Секреты Чон Ван Ги

Глава 1

— Аджощи, с вами всё хорошо? Аджощи?

Нет, хорошо мне точно не было. Мне было слишком мокро и странно. Я непонимающе уставился на азиата лет сорока, нависающего надо мною. Перед глазами ещё всё плыло, но на заднем плане перепуганного незнакомца медленно проступил синий автобус, в котором отражались огни вывесок. Темно. Вечер⁈ Город⁈

— Аджощи, зачем же вы так выскочили? Я думал, что убил вас, аджощи! — причитал мужчина. Так, ладно. Я пошевелился, пытаясь подняться с мокрого асфальта. Поднял переноску.

Стоп. Переноску⁈ Я приподнял пластиковую сумку, заглядывая внутрь. Оттуда, из-за тканевой решётки, на меня глазел белый кошак с рыжей мордочкой. Вид у него был по-человечески недоумённый.

— Аджощи, я уже вызвал службу спасения.

Мир вокруг постепенно расцветал новыми звуками. Кроме голоса водителя теперь я слышал далёкую сирену, негодующий сигнал клаксона где-то позади застывшего автобуса. Гул толпы. Проезжая часть была пуста, люди стояли на тротуарах и каждый второй снимал меня на телефон.

— Позвольте, я помогу вам, аджощи, — продолжал водитель автобуса. Я пока ещё ничего не соображал. Сжимая в левой руке переноску с незнакомым котом, я позволил довести себя до тротуара.

— Вы можете идти, аджощи?

Ага. Так, его надо отпустить. Полагаю, мужчина сейчас пытается понять, куда ему двигаться дальше: по рабочему маршруту автобуса, или в тюрьму. В целом, претензий у меня к нему не было. Что произошло: не понимаю, но ничего не болит. Ничего не потеряно. И кот цел.

Он же должен быть цел? Куда мы шли вообще? Я снова посмотрел в переноску. Бело-рыжий зверь глазел на меня с откровенной ненавистью, а затем открыл пасть и зашипел, прижав уши. Так, симпатии у нас с тобою нет, я понял.

— Всё хорошо… — ответил я, наконец, ожидающему меня водителю. — Всё в порядке.

— Тогда… Я поеду, аджощи? — с надеждой вопросил тот. Стоило мне кивнуть, как его словно ветром сдуло. Автобус тронулся с места, и вечерняя улица вернулась к привычному ритму жизни. Люди вокруг пришли в движение, моментально забыв про инцидент. Многие без отрыва от своих смартфонов, несмотря на дождь.

Переноска дёрнулась. Кот страшно замяукал и принялся биться в своей пластиковой тюрьме. Мявк белой бестии навевал ассоциации с трёхэтажным матом. Эк его колбасит, конечно, но сейчас переживать за нервную систему внезапного домашнего питомца мне не хотелось. Я стоял под дождём, озираясь. Ощущение было очень странным. Я знал всё, что видел вокруг. Видел это уже, ходил тут постоянно. Понимал: где и что находится. Но ведь ещё несколько минут назад… Точно ведь что-то другое было, а не сумрачный дождливый мегаполис. Совершенно точно помню берёзу и рыжую кошку в ветвях дерева. Лестницу, с которой даже крышу дома увидел. Красную крышу. Ещё была мысль, что помыть её надо керхером.

Ага… Ещё соседского пса поминал недобрым словом. Он пролез под забором и загнал рыжую на дерево.

Значит, я зачем-то лезу к кошке по огромной лестнице. Потом, почему-то, уже лежу на земле, в груди очень сильно болит. Вижу лестницу над собою и злополучное дерево. Рыжая кошка сидит в метре от меня и старательно вылизывается. У неё, определённо, всё в порядке, а вот я смотрю на синее небо, и оно меня поглощает. Судя по тому, что очнулся я в луже посреди города, а не на зелёной лужайке — у меня, совершенно точно, дела чуть похуже, чем у рыжей Мурзи.

Точно. Мурзя. Её звали Мурзя. Своя память тоже возвращалась.

Хорошо. С прошлым разобрались. Какой-то ориентир нашёлся. Я шагал по знакомому маршруту, пусть ещё и не осознавал этого. Тело послушно торопилось домой, и мешать ему было лишним. С каждым шагом я всё больше и больше понимал происходящее, и когда добрался до своего человейника, безликого многоэтажного здания на окраине Сеула, то на какие-то вопросы о себе уже мог ответить.

Итак, моё имя Чон Ван Ги, мне тридцать четыре года, холост, не очень талантлив и последние несколько лет я тружусь в качестве засидевшегося стажёра в маленькой каморке полуподвального помещения башни Тонгкан Солюшен. Разработчик крошечного подразделения занимающегося небольшим сервисом с очень примитивным наполнением, но использующимся в рамках большого отдела по противодействию коррупции в этой самой Тонгкан Солюшен. В ежедневных задачах Чон Ван Ги не было никакого размаха, никаких перспектив и работка, как я понимал, тоже была та ещё.

Неожиданная информация, конечно, но хорошо что я здесь, а не в школьном туалете на кафеле собираю выбитые зубы и готовлюсь карать юных аристократов, если вы понимаете о чём я… В драке я не очень хорош. Моё оружие это мозг. И судя по текущим реалиям, моя работа его наличие требует, однако старый владелец им особо и не пользовался. Ох, как же сложно было впитывать в себя двойную память. Мне бы по итогам не оказаться в местной дурке. Потому что: какого лешего я Чон Ван Ги, а не Сергей Семёнович Тарасов? Вернее, почему я теперь именно этот самый Чон Ван Ги, а не труп Сергея Семёновича, слетевшего с лестницы с сердечным приступом. Где моя дорога к свету?

Странные ощущения. Одна жизнь перетекала в другую, частицы чужой памяти гармонично сливались с моими личными воспоминаниями, и от этого всё казалось… Нормальным, пусть это и совсем ненормально. Чем-то похоже на ощущение, когда ты либо проснулся, и ещё помнишь старый сон, который казался тебе вполне реальной жизнью. Или, наоборот, заснул и осознаёшь себя уже внутри другого мира, понимая, что в любой момент можешь из него выйти.

С другой стороны, какой смысл в ответах на эти вопросы? Я, неожиданно, жив и моложе на три десятка лет? Это же прекрасно, зачем копаться в причинах и искать ответы. Может, таким и является посмертие для каждого человека. Упал, встал и снова пошёл работу-работушку работать.

Впрочем, это мне предстояло только завтра, и, если принять всё случившееся со мною без эмоций, вариант прогула по уважительным обстоятельствам в связи с заменой личности пока рассматривать не будем. Других источников дохода Чон Ван Ги к своим годам заиметь не сумел, поэтому пока ничего в жизни не меняем. Поработаем, разберёмся, что вообще вокруг происходит. Благо напрягаться не придётся.

Сам Чон Ван Ги пока не впечатлял. Жил амёбой какой-то. Грубо, может быть, но накатывающие на меня воспоминания из жизни этого тела лишь подтверждали описание. На младшем сотруднике отдела ДИТ ПКС ездили все, кому не лень. А он и слова лишнего сказать не мог. Даже не пытался.

Моя квартира, за которую уходила львиная доля зарплаты, была немногим больше рабочего места. Что возмутительно для программиста, которым этот Чон Ван Ги, а теперь уже я, является. Вдвойне возмутительно, что живу я в этом безобразии с белым котом по прозвищу Хо-Сок. Которого сегодня вечером мне пришлось отнести к ветеринару на плановые прививки и отдать за это ещё одну баснословную сумму.

Ёксель-моксель, сколько же это у них денег стоит…

Ладно, вернёмся к домашним питомцам. Судя по тому, что творилось в переноске: кот фактом чудовищного надругательства был недоволен и всячески это выражал в процессе моего путешествия жуткими мявками. Успокоился он только у лифта, и то, полагаю, скорее затаился.

Кстати, насчёт котов. Не подумайте ничего плохого: котов я люблю. Они крутые. Просто для животных проживание в крошечной халупе это совсем не праздник. Для хозяев норм. Хозяева ко всем привыкают.

Зато, справедливо поправил я себя, квартирные пушистики на деревья не залезут. Впрочем, не будем о грустном. Та история, определённо, закончилась и Мурзя не пропадёт, я уверен, у меня соседка по диагонали давно на неё с любовью поглядывала. Так что дом рыжая бестия себе найдёт.

А сейчас у меня есть более важные задачи.

Через несколько минут передо мною предстала моя квартира. Вернее, съемная конура, приличный залог за которую сейчас крутил в банке настоящий хозяин, зарабатывая себе на жизнь процентами.

Одна комната, крошечная душевая совмещённая с туалетом. Лоток для кота у входной двери, рядом с лотком видавшая виды когтеточка. Запах в квартире стоял тяжёлый, затхлый. Был бы я не Чон Ван Ги самолично, то оплеуху бы ему зарядил, конечно. Нельзя так жить. Уважать себя надо. Для творческого гения такой бардак ещё можно простить, но будем честными: тот, в чьём теле я оказался — умом не блистал.

Я поставил переноску с котом на пол. Белое чудовище, бившееся всю дорогу как истинный квисин[1], не подавало признаков жизни. Надеюсь, не убился. Выпускать его на волю я пока был не готов. Сначала надо осмотреться.

После чего, по-хорошему, принять литр соджу и забыться, чем и любил заниматься тот, кем я теперь стал. Память нового тела принесла ещё одно воспоминание, этот «программист» ещё и хорошо выпивал… В одиночестве!

Мда, что ещё? Кровать в метре от плиты и примыкающая к приземистому тарахтящему холодильнику. Раскладной столик с въевшимися пятнами над смятым одеялом. Хочешь спать — убери со стола, называется. Какой кошмар. И вешалка, с единственным запасным костюмом, и который мне необходимо будет одеть завтра, потому что мой текущий немножечко испачкан в падении.

Стиральной машины в квартире нет. Холодильник неприятно пах, его давно пора было помыть и убрать из гудящего брюха давно погибшие продукты.

— Айгу! — возмутился я так, как привык возмущаться Чон Ван Ги. — А ты точно программист⁈

Вопрос был не риторическим. Потому что у себя, в прошлом, закончившимся бесславным полётом с дерева на землю, я прошёл путь с уличного парня до энтерпрайз архитектора крупного холдинга, и уже на ступени программиста мог себе позволить нормальное жилье.

Впрочем, память Чон Ван Ги проступала во мне всё ярче и ярче. За квартиру эту он платил около семиста тысяч вон, зарабатывая почти полтора миллиона. Часть умудрялся просаживать в го, упрямо и безнадёжно проигрывая. Об улучшении условий труда не думал, свои собственные умения не качал и плыл по течению, как может себе позволить только тот, кто никуда и не стремится. Которому всего хватает здесь и сейчас. Вероятно, он был счастлив и ему большего не надо. Но я не он. Я так не могу.

Короче, человечек явно потерялся в этой реальности и болтался в ней бесполезным куском мяса.

Пу-пу-пу… Я открыл один из шкафчиков над плитой, увидел склад пакетов с сухим кошачьим кормом. Да, точно. Мой любимый Хо-Сок… О питомцах надо заботиться даже если ты их впервые видишь. Пусть и помнишь.

Я повернулся к двери, уставившись на запертого в клетке кота. Бело-рыжий квисин смотрел прямо на меня.

— Курица или рыба? — показал я ему по очереди два пакетика. Хо-Сок пронзительно мяукнул и в моей голове взорвалось:

«Кто ты такой, червь⁈»

Голос был такой громкий, что я едва не уронил кошачий корм. Интонация возмущенного кошачьего воя изменилась, как и тон голоса в голове:

«Как ты посмел занять предназначенное мне тело, отпрыск одноногой собаки и слепого осла⁈»

Хо-Сок прищурился и открыл пасть, показывая белые острые клыки. Снова завыл, выгибая спину.

«Ты не он. Не энергетическая составляющая моего сосуда. Я вижу в тебе чужака. Иномирец! Кто предал меня? Кто обошёл? Красный колдун Алараз⁈ Семья Башино? Шестой слуга Безымянного⁈ Отвечай мне! »

— Я так полагаю, что это ты шумишь, да? — ткнул я в его направлении пальцем. — Убавь громкость, пожалуйста.

Кот склонил голову набок, взгляд стал чуточку удивлённым. Мяукнул он чуть потише:

«Ты не такой тупой, как мне показалось? Сомневаюсь. Кто предал меня, отвечай! Я съем твои глаза и ничто мне не помешает, поэтому говори быстро!»

— Киса, я…

«НЕ СМЕЙ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ТАК! Я ПОВЕЛИТЕЛЬ ВЕРХОВНОЙ СИЛЫ СТРАЙГОР!» — завизжал Хо-Сок.

Так он наорёт мне до крови из ушей. Ладно, сам он громкость отключать не хочет, значит, будем тестировать её регуляцию народными средствами. Я подошёл к клетке, где бесновался Хо-Сок/Повелитель Верховной Силы и повернул её в сторону.

Кот мяукал так, словно ему проводят кастрацию без наркоза, но вот голос из головы убрался восвояси. Ага, значит, нужен прямой зрительный контакт для вербальной коммуникации. Вот и славненько. Клетка покачнулась от удара изнутри. С шипением, рычанием и взмякиваниями Повелитель Верховной Силы бился о стенки.

Я вернулся к кровати, стащил с неё тяжёлое одеяло и вернулся к переноске. Положил его поверх сумки. Звуки должно приглушить.

Мяуканье и вправду затихло. Славно. Значит, можно хотя бы немного убраться и дать болтливому коту успокоиться. Не удивляться же его словам, верно? Если им удивляться, то надо тогда быть последовательным и начать с того, что я теперь живу в Сеуле, а не у себя в родной Ленинградской Области.

Поменять что-то могу? Сомневаюсь. Тогда нужно занять себя делом. Надо очистить сознание. Можно пойти в какой-нибудь сад и заняться медитацией, а можно заняться самым медитативным занятием, доступным здесь и сейчас.

Так что я принялся за уборку. Сначала старательно протёр стол и кухонную столешницу, с трудом избавился от старых пятен, затем подмёл пол, протёр тряпкой всё, до чего смог дотянуться. Критично оглядел результат своего труда.

В крошечном помещении есть свои плюсы — уборка много времени не занимает. Поэтому старый Чон Вон Ги вдвойне амёба, раз жил в такой грязи и непродуманности. Вон, в холодильнике ничего живого не сохранилось, и мой желудок не очень-то этим новостям обрадовался.

Я посмотрел на часы. Так, если мне не изменяет память носителя, то рядом должна была хорошая лапшевня. Она так и называлась: «Лапшевня бабули Бо». Еда там была приятная и не слишком дорогая. Как раз про мои финансы история.

Ладно. Что там у нас с Повелителем. Я сдёрнул одеяло, повернул переноску окошком к себе. Бело-рыжий кот лежал на животе и тяжело дышал. Глаза у него были совсем безумные.

— Поговорим на пониженных? — предложил я.

Хо-Сок облизнулся, приподнял голову и коротко мяукнул:

«Почему ты занял моё тело?»

Как ему ответить понятнее-то?

— Потому что, — пожал плечами я. — Я не знаю. Упал, очнулся, оказался здесь. Обратно не хочу.

Ну да, там, откуда я сюда попал, мои дни закончились. Странно было бы хотеть.

Кот тяжело вздохнул, совсем как человек, и с трагичным видом замяукал:

«Я готовил этот обряд семь долгих лет, терпя чудовищные лишения и кошмарнейшие мучения. Я старательно подбирал определённый мир и нашёл самый лишённый сил среди тех, что мне подходили. Он должен был стать моим вечным царством, моей наградой за моё учение. Эта простая реальность, населённая примитивными червями, в большей своей части не способными даже на Первый Круг владения Верховной Силой. Такой лакомый кусок для любого постигшего осознанную реинкарнацию! Миллиарды покорных слуг для праведной власти мудрого господина. Ундага моя Ундага… Горе мне…»

Не то, чтобы мне было очень жаль сорвавшиеся планы завоевателя, но котик выглядел несчастным. Хотелось погладить бедолагу, вот только даже открывать переноску пока желания не возникало. Это же вон, целый завоеватель миров. Вдруг и в правду ночью мне лицо обглодает.

«Я перебирал временные линии, находя оптимальные, лишь бы не пошатнуть равновесие. Отслеживал шаги подходящих сосудов до секунды, нашёл идеальный момент для переноса, ненасильственный захват свободного тела. Тела, устойчивого к Влиянию. Тела, готового к рунам. Я настроил всё для него. Всё-всё-всё! И, воплотив поистине шедевральный план в жизнь, оказался… Здесь. Очень близко от заветной цели и так ужасающе далеко! Да как ты-то попал сюда, тыквенный червь?» — отвлёкся от меланхолии Хо-Сок.

— Будешь обзываться, снова накрою одеялом, — предупредил я. — Так что выбирай выражения, Повелитель. Тем более, что я уже всё тебе сказал.

«Прости, человек. Смиренно хотел я, чтобы ты рассказал, что же предшествовало твоему падению. Я уверен, что это поможет понять причину моей трагедии. И зови меня Страйгор. Из твоих уст Повелитель звучит как насмешка»

Насмешка и есть. Но я удержал этот комментарий при себе.

«Прости», смиренно мяукнул Страйгор. Вот ведь хитрая пушистая задница! Умеет, значит, прогибаться?

Кот же продолжил:

«Теперь поведай же мне о том, как ты оказался здесь и в каком мире прежде находился? Какой Круг ты прошёл? Ведь не мог ты не пройти его. Быть может, пошатнулся Носитель Весов, и крупицы силы просыпались в нужный момент в ненужное мне место? Ведь не мог же я ошибиться»

Про круги и Носителя Весов я ничего не знал, но о последних своих воспоминаниях рассказал. Не забыв упомянуть рыжую Мурзю.

Страйгор прищурился, встал на лапы и прижался мордочкой к решётке:

«Ты спас кота⁈»

Он выглядел изумлённым, а затем глаза его прищурились:

«И Кошачий Озорник увидел это и вздумал подшутить? О да, он мог. Он мог. Ради шутки! Но как лукавая морда узнала про меня? Это же не могло быть совпадением. Мой сосуд не был связан с его служителями! Мерзавец, негодяй… Но нет. Нет, нет силы у него такой. Он мог лишь тело одного из своих слуг отдать, он не мог поселить тебя в…»

Кот замолчал, и его взгляд скользнул по комнате. Затем вернулся ко мне. Страйгор тихонько и горестно мяукнул:

«Что ты говорил про курицу и рыбу? Выпусти меня, человек!»

— Я тревожусь, не опасен ли ты для моего общества, — с сомнением произнёс я.

Кот поднял правую лапу и принял торжественный вид:

«Клянусь Ундагой, что не причиню тебе вреда!»

Интересно, что это за Ундага такая. Я медленно подошёл к клетке, сел на корточки. Коты, они вроде мелкие и мягкие, но царапают и рвут так, что шрамы на всю жизнь остаются. Если паршивец меня обманет, то переедет на улицу.

Я щёлкнул задвижкой, открыл дверку клетки и Страйгор неторопливо вышел на свободу.

«Ты не пожалеешь, что поверил мне, человек», — важно мяукнул кот.

Ну да, наверное.

Когда Повелитель Верховных Сил захрустел сухим кормом, кушая величественно, но жадно, как истинный представитель своего вида, я решил и сам поужинать. Притворил за собой дверь, оставляя Страйгора в одиночестве, и вскоре уже был в лапшевной бабули Бо.

Заведение готовилось к закрытию, но пожилая, покрытая глубокими морщинами и не прекращающаяся улыбаться хозяйка не отказалась накормить запоздавшего гостя. Я расположился в самом углу заведения, и вскоре уже вкушал прекрасный рамён.

Насытившись и тепло попрощавшись с владелицей, я вернулся на тёмные сырые улицы Сеула. Итак, ситуация складывается любопытно. Можно даже сказать: интересно. Я в чужом теле, в чужом городе, и, может быть, в чужом мире. Моё положение не самое комфортное, но поправимое. Потому что терпение и труд всё в порошок сотрут. В моей унылейшей квартирке сейчас доедает корм целый Повелитель Верховных Сил, целившийся в тело несчастного Чон Ван Ги, но слегка промахнувшийся. Опасен ли этот Страйгор (это, кстати, имя, фамилия, прозвище или диагноз)? Сомневаюсь, что опасен. Если бы он мог, то криками и мявканьем бы не ограничился. Возможно, кошачье тело блокирует его способности. Тогда ему действительно не выжить на этих улицах. Котам в городах вообще тяжело приходится, если без хозяев.

Выбрасывать на улицу целого Повелителя я не собирался, конечно. Всё-таки тварь Божья, пусть и вредная, да ещё и червяком норовит обозвать. Спишем его поведение на стресс.

Кошачий Озорник, Носитель Весов и прочая околофантастическая терминология сейчас будет лишней, и поэтому её можно сразу отмести. Потом разберёмся, а сейчас мне вполне достаточно и говорящего кота. Ещё немножко необычного добавить в унылые будни, и чердак у меня точно может потечь. Поэтому дозируем такую информацию.

Так, что ещё?

А ещё я понял, что у меня внутри всё даже как-то оживилось, после такого вот изменения в жизни. Последние годы старого бытия ставили разные проблемы, но когда ты достиг потолка, то наступает момент отсутствия желаний. Потому что всё уже есть, чего хотелось раньше, а вот новых желаний уже нет. У тебя есть настолько всё, что ты даже вместо того, чтобы отправить охрану снимать кошку, лезешь за ней сам. Потому что это хоть как-то пахнет настоящей жизнью.

Так что, этот поворот судьбы меня более чем устраивал. Так что, Сергей Семёнович в прошлом, а нынче Чон Ван Ги — вперёд и в бой. Утро вечера мудренее. Пусть и сильно раннее утро, так как до офиса мне отсюда добираться почти час. Но, думаю, это тоже получится исправить. Хорошие архитекторы сложных задач не боятся.

А я был хорошим.

Перед тем как устроиться спать, я обнаружил, что у меня есть телефон, и что он разрядился. Пришлось поставить на зарядку, и синий экран засветился в темноте, окрашивая моё скудное жилище в призрачные тона.

Потом телефон пиликнул, рассказав о том, что у меня двадцать пропущенных звонков от Мун Джи Сонга, и еще девять сообщений от него.

Мун Джи Сонг это мой начальник. Наверное, у него что-то случилось. Я погасил экран, не читая, повернулся на бок и сладко зевнул. Надо соблюдать work-life balance[2], умные люди не просто так его придумали.

[1] квисин — демон

[2]work-life balance — это разделение личной и профессиональной жизни, которое помогает им взаимно друг друга поддерживать

Глава 2

Утром, после быстрого завтрака, я добрался, наконец, до телефона и узнал, что у Мун Джи Сонга, потерявшего меня вчера, действительно что-то случилось. С ним, неожиданно, случился я. Ну, а вернее — Чон Ван Ги, бестолковое создание, не закрывшее важнейшую задачу по обновлению одной строчки в базе данных и теперь подставляющее этим весь цвет отдела. В сообщениях Мун Джи Сонг меня мягко порицал за то, что я ушёл с работы, не закрыв задачу. Упоминал кодекс Тонгкан Солюшен, что всё для клиента и его счастья. Что такие поступки не красят ни компанию, ни отдел. И что мне требуется хорошо подумать, а готов ли я продолжать трудиться на благо корпорации, если так себя веду.

В целом, да, вышло не очень ладно, если смотреть с точки зрения профессионализма. Но бедный Чон Ван Ги сбежал с работы для того, чтобы отвезти своего кота ветеринару и планировал прийти на работу пораньше, чтобы успеть до момента озверения начальства.

Получается, не успел: менеджер озарился значительно раньше. Что ж, значит, будем исправлять сложившуюся ситуацию. И получается, что не настолько потерян был тот младший специалист, как я о нём думал… Не просто так штаны протирал. Как-то даже старался, по мере сил и скромных умений.

Перед самым уходом на работу я проверил: есть ли еда в миске у Повелителя Верховных Сил. Ого! Идеальная чистота! Но пустота вечно требует заполнения, поэтому я насыпал ему корма, убедился, что вода свежая и собирался было уходить, когда его Могущество преградило мне дорогу, неторопливо село, обвив хвостом лапы, и замяукало:

«Я хотел поговорить с тобой. Ты хочешь захватить этот мир, человек?»

Очень необычное предложение. Обсужу его со своим психиатром попозже, когда заработаю на него. А пока надо просто делать то, что делать умею. Работать работушку.

— Не сейчас, Страйгор. Мне нужно не опоздать и хорошо поработать. Ты же наверняка хочешь хорошую еду на выбор, а не печальную участь корейского крысолова?

«Ты можешь больше не работать ни дня, если будешь слушаться меня, человек. Я могу пробудить в тебе неведомое могущество! И вместе мы завоюем этот мир! Я скромно встану во главе и…»

— Хорошо, хорошо. Но вечером.

Я переступил через него, услышав возмущённый мявк, а затем прикрыл за собой дверь и поспешил к метро.

Башня Тонгкан Солюшен находилась на острове Йоидо. Престижное место, и многие соискатели бы душу отдали, лишь бы попасть на работу в одно из сверкающих зданий. Здесь всё кричало о современности и могуществе тех, кто заселил стеклянные колоссы тысячами своих сотрудников. И это было понятно. С работой здесь всё серьёзно. Она у многих на первом месте, а трудиться на известную корпорацию считается невероятно престижным занятием. Тщеславие это мощный грех, и тут многие ему подвержены. Хотя лично я знал много людей в своём прошлом, которые предпочитали небольшие компании, а от гигантов бежали сломя голову.

Их можно понять, корпоративная атмосфера она такая. Не каждому зайдёт. Но пора приблизиться непосредственно к моему рабочему месту.

Итак, мой отдел, представляющий собой небольшую каморку на шесть рабочих мест (из которых два всегда пустовали), находился в полуподвальном помещении слегка на отшибе от проторенных деловых маршрутов. Было чуточку неловко выбиться из общего потока спешащих наверх женщин и мужчин, и свернуть к небольшой двери справа от лифтов, и чуть подальше лестницы.

На двери висела табличка, гласящая «ДИТ ПКС». Департамент информационных технологий, проверка контрольных списков. Громкое название, куцее наполнение, табличка в корпоративном стиле на маджентовом фоне.

Приложив смарт-ключ к сканеру, я дождался зелёного сигнала и вошёл внутрь. Загорелся свет в коридоре, сопроводив маршрут до рабочего места диодными огоньками. Автоматика и экономия.

На работу я пришёл, как водится, первый. Поставил кофе рядом с мышкой и включил компьютер. Пальцы привычно легли на клавиатуру и ввели как логин пользователя, так и пароль. Чужая память отзывалась моментально. Впрочем, почему чужая? Уже моя, так или иначе.

Передо мною раскрылось то, что успокаивает каждого программиста. Чёрная тема в среде разработки, которую я почти сразу же сменил на белую. Я — настоящий хулиган, знаете ли. Бунтарь-с.

Первым делом я нашёл задачу, которую просрочил, и за пару минут её исправил. Судя по тому, что творилось в коде, здесь просто напрашивался глубокий рефакторинг[1], но когда тебе двадцать раз звонит начальство — задачи надо выполнять быстро, пусть и грязно.

Забросив данные в нужную ветку, я подготовил всё для ревью[2], а после этого приступил к обычному рабочему маршруту: списки задач, треккеры активности. Задачек у меня хватало, но все они были несколько примитивные для воплощения. Работы на время пока чашку кофе употребляешь. Хотя, полагаю, старому Чон Ван Ги пришлось бы повозиться. Решать весь объем задач скопом и сразу я не стал. Не время для спешки, да и ударный труд скорее усложнит мне жизнь, а не упростит.

Правда, прежде чем начальство прибыло на рабочее место, я всё же успел закрыть ещё одну проблемку, которая давно мозолила глаза всему отделу, но которая вечно отодвигалась в сторону из-за более насущных задач.

Пусть будет бонусом. Дальше мне нужно время чтобы разобраться со всем происходящем в моей новой профессиональной деятельности. Ну и заодно привести мысли в порядок.

Вторым в офисе появилась Ли Ю До, худенькая рыжеволосая тестировщица лет двадцати пяти, большую часть рабочего времени проводящая в телефоне или же на бесчисленных женских сайтах, с миллионами различных моделей сумочек, зонтиков, шарфиков и прочих аксессуаров. Она старательно прятала свои интересы от менеджера, но со мною такого успеха не имела, да и не слишком-то и пыталась.

— Здравствуй, Ван Ги! — ярко улыбнулась она мне, а я поднял руку в приветствии. — Господин Мун вчера ушёл очень поздно и вспоминал тебя очень часто. Мне кажется, что и сегодня будет про тебя говорить.

Я сокрушённо вздохнул.

— Как чувствует себя твой котик?

— Спасибо, Ю До. Ему гораздо лучше.

Дежурный обмен вежливостями закончился, и девушка принялась готовиться к тяжёлому дню. Сначала отметилась в программе учёта рабочего времени, затем аккуратно и щепетильно расставила всё на столе, а после взяла чашку, с фотографией какого-то смазливого айдола, и поспешила на кухню.

Там у неё гнездо. Среди схожих по характеру и устремлениям девушек.

Мы с Ли Ю До друзьями не были. Это я понимал с высоты собственного полёта, а вот на Чон Ван Ги старого образца девушка действовала удивительным образом. Он замирал, когда она подходила, и с нелепым видом переставал воспринимать реальность, любуясь красавицей. Тело программиста не было избалованно женским вниманием, и что с ним делать в принципе не понимало. Хотя отношения у Чон Ван Ги когда-то были, но называть их таким образом, с точки зрения Сергея Семёновича, несколько бестактно. Короче, иногда он шёл по жизни с какой-нибудь женщиной, но недолго и преисполненный страданиями.

Я бы его пожалел, но он амёба же, нельзя об этом забывать.

Кто касается Ли Ю До, то тестировщица подходила к Чон Ван Ги не просто так. То ей нужна была помощь с программой, то с тестовыми сценариями. То она не знала, что нажать для нужного результата, то просила посмотреть, как правильно всё заполнить, а потом мягко уступала Чон Ван Ги своё кресло, и уже он делал её работу, пока тонкие пальчики Ю До порхали над экраном смартфона в приложении для знакомств или в каком-нибудь чатике.

Чон Ван Ги в эту милую девушку влюблён не был, конечно, но власть она над мастером кодов имела невероятную. Надо отметить, что наличие таких «софтскилов[3]» у тестировщицы штука полезная для жизни, и достаточно безобидная. Я видел и похуже.

Пока девушка гоняла чаи с подругами, в офис заявился сам господин Мун Джи Сонг. Его недобрый взгляд не отрывался от меня, всё то время пока он неторопливо снимал плащ и водружал его на вешалку. Я терпеливо ждал, чуть наклонившись в почтительном приветствии.

— Я звонил вам, господин Чон, — сказал начальник, закончив. Я привычно считал мимику оппонента, отметил лёгкую дрожь в руках, чрезмерно старательную причёску (он провёл у зеркала больше положенного времени) и чуть напрягшиеся брови. Господин Мун был не очень опытным управленцем, и потому к разговору готовился и настраивался заранее, может быть, даже репетировал у зеркала. Будет неразумно с ним спорить, с такой накруткой. Пусть выпустит пар, мне хуже не станет. Двадцать звонков впустую могут пошатнуть нестабильную психику.

— Простите, господин Мун. Вчера я должен был уйти вовремя, чтобы попасть к ветеринару.

Он смотрел на меня поверх очков с осуждением.

— Отговорки. Меня это ни капельки не интересует, господин Чон. Ваше личные проблемы вы должны решать в ваше личное время, а не в рабочее! Корпорация платит вам не за вашего кота. Скажите, какую пользу вы принесли компании?

Я снова поклонился. Думаю, он ещё не выплеснул всё, к чему готовился. Поэтому можно немножко царапнуть:

— Я ушёл ровно в 18.30, господин Мун.

Брови начальника сурово нахмурились:

— Ты ушёл, не выполнив назначенную тебе работу, а наши клиенты как никогда нуждаются во внедрении этой фичи[4], а теперь она будет поставлена на день позже. Это очень плохо, Ван Ги! Скажи мне, как нам с господином Кимом, нашим несчастным аналитиком, смотреть в глаза нашим клиентам? Ты помнишь девиз корпорации Тонгкан⁈ Радуйте наших клиентов! Где здесь радость, когда необходимое внедрение откладывается из-за такого попустительства со стороны корпорации?

— Простите, господин Мун. Этого не повторится.

Иногда начальнику надо показать начальника. Для этого есть даже специальное производство слонов из мух, куда каждый из руководства нет-нет, да заглядывает. Проступок бедолаги Чон Ван Ги никаких проблем клиенту бы не доставил, так как фича ценности не несла никакой.

Тем более, что до клиентов она доберётся совсем не сегодня. Сначала доработке придётся пройти несколько дополнительных этапов, как от простого тестирования, так и до приемочного, потом её должны отобрать для поставки на сервера. А потом… Мой опыт подсказывал, что это вот «внедрение» и вовсе не заметят, пока какой-нибудь юродивый случайно что-то где-то не нажмёт и не увидит внезапное новшество. Обычно такие работники ещё и обращение в службу поддержки заводят, мол, верните как было.

Однако спорить с начальством, алчущим крови, это удел тех, кто не умеет владеть с собой. Иногда нужно просто со всем согласиться. Тем более, что он почти выговорился, и после будет расслаблен и мил. А сейчас вон, то на «ты», то на «вы». Нервничает, бедолага.

— Поймите, господин Чон, — приблизился ко мне менеджер. — Там, на улице, стоит очередь таких, как вы. Не вынуждайте меня искать среди них замену.

Я снова поклонился с максимально виноватым видом. Да, у начальника был определённый тип менеджерского управления и это нужно учитывать. Кто-то предпочитает запугивать, кто-то задабривать, у кого-то кнут да пряник в инструментах, ну и не стоит забывать о тех, кто бьёт пряником. Такие тоже попадались.

У них такая работа, с этим ничего не поделаешь. И очень славно, но тут Чон Ван Ги был хорош, он постоянно по жизни получал нагоняи, и никогда на них не обращал внимания. Здоровая психика. Иной бы полез в бутылку и в итоге бы даже вылетел с работы гордым героем. В условиях жестокой конкуренции найти себе нечто столь же непыльное у него бы не вышло. Это если не учитывать мстительность некоторых управленцев, которые будут несколько дней бегать по всем знакомым, рассказывая о нерадивом работнике и пополняя им чужие чёрные списки.

Я вернулся за своё рабочее место. Между прочим, насчёт смены работы надо подумать всерьёз. Да, багаж знаний у Чон Ван Ги был небольшим, однако на собеседовании же будет выступать не он, а я. И тут уже результат будет совсем иной. Полтора миллиона вон это ведь натуральные слёзы для Южной Кореи. Особенно для айтишника!

Правда, честно, я и прежде никогда не понимал: зачем им так много платят. Однако не знаю никого, кто отказывался бы от такой зарплаты из-за этого досадного непонимания.

— Господин Чон, — вдруг подал голос Мун Джи Сонг. Интонация у него, определённо, изменилась. — Вижу, вы закрыли ту старую задачу с профайлами… Спасибо. Хорошая работа. Всегда бы так.

— Благодарю вас, господин Мун.

Уверенности в себе моему «новому» начальнику явно не доставало. После вспышки гнева он теперь испытывал чувство вины. Новичок. Во-первых, потому что позволил себе реакцию сгоряча, и во-вторых, потому что не оказался последовательным в своих реакциях. Многие неопытные управленцы так поступают, сначала наорут, а потом плюшек отсыпят, чтобы задобрить.

Но это лучше, чем просто наорать. И поведение Мун Джи Сонга меня устраивало и не удивляло. Память Чон Ван Ги подсказывала, что менеджер очень долгое время был единственным членом команды, отвечающим за крошечный сервис. Но два года назад его отдел решили расширить, и не нашли ничего лучше, как сделать лояльного сотрудника управляющим новой команды.

Команды, которая всё это время занималась какой-то ерундой. Но занималась с максимально серьёзным видом.

Впрочем, для многих проектов это норма. Так что откуда бы у Мун Джи Сонга родился опыт управления людьми? Вот именно. Только признанный мудрецами мира путь по собственным граблям.

Последним явился Ким Тхе, наш аналитик. Вот с ним мы, вроде как, были дружны. Если можно назвать дружбой несколько совместных походов в бар. Тхе снова опоздал, но господин Мун, уже вымотанный эмоциональной встряской, сделал вид, что этого не заметил. Мы с аналитиком обменялись небольшими поклонами и улыбками. После чего Тхе плюхнулся на стул, нацепил на голову огромные наушники и погрузился в его аналитическую работу. В основном заключающуюся в копировании одних статей, творческой переработке текста по нужному шаблону и передачу получившегося продукта на обсуждение сначала с заказчиком, а потом и с разработчиком.

Вскоре вернулась и Ли Ю До, расшаркалась перед Мун Джи Сонгом, старательно осведомившись о здоровье и проболтавшей с управляющим положенные пару минут. Я даже нахмурился, слушая их насквозь фальшивый диалог. Какая-то удивительного уровня актёрская игра была у обоих. Низкого уровня, разумеется. Разговор шёл в духе: «Не кушали ли вы на завтрак рис с кимчи, господин Мун», «Нет, я не кушал на завтрак рис с кимчи, госпожа Ли». «Непременно отведайте на завтрак рис с кимчи, господин Мун».

Когда эта странная беседа закончилась, девушка, наконец-то, открыла рабочую программу и через несколько секунд повернулась ко мне с лёгким изумлением и негодованием.

Да, те две задачи, что я сделал с утра, теперь придётся проверять на тестовой среде, куда я уже накатил все изменения, о чём написал на почту Ю До. А проверять придётся именно ей, так как это её работа. Тяжело вздохнув, девушка тряхнула головкой и, надув губки, приступила к должностным обязанностям. В отделе повисла рабочая тишина, прерываемая кликаньем мышек да щёлканьем клавиш. Уютный мирок для интроверта.

Я копался в коде сервиса (очень, очень тяжеловесного и устаревшего) интересуясь тем, что вообще происходит в его приложении и для чего его используют. Привычка. Очень странной на первых порах мне показалась совершенная непрозрачность по работе с другими приложениями. Возможно, у них тут большая проблема с архитектурными решениями. Или же у каждого сервиса свой владелец, которому чуточку не до коллег и вообще свой царь в голове, а то и вовсе анархия. Я нашел слишком много различных точек входа для данных, которые можно было бы оптимизировать. Будто каждый сторонний сервис запрашивал себе отдельное место для коммуникаций.

Само приложение по расчёту вероятностей коррупции было хоть и не масштабным (если не учитывать километровые страницы кода, и излишнее число справочных таблиц в базе данных), а использовалось часто. Что очень странно, как по мне, с такой-то поддержкой в лицах калеки от разработки Чон Ван Ги, тестировщицы Ли Ю До и откровенного бездельника Ким Тхе. Раньше этот сервис вёл один человек и на месте руководства я бы так всё и оставил. Он бы спокойно справился.

Впрочем, полагаю, что подразделению сверху спустили команду на расширение штата. Такое случается в больших компаниях, и поэтому вместо одного работника теперь здесь сидели четверо и люди чуть повыше могли вздохнуть спокойно, подправив отчёты, ну и слегка увеличить нагрузку на новую команду.

Чего, надо сказать, почти не сделали. Иногда Ким Тхе приходили задачи, но его энтузиазм по их решению очень быстро разбивался о скалу Мун Джи Сонга и контактного лица со стороны заказчика. Те просили делать только то, что они хотят, не слушая доводы энергичного аналитика о возможных улучшениях. Ким Тхе поначалу горел желанием всё сделать классно, современно. Но, увы: аналитика такие препоны поломали очень быстро, и Ким Тхе втянулся в общий ритм работы, когда никто никуда не спешит и никому ничего не нужно. И которой, я имею в виду работы, в нашем отделе то не было, то вдруг прилетал менеджер-чайка с криками о сорванных сроках. Типичное проявление плохих процессов в коллективе. Но не мне их исправлять. На данном этапе нужно было просто понять: как здесь всё устроено.

В целом, задача «ДИТ ПКС» была понятна. По сути, всё, что мы делали, это определяли возможные риски коррупционной составляющей по посылаемым нам отчётам от множества сторонних сервисов. Где-то проверяли родственные связи, где-то общее место жительства, где-то место учёбы, место работы членов семьи, связи по заключаемым сделкам, контрактам, договорам. Проверок здесь хватало и часть из них вполне могли оказаться не совсем законными. Насколько я знаю, к защите личной информации в этой стране относятся очень серьёзно. Что, разумеется, не мешает закрывать на неё глаза при большой необходимости, а при очень большой необходимости совершенно не мешает посадить на приличный срок всех причастных.

Например, меня.

Эта мысль неприятно уколола. Ведь не для того судьба дала мне второй шанс, чтобы я провёл жизнь за корейской тюремной решёткой.

Ладно. После всех проверок, в случае выявления рисков по какому-нибудь запросу, мы отправляли соответствующие отчёты в службу безопасности, и дальше уже работали серьёзные люди Тонгкан Солюшен. И да поможет им всем милостивый Господь.

Сами построенные алгоритмы выявлений возможных случаев потрясали дроблением и размахом логики. Но окончательно поразили меня совсем не они. Поразили меня внедрённые в код непонятные исключения. Чуждые и совершенно неуместные. Все эти проверки в поисках нечистых на руку работников корпорации запускались, неожиданно, не для всех. Иногда из алгоритма выпадали определённые уникальные идентификаторы, их просто не проверяли на конфликты и риски. Иногда это были целые группы сотрудников, объединённых ключом департамента.

Данные в сервисе и наших базах были обезличены, поэтому для меня цифры оставались лишь цифрами. Это обычные ключи, безликие идентификаторы, за которыми стояли реальные люди, вертевшие всю систему по противодействию коррупции на одном месте. Организованно вертевшие.

Это напрягало. Очень напрягало. По истории кода большая часть таких инъекции была внедрена Мун Джи Сонгом, но нашлась парочка сделанных и мною. Чон Ван Ги в прошлом к работе подходил без искорки. Ему сказали сделать, он сделал. Зачем, для чего, почему — не его ума дело. Главное, не пропустить воскресную игру в го и не получить нагоняй от руководства.

Мда. По всему выходило, что крошечный отдел в полуподвальном помещении Тонгкан Солюшен покрывал игры очень больших и очень неприятных людей.

Интересно, насколько больших и насколько неприятных…

[1]рефакторинг — Переработка кода для его оптимизации, улучшения

[2]ревью — процесс проверки написанного кода. Бывает автоматическое и ручное. Чаще и то и то.

[3] Софтскилы навыки межличностного общения, лидерства, коммуникации и управления.

[4]Фича — Новая разработка, дополнительная функция

Глава 3

— Нет! — сказала девушка и топнула ножкой. Одетая в дорогой деловой костюм, не способный скрыть её подтянутую фигуру, она с гневом и возмущением смотрела на собеседника. Карие глаза сверкали от несдерживаемых эмоций. — Так никогда не будет, отец! Я же не для того столько лет училась, чтобы стать твоей… твоей… Племенной кобылицей!

— Со Ён, семье это нужно, — Сон Джун Хён, председатель Тонгкан Солюшен, излучал уверенность и силу. Он даже не встал из роскошного кожаного кресла, с некоторым снисхождением наблюдая за дочкой. О, внутри тоже бушевал ураган, но когда ты на вершине, эмоции должны оставаться в тени.

— Семье⁈ — задохнулась от возмущения красавица. — Семье⁈ Сразу скажи прямо, что это нужно дедушке!

— Со Ён! — чуть повысил голос Сон Джун Хён и нахмурился, отмечая непокорной дочери своё недовольство. — Где твои манеры? Неужели Европа так тебя изменила⁈ Неужели там учат без почтения относиться к старшим? Я слышал про то, как испортилось образование в Германии, но ты всё равно поражаешь меня!

Девушка прищурилась. Грудь её вздымалась от кипящих внутри страстей, но Со Ён всё же сумела совладать с собой. Она собралась с силами и выпалила:

— Я принесу семье гораздо больше пользы, если смогу применить те знания, что получала эти шесть лет, отец!

— Больше, чем сталелитейное производство господина Ли Бо Гома? — уточнил Джун Хён.

— Айгу[1]… — закатила глаза Со Ён. — Отец!

— Твой брак добавит в Тонгкан очень многое…

— Но я ведь могу больше чем просто рожать детей! Папа!

На глазах Со Ён появились слёзы. Она бросилась на колени, сложив молитвенно ладони:

— Папа, я правда могу добиться большего! Это же моя жизнь. Я ведь так старалась! Я была лучшей ученицей! Я знаю больше чем Пак Хо! Позволь же мне доказать свои знания!

Джун Хён тяжело вздохнул.

— Твой брат ещё молод, Со Ён. Конечно, ты знаешь больше. Я умоляю тебя, дочь моя, встань.

— Нет, — мотнула головой девушка. — Нет, не встану! Дай мне шанс, папа. Я готова на любое твоё испытание. Ты ведь говорил, что в будущем, когда придёт время, я возглавлю Тонгкан Солюшен. Ты обещал показать мне, как всё устроено. Ты говорил, что я должна понимать, чем мы занимаемся. Что я должна чувствовать то, чем живут простые работники Тонгкан! И что я должна учиться-учиться-учиться. Я училась, отец. Я ждала, а ты… Неужели ты обманул меня?

Отец чуть замялся. Да, он обещал. Да, он отправлял свою дочь для того, чтобы она смогла когда-нибудь представлять интересы семьи, заменив его на посту председателя. Да, он видел в ней свою замену. Но время шло. Интересы семьи менялись. Племянник проявлял интерес к Тонгкан Солюшен, и судя по недавним заявлением старика — именно его дедушка Со Ён и хочет видеть во главе корпорации, а саму Со Ён в браке с представителем семьи Ли.

Мог ли он воспротивиться воле отца? Конечно же нет.

Но сейчас его дочка плакала, стоя перед ним на коленях, и пусть на лице Джун Хён не отражалось никаких чувств, а внутри всё болело за родную кровь. Конечно же, он любил её, конечно же, хотел увидеть, как она идёт по жизни, одерживая победы за победами. Если бы всё было так просто…

— Хорошо, — подался он к ней. — Встань.

Со Ён послушалась, но глаз не подняла. Лишь шмыгала носом, словно маленькая девочка. Как будто ей снова семь лет, и у её любимой куклы оторвалась рука, а Со Ён, отчего-то, обвинила в этом себя.

— Я попробую поговорить с Сон Гын Сок, — он приобнял дочку за плечи, заглядывая в лицо. — Была бы дочь красива, а зятя выберем, да?

Со Ён подняла взгляд:

— П…П…Правда?

— Не только ведь у меня есть дочь, —улыбнулся Джун Хён. — Но учти, я многим рискую. Поэтому хочу сразу договориться с тобой. Давай не станем хватать пролетающие облака. Я дам тебе возможность проявить себя. Я дам тебе время. Месяц. Справишься — пойду на поклон к председателю Сон Гын Сок и напомню ему о дочерях его племянников. Они не так прекрасны, как ты, но тоже не замужем. А если не справишься… Сделаешь то, чего хочет от тебя семья. Мы договорились с тобой?

— Что это будет, отец? Какое испытание?

— То, что я обещал. Ты увидишь, как живут простые работники. Ты поймешь наши ценности на их уровне. И ты приведёшь их к успеху, пользуясь своими знаниями. За месяц.

— Спасибо, отец.

— Тогда иди. Я попрошу помощника Мин ввести тебя в курс дела. Не подведи меня, дочь.

Со Ён поклонилась и отправилась к двери. Она справится. Она всем докажет, что не зря училась в Бонне эти долгие шесть лет. Кто-то называл её поездку ссылкой, и, быть может, таковой она и была, но даже сидя в застенке необходимо учиться. О, как она училась! Потому что знала, что когда-нибудь вернётся в родной Сеул. У самого выхода Со Ён шмыгнула носом ещё раз, для отца, но уже с улыбкой, которую он не увидел.

Джун Хён проводил дочь взглядом и вернулся к столу. Нажал на кнопку интеркома:

— Господин Мин, зайдите ко мне, пожалуйста.

Его высокий, подтянутый ассистент тридцати двух лет появился почти моментально, разминувшись в дверях с Со Ён. Почтительно поклонился представительнице знатной семьи, тихо прикрыл створки за красавицей, а затем молча подошёл к начальнику.

Джун Хён повернулся в своём кресле к стеклянной стене, с видом на Сеул. Несколько минут он смотрел на кажущийся игрушечным город.

— Мне нужен список наших отделов разработки, чьё финансирование сокращено в этом квартале.

— Сделаю, господин Сон.

— Отбери среди них те, что не несут в себе высоких рисков, как для внешних клиентов, так и для наших внутренних задач, — продолжал Джун Хён. — Ищи среди отделов, в которых не больше шести… Нет, не больше пяти сотрудников. Нет, четырёх.

Господин Мин даже бровью не пошевелил, равно как и пальцем.

— Нет, всё же пяти, — определился Джун Хён.

Господин Мин кивнул и на этот раз сделал отметку. На господина Сон он работал уже много лет, понимал, когда лучше подождать, а когда необходимо действовать.

— Для всех отделов из этого списка мне нужны копии личных дел сотрудников, — щёлкнул пальцем Джун Хён. — Хочу ознакомиться.

— Слушаюсь, господин Сон.

— Ступай…

Когда дверь закрылась, Джун Хён повернулся к столу, посмотрел на семейную фотографию. Он собирался выдать дочери задание, схожее с поездкой в Сеул искать господина Кима. Город большой, Кимов очень много. Бесполезная трата времени.

Увы, всё решено главой семьи Сон. Со Ён должна стать женой господина Ли. А вот уже их отпрыск вполне может взять на себя управление Тонгкан Солюшен, когда придёт время. Возможно. В то, что Джун Хён сможет усадить в кресло председателя родного ребёнка — он уже и не верил. Младший сын, откровенно, не блистал, а бойкий племянник уже шёл к вершине айти-корпорации, и догнать его было невозможно.

В итоге компания останется в семье. Просто управлять ею будут не его дети. Обидно? Нет. На судьбу не обижаются.

Главное, найти дочке подходящий отдел. Без бюджета и наполненный бесталанными работниками. Тогда у неё будет очень тяжёлый месяц, но зато в финале вся семья будет довольна, и заполучит власть над новыми производствами.

Джун Хён понял, что проголодался.

* * *

«Работать» пришлось допоздна. Господин Мун снова задержался, и на этот раз было бы не очень разумно уходить раньше него. Тут так в принципе не принято. Так что все мы смиренно ждали, когда одинокий Мун Джи Сонг доработает в своё удовольствие, и сбежали с работы уже через пару минут после того как он покинул башню Тонгкан Солюшен. На часах было почти девять часов вечера, и я чувствовал себя выжатым как лимон. Очень многое пришлось прочитать, многое проанализировать. Работа несложная, но только когда ты к ней готов. Когда ты тренировал свой разум годами, решая кучу задач и параллельно осваивая новые языки программирования, чтобы быть в курсе трендов.

Но если ты годами сидел на одном месте и перекладывал данные из одной базы в другую год за годом. Тут уже становится всё несколько тяжелее для организма. Чон Ван Ги мозгом почти не пользовался, и поэтому тот не выдерживал моих измышлений.

Немыслимо, но у меня даже голова кружилась от напряжения и ноги-руки еле слушались.

Когда я вошёл домой, Страйгор сидел на моей кровати и вылизывал себе там, где обычно вылизывают коты. На щелчок замка он застыл, оторвавшись от занятия, но лапу так и держал задранной. А потом чуточку неловко сделал вид, что просто разминался и степенно поднялся. Изогнулся, зевнул и неторопливо пошёл ко мне.

— Доброго тебе вечера, Страйгор! — поприветствовал его я. Глянул в миску: еда есть, вода есть. Затем разулся, пронёс пахнущий свёрток с тхвигим[2] на кухню. Опустил обеденный стол и водрузил купленное по дороге кушанье на него. Затем принялся разбирать пакеты из магазина.

Одним фастфудом сыт не будешь. Надо хоть что-то самому готовить, а то разорюсь.

Кот запрыгнул на стол, принюхался к тхвгиму. Фыркнул, помотав головой, и воззрился на меня. Слава Богу — молча.

Я же, умывшись, принялся за ужин, размышляя о прошедшем дне и пытаясь хоть как-то предположить дальнейшие шаги моей новой жизни. Впрочем, взгляд кота меня сильно отвлекал. Страйгор совершенно точно считал, что я не тем занимаюсь.

Мнение понятное. Вот только ситуация, когда ты оказываешься в компании разумного животного, рассказывающего странные вещи о Повелителях, Кошачьих Озорниках и прочих радостях, уже не штатная. И моё существование здесь, в этой вот каморке, тоже рядовым не назовёшь. Немножечко равнозначные по уровню стресса события. Если бы случилось только одно из них, то и внимания ему я бы уделил побольше. А так имеем что имеем. Ох, сейчас бы в кроватку и поспать…

Кстати, этот вот тхвигим оказался невероятной штукой. Рыба, обваленная в муке и зажаренная в масле. Не очень полезно для здоровья, но вкусно невероятно! Причём, как водится, старый носитель об этом блюде помнил и знал его, а, значит, знал и я. Но при этом вкус корейского фастфуда мне показался абсолютно новым и более чем достойным.

Приятный сюрприз.

— Ну что, собрат попаданец, что мы будем с тобой делать? — спросил я у кота, увлечённо работая челюстями.

«Захватим мир?» — мяукнул Страйгор.

Я хмыкнул, проглотил кусок и запил его чайным напитком с шариками. Тоже вкусно.

Кот терпеливо ждал моей реакции. Кончик его хвоста чуть подрагивал. Это, вроде бы, что-то значит на кошачьем. Не помню что. Страйгор снова мявкнул. На этот раз нетерпеливо.

«Ты же слышишь меня, человек⁈»

— Слышу, пушистый захватчик, — ответил я. — Зачем тебе мир-то?

