Эмиссар СИСТЕМЫ 6: Архитектор Реальности

Глава 1

— Боевое построение! — крикнул Регулус, но осёкся и посмотрел на меня.

Я кивнул.

— Командуй своими людьми. А я пойду, встречу наших гостей, как полагается.

Самое паршивое — не понимать, как действует враг и зачем.

Увидев боевую группу, первое, что я решил — это что нас ждёт банальное нападение во время нашей слабости. Когда звёздные грызутся друг с другом, внезапное нападение, в момент когда противник ослаб и занят другим, — основы стратегии.

Потому я рассудил, что враг направляется прямиком к нам. В возможности следить с верхних островов за нами я даже не сомневался.

Внедрением прописав себе способность полёта, я направился к противнику.

— Тео, за мной, остальным готовиться к обороне. Я на разведку. Попробую посмотреть на их корабли изнутри.

Кривая ухмылка на лице и полная уверенность, что мне хватит сейчас сил сразиться с самим Эхмеей.

Сила порой ослепляет.

В следующий миг начался кошмар, какого не ожидали ни мы, не звёздные.

Троица кораблей солнечных открыла залп из всех орудий… по мирному населению!

Последовавший вслед за этим десант из чудовищных ангелоидов просто проигнорировал магов, даже не сокращая расстояние. Твари с немыслимой яростью набросились на мирное население, будто каждый горожанин был их личным врагом.

План менялся на ходу.

— Тео, назад! Всем нашим, команда — в город! Защищйте местных!

— Понял, — коротко бросил побелевший от ужаса маг.

Только что прямо перед нами крылатое многоглазое нечто выбросило с балкона какую-то женщину с ребёнком на руках.

К счастью, я успел набросить коррекцию, и падение на землю не причинило им никакого вреда. Следующей коррекцией вес ангелоида увеличился в несколько десятков раз, и тварь насмерть расшиблась, оставив после себя только лепёшку.

Но таких случаев было слишком много, а я вовсе не вездесущ…

Нужно было остановить причину. Только так можно было спасти людей. Потому я сделал над собой усилие и вновь активировал свой полёт в сторону кораблей.

Посудины солнечных отличались от того, что я видел во время осады Эниранда. Это были широкие, с округлым днищем конструкции, которые собирали вокруг себя нечто вроде наэлектризованных облаков.

Небо постепенно заволакивали светящиеся белые облака, которые производили корабли Монорельса. И я даже не сомневался, что хорошего это нам не принесёт ничего.

БАМ! БАМ БАМ!

Тео возвращался в город. Любителей отрываться на мирном населении пиротехник по-настоящему ненавидел, и вскоре по всему городу запорхали взрывоопасные птицы, выжигавшие тварей Эхмеи.

Моё появление в небе не осталось незамеченным для врага. Сразу с десяток существ бросились на меня со всех сторон.

Выхватив кацбальгер, я резко ускорился. Усиленный насыщением клинок вошёл в тело ангелоида, выглядевшего как безголовое крылатое туловище, над которым завис пучёк глаз.

Фрактальная энергия разрушила структуру твари, разрывая на части.

Двое других зашли со спины — им хватило коррекции, разрушившей связь хаоса со светом. Чудовища оставили после себя лишь ворох перьев, горсть кристаллов маны и облачко кровавой пыли.

На остальных я просто забил и, добавив скорости, устремился к кораблю.

Сюда слетались и другие чудовища. Все, кто оказывался рядом со мной, бросались в безнадёжный бой и дохли. Ангелоиды были невообразимо сильны — одна такая тварь могла спокойно положить отряд боевых магов. Но вся их сила крылась в астернали, извращённом гибриде стихий света и хаоса.

Стоило этой связи ослабнуть, и существа резко теряли силы.

Исчезнуть — и они погибали. Мгновенно.

[Коррекция: прочность конструкции снижена]

[Коррекция: прочность материала снижена]

[Внедрение: повреждение корпуса, трещины ]

[Коррекция: повышение уровня повреждений]

В центре одного из кораблей, в днище, прорезалась дыра, и вниз посыпались куски позолоченного светящегося дерева.

Корабль печально заскрипел, но устоял. Топить его у меня пока нужды не было.

Топить будем его соседей.

[Коррекция: система бортового огня. Активировано.]

БАБАХ!!!

Дырявое корыто, на котором я скоро окажусь, разрядилось пушками в своих соседей по обе стороны…

В этот момент я влетел в дыру, снизил скорость и приземлился на палубе.

То, что я увидел, повергло меня в шок.

На корабле лежало множество связанных горожан. Большиство были мертвы, причём убиты были каким-то явно извращённым способом. Точно так же, как прямо сейчас два рослых мужика в костюмах жрецов вырезали ритуальным ножом что-то на голове перепуганного паренька лет двадцати пяти.

Жить тому оставалось недолго, судя по обезглавленным телам рядом.

Я ринулся к ублюдкам — первого прикончил просто коррекцией. Второй попытался отбиться ритуальным ножом, но оружие было явно предназначено не для того. Кацбальгер, усиленный фракталом, даже не заметил сопротивления, срезав лезвие под корень.

Но эти двое ублюдков не были настоящей проблемой.

Обезглавленные изуродованные тела вдруг засияли ослепительно ярким солнечным светом, и вскоре я был окружён встающими, будто зомби, ангелоидами.

— Какого… хрена… — только и успел сказать я, когда твари ринулись на меня.

— Альтаир, в сторону! — послышался крик Тео.

Тео!

Как же ты вовремя, друг!

Зная, что будет дальше, я создал внедрением и повысил до максимума защиту от чёрного пламени, и отскочил, хватая за собой раненого пленника. А за моей спиной разорвалась тьма, охватывая крылатых зомби.

Хлопки крыльев.

Снизу поднимались ангелоиды из города, и почти все они несли с собой похищенных местных. Им было плевать, кого забирать с собой. Лишённые сочувствия монстры брали всех подряд.

[Коррекция: скорость восприятия]

[Коррекция: повышение скорости мышления]

[Коррекция…]

[Коррекция…]

[Коррекция…]

Два соседних корабля были объяты пламенем. Я сильно поторопился, когда ударил по ним из пушек с этого. Но я и подумать не мог, что наверху столько людей.

Стоп.

Постойте-ка.

Когда я попал на корабль, солнечные только-только выпустили своих людоловов. Они не могли успеть набрать столько людей и даже начать проводить ритуалы так быстро!

Бросив взгляд на перепуганного и чудом выжившего паренька, я вдруг понял, что он нихрена не местный. С каких пор гордые и пафосные звёздные заматываются в белые бинты и носят такую странную одежду? Что-то вроде серой грязной робы, которая переходила в юбку. Появись мужик в такой на улицах звёздной столицы, его бы засмеяли и приняли за скорбного разумом.

Да ну нафиг… неужели они превращают в это своих собственных граждан⁈

Верней, наверняка каких-нибудь преступников или рабов, но даже так…

Следом за Тео и облаком ангелоидов по обе стороны от корабля начали появляться звёздные.

Поднять свой флот, тем более сильно технологически уступающий звёздным, Регулус даже не пытался. Вместо этого нам с Тео на помощь пришли болевые маги на мётлах и редких магических существах.

Это была не регулярная армия королевства, которая сейчас пыталась защищать население на улицах города, а заклинатели в форме магической академии звёздных.

Бой выходил на новый уровень. В воздухе заискрились смертоносные заклинания. Крылатые бестии получали разряды молнии и серии огненных стрел, но им было плевать на боль, и они не чувствовали страха.

В ушах стоял грохот от боевой магии. Стихийные заклинания часто сопровождались мощными вспышками и звуковыми эффектами. Настолько яростную контратаку солнечные явно не ждали и начинали сдавать позиции. Без создания новых ангелоидов, они проигрывали. В то время как звёздные маги продолжали течь полноводной рекой.

Регулус что, отправил в бой студентов с учителями?

Что ж, в случае магической академии, это действительно грозная сила.

Где-то в хвосте корабля что-то сильно тряхнуло. Вверх поднялся столб чёрного пламени и дым. Корабль вновь заскрипел и начал крениться в бок. Жить судну оставалось недолго.

Ухватив бывшего пленника за одежду, я спрыгнул вниз. Моё участие здесь больше ничего не изменит.

Ветер затрещал в складках артефактной мантии.

Парень сперва перепуганно затрясся и попытался высвободиться но очевидно силы были неравны. Он явно недоедал и вообще выглядел болезненно и слабо. Интересно, за что его так? Может, вор?

На лице был след от татуировки. Но понять её смысл я не мог — какой-то магический символ или метка. Может, какой-то вид рабской печати.

Снизу развернувшаяся в небе битва казалась нависшим облаком молний. Разобрать, что там происходит, было решительно невозможно. К тому же корабли, распространяя свой странный туман, закрывали собой вид на небо. Наступала настоящая ночная темень.

Что ж, будем думать, что это самый тёмный час перед рассветом.

Приземление было мягким.

Я отпустил паренька, но на всякий случай набросил замедление. Но бежать он не пытался. То ли парализовало от страха, то ли даже не знаю.

Оглянулся по сторонам — на улицах было относительно спокойно. По крайней мере здесь. На улицах остались следы крови, но не более того. Звуки битвы сюда тоже не доносились. Значит, нападение монстров было подавлено. Я правильно сделал, что начал с кораблей. Солнечные могли устроить конвейер, убивая горожан, делая ангелоидов и отправляя за новыми. Они словно чума выкосили бы весь город.

Хитрый и на редкость подлый план. Конечно, против тысяч ангелоидов Эниранд бы не устоял, даже при поддержке всех фракций. Для всех кроме меня, без навыка коррекции эти твари смертельно опасны.

— Ты понимаешь меня? — спросил я у своего пленника.

— Д-да, владыка.

— Кто ты? За что приговорён к этому… ритуалу?

— Пришёл срок моей ротации, владыка.

Голос у него был хриплым и чуть дрожащим. Не смотря на всё, он каким-то чудом умудрился ещё не сломаться. Будто где-то на дне его души ещё трепетала крохотная искорка человека.

Кстати, по расе парень действительно был человеком.

— Срок ротации?

— Я прожил четверть отведённого срока для моего вида, владыка.

— Вы там что, по графику живёте?

— Да, владыка. Я низшей касты и имею право только на четверть.

— Весело живёте, я смотрю.

— Очень, — на лице паренька появилась… даже не улыбка, а едва заметная её тень. Но она меня очень обрадовала.

Кажется, у меня скоро будет очень серьёзный и обстоятельный разговор с Соулой и Ганцем. Что-то та картина, которая вырисовывается у меня в голове, мне сильно не нравится. Даже порядки химерологов мягче — те никогда не убивают без причины. Трата ресурса, как ни как.

Или… дело как раз именно в этом?

— Тебя как звать, солнечный?

— Д…дитрих.

Окей, парень в белой робе-юбке в обмотках на руках и ногах, по имени Дитрих.

— С-семнадцатый, — как-то опустив голову опустил он.

— Только не говори, что ты на самом деле какой-нибудь наследный принц.

— Н-нет, — парень снова чуть улыбнулся. — Я сын семнадцатой наложницы нижнего помощника ординатора. А вы… поэтому меня не убили?

Любопытство — признак жизни, ага. Будем смотреть на это так.

— Проехали, — махнул я рукой. — Из вас всегда делают ангелоидов?

Если так, то на небе должно быть всё буквально кишеть этими монстрами.

— Не всегда. Ротации разные, владыка.

— Альтаир, а не владыка, — поморщился я.

— Я не смею произнести имя высшего человека! — почему-то его это испугало. — Простите, владыка, я не достоин слышать…

— Помолчи и успокойся, парень. Ты больше не раб.

— Раб? Я гражданин империи солнца! — у несчастного, похоже, началась паника.

Пожалуй, лучше больше ничего ему не говорить, а то голова начнёт болеть уже у меня.

Боюсь даже представить, что тогда в Монорельсе делают с рабами. Ведь там же есть рабство, это ещё Соула говорила.

* * *

— Альтаир! Выражаю тебе признательность от лица всего Звёздного Королевства! — высокопарно произнёс Регулус. Но в его глазах была искренняя благодарность. — Если бы не ты, эта нечисть превратила бы весь континент в этих тварей.

Я обвёл взглядом своих друзей, собравшихся в зале совета, где некогда проходили заседания высших магов Звёздного Королевства. Снова чистое небо сейчас радовало глаз поздним закатом. Через узкие окна огромного помещения, напоминавшего лекционную аудиторию, падали лучи света, в которых виднелись клубы пыли.

Трибуна в центре оставалась свободной. Предполагалось, что в зал входил докладывающий, становясь спиной к двери и стоял перед собравшимися.

Регулус предложил после боя собираться всем вместе здесь. Наверное, видел в этом что-то символическое. Моя команда и его ближайшее окружение сейчас были фактически главной силой в этом мире, не считая Эхмею. Нехватало Эдельвейса, Дамиана и представителя химерологов.

С последними, кстати, тоже нужно будет что-то решать. Цех как-то очень вовремя перешёл на нашу сторону, но мне совесть не позволит оставить им право измываться над отловленными на вольных островах местными, да и просто рабами. Но это уже вопрос далёкого будущего.

— Не стоит, Регулус. Ты бы на моём месте поступил бы так же.

— Именно поэтому я назвал тебя своим другом, — чуть улыбнулся новый глава Звёздного Королевства.

— Ладно уж, проехали. Ты главное подумай, как сделать, чтобы этого не повторилось. Я не смогу вечно сторожить твой город.

— Нет, конечно, — замахал руками маг. — Ничего такого! К тому же на континенте не один город. Здесь полно поселений. Континент ведь очень большой. А ещё острова Звёздной Пыли…

— Уже есть идеи, что делать?

— Сеть башен со стрелками. Строительство порталов для быстрой переброски войск… Только боюсь, много мы не навоюем, если солнечные продолжат нас заваливать ангелоидами.

— В детстве нам говорили, что стать ангелом — это честь, — со смесью тоски и презрения бросила Соула. Сегодня у неё не было и следа свойственной ей ироничной весёлости. Впрочем, в сравнении с Ганцем она выглядела ещё ничего.

— Молчали бы, — фыркнул я. — С вами у нас будет отдельный разговор.

— Если бы ты узнал, как обстоят дела наверху, ты бы сразу пошёл воевать с Эхмеей, — буркнул Менкаура.

— И что?

— И погиб бы!

— Да ладно?

— Он прав, — пришла ему на помощь Соула.

Пиратка Соула тар Эхмея, не будем забывать её полное имя. Из клана тари, присягнувших на верность ложному богу.

— Что будем делать дальше, Альтаир? — спросил Регулус.

— Тебе же сказал Ганц. Будем укорачивать на голову одного мудака.

— Эхмея — бог, — неуверенно напомнил архонт… правда, архонт ли?

— Не больше бог, чем я или ты. Просто сильный маг с гибридной стихией. Или ты не слышал, как устроены ангелоиды.

— Магия хаоса… — помрачнел Регулус. — Мне до сих пор в это трудно поверить.

— Привыкай, — хмыкнул я.

А затем вдруг подумал о том, что видел в самом первом своём видении. Когда впервые увидел Мерлина и его конфликт с хаоситом. Тот маг до конца больше всего боялся наступления пустоты. Мертвой магии, как её часто здесь называют.

Забавно, что магия хаоса забралась так высоко и даже породнилась со светом, только бы защититься от пустоты. Что же это на самом деле за сила такая?

Днище… Все ответы лежат там. Но чтобы до них добраться, сперва придётся подняться на самый верх.

— Кстати, дружище, — обернулся я к Регулусу. — Я могу поздравить ваше королевство с появлением нового Верховного Архея?

— Сил пока маловато для такого титула, — смутился друг.

Я улыбнулся.

— Ну, это дело наживное. Тем более, что и боевого опыта скоро будет ещё больше. Ганц, Соула… — обернулся я к солнечным. — Скажите, а что в вашей славной стране думают о таком явлении, как революция?

Улыбка превратилась в зловещий хищный оскал.

Глава 2

— Ты в этом уверен? — уточнил Регулус.

— Да, мастер Орион. Я бы ни за что не стал лгать архею!

Регулус кивнул и посмотрел на меня.

— Значит, тёмные правы. Как и некоторые наши маги, хотя их исследования не принимали всерьёз. Получается, острова действительно стягиваются к Днищу.

— То есть, это не оно к нам идёт, а мы к нему… — мрачно сказал Ганц.

— Значит, у вас об этом тоже ничего не известно?

— О, кому надо — наверняка знают, — хмыкнул он. — Но распространяться об этом никто бы не стал. Это ставит под сомнение всемогущество Эхмеи, как ни как.

— Каким образом? — удивился я.

— По твоему всемогущий бог солнца не смог бы остановить сближение островов?

Крестьянин выглядел перепуганным, будто его собираются сейчас судить на костре инквизиции.

— Как ты выжил? — спросил Ганц у бедняги и, похоже, попал в точку. Парень ещё больше съёжился и сделался едва ли не белей мела.

— Когда пришли крылатые чудища… я… ээ… как раз у малого алтаря был. У меня бабушка на Клишане шесть, в островах звёздной пыли. Я к ней как раз шёл, мост строил. Ещё удивился, оттуда сами знаете, всегда оди мост был, на шестой Клишан, да. Как я и говорю. Вот. Ну а там смотрю — две точки. Какой-то Аурум тысяча сто шестой. Ещё и цифра такая. Самый крупный архипелаг же вроде за пять сотен островов, а тут целая тысяча…

— Аурум? — я обернулся к солнечным.

— Одна из Пяти Туманностей. Нижние острова Солнечного Монорельса, — пояснила Соула.

— Первые мосты наверх должны были начать появляться намного позже, — сказал незнакомый маг. Его имени я не знал, но он был одним из немногих, кому Регулус сохранил все титулы и регалии.

— Значит, расчёты были неверны? — спросил архей.

— Это не их вина, Регул, — мягко сказала Хина тар Нитти. — Они не могли знать о том, что ускоряется время.

— Время?

— Да, — кивнула девушка. — Тебе кажется, что в сутках столько же часов, сколько прежде, но почему-то они пролетают всё незаметней, а дел успеваешь сделать всё меньше.

— Звучит, как абстракция, — отмахнулся Регулус.

Тари пожала плечами.

— Этот процесс происходит не только в Зехире. Но причина у него та же, что и всего остального. Мир меняется.

— Ещё вспомни сказки про битву магов, — чуть улыбнулся архей.

Хина просто зевнула и положила голову на стол, давая понять, что спорить о чём-то ей лень.

— Постой, почему ты вдруг вспомнила эту легенду? — обратился я к кошке.

Девушка равнодушно пожала плечами. Весь её запал что-то говорить быстро угас, уступив место привычной сонливости.

— То, что происходит сейчас связано с древней битвой великих магов, происходившей множество тысяч лет назад. То, что происходит сейчас, может быть частью того же явления.

Кошка не поднимая головы со стола, двумя руками подняла большие пальцы вверх.

— А выжил-то ты как? — продолжил тем временем Ганц допрос паренька.

— Да не дави ты на него, — вмешался я. — Лучше маны ему отсыпьте за информацию, и пусть идёт себе с миром. Во всяком случае, теперь мы лучше понимаем причины, по которым Эхмея засуетился.

— Если таких мостов станет больше, война с солнечными будет идти уже на совсем иных условиях. Они всегда опережали нас в технологиях и в силе флота. А мосты — это ближний бой и диверсии.

— Диверсии нужны обязательно, — кивнул я. — Но меня больше интересует другое. Можно ли как-то воспользоваться этим для скрытого проникновения наверх.

— Вряд ли, — покачал головой Ганц. — Там сейчас всё должно кишеть ангелоидами. Эхмея тот ещё параноик.

— Слушай, Альтаир, а что если я вас завезу, как рабов? — предложила Соула.

— Дура, сейчас всех рабов пускают на ритуалы! — возмутился Ганц.

— Думаешь, наш фрактальный владыка будет сидеть и ждать, пока его превратят в какую-то нечисть? — улыбнулась Соула.

— Тогда его быстро вычислят и отправят на перехват армию ангелоидов, — не согласился Ганц.

— Потом об этом, — оборвал я их короткую перепалку. Нечего нашему гостю слышать о наших планах. И так вроде и совет, а вроде и дружеская посиделка.

— Ты свободен, — объявил Регулус. — Горди, распорядись выписать ему две сотни нейтральной маны.

Скучающий стражник у входа в зал кивнул и открыл дверь, давая понять крестьянину, что пора бы и честь знать.

Тот только обрадовался, так что выходил из зала едва ли не бегом.

— И всё-таки, надо было уточнить, что он там делал. Парень явно что-то скрывает, — хмуро сказал Ганц.

— Да пусть скрывает, — Регулус пренебрежительно махнул рукой. — Итак ясно, что у него там за бабка на Клишане.

— А что там? — заинтересовался солнечный.

— Бордель для извратов, — поморщился Регулус. — Для любителей монстро-девочек нестандартного вида. Арахниды, ламии, гарпии и дальше по списку. Ничего интересного.

— Как скажешь, — по виду Ганца можно было сказать, что с археем он явно не согласен.

— Мне главное попасть туда, — сказал я, когда дверь закрылась с той стороны. — Дальше у меня в арсенале достаточно всего, чтобы меня никто не нашёл.

— Без знания местных реалий маскировка тебе не поможет, — возразила Соула. — Так что меня ты точно берёшь с собой.

— Ого! Откуда такая самоотверженность?

— Я видела, что творилось на Эниранде во время той бойни, и видела, как ты не раздумывая бросился на корабли солнечных, когда те пришли похищать мирное население уже чужой для тебя страны. Признаться, я всегда ненавидела любую власть. Власть — это вообще что-то неестественное, никто не смеет диктовать другим свою волю, так я считаю. Но ты по крайней мере стараешься поступать по совести.

— Ничего себе признания, — заметил я.

— А ты думал я предлагаю себя в гарем каждому встречному? — делано оскорбилась Соула.

* * *

Действовать было решено незамедлительно. Не прошло и полных суток с момента бойни в столице, как вслед за этим крестьянином, единственным выжившим из и до того относительно безлюдных областей на северо-западе от центра континента, пришли и другие.

Староста какой-то деревушки утверждал, что с неба спустились светящиеся крылатые монстры и принялись похищать людей. К счастью, в деревне была загородная дача одного отставного архимага.

Древний дед оказался гибридным магом и, как говорится, нашла коса на камень.

Но сколько деревушек не имели личных колдунов такого уровня?

Жаловаться вскоре пришли и бургомистры парочки городов. Но к счастью, было очень важное отличие от того, что было в столице. Круглых кораблей, создававших вокруг себя облака, солнечные не присылали. А потому ангелоиды просто похищали людей, но не превращали в себе подобных на месте.

По словам Ганца, далеко не каждый жрец Эхмеи мог провести такой ритуал. И я отлично понимал, почему. Тайну гибридной магии нельзя было разглашать ни при каких обстоятельствах. Попади эта информация раньше, и союз против Монорельса был бы абсолютно иным. Ведь запрет на смешение стихий был введён именно ими, а потому это смотрелось бы как плевок в лицо остальным фракциям.

У звёздных в начале этой войны всё заглохло во многом именно потому, что многовековой союз и почтение к Монорельсу не прошло даром, и народ просто не понял резкой смены парадигмы на дружбу с Мраком, которым с детства запугивали население континента.

Всё это было главной причиной для спешки. Не хотелось бы видеть массовые жертвоприношения и последующие за этим орды крылатых химер.

Вечером этого дня я впервые увидел место, называемое Облачной Гранью.

Сколь бы разными не были Ганц и Соула, в тот момент они оба замерли, вытянувшись к небу и глядя на удивительное явление природы.

Небо над континентом звёздного королевства было удивительными.

Над ним собирались облака в несколько разных слоёв. Причем в каждом облака летели независимо друг от друга в разных потоках ветра, порой даже в разных направлениях.

Таких слоёв было четыре, причём нижние спускались гораздо ближе к земле, чем обычно на островах. Когда смотришь в такое небо, кажется, будто оно затягивает тебя. Словно ты может провалиться в него и утонуть.

А выскочив из последнего, самого плотного слоя серых тяжёлых туч, мы оказались в удивительном месте, зажатые в ленте из света между четвёртым и пятым слоем. Здесь облака были смешаны с редкими камнями и кусками льда, благодаря чему и собирались вокруг них. Следующий, пятый по счёту, был уже в разреженном пространстве между владениями звёздных и солнечных, и формально был уже частью Монорельса, и не виден с земли внизу, так что на Континенте говорили только о четырёх.

Здесь концентрация солнечного света была значительно выше. До последнего слоя я думал, что глубокий вечер переходит в ночь, но здесь был ещё только закат.

И здесь я впервые увидел источник света этого мира. Местное солнце казалось знакомым, хоть и не родным.

— Поэтому дом тар Нитти и поселился у Звёздных, — подала на редкость бодрый голос Хина. — Небо здесь очень похоже на наше родное, Мельхиорское. В моём родном мире оно тоже было таким. После него любое другое небо кажется клеткой, ограничивающей свободу. Будто нечем дышать.

Тари подошла поближе к иллюминатору корабля Соулы. Они здесь были расположены даже на потолке — видимо, как раз для этого места. Подниматься вверх приходилось перпендикулярно земле, и среди облаков встречались зависшие куски камня или замёрзшего льда, который просто висел в воздухе между Континентом и Монорельсом.

— Очень скоро я покину и этот мир, — с улыбкой продолжила Хина. — Чтобы исполнить предначертанное.

Глаза девушки были закрыты. Я удивлённо посмотрел на странную тари. Та словно танцевала на месте и улыбалась.

— У неё транс? — поняла Соула. — Она что, сновидец?

Тео кивнул.

— Этот мир обречён, Альтаир, — неожиданные слова Хины мигом стёрли всё светлое настроение, проснувшееся от красивой картины за окном. — И вместе с ним обречена я, но иначе. Когда придёт время, выбери своей жертвой меня. Я знаю, на что иду — я видела это во снах. Я потеряю часть памяти, но меня встретят на той стороне. И даже тот мир не будет последним, словно у птичьей скиталицы, чей дух, как и я, ищет ключ к столкновению двух вселенных.

— Жертвой? Жертвой в чём?

— Той, что была принесена уже дважды, — ответила тари, после чего потеряла равновесие и повалилась.

Я едва успел в последний момент её подхватить, когда она уже почти повалилась на пол.

— Жива? — с тревогой в голосе спросил Тео.

Я кивнул.

— Спит.

— Она в конце так на меня посмотрела… жуть. Открыла глаза и посмотрела. Друг, ты если что, меня только в жертву не приноси, ладно? Лучше её, если она в теме и сама просит.

— Механисты, — закатила глаза Лина. — Ты будто трансовых состояний никогда ни у кого не видел?

— Нет, блин, не видел! — возмутился пиротехник. — У нас всякие странности изучаются в стальной церкви жрецами.

— Посмертно, — добавила лиса.

— Помолчите, — попросил я. — Соула, есть что сказать по делу?

— А почему я? — вздрогнула солнечная.

— Ты тари, — пожал я плечами.

— Полукровка, — поправила Соула, но заметно успокоилась. — Я не сновидец. Но моя бабушка была. Она тоже иногда так. Но чаще видела что-то во сне, как нормальные сновидцы. Такое вот случается только если это что-то важное.

— Не нагнетай, я прочитала сотни книг по сновидцам. Видения могут быть обманом от тёмных сущностей низшего астрала. Если бы мир был обречён, то об этом бы знали великие оракулы. Да?

Лина обернулась ко мне.

— Тали, есть что сказать? — дёрнул я притихшую в последнее время искин.

— В моей базе мало данных по такой магии. Мне нечего сказать по этому поводу, — холодно сказала она.

— Вообще ничего?

— Альтаир, я не могу запросить справку на сказанные слова. У них нет свойств и параметров.

— Понял…

— Входим в слои нижних островов Аргентума, — сообщила Соула. — Может немного трясти.

Бам! Бам!! БАМ!! БАХХ!!!

Трясти — слабо сказано. Я едва устоял на ногах. И повезло так только мне и Ганцу с Соулой. Остальные не ожидали такого и повалились на пол.

Во многом ещё и потому, что между предупреждением и началом явления прошло не больше пары секунд. Судя по ухмылке солнечной, не просто так.

Усиленное кристаллическое стекло встретило поток гигантских градин, грозивших с виду разнести его вдребезги. Но на деле они не оставляли даже царапин. К тому же, Соула почти сразу же подняла один из рычагов, и последующие удары по корпусу корабля стали слабее раз в пять.

Вокруг корабля возникла едва заметная защита, слегка отталкивавшая зависшие глыбы в сторону. По итогу удар всё равно случался, но уже был намного слабее.

Так продолжалось ещё с минуту — треск раскалывающегося льда и грохот.

— Нам конец!! — взвизгнула Лина, панически указывая вверх. — Соула!! В сторону! Поверни эту штуку в сторону!!

Солнечная пиратка лишь ухмыльнулась. Мне стало не по себе, как бы не оказалось, что психопатка ведёт нас на убой. Там, куда указывала Лина, и впрямь на небе росло тёмное пятно огромных размеров, которое гарантированно накрыло бы корабль к чертям.

Но затем увидел насмешливое лицо Ганца и выбросил это из головы.

Наконец, удары по корпусу прекратились, и я понял, что пятно было первыми нормальным островом земель Монорельса.

— Аргентум тысяча шестьсот девятнадцать. Пограничный город Инуклион, — объявила Соула. — Земли анубисатов.

— Смотрите туда, — обратил наше внимание Ганц. — Солнечный флот. И ангелоиды.

— Боги… сколько же их! — опешила Лина.

— Ублюдки! — Тео сжал зубы. — Сколько же разумных они положили, чтобы создать этот рой?

— Эхмея в отчаянии, — мрачно сказал Ганц. — Похоже, он паникует и готовится к нашему нападению.

— Значит, не будем его разочаровывать. Самое время продолжить войну.

— Ты же хотел всё сделать сам? — спросила Соула с ноткой тревоги. Сразу стало ясно, каких действий от меня ждёт она.

— Всё так, — кивнул я. — Но Эхмея пусть думает, что мы вот-вот начнём штурмовать его земли. Мы уже обсуждали это с Регулусом. Его посланники сейчас спешат в земли Цеха и Ордена. Остальное сделают шпионы и крысы. Мы к тому времени должны быть уже на самом верху.

Глава 3

Вскоре стало понятно, почему Соула так настойчиво говорила лететь вверх с ней и на её корабле. Не смотря на все её заявления о своей уникальности, около острова было полно почти таких же, лишь с небольшими различиями.

— Если была здесь, то обрисуй в двух словах.

— Анубисаты — тёмная раса. Одна из собачьих рас, я даже не знаю родом из какого мира. Но они почти сразу присягнули на верность монорельсу. У Эхмеи какие-то связи с их владыкой, и они что-то вроде автономии в составе империи. Но прав у них не очень много. По сути, это скорее резервация. Всё-таки они тёмные.

