Пантелей

Реванш Николая Романова

Глава 1

12 января 1906 года, в Исаакиевском соборе Санкт-Петербурга, митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Антонием была помазана на царство в Китае новая династия. Династия Романовых.

Да, вот так нагло. А кого стесняться, если все за, кроме британцев? Дождались отбытия дядюшки Эдика и оформили Китай на нового хозяина – Михаила Первого. Снова династия Романовых началась с Михаила.

Четырнадцатого проводили французского Императора Филиппа Шестого Петена, пятнадцатого – президента САСШ Элтона Паркера. Оба уезжали довольными.

Петен получил тридцатипроцентную скидку на нефть, да ещё и работу для своих моряков, которые сами будут забирать товар из Новороссийска. Не только нефть, но и нефтепродукты – топочный мазут, солярку и бензин. В Новороссийск нефть поступала по трубе из Баку, поэтому там построили целых два нефтеперерабатывающих завода – Нобель и Рокфеллер. Вся добыча в Российской Империи (в том числе Иране и Румынии) давно принадлежала казне, а вот переработкой занимались все желающие. То есть не все, конечно, а все те, у кого были для этого средства. И Нобелю, и Рокфеллеру было невыгодно развитие перерабатывающих мощностей во Франции, поэтому они сделали на свой продукт хорошую скидку. Петена ждали дома, как триумфатора. Эту ставку британцам не перебить как минимум год, а больше нам и не нужно.

Элтон Паркер увозил контракт на сто миллионов рублей с Российским министерством Финансов (тридцать танкеров-пятидесятитысячников и двадцать пять тысяч стандартных русских контейнеров), а также договор с китайским Императором Михаилом Первым на девяностодевятилетнюю аренду порта Ханчжоу (по соседству с британским Шанхаем, как и Гуанчжоу с Гонконгом). В САСШ его тоже готовились встречать, как победителя – этот заказ обеспечит работой верфи восточного побережья на два года. И это во время самого тяжелого кризиса в экономике, за всю историю страны. Американцы тоже умиротворились как минимум на год, а, скорее, даже два.

Всё получилось как нельзя лучше. Два года британцы точно тянуть не смогут, засекреченная кораблестроительная программа Рейха не даёт им спать, мучая кошмарами. Вилли специально допустил утечку об испытании весемнадцатидюймовых пушек Круппа и разработке проекта мегалинкора водоизмещением под сто тысяч тонн. Понятно, что заложат его ещё не завтра, для этого нужно сначала модернизировать какую-нибудь верфь, но просто ждать – смерти подобно, работают германцы быстро. Очень быстро, быстрее всех.

Ох и дорого теперь обойдётся британцам союз. Нет, деньги (золото) у них есть, всё-таки сто лет весь мир грабили, скопили немало, купить союзников на одну войну точно хватит, но войну ведь мало начать, её ещё и выиграть нужно. Победить Рейх и разрушить его экономику, как в восемнадцатом году другой истории. Впрочем, надежды на это они пока питают. Вильгельм Второй продолжает играть, полюбившуюся ему, роль отморозка и время от времени грозит всему миру, в том числе и России с Японией.

Шестнадцатого января Николай проводил Кайзера и Микадо, соответственно в Берлин и Либаву, оставил на хозяйстве Сандро, а сам отправился в привычный уже вояж на восток по железной дороге (Челябинск – Новоалександровск – Красноярск – Михайловск – Святогеоргиевск/Владивосток) в компании молодожёнов, маман и адмирала светлейшего князя Дубасова-Босфорского. В свите Государя Императора состояли Антон Павлович Чехов и Джек Лондон.

Торжества закончились, жена опять непраздна, а что ещё в Санкт-Петербурге делать? Ручного управления Российской Империи больше не требовалось, Комитет развития работает отлично, а в то, что и так отлично работает, улучшения вносить противопоказано, да и связь теперь не телеграфная (точка-тире), а радиотелефонная, под неё к поезду прицеплен специальный вагон – если возникнут вопросы – всегда пожалуйста.

В Челябинске Мишкин и Дубасов словили шок. Испытываемая на полигоне бронетехника выглядела не менее фантастично, чем марсианские боевые треножники Герберта Уэллса. Танки и бронетранспортёры с силуэтами двадцать первого века впечатляли. Характеристики, конечно, раза в три пожиже, но смотрят то ведь не на характеристики, а на вид – сущий ужас.

Первый танк так и назвали – Т-1. Широкий, приземистый, с восьмидесятивосьми миллиметровой пушкой Круппа и пятилинейным пулемётом Максима-Норденфельта, с лобовой бронёй, неуязвимой для трёхдюймовых снарядов (а других орудий на вооружении у потенциальных противников пока не было, поэтому перегружать машину лишней бронёй не стали), проходимый по грязи, в которой может завязнуть даже лошадь и быстрый, как антилопа (почти сорок километров час на дороге и двадцать по бездорожью с грязью). Довольно лёгкий, всего двадцать две тонны, с полным боекомплектом и баками (примерно, как БМП-3) – по любому европейскому мосту пройдёт. В общем, из века двадцать первого только силуэт, все основные характеристики пока намного (в три-четыре раза) ниже, чем у Т-54. Ну, так и бороться ему предстояло с натуральными дикарями, у которых на вооружении нет даже фугасных, не то, что бронебойных снарядов – только трёхдюймовый шрапнельный, который можно поставить на удар. Удар банкой свинца, таким, Т-1 не пробить даже в упор. Гусеницу сбить можно, но не более того.

БТР-1, с десятилинейной автоматической пушкой, восьмиколёсный, в лобовой проекции держал нынешнюю трёхдюймовку с тысячи метров, а больше и не нужно. Второй раз выстрелить ей уже не дадут. Вряд ли в этой войне кто-то будет подпускать бронетехнику ближе, или устраивать фланговые артиллерийские засады, а к следующей мы уже и технику другую подготовим.

– Ты мне такие дашь, Ники? – голос Мишкина аж вибрировал от вожделения.

– Неправильный вопрос, брат. Что значит мне? У тебя есть экипажи, ремонтная база и командиры, которые умеют эту технику использовать?

– Нет, конечно.

– Тогда зачем тебе «такие»? Если обстановка потребует – перебросим уже боеготовое подразделение, но это вряд ли. Шанхай с Гонконгом ты и так возьмёшь, там всех гарнизонов меньше ста тысяч. «Такими» нужно бить сразу по Парижу и Лондону, пока они не додумались до средств противодействия.

– Додуматься мало. Эти средства ещё произвести нужно и принять на вооружение.

– Эх, молодёжь… Чтобы заминировать дороги и мосты примитивными, но очень опасными фугасами, у британцев и французов уже всё есть, а через месяц, максимум, они наладят выпуск легко устанавливаемых мин и заминируют вообще все танкоопасные направления. Если мы засветим это в Китае, то в Европе уже кровью умоемся. Не считай себя самым умным, Мишкин – это очень опасное заблуждение. Мы не с дураками воевать собираемся. Далеко не с дураками. Бронетехника – это инструмент для глубоких прорывов фронта и перерезания коммуникаций, а у тебя, в Китае, наш потенциальный противник сам прижался к берегу, в приморские крепости, под защиту флота. Тут по-другому действовать надо.

– Как по-другому?

– Покажу. Не спеши. У нас до Михайловска ещё две остановки.

В Челябинске заложили храм Божьей Матери и Императорский Челябинской Университет, наградили отличившихся орденами и деньгами, поприсутствовали на открытии Электрометаллургического комбината специальных (титаномагниевых) сплавов, посетили хоккейный матч между командами «Металлург» и «Трактор» и бал в местном дворянском собрании. Всё это снималось для синематографа, для пятнадцатиминутных документальных киножурналов, которые показывали перед фильмами.

Кстати, о синематографе. Начинавшие этот бизнес, братья Люмьер перешли на государственную службу в чине статских советников. Жан Луи возглавил министерство Точного машиностроения, а старший, Огюст Николя, Академию Синематографа, тоже, практически, министерство, только притворяющееся общественной организацией. В числе её учредителей не было ни одной компании, которую не контролировал Дурново. Не напрямую, разумеется, но надёжно. И во всех этих учредителях (синемастудиях и синемапрокатчиках) получили солидные доли братья Люмьер. Деньги для них отошли глубоко на задний план, как и жажда известности.

По упоминаниям в прессе, фамилия Люмьер вдвое обходила любого конкурента, любого учёного, инженера, политика и даже Императора. Теперь для них стало актуальным всё это сохранить и передать детям, а кто гарантирует лучшую сохранность имущества и жизни, чем ИСБ и ИСО? Господь Бог? Ага, попробуй до него дозвонись… А на госслужбе ордена капают и титул в перспективе вполне реален. К тому же им никто не мешает воплощать свои задумки в «подопытных» синемастудиях, которых в Империи на 1906 год было уже восемь: в Санкт-Петербурге, Москве, Царьграде, Михайловске, Святогеоргиевске, Бендер-Аббасе, Йоханнесбурге и Бангкоке. Перед Огюстом Николя открылись невиданные перспективы. Больше не нужно таскать по миру тонны аппаратуры – отправляй поездом съёмочную группу и получай любую натуру за гроши (в сравнении, конечно) в любом климатическом поясе. Не нужно больше рисовать на заднем плане горы, или пальмы.

Синематеатры теперь работали во всех городах (в Москве больше сотни), каждый день открывались клубы в зажиточных сёлах и казачьих станицах, а охват аудитории уже превысил показатель всей печатной прессы. Прав был Ленин в этом вопросе. Актуальность документальных журналов сомнения не вызывала, поэтому синаматографисты теперь копошились повсюду, возил с собой группу и Николай. Не на полигон с танками, конечно, но и без того материалов хватало.

В Новоалександровске Мишкин увидел свою «вундервафлю» – миномёты. Реактивные – гибрид «Катюши» и «Града», с установкой их двадцати четырёх направляющих для ракет калибром в сто миллиметров. И ствольный, для стодвадцатимиллиметровой оперённой артиллерийской мины (те же «Сани», только не буксируемые, а самоходные). Обе установки на основе полноприводных «Уралов», РЗСО на базе шеститонного грузовика, а «Сани» в кузове двухтонного пикапа с двойной кабиной. Маневренность в условиях Китая у них будет запредельная, с любого рисового поля отстреляться смогут. А уж плотность огня…

– Ну, как?

– Вещь!

Император Китая (в этой истории Михаил отучился на артиллериста), эти машины убийства оценил моментально. Армия китайцев теперь нужна только для рытья траншей. Выкопали, установили пулемёты, подогнали «Уралы» с миномётами, выжгли «передок», продвинулись на десяток километров и всё по новой – копаем, подгоняем, стреляем, продвигаемся. Предельно просто, даже неинтересно, примерно, как грибы собирать.

В Красноярске обалдела уже маман. На монопланах она летать ещё не умела, пришлось задержаться там на целую неделю.

Хорошие получались машины, дорогие, но хорошие. Бенц умудрился увеличить ресурс моторов до двухсот сорока часов, что, пожалуй, для этих материалов и смазок – величина запредельная, так и не достигнутая в другой истории. Полетали от души.

Бал в дворянском собрании, первой парой открыли действительный статский советник, граф Карл Бенц и Вдовствующая Императрица Мария Фёдоровна Романова. Маман бесподобно смотрелась в бальном платье, с крестом Святого Георгия третьей степени. И всё это снималось для документальных журналов, которые пользовались большим спросом во всём мире. Это в России их в нагрузку показывали, а остальным продавали, причём недёшево.

Губернаторский дворец Красноярска староверы построили роскошно, с расчётом на столичный статус города. Раз в титуле Государя-Императора перечисляется и Царь Сибирский, то почему бы не быть столице Сибири? А Красноярск как раз почти в самом центре, да и одно из имперских министерств (Авиационной промышленности) уже располагалось здесь.

Что давал столичный статус? Генерал-губернаторство, а значит возможность подняться выше в чинах для всех бюрократов-карьеристов. Ничего плохого в карьеризме нет и для чиновников, тем более что они готовы ради этого прилично раскошелиться. «Ну какая может быть столица всего с одним мостом? Над нами даже медведи в тайге смеяться будут. В Новоалександровске мостов уже два, и то они на такое не замахиваются. Скромнее, господа, скромнее». Господа преисполнились скромности, взгляды потупили, но задачу точно поняли, мосты им самим нужны, так что построят их быстро. Пора тянуть на восток автобаны, они поспособствуют расселению из европейской части (всё ещё перенаселённой) даже лучше, чем железные дороги.

В Михайловске с поезда сошли (вернее, отцепили свои вагоны) Китайский Император с Императрицей и Маман, взявшаяся опекать Марию Николаевну. Ну а кого ещё? У Государыни-Императрицы уже четверо детей, у Ксении тоже четверо, у Олечки двое, остались только Мишенька и его Машенька.

В Михайловске-же получили сообщение Дурново. Пётр Николаевич доложил, что получил фотокопии тайного союзного договора Британии и Франции. Николай распорядился опубликовать материалы в прессе, снабдив соответствующими комментариями, а Извольскому поручил денонсировать договор перестраховки с Второй Французской Империей. В ответ на немыслимое коварство бывших союзников.

Если дядюшка Эдик запланировал начать войну этим летом – это точно спутает ему все хитрые планы. Втянуть Россию в войну не получится, восточного фронта у Рейха не будет, а значит… Без Америки никак. И с Америкой-то вопрос, она точно не пришлёт в Европу пятимиллионную армию, которую по мобилизации выставили бы русские, а значит, понадобится пушечное мясо, понадобится ещё и Италия. Сложная задача, сразу не решается.

В Святогеоргиевске торжественно приняли в состав Русского Императорского Флота суперлинкоры «Кайзер» и «Микадо». А чего теперь стесняться? Тем более, что на фоне разрыва с Францией, это будет смотреться как попытка подхалимажа. Позлословят, конечно. Мы и сами под псевдонимами насчёт этого обязательно позлословим, нам это очень выгодно.

Принявший командование над Тихоокеанским флотом, адмирал Дубасов-Босфорский поднял свой флаг на «Микадо», а Николай на «Кайзере», новичков предстояло «выгулять». 5 (18) апреля произойдёт землетрясение в Сан-Франциско, это то событие, которое не предотвратит никакое изменение истории. Это «Титаник» может не утонуть, его теперь могут даже не построить, а землетрясение обязательно состоится, и на этом должно сыграть.

Визит в Сан-Франциско на середину апреля (по Григорианскому календарю) уже согласован, запланирована очередная встреча с Элтоном Паркером, и даже повестка согласована – заказы России для промышленности Западного побережья САСШ. За неделю предупредим, сославшись на пророчество соловецкого монаха Иоанна. Потом на него же сошлёмся перед прилётом Тунгусского феномена и Мессинским землетрясением. Очень нам сейчас нужен Святой современник, а Господь простит. Он наверняка нас от скуки создал – вот и развлечём Творца.

Бал во дворце генерал-губернатора, награждение орденами и премиями. Возведение адмирала Алексеева в графское достоинство. Евгений Алексеевич тоже входил в список невинно пострадавших в той истории, так что не жалко. Ну, будет в Российской Империи на одного графа больше, и что в этом такого? А его авторитет возрастёт значительно. Вот и славно, ему ведь Мишкина в Китае поддерживать предстоит, да не флотом, а армией и казаками. Одно дело – адмирал и генерал-губернатор, и совсем другое – граф и Имперский Наместник Дальнего Востока, который в праве объявить военное положение на вверенной территории и мобилизацию, не дожидаясь приказов из «Центра». Ему на месте виднее.

Адмирал Алексеев далеко не паинька. Характер у него настолько склочный, что переорать Евгения Алексеевича не может даже главный матершиник Российской Империи – граф фон Витте. Но патриот, этого не отнять. Русский до мозга костей. Вот и пусть порулит, во время войны, это – именно то, что нужно.

Глава 2

Первого марта 1906 года отбыли из Святогеоргиевска в Новгород-Восточный, столицу генерал-губернаторства Гуама и Марианских островов. Почти всем флотом и с припасами для Сан-Франциско – палатками, спальными мешками, одеялами, керосиновыми лампами, примусами, консервами и медикаментами, в том числе и антибиотиками. Антон Павлович Чехов, с разрешения Государя, перешёл на борт плавгоспиталя «Николай Пирогов». Пациентов пока мало, почти нет, но возбуждать зависть коллег и пачкать свой светлый образ праздностью ему точно не стоило. А как писатель, там он даже больше материала получит. Хватит растрачиваться на всякие рефлексирующие пьески, пора Антону Павловичу выдавать эпические произведения, грядущие великие события кому-то ведь нужно описать. Джек Лондон тоже опишет, но он американец, хоть и принявший русское подданство, цивилизационный код у него другой. Тем интереснее будет сравнить их впечатления.

На Гуаме, вдвоём с адмиралом Дубасовым-Босфорским, проинспектировали первый авианосец «Санкт-Петербург». На яхте (крейсере второго ранга «Татарин») генерал-губернатора Руднева. Фёдор Васильевич увиденным очень впечатлился. Одно дело – всё это (всякие самолёты) воображать и совсем другое – увидеть.

«Санкт-Петербург», даром, что первый блин, совсем комом не получился. С него взлетали и на него садились при волнении моря в два балла, а значит большую часть времени он будет боеготов. Во время волнения просто отбежит, скорости хватит, он быстрее лёгкого «Малюты» нашего производства, а про остальные и вспоминать не стоит. Все обвешались бронёй, как ненормальные, в полной загрузке – ниже расчётной ватерлинии. А эсминцев, если что, отгонит «телохранитель» – бронепалубный крейсер первого ранга «Легионер».

В общем, самолёты взлетали и садились, отрабатывали атаки пикирующие бомбардировщики и торпедоносцы, проводили учебные бои истребители, контролировали акваторию разведчики. Самолётов сначала было двадцать шесть, но четыре уже разбили, погибли два лётчика. Ничего не поделаешь. Без жертв такое не создаётся, главное, чтобы жертвы эти не были напрасными. Вечная память!

– Сделано хорошо, Всеволод Фёдорович, поздравляю вас вице-адмиралом и флагманом первой авианосной эскадры Русского Императорского Флота.

– Благодарю, Государь!

– Заслужили, поэтому благодарность взаимна. Замечания ваши в МТК учли, «Москва» и «Севастополь» заложены уже в корпусах «Иванов», водоизмещение по проекту выросло до тридцати тысяч, авиакрыло до семидесяти самолётов. Есть надежда, что они смогут работать на трёхбалльной волне, а это ещё сорок суток в году. Готовьтесь принимать пополнение.

Без бала никуда. Правда, в дворянском собрании Новгорода-Восточного, умеющих и желающих танцевать нашлось всего шесть пар (дворянки из местных танцам ещё не научились), но даже просто постоять в углу в одном зале с Императором – это событие, о котором они будут рассказывать внукам. А тут ещё и Дубасов-Босфорский, величайший моряк всех времён и народов, Гений которого сделал Чёрное море русским и изобрёл авианосцы. Оружие Победы – в этом никто из присутствующих не сомневался.

А жить на Гуаме теперь очень даже неплохо. В Новгороде-Восточном работали уже два синематеатра, полтора десятка ресторанов (это на тридцать тысяч жителей) – сервис, на душу населения, вполне на столичном уровне. Теперь ещё добавится радиовещание, всё, необходимое для этого оборудование, привезли. А радио – это уже новости в реальном времени, а не газеты месячной давности. Кстати, и газеты нужно печатать на месте, ничего сложного в этом нет, печатают же их в Йоханнесбурге.

3 (16) апреля 1906 года, за два дня до землетрясения, Тихоокеанский флот Российской Империи прибыл в Сан-Франциско с дружественным визитом на высочайшем уровне. Бояться нечего, эпицентр в разломе Сан-Андреас, цунами не возникнет, а к месту происшествия лучше разместиться как можно ближе. Раз уж подали заявку на регистрацию Чуда, нужно этому полностью соответствовать – русская помощь потерпевшим американцам прибыла заранее. Русские знали, они ведь верят своим Пророкам, они даже президента и правительство предупреждали, да не один раз. 4 (17) газеты разместили на первой полосе заметку Джека Лондона: – «Что делать, если завтра в пять утра произойдёт землетрясение небывалой силы».

Семнадцатого вечером встретились с Элтоном Паркером в особняке на холме Рашен-Хилл, обсудили самое злободневное – союз Британии с Францией и их скорую войну с Германией. Сошлись во мнении (не прямым текстом, но единодушно), что – «Чума на оба ваших дома!», плакать никто не будет. Обсудить всякие мирные вопросы договорились завтра на «Кайзере», куда президент Элтон Паркер прибудет для чествования экипажем и осмотра корабля. Перед расставанием, Николай попросил славного парня Эла не ночевать сегодня в помещении с тяжёлыми перекрытиями, а то не дай Бог завалит. Какое именно из зданий разрушится, сейчас предсказать невозможно, но примерно четыре из каждых пяти, да ещё и пожары сразу начнутся, так что лучше не рисковать. Хоть и Божья воля, но зачем искушать судьбу, оставаясь на ночлег в Содоме накануне? Тем более, что вы здесь не местный.

Перекошмарил бедолагу. То есть, сначала то он, конечно, не поверил (смотрел, как на умалишённого, но забавного собеседника), зато как затрясло рванул из города, обгоняя собственные вопли ужаса. Спасал Сан-Франциско Российский Императорский Флот, под командой самого Государя-Императора.

В четыре тридцать утра на русских кораблях пробили тревогу, а в пять ноль-ноль, шестнадцатидюймовые пушки «Кайзера» и «Микадо» начали стрелять холостыми. Через каждые двадцать секунд, ритмично, как метроном. С тридцать шестым выстрелом, земная твердь содрогнулась и город Сан-Франциско осыпался, к этому времени девяносто девять процентов жителей выскочило на улицу и пялилось в сторону бухты.

В шесть утра город оцепили патрули морских пехотинцев, в семь большинство пострадавших доставили на «Николая Пирогова», в восемь начали устанавливать палаточный город, раздавать воду, питание и всякие мелочи вроде мыла, полотенец и расчёсок. Полицейское управление, пожарная охрана и даже военнослужащие местных частей подчинились русскому адмиралу Дубасову-Босфорскому. А куда им деваться? Дома и у них разрушены, воды нет, еды нет, спать негде и помощи из центра можно и не дождаться, а у русских хоть и палаточный, но город с электричеством. Они с собой и генераторы привезли, и провода, и десятки тысяч лампочек.

По Сан-Франциско пошли слухи, что на «Николае Пирогове» лечат антибиотиками всех нуждающихся пострадавших, поток пострадавших с травмами заметно возрос, жаждущие халявы занялись членовредительством. Это доложил Чехов, но и Джек Лондон заметить тоже успел. Очень хорошо, ведь именно первые впечатления наиболее значимые. А для истории в городе работало шесть съёмочных групп, снимающие процессы разбора завалов и берущие у спасённых интервью на горячих эмоциях.

Девятнадцатого вечером в палаточном городе Сан-Франциско начала работать радиоточка, а двадцать первого вышел первый номер газеты «Nuntium» (на латыни просто новости). Новости и объявления. Газеты расклеивали в тысяче точек, чтобы не провоцировать массовых сборищ, дурных мыслей и прочих вредных стадных рефлексов грешных человеков. А до них уже начало доходить, что за землетрясение страховку не выплатят, а вот если бы случился пожар…

Активных поджигателей «паковала» полиция Сан-Франциско под прицелом камер. Синема видел всё и всё запоминал. Не дай Бог засветиться в соучастии погромщикам, за такое страховые компании упекут на пожизненное. Хорошо бы, конечно, покопаться в развалинах банков, но уходить из-за этого в бега? Куда? Везде достанут, свои то может быть и не дотянулись бы где-нибудь в аргентинской кампе, но Хан Ордынский пообещал погромщикам неизбежную кару, а он и там любого достанет. В общем, остатки Сан-Франциско сохранить несожжёнными удалось.

Двадцать второго апреля передали палаточный город пришедшим на выручку войскам и нацгвардейцам САСШ, отозвали патрули, и в этот момент город вспыхнул сразу местах в тридцати. Под прицелом камер синематографа, перед глазами очевидцев, в том числе великих писателей Антона Чехова и Джека Лондона.

Элтон Паркер поседел на всю голову и приобрёл нервный тик, в политике он теперь хромая утка. Республиканское большинство в Конгрессе начало призывать к импичменту за действия президента во время катастрофы, повлёкшие собой многочисленные жертвы и колоссальный ущерб. Импичмент не пройдёт, но и договариваться с Паркером уже бессмысленно. Конгресс его не поддержит, а следующим президентом точно станет Республиканец. Скорее всего, протеже славного парня Рокфеллера – Теодор Рузвельт. Понимают ли это британцы? Конечно! Славные парни Рокфеллер и Морган сосут по две сиськи и думают, что мы это не знаем. А мы знаем, но не возражаем. Мы фиксируем и воздерживаемся от поспешных оценок. Мы не будем ругаться, с вами, смердами, мы вам сразу на судебный процесс с перспективой пожизненного заключения, или даже высшей меры обвинения соберём. Вы парни славные, а мы бдительные.

Сбывшееся пророчество соловецкого монаха Иоанна обсуждалось на первых полосах газет всего мира в течении недели, как и действия Русского Императорского Флота, по самым скромным оценкам, спасшего под сотню тысяч американцев, да ещё и под личным руководством самого Российского Императора.

Естественно, возникли вопросы – за что был разрушен Сан-Франциско? Что ещё напророчил монах Иоанн? Кому следующему готовиться? Такие вопросы возникли в том числе и у союзников.

В Токио зашли всей эскадрой, в Сан-Франциско оставили плавгоспиталь и один из вооружённых быстроходных транспортов снабжения «Бурят» (крейсер второго ранга). Не осмотреть корабль, названный в его честь, Император Мейдзи не мог. В сложившихся отношениях это стало бы оскорблением, точно таким-же, как если бы Николай на обратном пути не зашёл в Токио.

«Кайзер» и «Микадо» снова получились самыми быстрыми в своём классе, что естественно, ведь наш флот получал лучшие турбины и двигатели, прогресс в этой отрасли шёл непрерывно, а строили мы на два года позже, а два года, при таких темпах развития – это уже следующее поколение. Мацухито, в отличии от Вилли, порадовался этому совершенно искренне. Как и назначению адмирала Дубасова-Босфорского командующим Тихоокеанским флотом. Фёдор Васильевич получил Восходящее Солнце первой степени и заверение, что японский флот будет очень внимательно прислушиваться к его советам. Фактически – признание главнокомандующим союзными силами.

Офицеры традиционно получили ценные подарки, а матросы денежные премии. Вся эскадра. Очень щедро. Николай в Либаве японским морякам вдвое меньше подарил, а ведь не жадничал особо. Впрочем, вступать в соревнования не стоит. Пусть в этом победят японцы.

Обсудили пророчество. Японии до 1918 года ничего не грозит, если катаклизмы и будут, то мелкие, местного значения. Ничего, подобного Сан-Франциско не случится. За что их так? Видать, заслужили, в пророчестве об этом ничего не сказано. В войне мы победим, но не окончательно, так что война эта не последняя, лет через десять, после окончания Первой, начнётся Вторая мировая. Так далеко Иоанн не заглядывал, но я уверен, что и в ней мы победим и разделим этот мир на троих. Главное – не расслабляться.

Договорились летом совместно пройти Великим Северным морским путём, для получения опыта. Начальник Морского Генерального Штаба, вице-адмирал Макаров проведёт эту навигацию, опыт ему тоже нужен. Вильгельм отправит своих на восток, а вы готовьтесь пройти на запад. Когда Америка вступит в войну, это будет наш единственный путь для манёвра силами флотов между Атлантическим и Тихим океанами, так что его нужно как можно лучше изучить заранее и технику заодно испытать. Лучше заранее знать – сколько времени потребуется на ремонт, после такого перехода и заранее готовить к этому доки в Романове-на-Мурмане. Это здесь у нас портов много, а там всего один.

В Пусане, Николай перенёс свой флаг на линейный крейсер (лёгкий «Малюта») «Александр Суворов», командовал которым ещё один хорошо запомнившийся в прошлой жизни моряк, растерзанный пьяной матроснёй в Кронштадте адмирал, а сейчас капитан первого ранга Роберт Николаевич Вирен.

Родственный визит вежливости в Бангкок, смотр Малайзийского казачьего войска. Нешуточная сила. Десять тысяч опытных бойцов, которые знают эти джунгли, как свои пять пальцев, да с талантливым командиром, а наказным атаманом у них был генерал-майор, барон, Густав Карлович Маннергейм – это настоящий джокер, в здешних краях. Да, мало их, да, мало, но зато какие! Такие партизаны у СССР появились только в сорок третьем. Так мы ведь и готовимся к следующей войне, а не прошлой.

Эти партизанские казаки скучать британцам и французам здесь точно не дадут. Не здесь, в Таиланде, а вообще в Индокитае. Причём, при полной поддержке местного населения – этому придавалось особое внимание. Уже восемь лет, как в соседних странах активно работают агенты влияния, и добились они немалых успехов. Можно сказать, уже сформированы теневые правительства и силы сопротивления колонизаторам. На базах в Таиланде проходили обучение командиры и политруки из Вьетнама, Камбоджи, Лаоса, Бирмы и Малайзии. Во всех этих странах закладывались схроны с оружием, боеприпасами, экипировкой и медикаментами. Всё это полыхнёт моментально, и будет пылать, даже если придётся сдать Бангкок.

А скорее всего придётся. Николай посоветовал тестю заранее перенести столицу на север, в горы, чтобы по возможности обесценить победу врага в информационном поле. Одно дело – столицу взяли, другое – просто порт, в котором теперь и сидят в осаде. Тесть обещал подумать. Пусть думает. Мы готовимся к следующей войне, а информационное поле – это поле одной из важнейших битв. Рама Пятый далеко не дурак, так что надумает он всё правильно. Сам надумает. Через месяц-другой, когда про визит Николая уже забудут. Так – правильно. Авторитет ему здесь нужен гораздо больше, чем Русскому Императору, ему здесь воевать, а авторитет главнокомандующего – очень важный ресурс в любой войне.

В Капстаде (Кейптауне) монтировали трёхорудийные башни с шестнадцатидюймовыми пушками в фортах Александра Третьего и Николая Второго. Главная база флота доминиона Южно-Африканская Республика. Отсель мы грабить караваны, которые после перекрытия Суэцкого канала будут пытаться обогнуть Африку. Будут, будут, никуда не денутся, в Индии, Индокитае и Китае потребуются сначала боеприпасы, производство которых не догадались организовать на месте, а потом вышедшее их строя оружие и оборудование. В Азии британцы не производят ничего технологичного. С точки зрения интересов Метрополии – это правильно, но вся система завязана на Суэцкий канал. Вот уж действительно аорта Империи. Только передави – и всё посыплется, как карточный домик.

Капстад – город русский. Буры в эти края переселялись неохотно, Господь велел им обрабатывать землю в поте лица, а приморье – это соблазн лёгкой наживы и разврата. Нет, порты и флот, конечно, нужны, но и бурскую богоизбранность сохранять тоже нужно. Господь дал бурам земли и негров, а морями, торговлей, политикой и войнами пусть русские занимаются, у них это очень неплохо получается.

Были и буры, конечно, молодёжь ведь везде одинаковая, но эти буры уже русские. Они думали по-русски, общались по-русски и делали карьеру на службе Империи. Генерал-майор Де Ла Рей, командующий обороной Капстада и западного берега – ярчайший тому пример. Натуральный русский, только со слишком радикальными взглядами на негров, их права и вообще природу. «Лошадь тоже умная и работящая, но ведь никаких прав ей никто не даёт! А у лошади голова гораздо больше, чем у негра, Государь». Сложно пока с ними общаться. Ничего, перемелется – мука будет.

Глава 3

В бухте Ла-Корунья встретились с премьер-министром Испанского Королевства, маркизом Карраско да Пенья. Королевством Испания теперь только называлась, власти у монарха было даже меньше, чем у Глюксбургов в Дании, те хоть в праве перемещения ограничены не были. Испанией управляла хунта шестнадцати самых влиятельных семейств и ближе всего эта форма правления была к позднему Республиканскому Риму.

Тесное сотрудничество с влиятельными и лояльными испанцами в развитии экономики их страны, помощь им словом, делом и деньгами, за десять лет полностью переформатировало испанскую элиту на русофилию. Молодёжь отправляли учиться в Россию, деньги сберегали в рублях, синема смотрели по-русски. Для быдлян переводили на испанский, ага. Такой был теперь критерий допуска в элиту. Элиту новой Империи, Испанской Империи, с проекцией на возврат Латинской Америки. Не Реконкисту, а Реунион (воссоединение).

Испания быстро богатела, Испания развивалась невиданными темами, Испания строила единую энергосистему, как у русских, на испанских автомобилях катался весь мир, а испанская эстрада занимала первые места в топах радиостанций по всему миру. Испания сейчас – это стильно, модно, молодёжно. Маркиз Карраско да Пенья был фигурой медийной, но очень важной. Никто не ждёт от испанцев военных подвигов в этой войне, но задача у них очень значимая – Латинская Америка не должна поддержать Британию и её союзников. На это выделялись значительные средства по каналам ГРУ ГШ и Первого Главного Управления (ПГУ ИСБ). И не просто выделялись, но и контролировались до копейки, поэтому результат был.

Президент Никарагуа, Хосе Селая, уже выразил готовность сделать Центральную Америку испанским доминионом. Хосе парень энергичный, Гондурас он уже захватил, так что поддержки заслуживает. Прямой поддержки, официальной, от Испанского Правительства. С объявлением намерений Испании построить трансокеанский канал в Никарагуа. Канал, которым будет гордиться каждый испанец на обоих континентах.

«El pueblo unido jamás será vencido!»

Нашлись у Селая влиятельные испанские родственники, у всей латиноамериканской элиты нашлись. Разговоры о Реунионе ведут самые высокопоставленные политики на радио. А влияние радио на аудиторию сейчас переоценить сложно. Ему внемлют гораздо послушнее, чем проведи в церкви. В Латинской Америке у нас появилась возможность использовать «Вставай, Страна огромная!»

Общее впечатление от встречи с премьер-министром Испании сложилось положительное. Маркиз не дурак, он прекрасно понимал, что ждёт Испанию в Первой мировой войне, но в общую победу верил. Да, пострадать придётся, но ведь не зря! Нужны ещё войска, оружие и деньги. Нужны, никто не спорит. За Барселону придётся драться, как за Сталинград.

С Вилли на этот раз встретились на рейде норвежского Бергена. Норвегия в этой истории не стала отдельным королевством, в этот раз норвежский Стортинг расторг Кильский договор 1814 года и вернулся к унии с Данией, то есть присоединился к Рейху. Шведы, разумеется, не возражали, так им стало даже комфортнее, перестали донимать всякими глупостями британцы.

Именно, что глупостями, экономика Шведского Королевства зависела от Балтийской торговли процентов на девяносто, а безопасность обеспечивалась исключительно доброй волей Великих соседей. Британцы же в Норвегии активно интриговали, и для чего эти подлые джентльмены тратили силы и деньги, было очевидно – старались поссорить Швецию с Рейхом, ведь они, шведы, отвечают за норвежцев, это их подданные. Были подданными.

Доинтриговались в итоге британцы до передачи Норвегии Рейху, по всеобщему (почти единогласному) согласию всех норвежцев (высказанному на референдуме) и радостному облегчению шведов – они избавились от отсталого дотационного региона, но при этом сохранили там бизнес и даже льготы – Норвегия на десять лет освобождалась от налога на перепроизводство.

В Бергене собралась эскадра Флота Открытого Моря, которую вице-адмирал Макаров поведёт на восток по Великому Северному морскому пути. Пришлось подключиться к смотру. Хорошие у германцев получились корабли. Тяжеловатые, но быстрее британских, если вцепятся – не отстанут. И ночь теперь не спасение, радару свет не нужен, он и в темноте отлично видит. Британцы теперь обречены держать свой флот в кулаке, чтобы попытаться устроить свалку и реализовать численное преимущество, это они уже осознали. Очень хорошо, меньше сил выделят на Мальту и в Сингапур, где сражаться предстоит уже нам.

Мы, конечно, перережем Суэцкий канал – именно это будет первой операцией Русской Армии в Первой мировой войне, на её успешное проведение сделана главная ставка, поэтому силы выделяются даже избыточные, но лучше перестраховаться, в этом Николай был полностью согласен с военным лобби в Комитете развития. Перерезать «Аорту Империи» гораздо важнее, чем взять под контроль Дарданеллы. Ну, войдут британцы с союзниками в Мраморное море, ну, обстреляют Царьград (Стамбул), кроме сиюминутного удовлетворения, это им ничего не даст, десант они высаживать не будут – это верное самоубийство, так что постреляют и уйдут, никуда не денутся, только турок ещё сильнее разозлят.

Конечно, одним блокированием Канала победы не добьёшься – даже разделённые силы флотов потенциальных противников превосходят наши, союзные, на всех театрах боевых действий – по числу кораблей линии у альянса Британии, Франции, САСШ и Италии почти двукратное преимущество, но эти силы будут источаться.

Ни Франция, ни Италия своих двигателей не производят, закупают их в России, поэтому любая поломка во время войны отправит их линкоры в порты, в лучшем случае – очень дорогими брандвахтами, а в худшем – вынудит менять силовую установку на американскую, то есть бесполезно тратить деньги и труд. Такая замена ненамного дешевле постройки нового корабля, а по времени получится даже дольше. Разобрать успеют, а вот обратно собрать – уже нет. У британцев в Азии возникнет та же проблема – всё необходимое им придётся тащить вокруг мыса Горн, плечо доставки увеличится втрое и втрое же увеличатся потери – наши крейсеры очень постараются. В общем, примерно через пару лет, можно будет начинать активные наступательные действия флота в Средиземноморье и на Дальнем Востоке, а до тех пор – только точечные уколы – подранить, загнать в док и сбежать.

У Вилли ситуация другая – вся чудовищная промышленная мощь Британии прямо перед ним, на «Проклятом» острове, ждать истощения бессмысленно (сам же захотел воевать ещё и с американцами), поэтому у него нет другого выхода, кроме как устроить морской Рагнарёк, победить в нём и установить морскую блокаду. Впрочем, его это нисколько не смущает, это его заветная мечта. Так пусть же она сбудется, аминь!

– Великий был человек, – Александра Третьего помянули не чокаясь, – уж больше десяти лет, как ушёл, а снова все только о нём и говорят…

Кайзер Второго Рейха не преувеличивал, о пророчестве соловецкого монаха Иоанна сейчас говорил весь мир. Уже угасающая в людях вера в Бога у многих вспыхнула вновь. В Сан-Франциско, первым новым зданием в городе, начали строить православный храм Святого Александра. Пока Александра Невского, но в честь Александра Третьего. Сами, без подсказок, по инициативе снизу. Господь, несомненно, простит это мелкое мошенничество. Принимать славу Пророка на себя. Николай не хотел категорически. Уклоняться от пророчеств было нельзя, как и не реагировать на такие катастрофы, а вот уклониться от авторства можно и нужно. Если это и грех, то мелкий, на общем фоне будет почти незаметен. Грешить предстояло по-крупному и не один раз. С бабкой Викторией повезло, но всё время так везти точно не будет.

– Повезло тебе с отцом. – продолжил Вилли и налил по второй, – А я ведь подозревал, что дело здесь нечисто. Вспомнить только, как ловко ты собрал по всему миру гениев, а ведь их тогда никто не знал…

– Повезло, – кивнул Николай, – и мне, и гениям. В других условиях они могли и не раскрыться. Но больше всех, согласись, повезло выжившим жителям Сан-Франциско.

Сидели в адмиральском салоне суперлинкора «Бисмарк», только что принятого в состав Флота Открытого Моря. Вильгельм остыл, признал наследие Великого Канцлера драгоценным достоянием германской нации и больше не ругался, вспоминая старика. Помянули и Бисмарка, заслужил.

Вилли уже твёрдо решил построить мегалинкор с восемнадцатидюймовыми пушками, отговаривать было бесполезно. Даже если раскрыть ему все карты с подводными лодками и авианосцами. Его теперь ничто не убедит, ведь он, по сути, строит не военный корабль, а памятник собственному величию. Может, оно и к лучшему. На это будут вынуждены отреагировать британцы, причём, скорее всего не зеркально – постройкой собственных мегалинкоров, а нападением, пока такой не успел достроить Рейх.

Оттягивать войну дальше 1907 года не имело смысла. Конечно, на сто процентов мы к ней не готовы, такого в реальной жизни и быть не может, но мы точно готовы лучше британцев и французов. Экономика России шока не испытает, притормозятся проекты, строящиеся сейчас Трудовой армией, но они всё равно казне доходов пока не приносят, одни расходы. БАМ Империи нужен, но не прямо сейчас, пока нам всего хватает и без него. Войне быть! Францию нужно успеть выбить до того, как на полную мощь подключится Америка. Так что, если дядя Эдик сам не решится, придётся устраивать провокацию. Грех, конечно, а куда деваться?

По пути в Романов-на Мурмане Николай с удовольствием общался со Статс-секретарём Вильгельма Второго, вице-адмиралом, Альфредом фон Тирпицем, который решил лично пройти Великим Северным морским путём. Умнейший человек. Всё просчитал – и что война затянется на три года, и что разделится на две фактически разные войны (в Европе и в Азии), и ценность Великого Северного морского пути оценил по достоинству. Ценность именно для военного флота, торгаши-то вряд ли получат выгоду от его использования в обозримой перспективе. Железная дорога (если брать стандартный контейнер) втрое дороже, но зато быстрее раз в десять, да и доступна круглый год. А вот для военного флота… Но сначала нужно самому пройти и всё оценить – сколько доков готовить в Норвежских портах, что нужно заранее завезти на Дальний Восток. Может, и не нужно, может, и на месте сделают, но лучше глянуть самому.

Очень толковый моряк. Мыслит категориями стратегическими. Тоже считает, что САСШ лучше было бы использовать в этой войне на нашей стороне, а уже потом и с ними, одинокими, покончить. Жаль, что Японские Боги не хотят потерпеть ещё десять лет.

В Романове-на-Мурмане полярный день. Солнцестояние. Ярмарка. Оленеводы торгуются за снегоходы. Торгуются азартно – мат-перемат на Великом и Могучем. Алкоголь продаётся только премиальный в хрустальных бутылях ручной работа и оплётке из золотой проволоки. Ёмкость в сотню раз дороже содержимого, так что выпить можно только на месте, с собой уже ничего не возьмёшь. А если и возьмёшь литр, то уже не для банальной пьянки, а для важного ритуала. Ведь зло не сам алкоголь, а злоупотребляющие им алкоголики. Идиоты ведь чем угодно способны упороться, даже клеем «Момент», так что-же теперь – и клей не производить? И бензин?

Романов-на-Мурмане теперь глубокий тыл. После вступления Норвегии в Унию с Данией (Рейхом), адмиралтейство Северного флота перебралось на Фарерские острова, военное имущество распродавалось на аукционах – причалы, территории, здания – всё, что нельзя увезти. Покупали охотно. Треска в России уже давно стоила дороже мяса, а другого выхода на её промысел нет. И не только треска кормила Романов-на-Мурмане, Северная губерния производила около сорока процентов никеля в мире, снабжала весь Российский север до Ямала углём с Груманта (Шпицбергена), а теперь ещё и лосося разводить начала. Причём, пример показали японцы из Либавы, ну а дальше уже порешал рынок. Не маленький такой европейский рынок, японская кухня давно пустила метастазы по всей Европе, вплоть до Испании, Италии и Греции. Вкусно? Кому как, но точно очень модно.

Санкт-Петербург встречал третьим сыном – Иваном Николаевичем, строящейся дамбой и, аж дымящимися от перегрева дипломатами Британии и Франции. Подумаешь – они тайно подписали договор перестраховки, это ведь делалось и во благо России в том числе. Спасибо, нам такие блага не нужны. Мы не на острове, за проливом не отсидимся. У нас с Рейхом граница от Норвегии до Балкан.

С Французской Империей мы подвергались одинаковой опасности, поэтому наш союз был логичен и гармоничен. Включение в него всяких авантюристов-провокаторов, всё кардинально меняет. Мы не собираемся воевать за британские интересы. Франции – флаг в руки и барабан на шею. Будьте довольны, что мы не разорвали дипломатические отношения, хотя все основания имели. Такое коварство – сродни нападению, без объявления войны. Стыдно-с, господа…

С чего бы Вильгельму нападать на Россию, оставляя вас за спиной? Кайзер, конечно, изрядный псих, но он точно не идиот. Он очень образованный псих, и отлично помнит – чем закончил свой поход в Россию Наполеон Бонапарт во главе почти всей Европы. Мы, если что, откупимся, мы не гордые, нам нужен миръ, миръ и ещё раз миръ. Вам Вильгельм Гогенцоллерн мешает, вы его вопрос и решайте. Нам выгодно торговать с Рейхом, а риторика Кайзера… Собака лает – караван идёт.

В июле-августе 1906 года Британия и Франция подписали договоры перестраховок с Италией, Португалией, Венгрией, Болгарией и Грецией. Видать судьба такая у Балкан – разжечь Первую мировую, а Франц-Фердинанд у этой Судьбы любимая игрушка. В прошлый раз из-за него всё началось, и в этот, похоже, он тоже будет в роли главного поджигателя.

Не стоит обманываться, что договоры перестраховок – это оборонительные союзы. Вильгельм Второй очень ревностно следит за зоной своего влияния на Балканах, и спровоцировать его на резкие действия довольно просто – стоит только Венгрии возобновить войну с Чехословакией (а ведь мир между ними так и не подписан), мадьяры получат ответ уже от Рейхсвера и вуаля. Всё чинно и внешне благопристойно – спасение союзника от злобных тевтонов – дело благородное.

«Гладко было на бумаге, да забыли про овраги».

Вилли на такую примитивную подставу не купится. То есть, войну-то он Венгрии обязательно объявит, но вот войска с западного фронта не снимет, тех двадцати дивизий, которые он уже держит на Балканах, будет вполне достаточно, чтобы остановить наступление обнаглевших мадьяр, болгар и греков. Ведь у Чехословакии и Сербии тоже армии есть. Так себе армии, прямо скажем, но, с арматурой из германских частей, первый натиск они выдержат, а второго уже не будет. Как только войну Рейху объявят Британия и Франция, активируется Союз Трёх Императоров. В войну вступят не только Россия с Японией, но и Европейская Турецкая Республика, Испания и Таиланд. Так что, в итоге, не Германия получит войну на два фронта, а Франция с Британией.

Вахтенным разливающим, на последней предвоенной встрече в Либаве, был Николай Второй.

– Красиво получается, – Вильгельм сделал пасс рукой, ка дирижёр перед оркестром, никак он не может в себе изжить эту пафосную театральность, – перед решающей битвой мир разделился на Добро и Зло. Как по заказу. Все двуличные мерзавцы сняли маски и теперь не отсидятся в стороне. Ради этой битвы стоило жить. Наливай, Ники, не спи. За Победу, братья!

– Что ты собираешься делать с базой и эскадрой на Ибице, Вилли?

– А что с ними можно сделать? Не нужны они больше. Это австрийское старьё даже ремонта не стоит. Пусть дерутся как есть и пытаются отдать свои жизни подороже.

– На Ибице – это будет бесполезная жертва, их просто перебьют. Предлагаю перевести их заранее в Барселону. Под прикрытием фортов это старьё ещё постреляет. Да и двадцать тысяч бойцов лишними там не будут.

– Да какие из моряков бойцы на суше… Впрочем, ты прав. Всё лучше, чем драться за бесполезный остров с нулевыми шансами на победу. В Барселоне наверняка кто-нибудь выживет, а моряки мне ещё пригодятся.

Глава 4

В сентябре 1906 года Русская Императорская Армия перешла на новые уставы и начала проведение скрытой мобилизации. Два миллиона трудармейцев перевели в строевые части и начали их обучение. Офицеров и унтер-офицеров хватало, все семьсот тысяч кадровых военнослужащих Русской армии готовились к этому дню заранее. По сути, армия у нас из одних офицеров и унтеров и состояла, только всем звания задерживались из-за отсутствия вакантных должностей. И вот прорвало карьерную плотину. Все получили повышения (примерно десять процентов сразу на две ступени) и новые назначения.

Жалование давно все получали повышенное, поэтому шоком для бюджета это не стало, граф фон Витте к войне начал готовиться раньше всех, причём к войне трёхлетней и жутко затратной, в плане расхода вооружений и боеприпасов. Минфин уже готов к проведению Военно-патриотического займа под полпроцента годовых, и не возникало никаких сомнений, что выкуплен он будет полностью, не придётся даже задействовать ресурсы Русско-китайского банка.

У Столыпина уже были готовы тщательно проработанные законы о «Мобилизации» и «Военном времени», в которых постарались учесть всё – от хлебной компенсации для нуждающихся, до особого режима работы железных дорог и управления национализированными активами подданных (или граждан) враждебных держав. Конечно, и закон о «Военном налоге» был подготовлен заранее, в него оставалось только вписать цифру в процентах. Национализировать активы врагов готовились Дурново и князь Хилков.

Только производственные активы, банки решили не трогать. Мировая финансовая система сейчас завязана на рубль настолько, что даже после начала войны, большая часть международной торговли останется в рублёвой зоне. Все настолько привыкли к удобству рубля, что возврат к расчётам в драгметаллах уже выглядел архаикой прошлого века. Пересесть с автомобиля обратно в телегу можно, но зачем, если автомобиль ещё работает? А это ведь наш автомобиль, если и сломаем, то только себе навредим.

К тому-же, по банковским каналам установятся «горячие линии». Общаться нужно даже во время войны. Ведь мы не войну на истребление затеваем, а всего лишь колониальный передел. Галантный век ещё не похоронили отравляющие газы и ковровые бомбардировки. Даже концентрационных лагерей ещё не придумали. И не нужно звереть как можно дольше, это всегда успеется.

Начальник Морского Генерального Штаба, вице-адмирал Макаров успешно провёл навигацию по Великому Северному морскому пути, проведя на восток эскадры вице-адмирала фон Тирпица и контр-адмирала Голикова, а на запад вице-адмирала Камимуры и контр-адмирала фон Эссена. Опыт получили и британцев опять в раскоряку поставили. А если Рейх заключит союз с Японией? Что вообще у этой Японии на уме? Микадо и Наследник некоммуникабельны как памятники, а премьер-министр, Ито Хиробуми, скользкий, как угорь.

Да ещё и этот Михаил Первый… Узурпатор, но он есть. И его все признали. Пока себя ничем не проявил, но ждать от него чего-то хорошего не стоит – радикальный британофоб, который после коронации заявил, что мечтает забыть английский язык, но, к сожалению, не может: – «Он дан мне в наказание за слабость». Конечно, это в ответ на демарш Эдуарда Седьмого, но ведь и демарш не на пустом месте возник.

Что это вообще за новшество – решать ТАКИЕ вопросы между собой, без Британии? В войну узурпатор Михаил не вмешается, реальной власти над Китаем у него нет, ситуация там сейчас напоминает эпоху раннего средневековья в Европе. Страна фактически разделилась на девятнадцать автономных уделов, а их князья зависимы от Британии и поставок опиума, но это не значит, что систему управления нельзя перехватить. Если Британия не покончит с Рейхом быстро, на востоке обязательно начнутся проблемы.

Макаров получил орден Святого Владимира первой степени, с бриллиантами и императорской короной, и обещание назначения флагманом на одну из боевых эскадр во время войны. Пусть воюет Степан Осипович. В МГШ сейчас нужны математики, а не флотоводцы, а после этой войны – тем более. Флот будет совсем другим. Флот перестанет воевать в плоскости и перейдёт в объём – это полный разрыв всех шаблонов, старики такого не вытянут, так что пусть воюют, свой шанс на Славу они заслужили. И Дубасов, и Макаров, и Чухнин.

Флот уже принял в состав быстроходные транспорты специального назначения (БТСН), авианосцы «Москва» и «Севастополь», так что ближе к концу этой войны один из джокеров мы разыграть сможем, если на то возникнет необходимость. В жизни всякое случается, бывает, что и марьяж на шестерной не играет. Лучше бы, конечно, достать авиацию из рукава, когда все уже понастроят восемнадцатидюймовых мегалинкоров, поэтому тянуть с этим будем до последнего.

Затронула военная реформа и казаков. В одиночку потянуть новые требования по вооружению могло разве что Донское войско, да и то в натяжку, поэтому организовали Главный штаб казачьих войск. Казачкам теперь предстояло комплектовать кадрами десантные войска и морскую пехоту. И оснащать их вооружением, примерно на сумму, которую они имеют освобождением от налогов. А то ишь что задумали – офшоры и технологическое пиратство. Уже и мотоциклы свои выпускают, и половина «импорта» в России теперь казачьего производства – от модного французского тряпья, до английских охотничьих ружей, с рассверленными стволами берданок и мосинок. Красавцы, конечно, но на страже финансов Российской Империи стоял величайший экономист всех времён и народов. А ещё величайший склочник и виртуозный матершиник, граф фон Витте. Этот мог любого атамана низвести до уровня одноклеточной бактерии одними словами.

В общем, с казаками вопрос решился к обоюдному согласию, но в пользу государства. Право на дуван оставили, но только в виде доли от трофеев, которые реализует казна. Нет, что с боя взято – то свято, всё ваше, но только с поля боя. А города и территории отходят казне, для справедливого раздела, и не дай Бог кто-то покусится на это право. За мародёрство, по новому Уставу Казачьих войск, теперь полагался расстрел на месте.

Казаки это приняли, а куда деваться. Походов за зипунами им в одиночку больше не совершить, а значит, придётся делиться и с Флотом, и с Армией. И с Казной, конечно, которая берёт на себя все эти хлопоты.

Зато казакам теперь полагалась доплата за шевроны. С момента образования Аравийского казачьего войска, в нём появились дополнительные знаки отличия – нарукавные шевроны. На левом рукаве по полоске за боевой опыт (участие в бою, где противниками применялись пулемёты, или артиллерия), а на правом за ранения. Получилось что-то похожее на рейтинговые шкалы из компьютерных игр, а значит, дизайн глубоко продуман и концепт понравится.

Так и получилось. Лычки у казаков теперь ценились даже покруче орденов. С орденом-то всякому повести может, а вот попробуй-ка девятнадцать боевых лычек собрать? Это уже не везение, а натуральное Счастье. К тому-же, за девятнадцать лычек полагалась ежемесячная выплата, как жалование у армейского подполковника. Это, не говоря уже про табель о рангах.

В тринадцатый чин, в благородия, попадали с шестью лычками. Мелочь, а приятно. Империя больше не раздаёт поместий, но зачем они старому солдату, не знающему слов любви, а тем более не имеющему навыков сельского хозяйствования? Солдату нужна пенсия, причём такая, чтобы имелась возможность плодиться и размножаться. Да и казаку теперь нужно то же самое, самим пахать сохой за пердящей лошадью им больше не хочется. И плугом за вонючим трактором тоже. Встречались, конечно, исключения, но в основном – так.

Пришлось создавать систему пенсионного обеспечения военнослужащих. Именно создавать, потому что старая ни на что не годилась. Теперь шевроны влияли на пенсионные выплаты не меньше, чем чины и ордена. Теперь (условный) отличный командир взвода разведки Иванов не рвался в командиры роты и выше ради карьеры, он зарабатывал лычки на шеврон, и сознавал, что в командирах роты его ждёт только геморрой, в виде сотни подчинённых лоботрясов, которые только и мечтают, что поставить втихаря бражку, набухаться этого свинского пойла и найти приключений на собственную дурную задницу, подставив командира. То ли дело разведгруппа, где каждый унтер получает жалование подпоручика, а лоботрясов вовсе нет.

Новые Босфорские укрепления размещались в самом Царьграде – форт «Князь Олег» на холме Гёзтепе в азиатской части, а форт «Фельдмаршал Миних» в европейском районе Зейтинбурну. Трёхметровой толщины стены из армированного железобетона с обваловкой по самые башни, делали эти укрепления неуязвимыми для морских орудий. В теории их можно было расковырять, потратив боекомплект целого флота, а на практике – поди попробуй. Форты ведь не молчать будут, а очень больно огрызаться из шестнадцатидюймовых пятидесятикалиберных пушек. Конечно, перелётами достанется Царьграду, но это всё равно лучше, чем позволить расстреливать город и мост Николая Второго прицельно и не торопясь.

Кроме того, у Европейской Турецкой Республики имелся флот. Лёгкий, для борьбы с контрабандой в Мраморном море, но очень быстрый, а что могут натворить быстрые миноносцы в ночной атаке, британцы уже знали по опыту Южной Африки. И, конечно, в Николаеве будут продолжать строить военные корабли. Не линкоры, их больше не нужно, бронепалубные крейсеры первого ранга, развитие проекта «Прорывателя блокады», с десятидюймовыми пушками и максимальной скоростью в тридцать шесть узлов. Как только мы перехватим контроль над Дарданеллами, эта хищная стая вырвется в Средиземное море, и всё, привет торговле.

Царьград отстоим, в этом сомнений не возникало. Азиатские турки предложения союза Британией и Францией даже рассматривать не стали. Это поколение отлично помнило, чем заканчиваются такие союзы. Кроме того, британцы поддерживали варваров курдов, регулярно грабящих восточные провинции республики. Да и работали мы с турками, куда тем британцам.

Именно мы пресекли мятеж греков (православных «братьев», ага) в Измире. Только благодаря нам азиатские турки сохранили Родос. Ещё мы остановили Персию в шаге от военной агрессии, открыли туркам свои рынки и строим у них заводы. Экономика Азиатской Турции теперь была завязана на Россию более чем наполовину, а из меньшей половины, большая часть зависела от Рейха. Словом, здесь подлым джентльменам ничего не светило, кроме неприятностей. Армия у турок небольшая, но очень опытная, стычки с курдами происходят каждую неделю, так что по мобилизации её можно будет развернуть до полумиллиона, командных кадров хватит. А оружие мы поставим по ленд-лизу, одно ведь дело делаем. Да и не нужен нам этот Кипр, нам скоро Аляску заселять.

Иерусалим, азиатский Париж. Город героической (и очень богатой) Русской Гвардии и разврата соответствующего масштаба. Казино, театр-варьете, студия синематографа с очаровательными актрисками со всего мира, римские термы, дуэльный амфитеатр и клубы всевозможных мадам. Город, который никогда не спит. Город, который постоянно что-то празднует.

Впрочем, боеготовности Гвардии это только добавляло, за свой вертеп они были кого угодно на куски разорвать – хоть арабов, хоть британцев. Гвардия гуляет, но гуляет она между боевыми выходами, бои на юге Аравийского полуострова и в районе Эль-Кувейта происходят регулярно, арабов много, а работать они не любят, так что это надолго. Даже после изгнания британцев, партизанская война продолжится. Но железную дорогу Иорданск – Эль-Кувейт – Тегеран (Бендер-Аббас) мы контролируем надёжно, а это главное – снабжение Аравийской армии с началом войны не прервётся. Подороже будет по дуге возить, но на то она и война. А вот как британцы будут сообщаться с азиатскими колониями – большой вопрос.

В ноябре 1906 года Вильгельм Второй торжественно заложил на модернизированной верфи «Блом унд Фосс» в Гамбурге линейный корабль «Гогенцоллерн», расчётным водоизмещением восемьдесят пять тысяч тонн. Разумеется, это было секретное торжество, в узком кругу своих, но секреты такого рода сохранить невозможно, на верфи и заводе работают двенадцать тысяч человек. Впрочем, на это Вилли и не рассчитывал, пусть знают и мучаются кошмарами – в войну вступят уставшими и невыспавшимися. Да и Гестапо очередной раз агентуру проредит, всё на пользу.

В декабре у британцев появилась информация о начале разработки Японией проекта мегалинкора с восемнадцатидюймовыми орудиями главного калибра. А ведь японцы строят корабли почти так-же быстро, как германцы. Солнце над Британской Империей начало заходить, всё больше склоняясь на север. Выхода у них не оставалось.

В канун рождества (по Григорианскому календарю), скончался президент САСШ Элтон Паркер. После тяжёлой и продолжительной болезни. Славные парни Рокфеллер и Морган пришли к трастовому соглашению с кланом Ротшильдов, и сочли выгодным использовать Америку в Мировой войне в своих интересах. Они были уверены, что Российская Империя в эту войну не вступит и уверенность свою транслировали в Британию по каналам Ротшильдов. Для этого славные парни нам и были нужны. Безжалостная, алчная погань, приносящая американцев в жертву Мамоне. За американскую политику, министр Иностранных дел Извольский получил орден Александра Невского, чин тайного советника и графский титул. Сделано хорошо!

Президентом САСШ стал вице-президент, демократ, Дуглас Мерфи, которому переизбрание не грозило, зато были предложены неплохие деньги. А что ещё нужно, чтобы достойно встретить старость? Совесть? Я вас умоляю, только не в Америке. Никакой совести, только бизнес! Когда-то в Америке индейцы были дичью для белых пришельцев, теперь пришла очередь белых умирать за презренный металл. За допуск славных парней Рокфеллера и Моргана на рынки Индии и Индокитая, Египта и Леванта.

Мы не возражали. Нам нужно было получить объявление войны подлой Америкой. Неблагодарной Америкой. Сан-Франциско это оценит. Вся Калифорния это оценит. Благо, компромата на славных парней у Дурново хватало. Сразу после начала войны начнём сливать, а дальше начнётся работа для ГРУ ГШ и ПГУ ИСО. Для Гриши Зубова и Иосифа Сталина, при активной поддержке местного населения.

Революции, сепаратизм и гражданские войны мы умеем устраивать лучше всех, у нас для этого есть божий дар с опытом ещё не прожитых этим миром полутора столетий. Русско-американский банк выступил одним из учредителей Федеральной Резервной Системы, внеся в уставной капитал пятьсот тонн золота. Двадцать процентов. Потом взыщем, главное, чтобы сейчас всё шло по плану.

В феврале 1907 года Император Китая Михаил Первый Романов запретил экспорт, продажу и употребления опиума в стране. Глупые «незалежные» князьки, почувствовавшие за спиной крылья британской поддержки, были в течении месяца передавлены полностью, так и не успев взлететь. Агентура на местах, группы спецназа, тридцать восемь бронепоездов с морскими пушками (списанными с Русского Императорского флота шести и восьмидюймовками) и полумиллионная армия корейцев с русскими и японскими офицерами не оставили британцам ни единого шанса. Шанхай и Гонконг оказались в сухопутной торговой блокаде. «Курите сами свой опиум, твари» – заявил узурпатор Китая Михаил Романов, – «В своём сатанинском Лондоне».

Деньги у Мишкина были. Николай передал ему всю полученную им, как Дайме Курильских островов, китайскую репарацию, а его доля, как мы помним, составляла четверть – почти полмиллиарда серебряных лян, или двести миллионов нынешних рублей. Также Императору Китая были дарованы права на найм военных в России (Монголии, Уйгурии и Северной Маньчжурии) и Японии (Кореи и Южной Маньчжурии).

Глава 5

Дальше события развивались стремительно. В марте 1907 года возобновились боевые действия между Венгрией и Чехословакией – мадьяры начали наносить артиллерийские удары по позициям славян и даже по Братиславе, до которой доставали морские шестидюймовки с бронепоездов. Погибли подданные Рейха – и военные (наблюдатели на линии фронта), и гражданские (коммерсанты в Братиславе). Вильгельм Второй выдвинул Венгрии ультиматум и объявил мобилизацию резервистов первой очереди.

Первого апреля проведение мобилизации начали Британия и Франция, а Российская Империя перевела в строевые части два миллиона трудармейцев, ещё миллион в Железнодорожные войска и строительные батальоны Военного министерства. Трудовая армия исполнила своё предназначение и прекратила существование. Главная задача выполнена – за пятнадцать лет Россия получила двадцать пять миллионов грамотных мужиков, из них три миллиона получили специальность механиков-водителей и опыт эксплуатации тяжёлой строительной и дорожной техники. Недёшево это обошлось казне, но оно того стоило. Теперь у нас есть резерв танкистов, водителей тягачей и топливозаправщиков, есть из кого формировать ремонтные батальоны, причём все они уже умеют ходить строем и жить по уставу, чем выгодно отличаются от мобилизованных коллег в Британии и Франции.

Да, и в Британии, и во Франции до концепции бронированных самоходных машин уже додумались и даже приняли на вооружение отдельные образцы. Как и в другой истории – ромбовидные тридцатитонные ползуны с бензиновыми двигателями – отличные мишени для противотанковой артиллерии.

Додумались британцы с французами и до артиллерийских радаров. Ничего удивительного, элементная база в наличии, цель известна, а грамотных инженеров у них хватает. Только мы уже далеко ушли от изделий первого поколения. То, что у них запитывается от энергоустановки линкора, мы уже можем устанавливать на миноносцы, или даже колёсное шасси, а на линкорах у нас уже не только радары, но и постановщики помех – первые средства радиоэлектронной борьбы. Так же обстояли дела и со связью. Мы их заглушить сможем, а они нас нет.

Научно-исследовательский институт Теслы уже во всю испытывал полупроводники и приборы на их базе, так что ко Второй мировой мы уже точно получим рации ротного уровня (аналог Р-159), а может и к концу Первой. Прототипы уже есть, но производство задерживается из-за крайне малого срока работы полупроводниковых элементов. Нужно массово строить чистые производства, но к этому мы пока не готовы. Знаем, что нужны чистые, а вот как их строить – пока никому неизвестно. Ничего, Тесла разберётся, а пока мы и на лампах всех опережаем на два поколения. А ведь связь на войне – это самое главное.

Седьмого апреля мобилизацию объявили в Италии, девятого в Греции, двенадцатого в Болгарии и шестнадцатого в Португалии. Двадцать шестого, министры Иностранных дел Британии САСШ и Франции подписали в Париже тройственный союзный договор Entente cordiale (Сердечное согласие). Британцы с Французами открыли свои колониальные рынки для славных парней – Рокфеллера и Моргана. Первого мая в САСШ началась мобилизация в экспедиционную армию.

Судя по полученным разведданным, с Рейхом союзники планировали покончить за год, а потом продиктовать всем свою непреклонную волю. Ну-ну. Как же далеки они от реальности. Даже в одиночку Германия продержалась бы года четыре, и война впала бы в кому, ввиду полного истощения сторон. Рейх в этой истории гораздо сильнее и гораздо богаче. А за счёт кого? Так за счёт Запада же. Всё, что прибыло в Германии, убыло в Британии, САСШ и Франции. Да, пришлось бы Вилли сидеть в глухой обороне на море, но Париж бы он даже в этом случае взял.

В чём же причина такой неадекватной оценки ситуации? Считать не умеют? Умеют, но считают с ложными вводными. Они всё ещё надеются подключить к процессу низвержения Рейха Россию, и эту их надежду Извольский старательно подпитывает в приватных разговорах – как только Германия достаточно ослабнет, мы обязательно вдарим.

Седьмого мая из Одессы в Барселону отправился двухдивизионный корпус, под командованием генерал-майора Лавра Георгиевича Корнилова. Не самого талантливого русского военачальника, но точно самого отмороженного. «Не кланяемся пулям, господа, не кланяемся». Чтобы отстоять Барселону, его таланта хватит, и, при этом, он обязательно будет устраивать шоу абсолютного бесстрашия, пусть испанцы посмотрят. И германцы, которые прибудут с Ибицы. Авось, не убьётся, а и убьётся, так с пользой. Будут испанцы в честь него своих детей Лаврами называть.

Корпусу Корнилова придали авиационный полк транспортных бипланов, шестьдесят уже проверенных машин, такие работают на гражданской линии Санкт-Петербург – Москва – Киев – Одесса – Царьград, поэтому возможность манёвра силами у него будет – за сутки можно бригаду за шиворот противнику перебросить, в ключевую точку логистики. Николай лично написал учебник по тактике применения авиадесантных групп, по которому теперь учились в Академии Генерального Штаба, а Лавр Георгиевич Академию закончил с отличием, так что удивить он наверняка сможет не только личной отвагой. Не дурак ведь, далеко не дурак, просто не его это дело – политика.

Шестнадцатого мая из Риги в Капстад отправили артиллерийскую бригаду двухполкового состава – реактивных и ствольных миномётов, под командой полковника Генерального Штаба Антона Ивановича Деникина. Армии доминиона ЮАР предстояло изгнать португальцев из Анголы и Мозамбика, усиление ей не помешает. Вёз с собой Антон Иванович специалистов и оборудование, чтобы наладить выпуск боеприпасов на месте. Отличное оружие – миномёты, если есть, чем стрелять. Слишком уж они прожорливы. Впрочем, производство не сложное, освоят быстро, всё необходимое для этого в ЮАР имеется, артиллерийские снаряды и патроны они производят уже пять лет.

ЮАР предстояло провести в блокаде от года до двух, но особой тревоги это не вызывало. Нефти завезли много, а всё остальное добывают на месте. Больше от блокады республики пострадают Франция и Португалия, которые сейчас зависят от поставок южноафриканского угля почти наполовину. А уголь – это электричество. Заменят, конечно, завезут из САСШ, но не сразу и гораздо дороже. В разы дороже, если не на порядок. Риски военного времени на цену влияют именно так.

Да и не будет блокада ЮАР полной. Нечем Антанте парировать сообщение с Бендер-Аббасом. Да, придётся задействовать БЭТСы (большие эскадренные транспорты снабжения, они же, по совместительству – крейсера второго ранга), а может быть даже конвои линейными силами флота Индийского океана. Дорого, но в критической ситуации деньги уже не считают. Дай Бог, до такого не дойдёт.

Двадцать второго мая 1907 года британцы закрыли Суэцкий канал для германских пароходов. Не официально закрыли, просто перестали пропускать под предлогом аварии какого-то судна. При этом, все остальные (включая Россию) обслуживались штатно. Вильгельм Второй промолчал, и это его молчание было очень зловещим. Он ведь никогда не лез за словом в карман, а тут, вдруг, тишина. Тишина, прозвучавшая гораздо громче любых угроз.

– Не нужно больше ничего говорить, Вилли, всё уже сказано, всеми услышано, что-то добавлять теперь – как подливать в суп воды. Супа будет больше, но он станет жиже. Не говори – бей.

– А как-же твой план, что мы должны стать жертвой коварной агрессии?

– Это отличный план, я тебя уверяю. Бей под чужим флагом. Франц-Фердинанд ведь не на Рейх напал, а на Чехословакию, так пусть Чехословакия ему и ответит. Вот, смотри…

Третьего июня 1907 года армия Чехословакии и «добровольческий» корпус перешли по захваченному мосту Дунай в Комарно – Комаром и захватили Надьигманд, перерезав железную дорогу Будапешт – Дьор. В котёл венгерская армия пока не попала, но основного снабжения лишилась, а воевала она практически с колёс.

Седьмого июня, после четырёхчасовой артподготовки, чехословаки начали наступление от Братиславы на Мошонмадьяровар, а батальонные группы диверсантов вышли в тыл мадьярам и взорвали железнодорожные мосты в Чорна, Тете и Кешбере. Венгерская армия начала пешее отступление на юг, бросая тяжелое вооружение. Даже не отступление, а натуральное бегство с массовым дезертирством. Двенадцатого июня «добровольческий» корпус занял Зирц и замкнул окружение. Войну Венгрии Рейх так и не объявил.

Предложение мирных переговоров при посредничестве Британии и Франции, правительство Чехословакии отвергло, настаивая на полной и безоговорочной капитуляции. Выхода у Антанты не оставалось.

Двадцать второго июня 1907 года, на рассвете, когда в Европе ещё была глубокая ночь, британский флот, без объявления войны, атаковал Циндао. Подловить в порту линейные крейсеры «Дерфлингер» и «Блюхер» подлым джентльменам не удалось, они буквально накануне перешли в японский Порт-Артур. Служба радиоразведки у пока необъявленного Союза трёх Императоров работала отлично. Циндао британцы обстреляли, захватили десяток коммерческих пароходов и всё. Сил для десанта у них не было.

Ноту с объявлением войны, германские послы в Лондоне и Париже получили днём, когда на западных границах Рейха уже во всю работала артиллерия. Вечером Кайзер выступил по радио с обращением к нации. Он спокойно констатировал беспрецендентное нарушение агрессорами международного права, всех традиций и полное отсутствие у них чести: – «Мы не хотели войны, но теперь у нас нет выбора – только побеждать. С бандитами не договариваются. Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами!»

В МИД Российской Империи вызвали британского посла виконта Лансдауна и потребовали от него комментариев столь странного метода начала войны. Получили стандартную отговорку об излишней инициативе исполнителей не местах. Другого и не ожидали, но для протокола спросить было нужно. Вдруг «исполнители на местах» выживут и попадут в плен – будем их судить.

Двадцать третьего французский флот подошёл к Ибице, но ни гарнизона, ни Средиземноморской эскадры Флота Открытого Моря там уже не было. К огромному удивлению французов, тевтоны ушли в нейтральную Барселону. Двадцать четвёртого, британцы в ультимативной форме потребовали от Японии интернировать «Дерфлингера» и «Блюхера», за нарушение правила о 24-х часовом нахождении в нейтральном порту военных кораблей воюющей державы. В ответ японцы выдвинули ультиматум о немедленном прекращении боевых действий восточнее Сингапура, угрожающих национальным интересам страны.

Двадцать пятого, войну британцам объявил Китай. За нарушение суверенных прав. Ведь Циндао, хоть и в аренде у Рейха, но это территория Китая, и погибли там в большинстве своём мирные китайцы.

Двадцать шестого в войну вступили болгары и греки, начав наступление в Македонии, двадцать седьмого к Антанте присоединилась Португалия, а двадцать девятого войну Британии объявила Япония. Обоснованно и законно – за невыполнение условий ультиматума.

Вступление в войну Японии, активировало пункт в союзном договоре Антанты, обязующего САСШ немедленно поддержать Британскую Империю. В тот же день, двадцать девятого июня, Конгресс единогласно проголосовал за исполнение союзнических обязательств. Коммерческие пароходы Германии и Японии были арестованы в американских портах. Такой себе ход, что называется – «мелочь по карманам тырить», да ещё и подставляя под ответный удар собственных торгашей, которых только в Японии в этот момент находилось на порядок больше.

Первого июля итальянская армия начала наступление в Словении, а испанское правительство маркиза Карраско да Пенья в вызывающе грубой форме отвергло требование об интернировании германской Средиземноморской эскадры.

«Они называют тебя земляным червяком, Петен!»

Примерно с такими заголовками вышли на следующий день газеты в Британии и САСШ. Была у нас такая возможность. Нам ведь тоже нужно было стать жертвой агрессии, а Испания – это мы и есть. Все это знают. В сложившемся раскладе, только дурака Петена и можно было спровоцировать, и он повёлся. Французский флот получил команду атаковать германские корабли в порту Барселоны.

Россия, тем временем, готовилась к национализации промышленных активов, принадлежащих подданным (или гражданам) враждебных государств. Активов, по самым скромным подсчётам, на шесть миллиардов рублей, по нынешним ценам – шесть с половиной тысяч тонн золота. Только у «Дженерал электрик» бизнес в Российской Империи оценивался в полтора миллиарда, причём, в критически важных отраслях – единой энергосистеме и тяжёлом машиностроении.

Кроме того, шла перегруппировка сил. Русский Императорский Флот уходил из Средиземного моря через Суэцкий канал в Бендер-Аббас. Эскадру мы там не держали, но шесть крейсеров первого ранга несли службу стационеров в портах Задар, Пирей, Салоники, Измир, Ираклион и Мерсин. Зачем нам их терять, как «Варяга» с «Корейцем» в Чемульпо? Они нам в Индийском океане очень пригодятся. Да и торгашам нужно было дать время, чтобы успеть покинуть опасные районы – либо вернуться, либо отбежать подальше. Двухнедельные «каникулы», для этих действий, мы оговорили заранее, поэтому сомнений у союзников задержка объявления войны не вызвала.

Накануне, пятого июля, Николай пригласил на ужин в Александровский дворец в Царском селе всех, находящихся в этот момент в Санкт-Петербурге, товарищей по Комитету развития – председателя Комитета министров и Госплана, Петра Аркадьевича Столыпина; министра Финансов, графа фон Витте; министра Иностранных дел, Александра Петровича Извольского; министра Транспорта и Развития Сибири, князя Хилкова; министра Внутренних дел, Дмитрия Сергеевича Сипягина и директора ИСО, Вячеслава Константиновича фон Плеве.

– Шампанское? – удивился Витте, – У нас сегодня праздник, Государь?

– Ну, праздник – не праздник, а повод есть. К этому дню мы готовились пятнадцать лет, подготовились славно, всё намеченное выполнили и даже перевыполнили. Завтра мир изменится навсегда, наступит новая эпоха. Сегодня мы прощаемся со старой. Прощай поганое время британского засилия! За Победу, господа-товарищи!

Утром, шестого июля, Извольский вручил французскому послу ноту с объявлением войны и предписание покинуть Санкт-Петербург в недельный срок. Вечером, войну Российской Империи объявили Британия и САСШ. Седьмого началась национализация вражеских активов. Спасибо вам, славные парни! Без вас, мы бы такую Россию не построили.

«На дурака не нужен нож, ему немного подпоёшь – и делай с ним, что хошь».

В Чёрном море заблокировали шесть вражеских крейсеров, стационеры Британии, Франции и САСШ в Варне и Констанце и больше сорока коммерческих пароходов. Мелочь, а приятно. Затопили свои корабли только британцы, да и то целыми и на мелководье, что называется – для галочки. Никто не рискнул повторить подвиг «Варяга». Это – хороший знак. Значит не чувствуют они своей правоты, не горит в них огонь священной ярости. В отличие от нас.

Подлое нападение французов на «родную Барселону» и объявление нам войны Британией и САСШ подавалось на радио и в газетах как нападение прислужников сатаны на последний оплот истинной веры – Богоспасаемую Россию. Если и было в этом преувеличение, то совсем незначительное. Такое Господь простит, Он-то ведь точно знает, куда катится Запад. Мы не врём, просто немного опережаем время.

Глава 6

Несмотря на начавшуюся войну, экспедицию в район Подкаменной Тунгуски профинансировали в полном объёме. Николая очень интересовал этот феномен, разгадку которого не нашли даже в двадцать первом веке, несмотря на все технологии. Многие очевидцы наблюдали летящий по небу огненный шар, взрыв зафиксировали сейсмологи по всему миру, но метеоритного кратера так и не нашли. Метеорит ли это был? Мог ли он полностью сгореть в атмосфере? Скоро узнаем.

Экспедицию организовали с размахом. Четыре тяжёлых дирижабля графа Цепеллина (вот и пригодились) завозили из Красноярска топографов и геодезистов, рабочих и строительные материалы. Вокруг предполагаемого эпицентра (координаты его Николай отлично помнил), строились бункеры-лаборатории с самым совершенным оборудованием, убежища для учёных и синематографистов, от Красноярска к Икс-явлению протянулась цепочка полевых аэродромов.

Дорогущая затея, но казне она не стоила ни копейки. Сначала, личные средства выделил Государь Император, а потом дело в свои руки взял неугомонный граф Менделеев. В этой истории экс Канцлер Российской Империи не умер в начале 1907 года. Дмитрий Иванович отдохнул на берегу Мраморного моря, набрался новых сил и исследовательского задора. Он остриг бороду и теперь выглядел даже моложе, чем пять лет назад, лет на шестьдесят, ну, чуть больше. Спасибо доктору Боткину, который был назначен хранителем здоровья величайшего русского учёного. Специальная диета, физиотерапия, профилактики и режим сделали чудо – граф Менделеев снова встал в строй.

К миллиону, выделенному Николаем, он добавил два своих и ещё по миллиону собрал со всего узкого круга, даже с Маман. На такие деньги можно было построить приличных размеров город, вот он и строился в районе Подкаменной Тунгуски. А что? Пригодится потом. Как раз ведь примерно на половине пути от Красноярска до Норильска. Глядишь, и железную дорогу там когда-нибудь проложим.

Вильгельм Второй, после очень настоятельного приглашения Николая, посетил Челябинск. «Вилли, не воображай себя великим полководцем, оставь войну военным профессионалам и не мешай им. Поставь задачу и занимайся государственным управлением. Приезжай, не пожалеешь, обещаю». Поверил. Ещё бы. После того, как Гриша Зубов организовал рейд по тылам мадьяр, со взрывами мостов, силами всего двух батальонов, чем и обеспечил котёл для не самой плохой в мире венгерской армии, поверишь волей-неволей. Кстати, Зубов, за венгерскую кампанию, получил «Голубого Макса» и владение в Австрии (Инсбруке) с титулом Князя Священной Римской Империи. Империи почившей, но уже возрождающейся. Уж Рим-то Вилли возьмёт точно.

Танки носились по полигону, разносили в щепки мишени, маневрировали совместно с БТРами, «шахид-мобилями», самоходными миномётами и специально обученной пехотой. Красота! Грязная и, воняющая солярным выхлопом, но красота.

– Ники! Это феноменально! Признаюсь, я скептически относился к идее создания бронированных машин, очень уж убогими они получились у британцев и французов, но у тебя – настоящее вундерваффе.

