Сказъ про царевича Симеона и наследие предков

Глава 1. Кто в доме Хозяин?

Сие есть книга вторая из Сказов про царевича Симеона.

Книга первая лежит тутъ: https://author.today/work/116658

Сводъ всех сказовъ смотри тутъ: https://author.today/work/series/14400

* * *

Со стороны можно было подумать, что Семён лежал на топчане на солнышке и балдел. В принципе, это было верно, но только отчасти. Он ещё и думал, причём думал об очень важных вещах. Однако эти размышления были прерваны самым наглым образом: Со словами: "Хватит лежать тут как бука! Идём купаться!", Славяна вылила на спину своему благоверному полную панаму морской воды. Семён, естественно, резко вскочил, с твёрдым намерением схватить наглую ведьмочку в охапку и окунуть в море. Увы и ах! Пока он вскакивал, соображал куда бежать, хитрая ведьма реализовала своё преимущество и с радостным визгом сама бросилась в ласковые волны. Догнал он её только возле буйка.

— Ну и о чём ты так усиленно думаешь? — спросила она, дождавшись когда Семён тоже уцепился за красный пластиковый шар.

— Мы тут уже целых три дня, а нас до сих пор ещё ни разу не дёрнули…

— Ты чем-то не доволен?

— Ну что ты! Просто жду, когда же… — с кислой миной ответил Семён и на вопросительный взгляд своей благоверной пояснил: — У СКУНП[1] на руках куча объектов неясной природы, а тут такой удобный случай попробовать ключик туда, ключик сюда, глядишь, что и откроется…

— Откроется, а оттуда… Басов не дурак, чтобы лезть куда попало.

— Так ведь более-менее понятно, какие двери передо мной откроются… И что оттуда можно утащить…

— И что думаешь делать? — Славяна была предельно серьёзна.

— Если я правильно понял твою бабушку, то входы в основные хранилища и пункты управления никому кроме своих не известны, а по всяким прочим отноркам можно и полазить. Даже интересно.

Славяна на это с сомнением покачала головой:

— Тут тоже возможны варианты…

— Ладно, ты права, нечего заранее мозги выворачивать, по ходу разберёмся.

— Вот и правильно! — радостно воскликнула ведьма. — А сейчас, кстати, пора обедать!

И резко ушла под воду. Семён плавал хорошо, но соревноваться со Славяной, которая помогала себе магией, не стал, не спеша поплыл к берегу поверху. Когда он добрался до берега, Славя уже сидела в самом прибое, наслаждаясь невысокой волной.

— И как ты умудряешься так быстро плавать? — спросил он, усаживаясь рядом.

— Элементарно, Ватсон! Циолковского читал? Про реактивную тягу знаешь?

— Ну, скажем, про реактивную тягу знаю. Но она-то тут при чём?

— Ну как же! Двигаешь телекинезом воду вокруг себя назад, а тебя реактивная сила толкает вперёд, — она опустила руку в море и вода вокруг ладошки потекла и зажурчала.

Семён попробовал повторить. В принципе, получилось, но этот приём требовал очень большой концентрации. Что Славяна и подтвердила:

— А дальше дело опыта. Нарабатывается тренировками… и сломанными пальцами…

Последние слова она произнесла очень тихо и судорожно сжала кулачки. Семён нежно взял её ладони в свои, погладил. Она благодарно кивнула, освобождаясь от той старой боли, тихо пояснила:

— Я это только выдумала, резвилась возле самого дна, знаешь, плавала с огибанием рельефа… ну и не удержалась. Хорошо тётя Иштар за мной присматривала, вытащила, вылечила… Но всё равно…

И Славяна снова вздрогнула. Семён нежно обнял её, прижал к себе. Ведьмочка быстро успокоилась, вздохнула, возвращая себе радостно-счастливое настроение и решительно вскочила:

— Ладно! Море — морем, а обед — по расписанию!

С пляжа они пошли сразу в столовую. Свежие, солёные, довольные, а из столовой — в номер, на послеобеденный расслабон. У двери Семён непроизвольно улыбнулся, вспоминая, как они сюда заезжали…

…У самой двери номера Славяна остановилась и, уперев пальчик в грудь Семёна, решительно спросила:

— Значит ты у нас царевич, согласно древним традициям?

— Вроде так. А ты, царевна, безо всяких. Только я пока без царства.

— Пока… — кивнула Славяна. — А значит, надо соблюдать древний обычай! Чем по обычаю занимается царь?

— Государством правит, воюет если надо…

— А царица?

— Домом занимается… — ответил несколько удивлённый Семён, Славяна его тут же поправила:

— Правит домом. Вот когда я буду дома порядок наводить, молчи и не лезь под руку!

С этими словами она повернула ключ и вошла в номер.

Решительно пройдя узкий коридор-прихожую, ведьма зашла в собственно спальню, по хозяйски осмотрелась и сделала резкое движение рукой, словно что-то выхватывала из воздуха. И, таки, выхватила: в её руке корчился, сучил ручками и матерился маленький, чуть больше полуметра в длину, мужичок. Лысенький, в огромных для его лица тёмных очках, яркой и огромной для его роста гавайской рубахе и столь же огромных для него пляжных трусах.

— Так ты Буян или Тихон? — спокойно спросила Славя, ловко удерживая местного домового за горло, а другой рукой снимая сандалю.

Домовой продолжил ругаться и сучить ручками, за что тут же получил каблуком сандалии по лбу.

— Уй! Чего дерёшься ты… — и снова поток ругани.

Шмяк! По ходу ругани домовой схватился ручками за ушибленный лоб, потому и получил каблуком по пальцам, снова заверещал:

— Ай! Хва…

Шмяк! Пока домовой дул на ушибленные пальчики, Славяна с размаху приложила его по темечку.

— ОЙ!

— А ты ж ещё и вор, — спокойно констатировала Славя.

— А жить-то как? Никто ж ничего не даст! Срам прикрыть нечем!

— Этим ты срам прикрываешь? — усмехнулась ведьма, вытаскивая из-под рубашки домового толстую золотую цепочку в стиле 90-х.

— Ой простите, бес попутал…

— Сам ты бес… мелкий…

Шмяк! Домовой с воплем схватился за темечко:

— Ай! Больше не буду! Честное слово!

— Конечно не будешь. Я сейчас тебе ручки вырву и в задницу вставлю. Вот воровать-то будет и не сподручно. И шею тебе сверну, будешь назад смотреть.

— Не на-а-а-а-адо, госпожа-а-а-а-а! — домовой уже блеял. — Честно-честно, не бу-у-уду-у-у-у-у-у!

— Ну смотри мне! Замечу, что пропадёт, сделаю как сказала. А будешь нам глаза отводить или морок насылать, я твои зенки выдеру. Понял?

— Да, госпожа, всё понял! Тихим буду, послушным!

— А кикимора[2] твоя где? Или её тоже ловить надо?

— Здесь я, госпожа, здесь… как положено… не надо меня ловить, я послушная…

У ног Славяны материализовалась пожилая тётка, ростом с домового. Одета она была в детское платьице и детские же сандалии. Появившись, она тут же залопотала:

— Смирная, смирная и послушная, и не ворую ничего. И за детишками слежу. Вот платьице это хозяева сами оставили, я так за дочкой их приглядывала, она тут выросла, платьице мало стало, вот они новое и купили, а это оставили…

— Раскормила, что ли, дитя как свинку? — хмыкнула на это Славяна.

— Что вы, что вы, госпожа! Я за детишками следить умею, девочка больная приехала, а я её подлечила, играла с ней…

— Ну смотрите мне! Будете хорошо служить, глядишь, чем и награжу. Будете воровать или шалить…

Славя намеренно сделала паузу, которой кикимора и воспользовалась:

— Не будем, госпожа! Мы хорошо служить будем!

— Идите, разложите шмотки из чемоданов, — подвела итог Славя, небрежно бросая домового под ноги Семёну и направляясь на балкон.

Семён был заметно ошарашен сценой усмирения домовых, но в глубине души понимал: супруга всё делает правильно, поэтому перешагнул через материальное воплощение поверженного и усмирённого домашнего духа и прошёл вслед за своей благоверной на балкон.

— Эка ты его сурово!

— Мелкие энергетические паразиты, — ответила ведьма, с явным удовольствием потягиваясь и оглядывая бухту, от мыса Мартьян до самого Аю-Дага. — Питаются выбросами на эмоциях. Им, вообще-то всё равно, но проще выбить из человека негативные. Когда что-то потеряется и не можешь найти, например, споткнулся на ровном месте, что-то сломалось. Если их подкармливать целенаправленно, но при этом пороть за каждую пакость, то они даже полезны. Может даже вырасти такой Тихон, как у бабушки.

— Не всякий может вот так домового за глотку взять.

— И не всякого. Эти-то отожрались тут… ещё немного и полноценный полтергейст получится. А с обычными можно работать визуализацией. Затерялось что-то — представь, что ты взял домового за ногу и и бьёшь головой об стену. Пока пропажа не найдётся. А если что-то хорошее сделает — брось ему шарик энергии. Они быстро дрессируются.

Она снова осмотрелась, потянулась с удовольствием и выдохнула:

— Люблю Крым!…

* * *

Дверь Ложи открылась и брат Абрахам встал, ибо в храм вошёл сам Великий мастер. Глава Ложи понуро прошёл мимо Абрахама, сделав останавливающий жест рукой.

— Извините… сэр… — пробормотал Абрахам, но великий мастер со вздохом подбодрил его и было видно, что далось это главе Ложи не легко:

— Нет, нет, брат, это я должен просить прощения и за задержку, и за моё состояние. Но эти ушастые нацисты кого угодно доведут до полной невменяемости!

— Вы… встречались с сидами[3]?

— Увы, это иногда необходимо. И, в данном случае, напрямую связано с вашей миссией. Но дайте мне пару минут, чтобы привести своё сознание к равновесию и я сообщу вам нечто очень важное.

Он повесил свой пыльный плащ на спинку ритуального кресла главы ложи, сел в него и прикрыл глаза, погружаясь в медитацию. Абрахам последовал примеру Великого мастера, ещё раз просматривая все варианты и вероятности своего задания. Магом он был не на много выше среднего, но вот аналитические способности его приближались к уровню, достойному настоящего провидца. И сейчас, отрешившись от мирских страстей, он снова и снова складывал цепочки путей и вероятностей, выстраивая пути решения той задачи, которую поставил перед ним лично Великий мастер. Снова и снова видел он в этих путях большое тёмное пятно, говорившее о том, что руководство Ложи решило не сообщать ему значительный объём информации. Это было обычной для тайного общества практикой, в которой не было ничего обидного или унизительного, обычная предосторожность, но сейчас в этой области лежала какая-то важная информация, которая влияла на самую суть миссии, от которой зависела сама достижимость поставленных целей. И об этом следовало сообщить Великому мастеру. С этим он и открыл глаза.

— Сколь глубоки были ваши осознания? — Великий мастер вышел из своей медитации какое-то время назад и наблюдал за ним.

— Я осознал, что для успешного исполнения порученного мне, я нуждаюсь в дополнительной информации. И это как-то связано с миссией брата Джозефа.

— Именно для этого я и пригласил вас сегодня. И об этом же шла речь на встрече с представителями сидов. Однако, вынужден предупредить: Эта информация чрезвычайно закрытая и опасная.

— Я могу не доверять себе, но доверяю ложе, брат Тобиас! Если Ложа доверяет мне, я оправдаю доверие!

— Я не сомневался в вас. Так вот, речь идёт о том враге, выявить и ликвидировать которого было поручено русской ложе. Вы получили информацию только в общих чертах, сейчас я должен сообщить вам всё предельно подробно. Вы ведь знакомы с мифологией и работали с древними рукописями?

— Это часть моих обязанностей!

— В таком случае, всё будет намного проще. Вы имеете представление о том, что такое так называемые "истинные короли"?

— Конечно! Но в настоящее время считается, что это исключительно мифические персонажи, хотя многие из них и имели исторические прообразы.

— Такова официальная точка зрения, которую мы активно поддерживаем. Но, к величайшему сожалению, в реальности всё совсем наоборот. Мифы запечатлели, и заметно приукрасили, скажем прямо, только самые эффектные для толпы деяния этих древних королей. Ложа располагает документами, очень древними, которые рассказывают об их истинных делах и здесь всё намного страшнее. Эти существа, природа которых, кстати, нам не известна, способны оказывать влияние на людей, как на массы, так и на конкретных личностей, просто своим присутствием. Поэтому их власть становится практически абсолютной. кроме того, они способны аккумулировать энергию, выделяемую толпой и энергию, циркулирующую на подвластной им местности и направлять её на коррекцию реальности. Причём не так как мы, маги, а так, как это делали языческие боги. В некотором смысле, такой царь становится живым и воплощённым богом своей страны. Вы понимаете, что это значит?

— Это ужасно! Тирания, страшнее которой невозможно придумать!

— И противоречит всему, что вот уже многие века строит Братство. Но это ещё не всё! По имеющимся сведениям, у этих самых "истинных королей" есть что-то типа инстинкта, заставляющего их строить гигантские империи, основанные на жесточайшей тирании. И такой враг нынче живёт и здравствует на территории России.

— Именно его должен был уничтожить брат Феликс… А вместо этого!… — Абрахам просто задохнулся от возмущения.

— Увы, не всё так просто. Брат Феликс признался, что вступал в контакт с объектом. Вернее, если верить его словам, объект сам нашёл его и нанёс визит.

— Брат Феликс для нас потерян, — констатировал Абрахам.

— Это ещё пол беды. Беда в том, что брат Феликс — Великий мастер Русской ложи. Теперь вы понимаете, какова главная цель новой миссии?

— Создать в Русской ложе позиции, лояльные нам и независимые от Великого мастера. И, по возможности, ослабить Россию вообще. Чтобы Враг не мог использовать её как свою базу.

— А в идеале было бы хорошо спровоцировать конфликт, по возможности силовой, между русской ложей и Врагом…

— Я понял, Великий мастер!

Однако Великий мастер не оценил такого рвения:

— НО! — сказал он с нажимом — Увы, это ещё не всё. По имеющимся данным, у нашего Врага есть конкурент. Силовое столкновение между ними неизбежно. Сейчас Ложа работает над тем, чтобы направить этот конфликт, так, чтобы он не затронул Британию. В этом свете излишнее ослабление России не желательно.

— Примерно то же самое, что мы сделали перед Второй мировой?

— Вот именно. Только враги сейчас не в пример опаснее Сталина и Гитлера. Так что ускорьте свою работу, не в ущерб качеству, естественно, с учётом той информации, которой я с вами поделился.

* * *

Послеобеденное время — самое ленивое. Вот в этой неге и лени Семён вышел на балкон, и с высоты своего восьмого этажа глянул на море. И узрел повторяющуюся уже второй день подряд картину: хорошо различимая с высоты полоса медуз медленно, но верно надвигалась на пляж. А утром в воде возле берега, да и до самых буйков, ни одной склизкой твари не наблюдалось. Как и вчера…

— Хм… — произнёс он глубокомысленно. — Дорогая…

— Ась? — отозвалась Славяна, отрываясь от какого-то древнего манускрипта, который ей выдала Яга.

— Я тут уже второй день наблюдаю интересное явление…

— Два раза — ещё только совпадение… — довольно усмехнулась ведьма.

— Значит точно уже система!

— Смотря в чём…

— Я смотрю тут медузы…

И тут Славя просто взорвалась:

— Ненавижу эту склизь! Тоже, развели тут! Всё море загадили! Ладно рапаны[4], они хоть вкусные, если приготовить правильно, хотя, те ещё вредители, но эти — просто мерзость!

— Значит, точно это ты их по утрам от берега отгоняешь, — констатировал царевич.

— Ну нет… — задумчиво ответила Славяна. — Отгонять не получится, хоть они и мерзкие. Нужно войти с ними в контакт и захотеть за них уплыть подальше в море. С одним животным, да с любым, сделать такое сложно, а с толпой — легко. Даже если это толпа людей.

— Что значит: "Захотеть за них?".

— Ну смотри, любая толпа, стая, да просто собравшиеся здесь медузы, создают то, что называют "соборным духом". Он управляет каждым в этой толпе, но не напрямую, а через эмоции. Как ты думаешь, почему разумным, вроде, людям в толпе порой сносит крышу? В панику впадают, или в агрессию.

— Тот самый соборный дух?

— Он самый. Кстати, тебе, по идее, по штату положено с такими образованиями работать.

— А как?

— Вот у тебя это должно быть на уровне инстинкта. А если осознанно — расширяешь сознание, накрываешь толпу и пытаешься прочувствовать. А дальше… а дальше и сам должен понимать, базовым вещам ты уже учёный.

Последнее Славяна сказала весьма вредным голоском. Семён хмыкнул, прикрыл глаза, остановил внутренний диалог и представил, что он растёт, увеличиваясь в объёме. Вот он занял собой весь балкон, весь номер, отмечая мимоходом, как пискнули, прячась по тёмным углам домовые. Но нет, не то! Надо наружу! И он вырвался наружу, ощущая даже не шкурой, всем своим естеством, шершавость штукатурки, тепло плитки, которой была вымощена площадка перед корпусом. Да, он теперь стоял перед зданием санатория, вровень с многоэтажкой. Огляделся, не глазами, естественно, сознанием, прикоснулся к колышущейся внизу зелёной массе. Различил в растительной массе разные нюансы. От санаторского парка тянуло светлостью и прореженностью, что ли, а со стороны можжевелового леса, что покрывает гору, возвышающуюся над мысом Мартьян — дремучестью, скрытой силой и… тайной? А ещё на самой горе выделялся некий фокус, словно свет сознания леса, да и не только леса, но и самой горы, того, что скрыто в её недрах, был сфокусирован на маленьком участке склона, рядом с тропой терренкура. В сознании возник образ большой кучи камней.

— Ух ты! — тихо сказала Славя, положившая руки на плечи супруга и наблюдавшая вместе с ним энергетическую картину места. — Настоящее обо[5]!

— А пойдём посмотрим!

— А кто будет медуз от берега отгонять?

— Ну ладно! Отгони сегодня, а я завтра попрактикуюсь.

— Ну погоди! Будешь у меня завтра в киселе плавать!

— А ты тогда тоже будешь в киселе плавать! — нашёлся Семён.

— Вот ведь эксплуататор! — воскликнула Славя, уперев руки в боки, но тут же согласилась: — Ладно! Пошли!

И парочка стремительно сорвалась исследовать неожиданно открытый магический объект.

---------------------------------

1 СКУНП – Служба Контроля Угроз Неопределённой Природы. Сверхсекретное подразделение ФСБ, работающее по тематике магии, экстрасенсорики и аномальных явлений.

2 кикимора – жена домового.

3 сиды – в британской мифологии — народ холмов, прообраз эльфов современного фэнтези.

4 венозная рапана, ставшая де-факто сувенирным символом всех советских, а ныне и российских черноморских курортов, равно как и медуза аурелия — злейший враг всех купающихся в Чёрном море (не из-за ядовитости, а из-за противности), для черноморской экосистемы являются экзотами (завезены на кораблях из других регионов) и злостными вредителями.

5 обо – место поклонения духам места у монголов, бурят и других центрально-азиатских народов. В качестве дара духу на место поклонения приносили камень, в результате из этих камней получалась большая куча, которая тоже называется обо. Весьма приметная куча камней имеется вблизи верхней точки терренкура на участке можжевелового леса, принадлежащего санаторию Ай-Даниль, где и обосновались наши герои.

Глава 2. Я тебя слепила из того, что было…

Старенький "кукурузник" вырулил на стоянку, из открывшейся дверцы на траву спрыгнули двое: инструктор и… Ахмет Мамедов, известный в определённых кругах московский тусовщик и вообще — мажор по жизни. Инструктор принялся ему что-то объяснять, Ахмет слушал очень внимательно, переспрашивал, что-то записывал в толстую тетрадь. Наконец они пожали друг другу руки и разошлись. Инструктор пошёл к зданию аэроклуба, а Ахмет к поджидавшим его у дорогой машины дружкам.

— Ну и на кой тебе всё это? — вместо приветствия спросил Сурен.

— Хочу! — ответил Ахмет. — Летать хочу, как птица!

— Ну так купи самолёт, найми пилота. Денег что ль не хватает? — спросил Рома и тут же заржал над своей шуткой.

— Ты, брат, не понял. Когда сам за штурвалом –это совсем другое! — возразил ему Ахмет.

— Ну так купи права… или как там, лицензия, во! — продолжал куражиться Рома.

Ахмет на это покачал воздетым к небу пальцем:

— Братан, ты опять не понял! Вот если ты права купил, машину купил, а ездить не купил, чем кончится? А? Сам помнишь, как такое кончается! Помнишь, как в переулок не вписался?

— Ну подумаешь, снёс там парочку нищебродов, делов-то.

— А если ты летать не купил, впишешься в полосу, да так, что и хоронить нечего будет, — подвёл резюме Ахмет.

— Хм… Знаешь, а в этом что-то есть… — задумчиво бросил Сурен.

— Так приходи сюда, здесь хороший клуб, — отрекомендовал Ахмет.

— Хороший? — скептически скривился Сурен, демонстративно оглядывая старую потрёпанную технику.

— Инструктора хорошие, все бывшие военные, учат крепко. Только, пацаны, уговор! Придёте сюда — пальцы не загибать! Инструктора своё дело знают и делают. Хочешь учиться — учись, а щёки не надувай.

* * *

Конечно, появление таких сущностей как Царь с Царицей должно было наделать заметного шороха на тонких планах, но оба старательно прятали свою ауру, маскируясь под обычных обывателей, потому обитатели Можжевеловой горы, как видимые, так и невидимые, продолжали заниматься своими делами, как ни в чём не бывало. Птички щебетали, деревья шумели, волны внизу плескались о берег, всякие мелкие духи сновали туда-сюда по своим энерго-информационным делам. Короче, нормальный, ни чем не омрачённый летний день. Семён остановился у большой бесформенной кучи камней возле самой верхней точки терренкура.

— Вот уж правда, место подходящее. Дух Обо, хозяин перевала… — скептически произнесла Славяна.

— А дух-то где? — задал резонный вопрос Семён.

Он уже просканировал место магическим зрением и не обнаружил того, что здесь, по идее, должно быть: привязанную к этой куче камней энергетическую сущность с, как минимум, зачатками личности и интеллекта.

— Хм… — глубокомысленно произнесла Славяна, обходя кучу.

Завершив полный круг вокруг места силы она повторила:

— Хм… Ну… фокус Силы тут однозначно есть…

Она провела рукой над камнями и выдохнула:

— Не! Ну надо! Приехали называется!

— А что такого? — удивился Семён.

— А ты посмотри! — она ткнула пальчиком в один из камней. — Видишь ауру?

— Ну? Бывает…

— Бывает, если это предмет поклонения! А камушек положили совсем недавно, хорошо если не вчера, причём с должным настроением. Этому Обо до сих пор поклоняются!

— Тоже мне новость! — усмехнулся Семён, усаживаясь на тёплые камни. — Про все эти старинные магические практики сейчас разве что на заборах не пишут. Каждый второй хоть что-то да знает. Людей с чувствительностью тоже хватает, да и место само по себе заметное, я бы тоже сразу подумал про обо, безо всякой ауры. Мне другое интересно: где дух места? Если вот так, каждый день подкладывать камушек в кучу, хотя бы десять лет, хотя бы по приколу, даже если тут изначально ничего не было, какой-нибудь дух, да самозародится! А этой куче больше десяти лет и камушки подкладывают сюда не только по приколу.

Славяна опять глубокомысленно хмыкнула и снова обошла Обо, на сей раз против часовой стрелки, внимательно посмотрела на супруга и заявила:

— Даже и не думай!

— О чём именно? — Семён безуспешно пытался изобразить наивное удивление.

— Не вздумай лезть в этот фокус! Не хочу становиться вдовой так рано!

— Залезть не проблема, если конечно не закапываться в эту кучу как крот… — пожал плечами Семён и, не долго думая, уселся посреди кучи камней, как раз туда, где находился самый центр энергетического пятна.

Славя замерла, не смея вздохнуть, Семён же уставился на неё с удивлением:

— Всё норм! Иди сюда, здесь прикольно!

И, не долго думая, быстрым движением притянул супругу и усадил её рядом с собой.

— Ты!… Дурак!… — выдохнула Славя и замерла: — Что это?

— Ого! — в тон ей прошептал Семён и тут же, тихо сказав: — Секунду… — снял с шеи амулет, маскирующий его ауру, тот самый, который в своё время дала ему Яга[1].

В тот же миг восприятие окружающего словно прояснилось. Это было похоже на то, как он воспринимал мир в состоянии расширенного сознания, но в то же время намного чётче, причём одновременно с обычным восприятием окружающей реальности обычными органами чувств. Самое близкое определение — дополненная реальность, но самая лучшая дополненная реальность была лишь бледным подобием того, что… нет, не видели, воспринимали сейчас они оба.

На видимое глазами наложилась… наложилось? Да, в некотором смысле картинка, но не только картинка. Скорее, это можно было назвать Знание. Знание о том, что присутствует в окружающей реальности, но что глаз не видит, а ухо не слышит. И знание это простиралось далеко за горизонт, в небо, в глубину моря и даже под землю.

Глубоко в недрах Можжевеловой горы обнаружилась обширная пещера, но она была… пустой, что ли. Не в смысле наличия или отсутствия чего-то или кого-то, а пустой, не несущей никакой функции и смысла с точки зрения той системы, к которой сейчас подключились Семён и Славяна.

В небе летели самолёты и с каждым были связаны какие-то пометки, смысла которых Семён не понимал.

А там, в синей глубине двигались две подводные лодки. Одна, маленькая, медленно и осторожно подбиралась к берегу, нацеливаясь куда-то в район между Гурзуфом и Мишкой[2], другая, покрупнее, судя по всему, выслеживала первую. "Интересно, чьи они?", — подумал Семён. Наверняка по привязанным к лодкам отметкам это можно было определить, но как? Вот знать бы, как они шли… Стоило подумать об этом, как на картинку наложились линии маршрутов. Большая лодка вышла неделю назад из Севастополя и уже какое-то время рыскала вдоль берега, а мелкая начала свой путь где-то посредине Чёрного моря, наверняка была тайно выпущена с проходившего тут корабля. Не подыграть своим в такой ситуации? Да щаз! Семён присмотрелся к вражеской лодке, прикидывая: чем бы там пошуметь? Лодка словно приблизилась, стала видна вся конструкция. Несколько деталей… нет, они не светились красным, просто воспринимались как ненадёжные. Он коснулся сознанием одного подшипника, поддерживающего гребной вал, тот дрогнул и треснул. На самой подлодке не сразу поняли, что случилось, но вот для российской лодки того шороха, который стал издавать развалившийся подшипник оказалось достаточно: она быстро повернула и пошла на сближение со шпионом. А ещё крупный рыболовный кораблик, что неизвестно зачем ошивался в виду берега, тоже резво завёлся и двинулся навстречу гостю, который скорее всего был незваным.

— И хватит… — тихо процедила Славяна

— Угу… — так же тихо ответил Семён.

Однако и уходить из этого интересного места он не спешил. Тут же ещё столько интересного! Например, от этого обо шёл вполне заметный энергетический канал и уходил он куда-то в недра Медведь-горы. А там тоже был мощный энергетический фокус, намного более мощный, чем здесь. И он словно звал к себе. Ещё один фокус был совсем рядом, под водой, в районе Адаларов. И от него тоже шёл канал в недра каменного Медведя.

— Хва-тит!… — Снова процедила Славя. Она заметно нервничала.

Ну хватит так хватит, но ведь не бросать же терминал такой системы открытым? А то выходит: кто хочу — захожу, что хочу — ворочу! Тут такого могут наворотить, что ОЙ! Вот эту дисциплину обращения с информационными системами им в Академии вбивали железно. И, таки, вбили. Семён поискал в доступной ему мешанине информации функцию завершения сеанса и нужное знание упало в его сознание. Отдал должную команду и… всё пропало. Они просто сидели в обнимку на куче тёплых камней, хотя и энергетический фокус никуда не делся. Но он сейчас просто ждал, готовый откликнуться на вызов и Семён откуда-то знал, что именно ему это место ответит.

— Вот ведь оставишь на минуту без присмотра, а они тут же залезут куда не надо! — раздалось со стороны тропы.

На тропе стояла Лилит собственной персоной. Для разнообразия она куда-то припрятала крылья и приоделась в короткое лёгкое платье в горошек. И любимую свою коническую войлочную шляпу поменяла на соломенное сомбреро.

— А нечего залогиненный[3] терминал оставлять без присмотра, — проворчал Семён в ответ.

Лилит на это неожиданно смутилась:

— Ну… с этим есть некоторые проблемы…

Семён от такого опешил:

— Только не говорите, что не можете сейчас войти в систему!

— Конкретно сюда и на таком уровне — не могу, — огорошила молодых Лилит.

Семён прикрыл глаза и… а что делать-то? Он поискал сознанием сосредоточие местного энерго-информационного фокуса, "дотронулся" до него и в сознании снова развернулась информационная картина. Поискав внутренним взором, он обнаружил, что шпионская подводная лодка, уже пустая, медленно погружается на глубину, а четверо её обитателей спешно удирают в сторону границы на чём-то, вроде подводных скутеров. "Ну нет, мы так не договаривались!", — сказал он сам себе и устроил в шпионских скутерах короткое замыкание. А с борта подошедшего сейнера уже сыпались в воду боевые пловцы… Полюбовавшись на это, он привычным уже движением сознания закрыл сеанс и вопросительно посмотрел на Лилит.

— А чего ты на меня так смотришь? Твои… вернее, ваши генетические маркеры и являются ключевой информацией для доступа к Сети. Кто другой, даже если и подключится, в лучшем случае просто мозги выжжет.

— Ага… — Семён крепко задумался, складывая два и два: — Наши маркеры… А вы — носители маркеров высшего доступа по женской линии… То-то Иштар крутила шашни со всеми царями, до которых могла дотянуться. И ни один не подошёл?

— Не-а!

— Вы о чём? — Славя переводила удивлённый взгляд с супруга на прабабушку и обратно.

— Твоя бабушка обмолвилась, что вы — носители генетических маркеров высшего доступа к этой системе. По женской линии. Теперь получается, что для полного доступа нужны царь с царицей. Причём не просто каждый сам по себе, а…

— Именно, — вклинилась Лилит. — Царская чета, связанная определённым ритуалом. Но это только для первичной регистрации в системе. Теперь каждый из вас может работать в системе самостоятельно, в определённых рамках, естественно. Некоторые вопросы вы можете решить только вместе.

— Ладно, с этим понятно… — Семён смотрел на Лилит с кривой и ехидной улыбкой: — Остался только один вопрос, маман… — последнее он произнёс на французский манер, с ударением на последнем слоге, но Лилит его перебила:

— Нет-нет! Не претендую. Я твоей матерью не являюсь, ни технически, ни генетически!

— Да забейте, это я прикалываюсь. Я уже понял, что я инкубаторский. Просто интересно, из каких отходов меня слепили?

— Скажешь тоже, из отходов! Вытащила готовую… э-э-э… заготовку из запасника. Правда запасник пришлось поискать, потом долго взламывать, но с тобой всё чисто: прямая генетическая линия от правящей династии… Правившей…

— Короче, согласно избитого сюжета, принца нашли на помойке.

— Какая помойка! О чём ты! — возмутилась Лилит, но всё же нашла нужным пояснить: — Правда… конечно… пришлось помотаться по всяким заброшенным окраинам… и не на этой Земле… и не на Земле вообще…

— …среди развалин древней столицы, в лачуге давно умершей верной служанки был тайник…

— Где-то около, если конечно убрать ненужные пафос и романтику. И вообще, хватит стебаться над серьёзными вещами! — не выдержала наконец Лилит.

— Всё-всё-всё, — не убирая с лица ехидной ухмылки согласился Семён и вдруг очень резко стал серьёзным: — Я вот только одного не понимаю: при чём тут все эти пляски с бубном вокруг "воспринять волю земли и народа", какие-то особые лидерские качества, особые физические кондиции? Короче, все эти рассуждения о царствах. По сути, я ведь просто старший админ в этой системе. Или я чего-то не понимаю?

— А кто такой император? Старший админ по стране. Так, по большому счёту, — с некоторым раздражением заявила Лилит.

— Хорошо, а если перевести всё это на земные аналоги? — не унимался Семён. — Кем тогда будет этот "император"?

— Ты не поверишь! Именно императором. Абсолютным и самовластным монархом с ни чем не ограниченной властью и наследственной её передачей.

Лилит внимательно посмотрела на Семёна и на всякий случай пояснила:

— Ты только пожалуйста не думай, что эта цивилизация, от которой всё это наследство осталось, была светочем гуманизма и справедливости[4].

— Угу… Сплошные расизм и евгеника[5], как я понимаю… — пробормотал Семён.

— И это ещё мягко сказано, — утешила его Лилит. — Через что и нарвались.

— Значит та война, от которой собирались тут прятаться, была гражданской?

— Да.

Семён кивнул каким-то своим мыслям и уточнил:

— А кто тогда этот самый, который, типа, мой соперник?

— А вот его как раз лепили из того, что насобирали по всяким помойкам. При этом имели очень поверхностное представление о том, что им надо слепить.

— И кто эти "они"? — Славяна, сидевшая всё время разговора тихо, как мышка, подала голос. — И чего им надо?

Ответил ей Семён:

— Мародёры… чёрные копатели… А надо им то, что здесь заныкали сто тысяч лет назад. Представляешь, целая планета, набитая полезным барахлом, большая часть которого в рабочем состоянии? А ещё, наверняка, тут есть всякие дорогие и бесполезные побрякушки…

— Кстати, кое-что действительно можно пустить в оборот… — задумчиво пробормотала Лилит.

— Вот сначала разберёмся, что тут есть, что для чего полезно, где и что в округе можно купить. А потом и будем думать, что продавать и продавать ли, — припечатал Семён.

* * *

Окинава — легендарное место для любителей боевых искусств. Святое. И, естественно, всяческих школ бусидо тут выше крыши. Туристы, большей частью американские, довольны: можно постигать самые древние тайны боевых искусств за приемлемую цену. Конкретно эта школа отличалась от других только своим расположением — в слегка окультуренном лесу на северной оконечности острова, в бывшем имении какого-то местного феодала, чей род вовремя разорился и пресёкся. Дела у школы шли достаточно хорошо, чтобы поддерживать колоритный средневековый антураж, а это, в свою очередь привлекало стабильный, хоть и не слишком большой, поток "учеников" из Америки и Европы. В последнее время сюда стали наведываться и русские. По всей видимости, богатенькие, потому как учеников приезжало мало, но денег у школы водилось достаточно для безбедного существования. Так что никаких вопросов конкретно эта школа ни у соседей по ремеслу, ни у властей не вызывала. Разве что у якудза и те однажды пришли поспрашивать, но получили такие ответы, что уже давно старались обходить это место стороной и никому ничего о причинах такой осторожности не рассказывали.

Вот и сегодня по благоустроенной лесной тропе прошёл какой-то мужик, явно из белых варваров[6]. Калитка перед ним открылась и привратник пропустил гостя внутрь, поприветствовав его положенным поклоном. Гость вежливо поклонился в ответ и, не говоря ни слова, прошёл в беседку, где обычно пребывал местный учитель.

— Сенсей, — сказал он на очень хорошем японском, — у меня важное известие.

— Слушаю тебя, — ответил пожилой, но всё ещё крепкий японец, одновременно жестом приглашая гостя войти и расположиться в беседке.

Гость сел на циновку, как это и предписано этикетом и произнёс:

— В России закрылось Око.

— Это иногда случается, к сожалению. Которое из?

Говоря это, учитель протянул руку и с полки к нему слетел большой свиток.

Гость назвал довольно длинный код, после чего добавил:

— Но это не всё. Через минуту Око было открыто снова, а потом, чуть больше чем через минуту, закрыто.

Сенсей поднял на него взгляд:

— Удалось определить, кто это сделал?

— Владыка…

--------------------------------------

1 амулет, маскирующий его ауру, тот самый, который в своё время дала ему Яга — см. "Сказъ про царевича Симеона, Бабу Ягу и тайные службы", глава 4.

2 Мишка– если кто не в курсе — Аю-Даг.

3 залогиниться– войти в систему, разлогиниться– выйти из системы, закрыть сеанс, залогиненный терминал — терминал (точка доступа к информационной системе), на котором оператор вошёл в систему — залогинился. Оставить такой терминал без присмотра — одно из самых частых и самых опасных нарушений правил информационной безопасности.

4 …только пожалуйста не думай, что эта цивилизация…– подоплеку этого разговора можно понять по главе 30 книги "Сказъ про царевича Симеона, Бабу Ягу и тайные службы" https://author.today/reader/116658/1032688

5 евгеника– наука о применении методов селекции и генетики к людям. Частенько евгенику называют лженаукой, но это зря! С точки зрения собственно научной там всё чисто, а вот с точки зрения этики к евгенике действительно имеются серьёзные вопросы. Теоретический трёп на тему выведения пород человека — идеальных слуг, идеальных рабочих итд — был очень популярен в эпоху расцвета колониальных империй.

6 явно из белых варваров — белыми варварами японцы — те ещё националисты — называют всех представителей белой расы.

Глава 3. Воры против ВОХРа

…Сенсей поднял на него взгляд:

— Удалось определить, кто это сделал?

— Владыка.

— Который из? — спокойно уточнил старый японец

Вместо ответа гость протянул ему небольшой, алмазной огранки, кристалл кварца. Японец вложил его в свободный паз, лежащего перед ним сложного украшения, провёл сверху рукой и над низким столиком вспыхнули ряды знаков, которые, несомненно, показались бы загадочными любому жителю Земли, независимо от того, на каком языке он говорит сейчас и какие древние языки знает. А вот японец внимательно в них вчитался, несколько раз плавным жестом прокрутил запись вверх и вниз, что-то сравнивая и решая, после чего погрузился в глубокое раздумье.

— Значит, слухи оказались правдивы, — выдал он наконец, — но глупцы не понимают, что на самом деле происходит.

— А что происходит, сенсей?

Гость достаточно хорошо знал внутренний этикет этой школы бусидо — заметно отличный от традиционного японского — чтобы понять: именно этого вопроса от него и ждут. И это, кстати, его заметно удивило. Ответ удивил ещё больше:

— Не знаю. Но тебе предстоит отправиться в Россию и выяснить всё на месте…

Учитель сделал несколько пасов, от которых картинка над его столиком принялась меняться, после чего одним коротким взмахом убрал её полностью. Гранёный кристалл кварца в украшении, лежавшем на столике перед сенсеем мигнул синим. Японец вынул его и передал гостю:

— Здесь то, что тебе пригодится. Может, ты хочешь узнать что-то ещё?

— Я хочу узнать больше о Расколе и раскольниках.

— Это правильный вопрос… — кивнул сенсей и задумчиво, словно прокручивая перед глазами давно прошедшие события принялся рассказывать: — Ты знаешь, что мы обязаны выполнять Приказ, в этом смысл нашего существования. Но в этом и состоит наша опасная ограниченность. Что делать, если приказы противоречат друг другу? Приходится решать и цена решения велика. Ты знаешь, что мы были оставлены здесь, чтобы хранить. Хранить то, что оставлено здесь для Владык. Ждать когда они придут. Но, также, здесь остались Владычицы. Но время шло. Прошло очень много времени. А мы ведь тоже смертны, хотя и живём намного дольше тех, кого называем смертными. Сменилось восемь поколений. И вот случилось то, что должно было случиться: возник ропот. Раздались голоса, что времени прошло уже очень много, что нас осталось мало и постепенно становится всё меньше, что мы вынужденно смешиваемся с местными смертными, что мы теряем знания и если так пойдёт дальше, скоро уже некому будет хранить то, что нам доверено. Раздались голоса, что надо распечатать хранилище и использовать содержимое по назначению, начать развивать местную популяцию смертных в полноценную цивилизацию.

— Но это измена! Предательство!

— С одной стороны да, но с другой — во главе группы раскольников стояла Владычица.

— Владычица? Откуда?!!

— Ты невнимательно слушал. Я же сказал, что с нами здесь остались несколько Владычиц. Конечно, они были младшими, только начали положенное обучение, но они Владычицы. Та, о которой я говорю была дальним потомком одной из них. Дальней, но все положенные маркеры опознавались однозначно, а знания она впитала все, какие могла получить. Теперь ты понимаешь, в какой ситуации оказались старшие Стражи?

— Любое решение будет изменой.

— А что бы решил ты?

— А другие владычицы?

— Другими были две её дочери. Все остальные линии пресеклись.

Сказав это, сенсей уставился на гостя выжидающим взглядом. Тот опустил голову и ответил через силу:

— Прямой приказ присутствующих здесь Владык имеет большую силу.

Сенсей удовлетворённо кивнул и продолжил:

— Но тогда командир Стражи решил иначе и отдал приказ задержать Владычицу. Произошёл бой и Владычица, хоть она и была только в сопровождении своего смертного консорта, показала, что она — Владычица. Все старшие погибли, все, кто попытался выполнить их приказ и задержать раскольников тоже. Впрочем, среди раскольников тоже произошли потери, но они не шли ни в какое сравнение с теми, что понесли мы. Остались только небольшие отряды, стоявшие на удалённых объектах, типа нашего. Подозреваю, только потому, что Владычице было не до нас.

— Так это мы, получается, раскольники… — хмуро прокомментировал гость.

* * *

Всю дорогу от Обо до номера Семён хранил сосредоточенное молчание, но как только они вошли в номер, тут же улёгся на кровати и принялся возмущаться:

— Не! Ну финиш! Ну приплыли! Ну мы вообще в…

На последнем слове он запнулся и Славяна его одёрнула:

— Хватит тут ругаться! Что тебе не так?

Она стояла перед развалившимся на кровати Семёном, уперев руки вбоки, очень похоже на то, как это делала её прабабушка.

— А что так? — уточнил он. — Ты хоть поняла, что рассказала Лилит? Как ваши… наши… тут появились, как перегрызлись… когда там? Десять тыщь лет назад… И во что всё это деградировало к сейчас.

— Ну… — задумчиво протянула Славяна, а Семён глубокомысленно указал пальцем в потолок:

— Вот именно! Даже если бы сюда прислали команду учёных, техников и прочих, за сто тыщь лет безделья это сумело бы деградировать, а сюда прислали стройбат, роту охраны и медпункт с фельдшером. Они тут барахло прикопали, расставили посты и стали ж-ж-ж-ж-ж-дать! До морковкиного заговения. Что, не так?

— Ну… не совсем…

— Ах, да, ещё выселили сюда пару принцесс с кучей придворной челяди. Хорошо, что среди этой толпы бездельников нашлось несколько репетиторов по чему-то более серьёзному, чем бальные танцы и один хороший врач. Если б не это, то вообще кранты.

Славяна закусила губу. В принципе, именно это и рассказала им Лилит, правда другими словами и самой Ягичне вполне хватало ума понять, что из этого следует. Семён же продолжил разглагольствовать:

— И сто тысяч лет… сто тысяч лет понадобилось для того, чтобы понять, что что-то пошло не так! А когда стали решать, что делать дальше, не просто перегрызлись! Взяли и перебили друг друга.

— Ну… не совсем… — снова повторила задумчивая Славяна. Она только сейчас задумалась над открывшимися перспективами и ей стало сильно не по себе. Семён же на это возмутился:

— А что осталось? Твои бабушка с дедушкой и их свита… Ещё Лилит… перешла в какую-то хитрую форму существования. Но она одна. И ещё сколько-то вохровцев[1], общей численностью до роты, разбросанных независимыми бандами по десятку складов. Что, заметь, не перекрывает и десятую часть объектов, которые надо охранять. И, кстати, неизвестно чего ждать от этой кодлы, если… когда я буду брать их под контроль. Тоже мне, жертвы генной инженерии, блин…

— Ну и что же делать? — с этим словами Славяна села рядом с мужем и взяла его за руку. Этот жест заметно успокоил Семёна.

— Твои бабушка с дедушкой, они ведь как-то заведуют… ну пусть будет царством мёртвых… Интересно, они смогут достать оттуда кого-нибудь из тех стройбатовцев? Того самого… первого созыва…

— А эти-то зачем тебе?

— Так эти ребята умеют со всей этой техникой обращаться. Строить, связь прокладывать и прочее.

— А самим научиться, религия не позволяет?

— Славя… — выдохнул Семён, а на лице его играла кривая ухмылка: — Можно сколько угодно прочитать книжек про управление автомобилем, а потом сядешь за руль и въедешь в дерево… Не, конечно, если у тебя есть большая ровная поляна с хорошим покрытием, бочка бензина, запас автомобилей для опытов, в конце концов что-нибудь да получится. Если повезёт… А у нас на руках банда мародёров, у которых в голове только одна мысль: грабануть тут и слинять. И, кстати! — он вдруг оживился: — А ты уверена, что в этих… пусть будет складах, не встроено что-то типа систем самоликвидации? На случай если что. А то влезут они туда и нам всю планету и разнесёт.

— А зачем такое? — удивилась Славяна.