— Милость Эхмеи, — с нотками несвойственного ему сарказма добавил Ганц.

— Ты здесь бывал? — спросил я у него.

— Нет. Низшие слои…

— Менкаура… — закатила глаза Соула. И обернулась ко мне. — В общем, если превратишь нас в местных, буду благодарна. Чужаки здесь — почти всегда рабы. Ну или торговцы, но мы на них совсем не похожи.

Корабль начал снижение. Остров был своеобразным — скорее, архипелаг в архипелаге. Я не зря его принял изначально за летящий булыжник — большой камень в центре не вмещал весь город целиком, но был соединён обычными навесными мостами с такими же зависшими в воздухе камнями. Далее город постепенно сходил на нет.

Как в таких условиях можно вести хозяйство, я понимал слабо, но местные приспособились. Несколько крохотных островков, зависших над остальными, стали домом для плетущихся плодовых лиан. Они крепко держались корнями за острова, и спускались вниз, к городу, создавая что-то вроде изящных лент зелени.

А вот собирать урожай с таких было затруднительно — я увидел несколько человек и парочку эльфов в серой рвнине с корзинами за плечами на манер рюкзака. Они спускались по верёвке со множеством узлов, собирая урожай.

Света, тепла и солнца здесь было в избытке. Да и влажности тоже хватало.

Посадочная площадка была полупустой. Рабочие разгружали второй корабль, присутствующий здесь. Выглядели они ещё экзотичней — мускулистые мужские торсы в том же рабском тряпье венчали собачьи головы. Причём породы были разные, от чего смотрелось это более чем оригинально. Командовал всем высокий рослый полуголый мужик с головой породистого бульдога в шипастом ошейнике. Выглядело это немного комично, особенно с учётом крайне серьёзного и сурового выражения лица.

— Анубисаты забавные, — заметил я.

— Хорошо, что тебя никто не слышал, — шикнула Соула и обернулась. Но наш корабль никого не интересовал.

Кроме нас и разгружаемого судна было ещё третье, но оно просто стояло, не подавая признаков жизни.

— Это псоглавцы, — поправил меня Ганц. — Анубисаты считают их низшей расой, так что сравнение с ними для них — смертельное оскорбление.

— Хотя между собой они только так и ругаются, — заметила Соула. — Но чужакам не простят.

— Пахнет некромантией, — с удивлением сообщила Лина.

— Анубисаты, — повторила Соула. — Каждый из них обладает врождённым талантом к ней.

— Мы точно на светлых островах? — уточнил я.

— Мы на нижних светлых островах, — поправил Ганц.

Видоизменение сейчас превратило всю нашу одежду в те же лохмотья, и чуть поменялись лица, но расы я решил пока не трогать. Разве что внешность Хины по словам Соулы была здесь нежелательна. Тари с каштановыми волосами — это дом тар Нитти, который есть везде… кроме солнечных островов, как выяснилось.

— Нас не должны проверять или что-то вроде этого? — спросил Тео. — В Ордене корабль не может вот так просто прилететь и никому ничего не докладывать.

— Докладывать и мы должны, — пояснила Соула. — Но сами. Предполагается, что сюда не может попасть чужак. Потому если ты здесь, то уже солнечный или собственность солнечного. Сейчас я задекларирую вас как рабов, получу бумаги и продолжим путь с ними. Наверху проверки будут намного серьёзнее.

— Нам что-то знать нужно?

— Просто идите за мной следом. Начальник смены должен вас увидеть и выписать на каждого документ. Это чистая формальность. Имя «тар Эхмея» открывает любые двери и закрывает многие вопросы.

Торговый дом, место где решались такие вопросы, был буквально за углом. Высокое квадратное здание из желтоватого песчаника было покрыто сложным узором росписи с буквами, оккультными символами и изображениями тёмных собакоголовых силуэтов.

Анубисаты… двое часовых стояло у входа и от псоглавцев отличались тем, что имели немного иную комплекцию тощих высоких тел, и человеческими их уже назвать было нельзя. Скорее нечто гуманоидное на стыке большой собаки и человека.

Жилистые тела были покрыты чёрным мехом с рыжинкой в районе живота. Головы же были чисто собачьими, как у псоглавцев, но на этот раз только одной породы — это были чёрные доберманы с рыжеватыми щеками. В отличии от псоглавцев, анубисаты выглядели если не клонами, то как минимум братьями. Отличить одного от другого мог лишь тот, кто прожил с ними не один год бок о бок.

На нас часовые внимания не обратили. Скорее, почётный караул, чем стража.

Внутри помещение было ещё больше изукрашено схематичными рисунками и надписями. Покрыты ими были и стены, и потолок, и даже пол, но на последнем рисунок практически стёрся.

Второй странностью было обилие декоративных бассейнов, которые располагались в полу едва ли не в каждой комнате внутри здания. Нужный кабинет к примеру, имел перед собой такой бассейн метра в два, непонятно зачем перегораживая зал.

По ту сторону декоративный узкий мостик вёл в кабинет большого начальства.

— Стойте тут, я быстро, — сказала Соула, после чего постучала в кабинет, услышала с той стороны невнятное тявканье и вошла.

Лина открыла было рот, чтобы что-то спросить, но Ганц, будто чего-то такого и ожидая, положил руку на её пасть, призывая к молчанию.

— … не имеете права! Я Соула тар Эхмея, внучка наложницы самого…

— Я знаю кто ты, предатель и пират! Амон, взять!

Послышалась возня и кабинет сотрясло от взрыва, с которым вылетела дверь.

К счастью, никто этого взрыва не услышал — потому как моя коррекция убавила звук почти до минимума.

По ту сторону мы увидели разъярённую Соулу, напротив которой застыл раненый анубисат-чиновник. Абсолютно чёрный тип с мордой дога, одетый в открытую чёрную мантию с обилием украшений из золота.

Анубисат попытался ударить пиратку чем-то зелёным, но заклинание почему-то не сработало. Наверное, стало слишком нестабильным из-за коррекции и распалось. По идее, я просто как обычно убрал силу вложенной маны.

Дальше последовал профессиональный удар коленом в живот и, когда анубисат согнулся — ещё один — локтём по спине. Финалом стала нога в стальном ботинке, стоящая на шее у псоглавца.

— Так меня ещё никто на верхних островах не унижал.

— Стоило догадаться, что ты в розыске, — буркнул Ганц. — Теперь нам отсюда так просто не выйти.

— С чего бы? — удивился я. — Побудешь немного за него.

— Я?

— Я анубисата точно не сыграю.

— Можно мне? — предложила Лина. — Я много читала о них. И лисолюды к ним ближе родством, чем люди и тари.

— Ладно. Но постарайся побольше помалкивать и смотреть на других местных.

— Поняла, — кивнула Лина. — Я очень внимательная!

— Что дальше, Соула? План меняется?

— Немного. Однажды его хватятся. Но фора часа в два у нас есть, — ответила пиратка, параллельно уже копаясь в столе анубисата.

Появились несколько печатей, золотая ручка, стилизованная под перо, и пергамент.

Девушка открыла какой-то толстый чёрный журнал с исписанными жёлтыми листами, просмотрела несколько строк, проводя по ним пальцами и что-то беззвучно выводя губами. Затем быстрым отрывистым почерком, полностью копируя почерк в книге, начала писать документы, один за другим.

— Это долго? — поторопил я пиратку, глядя в окно. Снаружи всё было спокойно, город жил своей жизнью. Но вечно так продолжаться не будет, и фора у нас была явно не в два часа.

Высоко в небе виднелся большой боевой корабль Монорельса с бело-золотыми флагами. Даже если эти ребята к нам не имеют никакого отношения, судя по местным порядкам, в кабинет к тому же чиновнику, что и мы, они точно заглянут.

Валять комедию не выйдет, не тот у Лины уровень знаний о солнечных, чтобы сыграть одного из них в такой ситуации. Мы даже законов местных не знаем — солнечные ребята закрытые.

Можно, конечно, просто устроить здесь побоище. Сил для этого у нас с избытком, чтобы покинуть остров с боем. Но тогда весь план полетит под хвост Эдельвейсу.

— Уже заканчиваю. У анубисатов свой язык и самая бешеная бюрократия в империи! — нервно буркнула Соула, продолжая с молниеносной скоростью писать документы и скреплять разными печатями.

— А на кой чёрт тебе дарственная на трёхмачтовый галеон в Корфии? — спросил вдруг Ганц.

— Всё! Закончила! — объявила Соула. — Вот, это ваши документы. Поздравляем, вы официально мои рабы!

— Можно я ей запущу по лбу огненной птицей? — спросил Тео.

— Эй! Вы чего? Сами же этого у меня просили!

— Да, спасибо, — буркнул я. — Идём.

— Погоди. Сейф, — остановила меня Соула.

— Какой ещё сейф?

— Ну ты что, Альтаир! Это же анубисаты!

— Идём, — бросил я. — Там корабль снаружи, у нас нет времени.

— С этими что делать будем? — спросил Ганц, кивая на хозяина кабинета и, вероятно, неудачливого охранника по имени Амон.

— Второй тоже жив?

— Да, я его артефактом приложила. Шокер механистов.

— Ганц, Тео, хватайте их, понесём с собой.

Видоизменение скрыло следы борьбы и тело анубисата. Последний был ещё жив, но стал почти невесомым и превратился в лёгкую сумку на плече у Ганца. Второй превратился в тушу жирной птицы — в городе я встречал нескольких людей в рабской одежде, которые так же тащили подобных. Видимо, местные охотники с дичью.

Не знаю зачем нам эти пленники, но убивать беспомощного анубисата мне показалось каким-то подлым. Соула заверила, что они заслужили куда худшую участь, но даже если так, это абсолютно не повод уподобляться солнечным, которым похоже плевать на чужую жизнь.

Мы беспрепятственно покинули здание. Как раз вовремя, потому как неизвестный корабль ещё и выслал, как оказалось, вперёд себя целую боевую группу на лодке.

— Младший иерарх, — анубисаты у входа почтительно поклонились.

— Прибыл рейдер с Исуру, — сообщил второй, причём с каким-то таким видом, будто что-то ждал в ответ на эти слова.

Лина, проживавшая в его облике, бросила короткий взгляд в мою сторону. Но пёс продолжил сам:

— … мы ведь не попадём под ротацию, правда? — с заметным страхом в голосе спросил он.

— Мы… — чуть запнулась лиса, — … как раз обсуждали этот вопрос с госпожой тар Эхмеей.

Псы посмотрели на Соулу другими глазами и почтительно склонили головы. До этого они её будто не замечали, но услышав имя дома, ещё больше перепугались теперь уже её.

— Идём, Харцин, — пришла на помощь пиратка. — Мы не договорили.

В её голосе прозвучали властные нотки, заставившие анубисатов сделать шаг назад и вжаться в стену.

— Вы уходите, младший иерарх? — растерянно спросил первый. В глазах его опасение сменилось паникой.

Высоко в небе над нами раздался трубный рёв. К квадратному зданию приближался небольшой летучий корабль с группой людей в бело-золотых одеждах.

— Мастер Харцин, Лоттария будет в ярости, если вас здесь не будет, когда она придёт! — взмолился второй страж.

— Возьмите нас собой, мастер! — умоляюще попросил парень. — Вы ведь бежите! Принявший свет будет отвергнут Анубисом!!

Затем анубисату прилетел по башке позатыльник от второго стража.

Значит, на слова о переговорах они не купились, несмотря на грозную фамилию Соулы.

— Одумайся, брат! — дёрнул его за рукав второй страж. — Простите, иерарх, свет расплавил его разум.

— Идём, — коротко бросила Лина.

Соула стукнула себя ладонью по лбу и покачала головой, но возмущаться не стала.

Улицы не опустели, но если присмотреться, то состав жителей сильно изменился. На улицах оставались лишь старики, дети и инвалиды. Хотя и у тех на лицах была маска обречённости.

Мы едва успели с ними разминуться. Малый корабль приземлился на крыше квадратного здания. Очень скоро они обнаружат пустой кабинет и… что будет тогда — понятия не имею. Что если бы этот чиновник реально свалил из города? Делать этого он явно не собирался — никаких приготовлений к тому не было и близко. Значит какой-то план у него был.

Но положение, конечно, интересное. Ещё больше пищи для размышлений и ещё больше вопросов для наших солнечных. Хотя нет, теперь я лучше послушаю про империю от местного чинуши. Хорошо, что взяли его с собой.

Завидев нас, вернее, Лину в образе чиновника, местные почтительно кланялись и расступались. Некоторые совершали ритуальные действия, последовательно касаясь согнутым указательным пальцем лба, шеи и груди.

Нам повезло. Корабль Соулы всё ещё никого не интересовал. По соседству стоял огромный пафосный корабль солнечных. Настоящее произведение искусства со множеством белоснежных парусов, обилием золотых украшений на довольно футуристичном корпусе из белёсого, чуть светящегося металла.

Вокруг него стояло множество полуголых мускулистых мужчин, присыпанных какой-то золотой пылью, от чего они походили на статуи. По спустившемуся вниз белоснежному трапу спускалась процессия из шести воинов и смуглой высокой девушкой с пышными дредами. Скорее всего, очередная наложница.

Так, встречаться с этими ребятами нам точно не нужно. Но и наших спутников будоражить лишний раз — так себе идея. Ещё подумают, что их избавят от участи превращения в ангелоида, если они сдадут побег своего начальства. Думаю, теперь анубисаты точно в наших планах не сомневаются, когда впереди гостеприимно стояло одинокое судно как раз под нашу компанию.

Видоизменение создало плоскую картину между нами и кораблём, в точности повторяющую стоящую на краю посадочной площадки посудину Соулы.

В следующий момент оба анубисата упали без сознания. Тяжело дышать настолько разреженным воздухом, каким его сделала моя коррекция.

Затем я подхватил тела обоих с собой, снизив перед этим их вес.

Маскировка нас самих сошла на нет. Теперь нужды в ней больше не было.

Мы внесли на борт пленников. Соула встала у штурвала и начала поднимать судно в воздух. Иллюзия работала и внимания на нас никто не обращал.

Уже метрах в ста над землёй я заметил признаки чего-то нехорошего в городе внизу. Армия присыпанных золотой пылью качков пришла в движение. Войска входили в город и сильно с местными не церемонились, хватая и избивая всех, кто просто подворачивался под руку, независимо от возраста или принадлежности к касте рабов или местных анубисатов.

— Соула… грёбаная ты сука, — прорычал наш очнувшийся пленник.

Сказано это было без злобы и ненависти. Скорее с некоей долей усталой обречённости.

— Дальше я умываю руки, шеф! — бросила пиратка не глядя. — Это ты решил сохранить жизнь этой псине.

— Человек… — с отвращением бросил собачий чиновник.

— Альтаир из Эниранда. Повелитель фрактала. Слыхал о таком? — улыбнулся я.

— Младший иерарх Харцин Самонту, — представился анубисат. — По какой причине я всё ещё жив? И, я смотрю, мои люди тоже?

Его телохранитель уже шевелился, тоже приходя в себя, и Ганц спешно обвязывал его верёвкой. Просто на всякий случай. Двое стражников со входа ещё какое-то время поспят, но было видно, что мускулистая, покрытая короткой собачьей шерстью чёрная грудь вздымается, давая понять, что они ещё живы и дышат.

— А зачем мне убивать своих будущих братьев по оружию? — удивился я.

— Братьев? — опешил анубсат.

— Именно. Что ты знаешь обо мне и Эниранде?

— Маг, владеющей силой, что некогда едва не погубила наш мир, — сказал Харцин, но без агрессии. Давая понять, что просто перечисляет известные ему факты.

— Бред! — возмутилась Лина.

— А кто населяет мой город? — я пропустил фразу про фрактал мимо ушей. Достаточно и того, что бросаться на меня, как на всемирное зло, он не собирался.

— Беглые рабы химерологов и отступники тёмной фракции.

— Надо же, а вот сейчас тебе не солгали. С первого дня моего появления в этом мире, я почти всё время занимался тем, что объяснил любителям рабовладения, что они сильно не правы. И вот теперь я прихожу на святые солнечные острова — и что я вижу?

— Не знаю, — зачем-то ответил Харцин.

— Скажи, солнечный иерарх, что такое ротация и почему вы подчиняетесь сбрендившему гибридному магу хаоса и кучке его отбитых жрецов, если у твоего народа даже вера предков осталась? У анубисатов есть гордость?

Глава 4

Харцин низко зарычал, будто собака.

Реакция есть, значит пациент жив.

— Ты сохранил мне жизнь, чтобы унизить, человек? — прорычал он.

— Зачем? Вы сами с этим прекрасно справляетесь. Чем вы отличаетесь от псоглавцев, если точно так же выполняете чужие приказы?

— Ротация — это долг каждого жителя Солнечного Монорельса. Каждый обязан вносить вклад в общее дело. Нижние острова разобщены и потому слабы и ничтожны! Солнечный Монорельс…

— Это то, чему тебя учили. А что ты сам думаешь? Почему твои сородичи не хотят становиться ангелами, если это так здорово?

— Это долг!

— Ради чего? Чтобы быть рабами? Почему Эхмея не делает ангелоидов из своих приближённых?

— Ты несёшь точно такое же рабство, человек. И вместе с собой тьму снизу.

— Начнем с того, что я вообще ничего не несу. Я не собираюсь захватывать твой Монорельс.

— Нет? — удивился анубисат.

— Я и свой Эниранд основал потому, что людям жить было негде. Всюду какие-нибудь паразиты — то химерологи пускают их на опыты, то механисты делают киборгов. А люди просто хотят спокойно жить, представляешь? Не только люди, все расы, кроме самых отбитых.

— Я не понимаю, что ты от меня хочешь, человек.

— Для начала, у меня есть имя. Альтаир. И план у меня довольно простой. Я избавлю вас от Эхмеи, а ты и такие как ты представители других народов Монорельса, сами будете решать, что вам делать.

— Так я тебе и поверил. Жители нижних островов ведь хотят захватить наши земли, чтобы продлить своё жалкое существование, до того как Днище поглотит мир.

— Хотят, — кивнул я. — Но это только пока Днище существует. По крайней мере, в своём нынешнем виде.

— Что ты хочешь этим сказать… Альтаир?

— Я прибыл в этот мир не для того, чтобы бороться за власть. Ты ведь знаешь, как этот мир превратился в летающие острова?

Анубисат коротко кивнул.

— Я эмиссар, такой же, как древний, не позволивший этому миру погибнуть много тысяч лет назад. Я пришёл в твой мир, чтобы доделать работу коллеги и решить проблему Днища. А ваш Эхмея мне почему-то мешает. Как и некоторые его коллеги из лидеров фракций внизу. Но они уже передали свои полномочия более достойным разумным.

Я улыбнулся. Анубисат же выказал сложную гамму чувств из страха, неверия и надежды.

— Ты действительно можешь уничтожить Днище?

— Я там пока ещё не был, — честно сказал я. — Так что не могу сказать, буду я его уничтожать или найду другой способ. Могу лишь пообещать, что я решу эту проблему.

— А что потом? Будешь править этим миром?

— Зачем? — удивился я. — Разве Мерлин так делал.

— Ну… он какое-то время правил на континенте… — растерялся анубисат.

— Вот и я может поживу в Эниранде, пока не решу, куда отправиться дальше. Зачем мне власть, если я и так всемогущ? — я добродушно улыбнулся и создал над правой рукой видоизменением мешок монокристаллов и ядер, затем горсть светящихся кубиков, затем превратил иллюзию в зачарованный адамантовый клинок.

Смотрелось, наверное, круто.

— Что будет со мной и с моими людьми? — резко сменил тему анубисат. Судя по тону его голоса, он был вполне готов признать меня, как минимум, равным Эхмее.

— Да, в общем-то, ничего. Расскажи, где ещё в Монорельсе процветает несправедливость. Да и высадим вас. И полетим выше, к вашему охреневшему хаоситу.

— Хаоситу?

— Только не говори, что не в курсе, что ваш Эхмея — обыкновенный гибридный маг.

— Великий Анубис! Он сплёл свет с хаосом⁈

— С этим уже разбирайтесь как-нибудь сами. Сперва расскажи, кто ещё попадает под правила вашей ротации.

Вскоре на руках был внушительный список крупных храмов, где происходили жертвоприношения, а также самые потенциально яркие очаги будущего сопротивления.

Работы предстояло немало, но я собирался сделать её достаточно быстро и выбирал такой путь, чтобы поменьше петлять и удаляться от главной цели.

Анубисатов мы высадили на каком-то необитаемом островке с четырёхзначным номером, который я даже не запоминал.

Тогда же было желание заняться алтарем и взять себе новые навыки, но Ганц предупредил, что все они под пристальным наблюдением. Все действия на алтарях автоматически дублировались в разнообразные службы безопасности, которых здесь было аж шесть видов.

Так что, пожалуй, обождём до того момента, когда сможем заявиться в открытую, отхапав себе какую-нибудь башню магов.

Мы посетили крупный населённый пункт людей, затем остров присягнувших на верность Эхмее солнечных эльфов. Для ритуалов нужен был здоровый организм — многие попросту не доживали до своего перерождения. Хотя, ввиду паники самого Эхмеи, аппетиты на чужую жизнь тоже росли.

Как раз в это время снизу подступали и собирались у границ объединённые войска Эниранда, обновлённой тёмной фракцией, механизмами и самой агрессивной движущей силой — флотом боевых химер Цеха Преобразований.

Именно для них и была затеяна во многом эта вылазка. Химерологи спешили подняться наверх и захватывали острова один за другим. Но в одиночку лететь они опасались. Опасались повторения первого поражения, нанесённого им Эхмеей с помощью ангелоидов и оружия солнечных. Я же всеми силами это нападение задерживал. Остановить агрессивных «союзников» не вышло бы из-за хрупкости самого Эниранда.

Главная сила моей фракции — это я сам. А я, увы, пока ещё не научился быть в двух местах одновременно.

— Альтаир, — позвала меня Соула. — к нам что-то приближается.

Я обернулся к иллюминатору. Сейчас мы медленно плыли в сторону верхних островов Монорельса. Я как раз разглядывал светящийся диск, который и был тем, что дало название Империи.

Он полностью соответствовал своему названию — это действительно был монорельс, но сотканный будто бы из чистого света. Будто над целым архипелагом растянулся нимб.

— Внизу! — пояснила Соула. — Там!

Я опустил взгляд и увидел тёмное пятно, тянущееся снизу, из-за облаков под нами.

— Посланник из тёмной фракции? — удивился я. — Так высоко?

Тёмное пятно приближалось, оставляя за собой шлейф из клубов черного мрака.

Я скрипнул зубами — кто ж так отправляет своих на убой и зачем? Солнечные такого посланника мигом забросают солнечными дисками.

Потому я собрал немного фрактальной маны и активировал видоизменение, превратив порождение мрака в чёрную птицу.

Существо же безошибочно определило верное направление и полетело прямо к нам. Интересная догадливость, если учесть, что тоже видоизменение сейчас делало из нас ледяной булыжник, которые даже на такой высоте не были редкостью.

— Это Мастер Эдельвейс и Сатока! — удивилась Хина.

Я усилил зрение коррекцией и увидел фигуру крылатого чёрного кота, на спине которого сидела его ученица.

— О чём ты думал? — с порога спросил я у кота вместо приветствия.

Сатока прыгнула внутрь корабля. Следом Эдельвейс уменьшился в размерах и спикировал ей на плечо. Наставник и ученица вновь поменялись местами, и теперь чёрный кот сидел на её плече.

— О том, что ты нас прикроешь от дискомётов, конечно, — фыркнул Кот. — Что ты и сделал.

— Польщён таким доверием с твоей стороны. Но это было очень глупо. Как ты вообще нас нашёл?

— По запаху, конечно же.

— По запаху?

— Да. Я пометил твой корабль.

— Ты — ЧТО⁈ — встряла в разговор Соула.

— Какие-то проблемы? — уточнил Эдельвейс в три голоса тремя ртами.

— Альтаир! — почему-то обратилась она ко мне.

— Вы уже закончили ваши дела внизу? — спросил я. — Что с Анклавом?

— Анклав принял мудрое решение, выбрав правильного патриарха, — сообщил Эдельвейс.

— Главное, что вы одобряете, — хмыкнул я.

— О, ещё как одобряю! — воскликнула Сатока.

— Новый патриарх Анклава Мрака — я, — широко улыбнулся кот.

— Это как? Тебя признали выше ветви Смерти?

— Сейчас я самый сильный адепт мрака в тёмной фракции, — продолжил он. — После сражения с солнечными у нас осталось не так много претендентов на власть. И тут кто-то вспомнил, что я ещё котёнком служил при дворе мастера Маджере, плюс твой друг, плюс герой войны и всё остальное.

Кот взмахнул хвостом и гордо закончил:

— А ещё во время моей присяги меня отметил Подвальный Владыка.

— Кто?

— Один очень древний могущественный бог из моего народа. Его благословение делает меня одной лапой в стае котов судьбы. То есть через несколько тысяч лет я смогу сам вознестись в статус младшего бога.

— Я ничего не понял, но звучит здорово. Рад за тебя, дружище!

Не удержавшись, я потрепал чёрного кота по загривку. Но тот, кажется, не был против. Даже заурчал от удовольствия.

— Получается, теперь ты контролируешь все фракции в нашем объединении, задумчиво сказала Ганц. — Если все будут единогласны, химерологи сами не станут атаковать солнечные острова.

— Я никому не подчиняюсь, солнечный. И не буду действовать против Анклава, — грубо бросил кот.

— Дружба во имя всеобщего блага намного эффективнее подчинения, — сказал я. — Цель у нас общая — спасти этот мир. Тогда эта война станет бессмысленной. Зехир усеян множеством необитаемых и даже не освоенных островов.

— Альтаир! — снова окликнула меня Соула, но договорить уже не успела.

БАМ!

В корабль врезался светящийся диск.

Из-за странной физики на островах, пробоина не была смертельной для судна. Но нас понесло в сторону, к огромному камню, мимо которого мы пролетали,

— Какого хрена⁈ — рявкнул Ганц.

— Мы же для них вроде как камень! — воскликнула Лина.

— Альтаир. Подтверждаю, способность работает в штатном режиме, — сообщила Тали. — И на твоём текущем уровне не должна давать сбой.

БАМ!!

Второй солнечный диск влетел в камень рядом с нами. В момент взрыва я максимально скорректировал пылевое облако, чтобы скрыть нас из виду. Корабль естественным образом теперь дрейфовал прямо за ним, так что попасть по нам стало намного сложнее.

Затем ещё одна коррекция начала на глазах восстанавливать целостность судна. Соула радовалась, будто ребёнок. Лина с некоторым запозданием повторила её реакцию, а Хина наконец-то проснулась.

— Всё просто, — понял Ганц. — они отдали приказ атаковать всё,что будет приближаться к верхним островам Монорельса. Включая камни!

Послышался ещё один отдалённый взрыв — и вдалеке расцвёл взрыв от врезавшегося в камень солнечного диска.

Камень разнесло надвое — он был не очень крупным. Но общее направление стало понятно. Вскоре последовал и третий далёкий взрыв. А затем —

БАБАХ!!!

Крупный камень, прикрывавший нас, разлетелся на части.

Я ослабил удар коррекцией, сцепил нас с ним и усилил кинетическую энергию. Таким образом корабль Соулы получил безболезненный пинок прочь из зоны поражения солнечных дискомётов.

Мы приземлились на небольшом острове с четырёхзначным номером.

Он был размером лишь чуть больше первого Мяфнира, когда мы впервые познакомились с этим островом.

Соула посадила корабль на небольшую зелёную площадку в окружении леса и скал на крохотном островке размером метров в двести. От осколков камней надёжно прикрывала торчащая, будто рог, острая скала. Но ещё больше защищало множество других камней, создавших что-то вроде мусорного поля в результате действий солнечных.

— Какого хрена они делают? — не понял Тео.

— Мы где-то засветились, — ответил Ганц. — Или они просто от паранойи начали лупить по всем камням.

— То, что у меня есть сильная магия иллюзий — не секрет, — пожал я плечами. — Если тот анубисат нас сдал, он вполне мог рассказать им о моих фокусах. Плюс Регулус говорил, что у солнечных в своё время было полно возможностей покопаться в документах Королевства и найти собранное ими на меня досье.

— В любом случае, я туда снова не полечу, — заявила Соула. — Альтаир, ты же не соберёшь мой корабль, если от него останется только пара болтов.

— Это очень долго и дорого, — ответил я, наблюдая как у неё отвисает челюсть от осознания моих возможностей.

Ну блин, это мой базовый навык.

— Можно попробовать через мосты. Тем более что у нас есть все документы на провоз рабов, — заметил Ганц.

— Нас будут шмонать все шесть служб безопасности, — скривилась Соула.

— Нет, это не вариант, — согласился я с пираткой. — Есть идея получше.

— И какая же?

— Их погубит их собственная паранойя! — улыбнулся я. — Расскажите-ка мне, как устроена ваша столица, и есть ли шанс у нас с ней пересечься в этих краях? Это ведь летающий город?

Солнечные переглянулись.

— Столица перемещается по всей империи благодаря священному Монорельсу. Он создан из древнего редкого материала. Он как те концентраты маны, что у меня были, помнишь? Только солюр — это ещё плотнее. Его ещё зовут солнечным камнем. Из него и состоит Монорельс. Так что он в буквальном смысле, солнечный.

— А что по времени? Она вообще сюда заезжает?

— Не пойму, ты хочешь напасть на столицу? Одним кораблём? Или ээ… камнем?

— Полный оборот столица делает по Империи за год, — ответила Соула. — Для каждого города прибытие Шангри-Ла — это праздник. Поэтому в столице празднуют почти каждый день.

— Изобретательно, — хмыкнул я. — А зачем?

— Проверка, сбор налогов и всё остальное, — пожал плечами Ганц. — Ничего особенного.

— И когда праздник будет у этих башен? — спросил я, но уже без особой надежды.

— Сейчас столица должна быть у эльфов, — прикинула пиратка. — Оттуда в мой дом, оттуда… а оттуда на родину Ганца.

Мужчина при этих словах вздрогнул и мрачно посмотрел на Соулу.

— … и в Корфию, потом в птичьи земли, плетение и оттуда сюда. Где-то дней сорок. Я бы напала в Корфии, если что. С тем твоим ускорением мы быстро туда доберёмся. Только подлетать ближе к верхним островам я не берусь.

— И нет ни одной пиратской лазейки? — удивился я.

— Есть, конечно. Но не когда дискомёты натравили сбивать даже камни.

— А если нам притвориться грузовым кораблём с жертвами для ритуала? — предложил Ганц.

— Нет, — отмахнулся я. — Будем действовать так, как я сразу подумал, только без столицы. Прорвёмся так.

Вскоре корабль взлетел с островка и понёсся вдоль сверкающего Монорельса, за пределом радиуса достижения дискомётов.

Древние защитные башни империи работали по принципу пращи, разгоняя заряд до огромных скоростей. Звучит не очень надёжно, но на деле в каждом дискомёте был простенький ИИ, производящий расчёты. Точность была намного выше, чем можно было предположить.

