Последний Паладин. Том 8

Пролог

Осунувшийся мужчина в помятой белой рубашке сидел в темной комнате с наглухо зашторенными окнами.

Рядом небрежно валялся пиджак и несколько пустых бутылок элитного пойла. Чуть в стороне стояла потертая шахматная доска, а многочисленные фигуры были разбросаны по всему полу княжеских покоев.

В дверь тактично постучали, но Князь Света ничего не ответил и просто взмахнул рукой, надеясь, что гость, кем бы он ни был, уйдет.

Однако гость оказался настойчив и вошел без спроса.

Князь Света лениво приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть на смельчака, перед тем как убить его за наглость, но увидев на пороге своего старшего сына, лишь тяжело вздохнул.

Демид, ловко переступая через устроенный бардак, зашел внутрь покоев и остановился. Поправил чуть съехавшие бело-золотые очки, осмотрелся, после чего сделал шаг и поднял с пола фигуру черного коня.

Покручивая шахматную фигуру в руке, Демид опустился в кресло напротив отца и, подняв на него взгляд, поставил черного коня на доску.

— Так и будешь тут прятаться, отец? — наконец нарушил тишину Демид.

— Я не прячусь, а думаю, — не открывая глаз, холодно отозвался Князь Света.

— Ладно, как скажешь, — пожал плечами Демид и вывел перед собой на коммуникаторе прямую трансляцию со взрывами и странным летающим объектом, сеющим смерть над старой резиденцией Клана Огня.

Сначала Князь Света никак не реагировал на громкие звуки взрывов, воплей и выстрелов, но вскоре открыл глаза и, всмотревшись в суть видео, хмыкнул.

— Похоже, твой ход тоже не сработал, сын, — констатировал увиденное Князь Света.

— Отнюдь, — позволил себе сдержанную улыбку Демид и выключил трансляцию.

— Хочешь сказать, что ты планировал поражение? — усмехнулся Князь Света.

— Не планировал, но и сказать, что мой ход не сработал, тоже нельзя. Поражение тоже результат. Впрочем, отец, ты ведь сам нас учил, что больших побед без потерянных пешек не бывает.

— Маркус устраняет уже не только пешек, — не согласился с сыном Князь Света.

— Это верно, — меланхолично кивнул Демид, — однако каждая потерянная фигура — это лишь поражение в битве, а еще информация. И разве не в этом главная прелесть нашего Дара, отец? Иным дано смертельно ошибаться лишь раз, мы же можем ошибаться сколько угодно и в конечном итоге сокрушить даже самого могущественного врага. И покуда цела фигура короля, — медленно поднял с пола белую фигуру Демид и поставил на доску напротив черного коня, — можно создать сколько угодно пешек… коней… ферзей.

Князь Света подобрался ближе и с прищуром посмотрел на сына, который возмужал за последние недели и источал уверенность, которой сам Князь невольно позавидовал. Настолько, что Князю Света захотелось подавить эту уверенность его сына силой и заставить склонить голову.

Однако впервые в своей жизни Князь засомневался, что справится, и, отринув эту мысль, отвел взгляд.

Последнее время уверенность Князя Света в своих силах сильно пошатнулась, а почти все марионетки, которых он обрабатывал и взращивал всю жизнь, оказались растеряны.

— Разве не этого ты всегда жаждал, отец? — вновь нарушил тишину Демид, начав медленно поднимать фигуры с пола и расставлять их на доске, — жаждал неизвестности… жаждал азарта… жаждал творить историю своей жизни самостоятельно, а не идти по скучному предопределенному пути. А еще, мне кажется, отец, ты был слишком наивен и не научился важному уроку. Не научился умению выносить выгоду из поражений.

— Тебе жить надоело, сын? — резко потяжелел взгляд Князя Света, и отголоски подавляющей силы накрыли помещение, заставив воздух буквально трещать от напряжения.

— Если на то будет твоя воля, отец, можешь меня наказать, — покорно склонил голову Демид, — однако, прошу заметить, что никто, кроме меня, не осмелится тебе перечить, и я считаю долгом наследника сообщить об этом. Все мы люди и иногда сбиваемся с пути. Это нормально.

Несколько секунд Князь Света потратил, размышляя, пустить ли в ход внезапно вернувшуюся силу. Да, вернулась она не полностью, однако и сын не стал ставить ментальную защиту. Одна нить и его воля будет навечно сломлена, но по какой-то причине Князь Света не стал этого делать и простил дерзость сына.

— Я еще не назначил наследника, — тем не менее напомнил Князь.

— Верно, я помню. Но я непременно им стану, когда устраню Маркуса, как ты того и хотел.

— Устранишь? — с усмешкой поднял бровь Князь Света.

— Да, — абсолютно серьезно ответил Демид, продолжая поднимать с пола фигуры и расставлять их на доске, — или ты думаешь, мы не справимся? — поднял он уверенный взгляд, когда все до единой клетки на доске вокруг черного коня оказались заставлены белыми фигурами.

— Пожалуй, ты прав, сын, — хмыкнул Князь Света, и впервые за последние дни в его глаза вернулся стихийный блеск, а на лицо легкая улыбка, — начнем новую партию.

— Вот и хорошо, — поднялся на ноги Демид, после чего подошел к окну и рывком расправил шторки и с улыбкой поморщился от ударившего в глаза ярких лучей, — а еще с тобой хотят поговорить они, — не отходя от окна, добавил Демид и в покои без стука зашли четыре фигуры в балахонах с ярко переливающимися на солнце знаками звезды.

Глава 1

Ответа на мой вопрос не последовало.

Гордо вздернув нос, на вид лет двенадцати пацан хмыкнул и окинул меня враждебным взглядом огненно-красных глаз.

Дорогая одежда и стильно уложенные черные волосы показывали, что сидит юный заключенный тут не так уж и долго. Хотя его голодный взгляд был со мной не согласен.

— Гордый, значит, ладно, — пожал я плечами, достал из сумки на плече еще одно иномирное яблочко и присел рядом с пацаном, демонстративно оставив между нами раскрытую сумку, в которой виднелся еще десяток сладко пахнущих фруктов.

Будучи пристегнутым кандалами, дотянуться сам он не мог, гордый взгляд осознавшего это мальчишки слегка дрогнул и, подобрав выступившую слюну, тот отвернул голову в сторону.

Однако, голоса не подал.

Похвальная выдержка.

— Так за что сидишь, малой? — с показательным наслаждением поедая яблоко, беззаботно спросил я.

Вместо ответа, я услышал лишь урчание живота пацана, но голову он не повернул.

Кремень!

— Пьяная драка? Контрабанда? Воровство… еды? — не сдавался я, добавив ироничные нотки в голос.

— Ты за кого меня принимаешь⁈ — возмутился гордый мальчишка и впился в меня жгучим взглядом, — я не уголовник, а пленник!

— Ага, говорить мы значит умеем, — удовлетворенно кивнул я и катнул пацану одно яблоко.

Между голодом и гордостью, победил голод и тот жадно вгрызся в ароматный фрукт, исподлобья позыркивая на меня с недоверием.

— С чего я должен раскрывать свою личность какому-то незнакомцу? — схомячив иномирное яблоко вместе с сердцевиной, хмуро выдал пацан.

— И то верно, — согласно кивнул я и, обтерев сладкую руку об себя, протянул ладонь, — меня зовут Маркус.

Мальчик машинально попытался поднять руку, но кандалы тут же засветились ярким сиянием и тот, скривившись, странно на меня посмотрел.

— То есть даже просто имя мы называть не хотим, — вздохнул я, — ладно, а за еще одно яблоко?

— Не назову и за тысячу яблок, — фыркнул пацан, — я давал слово!

— Слово, говоришь? Уважаемо. А если я дам тебе слово снять кандалы в обмен на ответ? –предложил я.

Взгляд огненно-красных глаз мальчишки вновь дрогнул, но лишь на миг, спустя который тот вернул свою горделивую маску обратно.

— Настоящий аристократ не нарушает своего слова! — собрав волю в маленький кулак, произнес пацан.

— Ага, так ты у нас настоящий аристократ, понятно, — улыбнулся я.

— Блин! Я не это имел в виду! Я… — растерялся парнишка и, кинув на меня обиженный взгляд, прикрыл рот.

— Да не парься ты так, юный аристократ, — сладко потянулся я, — мне в целом плевать кто ты, и за что сидишь. Даже если твоя фамилия Пламенсикй, ты свободен и можешь идти куда хочешь, — щелкнул я пальцами, и массивные артефактные кандалы с хлопком исчезли в недрах мира Тьмы, словно их тут и не было.

Ошарашенный мальчишка резко отстранился и неверяще захлопал глазами. Посмотрел на свои свободные от оков конечности, потом на меня. После чего осторожно поднялся на ноги и отряхнул свое дорогое одеяние.

— Я не Пламенский, — брезгливо выдал пацан, настороженно поглядывая на выход за моей спиной, — а ты?

— Я уж точно нет, — хохотнул я, и в этот момент последняя из моих одиннадцати призванных Гончих Пепла пала в неравном бою.

Время потихоньку поджимало.

С этой мыслью я окинул пацана более внимательным взглядом.

Несмотря на гордый взгляд и внешнюю стойкость, тот был энергетически истощен. Кандалы, в которые заковали ребенка, были не из простых и не только подавляли, но и высасывали из него стихийную энергию. Причем делали это грубо и агрессивно.

Однако мое внимание привлек весьма крупный источник энергии, который остался нетронут. Интересно.

— Ты ведь мог и сам выбраться, — не спрашивал, а утверждал я.

Мальчик сначала не понял, что я имею в виду, а потом его взгляд скосился на уровень собственной груди, и кашлянув, тот убрал оттуда инстинктивно прижатые руки.

Без сомнений, за пазухой пацан прятал осколок и осколок весьма крупный. Почему он его не использовал, а позволил кандалам высасывать энергию из себя, это вопрос. Хотя полагаю, это как-то связано с его именем.

— Не понимаю, о чем речь, — сыграл в дурачка мальчишка, и стихийный фон от осколка резко снизился практически до нуля.

Хм, использовал маскировку, но зачем? Неужели настолько боится нарушить свое инкогнито, что готов его сохранить даже ценой своей жизни?

— Ладно, как скажешь, — решил я не грузить вопросами упрямого пацана, и в этот момент мне пришло сообщение от Глеба.

Тот доложил, что боезапас Каймана закончился, и он завис высоко над территорией, а также запросил координаты, где меня забрать.

Я глянул на часы. Глеб продержался на три минуты дольше, чем обещал, молодец.

По плану я бы как раз успел выйти вовремя, но этот план не учитывал одного упрямого красноглазого ребенка.

Ребенка, энергоканалы которого сейчас в паршивом состоянии. Столь грубое истощение само по себе вредно для молодого растущего организма, а дополнительная стихийная нагрузка и вовсе может вызвать необратимые повреждения внутреннего источника, который в этом возрасте у одаренных еще продолжают формироваться.

Так что даже уносить его Тенями это риск сделать из пацана энергетического калеку, что было бы обидно. По тому, как малой обращается с энергией в осколке, видно насколько он талантлив.

Вздохнув, я скосил взгляд на мониторы, которые транслировали, что количество недоброжелателей снаружи начало резко возрастать. Быстро же они просекли, что Кайман им больше не угроза, и устремились сюда.

— Ну что, малой, я на выход, — перекинув рюкзак с лутом через плечо, поднялся я на ноги, — тебя проводить?

— А как же они? — напряженно кивнул тот на мониторы с десятками тяжеловооруженных людей у единственного выхода.

При этом взгляд мальчишки ненадолго дернулся к спрятанному под одеждой осколку, но черпнуть из него силу тот так и не решился.

Интересно, что это за слово он такое дал, что даже пред лицом смертельной опасности не готов его нарушить.

— А что с ними не так? — беззаботно спросил я, — или среди них есть твои друзья?

— Нет, конечно! — возмущенно сжал кулаки пацан.

— Хорошо, потому что все, кого ты там видишь, уже трупы, — спокойно констатировал я.

— Как это трупы? — недоуменно опешил красноглазый мальчишка, — это же трансляция камер в реальном времени…

— А я не говорил? — скорчил я удивленную гримасу, — я своего рода провидец и немного умею смотреть в будущее! — с важным видом вскинул я указательный палец.

— Да? И что там… в будущем? — скептично хмыкнул пацан.

— Для них, ничего хорошего, — беззаботно улыбнулся я, глядя, как на одной из камер в небе сверкнула черная птичка.

* * *

— Шевелите задницами, лентяи! — хмыкнул усатый боевик в слегка помятой бордовой броне, — цель может выйти в любой момент!

Подгоняемый полевым командиром элитный отряд опытных наемников «Горлорезы» спешно подтаскивал все уцелевшие боевые установки. На дела этот отряд ходил редко, но метко, предпочитая сотням мелких дел один раз ввязаться в крупную заварушку и последующий годик-два жить в достатке.

Работать день через год они привыкли и потому никогда не упускали ценные заказы. А этот заказ был настолько ценен, что мог обеспечить «Горлорезам» не один год сытой жизни, а сразу десятка два.

Упустить такой уникальный шанс они не могли и спешно примчали в столицу на личном самолете.

Вокруг по территории резиденции полыхали пожары, небо заволокло черным дымом, а дышать было практически нечем, но никто из оставшихся боевиков и не думал бежать.

Все слабаки и трусливые крысы, кто пытались, были сожжены из летающего броневика или расстреляны в спину боевым отрядом гвардии Рода Пламенских как дезертиры.

В контракте у всех наемников было четко прописано: «стоять до конца», но с другой стороны, они подписывались сражаться с людьми, а не дышащими огнем иномирными Гончими и неуязвимым летающим броневиком, против которого все самые современные боевые расчеты оказались бессильны.

Более того, каждый, кто осмеливался стрелять по окаянной железяке, неизменно погибали страшной смертью.

Однако это не касалось отряда «Горлорезов», которые быстро просекли бесполезность сражения с летающей машиной смерти и сосредоточились на выживании и экономии сил. Им платили за результат, и именно его они и готовились дать.

И стратегия «Горлорезов» окупилась, когда атаки с воздуха прекратились, а по всем каналам пришло подтверждение местонахождения главной цели.

Их наниматель Роберт Пламенский уже отбросил копыта, но сыграл важную службу. Заманил на себя и наверняка ослабил главную цель, за голову которой всем наемникам было обещано в десять раз больше, чем они получили от Пламенского.

И «Горлорезы» оказались не единственными, кто приняли решение переждать бомбардировку и сохранить силы на устранение Маркуса.

Среди таковых оказались три отряда под командованием Спецов, западный синдикат «Опустошителей» и даже остатки гвардии Рода Пламенских, которые услышав о возможности сорвать куш, бросили свои обязанности по защите территории, отстрелу дезертиров и тушении пожаров, начав помогать с подготовкой засады.

Всего усатый командир «Горлорезов» по прозвищу Остряк насчитал семьдесят три бойца, и все до единого были одаренными не самых последних калибров.

Столько профессиональных убийц в одном месте Остряк не видел никогда в своей жизни. А учитывая, что втрое больше полегло за последний час, недоброжелателей этот Маркус собрал прилично.

Настолько прилично, что Остряк даже начал переживать, что их второй и основной заказчик не сможет со всеми расплатиться. И судя по тому, как косо поглядывают разрозненные отряды наемников друг на друга, о том, что денег не хватит на всех, подумал не он один.

— После устранения цели, не расслабляемся, — шепнул он по закрытому каналу отряда и составил список приоритетных конкурентов, которых нужно будет завалить в первую очередь.

Конечно, больше всего проблем будет со Спецами, коих тут собралось аж пятеро. Когда-то давно усатый Остряк и сам был одним из них и потому прекрасно знаком с их силой и выучкой. Эдакие Ратники, заточенные под убийство людей.

— Все готово, Острый, че дальше? — хмыкнул бритоголовый заместитель «Горлорезов».

— Сначала цель, — напомнил командир, — потом остальные.

— Уверен? — поиграл желваками бритоголовый, — тут столько профиков, что и без нас завалят пацана.

— Маркус не пацан, — хмуро ответил Остряк, — судя по докладам он непрост. Половина местных ребят, как услышали его имя, наотрез отказались нам помогать, а Организация настоятельно советовала отказаться от этой затеи.

— Конкуренции боятся, — хмыкнул бритоголовый, — давно поговаривают, что Бес начал терять хватку.

— Нет, тут другое, — покачал головой Остряк и потер навострившиеся на опасность усы, — у меня плохое предчувствие. Первыми не лезем, присматриваемся.

— К чему такая осторожность? Он же один!

— Мне повторить? — холодно спросил Остряк.

— Нет, сорян, я понял, — кивнул заместитель.

— Слышь, ты же сказал небо чистое? — вдруг хмуро всмотрелся в воздух Остряк, почувствовав странное жжение в груди, отдаленно похожее на страх, который командир «Горлорезов» не испытывал уже лет тридцать.

— Да так и есть, Кайман пуст, — хмыкнул бритоголовый, — это все подтвердили.

— А это тогда что? — ткнул он в сторону медленно увеличивающейся черной точки.

— По радарам пусто, — пожал плечами заместитель, — птица?

— Самолет? — не сводя взгляда со странного объекта, хмыкнул Остряк.

— Хуже, — вдруг раздался чужой голос позади.

Остряк с бритоголовым тут же схватились за оружие и взмахнули артефактными лезвиями дагов и клинков, но рассекли лишь воздух, глядя, как смеющийся силуэт исчез в тенях.

— Так вот почему такой ценник, — выругался Остряк, узнавший голос маньяка, с которым ему довелось пару раз поработать, и тут же перешел на общую частоту, — внимание! На территории замечен Мрак! Круговая оборона!

И в этот момент в центр засады с оглушающим грохотом приземлилось что-то черное и подняло клубы пыли вверх. А когда пыль рассеялась, то на куче из десятка изуродованных трупов показался небольшой черный попугай с пронзительным кровожадным взглядом и стекающим по черным перьям алым ручейкам свежей крови.

Окинув окружающую армию охреневших боевиков с видом голодного льва, смотрящего на стадо овец, попугай выплюнул из своего изогнутого клюва глаз убитого командира Спецов и громко спросил:

— ЕР-Р-РЕТИКИ⁈

* * *

Я неспешно поднимался по лестнице с заложенными в карманы руками и весело посвистывал.

Красноглазый парнишка медленно плелся следом. Мне он не особенно доверял, но иных способов выбраться у пацана просто не было.

Либо остаться внизу с кучей обгорелых трупов, либо пойти со мной.

При этом мальчишка предусмотрительно держал дистанцию в десять метров, явно сомневаясь, что моих сил хватит, чтобы прорваться через окружение, которое он видел по камерам.

Там было человек пятьдесят отборных убийц, не меньше.

Однако, когда я первым вышел на улицу, без затей открыв дверь, встретила меня всего одна летящая в лицо ракета.

— Перемести, — приказал я со взмахом вынутой из кармана руки, и черное облако Тьмы сожрало снаряд.

Сожрало, чтобы мгновение спустя выплюнуть его над головой бритоголового крепыша, который чего-то высматривал в небе, и в итоге ракета влетела ему прямо в лоб, где и взорвалась трехстихийной вспышкой, оставив о бритоголовом только светлую память.

После чего я перевел взгляд на того, кто и запустил в меня эту ракету.

Усатого мужика с острым как бритва подбородком. Моему фокусу с перемещением тот удивился, но быстро взял себя в руки и потянулся ко второй ракетнице.

«Перемещать» такие снаряды довольно затратно, поэтому второй раз я пальнуть по себе не дал.

Шаг Теней и вот я за его спиной. Первой мыслью было взять клинок и срубить голову усачу, но потом я увидел, как из моей двери вышел ребенок и решил действовать менее кроваво.

Просто свернул наглецу шею. В последний момент тот извернулся и даже успел отреагировать, но от сломанной шеи его это не спасло.

— Шустрый, гаденыш, — выругался я, вытаскивая из ладони отравленную дагу, которую этот шустряк успел в меня вонзить, воспользовавшись моей наносекундной заминкой.

Позволил пустить себе немного крови, но зато психика ребенка была спасена. Хватит с детских глаз кровавых и жестоких смертей.

Так я подумал ровно за мгновение до того, как прямо передо мной с воплями пропрыгал одноногий мужик с горящей головой, а следом за ним, грациозно покачиваясь на ветру, летел и весело напевал песенку маленький черный попуг.

Ты визжи, кричи, падлюка,

Оторву тебе и руку!

Кишки вырву и сожгу,

Подходи по одному!

Я тяжело вздохнул и отбил фейспалм. После чего нашел взглядом охреневше хлопающего красными глазами пацана и развел руками.

— Признаю, над воспитанием моего попугая надо поработать.

— Н-ничего… — замерев в проходе, сглотнул ком в горле мальчишка, глядя как от армии, что дожидалась нас в засаде, осталось в живых лишь несколько человек. Да и то, судя по продолжающимся вокруг крикам, это ненадолго.

При этом пацан ничуть не испугался, а наоборот, поняв, что угрозы нет, расслабился и повернул пылающие искренним восторгом красные глазенки на меня.

— А ты кто такой? — со рвущимся наружу сквозь радостную улыбку любопытством спросил он.

— Я же представился, — напомнил я и захрустел вынутым из сумки яблоком, — меня зовут Маркус. Маркус Темный, Глава Клана Теней, действующий Ратник Империи и немного провидец, — с улыбкой выдал я и перевел взгляд в сторону людских воплей, — а вон ту милую птичку зовут Клювик, и если он вдруг задаст тебе вопрос, советую хорошенько подумать перед ответом, — дал я пацану ценный совет и невозмутимо направился дальше.

Глава 2

Вооруженный кортеж с гербами Рода Огневых мчал по улицам столицы с сигнальными огнями, заставляя гражданские машины съезжать на обочину, уступая дорогу.

Валерии Огневой было не до тактичности, ведь дым в небе северо-западного пригорода столицы поднимался с территорий ее Клана!

Сидя на комфортабельном диване княжеского броневика покойного дедушки, девушка неотрывно смотрела на раскрытую голографическую карту и напряженно постукивала по столу красными ноготочками.

Рядом с ней, с невозмутимым выражением лица сидела Княгиня Природы Виктория Луговская, а за окнами виднелись четыре боевые машины сопровождения в зеленых цветах Клана Природы.

А напротив девушек, у пульта управления тактической карты располагался загорелый красноглазый мужчина в боевом облачении, являющийся начальником гвардии Рода Огневых, и усатый молчаливый мужик по имени Хребет, отвечающий за безопасность Виктории Луговской.

Вся четверка в напряженном молчании наблюдала за постоянно обновляющейся информацией на тактической карте.

Разведка Рода Огневых доложила о странностях в древней Клановой Резиденции десять минут назад, и глава безопасности Рода настоятельно рекомендовал отменить поездку, но Валерия Огнева наотрез отказалась, подняв по тревоге свою гвардию в полном составе, и вместе с ней на место в качестве поддержки отправилась Виктория Луговская.

Последнее время вопрос наследия трона Клана Огня подвис в воздухе, и его требовалось решить как можно быстрее, так как без управления и так переживающий не лучшие времена Клан Огня слабел еще больше.

Каждый час промедления стоил огневикам денег, влияния, людей.

Упущенные возможности накапливались как снежный ком, который запустил еще Герцог Вильгельм Фон Грэйв и поставил Клан Огня в самую сложную ситуацию за всю его историю.

И затягивание процесса с назначением нового Главы Клана Огня могло привести к тому, что к окончанию грызни между пятью древними Родами править победителю уже будет попросту нечем.

При этом сама Валерия Огнева, внезапно оказавшаяся у руля всего Рода Огневых, не особенно стремилась к власти, однако перед смертью покойный Князь Огня поведал своей любимой внучке многие тайны, тем самым переложив на ее хрупкие плечи ответственность за честь и гордость всего Рода Огневых.

А также за его будущее.

Валерия прекрасно понимала, что уйди она сейчас в сторону, Род Огневых запомнят именно такими, развалившими Клан Огня неудачниками, тиранами и убийцами.

Лера не могла этого допустить и потому была готова принять на себя бремя заботы о Клане и если не править самой, то хотя бы убедиться в том, что преемник поведет огневиков к светлому будущему, а не ляжет под Князя Света очередной марионеткой.

Пламенские же никакого доверия у Валерии Огневой не вызывали, и получили они свои крепкие позиции лишь шантажом, деньгами и угрозами.

По этой причине Лера не могла упустить шанс зарубить все их амбиции на корню и не могла позволить себе отступить, тем более, когда на земле их предков творится такое.

— Петр, как оценишь обстановку? — нарушила молчание Валерия Огнева и с вызовом посмотрела на своего загорелого начальника гвардии.

— Кхм… — прокашлялся тот и окинул взглядом карту еще раз, — обстановка тяжелая, ваше сиятельство. Слишком много противоречивой информации и составить полную картину отсюда невозможно. Настоятельно рекомендую отказаться от поездки до выяснения всех обстоятельств и…

— Нет! — властно прервала доклад Лера, — раз картину нельзя составить отсюда, я тем более должна поехать туда лично! Это земли Клана Огня и оберегать их — мой долг! Есть свежие данные по жертвам?

— Официальных данных нет, ваше сиятельство, все, что у нас есть, это обрывки видеозаписей и несколько перехваченных переговоров. По неподтвержденной пока информации, Глава Рода Пламенских, его сиятельство Роберт погиб в бою вместе со своей свитой. Судьба еще четырех членов Рода Пламенских, которые должны были прибыть на собрание, уточняется.

— А другие древние Рода? — хмуро спросила Валерия Огнева, размышляя, по какому праву Пламенские вообще оказались в не принадлежащей им резиденции раньше согласованного времени.

— Насколько нам известно, ни Красновых, ни Свечковых, ни Костровых в резиденции на момент атаки не было, — доложил Петр.

— Понятно, хорошо. Значит, как и мы, они еще не успели приехать, — задумчиво констатировала Валерия Огнева.

— Или же и вовсе не собирались, — вдруг произнесла Виктория.

— Ты о чем? — нахмурилась Огнева.

— Посмотри на карту, Лер, — ткнула Княгиня Природы пальчиком, — по данным разведки, в момент атаки внутри резиденции находилось не менее полутора сотен одаренных. А сколько их там должно было быть в момент собрания?

— Не больше десяти на каждую делегацию, плюс пять человек персонала, — холодно ответила Лера.

— А еще что они делали там так рано? Столы накрывали? — иронично хмыкнула Виктория Луговская, и ее красноглазая подруга совсем побледнела.

— Думаешь, Маркус знал о готовящейся засаде Пламенских и поэтому объявил им войну? — закусила Валерия Огнева губу, — но если он знал, почему тогда просто не сообщил мне и не попросил помощи⁈

— Помощи? — звонко засмеялась Виктория, — мы сейчас об одном и том же Маркусе говорим?

— Тоже верно, — слабо улыбнулась Лера, и в этот момент их бронетранспортер остановился.

— Ведущая машина доложила, что здесь имперское оцепление, ваше сиятельство, — прислонив загорелую руку к наушнику, произнес Петр, — говорят, дальше начинается зона боевых действий и туда посторонним нельзя.

— Посторонним⁈ — подняла бровь Лера, — да эти крысы Пламенские гораздо более посторонние, чем мы! Род Огневых не станет сидеть в стороне, пока эти поганые заговорщики будут марать землю наших предков своим присутствием! Так и знала, что не следовало покидать резиденцию до назначения нового Главы!

— Тем не менее пропускать нас отказываются, — с некоторым облегчением в голосе произнес Петр, — велите разворачиваться?

— Я тебе развернусь! — возмутилась Лера и воинственно кивнула вперед, — подвези к ответственному за оцепление, я с ним поговорю.

— Но, ваше сиятельство…

— Выполняй, Петя, — холодно произнесла Валерия Огнева.

Тяжело вздохнув, начальник гвардии отдал приказ, и броневик вырулил из центра в начало кортежа и остановился перед военным, что стоял между двумя перегородившими дорогу имперскими танками.

Увидев княжеские гербы, вояка подобрался и подошел ближе, навстречу вышагнувшей из броневика красноглазой аристократической особе.

— Там земли моего Клана, капитан, — властным холодным голосом произнесла Валерия Огнева.

— А еще там зона боевых действий, на которые дал добро лично подполковник Горемыка, — вежливо произнес вояка, — со всем уважением, ваше сиятельство, я не могу пропустить туда стороннюю армию до окончания войны. Правда, если вы желаете стать официальной стороной конфликта по праву одного из собственников атакованной земли… — задумчиво произнес имперец, — я могу подать срочный запрос подполковнику.

— Нет, стороной конфликта не нужно, — поразмыслив, выдала Валерия Огнева, — есть иные способы попасть туда сейчас?

— Помимо сторон конфликта, на территории боевых действий могут находиться наблюдатели из числа высшей аристократии, — дал второй вариант капитан.

— И как? — с вызовом в пылающих огнем глазах хмыкнула Лера, — я достаточно высшая аристократия для подобного допуска?

— Конечно, ваше сиятельство, — смутился капитан и скосил взгляд на кортеж из трех десятков боевых и транспортных машин, — однако есть правило, один наблюдатель — одна машина.

— А если подходящих по статусу наблюдателя будет два? — грациозно вышагнула из броневика Княгиня Природы, и коленки у капитана слегка затряслись.

Одно дело вести беседу с внучкой покойного Князя Огня с лишь теоретическими и довольно мизерными шансами возглавить Клан Огня, и совсем другое — стоять перед действующим членом Великого Совета и Княгиней.

Завидев ее, капитан тут же склонился в низком поклоне, после чего осторожно поднял голову и произнес.

— Два наблюдателя — две машины, ваши сиятельства. Таков закон.

— Хорошо, — мы согласны, переглянувшись, ответила за обеих Виктория Луговская и по ее команде ближе подкатила одна из зеленых машин сопровождения с гербами Клана Природы.

— В таком случае подпишите отказ от претензий и оставьте все оружие, — произнес капитан и протянул формуляр, который девушки без размышлений подписали.

— Ваше сиятельство, так нельзя! Вместе со мной и водителем у вас всего четыре безоружных телохранителя! Против целой армии! Это самоубийство! — возмутился Петр, как только Валерия Огнева вернулась в машину и беззаботно села на заднее сидение, — по данным разведки, Маркус пошел внутрь один и с тех пор от него не было никаких вестей! А если он уже умер, то Пламенские наверняка…

— Ох, Петя, Петя, — весело покачала головой Лера, — вроде такой умный, а такой дурак.

— Почему это? Разве вы так торопились не для того, чтобы помочь этому теневику? — обиженно нахмурился загорелый гвардеец.

— Нет, — с грустной улыбкой качнула головой Валерия Огнева, — я боялась не успеть застать его после победы. И так и будет, если мы продолжим медлить, — хмуро произнесла она, — поехали уже!

— Как прикажете, ваше сиятельство, — смиренно произнес Петр, и спустя пять минут оба броневика уже мчали на последнем повороте к затянутой черным дымом резиденции Клана Огня.

* * *

Светловолосая девушка сидела на подоконнике, уткнувшись в планшет, и с серьезным видом анализировала видеозапись.

Еще одна светловолосая, один в один такая же, как и первая, но совершенно в другом месте, перебирала в этот момент стопку старых бумажных листов и делала от руки пометки в электронном блокноте.

Третья «близняшка» занималась отладкой системы безопасности в Обители под строгим надзором Астрид.

Десятки проекций Александры, которая больше предпочитала имя Лекса, были заняты делами, пока она сама задумчиво расхаживала босыми ногами по своим покоям в Обители в одной лишь мужской рубашке на голое тело.

Рубашке мужчины, о котором были заняты все ее мысли.

В числе прочего светловолосая красотка никак не могла выкинуть из головы тот взгляд Маркуса, когда он говорил про Падший Орден. Поначалу Лекса думала, что ей показалось, но чем чаще Маркус стал его упоминать, тем сильнее крепло ощущение девушки, что что-то не так.

Обычно отстраненный и сокрытый за безупречной маской равнодушия Маркус менялся во взгляде, стоило речи зайти о Падшем Ордене.

Лишь на миг, но она могла увидеть в его глазах искру чего-то глубоко личного, чего-то настоящего, чего-то таинственного и оттого так манящего.

Природная любознательность играла с Лексой злую шутку, и потому сколько бы она ни пыталась перестать об этом думать, она не могла.

По какой-то причине этот Падший Орден был важен Маркусу. Начиная с его ночной речи перед ближним кругом Клана Теней, где Маркус объявил новый курс теневого квартала по заветам Падшего Ордена, заканчивая нынешними просьбами Маркуса, которые все чаще и чаще касаются этой давно почившей организации.

Лекса чувствовала, что это не совпадение. Чувствовала двойное дно. Чувствовала личный интерес Маркуса.

Однако никак не могла понять причину этого интереса.

— Может, это связано с севером и прошлым Маркуса, о котором он ничего не говорит? — вслух произнесла Лекса, глядя в зеркало и, тяжело вздохнув, тряхнула головой, отгоняя рассуждения прочь и подавляя рвущееся наружу любопытство.

После чего девушка смачно ударила себя ладонями по щекам, чтобы успокоиться.

— С Маркусом играть нельзя, — вслух рассуждала девушка, — Только искренность. Только честность. Ты дала слово и если хочешь узнать что-то, то спроси напрямую! — добавила она и потянулась к планшету, чтобы совершить звонок и прямо расспросить Маркуса о прошлом, но в итоге, потупив в нерешительности минуту, Лекса отложила планшет и со вздохом плюхнулась на кровать лицом в мягкую розовую подушку.

И тут раздался стук в дверь.

— Открыто, — буркнула светловолосая, лениво повернув взгляд ко входу.

Оттуда робко зашла невысокая рыжеволосая девушка в ослепительно ярком платье цвета солнца. Ее вьющиеся огненные локоны водопадом струились по хрупким плечам, а лучезарная улыбка обманчиво невинного создания пленяла своей искренностью и буквально источаемой добротой.

Связь Камиллы с Ядром крепла день ото дня, как и ее сила и возможности внутри Обители, однако сейчас Камилла было чем-то обеспокоена.

— Не занята? — едва перешагнув порог, робко спросила рыжеволосая.

— Нет, — пожала плечами Лекса, мельком глянув через астральный план на свои проекции, которые с рутинными задачами успешно справлялись и без ее участия.

— Хорошо, — радостно улыбнулась Камилла, — потому что мне нужен именно твой совет!

— Конечно, спрашивай, — охотно отозвалась Лекса, заняв вертикальное положение на кровати со сложенной в ногах подушкой.

— Расскажи, как мне понравиться Маркусу! — невинно хлопая глазками, попросила Камилла, и на миг безупречный контроль Лексы над астральными проекциями нервно дрогнул, как и ее правый глаз.

* * *

Я беззаботно шагал вдоль догорающих боевых установок и переступая очередной труп, оценил весьма добротное снаряжение павшего в неравном бою бойца.

Огнестрел дерьмовый, но вот броня Степного Двурога легкая, крепкая и практически идеально сохранилась.

Только вот куда ее деть? Мой рюкзак под лут был уже под завязку. Последнее, что туда влезло это отравленные даги усатого любителя ракет. У него не только рефлексы, но и снаряга оказалась на уровне. Настолько, что я забрал ее всю.

И чем дольше я ходил по полю недавнего боя, тем больше жалел, что Кайман — это летающий броневик, а не летающий грузовой поезд.

Сейчас он бы ой как пригодился.

— Я, кажется, не просил о помощи, — произнес я вслух, переступая через очередной труп и справа от меня, из теней вышагнула мужская фигура.

— Я и не помогал, — пожал плечами Мрак, — просто смотрел. Все-таки это первая война моего нового Рода, — хмыкнул он, демонстративно выставив вперед подаренный мной перстень, — пропускать ее было бы невежливо.

— Да разве ж это война, — хмыкнул я, — так, дневная прогулка. Да и то не моя, а Клювика, — буркнул я, приметив очередной любопытный двуручный молот, который не влезет в мой рюкзак, — а ты здесь каким боком? Не только ведь посмотреть пришел.

— Не только, — согласно кивнул Мрак, — час назад была замечена странная активность в седьмом районе. Никто подозрительный в этот момент не входил и не выходил, но энергетический всплеск был уж слишком явным, чтобы проигнорировать.

— Что сказала на это Лекса? — остановившись, повернул я взгляд на покрытый теневой дымкой мужской силуэт.

— Усилить патрули и продолжать наблюдать.

— Тогда так и сделайте, — кивнул я.

— Принял, — отозвался Мрак, — тут помощь нужна?

— Хм… а у тебя теневой карман вместительный? — сощурился я.

— Смотря для чего, — пожал плечами Мрак.

— Для… — огляделся я вокруг, припоминая каждую из ценных вещей, которые мне пришлось переступить, — всего, — в итоге обвел я руками поле боя.

— Не вопрос, найду, — без особых эмоций ответил Мрак и скрылся в тенях.

А мгновением спустя вокруг один за одним стали исчезать трофеи. Причем именно те, которые я приметил как представляющие ценность!

Да у Мрака талант!

Немного мотивации и из него выйдет отличный вьючный ишак… кхм… добытчик!

Остается только сделать так, чтобы один из самых грозных убийц в Империи сам пришел к этой мысли.

Так как вопрос с трофеями был решен, я с чистой совестью перевел взгляд вперед, где клубы черного дыма разгонял заходивший на посадку Кайман.

Однако вместо того, чтобы сделать шаг, я обернулся на пацана, который все это время шел за мной по пятам и зыркал теперь на меня преданными, как у собачки красными глазами.

— Ты чего за мной плетешься? Яблоки я тебе уже все отдал, — хмыкнул я.

— Ты сказал я свободен, — насупился пацан.

— Именно так, — кивнул я, — вот и иди куда хочешь.

— Так, я и иду, — упрямо ответил тот, — за тобой.

— Такой себе вариант, конечно, впрочем, поступай как знаешь, — вздохнул я и направился к успешно совершившему посадку Кайману.

Броня моей летающей машинки была окрашена красными всполохами мигающего барьера, но визуально помимо пары десятков грязевых следов прямых попаданий ракет, Кайман был цел и невредим.

Чего не скажешь о Сталь-Пауке, который пострадал, как минимум, эмоционально.

Едва Кайман коснулся земли, как излишне возбужденный паучок тут же навострил все свои двенадцать пылающих яростью глаз в поисках живых обидчиков, и только убедившись, что таковых вокруг нет, перестал гневно сопеть и медленно слился обратно с броней.

И за всем этим зрелищем с приоткрытым от восторга ртом наблюдал красноглазый пацан.

Странный какой.

Судя по его стихийному ответу, юный безымянный аристократ определенно принадлежал Клану Огня, чьи земли предков этот самый летающий Кайман только что потрошил из всех орудий и жег стихийным напалмом.

На его месте можно было испытывать много разных эмоций, но восторг далеко не самая очевидная из них.

— Хочешь покататься? — предложил я.

— Не хочет! — раздался строгий женский голос позади и, повернув голову, я увидел, как со стороны двух броневиков, грациозно цокая красными каблуками, в нашу сторону идет хмурая и отчего-то сильно злая Валерия Огнева.

Глава 3

Гордо продефилировав по полю недавнего боя, девица в красном платье остановилась в двух метрах от нас, и от ее пронзительного взгляда пожары вокруг начали гореть немного интенсивнее.

При этом смотрела Валерия Огнева не на меня, а на мальчишку, весь энтузиазм и восторг которого улетучились как дым на ветру.

— Артур, будь добр, подожди в машине, — властным голосом произнесла Лера.

Пацан открыл было рот, но выражение лица у Огневой выглядело настолько устрашающе, что возразить ничего мальчишка так и не рискнул, и закрыл рот обратно.

— Эх, — лишь расстроенно вздохнул тот, глянув на Кайман, после чего повернул голову ко мне, отряхнул ладонь от налипшей сажи и протянул мне, — благодарю за помощь, Маркус.

— Пожалуйста, Артур, — ответил я рукопожатием и проводил взглядом неохотно потрусившего к броневикам пацана, которого за спиной Леры тут же облепили с четырех сторон напряженные гвардейцы.

Похоже, статус мальчишки в Клане Огня даже выше, чем я предполагал.

— У меня к тебе много вопросов, Маркус, — убедившись, что пацан в безопасности, хмуро произнесла Лера, осматриваясь по сторонам, — но в первую очередь я хочу поблагодарить тебя за Артура. Даже не представляю, какие условия бы выдвинул Пламенский с таким козырем в руках…

— Да не за что. Ты уж за ним присматривай, малой далеко пойдет… талантливый. Твой сын? — беззаботно спросил я и лицо девушки внезапно перекосило.

Тело тут же окутало леденящим холодом, потянувшим от Леры. Что при ее пассивной огненной ауре было не предвещающим ничего хорошего признаком.

— Я выгляжу такой старой⁈ — обманчиво спокойно процедила сквозь зубы она.

— Понял, к юмору мы не расположены, — примирительно поднял я руки, — но охрану своему братишке стоит обновить.

— Артур мне не брат, — чуть сгладилось выражение лица Огневой.

— Тем не менее, — пожал я плечами, — если его важную задницу смог выкрасть какой-то обиженный глава шайки коллекторов, то что-то вы явно делаете не так.

— Вот это точно не твое дело! — строго посмотрела на меня Лера, — к тому же о существовании мальчика Роберт не знал! Никто… не знал, — чуть менее уверенно добавила она, после чего подозрительно сощурилась, — а ты… нашел и спас его по чистой случайности?

— Именно так, — беззаботно кивнул я, — просто мимо проходил.

— Ага, мимо проходил, — передразнила меня Валерия Огнева и еще раз окинула взглядом округу, — и попутно перебил сотни людей?

— Война штука жестокая, — пожал я плечами, — да и каждый из них пришел сюда убивать. Кто с мечом пришел, как говорится, тот на этот меч и сел.

— Говорят не так, — сморщившись, фыркнула Лера, — и обязательно полем боя было выбирать общую резиденцию Клана Огня? Здесь могилы наших предков! Священная земля! А ты устроил тут бойню!

— Да я же аккуратно! Сама посмотри! Даже танк не задействовал! — возмутился я, указывая на очаги огня, которыми были в основном трупы, вышки, и боевая техника.

Из основных зданий пострадала лишь колокольня, остальное только почистить от крови и сажи и будет как новенькое!

Да и Родовые склепы огневиков почти не пострадали, если не считать склеп Пламенских. Но разве я виноват, что двоюродный брат Роберта побежал молить предков о помощи с дьявольской птицей.

Из остального пострадали лишь зеленые насаждения, пару беседок, центральный ангар, и крытый тыквенный сад. На кой-хрен он вообще был нужен непонятно, ну да ладно.

— Можешь оплатить расходы на ремонт и уборку из казны Пламенских, — предложил я, — сомневаюсь, что она им понадобится.

— Сын Роберта еще жив, — напомнила Лера.

— А изменники имеют право на доступ к казне? — поднял я бровь.

— Не имеют, — холодно произнесла Огнева, — а тебя это устраивает? Ведь если объявить Пламенских изменниками, ты не получишь свою долю репараций за победу в войне.

— Не переживай, свое я уже взял трофеями. Наемники тут были экипированы получше даже твоих ребят, — улыбнулся я.

И только сейчас Валерия Огнева обратила внимание на то, что далеко не на всех мертвых присутствовали отличительные знаки Пламенских. А при виде эмблемы скелета со вспоротым горлом и вовсе побледнела.

Похоже, Лера начала понимать, что без моего вмешательства тут лежали бы совсем другие люди.

Ее люди.

И вместо Рода Пламенских с лица политической карты мог исчезнуть совсем другой древний Род Огня.

Ее Род.

— Если ты знал о засаде, Маркус, мог просто меня предупредить, — тихо произнесла Огнева.

— И как скоро бы тебе начали присылать братишку по частям?

— Он мне не брат, — машинально ответила Лера, а потом добавила, — так ты знал про него?

— Это важно? — беззаботно спросил я.

— Важно, — хмуро ответила Валерия Огнева, — официально Артура не существует. Неофициально — тоже. Даже мой дед, покойный Князь Огня не знал о местоположении своего сы… кхм… этого мальчика. И раз, несмотря на все меры предосторожности, Артур оказался здесь, то его временные опекуны либо предали Род Огневых, либо мертвы. Так или иначе, возникла утечка, и ее источник необходимо найти и устранить.

— А также проверить, не утекли ли другие тайны, — понятливо кивнул я, — разумно. В таком случае меня можешь исключить. Я узнал о мальчишке только здесь. Клан Астрала тоже был не в курсе. Хочешь найти источник утечки, обрати внимание в сторону светлых.

— Точно? — не моргая спросила Лера.

— Даю свое слово, — спокойно произнес я, — а вот верить ему или нет, решать тебе.

Огнева сверлила меня пронзительным взглядом еще около минуты, пытаясь разобраться верить мне или нет, но, в конце концов, сдержанно кивнула своим мыслям и гневно сжала кулаки, — выходит, светлый Князь все никак не сдастся… ладно, и где тело этого поганого детокрада-предателя?

— В бункере, — кивнул я в нужном направлении, после чего мягко спросил, — на этом допрос окончен, ваше сиятельство?

— Да, закончен… то есть… прости, Маркус, и еще раз, спасибо, — тяжело вздохнула Валерия Огнева.

Все это время планшет в ее сумочке мигал входящими сообщениями, не замолкая ни на секунду.

Еще одна жертва свалившейся на голову ответственности, о которой она не просила. В день нашей первой встречи Валерия Огнева была обычной светской львицей, аристократкой без забот, что жила в свое удовольствие. А сейчас на нее смотрят и равняются все аристократы Клана, а жизнь и будущее целого Рода и всего Клана Огня зависит от нее.

В том, что, например, оказавшаяся в похожей ситуации Виктория Луговская не сломается, я был уверен. Все-таки та воспитывалась принцессой изначально и в отличие от подруги, Вика настоящий боец в прямом смысле слова.

Насколько же крепка в сравнении с Княгиней Природы Лера, покажет время, но путем она определенно идет верным.

— В таком случае позволю себе откланяться, — улыбнулся я, — если будет нужна помощь, ты знаешь где меня найти.

— Я справлюсь, — больше себе, чем мне, произнесла Огнева.

Я же махнул рукой на прощание и направился к терпеливо ожидавшему меня все это время Кайману.

— Вике привет, — произнес я напоследок, скосив взгляд в сторону зеленого броневика, из которого по какой-то причине так и не стала выходить Княгиня Природы.

* * *

Кайман с шумом взмыл над густым дымом резиденции и взял курс на столицу.

Не привыкший к таким нагрузкам Глеб выглядел потрепанным куда больше, чем Кайман. Это я мог ощутить стихийный ответ брони машинки и возможности Сталь-Паука, но Глеб действовал, по сути, вслепую.

Без боевого опыта. Без подтверждающих данных.

Лишь на вере в свои силы и силы своего творения.

Тоже немного сумасшедший, если так подумать.

Так или иначе, летели мы в полной тишине, и у меня появилось время немного подумать. Запрос Лексе я выдал сразу, как только нашел пацана, и ответ ее был отрывистым и неопределенным. Никакой конкретики, только предположения.

И только сейчас пазл немного сложился.

Было известно, что все четыре ребенка покойного Князя Огня погибли еще при его жизни. В разное время, при разных обстоятельствах. Этот факт больно бил по перспективам Рода Огневых сохранить свои позиции, однако по Империи давно ходили слухи, что у Князя Огня есть внебрачные дети.

Только этим слухам за десятилетия так и не нашлось ни одного подтверждения.

До сегодняшнего дня.

Артур Огнев был, без сомнения, сыном покойного Князя Огня. Я разглядел это не сразу, из-за того, что на пацане были подавители, а внутри осколка была заемная энергия, а не его собственная.

Однако позже сходство стихийного ответа стало очевидным, и по тому, что я успел увидеть, малой имеет все шансы превзойти своего отца. Уже сейчас он сильнее Леры, а через годик-другой может обогнать и Лео.

Пламенские, несмотря на всю свою претензию на древность Рода, давно растеряли искры истинного огня, которые в полной мере присутствуют в жилах Рода Огневых. Не удивительно, что именно они столько лет удерживают главенство в Клане Огня, а сам Род Огневых, судя по всему, берет начало от Флоки, чьи останки были выкопаны на этой священной древней земле.

И побывав на ней, я стал понимать огневиков немного лучше.

В том числе покойного Князя Огня.

Старик был мудаком, но мудаком умным и хитрожопым. А еще сильным лидером. Потеря четырех детей, явно направленная на ослабление Рода Огневых и стремление не допустить воспитание сильного наследника, Князя не сломила, и старик нашел выход.

Племянника Лео он воспитывал как оружие. Бешеной, но управляемой собакой. Слишком вспыльчивый, глупый. На достойного наследника явно не тянул, и именно это позволило ему прожить так долго.

Валерия Огнева воспитывалась дедом как любимая внучка. Старый Князь Огня ограждал ее от всех политических вопросов, отдалил от всех дел и, казалось бы, наоборот отстранил как можно дальше от трона, но теперь я понимаю, что этим, он обезопасил Леру от лишнего внимания и убийц.

Ведь избалованную девицу не воспринимали всерьез и не считали политической угрозой, но тем не менее именно она получила доступ к секретам деда, которые и позволили ей стремительно возвыситься внутри Рода Огневых.

И это лишь два примера, а родственников разного уровня у покойного Князя Огня насчитывалось как минимум пять десятков. И это только самые ближайшие.

А еще, как мы выяснили сегодня, есть родственники, о которых никто не знает.

Не уверен, что старик готовил важные роли для каждого из них, но исключать это нельзя, а учитывая, что он долго ходил под Князем Света, решение с распределением знаний между множеством людей, вместо подготовки одного наследника, было очень умным ходом.

Не знаю, сам догадался покойный Князь Огня или ему кто подсказал, но количество контролируемых одновременно любым высшим ментальным контролем действительно строго ограничено, что делало распределение ролей между множеством родичей очень эффективным.

Молодец, старик.

Пусть он и был помешанным на власти жестоким мудаком, но мудаком умным и о будущем Клана Огня он заботился как мог, несмотря на контроль со стороны Князя Света.

Размышляя об этом, я перевел взгляд в окно, где уже виднелся центр столицы. А там, где центр, там близко родной теневой квартал с большой горячей ванной, в которую я с превеликим удовольствием окунусь после сегодняшней разминки.

Так я думал, пока мои мысли не прервал пронзительный и протяжный «мря-я-я-я-я-я».

Можно было подумать, что мой фамильяр использовал драгоценную энергию нашей с ним связи, чтобы громко зевнуть мне прямо в мозг, но сопровождался этот звук визуальной картинкой девушки, которая начала неестественно изгибаться на больничной койке.

— Пора, значит, — вздохнул я и глянул на часы, после чего подался вперед и постучал Глебу по плечу.

— До Завода долететь сможем? — без особого энтузиазма спросил я.

— Э-эм… — растерялся Глеб, пытаясь сообразить, как ответить, хотя это было уже и не нужно.

И так было видно, что не долетим.

Блин, а ведь тут так удобно.

Вздремнул бы часика три, залетели бы, пяток бургеров взяли навынос, углеводное окно закрыть. Часика три Кот вполне сможет сдержать только-только начавшего подавать признаки пробуждения астрального паразита и без меня.

Эх.

Придется самому.

— Кайман не рассчитан на такие дальние перелеты, а еще нервишки Сталь-Паука и так на пределе… ему бы передохнуть, — наконец собрался и смог сформулировать Глеб, по лицу которого я видел, что и ему «передохнуть» тоже очень хотелось.

— Не парься, я уже понял, — улыбнулся я и сладко потянулся, глядя на проплывающие рядом облака.

Красиво.

— Вызвать к кварталу вертолет? — со слегка виноватым выражением лица спросил Глеб.

— Не, спасибо, — отмахнулся я, нащупывая энергетическую нить связи со своим пушистым фамильяром, — просто держи ровней.

— Л-ладно… — осторожно ответил Глеб, после чего пристегнулся на второй ремень и покрепче вжался руками в руль.

Молодец, сообразительный.

Завершив все приготовления, я махнул водителю рукой, после чего резко пустил стихийную энергию через первый Путь, и мир вокруг тут же померк, а тело зависло в состоянии невесомости.

Это состояние длилось лишь миг, после которого мир перед глазами обрел краски, а сам я теперь сидел в ногах постанывающей в кошмарном сне болезненно худой женщины, которая лежала на больничной койке.

* * *

Взгляд Маркуса в приказе «держать ровно» Глебу сразу не понравился.

Уже немного знающий своего начальника, водитель сразу понял, что сейчас произойдет какая-нибудь хрень, и поспешил пристегнуться на второй ремень, который установил специально на подобный случай.