– Получилось вундерваффе, – кивнул Николай, – на три-четыре боя в течении двух месяцев. После нас встретят минными полями и фланговыми артиллерийскими засадами. Этой вундер-вафле за глаза хватит двудюймового бронебойного в борт, или корму. А двухдюймовку с десятком снарядов расчёт и без лошади утянет. Вот теперь думай – где нам этой вафлей лучше всего ударить. Это – дела государственные, Вилли. Ими занимайся и не нервируй своих генералов и адмиралов. Если кому-то не доверяешь – замени. Но если уж назначил – не лезь под руку. Ты даже на уровне полковника некомпетентен, брат. Извини.

– Мной недовольны? Твоя разведка что-то знает?

– Вилли, ты уже сейчас настолько велик и почитаем, что наверх ступенек больше нет. Я серьёзно. Ты уже величайший вождь германцев, величайший император, выше только боги. Тебе нужно удержать этот уровень, а не нисходить до планирования дивизий и линкоров. Нисходить нельзя, понимаешь? Моя разведка ничего такого не знает, такое бы я таить не стал. Это мой тебе братский совет.

– Да, уж. Даже не знаю – гордиться мне сейчас, или обижаться. Ну вот что-ты за человек такой, Ники? Вечно всё с ног на голову переворачиваешь. И, что самое обидное – всё время прав.

– У меня на руках Пророчество, Вилли. Мне легко быть умным. Не бей пока французов и британцев. Держи фронт, пусть они об тебя убиваются. В обороне гибнет в десять раз меньше личного состава, а опыта они набираются одинаково с нападающими. Через год у тебя будут такие псы войны, что этот свет ещё не видовал. Придётся их тебе потом в Америку отсылать, среди людей они будут слишком опасны.

– И что теперь, целый год в окопах сидеть?

– Военные себе забаву придумают, не сомневайся. Дрючка интендантов, разведка, диверсионные действия, локальные операции, для нанесения обид. Беси их, выводи из себя, а для сохранения победного настроя возьми Рим. Я тебе помогу при условии, что Ватикан мой. Мне очень нужен их архив, очень нужно кое-что проверить. А решающая судьбу войны битва в этом году произойдёт на море. И у нас там вдвое меньше сил.

– Брось, Ники. Уж тут ты меня не запутаешь. Кто у тебя морские силы считает? Гони дурака прочь. Сила – не в количестве, а в качестве! Значит, Рим, говоришь? Чем усилишь?

Усилим, есть чем. Освободилась Гвардия. Шестого августа генерал-фельдмаршал, Великий Князь Сандро Царьградский установил контроль над Суэцким каналом.

После объявления войны Америкой Германии, стесняться стало нечего, и в Иерусалимское генерал-губернаторство попёрли поезда. Реально попёрли, они шли с небывалым интервалом в пять минут. Железная дорога Баку – Тегеран – Басра – Иорданск управлялась лучшими специалистами недавно созданных (хоть и давно готовящихся) Железнодорожных войск Русской Императорской Армии. Эшелоны с рельсовыми клетями, специальными поездами-путеукладчиками, теплушками стройбата, бронепоездами, техникой и личным составом.

Пехоты, в том числе и моторизированной, у Сандро хватало – тридцать тысяч Гвардии, пятьдесят тысяч аравийских казаков и двадцать еврейских. Половина на «Шахид-мобилях» с «крупняком» и мотоциклах с пулемётами в люльках, поэтому на усиление отправляли в основном реактивные и ствольные миномёты с расчётами. Лучших из лучших, которым предстояло влиться в состав Гвардейского Царьградского корпуса.

Казаки знали в этих краях каждый камень, контроль над Синайским полуостровом, вплоть до канала, они установили за неделю. Подтянули ствольную артиллерию и РЗСО и начали строить железную дорогу. Ёлочкой. С ветками для бронепоездов. Канал даже минировать не пришлось, на фарватере первым же массированным обстрелом затопили шестнадцать коммерческих пароходов и бронепалубный крейсер британцев. А это уже не мины, их не протралишь. Хотя и тралить под обстрелом – то ещё удовольствие.

Переходить канал Сандро не велел. Тот берег, от Египта до Камеруна отходил Рейху, вот пусть Рейхсвер их и завоёвывает, а бюргеры кормят и оплачивают обеспечение порядка среди бешеных арабов. От своих избавились – и слава Тебе, Господи.

Бронепоезда на параллельных линиях, цепь блокпостов и десяток артиллерийских (в том числе и РЗСО) батарей, делали канал непреодолимым для нынешней британской армии, как Великая Китайская стена для конницы кочевников. Тут нужна авиация, но откуда ей у британцев взяться? К концу войны появится, но будет уже поздно.

В общем, Гвардия здесь больше была не нужна, из Леванта и Ирака ждать ударов не приходилось, там сил британцев с трудом хватало на противодействие внезапно взбесившимся курдам и шиитам в Ираке, тоже внезапно объявившим Джихад потомкам обезьян (сатанинским созданиям) и их прислужникам еретикам-суннитам.

Воины Джихада отличались невиданной в британской армии дисциплиной и выучкой, слаженными моторизованными подразделениями с мобильной артиллерией – самоходными трёхдюймовками на шасси тяжёлого пикапа иранского производства. Эти стволы и боеприпасы для них в Иране были запасены на целую армию, не пропадать же добру. Возглавил Джихад генерал-лейтенант Генерального Штаба, генерал-адъютант Николая Второго, хаджи Гусейн-Хан Нахичеванский, Главнокомандующий вооружёнными силами доминиона Персия.

Курды воевали по старинке, но с автоматическими карабинами Максима в каждой банде, а за оружие и патроны рассчитывались, в основном, пленными британцами. Героический курдский народ был злобен и жаден, поэтому подвиги соотечественников Великого Салах-ад-Дина были очень кровавыми. С обеих сторон, себя славные курды тоже совсем не жалели. Бабы ещё нарожают. Ну-ну…

В общем, Гвардия оттянулась недельку в родном Иерусалиме, обмыла ордена и погрузилась в эшелоны, направлением Триест (через Басру, Тегеран, Баку, Киев и Вену).

«А в комнатах наших, гуляют казаки, и девочек наших, ведут в кабинет».

Ничего не поделаешь. Служба. Война. А девочек и в Риме навалом. Новеньких. Свеженьких, как только что сорванный персик. Гвардия увозила с собой в Ватикан свои деньги и свои запросы, а там уже рынок порешает. Маркитанты со шлюхами от них не отстанут. Мировой вертеп перебазировался в Рим, в Ватикан. Домой! К истокам!

Семнадцатого августа капитулировала Венгрия. Уже не королевство, Франц-Фердинанд, Аликс и их дочери бежали в Румынию. Без свиты, без прислуги, без денег и без перспектив. Сохранили только жизни, да и то благодаря парням Гриши Зубова, вытащившим эти организмы практически со ступенек на помост гильотины. Николай распорядился выплачивать последнему Габсбургу по десять тысяч рублей в месяц. И долг чести закрыл, и пригодится ещё этот болван в Венгрии. Насладятся мадьяры вдоволь прелестями демократии со всеобщим обнищанием, и сами его попросят вернуться. И вернётся Франц-Фердинанд с новой свитой. Нам не нужна Венгрия, нужна только её лояльность. Дружественный нейтралитет. Это наши общие интересы.

Девятнадцатого августа собрались в Либаве. Настала пора положить «Беловежский сговор» на бумагу. Сейчас Рейх, Российская, Японская и Китайская Империи де-юре воевали сами по себе, хоть и с одними и теми же врагами. Юридическое оформление союза нужно не нам, а нашим потомкам. До них ведь устные договорённости не дойдут.

На встречу приехал лично Микадо, оставив Наследного Принца Ёсихито на хозяйстве. Всё верно. Наследник Главнокомандующий вооружёнными силами, вот пусть и занимается планированием и снабжением, опыта набирается, а Божественный Тенно, символ Ямато, будет определять Судьбу. Это для англичан, французов и американцев такой договор просто юридически обязывающая бумажка, которую полномочны подписывать чиновники. Император Мейдзи относился к этому иначе. Николай – не обычный человек. Он предсказал раннюю смерть отца, когда тот был ещё Государем-Императором и святой дар на него, соответственно, ещё не снизошёл. Значит, у них это семейное, от отца к сыну.

Михаил – воин. Страшный в бою, но расточительный в мире. Он отмечен Богами войны, он взял полную и беспрекословную власть над Китаем за один год. И ведь практически без крови. Вырезал именно тех, кого необходимо и ни одного больше. Власть захватил виртуозно, а для чего она ему – сам не понимает. Командует армией, но не страной, на Китай ему плевать. Он – Аттила, который всех своих врагов убил-победил, но после себя ничего не оставил. Хорошо, что зять наследника уже родил. Внука. Григория Михайловича Романова-Мейдзи. Через этот союз породнились сами Боги, какие уж тут чиновники. Это не процедура, это ритуал, божественный обряд. И проходить он будет в Либаве, на земле Ямато, хоть и вассальной Российской Империи, но под флагом с Восходящим Солнцем.

Мишкин и правда ни о чём, кроме войны, не думал. Он все вопросы решал войной. Кто такие опиумные наркоманы? Британские агенты, на всё готовые, ради этой сатанинской отравы. Бей их, ребята, при малейшей нелояльности. Эту проказу нужно выжигать, кто выживет – тот выживет. Бабы здоровых нарожают.

Для ведения «хозяйства» Михаил Первый сманил себе в Канцлеры очень талантливого чиновника, действительного статского советника, министра Социального развития, Сергея Васильевича Зубатова. Николай это назначение благословил. Очень интересно будет посмотреть на «зубатовщину» в Китае. Социальным развитием у нас теперь управляет урождённый мужик, статский советник Иван Архипович Кузьмин, начинавший свою карьеру в Трудовой армии и награждённый медалью за «Трудовую доблесть» ещё указом Александра Третьего. Кстати, с повседневным мундиром только её и носит. Маман его благословила, так что авторитета Кузьмину хватает, а умом и трудолюбием он никому не уступает. Мыслит масштабно, категориями. Понимает, насколько важно для нас сохранить темп размножения. Инициировал рассмотрения закона о правах женщин – после рождения шестерых получай полные права и даже вознаграждение. Небольшое, но на «газетный киоск» хватит, а дальше… В тридцать пять жизнь только начинается. Умные и ответственные бабы во власти на местах нам не помешают.

Впрочем, вернёмся в княжество Либаву. Процедуру подписания договора о Союзе трёх Императоров готовили как дорогущее телевизионное шоу, только телевизоров пока нет, и прокатят его в синематеатрах.

Панорамная роскошь Либавы, сходящийся фокус на Чудо-Дворце Князя, с движущимися дорожками и лестницами, автоматически открывающимися дверями, окнами от пола до потолка, четырьмя лифтами и конференц-залом на верхнем, тридцать третьем этаже.

Фокус сходится на трёх Императорах. Они парят над Либавой, парят над Евразией, парят над планетой. За окнами конференц-зала уже центр Галактики Млечный Путь. Подписывают одновременно. Три экземпляра. Передают подписанные, ещё подпись, ещё, за окнами вспышка. Мультипликационные кадры развалин Парижа с фотографирующимися на фоне заваленной Эйфелевой башни солдат Германии, России, Японии и Китая. Тонущий флот, под флагами Антанты, развалины Лондона, развалины Вашингтона.

Антон Павлович Чехов познал силу нового искусства и теперь её преумножал, со всей своей несомненной гениальностью. Он сам понял, что в новой эпохе его пьески никто смотреть не будет. Разговаривают, разговаривают, кому это интересно? Неграмотные крестьяне тоже разговаривают и чувства у них есть, и мотивы, и драма, только… Ну, вы поняли. Талант лучше тратить на что-то более масштабное. Чехов, после «командировки» в Сан-Франциско, был жалован коллежским советником и назначен флигель-адъютантом, статс-секретарём по вопросам искусства.

Антон Павлович в свои дежурства завтракал с Государем и его гостями, высшими вельможами, героями Царьграда и Босфора, гениальными учёными и инженерами. Право, после этого «Вишнёвый сад», или «Три сестры» вызывают только зевоту. Основной службой статс-секретаря стала пропаганда. Ему было поручено достучаться Нашей Правдой до всех. От чукчей и алеутов, да экваториальных африканских негров. «У всех есть душа, Антон Павлович. Найдите и зацепите её. У вас получится. Не нужно плодить философии, творите саму историю. Дайте этому миру культуру, или, хотя-бы, обозначьте направление, в котором следует развиваться, чтобы сделать этот мир русским. Это возможно только через культуру. Другое оружие здесь бессильно».

Чехов не подвёл. Этот фильм точно признают классикой синематографа. Понравилось даже Николаю, которого длинные сцены раздражали, ему нравился темп Гая Ричи. Антон Павлович идею ухватил, и даже технологическое отставание компенсировал талантом. Тут Гаю такого не снять, слабо.

Глава 7

– Вице-адмирал Камимура будет подчиняться адмиралу фон Тирпицу. Приказ он уже получил, – кивнул Микадо на предложение Вильгельма, – ты прав, Уильям, наши силы только кажутся скромными, мы их сильно удивим.

Камимура привёл в Мурманск вторую линейную эскадру. Теперь весь японский флот имеет опыт навигации на Великом Северном морском пути. На этот раз прошли идеально, вставать в доки никому не потребовалось. Север Тихого океана безраздельно принадлежал России, Имперский Наместник Дальнего Востока, адмирал, граф Алексеев уже начал заселять Алеутские острова. Американцы без боя ушли на юг, в Перл-Харбор. За Аляску воевать не придётся, местные там уже готовы принимать русское подданство, даже торопят Алексеева. Аляска ведь до сих пор даже не штат, а так – оккупированная территория, которая и за президента не голосует, и конгрессменов не выбирает. Резервация.

– А Чухнин? – спросил Кайзер.

С началом войны Николай исполнил своё обещание и отпустил стариков на фронт. Вице-адмирал Степан Осипович Макаров возглавил Флот Индийского океана, а вице-адмирал Чухнин Северный флот. Контр-адмиралы Голиков и фон Эссен стали их младшими флагманами.

Северный флот сейчас у нас самый слабый. Кронштадт, Романов-на-Мурмане и Архангельск работают в три смены, но пополнение войдёт в строй только через год, да и то линкоров всего два (из заказа Европейской Турецкой Республики, передать которые сейчас не имеется возможности). Ещё два авианосца – «Царьград» и «Иерусалим», но они встанут в строй ещё позже, авиагруппы так быстро не подготовишь.

Британцы уже используют летающие лодки для разведки, разрабатывают проект эскадренного носителя, так что до авианосцев им осталось сделать полшага. Свой выход боевая авиация сделает уже в этой войне, оттянуть этот момент возможным уже не представляется. Слишком уж мы ускорили прогресс в этой области. Хорошо хоть, подводными лодками пока никто всерьёз не занимается.

– Вице-адмирал Чухнин тоже будет подчиняться адмиралу фон Тирпицу. При условии, что ты не будешь вмешиваться в планирование, Вилли. И второе условие – командовать объединёнными силами в итальянской кампании будет Сандро.

– Принимаются оба условия, – кивнул Вильгельм, – Сандро на должность командующего мы и сами хотели предложить. Крон-Принц Пруссии будет у него начальником штаба.

Вилли Младший для этой должности подходил отлично. Невозмутимый, как айсберг, и расчётливый, как компьютер. При этом, в быту он настоящий русский – любит быструю езду (гонки), баню и неторопливые беседы под водочку в хорошей компании. С Сандро они друзья, женаты на родных сёстрах. Сработаются точно.

– Годится. Вице-адмирал Чухнин представит наш план. Надеюсь, адмирала фон Тирпица он заинтересует. Пусть не весь, но отдельные моменты. Не спи, Мишкин, наливай.

Треть русской армии сейчас направлялась в Китай. Ей предстояло дойти до Сингапура. Не броском, а планомерным продвижением, оставляя в тылу железную дорогу. Под охраной Китайской Императорской армии, с русскими и японскими офицерами и корейскими унтерами.

Илья Ильич Мечников создал отличный препарат профилактики лихорадки и не менее действенные лекарства. Теперь болели мало, а лечили всех (в пределах статистической погрешности). Теперь тропическая лихорадка для нас ненамного опаснее обычной простуды. После начала массового производства антибиотика (запатентован был сам принцип воздействия на болезнетворные бактерии, так что обойти его уже невозможно), Илья Ильич вошёл в список ста богатейших людей мира по версии «Московских ведомостей», самого влиятельного в мире издания о финансах и торговле. Газетёнка уже кормится торговлей местами во всевозможных рейтингах – от престижности выставок и ярмарок, до производителей самых вкусных шоколадок, но с Мечниковым не обманула.

Илья Ильич перестал заблуждаться сатанинским либерализмом, с благодарностью принял орден Андрея Первозванного и титул графа. Не продал свои убеждения, нет. Просто всё, о чём он мечтал (и даже мечтать не мог) уже реализовывалось на его глазах. От такой Империи, которой стала Россия, титул граф Мечников принял, а владение у него уже есть. Вся Евпатория теперь одна большая клиника Мечникова.

Железнодорожный проход в Таиланд мы пробьём примерно за год. Год тесть точно продержится. Бангкок хоть и сдали в итоге (против лома нет приёма), но это просто порт, который сами же британцы разнесли в щепки пушками флота. Столица заранее переехала на север в Лампанг, по возможности отселили и жителей. Теперь руины Бангкока каждую ночь подвергаются нападениям диверсантов, оккупанты сидят в глухой обороне, ни о каком развитии успеха речи не идёт, у них и так потери огромные, уже четверть десанта сточилась, не сделав ни шага вперёд. «Мяса» то они из Бенгалии ещё привезут, а вот где теперь будут брать командиров? До какой степени можно истончить «Тонкую красную линию»? Скоро узнаем.

Мы то железную дорогу протянем, а вам откуда теперь снабжение тянуть? Вокруг Мыса Горн? Ладно, нефть вы захватили на Суматре, а насколько вашему флоту снарядов хватит? Хватит, чтобы хотя бы пушки расстрелять? А ресурса двигательных установок? А ведь ничего не получите. Разве что в шторм кто-то дурнем проскочит. Младший флагман Тихоокеанского флота, вице-адмирал Руднев уже водит на охоту авианосные группировки. Пока не ударные – каперские (суть пиратские). Попробуй-ка на торговом судне сбежать от крейсера второго ранга, наводимого с самолёта. За два месяца войны Руднев захватил и утопил больше сотни пароходов. Топил он порожняк и малоценные грузы, вроде угля и руды, младшему флагману Тихоокеанского флота и генерал-губернатору Марианского архипелага просто физически не хватало призовых команд. Жаль, конечно, но что тут поделаешь, к такому улову мы оказались не готовы. Только пленных у Руднева уже больше пяти тысяч, а ведь их нужно где-то поселить, чем-то кормить и кем-то охранять. Ни армии, ни казаков на островах не было, только флотские. И мобилизацию не проведёшь – командовать то некому. Не умеют этого моряки.

Мишкин обложил очаги Шанхай/Ханчжоу и Гонконг/Гуанчжоу. Плотно обложил, основательно – ни грамма опиума оттуда, ни рисового зёрнышка туда. Обложил и остановился, сковывая британский флот на позициях артиллерийской поддержки. Британцы в немыслимой позе раскорячились по всему миру и курили свой опиум. Ну, а куда ему ещё деваться, если в Китае он больше не нужен? Самый перспективный покупатель – это воюющая армия. И деньги у них есть, и потребности.

В общем, Мишкин обложил и встал, объявив суммы наградных выплат за каждого пленного британца и американца. В рублях. Зубатов решил, что возиться с собственной финансовой системой в разрушенной стране не имеет смысла. Разве что начеканить самой мелкой монеты из алюминия, чтобы можно было купить один пирожок, а не пять, или десять.

В общем, в рублях. Не особо разбираясь в прошлом охотников за пленниками. Привёл живого и ладно, вот тебе три бумажки. Одну алюминием выдам, а больше никак, я тебе тут не банк. Мишкина нисколько не смущало, что он фактически принял на службу мафию. Сами на убой идут – вот и хорошо. Это им сейчас «головы» легко даются, но скоро за мой «алюминий» им придётся расплатиться сполна. Кровью. Хоть подохнут за наши интересы – и то хорошо. «Нет больше той любви, чем жизнь свою отдать за други своя» – хищно ухмыльнулся Император Китая, – «Вот и пусть отдают, грехи искупают».

Распространились китайские «чешуйки» и по России. Ну, а что, удобно же. В банках их с удовольствием принимают, а потребность в мелкой монете огромная. В монетарный оборот вовлечена вся страна, а медная копейка уже слишком дорога. Из-за бурной мировой электрификации, медь дорожала конскими темпами и копейки уже скоро станет выгодно переплавлять в провода. За пирожок, или чистильщику обуви такое уже жалко заплатить. Дожили.

Рубль дорожал, хоть Императорский Центральный Банк и снизил ключевую ставку до нуля. С началом войны, славные парни отвязали доллар от золота и начали финансировать свои собственные предприятия ВПК за счёт инфляционной эмиссии Федерального Резервного Банка. Золото теперь – просто товар, который, почему-то, в долларах, фунтах и франках постоянно дорожал, а в рублях нет. На Московскую биржу бесперебойно поступала ежемесячные сто тысяч унций из доминиона ЮАР. Золото – не уголь, и не руда, его и на самолёте вывезти можно, на цену это не влияет. А можно и не возить. Всё равно, большую часть сам Центральный Банк и выкупает, так что пусть скирдует на месте, до востребования. ЮАР мы точно не сдадим.

Рабовладельческая система в ЮАР отмерла сама собой, Манифест президента Пуришкевича, по сути, был уже констатацией факта. Некрологом. Рабов к тому времени держали очень немногие, да и то, скорее, как привычных домашних животных, чем за производительные силы. Их и после Манифеста не выгнали, не такие уж буры звери.

Негритянскую молодёжь, из бывших рабов, активно вербовали в возобновившую свою деятельность ЧВК Гриппенберга. Теперь имени Гриппенберга, с новым управляющим-командующим, отставным Генерального штаба генерал-лейтенантом Ворожцовым. Бывшим Военным министром доминиона ЮАР и бывшим командующим корпусом у Оскара Казимировича. Легенду «ландскнехтов». Звезду. Того самого, которого все «рыцари ордена Гриппенберга» готовы были признать «магистром» и откликнуться на его зов. Не все согласились служить с неграми, но все и не нужны.

Вербовали в Оккупационный Американский корпус чёрного казачества. Проявите себя – станете Флоридским Казачьим войском и запануете в Майами и Тампе, Орландо и Джексонвилле. Негр – это сила! До поры скрытая, она раскроется в нужный момент на поле боя. Фас-фас. Подло, конечно, но это отмолим. Те, кто запанует, нам с этим помогут. И храмы построят, и памятники поставят, и жертвы принесут. И в Табель о рангах за это попадут, в благородия и даже превосходительства, куда-же без этого. Но не на халяву. Фас-фас. Господи прости!

– Налил, греется. Долго ты ещё мечтать будешь? – буркнул Мишкин.

– Да. То есть – нет. За победу, братья! За один раз мы Зло не победим, но подраним его сильно. За удачу адмирала фон Тирпица и за тех, кто в море!

Вилли очень важна эта победа. Именно эта. Первая победа Рейха на море. Умница фон Тирпиц большинство идей Чухнина и Голикова примет, не может не принять, ведь они предложат ему новые возможности – оружие радиоэлектронной борьбы. А то, что победу запишут Вильгельму – справедливо и многообещающе. Восемнадцатидюймовый «Гогенцоллерн» вступит в строй уже в обозримом будущем, корпус собирают быстро. Чем парировать такую кувалду победоносного Флота Открытого Моря? Давай-давай, думай. Восемнадцать дюймов – не предел для ствольной артиллерии, мы вам специально технологии производства слили. Давай-давай, строй. Да побольше, побольше, пока до средств ПВО не додумались. Пусть Вилли победит и станет Великим морским победителем. Самым великим в истории в мировом океане. Мы это только приветствуем и поможем, чем можем.

А мы можем. Постановщики помех Тесла строил долго. Ведь нужно, чтобы они чужие радары путали, а свои нет. В итоге, пришлось аврально переоснащать весь Русский Императорский Флот. Со всеми кораблями к началу войны не успели, вот только-только к середине августа закончили. Союзникам поставить уже не успеваем чисто физически. Все специалисты призваны на флот, и всё равно их не хватает, союзников учить просто некому. Зато мы теперь можем корректировать артиллерийскую стрельбу, когда все ослепнут. Получится не так зрелищно, не сольются залпы тысячи орудий в протяжный вой, но и на минималках мы этих тварей очень больно покусаем. Не убьём, но ослабим сильно.

Договорились. Саммит на высшем уровне в Либаве удался, каждый получил то, чего хотел. Микадо благоволение Богов и роль хозяина приёма, а значит организатора (несомненно) победоносного союза. Вилли возможность сыграть дебют партии нового миропорядка объединённым флотом Союза трёх Императоров под флагом Рейха. А Николай?

На этом этапе Ватикан. Не только архив. Римская Католическая Церковь имеет очень сильные позиции в Латинской Америке, и не воспользоваться ими – глупость. Фанатичным ортодоксом Николай уже не был – плевать он хотел на различие в канонах, на фальшивый Donatio Constantini (Дар Константина), на торговлю индульгенциями и невинных жертв инквизиции. Католическая Церковь ещё слишком влиятельна, чтобы этой структурой пренебрегать. Католики и в России живут, немного, но они есть, вот и пусть в Священном Синоде появится ещё одна фракция. Самим нам весь Китай и за сто лет не окрестить, а ведь это очень нужно. В общем, раскол в христианстве нужно преодолеть, во всяком случае, очень для этого постараться. Европе христианство больше не нужно, Европа его отвергла, а мы подберём и обласкаем, нам оно очень пригодится.

Про Григория Распутина Николай не забыл. К себе не приблизил – не прост мужик сибирский, Алексея ведь в той жизни он действительно лечил, а это уже паранормальная способность. Мало ли, вдруг он и гипнотическим внушением пользоваться умеет, а внушения Государю не требовались. В общем, не приблизил, но участие в судьбе принял.

Григорий Ефимович Распутин сейчас Первенствующий член Святейшего правительственного Синода, правая рука Обер-прокурора и председателя ИСБ Петра Николаевича Дурново в управлении этой сложной многоконфессиональной структурой. И ничего, справляется отлично. Находит общий язык со всеми, находит для них общие интересы и цели. Найдёт и для католиков, ничего особенного. Первый раскол Христианской церкви состоялся по политическим мотивам, значит, по политическим мотивам может состояться и воссоединение. Попробуем, хуже уже точно не будет.

И вообще, пора уже разрешить межконфессиональные браки, с регистрациями в Синодальных отделениях на местах (аналогах ЗАГСов). Что с того, что муж и жена будут ходить в разные церкви, мечети, или синагоги, если всё это наши культовые учреждения? Какая нам разница, какую религию примут их дети, если всё это наши религии? Впрочем, этим займёмся после войны, тогда и вдовий вопрос уже встанет ребром. А пока продолжим воевать.

Из Либавы Николай отправился в Словенский городок Идрия, где Гвардейский Царьградский корпус получал новое снаряжение – полевую форму одежды, разгрузки, шлемы и даже бронежилеты. Полевая форма – привычный Николаю камуфляж, одинаковый для всех, от рядового до фельдмаршала. Гвардии это не понравилось, так что придётся подать пример и продавить авторитетом. Вам на свои жизни наплевать, а Империи они ещё пригодятся.

Такой войны в Южной Африке, как в другой истории, здесь не случилось, поэтому в цвет «хаки» ещё никто не переоделся, все по-прежнему щеголяют в мундирах попугайских расцветок, как во времена Крымской и Русско-турецкой войн. Вот и хорошо. До шлемов тоже ещё не додумались, хотя основные потери несут от артиллерийской шрапнели. Видимо, не собрали ещё статистику, а нам она и не нужна. Как должен быть экипирован боец, трижды полковник Советской и Российской армий, Николай Романов знал отлично. На производство шлемов и бронежилетов для Гвардии направили весь имеющийся в наличии титан. Винтовочную пулю он, конечно, не удержит, а вот шрапнельную и осколки – очень даже. Получилось жутко дорого, но Гвардия это заслужила. Они ещё сами не понимают, что уже выиграли эту войну, блокировав Суэцкий канал. Они ещё не понимают, а мы уже ценим. Такую Гвардию нужно беречь.

Глава 8

Кроме Гвардии, в Итальянской кампании предстояло поучаствовать Первой западной армии, под командой генерал-лейтенанта Павла Карловича Ренненкамфа – четыре армейских корпуса и один кавалерийский. Сто шестьдесят тысяч штыков и сабель. Впрочем, теперь уже не сабель. Кавалерия теперь – та же пехота, только помобильнее на тактическом уровне. В каждом эскадроне по две пулемётные тачанки и четыре АКМ, один из шести эскадронов в полку был сапёрным, а остальные пять обеспечивали его деятельность.

Кавалерии предстояло просочиться в пробитую на фронте брешь и парализовать железнодорожное сообщение севернее Рима. А сабли у них теперь только для парадов, по новому уставу, их не носят даже с повседневным мундиром, не то. что с полевым. Чтобы даже думать забыли о кавалерийских атаках с белым оружием. Вскрыл узел сопротивления, нанёс на карту и ищи пути обхода. Ваше дело – препятствовать снабжению, уничтожать вражеские силы должна артиллерия. Её у нас достаточно.

Западных армий в Российской Империи было сформировано три. Вторая (самая слабая, два армейских корпуса и две кавалерийских дивизии), под командованием генерал-лейтенанта Александра Васильевича Самсонова уже вступила в бои с греками и болгарами в Македонии. Боями их можно было назвать с большой натяжкой, так, пострелушки разведывательных подразделений. Как только подтягивалась артиллерия, а она подтягивалась быстро, «братья» славяне-болгары и тоже «братья» православные греки, сразу оставляли позиции. «Братья» уже поняли, что вступили в войну не на той стороне и активно искали подходы к Самсонову (всех дипломатов из России давно выслали), но Александр Васильевич все их потуги игнорировал. Ему приказали взять Афины и Софию, так что он их возьмёт, а о «братстве» поговорим уже после этого. Об этом нужно разговаривать вдумчиво, с документами на руках, а это не дело военных.

Третья западная армия, под командой генерал-лейтенанта Владимира Александровича Сухомлинова, самая мощная (шесть армейских и два кавалерийских корпуса) базировалась под Кёльном, в местечке Бонн, как раз на стыке британского и французского фронтов. Не бездельничала, кушая шнапс и флиртуя с любвеобильными фройляйн и фрау, хотя и не без этого – на войне, как на войне.

Третья армия обкатывала подразделения в боевой обстановке, принимая под ответственность участки фронта и давая передохнуть германцам. Передохнуть, съездить в отпуск, снять стресс и зачать детей. Ротация подразделений на передовой проводилась каждый месяц – и опыт копился (боевая мана), и псами войны люди становиться не успевали. Кроме того, постепенно формировалось настоящее братство по оружию. А это братство не православное и не славянское, не историческая фикция, а сегодняшняя реалия. Нет, случались, конечно, конфликты, и дуэли происходили, но это неизбежно в такой среде. Это мир хищников, и они неизбежно будут устраивать игрища, по выявлению альфа-самца.

Третьей Западной армии предстояло поучаствовать во взятии Парижа, Брюсселя и Амстердама. В следующем году, когда боевой дух убивающихся сейчас об оборону Рейха британцев и французов падёт ниже уровня дна выгребной ямы. Когда разъедутся по городам и весям безрукие-безногие калеки, когда начнут распределять хлеб по карточкам, а на производство мобилизуют женщин и детей, потому что все мужчины либо на войне, либо с оторванными конечностями.

На вокзале в Идрии Николай Второй вышел уже в полевой камуфляжной форме, с такой-же камуфлированной свитой. Почётный караул, оркестр, «Прощание славянки» и «Имперский марш». Пьянка в компании Сандро, Ренненкампфа, Вилли-младшего, Леопольда, принца Баварского и статского советника Джека Лондона, которого Государь-Император привёз поучаствовать в кампании. У этого падения Рима будет много очевидцев, в том числе и с камерами синематографа, но взгляд гениального литератора как минимум не помешает. Джек носил камуфляжную форму с погонами полковника (как и сам Государь) и был принят военными очень радушно. Ещё бы. Звезда. Даже не звезда, а Творец, который зажигает и гасит звёзды. А кому не хочется стать Звездой?

Рейх выделил для Итальянской кампании две армии – Вторую (Баварскую) и Четвёртую (Австрийскую). Те самые, которые по плану Шлиффена должны были удерживать восточный фронт на первом этапе войны. Семьсот тысяч человек. Плюс двести тысяч русских, против двух с небольшим миллионов итальянцев. Почти миллион хищников против двух, хоть и рогатых, но травоядных. Они могли ощетиниться рогами на подготовленных позициях линии фронта, но стоит её только прорвать, и всё это стадо сразу обратится в бегство.

Проехались по штабам и расположениям дивизий. Везде, что называется, били копытом в предвкушении. Священную ярость мы получили. Никто не сомневался, что война эта справедливая, что напал на нас враг подлый, коварный и злобный, но наше дело правое, а, значит, победа будет за нами. А уж итальяшек-то, холопов британских, сомнём и не заметим. Настрой радовал, года на три его хватит, особенно если предоставлять отпуска. Хотя-бы на пару недель в году. Это реально, торопиться нам некуда. Больше того, торопиться нам противопоказано. Это у запада цугцванг, а мы имеем возможность каждый ход (год) делать рокировки по Великому Северному морскому пути и железной дороге. Пусть они делают плохие ходы, а мы подождём.

У нас, несмотря на войну, снижаются цены на все виды топлива и электроэнергию, растёт производство и деловая активность, даже доходы населения растут. Мобилизация не проводилась, Трудовая армия не в счёт, она и так была армией, обыватель войны даже не почувствовал. В газетах писали и по радио говорили, иногда приходили похоронки, но это дело житейское. Первая мировая война пока затронула общество гораздо меньше, чем та-же Русско-турецкая. Военный налог пять процентов? На Святое Дело не жалко. Тем более, что в Германии и Японии по десять.

Шестнадцатого октября 1907 года состоялась первая эпическая морская битва этой войны – первая битва на Доггер-банке. После обстрела Эдинбурга, а после Циндао стесняться было уже нечего, поэтому контр-адмирал граф фон Шпее бил не только по порту, но и по городу, в результате чего была разрушена, или сгорела треть зданий, Эдуард Седьмой потребовал от первого морского лорда адмирала Фишера активных действий.

Запертую, после перекрытия Суэцкого канала, в тупике Средиземного моря Мальтийскую эскадру Роял-Нэви объединили в Скапа-Флоу с Флотом Метрополии и пафосно назвали Гранд-Флитом. Мальтийская эскадра, после бездарной атаки Царьграда, где она, в перестрелке с береговыми укреплениями, потеряла линейный крейсер «Тайгер» сменила флагмана. Вместо контр-адмирала Джона де Робека, флотоводца рассудительного и осторожного, на которого ни за что, ни про что возложили вину, хотя он в точности исполнил приказ Адмиралтейства, а до этого высказывал сомнения в целесообразности такой атаки, был назначен контр-адмирал Джон Рашуорт, граф Джеллико, человек эмоциональный и рисковый.

Призвали и союзника, французам в Средиземном море тоже было больше нечего делать. Германскую рухлядь в Барселоне уже перетопили, а другого противника нет. Черноморский флот Российской Империи заперт Дарданелльскими укреплениями, да и нет линейных кораблей в его составе, только лёгкие силы, а для контроля греков (и, чем чёрт не шутит, на случай захвата Дарданелльских укреплений Русской армией), хватит там одних итальянцев, на корабли которых, на всякий случай, назначили наблюдателей.

Французы в Барселоне тоже, мягко говоря, проявили себя не здорово. Топили они австрийские трофеи германцев целую неделю и сами потеряли два корабля линии. Не безвозвратно, но надолго. Корректируемые береговым радаром короткоствольные пушки «стариков» работали почти на максимальных углах возвышения, а потому их снаряды падали французам на палубу. Падали-падали и пробились – у двух линейных крейсеров повреждены турбины, которые заменить просто нечем.

Контр-адмирал фон Хиппер обменял свою эскадру по очень выгодному курсу, при этом потери в личном составе экипажей понёс минимальные, для такого неравного сражения – меньше четверти. Теперь контр-адмирал и его моряки воевали в составе корпуса генерал-лейтенанта Корнилова в Жироне. И отлично воевали, кстати, зря Вилли сомневался.

Собравшиеся в Скапа-Флоу союзные силы Антанты по весу залпа почти вдвое превосходили Флот Открытого Моря, а в возможность объединения сил Трёх Императоров, командующий Гранд-Флитом, адмирал Артур Уилсон не верил. То есть, в кучу-то они собраться могут, но ничего хорошего из этого не выйдет, даже в этом случае перевес будет полуторным.

Объединённый флот Союза трёх Императоров имел в своём составе восемь шестнадцатидюймовых суперлинкоров (шесть германцев и два японца), двадцать четыре четырнадцатидюймовых линкора и двадцать восемь линейных крейсеров. Шестьдесят кораблей линии. Жуткая жуть, только «железа» примерно на двести сорок миллионов рублей, но противостояла им сила ещё большая, воистину Адова – четырнадцать суперов, тридцать три линкора и тридцать семь линейных крейсеров. Восемьдесят четыре корабля линии, на сумму больше четырёхсот миллионов рублей (дороже они Антанте обходились). Действительно, морской Рагнарёк.

Командующий Гранд-Флитом, адмирал Уилсон правильно просчитал, что свою базу в Бергене германцы защищать обречены, а значит появится возможность прижать их к берегу и лишить главного преимущества – скорости. Не ожидал он только, что встретит его фон Тирпиц в открытом море, на Доггер-банке. Это ведь неправильно – уходить заведомо меньшими силами от своих портов. Никогда ведь такого раньше не было, чтобы слабый выходил навстречу сильному в открытое море. Только у адмирала Альфреда фон Тирпица, насчёт – кто здесь сила, имелось другое мнение.

Первые прилёты по идущей в авангарде Мальтийской эскадре начались ещё ночью, в три сорок по Гринвичу. А одновременно с первыми попаданиями отказали все радары. Под матовым стеклом тактического стола контр-адмирала графа Джеллико, вдруг разом вспыхнули все индикаторные лампочки, да ещё и связь пропала. Пока разбирались в чём дело, а связь морзянкой посредством сигнальных ракет – дело очень небыстрое, золотое попадание шестнадцатидюймого снаряда получил линейный крейсер «Гемпшир». Подарок с «Ямато» пробил две палубы и взорвался в котельном отделении правой турбины. Огнетрубные котлы шарахнули ещё сильнее и вызвали детонацию угольной пыли в котельном отделении левой турбины. «Гемпшир» на миг расцвёл небывалой красоты цветком и после этого почти моментально затонул. Один-ноль.

«Гемпшир» затонул, связи нет, радары не работают, ночь и кромешная темнота. Что делать? Отступать от заведомо слабого, да ещё и под беспокоящим обстрелом? Это прямой путь в трибунал и к расстрельной стенке. Контр-адмирал граф Джеллико приказал подать сигнал ракетами – «Эскадре полный ход». В общем, логично, только в ночной свалке можно реализовать численное преимущество. Младший флагман Гранд-Флита ведь понятия не имел, что адмирал фон Тирпиц не ослеп.

Умница Альфред разыграл эту партию гениально. Союзный флот Трёх Императоров он разделил на четыре линейных эскадры. У вице-адмирала Чухнина он забрал три линкора («Князь Владимир», «Екатерина Великая» и «Павел Первый»), для всех этих радиоэлектронных игрищ, которые включил в состав эскадр вице-адмиралов фон Ингеноля и Камимуры и контр-адмирала Сушона, а Чухнину, не вступающему во встречный бой, придал шесть своих самых быстрых линейных крейсеров. Классика – тяжёлые гоплиты, которые хоть и отступают, но строй держат, и кавалерия, готовая рубить бегущих.

Стоит отдать должное британцам. Даже в такой ситуации они шли вперёд и даже умудрились на рассвете серьёзно потрепать третью линейную эскадру контр-адмирала Сушона (безвозвратная потеря суперлинкора «Пруссия», линкора «Бисмарк», двух линейных крейсеров «Зейдлиц» и «Гнейзенау» и ещё три корабля уводили в доки буксирами) и утопить линейный крейсер у слегка увлёкшегося, с рассветом, вице-адмирала Камимуры. Были бы во флоте Антанты одни британцы, ещё неизвестно чем бы всё закончилось, но французы умирать в Северном море не захотели. Радары не работают, связи нет, извините – у нас форс-мажор.

Итоги первой битвы на Доггер-банке превзошли все самые оптимистичные ожидания. Гранд-Флит безвозвратно потерял шестнадцать кораблей линии (семь из них добил засадный «кавалерийский полк» вице-адмирала Чухнина), ещё двенадцать нуждались в капитальном доковом ремонте. Союзный флот Трёх Императоров – пять утопленными и три сильно побитыми. Враг бежал, победа за нами.

Кайзер Вильгельм Второй растрогался чуть не до слёз, такого даже он не ожидал. Альфред фон Тирпиц стал Гросс-адмиралом, кавалером ордена «Пур ле Мерит» и Имперским князем Зальцбурга, вице-адмиралы Чухнин и Камимура князьями Мемеля и Данцига. А что? Неплохо звучит – адмирал Хиканодзё, барон Камимура, князь фон Данциг, или адмирал Чухнин, князь фон Мемель.

Вилли привёз в Берген четыре чемодана орденов и лично вручал их два дня. Лично, каждому их офицеров, да с братским объятием. На площади, перед ратушей, под объективами десятка синематографических камер. Антон Павлович Чехов снимал очередной шедевр, у него и на кораблях группы работали, и на берегу.

Британия повержена на море! Британия бежала, оставив Скапа-Флоу Флоту Открытого Моря! Первый лорд Адмиралтейства застрелился! Адмирал Уилсон застрелился! Раненый в бою контр-адмирал, граф Джеллико привлекается к суду! Эдуард Седьмой тяжело заболел.

Дядюшку Эдика даже жалко. Очень полезный идиот – дурак на вражеском троне. Он настолько упивался собственным величием, что предпочитал игнорировать очевидное, не вписывающееся в его картину мира. Дай Бог ему здоровья, жаль, медицинскую помощь предложить невозможно, наши бы его точно на ноги подняли. Самое время начинать массовое строительство стотысячетонных восемнадцатидюймовых мегалинкоров. Ведь они бы на Доггер-банке точно победили. Давай-давай, фас-фас.

Григорий Павлович Чухнин, князь фон Мемель, был жалован чином полного адмирала и орденом «Святого Георгия» третьей степени, Гросс-адмирал, князь фон Тирпиц фон Зальцбург награждён орденом «Андрея Первозванного», а вице-адмирал Камимура, князь фон Данциг, орденом «Святого Владимира» первой степени с мечами, бантами, бриллиантами и императорской короной. Скуповато, да. Награды у нас дорогие. Таким «Владимиром», как у Камимуры, сейчас обладает только Сандро. Даже у самого Светлейшего князя Дубасова-Босфорского пока нет на «Владимире» бриллиантов и императорской короны.

Награды они заслужили, но слишком баловать незачем. Эту победу одержал Тесла, в бою не участвовавший. Хорошо, что ему все ордена безразличны, ни одного не носит, скирдует всё в чулан, а то они в Российской Империи для него бы давно закончились. Друг Никола, в качестве награды, просит откровений. Пусть и дилетантских, но для него очень важных – полупроводники, чистое производство, слойные микросхемы. Для него это не просто слова, это – направления новых исследований. Тесла мечтает научить электричество думать. Не считать, считать оно уже умеет, правда, пока калькуляторы размером со шкаф, а именно думать.

Жить хорошо! Русские Железнодорожные войска армии Китайского Императора Михаила уже прошли Ханой. Это в качестве командующего фронтом Куропаткин слаб, а как организатор и администратор – он один из лучших. Недаром, ещё Скобелев говорил ему, своему начальнику штаба – «Не приведи Господь тебе придётся когда-нибудь воплощать собственные планы, Алексей. У тебя на это духа не хватит».

Глава 9

Николай долго общался с генерал-лейтенантом Куропаткиным перед назначением, и в итоге оно состоялось. В качестве «второго номера», Алексей Николаевич действительно лучший. Ну, или один их лучших. Самое то, что нужно. Безоговорочным первым номером в Китае был Мишкин, который свалил управление Империей на Канцлера Зубатова, а сам с огромным удовольствием командовал армией. И неплохо командовал, должно заметить. Ханой – это уже треть пути, а темп этого железнодорожного наступления всё нарастает.

Русскую армию вьетнамцы встретили как освободительную, совсем не так, как американскую на Филиппинах и Кубе. Десятый Император Вьетнама из династии Нгуен, Тхань Тхай был Михаилу Первому Романову ровесником, и они отлично поладили. Отвлекаться на французский Индокитайский союз Мишкину было не с руки, а вот помочь вьетнамцам вооружением и боеприпасами для него ничего не стоило, всё равно, всё китайское старьё куда-то нужно было девать. Даже его хранение стоило приличных денег, не говоря уже про утилизацию.

Император Тхань Тхай военного опыта не имел, поэтому организацией Вьетнамской Освободительной армии занялся флигель-адъютант Михаила, Генерального штаба капитан, Михаил Гордеевич Дроздовский. Двадцатисемилетний офицер Русской Императорской армии согласился временно исполнять должность Военного министра Вьетнамской Империи, но от чинов отказался категорически.

Французы и до того сидели в Индокитае как в жерле периодически извергающегося вулкана, а теперь этот вулкан рванёт так, что никто сбежать уже не успеет. Некуда им сейчас бежать. В Тихом океане лютуют рейдеры, до Америки не доберёшься; в Гонконге/Гуанчжоу и Шанхае/Ханчжоу союзники сидят в осаде, и сами мечтают куда-нибудь сбежать; а про Европу и говорить нечего – теперь проще на Марс улететь, чем до неё добраться.

После сражения на Доггер-банке в Атлантический океан вышли крейсерские эскадры Русского Императорского флота и Флота Открытого Моря. Настала пора собирать урожай. Ставки фрахта из САСШ в Британию и Францию взлетели на порядок. К тому-же, появилась возможность сообщаться с Испанией через Ла-Корунью и Виго.

Генерал-лейтенант Корнилов остановил наступление французов в Жироне, десантом захватил Княжество Андорра и сейчас вёл бои уже во Франции, в предместьях Перпиньяна. Как и ожидалось, своей личной отвагой он совершенно очаровал каталонцев и вообще испанцев, добровольцев Лавру Георгиевичу хватит на целую армию, нужно только подбросить ему вооружений и офицеров.

С доминионом ЮАР сообщение тоже наладили. Вице-адмирал Макаров захватил португальский Лоренсу-Маркиш, а, теперь уже, Генерального штаба генерал-майор Деникин железную дорогу до него. Впрочем, захватили – это слишком пафосно. Просто заняли, практически не встречая организованного сопротивления. Восточный берег Африки до Судана и Ангола должны были после войны стать зоной ответственности Российской Империи, поэтому на «освобождённую» территория Мозамбика сразу устремились, держащие нос по ветру, состоятельные инициативные подданные, а за ними сотни тысяч тонн грузов. Всегда так. Кому война, а кому – мать родна.

Линейные силы Флота Индийского океана перебазировались в Лоуренсу-Маркиш, для парирования попыток проведения конвоев в Азию вокруг Африки. То, что они будут – очевидно. Деваться британцам некуда. В Бендер-Аббасе, отлично (даже несколько избыточно) укреплённом, остались крейсера, под командованием контр-адмирала фон Эссена. На этом вся вражеская торговля в западной части Индийского океана и закончилась. Если кто-то и проскакивал сквозь сеть рейдеров, то чудом и в единичных количествах. Британский флот в Азии в основном занимался артиллерийской поддержкой Шанхая и Гонконга, тратя боезапас и расстреливая стволы пушек, а американцы не придумали ничего лучше, как захватить все Филиппины. Флаг им в руки и барабан на шею. Сами сбегут, когда потеряют Гавайи.

В Рождественскую ночь (по Григорианскому календарю), в 23.00, по позициям итальянцев в районе Айдовшчины начала работать артиллерия. И ствольная, и реактивная, и миномётная. В 03.00, двадцать пятого декабря 1907 года, Гвардия выдвинулась на превращённые в лунный пейзаж позиции «макаронников», а в прорыв ушли два кавалерийских корпуса. Русский, под командованием генерал-лейтенанта, князя Императорской фамилии, Павла Александровича Романова, направлением на Венецию – Болонью – Флоренцию; и германский на Удине, с целью организации котла для всего Северо-западного фронта итальянской армии.

«Дядя Паша» послужил генерал-губернатором в Киеве, неплохо послужил, но «без огонька». Не привлекала его статская карьера, с началом войны сразу запросил перевода в действующую армию. Кстати, женился Павел в этот раз очень удачно, на единственной наследнице огромного состояния действительного статского советника Игната Лукича Рябова, министра Авиационной промышленности, старовера и владельца производства четверти российского алюминия.

Причём, по любви женился, познакомился он с Глафирой Игнатьевной случайно, на выставке в Москве, и ухаживать начал раньше, чем узнал, сколько у неё наследства. Что-ж, совет, да любовь. Паша неплохой человек, не подлый, не злобный, не трус, не дурак, просто безвольный подкаблучник. Обычное дело для мужчин дома Романовых. Глаша – баба умная, основательная и очень патриотично настроенная, так что пусть Павел Александрович сидит под её каблуком. Всё лучше, чем какая-нибудь стервозная актриска. Так для всех будет лучше.

Пятнадцатого (второго) января 1908 года в войну на стороне Союза Трёх Императоров вступили Румыния, Сербия и Азиатская Турецкая Республика. Готовы они были это сделать раньше, но Извольский придерживал. Нет ничего хуже, чем после войны переругаться из-за трофеев, поэтому на достижение всеобщей договорённости ушло почти полгода. Сербам, по итогам войны, должны были отойти Македония и Албания; Румынии – Трансильвания и северная Болгария с Варной и Плевеном; а азиатским туркам – Кипр и Алеппо. Всё это на условиях вечного союза и открытых рынков.

Конечно, вечного ничего не бывает, даже сама Вселенная когда-нибудь прекратит своё существование, но до Второй Мировой войны этот союз дожить должен. Главные Балканские смутьяны – Венгрия, Болгария и Греция не вняли предупреждению Кайзера, что слишком бодливую скотину отправят на бойню, и теперь за это расплачивались.

В Венгрии уже началась германизация по польскому сценарию – радио, газеты, журналы, вывески, образование и делопроизводство (включая судебное) только по-немецки. Пленная венгерская армия копала каналы и строила дороги в Рейхе (никаких конвенций насчёт военнопленных в этой истории подписано не было), зарабатывая себе на пропитание. Следующей в очереди на расчленение стояла Болгария.

Двадцать шестого (тринадцатого) января генерал-лейтенант Сазонов передал южный (Греческий) фронт сербам и развернул свою армию на Софию. Созданное русскими штыками Болгарское Княжество ими и закончится.

«Я тебя породил, я тебя и убью».

На морях было спокойно, Антанта осмысливала битву на Доггер-банке и обострять ситуацию не спешила. Радары оказались уязвимы для воздействия, и с этим требовалось разобраться. Однако, восемнадцатидюймовых мегалинкоров Британия и САСШ заложили целых восемь (пять и три). Всё логично. Пока достроят (а на это уйдёт два года), успеют разобраться и с электроникой.

Успеют? С тем, что работало на Доггер-банке – конечно, только и мы за это время уйдём вперёд. Тесла не дремлет и не испытывает проблем с финансированием, на его проекты казна тратит один процент бюджета. Сумасшедшие деньги. Вдвое больше, чем на Императорский двор, со всей недвижимостью, содержанием фамилии, ритуальными торжествами и Императорскими учебными заведениями (Царскосельского Александровского лицея, Пажеского корпуса и так далее). Так что через два года мы уже точно перейдём на новое поколение. Нас не заглушат.

А пока моряки занимались прерыванием торговли, снабжения и истреблением вражеских каперов. И наши, и вражеские, но наши гораздо результативнее. Сообщение между САСШ и Европой теперь шло по большой дуге, через южные широты (Куба, Пуэрто-Рико, Канарские острова), но и там их периодически пощипывали наши крейсеры второго ранга (быстроходные эскадренные транспорты снабжения) типа «Амур». Безбронные полутанкеры-полусухогрузы, с вместительными трюмами и огромной автономностью, вооружённые двумя (погонной и ретирадной) шестидюймовыми пушками и максимальной скоростью в двадцать девять узлов (на два-три узла больше, чем у бронепалубных крейсеров противника), не говоря уже про наспех вооружённые-пароходы-каперы. Никто кроме нас специально крейсеров второго ранга не строил, все средства вбухивались в линейные корабли. И где они сейчас, эти ваши могучие корабли? Вот-вот. А наши «недомерки» собирают урожай на ваших полях.

Четырнадцатого (первого) марта 1908 года началась битва за Рим. Большая часть итальянской армии капитулировала в Словении и Албании, но Средиземное море Антанта пока контролировала, поэтому подкрепления под Рим прибыли. Два «чёрных» корпуса – британских суданцев и французских зуавов и два первых корпуса экспедиционной армии из САСШ. Ничего особенного – обычная пехота, усиленная полевой французской трёхдюймовой артиллерией. Против Гвардейского Царьградского корпуса и армии Людвига, принца Баварского, они – как милые ушастые спаниели против волков. Тоже хищники, но такие себе. Поймать и задавить курицу могут, могут овец испугать, но не волков. Волки такими закусывают на ходу.

Стоит отметить, что все эти американские и африканские дикари вели себя в Италии, как в завоёванной стране – насиловали всё, что шевелится; грабили всё, что понравится; и убивали всех, кто этому пытался помешать. В том числе и друг друга. Король Виктор-Эммануил Третий с двором и правительством «отступил» в Неаполь, оставив римлян кровожадным ублюдкам-беспредельщикам союзников перед наступающей армией русских и германцев.

Сандро остановил наступление на линии Кампаньяно-ди-Рома – Монтеротондо – Тиволи-Терме, на тех позициях, откуда можно было достать до центра Вечного города из реактивных миномётов. Остановил, стрельнул разок для острастки и начал ждать восстания римлян. Да не просто ждать, а активно ему содействовать. Тащить Гвардию в бой на узкие улочки огромного мегаполиса он не хотел, потерь, причём серьёзных, в этом случае не избежать. А зачем они нужны? Куда этот Рим денется? Не король, в Неаполь не сбежит. Не пустил он в итальянскую столицу и германцев. Право первой ночи с Римом принадлежало нам. Ватикан, музеи, галереи и дворцы, по договорённости с Кайзером, доставались нам, а попробуй-ка сдержи опьянённую битвой и кровью солдатню. Как минимум пожаров, в этом случае, точно не избежать.

Сандро простоял неделю, устанавливая контакты с местными, снабжая их оружием и усиливая диверсионными группами спецназа ГРУ ГШ, самураями Гриши Зубова. Торопиться ему было некуда, кавалерийский корпус генерал-лейтенанта, князя Императорской крови Павла Романова уже обложил город с запада и юга, отрезав от снабжения и возможности перебросить подкрепления.

На пятый день стояния, в Риме полыхнуло. Союзников негров и американцев начали отстреливать и взрывать по всему городу, в итоге, к дню седьмому, заперли в расположениях на северо-восточной окраине и изолировали друг от друга. Локации обработали миномётами и начали штурм. К вечеру четырнадцатого марта Рим был взят, Сандро разместил свой штаб в Апостольском дворце Ватикана. Папа Пий Десятый не возражал, ему и самому так было гораздо спокойнее. Тевтонов он почему-то боялся намного сильнее, чем русских.

Двадцать первого (восьмого) марта 1908 года в Рим прибыл Российский Государь-Император Николай Второй. На день раньше Кайзера Вильгельма Второго. К этому моменту, Виктор-Эммануил «отступил» уже в Мессину, на Сицилию. Официально Италия из войны так и не вышла, вот и хорошо.

Специальные команды министерства «Попов и жандармов» собирали по Италии культурное наследие – картины, скульптуры и прочие музейные экспонаты, а также всякие святые мощи, части Животворящих Крестов, «копий Судьбы» и тому подобных объектов поклонения религиозных наркоманов, но Ватикан пока не трогали.

– Как вы думаете, Ваше Святейшество – пойдёт ли на пользу Римской Католической Церкви правда?

– Что вы имеете ввиду, Ваше Величество?

– Правду, только правду и ничего, кроме правды. Публикацию архива Ватикана в прессе. Правду о «Даре Константина» и хронику Святого Престола за без малого две тысячи лет. Вы ведь понимаете, что мне это выгодно?

– Понимаю. Но вы ведь не просто так этот разговор затеяли, полагаю, у вас есть предложения?

– Есть, конечно, как не быть, – улыбнулся Николай, – я предлагаю вам дружбу и защиту. Вы же сами видите, что в так называемом цивилизованном мире у христианства, кроме меня, заступников больше нет. Европа вас отвергла. Для их поклонения Мамоне ваше посредничество не требуется, более того – оно обременяет и вводит в лишние траты. С Мамоной все предпочитают договариваться напрямую. Устраняй посредников – это первое правило бизнеса.

– А зачем мы вам, Ваше Величество?

– А мы, русские, к этому цивилизованному миру себя не причисляем, Ваше Святейшество. Мы считаем, что религия людям нужна. Не Господу нашему, а именно людям. Есть люди в Латинской Америке, остались они ещё в Испании и Италии, и вы им нужны. Я готов помочь вам преодолеть раскол в христианской церкви. Не сразу, конечно, но первые шаги в этом направлении, можем сделать уже мы с вами. Я готов содействовать вам в окормлении Азии – для начала Китая. Начинать там уже можно прямо сегодня, если мы подружимся.

– Думаю, мы подружимся, Ваше Величество, – улыбнулся наконец Римский Папа, – с чего начнём?

– Начнём с награждения спасителей Святого Престола. Российской Империи больше нечем наградить Великого князя Романова-Царьградского, все наши ордена он уже получил. Ещё неплохо было бы рассмотреть чудесные пророчества соловецкого монаха Иоанна. Вы можете успеть канонизировать его первыми. И обязательно отлучите от церкви Виктора-Эммануила.

– С наградами вопрос уже решён, с канонизацией начнём решать немедленно, но за что отлучать итальянского короля?

– За что – придумайте сами. Он – трус, он – подлец, который призвал в Рим армию самого Сатаны, отдав честных христиан на поругание зверям преисподней. Сколько священников погибло?

– Ещё не успели сосчитать, Ваше Величество.

– Мы успели. Шестьдесят два, всего за неделю. Этого мало? Поищем ещё.

– Достаточно, Ваше Величество. Действительно, звери, призванные нечестивым Виктором-Эммануилом на погибель христианской церкви. А вы не могли бы распорядиться остановить разграбление храмов?

– Мог бы, – кивнул Николай, – поделиться вам, конечно, придётся, но мы проявим присущую всем истинным христианам скромность в запросах. И в архивах ваших покопаемся деликатно, ничего такого за пределы круга посвящённых не выйдет.

Вечером двадцать первого (восьмого) марта, в Апостольском дворце Ватикана состоялась процедура торжественного награждения генерал-фельдмаршала, Великого князя Романова-Царьградского «Верховным Орденом Христа». Сандро стал первым кавалером, после Бисмарка, и единственным живым. Генерал-лейтенант, князь Императорской крови Павел Александрович Романов получил орден «Золотой шпоры», высшие офицеры Русской Императорской армии ордена рангом пониже, но отметили всех. Николай принять награду не согласился. «Мне достаточно что, что мы теперь друзья, Ваше Святейшество. Ничего сверх этого не требуется».

Глава 10

Вильгельм Второй пытался придать себе вид невозмутимого средневекового конунга, но получалось у него плохо. Счастьем он так и светился. Священная Римская Империя возродилась его усилиями. Его гением.

– А ты говорил, что ступенек наверх больше нет.

После парада-триумфа, по обыкновению, уединились. Рим ещё не до конца обобрали, поэтому Рейхсвер квартировал пока за пределами города. Для парада собрали сводные батальоны отличившихся. Они прошли по Виа-дель-Корсо от площади Венеции до Piazza del Popolo, позабавили обожаемого Кайзера и отвалили от соблазнов. В Риме гуляла русская Гвардия, получившая месяц на «разграбление города». Легендарная русская Гвардия, герои-победители Царьграда, Иерусалима и Рима. Воины, которым скоро ордена придётся вешать на спину, на груди просто не хватит места.

– Говорил и опять повторяю. Это не ступенька наверх, Вилли. Это всего лишь столица жалкой Италии. Ты уже давно превзошёл Алариха, да и Рим теперь совсем не тот. Ты сделал то, что и должен был сделать, не более того. Хотя, приятно, конечно. За тебя, брат!

Италия по договору отходила Рейху. Вся Италия, кроме Ватикана и его собственности – церквей и монастырей. Впрочем, Кайзер, как любой просвещённый современный европеец, особой ценностью эти пункты торговли опиумом для народа не считал. Запрятали, конечно, попы золотишка и разных ценностей, но это в любом случае не идёт ни в какое сравнение с реальными активами Италии. С её промышленностью на севере, с развитой (ещё с античных времён) инфраструктурой, с почти тридцатью миллионами новых (и не самых бедных подданных), с плодородными землями, которые теперь можно будет конфисковывать у подозрительных и передавать верным бюргерам. Как когда-то Рим передавал захваченные земли своим легионерам. Плевать на Ватикан, пусть копошатся, мракобесы. Главное, чтобы лояльность сохраняли, и не подстрекали этих ленивых, но суетливых итальяшек к неповиновению. Нет Власти не от Бога? Вот так всем и говорите.

Выпили. Между первой и второй… Вильгельм разлил и поднял свою стопку.

– За тебя, Ники! Ты для меня значишь намного больше, чем родной брат. Ты – эталон Чести. Ты – надежда на то, что времена благородного рыцарства ещё возможно вернуть.

Выпили. Тост дурацкий, но расстраивать Вилли не хотелось. Пусть живёт в своих иллюзиях, не подозревая, что мифические времена благородного рыцарства – не более чем вымысел экзальтированных литераторов. Старых пердунов-импотентов, которым, разумеется, раньше было лучше. И чем раньше, тем лучше, соответственно. Времена всегда одинаковые. Как и люди.

– Ты уже решил, кто поведёт флот на восток?

– А что тут решать? Гросс-адмирал и поведёт. Князь Альфред на меня смертельно обидится, если я лишу его возможности поучаствовать в этой битве.

– Вилли, ты понимаешь, что командование на Тихом океане мы ему доверить не можем?

– Конечно, Ники. Альфред это тоже отлично понимает, не переживай. Командовать там будет твой Дубасов-Босфорский, князь фон Тирпиц будет у него младшим флагманом. Чёрт! А я ведь сомневался насчёт разумности постройки больших ледоколов. Извини!

– Брось! В этом все сомневались, даже мои адмиралы. Наливай.

Линейный флот Союза Трёх Императоров в Атлантике сейчас бездействовал. Британцы и французы прятались в портах под прикрытием береговых батарей и минных полей, а восточный берег САСШ трогать опасно, оставляя в тылу, хоть и растерянные, но по-прежнему превосходящие силы. Да и какой в этом смысл? Просто позлить? А вот на Тихом океане пора наводить порядок, забирать обратно Индонезию и Филиппины, выбивать британский флот из Шанхая, Гонконга и Сингапура и полностью отрезать Индию от сообщения с миром, и всё это вполне реально сделать за год. А через год вернёмся, с этим нам помешать никто не сможет – Великий Северный морской путь работает уже по три месяца в году, с середины июня до середины сентября, по нему уже даже торгаши ходить пробуют. Уже интересно использование этого пути даже с коммерческой целью, а ведь глобальное потепление только начинается.

Начальник ВСМП, вице-адмирал Андрей Августович Эбергард заселению Русского Севера и его экономическому развитию способствует изо всех сил, Диксон и Дудинка уже вполне себе города, пусть и вахтовые. Навигация между ними по Енисею у нас теперь круглогодичная, рудный концентрат из Норильска накапливается в Диксоне от лета до лета. Очень ценный концентрат, его уже планируют закупать и Крупп с Маннесманом, и Митсубиси с Митсуи. Самовывозом, а как же ещё. Так что хоть и коротко северное лето, но год оно кормит сытно.

– У тебя есть идеи, как мне переправить хотя бы корпус через Мессинский пролив? – спросил Вильгельм Второй наполняя стопки.

– Есть. Вернётся флот с Тихого океана и переправит.

– Он же только через полтора года вернётся.

– А раньше и не нужно. Как раз, к тому времени Гибралтар возьмём под контроль и Суэцкий канал от утопленников очистим. Сицилию нужно брать в самую последнюю очередь. Одним корпусом ты там порядок не наведёшь. Тремя, да и то не быстро. Это кампания лет на десять, если не больше.

Вилли возмущённо сверкнул глазами, но от пафосного заявления воздержался.

– Звучит обидно, но ты ведь точно не с целью обидеть это говоришь. Что там такое страшное прячется на этой Сицилии?

– Сицилийцы, Вилли. Сицилийцы, которые уже весь Нью-Йорк под себя подмяли, причём малым числом. Поинтересуйся этим феноменом – их там втрое-четверо меньше, чем ирландцев, но результат на лицо.

– Бандиты. – брезгливо поморщился Кайзер.

– Это в Нью-Йорке они бандиты. А на Сицилии будут партизанской армией. Все, способные держать в руках оружие, обязательно поднимут его против оккупантов, а все неспособные будут им помогать – скрывать, лечить, снабжать. Капитуляцию Виктора-Эммануила они не примут, для них он – никто. Если переть в лоб – тебе придётся убить всех. Одного корпуса для этого точно будет мало. Не торопись. Сначала изучи обстановку, найди союзников, поддержи их оружием и боеприпасами. После полутора лет гражданской войны, они тебя сами призовут – а это уже поддержка как минимум половины, выжившего и уставшего от бойни, населения. В общем, это кампания больше для Гестапо, чем для армии.

Семнадцатого (четвёртого) апреля 1908 года генерал-лейтенант Самсонов взял Софию, Княжество Болгарское прекратило своё существование. Княжеский дворец в Софии к моменту вступления русской армии был разграблен и сожжён, Фердинанд Первый Саксен-Кобург-Готский бесследно исчез со всей семьёй и свитой. Вероятнее всего, их убили, а трупы где-то утопили, на пожарище останков правящей фамилии не обнаружили. Позже проведём следствие, а пока хватит свидетельств синематографа, фиксирующего каждый случай несостоявшейся государственности болгар. Эти «братья-славяне» разграбили всё – дворцы Князя и знати, казначейство и арсеналы, посольства и даже университет. И этих уродов поддерживали наши славянофилы… Тьфу на них. И на славян этих, и на славянофилов.

Южную Болгарию передали Европейской Турецкой Республике, поставившей под ружьё уже более полумиллиона. Не самим же с ней возиться. Не страна, а недоразумение – ничего в ней нет. Ни полезных ископаемых, ни производства, ни трудолюбивого населения. Огромный цыганский табор – воруют и танцуют, танцуют и воруют. Танцуют, правда, красиво, но не стоит оно того, чтобы этих вороватых танцоров брать на содержание казны Российской Империи. Турки с ними обращаться как-то научились, даже налоги какие-то взымать умудрялись, вот и пусть занимаются.

Александр Васильевич Самсонов получил «Георгия» четвёртой степени, усиление из трёх артиллерийских полков и новую задачу – взять Дарданелльские укрепления. Пора нам уже выпускать каперов в Средиземное море, отрезать от снабжения Левант и Египет и начинать расчистку Суэцкого канала, пока его наглухо песком не засыпало.

После выхода из войны Болгарии, возобновила работу железная дорога Берлин – Багдад, правда, пока только до Газиантепа. Появилась возможность перебросить армию Ренненкампфа на Ближний Восток. В Леванте у британцев чуть больше двухсот тысяч штыков и сабель и около полумиллиона союзников арабов, но с артиллерией всё печально – только трёхдюймовки с шрапнельными снарядами. Казаки и персы оборону держат, но и те, и другие на два фронта, так что помочь им нужно как можно скорее. Подлые джентльмены уже начали производство пятидюймовых гаубиц, фугасных и химических боеприпасов к ним, так что от берега Средиземного моря этих тварей нужно отжимать как можно быстрее. Басру нам потерять нельзя ни в коем случае. По этой дороге идёт всё снабжение Аравии и Палестины, обороны Суэцкого канала, где боеприпасы расходовались чудовищными темпами – суданцев и арабов британцы гнали на убой сотнями тысяч.

После проведения десантных операций в Исмаилии и Андорре, на европейском фронте у Антанты появились истребители – всё те-же деревянно-перкалевые бипланы с трёхлинейными пулемётами, алюминий для них слишком дорог. Он и для нас пока не дёшев, прямо скажем, всё-таки это теперь монетарный металл, но мы производство наращиваем по тридцать процентов год – здесь наша уникальная география вне конкуренции. Такого числа полноводных рек нет даже в Америке.

Так что битву за небо мы пока выигрываем с очень крупным счётом, даже не разыгрывая козырь монопланов. Самый результативный лётчик истребительного полка Её Императорского Величества Марии Фёдоровны, штабс-капитан Колыванов уже имеет на своём счету два десятка сбитых и орден «Святого Георгия» четвёртой степени. Маман тоже рвалась в бой, но это было бы уже слишком. «Слишком много чести».

Гвардия отгуляла свой отпуск в Риме и теперь отправлялась в Испанию – по железной дороге до Гамбурга и оттуда морем, вокруг Британских островов, в Ла-Корунью. Испанцы уже готовят армию для захвата Гибралтара и Португалии, вот Сандро её и поведёт. Если всё получится как задумано, то из этой войны Испания выйдет возрождённой Империей, с новой царствующей династией. Династией Романовых-Царьградских. Католическая церковь это приветствует, Кайзер и Микадо не возражают, а остальных теперь и спрашивать незачем, их принудим оружием.

За итальянскую кампанию генерал-фельдмаршал, Великий князь Александр Михайлович Романов-Царьградский был награждён пайцзой с четырьмя коронами. Орден – не орден, а награда знаковая, первый её обладатель – Мишкин уже прочно утвердился на Престоле Поднебесной. Так что пайцзу Великого Хана, как ярлык на правление в Испанской Империи, Сандро принял с искренней благодарностью.

– Ты там и сам не особо спеши, и Корнилова придержи. Войну заканчивать ещё рано.

– Почему? Разве так бывает?

– Бывает, Сандро, бывает. Франция с Португалией воюют в долг, вот и пусть этот долг растёт ещё полгода. Чем больше они не отдадут, тем печальнее будет послевоенная ситуация в Британии и САСШ. Тем хуже они подготовятся ко Второй Великой войне.

– Ты уверен, что Вторая война неизбежна, Ники?

– Конечно. Ведь мы к ней готовимся. Нам с этими тварями на одной планете никак не ужиться. Придержи Лавра Георгиевича, а то он уже наступление на Париж планирует, не дай Господь возьмёт, Вилли на нас обидится. Зачем обижать хорошего человека?

– Незачем, ты прав. Отзову его для кампании в Гибралтаре. Гибралтар то нам достанется?

– Нам, – кивнул Николай, – России. И Гибралтар, и Мальта. В общем, не спеши, учи язык, вживайся. Мадрид стоит мессы. Бог простит – это я тебе гарантирую. Беру этот грех на себя.

Мадрид стоит мессы. Мадрид – это Филиппины, Куба, Пуэрто-Рико, Гондурас и Никарагуа. Это возможность постройки трансокеанского канала, причём, дешевле, чем через Панамский перешеек. Сейчас всё это захвачено САСШ, но мы вернём. Обязательно вернём. И Латинская Америка нам в этом поможет. Папа Пий Десятый уже вдохновляет свою американскую паству на Освободительный Крестовый поход. Пока не прямым текстом, а хитрыми заходами, но настойчиво и эффективно. В Мексике его уже услышали. САСШ даже пришлось отменить отправку в Европу трёх корпусов экспедиционной армии, чтобы навести порядок на юге. Огнём и мечом, по-другому они не умеют. Вот и хорошо. Нам же будет проще.

Отлучать от церкви Виктора-Эммануила и накладывать интердикт на приютившую его Мессину пока сочли преждевременным. Раз соловецкий монах Иоанн напророчил Мессину участь даже худшую, чем Сан-Франциско, стоит этим воспользоваться. Если отлучить итальянского короля сейчас, то его запросто могут убить, а за что тогда Господь наш покарает Мессину? «Всё нужно делать вовремя, Ваше Величество. За день до того отлучим и призовём христиан бежать из города, подальше от нечестивца, от карающего Гнева Господня. Радио Ватикана в Мессине слушают, а кто не послушает – тот и сам неверующий, значит, поделом ему». Логично. Виктор-Эммануил нам ничем не мешает, можем и подождать, ради большего эффекта. Авторитет Римской Католической церкви – это теперь наш актив. Пусть растёт.

В апреле 1908 года американцы попытались изгнать нас с Мариинского архипелага. Слишком уж им мешала наша Тихоокеанская деятельность, слишком сильно она била по их кошельку – до Филиппин добирался один из трёх транспортов снабжения, да и то по большой дуге у северного побережья Австралии. Этого ждали, поэтому генерал-губернатор, вице-адмирал, граф Всеволод Фёдорович Руднев за противником следил семь дней в неделю по двадцать четыре часа, и выход из Перл-Харбора эскадры адмирала Бэйла засекли сразу и «пасли» её на всём пути.

Боевое крещение у острова Сайпан получили наши суперлинкоры – «Кайзер» и «Микадо», успевшие подойти со «свитой» из Пусана. Шансов у адмирала Бэйла не было. Его корабли расстреляли из-за пределов досягаемости орудий, даже не подавляя радаров. Всё-таки пятидесятикалиберные пушки на пять миль дальнобойнее, чем сорока, а более высокая скорость позволяла этот комфортный разрыв сохранять на протяжении всего боя. Была третья Тихоокеанская эскадра САСШ, и не стало её. Уничтожена артиллерийским огнём дальнобойных орудий. Значит что? Очевидно же. Нужны мегалинкоры с пятидесятипятикалиберными пушками. Давай-давай, фас-фас.

Известие о разгроме эскадры Бэйла встретили праздником в Сан-Франциско. Калифорния саботировала мобилизацию, Калифорния отказалась от своих конгрессменов, проголосовавших за объявление войны России, Калифорния готовилась к проведению референдума о Независимости. Через Калифорнию сливался весь компромат на славных парней Рокфеллера и Моргана и на их марионеток. В Калифорнии Национальную Гвардию вооружали артиллерией стандарта Союза Трёх Императоров и налаживали выпуск боеприпасов. Калифорнии были обещаны признание и помощь. И военная, и финансовая. На условиях открытого рынка, ну, так и для них все рынки открывались в ответ.

Молодец, «товарищ Сталин», генерал-майор, начальник ПГУ ИСБ, Иосиф Виссарионович Джугашвили. Сделано хорошо. Тонко сработано, умно. Вот тебе орден «Святого Владимира» первой степени с бантами и бриллиантами. Так держать!

Без Калифорнии, САСШ на Тихом океане не удержится. И не нужно её подминать – пусть воюет за свою свободу и независимость. Результат, в итоге, получим тот-же, но чужими руками. Не придётся везти войска, не придётся принуждать к сотрудничеству местное население. Сами всё сделают. Всё сами – и войско соберут, и защитят им наш общий рынок, и ещё счастливы при этом будут, свободные и независимые. Микадо этот план счёл лучшим, из имеющихся – давай-давай, а Вилли было наплевать на Калифорнию – раз согласны подыхать за наши интересы, пусть будут. Кайзера интересовала только Европа. Вильгельм мечтал о триумфах в Париже и Лондоне. Вот и славно. Каждый получит своё – всем хватит.

Глава 11

В мае 1908 года ЧВК Гриппенберга начала зачистку от португальцев Анголы. Оплачивало кампанию правительство доминиона ЮАР, причём, оплачивало не скупясь. Под командованием нового директора ЧВК, Генерального штаба генерал-лейтенанта Ворожцова состояло уже шестьдесят тысяч бойцов, бывших рабов-негров, практически все, способные держать в руках и применять оружие.

Буры, хотя, какие они теперь буры, их теперь в ЮАР едва треть, в общем, белые граждане поняли, что оставлять в республике этот взрывоопасный контингент чревато непредсказуемыми последствиями, и предпочли откупиться. Неграм-наёмникам сейчас платили даже больше, чем когда-то белым. И неплохая, надо заметить, получилась пехота. Усиленная артиллерийской бригадой, очаги сопротивления португальцев, она смахивала по ходу, а останавливалась только для отдыха и пополнения боекомплекта.

Никакой необходимости в немедленном изгнании португальцев из Анголы не было, никто ЮАР с этой стороны не угрожал, но где-то ведь нужно «мясу» получать боевой опыт, обзаводиться традициями и командирами из своих рядов. Во Флориде, через пару лет, им предстоит действовать уже самостоятельно.

Смогут? Если жить захотят – смогут. Его высокопревосходительство, Пахом Игнатьевич Ворожцов считает, что шанс есть. Не такие уж они тупые и ленивые, как принято считать, и куда боеспособнее тех-же китайцев. Во Флориде, Алабаме, Миссисипи и Луизиане чёрных подавляющее большинство, так что стоит только вбросить туда «дрожжей» и смоет эта стихия белую надстройку, а нам большего и не нужно. Пусть там возникнет Африка во всей своей первозданной заповедной красе.

Пленных итальянцев разделили с Рейхом поровну, по семьсот с небольшим тысяч. Плюс без малого полмиллиона болгар и македонцев – вот и новая Трудовая армия. На пять лет и с вдвое урезанным содержанием. Возобновились казённые стройки Байкало-Амурской железной дороги и Беломоро-Балтийского судоходного канала, плотин на Ангаре и Селенге – тех проектов, куда вольнонаёмных привлекать было слишком дорого.

Да, платили пленным вдвое меньше, чем своим, но всё равно платили, в отличие от Рейха. Вильгельм решил, что баловать деньгами эту сволочь незачем, поощрять трудолюбивых вполне можно усиленным пайком, а ленивых вдохновлять плётками. Тоже метод, но не наш. Ненамного дешевле получается, на самом деле. Слишком много нужно охранников с плётками, да и производительность труда значительно ниже. Уж что-что, а делать вид, что работают, итальянцы умеют лучше всех. Впрочем, резоны у Вилли имелись – это из Сибири бежать некуда, а из Германии можно во все стороны.

Своё сорокалетие Николай отпраздновал в компании самых близких друзей – теперь генерал-лейтенантов Григория Зубова и Савелия Изюмова. На рыбалке в низовьях Волги. Война шла по плану, Оскар Казимирович Гриппенберг в опеке не нуждался, как и экономический блок, так почему бы и не гульнуть недельку с друзьями, как это было принято в 59-ом Архангелогородском полку. Вспомнить молодость, зарядиться энергией, поудить рыбку и покормить комаров.

Савелий Николаевич Изюмов (Сато Исуми) воспитатель троих сыновей Николая, свою педагогическую карьеру заканчивал. Младшему – Ивану, пошёл уже шестой год, а в шесть воспитание характера самурая розгами заканчивается, начинается образование. Скоро встанет вопрос о его новом назначении, наверняка запросится в действующую армию, но что ему можно доверить? Командиру пехотной роты ещё допулемётной эры. Только людей губить вместе с собой. Гриша посоветовал обязать его сначала закончить Академию Генерального Штаба:

– А там, глядишь, и война закончится, не успеет самоубиться, придурок ускоглазый. Он ведь за тем и просится. Миссию свою он считает исполненной, а брюхо себе вспороть ты ему не разрешишь. Ты с ним почаще общайся, Коля. У него сейчас такой ветер в башке, что мои слова уже не действуют.

Григорий Платонович Зубов, Генерального штаба генерал-лейтенант, создатель и бессменный командир Сил специального назначения ГРУ ГШ, кавалер ордена «Святого Георгия» второй степени (как и у Светлейшего князя Дубасова-Босфорского, первая степень только у Сандро), первый учитель Святослава и Александра, скоро получит Ивана. Тоже самурай, но без восточных прибабахов. Прикажешь – сдохнет. Лично бомбу понесёт и активирует, но сам искать смерти не будет. У Гриши любимая жена и две любовницы, он и в этом очень талантлив. Никто этого не знает, даже Маман, но Мишкин назвал своего первенца именно в его честь. Великому Хану младший брат соврать не посмел. Мало того, Китайский Император намерен женить своего наследника на дочери Зубова.

Да и нам с невестами и женихами что-то пора решать. Зачем нам эти принцы и принцессы? Нищие и больные. Вот она, новая элита. У кого сейчас большая сила в руках, чем у Гриши? Он через месяц угробит любого, хоть дядюшку Эдика, хоть кузена Вилли. Сожжёт их вместе с дворцами, двором и любимыми котиками-собачками, да ещё и солью сверху посыплет.

– Буду общаться, обещаю. Мы с ним на «Микадо» с Дубасовым сходим похулиганить. И повоюем, и поговорим разом. Ваньку он пороть уже перестал, смышлёный парень растёт. Как тебе такой жених?