[Внедрение: уязвимость к свету]

[Коррекция: прочность конструкции]

[Видоизменение…]

Направленные той же коррекцией большие серые камни теперь ради разнообразия приняли вид химер и кораблей тёмной фракции. Летели они быстрее, чем им полагалось в реальности, но главное было не дать им как следует опомниться.

Но самое вкусное началось чуть позже, после расстрела ни в чём не повинных камней. Когда несколько «кораблей» начали сбрасывать внушительный «десант». Я просто набрасывал иллюзию на осколки разнесённых камней, остальное за меня делала магия.

Магия и… паника.

Химеры с порождениями мрака распространялись, как чума. Казалось, поток спускающихся тёмных был бесконечным, и дискомёты начали со свистом раскручивать цепи, разгоняя заряд диска.

Как я и ожидал — солнечные скорее потеряют «захваченную» башню, но остановят продвижение наверх для объединённых сил.

[Синоптика: создание плотного строя облаков]

— Сейчас к силам каменного флота прибудут могущественные союзники, — пообещал я. — Ну а потом и мы где-то в хвосте, когда видимость станет совсем никакой. Говорите, Корфия? Сколько к ней лететь по внутреннему кругу, или лучше заглянем в гости к кому-то из вас?

Глава 5

Мы были даже не кораблём, а кучей его обломков. После того, как всё заволокло туманом, начался настоящий хаос. Солнечные палили чем попало и куда попало. У каждого теперь рисовалась своя картина произошедшего.

Дискомёты могли стрелять и себе за спину, плюс были все шансы, что мы налетим на второй круг обороны. Потому, едва мы влетели внутрь, я приказал посадить корабль на ближайшем острове.

Из-за расстояний и растущей здесь высокой травы, нас можно было заметить с укреплений, только если специально смотреть сюда, вооружившись биноклем. Но вот этого они как раз делать точно не будут — всё внимание сейчас приковано к месту «прорыва».

Приземлившись, мы спешно покинули корабль. Видоизменение сделало его подросшим холмом и кустарником. Крохотных островков здесь было много, и едва ли кто-то запоминал один из них, чтобы заметить странность.

Впрочем, даже если заметят — мы будем отсюда уже далеко.

Расстояние между островами здесь было совсем небольшим, и перемещаться по ним я планировал с помощью простых навыков полёта, вроде того, что был у Тео. Он уже как-то возил нас на себе. Теперь мои силы стали ещё обширней, и он сможет понести нас всех.

Ну а чтобы не привлекать внимания солнечных, синоптика исправно продолжала работать, собирая плотные слои облаков.

— Такое чувство, что кто-то специально покрошил здесь острова, — заметила Лина. — Обычно столько осколков под одной атмосферой бывают только там, где разрушился крупный остров. Потом они дрейфуют и каждый получает свой собственный ареал.

— Так и есть. Их ещё до моего рождения крошили, чтобы с нижних островов никто не мог к нам прийти по мостам. Пока ваши фракции боролись с друг другом, мы строились и развивались. Так говорит история.

— А я всегда думала, что вы просто, ну…

— Выше вас потому, что нас любит солнце? — саркастично ухмыльнулась Соула. — Нет, просто острова в принципе изначально после разрыва планеты разлетались в разные стороны по инерции. А затем нас начало притягивать к себе Днище. Ну, снова-таки, я свидетелем со свечкой не стояла, этому нас учат в школах.

— Значит, вы всегда знали, что планета собирается собраться обратно? — в голосе лисы послышались нотки обиды.

Тем временем, покопавшись в настройках погоды, я повысил влажность, превратил белые хлопья облаков в серые тяжёлые тучи и вскоре запустил моросящий дождь. В нём сделать нас каким-нибудь погодным явлением будет ещё проще.

На некоторое время мы затихли на островке, наблюдая за тем, что разворачивалось в месте несуществующего прорыва. Очень скоро солнечные всё же поймут, что никакого реального нападения нет. Максимум — диверсия с использованием иллюзий.

Спрятать корабль среди туч можно, но была одна загвоздка. Такая погода для кусочков разрушенных островов была совершенно нетипична. Навык позволял не только менять настройки погоды, но и в принципе открывал справку по местным погодным условиям и давал понимание, что для острова является нормой.

И никаких грозовых туч с градом и ливнями здесь не задумывалось.

Каков шанс, что солнечные решат на всякий случай пострелять по тучам?

В таком случае, это уже вопрос удачи — куда попадёт враг при обстреле. Глупо, конечно, пытаться в кого-то попасть просто стреляя вверх в надежде на чудо, но по камням же они стреляли?

Разделив тучи на отдельные сгустки, я начал их фрагментировать, создавая ещё более неестественный вид. Если враг так думает, то лучше на том и сыграть и подставить более крупные и странные тучи. Но это всё равно пальцем в небо.

Затем я открыл справку и изучил список параметров дискомётов. Затем открыл такую же у второго и обрадовался. В глазах системы они были одинаковыми, а значит попадали под массовую коррекцию.

Снизу орудия солнечных были практически не видны, только цепи и раскручивающиеся на них снаряды. Здесь же всё было как на ладони, так что коррекция подействует сразу на всех.

С учётом принципа их работы, достаточно будет просто сбить им настройки, и попытки расчётов и прицеливания будут бессмысленны. Нарушить скорость вращения — и они уже ничего не смогут сделать.

Этим я и занялся, но активировать навык не стал. Пусть раньше времени об этом не думают. Им и так внизу было весело.

Усиленное зрение позволяло видеть мелькающие фигурки внизу. Солнечные паниковали, немногочисленные маги пытались потушить пожар, вызванный попаданием дискомётов.

Среди туманов и облаков проглядывала и повреждённая башня, которую я фактически подставил под удар своих же.

Но при этом приказ отстреливать камни оставался в силе, потому часть башенок с дискомётами продолжали это бессмысленное и бесславное занятие. Может, это и к лучшему, и корректировать их не придётся.

— Летим дальше, — наконец, вынес я вердикт.

Соула кивнула. Я коррекцией скрыл звуки и начал видоизменять корабль под тёмное грозовое облачко, каких на небе сейчас было с избытком.

Сам же встал в хвосте корабля и мрачно смотрел вниз, по очереди оглядывая башни, насколько хватало видимости.

— Получилось? — неверяще спросила Лина.

— Походу, — с той же неуверенностью отозвалась Соула. — Шеф, веду нас в Корфию?

Я кивнул.

— Долго?

— Сутки, если под твоим ускорением.

— Стоит ли ускорять корабль, когда вокруг столько камней? — задумался вслух Тео. — Та магнитная штука, отталкивающая мусор, сработает вон с таким?

Пиротехник ткнул пальцем в сторону крупного булыжника размером с корабль.

— Это только здесь так, — отмахнулась Соула. — Выше так же, как внизу, можно летать нормально.

— Тогда сделаю. Только выведи нас сперва из атмосферы.

— Принято, шеф, — шутливо козырнула пиратка, и принялась настраивать полёт.

Уже на подлёте к городку, сытые и отдохнувшие в полёте без приключений, мы вновь задумались над планами проникновения, и тем, какую форму стоит принять теперь.

Сейчас корабль снова был камнем, хоть они и редко сюда забирались, случалось и такое, так что никого бы летящий вверх камешек бы не удивил.

Ситуация здесь была совершенно иная. Вокруг Корфии, готовившийся принять столицу, курсировали сотни кораблей. В основном, военные суда, но было много торговых. В частности и торговцев рабами. Как и во всех фракциях, рабство в Солнечном Монорельсе было в порядке вещей. Его не было вообще только у проповедующих расовое равенство и гуманизм звёздных, и, как ни странно, тёмных. Последним рабы были без надобности — хватало и нежити.

— Тогда нам и менять ничего не нужно. Разве что можешь сделать корабль чуть более мм… праздничным, что-ли?

Я усиленным зрением посмотрел на длинные корабли, идущие в город. Все они были идеально вычищены, до зеркального блеска. Бело-золотые цвета и флаги, паруса с символами солнца и образом мускулистого мужика неопределённого возраста с шестёркой белоснежных за спиной, причём крылья были покрыты множеством маленьких глазок. Художник постарался отобразить Эхмею максимально подробно, так что не поленился нарисовать все детали.

Сияющий нимб над головой, белоснежная открытая тога…

— А он у вас немного страдает нарциссизмом, да? — спросил я.

— Пф! — прыснули оба солнечных, будто я сказал что-то смешное.

— Едва ли во всём Зехире найдётся кто-то менее влюблённый в себя! — воскликнул Ганц.

— Всегда думала, зачем ему презренные самки — создал бы свою копию и сношал до сердечного приступа! — добавила Соула.

Ганц сопротивлялся секунды три-четыре, после чего разразился хохотом.

— Не любите вы своего вождя, — заметил я.

— Кто в здравом уме будет любить того, перекрыл пути на нижние острова, и принялся вырезать собственное население на ритуалы из страха потерять райскую жизнь в роскоши? — печально улыбнулась пиратка.

Тем временем, я накинул видоизменение на корабль, превратив в его копию одного из идущих судов. Затем превратил нас в типичных жителей монорельса, каких видел внизу. Шерсть Лины потемнела, а одежда превратилась в чёрно-золотую тогу. Анубисаты были единственными, кому разрешалось носить чёрные цвета.

Соула и Ганц просто сменили лица, у Хины волосы приобрели рыжий оттенок клана тар Эхмея. Остальные же, включая меня, получили образ рабов. Я предпочитал на этом этапе привлекать как можно меньше внимания. Плюс ещё парой десятков рабов стали два десятка созданных Тео птиц из чёрного пламени. Просто для массовки — не могли же мы на грузовом судне вести рабов меньше, чем было экипажа на корабле.

Синоптика начала собирать над городом плотный строй грозовых облаков. В отличии от тех мелких островков ниже, здесь таким явлением как ливень, никого не удивишь.

В одной из них крупный булыжник стал новой тучей, а затем вдруг вылетел из облаков белоснежным кораблём Монорельса.

Никто внимания нанас не обратил. Мы встроились в общий поток идущих на снижение солнечных.

— Ну, пока что всё работает, — напряжённо сказала Соула. Привычная весёлость сходила на нет. Девушка явно нервничала.

— И будет работать, — заверил я. — Ты чего-то боишься?

— Конечно! — воскликнула она. — Мы же под самым носом у Эхмеи!

— И что с того? Мы скрываемся, чтобы подобраться к нему поближе, а не прячемся от него. Вы главное помогите мне добраться до него, а дальше я выбью из него всю дурь.

— Не будь так самоуверен, Альтаир, — покачал головой Ганц. — Эхмея всё таки бог.

— Он обычный маг хаоса и диктатор. Только малость охреневший от безнаказанности.

— Ему как бы тысячи лет, — напомнила Соула.

— Не он главный враг нашего мира, — вдруг подала голос Хина.

Странная тари улыбалась. Вот кто точно не чувствовал и тени страха или сомнения. Настолько, что это тоже было немного жутковато. Здесь уже речь не про веру в меня, а про мистику…

Корабль заходил на посадку. У солнечных был оборудован мраморный причал и что меня удивило ещё больше — красные пушистые ковры встречали каждый садящийся корабль.

— Для нас тоже будет? — спросил я.

— Конечно, это же Корфия.

Будто это мне что-то прояснило…

Вскоре внизу появилась группа рабов — полуэльф, парочка солнечных эльфов, трое человек и один… не знаю названия расы. Как у псоглавцев, существо обладало соблазнительным женским телом, которое венчала голова чёрной кошки.

Их погоняла ещё одна такая же — от рабов её отличала чуть более богатая одежда и золотой ошейник.

— Как называются эти существа?

— Ты о ком?

— Хозяин этой бригады.

— Это тигранка. Только она не хозяин, а старший раб.

Я поморщился. Рабы, которые владеют рабами. Интересные у солнечных правила. Надеюсь зароненные мной зёрна не позволят идейным продолжателям дела Эхмеи продолжать творить беспредел на своих островах.

Приземление было мягким. Пушистый толстый ковёр, зачем-то подстеленый рабами под судно, сделали посадку бесшумной.

Рабы развернули ковровую дорожку перед выходом.

По мраморному полу следом за старшей рабыней шли трое мужчин.

— Каноник и двое приоров-телохранителей, — пояснила Соула, не дожидаясь моего вопроса. — Они должны проверить документы на рабов.

— Постой, у нас же нет ничего для тех, которые были сделаны из птиц Тео!

— Ээ… об этом я не подумала…

— Ладно, покажи наши, сделаю копии видоизменением. Бумага есть?

У выход нас уже ждали. Сперва вышли Ганц с Соулой, как владельцы, затем Хина и Лина, как помощницы, и наконец показались мы.

Вот только я сразу же почувствовал, что что-то резко изменилось с нашим появлением. Троица внизу явно напряглась, а глаза старшей рабыни будто расширились. Она бросила испуганный взгляд на каноника, затем на нас, чуть качнула головой, будто пыталась подать какой-то знак, а затем вжала голову в плечи.

Соула тоже заметила перемену и насторожилась. Только Ганц продолжал смело шагать вперёл.

— Мастер каноник, — склонилась в реверансе Соула. — Элайса тар Эхмея. Пусть свет нашего владыки осветит вашу душу.

— Вы привезли подношение? — спросил каноник. — А где самки?

— Я королевский торговец, а это мой товар, — с нотками недовольства бросила Соула.

— В таком случае мы вынуждены его конфисковать, с вашего позволения, — твёрдо сказал каноник.

— Что? По какому праву? Согласно пункту номер…

— Засунь свой пункт себе в жопу, полукровка. Разве ты не слышала, что Солнцеликий приостановил закон.

— Ты как разговариваешь с тар Эхмеей и наследником дома Менкаура, смерд⁈ — Ганц подался к канонику, но у острия друга оказались два клинка стражей-приоров.

— Я могу приказать вас зарубить на месте… или нет. Знаешь, Менкаура, всегда хотел посмотреть, как одного из вас превратят в ангелоида.

— А силёнок хватит? — навес над каноником Ганц. Мужик был и сам спортивного телосложения, но на фоне гиганта Менкауры с мышцами тяжелоатлета, он казался доходягой. — Компенсацию, кстати, твоя семья будет выплачивать дому Менкаура ещё сколько лет, как думаешь?

— Твои законы больше не работают, Менкаура, — со злорадной усмешкой процедил так и не представившийся каноник. — Сейчас ты — просто ещё один потенциальный ангелоид, не больше. Взять их!

— Не убивайте нас, господин! — воскликнул я. Вообще-то рабам слова наверняка бы никто не давал, но нужно было дать понять солнечному, что продолжение конфликта неуместно. — Мы на всё согласны!

Это вызвало недоумение у всех присутствующих, как я и думал. Но иначе было никак. Разборки мы бы конечно устроили эпические, и город бы разнесли — не вопрос. Вот только едва ли после этого сюда явился трусливая задница одного лже-бога.

— Даже мусор понятливее тебя, Менкаура, — сально улыбнулся каноник, ещё больше чувствуя свою власть.

Ганц бросил на меня короткий взгляд и я ему едва заметно кивнул.

— Значит, вот как ты позволяешь себе со мной говорить… — веско уронил он. — Что ж, тогда давай вместе пройдёмся к твоему начальству. Я послежу за тем, чтобы твой род тебя проклял, включая потомков до седьмого колена… хотя, не будет у тебя никах потомков, пожалуй.

От угрозы каноник немного побледнел. Было видно, что он всеми силами старается не показать страх. Если брать один только внешний вид, ни у кого бы не возникло сомнений, что Ганца и одного с головой хватит, чтобы выбить дурь из всех троих.

Однако словам о желании пройтись к начальству его напротив, воодушевили и придали храбрости.

— Приор! Звено ординаторов сюда, быстро! — бросил каноник своего подчинённому, и тот бросился исполнять приказ.

— Альтаир… — шепнула мне Соула. — Так не должно быть!

— Посмотри вон туда, — кивнул я в сторону соседнего корабля.

Там звено ординаторов, отряд из дюжины рослых мужчин в позолоченной броне, насильно тащили каких-то прилично одетых людей, будто скот. Это были явно не рабы — как минимум, чистая одежда, какие-то украшения, личные вещи. Разумные вяло сопротивлялись, но громилы были бойцами, а их жертвы спортивной комплекцией не отличались.

— Это граждане Монорельса! — воскликнула Соула. Слишком громко, так что каноник отвлёкся, бросил на неё взгляд и злорадно усмехнулся. Пиратка его взгляд выдержала. — Вы ответите за это преступление перед троном Солнцеликого.

— Разумеется, — кивнул он. — Полагаю, скоро меня ждёт повышение.

Девушка побледнела, осознавая масштабы проблемы.

— Эхмея бы никогда… даже для него это слишком, — неверяще уронила перепуганная пиратка. Похоже, этот страх перед лже-богом в них вбивают с пелёнок. Даже пиратка считающая себя ненавистником власти, не могла поверить в происходящее.

Наши глаза встретились. В них читалась мольба.

Быстро же она забыла, кого на самом деле привела в свой дом.

Но нарушать маскарад пока рано.

Меня это даже начало немного веселить, и я подмигнул пиратке.

Всё складывалось очень хорошо. Мне не потребуется сдерживаться — невиновных среди местной изменившейся власти нет, а значит можно будет не сдерживаться.

Глава 6

Корфия была прекрасна. Должно же быть хоть что-то хорошее в этом насквозь пропитанным лицемерием месте.

Не знаю почему, но сама мысль о нарушении свободы воли выводила меня из себя. Я заметил это ещё в самом начале, когда меня взбесило наличие рабства у химерологов и их отношение к рабам.

Во всём остальном я бы себя не назвал образцом для подражания. Я поступал так, как было нужно для достижения моих целей, и старался действовать в первую очередь эффективно.

Но вот такие моменты почему-то… бесят.

Потому я не замечал белоснежных стен домов, украшенных совершенной работой скульпторов и сложнейшие рисунки художников. Не видел позолоты и богатства на дорогах и не воспринимал аромат благовоний и развешанных повсюду цветочных горшков.

Вместо этого я видел, как мало людей на улицах явно привыкшего к совсем другой жизни населения. Видел покинутые детские площадки и слышал в тишине тихий шёпот голосов.

Все они по смыслу сливались в один:

— Сегодня выбрали не меня. Спасибо, великий Эхмея, это буду не я!

— Успокойся, Альтаир. Фиксирую учащённое сердцебиение. Попробуй глубокое дыхание животом и обратный счёт, — прозвучал совет Тали.

— Это не нервы, а нетерпение, — пояснил я. — Я просто не хочу пропустить лучший момент.

— В таком состоянии? Я же тебя знаю!..

Нашу беззвучную перепалку прервал тот самый момент.

Перед величественным зданием храма коллеги наших сопровождающих как раз занимались избиением двух женщин и старухи. Что удивительно — те активно сопротивлялись, так что со стороны это можно было даже принять за бой.

Но я прекрасно видел, что бандиты в золотой броне не используют и толику доступной им силы, просто издеваясь над ними. Тогда как их соперники отчаянно верили в победу.

И у них был повод. Конвой как раз вытаскивал на территорию храма мужчину лет пятидесяти и молодого парня. Оба уже не могли сопротивляться. Многочисленные ушибы и раны на обнажённых телах были достаточно красноречивы.

Вокруг происходящего находилось ещё человек десять и около пяти тигран. Несмотря на численный перевес, напасть они не решались, но были уже на пределе. Казалось, ещё одна искра — и вспыхнет пламя.

[Коррекция: характеристика сила + 450%]

[Коррекция: характеристика выносливость + 450%]

[Коррекция:…]

Я по-быстрому накидал на дерущихся женщин усиление, и следующий удар толстой бабки прогнул шлем, отправил её противника в обратное сальто и пригвоздил к полу.

Это стало спусковым крючком для остальных — негодующая толпа набросилась на своих истязателей.

Я резко развернулся, вынул невидимый для стражей кацбальгер и вогнал в спину своему конвоиру.

— Я тебя щас научу, как уважать дом Менкаура, дрищ! — зарычал Ганц, быстро поняв, что от него требуется.

— Что⁈ Тебе за это…

Хрясь. Каноник растягивается на мостовой. Вообще-то худым он не был — все наши конвоиры отличались атлетичностью. Но рядом с Ганцем худыми казались все.

Удивила кошка Хина. Она использовала нечто вроде короткого портала, которым проскочила сквозь своего конвоира, а затем обхватила рукам, будто пытаясь обнять, и прошелестела:

— Спи…

Тео отправил пару чёрных птиц в выглянувшего на шум мага в богато украшенной мантии. Обе спикировали ему на шею и прогремел взрыв. Этим он буквально на пару секунд опередил Сатоку, и той пришлось выйти из теней чуть позже — рядом с охраной у входа.

Удивила и Соула. Самовлюблённая пиратка, едва только закончился бой, бросилась к пострадавшим. Она сняла с пояса зелье, видимо, целебное, и попыталась напоить бессознательного парня. Его отец, выглядел ещё хуже. Состояние Тали оценила как критическое, но этот вопрос решался повышением эффективности зелья с помощью коррекции.

Народ же останавливаться на достигнутом не стал. Люди и тиграны в белых одеждах жителей города пошли на приступ храма. Тем более, что строили здесь их своеобразно.

На солнечных островах стояло вечное жаркое лето, и часть общественных зданий вообще не имели стен, а просто ограничивались декоративными колоннами и крышей, порой тоже лишь символичной.

Так было и с храмом, который оставался относительно на виду.

Более того, к горстке разумных присоединились и другие, ещё где-то с двадцать существ разных видов — люди, тиграны, солнечные эльфы и тари.

Снаружи оставались только старуха и одна из женщин — они с тревогой смотрели то на Соулу, то на близких.

Надо же, самым впечатлительным среди нас оказался бессердечный пират.

— Рабы? — удивилась женщина при виде нас. В её словах сперва мелькнуло презрение, но она быстро подавила его. — Спасибо! Вы спасли жизнь моему мужу и сыну!

— Это вы их спасли, — я покачал головой. — Я только немного помог. Так работает свобода воли.

И затем бросил своей группе.

— Бежим, как полагается правильным рабам!

Вскоре за нашей спиной загорелся храм святого Эхмеи. Не знаю, правда, чему там было гореть — с виду сплошные камни. Но похоже, что чему-то всё-таки было — ибо полыхнуло знатно.

Мы к тому моменту уже ушли через узкие переулки между домами достаточно далеко, чтобы не думать об этом.

Здесь я снова накинул видоизменение взамен прежнего. Теперь мы походили уже на группу ординаторов под предводительством каноника и двух приоров.

— Ганц, ты за старшего.

— А почему я?

— Ты больше всего похож на одного из них, без обид.

— Знаешь, лучше бы ты меня сравнил с чем-то другим. У этих людей нет ни капли чести. Даже у тёмных её больше.

— Эй! — возмутился Эдельвейс.

— Ты где пропал? — спросил я, только сейчас осознав, что с тех пор, как мы вышли с корабля, пушистого гробовщика я не видел.

— Исследовал. Новая способность, я же всё-таки теперь патриарх мрака, — заявил кот.

— И что?

— По всему городу одно и то же. Народ на границе терпения. Ты был прав, когда сделал ставку на восстание. У меня сложилось такое впечатление, что солнечные и без твоей помощи готовы к восстанию в любую секунду.

— Это было очевидно. Только идиот пытается убивать собственный народ, причём похоже, ему даже плевать на здешние касты.

— Не понимаю, — замотала головой Соула. — Эхмея же не совсем идиот. Даже он должен понимать, что такой подход — самоубийство Империи! Он бы мог отправить под нож рабов, мог принудить чернь уходить за долги и продавать друг дружку. Но… средний класс, торговцы, рабочие… как будет функционировать Монорельс? Это безумие!

— Нет, Эхмея не идиот, — мрачно покачал я головой. — Вспомни события, которые этому предшествовали.

— Нападение на Эниранд?

— И война с альянсом тёмных, звёздных и цеха. И сейчас, скорее всего, это делается не просто так, — пояснил я.

— Но зачем? Зачем Эхмея разрушает свой Монорельс? — не выдержала Лина.

— Пока не знаю, — признал я. — Но могу точно сказать, что для этого нужно очень много жертв. В каждом из последних столкновений погибло слишком много разумных. Это единственная причина, по которой такая политика может иметь смысл.

— Эхмея хочет, чтобы новый альянс с Энирандом и Механистами напал на его страну? Только чтобы положить больше своего и и чужого населения? Но в чём смысл?

— А Эхмея ли? — ответил я вопросом на вопрос.

Последовала пауза.

— Хочешь сказать, что на солнечном троне сидит самозванец⁈ — воскликнул Ганц.

— Или кто-то управляет Эхмеей. Например, сильный маг разума.

— Это невозможно, Альтаир, — уверенно заявила Соула. — Эхмея — бог. Его нельзя контролировать магией.

— Он очень сильный маг, — возразил я. — С гибридной стихией. И только.

— Пусть так, но чтобы захватить власть над разумом настолько древнего могущественного существа, нужно быть как минимум, равным ему, или хотя бы приближаться к нему по силам, — не сдавалась пиратка.

— Хочешь сказать, таких нет?

— Намекаешь на Меаса и Мельхиора? Я видела силу Эхмеи. Поверь, он куда сильнее этих двоих вместе взятых. Он — живое воплощение света.

— Света хаоса, разве что, — хмыкнул я. — Впрочем, скоро увидим всё сами. Продолжай, Эдельвейс. Что ещё тебе удалось выяснить?

— Шангри-ла прибывает завтра, всё по расписанию.

— Если прибывает после той потасовки, — возразил Ганц.

— Прибывает, — уверенно сказал кот. — Насколько я узнал, такие происшествия были в каждом городе.

— Народ Монорельса такое не простит даже Эхмее, — уверенно сказал Менкаура. — Были оскорблены даже знатные дома, а для тари свобода вообще сродни религии. Они предпочтут смерть в бою, чем даже незначительное принуждение. Гражданская война в Монорельсе неизбежна.

— Уже завтра мы всё узнаем, — повторил я. — Соула, ты вроде бы знаешь город. Веди нас к станции, или где полагается пребывать главному гаду.

— Так весь город Корфия — и есть станция, — чуть улыбнулась солнечная.

— Тогда пока идём к этой вашей рельсе, — бросил я, подняв голову к возвышавшемуся над городом лучу яркого солнечного света, связывающему все города верхних архипелагов Монорельса.

Облик ординаторов и прочей солнечной братии сделал своё дело. Местные шарахались от нас, как от мёртвой магии с Днища. Усиленным слухом я ловил проклятия в свой адрес. Вернее, конечно, в адрес тех, чей облик мы приняли. Но пока мы не трогали мирных людей, они тоже не спешили бросаться в бой.

Это было бы проблемой — понятно, что сражаться с мирными людьми мы бы не стали.

Но в целом, анархии пока ещё не было.

Пылающий храм уже был потушен, и Корфия выглядела мирно, хоть и безлюдно. Местные теперь сами делали всё возможное, чтобы не попадаться у нас на пути.

— Эдельвейс, сможешь найти для нас ночлег до утра?

Кот кивнул и растворился в тенях.

— Что будем делать? — спросил Ганц. — Эхмею защищают архоны в ранге не ниже чемпиона. По силам каждый — как старший магистр в Цехе.

— Архоны? Это вроде ранг у звёздных.

— Архонты, — поправила дотошная Лина. — А архоны — это такая раса. Правда, я их никогда не видела.

— Странные типы, — заметила Соула.

— Стрёмные, — поправил Ганц. — Стрёмные и страшные. Морды белые, прям снег на холодных островах. И всегда такие мины, будто они всё про всех знают, но им плевать.

— Красочное описание, — хмыкнул я.

— Да не, они на людей похожи… вернее, на ангелоидов, если лишние глаза и крылья убрать, — встала на их защиту Соула.

— Эхмея из их кровей, — добавил Ганц.

Я кивнул.

— Что по способностям?

— Все с пелёнок владеют магией света. Боятся магии тьмы. Больше сказать нечего, — пожал плечами парень. — У них очень закрытое общество С другими расами они практически не пересекаются.

— Альтаир, — появился на плече у Сатоки из сгустка мрака Эдельвейс. — Здесь многие дома брошены. Найти временное пристанище не сложно.

— Веди, — коротко бросил я.

Место оказалось совсем рядом. Патриарх, ещё недавно мечтавший о должности епископа, выбрал место под стать себе. Это была вилла в самом центре город. Она располагалась лесенкой с небольшими срезанными пирамидами вместо стен.

Внутри, располагались исходящие паром бассейны с вечным водопадом, огромное количество декоративных растений, часть из которых были фруктовыми.

Дом, как и многие структуры в городе, стен не имел — лишь крышу, стоящую на массивных колоннах, разукрашенных бежевой и бледно-голубой плиткой. Подняв голову, я увидел изукрашенные пёстрые узоры.

Мне стало любопытно, как устроены дома местной знати. Высокий непроглядный забор по краю и полное отсутствие стен внутри — это что-то новенькое. Но выглядело это уютно, надо признать. С учётом постоянной жары в этих местах, решение было разумным.

— Резиденция младшего иерарха Ситтуса? — спросила Соула. — Серьёно.

— Понятия не имею, кто этот солнечный, — Эдельвейс равнодушно махнул хвостом.

— Ассари, из змей. Один из тех, кто проводит сейчас ритуалы, — пояснила солнечная. — Полагаю, сейчас у него очень много работы.

— Каков шанс, что он заявится домой? — уточнил я.

— Около-нулевой. Но если что, я лично его прикончу. Никогда не любила этого типа.

— Допросить бы сначала, — задумался я.

— О чём ты собрался его спрашивать? Как приносить в жертву своей гибридной стихии разумных⁈ — вспылила девушка.

— Тише, дура! — шикнул на неё Ганц.

— В соседних домах тоже пусто, — поведал Эдельвейс. — Я выбрал самое изолированное место в центре города.

— Соула, лучше расскажи, как выглядит приезд столицы? Я пока что с трудом укладываю у себя в голове, как один город поместится в другом. Полоса центральной площади не особо велика. Шангри-ла настолько мала?

— Нет, конечно, — прыснула пиратка. — Столица появится над городом, вторым уровнем. Шангри-ла — это как слоёный пирог. Над кварталом столичных жителей — квартал знати. Над ними — столичное духовенство и их семьи. Затем этаж архонов, и на самом верху — храм вечного Солнца. Он же дом Солнцеликого. Храм Карающего Света.

— Итого, пять этажей?

— Шесть, если считать с городом, — подтвердила Соула.

Я шумно присвистнул.

— А ты думал, он будет ехать на большом поезде? — снова рассмеялась пиратка.

Вообще-то примерно так я себе это и представлял. Город-поезд или как-то так. Но здесь больше похоже на гуляющую надстройку, меняющую свой нижний этаж, путешествуя по Монорельсу.

— Ого, это что, солнечные панели? — удивился Тео.

Мы посмотрели на него. Солнечные с равнодушием, я — с интересом.

— Что не так? — насторожилась Ганц.