Создан он был в лаборатории из микрочастиц десятка иномирных тварей, щедро приправленных тремя укрепляющими техниками.

Запитан ремень был на энергию Сталь-Паука, который тоже, к слову, не на шутку напрягся. Паучье чутье стального друга сегодня ни разу не подвело и сейчас не доверять ему у Глеба повода не было, и он напрягся в ожидании.

Покрепче вжавшись в руль, Глеб поднял взгляд на зеркало заднего вида и увидел там беззаботно улыбающегося Маркуса, и на миг у водителя мелькнула мысль, что, может быть, ему показалось?

Но Глеб не поддался чувству слабости и не зря, ведь после того, как Маркус с улыбкой махнул рукой, он вдруг исчез, оставив после себя мощнейший энергетический всплеск.

Кайман тряхнуло так, словно внутри разорвалась ракета и энергетические щиты накалились так, как не накалялись за весь бой над резиденцией Клана Огня.

Глеб едва не потерял сознание, но тем не менее смог стабилизировать начавший резко снижаться Кайман и только сейчас заметил в зеркало заднего вида, что на месте, где только-только сидел Маркус, сейчас находился черный Кот.

Пушистый повел недоуменной моськой и выдал свое возмущенное «Мр-р-ря!», от которого внутренние защитные щиты вновь напряглись.

— Привет, Кот! — стерев пот со лба, поздоровался Глеб и облегченно выдохнул, так как полет удалось стабилизировать и все прошло хорошо.

Так он подумал, пока не заметил, как Кот начал медленно устраиваться на заднем сидении, наминая лапками место.

— Только прошу тебя, без когтей… — начал было предостерегать Глеб, но было уже слишком поздно.

Матово-черный коготь с хрустом ткани оставил глубокую затяжку на заднем сидении, и броня Каймана тут же пошла волнами возмущения, проявляющегося на потолке разъяренного Сталь-Паука.

— Твою ж мать! — выругался побелевший от ужаса Глеб и резко пошел на посадку, пока еще было что сажать…

Глава 4

Техника синхронизированной подмены — штука непростая. Для успешного применения необходимо учесть множество факторов, от точных координат до идеального контроля не только себя, но и «подменяемого» объекта.

Результатом же применения становится обмен местоположением с синхронизированным объектом.

Этот фокус я подсмотрел у Лисы, которая удивительно ловко смогла использовать эту технику с Хомяком Проглотом, но в отличие от них, мне требовалось преодолеть куда большее расстояние.

Так как целью подмены был связанный со мной фамильяр, большинство возможных проблем применения решались по умолчанию.

Кроме одной.

Техника требовала колоссальное количество энергии на применение. Плюс был в том, что энергия не тратилась, а возвращалась обратно, но вот пропускная способность энергоканалов и связи с фамильяром должна быть соответствующая.

И подтянув Путь Энергии, я дотянул до минимальной границы применения.

Этот прыжок был в том числе проверкой, которая, в целом, прошла успешно.

Правда, потребовалось кое-какое время, чтобы прийти в себя.

Голова слегка кружилась, а зрение отказывалось сфокусироваться. Еще внезапно захотелось мурчать и мяукать, но этот секундный порыв я быстро подавил и открыл глаза.

А подняв голову, я увидел в этом мутном и пошатывающемся мире охреневшую рожу Дениса, который с открытым ртом ошарашенно смотрел на меня.

— Привет! — дружелюбно махнул я рукой и, осознав, где нахожусь, опустил ноги с кушетки на пол.

— Привет… — машинально отозвался Денис и, отложив в сторону какой-то старый чертеж, закрыл выпавшую от удивления челюсть.

А пока парень приходил в себя и собирался с мыслями, я успешно встал на ноги, правда слегка пошатнулся в такт продолжающему кружиться вокруг миру.

— Ты в порядке? — тут же подскочил обеспокоенный Денис.

— Нормально, вестибулярка немного шалит, — беззаботно отмахнулся я и позволил себе легкую улыбку, — летчика из меня точно не выйдет.

— Тут я бы поспорил, — хмыкнул Денис и озадаченно посмотрел мне за спину, на пустое примятое место с остатками кошачьей шерсти, — а где… Кот?

— Летает, — пожал я плечами.

— Разве коты умеют летать? — скептично выдал Денис.

— Этот умеет, — буркнул я про себя, а потом чуть громче добавил, — впрочем, если повезет и он не промахнулся, то вспоминать, как это делается, Коту не понадобится. Но уроки зоологии подождут, Денчик, как там пациентка? — перевел я, наконец, сфокусировавшийся нормально взгляд на Полину.

— Несколько дней была стабильна, показатели даже улучшались, однако сейчас стало хуже… — вздохнул Денис, — поднялся жар, и последние остатки сил стремительно покидают ее.

— Хорошо, — кивнул я и приложил ладонь ко лбу женщины.

— Что хорошего⁈ Я же говорил, что ничего не смогу сделать! — вспылил Денис, — она умирает!

— Умирает, значит, еще жива, — игнорируя истерику лекаря, хмыкнул я, — ты с ней говорил?

— Пытался, — хмуро ответил Денис, — но она не отвечала. Я использовал три сильнейшие техники и уверен, что нащупал ее сознание. Она еще там и наверняка меня слышала. Правда, сил ответить у нее не осталось.

— А Князь Воды с ней говорил?

— Болтал так, что не заткнуть, — кивнул мрачный на вид Денис, — ей стало лучше именно после его посещений, правда, ненадолго…

По виду юного лекаря было видно, что он отчаялся, а по его глазам и стихийному ответу, что тот не спал несколько дней в поисках ответа, как ей помочь.

Все же терять пациентов — это больно. Даже безнадежных.

Однако я скепсис Дениса не разделял.

Ведь все шло четко по позитивному сценарию. Главное мое опасение было в том, что душа Полины забыла, как сражаться за свою жизнь. Забыла, что она еще жива. Инъекции с душами подпитывали астрального паразита внутри женщины, в то время как ей самой за жизнь бороться не требовалось.

Она была словно воспитанный в тепличных условиях зоопарка хищник, которого вдруг отпустили на охоту в дикую природу.

Помощь Дениса, и особенно голос родного человека в виде Князя Воды, помогли достучаться до нее и напомнить Полине, что она жива. Дать ей причины, ради чего бороться. Напомнить о месте, куда она хочет вернуться.

Эти изменения заставили Полину истово захотеть проснуться, и ей ненадолго стало лучше, но эти изменения не понравились астральному паразиту, и он начал реагировать.

И вот тогда Полине резко стало хуже.

А это означало, что она сопротивляется и подготовка сработала. Ведь в ином случае Полина была бы уже мертва.

Однако она приняла бой, молодец.

Теперь мой черед.

С этой мыслью я осмотрелся вокруг, скользнул взглядом по стеллажам с медикаментами и остановился на одной из сотен ячеек.

— Будь добр, Денчик, подай вон ту колбу, — указал я пальцем на пыльную стекляшку с розовым содержимым.

Стояла она в дальней части, которая еще не подверглась сортировке. Юный лекарь явно не спал эти дни, так как успел перебрать почти треть медикаментов со стеллажей. Каждую пройденную ячейку он старательно очистил от пыли и прикрепил рядом бумажку с названием для известных ему вещей, и вопросик с теми, которые видел впервые.

Создавал каталог и не сидел без дела. Похвально.

— Ты уверен? — оглянувшись на стеллажи, нахмурился Денис, — это же…

— Пыльца Кошмарника, я знаю, — кивнул я.

Своих силенок, чтобы использовать одну из нужных техник и войти в сознание женщины у меня сейчас не хватит. Тупо запас источника мелковат для столь тонких манипуляций, поэтому придется использовать костыль.

Пыльца Кошмарника выделяется на территории специфического леса, помогая живущим там астральным тварям под названием Кошмары, проникать в сознание жертвы и общаться между собой.

Редкий и довольно токсичный ингредиент, из которого можно создать эффективное зелье для допроса или, как в нашем случае, применить в медицинских целях.

В чистом виде пыльца обладает свойством связывать сознания живых организмов в небольшом радиусе и, с парой оговорок, вполне подойдет под мою задумку.

— Ты ведь понимаешь, что за столько лет концентрация пыльцы могла стать настолько ядовита, что коньки можно отбросить от одного вдоха? Также ее свойства могли за столько лет кардинально измениться… и это я еще не говорю о том, что если пыльца сработает как надо и ты не подохнешь, то засевшая в ней тварь сможет атаковать и тебя? — неуверенно подав мне старую колбу с розовым содержимым, пробубнил Денис.

— Хорошо если нападет, не хотелось бы бегать и искать, — потряс я колбу, глянув, сколько там осталось пыльцы, — Отлично. Должно хватить, — с улыбкой констатировал я, и в предвкушении потер руки.

— Свойства пыльцы известны только по древним учебникам, и я перечислять устану, что может пойти не так, а ты… откуда такая уверенность, Маркус? Ты вообще человек? — напряженно глядя на мою странную реакцию, спросил Денис.

— На севере тоже многие задавались этим вопросом, — усмехнулся я и указал рукой в сторону двери, — запри с той стороны и никого не впускай.

По виду Дениса было заметно, что он хотел что-то спросить, но в итоге лишь смиренно вздохнул и ответил «Ладно», после чего направился к выходу из комнаты.

— Слушай, Денчик, — окликнул я его за миг того, как тот оказался у двери.

— Да?

— Там на кухне есть чего-нибудь вкусненького? — беззаботно спросил я.

На что Денис лишь покачал головой и, ничего не сказав, вышел и захлопнул за собой дверь. Похоже, подумал, что я шучу. А какие уж тут шутки!

Сразу видно молодой пацан, неопытный. Не знает, что сложно найти страшнее зверя, чем голодная женщина.

А Полина после стольких лет в спячке проснется о-о-о-о-очень голодной!

Впрочем, это будет уже не моей проблемой.

С этой мыслью я без затей сел на пол и, привалившись спиной к кушетке, зафиксировал свое положение, закрыл глаза, после чего вскрыл колбу и тряхнул ей так, чтобы тысячи похожих на крошечных розовых бабочек крупиц пыльцы накрыли нас с Полиной единым облаком.

* * *

Открыв глаза, я увидел белый мир. Белое небо, белая земля, белое все до самого горизонта, где лишь маленькой точкой выделялось что-то инородное.

Туда я и направился, и по мере приближения точка постепенно приобрела очертания уютного одноэтажного домика с террасой, низким белым забором и покатой черепичной крышей.

Я прошел сквозь калитку, и белая земля под ногами сменилась каменной тропинкой с усеянными вдоль свежими клумбами. Я прошел вглубь и толкнул входную дверь домика, оказалось не заперто.

Под ногами скрипнул паркет, а перед глазами раскрылся вид на просторную, светлую комнату. В углу стоял рояль, на стенах висели картины деревенских пейзажей, а за окном журчал пробегающий совсем рядом с домом ручей.

Я пошел дальше по домику, в котором сквозило ощущение уюта, и обратил внимание на фоторамки с изображениями разных людей, однако лица всех были замыленные и нечеткие. Всех, кроме одной синеглазой женщины, что была на каждом снимке.

Также в глаза бросились элементы мужской одежды, такие как шляпа, обувь, пара галстуков и кожаный чемодан. В отличие от остальной мебели и одежды, мужская одежда выглядела потрепанной и пыльной, что на контрасте выбивалось из в целом очень ухоженного и прибранного домика.

Пройдя сквозь кухню с одиноко стоящим чудным самоваром, я услышал красивое женское пение и направился на звук.

Стеклянная дверь вывела меня на задний двор, где я увидел напевающую грустную мелодию женщину. Узнать в этой красивой, здоровой и пышущей здоровьем и жизнью особе ту бледную, худую и слабую Полину, которая я оставил на кушетке, было достаточно трудно.

Выглядела женщина совершенно иначе, но это определенно была она.

Темно-синие волосы Полины развевались по ветру, на голове блестел на солнце цветочный венок, а длинное в пол платье венчало довольно простой, но тем и прекрасный образ.

До моего появления женщина копала маленькой лопаткой свежую грядку, а за ее спиной, во все стороны до самого горизонта простиралось безграничное цветочное поле из голубых лилий.

С моим появлением женщина отвлеклась от садоводства, встала и повернулась, убрав непослушный темно-синий локон за ухо.

— Здравствуйте, — робко поздоровалась она и разгладила чуть смявшееся платье, — простите, я бы предложила вам чаю, но он давно закончился.

— Любите чай? — спросил я.

— Кажется, да, — не очень уверенно ответила женщина.

— А что еще любите? — осмотревшись, спросил я.

— Я… люблю… я… — начала говорить Полина, но потом ее робкий взгляд вдруг сменился на задумчивый, а потом и вовсе на испуганный.

— Наверное, любите голубые лилии, — помог я начавшей паниковать женщине, и ее взгляд скосился на цветок, что она держала в руке, а потом и на безграничное поле.

— Да, голубые лилии прекрасны, — успокоилась она, глядя на цветы, — а еще они отлично скрывают их могилы.

И в этот момент я заметил, что засаженное поле голубых лилий находится на маленьких продолговатых холмиках тысяч погребенных там людей.

— Красивые цветы, — согласился я, понимая, что именно здесь похоронены все бедолаги, чью смерть Полина вынуждена была лицезреть раз за разом.

А то, что я принял за грядку, являлось зачатком новой могилы, которую женщина копала своими руками.

— Я рада, что вам нравится здешний вид, потому что «оно» скоро придет, — болезненно скривилась она, глядя в проявившуюся вдалеке над цветочным полем темноту.

— Не переживайте, Полина, меня здесь хоронить не придется, — улыбнулся я, проследив ее взгляд.

— Полина… — робким голосом повторила она услышанное, и в ее глубоких синих глазах сверкнули искорки жизни, — так приятно и знакомо звучит… это ведь мое имя?

— Верно, — кивнул я.

— А Даниил это… имя моего жениха? — еще менее уверенно спросила женщина.

— Да, — подтвердил я, — и вы скоро сможете его увидеть, даю слово. А теперь, прошу вас подождать меня в доме.

— Нет! — тряхнула головой Полина и с вызовом в глазах посмотрела в продолжающий темнеть горизонт, — я пряталась в этом домике бесчисленное количество раз! Каждый раз, когда «оно» приходило. Довольно убегать! Я больше не стану сидеть и слушать крики невинных людей, которые страдают из-за меня! «Оно» идет за мной и на этот раз я встречу его здесь! Снаружи!

— Хорошо, как пожелаете, — удовлетворенно кивнул я, и олицетворяющий безопасность домик за нашей спиной исчез.

Заметив это, Полина вздрогнула, но не отступила.

Наоборот, игнорируя усилившийся холодный ветер, скинула с ног босоножки, после чего порвала длинное платье ниже колена, чтобы свободнее было двигаться, а полученным куском ткани обвязала длинные темно-синие волосы, обнажив свое воинственно настроенное красивое лицо.

Искры водной стихии теперь виднелись в ее глазах еще отчетливее, а вода из ручья начала собираться вокруг Полины в форме хлыста.

А несколько секунд спустя, показалась и сама тварь.

Огромная, она неумолимо надвигалась на нас одновременно с темнеющим над ней грозовым небом.

Тварь издавала вгрызающееся в сознание утробное рычание, а ее гигантская туша переливалась тысячами светлых зеркальных осколков душ, из которых была соткана.

Оказавшись в десятке метров перед нами, тварь замерла и медленно обратила свой взор на меня.

— Я больше никому не позволю пострадать из-за меня!!! — завибрировал в пространстве решительный голос Полины, и она взмахом руки направила водяной хлыст в сторону твари.

А следом за ним, повинуясь воле женщины, в противника устремилась вода со всего ручья целиком.

Мощный шквал обрушился на тварь, и ее форму повело, а в небе образовался просвет.

— Получилось? — тяжело дыша, спросила Полина, а потом заметила, как тварь выпрямляется, а крошечный просвет затягивается.

Никакого урона тварь не получила, но тем не менее, этого было более чем достаточно. Ведь важен был сам факт атаки.

Раньше Полина убегала и пряталась в домике, что создала сама себе. Пряталась, закрывая глаза на опасность и стараясь переждать кошмар.

И если бы я уничтожил паразита раньше, то она так бы и осталась навечно запертой в этом доме и никогда бы не проснулась.

Теперь же домик был уничтожен, глаза Полины широко открыты, и что бы ни случилось, она больше не будет убегать.

А значит, все условия выполнены.

— Позволите вам помочь? — поравнялся я с готовой стоять насмерть женщиной.

— Но я должна сама… иначе вы… как и остальные… — с трудом сдерживая слезы, начала лепетать Полина.

— Вы сделали достаточно, Полина, — положил я ей руки на плечи, — вы молодец! Всмотритесь вон туда, вы нашли выход! — кивнул я за спину твари на едва заметный светлый просвет в темном горизонте, — позвольте вас к нему проводить.

— Да… но… ведь «оно» на пути…

— Оно? — весело хмыкнул я, — дайте мне минутку, — улыбнулся я, мягко отстранил женщину в сторону и встал на пути начавшего двигаться облака из тысяч пульсирующих светлых осколков зеркал.

Дождавшись, пока я отойду от Полины, голодная тварь тут же выпустила в мою сторону щупальце, что с хрустом вонзилось мне в грудь. Полина вскрикнула, но я поднял правую руку, чтобы она не вмешивалась, после чего я ощутил, как нечто инородное попыталось потянуть из меня жизнь.

— Голодный, да? — хмыкнул я и позволил голодной твари сделать то, чего она так страстно желала.

Позволил ей потянуть мою энергию в себя.

Зеркальные осколки вонзившегося в меня щупальца начали светиться от потекшей по ним аппетитной стихии, и тварь в предвкушении засопела.

Однако стоило моей энергии пройти щупальце и попасть в тело, как паразита резко тряхнуло, по округе разнесся вопль полный боли, а тысячи ярких осколков зеркал, из которых была соткана тварь, начали стремительно тускнеть и осыпаться.

— Что, не вкусно? — засмеялся я, глядя, как паразит стремительно отсоединил от меня свое щупальце и начал пятиться.

Оказавшаяся внутри тела твари стихия Тьмы разъедала ее изнутри. Паразит истошно верещал на весь астральный план, раздирая щупальцами собственное нутро, отчаянно пытаясь добраться до яда.

Только это не помогало.

Зеркала стремительно теряли блеск и чернели, после чего со звуком битого стекла опадали вниз, разрезая собой на мелкие кусочки цветочное поле.

— Простите, что испортил ваш сад, — обернулся я на женщину, которая, не моргая, смотрела на меня глубокими синими глазами, а по ее розовым щекам текли слезы облегчения.

— К-кто вы такой? — дрогнувшим голосом спросила Полина.

— Меня зовут Маркус, — вежливо представился я и кивнул в сторону открывшегося прохода к выходу из этого кошмара, — и я пришел вернуть вас домой.

Глава 5

Высокий мужчина средних лет сидел на татами за низким рабочим столиком.

Выполненный в стиле восточных соседей кабинет был довольно аскетичен. Рабочий стол, письменные принадлежности, графин с водой, один граненый стакан и один полупустой шкаф с дверцами из закаленного стекла.

Никаких отвлекающих удобств.

Даже окна и те отсутствовали, а свет давала одинокая лампа под потолком. Да и сам кабинет располагался глубоко в горах, куда можно было подняться лишь одной тропой, пешком по тысяче ступеней.

Сделано это было Князем Воды специально, чтобы иметь возможность сконцентрироваться на работе, когда это дается особенно тяжело.

Подобное место всегда его очень дисциплинировало, приземляло и давало время подумать в тишине, спокойствии, вдали от суеты и мирских благ.

А сейчас подумать было о чем.

После возвращения в столицу Князь Воды никак не мог собрать роящиеся мысли в кучу, а дел накопилось столько, что они атаковали его буквально со всех сторон.

Столица зализывала раны и продолжала переживать последствия деяний Вильгельма Фон Грэйва, а с западных границ Империи начали поступать новые тревожные сигналы.

И сигналы настолько явные, что самому исполняющему обязанности Наместника, подполковнику Никите Никитичу Горемыке пришлось лично поехать туда для оценки ситуации.

В самой же столице огневики продолжали грызню за трон Клана Огня, и воднику требовалось держать руку на пульсе.

Опять же, в отсутствие у огневиков четкого Главы, Князь Металла из их коалиции начал наращивать влияние в высших кругах и, в частности, выставил на аукцион контракты по ценнейшим металлам со своих рудников.

Раньше этот товар безальтернативно уходил Клану Света, но теперь поступил в открытую продажу, и спрос на него сильно превышал предложение, что вызвало нешуточный ажиотаж.

Одновременно с этим Князь Смерти сидел в одном из своих подземных убежищ, и пусть доказательств не было, но все догадывались, кто именно виноват в отравлении водохранилища. Чего именно пытались добиться этим в Клане Смерти, Князь Воды не знал, и это только добавляло головной боли.

А ведь еще была эта проклятая сыворотка… Князь Воды и сейчас отказывался до конца верить в то, что некогда лучший друг и верный соратник предал его, хотя все факты твердили об этом.

Подумав об этом в тишине горного кабинета, Князь осознал причину своей неуверенности. Князь понял, что если он признает факт предательства всем сердцем, то в ту же секунду объявит Клану Смерти войну. Поднимет все военные ресурсы водников и лично затопит все лаборатории смертников, как поганых крыс, а тех, кто полезет оттуда, перебьет как бешеных собак и утопит останки в клановых озерах.

Начав закипать, Князь Воды сделал глубокий вдох и подумал о Полине.

Вспомнил ее лицо. Вспомнил, что она жива.

Выдохнул.

От мыслей о живой невесте Князю Воды стало чуть легче, и он вновь вернулся к стопке документов, что лежала у него на столе.

В данный момент перед Князем лежала раскрытая папка с отчетом о прекращении существования одного из Древнейших Родов Клана Огня.

Рода Пламенских.

Князь нашел занимательным тот факт, что в его устранении оказались замешаны его недавние союзники по «тайным» посиделкам в лице Маркуса, Лексы и Виктории. Если добавить к ним Род Огневых, которые теперь наверняка займут трон в Клане Огня, а также Клан Молнии, плотно вставший на сторону Клана Теней, эта молодая негласная коалиция становится с отрывом самой влиятельной политической силой в столице.

Особенно на фоне того, что Князь Света и новый Глава Клана Земли засунули головы в песок и нигде не отсвечивают, что только усиливает их экономическую изоляцию.

И пусть многие в высших кругах наивно полагают, что Князь Света просто струсил после своего фиаско на коронации, это явно не так.

Князь Света опасен.

И его опасность Князь Воды оценивал выше, чем от того же Вильгельма Фон Грэйва. По той простой причине, что Фон Грэйв находился далеко на западе, а Князь Света был совсем рядом и чего от него ожидать дальше не знал никто.

Да, влияние светлого манипулятора снизилось, но никто не знает, скольких в итоге Князь Света и его детки за эти годы взяли под ментальный контроль. А ведь помимо прямого контроля никуда не делись и более традиционные методы управления людьми.

Старый добрый шантаж и подкуп.

Расслабляться с Кланом Света никак нельзя.

С этой мыслью Князь Воды сделал пометки в документе, разослал соответствующие приказы и отложил папку.

После чего глянул на гигантскую стопку не менее срочных бумаг, которые требовалось обработать и подписать.

Требующих срочного княжеского внимания дел за несколько дней отъезда накопилось неприлично много и, вздохнув, водник открыл следующую папку.

— И почему ты решила показать зубки именно сейчас? Так не вовремя… — покачал головой Князь Воды, глядя на официально оформленный запрос о помолвке.

Запрос, который он не мог подтвердить, потому что его сестра этой ночью просто… уехала.

Больших трудов стоило Князю Воды, чтобы умаслить Нобу и перенести назначенную на это утро встречу. Однако, чтобы назначить новую дату, необходимо было вернуть взбрыкнувшую сестру, что дополнительно усложняло и так сложную ситуацию.

Потерев начавшие пульсировать болью виски, Князь Воды отложил бумагу с помолвкой и уже потянулся к следующей, как по коммуникатору вдруг раздался звонок.

Меньше всего на свете ему хотелось сейчас с кем-то общаться, но всегда оставался шанс, что звонок может принести хорошие новости и уменьшит количество проблем, что было бы сейчас нелишним.

— Слушаю.

— Похоже, я не вовремя, — мгновенно считал мрачное настроение Князя Воды звонивший.

Впрочем, для главного дипломата Клана и, по совместительству первого советника, Юрия Озерецкого это было несложно. Князя он знал с пеленок, да и разбираться в людях было его работой.

— То есть ты с плохими новостями? — вздохнул Князь.

— Хотел бы я сказать, что это не так, — с легким сочувствием в голосе подметил Юрий Озерецкий.

— Ладно, Юра, не тяни уже, просто говори как есть, — смирившись, что очередной день пойдет по одному месту, хмыкнул Князь Воды.

— Прибыли представители восточных Домов Като, Химуро, Симидзу и Мори.

— В каком смысле прибыли? — опешил Князь Воды, — куда прибыли⁈

— В столицу, — лаконично ответил Юрий Озерецкий, и на несколько секунд в разговоре повисла тишина.

— А под представителями ты имеешь в виду… — после короткой паузы напряженно подал голос Князь Воды.

— Два наследника главных семей, один брат правителя, а от Дома Мори прибыл лично Глава Храма, — недрогнувшим голосом произнес Озерецкий-старший и, кашлянув, добавил, — каждый в сопровождении как минимум одного Самурая.

— Это несмешная шутка, Юр, — побледнев, выдал Князь Воды, — а если не шутка, ТО КАКОГО ЧЕРТА Я СЛЫШУ ОБ ЭТОМ ТОЛЬКО СЕЙЧАС⁈

— Все прибыли тайно, без предварительных уведомлений, — деловитым голосом ответил Озерецкий, — недавнее распоряжение подполковника Горемыки сильно упростило въезд со стороны востока. Полагаю, после успехов Дома Идэ, каждый Великий Храм захотел кусок пирога и стремился успеть раньше конкурентов, потому действовал тайно. Нам повезло с тем, что пограничники на востоке прикормленные, и мы узнали о восточных гостях первыми.

— Цель визита? — отложив все бумаги в сторону, быстро перестроился Князь Воды, который как никто другой в Империи понимал важность этих людей на востоке.

Нет, Князь ожидал, что конкуренты Дома Идэ не станут сидеть сложа руки, но чтобы так быстро! Да еще и прислать представителей главных семей, не говоря о Главе Храма Мори! Этот природник настроен серьезно, раз приперся сам.

— Установление отношений с Имперскими Кланами, — доложил Озерецкий-старший, — усиление Дома Идэ нарушает баланс на востоке. Другие Храмы не станут мириться с этим.

— А учитывая, кого они прислали и в какой срок, настроены они серьезно, — задумчиво констатировал Князь Воды.

— Именно поэтому я решил, что лучше им всем встретиться сначала с тобой, — произнес Озерецкий-старший, — увы, прибудут они в столицу примерно в одно время и разделить их на разные аудиенции не получилось. Я пытался, но если кого-то сразу не примешь ты, его примет другой Князь.

— Ты молодец и все правильно сделал, — начал судорожно соображать водник, — но к встрече такого уровня нужно тщательно подготовиться…

— Речь и тезисы уже в процессе разработки. Все аналитики при деле. Не переживай, к приезду гостей все будет готово. От тебя только успеть вовремя, вернуться и встретить высокопоставленных гостей лично. Ты лучше меня знаешь, Князь, как на востоке ценят личные встречи. При этом каждый из Домов несет волю своих Глав Храмов, так что никого, кроме Князей слушать эти гордецы не станут.

— Знаю, — кивнул Князь Воды, уже начав набрасывать тезисы встречи на планшете, — время прибытия?

— Час.

— Готовь все. Я буду, — глянув на часы, решительно кивнул Князь Воды и прервал звонок.

После чего скосил взгляд на кучу бумаг, которая за всю ночь и утро так и не стала меньше, и вздохнул еще раз.

— Чертова Амелия, устрою я ей сладкую жизнь, когда найду, — прорычал себе под нос Князь Воды и задумался привлечь мать, которая была третьей и последней в Клане, кто имел полномочия подписывать важнейшие документы, но поразмыслив пару секунд, тут же отмел этот вариант.

После смерти отца вдовствующая Княгиня дистанцировалась от дел Клана, и просить ее помощи означало расписаться в собственной беспомощности.

Князь Воды скорее сдохнет, чем так сделает.

Встав из-за стола, Князь еще раз набрал номер сестры, но Амелия опять не ответила. Да, Князь Воды сам велел ей отдыхать, но она ведь не взяла выходной, а уехала из столицы!

С этой мыслью Князь Воды бросил взгляд на часы, понимая, что одного часа будет мало.

Даже если аналитики и Озерецкий успеют все подготовить, есть одна проблема, которую они просчитать не смогут.

Дом Идэ.

Как в их глазах будет выглядеть перенос встречи с Нобу и последовавший в это же время прием четырех Домов конкурентов, среди которых будет лично один Глава Храма⁈

Чтобы избежать враждебной реакции Идэ и последствий, придется пригласить на эту спонтанную встречу и Нобу тоже, что сделает обстановку на переговорах совсем горячей.

Но ничего, горячие источники «Предгорья Дракона» видали всякое на своем веку и примиряли и не таких.

Только подумав об этом и набросав план действий, Князь Воды смог немного успокоиться. Он знал как действовать, и пусть будет сложно и потребуется пройти по очень тонкому льду, чтобы не развязать на этой сложнейшей встрече международный конфликт, Князь Воды был именно тем, кто способен это провернуть.

И как только Князь Воды с решительным взглядом направился к выходу из кабинета, его коммуникатор вдруг мигнул входящим сообщением.

«Полина проснулась».

* * *

Отправив сообщение воднику, я закрыл коммуникатор и сладко потянулся.

Мое обещание было выполнено, и чувствовал я себя помолодевшим лет на десять.

И еще чертовски голодным, да.

Заставил меня этот паразит попотеть, конечно. Без малого пятнадцать часов прошло, неудивительно, что я так есть хочу. Живот так и сводит.

Да и работать на столь тонком плане штука не из простых. Давненько я так долго не держал непрерывную концентрацию. Но оно того стоило.

С этой мыслью я поднял взгляд на женщину, что лежала с приоткрытыми глазами. Полина больше не стонала, не ворочалась от боли, а ее пусть и слабый, но вполне осознанный взгляд был спокоен, а в его глубинах пробуждались искорки жизни.

Маленькие, едва-едва заметные взору искорки, но они были, а значит, Полина будет в порядке.

Женщина попыталась что-то сказать, но я покачал пальцем и взял с прикроватной тумбы бутылку воды. Открыл и аккуратно напоил пациентку, сил которой не хватало даже на то, чтобы поднять руки.

— Добро пожаловать домой, — поприветствовал я Полину и отставил пустую бутылку, — не переживайте, силы постепенно вернутся. Только не забывайте много пить. Вода вам сейчас особенно нужна.

Женщина чуть потупила слабым взглядом, а потом вновь попыталась открыть рот.

— П… п…

— Память тоже вернется, — добродушно кивнул я, — не спешите.

Услышав это, Полина моргнула и расплылась в благодарной улыбке. Ее тело сейчас было слабо, глаза закрывались, но женщина отчаянно боролась с этим, не желая засыпать.

После всего пережитого страх уснуть был абсолютно нормальным явлением и лишь одной из многих проблем, которые ей придется преодолеть на пути к нормальной жизни. Но помогать женщине в этом будут уже совсем другие люди.

Я же сделал все, что от меня зависело.

Астрального паразита я в итоге выжег прямо там. Уничтожил всего, до самой последней крупицы.

Методично и осторожно, ведь даже мое поглощение не переварило бы столько остатков страдающих душ.

Проклятый источник переварить в принципе невозможно, а именно его кто-то пытался воссоздать в теле бедной женщины.

Такого метода у культистов проклятой звезды я раньше никогда не встречал, но судя по почерку, они явно приложили к этому свои сектантские ручонки.

Так я и сидел рядом с Полиной, пока она не успокоилась и не уснула.

На этот раз уснула она вполне обычным человеческим сном, который женщине сейчас был необходим для восстановления.

И в этот момент раздался стук в дверь.

— Можно, — негромко произнес я, и дверь медленно приоткрылась.

Спустя пару секунд, оттуда медленно показалась морда Дениса.

Сначала юный лекарь осторожно вглядывался и внюхивался, а потом, поняв, что пыльцы или иной опасности вокруг нет, зашел внутрь полностью, и его любопытный взгляд устремился на Полину.

— Она… — осторожно начал он.

— В порядке, — подтвердил я и поднялся на ноги, — вкусняшки для пациентки нашел?

— А-а-а, так ты для нее спрашивал? — удивился Денис.

— Для нее тоже, — хмыкнул я в такт предательскому урчанию живота, — кто знает, что первое Полина вспомнит. Если это будет ее любимое блюдо, советую обеспечить его наличие. Первое время ей будет особенно трудно отличить сон от реальности, а уж найти в этой реальности прежнюю себя…

Денис понятливо кивнул и подошел ближе. Его ладони засветились, и юный лекарь осторожно просканировал женщину с головы до пят.

— Твари больше нет… даже следов… — удивленно констатировал он, — а ее сознание прощупывается и… отвечает!

— Теперь справишься с лечением? — поинтересовался я.

— Обижаешь! — возмущенно выпалил Денис, — Конечно справлюсь! Через неделю она у меня бегать будет! — весело добавил он и тут же умчал к стеллажам с лекарствами.

— Вот и славно, — удовлетворенно кивнул я и с чувством выполненного долга направился в соседнюю комнату.

Туда, где меня уже терпеливо ожидал один хмурый массивный мужчина по имени Бес.

Глава 6

— Как она? — тихо спросил Бес, не поднимая глаз.

— Жить будет, — ответил я и мазнул взглядом по внешне пустой кухне.

Досадно.

Этому месту явно не хватает женской руки. И чем они тут вообще питаются? Негативной энергетикой, которая буквально ощущалась в воздухе или переживаниями, из-за которых в минималистичной шевелюре Беса появилась пара новых седых волос.

— Повезло этому воднику, — хмыкнул Бес без каких-либо эмоций.

От меня не ускользнул его косой взгляд в сторону женской статуи у стены, которая на этот раз стояла в окружении трех каменных «друзей».

— Где Молот? — быстро опознал я отсутствующую каменюку.

— Ты был прав, Маркус, — поднял на меня тяжелый взгляд Бес, — желудок твари помог. Вернее, помогла бурда, которую изготовил этот светлорожий малец. Камень сошел за пару часов, а сегодня ночью Молот смог встать на ноги и сразу убежал на пробежку. Хотя «убежал» это громко сказано, — с легким смешком добавил он.

— Шустро он, — с уважением в голосе протянул я, примерно представляя, каких усилий ему это стоило.

После такой длительной окаменелости каждая клеточка тела должна отзываться дикой болью и заново учиться функционировать, а он… убежал.

Смельчак.

— Молот не любит сидеть без дела, — заметив мой взгляд, констатировал Бес, — впрочем, как и я, — похолодевшим голосом добавил он и скосил взгляд на женскую статую, — ей желудочная бурда не помогла.

После этих слов Бес с легкой надеждой во взгляде посмотрел на дверь, из которой я вышел.

— Моя Ирочка ведь тоже сможет открыть глаза? Сможет ведь? — слегка подрагивающим голосом спросил Бес.

— Ничего не изменилось, мое обещание в силе, — напомнил я, выдавливая последние капли из пустой бутылки воды, после чего принялся за ревизию тумб и ящиков на кухне.

— И ты знаешь, что для этого нужно? — хмуро спросил Бес.

— Знаю, — не стал врать я и захрустел найденным в одной из тумб Имперским сухпайком.

Ну хоть что-то Денис сюда заказал!

Имперский сухпаек не бог весть какой на вкус, но голод это добро утоляло отлично, а больше мне сейчас ничего и не нужно.

Астральный паразит — падла прожорливая, и процессы его касание запустило неприятные.

Что опять же отсылает меня к грохнутому всаднику с аспектом голода, который шел за Полиной аккурат по этому лесу.

Слишком много совпадений и слишком похожий почерк.

До этого мне было в целом наплевать на то, чем живет местный Клан Смерти. Чем бы дети ни тешились, лишь бы аспекты запрещенные не использовали, как говорится.

Однако теперь у меня возникла к ним пара вопросиков.

С этой мыслью я подумал натравить на них Кота, который как раз сейчас в столице, но хоронить их всех потом где?

Да и Горемыка нудеть начнет. Он мне и так войну с Пламенскими одобрил без особого энтузиазма.

Ладно, пусть живут пока, крысеныши подземные. Дядя Маркус сегодня добрый. А теперь вот еще и не голодный.

Благодать.

— Так о чем это я? — слегка потерял я нить диалога и вернул взгляд на Беса.

— О том, как помочь моей Ирочке, — напомнил здоровяк.

— Точно, — благодарно кивнул я, — ей нужна…

— Более чистая субстанция, — закончил за мной фразу внезапно вошедший в комнату Денис.

В руках юного лекаря была склянка с заточенным внутри желудком Змеехвостого Камнееда, а жидкая субстанция внутри пульсировала стихийными янтарными оттенками.

— Предоставим слово лечащему врачу, — улыбнулся я и с поклоном состроил гримасу внимательного студента.

— Кхм, — чуть стушевался под резким вниманием хмурого Беса Денис, но вышел на центр комнаты и, расположив колбу на столешнице, продолжил, — эта субстанция сработала потому, что в статуе объекта номер один…

— Молота, — перебил Бес.

— Да… Молота, — с извинительной улыбкой поправился Денис, — в статуе Молота я изначально зафиксировал отклик души и смог синхронизировать процессы расщепления камня внутри и снаружи. В случае же с четырьмя другими объектами… кхм… то есть статуями, отклика внутри я не нащупал, а попытки только внешнего воздействия субстанции не увенчались успехом. Из этого я сделал вывод, что если увеличить мощность воздействия снаружи более концентрированной субстанцией, то это может помочь достучаться до душ и запустить процесс пробуждения.

— Мыслишь в верном направлении, — похвалил я, — только нам нужна не более чистая субстанция, а скорее более правильная.

— Правильная? — с любопытством во взгляде подался вперед Денис.

— Именно. Змеехвостый Камнеед способен расщеплять любую каменную структуру. Если это не сработало, значит эффект окаменения уже невозможно обратить грубой силой. Однако там, где нельзя силой, можно сработать более тонко.

— Обратить эффект, используя исходную силу носителя… — тихо произнес Денис, — это действительно может сработать! Только где его взять?

— Кого взять⁈ Что может сработать⁈ Можете говорить проще⁈ — подорвался с места и вклинился в разговор Бес.

— Нужен носитель дара окаменения, — спокойно пояснил я.

— Живой или быстрозамороженный, — внес уточнение Денис.

Бес было улыбнулся, услышав, что решение есть, но осознав о чем речь, нахмурился и с лицом мрачнее тучи плюхнулся обратно на диван.

— Князь Земли сдох, а он был последним носителем этой силы, — сухо произнес Бес.

— Точно последним? — уточнил Денис, — может, у него был бастард какой или скрытый родственник? Кто угодно подойдет, даже без явного дара! Может хватить ДНК и зачатков дара…

— Нет. Князь Земли всех убил, остался единственным в роду и гордился этим, — тяжело вздохнул Бес.

После этих слов возникала гнетущая тишина, которую я нарушил, начав распечатывать новый сухпаек, за что удостоился двумя парами осуждающих глаз.

— Чего? Вам жалко что ли? — возмутился я, после чего кивнул в сторону колбы с желудком, — вы бы лучше карту открыли.

— Карту? — в два голоса переспросили меня.

— Карту, карту, — хмыкнул я, прожевывая кусок, — найдете Портал откуда вылез Камнеед, найдете живого носителя силы.

— Ты же сказал, что Камнеед не подходит? — насупился Денис.

— А речь не про Камнееда, а про того, чьи камни он ест, — пояснил я.

— Каменный Дракон⁈ — вскинул бровь юный лекарь, — это разве не миф?

— Если бы… — вспомнил я последнюю встречу с этой зловредной летающей ящерицей.

Горный хребет было проще переломить, чем уронить эту громадину. Когда в итоге удалось, лавина покатилась такая, что я его ценнейшую тушу потом три дня откапывал. От одного воспоминания дубеют пальцы и лед хрустит на зубах!

Бр-р-р, — передернуло меня и я вернул взгляд на собеседников.

— В общем, раскрою вам маленький секрет, — подался я чуть вперед, — Технику скульптуризации Григор не придумал, а спизд… кхм… позаимствовал у древних летающих созданий, в гнездах которых и заводятся Камнееды. Как паразиты. Особо крупные занимают себе сытные каменные кормушки у гнезда, а неудачники послабее выползают наружу, жрут стены и заканчивают жизнь с вырезанным желудком в стеклянной колбе.

— То есть ты хочешь сказать, что противоядие можно найти в родном Портале этой твари… Портале, которому хрен знает сколько десятков лет, а учитывая участие Камнееда в прорыве второго кольца стен, находится этот Портал глубоко в красной зоне? — с вопросительной интонацией резюмировал услышанное Бес.

— Именно так, — кивнул я и с вызовом в голосе добавил, — передумал?

— Еще чего, — фыркнул внезапно оживившийся Бес и, облизнувшись, хрустнул шеей, — сколько у нас времени?

— Доктор вам слово, — перевел я взгляд на Дениса.

— Э-эм… сколько объекту… кхм… Ирине было на момент скульптуризации? — деловито уточнил юный лекарь, подойдя к статуе женщины вплотную.

— Восемнадцать, — ответил Бес.

— Это хорошо, — кивнул Денис, — молодой разум еще не утратил гибкость, а судя по данным, что я получил от Молота, старение внутри статуи принципиально не отличается по скорости от обычного. Исходя из этого, время у нас еще есть.

— Но чем раньше, тем лучше? — спросил Бес.

— Разумеется, чем раньше произойдет пробуждение, тем меньше рисков летального исхода, — подтвердил Денис.

Услышав это, Броня Евгений Сергеевич подскочил на ноги и до побеления костяшек сжал кулаки.

— Я всегда довольно высоко оценивал свои возможности и гордился силой, которую мне удалось достичь… но сейчас я впервые за долгие годы ощутил себя… слабым. За последние десятилетия единицы отрядов углублялись в красную зону дальше двадцати километров, а вернулись оттуда и того меньше… — с этими словами Бес перевел твердый как скала взгляд на меня, — ты ведь собираешься пойти туда, Маркус?

— Собираюсь, — честно ответил я, что не ушло от внимания Дениса.

Юный лекарь аж заерзал от возникшего желания о чем-то меня спросить, но сдержался.

— Возьми меня с собой! — без раздумий выпалил Бес.

— Я не имел в виду сейчас, — хмыкнул я, внимательно смотря на реакцию собеседника, — но врать не буду, есть у меня в красной зоне кое-какие дела.

— Возьми когда будешь готов! Пожалуйста! Я сделаю все, что захочешь, Маркус! — не моргая выпалил здоровяк и тут заметил, что я стою и улыбаюсь во весь рот, — я сказал что-то забавное?

— Нет, просто я думал, что услышав о противоядии, ты ломанешься туда сам, — пояснил я.

— Была такая мысля, — усмехнулся Бес, — но я не дурак, Маркус, и трезво оцениваю свои силы. Я понимаю, что просто сдохну, а это моей Ире никак не поможет, — болезненно покосился он на статую женщины, — но с тобой это уже не кажется таким невозможным. И если я могу как-то помочь тебе и ускорить процесс, только скажи.

— В данный момент лучшее, что ты можешь сделать, это помочь мне здесь, в Долине Трех Холмов. Альберт ввел тебя в курс дела?

— Еще нет, но я и так понимаю, зачем ты отправил меня сюда. Тоннели? — предположил Бес и по моей реакции понял, что попал в точку, — я навел справки и внимательно наблюдал. Тут много людей, припасов, товара. У Долины огромный потенциал, но его невозможно реализовать в полной мере без решения проблемы логистики. Эта проблема тормозит развитие и сводит на нет все усилия, и даже восстановление железнодорожного сообщения проблему не решит. Рельеф местности тут больно специфический.

— Все верно, мне нужны здесь твои тоннели. Для начала, здесь, — с улыбкой добавил я, — справишься?

— Спрашиваешь, — хмыкнул массивный гигант, после чего пожал протянутую мной руку.

— Смотри не сдохни тут, — улыбнулся я.

— Не дождешься, Паладин! Так просто ты от меня теперь не отвертишься, — со смешком ответил Бес и, бережно поцеловав статую женщины в лоб, отправился на выход.

Я сопроводил его взглядом и когда монолитная дверь закрылась за массивной фигурой здоровяка, ко мне подошел Денис.

— Почему ты не сказал ему про второй вариант? — спросил он.

— Второй вариант? — поднял я бровь.

— Перстень Вильгельма Фон Грэйва. Он ведь успел перед уходом забрать силу Григора. Это ведь тоже может сработать? — спокойно уточнил Денис.

— Может, — кивнул я, — А ты откуда знаешь о перстне?

— Я много чего знаю, Маркус, — с грустной улыбкой ответил Денис, — ты ведь сам просил меня присматривать за обстановкой вокруг. Или мне перестать смотреть и слушать?

— Нет, продолжай, — хмыкнул я и юный лекарь понятливо кивнул, — но раз ты такой сообразительный, тогда и сам в состоянии ответить, почему я не сказал нашему Бесу про перстень.

— Потому что ты ему не доверяешь, — тут же ответил Денис, — а еще потому, что в красную зону он не побежит, так как рационально оценивает свои шансы, а вот на запад мог и поехать, поддавшись эмоциям и иллюзии близости противоядия. И тут я с тобой согласен. Вероятность этого действительно была высока, но разве на западе от Беса не будет больше пользы? Вместе со своими людьми его эффективность бы возросла.

— Сейчас он нужен мне здесь, а герцог ему все равно не по зубам, будь у Беса хоть тысячная, хоть миллионная армия, — серьезно ответил я.

— Хм, умно, — задумчиво потер затылок юный лекарь, — стой, ты же не проворачивал такое дерьмо со мной? — вдруг нахмурился светлый.

— Кто знает, Денчик, кто знает, — улыбнулся я, и похлопав парня по плечу, сам направился на выход.

Желудок был полон, настроение отличное, а солнце только-только начало вставать над заснеженным горизонтом.

Интересно, что припас для меня новый день моего отпуска?

Глава 7

Синхронно громыхнули огневые артиллерийские установки, и рассветное небо расчертили десятки стихийных снарядов, которые словно град осыпались на пятиметровую Портальную тварь, по форме отдаленно напоминающую гигантский гриб.

Только гриб этот был зубастым, с десятком разбросанных по шляпке черных разноформенных «глаз», а корневище из сотен нитей сплетались в огромные «лапы».

Взрывные волны одна за одной разлетелись по пространству, в горячем воздухе стало тяжело дышать, на губах осел горький пепел, но пятиметровое существо визуально не получило никаких повреждений.

Живой гриб с широченной пастью вовремя сгруппировался и принял все атаки на свою сверхпрочную шапку, после чего невозмутимо отряхнулся и пыхнул новой партией спор.

Насыщенные жизнью природные частички упали на землю, и из них мгновенно вылупились сотни мини-грибов и с рычанием помчались в сторону защитных укреплений и вышек.

Пограничные Имперские военные встретили полчища тварей шквальным огнем из пулеметов, винтовок, автоматов и всего, что было под рукой, выигрывая время на перезарядку для главной ударной силы в виде стихийных артиллерийских установок.

— Бесполезно, крепкая сучара, — констатировал результат очередной атаки хмурый вояка с погонами подполковника и потер свой старый шрам, — тварину не берет ни огонь, ни металл! Продолжать бить с дистанции, только снаряды тратить, — сплюнул он, — И откуда только тут взялся этот переросток? Это уже третья тварь «B+»-класса за два дня! В желтой зоне и прямо на нашей границе! — покачал Никита Никитич Горемыка седой головой, — это не может быть простым совпадением.

— Не может, — согласно кивнул молодой парень в белом костюме, что сидел на перилах командирской вышки и беззаботно покачивал ногами, — что будем делать, подполковник?

— Для начала уничтожим тварь, которая решила перейти не ту границу, — бесстрашно фыркнул вояка, внимательно отслеживая происходящее.

— И как вы будете это делать? — фамильярным тоном уточнил Максим, лениво поглядывая, как в рядах пограничников начала закрадываться легкая паника.

Еще бы. Уже целый час они долбят по Портальной твари из всех орудий, но все, что им удалось, это немного замедлить ее и отступить к укрепленным рубежам, которые были последним рядом обороны перед гражданскими поселениями Империи.

— Ты нос-то не задирай, мальчишка, — поиграл желваками Никита Никитич Горемыка, — пусть в силе стихии я тебе и уступаю, но опыта у меня поболее твоего будет, — хмыкнул вояка и окинул взглядом невредимый гриб переросток, который медленно продолжил двигаться вперед, разрывая боевую технику и укрепления на пути как бумагу, — для природной твари у него слишком высокий порог устойчивости к огню и металлу, но вся броня заключена в шляпе. Поэтому просто нужно подойти ближе и срезать ему корешок, — хрустнул шеей подполковник, и его красные глаза сверкнули огненными искрами, а рука потянулась к оружию.

— Но-но! — осуждающе покачал пальцем Максим перед носом вояки, — вам туда нельзя, вы же исполняющий обязанности Наместника! — с артистически важным видом произнес парень.

— Чхал я на эти титулы и должности, пацан, — скривился Горемыка, — я о них не просил и ради их сохранения я не стану шоркаться и лизать жопу ни тебе, ни другим аристо, ни членам Совета! Я здесь потому, что люди в опасности и я скорее сдохну, чем отступлю и пропущу эту грибохрень к гражданским!

— Похвальное рвение, подполковник, — с озорной улыбкой кивнул Максим, — согласен, не мне вас удерживать, однако позвольте спросить. Раз ваш главный приоритет — это безопасность подданных Империи, то что будет, если в бою у западных границ погибнет исполняющий обязанности Наместника?

Горемыка быстрый ответ найти не смог и громко скрежетнул зубами, всерьез раздумывая втащить наглому пацану за дерзость. Один из самых приятных бонусов нового статуса исполняющего обязанности Наместника — это то, что можно безнаказанно бить напыщенные аристократические хари с чрезмерным самомнением.

— Я вам помогу, — не позволив ничего сказать хмурому вояке, беззаботным голосом продолжил Максим, — потеряв опору, которую люди с таким трудом нашли в вашем лице, подполковник, они перестанут чувствовать себя в безопасности, начнется паника, лишние жертвы, хаос. Военные начнут покидать посты, Кланы же бросят все силы на спасение собственных шкур, и все это сыграет на руку нашим врагам, которые только и ждут удачного шанса. И даже если вы не погибнете в бою, а, скажем, получите травму, лучше не будет. Вы сейчас олицетворение силы, непоколебимости и доблести всей Империи. Ваше лицо должно быть свежим, вид бодрым, уверенным и олицетворяющим силу!

— Тц, — закусил губу Горемыка, не найдя ни одного аргумента в ответ, как бы ни хотелось вояке возразить, он понимал, что пацан прав, — и что ты предлагаешь? Никто из моих подчиненных близко подойти к твари не сможет, а на убой я их посылать не стану! Слишком много неизвестных переменных. Природную тварь такой силы я раньше никогда вживую не видел, да и ведет она себя слишком странно. Несмотря на явно природную стихию, имеет иммунитет к огню и металлу! Но так или иначе, ждать нельзя! Если пустим тварину дальше, сдержать всех ее детишек мы уже не сможем. Тварь надо уничтожить здесь! Любой ценой!

— Верно мыслите, подполковник, пускать ее дальше никак нельзя, — с улыбкой кивнул Максим, — только с исполнителем ошиблись.

— На себя намекаешь⁈ — хмыкнул Горемыка, — ты силен, спору нет, но не хуже меня знаешь, что ничерта молния природной твари такого уровня не сделает!

— Я бы с удовольствием с вами поспорил еще, но увы, время поджимает. Просто подождите тут и постарайтесь хорошо выглядеть в кадре журналистов, — с легкой издевкой улыбнулся парень и под залпы артиллерийских пушек, сиганул спиной вниз с командирской вышки.

Новая партия снарядов разбилась яркими, разноцветными вспышками об тварь, которая вновь успела закрыться шляпкой.

Урона гриб переросток не получил, но каждый такой залп заставлял тварь останавливаться и выигрывал обороняющимся время, чтобы придумать план.

