— Хороший ответ. Достойный. И, тем не менее, задумайтесь. Моя страна предоставит вам всё, что пожелаете. Мы решим любые ваши проблемы. Деньги. Влияние. Помочь в усилении. Любое ваше желание может быть выполнено моментально. Разве человек, который смог, пусть и не в одиночку, но убить Губителя, не заслуживает должного уважения? Возможности быть равным, а не использованным в качестве разменной монеты в политических играх?

— Спросите бывшего хозяина этого меча, — кивнул я на лежащий справа от меня клинок. — Он заслужил участи стать вашей монетой?

— Жизнь — это дорога, Владислав. Опасная. Она может быть прямой, как стрела или же извилистой и скользкой, как змея. Юный Накагава сам выбрал свою судьбу. Он поддался своему гневу и вспыльчивому характеру. Не способный контролировать себя, он сделал то, что захотел. Мы сами выбираем повороты на дороге жизни.

Услышав его ответ, я едва удержался от того, чтобы не закатить глаза.

— О, да. Легко говорить тому, кто ведёт по этой дороге слепого.

— Даже у слепого есть разум для того, чтобы принимать свои решения, — возразил Нобунага. — В конечном итоге, решения принимаем лишь мы сами. И именно нам отвечать за их последствия.

— Моё решение вы уже узнали, Ваше Величество. Ваше предложение меня не интересует. Как вы верно заметили, проблем у меня хватает. Но я решу их сам. Без чьей-либо помощи.

— Что же. Очень и очень жаль. Признаюсь, я наделся, что вы сделаете более… правильный выбор.

— Правильный для вас?

— Жизнь рассудит, — пожал он плечами, а затем налил себе в чашу ещё саке. — Что же. Тогда ещё одно. Ваша спутница…

— Скажите, Ваше Величество. Вам дорога ваша жизнь?

Заданный в лоб вопрос заставил его замереть. Всего на миг. Короче, чем удар сердца. Мне даже стало любопытно, слышал ли этот человек хоть когда-то нечто столь близкое к прямой и явной угрозе.

В подтверждение моих слов сбоку раздалось… не шевеление, нет. Скорее нечто похожее на тихий, едва слышный вздох. Шелест воздуха о губы.

Повернув голову, посмотрел на одного из невидимых стражей, что стояли вокруг нас с самого начала встречи.

Комната наполнилась такой жаждой убийства, что аж волосы на затылке дыбом встали. Фигурально выражаясь, конечно. Осознав, что их присутствие не является для меня секретом, охранники императора хоть и не появились визуально, но более не скрывали своё присутствие.

Ситуацию разрядил смех императора. Нобунага рассмеялся. Искренне так. Весело.

— Прав был Кеншин, — заявил он и взмахнул ладонью. Тот час же любое постороннее присутствие рядом с нами исчезло. — Вы действительно любопытный человек, Владислав. И своего не упустите.

— То, что принадлежит мне не отдам, чужого не возьму. А то, что моё, заберу чьим бы оно не было, Ваше Величество, — улыбнулся в ответ на его веселье.

— Похвально. Очень похвально. Что же, раз уж моё предложение вас не интересует, предлагаю закончить этот разговор.

Он щелкнул пальцами. За спиной Нобунаги раскрылась дверь и в помещение вошла одетая в красивое кимоно служанка. Молча обошла нас, поклонилась и поставила на столик перед нами поднос с двумя шкатулками.

Открыв одну из них, Нобунага достал конверт.

— Это наша благодарность вам за содеянное, — пояснил он. — Я не стану оскорблять вас, предлагая вам деньги в качестве награды…

Ага, а твоё идиотское предложение раньше, что? Очередная тупая проверка? Боже, как же вы меня все достали.

— … тем не менее, я думаю, что этот документ вас заинтересует, — продолжил Нобунага.

Затем он открыл вторую шкатулку, вынув из неё свёрнутый в трубочку лист бумаги, покрытый сургучной печатью.

— А вот это уже моя к вам личная просьба. Вряд ли я ошибусь, если предположу, что в скором времени вы встретитесь со своим государем. Прошу, передайте ему это от меня.

При этом от самой печати веяло такой силой, что я моментально отбросил любые мысли о том, чтобы поинтересоваться содержимым документа. Такая штука попросту убьёт любого, кто попытается её сорвать. Меня в моём текущем состоянии уж точно.

— Сделаю, Ваше Величество, — кивнул я, принимая документ вместе с конвертом.

На этом наша встреча и завершилась. Меня отвели обратно в зал, где уже ждали Багратионов, посол и София. Я даже удивился, что первые двое не набросились на меня с расспросами прямо там, в зале. Но, видимо, здравый смысл и дисциплина возобладали.

Мы покинули дворец. Наши машины уже ждали. Сев в лимузин и притянув к себе за талию Софию, зарылся носом в её волосы.

— Что он сказал?

А вот в приватной обстановке Антон Владиславович тянуть не стал. Вместо подробного ответа получил в руки свёрнутое послание от японского императора.

— Держите, передадите начальству.

— Коршунов, что он вам сказал? — начал было посол, но я его оборвал, подняв ладонь.

— Антон Владиславович. Поехали уже отсюда.

Похоже, что советник понял — сейчас он из меня ничего не вытащит. Так что даже не стал пытаться меня расспрашивать. Дальше лимузин ехал практически молча.

Лишь Софи, наклонившись ко мне, тихо прошептала.

— Что будешь делать?

— Пожалуй, я сегодня напьюсь, — отозвался я устало. — Потому, что день сегодня такой длинный, напряженный. И от начала до конца, полная херня, каждую минуту…

* * *

— Твоё мнение?

— Он солгал.

Двое мужчин сидели в беседке в одном из прекрасных садов императорского дворца.

— Скорее уж не сказал всей правды, — возразил Нобунага. — Точнее, даже отказался её говорить. Ложь я бы почувствовал.

Сидящий рядом с ним Такаги Кеншин лишь понимающе кивнул, не сводя глаз с медленно плывущего в пруду белоснежного карпа.

— И, тем не менее, он что-то сделал.

— Он убил Цетуса.

— Мне так не кажется, — покачал головой Такаги. — Я был в Осаке, мой друг. И я чувствовал его ауру. Чудовище не погибло в тот же миг. Его словно… поглотили. Знаю, что это звучит безумно, но другого слова я подобрать просто не могу.

Японский император молчал, обдумывая произошедшее за сегодня. Мыслей много. Выводов, к которым они вели его — ещё больше. Только однозначного ответа не было.

— И? Что будем делать? — спросил Такаги.

— Посмотрим, что будет дальше, — всё так же спокойно ответил ему Нобунага. — Сейчас причин дёргаться нет. Всё будет зависеть от того, что случится дальше.

Двое мужчин выпили по чашке саке, опустошив уже вторую бутылочку. Приятная безмятежность. Впрочем, она оказалась нарушена появлением главы императорской стражи.

— Простите, что беспокою вас, мой господин.

— Что случилось? — невозмутимо поинтересовался Нобунага.

Самурай отошёл в сторону, пропустив двоих своих подчиненных. Молчаливые, закованные в броню фигуры без какой-либо нежности бросили свою ношу на деревянный пол перед императором.

— Мы схватили её за пределами дворца, мой господин, — пояснил самурай, указав на связанную девушку. — При ней было вот это.

Он протянул императору какой-то предмет на ладони. Небольшой кристалл, заключённый в подобие металлической клети из тончайших золотых нитей. Присмотревшись, Такаги понял, что смотрит на артефакт. Хранилище душ, как его называли. Способ запереть иномирную тварь.

И то, что содержалось внутри было столь мерзким, что Кеншина чуть не передёрнуло.

— Мерзость, — тихо прошипел он.

Кивнув, самурай показал второй предмет. Классический японский кинжал. Даже со своего места Такаги смог распознать яд, что практически невидимой плёнкой покрывал лезвие.

Скорее всего у названной гостьи имелись и другие, столь же «интересные» предметы.

Оценив их, Нобунага посмотрел на пленницу.

— Она сопротивлялась?

— Нет, мой господин, — покачал головой глава дворцовой стражи. — Как только поняла, кто мы такие, то моментально сдалась.

— Что же, похоже, что дети клана Хамада не растеряли своего рассудка. Выньте кляп.

Один из стражей довольно-таки грубо поднял девушку на ноги и вынул кляп из её рта.

— Кто был твоей целью? — полюбопытствовал Нобунага, наливая себе ещё одну чашечку саке.

— Русский, — прохрипела гостья и облизнула пересохшие губы.

— Что же, не удивительно. Передай своему отцу, что я запрещаю вам убивать его.

— Наш заказ… — начала было она, но тут же замолчала, встретившись с императором взглядом.

— Я оплачу ваши «издержки», — сказал Нобунага таким тоном, словно договаривался о покупке риса. — Скажи Шиджеру, чтобы передал своему заказчику. Вы не станете убивать Владислава Коршунова. Причина не важна. Таково моё слово. Ты всё поняла?

— Да, господин, — проскрежетала девушка таким тоном, что Такаги готов был поклясться — это потребовало у неё не малой силы воли. — Я всё передам.

— Хорошо. Тогда свободна.

Самураи тут же подхватили гостью под руки и увели из сада, вновь оставив мужчин наедине друг с другом.

— Отвратительно, — через несколько минут заговорил Такаги, посмотрев на оставленный на столе артефакт.

— Они убийцы, мой друг, — пожал плечами император и сделал глоток саке.

— Как и мы все.

— Да, Кеншин. Как и мы все.

Глава 7

— Слава богу, что ты жив.

— У тебя такой тон, будто ты меня уже похоронила, — не удержался я.

— Я и похоронила, — отозвался голос Габриэлы в трубке моего нового мобильника. — Знаешь сколько я видела и слышала о таких вот идиотах? Всегда находятся самоуверенные кретины, что возомнили, будто они сильнее и умнее всех!

— Ну, я от них отличаюсь, — не удержался я.

— О, да. И в лучшую сторону. Знаешь чем? Ты выжил.

— И очень это рад, заметьте. Сама-то, как?

— Ну, если не считать того факта, что я так и не смогла поговорить со своими заказчиками в Токио, то очень даже неплохо, знаешь ли. Хотя, признаюсь, хотела бы всеми силами держаться от подобных событий как можно дальше. Теперь хотя бы поняла, куда именно пропали наши корабли. Кстати, ты когда вернёшься во Владивосток?

Я чуть наклонился и посмотрел через проход на сидящего в кресле Багратионова. Великий князь развалился в кресле и… спал.

— Мы сейчас уже в европейской части страны. Меня в столицу вызвали. Думаю, что через несколько дней буду дома. По крайней мере рассчитываю на это.

— Это хорошо. У нас новая поставка намечается.

— Обговори это с Елизаветой. Её номер я тебе отправил.

— Сделаю. И, это, Влад.

— М-м-м?

— Когда уже обещанный ужин? — спросила она и я практически увидел, как она улыбается.

— Как встретимся во Владике. Идёт?

— Я подумаю, — кокетливо заявила она. — Всё. Отключаюсь. Удачи в столице.

— Ага.

Закончив разговор, бросил трубку на соседнее с собой пустое кресло.

«Джавелин» уже завершил свой прыжок и сейчас плавно летел в сторону Санкт-Петербурга. Будет любопытно посмотреть на столицу. В прошлый раз я был там проездом и практически ничего не видел. Ну, за исключением поместья этого душнилы Голотова. Если оно вообще принадлежало ему, разумеется.

София беззастенчиво дрыхла, развалившись в кресле напротив меня. А больше не борту никого не было. Ну, кроме пилотов, разумеется.

В целом, прошедшими событиями я был более чем доволен. Удалось сделать многое. Даже то, чего я и вовсе не ожидал. Единственное — так и не успел разобраться с той проблемой, на которую рассчитывал. Надеялся, что засветил свою рожу в достаточной степени. Но, нет. На мою нежную тушку так никто и не покусился. Либо эти ребята передумали, либо…

Да без понятия.

Ну и мне так и не удалось отбрехаться от полёта в столицу. Вместо этого я бы куда с большим удовольствием вернулся во Владивосток и занялся бы своими собственными делами. В особенности я хотел бы познакомить Елизавету с содержимое того документа, что получил в дар от Нобунаги. Деньги он мне предлагать не захотел, гадина такая. А вот это… ладно, признаю, это полезно. Да вот только у моего временного «начальства» имелись другие планы. Какие бы аргументы я не приводил, Багратионова они не брали. Любое моё возражение наталкивалось на скупое «может подождать». Вот и всё.

Ну и чёрт с ним.

Расслабившись, я закрыл глаза и принялся дальше восстанавливать поврежденные магические каналы в собственном теле.

Работы там было не на час и даже не на сутки. Придётся по меньшей мере с неделю помучаться, чтобы вернуть всё до состояния «как было». Благо печать регенерации поможет. Так бы с месяц возился. Постепенно, смог подправить самые критические повреждения. Достаточно для того, чтобы восстановить контакт с Печатью Живого Арсенала… но всё ещё слишком мало, чтобы призвать хранящиеся там души. Пока хватит и этого. Главное, что с моими товарищами всё в порядке. Если честно, то переживал, что физические воплощения Сэры и Акселя не переживут схватку с куклой.

На моё счастье, оба успели разворотить себя до того, как всё рвануло. В противном случае пришлось бы тратить кучу времени на то, чтобы вернуть их в строй. Вон, этот помешанный на пырянии всего живого дегенерат до сих пор не восстановился.

Самое же главное, что я смог удостовериться в том, задуманное мне удалось. До последнего боялся, что не выйдет. Но с этим фруктом я пообщаюсь потом, когда окончательно оклемаюсь.

Джавелин приземлился в Санкт-Петербурге через сорок минут. На выходе из самолёта нас уже ждал почётный кортеж. Мы с Софией забрались в лимузин. Из вещей у меня при себе был только рюкзак и катана.

— Император примет вас сегодня поздно вечером, — сообщил мне Антон Владиславович.

— Очередной приём? — скривился я.

— Нет. Просто личная встреча. И не тащите с собой эту железку, — он брезгливо кивнул на меч рядом со мной. — Охрана Его Величества не столь… потакает глупым традициям наших восточных друзей.

— Друзей ли, Антон Владиславович.

— Пока стрелять не начали, мы все друзья, — глубокомысленно отозвался тот. — Встреча вечером. До тех пор вы ненадолго будете моими гостями.

Тут он меня удивил.

— Вашими?

— Да, моими, — подтвердил он. — Во-первых, я не хочу, чтобы вы шлялись где не попадя. Во-вторых, негоже человеку, которого удостоили аудиенции у государя, жить в отеле. Вы не простолюдин, Коршунов. Имейте совесть соответствовать.

— Совесть имею, Антон Владиславович. С чувством и по-разному.

Князь закатил глаза, а залипающая в окно София хихикнула.

— Оставьте свои глупые шутки при себе, Коршунов, — проворчал он. — Вас удостоились большой чести. Мало кто скачет от одного императорского двора к другому так же часто, как и вы.

— Как вы там сказали? — напомнил я ему. — Если бы не оказанная мне честь, то я бы предпочёл воздержаться, так?

— Не от каждого приглашения можно отказаться.

Справедливо. Тут с ним не поспоришь. Но и бегать, как собачка по первой же команде, я не собирался.

А шикарно князь живёт. Лимузин доставил нас из аэропорта в его имение. Располагалось оно совсем рядом с городом. Здоровенная частная территория и особняк, по сравнению с которым моя усадьба выглядела, мягко говоря, несколько бледновато. Если забыть, конечно, что сейчас от неё осталась едва ли треть. Остальное лежало в руинах.

Я всё же отдал приказ Елизавете на то, чтобы, так сказать, провентилировать этот вопрос. Она нашла какую-то фирму. Вроде бы даже очень приличную. Эти ребята осмотрели то, осталось и пришли к неутешительному выводу. Восстановление встанет в копеечку. В огромную, сука, копеечку. По словам Елизаветы было бы даже проще снести то, что осталось и построить заново. Дешевле выйдет. Да вот только даже с этим «дешевле», где взять деньги? Там такие предварительные счета, что на них даже смотреть страшно.

Пара вариантов, конечно, имелась, но надо будет посмотреть. Сейчас же главная цель — разобрать по-быстрому со всеми этими светскими заморочками.

Встреча, как и обещал Багратионов, произошла вечером. Мне опять выделили костюм. Для этой цели мы выехали из его имения на четыре с половиной часа раньше. Князь, брюзжа заявил, что не потерпит того, чтобы я предстал перед государем в поношенных тряпках. Поэтому он отвезёт меня к своему собственному портному.

Ага. В очередной раз мне в руки… точнее на мою тушку нацепили костюм ценной с хороший такой особняк. Нафига, спрашивается? Даже в слух бы спросил, но, стоит признать. По сравнению с новым, тот в котором я был на приёме в Японии кто-то мог бы даже сравнить с грязными тряпками. Кто-то, но не я. Слишком практичный.

Так что во дворец в центре Питера я прибыл одетым с иголочки. Чёрный фрак. Пиджак с длинными фалдами и едва заметной золотой вязью узора. Чёрные же брюки с лампасами и белая рубашка с воротником такой твердости, что его вполне себе можно было использовать в качестве шпангоута для того линкора. Красота, короче. И, что приятно, никаких галстуков.

Да и самому вечеру, предстояло стать не таким тягостным и долгим, как предыдущий приём. Благо, что мне предстояла обычная встреча, после которой буду свободен аки птица в облаках. Надеюсь.

Лимузин Багратионова доставил нас во дворец в центре столицы. Российский Император, в отличии от своего японского коллеги, не стал городить целый небольшой город. Ограничился пусть и меньшим, но ни на йоту не уступающим по роскоши дворцом.

Машина остановилась. Мы с Багратионовым выбрались наружу, после чего под его руководством направились внутрь. Прошли по коридорам, изредка встречая на своём пути находившуюся внутри прислугу. Был уже поздний вечер, так что за исключением буквально пары служанок коридоры оказались практически пусты.

— Император ждёт вас, Коршунов, — сказал мой провожатый, подходя к закрытым двустворчатым дверям. — И прошу, ведите себя подобающе.

Император Российской Империи. Георгий Алексеевич Рахманов стоял у широкого окна, повернувшись к дверям широкой спиной. Одетый в подобие военного мундира, он даже не отреагировал, когда те открылись, позволив мне войти внутрь.

Я же просто сделал пару шагов и остановился, ожидая, когда на меня соизволят обратить внимание.

Ждать пришлось недолго. Прошло около десяти секунд после того, как двери закрылись за моей спиной.

— Это правда? — спросил император.

— Что именно, Ваше Величество? — прозвучал мой вопрос.

— Ты убил Губителя. Это так?

Ну вот. И тут ту же музыку играют. А я-то рассчитывал на что-то новенькое.

— Технически, я находился там не один…

— Значит, это правда, — сам себе кивнул Император. — Кто ты такой?

Я нахмурился. Странный вопрос.

— Я? Барон Владислав Коршунов, Ваше Вели…

— Правду! — рявкнул голос, заставив оконные стекла содрогнуться. Император резко повернулся. — Я не потерплю лжи! Если ты сейчас стоишь здесь, если всё, что сообщили из Японии правда, то, значит, Владислав Коршунов мёртв! Предо мной лишь его тело! Последний раз спрашиваю, кто ты такой⁈

В помещении резко стало меньше света. Стены дрогнули и поплыли. Будто кто-то наслаивал друг на друга бесконечные зеркальные отражения одной и той же комнаты. Барьер высшего уровня?

Но это меня сейчас волновало не так сильно, как-то, что я услышал.

— Любопытные вы вопросы задаете, Ваше Величество, — спокойно произнёс я, мысленно попробовав барьер на прочность. Едва только начал, так сразу же и закончил. Толку нет. Это даже не барьер. Отдельное карманное пространство, созданное волей стоящего передо мной человека.

И он же может оставить меня тут навечно одним лишь своим желанием.

— Я не стану повторять, — проскрежетал он. — Отвечай на заданный вопрос.

Мда-а-а. Такого, признаюсь, я не ожидал.

— Я не убивал Цетуса, — вздохнул я.

— Объяснись, — потребовал Император.

— Проще показать.

Подняв правую руку, сформировал над своей головой простейшую иллюзию. Тёмный, почти не прозрачный, диаметром в несколько метров шар, опутанный исходящими серебристым цветом цепями.

— Что это? — властно спросил Император, сделав шаг в мою сторону.

— Это, Ваше Величество, то, что вы называете Третьим Губителем. Цетус.

Будто услышав мой голос, находящаяся внутри темницы душа врезалась в стенку шара. Отвратительная гротескная куча мяса со множеством ртов, лиц, глаз. Тварь билась о стены тюрьмы во всём своём гротескном великолепии, стараясь проломить сковывающий её барьер.

Омерзительная картина оказалась столь неожиданной, что государь едва не сделал шаг назад.

— Значит, он всё-таки жив, — промолвил он.

— Технически, он мёртв, — поправил я императора. — А вот его душа… точнее это поганое, самодельное подобие, заперто сейчас внутри меня.

— Как… — хотел было спросить Император, но затем передумал и покачал головой. — Иди за мной. И убери это.

Развернувшись, Григорий направился к дверям. Хмыкнув, я развеял иллюзию и пошёл следом за ним. Мы вышли из комнаты и двинули по пустым коридорам дворца. Видимо Багратионов уже куда-то успел слинять, пока мы «беседовали».

Шли мы долго. Весь дворец обошли, наверно. В полной тишине. Император не задавал вопросов, а я не горел желанием на них отвечать. У меня своих накопилось, кто бы на них ответил. И первым на очереди было то — откуда он знает, что я это не я?

Некоторые ответы напрашивались сами собой. Кто-то ему рассказал. Других вариантов я не видел.

Мы тем временем спустились в подвальные этажи. Даже ниже.

— Многие считают, что здесь находится императорская сокровищница, — между делом сообщил мне Император.

— Это не так, как я понимаю.

— Верно, — кивнул тот. — Здесь мы хранив нечто куда более важное.

Спустившись, мы остановились перед старой, даже на вид дверью. Тёмная древесина полотна, окованная чёрным железом. Явно усилена магией. Причём до такой степени, что я даже не сразу понял, как к ней подобраться.

Сняв с левой руки белую перчатку, Император достал из-за пазухи тонкий и прямой нож. Сродни тем, которыми вскрывают письма. Серебристое лезвие прошло по коже, оставив на ней тонкий, тут же начавший кровоточить порез. Сделав это, государь приложил окровавленную ладонь к деревянной поверхности.

В ту же секунду я ощутил, как магическая структура защитных чар начала меняться. Защищающий это место барьер ослаб, позволяя нам войти внутрь.

Внутри, прямо на каменном полу, сидело скованное цепями скрюченное существо. Иначе назвать его у меня язык бы не повернулся. Оно отдаленно напоминало человека. Длинные руки и ноги. Абсолютно бледная кожа. Пустые глазницы. Вряд ли я ошибусь, если предположу, что оно не видело света сотни лет, если не тысячи.

Существо сидело абсолютно неподвижно… до тех пор, пока я не шагнул внутрь комнаты.

Лишённый каких-либо волос гладкий череп шевельнулся и на меня уставились пустые глазницы.

— Страж, — проскрежетало существо. — Всё-таки, он послал именно тебя.

— Любопытно, — пробормотал я, глядя на него. — Что ты такое?

— Ещё одна игрушка Дауда, — ответило мне существо, а затем повернуло голову в сторону стоящего за мной Императора. — Оставь нас, Георгий.

Кивнув, мужчина просто повернулся и вышел. Двери закрылись за ним, оставляя нас наедине.

— Кто ты? — спросил я через несколько секунд тишины.

— Ещё один посланник, — произнес житель этой темницы, — ещё одна душа, которую отправили сюда исправлять ошибки прошлого.

— Это не ответ на мой вопрос, — заметил я.

— А, разве он имеет смысл, Страж? — заметило существо. — Я стар. Очень стар. Я ходил по земле ещё тогда, когда ты не родился. Так, зачем, скажи мне, мне отвечать на твои вопросы?

— Не ломай комедию. Меня не привели бы сюда просто так. Так давай не будем тратить моё и твоё время.

Услышав меня, существо засмеялось. Ну, если, конечно, звук схожий со скрежетом металлической щётки по камню можно считать смехом.

— Что мне время, Страж. Я бессмертен…

— Было бы так, не оказался бы тут. И, да, ты прав. Я прекрасно знаю, что ты такое. Ты Вестник. Только вот никакого отношения к Дауду или его сестрёнке ты не имеешь. Кто твой хозяин…

— У МЕНЯ НЕТ ХОЗЯИНА!!!

От этого вопля у меня едва кровь из ушей не пошла. И дело даже не в громкости. Настолько этот голос и эмоции были пропитаны энергией и силой. Всего лишь голос.

— Значит, вот оно, как, — пробормотал я, глядя на него. — Падший.

Существо улыбнулось.

Это историю я знал, но, так… мельком, что говориться.

На самом деле настоящего его имени я не знал. Да и никто не знал. Сидящее передо мной существо на самом деле было Вестником одного из богов. Очень такого не кислого и жестокого бога. А ещё он уникален. По той простой причине, что пошёл против своего создателя.

Подобное в принципе считалось невозможным. Вестники были продолжением самих богов. Они в буквальном смысле создавали их из осколок собственных душ. По этой причине они были столь сильны и могущественны, неся в себе часть божественности тех, кто их и создал.

И по этой же причине они не могли обернуть свою силу и оружие против своего создателя. Тут не работал принцип, мол, что ребёнок не может пойти против отца. Всё куда глубже. Это всё равно, что одна часть тела попыталась пойти против другой. Как если бы рука неожиданно сошла с ума и попыталась задушить собственного хозяина. Чушь. Да и как бы она это сделал, не имея даже своего разума. Ведь это всего лишь рука.

Но, нашёлся один уникум.

Я читал о нём в архивах Корпуса. Та самая рука, ага. Вестник, решивший взять свою, сука, судьбу в свои руки. Произошло это несколько тысяч лет назад. Заварушка вышла настолько знатная, что о том случае даже вспоминать некому. Редкий пример того, что даже несколько богов могут объединиться ради того, чтобы решить возникшую проблему.

Считалось, что восставшего Вестника убили, а его сущность размолотили, дабы не допустить его перерождения.

Ага, конечно.

Ведь сейчас он сидел прямо передо мной.

Глава 8

— Ещё налить?

Я кивнул. Император налил нам обоим коньяка и вновь опустился в своё кресло.

Со стороны эта ситуация выглядела… ну мягко говоря странно. Нищий Барон из глубинки сидит в кресле, а Император наливает ему выпить. Смех, да и только.

С другой стороны, он сам предложил. Что мне, отказываться?

— Так значит, тебя зовут Кейн.

— Верно, Ваше Величество, — кивнул я, сделав глоток.

— До сих пор мне сложно поверить в то, что все это оказалось правдой, — покачал головой Георгий. — Нет, мы, конечно же знали. Но вот увидеть собственными глазами… А Коршунов…

— Умер. Ещё до того, как я попал в его тело.

Мы сидели здесь уже минут двадцать. Разговор с Вестником занял почти час. Только вот особо результативным его не назвать. Валериил, как он сам себя называл, действительно оказался здесь по той же самой причине, что и я. Только вот если Корпус заранее заключил сделку, то здесь Дауд сам припёрся. В момент, когда взбунтовавшийся Вестник уже должен был быть отправлен в бездну, к нему явился Бог Посмертия и предложил сделку. Полное перерождение и новая жизнь, в обмен на небольшую услугу.

Нет, а, что? Его можно понять. Своего-то бога этот гад грохнул. Разве нет? Так, может быть, и здесь справится?

А вот фигушки.

Валериила закинуло сюда примерно восемьсот сорок лет назад. И, вот ведь, какая удача. Попал он строго в тело наследника имперского рода. Идеальные условия. Собственные навыки, опыт и сила. Плюс возможности одного из сильнейших Родов этого мира. Казалось бы, с такими вводными шансов на успешное выполнение сделки более чем предостаточно. Но, не прокатило. Он просто не успел набрать нужный уровень силы. Первая же схватка с одним из Губителей, которых в то время считали чуть ли не злыми божествами, едва не кончилась для него смертью.

Находясь на грани своей гибели, Вестник сделал то единственное, что оставалось в его силах. Принялся поглощать человеческие души. Думал, что подобным образом сможет компенсировать разницу между собой и своим противником. Скорее всего у него бы даже вышло, если бы не одно «но».

И вот с этим моментом я до сих пор не мог разобраться.

Нет, этого урода я понять могу. Ситуёвина была безвыходная. Безостановочное поглощение духовной энергии это не хухры-мухры. Подобный процесс, если проводить его в сжатые сроки и бесконтрольно — губителен. В прямом смысле. Поэтому подавляющее количество самых сильных богов столь стары. Они делали это медленно. Размеренно. Не торопясь и без суеты. А тут… всё равно, что пытаться зарядить батарейку от ядерной электростанции за пару секунд. Даст ли это тебе энергию? Конечно. А ещё разложит твою собственную душу, смешав её с остальными. В итоге получится либо чудовище, либо тебя просто разорвёт на куски.

С Валериилом произошло первое. Полностью утратив человеческой облик, он, каким-то чудом, смог вовремя остановится. Даже дал пинка всем четырём Вестникам, что пришли по его душу.

Но, на этом всё. После короткого периода, заёмная сила превратила его в то, что я и наблюдал в том подземелье. Уже даже не человек. Слабое, бессмертное существо, единственная участь которого состояла в том, чтобы сидеть в экранированной камере в подземном убежище. Практически лишённый всех своих сил. В противном случае за ним бы уже пришли. И в этот раз ответить ему было бы уже нечем.

В итоге, Валериил заключил сделку с Имперским Родом.

Он рассказал им правду. Они ищут и приводят к нему других «неудачников» на вроде меня и его самого, а взамен, он собирает души Рахмановых, не давая им отправится в пасть младшего братца Дауда и его Сестры. Ну и всякие ещё бонусы, вроде долголетия, идеального здоровья и высокого магического потенциала. Более точные подробности сделки он не рассказывал, да я и не спрашивал. Это сейчас не так важно.

— Сколько их было? — спросил я императора, покачивая бокал с коньяком в пальцах.

— Трое, — отозвался Георгий. — За восемьсот двенадцать лет, что прошли с момента заключения сделки, мы смогли найти троих. Один из нашей Империи. Второй был родом из Индии. Третий из Японии. Это всё. Я не знаю, сколько их ещё было…

— Точно больше, Ваше Величество. Ещё один, как минимум, был в Империи лет пятнадцать назад. Нападение Губителя на Новгород.

— Там был кто-то из…

— Да, Ваше Величество. Эти твари что-то вроде охотников. Их отправляют для того, чтобы находить поддобных мне и убивать. До того, как мы сможем выполнить свою миссию. Насколько мне известно, в Новгороде находился один из присланных сюда. Кто-то вроде меня.

— В каком смысле?

— Ну, скажем так. Лично я его не знал, но самым близким было бы сказать, что мы служили одной и той же организации.

— Организации? А поподробнее, — попросил Император.

— Подробнее не имеет смысла, — покачал я головой. — Важно другое. Он с большой долей вероятности может быть жив.

— С чего ты это взял.

— Вам ведь доложили о девушке, с которой я прибыл сюда?

Георгий кивнул.

— Да. София Гранина. Служит во владивостокском отделении ГРАУ.

— Служила, — поправил я его. — Теперь она со мной и это не обсуждается…

— Как и то, что в ней находится частица Живой стихии? — показал свою осведомленность император, но я и ухом не повёл.

— Да. Как и это. Забудьте о ней. Так вот, в тот день, когда Гранина потеряла родителей, их дорожки пересеклись.

— Её и этого «посланца»?

— Да. Именно он помог ей в тот день. В общем-то именно благодаря его помощи она и протянула так долго без срывов. И если он жив, то я хотел бы его найти. Поможете?

— Попробуем, — отозвался Император. — Другой вопрос, что в это время будешь делать ты?

Я ответил не сразу. Сначала подумал, заодно допив коньяк.

— Ваше Величество, при всём моём уважении, меня прислали сюда для определенной цели. Решить проблему. И именно это я и собираюсь сделать. И шансы того, что после этого я останусь жив малы настолько, что я бы с куда большим удовольствием поставил бы против себя, чем наоборот.

— Всё настолько плохо?

— Он Бог, Ваше Величество, — пожал я плечами. — Недоделанный, не достигшей своей силы, но, всё-таки бог. Противостояние подобным существам — всегда большой риск. Но, в этом же и мой шанс. Одного из его Вестников мы уже убрали с доски. Осталось трое.

— Чем мы можем помочь? — сразу же спросил Император.

Его готовность меня не смущала. Благодаря сидящему в подвале уроду, он и без того прекрасно понимал, какая участь их ждёт. Как только братец Дауда наберёт достаточно мощи, он попросту поглотит этот мир, а, затем, вырвется на волю. И тогда этот конфликт перейдёт уже в плоскость божественных проблем.

Такие события всегда кончаются плохо. Для всех участников.

Да, с Цетусом мне повезло. Чего уж скрывать. Сошлось множество обстоятельств. Да и это чучело меня в значительной степени недооценило. Это факт и спорить с ним бесполезно. К сожалению, ожидать, что кто-то из оставшихся допустит туже ошибку — само по себе ошибка фатальная. Даже сейчас, я могу ощущать связь запертого в печати Вестника со своим хозяином. Так что эта сволочь прекрасно знает кто я, на что способен и зачем я тут. Любой на его месте теперь сделает всё от него зависящее для того, чтобы прикончить меня.

Чёрт, да я сам бы на его месте себя прикончил для того, чтобы обезопасить своё будущее.

Поэтому списочек того, чем сидящий передо мной мужчина мог мне помочь у меня имелся.

В конце-концов это и в его интересах, ведь так.

— Во-первых, мне нужны ресурсы, — сказал я. — Не могу сказать, когда точно, но в скором времени вы можете ожидать, что и другие вестники придут по мою душу. И больше эти образины сдерживаться не будут.

— Как будто раньше они это делали, — проворчал Император.

— Поверьте, то, что было раньше — детский лепет по сравнению с тем, на что они способны.

— Верю, к сожалению. Что ещё?

— Я не хочу, чтобы мне вставляли палки в колёса, — выставил я второе требование. — Все эти аристократически игры «у кого длиннее» нужно прекратить.

— Возможно. Но, с этим уже сложнее. Я могу выдать указ о твоей неприкосновенности. Это прикроет тебя от открытых нападок. Но не защитить от подковерной возни. Думаю, что ты уже знаком с Графом Голотовым?

— Имел честь. К чему вы ведёте?

— Есть группа… лиц, заинтересованных в том, чтобы взять управление Империей в свои руки.

Не то, чтобы я удивился. После своих разговоров с Голотовым ожидал чего-то подобно

— Даже так?

— К сожалению. В любом доме могут завестись крысы. Григорий Варницкий лишь верхушка этого айсберга. Голотов знает, что он являлся членов группы аристократов, что готовили переворот. По крайней мере мы так считаем.

— Но, вы понятия не имеете, кто именно состоит в этой группе, кроме Варницкого, так?

— К сожалению, — кивнул Император. — Порой находятся ниточки, но мои противники умело заметаю за собой все следы.

Георгий помолчал несколько секунд, посмотрел на меня, а, затем, добавил.

— Примерно тоже самое и произошло с вашим… точнее с отцом Владислава Коршунова.

О, как. Неожиданно… хотя, так ли на самом деле уж и неожиданно? Теперь некоторые вещи вставали на свои места.

— Значит, он был одним из заговорщиков? — уточнил я и Император кивнул.

— К моему большому сожалению.

— Но вы, почему-то, об этом знаете, — с подозрением посмотрел я на него.

— Да. Примерно полгода назад отец Коршунова связался с Михаилом и сообщили ему о существовании заговора.

— Тогда, какого дьявола этот заговор вообще до сих пор существует? — задал я резонный вопрос.

— Проблема заключалась в том, что ваш… хотя, точнее будет сказать, что бывший Барон Коршунов так и не назвал ему имени главного заговорщика. Он, довольно обосновано, переживал за свою жизнь и жизнь своего единственного сына. И, как мы смогли узнать впоследствии, действовал на обе стороны. От нас он пытался заполучить гарантии безопасности для себя и своего сына, а своих «друзей» шантажировал, тем, что раскроет их планы, пытаясь выбить себе безопасность. Тем самым, вероятно, он попытался получить двойную выгоду. По крайней мере мы так считаем.

— Занятно, — протянул я задумчиво. — Но, что-то не сходится. Почему он просто не сообщил всё вам сразу и не решил проблему?

— К несчастью, это мне не известно. И здесь, мы возвращаемся к нашей общей проблеме.

Император опрокинул в себя остатки коньяка и встал, чтобы налить себе ещё одну порцию.

— Как я уже сказал, я могу выпустить приказ о вашей неприкосновенности, — продолжил он, наливая себе. — В какой-то мере это действительно уберёт вас из-под удара. Лояльные мне дворяне не посмеют пойти против моего слова. А вот мои противники, напротив. Расценят это, как шаг к непосредственным действиям.

— И тогда мне придётся иметь дело с ними всеми, — кисло закончил я за него. — И, дайте угадаю. Что самое паршивое, они всё равно будут работать так, чтобы не выдать себя. А, значит, что попытка использовать меня в качестве приманки так же не сработает.

Император кивнул.

— Сработает, скорее всего. Просто не так хорошо и эффективно, как нам бы того хотелось. Будет куча мелких сошек, которые ни к кому конкретно привести так и не смогут. Как бы мне того не хотелось, но мои враги не картинные идиоты, что сами засунут головы в приготовленные петли. Хотелось бы, но, нет. Поэтому в этом плане, я считаю, что это только навредит вам.

— Ладно. Допустим. А ресурсы?

— Всё, что есть в Империи в вашем распоряжении, — произнёс Георгий. — В разумных пределах, разумеется. Валериил сообщил мне о том, что нас всех ждёт в конечном итоге. Так что, как бы смешно это не звучало, мы все в одной лодке. Помочь вам выполнить вашу… твою задачу, Кейн, в наших же интересах.

На этом, в целом, разговор и закончился. Мы ещё минут двадцать-тридцать обсуждали различные мелочи, но ничего важного более сказано не было. Да и куда уж дальше. И так, едва ли не вечер откровений вышел.

Но, с другой стороны, теперь действовать станет проще.

Сидя на заднем сиденье лимузина, что вёз меня обратно в имение Багратионова, я раздумывал над тем, как бы всё повернулось, не забрось меня Кель в Японию. Наверное, в конечном итоге бы особо ничего не изменилось. Цетус просто направился бы в сторону Владивостока, и я бы столкнулся бы с ним там. Вышло бы у меня в таком случае убить его?

Хороший вопрос. Отличный, я бы сказал. Только вот ответа у меня не было. Хотелось верить в то, что ответ будет «да», но, как я уже заметил в разговоре с Императором, в этом деле ставить на себя я бы на стал.

А, может быть, всё это была… проклятая судьба?

Я увидел, как моё отражение в стекле поморщилось. Никогда не любил это слово. Но, в свете последних событий, приходилось признать вероятность её существования. Думать о том, что всё было предопределено заранее — бесило.

Или меня бесило от того, что то, что я об этом думал так же было предопределено?

Бред.

Даже думать о таком не хотелось.

На следующий день мы с Софией покинули гостеприимного Багратионова, с которым я так же успел обсудить кое-какие дела. Нас доставили в столичный аэропорт, где уже ждал «Джавелин» с гербами Российской Империи на фюзеляже. Этот оказался больше того, которым владела семья Габриэлы. И куда роскошнее. Впрочем, оно и ожидаемо. Всё же транспорт для первых лиц Империи как никак. Так что до Владивостока мы долетели быстро и с комфортом. Всего то два с половиной часа и преодолев почти всю страну, мы садились во Владивостоке.

— Ну? Как тебе поездка? — поинтересовался я у Софии, спускаясь по трапу.

— Я так и не поела круассанов во Франции, — недовольно заявила она. — Но, в принципе, вышло интереснее, чем я ожидала.

Не удержавшись, рассмеялся. Да уж. Не скучно — это точно.

— И я оставила себе платье, — весело улыбнулась она, показав на висящую на плече сумку.

— Знаешь, не могу не ответить, что без него ты выглядишь даже лучше.

— О, даже не сомневаюсь, — закатила она глаза. — О! А нас уже встречают!

