Хиллерман Тони

Люди тьмы

Хиллерман Тони - Люди тьмы

Hillerman Tony - People Of Darkness

Автор: Хиллерман Тони

Название: Люди тьмы

Жанр: Триллер

Аннотация:

Убийца ждет офицера Джима Чи в пустыне, чтобы защитить видение смерти, которое в течение тридцати лет питалось жадностью и омывалось кровью. Кто убьет умирающего? Зачем кому-то красть ящик с камнями? И зачем жене богатого человека платить 3000 долларов, чтобы вернуть их? Эти вопросы не дают покоя сержанту. Джим Чи из племенной полиции навахо во время путешествия по раскаленному Юго-Западу. Но там, в Плохой Стране, одинокий убийца ждет, когда Чи придет в поисках ответов, ждет, готовый и желающий защитить видение смерти, которое в течение тридцати лет питалось жадностью и омывалось кровью.

Тони Хиллерман

Люди тьмы

Книга первая из серии Джим Чи, 1980

1

ЭТО БЫЛО ЗАДАНИЕ, которое требовало ожидания роста культур, выработки токсинов, образования антител и реакции реагентов. И пока она ждала, бактериолог подкатывала инвалидную коляску к окнам и смотрела на мир сверху вниз. Мир внизу был стоянкой у Центра исследования и лечения рака, соседнего с лабораторией бактериологов по инфекционным заболеваниям в Северном кампусе Университета Нью-Мексико. Это было многолюдное и конкурентное место, и где-то на втором году наблюдения бактериолог обнаружила, что знакома с его закономерностями. Она знала, когда обходятся горничные-счетчики, и сколько времени обычно требуется эвакуатору, и какие нарушения вызывают это высшее наказание, и какие автомобили обычно припарковываются незаконно. Она даже знала о романе, который, казалось, разгорелся между женщиной-владельцем «Датсуна» и мужчиной-владельцем синего кабриолета «Мерседес», припаркованного в месте, отведенном для одного из высоких администраторов. Где-то на том же втором курсе она начала приносить в лабораторию бинокль. Наконец она оставила их там. Теперь они были в ее руках - сосредоточены на грязном зеленом пикапе, который нерешительно прокладывал путь в пространство, охраняемое знаком с надписью:

Зарезервировано для помощника директора

НАРУШИТЕЛЕЙ БУДУТ БУКСИРОВАТЬ ЗА СЧЕТ ВЛАДЕЛЬЦА

Бактериолог давно узнал, что больные раком склонны к неприятию. Они умирали и знали это. Перед лицом этого другие соображения стали менее важными. Но обычаи цивилизованного поведения в основном преобладали. Редко можно было увидеть такое открытое неповиновение, которое сейчас демонстрировал пикап.

Вызывающим был мужчина, индеец. В бинокль он не выглядел вызывающе. Он выглядел флегматичным и больным. Он с трудом выбрался из кабины. Бактериолог заметил на пассажирском сиденье чемодан и внезапно ощутил легкий трепет восхищения. Он проверял себя, навсегда бросив свой грузовик на произвол судьбы. Судьба проигнорировала нос. Но индеец оставил чемодан.

Это был крупный мужчина с тяжелым торсом и тонкими бедрами, которые бактериолог научился отождествлять с навахо. На нем были джинсы и - несмотря на августовскую жару - джинсовую куртку. Он медленно шел к входу для пациентов - прогулка больного человека. «Он проверит себя, - подумал бактериолог, - а потом вернется, заберет чемодан и перевезет грузовик».

Теперь появилась другая машина, демонстрирующая столь же вопиющую нелегальность. Это был новый серебристо-серый «Шевроле», который проехал мимо зеленого пикапа и остановился на месте, отведенном для директора ЦРТК. Водительская дверь открылась, и из него вышел стройный мужчина в белом с надвинутой на голову соломенной шляпой. Мужчина на мгновение постоял, очевидно глядя на пикап. Затем он обошел свою машину и открыл дверь со стороны пассажира. Он наклонился, очевидно, работая над чем-то на переднем сиденье. Наконец он вытащил мешок с продуктами с откинутым верхом. Он положил его на кузов пикапа среди досок и ящиков напротив кабины. Сделав это, он огляделся вокруг, изучая парковку, тротуары, и наконец посмотрел прямо на бактериолога. Она увидела, что он был очень блондином. Почти альбинос. Через минуту он снова сел в серый «шевроле» и медленно уехал.

Был почти полдень, когда бактериолог определил, что форма жизни, которая воспроизвела себя в ее чашке Петри, была не сальмонеллой, вызывающей пищевое отравление, а безвредной непатогенной кишечной палочкой. Она сделала необходимые записи, заполнила отчет и отодвинула стул к окну. Приехал эвакуатор. Бактериолог сфокусировала бинокль. Помощник водителя завершал крепление буксирной балки к задней части зеленого пикапа. Он махнул левой рукой и присел рядом с колесом пикапа, глядя на что-то. Звук лебедки эвакуатора пропал из-за расстояния и изолированного стекла. Но бактериолог заметил, что задняя часть пикапа начала подниматься.

Внезапно все видение потерялось в ослепительном свете. Через секунду раздался звук - пушечный выстрел. Стекло в окне бактериолога было прижато внутрь до допуска и чуть дальше; оно треснуло, а затем резко выгнулось наружу, где его осколки соединились с осколками сотен других окон, сыпавшихся дождем на пустые тротуары внизу.

2

ДОЖДЬ НЕПРЕРЫВНО превратился в шквал попкорнового снега. Он стукнулся с форменной шляпы Джима Чи, стукнулся о воротник его форменной куртки и заставил его вздрогнуть. Это был третий день ноября по календарю Первого национального банка грантов, который снова лежал на столе Чи, и самое начало сезона «Гроза спит» по менее жесткому традиционному календарю Дини. По любому календарю было слишком рано для такой погоды - даже на этой полуторамильной высоте на склоне холма.

Гора Тейлор. Ховард Морган предсказал возможные снежные потоки в своем прогнозе погоды на Channel 7, но Чи не поверил этому. Свою зимнюю куртку он оставил в полицейском участке.

Он взглянул на свою машину - белый «Шевроле» с печатью народа навахо и надписью «НАВАДЖО ТРИБАЛ ПОЛИЦИЯ» на двери. Он мог сесть в машину и включить обогреватель. Он мог бы укрыться у входа в резиденцию Бенджамина Дж. Вайнса и, возможно, позвонить в колокольчик еще несколько раз в надежде кого-нибудь привлечь. Колокольчик издал странный звук, который он слышал, приятно эхом отдаваясь сквозь тяжелую дверь. Хотя он вообще не получил ответа, Чи захотелось позвонить еще раз, просто чтобы услышать это. Третий вариант заключался в том, чтобы приподнять воротник его куртки, чтобы предотвратить мокрый снег и продолжить удовлетворять его любопытство по поводу этого дома. Он был спроектирован, как он слышал, Фрэнком Ллойдом Райтом, и считался самым дорогим домом в Нью-Мексико. Любопытство Чи по этому поводу, как и ко всему в мире белых людей, было сильным. В тот момент это было тем более напряженным, что он очень скоро мог войти в этот странный мир. К 10 декабря, менее чем за пять недель до него, он должен был решить, согласится ли он на встречу в ФБР и место в мире поющих дверных звонков.

Он натянул воротник пиджака на шею, сложил поля шляпы и продолжил осмотр. Чи стоял возле двухквартирного гаража на троих. Как и сам дом, он был построен из самородного гранита и соединен со строением невысокой изогнутой стеной из того же материала. Сразу за стеной, на лужайке не более пятнадцати футов длиной, внимание Чи привлекли два маленьких маркера из черного мрамора. Надгробия. Он перегнулся через стену. Имя, выбитое справа от того места, где стоял Чи, было ДИЛЛОН ЧАРЛИ. Под ним легенда гласила:

Он не помнил, когда родился

Умер 11 декабря 1953 г.

Хороший индеец

Чи ухмыльнулся. Было ли задумано сардоническое двойное значение? Был ли Вайнс или тот, кто приказал вырезать эту легенду, был знаком с изречением генерала Шеридана о том, что единственный хороший индеец - это мертвый индеец?

На камне слева от Чи было написано:

Г-ЖА. БЕНДЖАМИН Дж. Вайнс (Элис)

Родился 13 апреля 1909 г.

Умер 4 июня 1949 г.

Верная женщина

Верны Б. Дж. Вайнсу? Ставить надгробие казалось странным, но тогда все, что касалось погребальных обычаев белого человека, показалось Чи странным. Навахо недоставало этой сентиментальности в отношении трупов. Смерть лишила тело ценности. Даже его идентичность была потеряна с уходящими чинди. То, что оставил после себя призрак, нужно было утилизировать с минимальным риском заражения живых. Имена погибших остались невысказанными, уж точно не высеченными на камне.

Чи снова взглянул на надгробие Чарли. Имя вырвалось из памяти. В клане Чи - Медленно Говорящем Дини - Чарли не было, как и среди других кланов, населявших страну Грубых Скал его семьи. Но здесь, на восточной окраине резервации - среди Соленых Дайни, Многих Козлов Дайни, Клана Грязи и Клана Стоячих Скал - это имя казалось довольно распространенным. И некто по имени Чарли недавно сделал что-то, что он должен помнить.

«Не кажется ли вам необычным место для кладбища?»

Голос раздался позади него. Женщина лет пятидесяти, с худым, красивым, неулыбчивым лицом. На ней поверх джинсов было пальто из дорогого меха. Ее уши закрывала вязаная шапка темно-синего цвета. «Это одна из маленьких эксцентричностей Би Джей - хоронить людей возле гаража. Вы сержант Чи?

«Джим Чи», - сказал Чи. Женщина смотрела на него, критически нахмурившись, не предлагая пожать ему руку.

«Ты моложе, чем я ожидала», - сказала она. «Они сказали мне, что вы авторитет в своей религии. Неужели это правда? "

«Я учусь быть ятаали», - сказал Чи. Он использовал слово навахо, потому что ни одно английское слово не выразило его. Антропологи называли их шаманами, а большинство людей в резервации называли их певцами или знахарями, и ни одно из этих выражений не соответствовало той роли, которую он сыграл бы для своего народа, если бы когда-нибудь научился ее играть. «Вы миссис Вайнс?» он спросил.

«Конечно», - сказала женщина. «Розмариновые лозы». Она взглянула на надгробие. - Вторая миссис Вайнс. Но давай выберемся из этого мокрого снега.

Дом озадачил Чи. Его передняя стена была широкой, практически без окон, что предполагало естественное образование камня. Но за массивными входными дверями и через фойе загадка разрешилась сама собой. На самом деле передняя часть была задней. Потолок поднимался вверх по кривой к большой стеклянной стене. За стеной обрывался горный склон. Теперь вид был скрыт облаками и порывами мокрого снега, но в обычный день Чи знал, что за стеклом открывается бескрайний простор - через индейские резервации Лагуна и Акома на юге и востоке, на юг, через сорокамильное море остывшей лавы.

направил мальпаи к горам Зуни и на восток через резервацию Каньонсито к большому синему холму гор Сандиа за Альбукерке. Комната была почти такой же впечатляющей, как и вид. Слева от Чи во внутренней стене из натурального камня возвышался камин, а на ковре у очага лежала шкура белого медведя. На стене справа сотни стеклянных глаз смотрели из трофейных голов. Чи смотрел в ответ: водяной буйвол, импала, антилоп гну, горный козел, орикс, лось, олень-мул и еще дюжина видов, которые он не мог назвать.

«К этому нужно привыкнуть, - сказала миссис Вайнс. «Но, по крайней мере, он держит всех свирепых на вид в своей комнате трофеев. Это те, которые не могли укусить ».

«Я слышал, что он был известным охотником, - сказал Чи. «Разве он не выигрывал Трофей Уэзерби?»

«Дважды», - сказала Розмари Вайнс. «В 1962 и 1971 годах это были плохие годы для всего, что связано с клыками, мехом или перьями». Она накинула норку на спинку дивана. Под ним была мужская рубашка в клетку. Она была стройной женщиной, которая заботилась о своем теле. Но в ней было напряжение. Это отражалось на ее лице, в том, как она держалась, в напряженных мышцах ее узкой челюсти. Ее руки переплелись на линии пояса.

«Я выпью, - сказала миссис Вайнс. "Присоединяйся ко мне?"

«Нет, спасибо, - сказал Чи.

"Кофе?"

«Если не беда».

Миссис Вайнс заговорила в решетку у камина. "Мария." Решетка в ответ зажужжала.

«Принеси скотч и кофе».

Она снова повернулась к Чи. «Вы опытный следователь. Правильно, не так ли? " спросила она. «А вы работаете в Краунпойнте и знаете все о религии навахо».

«В этом году меня перевели в Crownpoint, - сказал Чи, - и я кое-что знаю об обычаях своего народа». Сейчас не время говорить этой надменной белой женщине, что у навахо не было религии в том значении, в котором этот термин белый мужчина понимает (на самом деле, на их языке не было слова, обозначающего религию). Сначала он узнает, чего она от него хочет.

«Сядьте», - сказала Розмари Вайнс. Она указала на огромный синий диван и села в кресло из нержавеющей стали и полированной кожи.

«Ты тоже разбираешься в колдовстве?» Она присела на край стула, напряженно улыбаясь, ее руки скрутились на коленях. - Этот рассказ о волках навахо, или оборотнях, или как вы их называете. Вы все об этом знаете? "

«Что-то», - сказал Чи.

«Тогда я хочу нанять тебя», - сказала Розмари Вайнс. «У вас есть накопленный ежегодный отпуск ...» Пожилая женщина - индеец Пуэбло, но Чи не знала, какой именно Пуэбло - вошла с подносом. Миссис Вайнс взяла свой стакан - судя по цвету, скорее виски, чем воды, - и Чи принял свой кофе. Индийская женщина рассматривала его краем глаза с застенчивым любопытством. «У вас есть 30 дней отпуска, - продолжила миссис Вайнс. «Этого должно быть более чем достаточно».

Для чего? - подумал Чи. Но он этого не сказал. Его мать научила его учиться через ухо, а не через язык.

«У нас здесь была кража со взломом», - сказала миссис Вайнс. «Кто-то ворвался, они проникли в квартиру Би Джей и украли коробку с его сувенирами. Я хочу нанять тебя, чтобы ты его вернул. Би Джей в больнице в Хьюстоне. Я хочу вернуть его до того, как он вернется домой. Я заплачу тебе пятьсот долларов сейчас и двадцать пятьсот долларов, когда ты вернешь коробку. Если вы не получите его обратно, вы не получите двадцать пятьсот долларов. Это достаточно справедливо.

«Вы можете попросить шерифа сделать это за вас бесплатно, - сказал Чи. «Что об этом говорит шериф?»

- Гордо Сена, - сказала миссис Вайнс. «Б.Дж. нет смысла в Сене. И.Б.Дж. не хотел бы, чтобы он каким-либо образом участвовал. Кроме того, какая от этого польза? Отправят какого-нибудь невежественного депутата. Он задавал много вопросов и оглядывался, а потом уходил, и на этом все кончалось ». Она потягивала скотч. «Полиции совершенно нечего делать».

«Я полицейский, - сказал Чи.

«Для вас это будет достаточно просто, - сказала миссис Вайнс. «Люди Тьмы украли коробку. Вы их найдете и получите обратно ».

Чи чувствовал себя поглощенным диваном, окутанным бархатным комфортом королевского синего цвета. Он задумался над тем, что сказала миссис Вайнс, ища в этом какой-то смысл. Ее глаза изучали его. Одна из ее рук держала стакан. Лед двигался в дрожащей жидкости. Другая рука теребила джинсовую ткань ее джинсовой ноги. Слит грохотал и царапал стеклянное стекло. За стеклом приближалась ночь.

«Люди тьмы», - сказал Чи.

«Да», - сказала Розмари Вайнс. «Должно быть, это были они. Я говорил вам, что ничего не было взято, кроме коробки? Оглянись." Она указала на комнату. «Они не забрали ни серебра, ни картин, ни чего-нибудь еще. Просто коробка. Они пришли за этим. И они его взяли ».

На буфете стоял серебряный сервиз - большая урна и дюжина кубков на массивном подносе. «Многого стоит», - подумал Чи. А за ним, на стене, прекрасный маленький коврик навахо йеи, который в резервации принесет две тысячи долларов от самых жадных

трейдеров.

Чи подавил желание спросить миссис Вайнс, что она имела в виду под «людьми тьмы». Он никогда о них не слышал. Но было бы разумнее просто позволить ей говорить.

Она говорила, сидя на краю стула, время от времени прихлебывая. Она сказала, что, когда она приехала в это место - дом, который тогда еще строился, - бригадиром ранчо Б. Дж. Вайнса был навахо по имени Диллон Чарли - человек, который сейчас похоронен рядом с первой женой Вайнса, возле гаража. Розмари Вайнс сказала, что Вайнс и Чарли были друзьями. «Старик сам организовал какую-то церковь, - сказала миссис Вайнс, - Б.Дж. был заинтересован в этом. Или казалось. Он утверждал, что нет; сказал, что он просто подшучивает над стариком. Но ему было интересно. Я слышал, как они говорили об этом. И я знаю, что Б.Дж. внес деньги. И когда полиция навахо арестовала их, Би Джей помог им выбраться из тюрьмы ».

«Арестовать их?» - спросил Чи. Возникло понимание. «Это было из-за пейота?» Если это так, то культ Диллона Чарли был частью церкви коренных американцев. Он процветал в резервации шахматной доски после Второй мировой войны и был объявлен вне закона Советом племен из-за использования психоделического препарата в своем ритуале; но федеральный суд отклонил закон о племенах на том основании, что он нарушает свободу религии.

«Пейот. Да. Вот и все, - сказала Розмари Вайнс. "Злоупотребление наркотиками." Ее голос был насмешливым. «Б.Дж. никогда не дискриминирует в своих интересах. Как бы то ни было, Би Джей дал им что-то из своей драгоценной шкатулки. Он и Диллон Чарли вытаскивали ящик несколько раз. И что бы это ни было, казалось, очень важно для их религии. А теперь они его украли.

"Что было в коробке?" - спросил Чи.

Миссис Вайнс сделала глоток. «Просто сувениры», - сказала она.

"Как что?" - спросил Чи. «Что-нибудь ценное? Чего хотели эти люди? »

«Я никогда не видела внутри этой проклятой коробки», - сказала Розмари Вайнс. Она смеялась. «Б.Дж. есть свои маленькие секреты. У него есть своя личная сторона, как и у меня. Ее тон говорил, что это был источник давней обиды. «Б.Дж. назвал ее своей шкатулкой на память и сказал, что ничего в ней ничего не стоит, кроме него. Она снова засмеялась. «Очевидно, что это неправильно».

«Ты хоть представляешь, что он дал Диллону Чарли из коробки? Есть вообще идея? "

Она посмотрела на него через стекло с кривой выражением лица. «Есть ли смысл в родинках?»

Чи рассмеялся. Этот разговор все больше и больше напоминал ему его любимую сказку из белой культуры: Алиса в стране чудес.

«Нет», - сказал он. «Родинки для меня не имеют никакого смысла».

"Как вы назовете родинки?"

«Dine’etse-tle», - сказал Чи. Он произнес серию гортанных.

Она кивнула. «Так это называл Диллон Чарли», - сказала она. «Я спросил его, что дал ему Би Джей, и вот что он сказал. Тогда у нас была горничная навахо - это было тогда, когда навахо работали на Б.Дж. - и я спросил ее, что означает это слово, и она сказала «кроты».

«Верно, - сказал Чи. Технически, если его разбить на части, это значило нечто большее. Слово «Дини» означало «люди». Выражение буквально означало «люди тьмы».

«Почему вы называете церковь Диллона Чарли« Людьми тьмы »?» - спросил он ее.

«Так их называл Би Джей. Или что-то вроде того. Прошло столько лет, что трудно вспомнить.

«Но ты же помнишь», - подумал Чи. Он сказал: «Есть еще один возможный мотив для того, чтобы взять эту коробку. Это легендарное место ». Он обвел рукой комнату. «Б. Дж. Вайнс - личность легендарная. Так что, может быть, есть легенда о его шкатулке для подарков. Может быть, ходят слухи, что он хранит в нем золото, бриллианты или купюры в тысячу долларов. Так что тот, кто пришел за ней, не интересовался ни картинами, ни серебром, ни коврами навахо. Он был заблокирован? Придется ли им вынести его и вскрыть, прежде чем они смогут узнать, что в нем? »

«Он всегда был заперт, - сказала Розмари Вайнс. «Можно было подумать, что Би Джей хранит в нем драгоценности короны. Но Би-Джей сказал, что это всего лишь сувениры, мелочи, которые нужно запомнить. Я не думаю, что он лгал. Она улыбнулась своей натянутой, лишенной чувства юмора улыбкой. «Б.Дж. очень важна для сохранения сувениров. Он все спасает. Если он не может это подставить, он набивает. Безвкусная улыбка превратилась в безрадостный смешок. «Можно было подумать, он боялся потерять память».

<<

>>

«Но посторонний…»

«Посторонний человек не знал бы, где его хранит Би Джей, - сказала миссис Вайнс. Голос ее был нетерпеливым. «Диллон Чарли знал. Могу только предположить, что Диллон рассказал своему сыну. Она поднялась изящным движением. «Пойдемте, я вам покажу».

Чи последовал за ней. «Еще один момент, - сказал он. «Ваш муж знает все об этом бизнесе с Людьми тьмы. Разве он не предпочел бы самому пойти за ящиком?

«Я сказала, что он был в больнице, - сказала миссис Вайнс. «Прошлым летом у него случился инсульт. Выездная охота на Аляске. Они прилетели обратно. Его левый бок частично парализован. В Хьюстоне ему оборудуют устройство, чтобы он мог лучше передвигаться, но я не хочу, чтобы он гонялся за грабителями ».

«Нет», - согласился Чи.

Она остановилась у открытого дверного проема, ведущего в коридор, проводя Чи мимо нее. «Он из тех, кто готов, костыли и все такое», - сказала она. «Он бы попытался преследовать их в« железных легких ». Вот почему я хочу немедленно вернуть коробку. Я хочу вернуть его, когда он вернется домой. Я не хочу, чтобы он об этом беспокоился.

Комната, которую Розмари Вайнс назвала «офисом Би-Джея», находилась в коридоре с ковровым покрытием. Он был большим, с потолочными балками, каменным камином, окаймленным окнами, выходящими на склон горы, и большим письменным столом со стеклянной поверхностью. Три стены были покрыты кошачьими головами, каждая из которых рычала в предельной ярости. Чи взглянул на трех львов, двух львиц, четырех тигров и различных пантер, леопардов, пум, гепардов и хищных кошек, которых Чи не мог идентифицировать. Всего сорок или пятьдесят, подумал он. Свет отражался от сотен оскаленных зубов.

«Грабитель прошел через окно рядом с камином, направился прямо к тому месту, где Би Джей хранил коробку, и взял ее. Он больше ничего не беспокоил, - сказала Розмари Вайнс. «Он знал, где это». Она посмотрела на Чи. "Не могли бы вы?"

Чи осмотрел комнату. Розмари Вайнс сказала, что ее муж коллекционирует сувениры. Он действительно это сделал. Комната была забита ими. Западная стена, единственная свободная от множества трофейных хищников Вайнса, представляла собой галерею фотографий и сертификатов в рамках. Лозы рядом с мертвым тигром. Виноградные лозы у штурвала катера. Виноградная лоза держит трофей. Виноградная лоза затмевается колесом одного из огромных грузовиков с рудой на руднике Red Deuce. Широкое седобородое лицо Вайнса сияло под пробковым шлемом. Его более узкое, молодое, чернобородое лицо, выглядывающее из окна кабины самолета. Чи отвел взгляд от галереи виноградников. Два застекленных шкафа, один забит трофеями и кубками, другой - резными и скульптурными изделиями из дерева и камня. Полки, стол, каждая плоская поверхность несут на себе груз артефактов памяти. Миссис Вайнс смотрела на него с веселым выражением лица. «Все эти предметы искусства - его скульптура», - сказала она. Она указала на галерею фотографий. «Как видите, у моего мужа проблемы со своим эго».

«Было бы это в столе?» - спросил Чи.

«Неправильно», - сказала миссис Вайнс. Она подошла к стене камина и опустила голову самого маленького тигра. Позади него приоткрылась металлическая панель с загнутым уголком.

«Они знали, где искать, и они знали, что им нужно принести что-то, чтобы открыть эту дверь, и именно это они и сделали», - сказала миссис Вайнс. «Даже не потрудился закрыть панель или снова повесить голову».

Чи осмотрел панель. Его устанавливали на тяжелые петли и закрывали замком, который выглядел дорого. Кто бы ни открыл ее, зажал между панелью и рамой что-то вроде лома и вырывался, пока замок не сломался. Дверь была толстой и на удивление тяжелой на петлях, но она не была достаточно прочной, чтобы выдержать нагрузку. Чи был слегка удивлен. Дверь выглядела сильнее, чем была на самом деле.

«Насколько большой была коробка?» - спросил Чи.

«Примерно размером с это пустое пространство», - сказала миссис Вайнс. «Б.Дж. сделал это. Перед ней была ручка кодового замка. Я хочу, чтобы вы нашли этих людей и сказали им, что если они не вернут его - и все, что в нем было - я прослежу, чтобы они за это попали в тюрьму ». Она подошла к двери и жестом показала Чи впереди себя. «Вы также можете сказать им, что Би Джей наложит на них заклинание, если он вернется домой и обнаружит, что эта коробка исчезла».

"Какая?" - сказал Чи.

Миссис Вайнс засмеялась. «Местные навахо думают, что он ведьма, - сказала она.

«У меня создалось впечатление, что он хорошо ладил с Дини», - сказал Чи.

"Это было давным-давно. Диллон Чарли умер, и на этом отношения с навахо закончились. В течение года или двух почти все, кто здесь работал, уволились. У нас уже много лет не было ни одного из ваших сотрудников на зарплате. Мария - акома. Большинство наемных работников - Лагуна или Акомас ».

"Что случилось?"

«Честно говоря, не знаю, - сказала миссис Вайнс. «Я уверен, что это было именно то, что сделал Би Джей, но Бог знает что. Я спросил Марию, и она сказала, что навахо думают, что Би Джей невезучий.

- И вы не сообщили об этом ограблении шерифу?

«Гордо Сена абсолютно ничего не сделает для нас»,

- сказала миссис Вайнс. «Б.Дж. однажды, много лет назад, его избили для переизбрания, и с тех пор он пытался это сделать пару раз. Сена не честный человек, и я не хочу, чтобы он вообще в этом участвовал ».

«Мне придется сообщить об этом», - сказал Чи. «Я должен ладить с шерифом. Мы работаем в одном направлении ".

«Давай, - сказала миссис Вайнс. «Если он кого-то пришлет, я скажу ему, что мы не подписываем жалобу и не предъявляем обвинений, и все это было ошибкой».

Чи снял с дивана шляпу. Было сыро. «Человек, которого вы хотите найти, - сын старого Диллона Чарли. Он принял церковь. Его зовут Эмерсон Чарли, и он живет где-то в окрестностях Грантса. Он часто приходил сюда после смерти отца и спорил с Би-Джей ».

"О чем?"

«Я думаю, он хотел все, что было в коробке, - сказала миссис Вайнс. «Я слышал, как он что-то говорил о том, что в этом заключена их удача. Что-то такое. Я помню, как старый Диллон говорил то же самое. Он смеялся над этим, но Эмерсон не смеялся ».

Чи задумчиво покрутил шляпу в руках.

«Еще два вопроса», - сказал он. «Откуда Эмерсон Чарли мог знать о сейфе?»

«Это легко, - сказала Розмари Вайнс. «Диллон знал об этом. Диллон часто бывал здесь с Би Джей. Я уверен, что Диллон рассказал об этом своему мальчику. В конце концов, Эмерсон собирался сохранить безумный культ Диллона. Какой еще вопрос? "

«Как умер Диллон Чарли?»

"Как?" Миссис Вайнс выглядела озадаченной. Потом она засмеялась. «О, - сказала она. «Я понимаю, о чем вы думаете. Ничего загадочного. Он умер от рака ». Она снова засмеялась. «Это причина того, что на надгробии написана странная строчка о том, что он хороший индеец. Он был болен и однажды вернулся из Альбукерке и сказал Б.Дж., что врач сказал ему, что его невозможно вылечить. Он сказал Би-Джей, что доктор сказал ему, что через пару месяцев он станет хорошим индейцем ». Розмарин Вайнс поморщился. «Смеяться над собственной смертью - это та странность, которая произвела на Би-Джея впечатление. Он положил ее на надгробие». Она вручила ему конверт.

«Мне придется поговорить об этом со своим офисом», - сказал Чи. «И подумай об этом. Я дам тебе знать через пару дней. Может, я верну это ».

«Ваше начальство одобрит, - сказала миссис Вайнс. «Я уже это проверял».

«Я позвоню тебе», - сказал Чи.

Старуха из Акомы открыла перед Чи входную дверь и прижала ее к порывам ветра. Он кивнул ей, шагая в темноту.

«Tenga cuidado», - сказала старуха.

Когда Чи запустил холодный двигатель, ему пришло в голову, что она не может говорить на навахо, а он не понимает ее кересанский язык, и что с ее стороны было бы логичнее сказать «будьте осторожны» на английском вместо испанского. которого он мог не понять. Затем ему пришло в голову, что, возможно, миссис Вайнс не говорит по-испански и что предупреждение может не иметь ничего общего с погодой.

3

К тому времени, как Чи осторожно спустился с горы в Грантс, шторм отошел на восток. Он оставил после себя воздушную массу, которая была безветренной, засушливой и при температуре двадцать градусов ниже нуля. Он также оставил полудюймовый слой снега, легкого и сухого, как перья. Чи объехал офисное здание графства Валенсия на случай, если из-за сложных дорожных условий департамент шерифа будет работать допоздна. Свет горел. Он заехал на стоянку.

За исключением востока, тучи исчезли, и ночное небо, очищенное от пыли, пылало звездным светом. Чи на мгновение постоял, наслаждаясь этим. Он выследил осенние созвездия - образования, которые поднялись с юга, когда земля наклонилась, чтобы закончить лето и начать сезон, когда спит гром. Чи знал их не по именам, которые дали им греки и римляне, а по имени своего деда. Теперь он выбрал Женщину-паука (которую римляне назвали Водолеем), низко на южном горизонте, и озорных Мальчиков из Синего Кремня, которых греки называли Плеядами, прямо над чернотой бури на фоне северо-восточного неба. Почти над головой находился Рожденный Воды, философ-философ Героев-Близнецов. Через его правое плечо в окружении звезд меньшей величины парила Голубая цапля. Согласно мифу о происхождении, рассказанному в клане Чи, это была цапля, которую Первый человек отправил обратно в затопленный подземный мир, чтобы спасти забытый колдовской сверток и тем самым принести зло в поверхностный мир. Чи почувствовал, как холод просачивается из-под воротника и сквозь штанины. Он поспешил в тепло уездного здания.

На третьей двери в коридоре была надпись ЛОУРЕНС СЕНА, ШЕРИФ. ГРАФ ВАЛЕНСИЯ. ВОЙТИ. Чи слышал, что заглавная буква «ЗАКОН» представляет собой попытку Сены заменить «Гордо» на менее оскорбительное прозвище. Это не сработало. Чи повернул дверную ручку, надеясь, что Сена оставила помощника, отвечающего за сверхурочную работу. Он встречался с шерифом только однажды, сделав визит вежливости после его перевода в Краунпойнт. У Сены я

производил на него впечатление жесткого, умного и резкого - как миссис Вайнс, вышла за рамки необходимости тактичности благодаря доступу к власти: «Возможно, это было результатом слишком большого количества денег, - подумал Чи. Уран. Вайнс нашел его и продал свои права аренды за состояние и долю в огромном карьере под названием Red Deuce. Удачей семьи Сена стал несчастный случай, когда они поцарапали пропитание на ветхом ранчо, где радиоактивная руда оказалась в двадцати футах ниже корней кактуса. «Ах, ну, - подумал Чи, - такой богатый человек будет дома в такую ночь».

Шериф Сена стоял в застекленной кабине, изолирующей радиста отделения от внешнего мира. Он слушал, как женщина средних лет в наушниках спорила с кем-то о том, чтобы послать куда-нибудь вредителя. Прошло немало времени, прежде чем он заметил Чи.

«Ага, - сказал он. «Что я могу сделать для вас, сержант?»

«Я хочу сообщить о краже со взломом», - сказал Чи.

Шериф Сена заметил самую легкую форму удивления, приподняв свои тяжелые черные брови на долю миллиметра. Его черные глаза остановились на лице Чи, мягкие и нейтральные, в ожидании объяснения.

«Кто-то проник в дом Би Джей Вайнса и украл его сейф, - сказал Чи. «Ничего особо ценного. Просто сувениры.

Взгляд Сены был настороженным. - Ну, - наконец сказал он. "Это интересно." Он прошел мимо Чи из кабинки. «Заходи к моему столу, я принесу карандаш».

Кабинет шерифа был даже меньше, чем радиокабина, - едва вместил письменный стол с вращающимся стулом с одной стороны и деревянным кухонным стулом с другой.

Сена втянулся в вертлюг и посмотрел на Чи. «Я думаю, Вайнс сломал его телефон», - сказал Сена. «Вот почему он сам не сообщил об этом?»

«Вайнс уехал», - сказал Чи. «Его жена сказала мне, что не сообщала об этом, потому что не видела, как полиция может решить эту проблему».

Сена выдвинула верхний ящик стола и достала карандаш и блокнот. «Не удалось решить», - сказал он. «Она говорит, почему?»

«Нечего делать, - сказал Чи.

«Присаживайтесь», - сказала Сена, указывая на стул. Годы и погода изобразили круглое лицо Сены тысячей выразительных линий. Они выразили скептицизм.

"Она ничего не говорила о том, что старый Би Джей не нужен мне?"

Чи улыбнулся. «Я думаю, она упомянула что-то о том, что вы двое недружелюбны. Я не помню, как она это выразила ».

«Как так получилось, что она рассказала тебе об ограблении? Вы друг Виноградов?

«Она хочет нанять меня, чтобы я вернул коробку», - сказал Чи.

«О, - сказала Сена. Брови снова поднялись, спрашивая почему.

«Она думает, что это сделал индеец. Навахо. Что это как-то связано с религией или колдовством. Что-то такое."

Сена задумался. «Только сейф, верно? Больше ничего не пропало? "

"Это то, что она мне сказала".

«Скорее всего, кто-то решил, что он хранит в нем свои деньги», - сказал Сена.

«Наверное, - сказал Чи.

«Но она не думает, что это так просто», - сказала Сена. Это было утверждение, а не вопрос, и Чи на него не ответил.

Он смотрел на фотографию в рамке на стене позади шерифа. Это была сцена катастрофы: искореженные стальные обломки на переднем плане, сгоревший грузовик на боку, двое мужчин в форме цвета хаки, смотрящие на что-то за пределами кадра, полицейская машина и скорая помощь 1950 года выпуска. Видимо, место взрыва. На маленькой белой карточке, прикрепленной в углу рамки, было шесть напечатанных имен - все, очевидно, навахо. Возможно, жертвы. Изображение было зернистым, черно-белым, стекло и карта были пыльными. Сена вставил ластик для карандашей в зубы, откинулся на спинку кресла и уставился на Чи. Шериф шевельнул челюстью, и карандаш медленно покачивал вверх и вниз, антенна пыталась найти логику. Сена удалила его. "Что еще она сказала?"

Чи описал тайник для коробки и то, как ее открыли. «Больше ничего не пропало, - сказал он. «В доме много ценных вещей - прямо на виду. Серебряный. Коврики. Картины. Стоит больших денег ».

«Я так себе представляю, - сказала Сена. «У Vines больше денег, чем у Саудовской Аравии. Что она сказала о религии? "

Чи рассказал ему, кратко обрисовав рассказ миссис Вайнс об интересе ее мужа к церкви Диллона Чарли, ее предположении, что что-то в коробке было важно для культа, и что только Чарли знал, где хранится коробка.

«Диллон Чарли давно мертв, - сказала Сена.

"Г-жа. Вайнс сказал, что у него есть сын. Она подумала, что он рассказал об этом своему сыну много лет назад, и сын решил прийти и забрать ее ».

Сена сидела неподвижно, изучая Чи. "Это то, что она думала?"

«Вот что она мне сказала».

«Сына зовут Эмерсон Чарли, - сказал Сена. "Этот звонок?"

«Слабо», - сказал Чи. «Но я не могу его разместить».

«Помните то убийство, которое они устроили в Альбукерке в августе? Кто-то заложил бомбу в пикап, и она убила пару человек в эвакуаторе, пытаясь утащить пикап. Это был пикап Эмерсона Чарли ».

Чи вспомнил, что читал

об этом. Это был загадочный случай. «Я это помню, - сказал Чи. «Понимаю, они думают, что бомба предназначалась для одного из самых больших выстрелов в больнице. Урегулирование развода, спор или что-то в этом роде, насколько я слышал.

«Похоже, так думает полиция Альбукерке», - сказал Сена. Его тон был скептическим.

- Как бы то ни было, миссис Вайнс считает, что коробку достал Эмерсон. Она хочет, чтобы я получил это от него ".

«Эмерсон не получил коробку, - сказал Сена. Он снова вставил карандаш и пожевал его. Его глаза были прикованы к Чи, но его внимание было далеко. Он вздохнул, покачал головой, почесал левую бакенбарду толстым указательным пальцем. «Эмерсон в больнице, - сказала Сена. «BCMC в Альбукерке. Если он не мертв, конечно. Последнее, что я слышал, он был в плохой форме ».

«Я думал, что он не пострадал, - сказал Чи.

«Он уже был ранен», - сказал Сена. «Он отправился в больницу, чтобы проверить, в том же центре исследования и лечения рака при университете. Сукин сын умирает от рака ». Он снова сосредоточился на Чи и издал иронический смех. «АПД и ФБР между ними не могли понять, почему кто-то взорвал навахо, когда он уже умирает».

"Ты можешь?" - спросил Чи.

Карандаш покачивался вверх-вниз, вверх-вниз. «Нет, - сказала Сена, - не могу. Ничего. Миссис Вайнс говорила вам что-нибудь о людях, которых они называли Людьми тьмы?

Сена сделал вопрос небрежным.

«Она упомянула об этом», - сказал Чи.

"Что она сказала?" Голос шерифа, несмотря на его усилия, был напряженным.

«Немного, - сказал Чи. Он повторил то, что Розмари Вайнс рассказала ему об интересе ее мужа к церкви Диллона Чарли, о том, как он жертвует деньгами, помогает прихожанам, когда их арестовывают, и дает Чарли что-нибудь «счастливое» из коробки - возможно, талисман, предположил Чи.

На полпути Сена подавила зевок. Но его глаза не были сонными. «Как она сама сказала, все было довольно расплывчато», - заключил Чи.

Сена снова зевнула. «Хорошо, я пришлю кого-нибудь завтра или около того и получу все подробности. Нет смысла тратить время зря ». Сена осмотрела верхушку карандаша. "Вы не думали, что взяться за эту работу, не так ли?"

«На самом деле еще не решил», - сказал Чи. "Возможно нет."

«Это было бы лучше всего», - сказала Сена. «Это было похоже на то, как я говорил вам в тот день, когда вы впервые пришли сюда и представились - в ту первую неделю вы заменили старого Генри Беченти. Как я вам тогда говорил, эта юрисдикция может стать настоящей проблемой, если вы не будете осторожны с ней ».

«Думаю, да», - сказал Чи. Насколько он помнил, во время той короткой встречи юрисдикция не обсуждалась. Он был уверен, что этого не было.

«Не знаю, занимались ли вы когда-нибудь здесь, в шахматной резервации, - сказал Сена. «Вы едете, и в одну минуту вы находитесь в резервации навахо, а в следующую минуту вы находитесь в юрисдикции графства Валенсия, и обычно в Божьем мире нет возможности увидеть разницу. Это может быть настоящей проблемой ».

«Держу пари, - сказал Чи. Полиция навахо жила с проблемами юрисдикции. Даже в Большой резервации, которая простиралась больше, чем вся Новая Англия, за пределами Нью-Мексико, Аризоны и Юты, юрисдикция всегда была под вопросом. Серьезное преступление привлекло ФБР. Если подозреваемый не был навахо, возникали другие вопросы. Либо преступление может быть совершено на территории полиции штата Нью-Мексико, Юты или дорожного патруля Аризоны, либо с участием отдела правопорядка Бюро по делам индейцев. Или даже констебль хопи, или полиция племени Южного Юта, или офицер племени хикарилла апачей, или любой из дюжины шерифов графств трех штатов. Но здесь, на юго-западной окраине резервации, шахматная доска усложнила проблему. В 1880-х годах правительство выделило каждую вторую квадратную милю на полосе шириной шестьдесят миль Атлантической и Тихоокеанской железной дороге, чтобы субсидировать продление своей магистрали на запад. A amp; P стал Санта-Фе несколько поколений назад, и нация навахо постепенно выкупила часть этой разграбленной части своей Динеты, своей родины, но во многих местах эта шахматная форма собственности сохранилась.

- По правде говоря, у нас с Беченти возникли проблемы, когда он впервые захватил станцию Краунпойнт. Совет Племени только что принял закон, запрещающий пейот, и начали подавлять церковь. Ты достаточно взрослый, чтобы помнить это?

«Я знал об этом», - сказал Чи.

«Старый Генри очень этим увлекся, - сказал Сена. «Он так заинтересовался ловлей пейотхедов, что забыл, где находится граница резервации, и перебрался на мою территорию. Так что я приказал своим мальчикам арестовать некоторых из его мальчиков, и то, и другое, и, наконец, мы собрались здесь и выработали способ не вмешиваться в дела друг друга ». Сена пристально смотрел на лицо Чи, чтобы убедиться, что он понял урок.

«Я думаю, соблюдение запрета на пейот было делом лейтенанта Беченти, - сказал Чи.

«Обычно, - сказала Сена, - да. Однако на этот раз мы расследовали другое преступление, и Генри нас испортил ». Сена стер несогласие взмахом руки. «Дело в том, что мы научились координировать действия. Как будто я позвонил Генри, когда подошел какой-то навахо и узнал, где он на этом был. И Генри звонил мне, когда у него было что-то, что выходило за рамки шахматной доски, и спрашивал, не были ли мы обидчивы по этому поводу. А если бы мы были обидчивы, он бы остался в резервации и оставил бы это в покое.

Сена положил карандаш в зубы и откинулся на спинку стула. Карандаш указал прямо на нос Чи. Глаза Сены спросили Чи, получил ли он предупреждение.

«Звучит разумно», - сказал Чи.

«Ага, - сказала Сена. "Это разумно". Он отодвинул вращающееся кресло и выбрался из него. «Был долгий день», - сказал он. «Достань немного снега, и проклятые техасцы, проезжающие с 1 по 40, никогда его раньше не видели, и мы заставили их съехать с дороги на всем пути от Гэллапа до Альбукерке». Сена обошла стол, проворная для такого крупного человека, показывая Чи.

«Я думаю, вы поступили разумно, решив не соглашаться на эту работу», - сказал он. - Мы просто сами раскроем это маленькое ограбление для миссис Вайнс. Просто покажи ей, как это сделать. Она что-нибудь говорит о Диллоне Чарли? Вообще ничего?"

Чи снова показалось, что вопрос был намеренно случайным.

«Именно то, что я тебе сказал», - сказал Чи.

- Знаешь, там похоронили старого Диллона Чарли. Прямо у дома. Мне это всегда казалось ужасно смешным ».

Чи ничего не сказал. Рука Сены схватила его за руку.

«Она что-нибудь говорит о том, почему они это сделали?»

«Нет, - сказал Чи, - все, что она сказала, это что-то о том, что старик пошутил, когда доктор сказал ему, что он умирает».

«Насчет кражи со взломом. Думаешь, она рассказывала все, что знала?

«Обычно люди этого не делают, - сказал Чи.

Сена задумчиво посмотрела на него. «Да», - сказал он. «Это всегда было моим опытом». Он отпустил Чи за локоть. «А теперь будь осторожен», - сказал он.

4

ДЖИММИ ЧИ сидел, подперев каблуками край корзины для мусора, сцепив пальцы за головой и глядя на офицера Трикси Додж. Офицер Додж, как она уже сказала ему, пытался выполнить некоторую работу.

«Давай, Трикси, - сказал Чи. "Подумай об этом. Что может быть в коробке? Почему старушке Вайнс так не терпится вернуть его? Почему старый Гордо Сена так обеспокоен этим?

Офицер Додж разбирал юридические документы, лежавшие в ее ящике, и складывал их в картонную папку. Документы должны были быть доставлены сегодня утром в офис Бюро по делам индейцев в Гэллапе. Офицер Додж опаздывал. «Откуда мне знать?» - сказала Трикси.

«И вы никогда не слышали о том, что называется Людьми тьмы?»