Семён только покачал головой:

— Если Землю планировали использовать как убежище последней надежды, то вполне могли предусмотреть что-то такое.

Он какое-то время задумчиво смотрел перед собой и в конце концов выдал:

— А ещё надо форсировать школу магии… Нужны кадры, а на ваших… наших… надежды мало.

— Почему? — возмутилась Славяна. — Если бабушке объяснить…

— Да просто народу мало.

* * *

Сегодня этот незаметный, но процветающий ресторан в богатом районе Рио посетили два джентльмена среднего возраста. Один занял столик и заказал лёгкую закуску, другой, столь же невзрачного вида, присоединился к нему чуть позже.

— Вы сообщили мне не всю важную информацию, — заявил Второй сходу, ни мало не заботясь, что их могут услышать. Впрочем, на это у него были веские основания.

— Почему вы так решили? — совершенно спокойно уточнил Первый.

— Вчера я провёл зондирование одного объекта…

— Вам пора уже не зондировать, а вскрывать схроны, которые я вам указал.

— Знаете сколько имперских могильников, схронов и тайников я вскрыл?

— Именно поэтому я с вами и сотрудничаю.

— Тогда не указывайте, что и как мне делать. И, объясните заодно, смысл вашей возни с местными обезьянами.

— Хорошо, хорошо. Так, что дало зондирование? Видимо что-то действительно важное.

— При зондировании сработала система защиты. Причём очень высокого уровня. По легендам, такие системы использовали исключительно для защиты членов императорской семьи. Лично мне не случалось столкнуться с таким, даже когда я работал в развалинах вблизи их древней столицы.

— И что это значит, по вашему?

— То, что имеющиеся у меня данные существенным образом недостаточны. И, кстати, что ВЫ хотите получить от этого схрона? Вы слили мне много ценной информации, а взамен потребовали поразительно мало.

Первый на это довольно улыбнулся:

— Мне нужны гарантии, что я получу то, что мне надо.

— Смотря что вам надо.

— Одна единственная особь. И не надо пытаться меня обыграть, вы не знаете, что это за особь и как её найти. И, главное, зачем.

— Но без меня вы не можете эту особь захватить, — сдержанно улыбнулся Второй. — Хорошо! Но вы дадите мне полную информацию.

С этими словами он поднял руку ладонью к собеседнику, Первый повторил его жест и между ними проскочило что-то вроде голубоватого сияния. Получив желаемое, Первый удовлетворённо откинулся на стуле, а Второй с явной заинтересованностью спросил:

— Так теперь-то вы сообщите мне то, что мне надо знать, чтобы выполнить свою часть сделки?

— Это не просто одна из хорошо сохранившихся периферийных баз. Это то самое легендарное Последнее убежище.

На это Второй искренне возмутился:

— Вы же сами регулярно громите теорию Последнего убежища! Я…

— Приятно знать, что даже люди вашей профессии читают мои труды…

— Да мы живём вашими трудами!…

— В таком случае, может быть вы согласитесь оказать мне ещё сколько-то мелких услуг? Чисто в качестве благодарности за труды…

— А вам и в деловой хватке не откажешь! Но всё же, если верить последнему вашему выступ…

— Поверьте, в науке приоритет значит не меньше, чем в вашем ремесле, — Первый произнёс это с выражением явного довольства. А Второй, с явной заинтересованностью, спросил:

— Вы не думали продолжить сотрудничество со мной и после этой операции? Уверен, оно будет взаимно выгодным. В конце концов, работая непосредственно в поле, на объектах имперского наследия, можно получить доступ к таким источникам и артефактам, что ваши коллеги обзавидуются!

— Например, к носителям высших имперских генетических маркеров…

— ЧТО?!!!!

— А вы ещё не поняли какую особь я ищу?

— Вы у… уверены? — Второй едва сумел это выговорить.

— Особенно после вашего последнего зондирования.

— Надеюсь, вы поделитесь? Мне хватит совсем маленького кусочка… — Второй произнёс это очень вкрадчиво.

— Не хватит, — успокоил его Первый, но тут же подсластил пилюлю: — но этот вопрос решаемый. Только одна большая просьба: никакой самодеятельности! У вас просто нет знаний, чтобы подступиться к этой проблеме.

Второй сосредоточенно кивнул и выдвинул собственное условие:

— Только никакой самодеятельности! При всём уважении к вашим знаниям, у вас нет необходимых навыков.

Они какое-то время смотрели друг другу в глаза, после чего Первый, с удовлетворённой улыбкой, поднял руку, раскрытой ладонью в сторону собеседника. Второй повторил его жест с не менее удовлетворённой улыбкой.

* * *

На следующий день, после пляжа, молодые весело ввалились в номер. Семён гордо плюхнулся на кровать, а Славяна встала напротив него и, указуя на супруга пальцем, обвиняющим голосом произнесла:

— Ты! Ты, всё-таки, мухлевал!

— Я?

— Да, ты! Ты не сам прогнал медуз! Ты воспользовался этой системой!

— Да как! Ты попробуй без этого Обо подключись! Да я всю ночь с медузами общался! Сам чуть склизью не оброс!

— Всю ночь он… с медузами!… — хихикнула Славяна, усаживаясь на кровать рядом с мужем. — Ладно, так и быть, поверю.

— А вообще, интересно, есть в этих запасниках что-то типа ноута? Ну, хотя бы планшета, чтобы цепляться к этой сети. Хотя бы документацию какую читать.

— Должно быть… — задумчиво ответила Славя.

Семён хотел что-то ответить, но тут зазвонил телефон. На том конце обозначился дядька[2].

— Семён Петрович! У меня для вас два сообщения. С какого начинать?

— Начинайте с хорошего, Ратибор Святославич!

— Да в общем-то они все хорошие. Во-первых… во-первых, вы можете сейчас говорить конфиденциально?

— Так точно! — и тут же обратился к жене: — Славя…

Ягична тут же активировала магическую защиту от прослушки, безжалостно выдавив домовых на балкон. Юсуфов же, услышав, что и Славя тут, заметно обрадовался:

— Так Славяна Яковлевна с вами? Отлично! Тогда включите громкую, чтобы вам не играть в испорченный телефон… Так вот, прежде всего, ваш отпуск продлён на неделю, Причём, заметьте, все дополнительные расходы берёт на себя Служба.

— Приятно. А что мне за это будет?

— Да в общем-то ничего особенного. Необходимо проинспектировать один объект. Проблема в том, что объект под водой, так что вам придётся пройти начальную водолазную подготовку.

— Я, конечно рад, давно хотел научиться плавать с аквалангом, но где и как?

— В Гурзуфе есть клуб дайвинга, вот там и пройдёте обучение. Инструктор там, по отзывам Басова, хороший, бывший боевой пловец, с нами уже сотрудничал. Так что, завтра утром к вам приедет фельдъегерь со всей документацией. Ознакомьтесь и приступайте.

— Есть приступать!

— И ещё одно дело, совсем мелочь. В Гурзуфе нарисовался полтергейст, надо зайти и разобраться с проблемой. К сожалению, ближе вас там никого из наших нет. Справитесь?

— Справимся, конечно… — проворчала Славяна, но гримаса у неё при этом была такой, словно она медузу съела.

— Вот и отлично! И с полтергейстом не тяните, есть опасения, что местная полиция может сработать неадекватно.

— Есть не тянуть! — бодро ответил Семён. — Вот сейчас и отправимся!

— А куда нам отправляться? — уточнила Славяна.

— Я вам всё уже сбросил, так что, успехов! — радостно завершил разговор Юсуфов и отключился.

Семён вопросительно посмотрел на супругу:

— Полтергейст это так сложно?

— Полтергейст бывает двух вариантов… — Славяна снова скривилась. — Либо домовой шалит, это хорошо, это решается на раз.

— Видел я, как ты это решаешь! — радостно улыбнулся Семён. — Главное, объясни хозяйке, как править домового, когда он снова обнаглеет.

— А почему я?!!

— Царица правит домом. В своём доме, каждая женщина — царица, — очень серьёзно объяснил Семён. — А кто кроме тебя, царица, научит, как это делать?

— Вот ведь выкрутился! — выдохнула Ягична, но было видно, что ей приятно.

— А второй вариант?

— Второй вариант, это когда у ребёнка есть магические способности, а взрослые дитятку регулярно доводят… Кстати, что у нас там? — она заглянула в смартфон Семёна и снова скривилась: — Похоже, придётся править мозги родителям…

Она окинула Семёна критическим взглядом и со вздохом констатировала: — И это тоже на мне…

-------------------------------------

1 ВОХР– Военизированная ОХРана. Полувоенные формирования, предназначенные для охраны разного рода объектов средней степени важности. В советское время славились пониженной боеготовностью и повышенным разгильдяйством, сейчас их функции переданы всяческим ЧОПам (на маловажных объектах) и Росгвардии (на более важных объектах). Самые важные объекты охраняют непосредственно армия или ФСБ/ФСО.

2 Про сложные взаимоотношения между главным героем и его непосредственным начальником — Юсуфовым Ратибором Святославичем, попаданцем из альтернативной Российской Империи, см. Сказъ первый, Глава 9. Дядька из неотсюда https://author.today/reader/116658/928560

Глава 4. Невидимая подружка

Первым делом они заглянули в местное отделение полиции. Конечно, благодатный моральный импульс от возвращения к родным берегам с достопамятного 2014 ещё не иссяк до конца, но… дежурный на входе либо спит, либо предаётся разгильдяйству. Это закон природы, столь же непреложный, как и закон сохранения энергии. Конкретно этот дежурный пребывал в блаженном послеобеденном трансе и спроси он подошедших Семёна с Ягичной: "Вы из сна или из яви?", — вопрос этот был бы более чем уместен. Впрочем, проводить тут магический ликбез Семён не собирался.

— Сержант! Смирно! — сказал он тихо, но при этом вложил в голос толику Силы. Славя у него за спиной тихонько хихикнула.

Сержант вскочил на вытяжку и только после этого начал просыпаться, однако задать вполне резонный вопрос: "Кто вы такие и чего тут командуете?", не успел, потому как Семён сунул ему в нос ксиву[1] и коротко представился:

— ФСБ. Где тут участковый Амфроськин?

— Амфроськин?… — произнёс дежурный, окончательно просыпаясь и начиная осознавать, что тут происходит и вообще что. — Нет его, отбыл на происшествие.

— На полтергейст пошёл что ли? — уточнил Семён. Учитывая масштабы и рельеф Гурзуфа, говорить о выезде было как-то не корректно.

— Так точно! А вы из Москвы, по этому делу?

— Именно. Связь с ним есть?

— Так точно… должна быть… А вы быстро!

— Мы всегда быстро. Так есть связь или нет? Рации-то с собой берёте?

— Да берём, конечно, и при телефонах все, но вы тоже поймите, у нас сложный рельеф, да и места такие… — начал оправдываться окончательно проснувшийся дежурный.

— Да знаю я ваши места! — влезла стоявшая всё это время тихо Славяна. — Больше сказки рассказываете. Просто нечисть не надо откармливать!

Дежурный хотел что-то вякнуть, но Семёну эти препирательства надоели и он их прекратил:

— Значит так, мы выдвигаемся туда, а вы, товарищ сержант, быстро свяжитесь с Амфроськиным и передайте, чтобы без нас ничего не предпринимал!

— А то раззадорит там нечисть кривыми руками, придётся спецназ вызывать! — добавила Славяна, и это оказалось не лишним: мотивированный таким заявлением дежурный бегом бросился выполнять поручение.

* * *

Когда Семён со Славяной подошли к обозначенному в задании адресу, выяснилось, что подъехать тут тоже вполне возможно: возле дома стояла скорая.

— … — Славяна произнесла несколько фраз, которые приличной девушке и знать-то не положено.

— Дорогая?… — возмутился Семён.

— Это спецперевозка из психдиспансера!

Других подсказок не требовалось и они рванули вперёд. Выскочившего им навстречу участкового Семён, со словами: "С дороги! ФСБ!", очень невежливо отшвырнул в сторону телекинезом.

А внутри уже вовсю разворачивалась маленькая трагедия, столь обычная для семей, где у обычных, добропорядочных родителей имел несчастье родиться необычный ребёнок с яркими способностями. Добрые и любящие мама и папа стояли в сторонке и, сдерживая слёзы, наблюдали как "добрый" доктор забирает их такую любимую, яркую, но неудобную, а главное вызывающую неодобрение знакомых и соседей, дочку в дурдом. Чтобы через какое-то время вернуть им на руки спокойную и послушную… куклу. Очень удобный в обращении и хорошо социализированный интеллектуальный и эмоциональный овощ. Ребёнок понимает, что его хотят изувечить, сопротивляется, но что он может против согласованной воли взрослых? Вот и сейчас девочка забилась в угол, а "добренький" доктор, пряча за спиной шприц, заговаривал ей зубы, подбираясь всё ближе, а два крепких санитара грамотно блокировали её с боков. Вот только сегодня на стороне девочки была магия и неизвестно, чем бы всё закончилось, не подоспей вовремя действительно квалифицированная помощь.

Ворвавшийся в комнату первым Семён рявкнул:

— А ну, отошли от девочки! Быстро!

Все вздрогнули, инстинктивно делая шаг назад, чем и воспользовалась Славяна: она ужом промылилась мимо врача и, говоря что-то успокаивающее, подхватила девочку на руки. Один из санитаров попытался заступить ей дорогу:

— Дамочка! Ку…

Дальнейшее перешло в хрипяще-булькающий звук и шкафообразный громила сложился вчетверо, потому как Ягична коротким, амплитудой не более десяти сантиметров, движением сунула ему кулачок в печень. Дальше, ни на секунду не останавливаясь, она перешагнула через упавшего санитара, подхватила под руку совершенно выпавшую из реальности мамочку и что-то щебеча успокаивающим голосом утащила её и дочку в ближайшую комнату. Семён же остался разбираться с полицией и медиками. А разборка сразу же вышла за конструктивные рамки. И вот тут Семён возблагодарил в душе своё начальство в лице Юсуфова, который настоял, и Басова, который поддержал нарушение обычного распорядка поступления на службу после учёбы в Академии. Вместо того, чтобы сразу после свадьбы умотать на море, Семён вынужден был несколько дней вчитываться в инструкции, зубрить разные полезные адреса и телефоны, да выслушивать советы, как действовать в разных сложных ситуациях. И вот сейчас всё это разом пригодилось.

Вбежавшему, не смотря на открывшуюся вдруг хромоту на обе ноги, следом за ними участковому он сунул в нос ксиву и рявкнул:

— Тебе что, погоны жмут? Приказы читать не умеешь? Так поедешь в Сибирь, изучать инструкцию к бензопиле "Дружба"!

Участковый, увидев удостоверение ФСБ, притих, потому как достопамятный Приказ 666 никто не отменял, хотя и обращались к нему редко, а вот психиатр принялся качать права:

— Я вообще не понимаю, какое отношение ваша организация имеет…

— До вас должны были довести все положенные инструкции, имеющие отношение к тому, что происходит здесь.

— Я не собираюсь весь этот бред…

— Это нормативный документ, который вы обязаны выполнять. Потому что его игнорирование вполне может привести к жертвам и разрушениям. Имеется достаточный опыт.

— Да я сейчас вообще вас госпитализирую! Я имею право…

Что-то в реакции врача показалось Семёну подозрительным, как будто он был сильно заинтересован в этой девочке. Без лишних рассуждений он приподнял медика всё тем же телекинезом на пол метра над полом и приказал:

— Смотреть в глаза!

Тут сказался недостаток опыта: сканировать объект и одновременно удерживать его в телекинетическом захвате не получилось и психиатр почти сразу грохнулся оземь. Но кое-что в его сознании начинающий маг уловил. Конечно, такой неожиданный разрыв контакта и самого царевича дезориентировал, но на грохот тут же выскочила Славяна, а все остальные оказались под очень глубоким впечатлением от столь явной демонстрации владения запредельными силами и застыли соляными столбами.

— Дорогая, ты лучше умеешь, просканируй, пожалуйста, господина психиатра. Мне кажется, что у него как-то слишком часто мелькают мысли об СБУ…

Все присутствующие в комнате слегка вздрогнули: Службу безпеки соседнего, далеко не дружественного государства, в Крыму с некоторых пор не любили и это ещё мягко сказано. Славя мягко взяла сидящего на заднице врача за подбородок, приподняла его голову и через несколько секунд пристального взгляда в глаза сообщила:

— Ах вот оно что! Оказывается, наш доктор получил заказ на детей с особыми способностями. И скольких ты уже переправил?

Вопрос был задан очень резким тоном, словно удар хлыста и психиатр в ответ буркнул:

— Троих…

После чего вздрогнул и принялся затравленно озираться. Семён молча достал телефон и набрал московский номер.

— Ратибор Святославич! Это Персунов. У нас тут совсем ЧП…

* * *

Пока Семён разбирался со всеми формальностями, Славя, сбросив все проблемы со шпионом на мужа, утащила девочку, из-за которой разгорелся весь сыр-бор, и её маму в самую дальнюю комнату и занялась действительно важными вещами:

— Значит, тебя Маша зовут?

— Ага! — настороженно ответила девочка и тут же добавила: — И маму тоже Маша!

— Значит ты у нас, получается, Маша Машевна. А скажи ка мне, Маша Машевна, зачем ты тарелки по всему дому гоняешь и лампочки бьёшь?

— Это не я! Это Талия[2]! Честное слово!

Машина мама рванулась было одёрнуть дочь, но Славя остановила её жестом, одновременно задавая вопрос:

— А кто такая Талия?

— Это фея, она ко мне из моря приходит.

— Вот это да! А можешь её позвать? Я хочу с ней поговорить.

— А ты её не увидишь. Её только я вижу.

— Я же ведьма! Я увижу.

— Ты ведьма?! Как Баба Яга?

— Нет! Что ты! Я её внучка.

— Ух ты! А она злая?

— Нет, бабушка у меня просто строгая. Ну ты зови свою подругу.

— Ну… ладно…

Маша прикрыла веки, сосредоточилась и через секунду глаза Маши-старшей округлились от изумления, потому что Славя, внимательно глядя на журнальный столик, спросила:

— Сама проявиться можешь?…

А затем направила в сторону столика ладонь и на нём протаяла из небытия девушка, высотой чуть меньше полуметра. Одета она была в некое подобие лёгкого греческого хитона, ниспадающие по плечам волосы украшены золотой диадемой, а за спиной у неё были крылья, как у бабочки.

— А крылышки-то тебе зачем, дочь Нерея? — с некоторым ехидством спросила Славяна.

— Маша считает меня феей, а феям положено, — пожала плечами нереида.

— Значит, не она тебя выдумала, а ты пришла на её зов, — констатировала Ягична и с видимым облегчением вздохнула: — Уже легче. Так зачем ты тут регулярно дом громишь?

— Маше было плохо, ей никто не верил, когда она рассказывала о том, что видит. Я пыталась показать, что я есть.

При этих словах Маша-старшая заметно смутилась, а Маша-младшая шмыгнула и подтвердила:

— Ага. Мама меня ругала, говорила чтобы я не выдумывала. Даже наказывала…

— И каждый раз в доме что-то случалось, — Ягична не спрашивала, утверждала.

— Ну… — Маша-старшая смущённо отвела взгляд. — Мы же не знали…

— А сложить два и два, понять, что полтергейст активизируется, когда вы обижаете ребёнка, религия не позволяет?

— Ну… это…

— Это разве обида, когда прибегаешь к маме, рассказать о том удивительном, что видишь, а тебя отшивают? И хорошо, если просто: "Не выдумывай!", а то и: "Такого не бывает! Хватит врать!". А много вы знаете, что и как бывает?

— Ну… все говорят… и в книжках написано… Да мы даже священника вызывали!

— Тоже мне, нашли авторитет! Он хоть живой отсюда ушёл?

— Я не стала его убивать, — влезла в разговор Талия. — Он такой смешной и совсем не вредный. Я просто вылила ему воду за шиворот. Он так забавно верещал!

— А ведь вы тоже раньше видели всякие чудеса, когда вам было столько же, сколько дочери, — усмехнулась Славяна, внимательно оглядев Машу-старшую рассеянным взглядом. — Но вам очень активно объясняли, что может быть, а чего не может. Вот вы и поверили.

Та молча закусила губу, припоминая не самые приятные моменты из своего детства. И ощущая неожиданную горечь потери. Потери истинного чуда, присутствия настоящей сказки в серой повседневной реальности.

— А можно научиться этому снова? — спросила она с надеждой.

— Талия! Поможешь добрым людям? — с улыбкой спросила Славяна.

— Учить людей сложно, госпожа, но у меня иногда получалось. Я попробую, — почтительно ответила морская нимфа, всё это время внимательно слушавшая разговор.

— Попробуй, только пожалуйста, помни: будет лучше, если Маша-маленькая вырастет человеком, а не фейри[3].

— Я постараюсь, — почтительно, но с достоинством поклонилась Талия.

— Разве нет какой-нибудь школы, где учат детей с такими способностями? — оживилась Маша-старшая.

— Пока нет, но когда Машенька подрастёт… может и быть, — улыбнулась Славяна. — А сейчас я вас кое-чему научу, чтобы вам было проще понимать дочь. А то ведь Талия возьмёт и вырастит из Машеньки морскую нимфу! — Последнее Славяна произнесла совсем весело. А вот Талия ответила очень серьёзно:

— Так тоже может получиться.

* * *

Вся эта возня со сдачей господина психиатра куда следует, затянулась до вечера. Сначала пришлось ждать опергруппы из Ялты (спасибо начальник местного отделения полиции проявил понимание и оказал всю необходимую на этот период организационно-силовую поддержку), потом заполнение многочисленных бумаг, протоколов и прочая и прочая. Психиатр, кстати, после общения со Славяной проявил большую склонность к сотрудничеству, а когда заглянувшая посмотреть на происходящее Талия, вопрос о том, что он собирался вколоть девочке, прокомментировала: "Да какая разница, я бы его всё равно раньше прибила!", вообще принялся петь как соловей.

Потом была крайне содержательная беседа с местным представителем родной СКУНП (парень в прошлом году закончил Институт погранслужбы в Голицино, так что, можно сказать, совсем свой). Выяснилось, кстати, что Крым — очень неспокойное в биоэнергетическом плане место, а личного состава тут, как обычно, лютый недобор. Поэтому отпуск в Крыму — своеобразная повинность для центрального аппарата СКУНП и вот такие перерывы отпускного процесса — дело обычное. Даже посочувствовал, что медовый месяц пойдёт вот так вот, с перерывами на работу.

— А супруга из наших? — уточнил местный СКУНПовец.

— Ягична, — ответил довольный собой Семён.

Минута потребовалась коллеге, чтобы переварить сказанное, после чего он только выдохнул:

— Ну ты крутой! Если к концу отпуска жив останешься, точно жить будешь долго!

Семён на это только загадочно усмехнулся: у всех жёны — как жёны, а у него — богиня! А если кто не понимает, как ему повезло — какое ему дело до всяких ущербных?

Потом благодарные родители, осознавшие до самой глубины души, что вот только что, своими собственными руками, едва не сдали дочку на опыты в далёкую страну, уговорили наших героев остаться на ужин. Ну и посидели. Хорошо так. Душевно. Заодно послушали множество местных баек о всяческой местной чертовщине и Семён пожалел, что не включил заранее диктофон. В общем, операция затянулась до темна. Устали в конце концов зверски, обратно в санаторий пешком уже не пошли, возвращались на такси. Славяна прикорнула на плече благоверного и пробормотала:

— Ты, кстати, прости, что сбросила на тебя всю работу…

— Так это ты самое сложное сделала!

Ведьма тяжело вздохнула и попеняла на жизнь:

— Ну почему самыми токсичными всегда бывают именно мамочки!

— А папы? — удивился Семён.

— Папы реже и не так страшно. А если мамочка разведёнка, так вообще кошмар!

Она повздыхала немного и встрепенулась:

— Когда у нас детишки будут, ты за мной следи, ладно? И одёргивай, если что.

— Ты будешь очень хорошей мамой.

— Не знаю… я столько насмотрелась всего… Уже саму себя боюсь…

Сказав это, Славяна поудобней устроилась у него на плече и задремала.

В номер мирно посапывающую ведьму он вносил уже на руках. А уложив её спать, сел конспектировать по памяти рассказы, услышанные за ужином.

* * *

На следующее утро, за завтраком, к ним подошла официантка и тихо сообщила, что господина Персунова ждут в холле. Семён дёрнулся было бежать, но Славя его удержала:

— Подождёт. У фельдъегеря работа такая — ждать.

Но всё равно, Семён поспешил закончить завтрак побыстрее и вскоре уже общался с вежливым молодым человеком, своим сверстником, одетым в строгий деловой костюм. Опечатанный чемоданчик с совсекретными документами не был пристёгнут к руке курьера браслетом, но это было вынужденное нарушение: своего ключа, чтобы отстегнуть браслет у Семёна не было. Тем не менее он расписался в положенной бумаге, что чемодан получил, что пломба цела и курьер собрался откланяться.

— А где мне всё это хранить? — уточнил Семён напоследок. Бумаги-то совсекретные, не абы что.

— У администратора должен быть сейф — пояснил фельдъегерь. — Кладёте документы туда, опечатываете, а ключ забираете. Этого достаточно.

---------------------------------------------

На том и расстались. Молодой офицер госбезопасности и его жена-ведьма пошли изучать полученное задание.

1 ксива– здесь: жаргонное название служебного удостоверения.

2 Талия– имя одной из морских нимф, нереид (дочерей морского старца Нерея). Из др. греческой мифологии.

3 фейри, пэри, феи, неорганические существа –живые существа иной физической природы, нежели люди. Подробные объяснения будут дальше.

Глава 5. Голубая бездна

Заперевшись в номере, царская чета вскрыла доставленный им чемоданчик. Первым, что вытащил оттуда Семён, был пистолет довольно странного вида и восемь необычных патронов с длинными игольчатыми пулями, собранными в две обоймы. К пистолету прилагалась весьма ироничная записка Юсуфова, суть которой сводилась к тому, что глушить рыбу молниями, находясь при этом под водой может быть не безопасно для самого глушителя, а потому, лучше воспользоваться более традиционным оружием. Обращаться с СПП[1] Семён не умел, но зато умела Славяна, так что проблем с освоением нового оружия не случилось. Правда, на данном этапе они решили обойтись без практической стрельбы. Ну а Славяна не преминула пройтись по поводу Великой Жабы, задавившей начальство, которое поскупилось на патроны.

Следующим номером на свет божий была извлечена папка с описанием объекта.

— Ну надо же! — деланно удивился Семён. Ибо чего-то такого он и ждал: объектом инспекции был небольшой грот на глубине порядка 20 метров, в скальном обрыве под Адаларами. Как раз в том месте, где находится недавно обнаруженный им энергетический фокус.

— Вот затем и понадобился… — задумчиво крутя в руках подводный пистолет, прокомментировала Славяна.

Семён поначалу уставился на неё непонимающим взглядом, но быстро сообразил:

— Ты про тех подводников, которых я оттуда выселил?

— Угу…

А вот тому, что в инспекции будет участвовать Анна Давидовна, Славяна обрадовалась, заявив, что это будет как минимум прикольно. Семён сначала не понял, в чём прикол, но быстро догадался:

— Она будет нырять в змеиной форме?

— Ага! Представляешь! Анаконда с аквалангом[2]!

Семён решил не насиловать воображение и дождаться момента, когда ЭТО можно будет увидеть своими глазами.

В другой папке была информация на инструктора. Вникать глубоко в это досье Семён не стал. Служба рекомендует — значит можно доверять. Разве что просмотрел справку, на предмет что можно сообщать инструктору, а что нет. Славя проявила чуть больший интерес:

— Кто такой? Почему не знаю?… — спросила она саму себя, просматривая досье и сама же себе ответила: — Хотя… я же тут давно не ныряла…

— А ты эту премудрость уже освоила? — уточнил Семён и только после этого сообразил, какую глупость сморозил. Зная свою супругу, мог бы предположить, что уж она-то мимо возможности понырять с аквалангом точно не пройдёт. А возможности всё это освоить на высоком уровне у внучки Яги более чем достаточно. Равно как и упёртости, чтобы эту возможность реализовать.

Славяна же в ответ на это, с явным довольством вытащила из бумажника карточку, размером с обычную кредитку: сертификат PADI уровня Master Scuba Diver Trainer[3].

— Чтобы сертифицироваться выше, надо постоянно работать тренером, а оно мне надо? — прокомментировала она небрежно, но с затаённой гордостью.

Увы, Семён всего величия достижений супруги не понял, о чём честно заявил:

— Наверное, это круто, но, увы, я в этом ничего не понимаю. Пока.

Славяне от этих слов взгрустнулось, но к невежеству супруга она отнеслась с пониманием. А он задал вопрос, за который получил кулачком по лбу:

— Ты же, наверное, ещё в таких… — он изобразил руками, словно оглаживает круглый шлем вокруг головы, — с медными шлемами под воду лазила…

— Не-е-ельзя напоминать женщине про её возраст! — заявила Славяна, потирая ушибленную о голову мужа руку, но тут же с воодушевлением продолжила: — А прикольно было! Тогда всё это только начиналось! Представляешь! До этого только ныряли, пока держишь дыхание, можешь что-то посмотреть, а тут — идёшь по дну, можно всё рассмотреть, потрогать… Я тогда даже кессонку раз схватила[4]… Жи́ва[5]… Ну, Иштар, прискакала меня откачивать. А вообще, если честно, у этих старых скафандров тоже есть свои плюсы…

— Ладно, всё это хорошо, но надо договариваться, — подвёл итог Семён и набрал номер инструктора.

Не сказать, что инструктор был сильно рад, но звонка он ждал и договорились начать подготовку на завтра с утра.

Остался один вопрос: как добираться? Гурзуф хоть и близко, но своими ногами не находишься, на маршрутке — сложно и ненадёжно, на такси — Жаба задавила. Взять на прокат машину? Славяна на это скривилась.

— На метле? — съехидничал Семён.

— Слишком заметно, — с явным сожалением вздохнула ведьма. — Возьмём мотоцикл. Да и вообще пригодится. И дёргают нас тут не в последний раз, и самим поездить.

— Так у меня же прав нет. В смысле, на мотоцикл.

— Не умеешь? — с искренним изумлением уточнила Славя.

— Что значит не умею? Я в школе каждое лето был у деда в Башкирии. Знаешь как мы там с пацанами гоняли?!!! А вот права… — он развёл руками.

— Ладно, довезу тебя, — усмехнулась ведьма, потрепав его по волосам.

* * *

И вот, на следующее утро, сразу после завтрака, они уже неслись на арендованном мотоцикле в сторону Гурзуфа. Тут Семён удивился: Почему Славяна выглядит на шестнадцать? Если верить тому, что он знал, её видимый возраст зависит от состояния духа, но вот так он гонял на мотоцикле в четырнадцать! В шестнадцать он уже ездил осторожнее. С другой стороны, стало окончательно ясно, почему её откровенно не любят и боятся: безбашенность юной богини, прикидывающейся ведьмой, просто зашкаливала, а помноженное на её умения и силу… Но ему-то это как раз и нравится! С такой женой и сам будешь молодеть, а не стариться!

Инструктор — Виталий Михайлович, подпольная кличка "Витамин" — в жизни оказался гораздо более приветливым, нежели по телефону. Однако, за этой приветливостью скрывалась необходимая для его работы строгость и первым делом он потребовал хотя бы в общих чертах обрисовать ему предстоящую миссию, чтобы знать, к чему готовить неофита. Это было предсказано начальством, которое хорошо знало отставного полковника спецназа, поэтому у Семёна были полномочия поделиться с инструктором кое-какой информацией. Он и показал ему схему, на которой обозначено место погружения и краткое описание объекта.

— И вы хотите идти туда сразу после начальной подготовки? — с изрядной долей скепсиса спросил Витамин.

— Во-первых, Семён пойдёт туда не один, — встряла Славяна, протягивая инструктору свой сертификат, — во-вторых, у него есть специфические навыки и способности, необходимые для обследования объекта, ну и в группе будет ещё… один участник. Думаю, справимся.

При взгляде на сертификат Ягичны глаза инструктора слегка расширились:

— Хм… да с вашими умениями вы вполне могли бы работать тут учителем… Почему не хотите заняться подготовкой коллеги самостоятельно?

— Нет-нет! Не стоит жене учить мужа и наоборот. К тому же, вы знаете акваторию, местные правила. Лучше я просто посижу рядом, чтобы подсказать что-то по нашей специфике.

— Да уж… ваша специфика… — проворчал Виталий Михайлович и не удержался от некоторой доли любопытства: — Правду говорят, что у вас главной начальницей Баба Яга или Кощей Бессмертный?

— Не-е-е-ет… — надула губки Славяна. — Мы с бабушкой только консультанты. А у дедушки вообще свои задачи.

Говоря это, она взяла Семёна за руку и нежно к нему прижалась. Семён рассмеялся, обнимая супругу, и с улыбкой констатировал:

— Вот так бывает.

Инструктор аж охнул:

— Ну, если вы не шутите…

— Знаете, такими вещами не шутят, — очень серьёзно ответил Семён.

Виталий Михайлович только покачал на это головой:

— Ладно, давайте приступим. Объём подготовки большой, а времени мало.

С этим они и вошли в здание клуба.

* * *

Учиться пришлось основательно. Виталий Михайлович привык делать своё дело хорошо, поэтому гонял Семёна немилосердно, добавляя в стандартную программу обучения начальной ступени аквалангиста-любителя элементы, которые могут понадобиться в ходе обследования объекта. Но и интересно было, дальше некуда, а уж первое погружение с аквалангом вообще вызвало неописуемый восторг. Одна беда: времени на вдумчивое освоение всего этого требовалось раза в полтора больше, чем отвело начальство, поэтому день был загружен полностью. И молодые, очень быстро позавтракав, неслись в Гурзуф, откуда возвращались уже существенно позже установленного санаторским расписанием ужина. Усталые, но довольные и воодушевлённые. А в самом конце отведённой на обучение недели, Виталий Михайлович уделил внимание даже изучению СПП и не то, чтобы остался доволен, но признал успехи ученика вполне удовлетворительными. А там и московское начальство дозрело до того, чтобы с заметным скрипом, но допустить данного инструктора до операции по обследованию подводного объекта. Какими бы крутизной и опытом ни обладала Славяна, но наличие в группе опытного боевого пловца-подводника, да ещё прекрасно знающего местные условия, а также все организационно-бюрократические ходы-выходы успокаивало.

И вот день настал!

Анна Давидовна приехала накануне и к назначенному времени уже была на пирсе, где все и встретились, погрузились в лодку, которую Виталий Михайлович вывел в море, чуть мористее Адаларов. Катер береговой охраны ненавязчиво вертелся в паре миль от них, что вызвало у инструктора скептическую ухмылку. А вот Семён наоборот, порадовался тому, что совсем уж бестолковых гостей можно не опасаться. Но вот, лодка закреплена, положенные знаки, говорящие о том, что тут идёт погружение, выставлены, можно навешивать на себя подводное оборудование.

— Так, запомнил! — Славя с самым строгим видом упёрла пальчик в грудь супруга. — По горизонтали резвишься сколько угодно, а по вертикали двигаться только естественным способом!

— А ты, дорогая, ближе десяти метров от скал плаваешь обычным способом, — вредным голосом парировала анаконда. — Не охота опять тебя на хвосте вытаскивать.

Семён посмотрел на супругу с укоризной, та надулась на секунду, но со вздохом согласилась:

— Ладно, обещаю…

Все стали влезать в оборудование.

— А вы? — обратился к Речной Виталий Михайлович.

— Поможешь нацепить? — вместо ответа Анна Давидовна обратилась к Славяне, открывая при этом баул.

— Как всегда… — с улыбкой ответила ведьма.

Дальнейшее вызвало у Семёна удивление и любопытство, а вот инструктора повергло в глубокий шок. Анна Давидовна стянула с себя свой закрытый купальник, на несколько секунд продемонстрировав шикарную фигуру ("Но Славя красивее!", — отметил про себя Семён), и плавно стекла на дно лодки, по ходу преобразуясь в четырёхметровую толстую змею тёмно-зелёной масти, вдоль спины которой тянулись два ряда круглых бурых пятен.

— Вообще-то, она и без этого хорошо обходится, минут двадцать под водой запросто просидит, — пояснила Славя, извлекая из баула акваланг с одним маленьким баллоном и странной формы загубником. — Но так, на всякий случай…

С ловкостью, выдающей длительную практику, Ягична нацепила на змею акваланг, сунула ей в пасть загубник. Анна Давидовна пропыхтела пару раз, проверяя работу дыхательного аппарата и ловко переползла через борт, почти без всплеска скрываясь в синеве моря.

— Кхм… — прокомментировал это Виталий Михайлович. — Ладно, выдвигаемся и мы.

И они по очереди перевалились через борт, отправляясь в голубую бездну.

* * *

Опускаясь вдоль обрыва, Семён держал слово и не пользовался магией. Хотя очень хотелось. Но вот на индикаторе засветилась отметка 23 метра и Виталий Михайлович жестом дал команду остановиться. Все уцепились за якорный трос, вдоль которого погружались и принялись оглядываться, в поисках крупного грота на обрыве, который собственно и был искомым объектом. И тут к ним подплыла огромная змея… с аквалангом на спине. Что-то недовольно булькнув, Анна Давидовна хвостом показала в сторону обрыва и чуть ниже, после чего, не дожидаясь остальных, направилась в указанном направлении. Все последовали за ней.

Искомый грот скрывался под выступающим козырьком и потому сверху был совершенно незаметен. А вот изнутри было хорошо заметно, что грот необычный. Прежде всего, внутри не было водорослей. Вообще. Даже мелкой нитчатой тины, которой любые камни, попавшие в черноморскую воду, обрастают практически мгновенно. А ещё сам грот не оставлял сомнений в своём искусственном происхождении. Гладкие вертикальные стены, образующие в плане половину шестигранной призмы, плавно переходили в сводчатый потолок. Гладкие, то-есть шершавые, как и положено для крымских известняков, но при этом без малейших сколов, царапин и следов обработки. Простой невысокий парапет, сантиметров 70 высотой. И пол грота, горизонтальный, ровный, без каких либо следов обычного морского мусора, который в такие пещерки всегда приносят многочисленные морские течения. Единственное инородное тело, которое можно было увидеть на этом полу — большая тёмно-зелёная змея с аквалангом на спине. Змея поднялась на хвосте и смотрела на дайверов насмешливым взглядом, периодически попыхивая пузырьками из дыхательного аппарата. И, чтобы совсем не осталось сомнений в искусственном происхождении грота, в самом дальнем углу находился вход на уходящую куда-то вниз винтовую лестницу.

Вот тут Виталий Михайлович снова жестом приказал всем остановиться и быстро распылил в воде яркую флуоресцирующую краску[6]. Ярко-зелёное облако расплылось и стало медленно стекать параллельно берегу, при этом тщательно обходя зев грота. Анна Давидовна на это выпустила целое облако пузырьков, словно рассмеялась, а Семён попытался коснуться внутреннего пространства грота сознанием, попутно замечая, что Славяна занимается тем же. Мимоходом подумалось, что после посещения Обо у них образовалась какая-то дополнительная связь и это надо как-то изучить.

Наконец инструктор, убедившийся, что никаких дополнительных опасностей в гроте не обнаружено, снял с пояса карабин с колышком и указал рукой на каменную стену возле грота. Мол, без страховки внутрь нельзя! Анаконда на это выпустила ещё рой пузырьков, но вот Семён с такой предосторожностью был абсолютно согласен. Но вот страховочная оснастка была установлена и дайверы вошли внутрь грота.

Семён попытался прикоснуться сознанием к энергетическому ядру, совмещённому с этим гротом. И… ничего. Тут Славяна тронула его за плечо, указывая на парапет, где-то в районе середины. Там ярким синим цветом светились контуры двух правых ладоней. "Почему бы и ДА?!", — спросил сам себя Семён. Он протянул руку над одним из контуров и переглянулся со Славяной. Она кивнула и повторила его жест. И они одновременно положили руки на светящиеся контуры. Раздалось журчание и Семёна пронзила острая боль в ушах, а лоб словно разрывало изнутри. В глазах потемнело, но почти тут же ощущения вернулись к норме. Журчание, правда, продолжилось и вскоре грот полностью очистился от воды. Семён обнаружил себя сидящим на полу.

— Х-щщща-а-а-а-ххха-а-а-а-х… — злобно прошипела Анна Давидовна.

Славя рыком расстегнула застёжки и змеиный акваланг грохнулся на пол грота. Нагини перекинулась в человеческую форму и её тут же вырвало.

— Ну почему, если царевич, то обязательно дурак?! — выдохнула она откашлявшись.

— Эй! Только я могу так ругать мужа! — откликнулась Славяна, усаживаясь на пол и снимая маску. Из носа у неё текла струйка крови.

— Ты тоже хороша! — выдохнула Анна Давидовна, всё так же стоя на четвереньках. — Обязательно было сбрасывать давление?

— Да кто ж знал, что так получится? — возмутился Семён, приваливаясь спиной к парапету.

— Хорошо хоть додумались давление вернуть, — вздохнула Анна Давидовна, усаживаясь на пятки.

— Это оно само, — покачала головой Славяна.

— А что это было? — уточнил Виталий Михайлович.

— Система управления этим гротом, — сделал вполне логичный вывод Семён.

— Как вы его запустили-то?

— На парапете появились контуры ладоней. Вы не видели что ли?

— НЕТ! — хором ответили инструктор и нагини.

— Зачем было туда лезть? — возмутился Виталий Михайлович.

— А как ещё узнаешь, как оно работает? — с подкупающей наивностью переспросил Семён.

— Программист что ли? Бином? — воскликнул инструктор. — Вот ведь угораздило!

— А что такого? — не понял Семён.

— Да оказался один такой у нас на подводной лодке! Надо было вывезти его из… да не важно. Он чуть британский танкер не потопил! Хорошо вовремя оттащили от торпедного аппарата! И тоже: "Пока не нажмёшь кнопку, не поймёшь как оно работает."…

— И додумалась же Яга вас поженить! — продолжала возмущаться анаконда.

— А её кто-нибудь спрашивал? — хмыкнул Семён, снимая акваланг и вставая. — Ладно, надо разбираться, что тут есть, почему и как работает.

— И ничего больше не включайте! — хором воскликнули Анна Давидовна и Виталий Михайлович.

— А как? — искренне возмутился Семён. — Пока не нажмёшь кнопку…

-----------------------------------------------

1 СПП– СПП-1 (Специальный Пистолет Подводный) — советский подводный пистолет, является личным оружием боевого пловца-аквалангиста и служит для поражения подводных целей, как морских хищников, так и водолазов противника. До сих пор стоит на вооружении, потому как лучше ничего не придумали, даже у нас. https://ru.wikipedia.org/wiki/СПП-1_(пистолет)

2 …анаконда с аквалангом — если кто помнит, главная хранительница артефактов СКУНП, Анна Давидовна Речная — на̀га, то-есть, имеет две формы — человек и змея. Её змеиная форма — анаконда. См. первую часть, "Глава 21. В руках государя…" https://author.today/reader/116658/950824

3 PADI– международная ассоциация подводного плавания. занимается подготовкой дайверов, стандартизацией процедур и порядка обучения, организацией местных клубов и прочая. Master Scuba Diver Trainer —

профессиональный
уровень подготовки в PADI. Позволяет обучать других инструкторов.
4 кессонку раз схватила — кессонная болезнь. При быстром всплытии после длительного погружения, растворённые в крови газы выделяются в виде пузырьков (как при открытии бутылки с газировкой) и закупоривают сосуды.

5 Жи́ва– славянская богиня жизни.

6 …яркую флуоресцирующую краску — флуоресцеин, если кому интересно. Он не отражает, а переизлучает попавший на него свет, поэтому даже минимальное количество этого вещества в воде даёт очень яркую окраску ядовито-зелёного цвета. Позволяет увидеть имеющиеся в данном месте течения. Абсолютно безвреден и быстро разлагается.

Глава 6. Таинственный незнакомец

Воздух в гроте был на удивление свежий, пропитанный морскими запахами. И не просто свежий, живительный. Дышать было легко, несмотря на повышенное давление, и дайверы вскоре почувствовали себя намного лучше. Даже последствия резкого сброса давления, которое чуть их не убило, совершенно не ощущались.

Семён прошёлся по гроту, дотронулся пальцами до водяной стены, что отделяла людей от водной стихии. Рука легко прошла через эту волнующуюся границу и стайка серебристых рыбок шарахнулась от неожиданно возникшего среди них артефакта.

Он коснулся сознанием энергетического фокуса этого места и перед ним развернулась картина, очень похожая на то, что он "видел" когда они со Славяной исследовали таинственное Обо. К этому времени Семён уже более-менее представлял себе, как надо взаимодействовать с этой странной "системой", поэтому просто захотел узнать побольше про сам грот. И информация снова "упала" ему в сознание.