«Лишь единая власть способна двигать общество вперёд! Ты и я объединим эти ущербные племена в одно, мы сожжём всех непокорных и когда сядем на троне во всём великолепии, то останемся в веках! Я стану живым богом для этих чер… людей».

Я снова отпил из стакана, слушая, как распинается передо мною бело-рыжий кот. Он встал и ходил по столу, туда-сюда, деловито мяукая. Может, это всё-таки галлюцинации и моё сознание просто поехало в неизвестном направлении? Может, вообще всё вокруг происходящее лишь выброс перегретого мозга, а? Мы ведь во снах столько жизней проживаем. Там не только коты разговаривают в Сеуле. Там даже справедливость может существовать.

— Какой твой план по захвату мира? — поинтересовался я, когда кот умолк.

«Ты должен кое-что сделать, человек!» — оживился Страйгор. Подошёл ближе, заглядывая прямо в глаза. Облизнулся. «Ты должен посетить одно место и забрать оттуда то, что я туда положил до того как…»

Он зашипел:

«До того как ты захватил то, что было нужно мне. До того как я совершил….»

— Ну-ка цыц, — хлопнул я ладонью по столу. Страйгор осёкся. Посмотрел на мою руку, затем на меня. И совсем по-человечески вздохнул, а затем уже жалобно продолжил.

«Мне всё ещё больно, человек. Эта роковая случайность. Это предательство со стороны Высших Сил…»

— Так, отвлекись. Рассказывай, что за место и что я должен забрать.

Кот смотрел мне прямо в глаза, не мигая.

«Оно совсем рядом. Но я не знаю точно, где именно. Это зашито между пространств! Ты должен взять меня с собой, и я почувствую нужное место»

— Звучит так себе, если честно.

«Оно там!» — кот указал правой передней лапкой куда-то в сторону и вниз. «Теперь ты понимаешь?»

Я кивнул. Понимаю.

— И что там?

«Там руна силы», — со значением сообщил кот. «И она будет твоей. И вместе мы сможем захватить этот мир. Ты получишь невероятную мощь, и начнёшь восхождение! А когда я пойму, что ты ступил на путь власти, то открою тебе дорогу к другим рунам. Я смог перенести их достаточно для того, чтобы покорить слабый мир. Я смог разбросать их по вашему жалкому и беспомощному миру! Так, чтобы никто из Наблюдающих не почувствовал моего влияния»

Самодовольно мурчащий кот, рассуждающий о покорении мира, меня немного смущал, но не удивлял. Даже странно как-то, что не удивлял. Вот только и желания бежать куда-то в ночь, дабы получать какие-то сверхспособности, не было совершенно. Во-первых, потому что у меня вообще не было сил. Настолько устал, что даже плохо было. Искать среди ночи что-то на улицах Сеула… Я так ещё один автобус встречу лбом, и всё. Ну и во-вторых: я всё равно не ощущал в себе стойкой уверенности в том, что у меня не засвистела фляга в голове, и что этот кот вообще существует.

— Хорошо. Сходим на выходных. А сейчас спать.

Я поднялся, собрал упаковку от тхвгимы, бросил её в мусорку. Протёр стол, затем тщательно помыл руки. Страйгор наблюдал за мною с выпученными глазами.

— Ну чего? — спросил я его, наконец.

«Человек… Я предлагаю тебе могущество. Другой бы уже бежал по улице в его поисках. Что с тобой не так⁈»

— Оно ведь никуда не денется? — уточнил я, отряхивая руки. — Значит, спешить некуда.

«Это же величайшая власть, человек!» — взвизгнул Страйгор. Он часто-часто вилял хвостом, колотя по только вытертой столешнице. «Ты полоумный⁈»

Я пожал плечами, взял пушистика на руки и осторожно опустил его на пол. Стол надо собрать. Очень хотелось спать. Вот прямо очень. Мозг моего носителя совершенно не справлялся с тем объемом знаний и впечатлений, что ему пришлось сегодня пережить. Кошмар какой-то. Может, надо в аптеке что-то тонизирующее для него приобрести? Какой-нибудь милдронат. Нельзя быть таким тупым.

«Ты дурак…» будто подслушал меня удивлённый кот. «Или же действительно безумен!»

— Вот, вот! Я сам об этом думаю. Поэтому спешить не будем, Страйгор. Я просто не мог идти сейчас с тобою в ночь и шататься по городу в поисках неизвестно чего… Я трезво оцениваю свои силы. Поэтому имей терпение. Никуда это от тебя не денется. Не всё сразу. Выходные скоро. А завтра на работу.

«Тебе не надо будет работать, когда ты найдёшь руну!»

— А что там такое-то? Золото скифов?

Страйгор отвёл взгляд, а затем чуть виновато мяукнул:

«Не знаю. Они перемешались».

— Перемешались? — зевнул я. Кот встал и важно заходил туда-сюда:

«Я не мог контролировать всё! Процесс переноса прошёл… Не идеально, скажем так. Но это неважно! Совершенно не важно! Просто со временем я бы добрался до каждой из рун. После того, как ты заполучишь первую, вторую найти станет проще, понимаешь?»

— Я смогу летать?

«Нет. Это не так работает. Тебе нужно собрать несколько определённых рун, чтобы заполучить осязаемую силу! Некоторые способности спрятаны в одной руне, а некоторые разбиты. Там важны ещё и комбинации. Ты не поймёшь».

— И какая ждёт нас на этих мрачных улицах, ты, конечно, не знаешь? — устало предположил я.

Кот опустил мордочку и печально кивнул.

— Ну, тогда этот процесс может как-то затянуться, верно? — присел я рядом с ним. — И для того, чтобы найти все твои руны, мы должны как-то жить в этом жестоком мире, да? Зарабатывать, например, да? Так что первым делом работа, а затем уже поиски, хорошо? Хорошо. Спокойной ночи, Страйгор.

Кот промолчал. Он медленно развернулся, задрав хвост, и неторопливо покинул комнату. После чего из коридора послышались рвущиеся звуки и пыхтение. Страйгор набросился на когтеточку и судя по всему вознамерился её уничтожить.

Я же собрался с силами и отправился в душ, а после уже плюхнулся в кровать. Из приоткрытой форточки, очень крошечной и находящейся почти под потолком, доносился городской шум. Но хоть какая-то вентиляция.

Разговор про руны не шёл из головы. Я всё пытался направить мысли в сторону того, что принёс мне сегодняшний рабочий день, но сознание Чон Ван Ги не выдерживало нагрузок и сбивалось с одной мысли на другую. Надеюсь, со временем это пройдёт. Хотя дыхательные техники, определённо, не помешают. Мужчина был не слишком умён, и его мозг столько не работал прежде.

И из-за ментальной слабости Чон Ван Ги мне не удалось уснуть быстро. Почти час я ворочался, накрываемый обрывками мыслей, но не способный удержать ни одно из них в нужном русле. А потом руны смешались с Южной Кореей. Мун Джи Сонг кидался в меня лапшой, а голый Ким Тхе со скованными за спиной руками что-то рассказывал полиции. По небу летели строчки программного кода, и вниз падали идентификаторы пользователей. Они разбивались об асфальт и с мяуканьем разбегались в стороны.

Такого чудовищного сна у меня, наверное, и не было никогда. Когда прозвонил будильник, я открыл глаза с облегчением, но совершенно не выспавшийся. Молча сел в мокрой от пота кровати. Пу-пу-пу…

Всё то время, пока я собирался, Страйгор наблюдал за мною со своего лежбища. Бело-рыжий кот на подушке из красной ткани. Подошло бы какой-нибудь девочке, а не тридцатипятилетнему мужику.

Впрочем, Чон Ван Ги человек, определённо, особенный.

[1] Айгу — синоним нашего «ох», «боже»

[2] тхвигим — Корейский фастфуд

Глава 4

— Ван Ги, не посмотришь? — нарядная Ли Ю До остановилась рядом со мною. От неё приятно пахло. Вообще, наша тестировщица была весьма красивой девушкой. Она умела следить за собой и при этом никогда не выбивалась из корпоративного дресскода. Классический чёрный низ, белый верх — очень стандартно, а вот с запахом совсем другая история. Чон Ван Ги от неё не просто так с ума сходил.

— Конечно же! — охотно поднялся я с места. Мы прошли к её компьютеру, сопровождаемые странным взором начальника.

— Вот смотри. Я вот нажимаю здесь и здесь, но у меня никак не получается тест. Может, ты мне подскажешь, что должно быть?

Говоря это, она поглядывала в телефон. Там, определённо, происходило нечто более важное, чем наше общение.

— Ты ведь такой умный, Ван Ги! — машинально добавила она, печатая что-то двумя руками на экране смартфона. — Ты так быстро всё понимаешь. Что должно быть, если я нажму сюда?

— Куда? — кашлянул я, привлекая её внимание.

— Ну, на это окошко. Вот что будет? — на секунду отвлеклась от телефона она.

— Будет термоядерный взрыв, — мягко сказал я.

— Отлично! А ты мог бы это записать? У меня формочка уже открыта… Прости что?

Я распрямился, нахмурившись. Ли Ю До изумлённо хлопала ресницами.

— В…Взрыв? Ты шутишь?

— Если мы хотим сделать работу хорошо, — понизил голос я так, чтобы не услышал Мин Джи Сонг, — то мы должны приложить к ней свои собственные усилия. И ты, и я. Если я подскажу тебе нужный результат, то ты упустишь что-то важное и потом, когда придёт время отдавать работу клиенту, вдруг он поступит не так, как я планировал, и как ты проверяла? А он ведь так и поступит, поэтому ты можешь найти мои ошибки, прежде чем они сделают нашего клиента несчастным. Но получится так, только если попробуешь пройти этот путь сама.

Она ошеломлённо смотрела на меня, не веря в происходящее. Торопливо поправила распущенные волосы, попыталась кокетливо улыбнуться, но тут же осеклась. Увидела в безотказном разработчике нечто новое и ей это совсем не понравилось.

Однако кое-что я за свою жизнь уяснил: если ты делаешь за кого-то его работу, то потом вес этого человечка очень сильно давит на плечи. А потом может оказаться, что на тебя сели уже всем отделом. Каждый занимается тем, чем хочет, а безотказный бедолага тащит на себе весь проект.

— Я думала… Так просто будет быстрее. Тебе сложно, что ли? — растерянность Ли Ю До начала переходить в раздражение.

— Просто я не смогу сделать это также хорошо, как ты, — поклонился я. Надо гасить зарождающуюся тьму в зародыше. С врагами работать сложно, поэтому их лучше не заводить, но и ездить на себе не позволять.

— Вам чем-то помочь? — подал голос Мун Джи Сонг. Обычно он спокойно относился к попыткам Ли Ю До переложить работу на разработчика, но при этом считал себя большим специалистом по конфликтам и если начинался спор, то всегда вмешивался.

Правда, споры здесь могли происходить только между нашим аналитиком и тестировщицей, и никак с разработчиком. Чон Ван Ги, как я уже многократно отмечал, был амёбой и мнение своё никому никогда не доказывал.

— Нет-нет, господин Мун. Мы обсуждали, как лучше всего проверять нашу последнюю фичу, — немедленно отреагировал я на замечание менеджера. — Госпожа Ли предложила потрясающий вариант.

Ю До охотно закивала. Глянула на меня ещё раз с изумлением, а я вернулся к себе и снова погрузился во внутреннюю документацию. Её, не совру, было валом. Огромное количество нецентрализованных данных, разбросанных по десятку источников. И в каждом из них я надеялся встретить какую-нибудь дополнительную информацию по обнаруженным мною «вкраплениям» в код.

Задачу на сегодня я выполнил в самом начале рабочего дня, но благоразумно не делал никаких коммитов[1] в общую ветку. Господин Мун мог начать прохаживаться мимо чужих мониторов, изучая кто чем занимается, и за это я не беспокоился, потому что у меня на экране не ютуб и не порнхаб, а портянка кода. Мало ли о чём его работник сейчас думает? Пусть даже о проблемах мироздания, главное чтобы он делал это пялясь в среду разработки.

Ну а в конце дня начальство должно увидеть, что работа сделана. Так начальству завсегда проще.

Но если ты выполнишь работу раньше, то Мун Джи Сонг расстроится. Потому что ему придётся выдумывать новую задачу. Так что зачем его печалить? Да и не в моих интересах ударная работа. Не платят мне столько, чтобы я ещё и старался. Так что можно полностью погрязнуть в розысках любых зацепок о том, что обнаружил в коде.

Интересно, чьи эти номера? Какую внутреннюю организацию мы покрываем? Кто в курсе происходящего? Насколько высок уровень покровителя подобных скрытых алгоритмов? Столько вопросов! И никакой внешней информации. Документация, надо сказать, не содержала ничего про исключения. Их никто, разумеется, не планировал.

Но в коде они были.

Руки чесались провести достойную переработку сервиса, но у меня имелись на этот счёт кое-какие сомнения, что это не встревожит господина Мина. Человека, который точно знал, что здесь происходит и покрывал это.

Я украдкой посмотрел на менеджера. Не похож он на преступника. Скорее человек, попавший когда-то давно на крючок и теперь сросшийся с гнилым кораблём, как те пираты из фильма. Часть команды, так сказать.

Бим-бим, пиликнул корпоративный мессенджер. Я открыл окошко чата, и увидел сообщение от Ли Ю До:

«Попьём чаю?»

Я повернулся к девушке. Она моё движение заметила, но никак не отреагировала, притворно увлечённая работой. Такого предложения от неё в адрес Чон Ван Ги никогда прежде не поступало. Тем интереснее.

«Почему бы и нет?»

Когда мы вместе уходили из нашего кабинета, то Ким Тхе выпучил глаза от удивления, однако язык за зубами удержал. Правда, почти наверняка, когда вернусь — в мессенджере будут ждать вопросы от аналитика.

В офисе нет ничего интереснее сплетен. Особенно, когда ты должен изображать работу, а не работать.

А вот злой взгляд Мун Джи Сонга, брошенный на нас, мне совсем не понравился. Так на коллег не смотрят.

Комната отдыха состояла из небольшого кухонного уголка, с кулером и кофейным аппаратом. Был ещё один холодильничек со стеклянными дверцами, в которых хранились контейнеры с принесёнными из дома обедами. И шесть пластиковых столов с лёгкими дешёвыми стульями.

— Я тебя чем-то обидела, Ван Ги? — спросила меня Ю До, когда мы заняли место в самом углу мини-столовой. Я осторожно отпил из чашки, чтобы не обжечься. Девушка явно была сердита. События пошли не по её плану, и сейчас она пыталась восстановиться в правах.

— Нет, не обидела.

— Тогда почему ты не захотел мне помочь? Ты всегда помогал.

— Ты хочешь сказать: делал за тебя твою работу, — мягко поправил её я.

Глаза Ю До сощурились:

— Ты так считаешь?

— А я не прав? — спросил я в ответ.

Она улыбнулась. Тонко и с вызовом.

— Значит, ты больше не станешь мне помогать? — уточнила она.

— Я всегда готов помочь, Ю До, если это действительно помощь. Но писать за тебя тестовые сценарии, пока ты переписываешься в телефоне, я больше не буду. Это непродуктивно. У меня ведь и своя работа есть.

Ю До хмыкнула и отпила из своей чашки:

— Я вижу, что ты хочешь, чтобы мы стали врагами? Хорошо.

— Ю До, перестань. Это не так…

— Я всегда жалела тебя, Чон Ван Ги! В твоём возрасте делать то, что ты делаешь… Твоя жизнь бессмысленна! Живёшь в конуре, семьи нет, даже девушки нет. Тебе сколько, сорок?

Я сделал глоток чая, внимательно слушая коллегу.

— Что ты на меня так смотришь? Правда режет как зубная боль? Да-да, Чон Ван Ги. Ты жалок. У тебя ничего нет и не будет, потому что ты эгоист. Думаешь только о себе. А ещё ты дурак.

Она подалась ко мне, обдав запахом духов.

— И ты совсем не красивый!

С этими словами рыжая фурия поднялась из-за стола, и на миг мне показалось, что она плеснёт мне кипятком в глаза. Однако я удостоился ещё одной презрительно улыбки и всё. Играя бёдрами, Ли Ю До дошла до кухни, громко стукнула чашкой о столешницу и ушла из столовой.

Я откинулся на спинку стула. Ярко девушка отреагировала, ничего не скажешь. Но, увы, это обратная сторона жизни. Когда кто-то много на тебе проехал, то конечную точку маршрута такой седок воспримет в штыки. Ибо мышцы за время дороги уже атрофировались, а боль никто не любит. Принимать близко к сердцу слова, сказанные сгоряча… Ну, не стоит. Слова это круги на воде, до берега не доходят.

Чай я всё же планировал допить, тем более что оказался в интересном месте, возможно способным помочь мне в будущем. Кухня это прямо логово слухов и сплетен. Так что здесь надо осмотреться получше.

Через пару минут в столовой появился очень худой и прыщавый парень в очках. Он раскланялся со мною, как будто я уже вышел на пенсию и поражаю его грузом прожитых лет, затем сунулся в холодильник, достал оттуда йогурт и, с телефоном в руках, сел за самый дальний от меня столик.

Смежный отдел. Хм… Интересно, чем он занимается? Может, я смогу выйти на нужную мне информацию вот так, через столовую.

— Приятного аппетита, — улыбнулся я парню. Тот испуганно посмотрел на меня, затем улыбнулся и торопливо поблагодарил, и снова уткнулся в телефон. Ну, ладно, это будет не просто, но возможно.

Чон Ван Ги на обед предпочитал ходить в корпоративную столовую, располагающуюся на втором этаже башни, но я считал это расточительством. Вполне можно приготовить что-то и дома, а затем покушать здесь.

Заодно и познакомиться с новыми людьми. Как говорят: дорога в тысячу ли начинается с первого шага. Спешить мне, в принципе, некуда. Хотя, несомненно, жилищные условия, да и вообще уровень жизни необходимо улучшать.

Как?

Я погрузился в мысли, попивая чай. Уволиться из Тонгкан Солюшен несложно, но в этом правильном решении имеются свои подводные камни. Поиск новой работы будет не так прост, с моими-то вводными. Да, на собеседовании я смогу продемонстрировать отменные знания, однако если доберусь до технического интервью. Вот только, скорее всего, меня завернут раньше, ещё на уровне отдела кадров. Кто-то посчитает, что тридцать пять лет это уже угасание программиста, кто-то поднимет данные о том, где трудился соискатель и ему будет явно недостаточно громкого названия известной компании. Он полезет в ежедневные обязанности, в которых врать не стоит, а ничего экстраординарного в рутине Чон Ван Ги не наблюдалось. Это вызовет подозрения, и резюме снова улетит в корзину.

Подаваться на должность архитектора, где я действительно профессионал, с таким послужным списком вообще бессмысленно. Да мало ли ещё сложностей может оказаться. Из Тонгкан ведь тоже могут не выпустить со спокойной совестью. С точки зрения истории изменений — я повязан с преступлением, и на это мне вполне могут указать.

Становиться аналогом Мун Джи Сонга я, конечно же, тоже не собирался. У меня есть некоторые принципы, которые сейчас испытывали невероятную нагрузку из-за необходимости работать в таком вот подозрительном месте, как «ДИТ ПКС».

А ещё кот. Если он мне, конечно, не мерещится. Ладно, выходные уже завтра. Сходить туда, куда он просит, можно. И ему поспокойнее станет, и мне понятнее, насколько глубока кроличья нора, в которую приходится лететь.

— Ты здесь? — оторвал меня от размышлений Ким Тхе, влетевший в столовую. — У нас срочная летучка, идём!

Я торопливо кивнул, и поспешил за аналитиком. Тот же, выходя из столовой, тихо спросил:

— А чего от тебя Ю До хотела?

— Детей, — отшутился я. Насладился его изумлением. — Не волнуйся, я отказал.

— Зачем же? — возмущённо ахнул он. — Она красивая. Ты красивый. У вас вышли бы красивые дети! Стали бы аналитиками, как я.

— О Боже, да избавь меня от этого.

— Аналитики это высшая ступень эволюции. Настанет день и все вокруг будут аналитиками! — убеждённо заявил Ким Тхе. — Кто не будет аналитиком, тех мы соберём в уютных выселках и сожжём!

— Что за собрание-то? Чего стряслось? — я решил переключить тему.

— Не знаю. Но Мун Джи Сонг сильно бледный. Уровень бледности — катастрофа, не иначе.

Да, бледность нашего управляющего имела несколько градаций, и пока меня не было наступила самая критичная. Ох, а ведь если что страшное случилось, и его участие в махинациях вскрыли, то менеджер и меня за собой потянет. Тьфу… Угораздило, конечно.

— Катастрофа. Катастрофа! — причитал Мун Джи Сонг, меряя наше тесное помещение шагами. Иногда он вскидывал руки к потолку, будто угрожая кому-то наверху, а затем в сердцах опускал их.

Мы молчали, ожидая конца представления. Ким Тхе единственный, кто наблюдал за метанием менеджера, так и не поднявшись со своего места. Он откинулся на спинку, закинул руки за голову и широко улыбался. Сдавшись под серостью нашего отдела, он то и дело попирал все законы приличия странными видами бунта. Удивительно, что господин Мун прощал такое отношение.

— Дочка самого Сон Джун Хён! — остановился Мун Джи Сонг. — У нас! Ясно вам⁈ Мне только что звонили оттуда.

Он ткнул пальцем в потолок, и Ли Ю До подняла свою головку, пытаясь проследить направление. Ким Тхе же закрыл рот ладонью и старательно вытаращил глаза:

— Оттуда⁈ Из столовой⁈ Это же всё меняет!

— Перестаньте, господин Ким! Всё очень серьёзно! Её пришлют к нам с пакетом задач и для нас у председателя есть особенное распоряжение. Мы заняты. Все заняты. Всегда! Вам ясно?

— Конечно, господин Мун, — поклонилась Ли Ю До.

Я промолчал, ничего не понимая. А вот Ким Тхе молчать не стал. Он вообще был из тех, кто за словом в карман не лез:

— Мне не ясно. Чем мы заняты?

— У вас у всех есть задачи, господин Ким! Я ведь не ошибаюсь? Они у вас есть?

Наш аналитик покачал головой, изображая сомнение, но через миг исправился и отрапортовал:

— Завален работой, господин Мун! До горлышка. До самого темечка.

— Пусть так и остаётся! У нас много работы. Со стороны клиента приоритеты задач будут проставлены должным образом! Поэтому ничего для вас не изменится. Делайте умный вид, но ничего не делайте. Я знаю, вы в этом большие профессионалы!

— Господин Мун! — возмутилась Ли Ю До.

— Оставьте, госпожа Ли! Оставьте! — поморщился наш управляющий. — Я всё знаю. Всё вижу.

— Раз ваша суперспособность вскрылась, то… Сколько у меня пальцев, господин Мун? — спросил Ким Тхе.

— Теряю терпение! — ткнул в него пальцем Мун Джи Сонг, и аналитик изобразил, как застёгивает на губах молнию. Убедившись, что хохмы прекратились, менеджер продолжил:

— Госпожа Сон Со Ён выходит в понедельник и будет исполнять функции владельца продукта. Я не знаю, что конкретно ей будет выдано, но вы должны сделать так, чтобы её задачи в течение месяца завершены не были. Мы можем допустить какую-то мелочь, но до этапа системного тестирования даже часть её сервиса не должна дойти!

— Какого рода задачи? — спросила Ли Ю До.

— Новый сервис, госпожа Ли. Совершенно новый, но использующий наш. Должен был уйти в другой ДИТ, но решили передать нам, как раз под задачу госпожи Сон. Больше деталей я не знаю. Есть запрос на новую разработку, с новым интерфейсом. Есть назначенная ценность, есть оценка. С оценкой я разберусь, здесь всё будет просто. Она к нам на месяц придёт. За месяц ничего не успеем, да-да. У вас же сейчас пакетная обработка, да, господин Чон?

Я кивнул. Была и такая задача среди прочих.

— Очень, очень важная.

Он задумчиво забормотал что-то себе под нос.

— Почему это так странно выглядит, господин Мун? — спросил я. — Накормит ли это нас?

— Не нашего ума это дело, господин Чон. Мы же не хотим получить чёрную метку от самого председателя? Это ведь его распоряжение. Личное. Госпожа Сон будет учиться работать с людьми, и мы должны показать ей все сложности наших производственных процессов. Так, чтобы ей перестала быть интересна сама идея в таком участвовать! Пусть напьётся воды! Что же до вознаграждения… Вы работаете на величайшую корпорацию Южной Кореи! Разве мало вам самого факта, что ваши действия осчастливят председателя Сон?

Я удержал скептичную улыбку, вспомнив условия проживания, но Мун Джи Сонг и сам всё понял.

— Полагаю, какое-то вознаграждение вам всем поступит в премии, если справитесь с заданием!

— О, эти чеболи… — выдал Ким Тхе. — Золотая молодёжь спустится в нашу тёмную долину, дабы пронести образ трудящихся на вершину. Мы должны ей запомниться. Она красивая?

Ли Ю До закатила глаза, а вот Мун Джи Сонг неожиданно улыбнулся:

— Да, господин Ким. Вот так с ней и ведите себя! Это поможет сократить срок её работы в нашем скромном отделе!

Аналитик нахмурился:

— Она ведь без головорезов-телохранителей будет с нами работать, да?

— Госпожа Сон шесть лет обучалась в Германии. Вряд ли мы увидим у неё охрану, — наставительно проговорил Мун Джи Сонг.

— Тогда надеюсь, что она красивая, — мечтательно проговорил Тхе. — Это же мой шанс.

Я смотрел на менеджера и думал, а что будет, если вдруг поставленная к нам в команду девушка разбирается в коде и найдёт то, что прячется за ширмой проверок. Мы сразу окажемся в лапах корпоративной службы безопасности, или как?

Впрочем, может быть, её табельный номер и находится среди исключений. Верить никому нельзя.

— Вам всем понятно? — сурово оглядел нас Мун Джи Сонг. — Сам господин Сон Джун Хён рассчитывает на вас. И ещё! Всё что я вам говорил здесь — тайна! Госпожа Сон ничего не должна знать. Я надеюсь, это также прозрачно, как и воздух над озерами?

Странные отношения в семье Сон, надо сказать. Но мне с ними лапшу не есть. Пусть живут, как живут.

У меня вон, дома разговаривающий кот мир захватить хочет. Так что есть чем себя занять.

— Понятно, господин Мун, — тихо сказала Ли Ю До.

Мы с Ким Тхе промолчали.

[1] Коммит — сохранение измененного кода в общем пространстве

Глава 5

Проснулся я оттого, что мне на грудь взгромоздился бело-рыжий кот. Беспардонное пробуждение, но кошатники знают, что это норма у хвостато-полосатых. Однако мне думалось, что у Повелителей Верховных Сил иные порядки. Продрав глаза, я уставился на наглую морду.

«Выходные» — мяукнул он. «Время захватывать власть над этим миром, человек!»

Вслепую нашарив телефон, я посмотрел на экран. Восемь утра.

— У тебя совесть есть?

«Есть. Ты забыл положить вкусные квадратики мне в миску, и я очень хотел напомнить тебе об этом в пять утра. Очень, понимаешь?»

Благодетель… Кот мягко спрыгнул с кровати. Света от бойницы под потолком хватало едва-едва для того, чтобы можно было разглядеть, как Страйгор неторопливо, задрав хвост трубой, идёт в коридор. На пороге он остановился и повернулся ко мне. Мявкнул требовательно.

Пу-пу-пу…

Ну что, мой первый свободный день в новой ипостаси. Когда был юным программистом, в прошлой жизни, очень любил такой день в каждой новой стране, куда меня закидывало по работе. Прилетаешь, работаешь, и в первую субботу отправляешься познавать жизнь аборигенов. Погулять по магазинам, по ресторанным улочкам, по центральным площадям. Два дня отдыха, и потом снова работа.

В Южной Корее я никогда тогда не был. А сейчас знал её уже неплохо, благодаря памяти носителя, и потому просто хотел полежать до вечера, изумлённо таращась в потолок. Завидую тем людям, что такие стрессовые ситуации воспринимают сразу и как должное. Упал в другой мир, отряхнулся, а затем пошёл себе по своим новым делам, будто никогда не было старых.

Железная психика. Подготовленные люди. Я, в целом, и сам нормально справился, но вот отдача уже догоняет.

Ладно. Надо вставать. Потом придамся самоанализу. Сначала завтрак, потом посидеть над резюме, потом гулять.

Страйгор снова мяукнул. Ещё громче. Затем я услышал, как звенит его миска. Великий чародей, похоже, входил в роль домашнего питомца со всеми вытекающими.

Кстати, да. Надо же ещё лоток почистить…

— Иду! — буркнул я.

На поиски руны пришлось взять с собой переноску. Сумка была не очень-то удобная, но чего только не сделаешь, чтобы обрести небывалое могущество. Я до сих пор чувствовал себя не очень уютно, даже размышляя о подобном. Всерьёз относиться к происходящему было невозможно, и тем не менее я шёл по улицам Сеула в котом в сумке, ожидая требовательного мявка из переноски. Мы договорились со Страйгором на специальные сигналы по управлению мною. Одно мяуканье — иди налево, а если два, то направо.

Вспомнился мультфильм, где крыса командовала поваром. Вот какова глубина твоего падения, Серёжа.

Первый час нашей прогулки закончился тем, что я остановился у какого-то уличного кафе, где с удовольствием умял сэндвич с рыбой. Кусочек просунул сквозь прутья клетки, но Страйгор вытолкал его обратно лапой. Ничего, мы не брезгливые. Мы доедим то, что выплюнула кошка. Потому что вкусно, ну. Я поставил сумку на столик перед собой, так чтобы видеть кота в процессе еды.

— Далеко ещё?

«Не знаю, человек! Иди прямо!»

— Ты мне хотя бы ориентиры можешь дать своего предчувствия? Сколько мне ещё идти? До границы с Россией-Матушкой?

«Не волнуйся, человек. Так далеко тебе не надо. Терпи, и мы дойдём».

— Мы? Ты, между прочим, тяжёлый. Тебе нужно больше двигаться, в самом деле. Или я тебя слишком перекармливаю.

Мимо прошла стайка стройных девушек, все в разноцветных защитных масках, но глазки старательно подведены. Красивые. Незнакомки посмотрели на меня, затем переглянулись друг с другом и прыснули со смеху. Веселье понимаю, сложно по-другому отреагировать на чудака с сэндвичем, говорящего с котом.

Доев бутерброд, я тяжело вздохнул и взял сумку переноску. Она и в самом деле будто тяжелее становилась с каждой минутой. Руки так отвалятся, в конце концов. Этот Чон Ван Ги ничего тяжелее мышки в жизни не держал.

Перед тем как двинуться в путь, я уточнил у Страйгора направление, и тот молча ткнул лапой в нужную сторону. И где-то минут через тридцать, когда я в очередной раз перекинул переноску из руки в руку, из сумки отчётливо мяукнуло.

Я тут же посмотрел налево. На той стороны широкого проспекта виднелся узкий тёмный переулок. Где-то когда-то мне доводилось читать про низкую преступность в столице Южной Кореи. Да и память Чон Ван Ги никаких приключений не содержала (ещё бы содержала, с его-то «авантюризмом»). Однако вид улочки доверия не внушал.

Я тяжело вздохнул, дошёл до ближайшего перехода и пересёк проспект в потоке людей, а уже через две минуты остановился перед переулком. Тут даже машина не проедет. Стены домов тянулись вверх этажей на пятнадцать каждый, и между окнами на протянутых тросах сушилась разная одежда.

Пахло здесь не очень приятно, но ошибки не было. Я даже поднял кота к лицу и спросил, всё ли верно. Страйгор с важным видом кивнул. Он лежал на полу переноски, подобрав под себя лапы, и взирал на мир с кошачьей ленью.

Под ногами захлюпало. Здесь оказалось не просто жутковато, но ещё и сыро. Оживлённая улица осталась позади, а тут уже проступали следы иного Сеула. Здесь уже отражалось эхо от стен, искажая далёкую музыку. Где-то плакал ребёнок, где-то гулко кашляли. Звуки перемешивались, и к ним добавился шум моих шагов.

Мяу!

Я остановился, посмотрел налево. Ход преградила решётка, но засова или замка на ней не было. На движение руки металл заскрипел препротивно, и сверху тут же откликнулся детский плач, а за ним тут же возмущённый женский крик.

Шлёпая по лужам, я прошёл ещё несколько метров, прежде чем Страйгор не мяукнул два раза подряд.

Пу-пу-пу… Справа от меня было окно. Занавесок на нём не было, и я прекрасно видел бедно обустроенную комнату с большим зеркалом. Свет в помещении не горел. Я поставил переноску с котом так, чтобы мой напарник увидел размеры бедствия.

«Выбей окно!» — тут же мяукнул кот. Он нервно перебирал лапами, вглядываясь в стекло. «Я вижу её! Вижу! Выбей окно!»

Я огляделся. Место, конечно, не людное. Но вот так взять и вломиться в чужое жильё… А потом, потрясая переноской, убедить полицейских, что меня прислал сюда кот. Что мы с ним собираем руны, чтобы захватить мир. Потому что Кошачий Проказник сломал ритуал Повелителя чего-то там, а меня вообще зовут Сережа, и я умерший в холодной России архитектор.

Страйгор мяукнул чуть громче, привлекая моё внимание.

«Чего ты ждёшь?» — возмутился он.

Я открыл клетку, взял его на руки. Кот занервничал, пытаясь заглянуть мне в лицо. А я поднял его повыше к открытой форточке. Повезло, что она тут была и так близко. Кто бы ни жил в этом месте, у него пространства было побольше, чем у меня. Пусть и вид на сырую стену, изуродованную бездарным граффити.

Страйгор попытался вырваться, когда я сунул его в форточку, и мне пришлось слегка шлёпнуть его по мохнатой заднице, проталкивая внутрь. Кот оказался внутри, с возмущением посмотрел на меня, и я постучал пальцем по оконной раме, показывая ему на ручку. Открывай, мол.

Белая бестия неторопливо села, сонно прищурившись, окатила меня презрением, а затем, задрав хвост, гордо прошествовала куда-то внутрь квартиры. Я же, с пустой переноской, изобразил из себя человека, внезапно решившего позалипать в телефоне в узком, сыром и тёмном переулке. По улочке, с которой мы свернули, проехал велосипедист. Откуда-то послышался звук льющейся воды. Над головой гудели переплетения проводов.

Страйгора долго не было, и вернулся он эффектно. Сначала я услышал глухой стук, посмотрел на окно, и в этот момент кот с разбега обрушился на стекло ещё раз. Подпрыгнул, метнулся куда-то в глубину комнаты, и снова атаковал окно.

Я подошёл ближе, скрестив руки, мол, остановись. Однако кошак впал в раж и бился о стеклопакет, как объевшийся мухоморов викинг. В его мире, наверное, таких технологий не было?

Помочь бы ему как-то. Но в руках ничего тяжелее переноски у меня не нашлось. Высаживать окно кулаками, я же не Страйгор какой-то. Да и улица, несмотря на всю её запущенность, не располагала ни камнями, ни прутьями арматуры. Выбивать стеклопакет мне совершенно нечем.

Кот, наконец, успокоился. Он, пошатываясь и тяжело дыша, смотрел на меня из-за стекла. Выглядел Страйгор совершенно потерянным. Ну, это ожидаемо, столько ударов тупым предметом по окну так или иначе заставят потеряться. Я снова завёл игру в «крокодила», жестами показывая ему, что нужно повернуть ручку.

Кричать в форточку мне совсем не хотелось. И так я в этом чёртовом переулке как на ладони. Страйгор некоторое время вникал в то, что я показываю, а затем легко запрыгнул на форточку и высунулся наружу. Мяукнул чуть истерично:

«Что, человек⁈ Что ты делаешь⁈»

— Ручка! — прошептал я. — Ручку вот эту в сторону поверни. Просто поверни!

Кот спрыгнул назад, встал на подоконник и принялся терзать ручку лапами, то в одну сторону, то в другую. Я слышал, как он злобно взвизгивает, и видел разъярённые взгляды бело-рыжего пушистика.

Наконец ему удалось сдвинуть ручку в сторону. Страйгор вцепился в неё, и, дёргаясь всем телом, наконец, распахнул первую створку. Грустно уставился на вторую. Я лишь пожал плечами, посылая ему все лучи поддержки, что у меня были. Но это его война. Он же её начал.

Когда открылась и вторая створка (эта, кстати, отворилась наружу), кот мявкнул:

«Быстро внутрь, я нашёл её!»

Я ловко запрыгнул в окно, прикрыл за собой створку. И отметил, что как же приятно снова быть молодым. В предыдущей жизни и не вспомню, когда последний раз вообще прыгал.

Кот провёл меня в кухню и сел напротив плиты, уставившись на белую стену. Я покорно встал рядом. Всё равно ничего не понимаю.

Несколько минут Страйгор сидел неподвижно, буравя взглядом только ему видимую точку. А затем задрал ко мне голову и мяукнул:

«Дай мне руку».

— Зачем? — насторожился я.

«Дай мне руку!»

Я присел, протянув ему пальцы.

«Покажи ладонь!»

Мне это всё не нравилось, но раз уже я здесь, то отчего бы и не продолжить. Не зря же меня сюда привёл кошачий навигатор.

От боли я резко выпрямился и чуть не пнул поцарапавшего меня кота. Сильно подрал, зараза. До крови!

«Приложи ладонь к стене! Быстрее!» — промяукал Страйгор. «Сила руны почувствует твою кровь и перейдёт в тебя!»

Я послушался, испачкав белую стену кровавой ладонью, и в глазах резко потемнело, а затем в голове взорвалась яркая вспышка. И только в этот момент, я подумал, что слишком уж доверился разговаривающему коту. Может быть, он только что принёс меня в жертву!

Очнулся я на полу, у холодильника. Страйгор сидел напротив, вылизывая шёрстку. Когда я застонал, пошевелившись, то кот замер. Вопросительно мяукнул:

«Жив?»

Я кивнул и сел. Посмотрел на дрожащие пальцы. Руки тряслись, как при лихорадке. Да что там руки, всё тело дрожало в ознобе. Выдав из себя сипящий звук, я поднялся на ноги. След окровавленной ладони на стене выглядел как из фильма ужасов. Хозяина квартиры ждёт неприятный сюрприз.

— Ты мог предупредить?

«Это что-нибудь изменило бы? Идём», он поднялся и направился в комнату, через которую мы вошли. Я затопал следом. Рука жглась нещадно, надо бы её обработать. Кто знает, чего там под когтями этого Повелителя.

— Что ты здесь делаешь? — сказали справа от меня. Я повернулся на голос и увидел, что на пороге квартиры застыл крепкий мужчина с длинными чёрными волосами. В руках он держал бумажный пакет из магазина. Через миг пакет полетел на пол, а ко мне устремился кулак. Тело Чон Ван Ги отреагировало не очень хорошо, несмотря на то, что когда-то я был неплохим бойцом (правда, на ринге) — рефлексы здесь всё же оставались чужие.

Однако сбить удар в сторону, и встретить ответным в челюсть мне удалось. Хозяин молча грохнулся на пол. Ой-ой. Я же не переборщил? Склонившись у упавшего, я проверил пульс, но мужчина замычал что-то, отмахиваясь.

— Мяу! — рявкнул за моим ухом Страйгор.

Тут и перевода не надо. Надо рвать когти.

Уже через минуту я с переноской в руках бежал по узкой улочке прочь из этого места.

Рану я обработал уже дома. Залил обеззараживающей жидкостью, перебинтовал, а потом ещё и обезболивающими закинулся. После чего усадил кота на кухонный стол, сам устроился на кровати, напротив, и сказал:

— У меня появились проблемы с доверием, друг мой кот.

Я показал ему перебинтованную руку.

— Это совсем мне не по душе.

«Великая сила не даётся просто так. Лишь через боль, через страдания мы растём над собой и становимся лучше», — с важным видом замурлыкал Страйгор.

— Красиво. Банально. Но нелепо. Скажи, зачем ты всё это делаешь? Вдруг я их тех, кто свернёт тебе шею после того, как во мне пробудятся твои сверхспособности, а?

Кот прижал уши, и чуть откинулся назад, привстав на задние лапы. Глаза его вытаращились так, что мне стало немного жутковато. Не знал, что они так умеют:

«Ты хочешь свернуть мне шею⁈» — почти провыл Страйгор.

— Нет. Это гипотетически. Почему ты не забираешь эти руны сам себе? Станешь волшебным котом! Будешь править планетой!

«Они настроены на сосуд, дурак! На тебя! Никому другому они не отдадут свою силу. Я их вижу, но я не могу их использовать. Ты думаешь, почему я так тебя ненавижу⁈» — он мяукал так, как мяучат друг на друга встретившиеся на нейтральной территории коты, готовясь к драке. «Ты не понимаешь и толики того, сколько сил я потратил. А в итоге лишь могу наблюдать, как они пропадают просто так! Годы трудов! Годы, человек!»

— Хорошо. Допустим. И что у меня за сверхспособности откроются? Пока ничего такого не чувствую. Рука вот болит, да потряхивает всего немного!

«Это частичная руна», — признался кот. «Чтобы открылась способность, мне нужно найти ещё такую же… Или даже две».

— То есть ты и сам не знаешь…

«Не знаю. Руну кто-то изменил. Он не смог её уничтожить, но смог запутать. Я чувствую след Кошачьего Проказника! Или это Клювоголовый?»

Кот замер в размышлении.

«Нет, пернатый не мог. Но кто-то совершенно точно пытался мне помешать, теперь я в этом уверен. Он не смог победить мои чары, но смог их запутать! Да-да, я чувствую лапу Проказника. За всем этим он и стоит!»

— Всё равно не понимаю, какой тебе толк собирать эти руны на мне. Просто так? Я не верю в твой альтруизм.

«Правильно делаешь», — фыркнул Страйгор. Затем лёг на живот, подобрав под себя лапы и заурчал, словно холодильник. «Ладно. Буду честен. Одна из способностей, которую я сюда переслал, это дар создавать сосуды. И если ты ею овладеешь, плюс к способности наполнять сосуды, то… Ты перенесёшь меня в него!»

Я хмыкнул:

— Зачем мне это делать? Сейчас я с твоей помощью наберу талантов разных, от полётов до рентгеновского зрения, а потом просто пойду безобразия нарушать по миру. А тебя сдам в приют. Или на кухню в качестве деликатеса. Тут есть такие магазинчики, кстати, где любят кошатину.

«Ты этого не сделаешь», — снова выпучились глаза Страйгора.

— Не сделаю. Но почему ты не допускаешь такого варианта? — искренне поинтересовался я.

«Допустим, потому что у меня нет выбора?» — Страйгор наклонил голову вбок.

— Разумно.

«Мы же товарищи по несчастью и должны держаться друг друга. Я помогу тебе, ты поможешь мне», — ой, глаза-то у него какие хитрые стали. «Сегодня мы же смогли действовать сообща. Там, в жилище того страшного человека. Значит, сможем и в будущем. Мы связаны, Человек».

— Зови меня Серым.

Пусть будет, как в юности!

«Серый⁈ Почему серый? Ты же совсем не серый!»

— Ну, так и ты не Страйгор, а Пушистик.

«Понял тебя, серый».

Некоторое время мы молчали, глядя друг на друга. Не понимаю, можно ли ему доверять. Всё равно не понимаю. Мало ли где он меня потом когтями полоснёт. Проснусь, а он мне горло перегрыз, и кровь мою на руну какую-нибудь невидимую льёт.

Отец всегда говорил, что людям надо верить, а потом от мамы ушёл к любовнице.

— Ладно, Страйгор. Договорились. Что там у тебя по плану? Где вторая часть руны?

Кот глубоко вздохнул:

«Не знаю. Не чувствую. Мы должны больше путешествовать. Тогда я смогу почувствовать. Она может быть на другом конце города, а может быть где-нибудь в снегу, среди белых медведей».

О как…

— Хм, — сказал я. — Тогда, могу предположить, что нам нужно больше усилий приложить для простой земной работы и не забивать пока голову суперспособностями. Потому что на ту зарплату, которую я здесь получаю, мы до окраины Сеула не доедем, чего уж говорить про Арктику…

«Если бы попалась цельная руна, то ты бы так не говорил, ты бы уже получил могущество», — фыркнул кот. «Но нам не повезло. Вот только мы не должны отчаиваться, чело….серый».

Я и не собирался. Просто стало чуть яснее с приоритетами.

Глава 6

В понедельник в офисе я снова был первым. Так комфортнее, спокойнее и проще наблюдать за окружающим миром. Придя на работу пораньше, ты уже сразу в несколько выигрышной позиции перед коллегами: собран с мыслями, вовлечён в рабочий процесс и сидишь в своём уголке, зыркаешь по сторонам в безопасном положении.Возможно, это паранойя, может быть признаки интроверта, но какая, к лешему, разница, когда тебе так комфортнее?

Сегодня я принёс с собой готовый обед и поставил его в общий холодильник в столовой. Пора выходить в люди, пусть я от них устал ещё в прошлой жизни, но чем чаще ты мелькаешь в чьём-то периферийном зрении, тем больше в итоге к тебе будет доверия. Чем больше доверия, тем проще добыть нужную тебе информацию.

А информация мне нужна, если хочу разобраться в происходящем наиболее безопасным способом. Потому что в воскресенье вечером я сидел над своим резюме и немножечко плакал. Впихнуть свои знания в штатную позицию никак не удавалось. Да и возраст… Я, конечно, рад скинуть столько лет за одно спасение кошки, но, к сожалению, для отдела кадров это недостаточно. Чтобы тебя сильнее захотели рекрутёры, нужно, всё-таки, быть немножечко моложе.

Плюс ко всему, информация о размещении резюме сразу попадёт на стол сначала ответственному лицу по работе с лояльностью сотрудников корпорации Тонгкан, а потом и к Мун Джи Сонгу. И здесь, насколько я понимаю опыт Чон Ван Ги, ситуация может развиться крайне неприятно. Да, на моей практике было очень много случаев, когда оффер[1] со стороны тут же получал контроффер из компании, на которую ты в данный момент работал. Но также встречались моменты, когда твоя жизнь немедленно осложнялась со всех сторон из-за смертельной обиды начальства.

Так что, скоротав вечерок над резюме, я понял, что надо искать другие варианты, более реалистичные. И одним из них был совершенно обыденный запрос руководству на повышение зарплаты. За спрос ногами не бьют, но мой опыт подсказывает, что большая часть сотрудников старательно избегают таких разговоров, чем менеджмент с удовольствием и пользуется.

Я никогда не стеснялся просить больше. Максимум что случится — получишь отказ. Так что пока план был прост: прямой разговор с Мун Джи Сонгом: мол, так и так, а за эти чоны можете поискать себе нового стажёра, а я валю в закат и устраиваюсь работать грузчиком, деньги будут те же. Ну, или давайте договариваться.

Вот только много здесь не выторгуешь. Чон Ван Ги работником был аховым, и пока хвалиться ему уж точно нечем. Пу-пу-пу… Ну ладно, как говорят в Корее: через три года тренировок и собака начнёт читать стихи. И как говорили в одном старом мультике: ну я же лучше собаки?

Второй в наш скромный офис явилась отнюдь не Ли Ю До, а сама Сон Со Ён, которой нас пугал менеджер в пятницу. Молодая, уверенная в себе девушка с отличной фигуркой и очень милым личиком. Она буквально впорхнула в наш мрачный уголок и сразу же замахала мне рукой, будто бы мы давно не виделись.

Я торопливо поднялся и почтительно поклонился. Не стоит забывать, что она представительница семьи чеболи.

— Доброе утром, меня зовут Сон Со Ён! С сегодняшнего дня я работаю с вами!

Девушка вся сияла, будто пришла на рождественскую ярмарку забрать все-все-все подарки. Она, определённо, ещё не знала, что ожидает её под ёлкой и какой подарок спущен нам сверху.

— Моё имя Чон Ван Ги, госпожа Сон, — представился я.

— Просто Со Ён, пожалуйста, — она прижала руки к груди в умоляющем жесте. — Я читала про вас! Вы наш разработчик, да? Очень приятно познакомиться.

— Взаимно, — снова поклонился я.

— Покажете мне, что здесь к чему? Не хотелось бы заниматься такой ерундой во время работы. Умоляю вас, Ван Ги!

— Конечно.

Ей было двадцать пять лет, и энергии в Сон Со Ён было хоть отбавляй. Хорошей, позитивной энергии. Это вообще редкость. Часто офисная жизнь вытягивает настоящую жизнь из своих обитателей. Тут многие стараются казаться, а не быть. И теряют себя, свою силу. Кому-то, конечно, удаётся остаться с собой.

А у кого-то энергия не столь позитивная. Есть токсичная, когда человек ходит кругами в поиске того, на кого выплеснуть свои излишки в виде гнева или какого-нибудь яда. В ход пойдёт всё, от рабочего момента, до слишком шумной музыки в наушниках или же выключенного кондиционера. Есть неумная, когда создаётся движуха ради движухи — типичные менеджеры-чайки, которых не видно и не слышно, пока они не появляются с нагоняями или же общепринятыми громкими корпоративными заявлениями, а потом точно также и исчезают с глаз долой. А есть энергия позитивная, конструктивная. Когда человек горит желанием работать самолично, а не ради показухи. Когда в нём созрело желание сделать что-то хорошо, качественно, и он понял, что этого ему уже недостаточно. Понял, что мечтает сделать свой рабочий мир ещё лучше. Именно такие заражают коллектив и тащат его к победе.

Именно эту энергию тщательно симулируют различные представители разнообразных методик разработки, когда недостаточно просто работать, а работать надо с широкой натянутой улыбкой и вприсядку, а не то назначат ещё парочку тренингов, пока не научишься правильно галочки в опросниках проставлять.

Сон Со Ён, в пику всем этим фальшивоулыбочникам, была очень искренней. Пока я знакомил её с офисом и самыми важными его точками, вроде столовой или же кулера, то внимательно наблюдал за дочкой председателя. Яркая, живая, она просто не понимала куда попала. И как-то мне было некомфортно от того, что её ждало.

В наш офис мы вернулись, когда пришли все остальные. Мун Джи Сонг вечером воскресенья позвонил каждому из нас, в очередной раз напомнив: как важно будет прийти минут за десять пораньше, чтобы не заставлять госпожу Сон ждать. После чего прочитал лекцию о необходимости продемонстрировать дочке председателя, что ценности корпорации Тонгкан Солюшен свято блюдутся во всех её отделах.

После знакомства и дежурного улыбчивого общения, будто бы здесь собралась одна большая семья, мы разбрелись по рабочим местам, и наступила долгожданная тишина. Я, как водится, взял очередную задачу, сверился с её оценкой и почти сразу же сделал, прикинув приблизительное время, сколько могу спокойно заниматься своими исследованиями. Ким Тхе, люто красневший во время знакомства с очаровательной Со Ён, то и дело посылал мне в мессенджере комплименты в адрес дочки председателя. Я отделывался различными эмодзи, размышляя, что может знать мой приятель о сложившейся у нас ситуации. Он, всё-таки, аналитик, и у него гораздо больше контактов со сторонними сервисами. Может быть, мне с ним поплотнее пообщаться? Взывать вечером на соджу? Ким Тхе любил вечером пропустить по стаканчику, а потом забраться в караоке. О, в таких местах наш удалой аналитик засиживался допоздна. Пел от души, забываясь перед огромным экраном и превращая ночь в своё выступление.

Ранний Чон Вон Ги частенько составлял ему компанию, а вот меня от такого развлечения натурально коробило. Однако, придётся потерпеть, если возникнет необходимость. О работе мы с ним говорили не часто, но мне больше не с кем было о ней поговорить.

Общая летучка должна была случиться в полдень. На ней, как водится, будут строиться планы на ближайшие две недели. Определение задач, которые обязательно должны попасть в работу, выяснение их ценностей, обсуждение планов по взаимодействию внутри команды и важность той или иной разработки. Вероятно, также будет проведена дополнительная оценка.

Здесь я был как рыба в воде, часто солируя на подобных вот летучках в прошлой жизни. Но тогда это являлось большей частью моей работы, потому что архитектор, это двенадцать часов совещаний в восьмичасовой рабочий день. А вот здесь, как мне подсказывала память, можно спокойно заниматься своими делами, и когда к тебе вдруг обращаются по имени, то уточнять вопрос или же с важным видом кивать.

Наука, которую очень быстро учат в нашей индустрии.

Вот только эта стратегия выигрывает, только когда ты хочешь на своей позиции дотянуть до пенсии и это совершенно не мой случай. Но пока надо иметь терпение и действовать осторожно, а не сразу лезть в пекло с предложениями и прочими активностями.

Летучка началась стандартно. Мы прошли в переговорку, где по громкой связи к нам присоединился представитель заказчика, которого я ни разу не видел. Там же Мун Джи Сонг рассказал о наборе задач, обрисовал каждую из них, всякий раз запрашивая у нас подтверждение наших оценок. Представитель заказчика прояснил некоторые моменты, выставил дополнительные требования, о чём-то поспорил с Мун Джи Сонгом, шпынял Ким Тхе, а затем…

Затем наступило время Сон Со Ён. Девушка держалась отлично, не ёрзала, не нервничала. Наш менеджер закончил, наконец, со своей частью, и торжественно объявил:

— А сейчас многоуважаемая Сон Со Ён представит вам свой продукт.

— Спасибо огромное, господин Мун, — поклонилась она ему. Встала, с лазерной указкой, у проектора. На огромном экране появилась презентация, и девушка начала:

— Есть некоторый интерес к сервису автоматического определения коррупционной составляющей на этапе отбора кандидатов. Наши механизмы зарекомендовали себя высокой степенью надёжности, и есть запрос на подключения их к алгоритмам работы с соискателями должностей в корпорации Тонгкан Солюшен, а потом, вероятно, переход на более глобальный уровень в рамках продуктов всех компаний Тонгкан. Да, я понимаю, что задача крайне амбициозная, но что-то подсказывает мне — мы сможем с ней справится. Для начала же, нам нужен прототип, о котором я и расскажу вам.