«Нет, - сказала Трикси. «Я слышал о родинках. Я слышал о церкви пейот. На самом деле, у меня есть двоюродный брат, который этим занимается. Офицер Додж положил последние бумаги в папку и направился к двери. «И я слышал о людях с родинками, но никогда не слышал о людях, которые называют себя родинками».

«Может быть, это как-то связано с амулетом или фетишем - что-то в этом роде», - сказал Чи.

"Крота?" Голос офицера Доджа был недоверчивым. «Какой навахо будет использовать крот в качестве амулета?» Офицер Додж отправился в Гэллап, не дождавшись ответа.

Какой навахо будет использовать крот в качестве амулета? Это был вполне справедливый вопрос. Чи сидел, поставив ноги на корзину для мусора, заложив руки за голову, и думал об этом. Вероятно, это не будет традиционный, старомодный навахо, за исключением необычных обстоятельств. Скорее всего, один из тех восточных навахо, кланы которых смешали в свою культуру больше индийского ритуализма пуэбло и христианства. Навахо использовали изображения хищных Святых Людей для своих амулетов. Крот был хищником в мифологии навахо, но он был гораздо менее могущественным и менее популярным, чем его более очаровательные кузены - медведь, барсук, орел, горный лев и так далее. В мешочке с лекарствами Чи, подвешенном к ремешкам внутри его брюк, была фигура барсука. Оно было размером с большой палец Чи и вырезано из мыльного камня, подаренного его отцом. В

Виды перевода

Перевод текстов

Исходный текст

5000 / 5000

Результаты перевода

В мифологии Медленно Говорящего Дини Хостин Бэджер был грозной фигурой. Хостин Моул сыграл тривиальную роль. Зачем нужна родинка? Он был хищником нижнего надира, одного из шести священных направлений. Он был символом темного подполья, с доступом к тем странным темным подповерхностным мирам, через которые Дини поднимались в своей эволюции к человеческому статусу. Но по сравнению с медведем, орлом или даже рогатой лягушкой у него было мало силы и никакого видного положения в церемониях. Зачем ковырять крота? Единственное объяснение, которое мог придумать Чи, было очевидным. Нефтяная скважина пробурена в направлении надира, во владение крота.

Чи разблокировал руки и поставил ноги прямо на пол под столом. Он должен закончить несколько отчетов. Но на полпути к первой он поймал себя на мысли о нервной Розмари Вайнс, предлагающей три тысячи долларов за коробку сувениров, и о напряженных, пытливых вопросах Гордо Сены. Высокомерная женщина полагала, что его можно купить, а деспотичный мужчина полагал, что его можно обмануть. Что сделало это маленькое ограбление таким важным для них?

Чи взял телефонную книгу Альбукерке. Он нашел номер и позвонил в Медицинский центр округа Берналилло. Двумя переводами позже он разговаривал с медсестрой в Центре исследования и лечения рака.

«Мне очень жаль, - сказала она. «К пациенту нельзя принимать посетителей».

«Мы расследуем преступление», - сказал Чи. "Г-н. Чарли - единственный, кто может предоставить нам необходимую информацию. Это будет два или три быстрых вопроса ».

"Г-н. Чарли не в сознании, - сказала она. «Он под седативным действием. Он в очень критическом состоянии.

«Это займет всего несколько секунд. Я мог бы подойти и подождать, пока он придет в сознание, - сказал Чи.

«Боюсь, что этого не произойдет», - сказала медсестра. «Он умирает».

Чи подумал об этом. Это сделало вопрос, который он собирался задать, казался абсурдным.

«Может ли больница подтвердить, что Эмерсон, Чарли, не выписывались из больницы в прошлый вторник?»

«Мы можем подтвердить, что мистер Чарли не выходил из комнаты в течение месяца. Его кормят внутривенно. Он слишком слаб, чтобы двинуться с места. Тон был неодобрительным.

«Ну, тогда, - сказал Чи, - мне понадобится имя его ближайшего родственника».

Он получил его в архиве и записал в блокнот. Томаш Чарли, Сельский маршрут 2, Грантс. Нет телефона. Сын, внук Диллона Чарли. Что Томаш мог знать о том, что произошло во время его рождения? Наверное, немного. Возможно, ничего.

Тогда кто бы мог знать?

По крайней мере, на один вопрос, на который Чи мог найти ответ. Что послужило причиной разногласий между шерифом Сена и Генри Беченти? Он найдет Беченти и спросит его. А потом Чи решал, заберет ли он три тысячи долларов миссис Вайнс.

5

«Некоторые из них легко запомнить, - сказал Генри Беченти. «Трудно не делать этого. Шесть человек убиты. Но черт возьми. Это было еще в 47-м или 48-м. Это было давно ».

«Я просто помню, как слышал, как кто-то говорил об этом», - сказал Чи. «Но это было задолго до меня»

«Это была небольшая независимая группа, - вспоминал Беченти. «Пытались провести бурение там, к северо-востоку от горы Тейлор, и там произошел взрыв, уничтоживший всю команду. Вот так у нас с Гордо были проблемы друг с другом.

«Просто несчастный случай?»

«Ага», - сказал Беченти. «Вы что-нибудь знаете о бурении нефтяных скважин? Ну, это была сухая яма. Масла нет. Так что они собирались его снимать. Проколите обсадную колонну ». Беченти взглянул на Чи, чтобы узнать, понял ли он. «Они опускают тюбик нитроглицерина в колодец до уровня, на котором он выглядит лучше всего, и стреляют. Идея состоит в том, чтобы разбить камни там и заставить нефть течь в скважину. Так или иначе, на этот раз нитро сработало на полу установки. Уничтожил всех. Маленькие кусочки разбросаны повсюду.

На лице Беченти появилось выражение отвращения. Он покачал головой, стряхивая яркость воспоминаний. Они сидели на каменной полке, выступавшей на склоне над домом Генри Беченти. Они были там, потому что приезд Чи совпал с визитом свекрови Беченти к жене Беченти. «Изменяющаяся женщина» учила первоначальные кланы навахо, что, хотя жених должен присоединиться к семье своей невесты, свекровь и зять должны скрупулезно избегать любых контактов. За сорок лет Старуха Нез и Генри Беченти ни разу не нарушили этого табу. Беченти построил свой дом у родственников мужа, но вдали от хогана родителей своей невесты. Когда старуха Нез пришла позвонить, Беченти договорился о том, чтобы быть в другом месте. Этот высокий горный хребет, выходивший на огромную долину Амброзийских озер, был излюбленным местом отдыха.

«Если это был несчастный случай, что беспокоило Сену?» - спросил Чи.

«Старший брат Сены был одним из них, - сказал Беченти. «Он был одним из бурильщиков. Я думаю, он был тем, что они называют «толкателем инструментов». И Сена от этого сошел с ума ».

Беченти вытряхнул сигарету из пачки, протянул ее Чи, затем выбрал себе сигарету и ударил ее.

Он сидел и курил, глядя на гору Тейлор в тридцати милях к востоку. Солнце скрылось за горизонтом, но вершина горы, возвышавшаяся на милю над дном долины, все еще отражала прямой свет. Цодзил, навахо называли его Бирюзовой горой. Это была одна из четырех священных вершин, которые Первый Человек построил для охраны Динеты. Он построил его на синем одеяле земли, принесенном из подземного мира, и украсил его бирюзой и синим кремнем. А затем он прижал его к земле с помощью волшебного ножа и поручил Бирюзовой девушке жить там, а Большому Змею - охранять ее до конца Четвертого мира. Теперь оказалось, что волшебный нож соскользнул. Священная гора словно парила в небе, отрезанная от твердой земли земной дымкой.

«Прекрасно, - подумал Чи. А на другой стороне горы находился дом Б. Дж. Вайнса, жена которого решила, что кража шкатулки для подарков была очень, очень важной и, вероятно, была связана с колдовством или чем-то вроде этого. Дым от сигареты Беченти достиг ноздрей Чи.

«Первые пару дней мы думали, что убили двенадцать человек», - сказал Беченти. «Не могу сказать. Сейчас там много людей, но тогда на много миль никого не было. Единственные, кого мы смогли найти и которые слышали взрыв, находились очень далеко. Они не пошли посмотреть на это. Иногда команда оставалась на буровой по нескольку дней, так что до выходных никому не приходилось думать об этом. Кто-то занервничал. Гордо тогда был заместителем. Он пошел посмотреть на это ».

Беченти вдохнул сигарету и медленно выдохнул. Дым создавал очертания в неподвижном воздухе. Если смотреть в профиль, его лицо не имеет возраста. Но его глаза потратили более сорока лет на пьяных, на ножевых бойцов, на жертв, на то, что произошло, когда пикапы врезались в водопропускные трубы в восемьдесят лет. Это были старые глаза.

«Я думаю, что взрыв был в пятницу. Гордо уехал в понедельник. Там были птицы и койоты. Убирать обрывки и куски ». Он взглянул на Чи, чтобы убедиться, что понимает смысл. «В любом случае, как я уже сказал, его брат работал там. Гордо не мог его найти. Или не мог найти достаточно, чтобы узнать, был ли это его брат или нет. А потом один из людей, которых мы считали убитыми, появился в Гранте. Оказалось, что там работала бригада из шести разбойников, и все они были убиты, и все они живы ».

Старые глаза Беченти отвернулись от горы и встретились взглядом с Чи. «Их предупредили, чтобы они не ходили на работу», - сказал он.

«Это был несчастный случай, - медленно сказал Чи. «Кто знал, что это должно произойти?»

«Их бригадиром был вождь пейотов. Накануне вечером у него были службы, и у него было видение, - сказал Беченти. «Бог говорил с ним, и Бог сказал ему, что у колодца должно произойти что-то плохое».

«И он предупредил свою команду?»

«Верно», - сказал Беченти. «И когда Сена узнал об этом, он чуть не сошел с ума. Сена не верила в видения. Он подумал, что это какой-то забавный бизнес, и кто-то убил его брата ».

«Трудно его винить, - сказал Чи.

- Как бы то ни было, Сена заперла троих членов экипажа в Грантсе и искала вождя пейотов. Я тоже был - за незаконное употребление наркотика в резервации. Один из наших людей нашел его первым, и мы взяли его под стражу, когда приехал заместитель шерифа, чтобы арестовать его ». Морщинистое лицо Беченти расплылось в ухмылке. «Проклятый большой спор о том, кто его собирался достать. Будь то земля резервации или юрисдикция графства, где он жил и где находилась нефтяная скважина. Похоже, у нас там какое-то время будет еще одна война с Индией. Но колодец находился не на земле навахо, поэтому я отдал его Сене.

Беченти затянул клуб сигаретного дыма, выдохнул и посмотрел на гору. Его склоны теперь стали розовыми от заката. Чи ничего не сказал. В моде навахо, когда Беченти знал, что он хотел сказать дальше, он говорил это. Не было причин торопиться.

«Из этого ничего не вышло», - сказал Беченти. «Не в том, что касается Сены. Проповедник пейот придерживался своей истории, и в мире не было никаких оснований полагать, что кто-то намеренно взорвал этих людей, и в конце концов Сена освободил его. Но что-то из этого вышло для нас. Совет хотел, чтобы церковь пейот остановилась. Итак, мы пытались арестовать любого, у кого был пейот. Но ходили слухи о проповеднике, спасающем эти жизни, и община продолжала расти ».

«И вы продолжали их арестовывать?»

«Пытаюсь», - сказал Беченти. «Они продолжали перемещать службы. Сначала одно место, потом другое. Вроде ушли в подполье. Беченти снова засмеялся. «Получил настоящий секрет. Вожди стали носить амулеты кротов и назвали себя Людьми Тьмы ». Беченти использовал то же слово навахо, которое запомнила миссис Вайнс.

- Вождем пейотов был навахо по имени Диллон Чарли?

«Верно», - сказал Беченти. «Он был вождем пейотов. Он был тем, у кого было видение ».

«Было ли у Б. Дж. Вайнса что-нибудь

о с той нефтяной скважиной?

«Нет», - сказал Беченти. «Он не приехал в эту страну, пока все это не произошло». Беченти ударил кулаком по ладони. «Ей-богу, - сказал он. «Вайнс и Чарли соединились позже. Чарли работал на него. После этого взрыва Сена возненавидела Чарли, и вскоре Сена тоже возненавидела Вайнса. Он взглянул на Чи. "Что вы знаете о Vines?"

«Именно то, что я слышал», - сказал Чи. «Пришел сюда бедный мальчик в самом начале открытия урана. Сделал крупную находку урана на Секции 17 и продал свои права аренды Анаконде за десять миллионов долларов и процентную ставку на руду, и теперь он становится немного богаче каждый раз, когда они выезжают на грузовике с рудой из шахты Ред Дьюс. У меня больше денег, чем у правительства США, охотник на крупную дичь, летает на самолете и так далее ».

«Вот и все, - сказал Беченти. «За исключением того, что вначале у него и Сены были проблемы. Сена к тому времени был шерифом, а Вайнс натолкнулся на него с англоязычными и потратил кучу денег, и будь он проклят, если он не победит Сену. А через два года Сена вернулся и победил англоязычных игроков. С тех пор Сена был шерифом Валенсии и никогда не простил Вайнса.

«Как Чарли попал в Vines?» - спросил Чи.

"Политика. Он начал работать с Вайнсом против Сены, получив голоса навахо, а также Лагуна и Акома. Наверное, на зарплату Вайнса. Позже он работал там, на ранчо Вайнса. Умер много лет назад.

«Что случилось с Людьми тьмы?»

«Я не слышал о них много лет, - сказал Беченти. «Но церковь все еще действует. Вы помните, суд постановил, что пейот был причастием, и они имели право подсыпать себя им. Сын Чарли - я думаю, его звали Эмерсон - он был проповедником после смерти Диллона. А мальчик Эмерсона, он вождь пейотов после того, как Эмерсон заболел.

"Томас Чарли?"

Беченти кивнул. «Он сумасшедший сукин сын», - сказал Беченти. «Все они, Чарли, были сумасшедшими, а этот младший - хуже всех. Его мать - Лагуна. Судя по тому, что я слышал, он является членом одного из сообществ кива Лагуна, и он является вождем пейот в местной церкви коренных американцев, и помимо всего этого он кое-что лечит для людей ».

"Как это случилось?" - спросил Чи.

«Один из дядей мальчика по отцовской линии - ятаали», - сказал Беченти. «Довольно добрый старик. Он обучал Томаса Пути Благословения, и ребенок делает это время от времени. Но большинство людей предпочли бы кого-нибудь другого ».

"Почему ты говоришь, что он сумасшедший?"

Беченти засмеялся и пожал плечами. «Слишком много прожевал пейот-пуговицы», - сказал он. «Его мозги свернулись. Видит видения. Думает, что разговаривает с Богом. Глупый маленький ублюдок. Беченти остановился в поисках иллюстрации. «Он пришел в офис в прошлом году и сказал, что Иисус сказал ему, что будет ужасная засуха, и мы должны предупредить всех, чтобы они запасались едой. Этой осенью он рассказывал нам, что его папа заболела какая-то ведьма. Его папа, это Эмерсон Чарли.

«Ну, чертовски сухо, - сказал Чи, - а его папа умирает».

«Всегда сухо, - сказал Беченти. «А у его папы рак. Вот что я слышал. Я не знала, что он умирает. Беченти подумал об этом. «Во всяком случае, он не был колдуньями. Я думаю, что в этой семье рак, как безумие. Думаю, от этого и умер дедушка.

«Диллон Чарли? Да уж. Так сказала миссис Вайнс.

Беченти выглядел обеспокоенным. Он был достаточно взрослым, чтобы традиции народа глубоко укоренились, и одна из традиций заключалась в том, чтобы не произносить имя мертвого. Призрак может подслушать и вызвать говорящего.

- Вы знали, что Вайнс похоронил Диллона Чарли в своем доме? - спросил Чи.

«Я слышал это», - сказал Беченти. «У белых мужчин определенно есть странные обычаи».

«Особенно их похоронные обычаи», - подумал Чи. Он провел годы среди белых, сначала в школе-интернате, затем в Университете Нью-Мексико, чтобы получить степень в области антропологии, но он все еще не мог понять, как белые относятся к трупу.

«Ты хоть представляешь, почему Вайнс захочет похоронить Диллона Чарли?» - спросил Чи.

Беченти скривился. "Конечно нет."

«Это Томас Чарли», - сказал Чи. «Вы сказали, что он сошел с ума. Будет ли он достаточно сумасшедшим, чтобы проникнуть в дом Вайнса и украсть сейф с подарками на память?

Беченти вынул сигарету изо рта и посмотрел на Чи. «Что-то подобное случилось?» он спросил. «Почему он хотел украсть что-то подобное? Вайнс и его женщина - большие охотники. Я понимаю, что любой из них так же скоро кого-нибудь застрелит, как нет.

«Я слышал, что дед Томаса думал, что Вайнс хранит удачу Людей тьмы в этой коробке», - сказал Чи. «Может быть, Томаш слышал об этом».

Беченти кивнул. "Тогда ладно. Я бы сказал да. Этот ребенок был бы достаточно сумасшедшим, чтобы ворваться и украсть себе удачу ».

6

На следующее утро ШИП на его столе содержал три розовых бланка «Пока тебя не было». Один сказал ему позвонить капитану Лиафорну на подстанцию Чинл. Два других, один остался со вчерашнего дня, а другой получил незадолго до того, как он приступил к работе, велели ему позвонить Б. Дж. Вайнсу. Он отложил их в сторону и позвонил на станцию Чинлэ. Бизнес Липхорна включал идентификацию навахо среднего возраста, погибшего в результате дорожно-транспортного происшествия с пешеходом. Капитан хотел, чтобы он послал кого-нибудь в Торо, чтобы проверить там семью. Чи добавил его к послеобеденному заданию офицера Доджа. Затем он взял бланки «Позвони Б. Дж. Вайнсу», откинулся на спинку стула и стал их рассматривать. Оба были подписаны "Т.Д." Трикси Додж сидела за своим столом через комнату. Он взглянул на нее. Этим утром она выглядела мрачной. Он подозревал, что Трикси следовало написать «Позвони миссис Б. Дж. Вайнс». Виноградные лозы не вернутся еще несколько недель.

«Привет, Трикси, - сказал он. «Вы положили здесь" Call Vines ". Разве звонок не от миссис Вайнс?

Трикси не подняла глаз. «Вайнс», - сказала она.

"Г-н. Вайнс? Чи настаивал.

«Это был мужчина. Он сказал, что его зовут Б. Дж. Вайнс. Он попросил вас, а затем попросил вас позвонить ему по этому номеру ». Голос Трикси был терпеливым.

Чи набрал номер. Один раз зазвонил.

"Да." Голос был мужской.

«Это Джим Чи из племенной полиции навахо. У меня есть записка, чтобы позвонить Б. Дж. Вайнсу.

«О, хорошо, - сказал голос. «Я Вайнс. Я хотел бы поговорить с вами о нашей маленькой краже. Не могли бы вы выйти? »

"Когда?"

«Что ж, - сказал голос, - чем раньше, тем лучше. Насколько я понимаю, моя жена говорила с вами об этом и… - голос прервался и прервал нервный смех. «Что ж, есть некоторые недоразумения, которые необходимо прояснить». Теперь тон звучал иронично. «Обычно бывает, когда вмешивается Розмари».

«Хорошо, - сказал Чи. «Я буду там после обеда».

«Хорошо», - сказал Вайнс. "Благодаря."

Чи пометил задание Торо в листе заданий Доджа. Это было в его пути. Он сам справится.

7

Женщина-пуэбло ответила на звонок в дверь и провела Чи в комнату с хищниками без всяких признаков того, что она когда-либо видела его раньше. Теперь за столом со стеклянной столешницей стоял человек - невысокий человечек с круглым лицом, округлившимся из-за большого куста железно-серой бороды, окружавшего его. Мужчина поднялся на ноги. «Бен Вайнс», - сказал он, протягивая небольшую жесткую руку. "Присаживайся." Чи сел. Как и Вайнс. В комнате стало светлее, чем когда он видел ее с миссис Вайнс. Осенний солнечный свет проникал внутрь, отражаясь от стеклянных глазных яблок и зубов кошачьей слоновой кости. Солнечный свет сделал комнату менее враждебной. Львица над левым плечом Вайнса, казалось, улыбалась. Как и Вайнс.

«Насколько я понимаю, моя жена сказала вам, что у нас было ограбление, и она наняла вас для раскрытия преступления», - сказал Вайнс.

«Она спросила меня, - сказал Чи.

«Это смущает», - сказал Вайнс. То, что Чи мог видеть в его лице через обрамление волос, не выглядело смущенным. Его настороженные черные глаза изучали Чи. «У меня такое чувство, что на самом деле преступление не подлежит раскрытию».

"Нет?"

«Нет», - сказал Вайнс. Он посмеялся. «Моя жена временами бывает не очень предсказуемой женщиной. Она очень нервная женщина. Иногда все путается ».

«Если кто-то взломает ваш стенной сейф, это может заставить вас нервничать», - сказал Чи.

«Насколько вы нервничаете, зависит от того, кто в это ворвался, - сказал Вайнс. Он переместился, посмотрел в окно, а затем снова на Чи. «Вы знаете, где находится сейф?»

«Это за головой», - сказал Чи, кивая соответствующей кошке.

Вайнс снова поднялся на ноги и с трудом прижался к стене. Он осторожно балансировал и снял прикрепленную к нему головку с крючка, бросив ее на ковер. Дверь сейфа открылась на хорошо смазанных петлях. Пространство за ним было сырым и пустым. Вайнс задумчиво посмотрел на него. Он достал из бокового кармана пиджака пачку сигарет, вытряхнул одну и закурил. У его ног голова кота ласково улыбнулась потолку.

«Когда мы поженились, мы с Розмари были немолодыми, - сказал Вайнс. «Мы наслаждались собственной жизнью, и мы собирались и дальше быть частными лицами, а также мужем и женой. Мы сохранили наших старых друзей и наших старых друзей.

эмоции. Мы оба. Отдельно.

Вайнс разговаривал с сейфом. Теперь он оглянулся на Чи. Струйка табачного дыма потекла из его губ. Он пробивался сквозь его усы, как серый туман. Чи теперь мог видеть, что пострадала левая сторона лица Вайнса. Уголок его рта и мускулы вокруг левого глаза опустились. «Этот сейф работает с ключом и комбинацией. У Розмари нет ни одного из них. У меня в конюшне есть ящик для инструментов. В нем есть монтировка. Вайнс толкнул дверь сейфа. «Вы заметите, что этот стенной сейф похож на многие стенные сейфы. У него ограниченное назначение, и он не похож на банковское хранилище. Он не предназначен для большего, чем просто замедление взлома сейфов. Вы можете взять монтировку и воткнуть ее в дверную фурнитуру, и это даст вам достаточно рычага, чтобы запереть замок. Взглянуть."

Чи посмотрел. Он заметил, как он заметил в первый раз, когда осмотрел его, что дверь сейфа, похоже, была взломана. Все, что было использовано, оставило следы, а дверь была слегка изогнута. И снова это показалось странным. Дверь была тяжелой. Если только это не был плохой металл, потребовалась бы огромная сила, чтобы согнуть его даже с помощью рычага разрушающего стержня. Чи искал товарный знак, но не нашел.

«Я думаю, тебе стоит вернуть свои деньги за эту дверь», - сказал он.

Вайнс засмеялся. «Боюсь, что гарантия закончилась. На самом деле, я сам изготовил и установил сейф, и я думаю, они использовали не самый дорогой материал ».

«Кто это сделал для тебя?»

«Я не помню», - сказал Вайнс. «Какой-то наряд в Альбукерке. Я сделал это, когда построил это место, и это было тридцать лет назад ». Он толкнул дверь. «Я хотел сказать, что у Розмари нет ключа от стенного сейфа, но у нее есть ключ от шкафчика для инструментов. Монтировки не было. Я нашел это в ее шкафу.

«О, - сказал Чи.

Вайнс пожал плечами. Он скривился. «Поэтому я хочу извиниться за все это. И я хотел бы заплатить тебе за твои хлопоты. Он предъявил чек. «Вы совершили две поездки сюда. Было бы неплохо двести долларов?

Чи перевел взгляд с Вайнса на хитрую улыбку тигра. Он подумал о изогнутом металле двери и пустом пространстве за дверью, а также о том, что сказала ему миссис Вайнс. Среди прочего, она сказала ему, что Б. Дж. Вайнс находится в больнице. Но двести долларов было слишком много, чтобы их предлагать. Вайнс наблюдал за ним. По сути, Вайнс сказал ему, что преступление было семейным бизнесом, а значит, никаким преступлением и не касалось Чи. Задавать вопрос сейчас было бы неуместно.

- Коробка была у миссис Вайнс? - спросил Чи.

Вайнс задумался над этой дерзостью, не сводя мягких глаз с лица Чи. Он вздохнул. «Не знаю, - сказал он. «Может быть, она у нее была. Может, она избавилась от этого. Дело в том, что это не имеет значения. Думаю, она сказала вам, что в этом было немногое. Не было. Сувениры. Вещи, которые напомнили мне о прошлом. Ничего ценного. Даже для меня больше.

Вайнс протянул чек Чи, покачивая его пальцами.

«Насколько я понимаю, вы сообщили об этом шерифу», - сказал он. «Конечно, тебе придется это сделать. Старый Гордо вчера пришел спросить об этом. Интересно, как много вы ему рассказали.

- Именно то, что мне сказала миссис Вайнс.

Вайнс сделал три осторожных шага к Чи и положил чек в карман рубашки Чи.

«В этом нет необходимости», - сказал Чи. «Я даже не уверен, что это разрешено».

«Возьми, - сказал Вайнс. «Мы с Розмари почувствуем себя лучше. Если это противоречит политике, порвите это. Интересно, заметили ли вы, что наш шериф очень заинтересован в моем бизнесе? » Вайнс с трудом вернулся к своему креслу.

«Я заметил», - сказал Чи.

"Он задавал много вопросов?"

«Ага», - сказал Чи. Вайнс ждал большего. Постепенно он понял, что этого не произойдет.

«Гордо задавал мне много вопросов о Людях Тьмы, - сказал Вайнс. «У меня сложилось впечатление, что вы сказали ему, что Розмари думала, что один из мальчиков Чарли забрал коробку».

«Верно, - сказал Чи.

Вайнс снова ждал. Он вздохнул. «У меня было много проблем с Гордо Сеной, - сказал он. "Много лет назад. Я думал, с этим покончено. Вайнс затушил сигарету и подошел к окну. Мимо него Чи мог видеть простор восточного склона горы Тейлор. На этой высоте это была зона перехода от сосны пондероза к пихте, ели и осине. Земля под осиной была желтой от опавших листьев. Косые солнечные лучи создавали золотое сияние, немного похожее на огонь.

«Это было в начале 1950-х годов, - сказал Вайнс. «Я нашел то урановое месторождение, которое сейчас разрабатывает« Ред Дьюс », строил это место и нанял навахо по имени Диллон Чарли в качестве своего рода прораба, чтобы тот присматривал за всем. Я не знал этого, но Гордо имел отношение к Чарли и к кучке других индейцев в церкви, в которую работал старый Диллон. Вайнс оглянулся на Чи, свет из окна окрасил его седую бороду полупрозрачной глазурью. «Это была церковь пейот. В те дни это было против закона племени ».

«Я знаю об этом», - сказал Чи.

«Ну, Сена преследовал их. Он поднимал их и избивал. Я был вовлечен в это. Нанял адвоката в «Грантс», чтобы он позаботился о том, чтобы их связывать и жаловаться в Министерство юстиции за нарушения в ночное время, и, наконец, я вложил немного денег в поддержку кандидата, и мы заставили Сена переизбрать на один срок. В течение нескольких лет между мной и Сеной было непросто. За последние несколько лет все наладилось. Мне интересно, не хочет ли он снова разжечь это дело. Вот почему я хотел знать, какие вопросы он вам задавал.

«Он спросил, почему ваша жена хотела меня нанять», - сказал Чи. Он дал Вайнсу краткое резюме вопросов Сены.

«Что вы думаете об этом бизнесе с нефтяными скважинами?» - спросил Вайнс. - Сена тебе об этом рассказывала? О том, почему он ненавидел старого Диллона Чарли?

«Он не говорил об этом», - сказал Чи. «Но я понимаю, что он думает, что это забавно, что Диллон Чарли получил это предупреждение».

"Вы не верите в видения?" Сквозь взъерошенные усы выражение лица Вайнса казалось забавным. Чи не мог быть уверен.

«Это зависит от обстоятельств», - сказал Чи. «Но я не верю в преступления без мотивов. Думаю, никто не сможет найти никого для этого взрыва.

«Что ж, есть несколько теорий».

"Как что?"

- Думаю, вы знаете, что такое Сена. Похоже, у него нет никаких представлений о мотивах, но он, кажется, думает, что Диллон Чарли был связан каким-то заговором. А есть еще одна версия, что Гордо сделал это сам.

"Почему?"

«Как гласит история, старший брат был зеницей всех глаз, в том числе и его матери. Предполагается, что Гордо знал, что старушка покидала ранчо Роберту. Поэтому он взрывает нефтяную скважину ».

"Как он с этим справился?"

Вайнс пожал плечами. «Не знаю, - сказал он. «Я слышал, что это был взрыв нитроглицерина, какой-то заряд, который они бросают в шахту нефтяных скважин, чтобы встряхнуть все, но он сработал слишком рано. Думаю, вы могли бы поджечь это, выстрелив в него из винтовки. Все это было до меня ».

«Как теория Сена-сделал-это объясняет видение Диллона Чарли?»

«Это легко», - сказал Вайнс. «Диллон каким-то образом узнает, что Сена задумал что-то забавное. Поэтому он устраивает свое видение пейота на церковной службе и говорит своей команде держаться подальше от колодца. Сена взрывает дом, но обнаруживает, что Диллон что-то знал. Поэтому он пытается отогнать его с помощью преследований ».

«Может быть, - сказал Чи.

«Думаю, Гордо хотел бы знать, рассказывал ли мне что-нибудь Диллон Чарли», - сказал Вайнс. «Его вопросы привели к этому?»

«Более или менее», - сказал Чи. - Диллон Чарли тебе что-нибудь говорил?

Вайнс улыбнулся. - Гордо сказал тебе спросить меня об этом?

«Вы подняли этот вопрос», - сказал Чи. «Я изменю вопрос. Как вы думаете, что случилось на той нефтяной скважине? »

«Я понимаю, что нитро - штука обидчивая. В те дни случались такие несчастные случаи. Думаю, несколько лет назад у них был еще один подобный случай в штате ».

«Как вы думаете, это был несчастный случай? Как вы думаете, Диллон Чарли просто нервничал из-за нитро в колодце?

Вайнс повернул свой стул, чтобы открыть вид в окно. Чи мог видеть только его профиль.

«Я думаю, что Гордо Сена убил своего брата», - сказал Вайнс.

8

КОЛТОН ВУЛЬФ БЕЖАЛ немного от графика. На завтрак он приготовил oeufs en gelée. Он тщательно следовал рецепту Gourmet, и на это требовалось время. Для заливного требовалось двенадцать минут при непрерывном кипении, а приготовление пюре из гороха для гарнира заняло еще больше времени, а затем потребовался еще час, чтобы яйца должным образом остыли в формах для заливного. Было уже середина утра, когда он сложил постельное белье для завтрака и убрал серебро и фарфор с кухонной поверхности своего трейлера. Он планировал два часа поработать над моделью паровой машины Болдуина, которую строил. Теперь он сократил это время до восьмидесяти минут, большую часть времени работая с ювелирным стеклом в глазу и выполняя большую часть настройки поршневого узла. Будильник зазвонил в 11:35 утра. Колтон натянул крышки на токарный станок и сверло и аккуратно положил инструменты для обработки металла на свои места в своем ящике для инструментов, а ящик для инструментов - в свой шкафчик. В шкафу также хранилась его коллекция паровых машин, все из которых действительно работали - дуя в свистки, приводя ремни и вращая колеса - и все это было сделано самим Колтоном. Двигатели находились среди инструментов его ремесла - две винтовки, патронники и секции спускового крючка трех пистолетов, набор стволов, которые нужно вкручивать в эти сборки, набор глушителей, три небольших ящика с изолированными проводами, которые служили детонаторами бомб. , коробка конфет, в которой хранилась пластиковая взрывчатка (Колтон хранил в холодильнике восемь динамитных шашек и его динамитные колпачки), а также ряд банок крема для бритья и дезодоранта-спрея. За исключением винтовок и их оптических прицелов, большую часть этих принадлежностей он изготовил сам - отчасти потому, что если бы это было не так?

не было куплено, его невозможно было отследить и частично потому, что некоторые из них нельзя было купить. Банки с кремом для бритья и дезодорантом были средством Колтона для того, чтобы пронести свои инструменты через рентгеновские станции у выхода на посадку в аэропорту. Можно было уместить части одного из пистолетов Колтона и его глушитель в две канистры, навинтить крышки и показать инспекции в аэропорту ничего более сомнительного, чем Burma Shave. Детонаторы бомб также были продуктом мастерства Колтона. Он научился этому принципу от бывшего солдата спецслужб, которого он встретил в тюрьме Айдахо Пойнт-оф-Маунтин. В нем участвовали две батареи и маленький шарик с ртутью, который замыкал электрическое соединение при перемещении коробки.

Колтон запер все это и пошел проверять почту.

Колтон Вулф не ожидал почты. Это было частью распорядка, по которому он жил. В каком бы городе он ни припарковал свой трейлер, Колтон немедленно арендовал почтовый ящик. Он арендовал его на имя любого существительного с коммерческим звучанием. Затем он отправил записку Boxholder на номер почтового ящика в Эль-Пасо, штат Техас, в котором сообщил свой новый адрес. Это была связь Колтона с человеком, который давал ему задания. Это была его единственная связь с миром. В сознании Колтона Вольфа, а иногда и в его снах, это был изъян, через который мир однажды поймает его и убьет. Колтон хотел, чтобы у него был другой способ вести бизнес. Не было. Поэтому он минимизировал риск настолько, насколько мог. Минимизация рисков была важной частью жизни Колтона Вольфа.

Он медленно проехал на своем пикапе GMC мимо почтового отделения, осматривая припаркованные машины. Ничего подозрительного. Он припарковался на стоянке Safeway и прошел полтора квартала до почтового отделения, инвентаризируя то, что он увидел. В вестибюле были две женщины и мужчина. У клерков за стойкой были знакомые лица. Колтон подошел к стене почтовых ящиков. Сквозь стекло ящика 1191 он видел конверт. Он проигнорировал это и осмотрел ящик 960. Он был пуст. Колтон прошел через вестибюль, запоминая клиентов. Он вернулся в Safeway, купил небольшое филе, полфунта грибов, фунт белого винограда, полпинты сливок и унцию черного перца. Он положил продукты в грузовик, забрался в него и настроился на радиостанцию в стиле кантри-вестерн. Он позволил пройти двадцать минут, пока он слушал. Затем он вернулся на почту. Сейчас в холле находилось пять клиентов, и ни один не соответствовал трем предыдущим. Колтон подошел непосредственно к ящику 1191 и снял конверт. Под ним лежал конверт поменьше. Он сунул оба в карман куртки и вернулся к грузовику. Никто не последовал за ним, и никто не последовал за ним несколько минут спустя, когда он возвращался на съезд с автострады. Колтон Вольф пережил еще один контакт с миром.

Конверт поменьше был адресован просто на его ящик. В нем был листок бумаги, на котором были начерчены цифры. Разобравшись должным образом, они дали Колтону телефонный номер для звонка и время: 14:10. чтобы назвать это. Он положил комбинезон в карман рубашки. На втором конверте был обратный адрес Webster Investigations и номер дома в Лос-Анджелесе. Колтон знал, что это произойдет, так как никто другой не знал его номер ящика, но даже в этом случае он почувствовал, как у него сжалось живот, когда он кладет конверт на сиденье рядом с собой. Когда он придет домой, он откроет его. Между тем он старался не думать об этом.

В трейлере он убрал продукты и включил кофейник. Затем он сел в кресло, вытер ладони о штанины брюк, разрезал конверт и вынул содержимое. Две машинописные страницы были сложены вокруг ведомости расходов. Вольф отложил заявление.

Уважаемый мистер Вольф:

Во-первых, плохая новость: зацепка, с которой я столкнулся в Анахайме, не окупилась. Женщина была слишком молода, чтобы быть твоей матерью. Я нашел ее свидетельство о рождении в окружном суде до того, как договорился с детективом в Анахайме, так что я сэкономил вам эти деньги.

Хорошая новость заключается в том, что я нашел водителя грузовика, который работал в агентстве Mayflower в Бейкерсфилде в начале 1960-х годов, и он помнит, как работал с Бадди Шоу. Он нашел адрес, по которому Шоу жил в Сан-Франциско. Он старый, но даст нам возможность начать его выслеживать ...

Вольф закончил первую страницу, осторожно положил ее на подлокотник кресла и прочитал вторую страницу. После этого он прочел обе страницы снова, очень медленно. Затем он взглянул на детализированное заявление. Это покрыло месяц, зарядив Вольфа за пять дней и целый ряд расходов, которые в сумме составили немногим более одиннадцати сотен долларов. Затем он сел, положив свои тонкие руки с длинными пальцами на колени, и задумался.

Его лицо тоже было стройным, и его тело и его кости, но жилистое напряжение вокруг него придавало его худобу вид заточенного лезвия. Его волосы были тонкими, оттенка старой соломы, а брови и ресницы были почти незаметны на бледной веснушчатой коже. Его глаза были бледно-сине-зелеными - примерно оттенка старого льда. Колтон Вольф выглядел обесцвеченным, лишенным пигмента, антисептическим, аккуратным и лишенным эмоций.

Фактически, в тот момент его эмоции были смешанными. На одном уровне его интеллекта Колтон был воодушевлен. Детектив найдет Бадди Шоу. Шоу по-прежнему будет жить с матерью Колтона. Или Шоу знал бы, где ее найти. А потом будет воссоединение. С другой стороны, Колтон ни во что не верил. Вебстер его трахал. Частный детектив облажался с ним четыре дорогих года. Ни поездок, ни счетов за гостиницу, ни междугородних звонков, ни следов Бадди Шоу. Вебстер добился не большего успеха, чем первый частный детектив, которого нанял Колтон. Вебстер просто сидел в своем офисе в Энсино и раз в месяц придумывал письмо и фальсифицировал счет. Первый детектив отправился в дом, который Колтон, его мать и Бадди Шоу занимали в Бейкерсфилде. Он обнаружил, что это занято временными людьми, которые не знали абсолютно ничего полезного. Абсолютно ничего о мужчине, женщине и ребенке, которые жили здесь девятнадцать лет назад. Колтон уничтожил отчет, зверски разорвав его в клочья. Но он все еще помнил, что там говорилось. В нем говорилось, что в доме теперь живет мексиканка. Риэлтор, который занимался этим домом, вел записи всего пять лет назад. За это время там были еще трое обитателей. Ни один не оставил адреса для пересылки. В окружном суде не было записей о браке между мужчиной по имени Бадди Шоу на каком-либо другом Шоу и женщиной по имени Линда Бетти Фрай. Записи Mayflower Van Lines показали, что Бадди Шоу работал на их складе одиннадцатью месяцами девятнадцатью годами ранее. Его уволили за пьянство. В полицейских записях трижды был показан Э. У. Шоу, он же Бадди Шоу. Один раз он был наказан за пьянство и нарушение общественного порядка, отсидел тридцать дней за нападение при отягчающих обстоятельствах и был арестован за нападение с применением смертоносного оружия. Никакого распоряжения этим не зарегистрировано. Относительно самой женщины не было и следа. Только лист бронирования Шоу, на котором изображена женщина, идентифицированная как Линда Бетти Мэддокс, принесенная с ним по обвинению в нарушении общественного порядка. Колтон подробно запомнил письмо. Особенно ему запомнился последний абзац:

Если вы не предоставите больше информации об этой женщине, нет никакой надежды найти ее. Можете ли вы сказать нам ее возраст, где она родилась, что-нибудь о ее семье, матери, отце, братьях, сестрах, где она получила образование, где она была замужем, или какую-либо информацию о ее прошлом? Без такой информации для поиска потенциальных клиентов просто нет надежды найти ее.

Нет надежды найти ее. Он тогда жил в Оклахома-Сити, используя имя Фрай. Он поехал в Бейкерсфилд. Два тяжелых дня и ночи на трассе. В Неваде он решил, что его имя, вероятно, не Фрай. Может быть, это был Мэддокс, но не Фрай. Он смутно вспомнил Фрая - круглое, темное, рябое лицо, круглый живот, угрюмый, несчастный рот. Они жили с ним в Сан-Хосе, и Колтон учился там в школе Колтоном Фраем. Он думал, что Фрай был его отцом. Возможно, это был кто-то по имени Мэддокс. Колтон не мог вспомнить никого с таким именем. Где-то к западу от Лас-Вегаса он решил выбрать для себя нейтральное имя. Он будет использовать его только до тех пор, пока не найдет свою мать. Она скажет ему его настоящее имя. Она рассказывала ему о его отце, его бабушке и дедушке. А про семейный дом. «Это будет в маленьком городке, - подумал Колтон, - и там будет кладбище с надгробиями для всей семьи». Когда он ее найдет, она скажет ему, кто он такой. А пока он выберет фамилию. Что-нибудь простое. Он выбрал Волка.

Теперь кофе кипел на бутановой горелке. Сквозь алюминиевые стены трейлера доносился звук звукового сигнала грузовика на автостраде. Колтон не услышал ни одного звука. Он вспомнил, как приехал в Бейкерсфилд, поездку в старый район. Мексиканка, которая подошла к двери, не говорила по-английски, но ее дочь говорила

ему. Она ничего не знала ни о худой голубоглазой блондинке по имени Линда Бетти, ни о дородном мужчине по имени Бадди Шоу. Теперь он видел девушку, которая нервничала от его вопроса. И он мог видеть потрескавшиеся бетонные ступени, когда он выходил на крыльцо - сейчас они были не более сломаны, чем когда ему было одиннадцать лет и он сидел на них в те ночи, когда Бадди Шоу и его мать были пьяны и ждали, пока Шоу пойдет в гости. спать, чтобы он мог проскользнуть.

Колтон стоял рядом со своим пикапом, оглядываясь на дом. Редкой травы, которую он помнил, больше не было, стекло в одном из окон было заменено фанерой. Но в остальном все выглядело так же. В последний раз он видел это на следующий день после своего двенадцатого дня рождения - в последний раз, когда он приходил домой. Мальчик, которого он знал в школе, сказал, что не может больше оставаться в своем доме, и пошел домой, чтобы посмотреть, протрезвел ли Бадди Шоу и разрешит ли Бадди Шоу вернуться. Он нашел дом пустым. Он заглянул в окно и увидел, что на кухне нет кастрюль его матери, а в ванной - без ее туалетных принадлежностей. Но в комнате, где он спал, его вещи все еще были разбросаны. Постельного белья с койки не было, но синий пиджак, который мать где-то припасла для него, все еще висел на крючке. И его книги были там. И его кепка. Он разбил окно и вошел внутрь, порезав руку в панике. Не было ничего, кроме старой мебели, которая стояла там, когда они переехали, и его собственной запасной одежды.

Колтон Вольф беспокойно заерзал в кресле. Все опустошение этого открытия снова вернулось к нему - чувство потери, замешательства и отвержения, а вместе с ним и мрачное, безнадежное одиночество. Где она могла быть? Как он мог ее найти? Почему она ушла? На горелке перколятор в последний раз закашлялся и замолчал, работа была выполнена. Колтон Вольф проигнорировал звук, если он его слышал. Он обдумывал те же вопросы, над которыми размышлял девятнадцать лет.

Через несколько минут после половины первого он вылез из кресла и налил себе чашку кофе. Он отнес его в грузовик, чтобы попивать, пока ехал. Он позвонил в будку рядом с Центральной авеню. Он набрал Эль-Пасо, штат Техас, код города и префиксный номер, а затем подождал, пока секундная стрелка его часов переместится к 2:10. Потом закончил набор. Он бросил монеты и услышал звенящий номер за мгновение до того, как секундная стрелка прошла мимо его крайнего срока.

На него ответили мгновенно. «Это Боксхолдер», - сказал голос. Этот адрес стал для них чем-то вроде шутки. Шутка и код.

«Хорошо, - сказал Колтон. «Боксхолдер тоже здесь».

«У нас есть еще одна возможность в Нью-Мексико», - сказал голос. «Думаю, одно вело к другому».

«Тот же клиент?» - спросил Колтон.

Тишина. «Мы никогда не говорим о клиентах», - сказал Боксхолдер. "Помните?"

«Извини», - сказал Колтон.

«Однако условия во многом такие же. Субъект не будет настороже. И надо спешить.

"Насколько торопитесь?" - спросил Колтон. Спешка его беспокоила. И его голос показал это.

«Ничего особенного, - сказал Боксхолдер. «Чем быстрее, тем лучше. С каждым днем риск увеличивается. Так далее."

«Я не люблю торопиться, - сказал Колтон. «Дела идут не так».

«Вам не нужно с этим справляться, - сказал Боксхолдер. «Может, тебе лучше не делать этого. Но я знаю, что ты хотел навести порядок в этом первоначальном бизнесе, который все равно держал тебя в Альбукерке, и ...