…этот "грот" был построен относительно недавно, 30 с небольшим тысяч лет назад, когда Чёрное море было просто большим пресным озером и уровень его был много ниже чем сейчас. Внизу под этим обрывом располагалась удобная гавань, а здесь, в ста метрах над ней, устроили наблюдательный пункт. Потому и нет разрыва в парапете, нет входа сюда снаружи, что попадали на эту площадку снизу, по той самой винтовой лестнице. Вернее, не по самой лестнице, она была эдаким запасным вариантом. А вот по оставшемуся свободным от ступенек пространству в середине шахты двигалась вверх и вниз площадка диаметром чуть больше метра. Вот она и служила лифтом. Семён мог и сейчас вызвать этот лифт, но надо ли в присутствии такого количества лишних глаз?

Поэтому он ничего никому не сказал, только обратился к нагини:

— Анна Давидовна! Есть тут что-то, что следует отобразить в отчёте?

Виталий Михайлович смерил его очень внимательным взглядом, а главная хранительница древностей СКУНП, как ни в чём ни бывало, ответила:

— Всё как всегда, ничего необычного. Если только какой труп не утонул в этом колодце, конечно. Здесь в последние пару-тройку лет аквалангисты не пропадали? — обратилась она к инструктору.

— Навскидку нет, — ответил он и уточнил: — А если даже и так, мы что, полезем в этот колодец?

— Нет, естественно, — ответил за всех Семён.

— Тогда какая разница? — совершенно резонно заметил Виталий Михайлович.

А вот Семён, всё же, счёл нужным уточнить:

— Господа… и дамы. Очень большая просьба — во всех сообщениях и отчётах придерживаться официальной версии: во время обследования грота никаких необычных явлений не происходило. Зашли в грот, осмотрелись, заглянули в колодец, насколько это возможно визуально, и ушли без происшествий.

— Даже Басову? — с некоторым скепсисом уточнила нагини.

— О том, что случилось докладывать только Басову и Юсуфову, только при личной встрече и только на территории, контролируемой Службой, — уточнил Семён.

— Вот тогда пусть твоя жёнушка нас и лечит! — вредным голосом заявила Анна Давидовна.

— Как будто с тобой что-то сделается… — проворчала Славяна, вставая.

— Между прочим, от того, что вы тут устроили, даже меня пробрало! А добрый человек до сих пор сидит, слова вымолвить не может!

— Слово-то могу, — вздохнул инструктор, — но пройти обследование после такого точно надо.

— Эх, эксплуататоры вы все… — проворчала Славяна, подходя к нагини и делая движение руками, словно оглаживала её от головы до ног. После чего отвесила подруге лёгкий подзатыльник и заявила: — Я же говорю, ничего с тобой не сделается!

— А с чего же тогда даме было нехорошо? — озабоченным голосом уточнил Виталий Михайлович.

— А с того, что если заглотила зайца, лежи себе в болоте и переваривай тихонько. Нечего в человека перекидываться раньше времени, — не менее вредным голосом ответила Славяна.

— Сама ты в болоте, — отмахнулась Анна Давидовна, — и что поделаешь, если Басову вечно неймётся. И вам тоже отдохнуть спокойно не дал. Эта нора уже сто тыщь лет стоит и ещё столько же простоит. Нет, приспичило ему инспекцию.

Семён светить своё новое знание и уточнять, что гроту не сто тысяч лет, а всего 30 — 40, не стал, потому обсуждение и заглохло. Славяна тем временем принялась совершать такие же пасы над инструктором, но его диагностика и лечение потребовали больше времени. Видать случившаяся встряска для обычного, хотя и очень сильного и тренированного человека не прошла даром. Семён любовался супругой, хотя и испытал укол ревности. Она скосила на него глаза, хитро улыбнулась и заявила:

— А вот тебя я лечить не буду, сам должен уметь такие травмы править!

— Разберусь, — кивнул Семён и на всякий случай спросил: — Ты-то сама как?

— Если бы наша шебутная не умела собирать себя после таких мелких приключений, от неё уже давно бы ничего не осталось, — всё так же насмешливо ответила нагини. Славяна фыркнула, но подтвердила её слова:

— Наша мудрая змея, конечно, заливает, но я действительно уже себя восстановила.

Семён на это кивнул, закрыл глаза и… система снова среагировала на его неосознанный запрос. Перед внутренним взором предстали присутствующие в гроте люди. Он мог видеть их словно они были прозрачными, система выделяла разным образом разные органы и системы органов и вполне возможно, сейчас он мог сделать себя и своих товарищей по приключению абсолютно здоровыми и даже более. Но… он не понимал большей части того, что сообщала ему система, а дать команду: "Сделай так, чтобы всё было хорошо!", не давало простое соображение: А как понимает вот это самое "хорошо" эта древняя информационная и не только система? Совпадает ли это с тем, что он бы сам посчитал за хорошо? И с тем, как понимают это пришедшие сюда вместе с ним люди? Поэтому он перевёл внимание на себя и занялся самолечением, как его учили этому Яга и Юсуфов. И всё равно, система словно стояла у него за плечом, пытаясь давать подсказки, некоторые из которых оказывались понятны и полезны, и словно подхватывая то, что он начинал делать и выполняя действия за него, причём намного чётче и эффективнее. Так что, уже через минуту он открыл глаза, чувствуя себя намного лучше, чем перед началом погружения.

Тут инструктор посмотрел на часы и задал вполне резонный вопрос:

— Итак, господа… и дамы… наша программа здесь выполнена?

— Даже перевыполнена… — проворчала Анна Давидовна.

Семён на это только кивнул:

— Надеваем снаряжение и уходим.

Все надели акваланги, проверили как всё работает и он дал команду на заполнение грота водой. Раздалось журчание и вода стала заполнять полость, постепенно поднимаясь. Несмотря на то, что происходило это довольно быстро, никакого, обычно сопровождающего такой процесс бурления не было, а когда последний пузырёк воздуха всосался то ли в стены, то ли в небытие, Семён вышел из системы и последним выплыл из грота.

* * *

Участники экспедиции в аномальный грот пожали друг другу руки, Семён обменялся с Виталием телефонами и договорился о погружении в парочке интересных мест Крыма, уже безо всякой служебной надобности, чисто экскурсии. И молодые умотали.

— Вот ведь подобрались-то! — бросила им вслед Анна Давидовна.

— Конечно, ребята несколько шебутные по молодости… — осторожно начал Виталий Михайлович, но нагини его перебила:

— Да эта Славяна, она же стерва и ведьма, каких мало. А ещё безбашенная, как… не знаю что! Через что нарывается регулярно. Как шею-то себе ещё не свернула?! Хотя может уже и сворачивала… сколько-то раз. Бабка её соберёт по кусочкам, она и снова за старое. А мужиков так отделывает, они от неё только отлетают, кто заикой, а кто вообще седой становится. И к артефактам её не пускают. Однажды взяла, да сдуру одну штуку и активировала. Бункер в клочья, половину образцов в пыль, вторую половину потом пол года собирали по округе. А она стоит посреди воронки, вся копчёная, ободранная и радуется: "Ух ты! Какой фейерверк!".

— И когда успела-то? Ей же всего…

— Ей?!!! Да она ещё с царём Петром на охоту ездила! Я же говорю, ведьма! И этот туда же! Видали: "Пока не нажмёшь кнопку…".

— Бином… — пожал плечами Виталий Михайлович. — Кстати, Анна Давидовна, вы к нам на долго?

— На недельку, если не сорвут. Уж коли выдернули сюда, решила погреться на солнышке.

— Тогда, может быть, сегодня вечером посидим где нибудь? Я знаю тут отличное кафе.

— Почему нет… Витя.

— Тогда может быть я провожу вас… Аня… Вы… где остановились?…

* * *

Остаток дня Семён и Славя потратили на написание отчётов (придерживаясь озвученной ещё в гроте официальной версии, однако не забыв и вставить туда кодовое слово, означающее, что кое-что в отчёт не попало), упаковку секретного чемоданчика и подготовку его для передачи фельдъегерю. А после, свалив проблему хранения государственных секретов на администрацию санатория, бродили по парку, сидели на пирсе, болтая ногами и слушая плеск волн и болтали ни о чём, по молчаливому согласию не касаясь сегодняшнего приключения. Хотя, обоим было что обсудить.

Следующий день был лениво-пляжным, если не считать короткой встречи с фельдъегерем, а после обеда они, опять же, не обсуждая, единым согласованным движением семейной воли, решили посетить Обо.

…на подходе к Обо Семён резко затормозил и поднял руку в останавливающем жесте. Славя тихо подошла к нему и выглянула из-за плеча. У кучи камней тусовался какой-то мужик и совершенно явно что-то колдовал. Славя было дёрнулась устроить какую-нибудь шутку, но Семён её придержал. Что-то в этом человеке было не то и не так. В ауре, в движениях, в том, как он взаимодействовал с энергетическим центром этого Обо. В этот раз они тихонько отступили и осели на скамейке так, чтобы видеть выход с терренкура. Ведь что может быть естественнее пары молодожёнов, обосновавшихся на скамейке в парке? Через пол часа искомый объект бодро и совершенно естественно спустился с горы и направился… в общем, куда-то по своим делам. А молодожёны решили немного размяться и снова пошли проветриться по можжевеловому лесу.

Обо встретило их покоем и безлюдьем. Семён сразу же уселся на кучу камней, сосредоточился, входя в контакт с энергетическим центром и перед сознанием развернулась уже знакомая картина. Но сейчас ему нужно было другое. Что происходило тут пол часа назад? Информация появилась, но, опять же, большая часть была Семёну непонятна. Но всё же кое-что — гораздо больше чем совсем ничего! И это кое-что оказалось весьма интересным: таинственный визитёр пытался войти в систему и ему это даже удалось. Причём, судя по всему, вошёл он, что называется, чисто, вполне законно и не в первый раз. Больше понять что-либо из вывалившейся на Семёна информации не удалось.

— Ну и что будем делать? — задала вполне резонный вопрос Славяна.

— Понаблюдаем. Просто ненавязчиво повертимся рядом, посмотрим ауру и всё такое. А там видно будет.

— Начальству сообщать не будешь?

— Есть подозрение, что это не проблема СКУНП. Это наша с тобой проблема.

— СКУНП может помочь.

— СКУНП работает не под моим руководством и что с этим делать они будут решать без нас. С бабушкой твоей хорошо бы посоветоваться, но надёжной связи нет. Если бы связаться через эту сеть… но… — и Семён развёл руками.

Следующий день они посвятили скрытному наблюдению за таинственным незнакомцем. А тот вёл вполне обычный для отдыхающих на морском берегу пляжный образ жизни. Утром завтракал в столовой, предпочитая рыбные и растительные блюда, потом шёл на пляж, где загорал и купался. Всё как все. Единственное, что его выделяло — тяга к изоляции. Ни с кем не заговаривал, разве что с персоналом по делу, очень мягко, но однозначно отшил стайку девушек, пытавшихся завязать с ним знакомство… А не привлечь внимание противоположного пола он не мог! Идеально развит физически, ловкие, наполненные силой движения, лёгкая седина в коротких волосах придаёт особый шарм, который дополняли татуировки иероглифов, забросанные по всему телу. И украшения, явно золотые: кулон на шее, браслет на левой руке, перстень на правой…

— Увешался, как новогодняя ёлка… И даже не скрывается — проворчала Славяна.

Семён понимающе кивнул: все украшения были магическими амулетами. Уточнил на всякий случай:

— Татуировки тоже?

— Сам же видишь… Слу-у-у-у-ушай! Вот оно что!

— А что?

— Смотрю, думаю: Что в нём не так? А вот в чём дело-то! По виду он европеец, а ведёт себя как японец. Причём породистый. Настоящий самурай. Таких сейчас уже не делают. И аура у него припрятана.

— Как у меня?

— Ну! Бабушкин амулет пробить, это ещё суметь надо! Но… из того что пробивается… Есть что-то общее с тобой. Очень отдалённое, но… не знаю!

— Думаешь этот… второй? О котором твоя прабабушка нам рассказывала.

— Не знаю!

Семён какое-то время напряжённо думал, но в конце концов решился и со словами: "Отойду на пять минут…", слинял. Правда вернулся гораздо раньше.

— Ну и что ты задумал? — строго и озабоченно спросила Славя, когда он вернулся.

— Помнишь ту сову, которую я сделал после общения с Альхазредычем[1]?

— НУ?!

— Я послал её на терренкур, пусть сообщит, когда этот туда снова сунется.

— А ну ка! Пошли домой! — цикнула Славяна и в этот момент было видно, что она и в самом деле ведьма, во всех смыслах этого слова.

— Ну пошли… — Семёну стало ясно, что первой в их совместной жизни крупной семейной сцены ему не избежать.

* * *

Стоило им войти в номер, как домовые тут же попрятались по щелям: настроение вечноюной ведьмы читалось однозначно. А дальше Семёну пришлось выдержать бурю: сначала Славяна ругалась и требовала, потом умоляла, а под конец тихо плакала у него на плече. Но, увы, отговорить мужа от чудовищно рискованной авантюры она не смогла. Прежде всего потому, что оба понимали: другого выхода просто нет.

— Ну и чего ты хочешь этим добиться? — всхлипнула она, выдвигая последний аргумент.

— Понять, кто это. Если это из ваших… наших ВОХРов, значит прощупаем. что от них ждать. Если это… конкуренты, тоже полезно допросить.

— Семён! — очень серьёзно заявила ведьма. — На всякий случай, этот мужик — боец, профессионал. А ты, как боевой маг…

— Я знаю, чуть меньше нуля…

— Ну, что ты! Юсуфов и бабушка тебя хорошо натаскали, но по сравнению с ним ты котёнок. Как и я, в общем-то.

— Но у нас есть пара камней за пазухой! Прежде всего эта древняя система. Она выполнит прежде всего наши приказы, а подключиться к ней мы сможем метрах в десяти от Обо. Так что, как только подходим — логинишься и вызывай защиту. Ты в этих вещах всё одно разбираешься лучше меня. А ещё…

Он усадил супругу на кровать и полез в установленный в номере сейф. Славя прикрыла рот ладошкой:

— Ты представляешь, что можешь там устроить?

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — ответил Семён, доставая ваджру. — А если дойдёт, то по-любому надо уносить отсюда ноги. Причём уже сейчас.

Славя со вздохом прикрыла глаза. Семён был прав. Где бы они ни были, как бы ни прятались, им придётся контактировать с этой системой, просто фактом своего присутствия. А это значит — оставлять следы, которые заметят. Им в любом случае придётся столкнуться и с теми, кто может стать другом и с теми, кто заведомо враг. А подготовиться… Сколько тысяч лет для этого потребуется? И есть ли у них это время? Поэтому она просто сказала:

— Будь осторожен…

— Ты тоже, — эхом откликнулся он.

В этот момент в номер сквозь стену влетела призрачная сова и уселась на подставленную Семёном руку.

— Он пошёл по тропе. — сказала сова скрипучим голосом, правда слышать её могли сейчас только Семён со Славяной, да парочка гостиничных домовых.

— Идём! — решительно сказал Семён вставая.

— Идём! — эхом откликнулась верная жена, но, оглядев жилище, прикрикнула: — Эй! Тихон! Приберитесь тут, пока мы ходим!

И правда, после бурного выяснения отношений номер нуждался в серьёзной уборке, в том числе и магической.

-----------------------------------------------------

1 Альхазредыч– Хусим ибн Альхазред, наследник Безумного Араба, в миру — Александр Поганкин, талантливый, но изрядно неряшливый в плане этики самоучка, тульповод и демонолог, учитель оккультизма и создатель собственной секты. Подробнее о нём в первой книге, главы 18 и далее: https://author.today/reader/116658/945569

Глава 7. Моя (ск)верная дружина

Со стороны могло показаться, что искомый субъект совершает на этом Обо намаз. Уж больно поза получилась похожая: он сидел на пятках, по японски и, слегка наклонившись вперёд, положил руки на камни. Видимо, он очень глубоко погрузился в медитацию, потому как приближения Семёна и Славяны не заметил.

Как и договаривались, Славяна, как только почувствовала контакт, вошла в древнюю информационную систему и принялась контролировать обстановку.

— И что он делает? — шёпотом спросил Семён.

— Ты во всей этой компьютерной ереси лучше разбираешься… — с некоторым раздражением ответила она, но всё же прикрыла глаза на секунду и пояснила: — Если я правильно понимаю, пытается что-то прочитать, а ему не дают.

Семён задумался. Привлечь внимание этого таинственного незнакомца можно было по-разному, но, в конце концов, он выбрал средне-вежливый вариант. Пожав жене руку и шепнув, чтобы оставалась тут, спрятал ваджру за спину и двинулся к Обо. Славя отодвинулась так, чтобы оставаться как можно менее заметной.

— День добрый! — нарочито вежливо поздоровался он метров с пяти.

Незнакомец вздрогнул, выходя из транса, посмотрел на Семёна с явным подозрением, но всё же ответил с заметным иностранным акцентом:

— Здравствуйте.

— Интересное место, — Семён в наглую продолжал навязывать общение, — действительно волшебное, магическое.

— Да, есть что-то такое… — ответил незнакомец без энтузиазма, принимая при этом вертикальное положение. Встал он не рывком, но и не медленно, без пресловутого "перетёк из одной позы в другую", но очень легко и естественно, что выдавало отличную физическую подготовку. — Но извините, я наверное…

— Нет, нет! Это я вам помешал медитировать! Просто интересно стало. Это же настоящее Обо! Ему до сих пор поклоняются… — Семён телекинезом поднял себе в руку один из камней, чья аура однозначно говорила о том, что его положили сюда именно как приношение. — И энергетика здесь мощная, а духа места нет! Интересно, почему?

В глазах незнакомца зажёгся явный интерес:

— О! Вы тоже чувствуете это?

— Да! Ведь и вы тоже! Вот интересно! Духа места здесь нет, а место откликается. Показывает интересные картинки…

— О! Вы даже что-то тут видите? — теперь незнакомец был очень сильно удивлён и заинтересован. — И что же?

— Вижу… всё вокруг. Вот, например, под этой горой есть пещера. Видел корабли в море, подводную лодку…

— Вы не тот, за кого себя выдаёте, — заявил незнакомец, практически без акцента.

— Да я ни за кого себя не выдаю, — сделал удивлённое лицо Семён.

— Наше… сообщество очень маленькое и я знаю почти всех. А кого не знаю лично, я всегда узнаю. За пределами нашего сообщества есть всего несколько… личностей, способных вот так взаимодействовать с… такого рода объектами и все они нам известны. Но про вас я не знаю ничего.

— Надо же! А мне казалось, что про меня все уже всё знают, только мне не говорят, — искренне удивился Семён. — А вы, значит, занимаетесь чем-то типа технического обслуживания таких… объектов?

— И это тоже, но ещё безопасность. Есть вещи, которые должны быть сохранены. Поэтому, я снова спрашиваю: Кто вы?

— Тогда, может быть вы объясните мне, кто я?

Сказав это, Семён вынул из-за спины руку с ваджрой, от чего глаза его собеседника округлились, и решительно снял с шеи маскирующий ауру амулет. Незнакомец несколько секунд смотрел на Семёна расширившимися глазами и со сдавленным возгласом: "Владыка!", рухнул на одно колено. Левую руку при этом он прижал к груди, а правую, сжатую в кулак, упёр в землю.

Славяна на это и вымолвить ничего не могла, а Семён едва удержался от сакраментального: "Мать-мать-мать…", со множеством эпитетов. Ну и что с этим делать? Ладно, если признают начальником, значит можно отдавать приказы. Например — пусть поделится информацией. Правда тут, очень вовремя вспомнился рассказ одного путешественника об общении с людоедами каких-то далёких островов: Там, на островах, принято, что взрослый серьёзный человек должен и сам всё знать. Если что-то важное не знает, значит царь не настоящий. И как тут крутиться, когда не знаешь вообще ничего? Но что-то делать надо и Семён принялся наводить мосты:

— Встань! — приказал он коленопреклонённому воину и тот поднялся, несмело поглядывая на Семёна.

Только после этого Семён надел амулет Яги, комментируя свои действия:

— Информация обо мне не должна стать широко известной.

— Ваша воля будет исполнена, Владыка!

— А теперь назови себя.

— Я воин Стражи из линии рядовых, служу в отряде охраны, несущем службу в Южной и Восточной Азии. По приказу старшего Поста выполняю функции разведки.

— Солдат из линии рядовых выполняет функции разведки? — забросил пробный камень Семён.

— Чистых линий уже не осталось. Старший сказал, что мои маркеры позволяют выполнять в том числе и функции разведки, и приказал выполнять эти функции. И вообще нас очень мало, многим приходится совмещать функции.

— Как же получилось, что вас так мало?

— Старший знает об этом больше. Если вы желаете, я могу вызвать его сюда.

— Успеется. Расскажи, что ты знаешь. Кстати, как тебя зовут?

— Владыка может называть меня так, как ему угодно!

"Точно, жертва генной инженерии!", — подумал Семён, в слух же спросил:

— Какое имя для тебя привычно и удобно?

— Обычно меня знают под именем Майкл МакНилл, подданный Британской короны.

— Хорошо, Майкл. У меня много вопросов, поэтому мы сейчас пойдём туда, где можно побеседовать в комфортной обстановке. И, пожалуйста, веди себя так, как будто мы просто хорошие… уважающие друг друга знакомые.

— Как будет угодно, Владыка! Но я знаю мало, старший Поста может сказать больше.

— Но ты уже здесь, поэтому ты расскажешь мне сейчас то, что можешь и передашь мои слова своему старшему.

Кстати, насчёт того, что знакомые не просто хорошие, а ещё и уважающие друг друга, Семён добавил не просто так: кто знает, в какую кривь вывернет понимание его слов у этого продукта генетических опытов древней цивилизации? Нет уж! Лучше указывать всё прямо и однозначно, не надеясь на понимание!

* * *

Вскоре они осели в кафе на набережной. Маленькая чёрная пирамидка — амулет, блокирующий любую прослушку, входящий в обязательный носимый комплект любого сотрудника СКУНП и слегка доделанный для своих лично Ягой — заняла своё место на столике, Славя заняла место рядом с мужем, вызвав быстрый подозрительный взгляд со стороны МакНилла, и Семён вернулся к разговору:

— Итак, Майкл, каково твоё задание здесь?

Тот снова бросил на Славяну, которая взяла на себя роль молчаливого внимательного наблюдателя, быстрый подозрительный взгляд, но, видимо решил, что начальству виднее и продолжил разговор так, словно её здесь нет:

— Око, находящееся на этой горе, недавно закрылось. Я должен выяснить причину и по возможности открыть его снова.

— Удалось что-то узнать?

— Нет… — эпитет "Владыка" разведчик пропустил, ибо здесь и сейчас в заявленном формате он был неуместен.

— Какова функция этого Ока здесь и почему оно было открыто для всеобщего доступа?

— Стража использует Око чтобы проверять состояние систем защиты и сохранность…

Майкл замялся, подбирая определение и Семён вклинился:

— Пусть будет складов.

Майкл явно ощущал себя не в своей тарелке от необходимости придерживаться такого равного стиля общения. Но, приказ есть приказ, поэтому он только кивнул и продолжил:

— Складов. Здесь, на территории, которую сейчас занимает Россия и некоторые соседние государства, нет Стражи, поэтому Старший отправляет меня и некоторых других, выполняющих функции разведки, сюда с инспекцией.

— Как получилось, что тут нет стражи? И как вообще получилось, что вас осталось так мало?

— Я знаю очень мало, только то, что Старший рассказал мне…

И он пересказал то, что ему совсем недавно рассказывал сенсей небольшой, но состоятельной школы боевых искусств. Это, в общих чертах, совпадало с тем, что им самим рассказывала Лилит.

— Понятно, — констатировал Семён и вернулся к вопросу дисциплины доступа: — Так почему Око было открыто постоянно?

— Старшие стражи, в том числе Инспекторы, которым позволено открывать Око, были уничтожены владычицей. Старший поста не может ни открыть Око с должным уровнем доступа, ни закрыть.

— Ага. А эти Инспекторы держали терминалы открытыми, просто так, для удобства. И вы пользуетесь тем, что осталось, — констатировал Семён.

— Я не знаю, Владыка.

И в таком режиме они проговорили ещё часа два. У Семёна образовалось стойкое впечатление, что он общается с живой, но заметно урезанной версией Википедии, но Википедии такой, в которой нет гиперссылок, есть только поиск. Забьёшь искомое в строку поиска — оно выдаст. Или пошлёт к тем самым загадочным Старшим, что случалось чем дальше, тем чаще. Но кое-что выяснить в конце концов удалось. Например, то, что все объекты, которые интересуют этот древний вариант ВОХРа находятся в Северном полушарии. А что происходит в Южном, их, как бы, и не касается. А ещё, разбирая намёки и околичности, Семён понял удивительную вещь: эти "стражи" генетически запрограммированы на конкретную работу! То-есть родился (или выведен в инкубаторе, вот тут Семён не был до конца уверен) солдатом — солдатом и помрёшь, в крайнем случае, сержантом. А чтобы быть офицером нужны другие гены. Не сможет, даже если захочет! Но и не захочет. Так прошито генетически. Ну и выполнение приказа вышестоящих, безусловно и без сомнений, тоже прошито у Стражи генетически. И всё-то было хорошо, пока жили они в своей большой империи. А вот тут, на выселках, всё естественным образом пошло наперекосяк: генетические линии, которые привязаны, в том числе и к профессиональным способностям, сохранились далеко не все, в условиях явного недостатка народа для естественного воспроизводства и ограниченности возможностей противоестественного, генетические линии начали перемешиваться и размываться, и как вишенка на торте, когда далёкие, даже по меркам долгожителей той древней империи, потомки выселенных на Землю (или спасённых тут, на результат это уже не влияло) дозрели до мысли, что надо что-то всё-таки делать, у Старших этой самой стражи случился тяжкий когнитивный диссонанс на почве противоречивых приказов. В результате Лилит была вынуждена устроить резню среди высшего руководства Стражи. И для Стражи это оказалось фатально: остались только низовые отряды, охранявшие конкретные объекты, но самоорганизоваться они уже не могли. Чтобы руководить подразделением более высокого ранга надо… Правильно! Другой генокод! А его, вот так, на коленке, не поправишь. Лилит, которая на тот момент (а может и на сейчас) оказалась тут самая главная, тоже объединить Стражу в единую структуру и подчинить себе не могла. Нужны командиры более высокого звена, а для их изготовления нет нужных генетических образцов! И, кстати, открытым оставался вопрос: Как эти разрозненные отряды отреагируют на явление Императора народам? Не переклинит ли их как-то на этот раз? А если переклинит, то как? Именно поэтому Семён свернул разговор:

— Хорошо, солдат! Я благодарен тебе и всему твоему отряду за службу! — сказал он, чувствуя себя мошенником. А Майкл на это просто расцвёл и, по всей видимости, только приказ изображать дружескую беседу не дал ему бухнуться на колени. — Теперь текущие дела: передай своему Старшему всё, что узнал от меня и обо мне, но передай также, что моё присутствие на Земле должно оставаться в тайне. Что касается Ока, я подумаю, как решить эту проблему, чтобы вы могли выполнять свои функции. И ещё, передай Старшему: Я хочу знать, как Старшие других отрядов воспримут моё появление?

— Владыка?!… — Майкл аж привстал от удивления, но Семён остановил его жестом:

— Прошло много времени, многое изменилось. Именно поэтому я действую сейчас тайно. Твой старший и весь отряд должны это учитывать. И ещё: Мне известно, что на Земле сейчас действует некто, пытающийся выдать себя за носителя высших имперских маркеров. Я хочу получить как можно более полную информацию об этом объекте.

— Будет исполнено, Владыка!

— Хорошо… — кивнул Семён и задумался. Надо как-то встретиться с этим таинственным Старшим, но как? И вообще, кто он и где? Вот об этом Семён и спросил: — Кто твой Старший?.. Под каким именем он известен? Где его основная база?

— Старший известен как сенсей Ямомото, его база — школа боевых искусств, находится на острове Окинава.

Час от часу не легче. С этим Ямомото точно надо как-то встретиться, но, что-то подсказывало Семёну, что ждать от этой публики творческих решений не стоит, всю организационную работу предстоит выполнять ему самому. Поэтому и забронировал себе некоторый отрезок времени, назначив контрольный звонок на конец сентября, также пароль и отзыв, как в шпионском фильме. И отпустил солдата Стражи восвояси.

* * *

— И что это было? — задала вполне резонный вопрос Славяна, как только МакНилл удалился.

— А это те самые жертвы генной инженерии, о которых рассказывала твоя прабабушка. Вопрос в том, чего от них ждать?

— Вроде, они должны тебе подчиняться…

— Должны! И даже знают, что должны. Вот только кому?

— Что значит: "Кому?"! Ведь ты…

— Да, да, да! Генетические маркеры соответствуют Самому Главному, биоэнергетические, магически и все прочие тоже, вот только один вопрос: Как должен прийти настоящий царь?

Славяна молча уставилась на супруга и тот продолжил:

— Во главе могучего войска, впереди скачет глашатай, провозглашает, потом идут дворники, дорогу метут, потом передовые полки, плацдарм занимают, потом и сам царь с сильномогучей охраной, верными визирями и прочая, и прочая. А если без всего этого, то первая мысль какая? Что царь-то, ненастоящий! А самый прикол в том, что царь-то и правда, ненастоящий.

— То-есть как… — начала возмущаться Славяна, но Семён её остановил:

— А разве не так? Если даже верно всё то, что мы знаем от твоей прабабушки и настоящего царя вообще нет, это не отменяет того, что меня слепили искусственно из каких-то там генетических маркеров, приправили магическими метками и засунули сюда, практически из ниоткуда. Я никак не связан ни с этой гипотетической империей, ни с линией наследования. Вообще никак!

Тут Славяна взяла его за руку и тихо сказала:

— Что бы там ни было, но здесь и сейчас ты самый настоящий из всех возможных. И всё, что тут есть — твоё по праву!

Она помолчала немного и добавила:

— А может… вообще всё, что осталось от этой империи…

— Может быть… — эхом откликнулся Семён. — Но эта с-понтом-верная дружина… не пойми чему они верны и как поведут себя, когда хоть что-то будет не соответствовать тем программам, которые в них прошиты. А что, как и чему должно соответствовать мы не знаем. И никто не знает. И они сами, скорее всего, тоже не знают. И самое страшное, что договариваться с ними, убеждать –без толку. Либо подойдёт по набору параметров, либо не подойдёт. А если одно подойдёт, а другое нет — вообще будет дурдом, буйная палата!

* * *

В этот раз они встретились в Королевской библиотеке в Лондоне.

— Не понимаю, что потянуло вас сюда, в этот мерзкий климат? — начал разговор Второй, в этот раз они говорили уже по-английски.

— А что потянуло вас в Россию? Там климат ещё более мерзкий.

— Там есть…

— Там как-то заметили ауру власти. Ну и что? Как будто это какая редкость, особенно в варварских мирах. Особенно здесь. Я просмотрел местные записи, так тут, даже в записанной истории, носителей этой ауры было больше, чем пустотных вшей на Левиафане. Пусть местные царьки разбираются со своими холопами сами.

— Тогда, что же мы ищем?

— А вы уже готовитесь схватить готового наследника Трона? Если такой вдруг найдётся, я первый бросаю всё и уношу отсюда ноги. И вам советую.

— Я вас совсем не понимаю.

— А что тут понимать? Как будто вы не знаете, на что были способны носители имперских генов высшего уровня. Но, к счастью, таких сюда отправить не успели. Когда готовили этот схрон, сюда забросили двух наложниц верхнего уровня и…

— Странно, кстати, что именно их.

— Ну почему же. Вспомним, что такое наложницы Императора?

— Красотки, сверхискусные в удовлетворении господина.

— И это тоже. Но главное — ведьмы, со способностями на уровне Императора и его ближайших родственников, плюс бескорыстная влюблённость в господина, до безумия, и абсолютная ему верность. Последнее, заметим, было прошито в них генетически, поэтому они имели равный господину доступ ко всем системам и технологиям.

— И вы надеетесь найти здесь такую и как-то приспособить под свои нужды?

— Ну что вы! Я искренне надеюсь, что таких уже не осталось. И я не такой романтик как вы, — хмыкнул Первый. — Мы найдём их дальних потомков, результат скрещивания с местными обезьянами, отберём необходимые образцы, соберём нужный геном и на его основе — особь-носителя соответствующих маркеров с необходимой для нас страховкой от неприятностей.

— Как вы собираетесь искать этих потомков? Как будете выделять маркеры?

— Я же не зря считаюсь одним из самых знающих историков по эпохе падения Империи. Некоторые даже говорят, что самый знающий… Кстати, у вас же есть специалисты по генетике? Вы же как-то собрали особь, которая должна служить отмычкой?

— Это стандартный способ вскрытия имперских схронов.

— Боюсь вас огорчить, но в данном случае функциональность этого способа сильно ограничена. А когда у меня будут на руках данные и образцы, подключим ваших генетиков. Они справятся.

Глава 8. А царь-то ненастоящий! И што?

Майкл МакНилл снова сидел перед сенсеем.

— Итак, ты узнал что-то важное, — констатировал глава школы бусидо, а на самом деле — глава отряда стражи, поставленного сюда с незапамятных времён от имени давно почившей империи.

— Да, сенсей. И даже более того. Но я в серьёзном сомнении.

— Тогда, принесённые тобой сведения тем более важны. Я слушаю.

— Я говорил с Владыкой! — в голосе МакНилла был слышен воистину религиозный трепет. Сенсей на это только кивнул:

— Это большая честь. Но, давай по порядку: Что относительно твоего задания?

— Око было закрыто Владыкой, ибо он счёл, что оставлять его открытым с текущим уровнем доступа слишком небезопасно. В то же время, Владыка не проявил гнева и выразил понимание необходимости данного Ока для исполнения наших обязанностей. Он обещал подумать, как можно решить эту проблему.

— Это хорошо. Что же тебя гнетёт?

— Сам Владыка. С одной стороны, все маркеры читаются в нём однозначно, знаки в его ауре говорят о полном принятии власти, за исключением формального принятия Трона. Читается даже связь с одной Владычицей. Но с другой стороны, он задавал вопросы, из которых можно заключить, что он не знает о нас и об Империи практически ничего!

— Интересно… но возможно… — сенсей Ямомото огладил свою жиденькую бороду. — Продолжай.

— Женщина, которая была с ним. Аура её соответствует местным смертным, но вела она себя так, словно Владычица.

— Это ничего не значит. Владычицы умели прятать свою суть. Если верить легендам, эта их способность очень дорого обошлась многим, склонным к мятежу. Сказал ли Владыка что-то ещё?

— Да. Владыка желает встретиться с вами, сенсей. Но не прямо сейчас. Он назначил время и способ для связи с Ним.

— Значит, в указанное время ты свяжешься с Ним указанным способом, чтобы узнать Его волю. И, согласно Его воле я прибуду для встречи в указанное место или, если Он пожелает почтить нас своим присутствием, подготовлюсь чтобы принять его здесь. Что ещё пожелал Владыка?

— Он задал вопросы. Прежде всего, Его интересует, как отнесутся к его появлению старшие других отрядов Стражи. Признаюсь, я не смог сдержать удивления и посмел перебить Владыку, но Он проявил неслыханную милость и изволил пояснить, что прошло много времени и многое изменилось. Этим же он объяснил то, что явился сюда тайно и соблюдает инкогнито.

— Владыка несомненно мудр, — сенсей произнёс это с изрядной долей иронии, — потому и Владыка.

— Ещё Владыка сообщил, что на Земле действует некто, желающий выдать себя за Него. Он желает узнать об этом самозванце как можно больше.

— Время у нас есть, так что волю Владыки мы исполним со всем тщанием. А теперь, прямо и честно, сообщи мне все свои сомнения.

МакНилл некоторое время сидел опустив голову, наконец, с явным усилием выдавил:

— Я сообщил вам про несоответствия, которые я заметил в прибывшем Владыке. И теперь я сомневаюсь: Можно ли подделать Владыку? Как распознать подделку? Что делать, если появится ещё один Владыка и будет отдавать другие, не совместимые с первым приказы? И не является ли Владыка… — он даже задохнулся от своей смелости, — которого я встретил, фальшивым?

— Это очень хорошие вопросы, ученик. И очень хорошо, что они тебя мучают. Ибо, как мудро заметил Владыка, и в самом деле, прошло очень много времени и очень многое изменилось. И нам… Нам! Придётся решать самим, не оглядываясь на правила и приказы. Я могу ответить на некоторые из твоих вопросов, но остальные от этого станут ещё более болезненными и непонятными. И предки не оставили нам знания, как решить эти проблемы. Не оставили потому, что такого знания у них не было. Готов ли ты получить ответы, от которых проблем будет больше, чем от незнания?

— Если вы считаете, что я достоин…

— Хорошо. Но это только мои предположения. Я думаю, что Владычица Лилит, та самая, которая вступила в конфликт со старшими Стражи, сумела найти неповреждённый генетический образец и из него… или на его основе, вырастила полноценного Владыку.

— Но… это же…

— Она исполнила свой долг по сохранению генетической линии. Но сделать это именно таким образом она могла в одном единственном случае… Можешь сам сказать в каком?

На лице МакНилла отразился ужас и только сдавленный хрип пробился через сжатое спазмом горло. Сенсей кивнул на это и продолжил очень жёстко:

— Да. Это означает только одно: Ждать нам больше нечего. И некого. Той империи, ради которой оставлены здешние хранилища больше не существует. Это всё, что я думаю о статусе Владыки. А что до твоих остальных сомнений, то, как я сказал, ответов нет. Решать нам придётся самостоятельно.

— Я понял, Старший… — ответил МакНилл, опустив голову.

— Ничего ты не понял! Ты займёшь моё место, когда мне придёт срок уходить.

— Но ведь я…

— Чистых генетических линий уже не осталось, а ты лучше всех, кого я знаю подходишь для принятия самостоятельных решений. Именно в таком качестве и с такими обоснованиями я и представлю тебя Владыке. И если мои предположения верны, он одобрит это решение. А сейчас тебе предстоит посетить наших коллег в Норвегии и Канаде.

— А в Британии?

— С ними будем решать по результатам переговоров с остальными.

* * *

Если бы не наработанная годами тренировок русской боевой здравы реакция, Юсуфов несомненно был бы сметён и затоптан вылетевшей из кабинета Басова Анной Давидовной. Та же, яростно шипя про себя что-то явно нецензурное, громко хлопнула дверью и унеслась дальше по коридору. Граф-попаданец осторожно постучал в ещё гудящую от мощного удара дверь.

— Да-да, Ратибор Святославич, входите… — устало откликнулся начальник СКУНП.

— Случилось что-то экстраординарное? — осторожно полюбопытствовал Юсуфов.

— Сам поражаюсь. Прилетела сюда на денёк, тем более, кое-что следовало доложить лично, и лети обратно, отдыхай дальше. Так нет же! Словно ей там мёдом в Крыму намазано! Разоралась с порога… Вот уж точно… Гадюка-переросток!

Юсуфов на это только вежливо улыбнулся. Басов же тяжело вздохнул и перешёл к конструктиву:

— Однако же, по ходу скандала наша Подколодная передала кое-какие важные известия.

— Это касается той инспекции, которую мы поручили цесаревичу? — Юсуфов сразу же понял главное.

— Да, — подтвердил Басов и кратко пересказал ему события, случившиеся в черноморском гроте. — …и в связи с этим, у меня к вам вопрос, Ратибор Святославич. Вы уже довольно давно вращаетесь здесь у нас и разобрались в основных особенностях нашей реальности. Не могли бы вы кратко… именно кратко, по самым важным пунктам, охарактеризовать различия между здешней реальностью и вашей родной?

На это Юсуфов ответил быстро, потому как с самого своего появления здесь собирал и систематизировал такие наблюдения:

— Прежде всего, поражает почти полное отсутствие здесь магов. При том, что людей способных довольно много. По моим наблюдениям, имеющаяся по этому вопросу статистика сильно занижена. В десятки раз.

Это известие заметно встряхнуло Басова, но он промолчал. Юсуфов продолжил:

— Во-вторых, поражает обилие мощных артефактов непонятной природы и происходящих из очень глубокой древности. Или вообще неизвестного происхождения. У меня на родине такого нет. Есть, конечно, артефакты, но почти для каждого известно авторство. Впрочем, при наличии большого количества легальных магов, там, откуда я прибыл, это вполне ожидаемо. Здесь же это выглядит по меньшей мере странно.

— А… про легальных магов, можно подробнее? Как они уживаются с церковью, которая, по вашим словам, там довольно сильна?

— О! Это отдельная история! — Юсуфов заметно оживился. — В самом начале XX века прошёл Поместный собор, который постановил, что поскольку склонность к магии является истинной человеческой способностью, она не может быть дарована Диаволом. Ибо Диавол ничего создавать не способен. Стало быть это дар Божий и само по себе изучение и использование магии не может быть грехом, только лишь пути и способы её применения. Правда обсуждение этого вопроса шло очень бурно, по его результатам с десяток епископов лишились своих бород, многие из уважаемых участников Собора вынуждены были какое-то время носить тёмные очки, а трое вообще приняли схизму… простите, схиму[1].

Басова эта история тоже развеселила:

— Да! Сурово у вас там получилось! Есть ещё что-то важное?

— И имеющее отношение к цесаревичу, я правильно понимаю? — Юсуфов дождался сдержанного кивка начальника и только после этого продолжил: — Там не встречаются сущности типа Яги и Кощея. Разлом в виде реки Смородины с Калиновым мостом имеется, и у Моста издревле стоит мощная застава, которая довольно успешно решает вопрос контроля этого объекта. И, я пока не уверен, поскольку коснулся этой темы вскользь, но есть некоторая странность в местной мифологии.

— Да-да! Это интересно!

— В здешних мифах боги какие-то уж очень реальные. Там, откуда я прибыл, они тоже присутствуют в мифах, но всегда опосредованно. Как некий принцип, закон, иногда через своих представителей, жрецов или оракулов. Здесь же боги ходят среди людей, заводят любовниц и любовников, у них рождаются дети. Складывается впечатление, что в глубокой древности, но уже на памяти нашего биологического вида, здесь побывали представители какой-то очень могущественной цивилизации, чьи технологии слились с магией. И вы считаете, что это как-то связано с цесаревичем?

— А вы не считаете? Особенно после последнего инцидента. Я провёл кое-какое исследование, думаю, вам следует ознакомиться.

И он протянул Юсуфову несколько листов бумаги, исписанных убористым, но очень чётким почерком. Граф погрузился в чтение, а закончив, поднял на начальника удивлённый взгляд:

— Так вы думали об этом уже давно?

— Семён Петрович — гораздо более глобальное явление, чем очередной истинный государь. Меня очень серьёзно насторожило, что стали пробуждаться очень разнородные артефакты, относящиеся к… так скажем, совершенно разным доменам[2] и я осторожно собрал и систематизировал поступавшую информацию. Последний инцидент в Крыму просто придал картине некоторую завершённость. И поэтому я задаю примой вопрос: Как вы считаете, имеет ли Персунов отношение к этой самой высокоразвитой цивилизации? Вернее, какое он имеет к ней отношение?

Юсуфов задумался на минуту и ответил несколько неожиданно:

— А что если спросить его лично? Думаю, более надёжного источника мы всё равно не найдём. Разве что, потрясти Ягу.

— Много из неё вытрясешь… — буркнул Басов.

— Вроде как, для неё теперь это дело семейное…

— Вот и поговорите с ней.

— Хорошо. Ещё, я рекомендую не привлекать Персуновых к каким либо операциям до прояснения обстановки.

— Да я уже и сам понял…

— И я сейчас же свяжусь с цесаревичем, посоветую ему проявить большую осторожность.

— Ну советуйте… Только, что толку? Вот ведь подобрались-то! Ну ладно, Ягична! Но от Персунова я такого не ожидал!

* * *

— Брат Абрахам! Рад вас видеть! Но вы встревожены? Что-то серьёзное? — Великий мастер ВМЛА был самой любезностью.

— Да, дело касается нашего предполагаемого врага.

— Которого из? — Великий мастер сразу стал серьёзным.

— Русского. В существовании того, о котором нам сообщили из России и который, якобы, интересуется Британией, я сомневаюсь.

— Предполагаете, что брат Феликс нас обманул?

— Скорее, искренне заблуждается. Но позвольте…

— Да, конечно, я вас слушаю.

— Я проанализировал косвенные проявления связанные или предположительно связанные с явлением Врага. Я отсеял то, что мы не можем однозначно связать с появлением конкретно интересующего нас объекта. И результат получился удивительным! Как вы знаете, любой из существовавших ранее так называемых истинных королей относился к конкретной культурно-исторической области и мог взаимодействовать только с относящимися к ней артефактами. Но сейчас пробудились артефакты, относящиеся к самым разным областям! Ко всем известным нам областям Северного полушария, если быть точным!

Великий мастер откинулся в своём кресле.

— Хотите сказать, что у нас нашествие этих, истинных королей и нас ждёт большая мировая война?

— Или, явился один, который объединяет силы всех.