Идея участия в кампании по захвату Гавайских островов возникла не спонтанно. Поучаствовать в войне нужно обязательно. Лично, на поле боя. Желательно одержать при этом знаковую победу, а зачистка Тихого океана от флотов сильнейших (на бумаге) Военно-морских держав, станет победой, несомненно, знаковой. Хотя бы потому, что на сцене дебютируют авианосцы. Держать этот козырь в рукаве уже бессмысленно, и в Британии, и в САСШ проекты авианосцев уже разрабатывают. Пока эскортники, вроде «Санкт-Петербурга», но сам принцип уже в работе, дальше только масштабирование. В этой войне они проявить себя уже не успеют, ведь авианосец – это не боевой корабль, а носитель авиагруппы, от моряков тут почти ничего не зависит. Не случайно, в той истории назначали командующими авианосными ударными группами лётчиков. Руднев – уже лётчик. А когда такие появятся у британцев с американцами? Учитывая, что летают они сейчас на бипланах, а, значит, гибнуть будут на втором-третьем (если сильно повезёт) вылете. А без авиагруппы, авианосец – лёгкая добыча даже для эсминца.

В общем, командование авиагруппой – это как раз то, что Николай мог осуществлять более чем компетентно. Прямо скажем, достойных конкурентов у полковника из двадцать первого века в этом умении здесь нет, и появятся они ещё не скоро. Так что выбор поля битвы был предопределён – Тихий океан. Великий океан. Мировой океан, Pacific. Главная битва второго года и решающая для всей войны, дальше пойдёт добивание. Пусть и кровавая, но уже агония Запада.

Впрочем, кровь ни Кайзера, ни Микадо нисколько не смущает. Боевой дух союзных войск Трёх Императоров очень высок – и свою кровь не пожалеют, а чужой реки прольют. А иначе, что это за победа? Разве её оценят Боги (или потомки)? В принципе, всё верно. В метафизическом смысле. А в земном (физическом) гораздо лучше принять присягу Аляски и Алеутских островов без боя, без насилия, по любви. Пусть садизмом с расчленёнкой занимаются германцы с японцами. Во Франции, Бельгии, Голландии, Индонезии, Малайзии и даже Британской Метрополии. Идея фикс у них теперь – взять и разрушить Лондон. Не удержать, а именно символически разрушить, как Карфаген.

Хорошая цель. И войну позволит закончить на самой мажорной ноте, и такое унижение британцы не проглотят. Будут спать на хворосте и лизать желчь, но готовить реванш. То, что нужно. Опять они первыми нападут, опять подарят нам Священную ярость во Второй мировой.

Первую мы выиграем, теперь в этом сомнений нет. Для войны нужны деньги, а колониальная торговля, дающая Западу эти деньги, сейчас практически парализована. Стоимость доставки выросла на порядок, торгаши теперь ходили только в составе конвоев, да и то без гарантии. Крейсер конвоя мог отбиться от пары крейсеров второго ранга, вооружённых шестидюймовками, транспортов, типа «Амур», но, если поблизости оказывался один из «Опричников» – спасайся по возможности. В разные стороны, так больше шансов. А «Опричников» у нас в Исландии шестнадцать. Линкоров мало, а рейдеров много.

Мы – Великая Морская Орда. Мы принимаем героический бой с превосходящими силами только в случае безвыходной ситуации, когда сбежать уже точно не получится. Такое, к счастью, случается очень редко. Уже вице-адмирал (после Доггер-банки все получили повышение в чине) Голиков готовился именно к этой войне шесть лет. А теперь он командовал Северо-Атлантическим флотом Российской Империи, адмирал, князь Чухнин фон Мемель вернулся в кабинет министра в Адмиралтействе. Один наигрался. Осознал, что главное для победы флота – это снабжение. Мы можем выжечь их территорию, даже не вступая в битвы. И так и нужно делать. Так – правильно. Слава тебе, Господи, вразумил. До конца этой войны, компетенции Чухнина точно хватит.

Макарову пока не везёт. Никто с военными силами в ЮАР не пробивается, всех боёв у него пока – поддержка артиллерийским огнём наступления наших негров в Анголе. А флотские господа офицеры и адмиралы у нас на язык очень ядовитые, Флот Индийского океана иначе чем вспомогательной африканской плавбатареей теперь не называют. Даже романс написали: – «Не служил я в Иране с Макаровым» и теперь поют, мерзавцы. Степан Осипович злится, но что тут поделаешь? Других задач, кроме поддержки наступления негров, у него нет. Вини в этом подлых британцев, а кого-же ещё? Впрочем, деваться им некуда, Макаров это отлично понимает и пока стоически терпит. Верит, ждёт.

А его младший флагман, контр-адмирал фон Эссен, тем временем, успешно реализует тактику «Великой Морской Орды», он тоже шесть лет к этому готовился. Николай Оттович полностью парализовал торговое судоходство в западной части Индийского океана, даже каботажное, у берегов Индии. Сейчас он готовит десантную операцию в Бомбей. Не с целью захвата плацдарма, а с целью унижения британского флага. Ну, и грабежа, разумеется. До всех уже дошла информация, сколько получила армия Ренненкамфа за Итальянскую кампанию, не говоря уже про Гвардию. Добыча у моряков пока гораздо скромнее, а казаки (кроме Аравийских и Еврейских) вообще без дела сидят, всем завидуют, злость копят.

Кстати, про Еврейское казачество. Войско выставляет уже шестьдесят тысяч (два армейских корпуса) моторизированной пехоты. Очень боеспособной, высшей категории А-1. Они вторыми (после Гвардии) получили новую экипировку, а снабжение у них даже получше гвардейского. Всё, что не секретно, а значит, можно купить, у Еврейского казачьего войска имелось в избытке, пешком они ходили только в сортир. Нефти возле Басры обнаружили количество неизмеримое, заводик соорудили, топливо больше возить не надо, никто его теперь не считает, катайся сколько хочешь.

Но самое главное преимущество евреев было в разведке. Именно на тактическом уровне. На стратегическом-то их ресурсы задействовали давно, в ПГУ ИСБ евреи не диковинка, даже один из заместителей Джугашвили чистокровный расовый еврей, полковник Самуил Рабинович, но тактический уровень на Ближнем Востоке создавался с нуля, на месте, самими казаками. Не исключено, что у них в каждой банде арабов, в каждом британском штабе уже есть свой человек.

Такой вот у нас вырос сионизм с человеческим лицом, матерящийся по-русски и тусующийся в «Городе Греха» Иерусалиме. С отъездом Гвардии у тамошних дамочек работы только прибавилось. Это ведь жену ближнего возжелать нельзя, а тут обычные шлюхи.

«А в комнатах наших гуляют казаки, и девочек наших ведут в кабинет».

В общем, никакого еврейского сепаратизма не возникло даже в зародыше. Земли Еврейского казачьего войска уже приросли Синайским полуостровом Эль Кувейтом и ещё прирастут за счёт британского Леванта. Такого Израиля никогда в истории не было, и возник он благодаря Российской Империи. Евреи изучали историю своего народа по нашим учебникам. Случались и у нас погромы, но не без причин ведь. Да и не идут они ни в какое сравнение со зверствами Запада. Еврейская правда на нашей стороне, скрывать нам её незачем.

В России евреи кормились с автомобильных дорог. Очень сытно кормились. Дорожная сеть это ведь не только плата за проезд, но и заправочные станции, закусочные и мастерские через каждые тридцать-сорок километров. Это конкурентное преимущество для собственных транспортных компаний, которым можно сделать скидку, но тут уже нужно аккуратно, чтобы не разозлить влиятельные силы – мусульман-шиитов, или староверов. Уж у них то хватит возможности напакостить в ответ. Если сплотятся из-за такой ерунды, то в Святейшем Правительственном Синоде у них будет большинство. А Священный Синод вправе блокировать проекты, если сочтёт их реализацию ущемлением прав хоть одной из конфессий, даже буддистов, у которых всего один голос. Зато буддистам и терять нечего, они запросто инициируют любое рассмотрение. Религиозное ущемление тарифами на перевозку шерсти, например. А мусульмане со староверами просто поддержат пострадавшего буддиста, из чувства справедливости и гармонии. Вот так это всё и работает. Иногда за буддиста эти топят, иногда те. Гармония пока не найдена, но справедливость как-то поддерживается. В криминальную плоскость эти разборки не переходят, а это главный показатель. Крёстный отец, капо дель капо, в России имеет непререкаемый авторитет и это – Обер-прокурор Святейшего Синода и Председатель ИСБ.

Одиннадцатого июня (двадцать девятого мая) Кайзер Второго Рейха объявил войну Швейцарии. На эмоциях объявил, чёртовы Альпийские гномы отказались пропустить его Вторую (Баварскую) армию Рейхсвера через Женеву под Лион. Вилли, конечно, имел право делать с Европой всё, что ему заблагорассудится, но так-то зачем? Теперь армия принца Людвига Баварского завязла там до конца войны. Четвёртая (Австрийская) в Италии, а Вторая (Баварская) в Швейцарии, вместо того чтобы наступать на Марсель. Понятно, что Швейцария у германцев чешется, но ведь можно было почесать её позже.

Нужно было позже, но терпеть Вильгельм Второй не захотел. В Рейхе началась мобилизация резервистов второй очереди. Ещё семьсот тысяч, ещё один процент. Один – это если от общего числа населения считать, но мобилизовывались ведь не старики и дети, а самые экономически активные бюргеры. Не только пекари-пивовары, но и квалифицированные рабочие и даже инженеры. Современная армия без инженеров воевать не может. Их теперь требуется примерно столько-же, сколько командиров. Так что такой ещё один процент мобилизованных обойдётся экономике Рейха в итоге очень дорого, в Швейцарии столько нет. Поговорили по телефону. На все доводы Вилли даже не наплевал, а подхватил их.

«Ты же сам жаловал графский титул Бобрикову, за то, что тот «Не проходил равнодушным мимо всякого зла», а меня в этом пытаешься сейчас упрекнуть, Ники. Ты слишком много считаешь, брат. Это не упрёк, всё это идёт нам на пользу, но я боюсь тебя потерять. Ты со своими бесконечными расчётами скоро тоже спятишь и сбежишь в монастырь. То есть, не тоже, это я неправильно выразился, извини, просто спятишь. Это же надо было досчитаться до послевоенных убытков. Я готов их понести ради борьбы со злом, и ты выздоравливай от этого морока».

И что на это ответишь? Дремучему Самодержцу девятнадцатого века. На дворе двадцатый в полный рост, а он будто в обратную сторону времени живёт. «Побольше цинизма, Вилли» – он этого просто не поймёт. Дремучий, древний человек. Но, по-своему, благородный, этого не отнять. За это и уважаем.

Глава 12

Уважаем, да. Но воевать Париж, Брюссель и Амстердам теперь придётся нам. Когда ещё эти пекари-пивовары армией станут. В местечко Бонн, под древним Кёльном начали прибывать составы с бронетехникой, укрытой фанерными имитациями теплушек. После перехода Рейха на нашу колею, передислокация трёх дивизий из Челябинска, заняла всего одиннадцать дней. Вместе с рембатами, запасами топлива и топливозапращиками. Калибры боеприпасов были унифицированы ещё десять лет назад. Как и стандарты. Снаряды и патроны везти не понадобилось.

Командующий первым в этой истории бронетанковым корпусом, Генерального штаба генерал-лейтенант Роман Исидорович Кондратенко представил Кайзеру Вильгельму Второму (Верховному Главнокомандующему союзными силами на Западном фронте) и его начальнику штаба, генерал-лейтенанту, Кронпринцу Прусскому и Королю Польскому Вильгельму-младшему наш план Европейской кампании 1908 года.

Год уже билась Антанта в оборону Рейха, год им отвечали только диверсиями, поэтому своей линии обороны в виде нескольких линий окопов полного профиля британцы с французами не построили. Распределились побатальонно, как римские когорты, огородились колючей проволокой от диверсантов, да накопали ямок-укрытий от беспокоящего артиллерийского огня. Правда, много их было – три с половиной миллиона французов (с бельгийцами), полтора британцев (с голландцами) и почти четыреста тысяч американцев на стыке фронтов в Льеже.

По американцам и предлагал ударить Генеральный штаб Русской Императорской армии. Прорвать фронт и наступать по тылам сразу в двух направлениях – на Париж (через Реймс) и Амстердам (через Брюссель). Быстро наступать по железным дорогам, завозить в тыл войска и садить их в оборону – пусть эти ублюдки в котлах сами в атаках на пулемёты убиваются. Или сдаются. Классический Блицкриг.

Бронетанковый корпус должен был прорвать оборону захватить целёхонькой железнодорожную станцию в Льеже, а потом разделиться. Одна дивизия поворачивает на север и берёт под контроль железную дорогу до самого Амстердама, а две на юг, на Реймс и Париж. Очень быстро, пока французы не додумались до минирования мостов. Придётся импровизировать, потому что заранее подсчитать подвижной состав возможным не представляется, но там его много. Испортить не успеют.

Импровизация – суть противоположность Орднунга, но управлять такой силой, как три бронетанковые дивизии, никто из германских генералов не умел, поэтому наш план приняли за основу. Пробитие коридоров до Парижа и Амстердама, Роман Исидорович Кондратенко гарантировал, а дальше только считать. Стоит отдать должное германцам, считали и всё организовывали они очень быстро.

Двадцать девятого (шестнадцатого) июня, в бронетанковых войсках Русской Императорской армии провели молебны – «Нет больше той любви, чем жизнь свою отдать за други своя», а сразу после него политико-экономический ликбез – сколько там, в этих Парижах, Брюсселях и Амстердамах, можно заработать боевых и премиальных. Обзавидуется не только армия Ренненкампфа, но и «ландскнехты» Гриппенберга.

Это будет эпический грабёж. Ради этого и бронетехнику засветить не жалко. Да и пора уже. Ущербность концепции трёхдюймовой артиллерии с единым боеприпасом в Антанте уже осознали, скоро к ним на вооружение поступят стапятимиллиметровые пушки, да и бронебойные снаряды к имеющимся трёхдюймовкам – ход очевидный и реализуемый очень быстро. Это не полупроводники, тут чистые комнаты не нужны. Так что окно возможности на наиболее эффективное применение у нас именно сейчас. Дальше, имеющаяся бронетехника безнаказанно воевать уже не будет. Из дебюта нужно выжать максимум.

Вряд-ли удастся выбить Францию из войны, на юге страны у Петена целая армия караулит Итальянский фронт и два армейских корпуса пытаются выбить испанцев из Окситании, так что прикрыть Марсель сил ему хватит, а дальше подбросят союзники. Да и котлы в тылу отвлекут у нас очень много сил. Но Париж нужно взять. Лувр, Версаль, библиотеку Сорбонны и банковские хранилища. И башню Эйфелеву разберём, в Челябинске ей самое место. Всё это, по договору с Рейхом – наше.

Двадцать девятого (шестнадцатого) июня Папа Пий Десятый выступил с неплановой проповедью «Городу и Миру» на радио Ватикана. «Перст Господа нашего уже этой ночью укажет нам достойного. Знак его увидят все и это добрый знак, которого устрашатся силы Врага рода человеческого».

Тридцатого (семнадцатого) июня, в небе над Подкаменной Тунгуской, 00.14 по Гринвичу произошёл мощный взрыв, который зафиксировали сейсмографы во всём мире, а в 04.00 началось наступление на Льеж. Без артиллерийской подготовки, в темноте. В 06.43 штаб американской Экспедиционной армии был захвачен, оборона Антанты раздвинула ноги.

К вечеру тридцатого (семнадцатого) июня, подразделения Генерального штаба генерал-лейтенанта Кондратенко контролировали железную дорогу от Амстердама до Реймса. И пошли поезда с пехотой, артиллерией и инженерными частями. В тылу французской и британской армий срочно строились укрепления с окопами полного профиля и долговременными огневыми точками, пока те не сообразили – что происходит.

А попробуй-ка сообрази, когда вдруг пропадает связь. Радио забито помехами, а провода перерезали диверсанты. С фронта никто не атакует, артиллерия работает штатно – контрбатарейная борьба и беспокоящие обстрелы по квадратам. Есть панические донесения посыльными, но осознать масштаб катастрофы на их основании очень непросто. В тылу какие-то чудовищные бронированные машины, но это же просто машины. У них кончится топливо, или снаряды, и они встанут. Неприятно, конечно, что прозевали появление на фронте этих монстров, но для особой тревоги пока оснований нет.

Вечером, первого июля (восемнадцатого июня) 1908 года, Роман Исидорович Кондратенко передал Реймс Рейхсверу. Прямо на вокзале, Вильгельму-младшему, прибывшему с первым же эшелоном. Такая вот война, штабам приходится двигаться в авангарде, а иначе ситуацию под контролем не удержать, этот бронетанковый корпус двигается слишком быстро. Реймс – это ключ к Парижу и котлу французской армии на Восточном фронте. Две трети всех сил Второй Французской Империи можно принудить к капитуляции почти без потерь среди своих, нужно только успеть поглубже закопаться с пулемётами и миномётами. Гениальность манёвра понималась в войсках Рейха всеми без исключения, от фельдмаршалов, до рядовых интендантской службы, поэтому подгонять никого не приходилось. Германцы окапывались быстрее кротов.

Кондратенко же разделил оставшиеся у него силы, отправив одну дивизию на восток, к Нанси, а со второй, вечером второго июля (девятнадцатого июня) прошёл Париж насквозь до Версаля. Тихо прошёл, под контроль брались только объекты железнодорожной инфраструктуры, по которой. в сторону Парижа, уже ехали пехота и артиллерия армии генерал-лейтенанта Сухомлинова.

Петен «отступил» в Марсель, в чём ему немало помогли силы Специальных операций ГРУ ГШ. Петен нам ещё нужен, теперь он для Антанты – чемодан без ручки, но с ценным барахлом, постепенно превращающийся в гирю на ноге. Такая вот, доступная нам, геополитическая магия. Гришины самураи не всегда карают, иногда они спасают полезные нам организмы.

Тунгусский феномен Николай наблюдал из бункера в тридцати километрах к югу от эпицентра. Бункера-штаба графа Менделеева, бункера, на всякий случай защищённого дюймовым слоем свинца, оснащённого дизель-электростанцией и водяной скважиной. Целый подземный посёлок, с научной лабораторией и синемастудией.

Первые впечатления – атмосферный термоядерный взрыв. На десятиметровой глубине тряхнуло так, что половину с ног посбивало.

– Нихуя себе, сказал я себе, – не удержался Николай Второй.

– Вы изумительно точно выразили мои чувства, Государь, – отозвался граф Менделеев, – я думал – меня сплющит.

– Извините, Дмитрий Иванович. Похоже, эта штуковина взорвалась в атмосфере. Да не просто взорвалась, а материя вернулась в состояние энергии. Развалились ваши атомы, вопреки науке химии. Всё, что один создал, другой всегда сломать сможет. Даже атомы. Даже атомные ядра.

– Об этом говорится в Пророчестве, Государь?

– Отчасти я додумываю. Совсем немного, но… Но такая бомба нам точно не помешает. Сам Господь даёт нам подсказку.

– Признаться, у меня только что перестало звенеть в ушах, Николай Александрович, и подсказку я не услышал. – понимающе улыбнулся Менделеев.

– Это была подсказка мне, Дмитрий Иванович, – улыбнулся в ответ Николай.

С бывшим Канцлером их связывали близкие, даже дружеские отношения. Не настолько близкие, как с Зубовым и Изюмовым, но в этом кругу принято было общение без церемоний и по имени-отчеству. Тоже друзья, да…

– Поэтому у вас и звенело в ушах, чтоб не подслушали. Мы здесь сегодня не случайно оказались, а Божьим промыслом. Подсказка только что взорвалась у нас над головами. Божий промысел в нашем мире реализуется через материю. Все глубины мы никогда не познаем, но атомы точно можно взрывать как бомбы. Или понемногу расчленять на энергию, а с этой расчленёнки добывать электричество. В общем, разбираться с этим вам, учёным. Ищите и обрящете. Бабахнуло солидно, нам такое точно пригодится.

На Европейском фронте тем временем творилось небывалое. Союзные войска Трёх Императоров (а на Западном фронте присутствовал и армейский корпус князя Либавы, по совместительству Наследного Принца Ёсихито. Личная Гвардия наследника Мейдзи. Лучшие из лучших японских воинов, даже унтера все самураи древних родов. Этот корпус без приказа не отступит ни на миллиметр.

Рейхсвер растянул свои силы, как это потом будут называть – усами Вильгельма. В две линии от Льежа до Амстердама и от Льежа до Нанси, контролируя только железные дороги в узкой полосе. Французов не трогали, даже полицию не разоружили. То же самое происходило и на линии Реймс – Париж, которую после назовут «Русским жалом». Русские заняли Елисейский дворец, Лувр, Версаль и Сорбонну, но к местному населению относились очень дружелюбно, за всё платили наличными, совсем не торгуясь. Для русских всё было дёшево, курс франка к рублю, за год войны, упал втрое.

Французы с британцами сражались отважно, но все угрозы прорыва котлов парировались бронетехникой играючи, а через неделю на позициях Рейхсвера встала артиллерия корпусного уровня – стапятидесятимиллиметровые гаубицы Круппа. По данным авиаразведки составили карточки огня и начали бить по квадратам.

Четырнадцатого (первого) июля 1908 года Кондратенко собрал свой корпус в Орлеане и начал пробивать коридор в Испанию. Пятнадцатого (второго) он занял Лимож, а шестнадцатого (третьего) Тулузу. Именно занял, почти не встречая сопротивления, французы просто не успевали подготовить оборону на угрожаемых направлениях, а маршевые батальоны, разгружающиеся с колёс, давили походя, почти не снижая скорости наступления.

Генерал-лейтенант Сухомлинов расширил свой плацдарм на весь Иль-де-Франс, организовал оборону и начал вывозить трофеи – коллекции Лувра и Версаля, библиотеку университета Сорбонны, золото и ценные бумаги из банковских хранилищ, станки и оборудование с заводов и фабрик. Всё это оценивалось и тщательно учитывалось министерством Финансов, и половина суммы предназначалась к выплате наградных. Половина половины непосредственным участникам – армии Сухомлинова и корпусу Кондратенко, а остальное поступало в фонд, из которого премировались учёные, инженеры и рабочие, ковавшие в тылу наши «Щит и меч». Так – правильно, так – справедливо. Даже Витте это признал. Побухтел, конечно, но без задора.

Двадцать девятого (шестнадцатого) июля капитулировал Восточный фронт французов, а тридцатого (семнадцатого) британская Континентальная армия в Голландии. Все военнослужащие Антанты, которые получили опыт современной войны, сдались в плен. Армии Западу теперь придётся создавать заново, а это уже будет совсем не то. Никаким оружием отсутствие боевого опыта не компенсируешь. Такие фокусы, как наш бронетанковый корпус, удаются всего один раз.

Первого августа (девятнадцатого июля) 1908 года, Кайзер Вильгельм Второй принял парад в Париже. Вторая Французская Империя из войны пока не вышла, но столица то взята, значит повод есть. По Елисейским полям прошли парадными колоннами русские, германцы и японцы. Прошла (отставшая в рембатах) бронетехника корпуса Кондратенко, прошла самоходная артиллерия (в том числе РЗСО), пролетели самолёты. Уже монопланы, прятать их больше смысла не было – три авианосца Русского Императорского флота уже готовились к операции по захвату Гавайских островов.

Голландия, Бельгия, Люксембург и освобождённые территории Франции и Италии входили в Рейх и первым делом начинали перешивку железнодорожной колеи на стандарт Союза Трёх Императоров (русский стандарт). Моментальная переброска бронетанкового корпуса из Челябинска под Кёльн, обеспечившего успех западной кампании, стала лучшим стимулом, чтобы не откладывать этот процесс до более спокойных времён. Скорость в подходящей физической формуле засчитывается в квадрате – это поняли уже все.

Сухомлинов и Кондратенко стали Имперскими князьями – Владимир Александрович Орлеанским, а Роман Исидорович Брюссельским. Князьями титульными, власти они в своих уделах не получали, зато получали очень солидное содержание из местных налогов – и для себя, и для наследников (даже больше, чем Глюксбурги в Дании). Великая война формировала новую элиту, жадную до подвигов и славы, которая просто не мыслила себя без служения. То – что нужно.

Наградил героев и Николай. Орденами «Святого Георгия» третьей степени и чинами полных генералов. Скромно, очень скромно на фоне Рейха, но ведь будут ещё награды по итогам войны. В том числе и денежные, когда посчитаем – сколько нам удалось списать долгов, получить репараций и контрибуций и сколько причитается каждому подданному Империи. Каждому. Хотя, конечно, и не всем поровну.

Семнадцатого (четвёртого) августа 1908 года генерал-лейтенант Самсонов взял Дарданелльские укрепления. Кампания получилась довольно кровавой, британцы отлично понимали, чем им грозит выход рейдеров Черноморского флота в Средиземное море, а потому стояли насмерть, бросая в топку всё больше частей и подразделений из Египта и Леванта, да ещё и артиллерийская поддержка флотом – аргумент серьёзный. Но и железные дороги в тылу – аргумент не менее значимый, чем Александр Васильевич и воспользовался.

Мощные четырнадцатидюймовые пушки Дарданелльских фортов по быстрым наземным целям работать не могли – и скорострельности им не хватало, и мёртвых зон было слишком много. В эти мёртвые зоны и проложили пути, по которым въехали тяжелые артиллерийские платформы с двенадцатидюймовыми морскими пушками. Не бронепоезда, здесь броня бесполезна, забронировать поезд невозможно, даже от шестидюймового снаряда – если попадёт, то всё, гарантированный гроб, бронируй его – не бронируй, поэтому весь расчёт у Самсонова был на быструю смену позиции. Не всегда успевали, но на то и война. В Дарданелльской операции мы потеряли тридцать тысяч убитыми, но британцы всё равно в полтора раза больше, хоть они и сидели в обороне.

Александр Васильевич Самсонов тоже получил чин полного генерала и «Георгия» третьей степени, Военный министр, генерал-фельдмаршал, граф Оскар Казимирович Гриппенберг оценил его действия очень высоко. Никогда ещё армия не воевала с флотом, это первый случай и сразу победа. «Славная победа, господа!»

Глава 13

Двадцать девятого (шестнадцатого) августа Николай Второй поднял свой флаг на суперлинкоре «Микадо» в порту Святогеоргиевска. Атлантический флот Союза Трёх Императоров прошёл Великим Северным морским путём и сейчас устранял возникшие на переходе неисправности, бункеровался и давал отдых командам.

Младший флагман Северного флота, контр-адмирал Василий Васильевич Игнациус привёл на Тихий океан шесть кораблей линии – три «Малюты» («Суворов», «Долгорукий» и «Мономах») и три «Ивана» («Пётр Великий», «Екатерина Великая» и «Павел Первый»). На фоне союзников маловато, но уж чем богаты. Зато наши ледоколы «Ломоносов» и «Граф Менделеев» всё это логистическое великолепие обеспечили.

Гросс-адмирал, князь фон Тирпиц привёл двенадцать линкоров, в том числе шестнадцатидюймовые суперы («Бавария» и «Швабия»), а адмирал князь Камимура вторую линейную эскадру японского флота – восемь кораблей, включая два суперлинкора («Микаса» и «Ямато»).

В Тихом океане (даже по бумаге, водоизмещению и весу залпа) удалось собрать превосходящие силы, а если учесть технологическое преимущество и три боеготовых авианосца, то подавляющие. Атлантику оголили, но все основные базы там имеют мощные береговые укрепления, управляемые минные поля, эскадры миноносцев и сводные авиаполки (двадцать истребителей-разведчиков, восемнадцать пикирующих бомбардировщиков и двенадцать торпедоносцев). Боевого опыта у лётчиков, разумеется, ещё нет, но и серьёзных средств ПВО у Антанты тоже нет. Трёхлинейные пулемёты, даже счетверённые – это уже не серьёзно, так что опыта мы скоро наберёмся. Как раз за год, пока в Атлантике сидим в обороне.

А потом вернётся флот с авианосцами (уже пятью, «Иерусалим» и «Царьград» на воду спущены, скоро начнут ходовые испытания). И ещё рассчитываем на вступление в строй ужаса британцев и американцев, мегалинкора «Гогенцоллерн» с пятидесятикалиберными восемнадцатидюймовыми пушками и скоростью в двадцать пять узлов. На этом Первая мировая и закончится. Западу нечего нам противопоставить, а нам больший кусок просто не переварить. Нам тоже будет нужна пауза, чтобы снова проголодаться. Вырастить новое поколение голодных до подвигов и славы и уже тогда выходить на второй раунд.

На Гавайи пошли без германцев, гросс-адмиралу князю фон Тирпицу подчинили авианосец «Санкт-Петербург» и благословили на придание Шанхая и Ханчжоу горю и огню и потопление всех с этим несогласных. Коварно-подло (без объявления войны) убиенные в Циндао (в основном китайцы, правда, но всё равно) вопиют о возмездии. Шанхай должен быть разрушен! Фас-фас!

Впрочем, фас-фас здесь не требовался, дружище Альфред всей душой ненавидел джентльменов ещё до подлейшего нападения на Циндао, свою жизнь он посвятил созданию флота, который перетопит этих алчных и буйных тварей. Князю фон Тирпицу тоже тесно с ними на одной планете. Пусть развлекается.

Николай возглавил авиагруппу «Севастополя», пятьдесят восемь машин – восемнадцать истребителей-разведчиков, двадцать четыре пикирующих бомбардировщика и шестнадцать торпедоносцев. «Севастополь» и стал флагманом Русского Императорского флота в этой битве, свой флаг на нём поднял и адмирал, Светлейший князь Дубасов-Босфорский. Вице-адмирал, граф Руднев, с авианосцем «Москва», стал младшим флагманом адмирала Того Хэйхатиро. Младшим флагманом Японского флота. Ценят. Приятно, чёрт побери.

Битва в Перл-Харборе перелистнула историю развития военно-морского флота на новую страницу, на арену вышли авианосцы. Линейные силы даже сблизиться на дистанцию открытия огня не успели, как американцы уже подняли белый флаг, потеряв штаб с командующим и шесть кораблей линии. Нам они не нужны, а японцы поднимут, если захотят. Зато лётчиков потренировали и жути нагнали. Цеплять к самолётам бомбы додумались уже все, но что есть бомба, сброшенная с горизонтального полёта? Бесполезная трата денег, если и попадёт, то случайно, а пикировать бипланы не способны. Монопланов же до конца этой войны не предвидится. Самолёты – это не бронебойные снаряды к трёхдюймовкам и не новые пушки больших калибров. Самолёты – это очень наукоёмко и дорого, за оставшийся год никак не успеть. Даже если каким-то чудом успеют произвести «в железе», то лётчиков то всё равно нет. И учить их некому.

Гавайи и весь успевший спустить флаги американский флот отходили японцам, наконец-то отомстившим за «Чёрные корабли» коммодора Перри. Победный парад в Гонолулу, под японским флагом принимал Дайме Курильских островов, Великий Хан Орды и Русский Император Николай Второй. Принимал в качестве самого высокопоставленного японца здесь и сейчас. Дайме Николай теперь включён в список престолонаследников Ямато. Не в первой десятке, но выше родных братьев Божественного Тэнно. Тэнно хайку Банзай, кстати. С нас не убудет. Банзай-Банзай-Банзай! И всё в фокусе нескольких синематографических камер. Ничего, ущемляющего честь в этом нет, это теперь японская земля. Земля, завоёванная Дайме Николаем. Банзай!

Единственным из наших моряков за этот бой получил награду граф Всеволод Фёдорович Руднев – орден «Святого Георгия» третьей степени. Ну, так он единственный, кто в этом бою поучаствовал. Лётчиков наградили богато, и мы, и японцы. Морские лётчики у нас теперь желанные женихи даже для самого титулованного и богатого дворянства. Не беда, что пока лейтенант, зато ему «Георгия» сам Грозный Государь вручал и обмывал награждение в кают-компании, вместе с новыми кавалерами.

В Гонолулу разделились. Николай отправился с визитом в Республику Калифорния, а японский флот в Лиму. Микадо долго считал варианты. Гавайи, Индонезию и Малайзию бесхозными оставлять никак нельзя, но даже на их надёжный контроль японцев уже не хватает. Какая уж тут Америка, пусть даже Латинская? Отомстим янки и ладно, пусть боятся. Да, в Лиме и вообще в Перу японцев много. Да, можно попробовать, Богам такое точно понравится. Даже если у нас ничего не получится – хоть посмеются над нашей глупой наглостью.

А чего, собственно, такого наглого-то? Займите порт Лимы под Военно-морскую базу и устраивайте аборигенам красочные фейерверки на праздники. Музыкально-развлекательных радиостудии – три штуки, газет – три штуки. Персонал перуанский, затраты копеечные. «Пушечное мясо» будете на месте набирать, да ещё и по конкурсу. Мы бы и сами влезли, но в такую позу уже точно не раскорячимся – связки порвутся, а вы там рядом, да и поддержкой на месте уже обладаете.

Республика Калифорния уже не просто независимая, она нам союзная. Договор перестраховки Извольский подписал вечером того-же дня (семнадцатого/четвёртого июля), когда Штат объявил о своей Независимости и выходе из состава САСШ. Снова четвёртое июля, только теперь по русскому (Юлианскому) календарю. А на следующий день Калифорния объявила войну союзным с сатанинским городом Вашингтоном штатам. Золотой штат объявил войну Рокфеллеру, Моргану и их марионетке в Белом доме – Тедди Рузвельту, а не простым американцам.

То, что САСШ потерпят в этой войне поражение, после Перл-Харбора сомнений ни у кого не осталось. Есть ещё корабли в Маниле, есть британцы в Сингапуре, но они есть, только пока прячутся и убегают. Доггер-банка и, особенно, Гавайи всем наглядно показали – кто здесь сила. И на чью сторону в этой войне нужно вставать. Да ещё и этот Сибирский феномен, про который говорил Папа Римский. Католиков в Калифорнии хватало.

Из Сан-Франциско отправились на соединение с германцами в Токио. Шанхай британский флот защищать не стал, бросил гарнизон и ушёл в Сингапур. Туда же стягивались силы американцев с Филиппин и французов из Сайгона. Вот и хорошо. Дать бы им в Индию сбежать, чтобы после войны это броненосное старьё содержали в составе флота, но моряки такую перспективу по достоинству не оценят. Ладно, пусть воюют, как умеют. Опытом с командирами авиагрупп Николай поделился, а топить неприятеля – не императорское дело.

В Пусане встретились с Микадо и Наследным Принцем. Посидели в адмиральском салоне суперлинкора «Микадо», выпили, обсудили ситуацию и планы. Сошлись во мнении, что больше, чем захватили, уже не переварить, в следующем году эту войну нужно заканчивать и начинать готовиться к новой. Индия подождёт, как и Австралия. Хотелось бы, конечно, и это отнять у британцев, но как и кем? Только для контроля Австралии понадобится полуторамиллионная армия, а про Индию даже думать страшно. Там и пять миллионов может оказаться мало, слишком глубоко пустили там корни британцы. Военными методами этот вопрос не решить, нужна мягкая сила. Нужна культура, которая заменит британскую, новая властная пирамида, в которой индийцы получат равный доступ к социальным лифтам, и сами будут стремиться к поддержанию нашего порядка на своей территории. Война закончится для армии и флота, но не для правителей, ведь воевать можно и синематографом.

Девятнадцатого (шестого) ноября 1908 года железнодорожное наступление генерал-лейтенанта Куропаткина дошло до Лампанга, военной столицы Королевства Таиланд. Вернее, теперь уже Таиландской Империи. Раме Пятому, дорогому тестю, присягнули все освободительные вооружённые силы в Лаосе, Камбодже и Бирме. Ничего удивительного, ведь именно он их и создавал.

Появилась возможность железнодорожных путешествий из Санкт-Петербурга в Лампанг за две недели, как когда-то из Санкт-Петербурга в Москву, жаль, Радищев до этого момента не дожил. Жена, Императрица Ольга Георгиевна попросила разрешения посетить Родину, которую она не видела уже пятнадцать лет. Пусть посетит. У всех война, а мы в гости ездим и на синематограф всё это снимаем. К тому-же, последствия её визита трудно оценить в тротиловом эквиваленте, в Таиланде (большом Таиланде, Империи) Олечку воспринимают богиней.

А что? Весела, свежа и юна в тридцать четыре года, мать наследника величайшей Империи мира. Шеф легендарной Гвардейской Архангелогородской бригады, бравшей Пекин. Женщина, стихи которой посвятил сам Джек Лондон, единственное своё поэтическое творение. Матушка-заступница, отправляющая в Таиланд врачей и учителей, которые всех бесплатно (за её счёт) лечат и учат. Пусть прокатится, заслужила. Заодно и примет капитуляцию французов во Вьетнаме. Они уже готовы сдаваться, только некому пока. Всех боятся и есть за что.

Седьмого декабря (двадцать четвёртого ноября) Сандро начал Португальскую кампанию. Пробившийся в Испанию корпус генерала князя Кондратенко (теперь Гвардейский Парижский бронетанковый) поступил в распоряжение Великого князя Александра Михайловича Романова-Царьградского. В двойное подчинение, и как командующему Гвардией, и как командующему фронтом.

Теперь у нас была Гвардейская армия – корпус мотопехоты (старые Гвардейские полки), бронетанковый корпус, артиллерийская дивизия, Архангелогородская бригада Специального назначения (разведка, диверсии и десант) и три авиаполка (истребительный, бомбардировочный и транспортный). Армия маленькая (меньше ста тысяч человек), но очень зубастая. С какой стороны не посмотри – везде зубы, или бивни.

Испанцы удерживали западный фронт в Окситании. Надёжно удерживали, потеряли французы веру в победу, уже не атакуют, а обозначают атаки. У них теперь самая острая проблема – это дезертирство. В плен никто не хочет, а ведь всё идёт именно к этому, вот и бегут. В Африку, в Рейх и даже в Испанию. Можно было ещё надавить и выгнать Петена в Алжир, но что нам с этого за радость? Рейху мы и так помогли гораздо больше, чем обещали. В Швейцарию Вилли влез, с нами не посоветовавшись, вот и пусть разгребает сам. Попросит – поможем, но сами предлагать не будем.

Поэтому Португалия. Время пришло. Испанские элиты едины с народом во мнении, что имперское величие пора восстанавливать, а лучше всех с этим справится Император Алехандро Первый. Военный и административный гений, единственный кавалер «Верховного Ордена Христа», друг Папы Пия Десятого и близкий родственник самых влиятельных Императорских домов. Трое здоровых наследников. Минусов у этого кандидата нет. Вопрос пока застрял на принятии католичества, но это пока.

Сандро готов, но отложил это на после войны, чтобы не давать лишнего повода спекуляциям об узурпации. Мишкину на это наплевать, ему даже нравится быть узурпатором по праву силы, но все люди разные. Нравится ему играть в эталонного рыцаря – пусть играет.

Седьмого декабря (двадцать четвёртого ноября) 1908 года, Гвардейский Парижский бронетанковый корпус генерала князя Кондратенко взломал оборону португальцев в районе Виго-Брага и устремился по тылам на юг. На этот раз без потерь не обошлось, опасные направления прорыва бронетехники насытили артиллерией на замаскированных фланговых позициях, но всё равно, когда на тебя прут шестьсот танков и триста БТР, да ещё и поддерживаемые с воздуха – это шанс всего на один удачный выстрел (редким счастливчикам на два), а дальше – гарантированный гроб, так что выстрелить отважились немногие. Немногие, но тридцать шесть машин мы потеряли.

Португалия капитулировала двадцать четвёртого (одиннадцатого) декабря 1908 года, накануне католического Рождества. Жалкая бедная Португалия успела перед смертью наделать долгов на почти миллиард рублей. Покойся с миром, свою задачу ты выполнила отлично.

В начале января 1909 года получил и реализовал свой шанс вице-адмирал Степан Осипович Макаров. Британцы решили воспользоваться отсутствием в Атлантике основных сил флота Союза Трёх Императоров и провести конвой на восток вокруг Африки. Почти двести коммерческих пароходов с конвоем из восьми линейных кораблей, в том числе шестнадцатидюймового суперлинкора «Королева Виктория».

У Макарова было три «Малюты» и три «Ивана», но преимущество в скорости, дальнобойности и развязанные, в плане тактики, руки. Караван британцы не бросят, для них это будет поражением, даже если выиграют линейный бой. Сражение растянулось на трое суток, британский конвой атаковали парами с наиболее уязвимых сторон. Три пары – одна атакует, одна страхует, одна отдыхает. Британцам не давали отдыхать совсем, эскадренную скорость они могли поддерживать в шестнадцать узлов, а для наших охотников это почти неподвижная мишень. Сблизились, постреляли, кого-то утопили, заставили британцев перестроиться и отошли. Через пару часов атака другой пары с противоположного направления. Семьдесят два часа непрерывного ада, воя сирен и дёргания машин тяжеленных линкоров, будто они эсминцы, принесли желаемый Макарову результат – силовые установки британских кораблей начали отказывать. Первым, что естественно, запорол одну турбину суперлинкор. Ход не потерял, но максимальная скорость «Королевы Виктории», к исходу вторых суток, упала до восемнадцати узлов. Подтянулись «Опричники» и «Амуры» фон Эссена, атаки удвоили интенсивность и дёргаться британцам приходилось всё судорожней, а техника то к этому не приспособлена. К середине третьих суток, британский конвой уже не столько двигался, сколько дрейфовал куда-то туда, на восток.

Макаров дал шестичасовой отдых экипажам линейных кораблей и, к исходу третьих суток, вломился в стадо сразу с трёх сторон, с целью утопить «Королеву Викторию». Наверное зря, никуда бы она с одной турбиной не делась, но просто мнить себя стратегом, видя бой издалека. Степан Осипович потерял одного «Ивана» («Александра Первого»), двух «Малют» («Кутузова» и «Багратиона»), «Опричника» («Гридень») и трёх «Амуров» («Вятка», «Волхов» и «Нева») но британцев уничтожил полностью, с утопленников подняли всего триста семьдесят человек, из более чем пяти тысяч экипажей кораблей Роял-Нэви. Трофеями стали девяносто шесть трампов, гружёных, в основном, оборудованием, оружием и боеприпасами.

Глава 14

Бой Макарова разобрали «покадрово» и включили в учебник военно-морской тактики, Степан Осипович получил «Святого Георгия» третьей степени и чин полного адмирала, фон Эссен стал вице-адмиралом, получил «Георгия» четвёртой и золотое оружие «За храбрость». Именно бронепалубный крейсер «Гридень», на котором держал флаг Николай Оттович, потопил тараном «Королеву Викторию». Сам, правда, тоже затонул, но фон Эссена и большую часть команды подняли на борт «Камы».

Романс «Не служил я в Иране с Макаровым» петь перестали. Никто не запрещал и даже не осуждал, само прекратилось, когда на экраны вышел фильм Антона Павловича Чехова «72 часа». Фильм-хроника от очевидцев. Ввалившиеся от недосыпа глаза Макарова, приказывающего – «Противника уничтожить!», атака «Гридня», снятая с борта «Милорадовича», тонущие, но не спустившие флагов, британцы. И титры – «Во время съёмок погибли пятьсот двадцать шесть нижних чинов, семьдесят два офицера и шесть синематографистов. Вечная память!»

Двадцать седьмого (четырнадцатого) января, Николай без приглашения прибыл в Ставку Кайзера в Реймсе. У Вилли сегодня юбилей. Полтинник. Здесь дни рождения не празднуют, но мы не они. Вильгельм, конечно, хитрая самодержавная германская сволочь, но он друг. А хитрым ему и должно быть, положение обязывает.

Вот тебе, брат, подарок на юбилей – все королевские регалии Франции, начиная от Карла Великого: – Каролинги, Капетинги, Валуа, Бурбоны – всё здесь, в этом ящике. Ты теперь их законный владелец. Хочешь – в музее выстави, а хочешь – в подвале спрячь. Не благодари, себе я это оставить не мог. Сегодня я на вахте, вне очереди, распорядись только закусок подать.

Маринованные опята – чудо, как хороши! Николай разлил по второй.

– Дядюшка Эдуард при смерти. Ты в курсе? Позавчера вечером занемог, полностью парализовало после апоплексического удара.

– Был не в курсе, но мне это не очень-то и интересно. Предлагаешь выпить за его здоровье?

– Уже не поможет. Предлагаю за мир.

– После полной и безоговорочной капитуляции мир обязательно наступит, – ухмыльнулся юбиляр, – не вижу смысла тратить на это тост. Давай лучше твоего отца помянем. Вот уж действительно великий был человек. Повезло нам с ним. Всем нам. Низкий ему поклон.

Выпили не чокаясь. И третье пророчество соловецкого монаха Иоанна сбылось (кто бы удивлялся). Римская католическая церковь готовилась к этому событию почти полгода, поэтому честно заработала свою долю авторитета.

Накануне, двадцать седьмого (четырнадцатого) декабря вечером, на радио Ватикана выступил Папа Пий Десятый и призвал христиан немедленно покинуть города Мессина, Реджо-ди-Калабрия и Пальми и уходить подальше от Мессинского дворца Палаццо Реале, в котором квартировал итальянский король Виктор-Эммануил, а самого короля призвал к немедленному покаянию, потому что времени у него осталось совсем немного.

Неизвестно, каялся ли в последние часы Виктор-Эммануил, дворец сложился на первом же толчке и на руинах сразу занялся приличный пожар, а вот выходящие из городов люди были приняты, накормлены, устроены на ночлег и обогреты. По заявлению самих католических попов, спасти удалось больше двухсот тысяч благочестивых католиков.

На этом фоне, немедленная канонизация Александра Третьего Романова была поддержана клиром единогласно. Да, это против сложившихся правил, но в любых правилах есть исключения, а случай ведь действительно уникальный: – Воин Миротворец, Государь Избавитель и Монах Провидец, спасший более полумиллиона жизней в Сан-Франциско и Мессине. К тому же его внуки унаследуют четыре Имперских престола – Русский, Германский, Китайский и Испанский (насчёт этого у Папы сомнений не было).

И вообще, с Папой поладили отлично. Швейцарскую гвардию распустили, Ватикан теперь охраняла Гвардия русская – Сводный Ватиканский полк. Григорий Ефимович Распутин с группой специалистов Пятого управления ИСБ получил беспрепятственный допуск в архивы. Вываливать на потеху публике грязное бельё мы не собираемся, ознакомимся и засекретим. Одно дело делаем.

Италия потеряла короля, но из войны так и не вышла, не выпустили. Итальянский флот теперь базировался на Мальте, а порядок на Сицилии поддерживали два корпуса союзников – британцев и американцев, которые и назначили регента. Совершенно никчёмного человечишку, бывшего министра Иностранных дел Марчелло ди Астаццо, единственным достоинством которого была лояльность союзникам. Кроме них, его власть больше никто не признал, на Сицилии разгоралась гражданская война, а остальная часть страны уже была оккупирована. Так что от Италии Антанте достался только флот с ненадёжными экипажами и два восставших острова – Сицилия и Сардиния. Восставших возглавила и приняла на содержание Римская католическая церковь.

Близка к восстанию и Латинская Америка, только отмашки ждёт. Учебник партизанской тактики переведён на испанский, отпечатан и отправлен во все приходы Латинской Америки, где попы-политруки занимаются образованием неграмотных, но сильных, голодных и злых мачо. Их очередь придёт, когда в Атлантику вернётся наш флот. А из Папы получился отличный партизанский генерал, идеи схватывает на лету и воплощает выше всяких похвал.

– Британия никогда не подпишет капитуляцию, Вилли. Даже если мы загоним её на север Канады. Давай поставим реальные условия мира?

– Вот разрушим Лондон и сразу поставим, – кивнул Вильгельм, – не волнуйся, Ники, я отлично понимаю, что за один раз нам их не добить. Но точка в этой войне должна быть поставлена такая жирная, чтобы им ещё лет десять кошмары снились. Эх, жаль, что подлейший дядюшка Берти этого уже не увидит. Повезло мерзавцу, удачливый сукин сын. Наливай, Ники. За мир, так за мир, всё равно ты теперь будешь этим заниматься, но не продешеви.

– Статус-кво уже выглядит неплохо. А к осени мы его ещё значительно улучшим. Тебе этого мало?

– Статус-кво с Окситанией у испанцев?

– Странно, что ты начал с испанцев, – усмехнулся Николай, – а не с Иль-де-Франса. Из Парижа, мы уйдём, а испанцы, по-моему, свою долю заслужили.

– Сандро заслужил. Если его выберут Императором, то так тому и быть. Это его добыча. Его, Корнилова и Кондратенко, а не каких-то ленивых и трусоватых неженок испанцев.

Не такие уж испанцы неженки, в Америке и на островах они себя ещё покажут. Корнилов и Кондратенко уже разбудили в них дух конкистадоров Кортеса и Писарро, а Сандро разбудит Фердинанда Католика. Получат ещё янки свою реконкисту в Техасе и Нью-Мексико, не до Никарагуа им будет. А трансатлантический канал нам очень нужен.

Но Сандро здесь фигура ключевая, с этим мы не спорим. Такой объект, как Никарагуанский канал каким-то испанцам и правда доверять преждевременно. А Сандро уже держал в руках и Царьград, и Иерусалим, и Рим. Кому, как не ему, можно доверить такое? Это ведь ключ к победе во Второй мировой. Канал построить успеем, в этом сомнений нет. Привезём сколько нужно специалистов и техники и китайцев с мотыгами, лопатами и тачками. Это не коммерческий, а прежде всего военный объект, это будущая главная база Русского Императорского флота. Даже если за это придётся заплатить всей казённой долей от контрибуций и репараций – оно того стоит. И даже более того.

– Помочь тебе во Франции?

– Солдаты не нужны, Ники. Я хоть и немного просчитался со Швейцарией, но в Рейхе много храбрых мужчин, хватит и на Марсель, и на Лондон. Боевой дух высок, мобилизация третьей очереди не потребуется, хватит добровольцев. Буду рад получить твои самолёты и лётчиков-наставников. В авиации мы пока очень сильно отстаём, слишком долго не придавали ей значения.

Может, и пока, но скорее всего навсегда. Мы пока не лезем с предложениями на рынки, но технологический задел уже слишком велик, чтобы догнать нас, когда полезем. С таким заделом, мы всех будем опережать, как минимум, на одно поколение ещё лет тридцать, а значит гражданская авиация будет нашей. Ну, кто способен продержаться на рынке тридцать лет с убытками? А потом, даже если и найдётся технический гений, опередивший нас, конкуренцию он не потянет. Мало придумать хороший самолёт, даже произвести его мало. В гражданской авиации главное – сервис обслуживания. Чтобы запасные детали можно было найти в любом аэропорту по каталожным ценам.

– Будут самолёты. И инструкторов соберём.

Вилли очень впечатлён Гавайской кампанией и докладом гросс-адмирала, князя фон Тирпиц, о применении «Санкт-Петербурга». ПВО, конечно, скоро появится у всех, но это далеко не панацея. На потопление «Гогенцоллерна» можно бросить и сотню самолётов. Даже сотня их стоит на порядок меньше такого корабля, а отбиться от сотни пикирующих бомбардировщиков и торпедоносцев не сможет никакое ПВО. Получается, зря строили?

А ведь британцы с американцами уже восемь килей строят, пять уже на воду скоро спустят. Их уже точно не бросят. Машины, башни, пушки – всё уже заказано и оплачено. «Гогенцоллерн» уже восемь раз себя окупил, даже не вступив в бой. На самолёты Вилли заработал с большим запасом. Не бесплатно, конечно, в этом мире такого не бывает, но по цене, по которой они поставляются нам. И даже скидку сделаем – покупайте сразу качественное, не мучайтесь сами – не тратьте ваши денежки по банкам и углам, заройте ваши денежки в нашем авиапроме. То, что сегодня отпускается по себестоимости, завтра начнёт приносить прибыль, ведь стоимость производства постоянно падает. Дешевеет электричество, дешевеет алюминий, дешевеет транспорт.

– Спасибо, Ники.

– Одно дело делаем, Вилли.

Одно дело делаем. Франция России не нужна, России нужно, чтобы Франции не стало, и в этом наши с Рейхом цели совпадают. Не жалко? Нет. Нисколько. Франция – гангрена Европы, если её вовремя не ампутировать, сгниёт всё. И не факт, что мы вовремя успеваем, метастазы эта дрянь уже наверняка пустила. Теперь только выжигать всё это «Либерте, Эгалите, Фратерните», вместе с языком и всей их поганой культуркой.

Францию германцы планируют лечить теми же методами, что и Польшу, а в Польше у них получается неплохо. Вполне себе немецкая провинция получается, разъехалась, правда, почти половина поляков, но это не беда, освободившееся место охотно занимают бюргеры. Польша уже производит треть необходимой Рейху сельхозпродукции, а большего от неё и не требуется. Как и от Франции.

Семнадцатого (третьего) марта 1909 года закончилась война на Тихоокеанском ТВД. Закончилась эпическим разгромом флота Антанты в Сингапурском проливе. Адмирал, Светлейший князь Дубасов-Босфорский очень чётко разыграл свои козыри, не отдав британцам со товарищи ни одной взятки. Получилось что-то похожее на Цусимское сражение, только на этот раз в нашу пользу. К технологическому превосходству добавилось численное, да и машины свои британцы уже успели раздёргать, шарахаясь между Карачи и Шанхаем, а ремонтировать им их было нечем. Но надо отдать должное – погибали британские моряки героически, в отличии от своих подельников, американцев и французов, которые предпочли спустить флаги, в том числе и на почти неповреждённом суперлинкоре «Иллинойс».

Железнодорожное наступление генерал-лейтенанта Куропаткина к тому времени дошло уже до бывшей границы Таиланда и Британской Малайзии, поэтому гарнизон Сингапура, состоящий из колониальных частей (суданцев, сикхов и индийских мусульман) чуть менее, чем на сто процентов, предпочёл капитулировать, предварительно перебив британское начальство.

«Какой мерой отмерите, той к вам и вернётся».

Фёдор Васильевич Светлейший князь Дубасов-Босфорский получил орден «Святого Георгия» первой степени, чин Генерал-адмирала и назначение на должность Канцлера Российской Империи. Именно ему предстоит подписать мирный договор по итогам Первой мировой, он для этой роли самый лучший исполнитель, во всех отношениях. Послужит ещё старик Матушке России. Это для флота он после войны тормозом станет, а для политики – самое то, что нужно. Такого калибра государственные деятели появляются у нас нечасто, их потенциал нужно использовать на все сто процентов.

Все острова между Азией и Австралией (кроме Филиппин) отходили японцам. Рейх уступил им даже свою законную долю Индонезии. Не бесплатно, но и не задорого, за те же деньги, что платили когда-то голландцам. Индонезийская нефть слишком далеко и с доставкой получится намного дороже румынской и бакинской, а ведь скоро на рынок хлынет поток из Персидского залива. Хлынет обязательно, нефти в Иране и Аравии нашли очень много, столько в мире ещё не потребляется. А ведь это не последняя нефть на Земле, постоянно где-то находят новые месторождения. В общем, большой ценностью она сейчас не считается, что нас полностью устраивает. Незачем возбуждать зависть.

Третьего апреля (двадцать первого марта) капитулировали британцы в Леванте. Хорошо воевать колониальными войсками, когда всё хорошо. Когда Империя побеждает, награждает, контролирует и снабжает. А умирать за сидящего в Лондоне короля Георга, когда тебе три месяца не платят жалование и кормят тухлой кониной, да ещё и нет надежды на улучшение ситуации – ищите дураков на своём проклятом острове.

К тому-же, с пленными в Сингапуре русские поступили очень коварно – всех распустили по домам и даже организовали транспорт до Читагонга. А что ещё с ними делать? Гнать на работу невыгодно, вольнонаёмные китайцы обходятся дешевле, а так они ещё принесут нам пользу, в Британской Империи они теперь военные преступники, которым грозит смертная казнь. «Висельники» это отлично понимают и их сто двадцать тысяч, да с боевым опытом, так что осуществление правосудия обойдётся подлым джентльменам очень дорого. И амнистию не объявишь. Военный мятеж и убийство командиров прощать нельзя никому и никогда.

Седьмого мая (двадцать четвёртого апреля) в Российской Империи началась частичная демобилизация. В самый разгар войны (как многим казалось). Из армий Ренненкампфа и Куропаткина увольнялись все желающие «портяночники» – полтора миллиона человек. Нет смысла держать в армии мобилизованных, когда добровольцев более чем достаточно.

Индию мы завоёвывать пока не собираемся, так что пусть пейзане и пролетарии возвращаются к мирному труду, производят добавочную стоимость и платят налоги. И плодят детей, конечно. Женихи они теперь видные, богатые, так что с этим не затянут. Пока нас слишком мало, угроза Третьей мировой никуда не денется, а вот если будет миллиард… В общем, детородный орган – это сейчас наше самое главное секретное оружие.

«Плодитесь и размножайтесь».

Двадцать шестого (тринадцатого) мая из Парижа начали выводить и частично демобилизовывать армию Сухомлинова, а из Греции Самсонова. Не армейская эта задача – исполнять полицейские функции. От этого в армии возникает коррупция, падение дисциплины и сопутствующие этим процессам непотребства. Париж мы ограбили до нитки, даже Эйфелеву башню разобрали и вывезли, больше в этом вертепе делать нечего, пусть там теперь германцы разлагаются, тратят на французских шлюх свой детородный потенциал.

Греция передавалась Российскому доминиону – Европейской Турецкой Республике. Себе нам этих «братьев» оставлять нельзя, обязательно избалуем, а турки как-то умеют с этим табором управляться, вот и пусть им рулят. Да и какие они теперь турки, только по фамилиям от наших и отличаются. Общаются по-русски, карьеру делают на русской службе, а их бизнес полностью зависим от России.

Глава 15

– Ну, что, господа-товарищи, пора нам готовиться к миру, – на заседание Комитета развития тринадцатого (первого) июня, Николай собрал всех бывших и нынешних:

Сандро, Александр Михайлович Романов-Царьградский, Великий князь Российской Империи и без пяти минут Император Империи Испанской. По-прежнему Регент несовершеннолетнего Святослава, а значит, первый, после самого Николая, в нашей Иерархии. Друг детства Государя, муж его родной сестры, талантливый военный и очень талантливый администратор. Не узко заточенный гений, как Тесла, а именно разносторонне развитый управленец, с широким кругозором и русский до мозга костей, кончиков волос и ногтей. Генерал-фельдмаршал, бравший Царьград, Иерусалим и Рим, между боями создавший очень важную отрасль мировой экономики – гражданскую авиацию.

Канцлер, Фёдор Васильевич, генерал-адмирал, Светлейший князь Дубасов-Босфорский. Если Сандро ещё иногда сравнивали с князем Александром Васильевичем Суворовым, то для Дубасова сравнимых фигур просто не было в истории. Именно генерал-адмирал создал наш победоносный флот, именно его гению мы обязаны появлению авианосцев и, самое главное – больших ледоколов. А ведь эту войну выиграли именно ледоколы, что уже было очевидно всем морякам флота Союза Трёх Императоров. Без авианосцев бы обошлись, с большими потерями, но всё равно бы победили, а вот труженики «Ломоносов» и «Граф Менделеев» стали настоящим чудо-оружием в этой войне.

Маман, Мария Фёдоровна Романова, вдова Святого Александра Третьего, мать двух Императоров и двух Императриц, Шеф нового рода войск – Русской Императорской Военной Авиации. Именно её персональный значок, крошечный (всего пять грамм) золотой самолётик-биплан, считается сейчас у наших лётчиков высшей наградой. А ведь среди них уже хватает Георгиевских кавалеров даже третьей степени ордена.

Мишкин. Михаил Александрович Романов. Император Китая. Зять и любимец Микадо, шестой в очереди наследования Престола Японии. Лучший друг наследника Ёсихито и вообще всем друг – и Сандро, и Кайзеру, и Вилли-младшему, и Раме Пятому и даже вьетнамскому сюзерену Тхань-Тхаю. Мишкин – эталонный обаяшка и симпатяга, если его не злить, не будить зверя. Он уже отлично поладил с Папой Пием Десятым, католицизм уверенно шагает по Китаю, но школы открывает русские. Мракобесие по латыни допускается, а образование нет. Мишкина обожают православные и мусульмане, евреи и староверы, и даже славные парни Рокфеллер с Морганом пытаются установить канал связи через него.

Кстати, о евреях, раз уж про них вспомнилось. Еврейской казачье войско получило земли древней Финикии (Ливан плюс) и сейчас сурово диктовало свою волю сионистам всея планеты Земля. Ротшильдов объявили паршивыми овцами, а всех (действительно всех, разведка у еврейских казаков в чём-то превосходила даже возможности ПГУ ИСБ и ГРУ ГШ), кто им помогает, внесли в чёрный список. И даже чёрные метки разослали, как в романах Стивенсона. И это не шутки. Двести сорок тысяч ветеранов, с тремя и более нашивками на левом рукаве (участие в бою с применением артиллерии) – какие уж тут шуточки. Эти славные еврейские казаки уже загнали под землю пару миллионов британцев и арабов. Впрочем, вернёмся в Александровский (довольно скромный) дворец в Царском селе.

Сергей Юльевич, граф Витте. Трижды Нобелевский лауреат, автор учебников по экономике, которые изучают во всём мире. Фактический управляющий и Имперским Центральным банком, тот самый паук, сидящий в центре финансовой паутины и способный создавать и разруливать мировые экономические кризисы. Непревзойдённый сквернослов-виртуоз, его перлы в записях передают друг другу военные и моряки. Учатся у настоящего мастера.

Пётр Аркадьевич Столыпин. Председатель Госплана и Комитета министров (уже из двадцати девяти министерств). Умница, но сейчас не звезда. Влияние хорошего плана на развитие экономики оценить пока мало кто способен. Его роль оценят позже, уже потомки. Вспыльчивый, но не мстительный – наорать может, но сразу, злобу не затаит.

Оскар Казимирович, граф Гриппенберг. Военный министр, генерал-фельдмаршал. Создатель новой Русской Императорской армии и непререкаемый авторитет среди военных.

Фёдор Артурович, граф фон Келлер. Начальник Генерального штаба, «правая рука» Гриппенберга ещё со времён «ландскнехтов».

Алексей Петрович Извольский. Министр Иностранных дел. Его деятельность можно оценить тремя словами – выше всяких похвал. Очень умело создаёт реальности и ими манипулирует. Совершенно беспринципный, когда дело касается интересов Империи. Когда нужно – врёт и не краснеет. Отличный дипломат.

Михаил Иванович, князь Хилков. Министр Транспорта и Развития Сибири. Человек, заселивший Сибирь и Дальний Восток. Не принудительно, а создавая условия для переселенцев. Основатель почти сотни новых населённых пунктов, многие из которых разовьются в города. Управляющей всей, национализированной у подданных (граждан) враждебных держав, собственностью.

Пётр Николаевич Дурново. Обер-прокурор Святейшего Правительственного Синода и председатель Имперской Службы Безопасности. Русский националист, реакционер, душитель революционеров и вообще любой нелояльности. Для кого-то он – сам Сатана, а для Империи в целом – Архангел-хранитель порядка.

Дмитрий Сергеевич Сипягин, министр Внутренних дел. Его деятельность оценивается по факту – сейчас у нас совершается меньше преступлений, чем в Рейхе, а раскрывается больше. Пятнадцать лет назад, в такое бы никто не поверил, а сегодня это – факт.

Вячеслав Константинович фон Плеве, директор Имперской Службы Охраны. Никто из его подопечных не погиб, и этим всё сказано. Никто. Хотя противодействовал фон Плеве не доморощенным лапотным бомбистам-террористам, а британской разведке. Флегматик-педант. Говорит очень мало, но, когда говорит, слушают его все, даже Сандро и Маман.

Григорий Павлович, князь Чухнин фон Мемель, Военно-морской министр, главный герой сражения на Доггер-банке, в которой был сломан хребет Роял-Нэви. Он ещё проявит себя в этой войне, десанты казаков в Бомбей и Карачи, Гвардии в Лондон и негров во Флориду им готовятся очень основательно, так что жирную точку мы поставим не одну. Должно получиться очень многообещающее многоточие.

Иосиф Виссарионович Джугашвили. Начальник ПГУ ИСБ, генерал-майор. Любимый зять графа Менделеева. Создатель Калифорнийской Республики, по сути, ещё одного доминиона Российской Империи. Получил уже четыре высших и два академических образования, но продолжает учиться. Заместитель и преемник Дурново, Петру Николаевичу уже шестьдесят семь, так что скоро.

Дмитрий Иванович, граф Менделеев. Пенсионер Имперского значения, экс Канцлер, поднявший Россию на немыслимую высоту в научном плане. Создавший развивающуюся систему – с уже тремя Наукоградами, полусотней научно-исследовательских институтов, с собственными экспериментальными производствами, и продолжающий её развивать. Идея взрывать и расчленять атомы ему, что называется, зашла. Атомную электростанцию или бомбу он создать, конечно, уже не успеет, но путь укажет. Наша гордость. Человек и ледокол.

Шестнадцать товарищей.

Отсутствовал только адмирал Макаров. Степану Осиповичу предстояло вести конвой во Флориду. Не навоевался адмирал, в Морской Генеральный Штаб возвращаться до окончания войны отказался категорически. Зацепил его всё-таки этот дурацкий романс за живое.

– … к миру лет на десять, во время которого мы будем готовиться к новой войне, – усмехнулся Николай, – покой нам только снится. Итак, за десять лет мира, нам предстоит построить в Никарагуа трансокеанский канал и главную базу Русского Императорского флота. Проект не менее масштабный и геополитически значимый, чем наш Великий Сибирский железнодорожный, или Великий Северный морской пути.

– Нам предстоит десант в Никарагуа, Государь? – уточнил Гриппенберг.

– Армии нет. Испанцы с этим сами справятся. Справятся, Александр Михайлович?

– Справятся, Государь, – кивнул Сандро, – испанская армия сейчас ничем не хуже североамериканской. А учитывая фактор Корнилова… Справятся и в Никарагуа, и в целом в Центральной Америке, и на островах. Если, конечно, флот обеспечит снабжение.

– Обеспечим, – уверенно подтвердил Чухнин, – транспортов нам теперь на всю мировую торговлю хватит. Как и кораблей конвоя. К августу, у нас в Атлантике соберутся превосходящие силы, даже без учёта «Гогенцоллерна».

Первый мегалинкор Рейха (и мира) угодил под модернизацию, ещё не будучи принятым в состав Флота Открытого Моря. На «Гогенцоллерна», по настоянию гросс-адмирала фон Тирпица, устанавливались шестидюймовые установки Обуховского завода, способные вести огонь в зенит. Себе мы такие ставили сразу. Тогда это казалось лишней тратой денег, а сейчас, совсем новые, и, даже ещё недостроенные, корабли придётся всем модернизировать.

«Скупой платит дважды».

Сложности были. Приводы башен у Рейха гидравлические, а у нас электрические, плюс радар ПВО, плюс центральная система управления зенитным огнём, но совместными усилиями дело двигалось довольно бодро. Дорого, но быстро. За ПВО для своего мегалинкора, Рейх построит нам три корпуса транспортов-пятидесятитысячников ледового класса, по сути, лёгких ледоколов. Навигация по Великому Северному морскому пути станет возможной уже в течении полугода.

– «Гогенцоллерна» учитывайте, Григорий Павлович. На его дебют сейчас весь Рейх работает, – улыбнулся Николай, – для Кайзера – это смысл всей жизни.

– Учтём, – улыбнулся в ответ министр Военно-морского флота, – хоть он нам не сильно-то и нужен, пусть блеснёт в дебюте.

Князь Чухнин фон Мемель имел основания для саркастических улыбок. В Байкале уже испытывалась настоящая подводная лодка. Не ныряющий миноносец, а именно подводный крейсер, с автономностью в шестьдесят суток, надводным ходом в двадцать шесть узлов и подводным в четырнадцать. С электрическими, дальнобойными (тридцать кабельтовых) минами, мощной длинноволновой радиостанцией, акустическим постом, сонаром и шнорхелем. Это при том, что в остальном мире разработке подводных лодок внимание уделялось по остаточному принципу, то есть почти по нулям. Там всё, до копейки, вкладывалось в броню и калибры пушек. Двадцатидюймовки уже испытывают, дай им, Господи, удачи в этих испытаниях. Может ещё и гиперлинкоры увидим, тысяч так по сто двадцать – сто сорок тонн водоизмещением.

Основная задача Чухнина сейчас – сдерживание аппетита моряков, которые тоже такое хотят. Ну а как иначе-то? У всех есть, а мы что, рыжие? Доблестный и победоносный Русский Императорский флот имел сейчас очень громкий и резонансный в обществе голос. И этот голос сейчас вопрошал министра – что будем делать, когда авианосцы появятся у всех и самолёты прикроют линейные эскадры от ударов с воздуха? А тайну раскрывать пока нельзя, вот и вертись, как уж на сковородке. Авторитет у Дубасова и Чухнина пока незыблем, но и вопросами ведь задаются не досужие обыватели, а герои этой войны, высшие офицеры и адмиралы, те же Голиков с фон Эссеном. И не с целью тот авторитет подорвать, а исключительно ради вящей славы России. А ну как старики в маразм впали? От такого никакие былые заслуги гарантии не дают.

– Защитники Отечества результат гарантируют. Что скажут его нападающие? – Николай посмотрел на министра Финансов.

– Проект даже навскидку масштабный, но в две пятилетки мы его точно всунем, – любой глагол, употребимый графом Витте, с некоторых пор немедленно получал второй смысл. Товарищи заулыбались, но Сергей Юльевич не имел дурацкой привычки смущаться, – Всунем, вдуем и построим. Вот только где гарантия, что этот канал будет наш? Суэцкий построили французы, а основной доход с него получили британцы. Мы эту Никарагуа точно удержим, или скоро придут туда германцы с японцами, с равными правами, и скажут нам – большое спасибо, глупые русские? Как за самолёты, которые мы сейчас по себестоимости продаём, хотя их будут покупать и вдвое дороже, никуда не денутся.

– Глупые русские – это в мой огород камень, – кивнул Николай, – а если посмотреть на это с другой стороны, Сергей Юльевич? Например: глупые германцы и японцы погибают за наши интересы, да ещё и оплачивают при этом наши затраты? А ведь мы даже с себестоимости доход имеем – те же налоги с рабочих мест в самой высокооплачиваемой отрасли экономики. Вы же профессионал, граф. Как только вы поднимите цену до уровня, на котором будет конкурентоспособно местное производство – рынок вы потеряете навсегда. Потом снижать цены будет поздно. Давайте, хотя бы в узком кругу, постараемся обходиться без «дураков». Мы не лепёшками на базаре торгуем, когда важен баланс каждого дня. Запас у нас есть. А если есть запас на восьмикратное удвоение ставки, то проиграть невозможно даже по теории вероятности. Только невероятным чудом.

– Извините, Государь. Я только хотел заметить, что мощь нашей экономики ограничена политическими решениями. Не глупыми – типун мне на язык, но неучтёнными вводными. Канал построим, на это наших запасов точно хватит, но на следующие проекты уже придётся заимствовать.

– Не будьте занудой, любезный граф, уж вам-то это брюзжание точно не идёт. До следующих проектов сначала нужно дожить. И они уже не будут иметь такого военного значения. Этот Никарагуанский канал – наш ключ к победе во Второй мировой. Лучше заплатить за неё деньгами, чем жизнями. Согласны? Вот и давайте подумаем все вместе – как нам сначала половчее его там прокопать, затем победить во Второй Мировой войне, и только после этого что-то там заработать. Высказывайтесь по делу товарищи, именно в этой парадигме. Империя – это не коммерсант. Для неё есть интересы поважнее денег. Намного важнее.

Второго июля (девятнадцатого июня) в Атлантику вернулся победоносный флот Союза Трёх Императоров. Девятнадцатого (шестого) июля, в состав Русского Императорского флота вступили авианосцы «Иерусалим» и «Царьград».

Кстати, про Иерусалим. Городскую недвижимость очень агрессивно скупала Римская католическая церковь, на что Дурново сразу «настучали» православные со староверами. Квадратные метры в «одни руки» пришлось ограничивать законодательно, выделив квоты и иудеям с православными мусульманами-шиитами, при этом учитывая интересы сугубо светского Еврейского казачьего войска, которым после боёв вовсе не улыбалось встретить в городе хитрожопых торговцев опиумом для народа, вместо привычных шлюх и зрелищ. Религия в Иерусалиме столкнулась с реальными запросами местного общества, только что вышедшего из очередного боя. Регулярные британские части капитулировали, но не они одни были на Ближнем Востоке врагами. Хватало там и без них разных татей.

И вот возвращается такой казак из боя, а навстречу ему выскакивает мракобес, жалкий, ленивый паразит, но с полным мешком «опиума для народа». Миссии мракобесов в Иерусалиме Дурново пришлось брать под охрану.

Но с оговоркой:

«Если вы, твари алчные, своих аппетитов не смерите, то я вас всех, уродов моральных, казакам сдам. И от себя ещё добавлю. Дикси!»

Христианская церковь уже сделала первый шаг к преодолению всех расколов, признав общего Святого – Императора Александра Третьего-Избавителя и Миротворца, соловецкого монаха-провидца Иоанна. Все три «раскольничьи банды» уже осознали выгоду от воссоединения, но старались войти в «бизнес» с большим пакетом акций и полем их битвы стал Иерусалим. В котором, вот те на, уже рулили какие-то казаки.

Глава 16

Двадцать второго (девятого) июля 1909 года, состоялось покорение Северного полюса.

Тяжёлый ледокол «Ломоносов» смог пробиться до восемьдесят четвёртой параллели, откуда стартовала экспедиция на двенадцати собачьих упряжках, в составе: начальника, генерал-лейтенанта Савелия Николаевича Изюмова; заместителя начальника, коллежского советника, литератора Джека Лондона; подданного Рейха норвежского происхождения, полярного исследователя, взрывотехника Руаля Амундсена; врача Евгения Сергеевича Боткина; радиста, капитана второго ранга Василия Васильевича Дьяконова; синематографиста Игоря Дмитриевича Глебова и шести алеутов-погонщиков (Тыгйока, Налагйака, Анылги, Кавихака, Анкалыына и Кайака).

Вообще-то эту экспедицию планировали провести уже после войны, но потребовалось чем-то срочно занять впавшего в меланхолию Изюмова, которого не развлекло, а ещё больше расстроило участие в Тихоокеанской кампании 1908 года. Неудачно получилось, в роли пассажира Сато Исуми совсем извёлся, потерял сон и аппетит, пришлось форсировать события.

В октябре 1908 года в Иркутске собрали кандидатов и, как только на Байкале встал лёд, начались тренировки. За зиму, они намотали около двух тысяч километров, выжили в буранах, научились ухаживать за собаками, так что сомнений в успехе не было – рекламную кампанию запустили сразу на весь мир.

Потребовала себе места и Маман, куда же без неё, Николай даже не пытался отговаривать. Опасно, конечно, но жить вообще опасно. Вон дядюшка Эдик схлопотал апоплексический удар в своём дворце и неделю перед смертью под себя гадил. Даже врагу такого конца не пожелаешь.

На «Ломоносова» погрузили ещё один самолёт с лыжным шасси, оборудованный системой наведения на радиомаяк, а адмиральский салон заняла вдовствующая Императрица Мария Фёдоровна.

В паковые льды ледокол упёрся четырнадцатого (первого) июля, пятнадцатого стартовала экспедиция лыжников-собачников, а моряки начали готовить ледовый аэродром. Двадцать второго это свершилось, через ретранслятор «Ломоносова» мир получил возможность услышать доклад генерал-лейтенанта Изюмова Государю-Императору. На Северном полюсе начали готовить взлётно-посадочную полосу. Короткую. Биплан с тормозным парашютом мог сесть буквально на стапятидесятиметровый пятачок. С опытным пилотом, конечно, но опыта Маман было не занимать, летала она чуть ли не каждый день.

Славно получилось. Все воюют, а мы туристов на Северный полюс возим. А почему бы и нет, раз появилась такая возможность. Правда туристами были военные моряки – начальник Великого Северного морского пути, вице-адмирал Эбергард и командир ледокола «Ломоносов», капитан первого ранга Бахирев, но они побывали на полюсе именно авиатуристами.

Всех полярников, Кавалерственная Дума представила к орденам «Святого Георгия», всех, включая и алеутов. Лыжников-собачников к четвёртой степени, а Маман уже ко второй. Возражать Николай не стал, только добавил в список и Эбергарда с Бахиревым (по совокупности заслуг, всё-таки именно они пробились почти до самого полюса и обеспечили успех).

В июле 1909 года дождались своего часа казаки из внутренних областей России. Два года готовились они к этому дню, целая армия находилась в резерве и занималась боевой подготовкой, сначала на южном берегу Каспия, а потом в окрестностях Бендер-Аббаса. Без малого полмиллиона, тридцать восемь дивизий, и каждый имел опыт морского десантирования на необорудованный берег.

Транспорты, захваченные адмиралом Макаровым у берегов Южной Африки, пришлись как нельзя кстати. Специальных десантных кораблей мы успели построить всего восемь, но для захвата причалов в Карачи и Бомбее этого хватит, а развивать успех будут уже казаки, разгрузившиеся в портах из обычных коммерческих судов.

Британцы вторжения в Индию ждали, целая армия ведь на границе, но они вынуждены были распылить силы – наиболее вероятным им казалось сухопутное наступление через Белуджистан. Да и портов в западной Индии много, и все они очень слабо защищены, если сравнивать с тем-же Бендер-Аббасом, или Капстадом. Не ждали джентльмены такого развития событий в начале войны, а после стало уже поздно. Метрополия оказалась отрезана, а в Индии башни и пушки не производились.

Степан Осипович Макаров, с линейной эскадрой Флота Индийского океана, готовился провести конвой с неграми-наёмниками ЧВК Гриппенберга из Сан-Паулу-ди-Луанда в Джексонвилл, но, чтобы смести наскоро сооружённые укрепления с сухопутной артиллерией, за глаза хватило крейсеров вице-адмирала фон Эссена. Двадцать девятого (шестнадцатого) июля, порты Карачи и Бомбея были захвачены десантом, началась разгрузка основных сил. Озверевших от почти двухгодичных учений и жаждущих хорошей драки, наград и добычи. Остановить их британцам было уже нечем. Только искать мира.

В августе 1909 года три Императора встретились в Либаве. Сигналы о готовности к мирным переговорам, Антантой подавались уже по всем доступным каналам – от посольств в Стокгольме до Сан-Пауло, Сантьяго-де-Чили и Буэнос-Айреса.

В 1908 году встреча не состоялась, напряжённый выдался тот год, поэтому по посиделкам в хорошей компании под японскую кухню и русскую водку все успели соскучиться. Да и обстановка на фронтах способствовала хорошему настроению.

Рейхсвер давил французов, бои шли уже в окрестностях Нима, Авиньона, Маноска и Фрежюса, Петен с правительством уже перебрался в Алжир, что не добавляло защитникам Марселя мотивации стоять за Родину насмерть. К тому-же, тевтоны вели себя на завоёванной территории очень цивилизованно, даже местную полицию вернули на службу. Никаких изнасилований, никакого мародёрства – за это своих-же, пойманных на горячем, ставили к ближайшей стенке. В общем, Франция – всё. Рейх начал накопление в Бремене, Бергене и Амстердаме войск, для десанта на Проклятый остров. Всё у Вилли шло хорошо, кроме экономики.

Семь миллионов, изъятых из производства и поставленных под ружьё – это серьёзное сокращение налоговых поступлений и увеличение бюджетных затрат, и что самое плохое, эту армию быстро не демобилизуешь. Оккупированные территории (Франция, Италия, Бельгия, Голландия, Швейцария и Венгрия), по площади почти вдвое больше самого Рейха, а ведь придётся ещё и колонии брать под контроль. Только в Египте (с Суданом), по самым скромным оценкам, потребуется полумиллионная армия.

В общем, землями Рейх прирастает, а лидерство в промышленном производстве мирной продукции постепенно утрачивает. Заводы Рейха теперь производят оружие, боеприпасы и экипировку, вместо сеялок-веялок, сковородок-мясорубок, гражданской обуви и одежды. Ещё бы! Им это очень выгодно, казна ведь платит и не нужно напрягаться в поисках рынков сбыта, но свято место пусто не бывает, эти рынки тем временем осваивает кто-то другой.

Да и казна далеко не бездонная бочка. Канцлер фон Бюлов уже разместил на Санкт-Петербургской фондовой бирже заём на два миллиарда марок под четыре процента годовых, но этого хватит для финансирования бюджетного дефицита только на один год. Вот так слишком большой кусок и рвёт глотку. Нас, человеков, всегда губят жадность и злобность, а Кайзер, хоть и велик, но он обычный человек со всеми пороками.

Японцы тоже поставили в строй семь миллионов, но из семи, три были корейцами и миллион – маньчжурами, а сами расовые японцы – крестьянами из депрессивных регионов, где урожай случался через два года на третий, да и то по милости Богов. Из промышленности людей массово не мобилизовывали. Микадо и Наследный Принц, в отличии от Вильгельма, к советам Николая прислушались и не прогадали.

Нищие японские крестьяне теперь унтера и даже офицеры, досыта кормят Империю Восходящего Солнца сельскохозяйственной продукцией с оккупированных территорий, а японская промышленность не только обеспечивает потребности войны, но и развивает производство мирных товаров. Тот же концерн Мицубиси, например, выиграл тендер на поставку конструкций для строительства трёх мостов через Амур. Самим нам пока везти свой металл так далеко не выгодно.