Она всерьёз относилась к своей задаче, будто рассказывала нам об успехах родного сына и своих планах на его будущее. Я слушал внимательно, Ли Ю До сидела в телефоне, но так, чтобы экран оказался под столом. Ким Тхе тоже старался успевать за рассказом госпожи Сон. Мун Джи Сонг постоянно кивал, иногда задавая уточняющие вопросы. Летучка проходила так, как должна проходить. И вся она была спектаклем для одного человека…

А Сон Со Ён шла к мечте. Не знаю, для чего ей был нужен этот месяц, но он, определённо, был для неё важен.

Когда она закончила свой рассказ, и предложила несколько задач для начала разработки, Мун Джи Сонг почтительно поклонился ей и сказал:

— Спасибо, госпожа Сон. Это было очень познавательно. Очень жаль, что мы исчерпали ресурсы команды на ближайшие две недели. Я считаю, что мы можем сложить их в наш бэклог[2] и действовать соответственно обозначенным приоритетам.

— Задачи не очень большие. Было бы очень хорошо взять хотя бы одну из них в эту итерацию разработки, — радушно улыбнулась Сон Со Ён. — Уверена, что…

— Увы, госпожа Сон, — сокрушённо вздохнул Мун Джи Сонг. — Разработка модуля важна для наших месячных целей, и клиент будет крайне недоволен любой задержке. Господин Юн, вы нас слышите?

— Конечно, господин Мун, — раздалось из коммуникатора.

— Не могли бы вы сориентировать нас по приоритетам? Быть может, мы смогли бы пойти навстречу госпоже Сон и добавить что-то из сервиса кандидатов вместо других задач? К сожалению, наша разработка сильно загружена, а для привлечения стороннего разработчика у нас, какое горе, не хватает бюджета.

Он говорил очень вежливо и демонстрировал участие. Будто бы всё это не являлось подготовленным спектаклем. Заказчик с ними?

— Госпожа Сон, при всём моём уважении, мы никак не можем ничего заменить, — пролязгал динамик. — Задачи текущего модуля имеют высокий приоритет, и мы хотели бы увидеть их готовыми на наших производственных серверах уже в этом месяце. Сервис кандидатов очень важен, и будет отличным дополнением, но попозже.

Улыбка ушла с лица Сон Со Ён. Вместо горящей идеей молодой женщины у проекции презентации оказалась маленькая девочка, которой только что поведали правдуо существовании Санта Куллосу. Добро пожаловать в мир корпоративной разработки, агасси.

— Неужели ничего нельзя сделать? — она просительно посмотрела сначала на Мун Джи Сонга, потом на меня. — Господин Чон? Быть может вы…

Я даже рта не успел открыть.

— Если мы будем перегружать наших специалистов, это может привести к срыву сроков по важным задачам, госпожа Сон, — вмешался менеджер. — Простите, но…

— Почему вы говорите за него? — нахмурилась девушка. — Согласно ценностям Тонгкан Солюшен каждый член команды имеет равный голос в обсуждении!

— О, простите, госпожа Сон, — снова поклонился Мун Джи Сонг. — Конечно же! Господин Чон?

Он пытался прожечь во мне дырку, и одновременно с этим взгляд Со Ён излучал такую детскую надежду… Я, конечно, навидался разных актрис. Но здесь точно были искренние чувства.

Пу-пу-пу… Рыцарства во мне излишнего нет, однако сейчас ситуация была крайне неприятная. Отмолчаться, потом себя не уважать. Ну и, возможно, у меня появилась возможность немножечко прокачать репутацию с дочкой председателя корпорации. Подобный шанс упускать никак нельзя. Удача сама плыла ко мне в руки.

— Полагаю, я смог бы постараться сделать задачу по расширению проверок авторешений чуть быстрее. Есть кое-какие идеи по оптимизации кода, чтобы сэкономить время… Какая у вас была оценка для задачи по созданию пользовательского интерфейса, госпожа Сон?

Она назвала цифру, но продолжить мне не дали. Нас прервал Мун Джи Сонг. Он очень сильно побледнел, над верхней губой выступила бисеринка пота. Ох, сколько в нём зародилось злости. Так и инсульт можно поймать.

— Господин Чон, — дрожащим голосом начал он, пытаясь соблюдать приличия. — Даже если вам получится сократить расходы на авторешения, то мы всё равно не сможем взять задачу госпожи Сон. Она не влезает в наши объемы, и я отказываюсь брать такой риск на команду. Поэтому…

— Мне кажется, что задача госпожи Сон, немного переоценена, — мягко перебил его я. — Со всем уважением. У меня есть опыт с нашим интерфейсом и кое-какие наработки. Всё-таки мы делаем это не с нуля, поэтому я мог бы попытаться уложиться в срок, господин Мун.

— Попытаться? — ахнул менеджер.

Он хотел меня убить, точно. В коммуникаторе слышалось взволнованное дыхание заказчика. Господин Юн слушал нас очень внимательно, и, наверное, сам был в шоке от сложившейся ситуации. Мамкины заговорщики…

— Господин Чон, вы очень плохо оцениваете свои силы, — покачал головой Мун Джи Сонг. — Это похвально, что вы ставите перед собою амбициозные цели, однако вы в команде не один.

Так, думаю, достаточно гнуть бедного менеджера. То, что мне было нужно, я сделал. Себя проявил, надежду подарил, доводы нашёл.

— Вы правы, — согласился я, поклонился. — Простите меня. Я увлёкся.

Иногда надо вовремя остановиться. Дальше может оказаться прямой конфликт с менеджером, что мне пока не нужно. Однако и свои возможности перед лицом Со Ён обозначить удалось. Пусть понимает, что теоретически у неё здесь может оказаться союзник.

Слабенький, трусливый, но союзник.

От напряжения в воздухе даже Ли Ю До отложила телефон и сейчас изумлённо хлопала глазами.

— По-моему вы слишком давите на членов команды, господин Мун, — жестко сказала Со Ён. — Это совершенно не укладывается в ценности Тонгкан Солюшен.

Пользуясь переключённым на меня вниманием, Ким Тхе демонстративно ткнул в меня пальцем, а затем покрутил им у виска.

— Простите, госпожа Сон, вы совершенно правы, — Мун Джи Сонг сдаваться не собирался. — Однако, мы должны понимать, что наша работа не заканчивается разработкой. Госпожа Ли, наша команда тестирования, также имеет объём задач, не позволяющих ей переключиться с…

— Я возьму тестирование на себя, — улыбнулась ему Со Ён. Радушие и наивность исчезли с лица девушки. Может, она поняла, что происходит?

— Я не уверен, что вы обладаете…

— Простите, господин Мун? — улыбка Со Ён стала ледяной. — Вы не забываетесь?

Если менеджер был бледным до этого, то сейчас и вовсе побелел. Мун Джи Сонг вскочил и принялся отбивать поклоны, постоянно извиняясь перед дочкой председателя. Мда, такое унижение он точно не забудет.

— Простите, простите, госпожа Сон. Я имел в виду совсем не это. Но, насколько я понимаю, господин Чон уже осознал свою ошибку в планировании. Правда, господин Чон?

Я снова вскочил с места и поклонился с максимально виноватым видом.

Правда, от разговора с начальством судьба меня не уберегла. Через полчаса после окончания летучки Мун Джи Сонг вызвал меня в переговорку. Небольшое помещение со стеклянными стенами. Очень похожее на допросную. По коридору мимо то и дело кто-то ходил, то с телефоном, то с ноутбуком, то с чашкой кофе.

Менеджер сел напротив меня, поправил галстук:

— Что это было, Ван Ги? Ты только что чуть не подвёл меня. Чуть не подвёл всю команду.

Его эмоции считывались на ура. Он старался сдерживаться, но был больше испуган, чем зол. И, вероятно, пытается понять, что вообще произошло, как он вдруг потерял контроль над своим разработчиком.

— Будем честными, Ван Ги, ты здесь находишься только потому, что я к тебе хорошо отношусь. Ты же ставишь моё отношение к тебе под большой вопрос. Твои знания недостаточны, но я ведь закрываю на это глаза. Ты можешь выполнять несложную работу, но… Твои заявления сегодня… Мы ведь договаривались. Да и если бы не было такого… Как ты собирался выполнять обещание перед госпожой Сон с твоим-то багажом знаний? Мне же на каждое твоё сохранение приходится десятки комментариев оставлять… Неряшливо, недальновидно, невнимательно. Твоя заносчивость беспочвенна Ван Ги.

— Я учусь, господин Мун, — сказал ему я. — Я готов к новым задачам. Я понял, что мне не хватает тех денег, которые мне платят. Я понимаю, что просто так никто не станет платить мне больше. Поэтому хочу делать больше, господин Мун.

Он покачал головой.

— Я знаю тебя, Чон Ван Ги. Знаю твои способности. Как тебе уже говорилось, на улице стоит очередь из более талантливых и молодых специалистов, которые не станут подвергать команду риску. Я последний раз прощаю тебя. Потому что в противном случае мне придётся поискать тебе замену…

Я снова поклонился, сдерживая улыбку. Очень хотелось напомнить ему про то, что вместе с новым человеком, он получит возросший риск по своим коррупционным делишкам. Однако, пока такие козыри стоит придержать.

С теми, кто нарушает закон, надо быть осторожным.

— Я ведь хотел подать твою кандидатуру на повышение заработной платы, Ван Ги, — сокрушённо вздохнул менеджер. — Но даже не знаю, как быть после того, что ты устроил. Мне кажется, такие поступки не заслуживают поощрения.

Думаю, никаких мыслей на повышение у него и не был. Но я старательно изобразил настоящее горе. Сейчас его должно отпустить. Взбрыкнувший соучастник, пусть и невольный, снова показывает покорность. Кнутом уже его постегали, но может, стоит попробовать и немножко пряника, а?

— Однако… — неожиданно сказал Мун Джи Сонг. — Я думаю, в твоей дерзости есть и моя вина. Я подумаю, Ван Ги. Может, всё-таки, мне удастся убедить и себя, и руководство, что тебе стоит немного поднять зарплату. Если ты в будущем обещаешь проявлять больше осмотрительности.

Очень сложно было удержаться от улыбки, но я и на этот раз справился.

[1] Оффер — предварительно предложение по зарплате и условиям будущей работы.

[2] Бэклог — место, где хранятся все задачи. Большая корзина, из которой потом берут новые задачи

Глава 7

Ну что, Сон Со Ён меня не разочаровала. Но ожидаемое мною сообщение в корпоративном мессенджере пришло ближе к концу рабочего дня. После летучки дочка председателя (видимо не самая любимая дочка, раз её так прессуют) очень долго обдумывала ситуацию, в которой оказалась. Её воздушный замок разнесли в пух и прах грубыми лопатами планирования, и не каждый сможет вообще прийти в себя после такого фиаско. Однако девушка оказалась крепким орешком, хотя, на мой взгляд, сомневалась слишком долго. Но, может быть, взвешивала?

Я бы написал выявленному слабому звену гораздо раньше. Потому что других решений у неё точно не наблюдалось, а время играет не на её стороне. Если я правильно понимаю, то бюджета на новых разработчиков ей никто не даст, а сторонние конторы вряд ли имеют право на доступ к внутренним процессам корпорации. Тут ведь даже фрилансера какого не наймёшь.

Так что, никто, кроме меня.

«Господин Чон, я бы хотела с вами поговорить»

Я взглянул поверх монитора на девушку. Та с сосредоточенным видом смотрела на экран и моего внимания не замечала. Или же успешно делала вид.

«Конечно, госпожа Сон» — напечатал я. И в этот момент Со Ён радостно улыбнулась, но только на миг. Быстро справившись с эмоцией, она посмотрела в мою сторону. На миг наши взгляды соприкоснулись, и девушка торопливо отвела глаза.

Хорошо. Кажется, у меня есть варианты, как выбраться из той ситуации, где я оказался.

Господин Мун Джи Сонг покинул офис около восьми часов вечера, и, как водится, почти сразу же засобирались и остальные.

— Ван Ги! Как насчёт бутылочки соджу? — подошёл к моему столу Ким Тхе. Аналитик имел крайне заговорщицкий вид, и гадать о чём могла пойти речь в процессе излияния, не нужно было. Ему явно хотелось обсудить происходящее. Тем посплетничать хватало: столкновение госпожи Сон и менеджера во время планёрки, так и косточки самой Со Ён. Последнее моему приятелю особенно интересно было. Это чувствовалось.

И в былое время Чон Ван Ги с радостью бы согласился на такой сабантуй, легко оставив кучу денег на столе какого-нибудь ресторанчика. Не-не, Ким Тхе, не сегодня. Я теперь экономить буду.

— Задача не даётся, — соврал я приятелю. — Посижу ещё немного. Господин Мун и так на меня обозлён.

— Он имеет на то право, дружище, — цокнул языком Ким Тхе, затем хлопнул ладонью по столу и лихо попрощался. — Тогда до завтра. Ю До, люблю тебя. Госпожа Сон, моё почтение.

Наша тестировщица стояла у стола дочки председателя, и вид у неё был сильно задумчивый. Вероятно, она тоже пыталась вытащить «новенькую» познакомиться в более неформальной обстановке, и получила мягкий отказ. Ю До быстро сообразила что почём: посмотрела на меня, на госпожу Сон, потом снова на меня, вздёрнула бровь и зацокала каблуками прочь.

Едва за коллегами закрылась дверь, как Со Ён поднялась со своего места. Я отметил, как девушка оправила блузку, чуть торопливо для машинального жеста. Нервничает? Вообще, очень нетипичное поведение у девушки-мажорки из семьи чеболей. Но Со Ён много лет провела в отрыве от семьи и корейской культуры. Аж в Германии!

— Господин Чон, я хотела поблагодарить вас за поддержку сегодня. Ой, я же вас не слишком сильно отвлекаю? — встрепенулась она. У неё совершенно точно вылетел из головы наш договор о переходе на «ты». Поправлять её я не стану, всё-таки статус у нас сильно разный.

— Ничуть, госпожа Сон.

Я старался говорить спокойно, обволакивающе, на низких частотах. Так ей будет легче.

— Чем я могу вам помочь, госпожа Сон?

Она сделала едва заметный вдох, как перед прыжком в воду, и выпалила:

— У меня есть предложение к вам, добрый Чон Ван Ги. Оно неофициальное, но я очень надеюсь, что вы на него согласитесь. Вы очень уважите меня, и я, поверьте, этого не забуду.

Ну, я, как бы, тоже не дам забыть, если что.

— Слушаю вас, госпожа Сон.

— Речь пойдёт о той небольшой размолвке, которая случилась на ежедневном собрании. О новом сервисе. Прежде чем господин Мун столь непочтительно вас прервал, вы говорили, что смогли бы начать работать над кандидатами.

— Да, я так говорил.

Она приблизилась, и теперь мы стояли друг напротив друга. Я смиренно ждал.

— Мне очень важно, чтобы интерес заказчика был удовлетворён своевременно, господин Чон. Не скрою, я вижу сопротивление со стороны господина Муна и допускаю, что это может быть связано с моей семьёй. Вы ведь знаете мою семью?

Я кивнул. Не то чтобы я знал кого-то лично, но чеболи есть чеболи. Их все знают.

— Хорошо. Однако, несмотря на её сопротивление, я хочу предоставить сервис заказчику в общем релизе не позже третьего октября.

Месяц. Ну, за месяц можно много сделать, если умеючи. Всё зависит от объемов.

— Мне очень нужна ваша помощь, господин Чон, — она тоже понизила голос, пристально глядя мне в глаза. Я упорно молчал, позволяя ей раскрыть все карты. Иногда лучше дать собеседнику паузу, и он сам её заполнит.

Так сработало и не этот раз.

— Я понимаю, что вы очень загружены. Мне ясно дали это понять, но, быть может, вы согласитесь поработать сверхурочно?

Не совсем то, что я ожидал, но уже близко. Когда тебе платят мало, то надбавка за переработку тоже крошечная и не слишком впечатляет. В свободное время я могу выйти на рынок фриланса в России и выполнять там разовые работы за те же деньги, но с меньшей ответственностью.

— Если господин Мун одобрит… Но мне кажется, он этого не сделает.

Старайся больше, Со Ён. Ещё больше. Девушка сделала шаг ко мне, покосилась на входную дверь:

— Я сама заплачу вам, — вкрадчиво сказала она. — Не надо никаких официальных запросов, господин Чон. Вы же знаете, кто я?

Я смиренно кивнул. Повторяется в отсылке к семье, а значит, нет уверенности в себе. Это печально, и на этим ей надо работать. На летучке держалась молодцом, значит не всё потеряно.

Главное, чтобы потом не бросила меня всей своей чеболи на растерзание? Увидим. Кто не рискует, тот… Молодец. А мне не до особых осторожностей.

Если что — вон, у меня дома кот, который хочет захватить мир. Не сложится здесь, сложится там.

— Сколько вы хотите за эту работу, господин Чон? — прямо спросила Со Ён.

Вот мы и подошли к самому важному моменту. Денежки!

— Для начала я хотел бы видеть требования, госпожа Сон, — плавали, знаем.

— Они уже на вашей почте, — улыбнулась мне Со Ён. — Я вижу по вашим глазам, что вы готовы рискнуть?

— Если мы договоримся, госпожа Сон.

— Поверьте, я вас не обижу. Если вы справитесь, то вас ждёт хороший бонус и большое будущее в корпорации Тонгкан Солюшен. Поверьте. Рано или поздно она будет принадлежать мне, и тогда я отблагодарю всех, кто был рядом в трудные моменты. Вы же понимаете, как работает эта система?

О, теперь передо мною стояла не наивная светлая девчонка, а натуральная хищница. Интересная метаморфоза.

— Я дам вам ответ утром, — снова чуть поклонился я.

* * *

Сон Со Ён вышла из офиса и посмотрела на тёмное небо. Из-за ярких огней города оно казалось совершенно чёрным. Глубоко вздохнув свежий осенний воздух, в котором растворялись последние запахи лета, девушка пошла на стоянку, где ожидал её дорогой автомобиль.

Не так она представляла себе этот день. Ожидала, что папа не станет играть честно, но всё-таки надеялась на иной исход. Интересно, он лично прижал этого глупца Муна? Менеджер проекта слишком старательно пытался вставить ей палки в колёса. И успешно вставил, запугав всю команду!

Но она справится. Точно справится. Возможно, тоже что-нибудь нарушит, но не она первая это начала.

Сев в машину, Со Ён положила руки на руль, чувствуя под пальцами приятную обивку. Сжала руки сильно-сильно, а затем забарабанила по рулю кулаками и закричала. Что ей делать⁈ Откуда столь ложный оптимизм⁈ С чем она тут справится, а⁈ Этот разработчик, который ей достался, и который делал такой загадочный вид в разговоре… Что он из себя строит? Она видела его личное дело, и понимала, что звёзд этот человек с неба не хватал никогда. Торчал в бесполезных отделах, как у собаки пятая нога, и в итоге его спихнули в ДИТ, что и достался Со Ён.

Она в тупике. В тупике. Через месяц она снова предстанет на собрании заказчиков, и господин Пак Джон Сок, столь неохотно давший ей свой продукт, лишь разочарованно выдохнет, когда узнает, что дочка самого Сон Джун Хёна не справилась, а значит, он ошибся в своей ставке и выбрал неправильного члена семьи Сон.

Как стыдно…

В стекло вдруг постучали. Девушка повернулась на звук, затем нахмурилась и открыла окно:

— Тек Ён? Не ожидала тебя встретить здесь.

Он видел её? Слышал, как она кричит? О Боже, какой позор…

Её двоюродный брат облокотился на дверь автомобиля, бесцеремонно сунув голову в салон. Выкрашенный блондин с ядовитой улыбкой и хитрыми глазами цокнул языком.

— Ты выглядишь расстроенной. Что-то случилось?

Точно, всё видел и всё слышал… Айгу!

— Очень трудный день, Тек Ён.

Он старательно закивал:

— Да-да, многие ошибочно полагают, что мир информационных технологий это что-то загадочное и весёлое среди больших денег, а не деле, хе-хе, столько нервных заболеваний… Как ты себя чувствуешь?

— Чего тебе надо? У меня нет сил для обмена любезностями.

— Отчего же, — деланно обиделся он. — Мы ведь, всё-таки, семья. Какая-никакая, хе-хе. Семья должна держаться вместе, иначе какая это семья, Со Ён, м?

Он был старше её лет на пять, но часто вёл себя словно подросток. А как мерзко смотрел на неё. Со Ён с трудом сдерживалась от едкой отповеди. Выдавила из себя милую улыбку:

— Я очень устала, Тек Ён, позволь…

— Рад, что ты работаешь теперь у нас, — прервал её кузен. — Жаль, что временно, но всё равно — это здорово, когда семья Сон обращает внимания не только на портфели акций, хе-хе. Когда понимают саму соль нашей работы.

— Почему ты решил, что я здесь временно?

— Ну перестань, — закатил глаза Тек Ён. — Ну все всё понимают, Со Ён. Не играй в дурочку. Я ведь, считай, почти твоё начальство. Ты же умеешь соблюдать субординацию? Твой брат умеет.

Пак Хо тоже трудился в Тонгкан Солюшен, но отец не двигал его наверх, желая, чтобы он всего добился сам. И младший брат Со Ён второй год занимался автоматизированным тестированием одного из сервисов туристической сферы.

А вот его племянник работал в Тонгкан Солюшен уже несколько лет, тоже пройдя путь с низов, сначала разработчиком в крупном отделе, затем получив должность руководителя разработки (разумеется, по праву фамилии, а не заслуг), и сейчас отвечал за руководство почти двух десятков серьёзных проектов. Многие прочили ему место председателя информационной корпорации в будущем, и это бесило Со Ён ещё больше. Потому что она имела на это место больше прав! Да даже инертный Пак Хо имел больше прав.

— Я хотел пожелать тебе удачи, Со Ён. Наслышан о твоём испытании, хе-хе. Сожалею, конечно же.

— Отчего же?

— У тебя нет ресурсов, кузина. А то, что у тебя есть это даже не смешно. Не трать время и смирись, хорошо? Займись семьёй. Роди своему папочке внуков. Это у тебя точно получится лучше, чем у меня, хе-хе.

Она показала ему средний палец, и Тек Ён засмеялся. Выпрямился и хлопнул по машине.

— Ты мне нравишься, Со Ён! Правда. У тебя есть характер. Но нет будущего.

— Ты рано радуешься! — воскликнула Со Ён. — Не торопись выпить свой суп из кимчи сразу. Я выполню задание господина Пака!

— Конечно, конечно! Но позволь тебе кое-что напомнить, — он перестал улыбаться. — Если ты решишь привлечь к этой работе разработчиков со стороны… Это будет грубейшим нарушением кодекса Тонгкан Солюшен из-за допуска к бизнес-данным. Ты ведь помнишь об этом? Думаю помнишь. Отдел кибербезопасности тоже помнит. Я попросил приглядеть за вашими репозиториями[1], на всякий случай.

Со Ён мерила его разъярённым взглядом и молчала.

— Так что, кузина, у тебя есть два недоразработчика и всё, хе-хе. Помни об этом. Доброй тебе ночки!

Он снова засмеялся и ушёл. А девушка закрыла окно, перевела рукоять переключения передач в режим «Д» и тронулась с места.

Слёзы застилали глаза, и она смахивала их, не прекращая хмуриться. Почему всё так вышло-то обидно? Почему отец так некрасиво, нечестно поступает с нею? Почему он так же поступает с Пак Хо? Почему его родной брат, возглавляющий Тонгкан Лайф, продвигает своих сыновей не только в своей корпорации, но и в Тонгкан Солюшен, а сам Сон Джун Хён играет в мудрого правителя?

Он ведь обещал ей. Обещал…

Она так и не всхлипнула, сдержав боль и обиду.

* * *

«Серый, эта еда мне не нравится», — кот запрыгнул на стол, вальяжно прошёлся по нему и сел напротив, выглядывая из-за ноутбука. «Хочу рыбы. О, какие странные у меня желания, серый! Купи мне рыбы?»

Я отпил из чашки с флагом Южной Кореи, стилизованной под Инь и Янь (у Чон Ван Ги других и не было на кухне) и задумчиво угукнул, одним глазом продолжая изучать требования от госпожи Сон. Голова кружилась знатно, глаза прямо закатывались от усталости. Слабый мозг моего сосуда натуральным образом раздражал. Но не так, как скучающий кот. Он сел мне на клавиатуру:

«Купишь?»

Страйгор вполне себе вживался в роль домашнего питомца. Я бы даже сказал, что ему по душе пришлось в шкуре белого пушистика. Он с удовольствием спал, с наслаждением точил когти. Пару раз ронял что-то с максимально невинным видом.

Сущность великого Повелителя растворялась в обычном домашнем кошаке? Если я выматывал мозги Чон Ван Ги, то, что происходило с магом из другого мира! Страшно представить, право.

— Куплю.

Я отвлёкся от чтения, и принялся за отжимания. Да, почти ночь на дворе. Но время идёт, и тело это необходимо разогревать. Были бы деньги на зал — записался бы обязательно. А пока их нет, занимаемся так, как умеет каждый. С собственным весом.

Пока я отжимался, Страйгор запрыгнул мне на спину, и улёгся там, урча, да довольно помявкивая. Ладно, сгонять не буду, а пока работают мышцы, напрягу ещё немного извилин.

Структура сервиса мне была, в целом, понятна. К сожалению, архитектурных решений к нему не предлагалось никаких, кроме «вот тут у нас база данных, а вот сюда нажимается кнопочка, которая делает всю магию». Возможно, с этим потом возникнут проблемы, но на результат это не повлияет. Полагаю, здесь у них вообще нет какого-то единообразия по разработке и каждый отдел сам по себе. Это нехорошо, но это не мои проблемы.

Скажем так, будет работать, как было указано в требованиях. Кодили — знаем. Не первый раз в авральной разработке. Works as designed[2].

Что ещё можно сказать по поводу документации, присланной мне госпожой Сон? Её, госпожу Сон, определённо хотели утопить. Потому что все оценки были тщательно занижены раза в два. Либо в них не включали вообще тестирование, либо рассчитывали, что разрабатывать будут самые опытные разработчики корпорации, которые собаку на этом деле съели.

Собаку. В Корее. Хм.

Нет, проблема оценки меня не пугала. Я не просто так дорос до своей позиции в прошлом. Я понимаю, как это работает в целом и в частности. Все эти требования, связи, проверки, конфигурации, элементы дизайна и коммуникации между клиентом и сервером — в голове выстраивались в понятный план легко и непринуждённо. Оставалось лишь выбрать подходящие среды развёртывания и разработки.

После отжиманий, я еще некоторое время занимался прессом, каждый раз борясь с желанием уснуть, едва принимал горизонтальное положение. Воспалённый мозг норовил отключиться, и приходилось силой удерживать его в сознании.

«А ещё я хочу молока» — сказал Страйгор, спрыгнувший со спины, когда я переключился на пресс, и долгое время молча наблюдавший за моими занятиями.

— С рыбой? — сдавленно выдохнул я.

«Ммм» — мечтательно закатил глаза кот. «Было бы изюмительно»

Он ещё какое-то время следил за мною, а затем спросил:

«Когда мы поедем искать следующую руну, серый? Этот мир сам себя не завоюет»

Я не ответил. Закончил тренировку, на подкашивающихся ногах ушёл в душ и там долго стоял под тугими струями, упёршись руками в кафель, чтобы не упасть. Телом надо заниматься. Мозгом тоже.

А ещё там, в душе, вдали от кота я подбил имеющиеся финансы. Зарплату тут платили раз в неделю, в пятницу, и сейчас, в понедельник, можно быть осторожным оптимистом. Главное не думать о том, что в середине месяца нужно оплатить аренду хозяину квартиры, и денег сразу станет минимальное количество.

Ещё нужно в прачечную, постираться. Нормальный ужин приготовить. Обеды, на неделю. Кот молока и рыбы просит. Когда время и силы найти, если я уже отключаюсь?

До кровати я еле дошёл. Откинул стол, забрался в несвежее постельное и уснул ещё до того, как опустил голову на подушку.

Сквозь сон почувствовал, как Страйгор свернулся у меня в ногах. Да, молока ему точно надо купить. И рыбки.

[1] Хранилище кода

[2]Works as designed — работает как задумано

Глава 8

Утром мы вновь оказались в офисе раньше остальных коллег. Причём я даже чуточку опоздал. Но когда вошёл в наше подлестничное пространство, то сразу увидел Сон Со Ён. Девушка уже сидела за своим компьютером и потягивала кофе из пёстрого стаканчика. Хорошая кофейня, сам в ней беру. Так, это явно не моя мысль, а старого хозяина тела. Надо, значит, попробовать, раз уже память Чон Ван Ги так тепло отзывается о сем напитке.

— Доброе утро, госпожа Сон, — сказал я ей, вставляя зонт в сушилку. Девушка радушно улыбнулась мне и даже встала. Я же двинулся к своему месту, делая вид, что ничего не произошло и сегодня самое обычное утро, такое же каким будет завтра, и какое было вчера.

— Господин Чон, вы подумали о нашем вчерашнем разговоре? — спросила Со Ён. Ага, значит интерес остался. Значит, надежды девушки ещё живы. Я остановился, с интересом посмотрел на дочку председателя. Интересно, она вообще знает: какого уровня специалист перед ней оказался? У неё же есть данные по мне, да? Я бы на её месте лишних надежд не питал, поглядев на личное дело такого разработчика как Чон Ван Ги.

Может быть, Со Ён и вовсе не читала досье?

— Я готов приступить немедленно, госпожа Сон.

Со Ён расцвела в радости, захлопала было в ладоши, но тут же собралась и напустила на себя максимально деловой вид.

— Сколько это будет мне стоить?

Не скрою, у меня было желание назвать какую-нибудь астрономическую сумму. Жадность, она такая: хочется всего и сразу. Однако я решил играть в долгую. Позитивные связи в семье чеболей открывают мне больше дорог в будущем. И оно как-то более предсказуемо, чем сбор кошачьих рун по трущобам Сеула. «Оно» — это моё будущее в роли айтишника. Его я хотя бы понимаю. Поэтому вместо того чтобы назвать цену, я ещё раз поклонился и произнёс:

— Когда работа будет сделана, я приму ту сумму, которую вы захотите мне заплатить.

Не то чтобы «скинул цену в личку», но близко к тому. Со Ён снова не смогла сдержать удивления.

— Но что, если я не заплачу вовсе, господин Чон? — изумлённо спросила она.

— Мне будет больно, госпожа Сон, но я смогу это пережить, — снова поклонился я. Риск есть, конечно. Впрочем, у меня имеется опыт общения с людьми, и Со Ён совершенно точно не из тех, кто пойдёт на подобный шаг. По моим расчётам скорее наоборот, она заплатит больше, чем я ожидаю. Но если же я всё-таки ошибся (что бывает, пусть и очень редко), то у меня найдутся средства, чем отплатить за такую «доброту».

Никто, кроме разработчика программы, не знает, как надёжнее уничтожить собственный продукт. Или хотя бы сломать его.

— Зачем вам это, господин Чон? — прищурилась Со Ён. — Работа должна быть оплачена, и мне бы хотелось знать точно, сколько это будет стоить. Вы ставите меня в затруднительное положение.

— Скажу честно, — я посмотрел ей прямо в глаза, в очередной раз отметив красоту девушки. — Работа в этом отделе меня убивает. Я смиренно надеюсь, что результат нашего сотрудничества поможет мне покинуть его и, может быть, переехать на этаж выше. Полагаю, это можно считать моей наградой?

— Безусловно, — замотала головой Со Ён, — если у вас получится, я приложу все усилия, чтобы держать вас поблизости, господин Чон. Но это не отменяет вознаграждения. Хорошо. Мне бы хотелось иметь больше информации о том, как всё это будет протекать.

— Конечно, госпожа Сон. Я всё подготовлю. — Надеюсь, я не перегибаю с этой щедростью. Главное, не думать о тех условиях, в которых приходится жить мне и Повелителю Верховных Сил. Ибо наши обстоятельства играют на стороне тактической жадности, а не стратегического планирования.

— Доброе утро, коллеги! — громогласно поздоровался Ким Тхе. Он пришёл сегодня сильно раньше и весь нарядный такой! По-моему, даже надушился. Аналитик элегантно вогнал своё ярко-красный зонт в сушилку у дверей.

— Госпожа Сон, — поклонился мой приятель девушке. — Такое чудесное утро!

Хм… Вообще-то на улице шёл дождь. В целом, для Сеула, нормальное явление. Вот только чудесным его никак не могу назвать. Что это с ним такое? Неужели вышел на охоту за сердцем новенькой? Думаю, очень зря. У таких девушек, как Со Ён, обычно запросы в мужчинах сильно повыше будут. На такую мелочь как мы они не размениваются.

— Да, господин Ким, утро прекрасное, — максимально радушно поприветствовала его девушка.

— Прошу, для вас я просто Тхе, — обворожительно улыбнулся аналитик. Ну, полагаю, он думал что обворожительно. Выглядело это как оскал хищника, заметившего невинную овечку. Причем Ким Тхе никогда не был сердцеедом. Он был ещё большим компьютерным червём, чем я. Ну, чем старый я.

Со Ён растерянно пробормотала:

— Хорошо, господин Т… Прости, Тхе…

Парень с видом победителя подмигнул мне и плюхнулся за своё место. Полагаю, только что нам был продемонстрирован первый шаг для покорения аналитиком горы по имени Со Ён. Мы все оказались под большим впечатлением.

Я ещё раз поклонился госпоже Сон (надо что-то с этим делать, но тело эти знаки уважения выполняло почти без команды, да ещё и неуместно, как по мне) и прошёл на своё место. Вытащил из рюкзака ноутбук, заметил, как Ким Тхе густо покраснел, ошеломлённый своим собственным поведением и пялится в выключенный монитор в состоянии шока.

Это всё, конечно, очень мило. Но это абсолютно не моё дело.

«Я, правда оскалился, Ван Ги?!!!» — прилетело сообщение от Ким Тхе, едва я подключился к сети. «Я хотел подмигнуть. О, какой я дурак, какой я дурак!»

Я отделался сочувствующим эмодзи, и полез в нашу систему активностей, чтобы отметиться. Пока этим занимался, в офисе появилась и Ли Ю До, а почти следом за ней и Мун Джи Сонг. Мне показалось, что они очень странно вошли. Слишком маленький интервал. Наверняка бы заметили друг друга у двери и пришли бы вместе. А так как-то очень подозрительно «не вместе».

Впрочем, это тоже не моё дело.

Рабочий день начался.

Выполнив задачу, идущую по дневному плану, я с огромным энтузиазмом переключился на сервис госпожи Сон. Благо инструменты и доступы помогали заводить себе окружение без специальных запросов к руководству. У нас были ресурсы на корпоративном облаке, у нас была пачка различных мест, где можно сохранить промежуточный код, не вызывая особенного интереса у начальства.

Надо просто добавить своё к списку прочих. Многие работники десятилетиями не выходят в папку уровнем выше, плодя сущности в удобном загончике. Так что мне нужно было лишь затеряться среди этих репозиториев[1] и настроить конфигурацию с доступами. Теперь можно было спокойно работать, не переживая за то, что господин Мун Джи Сонг обратит внимание на странные активности.

Правда, пришлось немного поковыряться в общих настройках, чтобы начальство не видело моих «активностей» в логах, кроме тех, что я хотел показать. Слежения за рабочим столом здесь, к счастью, не практиковалось, поэтому за пару часов мне удалось полностью подготовить площадку для дальнейшей работы.

И, наконец, приступить.

День прошёл плодотворно и, честно говоря, меня даже захватил некоторый драйв, который уже почти выветрился из памяти, как что-то из светлого детства. Рабочее время пролетело мимолётно. Да, пришлось заставить себя прерваться на обед, и поторговать лицом в нашей уютной мини-столовой. Пусть её посетители постепенно ко мне привыкают. Я старательно пережёвывал пищу в своём уголке, радостно улыбаясь каждому входящему. Кто-то здоровался, кто-то смотрел с недоумением, мол, что это за человек и откуда он. Знакомиться со мною никто не спешил, ну и ладно.

Я кушал и наблюдал, определяя возможные цели для выстраивания контактов. Интереснее всего была группа из трёх юношей и девушки. Они очень активно обсуждали работу и не страдали излишней осторожностью в разговорах. Им бы тренинг по социальной инженерии замутить или же по безопасности, чтобы случайно не растрепали что-нибудь с определённым уровнем допуска.

Но пусть эти тренинги им проведут попозже. Пока я не услышу всё, что может мне помочь. Вдруг в общении уловлю что-то полезное.

Однако пока всё их общение крутилось вокруг каких-то не слишком детальных тем и, похоже, ребята работали над системой работы с дефектами какой-то большой и устаревшей службы поддержки. Есть ли у них внутренняя база по табельным номерам сотрудников? Сомневаюсь. Вероятно, общаются через общее апи[2], как и наш сервис.

Проклятье, это действительно как искать иголку в стоге сена. Во всей доступной мне документации даже не понятно было кто ответственный за саму разработку этой базы. Да, существовало описание: каким образом мы должны с ней взаимодействовать, и какие технологии поддерживаются, но все вопросы, связанные с этим сервисом должны были задаваться непосредственному руководству.

А моё непосредственное руководство за подобный интерес по голове точно не погладит. Да ещё и насторожится! Мне же совсем не нужен сидящий под боком сильно настороженный менеджер. Они в таком состоянии совсем неадекватны.

Так что результатом первого обеда оказалось лишь понимание, что смежный отдел, скорее всего, не связан с табельными номерами сотрудников. Это грустно, несомненно, но, всё же, какой-никакой, а шаг в сторону победы. Пусть и крошечный.

К работе я вернулся с нескрываемым вожделением. Погрузился в код, выстраивая первые элементы одного из модулей, и пришёл в себя только когда остался в офисе один. Вроде бы даже прощался с кем-то, не помню. Госпожи Сон тоже не было.

Какое же забытое это ощущение, с головой погрузиться в работу, когда тебя никто не дёргает по мелочам, а на телефоне не висит очередь из встревоженных клиентов/заказчиков/разработчиков/управленцев/солюшен архитекторов и каких-нибудь ещё, прости Господи, аджайл[3]-экспертов, которым невероятно важно услышать моё мнение и получить особенные инструкции.

Ужасно. Совершенно не скучаю по прошлому. Пусть и сам виноват. Мой уровень был несколько выше, и с разработчиками, например, контактировать и вовсе не было нужды. Но я всегда старался разбираться в мелочах тех систем, которые сшивал друг с другом.

Короче, пусть остаётся в прошлом. Сейчас — мне лучше.

У дома я был около девяти часов вечера, и уже еле соображал, а двигался и вовсе как зомби из фильмов Ромеро. Печальная правда жизни, но пока приходится платить за чрезмерные нагрузки. Драйв днём — отходняк вечером. Однако мне удалось отбиться от предательских мыслей бросить всё, добраться до дома, покушать и упасть спать. Потому что были ещё дела. Во-первых, я раздобыл коту рыбки и молока, правда, не сразу понял: почему это вдруг оказалось для меня важным. Понял попозже, когда урчащий кот обтирался мне об ноги, пока я наливал ему в блюдце молоко. Бедного Повелителя кошачья генетика ломала через колено, но мне это даже нравилось. Приятно о ком-то заботиться, когда он достаточно мил для этого, а не давит мудрость веков и планами по завоеванию. Да и особенно хорошо, когда ценятся такие вот банальные и понятные вещи, как молоко в миску да рыбёшка… Моя Мурзя, прибившаяся в деревне, эти продукты отвергала, и вообще была крайне загадочной особой.

А Страйгор, несмотря на все свои закидоны, вёл себя как обычный классический кошак. Но это было «во-первых», а во-вторых мне пришлось потратить время в прачечной самообслуживания, потому что господин Чон не озаботился сменным комплектом постельного белья, а спать в том, что ожидало меня дома, очень не хотелось. Время стирки удалось скоротать за небольшой тренировкой. Я отжимался и качал пресс прямо там, пока крутился барабан выстирывающий бельё. Потом, переводя дыхание, изучал рынок вакансий. Если отправлю резюме в парочку конкурентов Тонгкан Солюшен, то вряд ли это как-то выплывет наружу. За спрос же меня не поколотят. Вот вывешивать резюме на сайты по поиску работы точно нельзя, там сразу срисуют. Но я об этом уже говорил.

Кое-что интересное в вакансиях нашлось, осталось лишь собраться с силами и заслать туда всё, что у меня было. На выходных, скорее всего, так и поступлю. Мне нужна более-менее свежая голова для такого решения.

Оставшееся время, я просто сидел в прачечной, глядя на своё отражение в стекле, ведущим на улицу. Такая непривычная картина. Худой, высокий. В прошлой жизни мне было хорошо за пятьдесят. Лишний вес, проблемы со спиной, с сахаром, с давлением. Дураком был, конечно. Запустил себя где-то в районе тридцати. Даже не понимаю, как тогда это всё произошло. Жизнь-то была бодрая, многое повидал, а затем как переклинило на работе и всё.

Сейчас есть шансы не допустить таких ошибок.

Около полуночи, спасибо сушкам и круглосуточной работе заведения, я оказался дома. Принял душ, и с нескрываемым удовольствием погрузился в свежее постельное бельё.

А когда пришёл Страйгор, снова устроившись у меня в ногах и заурчавший, я даже не попытался его прогнать. Всё-таки, мы ж с ним собраться по несчастью. Одинокие представители других миров.

Или не других? Мир вокруг, если не считать говорящих котов, ничем не отличался от моего. Даже память Чон Ван Ги услужливо выдавала одни и те же исторические факты, которые я сам помнил. Может, я отсюда, а? Почему-то эта мысль в голову пришла только сейчас.

Вот только как пришла, так и ушла. Через мгновение я уже спал.

Впрочем, мысль о прошлой жизни настигла меня и утром. Сделав себе омлет, я задумчиво открыл крышку ноутбука и полез в интернет. Включить русскую раскладку оказалось целым квестом, но я справился.

Страйгор сидел рядом, заглядывая в экран, но ничего не понимая. Кириллица, это вам не семечки за амбаром трескать.

Свой некролог я нашёл довольно быстро. Знал где искать. Единственное место, где я хоть что-то значил, кроме как в профессиональном смысле. Новостная лента на хабре[4]. Сайт, где мною несколько лет держалась позиция в топ-10 пользователей по рейтингу, о моей гибели узнал и, разумеется, опубликовал скорбную новость об этом. Радость для контент-менеджера, не надо ничего выдумывать.

Само сообщение было преисполнено будто бы искренней печалью. В нём был оценен мой вклад в развитие, как сайта, так и IT индустрии России. Однако подобные статейки я и сам читал не единожды. Проматывая, так как интереса к чужой смерти никогда не имел.

Сегодня же пришлось прочитать о себе. И пока я глазел на сухие строчки, за которыми не осталось ничего от меня прежнего, то почувствовал странную пустоту в душе. Комментарии, в которых наверняка нет ничего кроме соболезнований несуществующей семье и разнузданного веселия троллей, даже читать не стал. Закрыл сайт, и окинул взглядом тесную комнатушку.

Вот и весь итог той жизни. А ведь я многого добился там, ну, вернее, здесь. Вот только после моей скоропостижной кончины опечалится, наверное, только Мурзя. Семьи ведь не нажил, работал как не в себя. Про детей и не говорю. Большой дом, дорогая машина, путешествия с красивыми и дорогими в обслуживании дамами, но за душой ничего не осталось. И только сейчас, глядя на строчки о собственной смерти, я понял, что где-то свернул не туда. Что прожил свою жизнь как-то неправильно. Будто бы знал, что будет следующая.

Очень обидно, что права на дом, участок и счета никак не заявишь. Вот прямо классическая штука, что деньги с собой в могилу не заберёшь. Эх!

Я закрыл крышку ноутбука. Доел омлет, и засобирался на работу.

Перед уходом почистил лоток Страйгора, бросил ему в миску обещанной рыбки и присел на корточки перед напарником. Протянул руку, чтобы погладить кота, но тот выгнулся дугой и зашипел:

«Это что ещё такое⁈»

— Всё-всё, не кипятись, — поспешно исправился я. — Нахлынуло что-то!

Нырнув в спешащий по своим делам человеческий поток, я очень скоро затерялся в нём. Однако в груди моей горел тёплый огонёк надежды и приятного предчувствия. Получается, только сегодня я осознал происходящее вокруг меня. Судьба, или по заверениям Страйгора — Кошачий Проказник, предоставили мне второй шанс. И на что я собираюсь его потратить? Снова зарабатывать? Забраться выше и получать побольше?

А что потом? У моего тела снова окажется одинокий домашний питомец?

Ну уж нет… На этот раз кроме работы должно быть что-то ещё. И кошачьи руны Страйгора прекрасный повод для этого. Завоевать мир?

Пу-пу-пу…

Почему бы и нет.

[1] Репозиторий — назовём это обычной удаленной папкой, где хранится информация

[2] Апи — это набор правил, по которым приложения или части программы общаются друг с другом

[3] аджайл — Популярная методология разработки

[4] Хабр — Известный сайт IT

Глава 9

В среду меня настигла ужасная месть со стороны обиженной коллеги. И, надо сразу сказать, неожиданная. Я ведь и думать забыл о нашем последнем разговорес Ли Ю До, насчёт тестирования. Работал над сервисом госпожи Сон и почти не обращал внимания на окружающий мир. А вот тестировщица такое «неуважение» к себе решила не оставлять в стороне.

Поэтому уже во второй половине дня мне на почту пришло сообщение с темой «Сервис снова не работает». В копию был старательно вставлен Мун Джи Сонг. Я несколько раз перечитал описание проблемы, и сам, на миг, возмутился. Начальство в копии у нас вставлять не принято. Ну, не у нас, а у них. У меня-то в компании цепочка адресатов была порою такой, что рука уставала листать.

Здесь же определённо была попытка сыграть грязно. Видел такое когда-то на заре своей работы, когда двое работников грызлись друг с другом посредством почты, заставляя начальство её читать. Оба участника всегда были в белом, и всячески пытались очернить коллегу. Мол, вот я-то как раз Д’Артаньян, а он, а он! Жалкое зрелище. Участвовать в таком мне совершенно не хотелось.

Странно, что Ли Ю До не добавила руководителя проектов. Да что там, описанную проблему, не совру, можно было вынести аж на совет директоров корпорации Тонгкан! Потому что, исходя из текста, кнопка обновления таблицы на форме со списком заведённых случаев для рассмотрения сотрудником по борьбе с коррупцией, отрабатывала не всегда. Иногда она, удивительно, не срабатывала. Описано это было с жирными подчёркиваниям, выделениями красным цветом, и упором на то, что такое поведение программы позорит наш отдел и не даёт жизни нашим пользователям.

Письмо было адресовано мне, вместе с пометкой «срочно, важно» и тому подобное. Автоматическое оповещение о заведённой в нашей внутренней системе ошибке пришло через несколько секунд после того, как я прочитал само письмо.

Признаюсь, первой эмоцией было недоумение. Обычно такие вещи решаются заведением инцидента, который тут же исправлялся.

Я выпрямился, глянул на напряжённый профиль Ли Ю До, затем перевёл взгляд на нахмурившегося Мун Джи Сонга. Это какая-то шутка? Но почему же никто не смеётся? Возмущение я постарался проглотить. Оно неконструктивно. Размазывать девушку прилюдно тоже не хотелось, пусть, наверное, и стоило бы. Люди на эмоциях себе быстрее яму копают, а мне оно зачем?

Проблемное место в коде я нашёл быстро. Последнее изменение случилось ещё в том году, и да, реализация старины Чон Ван Ги была слабовата и допускала подобное поведение. Пожав плечами, я исправил ошибку, никак не отреагировав на сообщение. Ну, пусть обиделась, что поделать. Зато нашла серьёзную проблему, из-за которой не работает сервис. Ха.

Саму задачу пока закрывать не стал, решив сделать это вечером, вместе с отчётом по ежедневной рутине.

Вот только через час от Ли Ю До пришло ещё одно письмо, в котором было переслано старое, с пометкой «дружеское напоминание». На этот раз мне удалось перехватить взгляд Мун Джи Сонга. Менеджер, неожиданно для меня, торопливо отвёл глаза в сторону. Кажется, ему самому это всё не нравилось, но вмешиваться он, совершенно точно, опасался.

Ну, у меня есть догадки почему. Так что я спокойно перевёл ошибку в статус завершено. Ладно, сделаем это чуть пораньше. И надо подумать, как действовать дальше, если Ли Ю До продолжит лезть в бутылку. На старой работе за такое бы публично смешал с грязью. Сейчас мне не до этого. Да и зачем. Это всё временная история.

Третье письмо, уже с копией к заказчику Юн, пришло в конце рабочего дня. Как раз в тот момент, когда Ли Ю До выключила компьютер и с максимально независимым видом отправилась домой. В сообщении говорилось, что ошибка так и не исправлена, и тестирование моего фикса поставлено как негативное.

Я даже на миг засомневался, а не накосячил ли сам, но ведь лично проверял исправление несколько раз, и даже нагрузочным клиентом для вэб-тестирования. Вероятнее всего девушка просто не обновила страницу после изменений и не почистила кэш своего браузера. Что ж, тем хуже для неё.

Гарантировать её ошибку я, разумеется, не мог. Поэтому в максимально нейтральном и вежливом тоне описал вероятную причину её проблемы и приложил инструкцию по процессу очищения кэша. Всё это отправил в ответном письме, а затем спокойно занялся сервисом госпожи Сон. И работал над ним, пока Со Ён не оказалась у моего компьютера. Девушка чуть смущённо мяла в руках тонкие кожаные перчатки.

— Можете ли вы чем-нибудь меня порадовать, господин Чон?

День сегодня собирался напомнить мне все минусы социального взаимодействия в работе айти. Неужели сейчас попросят показать работу серверной части при отсутствии клиентской? Может, провести демо часа на три? Соберем совещание, погрузимся в телефоны и будем бла бла бла во славу Корпорации?

Воу, полегче. Ты чего завёлся-то, Сергей⁈

— Я составил модель данных, госпожа Сон, и приступил к её имплементации. Показывать мне пока нечего, — улыбнулся я девушке.

Ей этих слов явно было недостаточно, но она всё равно не осмеливалась давить. Странное дело, конечно. Она точно из семьи чеболей? Нельзя быть такой наивной и мягкой. Сожрут её родственники с потрохами, если зубки не отрастит.

— Смотрите, — я указал ей на экран, где в специальном приложении красовалась схема взаимодействия таблиц базы данных, с основными ключами, описаниями хранимой информации.

Со Ён обошла стол, уставилась в монитор. Губы её шевелились, читая.

— Здесь должен быть ещё налоговый номер родственника, — указала она спустя некоторое время на одну из таблиц. Я хмыкнул, действительно, было бы логично. Если в будущем использовать поиск по нему.

— Вы всё это подготовили за два дня, господин Чон?

В былое время я бы занервничал и посчитал, что меня пытаются обвинить в лени. Однако в голосе девушки звучало восхищённое изумление. Приятно, кстати. Потому что искренне.

— Не совсем, — признался я. — Я ещё позволил себе некоторые изменения в самой базе данных, на уровнях схем, с резервными тестовыми окружениями.

Она не очень понимала, о чём я, но это и не важно. Главное говорить с уверенным видом. У меня внезапно мелькнула хулиганская мысль, и потому в мою речь добавилась импровизация.

— Было бы очень недурно получить некоторые реальные данные, для наполнения. Пусть и обезличенные, но хотелось бы. Не знаете, с кем я могу поговорить об этом? Или, может быть, вы сможете помочь мне с этим? Текущая работа с сервисом по поиску сотрудников по табельному номеру может быть улучшена. Мы сильно выиграем в производительности, если они смогут передавать нам парочку дополнительных параметров. Так что, было бы очень хорошо расширить его с их стороны.

Я говорил мягко и медленно, наблюдая за тем, как Со Ён усваивает информацию. Растерянности в ней не было, девушка всерьёз старалась вникнуть в проблему, чтобы разрешить её.

— Вот только мне даже не известно, какой именно сервис этим занимается, — максимально печально посетовал я. — Мне бы поговорить с кем-то из разработчиков, чтобы понять их возможности. Лучше, конечно, пообщаться с кем-то из архитектурной части. Кто может пропихнуть нужные нам внедрения.

Наглею, возможно. Но почему нет? Пробовать надо все варианты.

— У вас разве нет такой информации? — удивилась госпожа Сон. Она была слишком близко ко мне. Это, если честно, даже чуточку напрягало. Не люблю двусмысленности. Ей же не может нравиться этот амебообразный программист! Или она таким образом пытается заполучить мою лояльность? Из разряда покажи задроту кромку нижнего белья и тебе всё сделают.

Не хотелось бы в ней разочароваться. Я с максимально несчастным видом произнёс:

— К сожалению, такую информацию может предоставить только господин Мун Джи Сонг. Но мой запрос может его… расстроить, да, это слово хорошо подойдёт.

— Не надо его расстраивать, — хихикнула Со Ён. — Я вас поняла. Вы совершили большое дело, господин Чон. Впервые вижу модель в таком изящном и понятном виде.

Возраст у девушки был не настолько зрел, чтобы набрать опыта в моделях, но оставлю это без комментариев. Пусть качает в себе уверенность, это ей совершенно точно не помешает.

— Благодарю вас, госпожа Сон.

— Пожалуйста, зовите меня Со Ён. Я же просила вас.

— Извините, привычка.

Да, действительно, с этим у меня сложно. Предпочитаю всех звать на «вы». Так спокойнее и безопаснее. Вот только госпожа Сон сама переходит на «вы», и будет не вежливо в ответ тыкать.

— Я же могу называть вас Ван Ги? — уточнила девушка, внезапно испугавшись.

— Конечно, Со Ён.

— Прекрасно! — она положила мне руку на плечо, но тут же её убрала. Отступила на шаг. — Ты подарил мне надежду, Ван Ги. Не отбери её у меня.

— Постараюсь.

Этим вечером я домой не спешил. Покушал в небольшом кафе, неподалёку от красиво освещённого парка. Ел с удовольствием, уставший и неспособный думать. Наслаждался моментом, процессом, настроением и приятной истомой в теле. Наблюдал за людьми, даже не пытаясь угадать кто они и чем живут. Прежде любил такое развлечение. Сейчас же просто не осталось на это сил.