— Король королей?… — выдохнул Великий Мастер. Он с минуту сидел молча, потом решительно заявил: — Я усилю вашу группу, скажите какие специалисты вам необходимы. Считайте, что у вас есть полный доступ к любым документам и источникам! Ваша задача — точно выяснить, какой из двух вариантов реализуется. В случае любых проблем обращайтесь ко мне лично, в любое время дня и ночи! Сейчас ваша работа — самая важная для Ложи. Да и для всего человечества!

— В таком случае, есть ещё один момент. Я наткнулся на него случайно и не уверен, что это важно, но мне кажется, это может иметь значение.

— Не принижайте свои способности. Какие у нас ещё неприятности?

— Не так давно в Королевской библиотеке появился некий тип, который собирает информацию по генеалогии королевских династий и около. Поскольку я сейчас работаю по проблеме истинного короля, наш брат, работающий там младшим библиотекарем, обратил на это моё внимание. Я, просто на всякий случай, посмотрел кто это и выяснил, что этого человека просто не существует.

— Вот как? В принципе, такие вещи случаются, здесь странность только в его интересе.

— Да, конечно. Но я всё же навёл справки. Знаете, там его видели, там попал на камеру наблюдения и так далее. Так вот, оказывается в Лондоне сейчас действует небольшая группа, мне удалось выявить пять человек, которые общаются только между собой и которых как бы и нет. Живут довольно компактно, покупок почти не делают, даже продукты, но если что-то покупают, расплачиваются только наличными, с полицией и прочими службами практически не взаимодействуют. Мне удалось получить копию документов одного из них. По паспорту получается, что он канадец, но в Канаде такого человека нет и в страну он не въезжал. Я даже не смог выяснить, когда они появились у нас. И сфера их интересов довольно странная: генеалогия, исторические памятники, причём не столько официальные, если можно так сказать, сколько действительно древние объекты, места аномальной активности и… какие-то странные места, ничем не примечательные вроде, но обязательно глухие. Причём ездят в одно и то же место по несколько раз.

— Маги?

— Не знаю. Я приказал за ними не следить, собрал информацию по рассеянным источникам, так что информация, сами понимаете, отрывочная.

— Хорошо… — медленно и задумчиво произнёс Великий Мастер. — Это вы правильно сделали, что не стали за ними следить. Но информацию соберите.

* * *

Инцидент с гротом встряхнул начальство, да так, что Семёна со Славей вообще больше не трогали, до конца отпуска. Даже на полтергейст ни разу не выдернули. Так что отпуск пошёл своим чередом, молодые купались, загорали, ездили на экскурсии официальные и парочку экскурсий сами себе устроили, по нехорошим местам. Зря что ли Славяна оставила себе мотоцикл до самого конца отдыха? Ныряли ещё пару раз с аквалангами, но тут уж Анна Давидовна, которая вернулась после доклада начальству в Крым и постоянно вертелась возле Виталия Михайловича, проследила, чтобы они и близко ни к каким известным СКУНП объектам не подплывали. Семён догадывался, что это начальство позаботилось и нагрузило мудрую змею дополнительной работой на отпуске. Ну а под конец всё тот же инструктор по дайвингу, с которым все уже запросто общались на "ты" и по имени, зазвал их на пикник на Карадаге. Понырять там, посмотреть подводные красоты, заодно настрелять местной рыбёшки и побаловать себя той же самой рыбкой, запечённой над костром.

Когда нанырялись и наохотились (причём нагини, что удивительно, была в человеческой форме), принялись сооружать пикник. Дамы взялись чистить рыбу, мужчины — разводить костёр и готовить решётку для рыбы.

— Кстати, — бросив хитрый взгляд через плечо, заявила Анна Давидовна, — я скоро сюда насовсем перебираюсь.

— Да ты что! — искренне обрадовалась за подругу Славяна. — Предложение сделал?

— Ага!

— Ну ты смотри, не задуши его в страстных объятиях.

— Вредная ты. Ты бы своего на метле прокатила разочек, или в ступе. Или боишься, что сбежит?

— Так летали, в ступе, целых два раза. Потом решили, что нельзя, из-за конспирации.

— И даже не пыталась его вытряхнуть? И пест он на ногу не уронил?

— Представь себе! Не уронил! — с заметным раздражением заявила Ягична. — И из ступы не вывалился. А второй раз сам напросился! — последнее было сказано с заметной гордостью.

— Крутой! — искренне восхитилась нагини.

Славя решила перевести разговор в более безопасное русло:

— А как же твои любимые хранилища?

Нагини отмахнулась:

— Светик справится. А я тут буду разгребать. Заглянула мимоходом в местные хламовники, так там такие завалы…

Она оглянулась и, заметив Семёна, который оставил костёр на Виталия и отдрейфовал к удивительно плоской вертикальной каменной глыбе, рявкнула:

— А ну, отойди оттуда!

— Да ладно! — легкомысленно ответил Семён и провёл вдоль скалы рукой. На скале вспыхнули ряды символов.

— Что это? — удивлённо спросил тихо подошедший Виталий.

— Не знаю… — пожал плечами Семён. — Сюда бы Федю.

— Лучше бабушку, — возразила Славяна, движением руки стирая надпись. — У нас всё готово, как угли?

--------------------------------------

1 схизма– по церковной терминологии — раскол, ересь. Схима — самая строгая форма монашеского обета. Предполагает жизнь в одиночестве в глухих местах.

2 домен– исходно — феодальное владение, область, где сюзерен является полновластным господином. В данном случае имеется в виду зоны распространения культур, традиций, религий.

Глава 9. На высшем уровне

Счастливые и беззаботные дни отпуска остались позади и молодому лейтенанту предстоял первый выход на службу. А это важное событие! Водораздел. До того ты был курсантом, студентом, слушателем, до того ты только учился, всё, что ты делал было учебным упражнением. Понарошку. Когда всё можно исправить, переделать, а если что — мудрые преподаватели подскажут и научат.

Теперь всё по-настоящему. Теперь тебе предстоит решать настоящие боевые задачи, теперь от твоих решений будет зависеть многое. Иногда — жизни других людей, а может и всего государства. Теперь тебе предстоит нести полную ответственность за свои решения, а оценки тебе будет ставить сама жизнь. Да и жизнь пойдёт совсем другим чередом. А если ты ещё и поменял на этом коротком отрезке между учёбой и службой свой статус — заканчивал Академию холостым, а на службу выходишь уже женатым — считай ты вообще другой человек и в другом мире оказался. И должен представиться и начальству, и коллективу, уже в новом качестве. И представиться и проставиться. Конечно, в ФСБ хмельные застолья на рабочем месте исключены, а уж в СКУНП, где под чутким руководством Басова хранят традиции аж от самого Железного Феликса — тем более, но какое-никакое угощение товарищам ты предложить просто обязан.

Семёна в первый выход на службу провожала молодая жена. Она же и собрала в своём стиле, снабдив объемистым пакетом пирогов. Ну, а что там долго выдумывать? Русский фастфуд он навечно вне всякой конкуренции. И по вкусности, и по удобству. Если, конечно, делано прямыми руками. Но ведь это же Славяна! Сама она осталась дома, у неё и дома будет чем заняться. Семён же решил в первый рабочий день не гонять своего служебного "козла", а пройтись до офиса своей группы пешком. Благо погода отличная, да и идти всего-то минут сорок. Вышел пораньше, только отошёл от дома, так чтоб подъезд не видно было, а рядом с ним тормозит такси. Высовывается в окно таксист, весь из себя такой простой мужичок в кепке и кричит:

— Командир! Что ноги-то мять! Садись подвезу!

Семён вроде бы и удивился, хотел вежливо отфутболить навязчивый сервис, но как пригляделся к водиле, все возражения застряли у него в глотке. Внимательными глазами на него смотрел президент Российской Федерации.

— Это косплей, шутка или провокация? — тихо уточнил Семён, заглянув в авто.

— Есть вопросы, которые лучше уточнить напрямую, — так же тихо ответил водитель, — вот и решил вспомнить молодость. Садитесь, ваше высочество, есть о чём поговорить.

— Рисковый вы человек… — констатировал Семён, усаживаясь рядом с водителем и ставя на приборный щиток маленькую чёрную пирамидку — стандартный амулет СКУНП от прослушки, слегка (а может и не слегка) доработанный Ягой.

Глава государства продолжать обмен любезностями не стал, тронул машину и сразу перешёл к делу:

— Поймите, Семён Петрович, вы — явление мирового масштаба и с вашим появлением, вернее проявлением, зашевелились самые разные силы. Теперь это шевеление уже не зависит от вашего желания, да и самого вашего существования. И мне, по должности, положено знать: Что происходит? Что за всем этим стоит? И чего от ситуации ждать, в конце концов! И что-то мне подсказывает, что информация из первых рук будет самой достоверной. Я прав?

Вот так, ненавязчиво, собеседник давал понять, что с одной стороны выдаёт некоторый аванс, хотя бы на время разговора принимая царевича-без-царства в чём-то равным себе по статусу, а с другой — намекая, что готов разрешить все проблемы по принципу: "Нет царевича — нет и царства.", как и всех связанных с ним проблем. И только неуверенность в том, что с исчезновением царевича рассосутся и связанные с ним сложности, останавливает от радикального решения. Такая прямота, да и сама решительность в организации встречи, вызывали уважение и серьёзную опаску. А ещё подумалось, что слухи о том, что прежнему президенту в своё время был предложен гуманный выбор: "Уходишь по состоянию здоровья добровольно или по причине сердечного приступа не добровольно.", вполне могут быть обоснованы. Такой может. Ну что же, придётся держать предложенный уровень.

— Придётся начать очень издалека, — сказал Семён спокойно, — к тому же, знаю я мало, всё с чужих слов.

Собеседник промолчал и Семён приступил к сути:

— Давным давно…

— В одной далёкой галактике… — глава государства не удержался от некоторого скепсиса.

— Не уверен, что в одной и, что в такой уж далёкой. Но совершенно точно, что во многих пластах реальности, процветала крупная по земным меркам империя… В этой империи активно использовали генную инженерию и технологии воздействия на реальность, родственные нашей магии…

Разговор вышел коротким, но очень напряжённым, по крайней мере для Семёна. Приходилось очень быстро думать над каждым словом, чтобы с одной стороны показать собеседнику, что царевич не так уж и без царства, что оставлять это царство без царя — как минимум рискованно, что желающие наложить лапу на наследие этой империи уже здесь и разобраться с ними современными средствами и технологиями не выйдет. Не забыл помянуть, что человеку без нужных генетических маркеров ларчик не откроется и Стража не подчинится. Не забыл вбросить и такую мысль:

— Есть основания полагать, что у наших схронов может быть система самоликвидации на случай несанкционированного доступа. И хорошо, если выжжет только конкретный… ну пусть будет склад, а не разнесёт всю Землю.

— Судя по тому, что вы рассказали про эту империю, возможно… — кивнул президент, заруливая куда-то в переулки. — Можно уточнить ваш статус в этой системе и как так получилось?

— Наследник трона империи… вернее, того, что от него осталось, первой очереди. А получилось… Одна дама, родственница моей супруги…

— Яга?

— Нет, страшнее. Так вот, она нашла где-то запасные генетические материалы, на их основе вырастила меня в инкубаторе и подкинула родителям. Причём она утверждает, что второй экземпляр взять больше негде.

— То-есть без вас добраться до наших запасников не получится?

— По крайней мере, штатным образом.

"А при нештатном может рвануть!", — мысленно повторил Семён, искренне надеясь, что президент понял намёк. Тот о своих выводах говорить не стал, только уточнил: насколько непосредственное начальство Семёна в курсе ситуации и что он собирается делать?

— Большую часть всего этого я узнал в отпуске и передавать информацию по открытым каналам связи не решился… да и по нашим закрытым тоже как-то ненадёжно… — ответил Семён, — А планы… из конкретики пока только два пункта: вытрясти из Яги побольше информации и выйти на контакт с этой Стражей. Выяснить кто они? Что могут? Чего от них ждать?

— Что ж… в сложившейся ситуации с этого пожалуй и стоит начать. Есть что-то такое, в чём я мог бы помочь?

Такой постановкой вопроса Семён был явно озадачен, поэтому замялся:

— Ну… моё непосредственное начальство…

— СКУНП в любом случаен будет работать прежде всего под… по вашему направлению. Но, на всякий случай возьмите, — президент протянул Семёну сложенный вчетверо листок, — на тот случай, если понадобится связаться со мной напрямую. Вообще-то, такую информацию всегда передают устно и держат исключительно в памяти, но вы бином и не прошли необходимой подготовки, поэтому так. Но всё равно, помните, это даже не особой важности[1], это выше.

Увидев, что Семён замешкался, президент подбодрил: — Берите, берите! Если оно будет, но не понадобится, гораздо лучше, чем если понадобится, а его не будет. Кстати… — он остановил машину: — Вот этот двор пройдёте насквозь и выйдете в переулок, где находится ваш офис.

— Что мне доложить начальству про нашу беседу?

— Да всё и доложите, кроме последнего.

Они пожали друг другу руки и Семён вылез из машины.

* * *

В офисе Семён быстро уточнил: на месте ли начальник, переоделся в форму[2] и отправился на приём к дядьке, представляться как положено.

— Товарищ полковник! Разрешите представиться по поводу присвоения первого офицерского звания и зачисления на службу! — молодцевато доложился он, входя в кабинет Юсуфова.

Юсуфов торжественно поднялся, пожал руку, поздравил. И с началом службы в офицерском звании, и с женитьбой. Пожелал всяческих благ и уточнил насчёт планов. На это Семён только вздохнул:

— За время отпуска выяснилось кое-что важное, я не решился передать это по открытым каналам. И сегодня кое-что случилось.

— Тогда сядем, рассказывайте!

Семён начал было с сегодняшней встречи на высшем уровне, но дядька его остановил:

— Если я правильно понимаю, вы обсуждали какую-то информацию, которую получили во время отпуска. Начните с неё, так будет логичнее.

Семён вздохнул и принялся пересказывать Юсуфову то, что только что рассказывал первому лицу государства. И тут сработал богатый опыт графа: своими наводящими вопросами он помог царевичу очень качественно структурировать то, что тот уже знал, а из этого извлечь ещё очень много полезной информации. Потом он рассказал об утренней встрече.

— Надеюсь, вы удержались от того, чтобы давать какие-то конкретные обязательства? — озабоченно спросил дядька.

— Разве что, обещал передавать открывшиеся технологии в первую очередь России.

— Зная вас, трудно ожидать других вариантов, так что, можно считать, вы ничего и не обещали. Ведь правда не обещали?

Семён прокрутил ещё раз в голове утренний разговор и кивнул:

— Вроде, ничего.

— Это уже хорошо. Ну а теперь можно поговорить и о ваших планах. Что же вы собираетесь делать в ближайшее время?

— Ехать к Яге, тем более, что к ней вообще надо заехать, уже по родственному, и готовить встречу с этой Стражей.

— Позвольте возразить! Сначала сформулируйте, что вы хотите от встречи с Ягой и от встречи со Стражами? И с кем конкретно из Стражи вы собираетесь встречаться?

— Ну… Яга знает многое из того…

— Вот и запишем те вопросы, которые вы желаете прояснить, ведь, что не записано, то потеряно.

С этими словами дядька вручил царевичу тонкую школьную тетрадку и ручку.

Через два часа, семь сошедших с Семёна потов и три исписанные от корки до корки тетради, был составлен список из десятка вопросов, которые необходимо задать Яге в первую очередь и ещё трёх десятков, задавать которые или не задавать следовало решить по результатам ответов на первые десять.

— Ну вот теперь вы можете ехать к своей родственнице с визитом вежливости, — удовлетворённо пробасил Юсуфов, — только постарайтесь выучить эту схему опроса наизусть, чтобы не лазить в тетрадку по ходу разговора. А планировать контакт со Стражей надо будет уже после того, как вы проанализируете полученные ответы. Когда собираетесь навестить родственницу?

— Лучше не тянуть.

— Вот и отлично! Значит, на завтра планируем вам задание по доставке Яге кое-каких документов. Можете приступать к работе.

Напоследок Семён не забыл пригласить дядьку на общие посиделки с пирогами в честь своего выхода на службу (и женитьбы, заодно). Юсуфов радостно согласился: общего предвзятого отношения к Яге и её внучке он не разделял, а вот кулинарное искусство ведьм оценить успел.

А в общей рабочей комнате офиса их уже ждали: и чай-то заварен, и столы-то сдвинуты. Аппетитный аромат, что просачивался из сумки новоиспечённого лейтенанта, поборол все предрассудки….

* * *

…Тот, кого мы уже видели и в Рио, и в Королевской библиотеке, известный нам под прозвищем "Первый", сегодня напряжённо работал в своей лондонской квартире. Он склонился над большим столом, на котором были разложены откровенно жёлтые газетёнки и журналы, посвящённые всяческим эзотериям и уфологиям, очень внимательно изучал лежащие перед ним статьи и делал многочисленные пометки, как в самих газетках (удивительно, но ни чем иным, как купленным в ближайшем магазине простым карандашом), так и в висящем рядом с ним в воздухе прозрачном подобии экрана планшетника. Причём делал он это со всем тщанием, обращая внимание на запятые и опечатки.

Второй зашёл к нему без стука. По правде сказать, он и не входил. Просто появился в прихожей и всё.

— Коллега? Вы увлеклись местной прессой? Неужели в ней можно найти информацию о генетических линиях оставленных тут наложниц?

Первый недовольно оглянулся через плечо и словно отмахнулся:

— Япония и французское дворянство, там можно нарыть кое-что. Но есть что-то более интересное.

— Что именно? И что вы нашли в этих коллекторах местных суеверий? Я понимаю, вы учёный, но…

— Вот именно… Я историк и работа с документами — основа моей специальности. И в этих статьях я нашёл кое-что интересное по нашей с вами совместной работе. Вот, смотрите… — и он провёл пальцем по одной из газет, оставляя на статье светящийся след, как от маркера.

Второй прочитал, совершенно по-человечески протёр глаза, прочитал ещё раз. Первый с явным торжеством в голосе уточнил:

— Не правда ли, очень похоже на описания одного уникального имперского артефакта высшего ранга, который давно считают утерянным? А вот ещё… — он отчеркнул тем же способом несколько строк в другом издании. — Этот артефакт, конечно довольно известен, можно сказать, продукт серийного производства, но тем и хорош! По описанию ясно, что автор видел его лично! А теперь, обратите внимание на контекст: все упомянутые артефакты самопроизвольно активизировались. А это, насколько нам известно, может произойти только в одном случае: если где-то рядом находится представитель правящей династии очень, очень высокого ранга! Как бы не сам император.

— Но вы же сами говорили…

— Говорил. Но факты!

— Поверьте, это не факты, — он указал на лежащие на столе газеты.

— Коллега! Вынужден повториться: я историк, причём, как некоторые считают, выдающийся. Работа с источниками — основа основ моей работы, простите за тавтологию. И я могу сказать об этих документах очень многое. Например то, что все эти статейки написаны на основе одного документа, автор которого лично видел некоторые из указанных артефактов. И, скорее всего, лично видел их активацию. По крайней мере на этой картинке — движением руки он подсветил одну из иллюстраций, — мы видим очень качественно воспроизведённый кусок текста на высшем имперском. Согласитесь, это чуть больше, чем просто коллектор слухов и суеверий. Тем более, как я уже сказал, все они составлены на основе одного единственного документа.

— А это вы откуда узнали… хотя да, вы же историк… — последнее было сказано уже с некоторым уважением.

— Вот именно. Если интересно, то вот эти статьи, — повинуясь движению его руки несколько заметок осветились синим, — писал один автор, вот эти, — ещё несколько подсветились красным, — другой, а оставшиеся — два человека в соавторстве.

— И что это значит?

— Скорее всего то, что по этой Земле гуляют несколько подлинных имперских артефактов, что недавно они среагировали на что-то, что приняли за представителя правящей династии и что кто-то слил, как здесь говорят, эту информацию, причём так, чтобы кто-то, кто знает о чём речь, сделал правильные выводы. А вот, что это значит для нас и, что делать исходя из этого… Простите, но ведь вы — специалист по работе в полевых условиях.

Он задумался на секунду и добавил:

— Вообще-то, я бы поговорил с автором исходного документа. И про артефакты, и про то, кому и зачем он сливает эту информацию. Похоже, местные обезьяны оказались чуть разумнее, чем мы ожидали.

— В который раз убеждаюсь, что вам самое место в моей команде. Подумайте серьёзно, мы с вами можем добиться очень многого. Что же, пойду разбираться с этими умниками.

— А я, пожалуй, наведаюсь в местные музеи. Кажется, я напрасно пренебрегал здешними хранилищами древностей.

— Вам виднее… только… я дам вам в сопровождение одного из моих бойцов. И не спорьте! Я ведь специалист по полевой работе!

---------------------------------

1 особой важности — высший гриф секретности, выше чем "совершенно секретно".

2 переоделся в форму — ритуал представления — весьма популярный во внутреннем расписании воинских подразделений. Офицер представляется начальнику по поводу любого изменения в своём служебном положении: получения нового звания, должности и т. д. и т. п. Я, сказать по правде, запамятовал, как это происходило в мою бытность в КГБ, а уж как сейчас и подавно не знаю. По-моему, для представления всё-таки надевали форму. Также насчёт обращения, я не уверен, как оно сейчас? "Товарищ полковник!", или: "Господин полковник!". Так что списываю со старых, советских ещё традиций, а если кто в курсах, как оно происходит нынче — поправьте.

Глава 10. Хранительница

Заехав на двор к Яге, Семён вдруг почувствовал, что он дома. Огромные ели, гостеприимная избушка, волчара-серая-морда, несущийся из лесу с топотом, достойным тяжёлого рыцарского коня, пушистый Баюн, что так настойчиво ластится и мурчит… Даже ворчливая Яга воспринималась сугубо по- домашнему. Ведь вот так ворчать можно только на своих. А Яга, между прочим, мучилась, раздираемая противоречивыми чувствами. С одной стороны, наконец-то кровинушка её устроена! Муж умён, перспективен, способности огромные, хоть и не раскрыты ещё, Славяне ровня и, что важней всего, по сердцу внучке пришёлся. Но вот не доверяет ему Яга полностью, хоть ты тресни! А тут ещё и разговор пошёл, вроде семейный, но по ходу и вопросы пошли серьёзные. Правда тут Яга быстро сообразила:

— Ты сразу скажи, царская твоя морда, с вопросиками этими, тебя кто надоумил? Бес твой или граф залётный?

Семён на это даже смутился, хотя, чего смущаться-то, всё ведь по делу! Причём дело такое, его со Славяной напрямую касается.

— Ну… Вообще-то, все эти вопросы очевидные и необходимые, просто Юсуфов помог мне всё это собрать в одну систему.

— Ясно-ясно… ты, кстати, с этим графом осторожней, он царедворец и никто не знает в каком колене, умеет царями крутить, как собака хвостом. Ещё, небось, родиться не успел, а уже умел.

— Ну я-то пока…

— Пока, дорогой мой, только пока!

— Вот чтобы мы на этом "пока" не загнулись, и надо во всём разобраться! — с некоторым раздражением влезла Славяна. — Причём желательно вчера!

И она выдала бабушке всё, что удалось узнать о залётных охотниках за сокровищами, появившихся на Земле.

— С этого и надо начинать… — в своей обычной ворчливой манере заявила Яга и приступила таки к объяснениям: — С языком всё должно быть просто. Если мать моя… — эту фразу она произнесла каким-то странным тоном и явно проглотила пару эпитетов, — про тебя говорит правду, то высший имперский язык должен быть прошит у тебя в мозгах. Генетически. Увидишь текст и должен стразу понять. Кстати, без этих генетических закладок понять его считается невозможным.

— Наверное, мой мозг не знает, что должен… — вздохнул Семён.

Яга, вместо ответа, провела над столом рукой и перед Семёном возникло некое подобие экрана, на котором светились замысловатые знаки. "Явно не буквы…[1]", — автоматом отметил он, вглядываясь в ровные ряды символов. Что-то где-то в душе шевельнулось, как будто сознание пыталось вспомнить что-то знакомое… Но нет, этим всё и ограничилось. Он попытался медитировать над этими символами, но добился только того, что ощущение забытого, что никак не можешь припомнить, усилилось, но и только.

— Нет, — вздохнул он в конце концов. — Что-то вертится, но… — и сокрушённо развёл руками.

— А точно это знание прошито генетически? Или просто предрасположенность к пониманию? — осторожно уточнила Славя. — Может есть какая детская книжка с картинками? Просто попробовать.

Семён высказал другое предположение:

— А ещё, это же совсем другая культура. Там наверняка были какие-то вещи, которых у нас нет, как-то по другому логика, в конце концов!

— Хм… — глубокомысленно ответила Яга и перед Семёном появилась объёмное изображение какого-то мужика и несколько знаков снизу, как подпись.

— Это император, он правит Вселенной, — чисто по приколу прокомментировал Семён.

— И чего ты прибедняешься? Всё правильно прочитал! Слово в слово, — удовлетворённо кивнула Яга.

— Бабушка! Это я чисто по приколу сказал! — с некоторым испугом начал отнекиваться Семён.

— Ага! Верю! А почему ты именно так прикололся?

— Ну… — никаких других связных мыслей по этому поводу у Семёна не возникло. А вот Славя заметила кое-что интересное:

— На тебя похож…

— Ещё бы! — Яга расплылась в радостной улыбке. — Как-никак, родной дедушка… а то и папа… Если мать моя не врёт… А вот это кто?

Изображение сменилось и перед Семёном появилась какая-то девушка, на вид — ровесница Славяны. В смысле, выглядела на столько же, на сколько и Славяна.

— Ну если прикалываться дальше, то это императрица, верная помощница императора.

— А говоришь, читать не умеешь, — равнодушно пожала плечами старая ведьма.

И сколько потом бы Семён не убеждал её, что просто прикалывался, она только глубокомысленно хмыкала и задавала вопрос: "А чего именно так?". Ещё несколько картинок, которые Семён "прочитал" столь же верно, окончательно убедили богиню смерти в её правоте.

— Ладно, хватит, дома поиграешься, — сказала она с изрядной долей ехидства. — Поехали дальше твои сомнения разгребать. Что там у тебя следующим номером?

— Ну тогда, как мне получить на руки учебные материалы? И вообще, хорошо бы провести в квартиру интернет и телефон…

Яга сразу поняла, о каких интернете и телефоне идёт речь и, почесав затылок, задумчиво произнесла:

— Это может быть сложно…

Подключиться к сети связи, созданной на Земле древними строителями, обустраивавшими имперское убежище, оказалось действительно сложно. И сложность состояла в том, что уже не осталось никого, кто знал, как это сделать. На предложение Семёна поднять к жизни кого-нибудь из тех строителей, которые здесь всё обустраивали, ещё тогда сто тысяч лет назад ("Вас же не просто так считают богиней смерти и загробного мира!"), Яга коротко ответила: "Сам дурак!", но при этом о чём-то задумалась. Сбросить "учебные материалы" на флэшку тоже не сложилось, что очевидно: совсем другая система передачи и хранения информации. Да и на чём их просматривать?

С тяжким вздохом, явно борясь с душившей её Жабой, Яга поднялась и позвала молодёжь с собой. Возле неприметной двери она остановилась, доставая большой бронзовый ключ, и строго посмотрела на молодёжь:

— Без меня сюда не соваться! Ты, — она ткнула пальцем в сторону внучки, — уже усвоила, а тебя, — она вперила тяжёлый взгляд в Семёна, — особо предупреждаю. Ты, конечно, крутой, и формально тут главный, но рано тебе ещё!

Славя хотела что-то возразить, но Семён тихо пожал ей руку и спокойно ответил:

— Конечно, Хранительница.

Яга смерила его очень внимательным взглядом и вставила ключ в замок. Дверь бесшумно открылась.

За дверью скрывалась обычная на первый взгляд кладовка: длинная комната со стеллажами вдоль стен… ну и что, что у дальней стенки стоит массивный трон, вырезанный из единого куска какого-то тёмного с красными прожилками минерала, на полках лежат довольно странные штуковины из золота и драгоценных камней, да не простых, а огромных!

Вот Славяна застыла перед золотой диадемой, лежащей на аккуратно сложенной мантии красного бархата, расшитой серебром, золотом и драгоценными камнями. Простой обруч, без украшений, как раз ей на голову, посредине — трапециевидный сапфир простой огранки, глубокого синего цвета, сантиметров пятнадцать высотой и пять шириной, по бокам от него — два рубина, узкие, всего по сантиметру ширины и высотой чуть ниже сапфира. И как всё это держится и не разваливается?

— Мало тогда показалось? — грозно спросила Яга. — Опять тебя сюда тянет?

— Тянет, бабушка!… — хрипло ответила Славяна, с усилием делая шаг назад. — Тянет оно меня к себе…

Яга же напустилась на Семёна:

— А ты куда ручонки тянешь?

Тот как раз подошёл к полке, на которой также лежала шитая золотом красная мантия с диадемой. Только мантия эта была более массивная, а диадема как-то уж очень напомнила описанное у Толкиена: узкий, два пальца шириной, обод из чёрного, взблескивающего золотыми и серебряными искрами материала и три острых зубца в районе лба. Средний сантиметров пятнадцать высотой, те, что по бокам чуть пониже. И в основании зубцов переливались и поблескивали мягким светом какие-то камни сложной огранки. Рядом лежали большой золотой медальон на массивной цепи, брошь и простой золотой перстень с печаткой.

Услышав окрик Яги, Семён замер, прислушиваясь к себе, спросил:

— Значит, сюда успели переправить главные символы власти?

Та, что старательно изображает из себя старую ведьму, а на самом деле — древняя богиня смерти, а как сейчас выяснилось — до кучи ещё и Хранительница реликвий древней империи, подошла к нему, осторожно положила руку на плечо:

— Да. И, если мать моя не врёт, то всё это твоё. Но сейчас не трогай, рано ещё тебе.

— Рано, Хранительница, Но кое-что надо сейчас.

И он решительно надел на указательный палец кольцо с печаткой. Тёплая волна пробежала по телу и кольцо поменяло размер, садясь точно по пальцу.

— Ой, рискуешь! А если оно сейчас послало сигнал куда-то вовне?

— Нет, — покачал головой Семён, — это нет…

— Может быть… если кто и знает, то только ты.

Семён же молча подошёл к Славяне, взял лежащий рядом с её диадемой перстень и надел ей на указательный палец, только не на правой руке, как у себя, а на левой.

— Так надо, — сказал он тихо, — не знаю почему, но знаю, что надо.

— Осторожней с этим знанием, касатик. Мало ли, что тебе там в генах прошили, мало ли, что эти вещички нашёптывают. Всё это давно кончилось, очень плохо кончилось, того, для чего все эти штучки выдумали, давно уже нет. Как-то оно сейчас сработает, как в нынешнем мире аукнется? Никто не знает.

— А это здесь вот так и лежит все сто тысяч лет? — спросила Славяна, словно выныривая из транса.

— Сто тринадцать, если быть точным, — подтвердила Яга. — А до этого их носили, чуть не каждый день, ещё дольше.

— Технология, однако, — кивнул своим мыслям Семён.

— Технология, технология, — с обычным своим ехидством подтвердила Яга, — ты только не забыл, зачем сюда пришёл?

— Я так понимаю, вы хотите дать мне что-то типа планшетника или ноута… из этих запасов.

— Правильно понял. Вот, держи! — и она протянула дорогому зятю прозрачную пластинку, обрамлённую… золотом, естественно, чем же ещё! По размеру эта конструкция была где-то с современный сотовый телефон. — Только очень-то не форси этой штуковиной, даже перед своими.

— А как ей пользоваться?

— Вот пойдём в горницу, там всё и расскажу, — вредным голосом заявила Яга. Похоже, она совершенно не горела желанием оставлять наследника престола, стоящего тут же в кладовке, рядом с престолом и прочими регалиями хоть немного дольше минимально необходимого.

Разобрался Семён с древним планшетником на удивление быстро, причём кое-где даже подсказывал Яге. И это при том, что все символы и надписи он если и понимал, то только на интуитивном уровне. В конце концов, Яга не выдержала:

— Не, если прилетят какие зелёные человечки, то на переговоры надо выставлять программиста. И с их стороны тоже. Как бы там нормальные люди ни думали, а у всех программистов шиза одинаковая.

На это Семён только равнодушно пожал плечами:

— Машина Тьюринга[2], она и на Тау Кита машина Тьюринга и сколько бы ни было у тебя пальцев, 1024 всё равно круглое число[3].

— Вот-вот! — ответила Яга, радостно покрутив у виска пальцем.

Они ещё долго обсуждали самые разные вопросы, тем более, что по ходу выплывало такое, что нормальному человеку, даже программисту, и в голову прийти не могло. Но всё же, кое-что стало проясняться. Например, стало ясно про Стражу: сколько их (как и ожидалось, мало), чего могут (хоть и мало, но любое из существующих на Земле государств могут за неделю довести до состояния дикого поля).

— Ты с этой Стражей, кстати, осторожнее. Они, вроде как, и должны тебе подчиняться, типа, генетически, но кто их знает, что там у них за сто тыщ лет мутировало и во что… И как им там всё это перекосило.

— А по протоколу что-то известно? — уточнила Славя. — Ведь кроме чистой генетики с аурой есть ещё и протокол.

— На это, внуча, вообще забей. Во-первых, ничего из этого протокола вы сейчас не воспроизведёте. Людей стольких нет, причём нужных. Чего там за сто тысяч лет у них в мозгах поменялось, что забыли, а что помнят не так, никто не знает. И ещё у каждого чего-то по своему перекошено.

— И чистых генетических линий не осталось, если верить этому МакНилу… — задумчиво сказал Семён.

— А это, как раз, хорошо! — неожиданно оживилась Яга. — И то, что с местными они перемешались, тоже хорошо! Глядишь, где не на одних инстинктах теперь живут, как муравьи какие, а ещё и своя думалка включается, как у людей. Так, может, и договориться с ними выйдет.

За этими разговорами просидели допоздна и молодые заночевали у Яги. Семён со Славей ещё погуляли немного по округе и пошли спать. По тёплому времени печь стояла не топленая и легли они на полатях. Утомлённые долгим и напряжённым днём заснули быстро и Семёну приснился удивительный сон:

…он сразу провалился в осознанный сон. Однако, в данном случае сон вёл его и управлять происходящим Семён не мог в принципе.

Он осознал себя стоящим в просторной зале, обстановка и отделка которой представляла из себя дикую смесь средневековья, хайтека и стимпанка. Перед ним стоял мужик, тот самый император с картинки, показанной ему Ягой. То, во что он был одет легко было принять за какой-то фантастический, вернее — фантасмогоричный вариант боевой брони, но Семён тут же почувствовал какую-то неправильность. Точно! Императору полагается совсем другая броня, а это — экипировка офицера элитного подразделения, причём не придворного, а именно боевого. В этой экипировке и без своего уникального оружия (которого тоже не было) император терял как бы не половину своей боевой мощи, хотя и оставался недосягаем для самых сильных бойцов. Откуда Семён это знал? Просто знал и всё!

Между тем, император заговорил. Говорил он, естественно, не по русски, на очень сложном и богатом языке, но Семён всё равно его понимал. Ну как понимал? Очень многие слова не имели аналогов в современных языках, многие понятия очень приблизительно соответствовали реалиям современности, так что сознание Семёна (и то, что ему сейчас помогало) просто адаптировало слова этого древнего правителя к наиболее близким аналогам. Увы, другого способа понять говорившего просто не было.

— Мой ещё не рождённый сын! Мы никогда не увидимся, поэтому слушай меня внимательно! Ты добрался до этой записи, значит мой план удался, ты вырос в Убежище и стал достаточно взрослым, чтобы взять на себя управление тем, что осталось от моей империи. Остальное уже не спасти. Я отправил в Убежище достаточное количество хорошо обученных представителей большинства элитных генетических линий, также материалов и оборудования. Местное человечество вполне жизнеспособно, в достаточной степени интеллектуально развито и плодовито. Позволяя разумное скрещивание его с имеющимися у тебя генетическими линиями, ты быстро получишь работоспособное и управляемое население, обладающее, к тому же, хорошими военными способностями. Этого должно хватить на то, чтобы начать восстанавливать мою империю, которая теперь будет твоей, используя Убежище в качестве нового её центра. Я понимаю, это претит самой твоей сути, как моего наследника, но первое время ты обязан соблюдать осторожность и маскировку Убежища. И только когда мощь воссоздаваемой империи в достаточной степени возрастёт, ты обрушишь наше возмездие на наших врагов и примкнувших к ним мятежников.

Император перевёл дух и продолжил:

— Ты должен знать, что я устроил несколько ложных убежищ, специально для того, чтобы мои враги нашли их, растратили на них свои силы и повернули в их сторону своё внимание. Это надёжно убережёт тебя от них на длительное время. Мне скрыться уже не удастся, поэтому сейчас я организую несколько показательных карательных акций, которые разозлят мятежников и заставят их сосредоточить все силы на штурме дворца. Это позволит мне сделать так, что главные и самые ценные знания и технологии империи моим врагам и мятежникам не достанутся. Помни! Всё, что осталось — осталось в твоих руках! Воссоздай империю в её былом величии и покарай врагов!

Сон закончился и Семён рывком проснулся. Сел, тяжело дыша и пытаясь унять бешено бьющееся сердце.

— Что случилось? — встревоженно спросила Славяна, тоже садясь и обнимая его за плечи.

— Папа во сне приходил… вот этот… — Семён постучал пальцем по перстню. — Огласил завещание.

— И?

— Воссоздать, найти и покарать… Вот только… в общем, думать надо…

— Подумаем вместе? Только утром.

Сказав это, Славяна легким усилием снова уложила мужа на подушки и сама легла рядом.

--------------------------------------

1 Явно не буквы… — Буквенная письменность — это когда один знак соответствует одному звуку (фонеме). Человек может производить довольно ограниченный набор звуков, а в любом конкретном языке их используется и того меньше. Таким образом получается довольно чёткая закономерность: до 40 знаков — письменность фонетическая, буквенная, 200 — 500 знаков — слоговая (один знак = один слог), больше — те самые иероглифы, которые могут нести как фонетическое, так и смысловое значение (ребусная, ребусно-слоговая и тп системы письма). Поскольку Семён по образованию криптограф, такие вещи он отмечает автоматически.

2 машина Тьюринга — математическая модель, на которой основаны все современные компьютеры.

3 1024 всё равно круглое число — вся компьютерная техника основана на т. н. двоичной системе счисления и скорее всего, так было и останется во всей Вселенной, ибо это самое экономичное решение. В двоичной системе круглыми числами являются степени числа 2, 1024= 2 в 10 степени. На эту тему даже анекдот есть: Программисту понадобилось 1000 рублей до зарплаты, но для круглого счёта он одолжил у товарища 1024 рубля.

Глава 11. И всё же: А царь-то настоящий? И который из?

Утром они выехали пораньше, чтобы Семён перед службой успел забросить жену домой. Вообще-то, первоначально Славяна хотела погостить денёк у бабушки, но после вчерашних откровений им с Семёном требовалось поговорить с глазу на глаз. Первой начала Славяна, как только они выехали со двора:

— Ну и что тебе сказал папа?

— Да в общем-то, ничего особенного. И ничего такого, чтобы надо было подхватываться и бежать вотпрямщаз…

Он взглянул в требовательные глаза супруги и пояснил:

— Подтвердил то, что мы и так знали. Ну и так, кое-что по мелочи выплыло, но это действительно мелочи. Ты мне лучше скажи, что у тебя с этой короной было?

Славя потупилась и заёрзала.

— Ну… мне тогда было всего пятнадцать. Бабушка куда-то улетела по делам, а эту дверь забыла закрыть. Она предупреждала, чтобы я по кладовкам не лазила… Но ведь интересно же! Вот я и заглянула. А там… Ну ты сам видел. А мне, почему-то запала эта корона. Но она ведь красивая! Правда? Вот и захотелось примерить.

— Слушай, а там же рядом другие, такие же. Почему именно эту?

— Не знаю… — Славя смутилась.

— Ну ты её надела…

— Ага… И тут меня накрыло… Видения… знаешь, как осознанный сон, но только я ничего не могу сделать… там столько всего разного было! Половину, конечно, не поняла… — сказав это Ягична порозовела, — сейчас тоже не всё понимаю. Сколько я там проторчала не знаю, помню только, как бабушка с меня эту корону сдёрнула и из кладовки за косу вытащила. А потом так розгами отходила! Я после этого три дня могла только стоять или на пузе лежать.

— Сурово она с тобой… А она вообще часто что-то забывает? И эту дверь вообще можно забыть закрыть? По-моему, как мы вышли, она сама закрылась. И вообще исчезла.

— Что ты хочешь сказать?

— Тянет от всего этого какой-то лютой подставой! А учитывая, как в этой империи любили играться с генетикой… может и права твоя бабушка, не стоило эти колечки трогать…

— Придётся! — решительно заявила Славяна. — И колечки, и всё остальное! Без этого мы не сможем управлять всей этой… фигнёй, которую тут нам оставили.

— Значит справимся! — решительно улыбнулся Семён.

* * *

Сенсей Ямомото сидел за большим круглым столом. Кроме него за столом присутствовали ещё трое, Один из них — высокий широкоплечий мужчина в косухе, которого выделяли мощная копна соломенного цвета волос и глубокого синего цвета глаза. Вторым собеседником был смуглый мужчина с чёрными волосами, забранными в косичку и орлиным носом, также одетый в косуху. Из его волос торчало большое перо. Третьим был тоже голубоглазый и светловолосый, однако одет он был в строгий деловой костюм. Оставшиеся восемь мест, равно как и тринадцатое, напоминающее скромный, но трон, были пусты. Все, кроме Ямомото, присутствовали тут в виде голограмм, но не таких пошло-примитивных, как нам показывали в "Звёздных войнах". Любой сторонний наблюдатель подумал бы, что все они присутствуют тут во плоти. По крайней мере, до тех пор, пока его рука не прошла бы через одного из собеседников. Все четверо были совершенно разными, но в то же время в их лицах угадывалось что-то неуловимо общее.

— Братья! Все вы в курсе случившегося и понимаете ради чего я вас сегодня собрал. Нам надо принять решение, как мы будем действовать дальше, — Ямомото говорил на языке, не известном на Земле. Да и перевод их беседы можно было сделать только очень приблизительный.

— Теперь будет решать Владыка, — пожал плечами индеец.

— Не всё так просто, Змей, — возразил тот, что был в деловом костюме. — Если я правильно понимаю, даже Ямомото не уверен, что этот Владыка и в самом деле Владыка. Да и сами обстоятельства его появления вызывают серьёзные сомнения. Мы же вообще знаем что-либо только со слов нашего брата, а он сам знает этого… пусть будет, Владыку, только со слов своего разведчика. Которого и самого можно считать разведчиком только по названию.

— Артур! Неужели у тебя сохранилась парочка чистых линий? — с насмешкой спросил блондинистый гигант в косухе.

— Ты прекрасно знаешь ситуацию! — с заметным раздражением огрызнулся Артур.

— Тогда какие претензии к нашему брату?

— Никаких. Просто констатация факта. Разведчик, как мог, опознал этого неизвестного как Владыку. Только и всего.

— А ещё этот неизвестный проявил способности, доступные только Владыкам, — вставил Ямомото.

— Манипулировал Оком? Это действительно серьёзно, — согласился индеец.

— Тем не менее, Владыка должен… — не унимался Артур, но голубоглазый богатырь его перебил:

— Владыка никому ничего не должен! Это мы должны Ему подчиняться!

— При одном условии, Тор! Если это Владыка! Вспомни, что сказано про явление Владыки в наших инструкциях! Его явление должно предваряться приходом Вестника, которого мы опознаем…

— Не мы, а Старшие… — скромно вставил слово Ямомото.

Все замолчали. Старших больше нет и взяться им на Земле неоткуда. А если и появятся, на должность их могут назначить только Владыка или одна из Владычиц. А нового Владыку, равно как и сопровождающих Его Владычиц, должны представить Страже Старшие. Которых нет и взяться им неоткуда…

— Тот, кого мой разведчик опознал как Владыку, кем бы он ни был, произнёс очень мудрую мысль: прошло очень много времени и очень многое изменилось. Нам придётся решать самостоятельно. Решать, как мы будем исполнять. Не приказы, наш долг.

— Прежде всего, надо выяснить, действительно ли тот, кого встретил твой разведчик — Владыка? — заявил Большой Змей.

— Прежде всего, — настойчиво вклинился Ямомото, — нам надо решить, как мы будем выступать в сложившейся ситуации. Будем ли мы каждый принимать решение самостоятельно или мы объединимся и выработаем общее решение, которого будет придерживаться каждый?

— А ты будешь командиром, брат… — ехидно произнёс Змей.

— Я не способен. И никто из нас не способен, мы все это знаем, — спокойно возразил Ямомото, — но у нас уже есть опыт принятия коллективных решений. Решений, которых мы все в последствии придерживаемся. Нам это проще, чем смертным, потому что в силу генетических особенностей мы гораздо более рациональны.