Едва атаки прекратились, гриб тут же приподнял шляпку, и сокрытые под ней трубки озарились зеленым светом, готовясь выпустить новую партию спор, однако за мгновение до того, как тварь это сделала, в нее внезапно прилетел разряд молнии.

Не ожидавшая внезапной атаки тварь не успела защититься, но мощнейший разряд стихийного электричества пробежал по телу монстра и ушел в землю, не причинив особого урона.

Так подумал гриб переросток и выпустил-таки подготовленные споры, однако из трубочек, вместо полных жизни спор, вылетели сожженные электричеством черные угольки без признаков жизни.

Тварь осознала, что стихийная молния наглеца била не по ней, а по репродуктивной системе, и взревев от ярости, гриб переросток ускорил шаг, однако его внимание тут же привлекла странная голубая вспышка у корневой системы.

Безошибочно опознав под собой убийцу своих детей, тварь резко надулась, и ядовитый зеленый газ заволок все пространство вокруг.

— Так ты у нас и стихией смерти владеешь, значит, — хмыкнул парнишка в белом костюме, оказавшись прямо перед зубастой пастью твари.

Яркие голубые глаза молодого одаренного искрились тысячью крошечных молний, а источаемая им аура громко трещала частицами электричества, играючи выжигая весь газ вокруг него.

Гриб-переросток, увидев, что убийца его детей жив и невредим, немедленно устремил в него все свои свободные нити из корневища, но все их на подлете разрубило голубой вспышкой, а мгновением спустя, с абсолютно чистого, безоблачного неба ударила молния, затмившая своим слепящим сиянием весь горизонт.

Все находящиеся в радиусе километра люди зажмурили глаза, а по рации разлетелся приказ голосом подполковника Никиты Никитича Горемыки: «ЗАКРЫТЬ УШИ!!! ПОЛНЫЕ ЩИТЫ!!!»

— И правда опытный, — весело улыбнулся Макс, стоя на шляпке выжженного до основания дохлого гриба переростка, а мгновением спустя все приграничное пространство накрыл душераздирающий громовой грохот, безжалостно забирающий на тот свет все остатки уцелевших в округе спор.

* * *

Я, посвистывая, шел по лесу и покручивал в руке монету Аргуса.

Свежий белый снежок приятно хрустел под ногами, а рассветное солнце с трудом пробивалось сквозь высокие кроны ветвистых деревьев. А судя по доносящимся легким ветром звукам, прекрасно показавший себя в недавнем сражении Клювик уже вернулся на свой пост местного карательного божества, продолжая оберегать Долину Трех Холмов.

Словом, пернатый был весь в работе, в отличие от Кота, который за один вечер едва не угробил Кайман, померился силами с пауком и сейчас, обожравшись вкуснях, которыми его накормили, чтобы успокоить, беззаботно дрых на кухне квартала пузякой кверху.

Энергия потребляется в промышленных масштабах, а выхлопа нет. Столько боевого потенциала лениво пролеживает.

Непорядок.

С этой мыслью я перенаправил на Кота сигнал недавно заработавшего тревожного маячка.

Услышав странный звук, пушистый навострил уши и задергал хвостом. Повернувшись набок, заинтересованный Кот принюхался, и от души потянувшись, выпустил коготки на кухонную плитку, скрежетнул по ней с протяжным «Мр-р-р-ря-я-яу» и устремил сонный взор в сторону передаваемых маячком координат.

Координат, которые указывали на место, где Князь Света нарушил режим молчания и таки применил свою силу.

Применил немного, маленькой вспышкой, которая быстро затихла, но проверить источник сигнала все равно стоило.

А Коту как раз было скучно, да и обижался на меня блохастый, что все последние заварушки проходили без него.

А о душевном состоянии фамильяров надо заботиться. Они существа с тонкой душевной организацией, ранимые и обидчивые.

Поэтому пусть развлекается.

Организовав своему заскучавшему Коту утренний досуг, я скосил взгляд на черный металлический перстень Рода Темных с изображением хищного ворона.

— Пора бы и юным воронятам учиться летать, — задумчиво потерев подбородок, произнес я и набрал номер Альберта.

— Доброе утро, что-то случилось? — раздалось знакомое сонное сопение.

— Доброе, иду в гости, готовь Кедра, — ввел я в курс дела коменданта, которому потребовалось несколько секунд, чтобы включиться.

— Ладно, не вопрос. А к чему готовить? Бить его будешь? — необычно веселым голосом поинтересовался Альберт.

Я многозначительно промолчал, и сонный смешок на той стороне тут же прекратился.

— Погоди, Маркус, ты что… серьезно? — насторожился мой цельнометаллический комендант.

Вот как. Переживает Берти за своего подопечного.

Это хорошо.

— Да какие тут шутки, пусть ждет меня в подвале, — сухо произнес я замогильным голосом, которому сам Мрак бы позавидовал.

Да, я немного сжульничал и приправил голос частичками стихии Тьмы, но результат того стоил.

На той стороне трубки что-то разбилось, а дыхание Альберта сбилось.

Ну вот, зато теперь точно проснулся.

— Но ведь… Маркус… ты же сам говорил никого в подвал не пускать… — с легкой паникой в голосе отозвался Альберт.

— Вот найди Кедра, засунь его в подвал и больше никого не пускай, в том числе себя, — тем же замогильным голосом произнес я и, добавив на прощанье, «скоро буду», положил трубку.

Да, получилось немного жестковато, но так было надо.

Я же сладко потянулся и, посвистывая, продолжил путь по живописному белому лесу в сторону подвала Завода Долины Трех Холмов.

* * *

— Это еще что за хрень? — недоуменно спросил я.

— Фиг знает, когда я пришел, так и было, — пожал плечами Кедр, и мы оба уставились на то, как в переполненном стихийной энергией подвале, маленький сучок на ножках поклоняется пространственному древу.

— Он ему что… молится? — сощурился Кедр, и в этот момент странные движения сучка прекратились, и он замер в полупоклоне.

Его мелкая моська медленно повернулась на нас, после чего, встретившись с нами глазами, тот вскрикнул и со скоростью ракеты сиганул к пространственному древу.

Да, прямиком в его всерасщепляющую ауру.

Эх, а я так надеялся, что из мелкого вырастет что-то полезное, — мысленно похоронил я глупый суицидный сучок, но аура Тьмы вокруг пространственного древа внезапно обогнула мелкого и впустила внутрь себя, где тот и скрылся.

— Интересно, — впечатленно покачал я головой, понимая, что пространственное древо признало своего мелкого последователя и реально его оберегает.

Оберегает… порождение, в котором заложена лишь функция перемещать входящие объекты, проявило признаки собственных желаний.

Происходящие в этом времени с моими порождениями странности не перестают удивлять.

— Что интересно? Ты о чем? — полюбопытствовал Кедр, для которого мелкий сучок просто растворился в черноте смертоносной ауры пространственного древа, чьи ветви неплохо так разрослись за прошедшее с посадки время.

Кедр не видел, да и никак не мог увидеть, того, как сучок безопасно выбрался из подвала на улицу, используя маленький лаз в земле, по которому сюда и залез.

Выбрался и стремительно умчал по своим сучковым делам.

— Забей, — отмахнулся я и кивнул в сторону центра подвала, — теперь, твоя очередь.

— Молиться? — со смешком спросил Кедр.

— Если это поможет тебе настроиться, можешь помолиться, — с улыбкой ответил я.

— Поможет настроиться на… что? — заподозрил неладное Кедр и настороженно сощурился.

— На то, чтобы его коснуться, — сверкнули Тьмой мои глаза и стихийная энергия вокруг заклубилась куда интенсивнее.

Глава 8

Пространственное Древо — тварюшка сложная и чрезвычайно опасная.

Недаром в мое время ей присвоили «S»-ранг. И причиной тому была уникальная способность твари манипулировать пространством.

Отдел разработок Ордена Аргуса душу был готов продать за живые образцы твари, но коснуться Пространственного Древа против его воли так никому и не удалось.

Даже мне.

Закрыть Портал с этими тварями я смог только когда сжег его целиком в черном пламени, а поглощенным порождением стало не Пространственное Древо как таковое, а лишь его семечка.

Семечка, которая с подпиткой осколка стопроцентной Тьмы выросла за каких-то пару недель в трехметровое изваяние с матово-черными ветками и листьями цвета мрака.

Энергию древо источало соответствующую, вызывая желание бежать без оглядки у всего, что обращало на него взор.

Правда и из этого правила была парочка исключений.

Сучок-последователь, нашедший в Пространственном Древе собрата и пример для подражания, и загорелый шатен с ежиком острых волос по имени Кедр.

— Коснуться, говоришь… это не очень смешная шутка, командир, — хмыкнул Кедр.

— Почему ты решил, что я шучу? — спокойно спросил я, продолжая наблюдать за реакцией молодого одаренного.

— Потому, что оно меня убьет, — уверенно констатировал Кедр, — я понятия не имею что его питает, но это точно не Тень.

— Не Тень, — подтвердил я, — но эта энергия лишь ядро его силы. Попробуй посмотреть на Древо шире, в саму его суть.

Кедр скептично хмыкнул, но послушно прикрыл глаза.

Я увидел, как его стихийная теневая энергия медленно окружила Древо и осторожно прощупала его тень.

— Природа… — удивленно констатировал Кедр и распахнул глаза, — его родная стихия природная, но тогда как…

— Природное начало этого Древа было подавлено более сильной энергией, — пояснил я, не вдаваясь в подробности сути поглощения и того, что это была Тьма, — и я привел тебя сюда, приятель, чтобы задать один вопрос. Чего ты хочешь?

От моего вопроса загорелый безымянный вздрогнул и едва заметно закусил губу.

— В каком смысле? — не очень уверенно спросил он.

— В прямом. Что заставляет тебя вставать по утрам? Чего ты желаешь всем сердцем?

— В жизни безымянных нет места ни мечтам, ни желаниям, — хмуро ответил Кедр.

— Ты не прав, — покачал я головой, — может раньше было и так, но сейчас все изменилось. Вот Лиса, например, отчаянно желает силы, Мрак жаждет отмщения за страдания своего уничтоженного Рода, Колль мечтает обеспечить лучшее будущее для всех без исключения теневиков. Причины у твоих братьев и сестер разные, но суть одна. Искренние эмоции находят отклик в Стихии и двигает одаренных вперед. Так ответь мне, приятель, чего хочешь ты?

— А что, если я скажу, что у меня нет никакой мечты? — с вызовом в глазах хмыкнул Кедр.

— Твое поведение в Портале с Мимиками говорит об обратном, — покачал я головой.

— Там я просто… хотел, чтобы все вернулись целыми. Хотел, чтобы никто не умер. Хотел защитить свою семью… — сверкнули стихийными искрами упрямые серо-зеленые глаза.

— Вот и ответ, — улыбнулся я.

— Хреновый ответ, — скривился Кедр, — ведь без тебя мы бы тот Портал ни в жизнь не закрыли. Что толку от желания защитить близких, если я не в силах этого сделать⁈ Чтобы вновь страдать, когда я кого-то потеряю⁈ Лучше уж держаться в стороне и…

— И не видеть, как они умрут? Если ты этого не увидишь, тебе разве будет легче?

— А что ты предлагаешь⁈ — эмоционально выкрикнул чуть потерявший контроль Кедр.

— Стать сильнее.

— Будто это так просто, — упрямо фыркнул Кедр.

— Не просто, — подтвердил я, — однако, это не значит, что невозможно.

Услышав это, Кедр скосил взгляд на продолжающее пульсировать дикой энергией Пространственное Древо.

— Ты правда думаешь, что я справлюсь? — осторожно спросил тот.

— Не попробуешь, не узнаешь, — ответил я одной из любимых фраз старика Акса, — так или иначе, решать тебе.

— Нечего тут решать, — воинственно фыркнул Кедр, — двадцать два года я бессильно наблюдал как к безымянным относятся как к мусору. Наблюдал, как мои братья и сестры умирают один за одним… В итоге нас осталось всего десять, и я больше не позволю погибнуть ни одному из них, — вспыхнули яркой серо-зеленой дымкой его глаза и Кедр со слегка безумным взглядом потер ладони и уверенно произнес, — Я готов.

Я удовлетворенно кивнул и подошел ближе.

Немного слукавил я, конечно. Ведь я точно знал, что Кедр справится. Его уникальный природный аспект Тени идеально подходит под эту задачу.

Однако справится он только если отнесется к задаче со всей серьезностью. А то этот лентяй привык, что его считают самым талантливым из всех безымянных и я уже успел понять, что «включается» Кедр на полную только в момент смертельной опасности.

Однако Пространственное Древо ему времени на раскачку не даст. Решительный настрой нужен сразу и когда мне удалось этого настроя добиться, можно было приступать.

Я вытянул руку, и матово-черная кора древа начала трещать, пространство вокруг разом потемнело, а от перенасыщения энергией стало тяжело дышать, однако я продолжал.

Древо корежило, тряслось и спустя несколько секунд, разрывая матово-черную кору, изнутри вылетел пульсирующий Тьмой осколок, который я подхватил вытянутой рукой и, крутанув на пальце, убрал в карман.

— Теперь твой черед, — улыбнулся я, кивнув на Древо, которое лишившись моего контроля впервые ощутило свободу.

Как я и говорил ранее, Пространственное Древо способно автономно поддерживать свое существование в месте с достаточно стойким стихийным фоном. Энергия из осколка была нужна твари только для стартового рывка, но сейчас оно проросло и обрело самостоятельность.

Вернее, это я ей эту самостоятельность даровал.

Было несложно, ведь моим порождением по сути являлось не все Древо, а лишь семечка из которой оно выросло.

Да, это было далеко не то Пространственное Древо «S»-класса с которыми я сражался в «свое» время, однако молодой гибрид, вросший в плодородную на стихийную энергию землю, вполне мог считаться тварью «B+» или даже «А»-класса.

И чтобы сделать шаг вперед, Кедр должен был эту тварь подчинить.

Парень сразу почувствовал момент, когда внутри Древа осталась лишь природная энергия, и молниеносным рывком устремился вперед.

Секунда, и вот уже его рука тянется к пустующей сердцевине твари, однако только-только обретшее свободу Древо не желало больше никому подчиняться и выбросило в неприятеля десяток ветвей разом.

Каждая из ветвей наполнилась мутно-зеленым сиянием техники пространства.

Одно касание и Кедра мгновенно переместит к одному из других Пространственных Древ и ему очень повезет, если такой прыжок его не убьет, ведь два других Древа все еще содержат в себе ядра в виде осколков Тьмы.

К чести Кедра, опасность он опознал сразу и взмахом рук обездвижил каждую из ветвей, используя для этого их собственные тени. А осознав, что Тень Древа ему подчиняется, закончить начатое не составило труда и рывок Кедр завершил с рукой, которая сжимала крошечную сердцевину твари, что билась словно сердце.

Пусть и с ослабленным гибридом, взращенным чтобы служить, но Кедр только что сделал то, чего не удавалось ни одному одаренному до него.

Коснулся Пространственного Древа.

Оказавшись в чужой власти, тварь замерла.

В отличие от своего древнего прародителя, этот гибрид обладал фатальной уязвимостью. Сердцевиной, в которой раньше находился мой осколок, а сейчас туда медленно втекала энергия Тени Кедра.

И спустя ровно три минуты все было кончено.

Сердцевина заполнилась, создав прочную связь между Кедром и Древом. В какой-то степени Древо стало его порождением, правда отозвать Кедр его никак не сможет, так как выросло оно в этом мире и имеет настоящую материальную оболочку.

Глядя на это, я не мог перестать улыбаться.

Прав был старик Акс.

Истинная Тень — это нечто.

Правда, еще мой наставник утверждал, что Матерь Стихий создала первой именно Тень, а потом уже все остальные Стихии, но сомневаюсь, что это действительно так.

Хотя по своим свойствам Истинная Тень действительно ближе прочих ко Тьме.

Ненамного, но ближе.

И сейчас я в этом убедился еще раз, ведь Пространственное Древо в итоге подчинилось и довольный как слон Кедр обернулся ко мне с сияющей до ушей улыбкой.

Словно ребенок, который только что выучил сложный стишок и ждал похвалы.

Милота, да и только.

— Браво, — похлопал я в ладоши, когда энергия вокруг устаканилась и я подошел ближе, — как ощущения?

— Обалденно! — восторженно выдал Кедр, — раньше я мог видеть через Тени деревьев только в определенном радиусе вокруг себя, а сейчас… — прикрыл он глаза и продолжил, — я вижу дальше… вижу, как Лиса медитирует в саду… вижу, как на каких-то обгорелых развалинах трудятся рабочие… вижу… — продолжал бубнить Кедр и вдруг его внезапно повело и тот припал на колено и тяжело задышал.

— Полегче, крепыш, не все сразу, — подошел я и помог парню встать, — Дар управления пространством от Древа позволит тебе видеть куда дальше и лучше, чем раньше, но для этого нужно тренироваться. А еще нужно всегда помнить, что, если ты дашь слабину, Древо тебя сожрет.

— Не дам! — стерев пот со лба уверенно фыркнул Кедр и выпрямился.

— Вот и славно, — хлопнул я его по плечу и чуть отстранился.

На самом деле я приврал, но только слегка.

Сожрать его попытается не Древо, а Истинная Тень, которую Кедр впервые за свою жизнь неосознанно использовал. Но к этому знанию он еще не готов.

Есть причина, почему одаренных в Ордене обучали с самого детства и кроется она в гибкости детского сознания. Миры каждой Стихии опасны. В них нет места слабым, неуверенным и сомневающимся. И чем позже одаренный попытается впервые проникнуть в Истинный Мир своей Стихии, тем меньше шансов, что он вернется оттуда живым.

Эти написанные кровью истины передаются Родами и Кланами из поколения в поколение. Однако Клан Теней был лишен своих традиций, записей и большинства техник. Разумеется, безымянным никто об этом не рассказывал.

Но ничего, ведь у них теперь есть я, а значит все будет хорошо.

С этой мыслью я перевел взгляд на запертую дверь подвала и вздохнул.

Мой чуткий нюх безошибочно учуял запах шашлыка. Ох уж этот Альберт. И фотки прислал на фоне мангала, гад такой.

Неплохая попытка затащить меня на разговор, однако раз сказал «А», надо говорить и «Б». Поэтому я переборол желание полакомиться свежим шашлычком на природе и, махнув Кедру на прощанье, я коснулся Древа.

* * *

На этот раз перемещение повело меня сначала по миру Теней, однако уже на полпути, меня снова перебросило в мир Тьмы и спустя несколько мгновений я вышагнул на заднем дворе сада теневого квартала и лениво потянулся.

Мой взгляд тут же привлек женский силуэт, который сидел на окраине. В одной руке девушка покручивала дымчатый кинжал, а второй рукой кормила бананом обезьяну.

Завидев меня, худощавая черная мартышка испуганно подорвалась, и, подхватив хвостом лежащую рядом связку бананов, сиганула прочь.

Девушку это ничуть не удивило и, поднявшись на ноги, она отряхнула свое черное платьице и мило улыбнулась.

— Добро пожаловать домой, братик! — пропела Лиса совершенно ей несвойственным наигранно ангельским голоском.

— Это еще что? — хмуро посмотрел я.

— Что? — потупила девушка взгляд.

— Все это, — обвел я рукой, — мы разве не договорились обойтись без «братиков»?

— Скучный ты, учитель, — обиженно надулась Лиса, но ее глазки блестели от радости, — вообще-то я специально тебя тут ждала.

— Есть новости об отравителе воды?

— Не-а, там глухо, — вздохнула Лиса, — но не переживай, за тем выходом присматривают как ты и просил. Проглот очень зоркий для хомяка, а Пушок у него на подстраховке. А если они кого увидят, я уже через секунду буду там подменой.

— Подменой? Отсюда? — поднял я бровь, — и ты сможешь так далеко?

— Пф, конечно, — игриво улыбнулась Лиса, — а тебя я ждала, потому что готова двигаться дальше, учитель!

— Хочешь сказать, ты взяла под контроль мартышку?

— В какой-то степени, — чуть отвела взгляд в сторону девушка.

— Что значит в какой-то степени? — нахмурился я.

— Ну-у-у, — протянула Лиса, — давай потом покажу. Сейчас она немного занята, а еще стесняется.

— Вот как, и чем это она занята?

— За четыре килограмма бананов она согласилась помочь Котику, — мило улыбнулась и склонила голову набок Лиса, — я подумала, что ему одному будет скучно гоняться за светлым.

— Похвально, что тебе удалось об этом узнать, — кивнул я, — только ты уверена, что эта треххвостая тупица все не испортит?

— Уверена! — кивнула Лиса, хотя в ее желтых хитрых глазках я на самом деле не увидел ни капли уверенности.

Тяжело вздохнув, я нащупал нить своего фамильяра и предупредил Кота, что у него в миссии будет напарник, после чего вернул взгляд на ожидающую моего ответа Лису.

Так-то не прикопаешься.

Один тот факт, что она смогла управлять неугомонной мартышкой означал, что Лиса справилась с моим последним заданием. Только вот следующий шаг в ее обучении будет куда сложнее, чем подсадить обезьяну на бананы.

— А в том, что готова идти дальше, уверена? — без улыбки спросил я.

Моя неожиданная серьезность слегка смутила девушку, но она быстро взяла себя в руки и на этот раз ничуть не сомневаясь в ответе, твердо произнесла:

— Готова!

— Хорошо, — кивнул я и повернулся в сторону Пространственного Древа, что раскинулось во внутреннем саду особняка квартала.

Будучи посаженным позже того, что находится в подвале Завода, это Древо достигло лишь полутора метров в высоту, но Лисе от этого легче не будет.

Ведь в отличие от Кедра, девушка не обладает природным аспектом Тени, и чтобы подчинить Древо, ей придется осознанно нырнуть в мир Истинной Тени и использовать его силу.

Нырнуть полностью.

С головой.

— Тебе нужно его победить, — объявил я задачу.

— Звучит не сложно, — облизнула губки Лиса и, заняв боевую стойку, ловко обнажила дымчатые кинжалы.

— Здесь оружие тебе не поможет, — покачал я головой, — потому что для победы над Древом, тебе сначала нужно победить себя. Я вижу, что ты готова сердцем, но вот готов ли к сражению твой разум?

— Считаешь, что я глупая⁈ — возмущенно топнула ножкой Лиса.

— Считаю, что ты никогда не видела Тени, — без улыбки ответил я.

— Тени? — усмехнулась Лиса, — да я в ней живу!

— Уверена? — поднял я руку ладонью вверх.

Ладонь тут же покрылась серой дымкой, которая приняла мрачные очертания и начала крутиться словно крошечное торнадо, и с каждым оборотом, света вокруг становилось все меньше и меньше.

А спустя десять секунд весь свет вокруг оказался поглощен и тут осталась лишь Тень.

— Что это такое… — не до конца понимая, что произошло, захлопала глазами Лиса и любопытно потянулась пальчиком вперед.

— Истинная Тень, — произнес я и схлопнул ладонь в кулак.

Крошечный торнадо исчез, а вместе с этим в пространство вокруг вернулся весь свет.

— Но ведь… — все еще завороженная зрелищем начала говорить Лиса.

— То куда вы заходили раньше, было лишь имитацией Тени. Истинный мир этой стихии светлые от вас скрыли, так как боялись, что вы сможете его подчинить. Ведь на самом деле для Света нет врага страшнее, чем Истинная Тень, — произнес я и щелкнул пальцем.

И в мгновение ока нас окутала мрачно-серая дымка, поглощающая весь свет, что встречала на своем пути.

Глава 9

Мрачно-серая дымка кружилась вокруг нас разнонаправленными вихрями, окатывая то теплом, то холодом.

Незаметно нас затянуло в серый мир, который все местные теневики считали единственным миром Теней.

Однако Стихия Теней на самом деле имеет две стороны.

Внешнюю, через которую работают все перемещения, теневые карманы и девяносто процентов техник теневиков.

И внутреннюю, где покоится Истинная Тень и куда попасть способны лишь самые достойные владетели теневой стихии.

И лишь единицы из этих достойных смогут там выжить.

Лиса смотрела на привычную серость мира вокруг, но в ее кошачьих глазках не было ни капли сомнения. Девушка полностью и безоговорочно доверяла мне, и это позволяло ей сохранить дыхание ровным, а сердцебиение спокойным.

— Если этот мир теней лишь отголосок настоящего, которого боится каждый светлый, то как Клан Света смог нас уничтожить? — тихо спросила Лиса.

— Меня тоже интересует этот вопрос, — отозвался я, — но сейчас я советую тебе отринуть все лишние мысли и сосредоточиться. Ты должна вспомнить все, чему научилась за последние недели. Особенно вспомни те чувства, что помогли тебе понять «Длань Сумрака».

Пространство вокруг продолжало стремительно темнеть, а реальный мир через серую дымку просматривался лишь едва уловимыми смутными очертаниями.

Понимая, что нас затягивает все глубже и глубже в мир Теней, Лиса немного напряглась. Ее маленькая грудь стала часто вздыматься от учащенного дыхания, но уверенности в глазах не убивались ни на йоту.

Это хорошо.

— Как я понимаю, никто из безымянных не был там? Я буду первая? — сильнее сжав руки на дымчатых кинжалах Реликвии, спросила девушка.

— Верно, — подтвердил я.

— Почему не Мрак? — не отводя от меня пытливого взгляда, спросила Лиса.

— Потому что он еще не готов, — ответил я.

Вдаваться в подробности я не стал, чтобы не сбивать девушке концентрацию. Да и на таком уровне доверия, которым ко мне пылала Лиса, ей не требовалось ничего объяснять. Моего слова было достаточно.

И доверие было полностью оправдано, ведь я ей не врал.

Мрак действительно был не готов осознанно зайти в мир Истинной Тени, и сомневаюсь, что когда-нибудь будет готов.

Раны, что нанесли ему Демид с Куратором, оказались слишком глубоки.

Хитрые светлые ублюдки позволяли Мраку зайти в мир Истинной Тени только под полным ментальным контролем, и теперь они слишком плотно ассоциируются у него вместе.

Страх вновь стать безвольной марионеткой засел слишком глубоко в подкорке, и, если Мрак зайдет в мир Истинной Тени не поборов эту слабость, то он оттуда уже никогда не выйдет.

А вот сможет ли он когда-нибудь полностью побороть страх перед менталкой, вопрос открытый.

Пока Мрак научился только обращать этот стойкий глубинный страх в гнев и жажду мести.

— Поняла, а вот я готова, — после непродолжительного молчания ответила Лиса, и стихийный дым от Реликвии медленно окутал ее тело защитным доспехом.

— Выдохни, успокойся. Мир Теней — это твой дом, а дом не может тебе навредить. Помни это, — успокаивающим размеренным голосом произнес я последнее наставление, и в тот же миг Лису затянуло в мир Истинной Тени.

* * *

Четверо мужчин восточной внешности сидели в центральном кругу богато уставленной переговорной и потягивали саке.

Кто-то торопливо, кто-то размеренно, а кто-то с откровенно демонстрируемым раздражением.

Мужчины были разного возраста, внешности, достатка, однако по статусу у себя на родине они были примерно равны. По крайней мере, трое из них.

Старший сын Дома Смерти Симидзу, с черными как смоль глазами и нашитым на кимоно гербом в форме трех черепов.

Первый наследник Дома Металла Химуро, чье лицо было сокрыто за бронзовой маской в форме рогатого демона.

И пухлощекий седой брат правителя Дома Молнии Като, в кимоно цвета грозы и сверкающими, словно штормовой прилив темными глазами.

Выделялся по статусу пред остальными в четверке только старец в тряпичном коричневом балахоне. Его глаза были полуприкрыты, морщины покрывали две трети лица, но источаемая Главой Дома Природы Мори мощь приводила остальных в трепет.

Никто из присутствующих не ожидал встретить тут друг друга, и уж точно не ожидал увидеть старейшину одного из Великих Храмов, каждый из которых по силе стоил десятка Самураев.

Самураи же, или «буси», как их называли на востоке, располагались в двух метрах за спинами своих господ, в среднем кругу переговорной.

По одному Самураю на каждого из высокопоставленных гостей.

Мужчины сидели, косо переглядывались и изредка бросали взгляд на висящие на стене часы в форме цапли.

Пусть в переговорной стояла полная тишина, а двигались только взгляды и кружки саке, обстановка накалялась с каждой секундой, и это чувствовали все присутствовавшие.

И за несколько секунд до того, как закончилось саке, а вместе с ним и терпение гостей, входная дверь распахнулась.

Однако в проходе оказался невысокий Самурай из Дома Идэ, а не Князь Воды, которого так ждали восточные гости.

Чашка недопитого саке с треском лопнула в руках представителя Дома Металла Химуро, но на косые взгляды в свой адрес ему было наплевать. Он брезгливо отбросил осколки, поправил бронзовую маску и проводил жгучим взглядом наглеца с голубой катаной, который посмел сесть в центральный круг подле него.

— Место охраны за спиной, — раздраженно выплюнул Химуро.

Однако Нобу никак не отреагировал и продолжил сидеть в центральном кругу.

— Похоже, главный позор Дома Идэ совсем позабыл манеры, — язвительно покачал головой черноглазый сын Дома Симидзу.

— Как ты смеешь сидеть там, где сидит один из старейшин? — вторил ему пухлощекий брат Главы Дома Молнии Като.

Сам же старейшина и глава Храма Природы Мори не произнес ни слова и не пошевелился, но напряжение в переговорной комнате разом подросло на пару порядков.

Но как бы Нобу ни хотелось, он смиренно сидел с опущенным взглядом и молчал, не смея ничего ответить. Ведь он прекрасно понимал, что каждое слово, сказанное им в этом кругу, будет воспринято как слова Дома Идэ, а говорить от имени Храма ему старейшины не разрешали.

Поэтому Нобу оставалось лишь молчать и быть в роли безмолвного наблюдателя.

Это задевало Нобу, но не так сильно, как тот факт, что обещанная ему невеста не явилась и сейчас Дом Идэ не имел никакого козыря перед внезапно появившимися конкурентами. А учитывая, что Нобу и слова сказать на переговорах не сможет, они и вовсе оказались в роли отстающих, хоть и пришли в Империю куда раньше остальных!

Поняв, что ответа не последует, сын Дома Симидзу недовольно допил свой саке и в очередной раз сверкнул черными глазами в сторону часов.

— А имеет ли смысл ждать? Этот Князь опоздал уже на восемнадцать минут, — раздраженно выдал Химуро, и его тяжелый взгляд устремился в сторону стоящего у двери дипломата, который всех тут собрал.

Юрий Озерецкий вздрогнул от резко возросшего внимания к своей персоне и сглотнул ком в пересохшем горле.

Пожалуй, эти восемнадцать минут были одними из самых тяжелых в его жизни, и хуже всего было то, что пытка еще не закончилась.

Часики тикали, а седых волос на голове водника прибавлялось. Внутри переговорной стояло такое стихийное давление от смешения мощных аур, что Озерецкому-старшему едва удавалось оставаться в сознании, и он уже проклял себя за инициативность и организацию этой встречи.

Но откуда он мог знать, что Князь Воды, который ВСЕГДА держит свое слово, и отличается чрезвычайной пунктуальностью, просто возьмет и исчезнет⁈

Исчезнет без предупреждения! Без звонка!

Последствия опоздания и так очень сильно осложнят и без того сложные переговоры, но если их в итоге отменят, это и вовсе может кончиться войной!

Сейчас идти на попятную слишком поздно. Ни Князь, ни его сестра Амелия на связь не выходят, а значит, Юрию Озерецкому остается смиренно ждать и верить в чудо.

Поэтому он смочил пересохшее намертво горло прохладной водой, после чего низко поклонился гостям и смиренно попросил подождать «еще немного».

При этом статус Озерецкого-старшего для гостей был даже ниже, чем у Самураев, и они без всякого дипломатического ущерба могли уйти.

Однако не уходили.

Ну, где же ты, Князь, — спустя еще две минуты взмолился про себя Юрий Озерецкий и протер тряпочкой вспотевший лоб.

А когда секундой спустя, молчавший все это время Глава Великого Храма Мори начал подниматься на ноги одновременно с нарастающим в комнате стихийным ветром, у дипломата душа ушла в пятки, и он уже успел проститься с жизнью.

Но за миг до того, как известный на востоке своей жестокостью старейшина успел продемонстрировать свое «негодование», дверь переговорной распахнулась и на ее пороге оказалась статная женщина в коктейльном платье цвета морской волны и россыпью изящных перстней на аристократически белых пальчиках.

Одним властным взглядом женщина погасила качнувшееся было за край напряжение, и только-только хотевшие встать гости остались на своих местах. Не поддался волевой ауре властной женщины только оставшийся стоять старейшина.

Он был единственным, чья аура оказалась крепче и впервые приоткрыл один глаз и произнес:

— Храм Мори не будет иметь дел с бабой, — грохочущим ветром прогремел сухой голос старейшины.

Всех присутствующих передернуло, а Озерецкого-старшего придавило к стенке, но женщина не только устояла на ногах, но и позволила себе улыбнуться накрашенными в ярко-красный цвет губами.

— В таком случае ваш Дом может выметаться отсюда в полном составе, — обманчиво любезным голоском пропела она и, сделав шаг в сторону, указала пальцем на выход.

От услышанного у старейшины приоткрылся второй глаз.

— Ты ничего не перепутала, деточка? — чуть склонил голову набок удивленный старейшина, — ты знаешь, кто стоит перед тобой?

— Знаю. Передо мной стоит гость на МОЕЙ земле, — не дрогнув взглядом холодно ответила женщина, — и это похоже ты позабыл, дедуля, чем чревато для гостей неуважение на землях Империи. Или напомнить, чем закончилась последняя встреча наших Домов?

— Ваш муж был сильным воином, Княгиня, — осторожно вклинился в разговор пухлощекий представитель Дома Като, встав между ними, — но ваша вражда давно осталась в прошлом, и господин Мори ничего плохого не имел в виду. Просто, как и все мы, он утомлен ожиданием и удивлен вашему появлению, ведь встречу нам назначил Князь Воды.

— Я уже давно не Княгиня, а простая вдова, — с легкой улыбкой напомнила женщина и обвела всех присутствующих взглядом еще раз, — у моего сына изменились обстоятельства и встречу проведу я, баба, — убедившись, что никто не сошел со своего места, констатировала женщина, и, вернув взгляд на старейшину, с вызовом в голосе добавила, — или у кого-то остались возражения?

* * *

Когда серая дымка утянула за собой Лису, я остался один во внешнем мире Теней.

Незваных гостей внешний мир Теней любил не больше, чем внутренний, но мне было наплевать. Мантия и аура Тьмы легко нивелировали все негативные последствия и на нахождение здесь мне теперь даже тратить энергию было не нужно.

Я глянул налево, где сквозь серую стену из дыма едва-едва угадывался сад, из которого мы пришли. Потом глянул направо, где куда более густой стихийный дым скрывал за собой проход в мир Истинной Тени.

Будь на моем месте старик Акс, он бы просто швырнул меня в самые глубины ада пинком и пошел пить свой любимый зеленый чай. Я же вырос наставником более ответственным и так поступить со своей единственной подопечной не могу.

Вернее, не хочу.

Из любопытства ли или из доброты, я не знаю, да и наплевать.

Старик Акс учил меня ни к кому не привязываться, но пусть старикан попробует отчитать меня из своей могилы.

С этой мыслью я замер и театрально прислушался, но никакого ворчания не услышал.

Тишина.

— Так я и думал, — хмыкнул я и уселся поудобнее.

Мир Теней такой наглости не потерпел и попытался вышвырнуть меня прочь, но я лишь отмахнулся от навязчивого стихийного дымка чистой Тени, как от мухи.

Тот обиделся, отлетел подальше и начал кратно увеличивать свою мощь и плотность, готовясь пойти на вторую попытку меня прогнать.

— Такой же доставучий, как и всегда, — вздохнул я и щелкнул пальцами.

Вокруг меня тут же образовался полукруг энергии Тьмы, и теневой мир вокруг меня потускнел и заверещал, а весь дым в ужасе улетучился.

— Вспомнил, наконец, батьку? — усмехнулся я, — вот там и сиди, — погрозил я миру Теней пальцем, после чего протер себе в дымчатой стене окошко, и стал наблюдать.

* * *

Невысокая девушка в черном платье с трудом могла стоять на ногах. Странная сила клонила ее к земле, черные волосы развевали ветровые потоки. Сверхплотный стихийный дым пронизывал собой все вокруг, и только защита Реликвии еще позволяла девушке дышать.

Прикрываясь от навязчивого ветра ладошкой, Лиса осмотрелась и, убедившись, что врагов вокруг нет, убрала кинжалы и попыталась сделать шаг.

Далось очень тяжело, но ничего не оставалось, и девушка сделала второй шаг.

Третий.

Четвертый.

Мир вокруг был странным, серым и агрессивным. А витающие повсюду стихийные потоки приносили с собой приглушенные голоса.

«Ты чужак».

«Ты рабыня».

«Ты несвободна».

«Ты слаба».

«Ты никчемна».

Поначалу Лиса пыталась отвечать, но ее голос тонул в бескрайнем дыме, а голоса все не смолкали.

Тогда девушка перешла на стратегию игнора и просто упрямо пошла вперед.

Верное направление Лиса чувствовала интуитивно, хотя понятия не имела, что ее там ждет и как долго идти.

Ветер усиливался с каждым шагом, как и незримое давление вокруг, а ноги уже по колено утонули в вязком сером песке.

И тут девушка вспомнила слова Маркуса и визуализировала в памяти хомяка, после чего ее тело мигнуло в пространстве.

Осознав, что теневой скачок здесь работает, дело пошло куда быстрее, но голоса в голове все еще мешали.

Тогда Лиса потянула из головы образ Ищейки, и голоса в голове сожрали насланные ей кошмарные образы, к которым девушка уже давно была привычна и скорость движения ускорилась еще больше.

Сколько времени прошло после этого, Лиса не знала.

Может минута, может час, а может и месяц. Но одно она могла сказать точно, цель за это время не приблизилась.

В голове мелькнула мысль, что достичь ее в принципе невозможно, но потом она вспомнила Борьку. Живую портальную тварь, которой удалось попасть во внешний мир теней.

И если этот очаровательный толстолобик смог использовать совершенно чуждую ему стихию, то в мире точно нет ничего невозможного.

Стоило Лисе это осознать, как ощущение приближения к цели появилось.

Воспоминание об озорствах мартышки вернули улыбку на лицо Лисы и добавили легкости в шаг, но несмотря на весь прогресс, она все еще чувствовала, что чего-то не хватает.

И тут в воспоминаниях всплыл образ Маркуса.

Уверенный. Спокойный. Непоколебимый. А следом за приятным образом в голове прозвучали его неповторимым твердым голосом слова:

«Тень твой дом».

— Тень мой дом…

— Тень мой дом…

— Тень мой дом.

— Тень мой дом!

— ТЕНЬ МОЙ ДОМ!!! — как мантру повторяла слова своего наставника Лиса, пока не поверила в них каждой клеточкой своего тела и не вложила всю себя в эту фразу.

И когда это случилось, ветер вокруг исчез. Ноги перестали утопать в серых песках, однако потоки дыма вокруг никуда не исчезли.

Просто они начали… слушаться?

С этой мыслью Лиса остановилась, прикрыла глаза и глубоко вдохнула. А когда она выдохнула и открыла глаза, мир вокруг изменился. Нет, внешне он выглядел также, но вот ощущался совершенно иначе.

Теперь Лиса видела все вокруг. Ощущала себя частью этого мира, в котором она единственный бог.

Окрыленная пьянящим чувством безграничной силы, девушка повернула взор и увидела за мутным окошком Маркуса, который с улыбкой ей помахал. Ошалевшая Лиса помахала в ответ.

После этого она безошибочно нашла то место, к которому все это время пыталась прийти и оказалась там за одну секунду.

Местом оказалась огромная серая стена, которая и отбрасывала всю эту Тень. Лиса завороженно провела по стене ладонью и дошла до ее края, из-за которого виднелся слепящий всепоглощающий Свет.

Его разрушающая Сила, Тепло и Мощь ощущались даже отсюда. Едкие нотки страха взращенной светлыми рабыни, коснулись ее сознания, но девушка решительно выжгла их на зачатках.

— Тень — это мой дом. Дом не способен мне навредить, — уверенно произнесла Лиса и вышагнула навстречу Свету.

Всю жизнь Лису учили, что Свет первичен и Свет сильнее любой Тени, но эта казавшаяся еще несколько месяцев назад непобедимой энергия бессильно обтекла ее.

Лиса выставила ладони вперед и с восторгом наблюдала, как Тени из ее ладоней поглощают весь этот Свет, наполняя ее тело теплом и силой.

Так продолжалось до тех пор, пока единственным источником Света перед ней не осталось полутораметровое Древо. Оно отчаянно пыталось бить ее ветвями и всячески атаковать, но Лисе даже напрягаться не пришлось, и она легко подошла к пульсирующей сердцевине Древа и сунула туда покрытую дымчатой энергией руку.

А мгновением спустя, ее тело рывком выбросило в реальный мир.

Глава 10

Прохладный ветер влетал внутрь сквозь открытую дверь балкона и по-хозяйски разносился по помещению.

Нос приятно щекотал морозный запах свежести, вперемешку с ароматом от дыма костра. Несмотря на события в столице, теневой квартал продолжал жить своей жизнью, в которой сегодня местные готовились к какому-то празднику.

Еще ночью ребята Пахома разгрузили на площади квартала два грузовика с коробками и ящиками, а сейчас занимались тем, что устанавливали сцену, украшали улицу резными факелами и чучелами, и зачем-то вырезали рожи на тыквах.

За всем этим делом я наблюдал с балкона своих покоев, мерно попивая горячий кофе.

Но напиток закончился, мороз начал щипать щеки и, поежившись, я вернулся в свою комнату, где посреди двуспальной кровати сопела черноволосая девица. Как вынырнула из мира Истинной Тени сюда поздним вечером, так и дрыхнет до сих пор.

Нет, я понимаю, что Лиса после знакомства с миром Истинной Тени и успешным подчинением Древа была истощена, а в таком состоянии точкой выхода интуитивно выбираешь самое безопасное место… но чего я не понимаю, так это почему из всего многообразия выбора, самым безопасным местом для Лисы оказалась моя постель.

Со вздохом я подошел ближе и поправил съехавшее одеяло.

Лиса начала что-то едва разборчиво бурчать, ворочаться, а успокоилась только когда вновь перекрутилась с одеялом в странный узел. Ее обнаженные ножки оказались забавно поджаты, а сопящее личико выглядело умилительно.

И ведь не скажешь, что несколько часов назад Реестр Аргуса признал это безобидное хрупкое создание новым Ратником Клана Теней.

Покачав головой, я поставил пустую кружку из-под кофе на столик возле дивана, на котором спал, после чего закрыл балкон и направился в ванную комнату.

Но уединиться мне не удалось и здесь.

На это недвусмысленно намекал обнаженный женский силуэт, что нежился под душем за запотевшим стеклом.

— В Обители отключили воду? — громко кашлянув, поинтересовался я, и из-за приоткрытой дверцы на меня зыркнула пара выглядывающих из-под копны ярко-рыжих волос бесстыжих глаз.

— Не-а, — мотнула симпатичной мордашкой Камилла, невозмутимо продолжая водные процедуры, — просто я пришла поговорить, а ты был занят, вот я и решила подождать.

— В ванной? — усмехнулся я.

— Ну-у-у, был другой вариант, но твоя постель уже была занята, — игривым голосом отозвалась Камилла, рисуя милые рожицы на запотевшем стекле, после чего остановилась и призывно глядя на меня, спросила, — присоединишься?

В обманчиво невинных глазках играли бесенята, что сильно контрастировало с хрупким нежным образом Камиллы. Похоже, укрепление связи с Ядром Обители идет самооценке девушки на пользу. И даже слишком, учитывая нескрываемые похотливые нотки в голосе.

Ничего не отвечая, я шагнул ближе и невозмутимо распахнул приоткрытую дверцу душевой полностью и потянул руку вперед. Глазки Камиллы вспыхнули, и она, немного выгнув спинку, чуть подалась вперед и закусила губу.

Моя ладонь лишь частично скользнула по обнаженному мокрому телу, пройдя мимо «цели», за спину девушки.

Туда, где я нащупал кран и закрыл воду, после чего отстранился и второй рукой протянул Камилле полотенце.

— Жду тебя в кабинете, — спокойным голосом произнес я.

Правый глаз девушки дернулся, а симпатичное личико перекосило обидой и непониманием.

Но вслух ничего сказано не было.

Камилла лишь рывком выхватила полотенце и демонстративно хлопнула стеклянной дверцей перед моим носом.

Я же пожал плечами и, минуя спальню, зашел в кабинет. После чего воспользовался здешней ванной комнатой, чтобы умыться, а когда закончил гигиенические процедуры и вышел, меня в кабинете уже ждала Камилла с лучезарной улыбкой на устах.

От напускной обиды на добродушном личике не осталось и следа. Хорошая растет актриса. Хотя в змеином гнезде под названием Обитель по-другому и не выжить. Прав был старик Акс, когда заявлял, что манипуляция — это второе имя всех астральных девиц.

Тут мне вспомнилась Лекса, и я про себя добавил.

Почти всех.

Камилла сидела на краю моего рабочего стола, ее платье цвета солнца озаряло комнату, а рыжие огненные локоны были слегка влажные и забавно пушились. Девушка беззаботно покачивала босыми ножками, с милым видом о чем-то размышляя.

За прошедшие дни Камилла сильно изменилась. Что не удивительно. Пусть она еще и не является полноправной правительницей Обители, но ее связь с Ядром крепнет и шансы на успешный итог растут.

И растут достаточно быстро.

Похоже, Аглая не ошиблась с выбором преемницы. Далеко не каждый разум способен без ущерба вобрать в себя чужие мечты, желания и надежды, а именно это и происходило с Камиллой сейчас. Вместе с силой бывших Княгинь Астрала, девушка получала и их побочный «багаж».

Опасения, страхи, сожаления, незакрытые гештальты…

Стихия Астрала штука непростая и во многом противоречивая. Не удивительно, что ее пользователями остались исключительно представительницы прекрасного пола.

Схожести притягиваются, как говорится.

С этой мыслью я хрустнул взятым со стола яблоком и вернул взгляд на Камиллу.

— Чем могу быть полезен, ваше сиятельство? — фамильярно поинтересовался я.

— Никакое я еще не сиятельство, — хмыкнула рыжеволосая девица, — будь добр, Маркус, называй меня просто по имени.

— Ладно, — пожал я плечами, — так чем могу быть полезным, Камилла?

— Нам надо поговорить, — с чуть посерьезневшим личиком выдала рыжеволосая.

— Так мы сейчас этим и занимаемся, нет?

— Да… но нет, — абсолютно серьезно ответила Камилла с лицом, словно я должен был все понять.

А когда до рыжеволосой дошло, что ее фишка с донесением своих мыслей через астральный план со мной не работает из-за моего иммунитета к стихии астрала, она забавно нахмурилась и начала судорожно соображать, как сформулировать словами через рот.

Я же терпеливо ждал, методично опустошая фруктовую корзинку. Следом за яблоком оттуда уже исчез банан, два киви и теперь под угрозой оказался виноград.

— Эту тему не стоит обсуждать здесь, — сдавшись, выдохнула Камилла, — здесь не совсем подходящее место.

— Вот как, — закинув последнюю виноградинку в рот, хмыкнул я, — а где подходящее?

— В Обители, — ответила Камилла и катнула по столу молочно-белый камешек с полупрозрачными гранями, в котором я тут же признал осколок.

Я остановил его пальцем и хмыкнул про себя. Осколок оказался под завязку набит чистейшей астральной энергией близкой по своей концентрации к ста процентам. Более того, энергия эта была взята прямиком из Ядра Обители.

Тот факт, что я смог коснуться энергии Ядра без каких-либо последствий Камиллу не удивил и она невозмутимо продолжила.

— Насколько я знаю, у тебя есть разрешение свободно посещать Обитель, а с этим осколком ты сможешь попасть куда угодно. Даже к Ядру. Только там мы сможем свободно поговорить.

— Так это приглашение? — уточнил я.

— Верно, — кивнула Камилла.

— И откуда уверенность, что я его непременно приму? — покручивая осколок между пальцами, поднял я бровь.

Ничего не могу с собой поделать. Не люблю манипуляции, а то, что делала Камилла именно ей и было. Начиная от душевой, продолжая этим осколком и заканчивая обманчиво невинным образом.

Рыжеволосой что-то от меня было нужно, но вместо того, чтобы сказать об этом прямо, она ходит вокруг да около, пытаясь вызвать у меня чувства толи желания, толи вины.

Странная тактика.

— Потому что ты не любишь оставаться должником, — внезапно улыбнулась Камилла и мне на коммуникатор пришло сообщение.

Я открыл его и мое лицо тронула легкая улыбка.

Пожалуй, я поспешил с выводами. Манипуляции были лишь игрой на отвлечение, чтобы выложить карту, которую я не смогу перебить.

В сообщении содержались логи запросов и зашифрованные координаты. Координаты, которые безуспешно пыталась вытянуть из Ядра Октавия в момент захвата и которые так сильно интересовали ее папочку Вильгельма Фон Грэйва.

Это были координаты захоронения останков Паладина Света по имени Лиорно, которые не были известны даже самому Князю Света.

А также не были они известны и Лексе.

По крайней мере на ее запросы Ядро не ответило. А значит, информация была засекречена Аглаей. Представляю, как тяжело было Камилле обойти подобный запрет на данном этапе, но это только показывает, насколько важно для рыжеволосой затащить меня на разговор к Ядру.

Похоже, тема действительно серьезная.

— Так чего ты хочешь взамен на координаты? — уточнил я.

— Просто поговорить, — тут же отозвалась Камилла.

— Просто поговорить? — с легким скепсисом переспросил я.

— Просто поговорить, — с улыбкой подтвердила Камилла и спрыгнула с моего стола с невозмутимым видом.

Интересно.

Не стала выдвигать дополнительных условий, хотя могла. Не стала давить, хотя имела возможность. Создалось ощущение словно передо мной не молодая импульсивная девчонка, а профессионал в переговорах. Причем в переговорах именно со мной.

Похоже, тут не обошлось без советов от Лексы.

Впрочем, из нее тоже тот еще советчик. Ведь не хуже, чем вот это все сработала бы обычная искренность и Лекса это знала.

Пока я сидел и задумчиво постукивал пальцем по столу, Камилла непринужденно прогуливалась по кабинету с заложенными за спину ручками.

Приняв решение, я открыл координаты и тут же вбил их в карту. Нужная точка нашлась быстро и находилась она не так уж далеко от столицы.

В паре километров от небольшой деревни Ильретеевка, что располагалась у небольшого озерца на границе между зеленой и желтой зонами.

Не факт, что останки Паладина Света окажутся мне полезны, но стоит, как минимум, убедиться, что они не достанутся герцогу или его приспешникам. А еще меня очень интересовала причина, по которой Лиорно оказался захоронен в такой глуши и в тайне от Клана светлых.

Сохранив местоположение, я свернул карту, убрал молочно-белый осколок в карман и вернул взгляд на стоящую у картины рыжеволосую девицу.

Почувствовав мое внимание, Камилла повернула голову и озарила меня своей милой лучезарной улыбкой в которой на этот раз не было ни грамма фальши.

Лишь чистая непосредственная доброта и… радость.

— Приятно иметь с тобой дело, Маркус, — манерно кивнула рыжеволосая, сделала круговое движение ручками и пред ней раскрылся портал.

Девушка поправила подол платья и шагнула внутрь, но на полпути замерла и повернула личико на меня.

— Слушай, Маркус, все хотела спросить. Почему ты отверг Аглаю? Она не в твоем вкусе или… дело было в чем-то другом? — сверкнула пытливыми глазками рыжеволосая.

— Ты спрашиваешь это для Аглаи или… для себя?

Мой ответ Камиллу смутил, но он быстро взяла себя в ручки и с нечитаемой эмоцией сощурилась.

— А если я скажу, что для себя, ты ответишь честно? — после короткой паузы спросила она.

— Навряд ли.

— Жаль, — грустно вздохнула Камилла, — тем не менее, буду с нетерпением ждать нашей встречи в Обители, — с легкой улыбкой добавила она и исчезла в портале.

Я же со вздохом покачал головой. Пусть Камилла и не кровная дочь Аглаи, но она такими стремительными темпами становится похожа на нее, что это немного пугает. Надеюсь, укрепляющаяся связь с Ядром девушку не сломает, и она не потеряет в итоге свою идентичность.