«Думаю, остальные дела я закончу примерно через двадцать четыре часа», - сказал Колтон. "Может быть сегодня вечером."

«Что ж, это все, что мы делаем. После этого мы сохранили первоначальный контракт ». Боксхолдер усмехнулся. «Это заняло немного больше времени, чем кто-либо предполагал, но какого черта?» Тишина. «Я подумал, может быть, ты хочешь показать этим людям, насколько ты обычно хорош».

Колтон поморщился. Боксхолдер предположил, что мысль о недовольном покупателе будет его беспокоить. Это было правильно. Боксхолдер предположил, что очень гордится своей работой. Это тоже было правильно. «Хорошо, - сказал он. "Расскажи мне об этом."

Боксхолдер сказал ему. Затем, как всегда, они договорились о времени и номере телефона для доклада Колтона.

Колтон израсходовал три часа. Он шел. Он бросил письмо, написанное в Webster Investigations, в почтовый ящик. В нем был его чек на 1087,50 долларов и записка, в которой предлагалось, чтобы Вебстер разместил личные объявления в газетах Западного побережья с просьбой Линде Бетти Шоу / Фрай / Мэддокс связаться с ним. Он прошел еще немного. Он сел на скамейку на автобусной остановке. Автобусная остановка была возле школьного перехода, и он изучал студентов, возвращающихся домой. На вид они были младше старших классов и моложе, и большинство из них ходили маленькими группами и группами, разговаривая. Однажды появился одинокий ребенок. Колтон предположил, что сингл был кем-то, кто только что переехал в этот район. Если вы это сделаете, вы не сможете подружиться, потому что они уже есть у всех. Когда ему было восемь лет, они прожили в Сан-Диего в этой единственной квартире почти год, и у него там появился друг. А потом, когда ему было четырнадцать, и он

Пробыв достаточно долго в Тейлорвилле, он подружился. Но это было другое. В исправительной школе сначала никого не знали, и все искали связи. В целом Тейлорвилль был довольно хорошим местом, и он был достаточно рад вернуться на второй этап. В Тейлорвилле от вас не допустили геев. Не так, как в Фолсоме, где он совершил свое вооруженное ограбление.

Наконец было достаточно поздно. Он позвонил в больницу Университета Нью-Мексико и спросил миссис Майерс в терминальном отделении. Как всегда, ее голос был спокойным. «Боюсь, что все кончено», - сказала она. «Он был в коме весь день, и его сердце наконец остановилось».

«Ну, ты просто должен относиться к этому философски».

«Верно, - сказала миссис Майерс. «Но это всегда удар».

«Что ж, - сказал Колтон. Он обнаружил, что ищет что-то еще, чтобы сказать - способ продолжить разговор. Но для этого не было никаких причин. Он покончил с миссис Майерс. Это будет последний из более чем двух месяцев прерывистых разговоров, которые все тщательно спланированы и тщательно выполнены. Сначала он узнал имя медсестры, которая работала в средней смене с палочкой от рака. Он получил это из больничной информации, притворившись, что хочет послать ей благодарственную открытку. А затем, когда он впервые позвонил, чтобы узнать о состоянии пациента, он сказал: «Кстати, вы миссис Майерс? Он рассказал мне, как вы к нему относились. Я хочу поблагодарить вас за это ». Это задало тон. Колтон редко с кем-либо разговаривал, но умел это делать хорошо. Он смотрел телевизор и внимательно слушал разговоры в аэропортах и ресторанах, а также очереди в кино - места, где люди разговаривали друг с другом. Время от времени он тренировался с водителями такси или девушками по вызову, которых он водил в мотели два раза в месяц. Но он редко разговаривал с одним и тем же человеком более одного или двух раз, за исключением Боксхолдера. Спустя все это время он поймал себя на том, что представляет, как миссис Майерс выглядит и какая она, - точно так же, как он думал о Боксхолдере. У него было искушение пойти как-нибудь вечером в палату и взглянуть на нее. Но это было связано с риском. Колтон не стал рисковать. «Хорошо, - сказал он снова. «Большое спасибо», и он повесил трубку.

9

Колтон покинул трейлер как раз в тот момент, когда на седьмом канале начинались десятичасовые новости. На нем были темно-серые брюки, черный пуловер и туфли с креповой подошвой. Он предпочитал ходить с непокрытой головой, но сегодня вечером натянул на свои соломенные волосы темно-синий чулок. Он взял с собой холщовую дорожную сумку, в которую положил складную лопату, зеленое одеяло, белое хлопковое пальто с надписью STRONG-THORNE MORTUARY на спине и автомобильный номерной знак Нью-Мексико. Он проехал мимо аэропорта Альбукерке после телефонного разговора и забрал номерной знак из машины, оставленной на стоянке с низкими тарифами, где путешественники, приезжавшие на длительный срок, оставляли свои машины. Затем он заменил пластину, которую он будет использовать, на одну из другой машины. Если бы о краже заявили, у полиции был бы неправильный номер.

Теперь он поехал обратно в аэропорт, оставил свой пикап на верхнем этаже и арендовал универсал Chevrolet у Hertz, используя водительские права и кредитную карту, по которой он был идентифицирован как Чарльз Минтон, с адресом почтового ящика в Далласе. Затем он свернул на межштатную автомагистраль 25 на юг и повернул фургон на запад у съезда Рио-Браво. Он ехал медленно, считая на одометре десятые доли миль. Возле реки он свернул с тротуара на узкую грунтовую дорогу. Там он вылез из фургона, приклеил выключатель, чтобы выключить свет вежливости при открытии двери, и заменил номер Герца на украденные номера. Было уже после 23:00. теперь безоблачная ночь, освещенная частичной луной. Грунтовая дорога пересекала скотный двор, изгибалась через водопропускную трубу и разветвлялась. Колтон повернул налево. Дорога превратилась в две колеи от покрышек, вьющиеся в тополях заиленной поймы Рио-Гранде. Следы пересекли оросительную канаву на грохочущем дощатом мосту и резко пошли вниз. В сотне ярдов от дренажной дамбы Колтон остановился. Его фары освещали обнаженный кузов старого седана Ford, ржавый и изрешеченный пулевыми отверстиями. За ним виднелись руины другой машины, также являвшейся целью многих лет охотников. Мусор был повсюду - гниющий матрас, труп холодильника, бидоны, бутылки, коробки, бумаги, тряпки, рваная рубероид, кисть. Колтон выключил фары и двигатель и опустил окна с обеих сторон машины. Он сидел, не двигаясь, минут десять. Он слышал тиканье охлаждающего двигателя и случайные звуки дизелей, движущихся по межгосударственной трассе далеко вверх по долине. Была безветренная ночь, и больше он ничего не слышал. Довольный, он достал лопату из сумки и выбрался из повозки.

Он отодвинул матрас в сторону и начал копать там, где он был, осторожно насыпая землю. Даже в темноте по суглинистой почве идти было легко. Он хотел яму около шести футов длиной и не менее четырех футов глубиной.

10

КОЛТОН

на стоянке Университета Нью-Мексико незадолго до 2 часов ночи. Он и раньше исследовал его, но прошло две недели. Если что-то изменилось, Колтон хотел знать об этом заранее. Он заменил ветровку морговой курткой. Женщина за столом не взяла трубку, и холл к лифтам был пуст. Пустовал и зал второго этажа. Пока все в порядке. Но на привале Колтон увидел бумажный знак, приклеенный к двери морфологической лаборатории. На нем было написано: МОРФОЛОГИЧЕСКАЯ ЛАБОРАТОРИЯ ПЕРЕЕЗДАНА В ЗДАНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ЛАБОРАТОРИИ. Он встревоженно уставился на вывеску. Он быстро завернул за угол. Широкая дверь, открывавшаяся в морг, все еще была закрыта листом фанеры, чтобы защитить ее от ударов металлических тележек. Он попробовал ручку. Заблокировано. Он ожидал, что дверь заперта. Перенесли бы они морг вместе с лабораторией вскрытия? Даже если бы они это сделали, больнице нужно было бы место для хранения трупов на ночь. Из обшлага брюк он вытащил тонкое стальное лезвие, которое воткнул на место. Это оказалось быстрым как ключ. Он захлопнул за собой дверь и нашел выключатель в темноте. У стены стояли три телеги. Все были пусты. За ними закрылась дверь холодильника из нержавеющей стали. Колтон распахнул ее. Внутри были припаркованы две тележки, на каждой стояла закутанная в простыня фигура. Колтон прочитал бирку на ближайшем из них. Он опознал жертву как Рэнди А. Джонсона, 23 лет, Розуэлл, Нью-Мексико. Мертв по прибытии. Травмы головы и шеи. Мотоциклетная авария. Колтон проверил следующий тег. Там было сказано: ЭМЕРСОН ЧАРЛИ. ВСКРЫТИЕ. ДЕРЖАТЬ ДЛЯ CRTC. «CRTC» означает Центр исследования и лечения рака. Колтон откинул простыню. Раньше он видел лицо только на расстоянии. Теперь он был изможденным, нарисованным от последствий медленной смерти. Но он узнал это. На этот раз все пойдет не так. Он заменил лист.

В холле он постоял минуту, прислушиваясь. Из прачечной больницы раздался слабый хлопок. Все остальное было тихо. Колтон взглянул на часы. Пять минут третьего. Он решил не ждать. Он решил, что шансы не улучшатся.

Было четырнадцать минут третьего, когда он припарковал фургон у погрузочной платформы. Дверь дока была приоткрыта, как он ее оставил, и он все еще мог слышать стук из прачечной. Он оставил заднюю дверь универсала открытой. От порога дока до двери морга было тридцать пять шагов. Он снова взломал замок и проскользнул внутрь.

Рядом с тележками на полу лежали два красных пластиковых мешка с одеждой. Ближайший он положил под простыню рядом с трупом и выкатил тележку из холодильника. У дверей морга он снова остановился, прислушиваясь. Тридцать пять шагов, а затем, возможно, шестьдесят секунд на причале, пока он поднимает тело в универсал. В зале было абсолютно тихо. Тележка скатилась по ней, за ней послышался легкий звук резиновых шин о плитку. На скамье подсудимых Колтон вытолкнул тележку из поля зрения дверного проема. Он извлек мешок с одеждой и бросил его в заднюю часть фургона.

«Давай, друг, - сказал он, обернул простыню вокруг тела и поднял ее на руки. Оно было жестким, с трупным окоченением. На удивление легкий. «Вот и все, - сказал Колтон. Он засунул тело в универсал и накрыл зеленым одеялом.

Период высокого риска почти закончился. Он закрыл заднюю дверь, откатил тележку обратно в коридор. Двигатель универсала завелся мгновенно. Когда он свернул налево с служебного проезда, он взглянул в зеркало заднего вида. Док был безлюден. Никто его не видел. Все прошло отлично. Абсолютно никаких следов не осталось.

На обратном пути к могиле Колтон настроился на западную радиостанцию. Он чувствовал себя счастливее, чем в течение нескольких месяцев. Счастлив впервые с тех пор, как позвонил Боксхолдеру и рассказал ему о неудаче. Воспоминания были яркими. Два часа сидел в аэропорту, ожидая, когда позвонят на номер Эль-Пасо. Боясь этого. Он никогда раньше не подводил. С самого начала - поджег ночного клуба в Денвере семь лет назад - он всегда сообщал только об успехе. Не только успех, но и совершенство. Работа сделана. Свидетелей нет. Нет доказательств. Никаких следов. Совершенство. И всегда голос Боксхолдера, теплый и дружелюбный, поздравлял его. На этот раз поздравлений не последовало. Сначала была только тишина, а затем голос Боксхолдера был холодным.

«Дайте мне номер, с которого вы звоните. Подожди прямо здесь. Я позвоню клиенту и перезвоню вам. Будь там."

«Скажите ему, что я не приму гонорар», - сказал Колтон. «Скажи ему, что я закончу работу».

«Подожди, - сказал Боксхолдер.

Колтон ждал. Прошло более четырех часов, прежде чем зазвонил телефон.

«Ваш человек лечился в больнице, - сказал Боксхолдер. «Он сейчас внутри. Мы должны просто следить за вещами, а когда он умрет, вы избавитесь от тела. Получите это прямо сейчас и избавьтесь от этого ».

«Боже мой, - сказал Колтон. «Я няню с этим парнем, пока он не умрет?»

«Недолго», - сказал Боксхолдер. «У него рак, который быстро проходит».

«Тогда почему…» Колтон позволил вопросу замолчать.

«Возможно, он работает недостаточно быстро», - сказал Боксхолдер. "Тебя волнует?"

«Нет, - сказал Колтон. «Думаю, нет».

Но тогда это казалось любопытным, и это казалось любопытным сейчас - избавление от тела. Любопытно, но молодец. Могила наполнилась. Гниющий матрас потянулся по нему, и мусор рассыпался по матрасу. Никто никогда не найдет тело Эмерсона Чарли. Отчетное время завтра в полдень. Колтон с радостью ожидал этого. Боксхолдер будет доволен.

11

Джим Чи скатал чек на двести долларов от Бена Вайнса и пять стодолларовых купюр из конверта, который миссис Вайнс передала ему в плотный цилиндр. Он был не намного больше сигареты. Каждую ночь он бросал трубку в один из сапог возле своей кровати. Каждое утро после того, как он произносил свою краткую молитву приветствия рассвета, он вытряхивал трубку из ботинка и думал, что с ней делать. И каждое утро он в конце концов сунул трубку обратно в карман рубашки, давая понять, что вопрос остается нерешенным. На четвертое утро Чи заметил, что край чека изношен. Он развернул трубку, положил чек и наличные на стол рядом и уставился на них.

Двести долларов - это слишком много, чтобы предлагать за небольшую неприятность, в которой он участвовал. Хуже того, почему миссис Вайнс предложила ему три тысячи долларов, чтобы вернуть коробку, которую она украла сама? Для таких немыслимо богатых, как Винезы, деньги были бы относительно бессмысленными. Но дядя предостерегал его от такого мышления.

«Не думайте, что человеку наплевать на одну козу, потому что у него их тысяча», - говорил Хостин Накаи. «У него тысяча, потому что он больше заботится о козах, чем о своих родственниках». Другими словами, не ожидайте, что богатые будут щедрыми.

И что дядя посоветовал бы ему сделать с этими деньгами? Чи усмехнулся, думая об этом. Не было бы никакого совета - не напрямую. Возникает сотня вопросов: какой из них лгал? Что мотивировало большие выплаты? Почему навахо считали Вайнс ведьмой? Или они? Как наряд Чарли впутался в это дело? А когда Чи не мог ответить, Хостин Накаи улыбался ему и напоминал ему то, что он сказал Чи давным-давно. Он сказал Чи, что должен понимать белых людей.

Чи двумя указательными пальцами сложил стопку денег в аккуратную стопку. Миссис Вайнс солгала ему, по крайней мере, немного. Он взял чек и посмотрел на смелую подпись Б. Дж. Вайнса. История Вайнса была почти чистой ложью. Чи сложил чек и сунул его в карман бумажника для кредитной карты. Он положил валюту в кассу. Он поговорит с Томасом Чарли и посмотрит, чему он сможет научиться.

Поговорить с Томасом Чарли означало найти его. Беченти вспомнил только, что он жил где-то за восточными пределами Шахматной доски - где-то недалеко от горы Тейлор. Чи звонил по телефону. Незадолго до полудня он узнал, что Чарли работает в Kerrmac Nuclear Fuels. Быстрый звонок в отдел кадров Kerrmac в Грантс показал, что Чарли был водителем погрузчика руды, что у него был выходной, что у него не было телефона, а сельский адрес почтового отделения Грантса совпадал с тем, который был в больнице. при условии - почтовый ящик на дороге между Грантсом и деревней Сан-Матео.

Ворон летел, вероятно, не более чем в тридцати милях от Краунпойнта, но для чего-то с колесами было около девяноста. Чи сказал офицеру Бенни Яззи, который держал офис, что не вернется до вечера.

Пока он вел машину, Чи работал над запоминанием Ночного песнопения. Он включил магнитофон и запустил кассету вперед к тому месту, где певец пробуждает дух Говорящего Бога в священной маске. На межштатной автомагистрали 40 он ехал по медленной полосе, внимательно прислушиваясь. Водители-дальнобойщики, знающие дорогу на этом участке шоссе, проносились мимо него, зная, что племенная полиция здесь не имеет юрисдикции. Легковые автомобили замедлили ход до пятидесяти пяти, нервно глядя на него. Чи проигнорировал их всех. Он сконцентрировался на голосе своего дяди, сильном и уверенном, напевая слова, которым Изменяющаяся Женщина учила при самом сотворении его народа.

Над вечерними холмами он шевелится, шевелится.

Покрытый вечерней пыльцой, он шевелится, шевелится.

Говорящий Бог шевелится, он шевелится среди заката.

По тропе красоты он шевелится, шевелится.

Вокруг него красота, он шевелится, он шевелится.

Магнитофон был на сиденье рядом с ним. Чи заглушил голос Хостина Накаи нажатием кнопки выключения.

сконцентрировался на мгновение, затем повторил пять утверждений, пытаясь воспроизвести ритм и ноты, а также смысл. К тому времени, как он добрался до развязки Грантов, он был уверен, что вся последовательность песен о масках была зафиксирована в его голове.

Даже среди людей, которые высоко ценили память и оттачивали ее в своих детях почти с рождения, талант Чи был необычайно силен. Это заставило его семью с самого раннего возраста думать о нем как о человеке, который мог бы стать певцом. Медленно Говорящий Дини произвел больше известных певцов, чем любой из более чем шестидесяти кланов навахо. И семья его матери произвела гораздо больше, чем полагалось. Его дядя, брат его матери, был одним из самых выдающихся из них. Это был Хостин Фрэнк Сэм Накай, который исполнил «Ночное пение» и «Путь врага» и ключевые части нескольких других церемоний исцеления, а также иногда преподавал церемониализм в Общинном колледже навахо в Грубой Скале. Хостин Накаи выбрал «военное имя» Джимми Чи - Долгий Мыслитель. Таким образом, его дядя был одним из немногих, кто знал его настоящую и тайную личность. Его дядя дал ему имя, но когда он попросил дядю научить его пению, дядя сначала отказался.

«Необходимо сделать первый шаг», - сказал Хостин Накаи. «До этого не может произойти ничего важного». В качестве первого шага Джимми Чи должен изучить белого человека и путь белого человека. Когда он пришел к пониманию мира белого человека, окружавшего Народ, он должен был принять решение. Пойдет ли он по пути белого человека или будет навахо?

Его дядя въехал на своем грузовике в Гэллап и припарковал его на Рейлроуд-авеню, где они могли видеть решетки и наблюдать, как навахо и зуни входят и выходят из них. Джимми Чи очень хорошо это помнил. Он вспомнил женщину, вышедшую из «Бирюзовой таверны», и мужчину в черной шляпе резервации, следовавшего за ней. Они шли нетвердо, оба пьяные. Женщина потеряла равновесие и тяжело села на грязный тротуар, а мужчина наклонился, чтобы помочь ей. Его шляпа упала и скатилась в сточную канаву. За всем этим следили свирепые глаза Хостина Накаи.

«Они не могут решить», - сказал он. «То, как нас учила« Изменяющаяся женщина », слишком сложно для них, и они потеряли свою красоту. Но они не знают пути белого человека. Вы должны решить. Теперь легко быть белым. Вы ходили в школу, и есть стипендии, чтобы учиться дальше, и работа, если вы узнаете, во что белый человек ценит свою ценность ».

Джимми Чи сказал, что он уже решил. Он хотел ходить в красоте как навахо.

«Вы не можете решить, пока не поймете белого человека. У них есть то, чего у нас нет. «Быть навахо - значит не иметь денег», - сказал Хостин Накаи. «Когда вы станете старше, мы поговорим снова. Если вы еще этого захотите, я начну вас чему-то учить. Но ты должен изучить путь белого человека.

Чи учился. После окончания средней школы Шипрок он поступил в Университет Нью-Мексико. Он изучал в классе антропологию, социологию и американскую литературу. Каждое мгновение наяву он изучал, как ведут себя белые мужчины. Его очаровали все четыре предмета. Когда он во время перерывов между семестрами приходил домой к своей матери в горы Чуска, Хостин Накаи научил его мудрости Дини. В конце концов, его дядя начал учить его ритуальным песням, которые вернули людей от болезней к хождению в красоте. И память Чи всегда ему служила.

На дороге, ведущей от Грантса к задней стороне урановых месторождений Амброзия Лейкс, Чи вернул диктофон в футляр и сосредоточился на поиске дома Томаса Чарли. Он нашел его примерно в тридцати футах к западу от узкого асфальтового покрытия. Это был двухкомнатный саман, к которому кто-то соединил навес из деревянного каркаса с крышей из красной композитной черепицы. Шевроле Импала 1962 года выпуска присела на опоры из шлакоблоков перед домом, у него отсутствовали все четыре колеса. Чи остановил свою патрульную машину рядом с ней и сел в ожидании. Если кто-то был дома и желал принять посетителя, он появлялся в дверях. Если он этого не сделает после вежливого ожидания, Чи постучит.

Входная дверь открылась, и Чи увидел, что кто-то смотрит на него через экран. Ребенок. Чи ждал. Больше никого не было. Чи вылез из сумки.

«Йа-тах», - сказал он. "Здравствуйте."

«Привет, - сказал ребенок. Это был мальчик лет десяти или двенадцати.

«Я ищу Томаса Чарли», - сказал Чи.

«Он пошел за моей мамой», - сказал мальчик.

"Где это находится?"

«Их там не будет», - сказал мальчик. «Она ткачиха. Мой дядя водил ее на аукцион ковров.

«В Краунпойнт?» - спросил Чи.

«Ага», - сказал мальчик. «Она собирается продать пачку ковров».

Чи рассмеялся. «Мне сегодня не очень повезло, - сказал он. «Вот откуда я и теперь мне нужно ехать обратно».

«Ты собираешься увидеть там моего дядю?»

«Если я найду его», - сказал Чи. "Что он ведет?"

- Пикап Ford 1975 года выпуска, - сказал мальчик. «F-150. Синий. Если вы видите h

Им, скажи ему, может, кто-нибудь захочет купить нашу старую шевроле. Скажите ему, что сразу после того, как он ушел, мужчина пришел искать его », - сказал мальчик.

«Конечно», - сказал Чи. "Что-нибудь еще?"

«Может, мужчина увидит его там, на аукционе ковров», - сказал мальчик. «Это блондин в желтой куртке. Он собирался искать его там ».

«Хорошо, - сказал Чи. Теперь он посмотрел на машину с большим интересом. Тормозные барабаны были коричневыми от ржавчины, а обивка заднего сиденья свисала пыльными гирляндами, племянник Томаса Чарли был настроен слишком оптимистично. Никто не собирался ехать до Краунпойнта, чтобы договориться о покупке этого барахла.

12

Было уже после захода солнца, когда Чи проезжал мимо полицейского управления племен. Было темно. На другой стороне деревни около начальной школы Краунпойнт было припарковано около двухсот различных автомобилей, что говорит о хорошей явке на ноябрьский аукцион ковров. Чи нашел синий пикап Ford 150. Рядом был припаркован бело-зеленый «Плимут», похожий на тот, который, по словам племянника Чарли, вел потенциальный покупатель машины. Чи быстро это проверил. Он был новым, с пробегом менее трех тысяч миль. Папка на приборной панели предполагала, что ее арендовали в аэропорту Альбукерке, в офисе Герца.

В школе воздух был насыщен смесью ароматов. Чи опознал запахи жареного хлеба, воска для пола, мела на школьной доске, тушеной баранины и красного перца чили, сырой шерсти, лошадей и людей. В зале около сотни потенциальных покупателей бродили среди стопок ковров на выставочных столах, рассматривая предложения и отмечая номера предметов. В этот час большая часть толпы собиралась в кафетерии и ела традиционный аукционный ужин из тако навахо - лепешек, украшенных смертоносной смесью тушеной баранины и чили. Чи стоял прямо у входа в зал, методично изучая его обитателей. Он понятия не имел, как будет выглядеть Чарли - только отрывочное описание Беченти. Его осмотр был просто делом привычки.

"Ищу кого-нибудь?"

Голос раздался рядом с ним, молодая женщина в синем свитере с высоким воротом. Женщина была невысокого роста, свитер был большим, а лицо поверх складок объемной ткани не улыбалось.

«Пытаюсь найти человека по имени Томас Чарли», - сказал Чи. «Но я не знаю, как он выглядит».

Лицо женщины было овальным, обрамленным мягкими светлыми волосами. Ее большие голубые глаза смотрели на Чи. Симпатичная леди, и Чи узнал ее взгляд. Он часто видел это в Университете Нью-Мексико - и чаще всего среди англоязычных студентов, обучающихся на курсах изучения коренных народов Америки. Курсы привлекали англоязычных студентов, в основном женщин, которые наслаждались поездками по поводу расовой / этнической вины. Чи рано пришел к выводу, что их больше интересуют индийские мужчины, чем индийская мифология. Их глаза спрашивали, действительно ли ты чем-то отличаешься от белокурых мальчиков, с которыми они выросли. Чи посмотрел в глаза женщине в объемной синей водолазке и уловил тот же вопрос. Или думал, что да. Было еще кое-что. Он улыбнулся ей. «Незнание того, как он выглядит, затрудняет его поиск».

«Почему бы просто не уйти и не оставить его в покое?» спросила она. «Зачем вы за ним охотитесь?»

Улыбка Чи испарилась. «У меня есть сообщение от его племянника, - сказал он. «Кто-то хочет купить свою старую машину и…»

«О, - сказала молодая женщина. Она выглядела смущенной. «Думаю, мне не стоит торопиться с выводами. Мне жаль. Я его не знаю ".

«Я просто спрошу, - сказал Чи. Ее отвращение к полиции было еще одной стандартной реакцией, которой Чи научился ожидать от молодых англичан, которых, казалось, привлекала резервация. Он подозревал, что где-то есть федеральное агентство, которому поручено учить социальных работников тому, что вся полиция - казаки, а полиция навахо - хуже всех. "Вы из Бюро по делам индейцев?" он спросил.

«Нет», - сказала она. «Помогаю ткацкому кооперативу». Она неопределенно махнула рукой в сторону стойки регистрации, где две женщины навахо перебирали бумаги. «Но я преподаю здесь в школе. Пятый класс. Английский язык и обществознание ». Враждебность исчезла из ее глаз. Любопытство осталось.

«Я Джим Чи». Он протянул руку. «Меня направили в полицейский участок. Довольно новый здесь. "

«Я заметила вашу форму», - сказала она. Она взяла его протянутую руку. «Мэри Лэндон», - сказала она. «Я тоже новенькая. Из Висконсина, но прошлой весной я преподавал в школе Laguna Pueblo ».

«Как поживаете?» - сказал Чи. Ее рука была маленькой и прохладной в его руке, и она очень быстро отдернулась.

«Мне нужно вернуться к работе», - сказала Мэри Лэндон и ушла.

Чи потребовалось около тридцати минут, чтобы установить присутствие Томаса Чарли на аукционе и получить описание этого человека. Он мог бы сделать это быстрее, будь у него хоть какое-то чувство срочности. Не было. Чи был больше вовлечен в знакомство с жителями своей территории. Затем Мэри Лэндон снова оказалась у его локтя.

«Это он», - сказала она. "Прямо вот здесь. Красно-черная машина

и черная фетровая шляпа ».

«Спасибо», - сказал Чи. Мэри Лэндон все еще не улыбалась.

Томас Чарли в одиночестве стоял, прислонившись к стене. Казалось, он наблюдает за кем-то в толпе. Мэри Лэндон сказала еще что-то, но Чи этого не услышал. Он изучал Чарли. Он был невысокого роста - не выше пяти с половиной футов - и худощавый. Лицо его было костлявым, с маленькими глубоко посаженными глазами и узким лбом под полями шляпы с откидной спинкой. В нем была настороженность, напряжение. Взгляд переместился на Чи, быстро прошел мимо него и снова вернулся. Беченти сказал, что он наполовину сумасшедший, фанатик. Маленькие черные глаза были взяты у тех, кто видит видения. Чи подумал, что заставить Томаса Чарли заговорить потребовалось бы много внимания и удачи.

По мере развития это не было проблемой. Они немного поговорили об аукционе ковров и о засухе. Чи прислонился к стене рядом с мужчиной, ведя беседу. Теперь на сцене был аукционист, яркий белый мужчина, объясняющий правила голосом Западного Техаса. Чи говорил о шерифе Гордо Сене, о проблемах юрисдикции между полицией навахо и белыми шерифами. Первый коврик был продан на аукционе за 65 долларов. Торги по второй остановились на уровне 110 долларов. Аукционист отложил его в сторону и пошутил над его скупостью. Он поднял предложение до 155 долларов и продал его.

Чи рассказал о предложении миссис Вайнс о работе, о том, что она сказала об ограблении, о своем решении не участвовать в этом и о том, что Вайнс отозвал это предложение. Томаш Чарли говорил все меньше и меньше.

«Это не мое дело», - сказал Чи. «Меня не волнует грабитель». Он усмехнулся Чарли. «Я знаю, кто вошел в дом Винограда и забрал эту коробку. Вы знаете, кто вошел. И Гордо Сена никогда не узнает. Я хотел бы знать, что было в той коробке ».

Чарли ничего не сказал. Чи ждал. На пятом коврике торги прошли оживленно. Аукционист продал его за 240 долларов.

«У меня любопытный ум, - сказал Чи. «В Vines много забавного. В Гордо Сене много забавного. Миссис Вайнс тоже.

Томас Чарли взглянул на него, затем отвел взгляд. Он стоял, скрестив руки перед собой. Чи заметил, что пальцы его левой руки нервно постукивали по его правому запястью.

«Почему Вайнс похоронил твоего деда в его доме?» - спросил Чи. «Мне интересно об этом. И почему кто-то пытался убить твоего отца? И почему миссис Вайнс хотела, чтобы я нашла старую коробку Вайнса? А потом не хотите, чтобы я его нашел? И почему Гордо Сена посоветовал мне заниматься своими делами?

Чи задал последний вопрос прямо Чарли. Барабанящие пальцы остановились. Чарли поджал губы.

«Мне плевать, если вы зашли в дом Вайнса и что-то забрали», - сказал Чи. "Не мое дело. Но что было в той коробке? »

«Скалы», - сказал Томас Чарли. «Куски черных камней».

Чи пришло в голову, что он на самом деле не думал о том, что в коробке может быть. Но он этого не ожидал. Он обдумал это. «Нет документов?» он спросил. «Ничего с чем-нибудь написанным?»

«В основном камни, - сказал Чарли.

"Ничего больше?"

«Несколько медалей», - сказал Чарли. «Вещи с войны. Вроде того." Он пожал плечами.

«Расскажи мне все, что в нем было».

Чарли выглядел удивленным. «Хорошо, - сказал он. «Внутри крышки приклеена маленькая карточка. На нем есть имя и адрес Вайнса. Потом было три медали. Один был Пурпурным сердцем, а два других были подобны звездам. Один из какого-то коричневого металла, а другой выглядел примерно так же, только с маленькой серебряной звездой посередине И там был набор крыльев, как у десантников, и нашивка на плече с головой орла на ней и серебряные слитки, которые лейтенанты носят в армии ». - подумал Чарли. «Фото-графики. Фотография девушки и фотография мужчины и женщины, стоящих у старой машины, а затем целая куча черных камней ». Чарли остановился. Каталог был полным.

"Ничего больше?" - спросил Чи. «Что ты ожидал найти?»

Чарли пожал плечами.

"Удача?" - спросил Чи.

Лицо Чарли напряглось. «Вайнс был ведьмой, - сказал он. Он не использовал слово навахо, которое означало ведьма, или оборотень, или волк навахо. Он использовал кересанское выражение - слово, которое жители Лагуны и Акомы использовали для обозначения колдуна.

«Я тоже это слышал, - сказал Чи. - Думаешь, найдешь его набор с лекарствами?

Чарли взглянул на Чи, затем отвернулся. Время шло. Аукционист начал ритмичную литанию очередной сделки.

«Он убивал моего отца», - сказал Чарли. «Я хотел перевернуть ведьму. Я хотел найти что-нибудь для этого ».

Чи не сказал ничего очевидного. Он не сказал: «Твой отец умирает от рака». Он не сказал: «Это не колдовство; что-то не так с тем, как растут клетки ». Он вообще ничего не сказал. Томаш Чарли был уверен, что его отец был приговорен ведьмой. Когда это происходило, путь навахо был церемониальным - обычно путь врага или путь проституции. Каждый использовал традиционную формулу, которая полностью изменила колдовство и обратила его против ведьмы. И каждому требовалось то, что использовала ведьма. Но Томаш Чарли был наполовину Лагуной. Он видел Вин, как Лагуны видели колдунов. Возможно, у них была другая формула. Аукционист завершил сделку, продав женщине небольшой коврик с ромбовидным рисунком, используя карточку для торгов 72. Чи и Томас Чарли прислонились к стене и смотрели, их плечи соприкасались.

«Почему Вайнс колдовал твоего отца?» - спросил Чи. "Вы это знаете?"

«Вайнс не всегда был колдуном, - сказал Чарли. «Когда-то он был хорошим человеком, я думаю, он помогал моему дедушке, и он помог нашей церкви. Он дал нам наш тотем. Подарил дедушке. Родинка. Он могущественен и помогает лорду Пейоту открыть для нас дверь. Это помогает нам увидеть видения. Вайнс хотел вернуть его. Так что он заставил моего отца заболеть. А потом он украл тело моего отца.

На сцене аукционист и его помощник подняли седельное одеяло. «Это денди», - говорил техасец. Он комично оперся на его притворный вес. «Возьми крепкую лошадь, чтобы нести эту штуку. Сшита так плотно, что сквозь нее не может пройти вода. Я начинаю с восьмидесяти. Ням восемьдесят. Восемьдесят. Восемьдесят. Ням восемьдесят. Восемьдесят пять. Выпей восемьдесят пять. Ням восемьдесят пять. Девяносто. Ням девяносто ".

«Украл тело твоего отца?» - спросил Чи. Он думал, что Эмерсон Чарли был жив на прошлой неделе. Очень больной, но живой. Как давно это было? Пять дней? Шесть? Он взглянул на Чарли. Худой мужчина смотрел прямо перед собой, каждая морщинка на его лице застыла. Казалось, он что-то вспомнил.

"Когда Вайнс украл тело твоего отца?"

«Два-три дня назад», - сказал Чарли. «Из больницы в Альбукерке. И он снова получил родинку ».

«Но как он это сделал? Он просто вошел и ушел с ним? "

Чарли пожал плечами. «Вайнс - ведьма, - сказал он. «В больницу, мне звонят, и они говорят мне, что мой отец умер и что делать с телом? Когда я приехал, Вайнс уже отделался этим. Это все, что я знаю."

"Какое объяснение было объяснено в больнице?"

«Они не знали, что случилось. Просто тела не было. Один мужчина сказал мне, что некоторые из родственников должны были иметь похоронное бюро, чтобы получить это. Он сказал, что тело положили туда, где они положили тела, а на следующий день его не было. Он сказал, что это должно быть похоронное бюро.

«Вы сообщили об этом в полицию?»

«Да, - сказал Чарли. «Они ничего не сделали».

«Нет, - подумал Чи. Он представил, как Чарли появляется в здании полиции Альбукерке, пытается найти кого-нибудь, кто возьмется за рапорт, рассказывает клерку (клерк был недоверчив или просто скучал?) О пропавшем теле, похищенном ведьмой. В чем было бы преступление? В худшем - транспортировка трупа без разрешения судебно-медицинского эксперта. И полиция догадалась бы, что это всего лишь путаница: тело забрал другой родственник, возможно, семейная вражда. И Томас Чарли не стал бы устраивать ад и требовать ответов. Он уже знал два ответа. Во-первых, никто не будет обращать особого внимания на навахо, пытающегося устроить ад. А во-вторых, ведьма улетела вместе с телом. Тем не менее Чи почувствовал, как его гнев нарастает от этого унижения.

«Эти сукины сыновья», - сказал он. «Вы хотите, чтобы я попытался найти его для вас?»

Чарли подумал об этом.

«Хорошо, - сказал он. «Я наполовину акома, наполовину навахо, и я полагаю, что я навахо далеко от тела. Когда старик умер, он умер. Тело не означает ничего, кроме неприятностей. Но моя мама, она Акома. Она хотела бы знать, что он похоронен правильно. Она бы не хотела, чтобы он был у ведьмы.

«Я посмотрю, что я могу сделать», - сказал Чи. - Как ты думаешь, почему он достался Вайнсу?

Чарли заколебался. «Это связано с нашей церковью, - сказал он. «Мне нужно вернуться назад, чтобы объяснить это».

Томас Чарли вернулся во Вторую мировую войну, когда его дед работал в бригаде железнодорожных путей Санта-Фе, он встретил индейца из Оклахомы и познакомился с индейской церковью и лордом Пейотом. Его дед основал церковь в стране шахматной доски, и однажды лорд Пейот открыл дверь, чтобы его дед увидел Бога. Тогда он работал на нефтяной скважине, и Бог сказал ему, что на следующий день случится что-то плохое, и приказал своей команде не выходить на работу. Нефтяная скважина взорвалась, как и предупреждал Бог, и слух распространился среди людей.

g Навахо и Лагуна-Акомы этого чуда, и собрание деда росло. К следующему году к Peyote Ways приходило более двухсот человек. Затем однажды пришел белый человек. Он был разведчиком урана по имени Бенджамин Вайнс. Вайнс сказал всем на Пейот-Уэй, что лорд Пейот дал ему мечту о том, где найти урановую руду.

«Все это мой отец сказал мне, - сказал Чарли. «Он сказал, что Вайнс вернулся примерно через месяц и сказал моему деду, что урановая руда находится там, где, по словам лорда Пейота, она должна быть. У них был другой путь Пейота, а у Вайнса было другое видение. На этот раз лорд Пейот сказал Вайнсу, что он совершил два чуда для церкви моего деда. Он спас людей от взрыва и привел Вайнса к руде. Он сказал, что Вайнс был благословлен, и те люди, которых он спас, были благословлены, и, поскольку благословение пришло из-под земли, из нефтяной скважины и урановой руды, их тотемом будет крот, а их имя будет именем кротов. - Люди Тьмы ».

- А Вайнс подарил твоему деду кротовый фетиш?

«Чуть позже», - сказал Чарли. «Некоторое время у них не было Пути, потому что полиция навахо и полицейские BIA арестовывали всех и обыскивали людей в поисках пуговиц пейота, а Гордо Сена преследовал всех в церкви. Но потом у них был Путь в секретном месте, и Вайнс передал эти кротовые фетиши моему деду и другим людям, которых спас лорд Пейот. Чарли замолчал. «Это было до того, как Вайнс стал ведьмой», - объяснил он.

"Как это случилось?" - спросил Чи.

«Сначала заболел мой дедушка, - сказал Чарли. «Они спели для него, но это не помогало долго. Он попал в больницу. Много и много. В конце концов он умер, и Вайнс похоронил его на своем ранчо. Тогда он как раз строил тот большой дом. Тогда церковь как бы вымерла на долгие годы. Затем мой отец снова начал это делать. После этого появился Vines. Он пытался уговорить отца передать ему набор с лекарствами, коробку для лорда Пейота, тотем крота и все священные предметы. Мой отец не отказался от них. После этого Вайнс больше не появлялся на Пути Пейот ».

Казалось, что это конец истории. Чарли прислонился к стене, глядя через переполненный зал на сцену. Техасец только что продал небольшой желтый коврик yei под номером 18 за сорок пять долларов и описывал черно-серый ромбовидный рисунок от Two Grey Hills как «стоящий триста долларов в любом торговом пункте в резервации».

"И что?" - протянул Чи.

Чарли какое-то время молчал. «Потом мы начали что-то слышать».

"Как что?"

«Слышать Вайнс было ведьмой».

Была еще одна пауза. «Половина навахо в Чарли, казалось, восходит», - подумал Чи. Навахо не любили говорить о ведьмах.

«Вот что я тебе скажу», - сказал Чи. - Тебе не нужна старая коробка с виноградными лозами, в которой лежали камни. Дайте мне знать, где искать, и мы вернем его владельцу. Если кто-нибудь спросит, как мы его нашли, это был анонимный телефонный звонок ».

«Это на мальпэ, - сказал Чарли. «Он был заперт. Я отнес его туда, куда иду, и открыл его. Он был тяжелым, поэтому я просто оставил его там ». Он объяснил Чи, как его найти. «Мне нужно идти, - сказал он. «Мне завтра на работу».

- Этот человек видел вас по поводу покупки того старого Chevy?

Чарли выглядел удивленным. «Нет», - сказал он. «Кто-нибудь хочет это купить?»

«Так сказал ваш племянник. Он сказал сказать вам, что человек пришел искать вас, и он хотел купить ту старую машину, и он собирался искать вас здесь ».

«Должно быть, сумасшедший», - сказал Чарли. И он ушел.

«И я, должно быть, тоже сошел с ума», - подумал Чи, наблюдая, как Чарли шел по проходу к столу, где служащий ассоциации расплачивался с ткачами ковров за их продажи. Камни в подарочной коробке. Б. Дж. Вайнс как мистический пророк. Б. Дж. Вайнс в роли ведьмы. Тело потеряно из больничного морга. И Чи зря тратил время на дело, которое вообще не имело смысла.

Он потратил больше времени, наблюдая за аукционом, сначала праздно перемещаясь среди зрителей, а затем ища Мэри Лэндон. Он был ей интересен, в этом он был уверен. Он также был уверен, что в этом не было ничего личного. Интерес был скорее общим, чем индивидуальным. Другой мужчина навахо, тщательно вычищенный и подстриженный, был бы не менее интересен голубоглазой женщине. Справедливо. В данный момент его особенно интересовали белые и белые женщины. Женщины навахо, которых он знал - его мать, две ее сестры, которые были его «маленькими матерями», девочки навахо, с которыми он был связан, - ничего не сделали, чтобы объяснить Розмари Вайнс. И он никогда не знал белых девушек. Их любопытство оттолкнуло его. Но Мэри Лэндон он будет учиться. К сожалению, Мэри Лэндон нигде не было видно.

Он вошел на стоянку, смакуя холодный свежий воздух после душной жары внутри. Томас Чарли стоял возле своего грузовика и разговаривал с белым человеком в желтой ветровке. Белый мужчина был блондином. Покупатель

Безусловно, ржавый шевроле нашел своего человека. Чи с любопытством уставился на него. Белый человек, казалось, чувствовал на себе взгляды. Он смотрел в ответ. Чи понял, что один и тот же человек наблюдал за ним и Чарли в их долгом разговоре у стены. Мэри Лэндон все еще оставалась невидимой.

Наконец он нашел ее на кухне кафетерия, помогающей полдюжине других женщин с уборкой.

«Сообщение доставлено», - сказал Чи. "Благодаря."

Это был третий раз, когда он разговаривал с ней, и у Чи была теория о третьих встречах между людьми. В третий раз вы перестали быть чужими.

«Должно быть, это было длинное послание, - сказала Мэри. «Я думаю, вы нашли о чем поговорить, кроме того, что кто-то хочет купить машину». Слова были скептическими, но после того, как она их произнесла, она улыбнулась.

Чи обнаружил, что пытается придумать, о чем ее спросить, о причине, чтобы поговорить с ней на этой кухне. Его разум был пуст. «Как насчет чашки кофе?» - услышал он себя. «Кофейня будет открыта допоздна».

В первый раз, когда она посмотрела на него, она проверяла сержанта племенной полиции. Теперь она смотрела на мужчину, приглашающего ее на кофе. Это была проверка другого рода. «Я должна закончить с этими горшками», - сказала она.

«Я сделаю это за тебя», - сказал Чи.

Чи каждый вечер мыл посуду в своем передвижном доме - тарелку, чашку, нож и вилку, оставшиеся после завтрака, вторую тарелку, чашку и столовые приборы после обеда, а также сковороду, на которой готовили оба приема пищи. Но со времен университета он никогда не мыл посуду социально.

«Похоже, тебе это нравится», - сказала Мэри. «Может, ты пропустил свое призвание».

Чи попытался придумать что-нибудь остроумное. Он не мог.

В киоске Crownpoint Café Чи немного узнал о Мэри Лэндон, а она немного о нем. Она приехала в Лагуну годом ранее, чтобы заменить учителя, пострадавшего в автомобильной аварии. Затем она получила работу в Crownpoint. Она была из местечка недалеко от Милуоки. Она училась в Висконсинском университете. Ей нравились гребля на каноэ, пешие прогулки и вообще природа. Она не любила претенциозных людей. Ей нравилось обучать детей навахо, но она не знала, что делать с их условием против конкуренции. Она надеялась выучить навахо, но его было трудно произносить, и пока она могла говорить только несколько фраз. Она заговорила на них, и Чи сделал вид, что понимает, и Мэри Лэндон не обманулась этим притворством, но оценила это и наградила его искренне дружелюбным взглядом. Чи спросила ее о ее родителях и узнала, что ее отец владел магазином спортивных товаров. Он решил не спрашивать ее о ее враждебности к полиции. Сейчас не время для этого, и такое отношение было достаточно обычным.