В Русскую Императорскую армию, с началом войны, зачислили пять миллионов трудармейцев. То есть, перевели их из «стройбатов» в строевые части, но они и до войны уже были армией. У нас притормозились казённые инфраструктурные проекты, вроде БАМа, плотин на Ангаре и Селенге, но их заморозка для казны вышла облегчением. Ведь на стройках требуются не только рабочие, но и материалы, вот на них и сэкономили, причём существенно. Только строительство БАМа обходилось казне пости в триста миллионов рублей в год. Нужная магистраль, многообещающая, но не критичная – подождёт.

Из пяти миллионов трудармейцев, три мы задействовали в железнодорожном наступлении на Сингапур, через Ханой, Лампанг и Бангкок. Путь там прокладывался по временной схеме, на лёгких рельсах, иногда без насыпи, но укрепить его будет уже гораздо проще, быстрее и дешевле, чем строить с нуля. А ведь эта дорога теперь наша, русская. Армия передаст её в управление министерству Транспорта князя Хилкова, как минимум лет на сто, и все с этим согласятся. Всем это выгодно.

Мобилизованных «портяночников» к боевым действиям привлекали только в крайнем случае, вроде отражения британского десанта в Хайфоне, да и то только до подхода кадровых частей. Потери были, на то она и война, но потери очень скромные, учитывая масштабность боевых действий. Пока, убитыми, покалеченными и умершими от болезней во время службы, мы потеряли чуть больше двухсот тысяч, что сопоставимо с испанцами. Рейх потерял в шесть раз больше, а Япония в четыре. Когда-нибудь это оценят благодарные потомки. Если они родятся благодарные, конечно, но это уже зависит от нас самих. Только от нас и не от кого больше.

– Кто будет командовать флотом? – спросил вахтенный дежурный, Император Японии Мацухито, разливая по стопкам остатки.

Главный вопрос сегодняшней встречи оставили напоследок. Самый мощный флот сейчас у Рейха, но это если судить по водоизмещению и весу залпа, главной же ударной силой сейчас являются четыре русских авианосца – «Москва», «Севастополь», «Царьград» и «Иерусалим», а линейным эскадрам отводится, по сути, вспомогательная роль по их охране. Даже «Гогенцоллерну». Прошлогодняя кампания на Тихом океане изменила все представления о тактике военно-морских сил.

Вилли думает, что это только на время, что с появлением авианосцев у всех сторон, всё снова вернётся на круги своя и исход сражений опять будут решать пушки и броня, прикрытые от атак с воздуха. Ведь полсотни истребителей – это авиакрыло небольшого эскортного авианосца, типа «Санкт-Петербург», а они способны отразить атаку и сотни бомбардировщиков. Плюс артиллерия ПВО, наводимая по радару, которую можно установить на лёгкие силы, вроде эскадренных миноносцев. Наверное, так бы оно и было, если бы развитие остановилось. Но оно не остановится.

И Рейх, и Япония свои авианосцы уже заложили, морских лётчиков стажируют на «Санкт-Петербурге», специально для этого оставленного на Тихом океане, но к этой войне они уже не успеют. Всё решится в течении полугода максимум. Италия уже остывающий труп, Франция делает последние вздохи, Британия подчинила себе их флоты и на бумаге до сих пор имеет самые внушительные военно-морские силы, но это на бумаге. Скоро их перестанут защищать береговые батареи и минные поля – самолётам они не помеха, перетопим всех прямо в портах, если не вылезут, конечно. Но вылезут, обязательно вылезут, даже если шансы на победу будут только теоретические. Британцы – не французы и не итальянцы, в чём-то они тоже самураи, предпочитающие славную смерть бесславной жизни.

Вопрос с командованием флотом в этой кампании для Кайзера очень болезненный. Эта победа очень важна для него и для Рейха. Он ведь именно ради этого и живёт, по большому счёту. Ради свержения Британии с пьедестала величайшей морской державы. Не стоит лишать хорошего человека исполнения устремлений всей жизни, ничего хорошего нам это не принесёт.

– Командовать будет гросс-адмирал фон Тирпиц, но с одним условием.

– Каким? – просветлел лицом Вилли.

– Свой флаг он поднимет на «Москве», а начальником его штаба будет вице-адмирал Руднев.

– Договорились!

Договорились. Так правильно – пусть Вилли получит свой триумф, а мы миръ. Пора сокращать армию до штатов мирного времени, плодиться и размножаться. Нам нет нужды держать под ружьём миллионы, наши основные завоевания отходят под контроль доминионов: Греция – Европейской Турецкой Республике, Левант (без Финикии) и Ирак – Персии, а Ангола и Мозамбик – ЮАР. Аляска и Алеутские острова вошли в состав Империи добровольно, Наместник Дальнего Востока, граф Алексеев докладывает о полной лояльности местных.

Республика Калифорния способна защитить себя сама, как от внешних врагов, так и от внутренних, а остальные наши «трофеи» (Центральную Америку, Карибские острова, Филиппинский архипелаг и Гоа) будут принуждать к порядку испанцы.

В общем, нам вполне хватит полумиллионной армии мирного времени – сто тысяч Гвардии (силы быстрого реагирования), сто тысяч специалистов по сложному вооружению (лётчики, артиллеристы и танкисты) и триста тысяч активного резерва казаков-десантников. Ближе ко Второй Великой войне, лет через пять-семь, снова начнём призывать срочников, а пока пусть работают и плодят детей.

Седьмого сентября (двадцать пятого августа) 1909 года из Сан-Паулу-ди-Луанда вышел конвой в Джексонвилл. Шестьдесят тысяч негров-наёмников представляли собой уже очень грозную силу. Правительство доминиона ЮАР расплатилось с ЧВК Гриппенберга за Анголу, причём, с хорошей премией, так что денег хватило и на сорок транспортов (дёшевы они сейчас, как никогда, никто не покупает), и на оружие с боеприпасами и даже на золотовалютный резерв будущей казачьей Республики во Флориде, Алабаме, Луизиане и Миссисипи. Верность они нам точно не сохранят, закружилась уже голова от успехов, но так даже лучше. Их верность и нас бы многим обязала, а так, заработали – получите, распишитесь, а дальше – сами с усами. Воюйте себе хоть Техас, хоть Джорджию, нас любой вариант устраивает. В любом случае – это нам только на пользу.

Семнадцатого (четвёртого) сентября флот Антанты ушёл из Средиземного моря. Всё их базы каждый день атаковались авиацией, а захватить небо было нечем. Разработки собственных монопланов велись и в Британии, и в САСШ, но они уже опоздали к этой войне. Теперь нужно хоть что-то сохранить для реванша, других реальных задач не осталось. Вражеский флот уходил, увозя войска их Египта, Сицилии, Мальты и Гибралтара. Они ещё пригодятся в обороне Метрополии. Эпоха Пакс-Британики закончилась. Сражаться им теперь предстояло не за мировое господство, а за собственное выживание.

Девятнадцатого (шестого) сентября 1909 года, Черноморский флот вошёл в гавань Ла-Валетты. Мальтийское наследство Павла Первого вернулось в родную гавань. Двадцать седьмого (четырнадцатого) русский гарнизон прибыл в Гибралтар. Всё. Больше нам ничего от этой войны не нужно. Осталось только ограбить и разрушить Лондон и заключить мир на его руинах. Мир лет на десять, нам этого хватит, мы уже готовимся ко Второй мировой. Давно готовимся.

Двадцать девятого (шестнадцатого) сентября, в Лиссабоне началась погрузка экспедиционной испанской армии под командованием Генерального штаба генерал-лейтенанта Лавра Георгиевича Корнилова, которой предстояло изгнать янки из Центральной Америки, с Кубы и Пуэрто-Рико, а британцев с Ямайки и Барбадоса. Можно было и не тратить на это силы, сами уйдут, никуда не денутся, но испанцам тоже нужно почувствовать себя победителями. Почувствовать гордость. Снова осознать себя Великой Империей. Великой, с династией Романовых-Царьградских на престоле в Мадриде.

Глава 17

К началу октября 1909 года Британия оказалась в полной морской блокаде. В Метрополии Империи, над которой никогда не заходит солнце, ввели в обиход продовольственные карточки, а топливо вовсе исчезло. Нечем стало заправлять не только автомобили, но и сельскохозяйственную и строительную технику. Да и рыболовные суда большей частью уже успели перейти на экономичные и неприхотливые дизельные двигатели, так что ситуация с каждым днём развивалась от плохого к худшему. Значительно сократились пайки в армии и во флоте, но, уже стало очевидно, что и такая экономия не поможет пережить зиму.

На мирные переговоры Союз Трёх Императоров не шёл, требуя безоговорочной капитуляции, так что выхода у британцев не осталось – только попытаться прорвать блокаду. Любой ценой уничтожить оперативные базы крейсеров – Русского Императорского Флота в Исландии и Флота Открытого Моря на Фарерах, нависающие над путями сообщения с САСШ. Любой ценой! Даже ценой потери всего флота, всё равно кормить моряков скоро станет нечем. Шансов мало, но вдруг. Когда-то Великую армаду помог победить шторм, только на что-то подобное и оставалась теперь надежда – помоги нам Боже.

Собирать флот в устье Темзы британцам не препятствовали. Решающей битвы на море желали обе стороны (кроме французов и итальянцев, но кто бы их спросил). На кораблях «союзников» (теперь уже в кавычках) разместили «наблюдателей», с правом отстранять, в случае нелояльности, от командования капитанов (любыми методами), и абордажные команды британской морской пехоты им в помощь.

Ко второй битве на Доггер-банке «Гогенцоллерн» так и не успел, но на исход сражения это никак не повлияло, разве что немного расстроило Кайзера Вильгельма Второго. Совсем немного, как ребёнка, который не успел похвастаться друзьям новой игрушкой.

Спасительного шторма, или, тому подобных, Божественных вмешательств не случилось, всё решилось по-честному, победили «большие батальоны» с более совершенным оружием, и мотивированные Священной яростью защитников Родины от агрессии подлых захватчиков.

Разгром получился эпическим. Уйти удалось только шести бронепалубным крейсерам и одиннадцати эсминцам, флаги спустили восемь французов, пять американцев и три итальянца, остальные линейные силы Антанты ушли на дно, британцы в полном составе.

«Врагу не сдаётся наш гордый Гранд-Флит, пощады никто не желает». В добрый путь!

Шестнадцатого (третьего) октября 1909 года флот Союза Трёх Императоров подошёл к границе минного поля в устье Темзы, тральщики начали расчищать проход, а бомбардировщики с авианосцев работать по мостам в Лондоне, Гринвиче и Вулидже. Двор короля Великобритании и Ирландии, Императора Индии Георга Пятого (кузена Николая и Вильгельма) перебрался в Бирмингем.

Двадцать девятого (шестнадцатого) октября в Брайтоне начал высаживаться русский Гвардейский Царьградский корпус, в Дувре японский корпус Князя Либавы, а в Ипсуиче два корпуса германской Первой армии Наследного Принца Пруссии и короля Польши Вильгельма-младшего, который командовал всеми силами десанта Союза Трёх Императоров.

Второго ноября (двадцатого октября) пал Марсель, Франция исчезла с карты Европы. Французскими (из значимых территорий) ещё оставались Алжир, Тунис и Западная Африка до Конго, Гайана и Карибские острова (Гваделупа, Мартиника, Доменика и Сент-Люсия) в Америке и Мадагаскар в Индийском океане. Плюс полсотни небольших островов и архипелагов по всему миру. Много. По площади много, а по промышленному и мобилизационному потенциалу уже меньше Швеции.

Даже если сейчас оставить французов в покое, через два поколения они растворятся в местном населении. Или их просто вырежут, что намного вероятнее. Об Императоре Петене, со времени эвакуации в Африку, ничего не было слышно, так что, возможно, до Алжира его не довезли. Не было у нас на западе Северной Африки надёжных источников информации, на что Николай попенял и начальнику ГРУ ГШ, князю Зубову и председателю ПГУ ИСБ, генерал-майору Джугашвили. Так-то им задач не ставилось, но могли бы и сами догадаться. Что с того, что Северная Африка отходит Рейху? А если и Рейх с ума сойдёт? Французы тоже когда-то были нашими союзниками.

В Мадрид, на коронацию Александра Михайловича Романова-Царьградского, приехали пять Императоров: Кайзер Второго Рейха Вильгельм Гогенцоллерн; русский, Николай Александрович Романов; китайский, Михаил Александрович Романов; таиландский, Рама Пятый и вьетнамский Тхань-Тхай; король Швеции; президенты Бразилии, Аргентины, Чили, Колумбии, Уругвая и Калифорнии; Наследный Принц Ёсихито и премьер-министр Японии, маркиз Ито Хиробуми; вдовствующая Императрица Мария Фёдоровна Романова; Ольга Александровна Гогенцоллерн-Романова и около сотни персон королевских династий без суверенной власти (вроде Глюксбургов, Виттельсбахов, Габсбургов, Обреновичей и Карагеоргиевичей). И, конечно, Папа Пий Десятый, с внушительной свитой. Или не свитой? Как там у мракобесов это называется?

Маман сияла, как натёртый о войлок пятак, отражающий солнце в июльский полдень. Пристроила любимую доченьку на Императорский престол, понять её чувства в этот момент можно. В известной нам истории, только Александр Великий создал столько-же Империй, но правили ими не его дети, а его полководцы, Псы Войны, тьфу на них, зверюг кровожадных. То ли дело Мишенька, Ксюшечка и Олечка и их чудесные детки, которые обожают любимую бабушку. Героическую и без пяти минут Святую.

– Твой отец это тоже предсказал? – на балконе, где перекуривал Николай, Маман появилась, как всегда, стремительно, одним, чуть обозначенным кивком, отослав охрану из зоны слышимости. Мария Святая, Мария Великая, Мария Гневная. Самолёт во плоти, причём реактивный.

– Ваше появление на этом балконе – нет, – улыбнулся матери Николай и выбросил недокуренную папиросу, – вы слишком непредсказуемы даже для Него. Чем могу быть полезен, Маман?

– Прими мою искреннюю благодарность, Грозный Царь.

– Принимаю, – с серьёзным выражением лица кивнул Николай и прикурил снова, – и это, право, очень приятно. Надеюсь, вы не откажетесь послужить мне ещё? Только награждать мне вас больше нечем.

– Брось, Ники. Как будто мне этих дурацких висюлек мало. Их уже давно все за раз не надеть. К «Георгию» первой степени меня представит кавалерственная дума, за первый полёт на Южный полюс, а остальные значки стоят дешевле моих золотых бипланчиков. Хочу тебя попросить. Александра моя сестра, а Георг племянник. Не они начали эту войну.

– Просите. – кивнул Великий Хан.

– Я уже попросила.

– Чего? Отменить разрушение Лондона я не могу, это решение принято на совете Трёх Императоров, но ваша сестра, насколько я знаю, в Глазго, и ей ничего не угрожает. Король Георг Пятый в Бирмингеме, его тоже пока не бомбят. Обещаю поспособствовать их побегу в Канаду, или даже Австралию, если до этого дойдёт.

– А дойдёт?

– Это уже от них зависит гораздо больше, чем от меня, Маман. Лондон будет разрушен, а его руины засыпаны солью, в Рейхе её уже выпаривают. Это я отменить не могу, а вот насчёт смягчения условий капитуляции могу похлопотать.

– Обязательна капитуляция?

– Британия атаковала без объявления войны. Как какое-то злобное туземное африканское племя. За такое обязательно нужно наказывать.

– Ники, Эдуард уже умер, лорд Гладстон тоже, Георг ведь здесь не причём. Он ведь твой родной кузен!

– Так я ведь его ни в чём и не виню. Я – ни в чём, но он теперь в ответе перед Вилли. «Мы в ответе за тех, кому наследовали», – усмехнулся Русский Император, – мне с этим очень повезло. Но не всем ведь достаются Святые родители – это очень большая редкость. Я бы даже сказал – уникальный феномен. Вон, гляньте, Маман, как Ксения шествует, это даже не Императрица, а натурально Богиня. Афина, или Венера. Кто там из них главнее?

– Вот что ты за человек, Ники?

– Что уж у вас родилось, то и родилось, – картинно развёл руками Николай, – передайте сестре, пусть, на всякий случай, собирает своё барахло в сундуки и готовится грузить на пароходы в Канаду. На мир Вилли не пойдёт, а я не собираюсь портить с ним отношения из-за кузена Георга и вашей сестры. Но если Британия капитулирует, обещаю посодействовать в смягчении условий. Нам не нужен этот Проклятый остров, не нужна Индия, не нужны Канада, Австралия и Новая Зеландия. Сегодня не нужны. Это условия на сегодня, в случае затягивания войны, они обязательно поменяются к худшему. Всех благ любимой тётушке и мои ей самые нежные поцелуи ручек.

После восшествия Сандро на престол Испанской Империи, Регентом несовершеннолетнего наследника-Цесаревича Святослава Николаевича был назначен действительный тайный советник первого класса Пётр Николаевич Дурново, он же возглавил и Государственный совет, который в России занимался законотворческой деятельностью, и являлся нашим аналогом английской Палаты лордов. Дурново стал графом, кавалером ордена «Андрея Первозванного» и вторым лицом в Имперской иерархии.

По заслугам и честь. Победа над революционерами в России одержана именно Имперской Службой Безопасности под его руководством. Не возникла в империи революционная ситуация, сопровождаемая массовым террором, а значит и предотвращённую опасность оценить было некому, кроме самого Николая, вот он и оценил.

Да и с торговцами «опиумом для народа», в должности Обер-прокурора Святейшего Правительственного Синода, Дурново управлялся очень ловко. Теперь наши «мракобесы» не конкурируют и конфликтуют, а поддерживают друг друга, особенно в Китае, Корее и Юго-Восточной Азии, куда очень активно лезет Ватикан. В общем осознали они себя прежде всего русскими, а уже потом – православными, староверами, мусульманами и иудеями. Сделано хорошо! Лучше, наверное, и невозможно.

Петру Николаевичу скоро шестьдесят восемь, и темпа он уже не выдерживает, пора давать дорогу молодым, а самому входить в историю. Регент Святославу вряд ли понадобится, до его совершеннолетия осталось три года, а помирать Николай не собирался, так что должность эта для графа Дурново – чистейшая синекура, благодарность за беспорочную службу.

Председателем ИСБ Николай назначил сына сапожника, Иосифа Виссарионовича Джугашвили, с присвоением ему чина генерал-лейтенанта, а Обер-прокурором Святейшего Синода – сибирского мужика, ныне действительного статского советника, Григория Ефимовича Распутина, очень толкового чиновника, нашего смотрящего за Ватиканом.

На должность командующего Гвардией Сандро рекомендовал Павла Александровича Романова, князя Императорской крови, младшего сына Александра Второго Освободителя. Николай согласился, хотя сначала планировал доверить Гвардию князю Кондратенко-Брюссельскому. Новая элита – это очень хорошо, правильно и полезно для Империи, но, если не ценить заслуженных представителей элиты старой, и у новой зародятся сомнения, что их заслуги будут оценены по достоинству. А Павел заслужил, это несомненно. Боевой генерал, с «Георгием» третьей степени и золотым оружием за личную храбрость, получил свои награды, командуя кавалерией, а не неуязвимыми бронированными монстрами, что гвардейцами ценилось гораздо выше. Да и происхождение для них значило очень много, всё-таки Павел – сын Императора.

Седьмого декабря (двадцать четвёртого ноября) 1909 года состоялось последнее крупное сражение Первой Великой войны – битва при Лутоне. Для разблокирования окружённого Лондона, британцы собрали почти семисоттысячную армию, но ничем, кроме многочисленности, она удивить не смогла. Очень много «мяса», вдвое больше, чем экспедиционных войск Союза Трёх Императоров, но «мясо» есть «мясо», пусть даже отчаянно храброе. Против ветеранов, бравших на штык Париж, Брюссель, Амстердам и Лиссабон, шансов у них не было никаких.

Аналог фольксштурма мая сорок пятого из другой истории, многие с охотничьими ружьями и понятие не имеющие, что такое современная война. Всё, что они могли – это храбро умирать за своего короля, почти не напрягая при этом противника и удивляя только своей фанатичностью. Им бы толковых командиров и полгодика на подготовку – отличная бы получилась пехота, но времени британцам никто давать не собирался.

Восьмого декабря 1909 года по городу Лондону начала работать артиллерия – стапятидесятимиллиметровые гаубицы и реактивные миномёты. По квадратам городских окраин, центр пока берегли, его предстояло сначала пограбить, а потом уже разрушать. Двенадцатого декабря Гвардейская Архангелогородская бригада специального назначения взяла под контроль Букингемский дворец, Вестминстерское аббатство, здание Парламента, Тауэр, Британский музей и Лондонскую Национальную галерею. Пятнадцатого Гвардия заняла Оксфорд, семнадцатого Кембридж. Больше нам от Британии ничего не было нужно, а кроме нас музейные экспонаты никого не интересовали, Вилли бы их попросту сжёг. Германцы занимались демонтажом и вывозом промышленного оборудования с верфей и заводов. Сбором металлолома, да. Иначе, чем металлоломом, это старьё назвать уже трудно. Но все довольны – и ладно.

Двадцать четвёртого (одиннадцатого) декабря в состав Флота Открытого Моря приняли мегалинкор «Гогенцоллерн» с восемнадцатидюймовой артиллерией главного калибра. Такие снаряды даже чемоданами уже не назовёшь, натуральные сундуки и стоят они почти как автомобили. Нам такое точно не нужно, как бы моряки не вожделели.

Кайзер Вильгельм Второй поднял свой флаг на новом флагмане и лично возглавил флотскую операцию «Принуждение к миру». Двадцать два линкора и три авианосца, под его командой, отправились к восточному побережью САСШ.

Одновременно с этим, на север к Сиэтлу и Ванкуверу отправился флот Республики Калифорния (наши Сингапурские трофеи, включая суперлинкор «Иллинойс», теперь «Индепенденс»), во главе с контр-адмиралом Робертом Николаевичем Виреном. Оставлять Британии и САСШ порты в Тихом океане в наши планы не входило, а значит, и в планы Калифорнии тоже. Флот стоил немало, но монополия на азиатскую торговлю во всей Северной Америке эти деньги вернёт с лихвой и довольно быстро.

С востока на Калифорнию давить перестали, САСШ отвлеклись на вторжение наших негров во Флориду и испанцев на Кубу, да ещё и на южной границе у них творился натуральный ад – банды мексиканцев закупились «Джихад-мобилями», оружием и боеприпасами и теперь выжигали пограничные районы Техаса и Нью-Мексико. В общем, снять с фронта шесть бригад, для завоевания почти беззащитных Портленда, Сиэтла и Ванкувера, калифорнийцам удалось.

Кстати, про наших негров. С их прибытием полыхнули не только четыре юго-восточных штата, массовые беспорядки начались на всей территории САСШ, в том числе и Вашингтоне с Нью-Йорком. После серии погромов и грабежей, чёрных начали просто отстреливать, не разбираясь, всех подряд, что вызвало ответную реакцию на юге.

Классика – «На белый террор, мы ответим красным террором». В данном случае чёрным, но это ещё беспощаднее. Классовая ненависть возвелась в степень ненавистью расовой. Во Флориде, Алабаме, Миссисипи и Луизиане если и остались живые белые, то только заложники на обмен. Впрочем, чёрных янки даже на обмен не оставляли, так что друг друга они стоили.

А тем временем, в Москве, тринадцатого января 1910 года (тридцать первого декабря 1909 по Юлианскому календарю) торжественно открыли кольцевую (Садовую) линию метро – восемнадцать станций, отделанных как дворцы. И именно это, похоже, стало той самой соломинкой, которая сломила спину верблюда. Восемнадцатого (пятого) января капитулировала Британия.

Глава 18

Не успели разрушить Лондон. Ничего, никуда он от нас не денется, не спрячется, не убежит, разрушим во втором акте. Двадцать второго (девятого) января 1910 года в оккупированный столицу вернулся (не заложником, но гарантом прекращения огня) король Великобритании и Ирландии, Император Индии Георг Пятый с малым Двором и правительством. Двадцать пятого в здании британского Парламента начались сессии обсуждений условий капитуляции.

Неспешные обсуждения, торопиться нам теперь некуда. Россия уже получила всё, что хотела, уже разблокирован от утопленников Суэцкий канал и полным ходом идёт демобилизация. Осталось утрясти финансовые компенсации, но это не горит, подождём капитуляции САСШ, чтоб «два раза не вставать», как говорится. Ждать осталось недолго.

Вилли на «Гогенцоллерне» уже кошмарит Нью-Йорк, на это его флотоводческого таланта хватает с избытком. Пусть развлекается, заслужил, не лез морякам под руку, когда это было критично, а теперь он там даже на пользу. Сами моряки вряд ли бы стали бомбить Бруклинский мост, или Нью-Йорк-Уорлд-билдинг, не озверели они ещё до такой степени, а для Кайзера это что-то вроде игры в Судный день. Игры во Всемогущего. Карающего, покусившихся на его Величие, ничтожеств. Его совесть мучить не будет, это точно, вот и пусть принимает все грехи на себя, а ненависть англосаксов на Рейх.

Испанцы на Кубе и в центральной Америке встретили полную поддержку местного населения. Император Алехандро Первый Романов-Царьградский был чрезвычайно популярен. С подачи Папы Пия Десятого, католики считали его спасителем Ватикана и всей Римской Апостольской церкви от злобной ярости северных варваров тевтонов, новых гунов, сокрушивших Европу. Нет, сам Папа вслух ничего такого не говорил, разумеется, вся власть от Бога, но подавать информацию в нужном ключе можно ведь и не лично, и не открытым текстом, возможностей у него для этого хватает. Рано Вилли списал религию, она себя ещё проявит.

Сразу после коронации, Сандро выпустил манифест об уравнивании в правах всех подданных Империи и действии одних и тех же законов на всех территориях. Теперь это всё Испания – и Португалия, и Окситания, и Центральная Америка с Карибскими островами, и даже Филиппины с Гоа. Нет больше колоний, есть единая Испанская Империя, могучая и победоносная.

Калифорнийцы тоже не встретили сопротивления при аннексии западного побережья Северной Америки. И янки в Портленде и Сиэтле, и канадцы в Ванкувере уже отлично понимали, что Великая война закончится победой Союза Трёх Императоров и к ним примкнувших, а побеждённых ждёт горе и выплаты контрибуций с репарациями, кратный рост налогов и всеобщее обнищание, вот и стремились войти в состав побеждающей Калифорнии. Американцы очень практичны.

«Вовремя предать – значит предвидеть».

Ничего личного – только бизнес. В Калифорнию потоком идут инвестиции, для Калифорнии открыты рынки России, Японии, Испании, Китая, Таиланда и Вьетнама (ещё Германии, но это уже где-то очень далеко). Когда закончится война, не обойдутся без Тихоокеанской торговли, а значит Калифорнии, и остальные Североамериканские штаты. Такие рынки сбыта игнорировать невозможно, а значит на западном побережье будут создавать производства. Деньги не признают границ, они найдут возможность перетечь туда, где выгоднее оборачиваться.

Пятого февраля (двадцать четвёртого января) 1910 года был основан первый населённый пункт в Антарктиде – посёлок Николаев-Южный, на берегу моря Уэдделла, на долготе Рио-де-Жанейро. Тяжёлый ледокол «Граф Менделеев» и два транспорта ледового класса «Беринг» и «Дежнёв» доставили на Южный континент сто четырнадцать первых колонистов, во главе с генерал-лейтенантом Изюмовым – пятьдесят семь семейных пар (Савелий Николаевич, теперь Вице-Император Антарктиды, и свою жену прихватил).

Дома для Николаева-Южного привезли в разобранном виде, их построили и просушили заранее (из кедра и лиственницы), так что посёлок, с помощью моряков, построили всего за три недели, из которых две потратили на забивку свай. Тридцать девять зданий – Штаб-Адмиралтейство-узел связи; клуб, с синема и биллиардной; школа-библиотека; кухня-столовая; продовольственный склад; мастерские; склад техники и запасных частей; сруб-ангар для двух самолётов; две (основная и резервная) дизельные электростанции; «Дворец» Вице-Императора и двадцать восемь дуплексов с общим санузлом. Все строения с двойными стенами, потолками и полами из брёвен и заполнением полостей шерстью, четырёхскатными крышами и электрическим отоплением. Если электростанции не сожгут, то точно не замёрзнут.

Собак в Антарктиду не повезли, Южный полюс планировалось покорить с помощью техники, поэтому, большей частью среди первых колонистов были инженеры и механики, которым предстояло тестировать эту технику в экстремальных условиях и вносить предложения по её совершенствованию. Кроме технарей, собрали учёных – метеоролога, океанолога, биолога и географа (все молодые, только что женившиеся и пока бездетные, средний возраст первых жителей Антарктиды составлял двадцать четыре года, с учётом уже довольно пожилого руководства).

Дорогущая затея, но опыт освоения высоких широт дороже. Пока неизвестно, зачем пригодится Антарктида потомкам, но она точно пригодится, технологии развиваются стремительно, и уже довольно скоро низкие температуры препятствием для освоения быть перестанут, а мы для них целый континент сейчас застолбим, пока он никому неинтересен. Да и Изюмов идеей увлёкся, слава тебе, Господи.

– Ваше Императорское Величество.

Председатель Комитета министров и Госплана выглядел так, будто хотел попросить о чём-то неприличном. С такими заходами интеллигенты занимают по утрам на опохмел у соседей пролетариев. Странно. Ничего такого о нём не докладывали.

– Полно вам величаться, Пётр Аркадьевич. Что стряслось?

Столыпин молча раскрыл папку, достал и протянул газету. «Русский патриот». Гучковский листок, приличные люди такого не читают. То есть читают, конечно, но признаться в таком… «Видать достало». Николай подошёл к селектору и нажал кнопку.

– Здесь Великий Хан. Там председатель ИСБ не сбежал ещё?

– Здесь седьмой. Спускается по лестнице.

– Сообщите ему – ноль три.

– Принял, Великий Хан.

Николай вернулся к письменному столу и показательно брезгливо развернул газетёнку. «Ага, галочкой помечено. Передовица. Тупой наезд, вместо аргументов – лозунги и декларации, но именно такие подачи «пипл хавает». И аккуратно подано. В рамках. Умелый вырос тролль. Видать, врождённое у него это. И чего козлу не хватает?»

Председатель ИСБ входил в кабинет Великого Хана, а именно такая табличка висела на дверях, без доклада. Николай молча протянул ему газету. Генерал-лейтенант Джугашвили только скользнул глазами. Читал уже.

– Здесь не к чему придраться. Даже извинений не за что требовать.

– Уверен?

– У меня юридический с отличием, государь. Несчастный случай тоже будет выглядеть подозрительно.

– Отлично. Вот скажи мне, юрист (не ставшего Сталиным Иосифа Николай звал на ты, всё-таки тот начинал у него службу ещё с пажей), почему это всякая сволочь называет себя «русским», не спрашивая у меня разрешения? Готовь проект закона и подавай графу Дурново на срочное рассмотрение. Я решаю – кто здесь русский. Гучкова обязать переименовать эту газетёнку в «Патриот Гучков», а «Русский патриот» пусть издаётся совместно Военным министерством и министерством Военного-Флота, пусть соберут авторитетную редколлегию. Заметку с напутствием в первый номер я им напишу. Несчастный случай не нужен, мы сделаем его намного несчастней. Люди будут над ним смеяться, а для него нет ничего хуже – это его персональный ад. Работайте спокойно, Пётр Аркадьевич, мне проект вашего пятилетнего плана очень понравился.

Не бывает такого, чтобы нечего было критиковать, а конструктивная критика очень полезна, тем более пятилетних планов, хорошие, полезные идеи высказываются часто. Нельзя лишать людей возможности слышать иные мнения, распространение информации контролировать уже невозможно «свинья всегда грязь найдёт», даже в отсутствии интернета. Троллей-популистов будет ещё много, вот и начнём методику противостояния разрабатывать. Гению несостоявшегося товарища Сталина, здесь председателя ИСБ и, по совместительству – «капо ди тутти капи», Гучковоподобным противопоставить нечего.

Неожиданная проблема возникла в армии. Добровольцев на демобилизацию вызвалось гораздо меньше, чем планировалось к сокращению. Можно было демобилизовать их и недобровольно, но это как-то несправедливо по отношению к героям-победителям. Куда им идти, призванным в восемнадцать лет в Трудовую армию, повоевавшим и рассчитывающим сделать военную карьеру? В таксисты и трактористы? Так ведь и в них особой нужды теперь нет. Да и грех разбрасываться таким потенциалом.

Первая Великая заканчивается, но не заканчиваются войны вообще. Бразилия точит зубы на Колумбию и Уругвай, Аргентина на Чили и наоборот, Парагвай на Боливию и так далее. А ведь Латинская Америка прилично нажилась на поставках в этой войне, денежки у них сейчас есть, уже прицениваются не только к бронетехнике и самолётам, но и к линкорам с авианосцами. Нет, идея частной военной компании себя ещё не изжила. Мало того, рынок вырос, теперь, на него, и полмиллиона пристроить можно. Только компанию в Швеции перерегистрировать и вперёд.

Второе Военное министерство на самоокупаемости, а по боеспособности равных ему не будет, в мирное время такую боеспособность поддерживать невозможно никакими учениями. И министр для этого есть – Генерального штаба генерал-лейтенант Ворожцов. Именно он когда-то сменит Гриппенберга в нашем министерстве, а пока пусть ещё потренируется.

Если уж мы считаем, что весь мир наш, то какая разница – где служить, и где воевать. Лишь бы выслуга шла, чины и ордена. Калифорния на контракт пойдёт с удовольствием, не сильно там народ служить рвётся – там будем отдыхать. Шесть смен – три рабочие, две бодрствующие, одна отдыхающая в Калифорнии. Миллион можно пристроить запросто.

Тем же британцам в Индии такие услуги могут оказаться интересными. Да и американцам в Мексике, почему бы и нет? Нам тамошние урки нисколько не товарищи. Все они там наркодилеры, рэкетиры и просто обычные убийцы. Убийством там «повязывают» в подростковом возрасте, и это – Система. А мир то ведь это наш, мы именно в этой парадигме действуем. Это всем остальным плевать, они об этом даже и не задумываются, а нам пора начинать его лечить, пока всякая дрянь метастазы не пустила. Мексиканские беспредельщики, от Нашего светлого будущего, даже дальше, чем, признавшие себя потомками обезьян, служители Мамоны.

О цене договоримся, бизнес мы понимаем, ничего личного. Сыграем всё красиво – пышным цветом зацветёт коррупция в недоразвитой России. Джентльменам не составит труда найти нужные каналы. Они будут. Купите нас. Договоримся, сторгуемся. Мы здесь армия, лапотная пехота, а вы спокойно работайте, стройте сто линкоров и авианосцев. Как говорил кто-то умный – «Большие корабли имеют свойство заслонять горизонт», так что всё вполне реально.

В Лондоне работают Дубасов-Босфорский и Извольский, хорошо работают, денег они с антантовских недобитков стрясут гораздо больше, чем он сам (чисто в силу примитивной природной жадности, постыдной для Великого Хана), поэтому Николай решил прокатиться по, уже ставшему традиционным, маршруту на восток. В Орду, в Орду, в Истокам!

Новая ветка Великого Сибирского пути, через Симбирск. Симпатичный городок, на Зальцбург похож, только река пошире и крыши поострее, снегопады здесь случаются обильнее. Ниже Самары по Волге заповедная зона, поэтому промышленности почти нет, зато здесь главный торговый хаб Рейха. Симбирск – город немецкий. Больше того, это один из самых популярных у немцев туристический город. Рыбачить на удочку, на лодке без мотора не запрещается никому, а ведь поклёвки здесь случаются сказочные. Один баварец три дня за белугой на крючке, в своей лодке катался. Семьсот килограмм осетрины, сорок икры и золотой червонец Александра Третьего в желудке. Баварец не бедный, приезжал не ради заработка, но тем приятнее и сильнее резонанс. Симбирск, в узких кругах, теперь город легендарный.

Заповедной была объявлена не только Волга, но и Урал (Яик), южнее Магнитогорска, и Сырдарья с Амударьёй на всём протяжении. Сейчас, восточный берег Каспия – вполне пригодная для выпаса тех же овец и лошадей степь, а Арал – море с рыбой, в том числе и осетровой, а в случае разбора стока, получится солёная пустыня. Соль, из высохшего Арала, разнесёт на сотни километров.

Добавить бы сюда воды, но где-ж её взять? По всему выходит, что канал между Каспием и Персидским заливом даже дешевле, чем поворот на юг Иртыша. Дешевле, примерно, как полёт на Венеру дешевле, чем полёт на Марс. И то, и другое нам пока недоступно. Только заповедники. Нам не нужен хлопок Средней Азии, у нас его из Таиланда и Вьетнама хватает, там с водой проблем нет. И стоит заметить, что наши азиаты без хлопковых плантаций нисколько не страдают. Пока ни один из них не изъявил желания заниматься ирригацией, мелиорацией и прочей пахотой в битве за урожай. Им и так неплохо живётся. На огороды и в сады натаскают и вёдрами, на прокорм хватит, а бизнес – это шерсть. Когда-то Британия поднялась именно на шерсти, а ведь для производства шерсти не нужно строить никаких плотин и каналов – она сама растёт, да ещё и мясо нагуливает. Подешевле хлопка, но и хлопот с ней намного меньше.

Вторая остановка – Суворов (в той истории Уфа). Один из центров нефтепереработки и нефтегазохимии. Небольшой город с правильной квадратно-квартальной планировкой и огромным (для такого количества жителей) числом автомобилей премиум и люкс-класса на улицах. Немецкий квартал, два японских и один тайский. Пластик теперь нужен всем, а реализуют его именно здесь. Как в виде гранул, так и в виде готовых деталей любого уровня сложности штамповки, цвета и прочности (в заданных, разумеется, границах, никто от пластика характеристик титана не ждёт, пластик – для красоты).

В Челябинске монтировали Эйфелеву башню. Даже в феврале работа шла. Кроме того, здесь проходил эксперимент. Рабочих наделяли участками вокруг города. В советское время такие называли дачными, но это скорее с понтом, по сути, они садово-огородные. На дачи ездят отдыхать, а не картошку с морковкой пропалывать. И свёклой. И огурцами с помидорами. Петрушкой и укропом. Подумать только, за три года, губерния снизила закупку продовольствия почти вполовину. А продажи увеличила на треть, ага. В Челябинске первом начали строить «Эрмитажик», как называл их Николай.

Всё, награбленное в Италии, Бельгии, Голландии, Франции, Португалии и Англии, культурное достояние человечества, в имеющиеся экспозиции не поместилось даже на потолки, поэтому выделили средства на постройку «Эрмитажиков» – той же архитектуры, того-же цвета, только поменьше. Казна выделяла треть бюджета строительства и экспонаты. Челябинск две трети собрал первым, теперь здесь повиснет «Джаконда» и встанут «Венера-Милосская» и «Божья матерь». И Эйфелева башня на площади, конечно. Спасибо тебе за бронетехнику, Челябинск.

Снова хоккейный матч. Классика мирового хоккея – Трактор – Металлург. Очень приличная игра, кстати. Уровень, как бы, ни годов конца шестидесятых – начала семидесятых. В хоккее Николай разбирался неплохо. Он вообще спорт любил. Спорт – как соревнование, а не как бизнес. Как-то эти плоскости нужно совместить…

Глава 19

В Новоалександровске встретились с графом Менделеевым. Дмитрий Иванович, с короткой стрижкой и месячной небритостью вместо бороды, выглядел как Шон Коннери в поздних фильмах. С виду помолодел лет на десять – минимум. Лицо загорелое и обветренное, в глазах блеск. Помирать он в ближайшее время точно не собирается.

Материалы, собранные на месте взрыва Тунгусского феномена (или второго пророчества), а какие-то осколки обнаружить удалось, сейчас изучались Институтом ядерной физики, пока одной из кафедр Новоалександровского Императорского университета. Настоящего Наукограда, в нём заняты (на жаловании у Императорской Академии наук) почти тридцать тысяч лучших специалистов – учёных, инженеров, технологов, механиков и так далее. Даже дворники здесь лучшие.

Плюс пятнадцать тысяч студентов и две тысячи преподавателей. Издают три самых авторитетных в мире научных журнала (на русском, разумеется, теперь это международный язык для учёных всего мира), два научно-популярных для молодёжи и десяток малотиражных местных, додумались даже до аналога самиздата. Молодцы, что тут ещё скажешь. Даже граф Витте с этим согласен.

Ужинали втроём, с графами Менделеевым и Теслой, прям как до войны, аж ностальгией окатило всех троих, алкоголя в этот вечер перебрали все втроём. Тесла от Менделеева, в ускорении прогресса, не отставал, компьютер – не компьютер, а продвинутый программируемый калькулятор, да ещё и с тетрисом, он уже создал и теперь занимается снижением энергопотребления. Актуально. Сейчас этот калькулятор потребляет энергии, примерно, как трамвай, значит для компьютера придётся строить собственную электростанцию. Впрочем, Тесла знал (хоть и от дилетанта) магистральный путь развития электроники и шёл в нужном направлении, не отвлекаясь на тупиковые ветки.

Единственное, что делало графа Николу Теслу не до конца счастливым, это то, что Николай ничему не удивлялся. Радовался, но не удивлялся. Да и радовался так, что читалось – ай, молодец, я от тебя и такого не ожидал. А ведь это эпохальные прорывы, это переход на совсем новый технологический, а, значит, и социальный уровень. Не всё просто с этими Романовыми, ой не всё…

Новоалександровский автомобильный завод готовился к переносу производства в Калифорнию. Уже второе почкование, в Барселоне потомок уже перерос родителя почти вдвое, по объёму производства. А в Калифорнию (скорее всего в Сиэтл) отправится более совершенное оборудование, чем в Барселону, и производится там будут модели подороже. Тихоокеанский регион будет богатеть гораздо быстрее Атлантического, в Тихоокеанском регионе нет проигравших в войне, одни победители, им и машины захочется не как у нищих неудачников британцев и янки.

Третье поколение оборудования для автомобильного завода изготавливается здесь же, в Новоалександровске, уже с элементами числового программного обеспечения для простейших станков. Здесь производят ширпотреб, поэтому полигон новых производственных технологий. Через год-два, новые станки поедут на военные заводы, с уже обученными специалистами. Обученными за свой счёт, в процессе производства ширпотреба.

Плановая экономика – она ведь не только в производстве, но и в управлении кадрами. Школы повышения квалификации теперь работают на всех крупных предприятиях, без этого производство очень быстро отстанет от конкурентов и разорится. Частично они субсидировались казной, через налоговые льготы, но не просто так.

Лучших рабочих поднимают наверх, в военпром и выше, аж до экспериментальных производств НИИ, где у фрезеровщика может быть жалование как у полковника. Буржуи-акционеры, конечно, этим не очень довольны, случаются конфликты и суды в их пользу, но система работает. Все права защищены, никакого крепостного права на рабочих не будет, ни через контракты, ни через кредиты. На Социальное развитие у нас целое министерство работает, а развитие ведь в справедливом балансе интересов, нельзя дать обнаглеть ни этим, ни тем.

«Оба хуже».

Планируемая к выпуску на новом оборудовании модель можно было назвать городским внедорожником. Некое подобие Тойоты RAV-4, лёгкий экономичный автомобильчик с отключаемым полным приводом. Не полноценный внедорожник, но через грязь переехать сможет. Ничего особенного, кроме цены, она ожидается на уровне премиальной барселонской модели (аналога ВАЗ-2103). Это при том, что у нас оплата труда почти в полтора разы выше.

В полтора раза выше, а рабочих всё равно не хватает. Народ сидит на своих, всё мельчающих, наделах, исключительно Божьей волей. Иначе этого уже не объяснить. Условному Ивану, из условной деревни Соплёвки, хочется быть не богаче, чем он сейчас есть, а богаче конкретного Макара, который с детства по жизни козёл. Классическая феодальная борьба охватила самые низы российского общества – люмпен-землевладельцев. И борьба эта, к счастью, пока велась детородными органами, Иванычи и Макарычи нарождались со скоростью крольчат. Божьей волей. Слава тебе, Господи!

Раньше молодёжь от этой дичи уходила в трудовую армию, часто добровольцами, а сейчас они не нужны ни настоящей армии, ни трудовой. Читать-писать, худо-бедно, все уже с детства умеют, социальный лифт работает, а всякое такое инфраструктурное дешевле строить китайцами и вьетнамцами. Они до работы лютые, а премии воспринимают реально как дар Богов, а не как то, что тебе должны, если трезвый приходил и косяка не упорол.

Хорошо бы их всех через срочную службу прогнать, заставить посмотреть по сторонам и даже в небо, но дорого, жутко дорого. Намного дороже финансирования строительства Никарагуанского канала. А может их в Китайскую армию призывать? И в Испанскую? Нужно подумать.

В Красноярске Николай даже не вышел из поезда, сказавшись больным, о чём губернатора Гучкова известили телеграммой. Пока меняли локомотив, Император принял троих – братьев Степановых и Карла Бенца. За ужином. Обсудили перспективы авиации и скорое поступление Наследника-Цесаревича в Красноярское училище военных лётчиков. Больным Николай, разумеется, не выглядел и по Красноярску поползли слухи, что немилость на город навлёк этот слишком шустрый и амбициозный губернатор. Были у Императора в свите местные и они успели пообщаться с близкими.

Гучковцы – влиятельный клан в Красноярске, но они далеко не Корлеоне, из романа Марио Пьюзо. Позиции того же министра Авиационной промышленности, тестя, командующего Гвардией, князя Императорской крови, Павла Александровича Романова, здесь намного сильней. Не нужно никаких манифестов, законов и даже указов, им хватит лёгкого намёка. Это общество очень тонко чувствует свои интересы.

При всей благодати, в Священном Правительственном Синоде борьба идёт нешуточная. Там обсуждается каждый государственный подряд. Никаких прав, чтобы вмешаться в экономику, Синод не имел, но мнение его учитывалось, даже при принятии пятилетних планов, а это мнение оглашает Обер-прокурор. Сочтёт его превосходительство Григорий Ефимович Распутин гучковские выходки виной всей фракции (общины), и не видать им казённых заказов, как своих ушей. Не быть Красноярску столицей Сибири и генерал-губернаторством.

Не с целью принизить заслуги блистательного графа Дурново, а только лишь с целью заметить, что дуэт Джугашвили-Распутин работает на его прошлом месте службы намного эффективнее. Пётр Николаевич и сам это охотно признаёт в узкой компании. И очень гордится этим.

«Я, по дремучести своей, эту корову за соски дёргал слишком резко, иногда даже отрывал полезные сиськи по неумению, себе в убыток, а эти нежно доить приноровились. Ласково».

Научились работать ласково. Вице-адмирала Рожественского вынудило подать в отставку офицерское собрание. Николай считал полным абсурдом свои попытки удержать господ офицеров и генералов вне политики, в прошлый раз. Политотделы в армии и на флоте, после продолжительных размышлений, Великий Хан признал излишним финансовым и кадровым обременением. Пока. Замполиты с пистолетами возле командиров появятся вместе с ядерным оружием, чтобы сдерживать особо буйных. Этому поколению военных не нужно петь «Вставай страна огромная». Они сами по себе Имперские замполиты.

Светлейший князь Дубасов-Босфорский теперь политик, а для флотских он уже даже не кумир, а идол. В МТК его, тогда свежеиспечённого контр-адмирала, без каких-либо заслуг и отличий, назначил ещё сам Святой Александр Третий. Сразу после изгнания с флота своего брата, Алексея Александровича. Могло ли такое произойти случайно? Может и могло, но моряки народ суеверный, и своими отношениями с Богиней Удачи очень дорожат, поэтому в случайность они не верили.

Рожественского подвёл пьяный язык. В общем, в отставку он вышел по собственному желанию, с пенсией и мундиром, но флотские офицеры объявили ему бойкот. С таким клеймом, путь в Государственный совет был заказан, как и вообще в приличное общество. Вице-адмирал Рожественский уехал в имение и быстро спивается.

Вот и Гучкова теперь ждёт такая же финальная сцена в трагикомедии «Неблагодарный козёл». Ему просто перестанут подавать руку. Сначала в Красноярске, и это будет повод посмеяться для очень многих. У нас теперь в Свете много «блогеров», которые этого тролля терпеть не могут.

В Иркутске, сразу по прибытию, получили новость о капитуляции Французской Империи, которую подписал комендант Алжира, генерал-майор Деканто, произведённый в генералы всего две недели назад, а начинавшего войну вторым лейтенантом. Никого, выше его чином в гарнизоне Алжира не нашлось.

Франция героически погибла, с оружием в руке, в битве с несметными полчищами орков-тевтонов и их злобной воинской магией. Французский язык перешёл в классификации Императорской Академии наук в разряд языков вымерших великих цивилизаций, к вавилонскому, древнеегипетскому, древнегреческому и латыни. Вымерших, но Великих, не успели впасть в полное ничтожество французы. Помним, скорбим, булками хрустим. Покойся с миром и считай, что тебе повезло.

Кайзер Вильгельм Второй расстрелял из «Гогенцоллерна» Статую Свободы. Из восемнадцатидюймовых пушек, в фокусе шести синекамер. Статуе показательно отстреливали – сначала голову, потом руку с факелом, грудь, лобковую кость, ноги и пьедестал. Шестнадцать минут и шестнадцать снарядов, которых в погребе у «Гогенцоллерна» три сотни. Бомбардировщики с «Москвы», «Иерусалима» и «Царьграда» работали уже по Вашингтону, в Нью-Йорке для них достойных целей не осталось. Не бомбить же городские кварталы, хотя, с Вилли станется и такое, если его как следует разозлят.

Иркутск. Одна из главных баз Русского Императорского Флота, о которой знают очень немногие моряки, даже адмиралы. Секретность мы соблюдать уже научились на должном уровне. Должном для Николая, для остальных такое пока было немыслимым, даже для германцев. Здесь служили только те, кто подписал формуляр с согласием на надзор ИСБ за перепиской. Разумеется, такие неудобства компенсировались повышенным жалованием и ускоренным производством в чинах.

На что похожи эти лодки? Наверное, больше всего на К-9, или, даже, Тип-21, времён Второй мировой из той истории, только с гораздо более совершенной электроникой, намного лучшей (бесшумной) двигательной установкой и серебряно-цинковыми аккумуляторными батареями.

Главным заданием для конструкторов были не скорость и вооружённость, а автономность и бесшумность. Не нужно пихать туда шесть торпедных аппаратов и семьдесят две торпеды. Эти лодки не для эскадренных боёв создаются. Пустил «рыбку» и прячься. Никаких боёв, только диверсии, а диверсанты с собой по шесть стволов не таскают.

Хватит двух «стволов» и двадцати четырёх «патронов», если их удастся доставить куда нужно и правильно применить, а оставшееся пространство разумнее потратить на улучшение условий обитания экипажа. Автономность шестьдесят суток – это неслабый вызов для психики подводников, пусть им будет где синема посмотреть, в шахматы поиграть и книжки почитать.

В следующей войне, главной нашей ударной силой станут подводные лодки, так что по возможности нужно улучшить условия службы, чтобы моряки с ума не сходили, ведь лодку может утопить любой псих на борту, такая уж там специфика.

Урга, столица Монгольского улуса Великой Орды. Столица Далай-Ламы, а, значит, всего буддизма. Русский город, тайцы здесь тоже русские подданные и отдельных кварталов не строят. Монголы городов не любят, раз в полгода приезжают на ярмарку – осенью, продать скот на мясо, а весной шерсть. С этого Урга и живёт. И неплохо живёт, стоит отметить. Много ли нужно городу с полусотней тысяч жителей? Железнодорожная станция, чтобы отправлять товар заказчикам и получать нужное кочевникам. У которых запросы постоянно растут, а с ними растут и обороты.

Поохотились на шакалов, на снегу это оказывается гораздо интереснее, обновили Великоханский бунчук хвостами забитых для пира лошадей. Кумыс, баранина и конина. Тяжеловато, но Великий Хан обязан соответствовать, после попостимся.

Сейчас Великое Ханство – не Россия. Они связаны династической унией, но де-юре – это разные государства. Великое Ханство, например, не участвовало в войне, и на это монголы своему Хану тактично попеняли. Лучшие воины в мире остались без славы и добычи. Надо бы нам своё казачье войско организовать, в России всё это толково устроено, нам нравится. Воинский дух нужно питать, чтобы не обратиться в трусливых пастухов, пусть и зажиточных. Хотим служить!

Ну, хотите, так хотите, собирайте Курултай и подавайте прошение в Государственный совет. Только близкой войны не ожидается, придётся за океан плыть. Тоже согласны. Ещё тысяч двести очень мотивированного персонала в фирму «Гриппенберга-Ворожцова». Очень-очень мотивированного, эти будут по брови накачаны заветами не посрамить. Эти сдохнут как один за своего Великого Хана, если возникнет такая необходимость. Такие солдаты нужны Империи. Нам не нужны миллионы портяночников, эпоха массовых армий закончилась вместе с этой войной, хоть вы пока этого ещё не заметили. В следующей войне нам не понадобятся тысячи танков, танками через океан не воюют, нам понадобится немногочисленная, но очень опытная армия диверсантов. Опытная именно на тех территориях, в Америке и Индии.

Монголы отлично знали (по-русски читать они давно умели), что во всём мире презрительно насмехались над Михаилом Романовым, за демонстративное и даже вызывающее принятие пайцзы Великого Хана перед коронацией – во время помазания на царство имперское в Исаакиевском соборе Санкт-Петербурга, на его мундире не было орденов, только серебряная бляха на толстой цепи. Бляха, со значком короны Российской Империи. То ли пайцза Великого Хана, то ли гривны Великого Князя.

В Урге не печатались британские газеты, но местные от жизни не отставали и материалы активно переводили и копипастили, так что всё монголы их (Антанту в избранном) читали и обсуждали. Михаил Романов уже вышвырнул британцев, американцев и французов из Азии, до самого Сингапура, где лично принимал парад Победы у двух Императоров древнейших азиатских держав – Таиланда и Вьетнама. Рама Пятый командовал этим парадом-триумфом, а Тхань-Тхай возглавлял парадную колонну. Смешно получилось, монголы посмеялись.

А потом пайцзу принял ещё один Романов, только теперь ещё и Царьградский. Триумфатор Стамбула, Иерусалима, Рима и Лиссабона. С ним, Испанская Империя уже отбила Филиппины и Кубу, Никарагуа и прочую Центральную Америку между Мексикой и Колумбией, явочным порядком заняла карибские владения Британии и Франции. Уже получается ещё смешнее, а ведь это ещё не финал.

В общем, монголы посчитали стыдным от такого уклоняться. Сами решили. И отправят служить лучших, теперь по-другому невозможно. Отправят свою элиту становиться русскими. Кавалерами православных «Крестов», благородиями и превосходительствами.

Они просят об этом. Просят право продолжать быть воинами. Просят принять их в русские. Это уже достижение цивилизационного порядка. А воинами монголы быть достойны, это вне сомнений.

Глава 20

Рынок военных услуг придётся немного стимулировать. Нужно приказать казакам оставить в Индии оружие и боеприпасы. То, что у них от казны, своё то не оставят, конечно.

Приказ о прекращении огня, застал казаков на линии Хайдарабад – Ахмедабад из Карачи, а из Бомбея – от Биджапура, до соединения фронта в Ахмедабаде. Огромная территория западной Индии погружается в революционную анархию. Казаки не дураки, местных голодранцев не обижали, а наоборот – платили им за полезные сведения. Покажешь, где живёт местный пособник британцев – ещё и премия будет. Все они как минимум пособники, а максимум – шпионы, так что сомнений не было. Добычей остались довольны и казаки, и местные революционно-освободительные кадры, и казна. Оружие можно оставить (есть кому), оно уже трижды окупилось, пусть теперь рынок для услуг ЧВК раздувает.

Уже почти в Михайловске получили телеграмму р капитуляции САСШ. Четырнадцатого (первого) марта 1910 года закончилась Первая Великая война.

Запад не убит, но ранен серьёзно. Пожалуй, настолько серьёзно, что сохранить свои демократии им не удастся. Для реванша придётся грабить собственных подданных (граждан), урезать их права, в том числе и право на жизнь, для недовольных. Тоталитаризм неминуем, как и англосаксонский национализм, но в какие это выльется формы – пока непонятно. На их фоне и Гитлер вполне может оказаться экстравагантным шалуном. Вполне.

Михайловск – столица Имперского наместника на Дальнем Востоке, сейчас графа Алексеева. Территория Наместничества приросла Аляской и Алеутскими островами, поэтому хлопот у Евгения Алексеевича хватает. Территории ведь нужно заселять, а ресурсов Трудовой армии больше нет, приходится стимулировать переселенцев кредитами и льготами. И рабочими местами, конечно, а чем русскому заниматься на островах? Только самогон из тухлой рыбы гнать. На Аляске хоть дороги строить можно, вокруг них постепенно закрутится дальнейшее развитие, но на островах ведь и дороги не нужны. Надо их как-то по религиозному пути осваивать. Попа одного на целый остров хватит, и занятие ему там на годы. Неженатых призвать, чтоб баб себе местных брали, святые люди. Пусть послужат Отечеству, коммерсанты долгогривые.

Пусть! И духовное училище для алеутов пусть там откроют, всё, что нужно, за счёт казны построим. И монастырь построим. На Север Русь монастырями прирастала, да и не только на север. Религия себя ещё далеко не исчерпала, для алеутов и это будет прогрессом. Не университет же им открывать.

Поужинали с графом Алексеевым и Канцлером Китая, князем Зубатовым (правительство Поднебесной Империи размещалось в Михайловске). Выпили за победу, помянули павших, обсудили будущее. И Алексеев, и Зубатов были уверены, что лет на двадцать мир установился. Не оправиться раньше британцам с американцами.

Это они не учитывают ресурсы тоталитарного управления кадрами и производством и возможностей мобилизационной экономики на половине промышленного потенциала мира. Ничего значимого из этого потенциала они не потеряли, а их экономика избавилась от балласта чудовищных военных расходов. В умелых руках – это очень серьёзный потенциал, рост производства может быть и по двадцать процентов в год. А умелых там хватает. Через четыре года вырастут вдвое, а заодно будут на Латинской Америке тренироваться. Нет, двадцать – слишком много. Десять – гораздо реальнее.

В связи с Победой планы не изменились. Сценарий был написан, роли распределены, доходы тоже. Требовать территориальных уступок нам не нужно, статус-кво вполне устраивает, поэтому обсуждаться теперь будут только финансовые вопросы – контрибуции и репарации, но не пристало Великому Хану самому торговаться за презренный металл. А в чём ещё эти контрибуции получишь?

Рейху, как внёсшему в общую Победу наибольший вклад кровью, отходило сорок процентов от доли Союза Трёх Императоров (были ещё миноритарные доли у Китая, Таиланда, Испании и Вьетнама), вот пусть фон Бюлов и торгуется. Мы согласны. Мы и на меньшее бы согласились, но спорить не будем. Вклад пятисот тонн золота Русского-американского банка в Федеральный резерв и упущенную прибыль приватно обсудят компетентные люди с акционерами. Или с их наследниками. Это частная собственность, и обсуждать её нам никакие мирные договоры не помешают.

Пекин. Михайловский вокзал. Почётный караул, оркестр. «Прощание славянки». Двенадцать синемакамер, практически, прямой эфир.

Брат. Император Китая. Мишкин спортивен и энергичен (ну, так сорока ещё нет), но виски сединой уже тронуло.

– С победой, Ники!

– Взаимно, Мишкин.

Китай избавился от британских, американских и португальских факторий, а с ними и от опиума. Пару лет подсевший народ сходил с ума, но сейчас уже всё успокоилось, все, кому было суждено – уже сошли. Восстанавливается Китай сумасшедшими темпами. Открытые рынки – это козырь прежде всего для Китая, обладающего уникальным трудовым ресурсом – китайцами. В Китай потекли деньги. Долговременные инвестиции в производство из России, Германии, Японии и Таиланда. Скоро весь ширпотреб в мире будет китайским. Мы то об этом заранее знали, а вот Рейху придётся что-то придумывать. Какое-то время они протянут на премиальных брендах, но вряд ли слишком долгое. Немецким трудолюбием китайцев не победить. Такое трудолюбие там смешно.

Пекин – город мопедов, здесь их не меньше миллиона. Бензин дёшев. Моторикши заменили педальных и увеличили скорость вдвое. Скорость перемещения, а, значит, и скорость бизнеса. Бьются, правда, десятками каждый день, но на вакансии этих десятков претендуют сотни молодых, сильных и голодных, так что даже потери на дорогах идут Китаю только на пользу.

Запретный Город строят в стиле русского Кремля. Сколько-то серьезной фортификацией эти стены в современной войне не являются, но не всё же строить ради войны. Зато красиво. И очень символично – новая династия и новый город, её олицетворяющий. Город – русская крепость. И Китай защищает, и династию от Китая. Вот и думайте, стоит ли об эти стены убиваться.

Мятежи в Китае ещё будут, в этом никаких сомнений нет. Очень многие богатые и влиятельные потеряли бизнес, да какой бизнес – наркоторговлю. Их от этого ломает куда сильнее, чем самих торчков, и ломать никогда не перестанет. И британцев, и американцев, и китайцев. Так что Мишкин к войне готовится, вернее, даже – он её готовит. Зачем всё усложнять, если есть простое решение?

Никакого единого Китая пока нет. В Империи даже говорят на разных языках, и жители соседних провинций, зачастую, не понимают друг друга. Иероглифы у них общие, но многие ли китайцы эти иероглифы понимают? Вполне реально перевести Поднебесную на русский. Синематограф, радио, газеты – это должно быть доступно всем китайцам. Примитивную радиоточку с громкоговорителем на столбе нужно установить в каждой деревне, тогда дети заговорят моментально, а старики здесь долго не живут. Лет через двадцать русский язык станет китайским разговорным, а там и иероглифы отомрут.

Идея всеобщего призыва на срочную военную службу Мишкину понравилась. Не все после службы уедут обратно в Россию, особенно если получат в Китае карьерные перспективы. Быстро такое не организуешь, но идея стоящая, к исполнению принимается. Китайцы лучше русских работают, вот и пусть работают, а русские будут служить, как воинов их с китайцами даже сравнивать неловко.

В Японию отправились вместе. У Мишкина с тестем очень тёплые отношения, Мацухито занимается воспитанием внуков, но и у Николая сыновей до шестилетнего возраста воспитывал Изюмов, вреда от этого точно нет.

Вот образование уже будет русское – и классическое, и военное. Лучшее, безусловно лучшее. Наука у нас развивается сумасшедшими темпами и тянет за собой образование. В университетах каждый год вводятся в программу обучения новые дисциплины и открываются кафедры. В военной академической науке мы тоже опережаем всех, по вполне понятным причинам, на полстолетия, минимум. Когда нас в этом аспекте догонят, на Луне уже будут стоять наши лазерные установки.

Пусан. Главная база Тихоокеанского флота. Сейчас здесь пустынно, флот в Атлантике, вернётся только к осени. В охране порта линкор «Святой Владимир» и линейный крейсер «Добрыня», поучаствовавшие в сражениях у Гуама, Гавайских островов и Сингапура, в кают-компаниях сплошь Георгиевские кавалеры. Чтобы никому не было обидно, накануне, во время ужина в офицерском собрании подкинули монету, идти в Токио выпало «Добрыне».

Разместились, по традиции, во дворце у Мишкина и, по традиции же, вечером принимали Микадо и Наследника в частном порядке, в качестве родственников. Япония очень быстро богатела. Все острова от Японии до Австралии сейчас кормили Метрополию. Очень сытно кормили, пожалуй, японцы первыми столкнутся с проблемой массового ожирения.

Империи Ямато теперь нужны чиновники, всё больше чиновников, для управления территориями. Чиновники повышают эффективность производства условных кормов, и население жиреет ещё сильней. А ведь японцев мало, очень мало. И не хотят они растворяться в Империи, даже корейцев до сих пор в правах не уравняли.

Корейцы выше остальных, но ниже японцев. Недальновидная политика. Тем более, что неполноценными корейцев не считают ни в России, ни в Китае, ни в Испании (на Филиппинах), и они активно разбегаются. Пока самые образованные разбегаются, а скоро и люмпен потянется, билет на пароход, или поезд, по карману уже всем. Люмпен-пролетариат скоро станет очень востребованным ресурсом в той-же Калифорнии.

Главная проблема Японии в том, что ей досталось слишком много. Помимо всех островов между Японией и Австралией, ещё Корсика (за Европейскую кампанию корпуса князя Либавы) и Ямайка с Барбадосом за вклад в Победу флота. Мы, кстати, Великое Ханство, от владений в Америке отказались, кроме пятидесятикилометровой зоны отчуждения Никарагуанского канала. Предлагавшуюся нам французскую Гвиану и остров Гаити мы практически подарили бразильцам, а Мальвинские (Фолклендские) острова и Южную Георгию – аргентинцам. Почти подарили, трофейные земли сейчас недороги, зато уже идут переговоры по закупке наших победоносных линкоров и непревзойдённых авианосцев. Продадим, обязательно продадим. Мы и лишнего территориального обременения на себя не приняли, и от обременительных военных расходов первыми избавимся.

Доминионы у нас приросли землями и населением, но у них отдельный бюджет. Отдельный и обеспеченный промышленными и сырьевыми поставками на вырост. В Европейской Турецкой Республике – промышленными, от стального проката до самолётов гражданской авиации, а в ЮАР и Персии – сырьевыми. В Южной Африке добывается вся таблица Менделеева, а в Персии нефть. С окончанием войны, спрос, а значит и цены начнут расти, субсидий казны им точно не понадобится.

Остальные наши владения контролировали Испанская и Таиландская Империи. Нам достаточно их контроля над Индокитаем, Гоа и Карибскими островами, наши интересы они будут учитывать. Да и зачем лезть военной силой, если мы контролируем у них прокат синематографа, радио и газеты? А ещё критические доли в промышленности и систему кредитования.

Китай, Испания, Таиланд. Теперь нам выгодно расширять число Великих Держав с правом вето в будущей «Лиге наций». Или «Лиге Империй», нам любое название нравится. Теперь нам выгодна Имперская «демократия», теперь у нас большинство Имперских голосов. Сами мы теперь можем парить выше этой возни и воздерживаться в щекотливых вопросах, чтобы не возбуждать ненависти, или зависти. Нам теперь выгоден Международный Закон – Генеральная Ассамблея, Всемирный Банк и прочие Всемирные Торговые Организации, Олимпийские комитеты и Международные федерации футбола. Теперь у нас геополитическое большинство. Теперь мы здесь судьи, и по футболу тоже.

Третьей мировой можно избежать, если найти общий цивилизационный код. Возможно ли такое? Союз Трёх Императоров в этой войне побратался кровью. Случаи самопожертвования ради спасения союзников были не редкостью ни в одной из армий. Высшие офицеры роднились через браки детей и внуков, и ощущали себя единой силой. На это потребовалось приложение усилий в сфере медиа, но усилия и затраты уже окупились достигнутым результатом. Воинское братство родилось.

А воинское сословие – это очень влиятельная сила в обществе Трёх Империй. Гораздо влиятельнее промышленников, или торгашей, которые дружат ради денег. Война закончилась, но мирный перерыв долгим не будет, военным это понятно, как понятно и то, что ко Второй Великой войне лучше всего прийти с теми же, отлично себя проявившими, союзниками. Ну а после двух победоносных Великих войн, как минимум два поколения будут считать немыслимым разлад и противостояние среди союзников.

Окно возможностей у России есть. Окно возможностей и немалый потенциал. Только мы готовимся к миру уже после Второй Мировой войны. К доминированию в науке, культуре и стиле. Именно стиле, внешнем маркере цивилизационной самоидентификации. В мире должна возникнуть мода на всё русское – и на достоевщину, и на комедии положений. И на социальное устройство (у нас министрами и генералами уже давно служат урождённые мужики и расовые евреи), и на образование с медициной.

Нам есть, чем привлечь этот мир. Наши цивилизационные ценности рекламируют гении – графы Менделеев и Тесла, их превосходительства Лондон и Чехов, а за кадром активно работают Джугашвили и Распутин, ИСБ и Святейший Синод. И это – Система, финансируемая казной, как и армия. В плановом экономическом хозяйстве, такие сферы как медиа (по сути – новое измерение для войны), на произвол бросаться не могут.

Джек Лондон уже пишет свою «Войну и Миръ», иногда даёт почитать эпизоды. Его Антип Флягин (прототип генерала Пахома Ворожцова) наверняка станет образом русского надолго. И не образом, размытым в обществе, как «Очарованный странник» Лескова, а прошедшим все ступени до самой вершины властной пирамиды. Приключения, хабар и хеппи-энд.

И главное – даже выдумывать ведь ничего не надо, вот он, Ворожцов, пиши его прямо с натуры. Джек и пишет. Все сейчас про эту войну пишут, что нисколько не удивительно, но его превосходительство Джек Лондон – это не все. Он давно всеми признанный гений, лауреат двух Нобелевских премий и самый тиражируемый в мире писатель. Классик при жизни, личный друг семи Императоров. Прошедший в этой войне путь от волонтёра при штабе Гриппенберга в Южной Африке, до полковника (статского советника) в Итальянской кампании, покорителя Северного полюса.

Повесы, гуляки и дуэлянта, но тем и интересно людям именно его мнение. Новая «Война и Миръ» будет бомбой. Ладно, до этого пока ещё далеко, пишет Джек неспеша, он ведь ещё и к экспедиции на Южный полюс одновременно готовится. Так что его часть «Миръ», не до, не после «Войны» скучной тоже не будет.

Кстати, мистера Лондона настойчиво заманивали в президенты Калифорнии, но Джек не счёл этот пост привлекательным. В Историю он и так уже вошёл, мало того, он сам эту Историю пишет. При Дворе Российского Императора и Великого Хана Орды состоит генерал-адъютантом, должности без обязанностей, но с привилегиями и приличным содержанием. Дёргает его Николай нечасто, а когда дёргает, то только в самый эпицентр геополитических изменений. ЮАР, Сан-Франциско, Итальянская кампания, экспедиция Изюмова на Северный полюс, подготовка к экспедиции на Южный. Что даст Джеку Лондону пост президента Калифорнии? Только проблемы и заботы.

Глава 21

Антон Павлович Чехов увлёкся синематографом и теперь пишет только сценарии. Ушли в прошлое рефлексирующие пьески, на экраны выходит гордый русский. Гордый, справедливый и великодушный. Не мучающийся достоевщиной и толстовщиной, воспринимающий всё это с саркастическим юмором человек, который уверен в лучшем будущем. Сильные герои, приключения и подвиги, карьерный рост и награды, хэппи-энд. Всё, как любит подавляющее большинство зрителей.

Антон Павлович гений, планку для синематографа он поднимет на немыслимую высоту. Все его фильмы обязательно станут классикой, главные герои объектами для подражания, а крылатые фразы – цитатами на все случаи жизни. Культурным кодом Цивилизации Севера, пускающим корни в любой этнической и религиозной среде. Даже в англосаксонской, наши фильмы там всю войну смотрели с удовольствием. Антон Павлович подавал их весьма комплиментарно. Не унижал, не расчеловечивал. Врага он показывал сильным, храбрым и умным, но тем рельефнее выглядели наши подвиги, тем значимее сознавалась эта Победа.

После Токио заглянули в Святогеоргиевск/Владивосток. Города давно срослись в единую, почти трёхмиллионную, агломерацию. Самую большую в России по площади и вторую по населению, после Москвы. Это даже не ворота на Восток, это сам Восток и есть. Нет в Тихоокеанском регионе уважающей себя коммерческой компании, которая не имела бы представительства в Святогеоргиевске. Святогеоргиевск – это банки, страховые компании, биржи морского фрахта, квот на рыбный промысел и сырья, в том числе чилийского (меди и селитры).

Урождённых русских всего двадцать процентов, ещё двадцать обрусевших и шестьдесят различных «гастарбайтеров». А куда деваться? У нас Иван с Макаром ещё не закончили свои феодальные разборки. Общинные крестьяне и слышать не хотят о коллективизации. Чтобы я с этим козлом? Так-то выгодно, конечно, никто не спорит, все грамотные, считать научились, но чтобы вместе с этим козлом – да не в жизни. Феодалы микроскопические, а страсти кипят эпические, иногда с вековыми корнями. Не знали мы своё крестьянство, не понимали его. Иван живёт, чтобы загнать в батраки конкретного Макара и наоборот. За то что дальний предок одного, взял у дальнего предка другого весло и не вернул. За базар не ответил, сука. Земные богатства здесь сугубо вторичны. Святой народ!

В общем, большого дискомфорта от нашествия гастарбайтеров к нам, на Дальний Восток, мы не испытываем. Без них такого Русского Дальнего Востока и не состоялось бы. Был бы моноэтнический тупичок с пафосным названием. Гастарбайтеры проходят через сито миграционных чиновников, которые в Святогеоргиевске/Владивостоке большей половиной японские националисты, по своему исходному цивилизационному коду. Отличные чиновники, взяток у «унтерменшей» не берут, служат за жалование и карьерную перспективу.

А она есть. Самурай захудалого северного рода теперь Русский Вице-Император Антарктиды. Все понимают, что Антарктида – это никому ненужные скалы и лёд, но все в то же время понимают, что Вице-Император – это придворный титул. Титул высшего вельможи Российской Империи. А чин его выше всей Табели о рангах, выше первого класса. И не смотри, что всего один посёлок в управлении. В данном конкретном случае, посёлок равен континенту. Непонятно зачем, но этот континент нужен русским. И Сато Исуми теперь Вице-Император. А кем он был? Пехотным капитаном из захудалого самурайского рода. Его потолок – полковник с медалькой за все геройства. Вот и думайте.

Японцы очень ценили союз с Россией и достигнутые, благодаря этому союзу, результаты. Ведь, о чём мечтала Япония до Китайской войны? О протекторате над Кореей и доступе на китайский рынок, хотя бы в объёмах, осваиваемых Португалией через Макао. А потом появились русские.

Война, к которой японцы готовились двадцать лет, стала первым блицкригом в истории. Перед её началом Николай не торговался. Он выставил ЧВК Гриппенберга (с приданым батальоном спецназа) и предложил план. Немыслимой наглости план, но в случае его провала гибли только силы Дайме Николая, поэтому план приняли – даже в случае провала, врага они ослабят.

Провала не случилось, случился триумф. Божественный Тенно получил весь Китай. Скажем честно, Тенно хоть и божественный, но к такому повороту он готов не был. Китай планировалось победить, отжать у него Корею и сколько-то денег, а получилось полное обрушение власти. Власти, с которой у Великих держав был очень выгодный бизнес.

Благодаря политической игре русских в Европе (взорвавшей Османскую Империю), бизнес основных игроков в Китае удалось сначала тихо замкнуть на японскую оккупационную администрацию, а после и вовсе возвести на престол Поднебесной собственную династию – Романовых-Мейдзи, породнившую Россию с Японией. И нет больше в Китае британцев с американцами. Вообще, в Азии их нет (Индия – не Азия, а субконтинент), а Франция, Голландия и Португалия вовсе исчезли с карты мира. А ведь ничего такого реальным не казалось всего лишь пятнадцать лет назад.

Ценили японцы и вклад Германии, но ведь Германию привлёк в союз тоже русский Император. Без него бы этот Альянс, а ныне – правящий Мировой Триумвират, не состоялся. Не было к этому предпосылок. Не было и нет, кроме желания России. Этот блистательный союз можно сохранить только волей Императора Николая. А захочет ли он? Интересно ли это теперь России? Не слишком ли окреп для неё Рейх? Слишком многое изменила Великая война, теперь всякое может случиться, так что обеспокоенность японцев вполне понятна.

Не слишком ли окреп для нас Рейх? Не слишком. Это он на карте сильно раздался, а эффективность его экономики снизилась, причём значительно. Модернизация требуется восьмидесяти процентам промышленных предприятий на захваченных территориях, но кто будет её оплачивать? Ладно, самое вкусное похватают концерны из пула Канцлера фон Бюлова, а остальное? А люди, которые там работали и с этого кормились?

До войны, промышленная экспансия Рейха была проблемой ленивых и недружелюбных соседей, а теперь это внутренняя проблема самой Германии. Проблема, размером с Европу, и из-за своего размера она не решается польским методом. Всплеск коррупции и экономических преступлений неминуем. Теперь Рейх – это не трудолюбивые целеустремлённые немцы, а всякой твари по паре, среди которых немцев уже значительное меньшинство. А ведь есть ещё обязательства по контролю над большей половиной Африки, от Судана до Конго, обязательства по поддержанию мира в регионе, так что Рейхсвер сильно не сократится, если вообще сократится. Аналога нашего института казачества у них нет, всё держится исключительно на штыках регулярной армии.

К тому-же Вилли обязательно будет строить самый сильный военный флот. Самые большие линкоры и авианосцы. Быстрее всех, больше всех. Именно их, по осмыслению итогов Великой войны, требует доктрина развития военно-морской силы Рейха. Главной сейчас силы в мировом океане. Вместе с титулом «Владычица морей» полагаются и соответствующие расходы, никуда от этого не денешься.

В общем, Рейх залип в парадигме собственного представления о величии и пути его достижения. Вернее, залип Кайзер Вильгельм Второй, но он сейчас и есть Рейх. Великий Кайзер, мудрый Кайзер, отец и вождь всех немцев. Фельдмаршал и гросс-адмирал.

И конченый милитарист, да. Уверенный, что военной силой решаются любые вопросы. Может, и решились бы, будь германцев миллиард, но с семьюдесятью миллионами (считая австрийцев) – увы и ах. Нас уже втрое больше, но и этого мало, очень мало. Мы никакими силами не пренебрегаем, даже силами многовековых врагов, вроде Ватикана. Мы воюем религиями, финансами, медиа и стилями, не говоря уже про наши неподражаемые армию и флот, но и этого пока мало. Нужен миллиард.

У Рейха на миллиард расовых немцев шансов нет. Нам они не соперники даже в перспективе. Ни они, ни Япония. Они вляпались в колониальную парадигму и теперь не имеют возможности манёвра. Равными себе «унтерменшей» они признать не могут, а иначе – за что воевали?

Мы к Империи присоединили только почти безлюдную Аляску с Алеутскими островами. Территории, считая морские, огромные, а населения – слёзы в океане. В этой войне, у нас большая половина армии, вела Куропаткинское железнодорожное наступление на Сингапур. Война закончилась, а железная дорога осталась, и её сейчас, за долю малую, охраняют вооружённые силы Таиланда и Вьетнама. Берегут, как зеницу ока, как важнейшую святыню.

Остальные наши приобретения упали на баланс доминионов, Испанской Империи и Калифорнии. Да, этих мы пишем в одну графу. Та же Испанская Империя наш доминион де-факто. Сандро принял мессу, но русским он быть не перестал. Испанская элита отлично понимает, насколько выгоднее быть элитой русской, ведь только у русских такие богатые женихи и невесты. При Испанском Дворе уже общаются по-русски, теперь только ждать, применять только мягкую силу.

В Калифорнии правят деньги, а деньги сейчас – это рубли. С Калифорнией даже проще, управлять ей может любой грамотный бухгалтер. Наёмный бухгалтер, из местных, по сути, зиц-председатель. Калифорнию можно было, с приложением определённых усилий, сделать официальным доминионом России, но это нас самих сильно ограничит в манёвре. Вольная Калифорния в Латиноамериканской политике нам пригодится для Большой игры между Великими войнами.

Персия переваривает Ирак и Сирию, ЮАР Мозамбик и Анголу, Европейская Турецкая Республика Грецию и Южную Болгарию. Не без проблем, но пока все справляются своими силами. Россия получила возможность для рывка.

Побывать на Дальнем Востоке и не посетить Бангкок – немыслимо. Наконец-то заработал с полной загрузкой канал Александра Третьего. Личное владение Русского Императора и Великого Хана, приданное жены, Ольги Георгиевны. С долей у тестя, конечно, но для хорошего человека не жалко. Доход от этой канавки, когда оживёт мировая торговля, предполагается до ста миллионов рублей в год, две трети, соответственно, шестьдесят шесть миллионов.

Примерно столько казна Российской Империи предполагает вкладывать в Никарагуанский проект – по семьдесят пять миллионов в течении восьми лет. Не видно причин, которые могли бы вызвать проблемы с финансированием, но иметь резерв всегда приятно. Не понадобится в Никарагуа, пустим на что-нибудь другое. Те же тяжёлые железные дороги, например. Или канал между Каспием и Индийским океаном. На то, что казна посчитает излишеством, но настолько круто, что очень хочется.

Кстати, о казне. Граф Витте перенёс уже два инфаркта и должность министра Финансов занимает только номинально. Сергей Юльевич удалился в свой Царьградский дворец и пишет там мемуары. Министерством Финансов, Центральным Имперским банком, коммерческими Русско-американским и Русско-китайским банками теперь управляют птенцы гнезда его. Новые люди, в прошлой истории наверх они не поднялись. Ничего не поделаешь, проверенный историей кадровый состав заканчивается, пришло время молодых. И не только в финансовой сфере.

В тех же «Русских моторах», Даймлера сменил инженер Астахов, сын крестьянина из Владимирской губернии; в «Русских турбинах» Парсонса Исаак Нудельман, сын раввина из Могилёвской губернии; «Единую Энергосистему» возглавил Дитрих Рудерманн, один из бастардов короля Баварии. И всё это случилось не по протекции, они действительно сейчас лучшие.