Не потеряет саму себя.

Иначе Клану Астрала придется искать новую Княгиню.

С этой мыслью я вновь раскрыл перед собой карту с координатами.

— Ильретеевка, значит, — хмыкнул я, задумчиво потирая подбородок.

Помнится мне там обещали баньку. А банька — это хорошо. Тем более на свежем деревенском воздухе. Попариться, сигануть в свежий снежок или окунуться в озере. Ух-х.

Благодать.

От одной только мысли лицо расплылось в улыбке, и я потянулся к телефону.

* * *

— Вот же чертов Маркус! — в сердцах выпалила девушка в ярко-красном платье и залпом осушила бокал вина.

— Чем ты недовольна? — куда более спокойным тоном спросила ее сидящая напротив подруга с пышными нефритовыми волосами.

Девушки сидели в запертой от посторонних глаз комнате одной из резиденций Клана Природы и несмотря на раннее утро плотно приложились к вину.

Правда, если быть точным, сплетничали они тут с глубокой ночи и посему утро воспринимали ее продолжением, а значит попойка в умах захмелевших девиц еще считалась ночной.

— Чем я недовольна⁈ — поплыли вверх брови Валерии Огневой, — даже не знаю с чего начать!

— С чего-нибудь попробуй, подруга, — пригубив вино, призывно повела рукой Виктория Луговская, — ведь по фактам мы уже прошлись и прошлись не один раз. Пламенские не только пытались тебя убить, но и были главными оппонентами Рода Огневых, а теперь их нет. При этом приструнили их так показательно и открыто, что все остальные Древние Рода без раздумий отказались от своих претензий на трон огня, чтобы избежать обвинений в соучастии. Более того, внезапное появление Артура не только не навредило, а наоборот вызвало подъем. Кровному сыну покойного Князя присягнули все без исключения огневики, а тебя назначили его регентом!

— Вот именно об этом я и говорю! — указала красным ноготком вперед Валерия Огнева, — все произошло слишком уж гладко! И теперь все вокруг думают, что это я такая хитрая, умная и расчетливая. Что это все я провернула, а значит до совершеннолетия Артура смогу управлять Кланом Огня не хуже дедушки! Но я ничего не сделала! Это все не моя заслуга! — обреченно выпалила красноглазая и потянулась к бутылке вина, — а хуже всего знаешь что⁈ Что Артур, наша надежда и будущая опора Клана Огня только и делает, что расспрашивает про своего спасителя и просит съездить к нему в гости! Хочет у него учиться править! Представляешь⁈

— А это плохо? — улыбнулась Виктория Луговская, — по мне так из Маркуса бы вышел прекрасный правитель.

— Клана Огня? — фыркнула Лера.

— Да хоть Империи, — хихикнула Вика и подняла бокал.

— Да… этот может, — со вздохом констатировала Лера и покачала головой, — а еще теперь получатся, что я Маркусу еще и должна за помощь.

— Если ты думаешь, что Маркус сделал это из корысти, то ты ошибаешься. Я уверена он и спасению Артура относится как к чему-то обыденному и рутинному.

— Знаю, — понуро кивнула Лера, — и как только у этого северянина все так легко и просто получается… словно он не человек, а божество какое. А что, если они там на севере все такие? Это немного пугает и… восхищает. Слушай, а ты почему к нему так и не вышла, подруга?

— А? — часто заморгала глазками Вика.

— Ну сидела в машине и так и не вышла, хотя спешила ему помочь куда больше, чем я. Могла бы хоть выйти и сказать привет. Он ведь твой мужик!

— Не мой он, — покачала свободной от бокала рукой Виктория Луговская, — мы ведь об этом уже говорили, Лер.

— Ага, говорили, — тихо повторила Валерия и с вызовом сощурила красные глазки, — смотри, подруга, будешь медлить, я его сама уведу! — сказала Огнева и от внезапно потяжелевшего нефритового взгляда подруги чуть не подавилась сыром.

— Ладно, ладно, шучу, — поспешила сгладить напряженность Лера и ее взгляд скользнул по лежащим на столе двум распечатанным приглашениям на свадьбу, — но все же, как думаешь, Вик, с кем Маркус туда пойдет?

Глава 11

Молодой мужчина бежал по горной тропе и судорожно оглядывался. Вот очередной камень отозвался острой болью в босой ступне, но тот продолжил бежать. Обувь он потерял с десяток километров назад. Оружие и того раньше.

Все что осталось у мужчины, это болтающийся на шее артефакт в форме звезды, рваный балахон, да жалкие крохи сил.

Ноги были сбиты в кровь и ныли, все тело испестрено царапинами и ссадинами, а сердце стучало так быстро, что вот-вот вырвется из груди.

Но останавливаться было нельзя, и мужчина продолжал бежать.

Ступня предательски поскользнулась на покрытом мхом камне, и он едва кувырком не укатился вниз по довольно крутому склону, но болезненно врезавшись плечом в дерево, мужчина устоял на ногах и побежал дальше.

Рассветное солнце с трудом пробивалось сквозь ветви и одаривало легким теплом, но времени радоваться погоде и рассвету у мужчины не было. Все, о чем он подумал, так это то, что прошла целая ночь.

Мучительно долгая, страшная ночь.

И двенадцать часов назад сидя в засаде с тремя десятками загонщиков, мужчина и не предполагал, что в итоге сам окажется в роли убегающей дичи.

Очередной крутой подъем сбил дыхание, а густой кустарник оставил глубокий порез на щеке, но мужчина сжал артефакт в окровавленном кулаке покрепче, стиснул зубы и продолжил бежать.

Ощущение присутствия последнего из живых товарищей пропало около часа назад, а значит исход операции сейчас зависит только от него.

Мысли о собственной уникальности и избранности открыли у мужчины второе дыхание, которое закрылось обратно, стоило ему скатиться по небольшому склону и оказаться на опушке с высокой травой.

— Пожалуй, это конец, — тяжело дыша выдавил из себя мужчина, глядя как спереди на него медленно идет рычащий Кот с остроконечной демонической шерстью.

Кровь его товарищей стекала с могучих лап демона, а острые когти бликовали рассветным солнцем. Мужчина повернул голову налево и увидел недружелюбно похрустывающего костяшками крупного человека со звериным оскалом. И боковым зрением заметил, как справа из теней выплыл пугающий силуэт.

— Точно конец… только вот не мне, а вам, — с безумным взглядом облизнулся мужчина и обхватив артефакт второй рукой, сжал его изо всех сил.

Звезда треснула, кровь брызнула во все стороны вперемешку с разноцветным сиянием, а вопль полный боли и агонии разлетелся по горной тропе.

* * *

— А ты был прав, он нас заманивал, — хмыкнул Вепрь.

— Не ослабляй бдительность, мы измотаны погоней, а враг опасен, — холодно отозвался Мрак, не сводя взгляда со странного семицветного сияния, из которого на опушку вышагнуло семь безмолвных незнакомцев в странных сектантских одеждах.

— Ему это скажи, — басовито усмехнулся Вепрь, кивнув на Кота, который с воинственным «мр-р-ря!» радостно ломанулся в атаку.

Пульсирующие перламутром когти скрежетнули по груди ближайшего из культистов, но сверкнувший перед ним семицветный барьер сдержал удар.

А мгновением спустя, вся семерка ощетинилась оружием и бросилась окружать когтистого Кота.

«Гр-р-р!» — воинственно зарычал пушистый демон, и ловким броском вылетел из окружения вместе с первоначальной жертвой.

На этот раз семицветный доспех культиста загорелся куда ярче, по ушам ударил душераздирающий скрежет разрываемой брони, но пробить все барьеры Коту не удалось и сейчас, и он недоуменно захлопал глазами.

После чего на него мгновенно обрушились атаки со всех сторон.

От большинства выпадов Коту удалось ловко увернуться, одну атаку он смог заблокировать задней лапой. Но самая опасная шла из слепой зоны, где аккурат над затылком пушистого сверкнуло семицветным сиянием занесенное копье.

Однако за миг до того, как мощнейший удар достиг цели, копье вдруг превратилось в безобидный разноцветный шарик вытянутой формы.

Столкнувшись с острой шерсткой на холке Кота, шарик лопнул, а под ногами неудавшегося убийцы раздался озорной хохот мелькнувшей в тенях мартышки.

Опомниться оставшемуся без оружия культисту Кот не дал и с веселым «Мр-р-р-ря-ха-ха!» насадил его на когти.

Шесть из семи барьеров лопнули, но седьмой уцелел и отделавшийся глубокими кровоточащими ранами культист отлетел в сторону на десяток метров.

Туда, где его радушно принял в свои объятия черный дым и пропустив через себя, выплюнул труп со свернутой шеей.

— Минус один, — холодно произнес Мрак, вынырнув из теней обратно рядом с Вепрем.

— Эй, ты же сказал не торопиться! — возмутился оставшийся без дела здоровяк.

— Я сказал не расслабляться, — хмыкнул Мрак и его мертвецкий серьезный взгляд скользнул по оставшейся шестерке врагов, — с этими так просто не получится.

И в подтверждение его слов каждый из шести культистов вдруг начал покрываться разноцветными пульсирующими дикой силой нитями.

Проклятая энергия деформировала их тела, выливалась наружу, выжигая листья деревья и камни вокруг. Даже само пространство словно старалось избежать с ней контакта и молило о пощаде.

Вепрь был парнем не из пугливых, но глядя как от казавшегося неуязвимым демонического Кота начали отлетать комья кровавой шерсти, его пробрало.

Никогда в жизни Вепрь не видел ничего подобного ни от одной из стихийных энергий, но отступать не планировал. Ведь он знал, что именно этой проклятой силой убили его деда. Убили всю его семью.

Кем бы ни были эти звезданутые мудаки, они к этому причастны, а значит сегодня сдохнут.

С этой мыслью Вепрь подбросил монетку Аргуса вверх и ломанулся в атаку. Он понимал, что шансы против этих чудовищ у него невелики, но вот снизить нагрузку на Кота он вполне сможет. С теми, кто стоял ближе, пушистый демон кое-как справлялся, поэтому Вепрь взял целью того, что с разбега мчался на Кота в бочину.

Мчался на четвереньках, с безумными глазами и звериным рыком.

Вепрь принял правила боя и зарычал в ответ, чтобы взбодрить себя и на полном ходу врубился в звероподобного культиста плечом.

Плечевая кость хрустнула, не выдержав нагрузки, но Вепрь не сдался и ему удалось сбить траекторию бега врага и они, просвистев в считанных сантиметрах от бочины Кота, кубарем скатились в глубокий овраг.

Вепрь сгруппировался, чтобы минимизировать повреждения и при этом не сводил взгляда с звероподобного культиста, который легко поднялся после падения, нашел безумным взглядом своего обидчика и протяжно по-звериному зарычал.

— Верно, урод, — облизнулся кровью Вепрь, — Я ТВОЙ ВРАГ!!! — завопил он и принял боевую стойку, готовый биться насмерть.

В это же время пятерка оставшихся наверху культистов кружили вокруг Кота, осыпая его непрерывным градом атак и не позволяя тому вырваться из окружения.

Пушистый шипел, вертелся, и отчаянно сражался, но его хватало лишь на защиту. Ни о каких контратаках не шло и речи, а количество пропускаемых ударов нарастало с каждой секундой.

Мрак изо всех сил старался найти лазейку и помочь, но при любой попытке сблизиться, проклятая энергия выбивала его из теней еще на подходе. Как бы ни пытался, Мрак никак не мог подобраться, а хуже всего было то, что чем дольше длился бой, тем безумнее светились глаза культистов и тем сильнее они становились.

Мрак так увлекся отчаянным поиском лазеек и слабых мест культистов, что прозевал момент, когда один из них переключился на него.

Семицветная молния, разрывая пространство устремилась аккурат в то место, где в тенях находился Мрак. Враг даже без зрительного контакта просчитал перемещение, а увернуться от молнии не представлялось возможным. Поэтому Мрак воспользовался единственным, что могло его спасти, попытался зарыться в Тень как можно глубже.

Однако попав в мир Теней, странная молния не остановилась и продолжила идти к цели, выжигая собой все серое пространство как бумагу.

Каждой клеточкой тела Мрак ощущал дикую смертоносную силу этой проклятой энергии и напрягся, готовясь принять удар, как вдруг между ним и молнией в мире Теней появилась мартышка с сосновой шишкой в руках.

Издав озорной смешок, мартышка бросила шишку в молнию и зажмурилась. Шишка тут же обратилась световой гранатой и взорвалась яркой слепящей вспышкой.

Мрака взрывной волной выбросило из Тени в десяти метрах от места боя. Глаза адски кололо, зрение плыло, тело потряхивало, но молния его в итоге не достигла, и он остался жив.

— Спасибо, — сухо буркнул он сидящей рядом растрепанной мартышке с покрасневшими глазами.

— Пожалуйста, — ответили ему сзади женским голосом и резко подняв взгляд, Мрак увидел ее.

Прикрывая собой рассветное солнышко, с заразительно спокойной ухмылкой на милом личике над ним нависала черноволосая девушка, которую он узнал с большим трудом. И дело было не в ее внешности, а в незримой ауре угрозы, которую способны источать лишь считанные единицы одаренных в мире.

— Простите, задержалась, сон хороший снился, — с улыбкой произнесла Лиса и с теплотой в кошачьих глазках погладила мартышку по голове, после чего устремила взгляд на продолжающего отбиваться от пятерки культистов Кота.

И от сверкнувших во взгляде девушки искр ярости у Мрака на секунду перехватило дыхание.

— Будь осторожна, они… — начал было вводить Лису в курс дела Мрак, но она его уже не замечала.

Стоило ей услышать, как от очередного пропущенного удара болезненно мяукнул Кот, как в руках Лисы заклубились дымом и материализовались кинжалы, а сама она рванула вперед в низкой стойке.

Смазавшись в пространстве, Лиса одним прыжком легко оказалась там, куда Мрак не мог пробиться последние двадцать минут, а оказавшись за спинами двух ближайших культистов, скользнула между ними и резанула дымчатыми кинжалами им по ногам.

От неожиданной атаки те потеряли равновесие, но тем не менее на чудовищных рефлексах успели осыпать пролетающую мимо девушку парой смертоносных ударов, от которых она увернулась грациозным переворотом и завершила свой акробатический кульбит уже вынимая окровавленные кинжалы из шей двух мертвых врагов.

Все произошло так быстро, что Мрак даже дернуться не успел. Как бы ему не хотелось этого признавать, но он понял, что Лиса справится с помощью Коту куда лучше и поэтому, скрежетнув зубами, он скользнул на помощь Вепрю.

Лиса же неторопливо слизнула с дымчатого острия свежую кровь и искоса наблюдала, как получивший наконец простор Кот перешел в контратаку.

И как бы ей не хотелось вмешаться, Лиса понимала, что мешать хищнику на охоте не стоит. Она понимала чувства Кота и его желание лично разорвать на части своих обидчиков, а потому просто наблюдала, как он играючи отрывает одному руку, вспарывает ему живот, разгрызает второму горло и перекусывает голову.

Лишь с третьим культистом вышла небольшая накладка. За мгновение до смерти, когда из его разодранной грудины уже виднелось сердце, третий и последний обидчик Кота вдруг покрылся слепящим сиянием Света и оказался закрыт непроницаемым куполом.

Возмущенно мяукая, Кот кружил вокруг него и пытался прокусить, поцарапать или проткнуть преграду, но когда понял, что не получается, лег рядом и ворчливо засопел с полным обиды взглядом.

— Световой барьер, — констатировал появившийся подле Лисы смертельно уставший Мрак.

— Крепкая хреновина, раз даже Кот не разгрыз, — фыркнул ковыляющим рядом Вепрь.

Выглядел здоровяк паршиво, но стоял на своих двоих и из оврага, пусть и с кряхтением, но выбрался самостоятельно.

— Тц, еще и регенерирует, — поморщился от нарастающего Света купола Мрак, а его кожа начала шипеть, — нам Световой купол не снять, придется ждать пока сам не вылезет.

— Ага, жжется, падла, — вторил ему хромающий Вепрь, — устроим лагерь на безопасном возвышении в километре и подождем.

— Мр-р-р-ря! — выдал свое веское слово Кот.

— Согласна, ждать ни к чему, — потрепала пушистого по холке Лиса, — а вы можете отдыхать, мальчики, я разберусь.

И еще до того, как «мальчики» успели хоть что-то возразить, девушка даже не поморщившись от нарастающего от купола Света шмыгнула в Тень.

Все естество Мрака затрубило об опасности, но он завороженно наблюдал как Лиса уверенным шагом по глубинной тени поравнялась с куполом и… растворилась в его всепоглощающем сиянии.

В его сознании жила одна простая истина.

Свет сильнее Тени.

И зная это… как он мог пустить Лису туда⁈

Как он теперь посмотрит в глаза Маркусу⁈

Ведь он мог ее остановить… должен был ее остановить!!!

И проклиная себя за нерешительность Мрак вдруг увидел, как купол Света покрылся изнутри серыми трещинами и с оглушающим треском распался, выпуская абсолютно невредимую Лису, что тащила на своем хрупком плече бездыханного культиста.

* * *

Я сидел на мягком сидении Каймана и смотрел в окно. Природный пейзаж мельтешил перед глазами, а я потягивал кофе и улыбался.

Да уж, Князь Света смог меня удивить. Двухуровневая засада, полная команда из семерых еретиков проклятой звезды третьего порядка и первое по-настоящему серьезное испытание для Кота.

Лихо.

Однако в итоге все прошло как нельзя лучше. Даже помогать не пришлось. Лиса сама через мартышку увидела, что у ребят проблемы и решила вмешаться самостоятельно. Причем сделала это даже более эффектно, чем я рассчитывал.

Этот короткий, но очень показательный бой поможет моей ученице получить уверенность в своих силах и в том, что она на верном пути. А Мрак впервые воочию увидел на что способна Истинная Тень.

Мои фокусы со Стихией Тени он воспринимал как само собой разумеющееся и они ни никакие мысли его не наводили, но вот резкий прогресс Лисы заставит Мрака всерьез задуматься как она смогла это сделать.

Это без сомнений даст развитию Мрака толчок.

Толчок, который либо сломает его окончательно, укрепив его глубинные страхи, или же наоборот, поможет их преодолеть.

Касаемо Князя Света, этот хитрожопый явно понял, что я за ним слежу и воспользовался этим, чтобы устроить засаду. Не скажу, что я ожидал именно этого. Более того, сейчас я даже не совсем понимаю, чего он хотел добиться.

Убить Кота? Убить Мрака? Или может, вернуть его под свой контроль?

Мелковато как-то.

Разве стоило ради этого подтверждать, что он имеет связь с культистами?

Однако, помимо этого, смущал меня еще один момент.

Еретики, которые сразу сфокусировались на Коте и действовали на удивление слаженно. Более того, мне показалось, что они не столько пытаются убить моего фамильяра, сколько они его будто бы… изучали?

Осталось у меня такое неприятное послевкусие. Но чтобы там обиженный князек Света не планировал, кое в чем он допустил фатальную ошибку.

Это потрепанный и очень злой Кот.

Мой пушистый фамильяр морда не только усатая, но еще и умная. Кот прекрасно понял, кто именно на него натравил кучку культистов и взял след наглеца. А еще эта усатая морда очень злопамятная и не даст теперь покоя своему обидчику ни днем ни ночью.

Даже без моих напоминаний и подпиткой вкусняшек, Кот спать спокойно не сможет пока его обидчик дышит.

Одного Князя мой пушистый фамильяр до смерти в итоге довел, посмотрим, как долго протянет второй.

— Подъезжаем, — вывел меня из размышлений водитель.

Я поднял взгляд и увидел, как сквозь мелькающие деревья впереди, действительно, проглядываются стройные ряды деревянных домиков с валящим в небо печным дымком.

Глава 12

— Рота, подъем! — набрав воздуха, гаркнул я так громко, что Глеб за рулем подскочил на месте, а Кайман слегка тряхнуло.

Однако на спящего на сидении рядом со мной светловолосого парнишку в белом костюме это никакого эффекта не возымело.

Крепкий сон, однако.

— Ну мам, еще пять минуточек… — лишь едва слышно пробурчал Максим и, не открывая глаз, отвернулся к окну.

— Понял, — кивнул я и перевел взгляд на Глеба, — высаживаем пассажира в лесу.

— На ходу? — лишь уточнил водитель.

— Ага, только разгонись еще немного быстрее, — хмыкнул я и Кайман начал набирать скорость.

— М… м… э… не надо в лесу… изверги, — сонно простонал Макс, — и вообще, какая я тебе рота! — возмутился он заспанной рожей и лениво протер с трудом открывшиеся глаза.

— Ну да, судя по новостным репортажам с западной границы ты у нас целый батальон!

— Во, другое дело, — с важным видом позевывая, отозвался Макс и сощурился от бьющего в окно солнца, — и откуда тут вообще взялся лес… ты ведь сказал, что мы едем отдыхать?

— Не едем, а уже приехали, — внес я ценное уточнение, когда Кайман плавно остановился перед деревянной оградой без номеров и вывесок, — извиняй, дружище, мальчишника в стриптиз-баре не будет.

— А чем тебе не понравился мой бар? — с легкой обидой в голосе выдал Макс.

— Тем, что Диана его затопит после первого же приватного танца на коленях жениха, — усмехнулся я.

— И то верно, — согласно кивнул Максим, — а… хм… почему именно затопит?

— Потому что твоя умная невеста знает, что это единственное, от чего он не застрахован, — подметил я критическую уязвимость его любимого детища.

— Вот же блин, — побледнел парнишка, а потом подозрительно сощурился в мою сторону, — стой, а ты откуда знаешь, от чего не застрахован мой стриптиз-бар?

— Забыл, что у меня есть Лекса? — беззаботно пожав плечами, улыбнулся я.

— Ой, да не заливай, Маркус! Я прекрасно знаю, как дохрена от нее поступает информации, и как много из этого «дохрена» ты игнорируешь!

— Но-Но! — возмутился я, — Не игнорирую, а концентрирую внимание только на важном! — деловым тоном поправил я и вышел из машины.

— На важном он концентрируется, ага, — донеслось позади сонное ворчание, и краем глаза я заметил, как в момент, когда я отвернулся, Макс спешно отправил кому-то через коммуникатор сообщение и вышел наружу следом.

Кристально чистый прохладный воздух обдул нас приятной волной, и я с наслаждением вдохнул его полной грудью.

— Ладно, допустим, я понимаю, почему ты не повез меня в столичный стриптиз-бар, — осматриваясь, протянул Макс, но почему именно сюда? Чтобы Диана точно нас не нашла?

— Что б ты знал, друг мой, эгоцентричный, не все в этом мире крутится вокруг тебя и твоей невесты.

— А-а-а, я понял! — щелкнул пальцами Макс, — это ты решил мне так отомстить за то, что я пригласил тебя на нашу свадьбу последним?

— Хм, так я был последним? — поднял я бровь.

— Бл… — тут же поперхнулся Макс и отвел взгляд, сделав вид, что ему очень интересно разглядывать выцветшую деревянную ограду, перед которой мы стояли, — слушай, Маркус, а где мы вообще?

— Много вопросов, дружище, — хлопнул я озадаченного и напряженного Макса по плечу, — просто вдохни полной грудью, расслабься и получай удовольствие, — дал я ценный совет и постучал в дверь металлическим кольцом.

* * *

Ильретеевка встретила нас радушно.

Нас приняли так, как умеют принимать только в деревнях имперской глубинки, которые столичные неучи с презрением называют «глушь». Пф, что бы они понимали.

На самом деле было чертовски приятно осознавать, что даже спустя семь сотен лет традиционное гостеприимство в имперских деревнях совершенно не изменилось.

Впрочем, как и их внешний вид.

Ильретеевка выглядела практически полной копией тех деревень, которые мне довелось посещать в «мое» время.

Словно для мирной глубинки в империи время застыло навечно.

Вышагнувший из дома грузный шахтер Петр узнал нас и тут же потащил в дом.

Простой, но довольно уютный и просторный дом. Как выяснилось, шахтер Петя, по возвращении в родную деревню из переделки в поезде живым и при деньгах, довольно быстро стал местным старостой.

Понравилось ему, видать, управлять. Ну или помогать людям.

В любом случае молодец, нашел свое призвание.

В одном большом доме со старостой жила и та беременная женщина из поезда по имени Нина. Поездку она в итоге пережила благополучно и сейчас с округлым животиком хлопотала перед самоваром, пока Петя спешно носился по двору.

Подметал беседку, выносил мусор, рубил дрова.

И, видимо, делал это так громко, что на шум пришли соседи, а потом соседи соседей, и вот уже по двору старосты сновали десятки людей.

Выносили на улицу столы и лавочки, помогали с дровами, топили печи около беседки и разжигали костер.

Поначалу столы пустовали, но уже к обеду они буквально ломились от еды и выпивки.

Один сосед принес соленья, другой — свежую морковь с грядки, третий — мясо барана, и понеслось…

Ворота были открыты настежь, и стихийным образом двор старосты превратился в масштабную гулянку, на которой собралась вся деревня.

Мужики травили байки, пили и играли кто на гитаре, кто на баяне. Женщины подпевали и приглашали суровых бородатых мужиков на танец, дети резвились и с любопытством поглядывали на необычных гостей.

В воздухе витал запах праздника, шашлыка и простой человеческой радости.

К нам с Максом помимо Петра и Нины местные подходить боялись, но вот Глеб с диковинным боевым Кайманом стал местной звездой.

Танцевал с милыми девицами, пел под гитару, позволял местной детворе порулить за боевой машиной и отрывался от души.

Стихийный праздник разгорелся со скоростью лесного пожара, а когда Петр вдруг выкатил из погреба покрытую пылью старинную деревянную бочку с вином своего прадеда, расходиться передумали даже интроверты.

День в итоге пролетел незаметно, и в итоге закат мы с Максом встречали сидя на причале у озера, окунув ноги в холодную воду после горячей баньки.

В руках у нас были стеклянные бутылки пенного без этикеток, а на закуску рядом лежала корзина сушеной на печи озерной рыбы.

— Хорошо-о-о-о-о, — откинув голову, протянул Макс.

— Ага, — кивнул я, наблюдая красное как пламя, зарево заката.

— Признавайся, Маркус, — ткнул парнишка меня в бок, — сколько ты им за это все заплатил?

— Ни импа не заплатил.

— В каком смысле? — опешил и удивленно захлопал голубыми глазами Макс, — хочешь сказать, они добровольно всей деревней отдали свои месячные запасы еды? Прямо перед зимой⁈ Тут же граница желтой зоны совсем рядом. Фермерство в таких местах, дело рискованное, да и с охоты особенно не разживешься… вполне возможно, что на столе оказалось буквально все, что у них было!

— Знаю, поэтому завтра им поступит весьма щедрое анонимное пожертвование, — хмыкнул я.

— Но они ведь о нем не знают и все равно, отдавая последнее и самое ценное, что у них есть на общак, выглядели такими счастливыми… улыбались… — задумчиво произнес Макс и озадаченно почесал затылок.

— Представил на их месте столичных аристократов? — усмехнулся я.

— Попытался, но не получилось, — засмеялся Макс и поднял взгляд к небу.

Солнце уже закатилось за горизонт, и на постепенно темнеющем небосводе начали проклевываться первые звезды.

— Хорошее место, спокойное, — констатировал Макс, — никогда не думал, что где-то в мире бывает так тихо и безмятежно. Спасибо, что привез меня именно сюда. После всего дерьма, что произошло на границе, мне это было нужно.

— Пожалуйста, — улыбнулся я и отсалютовал бутылкой.

— А темный сорт здесь огонь, — отпив пиво, со знающим видом заявил Макс, — лучше девяносто девяти процентов бурды, что подают в заведениях столицы! Пожалуй, тоже сделаю пожертвование. С особой пометкой на развитие пивоварения! Это должны попробовать все, а то такой талант пропадает!

Открыв в честь неизвестного гениального пивовара еще по бутылочке, мы просто сидели в тишине последующие полчаса.

Небо совсем потемнело, украсившись бесчисленной россыпью звезд, о деревянные балки пирса мерно плескалась вода, а где-то далеко позади доносились едва различимые звуки гитары.

— Ты ведь не только в баньке попариться меня сюда привез? — вдруг нарушил молчание Макс.

— Не только, — подтвердил я.

— И мальчишник ты мне не планировал, — хмыкнул он.

— Когда? Я и свадьбе-то узнал уже после того, как тебя сюда позвал, — улыбнулся я.

— Прости, — с виноватым видом вздохнул Макс, — мы с Дианой и сами все окончательно решили только вчера. Разрубал я, значит, ту грибоподную тварь на границе и понял, что если ждать спокойного и удобного времени, то можно состариться в одиночестве или умереть в процессе ожидания. Поделился своим опасением с Дианой, а уже минуту спустя у нашей свадьбы появилась дата.

— С чем я вас и поздравляю, — кивнул я.

— Спасибо, — стукнул протянутой бутылкой Макс и задумчиво потер затылок, — и все-таки этому мальчишнику кое-чего не хватает.

— Баб? — уточнил я.

— Нет, — ответил парнишка с истеричным смешком, — будь тут бабы, то в костюме, что я купил, меня бы не женили, а хоронили! Я про драку говорю.

— Драку говоришь, — улыбнулся я, — а с чего ты взял, что ее не будет? — спросил я, беззаботно глядя, как в непроглядной черноте леса началось движение.

— Опа-на, — проследив мой взгляд, повеселел и подорвался на ноги воодушевленный Макс, — вечерок-то перестает быть томным! Кого выбесил на этот раз? И сколько их там?

— Без понятия, — пожал я плечами, — но, надеюсь, количество нечетное.

— Намекаешь на пари? — азартно сверкнули голубые глаза Макса, — я согласен!

— Хорошо, тогда победитель получает… кхм… — сделал я вид, что задумался, — права на эксклюзивный контракт с местным пивоваром.

— Чего⁈ — поползли вверх брови Макса, — так нечестно! Мне в ассортимент в стриптиз-баре как раз не хватает взрывной новинки! Давай, хотя бы пополам!

— А чего пополам? Боишься проиграть? — с вызовом улыбнулся я.

— Пф-ф, еще чего! — воинственно лыбясь хмыкнул Макс и рывком стянул с плеч белый пиджак, — но чур потом не обижайся, Маркус, что будешь единственным в мире человеком, кому будет персонально запрещена продажа «Ильретеевского темного»! — заявил парнишка и, хрустнув пальцами, молнией сиганул в сторону леса.

Глава 13

— Значит, решено! С согласия большинства, Никита Никитич Горемыка за выдающиеся успехи на западной границе получает звание полковника и утверждается Наместником на полгода, — твердым голосом торжественно объявил Князь Воды.

Мужчина в деловом темно-синем кимоно, являющийся действующим председателем Великого Совета, величественно стоял во главе стола на внеочередном полночном собрании.

Его взор был тверд, голос суров и уверен, и немногие могли догадаться, что за этим образом скрывается счастливый как юный мальчишка человек. Увидеть свою невесту живой для Князя Воды было сродни чуду, а услышать вновь ее голос он уже и не мечтал, но это случилось и твердая решимость Князя навести порядок в Империи была крепче чем когда-либо.

Когда-то давно, он дал своей невесте слово сделать мир вокруг лучше. И пусть слово это давал романтичный, наивный и еще не нюхавший суровых реалий жизни молодой человек, но отступать Князь Воды был не намерен.

Тем более сейчас, когда его слово и положение имеет реальный политический вес.

— Также, дополнительным указом военное положение в Империи продлевается на полгода. Вильгельм Фон Грэйв ясно дал нам понять, что не намерен отступать и мы должны быть готовы, — продолжил свою речь Князь Воды и присутствующие согласно кивнули.

Присутствующих на Великом Совете, помимо Князя Воды, было четверо.

Молодая Княгиня Природы Виктория Луговская, со сверкающими слегка наивным максимализмом нефритовыми глазами.

Величественно возвышающийся над столом Князь Металла, со сложенными в замок металлическими ручищами.

Седовласый старичок с полуоткрытым взглядом и обманчиво немощным видом, представляющий в Совете Клан Молнии, и сидящая чуть в стороне рыжеволосая девица, что озаряла помещение своей лучезарной улыбкой и беззаботно болтала ногами.

— В таком случае, предлагаю перейти к следующей теме повестки, — удовлетворенно кивнув, объявил Князь Воды и его взгляд упал на пустующее кресло с огненной эмблемой, — Клан Огня подал официальный запрос на признание Князем Артура Огнева.

— Князем? — поднял седую бровь старый Князь Молнии, — он же совсем мальчишка.

— И полноправный наследник Рода Огневых за которым готовы пойти и забыть разногласия каждый из Древних Родов огневиков, — мягко добавила Виктория Луговская.

— Это я понимаю, — тихо произнес старый Князь Молнии, — однако, сразу Князем? Для Совета мальчишка слишком неопытен и горяч, да и крайне маловероятно, что Аргус примет его кандидатуру.

— Мальчик готов рискнуть, — твердо произнесла Виктория, — а представлять его в Совете будет Валерия Огнева, как официальный регент. Это не противоречит Пакту, а также в истории Империи было три прецедента, когда в Совете сидел не сам Князь, а его представитель.

— И ни один из них не пережил встречу с терминалом, — напомнил старый Князь Молнии, — Аргус не любит, когда с ним играют. Вы не думали, что Древние Рода огня дали свое поддержку мальчишке, ожидая, что таким образом их излишне амбициозный конкурент просто устранит сам себя? — сухим голосом добавил мудрый старик.

— Мальчик готов рискнуть, — повторила Виктория Луговская, — хотя, риск это мое мнение. Род Огневых же не сомневается, что Аргус признает их достойными вести Клан Огня, как это было поколениями. Верят, что именно это признание поможет сплотить Клан Огня и вернуть Единство в Империю. Также, смею напомнить, что покойный Князь Огня впервые воспользовался терминалом, когда ему не было и семнадцати.

— Вот как, — с легкой улыбкой хмыкнул седовласый Князь Молнии, — а вы времени зря не теряли и подготовились. Эх-х, молодость.

— Я лишь передала запрос, — пожала плечами девушка с нефритовыми волосами.

— В таком случае, если Род Огневых осознает все риски и видит в этом благо для Клана и Единства, не вижу причин отказывать, — поразмыслив пару секунд, объявил Князь Молнии и отстранился.

Князь Воды кивнул и перевел взгляд на молчавшего все это время Князя Металла. В текущий момент именно он формально являлся главой все еще существующей коалиции огня и согласно Пакту мог наложить вето на назначение.

Повисла тишина, постепенно все взгляды оказались сосредоточены на массивной металлической фигуре.

— Не возражаю, — скрежетнул сталью тяжелый голос Князя Металла и массивные пальцы уперлись в скрипнувшую столешницу.

— Большинство голосов получено, запрос о назначении Артура Огнева Князем Клана Огня принят Советом, — громко объявил Князь Воды итог голосования и скрепил документ печатью, после чего, кашлянув в кулак, обвел взглядом остальные пустующие кресла, коих было четыре.

И если место Клана Теней в Совете привычно пустовало десятилетиями, то отсутствие представителей Кланов Смерти, Света и Земли выглядело для всех непривычным.

Но такова была текущая реальность. Утратив большинство и всякое влияние, эта троица перестала появляться на официальных мероприятиях, а их местонахождение оставалось неизвестным.

Ситуацию также усложнял тот факт, что Аргус все еще признавал эту тройку Князей легитимными правителями своих Кланов и поэтому легального способа сместить их без нарушения Пакта не было.

Однако такие мысли посещали каждого из присутствующих, но высказывать их вслух и под взором Аргуса никто не осмеливался.

Никто до этого момента.

— Господа, дамы, — привлек внимание громким хлопком Князь Воды, — нас собралось меньше, чем мы привыкли, а наша Империя столкнулась с беспрецедентными вызовами, однако это не повод унывать, а повод сплотиться! Показать свое Единство! Показать, что Империя способна найти выход к свету! Выход, который невозможен без вклада каждого Клана Великой Десятки!

— Предлагаешь вернуть за стол этих…? — брезгливо хмыкнул Князь Металла.

— Наоборот, — потер ладони Князь Воды, — предлагаю исключить любой шанс на возвращение этих предателей в Совет, — не дрогнул голос водника, в отличие от пространства вокруг, которое пошло легкой рябью.

— Опасные речи ты затеял, Князь, — оглядываясь через плечо, произнес старик, — а действия будут еще опаснее.

— Я называю вещи своими именами, — не согласился Князь Воды, по лбу которого стекал ручеек пота, — и я не призываю нарушать Пакт.

— Тогда что ты предлагаешь? — бросила заинтересованный взгляд Княгиня Природы.

— Тотальную экономическую блокаду. Мы не знаем по каким критериям Аргус определяет для Клана лучшего правителя, но зато знаем, как это делает народ. Лишим их прибыли, перекроем кислород, замкнем цепочки поставок на себя и максимально исключим из всех расчетов предателей, кто игнорирует Совет и считает себя выше того, чтобы здесь даже появляться после всего, что сделал, — медленно произнес Князь Воды.

— Это не противоречит Пакту, — задумчиво прозвенел басом Князь Металла, чье влияние на рынок поставок сейчас было максимальным из всех присутствующих.

— Но делать это открыто и заявлять под взором Аргуса рискованно, — опасливо сощурился старый Князь Молнии.

— Более рискованно чем та игра, которую затеяли смертники? — едва сумев сдержать рвущиеся наружу эмоции выдал Князь Воды.

Никакой конкретики он не произнес, но все и так понимали, что речь идет об отравлении водохранилища, которое едва не привело к полномасштабной эпидемии чумы. И все присутствующие сошлись на невысказанной мысли о том, что раз Аргус спустил такое, то на цепочки движения финансов и ресурсов ему точно будет наплевать.

Дальнейшие полчаса заняло обсуждение нюансов и тонкостей плана, а также было заключено свыше сотни контрактов.

Целью присутствующих было заставить говорить тех, чей голос способен звучать куда громче Аргуса.

Это народ.

Заключенные в эту ночь контракты ударят по карманам не только Князей Света, Земли и Смерти, а также по их подданным. В первую очередь по их подданным и если Князей-предателей нельзя сместить силой сверху, то это вполне можно сделать изнутри.

Также оставался немаленький шанс того, что в случае открытых недовольств, Аргус таки изменит свое мнение, ведь иммунитет он дарует только тем, кого считает лучшим правителем для Стихии, а как может быть лучшим тот, кто является причиной бедности и страданий собственных людей.

Единственным вопросом по которому остались сомнения, это возможность слежки за актуальной обстановкой, ведь изоляция не должна навредить Империи в целом, а лишь указать Аргусу на слабые места в системе сохранения Единства.

И когда речь зашла о слежке, взгляды всех присутствующих обратились в сторону рыжеволосой девушки, что не принимала участия в дискуссии и молча болтала ножками.

Заметив столько взоров на себе, Камилла поправила чуть смявшееся платье цвета солнца и прыжком поднялась на ножки.

— Клан Астрала окажет всю посильную помощь в слежке за предателями и более того, уже этим немножечко занимается, — игриво улыбнулась рыжеволосая и стрельнула глазками в старого Князя Молнии.

Заметив это, старик вздохнул и с кряхтением поднялся на ноги.

— Я не планировал это афишировать, однако вынужден подтвердить. Клан Молнии уже начал работу по наводкам этой юной леди и успехи в отражении недавней атаки на западной границе это ее заслуга. В связи с чем было принято решение развернуть в полную мощность все наши боевые части.

— Сложно поверить словам того, кто имея самую оснащенную в Империи армию, десятилетиями сохранял нейтралитет, — недоверчиво хмыкнул неприятно удивленный новостями Князь Воды.

— Раньше так было полезнее для Единства Империи, — ничуть не смутившись произнес старый Князь Молнии, — сейчас Империи нужен щит и Клан Молнии готов им стать.

— А где гарантия, что этот щит не обратится в меч? — недовольно скрежетнул голос Князя Металла.

— Хватит, — прозвучал властный голос Княгини Природы, — наш председатель прав. Кризис возможно преодолеть только сообща. Клан Астрала утаил информацию, Клан Металла придержал ресурсы, Клан Молнии умолчал о начале боевых действий. Сегодня секреты перестают быть секретами и открытость наш единственный шанс вернуть в Империю мир. За этим мы здесь и собрались. Не так ли, председатель? — стрельнула нефритовыми глазками на водника Виктория.

— Все верно, — не совсем понимая куда клонит молодая Княгиня подтвердил Князь Воды.

— В таком случае, предлагаю обсудить прибытие в столицу восточных гостей, — мило улыбнулась Виктория и на председателя Совета уставились не очень довольные пары глаз.

— Это спонтанное событие удивило меня не меньше чем вас, господа, — взяв себя в руки, произнес Князь Воды, — для безопасности Империи было необходимо определить их намерения и установить первый контакт.

— Сложно верить тому, кто провел эти встречи закрыто и у Совета за спиной, — хмыкнул старый Князь Молнии.

— Лишь для того, чтобы убедиться, что гости не несут угрозу Империи, — упрямо повторил Князь Воды.

— Тогда ты не будешь против раскрыть детали вашей аудиенции? — хитро сощурился старик.

— Разумеется, — кивнул Князь Воды и неожиданно добавил, — как только сам о них узнаю.

— В каком смысле? — удивленно скрежетнул Князь Металла.

— В связи с некоторыми личными обстоятельствами, аудиенцию с нашими восточными гостями проводил не я, — развел руками водник и едва слышно добавил, — а вдовствующая Княгиня.

Услышав это, присутствующие побледнели.

Даже у Виктории улыбка сошла с симпатичного личика, ведь даже молодая Княгиня Природы не понаслышке знала о суровом нраве супруги покойного бывшего Князя Воды. Нраве, который стал причиной бесчисленного количества конфликтов, один из которых и закончился гибелью мужа.

— Ты выжил из ума отправлять на переговоры эту бестию? — первым нарушил тишину Князь Молнии.

— Она определенно сумасшедшая, — хмуро вторил ему Князь Металла.

Виктория ничего не сказала, но и сама не заметила, как кивнула двум предыдущим ораторам. Лишь Камилла не удивилась и искренне наслаждалась веселой атмосферой на своем первом в жизни Совете.

— Господа, — серьезно кашлянул в кулак Князь Воды, — напоминаю, что мы сейчас говорим о моей матери.

— И о сохранении Империи, — напомнил ему Князь Молнии, — предлагаю в срочном порядке провести общую открытую встречу между Великими Кланами и восточными гостями и обсудить границы!

— Это я и хотел предложить следующим вопросом повестки, — с улыбкой кивнул Князь Воды, — как я понимаю, принципиального противника запроса помощи с востока нет? — задал водник вопрос и все промолчали.

— В таком случае, предлагаю каждому Клану проработать личные стратегии взаимодействия с восточными гостями. Глупо отрицать, что нам нужны их руки и ресурсы, однако делать это нужно осторожно. Поэтому я предлагаю выделить время всем на проведение перекрестных встреч и обсудить все открыто через неделю.

— Легко предлагать такое, когда уже провел переговоры и имеешь преимущество, — недоверчиво хмыкнул Князь Металла.

— Или же наоборот, безнадежно отстал, учитывая кто вел эти переговоры, — со смешком произнес старый Князь Молнии и кивнул, — хорошо, Клан Молнии согласен. Восточники нам сейчас действительно нужны и отказываться от их помощи глупо.

Обсуждение будущих нюансов заняло еще час, по истечению которого председательствующий в Совете Князь Воды вновь был единственным, кто стоял на ногах.

Его твердый взгляд окинул присутствующих последний раз, после чего он еще раз в слух повторил результат переговоров самого тяжелого вопроса повестки.

— Открытую встречу назначаем через неделю и приурочим мероприятие к открытию Тронного зала после реставрации. Важно показать людям, что символ мира цел и невредим. Откроем мероприятие для всей аристократии и для прессы. Там же представим Никиту Никитича Горемыку к награде и объявим Наместником военного времени, — произнес Князь Воды и уловив подтверждающие взгляды, поставил печать над общим протоколом собрания и закрыл папку.

Иных вопросов на повестке Совета заявлено не было, поэтому все присутствующие посчитали этот жест завершением собрания и начали подниматься со своих мест, однако Князь Воды громко и настойчиво кашлянул и остальные замерли.

— Ты хотел обсудить что-то вне протокола? — первым считал выражение лица водника старый Князь Молнии.

— Верно, — кивнул водник и с тяжелым взглядом опустившись на кресло, плеснул себе выуженного из-за пазухи коньячка и, не дожидаясь, пока все сядут, произнес, — что вы думаете о Маркусе Темном?

Глава 14

Темные деревья мелькали по сторонам. Сухие ветки вперемешку с желтой листвой шелестели и хрустели под ногами. Нос чесался от стойкого аромата хвои и приносящего его холодного ветра.

Еще несколько минут назад безоблачное небо затянуло густыми тучами, привнося в лес непроглядную тьму.

А тьму я люблю.

Мышцы были расслаблены, движения естественны, а обостренный слух был готов вычленять лишние звуки, которые смели нарушать девственную гармонию дикого леса.

Посторонний хруст, и мое тело само дернулось влево, где впереди меж деревьев мелькнул черный силуэт.

Рывок, взмах рукой, и красных листьев под ногами стало заметно больше.

Не сбавляя ход, я стряхнул лезвие кинжала от вязкой крови и, не глядя, метнул его на очередной аномальный звук.

Вскрик, и у санитаров леса добавилось еды, а я, вынув теплый кинжал из бритого затылка трупа, побежал дальше.

Троп тут никаких не было, но направление было единым, и оно постепенно уводило вверх.

Пульс участился на пару ударов, мышцы стали отзываться приятным покалыванием. Горные прогулки всегда были отличной разминкой.

Чем глубже я забирался, тем круче становился подъем и больше становилось аномальных звуков вокруг.

Количество целей кратно увеличилось, и я понял, что накрыть всех разом не получится. Все-таки роль догоняющего имеет свои минусы.

Да и наши гости оказались с головой на плечах и поняв, что их преследуют, разделились на две группы.

Группу сдерживания и группу захвата цели, что находилась на холме.

Как вы могли догадаться, группа сдерживания полегла достаточно быстро и начались своеобразные догонялки.

Не скрою, отчасти виноват в них я. Вернее, тот способ, которым я заманил этих ребят в эти земли.

Уже на пути в Ильретеевку, мне пришел в голову план совместить приятное с полезным, и я отослал не анонимное послание нашему западному герцогнутому другу. Послание, в котором содержались координаты останков Паладина Лиорно с припиской «попробуй меня обогнать».

Сделал я это по двум причинам.

Во-первых, чтобы убедиться, насколько сильно Вильгельм Фон Грэйв заинтересован останками и на что готов пойти ради них.

Нет, я не надеялся, что он придет лично, да и не смог бы, ведь Ильретеевка от западной границы расположена достаточно далеко.

Но именно в этом и заключается «во-вторых».

Не имея возможности отправиться сюда, герцог Фон Грэйв был вынужден либо смириться, что он облажался и ничего не сделать, либо же отправить сюда своих сторонников, что засели в Империи.

Заставить действовать и раскрыть свои скрытые ячейки, члены которой сейчас пачками шли на удобрение этого густого темного леса.

В итоге важность останков Вильгельм подтвердил, но вот люди, которые пришли их забирать, пока разочаровывали. Я обещал Максу драку, а дракой тут пока и не пахло.

Нас тупо пытались запутать и обогнать. Не особо успешно, прошу заметить.

Конечно, можно бы было просто подняться раньше этих горе-бегунов, но оставался шанс, что, упустив цель, эти ребята вместо того, чтобы нас штурмовать, просто развернутся и побегут врассыпную.

И попробуй поймай их всех потом в ночных лесах имперской глубинки. Вот и приходится пользоваться тем, что сейчас они бегут к одной цели, на вершину горы.

Но вот настал момент, когда врагов стало больше, чем я мог достать разом физически, и поэтому я на бегу взмахнул руками и шепнул, — скачи.

Сгустки Тьмы отделились, и по обе стороны от меня мелькнули два черных ушастых существа. И еще до того, как сердце отбило второй удар, существ стало четыре, а потом восемь… на десятый удар их количество вдвое превышало число «бегунов» в лесу, но этого я уже не видел.

Теневые Кролики — зверьки не только плодовитые, но и чертовски быстрые. Но главный мой расчет был на их пугающие кроваво-красные провалы вместо глаз, которые в покрытом тьмой лесу будут особенно заметны.

Бойцы из Кроликов нулевые, но их цель на сегодня — это напугать и заставить бегунов двигаться туда, куда мне нужно.

И когда через десять минут я нагнал сгрудившуюся в нестройную шеренгу дюжину бегунов, я улыбнулся. К этому моменту сотни кроваво-красных кроличьих глаз устрашающе мелькали по обе стороны, а ветер завывал душераздирающим стрекочущим клацаньем маленьких зубок.

Не сбавляя ход, я повел рукой, и Теневые Кролики исчезли.

Красные фонари смерти вокруг пропали, а лес накрыла тишина, в которой я услышал лишь облегченные вздохи дюжины людей.

Людей, которые подумали, что опасность их миновала, но уже спустя две минуты лежали колонной трупов, достойное сопротивление из которой смог оказать только последний.

Ну как сопротивление… он взмахнул в мою сторону копьем.

Все верно.

Копьем… На бегу… В кромешной тьме леса…

После чего неудачливый атлет ожидаемо цепанул древком камень, запнулся о корень и напоролся подбородком на наконечник своего же орудия и повис на нем безвольной куклой.

Я даже с бега сбился от столь виртуозного самоубийства и потому не сразу заметил мелькнувшую в просвете опушки спину самого крепкого из бегунов, на которого я изначально возлагал самые большие надежды.

А когда я его заметил, то было уже поздно. Голубая вспышка рассекла тьму леса, и голова крепыша слетела с плеч и скатилась аккурат под ноги парнишки в белом костюме.

Парнишка смотрел прямо на меня, его глубокие голубые глаза искрились молниями, а в руках отливало грозой лезвие изогнутого клинка.

Все-таки на пути к вершине он меня опередил. Что ни говори, а Макс был чертовски шустрым и когда был серьезен, то выделялся даже среди быстрейших представителей своей стихии.

А сейчас Макс был серьезен. Нет, его лицо было типично беззаботным и улыбчивым. Выдавали серьезность парня именно его излишне напряженные и сосредоточенные глаза.

— Ну что, сколько? — когда я поравнялся, сверкая любопытством, спросил Макс.

— Тридцать семь, — ответил я, не став считать суицидника с копьем, и увидел, как лицо блондина расплывается в широкой улыбке.

У него больше, значит.

Похоже, я недооценил его желание выиграть пари.

Ничего не сказав, я просто прошел мимо и уже через пять метров оказался на свободной от растительности вершине холма, с которой открывался вид на странной формы дерево.

Я подошел ближе и несколько раз махнул кинжалом, рассекая густые корни. Поначалу казалось, что они оплетают сами себя, но после взмаха двадцатого, внутри показался кусок серой плиты.

Только приметив его, Макс принялся помогать, и через десять минут перед нами красовалось безымянное надгробие со странной вязкой аурой, что начала растекаться по пространству, как только мы его откопали.

— Так вот куда они так ломились, — хмыкнул Макс и поежился от накатившего холода, — что это за место?

— Могила, — ответил я, заметив, что за плитой есть полое пространство.

Ветер усилился, на губах осела странная горечь, а тучи над головой продолжили сгущаться и оседать настолько, что едва не опустились нам на плечи.

Игнорируя происходящее вокруг, я проломил корни и протиснулся в пространство за плитой. Им оказалась маленькая рукотворная пещерка, в которую я вмещался лишь пригибаясь. Визуально тут совершенно ничего не было, но мое внимание привлекло странное подергивание пространства впереди, и я протянул руку.

По коже побежал холодок, который быстро сменился жаром. Инстинкты затрубили тревогу, но вместо того, чтобы одернуть ладонь, я прошептал, — открой.

Ручейки Тьмы устремились вперед, за считаные секунды сломили барьер незримости, и взору открылся небольшой, десять на десять сантиметров, постамент из белого камня, на котором стояла белоснежная урна, покрытая вязью полупрозрачных символов.

Не успел я отвести руку в сторону, как сзади послышался шорох и внутрь заглянула любопытная морда Макса.

А мгновением спустя земля задрожала под ногами, а символы на урне начали светиться.

Поняв, что происходит, я уперся ногами в узкую стенку, и рывком вытолкнул Макса наружу. И едва я это сделал, как волна дикой энергии накрыла меня с головой. Нестерпимый жар окутал все вокруг. Все процессы жизнедеятельности внезапно остановились. Последним отказало сердце, и я почувствовал, как рука самой смерти коснулась моего плеча, но спустя несколько секунд, в абсолютной тишине раздался стук вновь заработавшего сердца, и ощущение близости смерти исчезло.