Мэри Лэндон узнала, что Чи был одним из Медленно Говорящих Дини, клана его матери, и был «рожден» Укушенным Водным Дини, кланом своего отца. Она узнала, что отец Чи мертв, что его дядя по материнской линии был известным ятаали, и она пробыла в стране навахо достаточно долго, чтобы знать о роли этих шаманов в церемониальной жизни народа. Она узнала гораздо больше о его семье, от двух его старших сестер до целой плеяды двоюродных братьев, дядюшек и теток, одна из которых представляла район Жирной воды в Совете Племени.

«Она сестра моей матери, что делает ее моей« маленькой мамой », - сказал Чи. «Настоящий тигр».

«Вы не играете в игру, - сказала Мэри Лэндон. «Я рассказал вам обо мне. Ты просто рассказываешь мне о своей семье.

Это заявление удивило Чи. Один определил себя по своей семье. Как еще? А потом ему пришло в голову, что белые люди этого не сделали. Они идентифицировали себя по тому, что они сделали как личности. Он добавил в кофе сахар, думая об этом.

«Вот так мы и ведем игру. Если бы я представлял вас навахо, я бы не сказал: «Это Мэри Лэндон, преподает в Crownpoint» и т. Д. Я бы сказал: «Эта женщина является членом…» - семьи твоей матери и семьи твоего отца - и я бы рассказал о твоих дядях и тетях, чтобы все точно знали, где ты вписываешься в окружающих тебя людей. . »

"Эта женщина'?" - спросила Мэри Лэндон. «Ты бы не назвал им мое имя?»

«Это было бы грубо. Сейчас все больше людей носят английские имена, но среди традиционных навахо очень невежливо произносить чье-то имя в их присутствии. Имена - это просто справочные слова, когда человека нет рядом ».

Мэри Лэндон выглядела недоверчивой. «Я думаю, что это…» Она остановилась.

"Глупо?" - спросил Чи. «Вы должны понять систему. Наши настоящие имена в секрете. Мы называем их военными именами. Кто-то из ваших близких назвал вас, когда вы были маленькими. Если возможно, то, что соответствует вашей личности. Не более полдюжины человек даже узнают об этом. Его используют в церемониальных целях: если у девушки есть кинаальда - церемония полового созревания - или если вы поете для вас. Затем, когда вы растете, люди дают вам прозвища, чтобы ссылаться на вас. Например, "Cry Baby", "Hard Runner" или "Mayb"

д. «Длинные руки» или «Уродливый», - рассмеялся Чи. «У меня есть дядя по отцовской линии, которого все называют« лжецом »».

«Как насчет Джима Чи? Разве это не твое настоящее имя? "

«Пришли торговые посты, - сказал Чи. «Пришел белый человек. Ему нужно было иметь имя, чтобы записать, когда кто-то из нас закладывал ему наши украшения или получал кредит на покупку продуктов. Торговцы начали оформлять псевдонимы, и вскоре у нас должны были быть имена в свидетельствах о рождении, так что у вас были фамилии, как у меня. У меня тоже были прозвища. Два или три. И я уверен, что ты тоже.

"Мне?" Мэри Лэндон выглядела удивленной.

«Как долго вы в Crownpoint? Три месяца? Конечно. У людей уже есть имя для тебя ».

"Как что?"

«Что-то подходящее. Может быть, «Хорошенькая учительница». Или «Упрямая девочка». Чи пожал плечами. «Голубые глаза». «Блондинка». «Быстрая болтушка». Вы хотите, чтобы я узнал для вас? »

«Конечно», - сказала она. Затем: «Нет, подожди. Может просто забыть об этом. Как насчет тебя? Как они тебя зовут?

"Вот? Я не знаю. Когда я был в Rough Rock, меня называли… - Он помолчал, а затем осторожно произнес это слово на навахо. «Это означает« Тот, кто учится на певца »».

«О, - сказала Мэри Лэндон. "Ты?"

«Я был», - сказал Чи. «Я думаю, что я все еще в некотором роде. Это зависит."

"На что?"

«Я подал заявление о приеме в ФБР. Более-менее, чтобы посмотреть, как я буду. Сдал анализы. Получил интервью на отборочной комиссии в Альбукерке. На прошлой неделе я получил письмо о том, что меня приняли. Я должен поступить в академию в Вирджинии. Десятое декабря ».

Она с любопытством посмотрела на него. «Значит, ты собираешься стать агентом ФБР».

«Не знаю, - сказал Чи.

"Вы еще не решили?"

"Что за спешка? Мы работаем по времени навахо ». Даже когда он это сказал, легкомыслие звучало фальшиво. 10 декабря было не по времени навахо. До него оставалось четыре недели. Конкретный, железный, несгибаемый срок.

«Но вы не можете быть одновременно знахаром навахо и агентом ФБР?»

«Не совсем», - сказал Чи. Он хотел сменить тему, не хотел об этом говорить. Фактически, вы не могли быть одновременно навахо и агентом ФБР. Вы не могли быть навахо вдали от Народа. «Кстати, - сказал он, - спасибо за помощь с Томасом Чарли. Я узнал то, что мне нужно было знать. Если он сказал мне правду, то есть.

Мэри Лэндон изучала его. Чи запоздало вспомнил, что он сказал ей о том, почему он хотел найти Чарли.

«В вашем бизнесе люди много лгут?»

Вопрос казался невинным. И если да, то да, многие врут полицейскому. Но Чи почувствовал колючку. И ответ был другим.

«Мне очень жаль, - сказал он. «Я сказал его племяннику, что передам сообщение о машине. Но я также хотел поговорить с ним по поводу полицейских дел ».

«И ты не мог мне этого сказать». Это было больше утверждение, чем вопрос, и правильным ответом, конечно же, было «Нет, я не мог». Но Чи снова почувствовал враждебность (или, возможно, теперь ее лучше было бы охарактеризовать как смесь осторожности и подозрения), и он был не в настроении давать правильный ответ.

«Я могу сказать вам, но только если вы не возражаете против сложных описаний вещей, которые не имеют большого значения», - сказал Чи. "Вы хотите услышать об этом?"

Она сделала. Чи рассказал ей о Вайнсе, и миссис Вайнс, и об украденной шкатулке для подарков, и о шерифе Гордо Сене, и о Людях Дымности, и об исчезнувшем теле, и, наконец, о том, где Томас Чарли оставил ящик.

«И когда вы смотрите на все это со стороны, - сказал Чи, - вы видите, что полицейский навахо просто проявляет свое любопытство. Преступление, не имеющее особого значения. Полное отсутствие юрисдикции ».

«Но это любопытно», - сказала она. «Как вы думаете, что случилось с отцом мистера Чарли? И что ты собираешься делать дальше? »

«Я ничего не знаю о теле. Вероятно, что-то пропало из-за бюрократии, и никому не было дела до этого. Что касается меня, то в следующий раз я пойду на мальпаи, когда у меня будет немного времени, возьму коробку и посмотрю на те камни, а затем отнесу коробку в Вайнс. Он говорит, что не хочет вернуть свою коробку. Но он должен хотеть эти медали ».

«Что ты скажешь Вайнсу?»

«Я не буду. Я позвоню в офис шерифа в Грантс и скажу им, что получил анонимную подсказку о том, где была оставлена коробка, и пошел и нашел ее, и чтобы они сказали Винезям прийти и забрать ее, если они захотят ее вернуть. ”

Мэри Лэндон приподняла брови и отпила кофе.

«Хорошо, - сказал Чи. "Это ложь. Но как еще Вайнс сможет вернуть свою коробку, чтобы Чарли не попал в тюрьму? »

«Я не могу придумать способ», - сказала она. «Еще кое-что меня озадачивает. Откуда Чарли знал, что может тебе доверять?

Чи пожал плечами. «Потому что я выгляжу заслуживающим доверия?» он спросил.

Она смеялась. «На самом деле нет, - сказала она. «Могу я пойти с тобой, когда ты пойдешь на охоту за ящиком?»

«Конечно», - сказал Чи. «Пойдем завтра».

Квартиры, которые школьный округ Краунпойнт предоставил своим учителям, находились в четверти мили от школы. В школе было темно, а на стоянке никого не было, если не считать одного пикапа. Пикап оказался синим «фордом 150». Чарли. Чи замедлил свою сумку, глядя на нее.

«Не здесь», - сказала Мэри Лэндон. "Это те квартиры впереди".

«Я знаю, - сказал Чи. «Я отвезу тебя домой через минуту».

Он заехал на стоянку рядом с пикапом. «Это грузовик Чарли, - сказал он. «Почему он оставил это?»

Грузовик был заперт. Мороз делал непрозрачным лобовое стекло. Чи обошел его, посветил фонариком в такси, ища что-нибудь, что могло бы ответить на этот вопрос. Он не нашел.

13

«МАЛЬПАИС, ПЕРЕВОДИТСЯ БУКВАЛЬНО с испанского, означает« плохая страна ». В Нью-Мексико это означает именно те огромные просторы лавового потока, которые образуют черные пятна на карте штата. Мальпаи в стране шахматной доски лежит прямо под горой Тейлор, образовавшись тем же вулканическим разломом, который тысячелетием назад поднял гору на пятнадцать тысяч футов в небо. Теперь гора опустилась до менее впечатляющих одиннадцати тысяч футов, и относительно современные извержения из трещин у ее основания вызвали последовательные потоки расплавленного базальта, текущие на юг на сорок миль, чтобы заполнить длинную долину между Месой Себоллета и горами Зуни. Некоторые из этих мальпа были древними, издавна смягченными водорослями, мхом, дождем, ветром и устойчивыми травами пустыни. В другом месте ему было всего несколько тысяч лет, он был еще сырым, черным и относительно безжизненным. След, по которому Чи шел зигзагами, пролегал по более плавному и древнему течению. Тем не менее, это было нелегко.

«Я никогда раньше здесь не бывала, - сказала Мэри Лэндон. «Не в этом. Как будто кто-то вскипятил целый океан черных чернил, и внезапно они замерзли ».

«Даже грызуны здесь, как правило, черные», - сказал Чи. - Думаю, защитная окраска.

«Не похоже, чтобы там было что-нибудь живое».

«Много рептилий», - сказал Чи. «Все виды змей и ящериц. И довольно много млекопитающих. Кролики, мыши, кенгуровые крысы и так далее ».

«Что они пьют?» - спросила Мэри.

«Некоторые из них этого не делают. Они получают воду из растений, которые едят. Но дождь и снег тают и собираются в выбоинах », - сказал Чи. «А иногда бывает весна. Вот куда мы идем. Здесь у Чарли есть источник. Он собирает травы, дурман и тому подобное. Для его церемоний. Вот где он оставил коробку.

"Как вы его нашли?"

«Либо с помощью дедукции, - сказал Чи, - либо спросив Чарли. Я попросил Чарли, и он сказал мне идти по этому пути, пока я не дойду до места, где новый поток лавы пересекает старый ». Чи указал вперед. «Прямо здесь. А потом я увидел место, где дорога разветвляется. Видеть? Прямо впереди. А пружина находилась ярдов в сотне по правой развилке пути. Он сказал, что это была связка тамариска, торчащая из потока лавы, чтобы отметить это. Видеть? Там."

«Так почему ты не свернешь направо?» - спросила Мэри.

«Я хочу показать вам эту новую лаву поближе, - сказал Чи. «Мы припаркуемся там, и мы сможем пройтись».

Новой лаве было не менее тысячи лет. Похоже, вчера он затвердел. Он был черным, как уголь, грубым и грубым, все еще отмеченным пеной раскаленных добела пузырей, бурлящих по ландшафту. Они поднялись с древней лавы на последнюю волну новой и стояли, глядя через десять миль неровной рваной черноты на голубые очертания горы Себоллета.

«Я впечатлена», - наконец сказала Мэри. «Это все равно что оглядываться на сто миллионов лет назад».

«Вы знаете какие-нибудь наши легенды?» - спросил Чи.

«Я знаю некоторых, - сказала Мэри. «Девушка из Лагуны, которую я знаю, рассказала мне одну о миграции из Лагуны. И кукурузные девы ».

«Это Пуэбло, - сказал Чи. «Если бы вы были навахо, вы бы знали, что смотрите на кровь Рогатого монстра».

"Ой. Черная кровь." Мэри улыбнулась Чи. «У вас, навахо, монстры с черным сердцем».

"Да, в самом деле. Историческое место. Именно здесь Герои-Близнецы начали обезопасить Динету для проживания Дини. Рогатый Монстр был первым, кого они поймали. Бонн Уотер

напал на него, и Monster Slayer выстрелил в него стрелой.

«У него определенно было много крови», - сказала Мэри.

«А потом они вычистили остальных», - сказал Чи. Он помог ей спуститься с гребня лавы. «Крылатое чудовище и водное чудовище. У нас даже был такой, который они называли «Тот, кто сбивает людей с обрыва».

"Как они его сделали?"

«Его волосы росли из-под утеса, не давая ему упасть», - сказал Чи. «Monster Slayer подстриг его».

Древний поток лавы позволял довольно легко ходить. Эоны времени стерли его шероховатость и сделали его черноту серой. Он был покрыт лишайниками, и трава росла везде, где скопилась пыль в трещинах. Чи говорил о мифологии навахо. Мэри Лэндон слушала. Он нес продуктовый мешок, в котором находились термос с кофе, два яблока и два огромных лоттабургера, купленные в Грантсе. Чи не был на пикниках со школьных времен. Он был счастлив. Справа утреннее солнце отражалось от снега на высоких склонах горы Тейлор, заставляя его блестеть на фоне темно-синего неба.

«Мы называем это Бирюзовой горой», - сказал Чи. «Первый Человек построил его из земли, которую он принес из Третьего мира, и он приколол его к миру с помощью волшебного ножа, чтобы он не улетел. Он поставил Бирюзовую девушку поверх нее, чтобы уберечь навахо от монстров, и поручил Большому Змею жить на горе вечно, чтобы уберечь Бирюзовую девушку от всего, что беспокоит Бирюзовых девушек ».

«Кстати о больших змеях», - сказала Мэри Лэндон. «Правильно ли я помню, что зимой они впадают в спячку, и поэтому мне совершенно не о чем беспокоиться? Или это просто еще один из ваших мифов?

Она карабкалась по огромному горбу лавы. Сразу за ним были тамариски и источник. «Когда ты скажешь мне свое военное имя?»

«Это хорошее правило - держаться подальше от горб, когда идешь по лаве, - сказал Чи. «Это верхушки старых пузырей, и примерно один из двадцати тысяч достаточно тонкий, чтобы вы могли провалиться и ...»

Голос Чи затих. Мэри остановилась на горке и замерла, глядя вниз.

«Джим», - сказала она. "Есть кто-то"

Чи вскарабкался к ней.

Сразу за горкой была воронка - круг из чистой сырой воды, окаймленный рогозом и зарослями зеленого тростника. Это, в свою очередь, было окружено небольшим участком бизоньей травы. На мужчине была красно-черная макина, а его черная шляпа лежала у его головы. Его руки были вместе за спиной, скрепленные чем-то вроде электрического шнура.

«Я думаю, он мертв», - сказала Мэри Лэндон очень тихим голосом.

«Я посмотрю, - сказал Чи. Левая рука выглядела искаженной и покрытой чем-то темным. «Я думаю, тебе стоит подождать в грузовике».

«Хорошо, - сказала Мэри.

Стоящим на коленях человеком был Томас Чарли. Черное пятно на его руке было давно засохшей кровью. Но когда Чи положил пальцы на шею Чарли, чтобы подтвердить свою уверенность в том, что он мертв, его плоть оказалась упругой и теплой. Он быстро отошел от тела и изучил область вокруг себя. Томас Чарли умер всего за несколько минут. Чи остро осознал, что его пистолет, неподходящий для пикника с девушкой, заперт в бардачке патрульной машины. Возможно, Томаса Чарли оставили здесь несколько часов назад и он уже давно умирал. И возможно, его убили всего несколько минут назад, а это значит, что его убийца должен быть поблизости. Чи снова взглянул на тело. Не было никаких признаков того, что его убило. Единственная видимая кровь была из руки. Чи поморщился. Рука была методично изуродована. Он осмотрел макиноу, тщетно ища пулевое отверстие. Затем он заметил место, где черные волосы на затылке Чарли были выжжены. Он встал на колени рядом с телом и аккуратно пригладил волосы. Под ним кожа над черепом была проколота, оставив маленькое круглое отверстие. Пулевое отверстие, вероятно, не больше 22 калибра. Бирюзовая Девушка не спасла этого полунавахо от монстров.

Звук запуска машины был близок. Он пришел из-за тамарисков. Чи побежал к нему вокруг бассейна, понимая, что водитель, вероятно, был вооружен. Автомобиль, который он увидел, когда подошел к заслонке кустарников, был бело-зеленым «плимутом» - тем, что был припаркован рядом с машиной Чарли. Он удалялся от него по трассе. Он не мог видеть водителя. Чи повернулся и вскарабкался вверх по лаве. Когда «Плимут» достигнет места разветвления путей, он повернет налево, обратно к шоссе и Гранту. Тогда Чи увидел водителя. И ему понадобится лишь мельком увидеть, чтобы подтвердить то, что он уже знал. Это будет блондин в желтом пиджаке.

Но «Плимут» не уходил влево. Он повернул направо и медленно двинулся к патрульной машине Чи.

Он мог видеть Мэри в окне со стороны пассажира, которая смотрела на приближающуюся машину, а затем на него.

Он сложил ладони и крикнул: «Беги. Мэри. Бежать."

Она вышла из водительской двери, побежав к новому потоку лавы. Она видела

как несущий его карабин 30-30. Чи бросился к патрульной машине, изо всех сил стараясь держаться подальше от холмов и холмов старой лавы. «Плимут» остановился, и водитель вышел. Это был блондин в желтом пиджаке, он поднял правую руку и нацелил пистолет, который держал в руке, на Мэри Лэндон. Чи показалось, что у него очень длинный и тяжелый ствол. Бочка задымилась, или вроде бы задымилась, но Чи ничего не слышал. Мэри была в новой лаве и скрылась из виду. План Чи вообще не придумал. Он будет кружить вокруг патрульного бака, находить Мэри в новой лаве и брать винтовку. Блондин подумает, что он вооружен, и не пойдет за ним. Риски были относительно небольшими. Во-первых, шансы попасть в цель из пистолета с расстояния в сто ярдов были малы, если только этот человек не стрелял намного лучше, чем большинство. А во-вторых, пуля калибра 22 на такой дистанции не будет смертельной. Чи побежал.

Боль была внезапной и сильной. Чи споткнулся, потерял равновесие и упал на четвереньки. Боль была в левой груди. «Сердечный приступ», - подумал он на один нелогичный момент. А потом он почувствовал, как по боку течет кровь, и быстро осмотрел. Кажется, пуля попала в ребро. Он осмотрел место осторожными пальцами и скривился от боли. Пуля, очевидно, сломала кость. Но, похоже, он не пострадал ни в чем серьезном. Нет причин менять свои планы, кроме более реалистичного взгляда на меткость блондина. Он осторожно приподнялся. Он точно определил местонахождение своего противника, а затем продолжил свой бег к новой лаве по более широкому и безопасному кругу.

Светловолосый мужчина несся прямо к нему по изношенным волнам серого камня, держа перед собой длинноствольный пистолет. Чи пригнулся. Блондинку либо было все равно, вооружен ли полицейский навахо, либо он знал, что это не так. Возможно, он видел, что Чи был без кобуры. И вот он пришел закончить работу, как он закончил ее с Томасом Чарли. Чи запаниковал, подавил ее и побежал зигзагообразно. Позже он побеспокоится о том, чтобы добраться до Мэри Лэндон и его винтовки. Теперь проблема заключалась в том, чтобы остаться в живых, дистанцироваться от блондина и найти место, где можно спрятаться. Он перепрыгнул через каменную гряду и услышал резкий щелчок пролетевшей мимо него пули. Он не слышал выстрелов. За гребнем лава затвердела в широкий желоб глубиной около пяти футов. Чи рванул вниз, ребро ощущалось как нож в груди. Затем он услышал гремящий треск выстрела и рев отрикошетившей пули. А потом еще и еще. Это были не молчаливые блондинки. Это был дульный выстрел его 30-30. Желоб заканчивался травянистым водосборником. Он вернулся к источнику Эмерсона Чарли. Чи остановился и посмотрел через край. Светловолосый мужчина возвращался к своей машине, уклоняясь от бега. С обрыва новой лавы Чи увидел клуб голубого дыма и снова услышал треск 30-30. Затем блондин оказался за патрульной машиной Чи. На мгновение Чи потерял его из виду. Затем он снова был виден, когда садился в «Плимут». «Плимут» обогнул патрульную машину с визгом шин о камни, а затем покатился по трассе, намного быстрее, чем это было безопасно для шин или рессор.

Примерно тогда Чи понял, что его патрульный баллончик горит. Пламя шло из-под его задней части, очевидно, из-за утечки топлива из бензобака. Огонь резко увеличился, охватив заднюю половину машины. Чи мрачно наблюдал за этим. Бак был полон примерно наполовину, насколько он помнил, - около двенадцати галлонов. Во вспомогательном баке было еще двадцать. Когда он нагреется, он взорвется, как бомба.

То, что было Томасом Чарли, все еще преклонило колени, лоб к траве. Чи прошел мимо тела и поднял мешок с термосом с кофе и обедом для пикника. Им предстояла долгая прогулка. Еще несколько минут он провел, методично обыскивая место у источника в поисках ящика. Чарли сказал, что оставил его на виду на скале у воды. Теперь коробки не было. Позади него он услышал приглушенный грохот взрыва бензобака.

«Мальчик», - сказала Мэри Лэндон, когда он подошел. «Вы, навахо, устраиваете захватывающие пикники». Она засмеялась, но это был шаткий смех. Огонь снова вспыхнул со свистом пламени, когда взорвалась передняя шина, и она подняла руку, чтобы прикрыть лицо от жары. Ее рукав был разорван, а запястье залито кровью из-за длинной царапины на предплечье.

"Ты в порядке?" он спросил. «Слава богу, ты взял с собой винтовку».

«Я знал, что ты это скажешь». Внезапно Мэри Лэндон пришла в ярость. «Почему бы мне не взять это? Потому что я был глуп, вот почему. Я только что видел связанное мертвое тело, и человека, который, должно быть, убил его, приближался ночью ко мне, и ты кричал на меня, чтобы я бежать, и винтовку прямо в ножнах. Почему бы мне этого не взять? " Ее голос был резким. «Потому что я недоумка? Я бы не сказал этого, если бы вы

Я взял винтовку. Я бы принял это как должное. Но нет. Я женщина, поэтому я глупая.

«Извини», - сказал Чи.

«Что вообще не так с этой проклятой винтовкой?» - сказала Мэри. Она передала его ему, что напомнило Чи, что его запасные боеприпасы лежат в бардачке и могут взорваться в любую минуту.

«Давай немного отступим», - сказал он. По его словам, начались разрывы 30-30 снарядов, не громче петард.

«Я неплохо стреляю, - подумала я, - сказала Мэри. «Я скучал по нему милю».

«Мне тоже жаль, - сказал Чи. «Когда я его не использую, я опускаю целик». Он показал ей, подняв листовой прицел вверх большим пальцем и сдвинув калиброванный клин вперед к отметке в 200 ярдов.

Мэри перевела взгляд с большого пальца Чи на лицо Чи, ее взгляд спрашивал: настоящий ли этот мужчина? Она покачала головой. "Почему? Почему ты бы так поступил?"

«Снимает нагрузку с пружины», - неубедительно сказал Чи.

Вдруг она прислонилась к нему. Он чувствовал ее дрожь. «Извини, что я была такой стервозной», - сказала она, говоря в его пальто. «Я к этому не привык».

«Я тоже», - сказал Чи.

«Этот человек там сзади. Это был мистер Чарли? Тот, который вы искали? Он был мертв, не так ли? Этот блондин убил его? Вы знаете, что происходит? "

«Да», - сказал Чи. "И нет. Это был Чарли. Он был мертв. И я понятия не имею, что, черт возьми, происходит ».

Пока он это говорил, Мэри заметила кровь на его рубашке. Каким бы детским он ни был, ранение заставило его почувствовать себя немного менее глупым. Если бы ребро не охотилось так много, и если бы ему не пришлось пройти пять миль до шоссе впереди него, это было бы почти оправдано.

14

КОЛТОН ВОЛЬФ оставил следы. Его видели двое свидетелей. Близко и ясно. Они могли опознать его. Они могли связать его с убийством и с арендованной машиной. Связь по аренде автомобилей предоставит других свидетелей и раскроет фальшивую личность. Он выехал на «Плимуте» по полосе ускорения и выехал на западную межштатную автомагистраль 40. Не было времени тратить зря на решение, что делать. Он решил это до того, как покинул трейлер. Это был план Б. План Б был тем, что он делал, если операция создавала такого рода беспорядки, которые делали обычный уход в некотором роде рискованным. Для каждой из его предыдущих операций существовал план Б и варианты плана Б. Но он никогда не использовал его раньше, потому что никогда не было беспокойства. Раньше цели умирали незаметно, тихо и незаметно. Единственным исключением была старая CPA в Рино. Мужчина что-то подозревал. Возможно, это было порождением угрызений совести, возможно, продуктом возраста и мудрости. Во всяком случае, часть информации, предоставленной Колтону, содержала подробности о том, что цель будет бдительной и настороженной. Так и было. Из-за этого Колтон потратил лишний день на разведку. И установка казалась идеальной. Бухгалтерский кабинет находился на пятом этаже здания банка в центре города. В середине утра в течение трех дней подряд старик вышел из своего кабинета, пересек коридор в мужскую уборную и облегчился. Комнаты отдыха были идеальными. И это был лучший вид. Однокомнатная мужская комната. Лезвие джимми открывает защелку. Жертва испугалась, смутилась, отказываясь поверить в то, что говорили ему его глаза, - что нарушитель наставлял пистолет ему в лоб. Жертва начинает выпаливать какую-то банальность вроде «Эта будка занята». Голос прерывается глухим глухим звуком. 22. Пуля попала в волосы, где какое-то время оставалась незамеченной. Тело опиралось на табурет. Неторопливый отъезд. Но на этот раз все было иначе. Когда Колтон вошел в комнату, старик что-то почувствовал. Через щель возле двери будки Колтон увидел, что на него смотрел единственный глаз, и крик начался в тот момент, когда Джимми коснулся защелки. Мужчина поднялся со стула, обхватив штаны до щиколоток, пытаясь сопротивляться. Потребовалось три пули и немного больше времени, а затем, когда он подпирал тело, дверь распахнулась, и в комнату ворвалась секретарша старика. Он выстрелил в нее дважды и втиснул ее тело в старый мужской, и ушел. Какое-то время было напряженно, но когда он вышел из лифта, не осталось абсолютно никаких следов. Он выбросил пистолет, открыв аварийный люк и положив его на крышу кабины лифта. Когда он вошел в вестибюль банка, у него не было шанса связать его с телами в комнате мужчин. Он ненавидел терять пистолет, но его нельзя было отследить. Никаких следов не было.

На этот раз следы были везде. Он поехал на запад по межштатной автомагистрали 40 мимо развязки Грантс, думая о них. Отсюда легко было идти по следам. Слишком мало людей в слишком большом пространстве. Если бы все прошло гладко, Колтон поехал бы обратно в Альбукерке, зарегистрировал машину в аэропорту, забрал свой грузовик и вернулся в свой трейлер. Это был план А, простой и быстрый. Затем, через несколько дней, он бы прицепил прицеп к грузовику и двинулся дальше. Где-то теплее. Может, Хьюстон, а может, где-нибудь в Калифорнии. Неважно где. Пока он не найдет свою мать. Тогда было бы место для дома. Место для поселения.

Но теперь ему пришлось использовать план Б. Это привело его в другом направлении - в Гэллап. Там он регистрировал машину в гараже для капитальной настройки, оставляя номер Gallup, по которому можно было позвонить, когда ремонт будет завершен, и сообщая механику, что спешить некуда. Это означало бы дни до появления машины. Он шел до автобусной остановки, садился на следующий автобус до Феникса и летел обратно в Альбукерке.

Он проехал ровно на пять миль выше установленной скорости - разрешают пограничные патрульные. Особой спешки не было. Он купил себе несколько часов, сжег полицейскую банку и радио. Он ранил мужчину, вероятно, в живот. И женщине потребуется не менее трех часов, чтобы выйти из лавы и включить сигнализацию. К тому времени, когда можно будет организовать серьезный поиск, он уже будет уже в Аризоне. Вне круга.

Мимо него пролетел полуприцеп, преодолев предел миль на пятнадцать. Это означало, что служба безопасности водителя-дальнобойщика заверила его, что полиция штата в безопасности. Но Колтон держал арендованный Плимут на стабильной отметке в шестьдесят. Он думал, как бы стереть свои следы. Никогда еще с детства Колтон не чувствовал себя таким уязвимым. Он знал, что индийский полицейский видел его на аукционе чистым и крупным планом. Полицейский и женщина снова видели его на лаве. Полицейского и женщину нужно было убить так быстро, как Колтон смог это сделать.

15

ДЖИММИ ЧИ ПОДПРАВИЛИ к подушкам: он мог повернуть взгляд влево и посмотреть в окно своей комнаты на пятом этаже в Медицинском центре округа Берналилло и увидеть через Ломас-авеню коричневую книжную башню Университета штата Нью-Йорк. Библиотека Нью-Мексико и современная скульптурная форма Дома гуманитарных наук. Если бы он перевел взгляд на ночь, он увидел бы на экране телевизора бывшие и никогда не бывшие на Голливудских площадях, притворяющиеся, что им весело. Экран телевизора замолчал, звук выключился. Все, что Чи мог слышать, был голос шерифа Гордо Сена, лицо которого Чи мог видеть, когда смотрел прямо перед собой. Голос и лицо были сердиты. «Я хочу, чтобы вы сделали, - говорила Сена, - так это выбросили всю эту ерунду. Просто скажи мне хоть раз какую-нибудь божественную правду. Я хочу знать, откуда вы узнали, что у Тома Чарли есть эта коробка. И что в нем было. И что с этим случилось. И как получилось, что этот парень из Плимута гнался за ним?

«И я хотел бы знать, - думал Чи, - как Гордо Сена прошел мимо медсестры». Сотрудники ФБР пришли раньше, когда он пытался позавтракать, и медсестра посмотрела на него и сказала: «Вы не готовы разговаривать с полицией, правда?», И на этом все ФБР. Но через тридцать минут Сена просто толкнула дверь, вошла, выключила телевизор, села в прикроватное кресло и сказала: «Ей-богу, мы собираемся кое-что уладить». Было около тридцати вопросов спустя.

«Я не знал, что коробка у Чарли», - сказал Чи в третий раз. «Это была обоснованная догадка. Я сказал вам то, что сказала мне миссис Вайнс. О том, что кража со взломом имеет религиозную связь. Ну, религия - пейот, а Чарли - главный пейот. Один плюс один - два ».

«Было», - поправила Сена. «Был главным пейотом. Так что вы просто подходите к Чарли и спрашиваете его, грабитель ли он, и он признает это. Это то, во что вы пытаетесь заставить меня поверить.

«Вот что случилось», - сказал Чи. «Не совсем, но примерно». В ушах у него звенело, ребро болело, и тошнота, которая появлялась и проходила все утро, снова возвращалась. Ему не хотелось говорить. Он закрыл глаза. Гневное лицо Сены исчезло, но не голос. Вопрос за вопросом о том, почему Чарли украл коробку, что Чарли сказал, было в коробке, что Чарли сказал о Винезах. Вопросы, которые исследовали со всех возможных сторон то, что Чи знал о блондинке в бело-зеленом Плимуте.

«Какой у него был голос?» - спросила Сена.

Чи открыл глаза. «Никогда с ним не разговаривал». Он сказал это Сене раньше. Фактически, дважды.

«Верно, ты этого не сделал», - сказала Сена. Его настороженные глаза изучали лицо Чи. Почему Сена подумал, что они говорили? Почему это было так важно для шерифа?

Больше вопросов. Почему блондин сжег машину Чи? Ответ показался Чи очевидным, но он ответил на него. Чтобы предотвратить преследование и быстрый радиозвонок, который неминуемо поймал бы

Плимут на блокпосту. Почему блондин, похоже, был склонен преследовать Мэри Лэндон? Снова очевидно. Они с Чи хорошо разглядели убийцу. Он пытался устранить свидетелей.

Сена притянул цепь ближе к кровати. Он наклонился вперед. «Вы нашли коробку?»

«Нет», - сказал Чи.

«Неужели Томаш Чарли открыл его? Он тебе это сказал?

«Он открыл его, - сказал Чи. Об этом они уже писали.

"Что в нем было?"

У Чи кружилась голова. Он хотел, чтобы Сена ушла. Жадное лицо шерифа немного не в фокусе.

«Он сказал тебе это? Что было в коробке? »

"То, что я сказал; в основном просто камни, - сказал Чи. «Куча черных камней и кое-что из старых военных вещей - медали, значок десантника, нашивка на плече и несколько старых фотографий людей. Семья, как думал Чарли.

"Горные породы?" - сказал Сена.

«В основном заполнен черными камнями», - сказал Чи.

Сена молчал. Его суровые темные глаза смотрели на Чи. «У тебя есть братья?»

«Нет», - сказал Чи. "Две сестры. Нет братьев ». Вопрос его удивил.

«У меня была одна», - сказала Сена. "Старший брат. Его звали Роберт. Он был умен. Самый умный ребенок в средней школе Грантов. Сказал прощальную речь. Впервые за много лет это была не какая-то англо-девушка. Получил здесь стипендию в университете, но сначала не пошел. У нашего старика была болезнь сердца. Роберт работал на луковых полях, на нефтяных месторождениях и тому подобное. Он заботился о нас, детях. Заботился о нас. Уберегли нас от неприятностей. Старик умер и оставил часть социального обеспечения, поэтому Роберт наконец поступил в университет. Он изучал инженерное дело ».

Сена передал эту информацию ровным стаккато. Теперь его голос затих. Он посмотрел на свои руки, глубоко вздохнул, задержал дыхание и отпустил. Когда он снова поднял глаза, его глаза перестали быть жесткими. «Я хочу попросить тебя об одолжении», - сказал он Чи. «Я не так много делаю».

Чи кивнул.

«Я хочу рассказать вам, как умер Роберт, - сказала Сена. Он описал взрыв нефтяной скважины и то, как в тот день начальник бригады навахо не подпускал своих людей. «Какое-то время я думал, что он это сделал. Теперь я просто думаю, что он каким-то образом был в этом замешан. Знал о плане. Знал, что Роберта собираются убить. Этим парнем был Диллон Чарли, дедушка Томаса.

Сена посмотрел на свои руки. Мышцы его челюсти работали.

"Что ты хочешь чтобы я сделал?" - спросил Чи.

Сена не подняла глаз. «Я хочу знать, кто убил Роберта», - сказал он. «Я хочу прибить сукиных сыновей. Вы говорили с миссис Вайнс. Вы говорили с внуком Диллона Чарли. Здесь есть секрет, связанный с тем, что я индиец, и с религией пейота. Один из них что-то сказал. Вы что-то поняли. Вы знаете больше, чем говорите. Иначе вы бы не нашли коробку Vines так быстро.

«Я ни черта не знаю, - сказал Чи. «Не о взрыве нефтяной скважины. Вы думаете, что Винезы имеют к этому какое-то отношение?

Сена покачал головой. «Он тогда здесь не жил. И она не попала сюда, пока не умерла его первая жена. Думаю, Диллон Чарли кое-что сказал Вайнсу. Во всяком случае, черт побери, миссис Вайнс что-то знает. Иначе зачем ей связывать кражу этой коробки с этой кучкой помешанных на пейоте?

«Не знаю, - сказал Чи.

В комнате стало тихо. Скорая помощь свернула Ломас к входу в отделение неотложной помощи BCMC, его сирена резко завыла.

- Тогда нечего мне сказать? - спросила Сена.

«Не то чтобы я вам еще не сказал, - сказал Чи.

Сена поджал губы и взглянул на часы. «Это адский способ убить человека», - сказал он. «Разорвать их вот так. Нам не хватало Роберта, чтобы его похоронить. И часть того, что мы похоронили, могло быть не им. У него была одна нога с ботинком. Часть туловища мы могли узнать, потому что в ней была пряжка его ремня. Никогда не встречал его много. У койотов, канюков и прочего была пара дней, чтобы унести его. Глаза Сены были жесткими и яркими, глядя прямо в глаза Чи. Его челюсти были жесткими. «Моя мама ходила туда и смотрела. Она ходила по креозотовому кусту в поисках костей. Сена издал серию звуков, которые могли быть смехом. «Я думаю, она хотела снова собрать Роберта вместе. Что вы думаете об этом?"

Чи не мог придумать, что сказать. Отношение белых людей к своим мертвым было выше его понимания.

«Две вещи», - сказала Сена. «Один я спрашиваю вас, а другой говорю. Если вы можете рассказать мне что-нибудь об этой связке пейота, или о виноградных лозах, или о чем-нибудь, что может мне помочь, я буду признателен. Я бы это запомнил. Я никогда не забываю об одолжении. И, во-вторых, я говорю вам держаться подальше от моей юрисдикции. Все это мое дело. Кража со взломом, убийства и все остальное. Это мое. Он принадлежал мне большую часть моей жизни, и я не хочу, чтобы ты был в нем. Я сказал тебе это однажды, и ты не обратил на меня внимания. Голос Сены дрожал. Он замолчал на мгновение, обретая контроль. «Теперь у меня есть имя для того, чтобы быть твердым», - продолжил он. "Я

Я убил одного или двух человек при исполнении служебных обязанностей, а некоторые говорят, что я убил некоторых, которых не нужно было убивать. Как бы то ни было, я вам вот что скажу. Вы думаете, что вам не повезло, что блондин столкнулся с вами там, на Мальпаи. Дело в том, что тебе повезло, что это был не я.

Сена встал и аккуратно поставил стул у стены под телевизором. Он вошел в дверь, не взглянув и не сказав ни слова.

На телеэкране шквал рекламы заменил Голливудские площади и уступил место тому, что казалось мыльной оперой. На экране было заплаканное лицо женщины. Ее губы беззвучно шевелились, и она вытерла глаза. Чи перевел взгляд влево и уставился на центральный кампус Университета Нью-Мексико. Сначала он подумал о ненависти Гордо Сены. А затем о схеме его вопросов. Это не был разбор полетов - один офицер собирал информацию у другого. Это был искусно проведенный допрос - зондирование враждебно настроенного свидетеля. Но что именно хотела узнать Сена?

Отчасти это было очевидно. Частично это было не так. Чи разобрался в этом в уме. Трижды тремя разными способами Сена пытался узнать, было ли какое-то общение между ним и блондином. Почему это было так важно для Сены? Этот блондин работал на шерифа? Неужели Сена наняла человека, чтобы тот забрал коробку у Томаса Чарли? На этот вопрос невозможно было ответить. Казалось бы более логичным, что его наняла Вайнс.

Телефон зазвонил. Чи застонал.

«Я сержант Хант, - сказал голос, - из полицейского управления Альбукерке. Хочешь, чтобы у тебя был посетитель? "

Это был мягкий голос, очень вежливый.

«Почему бы и нет?» - сказал Чи.

- Тогда тебе придется сказать этой медсестре, - сказал голос. «Она меня не впустила».

«Я скажу ей», - сказал Чи.

- Тогда вставай, - сказал Хант и повесил трубку.

Чи нажал кнопку, чтобы вызвать кого-нибудь из медпункта. Зачем APD послал человека поговорить с ним? Это было дело ФБР или, как настаивал Сена, шерифа округа Валенсия. Это будет зависеть от того, считаете ли вы похищение, которое произошло в федеральной юрисдикции резервации, или убийство, которое, вероятно, произошло на территории Сены, в зависимости от того, где на шахматной доске лежали линии. В любом случае это не будет представлять интереса для закона Альбукерке.

Хант был невысоким мужчиной с бледно-серыми глазами и узким костлявым лицом.

«Похоже, ты забыл увернуться», - сказал Хант. «Если вам интересно, пуля разлетелась, но она похожа на пулю 22-го калибра. Наверное, полая точка ».

«Похоже, это был пистолет калибра 22 с глушителем на стволе», - сказал Чи. "Ощущение пушечного ядра".

«У меня есть отчет, который вы подали в полицию штата, - сказал Хант. «Похоже, вы довольно хорошо его рассмотрели».

«Ага, - сказал Чи. "Достаточно близко." Он попытался вспомнить, что сказал государственному полицейскому. Все было туманно. Они пошли обратно к шоссе. Мэри Лэндон и он. Это быстро стало медленным и болезненным. Каждый шаг вызывал острую боль в груди. Вскоре у него закружилась голова. Он сидел рядом с дорожкой. Мэри расстелила пальто на земле и заставила его лечь, а она убежала, намереваясь задержать какого-нибудь водителя и позвать на помощь. Он задремал, проснулся и снова задремал. Наконец, когда солнце было почти прямо над головой, он проснулся и увидел склонившегося над ним человека в черной форме полиции штата Нью-Мексико. Он вспомнил, как разговаривал с полицейским и обеспокоенным лицом Мэри, ехал на межштатную автомагистраль и был переведен в скорую помощь. Он вспомнил, как Мэри ехала с ним. Но это было все, что он помнил. Где сейчас Мэри?

«Мы хотели бы получить другое описание», - сказал Хант. "Вы можете повторить это снова".

«Среднего размера», - сказал Чи. «Около тридцати. Весил, наверное, около 150. Пять десять, наверное, меньше. Выглядел в хорошей форме. Волосы были очень светлыми, средней длины. Как я помню, какая-то выдающаяся костная структура. Сильный подбородок, голубые глаза, плотные брови. Без усов. Без бороды. Светлый цвет лица. Бледный. Уши довольно большие, прижаты к черепу.

Хант делал записи. Чи закрыл глаза, снова увидев лицо, которое он видел на аукционе, и голубые глаза смотрели на него. «Я не могу придумать больше деталей. Он выглядел умным, если вы понимаете, что я имею в виду.

Хант открыл папку из манильской бумаги. «Он похож на это?» - спросил он. Он протянул Чи набросок, сделанный карандашом на тонком белом картоне. Это было похоже на эскиз, сделанный полицейским художником. Он также был очень похож на блондина.

Чи вернул его. «Это может быть он», - сказал он. «Вероятно. Кто он?"

«Мы не знаем наверняка, - сказал Хант.

Ребро Чи пульсировало. Он почувствовал внезапную волну недомогания. В ушах звенело. Он не был в настроении к застенчивости. «Черт возьми, - сказал он. «Давайте не будем играть в игры. На кого должен был быть снят эскиз? А почему это АПД? Это в сотне миль от тебя

территория ».

«На объяснение уходит минута, - сказал Хант. «У нас есть дело о старых нераскрытых убийствах в детективном отделе, и я его отслеживаю. Вы знаете, пересматривайте его каждые полгода, чтобы увидеть, не уместится ли что-нибудь новое. В общем, прошлым летом у нас было забавное двойное убийство. Два парня на аварийной машине собирались отбуксировать старый пикап из зарезервированной зоны стоянки, и машина взорвалась и убила их обоих. Нам повезло, и мы нашли свидетеля, который сидел у окна и смотрел, как проходит мир. Она видела кого-то, кто выглядел вот так, - Хант постучал по эскизу, - положил пакет в заднюю часть пикапа, прежде чем он взорвался.

«Ах, - сказал Чи. Он больше не чувствовал боли в левом боку или тошноты. Часть шаблона, который часами пытался сформироваться в его голове, приобрела твердую, четкую форму. Хант выжидающе смотрел на него, ожидая комментария. «Это интересно, - сказал Чи.

«Это так, - согласился Хант. «Мы никогда не могли этого понять. Очевидно, бомба не предназначалась для аварийной команды - хотя мы, наконец, даже это проверили. Можно подумать, что если парень закладывает бомбу в пикап, он хочет потратить впустую пикап. Но водителем был бедняк навахо, который уже на последнем издыхании болел раком. Уже умираю. Нет смысла торопиться. Затем мы проверили парня, у которого было зарезервировано парковочное место. Большой доктор. Деньги. Жена беда. Может, она хотела мгновенного развода. Нет доказательств, но мы полагали, что целью был доктор. Теперь похоже, что наш бомбардировщик убил другого навахо, и у него такая же фамилия ».

«Они отец и сын», - сказал Чи.

Хант хлопнул себя по ноге. «Именно это я и надеялся, что ты скажешь. Это или, может быть, братья. Вы точно знаете? "

«Я знаю это точно, - сказал Чи.

«Ну, а теперь, - сказал Хант. «Это говорит нам о нескольких вещах».

Да, думал Чи. Это должно нам многое рассказать. Но он не мог придумать что.

«Как что?» - спросил он.

«Как будто эта бомба не предназначалась для врача. Если этот киллер целился в Чарли-младшего, он, должно быть, целился в Чарли-старшего ».

«Да», - сказал Чи. Голова болела. Кто бы нанял профессионального убийцу, чтобы убить человека, который уже умирал? Зачем кому-то торопить смерть Эмерсона Чарли? Не было очевидных ответов. Хант наблюдал за Чи, ожидая ответа.