— Я думаю, ты спешишь, брат, — спокойно возразил Тор. — Сначала следует посмотреть на этого Владыку, узнать подробности, в том числе и по своим каналам, и только после принимать решение. Он хочет встретиться? Прекрасно! Пригласи его…

— Только не к себе, — встрял Артур. — Мы не можем рисковать ещё одной базой. У тебя же есть доступ к опустевшим базам в России? И сам Владыка сейчас пребывает в России. Прояви вежливость и организуй встречу на одной из этих баз, ради Его удобства, — эти слова были сказаны с изрядной долей горького ехидства. — Ты и сам можешь присутствовать там дистанционно…

— Нет! — Ямомото был предельно решителен. — Я желаю видеть Владыку лично. Но если гнев Его обрушится на меня или он окажется самозванцем, и я не устою, Змей, прошу тебя позаботиться о моей базе и моих людях.

— Хорошо… Но… Братья! Вам не страшно? То, что мы здесь обсуждаем и как обсуждаем… Это же измена! Обманывать и проверять Владыку?!!!

— Увы… Но… как сказал тот, кто может оказаться Владыкой, действительно прошло очень много времени и очень многое изменилось… — казалось, что Артур выдавливает эти слова через сжатое спазмом горло. — Сегодня мы обязаны нарушить букву приказа, чтобы соблюсти его дух. И, да, нам следует разработать планы на случай различных вариантов завершения этой встречи.

* * *

Великий мастер ВМЛА вернулся с празднования Мабона[1] усталый, но довольный. Нет, он не был ярым язычником, да и вообще язычником. Он спокойно, но уверенно веровал в Единого Творца, правда сформулируй он основные положения своей веры и любая из официальных церквей содрогнулась бы от такой лютой ереси. Однако, вера верой, но Братство присутствовало во всех значимых сектах и ересях современного мира, вящего пригляда, а местами и направляющего пинка ради. А то ведь оставь этих обормотов без присмотру и они такого напридумывают (да мало, что напридумывают, ещё и практиковать начнут!), что и черти в аду содрогнутся. Так что посещение всех этих языческих сборищ было для Великого мастера, можно сказать, служебной обязанностью. А ещё это всегда красочное шоу и приятное времяпровождение. Вот и не стеснялся брат Тобиас совмещать приятное с полезным.

Он заварил себе кофе, сел в кресло, поднёс чашку к губам…

— Ну и как прошёл день?

Перед ним сидели двое из тех странных типов, за которыми он приказал наблюдать. Одним из них был тот, кто постоянно ошивался в Королевской библиотеке, второй тоже постоянно мелькал на видеозаписях, однако всё больше на заднем плане. Именно поэтому брат Тобиас определил его как руководителя либо аналитика всей группы. А ещё эти двое производили странное впечатление. С одной стороны их аура вроде как лучилась силой. Чудовищной, немыслимой силой, а с другой, было в них что-то неправильное. Почти сразу он понял: их ауры были слишком одинаковы, как копии одного изображения. А под этим, Великий мастер уже не сомневался, заёмным одеялом прятались вполне обыденные ауры вполне ординарных людей. И всё же они владели магией. Прямо сейчас тот, кого Великий мастер условно назвал Аналитиком, нагло и весьма топорно просматривал верхний слой воспоминаний. Ну в этих-то играх брат Тобиас поднаторел ещё смолоду! Сколько таких псионических битв он прошёл, когда враги дружелюбно улыбаются друг другу на светских раутах, пожимают руки и в то же время пытаются выкачать из сознания и подсознания противника важную информацию, попутно засовывая в то же подсознание какую-нибудь смертельную закладку. И в этих играх он совершенно обоснованно считал себя мастером. Сколько таких доброжелателей после встречи с ним пошли примерять дубовый сюртук[2], а он вот добрался до кресла Великого мастера! Второго по влиятельности человека в Британии. Второго, после королевы, хотя с этой оценкой вполне можно и поспорить.

Защита против этой атаки была отработана до автоматизма: сознание разделилось на несколько слоёв-потоков, в верхний слой всплыл вполне естественный испуг и заранее заготовленная мешанина случайных мыслей на тему: "Как же так?! Как же моя защита?!", во второй слой упали воспоминания про сегодняшние гулянья, а третий… третьим слоем было спокойное дзенское молчание, из которого Великий мастер взирал на творящееся безобразие и руководил процессом. И, заодно, попытался по созданному противником каналу проникнуть в его собственное сознание, но упал в какой-то странный и сложный конструкт, плавающий в ауре оппонента. Связанный с аурой и, в то же время, отделённый от неё. И информация из его сознания сливалась в этот конструкт. Дальше Великий Мастер не пошёл, на всякий случай. А гости, тем временем, приступили к допросу:

— Да вы не пугайтесь… как вас там? Великий мастер, да? Вы же хотели обратить на себя наше внимание? Вот и обратили. Интересно, зачем?

Сказано это было крайне насмешливым тоном, на грани презрения, что главного масона Англии изрядно раззадорило. Последнее, впрочем, никак не сказалось ни на его внешнем поведении, ни на внешних пластах сознания, где хозяйничал Аналитик. Он всё так же сидел вжавшись в кресло и в верхних пластах сознания царил всё тот же сумбур, только сейчас к воспоминаниям о сегодняшнем празднестве он добавил ворох образов с активизировавшимися артефактами и несколько кадров видеозаписей с этими субъектами. И, чтобы совсем соблюсти образ, стал изображать хорошую мину при очень плохой игре:

— Братство обратило внимание на группу людей с очень странными интересами, к тому же вы ведёте очень необычный и выделяющий вас образ жизни. Я решил подбросить вам немного достоверной информации, которая могла бы входить в круг ваших интересов. Ну и посмотреть, что вы будете делать. Кстати, газету "Запретная история" подбросили в ваш почтовый ящик по моему приказу.

— Ну и что удалось выяснить?

— Ничего существенного. Хотя, если вы ко мне пришли, может сами ответите? Я довольно влиятельный человек в этой стране и вести тут какую-то левую деятельность за моей спиной –как минимум невежливо!

А в верхних слоях сознания всё тот же тщательно поддерживаемый сумбур, который столь же тщательно качал в свои закрома странный биоэнергетический конструкт. Качал совершенно пассивно, не пытаясь хоть как-то воздействовать на мышление жертвы. Сам Великий мастер не стал бы так делать, даже обладай он неограниченным объёмом памяти для хранения всего этого ментального мусора. Ибо бесполезно и бессмысленно, особенно когда тебе противостоит человек с хотя бы минимальной ментальной подготовкой. И потому снова возникал вопрос: Кто эти люди? И как всё это у них работает? И, чтобы проверить одно своё предположение, он решился на небольшую провокацию:

— Кстати, учтите, люди моего уровня всегда находятся под охраной, даже если эту охрану вы сейчас не видите.

Сработало! В конструкт пришло несколько импульсов изнутри ауры оппонента, он сформировал несколько вторичных биоэнергетических конструктов (заклинаний, плетений — как их только не называют). В результате для всей находящейся в комнате электроники была заблокирована возможность работы вовне, а луч из другого конструкта просканировал все стены. Это было откровенно поздно и топорно, такое отключение связи само по себе должно было стать сигналом тревоги, будь у него здесь действительно внешняя охрана. Но даже следа этой мысли не проникло во внешние слои сознания, а вот от второй провокации брат Тобиас не удержался:

— Меня прикрывают несколько снайперов. В случае реальной угрозы вас ликвидируют без предупреждения.

И тут же выпустил в верхний слой сознания образ окна и подсвеченные вниманием видимые в нём соседние крыши.

"Аналитик" скорчил презрительную мину и заявил:

— Не волнуйтесь! Теперь ни одно ваше оружие стёкла в этих окнах не пробьёт.

Здесь Великий мастер успел кое-что заметить: "Аналитик" на долю секунды словно замер, в магический конструкт в его ауре пришёл сигнал откуда-то изнутри и этот конструкт наложил на стёкла какие-то плетения. Сделав это, он спросил с прежней насмешливостью:

— Теперь мы можем поговорить спокойно?

— Кто вы такие и что вам у нас надо?

— А не страшно разговаривать в таком тоне?

— Напоминаю, я довольно влиятельное лицо, а о вас знает уже очень много людей. Если со мной что-то случится, у вас будут очень серьёзные проблемы, несмотря на все ваши возможности.

Между гостями проскочил какой-то энергетический импульс, после чего "Аналитик" соизволил спросить:

— И что вы предлагаете?

— Если вам что-то надо у нас, может имеет смысл просто купить?

— Продаёте то, что вам не принадлежит? — "Аналитик" спросил это с явной угрозой, но тут между гостями снова проскочил какой-то импульс и он отступил: — Хорошо! В очень давние времена на этой планете было оставлено кое-что весьма ценное. Сейчас хозяин пришёл забрать своё. Поверьте, столкновение с ним вполне может стереть всю вашу цивилизацию…

— И по ходу конфликта то, что вы хотите забрать будет уничтожено или сильно повреждено. Никогда не приходило в голову, что договариваться может быть выгоднее?

Великий мастер прекрасно разбирался в людях, даже без чтения мыслей, потому и стал тем, кем стал, и сейчас он хорошо видел, что мыслей "о договариваться" в голову его оппонента и правда ни разу не приходило. А также то, что слова о стирании цивилизации — просто блеф. Становилось примерно ясно, с кем пришлось столкнуться и это открывало определённые возможности. И Великий мастер решил рискнуть:

— Кстати, этот настоящий хозяин, не тот ли, что вышел на контакт с одной из наших лож?

— В Москве? — слишком уж заинтересованно уточнил "Аналитик", а вот на лице второго, которого Великий Мастер определил как "Учёного", отразился заметный скепсис.

И брат Тобиас забросил крючок с наживкой:

— Наши русские братья докладывали о таких контактах, — сказал он вслух, а в верхнем слое сознания всплыло: "Ванкувер!", с заметным ощущением облегчения.

— Это самозванец, — неожиданно подал голос "Учёный".

— А вы? Служить могущественному господину почётно, но надо быть уверенным в том, что господин действительно могущественный и в своём праве. Это, знаете ли, может быть обидно, предложить свою верность самозванцу, а потом получить за него по шее от настоящего хозяина.

— И какие доказательства вас устроят? — снова взял слово "Аналитик", правда перед этим он послал что-то "Учёному".

— Я так понимаю, артефакты должны подчиняться своему настоящему хозяину. Пусть он придёт и покажет свои возможности.

— А этот ваш самозванец, он что-то продемонстрировал?

— Кое-что… — загадочно ответил Великий Мастер, выпуская в верхний слой сознания спешно выдуманный образ человека, выпускающего сотканную из света стрелу из Лука Индры. Этот артефакт невесть какими путями оказался в Канаде и хранился у тамошних братьев.

Между незваными визитёрами вновь возник очень быстрый обмен и "Аналитик" сказал:

— Мы передадим ваши слова государю. А вы пока не спешите присягать этому самозванцу.

И оба пропали.

-----------------------------------------------------------

1 Мабон– языческий праздник Осеннего Равноденствия в кельтской традиции.

2 дубовый сюртук — гроб, однако.

Глава 12. Большой переполох

Сентябрь для Семёна получился очень напряжённым и продуктивным, хотя внешне это было и не заметно. Он учился. Учился обращаться с доставшимся ему царским перстнем, который оказался не просто атрибутом, но и многофункциональным магическим устройством, обеспечивающим, в том числе, и полный доступ к контурам управления всего того, что завезли на Землю в глубокой древности. Приходилось быть очень осторожным, потому что этим колечком можно было устроить… много чего можно было устроить. Как сугубо локального (безбашенная Славяна пару раз умудрилась устроить небольшой пожар), так и очень даже глобального. В результате Семён очень быстро наработал такой самоконтроль, которому могли бы позавидовать и потомственные самураи.

Изучал он и древний имперский язык. Здесь произошёл настоящий прорыв, возможно папино колечко помогло. Оказалось, что эти иероглифы невозможно читать обычным способом, над ними нужно медитировать и ловить появляющиеся образы. Соответственно, и в написании их тоже не было какого-либо канона, создавать эти надписи мог только человек, причём человек владеющий магическим даром, используя что-то типа техники автоматического письма[1]. Главная проблема тут была в том, что реалии той древней империи были ну очень далеки от жизни сегодняшней земной цивилизации. Сознание и подсознание пытались приспособить поступающую информацию к тому, что им известно, интерпретировать всё это в образах и терминах современности, что, откровенно говоря, далеко не всегда было возможно, и в результате порождали совершенно фантасмагоричные иллюзии. Но дело потихонечку шло, поступающую информацию получалось более-менее интерпретировать и упорядочивать и то , что Семён узнавал о жизни той, почившей в глубокой древности цивилизации ему категорически не нравилось.

Ещё одну головную боль устроил ему Юсуфов: взялся учить оперативной работе. Причём экспресс-методом практического погружения в тему. В результате Семён через день таскался по Москве в компании своего дядьки, разбирал вместе с ним различные сценки и ситуации, встречные места, на предмет пригодности для разного рода конспиративных операций. Басов разок побывал на таком занятии, глубокомысленно хмыкнул и нагрузил Юсуфова курсами повышения квалификации для прочего оперативного и научного состава.

А ещё Семён понял, что семейная жизнь ему в целом нравится. Он даже не мог толком сказать: Чем? Вроде и раньше они со Славяной хорошо друг друга понимали, а вот как легализовали отношения и она переехала к Семёну, что-то изменилось. Неуловимо так, но явно в лучшую сторону. Вот и сегодня парковался возле дома он с явным предвкушением: сегодня день Осеннего Равноденствия и Славя намекнула, что по этому поводу будет праздничный ужин… Хотя… У неё разве бывает не праздничный? Мама вон уже ворчит, что если она продолжит так готовить, то скоро раскормит мужа до свинского состояния. Но не раскормит. Папа вот шутит, что у Славяны в голове стоит калькулятор калорий. Но, похоже, не только калорий, а вообще всего: и белков, и витаминов… Несмотря на обильное питание, Семён за последний месяц подтянулся, окреп, стал намного выносливее. Впрочем, как и все члены семьи. И как это у неё получается? Одно слово — ведьма!

С этими весёлыми мыслями Семён припарковался у дома, вылез из машины и уже подходил к двери подъезда, как со стоящей тут же рядом скамейки ему навстречу поднялся мужчина ничем не приметной внешности.

— Простите, государь, могу ли я просить вас о встрече?

"Вот это подстава!", — подумал Семён. И тут же у него в сознании что-то щёлкнуло и… он потом так и не смог понять, что на него нашло. Наверное сказались уроки Юсуфова и те магические тренировки, на которых Яга заставляла его до автоматизма заучивать боевые приёмы. Всего три: одну универсальную защиту, защиту сознания и один атакующий. Но так, чтобы применить не думая. Вот и сейчас он мгновенно провалился в пустоту и спокойствие истинного Дзен, выставил перед собой тот самый универсальный, но, за счёт универсальности — относительно слабый щит и, оставаясь внешне спокойным, спросил:

— Прежде всего, кто вы такой и откуда обо мне знаете?

— Я — отец Онуфрий, представляю нашу Церковь, — ответил собеседник и от Семёна не укрылась небольшая заминка перед фразой: "…представляю церковь", в то время, как представление: "отец Онуфрий", он произнёс уверенно. Похоже, он и в самом деле поп, а вот насчёт того, кого он представляет и представляет ли вообще, у самого преподобного есть некоторые сомнения. Но, в то же время, именно сомнения, самозванцем он не был.

— И что надо от меня Церкви? И, главное, как вы меня нашли?

— Найти было просто. Слухи об инциденте между ФСБ и ФСО[2] разошлись достаточно широко, а дальше дело техники. Вы переехали, но не поменяли свои паспортные данные, а среди сотрудников вашей прежней управляющей компании есть несколько искренне верующих людей…

— И каждый из них ваш агент, — закончил мысль собеседника Семён. — С этим ясно. Что хочет от меня церковь?

Вот тут священник замялся:

— Понимаете… я связан некоторыми обязательствами. С вами хочет поговорить мой коллега из сестринской церкви и мы договорились, не вести с вами переговоры за спиной друг друга.

— Иезуит? — предположил Семён очевидное.

— Он служит в Конгрегации доктрины веры.

И опять же, не "представляет", а "служит в". Из этого получалась довольно странная догадка, которую Семён и озвучил, с ехидной улыбкой:

— Святый отче! Неужто вы со своим коллегой задумали удариться в ересь?

Подтверждая догадку, отец Онуфрий тяжело вздохнул и отвёл глаза:

— У нас с коллегой есть определённые сомнения, поэтому мы и хотим…

Пришло время принимать решение, поэтому дослушивать Семён не стал:

— Хорошо! Встречаемся завтра в два… — сказал он и назвал одну из шашлычных на ВДНХ. Одну из тех, что он, под руководством Юсуфова, обследовал на предмет возможного места для конспиративной встречи. — Надеюсь ваш коллега сможет там быть?

— Да, но я хотел предложить…

— Вы испрашиваете аудиенцию? — эту фразу Семён сопроводил кривоватой улыбкой, намекая, что в каждой шутке есть доля… шутки.

Священник воспринял этот ответ на удивление серьёзно, даже слегка подавился:

— А… Э… Да, конечно.

— В таком случае, до завтра, — сказал Семён с коротким кивком и сделал шаг в сторону, давая своему собеседнику пройти.

— Всего доброго… — слегка запинаясь ответил отец Онуфрий и удалился.

Семён же твёрдым и уверенным шагом вошёл в подъезд и уже там привалился к стене, прикрыв глаза.

— С вами всё в порядке? — озабоченно спросила консьержка.

— Всё хорошо, — хрипло ответил он, доставая мобильник.

* * *

Славяна закончила сервировку стола, достала пыльную бутылку вина, что сегодня пригодится очень кстати. Конечно, не то же самое, что подарок прабабушки, который они выпили на свадьбе, но массандровский портвейн полувековой выдержки тоже хорош! И в этот момент тренькнул телефон.

Увидев, что вызов от Семёна, Славя внутренне напряглась.

— Дорогая, я сегодня задержусь по службе… — "задержусь по службе", означало что-то очень срочное, если Семён просто задерживался он сказал бы "на службе". — Сейчас передам босу кое-какие документы, — "передать документы" означало, что надо быть готовым к эвакуации, — но я не долго, вы мне горячий ужин оставьте.

"Горячий ужин" означал реальный шанс нападения. Сглотнув ком в горле, она обиженным голосом ответила:

— Ну!… Мог бы сегодня пораньше! Ну ладно, подождём тебя.

Положив трубку, она пару раз глубоко вздохнула и спокойным голосом произнесла:

— Так! Пётр Иванович, Раиса Булатовна! У нас ЧП! К окнам не подходить, на телефон не отвечать, никуда не звонить. Достаньте и проверьте тревожные чемоданчики.

Раздался звук бьющейся чашки и слабый писк Раисы Булатовны:

— Что? А как же Семён?

— Семён подал сигнал тревоги, сейчас связывается с начальством и решает проблему, — мягко, но настойчиво произнесла Славяна. — И чтобы он мог спокойно всё сделать и не рисковал лишний раз, нам надо чётко выполнить все инструкции.

— Действительно, Раечка, — Пётр Иванович обнял супругу за плечи, — Семён у нас офицер, служит в серьёзной организации. Там знают, что делать. А мы сейчас будем делать то, что должны делать мы. Тем более с нами Славяна. Она знает, что происходит и что надо делать.

Родители Семёна ушли проверять свои тревожные чемоданчики, а Славя быстро задёрнула шторы (благо, вся потребная защита была наложена на окна заранее) и призвала своего фамилиара — крупного чёрного ворона, тульпу, которого она сделала по примеру Семёна. Уж очень ей понравилась та сова, которая следила за МакНилом в Крыму! Ворон протаял в реальность у неё на руке, несколько секунд внимательно смотрел в глаза хозяйке, принимая задание, после чего каркнул и вылетел сквозь дверь. Славя в магии намного опытнее мужа, потому и ворон её функциональнее его совы. Например, она вполне может смотреть его глазами. Вот и сейчас, он пролетел по всей лестничной клетке до первого этажа, вылетел через парадную дверь, сделал круг над домом и уселся на крышу дома напротив. Пока ничего подозрительного, только удаляющийся по переулку Семён, да мелькнули между домов совиные крылья. Подавив острое желание вскочить на пылесос и лететь следом, она глубоко вздохнула, сосчитала до десяти и сообщила остальным:

— Пока снаружи всё спокойно.

— И что делать? — тихо спросила Раиса Булатовна.

— Сидим, пьём чай, ждём, — бодро ответила Славя. Как бы её ни трясло сейчас, самая лучшая помощь мужу — сидеть здесь, спокойно ждать и помогать его родителям делать то же самое. Да и защитить их, если что, но это она сумеет. Внучка Бабы Яги — не самая слабая ведьма в этом мире…

* * *

Двое, которых мы уже знаем под номерами Первый и Второй, возникли в запертой изнутри лондонской квартире. Без вспышек света, клубов дыма, без каких либо хлопков. Вообще без каких либо эффектов. Просто возникли и всё. Второй сразу пошёл заварить себе кофе, попутно бросив:

— Ну надо же! Пытался меня обмануть! Москва, Москва, а сам всё время думал про Ванкувер.

— А что у них в Ванкувере? И чего вы нашли в этом варварском пойле?

— Вы не правы! В этом напитке есть свой шарм. Надо будет захватить генетический материал, чтобы выращивать его в более цивилизованных местах.

— Так, что там Ванкувер?

— А вот что… — ответил второй от кофемашины и перед Первым в воздухе возникло изображение человека, стреляющего из лука. Только вот тетива и стрела были словно сотканы из света. Выпущенная стрела ударила в крупный валун и расколола его.

Первый, увидев это, посерел.

— Вас что-то взволновало? — спросил Второй, входя в комнату с чашкой кофе в руках.

— Вы можете показать этот лук подробнее?… — хрипло спросил Первый.

— Секунду… — Второй прикрыл глаза, словно задумавшись. — Вот…

В воздухе появилось изображение простого лука без тетивы, покрытого странными знаками.

— Не может быть!…

— Да что с ним такое?! — воскликнул Второй.

— Это оружие использовали… в общем не буду вдаваться в имперскую иерархию… — он вздохнул, успокоился и принялся наконец объяснять: — Артефакт не уникальный, я видел пару таких в частных коллекциях…

— Пострелять не удалось?

— В том-то и дело! Воспользоваться этим оружием может только носитель имперских генетических маркеров! Конечно, этот тип, который стрелял, не может быть ни императором, ни наследником, но даже их родня самой последней линии… это были страшные бойцы! И вообще… Чудовища! Страшные! Не зря же их так целенаправленно истребляли!

— Но-но! Не надо паники! Мой опыт полевой работы подсказывает, что и тут возможны варианты. Так что давайте отправимся в Ванкувер и разберёмся на месте. В конце концов, бросить всё и сбежать мы всегда успеем.

— Вы не понимаете! Само появление такого субъекта рушит все теории! А значит…

— Значит вы, коллега, наткнулись на что-то совершенно уникальное и можете получить доступ к материалом, которые позволят вам перепрыгнуть всех ваших коллег. Или вы позволите…

— Да ну вас! Организуйте базу в Ванкувере. Но, пожалуйста, аккуратнее! А то уже и местные обезьяны нас вычислили!

— Вот такой вы мне нравитесь! Кстати, всё хотел спросить: Какую функцию выполняли все эти наложницы императора?

— Личный гарем императора, естественно.

— А зачем тогда им все их чудовищные способности, ведь…

— И, до кучи, кабинет министров, семейная клиника, детский сад, школа, боевой отряд для особых миссий и масса подобных применений.

— Хм… Неожиданное применение для гарема…

— Ну почему же. Если империя это семейный бизнес, то получается вполне разумная конструкция.

* * *

Странные гости исчезли. Великий мастер ВМЛА спокойно, не спеша, как на тренировке, выжег из ауры оставленную ими закладку, после чего столь же спокойно изучил биоэнергетический конструкт, оставленный ими на стене комнаты. Занятная следилка, но повторить её не получится, потому как держится она только за счёт огромного количества влитой в неё энергии. "Как оно ещё и в видимом свете не светится?", — хмыкнув про себя, подумал брат Тобиас и лёгким уколом разрушил конструкт. После чего пришлось пару минут промаргиваться: при разрушении он таки выдал заметную световую вспышку. А вот наложенная на окно магическая конструкция Великому мастеру понравилась: действительно изящно и функционально. Навскидку, винтовочная пуля с разумного расстояния это стекло теперь точно не пробьёт. Он пошёл на свою холостяцкую кухню, взял один из ножей и сформировал внутри лезвия аналог того конструкта, что гости вбросили в стекло. То, что смог повторить. Не то, чтобы он здесь часто готовил, питался Великий Мастер всё больше в ресторанах или заказывал в тех же ресторанах готовую еду себе домой, но ножами иногда пользовался: пиццу, там, разрезать, например. Так что, полный набор кухонных ножей у него пылился, причём дорогих, керамических. Как раз для подходящих для данного опыта.

Наложив заклинание, он с размаху рубанул ножом по кухонной доске. Вообще-то лезвие должно было разлететься, но нет. Нож легко отрубил угол доски и врубился глубоко в столешницу. И остался цел даже тогда, когда брат Тобиас с явным усилием, раскачивая из стороны в сторону, выдирал его на свободу.

— Не плохо, — сказал он сам себе, возвращаясь в кресло, к своему остывшему кофе.

Надо было хорошо обдумать ситуацию и понять: А что это было? То, что эти ребята не с Земли сомнений не вызывало. Но кто они, чёрт возьми?!!! У каждого артефакт уровня легендарной волшебной палочки, причём не в виде предмета, а встроенный в ауру. Но при этом оба, совершенно точно, не маги. Даже близко не лежало! И магической подготовки у них — ноль без палочки. Пользуются попавшей к ним в руки технологией как лондонский обыватель пультом от телевизора. Это было даже оскорбительно. Сам факт их существования и то, как они смели разговаривать с Ним, с Великим Мастером английской ложи! Поэтому он и послал их куда подальше, подкинув мысль про Ванкувер. Пусть смотаются на другую сторону Земли, поищут чёрную кошку в той тёмной комнате, где этой кошки заведомо нет. А он тем временем… Вот именно!

Служить сильному сюзерену — для европейского духа это естественно, как дышать. Потому и оккупация Франции Гитлером прошла столь бескровно. Пара ритуальных поединков и французы уже присягают сильнейшему. Правда, самой сильной всё равно остаётся британская монархия… Оставалась… До появления этого загадочного истинного государя. И всё это: пробуждающиеся артефакты, таинственный Король Королей и эти внеземные мародёры — Великий мастер уже не сомневался относительно того, с кем ему пришлось столкнуться, как-то связаны между собой. А значит… Почему бы не помочь им встретиться и посмотреть, какой господин окажется сильнее? Да и послужить можно так, чтобы сюзерен сам послужил целям Братства. У масонов в этих делах имеется богатый опыт.

Приняв окончательное решение, Великий мастер оделся и стремительно вышел из дома.

----------------------------------------------------

1 автоматическое письмо — психотехника, заключающаяся в том, что оператор отключает собственное сознание и позволяет своей руке писать любую ересь, которая пишется. Как правило, ересь и получается, но иногда таким образом удаётся получить довольно ценную и не очевидную информацию. Вопрос о том, откуда она берётся до сих пор остаётся не исследованным.

2 ФСО– Федеральная Служба Охраны. Об конфликте между ФСБ и ФСО — см. "Сказъ про царевича Симеона, Бабу Ягу и тайные службы", гл. 30.

Глава 13. Оперативная рутина

Тренькнул телефон. Взглянув на высветившийся номер Славя облегчённо вздохнула:

— Охрана приехала.

— Охрана? — встрепенулась Раиса Булатовна.

— Альфа, как я понимаю.

— У вас в ФСБ всех так прикрывают? — напряжённо хмыкнул Пётр Иванович.

— Семён не все! — жёстко ответила Славя. И погрустнела.

То, что она узнавала об устройстве таинственной древней империи, наследниками которой они с Семёном оказались, ей категорически не нравилось. Особенно то, что ей стало известно о внутреннем устройстве императорского дома. Она была счастлива с Семёном, ей нравились её собственные чувства и их отношения, но из того, что она узнавала следовало, что она была генетически запрограммирована любить его. И это портило если не всё, то многое. Конечно, проблему следовало обсудить с мужем, но… она как-то не решалась. А тут ещё свекровь, добрая душа, подлила масла в огонь. И совсем без задней мысли, просто чтобы как-то разрядить напряжение, поинтересовалась:

— Славяна, а вам и правда 300 лет?

— 315 — рассеянно ответила Славя.

— А вы так сохраняете себя магией? Или какие-то зелья… Молодильные яблоки?

На это Ягична криво улыбнулась:

— Генетика… Раньше я думала, что всё завязано на биоэнергетику, теперь знаю: меня такой сделали.

— Наследственность от бабушки?

— При чём здесь это? Хотя… Это тоже, но не главное. Я — искусственное существо, хотя была зачата и рождена нормальным образом. Меня проектировали и собирали как идеальную пару для Семёна. Прабабушка подсуетилась, если я правильно понимаю.

— Вас? — сказать, что Раиса Булатовна была удивлена — значит ничего не сказать. — А не наоборот? Ведь Семён…

— Именно так. Меня для Семёна, — Славя сказала это, как припечатала. А подумав немного, очень тихо добавила: — Рядом с ним я счастлива. Мы понимаем друг друга… да я даже не знаю, как это назвать! Это действительно волшебно! Но когда понимаешь, почему так происходит… становится обидно. И за себя и за него.

На это Раиса Булатовна очень задумчиво ответила:

— Некоторые учёные считают, что любовь предопределена генетически. Она возникает между теми, кто подходит друг другу… А встретятся они или нет — дело случая. Считайте, что вам помогли.

Славяна на это пожала плечами и ответила:

— Наверное…

А потом улыбнулась и добавила: — Спасибо!

Не то, чтобы слова свекрови сильно разрядили её сомнения, но некоторое успокоение в мятущуюся душу внесли.

* * *

Семён шёл по ночному городу, тщательно соблюдая оптимальный темп движения, выполняя в положенных местах приёмы контроля за возможной слежкой и ухода от неё. А город смотрел на него тысячами недобрых глаз от чего царевич казался самому себе маленьким и беззащитным, вишенкой, лежащей на тарелке под яркой лампой. Сколь огромных усилий стоило ему не бежать, не оглядываться на каждом шагу! Через положенный промежуток времени он вышел в контрольную точку, совершил манёвр, который, по идее, должен был гарантированно сбросить возможный хвост, и направился к… Георгиевскому скверу, что на Большой Грузинской, ибо Юсуфов назначил ему встречу "у памятника Маяковскому", что на их кодовом языке означало: "у памятника Руставели". Пройдя вдоль сквера, Семён зашёл в него с противоположного конца, ещё раз убедившись, что хвоста нет и сел на скамейку возле памятника. Через пять минут, словно ниоткуда, возник Юсуфов.

— Всё чисто. Либо вы сумели оторваться, либо хвоста вообще не было.

Семён судорожно выдохнул.

— Ну, ну, не надо так нервничать, — успокоил его дядька и добавил: — Кстати, поздравляю с боевым крещением. А теперь рассказывайте: что случилось?

Семён пересказал Юсуфову свою встречу с отцом Онуфрием во всех подробностях.

— И что им от меня надо? — выдохнул он под конец.

— Это хороший вопрос, но, думаю, завтра они сами вам всё расскажут. Для вас, цесаревич, — последнее слово он явно выделил, — гораздо важнее другое. Что вам может понадобиться от них?

В последнем Юсуфов явно наступил на горло собственной песне: обычно он ходил круг да около до тех пор, пока Семён сам не приходил к нужным выводам. Но сейчас время поджимало.

Семён тут немного опешил и Юсуфов принялся ему выговаривать:

— Семён Петрович, вы это знаете, но иногда, как будто забываете. Вы — явление всемирного масштаба. Хотите вы или нет, но судьба обычного человека для вас закрыта…

Но тут сам Семён его неожиданно перебил:

— Вы правы, Ратибор Святославич. Не просто закрыта. Уже сейчас в моих руках огромная власть и возможности, а значит — ответственность. Огромное спасибо, что вы иногда мне об этом напоминаете, но сейчас я просто задумался: А и правда, чем они могут быть для меня полезны?

— Это зависит от ваших долгосрочных планов. Понимаете, люди не равны между собой. Есть люди разумные. Но их очень мало по сравнению с количеством условно разумных[1]. Условно разумными я называю тех, кто способен мыслить и поступать разумно только при условии, что за неразумное поведение им светит суровая порка. Но и их мало. Основная же масса способна действовать и рассуждать только по заранее доведённым до них шаблонам. И вот тут-то возникает необходимость в церкви, как некоей силе, освящающей эти самые шаблоны высшим моральным авторитетам. Церкви могут быть в этом вопросе как полезны, так и вредны, именно поэтому практически везде в истории мы наблюдаем определённое сотрудничество государства с церковью. Поэтому же чрезвычайно опасна ситуация, когда эти две силы начинают противостоять друг другу.

На этом Семён задумался. Пока он о таких масштабах не думал. Придавить бы этих таинственных гробокопателей из неотсюда, для этого — хоть как договориться со Стражей… А перспектива создания некоей глобальной структуры, чтобы защищать Землю и людей, на ней живущих, от тех же самых мародёров… Надо, конечно, и церковь здесь может как пригодиться, так и помешать, но это в такой далёкой перспективе и столь далеко от всего, что он знал и умел… И поэтому, только чтобы выкрутиться, Семён предложил:

— Обрисую им ситуацию и пусть сами расскажут, какая от них может быть польза.

Юсуфов на это рассмеялся, искренне и не сдерживаясь, что случалось с ним крайне редко:

— Цесаревич! Должен заметить, вы действительно талантливый молодой человек! Действительно! Они идут выяснять, какую пользу можно сорвать с вас, пусть вместо этого подумают, чем сами могут быть полезны.

— В конце концов, это они просят аудиенции, — усмехнулся Семён развивая мысль.

— Именно!

— Значит сейчас…

— …мы составим словесный портрет этого Онуфрия и вы, цесаревич, отправитесь домой, дабы успокоить семью и хорошо выспаться. А специально обученные люди подберут для вас информацию по отцу Онуфрию и его таинственному компаньону, дабы завтра утром вы смогли подготовиться к встрече.

Семён, было, вскинулся, но Юсуфов остановил его жестом:

— Сила таких организаций как ФСБ или Охранное отделение как раз и состоит в том, что на каждую задачу есть специально обученные люди. И со сбором информации они справятся, уж простите, всё одно лучше вас. И лучше меня тоже. А вам, цесаревич, следует запомнить, что полководец сам идёт в бой в совершенно исключительных случаях. Ваша задача — расставить полки и раздать правильные приказы.

— Да понимаю я! — вздохнул Семён и Юсуфов с усмешкой дополнил:

— …но молодая кровь требует действия… Не волнуйтесь, завтра вам предстоит очень напряжённая встреча. Ну так как насчёт словесного портрета?

Семён молча вытащил из кармана свой древний планшентник, положил на него руку, сосредоточился и перед ними возник полупрозрачный образ отца Онуфрия.

— Солидно! — с уважением произнёс Юсуфов, доставая свой мобильник. — Сфотографировать получится?

— Конечно!

На этом они и расстались. Семён отправился домой, а Юсуфов — в СКУНП, заниматься подготовкой завтрашней встречи. А следом за царевичем шёл человек из наружки — вёл контрнаблюдение. Так, на всякий случай. И Семёна это немного успокаивало. В смысле, успокаивало, но немного…

* * *

Молодой, но уже именитый сотрудник Института молекулярной биологии был заметно удивлён, когда возле самого подъезда его остановил опрятный мужчина неопределённой наружности.

— Сергей Степанович? Можно вас на минутку?

— Да? А кто вы такой и что вам надо?

— Я сотрудник Федеральной службы безопасности. Нам необходима ваша консультация по одному вопросу, — представился собеседник, предъявив удостоверение.

— Приятно познакомиться, конечно, но…

— Давайте проедем туда, где вам всё объяснят. Да и вам самому будет очень интересно!

Последнее ФСБшник произнёс с заметным энтузиазмом.

— Ну… давайте… — с заметным сомнением и замиранием сердца ответил Сергей Степанович.

Ехать пришлось действительно недалеко, всего пара кварталов. Учёный в сопровождении ФСБшника поднялся по лестнице (лифта в доме не было) зашёл в квартиру и…

— Добрый вечер, Сергей Степанович! — протянул ему для пожатия руку человек, не узнать которого было невозможно.

— Добрый вечер…

— Не надо имён. Я знаю, кто вы, вы узнали меня. Можно сразу перейти к делу. Вот образец крови одного человека. Уж какой удалось достать. Исследуйте этот образец и постарайтесь выжать из него максимум информации. И… как вам сказать?… Там может быть что-то необычное. очень необычное, но при этом не бросающееся сразу в глаза. Постарайтесь выявить такие моменты, но учтите, они могут быть очень малозаметны.

— Инопланетянин, что ли, какой-то? — с сомнением уточнил учёный, беря в руки контейнер с пробиркой.

— Давайте я не буду вам больше ничего говорить, чтобы у вас не возникло предвзятого мнения.

— Хо… хорошо… Но, можно вопрос? — и после напряжённого кивка собеседника он решился: — Ходят слухи, что есть какое-то управление по всяческой чертовщине…

— Этот человек связан с этим подразделением. Именно поэтому работу надо провести как можно более конфиденциально и по возможности быстро. Обратитесь к руководителю первого отдела[2], он всё для вас организует. Должен сразу же сказать: здесь всё, что удалось получить, не привлекая ненужное внимание, так что пополнения материала не будет. Расходуйте его бережно. Есть ещё вопросы?

Вопросов, кроме идиотского: "А что мне тут искать?", не было. Что на это мог ответить глава государства? Разве что не мене очевидное: "А кто тут генетик?".

— Как мне передать вам результаты?

Получив в ответ телефонный номер для связи и кодовую фразу, которой должен был известить о завершении работы, Сергей Степанович поехал домой. На служебной фсбшной машине.

* * *

Следующим утром Семён пришёл на службу раньше обычного. И вообще раньше всех. Кроме Юсуфова, который, похоже, вообще не ложился.

Дядька был всё также молодцеват и подтянут, но тёмные круги под глазами выдавали заметную усталость. Получив на руки папку с информацией на преподобного Онуфрия, его возможного компаньона и, в нагрузку, очередное внушение на тему, что он, Семён, не такой как все и задач у него громадьё, поэтому надо уметь выделять то, что лучше делать самому и поручать остальное другим, царевич отправился готовиться к операции.

Открыв папку он бегло проглядел первые листы, посвящённые месту встречи: положение кафе на плане ВВЦ, внутреннее размещение столиков, пути подхода и отхода, опасные и безопасные зоны, возможные позиции снайперов на соседних павильонах и их сектора обстрела… Прав дядька! Наружка сделала работу хорошо, нечего путаться у них под ногами. Но вот заглянув в досье этого Онуфрия царевич крепко задумался. В самом деле, что ему надо от церковников? Что он сам хочет сделать в ближайшее время? И в не ближайшее? Что ему НАДО делать? Этим размышлениям он и предавался большую часть времени, отведённого на подготовку встречи. В результате само досье он просматривал уже наспех, жутко мучаясь угрызениями совести: такую большую работу для него проделали, а он вот так безалаберно к ней отнёсся… Этим же он мучился всю дорогу до места встречи, продолжая размышлять о том, что ему надо делать как наследнику древней рухнувшей империи. И о том, что ему надо делать как фактическому хозяину Земли. Хозяину, потому что все технические средства, оставленные тут в надежде на возрождение, в полной мере подчинятся только ему. Да и организационные структуры… те что остались… должны… наверное…

* * *

К "Бульбяной" — уютному кафе в павильоне, посвящённом Белоруссии, они подошли одновременно, хоть и с разных сторон… Кстати, на тему времени у Семёна с дядькой случилось довольно содержательное обсуждение. С одной стороны, по всем канонам оперативной работы, на конспиративную встречу приходить надо строго в назначенный срок. С другой, это как-никак, аудиенция и тут как бы надо подчеркнуть свою важность. Судили, рядили, но в конце концов точку поставил Семён:

— Нет, Ратибор Святославич! Точность, это вежливость королей.

На том и порешили.

И вот сейчас Семён с одной стороны и два священника в штатском с другой одновременно подошли ко входу в павильон. Там они вежливо пожали друг другу руки, представились. Семён решил не строить из себя излишне вежливого и поинтересовался: чем же сейчас занимается святая инквизиция?

— Тем же, чем всегда[3], — смиренно ответил падре Теодор, — разве что богохульное сквернословие почти исчезло из современного лексикона. И это, должен сказать, целиком и полностью заслуга нашей конгрегации!

Последнее он произнёс с заметной гордостью.

Развивать тему дальше не стали, Семён милостиво пригласил гостей внутрь. А там, за одним из столиков у дальней стены сидели два прилично одетых господина. Стоило Семёну с гостями войти внутрь, как они молча встали и направились к выходу. Один из низ очень естественным образом качнулся в сторону состроившей недовольную мордочку официантки и что-то ей шепнул. От этого выражение недовольства на лице девушки сменилось лёгким обалдением. Семён же спокойно занял место за тем самым столиком и, о чудо, возле столика стояли именно три стула.

Лёгкая тень недовольства проскользнула по лицу католика, а вот отец Онуфрий остался каменно спокоен. Официантка принесла три чашки с чаем.

— Извините, преподобные, — произнёс Семён, — я не в курсе расписания ваших постов и не знаю, что вам можно, а что нельзя, поэтому выбрал самое нейтральное. Но если вы что-то хотите…

— Нет-нет, спасибо, прежде всего мы хотим прояснить некоторые вопросы, — быстро ответил падре Теодор.

Семён кивнул официантке и она испарилась. Он же демонстративно выставил на стол маленькую чёрную пирамидку — стандартный амулет от прослушки, применяемый в СКУНП, что вызвало заметное оживление со стороны преподобного Онуфрия.

— Слышать — слышал, но вижу впервые! — признался святой отец, внимательно разглядывая артефакт.

Семён не стал продолжать эти блуждания круг да около:

— Итак, преподобные, вы хотели меня видеть. У вас есть вопросы, у меня тоже. Но сначала я должен сообщить вам очень важную информацию…

---------------------------------------

1 идея "условно разумных" взята у С. Юрченко, "Школьный демон, 5 курс", https://author.today/work/51432

2 Обратитесь к руководителю первого отдела — первый отдел в любом НИИ, связанным с обороной прямо или косвенно, занимается защитой информации и секретным делопроизводством.

3 Чем сейчас занимается святая инквизиция? — Тем же, чем и всегда. — если не вдаваться в подробности, то современные исследования показывают: основными задачами инквизиции были: поддерживать внутрицерковную дисциплину среди монахов и клира и заставлять их хоть немного соответствовать необходимому моральному облику. Ещё одной задачей, очень важной и отнимавшей много сил, была борьба с тем самым богохульным сквернословием. Это когда народец ругался "упоминая половые органы Иисуса Христа, Бога отца, девы Марии, св. Духа, св. угодников, а также их интимную связь между собой и нечистыми духами.". Этим отметились все сословия в равной степени, в том числе и духовное. Конкретно в Испании была своя специфика: после реконкисты там осталось очень много мусульман и иудеев, которых вынуждали креститься, применяя, как это сейчас говорят, жёсткие экономические стимулы (кнутом без пряника). Многие из них принимали христианство чисто для виду, в тайне продолжая исповедовать свою старую веру. Вот они-то и составляли почти 100% клиентуры мадридских аутодафе (остальные — те св. отцы, которым не помогли исправиться ни галеры, ни порка, ни ссылка в дальний монастырь). Но при всех масштабах массового сожжения, количество таких дел не превышало десятой части от всей работы инквизиции. На преследование каких-то там ведьм после этого не оставалось ни сил, ни имевшегося личного состава, с ведьмами разбирались светские власти.

Глава 14. Машиах явил силу…

Разговор с церковниками начался довольно бестолково. Ну рассказал им Семён про бесхозное до недавнего времени наследие древней цивилизации. Сообщил, что спокойные времена закончились, ибо там, во вне Земли, прознали, какие богатства тут спрятаны, так что теперь только и жди гостей. И с этим надо что-то делать. А дальше всё упёрлось в вопросы полномочий: на резонный вопрос Семёна: "Чем ваши церкви могут быть полезны в моей борьбе?", последовал не менее резонный встречный вопрос: А сам-то ты кто? В несколько более дипломатичных выражениях, естественно, но всё же… И Семён решился:

— Поскольку мой биологический отец был в той цивилизации императором, я являюсь фактическим хозяином всего, что от неё осталось. И здесь, на Земле и вовне.