Я открыл глаза и обнаружил себя тяжело дышащим перед белой урной, которая излучала стойкий стихийный ответ Света. Стихийный ответ, который был мне отлично знаком.

Стихийный ответ Паладина Света.

— Ну здравствуй, Лиорно, — приветливо произнес я и коснулся крышки.

Чистейший Свет обжигал кожу, но не мог пробить мою ауру, поэтому я открыл урну и пододвинул себе. Взгляд опустился на пульсирующий теплой энергией прах, заключенный внутри сосуда.

Вздохнув, я отложил крышку в сторону и занес над урной правую ладонь.

Энергия Света внутри волнительно подернулась, словно огонь на ветру, но тут же успокоилась.

— Все верно, приятель, это я. Прости, что так долго, можешь больше не переживать, теперь все будет хорошо, — прошептал я и моя ладонь налилась тускло-зеленым сиянием.

Энергия Света потянулась из праха и через мою ладонь проникла в мои энергоканалы. Зеленое сияние стало более насыщенным и ярким, я же поднял другую руку ладонью вверх, и на ней вспыхнуло зелено-черное пламя.

Энергия Света перетекала по моим энергоканалам из одной ладони в другую, и касаясь огня, распадалась на бесцветные крупицы, которые взмывали вверх и улетучивались в воздухе крошечными вспышками.

— Покойся с миром, друг мой, — произнес я, когда зеленое сияние на обоих ладонях погасло.

Я стер проступивший пот со лба, опустил горячие руки и заметил, что потряхивает не только их, но и всего меня. Все же очищать души — это Аспект и прерогатива одаренных Смерти. Да и душа Паладина, хоть и была истощена ожиданием, но все еще оставалась душой Паладина.

Не знай я Лиорно лично, хрен бы у меня что вышло с нынешними запасами. Но он не сопротивлялся и, более того, охотно поделился собственной энергией.

Понятия не имею, что могло заставить удариться в отшельничество одного из самых общительных и компанейских людей, которых я знал.

Почему он встретил свой конец здесь? Почему в одиночестве? Почему добровольно?

Последнее я знал точно, пропустив через себя часть уцелевшей души Паладина Света.

Его не убили и не изгнали. Лиорно ушел сам.

Вздохнув, я взял пустую урну и выбрался наружу. Макс подпирал дерево в двух метрах слева. Бледный как восставший мертвец, блондин оглядел тускло сияющую урну в моей руке, после чего с кряхтением выудил из кармана чудом уцелевшую бутылку Ильретеевского темного и жадно приложился к горлышку.

После чего громко выдохнул и поднял взгляд на меня.

— Это ведь был Свет Преисподней? — сухо спросил он.

— Он самый.

Макс кивнул своим мыслям, отпил еще один смачный глоток и вновь покосился на урну в моих руках, а потом глянул на место, из которого я вышел. Туда, где еще продолжали улетучиваться в воздухе крошечные частички тусклого Света.

— Он самый, — беззлобно передразнил меня Макс, — ты выжил в эпицентре техники, одна крупица которой способна уничтожить даже Ратника Света, не говоря уж о теневике. В руках ты беззаботно держишь заряженную на неприкосновенность Реликвию Света, а твои ладони фонят остаточным следом применения Стихии Смерти. Прости, Маркус, но я должен спросить. Кто ты, мать твою, такой?

— Ты уверен, что хочешь знать ответ? — спокойно спросил я.

— Поверь, с момента нашего знакомства я задавал себе этот вопрос не одну сотню раз, — усмехнулся Макс, — так что да, я уверен.

— И готов ответить мне тем же? — лениво поинтересовался я.

— Тем же? — поплыла вверх бровь молодого блондина.

— Не играй дурачка, Макс, тебе это не идет, — улыбнулся я.

— Ладно… — неохотно скривился парнишка и поднял на меня необычно серьезный взгляд, — равноценный обмен, значит. Будь по-твоему, Маркус. Меня зовут Максимиллиан Третий, действующий Князь Молнии, приятно познакомиться, — не моргая представился блондин и протянул руку.

Глава 15

— А тот старик с коронации, значит… — задумчиво потер я подбородок.

— Мой полный тезка и очень талантливый актер, — улыбнулся Максимиллиан, — его аспект внушения порой настолько убедительный, что я сам забываюсь и верю в его приказы, — хмыкнул парень и выжидающе уставился на меня.

— Что ж, а меня все еще зовут Маркус, — пожав плечами, ответил я на рукопожатие, и чуть задержавшись взглядом на пылающих нетерпением голубых глазах, добавил, — Паладин Маркус.

— И какой Стихией ты оперируешь, Паладин Маркус? — ничуть не удивившись, спросил Максимиллиан.

Ну да, у него же есть Диана. Логично, что им удалось сопоставить два и два и выстроить кое-какие догадки. Ну или подслушать парочку других особо догадливых лиц.

И именно потому, что знал, Макс и не лез ко мне с распроссами, но сегодня вот не сдержался. Да и я не особо уже перед ним скрывался, если уж говорить начистоту.

Мог ли я более незаметно упокоить душу Лиорно?

Да мог. Более затратно энергетически, но тем не менее.

Также я вполне мог оказаться на вершине холма быстрее Макса или оставить в деревне, или вовсе не брать его с собой в поездку.

Но я взял, а потом сделал так, что к надгробию мы пришли одновременно.

Зачем?

Хороший вопрос, на который у меня сейчас не было однозначного ответа.

— Ты ведь уже и сам понял какой Стихией, не так ли? — хлопнул я парня по плечу и, сунув урну в рюкзак, повернулся в сторону леса.

Вдохнул холодный свежий воздух полной грудью и поднял взгляд наверх. Гнетущие низкие тучи уже рассеялись, а небо начало светлеть в предрассветном состоянии, вытаскивая из полумрака изуродованные тела убитых «бегунов».

— И зачем ты вернулся? — осторожно спросил Максимиллиан, поравнявшись со мной.

— Не зачем вернулся, а почему, ваше княжеское сиятельство, — с театральным поклоном поправил я.

— Называй меня и дальше просто Максом, будь добр, — скривился блондин.

— Подумаю, — лениво расправил я плечи и сладко потянулся.

— Ну блин, — тяжело вздохнул тот и вернул взгляд на меня, — так почему ты вернулся?

— Разве не очевидно? — обвел я взглядом светлеющий горизонт, — потому что здесь мой дом.

— Действительно, очевидно, — согласился Макс и протянул мне последнюю бутылочку.

— Оставь себе, приятель, — хмыкнул я, — тебе нужнее.

Поначалу Макс не понял, что я имею в виду, а когда понял, то обнял бутылку словно родного ребенка и отстранился от меня в сторону.

— Ты же сказал, что у тебя тридцать семь… — хмуро пробубнил Макс.

— Пока что тридцать семь, — сделав акцент на начале фразы, ответил я и хрустнул затекшей в узкой пещерке шеей.

— В каком это смысле? Они ведь уже все… — в сердцах возмутился опешивший Макс и указав рукой на кровавый склон холма, подавился фразой и уже без всякой уверенности тихо добавил, — умерли…

Конечно, откуда взяться уверенности, когда трупы на которых ты указываешь, начинают медленно подниматься на ноги, а их глаза в такт рассвету ярко сияют семью цветами проклятой энергии.

* * *

Невысокий мужчина неопределенного возраста медленно брел вперед с опущенной головой. Его крепко сшитое кимоно, восточная внешность и голубая катана сильно бы выделялись на улицах Империи, но брел Самурай по нелюдимой и неухоженной горной тропе.

Кажется, столица осталась позади, но как давно это случилось, Нобу не помнил.

Также он не помнил как попал на эту тропу и где, она собственно, вообще находится. Мысли Самурая были где-то далеко отсюда, а тело просто по инерции продолжало двигаться.

Босые ноги были сбиты в кровь, руки испестрены свежими царапинами от густого кустарника, а голову припекало рассветное солнце. Мужчина брел и думал, как он докатился до жизни такой.

Пытался прокрутить в голове все события и понять, где он допустил ошибку. С какого момента все пошло не так.

Вот, сегодня он приезжает в столицу Империи желанным гостем, видным женихом сестры влиятельного Князя, гены которой по мнению старейшин способны дать жизнь «буси», а уже завтра… эх.

Дом Идэ возлагал большие надежды на Самурая и все карты были у Нобу на руках. Но тогда как так вышло, что его невеста сбежала из столицы, а влиятельный Князь вежливо отказывается от своих же обещаний⁈

Как так вышло, что Дом Идэ, пришедший в Империю первым и уже имеющий союзника внутри и крепкие связи, оказался в отстающих⁈

В воспоминаниях Нобу вновь вспыхнули сцены той злосчастной встречи с которой он сейчас шел и от досады он схватился за рукоять катаны, полный решимости оборвать свою жизнь.

Жизнь, за которую он никогда не испытывал большего позора!

Мало того, что встречей руководила женщина, так Нобу о ней еще и ничего не знал, но хуже всего было то, что Дом Идэ открыто поносили самыми грязными намеками и словами, а он даже не мог постоять за его честь и молчал!

Молчал и слушал. Слушал и молчал, а теперь ему предстоит отослать стенограмму разговора Старейшинам Храма Идэ… От одной мысли об этом у Нобу засосало под ложечкой и сперло дыхание.

Самурай закашлялся, его ноги подкосились, пульс участился, а дыхание сперло. В приступе панической атаки, Нобу жадно глотал воздух и искал выпученными глазами помощь и нашел ее виде небольшого полуметрового водопада.

Спотыкаясь, Самурай подбежал к нему и подставил голову под ледяную воду, которая наконец смогла немного очистить разум, и дыхание восточника нормализовалось.

— Когда же все пошло не так… — сидя на коленях, сокрушенно выпалил Нобу и его взгляд покосился на медальон.

Брезгливо сморщившись, Самурай схватил его двумя руками, сорвал с цепи на шее и что есть сил запустил в лес Имперскую награду за доблесть.

Ведь именно эта проклятая награда стала причиной, по которой конкурирующие Храмы смогли так быстро и незаметно проникнуть в столицу! Своим «подвигом» Самурай лично расстелил перед этими стервятниками красную дорожку…

«Подвиг»…

Вспомнив о нем, Нобу тут же прокрутил в голове события одной из самых темных ночей в его жизни. Той, где он потерял всю свою команду и сам проиграл в бою западной собаке по имени Стикс.

Уже тогда, в тот миг позора Самурай хотел оборвать свою жизнь, но не успел. Сознание покинуло слабый разум Нобу раньше, а когда тот проснулся, то клинка рядом не оказалось, а со всех сторон посыпались сладкие речи, что Нобу герой.

Герой Империи! Пример всем Самураям и гордость своего Дома!

И тогда Нобу повелся на эти речи и позволил вручить себе наградной медальон, который он сейчас выбросил. Знал бы Нобу, что тот позор приведет к еще большему дню позора, ни за что бы не позволил себе жить!

Руки Самурая тряслись, стук сердца отдавался пульсацией в висках, а кулаки были сжаты на рукояти так сильно, что по ней стекали тонкие ручейки крови.

Нобу понимал, что только смерть может смыть его позор, но никак не решался обнажить клинок.

А его изможденный разум продолжал подбрасывать дрова в огонь его отчаяния.

И как финальный гвоздь в крышку гроба, Нобу вспомнил лицо Маркуса. Теневика, которого Старейшина ему повелел завербовать и даже эту простую задачу доблестный Самурай Дома Идэ завалил… Более того, позволил этому гайджину его спасти после поражения в бою, в то время как сам этот Маркус одолел того, кого не смог Самурай!

Величайший позор!

Нобу облажался. Облажался по всем фронтам, по которым только было возможно, но его разум трусливо отказывался сдаваться и хоть честь твердила о том, что Самурай должен оборвать свою позорную жизнь, он не хотел.

Не хотел и отчаянно перебирал воспоминания вновь и вновь.

Перебирал с одной лишь целью, найти способ выжить. Любой способ. Какой угодно. Плевать он хотел на Старейшин, честь и правила! По его жилам текла сила и он не хотел ее лишаться!

И спустя несколько минут, казавшиеся пустыми глаза вдруг наполнились синевой, а сам Самурай, пошатываясь, медленно поднялся на ноги.

Решение было найдено и Нобу, постепенно переходя на бег, устремился на поиски своего последнего шанса искупить вину и снять безграничную тяжесть своего позора с плеч.

Побежал искать ее.

* * *

Голубой росчерк осветил своим сиянием полумрак рассветного леса. Частицы стихийного электричества с треском разломили пополам мужчину со вспоротым горлом. Грохот падающих за его спиной стволов многовековых деревьев потонул в оглушающем раскате грома.

— Да вы, блин, издеваетесь! — в сердцах выпалил голубоглазый блондин, глядя как две половинки рассеченного надвое человека продолжают двигаться в его сторону.

— Точность подвела, ваше сиятельство? — улыбнулся я, смахивая с клинка безжизненную черепушку с дырой вместо лба.

— Да где подвела-то⁈ — воскликнул Макс, — я ему башку вертикально надвое срезал! И сердце! Вон оно бьется! Двумя отдельными половинками!

— Ну да, человека в нем ты убил, но пытается убить тебя не человек, а проклятый источник внутри него, — наставительно покачивая рукой, произнес я и сев на корточки рядом с ползущей половинкой человека, указал пальцем в область бедра.

— Хочешь сказать источник его силы в заднице⁈ — скептично усмехнулся Макс.

— Не веришь, не надо, — пожал я плечами и, не оборачиваясь, метнул кинжал себе за спину.

Позади раздался звук разрезаемой плоти, быстро сменившийся глухим ударом упавшего тела. Я лениво поднялся на ноги, отряхнул колени от налипшей листвы и, сделав разворот, вынул кинжал из колена мертвого мужика.

— Ну вот теперь и тебя могу посчитать, — улыбнулся я, глядя на мертвую рожу, из подбородка которой торчало копье.

После чего вернул взгляд на Макса, который таки воткнул свой грозовой клинок в задницу половины трупака, но глаза того продолжали блестеть, а конечности двигаться. Выругавшись, блондин вынул клинок и принялся с остервенением рубить бедро врага на мелкие кусочки.

И только спустя двадцать секунд и мой сдавленный смех, парнишка понял, что ошибся с бедром, сплюнул и со взмахом руки шарахнул по второй половине врага молнией, которая сожгла его в мелкий пепел.

— Молодец, это был последний, — весело констатировал я и хлебнул водички из бутылки.

Искать слабые места этих «зомби» было довольно затратно энергетически, а учитывая, что проклятый источник этих ребят появлялся хаотично и был размером с монетку, еще и попасть туда надо было очень точно.

Конечно, их можно было сожрать поглощением целиком, но я впервые видел одаренных, чей проклятый источник появлялся после смерти и мне было важно понять принцип. Потому что что-то мне подсказывает, что это не самые сильные «образцы».

Если честно, подкинув инфу про останки герцогу, я рассчитывал, что тот призовет кого-то более сильного. В идеале натравит на меня засевших в подземных лабораториях крысенышей из Клана Смерти и мне не придется их искать.

Но увы, послали сюда только мясо, без кукловодов.

Интересно почему? Неужели наш западный друг Вильгельм оценил останки Лиорно не так высоко, как я рассчитывал? Или же этому есть другая причина?

— Что. Это. Нахрен. Было? — прервало мои мысли отрывистое бурчание Макса, лицо которого было далеко от обычной расслабленной беззаботности.

Ну да, если бы меня укусил за пятку враг, голову которого я снес способной рассекать небеса Реликвией еще десять минут назад, я бы тоже растерялся.

Хотя нет, я бы не растерялся. Но я это я, а Макс это Макс.

К тому же, в оправдания нашего юного Князя будет сказано, что он не видел слабые места врагов и ему приходилось бить наугад, но кто говорил, что будет легко.

Я обещал драку, а драки бывают разные. В том числе такие, где отрубленные головы кусают тебя за пятку.

— Культисты на минималках, — после короткой паузы пояснил я, — хотя не уверен, что будучи людьми они себя ими осознавали, — задумчиво добавил я.

О том что Макс знает этот термин, я не сомневался. Наши похождения по седьмому району не были секретом для Дианы, а значит и Макс о них знает.

— Надо было сжигать их еще ночью, — фыркнул Макс и устало выдохнул, — все-таки тот поганый гриб заставил меня сильно вложиться в удар. К слову, этот запах… — вдруг принюхался блондин и чуть подался вперед, после чего брезгливо зажал нос, — после гриба был такой же.

— Плесневелых внутренностей вперемешку с жареным дерьмом? — подался я вперед.

— Ээ… ну-у… да… — чуть удивленно выдал еще раз принюхавшийся Макс.

— Уверен?

— Уверен! Не заставляй меня еще раз это нюхать! — возмутился парнишка и на всякий случай отскочил подальше.

Я же задумчиво сидел и паззл понемногу начал складываться в моей голове.

— А ну-ка, княже, расскажи-ка подробнее, что ты видел на границе, — поманил я пальцем Макса, который только сейчас осознал, что основной запах исходит от его клинка и запах не исчезает сколько бы Макс не прижигал лезвие вспышками энергии.

И с каждой неудачной попыткой он хмурился и раздражался еще больше.

Эх, если впечатлительного парнишку настолько расстраивает немного вони на Реликвии, то что будет, когда Макс узнает, что проиграл мне пари, а последняя бутылка Ильретеевского темного, которую он так старательно прятал, прямо сейчас растекается пятном по его белому рукаву?

Глава 16

В деревне мы в итоге задержались еще на сутки. Мне потребовалось лишнее время, чтобы убедиться, что вокруг не осталось лишних сил врага и мы с Максом перебили всех «бегунов».

Его же княжеское сиятельство Максимиллиан батькович Третий, на пару с Глебом сконцентрировались на помощи местным.

Ну и отрывались тоже, чего греха таить.

Макс обошел всю деревню вдоль и поперек и раздал кучу советов по улучшениям жизни местных, приправив это телефонами «полезных» людей разных мастей и десятком контрактов напрямую с Кланом Молнии. Блондин назвал это перспективными инвестициями, но меня не обманешь, я видел, что ему было просто в кайф помогать людям.

Ровно также, как в тот день, когда мы впервые с Максом встретились у поезда.

Тогда он заявил, что просто прибыл за своим грузом, который у него украли работорговцы, но как я узнал позже, ценность у тех контейнеров была хоть и высока, но не настолько, чтобы за ней отправлять бойца такого уровня. И уж тем более не настолько, чтобы за ней поехал лично целый Князь.

А вот сбежать от обязанностей и Дианы, чтобы вырезать ячейку работорговцев, вполне в духе Макса.

Я навел кое-какие справки, и узнал, что примерно этим наш скрытный Князь обычно и занимался. Катался по Империи и делал хорошие дела, а также наказывал тех, кто делает плохие. Причем не только с его людьми, а с гражданами Империи в целом.

Наводки ему наверняка давала Аглая, которая вне всяких сомнений знала секрет своего союзника и всячески ему помогала.

И глядя на действия Макса в деревне, Глеб тоже старался не отставать. Он видел в парне обычного аристократа выскочку, который выпендривается, и потому принял попытки того в благотворительность как вызов.

Выгодными контактами и большими деньгами Глеб не обладал, но был технарем от бога, на этом и сконцентрировался. Начал модернизировать все и вся, буквально перебирая всю технику, что попадалась ему под руки, и из говна и палок лепил технологические шедевры.

Макс же охотно принял новое пари с противником который ему по зубам, и в итоге на меня никто не обращал внимания.

Используя тех же Теневых Кроликов, я прогулялся по округе, убедился, что в лесах никто не засел и, оставив пару сюрпризов на случай возвращения бегунов и их приятелей, вернулся в Ильретеевку, где присоединился к гуляниям.

Да, гуляния одним днем не завершились.

Местные, узнав о мальчишнике Макса, наотрез отказались нас отпускать и заявили, что отмечать надо два дня. Традиция у них такая, а традиции надо соблюдать.

И вот после того, как традиции были тщательно и в полной мере соблюдены, мы погрузились в Кайман, и под слезные прощания местных и обещание заехать еще как-нибудь, отправились обратно в столицу.

Княжескую задницу Макса мы выбросили в пригороде, на ходу и не сбавляя высоты.

Выбросили с парашютом, Глеб настоял. И это несмотря на то, что пари Максу он проиграл. Сдружились видимо.

Спорить я не стал, и поэтому сунув храпящему блондину в руки парашют, открыл дверцу и высадил его аккурат над виднеющимися где-то далеко внизу крышами пригородного поместья Клана Молнии.

Заявленная в первый день нашего знакомства мечта Макса о том, чтобы стать величайшим Ратником Клана Молнии оказалась настоящей, поэтому ему будет полезно тренировать реакцию. Да, в свои восемнадцать лет Макс хорош и чертовски силен. Но можно ли его назвать Великим Ратником?

Вряд ли.

Так что ему еще работать и работать над собой.

Перед тем, как я закрыл дверцу, ветер донес до меня нецензурную брань. А еще Князь называется. Лучше бы меньше ругался и больше пытался поймать парашют, который сам же и выронил.

Ничего, если приземлится живым, еще спасибо скажет.

Во-первых, Макс сам вчера просил показать ему пару уроков. За язык я его не тянул.

Во-вторых, после приземления, разговор с Дианой у сбежавшего женишка пройдет куда продуктивнее. Девушка гарантированно переключит часть своего гнева с Макса на злого садиста меня, и подготовка к свадьбе скрытно-княжеской четы пройдет без лишних конфликтов.

Вот такой я добрый купидон и немного семейный психолог, да.

Дальнейший полет прошел без приключений и сейчас я сидел на своей съемной квартире и покручивал в руках белоснежную урну.

Почему я принес ее сюда, а не в поместье квартала?

Было на это парочку причин, главная из которых заключается в самой реликвии.

Истинная Тень сильнее Света, это правда. Но также правда и то, что девяносто девять процентов одаренных Клана Теней не способны Истинной Тенью пользоваться. И вот им рядом со столь сильным источником энергии Света будет тяжеловато, мягко говоря.

Как использовать заключенную внутри древнюю силу я еще не решил. Самым очевидным вариантом было бы отдать Реликвию Денису, но все не так просто.

Такой подарок повесит на парня гигантскую мишень, а вмешивать в нашу с Князем Света возобновившуюся игру фигуру его сына я пока не планировал. А в то, что светлый князек придет за Реликвией, я был уверен.

И я очень надеюсь, что сделает он это не один.

Поэтому для верности, я кинул внутрь урны один из двух имеющихся артефактов в форме звезды и закрыл крышку. Не факт, что культисты среагируют и попытаются вернуть свою драгоценную собственность, ведь второй такой амулет Клювик таскает при себе и к нему звезданутые идти не спешат до сих пор, но все равно, пусть лежит.

На этом сыр для мышеловки был готов и, бросив урну под кровать, я вышел в коридор и мой взгляд скосился на дверь гостевой комнаты, за которой громко посапывая, дрых Кот.

Бедолага все лапки стер в поисках нового следа своего обидчика, но вымотался и копил энергию для нового рывка.

Отдыхал здесь, потому что я сменил ему точку привязки.

Во-первых, их конфликт с Пауком Каймана начал выходить из-под контроля.

Во-вторых, тут ближе проход в канализационные тоннели под столицей.

В-третьих, для заготовленной мной приманки, требуется система безопасности посерьезней, чем установлена сейчас.

Серьезного врага она не остановит, а в лучшем случае задержит и сработает как тревожная кнопка, на которую и должен будет отреагировать мой усатый когтистый друг.

Убедившись, что привязка фамильяра к приманке достаточно крепкая, я обновил систему безопасности внутри квартиры и побрел на кухню. Сварганил себе пару бутербродов, запил их кефиром и включил кофеварку.

Защелкал аппарат и воздух тут же наполнился чарующим кофейным ароматом. Вдохнув его полной грудью, я вынул из кармана молочно-белый осколок, сжал в ладони и прошептал, — открой.

Осколок подернулся, едва заметно помутнел на пару процентов и выплюнул из себя пульсирующий голубыми и желтыми искрами портал.

Убедившись в стабильности прохода, я сунул осколок обратно в карман, после чего разлил приготовленный кофе на две чашки и держа их в руках, шагнул в портал.

* * *

Обитель встретила меня приятным теплом и уже привычным ощущением уюта и безмятежности. И самым приятным было то, что подаренная Аглаей гостевая метка с правом посещения избавляла меня от назойливых попыток Обители влезть в мой разум.

Однако витающие вокруг стихийные частицы с моим появлением забегали чаще и явно были мне не рады.

Да и наплевать.

Окинув взглядом комнату, я убедился, что попал туда куда нужно. Голубой мрамор под ногами, монструозные окна с проплывающими за ними облаками и левитирующее по центру комнаты Ядро в форме гигантского солнца, из которого во все стороны бьют стихийные голубые нити.

Это определенно то самое место.

— Добро пожаловать, Маркус, — приветливо встретил меня женский голосок и сбоку практически из воздуха выпорхнула босоногая девица с яркими глазами.

Очаровательная улыбка, добрый взгляд, миленькое платье цвета солнца и развевающиеся яркими волнами рыжие волосы. Внутри Обители Камилла вызывала совершенно иное впечатление. Особенно ее зашкаливающий стихийный ответ.

Зал церемоний, в котором мы находились, имел максимальный в Обители стихийный ответ в сто процентов, и если в прошлый раз Камилле доставляло некоторый дискомфорт нахождение здесь, то сейчас она этим местом даже наслаждалась.

Растет девочка.

Ответив вежливым кивком, я отвесил девушке дежурный комплимент и протянул ей чашку кофе, от которой исходил приятный сладкий аромат.

— Это мне? Спасибо, — с легким удивлением, расцвела Камилла и приняла чашку кофе.

После чего она начала опускать свою попу назад и под ней тут же появился оранжевый пуфик, а спустя секунду, из воздуха материализовался небольшой столик с витиеватыми ножками, который оказался уставлен десятком вазочек с разными сладостями.

Пожав плечами, я тоже не глядя откинулся назад, где мою спину приветливо встретило мягкое словно облачко кресло. Идеальной высоты, мягкости, формы и цвета. Даже подстаканник для чашки кофе и тот появился, стоило мне пожелать.

Удобно.

— Вкуснота! — воскликнула Камилла, сделав глоток, — странно… я использовала ту же модель кофеварки, что у тебя дома и перепробовала буквально все кофейные сорта и комбинации сиропов в мире, но добиться такого изысканного вкуса у меня никак не получается. Интересно, почему?

— Секретный ингредиент, — улыбнулся я.

— Так и знала! — хмыкнула девица и закатила свои рыжие хитрые глазки от растекающегося в груди тепла, после чего вернула полный довольства взгляд на меня, — нашел в Ильретеевке что искал?

— И да, и нет, — уклончиво ответил я.

— Ясно, — спокойно ответила Камилла, хотя по ее глазкам видел, что ничего ей не ясно.

Оно и не удивительно, ведь на момент нашего с Максом визита в Ильретеевку, я отрезал доступ астральной сети ко всей области, сделав его слепой зоной для Астрала. В том числе для Лексы и даже для самого Ядра Обители.

Камилла же сидела и с обманчиво беззаботным видом, тщательно продумывала следующие слова. Мое молчание четко дало понять, что объяснений и веселых историй из Ильретеевки не последует, поэтому ее милое личико обрело серьезность и она перешла к основной теме разговора.

— Я позвала тебя, чтобы поговорить о Ядре, Маркус, — произнесла Камилла и скосила взгляд на левитирующее неподалеку от нас «солнце».

— А с ним что-то не так? — спросил я, проследив ее взгляд и беззаботно хлебнув кофе.

— Это я и пытаюсь выяснить, но это сложно, ведь моя связь с ним еще недостаточно крепкая, однако последнее время ее рост и вовсе остановился. А сегодня моя связь даже немного уменьшилась. Всего на пару тысячных процента, но тем не менее. Поначалу я подумала, что Ядро просто начало меня отторгать… однако в таком случае моя связь оборвалась бы резко, а не замерла на одном уровне. Это что-то другое, — покачивая в маленьких ладошках горячую кружку, поведала Камилла с обеспокоенным взглядом.

— Ну, звать чужака искать причину сбоя Ядра бесполезно, а значит ты ее уже нашла. Верно?

— Есть одна догадка, — подтвердила Камилла и коснулась одной из витающих в воздухе голубых нитей, которая рассыпалась и преобразовалась в голографическую карту над столом.

Область цепляла северо-восточную часть Империи около границы, над которой, в красной зоне и еще в двух десятках километров на восток мигала зеленым жирная точка.

— Портал? — поднял я бровь.

— Портал, — кивнула Камилла, — я все перепроверила. По какой-то причине он оказался связан с Ядром. Более того, эту странную связь я не могу ни прощупать, ни оборвать, ни подключиться к ней. Могу лишь наблюдать, как он сосет энергию из Ядра. И мои проблемы связи с Ядром цветочки, по сравнению с тем, к чему этот отток энергии может привести. Портал растет очень быстро и по мере роста может начать влиять на всю Обитель целиком, а следом и на астральную сеть. Первые признаки ее дестабилизации я уже ощутила и это только начало. Вне Обители я ничего не смогу с ним сделать, а отправить Астрид мне мешает вот это, — произнесла Камилла и ткнула пальчиком в зеленую точку, вокруг которой появилось небольшое описание.

Малый Портал

Класс опасности: «Неизвестен»

Стихийный ответ: Астрал (50%)

Стихийный ответ: Смерть (50%)

— Интересное сочетание, — хмыкнул я, — думаешь это Октавия?

— Возможно, — кивнула рыжеволосая.

— Поэтому меня позвала?

— Не только, — замахала головой Камилла, — главная причина в том, что дестабилизация астральной сети в первую очередь ударит именно по тебе, Маркус.

— По мне? — поднял я бровь.

— По тебе, — кивнула она и странно сощурила глазки, — вернее, по твоему секрету, который я не смогу защитить. Если Ядро лишится защиты, то возможны утечки информации. И видишь ли, Маркус, по мере роста связи с Ядром, с астральных баз спадают запреты, установленные Аглаей и постепенно они становятся моими запретами. Один за одним, я продлеваю их действие, вынуждена так делать, чтобы установить связь с Ядром. И вот когда я это делаю, то в голове всплывают голоса, которые рассказывают мне чем руководствовалась та или иная Княгиня, устанавливающая тот или иной запрет. Логика ее действий, объяснение, визуальные, звуковые и прочие образы, обрывки воспоминаний, мыслей. И вот среди этого всего, вдруг появился один любопытный момент, — загадочно улыбнулась Камилла и кивнула на настенную картину, которой там не было еще секунду назад.

Утопленная в матово-черную старую рамку, картина изображала гордый профиль темноволосого мужчины, что с усмешкой смотрел глубокими перламутровыми глазами прямо в душу.

Невольно я улыбнулся. Не знаю кто ее писал, но вышло неплохо. С чувством.

— Аглая видела ее? — любуясь словно в зеркало, спросил я.

— Видела, но не поверила, что это возможно, — без каких-либо эмоций сказала Камилла, — и я тоже не поверила, когда обнаружила этот момент в ее воспоминаниях. Однако, когда я по кусочкам собирала паззл событий во время боя с Октавией за Обитель, то наткнулась на кое-что любопытное. Выданная тебе Аглаей гостевая метка с безлимитным разрешением на посещение Обители… разрешением, которое неожиданно вступило в конфликт с одним очень-очень старым запретом. В тот момент Аглая не стала проверять и разбираться в причинах и просто продавила это разрешение силой… а я вот проверила и разобралась, — внезапно сверкнули диким огнем рыжие глазки Камиллы, а вся Обитель в этот момент замерла и напряглась, словно кобра перед броском.

Ощущение уюта и безмятежности сменились напряжением и чувством опасности и даже мягкое кресло за спиной затвердело и начало покалывать в районе поясницы.

— Так ты позвала меня сюда чтобы убить, или просить помощи? — невозмутимо отпив кофе и поежившись на ставшем не очень удобным кресле, спросил я.

— Будто кто-то способен это сделать, — немного помедлив с ответом, вдруг улыбнулась она и ощущение угрозы вокруг отступило, пусть и не полностью.

— Тем не менее, многие пытаются, — улыбнулся я и сделал еще глоток, — в том числе та древняя дамочка, что наложила этот запрет.

— Она очень пыталась оставить запрет в силе и передавить желание Аглаи, — кивнула Камилла, — упорная, даже спустя столько лет. Что ты ей такого сделал?

— Тут скорее ответ в том, чего я не сделал, — усмехнулся я.

— Ребенка, — сверкнули догадкой глазки Камиллы, и она с любопытством на личике подалась вперед, — а ты пытался?

— Очень, вся Обитель подтвердит, — кивнул я.

— Тогда понятно, — вздохнула Камилла и увидела, как я делаю очередной небольшой глоток кофе.

Демонстративно. Медленно.

Только сейчас рыжеволосая обратила внимание, что все это время я делал глотки с одинаковыми промежутками и догадалась, что я принес кофе не просто так.

Я улыбнулся, а вот Камилла, поняв, что кофе это аналог песочных часов, и что две трети отведенного мной на разговор времени уже потрачено, замолчала, а ее глазки забавным образом забегали.

Я так и видел, как в ее головушке судорожно крутятся тысячи вопросов, из которых нужно выбрать нужные.

На задумчивость Камиллы отреагировала и сама Обитель, пространство которой завибрировало, но иначе. Если раньше это энергетическое волнение ощущалось как замершая перед броском дикая кобра, то сейчас это была сотня хаотично бегающих и врезающихся друг в друга муравьев.

Лоб рыжеволосой забавно нахмурился, а в ее стихийном ответе вдруг появились новые нотки.

Нотки страха.

Не сказал бы, что это меня радовало, но некое чувство ностальгии я ощутил. Ведь это было так привычно.

В «мое» время эти нотки сопровождали меня всю жизнь. Каждый коллега, собеседник или прохожий испытывали передо мной страх. Кто-то меньше, кто-то больше, но полностью избавиться от Страха перед Паладином Тьмы не мог никто.

Даже старик Акс, хоть он это всячески отрицал.

Но я-то знал, что Страх моего наставника был куда крепче, чем у других, ведь в отличие от них, мой старик прекрасно знал на что я способен. Тем не менее, он продолжал усердно обучать и верить в меня.

До самой последней секунды своей жизни верить…

Вспомнив это, я залпом допил остатки кофе и, поставив пустую кружку на столик, встал и перевел взгляд на начавшую слегка паниковать Камиллу.

— Не утруждай себя поиском нужных слов, я тебе помогу, — погладил я девицу по голове.

Спустя пару секунд, Камилле стало заметно легче, дрожь ушла, и она медленно поднялась на ноги.

— По моим подсчетам Портал перейдет в следующую стадию не раньше, чем через две недели, — начала тараторить рыжеволосая, вновь воссоздав в воздухе карту, — до него куда проще будет добраться с территории восточных соседей. Пару удочек я забросила на прошедшем собрании, за неделю смогу додавить, выбить официальный проход на их земли для экспедиции и…

— Не стоит, я пойду туда один.

— Один? Без прикрытия? — поплыли вверх брови девушки, — нелегально? Да если тебя поймают, то убьют! Да и сам Портал может быть ловушкой!

— Переживаешь, даже зная кто я такой? — усмехнулся я.

— Переживаю, — буркнула девица, — ты ведь не бессмертный.

— Уверена в этом?

— Да, иначе почему, вернувшись, ты направился в столицу, а не к Башне, туда, где твой настоящий дом, — куда более уверенным голосом чем раньше, выдала Камилла и не успел я осознать, что она не могла слышать ту фразу, как мир перед глазами померк, а я вывалился на кухню квартиры, ровно туда, откуда и зашел в Обитель.

И вот стоял я с внезапно полной чашкой горячего кофе в руках, улыбка не сходила с моего лица, а кровь внутри бурлила как сумасшедшая.

Ее фраза про «дом» могла быть просто совпадением, но то с каким лицом и каким тоном это было сказано, намекало… нет, Камилла говорила прямо, что она слышала наш с Максом разговор.

Только вот как? Я абсолютно уверен, что над Ильретеевкой не было ни единой крупицы астрала…

И ведь получается, что она с самого начала разговора знала, что перед ней стоит Паладин Тьмы и играла со мной?

— Вот же дерзкая девица, — облизнулся я и задумчиво отпил кофе, который на вкус оказался один в один как тот, который приготовил я.

Глава 17

Хрупкая рыжеволосая девушка в платье цвета солнца стояла в кабинете Великой Княгини, привалившись спиной к огромному окну, за которым мирно проплывали белоснежные облака.

Сердечко Камиллы бешено колотилось, мысли слегка путались, а возбужденный взгляд был устремлен на стену, которая была от пола до потолка увешана картинами.

Некоторые полотна, коих на стене насчитывалось более семи десятков, были пусты и заполнялись только с приходом гостей, некоторые динамически сменялись под стать настроению Обители, а некоторые не изменяли своего вида уже сотни лет.

На одну из таких картин и смотрела рыжеволосая девушка, не в силах отвести свой взгляд.

Изысканная картина, что располагалась по самому центру стены, изображала гигантскую величественную Башню. Яркий солнечный свет отражался в ее бесчисленных этажах теплым светом, а у ее основания виднелся полный снующих туда-сюда людей город-крепость, с зелеными полями до самого горизонта.

Это полотно всегда нравилось Камилле.

Еще будучи маленькой девочкой, она часто пробиралась в кабинет Княгини Аглаи и могла любоваться на картину часами.

Несмотря на то, что изображение было статичным, Камилле всегда казалось, что лица изображенных на ней людей каждый раз были разными, а блики этажей светились по-новому.

Подобные мысли и попытки всмотреться в мельчайшие детали изображения, всегда успокаивали Камиллу, вот и сейчас сердцебиение постепенно приходило в норму, дыхание нормализовалось, а волнение ушло.

— Ты его отпустила, — вдруг раздался сплетенный воедино гул сотен голосов, и рыжеволосая девушка лениво повернула туда голову.

Туда, где ее взгляд встретился с пульсирующим мириадами голубых искр силуэтом. Образ сотканной из чистой энергии астрала сущности подергивался так сильно, что в нем было невозможно уловить черты лица.

Они ускользали словно дым сквозь пальцы и наверняка можно было сказать только то, что силуэт является женским.

— А вам разве так сильно хотелось умереть? — не дрогнув, спокойно спросила Камилла.

— Ты не смеешь так разговаривать с нами, наглая преемница, — прошелестел неодобрительный голос Духа Обители, — мы помогли тебе получить знание о Паладине Тьмы… ты должна… должна была понять, какую угрозу он несет. Должна была уничтожить его! Скормить его Ядру и обеспечить процветание Астралу! Мы дали тебе сигнал! Паладин был слаб! Куда слабее, чем был раньше! Вместе мы бы справились…

— Ошибаетесь, он бы нас уничтожил, — убежденно покачала головой Камилла, — и вы бы поняли это, если бы осмелились появиться и хотя бы посмотреть ему в глаза.

— Мы смотрели… — не очень уверенно ответил Дух Обители.

— Тогда вы столь же слепы, сколько и глупы, — пожала плечами рыжеволосая.

После этих слов сущность агрессивно подернулась несколько раз, но делать ничего не решилась и беззвучно подплыла чуть ближе.

— Тогда твои действия нам совершенно непонятны, — прошелестел Дух Обители, — если ты права насчет его силы, то злить Паладина Тьмы тем более было безрассудно и опасно!

— И вновь вы ошибаетесь, — со снисходительными нотками в голосе вздохнула Камилла, — куда опаснее, если Маркус не будет испытывать к нам никаких эмоций. А без интереса, ему будет на нас наплевать. Об этом говорят все его поступки последних недель.

— Ты знаешь его слишком мало и возомнила о себе слишком много, наглая преемница, — недовольно прогудела сущность.

— Сказал Великий Дух Обители, который позволяет тянуть из своего Ядра энергию каким-то безмозглым портальным тварям, — с нескрываемым осуждением в голосе покачала головой рыжеволосая, и пространство вокруг вновь агрессивно задергалось.

— Причина в этом уязвимость! Уязвимость, которую халатно допустила Аглая! И за это она… — разносился по кабинету угрожающий раздраженный шелест.

— Вернется немедленно, — уверенно перебила возглас Камилла и впилась в опешившую сущность твердым взглядом.

— ЧТОО-О-О⁈ — прогремел возмущением увеличившийся в размерах и нависший над хрупкой рыжеволосой девушкой Дух Обители.

— Вы дадите мне поговорить с мамой, наедине, — не моргнув глазом повторила Камилла свое требование и от решимости в ее голосе Дух Обители отшагнул на пару метров.

— Такого уговора не было! Мы…

— Через неделю не сможете даже разговаривать без моей помощи, — фыркнула Камилла и демонстративно перевела взгляд на часы, — и с каждой секундой мое желание найти способ закрыть тянущий из вас силу Портал становится все меньше.

— Тц… — болезненно перекосило сущность и казалось, что пара отдельных голосов попытались что-то возразить наглой девице, но их нестройный возглас захлебнулся в гулком шелесте, а черты лица Духа Обители внезапно начали принимать очертания человеческого лица.

Проявившийся женский образ часто заморгал вполне человеческими глазами, и она медленно посмотрела на свои руки. Сжала и разжала пальцы, провела ладонями по алым щекам, осмотрелась, а потом ее слабый взгляд зацепился за Камиллу, и она без раздумий бросилась к ней и сжала в своих крепких объятиях.

Молчаливые объятия длились целую минуту, и лишь падающие на пол капли смели нарушать эту тишину.

Пусть Камилла и знала, что их время крайне ограничено, но не могла отлипнуть от теплой груди приемной матери, да и не хотела она, чтобы Аглая видела ее слезы.

Ведь она обещала той оставаться сильной несмотря ни на что.

— Я тоже рада тебя видеть, дочка, — тепло произнес Дух Обители голосом Аглаи, и она неспешно отстранилась и окинула взглядом рыжеволосую девушку с ног до головы, — а ты выросла.

— Ни на сантиметр, вообще-то, — шмыгнула носом Камилла и утерла покрасневшие глаза.

— Я не про рост, — улыбнулась Аглая-дух и поцеловала рыжеволосую в лоб, — ты стала гораздо взрослее, но не позволяй эмоциям и возрастающей силе затмить разум.

— Я и не позволяю! Я тщательно все взвесила, как ты учила, — насупилась Камилла.

— Не сомневаюсь, девочка моя, но ты забыла, что еще я учила никогда не игнорировать мудрость Обители, — грозно покачала пальчиком Аглая-дух.

— Хочешь сказать эти старые кошелки были правы? — подняла бровь рыжеволосая.

— Кое в чем, — с типично властно отстраненным взглядом Великой Княгини кивнула Аглая, — правы в том, что манипулировать Маркусом опасно.

— Я и не манипулировала, — упрямо заявила Камилла.

— Знаю, и Маркус знает, но ты прошлась по грани. Да, твоя мысль о том, что необходимо сохранить его интерес к Клану Астрала ради его процветания верная. Однако способ ты избрала… — покачала головой бывшая Великая Княгиня, — ты подумала, что будет, если Маркус догадается как именно ты смогла подслушать его разговор?

— Это невозможно, — качнула головой рыжеволосая.

— Сейчас невозможно, — строго сверкнула глазами Аглая-дух, — но ты дала Паладину подсказку. Не недооценивай его, дочка. Если вдруг Маркус найдет вторую подсказку, то начнет подозревать, а этого никак нельзя допустить. Священный секрет Обители не должен узнать никто! Особенно Паладин! Это первый закон Обители! Ты ведь это понимаешь? Понимаешь, что тогда произойдет?

— Понимаю, — смиренно склонила голову Камилла, — и я буду осторожна, мам, обещаю.

— Хорошо, — удовлетворенно ответила Аглая-дух и приподняв подбородок рыжеволосой, тепло провела ладонью по ее щеке и растворилась в воздухе мириадами затухающих искр.

Камилла осталась одна и спустя несколько минут присутствие Ядра в кабинете исчезло окончательно.

Сама же рыжеволосая девушка облегченно вздохнула, и легко вернув невозмутимость на свое личико, перевела уверенный взгляд на картину с изображением гордого профиля мужчины с перламутровыми глазами.

— Надеюсь, одной подсказки тебе будет достаточно, Маркус, — с легкой улыбкой на устах прошептала Камилла, когда никто не мог ее подслушать, после чего послала в его сторону воздушный поцелуй и выпорхнула из кабинета.

* * *

Я стоял на балконе съемной квартиры, хрустел сочным яблоком и смотрел в сторону слегка припорошенного свежим снегом въезда в теневой квартал.

Кажется, Макс подвез меня к нему впервые целую вечность назад, а на деле с того дня не прошло и двух месяцев.

Удивительно, насколько могут быть насыщенные деньки в отпуске. Если честно, я представлял отпуск немного иначе, но грех жаловаться.

Я сыт, у меня есть крыша над головой, возможность ломать черепушки тварям и с каждым днем моего пребывания здесь, моя сила восстанавливается, а Империя вокруг становится немного лучше.

Хотя уверен, с тем, что мир вокруг становится лучше многие не согласятся, учитывая количество конфликтов, концентрация которых в Империи сильно возросла.

Однако, как справедливо говаривал старик Акс, безболезненно проходят только те перемены, которые нихрена в своей сути и не меняют. Да, великой мудростью тут не пахнет, но со своим покойным наставником в этом вопросе я согласен.

Перекошенный за семь сотен лет стихийный баланс уже потихоньку меняется в пользу человечества, и я это вижу.

К тому же, любой конфликт имеет свойство заканчиваться, особенно когда один из его участников Паладин Тьмы.

Слабо пробивающееся сквозь тучи вечернее солнце не особенно грело, но давало немного тусклого света на дорогу, по которой сновали грузовые машины.

Торговля Клана Теней последние дни пошла в гору и кроме вкалывающих как черти Пахома и Ольги за это стоит благодарить Горемыку, который подкинул пару приятных контрактов с Имперским Министерством.

В итоге мощности Клана были загружены на сто десять процентов и по прогнозам Лексы рост продолжится. Уже сейчас моей помощнице приходится ставить на паузу или замораживать некоторые проекты из-за нехватки ресурсов.

Проблемы поможет решить завершение стройки на земле под театром и создание логистического коридора с Долиной Трех Холмов, но до того момента главной точкой роста Клана Теней остаются люди.

К слову, Таранов сдержал слово, и рекруты из его отдела потекли хоть и не потоком, но неплохим таким ручейком.

Именно это и позволило Пахому на время покинуть рынок Трезубца и вернуться в квартал для «оптимизации процессов».

И часть этой «оптимизации» я наблюдал сейчас воочию, когда внутрь арки теневого квартала ловко занырнул уже третий боевой танк. Все-таки Имперские контракты имеют свои преимущества.

Кот бы заценил новые игрушки, но мой трудолюбивый фамильяр уже час как умчал на прогулку, разминать лапки и точить коготки о тела врагов.

В общем и целом, дела в Клане Теней шли своим чередом.

Сменив съеденное яблоко на наспех собранный сэндвич, я листал свежие отчеты от Лексы и составлял дальнейшие планы.

Столько всего интересного происходило вокруг, что я даже позавидовал своей помощнице, способной оказываться разом в десятках мест.

Но увы, это одна из немногих техник, которая мне недоступна. Вернее, провернуть-то это можно, но слишком геморно. Придется отзывать фамильяров, перераспределять энергию, да и Реликвии с собой не потаскаешь, а к мантии я уже привык.

Настолько привык, что даже не замечаю ее, особенно после того, как она стала частью моих энергетических потоков.

Прикончив сэндвич, я стряхнул крошки с рубашки, потянулся вниз и открыл бутылку Ильретеевского темного из присланной мне на пробу партии. Сказали надо продегустировать срочно, а я и не против.

— Благодать, — улыбнулся я, отпив глоток обжигающе холодного напитка.

Оперативно ребята работают и качество стало только лучше.

С этой мыслью, я закрыл планшет с отчетами и сладко потянулся. Звонок на коммуникатор раздался ровно в этот же момент.

— Привет, дорогая, — приветливо отозвался я.

— Привет, милый, — подыграла мне Лекса, — как провел день?

— Чудесно, — сделав еще один глоток, ответил я.

— «Чудесно» значит, — чуть дрогнул голос моей помощницы, — настолько высоко ты оцениваешь Камиллу?

— Ага, — протянул я и нарочно сделав паузу, добавил, — как собеседницу.

— Я так и поняла, — с едва уловимым облегчением в голосе произнесла Лекса, — узнал что-то важное? Надеюсь, это не координаты очередной деревни алкашей?

— Пивоваров! — внес я ценное уточнение и сделав еще один глоток, вздохнул, — к сожалению нет. Но она подкинула один интересный Портал, который я собираюсь закрыть.

— Вот как… — чуть сбился голос Лексы, — поедешь сам?

— А что, у нас появились какие-то проблемы? — поднял я бровь и еще раз прокрутил в голове события из отчетов, среди которых не было ничего прям срочного.

— Не совсем проблемы, скорее… кхм… возможности, — поспешила внести ясность Лекса, — я закончила восстанавливать часть древних документов, что ты принес, и, кажется, кое-что откопала.

— М? Обрадуй меня, дорогая, — подался я вперед.

— Постараюсь, — игриво усмехнулась Лекса, — фамилию Карпатых помнишь?

— Статуя, которую мы с Мраком упокоили на кладбище, помню, — отозвался я, и перед глазами тут же всплыл образ Воина Ордена с эмблемой боевого крыла Башни на броне, — ты же сказала, что этот Род угас семьдесят пять лет назад.

— Угас, да не угас, — уклончиво пропела Лекса, — в документах, что ты принес, я нашла упоминание о побочной ветви этого Рода, сейчас… Род Карповых, ну-у, вернее не совсем Род, а семья простолюдинов. Пришлось повозиться и сопоставить данные из трех разных источников, но это точно они.

— Они еще живы? — спросил я.

— Насколько я знаю, да, но они неплохо скрываются. Отыскать мне удалось только одного представителя. Наемник Тимофей Карпов, пятьдесят два года. Последнее подтвержденное место пребывания южная застава Миротворец, — доложила Лекса.

— Это все?

— Да, пока это единственный живой человек, которого мне удалось откопать связанным с этими записями. Поверь, Маркус, это непросто. Данные о большинстве фигурирующих в документах лицах стерты из истории намертво, словно таких людей никогда не существовало вовсе. Да и с этим мне скорее повезло, из-за той статуи и его второй фамилии Карпатых. К тому же наше Ядро сейчас хоть и работает, но с перебоями, особенно последние дни.

— Знаю, — кивнул я, — с этим как раз и собираюсь разобраться.

— А, Портал, — тут же догадалась Лекса, — и чем займешься в первую очередь?

— Как раз сейчас об этом думаю, — вздохнул я и поблагодарив свою помощницу, завершил звонок.

После чего раскрыл перед собой голографическую карту коммуникатора, на которой подсветились две метки.

Первая метка принадлежала Порталу, что располагался глубоко на востоке в красной зоне, а вторая метка указывала на заставу Миротворец в самой южной точки Империи. В глубоком-глубоком тылу.

Далековато.

Глянув на время, я понял, что уже почти опаздываю и поспешно свернул карту.

Прикину как быть по пути.

С этой мыслью я вернулся в комнату и сначала потянулся к своей обычной одежде, но в последний момент мой взгляд скользнул на висящий на плечиках начищенный парадный пиджак, который я в итоге и надел.

Ведь у меня как-никак, свидание с высокородной особой. Надо соответствовать.

Глава 18

Я сидел за одиноко стоящим двухместным столиком. Слух ласкала ненавязчивая живая музыка, что разносилась со сцены снизу и журчащий в помещении водопад идеально с ней гармонировал.

С четвертого яруса, на котором я находился, открывался отличный вид на вечерний контингент, который начал стягиваться в «Южный Пантеон». Это место понравилось мне с первого посещения своим антуражем. Что тогда, что сейчас, меня не покидало стойкое ощущение, что создатель интерьера вдохновлялся барными холлами Великой Башни, но подтверждений я этому не нашел.

По документам «Южный Пантеон» принадлежал маленькой частной фирме с единственным директором, а финансирование он получал от Совета. Казалось бы, с такими вводными заведение должно утопать в роскоши и показухе, свойственной аристократам, но ничего подобного здесь не было.