И правда. На лётном поле, метрах в тридцати от трапа стояли два чёрных внедорожника. Рядом с первым возвышалась мускулистая фигура Кузнецова. Тот стоял, оперевшись о крыло машины и курил.

А ещё заметил несколько свежих пулевых отверстий на бортах джипов.

— Красиво жить не запретишь, — вместо приветствия произнёс Андрей, махнув в сторону стоящего за нашей спиной лайнера.

— Ну, если дают, то отказываться смысла не вижу.

— Даже и не сомневаюсь, — усмехнулся тот, от чего мы с Софией рассмеялись. — Про тебя тут куча слухов ходит.

— Враки всё. Лучше скажите, чё тут у вас происходит? — спросил я, кивнув в сторону отметин на машинах.

— Проблемы, — философски отозвался тот. — По дороге расскажу.

Мы уселись в машину и оба внедорожника тут же тронулись с места.

— И так, рассказывай.

— Тебе сначала хорошие новости или плохие? — уточнил Кузнецов, сидя за рулём.

— Ну, давай сначала хорошие. Для разнообразия.

— Мои знакомые нашли Титикова.

— Кого? — не понял я.

— Ну, того комиссара. Помнишь увальня, что заявился к нам в порт с проверкой?

Мне даже потребовалось несколько секунд для того, чтобы понять, о чём именно он говорил. Как и то, что я просил Андрея найти его.

— А, вспомнил. Дай угадаю, нашли его в ванной с феном?

— За столом на кухне, — поправил меня Андрей. — Мозги себе вышиб. Ну, на первый взгляд по крайней мере. А откуда ты знаешь, что он уже того?

— Да какой от него толк-то? — пожал я плечами. — Его вообще наняли для того, чтобы надавить на нас. Мавр сделал дело, мавр может умереть. Всё. Вот и избавились.

— Ну, тебе виднее. Но, да. Ты прав. Его грохнули. Мои ребята не стали ничего трогать. Только сообщили местным копам о случившемся. Анонимно, разумеется.

— Разумеется. А ещё хорошие новости будут?

— Хрен там.

— Так, Андрей, напомни мне если я вдруг ошибаюсь. Я тут недавно говорил с Елизаветой. Так вот она заявила мне, что всё в порядке. Так, скажи на милость, кто из вас мне врёт?

— Никто. Просто… ситуация изменилась.

— Это, позволь узнать, как именно?

— Да очень просто, — проворчал он. — Нас грабанули. Это если не считать того факта, что практически полностью закончились деньги. Даже то, что сумела заработать Лиза и…

— Воу! Так, подожди, — перебил я его. — Лиза?

— Чего?

— Чего-чего. Ты вроде от неё раньше ядом плевался. Стервой называл.

— Так я это, — Кузнецов будто запнулся. Но затем сразу же собрался. — Короче, ты узнать, что происходит хочешь или нет?

— Ну говори, раз уж начал. С самого начала. И с подробностями…

Глава 9

— Слушай, Андрей, будь другом, ответь мне на один вопрос.

— На какой?

— Ты и твои ребята, вроде, профессиональные наёмники. Ведь так? Ну там, псы войны, все дела. Так, скажи мне пожалуйста, какого хрена какие-то ушлёпки жгут мою собственность⁈

Мы стояли около одного из складов. Тех самых, что достались мне вместе с владивостокским имуществом Варницкого. Если уж говорить совсем точно, то мы стояли рядом с тем, что от него осталось. Крупное строение превратилась в обугленные руины.

По остаткам сгоревшего склада всё ещё ходили пожарные, видимо проверяя, не осталось ли возможных очагов пожара. Вокруг всё пропахло дымом, палёным пластиком и сыростью. Такой себе аромат если честно.

— Ты, конечно, всё правильно заметил, — протянул Андрей, стоя рядом со мной, и глядя на остатки склада. — Но если ты не забыл, то у меня всего полтора десятка людей. Трое из них следят за Николаем и его сестрой. Ещё восемь человек охраняют порт. Остальные на подмене и на тот случай, чтобы не остаться с пустыми штанами. Мы и так пашем на износ, Влад. И, между прочим, делаем это за бесплатно, если ты не забыл.

Я скривился, вспомнив, что на днях должен был оплатить работу ребят. И ведь не возразишь даже. Благо эту проблему я решил.

— Насчёт денег не парься, — сказал я ему. — Оплату переведу сегодня.

— Понял. Не вопрос, — невозмутимо заявил Андрей, а затем, через пару секунд, добавил. — Просто, чтобы ты знал. После того, как ты помог нам разобраться с Варницким, мы за тебя впишемся. Мои ребята благодарны за возможность отплатить этому придурку. Так что тут можешь не переживать. Если что, то мы подождем…

— Я сказал, сегодня, — отрезал я. — И, давай уже, рассказывай. Кто это устроил?

— Местная шпана.

— В смысле?

— В прямом, — пожал тот плечами. — Они нагрянули к нам в порт где-то на следующий день после того, как ты улетел с той итальянкой. Видимо ждали этого момента. Заявились к нам и потребовали денег за крышу…

Хотелось закрыть глаза и представить, что всё это какой-то дурной сон. Бред больной собаки. Стоило мне улететь, как на мою собственность стали посягать какие-то бандюги. Серьёзно? У них, что, вообще страха нет?

В общем-то, именно этот вопрос я и задал Андрею.

— Ребята совсем отбитые, — заявил он. — Мы им сразу сказали, на кого работаем. И ещё добавили, чтобы они свалили нахрен, пока руки-ноги целые. Они действительно ушли. Зато припёрлись вечером. Устроили погром в той части порта, где мы людей разместили. Но те из них, которые остались ещё. В итоге мои ребята набили им морды и сломали несколько конечностей. Я же не ожидал, что они в конец поехавшие и устроят что-то такое. Знал бы, так мы бы этих ребят в мешках для трупов отправили.

Поехавшие? Не. Нет, нет, нет. Я бы сказал конченные. В край.

Этот склад мы использовали для хранения практически всего, что нам передавали другие аристократы после того, как Елизавета каким-то чудом умудрилась продать всё хранящееся тут барахло. В основном помогали Уваровы, главные меценаты Владивостока, но имелись и другие. После того, как одна из самых влиятельных и богатых семей города решила помочь несчастным, оставшимся без крова жителям, подключились и другие. Далеко не в таком же объёме, но достаточном для того, чтобы заявить — смотрите, мы тоже помогаем!

Честно говоря, я даже удивился, что они не сделали этого сразу же.

В общем, в какой-то момент поставки достигли таких объемов, что Лиза перестала даже тратить на это дело мои собственные средства. Хватало и того, что мы получали со стороны. Даже пришлось часть убирать на склад, так как тех, кому нужно было помочь, становилось всё меньше. Власти города наконец очухались и начали заниматься проблемой распределения людей, предоставляя им новое жильё.

На первый взгляд ситуация выглядела отлично. Люди получали еду, медикаменты и предметы первой необходимости. Я получал хороший такой рост репутации. Все в выигрыше!

Пока не начались проблемы с разного рода проходимцами. Я о них узнать просто не успел. В тот момент я уже летел во Францию, даже не подозревая, чем закончится эта поездка. А тут началось. Кражи. Попытки продавать то, что люди, вообще-то, должны были получать бесплатно. Ребята Кузнецова справлялись, находя таких вот доброхотов и доступным языком объясняя им, кто они и в чём не правы. Как правило путём нескольких переломов, обширных гематом и выбитых зубов. Я их не винил. Сам поступил бы так же.

А вот затем случилось то, чего банально никто не ожидал. Кто-то напал на один из конвоев грузовиков, которые перевозили груз благотворительности. Естественно, что Кузнецов и его люди тут же среагировали и бросились на подмогу. Они быстро вернули украденное, немного постреляв. Казалось бы, победа!

Ага. Не тут-то было.

Пока они занимались грузовиками, эти уроды нагрянули на склад, вырубили нанятую Лизой охрану и вывезли отсюда всё, что смогли раньше, чем кто-то успел узнать о случившемся. А то, что не смогли увезти — просто подожгли.

Сука. Меня аж трясло от злости. Хотелось найти этих сволочей и придушить собственными руками.

И я их найду. А, что касается всего случившегося — сам виноват. Андрей прав. Ему не хватает только его людей. Как бы того не хотелось, но его ребята просто не способны находится во всех местах одновременно. Лиза попыталась это дело поправить, наняв немного охраны на те деньги, что у нас оставались и на то, что она смогла заработать, но… куда там обычным охранникам до наёмников Кузнецова. Да и то, что кто-то решиться на такую наглость, никто просто не ожидал.

— Помнишь, ты говорил, что у тебя есть знакомые? — спросил я у него, глядя на то, как пожарные разбирали обломки сгоревшего склада.

— Какие знакомые?

— Специфические.

— Ну.

— Пусть узнают, кто это сделал. На деньги плевать. К завтрашнему утру я хочу знать, что кто это был?

— А, что будешь делать, когда узнаешь?

— А после этого, я заявлюсь к ним, и сожгу всё дотла, — уверенно произнёс я.

— Не вопрос. Сделаем. Мы же поучаствуем?

— Без проблем, — я потянулся, в последний раз грустно окинул взглядом остатки сгоревшего здания. — Ладно, поехали в порт. Я хочу поговорить с Лизой и…

Я не договорил. Отвлёкся, заметив оживление среди пожарников. Те с возбужденными криками стягивались в одно месте.

— Чего это они? — удивился Андрей, тоже заметив происходящее.

— Без понятия. Пошли посмотрим.

И мы пошли. Аккуратно прошли по расчищенной от обломков области. Большую часть сгоревших конструкций обрушившейся крыши уже расчистили. Хорошо ещё, что стены устояли после пожара. Благо сделаны из бетона и камня.

Пройдя до нужного места, мы с Кузнецовым стали свидетелями того, как несколько мужчин при помощи переносных домкратов и другого оборудования пытались поднять упавшие на землю балки с остатками кровли.

— Что тут у вас? — поинтересовался я, подходя к одному из пожарных.

— А вы?

— Барон Коршунов. Это мой склад… ну, был им.

Услышав имя и титул, начальник пожарной команды сразу приосанился.

— Мои парни нашли что-то под обломками, Ваше Благородие, — тут же бодро сообщил тот. — Сейчас пытаемся поднять их.

На то, чтобы сдвинуть и убрать мешающие куски обгоревшего железа ушло минут пять. Их приподняли на домкратах, после чего стальными ломами просто сдвинули в сторону, открыв глазам часть сгоревшего до углей деревянного пола. Раньше, если не ошибаюсь, в этом месте находился кабинет начальника склада.

А теперь, среди сгоревшего в уголь паркета, виднелась нетронутая огнём металлическая поверхность.

— Что там? — спросил я, на что почти сразу получил ответ.

— Какой-то люк, — сообщил мне стоящий рядом со мной пожарник. — Сейчас попробуем вскрыть его.

Любопытно.

— Мы знали об этом? — шепнул я Андрею, на что тот покачал головой.

— Первый раз слышу, — так же тихо отозвался тот. — Видимо находился под деревянным полом в кабинете. Мы не ожидали ничего такого, вот и не искали.

Дождавшись, когда покрытый сажей люк наконец открыли, я сунулся вперёд. На возмущения пожарных заявил, что, вообще-то, это моя собственность. Протесты тут же утихли. А я полез внутрь. Ничего опасного я оттуда не чувствовал, так что угрозы не было. Вроде бы.

Под крышкой люка находился просторный лаз, полтора на два метра с металлической лестницей, ведущий вниз под углом. Заметив висящий на стене выключатель, пару раз подёргал его, но эффекта не было. Видать освещение тут питалось от общей сети, да только вот от сгоревшей проводки толку больше не было. В силу того, что она, как это не печально, сгорела. Пришлось попросить фонарик.

Лестница уходила вниз не глубоко. Всего на несколько метров. К счастью, люк был герметичным, так что огонь сюда не пробрался. Разве что немного тянуло гарью. Видимо какая-то вентиляция тут всё-таки была, вот и натянула дыма из воздуха снаружи.

Осветив фонарём помещение в котором я оказался, присвистнул и позвал вниз Кузнецова.

— Охренеть, просто. Это сколько же их тут? — спросил он, подходя к одному из стеллажей и беря с него бутылку.

— Очевидно, дофига, — я посветил в глубь помещения.

Два десятка стеллажей. Шли рядами по всей комнате. Каждый метров по десять в длину и ещё два в высоту. С кучей установленных друг над другом полок. И все заставлены ящиками и стеклянными бутылками. Чего тут только не было. Вино. Виски. Коньяк. И куча других напитков. Всё марочное и явно дорогое. На многих бутылках виднелись надписи на французском, итальянском и других языках. В углу даже обнаружился стеллаж с пузатыми бутылками. Пожелтевшие этикетки пестрели китайскими иероглифами, а внутри, прямо в алкоголе плавали разные гады. Змеи, скорпионы и ещё что-то. Мерзость.

— Здесь всё контрабандное, — высказал своё мнение Андрей. На вопрос, с чего это он это взял, Кузнецов указал на этикетки на бутылках. — Видишь? Нигде нет имперских акцизов. Вся выпивка импортная. А её нельзя завозить в Империю в обход законов. За такое посадить могут и надолго… охренеть! Влад, ты глянь! Да у этого коньяка выдержка лет сто!

— Дорогой, — тут же уточнил я у него?

— Издеваешься? Да одна такая бутылка может стоить от сотни тысяч!

Наклонившись ближе к стеллажу, я посчитал. Если верить надписям на ящике, то их там было четыре шутки. Внутри каждого десять бутылок, заботливо проложенных поролоном и каким-то вспененным материалом с ячейками для отдельных бутылок. Всё для того, чтобы защитить хрупкое содержимое ящика.

— Однако… как думаешь, он настоящий?

— В смысле не палёный?

— Да, в этом самом.

— Без понятия, — честно сказал Андрей. — Я такой в жизни не пил, так что сказать не смогу.

— А, кто сможет?

— Ну, думаю, что есть специалисты. А, что?

— Бабки, Андрюха. Куча денег…

— Я же тебе говорил. Они контрабандные…

— Да вообще пофиг. Найдём, куда пристроить. Ладно. Звони своим. Пусть гонят сюда грузовик и вывозят всё отсюда. И заодно я хочу, чтобы они пересчитали что тут и сколько. Мне нужен полный список. Думаю, что без проблем смогу найти того, кто выкупит всё это добро.

— Слушай, а можно я…

— Можно. Бери что хочешь, только без фанатизма, — махнул я рукой.

Нет, ну не отказывать же человеку? Пусть насладится. Выпивка и правда вроде элитная. А если ещё и настоящая, так ей вообще цены не было. Интересно только, куда и как Варницкий планировал сбывать всё это дело? Хотя, думаю, что этот жук без проблем нашёл бы способ.

После того, как мы дождались ребят Кузнецова с грузовиком, я оставил их, предварительно дав указание Андрею найти ещё ребят. Таких, кому он мог бы доверять. Действительно доверять, я имею в виду. Учитывая договор с Императором — деньги проблемой не будут.

Так что к вечеру мы уже приехали с Николаем в порт. Софию я ещё после прилёта попросил отвезти на квартиру к Коле. Там и так пара комнат пустует. Пусть отдохнёт. Нечего её за собой таскать. Заодно поболтал с Николаем. У них с Ксюшей всё было отлично, что не могло не радовать.

В порту всё… ну не нормализовалось, но пришло в какой-то порядок. Палаточный городок, разросшийся на моей территории после истории с прорывом во Владивостоке, больше не представлял из себя хаотичное нагромождение. Теперь стоящие рядами палатки приобрели стройность. И, что немаловажно, их стало значительно меньше!

Городские власти наконец очухались… по прошествии недели с лишним, и начали наконец распределять оставшихся без крова людей. Часть разрушенных кварталов уже расчистили. Велись строительные работы. И, что приятно, людям наконец начали предоставлять нормальное жильё.

Ну, лучше раньше, чем позже.

— Привет, Лиза, — помахал я ей рукой, заходя в её кабинет.

Строго говоря, это не её кабинет. Просто она захапала себе в пользование одну из самых простойных комнат в административке порта и теперь сидела там почти безвылазно. Николай рассказал мне, что возит её туда каждое утро в шесть часов, а забирает вечером, уже после десяти.

И это заметно. Когда я зашёл, Елизавета сидела за погребённым под бумагами столом. Лишь несколько пустых чашек из-под кофе ютились на углу. Вокруг скрытых за стеклами очков малахитовых глаз появились синяки от недосыпа. Русые волосы, обычно собранные в аккуратную причёску, сейчас выглядели растрёпанно. Да и видно было, что она с большим удовольствием бы сейчас рухнула бы в постель и проспала бы часов, этак, двадцать.

— Ой, Владислав! — удивилась она, оторвавшись от разложенных на столе бумаг. — Вы уже вернулись! А я…

— Так! Стоп, — прервал я её. — Подожди, не теряй мысль. Я сейчас.

Вышел из комнаты и закрыл дверь. Достал мобильник и набрал нужный номер.

— Андрей?

— А ты ожидал услышать кого-то другого?

— Логично. Как там у вас дела?

— Ребята уже приехали. Минут через пятнадцать-двадцать, как разберём часть завалов, чтобы бы ближе подъехать, начнём загружать.

— Отлично. Там твои парни без тебя справятся?

— Да. А, что?

— Ничего. Бери машину езжай сюда. Дело есть.

— Не вопрос. Через двадцать минут буду.

Эх, нравится мне его исполнительность. Приятно работать с профессионалом.

Убрав телефон, зашёл обратно.

— Итак, привет снова, — произнёс я, подходя к её столу и попутно захватив себе стул. — Как наши дела?

— Вам честный ответ? — немного вымученно спросила она. — Или счастливый и радостный?

— Давай правду, Лиз. Только так.

— Хорошо. На самом деле, всё не так уж плохо…

— Тогда чего ты паниковала?

— Это потому, что я ещё не договорила. Всё не так уж и плохо, но только на первый взгляд. У нас заканчиваются деньги на оплату, но, думаю, что вы…

— Можешь обращаться по имени, я же говорил тебе.

— Д…да, Влад. Я помню. Так вот, проблема не только с деньгами. Часть оборудования в порту требует замены. Другой необходим ремонт. Что-то наши люди смогли починить своими силами, но это, так, временное решение. Плюс прочие выплаты…

Она устроила короткие раскопки на своём столе и вытащила целую кипу документов. Коммунальные службы. Электроэнергия. Траты на обеспечение пожарной и других видов безопасности. Плюс страховка и траты на оборудование, техническое обслуживание инфраструктуры. Но самым страшным пунктом шли налоги, которые я должен был отдавать каждый месяц Империи.

— Мда-а-а…

— Всё это было бы не так страшно, если бы не случившаяся катастрофа в городе. Необходимость заботится о таком огромном количестве людей просто высасывали из нас средства. Да, помощь от других аристократов, в особенности от Уваровых, очень помогла. Мы даже смогли немного отбить деньги после того, как я распродала имущество с тех двух складов, но на этом всё. Если дела пойдут так дальше, то, боюсь, в начале следующей недели мы останемся совсем с пустыми карманами…

— Не останемся, — обрадовал я её. — Держи.

Достав из кармана карту, я протянул её ей.

— Что это? — подозрительно спросила Елизавета, разглядывая чёрный кусочек пластика с эмблемой Имперского Российского Банка.

— Это, моя дорогая, временное решение наших финансовых проблем. Скажем так.

— А, почему временная, — осторожно уточнила она.

— Потому, что я не до конца уверен в том, как дальше будут развиваться события. Но, это ещё не всё. Кузнецов не звонил тебе?

— Андрей? — встрепенулась Лиза и даже в кресле выпрямилась, едва только я спросил. — Нет, а что?

— На том сгоревшем складе мы нашли тайник с дорогой выпивкой. Ребята Кузнецова её сейчас в грузовик загружают. Потом привезут сюда. Только она вся контрабандная.

— Значит, мы не сможем её продать, — тут же покачала она головой. — С этим очень строго и…

Какой-то предмет разбил окно, влетев внутрь. Ударился об один из столов, отскочил к центру комнаты и плюхнулся на пол.

Понятия не имею, но я каким-то образом успел. Вскочил со стула и бросился вперёд через стол, схватив вскрикнувшую Лизу в охапку и одновременно накрывая нас обоих куполом слабенького щита. На полноценный меня сейчас всё равно бы не хватило. Так что я заодно пнул столешницу, переворачивая её и превращая в хоть какое-то подобие укрытия.

А затем брошенная в помещении граната всё же взорвалась…

Глава 10

Это было… больно.

Взрыв влетевшей в окно гранаты разворотил перевёрнутый стол, осыпав нас градом щепок и обломков. Я даже ощутил, как что-то пробило выставленный мною щит, болезненно впившись в ногу.

Рядом закричала Лиза, которую я прикрыл свои телом. К счастью, за исключением этого мелкого осколка, щит каким-то чудом выдержал и защитил нас практически от всех обломков. Лишь под конец выдохся. А вот от контузии и жуткого звона в ушах он защитить уже не мог. Взрыв в замкнутом помещении, да ещё и так близко — то ещё паскудство.

— Ты в порядке⁈ — прокричал я ей в ухо, быстро осматривая девушку. К счастью, та оказалась практически цела, если не считать нескольких ссадин и царапин.

Быстро создал пару жалких на вид водяных шариков и швырнул их в сторону горящих бумаг и остатков стола. Да, выглядит так себе, но для того, чтобы потушить появившийся огонь этого достаточно. Не хватало ещё, чтобы пожар тут начался. Хорошо ещё, что кроме нас в помещении никого не было, иначе жертв оказалось бы не избежать…

В этот момент на улице прозвучал второй взрыв, заставив остатки уцелевших окон в помещении вновь задрожать. С улицы донеслись громкие крики. Кто-то звал на помощь, а я выругался.

Подняв Лизу, быстро повёл её наружу. К нам навстречу уже бежали ребята Кузнецова, которые занимались охраной порта.

— Вы в порядке⁈

— Да, мы целы! Что, мать вашу случилось⁈ — потребовал я у него, но это так. Больше на эмоциях.

— Какой-то урод только что швырнул в наших ребят гранату! У нас трое раненых!

Теперь понятно, что это был за взрыв.

Чёрт, не хотелось этого делать, но придётся. Быстро просканировал окружающее пространство, на сколько смог, расширил Сферу Восприятия, но всё без толку. Слишком много людей вокруг, а я ещё недостаточно восстановился. Найти чего-то выдающегося не смог. Помимо парней Андрея в порту одаренных больше не было. Так что просто заработал себе головную боль и ни черта этим не добился.

Как оказалось в последствии, всё произошло просто до безобразия.

Мы выяснили это позднее, когда просмотрели записи с камер наблюдения. Невзрачный мужик зашёл на территорию порта едва только я приехал. Прикинулся одним из постояльцев нашего «палаточного городка». И, что самое паршивое, спокойно прошёл до административки.

Вот совсем. Стоящие на охране наёмники даже не заметили его, хотя урод прошёл всего в паре метров от одного из них.

Дальше эта мразь достал из кармана гранату и просто швырнул её в окно. После чего быстро скрылся, воспользовавшись начавшейся паникой. Стоявшие в охране парни Андрея среагировали быстро, но этот гад швырнул вторую гранату прямо в них. Хорошо, что обошлось без смертей. Виктория обещала, что поставит раненых на ноги. Но всё равно…

И, вот ведь гадство, даже лица на записи не видно. Мужик скрыл его кепкой и накинутым на голову капюшоном.

Урод просто растворился в напуганной толпе.

— Удалось узнать, как они его не заметили? — спросил я, на что Андрей только покачал головой.

— Я говорил с Ваней. Даже запись ему показал. Он готов поклясться, что мимо него никто не ходил…

— Запись говорит об обратном, — напомнил я ему.

— Он не врёт, — с нажимом произнёс он. — Если он говорит, что не видел его, значит не видел. Влад, Ваня не станет врать только для того, чтобы прикрыть свою задницу из-за такого косяка. Я знаю его шесть с половиной лет! Он мою задницу спас трижды. Уж скорее он сам на эту гранату бы кинулся, чем соврал бы…

— Ладно, ладно, верю я тебе, — сдался я. Тем более, что Андерй говорил правду. Да и его боец, тоже, не врал.

Только вот записи с камер это всё равно не объесняет.

— Сука, найду его и ноги выдерну, — произнёс Кузнецов, в десятый раз пересматривая запись.

Мы с Андреем сидели в кабинете на первом этаже административки и пили пиво.

— Успокойся, линчеватель, — одёрнул я его. — Мы даже не знаем, кого карать. Как там Лиза?

— В порядке, — буркнул тот. — Виктория осмотрела её. Там только царапины, да пара ссадин.

Ещё одно удивительное открытие, кстати.

За то время, что я торчал во Франции, а затем ещё и в Японии, эта некромантша, видимо задолбавшись от скуки, приехала в порт и предложила свои услуги в виде врача. На мой резонный вопрос — нафига ей этой надо, та лишь сослалась на то, что просто не может сидеть без дела.

Угу. Конечно. А совсем не потому ли, что ей бухать на квартире у Николая запрещено под страхом развоплощения?

Я ей сразу сказал, что если она устроит что-то такое на глазах у младшей сестры моего водителя, то я с неё шкуру спущу. А вот теперь она сидела в медицинском кабинете порта, пила мартини и осматривала наших «беженцев». В целом-то не плохо, если не вглядываться в то, что половина её посетителей выходили из кабинета с бледными и напуганными лицами.

Её бы турнуть оттуда, но… блин, она ведь реально работала! Даже несмотря на то, что начала играть за «другую» команду, её целительские способности никуда не делись! И она действительно помогала людям. Вот так просто. От скуки. И это не пустые слова. Я как раз застал за тем, как мать благодарила её за то, что Виктория за час вылечила её больную дочь, которая до этого несколько лет мучилась от болезни. А денег на хорошего целителя у женщины банально не было.

Особенно забавно было смотреть, как уже успевшая неплохо так залиться вином Виктория смущалась и пыталась поскорее выпроводить благодарную мать из своего кабинета. Явно не привыкла к такому потоку похвалы.

В общем, появилась у меня идея, но её ещё надо будет обдумать.

Но, это потом. Сейчас главная проблема в другом. Какая сволочь смеет кидать в меня гранаты⁈ И, что бесит ещё больше, эти твари почему-то считают, что могут сделать это и не получить в ответ. И, нет. Так дело не пойдёт.

— Так, значит, думаешь, что это были те же ребята?

— Сто процентов, — кивнул Кузнецов. — Иначе какой смысл? Типо сначала одни рандомные парни начинают на нас наживаться, вторые грабят склад, а третьи швыряются гранатами в поптыке тебя грохнуть? Да счас. Не верю я в такие вот совпадения. Только вот я не очень хорошо понимаю, за каким чёртом они пытались грохнуть тебя? Обычное воровство и попытку навариться я понимаю. Но вот, какой смысл пытаться убрать тебя? Есть идеи?

— У меня? — удивился я. — Ни одной. Пока что. Кстати, твои «знакомые», ещё не узнали, кто сжёг наш склад?

— Сказали, что узнают к вечеру, возможно.

— Отлично.

— И? Что будем делать?

— Как узнаем, кто это, тогда и начнём выдёргивать ноги. С чувством, толком и расстановкой.

Мы стукнули бутылками.

— Супер. Я за, — кивнул Кузнецов.

— Ну и славно. Как, кстати, там твои ребята?

— Виктория сказала, что будут, как новенькие, — он пару секунд помялся, крутя в пальцах бутылку с пивом. — Кстати, хотел сказать, спасибо.

— М-м-м?

— За то, что защитил её.

— Как будто ты на моём месте поступил бы иначе.

— Я бы нет. Но, кто другой на твоём месте…

— Ага. Ладно. Пойду позвоню Николаю, мне ещё на этот чёртов вечерний приём ехать.

— К Уваровым?

— Ага.

— Один поедешь?

— Ага. Не хочу никого дёргать…

Дверь в кабинет, где мы сидели, распахнулась и ударились о стенку.

— Я поеду!

Мы посмотрели на стоящую в проходе Викторию.

Горящие глаза. Растрепанные волосы. В белоснежном, некогда халате, с подозрительными красными пятнами. В правой руке нечто напинающее лабораторную мензурку или мерный стакан на пол литра, опять-таки, с чем-то подозрительно красным.

— Куда это ты поедешь? — всё-таки полюбопытствовал я.

— На приём.

— На какой?

— О котором ты только что говорил, — чуть пьяным голосом заявила она.

— Ты, что? Под дверью подслушивала?

— П-ф-ф-ф… вот ещё, — оскорбилась она. — Просто услышала, когда мимо проходила.

— А, что за пятна?

— Вино.

— Ага. А в…

— Кровь той мелкой, которую я вылечила, — она взболтнула мензурку и тут же на наших глазах отхлебнула. — Чего вы так на меня уставились? Да вино это, я что, вампирша какая-то? Я бокал разбила. Последний, между прочим, из тех, что тут был.

Мы с Андреем посмотрела друг на друга и почти одновременно пожали плечами.

— Я вообще удивлён, что здесь были винные бокалы, — сказал он.

— Виктория, скажи мне пожалуйста, а, собственно, нафига мне тебя с собой брать?

— О, — закатила она глаза. — Я даже и не знаю. Может быть потому, что ты я тут работаю за бесплатно? Или потому, что ты так до сих пор и не выполнил свою часть уговора. Или потому, что ты разнёс мою клинику…

— Э, полегче, дамочка, тут ты сама виновата, — осадил я её. — И вообще, с чего ты решила, что я возьму тебя даже после всей этой, бессмысленной, гневной тирады?

— Влад, ну пожалуйста, — заканючила она. — Я задолбалась. Устала. Я хочу отдохнуть! Ну возьми меня пожалуйста.

— На приёме для чванливых и скучных аристократов? — усмехнулся я и сидящий рядом со мной Кузнецов тихо хрюкнул в кулак.

Только вот это не укрылось от глаз нашей неожиданной гостью.

— Не рекомендую смеяться надо мной, — сурово выдала она. — Если ему я такое позволяю, то не думай, что это можно и тебе. Или в следующий раз, когда мне придётся латать твоих ребят, я им руки с ногами местами поменяю.

Кузнецов тут же применительно поднял руки, признавая поражение.

— Ладно. Поехали. Всё лучше компания, чем одному. У тебя хоть платье есть? — спросило я у растрёпанной некроматши.

— Найду…

— Уж будь добра, — попросил я её. — Это, типо, высший свет. Раз претендуем, то надо соответствовать. У нас есть пара часов. Не успеешь, останешься тут.

— О себе беспокойся, — фыркнула она и повернувшись, скрылась в коридоре.

— И протрезвей, — крикнул я ей в след.

Мы пару секунд посидели, допивая пиво, прежде чем Андрей спросил.

— Думаешь, что это хорошая идея? Сам же сказал, высший свет и всё прочее… а ты с бухающей некроманткой туда придёшь.

— Да вообще насрать, — отмахнулся. — Думаешь, что меня это правда беспокоит? Просто прослежу, чтобы она никого не прокляла и лишних трупов не оживляла.

— Лишних? Трупов? Знаешь, не очень подходит для того, чтобы описать хороший приём.

— Так аристократы же, — пожал я плечами.

— Справедливо.

— Ещё как. Ну и с ней, по крайней мере, не будет скучно…

— О, тут я даже спорить не стану. Кстати, как думаешь, она правда может руки-ноги местами поменять?

— Хочешь проверить? — спросил я у него, кинув пустую бутылку в мусорку.

— Да как-то не особо.

— Тогда лучше не проверяй, — настоятельно посоветовал я ему, встал и пошёл на выход.

Приём, организованный Графом и графиней Уваровыми, проходил в их собственном поместье.

Приглашение на него пришло на следующий день после того, как я улетел во Францию. Казалось бы, ерунда. Ну пришло и пришло. Готов поспорить, что такие приглашения разослали каждому мало-мальски известному аристократу во Владивостоке.

А вот тот факт, что мне пришло второе приглашение, был уже любопытнее. И по странному стечению обстоятельств, пришло оно на следующий день после моей встречи с Императором в столице. Что интересно, тон приглашения в этот раз отличался в куда более личную сторону с просьбой обязательно посетить намечающееся мероприятие.

Ну, а чего бы и нет. Тем более, что впечатление об Уваровых у меня пока что было сугубо положительное. Пока что, по крайней мере.

О! Виктория не подкачала.

Хотя, не скажу, что она меня не удивила. Чёрное платье по фигуре с глубоким, доходящим чуть ли не до живота декольте. Самое то, чтобы показать всё, что нужно показать и приковать к себе взгляды. Туфли на шпильках, от чего она стала даже чуть выше и на одном уровне со мной. Серые волосы идеально уложены и вьющимися локонами спадают по плечам. Всё дополнял гарнитур из серебристых серёжек и колье со странными тёмно-красными камнями. В общем — картина максимально приятная для глаз.

Сам я тоже не подкачал. Благо у меня остался тот костюм, в котором я встречался с Императором. Багратионов назвал это подарком, а я не стал отказываться. Где я ещё такой возьму в ближайшее время? Хотя, учитывая, как всё изменилось, не думаю, что теперь это станет большой проблемой.

Приехали мы практически идеально вовремя. Николай остановился на парковке перед усадьбой Уваровых всего на двадцать минут позже указанного в приглашении времени начала приёма. К слову, в очередной раз подумал о том, что, возможно, стоит обзавестись машиной по приличнее. А то уж больно утилитарно смотрелся одолженный у Андрея внедорожник среди дорогих и представительских седанов. Хотя… как я уже сказал Кузнецову, а с чего меня это вообще должно беспокоить? У меня другие проблемы, калибром побольше. И вообще, практичность — наше всё!

— Признаюсь, выглядишь просто прекрасно, — шепнул я своей спутнице пока мы шли от машины ко входу.

— Благодарю, — так же тихо отозвалась та. — Мог бы и раньше сказать. Жаль времени было маловато, но сделала, что могла.

— Сказал бы раньше, ты бы растаяла и трындела всю дорогу.

— Нахал…

— Ещё какой. Лучше скажи, то, что ты сказала Андрею…

— Да, могу. Я бы им даже нервную систему бы так перестроила, что почти заново ходить бы не пришлось учиться. Бегали бы на ручках не хуже чем на ножках. Только вот держать оружие ногами уже бы не вышло.

— Ужасная ты женщина, — покачал я головой, чем вызвал на её лице короткую, но довольную улыбку. — И шутки у тебя страшные.

Загородное имение Уваровых было хорошим примером того, как могут жить действительно богатые аристократы. Один только подъездной дворик для автомобилей по своему размеру практически равнялся половине того собственного особняка. Красивые фонтаны, живая изгородь, подстриженная настолько ровно, что о зелёные прямоугольники, наверное, можно было порезаться. А уж про сам дом я и говорить не буду. Всё же один из самых богатых графских родов в Империи.

И толк в приёмах они знали. Если смотреть на количество машин, то, похоже, сегодня сюда съехались, вероятно, все до последнего аристократы Владивостока. Ещё наверное и из ближайших городов приехали. Вот вообще бы не удивился, окажись оно так.

— Ну, что? Готова окунуться в сливки общества? — проговорил я, ведя Викторию под руку ко входу.

— Готова поспорить, что никто из них не ожидал, чтобы появишься на приёме с некромантом под рукой, — хохотнула Виктория, а затем добавил. — Пошли, я собираюсь выпить и повеселиться…

* * *

Графу Токареву было скучно.

Он находился на этом приёме всего двадцать семь с половиной минут, а его уже тошнило от всего происходящего. В особенности от слащавых морд самих хозяев этого вечера.

Уваровы ходили от гостя к гостю, периодически перебрасываясь парой фраз то с одним, то с другим. Их вид бесил Евгения настолько, что даже третий бокал дорогого шампанского не мог развеять его паршивое настроение.

Два проклятых ископаемых. Они раздражали Токарева. И не только своим показным меценатством. Кто бы что не говорил, но Сергей и Людмила Уваровы были настоящими акулами. Монстрами, что скрывались в пучинах бизнес-океанов. Всегда заключающие успешные сделки и богатеющие ещё сильнее. Если ум, изворотливость и удача могли передаваться генетически, то сейчас Евгений благодарил бога за то, что дети этих двух старых ублюдков сдохли раньше, чем успели сменить своих стариков.

Пожалуй, что ещё одно поколение таких дельцов восток страны может и не пережить…

…точнее его могут не пережить деловые интересы одного графа, по имени Евгений Токарев.

— Милый, всё хорошо? — поинтересовалась его супруга. — Ты какой-то мрачный?

— Нет, любимая. Все прекрасно. Просто задумался над одним делом, — отбрехался он. — Всё в порядке, правда. Просто подобные сборища…

— Да ладно тебе, — произнесла Ксения Токарева, обхватив предплечье мужа своими тонкими руками и прижимаясь к нему. — Я же знаю, как ты не любишь Сергея и Людмилу.

Евгения открыл было рот, но затем закрыл его, так не сказав ни слова и грустно улыбнулся.

— Ты всегда прекрасна знала, что твориться у меня на душе, любимая.

— Разве не в этом обязанность хорошей жены? — с хитрым огоньком в глазах произнесла его супруга.

— Ну, я уверен, что там есть ещё несколько приятных дополнений, — тихо прошептал он ей на ухо, пока его рука спускалась по покрытой шёлком платья пояснице…

И замерла.

Евгению показалось, что даже воздух потерял несколько градусов температуры. Его бросило в холод, когда он увидел, кто прошёл через двери особняка Уваровых.

Что! Что этот гадёныш тут делает!

— Прости дорогая, мне срочно нужно сделать один звонок, — как можно беззаботнее произнёс он. — Можешь пока подождать меня?

— Конечно.

Отойдя подальше, Евгений достал телефон и быстро набрал по памяти нудный номер.

— Что? — ответил ему знакомый голос в трубке.

— Он здесь!

— Кто⁈

— Коршунов! Он только что припёрся на приём Уваровых с какой-то шлюхой!

— Что?

— Что слышал! — прошипел Евгений в телефон. — Твои люди сказали, что его как минимум ранили, а этот поганец здесь! Живой и здоровый! Я так и знал, что этому отребью нельзя доверять!

— Спокойно, Женя, — приказал ему голос из телефона. — Успокойся. Так даже лучше.

— Лучше? Лучше для кого⁈

— Для нас, идиот. Он только приехал?

— Да. Кажется, что да.

— Отлично! Займи его там. Мне нужно сделать несколько звонков и время для того, чтобы привезти его.

Токарев на несколько секунд замер, не сразу сообразив, о чём именно говорит его собеседник. Но уже через пару мгновений он осознал.

— Ты же говорил, что он не готов!

— Успокойся! Всё схвачено. Мы дадим ему нужный артефакт. Он всё сделает.

— А если…

— Без если! Главное задержи Коршунова до его приезда! Мне нужно хотя бы полтора часа для того, чтобы всё организовать.

Евгений окинул взглядом зал, тихо выругался, так, чтобы телефон не мог уловить звук и голоса, а затем решился.

— Хорошо. Главное поторопитесь.

— Не беспокойся. Сегодня мы решим эту проблему раз и навсегда.

Глава 11

Ладно. Признаю, этот приём был не таким… раздражающим. Не знаю, может быть дело в том, что я не особо выделялся на фоне других гостей. Может быть потому, что здесь были не японцы, что смотрели на меня, как на чужака? Возможно.

И, нет. Мне, в общем-то, плевать на их отношение. Я к ним в друзья не набивался. Себе цену я знаю.

Так что, к моему собственному удивлению, я был не то, чтобы обделён вниманием, но на меня хотя бы не пялились так пристально и открыто. Что, честно говоря, несколько удивляло. Я-то думал, что после случившегося в Японии мне и проходу не дадут. Но, нет.

Да и вообще, если уж по-честному, то взгляды куда сильнее притягивала Виктория. Я же тихо посмеивался, вспоминая злое шушуканье графских и баронских жён с их мужьями после того, как мы проходили мимо.

— Ну? Что сделаем в первую очередь? — поинтересовалась моя спутница, когда мы вошли в особняк.

— Ну, по правилам приличия стоит поприветствовать хозяев, — ответил я ей, глазами разыскивая Уваровых.

— А я-то думала, что ты первым делом направишься к столикам с закусками.

— О, им я ещё отдам должное. Не сомневайся.