"Тело Эмерсона Чарли вообще обнаружилось?"

Хант нахмурился. "Что вы имеете в виду?"

«Томаш Чарли сказал мне, что в больнице потеряно тело его отца. Однажды ночью Эмерсон умер, а на следующее утро Томас пришел забрать тело, а его уже не было в морге ».

Хант открыл рот; и снова закрыл. «Я этого не знал, - сказал он. «Будь проклят. Почему об этом не сообщили? "

«Томас сообщил об этом APD, - сказал Чи.

Было видно смущение Ханта. «Вы знаете, как это могло быть, - сказал он. «Наверное, рассказал какому-то клерку на стойке регистрации и заполнил форму, и кто-то немного обзвонил, и на этом все закончилось. Никто не подталкивает. К тому времени дело о взрыве еще не велось. И ни у кого не было бы возможности заранее узнать, что детективное подразделение заинтересовалось больным навахо.

«Не думаю, - сказал Чи.

«Я проверю это. Немедленно." Он снова нахмурился. «Как больница может потерять тело?»

«Томас думает, что его украли».

«Украдено? Почему? Кто бы это украл? Этот парень?" Он постучал по рисунку.

Чи не хотел говорить о Винезах. «Томас думает, что его украла ведьма», - сказал он. "Почему? Кто знает?" Но в его уме формировалась причина.

И, видимо, в сознании Ханта.

«От чего он умер?» - спросил Хант. «Они сказали нам, что у него рак».

«Но, может быть, парень, который пытался поторопить его вместе с бомбой, нашел другой способ поторопить его. Ты об этом думаешь? " Чи обнаружил, что уважает то, как работает ум Ханта, и ему нравится этот человек.

«Совершенно верно, - сказал Хант. «А если трупа нет, вскрытия не будет. Я проверю это.

«Хорошо», - сказал Чи.

«Я дам вам знать», - сказал Хант. «И еще кое-что». Он снова выудил эскиз из папки и посмотрел на него. «Если наш мужчина здесь такой же, как ваш, я думаю, что он большой человек. Думаю, ФБР будет очень заинтересовано.

«Они были здесь сегодня утром, - сказал Чи. «Медсестра не впустит их. Чего они хотят?»

«За последние несколько лет у них была серия профессиональных убийств, сделавших то же самое. Люди стреляли в голову из винтовки 22. Никто не слышит выстрела. А потом была пара случаев, когда одного человека подбили из калибра 22, а другого бомбили. Пара руководителей строительного союза в Хьюстоне и свидетели по делу о вымогательстве в Филадельфии. Во всяком случае, в основном маленький пистолет с глушителем и пару раз с бомбой. И оба раза казалось, что бомбы взрываются при наклоне упаковки. Вот какую бомбу он здесь использовал.

«Наклонить пакет?»

«Чертовски умно», - сказал Хант. «Он использует ртуть для электрического соединения. Вы просто кладете эту чертову штуку и снимаете защитное приспособление, и в следующий раз, когда вещь двигается, или наклоняется, или трясется, ртуть скользит, и она исчезает. Ни таймера, чтобы облажаться, ни проводки до зажигания. Не суетись. Нет болвана. Если водитель его не видит, он гаснет, когда машина движется. Если он это увидит, он погаснет, когда он поднимет его ».

«Тогда что здесь пошло не так?» - спросил Чи.

«Удача. Бригада вредителей собиралась вытащить грузовик, - сказал Хант. «Начали поднимать заднюю часть. Наклон. Бум. Но это была настоящая неудача. Это настоящий гаджет. Поймите, это разработало ЦРУ ».

ФБР прибыло, когда Хант уезжал. Его звали Мартин. Он был молод. На нем был коричневый костюм с жилеткой. Его усы были подстрижены, а его стрижка не обидела бы покойного Дж. Эдгара Гувера. Быть вторым после полицейского Альбукерке ему не нравилось.

«Медсестра сказала мне, что вы спите, - сказал он. Это было больше обвинением, чем заявлением.

«Нет», - сказал Чи. «Я смотрел Голливудские площади. Думаю, она не хотела перебивать. Вы когда-нибудь смотрели их?

Мартин отрицал это. Он хотел поговорить о том, как выглядел блондин. И о том, почему кто-то хочет убить Томаса Чарли. А насчет кражи со взломом Вин. Чи потребовалось меньше пяти минут, чтобы исчерпать все, что он знал обо всех трех предметах, и еще десять минут, чтобы повторить все это еще дважды под немного разными углами.

"Вы нашли что-нибудь в машине этого человека?" - спросил Чи. "Это была арендованная машина, не так ли?"

«Мы еще не восстановили его», - сказал Мартин. «Мы думаем, что это было арендовано у Hertz в аэропорту Альбукерке». Он выудил из портфеля папку и извлек копию рисунка Ханта.

«Ваш мужчина так выглядит?»

«Довольно близко, - сказал Чи.

«Люди Hertz опознали его как человека, который арендовал бело-зеленый седан Plymouth. Теперь машина просрочена. Он назвал свое имя Макрей и адрес в Индиане. Это не проверяет ".

Чи не стал комментировать. Разговор с Хантом утомил его. Его грудь болела. В ушах звенело. Он хотел, чтобы Мартин ушел.

«Когда ты выйдешь отсюда, мы хотим, чтобы ты спустился в офис», - сказал Мартин. «Мы хотим, чтобы вы посмотрели на фотографии и предоставили нам более подробную информацию об опознании, если сможете».

«Шоты из кружки? Думаешь, у тебя есть на него записи?

«Не совсем», - сказал Мартин. «Мы думаем, что у нас накопились подозрения за десять лет. Мы хотим, чтобы вы посмотрели на всякий случай. И мы хотим, чтобы вы много времени вспоминали о нем. Все."

Чи ничего не сказал. Он просто закрыл глаза.

«Это важно, - сказал Мартин. «Этот парень ловкий. Тот маленький пистолет, который он использовал, должно быть, действительно бесшумный. И он получает это там, где никто ничего не видит. Видимо, он очень методично все разведывает, а потом любит ловить их в одиночестве для одного быстрого выстрела с близкого расстояния в голову. В доме его любимец. Мы знаем о четверых, найденных сидящими в кабине с закрытой дверью. И пара в телефонных будках. В таких местах. Быстрый выстрел, и он просто уходит. Никаких свидетелей. Только после бомбежек. А теперь ты и мисс Лэндон.

Чи открыл глаза. "Мы первые свидетели?"

Мартин смотрел на него. «Первое, о чем он знает. Он не знал, что кто-нибудь видел, как он закладывал бомбу в грузовик Чарли. Средний размер. Блондинка. Так далее. Вы единственные, кто действительно видел его и мог обвинить его в убийстве.

У Чи разболелась голова. Он снова закрыл глаза.

«Знаешь, - сказал Мартин, - на твоем месте я бы был осторожен».

Чи уже подумал об этом.

16

Когда МАРТИН ушел, Чи провел следующие десять минут за телефоном. Он получил номер Мэри Лэндон из справочной, но никто не ответил, когда он позвонил. Он вспомнил тогда, что это был школьный день, и позвонил в школу. Мисс Лэндон взяла выходной. Он позвонил в свой офис, объяснил ситуацию и сказал офицеру Доджу посмотреть, сможет ли она найти Мэри и сделать все возможное, чтобы следить за ней. Пришел врач - молодой человек

с рыжими волосами и веснушками. Он осмотрел ребра Чи, надел повязку, сказал: «Успокойся» и ушел. Приехала медсестра, измерила температуру, дала ему две таблетки, посмотрела, как он их принимает, сказала: «Это не полицейский участок. Ты должен отдыхать »и ушел. Чи устроился на подушке и посмотрел на университетский городок. Он подумал о Мэри, о религии пейота, о шкатулке для подарков Б. Дж. Вайнса и о привычках белых людей и погрузился в беспокойный сон. Когда он проснулся, было уже поздно. Солнце светило в его окно, и Мэри сидела в прикроватном кресле.

«Привет, - сказала она. "Как ты себя чувствуешь?"

«Хорошо», - сказал Чи. Он действительно чувствовал себя прекрасно. С огромным облегчением.

«Мальчик», - сказала она. «Вы действительно напугали меня. Я думал, ты умер. Я махнул рукой по грузовику, и он поймал полицейского штата по радио CB. А когда мы вернулись к вам, вы просто лежали там ». Она скривилась, глядя на него. «Как мертвый».

Чи рассказал ей то, что узнал о блондинке. «Вы видите проблему? Есть шанс, что он решит, что ему нужно избавиться от нас.

Даже когда он их говорил, слова звучали для него мелодраматично. В этой тихой, антисептической комнате идея о том, что кто-то хочет убить Джима Чи и Мэри Лэндон, казалась глупой.

«Разве ты не думаешь, что он на самом деле просто убегал?» - спросила Мэри. «Вот что я сделал бы».

«Но вы не профессиональный боевик, - сказал Чи.

«Если это замечание отразилось на моей стрельбе, я хочу напомнить вам, что это вы облажались с целиком».

«Будьте серьезны», - сказал Чи. «Этот парень убивает людей».

Юмор покинул лицо Мэри. «Я знаю», - сказала она. "Но что вы можете сделать? Это похоже на удар молнии. Нельзя все время прятаться от облаков ».

«Но ты тоже не стоишь под деревьями, пока идет дождь», - сказал Чи. «Почему бы тебе не взять отпуск и не пойти на некоторое время к родственникам и не сказать никому, куда ты собираешься?»

Выражение лица Мэри сменилось с мрачного на скептическое. «Это то, что вы собираетесь делать?»

«Я бы сделал, если бы мог, - сказал Чи. «Но я же полицейский. Это мое дело ".

«Нет, это не так, - сказала Мэри. «У вас даже нет юрисдикции. Вот что ты мне сказал. Это дело ФБР. Или, может быть, шерифа.

«Юридически», - сказал Чи. «Но это больное ребро вызывает у меня особый интерес. Кроме того, я являюсь вещественным свидетелем.

«Я тоже», - сказала Мэри.

Они спорили об этом - непростой, пробной схватке двух человек, еще не уверенных в своих отношениях.

Мэри сменила тему разговора на своих прежних посетителей, на шерифа Сена, на одержимость Сены смертью его брата в результате взрыва нефтяной скважины. Разговор был до странности натянутым и неудобным.

«Когда я выберусь отсюда, - сказал Чи, - я собираюсь покопаться в газетных файлах и узнать все, что смогу, об аварии на нефтяной скважине, найти имена и посмотреть, что я смогу узнать».

«Я пойду посмотреть, - сказала Мэри. «В университетской библиотеке газеты хранятся на микрофильмах?» Она встала и забрала сумочку. «Я посмотрю, есть ли у них подходящие. Если я потороплюсь, я сделаю это сегодня ».

17

Было 3:11 утра. когда Чи посмотрел на свои часы. Он не спал минут пятнадцать, неподвижно лежал с закрытыми глазами в тщетной надежде, что сон вернется. Теперь он отказался от этого. Послеобеденный сон оставил его не в ладу со временем. Медсестра дала ему еще одну таблетку снотворного в десять часов, но он оставил ее лежать. Его политика заключалась в том, чтобы принимать таблетки только в случае необходимости. Нарушение привычек сна было той ценой, которую он теперь платил за таблетку за обедом. Он сел на край кровати и надел больничные тапочки. Большая часть болезненных ощущений прошла с его стороны. Только когда он двинулся с места, под тяжелыми бинтами все еще ощущалась боль. Сквозь занавеску, которая теперь отделяла комнату, он слышал тяжелое дыхание одурманенного сна. Около полуночи они привезли мужчину из палаты послеоперационного восстановления - молодого чикано, зашитого ранним вечером после какого-то несчастного случая. Чи включил свет на кровати и начал перечитывать газету. Сквозь занавеску он слышал, как его сосед по комнате бормотал на своем крутом стуле. Мужчина изменил положение, застонал. Чи выключил свет. «Пусть поспит, - подумал он. Это время ночи для сна. Но Чи никогда не чувствовал себя более бодрым. Он надел халат и пошел к медсестре. Медсестрой оказалась женщина лет сорока пяти, с круглым спокойным лицом и лицом, испорченным десятью тысячами морщин, которые солнце пустыни наносит белым людям. Она оторвалась от документов через бифокальные очки.

«Не могу заснуть, - сказал Чи.

«Посмотрим», - сказал Bifocals. «Ты Чи?» Она нашла его папку и взглянула на нее. «Ты принял таблетку в десять, но, думаю, я мог бы дать тебе еще одну».

«Мне они не нравятся, - сказал Чи. «Они вызывают у меня сонливость».

Бифокальные очки внимательно посмотрели на него, уловили иронию и усмехнулись. «Да», - сказала она. «Вот в чем проблема снотворного».

«Некоторое время назад эта больница потеряла тело», - сказал Чи. «Товарищ по имени Эмерсон Чарли. Вы слышали об этом? "

«Неофициально», - сказал Bifocals. «Но я слышал». Она усмехнулась при воспоминании. «Над этим поднялся какой-то ад».

«Как такое могло случиться? Что ты делаешь с телами? »

«Ну, сначала приходит лечащий врач, который занимается сертификацией», - сказал Bifocals. Она выглядела задумчивой. «Затем тело маркируется для опознания и перемещается в морг на втором этаже. Он хранится там, пока родственники не получат похоронное бюро, чтобы забрать его. Или, если есть вскрытие, оно помечается для этого и проводится до тех пор, пока морфологическая лаборатория не проведет вскрытие. Судя по тому, что я слышал об этом, он был помечен для вскрытия, но кто-то пришел и забрал его ».

«Расскажи мне об этом», - сказал Чи.

«Нечего сказать. Он умер поздно днем. Тело сняли и положили в холодильник. Утром морфология потребовала этого, и тело исчезло ». Бифокальные очки усмехнулись. «Много смущения. Много красных лиц ».

«Кто-то украл тело?»

«Должно быть так», - сказал Bifocals. - Наверное, кто-нибудь из семьи. Индийцы обычно не хотят вскрытия.

Чи не поправил ее. Чарли был навахо, и большинство навахо испытывали даже меньшее отвращение к вскрытиям, чем белые. Это были индейцы пуэбло, которые сопротивлялись вскрытию. Их мертвых нужно было похоронить в том же солнечном цикле, что и их смерть. Они должны были вовремя начать строго запланированное четырехдневное путешествие души в вечность. Но для большинства кланов навахо смерть породила лишь недолговечное злое привидение и вечное забвение для человеческого сознания. У них было мало чувств к трупам.

«Может ли кто-нибудь просто войти и выйти с телом?» - спросил Чи.

«Я думаю, что они сделали», - сказал Bifocals. «И с одеждой тоже». Она усмехнулась. «У нас было два закрылка из этого. Сначала пропало тело, а через два дня выяснилось, что мы передали одежду Эмерсона Чарли другому трупу. Кто бы ни взял его, забрал одежду другого человека ».

«Как такое могло случиться?»

«Достаточно просто. Когда приходит пациент, его одежда складывается в красный полиэтиленовый пакет - он похож на сумку для покупок - и вместе с телом отправляется в морг. Тот, кто получил тело, просто взял не тот мешок.

«Но разве они не запирают это место?»

"Должно быть. Но кто-то, вероятно, оставил его открытым для какого-то похоронного бюро. Думаю, вот что произошло. И кто-то из семьи этого человека пришел, обнаружил, что дверь не заперта, и просто вышел с телом. Морг прямо у прачечной. Они могли выйти туда, и никто их не увидел. И тебе пора снова в постель.

«Хорошо, - сказал Чи. "Доброй ночи."

Но Чи по-прежнему не хотелось спать. В дверях он оглянулся. Бифокальные очки были погружены в ее бумажную работу. Он прошел по коридору, завернул за угол и вышел на площадку лифта. Он спустился по лестнице ко второй и остановился там, чтобы узнать направление. Судя по сообщению Bifocals, морг находился рядом с доком для стирки прачечной. Это имело смысл с точки зрения логистики. Больница была построена на склоне холма, спускающегося с северо-востока на юго-запад. Таким образом, если док-станция для стирки была на втором этаже, она должна была находиться на северо-восточной стороне больницы. Чи взял град, который вел на север, и повернул направо на восток. Пока он шел по пустому гулкому коридору, он слышал впереди грохот. Эти звуки, предположил Чи, издаст стирка. На соседней двери был наклеен лист бумаги для машинки. Легенда, напечатанная на нем маркером, гласила, что лаборатория морфологии была переведена в лабораторию штата Нью-Мексико. Сразу за углом Чи нашел дверь в морг. Это была широкая дверь, защищенная бампером из фанеры. Рядом были припаркованы три телесных стола на колесах. Дверь была заперта. Чи осмотрел замок. Он предположил, что сможет открыть его гибким лезвием, но не было возможности быть уверенным. Потолок предлагал другую возможность. Он посмотрел вверх и вниз по коридору и на смежный холл, который вел к прачечной. Все безлюдно. Единственным звуком был стук стиральных машин. Чи подтолкнул одну из тележек к двери и тяжело взобрался на нее. Он поднял акустическую потолочную плитку и просунул голову в проем. Между подвесным потолком и полом наверху было около четырех футов свободного пространства. Чи протестировал решетку из алюминиевого сплава, поддерживающую потолочную плитку. Он казался крепким, но, вероятно, недостаточно сильным, чтобы выдержать полный вес человека. Однако существовали и другие средства поддержки - кабельные каналы, водопроводные трубы и сильно изолированные трубы из листового металла, по которым протекал горячий и холодный воздух системы отопления и охлаждения. Теперь Чи мог видеть в темноте достаточно хорошо, чтобы сказать, что попасть в морг не составит труда, даже если дверь будет заперта. Можно было просто залезть на подвесной потолок, пересечь перегородку, поднять еще одну акустическую

плитки и бросьте в комнату. Он убрал голову и, сдвинув потолочную секцию на место, осторожно спустился с телеги. У лифта он зевнул. Внезапно он почувствовал себя усталым и расслабленным. Он ответил на вопрос, который никто не задавал, и это не имело значения. Но теперь он мог спать.

18

КОЛТОН ВУЛЬФ ОСТАВИЛ машину, припаркованную в темноте ярдах в пятидесяти от погрузочной площадки прачечной. Он проверил входную дверь дока. Он был разблокирован. Затем он объехал больницу, проверяя парковки. Полицейских машин он не обнаружил. Его план был прост. Он воспользуется парадным входом в больницу. Он спустится по лестнице в послеоперационное крыло на пятом этаже, найдет комнату 572 и убьет индийского полицейского. Дальнейшие шаги будут зависеть от обстоятельств - от каких-либо нарушений. Колтон ничего не ожидал. Индийский полицейский будет спать тяжелым сном, которым больницы навязывают своим пациентам. Он не должен представлять проблемы. Если бы была дежурная медсестра, Колтон уклонился бы от нее, если бы мог, и тихо убил бы ее, если бы не смог. А потом он спускался вниз, проходил мимо морга по коридору, выходил к выходу из прачечной и уезжал на обычном невзрачном двухлетнем «Шевроле». Он взял «шевроле» с дешевой долгосрочной стоянки в аэропорту; билет на приборной панели того, который он выбрал, показал, что он уже оставлен на ночь. Его нельзя будет пропустить несколько дней. Но в случае, если его пропустили, он остановился на стоянке круглосуточного продуктового магазина и поменял номерные знаки.

Было холодно. Колтон ненавидел холод. Он чувствовал себя уязвимым и уязвимым. Над головой, когда он шел по почти пустой парковке перед входом, небо сияло странными звездами. В отличие от мягкой, теплой защитной тьмы его калифорнийского детства, ночь здесь была враждебной. Он мог слышать мягкий звук подошвы из крепированной резины об асфальт, звук трения штанов, тряпки о ткань. За ним по Ломас-авеню двигался грузовик. Кроме того, ночь была тихой. Колтон сунул пистолет в карман пальто. Это было твердое, обнадеживающее ощущение. Это была хорошая работа. Длинноствольный и неудобный на вид, но эффективный. Он сделал большую часть этого сам, чтобы полностью удовлетворить свои потребности. Рукоять была из орехового дерева с шероховатой поверхностью, чтобы не оставлять отпечатков пальцев, как и все металлические поверхности. Ствол имел на обоих концах резьбу, так что на пол-оборота глушитель снимался с его дульного среза, а на полтора оборота ствол - из патронника. Только ствол с характерными баллистическими следами, оставленными на смертоносной пуле, был прямым обвинением. Через несколько минут после работы ствол был утилизирован, и новый ствол был навинчен на место - очевидное доказательство того, что из пистолета Колтона не стреляли.

Автоматическая дверь распахнулась перед ним и закрылась за ним. Внутри было душно. Молодая женщина за стойкой регистрации читала что-то, похожее на учебник. Она не взглянула на Колтона. Откуда-то из коридора доносился звук толкаемой тележки. Нет проблем. Колтон скорректировал свои планы. Он прошел мимо подъезда к лифтам. Войдя в лифт, он нажал кнопку шестого этажа. Нос руля высоты бесшумно, новая машина в новом крыле. Колтон достал пистолет, быстро проверил патрон в патроннике и механизм взвода. Отлично. Кто-то сказал бы, что калибр слишком мал для убийства людей. Говорят, А.22 предназначен для кроликов. Но Колтон верил в тишину. С глушителем «22» издавал не больше звука, чем удары пальца по черепу. Маленький, но достаточный, и для целей Колтона он был идеальным. Он изучал череп и мозг внутри библиотеки в библиотеке Бейлорского университета, когда жил в Уэйко. Он понимал толщину костей черепа, ткань, формирующуюся за костью, и то, где небольшая свинцовая гранула может быть помещена над линией роста волос, чтобы убить мгновенно и неизбежно.

Колтон сунул руку с зажатым в ней пистолетом обратно в карман пальто, прежде чем лифт остановился на шестом этаже. Дверь открылась. Он слушал. Он подошел к лифту, нажал кнопку блокировки двери и снова прислушался. Ничего. В зале никого не было. Он подошел к двери лестничной клетки и тихо спустился вниз.

Полицейского звали Джимми Чи. Газета сообщила, что он получил пулевое ранение в грудь и перенес операцию. Женщину с ним звали Мэри Лэндон, учительница начальной школы Краунпойнт. Женщина могла подождать. Она не видела его так близко, как полицейского. Полицейский пристально смотрел на него на аукционе ковров, и полицейских учили запоминать лица. Внизу лестницы Колтон пересмотрел свой план.

Номер 572 был двухместным. В 18:00, когда Колтон позвонил, чтобы спросить о Чи, медсестра сказала, что у него нет соседа по комнате. Вероятно, он все еще будет один. Так было бы проще. Сосед по комнате, вероятно, не проснется. Если он проснется, его кровать, несомненно, будет закрыта от кровати жертвы. Свести количество убийств к абсолютному минимуму - это было правилом Колтона. Чем меньше убийств, тем короче спровоцированная охота.

Колтон остановился прямо у двери на лестничную клетку, снова прислушиваясь. Это был решающий момент. Если при таких обстоятельствах ранен полицейский, есть шанс поставить охранника. Вот почему Колтон не рискнул подняться на лифте. Он выглянул через стеклянную панель двери лестничной клетки. Никого не видно. Он молча выскользнул из подъезда к двери палаты. Он снова прислушался. Ничего. Пока все шло отлично. Теперь нужно пойти на риск.

Он толкнул вращающуюся дверь. Медсестра шла прямо к нему. Это была женщина среднего роста, лет сорока пяти, с темными волосами, прикрытыми чепцом для медсестер. На ее лице за очками в роговой оправе было выражение удивления. "Да?" она сказала.

«Я доктор Дункан, - сказал Колтон Вольф. «У вас есть пациент по имени Джимми Чи. Я думаю, мы посадили его на неправильное лекарство ». Он сказал это без колебаний, идя прямо к медпункту, где будут храниться карты. Работа с медсестрой была той неожиданностью, к которой Колтон всегда готовился. Стража не было видно. Но можно было сидеть в комнате с Чи.

«Я думаю, что это всего лишь антибиотик широкого спектра действия и болеутоляющее», - сказала медсестра.

«Давай посмотрим, - сказал Колтон. «Я слышал, что здесь собираются поставить охрану для одного из пациентов. В чем дело?"

«Мне об этом никто ничего не сказал», - сказала медсестра. За столом медпункта она быстро пролистывала бланки заказа на лекарства. «Я почти уверена, что это были ахромицин и эмпирин номер три», - сказала она, внимательно изучая формы. «Кто хотел, чтобы это изменилось?»

«Хирург», - сказал Колтон. Он вытащил пистолет, взвел курок, когда тот вышел из кармана. Он приподнял ее, морда в полдюйма от кончика белой шапочки.

«Вот оно», - сказала она. "Посмотрим…"

Колтон нажал на курок. Пистолет грохнул и выпустил струю голубого дыма. Голова медсестры упала на стол. Колтон держал ее свободной левой рукой на ее плече, пока не убедился, что она не соскользнет со стула. Потом он пощупал ей под ухом. Пульс трепетал, дрожал и умирал. Если кто-нибудь заглядывал внутрь, то медсестра, казалось, спала за своим столом. Теперь он найдет комнату 572, прикончит полицейского и уйдет.

19

ДЖИМ ЧИ был в ванной, напиваясь перед сном. Затем, стоя в дверном проеме, он наблюдал, как медсестра встала из-за стола и направилась к распашной двери. Он видел, как они открылись и вошел мужчина. На мужчине было синее хлопковое больничное пальто. Он был блондин, с бледной кожей и бледно-голубыми глазами, и Чи сразу узнал его. Признание было делом в два этапа. Сначала пришла мысль, что он видел, как блондин-доктор сейчас шел к нему на аукционе ковров Crownpoint; через миллисекунду пришло мучительное осознание того, что именно блондин-доктор убил Томаса Чарли и вовсе не был доктором, но пришел сюда, чтобы убить его. Чи отступил от двери. Он почувствовал отчаянную панику. Окно! Она не открывалась и ни к чему не привела, кроме летального падения. Мужчина оказался между ним и единственным выходом из флигеля. Чи заставил себя задуматься. Оружие? Против этого снайперского пистолета не было ничего, что могло бы сработать. Мог ли он спрятаться?

Он быстро вскочил на кровать и встал, толкая акустическую плитку над головой. Пространство здесь было таким же, как на втором этаже, и здесь также пространство между подвесным потолком и этажом выше было усеяно электропроводкой, трубами и прямоугольными каналами из листового металла, по которым проходил горячий и холодный воздух. Чи не успел проверить грузоподъемность. Он отодвинул плитку, ухватился за скобу, удерживающую воздуховод, и с болью втянулся в пространство под потолком.

Труба была шириной около двух футов и была обернута белым изоляционным материалом. Чи залез на нее, отчаянно потянулся назад и толкнул плитку на место. Он обнаружил, что тяжело дышит, частично от внезапного сильного напряжения, а частично, как он догадался, от страха. Он контролировал свое дыхание. Даже после того, как плитки снова встали на место, темнота не была абсолютной. Он лежал лицом

вниз на изоляцию кабелепровода, запах пыли. Он мог слышать звуки, производимые зданиями по ночам, тиканье откуда-то из темноты слева, шум двигателя лифта и слабое шипение, которое могло быть не чем иным, как воздухом, проходящим через металлическую трубку под его ухом. Голосов не было. Разговор между блондином и медсестрой прекратился. Чи поднял голову и посмотрел вниз, в темноту. Если он поползет по нему, то он запечет фойе лифта. Но сможет ли он добраться до него без шума? Стяжки для кабелепровода поддерживали его примерно в шести дюймах над потолочными плитками, что оставляло над ним около двух футов пространства - достаточно для ползания, но недостаточно для быстрого карабкания руками и коленями. Чи схватился за изоляцию и осторожно потянулся вперед. Движение было почти беззвучным, но оно превратило пульсирующую боль в ребрах в острый кинжальный удар агонии. Он подавил дыхание, затаив дыхание. Отпустив его, он услышал металлический шум прямо под собой.

Чи узнал звук. Это было сделано, когда занавеску, окружавшую кровати, натянули по металлической дорожке. Чуть ниже стоял человек, который пришел убить его. Только четверть дюйма изоляции Celotex и, возможно, сорок восемь дюймов воздуха отделяли его от блондина и его пистолета. Чи лежал совершенно неподвижно. Что бы сделал блондин? Будет ли он думать о пустотелом потолке как о тайнике? Чи отвел свои мысли от этого. Что сейчас делал этот блондин? Чи представил, как он стоит с пистолетом наготове и смотрит своими терпеливыми и равнодушными глазами на пустую кровать Чи. Он заглядывал за кровать, в ванную и за занавеску, окружавшую кровать соседа Чи по комнате. С этой мыслью пришла другая. Может ли белокурый мужчина принять чикано за навахо? Он может. Осознание этого вызвало две противоречивые эмоции. Жалко человека, который спал под наркозом после операции под ним, боролся с отчаянным голодом, чтобы остаться в живых.

Что-то ударилось о металл. Потом тишина. Потом скрип. Снова тишина. Его ребро пронзило его болью, и его легкие требовали воздуха. Штора зашуршала. Что он должен сделать? Что он мог сделать?

Затем раздался еще один звук. Удар. Удар кулаком по дереву? А затем своего рода вздох и хриплый вдох. Снова тишина, а затем шепот мягких подошв по полированному полу. Дверь в комнату щелкнула.

Чи вдохнул немного воздуха так тихо, как только мог. Его охватило облегчение. Он чувствовал, что его трясет. Мужчина ушел. Возможно, недалеко. Возможно, только для проверки других комнат. Возможно, он вернется. Но, по крайней мере, на данный момент смерть ушла. Возможно, блондин не вернется. Возможно, Чи будет жить. Он испытал какую-то безумную радость. Он подождет. Он будет лежать без движения вечно - до утра, пока он не услышит под собой голос медсестры, которая принесет свое утреннее лекарство. Он вообще не хотел рисковать, что блондин ждал где-нибудь, чтобы он переехал.

Чи ждал и слушал. Он не слышал абсолютно ничего, кроме естественных звуков ночи. Время шло. Возможно, три минуты. Чи почувствовал запах. Он был едким - слабым, но безошибочным. Запах дыма от пистолетов. То, что могло стать причиной его? Он знал ответ почти мгновенно. Удар был выстрелом из пистолета блондина.

Чи потянулся вниз, осторожно отодвинул потолочную плитку и посмотрел вниз. Для глаз, привыкших к сырости над потолком, в комнате было сравнительно светло. Он мог видеть только свою кровать и пол рядом с ней. Он ухватился за скобки кабелепровода и опустился. Блондина ушел. Чи отдернул занавеску у кровати своего соседа по комнате. Темная голова мужчины лежала на подушке, лицом к потолку, глаза были закрыты в глубоком сне после операции. Но за занавеской запах дыма был сильнее. Чи осторожно протянул руку. Он коснулся спящего лица. Его указательный палец находился прямо под носом. Кончиком пальца была теплая кожа. Но дыхания не было. Он переместил руку вниз, упираясь ладонью в простыню и прижимая ее к груди. Лицо мужчины, тускло освещенное городской ночью через окно, было молодым, гладко выбритым, длинное лицо с легким сардоническим оттенком. Чи тренировался, не замечая, что все не-навахо выглядят очень похожими. Этот выглядел в основном испанцем в крови с маленьким индейцем пуэбло. Сундук под ладонью Чи вообще не двигался. Ни легкого, ни сердцебиения. Рот, который увидел Чи, был мертвым. Он отвел взгляд от него и на мгновение посмотрел в ночь. Затем он быстро подошел к двери и распахнул ее. Теперь страха не было. Он побежал к месту медсестры, взял телефонную трубку рядом с рукой спящей медсестры и набрал через коммутатор номер полицейского управления Альбукерке.

Пока он говорил, быстро

Клай описал поступок, мужчину и пистолет и предположил, что преступник, вероятно, был в новом бело-зеленом седане Плимут, его свободная рука коснулась волос медсестры, нащупала кепку и нашла маленькую круглую дырочку. сгорел на ее гребне.

«Сделайте это два убийства», - сказал Чи. «Он также застрелил медсестру пятого этажа».

20

ДАЖЕ, КАК ОН ТРОПИЛСЯ вниз по лестнице к уровню прачечной, что-то беспокоило Колтона Вольфа о комнате полицейского. Почему была смята неиспользуемая кровать? Неужели на нем растянулся посетитель? Он казался слишком неухоженным для этого. Но было еще кое-что не в лад. Он покинул погрузочную площадку и шел к машине, которую использовал, когда понял, что это было. Запах вокруг лица человека, в которого он стрелял, был обезболивающим. Достаточно естественно. Но это было слишком сильно. Он все еще выдыхался. Чи слишком долго не оперировался, чтобы так пахнуть.

"Сукин сын!" - сказал Колтон. Он побежал обратно к погрузочной платформе и вошел в дверь, прежде чем его осторожность остановила его. Как Чи удалось сбежать? Где он сейчас был? Он бы позвал на помощь. Конечно, он был бы начеку. И Чи был очень умным полицейским - это было ясно. Вторая попытка сейчас была бы слишком рискованной. Не было времени.

Он выехал с парковки и направился на запад по Ломас-авеню, когда услышал первую сирену. Но он не волновался. Никто не видел машину. Он оставил его в трех кварталах от того места, где он его украл, подошел к своему пикапу и медленно поехал обратно к своему трейлеру. К тому времени, когда он достиг этого, его новый план убийства Джимми Чи обретал форму. Это был хороший план. На этот раз Чи не сбежит.

21 год

ЧИ УДЕРЖИВАЙТЕ рычаг управления телезрителем наполовину вправо. Над его лбом гудели катушки с микрофильмами. Страницы «Грантс Дейли Маяк» проплывали мимо его глаз, как товарные вагоны грузового транспорта, проезжающего светофор. Они двигались слишком быстро, чтобы их можно было прочитать, но не слишком быстро, чтобы отличить первую полосу от рекламы продуктового магазина или заметить заголовок черного баннера, который сигнализировал бы о том, какую историю он искал. Половина внимания Чи сосредоточилась на движущемся изображении под его глазами. Но он знал о тишине этой огромной подвальной комнаты в библиотеке Циммермана, о новом револьвере 38 калибра, который утяжелял его карман пальто, и о том, что Хант притворяется, что изучает за стеклянной дверцей дверцы кабины позади него. Он также знал о близости Мэри Лэндон.

Страница, которая вспыхивала под его глазами, имела сверху тяжелую черную полосу. Он остановил катушку и сдвинул рычаг влево, чтобы вернуть ее назад. Заголовок гласил:

ПРОЕКТ ОПРОСОВ ДЬЮИ ПОЛОЗ

"Ха!" - сказала Мэри Лэндон. «Неправильная катастрофа». Она сидела рядом и немного позади него, ничего не говоря. Она принесла в его чувствительные ноздри запах одежды, высушенной на солнце, и запах мыла.

Чи снова сдвинул рычаг вправо и взглянул вверх. По проходу слева от него двинулся библиотекарь, толкая тележку с переплетенными периодическими изданиями. Стройная белая девушка в пальто с меховым воротником что-то охотилась в файлах микрофильмов. Движение за ней привлекло внимание Чи. Локоть, покрытый синим нейлоном, торчал из-за одной из квадратных белых колонн. Он втягивался, снова выступал, втягивался, выступал. Что делать? Кто-то чешется?

Чи внезапно захотелось перебраться через его плечо, чтобы убедиться, что Хант все еще находится в вагоне, бдительный и готовый. Он сопротивлялся желанию. Теоретически Хант следовал за ним в качестве охранника. Но хотя это не было сказано в точности, было понятно, что целью номер один было заполучить блондина. Защита Чи была побочным продуктом. Это звучало хладнокровно, но имело смысл. Один защитил Чи и Мэри Лэндон, поймав блондина. Другого пути не было. Закон очень и очень хотел поймать блондина. С другой стороны, мир был полон племенных полицейских.

На его глазах рекорд июня 1948 года пролетел мимо и стал июлем. Катушки над головами гудели, останавливались, снова гудели, снова падали. В этой паузе баннер гласил:

ВЗРЫВ УБИВАЕТ ЭКИПАЖ

«Вот оно, - сказал Чи.

В подзаголовок добавлено:

ДВЕНАДЦАТЬ Боязнь мертвых

ВЗРЫВ НА ПОЛУ БАШНЯ

«Поднимись немного, - сказала Мэри. Она наклонилась над проецируемой страницей, прижалась к нему, снова напоминая ему о солнечном свете и мыле.

Все члены бригады бурения нефтяных скважин, по всей видимости, были убиты сразу же к северо-западу от Грантса несколько дней назад в результате, по мнению властей, преждевременного взрыва заряда нитроглицерина.

Шериф графства Валенсия Жилберто Гарсия сказал, что число жертв может достигать двенадцати человек, в том числе десять человек, работающих в буровой бригаде на восточном склоне горы Тейлор, и два сотрудника компании-поставщика нефтяных месторождений, которые внесли азотную зарядку.

Гарсия сказал, что число погибших неизвестно, потому что сила взрыва «разнесла все на части и разбросала осколки людей на полмили».

Похоже, у них было нитро на дне колодца, когда он сработал, - сказал Гарсия. "Это не

оставить много. " Он сказал, что взрыв, вероятно, произошел в пятницу, когда команда Petrolab, Inc. доставила взрывчатку на место. Авария была обнаружена только в понедельник, когда заместитель шерифа прибыл на место происшествия, чтобы выяснить, почему о мужчинах, работающих там, ничего не известно.

Гарсия сказал, что колодец находится примерно в 25 милях к северу и западу от Грантса, недалеко от границы района шахматной доски в резервации навахо. «Мы не нашли никого, кто слышал взрыв», - сказал шериф. «Никто не живет на много миль вокруг».

Шериф сказал, что койоты, другие хищники и птицы-падальщики усложнили проблему идентификации. «Мы думаем, что у нас есть одно положительное опознание сейчас, и мы ожидаем, что у нас достаточно, чтобы определить пару других, но мы не слишком оптимистичны в отношении остальных».

Он сказал, что в ведомостях заработной платы буровая бригада указана как Нельсон Кирби, около 40 лет, из Шермана, штат Техас, начальник бригады; Альберт Новицкий, возраст и адрес неизвестны; Карл Лебек, возраст неизвестен, геолог, который копал скважину; Роберт Сена, 24 года, из Грантса, и шесть еще неопознанных навахо работают на скважине в качестве разведывательной бригады.

Также опасались гибели Р. Дж. Макенсена, около 60 лет, и Тео Роффа, около 20 лет, обоих сотрудников Petrolab, компании Фармингтона, которая поставляла взрывчатку.

Чи просмотрел оставшиеся абзацы.

- Примерно то, что тебе сказала Сена? - спросила Мэри. "Имена звенят?"

«Только Роберт Сена», - сказал Чи. «Он был старшим братом Гордо».

Мэри читала через его плечо. «Карл Лебек», - сказала она. «Мой двоюродный брат встречался с мальчиком по имени Карл Лебек. А может, это был Ле Боу. Что-то такое."

«Посмотрим, что они сказали, когда обнаружили, что навахо живы», - сказал Чи.

Это было на первой полосе выпуска в среду, краткая заметка о том, что бригада из шести рабочих навахо, изначально считавшихся погибшими в результате взрыва, в тот день не вышла на работу. В рассказе были их имена, которые Чи записал в свой блокнот. В нем не упоминалось, почему они пропустили работу. Чи обнаружил это в газете на следующий день. Заголовок снова растянулся черным наверху страницы:

АРЕСТ, СДЕЛАННЫЙ ВЗРЫВОМ

ШЕРИФ ОТЧЕТАЕТ НАВАХОС

ПРЕДВАРИТЕЛЬНЫЙ СОВЕТ

Один из рабочих навахо, который избежал смертельного взрыва на прошлой неделе на буровой площадке в Валенсии, сегодня был допрошен по поводу сообщений о том, что он заранее знал, что взрыв может произойти.

Шериф Жилберто Гарсиа опознал человека как Диллона Чарли. Он сказал, что Чарли признался, что предупреждал пятерых других коллег навахо у колодца не выходить на работу в прошлую пятницу, «потому что должно было случиться что-то плохое».

«Он утверждает, что получил предупреждение от Бога в каком-то религиозном видении», - сказал Гарсия. Он сказал, что Чарли является «вождем пейотов» в культе коренных американцев и что пять других навахо в рабочей бригаде также были членами религиозной организации.

Члены секты жуют пуговицы из семян кактуса пейот как часть своих обрядов. Сообщается, что наркотик в пейоте влияет на нервную систему, вызывая галлюцинации у некоторых потребителей. Хранение вещества является незаконным, и Совет племени навахо принял специальный закон, запрещающий его использование или хранение в резервации.

Шериф также сообщил, что Чарли был ранен в результате того, что Гарсиа назвал «попыткой сопротивления аресту». Он сказал, что заместитель шерифа Лоуренс Сена был временно отстранен, «до тех пор, пока мы не сможем определить, была ли применена чрезмерная сила». Брат депутата Сены, Роберт Сена, был одним из тех, кто погиб в результате преждевременной замены нитроглицерина в колодце в прошлую пятницу.

"Заметить, что?" - спросил Чи. Он ткнул пальцем в нужный абзац. «Гордо избил Диллона Чарли. Должно быть, он действительно измучил его, чтобы его за это отстранили. В те дни избиение навахо не считалось таким уж большим делом ». Он откинулся назад, подальше от кожуха микропленочного проектора, и посмотрел на Мэри. Выражение ее лица было насмешливым.

"Что вы думаете?" он спросил.

«Я думаю, ты странный», - сказала она. «Я думаю, ты странный. У вас есть этот жуткий убийца, который пытается застрелить вас, и вы здесь очень взволнованы, читая о том, что произошло тридцать лет назад.

«Ты тоже», - сказал Чи. "Как насчет тебя?"

«Я не в восторге, - сказала она.

«Я имею в виду, что он тоже пытается застрелить тебя».

«Я этому не верю, - сказала Мэри. «Это ты хорошо его разглядел. Ты тот, кого он пришел за тобой. Она отвернулась от него, снова наклоняясь к считывателю микрофильмов. «Хороший профиль, - подумал Чи. Ницца. Она смотрела вниз, читая спроецированный шрифт. Ее глаза были очень голубыми, а ресницы изгибались от них длинным изящным взмахом. Волосы упали ей на щеку. Мягкие волосы. Мягкая щека.

«Другое дело», - сказала Мэри, не поднимая глаз. «Что за беспокойство по поводу того, что коп избивает навахо? Судя по тому, что я слышал в Лагуне, худшими полицейскими для избиения навахо были копы навахо ».

«Мы бы лучше побили англичан, - сказал Чи, - но у нас нет юрисдикции над вами, ребята». Он смотрел на ее профиль, когда он это говорил, ожидая реакции, которая могла бы что-то сказать ему о ней. Ее насмешка о полиции навахо была отчасти серьезной, а возможно, и большей частью серьезной. Полиция навахо, как и большинство других полицейских, имела репутацию самых жестких по отношению к своим людям. Ее глаза все еще были на проецируемой странице. «Вы действительно не сказали мне, что случилось в больнице. Как ты ушел. И ты не сказал мне своего секретного имени.

Локоть снова появился из-за колонны. Сейчас неподвижен. Его владелец должен опираться на столб. Возможно, чтение.

«Я спрятался», - сказал Чи. «Как кролик».

Она посмотрела на него. «Почему как кролик? Думаешь, тебе стоило выступить, как Убийца монстров? Она схватила его за запястье и подняла руку. «Моя могучая красная кожа. Я беру пистолет голыми руками. Я большой герой. Я мертв, но я герой. Она уронила его руку. «Если у тебя не было времени потанцевать с привидениями, чтобы сделать свою больничную рубашку пуленепробиваемой, я думаю, что разумнее было бы залезть под кровать».

«Судя по всему, я скрывался за другим парнем. Мой сосед по комнате." Он вкратце обрисовал ей то, что произошло, из того тайного спуска вниз, чтобы выяснить, как тело было украдено из морга. Он сказал это быстро, без толкования и без предположений. «Просто факты, - подумал он. Только факты. И пока он рассказывал им, он смотрел на ее лицо.

Она сжала губы в беззвучный свист и вздрогнула. «Я бы испугался». Она посмотрела на него мгновение, ее нижняя губа зажала зубы. «Как вы думали залезть на потолок?»

«Не в этом дело, - сказал Чи. «Дело в том, что я сбежал, потому что оставил блондина кого-нибудь пристрелить. Он вошел в комнату, чтобы застрелиться индейцем. Никто не дома, кроме мексиканца. Так что вместо меня стреляют в чикано.

Она снова хмуро смотрела на него. "Так?"

"Так? Что ты имеешь в виду?

«Ну и что, - сказала она. «Ты в поездке с чувством вины? Думаешь, тебе следовало остаться? Обнажил грудь и сказал: «Вот я. Не стреляйте в этого другого парня. Ее голос был насмешливым. «Он стрелял в медсестру, не так ли? Единственная разница была бы в том, что он застрелил бы вас обоих.