Мрачные стены, украшенные картинами сражений и трофеями. Преобладающий минимализм и темные тона, разбавленные экспонатами иномирных тварей и сотнями ресурсов с поясняющими табличками.

А если вглядеться, то можно было обнаружить витающие вокруг потоки каждой из десяти стихий. Даже Тень не обделили, установив в зоне кухни и хранения стационарные теневые карманы.

Да и весь воздух в помещении был пропитан стихийной энергией, отчего я чувствовал себя спокойно и даже немножечко как дома.

А еще, помимо энергии, в воздухе витал аромат вкусной еды, а на установленных по всему периметру голографических экранах крутили заметки из имперского бестиария, чередуя их с видео нарезками из эпичных сражений различных Стражей, среди которых мелькал в том числе и я.

Этот факт явно заметила миловидная официантка в коротком белом платье, которая больше, чем того требовалось, задержалась у столика, принимая заказ. При этом девушка ничего лишнего не говорила, но ее взгляд и язык тела одаривали меня недвусмысленными намеками.

И последнее время подобное происходило со мной все чаще.

Имя Маркуса Темного уже стало знакомо чуть ли не каждому аристократу в столице, а мои «подвиги» и мелькание в новостных сводках только подливали масла в огонь под названием «холостой будущий Князь».

К слову, о статусе Князя. За последние недели я неплохо так приблизился к титулу, к которому поначалу не очень-то стремился. Да и сейчас у меня появилось немало сторонних зацепок к прошлому Ордена, но все равно терминал оставался самым кратчайшим путем к ответам и от получения доступа к нему меня отделяло два пункта.

За это время из трех необходимых условий для официального становления Князем я выполнил только условие «статусности», зарегистрировав свой Род Темных.

Но условие «силы» и «состоятельности» никуда не делись.

Первое требовало от меня как минимум четвертой категории Стража, при моей нынешней шестой.

Второе же требовало финансовых гарантий в виде девятизначной суммы на счетах.

И если категорию Стража я добью точно и это полностью зависит от меня, то с финансами чуть сложнее.

Правда, прогнозы моего личного финансиста по имени Лекса весьма благоприятные. Да, в данный момент все доходы уходят на развитие моих территорий, реконструкции и строительства, но это ведь не может продолжаться вечно, скоро объекты станут приносить деньги, и бремя заботы о финансовом благополучии Клана Теней не будет держаться на моих плечах и добыче с Порталов, но это не точно.

Особенно учитывая, что сейчас это не объекты, а черная дыра, всасывающая деньги… должен признать, что за семь сотен лет строительство весьма подорожало, это еще не говоря о том, что численность Клана Теней растет с каждым днем и людям надо платить и платить хорошо.

Хотя я не жаловался. Да, денег хватало впритык, расходы росли вместе с доходами, но это всего лишь деньги. В этом всем меня лишь немного напрягал тот факт, что Лекса знает о моей бухгалтерии больше, чем я, с другой стороны, мне вполне достаточно знать, что денег недостаточно и нужно больше.

В этот момент захотелось сорваться в ближайший перспективный Портал прямо сейчас, но сбегать со свидания это не по-мужски.

Даже если твоя дама опаздывает.

Передав миловидной официантке заказ, я скользнул взглядом по коммуникатору и прочитал очередное сообщение от Князя Воды. С момента пробуждения Полины он стал более разговорчивым и даже немного навязчивым. И это несмотря на то, что фактически все дела с Кланом Теней водник вел через Лексу, но, может, он так признательность и уважение выражает, я не знаю.

Хотя сообщения, надо признать, присылает водник весьма приятные.

Вот сейчас он прислал мне на подпись документ. Вроде бы ничего необычного, но открыт он был на странице, где указывалось, что все объекты Клана Теней поставлены в высший приоритет его строительного распорядителя. Да, Князь Воды не только вернул свою строительную бригаду, но также выделил по бригаде на каждый из моих объектов, а также арендовал все свободные площади в здании с баром «У-Гроза» и недвусмысленно намекнул, что готов и дальше развивать экономические связи.

И как вишенка на торте, мне был выписан именной пропуск на посещение горячих источников в любое время дня и ночи. Правда, только на мое имя. Странно, как Лекса это пропустила, ну да ладно.

Надо будет найти время этим приглашением воспользоваться, а то старик Акс меня проклянет вместе со своей шайкой дохлых Магистров за игнорирование такой ценной возможности. Соберутся там в своем магистерском аду в кружок и нашлют на меня старческую порчу облысения или еще чего похлеще.

От одной мысли меня аж передернуло и в этот момент периферическим зрением я уловил движение и поднялся на ноги.

— А ты времени зря не терял, — одарила меня вызывающим взглядом подошедшая к столу Виктория Луговская.

Выглядела юная Княгиня эффектно. Темно-зеленый брючный костюм, обтягивающий в нужных местах. Деловая и умеренно-откровенная рубашка под расстегнутым пиджаком и висящее на хрупких плечах меховое пальто.

Макияжа на изящном личике Виктории не было, а естественную красоту были призваны подчеркнуть украшения из нефрита и платины, княжеский многосоставный амулет и нефритовые серьги, в которых я узнал собственный подарок.

Венчала же образ Княгини Природы тонкая диадема из пульсирующего энергией иномирного металла, который гармонично утопал в пышной волнистой прическе цвета нефрита.

— Ты о чем? — галантно помог я с пальто и пододвинул стул даме, после чего расположился напротив.

— О той девке, — кивнула Виктория Луговская себе за спину, — шла тут и шепталась про «особенного» красавчика, у которого принимала заказ своим лучшим методом, — с милой улыбкой добавила Виктория.

— Ничего не могу поделать со своим обаянием, — развел я руками и в этот момент нам принесли заказанную мной ранее бутылку вина.

Миловидная официантка разлила напиток по бокалам и на этот раз вела себя очень сдержанно и целомудренно. Даже слишком, я бы сказал, ведь сейчас она боялась даже смотреть в мою сторону.

Ну да. Никакой «особенный» красавчик не стоит гнева Княгини, известной своими боевыми достижениями. Ведь на голографических экранах «Южного Пантеона» подвиги Стража второй категории Виктории Луговской крутили куда чаще, чем мои и о силе и нраве девушки местные знали не понаслышке.

— Похоже, мое «обаяние» тоже неплохо работает, — улыбнулась довольная реакцией бедной официантки Виктория Луговская и отпила из бокала, — недурно, необычный сорт. Что-то из старого?

— По мне так из свежего, — тоже попробовав вино, произнес я и добавил, — наш общий знакомый водник посоветовал.

— Из свежего, — искренне засмеялась юная Княгиня Природы, — это ведь «Озерная Кровь»! Ему две сотни лет как минимум, а таких бутылок осталось не более сотни во всех погребах столицы.

— Так ты знаток? — удивленно поднял я бровь и отпил еще раз.

Ничего не изменилось. Вино как вино.

— Немного, — пожала плечами Виктория, — издержки воспитания наследной принцессой Клана.

— Но все же тебе больше нравилось не изучать историю, а ее творить, — констатировал я, кивнув на голографический экран, на котором как раз транслировался момент, где воительница с развевающимися по ураганному ветру нефритовыми волосами рвет на части воздушными серпами ползущего по стене бурого хамелеона.

— Да-а-а, хороший был денек, — с искренней улыбкой вздохнула юная Княгиня, — случился внезапный Прорыв на границе красной зоны в районе тридцать пятого километра стены. Мы там как раз в лагере неподалеку запасы пополняли, когда затрубила тревога. Хамелеоны незаметно прошли все радарные точки и решили по стенам полазить. На видео как раз их вожак. Крепкая ящерка попалась! О! А знаешь, чем в этот момент занимался наш Берти?

— М?

— Как только мы подоспели, на стенах был сущий кошмар, и я попросила его сдержать натиск тварей снизу, чтобы успеть разобраться с уже перебравшимися. Я думала, что Альберт просто встанет внизу и заагрит всех на себя, а он взял и убежал в лес. Вместо того, чтобы просто отвлечь часть волны на себя, он стал валить деревья, на которых кучковались перед атакой Хамелеоны. Так, не обнажая клинок, он отправил на тот свет тварей больше, чем вся остальная линия обороны стены вместе взятая. Его потом еще полгода дровосеком обзывали и предложениями поработать на лесопилках заваливали… и «дровосек» это еще безобидно на фоне десятков других прозвищ. Знаешь, Маркус, у Берти специфический склад ума и получалось, что даже к самой простой задаче он подходил нестандартно. Пожалуй это, наряду с бесстрашием и упорством и выделяло его среди прочих Ратников. Сколько же проблем он тогда доставлял окружающим… а потом его в телохранители взяла себе я.

— И надрессировала? — усмехнулся я.

— Вообще-то, при мне он не особо изменился, — театрально оскорбившись, покачала Княгиня Природы пальчиком, — ну, разве что к его доминирующим чертам добавилась преданность и слава одного из сильнейших Ратников в Империи. И не меньшую роль чем Сила, в этом сыграла медийная известность Альберта, пришедшая через сумасбродные и граничащие с безумием героические выходки на передовой. Это сейчас Берти паинька-комендант, называет тебя босс, занимается строительством и учит рекрутов. О нем не слышно в новостях… хотя это, пожалуй, к лучшему. Спокойное время позволило ему увидеть и развить свои лидерские качества и доброту, которые у него всегда скрывались под слоем стали и бахвальства. Так что, Маркус, тут скорее ты его надрессировал, — с широкой улыбкой подвела итог Виктория Луговская и потянулась к бокалу.

— Ну, надо признать, что Порталов на вверенной ему территории Берти закрывает ничуть не меньше, чем закрывал с тобой, — подметил я.

— Не сомневаюсь, — с легкой завистью грустно вздохнула юная Княгиня Природы, — но уверена он скучает по переднему краю также сильно, как и я.

— Хочешь провести следующее свидание на Великой Стене? — абсолютно серьезно поинтересовался я.

— А будет следующее? — сверкнула нефритовыми глазками Виктория.

— Если ее княжеское сиятельство сможет оторваться от своих важных столичных дел, — кивнул я.

— Княжеское сиятельство подумает, — манерно поклонилась юная Княгиня, после чего в выражение личика девушки добавились нотки серьезности она протянула по столу деревянную шкатулку.

Выглядела она очень старой, можно сказать древней. А в едва видимые щелочки пробивался тускло-зеленый свет.

Но обратило мое внимание не свечение, и даже не стихийный ответ, который робко пробивался сквозь магию печати.

Мое внимание привлек вырезанный на крышке знак Ордена Аргуса.

Я подался вперед, коснулся шкатулки. Теплая.

Провел пальцами по ребристой поверхности и по граням герба, убеждаясь, что он подлинный.

— Я слышала ты ищешь подобные вещи, — дождавшись, пока я уберу руку, произнесла Виктория.

— Дорогая штучка, — произнес я, поднимая взгляд на пульсирующие нефритовой энергией глаза Княгини.

— Бесценная, — подтвердила Виктория Луговская, — эта Реликвия хранилась в сокровищнице Рода Луговских четыре сотни лет. Как и при каких обстоятельствах она попала к нам достоверно неизвестно, но случилось это во времена войны с Востоком. При этом открыть ее никому из моих предков так и не удалось, а из уст в уста передавалось придание. По понятным причинам мне его отец передать не смог, но я помню, что он больше всего на свете боялся, что однажды за шкатулкой явится ее хозяин и обрушит накопленный поколениями гнев на наш Род. Я ему не очень верила, так как шкатулка всегда казалась мне тщательно охраняемой древней безделушкой, до которой никому нет дела, но вот на днях появилось это свечение, а источаемая ей стихийная энергия вдруг возросла в десять раз и продолжает расти.

— Думаешь ее владелец или его потомок вернулся? — покосившись на шкатулку, спросил я.

— Уверена в этом, — подтвердила юная Княгиня.

— Кто?

— Старейшина Храма Мори, — не моргая произнесла Виктория, — шкатулка начала реагировать в тот день, когда он прибыл в столицу. К тому же, на сегодня у нас назначена с ним аудиенция, и Старейшина настоял, чтобы встреча прошла в нашем особняке. Именно том, где находится сокровищница. А также этот хитрый старик, в отличие от других восточных гостей, не назначил ни одной другой встречи. Ему нужна только я. Возможно, я преувеличиваю, но лучше если в момент аудиенции, шкатулки в особняке не будет. А подумав, я поняла, что ты единственный, кому я могу доверить Реликвию Рода. К тому же сомневаюсь, что кто-то еще сможет ее коснуться, — кивнула она на мои невредимые пальцы.

На некоторое время повисла пауза, после которой Виктория Луговская убедилась, что сквозь выставленную на лестнице охрану из двух амбалов никто посторонний на наш ярус не зашел и подалась вперед.

— Так что скажешь, Маркус. Можешь ли ты придержать у себя Реликвию, пока этот Старейшина не покинет столицу? Взамен ты можешь изучить ее, а когда вернешь обратно, дам доступ ко всем архивным данным Клана Природы по Падшему Ордену, — напряженным шепотом, словно боясь, что нас могут услышать, произнесла Виктория Луговская и отстранилась обратно.

Ее пышная грудь вздымалась от учащенного дыхания, а губы были напряженно поджаты. Похоже, ей пришлось пойти на немалое количество компромиссов, чтобы принести чужаку Реликвию Клана.

— Без проблем, теневой карман Главы Клана Теней к вашим услугам, ваше сиятельство — произнес я и, дождавшись подтверждающего кивка, убрал шкатулку во внутренний карман.

Обычный карман, к слову.

И как только это произошло, Виктория Луговская облегченно выдохнула и ее напряженные плечи расслабились, словно тяжеленный камень свалился с ее хрупких плеч.

И я могу ее понять.

Ведь стихийный ответ, излучаемый Реликвией, принадлежал Паладину Природы Янусу. А внутри наверняка содержалась часть его знаменитого Посоха, в котором была заключена вся его сила. Не очень типично для одаренного помещать всю силу в предмет, но в оправдание Януса стоит заметить, что технически Посох являлся частью его самого.

Вернее, в Посох он переместил свой внутренний источник целиком, сделав тот частью себя.

В Посох Янус поместил тот источник, который отвечал за Стихию Природы. Сам же Янус был уникумом с двумя активными источниками, второй из которых он на людях никогда не использовал и постоянно маскировал.

Даже я не знаю к какой Стихии принадлежал его второй источник. Да и не важно в общем-то, ведь Янус использовал его исключительно на усиление силы Посоха, один взмах которого мог стереть с лица земли целую деревню.

Техника была бы одной из самых разрушительных массовых техник среди всех Паладинов, если бы не ограничение, что уничтожению подвергаются лишь созданные человеком предметы, а природа и сами люди остаются нетронутыми.

Впрочем, и убивать Янус тоже умел, любил, практиковал, а внутри Порталов любой Стихии кроме Природной, его техника аннигилировала все, что видела только в путь, и редко какая тварь могла пережить встречу с этим Посохом.

Вызвать у этой штуки отклик весьма непростая задача и если Старейшине Дома Мори это удалось, это впечатляет и я хочу знать как.

Признаюсь, в подробности биографии приехавших в Империю восточных гостей я не особенно вдавался, как ты был занят другими делами. Но ничего, это дело поправимое.

Спустя несколько минут, после того как Реликвия покинула стол, и Виктория ощутимо расслабилась, нам, наконец, принесли еду.

Это были заказанные мной три вида блюд, главным среди которых был портальный ягненок в медовом соусе. Тот самый, которым меня угостила Вика в первый день нашего знакомства в ресторане Форт-Хелла.

Темы разговора быстро перешли на более приземленные и простые. Мы болтали, ели мясо и закуски, пили вино и в целом проводили типичное свидание парочки, словно ничего не произошло… словно весь мир вокруг нас остановился.

И, по ощущениям, так и было. Я искренне наслаждался приятной компанией девушки. Она охотно делилась тяжкими буднями Княгини, жаловалась на бюрократию и недосып, хвасталась, что была в Портале Трезубца аж трижды и теперь вынашивает идею однажды взять отпуск на недельку и пойти на зачистку второго яруса.

И вот так пролетело время и после того, как самые животрепещущие темы для разговора были исчерпаны, а Виктория получила от меня обещание взять ее с собой на свидание у стены, юная Княгиня Природы попрощалась, и со вздохом ушла по своим срочным княжеским делам.

Я же остался за пустым столиком один.

Вокруг играла тихая музыка, миловидная официантка оставила счет, а я смотрел на голографический экран, где на этот раз крутили видео, как блондин в белом рассекает голубой вспышкой огромную грибоподобную тварь.

Причем снято было так, словно оператор тоже участвовал в бою, но на самом деле это все фишки стихийной эволюции. Помнится, когда мне Лекса объясняла, как это работает, я даже не сразу понял. Дело в том, что видео воссоздается специально адаптированной стихийной техникой с помощью данных из астральной сетки. Далеко не любое событие можно воссоздать этой техникой, но астрал обычно очень тонко реагирует на вторжения тварей в наш мир и поэтому довольно большую часть этих боев можно увидеть на видео в хорошем качестве.

Эксклюзивно в «Южном Пантеоне».

Когда видео с расчленением гриба закончилось, я окинул огромный центральный зал заведения взглядом еще раз.

Зал, где бок о бок работали слуги каждого из членов Совета. Даже из Клана Света ребята были и работали как ни в чем не бывало. Так, словно нет никакой междоусобицы, и их Князь не является изгоем и почти предателем.

Смотря на это, мне стало даже интересно, кто этот смельчак директор фирмы, который умудряется сохранять здесь безопасную зону, спокойствие и порядок, несмотря на события в столице.

Подумав об этом, я допил остатки вина в бокале, после чего уже собрался вставать, как коммуникатор вдруг пикнул сообщением.

— И все-таки на восток, — хмыкнул я на прочитанное, и положив чаевые на стол, поднялся на ноги и направился навстречу бессонной ночи.

Глава 19

— Ты с ума сошел⁈ В каком смысле Маркус знает⁈ — воскликнула Диана и подорвалась с места.

Ее округленные глаза источали сложную помесь ярости, возмущения и обиды. А спустя несколько секунд туда добавились и нотки страха, но девушка старательно их скрыла.

— В прямом смысле, — и бровью не повел на поведение своей невесты Максим, лежа развалившись на диване своего кабинета.

— Ладно… допустим, — закусила губу Диана и начала судорожно соображать, — тогда где договор о неразглашении с печатью Смерти, ну или хотя бы Астральной… он ведь его подписал?

— Договор? А… не, ничего Маркус не подписывал. Да я и не предлагал, — отмахнулся Макс и не глядя метнул голубой дротик четко в мишень.

— КАК ЭТО НЕ ПРЕДЛАГАЛ⁈ — нависла над ним женская фигура настолько резко, что блондин вздрогнул и уронил два оставшихся дротика.

— Ну вот, — с досадой покачал тот головой и потянулся их подобрать, но был остановлен твердым как скала взглядом Дианы.

Поняв, что девушка уже на грани, Макс отвлекся от игры, подтянул ноги под себя и занял на диване сидячее положение.

После чего попытался положить руки на плечи наклонившейся к нему в порыве ярости Дианы, но та отстранилась, злобно скрестив руки на груди.

— Да не переживай ты так, Диан, — натянул успокаивающую улыбку на лицо Макс, — Маркус никому не скажет!

— С чего ты это взял⁈ — угрожающе сверкнула глазами Диана, — ты ведь в курсе, что у него в друзьях весь Совет⁈ Ты осознаешь последствия подобной утечки⁈

— Ну не прям весь… да и не будет никакой утечки, — со смешком покачал головой Макс, — мы можно сказать… обменялись с ним секретами. Типа бартера.

— Так он у нас тоже обманывающий Аргус Князь? — скептично фыркнула Диана.

— Не совсем, — отвел взгляд Макс, чем вызвал у своей невесты буквально рычание.

Диана стояла и была готова разорвать своего жениха на части, на миг позабыв о том, что перед ней сидит Князь.

Но такое периодически случалось, ведь все восемнадцать лет парнишка перед ней жил жизнью молодого и талантливого одаренного под именем Максим Яркий, а свой истинный статус проявлял крайне редко, почти полностью отдав бразды правления Максимиллиану-старшему.

О своих прямых обязанностях Макс вспоминал только с подач и пинков Дианы, которая была одной из трех людей, что знали секрет настоящего Князя Молнии. Вторым был старик, представляющий Клан Молнии в Совете, а третьей была покойная Княгиня Астрала Аглая.

— Ну и какой у него секрет? — после минуты напряженного молчания, сухо спросила Диана.

Но Максим ничего не ответил, делая вид что рассматривает весьма интересный узор на обоях.

— То есть ты не можешь сказать даже мне⁈ — подняла бровь девушка, от которой у Максима никогда не было никаких секретов.

— Не могу, — подтвердил Макс и пространство буквально завибрировало от астрального напряжения.

— Мне этот тип сразу не понравился! — прорычала Диана и плюхнулась на кресло, агрессивно сложив ногу на ногу, — а ты его слушаешься, как собачонка! Никого не признавал и не подпускал к себе восемнадцать лет, а тут на тебе, нашел себе хозяина. Он кто? Внебрачный сын Императора? Король Севера? Или может, живое воплощение самого Аргуса?

— Диан, я не могу сказать, — никак не реагируя на предположения, ответил Макс, — это не мой секрет. Тебе достаточно знать, что Маркус мой друг. И поверь, он нормальный парень.

— Ахах, ну да, «нормальный парень»! — истерично вырвалось у Дианы, — именно поэтому ты рассказал ему секрет, способный обрушить на твой Клан гнев Аргуса? И как много ты Маркусу рассказал? Что Астрал помог тебе провести фейковую коронацию? Что это из-за тебя Аглая годами не могла покинуть Обитель, так как восстанавливала свои силы? Что ваши отношения с Кланом Астрала куда глубже, чем приятельские? Может, ты рассказал ему кем был твой истинный предок и какую роль он сыграл в войне двести лет назад?

— Ничего такого я не говорил, — возмутился Макс, — я просто признался, что я действующий Князь Молнии Максимиллиан Третий, а старик мой дублер. Без подробностей.

— И это ты называешь «без подробностей»⁈ — поплыли вверх брови Дианы, — ты ведь ему назвал настоящую фамилию своего предка! Фамилию, которую даже Аргус считает мертвой, иначе ты был бы уже мертв! А ты просто так взял и назвал ее⁈ И Маркус ничего не спросил?

— Да он вообще не особенно бурно отреагировал, — пожал плечами Макс, — я же говорю, Маркусу до этого нет дела.

— В каком смысле нет дела? Он подумал, что всплывшая у действующего Князя проклятая фамилия это просто шутка такая?

— Нет, Диан. Маркус просто не знает о столетней войне, — беззаботно пояснил Макс.

— Как о ней можно не знать? Ведь одним из ее последствий стало уничтожение Клана Теней, — скептично хмыкнула Диана.

— Зная секрет Маркуса, полагаю, он не посчитал это важным. Да и данные во всех открытых источниках потерты, тебе ли не знать, — заметил Макс, — впрочем, даже если бы Маркус и понял секрет моей семьи, ему бы было наплевать.

— Никому бы не было наплевать, если бы он узнал, что один из потомков проклятой десятки жив. Аглая столько сил потратила, чтобы обмануть Аргус и было всего три условия! Не пользоваться терминалом, не пользоваться Родовой силой и никому не рассказывать. А ты уже нарушил два правила, Максим! — покачала головой Диана, демонстративно включив на планшете видео с геройским уничтожением грибоподобной твари, — ты засветился! А после смерти Аглаи, из потомков десятки остался ты один!

— Мы этого не знаем, — не согласился Макс.

— Аглая всю жизнь искала других, но ничего не вышло. А раз не вышло у нее, значит никого больше не осталось… а теперь и ты в опасности. Что теперь делать, Макс?

— Как что, играть свадьбу, — с улыбкой поднялся Максим и внезапно впился в губы своей невесты.

Этот жест немного успокоил девушку, которая на самом деле была куда больше напугана, чем зла.

Без Аглаи их секрет и так оказался в опасности и далеко не факт, что Камилла, когда получит к нему доступ решит сохранить его в тайне. Диана все время старалась находиться рядом с ней, чтобы в лучшем случае склонить рыжеволосую на свою сторону, а в худшем, успеть отреагировать.

Но вот Максим… его безалаберное поведение никак не укладывалось у Дианы в голове. Однако, отстранившись после поцелуя, девушка увидела в голубых глазах юного Князя непоколебимую уверенность и ей самой от этого становилось немного спокойнее.

Доверившись этому чувству и этому взгляду, Диана отпустила ситуацию и дышать ей стало немного легче.

— Ты ведь не передумала насчет свадьбы? — настороженно спросил Максим, уловив изменение в дыхании девушки.

— Еще чего, — фыркнула она и подняла со стола планшет с открытой схемой свадебной рассадки, — ну ты хотя бы у этого своего Маркуса спросил, с плюс один он придет на церемонию или в одиночку?

— Ой… — только и успел ответить Макс, перед тем как белоснежный планшет смачно прилетел ему прямо в лоб.

* * *

Я сидел на огромной каменной стене, беззаботно болтал ногами и смотрел в непроглядную тьму леса впереди. Забавно, что еще два часа назад я дал обещание Вике устроить тут свидание, а сейчас сижу тут один.

Но ничего не попишешь. Воспользоваться пространственным древом она бы не смогла, а учитывая то, что я узнал, действовать надо быстро.

— Эх, Нобу Нобу, что же ты наделал, — вздохнул я, поглядывая на присланный снимок.

Новость о том, что наш бравый герой Империи Самурай Нобу в срочном порядке покинул столицу и уже пересек восточную границу, насторожила меня. А тот факт, что с ним на границе была замечена связанная по рукам и ногам синеволосая девушка, насторожил еще больше.

Первым делом я связался с Лексой и она подтвердила, что никаких резких движений в стане Клана Воды не происходит, а официальный статус Амелии значится как «в отпуске».

И тут может быть всего два варианта. Либо Князь Воды еще не в курсе, что маловероятно, либо сам дал на это добро.

Третий вариант, при котором девушкой в машине Нобу является не Амелия, я отмел сразу. Пусть сделан снимок на захолустном контрабандном пограничном пункте, его автором является один из Жнецов, который курирует этот подземный переход Организации.

Бес утверждал, что эти ребята до фанатичного лояльны ему и скорее умрут, чем предадут, поэтому не верить им причин у меня не было. Да и к тому же снимок был получен Бесом спустя минуту после тайного перехода, за который Нобу отвалил немалую сумму синдикату.

А уже спустя полторы минуты этот снимок получил я. Еще один плюсик от того, что глава крупнейшего криминального синдиката в мире на моей стороне. Сети Организации Беса простираются весьма далеко.

Скорое расследование Лексы по горячим следам определило, что последний раз Нобу был замечен в горах за восточным районом столицы. Это подтверждается найденной там в лесах наградой за доблесть, а дальше его след теряется, так как хитрый Самурай применил технику сокрытия своего присутствия.

Также Лекса подтвердила, что никаких требований, заявлений или иной информации от Дома Идэ не поступало, а значит, это не банальное похищение.

Но тогда почему я сейчас сижу здесь? Сижу на стене в пяти километрах от Форт-Хелла и смотрю на восток. С этой мыслью я открыл на коммуникаторе карту, где теперь пульсировали две выделенных точки.

Первая, это указанный Камиллой проблемный Портал в границе красной зоны.

А вторая это обширная территория Храма Идэ, которая, вот совпадение, находится всего в сорока километрах от этого Портала.

Да и совпадение ли?

Камилла говорила про «удочки», «официальный проход» и «экспедицию», которую смогла бы организовать через восточные земли за неделю.

Однако по пути сюда я начал изучать нашего Восточного соседа получше и узнал, что они не принимают чужаков вот уже сотню лет. Все их земли закрыты на въезд и священны. Именно поэтому Империя им отвечала тем же и недавнее потепление в отношениях носит пока односторонний характер.

Выходит, Камилла либо что-то знала и умудрилась выбить из восточников нарушения столетнего запрета, либо же, что вероятнее, «экспедицией» она называла военное вторжение. Тогда понятно, почему она так запереживала, что я поеду туда один.

И ведь даже так, ничего не сказала, засранка мелкая.

И едва я об этом подумал, как раздался звонок.

— Легка на помине, — хмыкнул я и взял трубку, — соскучилась?

— Да, — неожиданно ответила невинным звонким голоском Камилла, — еще не передумал идти туда один?

— Не-а, — отозвался я и для проформы осмотрелся вокруг, но, разумеется, никаких признаков слежения не заметил.

Я пока не разобрался, как мелкая это делает, но обязательно разберусь. Не люблю, когда за мной подглядывают.

— Точно? Один звонок и уже к утру у тебя будет маленькая диверсионная армия, — пообещала рыжеволосая.

— Хм… — задумчиво потер я подбородок, — а использовать свой магический звонок для создания обратного эффекта сможешь?

— Э-эм, — чуть замялась Камилла, — хочешь, чтобы, наоборот, никто ничего не предпринимал?

— Именно.

— Все же ты правда собрался все делать один, — раздался смиренный вздох.

— Так сможешь или нет?

— Смогу выиграть пару дней, но ничего не обещаю. Князь Воды от происходящего не в восторге. О том ведь, что ты туда отправился распространяться не стоит? — уточнила она.

— Не стоит, — подтвердил я.

— Князь Воды уже активно ищет сестру… сдержать его сложная задачка, — театрально напряженным голоском пропела Камилла.

Все-таки водник пока не в курсе. Любопытно.

— Сложная говоришь… неужели сложнее, чем закрыть Портал способный тянуть силу из Обители? — с легким вызовом в голосе спросил я.

— Ты прав, не сложнее, — поняла намек и тут же отбросила свои игры Камилла, — я все сделаю, еще что-нибудь? — игриво поинтересовалась она.

— Пока достаточно, — спокойно ответил я и завершил звонок.

Эх, ситуация в Империи только-только начала успокаиваться и не совпадение, что кто-то пытается расшатать ситуацию и открыть второй фронт на востоке. Князь Воды сейчас председатель Совета, а ситуация с Полиной сделала его слишком эмоциональным. Думать головой воднику сейчас дается тяжеловато, а сердечко у него слишком ранимое. Да и в целом Клан Воды пылинки сдувает со своей гениальной Амелии.

Не нужно быть пророком, чтобы понять, что если водники отреагируют слишком резко, то о дружбе с Востоком Империя может забыть.

Однако как бы я ни пытался, разглядеть в похищении след наших известных врагов у меня не получалось. Наоборот, Нобу искренне ненавидел запад… разве что в горах он встретил Князя Света и тот промыл ему мозги… но нет, Кот бы засек такую активность.

Вопросы-вопросы.

Вздохнув, я откинул рассуждения прочь и прислушался к себе.

— Пожалуй, достаточно, — констатировал я результат беглой проверки и поднялся на ноги.

Все приготовления были завершены, а энергоканалы готовы.

Не уверен, что они выдержат, но дороги назад уже нет. Прошлый заход в красную зону ясно показал, что моей нынешней силы недостаточно, и хоть связь со стихией Тьмы со дня убийства Камнееда выросла всего на полпроцента и составляла сейчас 39,12%, я принял решение открыть четвертый Путь.

В отличие от первых трех, этот можно было классифицировать как атакующий, хоть и с некоторой оговоркой. Старик Акс называл эту оговорку «мечтой мазохиста», но я не обращал на его едкие замечания внимания.

Хотя доля правды в его словах была, ведь применить я этот Путь мог только на тех тварей, которые нанесли мне урон.

Речь идет о Пути Возмездия, который связывал с миром Тьмы мою кровь.

В принципе, было достаточно одной капли, чтобы я использовал эту связь и призвал Тьму отомстить обидчику, но обычно я применял этот Путь против особо опасных громадин, ведь «Возмездие Тьмы» работало как однозарядная базука с длительной перезарядкой.

Минута в моих прошлых кондициях.

Сейчас же, если смогу жахнуть пару раз в сутки, уже хорошо.

Применение этого Пути весьма ограниченное, площадь поражения не особо большая, но разрушительная мощь атаки покрывает все минусы. А еще это самый «дешевый» из всех оставшихся неоткрытыми Путей и по сути выбора у меня особого нет.

Выполнив пару десятков приседаний и легкую разминку, чтобы разогнать кровь по венам, я сделал финальную проверку внутренних запасов.

Ну, на процентов двадцать пять от необходимого для открытия Пути количества хватит. Остальное же придется набивать в процессе.

Да, таков был мой план.

Крошить тварей и пополнять внутренний источник быстрее, чем открывающийся Путь его поглощает.

Звучит просто, а на деле, как я и сказал, дороги назад не будет. Либо я открою Путь, либо он сожрет меня изнутри.

Однако никакого страха у меня не было и в помине. Также, как не было и сомнений в успехе. Все-таки впереди меня ждет красная зона как никак. Самое опасное и заселенной тварями место на планете. Их энергии должно хватить.

Потерев разгоряченные ладони, я сделал глубокий вдох, а на выдохе энергоканалы раскалились, и пожираемая с чудовищной скоростью энергия яростным огнем потекла по телу.

Волна чистой силы охватила меня с ног до головы, я отчетливо, словно часть себя, ощутил развевающуюся за спиной теневую мантию и, включив ее энергетические потоки в свою маленькую игру, с хищным оскалом сделал шаг вперед со стены.

Глава 20

Внутренний источник горел огнем. Энергия магмой струилась по венам, раскаляя сердце. Каждая клеточка тела отзывалась силой. Нет, не так. Отзывалась СИЛОЙ.

Приятно.

Для того, чтобы провернуть фокус с открытием четвертого Пути, пришлось немного обмануть собственный мозг, приправить это точечным контролем, и на выходе получилось внутреннее пламя достойное уровня Паладина.

Дело за малым. Вовремя подкидывать в это пламя дровишки и не сгореть в процессе.

Непроглядная тьма ночного леса сменялась мутно-серыми вспышками, и за пять длинных теневых прыжков я буквально влетел в границу красной зоны, выбросив себя из мира Теней в двух метрах над кронами деревьев.

Мгновения обзора с высоты хватило, чтобы определить направление и, приземлившись на свои две, я устремился к ближайшей цели.

Принявшая свою первозданную форму мантия развевалась по ветру, спину грел вышитый на подкладке герб Ордена, а магистерские руны светились перламутром, резонируя с огнем моего источника.

Левую ладонь плотным слоем окутывала энергия Тьмы, в правой блестел «Коготь Пустоты», а в груди приятным теплом разливалось предвкушение и охотничий азарт.

Первая жертва, возомнившая себя хищником в этом лесу, ждала меня под деревом прямо по курсу и уже напружинила лапы для внезапной атаки.

Черный тигр в полной маскировке частично сливался с пространством, затаил дыхание и был полностью уверен в своей невидимости и идеальности позиции, но, когда я глянул прямо на него и улыбнулся, уверенности у тварюшки поубавилось.

— Ну, приветик, — сверкнул я глазами, и за миг до того, как замешкавшаяся тварь прыгнула, я скрылся в тенях.

Мгновение, я оказываюсь у тигра за спиной и одним взмахом «Когтя Пустоты» разрубаю его крупную тушу надвое, попутно зацепив метившую ему в затылок полупрозрачную змею.

И еще до того, как я завершил движение, у меня под ногами зашевелились корни.

Похоже, дни этого подслеповатого тигренка и так были сочтены, но красная зона — это не место для слабых.

Шипастые корни под моими ногами были с этим согласны, и еще до того, как я успел перебросить центр тяжести, устремились к моим ногам, однако оплести им удалось лишь воздух, так как я подкинул свое тело, ухватившись рукой за ветку над головой.

После чего, вихревым взмахом клинка я разрубил все окружившие меня в воздухе злобные корешки и вновь опустился на ноги. Полусекундой спустя приземлились и разрубленные ошметки корней природной твари, а мой взгляд уже безошибочно смотрел в сторону наглого сорняка.

— Сорви, — прошептал я, и во мраке леса, аккурат над спрятавшейся за кустарником твари, проявилось облако Тьмы и гильотиной срубило хищное растение.

Мчавшие в этот момент в мою сторону новые корни тут же остановились и скукожились, а в пространство вернулась тишина, нарушаемая лишь шелестом листьев на ветру.

Все это произошло за пару секунд, спустя которые я поочередно скормил Тьме тушки своих жертв и устремился дальше.

Полученная от них стихийная энергия лишь капля в море требуемой энергии, но начало было положено.

Я мчал прямо вглубь красной зоны и чем дальше пробирался, тем больше становилось тварей вокруг.

Тварей ползущих, летающих, кусающих и царапающих. Вместе с количеством, увеличивалась их хитрость и сложность засад, но я пер напролом, с легкостью прорезая лесных «хищников» как нож масло.

Впрочем, я не особенно обольщался, ведь это было самое начало красной зоны. Мелководье, где обитали слабенькие твари, вытесненные из более злачных мест существами посерьезнее.

Эта мелочь паслась здесь, вынужденная питаться крохами витающей в воздухе стихийной энергии, ну и друг другом.

Выживает сильнейший. И здесь это правило работает особенно наглядно. Красная зона — это одна большая мясорубка. Мясорубка, в которую пришел новый хищник.

Так, цепляя по мере своего продвижения вглубь всех тварей на пути, я брал курс на самые сильные источники стихийной энергии и истреблял их один за одним. Количество поглощенных трупов тварей росло, энергия лилась через меня непрерывным потоком, однако вскоре этого потока перестало хватать.

Нет, тварей вокруг не стало меньше, даже наоборот… дело оказалось в том, что твари вместо того, чтобы нападать, стали осторожничать или вовсе от меня убегать.

Похоже, переборщил с аурой, но я ничего не мог с собой поделать. Тело разгорячилось, инстинкты обострились, я вошел в кураж и погасить это состояние было довольно проблематично, да и зачем?

Вместо этого я, наоборот, ускорился.

Однако нехватка энергии росла, а жар внутри начал немного обжигать. Четвертый Путь уже пробил дыру в мир Тьмы и потребление энергии только росло, чего не скажешь о тварях вокруг, коих становилось все меньше.

На миг я остановился и, хлопнув ладонями, приказал, — найди!

Хлопок торпедировал сотни сверхмалых частиц Тьмы во все стороны, сканируя местность на наличие сильных тварей вокруг и спустя секунду, я со вздохом покачал головой.

— Недостаточно, — констатировал я итог беглой разведки и решил сменить тактику.

Оглядел лес, прислушался к себе и уловив в воздухе точку с максимально исходящей опасностью, рванул туда.

Чутье, не раз спасавшее мне жизнь, вывело меня в покрытую пепельным запахом низину, по центру которой словно маяк сияла пелена Портала.

Перейдя на шаг, я направился к нему, по пути осматриваясь.

Ни единого признака тварей на километр вокруг. Похоже, угрозу от Портала ощущаю не только я. Коммуникатор никакой информации не выдал, Аргус просто не видел это место, но и без современных технологичных наворотов, я понял, что это дикий Портал в активной фазе.

Это выдавала агрессивная пульсация и скачкообразные потоки астральной энергии. Прорыв либо уже идет, либо начнется с минуты на минуту.

Улыбнувшись своей находке, я шагнул внутрь.

И едва я успел открыть глаза в осколке чужого мира, как меня диким ревом встретил местный житель. Однорогий парнокопытный трехметровый житель, что несся на выход. И при виде меня, недоединорог даже не замедлился.

— Закрыто, приятель, — вежливо произнес я, сделав шаг навстречу твари, и с нырком и взмахом руки выскользнул в сторону прямо перед ним.

Недоединорог пробежал еще два метра, а потом завалился прямо перед выходом с отсеченной башкой.

Эхо его рева все еще отражалось от скалистых стен, а я уже осматривался.

Скалы замыкались вокруг правильным кольцом, образуя собой некий кратер-колодец, в самом центре и низу которого я и стоял. Небо было затянуто красным и осыпало колодец пепельными осадками, а все пространство вибрировало от возбуждения.

Не хватало только эпичной музыки и барабанов, ведь ощущение угрозы только росло, а вибрация плавно перекинулась на землю и нарастала.

Мелкие и крупные камни покатились с вершин скал вокруг, а мгновение спустя, оттуда хлынули десятки диких тварей.

Быки, буйволы, зубры, козлы и единороги, разнообразной рогатой массой мчали с вершин прямо на меня. Совсем изголодались бедолаги и ничего не замечали на своем пути.

Торопились меня сожрать так явно, что сшибали друг друга по пути, спотыкались о камни, давили собратьев, а один бычара кубарем просвистел мимо меня и размозжил черепушку о камень под моими ногами.

При этом зверюга не сдохла, а с переломанными во всех местах костями и диким зомбированным взглядом попыталась цапнуть меня за ногу зубами, но получила клинок в глаз.

Это был последний момент, когда я мог вольготно стоять на месте. Дальше началось форменное безумие.

Стекающимся на дно «кратера» рогатым не было видно ни конца, ни края. Вопль десятков глоток диким гулом разносился вокруг, оползень из суицидальных быков затмевал горизонт, буйволы оказались покрепче и докатывались вниз еще живыми и очень злыми. Козлы скакали по скалам удачнее прочих и пикировали на меня словно рогатые кенгуру, а когда в игру включились медлительные, но массивные зубры, внизу стало совсем весело.

Но больше всего проблем доставляли единороги, которые действовали более осознанно, держались позади «армии» словно генералы, и вместо сближения предпочитали кидать в меня ментальные атаки, но, когда поголовье рогатых первой волны внизу снизилось, эти полу-астральные твари включились в контактный бой.

Бой, в котором они полегли еще быстрее, ведь ментальные атаки на меня не действовали, а их было всего пятеро.

Вспоров брюхо последней рогатой твари, я откинул дохлую тушу ногой и, наконец, смог перевести дыхание.

Весь в крови, внутренностях тварей, я стоял на горке из двух сотен трупов.

Утерев лицо от крови, я поднял взгляд наверх и улыбнулся.

— Вышел, наконец, мой недостающий процент, — перехватил я клинок поудобнее, глядя на поднимающуюся над горизонтом из-за скал гигантскую кракеноподобную рожу.

Быки, козлы и зубры тянули едва ли на «Е»-ранг. Единороги из-за довольно сильных ментальных атак, способных свести с ума неподготовленного одаренного, классифицируются в районе «С», «С+»-ранга.

Причиной же, по которой меня к этому Порталу привело чутье, был тот, чьи щупальца сейчас скользили по окружности гребня кратера-колодца, и чей гипнотический взгляд заставлял мой ментальный барьер трещать.

Подгорный Кракен.

Класс опасности этой твари напрямую зависит от миньонов, ведь главной способностью Кракена является ментальный контроль. Обычно убить прихвостней этого кукловода с щупальцами является самой большой проблемой, а сам он из-за медлительности не представляет такой большой опасности, но вот в моем случае все было чуток сложнее.

Ведь я находился в ловушке, в низине кратера-колодца и все пути отхода тварь мне перекрыла. Разве что на выход я мог сигануть, но этот вариант я даже не рассматривал.

Кракен осторожничал и присматривался. Через своих миньонов он уже убедился в том, что я опасен, поэтому не спешил. Его щупальца скользили по скалам, вызывая камнепады, от которых я успешно уворачивался.

Мои ноги были по колено утоплены в мертвой плоти и крови рогатых тварей, что ограничивало мою маневренность и тварь это видела.

Бурые провалы глаз крутились в такт движению Кракена, а потом он вдруг резко замер. И меня тут же накрыло ментальным штормом, одновременно с которым в меня устремилось три из восьми щупалец.

Мантия в стадии воплощения позволяла мне использовать теневой шаг «бесплатно», поэтому я рванул вперед и в два прыжка оказался на полпути к башке Кракена. Однако из финального прыжка меня выбил мощнейший по силе астральный вопль, а когда это случилось, я осознал себя висящим в воздухе в окружении четырех щупалец.

Морды твари я не видел, но был уверен, что хитрый говнюк улыбается.

Щупальца бросились в меня со всех сторон и лишь благодаря «Когтю Пустоты» я смог вырваться из оцепления, буквально прорезав себе путь сквозь одно из щупалец и приземлился на каменный уступ неподалеку.

— А ты хорош, — облизнулся я, стерев стекающий по виску ручеек моей крови.

— ВРУА-А-А-А-А-А-А!!! — громогласным воплем согласилась со мной тварь.

Ну или не согласилась, хрен ее знает. Языка кракенорожих я не знаю. Зато знаю, что подобные рожи делают, когда получают ранения.

И в этот же миг я увидел, как несколько щупалец потянулись к горке из рогатых трупов. Миньоны были не только хорошими добытчиками еды для своего кукловода, но и в случае необходимости, сами могли становиться ему едой.

— Но в эту игру можно играть и в вдвоем, — хмыкнул я и, вытянув руку, прошептал, — поглоти.

Под горой трупов тут же появилась черная воронка, которая начала медленно затягивать тушки дохлых тварей в себя.

Осознав, что его законную еду и собственность жрут, взбешенный такой наглостью Кракен поднялся еще выше и потянулся к трупам сразу всеми восемью щупальцами.

А я этого и ждал.

Чтобы задействовать все щупальца, Кракену пришлось немного перевалиться через край кратера внутрь и засветить часть своего уязвимого брюшка, в которое я и вонзился, использовав шаг Тьмы.

Непрекращающийся все это время астральный вопль все еще блокировал для меня мир теней и тварь не ожидала такого подвоха.

Как не ожидала того, что я смогу словно бур прошить ее плотную шкуру насквозь и вылететь из затылочной части.

В результате этого маневра я на миг завис в воздухе позади монстра.

Горячий жар местного неба ударил в лицо, пепельный дождь оседал на губах, а перед глазами была картинка затылка верещащей твари, из которого фонтаном бьет черная жижа. Ее длинные щупальца оплетают внешнее кольцо кратера словно корабль и упрямо продолжают тянуться к горке трупов, чтобы пожрать их и восстановить ранения.

Всего секунда и Кракену это удастся. Секунда и его план сработает.

Только вот я ему этой секунды не дал. Недостающий процент Пути был добит еще минуту назад и прямо сейчас, находясь в воздухе над тварью, я с вытянутой в ее сторону рукой прошептал.

— Отомсти.

Моя рука от локтя до кончиков пальцев почернела и заостренный сгусток Тьмы с хлопком вылетел из ладони прямо в огроменную башку Кракена.

Стихийный взрыв разметал ошметки твари по всему кратеру-колодцу, вызвав там чернильный потоп, в потоках которого угадывались четыре уцелевших и изуродованных щупальца. Они, словно червяки, тянули каждое по одному из четырех сердец Кракена в отчаянной попытке дотянуться-таки до плоти миньонов и регенерировать…

Я же спускался вниз и попутно наблюдал за зрелищем, как за миг до того, как щупальца достигли своей цели, труп последнего зубра провалился в воронку мира Тьмы. Ощутив холодное дыхание матери Стихий, щупальца остановились и в ужасе резко попятились назад, но было слишком поздно.

Три из четырех сердец Кракена уже коснулись мира Тьмы и тот с хлюпающим звуком затянул их в себя.

Уцелело лишь одно сердце, биение которого медленно угасало в черной жиже и угасло окончательно, когда я подошел и вонзил в него свой клинок. После чего пнул его ногой в воронку и, проглотив его, проход в мир Тьмы схлопнулся, а мое тело окатила приятная холодная волна закрытого Портала.

Поглотив и подобрав напоследок все, что имело хоть какую-либо ценность, я выбрался из Портала наружу. Полной грудью вдохнул морозный воздух родного мира и прислушался к себе.

Источник практически полон, но и излишков энергии, к сожалению, не осталось. Все ушло на стабилизацию открытого Пути Возмездия и поддержку воронки. Держать мир Тьмы открытым так долго весьма затратно, но это было лучшим способом заманить тварь.

Кракены существа крайне живучие, особенно наземные. Если уцелеет хотя бы одно из четырех сердец, из него легко вырастет новая взрослая особь за считанные недели.

Поэтому я устроил приманку из аппетитных тел ее миньонов, чтобы заманить и уничтожить тварь именно внутри кратера-колодца, где сердца никуда бы от меня не делись. К тому же я не был уверен, что только-только открытый Путь Возмездия гарантированно убьет тварь, но вышло даже мощнее, чем я думал.

Только ладонь теперь чешется и жрать хочется.

И если первое оставалось только перетерпеть, то проблему голода я решил, устроив себе небольшой привал и шашлычки из мяса Кракена. Вкус у него специфический, но голод утоляет отлично, а в некоторых ресторанах Ордена его и вовсе подавали как деликатес.

За мой непродолжительный привал на перекус, ни одна тварь красной зоны ко мне так и не приблизилась. А жаль. Я ожидал, что энергетический всплеск от закрытого Портала приманит пару-тройку сильных тварей, но похоже рядом их просто не осталось.

Ждать же тоже не имело смысла, поэтому, плотно поев и встретив рассвет, я сверился с картой и направился на восток. В сторону маркера Портала, ради которого я сюда и пришел.

Глава 21

Мужчина восточной внешности сидел на коленях, держа обнаженную катану на вытянутых руках перед собой. Лоб мужчины кровоточил от принесенных извинений, а дощатый пол Великого Храма впитывал алые пятна крови.

В помещении царила тишина, нарушать которую смел только священный водопад, у подножия которого стоял Храм Дома Идэ, да ветер, заносящий через открытые лестничные пролеты пожелтевшие листья, что кружились вперемешку со снежинками вокруг Храмовых столбов и улетали прочь.

Колени Нобу ныли от усталости, ведь он мчался сюда со всех ног и не жалея сил, но сейчас он не смел не то, что жаловаться, но и даже взгляда поднять.

Ведь перед ним находились три молчаливые фигуры, каждая из которых с легкостью могла лишить его жизни.

Старейшина Дома Идэ был достаточно суровым правителем и ошибки он прощал крайне редко. А если на аудиенции присутствовали и его два ближайших советника, то дела у просящего совсем плохи.

— Осознаешь ли ты, что наделал? — нарушил тишину тягучий голос Старейшины.

Однако ответа не последовало.

— Тебе вновь дозволено говорить, Самурай, — мягко произнес первый советник.

Получив разрешение, Нобу осторожно приподнял голову и, не поднимая при этом взгляда, произнес: — я исполнил ваш приказ, мой господин.

В ответ же раздался сдержанный смешок и Нобу, боясь реакции Старейшины, вновь с глухим звуком прижал окровавленный лоб к полу.

— Разве я приказывал его развязать войну с Имперцами? — строго прогремел голос Старейшины и тот окинул вопросительным взглядом своих советников.

— Но ведь ваша конечная цель была именно в этом, господин, — напомнил военный советник.

— Цель была не в войне, а в победе над Имперцами, — холодно внес уточнение Старейшина, — и не сейчас, а позже, когда план «Посейдон» будет готов.

— Смею заметить, что план можно ускорить, господин, — мягко произнес низкорослый первый Советник и сделал полшага вперед, — и, по моему мнению, даже нужно.

Старейшина удивился проявленной инициативе и окинув советника снисходительным взглядом, позволительно кивнул, — говори.

— Западные собаки были успешно отброшены от ресурсов Империи, в том числе усилиями нашего Самурая Нобу, — осторожно произнес первый советник и одарил Самурая одобряющим кивком, — но это дело прошлого. Настоящее же в том, что гиены из четырех крупнейших Домов Востока подсуетились и сыграли на нашем успехе, воспользовались нашей же тропой в сердце Империи и преуспели в этом. По нашим данным, Дома Като, Химуро, Симидзу и Мори активно проводят встречи с Имперской аристократией, без зазрения совести сея свои семена на плодородные поля наших многолетних трудов, и они собираются собрать урожай на грядущем Всеимперском Съезде. Наш урожай.

— Напомни, почему нас не пригласили на этот Съезд? — грозно сощурился Старейшина.

— Нас пригласили, мой господин, однако мы едва успеем прибыть туда вовремя. Да и все, что мы получим теперь, это насмехающихся нам в лицо гиен, что к тому моменту снимут все сливки, не оставив нам даже объедков с Имперского стола. Единственное чем мы могли козырнуть на этом съезде в текущей ситуации, это отношения с Кланом Воды. Слабое утешение и слабая карта. Поэтому принять участие во Всеимперском Съезде на этих условиях было бы для нас сокрушительным поражением. Безусловным поражением. Провалом. Однако, благодаря нашему Нобу, мы еще сможем обернуть эту неприятную ситуацию в свою пользу, — улыбнулся уголками губ первый Советник.

— Как? — поинтересовался заинтересованный Старейшина.

— Исполнить план «Посейдон» во время Великого Съезда, — сверкнув яркими темно-синими провалами глаз произнес советник, — с похищением девчонки, все условия для его исполнения выполнены. Не говоря о том, что если мы выступим с официальным заявлением, это сильно усложнит другим Домам их переговоры и подготовит плодородную почву для ветра перемен.