Виктория хихикнула. Мы взяли пару бокалов с шампанским с подноса проходящего мимо официанта и двинулись дальше.

Уваровых я обнаружил в глубине особняка. Елизавета сделала мне небольшую справку о том, кто они и чего от них ждать. Грустная, на самом деле история. Этот Род всегда отличался не дюжими способностями к предпринимательству и ведению бизнеса. Не даром они считались очень и очень богатыми. Для того, чтобы это понять стоило только взглянуть на их особняк и количество слуг.

А уж с приходом к титулу Сергея Ларионовича Уварова, состояние семьи за несколько десятилетий выросло до совсем уж неприличных масштабов, обгоняя в этом смысле даже некоторых князей. Признаюсь, мне даже стало любопытно, что такие люди делают здесь, во Владивостоке. Им уж точно куда больше подошла бы жизнь в столице, вместо этого «захолустья»…

Ладно уж, утрирую. Не такое уж и захолустье, но всё равно трудно найти место, столь же удалённое от Имперской столицы, как Владивосток. Были у меня подозрения, что тут всё не так просто.

— Слушай, как так вышло, что ты оказалась во Владивостоке, — спросил я у Виктории.

— А к чему ты спрашиваешь?

— Просто любопытно. Знаешь, я тут навёл справки…

Обнимающая моё плечо рук при этих словах на мгновение напряглась.

— Не люблю, когда копаются в моём прошлом, — чуть более холодным голосом произнесла Виктория.

Я пожал плечами.

— Никто не любит. И, тем не менее, мне любопытно. Ты была одной из лучших молодых целительниц в Германской Империи. Тебе пророчили стать одной из «Великих лекарей». Простолюдинка, которая упорством, умом и талантом смогла подняться так высока… а затем ты занялась некромантией. Так в чём же дело?

— Не твоё дело, — с улыбкой змеи сказала Виктория. — Как я уже сказала — я не люблю, когда люди копаются в моём прошлом.

— Никто не любит, — напомнил я ей. — И, всё-таки, я предпочитаю знать о том, с кем я работаю, Виктория. Более того, я мог бы продолжить и спросить, почему род Адеркасов назначил награду за твою голову. И, вот ведь какое совпадение, сделал это сразу же после того, как ты сбежала из Германии…

— Заткнись, Влад, — прошептала она, улыбаясь одними губами. — Это не та история, которую я хочу рассказывать. Теперь понятно, зачем ты взял меня с собой.

— Рад, что ты такая догадливая. И, теперь, я хотел бы узнать правду.

— Это не то, о чём я бы хотела говорить…

— Да, ты уже об этом упоминала, — сухо отозвался я, сделав глоток из бокала. — Я не говорю, что хочу знать всё именно здесь и сейчас. Но, если я сам узнаю о том, что ты сделала что-то…

— Ничего! — отрезала она. — Я ничего не делала с живыми людьми. И с их душами. Я не нарушала законов Империи… ну, почти. То, что я сделала… никто не пострадал.

— «Никто не пострадал», — медленно повторил я за ней. — Хорошая формулировка. Да вот только это не правда. Ты и сама это понимаешь.

Виктория чуть не запнулась. Даже забавно видеть смущение на её лице.

— Так ты все знаешь, так?

— Знаю, — кивнул я. — Как я сказал, я уже навёл справки.

— Тогда зачем всё это?

— Потому, что хочу услышать ответ от тебя.

Я подождал пару секунд, а затем задал последний вопрос.

— Ты ведь любила его?

Идущая рядом со мной женщина сдавленно кинула.

— Больше всего на свете, — прошептала она.

— Но?

— Но я слишком поверила в свою гениальность, — так же тихо проговорила Виктория. — Сама начала думать, что я гений, которая может всё на свете. Вот и поплатилась.

— И в итоге сбежала сюда. Подальше.

— Не сразу именно сюда, но, да. Верно. Доволен?

— Нет, на самом деле. Но я хотел услышать это от тебя, чтобы быть уверенным.

— Уверенным? — она нервно рассмеялась. — Уверенным в чём?

— В тебе, — без каких-либо объяснений ответил я ей.

И, Виктория была права. Я действительно знал. Спасибо Габриэле. Помогла достать нужную информацию через своих людей в Германии. Это в значительной мере помогло мне понять, что за человек шёл рядом сейчас рядом со мной.

Безумная и страстная любовь встречаются часто. Чувства и эмоции захватывают людей с головой, кидая их в кипящий от страсти омут. Сейчас эта история уже не вызывала такого ажиотажа. Мало кто обсуждал или даже помнил гибель на дуэли, что случилось тридцать четыре года назад. В тот день род Адрекасов лишился младшего из двух своих сыновей. А юная, подающая надежды талантливая целительница потеряла жениха, с которым хотела связать себя узами брака. Двум молодым людям было наплевать на разницу в своём положении. Любовь для них затмила абсолютно всё.

Но судьба распорядилась иначе.

Только подумал об этом и скривился. Не люблю я этой слово. А в последнее время вот прямо ненавижу.

На самом деле мне было жалкое её. Вот по-простому, по человеческому жалко. Она сделала всё, что было в её силах и способностях для того, чтобы спасти любимого. А затем пошла дальше, лишь бы сделать это.

И в тоге поплатилась за содеянное.

Но, Виктория правильно заметила. Мы пришлю сюда «отдохнуть», а не ворошить её прошлое. То, что я хотел — я узнал. Да, пусть она не сказала это напрямую, но её эмоции были более чем красноречивы.

Хозяев приёма мы обнаружили в углу зала. Я сразу заметил знакомую мне женщину. Ту самую, которую видел в клубе «Кальвия». Людмила Уварова стояла рядом со своим мужем. Тот что-то обсуждал с каким-то незнакомым мне мужчиной в военной форме. Впрочем, ничего особо удивительного. Я на этом приёме и так практически никого не знал…

— Барон Коршунов, можно вас на пару слов?

Я повернулся. О, выходит, что как минимум одного человека на этом приёме я всё-таки знал.

— Добрый вечер, Сергей Викторович, — улыбнулся я. — Как поживаете?

Ответом на моё приветствие стало каменное выражение на лице главного поборника закона Владивостока.

— Можно с вами переговорить, — с холодной и не обещающей ничего хорошего улыбкой спросил он и бросил короткий взгляд в сторону моей спутницы. — Наедине, если позволите.

— Даже так? — удивился я.

— Да, барон. Даже так.

Хм-м-м. Даже странно. Чего это он такой злой. Эмоции так и бушуют, словно огонь костра, в который хлестнули бензина.

— Что же. Почему бы и нет. Виктория, ты не могла бы…

— Конечно, Влад, — улыбнулась некромантша. — Я найду себе вина.

Когда она отошла достаточно далеко, Самиров изобразил нечто похожее на улыбку и жестом указал в сторону выхода в сад.

Что же, почему бы и нет. Уваровы всё равно заняты разговором.

Мы вышли на улицу и отошли в сторону.

— Слушаю вас, Сергей Викторович.

— Вы взяли на работу Елизавету Серебрякову, — без предисловий выдал он мне.

— И? — протянул я. — Будет ли какое-то продолжение? Или вы думаете, что я не в курсе кого я нанимаю на работу?

— Думаю, что да, — с ядом в голосе проговорил Самиров. — В противном случае вы бы этого не сделали. Вы уволите её. Немедленно.

Опаньки. А вот такого я не ожидал.

— И с чего же мне её увольнять? — уточнил я у него. — Как по мне, Елизавета прекрасно справляется со своей работой. Гораздо лучше, чем я мог бы ожидать.

— Она слишком хороша! — вспыхнул Самиров, но тут же одёрнул себя понизил голос. — Слишком хороша, чтобы работать на кого-то подобного вам, Коршунов. Вы уволите её. И точка!

— А то, что?

— А не то, — уже куда более недобро улыбнулся Самиров, — я возьмусь за вас сам. Лично. И поверьте, вы пожелаете об этом. Я вытащу каждый ваш грязный секрет и положу перед вами на стол в качестве обвинения. Думаете, что я не знаю о том, какие грузы эта итальянская дрянь отгружает в вашем порту?

— Я думаю, Сергей Викторович, что это совсем не ваше дело, — спокойно ответил я ему. — А ещё, я считаю, что вам нужно поговорить на эту тему с графом Голотовым.

Сказал и тут же понял. Не. Не прокатит. Вместо того, чтобы остыть, Самиров лишь распалился ещё сильнее. Он подошёл ко мне чуть ли не в плотную и глядя в глаза произнёс.

— Мне плевать на ваших высокопоставленных друзей, Коршунов. Я представляю закон Империи. И я сделаю всё для того, чтобы этот закон торжествовал. Такие, как вы — позорите титул имперского аристократа своими действиями! Ещё раз повторяю. Вы немедленно уволите Елизавету Серебрякову и забудите о том, что она вообще существует. Вы поняли ме…

— Делайте, — спокойным голосом перебил я его.

— Что?

— Что слышали. Делайте, что захотите. Что моё, Сергей Викторович, то моё. И я не собираюсь отказываться от своих людей только потому, что вы вздумали давить на меня.

О, вот теперь с его лица слетели все остатки показной доброжелательности, явив передо мной лицо человека готового самолично отрезать себе руку, лишь бы сдержать слово и следовать своим принципам.

— Наглый щенок. Ты пожалеешь о этом. Я припру тебя к стенке, — практически прорычал он мне в лицо.

Впрочем, меня испугать не так легко.

— Ничего страшного, Сергей Викторович. Так даже лучше. Будет от чего оттолкнутся для того, чтобы врезать вам по морде.

На этом разговор и закончился. Если честно, думал, что он попытается напасть на меня прямо там, но нет. Не того теста это человек. Этот будет делать всё по закону.

Только вот… что вообще сейчас произошло? И причём тут Серебрякова?

Мда-а-а. Надо будет узнать, что за змею я пригрел у себя на груди без собственного ведома.

Я постоял ещё пару минут, раздумывая над этой проблемой, а затем просто пошёл обратно. Всё равно прямо сейчас ничего сделать не смогу. А вот после приёма ведётся уже разбираться. Мысленно поставил себе зарубку и направился искать Викторию.

Нашёл её довольно быстро. И, вот ведь, нашла себе вина. Стояла с бокалом, со скучающем лицом выслушивая какого-то парня в дорогом костюме.

Говорили они не долго. Парнишку унесло ещё до того, как я подошёл.

— Развлекаешься? — поинтересовался я, на что она только фыркнула.

— Пф-ф-ф. Если бы. Этот мальчик решил, что титул его папочки впечатлит меня.

— Даже так? А, что ты ему сказала, что его аж ветром сдуло.

— Пообещала ему потрясающую ночь и в подробностях описала, что с ним сделаю в постели.

Я вопросительно посмотрел на неё.

— Что?

— Что «что»? Я жду продолжения. Мне же интересно, чем таким ты могла его напугать.

— Ну, может быть, я как-нибудь тебе и расскажу, — хмыкнула она и пригубила вино из бокала. — Или, возможно, даже покажу.

— Спасибо, я, пожалуй, воздержусь. Пойдём.

Уваровы как раз закончили свой разговор.

— Добрый вечер, Ваше Сиятельство, — улыбнулся я, подходя ближе.

— О, Владислав! Рада вас видеть, — тут же улыбнулась мне графиня. — Позвольте представлю вас моему дражайшему супругу. — Сергей, этот тот молодой человек, с которым я познакомилась в «Кальвии».

— Принято познакомится, барон, — Уваров без зазрения протянул мне свою широкую ладонь для рукопожатия. — Признаюсь, много о вас наслышан.

— Надеюсь только хорошее? — не удержался я от ответной улыбки, пожимая его руку.

— Хотелось бы мне, чтобы это было так. Скажите, где вы умудрились наступить на ногу Василию?

— Простите, кому?

— Графу Василию Калинину, — пояснил Уваров, указав в сторону только что покинувшего супружескую пару собеседника в военной форме.

— Мы с ним даже не знакомы, ваше сиятельство, — честно признался я. — Так что даже ума не приложу.

— Удивительно, — покачал головой Сергей. — Василий от одного только звука вашего имени кривиться так, словно съел лимон.

— Знаете, сегодня такой день, что я уже ничему не удивляюсь. Позвольте вам представить мою спутницу. Виктория Штейн.

— О, вы немка? — удивилась Людмила.

— В прошлом, — улыбнулась Виктория и я поразился тому, насколько по «светски» она может себя вести. Тут и осанка, и тон. Ну ни дать, ни взять, без пяти минут аристократка.

— Сейчас Виктория живёт во Владивостоке, — пояснил я и следом добавил. — Она не только моя хорошая знакомая, но и, можно сказать, деловой партнёр.

— Не уже ли? — удивилась Людмила.

— Что? — не меньше неё удивилась сама Виктория.

— Да. Видите ли, Виктория очень и очень хороший целитель и подумывает о том, чтобы открыть свою собственную частную клинику во Владивостоке.

— О, даже так? — заинтересовался Уваров и по-новому посмотрел на мою спутницу. При этом смотрел с тем самым интересом, с каким разглядывают интересный и крайне полезный, в перспективе, предмет. А не просто красивую конфетку в яркой обёртке. — А, позвольте спросить, какой у вас ранг?

— Когда я покидала Германию, был пятый, — ответила Виктория. — Но сейчас я вполне и без особых проблем могу сдать экзамен на седьмой.

Уваровы удивлённо переглянулись между собой. Что же, я их понимаю. Седьмой ранг, по сути, был последней ступенькой перед тем, чтобы получить звание Великого Целителя. На самом деле, я даже думал о том, что Виктория бы и этот ранг могла бы перепрыгнуть, если бы не её уклон в тёмную магию.

— Это очень и очень достойный результат, — с уважительно проговорила Людмила Уварова. — Признаюсь, я удивлена тому, что вас до сих пор не прибрали к рукам.

— Предпочитаю работать на себя, — с вызовом произнесла Виктория и вздёрнула носик. — Не люблю быть в чужих руках.

— И именно поэтому я и хотел бы с вами поговорить, — вставил я свои пять копеек. — Сейчас я ищу тех, кто мог бы профинансировать открытие клиники во Владивостоке. Для простых людей, если вы понимаете, о чём я.

Эта идея у меня родилась ещё в то время, когда Лиза сообщила мне о том, что Виктория самолично стала помогать людям в порту. А получить помощь такого целителя могли себе позволить далеко не все. На самом деле вообще мало кто из обычных людей. Как правило такие специалисты работали исключительно в заведениях, принадлежащих очень и очень влиятельным аристократам. И услуги их стоили огромных денег.

— Что же, это очень и очень любопытное предложение, — признался Уваров, посмотрев на свою супругу. — Людмила, может быть, вы оставите нас с Владиславом? Зачем вам слушать скучные разговоры о бизнесе.

— Конечно, милый. Виктория, пойдёмте, я покажу вам…

Что именно, я так и не узнал. Дальше уже не слушал. Мы дождались, когда дамы оставят нас одних, после чего продолжили разговор.

— Чего вы хотите, Владислав? — напрямую спросил Уваров, ухватив с подноса мимо проходящего официанта пару бокалов золотистого шампанского и протянув один мне.

— То, что и сказал. Хочу открыть клинику. Общественную. С Викторией в роли директора и главного врача.

— Такое начинание не принесёт дивидендов, — тоном знающего предпринимателя сделал вывод Уваров. — Хорошо, если ещё в ноль выйдет, но я и в этом сомневаюсь. И, думаю, что вы и сами это знаете.

— Знаю. Но дело ведь не в этом, Сергей Ларионович.

— Тогда в чём?

— После разговора с вашей женой в «Кальвии» я не ожидал, что вы действительно поможете нам. Но, представьте моё удивление, когда я узнал, что объёмы гуманитарной помощи от вас превысили всё, что требовалось. На самом деле, я даже признаюсь, что вы в значительной мере сэкономили мои средства.

— Не я один помогал, — покачал головой Уваров.

— Да. Зато ваша помощь оказалось более весомой, нежели у всех остальных доброхотов вместе взятых. И люди это знают. Вы сами постарались, чтобы это было так. Иначе бы на грузовиках, которые привозили еду, медикаменты и всё прочее не было бы вашего герба.

— А почему я должен не использовать герб на своих же собственных машинах? — искренне удивился Уваров.

— Ну не знаю, может быть, по тем же причинам, по которым остальные старались делать это анонимно. Да и если уж по-честному, не важно, сделали они это для вида или же в действительности хотели помочь. Теперь все говорят лишь о вас.

— Как и о вас, — усмехнулся Уваров, на что я поднял свой бокал с шампанским в молчаливом тосте, и Сергей ответил мне тем же.

— Верно. Как и обо мне.

— К слову, об этом. О вас вообще много слухов ходит в последнее время. И часть из них связана с Японией, — закинул удочку Уваров, но лишь покачал головой.

— Простите, Сергей Ларионович, но я не хочу это обсуждать.

— Не хотите или не можете? — с намёком спросил он.

— Скажем так, у меня была одна крайне интересная встреча в столице, после которой мне порекомендовали не особенно распространяться на эту тему.

Глаза Сергея расширились. Сразу видно, мужик либо сразу же понял, с кем именно я встречался, либо только что подтвердил свои догадки.

— Вот оно что. Что же, раз так, то я не буду поздравлять вас с без сомнения удивительной победой.

— А я не буду эти поздравления принимать, — улыбнулся я и мы рассмеялись.

— И, всё-таки. Насчёт клиники. В чём по-вашему мой интерес?

— А, разве помощь людям, уже не сама по себе награда?

— Я спросил не об этом.

— Виктория, не смотря на своё прошлое, далеко не самая плохая женщина. И, как бы она не выглядела на первый взгляд, она в действительности хочет помогать людям.

— Признаюсь, на первый взгляд она выглядит просто потрясающе.

— О, первое впечатление она произвести умеет, — согласился я с ним, вспомнив нашу первую встречу. — Вы будите иметь половину в этом бизнесе и, собственно, улучшите и без того свою хорошую репутацию. Плюс ко всему, давайте не забывать о том, на сколько в самом деле это прибыльный бизнес. И почему хорошие целители не идут работать в общественные клиники. Сейчас же я дам вам практически бесплатный шанс это положение перевернуть.

— Вместе с ней? — с сомнением в голосе спросил Уваров.

— Поверьте, она того стоит. Так, что скажете?

— Потребуется кое-что проверить. Сделать предварительные расчёты, и я бы хотел лично поговорить с Викторией. Но, в целом, я бы сказал, что как минимум подумаю об этом, — проговорил Сергей после нескольких секунд размышлений.

— О большем я и не просил.

Мы стукнули бокалами и выпили.

Дальше приём проходил довольно… обыденно. Мы с Викторией ещё минут сорок ходили туда-сюда, здоровались, разговаривали и пили. Грех было не отдать должное местным мастерам от кулинарии. Готовили они просто потрясающе. Если не считать гневных взглядов, которые на меня кидал предыдущий собеседник Уваровых, то, в целом, всё прошло замечательно. Почти.

Я чувствовал, что что-то не так. Будто вот-вот должна случится какая-то хрень, только я не мог понять, что именно. И это меня раздражало. Я словно чувствовал на себе чей-то злобный взгляд, но никак не мог понять, кому именно он принадлежит.

В какой-то момент меня это достало и решил, что высокого общества с меня хватит. Мы с Викторией направились на выход. Точнее попытались, но путь мне преградил неожиданно появившийся мужчина.

* * *

Токарев посмотрел на часы. Прошло уже почти полтора часа с момента его звонка. Где его черти носят⁈

Оглядевшись, Евгений нашёл взглядом Коршунова. Молодой барон шёл по руку со своей девкой. И шёл прямо к выходу.

Нет! Нет, нет, нет. Если Коршунов сейчас уйдёт, а он опоздает, то их стройный план провалится! Ему срочно нужно было как-то задержать его.

Хорошо, что Ксения сейчас была не рядом. Поправив пиджак собственного костюма, Евгений направился на перерез удаляющейся парочке.

— Барон Коршунов, я полагаю? — холодно поинтересовался он, преградив Коршунову выход.

— Правильно полагаете, — в тон отозвался ему барон.

— Уже уходите?

— Планирую.

— Что же так? — полюбопытствовал Евгений. — Разве вы не хотите задержаться подольше? Уверен, что для такого молодого аристократа что прекрасный способ завести новые знакомства и…

— Очевидно, что вы в список этих знакомств не выходите, — перебил его Коршунов, чем взбесил графа.

Как этот щенок смеет так с ним разговаривать⁈ Поганый выскочка, у которого за душой нет вообще ничего! Евгений, успевший за последний час на нервах выпить уже четыре бокала с шампанским посмотрел на стоявшего перед ним парня с выражением полного презрения во взгляде.

— Да? А вот ваш отец был явно другого мнения, — произнёс он, зло усмехнувшись. — Наверно, даже хорошо, что он не может увидеть, как его тупоголовый сынок прожигает остатки принадлежащего роду имущества и просит милостыню, как нищий.

Он ожидал, что парень устроит скандал. Другого просто не могло и быть после такого прямого оскорбления.

Каково же было его удивление, когда вместо этого Коршунов чуть наклонил голову и посмотрел на него так, как смотрят на неразумного ребёнка.

— Прошу меня простить, но ваше общество чрезмерно утомительно, — спокойно проговорил он. — Пойдём Виктория.

И просто пошёл дальше, обойдя Токарева, словно тот был неудачно попавшимся на пути предметом мебели.

Евгений замер, не зная, что ему делать дальше. Его план, каким бы глупым он не было — провалился и сейчас…

Ведущие в особняк Уваровых двери распахнулись. Внутрь пошёл высокий молодой парень лет двадцати. В его левой руке был меч со знакомым Евгению гербом, а лицо перекошено от гнева.

— КОРШУНОВ! — проорал он на весь зал, увидев идущего к выходу Владислава. — Я, Артём Григорьевич Варницкий, требую дуэли!

Глава 12

А ведь мы почти успели свалить с этого праздника жизни. Я стоял, смотрел в сторону появившегося на входе в особняк молодого парня и думал: может не заметит? Тогда мы с Викторией просто свалим…

— КОРШУНОВ! — рявкнул тот. Поднял руку с клинков, указав лезвием в мою сторону. — Я требую дуэли!

Заметил.

Вздохнув, вышел вперёд под взглядами собравшихся. И, заодно, отметил злорадность у того мужика, с которым разговаривал всего пару минут назад.

— Чего тебе надо, парень? — поинтересовался я.

— Ответа, — прорычал тот. — Я требую ответа! За то, что ты сделал с моим отцом и моей семьёй!

А ведь и правда. В самом начале я этого не заметил, но сейчас фамильное сходство, что называется, на лицо. Парень действительно был похож на своего отца. Только на его значительно более молодую версию.

Пока я думал, как действовать, появился Уваров.

— Что здесь происходит⁈ — потребовал ответа Сергей Ларионович.

— Этот ублюдок убил моего отца! — заявил Варницкий. — И я требую ответа за это!

— Твой отец первым на меня напал, — сообщил я ему. — Он всего лишь получил ровно то, на что напоролся…

— Заткнись! Закрой свой поганый рот! — едва ли не скатываясь в истерику заорал Варницкий. — Я прикончу тебя и заберу всё, что принадлежало моей семье! Это моё требование по праву!

Уваров скривился, словно от зубной боли, а затем повернулся ко мне.

— Мне очень жаль, Владислав, но, к сожалению, он прав. У него действительно есть такое право.

— Даже с учётом того, что отец сам напросился? — уточнил я.

— К сожалению, — вновь кивнул головой Уваров. — Вы убили главу их рода. В независимости от того, какой была причина, у него всё равно есть законное право на месть, как у наследника. Единственное, что я мог бы сделать, это запретить схватку здесь, как хозяин этой земли.

— А отказаться, так понимаю, я не могу.

— В теории, конечно, можете, — с сомнением проговорил Сергей, — но при таком количестве свидетелей… сами понимаете, как это будет выглядеть.

Чёртова репутация.

— У вас есть подходящее место? — спросил я у него.

— Да, — кивнул тот. — В саду есть подходящая площадка.

— Тогда не надо ничего отменять. Решим всё здесь и сейчас.

Уваров сообщил Варницкому, что я согласен принять его вызов и даже вызвался стать моим секундантом на этом поединке. Мой противник явно обрадовался. С его стороны секундантом неожиданно согласился выступить тот мужик, что минут десять назад задержал нас на выходе.

Я уточнил у Уварова. Оказалось, что это никто иной, как граф Евгений Токарев… чёрт знает, кто он такой. Раньше я этой фамилии не слышал. А, нет. Слышал. Елизавета называла среди прочих в одном из разговоров.

Странная ситуация. И стала ещё страннее после того, как я заново прокрутил в голове весь наш разговор с Токаревым. И меня осенило. Странно, что я не заметил этого раньше! Ещё в момент разговора.

Выбранное для дуэли место — площадка в саду в имении Уваровых. Собравшиеся на прём вышли на свежий воздух, образовав круг вокруг площадки.

Варницкий же направился прямо ко мне.

— Ты убил моего отца! — прошипел он мне в лицо, едва только подошёл.

— Твой отец первым это начал, — отозвался я спокойно. — И, заметь, он сам пытался убить меня. Уверен, зная его, он поступал так и раньше. Просто в этот раз ему не повезло нарваться на того, кого он сожрать не смог.

Стоящего передо мной парня просто перекосило от злобы.

— Ты убил его, — прорычал он. — И за это я прикончу тебя. Прямо здесь, на глазах твоей суки. Отдам ей твою голову после того, как отрежу собственными руками.

Он кивнул в сторону стоящий в нескольких шагах позади Виктории.

— Я сделаю это нашим фамильным мечом, — он показал на клинок в своей руке. — Потому, что того требует моя честь!

— А торговать женщинами и детьми, у твоего папаши тоже честь требовала? — неожиданно спросил я достаточно тихим голосом, чтобы слышал меня только он.

К моему удивлению, парень вдруг запнулся. Словно что-то смогло перебить пылающую в нём ярость и позволить заговорить разуму.

— Что ты несёшь⁈ — со злой растерянностью рявкнул он. — Мой отец никогда не сделал бы ничего такого!

— Да что ты? Серьёзно?

— Да! Он никогда бы не стал делать ничего такого!

— Ага.

— Он…

— Всё это делал, — перебил я Варницкого. — И, как я подозреваю, много что ещё. Просто тебе это не рассказывал.

— Хватит!

Громкий окрик прервал наш разговор. Неожиданно подошедший к нам Токарев взял парня за плечо и повёл в сторону.

— Не стоит слушать этого мерзавца, ваше благородие. Он лишь пытается сбить вас с толку!

Граф продолжал нашёптывать парню, уводя его подальше от меня. И с каждым словом, с лица Варницкого пропадали признаки разумности, всё больше и больше затуманиваясь вернувшейся злобой.

— Я, конечно, не обидчивая, но после таких слов надеюсь на то, что ты его размажешь, — заметила Виктория, подходя ко мне.

— Я и сам собирался это сделать, да только…

— Что?

— Парня просто хотят убить об меня, — честно заявил я ей. — Только я не вижу смысла. Он заметно слабее своего отца. Даже меня, в тот момент, когда я повздорил с его папочкой. Так, какой смысл?

— Может быть, они рассчитывают на то, что ты ещё не восстановился после Японии?

— Они даже пределов моей силы не знают, — покачал я головой.

— И? Что будешь делать?

— Что нибудь придумаю. А пока позвони Елизавете и скажи ей, что мне нужна вся информация на семейку Варницких, какую она сможет достать. И пусть Кузнецов едет сюда со своими.

— Владислав?

Обернувшись, я заметил Уварова. Граф подошёл ко мне, держа в руках простой на вид клинок в ножнах.

— Вы мой гость и я сожалею, что события приняли подобный оборот. Пусть я и не могу изменить того, что допустил подобное, но, по крайней мере, я не могу позволить вам выйти на поединок с голыми руками.

Он протянул клинок мне, но я в ответ лишь покачал головой.

— Благодарю, Сергей Ларионович, но оружие мне не понадобится. Я справлюсь и так.

— Но, как же? Без оружия…

— Да. Парня натравили на меня. И, по правде, мне совсем не хочется его убивать.

Да только вот шансов на то, чтобы решить, что дело без крови мне просто, не оставили. Едва только мы вышли на площадку, как Уваров спросил: не желаем ли мы решить дело миром.

Естественно, что Варницкий сразу же отказался. Ожидаемо. Как только он это сделал, моё слово перестало играть хоть какую-то роль. Он был тем, чья, в теории, честь была запятнана. И, как сын, он имел право мстить за гибель своего отца.

Встав друг напротив друга на открытой площадке посреди сада, мы замерли, дожидаясь пока Уваров подаст сигнал к началу.

* * *

Виктория стояла на самом краю площадки. Хозяева приёма гостеприимно предложили ей место рядом с собой.

Она ненавидела дуэли. Ненавидела это безумную, людоедскую традицию всей душой. Настолько, что любой, кто кичился своими победами вызывал у неё желание достать его позвоночник, а череп превратить в кормушку для птиц.

И сейчас она смотрела на противника Владислава со смесью отвращения и ненависти. Один только вид его раздражал Викторию. Настолько, что в какой-то момент она сама удивилась этому чувству.

Что-то не так. Эта мысль не давала ей покоя до самого начала схватки. А когда Виктория поняла, что именно её беспокоило, то было уже слишком поздно.

Артём Варницкий кинулся с мечом на безоружного Владислава.

* * *

Шаг в сторону. Клинок проходит в считанных сантиметрах от моего лица. Ухожу в бок и сразу ещё один шаг назад. Варницкий размахивает клинком, пытаясь до меня достать… но всё равно не может это сделать. Ему банально не хватает опыта. Даже против безоружного противника. Машет мечём, как безумный. Будто палку держит.

Я сделал ещё один шаг в сторону, увернувшись от очередного выпада. Затем ещё один. А, когда оказался сбоку от него, просто врезал ему по лицу, разбивая в кровь губы. Парень отшатнулся, но не упал, кинувшись на меня. Казалось бы, разумно отступить и подумать. Но, только не тогда, когда ярость застилает глаза. Занеся меч над головой, Варницкий кинулся на меня с криком. Ударил так, словно хотел разрубить меня на две половины.

Поймав клинок меду ладоней, увёл его в сторону и ударил снова. Мой локоть врезался ему в челюсть, отшвырнув назад и опрокинув на траву.

— Хватит, Артём. Этот бой ты не выиграешь, — произнёс я, подходя к нему ближе.

— ЗАТКНИСЬ! Я УБЬЮ ТЕБЯ! — заорал он, плюясь кровью.

Вскочил и снова бросился на меня, размахивая мечом. Один взмах. Другой. Лезвие со свистом рассекало воздух, но никак не могло достать до своей цели.

Пора это заканчивать, мысленно решил я. Перехвачу лезвие и сломаю клинок к чертям собачьим. А затем вырублю этого идиота.

Дождавшись момента, когда он снова кинулся ко мне с перекошенным от ярости лицом и занесенным над головой мечом, приготовился. Его движения читались так же легко, как и у трёхлетнего ребёнка…

На лице Артёма появилась злая улыбка, смыв с лица яростное выражение. Клинок уже опускался, а я понял, что просчитался. Идиот. Сам же загнал себя в такую тупую ловушку, кретин.

Народ вокруг вскрикнул, когда кончик лезвия вспорол мой костюм и оставил длинный порез на груди. Я так и не смог остановить лезвие клинка, но хотя бы смог чуть отвести удар, чтобы меня к чертям не на две половинки не разрезало.

Отшатнулся назад. Грудь горела болью. Чувствовал, как кровь стекает из раны по телу и одежде.

— Что? Не ожидал? — спросил Артём, стоял в нескольких шагах от меня и поигрывая клинком.

— Где ты взял этот меч? — спросил я, глядя ему в глаза.

— Это? — парень посмотрел на своё оружие. — Это один из наших фамильных мечей. И им я снесу тебе башку.

Ага. Как же, фамильный. Сука. Думаешь, что я поверю в эту чушь⁈

Хотелось бы тормознуть. Обдумать происходящее. Да только кто мне на это время даст. Варницкий уже бросился на меня. И теперь ситуация стала в разы опаснее и тревожнее. В его действиях больше не было неопытности или поспешности. Молодой парень двигался, как человек с огромным опытом схваток. И не глупых дуэлей один на один. Нет, чувствовалось, что он прошёл через горнило десятков сражений…

Или тот, из чьей души было создано это оружие.

Хотелось спросить, где он его взял, но не думаю, что получу сейчас ответ. Мне бы с собственной жизнью не расстаться… как будто я позволю этому случится! Два на одного⁈ Хрен там, я и сам не пальцем деланный.

— Тебе стоило убить меня тем ударом, — заявил я ему. — Больше я тебе такого шанса не дам.

Мы бросились друг к другу. Я в последний момент уклонился от выпада. Артём совершил хитрый финт и лезвие клинка прошло в считанных сантиметрах от моего лица. Идеальный удар. Будь на моём месте кто другой, то уже насадился мордой на оружие, как мясо на шампур.

Заблокировать руку с оружием. Отвести её подальше в сторону. Я нанёс несколько быстрых ударов правой, выбив парню зубы. Не смертельно, но на пару секунд выбьет его из равновесия. Короткая подсечка и он валится на землю.

Дальше я бы взял его в захват и просто вырубил. Но не вышло. Каким-то невероятным образом, Варницкий умудрился извернутся и проткнуть мне ногу. Клинок пронзил брюки и икру на левой ноге. Так этот гад ещё и оружие провернул, сука. Я зубы сжал с такой силой, что думал они крошится начнут.

Мы оба упали на траву, но я успел перехватить его правую руку. Тут же выгнул её до упора и дальше, пока не услышал мерзкий на слух, влажных хруст. Варницкий заорал от боли в сломанной руке, но продолжил драться. Даже удивительно, другой парень в его возрасте сейчас бы думал о том, как сохранить руку, а этот просто схватил выпавший на траву меч левой рукой.

Впрочем, пырять себя дальше, я ему позволять не собирался. Перекатился на него сверху, придавив шею коленом. Артём дергался, пытаясь освободится. В какой-то момент понял, что у него это не выйдет и решил перейти границу. Я ощутил, как он накапливает силу. Использование магии в дуэлях было запрещено, но сейчас, похоже, ему было глубоко наплевать на этот факт. Возможность прикончить меня была для него важнее.

Только вот я ему этого не позволю. Схватив парня за волосы, принялся поглощать его силу. Всю, без остатка. Варницкий слабел прямо у меня в руках, но всё равно продолжал дёргаться в тщетной попытке освободится. Целых три минуты дёргался, пока не затих окончательно.

— Виктория! — позвал я, но без надобности. Штейн уже оказалась рядом со мной.

— Какого дьявола вы тут устроили! — зашипела она мне в ухо. — Дай сюда руку.

Слез со своего противника и позволил ей заняться моими ранами. Хорошо всё-таки иметь под рукой высококлассного целителя…

— А НУ ЗАМЕР! — рявкнул я.

Евгений Токарев и правда замер, присев рядом с Артёмом.

— Я… я просто хотел убрать оружие, чтобы оно не валялось, — указал он на лежащий на траве клинок.

— Коснёшься его и присоединишься к нему.

— Да как ты смеешь! — побагровел он. — Ты хоть знаешь, с кем говоришь!

— Да мне плевать, — отмахнулся я. — Этот меч — мой трофей.

Честно, думал, что он продолжит протестовать, но, нет. Просто встал и с гордой миной на морде ушёл в сторону.

— Я уже вызвал врачей и лекарей, — сообщил мне подоспевший Уваров.

— Не стоит, ваше сиятельство. Виктория прекрасный целитель.

— А молодой барон? — осторожно спросил Уваров, кивнув в сторону неподвижного тела.

— Варницкий-то? В отключке.

— Но, он же требовал поединка до смерти и…

— Да срать я хотел на его требования, — отмахнулся я. — Виктория, ты позвонила Кузнецову?

— Да. Они уже едут сюда, — отозвалась она, занимаясь раной на груди.

— Отлично. Я забираю его.

— Кого «его», — не сразу понял Уваров.

— Варницкого.

— Но…

— Сергей Ларионович, вы мне помогли, — сказал я ему. — Я вам благодарен. А теперь, прошу, оставьте это дело мне.

— Но, что вы собираетесь с ним делать⁈

— Приведу в чувства, — коротко ответил я, посмотрев в ту сторону, куда ушёл Токарев. — Вы этого ещё не понимаете, но, похоже, что ваш приём только что дал мне возможность вернуть один хороших таких размеров долг. И за это я вам благодарен.

Со стороны особняка шум. Это приехал Кузнецов со своими ребятами.

— Что у тебя опять случилось?

— А чего такой кислый? — удивился я.

— Так хоть раз бы позвонил и предложил бы просто поехать и выпить. Так нет. Каждый раз задница какая-то.

— Ну, такой вот я начальник. Берите этого паренька и тащите в машину.

Да выглядело не очень. Кто-то даже попробовал протестовать, но делали это вяло и скорее всего для вида. Благо Уваров мне не препятствовал, а это стало знаком для остальных. И, если уж на то пошло, эту дуэль была поединком до смерти, как и сказал сам Варницкий. А, раз я выиграл, значит его жизнь в моих руках.

Подхватив бесчувственное тело, ребята Андрея потащили его к машине. Да вот только не дотащили и половины. Пока мы шли через дом, Артём Варницкий задёргался прямо на руках. Из его рта хлынула кровь, изрядно напугав несколько женщин…

* * *

Евгений вздохнул с облегчением. Он стоял у стены, прижимая к себе свою жену. Ксения бледным цветком дрожала в его руках. Для неё всё случившееся стало настоящим потрясением.

— Этот Коршунов просто отвратителен, — выдавила она, глядя на то, как женщина, с которой пришёл этот парень пытается спасти молодого барона Варницкого. — Он же ещё мальчик. Евгений, сделай что-нибудь!

— Боюсь, что уже поздно, любимая. Мы ничем не сможем ему помочь, — покачал головой Евгений, а сам подумал о том, как ему повезло.

Коршунов едва не поймал его, когда он сделал укол. Слава богу, что всё прошло незаметно. Как бы отвратительно это ему не было, но их задумка провалилась. Думали, что Варницкий сможет убить этого ублюдка, но не срослось.

Что же, не страшно. Теперь и парнишка мёртв. От этого яда нет спасения. Жаль, конечно, но у его рода не осталось больше совершеннолетних детей. Значит стоит подсуетиться для того, чтобы забрать себе имущество Варницких в Иркутске, пока остальные не решили наложить на него лапы. О своей выгоде Евгений никогда не забывал.

Склонившееся над Варницким целительница покачала головой, окончательно развеяв все страхи Евгения Токарева.

— Пойдём, милая. Этот приём перестал мне нравится.

— Да, любимый. Конечно…

* * *

— Ты уверена? — в третий раз спросил я.

— ДА! Жив он, не переживай, — бросила Виктория, продолжая свои манипуляции над парнишкой. — А теперь не мешай мне. Это тонкая работа. Яд едва не убил его.

Ну и славно. Я откинулся на спинку кресла и позволил себе облегченно вздохнуть. Мы ехали в машине. За рулём Николай. Сзади и спереди перед нами ехали ещё две машины с Кузнецовым и его людьми.

Этот придурок решил, что я не заметил, что он сделал. Потому и сделал вид, будто меня в первую очередь беспокоит именно меч. Никакой фамильностью и принадлежностью к роду Варницких там и не пахнет. Аристократы любят наносить свои знаки на оружие. Здесь же не было вообще ничего.

Я посмотрел на бережно завёрнутый в ткань клинок.

Значит, мой предшественник всё-таки жив. Это хорошая новость. А вот то, что у него отобрали оружие — уже не такая хорошая. Вопрос, как? Понятия не имею. Но собираюсь разобраться с этим.

Спасибо тебе, граф Евгений Токарев, тупорылый ты идиот. Спасибо тебе огромное. Я вспомнил наш с ним короткий диалог. Он знал моего отца. И на этот счёт у меня имелись очень и очень конкретные мысли.

Зазвонил телефон. Достав его и глянув на дисплей, я ответил на звонок.

— Не мог дождаться пока мы доедем?

— Думал, что ты захочешь узнать сейчас, — произнёс в ответ Кузнецов. — Мне только что сообщили. Я знаю, кто попытался тебя убить.

— А конкретней? — попросил я. — В последнее время этим развлекаются все кому не лень. Или ты про последний случай.

— Про него и говорю.