Например, программа Рудерманна, по пережиганию излишков электроэнергии на местах в цемент, обещает принести казне сотни миллионов рублей дополнительного дохода. Цемент может стать для нас почти бесплатным, ведь его себестоимость – это энергия на восемьдесят процентов. А цемент – это материал для строительства новых генерирующих мощностей. Для новых плотин, в том числе и для приливных электростанций.

В ЮАР понимали, что стеной от негров отгородиться не удастся и искали пути решения этой (главной для себя) проблемы. В Анголу и Мозамбик вкладывались огромные средства, лишь бы эти не лезли на юг, но эти всё равно лезли. Для них каждый рубль в месячном доходе был важен, на рубль в чёрной Африке можно прожить неделю. Поэтому гастарбайтер, получая на рубль больше, чем в Анголе, в ЮАР стоил дешевле местного на девять рублей, которые доставались понятно кому. Шахтёры, металлурги, дорожные и строительные рабочие – без них растущей экономике не обойтись, а дальше появятся механики, таксисты, машинисты электровозов и даже инженеры. Не сразу, но неминуемо.

В общем, что делать с неграми – пока непонятно. Задача, не имеющая решения. Не имеющая решения в настоящем, может, в будущем что-то изменится. У Рейха та же проблема, вот и посмотрим, что придумает сумрачный тевтонский гений. Отдавать неграм Африку, германцы точно не намерены, не для того они воевали.

Суэцкий канал теперь управляется коммерческой администрацией Союза Трёх Императоров. Именно коммерческой, её цель – извлечение прибыли. Прибыли, которая в равных долях делится на троих. Никаких скидок, никаких преференций чьим-то флагам, тарифы пока общие для всех, в том числе и для бывших врагов – британцев с американцами.

Казалось бы, это невыгодно России, получившей военными трофеями до четверти мирового торгового тоннажа, но это только на первый взгляд. Для всего этого флота своих грузов у нас нет, им придётся искать фрахт по всему миру, а самый большой рынок морских перевозок у Британии, САСШ на втором месте. Условия по пользованию Суэцким каналом увязаны с предоставлением равного доступа к их рынкам. Надумают ввести для нас какие-либо ограничения, тогда и получат ответ, а пока – честная конкуренция. Естественный отбор. Пусть выживут сильнейшие. Слабаки нам не нужны, тем более свои слабаки.

В Барселоне на «Добрыню» подсел Сандро. Конференция в Лондоне заканчивается, основные положения согласованы, на двадцать второе (девятое) июня 1910 года (в третью годовщину начала войны) назначена церемония подписания мирного договора. Теперь можно и Лондон навестить.

Кайзер Вильгельм Второй, после возвращения из Нью-Йорка, взял переговоры под жёсткий контроль. Настолько жёсткий, что адвокатами британцев и американцев невольно стали Канцлер Российской Империи, генерал-адмирал, Светлейший князь Дубасов-Босфорский и министр Иностранных дел, граф Извольский.

Нет, насчёт суммы контрибуций и репараций они не возражали, но вот ограничивать Британию и САСШ в военных силах не соглашались. Запрети мы им строить линейный и авианосный флот, как предлагал Вильгельм, они обязательно додумаются до флота подводного, дешёвого (относительно) и эффективного, и хуже того, научатся такому флоту противодействовать, а нам это зачем?

Пока подводные лодки у всех, кроме нас – это ныряющие миноносцы, оружие сугубо оборонительное, для защиты своих портов, вот пусть так и остаётся. Тут как с бронетехникой, удивить можно только один раз. А чтобы эффект получился не хуже, чем с танками во Франции, этот один раз нужно тщательно готовить.

В общем, в Лондоне нас ждут. Ждут и верят, что союз с Рейхом у России был ситуативным, а сейчас наступает время разногласий. Верят и надеются на этом сыграть. Пусть пробуют, мы только за, даже подыграем по возможности. Война закончилась, мир наступил, как минимум, на две пятилетки и нам из этого мира нужно выжать всё до капли. Ничего личного, только интересы Империи. Российской Империи и Великой Орды, Цивилизации Севера.

Глава 22

В Лондоне, у сестры, гостила Вдовствующая Императрица Мария Фёдоровна. Прилетела на самолёте, разумеется.

– Спасибо, Ники.

– Взаимно, Маман. Благодаря вам, война не перешла в стадию озверения и тотального истребления врага. А могла, вполне могла. Мы были к этому уже очень близки.

– Мы, или тевтоны?

– Это, конечно, провокация? – улыбнулся матери Николай, – Все мы были на грани, которую лучше никогда не переходить. Озвереть не сложно, а снова стать человеком, после такого – практически невозможно. Вы спасли мою Империю от появления в ней пяти миллионов псов войны, которые мне точно не нужны. Ради этого стоило похлопотать за вашу сестру, моего кузена и этот мерзкий город Лондон.

– Лондон бы правда разрушили?

– С Лондона мы бы только начали, Маман. Если враг не сдаётся – его уничтожают. Я очень рад, что до этого не дошло.

– С французами дошло.

– Не помню таких. Наверное, они сами виноваты.

– А итальянцев помнишь? – усмехнулась Мария Фёдоровна.

– Помню. Итальянцам повезло, в Рейхе они заживут намного лучше. Со временем, как баварцы, или датчане – каждый день пиво и сосиски. Зачем вы это ворошите, Маман?

– Хочу тебя понять. Ведь именно ты всё это затеял. Альянс этот противоестественный, великую Орду с тамгами для Императоров, мужиков с жидами в министрах, самолёты и танки эти ужасные. Ты коварнее любого варвара, но умудряешься при этом выглядеть благородным и великодушным. Какая у тебя цель, Ники?

– Луна, Маман. Потом Марс, но я до этого вряд ли доживу. «Кавалергарда век недолог».

– Паяц. И романсы все эти твой денщик сочиняет.

– Не все и не денщик, а Обер-камергер. Французов мне не жалко. Эти твари, на милость Александра Первого, ответили нам Крымской войной. До подобной подлости ни один варвар никогда бы не додумался. Они вышли за пределы человеческого, перешли грань. Надо было приказать сжечь Париж, но я слишком добрый. Пока добрый. Посмотрим, чем нас отблагодарят британцы за спасённый Лондон.

Что нам нужно от британцев? Чтобы они явили людоедский англосаксонский нацизм без ретуши, и в своём реваншизме стали пугалом для всего мира. Чтобы сами себя расчеловечили (освободили от химеры совести) и заразили этим САСШ. Чтобы Вторая Великая война стала в понимании людей борьбой с самим Злом, чтобы Победа в ней сплотила человечество и предотвратила Третью мировую. Ради этого мы готовы отказаться от части трофеев этой войны и союзников убедить в правильности такого хода.

Впрочем, полномочный представитель Японской Империи, премьер-министр, дайме Ито Хиробуми в убеждениях не нуждался, он получил от Божественного Тенно указание двигаться в фарватере русской политики, даже если ему что-то покажется странным. На всё воля Богов! Тенно хейка банзай!

Рейху пришлось умерить аппетит, хотя Канцлер фон Бюлов публично обещал немцам навсегда устранить угрозу с запада. Он и стал главным объектом критики – как самих немцев, так и западной, в том числе и нейтральной (латиноамериканской) прессы. Германию, после атлантического рейда Вилли, бомбёжек Нью-Йорка и Вашингтона, в Латинской Америке боялись гораздо сильнее, чем Британию и САСШ. Те, конечно – мерзавцы, но привычные и понятные, а вот чего ждать от тевтонов, если они даже Францию государственности лишили? А ведь Франция была Великой державой, в отличии от Бразилии, или Аргентины. И эта боязнь толкала их к отношениям с Россией. Именно в России сейчас все видели силу, способную защитить от наглых притязаний Рейха, при этом договороспособную и благожелательную силу. Миру-миръ, да. Мы именно такие.

Потусоваться в Лондон съехались важные люди со всего мира – Императоры, короли, президенты и премьер-министры со свитами военных, промышленников и торгашей. Оно и понятно, не каждый день подписываются такие эпохальные договоры, меняющие само мироустройство.

Организовать учредительный комитет Лиги Наций, графу Извольскому труда не составило. Мирового гегемона больше нет, но порядок-то как-то нужно поддерживать, обеспечивать статус нейтралов, свободу торговли и безопасность судоходства. Идея коллегиального управления миром зашла всем. Не у всех, разумеется, будет равный голос, но этот голос будет услышан всеми, что уже немаловажно. Это поможет уберечься хотя бы от откровенно бандитских притязаний. Не вызвало возражений и предложенное Извольским место, для размещения «мирового правительства» – шведский Гётеборг.

Почему именно Гётеборг? Он принадлежит нам. Не город Российской Империи, а городская недвижимость Русско-американскому и Русско-китайскому банкам, которые скупали её всю войну. Гётеборг, несмотря на нейтральный статус Шведского королевства, во время войны потерял три четверти грузопотока, в связи с понятной ситуацией в Северном море, да ещё и подвергался угрозе нападения. Может, и не подвергался, но нам так показалось, а шведы в это поверили. Цены на городскую недвижимость обрушились вдвое, рухнули бы и ниже, но мы спасли, выкупили её у паникёров практически оптом. Поделом им, паникёр – пособник врага. Хорошие люди не пострадали, а Шведское королевство так ещё и выгоду получит. И моральную, и материальную. И немалую, нужно отметить.

Накануне подписания мирного договора, в отставку подал Военный министр, генерал-фельдмаршал, граф Гриппенберг. Отставка была согласована заранее, как и дата, а всё равно ощущалось чувство утраты. Оскар Казимирович Гриппенберг был Императору человеком близким. Подельником ещё со времён «подлого манифеста». Понятно, что он, по нынешним меркам, уже глубокий старик (семьдесят два года), но всё равно, вместе с ним, для Николая уходила целая эпоха.

Гриппенберг ведь воевать начал ещё в Крымскую, он последний ветеран ещё той войны. И наградить его уже нечем, все ордена Оскар Казимирович получил, а его доли в Русско-китайском и Русско-американском банках сейчас стоили около пятидесяти миллионов рублей. Город в его честь уже тоже назван (бывший Порт-Элизабет в ЮАР теперь Порт-Гриппенберг), есть университет Гриппенберга в Йоханнесбурге, его именем названы проспекты в Берлине и Токио.

Можно было отдариться дворцом, их хватало – и в Колпино (резиденции послов утративших государственность стран), и в Греции, и в Ливане, но и этого мало. Больше, чем символические подарки, вроде императорского портрета с бриллиантами, или иконы, но всё равно мало. Так что быть Оскару Казимировичу Гриппенбергу первым, после светлейшего князя Суворова, русским генералиссимусом. Достоин, без сомнений, никто до него пятимиллионными армиями у нас не командовал и таких значимых побед не одерживал.

Двадцать второго (девятого) июня 1910 года подписали мирный договор. Британия и САСШ признали статус-кво и обязались выплатить семь тысяч тонн золота за пять лет. Три тысячи американцы и четыре британцы. Столько у них нет, покупать не на что, поэтому придётся изымать у населения. Непростая задача, без инструментов тоталитарной диктатуры, пожалуй, невыполнимая, но это их проблемы.

По две тысячи тонн недобитые антантовцы должны были выплатить России, Германии и Японии, шестьсот тонн Китаю, двести пятьдесят Таиланду и сто пятьдесят Испании.

В нынешних ценах (около рубля за грамм), российская доля контрибуции и репараций составила два миллиарда рублей – примерно четверть наших расходов военного времени. Ещё около двух миллиардов получилась доля казны от военных трофеев (не считая музейные экспонаты). Убыточное всё-таки это предприятие – война. Даже для победителей убыточное, но мы об этом знали заранее и готовились.

Национализированные промышленные активы подданных (граждан) вражеских стран Минфин оценивает в четыре миллиарда, а ещё три – обнулённые кредиты (из них полтора в пользу Франции). Жаль, что второй раз повторить этот фокус уже не удастся.

– Надо бы нам какой-то общий праздник по случаю этой Победы учредить.

Вечером уединились с Кайзером, скурить по сигаре под «Шустовский». Вилли стал адреналиновым наркоманом и с окончанием войны, ожидаемо, впал в апатию.

– Наверное, надо, – мрачно кивнул Вильгельм Второй, помочил кончик сигары в коньяке и сделал затяжку, – праздники народ любит.

– Ты чего такой хмурый сегодня?

– Да вот, думаю. Я ведь тебе не верил, что наверх ступеней больше нет, а сегодня в этом убедился. Эти неблагодарные твари затравили беднягу фон Бюлова, как будто на его месте кто-то смог бы сделать большее.

– И ты принимаешь это на свой счёт?

– В Рейхе всё происходит за мой счёт, Ники, – тяжело вздохнул Кайзер, – и свинская неблагодарность бюргеров тоже. Почему твои довольны?

– Одержана славная Победа, одна из самых славных в нашей истории. Мы с лихвой расплатились за поражение в Крымской войне и украденные итоги Русско-турецкой. Русские гордятся своими победами. За критику в адрес светлейшего князя Дубасова-Босфорского, у нас сейчас и покалечить запросто могут…

«Ещё мы отменили военный налог, а военный заём переоформили в выигрышный. Ещё военные получили два миллиарда рублей наградными за трофеи, и сейчас их тратят, причём, далеко не всё в ресторанах и трактирах, почти во всех сёлах затеваются какие-то стройки. Ещё происходит героизация подвига русского народа (не только военных) через синематограф, благодаря чему сейчас каждый чувствует свою причастность к этой Великой Победе. Ещё церковь, вернее вся наша религиозная индустрия находит правильные слова для проповедей. Ещё… Да много чего ещё».

– … в общем, мои пока не настолько избалованы. Победили – и слава тебе, Господи. Так что насчёт общего праздника?

– Пусть будет, – снова вздохнул Вилли, – через год, в этот день, проведём первый парад Победы, а потом сделаем это мероприятие традиционным. Начнём с Берлина, не возражаешь?

– Не возражаю. Начнём с Берлина, только не двадцать второго июня по вашему календарю, летом русским не до праздников, сам понимаешь, у нас почти семьдесят процентов крестьяне. Какого числа ты Статую Свободы в Нью-Йорке разрушил?

– Двадцать третьего февраля.

– Вот этот день я и предлагаю праздновать. По-нашему десятое. Религиозных постов в это время нет, срочной работы тоже, а событие знаковое – именно уничтожение этого жуткого идола сломало волю американцев к сопротивлению.

– Ты думаешь?

– Уверен в этом. Готовь место для парада. На месте Рейхстага будут отлично смотреться три триумфальные арки, под которыми мы вместе пройдём. И не сохни, Вилли, как брошенная барышня. Всё ещё только начинается. В этот раз миръ будет очень недолгим. Десять лет, много – пятнадцать. Мы ещё повоюем, рано ты себя в обоз списываешь, брат.

Главная проблема Рейха – это сам Кайзер Вильгельм Второй. Непредсказуемый, вспыльчивый, считающий себя непогрешимым и гением во всех областях.

Ну зачем было трогать Швейцарию? Куда бы она делась, со всех сторон окружённая Рейхом? После войны сама бы попросилась в его состав. А вот так взять и угробить нейтрала… Ни за что, без причин. Просто потому, что он тебе не нравится. До такого даже британцы не доходили. Не удивительно, что все перепугались до энуреза, включая Швецию.

Славные парни Рокфеллер и Морган выкупили долю Русско-американского банка в Федеральной резервной системе САСШ. Расплатились с приличной премией, причём, без давления с нашей стороны, хватило намёка. Эта парочка прилично потеряла в России, но с лихвой всё восполнила за время войны правительственными заказами и поставками союзникам. Всю войну они пиратствовали на наших технологиях, наживались на их продаже в виде двигателей и вооружений, продаже металлов, нефти и прочего сырья, и печатали доллары для американцев. Всё это практически монопольно, хоть и не явно – через прокладки трастов и, контролируемых через третьи руки, компаний.

Поражение САСШ в войне трагедией для них не стало, скорее открыло окно возможностей. Слишком много прав у американцев, а теперь появилась возможность их урезать, по обстоятельствам непреодолимой силы. «Не мы такие – жизнь такая».

Естественно, они нас боялись. Сами неоднократно привлекали в помощь силы ГРУ ГШ и ПГУ ИСБ, поэтому отлично представляли их возможности, а жизнь то всего одна, сколько бы денег ты не скопил – новую уже не купишь. Никакая охрана, никакие телохранители не спасут, если потребуется, князь Зубов задействует для этого и роту, и батальон. Это они отлично понимали, как понимали и то, что раз их да сих пор не убили, значит они нам нужны.

Аудиенцию Рокфеллеру, Николай дал на борту «Добрыни», перед самым отбытием из Лондона. Выпили виски, поговорили. Обсудили глобальные амбиции Рейха (которые, в перспективе, угрожают всем), негров в южных штатах, мексиканских бандитов и прочую Латинскую Америку. Философски обсудили, без конкретики, но умному парню Джону конкретика и не требовалась, суть он уловил – Русский Император и Великий Хан не возражает против привлечения ЧВК Гриппенберга к решению некоторых внутриамериканских вопросов. Испанскую Империю и Калифорнию трогать нельзя, а всё остальное обсуждается.

Романов-на-Мурмане. Полярный день, спуск на воду императорской яхты «Императрица Ольга», подарок тестя. Первый эскадренный противолодочный корабль. Почти такие англосаксы построят довольно быстро, поэтому подготовиться к их появлению нужно заранее. Потренировать экипажи лодок. Сами лодки мы будем строить в новом казённом городе Северодвинске, под Архангельском, закрытом для посторонних, как Северный Красноярск, или Челябинск.

Солнце над головой круглые сутки, ярмарка оленеводов, шашлык из оленины с брусничным соусом. Красота, любимый Север, даже гнусная мошка вызывает ностальгию. Жизнью оленеводы в целом довольны, за мясо и шкуры платят им хорошо, патроны, лекарства, бензин для снегоходов и прочие расходники дёшевы, все претензии у них исключительно друг к другу. Те же люмпен-феодалы, только феоды у них в зоне вечной мерзлоты.

Треть всей рыбы (в том числе «одомашненного» лосося) на русский рынок, металлургический комбинат в Киркенесе, выплавляющий сорок процентов мирового никеля, незамерзающий порт, который даже во время войны не просил дотаций, шестой (по рейтингу востребованности выпускников) университет мира. «Кто сказал, что Север крайний?» Этим городом, Николай гордился особо. Он лично закладывал первые фундаменты на этих скалах.

До Санкт-Петербурга, литерным, сутки. Генерал-губернатор столицы, генерал-адъютант, Пётр Дмитриевич Святополк-Мирский ждал Николая для участия в церемонии начала строительства противопаводковой дамбы, по которой пройдёт кольцевая автомобильная дорога. Нужный проект. Дорогой, но постоянные наводнения обойдутся в перспективе дороже. Да и кольцевая дорога не помешает, в городе уже случаются пробки.

Государь-Император отвёз две символические тачки земли на южном и северном участках, посидел с генерал-губернатором над планом развития Санкт-Петербурга, распорядился найти удобное место для Колизея (футбольного стадиона) и Технического музея, для которого уже собраны тысячи уникальных экспонатов – от первого самолёта братьев Степановых, до первого электронно-вычислительного устройства графа Теслы.

Жена с дочерями гостила в Варшаве у Олечки, сыновья уехали на лето в лагерь подготовки Сил Специальных операций ГРУ ГШ, вмешательства в работу правительства не требовалось, поэтому в Санкт-Петербурге Николай не задержался. Его ждали в Персии, где неделю назад пресеклась династия Шахов Каджаров. Директор ИСБ Джугашвили доложил, что сама пресеклась, без насилия. Спился Мохаммад Али-шах, с похмелья получил апоплексический удар, а всего через сутки скончался.

Глава 23

В принципе, Персией шах уже давно не владел, в управление не вмешивался, но он был Хранителем Мекки и Медины и, хоть и отодвинутым от власти, но законным монархом. Подковёрная возня претендентов на престол уже началась, но из тех, кто проявляет активность, нас никто не устраивает. Все они – представители интересов слишком узких групп, и любой из них станет возмутителем спокойствия. А зачем это нам?

Персия (Иран) – слишком важный регион Российской Империи, и дело даже не в нефти, её хватает на казачьем берегу Персидского залива, Аравийском полуострове и прилегающих островах. Именно там расположены самые богатые нефтяные и газовые месторождения, Николаю об этом было известно, так что без нефти мы не останемся даже в случае длительной персидской смуты.

Персия – это наш «православный» шиитский ислам. Хотя, он уже далеко не только наш. С имперской поддержкой, шииты давят суннитскую ересь по всему миру – от Марокко до Индонезии, но именно в России шиизм уже победил. Ещё бы он не победил, будучи признанным одной из традиционных религий Империи. Только шиитов, после клятвы на Коране, допускали на государственную службу. Только шиитские клятвы приравнивались к крёстному целованию, а без такого ритуала не то, что государственный подряд не получишь, но и частный заказ. Даже строительную артель еретиков никто не наймёт. И не потому, что запрещено. Частникам не запрещается нанимать хоть еретиков, хоть язычников, хоть инопланетян (если найдёшь и договоришься) но на свой страх и риск. Никто за них не в ответе, предъявлять, в случае чего, некому – сам, дурак, виноват.

И вот всё это благолепие может разрушиться из-за династических притязаний всяких ничтожных алчных тварей, рвущихся к власти. Один раз они Ислам на части уже разорвали, мы это помним и второго раза не допустим.

Николай не торопился, он остановился на три дня в Москве, и телеграммой вызвал туда Военного министра Персидского доминиона, Генерального штаба генерал-лейтенанта, генерал-адъютанта Гусейн-Хана Нахичеванского.

Москва. Теперь, несомненно, самый богатый город мира, Лондон и Нью-Йорк пали ниц. Город, в котором заключаются сделки на треть всего мирового оборота капиталов, город, определяющий цены на сырьё для всей мировой экономики, город, который соревнуется с Новоалександровском за звание Научной столицы планеты Земля. Город, с настоящими подземными дворцами станций метро, квадратно-квартальной планировкой имени графа Бобрикова, с широкими проспектами и бульварами.

С «Эрмитажиком», в полтора раза большим, чем оригинальное творение Растрелли в Санкт-Петербурге. Город, в котором проводят большинство театральных и синематографических премьер и вручение всяческих творческих премий. Город, поднявший на Русский Престол династию Романовых.

Генерал-губернатор, граф Николай Иванович Бобриков с началом войны просился в отставку, с назначением в действующую армию, но Государь велел ему оставаться в должности и не блажить. Каждый может приносить пользу, только будучи использован на своём месте, а какая нашей армии польза от генерала с опытом Русско-турецкой войны? Когда войска ходили в атаку колоннами, а атаки встречали шеренгами стрелковых цепей… Правильно, никакой, только один вред. Граф Бобриков тогда посетил учения бронетанкового корпуса Кондратенко под Челябинском, и правоту Императора признал, но время идёт, Николаю Ивановичу перевалило за семьдесят и снова встал вопрос об отставке.

Уходит эпоха. Бобрикова, конечно, нужно отпускать, даже лошадей нельзя до смерти загонять, не то, что людей, но где найти равноценную замену? А, впрочем, жаловаться грех, кадров теперь хватает. Тот же адмирал Макаров отлично управлялся со Святогеоргиевском, а замена на флоте ему готова. Готовы к этой должности и генералы Ренненкампф, Самсонов, Сухомлинов и Кондратенко, которые до следующей войны всё равно не дотянут по возрасту. Есть выбор, есть, нужно только его правильно сделать.

С Персией вопрос сложнее. Гусейн-Хан Нахичеванский подтвердил опасения Государя, что династическая конкуренция местных претендентов обязательно приведёт к конфликту и рекомендовал Николаю самому занять престол. И ничего, что не мусульманин, в России мусульмане отлично живут под властью православного Императора, живут гораздо лучше тех же персов. Духовенство это решение поддержит, если даровать им право самим выбирать Хранителя Мекки и Медины, а против единой воли имамов никто в здравом уме не пойдёт.

Свою кандидатуру Гусейн-Хан отверг категорически. Да, армия его поддержит, но это только усугубит конфликт, сделает его гораздо кровавее. Если будет на то воля Государя, он готов занять пост главы правительства доминиона, но лучше бы и на эту должность подыскать более компетентного кандидата, а его оставить во главе Вооружённых сил.

Семнадцатого (четвёртого) августа 1910 года, Меджлис Персии единогласно проголосовал за петицию, призывающую Николая Романова занять шахский престол. Возникла ещё одна династическая уния. Необходимости в ней не было, Персия и так признавала верховенство власти Русского Императора, но лишним это точно не будет.

Добавилась ещё одна крепкая связь, разорвать которую гораздо сложнее, чем договор между доминионом и метрополией. Отношения, из юридической, бумажной плоскости, перешли в объём. Монарх, пока ещё – фигура сакральная, а монарх для персов – свой шах. Свой шах, который ещё и в Санкт-Петербурге правит. По совместительству. Через пару поколений, персы будут воспринимать всё именно так – Санкт-Петербург наш. Точно так-же, как ярославцы, или рязанцы. Они тоже когда-то были независимыми княжескими уделами, но кто сейчас это вспоминает? Только сумасшедшие.

А пока Николай назначил председателем правительства Персии Генерального штаба генерал-лейтенанта, генерал-адъютанта, Гусейн-Хана Нахичеванского, с обещанием отпустить его на войну, когда (если) таковая вдруг начнётся. И, вообще, нужно постоянно расти над собой. Даже генералу опыт административного управления гражданскими обязательно пригодится. Нам ведь ещё Индию под свою руку брать когда-то обязательно предстоит. Учитесь, генерал, учитесь – лишних навыков и умений не бывает, вдруг, именно вам Судьба уготовила бремя стать Вице-Императором Индии.

Двенадцатого сентября (тридцать первого августа) 1910 года, началось строительство трансокеанского канала в Никарагуа – Канцлер Российской Империи, генерал-адмирал, светлейший князь Дубасов-Босфорский перерезал ленточку и отвёз символическую тачку земли на Тихоокеанском берегу, а Испанский Император Алехандро Первый Романов-Царьградский на Атлантическом.

По расчётам министра Транспорта и Развития Сибири, князя Хилкова, проект можно завершить за восемь лет, если не наступит никаких форс-мажоров, вроде войн, или революций.

Не наступит, не должно. Мексика, конечно – та ещё бандитская малина, но на юг бандиты полезут только в случае непреодолимого желания самоубиться. Наша доблестная, победоносная Гвардия теперь размещалась в Центральной Америке. Не вся, это излишне, Гвардии у нас теперь два армейских корпуса, в Гондурасе, Гватемале и Коста-Рике за глаза хватает одного, второй вернулся в Иерусалим, а ротация между ними осуществлялась батальонами.

И не сказать, что вернуться в Иерусалим гвардейцы рвались. Весь маркитанский сервис, с обозом и шлюхами, в Центральной Америке уже обосновался. В зоне строительства канала моментально открылись все необходимые для здорового и полноценного отдыха «псов войны» заведения – от борделей для нижних чинов, до элитных заведений с японской кухней и утончёнными гейшами для господ офицеров. Да и жалование в Америке гвардейцам выплачивали с двадцатипроцентной надбавкой. А где надбавка – там и спрос. Лет через пять, Манагуа станет столицей мирового греха. Вот и хорошо, чем дальше он от нас – тем лучше.

Двадцать второго (девятого) октября 1910 года, в Царьграде (Стамбуле) выпустили первый широкофюзеляжный (относительно, конечно – пока четыре ряда пассажирских кресел) гражданский авиалайнер. Четырёхмоторный самолёт, способный перелететь Атлантику с одной посадкой/дозаправкой в Исландии.

Хорошая машина, уже с титановым скелетом. До появления реактивных двигателей, ничего лучше произвести не удастся, для винтовой авиации – это эталон, по совокупности параметров полезная загрузка/экономичность эксплуатации. Авиация – это такая отрасль, где снизить расходы за счёт дешёвой рабочей силы, можно только со снижением качества продукции, а по технологиям от нас все сильно отстали.

Завод в Царьграде, который основал ещё Сандро, по сути, сборочное производство. Всё оборудование, детали и материалы привозят из Империи – моторы и алюминий из Красноярска, титановые «скелеты» из Екатеринбурга, электрику и электронику из Новоалександровска, шасси и гидравлику из Челябинска, а внутреннюю обшивку и кресла из Суворова (Уфы).

И даже не эта способность плановой экономики организовывать производство «из кубиков» была нашим главным преимуществом. Таких заводов у нас будет три, и они будут конкурировать за рынок между собой.

Помимо царьградского производства имени Сандро, скоро заявит о себе казённый Красноярский авиазавод, моделью сверхдальнего, шестимоторного лайнера, способного летать на расстояние в шесть тысяч миль без посадки и дозаправки. Наш будущий стратегический бомбардировщик, ага. Нет пока для него подходящих боеприпасов, нет войны, нет целей, так что пусть пока покатает богатых пассажиров из Лондона в Бомбей. Хоть часть денег, выделенных казной на его производство, вернёт, и то слава Богу.

Третьим заводом-производителем авиатехники, должно стать Новгородское предприятие Маман, где она готовила машины для себя любимой. Когда-то Николай сосватал любимой маме, только что закончившего университет, инженера Сикорского, и они подружились. Вопреки всем теориям о непреодолимости сословных барьеров, подружились практически нищий, совсем сопливый инженер и, почти Святая, Вдовствующая Императрица Мария Фёдоровна, самая богатая женщина в мире. Ей, на свои игрушки, денег жалко не было и вот вам результат.

Новгородская мастерская Маман уверенно занимает нишу местной бипланной авиации, специальной полярной, спортивных самолётов и «бизнес-джетов» для всяких буржуев. А ещё, в Новгороде работали над концепцией несущего винта. Не спеша, но настойчиво и довольно продуктивно (Николай за этим следил и вмешивался при необходимости). Вертолёты у нас должны встать на вооружение до начала Второй Великой войны. Должны и встанут.

В ноябре 1910 года случился финансовый дефолт в Рейхе, у правительства Канцлера фон Бюлова не нашлось ликвидности, чтобы оплатить годовые купоны по займам военного времени.

За время войны, Германия заняла восемь миллиардов марок. Заняла у частных инвесторов, размещая облигации на Санкт-Петербургской бирже. Первый выпуск облигаций государственного долга Рейха (на два миллиарда рублей) раскупили под два с половиной процента годовых, второй, трёхмиллиардный (после нападения на Швейцарию) ушёл под четыре процента, а третий, тоже трёхмиллиардный (авиационный), уже под шесть с половиной.

Четвёртый (уже послевоенный) выпуск облигаций Рейхсбанка пришлось отменить после того, как рыночная годовая ставка на торгах превысила десять процентов. Канцлер фон Бюлов принял всю вину на себя и подал в отставку, но кого на этом рынке интересуют какие-то наёмные работники, пусть даже канцлеры, ссужали-то Рейху, Кайзеру Вильгельму, а его Канцлер, в данном случае – просто бухгалтер.

Что самое плохое для Вилли, послевоенное оживление экономики всё не наступало. Мало было победить в Великой войне, мало оказалось контрибуции и репараций. Уже восьмимиллионный Рейхсвер пожирал деньги с чудовищным аппетитом, а ведь есть ещё флот, для которого уже заложили ещё три мегалинкора, типа «Гогенцоллерн» и четыре суперавианосца, водоизмещением в восемьдесят тысяч метрических тонн, типа «Аахен».

Кильский канал, в который германцы вложили полтора миллиарда марок, торгашей не заинтересовал. Нет таких грузов на Балтике, чтобы платить по две марки с тонны груза за проход. Гораздо дешевле получалось переждать шторма в Зунде и Скагерраке в Копенгагене и Осло, а потом бесплатно проскочить традиционным путём через проливы. Канал с удовольствием использовали военные моряки, но за них платила казна. Сама себе. Из левого кармана в правый. Туда-сюда-обратно.

Делать нечего, для финансирования бюджетного дефицита пришлось включать печатный станок. Всего за месяц курс рейхсмарки к рублю рухнул почти вдвое. Не этого ждали немцы от Победы. Совсем не этого.

Демобилизация в Рейхе так и не началась, хотя после подписания мирного договора минуло уже пять месяцев, а с момента окончания боевых действий в Европе почти год. Не отменили военный налог. Завоёванные территории требовалось контролировать, что оказалось ещё затратнее, чем вести войну. А теперь ещё инфляция разогналась, обесценивая накопления. В общем, возникла классическая революционная ситуация, в крупных городах начались беспорядки со стрельбой в полицейских. К экономическим требованиям добавились политические – восстановление деятельности Рейхстага и отречение Вильгельма Второго в пользу Крон-Принца Пруссии и короля Польши Вильгельма-младшего.

«Sic transit gloria mundi».

Всего лишь год назад Вилли был живым Богом для германцев и вот… Всего пара ошибок, и толпа уже орёт – распни Его. «Благодарность – это такое собачье чувство».

Но сдаваться Кайзер не намерен, не на того напали. Армия и флот ему по-прежнему преданы, восставших бюргеров они считают британскими пособниками, так что мятеж будут давить без всякой жалости. Манипулировать настроениями своих «легионов» Вильгельм научился отлично. Луций Корнелий Сулла на максималках… Новым Канцлером Рейха он назначил гросс-адмирала, князя фон Тирпица, а войскам пообещал премии от проскрипций.

Революцию подавили к Рождеству, но прежним Рейх не стал и, видимо, уже никогда не станет. Германия теперь управляется военными комендантами, как и завоёванные территории. Порядок установить удалось, но это кладбищенский порядок.

В экономике страну отбросило лет на двадцать назад – деловая активность снизилась почти до нуля, деньги, при первой возможности, выводились за рубеж. А вместе с деньгами уезжали и предприниматели. В Россию, Латинскую Америку, Турцию, Чехословакию, Сербию, Югославию и даже в САСШ, к недавним врагам.

Производство гражданской продукции быстро сокращалось, такими темпами Рейх может через пару лет превратится из экспортёра в импортёра промышленной продукции. Теперь всё нужно начинать заново. Снова с золотого стандарта. Вот тебе и победили в войне. Это даже не «Пиррова победа», это гораздо хуже, даже сравнить не с чем, не было в истории аналогов.

Ненамного лучше обстояли дела у британцев, против власти которых бунтовала Индия, и у САСШ в южных штатах и на границе с Мексикой, но они-то войну проиграли. Да и Индия, хоть и бриллиант в британской короне, всё равно колония, где допускается применение любых средств, вплоть до отравляющих газов. Там нет своих, только восставшие рабы, а их можно травить как крыс. Даже нужно, чтобы устрашить следующие поколения.

А вот Рейху приходилось бить своих. Общество раскололось на касты военных и гражданских, на спартанцев и илотов, на кшатриев и низших. В экономике Германию отбросило на двадцать лет назад, а в социальном устройстве, как минимум, на пару тысяч.

Глава 24

А Россия, тем временем, осваивала Антарктиду. Посёлок Николаев-Южный успешно перезимовал, ничего из критически важного оборудования не сгорело, никто не погиб. Наоборот – за зиму родилось шестьдесят пять коренных антарктидцев, почти в каждой молодой семье по ребёнку, а в трёх сразу двойни.

Шестого января 1911 года (двадцать четвёртого декабря 1910 по Юлианскому календарю) накануне православного Рождества, в столицу Вице-Императорства Антарктида прибыл караван снабжения – тяжёлый ледокол «Граф Менделеев» (со Вдовствующей Императрицей на борту) и два транспорта ледового класса «Лазарев» и «Беллинсгаузен». Предстояло покорение Южного полюса, а такое событие Маман пропустить не могла.

Хотели пойти на Южный полюс все участники покорения полюса Северного, но это было бы нечестно по отношению к зимовщикам – свои радисты, кинематографисты и врачи у них были, поэтому в состав экспедиции, из прошлого состава, включили только статского советника Джека Лондона и Руаля Амундсена (должен же кто-то установить флаг Рейха, да и не гоже оттирать от славы человека, совершившего такой подвиг в другой истории, практически на голом энтузиазме).

Караван привёз новую вахту, снова молодые семейные пары. На этот раз состав увеличили до девяносто шести семей, планировалось расширение Николаева-Южного и строительство двух постоянно действующих исследовательских станций – на самом полюсе и половине пути к нему.

Столица Антарктиды получила церковь с попом и попадьёй (а то куда это годится – дети до сих пор не крещёные, не подумали об этом сразу, но теперь исправились), астрономическую обсерваторию (всё-таки Земля, вращаясь в плоскости эклиптики, именно Южным полюсом смотрит на нашу галактику Млечный путь) с первым радиотелескопом Теслы, госпиталь с солярием и помещение дворянского собрания с бронзовой статуей Александра Третьего на коне в натуральную величину.

Пока часть зимовщиков и моряки занимались строительством в Николаеве-Южном, к Южному полюсу отправилась экспедиция из восьми человек, во главе с Вице-Императором, генерал-лейтенантом Изюмовым. На четырёх гусеничных вездеходах-снегоходах. Дальше всё происходило по уже опробованному, успешному сценарию.

Шестого февраля (двадцать четвёртого января) 1911 года, мир принял радиосообщение с Южного полюса, а восьмого на полюсе приземлился самолёт, пилотируемый Её Императорским Величеством, Вдовствующей Императрицей, Марией Фёдоровной Романовой, с пассажирами – надворным советником, Антоном Павловичем Чеховым и инженером, Игорем Ивановичем Сикорским (главным конструктором полярной авиации, в числе прочего).

Двадцать четвёртого (одиннадцатого) февраля 1911 года, морской полярный караван тронулся в обратный путь, увозя первую вахту зимовщиков в полном составе. Оставаться на вторую вахту кому бы то ни было (прежде всего Изюмову), Николай категорически запретил. Все они должны пройти обследование и реабилитацию в клинике Мечникова в Евпатории, все сто процентов, включая рождённых в Антарктиде детей. Да и ордена получить, как минимум к «Владимиру» четвёртой степени представили всех. Всех, значит всех, включая женщин.

А Маман Кавалерственная дума представила к «Георгию» первой степени. Не первой из женщин она будет им владеть, первой была Екатерина Великая, украсившая свой наряд этим крестом с белой эмалью, но Мария Фёдоровна прошла по ступеням и не сама себя награждала, как говорится – почувствуйте разницу.

Двадцать третьего (десятого) февраля 1911 года, в Берлине состоялся первый Парад Победы в Великой войне. День Победы сделали праздничным не только в России и Германии, почин поддержали Япония, Китай, Испания и Таиланд. Эти шесть Империй и приняли участие в параде.

Открывала шествие (по настоянию Кайзера) сводная колонна Флота Открытого Моря во главе с вице-адмиралом Фридрихом фон Ингенолем, следом флотские колонны Японии (адмирал, князь Камимура фон Данциг) и России (адмирал, граф Всеволод Фёдорович Руднев). В общем, правильно, что моряки прошли первыми, от флота (в отличии от армии) в этой войне такого никто не ожидал. И даже половины такого, и даже Николай.

Парадную колонну Рейхсвера вёл фельдмаршал, принц Леопольд Баварский, Японской Императорской армии – маршал Ояма, а вот остальных наши: русскую – Командующий Гвардией, Князь Императорской крови, генерал Павел Александрович Романов; испанскую – генерал, граф Барселоны, Лавр Георгиевич Корнилов; китайскую – генерал Алексей Николаевич Куропаткин; а таиландскую – Генерального штаба генерал-майор, барон Густав Карлович Маннергейм.

За пешими колоннами пошла техника. Новая. Шокирующая. Первой бронированная, под командой генерала, князя Кондратенко-Брюссельского: – тяжелые (сорокапятитонные) танки прорыва Т-2, с прикрытием боевых машин пехоты (плавающих БМП-1), бронетранспортёров (БТР-2 с 38-ми миллиметровой автоматической пушкой) и гусеничных машин противовоздушной обороны (прообраз «Шилки»).

За бронетехникой – артиллерия: самоходные стапятидесятимиллиметровые гаубицы на гусеничном шасси танка Т-1; реактивные системы залпового огня с сорока трубчатыми направляющими для 100-мм ракет; 120-мм ствольные миномёты и 80-ми миллиметровые самоходные противотанковые артиллерийские установки. Возглавлял артиллерийскую колонну Генерального штаба генерал-майор Антон Иванович Деникин.

Земля тряслась, гости на трибуне не отводили глаз от, проезжающей в сторону Потсдама, мощи. Техника шла без репетиций, только сойдя с железнодорожных платформ, походной колонной, равнение не держала, но так получилось даже лучше, именно так вступают в бой.

Жаль, что низкая облачность отменила воздушную часть парада, нам и в авиации было что показать потенциальным покупателям. Именно покупателям, всё это смертоносное великолепие планировалось продавать всем желающим, даже бывшим врагам. Пусть лучше у нас покупают, чем разрабатывают собственные образцы, а мы, за десять лет, выйдем уже на третье поколение – с турбированными двигателями, радарами наведения и, может быть, даже управляемыми снарядами.

Для себя мы произвели только то, что приняло участие в Берлинском параде, только для презентации, для шоу. И шоу удалось. Как говорил один умный человек – «Запоминается последнее». Теперь никто и не вспоминает – кто открывал парад.

Вечером того же дня, на торжественном праздничном ужине-приёме, к Военному министру Российской Империи, генералу, графу фон Келлеру, с просьбой, об организации переговоров по закупкам показанной техники, обратились военные атташе (при посольствах в Берлине) из Бразилии, Колумбии и Аргентины. Хороший рынок, на ближайшие десять лет – один из самых перспективных. Корабли наши они уже осваивают и пока всем довольны. Пора расширять ассортимент. Высокотехнологичная продукция сродни наркотикам. Купил и подсел на поставки комплектующих и запасных частей. И думать забыл, чтобы сделать что-то своё, даже если получится – оно будет и хуже, и дороже.

– Ты будешь продавать всё это британцам?

После праздничного приёма уединились с Вилли. Наследный Принц Японской Империи Ёсихито не приехал – Микадо тяжело болел, не до праздников ему сейчас.

– Буду. И американцам буду.

– Зачем? Тебе что, денег не хватает?

– Деньги тоже не помешают, но здесь они не главное. Не хочу, чтобы они начинали собственные разработки.

– Они всё равно начнут. Изучат твою технику и начнут.

– Именно этого я и хочу добиться. Чтобы они шли по уже проложенному пути и ничем меня не удивили. Парни они толковые – удивить вполне могут. Пусть догоняют и не придумывают новое. Мы на месте стоять тоже не будем, найдём, чем удивить.

– Не поделишься?

– Обязательно. Как только найдём – так сразу и поделюсь. Пока об этом рано говорить, Вилли. Помнишь гидроциклы?

– Помню. Никчёмные игрушки, они так и не пригодились, даже японцам.

– Японцам не пригодились, – кивнул Николай и сделал глоток «Шустовского», – а вот БМП-1 – это гибрид квадроцикла с танком. Броня намного тоньше, пушка меньше и плавает не так хорошо, но зато всё в одном.

– Да, уж, – Вильгельм Второй тоже сделал глоток, – чёртов век моторов не перестаёт удивлять. Летающие танки возможны, как думаешь?

– Конечно. Даже на нынешних моторах можно построить бронированный пушечный штурмовик, охотника за бронетехникой. А ведь моторы постоянно совершенствуются. Сейчас даже предсказать невозможно, какими будут их характеристики через десять лет. Но британцев мы точно удивим – в этом не сомневайся.

С Вилли просидели почти до утра, обсудили не только военную технику. Гораздо больше внимания уделили экономике. Плановая экономика – это хорошо и перспективно, но она нечто вроде скелета, на который должно крепиться мясо, жилы, жир, кожа и глаза с ушами.

В России, например, в Госплан никого не загоняют, за место в нём конкурируют, а в Рейхе хорошая идея приняла какие-то гротескные формы. Так скоро дойдёт до планирования производства пива, сосисок и брецелей. Носков, трусов и носовых платков. Музыки, литературы и синема.

Оно, конечно, было бы хорошо, но всё спланировать решительно невозможно – на каждого производящего работника потребуется плановик, а над ними двоими надзирающий контролёр. То есть две трети будут чиновниками.

Всё, что потянет частник, нужно передавать ему. Частник – это такая тварь, которая готова добровольно сдохнуть на работе ради денег. Ну, и флаг ему в руки, и барабан на шею. Деньги – не ценность сами по себе, они – инструмент управления экономикой. И в зависимости от состояния экономики, инструменты требуются разные – иногда лом и кувалда, а иногда мягкая щётка и кисточка – смахнуть пыль и нанести слой лака.

Беда экономики Рейха в том, что, сломав систему дикой промышленной конкуренции, она так и пытается дальше работать ломом и кувалдой. Пытается смахнуть пыль кувалдой, а ломом нанести слой лака, но, что из этого получается – ты и сам видишь. Из Рейха бегут предприимчивые люди с деньгами. Утекают мозги и капиталы. Глаза и уши, мясо и жир, скоро один скелет останется.

Что делать? Думать! Считать. Это же просто какой-то позор, что «Дойчебан», расширившись на всю Европу, вдруг стал убыточным для казны Рейха. Да и вообще, зачем тебе почти восьмимиллионная армия в мирное время? Если бы мы не были друзьями, меня бы это очень сильно напрягло. Не испугало бы – кого сейчас напугаешь пехотой с винтовками, но напрягло. А ведь многим ты не друг, Вилли. Точнее, кроме меня, ты никому не друг, тебя все очень сильно боятся. Тебя даже собственные подданные очень сильно боятся. Даже германцы, не говоря про французов с итальянцами и прочих голландцев с бельгийцами.

То, что ты установил в качестве модели управления, называется военный коммунизм. В античной Спарте эта модель какое-то время работала, но итоговый результат то нам известен. И зачем повторять ошибки древних отморозков? Вот и думай. Твоё здоровье! Прозит!

Семнадцатого (четвёртого) апреля 1911 года, ушёл из жизни величайший русский учёный, Экс-Канцлер Российской Империи, граф Дмитрий Иванович Менделеев. На семьдесят восьмом году жизни, пережив себя же в другой истории на четыре года.

Насколько увеличилось здесь его наследие оценить невозможно. Может, в разы, а, может, и на порядок. И не только в науке, хотя Новоалександровский Институт Ядерной Физики, его стараниями, уже строит исследовательский реактор, а избы-читальни теперь имеются в каждом занюханном селе, сделав Россию первой в мире страной, грамотной на сто процентов.

Есть ещё северная ветка Великого Сибирского пути, от Перми, через Нижний Тагил, Менделеева (бывший Тобольск) до Томска. И это не просто железнодорожная двухпутка, это теперь огромный промышленный регион с шестью миллионами населения. А ещё есть пластик в каждом доме, хотя бы в виде рукояток для ножей, а ещё… Перечислять можно очень долго, но по достоинству всё оценить пока всё равно невозможно.

Гроб с телом Менделеева до Петропавловского собора несли на руках, через плотный коридор скорбящих россиян. Не только жителей Санкт-Петербурга, проститься с Дмитрием Ивановичем приехали тысячи москвичей, тверичан, новгородцев и так далее, из всех городов, откуда можно было успеть, услышав сообщение по радио.

Два Императора – Николай и Рама Пятый (по случаю оказавшийся в российской столице) несли гроб не сменяясь, как и зять покойного – председатель ИСБ Иосиф Джугашвили, а ещё трое менялись через каждые пятьдесят шагов. Все высшие чины Империи – и военные, и гражданские, считали за честь проводить Канцлера Менделеева в последний путь. Все послы иностранных государств прошли в траурной процессии.

В мае 1911 года Наследник-Цесаревич Святослав Николаевич сдал вступительные в Красноярское училище военных лётчиков. Сдал на общих основаниях и так же будет учиться – проживая в общей казарме, стойко преодолевая все тяготы и лишения воинской службы. Именно с этим условием, Николай разрешил сыну поступать в Красноярске.

Впрочем, Славка парень толковый и довольно скромный, уважение к старшим, Изюмов вбил ему розгами ещё в раннем детстве, да и воспитателем у него был не какой-то подобострастный интеллигент, а командующий Силами Специальных операций ГРУ ГШ, генерал-лейтенант, князь Зубов-Инсбрукский.

Для Гриши это был не первый воспитанник Наследник Престола, до Святослава школу у него прошёл Китайский Император Михаил Александрович Романов. И получился ведь из Мишкина толк, Китай при нём расцветает. Большая заслуга в этом Канцлера Зубатова, ну так ведь Сергея Васильевича именно Михаил сманил к себе на службу из очень перспективного министерства, значит есть у него чутьё на людей достойных.

Китай развивался очень стремительно, привлекая частных инвесторов со всего мира. Дешёвая, но очень качественная, рабочая сила имелась в избытке для всех проектов, да ещё и на экспорт хватало, тот же канал в Никарагуа строили, в основном, китайские рабочие, местные конкуренцию с ними не выдерживали.

В Китае строились железные и автомобильные дороги, электростанции и промышленные производства, в том числе и на деньги Русско-американского и Русско-китайского банков, строились немыслимыми для остального мира темпами, уже скоро (лет через десять) китайская продукция вытеснит с рынка остальных. Пытаться конкурировать в производстве ширпотреба бессмысленно, да мы это и не планируем. Наша ниша – рынок высоких технологий. Начнём с гражданской авиации, а там видно будет. Электроника подоспеет, ядерная энергетика, космос. Без работы точно не останемся.

В июне 1911 года в Российской Империи (без доминионов) провели перепись населения. Снижение смертности (прежде всего младенческой и среди рожениц), увеличение рациона питания, расселение малоземельных крестьян в Сибири и на Дальнем Востоке привели к демографическому взрыву. После прошлой переписи 1896 года, население прирастало почти по три процента в год и теперь составляло почти двести двадцать миллионов русских-православных (в том числе староверов), сорок миллионов мусульман, четыре миллиона кавказских христиан, три миллиона иудеев, два католиков (в основном поляков) и полтора лютеран (финнов).

Итого, двести семьдесят миллионов. Если темп прироста сильно не упадёт, к концу века нас точно будет больше миллиарда. Дай-то Бог!

Упадёт, конечно, но мы очень постараемся стимулировать, чтобы сильно не упал. Чтобы хотя бы в среднем по три ребёнка на семью достигали возраста воспроизводства. Это вполне реально. Религия нам поможет. Для этого она и нужна, напоминать пастве, что главная задача – плодиться и размножаться.

Глава 25

В июле 1911 года была принята программа развития Русского Императорского флота. Скромная, очень скромная, если сравнивать с Германией, Японией, Британией, или САСШ. Всего двадцать кораблей линии и четыре ударных авианосца. Все корабли новые, старые уже частично распроданы, а по мере вступления в строй «молодого пополнения» будут распродаваться и остальные наши герои Первой Великой войны.

Ничего не поделаешь, заниматься модернизацией – слишком дорого, да и их характеристики, в результате, будут значительно хуже, чем у нового корабля. Так что пока есть покупатели – будем продавать, а что (если) продать не успеем – переведём в учебные. Но пока торгуем успешно.

Наш первый авианосец «Санкт-Петербург» и Сингапурские трофеи купила Республика Калифорния (в рассрочку, но платит по графику). «Москву» купили японцы; «Севастополь», одного «Ивана» и двух «Малют» (здесь и дальше с причитающейся свитой из бронепалубников типа «Опричник» и эскадренных транспортов снабжения типа «Амур») бразильцы; «Иерусалим», двух «Иванов» и двух «Малют» аргентинцы. За «Царьград» заплатили предоплату колумбийцы, но получат его только через год, когда вступит в строй наш новый «Санкт-Петербург», нам тоже нужно где-то тренировать лётчиков. Кроме того, колумбийцы купили двух «Иванов» и двух «Малют»; по «Ивану» с «Малютой» изъявили желание приобрести Таиланд, Чили, Уругвай и Вьетнам.

Зачем? А кто их знает. «Все побежали, и я побежал». Мы никого не стали отговаривать. В общем, распродать договорились все авианосцы и линейные силы, кроме «Кайзера» и «Микадо». Суперлинкоров с шестнадцатидюймовым главным калибром мы строить не собираемся, а продавать корабли, заслужившие право нести кормовой «Георгиевский» флаг, без постройки им замены как-то… В общем, моряки такого точно не поймут. Ладно, этих будем модернизировать, их у нас, слава Богу, всего два.

Наша новая Военно-морская доктрина была сугубо оборонительной (низкий поклон Дубасову, Чухнину и Рудневу, что протащили её через Адмиралтейство), с базированием на восемь опорных баз: Бендер-Аббас (запад Индийского океана и южный вход в Суэцкий канал), Романов-на-Мурмане (западный рубеж обороны Великого Северного морского пути), Пусан (север Тихого океана и восточный вход в ВСМП), Гуам (юг Тихого океана), Мальта (Черноморско-Средиземноморская позиция, контролирующая северный вход в Суэцкий канал), Исландия (Северная Атлантика, самая болезненная точка для линий сообщения Британии и САСШ), Сингапур (восточная часть Индийского океана и оборона канала через Малаккский полуостров) и Никарагуа (центральная позиция, канал из Тихого в Атлантический океан).

Ключевыми являлись две точки, они же опорные базы подводного флота – Никарагуа и Исландия, там, кроме лодок, предполагалось базировать «Кайзера» и «Микадо», по новому «Ивану», по два новых «Малюты» и по два ударных авианосца.

Остальные базы должны были получить по паре линейных кораблей – для обороны этого точно хватит, все они друг друга подстраховывают, плюс те же лодки (которых планировалось принять в состав флота под сотню), плюс береговая авиация, артиллерийские форты и управляемые минные поля. Большие силы будут обременяющим бюджет излишеством, мы не Рейх, нам флот не ради понтов нужен.

Не сказать, что адмиралтейское собрание было радо такому раскладу (про подводные лодки до сих пор знало очень ограниченное число моряков), но они с этим смирились. Слишком уж велик был авторитет у руководства министерством Военно-морского флота, а руководство на этом упорно и единодушно настаивало. Такое уже было перед Первой Великой войной. Неспроста это. Не иначе, как опять какую-то гадость затеяли, вроде авианосцев. Главное, что кадры не сокращают, так что подождём.

Хорошо, что успели убрать с флота неуёмного максималиста Макарова. Степан Осипович теперь граф, генерал-губернатор Москвы и один из активнейших членов Государственного совета (нашей Палаты Лордов), так что теперь ему не до морских стратегий и тактик, он перешёл на новый уровень, а то бы попил кровушки…, куда там неудачнику Рожественскому (он, кстати, застрелился по пьяни, как и дядюшка Алексей).

С армией было проще. Военный министр, граф фон Келлер; начальник Генерального штаба, генерал, князь Сухомлинов-Орлеанский; командующий Силами Специальных операций ГРУ ГШ, генерал-лейтенант, князь Зубов-Инсбрукский и Генерального штаба генерал-лейтенант, исполнительный директор ЧВК Гриппенберга Пахом Игнатьевич Ворожцов создали удивительно слаженный квадроумвират.

Впрочем, это не удивительно. Если о флотских делах, Николай имел дилетантские представления, то об армии он знал всё, на полвека вперёд, как минимум. Для воплощения знаний нужны были только исполнители, а они теперь есть, да такие, что самому себе завидовать впору.

После окончания Первой Великой войны, Комитет развития разделился на пять постоянных рабочих подкомитетов, заседающих, как правило, раздельно:

Экономический (Председатель Комитета министров и Госплана, граф Столыпин; вернувшийся в строй, министр Финансов граф Витте; министр Транспорта и Развития Сибири, князь Хилков; председатель Имперского Центрального банка Моисей Розеншайн и привлекаемые на конкретные заседания министры),

Военный (министр, генерал, граф фон Келлер; начальник ГШ, генерал, князь Сухомлинов-Орлеанский; командующий Гвардией, генерал, князь императорской крови Павел Александрович Романов; командующий Силами Специальных Операций ГРУ ГШ, генерал-лейтенант, князь Зубов-Инсбрукский; командующий Казачьих войск, генерал, Имперский атаман, граф Самсонов и Генерального штаба генерал-лейтенант Ворожцов),

Военно-морской (министр, адмирал, князь Чухнин фон Мемель; начальник МТК, адмирал, граф Руднев; начальник МГШ, адмирал Эбергард; командующие Западным и Восточным морскими фронтами (ТВД) – вице-адмиралы Голиков и фон Эссен),

Внутренней безопасности (председатель ИСБ, генерал-лейтенант Джугашвили; министр Внутренних дел Сипягин; директор ИСО фон Плеве, министр Двора, бывший денщик Николая в Архангелогородском пехотном полку, Прокоп Игнатьевич Вяткин и Обер-прокурор Святейшего Правительственного Синода Григорий Ефимович Распутин),

Социально-культурный (Действительный статский советник и генерал-адъютант Джек Лондон, президент Императорской Академии наук Смирнов-Истомин; министр Образования Лужин; министр Физической культуры и спорта, председатель Олимпийского комитета Российской Империи, капитан первого ранга, Фёдор Николаевич Иванов и статский советник Антон Павлович Чехов, практически министр синематографа).

Шестой подкомитет был контрольным и организационным, в него входили: сам Николай; Канцлер, генерал-адмирал, светлейший князь Дубасов-Босфорский; Регент и Глава Госсовета граф Дурново; Вдовствующая Императрица Мария Фёдоровна; генералиссимус граф Гриппенберг; Вице-Император Антарктиды, князь Изюмов; министр Иностранных дел граф Извольский и флигель-адъютант Государя-Императора, гвардии поручик Николай Гумилёв (в качестве секретаря).

Контрольный подкомитет своих заседаний не устраивал, он участвовал в чужих, когда там поднимались важные вопросы и в этом возникала необходимость, а иногда созывал совместные заседания. Например, для организации празднования столетнего юбилея Бородинского сражения, или подготовки к участию в Олимпийских играх.

Да, к четвёртым (Олимпиада в Лондоне не состоялась из-за войны) Олимпийским играм в Стокгольме русские спортсмены готовились целенаправленно. Спорт в Российской Империи был уже достаточно популярен, на его развития казна уже третий год выделяла очень приличные суммы, на которые издавалась центральная газета «Имперский спорт», проводились Имперские чемпионаты по футболу и хоккею, множество турниров различного уровня по всем олимпийским дисциплинам, так что выбирать уже было из кого. Звёзды – не звёзды, но некоторые спортсмены были уже довольно популярны, особенно чемпионы по боксу, лучшие футболисты и хоккеисты.

Витте ворчал по поводу траты денег на глупые забавы, но Николай точно знал, что спорт со временем станет очень доходной индустрией – массовым зрелищем, ничем не уступающим синематографу.

В августе 1911 года состоялся визит в Санкт-Петербург короля Британии и Ирландии, Императора Индии Георга Пятого. Поражение в войне и послевоенные проблемы в экономике сильно ослабили центральную власть – тлела, периодически вспыхивая, Индия, горела Ирландия, сепаратистские движения крепли в Канаде и Австралии. Кроме того, в самой метрополии набирала всё большую популярность Национал-Социалистическая партия Британии, уже готовая побороться за большинство в Палате Общин и выбрать премьер-министра из своих рядов. Несистемного лидера, от которого можно ожидать всё, что угодно, вплоть до низложения монархии.

За социально-политической обстановкой в Британии и САСШ мы следили очень внимательно, а Национал-Социалистические партии там создались и крепли не без поддержки ПГУ ИСБ. Поддержки тайной, через цепочки Ватикан – Калифорния, Ватикан – Швеция и даже Ватикан – Рейх. Ничего личного, как говорится. Всё, что вы устроили нам в прошлой истории, мы вернём вам в этой. Сторицей вернём, с большими процентами.

Кузен Жоржи был сильно напуган и искал поддержки. Разумеется, он знал о плане разрушения Лондона и благодаря кому этот план не осуществился. Видел он, что в Рейхе, несмотря на экономические трудности и финансовый дефолт не снижается темп кораблестроительной программы, а в то же время Россия свой военный флот сокращает и активно распродаёт. Продаёт гораздо активнее, чем строит.

Россия сама не вошла в Афганистан и удержала Китай от захвата Тибета. Россия настояла на введение для всех единых тарифов за пользование Суэцким каналом и выступила против каких-либо ограничений на военные и военно-морские силы для побеждённых Британии и САСШ. Россия готова продавать новейшее вооружение, продемонстрированное на Берлинском параде.

Какой из этого следует логический вывод? Глупая Россия опасается своего союзника Рейх гораздо сильнее, чем Британию. Значит, в этом направлении и нужно работать, оно самое перспективное.

Жоржи льстил Николаю, демонизировал Вильгельма и просил содействия в найме ЧВК Гриппенберга для подавления Ирландского сопротивления, уже настоящей армии в шестьдесят тысяч штыков. А ещё в получении кредита для оплаты наёмников, под залог драгоценностей королевской семьи. Тридцать тысяч «ландскнехтов» на год, обойдутся в шестьдесят миллионов рублей (со страховками и премиями). На это предоставляемых в залог драгоценностей точно хватит, даже по весу, а если учитывать культурно-историческую наценку, то сумма кредита покроется обеспечением вдвое. Нанимателем Георг планировал выступить лично, чтобы поднять изрядно просевший королевский авторитет.

Договорились. Тридцать тысяч ордынцев (монголов, уйгуров, маньчжуров, тувинцев и бурят), мотопехотный корпус, усиленный самоходной артиллерией, Ворожцов может выставить хоть завтра. Их планировали использовать в Мексике, но славные парни Рокфеллер и Морган конкретным предложением до сих пор не разродились. Так что, как только Русско-китайский банк получит залог, можно будет сразу начинать. Заодно и янки перестанут торговаться, как евреи на Привозе – на востребованную услугу цена будет только расти. Сегодня предлагаются крупные по три, а завтра уже будут мелкие по пять. Чешитесь быстрее. Спрос на наёмников есть и в Южной Америке. Да и в Индии британцы без нас не обойдутся, даже с применением боевой химии.

Не жалко ли нам ирландцев? А с чего нам их жалеть, что хорошего мы от них видели? Нам негров в Южных штатах Северной Америки намного жальче, они хоть Анголу для нас зачистили, пусть и за деньги. Нашим неграм до сих пор идёт поддержка оружием, боеприпасами и пополнением, на это доминион ЮАР выделяет приличные деньги, особенно на пополнение. Всех негров из Африки туда, конечно, не переправить, но от самых отмороженных избавиться можно и нужно, тем более что отправляются они туда добровольно.

В сентябре 1911 года начались переговоры между Российской Империей и Рейхом об обмене территориями. Пока на уровне министров Иностранных дел. Канцлер, князь фон Тирпиц предложил Кайзеру провести оптимизацию и Вилли идея понравилась. Зачем держать почти миллионную армию в Египте и Судане, если и без них можно получать долю доходов с Суэцкого канала, как получают её японцы? Что там такого, в этом Египте ещё есть, чтобы держаться за него целым миллионом, разоряя Рейх?

Не лучше ли обменять его на ту же Румынию, со своей нефтью в Плоешти и дешёвыми поставками в Констанцу из Новороссийска? Румыния, конечно, не колония, но и не держава, если русские не будут возражать, аннексировать и контролировать её можно всего двумя армейскими корпусами, которые уже лишние в Венгрии, а египетскую оккупационную армию демобилизовать.

Зачем это русским? А кто их поймёт, странные они. Железяку эту уродливую зачем-то из Парижа забрали, может их и пирамиды в Гизе заинтересуют, там их много. Нужно предложить, а там уж как получится, всё равно нам больше не на что египетскую армию содержать, скоро просто так уходить придётся. Вдруг получится?

Румынию не жалко, нефтяные месторождения в Плоешти казна скупила за копейки, да и нефти там – слёзы, если сравнивать с Персидским заливом, Рейху лет на двадцать хватит, в лучшем случае. Германский порт в Чёрном море нам тоже ничем не помешает, даже наоборот, он станет катализатором наращивания коммерческой активности в регионе, но зачем нам Египет?

Река там мощная, но у нас и своих хватает, до Нила руки ещё не скоро дойдут. Население под сорок миллионов (с Суданом) мусульман-суннитов, для нас еретиков, к тому же ленивых до безобразия, то есть проблема на долгие годы. Пирамиды? К ним наши учёные и сейчас имеют доступ, а перевозить их в Челябинск мы не собираемся.

И в то же время, а зачем нам та же Антарктида? Чтоб была, вдруг когда-нибудь пригодится, а у нас она есть. Пусть будет и Египет. Всё равно собирались вводить всеобщую воинскую повинность, со срочной службой, вот и будет где служить. Призывной потенциал у нас больше двух миллионов ежегодно, если срок срочной службы установить в два года (а меньше и смысла не имеет), то хватит и на Египет, и на Китай. Протянем железную дорогу от Каира до Йоханнесбурга, глядишь, и оживёт регион, даже без колониальных плёток. Сейчас весь восточный берег Африки, южнее Эфиопии и севернее ЮАР (с Мозамбиком), по сути, огромный заповедник. Заповедники – дело хорошее, но ведь не на четверть континента, всему нужна разумная мера. Ладно, пусть Извольский торгуется, у него это очень хорошо получается.

В октябре 1911 года в Российской Империи приняли закон о компенсации населению налога военного времени. Деньги на это были, наша экономика росла по семь процентов в годовом исчислении, то есть, всё вернуть можно было за счёт прироста одного года. Другое дело, что это разгонит инфляцию, поэтому военные налоги оформили в пятилетний выигрышный заём, а для торговли облигациями создали торговую площадку на Санкт-Петербургской бирже, с ежедневным фиксингом торгов и публикацией итогов в «Московских ведомостях». Чтобы не получилось, как с ваучерами в другой истории. Тогда идея тоже была хорошая, но подвела реализация. Если кому-то приспичит срочно продать, не дожидаясь розыгрыша призов – хоть реальную цену знать будет.

Глава 26

В ноябре 1911 года вышли из печати мемуары экс-канцлера Менделеева, которые Дмитрий Иванович завещал опубликовать после своей смерти. Сказать, что комплиментарные для Николая – ничего не сказать. Это была благодарственная ода. Менделеев прямо говорил, что без поддержки Государя реализовался бы едва на четверть. И поддержки не деньгами, или карьерной протекцией, хотя и это очень помогло, а подсказками правильных путей в исследованиях, которые позволили за без малого двадцать лет пройти путь длиною в век. Ведь на исследование тупиковых путей учёные в среднем тратят три четверти времени и ресурсов, пока не убедятся, что они тупиковые, а он, Менделеев, от этого был избавлен. Он шёл по единственно верной дороге и вёл за собой остальных. Того же графа Илью Ильича Мечникова, например.

И понеслось.

Мечников выдал статью, да какую там статью, целую повесть, опубликованную в пяти выпусках «Медицины», где подробно расписал свои исследования и увязал их с «дилетантскими» рекомендациями Государя-Императора. Никаких рецептов, только советы – на что стоит тратить время, а на что нет. А ведь про антибиотик Илья Ильич в то время даже не думал, это был заказ Николая Второго. Конкретный заказ, с указанием одного из видов плесени в качестве производного и финансированием всех издержек.

Но ещё больше Илья Ильич восхищался социальным развитием, произошедшим в Российской Империи. Такого не может быть, но оно есть. Всего за двадцать лет мы из хвоста научного прогресса передвинулись в лидеры, причём, со значительным отрывом от остальных. За это время открылись тридцать шесть университетов, количество получающих высшее образование увеличилось в четырнадцать раз. Даже не на порядок, а на полтора. Сословное деление осталось, но границы размыты, теперь каждый крестьянин (при наличии таланта и усердия) может стать даже Канцлером, а родовитый потомок Рюриковичей быть разжалованным в мещане за глупость и лень. Это и есть высшая социальная справедливость, чего же ещё желать.

Граф Тесла, названный в мемуарах Менделеева лучшим другом, рассказал корреспонденту «Московских ведомостей» как и почему он переехал из САСШ в Россию и чего, благодаря этому, добился. Без технических подробностей, только про деньги, но и это было настоящей фантастикой. Такой капитал (под сотню миллионов рублей) даже представить невозможно, а он есть. При этом Тесла носит недорогие костюмы, доступные любому дворянчику и купчику, без орденов, которых у него в избытке, но с пайцзой Великого Хана. Николай жаловал ему Луну. Смешно? Смейтесь. Когда-то смеялись над Михаилом Романовым, потом над Алехандро Царьградским. Время покажет. Тесла верил в Николая, а на насмешки толпы ему было наплевать.

Очень лестно отображённый в мемуарах Менделеева граф Витте коротко сообщил, что он, по своей воле, никогда не стал бы финансировать науку в таком объёме, на это всегда поступал конкретный приказ Императора. Его (графа Витте) заслуг в этом нет.

Успел дать интервью Канцлер, генерал-адмирал, светлейший князь Дубасов-Босфорский, рассказавший о состоявшейся встрече, с тогда ещё только что помазанным на царство Николаем, в вагоне поезда Берлин – Вильгельмсхафен с картой развития военно-морских сил на стене и личными пометками молодого Императора.

Двадцать седьмого (четырнадцатого) декабря 1911 года Государь издал манифест, запрещающий дальнейшее тиражирование мемуаров графа Менделеева и изъятии всех, уже опубликованных в Империи, изданий. Мечникова, Теслу, Витте и Дубасова- Босфорского оштрафовали на две тысячи рублей каждого, за разглашение конфиденциальной информации. Огромная сумма в глазах обывателя, но каждый из них владел состоянием в полсотни миллионов рублей, как минимум. Культ личности Николая Второго стартовал.

Чем плох культ личности? Только несоответствием личности культу. Первым делом Николай запретил ставить себе памятники. Но он не мог запретить этого за пределами Российской Империи. Сандро и Мишкин (совместно) объявили конкурс для скульпторов, с премией победителю в сто тысяч рублей. А на постройку памятника, грозились пожертвовать по миллиону, если он получится сообразно монументальным, вроде многорогатой Статуи Свободы.

Но это – сраная заграница, пусть строят у себя, что хотят, лишь бы к нам строить не лезли. У нас мемуары Менделеева запретили читать, под угрозой штрафа. В нашей Великой Орде – это Харам! За нарушение – «Страшный Суд» и штраф, как минимум, три рубля. Примерно корова, или шесть баранов, между прочим.

Культ личности запретили, но тем слаще запретный плод, появилась возможность извращаться, а потом делать себе рекламу в судебных разбирательствах. Ни в чём пока не обвинённый Красноярск, уже подал иск к правительству. Они проект своего памятника Сибиряку уже шесть лет разрабатывают, а он почему-то, внешне очень похож на Николая Второго. Красноярцам велели сделать Сибиряка похожим на Александра Третьего и не наглеть, но дурной пример они показать успели. Памятники Николаю Второму начали ставить частным порядком в своих поместьях, называя их Великороссами, Малороссами, Уральцами и прочими Дальневосточниками. Судиться с каждым у государства возможности не было, пришлось смириться.

Двадцать третьего (десятого) февраля 1912 года состоялся второй Парад Победы, на этот раз в Токио. Микадо был уже очень слаб здоровьем, но по-прежнему крепок духом. Он отлично понимал, что жить осталось недолго, но оттягивать неизбежный финал не пытался, даже наоборот – пытался успеть, за оставшееся ему время, как можно больше. И, конечно, он лично принимал Парад.

Япония стремительно меняла облик. Все страны меняли, но в Японии это особенно бросалось в глаза. Во всех крупных городах появились кварталы, застраиваемые небоскрёбами из металла, бетона и стекла, старые застройки сносились массово, улицы расширялись и спрямлялись, горожане переоделись в европейские костюмы, пальто и шляпы.

Аэропорт Токио носил имя Императрицы Марии, Японский Императорский Токийский университет – Николая Второго, центральный проспект города назывался Александровский, а район с высотной застройкой – Русский. Самыми популярными именами для мальчиков были Николай и Александр, а для девочек – Мария и Ольга (Орьга, ага).

И, конечно, Япония говорила по-русски. Русский язык входил в обязательную школьную программу, не владеть русским, было аналогом незнания таблицы умножения – выше дворника не поднимешься. Впрочем, заставлять учить никого не приходилось, это делал синематограф. В японский прокат закупали в среднем по два наших фильма в месяц, и показывали их без дубляжа. А наши фильмы были в том числе и про японцев, пусть и не главными героями, но в значимых ролях японцы присутствовали во всех картинах о Великой Войне – от полководцев и флотоводцев, до простых солдат и моряков.

С Микадо Муцухито попрощались двадцать пятого, уже навсегда. Жаль, но что тут поделаешь. В эту историю он себя вписать успел, причём, очень крупными буквами – а что ещё мы можем оставить после себя, кроме светлой памяти и повода для гордости у потомков? Всё материальное тленно. Даже самые монументальные памятники, в итоге, сохраняются только в памяти.

Ванкувер, столица генерал-губернаторства Аляски и Алеутских островов, пока небольшой, но очень быстро развивающийся город, такая же Азия, как и Святогеоргиевск. Стройки – стройки – стройки. Тихоокеанская железная дорога уже дотянулась на север до Анкориджа, а на юг до Сиэтла, примерно через год она соединится с Калифорнийской. Проект больше социальный, чем экономический, всё-таки морские грузовые перевозки на большие расстояния по цене гораздо выгоднее, но есть ещё и перевозки пассажирские, делающие эти места доступными и привлекательными для переселенцев, есть местные грузы, а есть перспектива тоннеля под Беринговым проливом. Отдалённая, но есть.

Большинство населения – азиаты, а европейцы представлены в основном «беженцами» из Рейха – германцами, французами, поляками и прочими бельгийцами-голландцами. Русских очень мало, едва пять процентов, да и то только чиновники с военными, но это пока. Через поколение все они здесь будут русскими, все примут наш цивилизационный код, никуда не денутся. Мы не навязываем язык, не запрещаем другие, в частных школах можете преподавать, всё равно долго не продержитесь. В следующем поколении энтузиастов-меценатов будет уже на порядок меньше, да и смысл такого образования утратится. Много ли сейчас требуется специалистов по древне-шумерскому языку? А по арамейскому, или аккадскому? Вот так и с остальными будет. А так, учите, конечно, авось, пригодится. Бог в помощь!

В Европу Николай вернулся Великим Северным морским путём, подняв свой флаг на тяжёлом ледоколе «Граф Менделеев». Навигация по ВСМП теперь открывалась во второй декаде июня и была уже довольно интенсивной. Норильский полиметаллический рудный концентрат можно было забрать только самовывозом из Диксона, а спрос на него рос с каждым годом в разы. Десять трампов грузились и ещё полсотни ожидали на рейде. И сюда все они пришли не пустыми, хоть что-то, да прихватили попутным грузом.

Диксон, Дудинка и Норильск уже настоящие города, только постоянно проживающего населения в них уже по двадцать тысяч. А чего не жить? Цинга больше не угроза, жалование в полтора-два раза больше, чем на большой земле, да и транспортная доступность победила географическую клаустрофобию – за лето можно прокатиться в Европу, или Азию и успеть вернуться обратно.

В Мурманске Николай перенёс свой флаг на свою яхту (противолодочный корабль) «Императрица Ольга» и отправился в Стокгольм. Так уж получилось, что в прошлых жизнях ему так и не удалось посмотреть вживую такие крупные турниры, как Олимпиада, или футбольный Мундиаль. В восьмидесятом служил в Москве, в Генеральном Штабе, но буквально накануне церемонии открытия Московской Олимпиады был командирован в Афганистан, а в 2018-м смотрел футбольный чемпионат мира по телевизору из Сирии.

В этой жизни пока тоже не везло. Всё время находились более важные дела, чем лицезрение спортивных соревнований, хотя Международный Олимпийский Комитет Государь спонсировал щедро. Лично спонсировал, из своих. Благодаря пожертвованиям Русского Императора, МОК организовал прибытие в Стокгольм олимпийских команд из Бразилии, Аргентины, Колумбии, Перу, Чили, Парагвая, Уругвая, Мексики, Эфиопии, Австралии, Канады и Новой Зеландии. Кроме этого, Николай организовал транспорт и проживание для спортсменов Калифорнии, Вьетнама, САСШ и Британии. А также поспособствовал активному участию Германии, Японии, Китая, Испании и Таиланда.

Обошлось это почти в два миллиона рублей, но зато Международный Олимпийский Комитет теперь располагается в Санкт-Петербурге, а его президент – русский. Барон Пьер де Кубертен, после аннексии Франции Рейхом принял русское подданство, был жалован титулом графа, дворцом в Колпино и ста тысячами рублей. Пусть будет. Раз уж мы претендуем на глобальное лидерство, спорт очень важен. Сейчас это экзотика, но с телевидением она придёт в каждый дом. Поэтому и МОК, и все прочие спортивные федерации лучше иметь под рукой – это вполне себе оружие. Гибридное оружие, как говорили в другой истории. Сейчас этого никто не понимает – ну и хорошо, дешевле это оружие нам обойдётся.

В медальном зачёте Олимпиады победили русские – кто бы сомневался. Мы два года собирали лучших и год их тренировали, так что всё закономерно. Пятьдесят две золотых, сорок четыре серебряных и сорок семь бронзовых медалей – почти половина разыгрываемых наград. И, конечно, об этом событии снимали синема. И документальную хронику, и художественные фильмы в олимпийских декорациях – комедии, детективы, мелодрамы и даже шпионский триллер, со злодеями из вымышленной, но легко узнаваемой страны.

После Олимпиады, российского подданства запросили ещё двенадцать чемпионов и двадцать три призёра, очень впечатлённые размером Императорских премий. Выездная сессия МОК выбрала столицы шестой летней и первой зимней Олимпиад (в августе и марте 1920 года) – Москву и Романов-на-Мурмане. Теперь главное – не дать войне начаться раньше. Впрочем, это и так маловероятно, главные милитаристы тяжело восстанавливаются после прошедшего раунда.

Семнадцатого (третьего) августа 1912 года, ордынские наёмники Британской короны заняли Дублин, разгромив перед этим в трёх сражениях, так называемую, Ирландскую Республиканскую армию – работяг, крестьян и интеллигентов с винтовками. Очень храбрых, даже героических, но крайне неумелых.

Им бы разбежаться и заняться партизанщиной, но они трижды отважно выходили «в поле», где у них не имелось ни единого шанса против современной армии с бронетехникой (БМР-1 и БТР-2) и самоходной артиллерией. На этом «ирландский» контракт ЧВК Гриппенберга с королём Георгом Пятым был исполнен, на полгода раньше срока. Вызывающе легко, можно даже сказать – играючи. Почти без потерь (безвозвратные меньше пяти процентов).

Не повезло ирландцам, до них до первых добралась Орда. Первых и выпороли показательно, с рекламными целями. Рекламы как самого ЧВК, так и новой русской техники.

Российская Империя, хоть и находилась с Великой Ордой в династической унии, от деятельности наёмников официально отстранилась, поэтому пришлось учреждать для ордынцев свои ордынские ордена – «Чингисхана» и «Чагатая», оба четырёх степеней, по статусу, аналоги наших «Владимира» и «Георгия». Пусть будут. Польские «Станислава» и «Белого орла» передали вместе с короной Рейху, а орденов у нас и с ними было немного.

Восьмого сентября (двадцать шестого августа) 1912 года состоялось празднование столетнего юбилея победы в Отечественной войне 1812 года. Масштабно, с реконструкцией Бородинского сражения. Неполной реконструкцией, конечно, полки в ролях заменили ротами, но в аутентичных эпохе мундирах, с оружием и артиллерией начала девятнадцатого века. Три кадровые дивизии и почти сорок тысяч волонтёров устроили впечатляющее шоу – пальба холостыми, взрывы заложенных фугасов, атаки кавалерии (лошади, кстати, теперь гораздо лучше), кровь, трупы.

Всё, как у классика – «и залпы тысячи орудий слились в протяжный вой», «и ядрам пролетать мешала гора кровавых тел». И, конечно, сотня синемакамер. Кадры этой реконструкции, в последствии, будут использованы в полусотне фильмов. Не только о вторжении Наполеона в Россию, во всех батальных сценах из этой эпохи будут использовать при монтаже отснятый в этот день материал. Бесценный материал. Круто получилось. И выгодно. Только фильмы Чехова «1812-й», «Кутузов» и «Багратион» за три года собрали почти вдвое большую сумму, чем потратили на организацию этого празднования.

Двенадцатого октября (тридцатого сентября) 1912 года скончался Император Японии, по этому поводу в России объявили всеобщий трёхдневный траур. Не только в России, ещё в Китае, Испании и Таиланде, Рейх ограничился соболезнованиями. И ведь не со зла это у Вилли получилось, он был задёрган, как разъездная полковая кляча, да и встречался с Муцухито всего два раза, но японцы это запомнили.

Шестнадцатого (третьего) октября 1912 года в газетах опубликовали посмертную волю Императора Мейдзи. Владение дайме Николая на Южных Курильских островах передавалось Российской Империи, а сам Николай перебрался на вторую строчку наследников престола древней страны Ямато, сразу после старшего сына Ёсихито (теперь Императора Тайсё). пока ещё малолетнего Хирохито. И ведь не изменит новый Микадо закон отца. Вот уж не ждали, так не ждали.

Глава 27

В ноябре 1912 года министры Иностранных дел Российской Империи и Рейха, граф Извольский и Теобальд фон Бетман-Гольвег согласовали условия обмена территориями (зонами влияния), Германия начала вывод из Египта и Судана и демобилизацию почти миллионной оккупационной армии. Нам из Румынии выводить было нечего, кроме крейсера первого ранга «Драгун», нёсшего службу стационера в порту Констанцы.