И это тоже было хорошо. Сегодня, наверное, было чуточку попроще переносить отходняк, несмотря на большие умственные нагрузки. Ничего, дракон появляется из ручейка. Моё время ещё придёт.

Домой я пришёл около десяти часов вечера.

«Бери меня с собой, серый» — мяукнул вышедший из комнаты Страйгор. «Вдруг я почувствую вторую руну! Мы же бессмысленно теряем время! Мы здесь уже столько дней, а не приблизились к захвату мира ни на шаг»

Пу-пу-пу… Ну да, точно. Захват мира.

— На один шаг приблизились. Я же получил часть какой-то неведомой мощи, — вяло напомнил ему я. Медленно разулся, и застыл, сидя на тумбочке. Надо бы ещё позаниматься спортом хоть немного, потому что сила в регулярности и дисциплине. Хотя больше хотелось бы привалиться вот прямо тут, к стеночке, и закрыть глаза.

«Это ничто!» — возмутился Страйгор.

— Согласен. Я ведь так сразу и подумал. Ладно…

Я встал, потирая глаза. Проверил корм, проверил воду.

— На выходных покатаемся, обещаю. Понять бы ещё зону твоего действия, многоуважаемый ты мой соратник. Километров пять, судя по тому, что мы делалив воскресенье?

«Я смогу это улучшить» — промурлыкал кот, — «Или же это сможешь сделать ты, если откроешь способность. Скажи, серый, а опасен ли этот мир для таких существ как я?»

Ой, кажется, знаю, куда двигается наш разговор.

Страйгор не обманул моих опасений: «Быть может, я смогу сам отыскать нужное нам место, пока ты занимаешься своей ерундой?»

Хороший вопрос. У меня на память вот так сразу и не приходило ничего про отношение к бродячим котам в Южной Корее. Вроде бы их тут не отлавливают, для гуманного уничтожения? Или ошибаюсь. Помню, что могут выписать штраф, если станешь подкармливать бедолаг. Чтобы не множить несчастных созданий на улицах Сеула, как говорила официальная информация. Перевод у неё простой: чтоб подохли с голоду и исчезли сами.

— У меня в деревне у соседки кота лиса задушила, — вспомнил я, почему-то. — Но здесь большой город. Здесь тебя скорее задавят или затопчут, чем сожрут. Но я тебе не враг, удерживать не буду. Можешь у дома денёк погулять, составишь собственное мнение. Вдруг выживешь?

Внутри царапала удивительная тревога, мол, как бы с котом чего не случилось. Тварь же Божья, пусть и Повелитель Чего-то Там. Так что лучше его запугать заранее, чтобы потом самому не бояться.

Так, вроде бы, некоторые родители с детьми поступают.

«Выживу» — коротко мявкнул Страйгор.

Так что отправляясь на работу следующим утром, я вышел на улицу с котом на руках. Опустил его возле входа в парадную. Страйгор тут же бросился с места и забрался на растущий клён. Вмиг оказался на верхушке.

— Снимать не буду, у меня фантомные боли, — предупредил его я. Услышал из ветвей презрительный мявк, и, пожав плечами, направился на работу.

Первое, что я увидел, это ответ господина Юна. Заказчик попросил убрать его из переписки и впредь не тревожить по пустякам. На лице сама по себе зародилась злорадная улыбка, но я её прогнал. Разбираться вот в таких вот мелочах и сжигать свои силы и нервы — давайте как-нибудь потом.

Хотя я не смог удержаться от того, чтобы не понаблюдать за Ли Ю До, когда она читала переписку. Она сначала прикрыла рот ладошкой, потом закрыла лицо, а потом повернулась ко мне. Во взгляде бурлила натуральная ярость. Так, значит, пока общение откладывается. Она должна это пережить сама.

Мне конфликт с ней не нужен, но лишь через боль мы растём над собой. Девушка может стать хорошим профессионалом, если на будет смешивать работу с личным.

— Попробуй почистить кэш. Если не получится, вместе посмотрим, — с максимальным почтением сказал я.

Она резко отвернулась.

Но уже через двадцать минут статус ошибки изменился. Ли Ю До подтвердила исправление дефекта. По-моему, я услышал облегчённый вздох Мун Джи Сонга. Есть ощущение, что менеджер боялся нашу тестировщицу. И, вероятно, не беспочвенно.

Остаток дня я проработал без проблем, пусть, то и дело, отвлекаясь на чуждое мне переживание за судьбу кота. Страйгор мне, вроде бы, никто. И нельзя на сто процентов быть уверенным, что он вообще является реальным существом, а не признаком какого-нибудь моего психического заболевания.

Однако переживал. Потому что кот знал, кто я есть, и это каким-то образом меня легализовало. Да, я чужак. Да, я в чужом теле, в чужой стране. Но при этом могу быть собой и хоть где-то могу не притворяться, не бояться разоблачения.

Наверное, попаданец в каком-то смысле ведёт себя как какой-нибудь серийный убийца. Он ведь точно также вынужден всю жизнь скрывать свою сущность, но при этом надеяться, что его поймают. И страх этот понятен. Потому что начнёшь всему миру рассказывать, кто ты да откуда, так всё для тебя и закончится. Либо пустят на опыты, либо запрут в дурке. Либо грохнут от греха подальше.

Неважно. Скрывать факт своего «иномирия» вполне себе разумный ход. И я тоже собирался придерживаться такой тактики. Тем более, что у меня был кот.

Надеюсь, что был.

Так что, оказавшись у подъезда, я остановился, озираясь. Потом осторожно позвал Страйгора по имени. Бело-рыжий кот вынырнул из кустов, справа от меня. Приветственно мявкнул. Затем ещё раз. Кот ходил вокруг меня кругами, мяукая, и я подхватил его на руки.

«Я нашёл ещё одну руну!» — сказал мне пушистый захватчик. «Видишь, я делаю то, что должен был делать ты. Делаю для тебя! Запомни это!»

— Далеко? — спросил я у него.

Дверь в подъезд в этот момент отворилась, и на улицу выскочил нескладный прыщавый паренёк.

«Можем отправиться сейчас, и будем на месте часа через три!» — настойчиво замяукал кот. «Идём, серый! Быстрее»

Я помотал головой.

— На выходных. Сейчас совсем нет сил.

«Слабак!» с презрением выдал Страйгор.

Прыщавый парень смотрел на нас с открытым ртом.

— Скормлю псам, — предупредил я кота и мило улыбнулся парню.

Кот зашипел.

— Он понимает вас! — воскликнул юноша. — Клянусь, он понимает вас, аджосси! Это демон! Он принёс на своём хвосте смерть! Мы должны отрезать его!

Мы со Страйгором оба посмотрели на парня. А затем кот прыгнул мне на руки и прижал уши.

— Не надо никого резать! — буркнул я в ответ юноше и просочился мимо нечаянного свидетеля в подъезд, прижимая к себе испуганного Повелителя Верховных Сил. Ну да, тут в Корее такое о зверушках иногда думают. Дикий народ.

В лифте мы с котом молчали. Да и пока я возился с ключами — тоже не разговаривали. И лишь оказавшись внутри, Страйгор заметил:

«Мы должны быть осторожнее!»

Я только закатил глаза, но никак не отреагировал на заявление кота.

«И мы должны торопиться! Завтра снова пойду!»

— Сколько у тебя рун-то, а? — устало спросил я.

«Около пяти тысяч» — промяукал он.

Пу-пу-пу. Да, пять тысяч это много. Это же сколько способностей у меня объявится, когда я соберу их все. Супермен на отпуск уйдёт, да?

— Завтра у меня мини корпоратив. Приду очень поздно. Давай, подождёшь меня дома, а не на улице?

Кот возмущённо фыркнул.

— Я, может быть, и ночевать не приду, — продолжил я. — Ты же не хочешь в кустах до утра прятаться?

«Серый, тебе надо расставить приоритеты!» — промяукал он.

— Знал бы ты, как часто я слышал эту фразу, и как часто сам её говорил, — улыбнулся ему я.

Но, надо сказать, кошак был прав.

Глава 10

В эту пятницу Мун Джи Сонг решил отвести всю свою команду на хвесик[1]. В Корее это такой корпоративный ужин, со всеми вытекающими. Место начальник подобрал приличное: ресторан, находящийся неподалёку от башни Тонгкан Солюшен. Повод хвесика тоже был понятен (хотя им тут поводы и не нужны, как подсказывала память, выпить ребята любили и просто так, заради святой среды, например). Так что вечер пятницы должен был быть посвящён знакомству с госпожой Сон в неформальной обстановке. Поэтому явка происходила в добровольно-принудительном порядке. То есть — возражения никак не принимались. Хвесик есть хвесик.

Впрочем, их, то есть возражений, ни у кого и не было. Даже у меня нашлось желание провести пятницу не в компании с котом-попаданцем, а с живыми людьми. Корыстное, конечно же, желание, и мне за него ни капельки не стыдно. Господин Мун, всё-таки, занимался сокрытием преступных схем в недрах корпорации. Может у него найдётся куча объяснений этому, ну так каждое чудовище легко находит оправдание любому своему поступку. Убил, потому что дети голодные, изнасиловал, потому что сама провоцировала. Собственно, совершенно стандартное человеческое поведение, и меня, как я уже сказал, это не волновало.

Он не просто сам служил кому-то, но при этом ещё и втянул слабоумного подчинённого. Чон Ван Ги ведь совершенно не понимал, что делает. Не интересовался!

Кстати, вот и ещё одно оправдание. Себя, правда, я наказывать за проступок не собираюсь. В тот момент пока здесь нарушался закон, я, скорее всего, сидел в центре Санкт-Петербурга в дорогущем офисе, в солидном костюме и изображал активное участие в очередном обсуждении какого-нибудь глобального проекта. Про коррупцию в Тонгкан Солюшен не знал, впрочем, как и про саму корпорацию Тонгкан.

Ха! Это, кстати, тоже оправдание.

Место, куда нас усадили, было изолированной кабинкой с огромным столом. И стол этот был попросту завален яствами! Мясо, рис с овощами, супы, закуски! Посередине стояла решётка-гриль с порцией мяса. Ну и соджу, конечно. Я насчитал три зеленоватые бутылки. Пу-пу-пу. Напиток, вроде, не сильно крепкий, но… У меня завтра куча дел, а память подсказывала, что сдержанностью мои коллеги не страдали.

На что я, честное слово, и рассчитывал.

Мун Джи Сонг за пределами офиса превращался в очень улыбчивого и бодрого человека. Уже не хмурился, не играл сурово желваками. Шутил, смеялся и целеустремлённо поднимал рюмку за рюмкой. Лицо его раскраснелось, глаза заблестели, воротник рубахи потерял верхнюю пуговицу, а галстук отправился в карман.

Я старался поддерживать веселье, но на алкоголь не налегал. Делал вид что пью, потому что отказ от выпивки здесь могут и как оскорбление принять. А мне что, проблем мало? Так что удавалось иногда подливать немного в кадку с пожухлым фикусом, стоящим рядом со столом.

Почему пожух этот мощный цветок — догадаться несложно. Офисов вокруг много, и хвесик тут проводят регулярно, и я, возможно, скажу крамолу — не все посещающие такие мероприятия люди всерьёз хотят на них находиться. Тут ведь, как в худших традициях самодурства, не пошёл на хвесик — не получил повышение. Как говорят — был бы человек, а повод его приземлить всегда отыщется.

В центре внимания этого вечера была госпожа Сон. Сначала она очень этого стеснялась, но, чего не отнять у Мун Джи Сонга — быстро акклиматизировалась под нажимом менеджера. Ким Тхе, после неудачного флирта, целеустремлённо накидался, чтобы раскрепоститься и теперь постоянно кружил вокруг дочки председателя, смеясь над каждым её словом, выдавая совершенно дикие шутки в попытке выдавить из Со Ён хотя бы улыбку и бросая ради этой цели весь свой репертуар. Девушка выглядела растеряно, знаки внимания мягко отвергала и несколько раз пыталась уйти из его орбиты и войти в мою. Желание понятное, я здесь её самый ближайший соратник. Люди же инстинктивно предпочитают держаться того, кто им более симпатичен.

Сам я старательно опекал менеджера, дабы убедиться, что он выпил достаточно и попытаться разболтать его на лишнее. Вот только общества Мун Джи Сонга, как получалось, искал не только я. Ли Ю До всё время была где-то рядом с ним, а вот пьяненький менеджер, напротив, её словно не замечал.

Они вели себя как семейная пара, выбравшаяся к друзьям мужа. Жена не очень смиренно терпит, а муж пытается веселиться на полную. Это меня даже заинтересовало, и, понаблюдав за их поведением, уже к концу вечера я был совершенно уверен в том, что у нас в отделе завёлся свой служебный роман.

Никого не осуждаю. Оба холостые. Ни одна супруга или же супруг от этих отношений не пострадают. Вот только Ли Ю До опекала Мун Джи Сонга уж слишком ретиво. Ну и наши испортившиеся отношения немножечко мешали доверительным речам.

Но попыток я не оставлял, также от души веселясь и предлагая менеджеру стопку за стопкой. Конечно, со всем уважением, с лёгким поклоном и двумя руками. Ли Ю До смотрела на меня волком, но одергивать Мун Джи Сонга не спешила.

Так что у нас получился некий странный многоугольник, который оформился под конец вечера, когда пьяненькая Со Ён то и дело приваливалась ко мне слева, норовя то взять под руку, то приобнять, при этом восторженно общаясь с Ким Тхе, я сидел на ушах упившегося Мун Джи Сонга. Грустная Ли Ю До торчала в телефоне, иногда натянуто улыбаясь, когда на неё обращала внимания госпожа Сон, и Ким Тхе старался шутить из последних сил, хоть и поглядывал на меня с лёгкой обидой.

Совершенно зря. Интереса к госпоже Сон у меня никакого не наблюдалось. Скорее наоборот. Я очень не люблю пьяных женщин. Вот совершенно! Все эти сальности, если до них дошло, всё это поведение — отталкивает. Уходит грация и загадка из напившейся дамы.

Не, если ты и сам накидался, и вы друг-другу оказались интересны, то вперёд, расплата будет ждать наутро, но когда ты трезв, а заинтересованная в тебе женщина — в дрова… Ничего хорошего из этого не выйдет ни в процессе, ни потом. Утром всем будет плохо. Мужчину-то потом и так, и так с исподним скушают, мол, либо воспользовался ситуацией, либо безбожно затормозил. Так что за себя можно не переживать, и надо подумать о последствиях для дамы.

Назовём это благородством, м?

Так что я старательно делал вид, что не замечаю знаков внимания со стороны Со Ён. Делал это столь успешно, что, в конце концов, она резко отстранилась, с глубоко пьяно-оскорблённым видом. Ким Тхе сразу бросился в атаку, увлекая девушку на себя, а я именно в этот момент и спросил про сервис по табельным номерам.

Спросил словно невзначай. Мол, хотелось бы пообщаться с кем-нибудь из того отдела, и не смог бы он посодействовать с названием ДИТ.

Мун Джи Сонг сразу же попытался подобраться, резко махнул рукой, мол, ни в коем случае. Сделал страшные глаза, показал указательный палец, привлекая внимание. Замер на пару секунд, и плюхнулся лицом в салат.

— Ван Ги! — возмутилась сидящая рядом Со Ён. — Ты же меня спрашивал об этом отделе! Забыл⁈ Какой ты! Я же нашла для тебя, я узнала, а ты… Ой какая рыбка!

Она только сейчас обратила внимание на огромный аквариум на стене и полностью выключилась из беседы. Поднялась, с хихиканьем споткнулась, но сохранила равновесие, правда при этом растеряв всю грацию.

— Смотрите, какая рыбка! — запищала она от восторга.

Я смотрел с широко раскрытыми глазами, но не на аквариум, а на дочку председателя. Со Ён нашла ответ⁈ Почему же молчала⁈

Напротив меня сонным медведем из зимней берлоги поднял голову Мун Джи Сонг.

— Тебе нельзя этого знать, — неожиданно трезвым голосом сказал он. У него с брови свисала кимчи. Грозно нахмурившись, менеджер вернулся в тарелку. За миг до этого лицо его приняло совершенно блаженное выражение. Ли Ю До тронула отключившегося Мун Джи Сонга за плечо, но тот никак не отреагировал. Да, набрался наш управленец знатно. Но не это сейчас важно! Со Ён знала ответ на чрезвычайно важный вопрос, и я потерял с ней контакт! Меня победили чёртовы золотые рыбки! Ёкарный бабай!

Рядом с дочерью председателя оказался Ким Тхе. Он умилённо передразнивал губами неторопливых обитателей аквариума. Со Ён засмеялась его потугам, шутливо ткнула аналитика в плечо. Тот схватился за ушибленное место, и мне на миг показалось, что сейчас он ей ответит, но потом обида исчезла с лица Ким Тхе, и парень странно захихикал в ответ. Ох, наломают они здесь дров. Как их остановить?

Мне же срочно надо расчистить театр действий и добраться до Со Ён. Я посмотрел на Ю До, сидящую с невероятно мрачным видом.

— Господин Мун Джи Сонг очень сильно устал, — сказал я. — Может, мы вызовем ему такси, добрейшая Ю До?

— Тут никого нет, Чон Ван Ги. Никто не услышит тебя. Почему же ты такой правильный? — вдруг наклонилась ко мне тестировщица. — Откуда это в тебе всё? То ты отказался мне помогать, то строишь из себя ангелочка. У тебя есть секреты Чон Ван Ги?

— Айгу… Ты не права, Ю До, —покачал головой я. — Я не отказался помогать тебе. Напротив, я помогаю тебе больше чем раньше. Помогаю стать лучше!

Ёксель-моксель… Как же они набрались. Со Ён болтала с рыбками, Ким Тхе с глупой улыбкой следил за девушкой, явно собираясь с силами для пьяного рывка в ухаживаниях. Но выпил он хоть и много, но, насколько подсказывала мне память, всё равно недостаточно для такой-то дерзости. Поэтому пока Ким Тхе мялся и в наступление не рвался. Язык тела был однозначен, но соджу и природная стеснительность превращали этот самый язык в нечто сильно невразумительное.

— У тебя совершенно точно есть секреты… — прищурилась тестировщица. Не так уж она и пьяна, надо сказать. Достойный соперник?

— Секреты есть у каждого из нас, — я будто бы невзначай посмотрел на Мун Джи Сонга. Щеки Ю До заалели.

— Ты ничего не знаешь, Ван Ги!

Кажется, мои попытки примирения пока успехом не увенчиваются. Но ничего страшного, я не очень гордый в таких мелочах. Поэтому постарался понизить голос и говорить чуть помедленнее, чтобы вызвать доверие:

— Ю До, я и не хочу ничего знать. Мне больно от того, как остро ты восприняла мои слова тогда. Никак не хотел тебя обидеть.

— Тогда мог бы просто помочь! Не воспитывать меня, а помочь! А ты начал воспитывать!

А она упряма. Глаза тестировщицы гневно сверкали. По-моему, сейчас кроме меня в её мире никого не существовало и при этом всё существующее ей неистово хотелось сжечь.

— Ты права, — согласился я, завивая огонь её неоправданной ненависти. — Это было лишним. Я так неуклюж в выборе слов. Увы мне.

Ли Ю До недоумённо кивнула, совсем не ожидав такого ответа. Поплыла, это точно. Вид стал растерянный, она суетливо выпрямилась, снова повернулась к спящему в тарелке Мун Джи Сонгу. Ну что, надеюсь, теперь наш конфликт окажется исчерпан. Мне дополнительный уровень сложности не нужен. У меня есть на кого потратить силы и время. И этот человек сейчас разговаривает с рыбками.

Пу-пу-пу…

— Помочь тебе вызвать такси для господина Мун Джи Сонга? — мягко поинтересовался я.

— Спасибо, я справлюсь, Ван Ги.

Конечно, я мог бы ругаться до потери пульса, втаптывать в грязь, разрушать жизнь. Отравлять существование. Но зачем тратить столько сил? Особенно на любовницу начальника. Таких девушек лучше во врагах не держать. Потом, когда придёт время, можно вернуться к давнему спору.

А пока лучше отступить на заранее заготовленные позиции.

Со Ён у аквариума слишком громко засмеялась, при этом приобняв побагровевшего от смущения аналитика. При этом дочка председателя бросила многозначительный взгляд на меня. Вот тебе, мол. Я старательно сохранял невозмутимость и ничего не понимающий вид.

Когда госпожа Сон вернулась за стол, то села на место Ким Тхе, вынудив аналитика приземлиться рядом со мною.

— О чём мы говорили? — мило поинтересовалась Со Ён. Ну, она так думала, что мило. Вообще в компании пьяных трезвому человеку очень сложно. То что у выпившего является флиртом, трезвого заставляет вызывать полицию.

— Вы хотели поговорить про отдел по работе…

— Про работу? Не хочу говорить про работу, —надула губки Со Ён. Ким Тхе согласно запыхтел, закивал. Потом принялся рыскать пьяным взглядом по столу в поисках соджу. Тщетно. Они прикончили уже пятую бутылку. Гвозди бы из них делать!

— Ты такой ску-у-у-учный, — Со Ён опёрлась локтями о стол, и опустила голову на руки, прижав ладошки к щекам. Пьяно помотала головой. — Такой скучный! А я хочу танцевать! Да, я хочу танцевать. Музыку! Я знаю отличный клуб, поехали!

В таком виде её никуда отпускать нельзя.

— Госпожа Сон, нам бы проводить господина Муна…

— Он не маленький мальчик его провожать, — Со Ён глянула на менеджера как на пустое место. — А я хочу танцевать. Тхе, ты поедешь со мною⁈ В клуб Эден хочу!

— Клуб Эден? — закашлялся аналитик. — Там же безумно дорого! И там никогда нет мест! Всегда битком. Там очередь в клуб как фильмах американских!

— Очередь⁈ Ты забыл кто я, — нахмурилась Со Ён. — Забыл? Я прямо сейчас сделаю один звонок, и нас туда отвезут! На лимузине! С охраной! Да, решено, едем.

Она полезла за телефоном. Ну, люди они взрослые. Им потом расхлёбывать всё, что наворотят в пьяном состоянии. Не моё же дело, верно?

— Хорошая идея, — согласился я. — Но мы должны выпить на посошок!

— На посошок? —не понял Тхе, пьяно повернулся ко мне, пытаясь сфокусировать взгляд. — Что это, друг мой Ван Ги?

— Русская традиция! — со значением произнёс я.

— Русская традиция? Причём тут русская традиция⁈ — засуетился Ким Тхе. — Балет⁈ Или балалайка?

— Я люблю русских, — поделилась вдруг Со Ён. — В Германии дружила с девочками из Санкт-Петербурга. Хочу традицию. Говори, Чон Ван Ги.

Она хихикнула.

Соджу нам принесли почти моментально. Мун Джи Сонг на новую бутылку уже не отреагировал. Ли Ю До от выпивки отказалась, она уже вызвала такси и теперь ждала когда приедет машина. А я самозабвенно протащил своих коллег по полной традиции пить на ход ноги.

Тост первый. Застольная, в знак уважения к остающимся. В данном случае к господину Мун Джи Сонгу. Наливал я, как должно, доверху. Со Ён и Ким Тхе с радостью выпили и подумали, что теперь уже можно идти.

Тогда я добавил подъёмную, раз уж они покидают стол. Затем налил на ход ноги. Затем «запорожскую», когда мы выбирались из нашей комнатушки.

Миссия закончилась успешно. Ли Ю До увезла Мун Джи Сонга, едва переставляющего ноги, чуть раньше нас. Затем я затолкал в такси Ким Тхе.

А потом перед нами остановилась чёрная машина, из которой выбралось двое крепких ребят.

— Госпожа Сон, — поклонились оба.

— Я хочу танцевать, — сказала почти висящая на мне Со Ён. — Хочу танцевать! Поедем, Ван Ги. Почему ты такой скучный⁈ Господин Кан, почему он такой скучный?

— Прикажете отвезти его танцевать? — сухо поинтересовался самый крепкий из мужчин.

Наши взгляды с Со Ён встретились. Она словно очнулась.

— Нет. Он же не хочет… А я хочу! Вези меня!

— Конечно, госпожа Сон. Мы отвезём вас, госпожа Сон.

Машина с охраной дочки председателя стояла здесь с самого начала наших посиделок. Я видел её перед тем как зайти внутрь, и я отметил по движениям мужчин, что те рады уже и размяться. Засиделись.

Они очень бережно усадили Со Ён на заднее сидение. Затем смерили меня взглядами и забрались на свои места. Машина мягко отъехала. Я был уверен, что никуда они её не повезут. Печку включат и покатают по дорогам, пока не вырубится. Самая правильная тактика.

Ну, а мне самому пришла пора возвращаться домой, к коту-завоевателю. Жаль, что не удалось поговорить с Со Ён. Ну и надеюсь, что Мун Джи Сонг нашу беседу не вспомнит. Отреагировал он слишком бурно для сильно пьяного человека.

Впрочем, в понедельник всё узнаем.

[1]хвешик-дружеская встреча коллег за ужином

Глава 11

Прогулка с котом в переноске по улицам Сеула — это отдельное приключение. Начнём с того, что образ бездомной ворюги, плотно закрепившийся за пушистыми питомцами, в Южной Корее только последнее время стал развенчиваться. Раньше этих зверушек в городах совсем не жаловали. У них тут же даже свой кошачий гринч существует. Демонический кот, который бродит по улицам в последний день года и ищет оставленную обувь, чтобы её, неожиданно, примерить и тем обречь владельца на страдания и муки. Наши коты с подобной безалаберностью, вроде брошенных ботинок, разбираются несколько иначе.

Но то у нас, а в Южной Корее репутация у пушистиков другая. И да, здесь в последние годы кошечки стали няшками, спасибо социальным сетям и фотографиям котиков, но только старая корейская гвардия поглядывала на питомцев с прежним подозрением. Правильно делала. Знали бы встречаемые мною люди, кто скрывается под личиной бело-рыжего пушистика, ещё больше бы переживали.

Ведь там, ни больше, ни меньше, будущий завоеватель этого мира.

Страйгор указывал мне маршрут уже привычным способом, и я шагал по улицам дождливого Сеула под зонтом, отстранённо провожая взглядом спешащих по своим делам прохожих. Суббота это хороший день. Он и сам по себе прекрасен, но когда ты понимаешь, душой и сердцем, что завтра тоже будет выходной — плечи сами по себе расправляются.

И пусть я всегда был трудоголиком прежде, сейчас на меня накладывала отпечаток прежняя личность Чон Ван Ги. Не могу сказать, что был сильно против. Потому что иногда стоит остановиться и оглядеться, туда ли ты вообще бежишь по жизни и стоит ли оно того.

Моя бесконечная гонка и инертность сосуда уравновесили друг друга.

Чутье кота привело нас в сеульский олений парк. Людей из-за дождливой погоды тут не было, правда, нашлась парочка собачников, но их питомцы игрались где-то вдалеке и не приставали к человеку с переноской.

Парк уже подёрнуло осенью, листва падала на дорожки и шуршала под ногами. Я прошёл приличный пруд, миновал парочку под зонтом, милующуюся на скамейке. А затем зашагал вдоль ограды с оленьим вольером, поднялся на каменный мостик, откуда милые животные были видны лучше всего.

— Мяу!

Какое мяу! Что значит мяу? Я растерянно посмотрел вниз, на оленей. Те, привлечённые необычным звуком, тянули головы и озирались так, как умеют только олени!

Ладно. Я взгромоздил переноску на перила ограждения. Уставился на кота.

«Мы пришли! Она здесь! Я чувствую её, серый»

Я повернул переноску так, чтобы Страйгор увидел местность. Минуту подержал его так, для надёжности, пусть оценит ситуацию, и снова уставился на кота. Тот выглядел недоумевающим:

«Чего ты хочешь мне сказать, серый?»

— Это олени, Страйгор. В загоне, понимаешь? Вон тот знак видишь? Тот, который над: «Не кормить»? Там написано, что перелезать через ограду категорически нельзя. Штраф и смертельно опасно. Не думаю, что это плотоядные олени, но всё-таки это нарушение!

«Ты тако-о-ой правильный!» — выпучил глаза кот, а затем принялся кашлять, причём так артистично, что я бы и не удивился, если он вывалил бы мне тут комок шерсти. Однако, плохо ему не было. Плохо он хотел сделать мне.

Я нахмурился. Ишь ты!

«Вот что я думаю про твою правильность! Серый, твоя жизнь изменилась! Если надо нарушить знак — нарушь его! Тебя же не посадят на кол за это?»

Он, определённо встревожился, с сомнением промяукал:

«Или это в другой стране у вас принято… И в другое время…»

Экскурс по истории проводить ему не буду. Не время и не место. Так, а что у нас вокруг? Я огляделся — смотрителей парка нигде не видно. Впрочем, зачем они, когда всё вокруг утыкано камерами наблюдения. Цифровизация… Определят, отследят, штраф пришлют на почту. Оно мне надо?

Так, допустим, надо. Прямо отсюда сигать в вольер к оленям было в принципе рискованно. Ноги поломаю. А вот если спуститься чуть ниже, то ограду можно перелезть без особого труда. Ёкарный бабай, как же сложно нарушать правила! Я ведь всю жизнь только на зелёный цвет светофора перехожу!

— Ночью придём, — решил я.

Кот возмущённо зашипел. Ну, понятно, ему-то нужно здесь и сейчас, но вот штраф платить-то мне.

— Не шуми, — попросил я Страйгора. — Лучше давай-ка, сбегай на разведку, и попрыгай у твоей руны. Чтобы ночью сразу к ней идти.

С этими словами я открыл переноску. Кот вышел из неё очень неохотно, задрав хвост трубой и с нехорошим прищуром глядя на меня.

«Слабак!» — подытожил он.

— Тут есть рыночек один, — между делом заметил я, — где за очень скромную сумму можно покушать кошатинку. Как думаешь, если я тебя туда продам, это покроет мои расходы на штраф, да?

«Ты повторяешься. Тебе, кстати, никто не говорил что твоё чувство юмора очень странное?» — прошипел кот.

— Много раз, — вздохнул я.

Мимо нас прошла, ускорив шаг, молодая женщина с зонтом, старательно не глядя в мою сторону.

— Шуруй, разведка, — подтолкнул я вальяжного кота ладонью. — Дашь знак.

Он с возмущением фыркнул, ловко пробежал по перилам и спрыгнул в олений вольер. Благородные животные почти не обратили внимания на внезапное вторжение. Так что Страйгор без труда пересёк вольер, остановившись у пристройки, у дальнего ограждения, граничащего с прудом. Вот там-то он и запрыгал, как одержимый.

Так, с той стороны не подойти, вода. Значит придётся, когда стемнеет, сюда прийти и совершить проникновение со взломом в олений вольер. Пу-пу-пу… Видели бы меня мои старые коллеги сейчас, из прошлой-то жизни. Солидный же был человек, уважаемый.

Да и текущие соратники по мышке и клавиатуре тоже бы оказались впечатлены, право.

Кот вернулся демонстративно неторопливо, ловко вскочил на ограду, дошёл до меня и сел перед клеткой.

«Туда-сюда, пара минут, серый, и ты получишь суперспособности!»

— Куда ты так торопишься⁈ Сходим ночью!

«Мне стало нравиться нализывать себе то, что осталось от тестикул носителя, серый. Это меня пугает. Чем быстрее ты вытащишь меня из этого тела, тем лучше! Ты бы хотел ловить себя на мысли, что тебе хочется вылизать себя всего? Особенно понимать чуждость этой идеи, когда уже в процессе, а?»

— Я уже пожалел что спросил, — меня аж передёрнуло. — Но всё равно ночью пойдём, а теперь запрыгивай. Мне надо подготовиться.

Страйгор неспешно зашёл в переноску, свернулся там калачиком, и зыркнул на меня недобро. Ладно, Повелитель Верховных Сил, не печалься. Решим мы твоё горе.

Ночью парк был открыт, и почти пуст. Олени забились в своём загоне, закрытом на ночь работниками. Мир вокруг почти вымер. Я вошёл в парк уже с натянутой на лицо маской, при этом приложив максимум усилий, чтобы меня не смогли отследить по камерам. Ведь где-то же я эту маску натянул, верно?

Конечно, служители парка вряд ли станут меня разыскивать при помощи полиции, но бережёного Бог бережёт. Так что именно так: крадучись, вором, по ночной дорожке и с котом за пазухой (переноску я оставил дома, спрятав Страйгора под плащом) я вошёл в зловещее логово оленей.

Ограду я перепрыгнул без проблем. На некоторых из деревьев в вольере горели фонари, и я старался держаться от них подальше. В целом, это у меня получилось. У самого загона я оказался очень быстро и весьма довольный собой. Выпустил на свободу Страйгора и тот, без лишних мявков, запрыгнул под навес. Сел напротив стены, обвив себя хвостом, и воззрился на неё так, как могут только кошки. Я нашёл щеколду на ограждении загона, открыл её и остановился рядом.

— Мяу! — не оборачиваясь, приказал кот. Полагаю, я знаю, о чём он. И помню, как оно будет. Ладонь, правда, ещё болела от предыдущей руны. Поэтому я предложил другую руку. Страйгор отнёсся к этому с пониманием, но царапнул не менее больно. Зашипев, отчего в тесном загоне затопотали-заволновались олени, я приложил ладонь к месту, которое изучал кот.

В голове промелькнула уже знакомая вспышка. Ноги подкосились, но на этот раз я удержался, уцепившись за деревянную стойку навеса. Ура, прогресс. На пол не падаю. Но и изменений не чувствую никаких.

— Мяу! — сказал кот. Его морды я не видел, и потому, разумеется, не понимал. Но, полагаю, это значит: «уходим».

Замотав ладонь бинтом (в этот раз сразу взял с собой) и подхватив кота более менее здоровой рукой, я двинулся назад к тому месту, откуда начал своё проникновение в олений рай. Ничего нового в себе не ощутил. Летать не хотелось, мысли не читались и даже сортировку пузырьком[1] я вспомнить не смог, а значит и память не феноменальная. Видимо, снова мимо. Или же мне должны предоставить толковую пользовательскую инструкцию, где будет написано: как использовать те руны, что наносит на меня бело-рыжий кот.

Ладонь болела. Ёкарный бабай, да неужели нельзя обойтись без членовредительства-то? Неужели нет на свете другого метода, как собирать эти кошачьи подарочки? Ну, реально руки у меня только две! Раз в неделю её резать не вариант. Особенно кошачьими лапами, от которых ещё и чешется потом всё безумно.

Никаких изменений в себе, кроме саднящей ладони, я не чувствовал, и это меня совершенно не смущало. Статистика штука такая, жестокая. Если у Страйгора в общей сумме несколько тысяч рун, разбросанных по миру, то вероятность того, что в одном городе окажутся две части единого целого — печально мала. Не удивлюсь, что вторая часть спрятана где-нибудь в районе водопада Кивач.

Ну, или же где-нибудь в глубине острова Ольхон, в лесах за Хужиром. Мест на планете много, это я ещё известные назвал. Вон, леса Амазонки тоже классная локация для пряток. Прямо живо себе представляю, как с котом путешествую по известной реке. У меня широкополая шляпа, мачете, а с ветвей над нашими головам свисают змеи. Проводника уже сожрали, всю команду перебили каннибалы, и только мы с котом по реке плывём. Только мы с котом по ре-е-ечке плывём.

Надо нараспев произносить.

Короче, ерундой мы какой-то занимаемся. Однако есть во мне какая-то тяга к детским сказкам, получается, раз я охотно потакаю замыслам кота.

Стоп. Это что такое? Я резко остановился. У того места, где мы со Страйгором перешли границу оленьего мира, стоял человек и совершенно точно смотрел в нашу сторону. Я медленно-медленно и максимально плавно добрался до ствола дерева, и укрылся за ним. Может и не заметит. Если боковое зрение резкими движениями не дразнить, то вполне себе вариант. Кто это у нас ночью по парку шатается? Порядочные люди в это время спят или веселятся в одном из многочисленных сеульских заведений.

Сотрудник парка пожаловал? Да вроде нет, те в форме ходят, а этот не похож вовсе.

Откуда-то со стороны ограды послышалось звонкое рычание. Ну, это многое объясняет. Собачник. Глаза привыкли к темноте, и я смог разглядеть белого пуделька, поднявшего лапу у столба забора.

Без намордника, поганец, и без поводка! Незнакомец-то тоже был нарушителем. Здесь за подобное штрафуют! Не мне негодовать, но всё же он заставил меня понервничать, поэтому можно и поругаться. Теперь осталось дождаться, пока пудель закончит со своими делами, и случайный свидетель покинет дорожку.

Вот только чем больше я наблюдал за человеком с собачкой, тем тревожнее внутри становилось. Мужчина не шевелился, глядя куда-то в мою сторону. Головой он не крутил, с ноги на ногу не переминался, и никоим образом не казалось, что он что-то заметил. Просто стоял и пялился в темноту. Но куда больше смущал пудель. Он то и дело потявкивал, возвращался к мужчине, потом снова бежал к ограде, по одному и тому же маршруту. Ничего не нюхая, как полагается приличным собакам. Тупо от хозяина к забору, там замереть и обратно.

Они оба не гуляли, а ждали!

Собака, думаю, меня учуяла. Ну, или же Страйгора, невелика разница.

Надо отметить, что кот в моих объятьях словно одеревенел. Я почувствовал, как напряглись его мышцы. Опустил голову. Страйгор ткнул себя лапкой в грудь, а затем указал ею на землю. Выглядело это максимально дико. Я медленно опустился, выпуская кота на волю. Что у нас происходит?

Пудель снова заворчал. Слышно было, как он шумно нюхает воздух. Хозяин собаки по-прежнему не шевелился. Что такое здесь происходит-то, а?

Меня потянули за штанину. Я посмотрел на Страйгора и кот тихо-тихо мяукнул:

«Выруби того человека, это важно. Они враги!».

У меня глаза полезли на лоб. Что сделать⁈ За что⁈ Зачем, твою ж бабушку⁈ Но бело-рыжая бестия уже умчалась во тьму, в направлении незнакомца. А через несколько секунд от ограды послышался истошный собачий визг и кошачье шипение.

Я уже бежал к забору, не понимая, что делаю и зачем. Но преграду даже удалось перепрыгнуть, не завалившись. Страйгор гонял пуделя по кругу, норовя запрыгнуть ему на спину. Хозяин же собаки бестолково бросился за котом, словно зомби. Меня он не заметил, и через пару секунду я набросился на него и повалил мужика на землю.

Собачник попытался сопротивляться, но я уселся сверху и ударил его кулаком по лицу. Занёс кулак для второго удара:

— Не шевелись! — скомандовал я.

Мда, оказывается вот как становятся натуральным психопатом! Мною командуют кошки, и в ночных парках я нападаю на мужчин. Приехали…

Визг собаки вдруг преобразился, в нём проявились какие-то роботизированные нотки, а затем пудель резко замолчал. При свете фонаря, я увидел, как бело-жёлтый кот отходит от лежащего тела. Задрал, что ли⁈

— Какого лешего!

— Мяу! — грубо ответил Страйгор.

Зрительного контакта пока не было, поэтому разговор у нас определённого не клеился. Мужчина подо мною обмяк, хотя я совершенно точно не так сильно его ударил. Пудель зашевелился, поднялся на лапы и, поджав хвост да сильно дрожа, испуганно наблюдал за нами.

— Мииииау! Мяу! Уууууууу! — голосил кот. Он сел рядом со мною, и принялся вылизывать окровавленные лапы. Натуральный квисин.

— Я пока не очень понял, — честно признался я. — Давай больше деталей. Что происходит? Ты зачем загрыз собачку⁈

«Не собачку и не загрыз. И этот под тобою тоже не совсем человек. Ну, то есть человек, но… Необычный» — он старательно нализывал себя бока, будто наслаждаясь вкусом крови. Что он с пуделем-то сделал?

— На ощупь он вполне себе обычный, — буркнул я. — Хватит себя вылизывать, поясни что произошло.

«Отпусти его уже. Он только утром очухается. Когда приходит Хитрый Пёсик, то надолго забирает носителей»

— Хитрый Пёсик? — голос у меня дрогнул. Они не могут же всерьёз так себя называть?

«Слезай, потом поговорим, серый. Я выгнал его из сосуда, но он может найти следующий»

— И что тогда случится? — не то, чтобы я спорил и не хотел вставать, но мне казалось, что ситуацию нельзя оставлять в текущем состоянии. Что я многого не узнаю, если разговор прервётся. Что за Пёсик? Кто ещё тут будет кроме Кошачьего Проказника⁈

Он ведь ещё про Клювоголового говорил! Какого лешего здесь происходит⁈

Кот, наконец, оторвался от вылизывания лапы. Посмотрел с укором:

«Серый, слезь ты уже с человека, ладно⁈ Он ни в чём не виноват. Эмпатическая связь с его питомцем сделала безмагического увальня бездумной игрушкой Хитрого Пёсика. Я прогнал его, так что больше не нужно мучить бедолагу! Все живы, все здоровы. Собачку полечат и заживёт на ней всё как… на собачке»

Я слез с человека, осмотрелся. Ряд фонарей уходил во тьму, освещая прямую дорожку. Пусто и тихо. Устроив мужчину поудобнее, и обратив внимание на изумлённое выражение лица и почти белые глаза, в которых только-только стала проступать радужка, я пошёл в сторону выхода из парка.

Едва мы отошли на приличное расстояние, пуделёк вернулся к телу хозяина и свернулся у него ног.

Это всё, конечно, очень интересно, но, по-моему, совершенно неправильно.

У меня столько вопросов накопилось.

[1] Сортировка пузырьком — метод сортировки данных в программировании

Глава 12

«Хитрый Пёсик это шпион Клювоголового» — степенно пояснил кот, когда мы вернулись домой. Прозвучало это как-то вроде «машина, это самодвижущаяся тележка о четырёх колёсах».

И, конечно, сразу всё мне объяснило. Я тяжело вздохнул, разулся, стащил с себя испачканную в парке одежду. Завтра надо снова в прачечную идти. И разжиться б ещё одним костюмчиком, но, зараза, дорого это всё.

Ничего. Скоро запилю сервис для госпожи Сон, и тогда куплю. Костюм ведь это очень важно в этих местах. Я читал где-то.

— Что за Клювоголовый? — спросил я обречённо. Уже не первый раз всплывает имечко, и кажется мне предстоит погрузиться в эту мифологию чуть глубже чем мне хотелось.

«Это первый хранитель равновесия между мирами. Презренный слуга баланса», — с презрением добавил кот. У него явно что-то личное к Клювоголовому. Впрочем, если бы я подготовил мир для своего вторжения, то тоже бы не любил хранителей местных порядков.

— Носитель Чаш? — жалко предположил я.

«Нет», — вид у Страйгора был снисходителен. «Носитель Весов это совсем иное. Он это есть субстанция истинного баланса, а мерзкий Клювоголовый ревностный страж Носителя. Если равновесию что-то угрожает, то прибывает Клювоголовый. Пёсик же и есть пёсик, он ищет всплески сил и собирает информацию о его причинах. Вынюхивает через своих слуг, высматривает. В первый раз он был не готов, а вот во второй раз быстренько явился, собака сутулая! Значит, поблизости крутится, понимает, что мы рядом»

Кот зашипел и выпустил когти, видимо представил перед собой несчастного пуделька.

«А значит, презренный пёс будет караулить каждый наш поход за рунами и каждый раз подселяться в ближайшего своего слугу, пока не определит личность злостных нарушителей порядка и закона! Мряф его так! Нам бы уехать, серый. Давай уедем?»

Ну, началось. Хотя кое-какую мыслишку это предложение в голове освежило. Чего я, действительно, так зациклился на Южной Корее? Вон, до России отсюда не так далеко. Русский же я знаю. Знаю же?

Это меня прямо напрягло.

— Балалайка? — спросил я у воздуха. Вроде бы на русском, да?

Кот смотрел на меня непонимающе.

— Понимаешь ли ты язык, на котором разговаривал Пушкин? — добил я его.

Страйгор прищурился:

«Ты обезумел, серый⁈ Что ты несёшь?»

Так, видимо, всё же русский я воспроизвести могу. Отлично, но потом изучим детали. И вопрос релокации в Россию отбрасывать не будем, а отложим. Потому что я много где побыл в своё время, и совершенно точно знал, что очень круто отдыхать во многих местах мира, но для жизни ни одна из стран меня не устраивала. Кроме её, матушки, уж простите ненавистники.

Всё, хорошо, возвращаемся к реальности. Кот говорил мне про поиски нарушителей. Я ещё и тут оказался вне закона, да? Мне коррупции было мало, а?

— Так, а что конкретно мы нарушили? — я поставил макароны вариться, потирая глаза. В них словно песка насыпали. Устал, очень устал. Опять устал! Да я в свой полтинник так не выматывался. — Мы же определённо что-то нарушили, да?

«Это мир почти лишен магии, серый. А я смог протащить внушительный объём сил. Так что, конечно, мы что-то нарушили! Но когда мы распечатаем все руны — никто из междумирян не сможет остановить нас!»

— Мне кажется, что нарушать равновесие затея не лучшая, — покачал я головой. — Его не просто так защищают.

«Да брось», — Страйгор махнул лапой. «Носитель Весов не заметит, даже если какой-то мир попросту исчезнет. Вся эта планета лишь песчинка в его чашах. Просто Клювоголовый чрезмерно ревностно относится к своей работе. Выскочка, скучающая на работе. Так, вроде бы, в твоём мире говорят?»

Пу-пу-пу… Сложно. Глубоко вникать в это городское фэнтези я совершенно точно сейчас не хотел. Хотел кушать, это да. Хотел спать. Завтра выходной, надо заняться стиркой, наготовить еды на неделю. Порыться на известных форумах в поисках каких-нибудь интересных тем связанных с информационными технологиями. Поглазеть, пооблизываться на другое жильё на сайте аренды. Хотя залоги там требовали такие, будто все вокруг работают айтишниками. Нормальными такими айтишниками, а не такими как Чон Ван Ги. Короче, мне тут есть чем заняться.

А бегать по городу с кошками от собак… Ещё и ладони подставлять для ритуальной боли, фу! Меня не будоражит, право. Я ж не в Вархаммер попал!

Кот вошёл в моё поле зрения, почувствовав потерю контакта.

«Ты испугался, человек?»

— Пёсика? — уточнил я. — Нет, разумеется. Если у меня такой боевой кошак в команде! Ты же его загрызёшь во славу мою?

«Серый, я понимаю, что Хитрого Пёсика бояться глупо. Но ведь есть ужасы экзистенциальные, высшие! Быть может, тебя страшит то, что твой мир меньше, чем тебе казалось. Осознать размеры вселенной и миров может оказаться невероятным грузом для слабого разума. Скажи, ты сходишь с ума?»

Спросил он как-то по-деловому, будто проводил опросник и теперь собирался поставить галочку.

— Нет, — помотал головой я. — Но у меня болят руки, а я ими, внезапно, работаю. Мышку вожу влево-вправо. Можем мы как-то растянуть это удовольствие с поиском твоих рун, а? Не надо так часто меня полосовать.И, кстати, о полосовать, вот зачем ты набросился на того несчастного пуделя? Ну, сказал бы мне, и мы бы тихонько смылись.

«Он нас видел. А Хитрого Пёсика нужно прогнать поскорее, иначе он найдёт укромный уголок и перенесёт увиденное в общее сознание. Как только всё то, что он узнал, попадёт туда, то придётся ждать Клювоголового»

Это странное имя звучит как прозвище персонажа из фильма ужасов, честное слово.

Страйгор продолжал мяукать:

«Если носителю Пёсика причинить физическую боль, или же какой-то иной стресс, то связь можно разорвать. Я выбрал боль, это надёжнее»

Ой, будто такой выбор Повелителя Верховных Сил может меня удивить. Он явно у себя в мире не был няшкой, раз такое провернул. Но это сейчас не важно:

— Допустим, он всё равно передал всё Клювоголовому. Что дальше?

«Он не передал»

— А если передаст? — не успокоился я.

«Он не передаст! Я учую его, человек и остановлю его!»

— Так, кот, мы договаривались! — ткнул в него пальцем я. Хотя человек это ещё не так обидно, как «червь».

«Прости, серый» — опустил голову Страйгор. Такой серьёзный! «Хочу писать!»

Заявление было не менее серьезным, но и сильно неожиданным. Кот спрыгнул со стола и направился к лотку.

— Эй, а что если ты сразу в унитаз это будешь делать? — вдогонку предложил я.

Страйгор обернулся, вид у него оказался удивлённый, мол, а чего он сам об этом не подумал. Кот неуверенно свернул в сторону туалета, и через какое-то время я услышал звук спускаемой воды. Чудеса какие. Это же я сколько лотков зазря вычистил, получается, за последнюю неделю⁈ А сколько мне теперь чистить не нужно будет⁈ Не кот, а подарок небес!

Повелитель Верховных Сил вернулся в комнату с видом победителя, снова прыгнул на стол. Ладно, просить мыть лапы после туалета будет следующим шагом. На сегодня с подвигами закончим, мне и так удалось то, о чём мечтают почти все кошатники.

«Не волнуйся, серый», — продолжил Страйгор. — Я беру нашу безопасность на себя. Тебе совершенно ничего не грозит! Пусть у меня нет возможности использовать мою неслыханную мощь, но чувствовать других я по-прежнему в состоянии, и когти мои остры. Если Пёсик подселится в кого-то из своих слуг, то я его узнаю, и выбью сутулый отброс дворовой крови из занятого тела, и Клювоголовый не узнает, кто мы'

— Слушай, а у твоего Пёсика слуги только собаки, да? Или он может там волков также забирать? Гиен?

«Может. Но волку сложно будет в этом городе. Очень одиноко»

Не пойму, он улыбается или нет? Выглядит устало, но говорит смешно.

— Хорошо. А твой Кошачий Весельчак также может заселиться в любую кошачью тушку? В тигра там или гепарда?

«Проказника, а не Весельчака», — проворчал Страйгор. «И я не его слуга! Пёсик может вселиться в любую собачью тварь планеты Земля, потому что они не очень умные! А Кошачий Проказник никогда сам не залезает в чужую шкуру. Вот запихнуть кого-то может… Скотина»

Укор понятен, но жалеть о случившейся путанице я не стану. Потому что меняться местами со Страйгором и наблюдать за тем, как хозяин завоёвывает мир… Стоп. Я даже застыл в озарении. Блин, а ведь, это было бы и интересно. Если, конечно, Повелитель Верховных Сил не вышиб бы меня из дома на следующий же день, отправив на вольные кошачьи хлеба в городские сеульские трущобы. А если бы не вышиб… Это ж всю жизнь спать, пить да есть! Никаких забот! Настоящая пенсия, но только ничего не болит, а тебя ещё и холят да лелеют! Иногда, правда, тискают, но это можно пережить.

Стоп, Серёга, замечтался. Давай дальше познавать этот чудесный волшебный мир кошек и собак.

— Хорошо, а что ты будешь делать, если Пёсик заселится в сенбернара какого-нибудь? — продолжил допытываться я. — Размером с гараж.

«У него ведь есть нос?» — очень холодно поинтересовался кот. Увидел мой кивок и добавил: «Хороший удар лапой по ноздрям выбивает спесь из собаки любого размера»

Живодёр, конечно. Но у людей, кстати, такое правило тоже частенько работает.

— Но всё же, чисто гипотетически, просвети меня в том, что мне ожидать от будущего, — не унимался я. Даже если я поехавший, и эта беседа мне мнится, то интересно, куда моя фантазия приведёт в столь любопытном разговоре с несуществующим котом. Какие новые сущности мне откроются⁈ — Представь, что Клювоголовый узнал о нарушении? Что дальше?

«Да он и так всё знает» — продолжил уклоняться кот. Вот ведь упрямый. «Но он не знает кто именно нарушитель, и для этого ему нужен Пёсик. Как только Пёсик передаст наши данные в общее поле, то Клювоголовый явится лично. И нам это не понравится»

— Звучит не очень радужно.

«Когда мы найдём нужные руны, то эта встреча может не понравиться уже ему», — зевнул кот.

— Если, — заметил я.

«Когда!» — сверкнули глаза Страйгора. «Судя по тому, что руны перемешали, кто-то из Небожителей был в курсе моей задумки с самого начала. И это Проказник, я в этом уверен. Вероятно, он и поменял их, перепутал, замаскировал. Ему же весело, когда кто-то страдает! Вот кого бы я с большой радостью отдал Клювоголовому, так эту мохнатую тварь! »

— Они враги? — ухватился я за зацепку. Враг моего врага мой боевой товарищ!

«Нет у них вражды в обыкновенном его понимании» — снова зевнул кот. Ещё шире. Устроился поудобнее. «Не враждует же кит и слон? Они все есть часть большого мира. Мира Носителя Весов»

Макароны приготовились, я промыл их кипятком, бросил кусок масла в переплетение будущей вкуснятины и щедро посыпал тёртым сыром. Критически оценил взглядом получившееся блюдо и устроился на поздний ужин. Кот лежал рядом, прикрыв один глаз, но вторым наблюдая за процессом.

— Слушай, а тот человек… Который связь имел с пуделем. Он, получается, был загипнотизирован, да? Подавленная воля из-за эмпатической связи, да? Это только твой Пёсик умеет, верно? С ним точно всё в порядке будет после того, как ты пуделя цапнул? А он бы мог нас, например, убить, если бы Пёсик ему приказал?

Ох, как я выпалил очередь вопросов в Страйгора, а тот в ответ лишь заурчал, зажмурившись, и зевнул:

«Мряф.да»

Он что, спать тут собрался? Да, дыхание у кота стало ровным. Вот так номер, вырубился быстрее меня. Ну и ладно. Не будить же его.

Я ел, тщательно пережёвывая и думая больше о том, что принесёт следующая неделя после жуткой попойки, а не обо всех этих Клювоголовых Пёсиках.