— Имена есть?

— Есть даже адрес, — усмехнулся в трубку Андрей и я ответил на его улыбку.

Что же, похоже, я смогу вернуть ещё один должок.

Глава 13

Наш внедорожник затормозил, скрипя колёсами по асфальту. Я выбрался наружу и пошёл к багажнику.

— Влад! — Крикнул мне вдогонку Кузнецов, выскакивая с водительского сиденья. — Постой, нельзя же так в лоб…

Мы приехали на окраину города. С собой я взял только Кузнецова в качестве водителя. Викторию, Варницкого и вообще всех остальных без кого можно было обойтись в этом деле мы оставили в порту. Задержались всего на пару часов. Потребовалось время на то, чтобы Николай привёз Софию, а Андрей собрал своих ребят. Ну и чтобы взять кое-что из хранилища с контрабандой в порту.

Чувствую, что Габриэла будет недовольна. И счёт мне выставит. Обязательно выставит. Но, это так, лирика. Деньги — ерунда.

— Можно, — отозвался я, открывая багажник. Подтащил к себе противоударный пластиковый кейс и щёлкнул замками.

— Да погоди ты, я и сам хочу надрать ему задницу за то, что этот гадёныш устроил на складе и в порту. Но это…

— Просто отвечу ему той же монетой.

Открыл крышку. И достал из ящика РПГ. Ракета уже была в стволе, а сама пусковая готова к стрельбе. Закинув трубу гранатомёта на плечо, захлопнул багажник.

— Этот урод решил, что может безнаказанно жечь мою собственность и нападать на моих людей. Подобное я не прощаю. Никогда и никому, Андрей. Запомни это! Пока ты и другие работаете на меня — вы мои люди. Мои!

Сделав пару шагов, я вскинул ракетницу и навёл на здание перед собой. Прицелился. И нажал на курок.

— Что за фигня?

— Ты предохранитель забыл снять, — подсказал Кузнецов. — Вот тут.

Он потянулся рукой, но я отмахнулся от его ладони.

— Отстань, я сам справлюсь.

— Да знаю я. Я просто хотел…

— Знаю я, что ты хотел. Отвали.

Сдвинув переключатель, прицелился снова нажал на курок.

Ракета с хлопком вырвалась из ствола и унеслась в сторону здания. Пробила стекло и скрылась внутри. И в следующий миг большую часть фасада второго этажа попросту снесло, расшвыряв обломки во все стороны.

Прикрыв лицо ладонью, переждал поднятую взрывом волну пыли и дыма, а затем полюбовался на творение рук своих.

Весь второй этаж некогда красивого особняка горел. Я ещё раз просканировал здание. Все шесть человек, что находились внутри по-прежнему были живы, хотя, если я не ошибаюсь, сейчас некоторым из них было очень и очень нехорошо. Не страшно. Этих ребят я жалеть не собирался.

— Вот теперь поехали, — сказал я, швырнув пустую трубу в руки Кузнецова.

— Ты даже проверять не пойдёшь?

— А, что толку? Они все живы.

— Тогда, на кой-чёрт всё это было⁈

— Приглашение на переговоры.

Мы забрались в машину и поехали. Честно, я думал, что мы успеем до порта добраться, но вышло даже лучше. Не прошло и пяти минут, как мой телефон зазвонил. Кто-то звонил мне с «неизвестного» номера.

— Алё-ё-ё? — издевательски ответил я в трубку.

— Тебе конец, крысёныш, — заорали с той стороны.

— Доброе утро, кретин. Понравилось? — даже не пытался скрыть издёвку в своём голосе.

— Ты хоть знаешь, кто я такой, ничтожество?

— Ты грёбаная крыса, которая прячется у себя в норе и мнит себя хищником, — ответил я. — Считай, что это был ответ за то, что твои люди сделали в порту.

Интересно, начнёт ли он оправдываться или поступит, как мужик?

— Мелкий везучий уродец, — донеслось рычание из трубки. — Следовало подготовится получше, признаю. Знаешь, я не хотел лишних смертей. Но ты заставил меня передумать. Теперь за всё, что произойдёт дальше вини себя сам!

— У-у-у-у, как страшно. Скажи, ты любишь музыку?

Кажется, мой собеседник даже хрюкнул от удивления. Настолько резко я сменил тему разговора.

— Что ты несёшь⁈

— Андрей, тормозни-ка.

Кузнецов послушно остановился. Открыв окно, я высунул руку с телефоном на улицу.

— У меня есть для тебя отличная мелодия. Хочешь послушать? — спросил я, а сам дал сигнал Кузнецову. Показал ему руку с тремя оттопыренными пальцами. И загнул один из них. Тот коснулся рации и отдал команду.

Не прошло и пары секунд, как над Владивостоком пронеслось эхо нового взрыва.

— Как тебе? — поинтересовался я у своего собеседника. — Богом клянусь, эта мелодия круче всего, что ты слышал за последнее время. Для сведенья была крупнейшая из твоих автомастерских, через которые вы гнали ворованные тачки на распил деталей. Как по мне, отличный звук. А вот тебе ремикс.

— СУКА! Я тебя прикончу…

Я загнул второй палец.

В этот раз звук оказался куда более грубым и глухим. Вслед за ним послышались уже более слабые хлопки. Со стороны порта в воздух взметнулся жёлто-оранжевый огненный шар.

Только в этот раз пламя даже и не думала стихать. Вместо этого она изворачивалось прямо в воздухе, словно желая сжечь всё, что осталось. Даже через половину города смотрелось впечатляющее.

— А вот это, твой склад в порту, где вы фасовали наркоту и готовили её к продаже. Нравится? Как по мне, отличный звук.

— УБЛЮДОК! Я УБЬЮ ТЕБЯ! ТЕБЯ И ВСЕХ, КТО ТЕБЕ ДОРОГ! Я…

— Да, да, да. Ага. Я понял. Ты не поклонник современной музыки. Тогда, как насчёт классики?

Третий загнутый палец.

В этот раз эхо взрыва донеслось до нас только секунд через пять. Рокочущий звук пронёсся над городом и добрался даже до его окраин. Самый мощный из всех трёх.

— А вот теперь, можешь попрощаться со своим складом, где вы хранили оружие, наркоту и прочее барахло, — сухо сказала я в трубку. — И, знаешь, что? Это был только первый альбом. Хочешь второй послушать или поговорим?

Ответа я ждал где-то секунд десять.

— Чего ты хочешь? — наконец спросил мой собеседник. Его голос буквально сочился злобой. Чувствовалось, что он едва себя сдерживает.

— Чего я хочу? Всё очень просто. Переговоры. Мы встретимся и уладим этот вопрос. Один раз.

— И чего ты решил, что я буду договариваться с тобой, сопляк⁈

— С того, что я только что разнёс твой особняк из чёртовой базуки. А ещё сжёг три твоих самых крупных предприятия в городе. Пока что только три. У меня есть отличный такой список из четырнадцати адресов и полный ящик боеприпасов для того, чтобы превратить их в пылающие костры. Хочешь драться до выжженной земли? Пожалуйста. Только в конечном итоге на этом пепелище останусь только я и мои люди.

Молчание в трубке затянулось. В какой-то момент я даже решил, что немного перегнул палку и он действительно закусит удила.

Но, нет.

— Хорошо. Сегодня вечером. Ресторан «Астория». В девятнадцать часов.

— Вот и славно.

Отключив телефон, убрал его в карман.

— Сообщи ребятам, чтобы валили обратно в порт, — приказал я Андрею.

— Сделаю. Но, Влад, ты же понимаешь, что это долбаная ловушка?

— Прикалываешься? Конечно понимаю. Только не для меня.

— Хочешь повторить то, что случилось с Варницким? — понял Андрей.

— Ага. С той лишь разницей, что я заберу у него всё. Как я уже сказал, нападение на своих я прощать не собираюсь. Поехали.

Алексей Владимировчи Стахов. Вот, как звали человека, чей особняк я разнёс из гранатомета десять минут назад. Спасибо Андрею, его «знакомые» подсуетились вовремя. Смогли узнать, кто именно опустошил и сжёг наш склад, а затем попытался прикончить меня самого.

В итоге у неизвестной угрозы появилось имя. И куча данных довеском.

Как мне рассказал Кузнецов, Стахов из пришлых. Раньше был преступным авторитетом в столице. Там сцепился с какими-то людьми, которые оказались ему не по зубам и в итоге перебрался подальше, сюда, во Владивосток. А вот тут наш уважаемый Алексей Владимирович развернулся на полную катушку. Лет за семь подмял под себя весь преступный мир города. Начиная от проституции и рэкета, заканчивая торговлей наркотиками и всем прочим. В общем тот ещё отброс.

Только имелась одна несостыковка. Раньше, по крайней мере по словам Андрея, этот тип старался всеми силами не пересекайся с аристократами. Отсюда вопрос. Какого дьявола он решил наехать на меня? Решил, что я ему по зубам? Сильно в этом сомневаюсь. Скорее уж я поверю в то, что ему хорошенько заплатили за то, чтобы от меня избавится.

И именно вот этот момент напрягал меня сильнее всего. Особенно если вспомнить, что именно произошло на приёме у Уваровых.

Ладно. Будем решать проблемы по одной. К слову, о проблемах.

Достав телефон, набрал номер.

— Доброе утро, — поприветствовал я, когда на том конце сняли наконец трубку.

— Утро⁈ — прозвучал из динамика сонный голос. — Владислав, ты хоть знаешь, сколько сейчас времени⁈

— Пол пятого утра, Ахмед. Я в курсе. А теперь, будь добр, объясни мне, почему Самиров наехал на меня из-за Елизаветы.

— Что?

— Что слышал. Он выдернул меня на приёме у Уварова. Пообещал обрушить на меня небеса, если я её не уволю.

— Стой, Владислав. Я же присылал тебе файл с данным на неё. Ты же сказал, что всё прочитал.

Я нахмурился.

— Какой файл?

— Тот, который я отправлял тебе на телефон. Мы с тобой разговаривали после прорыва в городе… стой. Только не говори мне, что ты не прочитал его!

— Ну, я…

— Ты не читал его!

— Нет, — честно признался я. — Не читал.

— Так, Владислав, мальчик мой. Я сейчас иду спать. А ты, будь добр, сделай то, что должен был сделать до того, как принял эту девицу на работу. Всё. Извини, но я ложусь спать.

Ну вот. Теперь чувствуя себя идиотом. А ведь информация, похоже, была у меня на ладони. Ладно, признаю, тут я сам прокололся. В тот момент мне так хотелось разгрести все проблемы, что я просто нанял её без задней мысли. И даже не подумал читать тот материал, что прислал мне Ахмед.

Идиот? Идиот, признаю.

Залез в облако, из которого Лиза и Кузнецов раз за разом восстанавливали мне утерянные телефоны, нашёл тот документ. Открыл его и принялся читать…

— Да вы издеваетесь, — чуть ли не простонал я, глядя на экран.

— Что там?

— Ты, куда Лизу отвёз?

— К ней домой.

— Едем туда, — приказал я.

— Что-то случилось?

— Ага. Случилась моя лень. Поехали. А мне придётся ещё раз разбудить своего адвоката.

* * *

Пришлось звонить в звонок почти пол минуты, прежде чем сонная, одетая в ночнушку девушка наконец открыла дверь, потирая глаза.

— Владислав? — удивилась она, потирая глаза. — Ты хоть знаешь, сколько сейчас…

— Да, да, да. Пять утра. Я в курсе. Разговор есть. Можно войти?

— Д… да. Конечно.

Она отошла в сторону, давая нам с Андреем пройти внутрь.

— Так, о чём ты хотел поговорить? — спросила Лиза, когда мы уселись на кухне.

Сейчас моя помощница уже выглядела куда опрятнее. Успела быстро переодеться, пока мы с Кузнецовым наливали себе кофе.

— Я тут почитал очень любопытный документ. Мне его Венедиктович предоставил.

— Э-э-э… боюсь, что я не совсем понимаю. Какой документ.

— Тот самый, который я должен был прочитать ещё до того, как нанял тебя, — вздохнул я. — Скажи честно, почему из девяти фирм, куда ты подавала своё резюме, тебя не взяли ни четыре, а из остальных увоилил всего через пару месяцев?

На её лице появилось смущённое, даже напуганное выражение. Скрытые за стёклами очков зелёные глаза заметались из стороны в сторону.

— Я…

— Ладно. Давай под другому. Когда ты хотела мне рассказать о том, что барон Самиров твой отец?

Ага. Я сам обалдел, когда прочитал записки и выводы Ахмеда по этой дамочке. И, сука, ведь не протупи я и прочитай их раньше, всего этого геморроя сейчас бы не было.

— Он не мой… — начала было она, но я прервал её.

— Лиза, Самиров докопался до меня на приёме. Приказал уволить тебя.

— Что⁈ Нет! Нет, нет, нет! — растерянно запричитала Лиза. — Вы не понимаете, мой отец умер ещё до моего рождения! Я видела бумаги! Мама никогда не говорила о нём, но я хотела знать. Подняла данные из архивов. Он умер за несколько месяцев до моего рождения!

Надо же. Не врёт ведь.

Я откинулся на спинку стула и принялся думать, покачиваясь на двух задних ножках.

Странная ситуация. Я ещё раз переговорил с Ахмедом. Каждая из компаний, куда устраивалась Елизавета, либо не приняли её на работу, отделавшись туманными причинами, либо же уволили её в скором времени после её найма. Что самое любопытное, везде она получала самые лучшие рекомендации, хорошие отступные. Всё выглядело так, словно обе стороны решили разорвать свои рабочие отношения по обоюдному согласию.

А ещё, я знал, что у этой девушки нет проблем с деньгами. Она и к Ахмеду пыталась устроится. А этот старый зубр от юриспруденции никогда не делает поспешных решений. Мне бы его дальновидность. Ахмед тщательно проверил её, после того, как узнал о частой смене рабочих мест. Естественно, что подобное не могло не взволновать его.

А работал Венедиктович тщательно.

В итоге он нашёл банковский счёт, принадлежащий матери Елизаветы. В течении двадцати лет туда поступали суммы. Окольными путями, но отправитель денег всё же известен. Никто иной, как его благородие, барон Сергей Викторович Самиров.

И тут возникает вопрос. А с какого перепугу этот поборник закона неожиданно начал переводить на подобный счёт деньги. Скромные по его меркам суммы, выглядели более чем значительно для овдовевшей женщина, вынужденной в одиночку растить маленькую дочь.

Ответ напрашивался сам собой. Да вот только Елизавета только что разбила моё предположение вдребезги. Или нет?

— Лиза, ты сказала, что проверяла информацию о своём отце. Ты уверена, что…

— Да! Да, я уверена! Папа был военным. Я даже смогла сделать тест ДНК, чтобы подтвердить…

— Погоди, — перебил я её. — Ты сказала, что он погиб. Как тогда ты это сделала.

— Отец был военным. Мне сказали, что он погиб при исполнении. Больше я ничего узнать не смогла. Но мне позволили провести тест. Я хотела узнать это ли он или нет, — погрустневшим голосом сказала Лиза.

— Это нормальная практика, Влад, — встрял в разговор Кузнецов. — При прохождении службы ты сдаёшь кучу анализов. Я свалил из армии уже давно, а там до сих пор есть инфа на меня и моих ребят. На тот случай, если найдут наши тела. Тогда смогут быстро определить, кому именно они принадлежат. Ну и всякое подобное.

— Ясно, — пробормотал я, продолжая качаться на стуле.

Эх, а я-то думал. Вот, такой умный, загадку разгадал. Да только фиг там. Вместо решения получил новую загадку. А, как к ней подобраться? Пока без понятия.

Последующий разговор с Елизаветой больше не касался этой темы. Мы ещё немного посидели, а затем я просто вызвал Николая, предварительно оставив указания Кузнецову.

Тот, вот ведь какое удивительно дело, решил остаться. Мда-а-а… а ведь стервой называл.

— Ладно, Андрюха, ты узнал о том, что я тебя просил?

Мы стояли в подъезде у двери дома, где жила Серебрякова. Андрей решил выйти проводить меня. Ну, точнее я ему это сказал. Не хотел лишний раз тревожить этим разговором свою «пока ещё» помощницу.

— Ты про ребят, которым я доверяю?

— Ага. Если завтра… то есть сегодня, всё пойдёт не по плану, то они нам понадобятся.

— Пожалуй ты прав. Есть около десяти человек, за которых я готов поручится головой.

— Всего десять?

— Целых десять, — поправил меня Андрей, затянувшись сигаретой. — И каждому я доверяю, как самому себе. Ну почти. Плюс они опытные специалисты.

— Чего ж тогда не с тобой работают.

— Есть причины, — уклончиво отозвался Андрей.

— Расскажешь?

— А надо?

— Если это нам не помешает с ними работать, то, наверно, нет. Не помешает же?

— Не. Головой ручаюсь.

— Ладно, интриган. Когда сможешь вытянуть их сюда?

— Думаю, что в течении пары дней. Может неделя максимум.

— Не, — решил я. — Долго. Нужно, чтобы они были тут сегодня. Ещё лучше, вчера. Короче. Сделаем так. Ты там с Лизой спелся. Как свои «разговоры» закончите, обмозгуйте это дело. Организуйте всем перелёт сюда как можно скорее.

— Понял. Сделаю.

— Молодец. Это ещё не всё. С этого момента переходим в режим «враги повсюду». Порт и квартиру Николая защитить по максимуму…

— Сделаем, Влад, — кивнул Андрей и затянувшись в последний раз, выкинул сигарету. — Всё подготовим. Ребят лучше вообще в какое другое место перевезти. Так на всякий случай.

— Ну, раз такой башковитый, то сам этим и занимайся.

На том и порешили. Я дождался, когда подъедет Николай и забрался внутрь.

— Куда едем? — тут же деловито уточнил мой водитель.

— В порт, Коля.

Ехали мы в тишине, но не долго. Недолго в тишине, я имею в виду. Не прошло и десяти минут, как мой телефон тревожно зазвонил.

О, ещё один «неизвестный номер». Чёт они меня как-то достали в последние время.

— Да?

— Коршунов, позволь узнать, какого дьявола ты устроил во Владивостоке?

О, как. Лёгок на помине.

— И вам доброе утро, Михаил Александрович. Как поживаете?

— Не заговаривай мне зубы, Коршунов, — отрезал Голотов. — Я ещё раз спрашиваю, что ты устроил?

— Скажем так, у меня тут вышел небольшой конфликт с местным криминалом.

— И поэтому ты и твои наёмники катаетесь по городу и лупите по зданиям из гранатомётов⁈ — рявкнул в трубку ИСБшник. — Ты издеваешься? Знаешь, сколько звонков мне уже поступило из Владивостока⁈

— Да ладно вам, ваше сиятельство. Уверен, что для вас замять такое дело — сущий пустяк. Тем более, что никто не пострадал… ну, из тех, кого не жалко, я хотел сказать.

— Не заговаривай мне зубы…

— А вы не рычите на меня, — перебил я его. — Вы хотели получить своих заговорщиков, я над этим и работаю.

Стоило мне произнести эти слова, как граф моментально успокоился. Ну, ладно. Может и не успокоился, но хотя бы перестал орать в трубку.

— Слушаю тебя.

— Знаете такого персонажа, как Евгений Токарев?

— Наслышан.

— Он вместе с кем-то натравили на меня сына Варницкого…

Я быстро пересказал то, что случилось на приёме у Уваровых. Не забыл упомянуть и о том, что Токарев попытался отравить Варницкого, чтобы добить его. Причина напрашивалась сама собой.

— Так молодой барон жив?

— Ага. Моя знакомая вытащила его с того света. Правда сейчас он в отключке, но, думаю, что сегодня к вечеру или в крайнем случае завтра утром с ним можно будет пообщаться. Главное, что эти ребята думают, что он мёртв. Плюс ко всему этот диалог с Токаревым…

— Да, ты упоминал. Что будешь делать?

— Ну, для начала разберусь с Стаховым. У этого урода предо мной должок. А затем возьмусь за нашего дорого графа Токарева.

— Хорошо. Я предупрежу своих людей.

— Вот и славно. А я тогда займусь своими проблемами.

Эх, столько всего надо сделать, а времени так мало.

— И всё же, зачем было устраивать такой хаос?

— Вам ли не знать, Михаил Александрович, что переговоры стоит вести находясь исключительно в сильной позиции. В моём случае, сильная позиция — это тогда, когда у твоего оппонента сломаны руки и ноги, а ботинок уже выбивает ему зубы.

Глава 14

Николай тормознул машину перед воротами.

— Ты уверен? — спросила сидящая сзади София.

Уже раз в пятый, наверное.

— Так. Тыц на галёрке. Слушайте сюда. Из машины не выходить. Софи, прикрываешь Колю на тот случай, если всё пойдёт не так. Если придётся, то уезжайте отсюда так быстро, как сможете. Поняла?

— Да, но ты…

— Да, да, да. Я уверен. Всё. Сидите здесь.

Открыл дверь и выбрался наружу. Потянулся, разминая тело. Так-то почти полтора часа сюда ехали.

Едва подошёл к воротам, как дорогу мне преградили два амбала. Оба здоровые, как быки. Одеты в подобие военной формы, с брониками и огнестрелом в руках. Так ещё и оба одарённые.

— Кто такой? — грубо спросил верзила.

— Барон Коршунов к вашему начальству пришёл.

— Не знаем таких, — угрюмо отозвался охранник. — У господина встреч сегодня не назначено.

— Ну так позвони ему и скажи, что теперь назначено, — приказал я ему. — И заодно сообщи, что-то, что искали в поместье никогда там не находилось.

— Чего?

— Ты тупой? — искренне поинтересовался я. — Делай, что сказано. Или потом сам оправдывайся, почему граф не получил то, что так давно искал.

Оба громилы переглянулись между собой с недовольными выражениями на мордах. Один из них махнул рукой и второй связался с кем-то по рации.

— Пусть проходит, — сказал он через пару секунд. — Граф разрешил.

Ну вот и славно. Мне открыли ворота и провели по дороге до поместья. У входа меня встретили уже куда более основательно. Аж целых полтора десятка верзил из личной гвардии Токарева. Все с оружием и недовольными выражениями на мордах.

— Тебе, барон, не говорили, что заявляться без приглашения не вежливо? — вопросительно буркнул один из них, который в магическом плане отличался от остальных в большую сторону. — А если господин занят?

— Срал я на вежливость. И на занятость Токарева. Если я тут, значит дела свои он подвинул. Так что не трать моё время и веди к начальству.

Мужик поморщился, но в ответ ничего не сказал. Лишь спросил про оружие.

— Не. Дома оставил.

— Ха! Это ты зря, барон, — рассмеялся командир гвардейцев. — Ну пошли. Граф ждёт.

Мы зашли в дом. Прошли по холлу до лестницы и поднялись на второй этаж.

Граф Евгений Токарев сидел в кресле в своём собственном кабинете и курил тонкую, скрученную из табачных листьев сигарету.

— Ваше сиятельство? Я привёл Коршунова.

— Оставь нас, — приказал Токарев, даже не подумав о том, чтобы подняться со своего кресла и поприветствовать меня.

Едва только гвардеец вышел и мы остались вдвоём, граф соизволил наконец посмотреть на меня.

— Чего припёрся?

— Как не вежливо, — рассмеялся я, проходя через кабинет к стоящему у стены бару. — Разве не нужно сначала поприветствовать гостя, ваше сиятельство?

— С чего я должен приветствовать того, кого не приглашал в свой дом? — прошипел тот в ответ, продолжая сидеть в кресле и наблюдать за мной.

Я же подошёл к бару, достал один из бокалов и по-хозяйски налил себе коньяка, предварительно понюхав хрустальный графин.

— А меня не надо приглашать, — произнёс я, возвращаясь к нему и садясь в кресло напротив. — Я сам прихожу.

— Так может и уйдёшь тоже сам?

— Не раньше, чем решу одну нашу общую проблему. Но, перед этим, вопрос. Много вы отдали японцам за то, чтобы они попытались меня прикончить?

— Не понимаю о чём ты? — скривился он, но я уже и так увидел ответ. Прочитал по его лицу. Ткнул пальцем в небо. Обычная догадка после всего случившегося. И оказался прав.

— Конечно. Как могло быть иначе.

Я достал из кармана своей куртки предмет и бросил его на стол перед графом.

Красная маска с торчащими белыми клыками. Похожая на морду демона. Её я снял с лица того японского убийцы.

— Держите. Вдруг пригодится.

— Это как же? — не удержался Токарев от смешка.

— Как напоминание, — холодно посмотрел я на него и сделал глоток коньяка. — Того, что происходит с теми, кто пытается пойти против меня.

— Слушай, Коршунов, я так и не понял, зачем ты сюда явился…

— Да всё вы поняли, граф. Иначе бы я здесь не сидел. Ваши ребята сколько раз искали это в нашем имении? Ох уж эти мародёры. Даже охрану пришлось нанять. А когда я вернулся, так вы и вовсе решили всё кардинально. Я-то думал, что Варницкий разнёс моё имение только для того, чтобы насолить мне. А теперь думаю иначе. Точнее, даже не так. Я теперь точно знаю, что причина была в другом.

А вот теперь он насторожился. Мужик хорошо себя контролирует. Это видно. Держится, как кремень. Но, всё-таки, признаки есть. Он занервничал.

— Понятия не имею, о чём именно ты говоришь, — отмахнулся он от меня рукой с бокалом.

— О, да, — протянул я. — Естественно. Ведь вы такие умные. Задумали заговор за спиной Императора. Куда там простому барону до ваших великих замыслов. И, нет. Можешь ничего не говорить. Я и так знаю достаточно. И, поверь. Сегодня вечером я встречаюсь со Стаховым. Мы с ним пришли к взаимовыгодному соглашения. Как оказалось, человек очень легко идёт на сотрудничество, когда ты начинаешь лишать его заработка. А вот стоит посулить ему денег побольше, так он ещё и встречу назначает пораньше.

О, маска треснула. Значит, и тут я был прав.

— И ещё, кое-что. Ты ведь был уверен в том, что бедолага Варницкий откинул копыта там, на лужайке, ведь так. Или думал, что я не замечу, как ты сделал ему укол?

Всё. Мужик окончательно поплыл. Нет, внешне ещё как-то пытается сохранять хладнокровие, но глаза выдают его с потрохами.

— Да, — с удовольствием кивнул я, подтверждая так и не высказанную им догадку. — Всё верно. Он жив.

— Да с чего ты взял, что я в это поверю⁈ — не выдержав взорвался он, на что я достал телефон и включил заранее снятое видео.

На экране появился лежащий на постели Артём Варницкий. Бледный, как смерть. Но живой. Лежит под капельницей. Видно, что он дышит.

— Это твоя третья ошибка.

— И последняя, — отрезал Токарев. — Что мне сейчас мешает вызвать своих гвардейцев и просто прибить тебя, как бешеную собаку⁈

— Ну, во-первых, — поднял я руку и загнул первый палец. — Бешеные собаки офигеть как больно кусаются.

Я загнул следующий палец.

— Во-вторых, там в машине сейчас сидит моя подружка. Уверен, что ты о ней слышал. Как думаешь, долго твои ребята протянут против той, в ком есть Частица Живого Пламени? Думаю, что ответ мы оба знаем. И, наконец, третье.

Я загнул ещё один палец, а другой рукой коснулся телефона и вывел на экран страницу с контактом.

— Это номер графа Голотова. Мы с ним в последние время стали очень хорошими друзьями. Вот просто прекрасными. Я мог бы позвонить ему прямо сейчас и рассказать обо всём, что уже произошло. Думаю, что даже этого хватило бы, чтобы ваша жизнь и жизни вашей супруги и детей стали очень и очень грустными на ближайшие лет… много короче. Отсюда и до могилы, так сказать.

Бокал с остатками коньяка пролетел рядом с моей головой. Не качни я ею в сторону то получил бы прямо в лобешник.

— Не смей угрожать моей семье! — взревел Токарев, вскакивая с кресла и одним взмахом руки отшвырнув стоящий, между нами, дорогой кофейный столик в стену.

Вместе с моим телефоном. Тот от столкновения треснул, мигнул экраном и погас. Блин. Минус ещё один. Да что же им так со мной не везёт?

— А я и не думал угрожать, — пожал я плечами. — Просто констатирую факт. На самом деле мне от вас практически ничего не надо. Пока что.

— Пока что? — нервно и зло рассмеялся он. — Коршунов, ты идиот? Всё это хрень! Твои слова и вся эта чушь ни стоит ничего. Вообще!

— А это не мне решать.

— Что? В каком смысле?

— Ваше сиятельство. Давайте сойдёмся на простой договоренности. Вы придёте ко мне. И попросите о помощи. И я обещаю, что окажу её вам. Вот и всё.

Услышав моё заявление, Токарев расхохотался. Он смеялся так, что даже глаза заслезились.

— Если ты думаешь, что я когда-нибудь сделаю подобную глупость, то ты идиот, Коршунов.

В ответ на это я только пожал плечами.

— Ну, как знаете, ваше сиятельство.

— Проваливай. И больше никогда не появляйся в моём доме!

Допив остатки коньяка, я встал из кресла и вышел из кабинета. Меня вывели из дома и через пару минут я уже садился в машину к Николаю.

— Ну и? — тут же спросило София. — Как всё прошло?

— Лучше, чем я думал, — признался я. — Главное, что стрельбы не было. Так что, можно сказать, что всё прошло просто идеально.

— Вы о чём-то договорились?

— Нет. Вообще ни о чём, — честно сообщил я ей и пристегнулся. — Но, это и не важно. Главное, что те, кому нужно, всё видели. Поехали, Коля. Нам надо ко встрече готовится.

Пока мы выезжали на дорогу, я ещё раз расширил сферу восприятия и просканировал окрестность.

Пара живых огоньков, что наблюдали за имением Токарева всё так же сидели на своих местах.

* * *

Стоящий у въезда в порт наёмник помахал нам рукой. Николай остановился на въезде, а я высунулся из машины.

— Чего случилось?

— Там, это. Кузнецов просил сообщить, что к вам приехали. Он не может до вас дозвонится.

— У меня опять телефон сдох.

— А, тогда понятно…

— Понятно ему. А чего тогда Николаю не позвонили, понятливые вы мои? Его же номер у вас есть.

— Так босс пытался. У него телефон же не отвечает.

Повернув голову, посмотрел на своего водителя. Николай посмотрел на меня.

— Коля? Что за фигня?

— Извините, я его беззвучный поставил, пока мы вас ждали. А за рулём я на трубку не отвлекаюсь. Опасно же.

— А как ты тогда всегда на мои звонки отвечаешь?

— А у меня для вас мелодия отдельная. Даже на беззвучке работает.

Сидящая сзади София закатила глаза.

— Ладно, чего случилось-то? — поинтересовался я.

— Так к вам какой-то злющий барон минут двадцать назад приехал.

— Часом не Самировым зовут?

— Вроде бы да, — удивился он. — А вы, что? Знаете его?

— Хотел бы не знать. Ладно. Звякни Андрею. Пусть встретит меня у… где Самиров сейчас кстати?

— В административке, — прозвучал ответ, от которого мне сразу стало не по себе. — Его сейчас Серебрякова обхаживает.

А вот теперь стало даже хуже.

— Ладно. Пусть Андрей встретит меня рядом с административкой. Коля поехали.

Николай нажал на газ, и мы двинули на территорию. Кстати, стало посвободнее. Импровизированный палаточный городок уже рассосался более чем на две трети. Власти города работали над тем, чтобы предоставить жильё всем пострадавшим. Если я ничего не путаю, то Лиза говорила, что к концу недели вообще все разъедутся.

Николай тормознул около административки. А я вылез из тачки и уставился на вставший у пирса сухогруз.

— Какого хрена? — спросил я в воздух, в надежде на то, что ответ свалиться мне прямо на голову.

— Приехал наконец! — раздался окрик из-за моей спины.

Обернувшись, увидел идущего ко мне Кузнецова.

— Андрюха, это кто?

— Так у ДеРоссы сегодня корыто разгружается. Лиза же тебе говорила.

— Да?

— Да, вроде.

Я задумался. Вроде бы она что-то такое говорила, но, похоже, что у меня просто из головы вылетело.

— Ладно. Пошли. Что там Самиров?

— Ничего. Приехал, злой, как чёрт. Правда, когда его встретила Лиза, то, даже успокоился вроде. Сейчас сидят, чаёвничают. Тебя ждут.

— Понятно, — уныло произнёс я.

Лезть сейчас в контры с Самировым не хотелось от слова совсем.

— Что? Думаешь, как бы слинять отсюда? — рассмеялся Кузнецов.

— А, что? Так заметно?

— Ну, есть немного.

— Ага. Значит, говоришь, что едва только появилась Серебрякова, как он сразу успокоился?

— Да. До этого орал на моих ребят, которые его встретили. А когда вышла Лиза, то сразу стал помягче. Правда вид всё равно злющий…

— Ясно. Короче, Андрюха. Вот, что ты сделаешь.

Я быстро объяснил ему, что от него требуется.

— Ты уверен? — осторожно спросил он. Сразу видно, что затея ему не особо нравится.

— Да. Давай, делай. А я пойду гостя поприветствую.

Мы разошлись, а я направился в административку. Зашёл в здание. Поднялся на второй этаж и дошёл до кабинета Елизаветы. Стучать не стал. В конце-концов это мой порт или как?

Самиров и Лиза сидели за столом. Перед ними поднос с фарфоровым чайным сервизом и исходящий паром чайник.

— Здравствуйте, Сергей Викторович, — кивнул я ему, входя в кабинет. — Лиза.

— Явились наконец, Коршунов, — сразу же сделал он недовольное лицо.

— У меня, знаете ли, свои дела есть. Не до того, чтобы бегать к вам по первой вашей прихоти, — в тон ему ответил я, подходя к столу и садясь на один из стульев. — Зачем пожаловали?

— Я предпочту обсудить это наедине, — вздёрнул он свой нос, покосившись на ничего не понимающую и сидящую за столом Елизавету.

— А я предпочту, чтобы вы отвязались от меня, — устало проговорил я, откидываюсь на спинку своего кресла. — Но мы оба знаем, что такой исход маловероятен. И, если уж честно, разве не стоит Лизе остался тут? Ведь разговор и причина вашего визита напрямую касаются именно её.

Серебрякова удивлённо захлопала глазами.

— Что?

— Да, — кивнул я.

— Это её не касается! — повысил тон Самиров.

Я посмотрел на него.

— А это не вам решать. Так что-либо вы всё рассказываете сами, либо мы сейчас дождёмся моего человека с бумагами и тогда у вас этой возможности уже не будет.

— Владислав, о чём ты? — непонимающе спросила Лиза, переводя взгляд то на меня, то на сидящего напротив меня барона.

— Видишь ли, Лиза. Дело в том, что этот человек пришёл сюда для того, чтобы потребовать от меня уволить тебя. Или же он натравит на меня своё ведомство.

— Ещё скажи, что тебя это не пугает! — огрызнулся Самиров.

— А должно? — вздохнул я и откинулся назад ещё немного, начав раскачиваться на задних ножках стула. — Сергей Викторович, чем я по-вашему тут занимаюсь?

— Уверен, что я это узнаю, если прямо сейчас получу ордер на обыск твоего порта и этого корабля, — зло улыбнулся он. — Или, что? Думаешь, что я не знаю, кому он принадлежит?

Вот значит как. Теперь понятно, почему он припёрся сюда именно сейчас. Не спроста же появился именно в тот момент, когда корабль Габриэллы встал на разгрузку. Решил пугать меня таким образом. Ладно и не таких обламывали.

Я посмотрел на него и улыбнулся во все тридцать два зуба.

— Да будет вам, Сергей Викторович. Я вам даже время сэкономлю. Хотите вместе сходим и посмотрим?

Самиров недоверчиво уставился на меня.

— Какой-то глупый трюк.

— Нет. Без трюков. И уж точно не вам меня в этом обвинять.

— Что? Что за чушь ты несёшь…

Его прервал стук в дверь. Как раз вовремя. Я весело хлопнул в ладоши, встал со стула и пошёл к двери. Открыл её. Как и полагалось, за дверью стоял Кузнецов, держа в руках закрытую папку.

— Достал, — спросил я у него.

— Да, — произнёс тот, глянув на Самирова. — Только Влад, это будет много стоить. Добыть эту информацию дорого стоило.

— Не дороже денег, — я забрал у него папку. — Заходи, насладишься представлением.

Сидящий у стола барон переводил свой непонимающей взгляд то на меня, то на Андрея, явно пытаясь понять, что именно здесь происходит. У Лизы было не менее удивленное лицо.

— Коршунов, что вы затеяли.

— То, что вам полагалось сделать давным-давно, — отозвался я, открыв папку и начав читать. — Как давно вы собирались сказать этой девушке, что вы её отец?

— Вздор!

— Влад, я же говорила…

— Лиза, помолчи пожалуйста немного, — попросил я её и снова повернулся к барону. — Знаете, Сергей Викторович. Вы так рьяно обвиняли меня в том, что я не чист на руку, что, похоже, забыли. Знаете какое преимущество дают «грязные руки»?

Барон не выдержал и вскочил со стула.

— Бред, с чего я…

— Полезные связи, Сергей Викторович. Очень полезные, — перебил я его. — Такие, какие могут, например, достать журналы посещения из государственного военного архива. А ещё медицинские карты. И я говорю не о тех, которые вы так ловко подменили.

В комнате повисла тишина. Кузнецов мрачной тучей стоял позади меня, подперев спиной на стену и сложив руки на груди. Самиров краснел от злости. Нашего дорогого поборника закона практически распирало от злобы. Лиза же сидела в полном непонимании.

— Что такое? — спросил я у него, помахав бумагами. — Или, что? Вы думали, что никто и никогда не узнает? Серьёзно?

— Закрой рот, — тихо произнёс он.

— Вы же служили вместе с её «предполагаемым» отцом. Были друзьями. А после его смерти внезапно стали помогать овдовевшей женщина, оставшейся одной с малолетней дочерью…

— Я СКАЗАЛ МОЛЧАТЬ! — взорвался Самиров, вскочив со стула. В тот же миг мир будто поплыл от хлынувшей в него магической энергии. Барон даже и не думал скрывать свою ярость.

Впрочем, я это выдержал, хотя давило знатно. А вот Лиза оказалось в куда более худшем состоянии. Практически потеряла сознание и чуть не упала со стула. Благо оказавшийся рядом Кузнецов тут же подхватил её под руки.

Эта картина тут же привела барона в чувство. Поняв, что натворил, Самиров бросился к Елизавете, напрочь забыв про меня.

— Андрей, позови Викторию.

— Сейчас.

Кузнецов выскочил из кабинета, а я подошёл ближе к склонившемуся над девушкой мужчине.

— Слушай те, Сергей, давайте на чистоту. Вы хорошо постарались, заметая следы. Даже умудрились подменить анализ ДНК в базе данных архива. На тот случай, если Лиза попробует найти своего отца. Тогда при проверке тест выдаст совпадение. И плевать, что эти результаты будут касаться вас. Кому взбредет в голову проверять давно погибшего капитана. Другой вопрос в том, почему вы скрывали это от своей собственной дочери.

— Это тебя не касается! — огрызнулся барон, придерживая Лизу. Та выглядела не очень хорошо, но постепенно приходила в сознание. — Ты вообще ничего не знаешь! Думаешь, что я мог позволить себе…

— Что? Только давайте не будем сейчас разводить эту чушь про «бастардов на стороне», хорошо? — попросил я его. — Вы хотели её оградить. Ведь так? Я читал о том, сколько покушений на вас совершили за вашу жизнь. У принципов и приверженности закону есть своя цена.

— Да что ты знаешь о цене⁈ — прошипел он. — Ты! Выскочка барон! Такой же, как и твой отец. Или, что? Думаешь, что я не знаю о темных делишках твоего папаши?

— Если бы знали, то постучались бы в нашу дверь со своими бумажками гораздо раньше, — парировал я. — Уж такой человек, как вы ждать бы не стал. Проблема в том, что, пытаясь окружить свою дочь заботой, вы зажимали её в тиски. Даже жить нормально не давали. И это, не говоря о том, что вы своими действиями, по сути, лишили её отца. И после этого вы думаете, что вправе от меня что-то требовать?

Я посмотрел на него и покачал головой.

— Нет. Знаете, что? Хотите, чтобы я её уволил? Хорошо. Но, только в том случае, если она сама этого захочет. Поговорите с ней. Расскажите правду. Объясните, что и почему сделали. А дальше можете плести про меня любую чушь. Если после этого Лиза скажет, что больше не хочет на меня работать — без проблем.