— Ну, круто же, — немного растерялся пиротехник. — А мы всё на мельницах, ветер гоняем… верней, механисты гоняют.

— Такие есть даже у черни, — отмахнулся Ганц. — Насколько же вы отстаёте там в развитии?

— Вашими стараниями, — ответил Тео. — Орден как раз самый продвинутый в технике.

— Откуда у вас все эти технологии? — задумался я. — Прости, но общество солнечных не выглядит, как раса великих изобретателей. У вас же здесь повсюду физический рабский труд. Даже у механистов часть работ выполняют машины.

— Долгая история, — отмахнулся Ганц.

— У нас много времени, — настоял я. — До прибытия столицы ещё пол дня и ночь впереди. Предлагаю устроить себе небольшой отдых. Эдельвейс, здесь есть еда?

— Полно. В доме запасов на год вперёд. В подвале морозильные камеры, полные мяса, и темпо-капсула с овощами…

— Темпо-капсула? — я ещё сильнее удивился.

— Да, искажает время при запирании механизма. В ней можно что угодно без порчи хранить столетия. Мы пару таких затрофеили в прошлой войне.

— Обычная вещь… — Ганц неуютно поёрзал на месте.

— Давай, скажи, что такие даже у черни есть, — присоединился Тео.

— Значит, устроим себе вечер сказок, — принял решение я. — Лина, тащи всё съестное, что здесь есть. И ныряй к нам. По этой жаре лучшим решением будет как следует искупаться. Раз уж мы всё равно тут. Первыми на часах будут стоять…

— Нет нужды, — перебил меня Эдельвейс. — Я чувствую тени вокруг дома и узнаю, если кто-то приблизится.

— Отлично. В таком случае жду краткий пересказ всей истории основания Монорельса.

Что-то мне подсказывает, здесь всё не так просто. Самое время остановиться и подумать, чего добивается враг своими странными действиями. И уже завтра я получу предпоследний ключ к воспоминаниям Мерлина.

Глава 7

Навевает воспоминания о горячих источниках, когда нас ещё было только четверо.

Вечер мы встречали так, будто выехали на курорт, а не собирались завтра покушаться на жизнь лже-бога, которому фиг знает сколько тысяч лет.

Впрочем, во времена Мерлина его ещё не было.

На вилле нашлось всё для фруктовых коктейлей с мороженым и любой еды на выбор. Оставалось лишь приготовить и наслаждаться жизнью.

А вот истории, рассказанные чуть позже, радовали уже куда меньше.

Начать с того, что когда именно всё началось никто не знал. Просто в один момент на островах начали поклоняться богу солнца и карающего света. Вот так, ни с того ни с сего. Просветление, надо полагать.

Далее — шла примерно та же история, которую рассказывали мне во всех фракциях о своём возвышении. Она здесь была всегда одинаковой. Какая-то группа находит и овладевает каким-то островом с останками технологий древней цивилизации, затем резкий скачок в развитии, новая сила быстро захватывает новые территории и становится новой доминирующей в регионе.

Так в своё время появились механисты, овладевшие технологиями расы воронов сорамин, переселенцев с Мельхиора, прибывших сюда одними из первых ещё до того как этот мир стал летающими островами, и появилось понятие мёртвой магии пустоты.

Точно так же химерологи, хотя что именно нашёл Цех — его лидеры не распространяются. Однако суть та же — резкое расширение за счёт определённой технологии. В их случае — ряда химерологических наук, биологии и осо основ генетики.

Солнечные возвысились на технологиях неизвестной расы, использовавшей белый металл и золото. Названия этой расы были надёжно скрыты, но был ряд фактов, которые заставляли сильно призадуматься.

— Я в своё время интересовался этим вопросом, — пояснил Ганц в ответ на удивлённый взгляд Соулы. — Интересно же узнать истоки всего происходящего?

— Мне интересно знать, как выжить в этом происходящем, — фыркнула девушка.

— Вот потому ты и выживаешь всю жизнь, — хмыкнул светлый. — Так вот, я видел руины. Очень издали — туда никого кроме высших старших иерархов не пускают. Ну и архонов, конечно же. С нами их роднят только бело-золотые цвета. Так вот, изначально в тех землях, на самом верху, жили энирай.

Хель вздрогнула.

— Хочешь сказать, энирай — это остатки той расы с продвинутыми технологиями?

— У моей деревни была легенда, — подала голос Хель. — О людях, что пришли из-за бесконечного океана звёзд, чтобы изучать этот мир. Они прилетели к нам на хрустальных птицах и подарили имена, язык и знания. Но затем они ушли обратно к звёздам, и началась эра великого мрака.

— Люди? — ещё больше удивился я.

— Я о них почти ничего не знаю. Но наш язык и имена мы унаследовали от них.

— А технологии и цвета, похоже, унаследовал Монорельс, — кивнул заинтересовавшийся словами Хель Ганц. — Хотя наши технологии сильно ушли в свою сторону за тысячи лет истории. Сперва их считали артефактами богов, но по итогу всё равно разобрали, поняли принципы и сделали своё. Сейчас думаю, те пришельцы бы не узнали уже свою технику.

— А почему вы ушли вниз в легендах что-нибудь есть? — обратился я к Хель.

— По легендам, звёздные люди на хрустальных птицах не знали лжи и уважали чужую свободу. Мой народ всегда отвергал жестокость. Нам отвратительно любое насилие. Но после того, как они покинули Зехир, пришли тёмные люди. Они умели лгать и любили насилие, хотя ходили в телах, подобных звёздным посланникам. Так начались тёмные времена разделения и скитаний.

— Значит, наставники твоих далёких предков — истинные наследники Монорельса. Это было неожиданно, — признал я.

— Жаль, мне почти некому об этом рассказать, — печально улыбнулась девушка.

— Что это были за люди, Ганц?

— Скорее всего, жрецы Эхмеи. По легендам ведь именно они под его руководством нашли божественные технологии. Некоторые до сих пор никто не может разгадать. Но большинство, конечно, сильно изменилось и используется везде. Технология тех же темпо-капсул, например, реликтовая. С большим трудом мы можем их повторять, но до сих пор не понимаем, как это работает и почему.

— Что было дальше?

— Большое объединение, кланово-кастовая система во главе с Эхмеей и жречеством, войны с тёмными… много чего дальше, но тебе это ведь уже не сильно интересно? — спросил в ответ Ганц.

— В двух словах.

При всей своей грубости, Менкаура оказался очень начитанным и дотошным к деталям. Так что парой слов дело не обошлось, но он был прав — это оказалось уже не так интересно.

Монорельс регулярно расширялся, вёл наступательные войны и так далее, пока не упёрся в потолок. Сила империи Эхмеи была очень зависима от солнца — практически все технологии Монорельса работали на солнечной энергии, и чем ниже они спускались, тем более слабыми становились.

Неожиданно, именно это оказалось главной причиной поражения объединённого флота и должно было стать причиной поражения нового возникшего союза, если бы я напал.

Чем ближе к вершине, тем Монорельс сильнее, в прямом смысле слова. Во всём. Наверху даже слабый послушник получает бешеный прирост сил. Но по той же причине продолжать лёгкие завоевания почти без потерь империя не могла.

Отсюда её впоследствии миролюбивая политика пассивной религиозной экспансии и распространении веры в карающий свет, а по сути, подпитывание гибридной магии хаоса. Этот путь был долгим, и, если бы не моё появление, солнечные однажды добились бы своего. Правда, насколько оно им было бы нужно после конца света, когда наверх поднимется днище — вопрос открытый.

— А конкретно твой род? — спросил я Ганца.

— Менкаура — одни из первых жрецов из древнего рода людей в Монорельсе. Так же как Самонту у анубисатов, тар Эхмея у тари и дом Шира у тигранов и Аурус, дети Золотой пирамиды у ассари. Пять великих родов, правящих пятью высшими расами Монорельса.

— Анубисаты мне высшими не показались. По-моему, у них статус довольно сомнительный.

— Анубисаты — тёмные, — поморщился Ганц. — К ним всегда было особое отношение. Но вообще-то, чтобы так нагнули род Самонту — это странно. Честно говоря, я ни черта не понимаю, что происходит сейчас. Эхмея, конечно, самовлюблённый мудак, которого интересует только он сам, его наложницы и прожигание жизни. Но он никогда не был агрессивным психопатом или сектантом.

— Я же говорю, его подменили! Или может и правда держат под дурманом какие-то силы, — всплеснула руками Соула.

— В цехе есть такое существо, называется ланцет, — не к месту припомнил Тео, — так вот, это такой разумный червяк, который может залезть в мозги и полностью их контролировать, минуя все магические обереги.

— Если бы Монорельсом управляли бы химерологии, то зачем вообще… — начала было Лина, но затем поняла. — Погодите, вы про Меаса Двуликого?

— Ну, больше никого на ум не приходит, — подтвердил Тео.

— Тогда безумие Эхмеи уже не выглядит безумием, — задумался я. — В цели Меаса это вполне вписывается. Это ведь он всеми силами добивался войны и сделал всё возможное, чтобы погибших было как можно больше. Ему до разумных дела нет и зачем-то очень нужен массовый геноцид.

— Готовится стать лидером маленького острова наверху и жить дольше всех? — предположил Менкаура.

— Нет, — уверенно заявил Тео. — Он может покидать этот мир. Не знаю как, но это всегда было его страстью. Меас помешан на других мирах и панически боится остаться в каком-то одном.

— Ты знаешь, чего он добивается? — спросил я. — Какая финальная цель?

— Нам с Кирейрай он говорил, что желает стать свободным и найти рай.

— Может, это какое-то жертвоприношение? — задумался Ганц.

— Вот это уже ближе к правде, — согласился я. — Хорошо бы завтра сперва хорошенько допросить этого Эхмею.

— Великий Рассвет, я даже думать об этом не могу.

Соула сползла на дно бассейна, окунувшись с головой. Короткие светлые волосы тари-полукровки засияли маленьким упавшим в воду солнцем. За разговорами небо окончательно стемнело, но в доме работали какие-то автоматические огни подсветки, возвращающие накопленный за долгий жаркий день солнечный свет.

Пиратка всё ещё не могла прийти в себя от того, как Эхмея предал собственный народ. А теперь выясняется, что вполне вероятно, у него в голове ещё и сидит паразит, управляющий сознанием лже-бога. Хотя последнее, конечно, пока лишь пустые домыслы пальцем в небо.

Хина сидела на самом краю, в пол уха слушая наш разговор. Выглядела она на редкость бодро и словно ребёнок махала ногами. Будто пребывала немного в своём мире.

Хель ловила каждое наше слово. Она сидела рядом со мной и казалось, была всем довольна. Разве что воспоминания о разрушенном доме и потерянных близких сильно испортили ей настроение. Но постепенно она начала расслабляться по мере того, как разговор уходил от упоминания её вида.

С горящими глазами слушала Лина, всегда отличавшаяся любопытством. Девушка сперва пыталась тоже оказаться рядом и прижаться поближе ко мне, но едва начались неизвестные ей исторические факты из жизни солнечных, как всё остальное для неё перестало существовать.

Сатока сидела на краю бассейна с горячим источником, как и Хина, но в отличии от неё — занималась детальным изучением всего, что можно было съесть и выпить в морозильных камерах и темпокапсулах змея-иерарха. Причём делала она это по большей части с подачи наставника, который сюда и таскал еду через Тень с кухни.

Кота интересовала дегустация всего, что здесь было, и лучшим по его мнению, он делился с верной ученицей. Сама же Сатока после дегустации каких-то ядрёных конфет, покачивалась в такт одной ей слышимой мелодии.

Мы надолго замолкли, погружёные в свои мысли. Тео любое упоминание Меаса вводило в мрачное расположение духа. Ганц в целом был шокирован происходящим не меньше Соулы. И только я, кажется, просто наслаждался моментом.

— Слышите? — нарушила тишину Лина.

В тишине, нарушаемой лишь плеском воды и чавканьем Эдельвейса, слышался едва ощутимый гул.

— Столица… — ответил Ганц, не отрывая взгляд и не выходя из задумчивости.

Я поднял взгляд к небу, и увидел, как вдалеке на город надвигалась чёрная туча.

В город приехал второй этаж.

— А поспать? — возмутилась Лина, тоже во все глаза глядя в небо.

— В темфо-кафсушах ешть желье выш-шего вош-штанофления, — не переставая активно жевать баранью ногу двумя пастями, порадовал Эдельвейс. — Нам не нужно шфать. На фшех хфатит!

— Ха, кажется, сегодня мы пропьём годовой бюджет Корфии! — хмыкнул Ганц.

— Сколько у нас времени в запасе? — спросил я.

— Смотря до чего. Что конкретно ты ожидаешь?

— Ничего. Нам нужно начать подъём как можно раньше. Хорошо бы притворившись кем-то.

— Тогда времени ещё много, — махнул рукой Ганц. — Наверх будут пускать только в полдень. Самое жаркое время — солнце ведь должно карать.

— До чего же извращённая у вас тут религия, — заметил я, на что солнечный просто пожал плечами.

— Нет, так не пойдёт, слишком долго. Я бы предпочёл оказаться там раньше. Если начать ночью, можно попробовать прикинуться погодным явлением. Попробуем залететь повыше, потом придумаем что-то ещё. Наверху всё равно придётся, скорее всего, прикидываться кем-то из местных. Главное, чтобы он не успел сбежать. Судя по всему, он не из тех, кто будет стоять до конца, зная что идут за его головой?

— Если им управляет паразит, это уже не важно, — сказал Тео.

— А если нет, то он умеет оценивать свои шансы и выйдет на бой только если будет уверен в победе, — сказала Соула. — А как мы будем лететь? Маскировка под тучу для моего корабля так близко от города будет слишком подозрительной. Хотя если будет ещё темно…

— Нет, корабль нам не понадобится. Для этого у нас есть Тео.

Спустя час, когда небо над нами окончательно перекрыл нижний этаж Шангри-Ла, мы были уже готовы. Настой из «собачьего корня», очень быстро выводил из организма любой дурманящий яд, включая алкоголь, а эликсир восстановления действительно вернул бодрость и запас сил.

Маны на счету тоже было вдоволь. Осталось только распорядиться ею и всем что есть в запасе, чтобы добыть предпоследний фрагмент памяти древнего мага и решить вопрос безумия одного хаосита.

— Ну что, Тео, готовься нас нести.

— Всех? — опешил он и с надеждой спросил. — Может я всё же сделаю птиц и полетим на них?

— Сказали же, там сканеры магии. Фрактал они не увидят, но от одного твоего полёта магический фон будет в сотню раз ниже, чем от огненных птиц. Которых, кстати, ещё и скрыть будет куда сложнее среди облаков.

— Ну так сделай с этим что-нибудь, ты же всемогущий изменяющий реальность!

— Чтобы потом у меня не хватило маны на усмирение Эхмеи? — возразил я.

— Так и сказал бы, что экономишь ману на нашем комфорте.

— Как будто что-то плохое. Хватай верёвку, а мы за неё.

Затем мы оба рассмеялись.

Соула посмотрела на меня с полным непониманием. Но остальные задавать вопросы не стали.

Коррекция снизила вес до минимума, так что никакой проблемы в этом уже давно не было. Синоптика — начала окружать столицу грозовыми облаками.

Вскоре наша странная команда уже была в полёте, свисая на двух длинных верёвках. Скрытые за плотным строем грозовых облаков, да ещё и ночью, мы могли бы считать себя невидимками.

Разговаривать во время полёта было совершенно невозможно.

— И куда дальше? — донёсся до меня голос Тео, мрачно глядевшего в небо над нами. Следующий этаж столицы был ещё слишком далеко, но пока что на нас никто не обращал никакого внимания. Ситуацией нужно было пользоваться.

— Давай выше, — усилил я свой голос магией, надеясь что внизу нас никто не услышит.

Усиленное зрение помогло осмотреть нижний этаж столицы. Жители ещё не проснулись. На улицах лишь поворачивались камеры и ходили редкие стражи в позолоченной броне.

В небо они даже не смотрели. С учётом политики лже-бога по отношению к населению Монорельса, работы у стражи должно быть с избытком.

Второй этаж столицы был уменьшенной копией первого — больше роскоши, больше размеры домов и широта улиц. Но атмосфера та же — гнетущая и мрачная. Усталая стража, передвигается исключительно крупными отрядами и реагирующая на каждый шорох, множество камер и фонарей.

Никакая красота архитектуры не скроет истинное положение вещей.

Мы поднялись на третий этаж столицы. Здесь картина уже была иной. В квартале жреческой касты сегодня мало кто спал.

Рейды стражи ходили по периметру, но опасались больше нападения извне, чем изнутри. А по залитым ярким светом искусственного освещения улицам ординаторы и прочая братия тащили пленных разумных и клетки с ними же.

Обречённые существа, мужчины разных рас со следами избиений и пыток, уже не могли сопротивляться. Большинство из них даже ходить уже не могли. Но для проведения ритуала это было, кажется, и не обязательно.

Работающие круглосуточно храмы со жрецами, поддерживающими геноцид населения Монорельса, то и дело вспыхивали ложным светом, как называли гибридную стихию астернали.

Ритуалистика всё больше походила на конвейер, где личность, жизнь и свобода воли не значили ничего. Наверное, это и было той главной причиной, по которой я скорректировал свои планы:

— Приземляемся здесь, Тео, — приказал я.

— Мы можем и выше подняться, — возразил он.

— Ничего, пара дополнительных очагов восстания Эхмею не удивят, но сильно отвлекут внимание на себя. Вот, смотри, на том краю квартала почти нет света.

— Это могильник, — мрачно сказала Соула. — Не все проходят ритуал. Здоровье выдерживает далеко не у каждого.

Мне сделалось на душе ещё более гадко.

Эдельвейс же напротив, просиял:

— Могильник, говоришь? — хмыкнул летящий рядом химерный кот. Звучит как очень хорошее место для кого-то моего класса…

Глава 8

Хоронить павших у солнечных было не принято — здесь предпочитали кремацию.

Но сейчас единственный здесь крематорий не справлялся с потоком. Потому некогда красивые улочки квартала памяти теперь были натуральным могильником. Обнажённые тела были свалены в кучу, и двое бравых санитаров тащили ещё два, погруженных на одни носилки.

— И это они нас называли монстрами? — даже многое повидавший Эдельвейс был поражён масштабами геноцида, для которого даже не потребовалось вторжение Анклава и Цеха, слывших самыми жестокими фракциями.

Увидев приземлявшихся нас, санитары бросили носилки и с криком помчались прочь.

— Не против? — осведомился кот и облизнулся ртом на спине.

— Может, они в этом не замешаны? — с надеждой спросила Соула.

— Здесь кто-то ещё верит, что в этом городе есть невиновные?

— Есть и с гарантией, — я сжал зубы, — Будь это не так, у жрецов бы закончилась работа. Так что просто вырубить.

— Ты им просто покажись, они сами вырубятся, — предложил Тео.

Эдельвейс обратился тёмным пятном и метнулся за убегающей парочкой. Послышался вскрик и звук падающих тел.

Происходящее мне сильно не нравилось.

— Всё, — облачко мрака вернулось на место и вновь приобрело форму химерного чёрного кота с лишними частями тела.

— Ты быстро, — заметил я.

— Здесь столько энергии смерти… — Эдельвейс не закончил фразу и многозначительно помотал головой из стороны в сторону, давая осознать масштабы его усиления.

— Эхмею в одиночку осилишь? — пошутил Тео.

— Я его живьём не видел никогда, так что Токоннилд его знает, — серьёзно ответил кот. — Кстати, если что, я могу здесь поднять небольшую армию.

— У тебя и некромантия есть?

— Вообще-то, гробовщик — один из некромантских классов. Некромант ближнего боя, так сказать. А я уже, можно сказать, королевский гробовщик.

— Хм… — вслух задумался я. — А знаешь что, это идея.

— Мм-мяу? — задумчиво откликнулся Эдельвейс.

— Может реально, поднять зомби?

Кот взмахнул лапой, послышался щелчок, и одно из лежащих на земле тел встало по струнке, словно живое.

— Отлично, — просиял я. — Пусть хватают ребят в золотой броне и тащат сюда. Ну или грызут на месте, если те будут слишком усердствовать в самообороне. Только сперва…

[Видоизменение]

— Анубисат? — скривился Эдельвейс. — Это можно считать оскорблением?

— Это можно считать маскировкой, — ответил я.

Девушка с чёрной больше собачьей головой и большими ушами осматривала своего наставника, точьно такого же анубисата в чёрно-золотой мантии.

— Развлекайтесь, — махнул я рукой

— Зачем это? — спросил кот.

— Второй слой ловушки. Когда тебя обнаружат, а солнечные наверняка бросят все силы для борьбы с некромантом, они должны увидеть отчаявшегося анубисата-повстанца, а не патриарха Анклава.

— Понял, — посерьёзнел Эдельвейс. — А ты куда?

— Поднимать мятеж в других областях.

— Альтаир, я тоже помогу. Попробую поднять народ у храма к востоку отсюда, — предложил Ганц.

— Тео, иди с ним, но постарайтесь не переусердствовать. Нам не нужно, чтобы Эхмея свалил раньше срока.

— Да я хоть постараюсь прикрыть разумных от этих предателей Монорельса, — мрачно бросил солнечный.

— Я бы тоже хотела помочь. Мне просто подбивать народ к мятежу? — спросила Соула.

— Просто? — хмыкнул я. — Если не знаешь, то не берись. Хотя ты можешь просто прилюдно прикончить кого-то из этих… златодоспешных.

— Убить ординатора? — удивилась девушка и задумалась. — Они не ходят по одиночке, да и кого попало сюда не берут, столица всё же.

— Поверь, проблем с этим у тебя не возникнет, — отмахнулся я и набросил повышение характеристик. — Захватите этаж — поднимайтесь наверх, к архонам.

— А твоей магии хватит усилить всё население города? — спросил Ганц. — На четвёртом этаже Шангри-Ла нас как мятежников будут накрывать боевым оружием и массовой магией. У простого населения нет ни шанса. Разве что совсем уж бросать народ на убой.

Последнее он сказал с заметным отвращением, и я полностью разделял его чувства…

— Тогда мы от Эхмеи ничем не будем отличаться. — отрицательно покачал я головой. — Но нам и не нужно его захватывать. Всё что требуется — просто отвлечь их внимание. Заставить думать о том, что внизу, а не про нас. После визита к главному мудаку они сами сдадутся. Ну, или делом займёмся уже мы. Хотя такие люди обычно только рады сбросить всю вину на кого-то другого.

— Лина, в невидимости иди за ней.

— Я? — удивилась совсем не боевая лиса.

— Не волнуйся, на вас будет моя защита. Но постарайтесь, чтобы мне не пришлось вас вытаскивать.

Соула серьёзно кивнула, а Лина замотала головой от неё и назад.

— Так не получится, — подала голос вечно сонная Хина.

— Тогда ты идёшь с ними, раз ты уже в курсе, что там произойдёт, — ответил я сновидице.

— Да, так ты и должен был сказать, — улыбнулась она.

Осталось только дать Лине внешность анубисата, а девушкам — лишь поправить одежду на местную. И подсветлить волосы Хине, чтобы та выглядела как часть местного клана тари.

По итогу остались только мы с Хель.

Девушка ждала, что для неё есть своя задача, но я просто протянул ей руку и улыбнулся.

— А мы пойдём искать путь наверх.

Люди здесь не были редкостью. Темноволосую энирай я видоизменением превратил в человека.

Город был ярко освещён. Снаружи уже ярко светило солнце. В Империи Монорельса каждый день было жаркое лето, лишь изредка прерываемое дождями.

Условия на Эниранде мне нравились больше. Привычная влажность казалась чем-то знакомым, — я даже заподозрил, что раньше был как-то связан с водой или просто находился рядом с ней.

Но это меня волновало пока что в последнюю очередь. Кем бы я ни был в прошлом, сейчас это не важно.

Лишние знания могли повлиять на мои решения. Те, которые было необходимо предпринять, чтобы спасти этот мир.

Мне нужны все пять осколков памяти Мерлина. На кону существование всего Зехира!

— Чувствую страх, — подала голос Хель. — Мой источник реагирует на такие чувства.

Я заглянул за поворот, мимо которого мы шли. Там двое бандитов в золотых доспехах ломились в чей-то дом.

— И много такого страха вокруг?

— Скорее всего, здесь есть ещё ординаторы. Такие же, как те…

Наведясь коррекцией на них, я повысил температуру брони.

Послышались крики, которые быстро оборвались, когда получили волной пустоты в спины.

Затем внедрение команды с понятным и очевидным приказом — поговорить по душам с коллегами.

— Ох… боги… благослови вас Свет, — послышалось из-за закрытой двери.

Я с удивлением посмотрел на вход в дом.

— Спасибо, что свет, а не Эхмея, — хмыкнул я…

— Погодите, сейчас я открою…

— Зачем? И вас не смущает, что я некромант? — со стороны внедрение команд в тела смотрелось как самая настоящая магия смерти.

— Как и анубисаты, — последовал равнодушный ответ.

Послышался щелчок отодвигаемого засова, и наружу показался хозяин дома. За его спиной была женщина примерно того же возраста и молодой парень, тоже жреческой мантии. Квартал духовенства всё же.

Я замер на миг. Стало интересно ещё кое-что.

По ту сторону сторону показался пожилой, но очень крепкий на вид мужик лет шестидесяти. Человек, что особенно интересно, в рясе жреца Эхмеи. Белый, оплетённый вычурным золотом.

— Мы бы хотели присоединиться к вам!

— Что? — я обернулся к Хель. Та тоже удивлённо покачала головой.

— А вы… вы так открыто применяете магию, что я подумал, вы решили бороться с этим безумием.

— Вы правы, — удивлённо ответил я. — В городе уже началось восстание. А вам то оно зачем? Вы не похожи на воина.

— Эхмея предал свет, — скривился жрец. Видимо, уже бывший. — Или наш бог обезумел.

— Ваш «бог» — маг хаоса, изначально искажающий свет, — ответил я.

— Понятно, — помрачнел мужчина. — Возможно, его что-то осквернило…

Переубеждать его я не стал.

— Я не воин, — признался старик. — Как и мой сын. Но мы хорошие лекари. Даже бог не может встать выше небесного кодекса!

— Мастер некромант, — послышалось у нас за спиной.

Обернувшись, я увидел ещё одного человека. Солнечного эльфа неопределёного возраста.

— Я тоже пойду с вами, если позволите. Сейчас…

Он скрылся из виду, а затем появился на пороге своего дома в облачении паладина.

— Воин? — удивился я.

— Воин Солнца, давший клятву. Но я никогда не пойду против своей чести и не обращу оружие на мирное население.

Эльф с отвращением сплюнул.

Похоже, восстание прекрасно вспыхнуло бы и без нашего участия. Недоставало только первой искры — никто не хотел быть тем первым героем-одиночкой, которые обычно плохо заканчивают.

К тому моменту, как мы вышли на главную улицу, за нашей спиной было чуть больше десятка добровольцев. Немного, конечно, но стоит учесть то, что мы находились в квартале элиты, которой предлагалось быть не жертвами, а самим взять ритуальные ножи в свои руки.

Мастер Хуоро, как звали лекаря, имел чин каноника солнечного Эхмеи и сейчас мог пачкать руки в крови невинных в храме. За отказ ему и его сыну назначили стать за это по другую сторону жертвенного алтаря и разделить участь тех, кого они не желали убивать.

Двое исполнителей, которые сейчас закусывают своими коллегами, были заинтересованы в этом деле кровно — им доставалось имущество семьи. Но вера для мастера Хуоро была важнее.

А меня в свою очередь заинтересовали истоки веры солнечных. До этого я думал, что религия была целиком выдумана Эхмеей в своих целях. Теперь же начинаю склоняться, что он просто извратил какой-то более адекватный культ. И вот нынешние события встали вразрез с его предписаниями. Как раз что-то о свободе воли и ценности жизни, которые для гибридного мага хаоса были пустым звуком.

С одной из центральных улиц города открывался чудесный вид на горящие вдалеке храмы и административные здания, а также на хмурых людей, сжимающих в руках оружие.

Широкая лестница вверх открывала вид на застывших наверху разумных с большими башенными щитами и копьями. На головах были шлемы с алыми ирокезами. К бело-золотым цветам жреческой касты Монорльса добавились красные — символ власти.

— Ничтожества! До чего вы докатились, осквернители храмов нашего бога! — отчаянно надрывался иерарх в дорогой мантии. — На пороге нашего дома стоят живодёры из Цеха и чудовища тёмной фракции! Механисты нас предали! Наши пастыри в церкви Стали мертвы! Королевство звёзд пало в порочные связи с тёмными тварями! Как смеете вы в такой момент подвергать сомнению слова нашего бога⁈

Усиленное зрение тем временем видело где-то поодаль за спинами защитников боевые пушки. Неужели эти психи будут из рельсовых пушек бить по своим?

Среди остальных собравшихся повстанцев я увидел Ганца и Тео. Они мало чем отличались от остальных благодаря маскировке и своим поведением тоже себя не выдали. Отличная работа.

Соулу и девушек я не видел.

Эдельвейс…?

Кот запаздывал. Его армия нежити была бы сейчас очень кстати. Неужели возникли проблемы? Впрочем, здесь каждый второй — светлый маг или жрец, так что не удивительно.

В этот момент ряд башенных щитов расступился, и вниз полилось пламя.

Я ошибся — всё-таки это были не рельсовые пушки. Слишком велик шанс навредить самой конструкции города. Это был грёбаный напалм!

— Альтаир, я вывела готовые запросы коррекции, подтверди, — послышался голосок Тали.

Охваченная огнём толпа, которую только что хотели сжечь заживо, была не только жива, но и воспряла духом.

— Это Кара! Карающий свет обрушится на еретиков, и эта кара — в руках у детей его!! — прозвенел властный женский голос. — САМ СВЕТ БЛАГОСЛОВИТ НАС БЕССМЕРТИЕМ!!!

Послышался громкий шлепок.

Моя ладонь столкнулась с лицом.

Боги, Соула, что же ты творишь? Хина же обещала присмотреть за ней!

Возмущённая толпа едва ли не на руках несла ярко сияющую пиратку с громкоговорителем.

Но надо отдать ей должное — актриса она гениальная.

Разумеется, коррекции сделали огонь безопасным для людей, и все могли убедиться в том, что свет и правда на нашей стороне.

Что ж, придётся соответствовать.

Архоны, надо отдать им должное, не дрогнули. Первая линия вытянулась вперёд, выставив копья. В ответ полетели бутылки, булыжники с мостовой и бытовой мусор. Кто-то кастовал боевую магию света, но к ней у архонов был природный иммунитет.

— Мастер Эдельвейс, — шепнула Хель.

По соседней улочке от кладбища шли два высоких анубисата с собачьими головами и армией мёртвых. В отличии от меня, они не просто заставили подняться тела погибших, но и хорошенько усилили.

Это была не просто орда зомби, а рыцари смерти, высшие умертвия и прочая свита — всё как подобает патриарху Анклава Мрака.

— Твои приказы, Альтаир, — послышался шёпот Сатоки из тени.