«Может быть», - сказал Чи.

«Ты действительно странный, - сказала Мэри Лэндон. «Либо так, либо ты хочешь, чтобы я так думал».

«Что ж, - сказал Чи. «Нет смысла говорить об этом сейчас. Посмотрим, что еще мы сможем найти ».

Нашли очень мало. Был длинный рассказ о церкви коренных американцев, церемонии и о том, что ее члены сказали о видении предупреждения Диллона Чарли. Был небольшой материал, в котором шериф сообщил, что одна из пострадавших была определенно опознана по стоматологической работе как сотрудница Petrolab. Но история, казалось, быстро угасла из-за отсутствия новой информации.

Если Сена или другие жертвы были опознаны, то в «Маяке» об этом не упоминалось. Не было и никакой последующей истории об аресте Диллона Чарли. Его освобождение, когда бы это ни происходило, прошло без уведомления в газете.

Теперь они медленно просматривали микрофильм, страница за страницей, выискивая остатки истории, которая больше не была заголовком новостей. В середине сентябрьских выпусков, после часа ничего не найденного, Мэри пришла в голову идея.

«Эй, - сказала она. «Газеты делают юбилейные рассказы. Тебе известно. Они начинают: «Год назад сегодня ...», а затем перефразируют все это. Почему бы нам не пропустить год вперед? »

Чи встал и потянулся. Он сдвинул рычаг влево. Катушки гудели при перемотке. Молодая женщина покинула зону микрофильмов. У столба не было локтя. Теперь в поле зрения Чи выступали кончик носа и прядь волос. Волосы были светлыми. Очень светлый. Чи почувствовал, как напряглись мышцы его живота. Он отпустил рычаг и сунул правую руку в карман пальто. Рука нашла пистолетную рукоятку. Большой палец нашел молоток.

"Какая?" - сказала Мэри. Она смотрела на него.

Мужчина вышел из-за колонны. Он взглянул на Мэри. Он был очень блондином, но не блондином. Слишком молод. Вообще никакого сходства. Он перешел к файлу микрофильма и стал рыться.

«Ничего», - сказал Чи. "Я просто нервничаю".

Нашли юбилейный рассказ. Сообщается мало нового.

К тому времени, как копировальный стол сделал для них ксерокопии рассказов на микрофильмах, было пять часов.

"Что теперь?" - спросила Мэри. «Мне приходит в голову, что сержант Чи из Mounties только что зря потратил один день, плюс день одного школьного учителя Crownpoint, и не будет иметь ни малейшего представления о том, что делать дальше. Это тупик. Правильно?"

«Нет», - сказал Чи. Они поднимались по лестнице, ведущей вверх через четыре уровня рабочего конца университетской библиотеки. Исполнитель

использовал стены лестничной клетки, чтобы изобразить краской и штукатуркой историю попыток человека записать свое общение с товарищами. Здесь, ниже первого этажа, они прошли мимо пиктограмм и петроглифов. Финикийский алфавит был намного выше, а символический язык компьютеров - еще выше. «Может быть, это ни к чему не приведет, но я хотел бы поговорить с некоторыми из тех людей, которых предупредили об опасности того взрыва. Я хотел бы узнать, что им сказал Диллон Чарли.

Они вышли на уровень первого этажа. Сквозь стеклянную южную стену библиотеки здание гуманитарных наук вырисовывалось над платанами центрального торгового центра - монолитная скульптура на фоне темно-синего осеннего неба. Обычно Чи нравилось здание. Сегодня это напомнило ему надгробия.

"Почему?" - сказала Мэри. «Что они могут вам сказать, что имеет к этому отношение?»

«Может быть, ничего», - сказал Чи. «Но убийства произошли из коробки для подарков, и кража коробки, похоже, имеет какое-то отношение к пейотной религии Диллона Чарли, и все, кажется, ведет к тому, что произошло на нефтяной скважине».

«А может, тебе просто любопытно», - сказала Мэри. «В любом случае, вы не сможете их найти. Прошло тридцать лет.

«Это будет не так сложно, - сказал Чи. «Вероятно, все они будут родственниками Диллона Чарли. Он нанял их, так что они будут родственниками. По крайней мере, кузены, дяди или родственники. Навахо не только изобрели семейственность. Мы усовершенствовали его ».

«Но тридцать лет», - сказала Мэри. «Они будут мертвы. Или половина из них будет ».

«Один или два, наверное, - сказал Чи. «Мы знаем, что Диллон Чарли. Но шансы, что четыре из них все еще существуют ». Теперь они вышли на улицу, шли по выложенному кирпичом торговому центру к югу от библиотеки, под ногами хрупкие листья платана, а жаркий свет заходящего солнца отбрасывал их тени на сотню ярдов вперед и превращал скалистый восточный склон Сандианских гор в цвет разбавленной крови. . Чи подумал об этом, и о Ханте, идущем в пятидесяти футах позади них, и о цели, которую они сделают для кого-нибудь, стоящего на любой из дорожек или балконов, выходящих на торговый центр.

«А что они могут вспомнить лет тридцать? Наверное, немного.

"Кто знает?" - сказал Чи. Он думал. Наверное, ничего с реальной точностью. Но другого выхода не было. И если ничто иное, охота на выживших из Людей Тьмы заставила бы его покинуть резервацию. Он возьмет с собой Мэри. В резервации блондин никогда не узнает, где их искать.

22

Днем спустя Чи сделал бесплодный выстрел в темноте и добавил несколько деталей к своему списку имен Диллона Чарли «Люди промозглости».

Выстрел в темноте привел его в библиотеку геологического факультета университета. С некоторой помощью аспиранта он нашел копию журнала геолога нефтяной скважины. «Это выглядит довольно типично для этой местности», - сказал ему студент. «От формации Галистео была небольшая добыча». Он быстро его просмотрел. «Похоже, они нашли пласт, но не нефть».

«Вы видите в этом что-нибудь необычное?» - спросил Чи. Бревно было ему совершенно непонятно. Он смотрел на лист с символами и обозначениями, чувствуя себя глупо.

«Я не специалист в области нефтяной геологии Валенсии, - сказал молодой человек. «Но это похоже на то, что я ожидал. Что вы ищете?"

«Вот в чем проблема, - сказал Чи. "Я не знаю."

Ему повезло в охоте на разбойников Чарли лишь немного больше. Он и Мэри поехали в резервацию и провели оставшиеся часы дневного света, трясясь по проселочным дорогам и тропам фургонов Шахматной доски, выискивая информацию, чтобы соответствовать именам, извлеченным из маяка Грантса. К ночи список выглядел так:

Роско Сэм, Охо Энсино или Стоячий рок. Грязевой клан. Мертв. Подтверждено.

Джозеф Сэм, Охо Энсино или, может быть, район Пуэбло Пинтадо. Клан Грязи и женился на клане Соли. По одному сообщению, он умер в 1950-х годах. Другие говорят нет.

Винди Цосси. Грязевой клан. Женат на клане Стэндинг Рок. Раньше жили в районе Харт-Бьютт? Может быть мертв?

Рудольф Беченти. Грязевой клан. Каньон Койот? Замужем?

Вуди Бегей. Грязевой клан. Сестра живет на перевале Боррего?

В целом это было неприятно, за исключением Роско Сэма, который заболел в Туба-Сити и умер в больнице BIA, и его помнили мертвым. Другое дело Джозеф Сэм. Дальний двоюродный брат по отцовской линии в семье довольно смутно думал, что он тоже мертв. Другой, еще более дальний двоюродный брат по отцовской линии, сказал, что перевез овцу своей жены и свое имущество в резервацию Кононсито и, вероятно, все еще там живет. Живым или мертвым, Джозефа Сэма никто не видел годами. То же было и с остальными. Свекровь вспомнил, что Рудольф Беченти переехал в Лос-Анджелес, но слышал, что он вернется снова. Некоторые из его современников, живших вокруг Амброзийских озер, смутно и неблагоприятно вспоминали Винди Цосси как единого человека.

«отряда» Цосси, который жил в Каньоне Койот, но давно уехал. За исключением Роско Сэма, определенно и конкретно мертвого и похороненного, этот день не дал ничего конкретного. Что касается Вуди Бегея, то только одна старуха помнила, что его сестра жила к северу от дома капитула на перевале Боррего, а имя его сестры было Фанни Кинлихини.

Его неясность озадачила Чи. Казалось, что эти Люди Тьмы существуют только в призрачных слухах, а не из плоти и крови. Даже место взрыва нефтяной скважины ускользнуло от них. Охота на Роско Сэма привела их к тому месту, где, согласно записям Чи, он находился. Они нашли только огромную пыльную яму, которая была «Красной двойкой» - дюжина гигантских электрических лопат, поедающих землю в яме, глубиной двести ярдов и шириной полмили. Место нефтяной скважины тоже казалось воспоминанием о том, чего никогда не было.

Но Fannie Kinlicheenie определенно была из плоти и крови. Она смотрела на них через дверной проем своего дома, когда они подъезжали. Чи припарковал свою патрульную машину в вежливых тридцати ярдах от резиденции, тем самым соблюдая традицию уединения скромных людей. Когда Fannie Kinlicheenie будет готова принять гостей, она сообщит им об этом. А пока они будут ждать. Чи предложил Мэри сигарету, и она взяла ее.

«Я не должна курить эти штуки», - сказала она, когда он закурил для нее.

«Я тоже не должен», - сказал Чи.

«Этот парень тоже умрет, - сказала Мэри. «Либо так, либо куда-то уехал».

Чи чувствовал, что она права. Иначе бы его кто-то вспомнил.

«Вы слишком пессимистичны», - сказал Чи.

«Нет. Я реалист. Их осталось четверо. Через тридцать лет у вас будет около двадцати пяти процентов смертности. Думаю, Вуди Бегей - единственный.

Чи подумал об этой логике. Он выдохнул облако сигаретного дыма.

«Вы начали с шести», - сказал он. «Мы убили Диллона Чарли и Роско Сэма. Это уже тридцать три процента смертности ».

Мэри не стала комментировать.

Затем она сказала: «Если вы так думаете, вам следует избегать игр в покер. То, что произошло в прошлом, не влияет на математику. На вероятности это не влияет. Забудьте о двух других. Теперь у нас есть имена четырех человек, которые были живы тридцать лет назад. Скорее всего, один из четырех мертв, а трое живы.

«Хорошо, - сказал Чи. «Я куплю это. А теперь скажи мне, как ты думаешь, что мертвым будет Вуди Бегей.

«Это интуиция, - сказала Мэри. «У женщин есть интуиция»

Чи потянулся к ключу в замке зажигания. - Думаешь, есть смысл торчать? Тратить время Фанни.

Мэри улыбнулась ему. «Раз уж мы зашли так далеко, может, мы сможем подтвердить нашу догадку».

«Я бы хотел, - сказал Чи. "Уверены, вас не оскорбят?"

«Нет», - сказала она. «Однажды я ошибся».

«Но не в последнее время», - сказал Чи.

«Я думаю, мне было четыре года». Она остановилась. «Нет, вообще-то, я дважды ошибался. Второй раз был достаточно тупым, чтобы принять участие в Великой охоте на Джимми Чи. Мальчик, я устал. Как далеко мы проехали сегодня? »

«Не знаю, - сказал Чи. «Может, двести пятьдесят миль. Просто он кажется длиннее, потому что по большей части это были грунтовые дороги ».

«Кажется, тысяча», - сказала Мэри. «Эта штука едет как грузовик. Я думаю, у вас слишком много воздуха в зубцах ».

«Мы вложили указанную сумму», - сказал Чи. «Он предназначен для того, чтобы мы достаточно встряхнули, чтобы мы не уснули во время вождения».

«Если подумать, был еще раз, когда я ошибался». Она взглянула на него и быстро отвернулась. «Это было на аукционе, когда у меня сложилось впечатление, что я вам интересен».

«Я», - сказал Чи.

«Я имею в виду романтически. Вы интересуетесь мной, потому что я англоязычный. Вопросы целый день. Я чувствую, что у меня интервьюирует социолог ».

«Антрополог», - сказал Чи. «И по этой же причине вы пришли со мной. «Что на самом деле нравится этому индейцу навахо?» Вы просто не можете этого признать ».

Мэри засмеялась. «Я признаю это», - сказала она. «Теперь я знаю, кто ты на самом деле. Ты странный."

«Но кто знает, - сказал Чи. «Может быть, из этого вырастет что-то великое. У нас был учитель Шекспира в ЕНД, который сказал, что Ромео пишет доклад о Капулетти для своего класса социальных исследований. Он просто хотел понять, что думает Джульетта.

«Я думаю, что это был Капулетти», - сказала Мэри. «Она была Монтегю».

"Что в имени?" - произнес Чи. «« Роза под любым другим названием… »»

"Так каково твое секретное имя?" - спросила Мэри.

«Роза», - сказал Чи. "Что-то такое."

Дом «Кинличение» был деревянно-каркасным, утепленным черной гудроновой бумагой. Он располагался на песчаном пространстве, достаточно высоком, чтобы открывать прекрасный вид на холмистый, размытый пейзаж - серо-серебристый шалфей и черный куст креозота.

На горизонте доминировала гора Тейлор, как и все на шахматной доске. Его вершина была белой, но ее склоны были голубыми и безмятежными. Позади дома находился круглый каменный хоган, дверь которого выходила на восток.

Здесь стояли небольшой стальной сарай в Монтгомери-Уорд и горбатая крыша землянки, где семья принимала потовые ванны. «Вы когда-нибудь замечали, как навахо всегда строят свои дома там, где есть вид?» - спросил Чи.

«Я заметила, что навахо строят свои дома настолько далеко, насколько это возможно от других навахо, - сказала Мэри. "Есть ли в этом значение?"

«Мы не любим индейцев, - сказал Чи.

Миссис Кинличини была в дверях. Ее волосы были аккуратно собраны в пучок, на ней было тяжелое серебряное ожерелье из цветов тыквы и широкий браслет из серебра и бирюзы. Миссис Кинличини была готова принять гостей.

23

"МОЙ БРАТ?" Выражение лица Фанни Кинличини было озадаченным. «Вы хотите его найти?»

Они были в передней комнате дома. Стул, на котором сидел Джим Чи, был покрыт жестким зеленым пластиком. Сквозь форменную рубашку он чувствовал холодок. Дом был «летним хоганом» Кинличенисов. Печи в нем не было. Через некоторое время, когда суровые деревенские морозы наступят в полную силу, семья переместит свои пожитки в старый каменный «зимний хоган» и бросит это плохо изолированное строение холоду. До этого проблема временного интервала между сезонами решалась за счет снятия большего количества слоев одежды. Fannie Kinlicheenie выглядела примерно на восемь слоев глубиной. Чи пожалел, что надевал куртку из патрульной машины.

«Мы слышали, что этот человек был вашим братом, - сказал Чи. «Нам нужна от него некоторая информация».

«Но он мертв», - сказала Фанни Кинличини. «Он умер для…» Она замолчала, пытаясь назначить дату. «Да ведь он был мертв, когда я вышла замуж, а это было в 1953 году».

Чи взглянул на Мэри. «Я этого не знал, - сказал он.

Фанни Кинличини хмуро смотрела на него.

«Почему ты хотел с ним поговорить?»

«Раньше он был членом церкви пейот. Тот, что закончился Грантсом. Мы хотели спросить его об этом ».

«Эти сукиные сыновья», - сказала Фанни Кинличини по-английски. «Что вы хотите о них знать?»

«О том, что случилось давно. Ваш брат и некоторые из них работали на нефтяной скважине. Вождь пейотов предупредил их, чтобы однажды они не уходили, и пока их не было, колодец взорвался ».

«Я знаю об этом», - сказала Фанни. «Я была тогда девушкой и тоже была в той церкви пейота. Я был водовозом. Вы знаете об этом? "

«Да», - сказал Чи. Он не знал всего о церкви американских индейцев, но знал, что водонос, обычно женщина, играет незначительную роль в ритуале.

- Эти сукины сыновья, - повторила она. «Было…» Она замолчала, посмотрела на Мэри и снова на Чи. Они говорили на английском языке, на котором говорили все трое. Теперь Fannie Kinlicheenie сменила языки. «В той церкви были ведьмы», - сказала она на навахо. О ведьмах говорили осторожно. Один неохотно обсуждал их с незнакомцами. О них вообще говорили не при тех, кто не был членами Народа. Мэри не была Динетой - не из Народа.

«Откуда вы знаете, что они ведьмы?» - спросил Чи. Он придерживался английского. «Иногда людей обвиняют в том, что они перевертыши, а это не так».

Fannie Kinlicheenie ответила на навахо. «Они вызвали у моего брата трупную болезнь», - сказала она.

«Может, он где-то еще встретил ведьму».

«Это были они», - сказала она. «Были и другие вещи. В том году взорвалась нефтяная скважина. Они притворились, что лорд Пейот сказал им, что это должно произойти. Они сказали всем, что Господь послал видение, чтобы сказать им не идти в этот день на работу. Но ведьмы взорвали эту нефтяную скважину. Вот как они знали, что это должно произойти ».

"Откуда ты это знаешь?" - спросил Чи. Он забыл говорить по-английски. Фактически, он забыл Мэри, которая сидела и слушала и выглядела озадаченной.

«Я просто знаю это», - сказала Fannie Kinlicheenie.

Чи обдумал это. Вмешалась неуместная мысль. В доме белого человека не было бы этой полной тишины. Там будет тиканье часов, звуки холодильника, откуда-то доносится шум телевизора. Здесь вообще не было звука. Без уличного шума. Сирен нет. Снаружи уже был закат; даже ветерок был тих.

«Моя тетя, - сказал Чи, используя титул уважения молодого человека к пожилой женщине, - я прошел долгий путь, чтобы поговорить с вами здесь, потому что то, что вы знаете, может быть очень важным. Я думаю, что на той нефтяной скважине произошло что-то очень плохое, и люди все еще могут умереть из-за этого. Если это сделали волки навахо, то я думаю, что мы все еще имеем дело с той же группой ведьм. Можете ли вы сказать мне, откуда вы узнали, что волки навахо взорвали нефтяную скважину? Кто-то тебе сказал?

"Никто мне не сказал. Только моя собственная голова ».

"Как это было?"

Fannie Kinlicheenie думала, как ответить.

«Мой брат заболел. Здесь у него болела середина. Фанни указала на свой живот. «Где дух. И боли в ногах. Мы получили дрожь в руке, чтобы войти и выяснить, что случилось. Дрожащая рука сказала, что это сделала ведьма. Он нашел небольшую шишку на затылке Вуди, куда ведьма положила трупный порошок. Затем заболел еще один из них, и они заставили его дрожать в руках. И он тоже был колдуном. И дрожащая рука сказала, что есть Путь врага для них обоих. Фанни Кинличини остановилась, собирая то, что хотела сказать.

"Что происходит?" - спросила Мэри.

Чи поднял руку. «Минуточку», - сказал он. А потом женщине-кинличенице: «Еще одна заболела, ты сказал. Вы имеете в виду другого члена церкви? "

«Это был Роско Сэм, - сказала Фанни. «Один из тех, кто работал на нефтяной скважине с Вуди. Один из них, назвавший себя Людьми Тьмы ».

«Ах, - сказал Чи. Он снова заговорил по-английски, чувствуя любопытство Мэри. «А дрожащая рука сказала, что есть Путь Врага? Чтобы сделать это правильно, вы должны знать, кто такая ведьма. ВОЗ…"

«Верно», - сказала Fannie Kinlicheenie. «Они сделали« Путь врага »для них обоих, и все было сделано правильно. Им обоим на какое-то время стало лучше, но потом им пришлось отвезти Вуди в больницу в Гэллапе, и он умер ».

«Они не очень верят в волков навахо в больнице, - сказал Чи. «От чего они думали, что он умер?»

«Они сказали, что это рак», - сказала Фанни. «Лейкемия попала в его кровь».

«Джозеф Сэм все еще живет здесь?»

«Он тоже умер», - сказала Fannie Kinlicheenie. «Я слышал, что это то же самое. Лейкемия."

«Я бы сказал, что Enemy Way не сработал, - сказал Чи.

«Я думаю, они слишком долго ждали. Но отчасти это сработало. Он повернул зло и направил его на волка навахо ». Улыбка Фанни Кинличини была полна злобы. «Он тоже умер».

«Вы знаете, кто это был?» Чи знал, что ему придется ждать ответа и что он может не получить его. Дини не любил говорить о мертвых или ведьмах. Говорить имя мертвой ведьмы было вдвойне опасно.

Фанни Кинличини облизнула губы.

«Это был главный пейот», - сказала она.

И поэтому она избегала произносить имя Диллон Чарли.

24

Они тряслись по грязной дороге к дороге с уклоном, которая должна была привести их к асфальтовому покрытию и обратно в Краунпойнт. Солнце уже село. Высоко над головой полоса перистых облаков светилась лососево-розовым в послесвечении. Но вокруг них было темно. Мэри почти ничего не говорила.

«Ты собираешься рассказать мне, о чем все это было?» Она спросила, не глядя на него.

Чи взглянул на ее профиль. «Та часть, где она начала говорить на навахо?»

«И вы начали говорить на навахо. Да. Эта часть. "

«Она сказала, что некоторые люди в церкви американских индейцев были ведьмами, и они отравили Вуди Бегея и Роско Сэма, и они оба умерли. И прежде чем они умерли, они держали для них Путь Врага, и это настроило ведьм против ведьм. А ведьмой был Диллон Чарли, и это убило Диллона ».

Теперь Мэри смотрела на него. «Что ты думаешь обо всем этом?»

«И она сказала, что ведьмы взорвали нефтяную скважину», - добавил Чи. «И этот Джозеф Сэм тоже мертв».

«Она сказала, почему они хотели это сделать?»

«Нет», - сказал Чи.

«Она знала? Вы ее спрашивали?

«Нет», - сказал Чи. «Вы должны понять наших ведьм. Мотив в обычном смысле слова им не нужен. Вы знаете о волках навахо? »

«Я так думала, - сказала Мэри. «Разве им не нравятся ведьмы белых людей, и ведьмы в целом, и наши ведьмы Лагуна-Акома?» Она смеялась. «Ведьмы через дефис», - сказала она. «Только с Бюро по делам индейцев США можно будет получить ведьм через дефис».

«То, как оно работает с навахо, колдовство - это полная противоположность Пути навахо. Ш

Святой Народ учил нас, цель жизни - йочжо. Нет слова для этого по-английски. Что-то вроде сочетания красоты / гармонии, гармонии, движения по течению, ощущения умиротворения, все заключено в единую концепцию. По сути, колдовство - это противоположность этой концепции. Конечно, вокруг этого построена мифология. Вы можете стать ведьмой, нарушив основные табу - убийство родственника, инцест и так далее. И вы получаете определенные силы. Вы можете превратиться в собаку или волка. Ты можешь летать. И у вас есть власть делать людей больными. Это противоположно той доброй силе, которую дал нам Святой Народ - исцелять людей, возвращая их в йочжо. Вернемся к красоте. Итак, короче говоря, у ведьмы не было бы мотива для взрыва нефтяной скважины. Подрывать людей - это плохо. Вот и весь мотив, который нужен оборотню.

«И она сказала, что Диллон Чарли был ведьмой?»

"Это то, что она сказала. У семей был Путь Врага, и они перевернули колдовство, и Диллон Чарли умер ».

«Это доказывает, что он был ведьмой?»

«Ну, вроде как», - сказал Чи. «Они должны были бы уже, чтобы его опознали как ведьму. Затем кто-то должен получить что-то принадлежащее ведьме - волосы, пару носков, шляпу, что-то личное. Это представляет собой скальп в церемонии Enemy Way. В последний день церемонии в кожу головы стреляют стрелой. Если все было сделано правильно и у них есть подходящая ведьма, это заставит ведьму заболеть и умереть от собственного заклинания.

"И пациент поправляется?"

«Вот как это работает. Но у нашего друга Вуди это не сработало. И у Роско Сэма это не сработало ».

Патрульная машина вылетела на мелководье и снова вылетела. Облако над головой изменилось с розового на ярко-красный. «Еще двое мертвых, - сказала Мэри Лэндон. «Или три».

«Ты предсказал Вуди», - сказал Чи.

«Сначала их было шестеро», - сказала она. «Шесть людей тьмы. Шесть человек, не вышедших работать на нефтяную скважину. Теперь мертв Роско Сэм, и Джозеф Сэм, и Бегей, и Диллон Чарли ".

«Уходит Винди Цосси и Рудольф Беченти», - сказал Чи. «И пока никто не знает, где их найти».

«Слишком много мертвых, - сказала Мэри Лэндон. «Они не были бы такими уж старыми. Вероятно, поздний средний возраст, если бы они были живы сейчас. Но они умерли очень-очень давно. Когда они были довольно молоды. Всего через несколько лет после нефтяной скважины. Слишком много, чтобы умереть. Она задумчиво посмотрела на него. «Вы думаете, кто-то их всех отравил? Что-то такое? Может, месть? »

«Насколько нам известно, Бегей умер от лейкемии», - сказал Чи. «То же самое и с Роско Сэмом. Диллон Чарли скончался в больнице. Вайнс говорит, что сказал ему, что у него какой-то рак. Во всяком случае, в больнице они бы обнаружили яд, если бы это был он.

«С вскрытием?» - спросила Мэри.

Чи немного водил машину. «Я думаю, вы думаете о том же, что и я, - сказал он. «Вы думаете об Эмерсоне Чарли».

«Да», - сказала Мэри. «Я думаю о том, как Эмерсон Чарли не прошел вскрытие».

«Потому что кто-то украл его тело из холодного помещения в BCMC», - сказал Чи.

«Что кажется забавным воровать».

«Верно», - сказал Чи.

«Если только ты не хочешь провести вскрытие».

«Верно», - сказал Чи.

«Это то же самое, что вы получите, если разнесете парня на мелкие кусочки, взорвав его грузовик. Вскрытия нет. Правильно?"

«Ага, - сказал Чи.

«Ага», - сказала Мэри. «Да, или, может быть, чушь. Зачем кому-то нужно травить Эмерсона Чарли? Или Диллон Чарли? Или Вуди Бегей, или кто-нибудь из этих парней?

«Нет причин», - сказал Чи. "Но вы знаете, что? Поехали в Альбукерке и посмотрим, что мы можем узнать в больнице.

«Не знаю, - сказала Мэри Лэндон. «Когда я хожу с тобой куда-нибудь, это не пикник». Она заколебалась. "Как ты думаешь, он там будет?" Ей не нужно было говорить «блондин». Чи знал, что она имела в виду.

«Я думал об этом, - сказал Чи. «На его месте я бы не подошел к той больнице. И если бы я искал нас с тобой, то я бы в последний раз искал это место ».

25

ВРАЧА звали Эдит Васса. Утреннее солнце косо падало в окно за ее столом и отражалось в ее коротких рыжих волосах. Это была молодая женщина с таким розовым цветом лица, что заставило Джимми Чи задуматься, почему белые мужчины называют индейцев краснокожими. Доктор Васса был врачом, лечившим Эмерсона Чарли в Центре исследования и лечения рака Университета Нью-Мексико. Таким образом, ей пришлось попытаться выяснить, что случилось с трупом Чарли. Это был неприятный и неприятный тупик. Эдит Васса это надоело. Выражение ее лица это было видно.

«Я могу рассказать вам все, что знаю, в нескольких словах. Жизненно важные функции Эмерсона Чарли прекратились примерно в 17:13. Дежурный врач провел обычное обследование и констатировал смерть. Тело было отправлено на вскрытие и перевезено в холодную комнату морга. На следующее утро служитель морга заметил, что у него только одно тело вместо двух. Он предположил, что тело доставили в морфологическую лабораторию без

должным образом проверены ». Доктор Васса нетерпеливо взмахнула руками. «Чтобы опустить ненужные подробности, наконец-то выяснилось, что тело исчезло».

«Вы полагаете, что его украли?»

«Я предполагаю, что его забрали родственники», - сказал доктор Васса. «Полиция Альбукерке подумала, что мы могли просто куда-то потерять его». Она засмеялась, но ей не показалось, что это было смешно.

«Все, что мы на самом деле знаем, это то, что одна из тележек морга была найдена на следующее утро в коридоре возле погрузочной платформы. Предположительно он использовался для перемещения тела. И мы обнаружили, что сумка с личными вещами, принадлежавшая второму телу в морге, также отсутствовала. Кажется безопасным предположить, что кто-то проник в морг, взял не тот мешок с личными вещами, положил сумку на тележку с телом, скатил ее по коридору к погрузочной платформе и погрузил все в машину или что-то в этом роде. ”

«Его держали на вскрытии?»

«Это должно было быть проведено для вскрытия».

"Почему вскрытие?"

«Это рутина. Мы изучаем рак. Как это влияет на клетки. Как лечение влияет на опухоли. Влияние лечения на тромбоциты. По костному мозгу. Метастаз. Так далее."

«Метастаз?»

«Распространение. Как рак распространяется от одной части тела к другой ».

"Вы не подозревали о грубой игре?" - спросил Чи.

Доктор Васса слабо улыбнулся. «Вы не заболеете лейкемией из-за нечестной игры. Это не яд. И это не похоже на инфекционное заболевание, которое можно вызвать, введя бактерии. Это вызвано… - доктор Васса заколебался.

Джимми Чи с любопытством ждал. Как эта женщина описала бы происхождение лейкемии навахо?

«Мы не знаем точно, что его вызывает. Возможно какой-то вирус. Возможно, какая-то неисправность в костном мозге, где вырабатываются клетки крови ».

«Достаточно честно, - подумал Чи. Он сам не мог бы сделать лучше.

"А это редко, особенно среди взрослых?"

«Относительно», - сказал доктор Васса. «Я думаю, что в этом году заболеваемость всеми видами злокачественных новообразований составляет менее трех на тысячу. Лейкемические заболевания составляют около одного процента от этого числа. Скажи три из ста тысяч ».

«Три на тысячу?» - сказала Мэри Лэндон. «Что бы вы подумали о ситуации, когда у вас было шесть мужчин, друзей, членов одной церкви, дальних родственников, и трое из них умерли от рака?»

«Я был бы удивлен, - сказал доктор Васса.

"Как удивлен?" - спросила Мэри Лэндон. «Три из шести вместо трех из тысячи».

«Это было бы совпадением, - сказал доктор Васса, - но такие вещи могут случиться. Математические вероятности работают странным образом. Был ли Эмерсон одним из трех?

«Он был сыном одного из троих», - сказал Чи.

«Его отец умер от рака?»

«Вот что нам сказали», - сказала Мэри.

"Но вы не знаете наверняка?" - спросил доктор Васса. «Все ли они жили в одном районе? Работаете на одной и той же работе? Думаю, если бы они действительно все умерли от рака, нашим специалистам по эпидемиологии было бы интересно ». Доктор Васса улыбнулся. «Особенно, если это рак желчного пузыря. Они очарованы этим ». Она потянулась за телефоном. «Я назначу тебе встречу с Шерманом Хаффом».

Офис Шермана Хаффа находился в подвале. Доктор Хафф задавал вопросы, делал записи и снимал трубку. «Три из шести - это необычно», - сказал он. «Итак, сначала мы пытаемся выяснить, есть ли они в реестре опухолей». Он заговорил по телефону, представился и зачитал в своих записях имена Диллона Чарли, Роско Сэма и Вуди Бегея. Он прижал трубку к уху с приподнятым плечом и повернулся к Чи и Мэри Лэндон.

«Подождите минуту или две, - сказал он. «Это вопрос проверки имен с помощью компьютера. Реестр пытается вести файл по каждому случаю рака, диагностированному в штате, но это было еще тогда, когда они впервые его настраивали. А может быть, они были в резервации, где им не поставили диагноз ».

«Другими словами, если у вас нет зарегистрированных имен, это не обязательно означает, что у них не было рака?»

«Не с начала 1950-х годов, - сказал Хафф. «И не из резервации навахо. Однако даже в те дни они получали большинство из них. У них было неплохо… »

Телефон что-то сказал Хаффу на ухо. «Секундочку», - сказал он.

Он сделал заметку. «Хорошо, - сказал он. Он написал снова. "Благодаря. Вытащите мне папки. Я хочу на них взглянуть. Он повесил трубку и взглянул на Чи.

«Диллон Чарли, лейкемия. Роско Сэм, злокачественное новообразование, поражающее печень и другие жизненно важные органы. Вуди Бегей, лейкемия. Лицо Хаффа было задумчивым. «Это чертовски много рака», - сказал он. «И много лейкозов среди мужчин их возраста».

«И Эмерсон Чарли», - добавила Мэри Лэндон. «Он также умер от лейкемии».

«Это то, что сказал мне Васса, - сказал Хафф. «Давай убедимся. Давай возьмем и эту папку. Он снова набрал номер телефона.

«Пока они у вас есть, дайте им еще несколько имен», - сказал Чи. «Дайте им Рудольфа Беченти, Джозефа Сэма и Винди Цосси».

«Остальные трое из шести

? Вы слышали, что у них тоже был рак?

«Все, что мы знаем, это то, что Джозеф Сэм, вероятно, умер еще в 1950-х годах, и мы не смогли найти Беченти или Цосси», - сказал Чи.

«Данные реестра опухолей конфиденциальны», - сказал Хафф. «Я могу подтвердить смерть от рака для правоохранительных органов. Не уверен, что смогу просто отправиться ради тебя на рыбалку.

«Я только пытаюсь подтвердить, что причиной их смерти стал рак. Это экономит мне время. В противном случае мне пришлось бы искать свидетельства о смерти в окружных судах ».

Хафф снова заговорил по телефону. Он попросил досье Эмерсона Чарли и чек на Цосси, Беченти и Джозефа Сэма. Потом подождал, приложив телефон к уху. Это был крупный мужчина с седыми усами, переходящими в густую седую бороду, загорелой кожей и ярко-голубыми глазами. Позади него стена была увешана плакатами: «Дым может сделать вашего доктора богатым». «Курили родители маленькой сироты Энни». «Искоренить старость: дым!» «Чтобы убить пересмешника: пустите на него дым». В тишине Чи почувствовал постукивание. Мизинец Мэри барабанил по подлокотнику ее стула. Телефонная трубка издала звук.

«Давай, - сказал Хафф. Он писал в своем блокноте. «Хорошо, - сказал он. «Я бы хотел их всех увидеть». Он повесил трубку и какое-то время сидел, молча глядя на написанное. «Хорошо, - сказал он.

"Еще один?" - спросила Мэри.

«Рудольф Беченти», - сказал доктор Хафф. «Еще одна форма лейкемии».

«Это четыре из шести возможных», - сказала Мэри Лэндон.

«Конечно, - сказал доктор Хафф. «Это чертовски высокий процент».

«Как насчет двух других?» - спросил Чи. «Цосси и Джозеф Сэм?»

«Ни одно имя не появилось, - сказал Хафф. Он хмурился. «Четыре из шести», - сказал он. «Что, черт возьми, могло это объяснить? Что они делали?"

«В 1948 году они были членами разведывательной бригады на нефтяной скважине недалеко от Грантса», - сказал Чи. «Общий труд. Кроме того, все они были членами одного небольшого культа в Церкви коренных американцев ».

«Они когда-нибудь работали там на урановых рудниках? Мы думаем, что от этого немного прибавили. Но это был рак легких ».

«Насколько нам известно, нет. И добыча полезных ископаемых в Амброзии Лейкс только начиналась, когда эти парни умирали, - сказал Чи.

«А как насчет асбеста? Они устанавливали изоляцию? » Он покачал головой. «Нет. Вдыхаемое асбестовое волокно - канцероген, но ничего подобного. Ничего похожего на четыре из шести. И не так быстро. И это неправильный вид рака. Вы еще что-нибудь знаете о них?

«Чертовски мало», - сказал Чи.

«Они когда-нибудь работали на полигоне в Неваде? Они работали там, когда мы проводили атмосферные испытания бомб? »

«Не знаю, - сказал Чи. "Это маловероятно".

«Это могло бы объяснить это, - сказал Хафф. «Этой осенью мы только что узнали, что в середине 1950-х у нас была целая серия смертельных случаев от лейкемии по ветру от полигона. Мы зафиксировали двенадцать случаев в одном маленьком сообществе. Образование клеток крови особенно чувствительно к некоторым формам излучения ».

«Я знаю, что Диллон Чарли не работал нигде недалеко от Невады, - сказал Чи. «Он работал на горе Тейлор до самой своей смерти».

«Что касается Эмерсона Чарли, - сказала Мэри, - испытания атмосферы прекратили много лет назад, и он просто умер».

Хафф выглядел разочарованным. «Да, - сказал он, - но иногда на разработку уходит годы. И не все дела могут быть связаны ». Он криво улыбнулся. «И также, конечно, может быть, никто из них не был в пределах тысячи миль от полигона. Как ты думаешь, ты сможешь найти двух других из шести? »

«Мы можем продолжать примерять Цосси», - сказал Чи. «Но Джозеф Сэм мертв. Он тебе не поможет.

«На самом деле, он может принести нам пользу», - сказал Хафф. «Некоторые виды рака поражают костную ткань. Некоторые другие виды оставляют свои следы в кости при метастазировании. Часто можно обнаружить повреждение ребер или позвонков, а иногда и крупных костного мозга. Вы знаете, где он похоронен?

«Мы можем попытаться выяснить это», - сказал Чи.

«И мы постараемся найти среди них какой-то общий знаменатель», - сказал Хафф. «Как насчет этой церкви, к которой они все принадлежат?»

«Церковь коренных американцев», - сказал Чи. «Церковь пейот».

Хафф ухмыльнулся сквозь бороду. «Если бы мы заподозрили пейот канцерогенным действием, наша загадка раскрылась бы. Но это не так. Что-нибудь еще? Что-нибудь, что связывает их всех вместе? "

Чи рассказал ему о видении пейота Диллона Чарли, которое спасло их всех от взрыва нефтяной скважины, и о выживших, присоединившихся, или так казалось, к их собственному культу - Людям тьмы.

«С родинкой в качестве амулета? Разве фетиш обычно не хищник? Горный лев, или медведь, или что-то в этом роде? » - спросил Хафф.

«Крот - хищник тьмы, - сказал Чи. «Но использовать его в качестве амулета необычно».

«Так почему они выбрали крота?» - спросил Хафф.

«Мне было интересно, - сказал Чи. И когда он это сказал, у него возникла мысль. «Тот, кто забрал тело Эмерсона Чарли, оставил свои личные вещи. Можем ли мы взглянуть на них? "

"Почему бы и нет?" - сказал Хафф. «Если бы мы их тоже не потеряли».

26

КРАСНАЯ ПЛАСТИКОВАЯ СУМКА хранилась в кладовой на втором этаже среди множества одинаковых пластиковых пакетов, расположенных в алфавитном порядке.

«Бракен», - сказал служитель. «Колдуэлл. Чарли. Вот. Эмерсон Чарли. Вы можете взглянуть на это на том столе ».

Чи снял помятую черную фетровую шляпу, пару ковбойских сапог, которым требовались полуподошвы, джинсовую куртку, часы Timex со стальным ремешком, клетчатую хлопковую рубашку, футболку, пару жокейских шорт и пару поношенных вещей. джинсовые джинсы, носки, набор ключей от машины, карманный нож, небольшая кожаная сумочка, прикрепленная к длинным кожаным ремешкам, два синих шнурка, пачка бумажных спичек и бумажник. Он отложил кожаный кошелек и бумажник и быстро обследовал все карманы. Они были пусты. Затем он осмотрел бумажник. В нем было пять, два, водительские права, карточка социального страхования и карточка, идентифицирующая агента, который написал политику ответственности на пикапе Чарли.

Затем он взял кожаный мешочек.

"Что это такое?" - спросила Мэри. "Что вы ищете?"

«Это то место, где вы носите свои церемониальные вещи», - сказал Чи. «Предполагается, что из шкуры оленя, убитого ритуальным способом. Он держит ваше лекарство от желчи. Что вы используете против колдовства. Немного пыльцы. Может быть, немного церемониальной кукурузной муки… - Он потянул за шнур и полез в мешок пальцами. «И там ты носишь амулет, если он есть».

Амулет, который он извлек, был черным и тусклым и имел форму безглазого остроносого крота. Он протянул ее Мэри. Он был тяжелым, сложен из мягкого камня. «Какой-то сланец», - подумал Чи. «Здесь у нас есть Dine’etse-tle», - сказал Чи. «Хищник надира. Охотничий дух подземного мира. Один из Людей Тьмы ».

Он уставился на него, тяжело опираясь на ладонь, надеясь получить хоть какую-то информацию. Он был хорошо сформирован - лучше, чем большинство амулетов. Чи вспомнил любительскую скульптуру в огромном офисе Б. Дж. Вайнса. Это сделал Вайнс? Был ли он сформирован из одного из тех фрагментов черного камня, который Эмерсон Чарли нашел в коробке для подарков Вайнса? Возможно. Но что это значило? Он сунул родинку обратно в сумку.

«Это тебе что-нибудь говорило?»

Чи прочитал две строки навахо. «Это из одного из благословляющих песнопений», - сказал он.

Крот, его место охоты - тьма.

Крот, его охотничья песня - тишина.

27

Секретарь из офиса доктора Хаффа встретил их, когда они вышли из кладовой. Сообщение было из офиса Crownpoint Чи. Ему велели позвонить Мартину в штаб-квартиру ФБР в Альбукерке.

«Я думала, никто не знает, где мы», - сказала Мэри. Она хмурилась. «Разве не так мы собирались оставаться в безопасности?»

«Никто, кроме моего офиса», - сказал Чи.

«Но если ваш офис знает, не может ли кто-нибудь другой…?»

"Как?" - спросил Чи.

Мэри подумала об этом, все еще хмурясь. Она пожала плечами. «Думаю, ты прав», - сказала она. «Но вы же знаете, какие люди».

Мартин хотел напомнить Чи, что он должен был прийти и посмотреть фотографии.

«Может быть, через день или два», - сказал Чи. «По правде говоря, я буду держаться подальше от мест, где этот парень может меня поджидать».

«Думаю, теперь ты можешь немного расслабиться. Он ушел."

"Откуда вы знаете?"

«Мы тщательно прочесали», - сказал Мартин. «Проверял каждый мотель, каждую гостиницу, каждое место, где он мог остановиться. Мы даже проверяли аренду новых квартир ».

«Много работы», - сказал Чи.

«Ему здесь не место, - сказал Мартин. «И мы нашли бело-зеленый Плимут. Это было в маленьком гараже в Гэллапе. Сукин сын въехал и сказал механику.

нужна была работа клапана, и он не торопился. Вот почему мы нигде не нашли его заброшенным ».

«Это было умно, - сказал Чи. «Знаешь, как он на этот раз выбрался из Альбукерке?»

«Мы почти уверены, что он украл машину. Просто куда-то пригнал. Может, Эль-Пасо или Денвер. Где-то достаточно далеко, чтобы пропустить наши наблюдения. А потом он сел на самолет, куда бы он ни пошел ».

«Значит, его нет в Альбукерке?»

«Нет, если он не живет с родственниками, - сказал Мартин.

28

ЦЕНА ЧАСОВ поездки отсюда туда в поисках старших членов клана Грязи Джимми Чи немного узнал о Винди Цосси. Он узнал, что вскоре после взрыва нефтяной скважины Цосси женился на дочери Грейс Яззи из клана Стэндинг Рок. Он переехал на северо-запад, в страну Бисти, чтобы присоединиться к своей новой семье. Его больше не видели вокруг Амброзийских озер. Чи узнал, что жена Цосси мертва. Он узнал и другие вещи. Среди важных было то, что невестка Цосси, женщина по имени Романа Маскет, была жива и здорова и жила между Торо и Краунпойнтом в бревенчатом доме с жестяной крышей и загонами для овец позади нее, которые были видны на склоне выше. шоссе. Миссис Маскет, похоже, знала, где можно найти Цосси, живую или мертвую. Чи также узнал, что, похоже, никто не знал наверняка, какой именно. Никто не слышал о смерти Цосси. С другой стороны, Чи не нашел никого, кто видел бы его годами. И, наконец, у Чи сложилось общее впечатление о Винди Цосси. Это было негативное впечатление. Его родственники и члены его клана, когда они вообще признавали, что помнят его, вспоминали его без нежности и уважения. О нем говорили неохотно, неопределенно, тревожно. Никто не выразил это словами. Поскольку Чи был навахо, в этом никому не было необходимости. Винди Цосси не «уходила в красоту». Винди Цосси не был хорошим человеком. Он не соблюдал тех правил, которые Изменяющаяся Женщина дала людям. Одним словом, Винди Цосси считался его родственниками ведьмой.

«Я не понимаю, как вы можете так говорить, - сказала Мэри. «Вы сказали мне, что они сказали. Никто даже не намекал ни на что подобное ».

«Они не будут, - сказал Чи, - ни с кем незнакомым. Я могла бы быть ведьмой. Или может быть. А ведьмы не любят, когда о ведьмах говорят.

Мэри зевнула. «Вы растягиваете», - сказала она.

«Вы заметили, что разговор о Цосси заставил их нервничать? Это наводка.

«Меня интересует то, что я думаю, мы наконец-то найдем одного из них живым», - сказала она. «Что он собирается нам сказать? Я действительно думаю, что теперь он что-то вспомнит ».