На лицах священников синхронно проступило сомнение, которое и озвучил господин инквизитор:

— За давностью лет, с юридической точки зрения…

— При чём тут юридическая точка зрения? — Семён изобразил искреннее удивление, хотя не испытывал и сотой доли уверенности, которую пытался демонстрировать. — Поскольку все технологии, доставшиеся нам, завязаны на генетику, доступ ко всему сохранившемуся наследию, равно как и к управлению оставшимися организационными структурами, есть только у меня.

— Как велики возможности этих технологий? — быстро уточнил преподобный Теодор.

Немного подумав, Семён озвучил то, что было ближе всего к истине:

— Можете считать, что мой биологический папа был реальным историческим прообразом вашего бога. То, что он мог творить собственноручно в масштабах любой планетной системы, размером с нашу, вполне соответствует.

А про себя добавил: "И самодурство такое же…".

После этого возник второй естественный вопрос: "А посмотреть?", и активность снова проявил католик:

— То-есть, как я понимаю, вы можете разнести в прах любую планету?

— Всем обязательно что-то разнести… — проворчал Семён, лихорадочно соображая, что бы такое эффектное продемонстрировать. Инквизитор тем временем пожал плечами:

— Создать новый вид животных, например. Или воссоздать, тех же мамонтов.

— Чего их воссоздавать, они в запасниках есть… — задумчиво бросил Семён и решился: — Хорошо, идёмте, покажу кое-что.

Он нашёл пустую скамейку у фонтана Каменный Цветок и пригласил священников сесть рядом. Вроде как на улице прохладно, в фонтан никто не лезет, значит и случайных жертв быть не должно… физически… а психические травмы народец как-нибудь переживёт… Взглядом он указал собеседникам на центральную фигуру фонтана, сосредоточился, прикасаясь сознанием к ваджре. Ничего больше для того фокуса, что он задумал, и не требовалось. Мысленно проложил по точкам маршрут разряда и дал команду "Вперёд!"…

…Синяя молния зародилась в синем небе на высоте чуть больше ста метров и с грохотом устремилась к земле. Правда для молнии развивалась она как-то слишком медленно: от начальной точки до вершины центральной фигуры фонтана сияющий ослепительным светом извилистый канал рос целую секунду. Но над самой верхней точкой фонтана молния замерла на мгновение, отклонилась в сторону и ещё целую секунду сияющий едва ли не ярче Солнца канал разряда всё такой же ломаной линией обошёл каменный цветок по расходящейся спирали, охватывая и сам цветок, расцвечивая безразличные к творящемуся безобразию струи воды самыми фантастическими цветами, и его постамент, сделал два оборота и ушёл в воду, подняв целое облако брызг и пара. Всего пару секунд сверкало грозное явление, прежде чем стремительно, но всё же с доступной для глаза скоростью, молния полностью втянулась в воду. Над фонтаном повисла тишина. Казалось, даже листья на деревьях шелестели тише и струи фонтана журчали приглушённо. Люди же гуляющие по ВВЦ, немногочисленные в это время, стояли, как громом поражённые, и молча смотрели на воду, где только что скрылась молния. Впрочем, почему "как"? Грохотало, как раз, знатно! И в этой тишине раздался истошный вопль:

— Машиах[1]! Машиах! Машиах ходит по Земле! Машиах вступил в Москву и явил свою силу!…

На это Семён процедил сквозь зубы:

— Почему вступил-то? Всегда ж тут был…

Священники на это сдержанно, но очень нервно усмехнулись, а религиозный фанатик, тем временем, перепрыгнул парапет фонтана и, загребая руками бросился к тому месту, где молния ушла в воду. А добравшись до места он принялся истово… наверное, он пытался воду поцеловать, но в ажиотаже не мог добиться нужной точности движений, да и поверхность фонтана от его суеты изрядно волновалась, поэтому он раз за разом бился лицом об эту воду, уходя в неё с головой и вопя в коротких промежутках что-то невнятное. С берега раздалась трель полицейского свистка, сопровождаемая призывами соблюсти порядок и покинуть весьма негостеприимный в это время года водоём. Но куда уж там! Фанатик продолжал отдавать свой религиозный долг, ничего не слыша и не особо видя хоть что-то вокруг. В конце концов случилось неизбежное: во время одного, особо глубокого, поклона лысеющая голова таки встретилась с основанием каменного цветка. Несчастный замолчал, с удивлением глядя на возникшее перед ним препятствие, сделал шаг назад и сел, полностью скрываясь под водой.

Тут полицейские в полной мере проявили положенные им по уставу мужество и человеколюбие. Оба синхронно запрыгнули в фонтан и меньше чем через минуту мокрый фанатик был уже на берегу, кашляя и отплёвываясь. Когда дюжие санитары грузили его в машину с красным крестом и мигалкой, он всё щупал голову и восторженно бормотал:

— Господь благословил меня… Поставил Знак на чело моё…

— Могучий ум… — задумчиво прокомментировал это Семён. — Я бы так приложился, так голова бы треснула, а у него только шишка…

— Так у него же там кость… — криво улыбнулся отец Онуфрий. Семён же на всякий случай уточнил:

— Демонстрация достаточная? Или для убедительности надо что-то действительно разнести по камушку? Храм Христа Спасителя, например?

Помолчав с минуту добавил: — Не хотелось бы, он красивый, но если представители церкви настаивают…

После переговоры пошли чуть более конструктивно, но именно, что чуть-чуть ибо реальных полномочий у священников не было. Ну нет так нет, решил Семён и стал закруглять встречу:

— В таком случае, жду ваших ответов через… недели вам хватит? Чтобы связаться с руководством ваших церквей и получить от них какой-то ответ?

Онуфрий бросил взгляд на Теодора и тот кивнул:

— Да, конечно.

Ну это понятно, почему всё от католика зависит: Онуфрию до патриарха добираться час на метро, а вот Теодору сложнее. Пока-то сигнал из Москвы до Рима дойдёт, пока-то там всё провернётся…

— Хорошо, связь будем держать через преподобного Онуфрия, — этим Семён обозначил, что приватных переговоров не будет. И тут же огорошил священников вопросом: — А что вы сами думаете по поводу сложившейся ситуации?

Повисло неловкое молчание. Священники снова переглянулись и слово взял Онуфрий:

— Церковь есть тело христово на Земле… Носитель Веры Христовой и собиратель опыта служения Господу. Но, в то же время, любая церковь есть земная, человеческая организация и страсти людские не чужды нам, служителям божиим. Равно как ошибки и заблуждения. Разным людям в разной степени и разной форме. Потому любая церковь имеет свои интересы, как земная организация и есть интересы служителей разного ранга…

— То-есть, ваши церкви поддержат того, кто окажется сильнее? А до тех пор будут смотреть на драку и выжидать?

— Скажем так, — осторожно вступил в разговор католик, — пока интересы церкви на какой-то территории не задеты, любая церковь будет придерживаться нейтралитета.

Он хотел было ещё что-то сказать, но, взглянув на своего православного визави, решил ограничиться уже сказанным. Семён прекрасно видел все эти гляделки, но не стал комментировать, А вот чуть-чуть похулиганить решился. Довольно жёстким голосом он заявил:

— И ещё, передайте руководству своих церквей мою просьбу: на любой вопрос о том безобразии, которое я устроил по вашей просьбе, говорить, что церковь не уполномочена давать комментарии на эту тему… Или что-то типа такого.

На том и расстались. Святые отцы ушли решать свои дела, а Семён направился к условной точке, встретиться с Юсуфовым, который именно сейчас правил мозги местной полиции. На предмет: "Не надо никого вызывать по 666-му приказу! Мы уже здесь!". "Мы-то тут всё это и устроили…", — мысленно прокомментировал Семён, готовясь к разносу со стороны Басова.

* * *

Басов рвал и метал. Семён, хоть и чувствовал себя не в своей тарелке, старался казаться спокойным и напирал на то, что святые отцы сами напросились. И вообще, за всем этим безобразием стоит у него хитрый план, нацеленный вовсе не на всяческих попов, хоть наших, хоть латинских.

— И? — мрачно уточнил Басов.

— Я провёл демонстрацию прежде всего для этих таинственных мародёров.

— А это как связано?

— Показать им, что наследство, за которым они явились не бесхозное и за мной стоят кое-какие организационные структуры.

На это Басов опешил:

— Ну ладно, показал, что кто-то играется этими технологиями. Если до них это вообще дойдёт. Но с какого боку тут какие-то "организационные структуры"?

— Если они ищут схроны и артефакты, должны анализировать источники по аномальной активности, даже маргинальные, а там мою демонстрацию точно осветят. Если же церкви выполнят мою просьбу, то и про организационные структуры станет ясно.

— Что за просьба? — Басов нехорошо прищурился.

— Я попросил их, чтобы на все вопросы о сегодняшнем явлении представители церквей отвечали, что не уполномочены его комментировать.

— А в этом что-то есть, — вставил своё слово молчавший в течение всего разговора Юсуфов. — Одно дело, когда кто-то просто играется с технологиями и совсем другое, когда такие организации демонстрируют своё, если не подчинение, то, как минимум, сотрудничество.

— А нам так надо пугать этих таинственных чёрных копателей из неотсюда? — с сомнением спросил Басов. Ответил Семён:

— Если они освоили хотя бы десятую часть того, что осталось от Империи, они размажут ровным слоем любые наши силы. И спецназ, и любую армию и даже СКУНП. Что-то смогут сделать только Яга и Кощей. Пусть лучше думают, что тут уже всё схвачено до них.

Басов хотел что-то возразить, но тут у Семёна зазвонил телефон. Он хотел было сбросить звонок, но как только взглянул на экран смартфона, глаза его округлились:

— Сам Великий Мастер звонит…

Басов состроил удивлённую морду и кивнул. Все притихли, Семён включил громкую связь.

— Да, Феликс Казимирыч.

— У меня для вас личная и срочная депеша от английских братьев.

— Вот как? Насколько срочное?

— Несмотря на высочайшую конфиденциальность, английские братья поделились со мной сутью сообщения. Дело действительно чрезвычайно срочное и опасное.

Семён быстро взглянул на Басова и тот коротко кивнул. Получив благословение начальства, Семён спросил:

— Хорошо, где и когда мы можем встретиться?

— Заходите ко мне в офис. И чем скорее, тем лучше.

— Хорошо, сегодня зайду…

Положив трубку, Семён уставился на начальство несколько обалделым взглядом. Басов на это только покачал головой:

— Ну у тебя и агентура…

— Это уже не агентура, — прокомментировал Юсуфов, — это полноценные дипломатические связи. Ну так цесаревичу и положено.

* * *

Семён всё гадал, как будет прорываться к Казимирычу через заслон из секретарей, но затюканная секретарша на ресепшене узнала его сходу и тут же проводила до кабинета Великого Мастера. Тот свёл положенные приветствия к абсолютному минимум и протянул гостю запечатанный пакет. Семён хотел было напроситься прямо тут просмотреть послание, чтобы иметь представление о чём речь до встречи с Басовым, но неожиданно Великий Мастер сам проявил инициативу:

— Если желаете, можете ознакомиться прямо тут.

"Интересно, интересно… — подумал Семён. — То ли хочет проверить, насколько ему наврали коллеги, то ли какая-то подстава…". Но выбора особо не было и решил рискнуть. И не пожалел! Брат Абрахам Вайперсон, походу принося краткие извинения за попытку убить, довольно подробно описывал свою встречу с иномировыми чёрными копателями и её предысторию. Пришла мысль: "Значит, правильно я сегодня устроил!". Мотивы английских масонов (вернее их главар… в смысле, главы) были очевидны: стравить двух возможных противников и наловить в поднявшейся мути какую-нибудь жирную рыбку. Но было и ещё кое-что. Возникало ощущение, что местный Великий Мастер чего ждёт. Значит, не надо его разочаровывать:

— Как вы сказали, английские коллеги поделились с вами информацией. Что вы сами думаете на эту тему? Или, есть что-то, что вы должны передать мне на словах?

— Нет, никаких дополнительных сообщений для вас не передавали. Но кое-какие соображения есть, если вам интересно.

Семён наградил собеседника вопросительным взглядом и тот продолжил:

— Во-первых, брат Абрахам сильно испуган, что случалось с ним довольно редко. А во вторых, он сильно удивлён. Не знаю, сообщил он вам или нет, но эти… визитёры попались на довольно примитивную уловку. Абрахам, конечно, силён в ментальных техниках, но признался мне, что при внимательном рассмотрении, его обманка была бы легко раскрыта.

— Так может, они всё поняли, но просто не показали виду?

— По его данным, их уже заметили в Ванкувере.

Этого в депеше от английских масонов не было.

— Занятно, — только и прокомментировал Семён, гадая: то ли англичане намеренно передали ему эту важную информацию таким образом, то ли Казимирыч накосячил и сболтнул лишнего. А если так, то какой его в этом интерес? Вслух он спросил другое: — Не поясните мне что такое волшебная палочка и лук Индры[2]?

— Волшебная палочка, она и есть волшебная палочка. Артефакт в форме… указки, который выдаёт довольно сложные магические эффекты в ответ на вербальную или ментальную команду.

— Типа, сказал: "Вингардиум Левиосо", указал на паровоз, тот и взлетает?

— Именно так. Ни одного действующего образца в руки Братства не попадало, однако имеющиеся источники однозначно указывают: артефакт существует и, возможно, не в единственном экземпляре.

— То-есть, любой дворник, получив такую палочку…

— Не любой. Если верить источникам, работает артефакт только в руках людей с магическими способностями, а для адекватного управления им нужна определённая ментальная дисциплина. Вот это и странно! Создаётся впечатление, что эти двое пользуются встроенными в их ауру артефактами, как… тот же дворник пультом от телевизора. Сами понимаете, это нонсенс!

— Почему? Магия как технология.

— Н… не знаю, испытываете вы меня сейчас или издеваетесь, или действительно не в курсе, но магия основана на физических взаимодействиях, принципиально отличающихся от всех остальных. Если сделать артефакт, как вы предположили, он должен быть слишком разумным и слишком могущественным. Он легко подчинит себе… простого дворника. А если встроить его в ауру…

На этих словах Великого Мастера передёрнуло. Семён кивнул, принимая объяснения и сделал в уме заметку: потрясти на эту тему Ягу. После чего продолжил вопросы:

— А лук Индры? И что он делает в Канаде?

— Лук Индры — святыня одного из индийских храмов. В позапрошлом веке его…

— Украли в ходе колониальных войн, — подсказал Семён.

---------------------------------

1 Машиах – царь (иврит). От этого происходит латинизированное "мессия". Греческое "христос" значит, в принципе, то же самое. Никакого противоречия с Новым Заветом тут нет, ибо изначально иудеи воспринимали Иисуса из Назарета как законного претендента на трон, который должен был сместить Ирода, считавшегося узурпатором под покровительством Рима. Не зря же на основании креста прибита табличка с буквами: "ИНЦИ" (INRI в латинском варианте), что расшифровывается как: "Иисус Назарянин, Царь Иудеи".

2 Индра – бог неба и молнии в индийской мифологии. Царь богов.

Глава 15. Круги на воде

Какую дезу подсунул своим незваным гостям брат Абрахам, Семён уточнять не стал, в послании это было, спросил другое:

— Что известно про деятельность этих гостей непосредственно в Ванкувере?

— Точных данных у меня нет. Где-то поселились, а что делают?… Скорее всего, ещё ничего не успели, — ответил Великий Мастер, пожимая плечами.

Тут царевич задумался: узнать о похождениях этих деятелей в Северной Америке необходимо, но, не подставит ли от Казимирыча, спросив англичан об этом напрямую? На всякий случай уточнил и тот тоже задумался:

— Прямого запрета на передачу этой информации не было…

Невысказанным осталось: "Но и разрешения болтать тоже….". Типа, оцени любезность! Семён намёка предпочёл не заметить, но наконец сложил в голове два плюс два и понял, на что напрашиваются английские "братья". Правда давать им полную волю он никак не собирался. Российский масон не лучше английского, конечно, но эти хотя бы тут, под боком, если что и приглядывать проще, и приструнить. Потому и выдал решение:

— Знаете, складывается впечатление, что мне в любом случае придётся взаимодействовать с вашим братством. Для всех будет проще, если я буду делать это через вас. Не откажете мне в такой любезности?

Великому Мастеру Русской ложи такой радости было ну совсем не надо. Велика честь быть посыльным у, пусть и крутого, но профана[1]! С одной стороны. А с другой — этот чёртов "царевич в квесте" уже сила, через него можно получить доступ много к чему, другими путями недоступному. И к информации, и к артефактам… И Великий мастер решился:

— Наверное, вы правы, это оптимальное решение.

— Тогда… технические детали мы обсудим в другой раз, сейчас времени совсем нет. И, если не трудно, попробуйте уточнить у английских братьев подробности перемещений этих деятелей.

На этом и расстались, правда, не забыв на всякий случай, обменяться паролями для следующих встреч.

…Дверь закрылась и Великий Мастер с кривой ухмылкой на лице подумал: "Ну и кто кого сегодня завербовал?". Вопрос повис в астральном пространстве тяжкой гирей…

* * *

Выслушав доклад Семёна, Басов задумчиво усмехнулся:

— Эка ты ловко! Великих Мастеров сразу двух великих лож завербовал! Талантище!

— Это не вербовка, это политические связи, — снова поправил начальника Юсуфов. — Так, что англичане изволили сообщить?

Семён коротко рассказал про неожиданных визитёров, посетивших брата Абрахама. И вывод сделал:

— Значит гости следят за прессой. Сегодняшнее явление должны заметить и сделать выводы. Именно те, на которые я и рассчитывал.

Сказав это он осторожно подумал: "Хотелось бы надеяться…". Басов сосредоточенно постучал пальцами по столу и эти невысказанные сомнения поддержал:

— Хорошо, будем надеяться, что это так. Какие дальнейшие планы?

— Жду эмиссара Стражей, собираю их старших и принимаю присягу. И сразу же нагружаю их работой по гостям. А там, смотря что они выяснят: задержание или ликвидация. На ближайшее время надо встречаться с Ягой. Выяснить какое ещё барахло ходит вот так по свету, бесхозное. Если верить легендам, там могут оказаться очень серьёзные вещи.

— И в руках гостей эти вещи могут сработать, — кивнул Басов, прикидывая в уме: оповещать ли о сложившейся ситуации коллег из ФБР? Или пусть сами нарвутся? Для них это будет приятным сюрпризом. — Значит завтра с утра наносишь визит вежливости дражайшей родственнице.

— Только… Кондрат Вениаминыч! Я хочу показать ей эти документы. Вдруг она найдёт в них чего такого, что мы не знаем?

Басов на секунду задумался и согласился:

— Тогда завтра утром ко мне, забираешь эту папку и к ней.

* * *

У Яги за столом собралась вся семья: родителей Семёна, после эффектного явления церковных эмиссаров, оперативно эвакуировали к ней и вопрос: "Что с ними делать дальше?", пока оставался открытым.

— Да ты, касатик, не дёргайся, граф с бесом придумают, они на таком собаку съели. Ты давай о наших делах говори.

Семён вместо ответа протянул ей папку. Яга внимательно прочитала. Потом перечитала. Потом задумалась, сказала: "Хм…", и снова перечитала. Однако вердикт её был на удивление спокойным:

— Ну, нашлись… Ну и что?

Семён демонстративно молчал, глядя на неё, очень внимательно.

— Ладно, ладно! Только, думаю, это не те, которые тебя ловили через ФСО. Мелковаты.

Семён кивнул, принимая сказанное к сведению и перешёл к следующей части:

— У меня к вам просьба, Хранительница. Составьте перечень того, что сейчас гуляет или может гулять по Земле бесхозное. Вот как ваджра, например, или этот лук.

Яга на это ответила с обезоруживающей простотой:

— А вот этого никто не знает.

— То-есть как?!! — взвился Семён. — Тут у вас что? Ни учёта, ни…

— Тихо, тихо! Остынь! Тоже мне, царь нашёлся… — осадила его Яга и принялась терпеливо объяснять: — И учёт, и контроль, и ревизии. Всё как хорошем колхозе. Два пишем, три на ум пошло тоже, как в колхозе положено, особенно поначалу этим увлекались. Разжиться на Убежище многие хотели. Люди, они, знаешь ли, и в… в общем, там они тоже люди. Так что по накладным одно, а по факту на складе… не совсем всё то же самое. Не маленький уже, понимать должен. Дальше учти, жили здесь долго, сто тыщь лет, с гаком, а жить все хотят хорошо, вот к запасам и прикладывались, регулярно. Опять же, два пишем, три на ум пошло, плюс усушка, утруска, на естественную убыль… В общем, сам не первый раз на свете живёшь, понимать надо. Это всё, конечно, очень мало…

— Относительно общих запасов, — сообразил Семён, — но если посчитать в штуках…

— Выходит прилично, — кивнула старая ведьма и бодрым голосом продолжила, воздев к потолку указательный палец: — НО! И это ещё не всё! Когда всё только начиналось, сюда набежало полно всякого левого народу. Опять же, сравнить с тем, что должны были завезти по штатному расписанию — капля в море, а если посчитать поштучно, то примерно так: тыщи три… ну пусть будет, строителей, грузчиков и так далее, пара тысяч Стражи, рыл в пять сот свита… — Яга задумалась, как бы это сформулировать правильно и Семён сказал за неё:

— Тех самых принцесс, ваших прабабок, — подсказал Семён.

— Пра-пра-пра в какой-то степени… Хорошо, пусть будут принцессы, — согласилась Яга. — И ещё мажоров с прислугой тыщ пять голов общим счётом. И у каждого свои игрушки, нигде не учтённые. А дальше, всё как у всех: что-то ломается, что-то теряется, что-то надоело и выбросили, что-то припрятали и забыли, кто-то что-то местным сбыл из-под полы.

— А ещё самое высокое начальство, тоже небось, императорских кровей…

— Их-то можно не считать отдельно, их и было всего три штуки.

— Их-то в первую очередь учесть, — криво усмехнулся Семён. — У них самые крутые игрушки.

Яга возвела очи к потолку, словно что-то прикидывая в уме, кивнула:

— Тоже верно. Кстати лук этот, — она ткнула пальцем в папку, — у… твоего дяди был, так пожалуй правильней всего его обозвать.

— А ваджра?

— А вот тут засада! — взвилась Яга. — Эта штука должна лежать в той комнатке, рядом с колечком твоим!

— Усушка… Утруска… — задумчиво и насмешливо пропела Славя, сидевшая до того тихо, как мышь.

— Какая усушка?! — Яга аж взвизгнула. — Ясно же, я за каждой спичкой бегать не стану, на то подручные есть. За ними за всеми не уследишь, приходится мириться. Но вот в ту комнатку, прости, царевич, даже ты без меня не войдёшь! Или без неё, — она ткнула пальцем в Славяну, — когда я ей дела передам. Как эта штука выскочила — ума не приложу!

— А это надо прабабушку поспрашивать… — всё тем же милым и наивным голоском ответила Славя.

— Не к ночи будь помянута… — буркнула Яга.

— Я примерно догадываюсь, как она выскочила, — отмахнулся Семён. — Меня другое волнует: Если верить мифам, ваджрой пользовались, причём весьма активно. А вы говорите…

— А я не говорю, это так и есть, — очень, очень задумчиво пробормотала Яга. — В любых руках кроме твоих эта, как ты говоришь, ваджра — просто дубина, пускай и прочная. Даже если дяде твоему дать… тому, который этот лук посеял…

Все притихли и в установившейся тишине Яга яростно постучала кулаком по столу:

— Ух! Мать моя! Надо её ловить и трясти!

— Вы только по ходу Землю не растрясите… слишком сильно, — решительно потребовал Семён.

— Постараюсь… — с некоторым сомнением ответила Яга.

На этом и разошлись: Хранительница пошла делать ревизию, а Персуновы, и старшие, и молодые, которым делать, в общем-то было нечего — прогуляться по округе, пообщаться с Баюном и Серым.

* * *

МакНилл остановился на пороге беседки, где обычно и пребывал Старший его отряда Стражи.

— Сенсей! У меня важное известие!

Ямомото молча указал глазами на место рядом с собой. МакНилл так же молча сел на указанное место и провёл рукой в воздухе. Перед ними появилось некое подобие экрана, на котором отобразилось видео с Ю-туба, в довольно плохом качестве. На видео, снятом в московском ВВЦ, мощная молния снизошла с безоблачного неба, обернулась пару раз вокруг фигуры каменного цветка в одноимённом фонтане и ушла в воду. Ну а после оператор сосредоточился на бросившемся в фонтан религиозном фанатике.

— Надо признать, что этот смертный проявил изрядную проницательность. Владыка и правда явил свою силу, — с явной насмешкой в голосе прокомментировал Ямомото, после чего задумался.

МакНилл ждал с минуту, после чего всё же решился уточнить:

— Может ли это быть знак для нас?

— Может и быть… — задумчиво ответил сенсей. Он помолчал ещё некоторое время и обратился к МакНиллу: — Ты должен связаться с ним 27-го, однако это деяние Владыки может означать и то, что ситуация изменилась и наша помощь будет полезна для Владыки именно сейчас. Сегодня 21-е и у нас всё готово для того, чтобы предстать перед Ним. Отправляйся в Москву и доложи Владыке сразу по прибытии.

* * *

Первый стоял посреди комнаты и вокруг него метались многочисленные картинки с изображениями и видео устроенного Семёном на ВВЦ безобразия. "Окошки" с картинками и видео прыгали, накладывались друг на друга, видео в разных "окнах" прокручивалось вперёд и назад с разной скоростью, замирало, покрывалось различными метками… Второй возник в комнате, как всегда, бесшумно и сразу спросил:

— Что конкретно произошло?

Первый поднял палец в останавливающем жесте, сосредоточенно наблюдая за круговертью информации вокруг себя. Наконец движение остановилось и он обратил внимание на гостя:

— Вчера, в этой… как её… Москве, случилось интересное событие. Сегодня местная информационная сеть просто кипит. Вот, смотрите одно из свидетельств.

Он сделал небрежное движение рукой, от которого вся мешанина "окошек" перед ним пропала, но одно при этом разрослось до высоты в полтора метра и на нём начала прокручиваться видеозапись вызванной Семёном молнии.

— Очень похоже на работу генератора пробоя реальности. Слышали о таком? — выдал он вердикт.

— Легендарное оружие самого Императора, которым он когда-то подпалил целого левиафана? Но это, — Второй указал на висящее в воздухе "окно" в котором крутилось зацикленное видео, — скорее всего подделка. Знаете, местные любят делать бизнес на таких, как они называют, утках.

— Функций у этого устройства гораздо больше, чем просто создавать красочные и разрушительные разряды, но, вы не забыли, что я историк? Работа с источниками, их оценка и выделение достоверной информации — основа моей профессии. Так вот, я однозначно утверждаю: событие имело место быть! Я даже смог восстановить объёмную схему события.

Он махнул рукой и посреди комнаты возникло трёхмерное изображение фонтана Каменный Цветок и молнии, которая ударила в его вершину, потом обернулась пару раз вокруг самого цветка и ушла в воду.

— Может ли тут быть что-то другое?

— Может быть всё, что угодно. Но из всего, что мы знаем, так может работать только генератор пробоя реальности. Конечно, выжать много информации из этих примитивных съёмок не получается, но масса косвенных признаков указывает на это. Значит этот напыщенный обезьян нас всё-таки обманул и основные события происходят в Москве… Надо…

Второй его решительно перебил:

— Стоп, коллега! Мой опыт полевой работы говорит, что не надо метаться! Тем более, там действительно может быть что угодно. Например, местные нашли и как-то запустили пробойник, или сами додумались до такой технологии…

— Вам самому-то не смешно от таких мыслей? — спокойно спросил Первый. — Сейчас в руках корпораций находится не менее двух, как вы это назвали, пробойников, и ни одна исследовательская группа даже близко не подошла к тому, чтобы его запустить. А повторить? Есть серьёзные основания полагать, что принцип его работы не был изобретён имперцами. А вы говорите, что местные обезьяны…

— Мифические Предтечи? Ну это уже…

— Как и легенды про последнее убежище, — спокойно возразил Первый. — Не зря же во времена Империи за любые изыскания в области Предтеч полагалась смертная казнь с посмертным заточением.

— Затейники были эти имперцы! Интересно, как они…

— Крайне эффективно, представьте себе. Сейчас известно чуть больше десятка таких посмертных тюрем и я участвовал в исследовании одной из них. Планета типа вот этой, но не возле звезды, а возле пульсара…

Он взмахнул руками и комната пропала, теперь они стояли в центре небольшой, метра три в диаметре, полости в монолитной базальтовой скале. Прямо перед ними на стене была ровная отшлифованная площадка с нанесённой на неё сеткой из квадратных ячеек, каждая размером сантиметр на сантиметр. Из пальца Первого показался синеватый луч и очертил гравированный на стене узор:

— А вот и темница, где-то на десять тысяч… душ.

— И в каждой ячейке записана индивидуальная психоматрица?

— На пересечении линий. И если бы психоматрица! То самое мифическое образование, которое примитивные народы называют душой, по другому не скажешь. Собственно, корпорация, которой я тогда служил, пыталась добраться до информации по Предтечам, но вытащить хотя бы одного узника мы не смогли. Даже непонятно было как имперцы их туда запечатали. Мне удалось войти в контакт с сознанием одного из этих несчастных… — Первого на этих словах передёрнуло. — Даже через все фильтры… ощущения были такие… Меня потом довольно долго собирали.

— Солидно, если учесть что тело сейчас можно собрать…

— Тело почти не пострадало, а сознание удалось восстановить только потому, что я додумался заранее сделать копию психоматрицы.

Первого опять передёрнуло. А Второй неожиданно усмехнулся:

— Вот только не говорите мне, что не получили тогда никакой ценной информации. И что поделились со своими хозяевами хоть чем-то!

Лицо Первого неожиданно исказила лютая злоба:

— Да пошли они! Имперцы были сволочи, но у них хотя бы иерархия была по способностям. Пусть даже они прививали всё это себе генной и психоэнергетической инженерией, но когда левиафан пришёл похулиганить в населённый сектор, Император не постеснялся выйти против него лично! И остальные не стеснялись сунуться туда, куда другие не ходят! А эти! Вечно прячутся за чужими спинами, загребают жар чужими руками, и никогда не считают, сколько народу на этом поляжет! И после этого отдать им всё? Ведь даже спасибо не скажут!

— А у нас с вами гораздо больше общего, чем кажется на первый взгляд… — задумчиво констатировал Второй. — Но давайте вернёмся к нашим проблемам. Вы считаете, что в Москве кто-то запустил пробойник?

— Уверен, но чтобы быть уверенным надо на месте…

------------------------------------------------------

1 профан– греч. "вне храма". Изначально в мистериях обозначало любого, не имевшего посвящения, здесь — человек, не являющийся членом масонского братства.

Глава 16. Мавзолей в глухом месте

— Чего мы делать принципиально не будем! — решительно заявил Второй. Внимательно посмотрев на собеседника он принялся терпеливо объяснять:

— После нашего визита, этот, какой-то там мастер, несомненно побежал жаловаться своему хозяину и тот устроил провокацию, специально для нас. В Москве нас ждут. А нам это надо? Тем более, что лук, как выяснила моя разведка, действительно здесь, нашлись и ещё несколько интересных объектов. Вот и займёмся ими вплотную. Другая группа пока продолжит сбор генетического материала по вашим наводкам.

— А если…

— А если там появилось то… вернее, те, кого вы боитесь, то я их тоже боюсь. И тогда нам действительно надо будет спешно эвакуироваться. НО! Заметьте, информация о появлении тут наследников Империи будет весьма ценной для всего цивилизованного мира, а это значит, что мы получим за неё приличную прибыль. А уж если мы привезём образцы генетического материала…

— Хо-хо! Это будет очень хорошая прибыль! Да и своих научных противников я смогу причесать так, что они потом ещё долго рта открыть не посмеют! — радостно воскликнул Первый.

— Вот именно поэтому мы сейчас не дёргаемся и работаем по той программе, которую составили. Только усилим меры безопасности.

* * *

Утром следующего дня, когда Яга припахала всё оставленное на её попечение семейство к проводимой ревизии (Пётр Иванович — опытный бухгалтер, пришёлся очень кстати, а Славяну Яга подрядила просто так, для порядку. В конце концов, она младшая Хранительница или кто?), а Семён уже собирался ехать на службу, зазвонил телефон.

— А! Это вы очень удачно появились, мистер МакНилл! — радостно сказал Семён в трубку, закрывая дверцу машины, сесть в которую так и не успел. — …нет, демонстрация была устроена не для вас, но то, что вы решили связаться со мной раньше — очень кстати!…

После короткого размышления Семён назначил эмиссару Стражи встречу на следующий день, там же, где совсем недавно встречался со святыми отцами. Причём в то же самое время. И сразу перезвонил Юсуфову:

— Ратибор Святославич! Завтра, на том же месте, в то же самое время, я встречаюсь с… с теми людьми, с кем я контактировал в отпуске. А сегодня остаюсь тут, нужны дополнительные консультации с бабушкой.

Юсуфов, конечно, не был во всём согласен с цесаревичем, но он был слишком опытным оперативником, чтобы в сложившейся ситуации начинать перекраивать принятые уже решения. В конце концов, никаких критических ошибок Семён не совершил, а разбор спорных моментов можно отложить и на потом. Поэтому и сказал только:

— Хорошо, хоть заранее работаем. Завтра утром жду вас в конторе, утрясём детали.

Семён же, потрепав Серого за ухом, пошёл обратно в избу, отрывать Ягу от срочной работы ради ещё более срочных консультаций.

* * *

Следующий день запомнился Семёну своей потрясающей бездарностью. Для начала, уже собираясь выезжать на службу, он потрепал Серого за ухом и посетовал, что предстоит командировка, скорее всего далеко и, возможно, на долго.

— Я тебя довезу! — встрепенулся волчище. Сказал он это в той удивительной манере, в какой раньше общался с Семёном Сивка-Бурка. Вроде и не говорит, и не телепатия, но точно ясно, что хочет сказать сказочный волк. На это Семён только грустно вздохнул:

— До Японии?

— А что нет?

— И сколько мы будем добираться?

— Часа два, если по дороге привал сделать.

На секунду Семён потерял дар речи. Похоже в рукаве его серого друга очень много разных сказочных козырей. Спросил на всякий случай:

— Полетишь, что ли? А ты умеешь?

— Могу! — гордо ответил волк, и распахнул крылья. Которых только что у него не было.

— Семаргл[1]?!!

Серый смутился:

— Ну… шалил иногда… Со скуки…

— Так что же ты тогда с той свиньёй не справился?

— Это был очень сильный враг. А я связан с тобой. Становлюсь сильнее вместе с тобой. А эти сказки… подумаешь, какому-нибудь шумерскому царьку мозги запудрить? Дождик ему вызвал и уже бог. А это сейчас уже и безо всякой магии умеют.

— Ладно, поговорим ещё! — усмехнулся Семён и потрепал друга за ухом. — Может и отвезёшь меня.

Несмотря на всю приятность нового знания, оно же порождало и организационные трудности. Кем бы Семён ни был, но той свободы, которую мог позволить себе царевич из сказки он не имел, потому как формально состоял на государственной службе. Каждый шаг приходилось согласовывать с начальством. Начальство, конечно, обрадовалось новой возможности, но чтоб вот так отпустить молодого сотрудника… да без прикрытия… и, главное, без контроля… пришлось долго и нудно объяснять Басову, что на встрече со старшими Стражи СКУНП, при всей своей крутизне, будет только путаться под ногами. Уломал таки, но время, время… В результате на встречу с МакНилом пришлось разве что не бегом бежать. В сердцах бросил, глядя на часы:

— Если так пойдёт, придётся везде на Сером ездить…

Юсуфов на это только усмехнулся, а Басова передёрнуло.

Встреча со стражем тоже запомнилась своей лютой бестолковостью. Началось всё довольно благообразно: Семён нагрузил МакНилла, вернее, старших Стражи через него, наблюдением за иномировыми чёрными копателями, перебравшимися нвне в Канаду. МакНилл этим, кстати, проникся и пообещал сегодня же передать информацию Ямомото. Но вот дальше вышел затык. Как только Семён поставил вопрос о встрече с Ямомото — а именно: где и когда? — МакНилл пустился в словесные игры на тему: "Как Владыка пожелает, но…". Выглядело это на взгляд Семёна на редкость нелепо и примитивно и в конце концов он не выдержал:

— Уважаемый! Правильно ли я понимаю, что Ямомото-сан уже присмотрел место для встречи, но место это с подвохом? Что это за место, в чём подстава и почему? Мы сохраним очень много времени, если вы ответите прямо.

МакНилл вздохнул, опустив глаза, и назвал старый имперский код. Для Семёна этот набор звуков и смыслов был… выражаясь современным языком пустым звуком, но не зря он вчера потратил прорву времени на подготовку. Семён достал свой древний "планшетник" и мысленно спроецировал на него принятый от стража код. На столике развернулась карта и на ней, примерно в полутысяче километров северозападнее Новосибирска, светился значок, отмечающий положение одной из заброшенных баз Стражи. Мысленным усилием Семён потребовал дополнительной информации об объекте и получил её, так же ментально. На развернувшейся над столиком голографической карте ничего не отразилось.

— Главная база отряда Стражи… ныне не существующего… — проговорил полученную информацию Семён, — заброшена где-то девять с половиной тысяч лет назад… А Ямомото-сан не уверен, что я тот, за кого себя выдаю, поэтому и организует встречу тут. Чтобы не раскрывать положение базы своего отряда. Предусмотрительность заслуживающая уважения.

На последних словах в облике МакНила проступило некоторое облегчение, а во взгляде — удивление. Видимо это и позволило эмиссару Стражи решиться на нечто, судя по всему, для времён владычества биологического папы Семёна — небывалое:

— А ещё он опасается вашего гнева и надеется, что… в случае, если вы его проявите, ваш гнев обрушится на него одного и не заденет остальной отряд и действующую базу…

— Ямомото сан достоин уважения за свою смелость и предусмотрительность, — произнёс Семён. — Передайте ему мои слова, а также, что я не имею привычки ломать в злобе мебель и рубить головы без причины.

А про себя подумал: "Я вообще только гусям головы рубил, когда к деду на лето ездил…".

Вопрос: "Когда?", тоже решился просто: "Когда Владыке будет угодно!". Прикинув так и эдак, Семён решил, что ему угодно послезавтра в середине дня, но, помня, что вежливость королей это точность, назначил ровно в 12:00 по местному времени базы. С одной стороны — нечего тянуть кота за хвост, с другой — у Ямомото будет время пошуршать насчёт чёрных копателей. Да и самому надо подготовить кое-что, дабы встреча прошла без лишних вопросов. В конце концов, есть же тут особа, которая заварила эту кашу? Вот пусть её по тарелкам и раскладывает.

* * *

Доклад Басову тоже начался с выговора:

— Да что вы устроили!… О чём вы вообще думали! Как мы будем обеспечивать…

— Никак… — Семён уже изрядно устал от пустых разговоров, поэтому позволил себе перебить начальство. — Во-первых, если что-то пойдёт не так, наши против Стражи ничего сделать не смогут, только люди зря пострадают. Во-вторых, тамошняя машинерия должна меня опознать и будет подчиняться в первую очередь мне. И защищать меня…

— Должна… — буркнул Басов с изрядным скепсисом, но Семён сделал вид, что этого не заметил:

— …в-третьих, там со мной будет Серый, он тоже кое-чего стоит. Да и сам я уже много умею и не беззащитен. И последнее: Я уверен, эксцессов не будет. Есть у меня одна идея.

— Какая?

— При вступлении в должность нового начальника принято представлять, ведь так? Вот пусть Лилит меня и представит!

Басов демонстративно посмотрел в окно:

— Вечереет уже… Солнце скоро сядет… А ты тут такими именами бросаешься…

— И за что же меня все так не любят?!! Даже по имени назвать боятся? — раздался недовольный женский голос. Означенная Лилит сидела боком на столе и скребла пол когтем птичьей лапы[2], заменяющей ей стопы.

— Меньше надо детей есть[3]! — буркнул Басов.

Так смело выступил он наверное от шока. Лилит на это очень серьёзно ответила:

— Я детей не ем. И никогда не ела. Так, делаю иногда прополку популяции, удаляю самых тупых из размножения. Если бы не я, вы бы так до сих пор и махались каменными топорами! А то ведь как было: царь тупой, народ ещё тупее и один Имхотеп[4] с IQ в 110 единиц, по нынешней шкале. И настолько всех умнее оказался, что его аж богом признали!

Она обвела всех насмешливым взглядом и остановилась на Семёне:

— Ну говори, зачем звал?

Тот равнодушно пожал плечами:

— Так вы же всё слышали.

— Может слышала, может нет, а может и слышала, да не то… Звал? Говори!

— Хорошо, Хранительница! Я послезавтра еду брать под свою руку Стражу. Надо чтобы вы меня им представили, по полной программе.

Лилит задумалась на секунду, кивнула:

— А это дело! Где? Когда?

Семён назвал код базы и время.

— А чего в такую глушь забрались? И место давно брошенное…

— Боятся, что я в злобе начну мебель ломать, шеи сворачивать. И вообще, вдруг царь не настоящий?

— Хм… Хитрые стали… Ладно, буду там. А сам-то доехать успеешь?

— Серый обещал, что успею.

Лилит задумалась на секунду, кивнула своим мыслям и подвела итог:

— На нём поедешь, значит? А это совсем хорошо! Ладно, до встречи!

И пропала, словно её тут и не было. Только на полу остался нацарапанный когтем какой-то сложный знак. По виду — из высшей имперской письменности, но понять его Семён не мог…

Вот так и прошёл день. Вроде бы и сделано немало, и дела важные, и узнал много чего полезного, но весь день — словно езда кругами, да по кочкам…

* * *

Двое стояли в небольшом гроте в обрывистой стене одного из многочисленных фьордов канадского острова Девон[5]. Снаружи вход в грот был оформлен простым, но элегантным портиком. Вход был открыт, но ни одна снежинка столь обычного здесь для этого времени года снегопада не залетала внутрь и не падала на лежащие на полу в самых разных позах высохшие скелеты. У дальней стены, на каменном постаменте, лежал мужчина, на вид лет 35 — 40 и казалось, что он просто спит. Одет он был в странную помесь тоги, парадного мундира и доспехов, богато украшенных золотом и цветными камнями. Один из стоящих в гроте мужчин присмотрелся к вязи узоров по краю постамента и с удивлением спросил:

— Высшие имперские письмена?

Кстати, мы знаем его как Второго.

— Угу… — задумчиво ответил Первый, в то время как вокруг него метались, складываясь, преобразуясь и меняя цвета самые разные абстрактные картинки.

— Надеетесь прочитать?

— Прочитать их невозможно… — всё также отрешённо ответил Первый, — есть мнение, что даже члены императорской семьи не читали их… в том смысле, в каком читаем мы… но понять общий смысл иногда получается…

Пурга из символов вокруг него продолжалась какое-то время, наконец в ней образовался некоторый смысловой центр из которого выпали несколько строчек. Строчки эти состояли из знаков, природа которых, даже на неискушённый взгляд, была принципиально отлична от тех, что шли по краю постамента.

— Ну вот, хоть что-то… — удовлетворённо произнёс Первый. — Если опустить обычные славословия, то перед нами первый правитель этой… дыры, назначенный сюда лично Императором. Так что можете поздравить себя… и меня, вашего скромного коллегу. Мы обнаружили первое и, пожалуй, единственное сохранившееся не разграбленным захоронение члена императорской семьи…

Он ещё раз внимательно пригляделся к висящим в воздухе символам и уточнил:

— Состоящего в прямом кровном родстве с самим императором.

— Как вы думаете… — хрипло спросил Второй, но Первый его тут же перебил:

— Давайте выйдем, системы защиты всё ещё активны, а вы думаете очень громко и не слишком почтительно.

Они вышли на маленький галечный пляж перед портиком, справа и слева узкую полоску берега ограничивали высокие, словно отполированные скалы. Бушующая вокруг вьюга сразу же набросилась на них, но не смогла пробить мгновенно окруживший их прозрачный купол. И вообще, два джентльмена в строгих деловых костюмах и вычищенных до блеска ботинках смотрелись на этом диком берегу как-то… дико…

— Этот вот тоже, думал недостаточно почтительно… — с усмешкой произнёс Первый, пиная череп одного из костяков, украшавших берег. Впрочем, скелеты на берегу можно было пересчитать по пальцам одной руки, в самом гроте их было несколько больше. Первый внимательно посмотрел на собеседника и произнёс: — Генетический материал получить можно, тем более, что у нас уже есть ключик. Тот самый лук, который слил нам местный обезьян, по какому-то недоразумению считающий себя великим и даже в чём-то мастером. А имея на руках оригиналы маркеров, мы не только вскроем все местные схроны, мы сможем подчинить себе все оставшиеся здесь организационные структуры.

— Вы думаете, они тут остались?

— Кто-то же привёл в действие пробойник реальности…

— Как вы собираетесь использовать лук?

— Я долго изучал ритуалы поклонения Императору, а там есть манипуляции, которые позволяют получить нужный нам материал… Но, пойдём отсюда, нам надо кое-что подготовить.