— Ты хочешь, чтобы мы признали похищение сестры Князя и окончательно разрушили отношения с единственным лояльным нам Имперским Кланом? — поднял седую бровь Старейшина.

— А разве после исполнения плана «Посейдон» они будут нам нужны, господин? — с ухмылкой спросил первый Советник.

— Ты прав, — задумчиво потеребил седую бороду Старейшина, — сколько времени тебе понадобится на подготовку?

— Все уже готово, господин, — сдержанно поклонился первый Советник, — одно ваше слово и «Посейдон» начнет движение.

— Вот как, — удовлетворенно хмыкнул Старейшина, довольно перебирая тощими пальцами по кимоно, — если все выйдет так как ты говоришь, то мы не только получим желаемое, но и подрежем гиенам коготки. Сколько их Самураев сейчас в Имперской столице?

— Семь, мой господин, — сухим голосом вклинился военный Советник.

— Хорошо… очень хорошо, — погладил седую бороду Старейшина, — выходит, мне даже надо похвалить Нобу за находчивость?

— Никто не может лучше вас знать, как поступить со своим учеником, мой господин, — смиренно поклонился военный советник.

— Истинный «буси» должен уметь отвечать не только за свои победы, но и за неудачи. Особенно за неудачи, — сделав шаг вперед, холодно произнес Старейшина и, наклонившись над Нобу, провел пальцем по рукояти, лежащей перед ним катаны.

На миг внутри помещения повеяло морозным холодом, от которого пол жалобно затрещал, а Храмовые колонны покрылись инеем из витиеватых пульсирующих узоров.

— Однако, ты заслужил право на путь искупления, Самурай, — поднявшись на ноги, громогласно объявил Старейшина и стихийный холод вокруг исчез.

— Благодарю за оказанную честь, сенсей! Я вас не подведу! — почтенно отчеканил Нобу и чуть приподнял голову, с которой капали капельки крови.

— Не гоже жениху выглядеть как побитая шавка, — приметив это, покачал головой Старейшина и повернул голову на военного советника, — приведи юношу в порядок и распорядись начать подготовку к свадебной церемонии немедленно.

— Да, господин, — поклонился военный советник и подошел к Нобу, положив твердую руку тому на плечо.

Однако Самурай даже не шевельнулся.

— Ты можешь забрать свою катану и продолжить верную службу своему Храму, Самурай Нобу, — удовлетворившись увиденным, властно произнес Старейшина и только после этого Нобу поднялся на ноги, сложил свое оружие в ножны и, поклонившись, направился к ступенькам вместе со сделавшим тоже самое военным советником.

— Ты ведь понимаешь, что если «Посейдон» не будет исполнен вовремя, то мы не только не сорвем сближение наших прямых конкурентов с Империей, но и навечно отбросим себя от своей цели собственными руками? — с ледяным взглядом спросил Старейшина, глядя на оставшегося подле него первого советника.

— Разумеется, мой господин, — уверенно кивнул тот, — а если успеем, то Империя на столетия окажется в руках Дома Идэ.

— В таком случае, почему ты еще здесь? — устрашающе улыбнулся Старейшина и первый советник, поклонившись, поспешно скрылся прочь.

Сам же седовласый старик в неприметном тусклом и потасканном кимоно подошел к колонне и кинул свой мечтательный взгляд на рассвет.

Рассвет, который навсегда изменит будущее Великого Дома Идэ.

* * *

Гулять по красной зоне было весело.

Да, это всего лишь мелководье, но даже тут в воздухе витали разнообразные стихийные частицы, источаемые зараженной фауной. Визуально, растения и деревья тут не претерпели изменений, но глубоко в корнях мутации уже начались, и почва пропитывалась иномирной энергией, которая влияла на все вокруг.

Животные, камни, деревья, воздух и само пространство подвергались необратимым изменениям, постепенно становясь домом для чуждых нашему миру тварей.

Однако, я умел работать с этой дикой энергией не хуже иномирного зверья и потому чувствовал себя тут как рыба в воде, а Связь с Тьмой приятным темпом крепла на столь благоприятной стихийной почве, отчего я чувствовал себя прекрасно.

Тем не менее, двигался я строго на восток, вдоль мелководья красной зоны, хоть меня и подмывало махнуть на север. Все мое естество Паладина звало меня туда. Навстречу опасности, монстрам и сражениям, но в тоже время именно как Паладин, я не мог себе этого позволить.

Сейчас не мог.

Ведь я не просто Паладин.

Я последний из Паладинов и именно на мне висит ответственность за процветание человечества. Человечества, которое нуждается в моей защите и находится это человечество за моей спиной. На юге.

Никто не накладывал на меня это обязательство. Даже старик Акс перед смертью не оставил никаких напутствий, не вел пафосных речей и не брал обещаний.

Встать на защиту людей было моим решением.

Но чтобы местные тварюшки не расслаблялись в ожидании, когда я вернусь и возьмусь за них всерьез, по красной зоне я сейчас шел не теневыми прыжками, а на своих двоих.

Легкий бег по свежему снегу, морозный воздух и попутный геноцид всего живого, что встречалось у меня на пути.

Благодать.

Взмах, труп, поглощение.

Большинство «битв» происходило именно по этой схеме и уже через полчаса такой пробежки мой внутренний источник был забит под завязку, а излишки энергии я сбрасывал на генерацию разного рода порождений-разведчиков.

Начав с ящерок, которые под местным стихийным давлением не смогли продержаться и пяти секунд, я по нарастающей призывал все новые и новые порождения, пока не нащупал приемлемое по соотношению затраты-живучесть.

Им оказался Стальной Фантом.

Это такой низко левитирующий черный доспех, внешне похожий на мини-Альберта без головы. Ну и без рук с ногами, вместо которых внутри доспеха пульсировал черный дым, на самом деле являющийся стихийным металлом, перетертым в стальную пыльцу.

Несмотря на отсутствие головы, это воплощение было достаточно сообразительным, чтобы не врезаться во все деревья на своем пути (да, были и такие «разведчики» до этого), а также Стальной Фантом был достаточно живучим, чтобы протянуть в красной зоне достаточно долго, чтобы я мог составить некоторую карту и заметки о местности на будущее.

Перебор «бюджетных» порождений в поисках лучшего разведчика быстро превратился в единственное развлечение на пути, ведь твари на мелководье мне встречались слабенькие и в целом, прогулка получилась весьма легкой и за все время пути я замедлился всего дважды.

Первый раз, когда мой стальной безголовый разведчик нашел небольшое озерцо, в котором и утонул, да. Я замедлился и чуть скорректировал курс, чтобы пополнить запасы воды. Ну и еды тоже. В этом помогла шоковая «рыбалка» в стиле Макса. Жахнул молнией, собрал урожай, перекусил и отправился дальше.

Второй же раз я замедлился, когда стал приближаться к конечной точке своего небольшого путешествия.

В двух километрах от цели я вовсе перешел на шаг и выпустил ударную порцию своих стальных разведчиков, и вот тут заметил первую странность.

Вокруг не было никаких тварей. Совсем. Как не было и витающих в воздухе стихийных частиц, словно их кто-то отсюда выкачал, причем выкачал подчистую.

Зона вокруг Портала была настолько стерильной, что осознав это, я отозвал Стальных Фантомов и вместо них призвал на пробу сотню ящерок и да, они в этих стерильных условиях выживали спокойно и быстро показали мне кратчайшую тропу, по которой я вышел к белоснежной опушке с зажатой между двумя исполинскими деревьями пеленой Портала.

И сомнений в том, что я пришел по адресу никаких не было, ведь на камне перед входом сидела девушка с черными как смоль волосами и пилила свои острые ноготочки изящной костяной пилочкой.

— А ты не сильно торопился, потомок Паладина, — завидев меня, весело произнесла Октавия и, убрав пилочку, переложила свободную руку на приставленный к камню артефактный Клеймор.

— Устроил небольшую прогулку, природа понравилась, — приветливо улыбнулся я и остановился.

— Да-а, природка тут особенная, — согласно протянула Октавия и бросила взгляд мне за спину, — ты пришел один?

— А у твоей птички плохо со зрением? — демонстративно поднял я взгляд кверху, ровно в ту точку, где в астральном плане находился глазастый стервятник.

Девица не подала виду, но явно удивилась тому, что я смог обнаружить ее фамильяра, а это был именно фамильяр. Причем фамильяр астральный.

Птичек любит, значит.

Теперь понятно почему ей так приглянулся мой Клювик.

— Очевидно похуже, чем у тебя, — восхищенно кивнула Октавия и демонстративно глянула на пустое небо над моей головой, — ты уверен, что стоило приходить сюда одному, без своей птички?

— У Клювика есть дела поважнее, не хотел отвлекать его на всякие пустяки, — пожал я плечами.

— Пустяки, да, — недобро сверкнули темные глазки Октавии, — самонадеянный, как и всегда, — вздохнула девица и потерев замерзшие ладони, поднялась на ноги и перехватила свой Клеймор поудобнее.

От него тут же потянуло силой и потусторонним холодом, от которого земля между нами начала покрываться едко-зелеными прожилками.

Все звуки в округе стихли, стихийное давление ударило по вискам, а мои ящерки вымерли за мгновение.

— Думаешь, меня способна остановить жалкая астральная проекция? — наклонил я голову, понимая, что несмотря на убедительную демонстрацию, передо мной стоит не настоящее тело Октавии.

— Поразительно, — звонко засмеялась Октавия, — даже отцу ни разу не удавалось отличить мои астральные проекции от реального тела… а знаешь почему так, Маркус? — игриво облизнулась девица, — потому что моя техника имитации, куда совершеннее жалких проекций! — высокомерно глядя на меня произнесла Октавия и потянула цепочку на груди, выудив из декольте восьмигранный артефакт идеальной формы.

Каждая грань артефакта отливала одним из стихийных цветов и искажала пространство от вобранной внутрь стихийной силы. Он вибрировал, пульсировал и дрожал в хрупких руках девицы, а на лицевой стороне отчетливо виднелись четыре магистерских руны, три из которых были активированы.

Артефакт я узнал первым же взглядом. Это была Пустотная Бомба. Пустотная, потому что после нее не оставалось ничего живого, а бомба… ну это и так понятно.

Произведение искусства совокупных сил восьми Магистров, существующее в мире в восьми же экземплярах. В семи, если учесть тот единственный, что был активирован при штурме Башни. Из-за своей мощности хранились эти штуки в специальных пространственных коробах, а использовать их вне Порталов или хотя бы вытаскивать в реальном мире было строго настрого запрещено.

И в отличие от Клеймора, самой Октавии и даже стервятника-фамильяра в воздухе, Пустотная Бомба была не имитацией, а самой настоящей оригинальной Реликвией Ордена.

— Вижу ты понимаешь, что это такое, — с садистским довольством в темных глазках пропела Октавия и поднесла подпиленный черный ноготок к последней неактивированной руне, — так ответь мне, потомок Паладина, хоть одна астральная копия сможет сделать так? — победоносно хмыкнула она и ткнула пальчиком в артефакт.

Четвертая руна тут же активировалась и пространство вокруг накрыл взрыв колоссальной мощи.

Глава 22

Воздух горел, деревья расщепляло на атомы, камни стирало в порошок, а я наблюдал за всем этим сквозь черную пелену мира Тьмы.

Это было близко.

Защититься от стихийной атаки такой силы было невозможно, поэтому я без подготовки нырнул в мир Тьмы и выбрался обратно с истощенным на треть источником.

Стоял теперь по щиколотку в пепле, внутри образовавшегося от взрыва кратера пред пеленой Портала, единственным, что уцелело на несколько километров вокруг.

Заряд восьми Стихий бил сразу по всем планам, до которых мог дотянуться. Астральному, физическому, теневому и даже в мире Тьмы явственно ощущались отголоски взрыва.

В итоге не уцелела ни сама Октавия, ни ее фамильяр, однако они были лишь плодом техники имитации, а сама девица могла находиться сейчас где угодно.

Стряхнув налипший на ноги вязкий пепел, я осмотрелся.

Это был еще не конец. От основной ударной мощи Пустотной Бомбы я ушел в мир Тьмы, но оставался еще ее побочный эффект. То, ради чего этот артефакт изначально и создавался.

Создание места силы.

Взрыв создал «пустоту» и одновременно с этим стал причиной микротрещин между мирами. Микротрещин, из которых сюда начала сочиться дикая стихийная энергия восьми миров.

Это и было главной причиной, почему строго настрого запрещалось использовать Пустотную Бомбу в нашем мире. Устранить последствия ее применения невероятно тяжело и хорошо, что взорвалась она в и так зараженной красной зоне. Правда назвать это место «мелководьем» отныне у меня язык не повернется.

Впрочем, волновало меня не это. А то, что прямо сейчас сюда, на новую точку силы, стягивались десятки тысяч тварей со всей округи.

Пустотная Бомба официально разрабатывалась Магистрами в рамках эксперимента по объединению первозданных стихийных энергий, а неофициально они пытались уйти от зависимости Паладина Тьмы, то есть меня.

Ведь Паладин каждой Стихии отличной от Тьмы имел критическую стихийную уязвимость и пусть крайне редко, но попадались мультистихийные Порталы высшего порядка, которые не в силах был закрыть ни один отдельно взятый Паладин или даже их комбинация.

Обычно, в таких ситуациях на дело отправляли меня, но Магистры грезили об альтернативе и ей должны были стать Пустотные Бомбы. В теории, при взрыве внутри Портала, этот артефакт мог снизить базовый стихийный ответ Портала, сделав его более безопасным, или вовсе изменить его основную Стихию, ослабив тем самым всех тварей внутри.

Однако испробовать это чудо магистерской мысли на практике так и не получилось.

Иронично, что первый и единственный на моей памяти раз (кроме сегодняшнего), Пустотную Бомбу применили именно против самих Магистров.

Впрочем, это дела прошлого, а меня больше интересовало что делать сейчас, ведь стихийный ответ вокруг уже перешагнул отметку в сорок процентов и продолжал расти.

— Вот же Мордин, хрен моржовый, — с осуждением покачал я головой.

Ведь именно его энергию Октавия использовала как ключ активации рун. Да и где-то же она Пустотную Бомбу умудрилась отыскать? Явно не в лесу валялась, да и в обычных Опорных Пунктах Снабжения артефакты такой мощи тоже не держали.

Вздохнув, я осмотрелся.

Приближения множества тварей ощущалось каждой клеточкой тела. Чутье трубило об опасности со всех сторон. Да и аура уже не справлялась с нарастающим давлением восьми стихий, поэтому я шагнул вперед и меня с радостью затянула в себя теплая пелена Портала.

Дышать сразу стало легче. Пятьдесят процентов стихийного ответа Смерти, это курорт по сравнению с тем, что сейчас творится снаружи.

Бегло оглядев раскинувшиеся перед собой мрачные серые дюны, я сладко потянулся и привычным действием призвал жучка, чтобы закрепить его над входом, но едва я его выпустил, как порождение тут же осыпалось в черную пыль, которую развеяло по ветру.

И только сейчас я осознал, что мир вокруг меня мертв. И мертв он давным-давно. Настолько давно, что само присутствие любой формы жизни ему теперь чуждо. Причем это не следствие витающей тут Стихии Смерти, а сама суть мира. Закон бытия, если хотите.

Подобные глобальные явления в отрыве от стихии встречаются крайне редко и Стихия Смерти частый спутник подобных мертвых миров.

Меня же на плаву держал заработавший на полную катушку Путь Тела, который даровал мне защиту Тьмы. В мире Тьмы в принципе нет таких понятий как жизнь или смерть, и он отлично справлялся с защитой. Пусть и не бесплатно.

— Часов на пять хватит, — констатировал я вслух, оценив скорость потребления защитного ресурса Пути Тела, после чего засек время и направился вперед.

Мир вокруг был черно-белым. Ни цвета, ни жизни, ни надежды. Лишь дюны черно-серого песка, загробный холод, да редко попадающиеся под ногами кости давно почивших форм жизни.

Чем-то этот мир напоминал ловушку Стихии Времени, в которую я попал. Но даже тот мир был не мертв, а просто очень-очень стар.

И в этом мертвом, пустом мире, особенно инородно смотрелся пульсирующий астральный след нити, которая тянулась куда-то прямо, вглубь черной пустыни. Туда я и направился.

По пути я открыл коммуникатор. Теперь Аргус «видел» этот Портал, но сказать он мог мне ровно тоже самое, что и Камилла перед отправкой сюда.

Малый Портал

Класс опасности: «Неизвестен»

Стихийный ответ: Астрал (50%)

Стихийный ответ: Смерть (50%)

Ни больше, ни меньше.

Чем дальше я шел, тем более странной и инородной казалась мне астральная нить. Этот мир никак не мог «подключиться» к Ядру Обители сам. Этот обреченный на вечное небытие и забвение мертвый мир уже ничего не мог, кроме как убивать все живое, что в него войдет, сохраняя свою «мертвость».

Однако ж астральная нить была здесь и перекачивала по себе энергию. И весь вопрос был в том, куда перекачивала и зачем.

И ответ я нашел спустя час пути по черно-белому миру мрачного песка. Располагался ответ в гигантском гнезде из миллионов разнообразных костей, по самому центру которого находилось немалых размеров уродливое, сотканное из цельных костей яйцо.

Как и все в этом мире, яйцо было мертво.

В нем не было жизни, однако именно его питала приведшая меня сюда астральная нить. Точно также как и еще десятки подобных нитей, что тянулись к яйцу отовсюду, и их толщина, как и количество перекачиваемой астральной энергии медленно, но верно, росло.

— Мог бы и сам догадаться, — хмыкнул я, взобравшись на край гнезда.

Не так много в мире тварей, сочетающих в себе одновременно Стихии Смерти и Астрала, но передо мной сейчас находилось яйцо одной из самых смертоносных из них. Не Пожиратель Миров, конечно, но нечто близкое к нему.

Костяной Дракон, или Дитя Мертвого Мира, как его называли в древности. За всю историю Ордена было встречено и уничтожено четыре особи, три из которых, так и не вылупились из яйца.

Дело в том, что мертвый мир сам по себе является огромной редкостью, но, чтобы в нем родился Костяной Дракон должно быть соблюдено два условия.

Первое, это достаточная для формирования яйца концентрация Стихии Смерти.

Второе, это достаточное для формирования разума концентрация Стихии Астрала.

И если для того, чтобы получить первое, миру достаточно пережить волну массовых смертей, то откуда берется в мертвых мирах астральная энергия, не знали наверняка даже в Ордене.

Одни утверждали, что для этого нужны неупокоенные души, другие, что определенное количество смертей разумных.

Изучить же механику рождения той единственной взрослой особи Костяного Дракона, которую встретили, было невозможно, так как Портал закрылся за ней, как только она вылезла. Это было еще до моего рождения, когда открытие Порталов вне Великой Башни считалось обыденным явлением, а потому я мало об этом знаю.

Старик Акс как-то об этом рассказывал, но так нудно и скучно, что я почти ничего не запомнил.

И, пожалуй, зря, ведь яйцо Костяного Дракона вживую я сейчас видел первый раз.

И без подпитки Астрала это яйцо бы оставалось мертвым навечно, если бы не доброжелатель, организовавший ему внешнюю подпитку прямым подключением к Ядру Обители.

И не трудно догадаться кто эта добрая, любящая «птичек», черноволосая самаритянка.

Подойдя ближе, я провел по яйцу Костяного Дракона рукой. Потусторонний холод едва не пробил мою защиту, и я убрал руку. Стихийный ответ внутри явно больше пятидесяти процентов. Высоковато для прямого поглощения, да и размер яйца в воронку не влезет. Разве что я смогу нарезать его на частей пять-шесть.

Но перед этим нужно сделать то, ради чего я здесь. Отрезать костяшке астральные «кабели» питания, которые тянут энергию из Обители и с каждой минутой делают яйцо только крепче.

С этой мыслью я поднял взгляд на точку в десяти сантиметрах над яйцом. Туда, где все астральные нити соединяются в одну.

После чего я вытянул руку вперед. Сделал глубокий вдох, медленно уплотнил концентрацию Тьмы на руке, и выдохнув, приказал: — оборви.

Тонкое лезвие Тьмы вырвалось из ладони и рассекло цель, после чего все астральные нити вокруг разом погасли и рассыпались серой пылью.

Несколько секунд ничего не происходило, но внутренние ощущения мне не понравились, и я сделал несколько шагов назад, а потом по пространству вдруг разнесся душераздирающий треск. Яйцо пошло мелкими трещинами, а коммуникатор мигнул уведомлением зафиксированных изменений.

Малый Портал

Класс опасности: «S-»

Стихийный ответ: Астрал (73%)

Стихийный ответ: Смерть (67%)

— Все-таки сформировался, — вздохнул я, а мгновением спустя меня окатило ментальным криком сотни Банши.

Я скривился и подавил навязчивое желание закрыть уши, ведь это бы никак не помогло, так как смертоносный звук проникает напрямую в мозг через астрал.

Надо признать, атака оказалась куда мощнее, чем была у Кракена и даже частично пробила мою защиту.

Из правого уха потекла кровь, а звуки вокруг полностью исчезли. Нет, я не оглох. Просто принудительно заблокировал энергоканал, отвечающий за слух, чтобы не отвлекаться и перераспределить высвободившуюся энергию на остальные органы чувств.

Когда противник один, слышать его не обязательно, достаточно видеть.

А смотреть было на что.

Яйцо медленно раскрылось, и из него вышагнула довольно крупная тварь с костлявой башкой. Массивная челюсть с ровными рядами острых зубов, длинная шея на подвижном пульсирующим зелеными прожилками хребте, что плавно переходил в длинный хвост. Опиралась тварь на четырехкостные крылья, а пустые провалы глаз светились энергией цвета солнца.

При этом пропорции частей тела Костяного Дракона слегка подкачали, из-за чего двигался он неуклюже, а грудная клетка и задние лапы были не до конца сформированы.

Детеныш, да еще и косолапый. Но даже так, Аргус оценивает его опасность в «S-»-класс. Как же мне это… нравится!

Ноги сами понесли меня вперед и уже через мгновение «Коготь Пустоты» оказался занесен над хребтом твари, однако косолапая костяшка оказалась проворнее, чем я думал и, извернувшись, встретила лезвие распахнутой пастью.

И к моему удивлению, «Коготь Пустоты» не отрубил твари половину башки, а застрял.

Долго удивляться я не стал и отпустил руку, чтобы упасть вниз. А секундой спустя волна концентрированной астрально-смертельной стихии вырвалась из пасти твари и выжгла все пространство над моей головой.

Я же, приземлившись на свои две, напружинил ноги и ушел перекатом под брюхо твари, где вновь воссозданным в руке «Когтем Пустоты» проверил на прочность его грудину, что полусформированной выглядела более уязвимой.

Однако клинок оставил на пульсирующий зелеными прожилками костях лишь мелкие зазубрины, а завершение моего переката встретил смачный удар костяным хвостом.

Я успел принять атаку на скрещенные руки, но меня торпедировало в дальний конец гнезда. Перегруппировавшись в полете, я приземлился на колено и медленно поднялся, не сводя взгляда с надвигающейся на меня костяной твари.

Ну нет, это кино надо смотреть со звуком, — хмыкнул я про себя и, вернув «слух», вытянул левую ладонь вперед.

Надо отдать Октавии должное. Ловушка оказалась хороша.

Костяной Дракон — это, вероятно, сильнейшее существо, что я встречал в «этом» времени. Но даже если я с ним справлюсь, то на выходе меня будут ждать примчавшиеся на точку силы твари красной зоны, и чем дольше я тут вожусь с недоразвитой костяшкой, тем больше их там будет.

Убийцам прошлого есть чему поучиться у этой черноволосой девицы.

— Попытка хороша, девочка, признаю. Но этого все еще недостаточно, — улыбнулся я и ровно в тот миг, как Костяной Дракон распахнул пасть перед очередной атакой, я приказал, — поглоти.

Облако Тьмы тут же проявилось под лапой твари и жадно откусила от нее кусок.

И без того недоразвитая лапа лишилась пары костяных пальцев и Дракона резко повело в сторону. Повело ровно в тот момент, когда он начал выпускать очередную струю астрально-смертельного «огня».

Струя пошла мимо меня, а я воспользовался моментом, чтобы подскочить к твари вплотную, ухватился за ближайший костяной отросток на башке и оседлал гневно рычащую костяшку.

Осознав, что произошло, тварь попыталась меня скинуть, но я лишь крепче ухватился рукой за отросток, после чего перехватил «Коготь Пустоты» обратным хватом, прицелился, и вонзил клинок в костяную черепушку.

«Коготь Пустоты» вошел лишь сантиметров на пять и вновь застрял, а секундой спустя мне в спину с глухим звуком ударил хвост, но инерция его удара была подавлена мантией со вспыхнувшими рунами.

Костяной Дракон не ожидал, что его удар хвостом не сбросит меня, а потому на мгновение замешкался. И этого мгновения мне хватило, чтобы отозвать «Коготь Пустоты», прислонить к неглубокой дырке в черепушке свою ладонь и приказать: — отомсти.

Черная вспышка озарила пространство, в которое тут же взлетели осколки расколотого драконьего черепа.

Сам же я ушел шагом Тьмы на пять метров левее, и беззаботно наблюдал, как из-за нарушенного внутричерепного давления, вся башка твари покрывается светлыми пятнами, выходящей из-под контроля астральной энергии.

Тварь пронзительно верещала.

Земля ходила ходуном.

Астральный план трещал от возмущения и диких воплей Костяного Дракона, но это не помогало паникующей твари вернуть контроль над астральной энергией, средоточие которой было именно в черепе.

Свет в провалах глаз монстра постепенно становился все ярче и ярче, пятна перекинулись на остальное тело костяшки, тварь мотыляло из стороны в сторону, а спустя несколько секунд предсмертной агонии, Костяного Дракона разорвало изнутри, разметав его безжизненные кости на километры вокруг.

Глава 23

Настроение было прекрасным.

Босые ноги оставляли следы на черном песке, прохладный ветер закрытого Портала развевал мантию за моей спиной, а энергоканалы отзывались приятным покалыванием, как мышцы после продуктивной силовой тренировки.

А я занимался одной из самых приятных частей работы Паладина, собирал трофеи.

И в первую очередь меня интересовало сердце Дракона, которое разорвавшаяся изнутри костяшка отбросила на добрые пять километров в сторону черной пустыни.

Времени у меня в запасе еще было достаточно, поэтому путь я преодолел спокойным шагом, и меньше, чем через час, увидел локальный песочный вихрь в два метра высотой.

Я подошел ближе, нашел взглядом сквозь просветы круглой формы предмет и сунул руку внутрь вихря.

Едва я коснулся сердца, как возмущение мертвого песка тут же прекратилось и моему взору открылся сотканный из тысяч крошечных костей овал с острыми как иглы краями. Сердце было теплым и едва ощутимо пульсировало, словно живое, но, как и все в этом мире, оно было мертво.

Иллюзорный эффект «жизни» ему придавала плотная концентрация энергии «мертвого» мира, с котором это сердце было неразрывно связано.

Мертвый мир его породил и, в какой-то степени, сердце было его ядром. Материальным воплощением его боли, отчаяния и страданий.

Я покрутил довольно увесистый предмет в руках и ощутил, как давление «мертвого» мира на меня начало нарастать.

Неприятно, но не повод отказываться от трофея, редкости которого позавидовали бы самые искушенные исследователи Ордена. Да любой из белых халатиков моего времени с руками бы оторвал новый шанс изучить феномен проклятия мертвого мира, материальным воплощением которого являлось это сердце… только вот в этом времени вряд ли найдется тот, кто сможет совладать с мощью проклятия, а если и сможет, то найти его будет непросто, да и риск попадания «не в те» руки сильно возрастет.

Поэтому вопрос продажи отпадает.

Стихийной же энергии как таковой внутри сердца остались лишь жалкие крохи, потому и поглощать его обычным способом тоже не имело никакого смысла.

Так я и стоял, задумчиво перекидывая ценнейший в моем времени трофей из руки в руку. И выбросить жалко и применение фиг найдешь. И еще больше ситуацию усугубляет так называемое проклятие мертвого мира.

Я уже упоминал, что Орден уничтожил за свою историю три яйца Костяного Дракона, каждое из которых содержало в себе подобное сердце.

Первый одаренный кто его вытащил из Портала, помер через неделю, как и все живое вокруг его дома на три километра вокруг.

Для второго сердца подготовили специальный резервуар, в котором его передали на хранение Магистру Смерти. Любил тот старик всякие диковинные штуки изучать. Доизучался. Сердце стало его последней работой.

Исследуя эти два трагических случая, ученые Ордена выявили закономерность, и назвали феномен проклятием мертвого мира. Ни одна из базовых стихий не могла покорить эту силу, однако в Ордене, тем не менее нашли способы его использовать, исключив прямое взаимодействие сердца с живыми объектами и разработав целую систему предосторожности.

Насколько я знаю, первое сердце Костяного Дракона было встроено в защитную систему главной подземной сокровищницы Ордена, второе стерегло от расхищения крипты Паладинов прошлого, а куда применили третье без понятия.

Старик Акс отшучивался, что Магистры пытаются вырастить собственного Костяного Дракона в пробирке, но не факт, что это была шутка. Особенно с учетом того, что было официально доказано, что именно энергия мертвого мира была главным катализатором рождения Костяных Драконов.

Так или иначе, проклятие было не мифом и не шуткой. И падет оно главным образом на того, кто вынесет ядро мертвого мира наружу.

Теоретически, мир Тьмы является единственной Стихией, что способна этому феномену сопротивляться и можно попробовать перебороть его грубой силой… но, чтобы так рисковать, нужно понимать зачем это делать.

Вот я выживу и благополучно вынесу ядро мертвого мира в наш мир. А дальше что с ним делать?

Среди людей не спрячешь, подземных сокровищниц у меня нет, пафосной Паладинской крипты тоже, да и Костяного Дракона без принесения какого-то еще живого мира в жертву я навряд ли смогу вырастить. А если даже у всех мощностей и умов Ордена не вышло найти сердцу более гибкое применение, то мне можно и не пытаться.

И раз поглощение и создание артефакта отпадает, то остается последний вариант. Вариант, для которого из трех моих фамильяров, к сожалению, подходил лишь один. Достаточной жадный, чтобы пожрать проклятие без остатка и достаточно древний и крепкий, чтобы не сдохнуть в процессе.

А еще единственный, кто не может ослушаться моего приказа, как бы этого не хотел и каким бы сильным не стал.

— Голоден? — бросил я вопрос в пустоту, призывно расположив сердце Костяного Дракона на вытянутой руке.

Ответа не последовало, но спину ощутимо обдало ледяным дыханием. Безошибочно определив его источник, я обернулся и метнул сердце, сопроводив бросок приказом, — открой.

После чего наблюдал как мир Тьмы раскрыл пасть, и едва различимая в черноте мира пасть с аппетитом заглотила подарок. И едва сердце Костяного Дракона покинуло этот мертвый мир, как проклятая энергия вокруг хлынула за ним яростным торнадо.

И все это с аппетитом умяла гигантская сущность, напоследок, одарив меня вспыхнувшим неблагодарной яростью взглядом из фиолетовой глазницы.

Проход схлопнулся, сердце исчезло, а я, как мир вокруг, не особенно изменился. По крайней мере внешне. Даже без мертвой энергетики мир вокруг остался серым, правда теперь был чуть менее «мертвым», чем раньше, но давление еще ощущалось.

Да и я не получил никакого усиления, энергетического кешбека или сверхспособности.

Однако я получил нечто куда более важное, хоть и менее осязаемое прямо сейчас. Я вогнал в долг Скальда и один этот факт поднимал мое настроение до небес. И день… да что там день, весь месяц можно считать удачным после такого события!

Надо ли говорить, что до этого Скальд становился моим должником всего один единственный раз и в плату я тогда потребовал мне подчиняться. И с тех пор тот таит на меня обиду и истово ненавидит быть должником.

Я знал это, но также знал, что сердце с энергией мертвого мира было слишком редким предметом. Мало что интересует или радует бессмертную древнюю сущность мира Тьмы, но вот редкое проклятие, которое уничтожает все живое чего касается, это именно то, что может развеять скуку Скальда.

Мир Тьмы любит Стихийную энергию, это факт, но вот Скальд жадный, и он любит все.

А еще сердце неслабо так усилило и так не знающую аналогов ни в одном из миров сущность и частью этой новой силы Скальд будет обязан со мной поделиться. Помимо долга, да.

В общем, инвестиция получилась шикарная и отголоски ярости древнего существа где-то на задворках сознания, да легкая головная боль — это малая плата за такое.

Разобравшись с главным трофеем, весь последующий час я потратил на поиск костей Дракона. Не всех, а только тех, что сохранили в себе стихийную энергию. Искать было не сложно, ведь в пустом черно-белом мире такие кости светились словно гирлянды на серой елке.

Итогом сборов стали одиннадцать костей, две из которых содержали в себе весьма крупный энергетический кристалл. Один принадлежал Стихии Астрала, а второй Стихии Смерти.

Прибавим к этому улов в виде должника Скальда, который бесценен, и чуть менее ценную должницу с рыжими волосами, и получим весьма и весьма продуктивный день.

Закончив со сбором трофеев, я прогулочным шагом добрался до выхода, и колебания пелены Портала мне не понравились. Битва тварей снаружи за место силы еще шла, и выйти сейчас, это оказаться в ее эпицентре.

Я прислушался к себе и прикинул, хватит ли мне нынешних сил, чтобы прикончить тварей снаружи.

Энергии-то хватить должно, но вот энергоканалы открытием четвертого Пути и игрой с костяшкой знатно перегружены, и если не дать им передышку, то высок шанс схватить откат в самый неподходящий момент.

Но главной проблемой было то, что мой внутренний перегруженный источник сейчас был просто не способен принимать новую энергию и все убитые мной твари будут убиты «бесплатно», а это уже не устраивало меня.

Не люблю делать бесполезную работу. Тем более, когда твари снаружи и сами прекрасно справляются с геноцидом друг дружки.

Однако и оставаться здесь я не мог. Бо́льшая часть проклятой энергии мира ушла вслед за сердцем, но мертвый мир все еще продолжал оставаться мертвым и давить на мою ауру, хоть и не так сильно.

В таких условиях ни поспать нормально, ни восстановиться. Поэтому я достал подарок Камиллы и покрутил на пальцах. Молочно-белый осколок с полупрозрачными гранями был заряжен на две трети.

— Пожалуй, этого хватит, — произнес я вслух и сделал то, чего не учла Октавия, готовя свою смертельную ловушку.

Я использовал еще не заросшие астральные пути, по которым Обитель была связана с Яйцом Дракона и влил туда всю энергию из подаренного осколка. Энергию, которая была практически идентичной энергии Ядра, а потому легко «цепанулась» за астральный путь.

Астральный прыжок получился плохо контролируемым, грубым и не особо грациозным, но эффективным.

Выбросило меня в лесу, прямиком в дерево, от удара в которое я ловко одернул голову и приземлился у его основания. Ветер окинул меня уже знакомым пеплом, и я увидел, что стою на самой границе устроенного Октавией стихийного взрыва.

Внешней границе.

Сам Портал отсюда было не видно, но отголоски продолжающейся у его входа битвы долетали даже сюда.

Я открыл карту. Астральный прыжок щвырнул меня на шесть километров на юг. Негусто, но этого оказалось достаточно, чтобы выйти из эпицентра сражения. Правда, для пробития маршрута и альтернативного выхода из Портала в наш мир, я потратил всю энергию осколка, но это я считал вполне приемлемой ценой, чтобы обломать планы одной черноволосой девицы.

Хотел бы я посмотреть на ее личико, но такая возможность еще будет. А сейчас телу требовался отдых. Поэтому, я осмотрелся, приметил ветку покрепче и повыше, забрался туда и с наслаждением прилег.

Не двуспальная кровать королевских покоев, конечно, но тоже неплохо.

За мою весьма насыщенную карьеру Паладина приходилось ночевать в местах куда хуже мелководья красной зоны родного мира. Если подумать, то это место не войдет даже в сотню по потенциальной опасности, где мне доводилось ночевать, особенно учитывая, что все твари округи сейчас стягивались на место силы как мотыльки на свет, решая кто из них самая мощная тварь на деревне.

Устроившись поудобнее, я подложил под голову скомканную мантию, закрыл глаза и под умиротворяющие отголоски звуков яростного сражения уснул.

* * *

Солнечные лучи проникали сквозь панорамные окна помещения и озаряли его своим теплым светом. Шторки в просторной комнате были распахнуты, в воздухе пахло восточными благовониями, а у стены мерно потрескивал камин.

Князь Света был одет в идеально выглаженный светлый костюм, гладко выбрит, а надменный глубокий взгляд пылал уверенностью, словно сокрушительных неудач последних недель просто не было.

Мужчина невозмутимо сидел в кресле, постукивал правой рукой по странной формы шахматной доске, а левой затянулся сигарой, чем разбавил запах благовоний дорогим табаком.

Напротив Князя Света, в точно таком же белом кресле сидел невзрачный старик. На нем не было ни перстней, ни драгоценностей, из одежды только потасканный временем коричневый балахон-кимоно, а лицо старика было на две трети покрыто морщинами.

Гость создавал ощущение оборванца или бездомного просителя, но это ощущение тут же исчезало, стоило старику приоткрыть хотя бы один глаз или заговорить.

Его бездонный нечеловеческий взгляд подавлял необузданной силой тысячи ветров, а обманчиво сухой и спокойный голос таил в себе силу и ярость поколений древних воинов Востока.

Князь Света не обманывался внешним видом и потому относился к Старейшине восточного Дома Мори с уважением и разумной предосторожностью. Да, встреча проходила в условиях полной секретности, на территории седьмого района, куда не пустили ни одного из телохранителей старейшины, и он тут был один в окружении целых этажей людей Клана Света и не только… но все равно с одаренным такого уровня нужно было быть максимально осторожным.

Потому Князь Света не спешил нарушать образовавшуюся тишину и был готов к любому повороту затянувшейся беседы.

— Шкатулка, — вдруг заговорил Старейшина и приоткрыл один глаз, — ты сказал, что знаешь где она.

— Знаю, — подтвердил Князь Света и затянулся сигарой, — вернее, я знаю у кого она.

— Тогда не трать мое время, мальчик, — не скрывая недовольства в сухом голосе, произнес старик, — назови мне имя и место.

— Довольно грубо что-либо требовать, находясь в гостях, не находите? — беспечно улыбнулся Князь Света.

— Грубо это устраивать торг для информации по имуществу, которое вам не принадлежит. Шкатулка — это законная собственность Дома Мори, — безапелляционно заявил старик, обдав комнату легким стихийным ветерком.

— Боюсь, что тот, кто ей сейчас владеет, с этим не согласен, — покачал головой Князь Света, — если, конечно, он ее уже не открыл.

— Открыл⁈ — приоткрылся второй глаз Старейшины, — ты должно быть на солнце перегрелся, мальчик! Шкатулку Дома Мори невозможно открыть какому-то чужаку!

— Если вы так в этом уверены, то почему тогда согласились на встречу с Имперским изгоем? Пошли на все эти условия безопасности и подвергли себя риску, — улыбнулся Князь Света, обводя пространство рукой, — не потому ли, что чувствуете наличие конкурента? Не потому ли вы прибыли в Империю лично, бросив все свои дела? Не потому ли, что этот так называемый «чужак», сделал то, чего не удавалось даже вам? Пробудил шкатулку?

— Ты зазнаешься, мальчишка, — резко потяжелел голос Старейшины и давление Стихийного ветра усилилось, но Князь Света не обращал на это внимания, ведь понимал, что попал в яблочко.

— Отнюдь, — покачав головой, располагающе улыбнулся Князь Света, — ведь мы оба знаем, что я прав. А вот имя того, кого вы ищете, из нас двоих знаю только я. Как и его слабости.

Ответом на слова светлого была вновь возникшая в просторном помещении тишина. Старейшина Дома Мори злился, хмурился и молчал, но ничего не мог противопоставить. Находясь на чужой земле, ресурсы его Дома были сильно ограничены, да и время играло совсем не в его пользу.

И как бы Старейшине не хотелось лично показательно придушить наглого Имперского Князя, как бы ему не нравилось происходящее вокруг, этот светлый наглец был ему нужен.

Потому старик запоздало взял в руки предложенную ему Князем Света сигару, медленно раскурил и поднял тяжелый взгляд на терпеливо ожидающего ответа собеседника.

— Чего ты хочешь за свою помощь, Князь? — раздался долгожданный вопрос, и расплывшись в широкой улыбке, Князь Света двинул по шахматной доске фигуру ферзя.

Глава 24

Утро встретило меня приятным рассветным солнышком, что с трудом пробивалось сквозь густые тучи. Я сладко потянулся, стряхнул с себя налипший за время сна снег и поднялся на ноги. Прислушался к себе.

До идеального состояния еще далековато, но жить можно.

Пяти часов сна вполне хватило, чтобы затянулись самые критичные повреждения энергоканалов, и теперь мой источник вновь мог получать «питание». И это весьма кстати, ведь на восстановительные процедуры истратилась в общей сумме половина моих энергетических запасов.

В этот раз я продержался в красной зоне дольше, но этого все равно недостаточно. По возвращении надо будет заняться подъемом уровня Путей и в первую очередь заняться Телом.

С этой мыслью я вдохнул морозный воздух и осмотрелся. Звуки ожесточенных боев у закрытого мною Портала стихли, а значит, там образовался победитель.

Поддавшись любопытству, я призвал Стального Фантома.

Порождение сделало кувырок в воздухе, с шлепком плюхнулось в поле из пепла и, приподнявшись от земли на два десятка сантиметров, направилось прямиком к эпицентру места силы. Я же стоял на ветке и смотрел глазами своего порождения.

Поначалу ему не попадалось ничего кроме пепла от взрыва Пустотной Бомбы, потом стали попадаться первые разодранные тела тварей разных форм и размеров. К стихиям они тоже принадлежали разным, но всех их объединяло одно.

Они были мертвы.

И чем ближе к эпицентру приближался мой стальной разведчик, тем больше виднелось трупов тварей вокруг. Замес тут прошел серьезный.

В какой-то момент трупов стало так много, что двадцати сантиметров высоты полета Фантому перестало хватать и с хлюпающим звуком порождение дальше пробиралось напрямую сквозь мешанину из трупов, крови и костей бесчисленного количества тварей.

Пробиралось, пока вместо трупов перед моим разведчиком в один миг не появилась огромная пасть и не расщелкнула его своими зубищами пополам.

— Саблезубый Трупоед, значит, — хмыкнул я, даже отсюда уловив мерзкий трупный смрад из пасти крупной твари.

Не самый приятный вариант, чтобы оставлять за спиной.

Место силы и так будет усиливать победившую остальных тварь, а этот еще и «едой» обложился на месяц вперед. Оставь Трупоеда здесь и до «A»-класса опасности дорасти может. Изначально я не планировал вмешиваться, но уж слишком сладенько этот зубастый кусок халявной энергии стоит. Стихийной дури в нем столько, что из ушей льется, а вот управлять ей как следует щенок еще не научился.

Этим и воспользуемся.

Я сунул руку в теневой карман мантии, куда сложил все свои трофеи, перебрал драконьи костяшки, нашел нужную и выудил ее наружу.

— Подойдет, — констатировал я, после чего посадил на нее жучка, прицелился, сделал поправку на ветер и метнул кость вперед, приправив бросок немалым всплеском энергии.

Кость, вращаясь в полете как сумасшедшая, летела в сторону Саблезубого Трупоеда. Аппетитную подачку псина уловила сразу, навострила уши и, когда кость пролетала над ее башкой, тварь напружинила свои могучие лапы и прыгнула вверх в попытке ухватить лакомство.

Было близко, но острые зубы клацнули в воздухе, а сама изогнутая дугой кость, подразнив Трупоеда, полетела ко мне обратно бумерангом. А следом за ней, брызгая трупной слюной и сотрясая землю лапами, уже мчалась и сама дикая псина.

Тварь смотрела только на кость с заключенным внутри кристаллом энергии и неслась вперед, сметая все на своем пути, а я стоял в ее слепой зоне на дереве и потирал руки в предвкушении горы халявной стихийной энергии, которая сама бежала ко мне в руки.

* * *

Могучий цельнометаллический комендант шел по лесу своих владений. За проведенное в Долине Трех Холмов время, Альберт уже на зубок изучил местность и мог ориентироваться тут хоть с закрытыми глазами, но это не помогало ему пресекать распространение «заразы», которая множилась на вверенной ему территории сколько бы комендант ни пытался.

— В самом деле, Порталы легче закрывать, — выругался Альберт, ломая своей могучей рукой очередную ветку густой неприветливой растительности.

Местность только казалась дикой и нетронутой человеком, но доносящиеся спереди голоса говорили об обратном.

Услышав их, Альберт нахмурился и перешел на бег.

Из-за этих действий, шум, издаваемый хмурым комендантом, быстро перекрыл все остальные звуки в лесу и не услышать этот металлический бронепоезд мог только глухой.

Однако, когда Альберт выбрался на примятую коленями трех десятков людей поляну, все находились на своих местах, даже не заметив появления черно-золотой фигуры из плотной концентрации стихийной стали и праведной злости.

Взоры сидящих на коленях разношерстных людей были обращены к рукотворному деревянному постаменту, по основанию которого с гордым видом расхаживала черная птица с торчащим, словно корона, хохолком.

Пока Альберт бежал сюда, он точно слышал голос пернатого, но сейчас тот молчал и окидывал взглядом с легким прищуром свою немногочисленную паству.

— ТАК, ЛОДЫРИ! — набрав воздуха, зарычал громким басом Альберт, привлекая внимание, — Я СКОЛЬКО РАЗ ГОВОРИЛ, ЧТО ГУЛЯТЬ В ДИКИХ ЗЕМЛЯХ ОПАСНО⁈ БЫСТРО ЖОПЫ ПОДНЯЛИ И ПО ДОМАМ!

— Но ведь…

— Товарищ комендант…

— Мы просто…

Оправдания сыпались стройными и уверенными голосами, но Альберт был непреклонен и демонстративно вырвал своими ручищами из земли здоровенный куст, открывая путь в сторону поселения, куда и указал рукой.

— НИКАКИХ НО! — громогласно добавил Альберт, — НЕЧЕГО БАЛОВАТЬ ПОПУГАЯ! СКОЛЬКО РАЗ ВАМ ПОВТОРЯТЬ, ЧТО ВЫ ЕГО ТОЛЬКО ОТВЛЕКАЕТЕ⁈

Ворчание людей продолжилось, но в течение пяти минут все покинули поляну, не забыв отвесить уважительный поклон черному попугаю, который наблюдал за происходящим немигающим взглядом.

А когда ушел последний член паствы, Альберт поймал нечитаемый взгляд Клювика на себе. Взгляд, от которого у одного из самых могущественных Ратников Империи по спине побежал легкий холодок.

При этом никакой агрессии Клювик не испытывал. Ему скорее было любопытно. Как была любопытна и вся эта суета вокруг. Альберт знал, что когда попуг в первый раз прилетел на подобный «сбор», то стремился защитить людей, ведь те по неосторожности устроили его рядом с активным Порталом.

В тот раз Клювик успел перебить два десятка тварей, перед тем как на место происшествия, матерясь на сбежавших в дикий лес идиотов, прибыл сам Альберт. Комендант закрыл опасный Портал собственными руками, разогнал сбор, высказал им за нарушение техники безопасности, прочитал лекцию про опасные зоны и думал, что на этом все и закончится, но нет.

Это было только начало.

Подвиг попуга впечатлил людей и подобные сборы стали повторяться снова и снова, а число стихийных постаментов и рукотворных деревянных статуй крылатому «ангелу смерти» росло с каждым днем.

И прямо сейчас Альберт с тяжелым взглядом смотрел на одну из таких статуй. В отличие от первых, эта весьма близко передавала внешность Клювика, что не удивительно, ведь тот появлялся людям, которых защищает довольно часто.

А когда к постаментам люди придумали ставить чаши с самыми разными угощениями и подношениями, возгордившийся пернатый стал уделять этим местам еще больше своего внимания.

При этом свои обязанности по патрулированию Клювик исполнял на двести процентов и его эффективность и скорость реакции на угрозы только возросли. Более того, пернатый начал убивать тварей, что выбирались из активных Порталов, даже если они не угрожали людям напрямую, чего раньше без особой необходимости не делал.

— Маркус точно меня убьет, когда узнает, — обреченно вздохнул Альберт.

И это цельнометаллический комендант еще старался не думать о том, что Долину Трех Холмов все чаще стали в народе называть Гнездом Ангельской Птицы, и кормят его теперь все кому не лень, лишь бы тот не улетел отсюда и продолжал их защищать.

Убедить же впечатлительных подвигами Клювика людей в том, что это не связано с подношениями и попуг и так будет их защищать, у Альберта не получалось. Усугубляло проблему и то, что даже сильные одаренные участвуют в этом фарсе и всячески подпитывают слухи, разнося их все дальше и дальше по Империи.

Вздохнув, Альберт подошел, чтобы унести очередной постамент со статуей Клювика в подвал, как тут заметил странное шевеление в кустах.

Здоровяк наклонился вперед, опустился на корточки и осторожно раздвинул своими стальными ручищами густые кусты. И взору Альберта открылась картина того, как маленький сучок на ножках тянет украденный с чаши с подношениями кусок огурца себе в рот.

Однако, уловив движение сбоку, сучок мгновенно замер. Неловкая пауза продолжалась несколько секунд и сучок, сообразив, что его спалили, взвизгнул, обхватил огурец двумя лапками-веточками, и со скоростью ракеты скользнул между камнями и скрылся в лесу так быстро, что Альберт и моргнуть не успел.

— Да твою ж мать, — вдруг раздался обреченный мужской голос из высокой травы, и распрямившийся Альберт перевел озадаченный взгляд туда.

Туда, где из высокой травы в десяти метрах слева медленно поднялся на ноги сутулый мужчина, с ног до головы одетый в камуфляжную траву. Да так густо, что выдавали в нем человека лишь глаза.

Очень непростая маскировка использовала стихийные элементы и ауру, причем настолько искусно, что даже опытный Ратник, коим являлся Альберт, не почувствовал присутствия этого одаренного.

— Прости, я не хотел его спугнуть, — сочувствующе покачал головой Альберт, — долго ждал момента?

— Я не буду отвечать на этот вопрос, — устало произнес Генри и взяв с чаши подношений куриное яйцо, разбил его скорлупу и вылил содержимое себе в рот. Поморщился, и повторил такое же с еще двумя яйцами, после чего вернул уже менее голодный взгляд на Альберта и протянул тому одно из яиц.

— Нет, спасибо, — отмахнулся цельнометаллический комендант, — не думал, что у тебя с сучком столько проблем. Беса не думал попросить помочь?

— Нет конечно, — покачал головой Генри, — у господина сейчас и так много дел, в которых от меня нет никакого проку. И единственное, в чем я могу быть полезен своему господину, это сделать так, чтобы он не отвлекался.

— Прости, — не очень искренне развел руками Альберт, — я могу отозвать свой подарок на новоселье, если он доставляет тебе столько проблем.

— Отозвать⁈ Нет! Нет! Нет! — подорвался на месте Генри и отчаянно замахал камуфляжными руками, — это существо уникально! Я много лет возглавлял отдел разведки Организации и такую трепку мне не задавал ни один из многочисленных подопечных! Это существо умно, хитро, изобретательно и обучается сумасшедшими темпами! Уже сейчас его навыкам скрытности позавидует любой из моих подопечных! Да и я учусь у этого существа не меньше! К тому же, мне чрезвычайно интересно, куда это все может привести!

— Под подопечными ты имеешь в виду Жнецов? Так это ты возглавлял их программу подготовки? — сверкнул догадкой Альберт.

— И возглавляю, да, — невозмутимо кивнул Генри, — и при создании должных условий, этот мелкий сучок может превзойти любого из них!

— Верю, верю, — по-доброму посмеиваясь, кивнул Альберт и кинул в сторону Генри поднятый с земли зеленый овощ, — держи, кажется он любит огурцы.

— С-спасибо, — спрятав овощ за пазухой, благодарно поклонился Генри, после чего поправил камуфляж, натянул маскировочную ауру и, хлебнув водички, направился в лес по следу.

* * *

— Поглоти, — приказал я и отсеченная башка Саблезубого Трупоеда ушла на корм миру Тьмы вслед за телом твари, которое оказалось там десятью секундами ранее.

Облако Тьмы схлопнулось, а по телу приятным теплом пробежали энергетические частицы поглощенной энергии.