В моей профессиональной сфере ведь тоже не всё славно выходило. Я корпоративы не очень люблю, после них обычно слишком много новых драм происходит. Так и здесь произошло: пьянка выявила несколько проблемных вопросов. Во-первых, что из вечера запомнил Мун Джи Сонг? Во-вторых, как поведёт себя «отверженная» госпожа Сон? В-третьих, удалось ли мне чуть погасить огонёк ненависти у Ли Ю До?

Пока ответов на эти вопросы нет, а значит положение довольно шаткое.

Ёкарный бабай, чего же мне Со Ён не рассказала о том, что узнала про отдел работы с табельными номерами? Чего она вдруг только на пьяную голову об этом вспомнила? Было же время, была возможность. А теперь столько неизвестных переменных получилось.

Вообще не люблю задержку информации. Поэтому на все сервисы всегда требовал минимальное время отклика[1] и никаких поблажек не давал. За что многократно был осуждаем, но на общих собраниях выходил победителем, а сервисы работали как часы и никогда не тупили. Стандарты должны быть нерушимы.

Ладно, скоро всё сам узнаю. Я доел, помыл за собой тарелку. Затем бережно перенёс тёплого пушистика на его лежак. Повелитель Верховных Сил потянулся и зевнул, широко раскрыв пасть. Да так и остался лежать, вытянувшись.

Я же тихо вернулся к столу, убрался, стараясь не шуметь. Затем на цыпочках прошёл в ванную, прикрыл дверь и принял душ. После чего обработал рану на ладони, морщась от боли, и, наконец-то, оказался под одеялком. Сладко улыбнулся и сразу же уснул.

Страйгор пришёл часа в четыре ночи, лёг в ногах и умиротворённо заурчал.

* * *

Госпоже Сон Со Ён выходные дались чрезвычайно трудно. Каждую минуту она ловила себя на воспоминаниях этого отвратительнейшего пятничного вечера. Каждую минуту скрежетала зубами из злобы на себя, на этого идиота Чона, на всю их «команду».

Если бы была такая возможность, то она бы вычеркнула этот день из памяти всех тех, кто имел счастье лицезреть напившуюся Со Ён.

А ещё этот сухарь. Он что о себе вообще возомнил? Другой был бы счастлив и удавился бы за случайный взгляд Со Ён, а этот Ван Ги… Он вёл себя совершенно нетактично. Игнорировал все её знаки внимания!

Нет, больше никакого алкоголя. Что вообще на неё нашло в тот вечер⁈ Он ведь обычный неудачник, почему вообще Со Ён обратила на него внимание⁈ Как так вышло⁈

Её снова передёрнуло от стыда. Ещё и аналитик этот… Она до сих пор чувствовала его пальцы на своей талии. Какой кошмар! Дочь председателя, а вела себя как уличная девка! Что, если бы господин Кан, начальник её охраны, не сопровождал свою хозяйку в тот вечер⁈ Что, если бы она уехала домой к этому Ким Тхе? Что если бы оказалась с Чон Ван Ги где-то в закрытом помещении?

Она приложила ладони к горящим щекам. Повела себя, как девчонка. И Со Ён не понимала, что возмущает её больше — то, что она проявив, пусть и пьяный, интерес к невзрачному мужчине не добилась своего, или то, что она вообще его проявила. Он ведь никто! Неужели так подействовала надежда на успех с сервисом, которую ей подарил младший разработчик? Модель данных он предоставил почти идеальную. Да что там, идеальную! Уточнение с её стороны пришло лишь потому, что она забыла его описать в деталях. Знала, но забыла. А он даже бровью не повёл и согласился исправить.

Подсознание Со Ён решило таким образом отреагировать на случайно обретённую надежду и выделить Чон Ван Ги среди прочих?

Айгу, он снова в её голове! Приди в себя, красавица! Очнись. За годы обучения в Германии ты же должна была привыкнуть к мужскому вниманию. Должна была выработать вкус. Да, там часто приходилось почти отбиваться от огромного количества желающих попробовать азиатской экзотики. Верный господин Кан даже пару раз ломал кому-то челюсти. Но кроме дешёвых ухажёров встречались и вполне себе серьёзные. Например: племянник князя Монако, или сын господина Альбрехта, основателя Джерман Мобайл, а ещё же был Лукашин, сын русского художника и белорусский король маркетплейса BelMagaz Ваня Бойко. Достойные люди, с которыми они красиво сошлись и спокойно разошлись, по её же инициативе.

А тут такое фиаско с безымянным программистом! Она закатила глаза. Обязательно надо как-то закрыть этот гештальт. Нет, она не собиралась тащить помощника в койку силком или хитростью. Но заставить его обратить внимания на неё обязана… Да что там юлить, она заставит его увидеть в ней женщину, чтобы избавиться от стыдливого зуда в груди.

Или, может, не выходить завтра на работу? Забыть всё, как страшный сон? Смириться и принять волю отца?

Она посмотрела на себя в зеркало. Придирчиво и недовольно. Может, папа прав? Надо отступить и посвятить себя другой жизни? Просто быть мамой. Сначала потенциальной, затем молодой, а потом седовласой и степенной. Стать под закат жизни женой председателя, матерью управляющего. Посещать все званые обеды, все эти семейные собрания с оценивающими взглядами и часто фальшивыми улыбками в адрес правящих членов.

О, эта жизнь во славу семьи и её процветания, без возможности повлиять хоть на что-то.

Со Ён замотала головой. Нет, лучше уж потерпеть. Завтра она приедет на работу, и будет вести себя так, словно ничего и не было. И все, она уверена, будут вести себя так, словно ни у кого в памяти не остался самый позорный вечер госпожи Сон.

И вообще, может этот Чон Ван Ги не обратил на неё внимания, потому что извращенец. Вон, в Европе таких много попадалось. Там это модно.

Девушка принялась смывать макияж.

[1] Время отклика — время между запросом сервиса и его ответом

Глава 13

Запомните все, так, как сделал я — делать неправильно! И это я, кстати, не про мордобой в парке. Никогда не работайте на выходных, если вам за это не платят. Сгорите к едрене фене. Многие, кстати, смеются над этим выражением, когда щуплый айтишник со смузи в руке всерьёз страдает про выгорание при зарплате много тысяч рублей в секунду.

Это на стройке хрен ты выгоришь, а если и выгоришь, то волшебный пендель от бригадира поможет справиться с проблемой. В айти если толковый работник вдруг выгорает, то это катастрофа. Там производительность падает значительно. И человека либо раскачивать на работу заново, либо менять на следующего, кто пока не сгорел. Некоторые стратегии разработки строятся как раз на том чтобы набрать пачку разработчиков, выжить из них соки, и по мере перегорания вышвырнуть прочь, заменив новыми. Такой подход нормально работает на галерах. А если ты берешь себе человечка в какой-нибудь долгоиграющий проект, который не слишком модный и молодёжный, но который приносит деньги твоей компании, то выгоревший сотрудник создаёт команде проблемы.

Хотя бы, потому что заменить его сложнее. Вон, попробуй найди на рынке адекватного, для начала. Там ведь люди различного уровня попадаются. Этот токсичный, этот тупой, этот хитрожопый, этот слишком умный, а у этого тараканы в черепушке такие, что ему даже камеру на совещании лучше не включать, а уж что говорить про офис… А ещё есть тот, кому только удалёнку, или тот, кто хочет зарплату как в Гугле каком-нибудь, и при этом чтобы на столе каждый день были свежие кексики. И кексики непременно морковные и без глютена! Короче, сложно это, искать кадры.

И даже если нашёл, то тогда обучи новичка внутренним процессам, дай время вникнуть в нужные проекты и потом попытайся снять сливки, в надежде, что дорогой специалист не срулит в закат по истечению испытательного срока или вообще в процессе работы. Впрочем, это взгляд со стороны наблюдателя за выгоранием, которому хочется взять в руку дубину и надавать страдальцу по голове, но вместо этого вынужденного работать дипломатом. Не знаю как обстоят дела в Южной Корее, но в России это реально проблема.

Очень хочу отметить, что с точки зрения работника выгорание тоже штука неприятная. Правда, наверное, с точки зрения человечка с тем самым смузи и на гироскутере из барбершопа выезжающего. Потому что объяснить проблему выгорания, например, шахтёру — будет, полагаю, несколько затруднительно. Полное эмоциональное истощение и наплевательское отношение к работе? Эка беда, полстраны так пашет. Встал и пошёл работать, тоже мне! Депрессия детей не накормит и кредиты не погасит.

Ладно, я всё это к тому, что нарушил worklife balance и на работу решил «выйти» ещё в воскресенье вечером. Мне пока не до выгорания, да и дела бытовые успел закончить. Лежать в кроватке и праздно ждать времени отхода ко сну? Совсем не хотелось. Тем более, что доступ к корпоративной сети мне был не нужен, а выстраивать эндпоинты[1] можно и локально. Так что когда рано утром в понедельник я оказался в офисе, то уже был в тонусе и приступил к сервису Сон Со Ён сразу же, едва не забыв отметить начало трудового дня.

И только через час я вспомнил о том, что нужно бы взять какую-то из текущих задачек в работу, дабы не нервировать начальство. Нашёл попроще, отметил, выставил нужный статус, откинулся на кресле, с мыслями о кофе, и обнаружил, что все мои коллеги давно на своих рабочих местах. Даже сама дочка председателя тут.

Я так заработался, что не заметил как они пришли… Вот это выключился из процесса.

Так, хватит самоедством заниматься. Что у нас сейчас по атмосфере? Напряжены ли участники хвесика? Делают ли вид, что не знают друг друга? Некоторое время я откровенно наблюдал за коллегами. Моё внимание заметил Мун Джи Сонг и, привычно, нахмурился, мол, возвращайся к работе. На экране Ли Ю До всё это время мигал рекламой какой-то маркетплэйс и куча разнообразных женских причиндалов на выбор. Ну, здесь тоже всё как обычно. Тестер покупает и поднимает экономику Южной Корее. Чем не работа? Не осуждаю!

Я подхватил чашку и двинулся к кухне. По дороге кивая всем, кто оторвался от работы и сканируя их на эмоции. Ли Ю До — реакция довольно прохладная, но без агрессии. Удалось мне задобрить тестировщицу или нет? Активный неприятель сейчас лишний. Так что, надеюсь, всё же удалось. Откровенных гримас она мне не строит.

Интересно, насколько серьёзно у них с Мун Джи Сонг? И как это мне, в итоге, выльется? Ладно, оставим. Дальше у нас аналитик. Ким Тхе радостно помахал рукой, но наушники даже не снял. Оттуда долбила жёсткая электроника. Ну, тут вроде тоже всё в порядке. Да и Со Ён приветливо улыбнулась:

— Вы так были увлечены работой, господин Чон Ван Ги. Мы вас звали-звали… Чем таким Вы были заняты?

Так, мы снова на Вы. Запоминаем.

— Приложениями Тонгкан Солюшен, госпожа Сон, —немедленно поклонился я.

Ну что, вроде бы никакого льда в глазах нет, злости тоже не наблюдаю. Стыда, надо отметить, тоже не чувствуется. Пронесло? Вот только она сегодня пришла в бежевом платье с рукавами до половины плеча, а не в деловом костюме. Волосы распущены и красиво уложены. Показываем, что мы женщина?

И кому, интересно, показываем?

— Это похвально. Корпорация ценит таких сотрудников!

— Конечно, госпожа Сон, — сложно было удержаться от сарказма, особенно вспомнив размер моей зарплаты, но я успешно справился.

Мун Джи Сонг чуть шикнул на нас. Он находился на очередном совещании. Шикнул беззлобно, может и здесь пронесло? Будто бы ничего и не случилось, а?

Мда, а ведь хорошо прошёл корпоратив в пятницу, раз в понедельник я жду «ответки» с любой стороны. Будто бы пьяный плясал на столах, приставал к мужчинам и лез в драку с женщинами!

Ну или наоборот, не важно. Важно, что вариантов проблем из-за чёртова хвесика было слишком много! И ведь я единственный, кто провёл его практически трезвым. Нет в мире справедливости, честное слово.

Хотя смысл эту самую справедливость искать в данной-то ситуации? Трезвый в компании пьяных всегда в опале, это аксиома.

Пока я стоял у кофейного автомата (этот готовит настоящую бурду, но зато за счёт заведения) в столовую вошёл Ким Тхе, старательно изображая, что совершенно случайно оказался здесь вместе со мною в одно время. Верю в такие совпадения, верю, ага.

Я устроился за столом, поближе к дверям в наш отдел, поставил чашку перед собой. Изначально план был взять её и пойти уничтожить эту вонючую мерзость прямо на рабочем месте, чтобы привести голову в порядок и перестать зевать. Но раз тут представления Аналитического Театра имени Ким Тхе, то надо задержаться.

Приятель сел напротив меня уже через минуту. Со стаканом воды.

— Привет, Ван Ги! — улыбнулся мне приятель.

— Здравствуй, Тхе, — мягко поддержал я завязку диалога.

— Как прошли твои выходные?

— Они прошли, — вздохнул я. Давай уже, Ким Тхе, переходи к делу.

Аналитик посчитал, что дежурный разговор закончен. Потому подался ко мне и с видом заговорщика спросил:

— Скажи мне, Ван Ги, что я делал на хвесике в пятницу? Ты ведь помнишь?

Это, кстати, хорошая стратегия. Сомневаюсь, что парень действительно упился так, что ничего не помнит, но иногда ведь лучше притвориться потерявшим всю память. Так ведь и отношение окружающих меняется сразу на снисходительное. Мол, раз из головы нарушителя всё вылетело, значит просто сам не свой и был. Кто ж не оказывался в такой ситуации, а? То демоны говорили его устами, а не он сам, а значит можно и не принимать близко к сердцу то, что его вытошнило на стол генерального директора, или как он с уборщицей в техническом помещении заперся до утра.

Нет-нет, я не о Ким Тхе сейчас вспоминаю, прости Господи…

Прошлое остаётся в прошлом!

— Всё было более-менее пристойно, — отвлёкся я от неприятных образов. — А ты совсем-совсем ничего не помнишь?

— Помню, как Мун Джи Сонг напился вдрабадан, а потом у меня всё как отрезало. Я протрезвел только в субботу вечером! Представь себе! Просыпаюсь у себя дома и пьяный!

Вроде не так много и пил… Как умудрился? Я перебрал с посошками? Тхе огляделся по сторонам и добавил:

— Я потом выписки из банка почитал, чуть не разрыдался. Я же всю ночь где-то шатался! И вот что, Ван Ги, скажи мне… Я ведь один тогда уехал, да?

Я кивнул, и Ким Тхе с некоторым разочарованием приосанился, сказал:

— Вот и хорошо. Вот и славно… Слушай. А я себя как вёл? Нормально? Прилично? Ну, с госпожой Сон… А то я что-то переживаю. У меня вообще не получается к ней нормально подобраться. Вроде бы она не против, но я не уверен. Но тело как предаёт меня! То оскал вместо улыбки, то тик вместо подмигивания. Будто заговорённая она… Все помыслы меняет! И ведь улыбается мне, не отворачивается, не смотрит на меня как на сумасшедшего, как другие… Как думаешь, у меня есть шанс, а?

Я глотнул мерзкого кофе, поискал взглядом бесплатные печеньки, но их уже разобрали. Они с начала рабочего дня больше получаса не лежат. В большой корпорации клювом не щёлкают. Кстати, не нашёл в памяти аналогов старой-доброй присказки, и не уверен, что в Корее эта поговорка вообще существует. Они же здесь даже к милейшему сарказму не приучены, куда уж такому юмору.

Ладно, на такие вопросы надо отвечать максимально деликатно, и при этом изобразить личное участие, чтобы не отпугнуть холодом.

— Ну, мне показалось, что ты был немного навязчив, но недостаточно настойчив, — честно признался я. Ким Тхе жадно ловил каждое моё слово. — Ничего неприличного себе не позволил. Не успел, думаю, и вот тебе мой совет: не ухаживай пьяным за выпившей. Добром никогда не заканчивается такое внимание. Хорошо, если дойдёт до суда. Но ведь твоя избранница не просто девушка с улицы. Она может сказать одно слово, и тобою будут ужинать рыбы в Жёлтом Море.

Аналитик медленно выпрямился. Поднял стакан с водой. Рука его предательски дрожала. Он клацнул зубами о стекло, сделал судорожный глоток.

— Я почему-то не подумал об этом, Ван Ги, —признался он.

Ну, будем честными, Со Ён и не производила впечатления человека, имеющего такие связи. Да, чеболи. Но так это на словах чеболи. Что-то эфемерное, пахнущее корейским колоритом. А я же лично видел её бульдогов в пятницу, и романтический ореол как-то сам развеялся. Те головорезы легко прокатят до Жёлтого моря, благо оно тут совсем под боком. В собранном или разобранном виде — зависит от приказа заказавшего доставку бренного тела.

— Не думаю, что госпожа Сон опустится до такого, — решил успокоить я горе-ловеласа. — Но держи в уме это, Тхе. Тебе же лучше от этого будет.

— Ты кстати… Не против, что я за ней ухаживаю… Ну, пытаюсь… Ухаживать.

Пу-пу-пу… Аналитик сильно покраснел. Детский сад, штаны на лямках.

— Пытайся, конечно. Я здесь причём? — мягко улыбнулся я.

— Ну, мало ли. Мне не хотелось бы поставить её в ситуацию выбора между мною и тобою.

Так, видимо, парень приходит в себя, раз предполагает что такая ситуация вообще возможна. Тем лучше. А мне надо думать о других вещах, более интересных.

— Не переживай, Тхе. Слушай… — я сделал вид, что внезапно кое-что вспомнил. — Раз уж мы тут всё равно сидим. У меня ведь вопрос есть по одной твоей задаче. Вот прямо осенило!

Чем больше источников информации у тебя есть, тем лучше ты потом способен анализировать сложившуюся ситуацию. Так что затягиваем данные пылесосом из всех щелей!

— Да-да, Ван Ги, прошу тебя, задавай! — подобрался Ким Тхе.

— Это насчёт задачки по родственным связям. Сервис один сильно интересует. Тот, который с табельными номерами работает, и связи все хранит. У тебя в задаче мы признак смотрим наличия детей, верно? Мы можем быть уверены, что информация сервиса достоверная в любой момент времени и всё учитывает?

— Конечно! Там всё серьёзно.

— Вот, и тогда беда у нас с детьми. Что мы делаем в случае пасынков да падчериц? У нас же связка только по родным. Они у себя в сервисе это определяют?

Ким Тхе хмыкнул:

— Слушай… Отличный вопрос. Я уточню у заказчика. У них в недрах информация всё по налоговому номеру бьется. У нас его нет, и насыщение данными считается непогрешимым, а вот насчёт детей.

— Они могут расширить апи и выдавать нам сразу всех возможных детей по номеру, просто проверять будут уже ещё и супруга или супругу?

Он нахмурился.

— Не знаю. Там такой мутный человек в контактных персонах. Они очень ревностно относятся к любым изменениям. Скорее всего, не получится.

— Плохо, Тхе, плохо. Двойную работу делаем, — продолжил давить я с сокрушённым видом. — Проще ведь им своё апи расширить, чтобы мы просто к ним стучались и получали всё что нужно. А так ведь колдунство какое-то злобное получается. Нам нужно понимать детей вне брака сотрудника, для этого нам нужно как-то идентифицировать человека и по нему уже слать запрос в государственную службу. С тем, что у нас сейчас есть, мы сделать ничего не можем, и потом проверить детей вне брака тоже не можем. Наши табельные номера государственным сервисам совершенно незнакомы. Значит, у нас получается потенциальная дырка в реализации. Какой-нибудь негодяй вполне сможет протолкнуть свою падчерицу на пост повыше. Нехорошо.

Аналитик хмыкнул и со значением покачал головой:

— Слушай, ну это такой частный случай, конечно. Кому он вообще сдался? Ну не будет он проверяться и не будет.

— Мне сдался, Тхе, — мягко заметил я. — Хочу сразу сделать хорошо. У нас ведь есть такая цель — делать хорошо?

— Есть, — тяжело вздохнул Ким Тхе. — Да, я обсужу это с господином Чжу.

— Кто такой этот Чжу?

— Ну, Чжу Сан Бом, тот мутный человек, про которого я говорил.

Бинго, я постарался не щёлкнуть пальцами. Значит, имя у меня уже имеется.

— Однако ты на многое не рассчитывай, — всполошился Ким Тхе. — Они, скорее всего, раньше следующего года это делать не начнут.

— Моё дело маленькое. Просто отметь это где-то у себя, что есть тёмное пятно и без участия этот ДИТа… Как его-там?

— ВИП… — машинально ответил аналитик. Прикрыл себе рот ладонью. — Ой. Я тебе этого не говорил! Меня уволят же, если узнают. Я ж договор подписал!

Он сложил руки в жесте мольбы.

— Прошу тебя, Ван Ги! Никому!

Вот ведь как близко были все ответы на мои вопросы. Надо было сразу говорить с Ким Тхе, а не вокруг ходить. Ведь очевидно, что аналитику приходится больше общаться, и он больше прочих знает о внутреннем мире компании.

— Ни слова, Тхе, не волнуйся. Меня вообще мало всё заботит. Главное, что задача закрыта, а доработки на меня не повесят, —обезоруживающе улыбнулся я. — Главное уточни у этого Чжу, чтобы потом не вышло, что заказчик хочет от нас фичу, которую делает другой ДИТ и вообще в следующем году!

— Сделаю, Ван Ги.

Глаза у него чуть оживились. Из них ушло рельсовое мышление, когда требования проходят через разум без обработки. А когда мозг находит себе занятия, то и интерес у него к нему сразу появляется. Аналитик не ожидал, что придётся думать. Он не привык, что кто-то ещё может думать.

И ему понравилось. Думать вообще приятно, особенно если ты когда-то раньше это делал.

Я допил кофе, тщательно вымыл чашку, набрал в неё чистой питьевой воды, посмотрел на задумчиво улыбающегося Ким Тхе и спросил:

— Ну что, пора работать любимую работушку?

— Да-да, — встрепенулся он.

Значит, ДИТ ВИП и Чжу Сан Бом. Не знаю, чем мне поможет эта информация, но она у меня есть, и может быть использована. Это завсегда хорошо. Ещё бы доступы получить, или хотя бы вскрыть само api сервиса, желательно с исключительно технической стороны. Я бы, будучи разработчиком, непременно оставил бы для локальных тестов парочку лазеек.

Они клиенту вроде не видны, но есть.

Например, поиск данных сотрудника по табельному норму. Простейшая вещица. Вдруг открыта?

Да, там скорее всего куча проверок по авторизации, но их уже можно пытаться обойти, если знаешь куда вообще решил достучаться.

Я вернулся в офис с загадочной улыбкой на лице.

[1] Эндпоинт — точка, к которой обращаются сторонние сервисы для получения данных. Часть апи.

Глава 14

Уже к вечеру у меня был состав отдела ДИТ ВИП, с позициями каждого из сотрудников. Не знаю пока зачем — гребу по принципу: увидел, забрал. Вдруг пригодится. Группа оказалась относительно небольшая. Три разработчика, один тестер, один аналитик, и, как водится, всё золото айти: технический лидер, аджайл лидер (что вообще не бьётся с этой культурой, но назовём её Тонгканджайл и всё будет очень гибко и динамично, да при этом ещё не в ущерб традициям). К этим двум командующим добавлялся лидер команды (чем-то, совершенно точно, отличающийся от технического лидера, но судя по моему опыту многие путаются в должностях и после пары-тройки блужданий предпочитают делать умное лицо и не лезть в детали), в довесок шёл менеджер поставок, а за ним ещё менеджер проекта, ну и, куда же без него, владелец продукта.

Короче, ситуация эталонная из известных шуток на тему, когда один работает и семеро командуют, наблюдают и оптимизируют работу этого самого одного. Вы думаете: это смешно и так не бывает в мире информационных технологий? Бывает! Просто маскируются хорошо и в отчётах многочисленные графики имеют должный для более высокого начальства вид.

На этом исследования уязвимостей пришлось прикрыть. Потому что код ребята свой прятали в скрытых репозиториях, документацию по взаимодействию поддерживали всерьёз, и для того чтобы подсмотреть чем вообще они там занимаются… Ну, короче, это пока было невозможно. Так что с некоторой долей печали, я отложил желание докопаться до сервиса в сторону. Будем считать, что госпожа Сон не знает, что тут творится, иначе бы мой интерес к ДИТ ВИП уже мог сыграть со мною злую шутку. Отмазаться, конечно, я бы отмазался, но иногда ведь лучше и вовсе не отсвечивать.

Был ещё вариант броситься на поклон к представительнице правящей семьи и рассказывать о найденных мною ужасах коррупции… Ну, такое себе. Я как-то видел фильм, где слишком ответственного паренька за подобное отвезли на море, на красивую скалу и пустили там пулю в затылок. Сделали это те самые люди, кому он хотел открыть правду на мир и показать, что в недрах их корпорации скрываются преступные схемы. Хотел как лучше, получилось как в тёмном фэнтези.

Так что улыбаемся и пашем.

Работа, кстати, вошла в нужный ритм. Меня никто не дёргал. Ли Ю До не пыталась больше доказать окружающему миру мою ущербность, занятая разборками с заказчиком, который сам до неё дошёл с возмущениями о лишних коммуникациях. Мун Джи Сонг получал за свою протеже вдвойне, но на текущую пассию недовольство не транслировал. Да и про пятничный запой ничего не вспомнил. Так что пусть сам закапывает себя в болото служебных отношений.

Ничего хорошего из их романа не выйдет. Прятались они неважно, но остальные участники нашего коллектива ничего такого не замечали. Погружены были в свои дела.

Госпожа Сон снова уважительно мне выкала, забыв про переход на «ты» и каждый день приходила в новом наряде, свежая, ухоженная и блистающая весной, будто бы назло календарной осени. А Ким Тхе немного поплыл на нашей владелице продукта, и по сторонам вообще не смотрел.

Короче, это какой-то сериал был, а не рабочее пространство. Но лишь бы меня не трогали. Да и забавен в своих страстях был старина Ким. Он то пытался зазвать дочку председателя на обед, то приносил скромные букеты, то встречал с кофе. Вид имел по-телячьи трогательный, и Со Ён мило ему улыбалась, принимая знаки внимания, но виртуозно не позволяя дистанции сокращаться.

Я же занимался сервисом. Приходил пораньше, засиживался допоздна. Ноутбук с собой больше не таскал, оставив его в офисе. Костюм снимал в раздевалке, аккуратно складывал в рюкзак, переодевался в спортивную форму и по дороге домой совершал пробежку. А дома разогревал заранее приготовленный ужин, в процессе уничтожения проводил небольшую светскую беседу со Страйгором, шёл в душ и после падал в кровать.

Очень интересная и познавательная жизнь офисного планктона, который решил чего-то добиться. Табличка сарказм поднята, если что.

Однако мои страдания увенчались успехом. В пятницу, к концу второй недели, после небольшой демонстрации официально сделанного мною в рамках проекта за две недели (о, это отдельная история, но не буду отвлекаться, но господин Мун был доволен), сервис был готов. Я даже развернул его на тестовом стенде, прикрутив авторизацию и убедившись, что и клиентское и серверное приложения прекрасно общаются друг с другом.

А вечером отправил Со Ён сообщение в корпоративный мессенджер. Ссылку, пароль и логин. Оценил, как изумлённо округлились глаза госпожи Сон. Не перестаю поражаться тому, как же она умудряется в таком жестком мире сохранять настолько искреннюю улыбку?

Скорость щелканья мышки у дочки председателя ощутимо возросла. На лице сияла счастье, а глаза жадно бегали по монитору. Ну, полагаю, она вошла в интерфейс, а не ютуб смотрит, ага?

Ладно, теперь надо замести следы: я старательно стёр сообщения из мессенджера. Плавали, знаем. У меня дважды был опыт с чтением таких вот закрытых чатов от менеджмента, причём в разных проектах и по разному поводу. Один раз начальство хотело понять, как коллектив воспринял нововведения, и потом с более высоким начальством прошло по всем, кто в частных беседах высказывался не очень восторженно. А второй раз ревнивый хмырь, тоже любитель романов на работе, взломал социальную сеть своей «возлюбленной» общавшейся со мною за пределами офиса, и цитаты оттуда использовал потом для разбирательств с командованием высшего дивизиона. Отношения он свои тогда реально угробил, и меня тоже закопать не смог. Ушёл в другую компанию, а затем и вовсе релоцировался куда-то в Швейцарию, к ребёнку от то ли первого брака, то ли второго брака.

Ой, как хорошо, что это всё уже в далёком прошлом. Надеюсь, здесь такого не будет, а?

Хотя здесь скорее из Мун Джи Сонга душу вытащат, чем он устроит какой-нибудь разбор. Ли Ю До даром что юна, а крепко взяла начальство в оборот. Пожалуй, даже, слишком крепко. Но с некоторыми мужчинами только так и работает.

Интересно, что вообще на неё нашло? Явно эти отношения развивались стремительно.

«Задержитесь, пожалуйста, господин Чон» — пришло мне сообщение. Я потянулся в кресле, размялся до хруста и встал. Кивнул девушке и пошёл на кухню. Внутри приятно грело удовольствие от выполненной работы. Досрочно и качественно выполненной. Да, ещё нужно будет покрыть все автоматическими тестами, чтобы по фэншую было, но это уже можно делать, пока госпожа Сон играется с сервисом.

Сон Со Ён еле дождалась, когда наши коллеги покинут офис. И ей сегодня очень даже повезло: Мун Джи Сонг засиживаться не стал. Он правда чуточку смущённо поднялся из-за стола, бросив виноватый взгляд на наблюдающую за ним Ли Ю До. Буркнул что-то нам на прощание и ретировался. Тестировщица последовала за ним почти сразу же.

Ким Тхе держался ещё полчаса, немного нервничая от взглядов в его сторону, затем предпринял попытку предложить госпоже Сон компанию на вечер, но ушёл побитым псом и в одиночестве.

— Кто вам помогал, господин Чон? — жарко прошептала Со Ён, когда я подошёл к её рабочему месту. — Как возможно так быстро было всё сделать?

— Пришлось поработать, — уклончиво ответил я, наблюдая за тем, как девушка насилует пользовательский интерфейс. Так, вот здесь стоит выровнять поля… А это вообще бы перенести, что ж я сразу не заметил?

Мозг, уже чуток натренированный, под вечер ещё пытался работать, а не отключался, как неделю назад.

— Невероятно! И это вы тоже сделали?

Она заполняла поля, вызывала диалоги, вносила данные, сохраняла, переоткрывала, сортировала, фильтровала.

— Господин Чон, я ваша должница, — проговорила она. Я облокотился на стол рядом с ней, глядя в монитор. Почувствовал движение и повернул голову к управляющей мышкой девушке. Наши взгляды встретились.

— Это прекрасно, — меня обдало цветочным дыханием. Она тут что, ромашки на досуге жуёт?

— Как вы собираете впихнуть это в релиз, госпожа Сон? — я вернулся к экрану, прищурился. В выводе данных по кандидату оказались перепутаны города и страна рождения. Мелочь, но неприятно. Не люблю.

Кожей чувствовался взгляд Со Ён направленный на меня, и от него стало чрезвычайно неуютно. Давайте к делу, девушка. Мы тут вроде бы ваше будущее определяем. От которого очень сильно и моё зависит. У меня есть некоторые принципы. Там где я работаю, нет ни женщин ни мужчин. Одни только, прости господи, коллеги. Так что верните глазки к монитору, моя дорогая.

— Я найду способ, господин Чон, — тихо сказала Со Ён и уставилась в яркий экран. Тоже любит белый фон. Правильно, глаза тренировать надо.

— Думаете, ваш отец вас не остановит? — изъявил сомнения я. — Подготовить к релизу новый сервис какое-то время займёт, но вот возьмут ли его в релиз? Мне кажется, что господин Мун найдёт, как помешать нам завершить все формальности. Его ведь, например, могут просто не принять. Вы…

— Не волнуйтесь, господин Чон, прошу вас. Я только кажусь слабой, — она меня просто перебила. И это заявление. Впечатляет. Я снова повернул голову к девушке, и взор её, устремлённый на экран, стал реально иным. Холодным, хищным. А ей в рот палец лучше не класть, это не кавайная няша. Отхватит по плечо? Или только по локоть?

— Мне есть чем ответить. Господин Пак обладает должной смелостью и если работа будет сделана в необходимых рамках, то он её примет.

— Если получится довести продукт до господина Пака, то хорошо. Но включение в релиз это…

— На финальном демо я продемонстрирую ему вашу работу, господин Чон. Лично. Если всё будет отлично, то он проконтролирует включение. Перед этим, уверяю вас, я приложу все силы для того, чтобы все формальности были учтены.

Всё это время она то печатала что-то, то кликала, проверяя сервис.

— Здесь должен быть город, а здесь страна, — указала она мне. Молодец.

— Исправлю, госпожа Сон.

— Вы проделали невероятную работу, — выдохнула она. — Не ожидала от вас такого. Вы человек с секретами, да?

Я пожал плечами. Ну, какие могут быть секреты у владельца будущего завоевателя миров?

— Я видела ваше личное дело, господин Чон. Вы действительно удивили меня.

— Я старался, госпожа Сон.

Она снова смотрела на меня.

— Здесь есть потенциал. И всё это вы сделали самостоятельно? Не привлекая никого со стороны? — прищурилась она. Уже без милых улыбок.

— Если хотите, то могу в понедельник устроить вам сеанс живого программирования[1]. Может быть, так смогу завоевать ваше доверие?

Хоть и люто не люблю, когда кто-то смотрит на то, что делаю. Но это же не значит, что откажусь от такого испытания? Всё для победы.

— Здесь нет возможности для роста, госпожа Сон, — снизошёл я до объяснений. В целом тревога Со Ён понятна, хрен с горы такое выдал. — Поэтому их приходится искать. Давайте считать, что мне просто не давали свободы для работы.

— Господин Мун так задушил свою команду? — покачала головой она. — Вы не пробовали перевестись в другой отдел? В Тонгкан есть прекрасный механизм для внутренней ротации. Уверена, что ваши знания были бы приняты в других командах с аплодисментами.

— Это возможно только при согласии непосредственного начальника. Я же «ключевой сотрудник» по его словам.

— Хм, —с сомнением произнесла она. Видимо в личном деле было что-то иное написано.

— Хм? — не сдержался я от улыбки. — Не тяну на ключевого?

— Ой, простите, господин Чон. Я совсем не то имела в виду. То, что я сейчас вижу, за тот срок, что у вас был… Это отличный результат! Как я могу отблагодарить вас?

Я поклонился:

— Ваша радость есть лучшая награда.

— Позволите угостить вас хотя бы ужином? Сегодня пятница, — она очаровательно улыбнулась. Не нужна тебе эта пучина, красавица. И мне не нужна. В другое время я бы с удовольствием погрузился в бурный роман. Все вводные идеальны. Но не сейчас. Тем более, мне кажется, что ты в какие-то странные игры играть вздумала. Воздержусь пока.

— Мне надо покормить кота. Вечером кончился корм, я хотел бы… — я старательно изобразил смущение, смятение и даже какую-то красноту на щёках выдавил. Не спрашивайте как.

— Покормить кота? У вас есть кот? — воскликнула девушка. — Как его зовут?

Я на миг замялся. Как зовут моего кота? Хо-Сик? Хо-Сок? Как-то же его звали до вселения Страйгора? Или надо представить его Кровавым Убивателем Мышей Завоевателей с Марса? Вот кстати этот вариант может чуть умерить пыл продвинутой Со Ён. Сумасшедших ведь побаиваются.

— Хо-Сок, — решил я оставить старое имя. Ведь, в конце-концов, я сам не Ван Ги, а Серёга.

— Обожаю котов! — она перестала быть хищницей, и вновь преобразилась. Теперь передо мною сидела восторженная девочка. — Они прекрасны! В Германии их очень много. Гораздо больше собак. У моей подружки в Гамбурге жил Симба. Я так по нему скучаю… Послушайте, господин Чон Ван Ги! Приносите его сюда, к нам. Коты приносят уют! Они отвлекают от дурных мыслей!

— Не знаю, как отреагирует на это Мун. И вообще, разрешено ли корпоративными правилами проносить сюда животных? — попытался отбиться я. — Может быть, у кого-то аллергия? Я не уверен.

— Непременно приносите. Я слышала, что в некоторых немецких компаниях специально заводят питомцев для снижения стресса у сотрудников. Мы можем создать свою собственную традицию! Ван Ги! Я хочу увидеть твоего кота.

Так, мы снова на «ты». Внезапно.

— Хорошо, госпожа Сон. Я подумаю, что можно сделать.

— Ван Ги, давай на «ты»!

— Хорошо, Со Ён, я подумаю. Но ничего не могу пообещать. Мы должны сначала поговорить с господином Мун.

И старый ворчун, надеюсь, будет против. Потому что мне тут не хватало ещё и вякающего Страйгора под боком. Он, конечно, нынче моя семья, но в офис ходят ещё и для того, чтобы от этой самой семьи хорошенько отдохнуть. Вон, сколько разводов по всему миру случилось, когда бахнул ковид! Убийца браков. Потому что семья должна быть дома, а работа в офисе.

Хотя удалёнка это, клянусь, лучшее изобретение человечества. Но только когда тебе дома не мешают.

Офис удалось покинуть тихо, Со Ён отвлеклась на сервис. Я же тихо попрощался с ней и отправился домой. На этот раз без пробежек. Меру тоже надо знать. По дороге купил себе готовый ужин и почти минуту зависал над бутылочкой соджу, но в итоге её не взял. В одиночку оно пока не стоит.

Это фантомное пятничное пьянство беспокоило. Раньше ведь как конец недели, так сразу в кабак.

Когда я подходил к своему дому, предвкушая, как буду кушать горячий рамён и смотреть сериал про каких-то очень странных ребятишек убивающих странных супергероев, то у самой двери меня окликнули.

— Господин Чон, подождите минуту.

Мне это сразу не понравилось. А когда я увидел чёрную машину, припаркованную совсем рядом, и знакомого человека в чёрном костюме… Как же его звали? Господин Кан? Ким? Кин? Короче, мы уже встречались, когда он предлагал отвезти меня танцевать.

— Госпожа Сон просила передать вам. Вы забыли.

Он протянул мне портмоне.

— Это не моё, — нахмурился я.

— Вы забыли, — надавил хмурый господин Кан. — Возьмите. С благодарностью от госпожи Сон.

Спорить с головорезом совершенно не хотелось, мы в разных весовых категориях. Так что я покорно протянул руку.

В портмоне нашлась пачка желтых купюр.

— Но…

— С благодарностью от госпожи Сон, — повторил господин Кан и напомнил. — Вы спешили домой, аджосси.

В лифте я понял, что в портмоне находится ровно пять миллионов вон. Плюс в телефоне пиликнуло оповещение о недельной зарплате. Четыреста тысяч… Ну такое себе. На госпожу Сон работать приятнее.

«Ты странно улыбаешься, серый», — сказал Страйгор, когда я вошёл в нашу тесную обитель. «В твоём мире не должны так улыбаться после работы. Ты плохо работал?»

Я показал ему портмоне, понимая, что ничего это для него не значит. Но всё равно, победный жест есть победный жест.

Госпожа Сон не обманула ожиданий.

Первой мыслью было начать поиск жилья получше, но… Рано. Ещё рано. Залог в такую сумму даст мне схожее жильё, так что пока рано. Гораздо интереснее был вариант с большим залогом и отсутствием арендной платы.

Но чтобы такая подушка у меня собралась, то нужно было…

Я прищурился, считая. Ну да, нужно написать ещё тридцать или сорок сервисов. Хе-хе. Не такая уж и большая работа. Главное, чтобы нашлись люди, готовые за неё заплатить.

От денег семьи Сон, так странно врученных мне, отказываться было неразумно. Вот только… Не считается ли это действие коррупционным, м?

Пу-пу-пу… Я ещё раз покачал в руке портмоне с пятидесяти тысячными купюрами. Нет, не считается. Я это честно заработал. Вот только подобное появление господина Кана под окнами моего дома… Это не просто передача гонорара.

Это символ. Знак от госпожи Сон.

[1] Живое программирование — написание кода онлайн, под наблюдением другого человека. Часто используется на собеседованиях, иногда и в процессе работы.

Глава 15

Когда у тебя есть денег чуть больше чем нужно, то сразу хочется их потратить. Купить себе что-нибудь эдакое, побаловать. И чем крупнее сумма, тем запросы выше. Я запретил себе влезать в портмоне.

Во-первых, из экономии. Будем считать это первым вкладом в будущее. Во-вторых, я без понятия: что это вообще было со стороны госпожи Сон. Сумма-то приличная. Не космическая, но весомая. Если я на полтора миллиона живу и снимаю жильё месяц, то за пять миллионов могу сезон влачить это прекрасное существование. Вот только чем это мне чревато? О размере вознаграждения я особо не думал, у чеболей свои загоны и свои возможности. Для Со Ён эта сумма, скорее всего, как карманные расходы на день. Эк ведь, конечно, ситуация. Может мне при ней содержанкой устроиться, а? Вот только фу сразу.

И здесь мы плавно переходим к третьему пункту. Вот это вот переданное мне через третье лицо вознаграждение… Выглядело какой-то подачкой. Восторг под утро растворился, зато объявился неприятный осадок. Благодарность благодарностью, но могла бы и лично её вручить. Использовать своих псов как курьеров…

Или я загоняюсь?

Ладно, это всё лирика. Деньги чеболи я тратить не собирался. Пусть полежат пока, дадут мне время подумать.

Так что утром субботы я был по-прежнему нищ, но зато у меня был план. И главной его частью стало исследование города вместе со Страйгором. Начал я с визита в ближайшую контору по прокату автомобилей. По счастью, автомобильные права у Чон Ван Ги имелись, а значит, мы можем неплохо провести выходные с моим любимым котиком. Выходные —лучшее время для попытки завоевать мир.

Аренда навороченной Киа на выходные обошлась мне в сто тысяч вон. Щедрый шаг, ничего не скажешь. Спасибо заначке. Расслабить расслабила, а богатым-то я пока не стал. Скрипя зубами, я устроился за рулём машины, которую мне подогнал едва достигший совершеннолетия нескладный парень, а затем выкатился за пределы стоянки. Выпустил Страйгора из переноски, усадив на место пассажира.

Кот озирался по сторонам с выпученными глазами, а затем вывалил язык и задышал совсем по-собачьи.

— Это ещё что за дела?

«Жуткое место. Жуткое. Как вы понимаете, кто куда направит свои стопы, люди?» — промяукал Страйгор. «Я вижу, что есть какая-то загадочная система, но то всё едино порождение хаоса. Эти цветовые табло означают главенство едущего, верно? А вот этот человек перед нами, он почему здесь?»

Я вдавил клаксон и наорал на выскочившего мне под колёса парня. Тот закричал на меня в ответ, показал неприличный жест. Я полез открывать окно, чтобы выдать отповедь придурку, но неудачливый самоубийца уже ретировался. Позади кто-то загудел. Вдалеке привычно выла сирена. Я двинулся с места, протиснувшись на освободившееся место.

— Потому что он… — я удержал нецензурную речь и выдавил: — В голову простреленный негодяй.

«Простреленный? А кто стрелял ему в голову? Он выглядел живым! У вас часто стреляют в головы?» — оживился Страйгор и завалил меня вопросительным мяуканьем.

Я поморщился. Надо бы шоры мне купить как у лошадей. Даже боковое зрение позволяло раздаваться голосу в голове. А хотелось бы просто в тишине прокатиться. Ещё музыку послушать, пока в пробках толкаюсь.

— Фигура речи, Страйгор. Давай немного помолчим, я ещё не разобрался с управлением. Ты же не хочешь, чтобы я разбился?

Кот не ответил. Я даже повернулся к наглой морде, отвлекшись от дороги. Машина тикала поворотником, застряв в пробке, и в тишине этот звук был особенно ярок. Страйгор же наблюдал за мною с глубокой задумчивостью, и чуть прижав уши. Будто опешил от неожиданной информации. Наконец его взгляд прояснился, уши вновь встали торчком и кот зевнул:

«Пожалуй, нет. Ты нужен мне живым. На миг мне показалось, будто ты подарил мне шанс. Но обряд переноса в этом теле мне не доступен. Поэтому живи. Так ты мне будешь полезнее»

— От души тебе, архимаг. Вот от чистой души. Не зря вас тут не любят, вот честно.

— Мяу! — ответил кот. Я как раз отвернулся, выворачивая с перекрёстка. Наверное, это было «не за что». Но, вообще, отлегло, конечно. Грызть мне вены, пока я сплю, кот не станет. Благодетель. Печально, что ему потребовалась пауза для ответа. Но с этим как-то нужно жить. У меня тут не нежная фиалка из мира розовых пони. У меня тут целый Повелитель Верховных Сил.

Минут через тридцать мы выбрались на объездную Сеула. Я приблизительно построил себе маршрут и, наказав кота следить за ощущениями, двинулся по шоссе в сторону дворца Кёнбоккун. Давно про него читал, почему бы и не посетить столь известное местечко? Заодно проверю радар Страйгора и наличие рун в Сеуле.

Потому что всемогущий яндекс подсказывал мне, что городов в мире под три миллиона. Это, кстати, оказалось большой новостью. Вот никак не ожидал такой цифры! Но неважно. Важно что кошачьих рун, по словам Страйгора, всего пять тысяч. Две из них мы нашли в Сеуле. Статистика жестокая тварь. Всё будет против нас.

Когда я поделился своими сомнениями о целесообразности таких поисков, Страйгор лишь прошипел:

«Я знал, где буду. Я прятал поближе. Не всё, да. Но я старался. Что-то рассыпалось, несомненно, спасибо Проказнику. Просто не усложняй свои думы, серый. Ты и так очень сильно устаёшь»

Голос в голове никогда не улыбался. Кот, собственно, тоже. Наверное, он пошутил.

Или нет?

Ничего, я тоже человек остроумный.

Пока мы ехали по трассе, огибая Сеул с востока, кот ни разу не подал сигнала о приближении к руне. Он постоянно зевал, озирался и шумно дышал. Пару раз спрашивал, приехали ли мы или нет, и не могли бы уже остановиться. Я с важным видом вздыхал, и добавлял суровое мужское: «посмотрим».

Страйгор оживился, когда до точки нашего назначения осталось километра три. Повелитель Верховных Сил опёрся лапами на барадачок и принюхался, словно мог уловить аромат руны.

— Мяу! — заявил он. Повернул ко мне мохнатую голову. Ёкарный бабай, он улыбался!

«Есть! Ещё одна руна! Веди свою повозку прямо, серый!»

Он задрал хвост трубой, и вытянулся, словно поймавшая след гончая, которую удерживает лишь воля хозяина. Будто стоит сказать «ату» и невидимая струна лопнет, а кот сквозь стекло отправится в полёт к своей драгоценной силе.

Под призывные мяуканья, я вёл арендованный автомобиль к дворцу, уже догадываясь о том, что нас снова ждёт испытание моралью и законом. Надежды, правда, оставались, но с каждым мигом таяли всё больше. И когда я парковал машину на стоянке около дворца Кёнбоккун, то видел, куда таращится взъерошенный кот, но всё ещё надеялся. Там ведь большая территория, там ведь много мест, где можно спрятать руну. Вдруг, ещё не всё потеряно, а? Ну может же мне немного повезти?

Пу-пу-пу… Ладно, время приступать к исполнению моего коварного плана. Страйгор о нём и не подозревал, хотя часть чудовищного замысла сейчас на заднем сидении. Красивая, изящная и не капли не заинтересовавшая кота, в тот момент, когда я бросил её туда.

Но теперь время пришло, и стоило мне повернуться к коту с купленным поводком и шлейкой в руках: бело-рыжий Повелитель прищурился и выгнулся дугой.

«Что это такое, серый? Удавка⁈ Ты ополоумел⁈ Ты хочешь задушить того, кто может одарить тебя силой⁈»

— Ой, не драматизируй. Это официально разрешённое средство для выгула домашних животных. Я тебе не культурист по улицам с мяукающей коробкой ходить. Веди меня сам. Это современно и молодёжно! Ты не чёрный и у тебя есть хвост. Значит, миряне жечь тебя и бить палками не станут.

«Цепь раба⁈» — ахнул кот. Глаза выпучились до неприличных размеров. «Меня, Повелителя Верховных Сил, на поводок…»

— Хорош возмущаться. Это официальное прикрытие. Давай сюда шею.

Страйгор замотал головой, попятился, сжимаясь.

— Ну актёр, — проворчал я. Сграбастал кота, и в пару секунд всё было кончено. Ошейник у Страйгора был и без моих нововведений, но поводок к нему крепить не хотелось. Так что теперь на бело-рыжем Повелители красовалась миленькая шлейка, к которой крепился поводок. Тонкий, лёгкий.

«Какой позор!» — заметил кот. «Какой невероятный казус вышел со мною… Видел бы меня Девятый… О, Учитель… Ундага моя Ундага… Коварное предательство…»

— Ну да, ну да, — закатил глаза я. — Иди уже.

Мы покинули автомобиль. Страйгор почти сразу же пришёл в себя, и уже через несколько метров гордо вышагивал впереди, задрав трубой хвост. Так, словно он меня вёл, а не я его. Ну ладно, главное, чтобы кошачья душенька была довольна.

Вход в дворцовый комплекс от нас был в паре сотен метров, и, как и ожидалось, Страйгор целеустремлённо потянул меня к нему. Ладно, не переживаем раньше времени. Там реально огромный комплекс, может быть где-то в тёмном углу, подальше от людских глаз и камер, есть местечко, где и ждёт нас великая кошачья руна.

Могу же помечтать, верно?

Натянув на лицо медицинскую маску, и превратившись в настоящего жителя Сеула, я приготовился к худшему. К знаку: «вход с животными запрещён». Это сразу подрежет крылья моим замыслам.

Однако такого там не оказалось, и даже когда я с максимально невозмутимым видом покупал входной билет у врат Кванхвамун, то служительница дворца никоим образом не дала понять, что наличие у меня кота как-то возбраняет славному Чон Ван Ги посетить древнюю святыню Южной Кореи.

Не остановили нас и дальше. Словно здесь каждый день так с котами прогуливаются. Даже странно, если честно.

Центральная площадь была забита людьми: по расписанию вот-вот должна начаться ритуальная смена караула. Многие посетители щеголяли в национальных костюмах, но при этом оставались в медицинских масках. У меня от этого зрелища случился культурно-исторический диссонанс, но с ним легко можно жить. А вот любой уважающий себя реконструктор бы волосы из ноздрей себе повыдирал, увидев такое.

Наряды эти, кстати, можно было арендовать в самом дворце. На выбор. На миг мне даже стало интересно прогуляться в схожем костюме, с котом на поводке, но все желания ушли после осознания — никто мне бесплатно переодеться не даст, а я уже и так потратился!

Мы с котом прошли площадь насквозь, став зрелищем чуть менее важным, чем ожидаемая смена караула, но всё же запоминающимся. На нас направляли телефоны, на нас указывали пальцами. Кто-то смотрел с интересом, кто-то с ужасом. Однако большинству было ровным счётом всё равно, и спасибо им за это.

За несколько метров до входа в сам дворец я увидел на стене красный знак с зачёркнутым собачьим силуэтом. Ага, кажется, пришли. Вряд ли кто-то будет слушать мои возражения на тему, что кошка не собака. Здесь банально подразумевается любое животное. Да и охрана на входе глазела на кота отнюдь не с праздным интересом. Значит, дальше ходу нет. Я остановился. Поводок натянулся. Страйгор быстро обернулся ко мне:

«Идём, я вижу её! Идём же!» — нервно замяукал он.

Кот совсем забылся, и попытался потянуть на себя поводок лапами, будто канат. Упираясь задними лапками в древние камни. Затем опомнился, понимая, что находится на виду, и просто сел спиной к охране, выпучив глаза и замерев.

Изумлённые служители дворца медленно приближались, поэтому я не стал применять насилие над кошачьим организмом, и бережно подхватил Страйгора на руки, развернулся и зашагал обратно к воротам. Хватит, погуляли.

Морда кота заслонила мне обзор, и Повелитель Верховных Сил заголосил прямо в лицо:

«Там, на красном стуле! Руна! Я видел её. Ты видел её⁈ Мы должны вернуться сюда ночью, серый! Как в тот раз! А ещё лучше сейчас. Нельзя ждать! Нельзя!»

Я молча шёл сквозь толпу туристов, немного жалея о выброшенных деньгах на билет. Отвечать маяукающему коту пока никак не хотелось и не моглось. Страйгор этого словно не понимал и верещал так, словно обратился в трёхлетку, которого уводят с каруселей.

О, сколько осуждающих взглядов я поймал. Нигде не любят живодёров. Даже в Южной Корее.

В машине я, наконец, рявкнул:

— Ну чего ты орёшь, а⁈ Ну не могу я с тобой разговаривать при людях!

«Руна! Это цельная руна! Я точно знаю! Я почувствовал!» — почти провыл Страйгор. «Вернись и ворвись туда. Мы должны сделать это немедленно…»

— Ты ошалел, кошак⁈ — не выдержал я. — Куда ворвись⁈ Это же музей!

«Кошак⁈ Человек, не распускай свой язык!» — прошипел моментально переключившийся кот.

— Прости, прости, Страйгор, — поправился я. — Туда нельзя ворваться!

«Кто имеет желание, тот ищет возможности, кто не имеет желания, тот находит отговорки!» — проголосил Страйгор.

— Слышь, Джейсон Стэтхем! Давай без этой вот интернет-мудрости!

Кот задрал мордочку к потолку машины и завыл горестно-горестно:

«Там мощь. Истинная мощь! Она стоит того чтобы рискнуть! Туда могут пройти смертные люди, я видел. Отпусти меня и мы встретимся в том зале. Просто добеги до красного стула, а я буду ждать тебя на нём. Нам потребуется несколько секунд, и мы активируем руну! Ты станешь самым могущественным человеком на этой жалкой планете!»

Звучало как план, конечно. Но исполнять его я, конечно, не буду.

— А если ты ошибся? Ты знаешь, что со мною сделают за порчу народного достояния? — попытался я зайти с другой стороны.