Королевство Румыния формально сохраняло независимый статус, но только формально, для его обеспечения туда вводились два корпуса Рейхсвера. Впрочем, Кароль Первый Гогенцоллерн-Зигмаринен, был этому только рад. Наследников у него не было, не было и взаимопонимания с буйными подданными. Очень достойный, хорошо образованный монарх, Карл Эйтель Фридрих Людвиг фон Гогенцоллерн-Зигмаринген отлично понимал, что и так отсталая Румыния продолжает отставать от Великих Держав всё сильнее, а её независимый статус сохраняется лишь благодаря договорённости третьих сторон.

Русские упорно отказывали Румынии в статусе доминиона, хотя под их патронатом территория страны приросла Северной Болгарией и Трансильванией. Как свинья, которой скармливали излишки продуктов – всё равно сгниют. Впрочем, русские отказывали всем, даже Сербии (с Черногорией и Албанией), не говоря уже про Чехословакию и Югославию. Русские всё сильнее отстранялись от Европы, как будто ожидали в ней вспышки смертельной эпидемии. Они даже Грецию и Южную Болгарию передали под управление европейских турок. Своего доминиона, по конституции светского, но де-факто мусульманского, и выглядело это как возведение карантинного форпоста.

По итогам Великой Войны русские не взяли в Европе ничего! Ну, кроме музейных коллекций и Мальты с Гибралтаром – не территории, а крепости, почти без населения, хотя могли, и могли много. Ах, да, ещё Ватикан, но это уже совсем какой-то странный случай, не поддающийся никакому разумному объяснению – по сути, спасли извечных врагов своего православия, а зачем? Зачем, мать их азиатскую? Что они такого знают?

Вместо этого русские предпочли вдохнуть вторую жизнь в Испанию. Завоевали для неё Окситанию и Португалию, отбили у янки Филиппины и Кубу, добились признания вассалитета Мадриду Центральной Америкой.

Понятно, что Николай Второй и Алехандро Первый не чужие друг другу люди, но разве это гарантия лояльности? В Европе-то? Где испокон веков друг с другом воюют родные братья и отцы с сыновьями…

Нет, русским точно что-то известно, но Румынии всё равно из Европы деваться некуда. В Рейхе сейчас кризис, но он не навсегда. Да и какой это кризис, по румынским-то меркам? С жиру бесятся – перебесятся. Эх, узнать бы, что там Александр Третий дальше человечеству напророчил… А пока – да здравствует Рейх, другого варианта всё равно нет.

Седьмого января 1913 года (двадцать пятого декабря 1912-го) Государь-Император и Великий Хан Николай Второй приобщился Рождественской службе в храме Святого Александра Невского на Храмовой горе Иерусалима (бывший Купол Скалы, освящённый по приказу Сандро).

Вечером того-же дня, Командующим Гвардией Российской Империи был назначен Сергей Михайлович Романов, единственный их родных братьев Испанского Императора (Михайловичей), который не последовал за Алехандро Первым и оставался на русской службе, а Павел Александрович получил пайцзу на престол Египта и Судана. Отныне он Фараон Павел Первый из династии Романовых. Формально – он теперь полный суверен, а де-факто генерал-губернатор.

Впрочем, Павла эта двойственность нисколько не тяготила. Воспитали его русским офицером, а Фараон – это теперь просто очередное звание. Новое звание, до сего дня не существовавшее, но в этом мире теперь всё меняется очень быстро. Да, регион проблемный, но так даже интересней. Гораздо интереснее, чем управлять Киевским Генерал-Губернаторством, где он чуть не запил от скуки.

Фараону Павлу Первому, Николай поставил задачу провести в Северо-Восточной Африке реконкисту, как когда-то Эль-Сид и Фердинанд Католик в Испании. Не было когда-то никаких арабов в Египте, так пусть их и не будет в будущем. Вот тебе Военный министр, генерал, граф Ренненкапмпф, вот тебе корпус Гвардии в Иерусалиме, вот тебе Палестинское и Аравийское казачьи войска, вот тебе Мальтийская эскадра. Авиации подкинем, обязательно, лично прослежу.

Денег у тебя и так навалом, но полезные инициативы казна всегда поддержит, в этом не сомневайся. По необходимости, будем размещать у тебя учебные воинские части срочников. До миллиона, если потребуется. В общем, рули, Фараон, Родина тебя не забудет, не предаст – главное – сам её не предай.

В январе 1913 года, Государственный совет принял, а Николай подписал закон о всеобщей воинской повинности и срочной службе в Российской империи. Военное министерство уже открыло комиссариаты в каждом уезде, так что пора начинать. Срочная служба – очень полезный социальный институт, его единственный недостаток – слишком дорог для казны, но в нашем случае, половину расходов принимал на себя Китай. Пока только Китай и только половину, но уже идут переговоры о размещении воинских частей с Калифорнией и Таиландом, а теперь вот ещё Египет добавился.

Конечно, двухлетняя срочная служба не сделает из молодого оболтуса воина, воином можно стать только принимая участие в боевых действиях, но и прежним оболтусом он уже не останется – научится жить по уставу и освоит военно-учётную специальность.

Но главное – после срочной службы далеко не все захотят возвращаться в свои и так перенаселённые деревни в европейской части России. А ведь у нас почти семьдесят процентов призывников из таких крестьян. Вроде и грамотные уже, а всё равно будто приклеенные к своим «малым Родинам», где они уже давно лишние.

Даже если всего четверть выберет после службы другую жизнь на новом месте – это уже будет хорошим результатом, но мы рассчитываем на большее. С солдатиками, во время службы, будут работать специально подготовленные специалисты-вербовщики. Врать, конечно, будут безбожно, ну а куда денешься? На то она и реклама, чтобы врать. Люди нам нужны в Сибири, на Дальнем Востоке и в Русской Америке (где плотность населения до сих пор в разы меньше), а альтернатива рекламному вранью – принудительное переселение, что ещё хуже.

Двадцать третьего (десятого) февраля 1913 года, с Парада Победы в Москве началось празднование трёхсотлетнего юбилея царствования Дома Романовых.

На Красной площади, где в другой истории размещался мавзолей-зиккурат, построили временную трибуну для полутора тысяч гостей. Временную, но из полированных гранитных блоков, так что смотрелось всё очень солидно.

Сводные колонны союзников-победителей, бронетехника, артиллерия, авиация. А вот дальше уже пошёл бесстыдный плагиат – колонны барабанщиков и духового оркестра, бросание к основанию трибуны знамён поверженных врагов (Франции, Италии, Португалии, Бельгии и Голландии). Красиво получилось, не хуже, чем в том сорок пятом.

Двадцать пятого (двенадцатого) февраля в Большом Кремлёвском Дворце начал работу Всероссийский Всесословный Собор. Дань памяти события трёхсотлетней давности. Две тысячи четыреста делегатов должны были распределить сто миллионов рублей (на памятники и премии) и поговорить о всяких делах государственных (если у них останется время после дележа денег, но это очень вряд ли).

Впрочем, одно государственное дело они обязательно сделают – учредят орден «Собора Русского Народа», согласуют устав и выберут Кавалерственную Думу. Мало у нас орденов, мало, пусть будет ещё один. И государству польза, и мужики (а их среди делегатов семьдесят процентов) не будут считать, что зря собирались, ведь дележом то наверняка не все останутся довольны.

Про выборный Парламент и всякие прочие демократические непотребства никто даже не заикался. Этого не запрещали, просто сразу дали понять – мы не против, но если будет всеобщее избирательное право, то оно будет и у женщин, и у восемнадцатилетних сопляков. Многие ли из них, вас, пеньков замшелых, поддержат? А всё ведь начнётся с выборов общинных старейшин и руководителей уездного уровня, не с премьер-министра Империи же выборы начинать… Вот и думайте, вот вам и вся демократия.

Двадцать седьмого (четырнадцатого) февраля, Император со свитой и высокие гости переехали в Санкт-Петербург. Двадцать восьмого (пятнадцатого), в высочайшем присутствии аж пяти Императоров, состоялось торжественное открытие аэропорта имени Александра Третьего в Пулково. Более тысячи высоких гостей проводили первые регулярные (пока еженедельные) международные рейсы авиакомпании «Мария»: Санкт-Петербург – Берлин, Санкт-Петербург – Мадрид, Санкт-Петербург – Новоалександровск – Пекин, Санкт-Петербург – Красноярск – Токио, Санкт-Петербург – Михайловск – Бангкок, Санкт-Петербург – Рейкьявик – Нью-Йорк и Санкт-Петербург – Лондон.

Там-же состоялся первый авиасалон, Императоры и высокие гости осмотрели самолёты гражданской авиации. Три основных типа лайнеров: – шестимоторный широкофюзеляжный «ИМ» (Илья Муромец) Красноярского авиазавода, способный перевезти сто шестьдесят пассажиров, или тридцать две тонны грузов на расстояние в шесть с половиной тысяч миль без посадки и дозаправки; четырёхмоторный «ДН» (Добрыня Никитич), Царьградского авиазавода (сто двадцать пассажиров, или двадцать четыре тонны на четыре тысячи миль) и местный двухмоторный «АП» (Алёша Попович) Новгородского авиазавода (восемьдесят пассажиров, или шестнадцать тонн на расстояние в две с половиной тысячи миль). Три типа самолётов и по три модификации для каждого – экономический, первый и Императорский класс. Три лайнера Императорского класса совершили по экскурсионному вылету, сделав круг над Балтийским морем, Гельсингфорсом и Либавой.

Третьего марта (восемнадцатого февраля) в Кронштадте спустили на воду морской круизный лайнер «Александр Пушкин». Шестьдесят тысяч тонн водоизмещением и экономической скоростью хода в двадцать шесть узлов. Сто кают класса люкс и шестьсот первого класса, пять ресторанов, три зала синематографа, казино, варьете и так далее и тому подобное, плавающее Монте-Карло, или Ницца. Во время войны, «Пушкин» станет быстроходным десантным транспортом, способным принять на борт личный состав дивизии и доставить её в Америку за четыре дня из Европы, через Атлантику, или за одиннадцать из Азии через Тихий океан, а пока пусть деньги зарабатывает в круизах, до войны ещё далеко.

Таких лайнеров (десантных транспортов) у нас будет два, второй – «Фёдор Достоевский» уже достраивался в Святогеоргиевске. Оба они были заказаны коммерческой компанией «Посейдон», принадлежавшей в равных долях Русско-американскому и Русско-китайскому банкам. Банкам, в которых все доли принадлежали самому Императору и его близкому кругу из Комитета развития России.

Их даже мобилизовывать не придётся, на переоборудование, со снятием всего лишнего, они встанут ещё до войны, да и в мирное время, капитанами и высшими офицерами на них будут служить военные моряки. А что значит доставка на вражеский берег целого корпуса в течении двух недель – объяснять излишне. За две недели, мобилизованные врагами фермеры и работяги, только повестки получить успеют, да и то не все.

Скорость, в формуле военной силы, считается в квадрате.

«Балы, красавицы, лакеи, юнкера»

Пять Императорских дворов в одном городе (Ёсихито не смог принять участия в этом празднике из-за траура), пять победителей в Великой войне, пять Императоров родственников и, главное, друзей. А в чём ещё друзьям соревноваться на таком уровне, кроме щедрости? Балы, ордена, подарки, заключение брачных союзов, помолвки. Классически чопорно у германцев, экзотично, но очень богато у таиландцев, весело и модно (с новинкой – танго) у испанцев, очень карьерно-перспективно у китайцев и крайне надёжно у русских.

У русских нет вакансий в армии и на флоте, зато у них огромный спрос на чиновников. А ещё у них самый стройный табель о рангах. Отслужи пару лет коллежским асессором, в губернском департаменте дорожного строительства, где-нибудь в Сибири, получи характеристику у Губернатора и можешь подавать рапорт о переводе хоть в Гвардию, в соответствующем чине. Не факт, что в Гвардии найдётся вакансия, но в армии она найдётся точно. Зато в армии и чин выше будет – уже не поручик, а штабс-капитан. Дальше рапорт об обучении в Академии Генерального Штаба (в обучении русские никому не отказывают), два года, и ты уже капитан. До полковника уже точно дослужишься, даже в мирное время, а русский полковник – это уже фигура. Шестой класс в табели о рангах и наследственное дворянство. Это как минимум и в мирное время, но всегда можно ускорить карьерный рост через контракт с ЧВК Гриппенберга.

Впрочем, от Гриппенберга там осталось только название, старый генералиссимус, говорят, теперь разводит лошадей, где-то в Тверской губернии. Или собак, в Романове-на-Мурмане. Вот с этим у русских полное варварство. Никто ничего точно не знает, если только сам Император, но кто же у него поинтересуется? Но это здесь не важно, генерал-лейтенант Ворожцов хоть и не генералиссимус и не граф, но в бизнесе он понимает даже лучше.

Намного лучше! Жалование, при нём (причём, в рублях-бля-х-блях-х!!!), выросло в полтора раза, а дрались, при этом, не с китайской армией и не с британским экспедиционным корпусом, а пинками гоняли негров по Анголе и Мозамбику. Сами негры и гоняли, даже взводные неграми были, для белых, вакансии начинались только с роты, со штабс-капитана.

Но война «больших дядей» закончилась, рынок военных наёмников начал расти. Теперь даже для подпоручиков вакансии случаются. А по деньгам это – Гвардия. Да и по положению в обществе тоже. Кто посмеет хоть слово сказать против «ландскнехта» генералиссимуса, графа Гриппенберга? Ну, переживёт такой дурак, в случае удачи, одну дуэль, две – в случае редкой удачи… Встретить такого идиота лично, шансы примерно – как крокодила в Сибири. Если только в клетке, в зоопарке, да и то только летом, в июле.

А ещё мотивировали рубли, конечно. Жалования в ЧВК в рублях, а рубли за время и после Великой войны выросли по отношению к доллару и рейхсмарке в два с половиной раза, а к фунту в три с половиной. Только рубль за это время укрепился по отношению к золоту и расчётной биржевой корзине Московской биржи. Да, в рублях вклады принимаются всего под полпроцента, да и то только на полный год, а вклады до востребования истаивают за год на полпроцента, но всё равно это выгодно, если сравнивать с остальными валютами. Одно дело – у тебя полпроцента в рублях истаяло, и совсем другое – почти шестьдесят.

В рубли перевели свои долгосрочные активы все банки Имперского союза, Испании и Таиланда, а Китай так и вовсе собственной валютой не озаботился, Китаю в рублях считать оказалось удобнее и выгоднее. И куда тут деваться простому офицеру? Примут с понижением в один чин – и слава тебе, Господи, всё равно перспективнее и выгоднее.

Пятого марта (двадцатого февраля) вышли Императорские рескрипты о переименовании городов. Гельсингфорс стал Гриппенбергом, Тифлис – Витте, Омск – Хилковым, Южно-Сахалинск – Дубасовым, Курган – Дурново, а Турку – Столыпиным. Династия Романовых увековечивала имена сподвижников. Подельников, ага. Херсон переименовали в Потёмкин, Вятку в Скуратов, Оренбург в Меньшиков. Все они наши зловещие клешни.

Никто сейчас не понимает, сколько маны принесут такие затратные указы Николая Второго, который отличный парень, но давно немного не в себе, во всех этих мракобесиях. Ну, ладно, можно ещё понять «Гриппенберга», «Витте», «Столыпина», «Дубасова», «Дурново» и «Хилкова». Дороговато, но можно, ближайшие сподвижники и всякое такое. Но мертвецов-то зачем поднимать? От них-то какая польза? От плута и казнокрада Меньшикова?

Глава 28

Шестого марта (двадцать первого февраля) 1913 года во всех газетах опубликовали манифест, а по центральному радио дважды прокрутили запись:

«Мы, Божиею поспешествующей милостью, Николай Второй, Император и Самодержец Всероссийский, Император Антарктиды, Великий Хан Орды, Шах Персии, Царь Сибирский, Суверен Турецкой и Южно-Африканской Республик, Палестины, Леванта и Аравии, Хранитель и Покровитель Иерусалима, Царьграда, Антиохии, Александрии, Ватикана, Медины и Мекки, Князь Курильский, Гроссмейстер Мальтийского Ордена и прочая, и прочая повелеваем:

Двадцать первого февраля каждого года сделать днём праздничным, не присутственным и не рабочим, днём Российской Империи, нашей Родины, нашей Матери. В столицах губерний в этот день производить праздничные салюты фейерверками, устраивать ярмарки и народные гуляния.

В ознаменование учреждения праздника Российской Империи и честь Трёхсотлетия восшествия на престол Дома Романовых, наградить памятными медалями:

Всех работников казённых предприятий и нижних чинов армии, флота, служб охраны порядка и здоровья серебряными, чинов в Табели о рангах до шестого класса включительно золотыми, высшим чинам изготовить именные золотые медали, с изображением герба награждённого на реверсе, самостоятельно, с возмещением расходов из казны.

Прочим жителям империи списать по три рубля из налогов с хозяйства».

Вот так. Никаких амнистий. Праздники для честных людей устраиваются, а не для преступников. Много ли это – по три рубля списания налогов? Кому как. Купчик третьей гильдии такого даже не заметит, а люмпен-феодал откуда-нибудь из-под Тулы очень даже, для него это списание за полгода. А в среднем, по вольному общинному крестьянству, третья часть. Примерно столько у нас стоит годовалый бычок, или пять баранов.

Медали, золотые и серебряные, станут знаком отличия старослужащих перед молодыми, а дедовщина, если она остаётся в рамках устава – очень полезная штука. Из высших, девяносто процентов возмещение из казны не затребуют, так что всё обойдётся миллионов в двести-двести пятьдесят. Ещё пятьдесят казна потратит на переименование городов. Даже Рейху такого сейчас не потянуть, а нам и занимать скорее всего не придётся, всё покроется дополнительными доходами.

Доходы растут. За вооружениями и боеприпасами очередь, объём поставляемой на рынок нефти увеличивается на пятьдесят процентов в год, а теперь ещё и самолёты гражданской авиации на подходе. Понятно, что года три придётся вкладываться в индустрию авиаперевозок по «серой» схеме, через Русско-американский и Русско-китайский банки, создавая местные авиакомпании и вкладываясь в инфраструктуру на местах, но актив этот точно будет дорожать. Стремительно дорожать. Кризис, в целом, преодолён, везде наметился рост – и в Рейхе, и в Британии, и в САСШ. Шок от падения валютного курса прошёл, кто выжил, тот выжил и теперь начинает занимать и осваивать опустевшие угодья.

В Латинской Америке война, хоть пока и не объявленная. В Венесуэле анархия и вторжение интервентов из Колумбии и Бразилии, Парагвай проводит операцию по наведению конституционного порядка в Боливии, Аргентина готовится противостоять бразильской аннексии Уругвая, а Бразилия аргентинской. В Перуанской столице Лиме американская база Японского Императорского Флота, и с такой «крышей» перуанцев сильно заносит в политике на сторону силы. Империя Инков от Мыса Горн, до Панамы, и никак иначе. Перуанцы даже два линейных корабля заказали. У нас заказали – «Малюту» и «Ивана». Так что за нашими вооружениями очередь будет только расти, а за ними и нефть. В России каждый день производится по шестьсот моторов. Производится и продаётся. А покупают их не для того, чтобы на чёрный день заныкать. Всё это идёт в ход сразу, «с колёс».

Дорогой рубль уже давно обнулил наш «хлебный» экспорт. С пшеницей аграриям деваться некуда, кроме как сдавать в государственные закрома. Теперь эти закрома, никого не принуждая, одними только закупочными ценами включили всех феодалов в Госплан. Овёс, ячмень, подсолнечник, кукуруза, рапс, соя, рис, лён, конопля и хлопок – в каждой губернии теперь есть выбор посевных культур. Наш Госплан не делит поля под посевы, он устанавливает закупочные цены на урожай. Госплан у нас не пытается заменить собой рынок, как это пытался сделать Вильгельм Второй, через Канцлера фон Бюлова. Наш Госплан на рынке один из игроков. Самый мощный игрок, но один из, а не один против всех.

Основной наш экспорт сейчас даже не вооружения, а станки. Целые заводы отправляются за границу – в Китай, Испанию, Таиланд, Вьетнам, Калифорнию и так далее. Туда, где производственные издержки (прежде всего оплата труда) в два-три раза ниже. И эти заводы производят там продукцию по нашим технологиям, с выплатой патентной ренты, которой, в каждом сложном изделии, вроде автомобиля, по десять процентов от цены.

И, конечно, нефть. Две трети нефти в мире добывается подрядчиками казны Российской Империи. Закупает её у нас весь мир, пока кроме САСШ, но это пока. Американцам уже не выгодно вкладываться в новые собственные разработки месторождений, тому же «Стандарт Ойл» гораздо выгоднее перепродавать добытое в Персидском заливе, в исполнение своих контрактов с Британией и Латинской Америкой.

В общем, деньги есть, и они не последние. Экономика растёт по семь процентов в год и этот рост обеспечивается постоянной модернизацией производства, а не увеличением добычи сырья, так что есть, чем побаловать подданных, а они заслужили – это несомненно.

Утром, шестого марта (двадцать первого февраля) 1913 года, в Исаакиевском соборе Санкт-Петербурга, помазали на царство в Египте Фараона Павла Первого Александровича Романова и Фараоншу Глафиру Игнатьевну, урождённую Рябову, дочь купца-старовера, а ныне действительного статского советника и министра Авиационной промышленности Игната Лукича Рябова, одного из богатейших людей Российской Империи, да и в мире он точно входит в первую сотню.

Четвёртая ветвь Дома Романовых поднялась на престол как раз в день Трёхсотлетнего юбилея. Очень символично. Наследник египетского престола, пока малолетний Владимир Павлович наполовину Рябов. Наполовину русский сибирский мужик из староверов. Такие вот у нас теперь социальные лифты. Не только до Канцлера можно в них подняться, но и выше.

Днём заложили первые камни в фундамент храма Святого Александра Романова (который после завершения строительства, где-то лет через пять, будет крупнейшим в России и ненамного меньше римского собора Святого Петра). Романовский храм, Романовы на него и скинулись, никаких сборов пожертвований не устраивали.

Вечером состоялся салют фейерверками – тридцать залпов из десятка шестидюймовых зенитных орудий суперлинкора «Кайзер», подошедшего к Васильевскому острову. Очень красиво получилось, очень зрелищно, понравилось даже Николаю, который разных салютов в своих жизнях повидал.

Праздничный ужин в Зимнем и костюмированный (под семнадцатый век) бал, продолжавшийся до самого утра (последний бал в этом дворце, после него весь комплекс отойдёт под музей Эрмитажу). Утомительно, но положение обязывает. Тем более, что камеры синематографа на каждом шагу, которые снимают не только хронику, но и натуру для будущих фильмов. Слава Богу, к утру всё закончилось. Почти на рассвете, по традиции уединились с Вилли скурить по сигаре.

Послевоенная жизнь в Рейхе налаживалась, из завоёванной Европы, под давлением Гестапо, утекали непримиримые пассионарии. Утекали во все стороны, в том числе и в Россию. Французы, итальянцы, бельгийцы и голландцы отправлялись в рассеяние. Массово, по миллиону в год. Оставались те, кому всё равно при какой власти жить, лишь бы сытно, а таких ведь подавляющее большинство. Они потихоньку и налаживали мирную жизнь – работали, торговали, потребляли, оживляя внутренний рынок.

Сырьём для промышленности Рейх теперь обеспечен, как и сельскохозяйственной продукцией, рабочими руками тоже, для большого рывка Германии не хватало только оборотного капитала на обновление основных производственных фондов. Всё самое перспективное и современной подмяли под себя адмиралы экономики, довольно узкая группа промышленников из пула Экс-Канцлера фон Бюлова, но эти, можно их назвать олигархами, комфортно чувствовали себя возле государственной кормушки военных заказов и не рвались модернизировать предприятия по выпуску товаров народного потребления.

Заработанные рейхсмарки они переводили в рубли и хранили в русских банках. Всего под полпроцента годовых, но это если считать в рублях. При пересчёте через цену золота получалось уже больше процента, а про другие валюты и говорить нечего. Никакой бизнес в Германии такой прибыли не даст, если вообще будет какая-то прибыль. Три экономических кризиса за тридцать лет вызывали в этом обоснованные сомнения. Да и конкуренция росла. К Испании, Чехословакии, Югославии, Сербии и Азиатской Турции скоро добавится Китай, стремительно проводящий индустриализацию, а как конкурировать с Китаем, где стоимость рабочей силы вдвое ниже, при большей производительности труда? Подсадить китайцев на опиум больше не удастся. Закрыть для них рынок? Только для них одних невозможно, рынок в этом случае придётся закрывать и для России с Испанией, а ведь эта игра не в одни ворота.

Рейху нужна была государственная программа развития, но на неё у казны не было денег, а свободный финансовый рынок закладывал в риски по пять процентов годовых. В рублях! Шайзе!

Николай предложил Кайзеру провести приватизацию «Дойче бана». Ведь это самая крупная в мире компания, если считать основные фонды и при этом она почти не приносит прибыли, если вообще приносит. Управляют ей военные, которым о прибыли думать по уставу не положено.

– У вас же все железные дороги тоже государственные. Может, просто руководство сменить? – усомнился Вильгельм.

– У нас они тоже прибыли не приносят. Хорошо, если в ноль выходят. Но у нас, с нашей географией, выбора нет. Для нас заселение Сибири и Дальнего Востока важнее прибыли. Пока их не заселим, будем работать в ноль, или даже в минус, иначе все переселенческие программы сорвём. У тебя таких проблем нет, нет пустующих земель на две трети территории страны. Подумай. Посоветуйтесь, посчитайте. Витте мне докладывал, что за «Дойче бан» можно выручить около трёх миллиардов рублей, если продать контрольный пакет.

– Кому продать? У кого есть такие деньги?

– У людей, Вилли. В банках люди хранят гораздо больше. Их можно заинтересовать вложиться в многообещающую компанию. Тарифы на перевозки, конечно, возрастут, но их оплачивает внутренний рынок. Годовая выручка «Дойче бана» сейчас около миллиарда, при населении в двести пятьдесят миллионов. То есть, по четыре рубля с одного бюргера. Я в рублях считаю, извини, мне так удобнее. Будут платить по пять. Неприятно, но не смертельно. Зато компания начнёт приносить прибыль и платить с неё налоги. С прибыли и развитие пойдёт. А Рейх разово получит до трёх миллиардов, да не в долг, под проценты, а свои, кровные. В общем, считайте, вариант интересный. Насчёт аннексии Чехословакии и Югославии я не возражаю, дело твоё. Считаешь, что Рейх ещё недостаточно расширился, расширяйся дальше. Только германских подданных у тебя и так уже меньше трети, а в этом случае будет всего четверть. Не растворились бы твои германцы во всяких румынах-мадьярах-французах. Мне было бы очень жаль.

По идее, Вилли нужно передавать корону Младшему и уходить на покой. Он сейчас главный тормоз развития Рейха. Абсолютный монарх даже не девятнадцатого века, а эпохи средневековья – викингов, набегов, битв и пиров, с балладами скальдов о Нибелунгах. Он велик. Он уже настолько велик, что занял в сознании своих верных людей место между ними и Богами. Поэтому они даже не предлагают ничего такого, что может его хоть как-то огорчить. С самыми лучшими намерениями, разумеется. Кайзер не получает достоверной информации и не имеет дублирующих каналов для проверки поступающей.

Тот же бедняга фон Бюлов ведь умница, но и он только прислуживал – чего ещё угодно обожаемому Кайзеру? Ещё три «Гогенцоллерна»? Яволь! Военные комендатуры вместо магистратур? Это гениально! А ведь понимал, куда это заведёт. Понимал, но огорчать Вилли не захотел, предпочёл пожертвовать собой, чтобы как можно дольше радовать своего Кайзера.

А в Культе личности, как мы помним, самое плохое это – несоответствие масштаба личности накалу поклонения. Накал в Рейхе явно намного выше критического уровня. Конунг викингов-отморозков, умный и хитрый, но увлекающийся своими мечтами, вспыльчивый (да чего уж там – натуральный псих), обожающий лесть – такого поклонения явно не заслуживает.

Говорил ли об этом Вильгельму Николай? Нет, конечно. Это Вилли друг, собутыльник и верный союзник, а Рейх – это Рейх. Возможно, уже Святославу придётся с ним воевать. Глобализация неизбежна, Император останется только один. Нет, про демократию даже не думайте. Как только технологии позволят обеспечивать тотальный контроль, этот инструмент будет отброшен и даже проклят, с запретом воспоминаний. Человечество возглавит кто-то один, каким бы путём к глобализации это человечество не шло – мирным, или военным.

Вилли друг и брат, пусть он разрушит Вашингтон и Лондон, жалко нам что ли? Мы поможем, чем сможем. Три миллиарда – большие деньги, но чего им в банках лежать, бока отлёживать? «Дойче бан» не самый выгодный актив, но очень надёжный. Как минимум лет на тридцать, а за тридцать лет он дважды окупится. Да и миллиарды эти мимо нас не пройдут, вернутся за станками. Станки в Рейхе производят хорошие, с точки зрения механики получше наших, лучшие станки эпохи ручного управления, но это уже прошлое поколение. В Германии уже понимают, что станки без «Электрического разума» Теслы скоро будут никому не нужны.

Новоалександровский автомобильный завод предприятие открытое, немцы его посещают и изучают опыт. А опыт впечатляющий. В первый год, после пуска новой линии, случилось почти семьсот поломок, что, с учётом расхода запасных элементов и целых блоков, оплаты труда очень дорогостоящих специалистов (от пятисот рублей в месяц), делали эту дорогостоящую модернизацию убыточной, по сравнению с традиционной организацией производства. А уже на второй год эксплуатации поломок случилось всего восемнадцать, а штат «электронщиков» сократился с двадцати четырёх до четырёх. И Тесла обещает со временем повысить надёжность, задублировать всё, что нужно, чтобы один специалист обслуживал целый завод.

Мы готовы передать в Рейх даже производство самолётов, не то, что бронетехники, но не просто ведь так. Мы и Круппу, и Сименсу платили, нам просто так никто ничего не давал. А нынешний «Дойче бан» на три четверти трофейный, так что никакого национального унижения германцев не произойдёт. За свою часть они получат сполна, а остальное… Легко пришло – легко ушло. Тем более, что легко оно к ним пришло не без нашей помощи.

А за Чехословакию и Югославию мы даже приданное дали бы. Если уж устраивать из Рейха новый Вавилонский проект со смешением языков, то без славян никак не обойтись. Они эту башню будут очень шатать. Опыт у них имеется, Австрию уже ушатали. Поляков было мало, но и они воспрянут. Не бывать Рейху румыно-мадьяро-французским без боя со славянами. Сербию (с Черногорией и Албанией) мы пока от замеса побережём, но только территорией, людям границы не помеха. Лихие всегда найдут способ влезть в чужой блудняк.

Глава 29

В мае 1913 года Государственный совет принял, а Николай утвердил Положение о чинах служащих и новый Табель о рангах. В Табели больше не было придворных чинов, все придворные теперь классифицировались чинами статскими, а служащие ИСБ, ИСО и министерства Внутренних дел – военными.

Гвардейцы, включая Гвардейские флотские экипажи, получали на погон императорскую корону и класс на одну степень выше коллег по опасному бизнесу. Исчезли корнеты, ротмистры и прочие специфические кавалерийские, артиллерийские и инженерные чины. Лётчики тоже не получили отдельной колонки в Табели, хоть это предлагалось, всё-таки совсем новый род войск, да и Наследник-Цесаревич учится именно на лётчика, но из-за него усложнять ни к чему. Табель должен быть настолько прост, чтобы каждый крестьянин помнил его наизусть, как «Отче наш». А лётчики обойдутся имеющимися армейскими и флотскими чинами, для отличия достаточно особого значка в петлице.

Ещё новинкой стало появление в табели нижних чинов – армейских фельдфебелей и флотских главстаршин в четырнадцатом классе, теперь они тоже благородия. Да и прапорщик с мичманом теперь не обер-офицеры, а высшие унтер-офицерские чины.

Тридцатого (семнадцатого) мая 1913 года Положение о чинах и Табель о рангах опубликовали в «Имперском вестнике», официальном печатном издании Государственного совета и правительства, и с этого дня он вступил в законную силу:

Четырнадцатый класс: коллежский регистратор, фельдфебель, главный старшина;

Тринадцатый класс: кабинетский регистратор, прапорщик, мичман, купец второй гильдии;

Двенадцатый класс: губернский секретарь, подпоручик, младший лейтенант;

Одиннадцатый класс: корабельный секретарь, поручик, лейтенант, хорунжий;

Десятый класс: коллежский секретарь, штабс-капитан, старший лейтенант:

Девятый класс: титулярный советник, капитан, капитан-лейтенант;

Восьмой класс: коллежский асессор, майор, капитан третьего ранга, есаул;

Седьмой класс: надворный советник, подполковник, капитан второго ранга, купец первой гильдии;

Шестой класс: коллежский советник, полковник, капитан первого ранга, войсковой старшина;

Пятый класс: статский советник, генерал-майор, контр-адмирал;

Четвёртый класс: действительный статский советник, генерал-лейтенант, вице-адмирал;

Третий класс: тайный советник, генерал, адмирал;

Второй класс: действительный тайный советник, генерал-фельдмаршал, адмирал флота, имперский атаман;

Первый класс: канцлер, генералиссимус, генерал-адмирал.

В классе никто из находящихся на действительной службе не потерял, а купцы и казаки даже поднялись на одну ступень. Правда, они не могли перейти в этом чине на другую службу, но это им было и не нужно. Упорядочили выплаты наградных за ордена и нарукавные нашивки участников боевых действий, в том числе и пенсионные.

Солдатский знак отличия ордена «Святого Георгия» ограничили тремя степенями (как орден солдатской Славы периода СССР из другой истории). Бантисты автоматически становились прапорщиками, или мичманами, которых награждали уже офицерскими орденами.

Недовольных реформой не оказалось, а если они и были (какие-нибудь старые пердуны ротмистры времён Русско-турецкой войны), то держали своё недовольство при себе. Ну, нет больше кавалерии, не нужна она, что уж тут поделаешь, саблями больше не воюют, да и лошадей жалко.

В августе 1913 года ЧВК Гриппенберга вступил в боевые действия в Мексике, по контракту с правительством САСШ. Целая армия двухкорпусного состава – шестьдесят тысяч бойцов. Четыре дивизии мотопехоты, две артиллерийские бригады и два авиаполка.

Экономика САСШ восстанавливалась быстро, контракт оплачивался щедро, а мексиканские бандиты, как и ирландские сепаратисты, нам своими не были, так что давили их без каких-либо угрызений совести. Ворожцову пришлось принять в штат компании американских офицеров, но согласился он их взять только наблюдателями при штабах, что, впрочем, всех устроило более чем. Американцы учились правильно воевать в прошлой войне, а мы обкатывали в боевых действиях личный состав и зарабатывали неплохие деньги.

В двенадцатом году, на выборах президента САСШ победил кандидат новообразованной партии Социального прогресса (в обиходе Прогрессистов, или Социалистов, а по сути национал-социалистов) Дуглас Уайтфорт. Молодой, чуть за сорок, и резкий, как криминальная шестёрка. Прогрессисты взяли и большинство в Конгрессе, причём, большинство солидное – три четверти голосов. Для оформления законно выбранной диктатуры нацистов, оставалось получить две трети Сената, а в случае успеха Мексиканской кампании, это произойдёт уже в четырнадцатом году, после промежуточных выборов.

Успех в Мексике мы обеспечим, а всё остальное сделают нацисты. И флот построят самый бронированный и крупнокалиберный, и армию соберут миллионов пять, и на Калифорнию нападут. На братскую нам Калифорнию нападут лишённые совести полулюди-полузвери. А перед этим, они поделят американцев на полноценных и не очень.

В Британии ситуация похожая. Ирландское сопротивление подавлено, но этого успеха не хватило, чтобы сохранить вековую двухпартийную политическую систему – в Палате общин большинство у нацистов. Кузен Жоржи поднял в Ирландии свой авторитет, но его хватает только на сохранение трона. Он может отправить правительство Национал-Социалистической партии в отставку, но на смену ему прилёт ещё более радикальный кабинет. Ничего не поделаешь, такой теперь запрос у британского общества.

Не удивительно, что социально близкие нацисты двух англосаксонских держав уже обсуждают совместные планы. Людоедские, конечно – о применении химического оружия в Индии и Чёрных Штатах Юга, создании концлагерей для расово неполноценных (списки согласовываются) и, главное, о реванше Рейху и Японии. Россию они пока выносят за скобки, Россию они предполагают оставить в одиночестве и добить уже в третьем раунде. Естественно, у нас есть информаторы в обеих партиях, причём влиятельные, члены высших советов, конгрессмены, сенаторы и депутаты Палаты общин.

В октябре 1913 года, в Санкт-Петербурге (Колпино) состоялась историческая сессия Международной федерации футбола (ФИФА). Организация стала действительно международной, а не европейской. Членами её стали: Бразилия, Аргентина, Уругвай, Чили, Перу, Колумбия, Парагвай, Эквадор, Венесуэла, Боливия, Югославия, Сербия, Чехословакия, Румыния, САСШ, Канада, Австралия, Япония, Китай Таиланд, Вьетнам, Египет, ЮАР, Эфиопия, Персия, Европейская и Азиатская Турецкие Республики, добавившиеся к Британии, Германии, Испании и России. Тридцать одна федерация, тридцать одна сборная – очень неплохо, для организации Мундиаля вполне достаточно шестнадцати, значит будет и отбор.

Новым президентом футбольные функционеры избрали русского кандидата, графа Павла Павловича Шувалова, сына покойного Канцлера Павла Андреевича.

Павел Павлович, совмещавший службу градоначальником Москвы и общественную должность президента Федерации футбола Российской империи, был человеком очень деятельным и не сошёлся характерами с новым Московским генерал-губернатором, адмиралом, графом Степаном Осиповичем Макаровым, но для нас это пошло только на пользу. В градоначальники у нас кандидатов навалом, а вот такого энтузиаста футбола больше нет. Граф Шувалов подал в отставку, и Николай предложил ему возглавить весь мировой футбол.

Конечно, должность президента ФИФА выборная, но любые выборы выигрываются деньгами. Действующего президента, британца Дэниэла Вулфолла, Павел Павлович «обыграл» с очень крупным счётом 28:3, за Вулфолла проголосовали только сами британцы и их доминионы – Канада с Австралией.

На этой же сессии выбрали и страну-организатора первого Чемпионата мира по футболу в 1918 году – Россию, конечно. Утвердили регламент – шестнадцать участников отбираются в финальную стадию в отборочных двухкруговых турнирах в восьми группах (в одной три и в семи по четыре команды, занявшие в группах первые два места выходят в финальную стадию), Россия, как хозяйка Мундиаля, в отборочных матчах участвует, но в финальную часть выходит даже с последнего места, именно она будет маткой в отборочной группе из трёх команд. В финальной стадии, однокруговой турнир в четырёх группах по четыре сборные, и по две лучшие разыгрывают титул уже в матчах на вылет со стадии одной четвёртой финала. Очень стройная система, всем понравилась, даже британцам.

Выбрали и организатора второго Чемпионата мира в 1922 году – Бразилию, но он вряд ли состоится в срок из-за войны. Ко Второй великой войне мы будем полностью готовы к весне 1921 года, так что примерно в это время она и начнётся. Такой вот у нас Госплан. Ну, ничего страшного, дело житейское, проведут бразильцы свой Мундиаль в двадцать шестом, уж они-то в мировую бойню точно не встрянут.

В январе 1914 года началось строительство железной дороги Йоханнесбург – Каир – Иерусалим. Никакой особенной необходимости в ней не было, проект, скорее, имиджевый, объединяющий железнодорожную сеть Российской Империи и доминиона ЮАР, чем коммерческий, но это пока. Африка – это сундук с сокровищами, и кто первым построит инфраструктуру, тот первым в него и влезет не с чайной ложкой, а с совковой лопатой.

Прибыль на этом этапе для нас не главное. Мы ведь и Великий Сибирский путь строили прежде всего для переброски войск и заселения Сибири и Дальнего Востока, это потом уже по нему грузы пошли. Да и сейчас мы на перевозках зарабатывать не стараемся, министерство Транспорта устанавливает такие тарифы, чтобы сходилось в ноль – на грузы с небольшим плюсом, а на пассажиров дешевле себестоимости. Вот и Африку так же будем развивать. Сначала войска в опорные пункты, возле них начнут селиться переселенцы (они будут, обязательно будут, транспортная доступность решает всё), а поселенцы уже найдут, что возить.

Всё равно в метрополии темп строительства железных дорог снижается, уже построили почти всё, что хотели. Не всё, о чём мечтали, но дорога из Азии в Америку через Чукотку и Аляску пока нужна ещё меньше, а стоит намного дороже. Не готовы мы пока бить длинные тоннели, отбойными молотками много не пробьёшь. Вон, пленные французы уже третий год Северо-Муйский тоннель долбят, а току – чуть. Нужны машины, проходческие щиты. Проект уже разрабатывается, но дело это не быстрое, успеем африканскую дорогу закончить.

Опять-же с неграми как-то нужно начинать взаимодействовать. Опыт ЧВК Гриппенберга показал, что люди они вменяемые. С другой системой ценностей, но вменяемые, когда видят свою выгоду. Ключик есть – выгода, а там и система ценностей постепенно поменяется на нашу. Примут наш цивилизационный код и пусть будут в Африке русские негры и дикие, нерусские. Пусть наши негры сами борются с незаконной миграцией набежавших дикарей.

Технология внедрения цивилизационного кода довольно успешно отрабатывается в Китае. Радиоточки очень эффективно воздействуют на детей, понимать язык они начинают уже через два-три месяца, если это им интересно. На детей и рассчитаны радиопередачи – специально для них написанные сказки, развлекательные и познавательные передачи. Новости даются одним пятиминутным блоком в сутки, с предварительной просьбой – пересказать это взрослым, которые не понимают русского языка.

Так это и происходит. Сначала дети начинают понимать, потом напевать, потом пересказывать анекдоты про британцев и янки, которых русские «ссаными» тряпками гоняют – вот языковая среда и сформирована. Взрослые втягиваются гораздо дольше, но тоже стараются. Выгодно же. Русские платят столько, что впятером можно всю деревню кормить, но без языка к ним не устроишься. Когда начнётся эпоха телевидения, общим языком Китая будет уже русский. Так и с Африкой произойдёт. Дети – везде дети, и везде они становятся взрослыми.

В Таиланде проще. Там Русская Императрица Ольга Фёдоровна раскручивает культ мужа – здравствующего Будды, Николая Второго Романова. В Таиланде школы, гимназии и даже университет с преподаванием на русском, что уж там про радио говорить. В Таиланде синема-премьеры выходят в один день с Россией. В Таиланде, как и в России, Наследник Престола Святослав Николаевич Романов, две Империи в обозримой перспективе ждёт династическая уния, и в Таиланде ждут начала Золотого века. В Таиланде, даже у крестьян уже приёмники, которые ловят по три-четыре радиостанции.

В Большом Таиланде, имеется в виду. В Империи с Бирмой, Лаосом, Камбоджей и материковой Малайзией. Империя состоялась, причём, состоялась добровольно. После Великой войны, Рама Пятый предложил всем освобождённым от колониального гнёта (именно так пафосно) соседям суверенитет, но все отказались. К тому времени, знать была вовлечена в выгодные проекты развития, а королей своих они сами уговорили, или поменяли. У знати интересы в Бангкоке, Пекине, Михайловске и Санкт-Петербурге, а мнение какого-то местного короля учитывается только до тех пор, пока оно не противоречит их интересам. Короли смирились. Место в высшей имперской аристократии они предпочли месту на кладбище. Ну, и правильно, не прогадали.

Экономика Таиландской Империи растёт по восемь процентов в год. В Таиланде работают заводы по производству сельскохозяйственной техники, электровозов и электропоездов, бытовых холодильников и кондиционеров, вагонов и судов рефрижераторов. Тесла строит два завода для производства своих «электрических мозгов». На рисовых полях Таиланда уже навалом батраков из Бенгалии, готовых работать за еду.

В Индии непрекращающаяся смута. Британцев там больше не воспринимают, как великих белых сагибов с непререкаемым авторитетом. Оказывается, там, на севере, британцев теперь пинками гоняют. И, чтобы откупиться от пинков там, эти слабаки грабят Индию здесь. Доколе? Этот вопрос был поставлен кем-то, несомненно, очень коварным, не будем называть имён. На золото для выплаты контрибуции и репараций британцы Индию нагнули, но оно им ещё аукнется. В Индии больше нет пацифистов-толстовцев, эти твари достали всех до самого дна кошелька. Северо-западная Индия, с ограбленными казаками Бомбеем и Карачи и территории вокруг них, докуда успели дотянуться эти хитрые русские (а это на некоторых направлениях по пятьсот километров, ведь казаки кого попало не грабили, они работали по самым «жирным» целям, очень эффективно работали, благо, фронт держать не надо), рассчитывали на скидку, но были ограблены до последней нитки. А казаки, пьяные, наверное, забыли там склады с оружием, да и контакты для пополнения боеприпаса, если вдруг такая необходимость возникнет, оставили. А от Карачи до Бендер-Аббаса можно и на плоту доплыть, так что взаимопонимание наладили быстро.

Русский цивилизационный код заходит в Индию вместе с боеприпасами. Никакой Махатма Ганди на этой почве уже не взойдёт. Индийские пацифисты теперь с наслаждением минируют дороги выезда из расположений британских воинских частей, потом устраивают беспокоящий миномётный обстрел из восьмидесятимиллиметрового «Пугача» и исчезают. Говорят, что это не индийцы, индийцы «Пугача» никогда бы не бросили, а эти бросают, да ещё и минируют, но это просто разговоры, доказательств нет. «Одна баба сказала…» – это не для Международного суда в Гётеборге, а такие претензии теперь разбираются именно там. По закону. Предъявите доказательства, и мы, своих казаков, сами за это осудим. Шутка ли – миномёты контрабандой вывозить, да ещё и бросать, как пустые бутылки. Наверняка интенданты в доле. Очень интересно, давайте доказательства. Нет доказательств? Ищите. Так-то мы вам верим, казаки те ещё тати, мы и сами хлебнули, но без доказательств разве можно? Ищите, а как найдёте – обращайтесь.

Глава 30

В феврале 1914 года, Парад Победы провели в Мадриде. Испания, хоть и не входила в Союз Трёх Императоров, вклад в победу внесла значительный, за что получила свою долю контрибуции и репараций. Конечно, меньше, чем Рейх, Япония, или Россия, но получила, а значит её роль (как и роль Китая с Таиландом) признали значимой все – и победители, и проигравшие.

Над Испанской Империей теперь тоже не заходит солнце: Метрополия с Португалией и Окситанией, Канарские острова, Карибские острова, Центральная Америка, Филиппины, Гоа – вот и полный круг.

Признание равных прав всех подданных, сделало движения сепаратистов маргинальными. Какой теперь смысл в отделении от Империи, самих себя наказывать? Самих себя запереть на отсталой, в экономическом плане, территории, самих себя отрезать от инвестиций и рынков сбыта? Да и долго ли эту независимость удастся сохранить? На Кубе, Пуэрто-Рико, Филиппинах и в Центральной Америке успели по достоинству оценить оккупантов янки, на Гоа британцев, а в Окситании оказалось навалом беженцев, с отошедших к Рейху территорий Франции. Везде хуже. В общем, от добра – добра не ищут.

Вместе с Испанией, обрела второе дыхание и Римская Католическая церковь. Поддержка Россией, хоть и не явная, снова сделала Ватикан субъектом мировой политики. Католические партии в Латинской Америке набирают всё большее влияние, а с этим влиянием срабатывает обратная связь. Снова строятся храмы, иезуитские колледжи, больницы и приюты, открываются новые миссии в Африке и Азии, снова священники в большом авторитете, а Банк Ватикана один из главных игроков на Санкт-Петербургской и Московской биржах и крупный инвестор в экономики католических Испании и Латиноамериканских государств.

Объединение усилий Имперской Службы Безопасности и Римской Католической церкви позволяет играть в Латинской Америке в длинные многоходовки по переформатированию политических элит. Агенты влияния САСШ, Британии и Рейха сдают позицию за позицией, теряют партнёров, рынки для своего бизнеса и деньги, а с деньгами и возможности в политике. Их место занимают лояльные Святому Престолу, а через него и России. Путь мафии. Он самый простой и дешёвый. Путь не быстрый, но мы никуда и не торопимся. Это закладка на мир уже после Второй Великой войны.

В июне 1914 года закончил Красноярское училище военных лётчиков Наследник-Цесаревич Святослав Николаевич. Закончил лучшим на курсе, что не удивительно, учитывая, сколько было вложено в его образование до того, он ведь поступал уже практически готовым инженером и опытным пилотом.

В училище Славку ничем не выделяли (Николай за этим следил), он, как и все курсанты, прожил два года в казарме и заступал в наряды в порядке очереди, а на третьем курсе снимал довольно скромную комнату, причём на двоих, с сыном генерала Ворожцова – Матвеем Пахомовичем.

Как лучший выпускник курса, Святослав получил право выбора места службы и чин на класс выше остальных выпускников. Наследник выбрал флот, только что принятый в состав Русского Императорского флота, новый авианосец «Санкт-Петербург», в авиагруппе которого служили сплошь Георгиевские кавалеры, да и моряки не уступали лётчикам в наградах.

Пусть служит. Дело это – опасное, но жить вообще опасно. Рояля с послезнанием у Славки не будет, ему придётся использовать только собственный жизненный опыт. Опыт, авторитет и верных товарищей. Всё это ему ещё нужно получить, заработать и найти. Ну, а если…? Если так – значит Судьба. Великий Князь Александр Николаевич уже готовится к поступлению в Морской кадетский корпус, Великий Князь Иван Николаевич учится в Александровском лицее. Всех их воспитывал самурай Сато Исуми, а жизни учил Гриша Зубов.

Страшно, конечно, за детей всегда страшно, даже когда они уже взрослые, но этот страх нужно давить. Ставить свечи и молиться втихаря. Помогает? Если втихаря, то помогает. Да и далеко ещё до войны, больше семи лет, успеет ещё Святослав жениться и внуков наплодить. Иншалла, как говорят мусульмане.

Вторая половина 1914 года прошла в трауре. Вот уж зловещий в истории России год… В сентябре похоронили председателя Государственного совета, действительного тайного советника, графа Петра Николаевича Дурново, в октябре генералиссимуса, графа Оскара Казимировича Гриппенберга, а в декабре Канцлера – генерал-адмирала, светлейшего князя Фёдора Васильевича Дубасова-Босфорского. Меньше полугода не дожил Канцлер до свадьбы своего сына Олега Фёдоровича и старшей дочери Николая – Великой Княгини Марии Николаевны Романовой.

Порочную практику Дома Романовых родниться со всяким нищим и больным, лишь бы венценосным контингентом, Николай отменил указом ещё 1906 года, за два года до Первой Великой войны. Нет, если подвернётся подходящая партия, как например Наследный Принц Японии Хирохито для младшей дочери Екатерины, то почему бы и нет. Если Божественный Тенно согласится, чтобы он венчался по православному обряду и жил в моногамии, то так тому и быть. А вот чем потомки Дубасова-Босфорского, Менделеева, Гриппенберга и так далее хуже, чем всякие Габсбурги, Глюксбурги, Саксен-Кобурги, Ольденбурги и прочие дармоеды?

Вот и Святослав помолвлен с княжной Еленой Григорьевной Зубовой-Инсбрукской, знакомой ему с самого детства, барышней очень талантливой, во всяком случае, в музыке и живописи. Милая девочка, очень скромная, каждый день отправляет Славке письма. А что ещё нужно для семейного счастья будущему Всероссийскому Императору и Великому Хану?

Канцлером Николай назначил графа Витте, а председателем Государственного совета князя Хилкова. Гениальных (так считалось во всём мире) финансиста и промышленника. Единомышленников и даже друзей, но настолько заклятых, что однажды они выясняли отношения на заседании Комитета развития в рукопашной. Хилков тогда обозвал Витте новым Шейлоком, тот ответил тупым обер-слесарем и понеслось, разнимать бойцов пришлось лично Николаю. А коли вынудили, то получите. От хорошего удара в печень даже молодые по полчаса отходят, а эти до конца заседания кряхтели, пердуны старые, а туда-же, и как только не стыдно? Действительно феномены. Зато теперь они даже не братья родные, а один организм. Реально, без слов друг друга понимают, и решения согласовывают моментально. И военных, и флотских построили, и наряды им назначили. И Канцлеру, генерал-адмиралу, светлейшему князю Дубасову-Босфорскому в том числе. И все подчинились, как заповеди Господней, хаха.

Заслужили первого класса в Табели о рангах, городов, названных в свою честь, титулов, дворцов и права порулить всей Империей. В другой истории оба они давно покойники, так что кадры, Господь, бывает с дембелем и задерживает. Неспроста это. Да и некому, кроме них.

У нас всего семь лет мира, плюс два (плюс-минус) года войны, плюс три (плюс-минус), для переваривания добычи. По двенадцать лет они, конечно, не проживут, не настолько расточителен наш Господь, но узкоколейку к нашему Глобальному доминированию (прежде всего доминированию языка, а, значит, культуры, наших «понятий», нашего культурного кода) протянут.

Войну мы выиграем на минималках. Даже мобилизацию проводить не придётся, обойдёмся Гвардией, кадровыми частями, казачьём и Ворожцовскими «ландскнехтами», даже срочников привлекать не придётся. Не повезёшь же этих оболтусов в десант, только место чьё-то займут. К началу Второй Великой войны, у нас будет резерв из полутора миллионов ветеранов «горячих точек», с нашивками и орденами, а полтора миллиона и по мосту то не переправить, не то, что десантными кораблями.

Нам нужны лётчики. Тысячи лётчиков в самолёты и вертолёты, а не миллионы «портяночников». Это дорого, чертовски дорого, «мясом» воевать дешевле, но это только в текущем бюджете, не заглядывая в будущее. А Витте и Хилков заглядывают, причём, довольно далеко. В космос, квантовую физику, холодный термояд и сверхсветовые перемещения, с колонизацией далёких планет.

Но сначала нам нужны вертолёты и лётчики, а к концу войны спутник связи на орбите и термоядерная бомба, да так, чтобы не обрушить при этом экономику Империи. Это более, чем реально. Потенциал у нас сейчас такой, какой незабвенному Лаврентию Павловичу даже не снился. В научной индустрии Российской империи работают все лучшие учёные и инженеры. И теперь уже дело не в том, что мы всех сманили, сами учим мы сейчас гораздо больше, чем сманиваем. У нас наука – это индустрия. Полностью финансируемая казной, примерно наравне с флотом. Через «кривые» статьи бюджета, наша наука это – наша самая главная государственная тайна, но от будущих поколений тайн не бывает, так что вам это уже известно.

Именно день назначения графа Витте и князя Хилкова, двумя невыборными консулами-диктаторами можно считать днём Космонавтики Человечества. В этот день началась перестройка нашей экономики с прицелом на Луну, с развитием всех сопутствующих технологий, производств и целых отраслей. Впрочем, это я забегаю вперёд, а пока им нужно заранее вывести к союзникам производство простых вооружений и боеприпасов, наши внутренние коммуникации абсолютно безопасны, так что пусть патроны производят какие-нибудь румыны в Рейхе, а пулемёты корейцы в Японской Империи.

Военные, а особенно флотские, на дыбы встанут против переноса критических производственных мощностей куда-либо, тем интересней будет посмотреть эту корриду. Если честно, Николай не знал, куда рулить дальше. Всё, что он вспомнил, каким-то образом уже передал, и заинтересовал изучением этого послезнания назначенных людей. У нас ещё нет на вооружении вертолёта, пока только экспериментальный образец, но мы точно знаем, что он будет в срок и в потребных количествах, и уже планируем войну с тысячами вертолётов (с характеристиками в разы лучше, чем имеем сейчас). Именно такие теперь даются «дипломные» работы некоторым выпускникам Академии Генерального штаба.

Точно так же, про наши подводные лодки пока не знают моряки. Слухи, конечно, ходят, но ИСБ работает, языки привязывает. Поэтому, наша Военно-морская мощь кажется им (и не без оснований, стоит заметить), постыдно низкой. Так что Витте и Хилкову не позавидуешь, но зато у них карт-бланш. Право менять даже Военного министра и министра Военно-морского флота.

А Государь-Император наш, Николай Второй, что-то в увлечённо в это время в Антарктиде искал, да так увлёкся, что чуть на зимовку в Николаеве-Южном не остался. Блаженный, прости, то есть, Слава тебе, Господи, хорошо, что отговорили люди добрые Батюшку нашего Великого Хана (позывной Государя в ИСО знала уже вся Россия и даже весь мир, синема, оно такое), ведь именно через него Благодать на Русь от Александра Святого исходит.

Но блаженный – не святой, спорить с его назначенцами можно. И даже нужно, если за Родину, конечно, только теперь тут все за Родину, но у некоторых есть «банхаммеры» – слово новое, но всем сразу понятное. Спорьте – не спорьте, а мы всё равно пойдём путём Витте и Хилкова.

«Всё, что они сделают – сделано по моему благоволению, или прямому приказу и на благо России». Именно так, почти прямой цитатой из Дюма, подтвердил полномочия нового кабинета Николай в «Имперском вестнике», перед экскурсией в Антарктиду.

В феврале 1915 года Парад Победы прошёл в Пекине. Очень торжественно, очень медийно, очень дорого.

Китай стремительно богател, Мишкин уже вернул взятые у Николая двести миллионов рублей (долю Курильского дайме в японской контрибуции с Китая), хотя и давались они не в долг, это был чисто братский подгон. Но тем приятнее ответ.

Китайцы работали по всему миру, от Северных высоких широт до юга Африки, очень хорошо работали, а большую часть заработков они переводили в рубли и отправляли на родину. Только этот денежный поток уже превышает миллиард в год, а ведь и местное производство растёт по десять плюс процентов ежегодно, вдвое быстрее, чем остальная совокупная мировая экономика «в среднем по больнице».

Китайцам не пришлось ничего перестраивать, индустриализация в Поднебесной Империи производилась с нуля, поэтому они первыми оседлали выпуск совсем новых товаров – электрической бытовой техники, оборудования для малого бизнеса (например – минипивоварен, привет Рейху), а также крупносерийное производства в лёгкой промышленности – одежды, обуви, постельного белья, матрацев, подушек, одеял, спальных мешков, палаток и так далее. Оседлали в рамках инвестиций Русско-американского и Русско-китайского банков, но это уже детали, о которых, может быть, расскажем позже.

С этого китайцы и в другой истории начинали, только там им пришлось завоёвывать уже занятые рынки, а здесь они создают новые. Да и стартовые условия теперь у них намного лучше, чем после тридцатилетней гражданской войны, японской оккупации и культурной революции.

Канцлер Зубатов строит железные и автомобильные дороги, каналы, дамбы и электростанции, а на развитую инфраструктуру с удовольствием приходит уже частный капитал со всего мира. В общем, быть Китаю мировой фабрикой и здесь, а остальным придётся думать – за счёт чего развивать свои экономики. Мы это предвидели и готовились, нам развитие Китая выгодно – ширпотреб станет дешевле, а вот остальных ждёт настоящий шок.

В марте 1915 года Николай выдал замуж старшую дочь – Великую Княгиню Марию Николаевну. Жених (или здесь уместнее зять?) светлейший князь Олег Фёдорович Дубасов-Босфорский во время Великой войны служил во флоте, в должности старшего помощника капитана линейного крейсера «Меньшиков» поучаствовал в обоих сражениях на Доггер-банке и в набеге на Атлантическое побережье САСШ, награждён множеством орденов, и союзнических, и наших, в том числе «Георгием» третьей степени. Досрочно, за отличие, произведён в чин капитана первого ранга, но после войны с флота ушёл. В науку!

Теперь он действительный статский советник, действительный член Императорской Академии наук (с докторской степенью по океанологии) и ректор университета в Романове-на-Мурмане. Не молод, под сорок уже, но для семейного счастья возраст не помеха.

Светлейший князь Олег Фёдорович Дубасов-Босфорский очень богат, как единственный сын, он унаследовал всё состояние легендарного генерал-адмирала, а скопил покойный Канцлер Фёдор Васильевич около пятидесяти миллионов рублей (пятьдесят тонн, если считать в золоте), на эти деньги можно Новую Зеландию купить и ещё останется. Но не будет светлейший князь Олег на глупости тратиться. Он мечтает построить дамбу и железную дорогу на Сахалин, к городу, носящего имя его отца. Достойное устремление. В общем – совет, да любовь. И детишек – побыстрее и побольше. У Николая ещё ни в одной жизни не было внуков, ни разу не дожил до их рождения, но на этот раз точно получится (тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо).

В июне 1915 года, в Кронштадте спустили на воду первый линкор нового проекта «Александр Третий». В отличие от остальных, мы свои военные корабли облегчали. На «Александре» и его последователях, у нас теперь двухорудийные башни, правда с пушками длиной в пятьдесят пять калибров. А как следствие этого, меньший возимый боезапас, облегчение почти на пять тысяч тонн и увеличение скорости на три узла (почти до двадцати восьми).

По сути, это теперь тоже крейсера, только для охоты на целые конвои (которые обязательно будут), в линейные бои флотов мы ввязываться больше не планируем. Задача у нашего надводного флота в будущей войне – заманивать броненосные силы противника на позиции наших подводных лодок. И, конечно, грабить караваны, мы ведь Орда.

Глава 31

Весь мир строит мегалинкоры с восемнадцатидюймовыми орудиями главного калибра типа «Гогенцоллерн». Не типа, конечно, проекты у всех разные, но смысл один – больший вес залпа, большая скорострельность и лучшая броневая защищённость. Рейх уже достраивает третий корабль этой серии из четырёх, четыре киля заложили янки, три британцы и один (пока один) японцы, хотя Николай и отговаривал Ёсихито от этого безумно дорогого и бесполезного по сути строительства.

Ведь разогнать такого монстра (без малого в сто тысяч тонн водоизмещением) быстрее двадцати четырёх узлов не получится, он будет тормозом для всего флота. Базы и без него отлично защищают авиация, береговые батареи и минные поля, так на кой он нужен? Только как новая игрушка для моряков. Но в Японии не было своих Витте и Хилкова, а дзайбацу моряков поддержали. Ещё бы, выпускать такие игрушки очень выгодно, это не винтовки «Арисака» и даже не танки. И вообще – если у нас будет такой флот, то и армия станет не нужна – получится сплошная экономия. Ну-ну…

Авианосцы тоже все строили большие и медленные. В нынешней военно-морской доктрине всех великих держав, они являются вспомогательными кораблями в линейных эскадрах, для обеспечения разведки и противовоздушной обороны главных сил.

Впрочем, это не удивительно. На Россию ведь никто теперь внимание не обращает, по вполне понятным причинам, мы ведь свои военно-морские силы даже сокращаем, да и вообще всячески «хвостом крутим» (теми-же наёмниками помогаем), так что к войне на море Британия и САСШ готовятся с Рейхом и Японией и наоборот.

А мы, свой видимый флот, сокращаем и довольно существенно. Линейные силы с двадцати до шестнадцати кораблей, причём со значительным уменьшением веса залпа, а авианосцы с пяти до четырёх. Нового «Иерусалима» в составе Русского Императорского флота не будет, нет для него задач в будущей войне, а после неё, всё, сегодня самое новое, уже безнадёжно устареет. В том числе, и подводные лодки. Но они и стоят копейки, как бы цинично это не звучало. Подводники – это диверсанты, если напоролись, то ни пленных, ни раненых не будет, лодка – это общий гроб. Но зато, если сработали чисто, тут уж наград… Ведь такой расчётной результативности надводным «гиппопотамам» и не снилось.

При должной сноровке, можно в одиночку целый конвой «вырезать», всё-таки боезапас тридцать две торпеды на электрическом ходу, с незаметным гидравлическим пуском и наводящиеся (скорее, чуть подруливающими один раз) на шум винтов. Акустическую систему наведения удалось реализовать быстрее и дешевле всех. Средство противодействия достаточно простое, но торпеды мы расстреляем раньше, чем они успеют принять «глушилку» на вооружение.

А торпед у нас даже на ваши пограничные катера хватит, как вы эти рыбацкие баркасы с пулемётами, способные отразить только атаку мексиканских идиотов на плоту, называете. Даже торпед хватит, а ведь на лодках ещё и пушки имеются – лёгкая сорокакалиберная шестидюймовка (для прямой наводки более чем достаточно) и трёхдюймовая (гладкоствольная) «машинка» Максима-Норденфельта. Для противодействия одиночным самолётам – очень эффективная, да и баркасы эти пограничные пугать – более чем.

В августе 1915 года, лейтенанту, Наследнику-Цесаревичу, пришёл приказ поднять титульный штандарт на «Санкт-Петербурге, и возглавить дипломатические миссии в Вильгельмсхафен, Барселону, Измир, Александрию, Бомбей, Бангкок, Гонконг и Токио, после чего вернуться Великим Северным морским путём, по пути исполняя боевую задачу, согласно внутреннего распорядка и штатного расписания. Лейтенанту Романову высочайше предписывается иметь а наличии все ордена и предстать с ними на строевой смотр к вице-адмиралу Голикову, который будет особо проинструктирован на этот счёт.

Летать – летай, но не забывай, что ты будущий Император.

В августе же, Великий Князь Александр Николаевич Романов поступил в Императорский Морской кадетский корпус имени генерал-адмирала, светлейшего князя Дубасова-Босфорского. Всё как со старшим братом – сначала курсантская казарма (кубрик), а потом очень аскетичная комната (каюта) с соседом. Но после летних лагерей подготовки Сил Специальных операций Генерального Штаба, Шурику не составит особого труда втянуться в службу и повторить подвиг старшего брата, ставшего лучшим на курсе. Заслуженно, без полсуживания.

Средний сын Николая характером очень напоминает Вильгельма-младшего, такой-же флегматик-математик. Литературой признаёт только справочную и научную. Очень сильный шахматист. Из таких получаются отличные начальники штабов.

Младший, Великий Князь Иван Николаевич Романов личность с разнообразными интересами. Он и точным наукам (особенно химии) обучается с удовольствием, и стишки пописывает, и спорт любит (серьёзно занимается конным и теннисом), и к военной службе готов не хуже братьев, хоть уже очевидно, что это не его предназначение. Если старшие с детства определились с выбором военно-учётных специальностей, то Ваньке всё равно – хоть в пехоту, хоть во флот, куда Родина пошлёт, там и пригодится. Служба для него, как овсянка, понимает, что штука полезная, но всё равно нелюбимая. Была бы война – дело другое, а в мирное время служить ему не интересно.

Ладно, не от всех это и нужно, чтобы были военными. Отличных военных у нас хватает, хороших химиков, или поэтов – гораздо меньше.

В ноябре 1915 года, в тридцати километрах севернее Новоалександровска заработал первый в этой истории экспериментальный уран-графитовый реактор Императорского института ядерной физики. На двадцать семь лет раньше, чем реактор Ферми там.

Не самая передовая у нас позиция, в той-же электронике опережение идёт лет на пятьдесят, но жаловаться – грех. Начали ядерщики хорошо, ещё догонят, «электрические мозги» Теслы им помогут, да и сырья скоро будет изобилие, месторождения уже открыты, каторжники добывают.

В той истории термоядерную (водородную) бомбу смастерили в пятьдесят третьем. Без компьютеров. В стране, с разрушенной войной экономикой, так что здесь вполне реально получить «изделие» в начале двадцатых, ещё во время войны. Получить и применить? Там видно будет.

Если подвернётся подходящая возможность, например, по флоту в океане, то почему бы и нет. При атмосферном взрыве, вдали от берегов, радиоактивного заражения не возникнет, а эффект будет очень впечатляющий. Один бабах – и нет целого флота.

В феврале 1916 года Парад Победы провели в Таиланде, а Николай оказался единственным из Императоров коалиции победителей, который присутствовал на всех шести. Последняя скрепа. Если бы не его усилия, коалиция бы уже развалилась, с Вильгельмом бы все разругались и точили на него ножи.

Рейх не выдержал конкуренции на свободных рынках и ввёл пошлины на импорт. Нам-то всё равно, нашим товарам на рынке альтернативы нет, с пошлиной они станут дороже, но это подорожание оплатят бюргеры. Для них, на сумму пошлины, увеличатся цены на фармакологию, «электрические мозги» Теслы, самолёты гражданской авиации и запчасти для них (а значит авиабилеты), моторные масла, топливо высокой калорийности, различные измерительные приборы, датчики и так далее. Всё это заменить нечем, у нас стопроцентная монополия. Чуть снизится спрос, но именно что чуть. А вот остальным этот шаг отозвался довольно болезненно, особенно Испании, по вполне естественным географическим причинам.

На Рейх, то есть всю центральную Европу, приходилось до сорока процентов испанского экспорта – от автомобилей до оливкового масла. И самое плохое, что Вилли об этом даже не предупредил, а поставил всех перед фактом. Естественно, все обиделись, и обиду затаили. А то-ж. За такое в приличном обществе даже не на дуэль вызывают, а сразу канделябром по башке бьют.

Глупый ход, но Кайзер давно умных ходов не делает, со времён объявления войны Швейцарии. За это мы его и ценим. Ситуацию Николай разрулил, до открытого конфликта не дошло, но осадок остался. Ёсихито уже предупредил Николая, что не собирается продлевать договор Союза Трёх Императоров, истекающий в 1918 году.

Нет, так нет. С союзом, или без союза, мы теперь все обречены на войну с англосаксами. Германия с Японией как главные бенефициары колониального передела, а у нас изначально была такая цель. Что-ж, будем воевать каждый сам по себе, так нам даже проще будет.

Рейх уже обречён и ему теперь не поможет никакая победа. Из трёхсотмиллионного населения, этнических германцев (носителей языка, а значит культурного кода) меньше четверти. Четверть условных спартанцев и три четверти разнообразных илотов – французов, итальянцев, славян, бельгийцев, голландцев, мадьяр, румын и прочих (так полностью и не ассимилировавшихся) датчан с норвежцами.

Новый Вавилон, новая Башня до Неба и снова на очень хлипком фундаменте. Ни одной объединяющей идеи, ни одной общей цели, кроме как – побольше потреблять и поменьше работать. Три четверти подданных втайне желают своему Кайзеру краха, и восстановления старых порядков, Ди Орднунг держится только на штыках. У Вилли нет объединяющих цивилизационных идей, кроме силы Рейхсвера и Флота Открытого моря. Силы очень серьёзной, но совершенно бесполезной внутри Рейха.

Внутри уже начали образовываться мафии и складываться коррупционные схемы. Пока дураки-германцы ходят с винтовками строем, умные люди делят бизнес. Ожидаемо – Рейх пройдёт, а бизнес останется. И что самое смешное – между собой эти мафии общались по-русски.

Мы не лезли. Наблюдали внимательно, но не лезли даже с советами. Ввели ответные пошлины на импорт из Рейха (в основном алкогольные напитки и продукты питания высшей ценовой категории), ввели молча, не предъявляя никаких претензий. Вина, хамоны, сыры и масла Испания заменит на нашем рынке всего через пару месяцев, а из-за копеек нам скандалить лень.

«Дойче бан» мы выкупили и управляем им через основанную в Стокгольме компанию «РК» («Рейлвей Консорциум», или «Рога и Копыта» – кому как больше нравится). Русско-американский и Русско-китайский банки заплатили за контрольный пакет почти три миллиарда, но эти средства сполна застрахованы активами «адмиралов» германской экономики в нашей юрисдикции. Взаимная национализация, если что, получится в нашу пользу.

В мае 1916 года в Санкт-Петербург для обучения прибыл Наследный Принц Японии Хирохито. Для обучения и знакомства с возможной невестой.

Япония изменилась, Император там больше не являлся церемониальной фигурой, теперь это был абсолютный монарх европейского типа, даже более абсолютный, чем Людовик Четырнадцатый. Парламент остался, как и Высший совет ГЭНРО, но именно они теперь исполняли скорее церемониальные функции. Все традиции, которые ему мешали, отменил ещё покойный Муцухито, а славное его правление и сошедшая на Японию благодать освятили эти его решения. Для японцев он теперь такой-же святой, как Александр Третий для русских.

Естественно, Ёсихито (теперь Тенно Тайсё) от этого наследия отца отказываться не собирался. Наоборот, свою власть и вообще власть Императора он старался укрепить ещё сильнее. И если для этого требуется женить наследника на русской принцессе – то так тому и быть.

Николай отлично помнил, что правление Ёсихито будет недолгим, из-за перенесённого в детстве менингита. Он уже довольно часто болеет, а чем это лечить пока никто не знает. Зато Хирохито доживёт почти до девяноста лет, несмотря на все потрясения, выпавшие на долю его и Японии за время правления.

При встрече, Наследному Принцу (а он прилетел на самолёте) были оказаны императорские почести. Встретил его лично Николай в компании Канцлера графа Витте и Военного министра, генерал-фельдмаршала, графа фон Келлера. С красной ковровой дорожкой, почётным караулом и оркестром. Нам это ничего не стоит, а в Японии хронику увидят и оценят.

В августе 1916 года состоялась Олимпиада в Берлине. Завершилась она опять с триумфальным результатом для русских спортсменов, завоевавших почти две трети разыгранных наград. Пресса Британии и САСШ пыталась обвинить нас в нарушении хартии, мол, выставляем мы на Игры самых настоящих профессионалов, но их никто не поддержал.

Да, мы платим своим спортсменам государственные стипендии, но их все платят, у кого деньги есть. Профессионал – это работник индустрии спорта, а она ещё даже не создана, а когда будет создана, то и Олимпийское движение в стороне от денег тоже не останется.

На Берлинской Олимпиаде дебютировали два бренда – спортивной одежды и аксессуаров «Ярл», с тремя бросающимися в глаза, а, значит, запоминающимися полосками (это отлично, на уровне массового кодирования, работало в другой истории, так что просто повторили) и прохладительных напитков «Байкал» – первые официальные спонсоры Международного Олимпийского комитета.

Всемирные бренды – это очень важно, поэтому занимались их организацией Витте и Хилков, через Русско-американский и Русско-китайский банки. Вложения пока копеечные, а во что это вырастет, Николаю было очень хорошо известно – в многомиллиардные капитализации.

Но в миллиардах не единственная ценность всемирных брендов, есть ещё возможность устраивать различные акции во время рекламных компаний (от сбора средств на спасение редких птичек и предотвращения глобального потепления, до осуждения некоторых социальных явлений, вроде нацизма). Так уж устроены люди, что любимым футболистам они доверяют намного охотнее, чем самым высокопоставленным политикам.

В сентябре 1916 года сыграли свадьбу Святослава и Леночки Зубовой. В Москве собрались все царствующие Романовы, Рама Пятый, Вилли-младший с Олечкой, Хирохито и куча народа калибром поменьше. Кузены Вильгельм Второй и Георг Пятый сказались нездоровыми, ну и пёс с ними. Главное то, что между собой они сговориться не смогут, а мы и без их поздравлений проживём отлично.

В Рейхе тоже возник низовой запрос на национализм и деление подданных на категории полноценности. Вернувшиеся к мирной жизни рядовые Гансы и Фрицы с удивлением обнаружили, что жизнь у них стала даже беднее, чем до войны. Им выплатили довольно приличные наградные, только деньги проедались довольно быстро, а каких-либо перспектив не просматривалось.

Господами (баронами и рыцарями) для Европы они не стали, господ, оказывается (кто бы мог подумать), в Рейхе хватало и без них, да и у покорённых народов далеко не все впали в ничтожество. Какой-то передел собственности, конечно, произошёл, но рядовым Гансам и Фрицам не досталось ничего – ни земель, ни батраков, ни господского статуса, только немного денег («вот тебе пятак на водку и пошёл отсюда вон»). Но это я утрирую.

Наградные выплатили довольно достойные, на фольварк в Саксонии, или Польше хватило бы даже обознику, ни разу не поучаствовавшему в боях, но это ведь солдатня, очень соскучившаяся по пьянству и разврату, так что примерно половина спустила свои капиталы за пару-тройку месяцев. Перед германскими псами войны встали извечные русские вопросы – «Кто виноват?» и «Что делать?»

Достойной работы нет, капиталисты теперь нанимают по дешёвке всяких мадьяр-румын-французов, мелкое предпринимательство не выдерживает конкуренции, в том числе и с понаехавшими «унтерменшами», которые, как изначально предполагалось, должны были от рассвета до заката батрачить на новых хозяев жизни. Инфляция двенадцать процентов в год, и никаких изменений к лучшему в ближайшее время не предвидится.

Глава 32

В ноябре 1916 года, в САСШ прошли промежуточные выборы, которые за явным преимуществом выиграла партия Социального прогресса. Националисты, белые англо-саксонские протестанты (WASP) получили больше двух третей голосов в Сенате, и три четверти в Конгрессе, а вместе с ними и возможность принимать поправки в Конституцию.

Какие будут поправки – мы знаем. Не белые, не англосаксы и не протестанты будут существенно ограничены в правах. Для начала, в праве владения оружием, а после для них будут пересмотрены права избирать и избираться. Всё логично, демократия – это диктатура большинства, а большинство, причём существенное, сейчас у англосаксов.

САСШ снова вышли в Тихий океан, теперь через западное побережье Мексики. ЧВК Гриппенберга отработала свой контракт на отлично, за год подавив всё организованное сопротивление и установив контроль над мексиканскими городами, а дальше в дела вступили «саквояжники» с севера.

Остались в прошлом идеалы свободной Америки, Мексику сделали самой настоящей колонией, где белый господин сам имел право судить и казнить, не напрягая исками государство и экономя на паразитах от юрисдикции. В Мексику вернулся семнадцатый век, только на этот раз с авиацией и артиллерией, с бомбами и снарядами, снаряжёнными боевой химией.

Глупости говорят, что рабский труд в индустриальную эпоху невыгоден. Рабский труд выгоден в любую эпоху, если рабы достаточно дёшевы, а в Мексике они были вообще бесплатными, так что развитие экономики САСШ шло очень приличными темпами. Пониже, чем в Китае, но вполне на уровне той-же Калифорнии и значительно выше, чем в Рейхе.

Отличный климат, изобилие ресурсов, развитая инфраструктура и практически бесплатная рабочая сила уже вывели экономику САСШ на уровень, выше довоенного, несмотря на утрату западного побережья, Аляски и Алеутских островов, Мексика покрыла все их убытки и вывела в плюс. Благодаря мудрому руководству Социальных прогрессистов, разумеется.

Нет, официального рабства янки не признали, рабы теперь продавались оптом – целыми провинциями, а в розницу концентрационными лагерями. И, конечно, продавались не сами рабы, а должности, которые позволяют их законно эксплуатировать на оккупированной территории и даже за её пределами. Концлагерь, например, можно и в Техас перевести. Эта процедура нейтрально называется сменой физического адреса.

Негров в Юго-Восточных Штатах планомерно теснили с полной зачисткой освобождаемых территорий. Три года гражданской расовой войны довели обе стороны до полного озверения. Сначала территорию Чёрной Республики зачистили негры, не жалея ни стариков, ни женщин, ни детей, а теперь этим же отвечали белые англосаксонские протестанты. Отравляющие газы не экономили, в наступление шли уже по «выжженной» земле.

К ноябрю 1916 года были полностью зачищены Луизиана, Миссисипи и Алабама – огромные территории плодородных земель в благодатном климате, с развитой инфраструктурой и портами в Мексиканском заливе, снова стали частью САСШ и теперь распродавались с аукционов. Дёшево распродавались, но это была территория размером в половину Рейха, поэтому деньги выручались огромные.

«Наши» негры удерживали Флориду и юг Джорджии. Удерживали уверенно, не особо печалясь о потере трёх четвертей своей Чёрной Республики. Что толку с этой республики, если в ней не осталось белых, которых можно ограбить, а только чёрные, которых нужно кормить? Пусть белые заселятся по новой и накопят жирок, тогда и вернёмся. «Нашим» неграм припасы и подкрепления из ЮАР поступать продолжали, а боевая химия против армии малоэффективна. У армии есть средства защиты, до и обучена она, это вам не гражданских травить, тут придётся наступать на подготовленную оборону матёрых ветеранов. В общем, «ще не вмерло» чёрное казачество, пободается ещё.

Исполнившую контракт в Мексике ЧВК Гриппенберга наняли британцы. На этот раз не кузен Джорджи, под залог семейных драгоценностей, а кабинет министров Корнуэла Бейла, премьер-министра от Национал-Социалистической партии Британии, торговца чаем, во время Великой войны (под самый её конец) возглавившего народное ополчение, готовившееся оборонять Бирмингем.

НСПБ на выборах в Палату общин получила более семидесяти пяти процентов голосов, поэтому, принятые Корнуэлом Бейлом решения, не могли ветировать ни король Георг Пятый, ни Палата Лордов. Теоретически, Джорджи мог отправить его кабинет в отставку, но это почти неизбежно закончилось бы революцией, со свержением монархии. Нацисты не видели в короле объединяющую нацию фигуру. Партия объединяла Империю на низовом уровне, а король… Пусть будет, пока не мешает.