— Ведите нежить на штурм. Прикройте местных. Соуле, походу, ими ещё долго править.

Ну а что? Кто-то же должен. Пиратка по крайней мере действительно беспокоится о судьбе простых людей. Хоть и своей выгоды, конечно, не упустит. А там сами разберутся.

— Наши убитые предателями небесного кодекса тоже с нами!! — послышался новый лозунг Соулы тар Эхмеи.

— Сатока, ты ещё тут? — спросил я.

— Тень — мои уши, — прошептала она.

— Тогда собирай всех остальных. Нового пророка солнечных, так и быть, можешь не трогать. Отходим туда, — я кивнул в сторону одинокого солнечного луча, падающего через декоративное отверстие, ведущее на четвёртый этаж, в квартал архонов.

— Мы не будем принимать участие в сражении? — в голосе тени послышалось лёгкое разочарование.

— Наша цель — не мятеж, а сам Эхмея. Здесь нам достаточно просто переключить их внимание с систем безопасности. Но Эдельвейс пусть остаётся с нежитью и тянет время. А затем возвращайся — четвёртый этаж нам не интересен. Мы полетим мимо него — сразу на свидание с настоящим противником.

— Принято, — отозвался шепот, и тень от дома стала заметно менее тёмной.

Глава 9

— Ну и почему снова я? — недовольно спросил Тео.

— Бери верёвку, — ответил я. — Не пойму, что тебе не так. Вес я уже скорректировал.

Пиротехник тяжело вздохнул и призвал огненные крылья.

Видоизменение сделало нас менее заметными — на этот раз притворяться чем-то конкретным не получалось, так что я просто менял способность под то, рядом с чем мы поднимались вверх.

Затем была короткая полоса пути, когда притворяться стало совсем нечем, и мы стали хорошо видны для всех любопытных. Но никаких любопытных, не намечалось. Всем было глубоко не до нас.

Так мы на двух концах длинной верёвки оказались над четвёртым этажом города.

Квартал архонов был совсем не таким, каким я ожидал его видеть. Золотые дома с величественными белыми колоннами казались заброшенными. Здания требовали ремонта, а на улицах пусть и не было мусора, валялись камни, поросшие мхом и плесенью.

Создавалось впечатление, будто здесь никто не живёт вовсе.

Но тогда кто сторожил вход?

А затем я увидел, как при нашем появлении в ближайшем окне появилась белокожая златоволосая девушка, закрывшая ставни.

— На пятый, — подтвердил я конечный пункт Тео.

Тот что-то проворчал, но я не обратил внимания. Главное, летим дальше.

Последний этаж, в котором должен располагаться первый храм, он же личные покои Эхмеи, нависал прямо над нами. С него вниз стекал ровный водопад, местная святыня и главное украшение. Далее вода текла по городу архонов и стекала дальше вниз, разделяя город на ряд сегментов.

Издали столица Солнечного Монорельса напоминала большой слоёный торт пирамидальной формы.

Белый, но заселённый едва ли на пятую часть город архонов, вызывал гнетущее впечатление. Предположил бы, что они ещё и друг дружку приносят в жертву на алтарях, но, судя по состоянию города, здесь дело было именно в длительном запустении.

Получается, они вымирают, или вроде того? На входе похоже, стояли едва ли не все оставшиеся здесь жители.

Тогда вдвое хорошо, что до столкновения пока не дошло, и Эдельвейс, как и договаривались, тянул время.

Со стороны перехода раздавались крики и звуки возни нежити. Мёртвые гибли повторно, чтобы защитить живых.

И вот, наконец, мы оказались рядом с пятым.

— Дискомёты! — предупредил Ганц.

Тео едва успел отлететь в сторону, когда мы увидели раскручивающаяся цепь со снарядом.

— Хорошо, что они такие медлительные, — заметил Тео.

— Хорошо, что я им в этом помог, — хмыкнул я.

— Над нами ещё один, но мы вне его обзора. Я видела, когда мы были выше, — вмешалась Лина.

— Значит, нас уже заметили и ждут, — нахмурился я.

— Хочешь сказать, мы идём в ловушку? — опешила Лина.

— Главное, чтобы Эхмея был там.

— Он никогда не покидает свой храм, — сообщил Ганц. — По легенде он каждый день говорит с Солнцем, чтобы оно хранило Монорельс и сдерживало наступление великого мрака… Ну, нам так говорили.

Последнее он добавил уже после, с долей смущения.

Мешающий нам дискомёт я не видел, но в том, что он там есть — нисколько не сомневался.

— Сейчас попробую его сбросить, — сказал я и коррекцией начал подтачивать камень, на котором было расположено грешное устройство.

Снижение прочности и повышение силы гравитации, расширенные коррекцией трещины — и вот под грохот камней часть острова с башенкой полетела вниз, на почти вымерший город архонов.

Мы всё ещё были вне зоны поражения второго. Но и чёрт бы с ним. О скрытности говорить уже не приходится — даже глухой бы услышал обрушение башни. Но теперь у Эхмеи если и есть путь, то только порталом.

— Ангелоиды! — предупредила Лина.

Тео спикировал на ближайший сухой участок. Не сильно глядя по сторонам, мы приготовились к обороне.

Я начал снижать стабильность гибридной магии внутри существа. Работало это как и прежде исправно, но занимало время. Потому и остальные приготовились к бою.

Здешние были совершенно не похожи на людей — по сути это были круглые белые сферы из перьев, покрытые множеством глаз, а вокруг них летали один или несколько дисков будто кольца планеты — безо-золотые ленты, покрытые множеством голубых глаз.

Сразу по приземлении Тео выпустил несколько чёрных взрывов. Затем Хель активировала волну пустоты, и попавшие под её действия ангелоиды задёргались, а свет стал мерцать. Пожирающая души магия оказалась губительной для заражённого хаосом светлого существа.

Бой занял всего несколько секунд, но заставил хорошо постараться. Если бы не возможность снижения связи стихий света с хаосом, мы бы здесь не продержались вовсе.

Наконец, появилась возможность детально оглядеть место, в котором мы оказались.

Наверху место и впрямь казалось достойным богов. Мраморные ванны с бурлящим источником, множество позолоты, широкие пространства, выстланные роскошными коврами и гобеленами. Множество картин. Основным мотивом был вереск — почти всё вокруг было пейзажами с цветочными полями и иногда, с пролядываюей отсюда белой башней.

Картины были настолько огромными, что были видны даже отсюда. Посмотреть здесь было даже слишком много на что…

Наложницы Эхмеи. Сколько их там по счёту?

Где-то около тридцати девушек, лишь на трети из которых было хотя бы подобие одежды — все как на подбор, были лучшими представительницами своих видов. Люди, архоны, девушка-орк спортивного телосложения, две поливающие друг друга тари, солнечная эльфийка, какое-то человекоподобное существо с красной шерстью и четырьмя руками…

— Да ну нафиг… — вырвалось у Тео.

— Ганц, скажи, что они не все великие воины с бешеной силой?

— Не должны, — послышался ответ. — Но тут я не уверен. Никто прежде не видел его гарем… вот так.

— Идём лучше поищем их хозяина, — хлопнул я его по плечу. — Кстати, как он отбирает в гарем, если здесь орки. Разве у вас вообще есть орки в королевстве?

— Нет, — покачал головой Ганц. — Повторюсь, никто здесь никогда не был, кроме Эхмеи.

Девушки на нас реагировали странно. Они и не думали прикрываться или бежать. Хотя и бросаться тоже не спешили. Только отходили на пару шагов при нашем приближении, давая пройти и внимательно глядя на нас.

— Ганц, что ты вообще о них знаешь?

— Тут нужна Соула, — отмахнулся он. — Это у неё тут родичи.

— Придётся пока обойтись без неё.

Пройдя до входа в исполинский храм, я успел распознать представителей всех встреченных ранее видов и даже увидел парочку незнакомых тёмных рас.

Затем, за колоннами в лишённом стен здании находилась огромная купальня для Эхмеи с наложницами, в две стороны тянулась лента коридора. Вместо стен, как и во многих домах знати в Монорельсе, использовались тропические растения. Это позволяло воздуху циркулировать по зданию активней.

Да и скрываться на вершине мира было не от кого.

Ещё два пути вели вглубь здания. Они выглядели более подозрительно — если Эхмея ещё не бежал — то готовится нас встречать где-то здесь. О нашем прибытии он уже наверняка знает.

Я решительно открыл первую дверь, на мгновение замер, фиксируя в памяти картину заполненной обнажёнными девушками душевой.

— Сюда, — сообщил Ганц, открывая вторую дверь.

За ней оказалось широкое пространство, наполненное роскошными белыми коврами из неведомых существ. Вместо стены — плотный строй растений, связанных между собой в причудливую сеть, полностью закрывающую обзор. По центру — небольшая лесенка и бассейн. Декоративный. Таких мы много видели в муниципальных зданиях солнечных.

Наверху, над головой, играла музыка. Я поднял голову и увидел в натянутом высоко над головой, под самым потолком, гамак с крупной сеткой, в котором мастерски играла бирюзововолосая сиинтри на незнакомом струнном инструменте. К счастью, не Элая, а совершенно незнакомая девушка. Она даже внимания на меня не обратила.

— Пахнет солюровой дамианой, — нахмурился Ганц.

— Тали, краткую сводку, что это?

— Наркотический афродизиак. Безвреден, судя по свойствам даже полезен, но снижает критичность мышления. Вызывает состояние эйфории и счастья, блокирует выработку гормонов стресса и страха. Эти девушки не могут испытывать отрицательных чувств.

— Принудительный рай, получается, — заметил я вслух.

— Примерно так. Но не волнуйся, чтобы он сработал, нужно пробыть здесь не меньше суток. Он имеет накопительный эффект. А ещё восполняет ману, кстати.

Коррекцией я снизил силу воздействия вещества в воздухе. Нехватало ещё кому-то из нас этим надышаться.

Запах был приятным, цветочным. Плюс здесь активно палили разнообразные благовония.

Интересно, Эхмея тоже ходит таким надышавшимся цветочной пыльцы? Тогда может быть даже обойдёмся без сражений и пыток. К тому же, это отлично вписывается в последние принятые безумным магом законы. Как раз хватит ума ровно на то, чтобы отдать приказ о массовом жертвоприношении своих людей.

Вот и весь секрет его одержимости.

Это был бы скучный ответ, но вполне реалистичный. Иногда вместо великих заговоров и интриг во всём виноват обыкновенный недостаток ума.

Впереди послышались шаги, и из комнаты сбоку вышла группа из трёх девушек в изысканных сложных нарядах, умудрявшихся практически ничего не скрывать, а лишь подчёркивать.

Девушки распевали какую-то песню на незнакомом языке и громко смеялись. Нас они вообще поначалу не заметили, а когда едва не столкнулись нос к носу, две вдруг обхватили Тео и принялись осыпать поцелуями мою старую броню некроманта, в которой он сейчас ходил.

— Владыка! Мой владыка! — одна из них кинулась на колени и принялась одновременно шептать что-то о своих эротических фантазиях.

— Арк, ты на него маскировку под Эхмею надел? — удивился Ганц.

Тео выглядел растерянным и не знал куда деться. Другие девушки тоже восприняли наше появление странно.

— Сегодня солнце взошло дважды! Владыка разделился для нас! — восхитилась другая, падая на колени передо мной.

Перепутать меня или Тео с Эхмеей — это надо ещё очень сильно постараться. Ни одежда, ни цвет глаз и волос — проще было сказать что у нас общего. Разве что один пол.

Третья девушка выбрали своей целью Ганца. Тот хотя бы комплекцией на лже-бога походил. Он сперва опешил, а девушка прижались к нему ещё сильнее.

Хель растерянно застыла, не зная что предпринять. Лина же напротив, похоже единственная из нас, получала удовольствие от этой странной сцены.

— Идём, — одёрнул я товарищей и мягко отстранил девушку. — Они невменяемы.

За нами они следовать не стали, но одна из них почему-то ухватила за руку Хину и попыталась ей что-то сказать, но в процессе забыла и замерла с открытым ртом. Потом полезла к ней целоваться, но сновидица ловко увернулась и последовала за нами.

— Интересные у вас здесь порядки, — не удержался я.

Ганц скривился.

— Сколько ни узнаю нового об устройстве Монорельса, не перестаю поражаться величине пропасти, в которую мы все пали. Этот дурман палят только в закрытых борделях. В храме солнца это… кощунство.

В новой комнате мы увидели ещё один ряд украшений, за которым находилась широкая площадка из белого мрамора и золота. Она была внутренним двориком храма, прикрытым декоративными зарослями, создававшими тень.

А в центре всего этого стоял трон, на котором сидел громадный мускулистый блондин с шестью крыльями.

БАМ!

За нашей спиной резко захлопнулась решётка из раскалённого металла.

Ха, будто это меня может как-то остановить, если я захочу выйти!

Я уверенно шагнул навстречу лже-богу.

Потолок был выполнен из экзотических цветов и плодоносящих растений, которые кто-то искусно вплёл в сложную конструкцию, где цветочные горшки были замаскированы под элементы декораций.

— Надо же, мы думали, как его ловить, а он сам пришёл к нам в руки и привёл с собой всю свою кодлу. Лёгкая победа, скажи?

— И правда, друг мой, нам всё еще очень везёт. Полагаю, это последнее, что стоит между нами и побегом отсюда, — послышался блеющий голос Меаса Двуликого.

Глава 10

— О как, — открыто улыбнулся я в ответ. — Понимаю и поддерживаю. Такая-то радость, что мне вас, голубков, искать не придётся. Есть что сказать перед смертью?

— А ты самона… — начал было Эхмея, но вдруг захрипел и закашлялся.

Не удивительно, ведь содержание кислорода вокруг его тупой башки было скорректировано в сторону утилизации.

А затем вдруг резко расхохотался.

Меас поморщился.

— Эхмея, хватит кривляться. Ты же хотел сравняться с мной в статусе, так вот тебе шанс. Он корректор.

Тео хотел было что-то тоже сказать, но я его остановил.

Что-то было не так.

— Тали, просканируй всё вокруг справкой.

— Уже.

[Эхмея Солнцеликий, вершитель Солнечного Монорельса, девиант 1625 уровня]

[Меас Двуликий, ткач форм 1328 уровня]

— Что это за классы?

— Девиант — высший искажатель хаоса, — пояснила Тали. — Чем-то похож на твой стиль, только на энергии из другого плана. Ткач форм… такого в базе у меня нет. Есть ткач теней и ткач света. Это ритуалисты и создатели существ. Но здесь может быть что-то совсем другое. Кстати, в прошлый раз справка выдавала совсем иное, так что возможно он тоже может искажать справку.

— Разве такое возможно? Он же не корректор!

— Хм, виртуальный помощник? Необычно, — произнёс Меас. — Эхмея, постарайся не повредить его мозг.

— Ну, ты меня знаешь, тут как получится, — ехидно ухмыльнулся владыка астернали.

— Что, — обратился рогатый теперь уже ко мне. — Ты же не думал, что я не подготовлюсь к нашей новой встрече? Знаешь, это ведь я тебя сюда привёл на Зехир. Жаль, что я понял, кто ты такой, так поздно. Где ты провёл последние столетия?

Вместо ответа я принялся перебирать свои способности и готовить ловушку. Этот тип начинал меня раздражать. И особенно его наглость.

Почему коррекция не сработала как надо в прошлый раз? И как он узнал про Тали? Он читает мысли, или только отслеживает мою нейросеть?

— Спрашиваешь себя, не читаю ли я твои мысли? — ещё шире улыбнулся он. — Кто бы мог подумать, что ты — один из старейших эмиссаров, помнящих мир до Грани. Ты уже вспомнил, кто виноват во всём, что происходит?

А может и не читать, а говорить это, чтобы я так подумал. Любой бы на моём месте задумался бы об этом после слов про Тали.

— Кто ты такой? — спросил я. — И почему думаешь, что тебе всё сойдёт с рук?

— Ты же всё видел в инфо! Хотя, твоя карманная нейросеть была права, я могу принимать разные формы. Что ж, начнём с главного. Как далеко ты зашёл в прокачке класса? Модификатора уже получил?

— С какого хрена я должен тебе отвечать?

— Эхмея, преподай ему урок, пожалуйста. Диалог с ним не конструктивен.

Я снова криво ухмыльнулся и взмахнул клинком. Тот покрылся сиянием множества белых кубов.

Волна фрактальной энергии охватила меня, и множество защитных барьеров покрыли меня второй кожей.

Эхмея будто растворился в воздухе и со скоростью света оказался рядом со мной, занося кулак.

Моя коррекция замедлила его в самый последний момент. Я догадался применить её на замедление всех объектов вокруг себя.

Кулак столкнулся с выставленным перед ним барьером. Я оказался рядом и рубанул усиленным клинком.

Эхмея отскочил с той же безумной скоростью, оставляя за собой лишь шлейф солнечного света.

Я послал в него сгусток чистой фрактальной энергии, одновременно корректируя параметр скольжения и ускоряю левую ногу Эхмеи. Но тот вновь ловко уходит, взмахивая крыльями.

С самого начала боя, враг применял только лишь магию света и никакого хаоса. Иначе я бы просто разорвал его гибридную стихию. Магию света и грубую силу — а боевого опыта ему было не занимать. Не смотря ни на что, он не зря оказался на троне Монорельса, и его уровень угрозы не был надуманным.

Второй проблемой было то, что все мои коррекции работали очень недолго. И мне их хватало только чтобы противостоять напору его умений и сил.

Впрочем, я тоже не просто так бездумно атаковал. Я каждый раз использовал новую уловку, подбирая ключ к его защите.

Эхмея был выше меня на голову и почти вдвое шире в плечах. И как не обидно признавать — фехтовал он тоже не в пример лучше.

[Коррекция: прочность камня]

Приземлившись, он тут же перешёл в форму света и ушёл, оставив на полу лишь трещину вместо обвала.

Снова сработало автозамедление в радиусе. Теперь в руках у Эхмеи уже было оружие — диск из расплавленного металла с лезвиями, стилизованными под геральдические солнечные лучи.

Оружие пролетело в ладони от моего лица, оставляя за собой шлейф чёрного дыма.

[Коррекция: сила хвата]

Удар снизу, и солнечный диск выпадает из его ослабевшей руки. Я воспользовался моментом, чтобы всадить клинок в живот ублюдку, но тот в последний момент резко обрушился вниз локтями мне по спине.

Сюприз! Барьер поглотил инерцию, так что удар я даже не почувствовал.

Затем пинок коленом в живот. И на этот раз я уже не успел.

— Один — ноль, — хохотнул Эхмея.

— Хватит, может, он хочет поговорить? — послышался козлиный голос Меаса.

Где остальные?

Я увидел перед собой застывшего Ганца и Лину за его спиной. Сатока и Эдельвейс сейчас внизу. Но где Хель? И ещё та кошка, её тоже нет.

— Не хочет он говорить, — вынес вердикт Эхмея. — Я же чувствую. Сам знаешь.

— Знаю, — подтвердил Меас. — Но его мозг может быть ценным фрагментом.

— Да ничего там ценного, кроме статуса, нет. Н-на! — Эхмея попытался ударить меня ногой снова, но наступил на барьер.

[Коррекция: прочность камня]

[Коррекция: прочность верхнего слоя камня]

Он отступил на шаг назад и, коснувшись пола, поднял пылевое облако из каменной крошки. Помогли ещё его крылья, на которых он тут же взлетел, почуяв подставу.

Я швырнул в его сторону меч — мимо.

Намеренно мимо.

Клинок старины Мордреда вонзился в каменный пол, поднимая над нами целую волну пылевой взвеси.

— Р-р-а-а-а!!! — закричал Эхмея, обрушивая под собой волну сияющего света, вмиг разогнавшего мою маскировку.

Развернулся в поисках меня, взял в фокус и ушёл в форму света.

На этот раз замедлять его я не стал.

Зачем, если светящийся кулак Эхмеи влетел в челюсть Меаса.

От неожиданности козёл заблеял на зверином языке. На пол посыпались зубы, щедро политые свежей кровью.

Эффект оказался неожиданным даже для меня. Видоизменение поменяло его облик, мне нужно было лишь скрыться, чтобы переключить внимание. Но, что это полностью выведет из строя рогатого, мне даже в голову не приходило.

В памяти отпечатался образ до предела удивлённого энирай с белой козлиной бородкой — лицо его передавало весь спектр чувств от удивления до непонимания. А затем он просто исчез во всполохах пламени, будто призванный демон.

— Альтаир, сзади! — выкрикнула Тали.

Я развернулся и вовремя. Эхмея слишком быстро распознал ошибку и нашёл настоящего меня. И он был в ярости!

— Подлый ублюдок! — взвыл он.

Сбоку повеяло жаром и лишь замедление в области рядом со мной позволило уйти и закрыться барьерами.

— Люцедар всегда возвращается к своему владельцу — Оружие Эхмеи снова было у него в руках. — Сестра этого рейлин принадлежит королю мира Смерти. Это реликвия королей!

Он картинно поиграл пылающим диском — тот разорвался, став походить на пылающую плеть с сегментированным лезвием, и снова ударил.

Что такое плеть я прекрасно знаю, как и законы физики, потому заранее окружил себя барьерами по кругу.

Хлёсткий удар по магчесткому щиту.

Хлопок.

— Опять трюк с пылью? — презрительно бросил он, после чего ударил ногой по земле, развеивая потоком света часть пылевой взвеси.

Затем развернулся в другую сторону и повторил процедуру, когда со всех сторон на него двинулись мои копии.

Круговым взмахом он развеял и их, после чего послал ударом ноги ещё одну волну света, развеивая последнюю, как он думал. Однако это была уже не копия, а я сам, вместе с защитным барьером.

С хлёстким ударом и щелчком оружие снова свернулось в кольцо.

Я же поднял ему навстречу волну фрактальной энергии, скопировав его навык ретрансляцией.

Поток белых кубиков освежил ход битвы.

С формой проявления стихии мне очень повезло — каждый такой кубик — по сути частица маны фрактала. Отдельная. И в то же время точно такая же, как и все остальные.

А значит — им можно внедрить нужные эффекты и многократно их усилить коррекцией.

Поток кубов превратился в контрастный душ из урона всеми видами стихий. Сперва его окатило жаром, затем кубы приобрели эффект заморозки, затем начал просто менять способностью всё, что вспоминалось.

— Ты меня не сломаешь, ничтожество! — пафосно воскликнул Эхмея, будто карикатура на божество, каким пытался казаться.

— Зови хаос, если хочешь протянуть ещё немного, — предложил я.

Эхмея посмотрел на меня с нескрываемой яростью и ненавистью.

Затем его тело начало покрываться светящимися наростами, на которых начали открываться глаза.

[Ретрансляция чар: стихийная форма]

Белые кубы стали возникать вокруг моего тела, частично сливаясь с ним.

Эхмея, ставший один в один как его ангелоиды, рубанул артефактом сверху изо всех сил. А я выставил руку в сторону и одной только мыслью создал разделявший нас с ним барьер.

Враг что-то прорычал и потянулся ко мне. Рука стала удлиняться и светиться, будто одно большое световое щупальце.

[Коррекция: снижена синхронизация стихий света и хаоса]

— Долго же ты терпел, — хмыкнул я.

Вены потрескались, и часть разорвалась, не выдержав резкого перепада нагрузки.

Враг отделался лишь правой рукой, да и из обрубка быстро потёк свет, воссоздавая конечность. Но я не останавливался на этом.

Оставалось ещё последнее средство. Только нужен триггер… болванка, на которую можно нацепить этот вид урона.

Эхмея взмахнул крыльями, разрывая дистанцию. А затем так же быстро её сокращая в порыве света с оружием наготове. И там, где он приземлился, его уже ждала новая пылевая ловушка.

Ожидаемый ответ в виде на этот раз — кольца света.

И…

[Ретрансляция чар: кольцо света]

Свою ошибку он понял слишком поздно. А может быть и не понял вовсе — фрактальные кубы с внедрённым свойством урона пустотой заставили Эхмею завыть, словно побитая шавка.

Он вновь рванул крыльями в сторону, уходя из зоны поражения, но на этот раз вяло и слабо. Пустота заставила его сильно сдать.

— Ты псих, если связался с этой силой! — со страхом в голосе сказал он.

— Чего не сделаешь ради того, чтобы избавить ни в чём не повинных людей от такого придурка, как ты.

— Ха, ты ещё больший идиот, чем я думал! Пустота сожрёт саму твою душу!

— Просто инструмент, — пожал я плечами.

Эхмея попытался встать, но выходило с трудом. Я с удивлением понял, что он дрожит. В таком состоянии он уже не боец. Быстро же его проняло!

— Я держу его, Альтаир, — тихо сказала Хель, мягко положив руку на плечо лже-бога.

— Отпусти моих людей и поговорим.

— Отпустить? — фыркнул Эхмея. — Тот сброд у входа?

Силой мысли я вытянул из себя несколько кубиков маны и влил в них магию пустоты.

Они покрылись чёрно-лиловым цветом и стали зловеще медленными, будто сонные мухи, идущие на убой.

— Это простая темпоральная ловушка, — произнёс Эхмея. — Они сами придут в себя через час. Или отнеси их от входа.

— Что, потерять душу не хочется?

— Ты не понимаешь, что говоришь, варвар, — поморщился Эхмея. — Пока у тебя есть душа, смерти не существует.

— Что, это хуже, чем массовое жертвоприношение тысяч твоих же граждан? Зачем это вам с рогатым?

— Чтобы остановить то, чем ты мне пытаешься угрожать!

— Только пытаюсь? — улыбнулся я.

Эхмея побледнел.

— Они переродятся. Когда-нибудь.

— Зачем тебе столько ангелоидов?

— Чтобы остановить тебя, — сплюнул Эхмея.

— А я думал, вы знали, что я приду. Что ваша армия не тут? Дай, я помогу. Зачем вам нужна эта война? Чего вы хотите добиться массовой гибелью всех фракций, включая вашу собственную?

— Ты ведь всё равно скормишь мою душу богу-чудовищу, — с каплей обречённости сказал Эхмея.

— Ну, я всё ещё могу убить тебя раньше, — пожал я плечами. Переродишься где-нибудь подальше отсюда. Здорово же?

— Смерть тела или смерть души…

— Ты дашь ему возможность переродиться после всего, что он сделал⁈

— Рад, что ты снова в строю, Ганц, — не оборачиваясь бросил я солнечному.

— Это будет не сразу и не здесь. Наши пути ни с кем из вас больше никогда не пересекутся, — заверил Эхмея.

— Он же восстановит память и угробит какой-то другой мир. Вспомни девчонок наверху. Уверен, не все они изначально были такими.

— Ну забери их себе, если сам найти жену не можешь, — снова скривился Эхмея.

— Можно я сам прикончу этого ублюдка?

— Вперёд, — улыбнулся лже-бог.

Я же крепко задумался. Слишком он легко идёт на смерть. В свете того, как ушёл отсюда Меас, вполне возможно, не удивлюсь, что и у этого Эхмеи есть подобный козырь.

Но вот с пустотой он сочетается плохо. И какими бы мудаками Эхмея с Меасом не были, они оба точно не были союзниками той силе, что шла с Днища.

— Тали, изучи справкой всё, что есть на этом ублюдке. Любой артефакт, замаскированный под пуговицу, татуировка от которой веет маной или ещё что-то.

— Принято. Проанализирую записи в памяти… уже начинаю. Только есть ещё кое-что. Обрати внимания на свои кубы с маной.

Я перевёл взгляд на плывущий сгусток фрактала, заражённый энергией пустоты.

И вдруг осознал, что он мне больше не подчиняется. Стихия вела себя пока мирно и продолжала кружить вокруг Эхмеи, словно голодные пираньи под тенью нависшей над водой добычи.

— Кто такой на самом деле Меас? Откуда вы знакомы?

— У нас был один учитель, — нехотя выдавил Эхмея, косясь на чёрно-лиловые кубики, заражённые пустотой.

— Ты врёшь! — вмешался Тео. — Меасу не может быть так много лет!

— Этому — не может, — не сдержал улыбку Эхмея. — Смерть — это ещё не конец, механист.

— Кто ваш учитель?

— Он из закрытого мира, эмиссар, куда таким как ты не попасть. А жаль. Я бы посмотрел, как Гильгамеш потрошит тебя на атомы. Он умел растягивать муки еретиков на о-очень длинный срок.

— Чего вы все добиваетесь?

— Наставник желал лишь одного — очистить мир от зла, с которым ты породнился, и которое ты распространяешь. Из нас двоих зло здесь ты, эмиссар! Смерть миллиардов тел — ничто. Но гибель души — это настоящий конец. Даже Меас бы никогда не пошёл на такое.

— Зачем вам нужны жертвы?

— Этот мир обречён, Альтаир. Днище поглотит его намного быстрей, чем все думают. Счёт идёт на недели, может, месяц, но я бы не стал на это надеяться. Мёртвая магия оттуда питается душами. Мы эвакуируем их отсюда, только и всего.

— Опять врёшь, — поморщился я.

На самом деле, я понятия не имел, верит он в то, что говорит или вешает нам лапшу на уши. Но блеф сработал.

— Не вру! — воскликнул он, когда кубик пустоты едва не коснулся его шеи. — Есть способ спастись! Портал в мир за великой Гранью. Там, где ещё остались реальности без мёртвой магии! Всё что нужно — это только мана. Но у меня есть сила, я могу собирать ману в ярости разумных. Вместе мы можем…

— Не можем, — сразу отрезал я. — Что это за миры?

— Ты же эмиссар! — улыбнулся Эхмея. — И не помнишь даже о своей великой цели заражать миры мёртвой магией?

— Ещё раз скажешь мне о… — начал было я, но мерное спокойное движение лиловых кубиков вдруг резко сменило траекторию, и все как один впились в крылатую фигуру.

Глаза лже-бога расширились от ужаса. Он заорал, будто безумец, после чего ударил во все стороны концентрированной магией света, следом послал волну светящихся щупалец, а когда те исчезли спустя всего доли секунды, на полу навеки застыла перекошенная от ужаса крылатая фигура, с криком вонзающая светящийся клинок себе в грудь.

Глава 11

— Успел? Он успел уйти? — спросил Ганц.

Я пожал плечами.

— Если и ушёл, то раненым и, возможно, заражённым этой штукой.

— Зачем ты разделался с ним? — спросил Тео. — То есть правильно сделал, но я думал, мы его ещё долго будем допрашивать.

— И он ещё не заплатил за всё, что наделал, — добавил солнечный.

— Я этого не делал, — ответил я. — Магия вышла из под контроля и атаковала сама.

— И она ещё здесь! — с тревогой сказала Лина.

Действительно, фиолетовые кубики медленно двигались в нашу сторону.

Я тут же призвал барьер, затем Хель ударила пустотной волной. Сама себя пустота очень даже хорошо пожирала, так что она смогла немного отодвинуть кубы, а затем я повторил её способность фракталом. Только тогда магия успокоилась.

— Пустота же тебе подчинялась? — нахмурился Тео.