«Я не ошибаюсь! Я чувствую! Верь мне, серый!»

— Верить никому нельзя, — буркнул я в ответ.

«Трус! Ты трус! О, Ундага моя Ундага. Из миллионов, миллиардов душ, в предназначенное мне тело попал вселенский глупец и немыслимый трус!»

Я открыл ему дверь машины. Кот моментально осёкся. Посмотрел на улицу, на меня, снова на улицу. Голосить он сразу перестал.

— Иди. Поищи смелого и умного, — сказал ему я. Запустил двигатель. Повелитель Верховных Сил не пошевелился. Сделал вид, будто и не случилось ничего.

«Возможно, я немного погорячился» — заурчал Страйгор. С максимально независимым видом лёг и обвил себя хвостом. «Но ты стоишь в паре минут от небывалого могущества и не хочешь сделать шага! Как можно не возмутиться такому расточительству, серый?»

— Какого могущества, а? Я смогу читать в темноте? Или стану понимать язык мух? — фыркнул я. — Стоит оно того, что меня запрут где-нибудь в тюрьме за хулиганство? Поможет ли мне обретённое могущество в таких условиях?

Кот молчал, насупившись. Хороший знак!

— Так что давай действовать разумно. Ставим галочку на точку, ищем дальше. Нельзя действовать сломя голову. Слишком много переменных. Работаем спокойно, целеустремлённо и не порем горячку.

«Но мы в ша-а-а-аге… В одном шажо-о-о-очке…» — едва не прорыдал Страйгор, а затем по-деловому добавил: «Закрой дверь, дует»

Я наклонился, с трудом дотянулся до ручки и захлопнул дверь в машину.

— Будем действовать как в фильмах про маньяков. Заведём большую карту и расставим точки. Хватит уже носиться из угла в угол. Во всём должна быть система, — назидательно сообщил я.

А ещё мне очень не хотелось снова резать руку!

— Не грусти, мой пушистый друг. Всё будет так, как мы любим, — подмигнул я коту, когда мы снова вырулили на трассу. — Но попозже. Сегодня покатаемся, так что слушай свой эфир внимательно. Сначала разведка, потом действия.

Страйгор вздохнул, не отрывая взгляда от экрана магнитолы. Погряз в пучине отчаянья, похоже.

И совершенно зря. Потому что к вечеру мы нашли ещё одну руну. В районе станции метро Чынсан. Уже темнело, когда кот оживился и указал мне направление. Наш автомобиль поблуждал по узким улочкам, прежде чем не упёрся в небольшой лес. Я припарковался на тротуаре, выбрался наружу. Стемнело. Чёрная стена деревьев зловеще преграждала мне путь, и даже Страйгор не шибко сильно рвался вперёд. Это, насколько я понимаю, городской парк почти дикой природы. Без фонарей, но зато с хорошими видами на прогулке.

Страйгор осторожно принюхался, крадучись сделал пару шагов в сторону леса и остановился. Мяукнул нервно.

— Туда нам надо? — голосом из мультфильма поинтересовался я. Запоздало понял, что шутка слишком местечковая и коту точно не зашла.

— Мяу!

— Не понимаю, — я сел на корточки, приподнял кота и посмотрел ему в глаза.

«Может завтра, серый?» — предложил мне Повелитель Верховных Сил.

Я обернулся на лес и пожал плечами. Завтра так завтра. Метку на карту я поставил, дорогу найду. Вон, метро в шаговой доступности, минут пятнадцать пешком.

— Странно, конечно, видеть столь павший энтузиазм, Страйгор, — покачал головой я.

— Мяу, — недовольно ответил кот, торопливо запрыгнул в машину и уселся там, напряжённо глядя на лес. Будто почуял что-то там. Что-то нехорошее.

— Мне волноваться? — поинтересовался у него я. — Там какой-нибудь Наглый Кротик сидит? Или Хомякомордый?

«Нечего по ночам в лесу ходить, серый. Плохо это заканчивается», — неохотно ответил кот. И очень загадочно, хочу отметить. Будто бы здесь была какая-то тайна.

— Хозяин-барин, — ответил я и завёл машину. — Значит, вернёмся сюда завтра.

Глава 16

Утром, пока я готовил себе завтрак, Страйгор ловко запрыгнул на столешницу и сел так, чтобы видеть моё лицо. Вид у кота был важный, собранный. Повелитель Верховных Сил совершенно точно хотел говорить максимально серьёзно.

Он даже не перебивал моё музыкальное мычание, позволяя насладиться утром всецело. А настроение у меня, кстати, было боевым, несмотря на то, что сегодня ожидались болезненные раны на ладонях! Почему? Потому что сквозь бойницу в стене пробивалось солнышко, а это значит, что прогулка на природе может принести не только пользу в поисках рун, но и просто эстетическое удовольствие.

— Сыру? — я предложил коту кусочек. Он отвернул мордочку так, словно у меня в руке оказалось что-то тухлое и мерзкое. Ну и пожалуйста.

«Я подумал над твоими словами, серый», — мурлыкнул Страйгор. «Нам нет нужды спешить со сбором новых рун. Мы должны бережно использовать то, что есть у нас сейчас, и чего лишиться мы можем уже завтра. Твоя самодвижущаяся повозка не должна простаивать, ведь мы заплатили за неё неслыханную сумму».

Хм… Это интересно. Я сунул кусок сыра в рот, задумчиво прожевал его, глядя в невероятно честные глаза кота.

— Неожиданный поворот, многоуважаемый Страйгор. Очень неожиданный. Мы же хотели бежать, спешить. Один шажок до могущества, все дела.

«Был неправ. Вспылил» — кот сощурил зенки. «Доволен? Уязвил в отместку?»

— Ты мне что-то не договариваешь, — я продолжил возиться с бутербродами. Булка здесь, конечно, не та, что у нас. И масло тоже какое-то другое, не такое вкусное. А сыр неплох. Очень даже неплох. Почти российский, из «Белорусские продукты».

«Серьёзные мысли приходят под утро. Кто выходит в сумерки, тот погружается во тьму» — определённо пытался отмазаться кот. Я с ярко выраженным пониманием покачал головой, налил себе кипятка в перемешанный с сахаром растворимый кофе.

— Как скажешь, Страйгор. Как скажешь. Машину я вечером отдаю. Так что можем прокатиться.

Я вновь раскинул стол над кроватью, поставил чашку, тарелку с бутербродами и принялся за поглощение пищи. Кот переместился с кухонной столешницы на обеденную, сел, обвил хвостом лапы. Сонно зевнул, явив мне вампирские клыки.

— И всё же, думаю, ты что-то скрываешь от меня, — продолжил я с набитым ртом. — Что ты там почуял, в лесу? Только за дурака меня не держи.

«Это очень непросто, серый», — ответил кот. Я даже жевать перестал. Экий дерзкий зверь. Страйгор же продолжил: «Нет-нет, серый, я не про то, что мне сложно не держать тебя за глупца. Отнюдь, задача эта мне вполне по силам. Ты просто прав, мы должны сначала найти побольше мест, где находятся руны, а потом составить план, как всё забрать, и при этом не растревожить Хитрого Пёсика».

Верить в это я, конечно, не буду.

— Тут тебе виднее, — я хлебнул кофе. Многие не любят это растворимую бурду, а мне вполне себе как напиток на утро. Конечно, выйти на улицу и взять капучино с корицей было бы совсем хорошо, но есть проблема: для этого надо выйти на улицу.

А растворимый вот он, в чашке.

— Но я тебе всё равно не верю, — признался я. — И это нехорошо. Мы должны наводить мосты, а не рушить их. Законы дипломатии прошлого.

Кот с максимально независимым видом спрыгнул со стола и отправился к себе.

— Правильно ли я понимаю, что для безопасного сбора рун, мы, в момент её активации, должны обеспечить отсутствие поблизости любых собак? — спросил я вдогонку.

Он остановился, повернул голову:

«Да»

— Не могу сказать, что задача сильно сложная, но и простой назвать не могу, — признался я.

«Так и сила на весах стоит немалая!»

Я хмыкнул. Попробовать ультразвук? Есть же различные приблуды, для того чтобы встревожить четвероногих любимцев. Купить штук пять-шесть, с радиусом действия метров двадцать, расставить вокруг точки. Метров сорок буфера получится… Не, это несерьёзно. Вселенец срисует нас на таком расстоянии и сбежит. С тем пудельком нам повезло, Хитрый Пёсик ещё не понимал, с кем столкнулся. Дальше так везти не будет.

Кем бы ни был этот Клювоголовый — сталкиваться с ним мне совершенно не хотелось

— А можно ли руну твою срезать и увезти с собой? — снова спросил я. Кота в зоне видимости не было, но через несколько секунд зверь вернулся с несколько обескураженным видом.

«Срезать?»

— Ну да, чтобы потом её кровью мазать, — продолжил фантазировать я. — Например, обои на стене, где она есть. Или…

«Это энергетическая структура, серый! Она не может быть перемещена „срезанием“» — фыркнул кот. Хвост его забил по полу. «Срезать… Ундага моя Ундага… За что мне всё это! Как можно быть таким дикарём? Почему мощь моя, лелеемая, пестуемая, оказалась в столь бесталанных руках?»

— Какой ты вредный! Молока хочешь? — улыбнулся я страдающему архимагу.

«Хочу», — коротко мявкнул тот. «Не хочу умом, но хочу естеством своим чуждым мне! Дай!»

— Сложно тебе, понимаю…

Я поднялся, налил молока в миску. Страйгор уткнулся в неё мордой, с остервенением наслаждаясь напитком и, иногда, издавая возмущённый мявк. Ну, не повезло тебе, котяра, со мною. Не повезло. Зато мне повезло и это вполне себе радостная весть.

К самой поездке Повелитель Верховных Сил немножко отошёл от расстройства, и на руки мои устроился с покорным видом. Переноску я уже не брал, шлейку предварительно сунул в карман. Страйгор занял место на сидение пассажира, уставившись в окно. Потом повернулся:

«По счастью, собак не так много здесь. Мы можем заранее проводить разведку места, изучать местность. Проверить возможные укрытия блохастых! Купить сахарные косточки, отравить их и разбросать по округе. Приманить их и уничтожить».

Я кашлянул максимально неодобрительно.

— Нет, Страйгор. Травить и убивать собак я не стану.

«Они же наши враги!» — возмутился кот. «Извечные служители Хитрого Пёсика, безвольные рабы, стоящие на пути к могуще…»

— Нет.

Машина тронулась с места.

«Грязный псинолюб!» — прошипел кот.

— Мерзкий собакофоб! — парировал я.

«Не вижу в этом ничего предосудительного!»

Я отмахнулся. Дальше спорить с кровожадным архимагом не стану, но останусь при своём. В нашей погоне за рунами никто не должен страдать. Так будет правильно. И, несмотря на такую внутреннюю установку, мне уже дважды пришлось бить по лицу ни в чём не виновных корейцев! Мерзотно это, право!

Однако его высказывания про осторожность мне понравились. Очень разумный подход. Удивительно, конечно, куда запропастилась эта осторожность вчера, во дворце Кёнбоккун, но кто старое помянет, тому всю оставшуюся монокль будет нужен. Я покосился на кота. Любопытно, а кем он был в своём мире, до того когда решил перебираться сюда? Может это Владыка Зла какой-то сейчас на проезжающие машины пялится из окна арендованной КИА. Или вообще маньяк-психопат, сбежавший от справедливого суда.

Ладно, если глубоко в этом копаться, то и Хитрый Пёсик покажется слугой добра, а это сильно помешает мне жить дальше. Потому что совесть должна быть чистой, или, хотя бы, отбеленной.

День, в принципе, прошёл бестолку. Мы исколесили всю западную и южную окраину Сеула, но никаких следов новых рун не нашли. Радиус чувствительности у Страйгора был где-то километра три, и, честно говоря, для городской местности этого вполне достаточно, но только для неё.

За пределами Сеула с такой зоной поиска придётся хорошенько помучиться. Ну, да и ладно. Жизнь ведь для того и создана, да? Чтобы все как следует пострадали, а?

Собственно, Сеул у нас почти прочёсан, а следовательно на следующей неделе придётся ехать дальше. Вон, карта есть, направления придумаем. Но сначала хочу в Пучхон, потом в Инчхон. Когда-нибудь и до Пуссана доберусь. Но туда надо непременно ехать на поезде, да.

Получается, что день прошёл без побед, но он ведь ещё не закончился. Время аренды тоже оставалось, так в чём же дело? Надо действовать! И именно так мы снова оказались на улочке возле парка, где прошлым вечером засекли руну.

— Машину надо сдать через два часа, — сказал я напрягшемуся коту. Он застыл на пассажирском сидении, прижав уши и вытаращив глаза. — Пошли на разведку? Оценим, что здесь есть?

Кот нервно облизнулся, а затем встал и потянулся, выпустив кости. Очень показное потягивание. Глаза у Страйгора были испуганные.

— Может, всё-таки, скажешь, в чём дело? — повернулся я к архимагу. Получил в ответ лишь фырканье, и на том успокоился.

Поводок и шлейку здесь натягивать не Повелителя смысла не было. Пусть побегает, порезвится. Мы прошли вдоль старых домов к тропинке, ныряющей под тень деревьев. Страйгор всю дорогу шёл крадучись, постоянно вздрагивая, замирая и вслушиваясь в окружающий мир.

На тропе он жалобно мявкнул, глядя стеклянными глазами в глубину чащи. Рядом со входом в парк красовалась табличка с перечёркнутой собакой. Ну прямо судьба нам благоволит!

— Нет, ты определённо что-то от меня скрываешь, — прокомментировал я прижавшегося к земле Страйгора. Он подрагивал, хвост колотил по земле. Вид у кота был совершенно безумный, но на мои слова Повелитель Верховных Сил лишь прошипел что-то нечленораздельное и скользнул куда-то в лес.

Здесь пели птички. И, несмотря на множество кирпичных двух-трёхэтажных домиков поблизости, шума городского совсем не было. Прогулка должна случиться чудесная. Если, правда, кот перестанет чудить.

Национальным парком это место сложно было назвать. Всего лишь небольшой зелёный холм в границах города. Мы медленно поднимались по сухой тропе. Страйгор семенил впереди, стараясь держаться по центру и шарахаясь от каждого шороха.

Нам навстречу попалась пожилая кореянка с треккинговыми палками. Она с блаженной улыбкой прошла мимо, но одну из палок приподняла заблаговременно и держала наготове, пока опасность в лице кота не оказалась позади.

Улыбаться морщинистая дама не перестала ни на миг.

Мы же поднимались выше и выше, мышцы приятно разогрелись, и если не смотреть по сторонам (а осень сделала воздух прозрачнее, отчего и слева и справа уже виднелись крыши домов) то можно представить себе настоящий дикий край.

И вдруг Страйгор встал, как вкопанный. Мяукнул жалобно.

— Ну, чего там такое, а? — сел я на корточки рядом с котом. Осторожно коснулся маленькой головы пальцем, погладил. На такую наглость архимаг среагировал совсем не так, как я ожидал. Он посмотрел прямо мне в глаза максимально безумным взором и голос в моей голове громыхнул:

«Они на деревьях!»

Я посмотрел наверх, на желтеющие кроны. Если судить по поведению кота, то там должны были восседать все ниндзя этого мира, во главе с самим Хон Гиль Доном. Но там безмятежно трепетали доживающие свой короткий век листья, да прыгали белки.

Стоп…

Белки⁈

— Так, — я взял кота на руки. Оцепеневший Страйгор ткнулся мордой мне в грудь и тихонько вздохнул. Его колотила дрожь.

— Так… — нелепо повторил я. — У тебя к ним что-то личное⁈ Они воровали у тебя орешки?

— Мряф… — проскулил мне в рубаху архимаг. — Уааааааау…

— Ундага твоя Ундага… — согласился я. — Но это же всего лишь белки, друг мой!

Кот выпустил когти прямо мне в грудь, пропоров рубашку, и я зашипел от боли. Отодрал архимага от себя:

— Ты чего!

«Это всего лишь боль!» — яростно сообщил мне разъярённый Страйгор. «Это же облегчило твои страдания, серый? Никчёмность твоих терзаний в моих глазах стала ли елеем на душу твою?»

— Я вот прямо на ниточку от звания живодёра, — сообщил я коту, сдерживаясь.

«Никогда не доверяй белкам! Они гораздо опаснее, чем тебе показывают! В мире белок никто не в безопасности» — истерично мяукал кот. Я задрал голову: хвостатые лесные крысы в нашу сторону даже не смотрели, но Страйгор вёл себя так, словно каждая из белок сейчас многозначительно водила пальцами крошечных лапок у своего горла, и свободной рукой показывала на бедного котика. Мол, тебе конец.

— Приди в себя, архимаг! Где руна? — я встряхнул верещащего кота. Ох, наплюёт мне судьба за это в карму. Это ведь вам даже не кипятком макароны промывать, это реально косяк. Однако Страйгор внезапно успокоился, поднял лапу и указал направление. И снова с опаской посмотрел наверх.

Белки по-прежнему его игнорировали. Впрочем, кто знает, что у них на уме на самом деле, а?

Страйгору бы не помешала недельная терапия с каким-нибудь вежливым, почтительным и повидавшим жизнь психиатром. Это, наверное, ещё не панические атаки, но где-то рядышком. Кошачьей мятой не вылечишь.

— Ничего не бойся, белкам я тебя не отдам, — пообещал я зверюге, разодравшей мне кожу на груди, а затем прижал поганца к себе и укрыл курткой. Снова посмотрел на ветви деревьев. Увидел, как по стволу дерева метнулась к товаркам чёрная пушистая бестия. Разведка, да?

Пу-пу-пу… Дожили, теперь и я на них смотрю с подозрением. Нам потребуется два психиатра. Больше психиатров богу психиатров.

Кот оторвался от моей груди через минут пять-шесть, мяукнул, призывая остановиться. Мы поднялись почти на самую вершину, Страйгор огляделся по сторонам, а затем ткнул лапкой в лес справа от тропы. Спрыгнул на землю, припал к ней, настороженно оглядываясь. Что не говори, а характер у него имеется. Кота от ужаса колотит, а заднюю передачу он всё равно не даёт. Ломится себе вперёд, через боль и страдания. Проработанный малый, да?

Белок здесь, кстати, было не видно.

Руна нашлась возле большого камня, разрисованного довольно убогим граффити. Ну, как нашлась. Для меня ничего необычного вокруг не было, а вот Страйгор сразу уселся напротив, и уставился в пустоту, как делал это и до этого.

Я тем временем огляделся по сторонам, высматривая хоть что-то похожее на собак. Да, знак о запрете стоит. Да, тут с бродячими животными строго, днём с огнём не сыщешь. Да, за время нашей прогулки кроме той старушки с палками нам никто не попался (если не считать банду белок). Но всё же… Надо проверить! Вот только отправлять бедного Страйгора в лес на разведку, это как бойца с посттравматическим синдромом на фейерверки пригласить.

Значит, всё придётся делать самому. Будто в первый раз, да?

Минут пятнадцать я нарезал круги вокруг камня, проверяя все подходы и отходы. Нигде ничего не тявкало, не выло и не лаяло.До жилых домов минут десять ходу, так что запертые в кирпичных зданиях питомцы какое-то время до нас не доберутся.

Успокоив себя сравнительной безопасностью, я вернулся к месту силы. Снова выпустил кота.

— Режь…

И он, зараза, порезал. Как мне кажется, с особенным удовольствием.

Бинтовать руку я стал только в машине. Потому что теперь с места инициации руны уходить надо максимально быстро. И, вроде бы, удача нам улыбнулась. Пока мы торопливо возвращались, стараясь держаться чуть в стороне от тропы, ни одной собаки так и не встретили. Это, конечно, совершенно не значило, что Хитрый Пёсик (если его не придумал Страйгор, кстати) забыл про нас. Возможно, сегодня он подхватил не того носителя. А может и вовсе не смог отыскать подходящего пса для разведки.

Короче, время на холме на медицину я не терял, и только сейчас перехватил бинтом свежую рану, поверх затянувшейся двухнедельной. Выругался от боли, завёл машину, а затем с ещё одним проклятьем переключил передачу. Больно, блин! Кот сидел на своём месте со взглядом, направленным в бесконечность.

Про результат этого захода мы с ним не говорили. Кот был перепуган до седины, а я вообще ничего на этот раз не почувствовал. Кроме разочарования и боли. Фигня эти ваши руны, честно.

Машина покатилась вниз, миновала один перекрёсток, затем другой, а на третьем мне под колёса вылетел парень на скутере. Слева! Я в панике ударил по тормозам, и в этот миг мир изменился. Он будто размылся, забулькал, словно оказался под водой. Я лихорадочно топтал педаль тормоза, пытаясь вбить её в пол автомобиля. Она, кстати, реагировала своевременно, а не как завязшая в меду муха. Лицо парня, на которого неотвратимой черепахой смерти надвигалась моя КИА очень медленно растягивалось в гримасе ужаса.

И всё так тягуче, так шумно. В голове словно звуки водопада включили.

Через пару секунд всё прошло. Машина с визгом шин остановилась, а подросток пролетел в сантиметре от капота и скрылся на соседней улице. Фух…

— Мяу! — тихо сообщил мне Страйгор. Я повернулся к коту. Он с отсутствующим видом свернулся калачиком. В мыслях кошак всё ещё был среди белок.

— Мяу? — переспросил я. — Что значит «мяу»?

«Нам повезло. Это единичная руна. Слабая. Надо развивать» — зевнул кот.

Я посмотрел на свои дрожащие пальцы. Со стороны затылка в голову будто засунули стальной холодный шарик, и этот морозец отдавался где-то еще и за глазами.

— Ты хочешь сказать, что у меня теперь есть суперспособности? — не поверил я.

Кот мне не ответил. Он уже сопел. Я с трудом удержался от того, чтобы не разбудить поганца шлепком по пушистой заднице. Потом… Потом. Многие после стресса вырубаются. Пусть отдохнёт.

Но две секунды замедления времени это очень мало.

Впрочем, это для графа Де Ля Фер очень мало, а для Атоса вполне себе ничего. Если вы понимаете, о чём я.

Глава 17

Оказывается, очень сложно уснуть, когда ты суперчеловек. Не иначе судьбы мира тревожить начинают так люто, аж спать не можешь. Короче, часов до двух я ворочался, то и дело пытаясь воспроизвести замедление времени так, как получилось в машине. Но либо мой ресурс сил исчерпался, либо для успешного эксперимента мне нужно найти того парня на скутере и попробовать задавить его ещё раз. Пока этот вариант не отбрасываю до конца, но надеюсь справиться сам.

Вконец умаявшись от тщетных попыток, я попытался забыться сном, но растормошённый разум отказывался подчиняться и, в конце концов, около трёх часов ночи, я поднялся со скомканной кровати. Подошёл к кухонной столешнице, налил себе воды и выпил стакан в несколько больших глотков. Голова уже была ватной, тело непослушным, глаза будто опухли. Блин, ну спать же надо. Я хочу спать! Хватит думать уже, Серёга! Умел же когда-то.

В коридоре мило похрапывал кот. Вот кому всё отлично прошло, так это Страйгору. Сначала побоялся чуток, а потом всё, законный отдых. Причём его из пушки сейчас не добудиться. Когда я сдал машину в прокат, и сунул спящего архимага себе подмышку, тот даже не проснулся. И лишь дома, оказавшись на подушке, Повелитель Верховных Сил сладко потянулся, подставив брюхо потолку. Открыл один глаз, увидел меня, закрыл его и, вытянув лапы, так и уснул.

Вот что хвостатые древесные грызуны с бессонницей делают. Бе́лки животворящие! Мне бы сейчас парочку.

Я снова плюхнулся в кровать, и постарался перестать думать о том, что случилось. Три раза «ха». Мысли сами по себе ушли в ненужное русло. Например, я вдруг подумал, что игры с поисками были для меня каким-то извращённым развлечением. А добыв то, чего мы с котом искали, я тупо не понимал, что с этим теперь делать. Потому что это ведь серьёзно, когда ты на самом деле получаешь какое-то могущество. Да, на пару секунд всего получаешь, но ведь кот сказал про развитие… Потом буду в смешных очках под ретро-музыку людей из эпицентра взрыва вытаскивать, да?

Короче, жизнь меня к такому повороту не готовила, и понимания будущего стало ещё меньше чем раньше. Я снова осёкся. Так, хватит. Пусть это будет задачей для меня из будущего, да? До той поры стоит заняться чем-то попроще, познакомее. Вон, у меня через четыре часа подъём на работу уже, а я в потолок пялюсь, да мысли дурацкие по кругу гоняю. Я глубоко вздохнул, пытаясь освободить сознание. Были методики, занимался когда-то. Но сейчас нервная система не справлялась, постоянно скатываясь на воспоминания о педали тормоза и замедлении времени.

Страйгор снова всхрапнул. Вот ведь зараза какая!

Короче, уснул я незадолго до рассвета, и будильник жестоко выдернул меня из небытия тёмного, в небытие тяжёлое. Быстрый завтрак, быстрый кофе, две спички в глаза, конверт с подарком госпожи Сон во внутренний карман костюма. Обед на выходных себе не приготовил, придётся кушать в столовой. Короче, понедельник начинался как настоящий понедельник. Сферический, в вакууме.

Когда я уходил, кот так и дрых. Подлец даже ухом не повёл. А ведь я ему и покушать насыпал, и водичку поменял. На лоток посмотрел нетронутый и улыбнулся. Разумный кот, использующий унитаз, это прекрасно.

Прощаю за крепкий сон. Вечером поговорим.

Рабочий день начался с того, что Ким Тхе принёс Сон Со Ён розу. Сам, правда, оказался краснее подарка, и милый жест почти сразу же превратился в странный. Аналитик с трудом дождался, пока дочка председателя возьмёт цветок, затем торопливо проскользнул на своё место, надел наушники и изобразил усердный труд. Растерянная Со Ён с розой в руках постояла немного у своего стола, а затем ушла из кабинета. Выбрасывать цветок, искать под него вазу или плакать — я не знаю. Я уже работал.

И у меня было чем заняться. Госпожа Сон провела эти выходные не так интересно, как я, но увлечённо. Судя по количеству замечаний в файле ворда, который прислала мне сегодня в четыре часа ночи. Короче, этой ночью мы с Со Ён почти не сомкнули глаз, но есть, скажем так, некоторые нюансы.

Доработок по сервису было много, и больше, конечно, хотелки. Совершенно нормальная штука при командной разработке. И судя по файлу: Со Ён все выходные сидела над своим детищем, изучая его на живую, и копила пожелания. Посоветовал бы я ей жениться, раз делать на выходных нечего, но… Это совсем не её вариант. Молодая ещё. Карьеру строит. Ну и не барин, поэтому надо предлагать замужество, а не женитьбу, а здесь уже соль шутки теряется и начинается какой-то патриархат и принуждение к кастрюлям на кухне. Не наш метод.

Ладно, слава Богу, что код я старался делать таким, чтобы потом не нужно было ничего глобально переделывать. Большая часть доработок проблем не вызывала, а те, что всё-таки были не так просты в разработке — лишь добавляли вызова работе. Времени у нас было вагон и маленькая тележка. Успеем переделать если надо.

Так что, по классике, изобразив начало работы и сделав дневную норму для начальства, я погрузился в код сервиса, стараясь не уснуть. День обещался быть спокойным. Самое основное должно было случиться, как обычно, вечером.

И когда все ушли, я положил конверт с деньгами на стол госпожи Сон.

— Господин Чон? — удивилась девушка, красивые глаза смотрели недоумённо и чуточку испуганно. Так, мы опять на вы.

— Госпожа Сон, я не могу это принять, — вздох получился достаточно искренним. Жаба внутри меня истошно квакала, но стальные пальцы Чон Ван Ги разжимали сомкнувшиеся на моём горле холодные лапки. Не задушишь меня, не убьёшь.

Пять миллионов вон…

Но иногда от денег лучше отказаться. И здесь речь не о гордыне, совсем не о ней. Просто госпожа Сон должна понимать, что перед ней человек, от которого простой копеечкой не отмахнёшься.

— Почему же, господин Чон? Ведь это ваше вознаграждение, — она подвинула конверт ко мне.

— Я делал это для вас, госпожа Сон, а не для ваших головорезов, — покачал головой я.

Она понимающе кивнула:

— Простите меня, господин Чон. Наверное, это могло оказаться для вас оскорбительным… Господин Кан получил не совсем чёткие инструкции с моей стороны, а непременно с ним поговорю, и в следующий раз…

— Не надо следующего раза, госпожа Сон.

— Сумма оказалась для вас недостаточной? — нахмурилась девушка. — Исходя из вашей зарплаты, она…

Я выпрямился, глядя на неё сверху вниз. Исходя из моей зарплаты? Со Ён прикрыла рот ладошкой, испуганно. Ну, для диалога, конечно, фразу она подобрала неверно, но не обижаться же на это.

— Если и получать награду, то из ваших рук, а не от вашей охраны, — мягко сообщил я. — Не сочтите за гордыню, госпожа Сон. Мне искренне хочется помочь вам в вашей ситуации. Я кожей чувствую, как вам непросто. И мне совсем не хочется переводить наше сотрудничество в такой вид, которым он стал после столь досадной передачи. Впрочем, это может оказаться большой наглостью с моей стороны стать вам другом, а не случайным разовым работником, кому достаточно просто передать конверт через охранника…

Взгляд госпожи Сон стал жёстче, но через мгновение оттаял. Или же она силой воли переключила себя где-то внутри. Хорошее качество.

— Я понимаю вас, господин Чон. Спасибо за эти слова. Мне предстоит ещё многому научиться. Чтобы красивое слово услышать, надо красивое слово сказать. Моей ошибкой было поставить между нами господина Кана. Я прошу вас принять эти деньги от меня лично.

Она поднялась из-за стола, взяла конверт и протянула его мне, держа двумя руками и почтительно склонив милую головку. Ух ты какая! Я на миг растерялся, не ожидал такой прыти. Ну и, понятное дело, сейчас уже отказываться нельзя. Потому что иначе это превратится в детский сад с обидками. Так что я принял конверт, случайно коснувшись тонких пальцев девушки. Меня как током дёрнуло, и, пожалуй, я слишком резко выдернул деньги из рук госпожи Сон. Торопливо поклонился в ответ.

— Спасибо, госпожа Сон. Я рад, что мы друг друга поняли, и простите меня за возможно непочтительный отказ, но это было очень важно для меня.

— Все мы иногда ошибаемся. Господин Чон, как вы думаете, сможем ли мы продемонстрировать наш сервис уже в эту пятницу?

Я сделал задумчивый вид. Девушка слишком торопится. Хочет доказать папаше свои таланты. Предположим, если она хороша в тестировании и будет сидеть целыми днями и ночами… Тогда да, успеем. Но зачем такая спешка? Я понимаю её страсть и рвение, но всё же предпочитаю не спешить:

— Не знаю, госпожа Сон. Ваши замечания я приму к сведению, но готовы ли будут тестовые сценарии с вашей стороны? Выпустить продукт без полноценного покрытия пользовательскими тестами мы не можем.

— Думаю, мы успеем, — улыбнулась Со Ён, и снова превратилась в девочку. Я снова сдержался от эмоций, поклонившись ещё раз.

— Я бы всё-таки повременил. Чем лучше мы подготовимся, тем надёжнее окажется наш продукт.

— Ценю ваше мнение, но, полагаю, мы вернёмся к этому разговору в четверг.

Владельцы продукта люди увлекающиеся. На каждого такого владельца в команде должен быть матёрый скрам-мастер[1]. В нашем отделе его функции выполнял Мун Джи Сонг, крутя своей ролью так, как ему вздумается. Так что считаем, что нет у нас скрам-мастеров. Чем меньше в наших делах будет Мун Джи Сонга тем лучше. Он совершенно точно будет использовать все возможные варианты, чтобы утопить сервис Со Ён.

Тем более, что скоро мне предстояло узнать, как поведёт себя наш начальник, когда окажется в курсе того, как за его спиной провели здоровенную разработку, которую он лично настоятельно запретил проводить.

Тут для меня либо пан, либо пропал. Нормальной жизни в этом отделе у Чон Ван Ги точно больше не будет. Так что если у Со Ён не получится… Ну, тогда буду релоцироваться в Россию, устроюсь в какой-нибудь банк, хе-хе. Там, надо отметить, можно и знаниями закидать интервьюера, с демонстрацией разных говорильных скилов, чтобы хорошую зарплату на старте получить. Мир знакомый, уютный. Придумать резюме на корейском я сумею, хрен кто проверит в России, где там у меня правда, а где ложь.

Да и вообще, я ж суперчеловек! Этому город не нужен герой, но он его получит, дайте мне только до кота добраться и прижать его к стенке. Пусть объясняет, как теперь быть-то.

— О, вы умеете улыбаться? — умилилась Со Ён.

Я опомнился, выгнал из головы лишние мысли и старательно нахмурился.

— Простите, госпожа Сон.

— Вам идёт. Ой, а мы опять на вы, да? Почему так оно случается, Ван Ги? Мы будто каждый раз знакомимся заново.

— Я не знаю, Со Ён.

— Поужинаем? — хитро прищурилась девушка.

Твою ж бабушку… Надеюсь, за задницу она меня хватать не станет⁈

— Я…

Про кота уже отмазка не сработает. Что ещё? Плохое здоровье? Болезнь троюродной бабушки? Высадка северо-корейского десанта? Может, и правда сходить с ней на ужин и там почавкать и отрыжкой попугать?

— Я шучу, Ван Ги. Ты так смешно реагируешь на это, — засмеялась Со Ён. Вроде бы искренне. Я выдавил из себя вежливый смешок, а затем откланялся.

* * *

Когда Чон Ван Ги ушёл, Со Ён прикрыла глаза и несколько минут сидела, опершись на локти и массируя виски. Какой странный этот разработчик… Очень странный. Будто бы не от мира сего. И здесь нельзя всё перевести на обычную ситуацию для рыцарей мышки и клавиатуры, мол, все они немножко не в себе. Со Ён общалась с айтишниками, и среди них хватало оригиналов, но… Чон Ван Ги переплюнул всех.

И нельзя же сказать, будто каждый его поступок являл какую-то несуразицу, заставлял прикрыть лицо рукой и сделать вид, что ничего не случилось. Но едва он оказывался рядом, то Со Ён казалось, будто под маской специалиста по разработке прячется кто-то ещё. Кто-то совершенно чужой этому миру.

Её подозрения о временном соратнике подтвердил разговор с красавицей Ли Ю До. Они так мило пообщались за обедом. Тестировщица оказалась доброй, отзывчивой и внимательной за пределами офисных стен. Совсем не похожа на ту недовольно-надменную даму, сидящую напротив монитора с вечно поджатыми губами.

Так вот именно Ю До сказала, что Ван Ги всегда был немножечко дурным. Они почти год работали вместе, поэтому уж что-что, а рассказать про коллегу она могла многое. Отдельно коснулись того, что Чон Ван Ги, оказывается, крайне непорядочный кобель. Ю До рассказала про двух её подружек, которых мерзавец бросил после первой же проведённой ночи.

В это верилось с трудом, но какой смысл её новой подружке врать-то? Значит есть у Чон Ван Ги особенные таланты, пусть и ведёт он себя неординарно.

Со Ён открыла глаза, с небольшим удивлением обнаружив перед собой монитор. Все выходные перед экраном прошли. Дома на столе остались коробки из-под пиццы и пять-шесть чашек с остатками чая или кофе. Увлеклась она работой, увлеклась…

Взгляд сфокусировался на пользовательском интерфейсе. Приятные цвета, плавные линии. Чон Ван Ги сделал всё очень хорошо и красиво. Пусть он и глубоко непорядочный человек, но это пусть остаётся за рамками профессиональных отношений. Главное, что он поможет ей выполнить испытание отца.

Хотя улыбаться ему было непросто. Она смотрела на это симпатичное, и даже красивое лицо, и представляла обманутых им девушек. И, невзирая на то, что правда о Чон Ван Ги ей известна, всё равно старалась быть милой с ним. Приветливой. Пыталась шутить. Не понимала зачем.

Так, хватит думать о нём. Много чести. Ей с ним лапшу не есть.

А смущается он, надо сказать, очень забавно. Можно понять, почему те подружки Ли Ю До клюнули на столь невзрачного мужчину. Чон Ван Ги был странный, но живой в этих реакциях. Непривычный.

— Прекрати немедленно! — одёрнула она себя уже вслух. Пусть закончит с работой. А там, за её финалом, разойдутся в разные стороны, как оно и должно быть. Но Чон Ван Ги из головы упорно не уходил.

Ещё и поступок этот с конвертом дурацким. Он должен был взять его из рук охраны, покорно виляя хвостом. Взять деньги и понять, что она не просто девочка из офиса, а человек, обладающий реальной властью. Чон Ван Ги должен был понять: сегодня господин Кан привёз ему конверт, а завтра… Завтра может случиться так, что пальцы разработчика этот самый господин Кан скормит акулам. Понял ли?

Ой, ты такая страшная, что сама себя боишься, Со Ён! Надо побыстрее закончить с этим всем. Тем более, что у неё теперь есть ещё одна помощница. Ли Ю До согласилась поработать сверхурочно и прогнать сервис в тестировании. Обещала справиться к пятнице.

Так что пока всё получается.

Хотя Со Ён чуть тревожилась, что не делает тестирование самостоятельно. Вот только это единственно правильное решение. Она не должна всё делать своими руками. У неё есть ресурсы, у неё есть продукт. Её учили использовать эти самые ресурсы, и в первый же год обучения вбивали в головы: хороший руководитель никогда не делает работу сам.

Просто в теории ты это всё понимаешь, а когда доходит до практики, то… Нервничаешь! Боишься, что если отпустишь ситуацию, то ничего и не добьёшься. Это неправильно. Поэтому она использовала тот ресурс, что сам упал к ней в руки.

Ещё бы придумать, как пристроить милого Ким Тхе. Грубо осаживать его она не хотела, парень был совершенно безобиден в своих ухаживаниях, и отшить такого ухажера это… Это как неуклюжего щеночка ногой оттолкнуть.

Она неторопливо собралась, чувствуя накопившуюся усталость. Спустилась на парковку, прошла к своей машине. Домой, скорее домой. Там навести порядок и выспаться. Ей нужно готовиться к пятнице. Хотя бы морально.

Главное, чтобы Ли Ю До не подвела. Неожиданное подспорье пришлось как нельзя кстати, сама бы Со Ён провозилась бы дольше с тестированием и документацией по нему. А теперь всё будет прямо правильно и штатно. Идеально. И было бы хорошо, чтобы так оно и случилось. Потому что если произойдёт задержка, то придётся переносить демонстрацию на две недели позже, и вот там уже появляются риски по смещению релизов. Пока согласуют, пока соберут, пока докажут необходимость… Пройдёт месяц и отец скажет: «Всё, Со Ён, теперь точно всё». Она сможет настоять на своём, скорее всего, сможет доказать, что ей нужно совсем немного дополнительного времени, но это уже будет риск. А риски надо уметь оценивать и нивелировать.

Но, если судить трезво и спокойно: сейчас у неё был очень хороший шанс выйти из ситуации с гордо поднятой головой и победительницей.

[1] Скрам-мастер — человек, по идее, обеспечивающий комфортную работу команде, мотивируя команду и защищая её от давления извне. В идеальном мире, конечно.

Глава 18

«Ундага моя Ундага, как больно это видеть», — подытожил кот и принялся облизывать лапу с таким видом, будто я перестал существовать. Так, вдох-выдох. Это процесс обучения. Он всегда проходит через боль, и потому выжигается на подкорке на всю жизнь. Без боли нет развития.

Кто такое сказал, кстати? Не Страйгор ли?

На часах уже был час ночи. Я, как вернулся домой, весь вечер провёл в попытках повторить содеянное. Без состояния стресса замедлить время никак не получалось. Страйгор старательно и где-то даже терпеливо объяснял мне азы управления внутренними силами, однако я всё равно не понимал, чего он от меня хочет. Что значит «очисти своё сознание»? Как понять «почувствуй потоки силы и направь его»? И где именно происходит «напитай нужную тебе руну»⁈

Итогом нашего занятия стало очередное воззвание к Ундаге.

— Короче, я мыться и спать, — буркнул я коту. — И кстати, ты говорил, что если мы пробьёмся к руне во дворце, то у нас будет могущество, да?

«В тот момент я и не догадывался, насколько одарён мой избранник», — фыркнул кот. «Сейчас-то я вижу истину. Благодарю тебя, что не послушал меня в тот раз. Правда, не пойму, почему ты так и упорствуешь в своём нежелании меня слушать».

— Я тебя слушаю. Но я не вижу рун!

«Нащупай поток. Любой!»

— Да нет нигде никаких потоков!

«Значит, очисти сознание!» — резко мявкнул Страйгор. Короче, мы вернулись к тому, с чего ушли.

Я махнул рукой и отправился в душ. Уже под струями отметил, что мозг-то начал справляться с нагрузками и меня не выключает сейчас. Мышцы тоже стали чувствоваться иначе. Всё вроде, отлично. Если бы только не эти чёртовы потоки.

— Может, нужно собрать больше рун? — спросил я, вернувшись. — Тогда почувствую?

«Возможно. Склонность сосуда, который ты у меня перехватил, не превышала Первый Круг. Я полагаю, что в этом тоже может оказаться наша небольшая неувязка».

— Сколько всего кругов?

«Тебе это не нужно», — зевнул кот и потянулся, выпустив когти и зажмурившись от удовольствия.

— Почему же?

«Здесь Первый это потолок. В моём же мире Кругов много», — кот медленно прошёл мимо меня, с удовольствием повисел на когтеточке, методично перенося вес с лапы на лапу. Какой спокойный стал! Может мне белку в клетке завести, чтобы в тонусе напарника держать?

Я лёг в кровать, укрылся одеялом. Расслабился, прикрыв глаза. Ну, ладно. Разберёмся со всем потихоньку. Если разок получилось, то и второй раз непременно получится.

И тут мне на грудь что-то грохнулось, а в лицо заорали:

— Мияяяяяяяу!!!

Я машинально отшвырнул Страйгора в сторону. Кот с мявком приземлился на пол, и раз без грохота, то, значит, на лапы.

— Мяу⁈ — звонко раздалось из темноты.

— Чего⁈ — свет пришлось включить. Страйгор с невозмутимым видом сидел на полу и смотрел на меня с нескрываемым интересом.

«Получилось?»

— Что получилось? Инфаркт? Почти! — я не сразу сообразил, что произошло.

«Стресс усиливает твою чувствительность, смог ли ты почувствовать руну?», — с интересом смотрел на меня кот.

— Нет. И не делай так больше, если не хочешь потом мой труп тут доедать, когда сердечко юное не выдержит таких кошмаров.

Я выключил свет и вернулся в кровать.

— Мяу…— донеслось из коридора мрачное.

Наверное, это значило: «лучше я сдохну». Ой, ну его. Напугал, аж сердце заколотилось. Всю сонливость разогнал, зараза. С этой мыслью меня и вырубило.

На работе меня ожидал сюрприз. Сделанный вчера пулл-реквест[1] оказался помечен как «need work». Это значит, что принимающий исправления программист считает работу не сделанной, или же сделанной частично. С комментариями, которые необходимо исправить.

Комментарии тоже были. Штук семь. Господин Мун Джи Сонг старался писать вежливо, но из текста прямо сквозила злоба. Каждый из комментариев нёс в себе посыл вроде: «ваш код отвратителен, всегда им был, и нормальный программист никогда бы такого не написал». Если говорить честно, то докопаться можно до чего угодно, и даже до столба. Да и нормальная это практика в айти, люди в нём иногда склонны к тому, чтобы кого-нибудь поунижать, дабы себя возвысить. В некоторых конторах есть даже тренинги по написанию комментариев к пулл-реквестам. Да, компания тратит время, но это ведь ради благой цели. Чтобы после каждого замечания заявления на увольнения не собирать.

Я погрузился в комментарии, искренне недоумевая — что за муха укусила Мун Джи Сонга, что он в полночь сидел и разматывал мой код на запчасти. На тон комментариев я старался внимания не обращать, пусть это и было сложно.

Исправлений, на мой взгляд, не требовалось. Поэтому я прошёл по списку и мотивированно возразил по каждому из пунктов. Речь совершенно не шла о вредности и упрямства моего. Было бы что-то полезное и по делу, порвал бы я на себе волосы от стыда и торопливо исправил. Но здесь всё касалось либо вкусовщины, либо избыточности, либо вообще устаревших практик.

Отвечать я старался максимально корректно, вежливо и обосновано.

Не помогло. В обед на каждый мой комментарий прилетел ответ с пояснениями, что и как надо исправить. Появилось требование покрытия тестами до 100%, что я всегда считал вредным. И здесь я, надо сказать, забуксовал. Изумлённо посмотрел на начальника. Он с каменным выражением лица сидел в очередном созвоне. Моё внимание его не заинтересовало. Пу-пу-пу…

Ситуация вроде бы ерунда. Мелочь. Пред лицом начальства вид надо иметь молодецкий и придурковатый. Сказали — делаешь, а не споришь. Пусть даже ерунду сказали.

Но ведь большая часть его претензий объективно были ерундой, вроде названия переменных. Короче, совершенно точно, Мун Джи Сонг либо срывал на мне злобу, либо…

Пока второй вариант в голову не приходил. Я попытался ещё раз расписать свою позицию и причины, почему код написан так, как написан, и необходимость изменений отсутствует. Результатом оказалось ещё более ядовитое сообщение, в котором мне намекали на мою профессиональную непригодность.

Это было очень больно, скрывать не стану. Синдрома самозванца у меня нет, слава Богу, а то можно и руки бы на себя наложить после такого приёма. Придётся стиснуть зубы и потакать хотелкам начальника. Жаловаться здесь некому. Он царь и бог. Не нравится — дверь, как говорят, там. И за забором куча желающих, о чём мне не устают напоминать. Пу-пу-пу… Проклятье, внутри меня словно комок образовался, холодный и тяжёлый. Несправедливо. Очень несправедливо.

Но стоит ли это выхода на прямой конфликт? И что даст мне демонстрация протеста, а?

Именно, ничего. Так что я вдохнул-выдохнул и принялся за исправления. Но перед этим отправил на проверку сегодняшнюю задачу, новую. В процессе исправления замечаний по первой увидел, как мне приходят комментарии уже и по второй.

С тем же статусом «need work». Ну и яда в новых сообщениях было ещё больше.

На лице Мун Джи Сонга появилась мерзкая улыбка. Он так и сидел в созвоне с кем-то, но успевал параллельно подгадить. Так… Это «жжж» неспроста. Подобное унижение с потолка не падает.

Я откинулся на спинку кресла, оглядывая офис. Всё как обычно. Все сидят, работают. Ничего необычного, совершенно стандартная атмосфера клацающих мышек.

Вот только у Ли Ю До на мониторе оказался открыт сервис госпожи Сон. Правда поверх него была раскрыта вкладка с маркетплэйсом с игрушками для собак, но свой интерфейс я узнал моментально.

Ну, теперь всё понятно. Вместо конфет-букетов новоиспечённые влюблённые Мун Джи Сонг и Ли Ю До решили иначе подогреть свои отношения. Мда… Госпожа Сон добралась до нашей тестировщицы в поисках помощи? Опрометчиво, конечно. Но, полагаю, здесь и сокрыта внезапность решения Со Ён провести демонстрацию сырого сервиса уже в пятницу.

Это надо срочно нивелировать.

До вечера я сражался с пул-реквестами, и когда Мун Джи Сонг с довольным видом покинул офис, то число комментариев перевалило за три десятка на каждой из задачек. Обе так и остались в «need work». Завтра, скорее всего, добавится третья.

Я оказался в некотором тупике. Спор с принимающим работу начальником ни к чему не привёл, а любое исправление влекло за собой новый комментарий. Нервная система Чон Ван Ги засбоила, будто отдельно от меня, и поэтому в последнем из замечаний я реально допустил ошибку, которую менеджер с радостью вывел как позорную.

Паниковать было рано, но ситуация складывалась неприятная. Особенно, после того как я под этим давлением и сам начал косячить. Это почти выбило меня из колеи. Признаться честно: на месте так жёстко критикуемого разработчика мне не приходилось быть много лет. Какие интересные и забытые ощущения. Сарказм.

Но, если серьёзно, всё складывалось плохо. В стане «союзников» внезапно оказался крот «противника» и Мун Джи Сонг пошёл в атаку на меня, и душу вынимает на простых исправлениях. Что будет, когда он увидит полностью готовый сервис, с клиентской и серверной частью? Там процесс ревью может растянуться… Ох даже сложно представить насколько долго можно будет резину вытягивать.

Мда, полагаю, что госпожа Сон и не подозревает, насколько близок её сервис к провалу. Потому что кроме Мун Джи Сонга есть ещё и Ли Ю До, которая понавешает ей лапши на уши о готовности, а затем в день релиза обрадует реальностью.

Проблема в том, что если я вдруг ворвусь в уютный мирок Со Ён с ноги, привнеся информацию в духе: «что же ты наделала, женщина!», то это, во-первых, не будет конструктивно, а во-вторых — у меня нет ровным счётом никаких доказательств. То, что Мун Джи Сонг внезапно увидел в своём работнике тупицу — это проблемы его зрения. И здесь ничего не говорит о том, что сервис госпожи Сон в опасности. Да и Ли Ю До вполне может показать себя милашкой, и мои тревоги будут восприняты как поклёп.

Вот только на весах будущее Со Ён, и из-за того, что одной изящной ножкой она вступила в клубок сплетённых змей, мне легче не станет.

Молчать нельзя. Бить в набат не будем, но мягко намекнуть на возможные проблемы нужно. Пока мягко. Неисправимых проблем в офисе не бывает. Даже если он сгорел — это всё равно ремонтируется.

«Нам нужно поговорить», — написал я в корпоративный мессенджер. И в этот момент госпожа Сон поднялась из-за своего стола. Ей навстречу тут же взвился Ким Тхе.

— Со Ён, свет глаз моих, не хотели бы вы сегодня пройтись? Погода будет шикарнейшей. Скоро зима, и мы совсем забудем про чудеса осени!

— Прости, Тхе, я очень спешу, — извиняясь, улыбнулась девушка, помахала мне ручкой: — Доброго вечера тебе, Ван Ги, не засиживайся.

— Мне надо кое-что сказать, Со Ён, подожди… — попытался я.

— Нет времени. Нет времени! Всё завтра!

Она пропорхнула к выходу, и мы с Ким Тхе переглянулись.

— Как мне завоевать её, друг? — сокрушённо вздохнул он. — Что я делаю не так⁈

— Навязываешься, — буркнул я, размышляя, как поступить. Насколько велика беда? Сегодня вторник. У нас, по-моему, две с половиной недели. Сервис технически готов, осталось куча бюрократии. Которая может и затянуться.

— Навязываюсь? Но женщину надо увлечь, ей надо предложить досуг, надо выделиться, чтобы она запомнила тебя. Чтобы оказаться у неё в голове! — затараторил Ким Тхе. — Надо оказывать ей знаки внимания, надо… Что я делаю не так⁈

Пу-пу-пу… Я старательно улыбнулся аналитику. Ответ «всё» его не устроит.

— Думаю, я кое-что знаю о том, что может заставить её обратить на тебя внимание, — медленно проговорил я, наблюдая за реакцией Ким Тхе. Тот весь подобрался, старательно внимая. Может и сработает.

— Но тут важно делать так, как я скажу. Ты, кстати, в аналитику откуда пришёл?

— Немного разработки, немного тестирования. Но причём здесь это? — нахмурился Ким Тхе.

— Меньше вопросов, добрый Тхе, больше дела. Я знаю, как завоевать сердце Со Ён, готов ли ты к тому, чтобы преступить закон ради этого? — я напустил на себя максимальной таинственности.

— З… Закон? — выпучил глаза аналитик. — Закон⁈ Нет! Конечно, нет!

Вот потому и не получается ничего у тебя, подумал про себя я.

— Ну как закон. Так, закончик. Местячковый такой, — я показал пальцами крошечность закона. — Ради Со Ён.

— Ради Со Ён… — он мечтательно вздохнул. — Если маленький совсем, то… Да!

— Тогда идём, кое-что покажу… Только давай без лишней болтовни. Слушай, внимай и потом скажи, готов ли за это взяться. И помни каждую минуту, что это то, что может приблизить тебя к госпоже Сон.

С каждым моим словом Ким Тхе хмурился всё сильнее. Но за мною, всё-таки, пошёл.

В среду мы с Со Ён снова оказались вместе на работе, но поговорить нам не дали. Я только подошёл к девушке, чтобы предупредить о складывающейся ситуации, как в офисе появился Мун Джи Сонг. Он пришёл раньше обычного, сухо поздоровался со мною, очень тепло раскланялся перед госпожой Сон, а потом плюхнулся на стул у своего компьютера.

Наверное, первым делом ринулся читать мои комментарии к пулл-реквестам. Меня аж передёрнуло. Там ведь всё дошло до маразма, и будет дальше идти, семимильными шагами, в сторону натурального идиотизма. Когда в работу вмешиваются эмоции, особенно с желанием унизить коллегу, там такого можно насмотреться…

— Кофе? — спросила у меня Со Ён, и я кивнул.

Пока гудела кофемашина, мы обменялись обычными любезностями, поговорили про погоду, затем госпожа Сон вспомнила про моего кота и щёлкнула пальцами, что так и не организовала важное мероприятие для поднятия командного духа. Всё это время парочка из смежного отдела ворковала за одним из столиков, и мешала нам своим существованием.

Наконец, они ушли, и я зашёл с козырей.

— Сервис нельзя показывать в пятницу.

Глаза Со Ён в изумлении распахнулись:

— Почему⁈ Он же готов…

— У меня есть некоторые неприятности с господином Муном, — поморщился я. — Чтобы попасть в релиз нам необходимо будет пройти техническое ревью, а со вчерашнего дня он бомбит меня придирками, которые иначе и не назвать. Сложность задач несопоставима. Если сегодня мы объявим о том, что у нас имеется готовый сервис, то господин Мун легко растянет ревью на несколько недель.