«Если он жив».

"Он будет."

«У меня такое же предчувствие», - сказал Чи.

Они управляли пикапом субагентства, променяв относительный комфорт патрульной машины на способность следовать по следам вагонов. Они ехали на северо-восток, в основном на второй передаче, по изрезанной колеями дороге, которая теперь наклонилась вниз. Чи включил яркий свет. Лучи освещали широкое песчаное дно арройо внизу. Когда они дошли до него, он остановился.

«Чако Уош», - сказал он. Он включил плафон, развернул карту и изучил ее. Карта была названа «Страна индейцев», выпущена Автоклубом Южной Калифорнии; Чи нашел его точным и подробным. Маршруты движения были классифицированы по девяти категориям: от разделенных автомагистралей с ограниченным доступом до гравия, градуированной грязи и неклассифицированной грязи до сомнительной грязи. Последние пятнадцать миль они ехали по Doubtful Dirt. Судя по карте, Сомнительная Грязь закончилась в Чако Уош.

Чи сложил карту страны Индии и вытащил из кармана рубашки линованный лист записной бумаги. Оно было взято из записной книжки Большого вождя в красной обложке в доме миссис Маскет. На нем внук Романы Маскет нарисовал еще одну карту, чтобы показать, как добраться до хогана, где Рудольф Чарли проводил «Путь пейот». Его бабушка ходила на службы. Внуку было лет двенадцать. На нем была футболка с символом S в виде Супермена, украшавшая ее перед, и он аккуратно нарисовал карту шариковой ручкой, и пока он рисовал, он объяснил, что Рудольф Чарли был новым вождем пейотов, потому что кто-то застрелил старого вождя пейотов, который был старшим братом Рудольфа Чарли.

«Прямо в Chaco Wash обычная дорога была размыта», - сказал Суперграндсон. «Вы поворачиваете направо и едете по песку, если хотите, потому что он более гладкий. Будьте внимательны, иначе вы пропустите повороты. Я запишу несколько ориентиров, поищу их. Он поднял глаза, улыбнулся Мэри и вежливо переключился на английский. «Если вы не будете осторожны, то можете заблудиться», - заверил он ее.

На карте Большого Вождя Суперграндсон написал «солеными кедрами» в том месте, где Сомнительная грунтовая дорога заканчивалась на дне размыва. Теперь в луче фар Чи мог видеть внизу кусты голых зимних соленых кедров. Чи позволил грузовику снова катиться вперед, мимо деревьев и на гладкий пол из арройо.

«Вот где мы попадаем в то место, где, если мы не будем осторожны, мы можем заблудиться», - сказала Мэри. "Это правильно?"

«Верно», - сказал Чи.

«Не будем, - сказала Мэри. "Я слишком устал. Я совершенно измотан. Кажется, мы пробыли в этом грузовике около семнадцати дней.

«Примерно с восхода солнца, - сказал Чи.

Мэри внезапно повернулась и посмотрела в заднее окно. «У меня ощущение, что я оглянусь и увижу, что за нами кто-то идет», - сказала она. «Ни кого. Этот блондин ».

"Как он мог?" - спросил Чи. «Он никак не мог знать, куда мы идем».

Она вздрогнула и обняла себя. «Допустим, он умен, - сказала она. «Или, допустим, у него есть причина пойти на эту церемонию пейота».

"Не понимаю, зачем ему это".

«Это поминальная служба по Томасу Чарли, не так ли? Или что-то вроде того. Может, он ищет людей, как и мы. Может, мы просто наткнемся на него там.

«Я в этом сомневаюсь», - сказал Чи.

«Я думаю, ты такой же, как я. Слишком устал, чтобы заботиться. Ты так устал, что собираешься назвать мне свое военное имя.

«Теперь это ненадолго», - сказал Чи. «Мы хотим быть у Чарли в полночь, и тогда миссис Маскет скажет нам, что Винди живет в Грантсе, и даст нам его адрес и номер телефона. Потом мы пойдем спать, а завтра мы позвоним Цосси, и он расскажет нам, кто и почему взорвал нефтяную скважину, и где найти доказательства для большого жюри, кого арестовать и почему Эмерсон Чарли тело вывезли из больницы, и кто нанял блондина, чтобы он стрелял в Томаса Чарли, и ...

«Ой, стой, - сказала Мэри. Она зевнула из-за руки. «Если повезет вам и мне, - сказала она, зевая, - этот ребенок дал нам неправильный адрес или неправильную ночь, или миссис Маскет не будет там, или она никогда не слышала о Винди Цосси, или ей не понравится ваша внешность, и она не будет с вами разговаривать, или она скажет вам, что Цосси переехал в Танзанию и не оставил адрес, или это неправильный Цосси, или блондин будет там, и он стрелять в вас. Или, что еще хуже, он меня застрелит.

Чи улыбнулся. «Что ж, - сказал он, - мы скоро узнаем».

Без семи минут до полуночи след, по которому они шли, огибал скалистый выступ, поросший низкорослым можжевельником. Фары грузовика отражались от лобового стекла, а затем от рифленой металлической крыши хижины и стекла окна под крышей. Чи притормозил и посмотрел, что ему показывают фары. Три пикапа, старый белый «шевроле» и фургон, на котором сидениями служили тюки сена. В двадцати ярдах за хижиной виднелась круглая каменная форма хогана с тонкой струйкой голубого дыма, выходящей из дымового отверстия в центре его конической, изолированной от грязи крыши. Никого не было видно.

Чи припарковал грузовик рядом с новейшим пикапом, выключил фары и вышел в темноту. Заходила луна, и на черном небе сиял миллиард звезд. Он стоял с поднятым лицом и пил - огромный флуоресцентный свет Млечного Пути, узор зимних созвездий, невероятную безмолвную яркость Вселенной.

Мэри стояла рядом с ним. «Боже мой», - сказала она приглушенным голосом. «Я никогда не видел такого неба».

«Высота», - сказал Чи. «Мы почти достигли континентального водораздела. Полторы мили над уровнем моря; воздух тонкий. А отчасти потому, что нет наземных огней. Смотри, - сказал он, указывая на юго-восток. «Видите это маленькое сияние на горизонте? Это Альбукерке. В сотне миль отсюда, но вы можете видеть, что он делает ».

«Это заставляет на минуту забыть, насколько тебе холодно», - сказала Мэри. Она вздрогнула. «Минута истекла. Мне холодно."

Из хогана доносились звуки песни и стук барабана. Расстояние и стены хогана приглушали его, а пение было не более чем ритмом подъема и спада, частью фона безветренной ночи. Чи взглянул на часы. Последователи лорда Пейота не прекращали свой церемониал до полуночи. Они начали на закате после молитвы, чтобы сообщить заходящему солнцу, что их намерения святы, и ритуал не закончился до восхода солнца. Но в полночь был перерыв. А это означало, что нужно ждать еще пять минут.

«Когда я был мальчиком, - сказал Чи, - иногда моя мать будила меня в самой темной части ночи, и мы уходили от хогана, и она учила меня звездным знаниям. Как движутся созвездия и как определить направление и время ночи, если вы знаете время года. И как все началось ».

«Как все это началось?» - спросила Мэри.

«Навахо еще не было. Просто святые люди. Первый мужчина, Первая женщина, Говорящий Бог, Монстр Гила, Кукурузный Жук, все различные фигурки йеи. Ночью небо было черным и пустым, если не считать луны. Итак, Первый Человек решил повесить звезды. И он поставил «Мальчиков из Синего Кремня», - Чи указал на Цефея, - и Медведя, и Преследующего Бога, и всех остальных. И вот появился Койот, и он схватил одеяло, на котором у Первого человека были звезды, ожидающие, чтобы его повесили.

Он бросил все, что осталось, одним большим раскачивающим движением. Это то, что сделало Млечный Путь.

«Совершенно койот», - сказала Мэри. Она снова вздрогнула и обняла себя.

Хоган теперь молчал, и внезапно в дверном проеме появился свет, когда одеяла, висящие на проеме, были откинуты.

Чи залез в кабину грузовика и включил плафон. Было вежливо сообщать людям, кто к ним звонит.

Вопреки пессимизму Мэри, миссис Маскет присутствовала. Это была седая крепкая женщина с красно-зеленой маской поверх объемной бархатной блузки и юбки традиционных женщин навахо. Она не была уверена, что хочет говорить о Винди Цосси.

Рудольф Чарли пригласил их с холода в кабину и стал рядом с ними, слушая. Рудольф Чарли был очень похож на Томаса Чарли. Чуть моложе и даже тоньше.

«Все это случилось очень давно, - говорил Чи. «До того, как женился на твоей сестре. Произошел взрыв на нефтяной скважине, где он работал. Мы хотим узнать, помнит ли он, что произошло ».

Миссис Маскет уставилась на Чи, нервно взглянула на Мэри, на Чарли, а затем снова на Чи.

«Он ничего не помнит, - сказала миссис Маскет.

«Кажется, что почти все, кто работал с Цосси, мертвы», - сказал Чи. «Мы не можем с ними разговаривать. Мы хотим с ним поговорить ».

«Я думаю, что Винди тоже мертв, - сказал Рудольф Чарли. «Я думаю, что ведьма достала их всех».

«Да, - сказала миссис Маскет. "Он умер."

"Когда он умер?" - спросил Чи. Он подозревал, что миссис Маскет лжет. Опыт научил смотреть в лицо опрашиваемому. Ложь заставляла нервничать почти всех. Миссис Маскет нервничала. Но тогда она все равно нервничала, когда ее допрашивали незнакомцы, которые появлялись из темноты, чтобы поговорить о смерти. И это было не просто нервозность. Что-то расплывчатое и непонятное. И он думал, что знает, что его вызывает. Миссис Маскет съела пейот и выпила «черный напиток» церемонии - чай с пейотом. Она была в том сказочном мире психоделиков. Он взглянул на Рудольфа Чарли. Начальник его церемониала тоже посмотрел на Чи, как будто не был уверен, что Чи существует.

"Когда же он умер, тогда?" - повторил Чи. "И куда они положили тело?"

«Давным-давно, - сказала миссис Маскет. Она стояла, глядя на Чи и сквозь Чи. Секунды шли. «Они жили позади Бисти в бесплодных землях. Меня с ними не было. Но муж моей сестры был ведьмой, и кто-то настроил колдовство против него. Он заболел трупной болезнью и умер ».

«Вас там не было, но вы слышали об этом? Это правильно? От твоей сестры? - спросил Чи.

«От моей сестры», - согласилась миссис Маскет.

"Он умер от болезни?"

«Трупная болезнь», - сказала миссис Маскет.

"Где?"

«В хогане моей сестры».

"И они похоронили его там?"

«Они попросили белого человека, который работал там, в Бисти, прийти и бросить тело в скалы. Мне сказали, что он засунул его в маленькое дыхало в склоне утеса и засыпал камнями ».

«Все снова начинается», - внезапно сказал Рудольф Чарли. «Еще колдовство».

Чи посмотрел на него. Взгляд Чарли был сфокусирован куда-то далеко.

«В первый раз он убил моего деда и всех людей, которым лорд Пейот позволял видеть сквозь дверной проем. Колдовство убило всех шестерых. И вот он снова завелся. Сначала он убил моего деда. Теперь он убил моего отца и убил моего брата. Сегодня вечером мы просим Лорда Пейота позволить нам посмотреть, что будет дальше… - его голос затих.

Мэри начала слово и откусила его. Все четверо молча стояли и ждали, пока начальник дороги продолжит путь. За Чарли комнату мог видеть Чи. Глиняный пол был очищен от мебели. Напротив него был построен алтарь из пейота - низкий полумесяц из плотного песка. Они называли это луной пейот. В его центре, там, где песок был высотой примерно шесть дюймов, была сооружена клумба из кедровых веток размером с чашу. В этом гнезде покоилась узловатая, волосатая форма пуговицы пейота. Рядом на песке стояла маленькая серебряная шкатулка с открытой крышкой. Позади пейотовой луны на земле были начертаны две зигзагообразные линии, представляющие следы Христа. Церковь американских индейцев дошла до шахматной доски была более или менее христианской. Христос учил белого человека только через Библию, потому что белый человек распял его. Но навахо, которые не причинили вреда Христу, Бог наставлял непосредственно через видения. А лорд Пейот был инструментом, ключом к двери, ведущей в реальность.

Рудольф Чарли по-прежнему стоял неподвижно, пойманный в какое-то странное расширение времени, вызванное наркотиками.

"Он позволил тебе увидеть?" - спросил Чи.

«Я видел крота», - сказал Рудольф Чарли. «Амулет, который принадлежал моему отцу и деду».

"Ничего больше?" - спросил Чи.

Дверь открылась, и вошли двое мужчин - оба молодые. Они взглянули на Чи и Мэри. Один добавил палки в огонь пиньона, который сгорел до слоя углей в кострище хогана. Другой подошел к задней стене и сел на корточки у барабана, наблюдая и ожидая. Настроение Рудольфа Чарли изменилось.

«Ничего подобного, - сказал он. «Мы должны начать все сначала. Мы должны закончить службу ».

«Человек, с которым вы хотите поговорить, мертв, - сказала миссис Маскет.

«Хорошо, - сказал Чи. «Тогда скажи мне, где найти дыхало, куда они поместили его тело».

29

НАКОНЕЦ КОЛТОН ВОЛЬФ был готов. В кабине пикапа у него было установлено радио CB и радиотелефон. Он проехал по арройо к востоку от гор Сандиа и освежил свою меткую стрельбу с помощью винтовки и пистолета 22 калибра. Это была дорогая винтовка Ruger 30 калибра с оптическим прицелом. Половину снарядов он выпустил из коробки на 100 патронов, настроив прицел на дальность до 250 ярдов и прицел до 800. Затем он с помощью телефонного звонка в больницу установил, что Western Union не может доставить телеграмму Джиму Чи, потому что Джим Чи выписался. Это подтвердило то, чего ожидал Колтон. Затем он позвонил в городской отдел журнала Albuquerque Journal, представился профессором университета и получил разрешение провести небольшое исследование в библиотеке газеты. За час чтения вырезок из отчетов о преступлениях он узнал имена агентов ФБР и офицеров шерифа, которые работали в резервации навахо или вокруг нее. Он записал имена и соответствующую информацию в свой блокнот, а затем спросил, есть ли досье на Б. Дж. Вайнса. Там было. Самая старая вырезка сообщала о передаче урановой аренды от Vines консорциуму горнодобывающих компаний во главе с Kennecott Copper и Kerrmac Nuclear Fuels. В другом сообщении телеграфной службы Нью-Йорка сообщается, что Vines выиграла Weatherby Trophy, чемпионат мира по охоте на крупную дичь. Единственной существенной историей была статья с фотографиями о строительстве дома Вайнса на склоне горы Тейлор. Резиденция была описана как «вероятно, самая дорогая из когда-либо построенных в Нью-Мексико». Человек, чье имя Колтон нашел в ящике, которого его наняли, был явно достаточно богат, чтобы оплатить его возвращение. Значит, был хороший шанс, что клиентом был Вайнс. Нет уверенности, потому что, похоже, коробку хотел кто-то другой. Но Вайнс казался наиболее вероятным. Колтон добавил к своим записям описание дома и его местонахождение. Если все остальное не помогло, это может быть полезно.

Последняя остановка Колтона была в муниципальной библиотеке, где он просмотрел телефонную книгу и записал номера, которые могли ему понадобиться. А затем он поехал на запад из Альбукерке, вылезая из долины Рио-Гранде, пересекая разрывы Рио-Пуэрко и катясь со стабильной скоростью пятьдесят пять миль в час по пустому ландшафту холма на западе центральной части штата Нью-Мексико. Во время вождения он проверял свой радиоприем на федеральном и правоохранительном каналах. Прием был отличным. Техника и терминология радио-диспетчеров не отличались от того, что он слышал в других штатах. Затем он проверил телефонную связь, позвонив в метеорологическую службу США, чтобы узнать прогноз. Для западного центрального плато Нью-Мексико прогнозировалось усиление дневной облачности, периодические порывистые ветры и более низкие температуры во второй половине дня с 60-процентной вероятностью выпадения снега до полуночи. Зеленый информационный знак между штатами сообщил Колтону, что впереди развязка Грантов. Справа от него на фоне неестественно голубого неба возвышалась гора Тейлор, ее самые высокие склоны были белыми от сугробов. Он позволил автофургону остановиться на обочине шоссе, снял трубку, проверил в записной книжке имена, которые хотел, и позвонил в подагентство полиции племени навахо в Краунпойнт.

Ответивший голос был женским.

«Это Федеральное бюро расследований, - сказал Колтон, - Альбукерке. Агент Мартин. Капитан Ларго здесь?

«Он работает в Туба Сити», - сказал голос. «Этот номер…»

«Я знаю это, - сказал Колтон, - но Ларго сказал мне, что может остановиться здесь сегодня. Как насчет Джима Чи?

«Чи тоже нет», - сказал голос. "Он берет отпуск".

«Как он себя чувствует? Надеюсь, ребра заживают.

«Хорошо, я думаю».

«Я звонил по поводу Чи», - сказал Колтон. «У нас есть кое-что, на что мы хотим, чтобы он посмотрел. О той стрельбе. Как я могу заполучить его? »

«Минуточку», - сказал голос. Наступила пауза.

Колтон ждал. Это был решающий момент. Он позволил задержке растянуться на четыре минуты. Более того, это может привести к успешному отслеживанию. Он не мог

шанс, что полиция узнает, что это был радиотелефонный звонок. Секундная стрелка на циферблате его часов переместилась на вторую минуту.

«Мы должны пригласить его на радио». Теперь это был мужской голос. "Какое сообщение?"

«Скажи ему, что у Мартина есть для него информация, а мне нужно показать ему несколько фотографий. Скажи ему, что я выхожу в резервацию, и пусть он позвонит мне по телефону в машине ». Он указал неправильное число, которое звучало разумно. «Он рядом с телефоном?»

«Сомневаюсь», - сказал голос.

«Смотри, - сказал Колтон. «Это срочно. Посмотрим, сможешь ли ты найти его, и если он далеко от телефона, могу я попросить тебя перезвонить мне и сообщить, сколько времени это займет? "

«Конечно», - сказал голос.

"Хорошо. Спасибо, - сказал Колтон. Он повесил трубку, включил радиоприемник и вытащил грузовик обратно на межштатную автомагистраль 25. Он не проехал и мили, прежде чем отследил первый звонок от диспетчера Crownpoint, пытающегося дозвониться до Джимми Чи.

Колтон неуклонно ехал на запад, мимо Грантса, мимо заводов по переработке урана на озерах Амброзия, в более суровую местность, которая поднималась к континентальному водоразделу. Краунпоинт пытался связаться с Чи с интервалом в десять минут. На развязке Торо Колтон съехал с шоссе и припарковался. Именно здесь он решил подождать. Он никогда не думал, что есть серьезный шанс, что Чи сбежит далеко после фиаско в больнице. Бежать было незачем. Где лучше спрятаться индейцу, чем в индейской резервации?

Он сел, прислонившись коленями к приборной панели, и собрал бутерброд из материалов, которые принес из трейлера. Как всегда, ел он медленно. Гора теперь находилась в нескольких милях к востоку, но все еще преобладала в ландшафте, холодная и зловещая. Когда это было закончено, когда он поймал Джима Чи и убил его, и убил женщину; когда его следы будут стерты и он снова окажется в безопасности, тогда он найдет лучший способ найти свою мать. Возможно, гипнотизер поможет ему вспомнить то, что он забыл. Что-нибудь полезное. Эта старуха была в одном из самых ранних его воспоминаний. Она положила его к себе на колени, и в ее дыхании пахло табаком. Он всегда предполагал, что она бабушка. Если бы он мог вспомнить это - или даже место, где они жили, когда он был очень маленьким, - это могло бы быть полезно. Он так мало мог вспомнить об этом. Только ощущение дней холодного тумана, дней дождя, дней, проведенных в квартире наверху с едой, оставленной в холодильнике, его мама, возвращающаяся домой по утрам, влажные волосы матери, прижатые к его лицу, холодные руки матери. Тогда были и мужчины, но ни одного конкретного человека он не мог вспомнить.

Он смотрел на пустое голубое небо, но его мысли были о той комнате. Он вспомнил трещины на сером линолеуме. У него тогда было два шарика, и шарики гонялись друг за другом по трещинам. Он мог вспомнить, как бесконечно, день за днем играл в эту игру, и запачканные окна, но не название города. Несомненно, он это слышал. Конечно, даже в четыре или пять лет это что-то значило для него. Его мать не часто разговаривала с ним. Вряд ли она рассказала бы ребенку, что они живут в Сиэтле, Портленде или где бы то ни было. Но он, должно быть, слышал это. Он найдет себе гипнотизера и, возможно, тогда он что-нибудь вспомнит. Колтон знал, что с его памятью что-то не так. Пробелы в нем. Он провел большим пальцем по свитеру, ощупывая шишку под кожей в том месте, где криво зажило ребро. Он мог вспомнить, когда у него не было шишки - когда они жили в Сан-Диего. Он помнил, как лечил его в Бейкерсфилде. Но он не мог вспомнить побои, вызвавшие это. То же самое и с гребнем из толстого белого рубца под волосами над левым ухом. Это тоже выросло из какого-то белого пятна в его детстве. В последний раз он пытался вспомнить об этом в Тейлорвилле, но от попыток ему стало плохо, и он остановился.

Его рация снова заговорила, голос диспетчера Краун-пойнта позвал Джима Чи.

На этот раз ответил Чи. Колтон отложил бутерброд и взял блокнот. Краунпоинт передал оставленное им сообщение.

«Что ж, черт возьми», - сказал голос Чи. "Мы находимся далеко от старого торгового поста Бисти".

Колтон записал в своем блокноте «We’re by Bisti». Он подчеркнул: «Мы».

«Если вы не подходите к телефону, он хотел, чтобы я позвонил ему и сообщил, где он может вас встретить. Сказал, что приедет в резервацию », - сказал диспетчер.

Наступила пауза. «Хорошо», - сказал голос Чи. - Тогда я думаю, ему придется подождать. Мы пытаемся найти хогана к северо-западу от старого торгового поста. Там около девяти миль, и мне нужно время, чтобы его найти. Скажи ему, что я встречусь с ним в нашем офисе в Краунпойнт сегодня вечером. Скажи ему, что я постараюсь приехать к девяти, но, возможно, я немного опоздаю.

«Десять четыре, - сказал диспетчер. «Вы обращаете внимание на погоду? Снег должен идти.

«Верно», - сказал Чи. «Мы будем смотреть

"

Колтон записал «Мы» в своем блокноте. Он также написал: «Там девять миль назад». Он не записал девять часов встречи в Краунпойнте. К девяти часам Джимми Чи будет мертв.

30

ТОРГОВАЯ ПОЧТА BISTI сгорела много лет назад, с той тщательностью, с какой горят здания, когда нет пожарных, которые могли бы помешать. Огонь оставил только почерневший каменный фундамент, остатки расплавленного стекла и искореженного металла. Годы случайных мусорщиков навахо перебирали пепел, а годы погоды насыпали перекати-поле и пыль на руины. Большие кипарисы, завезенные для защиты столба от солнца, издавна голодали по воде, как городские собаки, брошенные в пустыне. Ряд голых мертвых стволов теперь служил несовместимым ориентиром для руин, которые иначе почти вернулись в природу.

Чи повернул пикап налево за мертвыми деревьями, оставив дорогу с пометкой «Graded Dirt» вместо трассы, которую его карта не показала. Она шла довольно ровно и гладко по просторам креозотовой кисти.

«Вы уверены, что это правильный путь?» - спросила Мэри.

«Нет, - сказал Чи, - но я уверен, что это правильное направление».

«И вы все еще думаете, что мы можем найти хогана? После всех этих лет?"

«Наверное, - сказал Чи. «Она сказала, что в девяти милях к северо-западу к северу от торгового поста, на южной стороне изолированного холма. И она описала бухту ». Он указал вперед. «Это должно быть так. А здесь им пришлось бы построить каменный хоган, так что он все еще там. Это просто вопрос охоты. И я неплохо умею охотиться. Чи замолчал, думая об этом заявлении. «Или я раньше думал, что был».

Земля теперь спускалась вниз, превращаясь в бесконечную эрозию. То, что когда-то было равниной из песчаника, было вырезано в гротескную форму - столы, головы, слоеные лепешки, скрученные шпили, выступающие ребра, зазубрины и странные формы, которые предлагали вещи, которым воображение Чи не могло придать имен. Ветер и вода прорезали покров в черноте угольных отложений, в малиновой глине, в полосато-голубом сланце. Были показаны все цвета, кроме зеленого. Это были бесплодные земли Бисти. Он простирался на пятьдесят миль под небом, в котором постоянно росли облака.

«У меня есть подозрение, что он не мертв», - сказала Мэри. «Я как бы почувствовал, что она что-то скрывает».

«Она нервничала, - сказал Чи. «Может, она лгала, а может быть, была другая причина. Но если кости есть, мы их найдем. А если нет, мы найдем Цосси.

Когда он это сказал, его уверенность удивила его. Но он был уверен. Обнаружение Цосси, скелетного или дышащего, было связано с вещами чисто навахо - образцом мышления и поведения, с которым Чи находился в интимной гармонии. Он не чувствовал такой гармонии с мышлением белых, которые должны были быть вовлечены в это дело. Для всех предприятий такая гармония была необходима. Специально для охотника. И это с самого начала была охота.

Одна из молитв с Пути преследований пронеслась в его голове и голос его дяди, повторявшего ее:

Я Черный Бог, когда пою это,

Я Черный Бог. Я прихожу и стою

под Востоком, под Бирюзовой горой.

Хрустальная лань идет ко мне,

как я это называю, как я молюсь ему,

ко мне идет, понимая меня

в этот день он идет в мою правую руку.

Приятно, что ко мне приходит,

в своей смерти он подчиняется голосу моего пения.

В ее красоте я подчиняюсь хрустальной лани.

«Совершенное понимание, - подумал Чи. Гармония между оленем и человеком. Гармония между Джимом Чи и Цосси, или кости Цосси, и мысли тех, кто поместил труп Цосси среди скал. Но Джим Чи не понимал мышления белых. Ни «Изменяющаяся женщина», ни «Говорящий Бог» не дали ему песни, чтобы вызвать это понимание. Что на это скажет его дядя? Чи точно знал, что скажет старик. Он почти слышал его, потому что слышал его так часто:

«Мальчик, когда ты понимаешь большое, ты понимаешь малое. Сначала поймите большое ».

И в данном случае это означало бы, что если бы Чи научился понимать всех мужчин (больших), он мог понимать белых людей (маленьких). Его дядя добавил, что если навахо может найти гармонию с оленем, он сможет найти такую же гармонию с белым человеком. Чи поморщился, глядя на лобовое стекло. А затем его дядя, который никогда не упускал из виду, добавлял немного мудрости об оленях и людях. Он сказал бы, что олени во многом похожи на навахо. Он любит свое потомство и свою половинку, пищу, воду и отдых. И он ненавидит холод, голод, боль и смерть. Но олени тоже разные. Его жизнь коротка. Он не строит хоганов. Навахо больше похож на белого человека, чем на оленя.

«Вот о чем сказал бы его дядя», - кисло подумал Чи. Но его дядя не имел дела с белыми, когда мог их избегать. И как бы его дядя объяснил мысли белого человека, который наполнил свой дом сувенирами о своих достижениях?

Но спрятал свои величайшие почести в подарочной коробке? Медалями, которые описал Томас Чарли, были Бронзовая звезда и Серебряная звезда, которые, как ему сообщила военная энциклопедия в университетской библиотеке, награждаются за отвагу в бою; и «Пурпурное сердце», вручаемое раненым. Вы ожидаете найти их в обрамлении на видных местах на стене Вайнса вместе с другими его трофеями. Почему он спрятал их вместе с пакетом старых детских фотографий и двойной горсткой фрагментов камней? Навахо мог либо афишировать свои подвиги, либо скромно их скрывать. Зачем кому-то скрывать одни и рекламировать другие?

Небо стало темнее, и ветер дул с северо-запада. Он обрушился на пикап, подняв шквал песка и перекати-поле.

«Это должно быть нашей задницей», - сказал Чи. Он указал через правую сторону лобового стекла. «Это единственный ресторан в пределах девяти миль от торгового поста. И это в правильном направлении ".

Тропа выходила на большой лист бесплодного гранита и огибала остров, выложенный песчаником. Остров был увенчан плитой из белого известняка, оставившей широкий выступ на том месте, где более мягкая порода стерлась. Он предложил Чи стол, за которым обедали великаны. Внезапно, сразу за этим ориентиром, он снял ногу с педали газа и позволил грузовику остановиться.

"Какая?" - спросила Мэри.

Чи посмотрел на нее. «Мальчик», - сказал он. «Я дурак?» Он ударил кулаком по рулю. «Два набора сувениров», - подумал он. Один на стенах. Один спрятан в сейфе. В чем разница между ними? Разница была во времени.

Мэри смотрела на него. «Давай, - сказала она. «Прекрати. Позвольте мне в этом участвовать ».

«Я все еще разбираюсь с этим», - сказал Чи. «Но все сводится к тому, почему человек, который очень любит хранить сувениры и демонстрировать их, спрятал лучшие из них в своем стенном сейфе».

«Как те медали», - сказала Мэри.

«Как те, фотография его школьной футбольной команды и пара спортивных наград».

«И черные камни», - сказала Мэри.

«Давайте вернемся к этому позже. А теперь займись простым делом ».

«Легко, если ты придумала ответ», - сказала Мэри. «Брось хвастаться, черт возьми. Что вы подумали?

«Единственное различие, которое я вижу, это то, что все те, что в сейфе, принадлежали молодым людям Вайнса. Отрочество и молодой человек в армии. На стене висит то, что он разбогател.

Мэри зажала нижнюю губу зубами. Выражение ее лица говорило, что она искала в этом значения. «До взрыва нефтяной скважины и после взрыва. Это оно? А как насчет камней? »

«Нам лучше двигаться», - сказал Чи. «Будет темнеть». Он включил пикап.

«Другими словами, вы ничего не знаете о камнях».

«Почему-то они должны были быть важными. Напоминание о чем-то важном, - сказал Чи. «И из его ранней жизни».

«Я куплюсь на это», - сказала Мэри. Проходили мгновения, пока пикап катился по каменистой поверхности. «Привет, - сказала Мэри. "Я знаю что. Камни относятся к тому моменту, когда он нашел месторождение урана. Это его первые образцы руды. Как ты думаешь?

«Это подошло бы», - сказал Чи. "Конечно. Почему ты не подумал об этом раньше? "

«Вы меня не спрашивали, - сказала Мэри. «Все, что вам нужно было сделать, это спросить».

"Тогда ладно. Объясни, почему он хранит эти медали в сейфе ».

«Может, он хранит их для кого-то другого», - сказала Мэри.

Ветер снова качнул пикап, забросив его шквалом песка. Чи переключился на пониженную передачу, чтобы поднять грузовик по крутому склону.

«Мэри, - сказал он, - ты гений». Он включил передатчик и вызвал диспетчера в Краунпойнт. Его инструкции были конкретными. Позвони Мартину в ФБР. Скажите ему, чтобы администрация по делам ветеранов провела срочную проверку военного послужного списка Бенджамина Дж. Вайнса. Был ли он старшим лейтенантом 10-й воздушно-десантной дивизии? Он выиграл Серебряную звезду, Бронзовую звезду и Пурпурное сердце? Какие выделения? Есть ли судимость на службе?

Диспетчер прочитал инструкцию обратно. "Что-нибудь еще?"

«Скажи Мартину, я объясню ему это, когда увижу его сегодня вечером. Скажи ему, что я опоздаю. И ... подожди минутку. Чи выудил свой блокнот. «Назови и ему эти имена». Он зачитал имена погибших при взрыве нефтяной скважины. Услышав имя Карла Лебека, он остановился. Лебек-геолог. Лесоруб Лебек. Для геолога черные камни могут быть памятным подарком. «Сначала поставьте имя Лебека, - сказал Чи. «Скажите Мартину, что, если Вайнс не выиграл эти награды, пусть VA пропустит этот список имен и посмотрите, выиграл ли их Лебек или кто-либо другой»

«Понятно», - сказал диспетчер. «Ты все еще в Бисти?»

«К северо-западу от сгоревшего торгового поста», - сказал Чи. "Мы будем здесь до наступления темноты, как это выглядит".

«Лучше следите за погодой», - сказал диспетчер. «На западной стороне идет снег. Дюйм на земле в Ганадо. Не должно быть много, но ты знаешь, как это бывает ».

«Мы посмотрим, - сказал Чи. Он щелкнул переключателем радио и снова включил передачу.

"Что ты думаешь?" - спросила Мэри.

Чи нахмурился, глядя на лобовое стекло. «В основном, я просто снимаю в темноте».

«Но в основном», - сказала Мэри. «Вы придумали, как соединить Вайнс и нефтяную скважину?»

«Они должны», - сказал Чи. «Они должны подключиться. Если не Вайнс, то Гордо Сена. Один или другой должен подключиться ».

Мэри засмеялась. «Конечно», - сказала она. «Теперь все, что вам нужно сделать, это выяснить, как это сделать».

«Думаю, да», - сказал Чи. «По крайней мере, его часть».

След уходил вправо и вверх по склону темно-синего сланцевого мрамора с красноватыми примесями. Над ним возвышалась вершина холма, теперь не более чем в тысяче ярдов. Чи сдвинулся с места. Мэри нетерпеливо наблюдала за ним.

«Я жду», - сказала она.

«Хорошо, - сказал Чи. «Во-первых, мы согласны, что должна быть причина. Белый человек или навахо, у вас есть причина. С навахо что-то настолько плохое - массовые взрывы людей - должно быть ведовским делом. Нерационально. Зло ради зла. Никакой другой мотив не имеет смысла. Для белого человека, я думаю, это была бы жадность ». Он взглянул на нее. "Хорошо, пока?"

Мэри выглядела озадаченной. «Думаю, да», - сказала она.

«Если мы имеем дело с колдовством, то, что произошло с тех пор, не имеет никакого отношения. Может быть, навахо захотел бы убить Чарли, если бы знал, что они ведьмы, причинившие ему вред. Это случилось. Но он сделает это в пылу ярости, а не спустя годы. Так что давайте отложим это в сторону ".

Мэри пожала плечами.

«Итак, мы имеем дело с преступлением белого человека», - продолжил Чи. «Мотив - жадность. Кто выиграет от взрыва нефтяной скважины? Вы должны помнить, где был этот колодец. Мы не смогли найти останки, потому что Red Deuce поглотила это место. Таким образом, нефтяная компания, которая бурила скважину, имела право пользования недрами на этом участке земли. Если из скважины добывается нефть, срок аренды продлевается на время добычи. Это стандартная форма аренды нефти. Итак, допустим, кто-то знает, что под скважиной есть месторождение урана. Кто выиграет? "

«Вы имеете в виду Сенас? Потому что это было на их ранчо?

«Может быть, Сенас», - сказал Чи. «Когда это наконец случилось, уран сделал Гордо Сена богатым. Но что-то не соответствует тому, что это сделал Гордо.

«Ты имеешь в виду, как убить своего брата?» - спросила Мэри. «Может быть, Роберт Сена спланировал это сам, а потом что-то пошло не так, и он тоже покончил с собой».

«Я не это имел в виду, - сказал Чи. «Я имел в виду, что ранчо Sena похоже на большинство других ранчо здесь. Это небольшой участок земли, находящейся в частной собственности, соединенный с большим количеством земель Федерального бюро землеустройства. Большая часть того, что у вас есть, - это разрешение на выпас скота на земле BLM. Вот где бурлила скважина. На федеральной земле. У сенаса была аренда пастбищ, но это было примерно в четверти мили от границы их земли. Таким образом, они не получат прямой выгоды ни от нефтяного удара, ни от находки урана. Сена разбогател, потому что месторождение урана распространилось на его семейную собственность ».

«Итак, вы исключаете Сену», - сказала Мэри. "Кто тогда?"

«Я не исключаю Senas, - сказал Чи. «Где-то не хватает части. Я не могу это продумать ».

Пикап резко наклонился вниз, превратившись в узкую полосу. Чи включил самую низкую передачу, остановился и осмотрел арройо. Проблема будет в том, чтобы поднять грузовик на другую сторону. Арройо несло очень мало воды даже после проливных дождей, а высокие заросли мескита и кроличьего кустарника по обе стороны дороги имели ограниченную эрозию. Но все же годы обрезания

сделали противоположный берег достаточно крутым, так что тяга к пикапу выглядела весьма рискованной.

«Похоже, это конец линии», - сказала Мэри. "Но разве мы не достаточно близко, чтобы идти?"

«Мы попробуем пикап», - сказал Чи. «Если мы этого не сделаем, внизу будет достаточно места, чтобы все развернуть».

Автомобиль произвел сильный дождь из летящего гравия, ненадолго потерял сцепление с дорогой и занесло вбок. Но он сделал короткий крутой подъем. Теперь впереди, не более чем в четырехстах ярдах, они увидели три корявых тополя. В пустынном климате они сигнализировали либо о роднике, либо о мелководном песке, который можно было достать из колодца. А это, в свою очередь, объясняло, почему этот след вел через бесплодные земли и почему цосси выбрали это место для своего хогана. Чи и Мэри теперь могли видеть хогана примерно в двадцати футах от деревьев. Это был шестиугольник из сложенных друг на друга плит из песчаника, покрытый шестами, выходившими наружу из центрального дымового отверстия. Земля, которая когда-то защищала крышу от холода и жары, давно смыта.

Чи остановил пикап у выступающей скалы. Он пристегнул кобуру и повесил бинокль на шею. «Будьте готовы», - сказал он и выступил против ветра.

Дверь хогана была закрыта досками, прибитыми к бревнам перемычки. Единственное отверстие теперь находилось на северной стороне - дыра, пробитая в каменной стене, чтобы обеспечить выход призраку и предупредить незнакомцев, что это был хоган смерти. Чи стоял, глядя в дыру. Вечерний свет, просачивавшийся сквозь решетчатую крышу, не показывал ничего, кроме мусора, слишком бесполезного, чтобы его могла унести даже бедная семья. Грязь влетела внутрь, перекати-поле прыгнуло сквозь призрачную нору, но опасность, исходившая от чинди, сделала это место безопасным от падальщиков.

«Если Цосси не умер здесь, то кто-то умер», - сказал Чи. «Давай найдем то место, куда, по словам старушки, они его поместили».

Мэри смотрела на хогана. «Я слышала об этом, - сказала она, - что навахо не пользуются зданиями после того, как в них кто-то умирает. Это кажется ужасно расточительным ».

«Если только они не умерли от чего-то заразного», - сказал Чи. «Когда появился обычай, я думаю, это и было целью».

«Они выносят тело из дыры? Это правильно? Всегда на северной стороне?

Чи не хотел сейчас об этом говорить. Снова подул ветер, унося легкий груз сухих, пушистых снежинок. «Север - это направление зла», - сказал он.

Миссис Маскет сказала им, что дыхало находится в стене холма к западу от хогана. Холм образован слоями геологических образований, покрытых серым эрозионно-стойким гранитом. Ниже был слой красного песчаника глубиной около тридцати футов, который покрывал пористый беловатый вулканический пучок, испещренный ветровыми карманами и просачивающимися отверстиями. Только два из них возле хогана были достаточно большими для захоронения. Чи осмотрел их обоих в бинокль и ничего убедительного не увидел. Они поднялись по осыпному склону к ближайшей. У перпендикулярных стенок холма участки мягкого перлита истирались, подрывая песчаник. Часть его упала в кучу блоков, каждый размером с грузовой вагон. Чи вскарабкался по наклонной стороне одного из блоков и заглянул в дыхало. На полу были завалены камни. Из-под одного из них торчал обрывок синей ткани. Ветер закружился в яму. Ткань задрожала.

«Давай, - сказал Чи. «Думаю, мы нашли Винди Цосси».

Иногда сухой холод пустынной зимы защитит труп от разложения и превратит его в высохшую мумию. Поскольку размещение в скале и покрытие скал защищало Цосси как от хищников, так и от птиц-падальщиков, это могло случиться с ним. Но Цосси, очевидно, умер летом, и тридцать лет насекомых превратили то, чем он был раньше, в чистый белый скелет.

Убрав последние камни, Чи присел на корточки в нижнем проеме и посмотрел на то, что осталось. Скелет все еще был одет в мокасины, на неправильной ноге, чтобы сбить с толку любого чинди, который мог бы последовать за духом во тьму загробного мира. Джинсовые брюки, которые носил Цосси, превратились в клочки разложившейся тряпки, но по какой-то причине рубашка осталась примерно наполовину целой. Две пуговицы все еще держали его на пустой клетке из ребер. Чи проверил левую руку скелета. Палец отсутствовал. Миссис Маскет сказала, что Цосси потерял палец. Ветер подхватил край рубашки и подул к ребрам, обнажив тусклое серебро обтянутых кожей раковин. Тяжелый пояс, который когда-то охватывал талию, теперь обвивал только ряд побелевших позвонков. Под пряжкой раковины Чи увидел кожаный шнурок, ремешок от аптечки. Сумка и пояс лежали прямо над впадиной, где шаровой шарнир бедренной кости Цосси соединялся с тазовой впадиной. Бедренная кость была деформирована из-за сильного неестественного разрастания рубцовой ткани, уродливого образования, выходящего из сустава.

почти на полпути по тяжелой кости. Это было очень похоже на иллюстрацию, на которую доктор Хафф указал им в своем медицинском тексте. Рак кости. Такой сумасшедший рост, который происходит в костной ткани с метастазами злокачественных клеток.

Чи поднял мешочек и открыл хрупкую кожу.

«Снова идет снег, - сказала Мэри Лэндон. Она сидела на плите у входа в пещеру, рассматривая пейзаж в бинокль. «И темнеет».

«Еще минуту или две, - сказал Чи.

Кожа порвалась у него под ногтем. Внутри был слой желтой пыли - того, что когда-то было священной пыльцой. Пыльца покрывала четыре небольших фрагмента панциря морского морского ушка, желчный камень, взятый у какого-то небольшого животного, два пера, засохший кусок корня и небольшой каменный камень в форме крота.

Чи осторожно взял родинку и стер пыльцевую пыль. Он выглядел так же, как тот, который он нашел в аптечке Эмерсона Чарли. Практически идентичны.

"Джимми. Кто-то идет ".

Как будто они были одной родинкой. Тот же амулет. Ощущение под его пальцами было таким же. Те же тупые лапы, такая же покатая заостренная морда.

Тон голоса Мэри нарушил его концентрацию больше, чем смысл слов. В тоне был страх.

"Какая?" он спросил. "Где?"

"Там." Она указала на открытую крышу хогана, мимо почти голых тополей, на тропу, по которой они шли.

Сначала он ничего не увидел. Затем показался мужчина в темно-синей шапочке-чулке и тяжелой черной ветровке. В правой руке он держал ружье и легко бегал, приседая. Чи мог видеть ровно столько его лица, чтобы подтвердить то, что он инстинктивно знал. Это был блондин. Пригнувшись, осторожной рысью он объезжал пикап Чи.

- Забирайся сюда, - прошептал Чи. Он помог затащить Мэри в дыхало. «Это он», - сказал Чи. «Но я не думаю, что он нас видел. Он ищет нас вокруг грузовика ».

«Как он мог найти нас здесь?» Прошептала Мэри.

«Бог знает, - сказал Чи. Блондин стоял на коленях за зарослями кроличьего куста, очевидно наблюдая за грузовиком. Чи поднял бинокль и осмотрел ландшафт вдоль дороги. Мужчина, должно быть, приехал сюда и оставил свою машину где-то на стоянке. Чи не видел никаких признаков этого. Вероятно, он был припаркован вне поля зрения на дне улицы, которую они пересекли.

Мэри нашла место за костями и камнями, которые их покрыли. Она села, прижавшись к наклонной стене, глядя сначала на Чи, а затем на скелет. Дыхало представляло собой продолговатый круг примерно шести футов по самому длинному диаметру, сплющенный внизу упавшими обломками и скопившейся пылью. Ветер прорезал мягкий пепел не более четырех футов. Если человек с винтовкой узнает, что они там, дыхало не будет безопасным.

Чи говорил очень тихим голосом. «Мы стоим абсолютно неподвижно, пока не стемнеет. Никакого движения. Без звука. Ничего, чтобы привлечь внимание. Я хочу, чтобы вы расслабились настолько, насколько это возможно. Вы находитесь вне поля зрения с того места, где он сейчас, но делайте это медленно и осторожно. Я тоже лягу плашмя. Тогда он не сможет здесь ничего увидеть, даже если попытается. Не обойтись без того, чтобы забраться на плиту ».

«И мы его тоже не видим», - сказала Мэри очень слабым голосом. «Мы не узнаем, где он. Мы не сможем ничего сделать, чтобы защитить себя ».

«У него винтовка, - сказал Чи. «У нас нет никакой защиты от этого. Пока не стемнеет.