— Откуда мне знать…

— Что я говорю правду?

Я рассмеялся.

— Да будет вам, Сергей Викторович. Правда, это всё, что у меня есть.

Для наглядности я потряс бумагами, которые держал в руке. Удивительно, но Самиров тут же попытался выхватить их из моих пальцев. Только вот этого я ему не позволил.

— А вот нет. Они останутся у меня. И если вы не поговорите, то я отдам их Лизе, когда она окончательно придётся в себя. Она в любом случае узнает всю правду. И только вам решать, как именно она это сделает.

За моей спиной раздались шаги. Я отошёл в сторону, пропуская внутрь Викторию. Та выглядела так, словно только что вылезла из постели. Волосы взъерошены. В одной футболке и пижамных штанах. Быстро объяснив ей, что случилось, оставил наедине, а сам вышел в коридор.

— Не парься, — успокоил стоящего у двери Кузнецова. — Всё с ней будет нормально. Лёгкий обморок. Просто этот болван на эмоциях силу немного не рассчитал. Придёт в себя минут через пять или десять.

Развернувшись, нашёл глазами ближайшую пластиковую урну для мусора и бросил папку туда. Внутри были листы с отпечатанными накладными на грузы с корабля, что сейчас разгружали в порту.

— Откуда ты знал, что этот блеф сработает?

— Эмоции. Ещё у Уваровых задумался над тем, насколько она для него важна. А последующие разговоры только утвердили моё мнение.

— Да, но всё остальное…

Я пожал плечами и двинул к лестнице.

— Что-то подсказал Ахмед. Что-то нашёл в открытых источниках. А по поводу подмены — чисто моя догадка. Я хорошо разбираюсь в людях, Андрей.

— С Токаревым ты провернул тот же трюк? — поинтересовался Кузнецов, идя рядом.

— Там всё куда проще. Проблема всех предателей и заговорщиков в том, что они никому не доверяют. Даже сами своим же товарищам. Те кто готовы пойти на предательство, будут видеть предателей во всех кто их окружает. На этом мы и сыграем. Варницкий ещё в себя не пришёл?

— Не. Виктория сказала, что он пролежит так ещё сутки. Ей нужно время для того, чтобы нейтрализовать последствия отравления. Говорит, что это жуткая хрень.

— Ясненько…

Я глянул на висящие на стене часы. Уже неплохо так за середину дня. До встречи со Стаховым ещё четыре часа. Ребята которых пообещал достать Андрей приедут только завтра. Ну, первые из них. Если всё пойдёт по моему плану, то заварушка начнётся именно сегодня, а вот основной замес будет уже завтра, край послезавтра. И тогда моим парням потребуются стволы и экипировка посерьезнее чем-то, что у них есть сейчас. Раз уж я пока не могу использовать Печать Арсенала, будем действовать по старинке.

— Пошли, Андрюха.

— Куда?

— Позвоним Габриэле. Пора доставать новогодние подарки из-под ёлки.

Глава 15

— Влад, напомни мне одну вещь.

— М-м-м?

— Я ведь говорил тебе, что это ловушка?

— Ага. Что-то такое вроде было.

— Я просто спрашиваю.

— Ты повторяешься.

— Просто я не люблю ловушки. Они вредны для здоровья, так-то.

— Не парься. Всё пройдёт именно так, как задумано, — успокоил я Кузнецова.

— А вдруг он не согласится и начнёт стрелять?

— Да с чего ты взял…

— А я видел похожую сцену в одном фильме. Там, знаешь ли, много народа погибло.

— Успокойся, никто ни в кого стрелять не будет. Ну не сейчас точно.

Мы сидели в главном зале «Астории». Пустом. Людей отсюда выпроводили заранее, чтобы не мешались под ногами. Само же заведение находилось на городской набережной Владивостока, с потрясающим видом на городскую бухту. Правда перед этим заехали в одно очень и очень приметное место, откуда я привёз чёрный дорогой дипломат, что сейчас стоял под столом.

И, да. Я ни на секунду не сомневался в том, что это была ловушка. Глупо было отмахиваться от очевидного факта. И вид трёх микроавтобусов, что сейчас остановились перед входом в ресторан только убеждал меня в этом.

Главное, как я уже сказал Кузнецову, сделать так, чтобы стрелять не начали прямо сейчас. А в том, что начнут я даже не сомневался.

Вошедший в зал Алексей Владимирович Станов оказался невысоким и щуплым на вид темноволосым человеком. Со стороны он мог бы показаться слабым и неприметным, но только на первый взгляд. Его выдавали глаза. Уж больно много в них плескалось звериной жестокости. Как голодный шакал, оглядывающийся по сторонам и готовый вцепиться в кусок мяса.

Он вошёл в зал ресторана оставив всю свою охрану за порогом, как мы и условились. Полтора десятка человек. Эти громилы даже не пытались скрывать то, что были вооружены. И зло переглядывались с людьми Кузнецова, что сейчас дежурили снаружи ресторана. Мы, к слову, поступили точно так же. Так что в зале сейчас сидели совершенно одни.

Эх, жаль, что вызванные Андреем парни ещё не успели добраться до сюда. Прибудут только к вечеру. И ещё жаль, что я всё ещё не смог восстановить связь с печатью. Схватка в Японии дорого мне обошлась. С другой стороны, мне не привыкать играть с плохими фишками. Бывало и хуже.

Но, как я уже сказал, сейчас стрельбы не предвидится. По крайней мере я очень на это надеялся.

— Ну и? Я пришёл. Говори, что хочешь, — высокомерно заявил Стахов, подходя к занятому нами столику в центре ресторана.

— Пф-ф-ф. Как не вежливо, — протянул я. — Не хочешь пообедать? Говорят здесь просто потрясные стейки…

— К чёрту твои обеды, — огрызнулся он. — Я пришёл сюда не в игры играть! Ты сказал, что хочешь поговорить. Я пришёл. Говори.

— Я же тебе говорил, что он будет злой, как чёрт, — произнёс я сидящему рядом со мной Андрею.

— Ещё бы, — хохотнул тот. — Ты из граника ему дом разнёс.

— Я вам сейчас лица разнесу, — рявкнул Стахов, постепенно теряя терпение.

— Спокойней, дружище. Ещё будет для этого время. Садись, — указал я ему на один из стульев за нашим столом. — В конце-концов ты же сам сказал, что пришёл сюда поговорить. Так что давай, присаживайся. В ногах правды нет.

Станов несколько секунд жевал губы от злости, но на предложенный стул всё же сел.

— Я пришёл, — не скрывая своей злости — Можешь говорить, что хотел.

Мы с Андреем переглянулись.

— В смысле? Так нам с тобой особо говорить особо не о чём.

Выражение полного охреневания на его лице надо было видеть. Сидящий напротив нас Стахов даже покраснел от злости.

— Не вздумай издеваться надо мной, сопляк!

— Да какие издёвки? Всё, что мне нужно было ты уже сделал, — удивился я.

— Ничего я не делал! — не выдержав заорал он, вскочив со своего стула.

— Ошибаешься, — покачал я головой. — Ты пришёл сюда. В целом, мне этого достаточно.

— Что за чушь ты несёшь⁈

Наклонился к нему.

— Смотри какое дело. Видишь ли, я знаю, что тебя нанял Токарев и его дружки для того, чтобы избавится от меня. И прежде, чем ты начнёшь возражать, я уже был у него. И он мне в этом признался.

— Чушь, никто меня не нанимал…

— Да как скажешь, — отмахнулся я от него. — Но самое главное не в этом. Андрей, будь добр папочку.

Кузнецов хмыкнул, достал из стоящего рядом со столом портфеля папку и передал её мне.

— Вот здесь всё, что мы на тебя накопали. Видишь ли, у Андрея есть очень хорошие знакомые, которые умеют добывать информацию, Тут, — я потряс папкой, — адреса всех твоих нычек во Владивостоке. Или ты думал, что я выбрал те места только потому, что нашёл только их? О, нет. Как я тебе сказал в прошлый раз, у меня был жирный список целей. И сейчас я предлагаю тебе на выбор три варианта. Первый — ты собираешь своё барахло и уезжаешь из Владивостока и вообще из этого региона. Второй — ты отказываешься, и мы продолжим эту маленькую войну. В таком случае у меня прибавится немного проблем, но я готов потратить силы и время на то, чтобы вырезать такую мразь под самый корень.

— А силёнок хватит? — со злой усмешкой поинтересовался Стахов.

— У меня? У меня хватит.

— Ну, тогда давай, щенок, расскажи мне, какой же невероятно щедрый третий вариант ты для меня придумал.

— О, всё просто. Ты сейчас садишься со мной в машину, и мы с тобой едем к моим друзьям из ИСБ, где ты даешь показания о том, кто и для чего тебя нанял.

Ответом мне стал издевательский хохот. Он смеялся так, так что у него даже слёзы потекли.

— Нет, ты явно прикалываешься, пацан. Чтобы я, да стал стукачём? Да скорее ад замёрзнет, чем я сделаю что-то такое.

— Значит ты отказываешься? — уточнил я на всякий случай.

— Можешь катится в ад, сопляк. Хочешь войны, я тебе её обеспечу!

В этот самый момент я ожидал, что пальба начнётся практически сразу же. Доспехи мы держали ещё с того момента, как вошли в ресторан, так что получить случайную пулю я не боялся. Первые пару секунд потасовки меня свинцом никто не нашпигует, а остальное уже не важно.

— Может быть, всё-таки сделаешь ему четвёртое предложение? — поинтересовался у меня сидящий рядом Андрей.

— Думаешь?

— Попробуй, вдруг он согласится…

— Ну, я даже и не знаю, он, как ты видишь, не особо вежливый и всё такое. Ругается тут, кричит…

Стоящий перед нами Стахов побагровел от злости. Всё происходящее бесило его до усрачки.

— Знаешь, пацан, ты сегодня нажил себе страшного врага, — медленно процедил он, а я едва не рассмеялся. И пострашнее видал. Но вслух ничего говорить не стал.

— Стахов, хочешь заработать пятьдесят миллионов?

Он уже хотел было снова на меня заорать, но вдруг остановился.

— Что?

— Что слышал.

Кузнецов достал из сумки новую папку с распечатками и передал мне. А я уже, в свою очередь, толкнул бумаги по столу в сторону Стахова.

— Что это?

— Это, деловое предложение. К общей выгоде, так сказать.

— Если ты думаешь, что я продамся… — неуверенно произнёс он, но я просто покачал головой.

— Ты не просто продашься. Ты сделаешь это с большой радостью. И про пятьдесят миллионов я не шутил. Взгляни.

Я кивнул на бумаги и любопытство всё же победило. Тот взял их и начал просматривать. И чем дальше он заходил в чтении документов, тем выразительнее на его лице появлялись два выражения. Неуверенность…

И жадность.

— Что это? Список контрабандного оружия, которое будет доставлено в мой порт в течении ближайшего полугода. Я работаю…

— С семейкой ДеРосса, да я в курсе, — язвительно проговорил Стахов, продолжая читать документ. — И?

— И я сделал предложение моей партнёрше, — продолжил я. — Соглашаешься отвалить от меня, сваливаешь из Владивостока на шесть месяцев и получаешь свою часть пирога от продажи. С Габриэллой я уже договорился.

— Слишком сладко, — хмыкнул он и бросил бумаги на стол. — В чём твоя выгода.

— В том, что через пару дней я начну открытую войну с Токаревым. И мне совершенно не нужно, чтобы всякая шушера путалась под ногами. Предложение одноразовое. Соглашайся, получай пятьдесят лямов и проваливай. Или откажись. Тогда выбирай сам. Можем начать прямо здесь или пытаешься прыгнуть на меня во время моего замеса с Токаревым. Но в любом случае, поверь мне, я найду тебя и прикончу.

— Спрашиваю ещё раз. Силёнок то хватит? Реальная драка это не словами кидаться…

— Ага, Варницкий и его свора тоже так думали. Иди, спроси у них, что из этого вышло… ой! Ты же не можешь. Мы их на тот свет отправили. Но, если хочешь, у меня есть знакомый некромант и…

Я пожал плечами и продолжил.

— В любом случае, второго шанса у тебя не будет. Как и твоей шкуры, если сейчас решишь поставить её на кон и пойти против меня. А так все в выигрыше.

Стахов зло уставился на меня. Я в ответ смотрел на него. Эти игры в гляделки продолжались где-то секунд десять, прежде чем он заговорил вновь.

— Откуда мне знать…

— Что сейчас не вешаю тебе лапшу на уши? — уточнил я за него. — Ни откуда. Но, чтобы показать моё к тебе хорошее расположение…

Я махнул Андрею и тот достал из-под стола чёрный дипломат и положил его на стол. Замки щёлкнули и он поднял крышку, показав содержимое.

Глядя на то, как жадно заблестели глаза Стахова, я понял. Он мой. С потрохами.

— Это…

— Десять миллионов рублей, — кивнул я. — Наличкой. Считай, что это двадцать процентов от той суммы, о которой мы договорились. Аванс так сказать.

— А мы, что, уже договорились? — тут же ощетинился он.

— О, ну, если ты отказываешься, — начал я и потянулся к дипломату, но Стахов меня опередил.

— Я согласен! Согласен!

— Ну вот и славненько, — хлопнув в ладоши, я поднялся на ноги и протянул ему руку, которую тот с жадным удовольствием пожал.

На этом всё и закончилось. Этот урод и его громилы быстро собрались и уехали, а мы всё ещё оставались в ресторане.

— Тебе не жалко денег-то?

— Они всё равно не мои.

Андрей нахмурился.

— Постой, но я думал, что…

— Что мне дала их Габриэла? Прикалываешься? Да она с меня за те заряды для гранатомётов стрясла тройную стоимость. Эта женщина само воплощение жадности и скупердяйства.

— Она тебя на своём стратосфернике катала вообще-то.

— Завидуешь?

— А-то. Но, я всё равно не понимаю. Если не она дала тебе деньги, то кто?

— Помнишь мы заезжали в местную конторку ИСБ?

— Если ты про то жуткое здание, то… погоди, так деньги от имперской службы безопасности? Издеваешься?

— Угу. Пришлось прополоскать мозги Голотову, чтобы выпросить их. И поверь. Я буду очень рад, если мы сможем вернуть эти бабки. Потому, что что-то мне подсказывает, что этот будет спрашивать за свои деньги ещё яростнее чем наша итальянская подруга.

— Уверен, что его общество уж точно не будет для тебя таким приятным.

— М-да. Это ты верно подметил.

— Так. Ладно. И, что теперь?

Прежде чем ответить, я ещё раз просканировал округу. Три едва заметных ауры, что неотрывно следили за мной последние полтора дня всё ещё находились на месте…

А, нет. Одна из них только что пропала. Наблюдатель ушёл в тень. Хорошо бы проследить за ним, да только некем. Шрайк бы идеально подошёл, но доступа к Печати пока ещё нет. По моим прикидкам мне ещё неделю почти восстанавливаться. Ну и ладно. Справлюсь и так. Зря я что ли два с половиной дня катаюсь по городу на все эти дурацкие встречи?

— Теперь, Андрей, мы будем ждать. Думаю, что у нас есть ещё время до вечера.

— А вечером случится… а, что, кстати, случится?

— А ты сам подумай?

Кузнецов подумал. А затем на его лице появилась кровожадная улыбка.

— Бой всех против всех, — выдал он.

— Ещё как. Поехали. Собирай и готовь ребят. И возьмите побольше патронов. Ставлю пиво, что всё начнётся ещё до середины ночи.

Достав телефон, я набрал номер Голотова.

— Здрасьте, Михаил Александрович. Надеюсь, что у вас всё готово?

* * *

— Я УЖЕ СКАЗАЛ, ЧТО НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛ!!! — проорал в трубку Токарев, сжимая телефон побелевшими от ярости пальцами.

— А вот мы другого мнения, — прозвучал голос из телефона.

— Да мне плевать, какое там у вас мнение! — прошипел он. — Сами не хотите попробовать⁈ Все ваши тупорылые планы провалились!

— Потому, что ты и этот кретин Варницкий так и не смогли вернуть нам файлы, которые были у Коршунова! — услышал он в ответ.

— А с чего вы взяли, что они вообще существуют⁈ Мы трижды обыскали его имение. Перерыли его имущество в порту. Даже получили доступ к ячейке в хранилище Имперского банка! Ничего нет. Вообще! Может этот старый ублюдок всё выдумал! Может быть, он блефовал! Хотел защитить себя и своего ублюдочного сыночка!

— К сожалению, мы зашли слишком далеко для того, чтобы рисковать и довольствоваться лишь такими доводами. Ты в курсе, что Стахов встречался сегодня днём с Коршуновым?

Евгений замер.

— Что?

— Что слышал. Он встретился с ним сегодня. И ушёл от него с десятью миллионами.

— Десять миллионов? Что это за бред? Откуда они у него… нет, стоп. Зачем он заплатил ему⁈

— Я не знаю. Наши люди лишь сообщили о том, что они говорили о чём-то, а затем Коршунов передал ему деньги. А сейчас Стахов собирается уехать из Владивостока. Но это ещё не всё! До этого к пацану в порт приехал барон Самиров. Может быть, ты ответишь мне, за каким дьяволом этот поганый законник припёрся к нему? Или зачем он перед встречей с твоим дружком Стаховым заезжал в местную резидентуру ИСБ? Или о том, почему Голотов, эта голодная до нашей крови мразь вылетел во Владивосток вместе со своими людьми⁈ ЕВГЕНИЙ! ОНИ ЛЕТЯТ СЮДА ИЗ-ЗА ТЕБЯ!

— Я… — Евгений замолчал. Он ведь видел, как Коршунов и Самиров о чём-то говорили на приёме у Уварова.

О боже. По его спине стекла капля ледяного пота. Ведь сын Варницкого всё ещё жив. И это они всё затеяли. Из всех них Артём знал в лицо только его и…

— Послушай меня, Василий, вы должны что-то сделать!

Ответ прозвучал не сразу.

— Мы уже делаем, — сказал граф Российской Империи, Василий Калинин. — Подготовка уже начата.

— Что⁈ Вы же…

— Мы планировали ждать ещё полтора года. Но ты, Варницкий и ваша некомпетентность испоганила все замыслы. Князь больше не может оттягивать этих собак. И всё из-за вас!

Токарев не знал, что ему сказать. А когда попытался, то просто не смог. Ком застрял у него в горле и у него не сразу вышло его проглотить, чтобы выдавить из себя хоть слово.

— Ч… что будет дальше?

— Дальше, Евгений? Дальше, мы будем зачищать хвосты, — отозвался Калинин. — Сделай всё, что хочешь, но ты должен дождаться, пока не приедут мои люди. Они прикроют тебя и твою семью. В знак нашей с тобой дружбы.

Услышав это Евгений позволил себе короткий вздох облегчения.

— Спасибо, Вася.

— Как бы я не был зол на твои провалы, Женя, мы же всё-таки друзья, — отозвался Калинин. — Поэтому собери всех и будь готов. Мы защитим тебя и твою семью. А со Стаховым, Коршуновым и Голотовым разберемся прямо сейчас. Пора закончить это.

— Конечно, Вася. Я всё сделаю. Я буду ждать твоих людей у себя в имении.

— Вот и правильно. До встречи, друг.

— Да. До встречи.

Евгений повесил трубку. Несколько секунд он стоял, обдумывая всё происходящее. А затем резко развернулся и вышел из кабинета.

— Живо пришлите ко мне Ефимова! — приказал он одному из гвардейцев, что стояли у его кабинета.

— Да, ваше сиятельство.

В ожидании своего начальника гвардии, Токарев вернулся обратно в свой кабинет. Подошёл к столику около горящего камина и налили себе любимого коньяка.

— Вызывали, господи?

— Да, — обернувшись, Евгений посмотрел на начальника своих гвардейцев. — Сколько у тебя доверенных людей?

— Я доверяю всем своим подчиненным, — не моргнув и глазом ответил тот. — Но, если вы спрашиваете об этом…

— Да. Именно об этом я и спрашиваю, — с нажимом произнёс граф, отхлебнув коньяка.

— Восемнадцать человек из тех, кому я готов отдать в руки собственную жизнь, — сразу же ответил тот. — Они преданы мне, а я предан вам.

— Тогда собирай всех своих доверенных людей по тревоге, Дима. Готовьте машины. Мы уезжаем.

— Куда именно?

— В аэропорт. Пусть срочно готовят мой личный самолёт. Мы покидаем страну.

Дмитрий не стал спрашивать. Не стал задавать глупые вопросы. Вместо этого он кивнул и быстро вышел из кабинета, оставив своего господина одного.

Может быть, Евгений Токарев и не был самым удачливым человеком в мире, но он точно не был идиотом. И он ни на секунду не поверил в лживые слова Калинина о какой-то там дружбе. Они все слишком долго вертелись в этом деле для того, чтобы быть столь наивными.

Как? Как всё так обернулось? Почему этот мальчишка, Коршунов, просто не мог позволить себя прикончить и всё? Всё стало бы гораздо проще, будь оно именно так! Просто сдох бы и всё! Но, нет. Мелкий изворотливый паршивец…

Евгений посмотрел на дорогой хрустальный бокал в своей руке. Три точно таких же стояли на его столике. Именно из них он любил пить дорогой французский коньяк и угощать им своих гостей.

И именно из одного из этих бокалов пил его Коршунов. Из другого? Или, может быть, прямо из этого?

Хрустальный бокал улетел прямо в камин, разлетевшись на осколки, а расплескавшийся алкоголь заставил пламя вспыхнуть куда ярче.

Нет! Он не позволит убрать себя с доски, как какую-то поганую и жалкую пешку! Он сам будет делать то, что выгодно и нужно для его семьи! Калинин говорил про подчистку хвостов, а Евгений хорошо знал, как этот гадский мясник умел это делать. Он отрезал хвост под самую голову.

Дмитрий подготовит самолёт. Большая часть его средств, к сожалению, находились в Империи, но имелись и активы за рубежом. Он и его семья вполне смогут жить и на них, пусть и придётся «затянуть пояса». Главное, что у него есть ещё немного времени. Нужно лишь придумать, как объяснить это Ксюше и…

Первый выстрел, раздавшийся внутри его поместья, прозвучал, как гром среди ясного неба.

Пока Евгений Токарев думал, отпущенное ему время уже вышло.

Глава 16

Три грузовика двигались по улицам ночного Владивостока. Они двигались неспешно, не привлекая к себе особого внимания. Да и сейчас, поздней ночью, вряд ли кто-то обратил бы на них свой взгляд.

Проехав по улицам города, они выехали на набережную и никуда не торопясь двинулись в сторону порта. Уже подъезжая к нему, водители выключили фары и тихо остановились, не доезжая пятьдесят метров до границы частной портовой зоны. Двери в задней части машин открылись и наружу стали выходить люди. Одетые в чёрное, они были увешаны оружием и военной экипировкой. По два десятка рыл в каждом грузовике.

Командир группы вышел одним из последних. Спрыгнул на асфальт и огляделся. Активировал рацию.

— Господин, мы на месте.

— Прекрасно, Алик, — прозвучал в наушниках голос графа Калинина. — Начинайте.

— Приказ тот же?

— Да. В живых никого не оставлять. Свидетели нам ни к чему И мне нужно подтверждение. Я должен быть уверен в том, что Коршунов мёртв.

— Сделаем, в лучшем виде, господин, — отозвался второй по старшинству офицер гвардии рода Калининых.

Переключив канал связи на внутренний, он устроил быструю перекличку. Три полных отделения. Все шестьдесят человек его группы готовы к работе. Сам же Алик считал, что такое количество людей избыточно. Особенно, если учесть тот немаловажный факт, что все они были одарёнными. Пусть далеко не все из них имели высокий уровень, но это не имело большого значения. Главное, что все они в значительной мере превосходили обычных людей. Это, в купе с хорошей военной подготовкой давало им неоспоримое преимущество.

И сейчас перед ними, как и перед всей гвардией рода Калининых стояла самая серьёзная и важная задача за всю историю их существования.

Они собирались изменить историю.

В этот самый момент ещё три другие группы начнут действовать одновременно с ними во Владивостоке. Одной предстояло устранить Токарева, другой Стахова. Обрубят концы и, как говорится, спрячут их в воду. Третья же группа включала в себя наиболее сильных одарённых из числа тех, что были верны графу и его «товарищам», возьмётся за самого опасного противника. Им предстояло ударить по, вероятно, самой трудной цели этой ночи.

Да. Алик прекрасно знал о том, во что ввязался его господин. Более того, он полностью одобрял это. Ведь ему куда сподручнее будет подняться в этой жизни если он будет стоять рядом с теми, кто победит и возьмёт власть в свои руки.

— Проверка, — произнёс он в микрофон.

— Первый готов.

— Второй готов.

— Третий ждёт приказов, — доложил командир третьего отделения.

— Тогда выдвигаемся. В живых никого не оставлять. Пошли.

Шестьдесят человек рассыпались по улице. Через пару минут двое его людей вырубили районную подстанцию, погрузив почти половину порта и часть прилегающих к нему кварталов в темноту. Алик не переживал о том, что это может стать предупреждением для его целей. После случившегося во Владивостоке прорыва свет часто пропадал в разных районах города.

Двигаясь небольшими группами, отряд проник на территорию порта, которая принадлежала Коршунову. Они зашли с разных сторон, дабы исключить возможность побега. Граф не простит им, если они упустят свою цель. Слишком многое зависело от исхода событий этой ночи.

— Доклад, — приказал он.

— Это Первый. На парковке чисто. Никого нет. Но их машины на месте.

— Второй на связи. Подтверждаю. Есть свет и движение в административном здании. Видимо у них там запасной генератор.

— Цель опознали? — сразу же спросил Алик.

— Никак нет. У них жалюзи опущены. Но внутри от трёх до пяти человек.

— Третий?

— Тут. Мы заходим со стороны пирсов. Рабочих и охраны нет.

Странно. Алик нахмурился. Их разведка докладывала о том, что на Коршунова работает отряд наёмников. Довольно неплохая группа, но там чуть больше дюжины человек. Их он не боялся. С ним же шестьдесят обученных и прекрасно вооружённых псов войны, готовых порвать любого противника. Другое дело, что до сего дня территория порта молодого выскочки тщательно патрулировалась и охранялась.

А сейчас никого не было. Странно это.

Но ведь они точно знали, что он здесь! Их наблюдатели доложили, что Коршунов приехал в порт после своей встречи со Стаховым и больше отсюда не уезжал.

Так, где же охрана?

— Всем внимание, — тихо произнёс он, включая рацию. — Следите за тем, что происходит вокруг. Продолжаем операцию. О любых странностях тут же докладывать мне.

Дождавшись подтверждения от командиров всех трёх отрядов, Алик и сам двинулся вперёд. Он и ещё восемь верных гвардейцев рода Калининых медленно продвигались по порту вслед за остальными силами. В полной и абсолютной тишине. У каждого бойца имелись специальные артефакт, делающие их шаги и движения полностью бесшумными.

Медленно обходя складскую зону, Алик контролировал своих людей, что сейчас постепенно выходили на позиции для удара. Груды грузовых контейнеров. Пара портовых кранов с вытянутыми балками, что замерли на своих местах. Стоящий у пирса сухогруз. Всё это словно замерло в тишине.

Дойдя до места, откуда хорошо было видно административное здание, Алик выглянул из-за контейнера и опустил на глаза закреплённый на шлеме электронный монокуляр. Хитрое устройство заменяло ему тепловизор, прибор ночного зрения и бинокль. Все его люди имели подобные, так что темнота не представляла из себя какую-либо помеху.

Прикрыв один глаз, он взглянул на здание впереди. До него было около двух с половиной сотен метров, но для монокля это раз плюнуть. Приблизив изображение, Алик осмотрел горящие ярким светом окна. Видимо у них там действительно имелся генератор, раз выключение подстанции не отрезало им электричество намертво.

Жалюзи на окнах второго этажа были опущены, но пробивающегося через них изнутри света было более чем достаточно для того, чтобы заметить движущиеся внутри тени. Вот одна из них подошла ближе к окну. Рядом с ней встала другая. Затем обе отошли куда-то в сторону.

Алик включил рацию.

— Второй, что говорит «сенсор»?

— Внутри пять человек, — тут же доложил тот. В его отделении имелся единственный одарённый с сенсорными способностями. Жаль только, что использовать он мог их лишь с небольшого расстояния. Метров тридцать и не более. Так что им пришлось подобраться ближе всего. — Трое из них одарённые. Сенс ощущает их ауры.

— Ясно. Внимание всем. Действуем по запасному плану. По моему приказу.

В ответ пришли лишь короткие подтверждения. Никаких вопросов или сомнений. Его люди сразу же приступили к исполнению.

В каждом из трёх отрядов, что сейчас окружали административное здание, имелся боец с весьма специфическим вооружением. Каждый нёс на своих плечах реактивные гранатомёты с термобарическими боеприпасами.

Как только поступила команда, каждый из них тут же вскинул ракетницу на плечо и прицелился.

— Огонь! — приказал Алик, и царящая в порту тишина оказалась разорвана оглушительными хлопками сразу трёх реактивных гранатомётов.

Оставляя за собой дымные шлейфы, три ракеты влетели в окна второго этажа. Взрыв снёс почти весь этаж, вспухнув ярким шаром жёлто-оранжевого пламени. Во все стороны посыпались горящие обломки, огненным дождём падая с неба.

— Внимание! Проверить тела, — крикнул в рацию Алик. — Всем быть начеку.

Он знал, насколько трудно убить одарённого. Да, они напали неожиданно, но, будучи достаточно хорошим бойцом, он держал в уме, что его противники могут быть уже под доспехами. Значит, обычное оружие их не убьёт. По крайней мере не сразу. А вот взрыв сразу трёх боеприпасов объемного взрыва не только разнесёт всё, что там находилось к чертям собачьим. Нет! Ко всему прочему эти штуки ещё и сожгут весь доступный кислород в небольшом радиусе, создав зону настолько сильного отрицательного давления, что она вытянет воздух из лёгких тех, кто умудрился пережить взрыв.

Но, даже в такой ситуации оставался небольшой шанс на то, что кто-то мог выжить.

Потому ему было важно проконтролировать, чтобы…

— Это Третий, — прозвучало в наушниках. — Есть движение в обломках.

— Добить выживших! — рявкнул в рацию Алик. — Немедленно!

Почти сразу же послышались тихие хлопки выстрелов. Их винтовки были оснащены глушителями, но даже они не могли превратить выстрелы в бесшумные «пиу-пиу», которые представляют себе дилетанты. Впрочем, их было более чем достаточно для того, чтобы хлопки выстрелов не ушли дальше территории порта.

— Готово, — доложили по рации. — Минус двое. Здесь ещё три трупа.

— Они точно мертвы? — на всякий случай спросил Алик, всё ещё отказываясь верить в то, что всё вышло так быстро и просто.

— Гарантировано, — отозвался третий. — Пульса нет.

— Коршунов?

— Проверяем… да. Есть.

— Ты уверен?

— Тела сильно обгорели, но у этого родовой перстень на пальце. И по комплекции подходит.

Услышав это, Алик позволил себе короткий вздох облегчения. Похоже, что всё вышло даже легче, чем он предполагал.

— Забери кольцо. Граф просил подтверждение. Проверить окружающую территорию. Если есть свидетели — отправить их в расход. Сворачиваемся и уходим.

Как только пришли подтверждения, все три отряда начали постепенно оттягиваться назад к границам портовой зоны. Следовало убраться побыстрее, пока сюда не примчались пожарные команды. Разрушенное административное здание всё ещё полыхало и огонь даже не думал утихать…

Ослепительная вспышка ударила его в глаз с такой яркостью, будто кто-то зажёг перед ним Солнце. Алик сорвал с головы монокуляр, пытаясь проморгаться, но всё, что он видел — яркий свет, который лупил его прямо в глаза.

Он до сих пор не мог понять, как ему это удалось. Скорее всего сработали вбитые в голову и мышечную память рефлексы. Он бросился в сторону ещё до того, как прозвучал первый выстрел. Очень и очень громкий выстрел.

А вот стоящие рядом с ним бойцы такой прытью похвастаться не успели.

Тяжёлые экспансивные пули калибра двенадцать и семь миллиметров ударили их в головы, опрокидывая тела на землю. Убить их подобное не могло. Каждый находился под покровом магического доспеха. Магическая защита остановила пули, не дав им разорвать головы бойцов будто перезрелые арбузы.

Но, с кинетической энергией магия ничего поделать не могла. Каждому из них словно молотом в лицо ударили. Это дезориентировало. Сбивало с толку. А затем снова. И снова. Невидимые стрелки стреляли почти без остановки, вколачивая тяжёлые пули точно в голову упавших на землю гвардейцев Калинина.

Одному хватило четырёх попаданий для того, чтобы лишиться концентрации и уронить свой доспех. В тот же миг его голова разлетелась ошмётками. Другой выдержал три. Но затем и его голова взорвалась брызгами крови и осколками костей.

Алик успел перекатится за один из контейнеров. Сделал он это не так технично и ловко, как рассчитывал. Один из невидимых стрелков всё же настиг его. Попавший в спину выстрел превратил техничный кувырок в нелепый кульбит. Но доспех выдержал.

— По нам стреляют!

— Первый мёртв, — орал другой голос.

— Я ничерта не вижу! Где они⁈ — кричал Третий.

В радиоконале начался форменный хаос. Выстрелы тяжёлых винтовок, а Алик уже был на сто процентов уверен в том, что это именно они, разносились над портом, превращаясь практически в единую и непрекращающуюся канонаду.

— Успокоились! — рявкнул в рацию Алик. — Заткнулись все! Живо! Сбор на мне! Выходим из порта!

Он надеялся на то, что находящиеся под обстрелом люди услышат его приказы, но, похоже, что ошибся. Проклятая паника в радиоэфире продолжалась. Алик попытался выглянуть за угол, но не смог ничего рассмотреть из-за ослепительного света, что бил ему прямо в глаза. Лишь через несколько секунд он понял, что случилось. Эти ублюдки поставили по периметру мощные прожекторы, направленные внутрь. И теперь эти хрени ослепили его и его людей, пока невидимый противник расстреливал его людей, как уток в тире.

Простая на первый взгляд операция неожиданно превратилась в один огромный капкан. И они только что засунули в него свою ногу по колено.

А, что делает зверь, попав лапой в капкан? Он её отгрызает, чтобы спастись.

— Прекратить панику, вашу мать! — скомандовал Алик. — Занять оборону. Третье отделение отвлечёт противника на себя! Остальным приступить к поиску и уничтожению противника! И бейте по этим долбанным прожекторам!

Чёткие и резкие приказы смогли восстановить порядок. Почти сразу же посыпались ответные выстрелы. По большей части, конечно, его люди стреляли по слепящим прожекторам. И попадали. Трудно промахнуться в такой ситуации. Один за другим, источники яркого слепящего света начали гаснуть.

— Они на кранах! — доложил кто-то в рацию и тотчас же половина людей Алика сконцентрировала свой огонь на массивных стальных конструкциях.

Алик даже успел заметить несколько фигур, что спешно скрылись за балками, когда на них обрушился град выстрелов. Вместе с тем начали поступать доклады о потерях. Всего за десяток секунд его отряды лишились двенадцати человек. Досадная и очень болезненная потеря.

Но теперь всё изменилось. Эффектная и, как бы больно это не было признавать эффективная ловушка сработала. Но момент неожиданности и растерянности прошёл. Бойцы гвардии Калинина собрались, заняли позиции для обороны и теперь сами огрызались. Установленные по периметру порта прожектора гасли один за другим, вновь погружая окружающую местность во тьму.

Их ударили. И ударили больно. Но количественный и качественный перевес всё равно на их стороне. Вот один из стрелков получил несколько очередей в грудь и камнем упал с крановой балки прямо в воду. Через пару секунд, вокруг конструкции второго крана вспыхнул яркий огненный шар. Его бойцы выпустили туда оставшуюся у них термобарическую ракету.

Они могли победить. Алик не сомневался в этом. Как и в том, насколько опасным могло быть подобное заблуждение. Им нельзя было задерживаться здесь дольше положенного. И, всё таки…

— Внимание всем! Давим их! — крикнул он. — Убить их всех! И уходите от света прожекторов!

И сам же подал пример своим людям, первым бросившись между контейнерам на звуки всё ещё стреляющих тяжёлых винтовок. У них ещё есть время! Всё, что нужно — быстро покончить с противником и уйти отсюда до того, как прибудут пожарные и другие службы…

Тяжёлая экспансивная пуля ударила его в лицо с такой силой, что этот удар сбил его с ног и уронил на спину. Мир перед глазами поплыл, но Алик успел заметить, как перед этим кто-то спрыгнул прямо перед ним и его людьми.

Тёмный комбинезон. Разгрузка с бронежилетом. В левой руке крупнокалиберный пистолет, в то время, как правая сжимала убранную в ножны катану.

Неожиданный враг растворился в воздухе, в тот же миг появившись прямо посреди его людей. Жуткого вида пистолет разорвал воздух громоподобным грохотом выстрелов, отправляя одну за другой пули к своим целям. Незнакомец стрелял до омерзительного точно, целясь по головам людей Алика, сбивая их выстрелами с ног и дезориентируя.

Вот с одного из них спал доспехи и следующий выстрел проделал дыру в его голове. Другой попытался выстрелить в ответ, но парень катаной отвёл винтовку в сторону и разрядил остатки пистолетного магазина прямо его в лицо.

Затвор с щелчком выбросил последнюю стреляную гильзу и замер в заднем положении. Но их противник даже не обратил внимания на случившееся. Вместо этого он взмахнул катаной, сбросив с неё деревянные ножны и ворвался в рукопашную. Один удар. Другой. Разрубленные винтовки падают на землю. На глазах Алика два разряда молний сожгли двоих его людей за доли секунды, оставив на месте обоих обугленные тела.

Всё это заняло не больше четырёх или пяти секунд, а четверо из восьми бойцов Алика уже лежали трупами на земле.

— Это Коршунов! — проорал он, поняв, кто именно на них напал. — Он жив! Стреляйте! Убейте его!

И сам первым же вдавил спусковой крючок своей винтовки.

Грохот четырех винтовок, отражённый от стенок контейнеров оглушил его. Но ни одна из пуль не достигла цели. Напавший на них молодой барон просто упал спиной назад и словно сквозь землю провалился, утонув в появившемся на секунду тёмном пятне.

— Этот ублюдок может перемещаться через тени! — крикнул Алик, вскакивая на ноги и бросаясь по узкому проходу между контейнерами! — Отходите назад! Всем, отступаем! И следите за тенями!

Дерьмо! И ведь он сам приказал своим людям отступать от света прожекторов. Туда, где теней было столько, что скрыться от них не представлялось никакой возможности…

Появившаяся впереди вспышка света едва не ослепила его.

Сначала он подумал, что кто-то за каким-то чёртом притащил один из прожекторов прямо сюда, но, затем, понял, как сильно он ошибся.

Хлынувший в проём между стоящими рядами контейнерами свет оказался ни чем иным, как пламенем. Ярким. Ослепительным и обжигающим. Поток ревущего огня пролился на них подобно морской волне, утопив всё в ревущем пламени. Доспехи защитил, дав несколько секунд на то, чтобы бросится в сторону от новой, неожиданной угрозы, но это слабо помогло. Окружающий воздух раскалился настолько что его даже вдыхать было болезненно.

А в канале связи уже царила настоящая и неподдельная паника.

Его люди кричали, требуя поддержки. Кто-то докладывал о странной темноволосой женщине, что одним прикосновением выворачивала их тела чуть ли не наизнанку. Другие сообщили про здоровенного голема. Алик даже успел услышать крик одного из своих людей. Тот, видимо, столкнулся с тварью лицом к лицу и его голос сорвался на булькающий крик.

Через пару секунд над головой пролетела половина разорванного тела и с влажным шлепком врезалась во что-то.

Сбоку доносились громкие выстрелы. И это были уже не те проклятые винтовки. Тренированный слух сразу опознал автоматическое оружие крупного калибра, но никто из людей Алика не был вооружён чем-то подобным. И судя по тому, с какой увлечённостью неизвестные палили по его бойцам, выходило это у них до отвратительного не плохо…

На стенке контейнера мимо которого бежал Алик с товарищами появилось тёмное пятно. В ту же секунду один из его людей упал на землю, получив пулю в голову, а рука с пистолетом скрылась обратно в теневое пространство.