Со Ён улыбнулась:

— Я думала о таком варианте, господин Чон!

Да, ёкарный бабай, снова-здорова. Ладно, хорошо. Мне не привыкать, легко «повыкаю».

— Сегодня на летучке буду говорить об этом отдельно.

— Да? Какой у вас план, госпожа Сон?

— Хороший, господин Чон, хороший! Я сегодня пришлю вам ещё ряд комментариев, постарайтесь до конца рабочего дня внести исправления, пожалуйста.

— Конечно, госпожа Сон…

— Стой… Мы опять, да? —засмеялась Со Ён и легонько шлёпнула меня по плечу. — Ах, Ван Ги, это даже забавно. Мы же давно на «ты».

Я вежливо улыбнулся. А девушка тем временем поправила волосы, ещё сияя, но через секунду лицо её померкло.

— Говоришь, вчера Мун Джи Сонг стал сам не свой? — ахнула она.

Ну, кажется, лёд тронулся. Я с сокрушённым видом кивнул. Давай, двигай мысль дальше.

— Боюсь, я знаю, в чём дело, — прикрыла она рот ладошкой. — Добрый Ван Ги… Это, наверное, из-за меня…

Она хороша. Вот серьёзно. Сама до всего…

— В понедельник вечером мы общались с господином Ви Ин Соном… Было общее собрание команд, и я… Я… Сказала, что очень довольна твоей работой в команде и хотела бы поднять вопрос о повышении. Это могло разозлить господина Муна?

Так, вот это было неожиданно. Приятно, конечно, но неожиданно. Я, правда, хотел, чтобы она связала другое событие и избавила меня от необходимости превращаться в ябеду.

— Могло, — только и смог я выдавить из себя. — Да, наверное, так оно и было. Спасибо, Со Ён, за доброе слово.

— Всё будет хорошо, Ван Ги. Я обо всём позабочусь. Это же моя работа. Ты свою сделал прекрасно!

На кухню вошёл Ким Тхе, увидел нас, беседующих, и сразу же присоединился. Вид он имел загадочный, хитрый. Встал, молча, рядом. Сегодня пришёл без презентов для Со Ён, или же у неё на столе какая-то безделушка ожидает, а?

Надеюсь, он послушал мои вчерашние советы.

— Как прошёл твой вечер, Тхе? —спросила у него Со Ён.

— Плодотворно, — посмотрел на меня аналитик. Глаза у него были красные от недосыпа. — Очень плодотворно.

— Пойду работать, — засобирался я. Меня ждало очередное унижение от господина Муна.

В былые времена, я бы уволился в тот же день после того, как столкнулся с подобной ситуацией. Даже несмотря на то, что частенько такой стресс создавали искусственно как раз с целью выдавить работника из проекта. Иногда сотрудника уволить приказом нельзя, и будет хорошо, если он сольётся сам. Зачем же страдать там, где тебе не рады?

Но вот есть дилемма. Здесь я такой радости никому не предоставлю.

[1] Пулл-реквест — изменение кода готовое к слиянию с общим кодом.

Глава 19

На нашей ежедневной летучке, после скучного, но старательно бодрого отчёта каждого участника команды о плодотворной работе на благо корпорации Тонгкан, и случилось то, чего так ждало прогрессивное человечество. Под финал и разбор общих вопросов Со Ён всё-таки объявила о том, что собирается добавить в пятничную демонстрацию наш сервис. Я сдержал эмоции, мысленно испустив протяжный вздох, а затем с интересом принялся наблюдать за реакциями остальных.

Реакции меня не разочаровали. Вот совсем! Та самая ситуация, когда все были в курсе секрета, и вот он выплыл наружу. Мун Джи Сонг картинно открыл рот в изумлении, Ким Тхе тоже слишком показушно удивился. Одна только Ли Ю До хорошо справилась с лицедейством. Если бы я не знал, что она копается в сервисе уже не первый день, то ошибочно предположил бы, что тестировщица и правда не в курсе дел.

Однако новость была преподнесена совсем не для команды. Новость была для заказчика, подключившегося к нам удалённо. Вместе с господином Ли сегодня на встрече присутствовал и господин Пак.

Обитатели нашего офиса остались на этой летучке на своих местах, уставившись в мониторы и вслушиваясь в наушники корпоративных гарнитур. В переговорку не пошли, там снова глючила аппаратура для конференций, и, скажу прямо— слава Богу. Не люблю я куда-то ходить на собрания. Камеры и микрофоны изобретены не просто так!

Кстати, появление Пак Джон Сока, человека госпожи Сон, меня сразу настроило на нужный лад. Этот человек был поддержкой и опорой Со Ён и на совещания не ходил, а тут вдруг явился. Понятно, кто его вызывал. И для чего — тоже не секрет. Да, я надеялся, что госпожа Сон образумится и не станет торопиться, но… Что сделано, то сделано. Будем работать с тем, что имеем.

Пак Джон Сок, кстати, очень сильно рисковал в своей поддержке дочери председателя. Не сыграет ставка на амбициозную девушку, и окажется пожилой аджосси на улице. Ну или в какой-нибудь провинции будет цвета кнопочкам заказывать в мобильных приложениях, с индусами в проекте.

Когда первый эффект театральной зарисовки прошёл, начали проступать реальные эмоции, и Мун Джи Сонг первым ринулся в атаку:

— Сервис кандидатов⁈ — изумился он. — Вы хотите показать сервис кандидатов в эту пятницу? Но… Это невозможно. Он же даже не начат.

А здесь получилось фальшиво. Очень фальшиво.

— Спешу вас обрадовать, господин Мун Джи Сонг. Благодаря прекрасной команде, взявшей на себя эти риски, мы смогли приблизиться к идеальному старту. Не обошлось без переработок, но всё на благо компании Тонгкан Солюшен, — поклонилась камере девушка. — Они непременно будут премированы. Господин Мун, вы собрали прекрасную команду. Без неё такой результат был бы невозможным. Хочу сказать, что получилось великолепно. Но не хочу портить сюрприз господину Паку. В пятницу вы всё увидите сами.

— Какая чудесная новость, — сдержанно удивился тот. — Столь загруженная команда и выполнила задачу, которая не планировалась. На самом деле изумительный результат! Надеюсь, это нас накормит.

Господин Ли как-то погрустнел. Этот явно не собирался играть на стороне Пак Джон Сока. Мол, мой ханок на окраине и разбирайтесь сами, а мне бы до пенсии дотянуть.

— Теперь я понимаю, что происходит, — заявил Мун Джи Сонг. — Печально, что работы над сервисом прошли мимо меня, но, должно быть, тому есть причина. Однако последствия её я ощутил всецело, госпожа Сон.

Он облизнул пересохшие губы, отёр пот, потому что боковым зрением увидел, как Со Ён к нему повернулась.

— К сожалению, пострадали наши основные цели, — продолжил наш менеджер. — Могут не попасть в релиз запланированные задачи господина Ли.

Заказчик Ли очень неохотно посмотрел в камеру и покачал головой, мол, да-да, как ужасно. Но на его лице читалось желание сымитировать потерю соединения с интернетом и исчезнуть из встречи, до лучших времен.

— Я не понимал, что происходит, до этого момента. Качество резко упало. Актуальные задачи исполнены из рук вон плохо, и я повторяю ещё раз — существует риск не выполнить цели спринта[1]. То, что сделано сейчас не может идти даже на тестирование. Потому что выполнено безобразно! Тому есть объяснение. Опасаюсь, что наши разработчики работали сверхурочно и, опасаюсь, ещё и перепутали приоритеты задач…

— Печально это слышать, — вздохнул морщинистый Пак Джон Сок, хотя на его безмятежном лице ни единый мускул не дрогнул. — Госпожа Сон, это действительно навредило задачам господина Ли? Напоминаю, что приоритет сервиса кандидатов не так высок, как…

— У нас есть ещё время до пятницы, господин Пак, — деловито перехватила разговор Со Ён. — Уверяю, команда разберётся со всеми техническими неточностями и взятые в работу задачи будут выполнены в полном объёме. Ведь мы одна команда, и за то, что цели не будут выполнены, ответить придётся нам всем.

А вот это точно было направлено в адрес Мун Джи Сонга, и менеджер это понял.

— Если работник устал, из-за переработок, он перестаёт приносить ценность команде. Вы не должны были… — буркнул он.

— Что я не должна была? — холодно спросила у него Со Ён. Битва великих якодзун началась!

— Вы не должны были изматывать разработчика своими задачами в ущерб общим целям! — не отступил менеджер.

— Мне кажется, что ваши обвинения довольно неконструктивны, господин Мун. Я бы предложила запарковать этот вопрос и вернуться к нему позже, —голосом Со Ён можно было водку охлаждать. — Задачи господина Ли имели более высокий приоритет и, судя по бернчарту[2], выполняются в срок и в должном объёме.

— Но качество! Качество! — почти закричал Мун Джи Сонг.

— Мы должны рассмотреть это отдельно. Возможно, вы несколько преувеличиваете. Но если качество действительно снизилось, то это и вправду тревожный знак. Предлагаю поставить сегодня на вечер встречу, где мы вместе обсудим падение качества и действительно ли всё так серьёзно, как вы говорите.

— Но это грубое нарушение всех процессов, госпожа Сон, — не отступил менеджер. — В результате тайной разработки наш сотрудник оказался перегружен! Из-за чего упало качество актуальных задач.

— Господин Мун… Полагаю, этот вопрос мы можем вынести на ретроспективу[3]. Я не ошибаюсь, вы выполняете должность скрам-мастера команды? — ввернула Со Ён. — Мне неловко делать за вас вашу работу.

Несколько секунд Мун Джи Сонг хлопал ртом, как рыба, но всё-таки взял себя в руки:

— Вы совершенно правы. Мы обсудим это позже. А сейчас я прошу учесть, что ещё не видел самого кода сервиса кандидатов. Мне потребуется время, чтобы изучить его, для технического ревью. К пятнице мой анализ будет готов, только если всё идеально написано. В чём, к моему превеликому сожалению, у меня нет никакой уверенности, из-за нелепых ошибок разработки в задачах господина Ли.

Он мстительно улыбнулся:

— Я обязан всё тщательно проверить. На что у меня нет времени, так как в приоритете задачи, вошедшие в план, и у них есть проблемы. Я же, всё-таки, один и не могу разорваться.

— Да, кстати, об этом, — Со Ён сидела перед камерой как девочка-отличница, сложив перед собой руки и держа осанку, будто и не ругалась ни с кем только что. — Я разговаривала с руководителем направления, о кросс-функциональном ревью. В целях обмена опытом между командами было принято решение об экспериментальном взаимодействии, для повышения культуры кода в наших подразделениях. Мы должны двигать Тонгкан Солюшен вперёд и делиться знаниями. Поэтому мне удалось договориться о проведении ревью со стороны команды ДИТ ОНИ, как по клиентской, так и по серверной части. Они готовы приступить в любой момент. Господин Чон, вы сможете подготовить всё для того, чтобы наши коллеги смогли начать?

— Конечно, госпожа Сон, — сказал я. Молодец, девчонка. Предусмотрительно.

— Вы не можете принимать такое решение! — взвился Мун Джи Сонг. — Вы должны были заранее поинтересоваться мнением команды! Нашим коллегам может быть некомфортно! Также прошу учесть уровень конфиденциальности. Напомню вам, госпожа Сон, что ДИТ ПКС имеет повышенный уровень конфиденциальности данных, и…

— Сервис кандидатов не требует допусков и, может быть проанализирован на уровне внутреннего взаимодействия в отделах. Здесь нет никаких нарушений. Я обсудила это с господином Ви Ин Соном.

Имя руководителя проектов остудило пыл вновь заводящегося Мун Джи Сонга. Что, занервничал, бедолага? Подумал, что убогие исключения по табельным номерам сотрудников всплывут и вызовут вопросы? Ух, как бы его кондратий не хватил на нервной почве.

— Простите, я не уверен, что мы сейчас должны это всё обсуждать, — вмешался заказчик Ли. Он подслеповато хмурился в камеру, протирая очки салфеткой. Над верхней губой блестел пот. — Может быть, мы с господином Пак Джон Соком продолжим работу? Кажется, ситуация в обсуждении внутренняя, и нам бы не хотелось…

— Да, я всецело согласен с господином Ли, — пробурчал заказчик Пак.

— Да-да, господа, конечно. Летучка подошла к концу, мы останемся для обсуждения деталей, — моментально переключилась Со Ён. Снова улыбается, снова готова помогать и блистать. Хорошо играет.

— Доброго дня, — один за другим попрощались заказчики, и мы остались одни.

— Госпожа Сон, вы ставите под угрозу весь спринт, — нарушил молчание Мун Джи Сонг, хоть и без особой страсти. Играть сейчас было уже не на кого, публика ушла.

— Сомневаюсь. Насколько я понимаю, задачи господина Чон выполнены и просто задерживаются в проверке, — сказала госпожа Сон.

— И как я уже объяснил, задержка вызвана крайне низким качеством кода. Которое случилось из-за перегрузки команды разработки. Я как одержимый повторяю одно и то же! Поймите, госпожа Сон, чем больше взваливать на работника, тем больше он допустит ошибок! Это аксиома! Мы должны думать о своих людях, ведь никому из нас не нужны инциденты от клиента, правда же? Одним из принципов корпорации Тонгкан является ответственность за качество. Чего сейчас я совсем не наблюдаю! Это не код, это… Это порождение больного разума.

Я скрипнул зубами, но промолчал.

— Я уверена, что все вместе вы сможете устранить погрешности, — без улыбки сказала Со Ён. — Ведь это команда профессионалов, верно? Соберитесь после звонка, пройдите вместе по требованиями, по разногласиям вашим и разрешите их. Но прежде, господин Чон, я жду от вас пулл-реквеста по нашему сервису. Я перешлю вам фамилии сотрудников, которые будут делать ревью вашего кода. Дайте им, пожалуйста, доступ к репозиторию. Хорошо?

— Да, госпожа Сон, — поклонился камере я.

Мун Джи Сонг будто уменьшился. Бледный как меловая бумага, он вяло пошевелил губами, но спорить дальше не стал. Признал поражение. Мда… А девчонка-то молодец. Менеджера госпожа Сон разорвала как тузик грелку. Дурного, конечно, слабенького, но всё-таки менеджера! У которого был какой-никакой, а всё-таки опыт работы в корпорации.

А сама Со Ён только с обучения прилетела и уложила на лопатки местного зубра. Далеко пойдёт.

Но чего её так кидает-то, из наивности в акулоподобие? В отношениях тоже так колбасит, интересно? Люблю утром, ненавижу днём, мне плевать вечером?

Впрочем, неважно это всё: личное пусть остаётся личным. Главное, что офисный раунд остался за нами. И пусть война ещё не выиграна, но есть все шансы на победу.

Все мои задачки закрылись к вечеру. Не потребовалось даже воевать за каждый комментарий и собирать отдельное совещание, как хотела Со Ён. Мун Джи Сонг просто перестал спорить и одобрил каждый пул-реквест, как делал это всегда до этого. Демонстрация власти закончилась. Менеджер, совершенно точно, сломался. Он потерянно сидел у своего компьютера, глядя в монитор. Думу думал коварную, не иначе.

Или же просто существовал. У меня после жёстких эмоциональных качелей бывает состояние овоща. Денёк могу так просидеть. Или это уже возраст?

Ладно, здесь, кажется, отлегло. Теперь осталось понять, что за разработчики придут проверять мой код, и когда они начнут это делать. Но и здесь всё оказалось совсем хорошо. Потому что первый комментарий по сервису я получил от специалиста по клиентской части уже ближе к вечеру. В отличие от Мун Джи Сонга, здесь всё было корректно: с вопросами, с уточнениями и с советами. Я даже согласился с замечаниями. Это нормально, когда можно улучшить код ради общего дела.

Ровно в 18.00 наш менеджер покинул офис, а ровно через минуту за ним выскользнула и Ли Ю До. Госпожа Сон проводила тестировщицу взглядом, и её красивые брови нахмурились. Ёлки-палки, неужели начала что-то подозревать?

«Мы победили!» — написала мне Со Ён в мессенджер. Накидала кучу радостных эмодзи. Я отделался большим пальцем вверх. Уверен, что девушка рано радуется, однако видеть её сиюминутный триумф было приятно. Я поймал её взгляд над монитором, улыбнулся в ответ, а затем тупо уставился в экран.

А ведь у меня состояние схожее с состоянием Мун Джи Сонгом. Буря страстей не прошла мимо. Теперь вообще ничего не хочется делать. Завтра. Всё завтра.

Поэтому я принялся собираться. Поймал изумлённый взгляд Ким Тхе. Аналитик даже наушники снял.

— Ван Ги! Что с тобой? Что-то случилось⁈

— Тяжёлый был день, — признался ему я. Со Ён состроила сочувствующее личико. Ким Тхе понимающе закивал.

— Да, денёк был что надо. Госпожа Сон! Кажется, мы останемся одни!

Улыбка моментально испарилась с лица Со Ён. Я же подмигнул ей, хлопнул Ким Тхе по плечу и покинул офис. Солнце ещё не зашло, можно и прогуляться. Найти какую-нибудь бутербродную и схомячить что-то вредное и вкусное, глядя на прохожих. В парке каком-нибудь посидеть.

Этим я и занялся. Старательно. Даже когда стемнело, то я ещё часа два блуждал по залитым неоном улицам Сеула. Потому что не слишком-то сильно хотел домой. Почему?

Пу-пу-пу… Как бы так помягче сказать…

Потому что Страйгор меня откровенно задолбал. В понедельник вечером он бросился на меня со шкафа. Во вторник утром цапнул за мизинец на ноге, тихо-тихо подкравшись. А сегодня ночью пушистый мотиватор уронил на меня книгу. Я, ёкарный бабай, даже не знал, что в этой квартире они есть. Полка с ними нашлась как раз над кроватью!

Кот, короче, бесновался. Всё пытался погрузить меня в нужный уровень переживаний, чтобы пробудить силу. У него ничего не получалось, а я всё больше и больше думал о том, чтобы переночевать на работе. Там, в целом, можно недурно устроиться. И не надо тратить время на дорогу, что хороший бонус. Кот у меня не дурак, туалетом пользоваться научился, значит, и кран повернёт с водой, и голову в мешок с кормом засунет. Не пропадёт, короче.

Однако это будет последняя мера. Страйгор, всё же, хотел как лучше. Но ничего у него не получалось. Сила замедления времени больше не просыпалась. Это, в целом, логично. Потому что, всё-таки, есть разница между ситуациями, вызывающими этот самый стресс. Задавить ребёнка, это разделить жизнь на до и после. Совсем другой уровень, чем у внезапного укуса бело-рыжего кота. Я пытался это объяснить, но Страйгор на мои попытки вразумить его не реагировал. Он ведь лучше знал. Он ведь архмаг, а не земная шелупонь.

«Раз уж не чувствуешь потоков и не в состоянии очистить сознание», — мстительно заявлял кот. «То нет другого способа заставить тебя чувствовать».

Короче, домой я возвращаться не хотел, но… Не на улице же оставаться. Тут ведь уже холодает. Не май месяц, чай.

Долг пересилил опасения, но перед этим я, конечно, заглянул в один интересный бар, где залил в себя кружку нефильтрованного светлого. Один, у стойки, с мечтательным выражением лица. Барменша что-то мне говорила, вроде даже флиртовала, а я не обращал ни на что внимания и смаковал забытый вкус. Очень хотелось вяленого леща.

В Южной Корее можно же купить вяленого леща, а? Или здесь это оружие массового поражения похлеще летучих мышей из китайской Ухани?

Леща я, в итоге, не нашёл, но среди многообразия различной вялено-сушёной рыбы мне таки удалось отыскать солёного, а не маринованного желтохвоста. Пиво тоже нашлось, пусть и не такое вкусное, как в любимом баре на Ленинском проспекте. Но пока я добрался до дома, настроение пить и кушать пропало, так что я сунул принесённое богатство в холодильник. Перед этим, конечно, пройдя тщательную инспекцию от Страйгора.

Кот внимательно изучил сушёную рыбу, затем с изумлением откашлялся и посмотрел на меня как на сумасшедшего. Странно, что он удержался от ядовитого комментария.

Пу-пу-пу… Ну что, начинается финишная прямая с этим сервисом, да?

[1] Спринт — промежуток времени, в который ведётся работа от планирования, до завершения набора задач. Бывают трех-двух и однонедельные. Попытка скушать слона по кускам.

[2] Бернчарт (Burndown Chart) — диаграмма, показывающая количество сделанной и оставшейся работы

[3] Ретроспектива — обсуждение проблем и успехов произошедших в результате работы в спринте. Вотчина скрам-мастера.

Глава 20

Четверг прошёл так, словно ничего и не произошло днём ранее. Текучка проекта, пожелания от Со Ён по доработкам. Меня совсем никто не трогал, а специалисты из смежного отдела особо и не лютовали по предоставленному коду. Отметили несколько спорных мест, но в данном случае это было улучшением кода в обсуждении, а не продавливание единственно верного подхода.

Однако я не расслаблялся. Знаю, что за всей этой неспешностью прячется куча сокрытой от глаз простого разработчика бюрократии. Согласования, подтверждения, пересылки, отметки в чеклистах. Мне, как младшему помощнику старшего подметалы такие тонкости никто и не думал рассказывать. Со Ён постоянно торчала в созвонах, и мне нравилось наблюдать за тем, как она убеждённо и жарко настаивает на чём-то.

Правда, приходилось ловить себя на мысли, что веду себя как какой-то сталкер, следящий за айдолом, чтобы в один прекрасный момент облить последнего кислотой или же оторвать кусок одежды. В такие моменты я отрывал взгляд от дочки председателя и возвращался к работе.

Я был уверен, что удар от Мун Джи Сонга вчерашний не окажется последним. Он, всё-таки, должен выполнить распоряжение сверху, и было совсем не похоже на то, что начальник решил всё спустить на тормозах. Плюс ко всему, чего ждать от Ли Ю До я тоже пока не понимал.

Ночью, кстати, мне снился крайне недовольный голос, разочарованный тем, что я не пошёл к Со Ён со слухами об отношениях между Мун Джи Сонгом и Ли Ю До. Голос уверял, что это категорически неправильно, и что любой разумный человек так бы не поступил. Что я сам поставил судьбу Со Ён под удар.

Голос мешал спать, и я ворочался, не в силах ответить критику, но, к счастью, вскоре сон сменился другим. В новом видении началось нашествие гигантских мышей, вышедших из моря и теперь съедающих острова Японии. Против серых мокрых титанов выступали бронированные механизированные коты, подозрительно напоминающие Страйгора, и, собираясь в одного огромного Котатрона, они испепеляли серых мышей лазерами из глаз. Всё вокруг бурлило, шумело, кипело и оглушительно пищало. В небесах плыли огненные надписи: «Почему ты не захватываешь мир, Чон Ван Серый?»

Короче, второй сон был странный, но гораздо приятнее первого. В нём не надо было объяснять некоторые моральные принципы, удерживающие меня от тех или иных поступков. Просто смотри за войной кошек да мышей и наслаждайся. Чего ещё желать?

В общем и целом: четверг прошёл без эксцессов. Я ушёл с работы последним, уже пройдя ревью по клиентской части и почти закончив с серверной. За пределами нашего уютненького и пустого офиса Башня Тонгкан так и гудела суетой. Здесь многие работали даже не по 12 часов в день, а больше, отдавая свои тела и души на благо корпорации.Даже неловко как-то было выходить из пустого кабинета.

Ну и ошибочно могло показаться, что перед решающим днём (пусть у нас и оставался двухнедельный буфер), из команды нашего ДИТ на работе засиделся только я, но…

Зелёные значки напротив имен в корпоративном мессенджере однозначно подсказывали, что это не так. Со Ён и Мун Джи Сонг по-прежнему были на связи. А ещё светилась улыбающаяся аватарка Ким Тхе. Тоже пашет в поте лица.

Единственный, кто отдыхал в этот вечер, была Ли Ю До. Меня это совершенно не удивило. Тестировщица нанесёт свой удар в пятницу, или я не я. Это будет сделано максимально невинно, так как только девочки и умеют. В руках у неё будет молоток, и она станет заколачивать им гвозди с крышку гроба Со Ён, но вид будет совершенно невинный.

Но ничего, справимся.

Утром я пришёл на работу раньше всех, чтобы хоть так проконтролировать ситуацию. Сел за своё рабочее место, пальцы привычно легли на клавиатуру. Клац-клац.

Ничего. Экран как был тёмным, так и остался. Клац-клац. Никакой реакции. Я проверил провода питания. Затем отключил батарею, вставил её обратно. Поменял розетки, убедившись, что они работают. Спустя несколько минут различных манипуляций я прекратил попытки. Ну, очевидно: вместо ноутбука у меня на столе оказался бесполезный кирпич. Во внезапность поломки верить я, разумеется, не собирался.

Компьютеру, определённо, помогли сломаться. И когда в офис вошёл Мун Джи Сонг, с очень хитрой улыбкой, я также хитро улыбнулся ему в ответ. Интересно, он сам это сделал, или у него есть для таких вещей замазанные в схеме коррупции администраторы? Я знаю несколько способов, как удалённо вывести компьютер из строя. И каждый из них надёжнее молотка по экрану.

Полагаю, знание это не священно и я не один такой.

— Что-то случилось? — елейным тоном поинтересовался у меня Мун Джи Сонг. Он даже руки потирал от удовольствия.

— Боюсь, что да. Мой компьютер не работает…

— Ах, какая печаль. Ужасно. Но ничего страшного. Сейчас я оформлю запрос на замену.

Он сел за свой стол, по-прежнему улыбаясь и бодро продолжая.

— Спасибо корпорации Тонгкан Солюшен за то, что у нас всегда есть техника на любой случай жизни. Он ведь у тебя старенький был, да? Не удивительно. Техника всегда подводит в ненужный момент.

Сокрушённый вздох, а на устах улыбка. Я тоже не мог удержаться от ироничной усмешки от такого спектакля.

— Сейчас пойдёшь в отдел поддержки на семнадцатом этаже, там тебе выдадут новый компьютер взамен старому.

— Благодарю, —поклонился я.

— Не стоит, это моя работа, чтобы вам всем было комфортно приносить пользу компании, Чон Ван Ги.

На семнадцатом этаже меня промариновали почти два часа. Техника на замену нашлась, но ей потребовалась установка кучи сертификатов и дополнительного программного обеспечения. Плюс пачка бумаг на подпись. Когда я с новеньким ноутбуком вернулся к нам в офис — госпожа Со Ён сидела за компьютером белая как смерть.

— Господин Чон! — сдавленно позвала она меня. — Я ищу вас с самого утра! Вы же помните, какой сегодня день?

— Помню, госпожа Сон. У меня образовались технические трудности…

— Я разве вам не сказал? — удивился Мун Джи Сонг. — Да-да, у господина Чон случилась неприятность с ноутбуком. Он сгорел, как я понимаю. О, я был уверен, что говорил об этом.

— Нет, не говорили… — потерянно сказала Со Ён, взгляд девушки стал умоляющим. — Простите меня, господин Чон… Я думала, что вы… Неважно. Что-то произошло с сервисом, господин Чон! У нас демонстрация через час, а я никак не могу туда попасть. Мне возвращает ошибку, что нет такого адреса. Вы можете посмотреть? Мы очень спешим.

— Конечно, госпожа Сон, — поклонился я, прошёл мимо коллег к своему столу. Обменялся ядовитыми улыбками с Ли Ю До. Тут прямо операция прошла, как я погляжу. Но ничего. Спасибо хорошей памяти, я знал, где и что искать. Привык уже к миграциям за годы службы. А то ведь когда тебе технику меняют, то столько потом восстанавливать нужно паролей да логинов. Ссылок, закладок, наборов горячих клавиш.

Но кто сталкивался хотя бы раз с таким процессом, тот всегда немного параноик и у него всегда лежит в заначке нужный файлик. Там, где запрещено политикой компании, но тут либо так, либо никак.

Так что уже через несколько минут я понял, что произошло и почему. Сервиса не было. Его просто снесли, вместе с репозиторием. Все конфигурационные настройки, исходники, инструкции по сборке приложений и виртуальных машин. Короче, ничего не осталось.

Пу-пу-пу…

В мессенджере уже висело сообщение от Со Ён. Причём не одно. Она писала мне с самого утра, пока я разбирался с новым компьютером у специалистов технической поддержки. Дочка председателя за пару часов прошла путь от смутной тревоги до натуральной паники. Мда.

Так, как бы так помягче сказать Со Ён, что демонстрации у неё сегодня не будет? Сервис натуральным образом уничтожен, а его исходники погибли вместе с ноутбуком. Да, есть некоторые нюансы, но сейчас их озвучивать я не собирался.

Надеюсь, здоровье у неё в порядке.

— Господин Чон! — Со Ён встала из-за своего стола и подошла ко мне. Заглянула в экран: — У вас есть какие-нибудь новости?

— Наш репозиторий с кодом сервиса недоступен, — ответил я. — Полагаю, он удалён. Так же, как и всё тестовое окружение.

— Уничтожен? — ахнула Со Ён. В глазах заблестели слёзы, но девушка тряхнула головкой. — Уничтожен⁈ Что это значит, господин Чон.

— Удалён с серверов, — терпеливо перефразировал я.

— Что-то произошло? — с невинным видом поинтересовался Мун Джи Сонг. — Может быть, я смогу вам помочь, коллеги?

Конечно, сможешь! Понятно же, откуда все ноги растут.

— У нас пропал сервис кандидатов, — я с любопытством уставился на начальника. Ну, давай, расскажи нам. Ты же прямо светишься изнутри от торжества. Брось ещё пару лопат земли на свою могилку. — Вчера вечером он ещё был доступен, а с утра 404 ошибка.

— Этого не может быть, — категорично отмахнулся Мун Джи Сонг. — Если вы внесли репозитории в реестр на миграцию, то всё должно было произойти штатно и не вызвать никаких затруднений. Ночью было регулярное обновление. Проверьте, всё должно быть на месте.

— Реестр на миграцию? — нахмурился я. — Для сервиса кандидатов? О чём вы, господин Мун?

— Вы же внесли ваши рабочие репозитории в реестр? — натянуто встревожился Мун Джи Сонг. — Ну что же вы, господин Чон. Как же так…

Теперь на меня смотрел весь отдел.

— Нет, господин Мун, не внёс, — сокрушённо вздохнул я. — Разве не должно было быть каких-нибудь оповещений?

Со Ён ахнула и чуть осела, но справилась с эмоцией. Да и о стол опёрлась. Соберись, дочь председателя!

— Ох-ох-ох, господин Чон, — зацокал языком Мун Джи Сонг, не скрывая радости. — В корневом каталоге же был файл README[1]. В нём было описано, как вносить нужные репозитории, чтобы они не были потеряны во время миграций. Неужели вы не читали? Команда поддержки иногда очень внезапно запускает свои обновления. Нет, ну как же так? Это ведь базовый этап!

Я промолчал, потерев лоб.

— Кажется, господин Пак будет опечален такими новостями, — не замедлил додавить меня господин Мун. — Ох-ох-ох, господин Чон, вы стали очень невнимательны. Полагаю, это из-за усталости. Мне очень жаль, что так вышло, господин Чон. Я предупреждал вас о том, что перегруженные работники совершают порою очень досадные и трагические ошибки.

Мне хотелось его ударить. Натурально. Пусть никаких бед его действия мне не несли, но стукнуть бы охламона хорошенько! Фу таким быть. Но так в корпорации Тонгкан не поступают.

Разочарование в глазах Со Ён резало сердце, довольный вид Ли Ю До бил по печени, а растерянность Ким Тхе колотила по почкам. Короче, меня тут просто измордовали! Ладно, хватит это терпеть. Спектакль коллегушек я посмотрел, теперь время моего шоу.

— Значит, придётся восстанавливать из резервной копии, — вздохнул я. — Госпожа Сон, предлагаю, мы должны перенести демонстрацию на понедельник. Мне потребуется заново настроить всё окружение, и за полчаса я никак не успею.

— Резервная копия⁈ — опешил Мун Джи Сонг. — Вы использовали внешние хранилища для передачи кода корпорации⁈ Это грубейшее нарушение, господин Чон!

— Сервис не пропал? —не услышала его Со Ён. — Вы можете его восстановить?

Я продолжил:

— Господин Мун, я свято чту кодекс Тонгкан Солюшен. В readme инструкции был указан репозиторий для временных данных и описание шагов по хранению. Ведь по правилам нашего кластера дорелизный код можно переносить при миграции только в виде временных данных. Вносить такие сервисы в реестр запрещено, до момента первой приёмки. Я думал, вы знали об этом, господин Мун. У нас есть официальная резервная копия!

— Официальная резервная копия?… — только и повторил он.

В глазах Со Ён полыхала надежда. Ух, какие качели я тебе устроил, красавица. Прости за это старого хулигана. Не со зла, а из любви к искусству. Никак не мог удержаться от такого поворота.

— Надеюсь, до понедельника новых миграций не случится, — сказал я и снова поклонился начальнику. — И мы сможем презентовать господину Пак нашу работу.

Мун Джи Сонг не ответил. Он воткнул взгляд в свой экран и снова побелел лицом. Ага, здесь понятно: с саботажником пока разобрались. Теперь к дочке председателя. Нужно привести в чувство красавицу.

— Просите за задержку, госпожа Сон. Обстоятельства были сильнее меня.

Она порывисто шагнула ко мне, коснулась плеча, а затем справилась с порывом и так же резко отшатнулась, одарив на прощание благодарной улыбкой.

Я же говорил, что параноик. Так что к варианту утраты кода всегда готов. Опять же, резервных копий у меня никогда не бывает в одном экземпляре и в одном месте. Не первый день в айти.

Так что теперь оставалось лишь всё восстановить и заново развернуть для использования. Мун Джи Сонг снова остался ни с чем.

Господин Пак на информацию о переносе демонстрации ничего особенно и не сказал, лишь тяжело вздохнул и послал в камеру такой печальный взгляд, что даже меня прошибло. Однако направлялся он, несомненно, Со Ён. И зашифрованное в нём послание легко читалось даже мною. Заказчик понял, что ошибся со ставкой, и перенос демо это лишь первая ласточка. Но с этим пусть разбирается госпожа Сон. В такую политику мне лезть пока не с руки.

К концу рабочего дня я отправился за чаем на кухню, и не успел набрать себе кипятка, как услышал за спиной:

— Зачем тебе это, Ван Ги? Зачем ты всё это делаешь?

Я обернулся. Мун Джи Сонг выглядел очень усталым и измотанным.

— Что именно, Джи Сонг? — спросил я. Затем бросил чайный пакетик в воду. Подлил сверху немного холодной воды. Раз мы говорим по-свойски, то почему бы и не опустить фамилии.

— Это, Ван Ги. Всё это… Я же просил. Мы должны были просто переждать месяц. Всё. История пришла, история ушла. Ты бы получил свою прибавку. Ты же ради прибавки так стараешься, признайся!

Я пожал плечами.

— Отступись, Ван Ги. Я говорю тебе это не как начальник. Говорю тебе как друг. Я ведь пытаюсь спасти тебя. Они же поймут, кто разрушил их планы, Ван Ги. Они же придут к тебе потом. И отомстят.

— Это угроза? — вздёрнул бровь я.

— Нет, Ван Ги, это не угроза. Я пытаюсь всё вернуть так, как было. Чтобы никто не пострадал. Чеболи поиграют и пойдут дальше, а мы останемся там же, где и всегда. Здесь. Это ведь их дела, не наши. Я же стараюсь защитить тебя.

— Джи Сонг, я не нуждаюсь в защите…

— Они страшные люди, Ван Ги, — понизил голос Мун Джи Сонг. — Ты не смотрел по сторонам, наверное, если не понял. Тебе никто не поможет, если они решат испортить тебе жизнь. Ты либо будешь делать то, что они скажут, либо… Либо тебя не станет.

Он облизнулся. Отёр пот со лба.

— Отступись. Я не стану покрывать тебя, когда они придут ко мне с вопросом, как так вышло, что задание председателя не выполнено.

— Они связаны с председателем? — уточнил я.

— Нет… Они… — он опомнился. — Чон Ван Ги, ты слышишь меня или нет? Я последний раз прошу тебя, отступись. Дай мне шанс вернуть всё так, как было прежде. Я сделаю так, что тебе удвоят зарплату. Ты же хотел повышения?

— Кто эти загадочные они, Джи Сонг?

— Скажешь днём — подслушают птицы, скажешь ночью — подслушают мыши, — покачал головой менеджер. О, по классике ударили. Хорошо.

— Умная кошка ночью не видит, да? — хмыкнул я.

— Вот именно, Ван Ги. Вот именно. Подумай над моими словами.

Он развернулся и, снова отерев пот со лба, вышел из кухни. Я же отхлебнул чая, прикрыв глаза от наслаждения вкусом. Интересный вышел разговор, и, исходя из него, можно осторожно заметить, что госпожа Сон к коррупционным схемам отношения не имеет. Эти загадочные «они» скорее всего люди, сломавшие Мун Джи Сонга. И им очень не улыбается видеть дочку председателя поблизости от занятых территорий.

Это любопытно.

Интересно, как далеко они вообще пойдут, м?

[1]README — текстовый файл с инструкциями

Глава 21

На выходных я, как обычно, собирался помочь коту Страйгору захватить мир. Ну, или он собирался помочь мне, это уже детали. Вечером капнула зарплата, машина на выходные была уже забронирована, на сей раз в прокате поближе к месту жительства. Так что я позволил себе в пятницу вечером открыть пиво и включить на телефоне какой-то простенький сериальчик, про чудаковатого архитектора и его друзей, заседающих дни напролёт в каком-то баре, и при этом успевающих пережить огромное количество приключений, прежде чем упасть в суровые объятья реально взрослой жизни.

Пиво я пил прямо из бутылки. Рядом на расстеленном пакете разложил вяленого желтохвоста. Получилось как в студенческие годы, и, отметив, сей прелестный факт, я всецело предался праздному отдыху. Кот сидел рядом, внимательно глядя в маленький экранчик вместе со мною, и иногда настойчиво влезая в процесс с требованиями разъяснений про те или иные события. Больше всего его смущал закадровый смех. Ну, не его одного, скажем прямо.

Смотреть вдвоём сериал на одном телефоне было неудобно, но другого выбора у нас не оставалось. Квартирка у меня такая, что тут один телевизор сразу полстены сожрёт, и это если на сорок дюймов брать, по-божески чтобы. Про гигантов и не говорю ничего.

Да и дорого это! Не до телевизоров. Сейчас мы разберемся с делами, и если госпожа Сон выдержит, то, полагаю, у меня появится неплохой шанс немножечко подняться по карьерной лестнице.

Сегодня я, надо отметить, с работы ушёл своевременно. Даже раньше Ли Ю До. Когда откланивался, то тестировщица так радушно и мило попрощалась, что я сразу заподозрил неладное. Ну да пусть это будет моей понедельничьей проблемой. Выходные это святое.

А ещё святое — пиво и желтохвостик под сериал. Я получал удовольствие от каждого глотка и каждого кусочка. Да, иногда надо погнить в беззаботном потребительском экстазе. Тем более, что у меня была компания для просмотра.

На третьей или четвёртой серии Страйгору вдруг стало плохо. Он зашипел, изогнувшись, и принялся кашлять так, будто ему глотку забила шерсть. Я сначала замер в испуге, приглядываясь к архимагу и соображая где здесь можно поздно вечером найти кошачьего доктора, как вдруг понял, что кот совсем не помирает.

Повелитель Верховных Сил так смеялся. Отдышавшись, кот ткнул лапой в блондина в костюмчике и в галстуке, пытающегося странным способом соблазнить незнакомку в баре.

«Человек смешной!» — поделился со мною весельем улыбающийся Страйгор. У меня на загривке медленно зашевелились волосы от того, как жутко выглядела эта улыбка. Мышцы кошачьей мордочки будто судорога свела, обнажив вампирские челюсти и сморщив всю физиономию. В фильмах ужасов краше монстры бывают.

— Не вздумай такое изобразить на людях, — сказал я ему тихо-тихо.

«Что, серый?» — не понял кот.

— Комедии, мой друг, это не твоё, — я не успел сделать фотографию, так как встревоженный моей реакцией Страйгор уже приосанился и облизнулся, приняв типичный надменно-равнодушный вид.

«Человек был смешным!» — упрямо заявил кошак.

И в этот момент мне в дверь позвонили. Мы оба повернули головы к двери. На часах одиннадцать часов вечера. Это ещё что за история?

Я взял бутылку за горлышко, спрятал её за спиной и пошёл к двери. Здесь они хлипкие-хлипкие, совсем не как у нас. Тут, при желании, в чужую квартиру можно войти с хорошим ударом ноги. Глазка нет, цепочки нет, собаки размером с пони тоже нет. Все вводные для разгула криминала, хе-хе.

Тревоги оказались лишними: за дверью стояла Сон Со Ён собственной персоной. Она опиралась о косяк и была сильно растрёпана. Хитро улыбнулась, поприветствовав меня игрой пальчиков в воздухе.

— Госпожа Сон? — нахмурился я.

— Угадал. Мне больше некуда идти, Ван Ги. Ты один?

Я обернулся. Кот так и сидел напротив телефона, явно желая смотреть продолжение сериала. Гостья его совершенно не заинтересовала.

— Что-то случилось? — ответил я вопросом на вопрос.

— Ты один⁈ — от неё пахнуло алкоголем. Да уж, девочка, тебе бы не налегать так на крепкие напитки. Женский алкоголизм коварен.

— Один, — ответил я, наконец.

Она тряхнула головой:

— Я пройду?

— Конечно. Но… Мне нечем тебя угостить. Что случилось, Со Ён?

Девушка прошла мимо меня, пошатнувшись. Не, я знаю, что в Южной Корее пьянство это норма, конечно, но всё-таки дочка председателя плохо кончит, если не прекратит заигрывать с выпивкой. А она, как бы, мой трамплин в светлое сеульского будущее.

— Ты здесь живёшь? — удивилась Со Ён. — Это ж собачья конура, Ван Ги⁈

Ох, ты совсем не с того начинаешь, дочка председателя. Так ты друзей не заведёшь, честное слово. Со Ён принялась стаскивать кожаные сапожки. Ухватилась за мою руку. Смесь алкогольных паров и духов сбивала с ног, но я держался.

— Будешь чай? Кофе? У меня есть растворимый? — предложил я.

— Растворимый? Какой кошмар! —поморщилась Со Ён. — Буду. О, это твой кот! Какой красивый!

Страйгор не успел среагировать, как оказался в руках девушки.

— Кто у нас такой пушистый? Кто у нас такой милый? — сюсюкалась с ним Со Ён, а кот смотрел на меня, ошарашенно вытаращив глаза.

Я прошёл к чайнику, включил его. Терзать гостью одним и тем же вопросом перестал. Пусть собирается с мыслями. Страйгор вполне себе может с этим помочь.

«Отгони её!» — мяукнул кот, когда я повернулся к ним.

— Ой, а чего это мы мяукаем? Чего это мы мяукаем, мягкое брюшко⁈ Ути какое брюшко!

«Я её сейчас загрызу!» — предупредил меня Страйгор. Я ловко перехватил несчастное животное из рук Со Ён, затем опустил его на пол, и кот мигом умчался прочь, спрятавшись в коридоре.

— Осторожно, — тускло сообщил девушке. — Мог и цапнуть.

— Нет. Коты меня любят. Так, Ван Ги, я хочу, чтобы твой кот стал символом нашей команды, — решила Со Ён. — Обязательно привози его в офис! В Германии есть традиция заводить офисных животных. Пусть твой кот будет нашим, что думаешь? Там ему будет гораздо просторнее, чем здесь.

— Сахар нужен в кофе? — поинтересовался я, пропуская пьяные предложения мимо ушей.

Она кивнула. Села на стул, снова оглядела комнату.

— Айгу, неужели люди так живут…

— Я видел и хуже условия, агаши, — пожал я плечами.

— Тебе четвёртый десяток. Это всё, что…

Со Ён осеклась, но я и не думал обижаться. Всё правильно говорит.

— Прости, Ван Ги. Я пьяна.

— Да неужели? — хмыкнул я и открыл холодильник. Ну, кроме макарон и парочки замороженных куриных шницелей у меня и нет ничего. Поход за продуктами планировался завтра, а гостей никто не ждал. С голоду не помрёт моя внезапная гостья, конечно, но и у меня не борщ с пампушками.

— Они все против меня, Ван Ги. Только ты мне помогаешь, — сказала Со Ён мне в спину.

— Макароны будешь?

Она скривилась. Я тем временем поставил перед ней чашку с кофе и упаковку со сливками.

— Прошу. Как в лучших домах Ростова и Иркутска.

— Где?

— Далеко, агаши, — снисходительно отмахнулся я. Со Ён осторожно отпила, поморщилась, но второй глоток сделала уже побольше.

— Ван Ги, может, лучше поужинаем где-нибудь? — предложила девушка. — Это же будет интереснее, чем макароны…

Я обернулся, прислонился к кухне. Тут у меня, конечно, тесновато, но идти я никуда не хочу.

— Ты голодна?

Со Ён нахмурилась, прислушиваясь к себе, а затем кивнула.

— Да. Тут рядом есть хорошее место, они работают всю ночь. Идём? Мне очень надо поговорить с тобой. И мне действительно больше некуда идти.

Пу-пу-пу… Я увидел, как в комнату осторожно заглянул кот. Глаза у него были умоляющие, в них прямо читалось: «Выпроводи её!»

— Прости, Со Ён. Но мне действительно завтра вставать. Так что макароны. И куриный шницель.

Я принялся возиться с посудой. Со Ён же несколько секунд молчала, а затем выпалила:

— Сегодня вечером Ли Ю До сказала, что она не успевает с тестами. Несколько дней говорила, что не стоит волноваться, а сегодня… Сегодня сказала, что у неё готово только двадцать процентов.

Она горько вздохнула:

— Просила прощения, но… Толку мне с её прощения? Чем она только занималась? Ведь она отчитывалась мне о своей работе каждый вечер. И сегодня вдруг только двадцать процентов. А я смогла договориться о переносе демо, и о включении в релиз на следующей неделе. Чтобы точно успеть. И теперь должна буду отменить всё…

Ну так себе удар от Ли Ю До пришёл. Слабовато.

— Мне жаль это слышать, Со Ён. Но если даже небо рухнет, отверстие, чтобы вылезти, найдется.

— Мой папа любит такие поговорки, — поморщилась девушка. — Ты ведь знаешь, что это он всё устроил, да? И то, что сегодня было…. О, если бы не ты, Ван Ги, то всё бы пропало. Я так тебе благодарна!

— То, что случилось сегодня, в приличных компаниях заканчивается увольнением, — заметил я. — Саботаж на производстве, иначе и не назовёшь.

— Тонгкан Солюшен по-твоему неприличная⁈ — ахнула Со Ён.

— Агаши, ты уверена, что хочешь именно об этом говорить? — приподнял бровь я.

— Да-да, прости. Конечно, ты прав, — торопливо поправилась девушка. — Я уже не понимаю, для чего вообще пытаюсь сделать то, что пытаюсь. Родной отец стал мне худшим противником. Мне больно, добрый Ван Ги. Может, мне лучше сразу уехать? Мне не рады тут.

Я повернулся к кастрюле. Закипает. Бросил в воду ложку соли. Поставил сковороду на соседнюю конфорку и надорвал пакет с макаронами.

— Уехать всегда можно, — сказал, не оборачиваясь. — Как сложность встретилась, сразу даёшь задний ход и ищешь где попроще. Так, рано или поздно, найдёшь местечко поудобнее, поприятнее. Может быть, там даже кто-нибудь будет тебе рад, что вряд ли. Но к тому времени это перестанет быть важным. Главное, в этой истории одно: когда ты найдёшь то место, где не нужно бороться, нужно чтобы от твоей жизни осталось хоть что-то, чтобы в этом местечке пожить. Иначе всю жизнь пробегаешь зря.

— Не понимаю тебя, — помотала головой Со Ён. — У тебя есть что-нибудь выпить?

— Увы, уже нет. Я к тому, что сбежать ты всегда сможешь. Сколько у тебя времени? Месяц?

— Уже две недели… Вернее, одна. Отец обманул меня! Айгу, как же больно! Он предложил мне сделку и сразу же сам её нарушил! Я совсем не ожидала, что он настолько не хочет видеть меня в Тонгкан Солюшен! Когда я была маленькой, он…

— Отец ли? — перебил её я.

Со Ён мило нахмурилась:

— Что ты имеешь в виду?

— Что, если палки в колёса тебе ставит не он? — предположил я. — Что если есть ещё люди, которые тебе не очень рады? Кто хотел бы занять твоё место?

— Да нет же, я уверена, что…

— Хорошо, что если тебе мешает не только он, — я высыпал макароны и принялся их размешивать. Положил куриный шницель на сковороду, где уже разогрелось масло. — Я ведь сильно сомневаюсь, что твой отец бы одобрил средства, которыми тебя останавливают. Мне думается, ты уже сейчас можешь смело поговорить с ним и сообщить, что игра была нечестной и расторгнуть договор. И вообще, Со Ён, а что у вас за сделка-то, если не секрет? Что ты будешь должна в случае проигрыша?

— Рожать ему внуков, — фыркнула Со Ён. — От того, на кого он покажет.

Оу… Понял. Да, печальная история.

— Очень сложно, — заметил я. — У богатых свои причуды.

— Везде свои минусы, — пожала плечиками девушка. — Как и плюсы, Ван Ги. С отцом-то я разберусь, после того что случилось он меня всё равно не выдаст за этого… Неважно. Но я так хотела утереть ему нос! Назло! И теперь…

Она тяжело вздохнула.

— Мы не успеем, тестового покрытия нет… Без него не добавят в релиз. Почему Ли Ю До так поступила со мною? Мне кажется, что она специально так сделала! Но за что⁈ Тоже отец? Но я не поверю в это! Да, он мог надавить на мерзкого Муна, но он же не подсылал людей к каждому из команды…

Она изумлённо распахнула глаза:

— Или присылал⁈

— Ко мне никто не приходил, — рассказывать ей о наших голубках я всё равно не собирался. Будем считать это внутренним блоком или же принципами. Не хочу и всё. Это их дело. — Но, повторюсь, понедельник всё покажет. Постарайся расслабиться и хорошо отдохнуть в эти выходные. У меня есть план.

— Я уже расслабилась, не заметил? — улыбнулась мне Со Ён. Раскрепощённая, глаза чуть маслянистые. Язык тела однозначен, конечно. И опять вся в алкоголе. Надо как-то её переключить с пьяно-романтичного настроения.

— Вот так и продолжай. Как ты узнала, где я живу?

— Ты помнишь, кто я, да? — хитро поинтересовалась девушка. — Я много могу узнать.

— Да тут никак не забудешь, регулярно напоминаешь! Господин Кан с напарником, кстати, стоят за дверью?

Она сделала неопределённый жест рукой, словно я спросил о чём-то очень банальном и бесполезном.

— В машине ждут. На улице. Может быть, мне съездить к этой драной кошке Ли, м? Как думаешь? Мне кажется, она специально время тянула, чтобы я не успела найти кого-то ещё.

— Были варианты?

— Брат. Он работает в тестировании на седьмом этаже Башни. Я звонила ему, он обещал в понедельник посмотреть. Но… Мне нужно чтобы всё было готово уже в среду. Вряд ли он успеет.

— Ты слишком поторопилась, я говорил.

Макароны закипели, я слил воду. Перевернул шницель, а затем разложил гарнир по тарелкам. Кинул в каждую из них по кусочку масла, не спрашивая ничего. Моё угощение. Если она предпочитает доить кокосы и прочие альтернативные источники, значит, завтра разогрею её недоеденную порцию и скушаю сам.

— Не люблю, когда говорят «а я говорил». Это мелочность, Ван Ги, —поморщилась Со Ён, пододвинула к себе тарелку. — Надо решать, как выходить из этой ситуации, а не определять чью-то правоту.

Она взяла вилку в руку.

— Мясо подожди, скоро уже будет готово, — сказал я.

Со Ён кивнула, но всё равно принялась наматывать макароны. Да, понимаю: неправильно так блюда подавать, но я ж погромист, у меня социальные навыки, не связанные с работой, на нуле, так что пусть не удивляется. Пусть скажет спасибо, что я ей не рассказываю принципы многопоточности и не вздрагиваю в нежном экстазе от слов «макбук» и «раф».

Минут через пять мы уже ужинали. Получилось простенько, но вкусно. Страйгор наблюдал за нами из коридора, стараясь не привлекать к себе внимания. Со Ён кушала жадно, не отвлекаясь на разговоры. А я думал о том, что девочку по-человечески жалко. У неё же, получается, вообще никого нет, раз она в пятницу вечером едет домой к малознакомому коллеге. Полное отсутствие какой-то поддержки. Нормально так судьба распорядилась. Девочка красивая, неглупая, богатая но, получается, чудовищно одинокая.

У меня вон, хотя бы кот есть.

Впрочем, какие «хотя бы». Такого кота бы каждому. И в мире больше не было бы войн. Потому что мира не было бы — эти Страйгоры бы его на куски разорвали.

После ужина Со Ён поднялась из-за стола. Такая домашняя, спокойная.

— Спасибо тебе, Ван Ги, — тихо сказала она. — Было неожиданно вкусно.

— Не за что. Я мастер готовить готовую еду.

Девушка прошла в коридор, даже не попыталась поймать прошмыгнувшего мимо Страйгора.

— Мы со всем разберёмся, — сказал я дочке председателя. — Даже сейчас у тебя аргументов против отца огромное количество. Всё будет хорошо. Ещё не среда.

Со Ён кивнула, повернулась ко мне и пристально посмотрела в глаза.

— Мне не даёт покоя одна вещь, Ван Ги. Скажи, ты не любишь женщин?

Пу-пу-пу… Давай, Серёга, выкручивайся теперь. Видимо, в прошлый раз ты оскорбил её недостаточно. Добей сегодня, да?

— Всё очень сложно, — уклонился я от прямого ответа.

Между нами снова было расстояние на грани приличия. В её глазах бурлило странное хищное пламя. Так, сейчас что-то будет. Бежать поздно, хоть и очень хочется.