Британцы ограбили Индию на шесть тысяч тонн золота. Ограбили на этот раз самых богатых, большей частью сторонников Пакс-Британика, собственных коллаборантов. А что поделаешь, у бедноты ведь золота нет, бедноту сами коллаборанты до суха отжимают.

Естественно, раджам и махараджам такой финт «партнёров» очень не понравился, и Индия превратилась для британских сагибов в крайне опасное место службы. Организованное сопротивление не возникло (кроме Бенгалии, куда русские депортировали двести тысяч пленных из Китая и Юго-Восточной Азии), британцы быстро давили собирающиеся банды, зато начался массовый террор, а террористов так просто не передавишь.

ЧВК Гриппенберга получила контракт на подавление мятежа в Бенгалии. Контракт с очень хорошей оплатой, да ещё и с премией от Рамы Пятого, которого уже достали, постоянно вторгающиеся в Таиландскую Империю, отморозки с запада. Были у генерала Ворожцова предложения из Латинской Америки – от Бразилии и Колумбии, причём, даже более выгодные. Но наши «ландскнехты» ведь не только за деньги воюют, а ещё и за Родину, а Российской Империи занимать чью-либо сторону во внутри католическом конфликте не выгодно. Там все и так наши, все и так против янки и британцев.

Бенгальский же мятеж британцы подавили бы и без нас, на пару лет позже, но подавили обязательно, при этом и деньги бы сэкономили, и боевой опыт получили, а это не в наших интересах. Пусть молодое поколение подлых джентльменов занимается факельными шествиями, насаждением нацистской идеологии в Метрополии и доминионах и полицейскими операциями в северо-западной (преимущественно мусульманской) Индии.

Британия уже оправилась от последствий поражения в Великой войне. Экономика её росла не быстро, по два – два с половиной процента в год, но это была по-прежнему крупнейшая экономика мира, а крупные быстро не растут. Зато доходы бюджета уже превысили довоенные. Общество жаждало реванша и с пониманием приняло значительное повышение налогов, таможенных пошлин и разнообразных акцизов. Причём, приняло и в доминионах. Пятипроцентный налог на строительство флота теперь платила вся Империя, и недовольства при этом не высказывала. Целеустремлённый всё-таки народ англосаксы, целеустремлённый, очень патриотичный и дисциплинированный. Опасный враг, смертельно опасный.

В феврале 1917 года, на Парад Победы в Берлине прибыл только Николай, как ни в чём не бывало, поддаваться глупым обидам он не собирался. Друг Вилли по-прежнему грезил победами над САСШ и Британией, а то, что он считал себя пупом Земли и центром Вселенной – так это всегда было, в этом плане ничего не поменялось.

Если всё тщательно взвесить, больше всего вреда своими выходками Кайзер наносит именно Рейху. Рейх для него теперь не любимый Фатерланд, населённый трудолюбивыми, но несправедливо обделёнными на колонии немцами. Немцам он дал намного больше жизненного пространства, чем они могли мечтать в начале, но ожидаемой благодарности так и не получил.

Германцы оказались такими-же неблагодарными швайнехундами, как и унтерменши, одного пространства им оказалось мало, захотелось власти и снижения налогов, чтобы жиреть в излишней роскоши, за счёт армии и флота, конечно. Да не просто захотели, а попытались бунтовать. Вилли, естественно, обиделся и загнал неблагодарных швайнехундов в стойло. Нет больше для него народа победителя, победители теперь только флот и армия, с ним самим во главе.

Рейхом теперь управляют военные, даже Германией, как будто и она оккупированная территория. Видимый порядок поддерживается, но именно, что видимый. Немцы уезжают из Рейха. В Россию, Китай, Испанию, собственные колонии они осваивать не хотят. Немцы не доверяют рейхсмарке и перекладываются в рубли. Немцы не ждут от Вильгельма Второго ничего хорошего, они видят подготовку к новой войне и не понимают – зачем? Европа не освоена, Африка не освоена, зачем?

Русские вон и без объявления своей зоны ответственности в Африке колонией, строят там железную дорогу, а дорогу Камерунштадт – Йоханнесбург, тем временем, поглотили джунгли, только рельсы снять и успели. Дорогущий Кильский канал используется одними военными, коммерсантам он не интересен, а ведь его содержание стоит немалых денег, не вспоминая уже про строительство. Как-то глупо всё получается, нерачительно, не по-немецки. Похоже, Кайзер считает, что на его век хватит, а вместе с ним закончится и Рейх.

В общем, поддержка добрым словом Вилли не помешает, а уж слов-то нам не жалко. Выпили за здоровье Величайшего Германца, за Победу, за Флот Открытого моря и Рейхсвер.

– Ники, скажи, только честно, мы всё ещё союзники?

– Конечно. Почему этот вопрос возник, разве я давал повод?

– Ты не строишь флот. Я имею ввиду флот, достойный такой великой державы, как Россия.

– Я не строю избыточный флот, Вилли, и тебе не советую. Все наши военно-морские базы и порты дешевле защищать авиацией и минными полями. В САСШ мы можем войти через Аляску и Калифорнию, а в Британию можно перебраться даже на шлюпках, если у нас будет господство в воздухе. Для этого линкоры не нужны. Их век прошёл.

– Глупости! Если бы мы в прошлый раз не установили морскую блокаду Проклятого острова, до сих пор бы воевали.

– Может быть. Только блокаду мы не линкорами держали, а крейсерами. Не вижу причин, по которым это нельзя будет повторить. Не будут же они конвои линейными эскадрами сопровождать.

– А если будут?

– Тогда они идиоты. Это получится гораздо дороже, чем терять половину грузов. Но мы найдём, чем их удивить даже в этом случае.

– Не поделишься?

– Обязательно. Как только сами примем на вооружение, предложим и Рейху. Даю тебе слово. Пока всё очень сырое.

Николай не врал. Ни одной подводной лодки наш флот на вооружение ещё не принял и примет только в конце девятнадцатого – начале двадцатого года. Всё, что сейчас испытывается в Байкале – экспериментальные образцы. Мы ещё сами не определились – что именно запускать в серию, моряки до сих пор спорят. Управляемая бомба для стратегического бомбардировщика тоже не готова, а потому у нас всё ещё нет стратегов на вооружении. Как только – так сразу.

– Спасибо, Ники.

– Пустое. Одно дело делаем, Вилли.

В апреле у Николая родился первый внук – Фёдор Олегович Дубасов-Босфорский. Маман дождалась правнука, а ведь она всё ещё иногда летает, в без малого-то семьдесят лет… Впрочем, происходит это теперь довольно редко, только в Новгороде и не для славы, а для воодушевления своего маленького, но дружного творческого коллектива. Слава Маман больше не нужна, она теперь от славы прячется.

Игорь Иванович Сикорский (уже надворный советник, в двадцать девять лет от роду) доводит до серии свой первый вертолёт. По характеристикам ничем не хуже S-58/H-34, служившего в армии янки с 1955 по 1974 год другой истории. Трудно даже представить себе, что создаст этот гениальный авиаконструктор в истории этой, имея фору в больше, чем тридцать лет.

В июне 1917 года сменилось руководство министерством Военно-морского флота. Адмирал, князь Григорий Павлович Чухнин фон Мемель подал в отставку по состоянию здоровья, его прихватило инфарктом во время инспекции базы в Исландии. Что-ж, без малого семьдесят – это и двадцать первом веке возраст солидный. Князю Чухнину Николай жаловал новенький роскошный Ханский дворец на Мальте и яхту «Ферзь» (поисково-исследовательское судно с батискафом, для поиска затонувших кораблей).

Военно-морским министром был назначен адмирал, граф Всеволод Фёдорович Руднев, а его место во главе Морского Технического комитета занял вице-адмирал Роберт Николаевич Вирен, куратор секретной программы развития подводного флота Российской Империи.

В августе 1917 года завершил программу испытаний реактивный двигатель. Устойчивые сорок часов работы – это слишком мало, даже для военной авиации, но лиха беда начало. Единичные экспериментальные модели реактивных самолётов испытывать уже можно, а там и ресурс увеличится.

В октябре приняли программу развития Дальневосточного промышленного региона на реке Амур. Каскад из четырёх электростанций обеспечит энергией предприятия нашей Космической отрасли и сделает возможным вывоз по реке крупных конструкций на морских судах. Сам космодром будем строить на острове Сайпан, Марианского архипелага.

В ноябре у Наследника-Цесаревича родилась дочь Татьяна Святославовна. Дочь – тоже хорошо, родилась здоровой, а значит, у родителей всё работает как надо, и появление наследника теперь лишь вопрос времени и старания.

В мае 1918 года отпраздновали день рождения Николая Второго. Полтинник, полувековой юбилей. Снова в низовьях Волги с палатками и удочками, на этот раз впятером: – Император Китая Михаил Первый Романов; Император Испании Алехандро Первый Романов-Царьградский; Вице-Император Антарктиды, светлейший князь Савелий Изюмов (Сато Исуми); Командующий Силами Специальных операций ГРУ ГШ, генерал, князь Григорий Зубов-Инсбрукский (тесть наследников престолов двух Империй – Русской и Китайской) и сам Великий Хан, Император Всероссийский Николай Второй Романов.

Весело отметили. С водочкой, ухой, гитарой и длинными задушевными разговорами. Обсудить было что – до Второй Великой войны оставалось всего три года, а до последующего за ней мира – пять-шесть. И если с войной всё было понятно, победим, никуда не денемся, то как жить и к чему стремиться в послевоенном мире – вот вопрос вопросов.

Обсудили англосаксонский мир, пришли к выводу, что этих подлых и алчных тварей (потомков обезьян) после войны обязательно нужно лишить государственности (как не менее подлую и мерзкую Францию), а со временем и языка с идентичностью. С Рейхом сложнее, но в то же время проще. Рейх – это Кайзер Вильгельм Второй, а он уже немолод, шестой десяток доживает, а богатырским здоровьем не отличается. Тут нужно просто ждать – не будет Вилли, не будет и Рейха, всё сразу развалится. Младшему этот Новый Вавилон в целости не удержать, да он и стараться скорее всего не будет. Япония в Цивилизацию Севера вольётся без проблем, если создать крепкое объединяющее цивилизационное ядро. Из России создать, конечно. И Сандро, и Мишкин отлично понимали, что без России их потомки на своих престолах не удержатся, что они всего лишь Младшие Ханы Великой Орды. Да и не хотели они без России.

День двадцать пятого (двенадцатого) мая 1918 года позже будет подробно описан в мемуарах всех четырёх гостей Великого Хана Николая, как День Рождения Цивилизации Севера. День начала объединения всего человечества вокруг Российской Империи. День, когда Императоры Китая и Испании приняли оммаж за себя и своих потомков. День, в который были намечены первые шаги в послевоенном мире, а про войну даже не говорили. С ней всем было всё понятно.

Глава 33

В июле 1918 года, в России, в шести городах: – Санкт-Петербурге, Москве, Киеве, Великом Новгороде, Казани и Челябинске состоялся первый в этой истории Мундиаль – Чемпионат мира по футболу среди профессионалов.

Стараниями графа Павла Павловича Шувалова, в Российской Империи футбол стал модным и обсуждаемым даже в великосветских салонах, а владение популярным футбольным клубом очень престижным. Клубами владели не только богатейшие купцы, но и люди титулованные, из высшей знати, например – Командующий Гвардией, генерал, князь императорской крови Сергей Михайлович Романов, да и сам Государь, хоть и не напрямую, а через министра Двора, графа Прокопа Игнатьевича Вяткина.

Такая организация породила серьёзную конкуренцию, а конкуренция обеспечила приток серьёзных капиталов. Нет, миллионов футболисты пока не зарабатывали, но оплачивали их труд довольно щедро – звёзд на уровне опытных инженеров, да и остальных не обделяли. Естественно, это привлекло в Россию лучших со всего мира, а лучшим из лучших жаловалось подданство и их привлекали в сборную.

Сборная России (читай сборная Мира, в ней играл даже один негр из Бразилии) Мундиаль выиграла без особого напряжения, интрига возникла только в полуфинальном матче, когда Уругвай неожиданно повёл в первом тайме со счётом 2:0, но в итоге и он проиграл 2:4. В финале была разгромлена Британия – 5:1.

На Мундиале, в качестве официальных спонсоров, дебютировали ещё два глобальных бренда – авиакомпания «Мария» (более половины всех мировых воздушных перевозок пассажиров и две трети грузов) и «Русский дом» – более четырёхсот отелей бизнес-класса (четыре звезды) по всему миру, со стандартным сервисом обслуживания.

В сентябре 1918 года, в Санкт-Петербурге освятили христианский храм Святого Александра Романова. Не православный, или католический, а именно христианский.

Радением Обер-прокурора Святейшего Правительственного Синода, действительного статского советника, графа Григория Ефимовича Распутина, наше христианство преодолело расколы. Церкви не объединились в одну, такое, наверное, уже невозможно, но перестали считать друг друга раскольниками и еретиками. Все взаимные анафемы аннулировали, христиан перестали делить на староверов, никониан, папистов и лютеран, религиозные войны осудили, вражду забыли (по крайней мере в России). Выдающееся достижение, за которое сибирский мужик Распутин был жалован титулом графа и фамильным дворцом (бывшей резиденцией бельгийского посла) в Колпино.

Величественный храм Святого Александра Романова (совсем немного уступающий в размерах римской базилике Святого Петра) стал первым просто христианским храмом с тринадцатого века. Первым, но скоро их будет много, уже начаты строительные работы во всех губернских городах России, Берлине, Токио, Мадриде, Пекине, Бангкоке и даже в Риме. И везде эти храмы строились в честь Святого Александра Романова. Воина, миротворца, избавителя, пророка и объединителя.

Объединение христианства не вызвало накала межконфессионального противостояния с мусульманами-шиитами, иудеями, буддистами и синтоистами (религиями, признанными традиционными в Российской Империи). Хоть объединённые христиане и получили подавляющее большинство голосов в Святейшем Синоде, уважать интересы коллег-мракобесов их приучили великий и ужасный граф Пётр Николаевич Дурново и терпеливый, но настойчивый и злопамятный Обер-прокурор Распутин.

С 1911 года, в Российской Империи законно регистрировались браки иноверцев. Подданные получили возможность родниться, не предавая веры отцов. И это правильно. Если ты готов сменить веру, то готов и к неверию, а если Бога нет – то всё можно. Наши религии теперь выступали единым фронтом против безбожия, конфуцианства и общепризнанных ересей – англиканской церкви и суннитского ислама. Любой прозелитизм против традиционных религий был запрещён и сурово карался, вплоть до каторги.

Конец 1918 года снова стал временем траура. В начале ноября скончался Имперский Наместник Дальнего Востока и Русской Америки, адмирал, граф Евгений Иванович Алексеев, в конце ноября, Председатель Государственного Совета, князь Михаил Иванович Хилков, и всего на две недели пережил своего лучшего друга и единомышленника Канцлер, граф Сергей Юльевич Витте. События печальные, но неизбежные. И за то спасибо Господу, что продлил их срок в этом мире, дал возможность построить Систему и подготовить достойную смену.

Не было больше в системе случайных людей, пустых карьеристов с длинными родословными и громкими титулами. Кафедра Управления финансами и экономикой Императорского Московского университета имени Ломоносова, основанная Витте и Хилковым, обучала всего треть студентов на коммерческой основе (в основном иностранцев), а две трети были стипендиатами Императорского фонда подготовки кадров, или лично Канцлера (в момент учреждения ещё министра Финансов), или Председателя Госсовета (министра Транспорта и Развития Сибири). Низкий им обоим поклон. То есть, всем троим, конечно.

Граф Евгений Иванович Алексеев, своими деяниями на благо России, тоже заслужил переименования города в свою честь (город Джуно на Аляске теперь носит его имя). Стараниями Алексеева, Святогеоргиевск (не Токио, Сан-Франциско или Шанхай) стал столицей не только Наместничества Российской Империи на Дальнем Востоке, но и всего Тихоокеанского региона. Под его руководством, агломерация Святогеоргиевска и Владивостока стала крупнейшим городом мира, с населением больше пяти миллионов человек, крупнейшим финансовым, научным и производственным центром. Честь и слава!

Новым Канцлером, Николай назначил дипломата, уже больше двадцати лет исполняющего должность министра Иностранных дел, графа Александра Петровича Извольского. Мы ни в коем случае не планируем предотвратить Вторую Великую войну, мы пытаемся заложить надёжный фундамент мира, после неё. Извольский, как член Комитета развития с двадцатилетним стажем, в опеке не нуждается. Свои дела он делает намного лучше, чем смог бы на его месте Николай, начиная с продажи поляков Рейху и финнов шведам. Профессионал высшей категории, ему и карты в руки.

Николай уже четыре года не вмешивался в текущее управление Империей, за исключением назначений на ключевые должности. Он отлично понимал, что нынешний уровень принятия решений, давно превысил его компетенцию трижды полковника, а его послезнания истончились до уровня гаданий. Россией давно управляют люди, которых в прошлой истории не было. Губернаторы и министры, генералы и адмиралы, староверы и евреи, купцы и мужики. Графы Извольский и Столыпин остались последними патронами в старой обойме, вот им теперь и рулить. Столыпина Николай назначил Председателем Государственного Совета, с сохранением должности Председателя Комитета Министров и Госплана. Потянет Пётр Алексеевич, помощников у него хватает.

Наместником Дальнего Востока и Русской Америки, Николай назначил зятя, доктора наук, тайного советника, светлейшего князя Олега Фёдоровича Дубасова-Босфорского. На Дальнем Востоке ему самое место. Он и моряк (капитан первого ранга), и учёный океанолог (а Святогеоргиевский университет гораздо круче, чем в Романове-на-Мурмане), и сын Канцлера, имя которого теперь носит столица Сахалинского губернаторства. Мечтал сделать Сахалин полуостровом? Вот и делай. Если всё получится, подумаем, как потом Евразию с Америкой объединить в один континент, перекрыть дамбой Берингов пролив. Это ведь намного круче, чем выиграть Великую войну.

В марте 1919 года, на одном из необитаемых островов в северной части Марианского архипелага испытали атомную бомбу из оружейного урана-235, мощностью около двадцати килотонн в тротиловом эквиваленте. Перед этим, на острове, командой, из приговорённых к пожизненному каторжников, были построены три десятка типичных европейских зданий различной этажности и пара сотен конструкций типа барак и изба – вполне себе городок, тысяч на десять жителей.

Взрыв и разрушение этого городка снимали четырьмя синема-камерами, двумя на острове, с удалённых возвышенностей в западной и восточной оконечностях, и двумя на самолётах. Кто снимал на острове? Так сами урки кандальные и снимали, причём, авторитетные «иваны». Даром, что душегубы, но не все они полные кретины, а процесс управления неподвижной камерой совсем не сложный.

Выживших каторжников теперь лечат в Евпатории, в специальном изоляторе. Сам граф Мечников ими занимается. Душегубов лечим не потому, что жалко, а ради получения опыта. Ядерные реакторы скоро станут электростанциями и корабельными двигателями, чрезвычайные происшествия и аварии неизбежны, так что опыт лечения этих нелюдей нам очень пригодится.

Как докладывал потом ответственный за испытание, Председатель ИСБ, генерал Джугашвили, в кают-компании «Витязя» на обратном пути царили уныние и меланхолия. Примерили на себя морячки, ага. То-то же, а то «Гогенцоллернов» им подавай, как будто у нас казна бездонная.

В апреле 1919 года, в Северодвинске Архангельской губернии начал работу судостроительный завод. Его основной продукцией были рыболовецкие траулеры, сейнеры и перерабатывающие плавбазы (плавучие консервные заводы), а две верфи строили подводные лодки. Быстро строили, из модулей, по отлично отработанной в Иркутске технологии. Каждые три недели на воду в Северодвинске спускали по два подводных крейсера. Фантастика, ставшая реальностью, за которую вице-адмирал Вирен получил «Андрея Первозванного» и чин адмирала.

В мае 1919 года началась Британо-Аргентинская война за острова – Южной Джорджии и Фолклендские (Мальвинские). В июне САСШ аннексировали отошедшие Бразилии (вернее нам отошедшие, но мы их уступили) после Первой Великой войны острова Тринидад-и-Тобаго, Гренада, Сент Винсент и Гренадины.

Действовали они, очевидно в сговоре, а целью было запугивание латиноамериканцев Атлантического берега, для принуждения к «взаимовыгодным» договорам. Англосаксы хорошо выучили урок Первой Великой войны и повторять ошибки с недружественным нейтралитетом самых значимых держав Южной Америки не собирались.

Запугать получилось, их новые флоты с восемнадцатидюймовыми мегалинкорами впечатляли, а вот принудить – нет. Двадцать шестого (тринадцатого) июля 1919 года, в Гётеборге, по инициативе представителя Рейха, Лига Наций потребовала немедленно остановить агрессию и начать мирные переговоры, угрожая выступить в защиту Аргентины и Бразилии единым фронтом. «За» проголосовали все, даже представитель Колумбии, чья страна находилась в состоянии необъявленной войны с Бразилией.

К полномасштабной войне со всем миром, англосаксонские нацисты готовы не были, большая половина их флота ещё не вступила в строй, поэтому «фраер сдал назад». С островов они, конечно, не ушли, но мирные переговоры начали. Там же, в Гётеборге, при участии посредников.

Одновременно с мирными, начались переговоры почти всех (кроме Перу и Эквадора) Южно-Американских государств с Испанской Империей – о создании общей системы безопасности, взаимных гарантиях, взаимопомощи и вообще за всё хорошее против всего плохого. А чего бы и не поговорить о таких интересных процессах? Полномочным переговорщиком от Испанской Империи, Сандро назначил кардинала Родриго Писарро. Ватикан ведь больше всех в этом заинтересован, вот и пусть старается.

В июне 1919 года, Императорский морской кадетский корпус закончил Великий Князь Александр Николаевич Романов. С отличием закончил, лучшим на курсе, снова без подсуживания, Николай за этим следил. Двадцать шестого (тринадцатого) июня, лейтенант Александр Романов сочетался браком со светлейшей княжной Анастасией Савельевной Изюмовой. Ну, а чего тянуть? Для Великих Князей, супружество – дело государственное. Не дай Господь, сгинет морячок (в подводный флот назначение получил), так хоть внуки после него останутся.

В августе 1919 года, в Михайловское артиллерийское училище поступил Великий Князь Иван Николаевич Романов. Младший пошёл, эта жизнь Николаю определённо удалась.

В сентябре 1919 года, в Романов-на-Мурмане, по приглашению Николая, прибыли Кайзер Вильгельм Второй и Канцлер, гросс-адмирал, князь Альфред фон Тирпиц. Первые две подводные лодки типа «К» (крейсерские) – К-3 и К-7 были признаны готовыми к выполнению боевых задач.

Хорошие получились лодочки. Четыре торпедных аппарата (моряки настояли), с боезапасом в тридцать две торпеды; две пушки – лёгкая сорокакалиберная шестидюймовка (для стрельбы прямой наводкой) и зенитная автоматическая трёхдюймовка Максима-Норденфельта; максимальный надводный ход семнадцать узлов, экономический одиннадцать; максимальный подводный – девятнадцать узлов, в режиме подкрадывания – восемь; глубина погружения рабочая – сто пятьдесят метров, предельная – двести пятьдесят; автономность семнадцать тысяч миль надводным экономическим ходом, или семьдесят суток (по запасу продуктов питания). А главное, они были очень дёшевы в производстве и эксплуатации (пятьдесят лодок как один «Гогенцоллерн») и экипаж всего сорок восемь человек, из которых четверо офицеры.

Прошлись до Груманта (Шпицбергена), проверили тактико-технические характеристики на практике, провели учебные стрельбы, оценили условия обитания экипажа. Фон Тирпиц был в полном восторге, а Вилли хоть и старался держать покер-фейс, очевидно, очень расстроился. Вернулись в Мурманск. По обыкновению, уединились скурить по сигаре.

– Это подлое оружие, Ники.

– Другого нет, – равнодушно пожал плечами Николай (этот моралист когда-то собирался воевать отравляющими газами), – подлыми считались арбалеты, потом огнестрел, теперь вот подводные лодки. Любой прогресс в военном деле можно назвать подлостью.

– Наверное, ты прав, извини. Видимо, старею.

– Да брось, какие твои годы. Просто ты родился не в свою эпоху, не повезло. Так что с лодками? Для тебя их производить? До войны штук двадцать поставить успеем.

– Ты знаешь, когда начнётся война?

– Конечно. Летом двадцать первого. А мобилизацию они начнут в ноябре двадцатого. Хотят собрать шестнадцать миллионов. Похоже, рассчитывают, что у нас патронов не хватит, – усмехнулся Николай, – не кисни, Вилли, наливай. Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами.

В этот вечер засиделись. Нехитрыми психологическими приёмами, Вильгельма удалось растормошить. Обсудили участие в войне Японии, Испании, Китая, Таиланда и Калифорнии, пришли к выводу, что деваться им всё равно некуда и воевать они будут в любом случае. Обсудили зоны оккупации – кто и что будет грабить (делить шкуру неубитого медведя под «Шустовский» – лучшее средство от депрессии). Договорились разделить Северную Америку по широте Филадельфии (север наш), Проклятый остров полностью отходит Рейху, юг Мексики – Испанской Империи, Австралия – Японии, Тибет – Китаю, Цейлон – Таиланду, Новая Зеландия – России (потому что почти безлюдная), а Индию лучше сделать независимой и обложить репарациями за все вековые подлости Британии (деньги после войны понадобятся всем).

Вилли повеселел и заказал тридцать лодок, с оплатой корпусом для нового ледокола (уже атомохода, водоизмещением больше ста тысяч тонн). Хорошие корпуса строят германцы, а нам самим хватит и другой работы, нас ждёт космос.

Контрразведка в Рейхе ни к чёрту, и информация о лодках очень быстро утечёт к англосаксам, но теперь уже поздно. Программу строительства флота уже не изменишь, всё недостроенное уже в стадии готовности на восемьдесят-девяносто процентов. Свои лодки они построят довольно быстро, но это будут медленные, неуклюжие и шумные гробы для экипажей, к их появлению мы готовы. А подруливающую торпеду мы пока сами на вооружение не приняли, дорабатывать её будем до самого начала войны, так что самый главный подводный козырь мы пока прячем в рукаве. И от Рейха в том числе. Для его же блага.

Глава 34

В ноябре 1919 года, между Санкт-Петербургом и Москвой запустили скоростной поезд. Теперь путь между двумя западными столицами можно было преодолеть за четыре часа. Выехать в шесть утра, в дороге позавтракать, посмотреть синема, сделать свои дела в месте назначения (например, подписать контракт), сесть на вечерний, в восемнадцать часов, поужинать, опять посмотреть синема, и ложиться спать уже дома. Дорого, да. Но для тех, у кого есть деньги, Санкт-Петербург и Москва стали практически одним городом.

Самолёты на такие расстояния по времени почти не выигрывают – вылетаешь из-за города, прилетаешь за город, те же четыре часа и выходит, так ведь ещё многие до сих пор летать опасаются. Цена та же, а комфорт несравнимый. Пока запустили пару поездов, но по всему видно, что следующую пару придётся запускать очень скоро. Спрос на билеты со старта превысил самые оптимистичные ожидания. Богато живёт народ в столицах.

Впрочем, бедно у нас живут только общинные крестьяне, в общинно-крестьянских заповедниках европейской части России. Разрушать это заповедное первобытное общество Николай запретил категорически. Мало того – охранять любыми доступными способами, как и любой заповедник. Он бы вообще все налоги с этих чудесных людей отменил, лишь бы и дальше плодились с тем-же темпом, но нельзя. Найдётся немало ушлых, которые очень быстро начнут воровать, через эти налоговые дыры. Заповедных крестьян поддерживали адресными субсидиями – списанием недоимок в неурожайные годы, топливом, удобрениями и семенами.

Им даже землю всю отдали. Помещики теперь «ютились» на паре-тройке гектаров в родовых усадьбах. Помещики – дворяне, их дело служить, а не деньги за аренду собирать. В общем, первобытные крестьянские общины у нас даже разрослись, причём, довольно существенно. Если по переписи 1896 года их насчитали семьдесят миллионов, то теперь хорошо за сотню, да ещё миллионов пятьдесят-шестьдесят они, за это время, выплеснули в большой мир. Кстати, за эту заповедную программу, Николая восславил, «поехавший» на старости лет «кукушкой» литератор, граф Лев Николаевич Толстой, в своём последнем романе «Государь». Редкая чушь про духовность, предназначение, скрепы и прочий бред сумасшедшего, но в определённых кругах и это оценили.

Так что нормальная Россия, современная Россия, Россия лидер технического прогресса жила богато. Даже, пожалуй, слишком богато, слишком быстро росли цены на недвижимость в городах и ближайших пригородах, большей частью порезанных на участки под дачи.

В декабре 1919 года, Государственный совет принял, а Николай подписал закон о введении второго неприсутственного и нерабочего (выходного) дня в неделе – по субботам, а также всеобщих Имперских каникул от Рождества до Крещения. Это снизит доходы населения, зато у них теперь будет время на учёбу. В технических гимназиях и университетах организовали программы обучения (бесплатные) для экстернов, которые в народе сразу метко окрестили «шаббатом».

Конечно, это снизит налоговые поступления в бюджет и увеличит нагрузку на расходную статью «образование», но деньги есть. Только у России и Таиланда сейчас профицитный бюджет, а на кой «хэ» его копить, профицит этот? Автоматизация производства и производительность труда растут по десятку процентов в год, и таким же темпом сокращается спрос на неквалифицированных рабочих. Даже на дворников спрос упал, хоть города и разрослись – улицы теперь убирают машины, а поднимать пыль метлой во дворах – много народу не требуется. Не все пойдут учиться, это без сомнений, но и дома они сидеть не будут, понесут свои денежки в синема и на стадионы, музеи и театры.

Первого января 1920 года началось перевооружение армии. Автоматические карабины с подствольными гранатомётами заменяли винтовки, лёгкие (относительно, конечно) бронежилеты – тяжёлые стальные нагрудники, станковые гранатомёты – горные пушки. Носимые рации теперь придавались в каждый взвод (а для спецподразделений в каждую группу, иногда всего из трёх человек). Новые мины с радиовзрывателями, радиомаяки для наведения авиации и артиллерии и так далее. Какие уж тут «портяночники», спрашивается?

«Банда» Гриши Зубова, две дивизии Сил Специальных Операций ГРУ ГШ, осваивала вертолёты. Пока не принятые на вооружение армией и флотом, но уже поставляемые в потребных количествах для «испытаний».

Наша армия готовится воевать против превосходящих сил противника на чужой территории. Территориях Канады и САСШ, которые должны отойти нам после Второй великой войны. Воевать и побеждать, за счёт технического превосходства и несравнимо лучшей подготовки бойцов и командиров. Как когда-то воевали конкистадоры Писарро с храбрыми, но отсталыми инками. Огнестрелом против бронзовых мечей.

Уязвимое место тут одно – логистика, именно над ней сейчас и работает Генеральный штаб. Накопление запасов на Аляске идёт уже два года, запасов техники, вооружений, боеприпасов и транспорта. На направлении главного удара разведано всё, в ключевых точках, возле аэродромов и пунктов постоянной дислокации войск противника, с легендой белых англосаксонских протестантов-нацистов, нашего наступления ждут сотрудники ПГУ ИСБ и ГРУ ГШ, с радиомаяками и рациями.

Генштабы Британии и САСШ о такой войне даже не думают, такого ведь ещё никогда не бывало. Никогда ещё наступление не проводилось скачками с аэродрома на аэродром, без зачистки тыла и ликвидации котлов. Никогда такого не было, ага.

Англосаксы планируют мобилизовать всех расово неполноценных унтерменшей (французов, немцев, итальянцев и прочих), и надеются, что получится боеспособная армия, ну-ну. Нет, сразу то она конечно не разбежится и мятеж не поднимет, но в окружении воевать не будет точно – перебьёт командиров-нацистов и сдастся при первой же возможности. Впрочем, до войны ещё полтора года, не будем загадывать. История уже идёт другим путём, теперь ничего исключать нельзя, могут и инопланетяне на боевых треножниках вмешаться.

В марте 1920 года, в Романове-на-Мурмане прошла первая в этой истории зимняя Олимпиада. Первая зимняя и первая Олимпиада, в которой приняли участие женщины, разыгравшие комплект медалей в художественном (фигурном) катании на коньках. Разврат, конечно, покруче любого балета. По нынешним временам – откровенная эротика, но понятия о нравственности пора пересматривать, сохранить их всё равно не удастся.

Тесла уже создал интернет. Пока сеть из шести компьютеров, но где шесть, там и шесть миллионов. Или даже шестьсот. Джин выпущен из лампы, обратно его уже не загонишь.

Кстати, граф Никола Тесла теперь считается самым богатым человеком в мире. «Московские ведомости» оценивают его состояние в сто двадцать миллионов рублей, но это лишь видимая часть его бизнеса, на самом деле уже почти вдвое больше (контракты гениального тёзки с Военным министерством и министерством Военно-морского флота составители рейтинга учесть не могут).

На Олимпиаде в Романове-на-Мурмане стартовал ещё один всемирный бренд – студия анимационных фильмов «Антон Чехов», запустившая уже десяток персонажей, образы которых используются в производстве детских игрушек и рекламе всего и вся и владеющая сетью ресторанов быстрого питания (со шведским столом и без алкоголя), для посещения всей семьёй. Такая форма досуга набирает всё большую популярность не только в России. Самое большое количество контрафакта в мире сейчас приходится на торговую марку «Антон Чехов» и его забавных мультипликационных персонажей.

В июне 1920 года, по трансокеанскому каналу в Никарагуа официально прошло первое судно – сухогруз под японским флагом из Митсубиси (бывший Кингстон, Ямайка) в Нагасаки. Япония – наш самый надёжный союзник. Наследный принц Хирохито учится в Санкт-Петербурге (учится, кстати из-под палки, больше предпочитает развлекаться), вторым в очереди наследования Престола Ямато, по священной посмертной воле Тенно Мейдзи, стоит старший сын Китайского Императора Михаила Первого Романова Григорий, а третьим (если уж всё пойдёт совсем не так) дайме Николай Романов, Великий Хан, Император Всероссийский и прочая, и прочая.

Стоит заметить, что японцев такая наследственная цепочка нисколько не смущает. Ничего странного в этом не видит не только простой народ, но и знать. Самураев из самых древних родов на русской службе уже тысячи, дзайбацу не представляют себе жизни без российских заказов и технологий, а почти все дайме, потомки сёгунов, породнились с русской аристократией. И все они отлично говорят по-русски, да и у нас японские язык и культура очень модные. Особенно кухня, конечно, и застольные ритуалы.

Японский Императорский флот, во время войны, будет в оперативном подчинении Командующего «Центральной позицией» адмирала фон Эссена. Двадцать четыре линейных корабля и шесть, хоть и тихоходных, но больших авианосцев. С Гавайев они к западному устью канала подойдут к исходу восьмых суток – это даже если нападение окажется настолько вероломно-неожиданным, что мы его прозеваем. Но мы ничего не прозеваем, и маневры военно-морскими силами произведём заранее.

Центрально-Американское Вице-Императорство Испании готовится к агрессии нелюдей с севера. Границы никто не укрепляет, точки обороны строятся в глубине территории. Задача ведь не джунгли любой ценой удержать, а канал. Вице-Император Центральной Америки, Лавр Георгиевич Корнилов утверждён командующим всеми силами в регионе, в том числе и Русской Гвардией, и Либавским Гвардейским корпусом Тенно Тайсё. Его задача – держать сухопутный фронт и стягивать на себя как можно больше сил, открывая нам оперативный простор на севере, от Ванкувера до Вашингтона. В том, что янки полезут, причём миллионами – сомнений нет. «Линия Корнилова» станет самой кровавой вехой грядущей войны. Если, конечно, не встрянут инопланетяне, но тут уж, как в том анекдоте, пятьдесят на пятьдесят – либо встрянут, либо нет.

В августе 1920 года, в Москве прошла шестая летняя Олимпиада. Из значимого – присутствие на Играх семнадцати глав государств, в том числе семи Императоров, до отказа заполненные (сто тысяч) трибуны во время церемоний открытия и закрытия, женщины разыграли восемь комплектов наград в спортивной и художественной гимнастике, а Великий Князь, курсант Михайловского артиллерийского училища Иван Романов выиграл два золота – в выездке и конкуре. Впрочем, достижение невеликое, с его-то лошадями, просто верхом посидел. Шутка, но в каждой шутке есть доля правды. Русская порода – это уже не лошадь, а настоящее произведение искусства. Низкий поклон графу фон Келлеру, что догадался собрать по миру лучших производителей – вот они результаты.

И, конечно, но это уже традиционно, все бы удивились, если бы этого не случилось, на Играх дебютировал новый бренд – кофе «Казак», в зёрнах и растворимый, из Йемена и Омана.

После закрытия Олимпиады-1920, Николай организовал саммит шести Императоров. До войны осталось меньше года, пора перестать предаваться личным обидам и подумать об общем деле. Нашем деле. «Коза ностра», да.

Двадцатого (седьмого) августа 1920 года, в Александровской зале Большого Кремлёвского Дворца, за специально установленным для этого исторического собрания круглым столом, Николай ознакомил коллег-самодержцев с некоторыми данными, полученными по каналам ПГУ ИСБ и ГРУ ГШ, в том числе с планами мобилизации Британии и САСШ, которая начнётся уже первого ноября текущего года.

Англосаксы планируют мобилизовать до пятнадцати миллионов человек и сформировать больше тысячи дивизий.

Первую армейскую группу из двухсот дивизий они собираются заранее разместить в Индии, в районе Карачи, для наступления на Бендер-Аббас и далее до самого Каира, цель – установление контроля над Суэцким каналом и нефтедобычей Персидского залива.

Вторую армейскую группу из трёхсот дивизий соберут в Британии. Её задача – проведение десантов во Францию (Нормандию), в Исландию (Рейкьявик, Атлантическая позиция Русского Императорского флота) и на Фарерские острова (Торсхавн, база крейсеров Флота Открытого моря). Высока вероятность масштабного (до пяти миллионов) восстания во Франции, его британцы готовят уже два года. При успехе, а он вполне реален, пожар мятежа должен распространиться на Бельгию, Голландию и юго-западную Швейцарию (ещё до трёх миллионов).

Задачей третьей армейской группы из четырёхсот дивизий, на первом этапе, будет взятие под контроль Никарагуанского канала и всей Центральной Америки, а дальше по обстоятельствам.

Четвёртая армейская группа из ста дивизий будет прикрывать САСШ и Канаду с запада, широкомасштабных наступательных действий там не планируется, только беспокоящие отвлекающие операции. По сути, эта группа – оперативный резерв. Во всяком случае, они так думают.

Флот. Семь мегалинкоров с восемнадцатидюймовым главным калибром, четыре американских, проекта «Пенсильвания» и три британских «Адмирал Нельсон», всего кораблей линии (включая двенадцатидюймовые крейсера) шестьдесят восемь. Двенадцать эскадренных авианосцев, шесть проекта «Джордж Вашингтон» (всего триста девяносто самолётов) и шесть проекта «Лондон» (триста семьдесят два самолёта). Прочих кораблей и судов обеспечения больше трёх сотен.

Расчётная боеготовность флота – май 1921 года. Из плюсов для нас – главные силы англосаксов тихоходны, максимальная скорость двадцать два с половиной узла, самолёты устаревшие, аналоги наших, образца 1911 года, лётчики не имеют боевого опыта. Из минусов – единое командование флотом (британский адмирал Гордон Мур) и сухопутными силами (американский генерал Джон Першинг), так что неразберихи в управлении и снабжении (как это частенько бывало во время Первой Великой войны) не возникнет, тут они работу над ошибками провели.

Планы объединённого британо-американского флота нам пока неизвестны, британцы гораздо лучше американцев охраняют секреты, но скорее всего, они ещё и сами не определились, так что здесь можно только гадать. Аналитики нашего Морского Генерального Штаба дают семидесятипроцентную вероятность нападения без объявления войны и заваливания минами выходов из Вильгельмсхафена, Бергена и Кильского канала.

На суше, наши плюсы – гораздо лучшая техника и боевой опыт командиров среднего и высшего уровня, минусы – большая часть Рейхсвера и Японской Императорской армии заняты поддержанием порядка в колониях (и в самом Рейхе, даже в Германии, но об этом умолчим) и реальная опасность масштабного мятежа в Европе, с диверсиями на железных дорогах, нарушением нашей логистики и возникновением повстанческой армии до восьми миллионов человек (мясо, конечно, но его очень много). К тому-же, они в основном будут партизанить. На своей территории и полной поддержке местного населения.

В заключении своего доклада, Николай предложил союзникам вертолёты, только что принятые на вооружение в Русскую Императорскую армию. Двух модификаций – десантно-транспортный «С-1д» (двадцать четыре бойца, или три с половиной тонны груза) и огневой поддержки «С-1у» (автоматическая тридцатимиллиметровая пушка и два пятилинейных пулемёта, или двенадцать неуправляемых реактивных снарядов вместо пушки); лёгкое автоматическое оружие; станковые гранатомёты; радиоуправляемые мины; рации взводного уровня – и всё это военное великолепие практически по себестоимости, с наценкой всего в четыре процента. Не дело сейчас наживаться на союзниках, да и вырастет доходность, с увеличением объёма производства.

Глава 35

Совещание продлилось больше шести часов, но единой позиции так и не выработали. Все признавали разумность хода англосаксов с единым командованием, но доверять командование германцам (читай Вильгельму) категорически не желали Императоры Японии и Испании, а Кайзер, столь же категорически, не желал подчинять свои военные силы кому-либо, кроме себя, Величайшего Гения всех времён и народов.

Единственное, о чём удалось договориться – это послевоенный раздел владений англосаксов. Вильгельм, правда, выторговал раздел САСШ по сорок первому градусу северной широты, то есть Нью-Йорк, Питтсбург и Денвер, но зато согласился отдать Испании всю Мексику. Проклятый остров (с Ирландией) никому, кроме Вилли, нужен не был, а его, в свою очередь, не интересовали разделы на юге и востоке, поэтому поладили быстро, с остальными России делить было нечего, всё поступало в условный общак.

Россия брала на себя обязательство защитить Суэцкий канал с суши, а Никарагуанский с моря; Испания Никарагуанский с суши; а Рейх всё Средиземное море. Китай и Таиланд обязались выделить в подчинение японцам по пятьдесят дивизий, для поддержания порядка в колониях, чтобы высвободить боеспособные и опытные части Японской Императорской армии в оперативный резерв. Раз у англосаксов есть такой из ста дивизий, то и нам нужен.

В общем, коалиции единомышленников не возникло, но хоть не разругались, и то слава Богу, а ведь могли. Российская Империя, имевшая договоры перестраховки со всеми, стала скрепой между востоком и западом. Но только в случае нападения на нас, а вот если Вилли решит ударить первым, на упреждение (а ведь он об этом думает, по глазам видно) – то будет действовать на свой страх и риск.

В октябре 1920 года, ЧВК Гриппенберга исполнила контракт с правительством Британской Империи, установив контроль над Даккой. Правда, перед этим из города выпустили беженцев, а были ли среди них мятежники, нам не интересно. Ушли гражданские без оружия, а дальше сами разбирайтесь, мы не полицейские, следствие вести не умеем, да и не платят нам за это. Джентльмены поскрипели, покряхтели, но деньги выплатили.

В ноябре стало известно (по слухам, конечно), что «ландскнехты» заключили с правительством Японской Империи двухлетний контракт на наведение порядка в Малайзии и Индонезии, однако на островах они так и не появились.

В декабре, возле небольшого городка Ричмонд, в восьми километрах южнее столицы Русской Америки Ванкувера, боевые знамёна получили два новых Гвардейских корпуса – Ордынский казачий и Американский десантный. Теперь у нас есть полноценная Гвардейская армия четырёх корпусного состава (всего двенадцать дивизий), с тремя артиллерийскими бригадами и шестью авиаполками (в том числе, двумя вертолётными).

Бывшие наёмники уже успели отдохнуть, получили новое оружие и экипировку и ещё до Рождества приступили к освоению нового коллективного оружия (станковых гранатомётов и восьмидесятимиллиметровых миномётов) и к совместным учениям с приданным вертолётным полком, высаживая десанты на острове Ванкувер, подальше от любопытных глаз.

Две Гвардейских танковых дивизии и две артиллерийских бригады уже на Аляске, боеприпасов и топлива им хватит, чтобы дойти до самого Буэнос-Айреса. Шутка. Хватит только до Сан-Пауло, но нам и туда не надо, мы пойдём на Нью-Йорк и Вашингтон. И обязательно заглянем в Форт Нокс, ходят слухи, что там опять золотишко скопилось, награбили янки в Мексике. Территории пусть отходят Рейху, а насчёт всякого ценного мы не договаривались. Кто первый успел – тот и съел.

После Рождества 1921 года призвали казаков. В реестре их числилось уже полтора миллиона по строевому разряду первой очереди (считая Ордынских и Малазийских), поэтому в Америку собрали только добровольцев, да и то не всех, всего пятьсот тысяч. Остальные пусть отбивают вторжение нацистов в Персию.

Арабов наши казачки всё-таки замирили. Где-то из пулемётов, где-то нагайками, но большей частью через браки. Первым, пришедшим в Аравию и Палестину, невест было брать больше негде, а ведь стоит только начать, глазом моргнуть не успеешь, как уже и традиции сложились. Наши арабы приняли шиизм и живут себе не тужат, частично даже в казаки поверстались, за зипунами и орденами ходят в Египет, Фараону Павлу Первому постоянно требуются войска, для усмирения еретиков и диких племён в верховьях Нила.

В феврале 1921 года, очередь на перевооружение дошла до регулярной (контрактной) армии. Она у нас небольшая, всего восемьсот тысяч, но очень боеспособная. Все офицеры, от майора и выше, успели повоевать в Первую Великую, у каждого на груди если не «Георгий», то «Владимир» с мечами, поэтому личный состав они держали в тонусе, понимали, что война неизбежна, и от этих оболтусов будет зависеть их собственная жизнь. Отлично понимали, что куда солдата не поцелуй – у него везде задница, поэтому бойцов дрючили, дрючили и дрючили.

Четыреста тысяч «регуляров» (тридцать дивизий) отправятся защищать Никарагуанский канал, двести тысяч подстрахуют казаков в Персии и ещё двести сначала прикроют Калифорнию, а потом будут наступать следом за Гвардией из Ванкувера. Во внутренних губерниях Российской Империи останутся только срочники и казаки строевого разряда второй и третьей очередей. Никаких революций, мятежей и бунтов не предвидится, незачем лишний народ под ружьём держать.

Двадцать третьего (десятого) февраля, перед Парадом Победы, генерал Пахом Игнатьевич Ворожцов (прототип главного героя романа Джека Лондона «Война и миръ») получил погоны генерал-фельдмаршала, орден «Андрея Первозванного» и назначение на пост Главнокомандующего Русской Императорской армией. Прямо на Красной площади, на глазах сотни тысяч зрителей и в фокусе десятка синемакамер, которые запечатлели для истории церемонию награждения и братское объятие генерала Государем-Императором и Великим Ханом. По заслугам и честь.

В марте 1921 года случилось ожидаемое. В САСШ и Британии прошла череда еврейских погромов, а после начались аресты. Невезучих потомков Иакова обвинили в антигосударственной деятельности, вывозе золота и капиталов, саботаже и, конечно, работе на разведки всего мира. Не сказать, что обвинения совсем беспочвенные. И против нацизма евреи бороться пытались, и капиталы вывозили, и даже с разведками сотрудничали, но ведь единицы, а отвечать пришлось всем кагалом.

Вся семейка Ротшильдов угодила в подвалы Федерального Бюро Расследований САСШ и Комитета Контрразведки Британии, где их вдумчиво и неласково допрашивали, в том числе и насчёт активов и бизнес партнёров. Варбург, Шифф, Леб, Кун (все с германскими корнями и все родственники) – соучредители Федерального Резервного банка, и ещё тысячи гешефтмахеров калибром поменьше угодили в те же подвалы, а люмпен-еврейство нацисты поголовно согнали в концентрационные лагеря.

За подельников попытались заступиться славные парни Рокфеллер и Морган, но они слишком переоценили своё влияние и сами едва не угодили в подвал. Обоим удалось бежать и даже вывезти свои семьи, но ограбили их практически до нитки. Доигрались, демиурги колхозные, сотворённый ими Молох не наелся унтерменшами и чуть не сожрал своих создателей. Всё, что осталось у славных парней – это мелкий бизнес в Латинской Америке и Азиатской Турции и счета на чёрный день в русских банках в Либаве.

В России их приняли, почему нет? После войны будем судить англосаксонских нелюдей за преступления против человечества, а эти двое очень важные фигуранты, пригодятся, даже в качестве свидетелей, если не больше. Личной неприязни к ним Николай не испытывал, даже наоборот – определённую благодарность за помощь в самом начале большого пути. Без них бы не состоялась такая Россия.

В Британии за евреев попытался заступиться король Георг Пятый, но тоже безуспешно. С трона его пока не согнали, но всё идёт именно к этому. Теперь кузен Джорджи находится практически под домашним арестом, а охраняют его боевики Национального Легиона, аналога СС в гитлеровской Германии.

Кстати, о Германии. Нацизм и там становится очень популярным. Англосаксы показали пример, как можно быстро навести порядок и поднять экономику за счёт унтерменшей, которых в Рейхе намного больше чем в САСШ. И не важно, что в Америке самих немцев записали в неполноценные, там они такие и есть, все полноценные живут в Фатерланде. Партия пока не организовалась, в Рейхе они под запретом, но в пивных большинство разговоров велись именно об этом. Именно из этих застольных компаний и возникнут вскоре низовые ячейки.

Николай предупредил об опасности распространения этой идеологии, но Вилли только отмахнулся. Как можно в здравом уме опасаться этой черни? Армия раздавит её при первой же вызывающей выходке. Ну-ну. Наше дело предупредить, потом на себя обижайтесь.

В апреле 1921 года, в Рейхе началась мобилизация. В армию забирали тех самых булочников, колбасников и прочих галантерейщиков, которые мечтали о старом добром Немецком Орднунге для всего мира. Бацилла нацизма попала в организм Рейхсвера. Инкубационный период будет длительным, но болезнь в итоге победит. Просто потому, что её никто не принимает всерьёз и не лечит.

В мае 1921 года, Русские Императорские армия и флот заняли позиции, на которых предстояло держаться примерно год, перемалывая значительно превосходящие (численно) силы противника. Самым угрожающим направлением для нас был Никарагуанский канал, хоть он и считался зоной ответственности испанцев. Но мы ведь не чужие, да и канал наш, а не испанский.

Англосаксам удалось удивить – в конце апреля восстания начались на Суматре, Яве и Сулавеси, и сковали те сто японских дивизий, которые мы уже запланировали в оперативный резерв (прежде всего для Центральной Америки). К концу мая, полыхали уже все островные колонии японцев от Азии до Австралии. Умеют всё-таки британцы делать пакости, а наша разведка к японцам на задний двор не лезла, по этическим причинам. В Японской Империи началась мобилизация резервистов сразу двух очередей, но надежды на скорое подавление мятежа нет, теперь им придётся причёсывать каждый остров мелкой гребёнкой, а это как минимум год. И китайцами тут не поможешь, не то качество.

Таиланд снова начали беспокоить банды из Бенгалии, Франция закипала сразу в шести очагах, в том числе и в Испанской Окситании. В общем, перехитрили нас подлые джентльмены, переиграли в дебюте, пришлось спешно менять планы – срочно перебрасывать ещё двести тысяч «регуляров» и Гвардейский Ордынский казачий корпус из Сан-Франциско и Ванкувера в Центральную Америку и готовиться к обороне полутора миллионами против шести. И это при том, что главный наш козырь – авиация – в джунглях не играет.

Военный министр, генерал-фельдмаршал, граф фон Келлер и Главнокомандующий Русской Императорской армией, генерал-фельдмаршал Ворожцов предложили провести мобилизацию в России, но при этом сами признавали, что прошлый план реализовать уже всё равно не удастся, мобилизованный контингент обретёт приемлемую боеспособность, в лучшем случае, через год, а до того их даже в обороне придётся страховать значительными резервами.

Срочников тоже быстро не выдернешь, их основные силы размещены в Египте и Китае, а раз уж полыхнуло на японских островах, то ожидать теперь можно любых гадостей.

И ведь сам виноват – запретил разведке работать у союзников. В общем, первые удары пропустили мы, причём, ещё до начала войны. Опасный враг англосаксы, смертельно опасный…

К началу июня 1921 года полыхали Франция, Бельгия, Голландия и франкоговорящие кантоны Швейцарии. Повстанцы не собирались в большие отряды, они занимались диверсиями и террором, как когда-то мы в северо-западной Индии. Быстро учатся подлые джентльмены, в этом они молодцы, этого не отнять. Гарнизоны германцев сидели в расположениях и покидали их только в ротном составе с приданным БТРом. Никаких увольнительных, никакой личной жизни, а ведь война ещё даже не началась. Рейхсвер оказался раздёрган на полки и даже батальоны, но его эффективность в действиях против городских партизан стремилась к нулю.

Вилли психовал, орал, отправил в отставку очень любимых в армии, героев Первой Великой войны Начальника Генерального штаба, фельдмаршала, князя Пауля фон Гинденбурга и Статс-секретаря по делам Франции, генерала Эриха Людендорфа, но этим решением только приобрёл двух влиятельных врагов.

Прошли те времена, когда военные готовы были молиться на своего обожаемого Кайзера. Вильгельм Второй понятия не имел, что делать с расползшимся по карте Европы Рейхом. Рейхом, в котором германцев (вместе с австрийцами) было меньше трети населения. Он принимал решения по наитию, или настроению, чаще всего ошибочные, а за свои ошибки наказывал подчинённых. Чаще всего, назначенные крайними, сами уходили в отставку, но Гинденбург и Людендорф сделать это отказались и их уволили со скандалом. Так у германских нацистов появились очень влиятельные вожди, а Рейхсвер перестал быть надёжной опорой Кайзера Второго Рейха, остался только флот. И начало войны верные Вилли моряки откровенно проспали.

Главные силы германского Флота Открытого моря базировались на четырех основных позициях. Трёх в северной Атлантике – в Вильгельмсхафене (два мегалинкора «Гогенцоллерн» и «Манн»), норвежском Бергене («Зигфрид») и Торсхавне на Фарерских островах (шесть суперлинкоров и большая часть крейсерских сил и подводных лодок) и одной в Средиземном море – во французском Тулоне (мегалинкор «Хаддинг»).

Минные поля, несмотря на предупреждения Николая, германцы заранее не выставили, и британцам, вне всяких сомнений, это было отлично известно. Хлопотное это дело – минные поля. Управляемые они только до первого хорошего шторма, поэтому в мирное время их никогда не ставят, слишком велик риск подорваться на собственной, сорванной с якоря, мине. Куда её, заразу, понесёт ветром и течением – предсказать невозможно.

Да и не собирался Вильгельм сидеть в обороне, он планировал сам начать войну с атаки на главную базу британцев в Скапа-Флоу, пока они не объединили свои силы с янки. Кайзер был уверен, что раньше этого англосаксы не начнут и ошибся. Адмирал Гордон Мур ударил, не дожидаясь подхода союзников и опередил германцев на восемь дней.

Вторая Великая война началась восемнадцатого (пятого) июня 1921 года. Началась с чувствительного поражения Флота Открытого моря, который находился в базах, принимая припасы, а значительная часть офицеров оказалась на берегу.

Адмирал Мур вывел свои минные заградители и эсминцы в море заранее. Поодиночке. Покидать Скапа-Флоу они начали за десять дней до начала войны – кто на патрулирование, кто на ремонт, в общем, так не воюют, поэтому германцы проспали. Ночью, с семнадцатого на восемнадцатое, лёгкие силы британцев объединились в две эскадры, на рассвете разогнали патрульные миноносцы немцев и завалили минами выходные фарватеры из Вильгельмсхафена и Бергена, с одновременным массированным ударом торпедоносцами и пикирующими бомбардировщиками по стоящим у причалов большим кораблям. Потери британцы понесли значительные, но их перехватывали уже на обратном пути, когда дело было сделано.

Высший класс. Выучка, координация, самоотверженность, наконец, наглость (в положительном смысле). Британия доказала, что не зря два века являлась «Владычицей морей». Рейх угодил в нокаут и подставил Средиземноморские позиции под удар. В том числе и наши. У нас на Мальте всего два новых «Ивана» и два «Малюты», а кроме острова придётся защищать длинную береговую линию доминиона Европейской Турции (с Грецией) и Египта с северным входом в Суэцкий канал. Теперь все довоенные планы можно отправлять в печку. Так началась Вторая Великая война.

Глава 36

Вечером, восемнадцатого (пятого) июня 1921 года, в Александровском дворце Царского села, Николай собрал силовой блок Комитета развития – военных, моряков, Канцлера и председателя ИСБ. Обсудили ситуацию. Сошлись во мнении, что для нас почти ничего не изменилось. Возможно, потеряем Мальту и судоходство в Суэцком канале – это неприятно, но неприятность эту мы переживём. У Рейха положение осложнилось значительно, но и там до катастрофы очень далеко – за год корабли отремонтируют и всё вернётся на круги своя. Впредь умнее будут. Ведь очевидно, что адмиралу Муру их планы были известны – пусть усиливают контрразведку. Очень хорошо, что мы не успели передать им новые торпеды и вертолёты, а то бы всё уже утекло. И вообще, нужно заканчивать с практикой передачи новейших вооружений союзникам. Лучше мы их сами будем защищать, простофиль тевтонских. На том и сошлись.

Но, как учит жизнь – худа без добра не бывает. Вероломное нападение британских нелюдей на мирных германцев решительно осудила Лига Наций, приняв резолюцию о полном эмбарго на торговлю с агрессором (вся Латинская Америка проголосовала единогласно, несмотря на внутренние конфликты – между Колумбией и Бразилией, Перу и Чили, Парагваем и Боливией). Второй резолюцией стало осуждение преступной идеологии и политики нацизма. Тоже пригодится. Мир разделился на нацистов-англосаксов и всех остальных, нейтралов не осталось, за обе резолюции проголосовала даже Швеция. В текущей ситуации, это нам ничем не поможет, а вот после войны – очень даже пригодится. Войну мы всё равно выиграем, не так быстро, как хотелось бы, но победим обязательно (в крайнем случае применим спецбоеприпасы), а эти резолюции – наши первые успехи в выигрыше послевоенного мира. Успехи именно наши, мир поддержал Россию, инициативу нашего представителя в Лиге Наций.

Второй положительный момент – мы опять получили священную ярость. Пусть британцы напали и не напрямую на нас, а через нашего союзника, но сути дела это не меняет. Союз с Рейхом у нас не тайный, и британцы прекрасно сознавали что делают, когда вероломно атаковали без объявления войны. В общем, опять наше дело правое, наша война вынужденная, цель её справедливая, а значит священная.

Восточную Атлантику, включая Средиземное море, мы в дебюте проиграли, но дебютом партия не заканчивается, а только начинается. Через Дарданеллы англосаксы не прорвутся; блокирование судоходства в Суэцком канале для нас не критично, а сам канал флотом не захватишь. Рейху придётся ограничить потребление нефти примерно вдвое (больше по железным дорогам не протянешь), но на то она и война, чтобы терпеть лишения. Мальта под угрозой, но какой джентльменам от неё толк, если Средиземноморье всё равно тупик с враждебными берегами? Просто так мы её не отдадим, а терять темп и несколько дивизий только ради орденов и бравурных статей в газетах? Может быть и такое, конечно, но тут уж как в том анекдоте про пятьдесят на пятьдесят.

Хуже обстояло дело с Атлантическим побережьем Франции, Бельгии и Голландии, теперь десант там можно ожидать в любой точке. Железнодорожная сеть парализована мятежом, а без железных дорог Рейхсвер воевать давно разучился. Похоже на то, что Западную Европу Вилли придётся завоёвывать по новой, причём, опять начиная от позиционной обороны, от окопов в три линии, блиндажей и минирования переднего края.

Двадцатого (седьмого) июня в войну вступили САСШ, затеяв наступление в Центральной Америке вдоль Атлантического берега. Начали они довольно бодро, захватив за неделю бывший Белиз и северо-восток Гватемалы, но на старой границе с Гондурасом упёрлись в «линию Корнилова». Лавр Георгиевич знал толк в «военных извращениях», и в день соприкосновения янки потеряли не меньше дивизии личного состава и с полсотни единиц бронетехники. Наши потери оценивались в три роты, вместе с ранеными.

Наступление захлебнулось, началась битва за господство в воздухе над каналом. Самолёты у янки значительно хуже наших, но самолётов у них намного больше, все силы они собрали в кулак – в бой пришлось вступать авиагруппам с «Санкт-Петербурга» и «Севастополя» и с подошедших из Перл-Харбора японских авианосцев. Двадцать восьмого (пятнадцатого) июня, счёт сбитым открыл Наследник-Цесаревич, капитан-лейтенант Святослав Романов.

Двадцать девятого (шестнадцатого) июня, англосаксы установили морскую блокаду Марселя и Тулона, а первого июля одновременно высадили два десанта – в Гавре и Остенде, где их цветами встретило местное население. Рейхсвер отошёл на старые границы и начал окапываться.

Красиво, очень красиво. Пожалуй, теперь с оккупированных территорий, в строй встанет не пять миллионов добровольцев, а как бы не раза в два больше. В Рейхе объявили мобилизацию резервистов третьей очереди, в бой пошли старики сорок плюс.

Глава 37

Восемнадцатого (третьего) октября 1921 года, в Токио, в храме Святого Александра Романова, состоялась церемония бракосочетания Наследного Принца Японии Хирохито и средней дочери Русского Императора и Великого Хана – Екатерины Николаевны Романовой.

В Санкт-Петербурге, Хирохито прожил пять лет. Посещал лекции в Императорском университете имени Менделеева, академиях Генерального и Главного морского штабов, но к учёбе любви не испытывал. И не потому, что глупый, просто не его это призвание. Возможно, из него получился бы отличный философ, или, например, медик, но кому нужны Императоры с гуманитарным, или медицинским образованием? Не повезло парню родиться не в той семье. Шутка.

Друг Ёсихито, Божественный Тенно Тайсё, ради этого брака, законом ввёл в древней стране Ямато моногамию. Закон, ещё в одном аспекте уравнивающий права знати и простолюдинов. В Японской Империи мужики-простолюдины ещё не занимали министерских постов, но ситуация развивалась именно в этом направлении, пример брался с России.

И это правильно – любая знать когда-то начинала из мужиков, а их попытки сословно огородиться, наделить себя незаслуженными лично тобой привилегиями, обязательно приведут эту знать к вырождению. У элиты и так имеются стартовые преимущества, а кто их реализовать не может – тот недостоин, он либо просто дурак, либо безвольный лентяй, в общем, выродок, и путь ему один – вниз по социальной лестнице.

Ёсихито сильно болел, без доктора было видно, что осталось ему недолго.

– Может, съездишь в Евпаторию? Вдруг, граф Мечников придумает какое-нибудь лекарство.

– Нет, Николай. Граф Мечников гений и, наверное, сможет обмануть Богов, но я не хочу нарушать Их Волю. Мне не стыдно за прожитую жизнь, ни к чему откладывать неизбежное. Да и не так всё плохо, как тебе кажется, год я ещё проживу, хочу дождаться рождения наследника у Хирохито и Катюши.

– Ну, дай Бог. Наливай, Мишкин, не спи. Помянем наших отцов. Надеюсь, они сейчас радуются за нас.

Хорошо посидели. Тепло, по-семейному. Азию война пока не затронула (восстания на островах – это не война) и, скорее всего, не затронет, азиатская экономика за эти три года совершит такой рывок, что навсегда оставит позади остальной мир. Если, конечно, не случится усобицы. Вот и думали – как её избежать, чем ещё связать и скрепить четыре Империи. Именно четыре. Испания ведь тоже азиатская, сейчас большинство подданных Сандро – это филиппинцы, а Таиланд уже очень скоро станет частью Империи Российской, наследовать Раме Пятому будет Святослав Николаевич (или, в случае чего, война есть война – Владимир Святославович), а тесть Николая уже не покидает своего дворца – отказали ноги. Он даже год вряд ли проживёт. Печально, но что тут поделаешь, без малого семь десятков, в эту эпоху – уже старость, а она не лечится.

К ноябрю 1921 года, благодаря активным действиям наших подводных лодок в Атлантике, в Британской Метрополии возник дефицит топлива, и адмирал Гордон Мур был вынужден снять блокаду с Вильгельмсхафена и Бергена, что позволило Кайзермарине увести подранков и распределить по заводам. Теперь ремонт пойдёт гораздо быстрее, уже к апрелю основные силы Флота Открытого моря должны вступить в строй.

Авиацию янки над Центральной Америкой мы заземлили. Самолёты промышленность САСШ производит в потребных количествах, а их тактико-технические характеристики заметно возросли, но летать на них уже некому, лётчиков на заводе не изготовишь. Просто летать по маршруту можно научить за полгода, но такие летуны – дичь. Лёгкая добыча, как только что вставшие на крыло голуби для ястребов, а набраться опыта им не давали, в среднем, американский лётчик совершал меньше трёх вылетов – и это с учётом почти безопасных патрулирований Атлантического побережья, с целью поиска наших подводных лодок.

Фронт в Центральной Америке замер на «Линии Корнилова» из восьмидесяти долговременных огневых точек. Никаких окопов, никаких линий, никакой военной наукой такую оборону не изучают. Лавр Георгиевич Корнилов лично составлял план строительства, а потом лично инспектировал каждую стройку, перед этим лично облазив все эти джунгли за два года и лично убедившись в проходимости секторов.

Железобетонные ДОТы с бронеколпаками, без последствий выдерживающими прямое попадание ста пятидесяти миллиметрового гаубичного снаряда, располагались на господствующих высотах и держали круговую оборону. Все подходы были заминированы, и лезть на них ночью – верное самоубийство доже для опытных сапёров. Ну, а днём, под пушки и пулемёты – и так понятно. Это самоубийство уже для целой дивизии. Бетонный куб, наполовину врытый, наполовину обвалованный, башня от старого эсминца, восьмидесяти восьми миллиметровая пушка, два пулемёта и два взвода с тремя офицерами гарнизон, чья задача – держаться сутки, при поддержке авиацией, а потом подойдёт «кавалерия» на вертолётах. Дёшево и сердито, а главное, такая служба очень нравится испанцам. В ДОТах электрогенераторы и кондиционеры, кровати даже у рядовых, хоть и посменно, снабжение хорошее, с вином, хоть и паршивеньким, не умеют косорукие латиноамериканцы правильно лозу выращивать. Ничего, научим, Империя для того и возвращается, чтобы вас, дураков, уму-разуму учить.

В общем, на этом фронте, можно считать, тоже отбились. Генерал Джон Першинг свои войска пока не отводит, ещё ищет варианты, но их просто нет. Американцы прикрыли свои позиции многочисленной артиллерией ПВО. От нас они прикрылись, лишние потери нам не нужны, налёты мы прекратили, но и себя янки заякорили. С батареями ПВО в атаку не ходят. Позиционный тупик и тренировочный лагерь для ребят Гриши Зубова.

Японский Императорский флот выдвинулся восточнее, на Ямайку, а вице-адмирал фон Эссен на Кубу, в Гуантанамо. Карибское море и Мексиканский залив мы блокировали полностью. Нефть и нефтепродукты из Техаса теперь отправляли на север по железной дороге, но и с Севера, до Британской метрополии, доходит только половина. На охоту в Атлантику у нас вышли уже восемьдесят две лодки. Собственной лодкой, К-77, командует капитан-лейтенант, Великий Князь Александр Романов, Георгиевский кавалер уже третьей степени. Обгоняет Шурик старшего. Впрочем, и тому до «Троечки» недалеко, осталось всего два сбитых из двенадцати положенных по статусу (шесть/двенадцать/двадцать четыре/сорок восемь).

В декабре 1921 года появилась возможность снимать войска с Центрально-Американского фронта и усиливать ими европейские позиции Испанской Империи. Вот и пригодились «Александр Пушкин» и «Фёдор Достоевский» в том деле, для которого их проектировали и строили, а то, что они себя уже дважды окупили – лишь приятное дополнение.

Войска в Европе очень нужны, Рейх не мычит, не телится. Рейхсвер сидит в окопах и саботирует приказы командования – Верховного Главнокомандующего, Кайзера Вильгельма Второго и начальника Генерального Штаба, фельдмаршала Эриха фон Фалькенхайна. Во фронтовых штабах в порядке вещей высказывания – «с таким дураком-Кайзером, сколько побед не одержи, сколько крови не пролей – всё без толку».

Рейх уже сверху донизу поразили метастазы нацизма, но пока этот «Молох» переживал младенческую, колыбельную стадию. Крон-Принц Пруссии и король Польши Вильгельм-младший жил затворником в Варшаве и категорически отвергал поползновения втянуть его в заговор против отца, которого искренне уважал, даже несмотря на несправедливую опалу, а без него единой структуры не складывалось. Принц Людовик Баварский родовитее, а фельдмаршал, князь Гинденбург, знаменитее, ведь именно он в прошлой войне взял Марсель и, как тогда казалось, навсегда покончил с этой наглой шлюхой-Францией, так что их политические силы были примерно равны, а отсюда и пассивная позиция.

Николай больше не пытался предостерегать, или направлять Кайзера Второго Рейха. Вилли почему-то обиделся на победы нашего флота в Атлантике и уже трижды откровенно схамил – «не лезь не в своё дело, Ники». Что ж, Бог любит троицу. Разошлись, как в море корабли. Теперь все вопросы пусть согласовывают дипломаты, а если они не согласуют наше наступление на Монпелье из Турина и Генуи, то мы решим этот вопрос через Римского Папу, ведь это будет уже откровенный саботаж союзнических обязательств.

Конечно, существует опасность, что после Вилли Рейх пойдёт на сепаратный мир, или даже союз с англосаксами, но теперь уже наплевать. Вилли-младшему мы поможем удержать короны Пруссии, Саксонии и Польши, а остальных будем просто давить. На трёхлетнюю войну мы уже настроились, она у нас в пятилетнем плане уже запланирована, а нацизм лучше выжигать весь разом, не оставляя эту грязную работу потомкам. Но, лучше бы, конечно, чтобы германские нацисты с англосаксонскими подольше повоевали. Хотя бы ещё годик.

В России война никак не затронула девяносто девять процентов населения. Про неё читали в газетах, слушали по радио, смотрели хронику перед фильмами, а в Санкт-Петербурге, Москве, Киеве, Великом Новгороде, Казани и Челябинске ещё и по телевидению, но и новости по большей части были радостные. Изредка приходили похоронки, но именно что изредка – намного больше людей гибло в инцидентах, связанных с автотранспортом.

Мобилизацию не объявляли, дополнительных военных налогов не вводили, цены не росли, никакого дефицита не возникло. Авиабилеты даже подешевели из-за перевода значительного парка самолётов на внутренние рейсы. Военный заём казначейство разместило на двадцать лет в тысячерублёвых облигациях (доступных только банкам и очень состоятельным людям) и раскупались они, в среднем, под полтора процента годовых.

Железную дорогу Каир – Йоханнесбург запустили в срок, Амурский промышленный район раньше расчётного срока, достраивается БАМ, начато строительство космодрома на Сайпане и дамбы на Сахалин. Разрабатываются амбициозные проекты – приливной электростанции в Пенжинской губе Охотского моря, судоходного канала между Каспийским морем и Персидским заливом и моста между Сахалином и Хоккайдо.

Военные испытывают реактивную авиацию и ракеты, составлена технологическая карта производства термоядерной бомбы, началась выработка необходимых для этого дейтерия и трития.

Компьютеры Теслы уменьшились в размерах от шифоньера до небольшого сундука, ему наконец-то удалось организовать достаточно чистое производство кремниевых микросхем, а их архитектуру гениальный тёзка просчитал уже давно. Он же уже проводит эксперименты с лазером, а совместно с НИИ телевизионных технологий создаёт головки наведения для ракет и корректируемых бомб. Цветное телевидение мы получим в придачу, приятным бонусом.

Государственный Совет посвящает целые сессии заседаний архитектурному облику городов и борьбе с примитивизмом в строительстве. Спортивные чемпионаты проходят по расписанию, синематограф выпускает по два фильма в месяц, тиражи книг растут на пятьдесят процентов в год. «Золотой век России» – это уже общепризнанная характеристика эпохи в прессе и медиа. Приятно, чёрт побери. Прости, Господи, сквернослова.

В феврале 1922 года похоронили Канцлера, графа Александра Петровича Извольского. В его честь Николай распорядился переименовать Юзовку (в другой истории ставшую Донецком). Новым Канцлером, Государь-Император назначил сына грузинского сапожника, председателя ИСБ, генерала Иосифа Виссарионовича Джугашвили, с жалованием ему ордена «Андрея Первозванного» и титула Светлейшего князя Сталина. Заслужил. Вся наша космическая и ядерная программа едет на его плечах. И не только они. Разведка и контрразведка – само собой, но ещё и наука, которую он взялся опекать после смерти тестя, графа Дмитрия Ивановича Менделеева.

Нет ни одной, доступной человечеству в этой эпохе области знаний, в которой он не получил образования, а ведь до сих пор продолжает учиться, действительно феномен. Со старшим сыном Светлейшего князя Джугашвили-Сталина – Дмитрием, уже помолвлена младшая дочь Николая Второго – Анастасия.

Дмитрий Иосифович капитан-лейтенант, Георгиевский кавалер, старший артиллерийский офицер линейного крейсера «Суворов» пока воюет, но, даст Бог, выживет, и после войны этот брак состоится.

Председателем ИСБ стал расовый и конфессиональный еврей, генерал-лейтенант Самуил Моисеевич Розеншайн, до этого возглавлявший Первое Главное Управление Службы Имперской Безопасности. Должность на чин второго класса в Имперской табели о рангах.

В марте 1922 года, в Британской Метрополии запретили использовать автотранспорт частным лицам, в целях борьбы с чёрным рынком, который породило нормирование отпуска топлива. Кузен Джорджи, король Георг Пятый, счёл этот момент удачным и издал указ, отправляющий в отставку Корнуэла Бейла правительство Национал-Социалистической партии Британии. Издал, находясь под полным контролем Национального Легиона. Дурачок. И сам подставился, и всех своих сторонников подставил.

Георга Пятого обвинили в измене и отдали под суд, заключив в ту же камеру в Тауэре, в которой доживал последние дни своей нелепой жизни Карл Первый Стюарт, а всю его семью заключили в концентрационный лагерь «Белфаст Даун» в Ирландии, как предполагаемых сообщников. Хорошо, что сестрица Маман, вдовствующая королева Александра не дожила до этого дня.

В апреле 1922 года, Русская Императорская армия пробила коридор в Испанию. Из Генуи, в Монпелье, через Ниццу и Авиньон, отрезав южный Прованс с Марселем и Тулоном от остальной Франции, провозгласившей Четвёртую Республику. Вот ведь делать дуракам нечего, кроме как республики провозглашать. На фронтах, ополченцы кормят в окопах вшей в гражданской одежде, в которой пришли из дома, продуктами питания их снабжают патриотически настроенные местные жители, интендантская служба не организована, а эти дебилы делят министерские портфели.

Не удивительно, что наступление армии Генерального штаба генерал-лейтенанта Деникина, юг Франции воспринял как избавление от страданий за интересы англосаксонских нацистов и собственных коллаборантов. Рейх они ненавидели, но мы то не Рейх. Армия Деникина установила контроль над железной дорогой и больше никуда не лезла, вела себя очень корректно по отношению к местным и за всё платила рублями.

По железной дороге потоком пошли топливо, техника, боеприпасы и подразделения настоящих военных – опытных бойцов, остановивших двухмиллионную британскую армию в Белуджистане.

Администрация четвёртых республиканцев в Бордо не стала дожидаться их подхода, как и прочие мятежники, калибром поменьше, управляющие в Испанской Окситании. Законный порядок на территориях устанавливался ещё до подхода русских частей. Вот, что значит репутация. Не зря мы тратились на синема и прочую пропаганду. Армию Деникина встречали цветами и сдавали нашей контрразведке всех англосаксонских агентов, которых знали. Знали, конечно, не всех, но генерал-лейтенант Розеншайн на это и не рассчитывал. Кого-то сдали и то хорошо, следствию будет проще работать.

Антон Иванович Деникин за эту войсковую операцию был жалован Николаем орденом «Святого Александра Невского» и титулом графа Авиньонского от Сандро, Испанского Императора Алехандро Первого Романова-Царьградского. Титулом графа и Гранда, получившего место в Кортесе для себя и своих потомков. А ведь Деникин тоже из мужиков, его отец родился крепостным крестьянином и начинал свою военную карьеру из рекрутов. И пусть теперь кто-нибудь из Донов-Грандов попробует выразить недовольство. Мы на правильном пути и Испанию на неё ставим. Уже поставили.

Глава 38

Утром восемнадцатого (пятого) мая 1922 года, поезд Кайзера Вильгельма Второго сошёл с рельсов перед въездом на мост через Эльбу в Магдебурге и улетел в реку с высокой насыпи. В катастрофе погибли: – сам Кайзер, Верховный Главнокомандующий армией и флотом; начальник Генерального Штаба, фельдмаршал Эрих фон Фалькенхайн и начальник Главного Штаба Кайзермарине, адмирал Франц фон Хиппер. Вечером того же дня, в Берлине, взорвался (буквально разлетелся на куски) бронированный автомобиль, перевозивший Канцлера Теобальда фон Бетман-Гольвега.

Уже к обеду, девятнадцатого мая, военная прокуратура назвала виновных – две британские диверсионные группы, которые были в полном составе уничтожены, при попытке задержания, в ночь с восемнадцатого на девятнадцатое мая. Откровенная липа, даже не претендующая на хоть какое-то правдоподобие.

С началом войны, «Дойче Бан» снова перешёл под управление военных, они и движением поездов руководили и мосты охраняли. Как могли диверсанты заложить пятидесятикилограммовую мину под путь, в двухстах пятидесяти метрах от объекта высшей категории охраны? Вопрос риторический. Тем более, что и в диверсии возле Магдебурга, и при взрыве автомобиля Канцлера использовались радиоуправляемые детонаторы русского производства, которые мы поставляли Рейхсверу, а не британцам.

Вечером, девятнадцатого, в Варшаву прибыли фельдмаршал Гинденбург, генерал Людендорф и начальник Тайной полиции (Гестапо) Хельмут фон Нойштетер, которые попытались убедить Вильгельма-младшего (впрочем, теперь уже старшего) поверить липовым результатам следствия и не поднимать шум. Становиться по факту соучастником, Крон-Принц Пруссии и король Польши отказался категорически, пообещав обязательно выявить и покарать настоящих виновников.

К такому повороту заговорщики оказались готовы, варшавский королевский дворец «Хельгенхоф» отключили от связи и взяли под охрану целым полком 67-ой пехотной дивизии Рейхсвера («личной Гвардии» Гинденбурга), заключив законного нового Кайзера под домашний арест. И с этим Вильгельму ещё повезло, фельдмаршала, Принца Людовика Баварского просто застрелили, объявив, что он покончил жизнь самоубийством.

Двадцатого (седьмого) мая 1922 года, в связи с чрезвычайными обстоятельствами, Высший военный совет назначил Верховным Правителем Рейха (Рейхспрезидентом) фельдмаршала, князя Пауля фон Гинденбурга, а уже двадцать первого, Рейхсвер и часть Кайзермарине принесли ему присягу.

Нельзя сказать, что такое развитие событий стало для нас совсем уж неожиданным, но запредельная наглость и скорость принятия генеральской «хунтой» решений неприятно удивили. Путчисты даже не пытались вызвать доверие к своим «расследованиям». Приказано верить – верьте, а кто не верит – «застрелится», или станет очередной жертвой «британских диверсантов».

Двадцать второго (девятого) мая, в посольстве САСШ в Стокгольме начались переговоры между полномочным представителем Рейха, исполняющим обязанности министра Иностранных дел, генералом Людендорфом с представителями Северо-Атлантического альянса. Поладили нацисты быстро, договориться о заключении перемирия, на время ведения переговоров, им удалось в первый же день.

Двадцать пятого, посол Российской Империи в Берлине, граф Николай Николаевич Бобриков получил ноту германского МИДа, с предписанием начать незамедлительный вывод русских войск с территории Рейха, то есть армии Деникина из южной Франции. Что-ж, как говорил один Великий Хан Орды – Тимуджин Есугеевич Борджигин (прозванный за своё величие Чингисханом) глупому и наглому шаху Хорезма Мухаммеду Ала ад-Дину – «ты хотел войны, ты её получишь».

В ночь на двадцать девятое (шестнадцатое) мая, «британскими диверсантами» (в эти игры мы тоже умеем играть, причём, лучше всех умеем), в Берлине был похищен (вместе с секретарём-адъютантом и личной охраной) начальник Тайной полиции, а теперь ещё и министр Внутренних дел, Хельмут фон Нойштетер. К утру он исписал мелким почерком двенадцать листов показаний и, оставив покаянную предсмертную записку, «застрелился» в одной из конспиративных квартир Гестапо. Мог и «повеситься», но почти добровольное сотрудничество с «британскими диверсантами» от петли его избавило. Адъютант и личная охрана пропали бесследно.