И энергии оказалось даже больше, чем я рассчитывал. Трупоед знатно отожрался ночью и вобрал в себе колоссальных уровней запасы, только вот пользоваться обретенной мощью не научился, поэтому бой выдался легким.

Помимо кучи энергии и самого трупа, с твари выпало сразу два энергетических кристалла смешанной стихийной энергии. Она не так сильна, как чистая стихия, но лишней точно не будет.

Убедившись, что больше вокруг живых тварей не осталось, я сверился с картой и направился на юг.

До стены отсюда было в районе сорока километров пути по пересеченной местности. Тратить на дорогу весь день я не планировал, поэтому сразу перешел на бег.

Тело быстро адаптировалось к нагрузкам и, нормализовав дыхание, я спокойно преодолел почти весь путь так ни разу и не остановившись.

Вокруг не было ни тварей, ни Порталов, ни каких-либо угроз. Тихо и спокойно, как в городском парке. Настолько тихо, что стало даже скучно.

Разбавить мою скуку и заставить замедлиться, смог лишь внезапно возникший спереди шум воды. Я слегка напрягся, ведь по карте никаких водоемов впереди не было, а стихийный ответ в воздухе начал нарастать.

И это несмотря на то, что из красной зоны я уже вышел.

— Любопытно, — констатировал я, когда источник звука предстал передо мной самой настоящей рекой.

Не родником, не речушкой, а рекой! Бурной, яростной такой рекой в четыре метра в ширину!

Но главное — это источаемый ей агрессивный стихийный ответ воды на уровне пятидесяти процентов. Агрессивный, потому что выжить в нем способны лишь портальные твари. Для остальных живых организмов такой тип воды все равно что кислота, хоть и выглядит вода кристально чистой и вполне обычной.

Не до конца веря своим глазам, я подошел к реке ближе, склонился, провел ладонями по водной глади и умылся.

— У-ух, — резко взбодрившись, тряхнул я мокрыми волосами.

Щеки пощипывало, но не от холода, а от агрессивной стихии, ответ которой оказался даже выше, чем я думал. Семьдесят процентов!

Я еще раз открыл карту, чтобы убедиться, не свернул ли я случайно куда-то не туда и не забрел вглубь красной зоны, но нет. Все было верно. Великая стена должна быть видна уже за следующим холмом.

Задержавшись на пару минут, чтобы пополнить запасы необычной водой, я добрался до вершины южного холма и остановился, глядя на раскинувшееся передо мной чистое поле. Бескрайнее открытое пространство, которое перекрывает собой лишь закрывающая горизонт Великая Стена.

Все открытое пространство было переполнено защитными дотами, предупреждающими табличками с колючей проволокой и редкими, запорошенными снегом воронками. Одного взгляда хватило, чтобы понять, что все поле заминировано. И судя по витающим в воздухе следам, минные заряды там далеки от обычных.

На далеких же гигантских стенах впереди виднелись развешенные боевые установки, количество которых втрое превышает то, что я видел у КПП Форт-Хелла.

Похоже, когда я думал, что со стороны красной зоны попасть на территорию восточников будет проще, я был слегка наивен.

Впрочем, один безопасный путь еще оставался.

И им была странная стихийная река, русло которой рассекало минное поле пополам и вело прямо к опущенной решетке ворот.

Да, бурное течение реки, вопреки логике, текло не сторону врат, а наоборот, оттуда, но это проблема решаемая.

Вздохнув, я затянул мантию потуже, скинул все трофеи в ее теневой карман и ступил босыми ногами в ледяную неприветливую воду.

После чего прикинул расстояние, и когда тело окончательно привыкло к необычной воде, нырнул с головой, и щедро напитывая тело энергией, поплыл против течения в сторону не ожидающей гостей Великой Стены.

Прямо к великим водным вратам Восточного Дома Идэ.

Глава 25

Бодрящая прохлада окутывала тело словно кокон, стихийное давление отзывалось легким потрескиванием в ушах, но я улыбался и невозмутимо плыл дальше.

Это оказалось совсем не так трудно, ведь не требовало каких-то заоблачных запасов источника или колоссальных энергетических затрат.

Вся фишка была в наличии стихийной энергии воды и умении ей управлять. Вернее, умении синхронизировать свои внутренние потоки с потоками реки, и любое перемещение в воде после этого давалось без особого труда.

По крайней мере мне.

Достаточно было преобразовать часть своей стихийной энергии в водную, чтобы обмануть «защиту» реки, а плыть дальше было делом техники.

Но вот для местных это река правда могла быть суровым испытанием, которое не прощает ошибок.

Ее природа явно рукотворная и создал реку одаренный. Достаточно могущественный одаренный, чтобы соединить ее с миром Стихии Воды, которая и обеспечивала стихийную накачку.

Я бы с радостью потратил больше времени на изучение любопытного феномена, но подплыв ближе к великой стене, я обнаружил, что дно под водой тоже заминировано и щедро усеяно датчиками обнаружения.

Тормознув, я поднял взгляд вверх и сквозь переливающиеся блики водной глади убедился, что большинство пушек на стене смотрит именно сюда.

Испытывать судьбу желания не было, да и если хоть одна пушка или датчик сработает, это похерит всю идею незаметного проникновения, поэтому я поплыл в сторону падающей от стены тени, которая как раз дотягивалась до меня.

Коснувшись тени рукой, я чуть прикрыл глаза и пустил по ней сканирующий импульс. Секунда и тени вернули сигнал, словно сонар, а в голове появилась смутная карта внутреннего устройства стен, что эту тень отбрасывали.

Использовать шаг Тьмы вслепую и в неизвестное место затея авантюрная, даже для меня, можно, как любил шутить старик Акс, «застрять в текстурах», или еще чего похуже.

Но вот получив представление о внутренней структуре стены и ворот, я легко смог найти подходящее для моих целей помещение и тут же использовал шаг Тьмы.

Мир Тьмы затянул меня в себя из глубин стихийной реки и, мигнув перед глазами черной вспышкой, выбросил в новом месте.

Ощутив под ногами твердый каменный пол, я протер глаза и перед мной предстали очертания небольшой комнаты, доверху набитой ящиками, швабрами, ведрами и прочими предметами хозяйственного и не очень назначения.

Насквозь промокший и босой, я поежился, попрыгал на одной ноге, чтобы избавиться от остатков назойливой воды и вскрыл первый ящик.

В нос резко ударил запах химикатов, и я закрыл его обратно. Протиснулся сквозь узкий проход ближе к выходу и открыл второй.

— Бинго, — улыбнулся я, заметив там аккуратно сложенную одежду.

Не самая чистая, но зато сухая.

Один комплект я использовал, чтобы обтереться, а второй уже надел на себя. Благо Князь Воды научил меня правильно носить эти «халаты», а потому справился с переодеванием я за пару минут.

К этому моменту, посланные мной на разведку ящерки уже закончили осмотр ближайших помещений, и я теперь имел представление куда попал.

И это было… эпично!

Река действительно вела до самых решетчатых ворот, которые изнутри сторожило несколько одаренных, но самое интересное начиналось дальше.

Если КПП Форт-Хелла представлял собой обычную дорогу, коридор стен, шлагбаум и размещенный прямо под стенами боевой гарнизон, то здесь одаренные располагались не снаружи, а внутри стен!

Река, проходя сквозь закрытую решетку ворот, брала резко вертикально вверх, образуя водопад, закрывающий дальнейший проход водяной завесой. А по левую и правую сторону от него, внутри стен располагался целый лабиринт из помещений, среди которых я смог опознать бараки, оружейную, столовую и кладовку.

Именно в последней я сейчас и находился.

Однако лабиринт внутри стен простирался и дальше, но ящерок я пока отозвал, так как сейчас меня интересовал выход.

Закончив разведку, я подошел к двери кладовки, скользнул взглядом по висящему на стене у небольшого умывальника зеркалу и провел рукой. Астральная энергия повиновалась и внесла косметические изменения в форму моих глаз.

— Теперь похож, — поджав щеки пальцами, улыбнулся я и, обтянув вокруг талии белый пояс, вышел в коридор.

Ни один из внешних датчиков не сработал на мое проникновение, а внутренний патруль сейчас находился достаточно далеко, поэтому я спокойно направился на звук водопада.

Спустя две минуты, из узкого коридора я выбрался на открытую область. Спереди находились три решетки опущенных стихийных ворот, сквозь которые виднелось минное поле и втекающая сюда стихийная река, по которой я плыл.

У крайней решетки ко мне спиной стояло два охранника и обсуждали странное поведение реки сегодня. Правому она казалась более буйной чем обычно, а левый пытался успокоить коллегу.

Я же стоял в тени коридора за спиной охраны и меня они не видели, а потому я перевел взгляд на реку, которая врезалась в глухую каменную стену и резко уходила вертикально вверх.

Шум стоял, словно от десятка водопадов, а холодные брызги разлетались во все стороны. На всякий случай, я заглянул за водную гладь водопада и убедился, что там нет никакого прохода, а значит к выходу вел только он.

С этой мыслью я перевел взгляд на расположенный на дальней стороне лифт. Единственный путь наверх.

Если вдруг он возьмет и поедет пустым, это будет палевно, поэтому я прислонился к стене и стал ждать. Стоял и с интересом изучал водопад, который брал свое начало где-то на верхнем ярусе, принося с собой сверхнасыщенные стихийные потоки воды и образуя реку с диким течением.

Я слушал разговоры явно скучающих охранников, а заодно с помощью ящерок убедился, что лабиринты коридоров внутри стен этого уровня не имеют выходов вовне и заканчиваются тупиками.

Единственным путем наружу, где бы он ни находился, являлся лифт.

Мое ожидание затянулось на десять минут, по истечению которых появился мой клиент. Молодой парнишка в похожей на мою простую робу и с белым поясом. Он толкал тележку с грязным бельем и, остановившись возле лифта, приложил к панели ладонь.

Панель сверкнула зеленым и створки лифта распахнулись, запуская парнишку с тележкой внутрь.

А когда створки закрылись, я был уже внутри, глядя сквозь пелену мира Теней, на водную гладь водопада, вдоль которого поднимался лифт.

Оказавшись на верхнем ярусе, парнишка вышел из лифта и тут же направился влево по широкому освещенному коридору, а я на несколько секунд остановился, глядя на гигантскую махину из десятков металлических труб, из которых и брал начало стихийный водопад.

Широченные стихийные трубы были прикреплены к странной формы гигантскому генератору, вокруг которого толпилось не менее сотни одаренных. Часть из них занималась обслуживанием генератора, а другие сидели на специальных каменных плитках и медитировали под льющимся им на лысые головы диким напором стихийной воды.

С торца генератора виднелись энергетические кабели, что уходили в каменный пол, а с обратной стороны, точно такая же сеть труб создавала второй поток воды, что шел в сторону внутренней части стены. Только там он не уходил сразу вертикально вниз, как здесь, а тянулся на десять метров по каменному каналу и заканчивался просветом выхода, в который било солнце.

Шум воды здесь был не таким громким и его легко перебивали голоса сотен людей, что занимались своими суетными делами в разных зонах верхнего яруса, который представлял собой просторную открытую площадь.

По центру площади находился сам стихийный генератор, с его северной стороны располагался лифт к нижним воротам и полукруглая смотровая площадка с плитками для медитации под струями воды.

В южной части яруса протекал канал, на площадках вдоль водной глади которого стройными рядами занимались сотни одаренных в одинаковых балахонах с посохами. Винтовые лестницы по центру площадок вели на нижние этажи, с которых доносились звуки тренирующихся людей.

На запад и восток от генератора располагались открытые стеллажи с боевым инвентарем, боеприпасами и снарядами, а также широкие платформы, что вели наверх к настенным бойницам. Прямо сейчас по одной из таких платформ десяток одаренных тащил наверх двуствольную боевую установку.

И чуть в сторону от входов в бойницы, вглубь вели широкие освещенные коридоры к помещениям иного назначения.

Вообще на верхнем ярусе, в отличие от нижнего, стоял самый настоящий хаос.

Все чего-то кричали, куда-то торопились, ругались. По обрывкам разговоров я понял причину кипиша и улыбнулся. Датчики местных зафиксировали энергетическую вспышку и внезапное увеличение активности в районе красной зоны и готовились к возможной атаке тварей, укрепляли оборону.

Даже Аргус не увидел никаких проблем в созданной пустотным взрывом точке силы, а вот восточники увидели и среагировали. Молодцы.

Пусть продолжают в том же духе.

Особенно сейчас, когда царящий на ярусе хаос стал для меня отличным союзником. Без каких-либо угроз быть обнаруженным, я вынырнул из теней чуть в стороне, после чего благополучно смешался с толпой и направился к коридору с надписью выход.

Коридор вывел меня и еще три десятка моих попутчиков к раскрытым настежь воротам. Никакой охраны тут не было и потому я беспрепятственно оказался на открытой площадке, которую прикрывала причудливой формы крыша из красного камня и резных колонн.

В лицо ударил ледяной морозный ветер, глаза сощурились от яркого полуденного солнца, а перед глазами раскинулся вид на огромный восточный город.

Площадка находилась почти под самым козырьком великих стен, а чуть в стороне из стены бил внутренний водопад.

Его кристально чистая вода искрилась на солнце и образовывала далеко внизу гигантское озеро, занимающее собой добрую четверть от всей видимой суши. По самому центру огромного озера располагалась высокая отвесная скала, плавно переходящая в выточенный прямо в ней Храм.

Внешне Храм Дома Идэ больше походил на Крепость, а попасть к нему можно было по одному из десятков ведущих нему, словно паутина, подвесных, каменных и деревянных мостов.

Сам же город под стеной представлял собой плотные кварталы из одноэтажных жилых построек с широкими крышами и от платформы, где я стоял, к нему вела вниз гигантская лестница из нескольких тысяч ступеней.

Иных путей от стены в город не было, а потому, я пожал плечами и начал спуск.

* * *

Лифт бы, конечно, тут не помешал. Не завидую я тем, кто ходит сюда на работу. Без тренированного тела преодолеть столько ступеней задачка не из простых. Особенно учитывая, что всякого рода ступенями пронизан буквально весь город.

Конечно, я мог пробежать весь этот спуск за минуту, но не хотел выделяться, да и город с высоты получше успел рассмотреть.

Милый городок. Красивый, уютный, солнечный.

И пахнет вкусно. Едой.

От стойкого запаха вкусностей у меня громко заурчал живот, и я чуть ускорил шаг. Поддержка маскировки и гораздо более активное чем обычно использование мира Теней пробудило голод. Я уже определил, что спизд… кхм… позаимствовал одежду рекрута, на что также указывал мой белый пояс.

Потому старался держаться таких же рекрутов и, спустившись, наконец, по бесконечной лестнице, свернул в сторону запахов еды. Здесь, под бамбуковыми навесами располагалась полевая кухня с уличной едой.

Быстро определив, где зона раздачи еды для младших рекрутов, я взял поднос и направился туда.

И уже через две минуты я сидел за столиком и облизывался, глядя на скрученную лапшу в бульоне, миску риса с горкой и нарезкой из стихийных морепродуктов.

— Приятного аппетита, — сложил я ладони, на манер местных и принялся есть.

Довольный и сытый, я взял с раздачи несколько яблок и, посвистывая, направился в сторону раскидистого дерева, что спряталось на заднем дворе. Оно имело высокую крону, открывало обзор на все части города, Храм и Стены, а его ветви давали глубокую Тень, и надо признать, места идеальнее во всем городе не найти.

Игнорируя сугробы, я хрустел яблоком и двигался вперед. Пока не увидел, как отбрасываемая деревом Тень вдруг неестественно подернулась, а за спиной появилось едва слышное дыхание.

Я не видел лезвие, что оказалось у моего горла, но чувствовал его холод своей кожей.

— Не звука, а то сдохнешь, — сухо произнес голос, и я ощутил, как тень древа медленно обступает меня со всех сторон.

Бесшумно. Незаметно. Изящно.

— И я рад тебя видеть, — с улыбкой произнес я и протянул к плечу целое яблоко.

— Учитель? — удивленно пискнул женский голос за спиной, и в момент, когда девица ослабила хватку, я одним движением отвел лезвие кинжала от своего горла, а вторым дернул убийцу за локоть на себя.

Неуклюже вывалившись из Тени, миниатюрная девушка без всякого сопротивления оказалась на моих руках с зажатым свободной рукой ртом.

При этом ее кошачьи глазки с вертикальным зрачком смотрели на меня весьма спокойно и даже с легким вызовом во взгляде.

Поняв, что она издевается, я вздохнул, и отпустил ее, после чего Лиса без единого лишнего звука шмыгнула в Тень раньше, чем ее обтянутая в черную ткань попка коснулась снега.

А следом ее стройный силуэт проявился за кроной дерева, а любопытный взгляд был обращен на меня.

— Отлично ассимилировался, — с едва слышным смешком, оценила Лиса мой внешний облик.

— Стараюсь, — беззаботно пожал я плечами, — так яблоко будешь или нет? — уточнил я, покручивая на пальце последний оставшийся фрукт.

Лиса странно на меня зыркнула и демонстративно осмотрелась вокруг.

М-да. Вроде бы уже Ратник, но ей еще учиться и учиться.

— Не парься, пока мы в тенях древа, нас не увидят. Техника отвода глаз, — невозмутимо отозвался я и сел, лениво привалившись спиной к дереву, — минут тридцать у нас есть.

Только после этого Лиса вышагнула вперед, принюхалась словно кошка, настороженно осмотрелась и, убедившись, что опасности вокруг действительно нет, присела рядом со мной.

— Ну так что, как мы их будем наказывать, братик? — склонив голову набок, милым голоском пропела Лиса и, обнажив белоснежные зубки, жадно впилась ими в алую плоть восточного яблока.

Глава 26

— Я разве не просил обойтись без братиков? — вздохнул я.

— Ну, родовое кольцо же есть, — демонстративно провела пальчиком передо мной Лиса, — значит, мы семья. А раз я в этой семье не жена… — с хитрым прищуром медленно добавила девушка и сделала паузу.

— Ладно, пусть будет братик, — сдался я, и откусил последний кусочек алого фрукта, который отвлекшаяся Лиса поднесла в опасной близости ко мне.

— Эй! — возмутилась девушка, но поздно, в миниатюрных ручках остался лишь огрызок.

Лиса ничего больше не сказала, но насупилась как обиженный ребенок, сложив ручки на груди и демонстративно отвела взгляд в сторону.

Детский сад.

Но я сам ее сюда позвал, поэтому относился к капризам спокойно. Тем более, что они были не более чем актерской игрой. На самом деле сканирующая энергия Лисы постоянно следила за нашим окружением, а на вершине дерева, со сложенными в виде бинокля лапками сидел дозорный хомяк.

Кого еще из зверинца взяла с собой на задание Лиса и куда приспособила, я не спрашивал. Время поджимало.

Камилле я не врал и к Порталу, от которого было неизвестно чего ждать, я нарочно отправился один, и в итоге правильно сделал.

В бою с драконом костяшкой союзники бы мне только мешали, да и привычнее было выполнять опасную и неизвестную миссию в одиночку.

А вот что касаемо похищения Амелии, тут все обстояло иначе. Я не знал местности, не знал ни целей, ни возможностей противника. Слишком много переменных для ситуации, на кону которой не только моя жизнь, поэтому я и привлек для дела Лису.

Мой новоиспеченный Ратник как раз созрел для задачки со звездочкой.

Да и подобная миссия была отличной проверкой ее новым способностям, успех которой закрепит позитивный результат освоения глубинной тени. Да и рисков никаких не было.

Ну, обнаружили бы Лису на восточной границе, в том, что она бы не дала себя в обиду я уверен, а в остальным это бы вызвало переполох, чем отвлекло внимание отсюда. Что мне в плюс.

А в случае успешного проникновения я получил бы опытного шпиона на месте, как в итоге и получилось.

Беспроигрышный вариант.

Удобно иметь талантливых учеников.

— Нашла девчонку? — дав Лисе ровно две минуты на игру в обиженку, спросил я.

— Еще нет, — как раз закончив сканирование местности, ответила моя юная шпионка, — я проверила везде, кроме этого места, — указала Лиса пальчиком на скалу с Храмом, — но нужно время, чтобы подтвердить наверняка.

— До заката справишься? — уточнил я.

— Да, но… — внезапно посерьезнела Лиса и, проследив направление ее взгляда, я обратил внимание на огороженную высоким забором территорию, что тянулась вдоль прибрежной части озера.

— Это военная верфь, — поспешила пояснить Лиса, — и решить эту проблему несколько приоритетнее, чем спасать девчонку.

— Поясни? — удивленно приподнял я бровь, после чего стал свидетелем весьма и весьма занимательной истории.

В город Лиса прибыла раньше меня и сразу занялась разведкой и поиском Амелии. Явных следов Нобу за собой не оставил, поэтому Лиса первым делом прошлась по всем местным объектам, у которых была выставлена дополнительная охрана.

Одним из таких объектов оказалась военная верфь, но было не похоже, что Амелия может быть там, поэтому Лиса уже собиралась идти дальше, но ее внимание привлек ажиотаж внутри и странный навес, который охраняли сильнее, чем Имперскую сокровищницу.

Поддавшись любопытству, Лиса использовала глубинную тень, чтобы залезть внутрь и нашла там странной формы пусковую установку, на которой была расположена трехметровая ракета. Стихийное давление внутри навеса было так сильно, что Лиса поспешила вернуться обратно и в течение часа приходила в себя, сидя в тенях.

За это время, девушка убедилась, что ее не обнаружили и, сделав пометку о странном и опасном оружии массового поражения, вернулась к поискам Амелии.

Однако, чем больше Лиса посещала объектов и подслушивала разговоров в своих поисках, тем чаще всплывало одно название.

«Посейдон».

И вскоре она поняла, что говорят о той самой установке, которую прямо сейчас готовят к запуску. Решив исключить худший вариант, Лиса попыталась выяснить цель грядущей атаки и успешно выяснила.

Ей оказался Форт-Хелл.

Поначалу я отнесся к словам Лисы скептически, но чем больше я слушал о прошлом Дома Идэ, тем меньше становилось сомнений в том, что многострадальный Форт-Хелл вскоре потеряет и свои резервные ворота.

Дело в том, что по преданиям, хоть Дом Идэ и существовал давно, свое могущество он начал обретать в год постройки третьего кольца стен. На тот момент маленькая безымянная деревушка стала жертвой прорыва стены, из которой внезапно забил стихийный водопад.

Дикая агрессивная вода затопила деревню и принесла с собой десятки тварей, что вылезли из Портала, открывшегося внутри стены.

Помощи было ждать неоткуда и прорыв бросился останавливать единственный одаренный деревни и ее старейшина.

Семь дней и семь ночей старейшина деревни сдерживал поток тварей левой рукой, а правой медленно, но верно, запечатывал Портал.

Воля одаренного водника была так сильна, что помимо подчинения хлещущей из Портала стихийной Воды, он открыл в себе способности управлять и Стихией Камня, которая помогла ему не только запечатать Портал, сохранив приток воды, но также восстановить повреждения в стене и создать внутри целую крепость.

В итоге этот одаренный у созданного им Великого Водопада основал Храм. Слухи о сотворенном чуде заполонили Храм последователями и учениками, которые впоследствии стали основой Дома Идэ, а потомки покорившего две Стихии гения и по сей день наследуют титул Старейшины и великую двустихийную мощь своего предка.

Как все это соотносится с ракетой и установкой? Очень просто.

На данный момент Дом Идэ владеет не только этим проходом у Водопада, а всеми пятью восточными КПП вдоль Великих стен. И каждое из них Дом Идэ захватывал одним и тем же способом.

Устраняя «внезапное» разрушение стены агрессивным водным потоком, упавшим с небес. Иными словами, сбрасывал ракету и топил конкурента стихийной водой, справиться с которой мог только Дом Идэ, чем вынуждал своих жертв принимать покровительство и защиту, в обмен на вассалитет.

И вот монополизировав все выходы из стен на территории своей страны, Дом Идэ, видимо, решил расширить свой бизнес. Создать в стенах Форт-Хелла дырку, которую смогут заделать только они, а чтобы сделать это наверняка, восточники решили выкрасть из Империи сильнейшую одаренную Воды, свадьба и смена фамилии которой также поможет Имперцам легче принять факт наличия филиала Дома Идэ на своей земле.

Через Амелию или ее детей, впоследствии даже можно будет заявить права на власть в Клане Воды, что откроет еще более широкие перспективы для Дома Идэ.

С местной водичкой я уже плотно познакомился и ее аспекта разрушения даже в чистом виде будет достаточно, чтобы создать дыру в кольце стен, созданных преимущественно из уязвимого к стихийной воде камня.

И если пусковая установка, о которой говорит Лиса, это именно то, о чем я думаю, весь вопрос будет только в наличии точных координат и разведданных, которые легко мог предоставить исколесивший всю Империю Нобу.

— Ничему, лять, эти мамкины захватчики не учатся, — выслушав рассказ Лисы, вздохнул я и глянул на часы.

От отведенного на разговор получаса оставалась ровно одна минута.

— Так что мне прикажешь делать? — с готовностью поднялась на ноги Лиса.

— Сконцентрируйся на поисках Амелии и найди, где ее держат, — поразмыслив пару секунд, ответил я.

— А «Посейдон»? — слегка расстроенная моим миролюбивым видом и отсутствием дозволения идти и резать всех подряд, уточнила Лиса.

— Я разберусь, — спокойно ответил я и, неохотно кивнув, Лиса скрылась в тенях.

Я же поднялся на ноги, сладко потянулся, после чего вынул из теневого кармана еще одно яблочко и, похрустывая на удивление вкусным фруктом, направился в сторону военной верфи.

* * *

Несмотря на довольно прохладную погоду и близость ледяного водопада, под навесом с гербом могущественного гребня воды было жарко. Внутри помещения витал горячий пар, окутывая собой барьер и стены, стелящийся по стерильному полу, а также скользящий по величественной пусковой установке.

Ее испестренная рунами иномирная сталь блестела новизной, несмотря на то, что бесценная Реликвия Дома Идэ, прозванная «Посейдон», была куда древнее самих стен.

Не знающая аналогов пусковая установка открыла для некогда безвестного Дома Идэ путь к могуществу.

Путь к власти.

От одного взгляда на Реликвию у первого советника по имени Ватанабе захватывало дух. Возможность любоваться часами на это произведение искусства было одной из самых любимых привилегий первого советника.

Ватанабе искренне верил, что путь к покорению Стихии и освобождения от нее лежит через покорение этой Реликвии.

Реликвии, которой было подвластно все.

Ни одна Стихия не могла разрушить ее основание, а естественная аура Реликвии была способна подчинить и стабилизировать любую энергию. Вкупе со встроенным катализатором и сверхточной системой наведения по стихийному следу, «Посейдон» одновременно подчинял Стихию любого объекта внутри и в то же время полностью управлял ее мощью.

В общем делал именно то, к чему стремится любой Восточный Дом, следующий писанию. Однако «Посейдоном» владеет только Дом Идэ, что делает их будущий успех неминуемым, и Ватанабе мечтал стать свидетелем этого успеха.

Первый советник стоял в метре от «Посейдона» и не моргая любовался его красотой. Наблюдал как исходящее от Реликвии сияние захватывает помещение, как сияние перекидывается на древние руны, заставляя их мерцать и наполнять воздух древней мощью.

Стерев проступивший со лба пот, восхищенный зрелищем Ватанабе подошел ближе и вынул подрагивающую ладонь из широкого рукава своего одеяния. С едва слышным стоном, он провел вспотевшей ладонью по теплому металлу ракеты.

Коснуться самого «Посейдона» это верная смерть, но и через установленную на нем ракету, стихийный сплав которой мог выдержать давление Реликвии целые сутки, Ватанабе ощутил вибрации «Посейдона».

Проведя ладонью вниз, первый советник собрал весь стихийный конденсат и умылся им.

— Хорошо… очень хорошо, — слегка безумным голосом прошептал он и отпрянул от Реликвии в сторону.

Водная платформа под установкой покачивалась в такт энергетическим нитям питания, что тянулись к «Посейдону» и установленной на нем ракете со стороны озера.

Все шло именно так как должно, а значит настройка была совершена правильно. Секрет обращения с Реликвией был получен кровью ошибок предков и передавался из уст в уста как священная тайна. Тайна, в которую был посвящен каждый первый советник Дома Идэ и только он мог убедиться, что все идет так как нужно.

И сейчас, все было идеально.

Закончив проверку, удовлетворенный Ватанабе заложил руки в замок за спиной и развернулся.

Его полубезумный взгляд из-под темно-синих провалов глаз скользнул по помещению и остановился на робко стоящем у входа высоком мужчине в боевом облачении.

Находиться так близко к набирающей мощь Реликвии ему давалось куда тяжелее, чем Ватанабе. Глаза мужчины были красные, кровавый пот стекал по вискам, сложенные руки дрожали, но никакого недовольства военный не выказывал и стойко терпел.

И только когда первый советник неспешно приблизился к мужчине, тот приоткрыл барьер и, к облегчению военного, оба покинули помещение с Реликвией.

— Генерал, — мягким голосом произнес первый советник Ватанабе, дав собеседнику пару секунд, чтобы прокашляться и восстановить дыхание.

— Да, господин советник! — выпрямился мужчина.

— Взвод запуска «Посейдона» готов?

— Почти готов, господин советник! Последние приготовления будут завершены к закату! — отчеканил Генерал.

— Хорошо… очень хорошо, — кивнул своим мыслям первый советник и собрался уже уходить, как Генерал произнес.

— Но…

— Но…? — поднял бровь первый советник.

— Осталось придумать название для ракеты, — произнес Генерал.

Традиционно считалось, что «Посейдон» не благословляет безымянные подношения, а потому это было крайне важным и обязательным ритуалом каждого запуска. Считалось, что правильно подобранное название заряжает энергетикой руны и гарантирует успех.

— Название, да… — поиграл желваками первый советник, который считал эту традицию несколько устаревшей, но Старейшина не любит самоволия, да и члены Взвода, идущие на смертельный риск при запуске, делают это немного охотнее, когда чувствуют свое сопричастие.

— У меня слишком много дел, доверяю сделать выбор тебе, — напутственно хлопнул Ватанабе своего верного Генерала по плечу, решив воспользоваться ситуацией, чтобы повысить лояльность одного из сильнейших своих подопечных.

— Это великая честь для меня, господин советник, — склонился в низком поклоне Генерал, да так и стоял, пока первый советник не ушел.

Только после этого мужчина выпрямился, привел свой внешний вид в порядок и направился к Взводу избранных одаренных, чья энергия призвана компенсировать несовершенство материала ракеты во время запуска, и подстраховать Реликвию своими жизнями, если что-то пойдет не так.

Взвод запуска «Посейдона» получал название по имени успешно запущенной ракеты и их потом восхваляли как героев.

А те же единицы, что смогли пережить запуск и прямое взаимодействие с Реликвией, неизбежно становились гораздо более сильными одаренными, чем были до этого, однако несмотря на это, желающих на эту почетную честь умереть за свой Храм с годами становилось все меньше, поэтому большинством членов Взвода, также называемого как Взвод Смертников, в нынешние времена были осужденные на казнь заключенные из числа достаточно крепких и выносливых одаренных.

В основном это были убийцы, насильники, предатели, заложники и прочий одаренный сброд.

Спустя несколько минут, Генерал вышагнул на закрытый тюремный полигон, где избранные Взводные проводили свою последнюю трапезу и встал на трибуну. Завидев его, заключенные и уголовники разных мастей отвлеклись от своих дел и нестройными рядами выстроились перед генералом.

Задвинув пафосную речь про традиции, честь и желание отблагодарить и увековечить волю и желания тех, кто приложит руку к очередной вехе великой истории Дома Идэ, Генерал торжественно объявил конкурс на название, что отпечатается вечной памятью на Реликвии. Название, которое позволит собравшимся стать частью чего-то бо́льшего, чем они сами.

— Смелее! Громче! — вскинул руки вверх Генерал, глядя на толпу перешептывающихся людей.

— Испепелитель!

— Расхреналово!

— Мегастояк!

Названия сыпались из толпы одно хуже другого, и Генерал уже пожалел, что взял на себя ответственность выдавить из этой кучки дегенератов что-то стоящее.

Как вдруг из толпы раздалось уверенное: «Титаник!».

— Титаник… — попробовал на вкус необычное слово Генерал, пытаясь высмотреть в толпе того, кто это предложил, — неплохо… в слове чувствуется мощь, сила, а Взвод Титана звучит как нечто несокрушимое и неизбежное!

Генерал, почувствовавший необычный прилив сил был воодушевлен, словно прикоснулся к чему-то великому! Он был уверен, что нащупал нечто по-настоящему древнее и величественное, а значит часть будущей славы «Титаника» неизбежно упадет и на него!

— Решено! Это именно то, что нужно! Кто это придумал? Выйди вперед, боец, и прими мою личную благодарность! — гаркнул счастливый и воодушевленный как никогда в жизни Генерал, однако из недоуменно переглядывающейся толпы уголовников вперед так никто и не вышел.

Глава 27

Остаток дня я провел за прогулкой и осмотром достопримечательностей.

Как никак я в отпуске и это моя первая заграничная поездка.

Начал я с разрекламированной верфи, продолжил прилегающим к ней кварталом военных, с ангарами, тюрьмами и прочими брутальными интересностями.

На все ушло час времени, солнце было еще высоко, поэтому я продолжил прогулку уже непосредственно в городе, чтобы выстроить полную картину.

Ибо если бы я судил только по тому, что увидел в военном квартале, это место бы стоило сравнять с землей целиком.

Однако я дал местным шанс и не зря.

Увиденное вдали от высоких стен казарм и тюрем увиденное мне даже понравилось.

Милые и приветливые люди. Уютные светлые улицы. Множество деревьев и парковых, если не сказать заповедных, зон.

Природу тут любили, ценили и сам город был выстроен вокруг растительности, а не вопреки ей. Из-за этого улицы больше походили на лабиринты, ориентироваться в котором было тем еще квестом.

Но не меньше меня впечатлила еда.

Она тут была восхитительна! Фрукты были выращены на местных фермах, система полива которых была подключена к стихийному озеру. Да и вообще это озеро, как и водопад, были не только на словах главной достопримечательностью.

Вода использовалась на фермах, посадках и кухнях. Использовалась на полигонах, в домах и в многочисленных храмах.

Ее пили, ей поливали, ей лечились и с ее помощью тренировались.

Вода была основой всего, в том числе безграничным поставщиком еды.

Рыбы, осьминоги, крабы, лобстеры, креветки… видов водных жителей, что искусственно разводились в стихийных водах озера были сотни!

Больше половины названий я встречал в первый раз в жизни, что не удивительно, ведь подавляющее большинство попадающих на стол водных жителей были выведены искусственно из портальных тварей.

Стихийная вода была для них лучшим питанием, из-за чего твари росли как на дрожжах за считанные дни и уходили в пищу до того, как становились опасными, из-за чего озеро являлось буквально бесконечным поставщиком еды.

Уж что-что, а голод восточникам точно не грозил.

Не удивительно, что все они были так повернуты на священности своих земель. Экосистема города была словно единый организм, сердцем которого являлся Великий Водопад и Храм на скале, что его охраняет.

За те несколько часов, что я провел на улицах, пробовал еду, слушал разговоры и гулял, я успел проникнуться их идеей.

Идеей, что культивируют все Дома Востока. Стремление сделать Стихию частью себя, частью своей жизни, но не для того, чтобы подчинить, а наоборот, что однажды стать настолько сильными самим, чтобы отказаться от нее полностью.

Эта идея пронизывала собой умы и тела всех встреченных мной людей так крепко, что стала частью их мировоззрения.

И надо признать, что условия этого города, жизнь которого пронизывает Стихия, как нельзя лучше подходят для подобного. Местные пьют стихийную воду, едят стихийную еду, дышат стихийным воздухом, да и само расположение прямо у стены рядом с красной зоной только способствует тому, чтобы Стихийная энергия окружала здешнего человека повсюду.

Не увидь я это все своими глазами, то мог подумать, что этот город заражен «стихией» ровно также как красная зона, однако это не так. Точно так же, как и местные умудряются сохранять свой внутренний баланс, так и природа тут находится в балансе, хоть и на грани.

Но когда эйфория первого впечатления схлынула, я задался вопрос.

А где эта грань в реальности? Все ли так радужно, как выглядит?

Да, местные чувствуют себя нормально и необратимых стихийных заражений природы тут нет, но вот привези сюда среднестатистического имперского жителя, и он не протянет тут и месяца. Если, конечно, это не гениальный одаренный Воды.

Нормально ли это? Вопрос спорный.

Как является спорным избранный местными одаренными путь силы. Стихийную энергию они двигают в обход внутреннего источника, крутят по энергетическим каналам, постепенно делая частью себя и приучая собственное тело к ее принятию и вырабатывая иммунитет.

Нетрадиционный и рискованный путь, эффективность которого я увидел на примере Нобу и первого спарринга в день знакомства с ним.

Тогда я думал, что подобным методом пользуются лишь сильнейшие одаренные и кандидаты в «буси» востока и Самураи, но я ошибался.

Подобный путь используют ВСЕ до единого встреченные мной жители этого города, среди которых не было НИ ОДНОГО неодаренного.

Полно слабых, да, но совсем пустых не было, и похоже это было результатом поколений тренировок и следований культивируемому Востоком пути.

Что плохого спросите вы?

В принципе, если не углубляться, ничего.

Орден не запрещал того, что не вредило человечеству глобально и помогало в борьбе с тварями. Любые эффективные практики обращения со Стихией поощрялись, изучались, применялись и распространялись, однако меня смущало то, что я увидел в военном квартале, а особенно то, что происходит в их подвалах.

Увиденное мной там перечеркивает всю «пользу» восточного подхода, лишь подтверждая выводы Ордена про таких вот «возвышенцев» над Стихией.

В мое время таких течения было ровно два.

Одни скатились в бухло, медитации и обкуривание благовониями, совсем перестав сражаться с тварями в попытках «возвыситься». Звучит так себе, но эти хотя бы были безобидными и представляли опасность только для себя самих, а потому Орден их не трогал.

Куда серьезнее ситуация обстояла со вторыми. Сектой, что называла себя «Видящими». Они отказывались от использования внутреннего источника, селились близ Порталов или даже внутри их, надеясь впитать Стихию в себя. Причем так делали как одаренные, так и обычные люди, которые надеялись ими таким способом стать. Поначалу инновационный опыт, упорство и решимость «Видящих» убедили Орден дать им шанс, а первые успехи даже заставили Магистров пристально изучить их опыт и привлечь для консультаций.

Однако все мелкие стартовые успехи свел на нет первый лишившийся рассудка одаренный, уничтоживший до основания родной городок. Жертв было так много, что замять этот случай не получилось и тогда в Ордене узнали, что подобных потерявших рассудок высокоранговых «Видящих» было как минимум пятеро. Помимо этого, вскрылись и другие обратные стороны этого пути силы, одним из которых, помимо высокой вероятности потерять человечность и сойти с ума, была крайне высокая смертность последователей. В районе семидесяти процентов.

Тогда же «Видящие» и окрестили Сектой, а их учение и путь возвышения был запрещен официально, как потенциально опасный для человечества.

Секта Видящих была не так сильна и многочисленна, как Культ Проклятой Звезды, поэтому без доступа к Порталам, девяносто девять процентов из которых на тот момент открывались внутри Башни, «Видящие» исчезли с радаров.

Лишь изредка всплывали единичные случаи сошедших с ума одаренных, но массовых жертв больше не было. Страдали в основном семьи и близкие бедолаг, которые не отказались от своего пути.

Так вот первая встреча с Нобу вселила в меня некий оптимизм, так как хоть он и делал со своим телом нечто похожее, то есть пытался сделать Стихию частью собственного тела, но Нобу удалось лишить главную проблему, с которой столкнулись «Видящие». Он не позволял Стихии задевать разум, оставляя его кристально чистым и ясным.

Другими словами, потоки стихийной энергии, что Нобу пропускал через себя при спарринге со мной, не затрагивали мозг. Совсем.

Я специально тогда задержался, чтобы в этом убедиться и потому не придал этому особенного значения после.

Да и не придавал бы сейчас, так как большинство местных жителей, да и даже одаренные, что тренировались внутри стены, тоже вели энергетические потоки в обход мозговых центров. Даже те, кому прямо на голову лилась стихийная вода, да. Они делали ее частью себя, но сохраняли разум чистым.

Но подвалы военной зоны показали, что не всем жителям востока удается это так гладко. Сотни и тысячи запертых в клетках сумасшедших показывали, что проблема пути возвышения никуда не делась, хоть и, очевидно, снизились ее масштабы.

Люди в этих подвалах уже не люди вовсе. Их разум утрачен безвозвратно, а тела деформированы. Теперь это просто мясо, источающее стихийную энергию.

Прямо сейчас я шел по красиво освещенной гирляндами и бумажными фонарями аллее и ел рыбный шарик на палочке. Вокруг играла музыка, толпились нарядно одетые люди, в предвкушении праздника.

Как я успел выяснить, запуск «Посейдона» был не рядовым событием, в честь которого город гулял три дня и три ночи на уличных фестивалях. А кульминацией праздника как раз и был торжественный запуск с речами и фанфарами.

Моя прогулка завершилась глубоким вечером, ровно там же, откуда и началась. Под тенью безымянного древа под стеной, которое словно лишний гость на празднике жизни, стояло в стороне от освещенных улиц, гуляний и веселья.

На бедняжку даже гирлянду не повесили. Впрочем, мне сейчас это было только на руку. Обложившись вкусняшками, я расположился под кроной древа и смотрел на взрывающийся над центральной площадью города салют.

Ну и что я мог сказать по итогам помимо вышеназванного?

Во-первых, хваленым аскетизмом восточников тут и не пахло. Нет, в целом, народ тут жил бедновато и простенько, если сравнивать с той же имперской столицей, но счастливых людей на улицах я тут видел непомерно больше.

Техники, и в целом стихийных агрегатов я не встречал, если не брать в расчет военный квартал. Там этого добра было полно. Но вот обычные люди прекрасно обходились без стихийных лампочек, кофеварок, автомобилей и далее по списку благ, ставших обыденностью для жителей Имперской столицы.

Правда вот конкретно этот момент я минусом не считал.

А вот, «во-вторых», перекрывало первый момент наглухо. Как я уже успел заметить, на востоке это нормальная тема. Где за видимой счастливой картинкой скрывается жуткая обратная сторона. В отношении простых жителей города это была зона риска, в которой находился поголовно каждый из этих счастливых, беззаботных и внешне радостных людей. Буквально каждый, даже ребенок, женщина и старик рисковали поехать кукухой от повсеместного стихийного давления и закончить свою жизнь в подвалах военного квартала.

Не знаю, как местному правителю удается незаметно для общества выдергивать перешедших грань членов системы, но в том, что он в курсе проблемы и нашел способ извлекать из поехавших бедолаг пользу, я не сомневаюсь ни на грамм.

Ведь именно энергия подвальных «психов» и питает генератор Водопада, а также барьер Великого Храма, который темно-синей пульсацией красиво переливается в свете луны.

А может, и не только их.

Так или иначе, окончательные ответы на возникшее вопросы я смогу найти только в самом Храме, а посланная мной шпионка до заката в итоге не справилась, и пока так и не вернулась. Лишь прислала сообщение, что у нее все в порядке, попросила больше времени и не вмешиваться.

Так я и поступил.

Поэтому прикончив разложенные вкусняхи, я досмотрел салют и пошел на второй туристический заход по городу. На этот раз целенаправленно гастрономический.

Сменяя один фестивальный квартал на другой, до гостиницы я в итоге добрался глубокой ночью. Ей оказалось двухэтажное здание у озера, что располагалось в живописном районе города на возвышенности.

Выглядело заведение богато, а зазывала на улице обещал «вип» услуги широкого спектра, но подкупила меня гостиница наличием собственных горячих источников.

Выбрав номер с личным выходом к источнику и огороженной зоной, я скинул себя одежду, маскировку и, расслабившись, откисал до утра в горячей водичке.

«Источником» был огороженный участок с подпиткой от озера, из которого с помощью стихийных манипуляций и парочки артефактов сделали место, которое если и уступало горячим источникам нашего Клана Воды, то не сильно.

Номер подобного уровня обошелся в пересчете на имперские монеты недешево. Как и в принципе мой маленький, но насыщенный гастрономический тур.

Утешало лишь то, что платил я не своими деньгами, а теми, что выигрывал на фестивальных точках. Разумеется, в десяти из десяти случаев меня пытались надурить, но выходило у них плохо. Все заготовленные на лоха хитрости почему-то на меня не работали и разводилы внезапно теряли деньги.

Те, что поумнее, быстро придумывали правила вроде «не больше одной попытки на человека» и отказывались продолжать со мной игру.

Более глупые же упорно старались отыграться, а когда не получалось, переходили к насилию в подворотнях, и в итоге пополняли мой кошелек еще бо́льшим количеством наличности.

В общем, денек прошел хорошо, а завершал я его в мягкой постели. Номер я снял двухместный, но вторая кровать так и не понадобилась.

Лиса вернулась только к полудню.

Я же к тому моменту отдохнувший и посвежевший сидел в белом халате на открытой террасе. Пил сок, завтракал рыбной тарелкой и наслаждался видом.

Со второго этажа моего номера открывался потрясающий обзор на многолюдную центральную площадь города, где вовсю шли приготовления к запуску. Сам военный квартал находился дальше в низине вдоль озера, был огорожен, и туда обычных людей не пускали, но вели прямую трансляцию на четырех гигантских экранах площади.

Сейчас же на экране был лишь общий план издалека на бронированный навес. Секретная установка была спрятана от глаз и внимание публики было сконцентрировано на парадно одетых военных, что выстроились вокруг закрытого навеса у красной ленты.

На площади играла музыка, летали шары и царило настроение грандиозного праздника.

И ровно в этот момент, на стуле напротив меня из теней появилась темноволосая девушка. Мешки под глазами, уставший взгляд и взъерошенные волосы. Ночка у Лисы выдалась явно не такой веселой как у меня.

Впрочем, после первого серьезного задания старика Акса я выглядел куда хуже. И да, тоже не просил никакой помощи.

Только потом я узнал, что этот старый хрен нарочно отправил меня в пекло, чтобы сбить с меня спесь и рассказать, как было надо поступить. Но я был тем еще упрямцем и скорее бы сдох, чем вернулся ни с чем. Собственно, я тогда чуть реально не сдох в океаническом Портале затопленного мира.

Так что Лиса считай отделалась детской прогулкой. Даже половину энергетического источника не потратила. И силы таскать рыбу из моей тарелки остались.

Совсем избаловал я свою ученицу, да.

Лиса не проронила ни слова и перевела многозначительный взгляд в сторону площади и царящего там праздника, на который собрался чуть ли не весь город.

В этот момент кадры общего плана на экранах сменились на крупное изображение нарядно одетого первого советника Ватанабе, который с торжественностью и пафосом начал речь.

На словах про «Взвод Титана станет поворотной вехой в истории Великого Дома Идэ…» я не смог сдержать улыбку.

Лиса слушала речь, которая эхом доносилась до нас через громкоговорители, и хмурилась с каждым секундой все больше. Хмурилась, но молчала и воровала мою рыбу.

— Как поиски? — протянув тарелку вперед, поинтересовался я, игнорируя при этом происходящее на площади.

— Да, — благодарно кивнув на угощение, хмыкнула Лиса, — ее держат в подвальной зоне. У них там что-то вроде святилища. Пробиться напрямую не получилось, подвал укрыт сильными дополнительными барьерами, поэтому пришлось сидеть повыше, слушать и наблюдать. Однако Амелия без сомнений там. Я видела, как туда спускают свадебную утварь и церемониальные принадлежности целыми ящиками.

— Хорошая работа, — погладил я чуть смутившуюся девушку по голове, — какие будут предложения?

— Я просканировала внешний барьер вдоль и поперек. Помимо силовой защиты, он блокирует и тень, даже глубинную. Незаметно пройти точно не получится. Придется прорываться силой. Но там охраны только на видимых этажах человек двести, да и коридоры узкие, не разгуляешься особо. Без отвлекающего маневра соваться опасно для жизни заложницы, — с серьезным лицом констатировала Лиса.

Молодец. Серьезно подошла к заданию. Я глянул барьер Храма только мельком, но выводы своей ученицы подтверждаю. Тень сквозь него правда без шума не пролезет. Да и Тьму заметят. Тут весь город живет как единый стихийны организм, чего уж говорить о его сердце, коим является Храм.

Если честно, я рассчитывал, что церемония свадьбы будет открытой и в Храм можно будет соваться уже без риска для жизни Амелии, но восточники осторожничают.

Может почувствовали наличие чужаков на своей земле, может насторожил взрыв Пустотной Бомбы неподалеку, а может просто по натуре такие.

Кто знает. Да и не важно.

Я достаточно отдохнул, чувствовал себя потрясающе, а состояние моих энергоканалов сейчас лучше, чем когда-либо.

«Отличный денек, чтобы убивать тварей», — сказал бы старик Акс.

И был бы прав.

Денек для того, чтобы сделать мир немножечко лучше, правда отличный.

С этими мыслями я с наслаждением втянул носом морозный воздух и вернул взгляд на площадь, где торжественная речь первого советника уже закончилась, а по площади разносились оглушительные аплодисменты.

— Как дела с «Посейдоном»? — все-таки не сдержалась и спросила Лиса.

— Как и обещал, я все уладил, — беззаботно ответил я и отпил сок.

Такого напитка как кофе в этой стране нет в принципе и это явный минус для туристического буклета.

— Все уладил? Точно? — скептически фыркнула Лиса, через расположенные на площади экраны глядя, как первый советник торжественно перерезает красную ленту.

Прозвучал торжественный залп орудий, а внимание камер переключилось на начавший вибрировать гигантский навес.

— Маркус, а ты точно понял, что будет, если она достигнет цели? — хмуро произнесла Лиса, когда сквозь распахнутые створки навеса в воздухе показался медленно набирающий высоту корпус ракеты с пафосно нанесенной подписью «Титаник».

Стихийное давление нарастало и перекрывало гул толпы, что завороженно наблюдала за долгожданным зрелищем. А лица то у них какие веселые. Словно это ракета не призвана уничтожить десятки тысяч людей и подвергнуть опасности прорыва стены все человечество, ради амбиций одного конкретного сообщества сектантов.

Впрочем, имеет ли местный Старейшина отношение к «Видящим», мне еще предстоит выяснить, а сейчас я вместе со всеми наблюдал за красотой ракеты, набор высоты которой сопровождался вполне видимым и красивым, словно северное сияние, потоком миллиардов стихийных частиц.

— Ну все, это конец, шанс упущен, — обреченно откинулась на кресле Лиса, как только ракета взмыла вверх достаточно высоко, чтобы теперь уже без всяких экранов мы увидели ее над отдаленной территорией верфи.

После чего моя ученица перевила на меня взгляд со сложной помесью гнева, разочарования, обиды и бессилия.

Правда продержался этот взгляд на личике Лисы всего секунду, после чего ее внимание переключилось на разрывающий динамики внезапный гвалт толпы, в котором уже не было ничего восторженного.

И Лиса с округленными глазами стала свидетелем зрелища, как набравшая было высоту ракета внезапно накренилась. Два стихийных двигателя из трех с хлопком вышли из строя, после чего «Титаник» с оглушающим свистом полетел вниз.

Мгновение звенящей тишины, после чего пространство накрывает взрыв, погребающий под собой верфь и весь прилегающий к ней военный квартал. Взрывной волной выбило окна гостиницы, тряхнуло землю и накренило террасу, на которой мы сидели.

А спустя секунду всю площадь накрыли крики паники, заревели сирены, а еще несколько секунд назад праздновавший город погрузился в пучины хаоса.

— Что скажешь, сойдет за отвлекающий маневр? — вернув взгляд на впавшую в ступор Лису, беззаботно спросил я, и одним глотком прикончил остатки сока.

≡=

Конец восьмого тома.

Девятый том тут: https://author.today/reader/388311

Друзья, не забываем поставить 💖 Лайк, если вдруг так случилось и книга вам понравилась:) Для автора это очень важно.

Nota bene

Книга предоставлена Цокольным этажом, где можно скачать и другие книги.

Сайт заблокирован в России, поэтому доступ к сайту через VPN. Можете воспользоваться Censor Tracker или Антизапретом.

У нас есть Telegram-бот, о котором подробнее можно узнать на сайте в Ответах.

* * *

Если вам понравилась книга, наградите автора лайком и донатом:

Последний Паладин. Том 8

Content

Последний Паладин. Том 8

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Nota bene