— Мяу! — раздалось у нас под ногами. Я резко опустил голову, и в этот момент Со Ён повалилась на меня, машинально упершись в грудь ладонями. Мимо, агаши. Мимо, слава Богу. Я приобнял девушку за плечи, удерживая на ногах, и дочка председателя торопливо отстранилась, смущённо попрощалась и выскочила наружу.

«Я помог?» — поинтересовался Страйгор. «Ты выглядел как человек, которому срочно нужна помощь».

— Я уж подумал, что тебе хвост отдавили.

«Ты слишком высокого о себе мнения. Ну так я помог?»

— С меня вкусняшка, — буркнул я. Как мне не нравятся такие ситуации с женщинами. Всегда на грани фола!

«А ты действительно не любишь женщин, серый?»

— Коллега не имеет пола. Особенно начальница.

«Она так не считает. Это можно использовать».

— Отстань, а? Пошли серию досмотрим и спать. Завтра рано вставать.

Перед тем, как уснуть, я снова подумал о Со Ён и её одиночестве. Кошмар, как же мне не хотелось бы оказаться на её месте. В тишине ночи слышно как похрюкивает спящий Страйгор, а я всё никак не мог перестать переживать за девчонку.

Пока не принял волевое решение и медитацией вышвырнул бесполезный шум из головы. Хватит печалиться. Да, кому-то везёт чуть меньше чем другим и это не повод рвать на себе волосы. Надо просто открывать новые горизонты. Со Ён будет в порядке. Главное, дождаться понедельника.

У меня было кое-что, способное порадовать дочку председателя. Хотя помощь её братца вполне может пригодиться.

Глава 22

— По-моему, это какая-то ерунда, — сказал я коту. Страйгор мурлыкнул что-то из переноски, что-то, наверняка, язвительное.

— Нет, в самом деле, — я поставил сумку на пол, повернул «решёткой» к себе. Хорошо, что додумался её взять — прямо провидение, ведь никак не рассчитывал на успешный исход сегодняшнего мероприятия. — Это перебор же. Может, просто отметим и пойдём дальше?

«Зачем⁈ Хитрый Пёсик не выследит нас здесь. Прекрасное место. Светлое и под крышей, а ещё вокруг много людей. Выпусти меня, и проведём ритуал! Я уже настроился. Всё будет быстро!»

Сотрудница магазина «Твинкидс 365» стояла в нескольких метрах от меня, чуть склонившись и старательно улыбаясь, мол, чем могу вам помочь. Молоденькая, симпатичная брюнетка, лицо светлое, глазки красивые, и в них уже зарождалось опасение, что судьба пригнала в их магазин сумасшедшего. Я натянуто улыбнулся в ответ девушке. Руна, по словам Страйгора, находилась за стеллажом с красочными коробками «Лего», напротив которого мы с Повелителем Верховных Сил и расположились. Хорошо, что руну не запечатало где-нибудь за кассой! Туда добраться было бы гораздо труднее.

И, несмотря на везение, меня, определённо, ждало испытание.

Пу-пу-пу…

Как я дошёл до жизни такой? (Отсылка, да?) Очень просто. Мы со Страйгором полдня катались по Инчону и окрестностям, пока голосовой помощник Верховных Сил не вывел нас к гипермаркету «Хомплюс». Ещё на парковке мне подумалось, что ничего хорошего здесь не случится. И теперь, оказавшись в магазине детских товаров, я в этом был уверен.

Но про Хитрого Пёсика архимаг верно подметил. Тут мы действительно в безопасности и какая-нибудь случайная псина сюда точно быстро не попадёт, да и нам получится затеряться в толпе если что. Но это если, конечно, опасаться только собак, а не полицию и прочие организации, способные испортить мне жизнь за взлом, хулиганство и вандализм.

— Слушай, — почти шёпотом заговорил я с котом, — а зачем мы всё время руки мои мучаем? Может, подойдет разок крови в пробирку нацедить, а? Брызнуть на стенку и бежать так, чтобы волосики назад, а? Мне так голоса во сне подсказали, и я просто должен был спросить. Ведь это… ну больно, реально…

«Я уже говорил тебе, что лишь через боль и страдания ты сможешь заполучить силу рун?» — почти прошипел кот. «Чем ты слушал⁈ Какие голоса? Соберись, серый!»

— Кажется, будто он злится, — проговорила консультант и сделала один шажок к нам. — Вы позволите? У меня есть талант общения с кошками. Они меня слушают, потому что я их понимаю. Зовите меня переводчицей с кошачьего!

Она присела рядом со мною, и я сразу уловил приятный аромат её духов.

«Ещё одна⁈ Да что им здесь, намазано, что ли?» — зашипел кот. «Серый, прогони от меня это порождение самки собаки и навозного червя!»

— Да, он совершенно точно злится. Почему мне кажется, что на меня⁈ Эй, малыш, чего ты? — проворковала девушка.

Ну, наверное, всё-таки она реально понимает кошек. Пусть такие эмоции и несложно перевести. Но за грубость Страйгора надо немножко прищучить. С максимально невинным видом я покачал головой:

— Не думаю, что он злится на вас. Иногда, на него находит. Сейчас он успокоится, не волнуйтесь, агаши. Хотя, скажу вам правду, я уже не первый раз думаю отдать его в контактный зоопарк. Желательно в тот, где много-много белок! Очень много белок, которые, наверняка, плодотворно на него повлияют.

Кот дёрнулся и застыл, выпучил на меня глаза и издал протяжный то ли вой, то ли стон:

«Опомнись, серый! Как низка твоя месть!»

С юмором у него не очень, знаю. А вот девушка-консультант тихонько засмеялась, хотя, на мой взгляд, шутку понять не могла. Неважно, женский смех воодушевляет любого мужчину. Наши плечи соприкоснулись, и меня вдруг настигли ощущения, о которых я и думать забыл. Приятное волнение в теле. Любопытно, что их пробудило? Нежный смех? Молодое, спортивное женское тело? Запах?

Или попросту то, что девушка рядом со мною трезвая, без амбалов за плечами и мне с ней не нужно каждый день в офис ходить? Вот, кстати, в это верится гораздо больше.

Я с нескрываемым интересом посмотрел на девушку. Прочитал имя на бэйджике: Ха Юн. Двадцать с хвостиком, на вид. Но по факту может быть и тридцать, у меня сложно с определением возрастов. Одета не откровенно, шея закрыта белой водолазкой без декольте, но зато с обнажёнными плечами.

Так, а надо ли мне вообще сейчас эту руну вскрывать, м? Может, не сегодня, а?

— Ну почему ты такой бука? Ты испугался? — консультант продолжала общаться с обалдевшим от моей угрозы котом. — Не бойся, всё хорошо. Ты такой красивый мальчик. Как его зовут?

— Повелитель Верховных Сил Страйгор!

Снова смешок, но уже осуждающий, мол, зачем вы так, будьте серьёзнее.

«Серый, руна!» — мявкнул Страйгор. «Отвлеки самку! Затащи в кладовку, запри там, и мы быстро всё сделаем. Сама судьба благоволит нам, ты можешь подобраться к ней очень близко. Воспользуйся шансом! Действуй!»

— Какой он у вас разговорчивый! Так как его зовут на самом деле?

— Хо-Сок.

— Хо-Сок, а хочешь вкусненький пакетик? У меня у самой дома кошка, я ей купила сегодня. Могу поделиться. С куриной печенью. Подождите немного!

Она легко и грациозно поднялась и поспешила к прилавку, а я проводил её взглядом. Двигалась девушка красиво и, по-моему, понимала, что я за ней наблюдаю. Хороший знак.

«Серый! Ты чего удумал⁈ Вернись к делу!» — напомнил о себе Повелитель Верховных Сил. «Думаешь, я не чувствую твой изменившийся запах⁈ Давай ты своими утехами займёшься потом, когда наберёшься сил! Фу! И от этой девицы тоже несёт! Как от твоей вчерашней. Они все так пахнут⁈»

Я понял, что губы пересохли. Облизнулся, прислушиваясь к волнению внутри. Мда, вот это номер. Совсем забыл, как это бывает. И верно, мне же не под шестьдесят больше. После пятидесяти я стал скорее наблюдателем за женским полом, чем активным участником различных взаимодействий. Ну, иногда бывало, конечно. Однако с каждым годом интереса к подобному времяпрепровождению становилось всё меньше.

И это, как говорила известная телевизионная докторша, нормально. Было.

«Впрочем, не слишком сильно торопись», — вдруг мяукнул кот и добавил с виноватым видом. «Хочу пакетик».

Продажная шкура. А как мяучил, как мяучил. Правда, я и не думал торопиться. Вставать тоже пока не спешил.

— Вот, смотри, что у меня есть! — вернулась с миской и пакетиком девушка. По дороге посмотрела в сторону входа, чтобы убедиться в отсутствии других посетителей. Интересно, она здесь работает или она хозяйка?

— Я могу закрыть двери в магазин ненадолго, и вы можете его выпустить. Ему очень тяжело там, я вижу. Переноски это жестоко.

Страйгор было зашипел, а затем справился с собой и горько вздохнул. Нарочито облизнулся.

— Подождите немного, — сказала Ха Юн.

«Это наш шанс. Не упусти его, серый» — промяукал Страйгор, едва девушка отошла. «Помни, твой кровавый след должен быть на руне».

Она на самом деле закрыла двери, повесив табличку «закрыто» и вернулась к нам. На губах Ха Юн играла загадочная полуулыбка, и я не мог никак от неё оторваться.

— Теперь всё будет хорошо, — сказала девушка, присела и выдавила пакетик в миску. — Выпускайте его, аджосси.

— Меня зовут Чон Ван Ги, — представился я зачем-то.

— Ли Ха Юн, — улыбнулась в ответ красавица.

Я открыл переноску и Страйгор выбрался наружу. Очень неторопливо, вальяжно почти. Задрав хвост трубой, он потёрся о ногу Ха Юн, а затем сунул мордочку в миску. Принюхался, и начал с аппетитом кушать.

— Я могу вам чем-нибудь помочь, господин Чон? — повернулась ко мне девушка и поправила волосы. — Вы ищете что-то особенное?

— Кажется, уже нашёл, — улыбнулся я в ответ. Кот с сопением чавкал, сильно-сильно урча. Ха Юн снова коснулась волос, стрельнув в меня глазками и чуть покраснев, а затем, как опомнилась, сообщила:

— Очень хороший корм, господин Чон, очень советую. Моя кошка от него в безумном экстазе. И кроме того что он вкусный, то ещё и невероятно полезный для здоровья меховичков.

Меховичков. Мило. Мы так и сидели на корточках возле кушающего Страйгора, и ноги у меня уже начали затекать. Девушка тоже поднялась. Чуть ниже меня ростом. Совсем чуть-чуть.

— Так, всё-таки, чем я могу вам помочь? — спросила Ха Юн.

— Лего. Да. Лего… Хотел взять… Наборчик какой-нибудь. По Гарри Поттеру… Вот…

— Сыну? Дочке? — с ожиданием уточнила Ха Юн.

В этом вопросе определённо был намёк, и я почти заволновался. Веду себя, как юнец. Ну-ка, соберись.

— Нет-нет, не сыну. У меня детей нет… — машинально уточнил я, чем вызвал ещё одну улыбку девушки.

— Себе? — а вот этот вопрос был уже с опаской произнесен. Возмутительно, конечно, такое неодобрение в адрес довольно безобидных развлечений. А почему бы и не себе? Может, я фанат Хагрида и хочу иметь его кубическую фигурку на рабочем столе⁈

Вот только часто бывает, что когда у тебя на столе такая фигурка есть, то в постели обычно спишь один. Сложно жить гиком. Так, Ха Юн терпеливо ждала моего ответа, и я буркнул:

— Коллеге, — почему-то мне вспомнился Ким Тхе. Конечно, голоса в голове бы осудили за ещё один обман ещё одной милой девушки, но не говорить же ей правду, что мне и даром не сдались все эти наборы конструктора. Просто на стене её магазина скрывается магическая руна, оставленная разумным котом, и мы пришли эту руну активировать. Ничего необычного, мой совершенно стандартный выходной.

Ха Юн облегчённо улыбнулась:

— Вот хороший по Гарри Поттеру, его очень любят люди разных возрастов, — повернулась она к нужному стеллажу. — Хотите посмотреть?

Я кивнул, подошёл вплотную, несколько секунд смотрел на пёструю коробку с квадратными чародеями, а затем повернулся к девушке.

— А что вы делаете сегодня вечером?

— Я? — мило удивилась она.

И тут на соседнем стеллаже появился Страйгор. Ловкий архимаг прошёлся по верхней полке, посмотрел на меня сверху вниз и промяукал:

«Медленно подставь руку, а дальше действуй по обстоятельствам!»

— Ой, котик. Хо-Сок! Хо-Сок, ну куда ты полез. Упадёшь ведь, — моментально переключилась на кота Ха Юн. Тот фыркнул, совсем по-человечески. Мягко перебрался на нужный нам стеллаж с «Лего».

— Давай, слезай, Хо-Сок. Не расстраивай эту милую красавицу, ладно? Ты же не хочешь её расстроить? И меня заодно? — план кота мне, кажется, был понятен, но мы могли всё провести иначе. Может быть, не так быстро, но… — Зайдём сюда завтра, ладно?

Никуда же руна не денется! Чего торопиться? Зато вечер мог оказаться интересным. Ёлки палки, это ж было бы моё первое классическое свидание за сколько десятилетий? Память самого Чон Ван Ги подсказывала, что у него был какой-то опыт, но… Нафиг нужен такой опыт, как у этого неудачника.

«Руку, болтун!» — мявкнул со стеллажа Страйгор.

— Ну чего раскричался? Слезай и всё обсудим! Нам же некуда спешить? А ты сейчас что-нибудь уронишь, и очень опечалишь милую Ха Юн. Нам этого не надо. Понимаешь меня? Давай не сегодня.

— Он выглядит раздражённым. Смотрит на нас, как на… Червей⁈ — изумилась Ха Юн. Может и правда переводчица.

Кот перевёл на неё взгляд, а затем, невзначай, лапой опрокинул одну из коробок с конструктором.

— Айгу! — ахнула девушка и прыгнула как будто вратарь за футбольным мячом, и всё-таки успела поймать падающий набор «Лего».

«РУКУ, блудливый пёс!» — взвыл Страйгор, глядя на меня. Вот ведь зараза. Ладно, чего уж поделать. Момент упущен, но спасибо ему за то, что он был.

— Ну-ка слезай, мерзавец! Что ты наделал! — мой уровень актёрского мастерства оставлял желать лучшего, конечно. Я протянул руку к Повелителю Верховных Сил и тут же зашипел от боли: архимаг полоснул меня ещё сильнее, чем обычно. То ли назло, то ли потому что по старой ране.

«Мажь руну, а я отвлеку твою самку!» — мявкнул кот и включил режим одержимого создания. Он завизжал, зарычал и стал метаться по магазинным полкам, прыгая с одного стеллажа на другой и сбрасывая вниз всё, до чего мог дотянуться.

— Что с ним⁈ — закричала Ха Юн. — Что такое⁈ У вас кровь, аджосси!

Она пыталась поймать всё летящее c полок, как будто персонаж древней игры в охоте за падающими яйцами. И ей удавалась. Девушка оказалась невероятно проворной.

— Простите, агаши, я не понимаю, что на него нашло. Слезай! Слезай оттуда немедленно, подлец!

Страйгор выл, не прекращая прыгать:

«Давай уже! Руна!»

Я с тяжёлым вздохом изобразил неудачную попытку поймать зверюгу, и изгвоздал кровавым отпечатком ладони белоснежную стенку за стеллажом. По телу пробежался ток, меня передёрнуло.

«БЕЖИМ!» — провизжал кот и пулей слетел вниз, на скорости влетев в переноску, от чего ту даже перевернуло. Он продолжал завывать, пока я добрался до сумки. Бросил взгляд на ошарашенную Ха Юн, стоящую с двумя коробками «Лего» в руках. Ладно, со свиданием сегодня не получилось.

— Простите, пожалуйста, — нескладно извинился я, подхватил переноску и за пару секунду оказался у выхода.

Девушка смотрела на меня, открыв рот, а позади неё на стене алел отпечаток ладони. Как длань Сарумана на морде урукхая, если вы понимаете, о чём я.

Затеряться в гипермаркете проще простого. Мы прошли через несколько этажей бурлящей человеческой массы, выбрались на забитую парковку, и через полчаса уже подъезжали к Сеулу. Страйгор сидел на месте пассажира, с довольным видом щурясь на солнце. Я вёл машину молча, чувствуя, как жжётся перебинтованная рука.

— Нехорошо получилось с девушкой! Надеюсь, ты там ничего не разбил. Сложно ей будет объяснить порчу имущества.

— Мяу, — пренебрежительно ответил кот. — Мряяяф.

Даже не хочу знать, что это был за комментарий. Я думал о том, что случайная встреча пробудила во мне то, о чём я реально забыл. И груз старых лет забил чувства нового и довольно молодого тела.

Сейчас он свалился, и я будто… Прозрел. Или, наоборот, ослеп? Этот вопрос волновал меня гораздо больше, чем предположение, что за руну мы сегодня распечатали.

* * *

Ха Юн только закончила вытирать кровь со стены, когда в её магазинчик дёргано зашёл человек. Неряшливо одетый мужчина лет сорока, с маленькой собачкой на руках, двигался так, словно перенёс серьёзное неврологическое заболевание. Взгляд его откровенно плавал, как у обкурившегося подростка. На голове посетителя была криво напялена широкополая бежевая шляпа.

— Простите, мы ещё закрыты, аджосси, — поклонилась ему девушка, уставилась на собачку. От пристального взгляда животного по телу пробежались колючие мурашки.

— Сюда нельзя с собаками! — нахмурилась Ха Юн. Хватит ей животных на сегодня. Ах, а ведь такой красивый мужчина был, и с таким ужасным котом. Очень жаль, что так вышло. Очень жаль… Она ведь почти сразу придумала имена детей, которые даст их общим детям.

И осталась ни с чем! Хотя почему ни с чем? С разгромом в её магазинчике!

Посетитель в шляпе неуклюже повернулся, всем телом, едва не задел стойку с памперсами. Сердце Ха Юн замерло, когда та пошатнулась. Ей и так уже кучу всего убирать.

Наконец мужчина склонился, как робот, опустил на пол собачку и та, одарив девушку презрительным взглядом, вышла из магазина. Сама! После чего села у двери, не сводя взгляда с Ха Юн.

— Кто был? — хрипло проговорил мужчина в шляпе. Он рывком поднял руку, будто за верёвку кто-то потянул. Вытянутый палец указал на стену, откуда девушка только что оттирала кровь красавчика.

— Простите, аджосси, я вас не понимаю, — нахмурилась Ха Юн.

Мужчина сделал ещё один шаг к ней. Блуждающий взгляд сконцентрировался и нашарил её лицо.

— Как… его… звать? — спросил незнакомец.

— Кого⁈

Палец с неостриженным ногтем снова ткнул в стену, где несколько минут красовался кровавый отпечаток владельца психованного кота.

— Я прошу вас уйти, — теперь этот человек её пугал. Очень сильно пугал. Она даже попятилась, заслонившись от посетителя коробкой с «лего» по «Звёздным Войнам».

— Хочу… знать… имя… — мужчина в шляпе сделал ещё один шаг и ощерился совсем по-собачьи. Ха Юн могла поклясться, что одновременно с этим наморщила морду и оставшаяся снаружи магазина мелкая псина.

Девушке стало совсем страшно.

Глава 23

После нашего возвращения из Инчона кот около часа мучал меня расспросами по изменениям. Найденная руна снова оказалась частичной, и не совпала с другими находками. По крайней мере, так мне сказал Страйгор.

Под градом вопросов от Повелителя Верховных Сил я мялся, маялся и почему-то вспоминал школу и преподавателя по литературе, Бориса Анатольевича. Фамилию его не запомнил, а вот уничижительный взгляд сквозь толстые линзы пронёс через всю свою жизнь.

И, получается, успешно перетащил этот бесценный «подарок» уже в следующую. Мда, школьный преподаватель отбил мне в зародыше интерес к тому, что хотел сказать автор, и никогда больше столько немого презрения в мой адрес не изливалось. До сегодняшнего дня. Взгляд Страйгора был гораздо выразительнее, потому что кот в выражениях не стеснялся.

Так что я в очередной раз физически ощутил свою никчёмность, и на этом этапе наше занятие по управлению силой рун успешно подошло к концу.

А потом наступил вечер. Вечер, в котором ко мне внезапно пришло осознание, что мы добрались до критической рунной массы. Выяснилось это очень буднично и незаметно. Не случилось ярких вспышек и прозрений. Просто во время медитации мне показалось, будто в глаз что-то попало. Я старательно следил за дыханием, не позволяя себе вывалиться из транса, но этот волос, будто застрявший на периферии зрения, не менее старательно требовал моего внимания. Однако высшая цель самопознания, это способность терпеть такие лишения. Так что я воспринял досадную помеху как вызов своему самообладанию.

Правда, как только медитация закончилась, то сразу попытался смахнуть чёртов волос. Но он, о удивление, не смахнулся. Мало того, я понял, что досадная помеха зрению имеет необычный синий цвет, и это совсем не свойственно волосам, а особенно моим.

— По-моему, я вижу поток. Он может быть синим? — произнёс я вслух, кося глазом на подозрительный эффект.

Кот спал у меня на кровати, зарывшись в одеяло. Но на мой вопрос среагировал почти моментально, выбрался на свободу, отряхнулся ото сна и мяукнул:

«Да! Ты видишь поток? Скажи, что ты видишь поток!»

— Я вижу поток, — неуверенно подтвердил я.

«Теперь осторожно, медленно подцепи её силой мысли и направь в нужную руну».

Нитка пропала из виду, и я покрылся колючими мурашками. Всё, потерял контакт? Но через пару секунд, расфокусировав зрение, я снова увидел тончайшую нить. Отлично. Вот только… Подцепить? Направить? Пу-пу-пу…

— Эти руны, они как выглядят? Где их искать?

«Ты поймёшь!» — важно заявил кот. Ну… С такими вот вводными успех нашего с котом мероприятия может оказаться под угрозой. Нельзя так описывать что-то, типа «ты поймёшь». Может, я не очень сообразительный?

Да чего уж там, иногда ведь совсем даже не «может», а «совершенно точно».

Кот сидел напротив меня, вытаращив зенки и, по-моему, даже задержав своё кошачье дыхание. Так… Ладно… Руны. Я пойму.

— Они хоть где отрисовываются? Слева, сбоку, сверху? Внизу интерфейса⁈ — не выдержал я спустя пару минут такого внимания.

«Интер…что?» — опешил кот. «Отрисовываются⁈ О чём ты толкуешь, серый⁈»

Я лишь махнул рукой и сделал несколько вдохов и выдохов. Голубая нить теперь была ощутимо различима. Это не удивительно, потому что сейчас я уже знал куда смотреть, чтобы увидеть. Полагаю, с рунами может быть такая же ситуация. Главное взгляд пристрелять.

— Поправь меня, Страйгор… Каждый поток привязывается к своей руне, да? — вдруг заинтересовался я.

«Так и есть, серый!»

— И рун у тебя пять тысяч?

«Чуть больше, чуть меньше. Это так важно?» — кот не пытался скрыть раздражения. «Молю тебя, не отвлекайся. Мы близки к событиям, которые потрясут этот мир! Все вопросы потом!»

Это на что будет похож мой мир, если перед глазами будут болтаться макаронные заросли из цветных потоков? Ой, ладно, увидим это в моём будущем, и тогда же станем переживать.

Я продолжил изучение окружающего мира сквозь призму расфокусированного взгляда, но никаких признаков рун так и не обнаружил. Пу-пу-пу… Наверное, я не очень способный, да? Котика жаль, конечно. Он ведь так рассчитывал.

— Нет, не вижу ничего, — признался я. И мысленно дёрнул канал. Просто потому что мог это сделать, а затем ловко поднялся на ноги. И только в процессе понял, что кот очень медленно разевает пасть для выражения горького разочарования мною. Слишком медленно. Я провёл рукой у его морды, и в этот момент время вернулось назад.

Страйгор не стал заканчивать оскорбительные мысли. Он спрыгнул с кровати и принялся ходить вокруг меня, оглашая комнату ликующим мяуканьем. Я же пытался разглядеть голубую нить, чтобы провести ещё парочку экспериментов, но та испарилась.

Полагаю, здесь на лицо эффект накопления. Сейчас я потратил заряд способности, и теперь она перезаряжается, да?

Страйгор ликовал. Страйгор требовал уже сейчас садиться за руль и ехать дальше. Потому что чем больше рун, тем больше силы. Он схватил меня зубами за штанину и, урча, потянул в прихожую.

— Я больше не вижу потока, — осадил я его рвение. Кот выплюнул ткань и задрал голову, глядя мне в глаза.

«Восстановится. Идём! Ты сделал невероятное. Я слышал про интуитивное соединение потоков и рун! Слышал! Но никогда не видел! Ты уникален, серый, уникален! Тебе не надо плести! Тебе достаточно просто дёргать. Идём, идём скорее захватывать мир!»

— Нет, братец, — я показал ему замотанные руки. Страйгор жеста не понял, и изобразил максимальное недоумение.

«Что ты хочешь, серый?»

— Что мы говорим боли? Не сегодня.

Кот плюхнулся на задние лапки и молитвенно сложил передние.

— И не завтра, — назидательно сообщил ему я.

«Скорее бы ты нашёл руну лечения», — мяукнул Страйгор. «У твоей лени исчезнут все способы оправдаться. Сейчас я приму твоё возражение, раз медицина этого мира такая отсталая. Мази да тряпки! О, Ундага моя Ундага…»

Я развёл руками.

— Даже у меня должен быть выходной. Мы и так хорошо потрудились, верно?

Кот перестал изображать мольбу, в одну секунду окатив меня презрением и развернувшись задницей. Через несколько секунд он исчез в коридоре, а ещё через несколько оттуда донеслось сдавленной рычание и звук когтей отрабатывающих по ногтеточке. Страшным он был архимагом у себя в мире. Явно же проблемы с гневом. Скольких сжёг, интересно, в горячке?

Правда, Страйгор вполне себе проработанный, и знает, как сливать негатив, чтобы ничего не испортить. Если, конечно, я правильно понимаю его походы за снятием стресса. У нас в офисе когда-то была комната для крика. Сделали по аналогии с какими-то восточными методиками. Заходишь, дверь закрываешь, и орёшь. Очень помогало после очередного многочасового созвона с не очень умным, но очень богатым заказчиком.

Память Чон Ван Ги подсказывала, что он про подобное в корпорации Тонгкан Солюшен и не слыхивал. Да и вообще не знал про такое. Ну, ничего странного. На востоке изобрели множество толковых инструментов, но только до западных контор они порою добирались быстрее, чем распространялись у себя на родине.

Так что пусть кот выпускает энергию. Ему полезно. А у меня на завтра внезапно нарисовались планы личного характера. Имею же право на такое, да? Один раз в неделю!

Как ухаживать за женщинами в Южной Корее я не знал. Но что меня оправдывает — Чон Ван Ги тоже не был в курсе этих сложных взаимоотношений. У него это всё оставалось на уровне легенд о волшебных ритуалах, о которых он слышал, но никогда не верил в то, что они настоящие.

Так что пришлось полагаться на собственную память. Эрудиция подсказывала, что дарить астры это не самая лучшая идея, так как у них это на похороны несут. Также, понятное дело, необходимо избегать цифры четыре, и будет лишним даже её упоминание в начале конфетно-букетного периода.

Дальше уже подсказывал яндекс. И вот он уверял, что хорошим подарком может оказаться банка кофе или же упаковка туалетной бумаги, но у меня рука на такой шикарный презент вообще не поднялась. В итоге я решил ограничиться маленьким пушистым медвежонком изображающего популярного айдола, чей плакат я видел в магазине Ха Юн. Стоил он прилично, но один раз живём.

Ну, может не один, но всё же…

У закрытых дверей в магазин «Твинкидс 365» я оказался уже к полудню. Свет внутри не горел, но из коридора хватало освещения, чтобы видеть внутренние помещения. И меня очень смутил бардак у стеллажа, где Страйгор устроил своё представление. Коробки «Лего» так и лежали на полу. Одна из них, от «Звёздных войн», валялась помятой в отдалении. Брошенная подругами товарка.

А вот кровавого следа на стенке уже не было. Правда, тряпка и ведро так и стояли рядышком. Ну как стояли… Ведро перевернулось и вода доползла до «Гарри Поттера». Звоночки, мягко говоря, тревожные. В темноте угадывалась опрокинутая стойка с какими-то банками. Её в сумраке было видно трудно, и потому я увидел её в последнюю очередь.

Вот стойка точно не наша работа. Чёрт… Это оказалось неожиданно. Наше знакомство с Ха Юн, похоже, вышло девушке боком. Ёкарный бабай! Что случилось-то⁈

Я огляделся по сторонам, и взгляд остановился на кофейне прямо напротив магазинчика. Бариста, девушка в фирменной бейсболке, торопливо отвела глаза, когда наши взоры встретились. Ну, не надо так спешить, агаши, не надо. Я всё увидел, цель захвачена.

— Будьте добры средний капучино без сахара. И с корицей, пожалуйста, — зашёл я в кофейню через несколько секунд. Девушка бодро улыбнулась и радостно заколдовала с алхимического вида агрегатом. Зашипело, забурлило, затрещало.

— А где Ха Юн? — решил я не ходить вокруг да около.

— М? — повернулась ко мне улыбающаяся бариста. — Простите, аджосси, что вы сказали?

— Я спросил, что случилось с Твинкидс. Магазинчик напротив. Мы договорились встретиться с Ха Юн, она в нём работает, а магазин закрыт почему-то. Удивительно это очень и тревожно. Может, что-то произошло у неё?

— Как⁈ Вы не знаете⁈ — ахнула девушка. Глазки у неё загорелись. Заскучала совсем здесь, бедняжка. Основные маршруты торгового центра пролегали по другим коридорам, и потому посетителей в кофейне было немного. Тем лучше для меня.

— Чего не знаю? — подтолкнул я её к детальному рассказу, и баристу прорвало:

— Тут вчера такое было! Полиция, скорая помощь! На Ха Юн напали вчера, представляете⁈ Я сама всё видела. Стояла вот здесь, на этом самом месте, и тут вижу, как он на неё пошёл. Вроде бы стояли, разговаривали, и тут он как бросился. Страшно ужас!

Она всё время поворачивалась ко мне, продолжая творить алхимический процесс кофеварения. Я облокотился о стойку, с трудом сохраняя спокойствие. Меня давно приучили не верить в совпадения. Ну и после следов борьбы в магазинчике надеяться на беззаботную историю про путешествие розового единорога не стоило.

Хотя я человек старательный и готов верить в чудеса.

— Настоящий сумасшедший! Напал среди бела дня. Страшный такой, в шляпе дурацкой.

Девушка изобразила шляпу на голове и попыталась изобразить выражение лица напавшего. Получилось жутко, действительно. Я передёрнулся. Бариста же закатила глаза и со значением добавила:

— Я видела всё-всё-всё! Он такой странный был. Ужасный! Будто бы больной. Двигался очень страшно. Как в фильмах про зомби! О, аджосси, как же я испугалась! Но полицию и охрану вызвала!

Снова взгляд, уже самодовольный. Я показал ей два больших пальца и проявил всё своё уважение. Ей оно, совершенно точно, пришлось по душе. Бариста засияла от удовольствия.

— Сумасшедшего скрутили уже через несколько минут, но бедняжку Ха Юн он несколько раз сильно ударил. Её в больницу увезли.

— В больницу⁈ — внутри меня забурлил гнев. Пока ещё безадресный. Но когтеточке бы досталось, честное слово. Вот ведь методы у этого Пёсика. А зовётся-то как мило… Собака сутулая он, а не «пёсик»!

— Ничего страшного! — поспешила успокоить меня девушка. — Она сама с врачами ушла, просила меня присмотреть за магазинчиком. Я собиралась вечером там порядок навести. Какой кошмар. Среди бела дня такое! Невероятно.

— Чудовищно. Не должно быть так никак.

— Прошу, аджосси, — чуть поклонилась она.

Передо мною на стойке оказался капучино.

— Скажите, агаши, а собака с ним была? — поинтересовался я, распечатывая стаканчик.

Глаза девушки изумлённо округлились:

— Откуда вы знаете⁈ — ахнула она, подалась ко мне с видом заговорщика. — Была! Странная очень! Когда охрана прибежала, то едва не затоптали её, настолько незаметно и тихо сидела. А как вытащили нападавшего, так и собака его тоже с ума сошла. Описалась! Бегала здесь с поджатым хвостом, визжала будто её режут и никому не давалась. Хозяина увезли на носилках, а собаке пришлось службу контроля за животными вызывать. В приют поехала.

Бариста сделала страшные глаза:

— И хозяин сумасшедший и собака. Вот так бывает!

Я глотнул кофе.

— В какую больницу уехала Ха Юн? Я бы хотел к ней наведаться… Поддержать, помочь чем-нибудь. Экая незадача случилась. Так вот и не знаешь, где встретишь беду.

— Думаете, Ха Юн ещё в госпитале? — с сомнением поинтересовалась бариста. — Не уверена. Но, может, лучше ей позвонить? Она точно знает.

Гениально…

— Точно! — хлопнул я себя по лбу. — Что же я…

Вытащив смартфон, я старательно изобразил поиск несуществующего номера. Полистал какое-то время бесконечные списки. Старательно нахмурился. Приступил к проматыванию телефонной книжки. Расстроено поцокал языком. Бариста вытягивала шею, пытаясь заглянуть мне в экранчик. В этом ничего злого не скрывалась: девушка искренне интересовалась всем происходящем.

Таким на базарах в России стоит беречь свои носы, чтобы их не изъяли чужие и не очень-то любящие руки.

— Айгу… Не могу найти, — картинно сдался я. — Был, точно был! Слетели настройки… Этот номер не Ха Юн случайно?

Я принялся читать цифры первого попавшегося номера, краем глаза уловив, как девушка полезла в свой мобильный. Ну, отлично же. Сейчас сама мне его и даст. Добрая и невинная душа. Долгих лет тебе, красавица. Такие люди нужны этой планете.

Номер Ха Юн был у меня уже через минуту. Бариста бесхитростно продиктовала его, и я сердечно её поблагодарил. Правда, записав, заметил:

— Будет лучше, если вы больше никому её номер не будете так давать. Я-то её друг, но вдруг на моём месте оказался бы тот сумасшедший?

Бариста прикрыла рот ладошкой. Глаза стали очень серьёзными.

— Кто знает, что за люди это были, — добавил я значительно. Глотнул кофе, бросил в кубышку «на чай» купюру. — Доброго вам дня, агаши.

— Передавайте ей привет от Ын Джи, аджосси!

— Непременно!

Я вышел на парковку, потягивая ароматный напиток и размышляя. Ну что, Серёга, ты очень серьёзно облажался. Это если отбросить моральные и эмоциональные части моего бытия, что хорошая девушка Ха Юн пострадала из-за нашей со Страйгором руны. Я ведь назвал ей своё имя. Расслабился совсем. Вкус жизни почувствовал.

Ой, да и ладно. Чего сожалеть.

Не знаю, как работает поиск у Хитрого Пёсика, но если девушка сообщила напавшему мои данные, то, наверное, господин Клювоголовый уже в курсе моих перемещений? Я покосился на небо, увидел на крыше несколько голубей. Уже следят, да?

Ох, паранойя моя паранойя. Отпусти меня.

Так, если Ха Юн нет на работе и там вот такой вот бардак, то, значит, девушку из больницы не выпустили. Не знаю местных порядков, может быть, это нормально. Я покрутил телефон в руках, а затем нажал вызов.

Разумеется, пришлось убедить себя в том, что этот поступок продиктован исключительно соображениями безопасности. Мне же надо знать, сказала ли Ха Юн моё имя тому сумасшедшему посланнику Хитрого Пёсика!

И это никак не связано с тем, что я приехал сюда с плюшевым медвежонком-айдолом. Вот совсем не связано. Всё сугубо по делу.

Так и скажу Страйгору, да. Пусть это и не его кошачье дело.

Глава 24

Как поступит нормальный человек, оказавшийся в больнице, когда ему вдруг позвонит незнакомец (ну, почти незнакомец) и предложит навестить?

Вы серьезно думаете, у меня есть ответ на такой вопрос? Хе-хе, нет, увы. Мне казалось, что обычно в таком случае звонок прерывается, и номер звонившего незамедлительно вносится в чёрный список. Но Ли Ха Юн не только обрадовалась моему звонку, но ещё и назвала адрес своей больницы. Плюс ко всему похлопотала о том, чтобы меня не слишком пытали в регистратуре.

Это немножко царапнуло мою паранойю, и, уже подъезжая к больнице, я вдруг живо представил себе забитую собаками и птицами палату с Ли Ха Юн. Вот я открываю дверь, и все они смотрят на меня. А дальше сцена из фильма ужасов, когда разномастная толпа с криками кидается на меня, и история Чон Ван Ги подходит к неожиданному финалу.

Так что перед тем, как войти в больницу, я несколько минут потратил на взвешивания все «за» и «против». И, в конце концов, пришёл к выводу, что такую сложную замануху в крупном медицинском учреждении провести непросто. Особенно, если ты Хитрый Пёсик или какой-нибудь Клювоголовый и не хочешь раскрывать свою сущность, так же как и не стремятся явить истинный лик пилоты неопознанных летающих объектов. Ведь слишком много факторов надо учесть и слишком много свидетелей потом устранить.

Ха Юн встретила меня в комнате отдыха, наполненной людьми разной степени повреждений. Ох, не люблю я больницы. Однако все бинты да повязки мигом померкли, когда я увидел маску панды у несчастной девушки. Ей сломали нос⁈ Что-то Хитрый Пёсик совсем не милое создание, получается. Одной кастрацией здесь не отделается, когда я до него доберусь.

Мы сели на небольшом диванчике, подальше от остальных пациентов и их посетителей. Девушка мило смущалась, но её отвага показаться мне с таким «макияжем» — подкупала. Не каждая женщина на такое пойдёт. Ха Юн же осмелилась. Правда всё время и поправляла волосы, стреляя глазками по сторонам. Значит, чужое мнение её таки заботит. Ладно, хватит наблюдений.

— Понимаю, что это не исправит положение, но мне показалось, тебе это может понравиться, —я вытащил медвежонка-айдола из пакета. Девушка улыбнулась, сграбастала его, прижала, будто баюкая к груди, явно дурачась, а затем резко посерьёзнела.

— Кого ты так разозлил? — спросила она. Вот ведь как лихо начала. Мы даже не обменялись дежурными фразочками, когда поговорить, вроде бы, и хочется, но ты особо не понимаешь чего ждать от собеседника и прощупываешь его разными «как самочувствие» и прочими «погода-сегодня-хорошая». Ха Юн, получается, не откладывает дела в долгий ящик.

— Кто это был, Ван Ги? Кто был этот… человек? Это же был человек, да? — настаивала Ха Юн.

— Это он сделал? — тут и без уточнения понятно, что именно «это». Кто видел людей со свежесломанным носом, тот надолго это зрелище запоминает.

— Да, он. Или оно. Жуткий мужчина с жуткой собакой! Кто он, скажи мне? Почему он тебя искал⁈ Почему он оказался в моём магазинчике, Ван Ги?

— Я не знаю, Ха Юн, —в целом, не соврал, получается. В детали погружаться себе дороже, так что не стану. Ну и делать изумлённый вид тоже нет смысла. Она явно не дура, и сейчас у нас главная интрига: что может ответить умная девушка человеку, сломавшему ей нос?

— Я ничего ему не сказала, — внимательно глядя на меня сказала Ха Юн. Будто мысли прочитала! Ничего себе эмпатия! Так, кажется, я уже готов делать предложение руки и сердца, но на лице ни единый мускул не дрогнул, будто и не заботила меня перспектива встречи с Клювоголовым.

Она вдруг добавила:

— Но напугал он меня даже больше, как Эллиот Спенсер!

— Мне очень жаль, —я попытался сделать вид, что степень ужаса мне понятна, но не сдержался: — а кто такой Эллиот Спенсер, прости?

— Сенобит Пинхед! — воскликнула Ха Юн. — Когда он со шкатулкой Лемаршана появился! Вот такой же ужасный был этот странный человек с собакой.

Лемаршан? Пинхед? Сенобит⁈ Это вообще на русском? Тьфу, на корейском? Я нелепо улыбался, всем видом показывая свою несостоятельность.

— Ты не любишь ужастики? —разочаровано произнесла девушка.

Какой неожиданный провал с моей стороны. Беда пришла оттуда, откуда не ждали. Не знал, что для того чтобы понравиться девушке — нужно любить здоровяка в маске, разделывающего подростков при помощи мачете. Я кашлянул, пытаясь подобрать слова, но Ха Юн продолжила:

— Эллиот Спенсер это капитан британских войск, ставший демоном в Восставших из Ада!

Ёкарный бабай, кажется у меня появляется объяснение почему она вообще решила со мною встретиться. Так увлечённо говорить о каких-то выдуманных персонажах, как о чём-то важном и знакомом каждому, могут только особенные люди.

Те, которым в жизни не хватает приключений, и потому они наряжаются в разные наряды, мотаются по загадочным конвентам во всех уголках просвещённого мира и не понимают обычных устремлений среднестатистического жителя любой развитой страны. Капитан Кирк, капитан Америка и майор Гром им важнее.

У нас таких называют задротами. Более модное название «гик», но суть-то всем известна.

Короче, это как раз те самые люди, которые вписываются в любую загадочную историю со всем неистовством. Чтобы оказаться причастным к чему-то большему, чем рутина. Вопрос про нормальность Ха Юн можно снимать.

Видимо, это отразилось на моём лице, потому что девушка вдруг засмеялась:

— Видел бы ты себя со стороны. Здорово я тебя разыграла? — милая маскировка, но актриса эта Оскара не получит. Ха Юн словно поняла, как выглядит со стороны, и принялась притворяться «не такой». Однако любопытство унять не смогла и подалась ко мне:

— Просто расскажи мне, кто это был и почему он искал именно тебя? Клянусь тебе, никогда не поверю в то, что он просто хотел мне помочь с бардаком и разозлился из-за отказа. Твой кот, ты, этот странный человек. Мне кажется, это всё не просто так. Это не просто сумасшедший! Это всё связано! Он тебя искал! Зачем⁈

Ё-моё, глаза у неё горели детским восторгом. Вкупе с синяками вокруг глаз и повязкой через всё лицо — то ещё зрелище.

— Я правда не знаю. Я ведь и не знал ничего, — как не хочется врать… Но и правду говорить нельзя. — Приехал сегодня в магазин, и мне сказала девушка из кофейни напротив. Почему-то чувствую себя виноватым…

Я тяжело вздохнул. Надеюсь, что талантливее сыграл, чем она про свой «розыгрыш».

— Ын Джи? — понимающе уточнила Ха Юн. Правда, чуточку разочаровано.

— Она самая… Привет тебе от неё, кстати.

Ха Юн чуть поникла, посмотрела в окно и сказала, словно себе:

— Он точно искал именно тебя. А ещё он был очень похож на куклу! Которой кто-то управляет. Будто бы где-то над ним завис настоящий колдун, загубивший, таких, как тот мужчина, уже не одного!

Я нахмурился от неясного дежавю, но снова покачал головой:

— Эх… Если бы я знал кто это… Опиши мне его, пожалуйста. Не успокоюсь, пока не найду мерзавца.

— Зачем его искать? Его же схватила полиция… — Ха Юн так и смотрела в окно, и на лице явно читалась грусть. Чёрт, похоже, я только что разбил милой «панде» одно маленькое чудо. Появился соблазн сказать, что со мною такое впервые, что один раз кто-то уже так приходил за мною. Что во мне есть тайна, что у Чон Ван Ги есть секреты.

Однако очень не хотелось снова врать.

— Я пойду к ним и всё узнаю.

Девушка кивнула, правда слишком отстранённо, но затем снова оживилась, глянула на меня с интересом:

— Если бы здесь была тайна, ты бы её не выдал, да?

Вот ведь зараза какая! Может, она сумасшедшая?

— Нет. Я бы нагнал тумана и пообещал рассказать обо всём на свидании.

Она улыбнулась, показала пальчиком на своё лицо:

— Пока никаких свиданий.

— Тогда пока никаких тайн, — улыбнулся я в ответ.

Воскресенье, всё-таки, неплохой день. Провёл я его изумительно.

А вечером мне позвонила госпожа Сон.

* * *

Утром в офисе рано-рано на этот раз оказались не только я и Сон Со Ён. Однако несмотря на то, что рабочий день толком и не начался, девушка сразу потащила меня в забронированную переговорку. Я попытался было возразить, что нужно ещё немного подождать, но дочка председателя была настойчива.

В переговорке сидел молодой парень в дорогом костюме. Когда я вошёл, он сразу привстал и протянул мне руку.

— Доброе утро, аджосси, — поклонился он мне и затем обратился к Сон Со Ён, — привет, онни.

— Здравствуй, спасибо, что пришёл, — сказала та. Ага. Вот оно что. Это тот самый братец…

Интересно, что мешало им на выходных встретиться? Ситуация, как мне кажется, серьёзная. Отчего же отложили на понедельник? Или война войной, а выходные по расписанию?

Неправильно это, но кто я лезть в дела семейные. Может у них какой-то свой кодекс.

— Не благодари, — отмахнулся Пак Хо. — Мы же семья. Это твой разработчик?

— Да, это он.

Мило.

— Зовите меня просто Пак Хо, аджосси. Специалист по автоматизированному тестированию в ДИТ ГЛОБАЛ.

— Меня зовут Ван Ги. Разработка… — можно было бы представиться шире и превратить всё в резюме, но сейчас пускать пыль в глаза не имеет смысла. Чуть попозже, если потребуется.

— Рад знакомству, Ван Ги, — серьёзно произнёс он и тут же забыл обо мне: — Так что, Со Ён, всё очень плохо у тебя?

— Очень…

У меня на лице играла торжествующая полуулыбка, и я ждал момента, чтобы объяснить всему миру отчего же столь доволен в это унылое понедельничье утро. Вроде бы, это тот самый миг, да? Я поднял было руку, но встретил взгляд девушки, громче любых слов заявляющий, что пока не стоит лезть в беседу чеболей. Неконструктивно, потому что мы тут одно дело делаем.

— Я бы хотел кое-что сказать… — старательно не «услышал» я.

— Прошу вас, господин Чон, — меня засыпало льдом голоса Со Ён. — Я введу славного Пак Хо в суть дела, и если у него появятся вопросы к вам с технической стороны, то он их сразу же задаст. Нам нельзя терять время! Позволите нам продолжить?

Я, собственно, и не собирался позволять, но Со Ён не дала ни слова вставить, подытожив:

— Спасибо.

Ну что тут сделаешь? Перебивать? Тогда не тот эффект будет. Так что осталось лишь терпеливо ждать. Спешить уже некогда, так что я устроился поудобнее, иногда поглядывая на экран телефона, потому что вчера вечером мне пришлось сделать один звоночек, сразу после того как госпожа Сон попросила прийти пораньше. И человек, которому я звонил, запаздывал. Впрочем, сегодня на это можно было закрыть глаза.

Со Ён тем временем рассказывала брату сложившуюся ситуацию, показывала ему наработки, сервис, описания. Пак Хо хмыкал, кивал, делал предложения. Про меня они будто и забыли.

Наконец, телефон пиликнул:

«Я здесь! Всё готово!»

«Теперь жди!» — настучал я ему обратно и вернулся к прослушиванию планов. Брат и сестра многозначительно покосились на меня, а затем продолжили обсуждение. Отрадно было видеть то, что относились они друг к другу очень хорошо, и, мне кажется, могли прекрасно работать вместе. За их общением я наблюдал с живым интересом. Пытливые умы ищущие решение. В любой команде такой диалог на вес золота.

Я бы взял себе в команду обоих, честно. Вот только чем дальше шла беседа, тем меньше оставалось энтузиазма у Со Ён. Да и Пак Хо всё чаще сокрушённо качал головой.

Я терпеливо ждал. Пока не случилось то, что должно было случиться. Чеболи сдались.

— Нет, это невозможно. Я должен был приступить в пятницу, чтобы к среде подготовить хоть что-то подходящее, сестра, — признался Пак Хо.

Со Ён мяла в руках салфетку, глядя куда-то в пустоту. Она уже давно всё поняла. Пак Хо с нескрываемым сопереживанием подался к сестре, накрыв её ладонь своею. Потом посмотрел в мою сторону:

— Аджосси, вы не могли бы ненадолго выйти? Я бы хотел поговорить с сестрой один на один. Нам надо обсудить семейное дело…

— Конечно-конечно. Но можно перед этим я всё-таки скажу то, что хотел? — спросил я. Со Ён вяло кивнула, так и глядя куда-то в мрачное личное будущее, где зловеще хохотал победивший отец. — Мне потребуется всего пять минут, а дальше вы сможете прервать, если это покажется чем-то отнимающим ваше драгоценное время.

Я взял телефон, набрал номер и бросил в трубку:

— Вторая переговорка.

Со Ён этот звонок вывел из транса, лицо напряглось. Пак Хо удивления не выказал, но сел, положив ладони на стол и вежливо ждал. Старший Сон, кстати, искренне пытался помочь, но с тем объёмом за два дня бы никак не справился. Там ведь для начала надо хорошо в тему погрузиться, и только потом уже хоть как-то работать. Так что братцу Со Ён просто уважение и почёт. Он действительно хотел помочь. Просто его поздно подключили. Потому что гордыня это не просто так смертный грех, госпожа Сон.

В переговорку тем временем постучали. Затем дверь тихонечко приоткрылась, и к нам осторожно заглянул Ким Тхе. Глаза красные-прекрасные, лицо небрито, в руках ноутбук. Но вид довольный, и это хорошо.

— Господин Ким? — удивилась Со Ён. — Что вы здесь делаете? Что происходит, Ван Ги?

— Я пытался вам сказать, — улыбнулся я дочке председателя. — Но думаю, наш славный коллега всё расскажет лучше меня. Твой выход, Тхе!

— Здравствуйте, здравствуйте, — нервно забормотал аналитик. — Позвольте, позвольте!

Со Ён недоумённо наблюдала за тем, как Ким Тхе подключает ноутбук к проектору.

— Господин Ким прежде работал в тестировании, — кинул я подсказку девушке. — И на прошлой неделе я набрался смелости и рассказал о возможных затруднениях с сервисом. Любезнейший Ким согласился подстраховать нас.

— Вы работали в тестировании? — изумилась та. — Я не знала… Вы… Но как… Сверхурочно и без оплаты⁈

— Помочь вам, госпожа Сон, было честью для меня, — протараторил Ким.

А затем начал презентацию. Я сидел за столом, где снова оживала надежда Со Ён. Глаза дочки председателя засверкали, когда стало ясно, какой подарок преподнёс ей невзрачный и недооценённый аналитик.

Ким Тхе отлично поработал и сделал всё по чести. Мотивации я ему подогнал достаточно, и романтичный парень положил все силы для того, чтобы впечатлить дочку председателя. И, по-моему, то что изначально было сказано ради шутки и красного словца по отношению к красавице из чеболи, стало для Ким Тхе нечто большим.

Он на самом деле смог подготовить полное покрытие тестами, с описанием сценариев и их проведением, со всей документацией и даже заполненными инструкциями.

— Есть некоторые шероховатости, — смущённо заявил он, закончив презентацию, — но на данный момент тестирование пройдено на девяносто процентов. Заведено несколько замечаний низкого приоритета, и, я уверен, Ван Ги… Ой, простите, господин Чон исправит их уже сегодня.

Со Ён вскочила и заключила опешившего аналитика в объятья. Ким Тхе залился краской, неловко попытался обнять девушку в ответ, но застыл под взглядом её брата и сделал вид, что просто приподнял руки, чтобы их размять.

— Ван Ги, — Со Ён отстранилась от аналитика и повернулась ко мне. — Я… Но почему ты сразу не сказал⁈

— Я пытался.

— Ах да, точно. Прости, Ван Ги. Прости… Неужели всё получилось! Осталось провести демонстрацию в среду и… Я уверена, что все формальности будут закрыты. Что там с техническим ревью? — вдруг насторожилась Со Ён.

— Пройдено, — не соврал я. Все комментарии были разрешены еще в пятницу вечером и я получил одобрение сторонних специалистов.

— Дорогая онни, неужели эта сказка со счастливым концом? — поинтересовался Пак Хо.

— Да, мой дорогой брат. Да!

Я, скажу прямо, сильно сомневался в том, что это финал. Демо, конечно, мы пройдем. Помешать релизу господин Мун уже не сможет. Подлянка от его возлюбленной Ли Ю До тоже нас более не коснётся.

Осталась лишь пара мелочей. Реакция папаши Со Ён на проигрыш и, если Со Ён получит больше власти и закрепится в проекте — реакция тех, кто поработил господина Муна коррупционными схемами.

Но всё это пусть будут проблемами меня из будущего.

После окончания собрания Со Ён попросила меня остаться ненадолго. И, когда за Пак Хо закрылась дверь, приложила руку к груди:

— Я твоя должница, Ван Ги. И сразу после демо я обещаю, что пробью тебе достойное повышение зарплаты. Вне зависимости от судьбы релиза. Клянусь тебе.

— Спасибо, Со Ён, — с достоинством поклонился я.

Она хотела сказать что-то ещё, но затем проглотила слова и, покраснев, выскочила из переговорки.

Интересно, достойное повышение это сколько?

Традиционное

Первый том завершён. На этот раз я не могу сразу начинать второй, простите. Поэтому, чтобы не пропустить выход второго тома — подписывайтесь здесь. Предполагаю, что первая глава будет уже через пару дней, но не зарекаюсь.

Спасибо, и до новых встреч!

ЗЫ Не забудьте жамкнуть сердечко, если вам понравилось. Всем кота!

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Секреты Чон Ван Ги

Content

Секреты Чон Ван Ги

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Традиционное

Nota bene