В ночь на тридцатое, в своих квартирах были захвачены командир и начальник штаба полка, охранявшего королевский дворец «Хельгенхоф» в Варшаве. Тихо захвачены, тихо допрошены и, к утру, с энтузиазмом сотрудничали с парнями Гриши Зубова. При их активном содействии (а куда им деваться с поясами шахидов), Вильгельма, со всей семьёй, вывезли открыто, посреди белого дня.

– Спасибо, Николай Александрович, – поблагодарил Вильгельм, дочитав показания фон Нойштетера.

– Пустое, Вилли, мы не чужие люди. Теперь твой ход, что планируешь предпринять?

– Ещё не решил. Убил бы их всех, но пока не знаю, с чего начать.

– Начни с коронации, – усмехнулся Николай, – это точно лишним не будет.

– Корона в Берлине, да и в Кёнигсберге мне вряд ли будут рады.

– Насколько мне известно, нынешнюю Прусскую корону изготовили по заказу твоего отца, так что никакого сакрального смысла в ней нет, это просто ритуальное украшение, заменить его можно чем угодно. А насчёт Кёнигсберга я не уверен. Этому борову Гинденбургу присягнуло меньше половины моряков – призови остальных на коронацию. Есть шанс, что и гарнизон тебя поддержит.

– Как их призвать?

– Манифестом, конечно, по-королевски. Ты напиши текст, а мы организуем ознакомление с ним личного состава Кайзермарине. Попытка – не пытка. Если не получится – будем думать дальше.

Организовать радиотрансляцию с записью обращения Вильгельма Третьего на частотах связи Флота Открытого моря труда не составило, как и доставить отпечатанный в «Московском вестнике» манифест. Моряки откликнулись. Не все, но больше половины, почти две трети. Гражданская война в Рейхе началась с морской битвы в двадцати милях юго-восточнее острова Борнхольм: – в ней был утоплен, поддержавший путчистов-нацистов, мегалинкор «Зигфрид» и его «свита» – авианосец «Швабия» и шесть линейных кораблей и крейсеров классов «Иван» и «Малюта».

Под прицелом восемнадцатидюймовых пушек «Гогенцоллерна» и «Манна», гарнизон Кёнигсберга сам перебил сторонников Гинденбурга и присягнул Вильгельму. Шестнадцатого (третьего) июня 1922 года в город вошла Двенадцатая Казачья мотострелковая дивизия и Вторая Артиллерийская бригада резерва Ставки Верховного Главнокомандующего, а восемнадцатого, в годовщину начала Второй Великой войны, Вильгельм Третий короновался королём Пруссии. На коронацию Вилли явился в мундире полковника Сил Специальных операций Главного Разведывательного Управления Генерального Штаба Русской Императорской армии, без орденов, но с серебряной пайцзой Великого Хана на груди. Над этим никто уже не смеялся, что это значит – до всех дошло, до самой печёнки.

Объявление мятежниками-нацистами войны Российской Империи Николай проигнорировал, тати – они и есть тати, их нужно ловить, судить и казнить. Да и не было у Гинденбурга возможности организовать войсковую операцию, нефть мы им отрезали, в том числе и румынскую, а пешеходная пехота, без поддержки с воздуха – это в наше время не армия, а бесполезная толпа, опасная только для мирного населения. Большая толпа (восемь миллионов), но абсолютно бесполезная. Да и не успели пока германцы сплотиться в идеологии нацизма. Бавария и Австрия уже провозгласили себя независимыми республиками, а ведь их подразделений в Рейхсвере немногим меньше половины. Вот и дезертировали они целыми полками, по пути вступая в бой с упоротыми нациками.

Сепаратный мир и, одновременно, союз с англосаксами, Людендорф заключил пятнадцатого (второго) июля 1922 года. К тому времени, на сторону Кайзера Вильгельма Третьего перешли почти восемьдесят дивизий и весь флот. Правда, осталось от него только половина довоенного великолепия, но и два восемнадцатидюймовых мегалинкора – сила грозная, пригодится. Тихоходные, правда, линкоры у германцев, но на приманку сгодятся. Северо-Атлантический альянс теперь возит нефть в конвоях с сопровождением противолодочных кораблей, поэтому подводным лодкам работать стало намного труднее, вот и облегчим им задачу, раздёргаем охрану.

Двадцать девятого (шестнадцатого) июля 1922 года нацисты потеряли Италию. Партизанская война там началась сразу, после прихода к власти в Германии Гинденбурга, а восставшие Австрия, Бавария и германоязычная Швейцария отрезали почти миллионную армию немцев на Апеннинском полуострове от снабжения, так что её капитуляция была неизбежна. В Средиземном море англосаксы хозяевами уже не были – лодок у нас становилось всё больше, а топлива у адмирала Мура, соответственно, всё меньше, так что ему пришлось уходить в Тулон. Он бы совсем со Средиземноморья ушёл, но в Тулоне поднимали затопленные германские корабли, в том числе мегалинкор «Хаддинг» и авианосец «Мекленбург».

В этом мы им не препятствовали, всё равно в строй ввести не успеют (после взрыва снарядных погребов главного калибра, там только ремонта минимум на год, если он вообще возможен), а они были заняты делом и не лезли восточнее Сардинии и Корсики. Суэцкий канал запустили, Мальтийская эскадра, уходившая в Царьград, под защиту Дарданелльских крепостей вернулась на свою базу и пополнилась парой «Пусанских» линкоров – «Александром Первым» и «Кутузовым», так что о снабжении Италии по морю теперь мог мечтать только полный идиот.

Германский гарнизон в Риме продержался два месяца, даже предпринял попытку захватить Папу Александра Седьмого (непонятно зачем, в заложники, наверное), но безуспешную – под Римом столько катакомб и подземных ходов, что хоть завтра можно начинать рельсы метрополитена укладывать, не то, что Папу с Конклавом вывести. Апостольский дворец тевтоны ограбили, а после сожгли, но и только. Ничего, восстановят, отработают в плену. Рейхсвер рушил, Рейхсвер строй.

Следом за Италией восстания начались по всей восточной Европе: – в Венгрии, Чехословакии, Югославии, Боснии и Герцеговине, Македонии и румынской Трансильвании, которую немцы ещё удерживали. Причём, взбунтовались они сами, без нашего содействия. Верные Гинденбургу войска сократились ещё на миллион, и осталось их всего три из начальных восьми, а ведь боевые действия ещё даже не начались.

Деникин стоял на месте в Окситании и Провансе и пополнялся частями из Персии и Центральной Америки. Вильгельм Третий особой активности тоже не проявлял, потихоньку занимая Балтийское побережье и пополняя свои ряды перебежчиками от Гинденбурга.

В августе 1922 года умер Император Таиланда Рама Пятый, на престол вступил его внук, Святослав Николаевич, коронованный в величественном храме «Святого Александра Романова» в Бангкоке.

Славка уже набил нацистов на «Георгия» третьей степени, получил производство в капитаны третьего ранга, но ещё не навоевался. После похорон деда и коронации, Его Величество Император Таиланда назначил Регентом мать, Русскую Императрицу Ольгу Георгиевну и вернулся на «Санкт-Петербург». Отговаривать его было бесполезно, а запретить теперь невозможно. Теперь он сам Верховный Главнокомандующий и флот у него свой, с авианосцем японской постройки типа «Шокаку», так что в любом случае на войну он вернётся и лучше уж пусть вернётся на «Санкт-Петербурге», у которого и скорость повыше почти на три узла, и авиагруппа опытная, сплошь Георгиевские кавалеры.

В сентябре 1922 года, Командующий армией Северо-Атлантического альянса, генерал Джон Першинг, больше года бившийся об «Линию Корнилова», и угробив в джунглях почти миллион, предпринял наступление на Калифорнию. Полугодом раньше он бы натворил дел, но к сентябрю в Калифорнии уже окопалась полуторамиллионная японская армия, очень опытная и отлично вооружённая, с двенадцатью авиаполками, четырьмя бронетанковыми дивизиями и шестнадцатью артиллерийскими бригадами. Да ещё и сами калифорнийцы поставили под ружьё семьсот тысяч, ещё необстрелянных, но неплохо вооружённых.

Першинг собрал пять миллионов (четыреста пятьдесят дивизий), но условия для наступающих на западном побережье Северной Америки, что называется, хуже не придумаешь – только переть в лоб через узкие горные проходы, плотно (даже избыточно плотно) прикрытые артиллерией и минными полями. В общем – без шансов, как и в Центральной Америке.

В октябре 1922 года у Наследного Принца Хирохито родился сын Асихито, внук Божественного Тенно Тайсё, Микадо Ёсихито и Государя-Императора Всероссийского, Великого Хана Николая Второго Романова. Внучатый племянник Германского, Испанского и Китайского императоров. Все они и собрались в Токио отпраздновать это событие. Конечно, родство ещё не гарантия, но уже что-то. Точка опоры. Да ещё и Микадо, попросил для сына пайцзу. Конечно, никакого официального статуса у этой, гривны-пайцзы не было. Придумалась она для Мишкина, по его настоятельной просьбе, даже не как орден, а что-то типа кокарды, или нарукавного шеврона, а поди ж ты, куда всё выросло то. Смысл обрело. Само обрело. И ведь сами просят…

В ноябре флот Северо-Атлантического альянса покинул Средиземное море. Нефти из Америки до Европы доходило всё меньше, адмиралы Голиков и фон Эссен, получив «Гогенцоллерна» и «Манна», повадились громить конвои, и Гордону Муру не оставалось ничего другого, кроме как попытаться выбить нас сначала из Исландии, а потом и из Карибского моря. Этого от него требовали правительства САСШ и Британии, Дуглас Уайтфорт и Корнуэл Бейл, которым было не понятно, как можно допускать такие безобразия, имея более чем вдвое превосходящие силы. То, что эти силы превосходящие только на бумаге, им было не понять.

Англосаксы выпустили в море уже больше двух сотен подводных лодок, но они были медленными, долго погружались и гремели на весь океан, наверное, хорошему акустику даже в Антарктиде этот грохот услышать можно. Их торпеды запускались пневматикой, имели скорость в тридцать шесть узлов и дальность в сорок кабельтовых. Поразить цель они могли только с Божьей помощью, а отстрелявшаяся лодка практически не имела шансов уйти от охотника. Стреляли, трусами англосаксы не были, но почти безрезультатно, наши большие корабли от торпедных атак прикрывались эсминцами, которых у каждого было в «свите» по два. Естественно, самых храбрых вражеских подводников мы выбивали первыми. И самое главное – у нас не было нужды водить свои конвои по маршруту, поэтому устроить засаду невозможно, англосаксам приходилось атаковать. Только подбираться к нашим базам и пытаться подловить разгильдяя.

«У короля много».

В общем, Средиземное море снова стало нашим и в Испанию пошла нефть в потребных количествах. Фронт в Окситании и Провансе пришёл в движение.

Двадцатого декабря 1922 года, армия генерала, графа Деникина взяла Нант, пятого января 1923 года – Орлеан, двадцать шестого января – Дижон. Мы возвращались в Париж, и теперь мы никому его не должны. Захотим – разрушим, захотим – себе оставим.

В феврале 1923 года прошёл цикл испытаний и был принят на вооружение реактивный стратегический бомбардировщик «СБ-1». Дорогущая машина (и в производстве, и в эксплуатации), но много их нам не понадобится, «стратега» сразу проектировали как носителя ядерного и термоядерного оружия. Четырнадцать тысяч метров высота и тысяча сто километров в час скорость (после сброса бомбы) делали этот самолёт неуязвимым, до появления реактивной истребительной авиации, или ракетных систем ПВО, а появиться им у врагов мы не дадим.

Как никому больше не позволим обзавестись ядерным оружием, или самостоятельно выйти в космос. Незачем. Человечество должно быть единым, не распылять силы, а двигаться к общей цели. Какой? А чем плохи, к примеру, яблоневые сады на Марсе?

Глава 39

В марте 1923 года случилось знаковое, если не сказать эпохальное событие. Одна подмосковная община первобытных люмпен-феодалов решила переселиться в Южную Африку.

Началось всё с, учреждённой Святым Александром Романовым, Трудовой армии, разумеется. Вся наша новейшая история теперь сводится к этому общехристианскому Святому – Воину и Миротворцу, Пророку и Избавителю.

История такая: – призывник села Лопухи, подмосковного Марьинского уезда, в 1894-м году был призван в Трудовую армию, строил железную дорогу в Южной Сибири, обучился грамоте, полюбил читать, через полтора года стал бригадиром, а по итогам службы был награждён медалью за «Трудовую доблесть». Нет, это не про генерала-фельдмаршала Ворожцова рассказ, таких карьер в Российской Империи тысячи, а нашего героя зовут Иван Степанович Смирнов.

С медалью открылись возможности, поэтому в Лопухи Иван Смирнов возвращаться не захотел. Ему, бригадиру и медалисту, там светил крохотный надел неплодородной земли и положение, зависимое от неграмотных косматых пердунов старейшин. Несмотря на заслуги перед Государством и немалый скопленный капитал, эти дикари ещё лет тридцать будут считать его несмышлёным малолетком. Смирнов выбрал карьеру военного, с первой попытки поступил в только что учреждённое Волжское пехотное училище в Самаре. Самое непрестижное военное учебное заведение в Российской Империи на тот момент, всесословное, открытое специально для таких вот детей крестьянских, мещан и самых бедных дворян.

Опыт службы в Трудовой армии очень пригодился, на втором году Смирнов стал командиром взвода, закончил обучение в 1900-м с отличием в аттестате, произведён в подпоручики. Получил предложение послужить в ЧВК Гриппенберга, причём, получил лично от начальника училища, генерал-майора Истомина, давнего знакомца и сослуживца будущего генералиссимуса.

Южная Африка, война с британцами. Орден «Святой Анны» четвёртой степени («Клюква») за бой с наёмниками Сесила Родса под Йоханнесбургом; орден «Святого Владимира» четвёртой степени с мечами и производство в поручики за захват Капстада (Кейптауна); золотое Георгиевское оружие «За храбрость», «Владимир» третьей степени и производство в штабс-капитаны за бои в сражении с десантом фельдмаршала Робертса. Личное и довольно близкое знакомство с Гриппенбергом, графом фон Келлером и Ворожцовым. Славная победа, «Георгий» четвёртой степени, республиканский орден «За воинскую доблесть» второй и огромный надел земли, на которой можно было просторно расселить десятка полтора Лопухов. Просторно, значит – пашите, сколько сможете.

Академия генерального штаба, назначение в Иерусалим. Генерального штаба Гвардии капитан. Уже высокоблагородие. Оплатил строительство в «Лопухах» клуба с библиотекой и залом для синема (казённые-то избы-читальни обычные пятистенки, несолидно). «Анна» третьей степени и «Станислав» четвёртой за бои с «басмачами» (кто их, дикарей злобных, так метко окрестил – неизвестно).

Великая война. «Станислав» третьей за Суэцкий канал, «Владимир» второй и погоны подполковника за Итальянскую кампанию, «Георгий» третьей и тяжёлое ранение за кампанию Португальскую. Выжил. Чудом выжил, если бы не «антибиотик Мечникова», то точно бы представился. Орден «Святого Александра Невского» и производство в полковники по случаю славной Победы. Уже превосходительство. Медицинской комиссией признан негодным к строевой службе, получил предложение занять должность начальника родного Волжского пехотного училища, в чине генерал-майора, но решил выйти в отставку и вернуться в Лопухи. Многое успел переосмыслить героический Гвардии полковник Смирнов, пока «гулял по кромке» в Мадридском госпитале.

Молод (в 1911-м ему было всего тридцать восемь), красив (не беда, что без левой руки по локоть), богат (и связями, и капиталом, и пенсионом) – завидный жених даже для самых «породистых» фамилий Российской Империи, Смирнов женился на крестьянке-односельчанке и начал просвещать (искушать) дремучих лопухинских люмпен-феодалов. Деревня же, все друг другу либо родственники, либо свояки, так что диалог постепенно наладился. Без лишнего панибратства, хоть и родичи, но всё равно сиволапые, но и без чванства, не чужие всё-таки.

В общем, сговорил Иван Степанович общину на переселение в Южную Африку и две трети своих тамошних земель отписал в общинную собственность, а лопухинские продал – имел полное право, сельский сход его единогласно уполномочил. Продал не жидам каким-нибудь, а градоначальнику Москвы, для расширения города, да ещё и с условием сохранить сельский погост с церковью (а что, кладбища Москве тоже нужны, даже москвичи не живут вечно). Продал (внимание!) за сто пятьдесят тысяч рублей, по цене городских участков на окраинах Старой Столицы, ну, может быть чуть дешевле, зато оптом.

Общество разделилось в оценках, до самых радикально противоположных, но примерно пополам, точку спорам поставил Государь-Император и Великий Хан Николай Второй, жаловавший Смирнова первым орденом «Собора Русского Народа» первой степени. Первым кавалером первой степени «Русского» ордена и титулом графа Лопухина, в придачу подарил икону Святого Александра Романова, кисти германской императрицы Ольги Александровны, в золотом окладе с рубинами, для общинной церкви в Южной Африке. Да ещё и обнял Смирнова по-братски.

За что такая честь? Прежде всего за сохранение общины. Оказывается, можно и так переселяться, а ведь это никому до сих пор в голову не приходило. Теперь, председатель Госсовета, граф Столыпин, имеет пример, как это нужно организовывать, чтобы все были довольны. Очень своевременный опыт, ведь нам скоро Канаду заселять предстоит. Заново заселять огромную страну, всех англосаксов мы оттуда вывезем, все они там пособники нацизма, а французы живут только на юго-востоке, компактно живут, да и мало их.

Вот и пригодятся нам общины, сплочённые коллективы. Иногда и неприязнью сплочённые, но, за века, сплочённые очень крепко. На новом месте, нехватки земель у них не будет, так что и хозяйствовать они начнут по-новому, колхозами. Идея-то ведь была хорошая, большевиков подвела реализация, но у них и условия были – врагу не пожелаешь.

Конечно, не всем общинам перепадут такие деньги. Москва – особый случай, но всех переселять у нас и нужды нет, начнём выкупать самые перспективные для экономического развития земли, около городов и железнодорожных станций, а переселенцев освободим от налогов. Лет на десять, а то и двадцать. Всё равно они в Центральной России бюджету в минус обходятся – все их налоги тратятся на субсидии, да ещё и не хватает, так что даже в ноль выйти – уже будет выгодно. Не говоря уже про использование пригородных земель в активном экономическом обороте, вот с них-то налоги мы собирать обязательно будем и немалые, хватит и на новую переселенческую программу, и ещё на что-нибудь полезное останется.

Шестнадцатого (третьего) апреля 1923 года, Русская Императорская армия взяла Париж. В третий раз. Слишком уж часто нам приходится сюда возвращаться, поэтому уходить ещё раз – смысла нет. Бывшая столица бывшей Франции, за десять лет германского правления, изрядно обветшала, а полтора года Четвёртой Республики полностью добили оставшееся былое великолепие. Сейчас – это самые натуральные трущобы, без электричества, водопровода и канализации, дерьмо, как и в средние века, выплёскивают из окон на улицу. Каждый день пожары, которые никто не тушит, не редкость очаги холеры и тифа. Хорошо хоть жителей осталось мало, меньше двухсот тысяч, нет скученности и эпидемии пока не возникло, но именно, что пока. В общем, надо что-то делать, пока здесь какая-нибудь «испанка» не зародилась и пол Европы не угробила.

Комендантом Парижа Николай назначил генерала Гусейн-Хана Нахичеванского, и поставил перед ним задачу – любой ценой не допустить эпидемии. Любой – значит любой, вплоть до полного сноса города. Начинать, конечно, нужно с трущоб, самовольно заселённых всякими бомжами, а дальше уж как пойдёт. Вся городская недвижимость конфискована оптом, теперь это собственность казны Российской Империи, так что можно не церемониться. Пусть останется на этом месте маленький туристический городок – бывшая столица бывшей Империи исчезнувшей цивилизации, большего нам от Парижа не нужно. Всё, что не представляет исторической и культурной ценности – сносить без жалости, желательно, руками самих французов. Но не обязательно, в случае противодействия – можно и из пушек, даже культурные ценности. Жизни наших бойцов ценнее.

Генерал, граф Антон Иванович Демидов остановил наступление на линии Гавр – Амьен – Реймс – Нанси – Безансон. Никакой линии фронта перед ним не было, просто бойцы уже начали выдыхаться. От усталости увеличились потери, в том числе небоевые, а зачем нам это надо, мы никуда не торопимся. Война у нас запланирована до лета 1924 года, бюджетные планы и всякое такое, что без особой нужды лучше не ломать, даже с целью построения лучшего. Вот и пусть испанцы эту линию подержат, пока наши в отпуска съездят, демографию поправят. Ещё миллион русских через девять месяцев нам очень не помешает.

Да и в тылу бардак оставлять не гоже. Жуть, как эта Франция за десять лет одичала. Криминалом занимаются все, способные носить оружие, рынок весь чёрный, никто ничего (за очень редким исключением) не производит, убыль населения катастрофическая, по десять процентов в год – с сорока пяти миллионов в 1911-м, до восемнадцати миллионов в 1921-м, а за два года войны, наверняка ещё на треть сократилась, это позже посчитают. Конечно, большинство убывших не умерли, а уехали, но для Франции это потери всё равно безвозвратные, никто их них назад уже не вернётся.

Испания вернула половину своих войск (двадцать пять дивизий) из Центральной Америки, так что фронт есть кому держать. Хотя, какой там фронт, кому он теперь нужен – эшелонированная сеть блокпостов, глубиной двадцать километров, от диверсантов отбиваться. Скопления противника в полосе противостояния, глубиной до двадцати километров, немедленно накрывается артиллерией, а скоплением считается подразделение от батальона. Хорошая разведка, хорошая связь, хорошая артиллерия и хорошая авиация на подстраховке – вот и весь фронт.

Ситуация поменяется, когда на европейский театр прибудут войска Джона Першинга, которым надоело убиваться о Калифорнию. Естественную крепость Калифорнию, у которой вместо стен несокрушимые скалы Кордильерского хребта. В Калифорнии, янки потеряли ещё сорок дивизий, и даже президенту Дугласу Уайтфорту стало понятно, что без флота там делать нечего. В феврале 1923 года, активные боевые действия закончились, американцы начали переброску войск на восток, а японцы, получив ордена Республики Калифорния (свои-то им только после войны дают, по общим итогам), вполне довольные, отбывали в Австралию.

Экватор войны пройден. Англосаксы разыграли все свои козыри, теперь наша очередь.

В мае 1923 года, Михайловское артиллерийское училище закончил Великий Князь Иван Николаевич. Младший, Ванька. Закончил не лучшим на курсе, в отличие от старших братьев, хотя и мог. Умный, пожалуй, поумнее старших, хотя, как можно измерить умность?

Оценками по математике, или химии? Стишками складными? Иван Николаевич, вроде и Родину любит, никаких сомнений в том, что и жизнью за Россию пожертвует, и старших вроде уважает, светлейший князь Изюмов розгами прорастил в мозгах своего воспитанника нужные нейтронные связи в мозгу, причём задублировал все ответственные каналы.

Но всё равно, Иван живёт прежде всего для себя. И живёт в каком-то хаосе – сегодня ему одно интересно, завтра другое. На конюшне своей ночевать готов был, чтобы лично кормить-поить-чистить и навоз из-под любимых скотин убирать, а Олимпиаду выиграл – и как отрезало. Чемпионскую конюшню подарил приятелю, графу Александру Оскаровичу Гриппенбергу, и больше в неё ни разу не заходил. Отучился на хорошо. Показательно так, издевается стервец. Троллит, как сказали бы в двадцать первом веке. Ну-ну. Мы так тоже умеем.

– Подпоручик Иван Николаевич Романов.

– Я, ваше превосходительство.

– Вы назначаетесь заместителем командира шестнадцатой батареи ПВО Романова-на-Мурмане.

Хорошая батарея, в сорока шести километрах от города, командир – капитан Репьёв, своей фамилией характеру соответствует полностью.

– Есть, ваше превосходительство!

– Служите, подпоручик. Постарайтесь не осрамить фамилию.

Две недели своего законного отпуска, подпоручик, Великий Князь Иван Николаевич Романов, просидел в приёмной министра Двора и, а по совместительству личного секретаря Государя и Великого Хана по семейным делам – графа Прокопа Игнатьевича Вяткина.

– Пришла на тебя бумажка, Ванька. Завтра, в час по пополудни, Великий Хан тебя примет…

Граф Вяткин был детям Николая кем-то, вроде дядьки. Бывший денщик капитана 79-го Архангелогородского пехотного полка Николая Александровича Романова, потом его камергер, потом обер-камергер, теперь министр Двора, Всесильный граф Вяткин. Серый кардинал и всякое такое. В колдунов теперь просвещённые люди не верят, но они бывают. Магией графа Вяткина была его преданность. Прокоп даже семью заводить не стал, хоть и наблудил два десятка бастардов. Министр Двора, личный секретарь и личный казначей. Личный спарринг-партнёр Великого Хана в спортивном зале.

Ваньку (и старших, конечно) Прокоп Игнатьевич опекал с пелёнок. Все они, сопляками, бегали к нему, сетовать на жизненную несправедливость, с, поротыми Изюмовым, спинами и задницами.

– …десять минут, с двенадцати пятидесяти до тринадцати ноль-ноль, так что иди, готовься. Нытьё Государь даже слушать не будет. Придумай что-нибудь интересное. Соберись, тряпка. Смотреть на тебя стыдно. У мужика в приёмной две недели сидишь и не понимаешь, что эта приёмная специально для вас, дураков создана. Ты мне почти зять, Иван, поэтому я тебе по-отцовски советую – стань наконец настоящим князем, Ваня. С подпоручиком Государю разговаривать не о чем. Понимаешь?

– Да, понимаю. А как он там, вообще, дядя Прокоп?

– Да как и всегда – рычит на всё, что движется, но за тебя мать попросила, всеобщая, Государыне-Императрице, Ольге Фёдоровне, хвала, так что проскочишь, если сам хамить не начнёшь. Грозен Государь, Николай Александрович, но раз аудиенцию тебе дал, значит, выслушать готов. Не подведи, Великий Князь, Иван Николаевич. Я твой рапорт всё время наверх закладывал.

Подпоручик, Великий Князь Иван Николаевич Романов, а результате придворных интриг, в июне 1923 года женился на дочери графа Вяткина Варваре, а в июле отправился на Аляску. Подпоручиком Гвардии, командиром батареи новых самоходных миномётов «Тюльпан». Новой батареи, новых миномётов, первый командир. Такие теперь были привилегии у элиты Российской Империи – им давались шансы на попытку обаять старого блудника и циника. графа Вяткина. Рыцаря, стоящего на своём посту уже тридцать лет. Рыцаря подлого происхождения, но с которым князь Зубов Инсбрукский и светлейший князь Изюмов общаются на ты. На ты – Прошками, Гришками и Савками. И даже, ходят слухи, собираются все вместе раз в неделю, чтобы морду друг другу бить. Чудны дела твои, Господи!

Глава 40

Четырнадцатого (первого) июня 1923 года, королём Италии стал Князь Императорской крови, Сергей Михайлович Романов. Генерал, Командующий Русской Гвардией. Младший брат Сандро, тоже кавалер «Верховного ордена Христа», которым он был награждён после событий июля 1922 года, когда наш Гвардейский Ватиканский полк, ценой потери почти половины личного состава, спас Папу и Конклав от взбесившихся нацистов-германцев.

Итальянцы над будущим своей страны думали почти год, торопиться они не любят. В феврале 1923 года, титул Итальянского короля был предложен Николаю Второму, но он отказался, в апреле от итальянской короны отказался Испанский Император Алехандро Первый Романов-Царьградский. Возвращаться в состав Рейха итальянцы не желали категорически, среди своих возможных претендентов достойных не нашли, так и дошла очередь до Сергея Михайловича, который, впрочем, тоже особым желанием не горел.

Ему и в России было хорошо – страна лидер мирового прогресса, с большим отрывом; каждый год совершаются научные открытия и появляются технологические новинки, вроде телевидения; высшее общество богато, хорошо образовано и очень энергично, есть с кем обсудить тот же футбол. А что Италия? Тьфу, деревня.

Так что, Сергей Михайлович тоже хотел отказаться, но, в итоге, Николай, Сандро и папа Александр Седьмой его уговорили. К счастью, в этой истории Сергей не греховно сожительствовал со шлюхой-балериной Кшесинской, а жил в законном браке с Татьяной Феликсовной, в девичестве княжной Юсуповой и графиней Сумароковой-Эльстон, имел двух сыновей (старший, Александр Сергеевич, уже офицер и Георгиевский кавалер) и трёх дочерей. Только ради детей он и согласился.

На коронацию в Рим собрались все царствующие Романовы: – Император Всероссийский и Великой Хан Орды Николай Второй Александрович; Император Китая Михаил Первый Александрович: Император Испании Алехандро Первый Михайлович и Фараон Египта Павел Первый Александрович. Не присутствовал Император Таиланда Святослав Первый Николаевич, но по уважительной причине – флот, со дня на день, готовился отражать атаку англосаксов на Исландию. Кайзер Вильгельм Третий прислал жену – Ольгу Александровну Гогенцоллерн-Романову.

«Римские каникулы» Дома Романовых стали саммитом, решения которого определили дальнейшую судьбу Запада. Нацизм уже продемонстрировал свою людоедскую сущность в полной мере – концентрационными лагерями для унтерменшей и массовыми казнями без суда и следствия. А ведь все царствующие Романовы тоже считались англосаксами неполноценными, так что решение о ликвидации Британской Империи и САСШ приняли единогласно. Для оккупации территорий поверженных врагов, решили привлечь, отлично себя зарекомендовавшую, ЧВК Гриппенберга, которая будет нанимать бойцов в основном в бывших британских колониях Азии и Африки. И, конечно, Лондон должен быть разрушен, как и Вашингтон с Нью-Йорком.

«Какой мерой отмерите, той к вам и вернётся».

В конце июня 1923 года состоялась битва за Исландию. Адмирал Гордон Мур отлично понимал, что попытка атаковать в лоб объединённые эскадры адмиралов Голикова и фон Эссена на заранее развёрнутых позициях подводных лодок, при полном господстве русских в воздухе (в Исландии базировалось шесть авиаполков, а ведь этот «авианосец» непотопляемый) – сродни самоубийству. Война сразу пошла не по плану, армии так и не удалось захватить Никарагуанский и Суэцкий каналы, а ведь весь расчёт строился именно на этом, так что война уже проиграна, и лучше не гробить людей и корабли, а попытаться заключить мир прямо сейчас. Пока ещё не потеряны основные силы его флота и армии Першинга, потом будет поздно, потом придётся капитулировать безоговорочно.

Мысли здравые, но для нацистской верхушки Северо-Атлантического альянса не было разницы между миром и капитуляцией, их в любом случае ожидала виселица, поэтому адмирал Мур получил приказ атаковать и не лезть не в своё дело, а иначе суд за измену и петля вместо героической гибели в бою. На победу он не рассчитывал, но вдруг… Вдруг русских смоет тайфуном, или Исландию разрушит землетрясением. В любом случае, хуже петли ничего нет.

Ни тайфуна, ни землетрясения, конечно, не случилось. Адмирал Гордон Мур в этом сражении разделил свой флот на два неравных отряда, слабейший из которых возглавил лично, подняв флаг на мегалинкоре «Техас». Все свои подводные лодки он расположил на юго-западе для прикрытия отступления второго отряда.

Сам адмирал Мур погиб, погиб и весь его отряд с двумя мегалинкорами, но такой ценой ему удалось спасти основные силы флота, которым поступил приказ уходить полным ходом сразу после начала сражения. И не только спасти своих, но и вместо полного разгрома очень достойно проиграть «по очкам». Преследование противника пришлось прекратить, после потери «Манна», уже в сумерках словившего три торпеды от развёрнутых в засаде подводных лодок. Пока противолодочные корабли наказывали наглых подводников, пока снимали экипаж «Манна», отряду вице-адмирала Уолтера Кована удалось уйти. Рисковать в ночной погоне, Голиков с фон Эссеном не захотели, лодок у англосаксов ещё очень много и наверняка все они прикрывают отход.

Что тут скажешь? Бывает. Не ожидали, что Мур пожертвует собой. Роль личности и всякое такое. Не беда, таких личностей много не бывает, а победа, хоть и не полная, но всё равно наша. Теперь армию Першинга мы из САСШ точно не выпустим, пусть сидит на восточном побережье и ждёт десанта, проедает деньги налогоплательщиков и разлагается от безделия. У нас дел и без них хватает, мы пока займёмся окончательным решением вопросов Европы и Проклятого острова. Из хороших новостей – Святослава представили к «Георгию» второй степени за умелое командование истребительной авиагруппой «Санкт-Петербурга», которой, после проявки плёнок, зачли сорок два сбитых. Растёт Славка. Уже не только дерётся умело, но и командует.

В июле 1923 года, Казачья армия под командованием Имперского атамана Александра Васильевича Самсонова начала наступление в Белуджистане, шестьюдесятью пятью дивизиями на позиции ста сорока. Противник давно сидел без топлива, снабжался гужевым транспортом (теми самыми верблюжьими караванами, ага), снабжался очень скудно, поэтому более чем двукратный численный перевес в живой силе Самсонова нисколько не смутил. Живая сила и сила военная – это теперь две очень разные силы.

Господство в воздухе; невиданная до сих пор мобильность подразделений (в том числе артиллерийских); отличная связь и, как следствие, управляемость; опытный штаб и вышколенная интендантская служба – вот четыре фактора, необходимых для победы в сражениях современной войны; а не много, почти неуправляемого, «мяса».

В середине августа, в «Белуджистанский котёл» попала почти полуторамиллионная группировка Северо-Атлантического альянса, остатки тех двухсот дивизий, которые должны были захватить Суэцкий канал и нефть Персидского залива. Кроме них, других боеспособных войск в Индии нет. Бедная Индия, опять её грабить будут, причём долго и вдумчиво, ведь она даже капитулировать самостоятельно не может.

Первого сентября (девятнадцатого) августа 1923 года, в восьмидесяти километрах от Токио произошло сильное землетрясение. Очень сильное, магнитудой больше восьми баллов. Николай о нём не помнил, на его жизнях это событие никак не отразилось, а если и читал об этом в интернете двадцать первого века, так там столько читано, что ни в одну память всё не влезет. Однако, про сейсмическую активность в Японии он знал и как мог донёс это сначала до Мацухито, а потом и до Ёсихито.

Оно, конечно, на всё воля Богов, без их воли тектонические плиты даже шевельнуться не посмеют, но на Богов надейся, а верблюда привязывай. То есть, строй из бетона и стали, как мы у себя на Гуаме и в Исландии. Оба Микадо относились к предостережениям Русского Императора очень ответственно, поэтому несмотря на то, что тряхнуло Токио и Иокогаму очень прилично, а потом потряхивало ещё двое суток, катастрофы не случилось.

Погибшие, конечно, были, всё-таки прибрежные города и посёлки накрыло двенадцатиметровым цунами, но их, для стихийного бедствия такого масштаба, было очень мало. Кто-кто, а японцы в таких вещах толк понимают, и сочли они такие незначительные последствия и низкие потери, как явное благоволение Богов к Божественному Тенно Тайсё. Вот и хорошо, не хватало нам ещё в разгаре Великой войны на ликвидацию последствий стихийных бедствий отвлекаться. А ведь пришлось бы и очень большими силами – два города-миллионника, как-никак. В общем, пронесло и даже на пользу пошло, виноватыми объявили сатанистов-нацистов-англосаксов и их адского покровителя. Не забудем, не простим!

К концу сентября 1923 года, Кайзер Вильгельм Третий подавил путч нацистов, выйдя к берегам Северного моря в Бельгии и Голландии. Фельдмаршалу Гинденбургу и генералу Людендорфу удалось эвакуироваться на Проклятый остров с восемью дивизиями, но так даже лучше. После всех пафосных речей и обещаний, сбежали они как крысы к злейшим врагам Германии, прихватив с собой золотой запас Рейха. То есть, попросту украв у немецкого народа. Свою идею они дискредитировали полностью и это очень хорошо, немцы теперь плюются от одних воспоминаний об этих ублюдках и чувствуют свою вину перед Кайзером и союзниками. А золото Вилли вернёт, никуда оно с острова не денется, как и сам остров. Вот вместе с островом пусть и вернёт, Старшему на том свете будет приятно.

Дорого обошёлся Рейху нацистский путч. Отделились и, скорее всего, безвозвратно Бавария и Австрия. Добровольно они не вернутся, а принуждать силой – значит развязать гражданскую войну, на это Вильгельм Третий точно не пойдёт. Франция и Швейцария захвачены русскими и испанскими войсками; Италия выбрала короля и объявила войну САСШ и Британии, теперь она союзник; Чехословакия, Югославия, Босния и Герцеговина, Македония, Венгрия, Трансильвания и Румыния самостоятельно перебили у себя нацистов и теперь претендуют на независимость или, как минимум, очень широкую автономию. В Африканских колониях Рейха анархия и бардак, белых уже вырезали и теперь там негры воюют с неграми.

Верность Рейху сохранили только Дания и, находящаяся с ней в унии, Норвегия, но и они теперь рассчитывают на взаимную любовь с налоговыми послаблениями. Российские активы, поддержавших Гинденбурга, германских концернов (а таких девяносто процентов) конфискованы и национализированы. Потери германцев в этой внутренней усобице составили более двух миллионов человек. Жуть. Как бы не дурковал Вилли-старший, до такого бы при нём точно не дошло. И сейчас все немцы это понимают, но уже поздно.

В ноябре 1923 года, японцы начали вторжение в Австралию. После сражения у Исландии, Японский Императорский флот, охранявший Карибское море и Мексиканский залив, передал позиции обратно адмиралу фон Эссену и ушёл в Тихий океан, обеспечивать проведение десантной операции полуторамиллионной армией.

Ещё в самом начале Второй великой войны, когда взбунтовались все островные колонии, Божественный Тенно Тайсё (друг Ёсихито) даровал корейцам и маньчжурам полноценное японское подданство – за верность и доблесть, так что мобилизационный потенциал древней Империи Ямато увеличился вдвое, и теперь его должно хватить на Австралию. Теперь корейцы и маньчжуры не разъезжаются по миру, в поисках лучшей доли, теперь они эту долю имеют у себя дома, теперь и их дом – Метрополия, теперь они тоже высшие и их долг – принуждать низших работать на благо Империи.

Австралию ждёт самый настоящий геноцид, но вполне заслуженный, стоит заметить. Как вы сами когда-то относились к дикарям-аборигенам, так отнесутся и к вам, ибо вы и есть теперь дикари. Подлые, наглые, агрессивные, забывшие про совесть и возбудившие ненависть к себе у всего мира. Вот и пожинайте теперь посеянное вами же. Аминь!

В январе 1924 года, Николай выдал замуж младшую дочь Анастасию. За капитан-лейтенанта, Светлейшего князя Дмитрия Иосифовича Джугашвили-Сталина, сына Канцлера и внука Канцлера. Линейный крейсер «Суворов», на котором служил Дмитрий, получил торпеду, преследуя отряд вице-адмирала Кована, после сражения у Исландии, не затонул, но его ремонт Морская техническая Комиссия посчитала ненужной тратой средств. Крейсер продали на «иголки», а Дмитрий Иосифович отправился учиться в Академию Главного Морского Штаба. А раз уж так получилось, то зачем ждать окончания войны, кому она мешает?

Войной занимались военные, а для остальной России она была лишь поводом для разговоров, да и то одним из. Гордились, конечно, победами Голикова и фон Эссена, Деникина и Самсонова, но они воспринимались как нечто само-собой разумеющееся, как ежедневные восходы и закаты солнца. Красивые явления Космического масштаба, но обыденные, то ли дело футбол, или новый фильм Чехова – там всё время что-то новое.

В феврале 1924 года скончался Император Японии, Божественный Тенно Тайсё, друг Ёсихито. Событие ожидаемое, но всё равно очень печальное. Ещё одна эпоха закончилась. Пусть Союз Трёх Императоров и не стал вечным, но поначалу надежды он подавал очень хорошие. Золотое было время, традиционные августовские тайные встречи в Либаве, совместные охоты на зубров и медведей, посиделки под водочку и устные договорённости, которые были крепче любых бумаг, подписанных дипломатами. Тогда все верили друг другу на слово, и своё слово никто не нарушал. Ушла эпоха союза равных Императоров, эпоха дружбы рыцарей-соратников. Эх…

Нет, конечно, и теперь своё слово Российскому Императору и Великому Хану никто не нарушает и не забирает назад, но романтики в отношениях больше нет. Вилли-младший (Кайзер Вильгельм Третий), Хирохито (Тенно Сёва), Сандро, Мишкин, Павел и Сергей – все они чувствуют себя зависимыми, пусть и не вассалами, но всё равно младшими.

Ближний круг… Силы его удвоились, а вот рыцарская, отчасти, авантюрная романтика из отношений, а значит и из жизни исчезла. Великий Хан взошёл на вершину, наверх ступенек больше нет, как и нет никого рядом. Друзья есть, но их положение подчинённое, и их самих это вполне устраивает, даже Сандро и Мишкина. Все остались внизу, сверху только небо, а рядом никого. Одиночество полубога… Грусть-тоска-печаль, но нужно терпеть и работать. Система нового миропорядка создана, но она пока слишком хрупка, слишком зависит от одного человека. Вот это и нужно успеть изменить – избавить её от зависимости, укрепить вертикальными подпорками и горизонтальными связями.

В марте 1924 года Рейхсвер высадил десант на Проклятый остров, захватив сразу три плацдарма: – в Дувре, Портсмуте и Ипсуиче. В Европе порядок поддерживался Таиландскими и Китайскими гарнизонами, которые целый год именно к этой миссии готовили, к исполнению полицейских функций на оккупированных территориях, так что все боеспособные части освободились для проведения операций в заключительном акте Второй Великой войны: – русские войска накапливались в Ванкувере, Сиэтле и Сан-Франциско; испанские и итальянские в Вице-Императорстве Центральная Америка; а германцы начали вторжение в Коварный Альбион.

Британская Метрополия уже полгода находилась в полной блокаде и за это время не только истратила последнее топливо, но съела запасы продовольствия. Деньги вышли из оборота, распределение очень скудных пайков теперь осуществлялось по карточкам, крысы и вороны стали деликатесом на столах британцев, но сдаваться они всё равно пока не собирались. Угля им хватало, руды хватало, заводы работали, боеприпасы производились, в строй вставали старики, подростки и женщины. Тем лучше. Совесть не позволила бы нам уничтожить сдавшегося и молящего о пощаде. Пусть и фальшиво молящего, сжимающего при этом в кармане фигу и мечтающего о мести. Так сдохните же в бою, оберменши – и для нас, и для вас самих так будет лучше.

Глава 41

Двадцать шестого (тринадцатого) марта 1924 года, Россия провела испытание термоядерной (водородной) бомбы. Около того-же необитаемого острова в северной части Марианского архипелага, на котором испытывали первую урановую бомбу, собрали больше двухсот старых судов (угольных пароходов постройки девятнадцатого века), пригласили наблюдателей из Германии и Японии, и бабахнули тридцать мегатонн на высоте четыре тысячи метров.

Результатом испытаний очень впечатлились даже сами создатели этой «вундервафли», академики Митрофанов, Лизерман и Джумаев, что уж говорить про наших моряков и наблюдателей.

Причастные к созданию научные и производственные коллективы щедро наградили орденами и деньгами, безымянному острову дали название Налинядис (в честь Новоалександровского института ядерных исследований), а бомбу приняли на вооружение.

В апреле 1924 года, «наши негры» во Флориде получили серьёзное подкрепление – два, хоть и необстрелянных, но боеготовых армейских корпуса (шестьдесят тысяч человек), с техникой и боеприпасами. Доминион ЮАР всю Вторую войну слал во Флориду воинские подразделения и снабжение, так что негры на полуострове удержались, хоть им и пришлось отступить на самый юг, оставив «потомкам обезьян» Орландо и Тампу. Полегло их за это время больше трёхсот тысяч (не считая гражданских), а из первого состава, который начинал воевать ещё в португальской Анголе, в Первую Великую войну, в живых осталось всего две с половиной тысячи, но зато они стали опытными командирами с компетенцией очень высокого уровня, даже по меркам Русской Императорской армии. Великолепный скелет, на который мясо нарастёт очень быстро.

Парадокс этой истории – белая расистская Южно-Африканская Республика и чёрная расистская Флорида – лучшие друзья. Хотя, что тут удивительного – их дружба выстроена на самом прочном фундаменте – общих интересах. И тем, и другим негры были нужны бойцами в Америке, а не вороватыми бездельниками в Африке. ЮАР не скупилась – лагеря подготовки финансировались на уровне Русских Гвардейских, плюс самые современные вооружения из доступных, боеприпасы, запчасти, расходники, топливо, экипировка, медикаменты, средства гигиены, продовольствие и даже регулярно новые фильмы (на русском языке, разумеется, общем языке негров Африки и Америки).

На эти деньги вполне можно было содержать собственную армию, но зачем она нужна? Сама ЮАР ни на кого нападать не собиралась, и ей армиями никто не угрожал, а с незаконной миграцией военные бороться не умеют, не по профилю для них задача. ЮАР создавала очаги Чёрной Русскоязычной Цивилизации в Восточной Африке, в широкой полосе, вдоль железной дороги Каир – Йоханнесбург, финансировала лояльных вождей, а те уже сами старались, чтобы субсидии не пролетали мимо их кармана, в сторону всяких дикарей.

В общем, Восточная Африка (русская зона ответственности) получила независимость, финансирование добывающей отрасли и железную дорогу, по которой можно очень выгодно торговать, а негров своих тамошние вожди окучивали уже сами, без всякой оглядки на расовую солидарность. Никакого «Чёрного братства» и в помине не возникло. Не брат ты мне…

Но это мы отвлеклись. В конце апреля 1924 года, «наши негры» организовали наступление, при поддержке авиации с «Санкт-Петербурга» и «Севастополя» и пушек эскадры адмирала фон Эссена. Третьего мая пала Тампа, седьмого Орландо, с аэропортом, способным принимать тяжёлые пассажирские самолёты «Илья Муромец», а семнадцатого Джексонвилл.

Одновременно с неграми, начали своё наступление в Мексике испанцы с итальянцами. Им было ещё проще, армию Корнилова мексиканцы встречали цветами и всенародными праздниками, а под янки загорелась земля. Мехико-Сити Лавр Георгиевич занял четырнадцатого мая.

Восемнадцатого мая, адмирал Голиков высадил десант добровольцев-казаков в Бостоне, уже раскорячив армию генерала Першинга в немыслимую позу, а двадцатого началось общее наступление с запада, которым командовал лично генерал-фельдмаршал Ворожцов. Наступление повели сразу по трём направлениям – из Ванкувера на Калгари, из Сиэтла на Спокан и из Сан-Франциско на Солт-Лейк-Сити.

Спящие диверсанты ПГУ ИСБ получили приказ и приступили к работе, ради которой они столько лет притворялись нацистами – взрывали топливные хранилища, артсклады и узлы связи. Если могли, то сами, а если сами не могли – наводили авиацию и группы Сил Специальных Операций ГРУ ГШ на вертолётах. Глубина воздействия, в первые же дни, составила более тысячи километров, а карта в штабе Ворожцова по точности мало чем уступала таковым из двадцать первого века, со всеми их системами глобального позиционирования и сотнями спутников-шпионов.

Уделили внимание и концентрационным лагерям, большинство из которых было сосредоточено как раз на Среднем Западе САСШ. Никакой заботы об узниках в глубине вражеской территории мы проявить не имели возможности, но и просто освободить людей – уже немало. По крайней мере, их не расстреляют при приближении войск Русской Императорской армии, а дальше уж как кому повезёт. Впрочем, шансы у них были и неплохие. Ходить строем и жить по распорядку (считай – уставу) они уже научились и привыкли, оружие охраны и боезапас им передали, а опасных для них противников в округе не так уж много – вся армия и большая часть Национальной гвардии сосредоточилась на Восточном побережье, и оттуда мы их уже не выпустим.

Двадцать восьмого (пятнадцатого) мая 1924 года, британские нацисты расстреляли короля Георга Пятого и всю его семью. Его попытались использовать в качестве переговорщика, но Кайзер Вильгельм Третий интереса к общению с двоюродным дядей не проявил – понятно же, что он не от себя говорить будет. А даже если и от себя, то что он может предложить? Выдать предателей Гинденбурга с Людендорфом и вернуть золотой запас Рейха? Всё это и так никуда с острова не денется.

Заложник из Джорджи тоже не получился, всем на него было наплевать – всё равно, после войны, Трибунал Лиги Наций приговорит его к петле. На его совести (лично его) с полмиллиона жертв в Ирландии и пара миллионов в Индии, их на нацистов никак не спишешь, кабинет Корнуэла Бейла пришёл к власти позже. Да и все события, произошедшие после начала войны в Рейхе – его «заслуга». Подготовка реванша курировалась лично им.

А то, что он потом не смог удержать власть, и был свергнут нацистами – никаких кармических плюсов Георгу Пятому Саксен-Кобург-Готскому не добавляло. Если бы смог – стал бы главным нацистом, только и всего. В общем, расстреляли Жорку-Кровавого собственные подельники, и хрен с ним, всё равно бы его повесили.

В начале июня 1924 года, Николай получил печальное известие – лодка «К-87», которой командовал капитан третьего ранга, Великий князь Александр Николаевич Романов, трижды пропустила сеанс связи. Означало это гибель подводного крейсера со всем экипажем, в плен подводники не попадают. Как всё произошло – неизвестно, могли и сами наткнуться на мину, их теперь у восточного побережья САСШ выставлены тысячи на разных глубинах, а могли и противолодочному кораблю попасться, и словить глубинную бомбу – теперь это уже неважно. Пал смертью храбрых. Вечная память!

Больно. Детей терять очень больно. Вечером того дня, Государь-Император и Великий Хан напился как Шариков, в компании верного Вяткина, но с утра опамятовался. Назад Шурика уже не вернуть, а значит нужно сделать так, чтобы его смерть стала не только трагедией (по нему искренне скорбела вся Россия), но и важным фактором нашей победы. Победы не во Второй Великой, с ней уже всё понятно, а глобальной победы Русской Цивилизации. Все мы смертны, но некоторые смертны не зря, они оставляют после себя важное для потомков наследие. Да будет так!

Двадцать восьмого (пятнадцатого) июня 1924 года, в четырнадцать ноль-ноль по санкт-петербургскому времени, из аэропорта «Никола Тесла» в Рейкьявике, ставшего на время войны военной авиабазой, взлетели два реактивных бомбардировщика «СБ-1» с изделиями «МЛД» (тридцатимегатонными водородными бомбами Митрофанова-Лизермана-Джумаева) и взяли курс на юго-восток и юго-запад.

Первым в пламени возмездия сгорел Лондон. Предупреждённый за две недели до события, Кайзер Вильгельм Третий отвёл от Проклятого города, уже занявшие позиции на окраинах, части Рейхсвера на расстояние тридцать километров, рассредоточил их за холмами и «закопал» в перекрытых траншеях.

Вместе с Лондоном сгорели премьер-министр Британии Корнуэл Бейл, с правительством, большая часть боевиков Британского Национального Легиона, а за компанию с ними Гинденбург и Людендорф, с восемью дивизиями германских нацистов-предателей.

Золото? Нет, золото точно не сгорело. Откопают, пленных после этой войны будет очень много, далеко не все из них достойны пережить плен, вот и пусть копают.

В Вашингтоне сдохли президент-диктатор Дуглас Уайтфорт, большая часть членов его кабинета, конгрессменов и сенаторов. Война не закончилась, но единого командования у англосаксов больше не было, а разрозненные очаги сопротивления давить гораздо легче, чем централизованную систему обороны. К тому-же, как не старались скрыть происшедшее от личного состава командиры – шила в мешке не утаишь, а информация, полученная по низовой цепочке, обросла по пути слухами – один другого страшнее. Деморализованная четырёхмиллионная армия генерала Першинга начала массово дезертировать и мародёрствовать, а флот адмирала Кована затопил корабли в портах Норфолка, Нью-Йорка и Нью-Джерси, и распустил моряков – спасайся, кто может.

Полностью оккупировали территорию Северной Америки к сентябрю, Британских островов к октябрю, а Австралии к декабрю 1924 года. Конференция Лиги Наций, по послевоенному устройству Мира, началась пятнадцатого (второго) января 1925 года в Гётеборге.

В феврале, в Российской Империи, Государственный Совет принял, а Николай подписал Гражданский кодекс – свод законов, определяющих права и обязанности подданных. Всех подданных – мужчин и женщин, мужиков и аристократов, иудеев и православных, жителей Метрополии и доминионов. То есть, де-факто, принял Конституцию, хоть и с другим названием. Согласно Гражданскому кодексу, все подданные Империи получали избирательное право. Им делегировалось право выбирать местные органы управления, вплоть до градоначальников губернских столиц и представителей в Земский Собор – органа, надзирающего за соблюдением законности. По полномочиям – старых-добрых римских Трибунов. Первые выборы назначили на февраль 1926 года.

В этот-же день началась всеобщая паспортизация населения. Всеобщая и обязательная. Никаких мракобесных эксцессов, вроде протестов против «наложения печати Антихриста», не возникло, все «торговцы опиумом для народа» давно были организованы в структуру, сродни армейской. В разные рода войск, но с единой целью.

«Вы не пастыри, вы псы Пастыря. А если кто-то захочет обернуться козлом и соблазнить часть агнцев, то такого оборотня псы обязаны порвать немедля, несмотря на его вонючесть». – из речи Обер-Прокурора Святейшего Правительственного Синода, графа Григория Ефимовича Распутина.

Впрочем, недовольных таким положением дел, среди этих деятелей не было. Их бизнес наращивал капитализацию, а не это ли верный признак благоволения Господа? Католическая церковь получила все объекты религиозного соцкультбыта во Франции и в Швейцарии; объединённая Русская Православная Церковь – в Канаде, САСШ и Новой Зеландии; шиитское духовенство – в северной мусульманской Индии и Афганистане; иудеи, после геноцида, устроенного англосаксами, приняли решение вернуться на Ближний Восток и обживать, дарованную им Богом и Николаем Вторым Землю Обетованную, с Палестиной, Финикией, Кувейтом и Синайским полуостровом; буддисты получили Тибет; а синтоисты – Австралию. Кроме того, все они сообща окучивали Китай и готовились войти в Индию.

Религия опиум для народа? Да как сказать. Тогда любая пропаганда – тот же опиум, в том числе и атеистическая-коммунистическая. От опиума народ вымирает, а если он размножается, то это полезная и очень нужная политработа. В качестве скрепы, религии ещё послужат, а за это время, глядишь, и вырастет что-то полезное-общечеловеческое, устремлённое в космос, чтобы спасать там души инопланетных язычников. Такой политотдел людям Земли точно не помешает.

В мае 1925 года закончил работу Международный Трибунал Лиги Наций. Тысяча двести тридцать шесть преступников приговорили к смертной казни через повешение, больше ста тысяч к пожизненной каторге и почти одиннадцать миллионов (военнопленных) к двадцати пяти годам принудительных работ. Из одиннадцати миллионов, восемь сдались Русской Императорской армии.

Кто сказал, что принудительный труд заключённых невыгоден? Чушь он сказал. Нет, возможно, труд этих негодяев, в качестве вольнонаёмной рабочей силы, был бы производительнее, да и то не факт. Далеко не все они трудились бы на воле, едва половина, ну, чуть больше, а вторая половина паразитировала бы на первой, так что на круг то на то и выходит. А если считать в деньгах, то обходятся пленные дешевле китайцев – и то прибыль. Производительность же их стимулировать очень легко – коллективными поощрениями и наказаниями. Стая сама накажет паршивую тварь и очистится от скверны. Права заключённых? Есть у них права. Право на воздух и питьевую воду, а кроме этого, на труд, чтобы заработать на что-нибудь ещё.

Конференция Лиги Наций закончила работу в июле 1925 года. Колониальная эпоха закончилась. Под влиянием России, единогласно приняли международный закон, обязывающий всех субъектов политики предоставлять равные права всем жителям подконтрольных территорий. Африка мгновенно стала никому неинтересна, как и островные колонии в Индийском и Тихом океанах.

С островов Япония ушла с облегчением, ей предстояло заселять опустевшую Австралию. Конечно, перед уходом они каждому острову даровали независимость от всех на свете и уникальную Конституцию, породив два десятка стран, элита которых кормилась из лохани Микадо. В Перу, этот опыт японцы уже отработали до совершенства. Все свободны, но права инвесторов должны соблюдаться – это закон. Конечно, придут и другие инвесторы, но у первопроходцев уже будет изрядная фора. России было наплевать, отрасль добычи сырья нас не интересовала, мы сырьё продавали, определяя на него цены и получая комиссию со сделок. Мизерную комиссию, микроскопическую, зато контролировали весь мировой рынок. Рублёвый рынок, конечно.

Францию расчленили на независимые государства: – Нормандию, Бретань, Иль-де-Франс, Бургундию, Шампань и Лотарингию. Окситания и Аквитания вошли в состав Испанской Империи, а Прованс разделили между Испанией и Италией, по линии между Марселем и Тулоном. Швейцарию разрезали по языковому принципу: – кантон Тичино отошёл Италии; Женева, Вале, Во, Невшатель и Юр стали Западно-Альпийской Республикой, а германоязычные кантоны остались Швейцарией. Всем им согласовали Конституции, с незыблемым правом собственности инвесторов. Прежде всего, конечно, Русско-американского и Русско-китайского банков, владельцев всей существующей европейской железнодорожной сети, через компанию «Рейлвей Консорциум».

Британскую Метрополию тоже почикали, принимать её в состав Рейха Вилли-младший не захотел. И правильно, если Бельгию с Голландией германцы ещё переварят, то Проклятый остров им точно встанет поперёк горла. На Британских островах получилось шесть государств: – Шотландия, Ирландия, Уэльс, Нортумбрия, Миддл и Суссекс – все ограбленные до нитки, да ещё и с контрибуцией и репарациями, которые будут выплачивать двадцать лет, под надзором ЧВК Гриппенберга, единственной законной вооружённой силы на островах. Вооружённой силы суданцев, сомалийцев, сикхов, бирманцев, бенгальцев и так далее, под командой русских и германских офицеров. А что вы хотели, пряников? Пряников не завезли, только кнуты.

Глава 42

САСШ разобрали на Штаты (независимые государства), никто не захотел принять в свой состав никого, даже Испанская Империя Техас. Всю эту североамериканскую нацистскую сволочь как следует выпотрошили специально обученные в ИСБ люди, а потом ещё и обложили контрибуцией и репарациями, так, что экономика этих тварей скатилась к уровню натурального хозяйства и бартерного обмена. Это обрушило цены на нефть, но плевать на нефть. В Российской Империи никто от этих цен не зависел, кроме казны, да и казна на жалкие полтора-два процента, при росте экономики в восемь-девять.

Мир больше не может обходиться без наших технологий, без нашей авиации, наших станков, приборов и датчиков. Без нашей защиты и без наших рублей, в конце концов. А рубли – это и банки, и страховки. Доминирующая финансовая система – это армия, гораздо могущественнее военной. Особенно, если её подкрепляет культурное, научное и технологическое лидерство с большим гандикапом.

Русские пока не достигли, запланированного Николаем, перевеса в численности, нас по-прежнему слишком мало, чтобы доминировать одной только численностью, но только на это мы и не полагаемся. Россия позиционирует себя, как центр Цивилизации. Наука читает, пишет и говорит по-русски; современная культура создаётся на русском; все глобальные бренды (вся мода) русские; русские рубли, русские банки, русские инвесторы, которых защищает Империя всей своей мощью, в том числе и термоядерной.

А главное – русские нигде не ставят себя выше закона – ни в Африке, ни в САСШ, ни в Европе. Своих воров они сами, с удовольствием, отправляют на каторгу. Словом, нормальные парни, с такими можно иметь дело. У русских дороги всем открыты, у них даже негр в правительстве есть. Дарио Руэш, чемпион мира по футболу 1918 года, теперь товарищ министра Молодёжи, Спорта и Физического Развития, графа Александра Гриппенберга. Бразильский негр товарищ графа, но никого это не смущает. Дарио Руэш сейчас надворный советник, то есть уже превосходительство, а все привилегии, вне Табели о рангах. в России упразднили, так что он теперь фигура. Так и до титула дослужится, молодой ведь, даже сорока лет ещё не разменял.

Мексика вошла в состав Испанской Империи, теперь это тихая и трудолюбивая провинция Вице-Императорства Америка, всех буйных нацисты уничтожили. С запасом уничтожили – весь класс имущих и их боевиков, а в целом, за время войн и оккупации, население Мексики сократилось на четверть. Зато теперь появилась возможность наделить землёй крестьян. Вице-Император Америки, Великий герцог Лавр Георгиевич Корнилов, через браки детей породнился с Сандро и Мишкиным, а значит и со всем Домом Романовых. Кроме того, в его честь переименовали мексиканский Монтеррей.

«Наши негры» вернули себе контроль над Луизианой, Миссисипи, Алабамой и Джорджией – огромной территорией без населения, теперь они рады принимать всех, кого пришлёт ЮАР, а не только бойцов. Государство своё они назвали Чёрная Русь, столицу – Орландо, переименовали в Николаев, Тампу в Ворожцов, а Джексонвилл в Пуришкевич (в честь лучшего друга, бессменного президента ЮАР). Причитающихся Чёрной Руси контрибуции и репараций должно хватить на построение жизнеспособного государства, руководство у них пока вполне вменяемое, а дальше, как говорится – будем посмотреть.

Италии, кроме половины Прованса, достались бывшие французские острова в Карибском море, а ещё японцы уступили ей Корсику. Рейх, из заморских колоний, принял в свой состав только почти безлюдный Суринам. Китай – Непал, Бутан и левобережную Бенгалию с портом Читагонг в Индийском океане, а также вернул себе острова Тайвань и Хайнань.

Африка, кроме ЮАР и Египта получила независимость. Пока как континент, государства там (кроме стран Магриба – Ливии, Алжира, Туниса и Марокко) ещё не сформировались, и торопить этот процесс не стоит. Николай помнил, что в другой истории, после создания государств в границах колониальных владений, объединивших исторически враждующие народы, бойня в Африке шла перманентная, так что в этом вопросе лучше не спешить и дождаться, пока границы определятся естественным путём. Лига Наций будет процесс контролировать и, при необходимости, вмешиваться, не допуская масштабных кровопролитий и, тем более, геноцидов. Пусть там возникнет сотня государств, или даже больше, никому от этого хуже не будет.

Индия уже разделилась на мусульманский север (с Афганистаном) и языческий юг, но и это ещё не конечный результат. Свой государства хотят строить пуштуны, сикхи, ланкийцы, маратхи, кашмирцы и ещё с десяток народностей поменьше. Север Афганистана, населённый этническими узбеками и таджиками, тяготеет к России. Как не крути, а за Пянжем их «родственники» живут намного богаче, так что есть к чему стремиться. С Индией тоже пока непонятно и тоже не стоит вмешиваться в естественный процесс, лет через десять само устаканится.

Россия включила в свой состав безлюдные Вице-Императорство Канада и генерал-губернаторство Новая Зеландия, но предоставила независимость материковой Греции (входившей в состав доминиона Европейская Турецкая Республика), бывшей британской колонии Зимбабве и португальским Анголе и Северному Мозамбику (из состава ЮАР). Лучше меньше, да лучше.

После принятия в Российской Империи Гражданского кодекса, в доминионах ЕТР и ЮАР началось центростремительное движение. Ведь обособленность доминионов не в одну сторону работала. Высокотехнологичные производства за пределы Метрополии Россия не выпускала, а это же самое вкусное, самое маржинальное. И что с того, что президентов и генерал-губернаторов будет назначать Санкт-Петербург? Всё равно назначит тех-же Пуришкевича и Кемаля, а если и не их, то подберёт не хуже. Не дураки же там решения принимают, сами себе вредить не будут. Зато какие перспективы открываются, ух…

Восточная Европа тоже тяготела к объединению. После преодоления христианством расколов и фактического объединения церквей (пока не административного, но уже догматического и канонического, со взаимным признанием Святых), исчезли религиозные барьеры между славянскими народами на Балканах. Даром, что религиозные, но ведь они, в другой истории, к двадцать первому веку превратились в национальные. И зачем нам это?

Нет, никакого пан-славянства за свой счёт Россия создавать не собиралась, но если можно помочь процессу добрым словом, то почему бы и нет? Не чужие ведь люди. Конфедерация западных славян нам ничем не помешает, теперь они устойчиво ориентированы на Россию, по отдельности уже все выражали желание стать доминионами, так что и вместе они от этой идеи вряд ли откажутся. А мир ведь всё равно когда-то придётся объединять, вот и начнём объединение со Славии. На нашей ближайшей периферии. Именно в этой парадигме и работал с балканскими и восточно-европейскими славянами Канцлер, Светлейший князь Джугашвили-Сталин.

Кстати, в его честь уже переименовали Царицын, теперь это город Сталинград. Ещё небольшой, провинциальный городок, но лиха беда начало. Если прокопаем канал из Каспия в Персидский залив Индийского океана, откроем шлюзы и поднимем уровень моря, в Сталинграде возникнет грузовой хаб, побольше Царьградского, Астрахань то ведь затопит, вот она и переселится в Сталинград. А ещё одно большое и тёплое море нам не помешает, тем более что это единственное место, где выжили реликтовые осетровые, то есть уникальное, и, значит, на его спасении экономить не стоит. Обсадим берега лесами, завезём жирафов, зебр, буйволов и антилоп, а то и носорогов – шикарный заповедник получится. Ничем не хуже Мадагаскара.

Программы помощи природе (заполнение Каспия одна из них) в России прорабатываются, для этих целей создан Научно-Исследовательский Институт Экосистем в Челябинске. Ещё один Наукоград, с опытовыми заповедными территориями размером с Бельгию, или Голландию. Учёные из НИИЭ не делают политическую карьеру на «зелёной» повестке, как разного рода проходимцы их двадцать первого века другой истории, они реально работают на экологию. Их усилиями, уже спасены каланы, теперь вымирание им не грозит, во всяком случае, в ближайшее время – за десять лет, популяция поголовья каланов выросла на порядок. Размножаются недобитые англосаксонскими нацистами бизоны и дрофы, камчатский краб успешно осваивает прибрежные воды Скандинавии, а уж про всяких перелётных птичек и говорить нечего – у них теперь в России прав больше, чем у князьёв и графьёв.

В общем, и в этом направлении развитие идёт неплохо. Проект дамбы через Берингов и Татарский проливы зарубили, ну и хрен с ними, пробьём тоннели. Проходческие щиты в Челябинске производятся, а два первых уже работают – пробивают пути из Крыма на Кавказ и с материка (Усть-Амурска) на Сахалин. Пока ломаются часто, но совсем уж комом этот первый блин не вышел, по шестьдесят метров в сутки они проходят, а дальше, с накоплением опыта, попрут как голодные кроты.

Стоит упомянуть и о главных героях закончившейся войны. Главнокомандующий Русской Императорской армией, генерал-фельдмаршал Пахом Игнатьевич Ворожцов, по итогам Второй Великой, жалован чином генералиссимуса (с учётом накопления всех кармических плюсов, в том числе и за негров Чёрной Руси – это ведь его идея) и титулом Светлейшего князя Африканского. И это не потому, что Пахом свояк, наоборот, именно поэтому Ворожцов и стал свояком. Сначала было Дело, мы ведь просто люди, словами Вселенные создавать не умеем. Кроме Тампы в Чёрной Руси, в его честь переименовали город и порт Лоренсу-Маркиш в ЮАР и Туапсе, городок на Чёрном море.

Адмирал Флота, граф Всеволод Фёдорович Руднев стал Генерал-адмиралом (его именем назван остров Сайпан и первый космодром человечества, на нём расположенный) и получил назначение Генерал-губернатором Москвы, ожидающей высшего руководства уже полгода, после смерти графа Степана Осиповича Макарова.

Адмирал Андрей Августович Эбергард стал Адмиралом Флота и Военно-морским министром, вице-адмиралы Роберт Николаевич Вирен, Евгений Николаевич Голиков и Николай Оттович фон Эссен полными адмиралами и все они кавалерами ордена «Андрея Первозванного», помимо заслуженных ими в боях «Георгиев» и «Владимиров».

По «Андрюхе» также получили Имперский Атаман, граф Александр Васильевич Самсонов и Командующий Гвардией, генерал-фельдмаршал, граф Антон Иванович Деникин.

Государственный Совет стал Советом Кавалеров ордена «Андрея Первозванного». Как-то оно само собой так получилось, но тем и лучше. Статус не объявлялся, всё случилось исключительно по воле Всевышнего – именно так сейчас все это расценивают. Госсовет – русская «Палата Лордов», в которой заседают уже четверо урождённых мужиков (двое из них староверы) и один расовый жид (Председатель ИСБ Розеншайн), теперь, считай, «Андреевская» Кавалерственная Дума почти в полном составе. И ведь само так получилось, Николай ничего такого не планировал. А раз само, значит по воле Господа, значит так тому и быть. К статусу высшего русского ордена добавился пункт о Кавалерственной Думе, отныне и впредь являющейся Государственным Советом Российской Империи.

Наследник-Цесаревич и Император Таиланда Святослав Николаевич Романов закончил войну капитаном второго ранга и кавалером ордена «Святого Георгия» второй степени, Великий князь Иван Николаевич – штабс-капитаном Гвардии, с «Георгием» четвёртой.

Трофеи России во Второй Великой войне, по самым скромным оценкам (ценам послевоенного рынка, ещё не пошедшего в рост) составили более двадцати миллиардов рублей (эквивалент двадцати тысяч тонн золота), так что и военных наградили деньгами очень щедро и на программу заселения Канады и Новой Зеландии сумму выделили астрономическую – пять миллиардов. Никаких военных займов и налогов в этот раз погашать-возмещать не пришлось, обошлись без них, поэтому «финансовую подушку» пустили в дело.

Общинная земля в радиусе ста километров от Имперских столиц, пятидесяти от столиц генерал-губернаторств, тридцати от губернских и десяти от уездных выкупалась казной по двойной кадастровой цене (в среднем, в полтора раза выше рыночной), так что переселялись наши люмпен-феодалы не с пустыми карманами, хватит им и на технику и на «свечные заводики». Выкупленные пригородные земли, на три четверти засаживали лесами, вернее, лесопарками с ценными породами деревьев, чтобы дичкой не заросли, а четверть выставили на рынок. И вот сюрприз – только за участки под Санкт-Петербургом и Москвой, казна выручила миллиард. Возместив пятую часть расходов на переселенческую программу. Богато у нас люди живут, мало мы с них налогов собираем. Впрочем, а куда их девать-то, деньги эти? Пусть копится жирок на чёрный день, может Славке пригодится (три раза тьфу через левое плечо).

В мае 1926 года произошли два эпохальных события. Сначала человечество вышло в космос – с космодрома «Руднев» запустили первый искусственный спутник Земли, а через неделю, Николай Второй, Государь-Император Всероссийский, Великий Хан Орды, Император Канады и Антарктиды, Шах Персии, Царь Сибирский и прочая и прочая принял постриг и передал Шапку Мономаха, Тамгу Великого Хана и остальные властные регалии сыну – Святославу Первому Николаевичу.

Постриг, под именем монаха Фомы, Николай принял, но в монастырь не ушёл. В июле он страстно болел за сборную Российской Империи по футболу на втором Мундиале в Бразилии (который проиграли в финале уругвайцам), а с сентября начал готовиться к полёту. Первому полёту человека в космос.

Староват? Есть такое, пятьдесят восемь уже. Но в тонусе Николай себя держал всю жизнь, так что на короткий полёт, в несколько орбитальных витков, здоровья должно хватить. Ну, а чем ещё монаху заниматься? Раньше они книги переписывали, но в этом нужда давно отпала, а помолиться за Россию и в космосе можно.

Семнадцатого августа 1927 года, с околоземной орбиты, в прямом эфире всех телевизионный и радиоприёмников, монах Фома сообщил, что Бога не видит, но отчётливо ощущает его внимание:

«Мы наконец-то вылезли из колыбели и сделали первый шаг. Господь нам улыбнулся. Учись ходить, человечество. Ходить, бегать, прыгать, плавать, не лежи в колыбели. Нас ждёт бескрайняя Вселенная. Мы должны прийти в неё, и остаться при этом людьми. Помните, что люди от нелюдей отличаются наличием совести. Именно совесть делает нас подобием Создателя».

Глава 43

Вместо эпилога. Основные вехи развития мира Реванша.

Конец двадцатых – первая половина тридцатых годов двадцатого века стали периодом, который вошёл в историю под названием «Эпоха тысячи войн». Преувеличение, конечно, но четыреста тридцать семь конфликтов разной интенсивности зарегистрировали официально. Воевала Африка, воевала Индия, воевали островные государства в Тихом и Индийском океанах, Северная и Южная Америки. Спрос на услуги ЧВК Гриппенберга, которую возглавил Великий Князь Иван Николаевич Романов, был такой, что штат компании к 1935 году превысил два миллиона человек, а годовой оборот восемь миллиардов рублей (больше, чем весь годовой бюджет таких стран, как, например, Ирландия, Нормандия, Массачусетс, или Парагвай – не самых бедных в своих регионах).

Иван, а именно он после Николая владел ЧВК (монаху такое не пристало), оказался очень толковым бизнесменом и, к середине тридцатых, Великий князь Иван Николаевич Романов потеснил с первой строчки самых богатых людей мира (из публичных персон, разумеется) в рейтинге «Московских ведомостей» самого графа Теслу и стал первым рублёвым миллиардером в истории этого мира. У ЧВК Гриппенберга имелась не только авиация, но и собственная орбитальная группировка спутников связи, а в оплату за её услуги принимались не только деньги, но и материальные активы – производственные предприятия, электростанции, шахты и земли. Естественно, что в регионе, где в собственность ЧВК переходил какой-то объект, очень быстро наводился порядок, а этот актив дорожал в разы. Так и «работали» – ничего личного, только бизнес.

Разумеется, что вся деятельность «шведской частной компании» направлялась и всячески поддерживалась Русским Императором и Великим Ханом Святославом Николаевичем. «Сотрудникам» ЧВК Гриппенберга контракты засчитывались в выслугу, их, в установленный срок, повышали в чинах и награждали орденами за заслуги. Пока весь цивилизованный мир постепенно превращался в общество обывателей, озабоченных только повышением уровня собственного благосостояния и комфорта, русские продолжали накапливать воинскую «ману».

В России так и не отменили обязательную воинскую службу, наши военные части срочников теперь размещались в каждой стране, попросившей о покровительстве, а такие были в каждом регионе. Конечно, полк срочников-лоботрясов хоть сколько-то значимой военной силой не являлся, даже в региональном масштабе, но это полк Империи, которая обязательно придёт на помощь, причём, очень быстро. Так, постепенно, весь мир мы и обживали – желанными, дорогими гостями, защитниками хозяев от беспредела соседей отморозков. И расселялись по этому миру, далеко не все уволившиеся срочники возвращались назад, в родные деревни.

В 1936 году Лига Наций реформировали, и она стала аналогом мирового правительства. В Совет Безопасности включили пять постоянных членов: – Российскую, Германскую, Японскую и Китайскую Империи и четыре выборных, по одному из Северной (бывших САСШ) и Южной Америк, Европы и Азии (бывшая Индия, Вьетнам, островные государства Тихого и Индийского океанов). Право вето получила только Российская Империя.

Президентом Лиги Наций единогласно избрали тридцатитрёхлетнего Великого князя Ивана Николаевича Романова, самого богатого человека мира и самого влиятельного политика. Да, и политика тоже, ведь деятельность ЧВК Гриппенберга прежде всего политическая, и за восемь лет управления компанией, Иван досконально разобрался в хитросплетениях взаимоотношений двух с половиной сотен, возникших после Второй Великой войны, государств. Разобрался, наладил связи, установил доверительные личные контакты (в том числе и с неграми, конечно).

ЧВК Гриппенберга сменила владельца на Лигу Наций (за миллиард рублей) и статус на Международные Силы Преодоления Чрезвычайных Ситуаций, на их содержание теперь все страны платили по полпроцента от ВВП (а ещё по полпроцента на саму Лигу Наций и её общечеловеческие проекты развития). В Мiре наступил миръ, исчезла нужда в национальных армиях и, в течение десяти лет, все страны от них избавились. Все, кроме России. И не потому, что мы кого-то боялись. Воинская служба – очень важный институт воспитания молодёжи, да и кадры в МСПЧС кто-то же должен поставлять.

Кроме монополии на применение конвенциональной военной силы, Лига Наций установила монополию на ядерные и термоядерные исследования и освоение космоса. То есть, запретила всем, а полномочия делегировала России. Под контролем специально созданных комитетов (международных министерств), конечно, но это нам нисколько не мешало. Наоборот, все проекты теперь со-финансировались международным сообществом, а ведь мировой ВВП растёт со скоростью шесть-семь процентов в год. Теперь можно планировать амбициозные проекты, вроде освоения Луны и Марса, но, при этом, нагрузка на бюджет Российской Империи заметно снизится. Наконец, появятся средства на строительство канала из Каспийского моря в Персидский залив.

В сороковые годы двадцатого века весь мир перешёл на русский язык. Никого убеждать и стимулировать не пришлось, всё сделал интернет. Телевидение уже научило русскому половину населения планеты, а интернет доучил остальных.

Компьютеры выпускались только в России и только с русской клавиатурой, операционная система и все программы писались на кириллице, соответственно, все интернет-страницы и социальные сети тоже были русскоязычными, другие языки не поддерживались. На международный статус своей сети мы не претендовали и никому не препятствовали в создании собственных аналогов, но потянуть такое никто больше был не способен – ни научно, ни технологически, ни финансово. Да и не старался никто, всех всё устраивало.

К началу сороковых, русский язык уже стал единственным государственным в Российской Империи (с Таиландом, Персией, ЕТР и ЮАР), Китае, и Славии (государстве, объединившем все славянские народы Балкан и Восточной Европы, кроме Польши) – а это уже больше половины населения Земли и, без малого, три пятых мирового ВВП.

Остановить процесс языковой русификации стало невозможно, да и зачем его останавливать? Удобство общего языка всем было очевидно, а к русскому все давно привыкли, ни о каких эсперанто никто не задумывался. К середине сороковых, русский стал вторым государственным в Японии, Германии, Испании, Италии и Египте, а к концу десятилетия и во всём остальном мире. Пока вторым государственным, но с отчётливой тенденцией на полное замещение.

Монах Фома (Николай Второй Александрович Романов) скончался в 1945 году, в возрасте семидесяти семи лет в Соловецком монастыре, где доживал последние годы. До самой кончины, он сохранял ясный рассудок и вёл активную деятельность в интернете – проповедовал и просвещал.

Во всём мире был объявлен сорокадневный траур. Без принуждений. Все действительно сильно переживали эту утрату, даже бывшие враги.

В 1946 году, Христианская церковь (уже объединённая) канонизировала его Равноапостольным Святым, мусульмане-шииты признали Махди, а синтоисты одним из Богов. Буддисты же ещё при жизни считали его Буддой, для них ничего не изменилось.

Мир получил первого межконфессионального общечеловеческого Святого Подвижника. Культ личности Николая Второго расцвёл после его смерти. Очень полезный для России культ.

В пятидесятые, мир полностью перешёл на рубль. Уже цифровой рубль. Имперский Центральный Банк стал международным эмиссионным центром, с долями у всех стран, но блокирующим пакетом (двадцать восемь процентов голосов) у России. А вместе с Китаем, который перешёл на рубли с началом царствования Михаила Первого Александровича Романова – контрольным (пятьдесят один процент). Именно такие доли были у них в мировом ВВП.

Вместе с рублём, вся мировая экономика приняла русскую модель с пятилетними планами. К началу шестидесятых, из-за автоматизации промышленных, строительных, транспортных, добывающих и сельскохозяйственных предприятий, доля людей, занятых в производстве, упала ниже отметки в пятьдесят процентов, и занять их чем-то полезным без глобального планирования уже не представлялось возможным.

В середине шестидесятых стартовали проекты по озеленению пустынь, разработанные Челябинским Научно-Исследовательским Институтом Экосистем. Энергия в мире производилась с большим избытком, вот её и направили на опреснение воды.

В семидесятых на орбите Земли находилось уже восемь космических станций – научных и производственных. Именно станций, а не крошечных объектов на десяток членов экипажа. Только непосредственно в космосе одновременно работали две с половиной тысячи человек, а всего в отрасли было занято больше пятидесяти миллионов.

К концу семидесятых человечество получило отдачу – производимые в условиях вакуума и невесомости материалы, которые позволили совершить технологический рывок на следующий уровень в медицине и электронике. Стала доступной термоядерная энергетика и дальние пилотируемые космические полёты, процесс фотосинтеза и, соответственно, колонизация Луны и Марса.

В восьмидесятых, человечество добровольно объединилось в одно государство – Российскую Империю планеты Земля. В девяностых, на Марсе жили и работали (пока вахтовым методом) шесть тысяч человек, а на Луне одиннадцать. В двухтысячных начали отправлять колонистов за пределы Солнечной системы, на открытые планеты земного типа, пригодные для терра-форматирования. К 2023 году этой истории инопланетный разум обнаружить ещё не удалось, но у человечества всё впереди, оно на правильном пути.

Конец сказки.

Content

Пантелей
Реванш Николая Романова

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43