А через секунду молодой барон выскочил из теней с другой стороны прохода, разрядив остатки патронов по остальным бойцам Алика, сбивая им доспехи. Всего несколько мгновений и взмах катаны сносит голову одному из них. А проклятый Коршунов просто растворился в воздухе раньше, чем ответные выстрелы его настигли.

Это какой-то бред. Алик быстро перезарядил собственную винтовку, водя стволом из стороны в сторону. Тем же самым рядом с ним занимались двое уцелевших бойцов. Кто-то зажёг пару ярких файеров, бросив химические факелы в стороны и срезая часть теней их светом.

— Где он? — спросил один из уцелевших бойцов. — Вы видите его?

— Нет, — ответил другой. — Что нам делать, капитан?

Алик не ответил, старательно накачивая успевший просесть доспех энергией.

— Уходим отсюда, — вырвалось из него. — Надо уходить.

Он даже попытался повторить этот приказ остальным…

…до только в рации ему никто не ответил. Алик вдруг с удивлением понял, что больше не слышит выстрелов. Вообще. Больше никто не стрелял. Не было докладов по рации. Звуков боя. Совсем ничего.

— Капитан…

— Заткнись! — оборвал подчинённого Алик, судорожно пытаясь придумать, что ему делать дальше.

Может быть, будь у него чуть больше времени, он бы и нашёл выход. Да только это сделали за него.

На земле, в том месте, где свет файеров создавал порожденную его собственным телом тень, появилось тёмное пятно. Заметивший его самым краем глаза Алик навёлся и выстрелил раньше, чем даже успел это осознать. Часть пуль раскрошила бетонное покрытие, а другая просто улетела в тёмное пятно, исчезнув.

А в ответ прямо ему в лицо вылетел металлический шар размером небольшое яблоко.

— Граната! — истошно заорал он, рыбкой бросаясь в сторону, но и так понимая, что уже слишком поздно.

Взрыв раскидал его и всё ещё остававшихся в живых его людей в разные стороны. Эта штука оказалась куда мощнее, чем обычные ручные гранаты. Что-то магическое. С одного из его людей сорвало и без того уже просевший защитный покров и изорвало тело осколками.

— Саечка за испуг, — неожиданно произнес голос у самого его уха.

Ещё дезориентированный, Алик кинулся в сторону, одновременно с этим выпустив очередь из винтовки. Пули прошили пустоту, оставив с десяток дыр на металлической стенке контейнера. Последовавший за этим удар катаны выбил винтовку из его рук.

Первый выстрел ударил его в голову. Второй, последовавший сразу за ним, попал туда же. Где-то рядом закричал последний остававшийся в живых гвардеец Алика.

Толстая, покрытая швами и десятками пулевых отверстий массивная человеческая рука порвала металл контейнера. Схватила парня за голову и тут же утащила его внутрь. Раздавшийся вопль оказался ещё громче предыдущего, но очень быстро оборвался.

Алик же заметил это лишь краем глаза. Ему было не до того. Всё его внимание привлёк к себе разряд молнии, попавший прямо в лицо. Запахло горелой кожей и палёными волосами. Ослепленный, он ощутил, как две пули ударили его в грудь, окончательно срывая защитный доспех, а третья пробила бок. Через секунду острое лезвие полоснуло его по ногам и Алик упал, не способный больше стоять.

Он попытался достать из кобуры на правом бедре пистолет, но лезвие клинка пробило правое плечо, перерезаяая сухожилия и лишив руку хоть какой-то подвижности.

— Охренеть вы бардак устроили, конечно, — прозвучал недовольный голос. — И? Кто за всё платить потом будет?

Мир перед глазами всё ещё безумно вращался, постепенно покрываясь красной пеленой.

— Алик? — неожиданно прозвучал голос графа в наушнике. — Что у вас происходит? Вы убили Коршунова⁈ Отвечай!

Возникший перед ним молодой барон наклонился и снял с головы гвардейца наушник, при этом чуть повернув его. Теперь Алик понял, почему так неожиданно упал. Обе его нижние конечности оканчивались обрубками выше колен. Последнее, что увидел перед своей смертью последний остававшийся в живых гвардеец рода Калининых было немного уставшее, но очень довольное лицо Владислава Коршунова.

* * *

Повертел наушник и приложил его к уху.

— … лик, отвечай немедленно! Вы убили его или нет⁈

А сам то ты, как думаешь, кретин. Немного повертел в руках и нашёл кнопку.

— Отгадайте загадку, ваше вашество, — предложил я.

— Что⁈ Кто это?

— Две ноги и море крови. Что это?

— Коршунов!

— Не правильно, — поправил я его. — Это половина твоей дохлой псины. На самом деле все твои ребята, которых ты послал за моей головой, уже мертвы. Так что готовься. Я иду за твоей графской задницей. Скоро увидимся.

— МЕЛКИЙ УБЛЮД…

Я наступил ботинком на брошенную гарнитуру, раздавив её. Не, ну а что хорошего он мне скажет? Правильно. Ничего особенного.

С жутким скрежетом из дыры в контейнере появилась голова. Голем посмотрел на меня, деловито жуя оторванную руку.

— УМФУФУ? — вопросительно промычал Фрэнки.

— Этих тоже можешь сожрать, — махнул я на лежащие на земле тела. — Заслужил.

— Умфуфу, — уже куда более удовлетворенно, но всё так же тупо промычал голем и начал выбираться из дыры наружу.

Нет. Правда заслужил. Этот жуткий кадавр в одиночку размотал целый отряд! И получил за это по полной. На его дохлом теле места живого нет. Вон, всё тело в дырках от пуль. Вместо одного глаза вообще дыра такая, что можно кулак засунуть, а часть черепа снесло нафиг, открыв взгляду сшитые из отдельных кусочков мозги.

Не став смотреть на трапезу, включил уже свою рацию.

— Андрюха, докладывай.

— Никто не ушёл. Всех положили, — недовольным голосом сказал он.

— Потери?

— Одного потеряли, — проговорил он, расстроенный и злой. — И ещё шестеро трёхсотые. Виктория уже занимается ими, но для дальнейшего они не пригодны.

Чёрт. Я всё же рассчитывал справится без потерь. Всё сработало практически идеально. Практически… если бы не не это. Кто же знал, что они пришлют сюда столько народу⁈ Я рассчитывал, что это будет человек пятнадцать — двадцать. Но никак не шестьдесят рыл. Слава богу, что Виктория притащила своего питомца. Без него, боюсь, было бы ещё хуже.

— Ладно. Что по…

Раздавшийся в городе далёкий взрыв не дал мне договорить. Над городом завыли тревожные сирены и одновременно с ними зазвонил мой телефон.

И вслед за этим со стороны города донеслись раскаты взрывов.

— Да? — ответил я на звонок.

— Коршунов⁈ Они всё же решились на это! — проговорил телефон голосом графа Голотова. — Мне только что доложили из столицы. Они начали свой переворот.

Мда, ночка обещает быть жаркой.

Глава 17

— Влад! — раздался окрик, когда я практически уже успел подбежать к машине и открыть дверь. Обернулся и увидел спешившего ко мне Кузнецова. Андрей на ходу достал что-то из кармана и бросил мне блестящий предмет.

Поймал. Посмотрел и довольно хмыкнув нацепил родовой перстень обратно на средний палец левой руки.

— Спасибо.

— Потом сочтёмся.

— Залезайте, — приказал я ему и подошедшим. — Ночка будет жаркой.

Будто желая подтвердить мои слова где-то далеко в городе раздался ещё один взрыв, а к небу взметнулся огненный шар.

— Охренеть, — только и выдал один из бойцов. — Что происходит-то?

— Наши «друзья» решили, что править страной им будет сподручнее, — отозвался я, закидывая убранную в ножны катану в машину и залезая следом. — Андрюха, где у тебя патроны?

— Ящик на заднем сиденье, — тут же ответил он, забираясь в машину спереди следом за мной.

Народ быстро упаковался в джипы. Рядом со мной тут же уселась Софи, а вот Викторию брать смысла не было. Кто-то должен был ухаживать за ранеными. Как только все залезли, три внедорожник быстро выехали с территории порта и направились прямо в город.

— Так, что происходит? — снова спросил Кузнецов.

— Я же говорю…

— Не, я в тактическом смысле.

— А, понял… подожди, где ты сказал патроны?

— Да сзади они, в багажнике.

Я перегнулся через сиденье. О, как! Весь багажник был уставлен оружием, цинковыми ящиками для патронов, коробками с магазинами, гранатами и всем прочим. Сбоку даже лежали пулемёт с уже пристёгнутой лентой в коробе и несколько заряженных гранатомётов.

— Охренеть, вы, что, из схрона Габриэлы всё, что там было вытащили?

— Ты же сам сказал: берите всё, что нужно! Ну мы и взяли.

— Я же не имел в виду вот прямо всё! И, что? В остальных машинах так же?

— Конечно, — с гордостью заявил он. — Мы себя не обидим.

— Да уж кто бы сомневался, хомяки вы несчастные. Эх, и выставит же она мне счёт после всего этого.

Мда. С другой стороны в чём-то он прав. Порылся немного и нашёл патроны для своего пистолета. Мне его лично выдал Андрюха, когда я сказал ему, что именно мне нужно. В целом — не прогадал. Десять патронов в магазине. Большой калибр и тяжёлые пули с высокой останавливающей силой.

— Короче, ситуация такова, — принялся пересказывать я то, что рассказал мне Голотов и одновременно запихивать патроны из коробки в пустые магазины, а те в кармашки на своей разгрузке. — Нашего дорогого графа из ИСБ сейчас обложили так, что не позавидуешь. Местное отделение ИСБ в осаде. Плюс, похоже, бои идут по всей территории города. И в них участвуют военные. Зуб даю, что как минимум чатсь из них совсем не на нашей стороне.

— Дерьмово, — резюмировал Андрей. — И как тут понять, в кого именно стрелять не стоит? Не хотелось бы ошибиться.

— Таки да, — я быстро перезарядил пистолет и проверил затвор. — И это только полбеды. В столице началось тоже самое.

— Что? Да ладно⁈

— Угу. Так что пока мы тут сами по себе. Придётся расхлёбывать эту кашу.

А сам задумался. Не виноват ли я в том, что случилось? Я всего-то хотел спровоцировать этих хитрожопых засранцев на какую-нибудь глупость. Но не на такое же! Кто же знал, что они психанут и решат пойти ва-банк? Правильно. Вот и я не знал.

— Так, что сейчас делаем? — спросило Кузнецов.

— Едем и вытаскиваем Голотова. А там будем посмотреть.

— Даже боюсь подумать о том, чем они его так прижали, что эта ИСБшная задница сам не может разобраться со своей проблемой.

— Вот и я о том же.

Все три наших внедорожник свернули на боковую улицу и вскоре выехали на проспект. Машин почти не было. Да и людей, в целом, на улицах было мало. Когда началась стрельба, то народ поспешили сделать самое разумное, что только могли прийти им в голову — спрятаться по домам и носа своего не показывать. Правильное решение.

Пока ехали, над нашими головами пролетели два военных вертолёта. Обе вертушки двигались куда-то в сторону западной части города. Как раз туда, где и находилось отделение ИСБ.

— Вась, помедленней, — неожиданно сказал Кузнецов.

— Что там? — я пролез между сиденьями и увидел через лобовое стекло военный блокпост.

Там сейчас стояло несколько военных джипов, военный бронетранспортёр, а большая часть дороги оказалась перекрыта пластиковыми заграждениями и солдатами.

— Стреляем или валим? — спросил у меня Кузнецов.

— А ты уверен, что эти ребята не на нашей стороне? — поинтересовался я в ответ.

— Справедливо. Чё делаем?

— Давай, едем, только не спешно.

Андрей хлопнул водителя по плечу и наша машина снова поехала вперёд. Только в этот раз медленно. Солдаты заметили наше появление и взмахами рук приказали остановится. Ещё и стволы автоматов на нас направили. Ну, не мне их судить. В такой неразберихе я сам бы на их месте стрелял бы во всех, в ком не уверен. Как говорится, бог сам разберётся кто есть кто.

— Тормози! — крикнул один из солдат, махая нам рукой и наша машина послушно остановилась, не доехав метров пятьдесят до установленного блокпоста. — Вышли наружу с поднятыми руками! Живо!

— Сидите тут, — быстро приказал я, вылезая наружу. — Если что…

— Да сами знаем, — кивнул Кузнецов и повернулся к Софии. — Эй, подруга, передай-ка мне один из гранатомётов…

Мда. С ним не забалуешь. Я закрыл дверь и неспешно пошёл на встречу к солдатам, подняв пустые ладони на уровень плеч. Мимоходом отметив, что все они были одеты в стандартную форму российской императорской армии. На плечах были какие-то яркие синие нашивки или повязки.

— Стой там! — рявкнул военный, когда я не дошёл до него метров пятнадцать. — Кто такой?

— Барон Коршунов! — крикнул я в ответ. — А вы?

— Шестой полк императорской армии. Под командованием…

Честно говоря без понятия. Названную фамилию я не узнал. Меня куда сильнее заботила реакция солдат на то, что я признал в себе аристократа. У нескольких из них на лицах появилось выражение то ли брезгливости, то ли отвращения.

Случившиеся дальше события произошли практически одновременно. Говоривший со мной вояка буркнул что-то в свою рацию и башня бронетранспортёра повернулась в сторону наших машин.

В тот же миг все солдаты, как один направили на меня стволы автоматов и без предупреждения открыли огонь.

Я же едва успел выставить перед собой щит, приняв на него большую часть выстрелов и ощущая, как попавшие в него пули просаживают защиту. Но такое положение продолжалось недолго. Сбоку с воем пролетела ракета, ткнувшись в нос бронированной машины. Вспыхнувший взрыв разворотил морду так и не выстрелившего бронетранспортёра, а стоявших по близости солдат расшвыряло во все стороны, словно игрушечных кукол.

Те, кому повезло устоять на ногах открыли огонь в мою сторону, но меня в том месте уже не было. Я быстро телепортировался рывком в сторону и назад, к своим машинам, успев запрыгнуть в одну из них практически находу.

— Держитесь! — крикнул водила, вжимая газ в пол. Внедорожник басовито зарычал двигателем, разгоняясь, а затем влетел прямо в установленные заграждения. Пластиковые конструкции взорвались ворохом брызг, когда находящаяся внутри вода выплеснулась во все стороны.

Обычные машины это может быть и остановило бы, но только не бронированные джипы Андрея. Все три внедорожника проскочили горящие остатки блокпоста и устремились по проспекту. Правда долго наша поездка спокойной не была. Не прошло и двадцати секунд, как по корпусу сзади застучали пули.

— За нами хвост, — предупредил водитель, быстро бросив взгляд в зеркало заднего вида.

— ДА ЧТО ТЫ⁈ — не удержался я, под аккомпанемент попадающих по бронированному кузову пуль.

— Ну? Как поговорили? — крикнул мне Кузнецов, выкинув в окно пустую трубу гранатомета. — Ты вкурсе, что переговорщик из тебя так себе?

— А вам лишь бы критиковать, — недовольно буркнул я и полез за заднее сиденье, туда где лежало сложенное оружие. — Запомни, видишь синие повязки — можешь стрелять без оглядки.

— Да и так уже понял. Ты чем их спровоцировал? Опять своими тупыми шутками?

— Нормальные у меня шутки! Они за стволы схватились едва только моё имя услышали… О! иди к папочке.

Я поудобнее ухватил пулемёт, подтащил его к себе вместе с лентой. Поняв, что я собираюсь сделать, Андрей без вопросов перегнулся назад и щёлкнул пару замков на потолке, открыв люк в крыше.

— Только осторожней, у этой дуры лютая отдача…

— Ещё поучи меня, — отозвался я, сунув ствол пулемёта в люк.

— Поучу. Предохранитель не забудь! — не преминул он мне напомнить про мой прошлый косяк.

— Ой, иди в задницу, Андрюха, — Я высунулся в проём в крыше и плюхнул эту бандуру на сошки прямо на крышу джипа.

Четыре армейских внедорожник преследовали нас по проспекту, не прекращая стрелять и постепенно нагоняя. Ну, сами напросились. Потому, что сейчас пойдёт настоящая потеха.

Прицелился, на всякий случай подпитал тело энергией усиливая хватку на оружие и нажал на курок. Пулемёт дёрнулся у меня в руках с непривычки, дав короткую очередь. Да только большая часть пуль прошла мимо.

— Мазила! — раздался крик из салона.

Хотелось послать его куда подальше, но вместо этого я добавил телу энергетической подпитки и прицелился получше.

В этот раз дело пошло явно веселее. Длинная очередь разнесла лобовуху первому преследователю, раскрасив всё, что находилось внутри красным. Машина вильнула в сторону, врезалась в припаркованные у обочины автомобили и смачно раздавила их в смятку.

Правда я на это внимания особо не обратил, быстро перенацелив ствол пулемёта на другую машину. И, что называется, зажал от души. Грохот стрельбы практически оглушал меня, пока горячие и блестящие в свете ночных фонарей латунные гильзы сыпались на дорогу.

Блин, всегда предпочитал ближний бой огнестрелу, но эта штука… длинная очередь разворотила верхнюю часть тела высунувшемуся стрелку, а затем распорола весь перед машины. Град пуль нашёл переднее левое колесо и в ту же секунду его порвало в клочья. Машина клюнула носом, перевернулась и закувыркалась по дороге, раскидывая во все стороны обломки.

Сбоку от меня ребята Кузнецова от души лупили с других машин. Кто-то даже выстрелил из подствольника. Не попал, правда. Впрочем, не так уж и страшно. Вторая граната, последовавшая за первой через пару секунд угодила куда надо, пробив лобовое стекло одной из оставшихся машин и взорвалась внутри. Тачка тут же вильнула в сторону, протаранив горящей мордой кафешку на углу.

Последнюю добил уже я, высадив в неё всю оставшуюся в коробе ленту патронов. В этот раз эффектно разделаться не получилось. Она просто стала резко замедляться, когда внутри не осталось никого живого. Да и сама машина больше походила на решето.

— Вот и постреляли, — я залез обратно и кинул пулемёт обратно за кресла. — Сколько нам ещё ехать?

— Минут пять-семь, — отозвался водитель. — Если пробок не будет.

— Юмористы фиговы. Ну, дай бог, чтобы проблем больше не было, — я достал телефон и набрал номер. Ответили мне не сразу. Пришлось ждать секунд двадцать, прежде чем на том конце сняли трубку. — Михаил Александрович? Как там у вас дела?

— Держимся пока, Коршунов, — отозвался граф и на заднем фоне что-то оглушительно бухнуло. — На их стороне солдаты…

— Да, я в курсе., Встретили этих ребят по пути к вам. Если это будет полезно, то, похоже, что эти засранцы таскают на себе…

— Синие повязки, — перебил меня Голотов. — Да, я в курсе. Это не меньшая из наших проблем.

— Куда уж больше.

— Есть куда, — раздражённо произнёс граф. — Эти войска принадлежат Калинину.

— Кому?

— Графу Василию Калинину. Старый «армейский» род. Из числа тех, кто всю жизнь проводят в погонах. Мы предполагали, что с ним может быть не всё чисто, но доказательств не было. Проклятие!

Из динамике раздался звук нового взрыва. Вслед за ним полетели крики. Похоже, что дела там шли сильно так себе.

— Послушай меня, Коршунов. Никому не доверяйте! Ты понял меня! Мы не можем знать, кто ещё на их стороне.

— Да я и так это понял. Вы сейчас где?

— Забаррикадировались на третьем этаже в главном зале.

— Понял. Держитесь там. Мы скоро.

Выключив телефон, перегнулся через сиденья вперёд.

— Долго ещё?

— Почти приехали, — отозвался Андрей, указав в сторону поднимающегося над домами зарева пожара. — Как будем действовать?

— Я пойду внутрь, а вы чистите всё вокруг здания. Всех у кого эти грёбаные повязки — в расход. Софи останется с вами и поможет.

— Понял.

Наши джипы резко свернули на боковую улицу и остановились, не доезжая полтора квартала до площади где располагалось отделение ИСБ Владивостока.

Нет, я конечно понимал, что нашего дорогого графа обложили знатно, но не ожидал что прямо настолько.

Здание, где располагалась владивостокская штаб квартира ИСБ находилось на площади в западной части города. И сейчас эта самая площадь без шуток напоминала настоящее поле боя. Повсюду лежала обгоревшая и поврежденная техника. И тела. Целая куча тел. Само же здание выглядело так, словно его долго и упорно расстреливали из тяжёлых калибров. Три обгоревших БТРа как бы намекали на то, кто в этом виноват. От красивого фасада не осталось почти ничего. Большая часть окон первого, второго и третьего этажа выбиты. Из некоторых вырывалось пламя начавшихся пожаров. Левая половина здания вообще выглядела так, будто кто-то вморозил её в какое-то странное подобие красного льда или кристала.

И, что ещё хуже, защитники здания явно проигрывали. На площади всё ещё оставались живые солдаты с проклятыми повязками. Часть из них занималась ранеными, в то время, как другая перетаскивала раненых к уцелевшим машинам. Из-здания почти не стреляли. Несколько автоматических турелей, раньше скрытые фальш панелями на фасаде, теперь разбитые грустно висели на манипуляторах. В общем так себе картина.

— Так. Все поняли, что им делать? — в последний раз уточнил я.

Народ кивнул.

— Тебе точно не нужна помощь? — уточнил Андрей, на что я покачал головой.

— Сам разберусь. Прикрывайте Софию. Она у вас сейчас главный калибр. Валите всех, кто будет стрелять в вашу сторону.

— Да как бы тут все этим не занимались, — пробурчал один из ребят Кузнецова, за что тут же получил подзатыльник от своего командира.

— Мы всё поняли, Влад. Можешь на нас рассчитывать.

— Ну вот и славно. Начнёте через пять минут.

Прихватив катану, оставил ножны в машине и быстрым шагом двинулся по переулку, обходя площадь. Прошёл несколько домов и зашёл к площади сбоку. На пути мне попалась несколько солдат. Видимо охраняли улицу. Короткий рывок, пара ударов катаной и я двинул дальше, оставив за собой пару мёртвых тел. Эти ребята сами сделали свой выбор.

Выглянув за угол здания, понял, что нашёл нужное место. Как раз сбоку от правого крыла владивостокской штаб-квартиры ИСБ. Так. Приготовились. Будет не очень приятно…

Делаю рывок и техника выкидывает меня практически там, где надо.

Практически.

Сука, не люблю я это слово! Чутка промахнулся, появившись в реальном пространстве метра на три выше того места, где хотел. От неожиданности рухнул на наклонную крышу, покатившись по ней к самому краю. Так бы и закончилась эта эпопея глупым падением с высоты пятого этажа, но я успел воткнуть лезвие клинка в крышу. Меч пробил тонкий металл, замедлив скольжение, а затем и вовсе остановив его. Клинок напоролся на что-то едва не выскочив у меня из руки.

Пофиг, главное, что удержался. Залез в один из карманов разгрузки и достал небольшой пластиковый пузырёк. Сорвал крышку и выпил содержимое, ощущая, как тело снова начинает наполнять энергия. Я всё ещё не восстановился до конца после Японии, а схватка в порту сожрала слишком много сил. Уж больно прыжки через теневой план были затратны по энергии. Так что пришлось запасаться вот такими вот энергетиками. Эти штуки позволяли довольно быстро восстанавливать резерв, да только выдыхались быстро. В моём случае не так уж и страшно. Главное найти себе противника посильнее, а там можно будет и запас восполнить.

Не люблю я «пить» людей, но сейчас другого выхода просто не было. Эх, имей я возможность призвать Сэру, Акса и остальных было бы куда, как проще. Но, имеем, что имеем.

Прошёлся по крыше, аккуратно заглядывая в потолочные окна. Внутри темно и практически ничего не видно, но оно мне и не нужно. Я и так чувствовал находящихся внутри людей. Три группы, не считая отдельных небольших групп людей, что сейчас обыскивали здание. Большая часть как раз на третьем этаже. Одна из них находилась как бы центре, а вот оставшиеся две находились словно бы с двух сторон. Теперь понятно, где находился Голотов со своими людьми.

Вот в комнату подо мной заходят трое. Все с синими повязками на плечах и с оружие в руках. Явно ищут людей. Ну, можно сказать, что они нашли.

София начала в тот момент, когда я выстрелил в стекло у себя под ногами. Так что прежде чем упасть вниз в ворохе осколков разбившегося стекла, успел заметить огненную волну, что прошлась по краю площади, слизывая находящихся там людей.

А я рухнул вниз, прямо на головы своих противников.

Глава 18

— ЭТО КОРШУНОВ!!! ОН В ЗДА…

Взмах катаны отсёк солдату голову, не дав закончить фразу.

Посуетившись, я тут же пинком отправил её в лицо другому противнику. Попутно выпустил остатки патронов в пистолете в морду другому.

Чёрт, да сколько их сюда забилось-то? Я уже минут пять пытался прорваться по коридорам до Голотова и его людей. А в итоге добрался только до лестницы, что вела с пятого этажа на четвёртый.

Очередной выстрел отбросил затвор моего пистолета назад и тот замер в отведённом положении. Патроны закончились, но это не страшно. Последний как раз пробил магический доспех, бесполезно попав в бронежилет. Так что я добил засранца ударом молнии.

А, нет. Не добил.

В последний момент тот использовал какую-то странную технику. Что-то вроде воздушного щита или в этом вроде. Энергетический разряд просто распался на отдельные тонкие молнии, оставляя глубокие чёрные пропалины на стенах, полу и потолке.

В ответ в меня полетел с десяток воздушных лезвий. Пришлось срочно ставить собственный барьер на пути ответной техники. Думал парень выдаст небольшое их количество и успокоится, но, нет. Тот швырялся ими, как из пулемёта, нарезая окружающие стены и постепенно просаживая мой собственный щит. Сымпровизировав, я просто толкнул собственный барьер прямо вперёд по коридору. Словно бульдозерный отвал, он пронёсся вперёд снося всё на своём пути, в том числе и моего противника, явно не обидевшего подобной атаки.

А прилетевшая вслед за ним словно копьё катана прибила чела к стене, как бабочку.

Дальше уже проще. Вставить в пистолет новый магазин. Добить последнего, остававшегося без сознания противника. И бегом на лестницу, а то времени и так много на этих засранцев потратил.

— Что у вас? — спросил я в рацию, выдернув катану из стены и позволив мёртвому телу сползти на пол.

— Почти заканчиваем, — отозвался в наушнике голос Кузнецова. Будто подтверждая его слова, мерцающие в окне всполохи пламени на несколько секунд стали ещё ярче. — София добивает их транспорт.

— Кто-то ушёл?

— Несколько человек успели свалить по улице, но остальных девчонка поджарила.

— Отлично. Следи за ней, чтобы не перегрелась. Как закончите сразу двигайте сюда. И будьте поосторожнее.

— Не учи учёного, — буркнул в ответ Андрей и отключился.

Так. Ладно. Пошли дальше.

Открыл дверь и выглянул. Лестница была пуста, за исключением… она была пуста. Вот совсем. Ни охраны, ни солдат, ничего. Странно. Вроде тот чел пытался сообщить обо мне. Так, где же почётная и радостная встреча?

Ещё раз просканировав здание, понял простую вещь. Солдаты Калинина, что пытались прорваться к запертому на третьем этаже Голотову стали постепенно отступать. Видимо поняли, что их план пошёл по бороде.

Э, нет. Мы так не договаривались.

Перемахнув через лестницу, пролетел один пролёт и оттолкнулся от стены, запрыгнув на нужную площадку. Пинком раскрыл дверь, встретившись сразу с двумя десятками отступающих к лестнице солдат. Они уставились на меня. Я на них.

От грохота автоматной стрельбы едва не заложило уши. Кинулся в сторону, прячась за угол. Под таким свинцовым дождём даже мой собственный доспеха слетит за пару мгновений… вот ведь суки!

Из дверного проёма вылетала целая вереница гранат. Металлические шарики запрыгали по покрытому мраморной плиткой полу, весело отскакивая от него с металлическим звоном.

Взмахнул рукой, резким порывом ветра выкинув гранаты дальше, прямо в пролёт между лестницами. Четыре слаженных взрыва осыпали штукатурку со стен и наделили меня мерзким звоном у ушах.

Нет, так дела не делаются.

Сунул пистолет в кобуру и приложил ладонь к стене. Дальше уже просто, благо принцип известен. А если знаешь теорию, то с практикой уже легче. Подать на поверхность немного энергии. Скрытый за декоративными панелями бетон неохотно, но всё таки поддался. Работа с элементом земли не мой конёк. Тонкие манипуляции с ним мне никогда особо не давались. Но и тех навыков, что у меня есть тоже хватит. Когда не хватает контроля и тонкости — можно обойтись грубой силой.

Найдя нужный подход, принялся вливать в созданную технику собственную энергию. Подчиняясь моей воле, по всей длине коридора из стен вырвались десятки бетонных кольев.

Они вырывались из стен, пола и потолка, врезаясь в тела солдат Калинина и пробивая их на сквозь. Некоторым из противников повезло. Каменные пики утыкались в бронежилеты и другие элементы экипировки. Пусть это и спасало от мгновенной смерти, но всё равно особо не помогало. Силы удара более чем хватало для того, чтобы отшвырнуть раненного противника в противоположную стену, где его ждали уже другие каменные колья.

Резко оборвав технику, вышел в коридор, рассчитывая увидеть только трупы. В целом так всё и оказалось. В этот раз в меня уже никто не стрелял. Некому было. Практически все противники лежали истекающими кровью трупами на полу. Созданные магий каменные пики к тому моменту уже успели осыпаться бетонной пылью, лишившись внешней подпитки и превратившись в грязно-багряное месиво на полу. Запах в коридоре стоял такой, что кого другого на моём месте непременно бы стошнило бы.

Блин, перестарался немного. Рассчитывал оставить хоть кого-то для того, чтобы поднять собственный резерв, но, что уж поделаешь. Перехватив катану поудобнее двинулся дальше по коридору, пока не дошёл до здоровенной бункерной двери. Покрытие выглядело так, словно кто-то упорно пытался прожечь её автогеном или чем-то похожим.

Несмотря на это, выглядела она крепко, так что оставалась надежда на то, что скрывающиеся за ней люди были в порядке.

— Это Коршунов, — произнёс я в рацию. — Я у северного выхода. Голотов, вы там живы?

— Живы, — донеслось из рации, а я заметил расположенную под потолком камеру. Одну из немногих, что уцелели в здании. — Сейчас откроем.

Подтверждая его слова, послышался гулкий лязг тяжёлых засосов. Дверь вздрогнула и начала сдвигаться в сторону, открывая мне внутрь зала.

— Что так долго? — резко спросил граф, едва я только вошёл внутрь.

— А не слишком ли нагло, Михаил Александрович? — спросил я в ответ, рассматривая Голотова. — Я вам в спасатели не нанимался, вообще-то.

Выглядел он так себе. Рукава рубашки порваны и обожжены. На левой ноге пятна крови. Сразу видно, что бой тут у них вышел тяжёлым и трудным. Быстро пройдясь взглядом по комнате, насчитал порядка двух десятков людей. Большая часть из них ранена. Те, кто ещё как-то умудрялся стоять на ногах помогали своим товарищам. Если бы не прочная защита, одна только дверь была под пол метра толщиной, то их бы уже смяли. Тут-то и воевать уже некому оставалось. Вон, из потенциальных бойцов только сам граф и пара его охранников, что хоть как-то уверенно стояли на ногах.

— Что на улице?

— Минут пять было нормально. Сейчас уточню, — быстро связался с Кузнецовым и выслушал обстановку. — Мои ребята разогнали тех, кто там находился. Сейчас там безопасно, но я понятия не имею что там будет дальше. Если честно, то я вообще не владею информацией о том, что происходит в городе…

— Зато я владею, — отозвался Голотов.

Подозвав меня к столу, он указал на схематическую карту города на экране. Сейчас она пестрела десятками электронных пометок.

— Ситуация в городе близка к патовой. Те источники информации, что ещё остались у ИСБ здесь, во Владивостоке, докладывают о том, что, что за случившееся ответственен граф Калинин. Он и его люди ударили первыми, сразу несколькими группами.

— Да, я в курсе. Мы размотали одну такую группу в порту. Слушайте, как же вы такое проморгали? — искренне удивился я, разглядывая покрытую красными пятнами карту города. — Только не говорите мне…

— Я и не собирался, — недовольно буркнул Голотов. — Калинин не находился в списке наших подозреваемых. Наша ошибка. Его семья всегда была верна Империи. И нечего на меня так смотреть!

— Что?

— Знаешь, что!

— Эй, ваша светлость, я то тут причём? Вы попросили помочь, я помогаю…

— С такими помощниками… — вздохнул граф и потёр пальцами уставшие глаза. — Владивосток сейчас под их контролем. Калинин и его люди выступили одновременно с остальными заговорщиками в столице и других наиболее крупных и важных городах. Находящихся в городе аристократов они не трогают. Пока что, по крайней мере. Видимо не хотят тратить своих бойцов на размены с их гвардией.

— Странно. Одни только Уваровы могла бы…

Голотов вздохнул и покачал головой.

— Коршунов, не у всех гвардейцы из бывалых наёмников. У большинства это обычная охрана и дуболомы. Куда им против подготовленных военных Калинина. И они это понимают, раз всё ещё город не горит. Нет. Многие, если не все, ждут того, куда подует ветер. Никто не хочет оказаться на проигрывающей стороне.

— Вот вам и верность…

— Скорее отсутствия желания заниматься форменным самоубийством, — поправил меня Голотов. — У Калинина тяжёлая техника, вертолёты и прочее. Даже если бы они могли координировать свои силы, чего они не могут, в силу банального непонимания ситуации и того, кому могут доверять, они всё равно бы не смогли много сделать. Пока в столице бардак, думаю, что нам придётся справляться собственными силами.

— И? Насколько всё плохо?

— Сейчас сложно сказать, — пожал он плечами и ткнул пальцем в карту. — Столица в осаде. Сейчас там сражаются лояльные императору силы с войсками на стороне мятежников…

Ладно, ситуация действительно выглядела так себе. И, стоило признаться, что я сам некоторым образом виноват в произошедшем. Я-то наделся просто спровоцировать эту братию на ответные действия и тем самым вытащить хотя бы часть мерзких гадов на свет. А, что в итоге⁈ Они решили пойти ва-банк, устроив полномасштабное восстание прямо сейчас!

Да, можно было бы обвинить Голотова и ИСБ в целом в том, что они паршиво сработали, но кто я такой? Тут уже не моя вотчина. Всё, что я мог сделать прямо сейчас — решить проблему во Владивостоке и закончить на этом.

— Где сейчас Калинин?

— Скорее всего на военно-морской базе в бухте Париса, — ответил граф. — Там расположен командный пункт и крупная база Императорского флота. С ней нет связи с самого момента начала восстания.

— Ясненько, — задумчиво пробормотал я.

Пока думал, в помещение вошли Кузнецов со своими ребятами и София. Помахал им и подозвал к себе.

— Потери есть?

— Не, — Кузнецов махнул рукой в сторону девушки. — Твоя подружка там барбекю устроила на всю площадь. Нам даже стрелять почти не пришлось.

— Ясненько. А есть?

— Что?

— Желание ещё пострелять.

— Если нам заплатят, то без проблем.

— Слушай, чего ты такой меркантильный? Тут родина в опасности!

— Ну, знаешь ли. Голод не тётка…

— Ясно всё с тобой. Эй, Михаил Алекснадрович!

Голотов, в этот момент стоящий около карты повернулся ко мне.

— Что?

— Одолжите вертолёт?

Выражение на его лице надо было видеть.

— Я даже не буду спрашивать о том, где я тебе сейчас возьму. Зачем он тебе?

— Да вот, думаю слетать к бухте и грохнуть Калинина. Отрубим гадине голову и скотина сдохнет. Ну, по крайней мере одну из голов.

Забавно, но Голотов почти рассмеялся.

— Заманчиво, но вертолёта у меня нет. Единственный который был на крыше сбили через пару минут после начала атаки.

— У нас есть, — вдруг сказала София и все посмотрели на неё.

— У нас, это у кого? — уточнил я.

— На базе ГРАУ в городе находились две вертушки, — пояснила она. — Если они всё ещё там, то можем воспользоваться ими.

Я вопросительно посмотрел на Голотова.

— Насколько я знаю, люди Калинина оцепили её почти сразу, — ответил тот. — Без понятия какая там сейчас обстановка.

— Ладно. Андрюха, собирай своих. Смотаемся и проверим. Всё лучше, чем без дела сидеть.

Как говорится, если не знаешь куда бить — то бей в голову. Раз уж я ни чего не могу сделать с тем, что происходит в столице, то хотя бы решу проблему тут, а дальше будем посмотреть.

* * *

— Эй! Нам нужны медикаменты!

— Пасть закрой! — рявкнул стоящий за решёткой солдат для пущего эффекта ударил прикладом по ней. — Скажите спасибо, что вас всех не пристрелили.

— Суки, — тихо пробормотал майор ГРАУ Геннадий Бондаренко, когда их караульный отошёл подальше.

Вздохнув, он вернулся обратно к стене камеры. Передвигаться было сложно из-за количества лежащих на полу раненых. Те из его людей, кто ещё мог стоять на ногах и не был ранены помогали своим пострадавшим товарищам, как могли.

На них напали неожиданно и посреди ночи, застав в врасплох. Персонал владивостокского ГРАУ и раньше не славился своей чрезмерной численностью, так сейчас и вовсе оказался ополовинен после того, как граф вывел из под его командования почти половину людей. Поначалу Бондаренко не понимал, для чего это было сделано. Тогда он списал это просто на дурость благородного начальства.

Но теперь правда открылась ему с куда более страшной стороны.

— Как он? — спросил Геннадий, опускаясь на корточки рядом с лежащим на полу.

— Плохо, товарищ майор, — отозвался единственный медик, которому посчастливилось выжить во время короткого ночного боя. Специально или нет, но напавшие на них мрази ударили по медблоку, за раз убив всех, кто там находился на дежурстве. — Мне бы хотя бы бинтов, а то всё, что было мы уже использовали.

— Ну, не думаю, что эти мерзавцы будут так щедры, что дадут их нам, — грустно хмыкнул Бондаренко и оторвал рукав от собственной рубашки, протянул его врачу. — Хоть что-то.

После короткого боя, их всех заперли на гауптвахте, засунув их сюда, как рыбу в консервную банку. Пусть осталось их не много, но и это место никогда не рассчитывалось на такое количество людей. Было тесно и неудобно, так что почти всё почти все горизонтальные поверхности использовали для того, чтобы разместить раненых.

Майор пересчитал всех в своей камере и той, что находилась напротив. Двадцать девять человек. Вот и все, кто уцелели из первоначальных пятидесяти семи.

Подавив желание выругаться, майор потёр кожу на шее под ошейником. Его и других одарённых заковали в шоковые ошейники сразу после того, как они сдались. Их враги явно не хотели оставлять подобных опытных людей без присмотра. Одна только попытка воспользоваться своей силой и разряд тока моментально поджарит до смерти. Обычно эти штуки ставились на оглушение, но ублюдки не собирались рисковать. Лежащее у стены тело со сгоревшей чуть ли не до костей шеей — живое тому подтверждение.

— Эй! Вы слышите?

Бондаренко повернулся в сторону голоса. Молодой парень стоял у закрытого решёткой окна прислушиваясь к чему-то.

— Что там? — тут же спросил Бондаренко, осторожно пробираясь к нему между лежащих на пол людей.

— Стреляют, товарищ майор.

— Сейчас везде стреляют, парень, — недовольно проворчал он. — Не видишь, что твориться?

— Да нет, товарищ майор, — замотал он головой. — Послушайте, кажется звуки приближ…

Снаружи прогремел взрыв такой силы, что с потолка камеры посыпалась штукатурка. В коридоре за решётками послышались крики караульных и хлопок закрывшейся двери.

— Ну ка, подвинься, — быстро приказал Бондаренко, протискиваясь к расположенному под потолком узкому окну.

Подпрыгнув, он ухватился за прутья решётки и подтянулся к ней, пытаясь выглянуть наружу. Правда толку от этого оказалось не много. Окно выходило на стену соседнего здания, так что кроме небольшого куска ночного неба майор ничего не смог увидеть.