И они ушли в пургу, прямо по не замёрзшей ещё воде.

* * *

Семён вышел и Басов неожиданно спросил:

— Так всё же, Ратибор Святославич, кому вы служите? Государству или цесаревичу Семёну?

— Я служу России, Кондрат Вениаминыч. Не важно какая она, дворянско-буржуазная империя, или буржуазная демократия. Или вообще социалистическая. Я. Служу. России.

— И до попадания сюда служили России в 999-м отряде Третьего охранного отделения…

— В Третьем охранном отделении я тоже служил, — с улыбкой подтвердил Юсуфов. — И я действительно граф.

— Так кто же вы на самом деле, граф Юсуфов?

----------------------------------------------

1 Семаргл (Симаргл) — крылатый пёс, в мифологии древних славян защитник рода, вестник богов. Рассказывая о себе Серый немного приврал: шалил он не в Шумере, а в древнем Иране, где известен под именем Симург.

2 …и скребла пол когтем птичьей лапы — по данным шумерской мифологии, у Лилит есть две яркие анатомические особенности: совиные крылья, на которых она летает и птичьи лапы вместо стоп.

3 Меньше надо детей есть! — Согласно той же шумерской мифологии, Лилит ночами летает над землёй, лишает мужчин мужской силы и убивает первородных детей. Злые языки говорят, что она их ест.

4 Имхотеп– реальное историческое лицо, приближённый фараона Джосера, первого царя III династии. Прославился как мудрец, астролог и строитель, построил первую пирамиду в Египте. После смерти был обожествлён, считался покровителем мудрецов, врачей и писцов, в др. Греции его почитали под именем Асклепия. Жил около 2600 г. до Н.Э. Культ Имхотепа сохранялся дольше культов прочих египетских богов, вплоть до арабского завоевания в VII в. Н.Э.

5 остров Девон — один из островов Канадского Арктического архипелага, самый крупный необитаемый остров на Земле. Размер примерно 500х300 км. Поверхность: ледники, скалы, тундра, береговая линия — много глубоких заливов (фьордов).

Глава 17. Селекторное совещание

Это охранное агентство в Рио-де-Жанейро существовало всего несколько месяцев, но уже успело громко заявить о себе. И вот сейчас его директор, а по совместительству и хозяин, внимательно изучал какие-то документы.

— Извините, но вынужден вас оторвать, — раздался вежливый голос.

Глава агентства поднял взгляд от бумаг. Игнорировать этогопосетителя не стоило. Тот же спокойно и с явным уважением констатировал:

— Вижу, вы довольно успешно применяете свои профессиональные навыки.

— Надо использовать свои сильные стороны.

— У вас больше сильных сторон, чем вы сами о себе думаете. Всё ещё не передумали продолжить службу у великого государя?

— Я готов!

— Прекрасно! Тогда передайте дела своему заместителю и завтра вылетайте в Австралию. Вот ваше задание, — гость положил на стол тонкую папку. — Там также ваши документы и кредитка с необходимой суммой. Прикиньте, сколько помощников вам надо, отберите нужных сотрудников и сообщите вечером мне. Утром у вас будут документы и для них.

— Конечно, но, должен предупредить, разведка — не мой конёк, я специалист по иной части.

— Я же говорю, у вас больше сильных сторон, чем вы сами о себе думаете. И не волнуйтесь за свой бизнес. Ваш зам прекрасно справится с текучкой, а в случае сложных ситуаций мы ему поможем.

Хозяин кабинета вздохнул и с едва сдерживаемой яростью спросил:

— Но почему тогда ни я ни вы не смогли справиться с этим сопляком!

— К вашему сведению, этот сопляк недавно женился на Ягичне.

Хозяин кабинета поперхнулся. Его гость удовлетворённо кивнул:

— Вот-вот! Он и сам не так прост, к тому же, за ним стоят такие силы, что и Яга десять раз подумает, прежде чем с ними тягаться. Даже то, что мы достигли, уже немыслимо много.

— Но охота ещё не кончена? — это было сказано со сдержанной яростью.

— Может да, а может и нет. Ситуация меняется, возможно, этот Персунов ещё будет нам полезен.

Сказав это, гость медленно растворился в воздухе.

* * *

Юсуфов некоторое время барабанил пальцами по столу, хмуро глядя перед собой, наконец принялся объяснять:

— Реальности влияют друг на друга. События в одной реальности имеют тенденцию повторяться в других, связанных с ней… по смыслу. Так будет правильнее. Мы это поняли не сразу, а когда разобрались, стали работать со всем пучком связанных по смыслу реальностей. И очень скоро выяснилось, что есть какой-то центр, который генерирует нестабильность…

— И это мы… — вставил Басов, но Юсуфов его огорошил:

— Это не так однозначно, хотя, похоже, близко к истине. Мы много раз пытались вычислить источник проблем, но каждый раз оказывалось, что найденный центр нестабильности таковым не является. Как будто мы кружим вокруг какой-то закрытой области. Или идёт целенаправленное воздействие извне.

— В общем, эти таинственные "вы" решили исследовать нас…

— А вот и нет! Я работал в той реальности, из которой попал к вам. Всё, что я рассказал о своей жизни там и о том, как оказался здесь — чистая правда.

— Но как же это согласуется с тем, что вы росли с наследником…

— Попасть из одной реальности в другую можно множеством разных способов. А сюда… Если я правильно понимаю, сюда меня забросила воля той дамы, которая пришла побеседовать с цесаревичем.

— И что вы собираетесь делать?

— МЫ собираемся делать. Если я правильно понимаю ситуацию, источником проблем является всё то, что крутится вокруг цесаревича, а он сам — идеальное решение.

— Хотите воссоздать тут Российскую империю и во главе…

— Упаси вас все боги от таких мыслей! Он ведь уже озвучил свою программу: создать тут сообщество магов, частично автономное от действующих властей. Ну а теперь у него в руках ещё и полный набор высочайших технологий. И это сообщество будет эти технологии осваивать, заодно защищая Землю от всяких находников извне.

— Перепадёт ли что-нибудь всем остальным? — со вздохом спросил Басов.

— Полноте! Кондрат Вениаминыч! Уж вы-то, с вашим знанием людей и такие вопросы? И вообще, как мне кажется, те, кто отдал цесаревича на воспитание в обычную человеческую семью проявили несказанную мудрость. Да и семью они выбрали практически идеально.

* * *

К великому удивлению Семёна, самым сложным вопросом, который пришлось решать при подготовке ко встрече со Стражами, оказалось: "Во что царь будет одет?". Для начала Семён пожал плечами и предположил не выпендриваться, а выступать в обычном своём костюме, в котором ходит на службу. На что Славя с ехидной ухмылкой прокомментировала:

— Ага! И вот в нём-то ты как раз туда на волке и поскачешь!

Идея была отвергнута.

Вторым заходом Семён заметил, что его обычный туристический прикид вполне пригоден. И получил за это яростную отповедь со стороны всей дамской части своей "свиты". Даже местная кикимора — жена штатного домового Яги, и та подключилась. Кощей, который ради такого дела прискакал из своего тридесятого царства, заикнулся было, что Семён для этой Стражи, вроде как, царь, а царь в каком прикиде пришёл, в том и правильно… На это дамы так обшипели его со всех сторон, что грозный царь Кощей, владыка царства мёртвых, тихонько схоронился в углу и сидел там, стараясь не отсвечивать. В конце концов Семён вспомнил про тот доспех, который Славяна подарила ему для охоты и волевым решением выбрал его. Раиса Булатовна с сомнением покачала головой, Яга, прищурившись, заявила: "Может и сойдёт…", а Славя радостно захлопала в ладошки. И вопрос был решён.

И вот царевич Семён стоит перед неприметным входом в подземный бункер, ощущая себя не то сказочным царевичем в квесте за царством, не то сумасшедшим реконструктором, сбежавшим из ближайшего дурдома. Из всей своей царской атрибутики он взял только ваджру и перстень. Не из патологической скромности, а потому, что только с этими двумя артефактами он худо-бедно научился управляться.

Почти все объекты Убежища были так или иначе замаскированы, что говорило в пользу древних командиров и строителей: мало ли что может случиться, пока сюда не прибыл основной контингент? Лучше своё присутствие не светить! Вот и этот вход был замаскирован под крупный валун. Но стоило Семёну подойти (а амулет Яги, маскирующий ауру, он снял ещё по дороге), как автоматика почуяла Хозяина и принялась воздавать царские почести: Валун раскололся и разошёлся в стороны, открывая вход, а в облаках, хмурой пеленой укрывших осеннее небо, образовалась узкая прореха, причём именно такая, чтобы Солнце осветило именно эту поляну. Семён вздохнул, набираясь храбрости, и шагнул в круг огней на месте разошедшегося на две половины валуна. Круглая площадка под ногами провалилась вниз и понесла его в недра заброшенной базы.

Он намеренно прибыл чуть раньше намеченного срока и для Ямомото, который намеревался встретить новояленного Владыку при входе, его появление в недрах базы оказалось неожиданностью, не сказать что приятной. Глава одного из отрядов стражи (и негласный лидер всех остальных, оставшихся живыми после разборок с Лилит), впопыхах выбежал навстречу:

— Владыка…

— Сенсей Ямомото… — Семён вежливо кивнул.

— Извините, мы ждали вас чуть позже…

— Так все старшие Стражи уже здесь? Или скоро прибудут? — всё с той же вежливой улыбкой спросил Семён, примерно зная, каков будет ответ.

Ямомото его не разочаровал, пустившись в те же самые путанные рассуждения, что и МакНилл днём раньше. С трудом удерживаясь от того, чтобы рассмеяться, Семён остановил излияния стража:

— Если я правильно понимаю, вы, в смысле, старшие Стражи, не уверены, что я действительно тот, кого вы так долго ждали. Вы опасаетесь, что МакНилл ошибся, поэтому, чтобы не выдавать расположение баз Стражи и оградить их от возможной агрессии, выбрали для нашей первой встречи именно эту, давно заброшенную базу. Вы опасаетесь, что не сможете противостоять мне, если наша встреча закончится… силовым столкновением. Именно поэтому все остальные старшие будут участвовать в нашей встрече дистанционно. У меня только один вопрос: почему вы рискнули прибыть сюда лично?

— Потому что далеко не всё можно увидеть дистанционно, кто-то должен увидеть присущие вам знаки лично и сообщить остальным.

А вот это уже заслуживало уважения, о чём Семён и сообщил собеседнику:

— Ваши смелость и предусмотрительность, сенсей Ямомото, заслуживают уважения. А я здесь именно для того, чтобы прояснить все сомнения.

По ходу беседы они продвигались вглубь базы и достигли дверей в помещение, которое Семён определил для себя как некую смесь тронного зала и переговорной. Двери сами открылись перед ним, но Семён задержался и со словами: "Созывайте конклав, сенсей!", пропустил Ямомото вперёд. Тот коротко поклонился и вошёл внутрь. Семён зашёл следом.

Внутри всё выглядело так же, как и в той виртуальной реальности, которую ему показывала Яга во время подготовки к этой встрече: большой круглый стол, 12 троноподобных кресел вокруг и одно, тринадцатое, самое большое. К нему-то Семён и направился, внутренне молясь, неизвестно кому, чтобы Лилит не слишком накосячила с его геномом. Ибо занять этот трон без ущерба для здоровья может только сам Император или его действующий наследник. От всякого прочего это почётное седалище оставит только дымящиеся рожки да ножки. И что-то подсказывало царевичу, что лепя его из того, что было, Самая Старшая Хранительница не ограничилась использоваием готового резервного генетического материала, а добавила в этот самый геном изрядное количество отсебятины. Но всё прошло гладко, царское место царевича приняло. Ямомто, дождавшись утвердительного кивка, что-то сделал на своём месте и в стоящих вокруг стола креслах появились ещё три человека. Семён их узнал, спасибо Яге, которая вчера довольно много времени посвятила тому, чтобы натаскать его по текущему состоянию Стражи и персональному составу их командования.

Его так и подмывало скомандовать: "Товарищи офицеры!", но не было уверенности, что такое нововведение оценят, причём именно на этом этапе знакомства. Поэтому и произнёс положенное по протоколу пафосное:

— Приветствую вас, Стражи!

В этот момент над одним из свободных кресел мигнуло и спустя секунду в нём проявилась дама в строгом деловом костюме.

— А меня, значит, решили не приглашать на эту вечеринку? — спросила она, глядя на всех недобрым взглядом.

Артур нервно оглянулся на Семёна и ответил:

— Ты же сама решила отделиться от нас и идти своими путями.

— Но не тогда, когда нас призывает тот, кто назвался владыкой!

Тор, вроде бы собрался что-то ответить, но тут Семён решил вмешаться:

— Рад, что леди Морриган смогла присоединиться к нам. Теперь старшие всех оставшихся отрядов стражи в сборе и…

— Не так быстро, юноша! — Морриган перебила его очень невежливо. — Моё имя ты знаешь, но кто ты? И откуда такой взялся?

Вопрос, как ни странно, Семёна обрадовал, хотя вида он и не подал. Он надеялся, что стражи пойдут за ним не только как за носителем генетических меток, но и потому, что поверят ему как лидеру. Потому и спросил:

— Значит, если вы признаете меня достойным и поверите в тот путь, который я предлагаю, вы пойдёте за мной?

— Посмотрим, — коротко ответила Морриган.

Семён оглядел собравшихся стражей. Артур был откровенно возмущён словами единственной присутствующей дамы, Великий Змей сохранял на лице абсолютно непробиваемую невозмутимость, а вот Тор и Ямомото смотрели на него с нескрываемым ожиданием и немым вопросом. Это было неплохо, но начал представление он всё-таки с обязательных к такому случаю понтов:

— Вот я сижу на этом месте и ещё живой! Вот перстень на моей руке и он подчиняется мне! Вот оружие моего отца и оно ожило в моих руках! — он поднял над головой ваджру и выпустил из её концов два узких разряда, наподобие лезвия световых мечей джедаев. — Младшая хранительница Славяна связала со мной свою жизнь! Разве этого мало?

Морриган это, ожидаемо, не убедило:

— Генетические маркеры можно подделать, как и ауру, системы защиты можно взломать, а чтобы вскружить голову девчонке вообще ума не надо! Откуда ты такой взялся?

— Хорошо! Если меня представит та, кого вы знаете и кому верите, вас это устроит?

— Лилит, что ли? Знать-то я её знаю, а вот верить? — Морриган демонстративно покачала головой. — И вам, юноша, не советую!

— Что-то ты смелая стала, Морриган! — раздалось из-за плеча Семёна и тут же на всех обрушилась давящая аура. И на тех, что был тут лично, и на присутствующих в виде голограмм,

Семён более-менее успешно выдерживал это давление, а вот стражей пригнуло к земле.

— Что, сбежать не получается? Смелая ты наша… — с насмешкой произнесла Лилит, обращаясь к Морриган.

— Ты… ты можешь сколько угодно угрожать и карать… но силой… ты не заставишь… поверить!…

— Действительно, хранительница Лилит, я пришёл сюда не для того, чтобы подчинить силой. Я ищу последователей и единомышленников.

— Иногда, приходится стукнуть по голове просто для того, чтобы тебя согласились слушать, — возразила Лилит, но свою давящую ауру свернула.

Присутствующие на собрании стражи с оханьем принялись разгибаться и снова заняли свои места. Морриган стрельнула в Лилит злобным взглядом, но промолчала. Семён заметил тонкую струйку крови, стекавшую у неё из носа. Дождавшись пока все более-менее пришли в себя, Хранительница продолжила:

— У меня для вас несколько известий. Есть плохие, есть и не очень. Начну с самого плохого: Я ходила во внешние миры. Та империя, которой мы служим, пала. Пала давно и окончательно, те, кто должен был прибыть сюда — погибли, в том числе и Наследник. Так что ждать нам нечего!

Она сделала паузу, скорее всего — намеренную, чем и воспользовался Ямомото:

— Это было ясно уже давно. Те, кто был до нас должны были понять это, — сказал он очень спокойно.

— И те, кто был до тех, кто был до нас, и даже те кто был до… — согласилась Лилит. — Мне удалось посетить руины в самом центре павшей Империи. Места эти до сих пор считают проклятыми и на то есть веские основания. Там я смогла найти резервный генетический материал, из которого воссоздала наследника. Я поместила его в семью смертных и замаскировала все присущие ему знаки. Там он рос среди людей, получил хорошее для смертных образование, я направила его пути так, чтобы он встретил нас и своё предназначение. И вот он перед вами! Я, Лилит, старшая их Хранительниц, представляю его вам как истинного наследника, достойного владеть всем, что оставлено нам на хранение. Я утверждаю, что другого нет. Приветствуйте Владыку!

— А ты не боишься, что Владыка теперь покарает тебя за дерзость? — усмехнулась Морриган.

Давящая аура Лилит снова надвинулась, но Семён положил руку на ладонь Хранительницы, которую она, во время своего спича положила ему на плечо. Давление спало.

— За что карать? За то, что направила мой путь сюда? Я бы всё равно оказался здесь, перед вами, рано или поздно. За то, что отдала меня на воспитание людям? Так за это надо благодарить! Только благодаря этому я вырос человеком, а не чудовищем!

Он ещё раз оглядел притихших стражей и начал свою "тронную речь":

— Я имею право владеть всем, что есть на Земле, на этой Земле. Я имею право приказывать. Но я не хочу, чтобы за мной шли только потому, что мне достались несколько особенных генов. Я хочу, чтобы те, кто пойдёт за мной верили в мои цели. Чтобы те, кто пойдёт за мной любили наш мир, так же как люблю его я…

Он говорил не долго, но вдохновенно. Сказал, что кроме этой Земли у них ничего нет, но зато есть огромный запас уникальных знаний и инструментов, которые можно использовать, чтобы создать тут процветающую и могущественную цивилизацию. А ещё он сказал, что вне Земли прознали о хранящихся тут сокровищах и желающие ими поживиться уже тут и для того чтобы просто выжить, пора что-то делать…

Глава 18. Осквернение могилы

— …Сейчас мы фактически на осадном положении, на нас лежит ответственность за жизни всех людей этого мира. Я буду сражаться за эту Землю и за тех, кто на ней живёт. Я буду использовать для этого то наследие, которое нам оставили предки. Я использую это наследие для того, чтобы дать старт нашей цивилизации. И я надеюсь, что вы поддержите меня и буде помогать мне в этом деле. И я прошу только об одном: Если кто-то не согласен со мной, просто отойдите в сторону и не мешайте. Живите здесь как хотите, или найдите себе место в других мирах, но не мешайте! Ибо нас слишком мало, чтобы затевать тут гражданскую войну. Ваше слово, Стражи!

Закончив речь, Семён окинул взглядом всех собравшихся.

— Говоришь ты хорошо, посмотрим, что будешь делать, — спокойно заявила Морриган. — Пока я с тобой.

— Владыка не должен оправдываться! Мы обязаны служить ему потому… потому, что он — Владыка! — выкрикнул покрасневший от ярости Артур.

— Но Владыка ясно выразился: простого подчинения по факту его происхождения ему мало. Владыка хочет знать: готовы ли мы следовать тому, что он предлагает? Согласны ли мы с этим? — невозмутимо возразил Ямомото. — За себя скажу: Я давно ждал того, кто будет делать всё то, о чём вы сказали. Я с вами.

— Но без вас всё это было невозможно, — вздохнул Тор. — Сейчас вы подарили нам надежду.

— И нам, и всему этому миру, — подвёл итог Великий Змей. — Я с вами!

Семён осторожно выдохнул. Самый сложный и опасный этап сегодняшней встречи прошёл благополучно.

Дальше пошло вполне содержательное производственное совещание. И по ходу этого совещания Семёну всё больше и больше хотелось скрутить хоть сколько-то голов. Увы, здесь тех самых голов, которые надо было бы свернуть не было. И вообще, сейчас уже трудно сказать: кто конкретно виноват в том, что в незапамятные времена цивилизация — уже тогда могучая и обладающая удивительными знаниями — свернула в нетуда, на путь, который привёл её в глухой тупик этого Убежища последней надежды. Когда-то, давным давно, кто-то в высших, правящих классах этой цивилизации решил, что было бы очень удобно выводить специальные породы не только домашних животных, но и людей. Идеальных солдат, идеальных слуг, идеальных крестьян… которые имели полный набор необходимых для освоения своего ремесла врождённых способностей. Но главное, у них было генетически запрограммированное почитание начальства и полностью отсутствовали любые амбиции. Не стало ли это последним достижением той цивилизации? Ведь науку, культуру, бизнес двигают именно те, кто хочет большего. Узнать новое, создать небывалое, заработать больше других… А вот их-то в той древней империи и не стало. Солдаты не мечтали больше стать генералами, батраки — кулаками, младшие научные сотрудники — академиками. А тех, кто не разучился мечтать о большем загнали в глухие маргинальные отстойники. Высшие классы могли спокойно почивать на лаврах, не опасаясь конкуренции снизу и всяческих революций, хотя это и не спасло их от гражданской войны и низвержения.

Созданная на основе жёсткой евгеники система худо-бедно проворачивалась, пока Империя была единым механизмом, пока была возможность быстро собрать в нужном месте представителей всех необходимых профессий, но здесь, в Убежище, где волею судеб оказался сильно ограниченный набор генетических линий всё… остановилось. Сто с небольшим тысяч лет они просто жили в своих жилых центрах, проедая потихоньку запасы и стерегли свои хранилища. Они не исследовали планету… Да что там не исследовали! Для всего, что происходит южнее Северного тропика Стража оставалась слепа и глуха! Да даже на той территории, которую они обжили, Стража и те Высшие, которые успели перебраться на Землю, не исследовали ничего! Хотя и здесь они наткнулись на множество очень странных и загадочных (даже по меркам самой працивилизации) объектов. Какое-то движение началось только ближе к современности (не за долго до появления шумеров[1]), когда оставленные здесь генетические линии уже заметно разбавились из-за вынужденных браков с местным населением. Лидером этого движения стали Лилит с её мужем из местных, но и это шевеление закончилось короткой гражданской войной, в результате которой Лилит пришлось перебить почти всю стражу. Некоторое оживление было только на Британских островах. Сначала из-за того, что Артуру пришлось повоевать с сидами[2], которые пришли на Острова через порталы за пару тысяч лет до появления там римлян и которых Артуру удалось таки загнать обратно накануне римского вторжения. Правда сиды не ушли совсем и Артуру приходилось постоянно вести какую-никакую дипломатию. А много позже его люди поучаствовали в Великих географических открытиях, но тоже, очень пунктирно. "И вот мы здесь…", — с тоской думал Семён.

Одна радость — Великий Змей таки взял выявленных расхитителей гробниц извне под наблюдение и о них какое-то время можно было не беспокоиться. В принципе, брать их можно было прямо сейчас, благо у Стражи и высокотехнологичный магический застенок имелся, но Семён хотел сначала выявить всю группу и вязать их разом, чтоб никто не ушёл. Да и посоветоваться с Юсуфовым на этот счёт было ой как полезно. На этой высокой ноте он и закрыл совещание, указав напоследок удвоить бдительность и потребовав для ознакомления перечень имеющихся объектов и отчёты о наличии личного состава, их подготовке и прочая и прочая.

— Сенсей Ямомото, — обратился он, когда голографические проекции остальных Стражей пропали, — вы ведь ведёте школу боевых искусств.

— Да. На базе моего отряда проходят боевую подготовку стражи всех оставшихся отрядов, для смертных я тоже сделал небольшую секцию.

— Успешно? Для… смертных, — такое определение обычных людей изрядно царапало душу Семёна, не привыкшего отделять себя от остального человечества.

— Да! Конечно, смертные не могут выполнить большинство приёмов, разработанных для Стражи, ведь нас изначально создавали воинами, но я смог адаптировать программу подготовки и получаю очень хорошие результаты! — Ямомото заявил это с изрядной долей гордости.

— В таком случае, когда мы начнём привлекать смертных к нашей работе, вы сможете взять на себя их боевую подготовку?

— Конечно! — Страж не скрывал своего энтузиазма. — Вы собираетесь опираться в основном на смертных?

— А у нас есть другие варианты? — вздохнул Семён.

— К сожалению, вы правы, — японец заметно погрустнел.

— А может, и не к сожалению… Люди Земли имеют право сами строить и защищать свой дом.

* * *

Старый Булат, уважаемый в округе пасечник и бортник, только собрался ужинать. Сел за стол вместе с женой, Эльзой. Она из поволжских немцев, их семью переселили сюда в Войну, да так они и здесь осели. Сейчас Булат с Эльзой живут вдвоём, дочери все разъехались, повыходили замуж, внуки тоже выросли. Сергей вот в следующем году заканчивает Тимерязевку, по пчеловодству, уже твёрдо решил вернуться сюда, продолжать семейное дело. А вот Семён, тоже хороший мальчишка…

Размышления Булата были прерваны стуком в дверь. Жена пошла открывать и…

— Семён!!!!

Тут уж Булат не выдержал, сам вышел в сени.

— О! Какой ты! Всё в своих толкенистов играешь?

Семён выдохнул, улыбаясь, глянул на свои наручи, к которым уже привык, как ко второй коже, обнял деда, рассмеялся:

— Деда! Ты даже не представляешь, что происходит!…

И принялся рассказывать. Неожиданно для себя он рассказал всё.

— Вот и получается, что я теперь, как сказочный царевич, разъезжаю на сером волке, командую древними воинами, женат на внучке Бабы Яги… Эх, жалко ты к нам на свадьбу не приехал! — закончил он.

— Ну ты же знаешь, август! На кого я пчёл брошу? А вот то, что ты после свадьбы к нам не заехал, это я на тебя обижен! — произнёс Булат с напускной обидой и щёлкнул внука по покаянному лбу. — Ну я-то всегда знал, что Рая тебя взяла. Она, конечно, мне ничего не сказала, но я не слепой. Но, чтоб ты знал, для меня все внуки — родные! А сам-то ты что об этом думаешь?

— А что тут думать? У меня одна семья, другой нет.

— Вот и хорошо!

Они ещё сидели какое-то время за столом, разговаривая о жизни, о родне, о планах на будущее. Пока не позвонила Славяна. Отругала мужа, что он не предупредил, что задержится и пообещала старшему поколению, что обязательно заедут к ним на новый год. На том и расстались и дедушка с бабушкой вышли проводить внука, да и посмотреть, как он садится на сказочное чудовище. А волчара только хвостом махнул и растворился в осеннем лесу, словно его и не было.

Семён, после разговора с дедом, почувствовал огромное облегчение. Словно гора с плеч свалилась. Вроде чего такого? Ну рассказал о своих похождениях, ну потрепались за жизнь… И ничего в мире от этого не изменилось. Но изменилось в душе у самого Семёна. Что-то очень важное, от чего жить и работать дальше стало ему намного спокойнее.

* * *

Семён стоял посреди абсолютно пустой гостиной столь же пустого домика на окраине Ванкувера и матерился последними словами. Матерился мысленно, а адресатом столь явного неудовольствия был он сам. Ведь говорил же, говорил дядька: "Надо брать!". А он подумал что самый умный и отложил. Типа, убедиться что выявлена вся группа, чтобы никто не подал сигнал… И вот, дождался…

Началось всё сегодня утром, когда он, потягиваясь слез с печи. Серебристым колокольчиком пропел древний планшетник, выданный ему не так давно Ягой. Планшетник спроецировал голографический образ Великого Змея.

— Владыка! Вы приказали сообщать о всех значимых действиях поднадзорных. Я счёл…

— Короче?

— Лидеры группы посетили погребение первого… официального управителя данного Убежища. И даже оказали ему положенные почести. И даже принесли подношение.

— Подношение? Какое? — Семён сразу напрягся. Эти деятели ничего не сделают без ожидаемой выгоды.

— Они поместили в гробницу боевой артефакт, некогда принадлежавший данному управителю, этот артефакт…

— Уж не лук ли Индры?

— Да, артефакт известен именно под таким названием.

Сирены тревоги просто взревели в сознании. Артефакт явно не из дешёвых, значит они собираются хапнуть в этой гробнице что-то совсем ценное. Больше медлить нельзя!

— Задержать всю группу! Немедленно!

Но было уже поздно. Это уже потом, когда Семён прискакал сюда на волке, он узнал, что за пол часа до инцидента в гробнице, все выявленные члены группы вошли в этот домик, бывший их базой, и… вот он пустой. Значит точно, они тяпнули там, в гробнице, что-то ну очень ценное!

— Ладно… — процедил Семён, унимая клокотавшую внутри него досаду. — Соберите здесь всю информацию и позаботьтесь, чтобы посторонние сюда не лазили. Надо позвать кого-нибудь ещё? Ягу, там с Кощеем, или криминалистов?

Великий Змей задумался на секунду, ответил, явно недовольный тем, что приходится говорить именно так:

— Я думаю, что они могут принести тут пользу.

— Хорошо, — ответил Семён, доставая свой "планшетник". — А мы к этой гробнице, посмотрим, что там можно найти.

"И попробуем догадаться, что они увели оттуда…", — добавил он про себя.

Яга с Кощеем, ожидаемо, не нашли ничего, присланные Юсуфовым криминалисты нашли чуть больше, но толку от этого всё равно было мало, по крайней мере, вотпрямщаз. А вот в гробнице на острове Девон кое-что выяснить удалось.

Вызванная Семёном Лилит поворчала для порядку, повертела в руках тот самый злосчастный лук и со словами: "Держи уж, всё равно больше пользы, чем ему здесь валяться", принялась осматривать гробницу. Очень скоро обнаружился и предмет интереса посетителей: на руке лежащего в мавзолее тела нашлась маленькая ранка.

— И что это значит? — спросил Семён. Больше для порядку, потому как и сам примерно представлял, что искали тут расхитители гробниц. Лилит его мысли подтвердила:

— А сам-то не догадался? Взяли пробу генетического материала.

Спрашивать о том, сохранилось ли тут хоть что из этого генетического материала за прошедшие сто тысяч лет, Семён не стал: если перстень и "планшетник" сто тысяч лет пролежали в запасниках и работают, как новенькие, то, наверное, великие предки и тело одного из своих правителей законсервировали так, что оно за эти годы не протухло… А учитывая, насколько всё в имперской иерархии и управлении было завязано на генетические маркеры, неприятности грозили фундаментальные…

* * *

Это небольшое ранчо в одном из пригородов Сиднея совсем недавно купил респектабельный господин из Южной Америки, а конкретно из… э… простите, запамятовал. Да и так ли это важно? И как зовут респектабельного господина все тоже очень быстро забыли. У соседей, правда, оставалось о нём самое что ни на есть приятное впечатление. Ну как же: сад ухожен, дом в приличном состоянии, даже то, что было не очень хорошо при прежних хозяевах вдруг оказалось поправлено, выглядит он сам ну очень прилично, появляется на людях, правда, редко, но, что поделаешь, ведёт бизнес из дома и очень много работает.

Зайди гости в дом, они тоже не нашли бы там ничего необычного, но вот в стоящем чуть поодаль ангаре, столь обычном для любого ранчо, обнаружилась бы весьма странная лаборатория. Всё пространство было разбито на несколько рабочих зон, заставленных самым разным оборудованием. Кое-что несомненно было куплено в местных магазинах или заказано по Интернету (из того оборудования, что в магазинах не продают), некоторые устройства явно были собраны из деталей, найденных на помойке, но было и такое, чего на Земле не купить, даже если ты не скромный владелец небольшого ранчо, а большое и сильное государство. Среди этих устройств, колб и висящих прямо в воздухе светящихся надписей, составленных из неведомых на Земле знаков, сновали люди. Весьма странно одетые люди. Центром же всего этого движения была большая старая ванна, покрытая облупившейся местами белой эмалью. В эту ванну был налит зеленоватый раствор, а в нём покоилось тело мужчины, лет тридцати отроду. К нему были подведены несколько трубок и проводов… по крайней мере это выглядело как трубки и провода, временами по содержимому ванны прокатывались воны света, разной окраски и интенсивности.

Мужчина в дорогом костюме, мы помним его под номером Первый, стоял на небольшом возвышении и оглядывал всё это движение сосредоточенным взглядом. К нему подошёл Второй и движением руки развернул перед ним трёхмерную модель того дома, которым они пользовались в Ванкувере. На модели было видно как в дом стремительно входят несколько человек, во главе с Великим Змеем, Змей быстро осматривается, делает короткий пас рукой и картинка пропала.

— Это всё? — сосредоточенно спросил Первый.

— Да. Они сразу выявили и нейтрализовали нашу следилку. Похоже, у нас завелись конкуренты.

Первый задумчиво покачал головой:

— Дайте посмотреть ещё раз и подробнее…

Второй сделал приглашающий жест и перед ними снова возникла картинка. Действо, продолжавшееся всего несколько секунд прокручивалось вперёд и назад с разной скоростью, модель поворачивалась так, чтобы сцену можно было видеть с разных ракурсов, по ходу отдельные детали наплывали на зрителя, увеличиваясь и кое-что отплывало в сторону, накапливаясь в отдельном массиве изображений. Наконец Первый выдохнул:

— Ну ничего себе! Если это не какие-то клоуны, то это отряд имперской Стражи, причём из элитных! По крайней мере, знаки различия при них есть. Ну и возможности кое-какие имеются, судя по тому, как они вырубили вашу систему наблюдения.

— Вы хотите сказать, что тут остались работающие структуры Империи?

— Не хочу. Но в данной ситуации это вполне рабочая гипотеза.

На лице Второго отразилась тяжёлая внутренняя борьба, а вот Первый начал выдавать поток рабочих предложений:

— У нас в руках есть ключик к управлению всеми этими структурами, — он кивнул в сторону ванны с лежащим в ней телом, — но только ключик надо собрать несколько иначе, чем мы планировали.

— Вы знаете как?

— Гарантировать не могу, но с очень большой степенью вероятности — да. Но нам потребуется время.

— Если они не нашли нас сразу, значит и не найдут. Просто подготовим экстренную эвакуацию. Риск потери части оборудования и команды остаётся, но при таком призе — это оправданный риск.

— И есть ещё несколько вопросов, которые надо прояснить.

— Слушаю вас, — очень серьёзно ответил Второй.

---------------------------

1 не за долго до появления шумеров — то-есть около 8 тыс. лет до Н.Э. На самом деле раньше, но Семён этого пока не знает.

2 сиды– народ холмов из британской и кельтской мифологии. По легендам — носители великой мудрости, умельцы во многих искусствах. В древности населяли Британские острова, но были вынуждены скрыться в своих холмах. Сиды стали прообразом эльфов в легендариуме Толкиена.

Глава 19. Про иголку и стог сена

Басов нервно барабанил пальцами по столу. Операция была провалена. Вообще-то, самым виноватым, как куратор и реальный мозг мероприятия, был Юсуфов. Ну должен он был проследить, чтобы Персунов не ударялся в самодеятельность и сделал всё правильно! Тем более, что для Персунова это была первая самостоятельная операция. Но из педагогических соображений большая часть шишек Персунову и досталась. Тут надо отдать Семёну должное: отнекиваться и искать оправдания он не стал, признал свои ошибки сразу, потому разнос быстро заглох и обсуждение перешло в конструктивное русло, а именно, стали решать Второй Великий Русский Вопрос: "Что делать?". Тут, правда, тоже вариантов было только один: Ловить! Но вот где и как?

— Думаю, они сейчас будут делать клон этого деятеля или попытаются привить его гены кому-нибудь из своих, — предположил Семён. — Всё зависит от того, сколько это у них займёт времени.

— А сколько? — задал вполне резонный вопрос Басов.

— Если месяц — другой, то останутся на Земле и будут химичить на месте, если год и более — отойдут на свои базы.

На внимательный взгляд начальства пояснил: — Это в древности они смогли бы изображать из себя богов и открывать ногой любую дверь, но даже в позапрошлом веке это уже не прокатило бы. А ещё здесь всё ещё остаётся Стража, которая среагирует на любой шум. Стража их скрутит на раз, это всё-таки не армия, а мелкая банда чёрных копателей, поэтому они стараются всё делать тихо.

— Логично, но мы всё равно не можем знать ничего конкретного, — вздохнул Юсуфов.

— Можно спросить… — закинул мысль Семён.

— Вы уверены, то Яга достаточно разбирается в этих вопросах?

— Не Яга. Лилит точно разбирается, — возразил Семён и, не дожидаясь возражений начальства, сказал, вроде как в воздух, но добавляя в свой голос толику силы, дабы слова звучали и на эфирных планах тоже: — Бабушка Лилит! Подойдите, пожалуйста! Есть важные вопросы, в которых разбираетесь только вы!

— Ну и? — раздалось в ответ.

Означенная Лилит сидела в троноподобном кресле посреди кабинета Басова.

— Господа офицеры! — чётко скомандовал Юсуфов вставая. — Даму следует поприветствовать должным образом!

— Да не бойтесь вы так, — хмыкнула в ответ древняя сущность, — я сегодня не собираюсь никого убивать.

— Ну что вы, мадам! Какой страх? Я всё забываю сказать спасибо за то прекрасное вино, которым вы нас угостили! Позвольте исправиться?

— Считайте, что уже исправились, граф, — милостиво кивнула Лилит. — Так в чём вопрос?

Семён изложил суть проблемы: что и зачем могут сделать пришлые мародёры с добытым ими генетическим материалом? И сколько им на это потребуется времени?

— Клона они делать точно не будут, это слишком долго. Даже если ускорить развитие образца до предела, лет пять им понадобится. Да и не справятся они с клоном, даже если оставить его без инициации. Единственное, что они могут — привить кому-нибудь набор маркеров. На это потребуется месяца три, может четыре, в зависимости от их криворучия и набора заготовок.

— Им для этого понадобится что-то закупать, или они притащили всё необходимое с собой? — спросил Юсуфов.

— Основное, конечно, с собой, но кое-то точно будут добывать на месте. А вот что — разбирайтесь сами. А то всё им скажи да покажи!

— А что такое "инициация"? — резко спросил Семён.

— В корень зришь, наследничек! — Лилит расплылась в радостной улыбке и принялась объяснять: — Мало иметь нужные гены, чтобы они работали их надо пробудить. Для этого проводится специальная магическая операция, но провести её абы кто не может. Тебя я инициировала, как положено для наследника, но это не полная инициация, а полную… — Лилит хитро улыбнулась, — узнаешь, когда время придёт.

— У нас сейчас мало времени… — начал было Басов, но Лилит его перебила:

— Да не могу я! Это не моя работа! Да и понимаете, это… в общем, всё должно быть в своё время. А не вовремя… лучше не пробовать, был опыт.

Слово снова взял Семён:

— Ладно, с этим разберёмся в своё время. Они могут провести нужные инициации?

— Нет, — коротко и жёстко ответила Лилит. Подумав немного она всё же пояснила: — Понимаешь, инициация это не просто запись в энергетику, причём не только и не столько в ауру, некоторой программы. Это прежде всего… передача некоторого заряда, так будет ближе всего к тому, что вам понятно. А если заряда нет, то и передавать нечего. Вот чем отличаются апостольские церкви[1] от всяких новомодных поделок?

— Рукоположение[2]! — тут же ответил Юсуфов.

— Сами всё знаете.

— Ну а как же тогда эти мародёры собираются использовать генетические маркеры?

— Они могут не знать об инициациях, где-то маркеры сработают и так, могут попытаться подделать инициацию и где-то это даже может сработать… — равнодушно пожала плечами Лилит и пропала. Видно решила, что сказанного для решения текущих проблем хватит.

В принципе, хватило. Господа чекисты принялись споро составлять список возможных мест базирования незваных гостей и признаков, по которым их можно выявить. Вопреки ожиданиям, список получился не такой уж большой, а признаки — довольно чёткими. Ну а всю черновую работу предстояло выполнять Службе Внешней резведки.

* * *

Бывший полковник Федеральной Службы Охраны, неожиданно получивший от неведомых нанимателей вторую молодость, сидел в своём гостиничном номере в Сиднее. Напротив него сидело то, что он сам определил как связного с теми самыми нанимателями.

— Итак, вы нашли объект, — констатировал "связной".

— Да, с вашими наводками это оказалось не слишком сложно. Вот здесь вся информация, которую удалось собрать, — бывший полковник протянул собеседнику флэшку.

"Связной" внимательно посмотрел на модуль памяти и кивнул:

— Спасибо, я считал всю информацию. Но важно услышать ваше мнение, высказанное лично.

Важно, так важно, с нанимателем не спорят:

— Сами понимаете, имеющимися силами, при выставленных вами ограничениях и за столь короткое время, получилось узнать довольно мало. Удалось проникнуть на объект под видом сотрудников клиринговой компании, но только в жилой дом и ничего ценного мы там не обнаружили. Разве что… визуальным наблюдением установлено, что на ранчо собрано гораздо больше народу, чем видно снаружи. Обнаружены несколько источников энергии, довольно мощных. Были замечены поставки научного оборудования и химических реагентов. Наши люди, внедрённые в почту и службу доставки, смогли переписать адреса поставщиков и номера заказов. Но это всё.

— Как вы думаете, как скоро местная полиция заинтересуется их деятельностью?

— На месте местного шерифа, я бы уже начал наводить справки. И думаю, нашёл бы много интересного… Или не нашёл, что оказалось бы ещё интереснее. Но я не знаю степени разгильдяйства и продажности местной полиции!

— Предположим, что такая же, как и в знакомой вам России. А ещё наши подопечные способны влиять на сознание. Не боги, конечно, но повысить степень доверия к себе, отвести глаза и заставить забыть короткий эпизод вполне способны.

— В таком случае, если они не устроят что-то экстраординарное, что привлечёт внимание вышестоящего начальства и спецслужб, они могут работать тут годами.

— Отлично! Тогда будем считать вашу миссию в Сиднее выполненной. Оставьте наблюдателей, чтобы следить за поставками в их адрес и отследить момент, когда они снимутся с места, и возвращайтесь на свою основную базу. Счёт на затраты выставляйте как обычно. Есть ещё вопросы?

— Что делать с этим… Персуновым?

"Связной" впервые за всё время беседы убрал с лица маску полной бесстрастности и рассмеялся:

— Вам всё ещё обидно за то поражение!

— Какой-то сопляк…

— Учитывая то, что его ведут такие силы, упоминать которые не решаюсь без крайней необходимости даже я, мы с вами ещё очень легко отделались. А вас удалось выдернуть в самый последний момент. И вы даже не представляете, насколько сложно было нам замести ваши следы.

— То-есть вы ловили наживку?

— Мы ловили малька, который может вырасти в совершенно немыслимой силы чудовище. И за ним очень плотно присматривают. Но и нам нельзя оставлять его без присмотра, поэтому продумайте операцию по созданию в Москве своей постоянной базы с резидентом. Граничное условие: лично вы не должны там появляться ни при каких обстоятельствах и никаких контактов, даже опосредованных, с вашими бывшими коллегами.

— Сроки?

— Вообще-то вчера, — со вздохом ответил "связной", — но учитывая, что вчера уже прошло, постарайтесь уложиться в неделю.

Ну что тут скажешь? Работать в режиме: "Надо сделать вчера!", — для России дело обычное, так что русских такая постановка вопроса не особо напрягает. И вот что удивительно: Частенько даже и успеваем! Так что бывший полковник ФСО равнодушно пожал плечами и спокойно ответил: "Сделаем…".

* * *

"Кто бы мог подумать, что работа Императора такая скучная…", — пожаловался как-то Семён жене. Как и во всякой шутке, в этой тоже содержалась некоторая доля… шутки… После скоропостижного визита в Канаду, он занимался изучением многочисленных отчётов, докладов, технической документации, удавалось вырвать время для тренировок магии и весьма специфического боевого искусства Стражей (исполнительный Ямомото таки прислал ему инструктора). Последнее, правда, целиком заслуга Славяны, которая взяла в свои цепкие ручки планирование рабочего и прочего времени супруга. И, надо отдать должное, сам Семён вот так хорошо распланировать своё время не смог бы. Случилось пару раз и съездить на некоторые объекты, но это, честно говоря, уже больше для того, чтобы развеяться.

И вот, во время изучения одного из таких документов (на высшем имперском, что отнюдь не упрощало работу), зазвонил телефон. Семён поначалу даже опешил: на экране высветился именно тот номер, который в своё время был зарезервирован для связи с самым верхом.

— Добрый день, — произнёс знакомый всей стране голос, — вы сейчас сильно заняты?

— Ничего такого, что нельзя было бы отложить.

— Сможете быть… — голос на том конце провода назвал адрес, — через пол часа? Хочу вас кое с кем познакомить. Думаю вам будет полезно и интересно.

На конспиративной квартире в паре кварталов от офиса группы, его встретил сам глава государства. Пожал руку, провёл в гостиную обычной для московского центра двухкомнатной квартиры в старинном доме пережившем де… простите, реконструкцию. Там уже находился мужичок лет тридцати, по виду — типичный очкарик-научник, такой же, каким должен был стать сам Семён, согласно планам родителей и родного государства. И кто ж виноват, что планы некоей древней и могущественной сущности были задуманы гораздо раньше и оказались на много… плановитее, что ли…

— Прежде всего, напомню: в начале сентября вы проходили плановое обследование в нашей поликлинике, — начал президент, — в ходе обследования сдавали кровь… — и он внимательно посмотрел на Семёна. Тому захотелось схватиться за голову:

— Я всё понял…

— Особенно, учитывая то, что вы сообщили мне о своей роли в некоторых системах управления…

— Всё! Теперь вся медицина — только в семейная!