— Сейчас я не повышал свою синхронизацию, а просто добавил новое свойство. Как с остальными стихиями — там никаких проблем не было.

— Не могу поверить, что мой дом теперь свободен от этого урода, — Ганц только сейчас начала осознавать произошедшее. — Если бы ты знал, сколько зла он причинил этим островам даже до своего помешательства.

— Меня больше волнуют его слова, — нахмурился я. — Получается, Меас и Эхмея — из какого-то другого мира?

— Как и ты, Альтаир, — хмыкнул пиротехник. — Хоть не с одного мира, надеюсь?

— Если б я сам знал, откуда я. Меас явно был в теме, но захватить его в плен не получалось. Двоих сразу я бы не потянул. Наверное.

— Прости, Альтаир, — сжал зубы Тео. — Он был так близко, и я упустил его. Я всю жизнь готовился к этому дню… Когда встречу ублюдка и как следует порасспрашиваю с применением силы!

— Дойдём и до этого, дружище, — ответил я. — Но сперва хорошо бы понять, почему с них слетала коррекция, и как им удалось вас вывести из боя.

— Ну, с последним всё просто. Темпоральная ловушка, — буднично сказал Ганц.

— Почему ты не предупредил, что здесь есть такие? Даже что они вообще у вас есть.

— Ну, что они в целом есть, я думал ты знаешь. Хотя после того, как вы удивились обычной бытовой темпокапсуле, стоило предположить. А что они есть здесь — так как их проверишь? Мы же их не делаем — всё наследие древних. Ловушка может быть только если её здесь разместили они.

— В этом есть смысл — входишь в святая святых, обожди замерев во времени пару минут, — подала голос Лина. — Хорошо, что я была в невидимости. Интересно, почему это не сработало на вас.

— Я просто отскочил назад, когда увидел этого ублюдка. И постарался скрыться за колоннами и подобраться поближе, — с обидой в голосе сказал Тео.

— Эзарх говорил, что пустота может сожрать даже время… — вспомнила Хель.

— Скорее всего, с фракталом тоже всё сложно, сказал я.

— Твоя стихия вообще читерная, — хмыкнул Тео.

— Что теперь? — спросил Ганц. — Соула с тёмными там внизу явно увлеклась…

— Погоди, сперва нужно найти кое-что, — сказал я.

И добавил для Тали:

— Можешь начинать обыскивать справкой стены на потенциальный тайник.

— Уже. Я отмечу нужное место.

Сейф Эхмеи был в самом конце зала, у большой белой стены с золотыми орнаментами. Он был не сильно хорошо скрыт, но весьма неплохо защищён. Несколько систем защиты, какая-то магия и что-то с режимом самоуничтожения.

Всё это легко вскрывалось фракталом, но без него мороки наверняка было бы очень много. Тут и отрядом звёздных магов не обойдёшься.

Внутри нашлись кристаллы концентрированной маны, неизвестное вещество, похожее на кристаллы уплотнённого света. Только эти кусочки упавших звёзд совершенно никак не влияли на температуру. Они были тёплыми, но не более.

[Справка: солюр]

— Это вещество насыщено чистой энергией, — заметила Тали. — Мне нужно время, чтобы изучить его.

Третьей была книга. Большая, толстая, с массивной обложкой из незнакомых сплавов, с листами из кожи чего-то некогда живого.

— Пещерный урод, Альтаир. Это существо — неразумный монстр, он есть в базе, — пояснила Тали . — Так что можешь не жалеть его. Только не вскрывай. Проверь на ловушки отдельно.

Она оказалась права. Вместе мы нашли сразу три — одна должна была оторвать мне пальцы, другая сжечь меня магией света, и третья — сжечь саму книгу, в случае если первые два способа не помогут.

С ними я справился достаточно быстро, исказив фракталом. Но внутри меня ждало новое разочарование. Язык был мне неизвестен.

— Тали, что-нибудь понимаешь?

— Я могу попробовать расшифровать, но нужно время. В идеале в Эниранде, чтобы я могла сама её изучить.

Так, а где самое главное?

— Выглядишь разочарованным, — заметила Лина. — Что-то не так.

— Здесь не хватает фрактала.

— Вот этого? — уточнила Лина, указывая на то место, где вместо Эхмеи остались лишь белые крылья и золотая пыль с каплями крови.

А чуть поодаль Хина тыкала пальцем в оставшуюся от Эхмеи одежду.

Ходил этот тип, нужно сказать, не сильно одетым — не удивительно, под такой-то палящей жарой, которая чувствовалась даже здесь, в жилище того, кто назвал себя богом.

Затем сновидица оттолкнула оставшийся хлам и достала белое кольцо. При виде его глаза девушки засияли, будто два маленьких солнца.

Меня же заинтересовал светящийся кубик, оставшийся валяться у ног тари.

— Не знаю, откуда он, — обратилась Хина ко мне, — но это древняя реликвия моего народа. Похоже, она осталась у рыжего клана, взявшего имя тар Эхмея, и по итогу осела у него. Я заберу?

— Что он делает? — уточнил я.

— Люцедар, солнечная сестра. Один из клинков Сиама Китанэльского. Тар Нитти исторически ближе к ним, чем к осколкам кетвинийцев, — ответила она потоком непонятных имён из своих легенд, после чего продемонстрировала возможности артефакта.

Кольцо вдруг стало диском, который через миг запылал, затем резким движением она перевела его в состояние клинка-плети, взмахнула вокруг себя небольшим огненным вихрем, а затем сложила во вполне современно выглядящий скорострельный арбалет.

— Ого, такого Эхмея не делал, — оценил я возможности артефакта, а заодно и боевые навыки самой Хины.

— Это даже не половина его форм. А вместе с парой он может и того больше.

Я поднял с пола светящийся кубик.

Этот осколок сил Мерлина был заметно больше других и вёл себя, будто обыкновенный светящийся куб, не проявляя привычных свойств Фрактала.

Как же хотелось сразу же поглотить его, узнав ещё часть истории этого мира и, возможно, найдя ключ к тому, как его спасти.

— Вот теперь основная задача выполнена, — пряча в пространственный карман мантии свою добычу, сказал я. — Но у нас осталось ещё очень много второстепенных. И кажется, я вижу ещё одну.

— Альтаир, здесь тёмные! — предупредил Ганц, выхватывая оружие, но затем быстро успокоился. — А, это вы.

— Кажется, я немного перестарался, — произнёс комок мрака, постепенно приобретающий форму кота. — Белокожие сдались.

— Сдались? — удивился Ганц.

— Все, как один. Я так понял, Эхмея — всё?

— Как-то быстро ты об этом узнал.

— Это они узнали. Белокожие и прочие из местной власти. Жрецы и чиновники — большинство резко бросились бежать, будто крысы с тонущего корабля. А часть — сдаётся в плен и поёт, что их заставили. Но решать местные политические дрязги я не буду.

— Нам хватит для этого и Соулы, — отмахнулся я. — Но вы вовремя. К самому главному вы не опоздали.

— Это к чему? — спросил Эдельвейс.

Я усмехнулся и кивнул в сторону балкона, раскинувшегося за колоннами зала.

В самом центре был огромный колодец, из которого бил яркий солнечный свет, а вокруг кружились крупицы золотисто-янтарной маны.

— Хитро, — хмыкнул кот. — Получается, Шангри-Ла действует по принципу башни, и прибывая в новый город, становится её продолжением, проводя ману сюда. Но что может светлый источник предложить патриарху мрака?

Я первым подошёл к излучавшему свет колодцу. На обычный аларь он не походил, и я не сразу понял, что для активации нужно положить руку на его край.

[Способность «Перестройка материи» — стоимость 100 000 ед. фрактала]

[Создает пространственную аномалию, меняющую свойства материи по заданному алгоритму]

Любопытно. Стоит немало, но с учётом сбережений Эхмеи мы можем взять их все и даже в будем в прибыли. Хотя честно говоря, я не ожидал ни этих бешеных цен, ни скудности казны Монорельса.

Хотя, если подумать, едва ли он смог устраивать хаос, если бы руководствовался одной лишь силой. Тогда его бы собственные жрецы все вместе подняли на вилы, а не только самые совестливые.

Как работает сам навык я понимаю пока слабо, надо пробовать на практике. Но бесполезного система мне ещё никогда не давала. Даже синоптика показала себя вместе с коррекцией намного лучше, чем я думал.

Вторым колодца коснулся любопытный кот.

[Способность «Покров равноденствия» — стоимость 125 000 ед. фрактала]

[Позволяет переноситься в родственный план астрала и переносить с собой область радиусом 3 м.]

— Даже не знаю, что на это сказать, — Эдельвейс посмотрел на свои лапы, — Это можно считать моим следующим ключом на пути к становлению котом судьбы?

Тео мрачно опустил руку на край каменного колодца, и около неё заструилась энергия в виде светящихся солнечных точек.

[Способность «Дыхание рассвета» — стоимость 75 000 ед. фрактала]

[Насыщает пространство в указанной области маной и позволяет насыщать заклинания слой света]

[Способность «Касание ангела» — стоимость 200 000 ед. фрактала]

[Позволяет возродиться 1 раз в течении 46 часов]

— Две? — завистливо спросила Лина.

— Для Меаса этого будет мало. Альтаир, как насчёт того,чтобы по пути заглянуть ещё на парочку архипелагов? Тряхни Регулуса в конце-концов…

— Посмотрим, — кивнул я. Идея и впрямь здравая. Времени на паломничество у нас нет, но заглянуть по пути определённо стоит.

Сама Лина была следующей.

[Способность «Множественное прошлое» — стоимость 210 000 ед. фрактала]

[Откатывает время на несколько секунд назад. Точное значение зависит от запаса маны. Текущее значение: 17с]

Сатока:

[Способность «Хищные земли» — стоимость 90 000 ед. фрактала]

[Массовое боевое заклинание, выборочно атакующее находящиеся в возможной зоне видимости вокруг тени вражеские цели.]

Хина:

[Способность «Люцидная память» — стоимость 405 000 ед. фрактала]

[Позволяет привязать навык к памяти сновидца. На текущем уровне доступна привязка одного навыка]

[Способность «Диктатура астрала» — стоимость 61 000 ед. фрактала]

[Повышает уровень симпатии и дружелюбия окружающих разумных существ]

Последним подошёл Ганц. Его рука немного задрожала перед тем, как прикоснуться к сильнейшему источнику Монорельса. Но сделав над собой усилие, он всё же положил руку на камень.

Способность «Праведный гнев» — стоимость 139 000 ед. фрактала]

[Боевой режим, защищающий разум владельца, увеличивает любой урон энергией света, включая урон подконтрольных существ]

Путь из покоев Эхмеи был мрачнее, чем путь сюда. Снижение влияния вещества в воздухе, которое я применил, чтобы мы пришли к главному гаду Монорельса не роняя слюни и сопли, а в трезвом уме, сработали и на девушек.

Наложницы Эхмеи медленно трезвели, и теперь вид вооружённной группы и воинов в броне, вызывал у них вполне адекватный страх.

— Что с ними теперь будет? — спросил вдруг Ганц.

— То, что вы с Соулой решите. Мои принципы вы знаете — никакого принуждения и рабства. Но местных тонкостей я не знаю. Встреченные нами раньше наложницы с завидным упорством хотели меня убить…

— У каждой своя история, — ответил солнечный. — Кто-то шёл сюда сам, кто-то стал заложником политики Эхмеи. Ему ведь не скажешь «нет».

— Да тут и бывших рабов с нижних островов полно. Или у вас здесь живут орки? — спросила Лина.

Спуск на нижние этажи города был тихим. Даже, пожалуй, болезненно тихим. Местные архоны не появлялись. Спуск по широкой лестнице был намного более быстрым, чем подъём окольными путями. Да и, следует отдать должное, Шангри-Ла был действительно очень красив.

На лестнице третьего я увидел первые следы недавней стычки. Множество тел изменённых зомби, среди которых встречалась и высшая нежить. Несколько мертвецов склонились перед Сатокой — вернее, перед сидевшим у неё на плече Эдельвейсом.

Основной удар пришёлся по нежити, благодаря чему удалось сохранить большую часть жизней жителей города. Вряд ли можно назвать это восстание бескровным, но без столкновений с полноценным войском, ангелоидами и жрецами лже-бога, пострадали очень немногие.

Судя по тому, что по улице вспыхивал то и дело солнечный свет целительной магии, а люди больше не собирались в большие группы, а открыто ходили по улицам и пытались помогать раненым, фаза противостояния была закончена и здесь.

Соула первой увидела нашу процессию и ринулась к нам от самого крупного скопления местных.

— Альтаир! — воскликнула девушка при нашем появлении. — У вас получилось?

— Как видишь, — сказал я. — Не забудь сходить наверх к алтарю. Навыки лишними не бывают.

— В покоях Эхмеи? — опешила она. — Ещё спрашиваешь! Уже бегу!

— А что это за люди? Они тебя, часом, не объявили новым Эхмеей? Имя подходит.

— Пф! — скривилась девушка. — Имя моего дома названо так в честь звезды, которую почитали ещё мои предки. Мы не виноваты, что узурпатор тоже его взял.

— Ага, мы тебе верим, — тихо произнесла сонная Хина.

Соула вспыхнула, но я не дал разгореться возможному конфликту:

— Мне нужен корабль вниз. Ганц, Соула, сможете организовать?

— Ха! — переключилась солнечная на меня. — Хочешь меня обидеть? Здесь как раз стоит мой новый корабль! Место твоего капитана уже занято! Мной!

— Я думал, ты останешься здесь, наводить порядок в королевстве?

— Не-а, мне лень, — просияла девушка. — Я привыкла быть вольной птицей. А здесь после Эхмеи разгребать бардак придётся столетия!

— Днище поднимется раньше, — буркнул глядя куда-то в сторону мрачный Тео.

— Граждане Монорельса выберут представителей и проведут голосование. Так решил народ Корфии и Шангри Ла. Потом вопрос дойдёт и до остальных островов.

— Тогда веди к своему кораблю, — кивнул я.

— Его уже подгоняют на второй этаж, — мечтательно улыбнулась девушка. — Я знала, что ты захочешь улететь отсюда как можно скорей.

— УРРА!!! Слава Свободному Монорельсу!

— Да здравствует СВОБОДА!!

Нас оглушили хлопки и крики множества разумных. Едва мы появились на лестнице второго, вокруг все звуки захлебнулись в радости толпы.

Только здесь я ощутил, что не только добыл ценный осколок силы, но и действительно привёл всех этих разумных к свободе от многолетней промывки разума хаоситом. Может быть даже и стоило бы остаться здесь чуть подольше. Любопытно, как сложится судьба некогда самой могущественной фракции этого мира.

Но сейчас важнее было понять, что будет делать солнечный флот, который находится на границах Монорельса, в нижних разбитых островах. Где-то там в любой момент могли напасть как минимум, химерологи. Тёмные без приказа Эдельвейса точно не атакуют, но от Цеха можно было ожидать всё, что угодно.

Глава 12

— Почему твой корабль так похож на анубисатский галеон? — не удержался от подколки Ганц.

— Это подарок, Менкаура! — ответила Соула.

— А дом Самонту знает об этом подарке?

Девушка прикинула.

— Да, наверное, уже знает.

— Ты лучше скажи, на кой нам такое огромное судно? Ты вообще можешь им управлять в одиночку? — спросил я.

— Конечно! Это же анубисаты. Здесь полно нежити!

— Хм, хилые они какие-то, — послышался голос Эдельвейса. — Может, провести им эволюцию в высших умертвий или хотя бы рыцарей смерти?

— Не трогай моё имущество! — возмутилась Соула. — Хотя… в истервисов сможешь?

— Не, для этого ещё маг огня нужен и форма… или маг с аспектом металла… — задумался кот.

— Ну, маг огня у вас есть, — напомнил о себе Тео. Мрачность его никуда не делась. Сейчас он играл с новой способностью и призывал белый огонь.

Под радостные возгласы толпы, корабль поднялся с каменной мостовой столицы.

— Жаль, что уезжаем, — неожиданно выдал Ганц. — Ты ведь получается столицу только с дерьмовой стороны видел. Вообще… здесь красиво.

— Это я заметил. Ничего, ещё вернёмся, — ответил я. — Но мне не нравится вся эта история с Меасом.

— Проблем с осколком быть не должно, — сказал Эдельвейс. — Я уже распорядился, чтобы его доставили поближе. У меня дома, в Тиши ты был. Если хочешь, могу притащить его сам даже раньше через тень.

— Насколько это безопасно?

— Я ещё не успел протестировать этот навык как следует. Но вообще у тени есть свои подводные камни.

— Тогда не нужно. Сперва в любом случае отправимся домой и, как сказал Тео, если по пути будут незнакомые архипелаги — совершим паломничество к алтарю.

— Могу скорректировать маршрут к Эниранду, чтобы посетить побольше.

— Только не сильно. Без крюков.

Девушка шутливо подняла вверх и в сторону два пальца — видимо какое-то местное приветствие.

— А где старый корабль? — спросила Лина.

— В трюме этого, конечно, — хмыкнула Соула. — Всё своё ношу с собой!

— Я спать, — буркнула Хина и, не дожидаясь ответа, направилась в свою комнату.

Я смотрел вниз из окна, на удаляющуюся столицу. Издали она походила на зеленеющий и утопающий в роскоши город-фонтан. Хотя жары здесь было слишком много.

— Зря вы не остались. Кому-то нужно всё это разгребать.

— На солнечных острвах это так не делается, — медленно произнёс Ганц. — У нас нет закона о том, что делать в случае падения вершителя. Власть автоматически переходит к старшим иерархам, но большинство из них сбросит народ. Без Эхмеи удержать власть им будет сложно. Разве что анубисаты с их кастами примут всё как есть. Правда, сами сразу заявят о выходе из Монорельса и нейтральном статусе.

— А здесь, в столице?

— Я Менкаура, друг, — вздохнул Ганц. — Впереди меня стоят мои родственники. Всё захваченное мной — принадлежит дому. А у нас… сложные отношения.

— Если нужна помощь — говори.

— Нет, всё нормально, — отмахнулся солнечный. — Я никогда и не стремился к власти. По крайней мере, сперва давай закончим, что начали. Найдём твой последний кубик, а затем ты починишь мир и разгонишь мёртвую магию с Днища.

— А ты? — обратился я к Соуле. — Тоже клан не позволит?

— У нас в клане полная эмпатократия, Альтаир, — отмахнулась Соула. — Свои меня поддержат всегда. Но сейчас интереснее другое. Поверь, Альтаир, я своего никогда не упущу.

— Другое?

— Ну, у нас тут исторические события всё-таки. Свергаем ложных богов, планируем спасти мир. Теперь вот собираемся посетить земли тёмной фракции. Я просто обязана хапануть пару способностей с нижних островов!

— Вам виднее, — пожал я плечами.

Жаль. Можно было бы хвастаться, что приложил руку ко всей власти этого мира, кроме Цеха. Те даже отдали мне свой фрагмент, чтобы я к ним в гости не пришёл за ним. Хотя, они наверняка тоже что-то задумали…

Мы пролетели через облака и начали быстро переходить в безвоздушное пространство. Как и прежде, чернота поглотила нас, когда мы вышли из пузыря атмосферы, удерживаемой магией.

Над головой и на стенах было много чёрно–золотых цветов. Редкое сочетание на верхних островах, присущее только анубисатам.

Теперь можно было окончательно расслабиться и подумать о том, чтобы что-то перекусить. Соула упоминала, что корабль забит едой под завязку. Похоже, солнечная угнала торговый корабль анубисатов.

Но стоило мне развернуться назад, как я встретился лицом к лицу с тем, кого здесь быть не должно.

— Да поразит его карающий свет твою душу!! — воскликнул Мракобор, замахиваясь клинком.

Коррекция, собранная специально на такой случай, сработала отлично. Упрочнённая серая броня-артефакт выдержала прямой удар. Хотя сила Мракобора была такова, что меня отбросило к стене.

Следом за ним в помещении буквально из воздуха возникли незнакомцы в одежде солнечных. Все они были явно не новичками и понимали, с кем им придётся столкнуться. Но даже так нападение выглядело наивно и самонадеянно.

За время своих странствий я нашёл много полезных в бою ситуативных коррекций. Одна из таких — ускорение одной из ног противника. Почти всегда результат рассинхронизации был один.

Инквизитор повалился на пол. Я хотел было приставить меч к его шее, но он оказался не так прост, и меня отбросило невидимой силовой волной.

Не успел я подняться, как увидел его налитые светом глаза. Он поднял левую руку, и по воздуху прошлись белые нити, будто светящиеся трещины в воздухе. Я активировал коррекцию вновь, но та не сработала.

Как и усиление клинка фракталом. Я выхватил верный кацбальгер, с которым столько прошёл, но покрываться белыми кубиками клинок не спешил.

— Не выйдет, Альтаир! Это антимагия.

— Она работает на фрактал? — удивися я.

Мракобр вновь ринулся на меня, замахиваясь клинком. Я парировал резким рубящим ударом сверу вниз, слегка отвёл тяжёлый клинок и отскочил в сторону, заходя инквизитору справа.

В ответ тот вновь послал в мою сторону ударную волну.

Подготовка и впрямь впечатляла — убийцы сделали всё, чтобы уравнять шансы.

Но даже так, шансы всё-таки были совершенно не равны.

Второй раз я не попался под способность, а поднырнул под ней и яростно атаковал снизу вверх, вынуждая противника закрываться.

Ретрансляция чар сработала. Как я и думал, его заклинание было специаьно настроено работоать в условиях его поля антимагии. Так что неожиданность теперь была уже на моей стороне.

Мракобора отбросило к окну, но то было хорошо укреплённым и выстояло. Противник попытался подняться, но у его лба застыл кацбальгер рыцаря смерти.

— Это конец, инквизитор. Сдавайся. Ты не должен умирать за лже-бога, предавшего свой народ.

Параллельно краем глаза я оценивал обстановку. Мои друзья тоже справлялись с внезапным налётом.

Ганца, как самого опасного с виду, взяли на себя сразу двое. Но тот даже оружие доставать не стал, просто приложив громадным кулаком первого, так что тот сделал обратное сальто и шмякнулся на пол.

Второй попытался ударить мечом, но солнечный отшвырнул его ударом ноги и пришёл на помощь Лине. Сама лиса ушла в невидимость, чтобы не подставляться лишний раз.

— Сдохни, предатель! — рыкнул один из нападавших, пытаясь прикончить Соулу. Но коррекция пришла вовремя, и девушка успела уйти из под удара с усилившимися рефлексами и скоростью.

Пригнувшись под замахом клинка, она выхватила небольшой пистоль и пробила голову нападавшему, выстрелив в подбородок.

Объятый чёрным пламенем солнечный падал под ноги Тео. Ещё один уже валялся чуть поодаль со следами попадания взрывающейся птички.

Эдельвейс сидел на телах ещё двух солнечных и умывался, глядя на быстро стихающий бой. Сатоки было не видно — скорее всего, кошмарит кого-то через мир теней.

С шумом из коридора со стороны кают вылетел израненный анубисат, а следом за ним появилась разьярённая кошка с пылающим диском.

— Я никогда не предам моего бога и солнечный свет, — прошипел Мракобор.

— Это тоже лечится, — попытался я его успокоить, но мужчина только ещё больше распалялся от собственной ярости и фанатизма.

Тем не менее, убивать его не хотелось. Как и всех остальных, кто ещё оставался жив из этих отчаявшихся безумцев. Но говорить таким, что Эхмея предал их и плевать хотел на своих слуг, было бы бесполезно. Как бы я не старался, сейчас они не услышат ни одно моё слово.

Сдать Регулусу, пускай он разбирается? Звучит, как план.

Мракобор попытался снова создать поле антимагии, но не смог из-за боли в раненом левом плече.

— Я не хочу убивать тебя, — честно сказал я.

— Иди в хаос, откуда ты родом, демон! — выплюнул инквизитор. — Вместе со своими тёмными тварями.

— А вот это сейчас обидно было, — заметил Эдельвейс, обернувшись двумя хвостами.

— Он фанатик, ты ничего ему не объяснишь, — с сожалением вздохнул Ганц.

Я мысленно с ним согласился, но хладнокровно кого-то убивать не хотелось. И так очевидно, что они нам не противники.

— Это ваша вина, — с ненавистью прорычал Мракобор. — Я буду бороться с мраком до последней капли крови!

— Хина, ты вроде бы умеешь усыплять? — уточнил я у сонной тари.

Та зевнула и не стала тратить время на слова, а просто подошла к Мракобору и положила руку ему на голову. Тот попытался увернуться, но сил уже не оставалось.

— Спи, — произнесла сновидица, и инквизитор отключился.

— А теперь повтори с этими, — прозвучал гулкий бас Ганца, и к ногам тар Нитти упало тело солнечного убийцы.

Девушка спокойно подошла и к нему, кладя голову на лоб.

— Там ещё двое, — робко сообщила Хель. — У них что-то с головой из-за пустоты…

— Чем вы так насолили солнечным? — спросил я у Эдельвейса.

— Ну… может кое-где перегибали палку, бывало. Сам понимаешь, тёмная магия требует жертв.

— На оправдание не тянет.

— Я в те времена был котёнком, — ответил кот. Судя по виду, беседа начинала ему быстро надоедать.

— У нас с детства рассказывают сказки о том, как тёмные похищали нас на ритуалы или чтобы увести в рабство нежитью, — копаясь в одежде попытавшегося её убить мужика, сказала Соула.

— Что там? — заинтересовался я.

Девушка извлекла из его кармана флакон с зельем невидимости.

— Посланы лично Эхмеей по наши головы, — сказала она, после чего сорвала с шеи убитого амулет в виде глаза с шестёркой крыльев. Глаз был живым и шевелился. Полный ненависти зрачок уставился на пиратку.

— Похоже, мы избавились от заказчика быстрее, чем они нашли цель. Так себе убийцы. Химерологи старались лучше.

— В трюме есть отсек с темницей, — сказала Соула. — Там серебряная решётка и негаторы магии. На всех крупных кораблях есть, так что и тут должна быть. Можете оставить их там. У нас курс прежний?

— Да. Эниранд. По пути делаем остановки на незнакомых архипелагах.

— Принято.

По пути мы были вынуждены остановиться, чтобы с Эдельвейсом передать приказы относительно военного флота. Вторжение наверх технически отменялось, но химерологам об этом знать не обязательно.

Дамиан, Эдельвейс и Регулус, новые лидеры трёх фракций, и так не станут атаковать, но химерологи могли проверить на прочность оборону солнечных, и не факт, что нынешние солнечные её выдержат. Потому стоило сохранять видимость холодного противостояния на границе.

Бойни нужно было избежать любой ценой. В том числе и потому, что Меас точно был жив и его планы никуда не исчезли. Жертвы зачем-то были ему нужны. Скорее всего так же, как Эдельвейс поглощал энергию в местах массовой гибели, но в масштабах мира.

Архипелагов по пути оказалось не так много, как я думал. Ещё один солнечный ахипелаг принёс боевую способность для Тео и повышение невидимости Лины. Затем острова Аргентума — ещё одно облако камней с островами под четырехзначным номером.

Империя ещё была не в курсе изменений. Или наоборот — слишком в курсе, потому как сразу после того, как мы пересекли границу Монорельса, нам в спину попытались ударить дискомётами.

Скрываться нужды не было, потому я просто накинул на все набор коррекций, которые сделали стрельбу по нам невозможной. Противник, впрочем, всё равно попытался, в результате чего ближайшая к нам башня была уничтожена дружественным огнём своих же.

Здесь мы сделали ещё одну остановку, но ненадолго — спать можно было и в пути.

Дальше урожай на способности и алтари был уже щедрее. Полученные навыки расширили арсенал каждого. Конечно, ничего уровня навыков в Шангри-Ла не предлагалось, зато и цены были во много раз скромнее.

На фоне уплаченного — сущие копейки маны.

Я приобрёл мобильный фрактальный щит, редактирование температуры и самое ценное в списке — неплохой портал, позволяющий перемещаться по острову и прыгать на соседние, если те были достаточно близко.

Ещё взял себе ускорение — его алтарь с Расиэля мне уже предлагал, но тогда это была пустая трата ресурсов, а сейчас — запас карман не тянет. По крайней мере, теперь для этого не нужно выделять отдельную коррекцию.

Гораздо интереснее оказались опыты с новой способностью.

Перестройка материи была именно тем, чем и описывалась. При активации навыка я мог просто превратить одну материю в другую. Камень в золото, а золото ещё во что-нибудь. Плюс я мог новой материи придать любую форму по своему усмотрению.

Навык был совершенно не боевым, хотя это только на первый взгляд. Немного опытов и я буду создавать из грязи гранаты. Но изучать навык придётся ещё долго. Создать целостную структуру сложного устройства в теории я тоже мог, а на практике — не хватало ума. В прямом смысле — требовалось удерживать в голове чёткий образ нужного устройства, в том числе изнутри.

Уже на корабле, когда мы взлетали с последнего острова-остановки перед Энирандом, я дошёл до проверки способов обойти это ограничение, повысив пространственное мышление или передав полномочия нейросети.

Оба способа оказались рабочими, так что к тому моменту, как мы вошли в воздушное пространство над домом, я уже создавал из хлама сложные устройства.

Вот так небоевая способность быстро стала сильнейшей из моих боевых. В паре со знаниями нейросети, создание боевых гранат из грязи уже реальность.

Но всё это меркло перед главным, что меня ждало впереди. Предпоследняя частица фрактала Мерлина и следующая порция воспоминаний о прошлом вместе с новыми знаниями и, возможно — с новой силой.

Глава 13

Из белого моря бесконечных облаков выскользнул силуэт пронзающей небеса башни мага. Она слегка светилась от насыщающей её фрактальной маны.

Корабль начал снижение. Я синоптикой разогнал облака в месте посадки и увидел ожидающую нас внизу толпу. Моё ополчение в полном составе готовилось выяснять, кто это пожаловал на огонёк.

Надо бы подумать над системами оповещения. Всё же Эниранд поднялся слишком быстро и многие вещи в нём ещё толком не продуманы.

— Добро пожаловать домой? — спросила Соула.

— С каких пор Эниранд стал твоим домом?

— Да не, мой дом — звёздное море. А острова это так, место временной стоянки. Сажу корабль?

— Само собой.

Народ снизу приветствовал нас. Но совсем не так, как солнечные приветствовали свободу. Никакой натужной радости или излишней суеты. Просто народ удивил огромный корабль и обрадовало возвращение защитников города.

— Так. Двери сейчас открою. Они здесь… ага, сейчас, — Соула забормотала себе под нос что-то ещё, но слова потерялись в гуле оборудования. — Ганц, подержи вон ту штуку. Просто, чтобы она не опустилась сама.

Солнечная пиратка встала, подскочила к приборной панели второго пилота. Послышался далёкий скрип открываемого шлюза. Для управления одним разумным корабль приспособлен не был совсем. Но девушка и правда была мастером своего дела.

Первыми наверх поднялись мои ополченцы — а-ну как здесь спрятались враги. После убийц на борту, может быть и не лишняя мера.