Зато смог услышать. Звук нового, совсем близкого взрыва едва не оглушил его, осыпав людей внутри камеры новой порцией каменной крошки с потолка. Вслед за ним подтянулся грохот стрельбы из автоматического оружия и крики.

— Товарищ майор? Что там происходит?

— Понятия не имею, — отозвался Бондаренко.

— Может имперская армия пришла?

— Да с чего вдруг? Подразделениями во Владивостоке Калинин командовал! — ответили ему и кто-то тут же добавил.

— Ага. Эти твари все под ним ходят. Может это…

— А ну рты закрыли! — гавкнул Бондаренко. — Из-за вас ничерта не слышно.

Народ замолчал, но происходящего снаружи Геннадий всё равно больше не слышал. Ни взрывов, ни криков, ни выстрелов. Чтобы там не происходило, оно явно закончилось. Только вот, что это было?

Ответа на этот вопрос у него не было.

Из коридора донёсся железный лязг. За ним чьи-то шаги.

— Здрасте, товарищ майор, — произнёс покрытый сажей, грязью и пятнами крови молодой парень. В левой руке он держал катану, клинок которой сейчас устало закинул себе на плечо.

— Коршунов? — глазам своим не поверил Бондаренко.

— Во плоти, — улыбнулся тот. — Слушайте, говорят у вас вертолёт был. Не одолжите?

От автора: Я хочу извиниться за столь долгое отсутствие. Я потерял близкого человека и последовавшие за этим похороны и всё остальное вогнали меня в чудовщиную депресию из которой я с трудом выбрался. Мне стыдно перед вами из-за того, что я нарушил все обещанные сроки, но случилось то, что случилось и я ничего не смог с этим поделать.

Не нужно писать комментарии под книгой. Я просто хочу сказать большое спасибо всем тем, кто поддержал меня. Вас оказалось в разы больше чем я мог бы ожидать или вообще когда либо подумать. Спасибо вам за это.

Следующая глава «Кейна» выйдет после завтра (13го) в 00:00.

Глава 19

Бондаренко вместе со мной вышел из ведущего к гауптвахте коридора в залитое кровью помещение. Захватившие ранее их в плен солдаты лежали повсюду. Иногда даже отдельными кусками.

— Это ты всё… сам?

— Ну не с вашей помощью, — усмехнулся я, обтерев лезвие катаны о форменные брюки ближайшего к себе трупа.

Бахвальство — это, конечно, хорошо, но не стоит перегибать. Противники здесь были так себе. Всего двое одарённых, да и те, не особо сильные. Мы с Софией вынесли их ещё во время схватки во дворе базы. А тут вовсе обычные люди. Что они могли сделать? Правильно. Практически ничего, за исключением траты патронов и моего времени.

— До сих пор не могу поверить в то, что Калинин устроил всё это, — покачал он головой. — Нет, я, конечно, знал, что он тот ещё зазнавшийся урод, но…

— Что?

— Он и его предки сотни лет преданно служили Империи. Взять и вот так вот предать государя и страну…

Бондаренко покачал головой.

— Жадность, майор, — пожал я плечами. — Она всех портит. Даже самые преданные со временем задумываются о том, а стоит ли их преданность уплаченной цены. И, как правило, такое вопросы это пут ьв один конец. Так, что там с вертолётом?

— Когда на нас напали они оба были готовы к вылету. Понятия не имею, что с ними сейчас.

— Пошли узнаем.

Мы направились к посадочной площадке. Та находилась на крыше одного из зданий, с неплохим таким видом на окружающий город. Вообще, вся база располагалась внутри города, достаточно близко к набережной и обладала всей необходимой техникой, какая только могла потребоваться для того, чтобы оперативно доставить сотрудников владивостокского ГРАУ к нужному месту в случае возникновения очередной аномалии.

Так же, как и сказала София, здесь были два вертолёта. Почему были? Потому, что из них остался только одни. Второй выглядела так, словно кто-то с задором и весельем выпустил по нему добрых сотни три или четыре патронов из пулемёта или чего-то столь же убедительного. Весь левый борт машины зиял сотнями пулевых отверстий, а на бетоне под фюзеляжем уже успело натечь здоровенное пятно то ли масла, то ли ещё чего-то другого.

— Не, этот уже точно не полетит, — выдал своё ценное мнение Бондаренко.

— Спасибо, майор очевидность, — скривился я, оглядывая вторую вертушку. — А второй?

— Сейчас посмотрим.

Со вторым, слава богу, вышло получше. Грозная винтокрылая машина стояла на площадке. Вытянутая кабина для двух пилотов. Десантный отсек. Короткие крылья, под которыми, правда, сейчас не было вооружения. Не смотря на дыры от пуль, выглядел он по лучше. Я бы даже сказал хорошо. Бондаренко даже забрался в кабину и что-то там понажимал на приборной панели.

— Вроде всё в норме. Но нужно, чтобы техники осмотрели двигатели…

— Нет у нас на это времени, — перебил я его.

— Ну, тогда я тебе ничего не обещаю, — сразу же пошёл в отказ майор. — Видишь вон те отверстия? Там за обшивкой гидравлика несущего винта. Если она повреждена, а мы об этом узнает в полёте, то он закончится так же быстро, как водка на свадьбе. И с такими же печальными последствиями.

— Грустные у вас, видать, тут свадьбы…

— Ты с темы не съезжай, а, — погрозил мне пальцем из кабины майор. — Я тебе серьёзно говорю. С этим шутить нельзя.

Хотелось выругаться, но я сдержался. Вдох-выдох.

— Ладно. Проверяйте её. Только как можно быстрее.

Геннадий лишь кивнул, быстро достал снятую с одного из бойцов Калинина рацию и начал отдавать приказы.

Я же, тем временем, спустился с площадки и нашёл Кузнецова, предварительно уточнив один вопрос у Бондаренко. Тот тут же пообещал прислать нужного человека.

— Андрюха?

— Мы в норме. Антоху уже залатали. Жить будет, но дальше с нами не пойдёт.

— Понял. Выдели человека, пусть доставят его в порт к Виктории…

— Я думал, что мы полетим с тобой, — тут же кинул он предъяву.

— Полетите, не переживай. Но места мало. Одна птичка в хлам. Бондаренко сказал, что её сейчас не восстановить. Так что осталась одна, да и та, не факт что пригодна к полётам. Так что выбирай шесть человек и…

— Пять, — тут же встряла София. — Я лечу с тобой.

— Шесть это с тобой, — успокоил я её. — Не переживай, оставлять такую разрушительную малышку здесь без дела я не собираюсь.

— Кстати о разрушительности, — вспомнил Андрей. — Ты поговорил с ним о…

— Да, да, да. Он пообещал прислать человечка.

Не прошло и трёх минут, как майор своё обещание выполнил. К нам подбежал молодой парень в военной форме. Выглядел он настолько молодо, что я даже засомневался, а есть ли ему вообще хоть восемнадцать.

Хотя, уж что уж мне-то говорить.

— Здарова. Это вас майор сказал в арсенал отвести? — бодро спросил он, кося глазами в сторону Софии.

— Ты, это, смотри. Косоглазие заработаешь, — привлёк я его к себе за плечо. — И, да. Нас. Пришло время покупок.

— У нас тут небольшая прогулка намечается, — тут же добавил Андрей. — Так что было бы неплохо взять с собой что-нибудь…

— Посолиднее чем ваши мелкашки? — с улыбкой спросил парень, кивнув в сторону висящего у Кузнецова на плече автомата. — Триста восьмой?

— Можно. Но лучше пятидесятки. У меня все ребята одарённые…

— А, — обрадовался парень. — Тогда вес и отдача большой роли не сыграет. Можем ещё и бронебойно-разрывных отсыпать.

— Самое то, пацан, — обрадовался Кузнецов. — А с антимагической начинкой есть?

— Не, — расстроился парнишка. — Всё в последнюю вылазку потратили и во время прорыва в городе. Если и остались, то только пистолетного калибра.

— А у них с останавливающей силой так себе, — сразу приуныл Кузнецов.

— Зато есть куча наплечных гранатомётов и куча боеприпасов к ним, — тут же поспешил порадовать его парень, и Андрей заулыбался.

— Термобары?

— Обижаешь, начальник! Конечно! И даже лучше!

— Зашибись, — Кузнецов уже радостно потирал руки.

— Может вам комнату снять? — предложил я им. — Сядите. Поболтаете…

— Пошли, пошли, пошли! Влад! Чего стоим, кого ждём? Только время на твои дурацкие шутки тратим!

Покачал головой и пошёл за ними. Вот же, нашил друг друга, два одиночества.

И нормальные у меня шутки…

— Тебя хоть как звать-то? — спроси я у парня.

— Рядовой Потапов, ваше благородие, — бодро отозвался он, открывая перед нами дверь одного из складов и заходя внутрь. — А если не секрет…

— Секрет, — тут же угомонил я его, предугадывая, какой именно вопрос тот задаст. — Лишний груз не берём.

— Я вообще-то отлично стреляю, — тут же обиделся тот, доставая из кармана связку массивных ключей, чтобы отпереть перегородившую коридор решётку.

— Да хоть ты самый быстрый стрелок на диком западе, — отмахнулся я от него. — Лишнего места всё равно нет.

— Ну, не знаю, как насчёт быстрого, но я могу уложить десять пуль в пятисантиметровый круг с дистанции в километр. При любой погоде и темповой стрельбой, ваше благородие.

Я уже хотел было махнуть рукой на его бахвальство, но чувство подсказывали, что Потапов не врал. Точнее не так. Он был абсолютно уверен в своих словах.

— Не брешишь? — сразу же спросил идущий следом за нами Кузнецов.

— Обижаете, — парень открыл решётку и сдвинул её в сторону, подходя к здоровенной стальной двери. — Второй год уже лучший стрелок подразделения. И не смотрите на возраст. Меня батя с семи лет стрелять учил. И на общевойсковые соревнования ездил. Первые места, ваше благородие.

— Во даёт, — поражено шепнул мне Андрей. — Слушай, если не врёт, то кадр ценный…

— У нас места в вертушке всё равно нет, — хмыкнул я, глядя на то, как Потапов возится с клячами. — И так скорее всего с перегрузом войдём. Если эта хрень вообще в воздух поднимется и не развалится. Так вы же себе ещё и полные карманы добра наберёте.

— О, в этом даже не сомневайся, — расплылся Андрей в жадной улыбке. — Ещё как наберём. На халяву и уксус сладкий, а карманы у нас глубокие.

Мне оставалось лишь закатить глаза. Я ещё торчал Габриэле за то барахло, которое мои бойцы сегодня днём с её склада упёрли.

Потапов наконец справился с замками и сдвинул тяжёлую дверь арсенала в сторону.

— Держите меня семеро, — с благоговением в голосе произнёс Кузнецов, глядя на содержимое огромного помещения. — Я, что? В рай попал?

Все стены были увешены оружием. Оно было буквально по всюду. Винтовки, пулемёты, гранатомёты, какие-то совсем уж странные и непонятные мне штуки. Крупнокалиберные винтовки со стволами такого калибра, что из них можно слонов валить. Одним выстрелом. Повсюду стояли пирамиды для хранения оружия, стенды с ящиками патронов, гранат и всего прочего. Правее, в специальных боксах, хранились ящики с зарядами ПЗРК и ПТРК. Огромный зал буквально был завален смертоносными предметами.

— Ага, — усмехнулся Потапов, глядя на его реакцию. — Я тоже от этого места балдею. Что не говори, но нас снабжают по первому разряду. Я сюда даже иногда прихожу…

— Для этого вообще-то девушки есть, — перебил я его.

— Чего? — покраснел он. — Да вы что⁈ Я не про это…

— Как я тебя понимаю, — похлопал его по плечу Андрей, театрально смахивая с щеки несуществующую слезу. — Родная душа…

Немного поржав над парнем, я махнул рукой Андрею и сказал — бери всё, что хочешь и то, что нам нужно. Что толку сейчас мелочится. Тот с задором кивнул и тут же вызвал по рации своих ребят.

А я пошёл обратно. С этой задачей они справятся и без меня. Только попросил его найти дополнительных патронов к моему пистолету. И магазины ещё. А то всё потратил уже практически. Оставалось только подаренная в Японии катана в ножнах, которую я так и таскал в руке да и всё.

Пока Кузнецов с его ребятами занимался мародёрством в арсенале, я пошёл обратно к вертолёту, попутно связавшись с Голотовым. Ситуация в городе по-прежнему оставалась критической… но уже не такой опасной, как несколько часов назад. Если в вкратце, то большая часть солдат Калинина отступила к той самой базе, про которую он говорил. Видимо не достигнув первоначальных целей, а именно прикончить меня, самого Голотова и ещё чего-то, солдаты просто отступили туда, где могли спокойно оборонятся.

На первый взгляд вроде хорошо… но до тех пор, пока граф не начал перечислять потери. Вот вам и отборные имперские войска, блин…

Всего за три с небольшим часа предатели напали на каждое более или менее крупное место дислокации лояльных императору военных. База ГРАУ едва не превратилась в руины. Военно-морская база на противоположном от города берегу Уссурийского залива захвачена десантом. Военный аэродром в Фокино, по словам Голотова, так же практически уничтожили. По крайней мере стоящая на нём техника.

В итоге, в результате неожиданного нападения воевать против мятежников здесь стало просто некому.

Так мало того, ещё и большая часть аристократов, на которых я сначала пенял, попала под раздачу. Эх, зря я нагонял на тех же Уваровых. Старики попытались защитить находящихся на их территории людей, что вылилось в короткую перестрелку. Сам граф поймал пулю, но, вроде как по словам Голотова был жив и относительно цел.

И тоже самое было с остальными. Калинин не собирался с ними сражаться. Устроил быстрые удары, дабы проредить родовую гвардию и лишить местных аристократов имеющегося боевого потенциала.

И, будто этого было мало, граф рассказал мне о происходящем в столице. Дела там не то, чтобы очень хорошо идут, между прочим. Будто издеваясь надо всеми, главный кукловод всё ещё не вышел на сцену. Спектаклем рулили несколько мятежных графов и пол дюжины баронов, устроив форменную мясорубку рядом со столицей.

С такими вот невесёлыми новостями я поднялся на вертолётную площадку, обнаружив там Бондаренко вместе с группой техников.

— Ну? Что скажете?

— Ещё полетаем, —оптимистично сообщил мне перемазанный чем-то Бондаренко, высунувшись из десантного отсека вертолёта.

— Ты чего такой грязный?

— Прав оказался. Повредили шланги гидравлики винта, но всё оказалось не так страшно. Минут за двадцать-тридцать поставим заплатки и птичку можно будет поднять в воздух…

— Ясненько…

— Что тебе «ясненько», Коршунов, — скривился он. — Лучше скажи мне, как ты собираешься преодолеть ПВО базы.

— А его там много? — рискнул я задать тупой вопрос.

— Дохрена, достаточное количество?

— Ну, звучит весьма достаточно.

— Ну вот столько там его и будет, — уверенно кивнул мне майор. — База там относительно новая, но она должна была со временем заменить главный штаб здесь, в городе. Так что средств на неё не жалели. Там оборона такая, что с наскока, тем более с одной единственной вертушкой, её не возьмёшь.

— А если…

— Не если! — рявкнул Бондаренко. — Нас собьют ещё на подлёте!

Продолжить разговор я не успел. Лежащий в кармане жилета телефон зазвонил раньше.

— Ща, майор, мысль не теряйте. Мы её ещё обсудим.

— Да какую мысль⁈ Я же говорю…

Дальше я уже слушать не стал. Достал телефон, с удивлением обнаружив незнакомый номер ответил на звонок. Думал, что мне звонит Голотов, но, оказалось, что нет. То есть, это тоже был граф, да не тот.

— Коршунов, мне нужна твоя помощь…

— О, ваше сиятельство! Как пожимаете?

— ХВАТИТ ПРИДУРИВАТЬСЯ! — заорал Токарев на меня из динамика. — Ты говорил, что я попрошу у тебя помощи. Хорошо! Я прошу! Мне нужна твоя помощь, Коршунов. У них моя семья…

Мда-а-а…

Нет, я, конечно, говорил ему что-то такое, но тут больше рассчитывал просто на то, чтобы побесить его. Не ожидал, что он действительно броситься звонить мне и просить милостыню. Хотя, с другой стороны, вполне ожидаемое развитие событий, учитывая, как всё обернулось.

— Хорошо, — не стал я тратить его время и своё собственное.

— Спасибо, — облегчённо выдохнул он. — Я…

— Но я не стану помогать тебе просто так, — спокойно перешёл я на «ты». Время расшаркиваний прошло. Настало время действий.

— Чего ты хочешь?

— Кто? — спросил я, не став уточнять. Знал, что он поймёт меня и без лишних вопросов.

Токарев понял сразу.

— Я не могу сказать, — произнёс он.

— Ну, тогда, как говорится, нету ручек, нет конфетки. Всего хорошего, ваше…

— СТОЙ!!! Я не могу сказать этого сейчас!

— Тогда какой мне от вас прок? — задал я ему резонный вопрос.

— Если я скажу, то они убьют мою семью, Коршунов!

— Раньше надо было о таких рисках думать, — холодно произнёс я в трубку. — Вы решили играть в эти игры и выбрали себе союзников, которым доверия нет ни на грош, а теперь удивляетесь, что это предательская кодла неожиданно предала тебя самого? Ей богу, ты либо наивный идиот, либо…

— Помоги мне спасти мою семью, Коршунов! Пожалуйста, — уже практически начал умолять он. — Я скажу всё. Всё, что ты, этот ублюдок, Голотов, или кто угодно захочет знать! Всё, только спаси мою семью!

Мда-а-а. В целом, я могу и сам узнать нужную нам с графом информацию, просто выбив её из Калинина, но… что если не удастся? Как бы парадоксально это не звучало, но до сих пор не понятно кто именно дёргал за ниточки этой сворой придурков. И если не узнать, то, в целом, даже если это глухое восстание провалится, то ничего в конечном счёте не изменится. Змея не исчезнет из-под кровати.

— Хорошо. Я помогу. А теперь я хочу знать, что случилось. Подробно.

Токарев вкратце рассказал мне о случившемся. В целом всё случилось именно так, как я и предполагал. Его же собратья по заговору принялись жрать тех, в ком не испытывали уверенности. И после всех моих скромных выходок Токарев занял одно из первых мест на «удаление». Люди Калинина напали на его Имение, практически полностью перебив верную Токареву гвардию. Сам граф смог кое-как отбиться, потеряв почти всех верных ему людей, но вот его жену с двумя детьми.

Насколько он знал, их забрали как раз таки на базу, где сейчас ошивался Калинин.

Я посмотрела на Бондаренко.

Бондаренко посмотрел на меня.

— Нет, — заявил он. — Это не сработает.

— Сработает, — уверенно сказал я ему. — Просто мы сделаем по другому…

от автора: 20я глава будет в понедельник.

Глава 20

Военная база Императорской армии в бухте Парис стояла на ушах. Сорокашестилетний граф Василий Калинин шёл по центральному плацу перед здание штаба базы и буквально источал из себя недовольство. Настолько, что окружающие его подчинённые предпочитали обходить высокое начальство стороной. И на то было причина.

Идеально разработанный и рассчитанный план дал сбой.

Пусть его люди и смогли добиться некоторых поставленных перед ними целей, но, как минимум часть из них оказались провалены. Коршунов остался жив. Голотов тоже. Токарев, каким-то чудом, тоже смог сбежать. Хорошо, что хотя бы удалось схватить его жену и двоих детей. Василий слишком хорошо знал, насколько дороги они были его старому «другу». Тот ничего не скажет, пока есть хоть малейшая опасность для его родных. В этом он был уверен. Точно так же, как и сам Токарев знал, что его молчание — единственная причина сохранения жизни его близким. Это плюс.

А вот в остальном всё было не так радужно.

Новости их столицы тоже пока не радовали. Его товарищам удалось взять город в кольцо. Сейчас там шли сражения с лояльными императору войсками, но вот как пойдут события дальше пока никто не знал. Хуже того, их господин всё ещё не сделал обещанное заявление, не смотря на первоначальный план! А ведь они уже должны были заявить о том, что старому порядку пришёл конец! Именно они, а не кто-то другой должны были взять бразды правления в свои руки и изменить страну!

А в итоге увязли в боях у столицы.

Естественно, Василий винил во всём других. Он-то выполнил все, что от него требовалось, буквально за одну ночь взяв под контроль Владивосток и главную военную базу в регионе. С учётом подчиняющихся ему войск, он сможет гарантировать, что в течении определённого периода времени эта часть страны будет под его контролем. Особенно после того, как его бойцы проредили гвардию большей части аристократов из числа тех, что представляли для него хоть какую-то опасность.

В любом случае, теперь всё решится в столице. Здесь ему остаётся лишь, что называется, держать оборону… и это его бесило. Почему его назначили заниматься этой ерундой, в то время, как судьба их дела висела на волоске далеко на западе⁈ Нет, он не спорил, когда ему поручили эту работу. У него ещё не атрофировался инстинкт само сохранения. Но, всё равно⁈

Вставленный в ухо наушник рации издал писк, привлекая его внимание.

— Что?

— Ваше сиятельство, со стороны города к нам летит вертолёт. Радар засёк их пол минуты назад.

— Смогли узнать, кто это?

— Выясняем, ваше сиятельство.

— Работайте. Я сейчас приду к вам.

Калинин развернулся и направился в сторону оперативного центра базы. Невысокого, но монолитного трёхэтажного здания с толстыми стенами и целым «лесом» разномастных антен и радиомачт на своей крыше. Именно внутри него, точнее под ним, находился оперативный центр новой базы, куда стекалась вся информация.

— Вы узнали, кто они такие? — требовательно спросил он, входя в просторный зал, заполненный мониторами и терминалами.

— Система «свой-чужой» определила его, как борт принадлежащий владивостокскому «ГРАУ», ваше сиятельство, — отозвался один из техников.

Калинин нахмурился. Отделение находилась под их контролем, но…

— Вы связывались с отрядом, который взял «ГРАУ» под охрану?

— Мы пытались, ваше сиятельство, но они не отвечают. Вызывали их уже трижды, но ответа так и не получили.

— Ясно. Сбить его.

— Будет исполнено, господин!

Не прошло и тридцати секунд, как расположенные на скальных уступах бухты батареи зенитно-ракетных комплексов начали поворачиваться в сторону далёкого вертолёта…

* * *

— Я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь! — раздался в наушниках крик Бондаренко. — Эти уроды только что осветили нас радаром.

— Ну, вот сейчас и узнаем, — отозвался я, протискиваясь мимо набившихся в небольшой десантный отсек ребят к двери.

Наша вертушка уже преодолела пролив и пролетела под длинным подвесным мостом, связывающим город и остров Русский. От шума винта внутри практически ничего не было слышно, если бы не надетые на голову наушники внутренней связи. В противном случае говорить можно было разве что крича друг другу в уши.

И, да. Майор сказал, что сам полетит с нами и сам будет пилотировать вертолёт. Учитывая безумный план, не захотел рисковать кем-то другим. На резонный вопрос, а умеет ли он, Бондаренко лишь закатил глаза. Я надавил и спросил ещё раз. Тот попытался отбрехаться. А затем всё же признался, что, мол, управлять умеет, но давно не подтверждал квалификацию. Но, как сказал он, полёт не проблема. Вот с плавной посадкой — это да. Это ему плохо удалось. Впрочем, он тут же меня успокоил, что с моей затеей плавная посадка это последнее на что стоит надеется. По его словам, на земле так или иначе мы всё равно окажемся. А так он хоть других рисковать не заставит.

Ну, это его выбор.

Лично в самом себе я не сомневался.

Найдя взглядом Софию, махнул ей рукой, подзывая к себе.

— Помнишь, что нужно делать⁈ — прокричал я ей в ухо, стараюсь перекрыть царящий внутри шум.

— Да! — так же крикнула она мне и достала из ножен на поясе нож.

Кивнув ей, я помахал Андрею и Кузнецов тут же открыл дверь десантного отсека. Внутрь мощными порывами ворвался ветер, заставляя глаза слезится и делая общение внутри совсем уж невозможным. Ну и плевать. Слова нам больше всё равно не понадобятся.

Если верить Бондаренко, то база Калинина была прикрыта ПВО со всех сторон. Лично он предлагал лететь со стороны изрезанного рельефом острова. Мол тогда у нас будет больше шансов укрыться от ПВО за складками местности. Я эту идею отверг на корню и зарезал. Нет, его я не винил. Он мыслил, как военный, привыкший действовать исходя из возможностей своего противника.

Я же привык полагаться на самого себя. А ещё мне нужно видеть свои цели.

Кузнецов протянул мне страховочный фал и я прицепил его к своей разгрузке, чтобы при нечаянном манёвре не вылететь из вертушки, достал нож и принялся ждать, глядя на проносящуюся внизу водную гладь.

— Нас осветили радаром! — раздался в наушнике крик майора. — Скорее всего сейчас… Пуск! По нам стреляют, Коршунов!

Да я и так уже видел. Сияющие в ночной темноте точки стремительно поднимались в небо от бухты. И летели они в нашу сторону.

Быстро кивнул Софии и провёл кончиком лезвия по руке. Она сделал тоже самое и схватилась за мою порезанную ладонь.

Энергия хлынула в меня бурным потоком, едва не заставив хватать ртом воздух. Не родная, знакомая мне сила самой девушки. Нет, куда более ядрёная и жгучая энергия Аспекта пламени, что скрывалась в её душе. Теперь всё надежда на то, что она сможет сдержать себя, иначе спалит нас обоих к такой-то матери.

Подхватив ворвавшийся в моё тело поток силы, направил его в нужное русло, одновременно с этим высунувшись наружу и принялся создавать технику.

Одна. Вторая… Уже три! Блин, а они вообще не мелочатся! Я насчитал больше десятка пусков в нашу сторону. Эти штуки же денег стоят! А, к чёрту…

Сконцентрировавшись, начал направлять технику. Да и предрасположенность к элементу молнии только поможет, потому что я собирался устроить просто-таки адскую бурю.

В небе над нашими головами начали быстро формироваться чёрные грозовые тучи. Очень быстро, чтобы быть проявлением обычного недовольства матери природы. Хлынувшая в пространство сила стремительно создавала целый грозовой фронт, двигая его вперёд в сторону базы, превращая в грозу чудовищной силы.

А затем мне оставалось только спустить эту силу с поводка.

Первый грозовой разряд ударил с небес уже через десять секунд. Ослепительно белая молния попала во что-то прямо в воздухе и в небе расцвёл ярко-оранжевый шар взрыва. Затем ещё один. И ещё. Сиящие молнии били с небес, буквально выкашивая приближающиеся к нам ракеты.

Но я не собирался на этом останавливаться. Забрав у Софии ещё больше силы, я «толкнул» созданную мною же грозу вперед, направив её в сторону базы…

Ох, это шоу нужно был видеть. Больше всего это напоминало целый дождь из молний, что пролился на береговую линию бухты, бесконечным потоком падая с небес. Искрящиеся разряды врезались в землю, находя стоящие на ней технику, машины и людей. Берег расцвёл взрывами, когда энергетические разряды падали во что-то очень важное и взрывоопасное. Надеюсь, что это устроит там достаточный хаос, чтобы у этих засранцев было о чём подумать помимо нас.

Стоящий рядом Кузнецов похлопал меня по плечу, привлекая внимание, а когда я отвлёкся от творящегося по моей воле бедствия, тот указал в сторону Софии. Девчонка с бледным лицом стояла рядом, практически повиснув на поручне и прикусив губу. Я объяснил ей, как именно отделить силу аспекта таким образом, чтобы она могла передать её мне. Сам процесс был сложен, требовал огромного контроля и давал сильную нагрузку на каналы. И, судя по всему, она держалась уже на последнем издыхании.

Прервав технику, я разорвал с ней контакт и тут же подхватил стоящую рядом со мной Софию на руки, когда она едва не упала.

— Молодец, — крикнул ей в ухо. — Отлично справилась.

В ответ получил лишь тусклую и вымученную улыбку.

Хотел как-то ободрить её, но в этот момент вертушка дёрнулась в сторону и резко накренилась. Да так, что всех, кто находился внутри отсека практически повалило друг на друга и на пол. Меня вообще едва не выкинуло прямо в открытый люк вертолёта, но спас прицепленный к разгрузке фал.

Наполовину вывалившись наружу, успел заметить, как в стороны от нас отлетали какие-то ярко светящиеся шары. Нечто со свистом пролетело мимо в считанных метрах от фюзеляжа, а затем вертолёт тряхнуло от близкого взрыва. Да так, что я себе чуть язык не прикусил. Что-то затарабанило по обшивке.

— Это что такое было?

— Одна из ракет, — сообщил мне по связи Бондаренко. — Прошла мимо и взорвалась у нас за хвостом.

— Нам бо-бо? А-то я неприятный стук такой слышал…

— Не знаю, — прозвучал напряжённый ответ. — Пытаюсь понять…

Словно услышав его, двигатель вертолёта вдруг «чихнул» и начал нехорошо так гудеть.

— Да, нам «бо-бо», Коршунов. Осколками зацепило. Один из движков мощность теряет.

— До берега хоть дотянем?

— Ну, через пару минут узнаешь точно.

Дотянули. На последнем издыхании. Вертолёт практически перестал слушаться управления в тот момент, когда водная гладь под нами исчезла и проявился мыс Балка. Бондаренко сделал всё, чтобы машина протянула подольше, пытаясь найти место свободное от деревьев. К счастью для всех нас, ему это даже удалось.

Вертолёт плюхнулся на брюхо прямо на каменистую равнину и едва не упал на бок. Оказалось, что осколками от взрыва нам ещё одну из стоек шасси снесло. Вторая под общим весом просто подломилась и вертолёт упал на брюхо, прочертив несколько метров по твёрдой почве. К счастью, никто не пострадал.

— Всё, теперь уже не полетит, — выдал мне заключение майор, выбираясь из кабины и скидывая с головы плотный шлем. — Отлеталась птичка.

— Ну, сюда она нас донесла, значит старалась не зря.

Проверил своё снаряжение. Катана при мне. В новой кобуре новый пистолет. К старому Кузнецов патронов не нашёл, а потому притащил мне из арсенала эту вот дуру. Здоровенный, чёрный и угрожающий. Андрей прибежал ко мне с ним чуть ли не прыгая, как ребёнок, который нашёл сокровище. Сказал, что штука эта называлась РШ12 или как-то так. И калибр там был такой же, как у их винтовок. Плюс ещё и патронов притараканил с антимагической начинкой. К их оружию они всё равно не подходили, а мне в самый раз. Тем более, что револьвер там такой был один.

Не, ну а чё? Я подгон оценил. Правда. Хотя этой штукой можно гвозди забивать. Или черепа ломать. Настолько внушительно он выглядел. Ладно, посмотрим, как пушка себя покажет.

Народ высыпался из вертолёта и сейчас проверял своё снаряжение. Глядя на увешенных оружием бойцов Кузнецова, я даже засомневался в том, а смогут ли они вообще идти. Такое ощущение, что из арсенала они забрали всё, что там к полу прибито не было.

В итоге состав штурмовой группы был следующим. Я. Кузнецов и шестеро его людей. София. Бондаренко. И, на закуску, Потапов. Малой сейчас ковырялся с какой-то длинноствольной винтовкой крупного калибра, настраивая прицел. Андрей всё же уболтал меня взять парня с собой, а Бондаренко его поддержал. Мол всё равно второй пилот им тут будет не нужен, так что место для него они нашли.

В таком составе мы и двинулись через лес в сторону бухты.

* * *

— Мда-а-а… а хорошо ты их прожарил, — тихо протянул Кузнецов, передавая мне бинокль.

— Жаль не до конца, — так же тихо отозвался я, забрав бинокль в снова вглядываясь в пейзаж развёрнутой в бухте военной базы.

Хотя, что скрывать. Постарался я на славу. На ёе территории всё ещё виднелись остатки пожаров. Народ суетился из стороны в сторону, помогая раненым и убирая последствия моего удара. Я насчитала по меньшей мере несколько выгоревших до состояния голых остовов грузовиков и других автомобилей. Один из бронетранспортёров выглядел так, словно кто-то по его броне дуговой сваркой прошёлся. Весь в подпалинах и окалине.

Но, хуже всего выглядели высокие антенны и пара радарных решеток на здоровенном двухэтажном здании в центре базы. От них остались лишь каркасы. Всё остальное практически расплавилось к чертям собачьим. Как самые большие и массивные конструкции, они приняли на себя большую часть удара. Нарванное поэтому нас так и не заметили. Просто не видели, куда именно мы делись.

Впрочем, не так уж это и важно, подумал я, глядя на базу. Народу там было столько, что задача всё равно выглядела не простой.

— Ладно, давай возвращаться.

Потихоньку, не спеша, мы отползли назад с холма и вернулись в низину, где ждали остальные.

— Ну? — тут же спросил Бондаренко.

— Народу дофига. Но у них там сейчас своих проблем хватает.

— Что будем делать?

— Сделаем следующим образом, — принял я решение. — Я двину в обход и зайду с восточной стороны базы. А вы ждите здесь. Как только я начну и оттяну их на себя, включитесь сами. Особо ток не рискуйте…

— Не учи учёного, — хмыкнул Андрей, похлопав по здоровенной винтовке рядом с собой. — Мы тебя прикроем. А девчонка прикроет уже нас.

В как раз в этом я что-то сомневался. София хоть и хорохорилась, но выглядела пока бледно.

— Ты как?

— Нормально, — выдала она в ответ. — Нужно просто немного передохнуть. Не переживай на счёт меня. Когда надо будет — я всё сделаю.

— Да я и не сомневаюсь, — улыбнулся я ей и взъерошил ладонью её растрёпанные волосы. — Главное не перегрейся. А то если слетишь с резьбы, то всех кто с тобой рядом плохо будет. Не забывай.

— Я помню, — серьёзно произнесла она и я ей поверил.

Проверив свою рацию и вообще, всё снарягу, махнул Кузнецову и двинул через лес в обход базы.

Действовать скрытно — не совсем мой конёк. Я-то привык не размениваться на всякие игры с прятками. В любой другой ситуации действовал бы один. Призвал бы Сэру, Акселя. Ещё с пол дюжины друзей. И вместе с ними спокойно бы взял всю эту шарашку штурмом, оставив после себя пепелище.

Но в отсутствие связи с Арсеналом придётся быть аккуратнее. И медленнее. Пришлось потратить почти сорок минут на то, чтобы обойти большую часть базы, избегая встреч с многочисленными патрулями, что шастали туда-сюда по тревоге. Всё же устроенное мною шоу неплохо так их взбодрило. Благо сенсорные способности с лихвой позволяли мне спокойно обходить людей Калинина и не привлекать к себе особого внимания. Лишь пару раз использовал тени для перемещения, когда оцепление становилось ну слишком уж плотным.

Пара коротких пространственных прыжков привела меня на территорию базы, позволив миновать внешнюю линию обороны. Теперь дело за малым. Всего-то, найти Калинина и открутить ему башку. Делов-то!

от автора: 21я глава будет либо в среду вечером, либо в четверг к полудню. Как-то так.

Глава 21

Ладно. Насадить башку Калинина на пику будет хорошим делом, но сначала надо найти семью Токарева и вытащить их отсюда.

Короткий пространственный прыжок перенёс меня через ограждение на территорию базы. Ещё один и вот я уже у одного из внутренних зданий. Огляделся. Вроде бы никто ничего не заметил. Быстро просканировав окружающую местность, убедился, что всё спокойно и тревоги по поводу моего появления не предвидится.

Ну, как, спокойно. Народ продолжал носится туда-сюда, устраняя последствия устроенной мною бури. Где-то всё ещё тушили пожары, заливая горящую технику водой и противопожарной пеной. Над головой пролетели две вертушки, несколькими минутами ранее поднявшиеся в воздух с посадочных площадок на юге базы.

Теперь, главный вопрос! Как мне их найти? Вот он, тот редкий случай, когда я пожалел об отсутствии возможности призвать Шрайка. Он хоть и дегенерат, но с такими задачами справляется просто прекрасно. Прочесал бы всю базу в тенях минут за пять, ну может быть десять. А мне теперь возится самому.

Ладно, мы пойдём другим путём.

Пристроившись в тени массивного склада и удостоверившись, что в моём направлении никто не идёт, уселся на землю и положил убранную в ножны катану на колени. Закрыл глаза и расширил сферу восприятия на всю территорию базы. Заодно и чувствительность повысил до максимума. Не самое, конечно, разумное решение. При таком количестве народа вокруг-то. Голову моментально резануло болью, но пришлось сжать зубы и терпеть. Зато чувствительность сенсорики возросла на порядок, позволив мне без проблем обнаружить каждого человека вокруг.

Вот София, Бондаренко, Кузнецов и остальные ребята в километре к западу. Всё ещё сидят в лесу и стараются не привлекать к себе внимание. Ждут, когда я дам им сигнал. А вот уже солдаты Калинина, словно муравьи, снующие по базе туда-сюда. Заодно отметил какое огромное среди них количество одарённых. Едва ли не каждый третий светился от магической энергии.

Та-а-а-к… а что это тут у нас? Поморщившись от сильной боли, сконцентрировал внимание на массивном, больше напоминающим бункер двухэтажном здании. Точнее на людях, что находились под ним. Похоже, что там имелись довольно обширные подвальные помещения, но это сейчас не важно. Теперь хотя бы знаю, где находится наш достопочтенный граф. Вряд ли тут мог бы быть кто-то сильнее него. Точка прямо-таки сияла от источаемой им силы. Мда. Похоже, с ним потом придётся повозиться.

Ладно. Это потом. Так, что это тут у нас? Обнаружив стоящее отдельно и явно охраняемое здание, принялся «рассматривать» находящихся внутри него людей. Вокруг него по одним и тем же маршрутам двигались люди. Некоторые явно одарённые. Но меня куда сильнее интересовали те, кто находятся внутри. Душ двадцать-двадцать пять. Половина тоже имели магические способности, но ощущались как-то странно… будто кто-то накинул толстый кусок ткани на яркую лампочку…

А! Точно! Вспомнил. Похоже, что их подавляют чем-то. Скорее всего шоковые ошейники. Неприятная штука. Не дают концентрироваться на управлении энергией за счёт разрядов. А если попробуешь их «пересилить», то могут и вовсе поджарить. Кажется, я видел нечто подобное в Японии.

Так, а что это тут у нас? Трое в отдельном помещении и под охраной. Похоже, нашёл.

Прервав технику, открыл глаза. Надо было подождал, пока боль в голове не отступила, так что я позволил себе несколько минут просто посидеть, обдумывая дальнейшие действия и отдыхая. Не долго, так как вскоре из-за угла склада послышались шаги и громкие разговоры. Не став дожидаться гостей, я упал назад и провалился на теневой план, моментально исчезнув из реального мира.

Мир теней практически ни чем не отличался от реального, за исключение того, что его будто бы через мрачный чёрно-белый фильтр прогнали. Всё мрачное, слегка размытое. Глянув в сторону, заметил силуэты пятёрки солдат, прочесывающих местность по ту сторону «реальности». Они пошли мимо того места, где я сидел ранее и двинулись дальше. Но, главная проблема не в них. Есть тут нехорошие разные гадины. Вон, вдалеке бегают. Останешься тут на слишком долгий срок и всё, амба. Можно привлечь внимание местных жителей, а этого мне сейчас хотелось меньше всего.

Так что не будем терять время. Быстро добрался до нужного мне здания через тени, прошмыгнул мимо охраны и вывалился в реальный мир на лестнице между вторым и первым этажами. Прямо за спинами двоих охранников, что сейчас спускались по ней. У парней не было и шанса. Пара взмахов катаной и два мёртвых тела валятся на ступени.

Дошёл по лестнице до второго этажа, где содержались заключённые. Через приоткрытую дверь заглянул внутрь. Шесть солдат стоят вдоль камер, о чём-то разговаривают. А в конце нужная мне комната. Вдох-выдох. Снова в тень. Рванул по коридору, на несколько мгновений выскакивая в реальный мир и вырезая их одного за другим. Прошло чуть больше трёх секунд, которые потребовались мне на то, чтобы пересечь коридор, оставив за собой падающие обезглавленные тела.

Так. Всё. С теневыми приколами заканчиваем. И так выскочил в последний момент, заметив бросившуюся ко мне мутную и зубастую тварь. Видимо привлёк её частыми прыжками туда-сюда, когда выскакивал в реальный мир дабы снести голову очередному противнику. А ведь это так, можно сказать, что ещё мелочь. Даже несмотря на то, что в её пасть можно было БТР загнать. Там есть куда более опасные хищники.