— Надеюсь, у вас есть хороший домашний врач.

— Бабушка моей супруги… Да и сама она тоже разбирается… Так что, если надо — обращайтесь! — усмехнулся Семён, а вот президент поёжился:

— Если честно, то среди знающих людей до сих пор делают ставки: как скоро вас хоронить.

— Злые они, — отмахнулся Семён, — но давайте к делу.

— Да, действительно. Позвольте представить: Сергей Степанович, генетик, Ему я передал образец вашей крови, который, кстати, оказалось очень просто заполучить, — президент представил третьего присутствующего в комнате человека после чего указал ладонью на Семёна: — а вот объект ваших исследований, Сергей Степанович. Ну так расскажите нам, что удалось выяснить?

Научник вздохнул и принялся вещать. И от этого глаза Семёна чуть не полезли на лоб. Прежде всего, выяснилось, что ДНК у Семёна чуть не в два раза короче нормальной человеческой.

— НО! — восторженно воскликнул генетик. — Сейчас уже доказано, что значительную часть нашего генома составляют особые… скажем, это типа вирусов, которые нас заразили когда-то и теперь передаются по наследству. Так вот, у вас в генах этого мусора нет! Как будто его кто-то вычистил! Ваше ДНК короче обычной человеческой только из-за этого! Во-вторых, у вас полностью отсутствуют следы денисовского и неандертальского генома! Можно считать, что вы — эталонный кроманьонец[3]! Вот только непонятно, сейчас считается, что кроманьонцы исходно были негроидами, а вы — прямо эталонный образец белой расы…

— Значит, где-то ваша учёная братия ошибается, — задумчиво сказал президент, — но, давайте дальше.

Дальше выяснилось ещё много всего интересного. Выяснилось, например, что Семён должен обладать абсолютным иммунитетом. Выяснили это случайно и уверенности нет, но иначе интерпретировать косвенные данные было бы сложно. Ещё удалось узнать, что Семён должен быть практически бессмертным:

— У нас в ДНК есть такие кусочки, теломеры называются. Каждый раз, когда клетка делится, специальный фермент такой кусочек откусывает. Когда они кончаются, клетка перестаёт делиться. А клетки в организме погибают постоянно. Поэтому в старости клетки продолжают погибать, а новых не появляется. Из-за этого мы слабеем, болеем, в конце концов умираем. Так вот, у вас теломеры… даже не как у младенца! Как у недельного зародыша!

— Это всё здорово, — сосредоточенно сказал Семён и спросил: — А клонировать меня вы сможете?

— А вот в этом я не уверен! — глазки у учёного вспыхнули с новой силой. — Понимаете, те клетки, которые мы используем для клонирования…

— Стволовые? — уточнил Семён.

— Ага, — кивнул генетик, — так вот, ваши стволовые клетки, по крайней мере в данном образце, совершенно не активны! Мы так и не смогли заставить их делиться! А ещё ваши макрофаги… это такие клетки крови, которые уничтожают всё чужеродное, активно охотятся за стволовыми клетками. Нам едва удалось выделить всего несколько штук. По идее, ваш организм уже давно должен был съесть сам себя, но этого не происходит!!! Единственное объяснение — кровь в организме и кровь в пробирке ведут себя совершенно по-разному!!! Этого не может быть, но это так!!!

Семён на это только покачал головой:

— Благодарю от всей души, Ваше Темнейшество! Это… У меня даже нет слов! А можно я привлеку Сергея Степановича к работе в нашей структуре?

— А вот об этом уже договаривайтесь сами, — с заметной хитрецой в голосе ответил президент.

Из подъезда они вышли вместе, начинающий император Галактики и генетик.

— А сейчас, Сергей Степанович, я вам кое-что объясню и кое-с-кем познакомлю. Вы только, пожалуйста, не пугайтесь…

* * *

Жизнь идёт полосами, то густо, то пусто… Семён понял это, когда оставил сумасшедшего генетика в компании Лилит на спешно предоставленной Басовым конспиративной квартире. Учёный вздрогнул, конечно, когда в квартире появилась эта древняя и недобрая сущность, но как только речь зашла о его любимой науке, глазки у научника загорелись, все страхи пропали и оба быстро нашли общий язык. И начали сыпать такими словами, что Семёну стало страшно и он поспешил покинуть эту парочку. И когда он выходил из дома, в душе поселилось предчувствие, что в скоре у Славяны появится новый смертный прадедушка.

Однако густота событий этого дня ещё не закончилась. Стоило Семёну выйти из подъезда, как снова зазвонил телефон. Проснулся Ахмет.

— Привет, дорогой! — раздался в трубке бодрый голос.

— И тебе не хворать! Как сам? Что-то тебя давно не слышно!

— Да я отлично! Слушай! Тут есть такая тема! Закачаешься!

— А давай пересечёмся?

— А давай! Где?

И Семён назначил ему встречу через час, в одной из заранее определённых точек. Вздохнул и направился в офис своей группы, по пути набирая номер Юсуфова…

---------------------------------------

1 апостольские церкви — христианские церкви, по легенде основанные апостолами — личными учениками Христа. Большая часть православных и католическая.

2 рукоположение– церковный обряд посвящения в сан священника и епископа. Рукоположение совершает епископ или несколько епископов. Считается, что при этом обряде происходит передача благодати, которую апостолы получили непосредственно от Христа, а потом передали своим ученикам. Лилит намекает, что это не просто суеверие.

3 денисовцы– вид древних людей, останки которых найдены в Денисовской пещере на Урале, неандертальцы — о них, наверное, все знают. Кроманьонцы — древние люди современного типа. Современный человек сформировался в результате скрещивания всех трёх типов древних людей. Основу составляют гены кроманьонцев, однако гены неандертальцев и денисовцев присутствую в значительном количестве.

Глава 20. Если б я был султан

— Ты, я так понял, по клубам там всяким, по барам не ходишь? — начал Ахмет.

— Я женатый человек, мне уже не солидно, — хмыкнул в ответ Семён.

— Да ты что? Когда успел?

— Вот сразу после выпуска, в августе. Славяна, ты её знаешь.

— Та самая?!!! Так она же ведьма!

— Ну и что? У тебя бабушка ведьма, мать ведьма, сестра тоже ведьма. И ничего.

— Ну, не знаю… Тётя Ло её как вспомнит, сразу заикается.

— А ибо нефиг! Ладно, давай к делу.

— Так вот о том и дело: В Москве открылся клуб, "Ритмы самбы". Кстати, заметь, без стриптиза, но на высшем уровне. Открыли его настоящие бразильцы, девчонки там все латинки…

— То-есть типа, бордель? — уточнил Семён.

— Нет! Что-ты! — Ахмет даже возмутился. — Они там танцуют, как на карнавале…

— То-есть круче любого стриптиза… — Семён снова не удержался.

Ахмет на это только вздохнул:

— Что есть, то есть… Ну такая система: с девочками можно знакомиться и договариваться, а дальше — как договоришься. Но это ладно. А вот дальше начинается странное. Их никто не трогает. Не, налоговая, там, пожарные всякие, это понятно, но ведь к таким конторам и братки подваливают. Типа там, за крышу плати, девок на субботник[1] давай. И к ним подвалили. Сначала с крышей. На следующий день главного пахана этой крыши нашли с дыркой в голове. И всё чисто. Менты покрутились и плюнули, в висяк списали. А им чего? Чем больше братки друг друга положат, тем жизнь проще. Ну там дальше сход и все дела, нового поставили. А эти-то танцуют себе, а за крышу не платят. Послали к ним пацанов, пошевелить. Типа, чтоб про крышу задумались. А пацаны и пропали. С концами. То-есть вообще, были и нет их. Ну пахан, который новый, так и махнул на это дело рукой: мол, пусть сами как хотят. Наедет кто на них, сами будут разруливать. Вот только ходят слухи, что он что-то у себя в доме нашёл такое, что потом весь день ходил бледный как глист и заикался. Но это слухи, сам понимаешь.

Ахмет перевёл дух, а Семён уточнил последнюю мысль:

— Типа как один честный христианин, сидючи в кабаке и будучи в серьёзном подпитии слышал, как другой честный христианин рассказывал, как его добрый знакомый случайно услышал…

— Да, как-то так. Но факт твёрдый, за крышу они не платят. Дальше другие братки на них наехали. Типа, давай девок на субботник. Те вроде не кочевряжатся, спрашивают: "Куда, да когда, да сколько?", а когда девки стали собираться, а ты заметь, от этих бразильцев ни одна не пришла, хозяин и пара гостей, что пораньше съехались, лежат и у каждого дырка в голове. И записка: "Субботник удался!". И опять, ни следов, ничего. Ну, слухи-то пошли, менты на них наехали. Но следак о чём-то с главным поговорил и менты отъехали. И тишина.

Семён задумался. То, что клуб этот какой-то… аномальный, в общем-то ясно, но насколько это по части СКУНП? "А, ладно, пусть об этом начальство думает!", — махнул он рукой.

— Хорошо, мы эти танцульки проверим, своими способами. Ты только сам…

— Держись от этого подальше… — скривился Ахмет.

— Главное сам никаких расследований не учиняй. Там, похоже, работают профи, вот пусть с ними разбираются специально обученные люди.

— Хорошо, — очень серьёзно ответил Ахмет.

* * *

Расследование по клубу "Ритмы самбы" сразу пошло как-то странно. То-есть поначалу Басов похвалил Семёна за то, что тот сразу стал налаживать агентурную работу и действительно передал информацию специально обученным людям. Те сходу попытались внедриться в столь необычно ведущее себя заведение и… в общем, если опустить все положенные к этому случаю канцеляризмы — едва унесли ноги. Басов на это удивился и насторожился, кого надо отлаял и люди взялись за дело всерьёз. И всё равно работа шла очень тяжело. "Словно ФСО раскалываем!", — ляпнул кто-то из группы. И Басов насторожился уже очень серьёзно. Слишком свежи в памяти были события весны, когда это самое ФСО охотилось за Персуновым, а методы, которыми работала охрана этих бразильских плясуний очень уж напоминали методы той самой Федеральной Службы Охраны. И директор СКУНП снова пошёл напрямую к директору СВР. Тот матерился, поминал недобрым словом последнее задание из серии "найди то, не знаю что", поддержанное, кстати, на самом верху, но когда услышал, что эти два дела, возможно, связаны и раскрутив одно, вытянем и другое, сдался.

Удивительно быстро удалось выйти на настоящего владельца "Ритмов самбы", но, следуя заказу Басова, разрабатывать его не стали, ограничились тем, что собрали всю легальную информацию, да сделали несколько фотографий. И вот сейчас перед директором СКУНП на столе лежали два фото. Одно — истинный хозяин московского ночного клуба, а также молодого, но уже успешного охранного агентства в Рио-де-Жанейро, второе — один из офицеров ФСО, пропавших безвести после событий "охоты за Персуновым". Это был один и тот же человек, только тот, который из Бразилии был лет на тридцать моложе… Басов дал команду срочно приостановить все операции по "Ритмам самбы" и поднял трубку ВЧ[2], набирая прямой номер директора Внешней Разведки. Интуиция подсказывала, что он на верном пути.

* * *

И снова Семёна захватила рутина. Освоение древнего наследия шло своим чередом, изучение всяческой магии тоже, но в остальном ничего не происходило. И это заметно нервировало. Время-то идёт, мародёры реализуют свои коварные планы и совершенно неясно, где ждать их очередной выходки. Уверения Юсуфова, что можно, де, не дёргаться, ибо в конце концов они вылезут сами, тогда и будем их брать, не успокаивали. Когда они вылезут, в их руках будет отмычка к контурам управления, в том числе и к управлению Стражей. И как поведут себя в этом случае Старшие, клявшиеся недавно Семёну в верности, было совершенно не ясно.

На этом фоне всплыла ещё одна мелкая, но крайне беспокойная проблемка. Дело в том, что у родителей Семёна, вернее у его деда с бабкой по отцовой линии, имелась дача, ещё с советских времён. Старики жили на этой даче всё лето, но когда начался шухер и всю семью стали прятать, спрятали и их. Куда — Семён не знал из соображений конспирации, хотя и собирался в ближайшее время организовать для них спокойное местечко на одной из заброшенных баз Стражи. Но вот дача осталась практически брошенной и чем ближе к зиме, тем чаще и чаще родители приставали к нему, что с домом надо что-то делать. А именно — подготовить как положено к зиме и законсервировать. В конце концов Семён вытребовал у Яги простейшего строительного бота из старых запасов и в пятницу, сразу после службы, отправился приводить домик в порядок. Славяна должна была прилететь к нему на своём любимом пылесосе чуть позже, когда домик уже будет приведён в жилое состояние.

Бот этот, кстати, оказался реальным прообразом той самой лампы с джином из арабских сказок: золотой (вернее, внешне выглядит как золотой) диск с несколькими драгоценными камнями по краям (по крайней мере, это выглядит как драгоценные камни). Активизируется ментальной командой, после чего вылезает голографическая проекция встроенного искина и с ним уже можно общаться как с нормальным прорабом. Ну, почти нормальным, потому что искин способен понимать всё без мата. Проекция адаптивно подстраивается под оператора, поэтому у Семёна вылез вполне благообразный прораб в спецовке и каске, а вот представьте если такую штуковину (а их немало растеряли в районе Ближнего Востока) находит какой моджахед с образованием в полторы сутры Корана (и те с ошибками) и кругозором чуть уже замочной скважины? Отсюда и сказки про страшных джинов и прекрасных джиний…

И вот сейчас Семён колесил на своём, выделенным Службой, "козлике" по тёмной ночной дороге, сквозь густые ноябрьские сумерки, уже добравшиеся до границы ночи. Давно знакомый поворот с шоссе на дорогу местного значения остался позади, на самом краю стоящего вдоль дороги посёлка ещё один поворот и последние огни исчезли за деревьями. Снизив скорость, потому как разбитая дорога из разъехавшихся бетонных плит даже для "козла" представляла некоторую сложность, он наслаждался поблескивающим в лучах фар жиденьким ещё ноябрьским снегом. А и правда красиво! Свет фар образует таинственный коридор. Надвигаются из темноты слегка припорошенные снегом молодые ели, выезжают навстречу тронутые инеем стволы старых деревьев, обнажённая девушка бежит вдоль дороги…

Семён настолько погрузился в созерцание предзимнего леса, что не сразу осознал неуместность тонкой девичьей фигурки, семенящей вдоль дороги. А как осознал, принялся действовать: сначала просигналил, но бегунья не отреагировала. Тогда он догнал её и снова никакой реакции, как бежала, так и бежит. Тогда он слегка обогнал девушку, остановился и распахнул правую дверцу. И только ударившись об неё, бегунья вскрикнула и остановилась, затравленно озираясь.

— Быстро в машину! — скомандовал он, параллельно подхватывая незнакомку за руку и затаскивая в салон. Ибо не был уверен, что она понимает его слова: по ауре, которую Семён успел рассмотреть, девушка была не совсем человеком.

То ли она поняла его слова, то ли действия Семёна были достаточно решительными, но незнакомка без сопротивления забралась внутрь и, мелко дрожа, сжалась на сиденье. Семён же врубил на полную обогрев салона и активировал амулет для прогрева сиденья. Амулет этот он, кстати, сделал сам, по заданию Яги, в качестве упражнения. Вот теперь можно было рассмотреть спасённую девушку. Стройная, тонкая в кости, но не тощая, с маленькой грудью, она вся была покрыта растительным орнаментом. То ли татуировка, то ли рисунок, это Семён определить не мог, да и не особо приглядывался, а вот торчащие через растрёпанные золотистые волосы острые длинные уши не заметить было сложно. Рядом с ним сидела представительница народа сидов, в своё время послуживших прообразом толкиеновских эльфов.

Сказав своей неожиданной пассажирке что-то ободряющее, Семён резко тронулся вперёд. Машина запрыгала на ухабах, но надо было как можно скорее добраться до дачи, прогреть промёрзший дом, напоить девчонку горячим чаем…

Заехав на двор он оставил двигатель работать, чтобы в салоне было тепло, сам бросился в дом, на ходу доставая из кармана строительного бота и пробуждая его искин:

— Макарыч! — так Семён назвал искина.

— Я здесь, начальник! — отозвался искин, проявляясь в реальность в виде голографического изображения.

Семён прикрыл глаза, успокаивая нервы. Надо срочно натопить дом и перевести девчонку сюда, но если начать разогревать дом сейчас, мало ли что случится? Кто знает, где что замёрзло? А незнакомка пока сидит в тёплой машине и непосредственно сейчас ей ничего не угрожает. Поэтому он и занялся в первую очередь ремонтом. Туповатый на первый взгляд искин оказался хорошим знатоком своего дела: всего пара коротких указаний и в доме зашуршало, захлопало, раздались звоны и скрипы и через пару минут Макарыч доложил, что здание пригодно к проживанию. А ещё он притащил парочку местных домовых, подкачал их энергией и слегка припугнул. В результате жившие на даче домовой и кикимора прониклись к молодому барину несказанным уважением и принялись трудиться не за страх, а за совесть. Уже через четверть часа дом был натоплен, самовар разогрет, а чай заварен. Настало время заправлять найденную в лесу эльфийку[3] в дом, отогревать по нормальному и выяснять наконец: кто такая и вообще, откуда, почему, куда и зачем? Заправлять-то заправлять, но вот как? Гнать её голую босиком по снегу? Бр-р-р-р-р-р… Семёна от такой мысли самого озноб пробрал. И он просто, без задней мысли, укутал нежданную гостью в куртку со своего плеча и отнёс в дом на руках. Не заметив горькой усмешки на её лице. А там, в доме, усадил за стол, дал чашку горячего чая и начал знакомиться.

— Эльвиа — представилась эльфийка.

На вопрос, как она тут оказалась, рассказала, что попала в рабство из-за предательства, но сумела убежать.

— Я убежала, чтобы умереть. Это, — она коснулась пальцем тонкого ремешка на шее, — убьёт меня или заставит подчиняться хозяину. Я не хочу подчиняться! Пожалуйста! разреши мне уйти и умереть!

— Зачем! Снимем мы эту дрянь.

— Её нельзя снять! И по нему меня найдут. Они придут и убьют тебя!

— А это хорошо, что придут! Не надо будет их потом искать, да ловить! — Семён хищно потёр руки и набрал номер Юсуфова.

Тот, выслушав историю нахождения остроухой страдалицы, радостно заявил:

— Высылаю к тебе ДП[4] и сам еду. Ты только не перебей их всех, если они раньше нас заявятся.

— Всех не буду, — рассмеялся Семён.

Следующей он вызвал Славю:

— Ты далеко?

— Минут пять, а что?

— Помощь нужна.

— Что-то случилось? — в голосе ведьмы проступила тревога.

— У меня всё в порядке, прилетай, увидишь.

— Ну ты заинтриговал! — заявила Славяна и отключилась.

Эти разговоры загнали эльфийку в глубокий когнитивный диссонанс, а уж когда само собой открылось окно и в него влетела Славяна на пылесосе, она и вообще выпала в осадок. А ведьмочка окинула их критическим взглядом, встала посреди комнаты, уперев руки вбоки и заявила:

— Та-а-а-ак!

— Э… дорогая… — неуверенно начал Семён и принялся рассказывать о неожиданной встрече на лесной дороге.

— Ясно, ясно, — всё с тем же ехидством кивнула Славяна, а в глазах читалась затаённая боль, — а дальше ты пожалел несчастную, завернул в свою курточку, чтоб не замёрзла. А чтобы ножки не отморозила, занёс в дом на руках. Угу?

Семён словно на стену налетел. Сел на ближайший стул и тупо спросил:

— Так. И чего я не знаю? Где подстава?

Славяна рассмеялась, но в этом смехе слышалась горечь. А Эльвиа тихо сказала:

— У нас есть обряд… как у вас… венчание называется. Мужчина отдаёт женщине свой плащ и если она принимает, значит обряд совершён. Дальше он должен внести её в дом на руках.

Семён осознал, что произошло и тупо уставился перед собой. А эльфийка заговорила, словно через силу:

— Я… не боюсь смерти… но я не могла больше выносить холод…

Она взялась руками за ворот куртки, собираясь её скинуть, но Славя её остановила:

— Сидеть, сестра! Сидим, смотрим цирк.

И сама села рядом. Семён выполз из ступора и осмотрел изнутри свою ауру. Его связь со Славяной осталась в неприкосновенности, но появилась ещё одна, с Эльвиа. И что с этим делать? Все трое были магами, понимали ситуацию, поэтому вопрос о том, чтобы открутить сделанное назад или сделать вид, что ничего не было не стоял. И что-то в глубинной памяти подсказывало Семёну, что возможный "развод" чудовищно повредит эльфийке. Не сказать, что убить будет гуманнее, но где-то около…

А Славяна, вот стервочка, сидит и подначивает:

— Ну же, весели народ!

Тут Семён разозлился. Нет, ясно что ей самой сейчас очень плохо, но зачем прятать это вот так, издеваясь над ним? Нет бы выдала какой конструктив? Но злость тут же улетучилась. Проблему надо решать и решать так, чтобы потом никому не было мучительно больно. И он заговорил:

— Славяна! Наша с тобой связь священна и неприкосновенна. И останется такой, пока ты не решишь иначе. Если ты захочешь уйти, мне будет больно, но я приму твоё решение.

Славяна хотела было что-то сказать, но Эльвиа сжала её ладонь и тихо зашептала:

— Назвала меня сестрой, так послушай! Просто молчи!

Славя шумно выдохнула и замерла, опустив глаза. А Семён продолжил:

— Эльвиа! Я не знал смысла того, что делал, но слово моё дано и оно нерушимо! Пока ты не решишь иначе.

— Только об одном прошу, сестра! Решай сердцем, но с холодной головой! — добавила от себя Славяна, сжимая ладонь эльфийки.

— Спасибо… — тихо выдохнула та, — Но всё равно, это ничего не меняет. За мной придут. Могут убить и вас.

Семён шумно выдохнул, сбрасывая напряжение, и обратился к Славяне:

— Сними с неё эту гадость, пожалуйста. Только маячок не сломай, а то заплутают эти охотнички и ищи их потом…

— А самому руками пошевелить? — проворчала Славя, осматривая чёрный ошейник, охватывающий горло её новообретённой сестры во браке.

— Я не знаю как от неё эти корешки отцепить, — ответил Семён.

— Нельзя отцепить то, что не прицеплено… — задумчиво произнесла Славяна, легко пальцами разрывая ленту, которую невозможно разрезать никаким имеющимся на Земле инструментом. — Они не приросли к ауре, просто внедрились и всё…

Она легко сняла разорванную ленту, завязала её в узелок и бросила на стол:

— Ну что, давайте ужинать?

И в этот момент с улицы раздался звук автомобильного клаксона. Явившийся на вызов Макарыч сообщил что это не Альфа. Семён взвесил на руке ваджру и произнёс:

— Ладно, девочки, вы тут собирайте на стол, а я пойду, вразумлю неразумных.

— Кто же вы такие? — тихо спросила Эльвиа.

Вместо ответа Семён снял с шеи и положил на стол амулет, маскирующий ауру, тот, который почти год назад дала ему Яга. Эльфийка в ужасе прикрыла рот ладошкой.

— Вот так бывает, — кивнул Семё и вышел на улицу.

-------------------------------

1 субботник (здесь) — криминальная сходка, в ходе которой проститутки обслуживают собравшихся бандитов бесплатно.

2 ВЧ– жаргонное название сети шифрованной правительственной связи. Как эта аббревиатура расшифровывается — не важно, ибо это название сложилось исторически и в наше время никакого отношения к сути и технологиям сети не имеет.

3 здесь эльфы и сиды используется как синонимы.

4 ДП– дежурное подразделение.

Глава 21. Самый опасный враг — тот, что внутри

Альфа споро паковала любителей поразвлечься с девушками-рабынями из неотсюда в воронки, вскрывая их собственные Геленвагены и Майбахи (и как сюда заехали-то на таких?) гидравлическими ножницами, старательно обходя при этом большое чёрное пятно посреди дороги со стоящими посредине пятна дымящимися берцами. Это Семён таки психанул. Мальчики мажорчики приехали с охраной, чтобы спокойнее было выкуривать сбежавшую девчонку и сломить сопротивление тех, кто посмел её спрятать.

Первым огрёб бывший с ними маг, как потом выяснилось — из поставщиков. Его Семён вырубил сразу: молния проделала в крыше автомобиля аккуратное круглое отверстие и тюкнула колдуна в темечко, сразу выбив его из дальнейших событий.

После чего Семён громко (слегка усилив голос магией и добавив толику Силы) предложил собравшимся:

— Так, господа! Сейчас садитесь в машины, грейтесь, скоро подъедет спецназ, вы спокойно дадите показания и поедете домой. И никто не пострадает.

Тут вылез какой-то самый борзый и начал качать права, обильно пересыпая речь матом и пытаясь при этом косить под феню. Семён не стал с ним препираться, просто демонстративно достал ваджру и столь же демонстративно саданул убогого слабеньким разрядом, не сильнее среднего электрошокера. Но получилось эффектно: красивая синяя дуга сорвалась с концов древнего оружия и поразила мажора поперёк пуза, а Семён ещё и подтолкнул его телекинезом. И крикун с утробным кряком улетел метров на десять. Семён попытался ещё раз воззвать к разуму, но взывать, похоже, было не к чему. Один из бультерьеров[1], сопровождающих золотых мальчиков на выгуле рванулся вперёд, по пути вскидывая руку с пистолетом и открыл огонь. Сразу на поражение, боевыми патронами. Защита, встроенная в императорское кольцо, сработала сама, остановив пули в двух мерах от Семёна, а вот сам он психанул. В результате от бультерьера остались только берцы и пятно сажи, а всю электронику в машинах мажоров выключило навсегда.

— А ну по машинам, козлы недоделанные! — рявкнул Семён. — Не понимаете по хорошему, будет по плохому!

Тут уже спорить не решился никто. А как только они забрались в свои, уже безнадёжно мёртвые суперкары, двери сами собой захлопнулись и вдоль пазов пробежали синие огоньки. Это Семён приказал Макарычу прихватить все двери в машинах сваркой.

— Не хотели сидеть в тепле, будете сидеть в холоде, — буркнул он и ушёл в дом, греться. А там его накрыло. Всё-таки убить в первый раз человека — это довольно тяжёлое испытание.

* * *

Скорость распространения слухов, как известно, гораздо выше скорости звука, поэтому в понедельник товарищи по службе встретили Семёна градом вопросов и подначек на тему: "Если б я был султан". Однако долго обсуждать нововведения в личной жизни не получилось, потому как почти сразу его вызвали к начальству. А там, в кабинете Юсуфова уже сидел Басов. Очень сердитый Басов.

— И как это понимать, Семён Петрович?

— Виноват! Психанул. Но и вы, поймите, Кондрат Вениаминыч! В меня стреляли боевыми патронами! Сходу, сразу на поражение. Если бы не защита, — Семён рефлекторно погладил перстень, — меня бы здесь уже не было.

— Ну это ладно, тут мы тебя отмажем, тем более и правда, тот пёс сам виноват. Но зачем было их в машинах заваривать? Тоже психанул?

— Так точно, — вздохнул Семён, — но ведь неплохо получилось! И не разбежался никто, и им безопаснее, всё-таки ночь, зима, лес вокруг.

— Ну ладно, я им так и объяснил, — отмахнулся Басов, сменяя гнев на милость. — Но всё равно, проблем после этого разгребать…

— У нас ещё больше проблем. И у этих мажоров тоже, — перебил его Семён. — Эльвиа — дочь короля сидов. Великого короля.

— … — Басов произнёс длинную фразу, из тех, что нынче, в силу массового падения культурного уровня, сильно упрощают, до одного — двух слов. Слегка отдышавшись уточнил: — Ушастым уже сообщил?

— Она послала весточку: мол, жива, здорова, спряталась. Понятно же, её свои продали, поэтому назад ей нельзя. Там у них при дворе такой гадючник!!!

— Ну это обычное дело, — хмыкнул Юсуфов и спросил уже о другом: — Как сами-то?

Семён сразу понял, о чём речь, поморщился:

— Не очень.

Басов сочувственно кивнул:

— Первый труп — всегда тяжело. Помню я, в девять сот пятом, в Москве… Тогда ещё даже баррикады не построили, просто митинговали, а на нас послали казаков. И вот он скачет на меня, уже шашку поднял. Как я успел? Наган выхватил и пальнул. И у него пол черепа как слизнуло. И понимаю, если бы я не успел, или промазал, быть бы мне без головы, потом ещё долго он мне снился…

* * *

Совещание правительства подошло к концу, все уже стали расходиться.

— А вас, Сергей Викторович, я попрошу остаться, — вежливо сказал президент.

Министр иностранных дел вернулся на своё место.

— У меня довольно необычная просьба, — начал глава государства, — надо организовать одному молодому человеку экспресс курс дипломатического искусства.

— А кто такой, что пристраивать его взялись именно вы? — министр был искренне удивлён.

— Очень перспективный молодой человек, но женился крайне неудачно… На дочке короля сидов.

— Ну это еще не… кхм… катастрофа, — отозвался министр. будучи дипломатом до мозга костей, произносить некоторые слова он не позволял себе даже во сне. Хотя иногда очень хотелось.

— Вот именно, это ещё не катастрофа, скорее даже набор возможностей. Если ими правильно воспользоваться.

— Это да, но парня жалко. Страшнее было бы, если бы на него Ягична глаз положила, но она уже…

— А это он и есть.

— Кхм… — министру иностранных дел очень захотелось сказать, что вот это точно катастрофа, как минимум личная для конкретного человека, но вполне может перерасти в глобальную, для всех. Но будучи дипломатом, от ограничился тем, что уточнил: — А он всё ещё живой?

— Представьте себе, как-то договорился, и с Ягой, и с Ягичной. Это при том, что оба брака магические и потому нерасторжимы.

— Какой талантливый молодой человек! Ему надо работать в моём ведомстве! — в глазах министра зажглись огоньки неподдельного энтузиазма.

— Увы, у него свои задачи, причём очень важные. Но если сможете договориться… может и получится привлечь его к вашим проблемам.

— Я подберу для него хороших наставников. Как с ним связаться?

— Я передам вам контакты.

* * *

Декабрь полностью вступил в свои права, принеся в столицу снег, слякоть и предновогоднее настроение. По этому поводу столовая в Доме 1[2] была украшена мишурой, снежинками и ёлочными шарами. Не слишком обильно, но настроение создавало. Басов уже закончил обедать и попивал чай, ожидая директора Внешней разведки, назначившего ему встречу именно тут. А в голове вертелось: "Как в старые времена…". И правда, что-то эта встреча сильно напоминала конспиративную. Вскоре его визави приземлился рядом, не спеша составил с подноса суп и котлету с пюре. Басов не удержался и озвучил свою мысль, насчёт конспиративной встречи.

— Стрёмно всё это как-то, — поморщился начальник СВР, передавая коллеге сложенный вчетверо лист бумаги.

— А что конкретно?

— Я дал своим команду присмотреться к этим ребятам по плотнее. В результате мы потеряли агента. Он просто пропал безвести, причём из собственного дома. Хорошо, что с ним работали через две прокладки. Обоих я отозвал.

— Поздравляю, коллега, с боевым крещением. Мы столкнулись с бандой… ближе всего это наши чёрные копатели, только происходят они не с Земли. А вскоре, глядишь, придётся заводить резидентуру на Тау Кита или вообще в другой реальности.

— Всё так плохо?

— Однажды это должно случиться. Возможно, мы не сможем выйти туда, на современном уровне, но вот они будут появляться здесь всё чаще.

* * *

В то же день, ближе к вечеру, Басов призвал к себе царевич и его дядьку и передал полученный от СВР листок бумаги.

— Значит Сидней… — задумчиво произнёс Семён. — Надо двигать туда и брать их.

— Как планируете "двигать"? — с некоторым скепсисом уточнил Басов.

— Возьму виману[3], прихвачу сколько-то стражей и Эльвиа. Выбрасываем десант, вяжем их по быстрому и эвакуируемся, всё, что не удастся прихватить с собой — выжгу.

— Документы где возьмёте?

— Какие документы?! Нас там нет, не было и быть не может. Если что-то пойдёт не так, придётся жечь всё и на метр под землю!

— А что может пойти не так? — уточнил Юсуфов.

Семён вздохнул. Ну как объяснить очевидное?

— Эти ребята играются с генетическими маркерами, обеспечивающими доступ к системам управления всем, что осталось от той империи. Кто знает, чего они уже добились и как на эти маркеры среагируют Стражи? Потому и беру Эльвиа, она иммунна к этим маркерам и в случае чего прикроет мне спину. Не хочу рисковать своей семьёй, но другого выхода нет.

— Тогда я иду с вами, — решительно заявил дядька. — У меня тоже должен быть абсолютный иммунитет к этим маркерам и я маг, не из последних. А лишняя поддержка, в случае неблагоприятного развития событий, будет не лишней.

— Когда назначаем операцию? — деловито уточнил Басов.

— Как только решу вопросы с транспортом и соберу группу захвата. Думаю день, максимум два, мне хватит.

— Хорошо, работайте дальше по своему расписанию, как будете готовы — доложите. Всё-таки какое-то прикрытие и запасной путь эвакуации обеспечить надо.

* * *

Они стояли напротив друг друга и упрямо смотрели в глаза.

— Я. Пойду. С тобой, — раздельно и настойчиво произнесла Славяна.

— Тебе нельзя туда идти! — настойчиво возразил Семён.

— Почему?

Семён замялся и Славя ответила за него:

— Из-за этих генетических маркеров? Вот именно поэтому я пойду!

— Славяна! Ты же…

— Я всё понимаю! Ты думаешь я люблю тебя только из-за этой генетики? Сначала — наверное… да не наверное, а точно! Но потом я видела тебя. Как ты подружился с Баюном и Серым, договорился с Сивкой, летал со мной в ступе… Как дрался с кабаном! — Она прервалась на секунду, тяжело дыша. — Да как ты спас Эль и потом, как смог сохранить и её и меня! За это я люблю, а не за маркеры!

Она постояла какое-то время, опустив взгляд и тихо закончила:

— Но если окажется, что эти маркеры полностью управляют мной, если я забуду тебя, почуяв более сильные маркеры… убей меня! Не хочу быть куклой, полностью управляемой по этим генетическим ниточкам!

— Славя!…

— Обещай! Обещай, что убьёшь меня, если я тебя предам под действием этих сигналов. Я хочу жить человеком, а если я только кукла на маркерах, лучше умереть!

Семён не мог выдержать этот требовательный взгляд и выдавил сквозь ставшее вдруг таким узким горло:

— Хорошо, обещаю…

— А если он не сможет, это сделаю я, — тихо сказала Эльвиа, положив руки на плечи им обоим. — Я не знаю, как смогу жить после этого, но я это сделаю!

Семён молча притянул обеих своих женщин к себе. Так они и стояли обнявшись, словно в последний раз.

* * *

Естественно, планирование и вообще организация операции оказалось гораздо более сложным делом, чем рассчитывал Семён и в два дня уложиться не удалось. И вообще, как он честно признался себе, без помощи Юсуфова и Ямомото, которому пришлось на несколько дней поселиться у Яги, операцию он бы провалил ещё на этапе планирования. Но вот, наконец, он доложился Басову, тот с ехидной ухмылкой прокомментировал: "День — два, да?", но дал добро. И вот две виманы, сделав короткую остановку на Окинаве, чтобы забрать основной отряд, поднялись на 100 километров над поверхностью и взяли курс на юг…

Атака была стремительной, охрана чёрных копателей не смогла даже подать сигнал тревоги, когда Стражи, словно горох ссыпались с неба и заняли все постройки по периметру ранчо. А присутствующие в отряде маги навели иллюзию и соседи вообще ничего не заметили. Когда Семён, в сопровождении штурмовой группы, возглавляемой Ямомото, Юсуфова и своих женщин вошёл в ангар, служивший лабораторией, для работавших там это стало крайне неприятной неожиданностью. Но тот, кого мы знаем под номером Второй отреагировал быстро. Он расплылся в гадкой улыбке и произнёс:

— Какая радость! Неведомый наследник сам привёл нам свою наложницу!

И взмахнул рукой. Тут же из ванны посреди ангара поднялся обнажённый мужчина, лет тридцати. Он был красив, хорошо сложен, с правильными чертами лица. Вот только выражение лица было абсолютно пустым.

Все замерли, ибо в его ауре читались те же символы, что и в ауре Семёна, только они были ярче.

— Призови наложницу! — скомандовал Второй.

— Эй, девка! подойди ко мне! — командным тоном произнёс дебил.

Славяна медленно перевела взгляд с Семёна на вылезший из ванной противоестественный конструкт.

— Сестра! Вспомни как мы встретились! Вспомни, что ты говорила совсем недавно! Вспомни, что было между тобой и Семёном!

— Кажется, она колеблется… — задумчиво произнёс Первый, который стоял рядом со Вторым.

— Не волнуйтесь. Эта особь подчиняется только маркерам, а у нашего образца они сильнее, — ответил Первый и прикрикнул на дебила: — Прикажи ей отдать тебе ключи!

Дебил выкрикнул:

— Девка! Подошла сюда и отдала ключи!

Славяна медленно подняла левую руку, над раскрытой ладонью которой разгорелся голубоватый диск, покрытый высшими имперскими письменами. Она разглядывала этот диск с нескрываемым изумлением.

— Поторопи! — приказал первый, будет сопротивляться подчини!

— Эй, девка! Живо! — откликнулся дебил.

Ямомото было бросился к дебилу, берясь на ходу за катану, но Семён остановил его:

— Она должна решить сама.

Сказав это он сосредоточился на том энергетическом канале, который их связывает и влил туда ощущение тепла и заботы. Славяна улыбнулась, поворачиваясь к нему и в этот момент дебил обрушил на неё мощнейший ментальный удар. Она замерла и Семён понял, что может вот так же подчинить её себе. Такими их создали. Но он боялся повредить любимой, поэтому стал вспоминать самые тёплые моменты их отношений и отправлять ей по связывающему их каналу эту память и свои ощущения. Словно издали до него донёсся голос одного из мерзавцев, засевших здесь:

— Вы не боитесь, сто он подчинит себе эту особь таким же образом?

— Нет. Он привязался к ней эмоционально и боится ей навредить. А мы на нашем образце так раскачали маркеры, что он перебьёт любые естественные.

Это стало последней каплей. Семён почувствовал, как в душе у Славяны полыхнула ярость. Она медленно повернула голову в сторону дебила и сквозь зубы выплюнула:

— Если тебе нужны девки… иди в бордель.

Она медленно, как деревянная кукла, сделал шаг в сторону Семёна, ещё один, положила руку ему на плечо и сжала пальцы, как утопающий на спасательном круге. Левую руку со светящимся диском она подняла на уровень глаз. Семён поднял руку навстречу. Их ладони встретились и свечение перешло к нему. Славяна всхлипнула и сползла по нему, опускаясь на колени.

— Прикажи страже уничтожить их! — Выкрикнул Второй, но в его голосе уже звенела паника.

Впрочем, дебилу на эту панику было наплевать. Знаки в его ауре немного изменились и он скомандовал:

— Стража! Ликвидируйте этих людей! Они предатели!

Несколько солдат попытались сдвинуться, но Ямомото рявкнул:

— Стоять! Пока я ваш командир!

Он Выпрямился и произнёс:

— Я принёс присягу не пню с маркерами, а человеку, который подарил нам надежду. Тому, кто готов вести нас из тупика. А генетические маркеры… они подтверждают некоторые права и являются ключами для доступа. Но они не обязывают верить и уважать. А теперь, Владыка, — он повернулся к Семёну и протянул ему свою катану рукоятью вперёд, — вы в праве казнить меня за такие слова.

— Я благодарю вас за то, что вы сказали, Ямомото-сан, — ответил Семён. — А теперь сделайте одолжение, избавьте этого несчастного от страданий.

— Благодарю за доверие, Владыка, — ответил японец.

Никто не смог толком разглядеть движение. Вот он только что протягивал меч Семёну, в следующее мгновение, одним слитным движением он развернулся, взмахивая рукой, пропел тонким свистом воздух и меч уже в ножнах, а голова генетической обманки только начала заваливаться набок. Случившееся повергло бандитов в такой шок, что никто даже не двинулся, пока Семён говорил:

— Благодарю вас, Ямомото-сан. А теперь задержите всю банду и начинайте грузить оборудование.

Сказав это он подхватил обмякшую Славяну на руки и отнёс в жилой дом, уложил там на диван. Она судорожно вздохнула и разрыдалась.

— Ну, ну, успокойся, — Семён нежно гладил её по щеке. — Всё закончилось и ты справилась.

— Почему ты не приказал мне…

— Потому, что не хочу приказывать. Потому, что взаимоисключающие приказы могли тебе повредить. Я просто вспоминал всё лучшее, что было между нами и старался передать тебе.

Она взяла его ладонь и прижала к щеке. Но вскоре эта идиллия была прервана: подошёл один из солдат и сказал, что какой-то разносчик пиццы прямо рвётся в дом. Семён приказал впустить, но быть готовыми к задержанию. Сам вышел в прихожую.

— Семён Петрович, — разносчик произнёс это на русском, хотя и с заметным акцентом.

— Вы от Андрея Андреевича? — уточнил Семён, называя того самого полковника ФСО, который сначала пропал, а потом, помолодевший, возник в Рио-де-Жанейро.

— Не совсем. То-есть я состою в его организации, но сейчас представляю тех, кто…

— Короче его нанимателей, — подсказал Семён.

— Можно сказать и так. Эти силы вынуждены предупредить вас, что любая деятельность за пределами Земли нежелательна.

— Поздно прятаться, когда к вам уже ломятся в дверь! Вы знаете, что мы тут поймали? К тому же, если я правильно понимаю, те силы, которые вы представляете помогли нам найти этих жуликов.

— Вы правильно понимаете. И тем не менее…

— Я хочу разговаривать не с посредником, а с теми, кто может принимать решение и обладает необходимой информацией. И не сейчас, извините, но у меня сейчас слишком мало времени.

— Это предвидели. Посетите ночной клуб "Ритмы самбы" в Москве, предайте там девушке по имени Изаура вот это, — он протянул Семёну визитную карточку, — она устроит вам встречу. А сейчас с вас 2 доллара[4] 50 центов за пиццу.

Семён усмехнулся и ещё раз помянул добрым словом Басова, который предусмотрел и это. И протянул посыльному 3 доллара, со словами: "Сдачи не надо!".

* * *

Виманы, загруженные оборудованием и пленниками, легли на обратный курс, оставляя позади пылающее ранчо. Семён со своими жёнами стоял на верхней палубе, глядя как земной шар медленно поворачивается под ними.

— Ты защищал меня, рисковал ради меня, — констатировала Славяна, — но ведь это я должна быть для тебя щитом. Принять удар, даже ценой своей жизни.

— Это плохая практика.

— Но таков был закон той империи.

— Мне он не нравится. И вообще, мы строим свою империю… А может, и не империю. Но то, что мы построим будет намного лучше!

И он обнял обеих красавиц, а они прижались к нему. Впереди предстояло ещё много работы, но сейчас можно было отдохнуть.

-------------------------------------------------

1 бультерьер– жаргонное название охранников, сопровождающих мажоров на выгуле.

2 Дом 1 — главное здание КГБ/ФСБ на Лубянской площади.

3 вимана– в древнеиндийском эпосе — летательный аппарат богов. По описанию очень напоминает классические летающие тарелки, судя по всему для полёта как-то манипулирует гравитационным полем.

4 Австралийских доллара, естественно.

Nota bene

С вами был Цокольный этаж (через VPN), на котором есть книги. Ищущий да обрящет!

Понравилась книга?

Наградите автора лайком и донатом:

Сказъ про царевича Симеона и наследие предков

Content

Сказъ про царевича Симеона и наследие предков

Глава 1. Кто в доме Хозяин?

Глава 2. Я тебя слепила из того, что было…

Глава 3. Воры против ВОХРа

Глава 4. Невидимая подружка

Глава 5. Голубая бездна

Глава 6. Таинственный незнакомец

Глава 7. Моя (ск)верная дружина

Глава 8. А царь-то ненастоящий! И што?

Глава 9. На высшем уровне

Глава 10. Хранительница

Глава 11. И всё же: А царь-то настоящий? И который из?

Глава 12. Большой переполох

Глава 13. Оперативная рутина

Глава 14. Машиах явил силу…

Глава 15. Круги на воде

Глава 16. Мавзолей в глухом месте

Глава 17. Селекторное совещание

Глава 18. Осквернение могилы

Глава 19. Про иголку и стог сена

Глава 20. Если б я был султан

Глава 21. Самый опасный враг — тот, что внутри

Nota bene