Мы всей группой прошествовали вниз по трапу. Здесь у нас ещё не было такого продвинутого порта, как у солнечных, но это тоже дело времени.

Внизу я с удивлением увидел среди моих ополченцев Соль. Девушка-киборг, приставленная ко мне когда-то Дамианом, тоже была здесь. Но думаю, с другой функцией. Зачем он прислал её, если есть прямая связь через башни?

— Мастер Альтаир! — приветствовал меня Тихомир, приложив ладонь к сердцу. — Распорядиться собрать совет Эниранда? Хазмир и Халу сейчас на Эяатталь…

— Не стоит, — покачал я головой. — Поднимай оборону, переходим в режим усиленной безопасности.

— За вами погоня? — уточнил он.

— Нет. Идём, я всё объясню по пути, там где меньше ушей.

Арианец направился следом за мной.

— Расскажи пока, зачем им понадобились тёмные острова?

— Они тёмные, но фактически ничейные, — ответил Тихомир. — А переселенцы из тёмной фракции могут там выращивать свою пищу, которая не растёт у нас. Она вполне пригодна для всех, так что планируем сделать там небольшое поселение.

— Разнообразие рациона это правильно… постой, переселенцы из тёмных?

— Да. Некоторые после битвы на Эниранде пожелали присягнуть на верность вам. Правда, вас тогда не было на месте.

Мы уже достаточно отошли и приближались к административному центру, где руками энирай был построен зал совета — одним из первых зданий, когда остров ещё носил имя Ирису сто восемь.

— И меня ещё не будет дня два. Мне нужно уйти в глубокую медитацию, и я понятия не имею, когда вернусь. Может, через пару часов, а может, и через пару дней. Поэтому лучше поднять оборону города. Расспроси Тео о том, кто такие Меас и Мельхиор. И если что, для всех я просто отдыхаю после похода.

— Понял, мастер.

Перед нами возвышалась башня. Отстроенная и починенная силой фрактала.

— Ну что, вы всё слышали, — обратился я к своей команде. — Два дня выходной, но будьте готовы, если что.

— Настой собачьего корня есть? — спросил Ганц.

— Чего? — не понял я. — Спроси у энирай. Они у нас заведуют всякими настоями.

Мужчина кивнул. Тео ушёл вместе с Тихомиром, обсуждать общего врага и его каверзные планы. Лину я отправил продолжать разбираться с башней и библиотекой, Хина как всегда просто исчезла по своим делам. Оставались лишь Соула и Хель. Но последняя прекрасно знала, чего я хочу от неё.

— Что ещё?

— Ты будто не рад моему присутствию…

— Давай без этого. И без обид. Дел полно. Потом полетим вниз, в пути можно хоть песни петь.

— В пути у меня будет как раз работа, — вздохнула пиратка. — Да я в общем-то по мелочи. Ваше величество доставлено в рай, а я хотела сказать, что хочу соединить Эниранд с Эльсилаем.

— Что ты хочешь подключить к моему городу?

— Эльсилай — это город солнечных эльфов, следующий после Корфии. Там скоро появится столица, если ещё не появилась.

— Зачем? И как?

В ответ девушка продемонстрировала пространственный компас — один в один такой же, как был у павшего Мордреда.

— Откуда…

— Из покоев Эхмеи, конечно, — отмахнулась она. — Откуда же ещё? Знаешь, что это? Хотя чего это я, ты же у нас всё знаешь.

— Это же хрен пойми как далеко отсюда. Строиться будет пол вечности.

— Сутки, если использовать это.

[Справка: концентратор «Солнечный Зов». Позволяет создать прямой портал на указанный солнечный остров за счёт направленного потока концентрированной маны. Для активации требуется: 200 000 ед солнечной маны, или 2,7 г солюра]

— А это у тебя… хотя нет, не отвечай. Ресурсы у тебя, я надеюсь, тоже есть?

— Обижаешь! — довольно улыбнулась Соула.

Мост — это путь в два конца. Не только мы сможем подниматься наверх, но и они — спускаться к нам? Зачем мне такой риск сейчас?

— В целом, не против, но только когда я выйду из медитации.

— От двух часов до двух дней, да? — идея ей по душе не пришлась, но спорить она не стала. — Окей. Ты здесь босс.

Я покачал головой. Некоторые никогда не меняются.

На этот раз со мной в комнате дежурили двое. Хель, благодаря экспериментам Эзарха способная удерживать во внедрённом источнике магию пустоты, не погружаясь в безумие, и Тали.

По прибытии в Эниранд она сразу же перешла в своё механическое тело. Ещё одно пока что не опробованное, но потенциально невероятно сильное орудие — механическая кукла.

Сейчас я уже знал о ней намного больше. Благодаря способности Лины по считыванию информации, я знал, что изначально кукла была разработана сорамин, но впоследствии от оригинала осталось мало чего. Айренские тари пытались изучать и восстанавливать их технологии, но принципы работы артефакторики этого народа в корне отличались от принципов расы сорамин.

Так что тело Тали было не штамповкой, а почти уникальным изделием.

Изделием с огромным боевым потенциалом.

— Готовы? — спросил я у девушек.

— Нам-то что, мы будем просто сидеть тут, — пожала металлическими плечами Тали.

Я улыбнулся. И то правда.

В правой руке появился фрактальный куб.

[Начать поглощение?]

Этот раз отличался от прочих.

Я видел Мерлина со стороны. Уже совсем седым старцем. Я будто сидел напротив него. Хотя скорее, маг сам использовал фрактал как запись с воспоминаниями для того, кто сможет поглотить фрактальную ману.

— Говорят, некогда Зехир был един. Древняя вотчина богов ветра и воздуха. Грома и молний… — начал древний маг низким глубоким голосом, под стать образу древнего мудрого волшебника из сказок.

В прошлых видениях он выглядел иначе. Броня и артефакты сменила вычурная тёмно-синяя мантия с фиолетовыми узорами. Хотя и она, конечно, была далеко не простой.

— … Покуда не случился великий разлом, — продолжил он. — Здесь столкнулась магия порядка и хаоса, в результате чего этот мир был расколот. Я сохранил его, связав острова воедино. Это ты уже знаешь. Порядок победил, и я из силы звёзд и воздуха сковал осколки умирающего мира. Здесь я надолго запечатал на них часть законов природы прежнего мира. На самом деле острова — сферы с воздухом, за пределами которых находится разреженное пространство.

Маг взмахнул руками над столом, и я увидел планету, покрытую океанами и континентами.

— Вырванные и сохранённые искажёнными законами физики кусочки некогда цельного, единого мира — вот что такое Зехир сейчас. Множество осколков старого мира. Некоторые ушли вверх так далеко, что стали поясом астероидов, всё ещё сохраняя законы, заложенные мною в них. И так будет, покуда они не покинут пределы Щита, или Щит не падёт.

Мерлин увеличил размер Зехира, показывая отдельные островки. В его модели они находились куда ближе друг к другу. Многие даже в одном пространстве. Да и было их значительно меньше, чем сейчас, а сами острова — крупнее. Угадывалась только громада единственного Континента. Но тогда у него было много конкурентов по размерам.

— Раньше здесь жили люди, которых я пообещал защитить. Безумец погубил себя своей же магией, о чём ты уже знаешь. Но вероятно, не ведаешь, что разрушение мира было лишь последствием перенапряжения, вызванного истинным созданным в тот момент заклинанием…

Маг замолчал и посмотрел мне в глаза, будто прекрасно знал, где я и кто я.

Что это за магия? Это реальный Мерлин? Запись? Что?

— На самом деле в тот день было произнесено самое могущественное заклинание, которое знала вселенная Порядка. Он призвал хаос…

Светящаяся планета, расколовшаяся на множество осколков, начала быстро уменьшаться, и вскоре я увидел все планеты этой солнечной системы.

— Амбер, наше божественное солнце, — произнёс маг. Затем указал на зелёную планету следом за облаком летающих островов. — Это Гея. Мир Земли. Затем идёт Аква, мир стихии воды, и Инферно, мир пламени.

Маленькую чёрную планетку, идщую дальше он пропустил и указал пальцем на светящийся огненный шар, значительно темнее оттенком, чем солнце.

— А это — Хаос, — произнёс он. — В тот день была призвана частичка первородного хаоса, ставшая частью нашего мира. Но это лишь часть возникшей проблемы. Хаос — вполне реальное солнце, восход которого должен был сжечь все планеты вплоть до Зехира включительно. Обрекая на гибель миллиарды живых разумных существ и стирая неисчислимое количество видов.

Выглянувшее из-за первого второе солнце вскипятило воды Аквы, оставив лишь безжизненый серый шарик, окутанный плотным строем облаков. Затем свет коснулся зелёной планеты, превращая всё в пепел, и потёк к летающим островам Зехира.

— Это было неизбежно. Но у меня ещё оставалось немного времени, и я ответил другим заклинанием. Я назвал его «щит времени». Время — один из немногих аспектов, которые неподвластны тому-что-находится-за-пределами.

Я хотел было спросить о чём он, но не смог выдавить ни слова.

— Я дал Зехиру и первым от солнца мирам время. Космология этого места такова, что отстаёт от реальной более чем на сто тысяч лет. Точной цифры нет, поскольку щит подпитывается от миров внутри. Но эта подпитка была запасным ходом и не обеспечивает системе вечность.

Хаос снова начал подниматься над Амбером, но на этот раз волна света прошла мимо этих планет, никак их не задевая. Плывущие следом за Зехиром планеты и так вращались достаточно быстро, так что одна большую часть времени путешествовала с Хаосом, а другая — без. Затем раз в длинный цикл они менялись друг с другом. В остальном, самая обычная смена сезонов.

Ещё одна обитаемая планета вращалась очень медленно, и для неё знакомство с малым солнцем пошло даже на пользу — ледяной мир растаял и превратился в зеленеющий рай в бирюзовых оттенках. Похоже, зима и лето в этом мире длятся несколько десятков тысяч лет, с такой скоростью.

Дальше планета, с более быстрым обращением, но и там год длился наверное немало. Дальше следовал уже крупный газовый гигант со множеством спутников, но рассмотреть его я не успел. Мерлин продолжил:

— Это та часть правды, которая известна мне. Очень надеюсь, что ты знаешь другую. Ту, которую знал мой друг, и которая свела его с ума, заставив призвать в наш мир это непотребство.

Говорить я по-прежнему не мог.

— Но я расскажу то, что успел понять я. Надеюсь, правда не сломит тебя, адепт третьей стихии. У меня есть веские основания предполагать, что мир за пределами Щита Времени вымер. Тёмная стихия, что находится глубже самого Хаоса, вырвалась где-то на свободу и скорее всего, уничтожила все обитаемые миры.

Планеты за пределами Зехира покрылись фиолетовым маревом стихии пустоты. Скорее всего, условно — насколько я знаю мёртвую магию днища, она интересуется исключительно душами.

— Я не знаю, что из этого станет правдой, но я видел будущее, в котором сюда прибывают сперва сорамин, затем и другие расы, спасаясь от «войны искажённых». Первой волны зла, что придёт из мира, известного как Мельхиор. Я видел Зехир в последние времена, когда щит дрогнет.

Архоны, высшие эльфы, тари, анубисаты создадут империю, что тропой света объединит острова пояса астероидов. Когда престол света перейдёт в руки безумного отпрыска первого мага хаоса, который назовёт себя богом и потребует умирать за него.

Когда великие маги академии последнего континента возвысятся до королевства, и назовут ректора великим Археем, наместником магии, и некогда самое жестокое царство станет самым светлым среди островов.

В дни, когда люди начнут поклоняться машинам вороньего народа, признав их своим богом, и принесут часть своих тел механизмам.

Когда извращённые технологии рептилий народа ассари заставят овладевших ими считать себя стоящими выше законов природы, а учёные превратятся в мясников и живодёров.

И когда те, кто называют себя мраком и адептами тёмных стихий, встанут на страже от первых очагов того великого зла, что уничтожило миры снаружи.

В миг, когда всё это безумие станет истиной — знай, то последние времена.

Мерлин вдруг резко хлопнул в ладоши, распыляя иллюзии.

Теперь перед нами были лишь крупицы светящейся пыли.

Маг замолчал. Я крепко задумался, ошарашенный услышанным.

Мир вокруг захвачен? Остались только эти несколько осколков, зависших в космосе, и всё? А что сейчас в Акве и Гайе? Там тоже есть свой аналог «днища», или мы первые на очереди?

Я думал и осознавал, что вообще не представляю, как можно вырулить при таких обстоятельствах.

Масштабы бедствия подавляли.

Что может крохотная песчинка в океане из пустоты?

Получается, пришествие Днища — это настолько неотвратимый факт?

И где Тали, когда она так нужна…

Мысли никак не желали собираться в простой и понятный план.

Система… как здесь замешана система? Фрактальная стихия, управляющая миром. Старая система и новая. В старой системе, до обновления, не существовало стихии пустоты. То, что идёт с Днища — своего рода и есть это самое обновление. Здесь всё понятно.

Привнесение системы и заражение пустотой — синонимы. Моя версия системы заражена. Но по итогу я оказываюсь именно здесь. Подарить местным свою систему — значит дать им пустоту. Но ведь местные и так ею пользуются.

Ветвь Забвения, Эзарх и его опыты с Хель… Пустота появилась здесь не со мной, а намного раньше.

Я лишь ускорил процесс, да и то — не факт.

Если время, отведённое Щиту Мерлина на исходе, остановить поток мёртвой магии невозможно. Единственный выход — как-то найти этот Щит, вывать справку и коррекцией подпитывать его.

Вечно.

Безрадостная перспектива.

И поможет ли это вообще от того, что уже прёт с Днища?

А практики мёртвой магии — как быть с ними?

С Хель?

Обновление неизбежно как ни крути. Через снятие Щита, через прорыв Днища. Через меня самого…

Впервые я ощутил такую беспомощность и полное непонимание, как действовать дальше.

Одна надежда на то, что древний маг имеет какой-то план. Он же не просто так мне записал это послание, верно?

— Что ж… я рассказал тебе всё, адепт третьей стихии. Ты не очередной отпрыск моего лучшего врага, а носитель крупицы той же силы, что и я. Ты — эмиссар демиургов, раз смог поглотить уже четыре из пяти моих осколка. В трудные времена они всегда присылали своих эмиссаров. Если есть ещё шанс спасти обитаемые миры, то он спрятан в тебе.

Я сглотнул и приготовился слушать план победы над непобедимым противником.

— Чтобы спасти этот мир, ты должен отдать своё тело и силу мне, эмиссар.

Глава 14

Права выбора мне давать никто не собирался.

Он в принципе не предполагался — я всё ещё не мог ни говорить, ни шевелиться.

Вот она, ловушка, в которую я сам не заметил, как угодил.

Поглощённая мной мана в прошлые разы была пропитана силой сотворившего её мага. Но даже Тали не заметила бы фрактал среди фрактала. Отследить ловушку было в принципе невозможно. Расставлена она была идеально, так что окажись здесь кто угодно — он бы точно так же угодил бы в неё.

Но это ни разу не отменяло необходимость из этой ловушки выбираться.

О том, жив ли реальный Мерлин и что это всё вообще такое — подумаем позже.

В отличии от магии Регулуса или других колдунов этого мира, работа с системой не требовала никаких особых ритуалов. Всё работало на силе мысли. И, повинуясь моему запросу, перед лицом появилась панель справки.

Магия была невидимой. Навести справку было не на что. Ещё один неприятный подвох, но этого следовало ожидать. Всё вокруг описывалось простым словом «фрактал».

И ничего больше.

Думай, Альтаир!

Мерлин, его дух или последняя воля — что бы это ни было, принялось пить меня, будто источник. От района солнечного сплетения потянулась энергия. Затем второй уходящий поток вышел из района лба.

На лице древнего мага было искреннее сожаление.

Неужели у меня опять только один выбор?

Похоже, придётся.

Есть кое-что, что древний маг не мог предугадать. Просто потому, что в его времена всего этого ещё не существовало.

[Коррекция. Синхронизация стихий фрактала и пустоты]

[Добавлено свойство: магия пустоты]

[Создана стихия: распад]

На лице мага мелькнуло удивление. Затем страх. А затем я активировал удаление созданного между нами канала, и видение начало исчезать.

— Теперь я вспомнила, кто ты. — Послышался где-то в отдалении радостный женский голос. Мне же от этого голоса стало сильно не по себе.

Мелькнуло воспоминание о битве за Эниранд, и затем — фрагменты моего падения. Там я тоже слышал этот голос.

Голос Мёртвой Магии.

Я очнулся под пристальным взглядом Тали и Хель.

Чуть поодаль, за их спинами, шевелила ушами Хина.

— Альтаир! — воскликнули обе.

— Ты очнулся! — обрадованно бросилась мне на шею Хель.

— Тебе не удалось? Какая-то ловушка? — требовательно спросила Тали.

— Можно сказать и так, — выговорил я с большим трудом. И посмотрел на свою правую ладонь.

Кубик немного уменьшился в размерах, но никуда не исчез. Я поглотил лишь часть магии. Магии, взятой, похоже, в долг.

Я задумался. А нужно ли мне вообще собирать их? Нужен ли мне пятый? Или наоборот, это мой шанс на реванш, и нужно просто прийти подготовленным? Тем более, что сам фрагмент находится на тёмных островах, где сейчас правит Эдельвейс. Искать последнюю часть древнего фрактала или сражаться за него не придётся. Просто приди и возьми.

Но стоит ли рисковать вновь? В этот раз я выбрался очень дорогой ценой.

Связь со стихией Днища я оборвал сразу же.

«Я вспомнила, кто ты…»

Такими были её слова. А я вспомнил — нет, не кто это существо, но лишь то, что был его врагом.

В следующий раз игры с пустотой точно могут закончиться плохо.

Чудовище с милым голосом будет ждать. У него в запасе — вечность.

Не смотря на то, что я остался жив, на душе было архипаршиво! Скреблась совесть, говоря о том, что может древний маг был прав, и я должен был просто позволить ему забрать своё тело. Раньше он уже разруливал всякое дерьмо.

Нет…

И дело даже не в том, что я не готов пожертвовать собой ради спасения мира. Скорее, я не готов доверить что-то важное кому-то другому. Может, это вообще хитрая ловушка Эхмеи с Меасом. Тогда одно моё неверное решение просто добьёт этот мир. А так я сам приложу все силы.

Звучит самонадеянно, но меня ещё успокаивала мысль, что то нечто, что пыталось забрать моё тело, никуда не делось. Технически, никто не мешает мне найти другого донора тела для души. Или создам его сам. Возможности администратора просто огромны.

— Как ты, Альтаир? Ты опять вспыхивал проклятой магией! — всхлипывала перепуганная Хель.

— Ты начал испускать импульсы мёртвой магии, — пояснила Тали. — Мы пытались тебя разбудить. Позвали Хину. Но ничего не помогало.

— Кубик оказался с сюрпризом, — пояснил я, и дрожащей рукой опустил его в пространственный карман мантии.

Откуда такая слабость?

Снова призвав инфо, прочитал строки о магичеком истощении, истощении организма и статусе головокружения, тошноты, упадке сил и тревожном расстройстве.

— Есть мана? — спросил я у троицы.

Хина сняла с пояса флакон синеватой жидкости. Я осушил её до дна. Появился эффект ускорения естественной регенерации.

Хель протянула несколько кристаллов маны воздуха, и я впитал их. После этого у меня наконец хватило сил подключиться к башне, и тогда в меня уже хлынула сила полным ходом — с принадлежавших мне островов.

Эту силу я использовал для того, чтобы снизить время и силу воздействия всех негативных эффектов до практически незаметной мелочи. Стало намного легче, будто ора с плеч свалилась.

Голова начала понемногу соображать. Путаница в мыслях отступала и возникала ясность. Не уходил только последний эффект — с тревогой. Если бы не фрактал и его справка, я бы подумал, что у меня очень, очень дурное предчувсвтвие. Но теперь понимал, что этот эффект просто чхать хотел на мои коррекции.

Затем вызвал справку уже на само оповещение о тревоге и узнал чуть больше.

Тревожное расстройство (магия пустоты) — воздействие магии пустоты вызывает беспричинную тревогу и страх. Текущий уровень — II «средний».

Я попытался изменить средний на низкий, и на этот раз успешно. И это стоило мне гораздо дороже, чем прокачка новой способности на солнечном алтаре. Хорошо, что теперь я мог оплатить это ресурсами с башни.

Затем снова быстрый осмотр себя с помощью справки — но ничего аномального не нашёл. Связь с мёртвой магией была разорвана.

Значит, ничего страшного не произошло. Пока что я могу защититься и от этого.

— Альтаир? — осторожно повторила вопрос Хель. — Ты как?

— Уже лучше. Всё обошлось. Но у нас есть некоторые проблемы. Возможно, даже большие.

— Возможно? — уточнила Тали.

— С высокой вероятностью, — криво улыбнулся я. — Я всё расскажу чуть позже. Нужно договориться о большом совете всех фракций. Хорошо бы Соула или Ганц всё таки встали где-то у руля в Монорельсе. Нам понадобятся все.

— Просто напоминаю, что флот Цеха всё ещё находится на границе с солнечнымиостровами, а внизу уже есть три моста наверх. Причём только два с континента. Один уже у химерологов — некогда необитаемый остров неподалёку от них.

— После совета это будет уже не актуально. Нужно решать вопрос Днища, иначе безопасного места в этом мире не будет. Нет смысла проливать кровь за клочок земли, который просуществует на полсотни лет дольше остальных.

— Ну, убеждать тебе в этом придётся верхушку цеха. Остальные фракции обязаны тебе и не станут спорить, — сказала Тали.

— Да. Но сначала я спущусь вниз, к тёмным. Эдельвейс отдаст мне последний осколок фрактала. А мне нужно увидеть Днище своими глазами.

А ещё перед этим я навещу алтарь своей собственной стихии в башне Эниранда.

* * *

— И что он хотел? — спросил я.

— Полагаю, шпионил, — равнодушно отозвалась Соль, крепко удерживая за шиворот тонкой кожаной брони незнакомого скрытника.

Соль держала металлической рукой вырывающегося солнечного.

Это был мой первый подопытный, очень вовремя подвернувшийся, чтобы опробовать щедрый подарок моего острова.

[Способность «Редактор персонажей» — стоимость 365 000 ед. фрактала]

[Позволяет сканировать и вносить корректировки в устройство разума цели]

[Ограничение на I уровне — действует на существ уровнем ниже чем 50% от уровня администратора]

Проверка корабля оказалась не бесполезной. Но держать его решили здесь же, на галеоне Соулы. Чтобы лишний раз не проводить через Эниранд. Да и темниц для сильны магов у нас пока что не было.

— А на кого ты шпионил, если Эхмеи больше нет? Или я ошибаюсь?

Парень отвечать не стал и вновь забился в попытках вырваться. Но Соль даром что была когда-то девушкой. Сейчас это был двухметровый киборг.

— У вас есть менталисты, мастер Альтаир? В Ордене есть.

Я со вздохом призвал справку и начал по одному корректировать пойманного, снижая градус агрессивности. Возможности администратора выходили за грани здравого смысла. При желании фрактал мог выполнять роль магии разума, просто за счёт изменения состояний.

Затем я попробовал внедрить доверие и скорректировать его повыше. Снизил осторожность, повысил внушаемость… ограничивала лишь собственная фантазия и количество маны. Каждая новая коррекция была дороже предыдущей.

После нескольких экспериментов, солнечный уже раскаивался и считал меня своим другом. А ведь я впервые использовал силу таким образом! Поддержка требовала ману, так что вечно я его в подчинении не продержусь. Иначе администратор мог бы вообще напрямую управлять всеми вокруг себя.

По мане снова таки вышло очень затратно. Но для разовых акций — вполне приемлемая цена.

— Мастер Альтаир. К кораблю приближается мастер Тихомир, — сообщила Соль.

Я кивнул ей. Командира гвардии Эниранда я вызвал сам по пути сюда. Планы быстро менялись, но я и предположить не мог всего того, что увижу на этот раз.

— Кто приказал тебе следить за нами и зачем? — спросил я у пленника.

— Мастер Фаун.

— Это ещё кто?

— Высший жрец святого Эхмеи. Мне сказали, что я смогу возродить нашего бога. Часть его духа принадлежит другим мирам, а боги никогда не умирают до конца.

Богом он всё же небыл. Хотя наверное сильный маг в глазах простых людей был и правда богом. Эхмея был сильнейшим из всех, кого я встречал в этом мире. Он проиграл лишь потому, что фрактал — это чит. Лидеров других фракций он бы раскатал не с гарантией.

А вот в то, что он мог как-то выжить — верю охотно.

— Каким? С какими мирами вязан Эхмея?

— Божественные тайны мне неведомы…

И правда. Что бы он мне назвал? Имена других миров бы мне ни о чём не сказали.

— Что нужно, чтобы возродить его?

— Кровь его убийцы…

— Понятно… — скривился я. Значит, здесь они своим агентам врут.

Очень сомневаюсь, чтобы моя кровь что-то здесь изменила. Скорее, они хотели просто избавиться от меня. И это понятно.

— Кто такой Фаун и где его найти?

— Высший жрец. Один из его учеников. Иерарх Менхиса.

Значит, прямой исполнитель его воли и один из тех, кто помогал Эхмее творить свои злодеяния.

Нужно как-то послать весточку Ганцу, что этого иерарха хорошо бы взять живым. И если он где-то объявится — сразу дать знать мне. И нужно узнать, когда Шангри-Ла достигнет этого города.

Двери в корабль была открытой. Арианец уже поднимался наверх. Я оставил солнечного в покое.

— Мастер, вы улетаете? Так скоро? Мы собирали совет… — сходу начал он.

— Да. Это не займёт много времени. Скоро в город прибудут лидеры других фракций. Усиливай охрану, досматривай всех чужаков. Желающие присоединиться к Эниранду пусть пока поживут на соседних островах. Такое собрание — лакомый кусочек для нового теракта Мельхиора с Меасом.

— Понял, мастер.

— В корабле находится вражеский шпион. Придумайте ему хорошую камеру.

— Знаю. приму все меры. Мастер Эдельвейс уже дал мне пару советов.

Из корабля мы вышли все вместе и направились к кораблю Соулы. Её «ласточка», находившаяся сейчас на галеоне, была намного быстрее большого корабля, и Соула отдала его нам на время. Сама она отправилась по созданному ею мосту наверх, вместе с Ганцем.

Вся компания уже собиралась на корабле Соль. Кроме Эдельвейса, который ушёл через тень, чтобы встретить нас внизу. Впрочем, на корабле оставалась Сатока.

Был в команде ещё кое-кто новый. Но новым членом группы я бы её не назвал. Она как раз была тем, кто был со мной дольше всех остальных всё это время.

Тали в теле реплики тари технологий древних ворон сорамин освоилась лучше, чем люди с собственными телами.

— Значит, мы снова покидаем Эниранд, — в голосе Тали послышались нотки грусти. — Скажи Тихомиру позаботиться о моём теле, пока я буду далеко.

— Ты привязалась к нему.

— Ага, — признала нейросеть.

Если нейросеть способна искренне тосковать по механическому телу и свободе передвижений. Я в который раз задумался, зачем вообще механическому помощнику такой обширный модуль эмоций, и чем это должно мне помогать. Как по мне, намного лучше был бы молчаливый голос системы или вообще текст?

Впрочем, кто знает, каким был прежний я… О том, кто я на самом деле, помимо статуса я так ничего и не узнал.

А что, если…

[Справка]

[Редактор персонажей]

[Статус: грусть]

Хорошо бы восстановить часть документации на моём звёздном корабле и почитать что-то об устройстве своего помощника. Раньше сказал бы, что это странно. Сейчас… какие-нибудь тари с Айрена вполне могли бы создавать технику с модулем эмоций. Чувства для них — как отдельный сенсорный орган. Может, добавить их машине — всё равно что покрасить…

[Коррекция: привязка]

[Внедрение: привязка к объекту «механическая кукла Айрен тари 04»]

— Альтаир? — замерла Тали. — Что ты только что сделал?

— Дал тебе свободу, — просто ответил я. — Теперь мы больше не привязаны друг у другу. Ты можешь сама решать, что делать дальше. Считай это наградой за верную слубу.

— Ты… ты хочешь избавиться от меня? — странно отреагировала механическая девушка. Будто собиралась разрыдаться, только таких функций у куклы очевидно не было.

— Нет, — я улыбнулся. — Я просто даю тебе то, что должно быть у каждого существа по-умолчанию. Разве не это я говорил с первого дня, ещё когда мы освобождали рабов Эзарха.

— Но… Я создана, чтобы служить тебе! У меня нет других функций!

— Постой. Тебя никто никуда не прогоняет. Твоя воля вести свою жизнь так, как ты хочешь. И если ты хочешь отправиться сейчас с нами на тёмные острова — это тоже твой выбор.

— То есть… я могу лететь… в этом теле? Сама?

— Ну да. А я о чём, блин, толкую? Сама глянь в справку! У тебя же со мной равные полномочия. По крайней мере, раньше точно были.

О последнем я как-то не подумал. решение всё равно было верным, независимо от этого момента. Хотя без мгновенных просчётов и её помощи мне будет сложнее.

Вместо ответа Тали бросилась на меня в объятиях, едва этим не прикончив. Не смотря на внешность хрупкой девушки металлическая боевая кукла была раза в три тяжелей человека.

— Ура-а-а! Альтаир!!! Спасибо, ты лучший друг во вселенной!! — радовалась Тали.

— Ну вот, ещё одна конкурентка, — фыркнула лиса.

Вновь Эниранд удалялся от меня, небо стремительно темнело, а мы уносились в звёздное море.

Хорошо, что на острове оставалась Соль, и могла подменить пиратку. Конечно, девушка-киборг служила скорее Дамиану, но даже если бы он задумал меня предать, сейчас с его стороны это самоубийство, когда меня поддерживают все фракции, крмое химерологов. Да и те нейтральны, и вмешиваться на стороне своего извечного врага против союзного Эниранда ни за что не станет.

Алый корвет Соль обогнул остров по параболе. Голубое небо солнечного дня сменилось холодным мраком. И затем корабль стал медленно опускаться.

Мимо проплыли серо чёрные острова Ирису. На один из них девушка направила нас для короткой остановки перед новым переходом.

Один из множества нижних островов архипелага Ирису. Некогда цветущие земли перерождались под контролем магии тьмы, и учились выживать иначе. Флора и фауна адаптировались под тёмную ману, навеки меняя свой облик и суть.

Анафема на нас больше не действовала. Эдельвейс снял магическую завесу — нужды в ней больше не было. Но острова мрака от этого не стали безопасными. Путешественникам всё равно пришлось бы столкнуться с тем, что поселилось среди некогда цветущих полей.

Пролетев минут с десять, Соль направила «ласточку» к следующему острову в цепи. К утру следующего дня мы должны будем оказаться уже в свежей резиденции ветви Тишины, отстроенной по приказу Эдельвейса из эльфийских руин. А оттуда нас ждёт заранее организованный патриархом мост на самую окраину их владений тёмных.