Чи лежал на животе, его левая рука прижалась к пучку под ним, его правая рука сжимала приклад револьвера. Готов к переезду. От его ноздрей пахло пылью и пеплом. Снова поднялся ветер и гудел через отверстие для дыхания. Крупинки перлита упали ему на щеку. Дыхало стало бесконечно глубже. Снаружи послышался звук. Блондин? Ветер? Кустовая ветка царапается о камень?

Чи боролся с непреодолимым желанием бежать.

Звук раздался снова. Скрип.

"Что это было?" - спросила Мэри. Вопрос звучал неистово. Паника пришла к ней немного позже, чем к нему.

Он потянулся к ней через кости, схватив ее ногу левой рукой. «Ветер», - прошептал он. «Мэри, послушай. Как сова охотится, он сидит в пиньоне и ухает. Он не видит кроликов, и они не видят его. И это проблема кроликов. Он ухает. И он немного выжидает, чтобы дать им подумать об этом, и снова ухает. И кролики думают. И один из них будет слишком много думать. Ему кажется, что сова все ближе и ближе. Он думает, что его нашла сова. И он убегает, а сова поела на ночь.

Мэри убрала его руку с ее ноги. «Хорошо, умник, - прошептала она. «Я понимаю вашу точку зрения».

Шквал снега хлестал в яму, хлопья холодили его лицо. Снова послышались шумы, а с ними и паника. Он поймал себя на том, что представляет, как лицо блондина внезапно появляется из-за края

дыры позади пистолета с глушителем. Мускулы Чи напряглись. Он заставил себя думать о другом. Через три недели он поедет в Альбукерке, купит билет и явится в Академию ФБР. Или он поехал бы к Хостину Накаи и сказал своему дяде, что готов работать с ним - что Хостин Накаи может рассчитывать на него этой зимой, когда будут звонить дирижер. Что бы это было? Он не мог сосредоточиться на вопросе. Вместо этого он планировал, что будет делать, когда наступит темнота. Он двигался, когда еще было немного света. Он найдет машину блондина. Если бы там был блондин, он бы его убил. Если нет, Чи подождет. Теперь он ждал, слыша звук ветра, когда он порывался, и звук дыхания Мэри, когда он молчал. Теперь у него было время добавить то, что сказали ему кости Цосси и родинка Цосси, к тому, что он уже предполагал. Люди Тьмы были убиты. Цосси был неприятным человеком, возможно, даже ведьмой. Но он был превращен в кости по мотиву, не имевшему ничего общего с гневом, вызванным его неприятностями. Мотив был математическим, а не эмоциональным. Простой вопрос повышения шансов на будущее. Преступление белого человека.

Чи не терпелось двинуться, чтобы начать поединок. Было намного темнее, но недостаточно. Слова из «Пути преследований» промелькнули в его памяти, их пел хриплый голос дяди, короткие пальцы дяди стучали в ритме по барабану.

Я Черный Бог, восставший с сумерками,

часть сумерек.

С запада, из тьмы

Гора, олень из темного кремня стоит

передо мной.

Самая лучшая мужская игра тьмы, она зовет меня,

он слышит мой зовущий голос.

Наши призывы становятся единым целым.

Наши молитвы сливаются в красоте.

Как я, Черный Бог, иду к нему.

Как мужская игра тьмы приближается ко мне.

Перед нами красота, и мы вместе.

Когда красота позади, мы объединяемся.

Чтобы моя стрела освободила свое священное дыхание.

Чтобы моя стрела в красоте принесла свою смерть.

Песня продолжалась и продолжалась в сознании Чи, образец повторений, слегка изменяющихся звуков и слегка изменяющихся значений, изгоняя первобытный страх смерти и готовя людей и животных к священной охоте.

Джимми Чи был готов. Снова порыв ветра втягивал в дыхало, размывая еще тысячу бесконечно мелких зерен пепла и поднимая ледяной воздух вверх по штанине Чи.

"Я пойду", - сказал Чи. «Помолчите еще несколько минут, пока не станет темнее, а затем выскользните и найдите укромное место. Но оставайтесь в пределах досягаемости. Когда будет безопасно, я позвоню тебе.

Он приподнялся, удивленный тем, насколько жесткими уже стали его мускулы.

«У меня есть идея получше, - прошептала Мэри. «Дайте мне пистолет, и я пойду посмотреть, что я могу сделать. Мне не нравится, что я здесь единственный, кто не может стрелять в ответ.

Чи ухмыльнулся. «Нет; это мой пистолет. Я купил его на свои деньги ».

И с этими словами он быстро выскользнул из ямы, упал на плиту, а с плиты - на заросшую кустами землю позади нее. Если блондин и заметил движение, то не успел отреагировать.

Чи двигался настолько быстро, насколько позволяла осторожность. Он сделал широкий круг в сторону от холма, выбрав курс, который пересекал маленькую арройо, по которой им было трудно пройти. Там будет машина блондина, и там Чи найдет блондина. Каким-то образом, Бог знает как, он, должно быть, догадался, что тропа заканчивается у холма и что там будет Чи, и он не рискнул поднять шум, пытаясь преодолеть крутой склон Арройо. Он припарковался и пришел за Чи пешком.

Чи очень тщательно обдумал это. Блондин нашел пикап Чи, но не нашел Чи. Охотиться на него в кустах и валунах вокруг холма - все равно что искать опасную иголку в пресловутом стоге сена белого человека. Так что блондин выбрал другое решение. Он возвращался к своей машине и просто ждал. Когда он услышит, как двигатель запускается пикапом Чи, и увидит отражение от фар Чи, у него будет достаточно времени, чтобы устроить засаду. Арройо было бы идеальным местом для этого. Грузовик Чи ползет по крутому берегу Арройо. Блондин стреляет в Чи через дверь грузовика. Стрельба в упор и у вас будет достаточно времени для того, чтобы сделать столько выстрелов, сколько потребуется, если первый не сделает свою работу.

Там, где Чи доходил до арройо, он был намного мельче и шире. Он поспешил, бесшумно двигаясь по песку. Ветер и снег почти прекратились, но теперь ветер снова поднялся и дул ледяными порывами ему в лицо. Верное направление для охотника. Дует запах и звук подальше от добычи. Даже в этом случае, когда арройо углублялся и когда тусклый свет подсказывал ему, что он находится в пределах ста ярдов от точки, где в него входила дорожка, он покинул открытое дно и медленно двинулся сквозь кусты.

Автомобиль оказался почти в том месте, где он ожидал. Светловолосый мужчина просто сунул его носом в арройо и оставил достаточно далеко от дороги, чтобы скрыться из виду. Чи осторожно двигался по крайнему краю низа арройо, переходя от одного кусочка покрытия кисти к другому. Он держал пистолет в правой руке на полном взводе, так что прикосновение большого пальца к предохранителю заставляло его стрелять.

Небо на востоке теперь было полностью черным, но запад все еще фильтровал тусклые сумерки сквозь облачный покров. Машиной блондина был темно-синий пикап GMC. С середины берега арройо, где он сидел на корточках, Чи мог видеть правую переднюю и боковую часть и смотреть немного вниз в кабину. Кабина казалась пустой. Она была пуста, если только блондин не лежал ничком на переднем сиденье или сидел на полу. Это казалось маловероятным. Из заднего бампера вверх торчала длинная гибкая палочка - антенна двусторонней радиосвязи. Вот как блондин понял, что сможет найти Чи в Бисти. Он прослушивал радиозвонки полиции навахо.

С этой мыслью пришла другая. Что сказал Чи, когда разговаривал с Crownpoint? Он упомянул Мэри Лэндон во время разговора? Он вообще сказал «мы»? Сказал ли он что-нибудь такое, что сказало бы блондину, что с ним была Мэри? Чи зажмурился, концентрируясь; пытаюсь вспомнить. Как всегда, ему не забыла память. Он сказал «мы». «Мы идем в девяти милях к северо-западу от старого торгового поста. Мы будем там до наступления темноты. Это были его слова. Итак, блондин знал, что с ним была Мэри.

Чи откинулся на пятки, все еще не сводя глаз с грузовика, и задумался. Он считал, что блондин - по крайней мере, по-видимому, - не ждал там, где здравый смысл Чи подсказал ему, что блондин должен ждать. Так где был блондин? Он вернулся на холм, охотился на Чи и Лэндона. Или он вернулся на холм, застрял на месте, ожидая, когда они вернутся к своей пикапе. В любом случае он может найти Мэри, или она может, холодная и сбитая с толку, попасть в его ловушку.

Чи осторожно положил пистолет на камень рядом с ботинком. Он достал бумажник и из бумажника чек, который ему дал Вайнс. Это было идеально для сообщения. Сам чек должен сказать блондину, что Вайнс контактировал с полицией. Он писал аккуратно, стараясь быть разборчивым в темноте.

УБИЙСТВО НАС НЕ ПОМОЖЕТ. ВИНА ЕСТЬ

РАБОТА С ФБР. ОН ВЫКЛЮЧАЕТ СВЕТ.

Чи сунул руку обратно в теплую перчатку, взял пистолет и осторожно двинулся к грузовику. Дверь со стороны водителя была заперта. Чи вытащил щетку дворника и надежно обернул вокруг нее чек. Если блондин вернется к грузовику, он не сможет этого не заметить. Он обратился к чувству баланса, порядка и гармонии навахо Чи - использования чека, собственного яда ведьмы, чтобы обратить зло против его источника. Так учила «Изменяющаяся женщина». Чи побежал в темноте к холму.

Через час на западе совсем не было света. Снег снова падал, все еще сухие, перистые хлопья, то спускались почти вертикально вниз, то хлестали порывами, которые свистели и стонали вокруг скал холма и заставляли снег жалить кожу. Чи тщательно исследовал землю, используя свой пикап в качестве центра и делая осторожные, требующие много времени круги, расширяющиеся вокруг него. Он двигался, когда дул ветер, и неподвижно сидел на корточках, прислушиваясь, когда ветер стихал. Он проверил все укрытия, которые может использовать человек в засаде, чтобы наблюдать за пикапом. Он ничего не нашел. Теперь он сидел на корточках возле заросшего можжевельником и думал. Он мог видеть форму пикапа на фоне темного камня обнажения. Где мог быть белокурый мужчина? Что он делал? Чи перепроверил все, что ему сказали об этом человеке, и все, что он наблюдал сам. Он подумал о том, как этот человек вел себя на мальпаи и в больнице, и что Мартин рассказал ему о своих убийствах. Всегда кропотливая забота. Всегда осторожно. Никогда не было ни единого шанса. Это было ключом. Никаких лишних шансов. Нет упущенных возможностей. Вот почему Чи не нашел его в двух местах, где он мог логически находиться. Потому что этот человек все продумал, понял, что его могли увидеть, понял, что Чи может быть достаточно умен, чтобы ожидать ловушки или засады. Чи нахмурился в темноте. Вряд ли блондин будет барахтаться вокруг холма в темноте. Он должен был быть

где-то, жду. Чего ждем? Ждете, когда Мэри и Чи сядут в пикап и где-нибудь попадут в засаду? Нет, если он подозревал, что его видели. Тогда Чи просто забирался в пикап и обращался за помощью в Crownpoint. В ту минуту, когда прозвучит такой звонок, блондин окажется в безнадежной ловушке. Следовательно, блондин должен держать его подальше от радио. Почему он этого не делает? - спросил себя Чи. Что мешает мне проскользнуть на переднее сиденье и позвать на помощь? Возможно, он не знает, что полиция отключает выключатель, который включает световой сигнал при открытии двери. Возможно, он где-то ждет этой вспышки света. Но нет, подумал Чи. Блондин должен это знать. Может, он ждет внутри пикапа? Нет. Чи оставил грузовик запертым. Даже если мужчина взломает замок, прятаться внутри будет рискованно.

Так как же блондин защищался от радиозвонка? Чи снова повторил то, что знал о блондине, от случая к случаю, от больницы до самого начала и взрыва грузовика Эмерсона Чарли на стоянке. Достигнув этого, он точно знал, что сделал блондин и чего ждал.

Он заложил бомбу в пикап Чи. Теперь он был где-то в темноте, подальше от ветра и совершенно неоткрытый, терпеливо ожидая, когда Джим Чи и Мэри Лэндон разнесут себя на куски.

Чи поднялся на обнажение всего за несколько минут. С того каменного стола он мог смотреть прямо в кузов грузовика на тридцать футов ниже. Было слишком темно, чтобы быть уверенным, но он не видел в кузове пикапа ничего, чего раньше не было. Если блондин заложил бомбу, маловероятно, что он положил ее в то же место, которое использовал, пытаясь убить Эмерсона Чарли. Здесь, скорее всего, он бы разместил его на раме грузовика под кузовом. Если ФБР знало, о чем говорило, его бомбы взорвались при перемещении. Преодоление первой кочки подойдет. Под кабиной эффекты будут очевидны.

Место, где обнажение выступало с поверхности холма, было усеяно кусками упавшего камня. Чи взял ту, которая весила около двадцати фунтов, и поднесла ее к краю. Он осторожно расположился над центром кузова грузовика. Этим же движением он подбросил валун и отпрыгнул от края.

Грохот валуна о металл был охвачен через минуту большой вспышкой света и звука. Чи, уже потерявший равновесие, обнаружил, что растянулся на четвереньках, в ушах у него звенело, а глаза видели только красные и белые круги, отпечатанные на его сетчатке глаза вспышкой. Он опустился на поверхность камня, ожидая восстановления зрения и слуха.

Вскоре он услышал второй звук в удаляющемся звоне и увидел мерцающий свет сквозь слепоту вспышки. Грузовик горел. Сначала пламя горящего бензина вспыхнуло над краем обнажения, но быстро потеряло свою силу. Теперь Чи лежал в темноте, глядя на освещенный огнем пейзаж. Это было идеальное место. Когда блондин приходил, чтобы убедиться в своих жертвах, Чи стрелял в него. Чи лежал на животе, держа перед собой взведенный пистолет, и ждал.

Поднялся ветер, раздул пламя в рев, а затем затих. Снег снова пошел вниз, все еще сухой и перистый. Скала вокруг Чи, унесенная последними порывами ветра, собрала еще один тонкий слой снежинок. Бензин и масло были почти исчерпаны, а огонь охватил резину и обивку. Чи чувствовал запах прогорклого черного дыма горящих шин и пластика. Пейзаж, который должен был пересечь блондин, теперь стал белым. Его будет легко увидеть в свете костра. Но блондин не пришел. Сквозь звук огня внизу Чи услышал звук стартера, а затем звук мотора, работающего на низкой передаче. По ту сторону гребня, где был припаркован пикап блондина, показался веер света, отражающийся в падающем снегу. Чи вскочил на ноги. Свет падал вверх, два видимых луча выступали в снежное небо. Грузовик вылезал из-под дна арройо. Но фары были направлены в сторону от холма. Блондин уезжал.

31 год

ОНИ СОЗДАЛИ ОГОНЬ в трещине между двумя большими упавшими плитами в укрытом тупике, защищенном от ветра. Чи тщательно выбрал место, а затем совершил прогулочный круг, уверяя себя, что никакой свет, даже тускло отраженный, не виден. Блондин уехал в сторону дороги Бисти. Чи наблюдал, как огни грузовиков двигались на восток, пока, наконец, они больше не появлялись сквозь падающий снег. Блондин, вероятно, не вернется. У него не было причин для этого. Но он мог бы.

Теперь, наконец, они были вне ветра. Мэри Лэндон села напротив него, спиной к вертикальному камню, ее джинсовые ноги вытянулись прямо перед собой. Выше

их ветер с улюлюканьем пронесся мимо вершины холма. Между этими стенами из упавшего камня он только заставлял мерцать огонь. Но Мэри вздрогнула и обняла себя.

«Я думаю, что это была ошибка, - сказала она, - оставив записку о мистере Вайнсе».

"Почему?"

«Потому что», - сказала Мэри. «Потому что, может быть, он пойдет и пристрелит Вайнса, а ты не знаешь наверняка, что Вайнс кого-то убил. У тебя нет никаких доказательств ".

«Я знаю точно, - сказал Чи.

«Тебе не чем доказывать. Ты не судья ».

Чи подумал об этом. Свет костра был красным, горел канифоль мертвого пиньона. Он отразился на лице Мэри Лэндон, отбрасывая глубокие тени там, где волосы падали ей на лоб.

«Да, - сказал Чи, - я судья. Если блондин убивает Вайнса, то это справедливость. Но он не собирается убивать Вайнса. У него не будет времени. Он не может приехать сегодня вечером из-за погоды. Если мы выпустим здесь три дюйма снега, то на горе Тейлор его будет два фута. Дорога не будет открыта, пока на ней не установят снегоочиститель - а это будет только завтра. Они будут использовать снегоочистители там, где больше машин.

«Тем не менее, у вас нет права…»

«У нас не так уж много насилия, мы, навахо. То, что там есть, в основном связано с колдовством. «Изменяющаяся женщина» научила нас справляться с волками навахо. Мы обращаем зло, чтобы оно работало против ведьмы ».

«Но сначала ты должна знать наверняка, что он ведьма», - сказала Мэри.

Снова пошел снег, теперь уже более крупные хлопья. Ветер стонал на вершине холма, снежинки кружились и кружились над ними, освещенные красным пламенем. Некоторые поселились в тупике. Они приземлились на колено Чи, на волосы Мэри, на каменные поверхности. Некоторые плыли в огонь и исчезли - холод, тронутый магией тепла.

Ночь обещала быть долгой и холодной, и ничего нельзя было сделать, пока не загорелся слабый свет. Когда было светло, трубопроводные компании изучали свои системы сбора, чтобы убедиться, что резкое падение температуры не привело к растрескиванию открытого металла, разъединению стыков и заеданию клапанов. Маленькие медленно летящие самолеты будут искать признаки утечки газа. Какими бы ни были эти знаки. «Порывы пыли», - предположил Чи. Он вспомнил, что они пересекли магистральный газопровод Эль-Пасо между Бисти и холмом. Когда наступал рассвет, они подходили к нему, разводили дымный костер и ждали, пока их заметят. А до тех пор ничего не оставалось, кроме как помочь скоротать время, не замерзнуть и подумать.

«Я родился медленно говорящим человеком, - сказал Чи. «Я также являюсь членом клана Красного Лба, потому что мой отец был одним из них. И я связан с Кланом Грязей, потому что мой дядя - тот, кто учил меня певице, - женился на Грязях. У всех этих кланов одна и та же традиция. Чтобы стать ведьмой и перейти от навахо к волку навахо, вы должны нарушить хотя бы одно из самых серьезных табу. Вы должны совершить инцест или убить близкого родственника. Но есть еще одна история, очень старая, в значительной степени утерянная, которая объясняет, как Первый Человек стал ведьмой. Поскольку он был первым, ему нечего было уничтожать родственников. Поэтому он придумал волшебный способ нарушить самое сильное табу из всех. Он уничтожил себя и воссоздал себя, и таким образом он получил силы зла.

«Я никогда не слышала об этом», - сказала Мэри. «Я подумал, что вы меняете тему. Но это не так, не так ли? "

«Нет, - сказал Чи. «Лебек решила стать ведьмой. Он уничтожил себя. И он вернулся ».

Мэри хмуро смотрела на него. «Лебек? Геолог на нефтяной скважине?

"Да; геолог, - сказал Чи. «Подумайте о том, что мы знаем. Мы знаем, что нефтяная скважина была пробурена с использованием урана, потому что Red Deuce сейчас разрабатывает месторождение, на котором стояла нефтяная скважина. Лебек был тем, кого они называют «логгером» - тем, кто проверяет образцы породы, в которой они пробуриваются, и наносит на карту месторождения. На очень мелкой глубине, может быть, всего на пятьдесят футов или около того, долото проходит через уран, толстый слой богатейшей урановой руды. Итак, Лебек внезапно узнает что-то, что стоит сотни миллионов долларов. Как он может обналичить это? Он может обналичить их только в том случае, если срок этой нефтяной аренды истечет. Затем он может подать собственное заявление об аренде полезных ископаемых. И он подделывает бревно ».

Мэри напряженно наклонилась вперед. «Эй, - сказала она. «Вы смотрели журнал. А он? Почему ты мне не сказал? Как ты мог сказать?

Чи скривился. «Я не мог сказать, - сказал он. «Я проверил этот каротаж и несколько других скважин, пробуренных в графстве Валенсия, и все они выглядели одинаково. Все нефтяные компании искали неглубокий нефтеносный песок, глубиной около двух тысяч футов. Я искал черт его знает что на дне колодца, в конце, где они собирались стрелять в НКТ нитро. Я не знал, что искал, и ничего не видел ».

«Но ты должна была что-то увидеть», - медленно сказала Мэри. "Вы бы видели, что они пробурили

это урановая руда ».

"Точно!" - сказал Чи. «Я слышал, что залежь Red Deuce имеет глубину в пару сотен футов. Это должно было быть отмечено в журнале ». Чи почувствовал непреодолимое желание закурить. У него не было возможности закурить сигарету с тех пор, как светловолосый мужчина прибыл на холм. Он выудил Пэлл Мэлл, предложил его Мэри. Она покачала головой. Он зажег это.

«Эти штуки убьют тебя, - сказала Мэри.

«На самом деле, я думаю, теперь он, должно быть, дважды фальсифицировал журнал. Один раз, когда пробурили руду, и еще раз в конце. Я думаю, они нашли нефтеносный песок, который искали, и Лебек назвал его чем-то другим и заставил их просверлить его. Или, может быть, у него был журнал, показывающий, что они бурили геологическую формацию, которая должна быть ниже нефтеносного песка - что означало бы, что песок не существовал в этом конкретном месте. Во всяком случае, он хотел, чтобы они перекрыли колодец и позволили истекать договору аренды, чтобы он мог получить его сам. Если они столкнутся с нефтью, договор аренды будет продлен нефтяной компанией, и он никогда не получит уран. Поэтому, когда компания решила стрелять в скважину, Лебек, должно быть, знал, что есть хороший шанс, что нефть начнет течь. Он не мог этим рисковать ». Чи вдохнул легкие дыма и позволил ему стечь между его губ. Он создавал голубые завитки в медленно движущемся воздухе, поднимаясь вверх, а белые хлопья опускались вниз. Далеко наверху, на вершине холма, снова завыл северный ветер, злой ветер. Чи выпустил остатки дыма, разрушая узор своим дыханием. «И поэтому Лебек решил взорвать все и всех до небес. Лебек решила стать ведьмой ».

Он взглянул на Мэри.

«Умереть или казаться умирающим и вернуться в образе Б. Дж. Вайнса», - сказала она.

«Да», - сказал Чи.

«Но когда прибыл нитро-грузовик, что-то пошло не так. Команда Диллона Чарли не пришла на работу.

"Откуда Диллон Чарли узнал?"

«Лорд Пейот рассказал ему в видении, - сказал Чи. «Или, возможно, Лебек предупредил его - в чем я сомневаюсь. Или, возможно, Диллон Чарли видел вещи, которые заставляли его нервничать. Я думаю, что Чарли был очень проницательным человеком. Миссис Вайнс сказала мне, что ее муж и Диллон Чарли были друзьями - имели своего рода взаимопонимание. Возможно, это уже было правдой, когда Винс был Лебеком ». Чи пожал плечами. "Кто знает? Лорд Пейот, или нервозность по поводу нитроглицерина, что ли? Как бы то ни было, в тот день он не появился и предупредил свою команду. Думаю, Лебек хотел, чтобы они все были там. Никто здесь не знал его. Никто другой не узнал бы в нем Вайнса. Но выбора у него не было. Приехал нитро-грузовик. Он должен был действовать тогда или никогда ».

"Как он это сделал?" - спросила Мэри.

«Я должен догадываться. Очевидно, он покинул буровую установку. Я бы сказал, что он, вероятно, ушел достаточно далеко, чтобы быть в безопасности, и у него было ружье, и он в нужный момент выстрелил в нитро-баллон ».

Мэри Лэндон снова вздрогнула и обняла себя. «А потом он просто ушел, чтобы его сочли среди мертвых. Разве у него не было семьи? Мать и отец? Людей, которые его любили? »

«Я ничего не знаю о Лебеке, - сказал Чи.

«А потом вернуться сюда. Разве он не побоялся бы, чтобы кто-нибудь его узнал?

«Наверное, его никто не знал и даже не видел много. Просто команда колодцев. Это было изолированное место. Тогда вряд ли дорога, а команда жила бы у колодца, где их никто не видел. А потом он пробыл вдали два года. Может немного больше. Достаточно долго, чтобы истек срок аренды полезных ископаемых. Достаточно длинная, чтобы отрастить густую бороду. Кто знает - может, он сделал что-то еще, чтобы изменить свою внешность. Я сказал, что мы ничего не знаем о Лебеке, но знаем немного. Вы попадаете в парашютисты добровольно. А попав внутрь, он получил две высшие награды за отвагу. Так что, полагаю, он не боялся рисковать. Или убийства. Он, должно быть, сделал много этого ». Чи замолчал, думая об этом. «Я думаю, он знал, что ему нужно еще кое-что сделать».

«Люди тьмы», - сказала Мэри.

"Да уж. Он не мог рассчитывать, что Диллон Чарли его забудет.

«Вы думаете, Диллон Чарли увидел Вайнса и узнал в нем Лебека?»

"Может быть. Но держу пари, что Лебек не дождался этого. Держу пари, он искал его. Может быть, он сказал Чарли, что лорд Пейот тоже дал ему видение. А может, он просто предложил ему работу, деньги и так далее. Он знал, что Чарли ничего не расскажет шерифу - не с учетом того, как Гордо преследовал его и его церковь. К тому же Чарли долго не проживет.

«Лебек знал, что Диллон Чарли болен раком?»

«Лебек знал, что у Чарли будет рак, - поправил Чи. «Этот черный камень, должно быть, это смоляная обманка. Когда нефтяная скважина пробурилась через нее, Лебек узнал урану - самую горячую разновидность месторождения природного урана. В журнал не записал, но сохранил кусок ядра, чтобы проверить и убедиться. А потом он сохранил это, потому что он сохранил сувениры, и этот собирался изменить его жизнь. Возможно, он уже знал, что это будет ему полезно ».

«Ты меня теряешь, - сказала Мэри. «Откуда вы знаете, что это уран? Я никогда об этом не слышал. Откуда ты так много знаешь об этом? "

«Здесь все половину времени занимаются разведкой», - сказал Чи. «Вы узнаете о минералах, и в основном вы узнаете об урансодержащих минералах. Я должен был подумать об этом раньше. Я думаю, если мы попросим минералога проверить эти образцы горных пород и эти амулеты из кротов, мы обнаружим, что они радиоактивны. Вайнс дал Чарли родинку, зная, что он будет носить ее в своем мешочке с лекарствами - висит на его талии под одеждой прямо напротив паха ».

«Диллон Чарли, и Цосси, и Бегей, и Сэм, и все они, - сказала Мэри. Она снова вздрогнула.

«Он ничего не упустил из виду, - сказал Чи. «Я думаю, что Диллон Чарли должен был умереть первым, а Вайнс забрал тело и закопал его на случай, если вскрытие что-то покажет. Но навахо не проявляют особого интереса к телам, а власти не проявляют особого интереса к мертвым навахо, и люди рассеялись, так что после Диллона Чарли, я думаю, это не стоило хлопот. Похоже, он мог перестать волноваться. Все в этой бригаде, кто когда-либо видел его в образе Лебека, были мертвы или скоро умрут. Не о чем беспокоиться годами ».

«Не раньше, чем Эмерсон Чарли заболеет раком, - сказала Мэри Лэндон.

«Я думаю, что это правильно, - сказал Чи. «Старый Диллон был довольно важным религиозным лидером, и такие люди иногда пытаются передать это своим детям. Я предполагаю, что он дал Эмерсону свой набор лекарств, надеясь, что тот станет вождем пейотов, и однажды, годы спустя, Эмерсон решает возродить культ. Он начинает носить родинку старого Диллона и, конечно, заболевает ...

Мэри теперь наклонилась вперед. «И Вайнс нервничает, - сказала она. «Сейчас 1980 год, и Вайнс не хочет, чтобы Эмерсон отправился в современный центр исследования рака, где ему обязательно сделают вскрытие, и поэтому он нанимает кого-нибудь, чтобы убить его».

«И украсть тело», - сказал Чи.

«И, наверное, чтобы вернуть крота. Но блондин пропустил родинку ».

«И Томас Чарли был слишком подозрительным. Навахо вокруг горы Тейлор, возможно, не очень много знают о радиоактивной патологии, но они могут подсчитать тот факт, что люди, связанные с Вайнс, похоже, умерли. Они знали, что он ведьма. Когда взорвали грузовик Эмерсона Чарли, Томас заподозрил. Он хотел доказать, что Вайнс - ведьма. Он ворвался и украл коробку, и все, что знала миссис Вайнс, это то, что коробка была чрезвычайно важна для Вин, поэтому она попросила меня вернуть ее. Думаю, она хотела узнать секрет Вайнса.

Снег теперь падал сильнее, дрейфуя почти прямо с резко безветренного неба.

«Разве мы не можем развести огонь немного выше?» - спросила Мэри.

«Немного», - сказал Чи. Он переместил два куска пиньона в пламя.

"Вы не можете доказать ничего из этого, не так ли?" - сказала Мэри. Это не было вопросом.

«Мне не придется», - сказал Чи. «Я сказал блондинку. Завтра мы сообщим Гордо Сене. Сене тоже не понадобятся доказательства.

32

ЧИ ПЕРЕДАЛА СЛОВО шерифу Сене по радио в вертолете El Paso Natural Gas Company. Вертолет нашел их там, где коллекторная труба EPNG соединяет Нагаси-Уош. Они развели костер в зарослях, которые там процветают, и не прошло и десяти минут после того, как жирный дым закрутился в небо, маленький Колокол покатился по холму. Пилот был молодым человеком с покрытым шрамами носом, моржовыми усами и эмблемой боевого подразделения Первой кавалерийской дивизии, нашитой на его засаленной летной куртке. Он уже заметил их взорванный пикап, с любопытством обошел его и был готов поверить рассказу Чи о чрезвычайной ситуации в полиции.

Чи сказал диспетчеру шерифа в Грантс не больше, чем Гордо Сена должен был знать.

«Скажите ему, что человек, убивший Томаса Чарли, направляется к дому Б. Дж. Вайнса. Скажите ему, что этого человека нанял Вайнс, и скажите ему, что настоящее имя Вайнса - Карл Лебек.

"Ли что?" - спросил диспетчер.

- Лебек, - сказал Чи. «Обязательно поймите это правильно. Карл Лебек ». За исключением описания грузовика и блондина, Чи не сообщил больше подробностей. Они были бы лишними. Гордо Сена тридцать лет жил с подробностями взрыва нефтяной скважины, горящими в его памяти. Он сразу узнал бы, кто такой Лебек, и был достаточно умен, чтобы собрать все воедино. Диспетчер сказал, что Сена уехала на шахту Анаконда. Та же дорога вела через окраину резервации Лагуна к высоким склонам горы Тейлор и Вайнс-плейс. Примерно пятнадцать миль, предположил Чи, комп.

До шестидесяти им пришлось укрыться на вертолете. Но эти последние мили или две будут непроходимы для чего-то на колесах. Сене придется войти. Чи придет первым.

Эта мысль взволновала его. С одной стороны, он боялся блондина. В другом он очень хотел его найти. Его сломанное ребро болело так, как болело все утро. Но это было больше, чем месть. Мужчина однажды выстрелил в него. Он дважды выслеживал Чи, чтобы убить его. Воспоминания все еще мучили - о бесконечных минутах, проведенных на металлическом канале над потолком больницы, о беспомощной панике в дыхало. Теперь он стал сталкером. Он попытался проанализировать это чувство. Будущий? Ликующий? Что-то среднее и нечто большее. Это была смесь страха и воспоминаний детства о охоте. Запах дыма, кипящего кофе, запахи леса разносились в предрассветной росе. Его дядя приветствует солнце песнопением рассвета и благословляет их всех священной пыльцой и поет последнюю песню, призывающую духов оленей. Сквозь покрытый шрамами, заляпанный маслом оргстекло он видел, как к ним несется Бирюзовая гора, ее верхние склоны девственно-белые, сверкающие на солнце на фоне неба, очищенного ночной бурей. Стук лезвий вертолета перекрыл слова, когда он повторял Песню преследования. Возможно, Мэри слышала их, будучи зажатой между ним и пилотом. Она с любопытством взглянула на него.

Они нашли пикап блондина примерно в трех извилистых милях от дома Вайнс. Чи изучил его в бинокль, и следы рассказали историю, которую было легко прочитать. Грузовик съехал с узкой лесной дороги, потеряв сцепление с дорогой на подъеме, где его крутящиеся задние колеса выехали боком в канаву. Водитель вышел, прошел несколько сотен ярдов в гору, а затем вернулся к грузовику. Он сделал это, когда снег все еще падал, а его следы были наполовину заполненными углублениями. Позже, когда снег уже не падал, он снова появился, поднявшись в гору по снегу, который теперь был примерно двух футов глубиной. По новым следам было легко идти, но не было причин следовать по ним. Они приведут к дому Вин.

Единственный вопрос заключался в том, добрались ли они до дома. Как быстро блондин смог пробиться в гору по глубокому снегу? Миля в час? На холме снегопад прекратился около 4:00 утра. На горе это продлилось бы дольше. Возможно, до 5 или 6 часов.

«Пойдем кратчайшим путем к Вайнсу», - сказал Чи. «Когда мы будем там, подойдите ближе к земле и постарайтесь держаться за деревья. Они нас услышат, но я не хочу, чтобы они знали, куда вы меня отпускаете.

"Позволить тебе уйти?" - сказала Мэри. "Ты с ума сошел. Подождем шерифа. Он не может уйти сейчас.

«Нет», - сказал Чи. «Я должен кое-что сделать».

Вертолет приземлился в большом облаке перистого снега за кустом синих елей, заслонявших гараж. Чи упал в сугроб глубже его колен и на мгновение ослеп, пока вертолет отъезжал и уезжал. Затем он, барахтаясь, побежал к каменной стене гаража. Блондин, Вайнс и миссис Вайнс, любой в доме, услышали бы вертолет, но они не могли его увидеть, и они не знали бы, что он уронил его. Тем не менее, он был осторожен. Он стоял у стены, вспоминая планировку дома. Он сидел спиной к горному склону, глядя наружу на панораму внизу. Но вид был ограничен. За домом стена была низкой и без окон, и во многих местах можно было перейти со склона горы на черепичную крышу. Чи пробежал по гаражу. Надгробия Диллона Чарли и первой и верной миссис Вайнс носили высокие белые снежные шапки. За домом он остановился, чтобы послушать. Тишина была почти полной - тишина безветренного утра на горе, покрытой новой белой изоляцией. Откуда-то в глубине леса еловая ветка согнулась и с свистящим звуком выдала свои куски снега. Из дома только тишина.

В тридцати футах впереди был дверной проем. Возможно, прачечная или какой-нибудь другой служебный вход. Чи осторожно двинулся к нему, держась поближе к стене, держа в правой руке взведенный пистолет. Он попробовал ручку. Разблокирован.

Над крышей послышался звук вертолета. Он приближался быстро. Звук усилился, затих и вернулся. Чи понял, что Первая кавалерия отвлекала его. Идея Мэри, наверное. Он распахнул дверь и проскользнул внутрь.

Комната казалась почти полностью темной. Он встал спиной к двери, давая глазам возможность приспособиться от яркого солнечного света на снегу к полумраку внутри. Он был в чем-то вроде туалета / подсобки. Через короткий узкий град он мог заглянуть на кухню. Его уши абсолютно ничего не сказали ему. В доме было тихо, как снег снаружи. Но что-то достигло его носа. Едкий. Запах синего дыма от пороха. Чи наклонился

у края сушилки для одежды, расстегнул мокрые сапоги и снял их. Он молча прошел по коридору, бесшумно поставив ноги в носках. Кухня была пуста. Было легче. Комнату освещал ряд маленьких высоких окон, и больше света проникало через широкую дверь, которая открывалась в нечто, напоминающее игровую. Чи прошел через кухню обратно к стене, пытаясь незаметно заглянуть в соседнюю комнату. Он прошел мимо двери, которая, вероятно, была кладовой. Потом он замер.

Позади него раздался короткий задыхающийся звук, быстрое дыхание, быстрое вдохновение. Кто-то стоял за дверью, в дюймах от его спины.

Чи выскользнул из двери. Он стоял рядом с ней. Прослушивание. Его пистолет был взведен. Безопасность выключена. Он присел на корточки слева от двери лицом к ней. Он потянулся через свое тело левой рукой и схватился за ручку. Потом подумал. Он был не там, где он мог найти блондина - не в чулане. Он снова услышал шум вертолета перед домом и распахнул дверь.

Там стояла женщина Acoma. Она выглядела пораженной, но не издавала ни звука.

Чи приложил палец к губам, сигнализируя о тишине. "Где все?" - прошептал он по-английски.

Женщина-Акома уставилась на его пистолет. Он был направлен на ее живот. Чи опустил его.

«Сюда пришел блондин, - сказал Чи. "Он здесь?"

Казалось, она не понимала. Она выглядела ошеломленной. "Где все?" - повторил Чи.

Женщина снова вздохнула. «El brujo esta muerto», - сказала она. Это все, что она могла сказать. Она сказала это дважды, а затем резко повернулась, молча прошла по коридору и исчезла в прачечной. Чи услышал, как открылась внешняя дверь. А потом закрыть.

«Ведьма мертва». Она имела в виду белокурого мужчину? Она имела в виду Вайнс? Только не миссис Вайнс. Она использовала существительное мужского рода. Мертвая ведьма была мужчиной.

Чи нашел его в кабинете Вайнса. Он сидел за большим столом, все еще в вертикальном положении, потому что вращающееся кресло было немного наклонено назад, и от удара пули его голова ударилась о кожаную подушку. Свет от солнечного снега снаружи струился через ставни, освещал его лицо и показывал низкую точку на лбу, чуть выше переносицы. Крови было немного, но струйка текла по его щеке и в седую бороду. Глаза Б. Дж. Вайнса были все еще открыты, но ведьма была навсегда мертва.

Где был блондин? Чи стоял у двери, спиной к стене, и прислушивался. Он ничего не слышал. Вертолет ушел. Он приземлился? На мертвом лице Вайнса было выражение шокированного удивления. Он видел приближающуюся смерть. Тигрица посмотрела через его плечо, ее блестящие стеклянные глаза уставились на Чи. Где был блондин? Чи поймал себя на мысли, что вместо Б. Дж. Вайнса голова восседает среди других хищников, голубые глаза блестят. Светловолосый мужчина мог уйти. Он вряд ли останется после того, как достигнет своей цели. Чи быстро обошел стол. Он приложил палец к горлу Вайнса. Кожа была все еще мягкой и теплой. Он прикоснулся к кровавой полосе, которая бежала по носу. Еще даже не липкий. Виноградные лозы были мертвыми всего несколько минут. Не больше пяти или десяти. Блондин был близко. Тогда где же Розмари Вайнс? Возможно, ее не было дома.

Чи стоял у стола, смотрел на дверь и прислушивался. Что бы сделал блондин? Вертолет снова с грохотом завис в воздухе перед домом. Мэри пытается помочь. Он вспомнил винтовку блондина. Держись подальше, Мэри. Держитесь подальше от досягаемости. Она была женщиной среди женщин. Она сделала его счастливым. Она была другом. Она заставила его почувствовать желание петь. Она не заслуживала ничего, кроме красоты вокруг. Но теперь держись подальше. Блондин должен быть в доме. Закрыть. Что делать? Ищете слуг? Убедиться, что он никого не оставит в живых, чтобы сообщить об этом посещении? Взгляд Чи остановился на телефоне. Линия будет разрезана. Он поднял трубку, ожидая смерти. Вместо этого он услышал жужжащий гудок. Он набрал 0. Он зазвонил, и женский голос сказал: «Оператор. Я могу вам помочь?"

«Извини», - прошептала Чи. Он повесил трубку. Почему блондин не трогал телефон? Он еще не дошел до этого. Потом он услышал звук. Кто-то закашлялся. И снова закашлялся.

Блондин сидел на полу в вестибюле, прислонившись плечом к массивной двери. Кровь была повсюду. Он расплескался по полированному дереву, он пропитал брюки блондина, он растекся все еще растущим пятном на узорчатой керамической плитке пола. В крови лежал черный пистолет с длинным цилиндром глушителя на стволе. Блондин снова закашлялся. Он взглянул на Чи, затем сфокусировал взгляд на нем. Он неуверенно пошевелил губами. Затем он сказал:

"Холодно."

Чи мог видеть, что произошло. Выстрел попал в блондина, когда он подошел к двери. Наверное, одно из охотничьих ружей Вайнса. Что-то большое. Пуля поразила его со спины, забрызгав дверь кровью

. Она сломала блондина, как сломалась палка.

"Есть где-нибудь теплое?" - спросил блондин.

«Может быть, камин», - сказал Чи. Он сунул пистолет в кобуру, прошел по крови и присел на корточки рядом с блондином. Он заложил руку себе под ноги и руку за плечи и поднял его - осторожно, потому что кровь была скользкой под его носками, осторожно, потому что человек умирал.

В большой комнате дровяной камин сгорел дотла до мерцающих углей в камине. Чи встал перед ним на колени и положил блондина на шкуру белого медведя. Спина мужчины была сломана где-то между лопатками. Голова блондина покатилась к огню. Его голос был тихим.

«Есть детективное агентство, - сказал он. «Вебстер. В Энсино. Он найдет мою мать. Она узнает о кладбище. Она придет и заберет меня.

«Хорошо, - сказал Чи. «Не волнуйся».

«Я думала, что убила его», - сказала Розмари Вайнс. Она стояла в дверях, держа в руках длинноствольное ружье. Он был примерно направлен в сторону Чи.

«Ты сделал», - сказал Чи. «Это займет несколько минут».

Лицо миссис Вайнс было бескровным. Губная помада, которую она красила, гротескно контрастировала с меловой кожей.

«Вы знали, кем был ваш муж?» - спросил Чи.

Розмари Вайнс смотрела мимо него, не сводя глаз с блондина. «Она в шоке, - подумал Чи. Она меня даже не слышала.

«Я знала, что у него где-то была другая жизнь», - медленно сказала она. «Я подозревал это еще до того, как мы поженились. Он любил говорить о себе, но не раньше определенного времени. Раньше - когда он был мальчиком, когда он учился в колледже, в любое время до того, как он пришел сюда и нашел свою шахту - в любое время до этого все было очень расплывчатым. Значит, он что-то скрывает. И наконец он признал, что у него есть свои секреты. Но что он мне никогда не сказал. Я сказал ему, что это должно быть преступление, иначе он не постыдился бы этого. Но он просто посмеялся бы ».

На шкуре мертвого белого медведя светловолосый мужчина теперь был совершенно неподвижен. Розмари Вайнс все еще смотрела на его тело с винтовкой наготове.

«Я знал, что это было в его сейфе. В его коробке. Так должно было быть. Вот так BJ. было. Все, что он делал, он должен был хранить доказательства. Головы. Шкуры. Фотографии. Он был навязчивым по этому поводу. Как будто ему нужны доказательства того, что это произошло. Он бы не взял двадцать пять лет своей жизни и просто выбросил их. Если бы я смог получить коробку до его возвращения, там было бы что-нибудь, что могло бы рассказать мне, кем был Би-Джей в молодости. И было бы что сказать мне, чего он так стыдился ».

Эта мысль пробудила в ее лице что-то вроде оживления - ожидавшегося торжества. Это была своего рода улыбка. «Стыдно или боюсь», - сказала миссис Вайнс, все еще улыбаясь.

Джим Чи отвернулся от нее, от тела и белого меха с красными пятнами. Сквозь огромные парящие стеклянные просторы, освещавшие комнату, он видел только небо и снег. Голубая и белая чистота. Такая красота должна была вызвать в Джиме Чи ликование. Теперь он ничего не чувствовал. Только немеющая усталость и своего рода тошнота.

Но он знал причину и лекарство. Изменяющаяся Женщина научила их этому, когда сформировала первые кланы Дини из своей собственной кожи. Странные образы незнакомых людей ранили дух, отвращали навахо от красоты. Чтобы вернуться к красоте, требовалось лекарство. Завтра он пойдет к Хостину Накаи и попросит его устроить Путь Врага, собрать семью, связанных родственников Медленно Говорящего Дини и Дини Красного Лба - братьев и сестер его крови, его друзей, его сторонников. Затем оставалось еще восемь дней для песен, поэзии и рисования на песке, чтобы воссоздать прошлое и восстановить дух.

Он убедил Хостина Накаи, что Мэри тоже должна пройти благословение, даже если она не была рождена Дини. Аранжировки заняли бы недели - выбор места, распространение информации, поиск подходящего певца, организация еды. Но когда все закончится, он снова уйдет, окруженный красотой.

об авторе ТОНИ ХИЛЛЕРМАН в прошлом президент Общества мистических писателей Америки и получил награды Эдгара и Великого магистра. Среди других его наград - награда Центра посла американских индейцев, награда Silver Spur за лучший роман, действие которого происходит на Западе, и награда «Особый друг племени навахо». Он живет со своей женой Мари в Альбукерке, Нью-Мексико.

Content

Хиллерман Тони
Люди тьмы