Стряхнув с клинка кровь дошёл до двери и вежливо постучал, не обращая внимания на начавших шушукаться в камерах людей. Прошедшее кровавое представление не прошло для них не замеченным. Но сейчас мне не до них.

— Кто? — тут же прозвучал вопрос с той стороны бронированной двери.

— Братишка, я вам пожрать принёс, — отозвался я, перехватив клинок левой рукой и достав из ножен на разгрузке нож.

— Чего? — небольшой окошко в двери открылось в нём тут же показалось недовольное лицо. — Какая ещё жратва, ты чё нес…

Остриё ножа вошло бедолаге в глаз. Изнутри раздались крики, так что времени мало.

Схватившись за меч, пропустил через лезвие собственную энергию, и с размаху вонзил его в стену чуть левее двери. Из-за окошка тут же послышался сдавленный хрип. Клинок пробил полметра стены и скрывающегося за ней солдата, добравшись до сердца. Тот даже схватится за рацию не успел.

Разрубив замок клинком, открыл дверь и заглянул внутрь. Молодая женщина сидела на полу, забившись в угол и прижимая к себе двух малышей. Мальчика и девочку пяти и семи лет.

— Ксения Александровна, я полагаю?

— Д… да, — испуганно произнесла она, с осторожностью и страхом глядя на меня. — Кто вы?

— Ваш муж посчитал, что местное гостеприимство не стоит того, чтобы тратить на него ваше время, — улыбнулся я, обтерев клинок о штанину одного из убитых солдат и убрав в ножны.

— Евгений⁈ Он…

— Жив, — кивнул я. — Хотя, признаюсь, не могу обещать ему хорошей судьбы, учитывая какую кашу он и его бывшие друзья заварили.

— Что? Я не понимаю…

— Вам и не надо, — перебил её я. — Просто идите за мной, если хотите жить.

Быстро проверил здание. Вроде никто пока не забегал в панике. Значит случившееся здесь всё ещё тайна для окружающих. И чем дольше это будет продолжаться, тем лучше. Сейчас план простой. Добраться до выхода на крышу, а оттуда «скачком» уйти за пределы здания. А дальше, когда Кузнецов и его ребята устроят праздник, свалить по-тихому под прикрытием общего шума. Сейчас троих человек с собой я на дальние прыжки не потяну. Уровень пока не тот. Но метров на десять дотянусь. Ещё был вариант через тени. Быстро и дальше, но соваться на теневой план с женщиной и двумя детьми, всё равно, что обмазаться свежей кровью и прыгнуть в бассейн, кишащий акулами. Эффект будет примерно тот же.

Вывел Токареву из помещения, где её держали, но задержался у камер. Сидящий там народ оживился.

— Кто такие? — поинтересовался я, подходя к решёткам.

— Старший лейтенант Давыдов, — тут же отозвался невысокий молодой мужчина. — Заместитель командира роты охраны. А вы?

— Барон Коршунов. Пришёл вот, кое-кого забрать, а потом порешать вопросы с графом.

Сидящие за решётками люди переглянулись.

— Значит вы правда не с Калининым? — обрадовался лейтенант. — Ваше благородие, выпустите нас. Мы вам поможем!

В целом, а почему бы и нет. Быстро перерубил замки на решётках, выпустив заключённых. Те сразу же начали обирать лежащие на полу тела убитых, забирая с них оружие и снаряжение. Давыдов быстро объяснил, что сюда посадили всех, кто отказался поддержать мятеж графа. Ну, всех тех, кого схватили без оружия и врасплох. Всех же кто оказал хоть какое-то сопротивление попросту убили.

Хотелось, конечно, спросить, чего тогда вы не сопротивлялись, но не стал. Всё же обстоятельства могли быть самыми разными. А лишние руки и стволы мне сейчас не помешают. Так что я им коротко пояснил, что задал и что в скором времени должно произойти. Приказал сидеть здесь и не шуметь хотя бы ещё несколько минут, пока стрелять не начнут. Выслушав мой план, Давыдов кивнул и сказал, что ребята они не глупые и всё сделают в лучшем виде.

Видя злость и желание отомстить на их лицах, поверил.

— Андрюха, я нашёл Токареву и детей. Сейчас двигаю на крышу, — связался я с Кузнецовым пока поднимался по лестнице. — Отправь кого-нибудь к точке встречи.

— Понял. Потапов мониторит её… ага, он тебя видит. Я послал Генку с Серёгой. Они вас встретят.

Я в этот момент как раз открыл дверь и вышел на плоскую крышу здания.

— Вы сейчас где?

— Уже подошли. В метрах в пятистах от внешней ограды базы. Готовы действовать сразу, как скажешь… повернись налево и помаши рукой.

Ну повернулся, ну помахал.

— Потапов тебя видит, — тут же сообщил мне Андрей. — Он тебя прикроет.

— Ты в парне уверен?

— Если бы не был уверен, то не взял бы его собой, — отозвался он.

Справедливо, однако. Ладно, поверим на слово.

— Да, кстати. Сообщи своим, что тут не только противник. Я тут группу ребят вытащил. Армейские. Их парни Калинина под замок посадили. Из тех, кто отказался к нему присоединится и на кого, судя по всему, пожалели патронов. Предупреди своих, чтобы по ним не стреляли.

— Понял, сделаю. Удачи тебе там.

— Она мне нафиг не нужна, — хмыкнул я. — Сам справлюсь.

Аккуратно огляделся по сторонам, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Повернулся к Токаревой.

— Так, подойдите ко мне. Ага, вот так. Ксения, я сначала перенесу вас, а затем детей…

— Я их не оставлю! — тут же начала протестовать она, но я указал ей в сторону двери, что вела обратно в задние.

— Тогда оставайтесь тут. Потому, что у вас только два варианта. Либо делаете так, как я вам говорю и в скором времени встретитесь со своим мужем, либо никакой радостной встречи не будет. А Калинин использует вас и ваших детей, как разменную монету. После чего скорее всего убьёт, вас, ваших спиногрызов и вашего мужа. Всё. Такой расклад вас устраивает?

Она покачала головой, видимо оценив всю тяжесть ситуации, в которой находилась. Странно, что не сделала этого раньше.

— Нет? — уточнил я на всякий случай. — Точно? Тогда закройте рот, задержите дыхание, не спорьте со мной и делайте то, что я вам сказал.

Что приятно, моему совету она вняла. Оставив детей, подхватил её на руки. Дальше уже всё по отработанной схеме. Наметить точку выхода. Шаг вместе с ускорением… и нас моментально выкидывает в примерно в ста метрах от здания, рядом со стеной какого-то склада.

Токарева тут же начала хватать ртом воздух, пытаясь отдышаться, после скачка. Ничего, бывает. Знаю, что в первый раз ощущение такое, словно у тебя хотят лёгкие через рот вытащить.

— Как, нормально? Да. Всё. Тогда стойте тут. Я сейчас.

Оставив женщину в тени, быстро прыгнул назад и уже через пару минут вышел из скачка на том же месте, но уже с двумя спиногрызами на руках. Позволил себе буквально несколько секунд для того, чтобы самому отдышаться и переждать приступ сильного головокружения. Всё же прыгать с лишними пассажирами тот ещё напряг.

Быстро успокоив детей, повёл их краю базы, постоянно сканируя пространство вокруг. Народа много. Не хватит для того, чтобы задержать кого-то вроде меня, но слишком много, чтобы выбраться отсюда с прицепом в виде женщины и двух детей. Одни только кружившие над базой вертолёты могли создать достаточно проблем.

Значит, пришла пора навести шума.

Включив рацию, я вызвал Кузнецова и отдал приказ.

— Начинайте.

Даже ждать не пришлось. Две ракеты прилетели откуда-то с севера, пролетев над базой. Одна промахнулась, разминувшись со своей целью на какие-то жалкие несколько метров.

Зато вторая попала в цель, влетев точно в кабину зависшего над базой вертолёта. Яркий взрыв озарил небо, и горящая вертушка рухнула на землю, вызвав ещё один всполох огня.

Второй вертолёт, чудом избежавший гибели, прожил не на много дольше. Я успел заметить искру на стекле кабины. Пилот неестественно дёрнулся и завалился на бок. Потерявшая управление машина рухнула вниз по кривой дуге, вмазавшись носом в стену одного из строений базы. Невидимый мне стрелок умудрился попасть в пилота прямо в полёте.

Разорвавшие воздух завывания сирен оказались такими громкими, что прятавшиеся рядом со мной дети зажали уши и прижались к матери. Стоит отдать Токарей должное. Пусть и напуганная, она по-прежнему держала себя в руках, всеми силами пытаясь не поддаваться растущей в ещё глазах панике.

Сквозь вопли сирены и крики людей послышались звуки выстрелов и первые крики раненых и умирающих.

А затем в дело вступила София. Сияющее в ночной темноте огненной копьё протянулось от невысокого холма за пределами базы и ударило куда-то за здание. Тут же в небо взметнулся столб пламени. Не прошло и пяти секунд, как атака повторилась. Молодец девчонка.

Вновь проскандировав местность вокруг, понял, что большая часть солдат оттягивается к западной части базы. Туда, где и начался основной замес. В тот же миг до нас донеслось выстрелы со стороны здания, где держали заключённых и саму Токареву. Похоже, что мои неожиданные союзники тоже включились в игру.

— Идите за мной, — приказал я им и двинулся вдоль стены здания.

Теперь, когда большая часть находившихся вокруг солдат Калинина оказались отвлечены начавшимся боем, добраться до края базы оказалось не сложнее, чем отобрать конфетку у ребёнка. Лишь пару раз я на несколько секунд уходил в тень, чтобы прикончить попадавшихся на пути солдат, встречи с которыми избежать было невозможно. Заодно и Токареву предупреждал, чтобы прикрывала детям глаза, когда мы проходили мимо очередного тела. Мелкие и так много перенесли. Не хватало им ещё на последствия моей работы смотреть. То, что их отец тот ещё мудак, не значит, что и они такие же.

Добравшись до края базы, понял, что бой вокруг не то, что не утихает, а наоборот, кажется, становился только сильнее.

Связался с Сергеем. Тут же с противоположной стороны проволочной ограды поднялся один из бойцов Кузнецова и замахал мне рукой. Пока мы шли, он начал возиться с кусачками, вырезая проход в ограждении.

— Слишком долго, — покачал я головой, когда подошёл. Он и половины работы сделать не успел.

Закончил сам, парой ударов катаны, попросту разрезав ограду.

— Блин, ну, да. Так и правда быстрее, — удовлетворенно хмыкнул Сергей, убирая кусачки в сумку за спиной. — Давайте, надо валить отсюда. Там этих засранцев больше, чем блох на собаке.

Передал свой балласт парням и те тут же направились в лес. Им сегодня в бою участвовать не придётся. У них одна задача. Уйти отсюда и вывести жену Токарева и их детей в безопасное место. А вот у меня ещё имелись дела…

Где-то вдалеке за моей спиной прогремел взрыв такой силы, что ударная волнам до сюда дошла. Над холмом, метрах в пятиста от базы в небо взметнулся столб яркого пламени.

Будто этого было мало, пламя закрутилось в воздухе, собираясь в подобие огромно, закованной в пытающую латную перчатку руки. Огромная огненная конечность растопырила пальцы и вдарила по холму, буквально ровняя его с землёй.

Как раз в том месте, где находилась София.

— Влад! У нас проблемы! — крикнул мне ухо наушник голосом Кузнецова.

— Что с Софией? — сражу спросил я разворачиваясь и бросаясь назад.

Учитывая силу атаки, которую только что видел, мысли у меня сейчас были самые плохие.

— Ранена, — тут же произнёс Андрей и я по голосу понял, что и его зацепило. — Влад, её надо срочно вытаскивать отсюда. Это был…

— Да я и так уже понял, что это Калинин, — сказал я на бегу. — Отходите, я сам разберусь с ним.

— Ты уверен…

— Уверен. Валите отсюда. Я сам его прикончу.

Ну, раз пообещал, то надо сделать. Расширив сферу восприятия, я быстро нащупал самую яркий источник магической энергии и рванул в его направлении. Пора это заканчивать.

Глава 22

Граф коротко выругался, когда понял, что его атака не достигла цели. Кто бы не находился на том холме, он явно использовал стихию огня. Скорее всего та девка, что ошивалась вокруг Коршунова и вокруг которой ходило столько слухов. Почему-то Василий ни на секунду не сомневался в том, что это была именно она.

Стоящий на крыше штабного бункера граф снова использовал технику, создав в воздухе две огромные, покрытые пламенем руки. И вновь они выглядели так, будто были одеты в огромные рыцарские латные перчатки. Двигая собственными руками, Калинин заставил один из конструктов сжать пальцы в кулак и обрушил его на то, что осталось от холма, окончательно равняя его с землёй во вспышке пламени.

Второй конструкт он направил на подлесок рядом с базой, откуда вёлся огонь по его людям. Исходящие огнём пальца прошли сквозь деревья, как если бы те оказались не толще тростинки, моментально вспыхивая и сгорая в пепел.

Что-то врезалось в установленный перед ним магический щит. Затем ещё раз. И ещё. Прямо напротив головы. Но огненный заслон попросту сжигал пули до того, как они успевали добраться до тела графа.

Быстро определив откуда вёлся огонь, Калинин сформировал и метнул в ту сторону огненное копьё. Техника попала в цель и взорвалась с мощностью артиллерийского снаряда. Пламя от взрыва на несколько секунд осветило базу.

К своему командиру подключились и другие одарённые. Солдаты Калинина, начали наконец теснить своих невидимых противников. Но даже вмешательство графа не могло защитить их от потерь. Скрывающиеся в подлеске стрелки выцеливали его людей из тяжёлых винтовок, сбивая доспехи с одарённых и убивая их. Граф моментально оценил профессиональную работу противника.

Более того, бой шёл уже на базе. Кто-то выпустил заключённых и те устроили перестрелку на восточной части. Почему-то именно в этот момент граф не сомневался в том, кто ответственен за это. Оставленные в здании и следившие за заключёнными солдаты не отвечали. Из чего Василий сделал лишь один вывод — Токареву освободили. Неприятно, но с этим фактом он ничего поделать не мог.

Зато он мог окончательно разобраться с проблемой.

Граф начал копить силы, одновременно с этим создавая новую технику. Над его головой появилось нечто напоминающее сотканный из пламени и огня кокон. С каждой секундной он становился всё больше и больше, меняя свою форму, пока не принял окончательный облик. Созданный из пламени феникс расправил крылья, размаху коих мог бы позавидовать и бомбардировщик. Отдав мысленный приказ, граф направил состоящего из пламени зверя в сторону леса и птица с оглушительным криком прошла вдоль базы, оставляя за собой полосу выжженной земли. Всего один проход и вот уже по его людям стреляли куда, как меньше. Температура пламени достигала двух тысяч градусов, так что вряд ли там остались выжившие. Даже одарённым людям придётся не сладко, если они и вовсе смогут уцелеть после подобной атаки.

Впрочем, граф не сомневался, что скорее всего они успели уйти из-под удара. Слишком уж медленная техника. Зато она очистит периметр вокруг базы.

Но, если подготовленные и хорошо тренированные военные и могли вовремя заметить опасность и уйти из-под удара, то вот женщине с детьми это вряд ли удастся. Да и далеко сбежать они не смогли бы.

Повернувшись вокруг, Калинин направил призванное существо на восток, выжигая находящийся там лес. Если повезёт, то конструкт сожжёт беглецов и…

Резко оборвав контроль над техникой, Василий выхватил собственный клинок из ножен. Как раз вовремя, чтобы лезвие меча заблокировала появившийся словно из ниоткуда клинок в паре сантиметров от его шеи. Удар, который вполне мог бы снести ему голову лишь чуть-чуть задел магический доспех. Хотя даже этого «касания» хватило для того, чтобы Василий тут же оказался вынужден быстро добавлять энергии в защиту.

— А я-то думал, когда же ты появишься, — прорычал Калинин, оттолкнув своего противника и тут же ударив по нему огненным росчерком.

Но техника прошли лишь через пустое место.

* * *

Я выскочил на другой стороне, едва увернувшись от ответного удара. Ладно, решить проблему c наскока не вышло.

Вышел из тени в нескольких метрах от Калинина… и сразу же прыгнул назад, увернувшись от летевшего в лицо огненного копья.

— Тебе не говорили, что это не вежливо? — спросил я его, вновь выходя в реальный мир в нескольких метрах от него, только в этот раз с другой стороны.

— А тебе не говорили, что мелкий и удивительно бесячий недоносок? — прорычал граф, перехватив собственный клинок в другую руку. — Что? Не мог просто взять и сдохнуть, как твой поганый папаша?

Что-то от старого хозяина этого тела шевельнулось внутри моей души. Злость. Ярость. Желание затолкать эти слова ему в глотку. Желательно ботинком.

— А вот это была ошибка.

Срываюсь с места. Короткий пространственный скачок. Меня выкинуло за спиной графа. Как раз в идеальную позицию для удара. Но тот каким-то невероятным образом умудрился увернутся, ударив в ответ своим собственным клинком.

Он был хорош. Очень хорош. Похоже, что десятки поколений на военной службе оставили значительный отпечаток на его семье. Пожалуй, что пока это самый умелый противник, с которым я сталкивался за всё время в этом мире. Мы сошлись друг с другому. Удар за ударом. Выпад за выпадом. Калинин мастерски блокировал все мои атаки собственным мечом, тут же атакуя сам. Порой у меня складывалось впечатление, что его защита и вовсе была абсолютной. Настолько замысловатой была вязь, которую он плёл своим мечом, отражая мои удары. Хотя опыт и подсказывал, что подобное не более чем глупость и домыслы. Я собственными глазами видел небольшие дыры в его защите. Совсем крохотные. Просто не успел ими воспльзоваться.

Увернувшись от удара, что едва не снёс мне голову, отбил левой ладонью его руку с оружием чуть в сторону. В этот же момент ткнул собственным клинком ему в лицо, предварительно накачав её собственной силой. Даже попал, да только урона почти не нанёс. Остриё катаны упёрлось в защищавший его тело магический доспех и соскользнуло в сторону.

А вот Калинин на мелочи решил не размениваться. Земля вокруг нас взорвалась огненным столбом, поглотив и графа и меня самого. Ну, практически. В последний момент я успел отпрыгнуть назад, чтобы не попасть под удар техники.

Левая рука схватилась за револьвер. Быстрая серия из шести выстрелов опустошила барабан прямо Калинину прямо в голову. Отдача неприятно удивила. Пришлось использовать подпитку мышц просто для того, чтобы стрелять «куда-то в сторону цели». Не думаю, что при такой бешеной стрельбе я бы сейчас куда-то попал, будь расстояние больше нескольких метров.

Но я-то стрелял в притык.

Все шесть пуль угодили в голову графа. Точненько в лицо. Ни одна из них не смогла пробить накаченный по самое немогу магический доспех. Хотя бы заставили его отступить, разорвав дистанцию. В довесок добавил пару ударов разрядами молний с обеих рук, чтобы ему совсем уж не скучно было…

А в следующую секунду пришлось срочно совершать рывок в сторону. Огромная, размером с вертолёт огненная рука снесла часть крыши, буквально вырвав из неё кусок. И плевать, что мы вообще-то находились на крыше укреплённого бункера. Я даже в тень толком уйти не смог бы, так как пылающий огнём конструкт создавал слишком много света для этого.

— Где ты, Коршунов⁈ — услышал я крик, скрывшись от графа за тушей одного из стоящих на крыше кондиционеров. — Иди сюда и сдохни, как и подобает поганой крысе!

Ага, сейчас. Разбежался. Откинув барабан револьвера, принялся перезаряжать его, вытряхнув пустые патроны на пол под ногами.

Он силён. На самом деле силён. И контроль над техниками и скорость создания на высоте. А уж про объём его резерва я и вовсе молчу. Не мужик, а настоящий мастодонт. Особенно раздражал его потрясающий контроль над собственным доспехам. Любому другому противнику хватило бы пары пуль в башку для того, чтобы утратить концентрации и лишиться защиты. А этот целый барабан поймал и ничего, держит.

— Коршунов! — услышал я крик и установленный в десяти метрах от меня крупный блок кондиционера снесло волной огня.

— Да иду я, ваше вашество, иду.

Сконцентрировавшись, провалился в тень, успев заметить, как огненный шар взорвал моё предыдущее укрытие. Но я уже успел отойти достаточно далеко от того места, где находился.

Раз уж не вышло убить с наскока, будем его выматывать.

Выпрыгнуть из тени слева от него. Выстрел. Револьвер выплюнул пулю прямо ему в голову. Меч Калинина разрубил воздух в том месте, где я находился, но ударил лишь в пустоту. Я уже ушёл в тень, оказавшись с другой стороны своего противника. Взмах катаной и лезвие полоснуло по всё ещё активному доспеху. Перед тем, как вновь уйти обратно в тени, успел выстрелить её дважды, влепив две мощные свинцовые пощёчины ему прямо в лицо.

Тактика «взять измором». Я выскакивал с неожиданной стороны, наносил пару ударов, быстро уходя обратно на теневой план, избегая ответных атак. Главный вопрос, кто у нас выдохнется первым. Я или его доспех. Потому что в то, что резерв у него иссякнет раньше я не верил. Крыша, на которой мы сражались уже превратилась в выжженную территорию. Калинин с таким упоением швырялся техниками, что уже успел снести почти всё, что находилось вокруг нас. Даже бетонное покрытие начало постепенно плавится.

В очередной раз выпрыгнув из теней, нанёс удар катаной ему в шею. Как и раньше, его проклятый доспех выдержал, остановив лезвие меча в паре сантиметров. В любой другой ситуации граф бы просто остался без головы. Револьвер в моей руке выпустил последние оставшиеся в барабане пару патронов, заставив противника отступить на пару шагов.

В ответ граф метнул в мою сторону что-то вроде огненного шара. Только размером с внедорожник. Короткий скачок в сторону, чтобы не попасть под удар техники и снова в тень. Надо перезарядить револьвер и…

Граф что-то сделал, выбросив руку над головой. В его ладони сформировался крошечный огненный шарик… который тут же разросся до дести метров в диаметре. Настолько яркий, что его свет смыл все тени с крыши, грубо выбросив меня в реальное пространство.

А как только я вывалился обратно на крышу, Калинин попросту швырнул эту небольшую рукотворную звезду прямо мне в лицо.

Бросив клинок и револьвер в сторону, принялся быстро складывать одну за другой ручные печати. Тот самый суррогат, что использовали напавшие на меня японские убийцы. Дурное решение, если учесть, что я мог спокойно обходится без них…

…но в текущей ситуации это был лучший, да и вообще, единственный выход. Времени на полноценный барьер у меня не было.

Огромный огненный шар столкнулся с созданным мною щитом. Врезался в него, затормозив, но так и не рассеявшись. Он продолжал медленно, но, но уверенно продавливать его, оплавляя бетон вокруг. Температура была такая, что и не вдохнёшь толком. Лёгкие горели огнём при каждом вдохе.

Ладно, похоже придётся использовать план «Б».

В тень было не уйти, слишком уж вокруг было ярко. Поэтому рывок. Короткий пространственный скачек. Подхватил катану и тут же бросился в сторону. Техника Калинина наконец взорвалась, буквально испарив едва ли не половину здания, на крыше которого мы стояли…

* * *

Сняв наложенные на себя магические щиты, Василий осмотрелся по сторонам. Применять «Звезду Иббериона» так близко к себе было верхом глупости. Даже его защита с трудом выдержала этот взрыв. И ведь техника в значительной мере была ослаблена. Всего десять процентов от её номинальной мощности. В противном случае половину базы бы просто испарило, оставив после себя лишь оплавленный камень и пепел. Но тогда и сам бы Василий не пережил подобный удар столь близко рядом с собой.

Осмотревшись, он не смог сразу найти своего противника. Схватка с Коршуновым его немного вымотала и неприятно удивила. Не ожидал он, что противника окажется настолько… неприятным. Посредственный маг по всем докладам, этот проклятый пацан оказался ещё и не плохим физовиком, прекрасно владея клинком.

Но сейчас его нигде не видно. Похоже, что техника всё же сработала? Или нет?

Калинин перехватил собственный фамильный меч, заметив лежащее на крыше тело.

Коршунов лежал на спине, раскинув руки и без оружия. Глаза открыты и смотрят вверх. Мёртв?

Не теряя бдительности, Калинин аккуратно подошёл чуть ближе к нему. Парень всё так же не шевелился. Решив не рисковать, Василий быстро создал и метнул в то место сразу несколько огненных шаров, добавив ещё и огненное копьё сверху. К чёрту лишние проблемы. Лучше уж сжечь его ко всем чертям, чтобы больше этот поганец не путал им карты.

— Промахнулся! — прошипел ему в ухо до отвращения знакомый голос.

Граф одни движением развернулся, моментально нанося удар клинком в сторону голоса.

Но всё равно опоздал. Появившийся за его спиной Коршунов обхватил Василия руками и потянул назад.

Калинин даже не сразу смог понять, что именно с ним произошло. Мир вокруг потемнел. Лишился красок и цветов. Словно он попал в один из старых чёрно-белых фильмов, что смотрел в детстве. Он всё ещё стоял на крыше полуразрушенного командного бункера посреди своей базы в бухте Париса, но умом понимал, что это другое место. Даже не так.

Это был другой уровень привычного ему мира.

— Что, впервые здесь?

Калинин обернулся, обернулся, заметив стоящего в нескольких метрах от него юного барона.

Он уже понял, что случилось. Коршунов каким-то образом затянул его на теневой план. Сам же Калинин никогда не имел способности взаимодействовать с этим миром. Но основы он знал. Как и то, что для неподготовленного человека путешествие сюда может стать дорогой в один конец. Так что способ выбраться отсюда него имелся. Граф сразу же начал прогонять собственную энергию по телу, чтобы продавить разделявший два плана барьер.

Только вот, похоже, что его противник не собирался позволить ему это сделать. Прервав своё занятие, Калинин принялся защищаться от града ударов. Лезвие катаны порхало вокруг него с безумной скоростью. Очень быстро. Но всё ещё недостаточно для того, чтобы преодолеть его защиту… и он слишком поздно понял, что его противник даже не пытался то сделать.

Клинок катаны отклонил лезвие его собственного меча в сторону. Чуть дальше, чем было необходимо для того, чтобы вовремя вернуть руку для нового выпада. Коршунов отпустил собственный меч, схватив графа одной рукой за сжимавшую клинок руку, а второй вцепившись графу в горло.

Двое мужчин повалились на землю.

Василий лишь усмехнулся этой глупой попытке. Его собственный доспеха никогда не даст задушить его таким глупым способом…

…но уже через секунду улыбка слетела с его лица, когда он понял, что защищавший его тело доспех как-то уж слишком быстро терял энергию. Слишком быстро!

— Ублюдок, ты что творишь! — выкрикнул он, попытавшись вырваться из-захвата, но у него это не вышло.

— Забираю всё, что у тебя есть, — хрипло отозвался молодой барон, постепенно поглощая всю потраченную на доспех энергию и буквально продавливая пальцы сквозь окружающую графа защиту.

Выругавшись, Калинин выпустил волну пламени, рассчитывая отогнать Коршунова, но и это не сработало. Казалось, будто тело его оппонента впитало этот магический огонь. Одежда горела. На коже появились ожоги. Но Коршунов продолжал сдавливать хватку, с каждой секундой забирая всё больше и больше энергии. И ему было совершенно наплевать, когда Василий в бесплодной попытке освободиться ударил ещё одной волной пламени. Он не обращал внимания на ожоги, продолжая каким-то непонятным образом поглощать остатки той энергии, что ещё оставались у Василия.

Поняв, что дело приобретает совсем неприятный оборот, Калинин изогнулся и схватил свободной рукой Коршунова за лицо. Вспышка огня почти не оказала значительного действия. Его противник впитал магическую атаку словно губка. Но хоть и на секунду, но это сбило его с концентрации. Извернувшись, граф скинул Коршунова с себя, оттолкнув его ногой как можно дальше и схватился за выпавший из руки клинок.

Вскочив на ноги, он уже приготовился добить мелкого поганца…

…но обнаружил, что стоит в полном одиночестве.

— Коршунов! — закричал он и глухое эхо его голоса разлетелось во все стороны. — Где ты! Покажись, мелкий ублюдок!

Но парня нигде не было. Он будто бы пропал. Нет, вдруг дошло до графа. Он увидел тяжело поднимающегося парня в нескольких метрах от себя и не думая ударил огненным копьём.

Созданная из магического пламени стрела прошла сквозь тело Коршунова, но не причинила ему ни капли вреда, скрывшись где-то в далёком тёмном мареве.

Слишком поздно Василий осознал, что его противник уже вышел в реальный мир, покинув теневой план. Тихо выругавшись, Калинин принялся вновь прогонять сквозь себя энергию, для того, чтобы силой продавить разделявший планы барьер…

…но внезапно с ужасом обнаружил, что её почти не осталось.

— Нет… нет, нет, нет! — заорал он, вновь и вновь пытаясь вырваться из этого царства теней, но ему банально не хватало на это энергии.

Коршунов же в это время поднялся, держась за обожжённый бок и посмотрела прямо на него. Василий знал, что тот никак не мог увидеть его, находясь по ту сторону. Но вот Влад просто стоял там, смотрел на него и улыбался.

А затем указал пальцем ему куда-то за спину.

Рефлекторно развернувшись, граф увидел, что именно поганец имел в виду.

Огромная, состоящая из бесчисленного количества щупалец, когтистых лап и зубастых пастей существо приближалось к нему.

* * *

Так. Сейчас бы не упасть…

Не, нафиг. Я расслабленно плюхнулся на задницу прямо там, где стоял. Тело болело настолько, что не то, что двигаться, даже просто думать было больно. Ещё бы! Такое количество энергии прогнать через себя. Объёмы этого засранца оказались в разы больше, чем я предполагал. А ведь мне нужно было не только всё это через себя пропустить, но ещё и выбросить в пространство.

Но, это сработало. Калинин остался по ту сторону, один на один со здоровенной тварью. Вот тебе и причина, по которой нужно быть аккуратным. Такой выброс магической энергии привлёк особенно большую гадину. Одного из главных хищников «того» мира.

Я сидел и смотрел, как оставшийся практически без сил граф пытался сражаться со здоровенной тварью. У него это даже получалось. Секунд десять, примерно. Затем тварь просто порвала урода на куски и сожрала. Вот и всё.

Люк в нескольких метрах от меня открылся и наружу вылез человек в военной форме с характерной синей повязкой на правой руке, которой отличались бойцы Калинина. Заметив меня, он что-то крикнул и вскинул висящий на ремне автомат…

Прилетевшая откуда-то издалека пуля заставила его череп лопнуть, как пересевший арбуз.

— Ты там, как? Живой? — услышал я хриплый голос Кузнецова в наушнике?

— Ага, — отозвался я.

— Мы скоро подойдём. Потапов приглядит за тобой.

— Ага, — повторил я.

Двигаться не хотелось от слова совсем…

Глава 23

Стук в палаты отвлёк меня от ванильного пудинга. Подняв голову, заметил знакомое лицо.

— Заходите, ваше сиятельство. Не гнать же вас, раз уж пришли.

Голотов улыбнулся и покачал головой.

— Твоя наглость тебя когда-нибудь в могилу сведёт.

— Да, что-то такое я уже слышал.

Я, как, в общем-то и все мои ребята, лежал в центральном госпитале Владивостока и отходил от последствий ночной заварушки. Все мы от неё отходили, если уж на то пошло.

И, наверное, стоит быть повежливее с графом, который сейчас так нагло уселся в кресло рядом с моей койкой и взял себе с подноса второй пудинг. В конце-концов именно он в конечном итоге спас наши шкуры. После схватки с Калининым я оказался выжат, как лимон. София серьёзно ранена, попав под один из его ударов. Сам же Кузнецов и его парни обзавелись разного рода и тяжести ранениями. В основном с приставкой «очень». Чудо, что вообще никто не погиб. За это стоило благодарить Викторию. Эта проклятая некромантша вытащили несколько ребят практически с того света. Да и меня с Софией хорошо подлатала.

Голотов и его люди прилетели минут через пять после того, как я порешил все вопросы с Калининым. Почти десяток вертолётов прибыли к базе Калинина, обрушив на головы оставшихся его солдат огненный дождь из ракет и пулемётных очередей. Попытайся он это сделать час назад и такой трюк бы не прошёл. Но устроенный нами хаос на базе сделал своё дело, позволил собранным чуть ли не на коленке силам Голотова закончить начатое нами.

— Как успехи?

— Ну, потихоньку, Коршунов, потихоньку, — отозвался граф, поедая десерт. — Большую часть людей Калинина мы либо перебили, либо взяли под стражу. После его гибели сопротивление практически сошло на нет, так что тут благодарить нужно тебя.

— И?

— Что?

— Где благодарности?

— Спасибо тебе большое, — не скрывая сарказма произнёс Голотов. — Доволен?

— Нет. Можно мне личный остров и…

— А лицо не треснет? — тут же полюбопытствовал граф. — Остров ему. Что ты с ним делать-то будешь?

— Придумаю. Знаешь, ты мне нравился больше, когда меньше язвил и больше вёл себя, как зазнавшийся аристократический пижон с шилом в заднице. Побольше надменности, ваше сиятельство и люди к вам потянутся…

— Всё сказал? — с каменным лицом спросил он.

— Не, я могу ещё много чего добавить…

— Тогда я лучше попозже зайду. Твои глупые шуточки выслушивать у меня времени нет.

Прошло секунд десять. Со своего места граф так и не встал, продолжая сидеть и доедать мой пудинг. Чертовски вкусные, кстати.

— Ну, так, что? Дверь там. Мне продолжить тебя подкалывать? Или всё же скажишь за каким чёртом ко мне припёрлись.

Голотов лишь закатил глаза.

— Нет. Твоя наглость тебя точно когда-нибудь погубит, — покачал он головой, но я заметил короткую улыбку.

Поставив пустой стаканчик обратно на поднос, Голотов залез рукой во внутренний карман пиджака и вытащил из него конверт.

— Это тебе. От Императора.

— Да я это и так уже понял, — ответил я, вертя в руках конверт и разглядывая печать.

Открыл конверт, достав из него два сложенных листка бумаги. Открыл первый. О, наверное, остров я теперь и сам смогу себе купить. С такой-то благодарностью. Хорошо, однако, быть на стороне победителей, особенно если они ещё и так благодарны оказываются.

А вот второй листок оказался куда более любопытным и интересным. Написанный, судя по всему, лично императором и от руки с просьбой явится в столицу для обсуждения решения «проблемы».

Теперь это сделать будет не сложно. Мятеж задохнулся, едва только Токарев начал говорить. Да и имперская армия, очухавшись, начала действовать в полную силу. Если восставшие и рассчитывали на то, что эффект неожиданности им поможет, то облажались они по полной. Но об этом позднее.

— Прочитал? — спросил Голотов.

— Ага.

— Тогда собирайся. Мне приказано доставить тебя во дворец. «Джавелин» уже ждёт нас в аэропорту…

— Подождёт, — перебил я его, откидывая одеяло и вставая с кровати.

— Коршунов!

— Да успокойся, ничего страшного не случится если мы немного опоздаем.

— Император…

— Подождёт, — отрезал я. — Тебе известно по какой именно причине он хочет со мной встретится?

— Нет, но…

— Вот и не дёргайся. Поверь мне, оно терпит.

Надев стоящие у постели тапочки, вышел из палаты и направился по коридору. Спросил проходящую мимо медсестру и она быстро объяснила мне, как найти нужную палату.

— Привет, — сказал я, входя внутрь.

— О, — воскликнул лежащий на постели Кузнецов. — Не уж-то начальство заявилось⁈

Андрей лежала на постели, с замотанными бинтами ногами. Ему не повезло больше остальных. Если бы не Виктория, то он и вовсе без ног бы остался. А так вроде нормально всё. Полежит немного, восстановится. Виктория обещала через несколько дней уже поставить его на ноги.

— Как дела?

— Отлично, за исключением того, что я даже в туалет поссать сам сходить не могу, — уныло отозвался он, указав на больничную утку. — А так хорошо. И кормят тут отлично.

Лежащие в палате парни Андрея поддержали начальство, заодно и со мной поздоровались.

— Это да. Как остальные?

— Отлёживаются в разной степени потрёпанности, — кивнул он на ребят. — Но жить будут. Это главное. Надо будет этой мрачной тётке спасибо сказать.

— Хорошая мысль. Но, ты проверь. Так, на всякий случай.

— Чего? — тут же встревожился Кузнецов.

— Ну, не знаю, — пожал я плечами. — Вдруг она тебе ноги местами поменяла.

Глаза Кузнецов расширились. Он даже дёрнулся к своим забинтованным конечностям, а затем упал обратно на подушку.

— Дурацкие у тебя шутки, Влад.

— Только за счёт них и живу, — даже не стал я возражать. — Ладно. Поправляйся. У нас скоро работа намечается.

— Какая?

— Как встанете на ноги, полетите за мной в столицу.

— А там… что?

— Вот там и узнаете, — не стал я заранее его тревожить. — Всё, отдыхайте.

Закрыл дверь и пошёл дальше. Поймал на полпути к своей цели знакомую брюнетку, ухватив её за локоть.

— О, ты уже встал? — удивилась Виктория. — А я как раз хотела к тебе зайти…

— Сколько ребятам потребуется на то, чтобы встать на ноги?

— От трёх до пяти дней, — ответила она после короткого раздумья. — А, что?

— А если побыстрее?

— Ну, если очень срочно надо, то поставлю их на ноги дня за полтора. Но им это не понравится.

— Что? В зомби их превратишь? — не удержался я. — Тебе одного Фрэнки мало?

— Не, я живыми пациентами в таком плане работать не люблю, — поморщилась она и сама не удержалась от улыбки. — Говорила же, слишком много сил уходит на то, чтобы они не вырывались. Эй, не надо на меня так смотреть. Шучу я.

— Так, что?

— Сделаю. Но это будет неприятно.

— Давай. Они ребята крепкие. Потерпят.

— Хорошо.

Надо будет сказать ей отдельное спасибо, решил я, идя дальше по коридору. Всё же её навыки — это нечто. Половина ребят Андрея после прошедшей ночи осталась бы калеками на всю жизнь если бы не её быстрая и своевременная помощь.

Нет, точно надо будет обсудить с Уваровым то дело. Организую для Виктории собственную клинику. Целитель такого уровня под рукой никогда лишним не будет. Да и должок ей верну.

Дойдя до палаты, аккуратно открыл дверь и заглянул внутрь.

София спала, накрывшись одеялом практически с головой и сейчас мирно сопела в подушку. Вот уж кому точно пришлось хуже всех.

Тихо присев на край кровати, погладил её по голове, в очередной раз подумав о том, что ждёт меня дальше.

Сплошная и чёрная неизвестность. Смогу ли я сделать то, что должен? Хотя, кого я обманываю. Ответ очевиден.

Смогу. И сделаю.

От автора

Ну, вот я наконец это сделал. Третий том закончен…

…и скорее всего он станет последним. Потому и оставил максимально открытую концовку. Вот такая вот небольшая история. В ближайшее время я к этому циклу вряд ли вернусь. Учитывая всю случившееся со мной за последние полтора месяца, я вообще удивлён, что вернулся к нормальной жизни.

Хочу отдельно сказать очень и очень большое спасибо всем, кто подержал меня в это нелёгкое время. Ваши сообщения в личке в немалой степени помогли мне выбраться из депресии после похорон. Никогда раньше не думал, что это может быть настолько тяжело. Вы мне помогли и за это я вам благодарен. Ещё раз спасибо. Как бы вы ко мне не относились с постоянными моими проёбами по срокам и всем прочим, я хочу сказать, что каждый из моих читателей — лучший. Надеюсь, ребят, что у вас всё будет хорошо.

Насчёт планов на будущее. Я буду потихоньку и дальше продолжать «Совесть» и её сюжет. И ещё один мой хороший знакомый предложил поработать с ним в соавторстве. Мы пару дней обсуждали это и решили попробовать. Может быть через недельку, что-то выкатим на ваш суд.

А до тех пор, желаю вам всем всего наилучшего.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Кейн: Абсолютная сила III

Content

Кейн: Абсолютная сила III

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

От автора

Nota bene