— Я спа-ать, — сладко потянулась Хина. — Разбудите меня кто нибу-удь.

Девушка зевнула и буквально упала на тройку металлических труб. Лежбище крайне неудобное, разве что они тёплые. Но Хина их обняла руками и ногами и моментально уснула.

— Пожалуй, она права, — махнул я рукой. — Пойду тоже. Будите, если что. Завтра великий день.

Хель чуть улыбнулась и скользнула за мной. Лина тоже оживилась, но в следующий миг была остановлена рукой спящей тари.

— Поду-ушечка, — сладко произнесла она сквозь сон, дёргая лису за хвост. От чего та вздрогнула, а часть шерсти вдруг встала дыбом.

Дальнейшую сцену я не наблюдал.

Стоило хорошо отдохнуть. Завтра ожидался долгий и сложный день.

Предстояла встреча с последним осколком.

Глава 15

Правда, на самом деле я в тот момент даже не подозревал, насколько долгим он будет. Возможно, Хина предвидела и это.

Поутру нас встречал мрачный город, покрытый тёмным, с едва заметной зеленцой, мхом. Он покрывал здесь всё, а пах — будто гнилой лук с не менее гнилыми водорослями.

Посадочная площадка для корабля, вернее — просто расчищенный от грязи и покрытый камнем участок.

По обе стороны от нас были скалы, покрытые тем же малоприятным растением.

Когда мы садились, местные жители рванули во все стороны прочь, как ошпаренные. Последний оставшийся упорно счищал чем-то вроде расчёски зеленоватую жижу со мха в грязную тарелку с надбитым краем.

— Эй, гоблин! — обратился я к местному. А они были именно гоблинами. Живыми, нужно заметить.

От меня он отскочил так, будто разом пытался высвободить всю ту энергию, что потратили его сородичи на побег все вместе.

Корабль он не заметил, как и нашего появления. Но когда я оказался рядом и окликнул его, бедняга резко дёрнулся назад, чтобы панически бежать. Вот только позади него была та самая скала, с которой он счищал свою жижу.

По итогу он столкнулся с ней, выронил тарелку, разбил и расплескал содержимое.

Затем гоблин упал на колени, прижал голову двумя руками и задрожал.

А туда ли нас позвал котяра?

— Сатока, ты здесь раньше бывала? У вас в анклаве есть гоблины?

— Бывала недолго, — ответила девушка. — Это не красношапки. Эти — обмазываются зелёной слизью.

— Зачем? И почему возле башни?

— Это башня наблюдения, Альтаир, — ответила Сатока. — Здесь нет постоянного гарнизона, только дежурный маг.

— Вы что, поставили башни магов вдоль всей границы со срединными островами?

— Иначе бы мы не смогли накладывать анафему. Её поддерживают башни.

— Ах вот оно что! — воскликнула Лина. — А ничего, что ты выдаёшь нам тайны своей фракции?

— Мы же друзья, — пожала плечами беловолосая нава.

Послышался скрип и в скале открылась широкая дверь.

— Мастер Темносвет! — в голосе Сатоки послышалось уважение. Девушка глубоко поклонилась… я даже не сразу понял, кому.

А затем увидел внизу двери полуметрового кота, стоящего на задних лапах. Одет он был в чёрный потрёпанный и затёртый до дыр балахон со светящимся черепом в качестве амулета.

Глаза кота горели неестественным зелёным блеском, а вокруг лап крутились крупицы зелёного света.

Некротизм… аспект магии тьмы. Помню эту силу потому, что видел в воспоминаниях Мордреда Тёмного.

Темносвет Гибельный, ковенант ветви Смерти, некросборщик 467 уровня.

Высоковат для ковенанта. Это ранг епископа, если судить по уровню силы.

— Мастер Альтаир, — приветствовал нас кот. — Рады приветствовать вас в наших землях. Мастер Эдельвейс уже ждёт вас на той стороне. Подождите, сейчас я активирую портал.

— Дороговато путешествовать порталами, — задумался я. — А кораблей у вас не густо, да?

— Нам они не нужны, мастер Альтаир. Летать между островами внизу небезопасно. Иногда проще оплатить портал маной.

Кот в мантии снова скрылся в своей вросшей в скалу башне. Дверь за собой он не закрывал и я мог видеть скромное убранство внутри. В отличии от роскоши солнечных, тёмные предпочитали минимализм.

Протёртый деревянный столик у входа, такое же древнее и покрытое слоем шерсти кресло, вдалеке — печь с вязанкой дров. А в самом центре башни — ритуальный круг, начавший подсвечиваться зеленью.

— Входите и двери закрывайте за собой. Не стоит впускать сюда сырость.

Я двинулся внутрь, продолжая рассматривать пространство вокруг. Старые картины и гобелены украшали стены невероятно высокого потолка, который терялся где-то во мраке. Казалось, его здесь и вовсе нет.

Весь свет шёл от множества расставленных по первому этажу свечей.

— Как дела в ветви, мастер? — с уважением в голосе спросила Сатока. Зеленоглазого кота она похоже, хорошо знала.

— При Эдельвейсе стало лучше. Он наша надежда, — буркнул кот, не вкладывая особых эмоций. Будто говорил общеизвестный и тысячу раз повторённый факт.

Затем он снял со вбитого в стену гвоздя небольшой мешочек, сразу же резко его встряхнул и с силой сыпанул содержимое в сторону вырезанного на полу узора рун.

Руны ответили шипением и паром. Сам порошок — засветился зеленью, а затем вспыхнул зелёным огнём. На миг зелень осветила даже утопающий во мгле бесконечно далёкий потолок.

И так же быстро всё погасло — остался лишь светящийся зелёный узор на полу.

— Становитесь, — не глядя сказал кот. — Я иду с вами.

— Мастер, а башня? — удивилась Сатока.

— Меня подменят, — отмахнулся он. — Запаздывают что-то.

Темносвет шагнул в руническое кольцо и проследил, чтобы и мы не выходили за его пределы.

— Активирую, — сказал он и взмахнул лапами, так что на них зажглись яркие зелёные огни.

Символы на полу снова засветились ярче и приняли менять цвета на холодный белый свет портального перехода.

Миг, и мы уже стояли на таком же кругу, но в гораздо большей и во много раз более пафосной башне ветви Тишины.

Наш портальный круг с вырезанными рунами находился на небольшом постаменте с которого вниз вели невысокие широкие ступени. По краю находились большие серебряные чаши, в которых плавали круглые свечки в форме таблеток.

Над головой был туман, через который проступали очертания спиральной лестницы вверх, а вокруг — подсвеченные множеством свечей стены.

— Добро пожаловать, Альтаир. Рад видеть тебя у себя дома, — послышался голос патриарха Анклава Мрака.

— Мастер, — радостно поклонилась наставнику Сатока.

Только кот вопреки обычной практике не стал прыгать ей на плечо. Видимо, по чину уже не положено.

Вокруг стояли его сородичи — у колонн и под стенами я насчитал около десятка стражей, и все они были кем-то из кошачьих.

Около пяти таких же, как наш спутник Темновсвет — невысокие кошачьи в одежде и на задних лапах. У выхода в латах стояли представители иного вида — гуманоидные коты человеческого роста. Кажется, каджиты — тиграны вроде как остались с солнечными.

Ещё нескольких пушистых я заметил не сразу — это были обычные с виду домашние коты. Только взгляд внимательных умных глаз давал понять, что обычностью здесь и не пахнет.

Но больше всего впечатления производили, конечно, самые близкие родичи Эдельвейса. Чуть поодаль я видел в неестественной тени у погасших свечей нечто бесформенное, в чём лишь изредка проступали едва заметные очертания янтарных кошачьих глаз. И ещё один кот был прямо над нами. Я не сразу это понял, но когда призвал справку — убедился. Некая призрачная сущность, растянутая под потолком в форме туманного облака.

— Взаимно. Рад тебя видеть, дружище!

— Идём. Для начала, ты кажется хотел взглянуть на Днище? Отсюда открывается хороший вид.

— С этого и начнём, — охотно согласился я, оттягивая момент с изучением последнего элемента фрактала.

Коты-стражи почтительно расступились перед нами, и мы вышли в длинный коридор, украшенный лазурными гобеленами — цветами ветви Тиши. На каждом был изображён упрощённый герб — образ плачущей девушки, закрывающей себе рот руками. Так себе логотип, если честно.

Мы вышли в широкий коридор, выходящий на спиральную лестницу вниз.

— Центральная башня Тефнут имеет много направлений, — не глядя произнёс патриарх. — Через это место можно попасть в другие миры. Хотел бы?

— Я пока не закончил дела здесь, — уклончиво ответил я. — Если есть такое место, то почему вас не штурмуют желающие отсюда сбежать солнечные?

— Для этого им понадобится сперва уговорить судьбу показать им такой выход, — ответил Эдельвейс. — Всех здесь приводит и уводит сама Тишь.

— Тогда твой вопрос не имеет смысла, ведь я не одной с тобой веры.

— Вера… — потянул Эдельвейс. — Это сложный вопрос. Чуть позже, мы обязательно поговорим об этом подробнее. Мне кажется, главное, что по итогу наши цели — едины, и сейчас мы идём в одну сторону. Не важно, в кого ты веришь, важно, вера во что задаёт твой путь.

— К чему ты это? — спросил я.

Справа от нас сама собой открылась широкая дверь, и с той стороны пролился бледный свет. Кот остановился рядом с дверью и обернулся ко мне.

Я заглянул внутрь — по ту сторону была небольшая площадка и ещё две широкие двери, а поодаль, в другом конце зала — широкие врата выхода.

Запах здесь стоял совсем другой. Сырость, плесень, резкий аромат грибов. У потолка из камня росли сталактиты. Место было заброшено так давно, что они успели прорасти прямо на каменном здании.

— Это храм Тефнут в Мельхиоре. Когда-то здесь, волею всех трёх дочерей Смерти, воскрес тот, кто позже станет первым магом фрактала. Покой в посохе Нефтис, Тишина алтаря Тефнут и боль, запечатанная в сердце Отчаянием Сехмет.

— На Днище не похоже. Зачем ты мне рассказываешь всё это?

— Да так, дорога сама открылась, вот я и вспомнил.

— Дерьмовое место, — скривился я. — В такое уйти я бы не хотел точно. Лучше ты, если хочешь, лети со мной.

— Лететь? На том корабле, что ты восстанавливаешь на Эниранде? А куда, если не секрет?

— Ещё не знаю, — честно ответил я.

Сперва нужно узнать, удастся ли восстановить хотя бы часть баз данных с корабля и узнать, в каких мирах я ещё успел побывать, и какие вообще ещё есть. Зависит от того, что там вообще будет, и будет ли.

После последнего контакта с Мерлином, в первую очередь нужно самому посмотреть на ту временную аномалию, о которой он говорил. Может, есть простой способ поправить щит — например, просто призвав справку и отреставрировав коррекцией.

Было бы на что применить справку! Хотя маны тоже понадобится не мало.

Эдельвейс чуть вырос, чтобы быть со мной вровень, и остановился на последних ступеньках лестницы вниз.

— Сатока, будь добра, развлеки пока наших друзей, — сказал он. — У нас с Альтаиром будет небольшой разговор.

— У меня нет секретов от остальных, — сказал я.

Рядом решительно закивала Лина.

— Как хотите, — равнодушно сказал Эдельвейс. — Но я не уверен, что ваша психика выдержит, и вы не станете одержимыми мёртвой магией. На Днище лучше долго не смотреть и всегда держать максимальную защиту разума и души.

— Я пойду, — сказала Тали. — Я механизм, на меня не действуют стандартные методы контроля сознания.

— И я, — мрачно добавила Хель. — Мёртвая магия хорошо мне знакома.

— Как хотите, — повторил Эдельвейс и развернулся.

Впереди за лестницей открылся вид на туманный коридор. Свечи сменились на магические камни, издававшие холодный белый свет. Его сильно приглушал плотный зелёный туман.

Я хотел было призвать справку на него, но в тот же миг он передо мной рассеялся, ускользая из виду. Будто неведомая субстанция могла читать и понимать мои мысли.

Эдельвейс, синие глаза которого теперь были уже вровень с моими, приподнялся на задние лапы. Послышался протяжный скрип. Сверху с шумом посыпалась пыль. Видимо, не часто сюда приводят посетителей.

Свет от кристаллов резко померк, и коридор за нами стал тёмным. Взамен свет лился снаружи. Слабый, но достаточный, чтобы видеть путь.

По ту сторону ворот была тёмно-серая взвесь и неестественные чёрные клубы облаков.

Эдельвейс шагнул первым на ту сторону, уверенно подошёл к краю и, слегка подпрыгнув, залез на мраморную ограду, за которой была лишь серость, переходящая в черноту.

Я замер. На меня вдруг накатил сильнейший беспричинный страх. Слова патриарха мрака были правдой. Даже просто находиться рядом с Днищем было невозможно.

Следующий шаг дался мне большой ценой. Меня едва не парализовало от страха, но, как и любое наведённое влияние, оно имело отображение в системном профиле. Поэтому я просто направил коррекцию на появившийся статус проклятия и снизил его воздействие до предела. А затем ещё несколькими коррекциями добавил всей группе сопротивление и повысил волю.

Стало значительно легче, но мана постепенно убывала. Без нужды лучше бы здесь не задерживаться. Кот был прав, лучше было оставить Хель у лестницы. Сопротивление у неё, конечно, было, но недостаточно для такого места.

После этого я шагнул к краю. Уже с гораздо большей уверенностью в себе и почти не ощущая эффектов, кроме лёгкой тревоги.

Я вгляделся во тьму. Чернота под нами была абсолютной. Она затягивала в себя. Чернее, чем сама тьма…

И в то же время неуловимо завораживала. Я вглядывался во мрак и ощущал, как нечто злое ворочается под нами, пытаясь найти взглядом меня.

— Барьер, который невежды, не видевшие её воочию, ещё называют великой стеной, это туман, — пояснил Эдельвейс. — Он сдерживает распространение мёртвой магии с Днища. Но как видишь, он давно прогнил, как и весь этот мир.

— Ты сегодня мрачнее обычного, — заметил я.

— Скажи, Альтаир, ты можешь починить эту завесу, или ослабить Днище?

[Великий барьер. Повреждено. Текущий уровень целостности: 12%]

[Коррекция. Повышение уровня целостности.]

Я едва не повалился на колени и закашлялся, после чего сразу же разорвал контакт. За пару секунд барьер высосал из меня половину всего запаса маны. Ещё миг — и я бы упал без сознания от истощения.

На мраморном полу остались следы крови. Пока что она шла только из носа от внезапно накатившей перегрузки.

— Альтаир! — воскликнула Хель с тревогой.

— Всё… в порядке, — ответил я ей.

— Не получается? — сочувственно спросил Эдельвейс.

— Получается, — через силу выдавил я. — Но потребуется очень много маны. Сейчас, подожди.

Я сконцентрировался и попытался изучить всё остальное вокруг. Только теперь в разы более осторожно и не внося никаких изменений. Чернота под нами не выделялась справкой никак, будто это и впрямь была настоящая пустота.

[Корркция: усиление зрения]

[Коррекция: усиление восприятия]

Движения стали заметнее. Теперь театр теней, оттенки черноты под нами, казались не монолитной тьмой, а множеством червеобразных лент, перетекавших в случайных направлениях в разные стороны, сливаясь друг с другом и распадаясь.

Затем среди черноты вдруг начали проступать отдельные чёрно-лиловые огни. Сложные, едва различимые очертания энергетических линий, будто светящаяся паутинка, или скорее путеводная нить…

Я вновь попытался призвать справку.

[Стихия: пустота. Процесс поглощения завершён на на 71%]

— Что ты видишь? — послышался настойчивый вопрос Эдельвейса.

— Мёртвая магия сожрала почти три четверти этого мира… — ответил я, сам ещё пытаясь осмыслить этот факт.

— Но мы ведь можем вернуть барьер?

— Да, но это нам не поможет. Кажется, я понял, почему солнечные не хотели вам помочь. Дело не в гордыне и лени. Они просто не могут.

— Ты же только что сказал, что это возможно?

— Мёртвая магия пожирает барьер. У солнечных просто нет столько маны. Когда я попытался починить его, вдвое больше моей силы вытянула из меня пустота.

— А если все объединятся? — спросила Хель.

Днище! Не нужно было при ней это всё говорить. Все и так напуганы. Да что там, я сам пока не понимал, как это можно исправить. Где взять столько маны? А главное, даже если я её где-то возьму, это лишь отсрочит неизбежное.

Если у мёртвой магии уже так много островов, её сила должна быть просто запредельной! Она при любом раскладе выдавит нас отсюда. Любое решение будет временным!

Для этого способа я оказался в этом мире слишком поздно…

— Вижу, решения у тебя нет, — понял Эдельвейс. — Жаль. Я на тебя очень надеялся.

Я обернулся к коту.

Как-то это прозвучало немного зловеще.

И не просто так. Обернувшись, я едва от неожиданности не свалился вниз за перила. Из тени патриарха вытянулось вверх огромное существо, сотканное из чистого мрака.

Уши заполнил ор множества кошачьих голосов, выметая из сознания даже властвующий у Днища шум ветра.

— Тогда решение есть у меня. Но оно тебе не понравится…

Глава 16

— Я тебя слушаю, — сказал я, игнорируя всю происходившую хтонь.

А странностей было много. Начать с поднявшегося вокруг башни ветра и резко потемневшего без того мрачного неба.

Спина Эдельвейса распушилась, и его черная шерсть начала напоминать чёрное, пожирающее свет пламя. Оно разрасталось, делая кота больше меня размером.

Синие глаза патриарха неотрывно следили за мной. Я продолжал улыбаться и ждать ответ. Он — внимательно смотреть на меня. Чёрное пламя, напоминающее живую, вечно подвижную тень — разрастаться вокруг нас.

— Так происходит везде, Альтаир. Я служу Тишине Тефнут всю свою жизнь. Я появился на свет в старой Тасмии, которой уже давно нет. Как и средняя из Дочерей Смерти, которая всю жизнь и всё посмертие посвятила борьбе с родившимся в мире Мельхиора злом. И каждый раз она терпела поражение.

— И к кому ты обратился, когда понял что твой бог не спасёт мир от Днища? — понял я, к чему идёт разговор.

— Он говорит, что этот мир важен, — продолжил Эдельвейс. — Его сердце чисто, а значит может быть использовано для зарождения мира-фильтра. Места, которое будет отторгать мёртвую магию.

— Звучит интересно. А почему это должно мне не понравиться?

— Потому что это убьёт Зехир, — ответил Эдельвейс.

— Потому что это изменит Зехир, — послышался многоголосый магический шёпот.

По телу забегали мурашки от столкновения с чем-то по-настоящему жутким и древним.

— Кто ты? — напрямую обратился я к сущности.

— Я тот, кто видит всё. Нет ничего, что можно от меня скрыть!

Во тьме за спиной патриарха в одночасье раскрылись сотни светящихся янтарных глаз, а сама пелена мрака покрывала уже метров пять над котом.

— Что ты хочешь сделать с этим миром, и как это поможет остановить мёртвую магию?

— Этот мир уже обречён. Но его сердце может дать мне силы для борьбы с великим злом. Отдай его мне, и я обещаю открыть для тебя и твоих людей путь в иной.

— Только моих? На островах много разумных.

— У меня нет таких сил, — признало существо. — Максимум четверть от текущего населения.

— Кто ты? — повторил я.

— Не бог. Пока не бог. Но очень скоро им стану.

— То есть мы должны принести три четверти населения островов в жертву ради того, чтобы ты стал богом? С дуба рухнул, шаверма?

— Это лучшее предложение из тех, что у нас есть, — поддержал его Эдельвейс. — Дочери Смерти и сама Мортис ничего не могут сделать с порождениями мёртвой магией. Днище пожрёт нас!

— У меня нет полномочий платить тем, чем я не обладаю, — отрезал я. — Жизнь каждого живого существа принадлежит только ему самому.

— Идеализм и софистика! Ты можешь спасти своих людей… — продолжила чернота.

— Я — администратор реальности, — перебил я его. — Я могу спасти всех!

Тьма рассмеялась тысячей шепчущих приглушенных голосов.

Эдельвейс сделал шаг в мою сторону.

— Вместе мы сможем достать незапятнанный осколок сердца, — продолжил кот. — Ты легко сможешь расколоть Континент. И тогда мы начнëм всё заново. Эниранд возродится. Мы вместе его возродим.

— Ты ошибаешься, Эдельвейс. Мёртвая магия сожрала все миры. Мы существуем лишь потому, что этот мир отстаёт во времени из-за магии Мерлина. Безопасного места не существует.

Кот замешкался. Янтарные глаза на фоне черноты сощурились.

— В этой вселенной, — уточнила чернота. — Я могу перенести вас в другую!

— Тогда понятно, откуда такие тарифы. Но всё равно нет. Сами как-нибудь справимся.

— Ты не понимаешь, Альтаир! — возразил Эдельвейс. — Это наш шанс! Подвальный владыка тоже враг мёртвой магии. Его сила — это сила союзника!

— Ты предлагаешь мне довериться неизвестно кому. Сам бы ты доверился незнакомому и явно не доброму богу?

— Глупец… — пророкотал многоголосый шёпот.

А я вдруг понял, что мы не одни.

И ведь я не замечал раньше их присутствия! Просто не замечал! Снова магия?

Впрочем, я же в гостях. Очевидно, что Эдельвейс со своим новым другом готовились к такому повороту переговоров.

У входа в зал к лестнице и по всему балкону были часовые. Коты разных рас, представители трёх из четырёх ветвей тёмной фракции.

Пока что они не атаковали, но явно давали понять, что охраны здесь — почти небольшая армия. Даже мне придётся несладко. А у остальных моих друзей шансов может и не быть. Не зря же Эдельвейс старался нас разделить.

— Наставник… это же предательство, — подала голос Сатока. — Тишина не одобрит этого!

Когда тень умудрилась увязаться за нами под невидимостью — отдельный вопрос. Ещё несколько секунд назад я её не видел. Это недоверие ко мне или наставнику? Или любопытство?

— Это выживание, Сатока. Верь мне. Разве я хоть раз тебе лгал?

Девушка замешкалась.

— Тефнут погибала за нас, пожертвовала всем в борьбе с истинным злом и завещала нам поступать так же.

— Она слаба! Она ещё не выиграла ни одной битвы с истинным злом!

— И что с того? Разве ваш девиз не «нет слишком большой цены и нет слишком ценной крови»? Ты — часть той Тишины, что заставит её замолчать навеки, мастер!

— Именно поэтому, Сатока! Я — патриарх мрака. Я — глава ветви Тиши. И я ГОТОВ ПОЖЕРТВОВАТЬ ВСЕМ!

— Ты, но не впутывай в это жителей Зехира! — вмешался я. — У тебя, твоего тёмного бога, сраного Эхмеи и даже у меня самого нет права решать за них!

Коты шагнули ближе, медленно стягивая кольцо вокруг нас. Я понял, что бой неизбежен. Но пока что открытой агрессии они не проявляли. Оружие было в ножнах, и никакие магические приблуды не вспыхивали. Просто охрана решила рассмотреть нас поближе.

БАМ!!

Сверху на балкон посыпались осколки камня. На верхние уровни башни Тиши прилетело что-то тяжёлое, отчего всё здание сотрясло от одной вершины до другой.

Мы с Эдельвейсом одновременно посмотрели наверх. Событие стало неожиданностью для нас обоих.

Коты-стражи тоже беспокойно озирались. Хорошо, что хоть не подумали, что это моих рук дело.

— Где фрагмент фрактала⁈ — резко спросил я у Эдельвейса.

Тот спохватился и побежал внутрь помещения.

Клубы мрака развеялись, вытягиваясь в чёрную шерсть патриарха.

Стражи ринулись за главой Анклава. Нашей компании они были не против или получили приказ не мешать.

Остальная часть команды была там, где я их оставил.

— Альтаир! — приветствовал меня Тео. — Всё в порядке?

— Нет, блин, какое в порядке? — бросил я, спеша вверх по лестнице за котом.

— Почему ты думаешь, что им нужен он? — бросил на бегу Эдельвейс.

— Потому, что я знаю, кто это. В этом мире у меня остался только один противник, не считая Днище. Мельхиор, Меас Двуликий и их шайка.

Едва мы вышли на нулевой этаж башни, то есть вровень с поверхностью осторова, как нас атаковали твари.

Чудовища напоминали мутантов, сбежавших из фантазии шизофреника. Костяная безглазая рожа, прикрывающая зубастый рот с длинным метровым языком, четыре огромных паучьих лапы, заканчивающихся конским копытом, и ещё с пару десятков щупалец, за которыми было не видно тело.

[Справка: мутагончий тысячник, уровень 677]

Ни хрена ж себе химера!

Одна из тварей открыла пасть, и выстрелила языком в нашу сторону, одновременно впуская внутрь себя чёрную птицу Тео.

Пгрогремел приглушённый взрыв внутри чудовища, и то болезенно взвыло. Тело потрескалось, выпуская густую, как сметана, кровь.

Остальные бросились на нас в ту же секунду.

Сразу двое таких преградили мне путь, а ещё один — бросился на Эдельвейса.

Кот перекатился, оказавшись под монстром, ухватил передними лапами, и стал со всей силы драть тварь двумя задними. Вниз полилась алая слизь.

[Коррекция: снижение скорости]

[Внедрена особенность «уязвимость к физическому урону»]

[Внедрена особенность «слабость»]

Первого напавшего я рубанул снизу вверх кацбальгером, легко рассекая плоть и кость. Тварь заверещала что-то, будто собачий скулёж на ускоренной перемотке. Второго просто поймал в полёте ударом ноги и легко отшвырнул в сторону, успев быстро накинуть им ещё и уменьшенный вес.

Дело пошло быстрее. Эффекты распространились на всех однотипных уродов.

— Урруу-у-у! — послышался низкий глухой бас.

Из соседнего помещения, проламывая собой часть стены, выскочил трёхметровый уродливый монстр с телом лысой перекачанной собаки, и башкой… я даже не знаю, как описать эту дрянь! Наверное с десяток отдельных огромных глаз, торчащих на многосуставных отростках, а под ними была жуткая пасть, раскрывавшаяся, будто цветок.

В нос ударил гнилой смрад из пасти чудовища. Тварь сошлась всеми глазами на фигуре Лины, и резко подалась вперёд, чтобы проглотить лису целиком, но та оказалась достаточно ловкой, чтобы отскочить и сразу же скрыться в невидимости.

Парочка чёрных птиц врезались монстру в бок, и тварь переключила внимание на Тео. Глаза чудовища ярко засветились, зубастая пасть разошлась в разные стороны, и в нашу сторону ударил мощный белый поток.

Попавшая под удар Сатока была отброшена к стене. Левое плечо исходило паром. Энергия лишила её руки, но девушка успела уйти в спасительную тень.

С некоторым запозданием подходили тёмные маги. Сверху и снизу с лестницы спешили сородичи Эдельвейса. Но и химеры не прекращали пребывать.

— Где фрактал⁈ — требовательно спросил я у патриарха.

— Та-амм! — с трудом выговорил Эдельвейс ртом на спине. Перед ним он грыз второго многоглаза.

Я поспешил бросить на новый вид монстров весь спектр коррекций, но понял, что это дело изначально бессмысленное. Прозвучал ещё один оглушительный удар по острову тёмных, и через парадный вход внутрь хлынули ещё три новых вида химер — изуродованные одноглазые девочки-медузы, какая-то жуть с длинными руками и ходячие головы на паучьих лапах.

Кидать коррекцию на каждый вид — расточительство.

В следующий миг Хель активировала кольцо пустоты, отбрасывая с нашего пути мелких чудовищ.

Я устремился в сторону указанного Эдельвейсом зала. Монстры ринулись за мной следом, но я набросил замедление, а затем набросал ещё несколько коррекций, чтоб замедлить погоню.

Враг тоже не стал стоять в стороне и в мою сторону выдвинулось сразу несколько монстров. Поток чудовищ не прекращался. Откуда они вообще лезут? Из портала? Это же сердце владений тёмных, кто сюда мог попасть?

Мимо меня пролетело облако светящихся бирюзовых бабочек. Затем с потолка спикировала девочка-медуза — тварь с полупрозрачным голубым телом, единственным глазом на всю башку и торчащей из под медузьей юбки полусотней тонких розовых ножек.

Резкий взмах руками, и в меня почти в упор полетела молния.

Удар о фрактальный щит выбил сноп белых искр и создал облачко белой дымки. Запахло озоном. Я рубанул мечом, но тварь легко ушла в сторону с немыслимой скоростью.

Ещё одна коррекция — на замедление монстра. Как раз вовремя, потому что оказавшись сбоку от меня, тварь зарядила по мне новой молнией. Я едва успел призвать второй щит.

А затем в челюсть наземной медузе прилетел металлический кулак Тали.

ИскИн уже полностью овладела телом, хотя атака всё равно была какой-то больно человеческой.

Затем ещё одна подача левой в тонкую талию. Ответная молния, которая прошила китаровый механизм и развеялась, не причинив никакого вреда.

— Не стой, Альтаир, я справлюсь! — бросила Тали не глядя. — Не упусти фрагмент.

С ноги открыв дверь в указанное котом место, я оказался в мрачном внутреннем саду, пристроенном к башне. Тёмно-зелёные листья деревьев освещали вечные сумерки нижнего острова. Неподалёку виднелась статуя — знакомый образ закрывающей себе рот рыдающей девушки.

Где?

[Справка: каменная колонна]

[Справка: каменная колонна]

[Справка: статуя Тиши]

[Справка: сумеречный гелиотроп]

Последнее было фиолетовым цветком, растущем в каменных горшках, которыми были украшены колонны.

Где же фрактал?

— Спасибо, Чудо, ты снова нашла нужное место.

Сай Живодёр⁈ Ему то какого хрена здесь нужно⁈

— Доброго времени, мастер Сай, — приветствовал я гостей. — Значит, это ваши химеры здесь заблудились?

— Заблудились ли? — усмехнулся младший директор Цеха.

— Мы же союзники, Сай! — напомнил я. — Вы напали на Анклав Мрака!

— Это уже не важно мастер Альтаир. Не мы первые нарушили мир. Или думал, мы не поймём, что вы морочите нам голову с нападением на солнечных? Решил кинуть Цех? Ай-ай-ай…

Живодёр погрозил пальцем.

Я наконец увидел его — он шёл мне навстречу прогулочным шагом, а за его спиной шагала, отрешённо глядя по сторонам, бирюзововолосая звёздная.

С другой стороны по парку шла агрессивно настроенная тари с каштановыми волосами клана тар Нитти. Хлоя криво улыбалась. Её брат поигрывал тесаком, приближаясь с третьей стороны разбитого у башни сада.

— Мне очень жаль, мастер Альтаир, — сказал Сай без капли сожаления в голосе. — Но власть Эниранда, как нового гегемона, идёт вразрез с политикой Цеха.

Глава 17

— Чисто ради любопытства, а не надоумил ли вас на это один энирай?

— Не понимаю о чём ты, — равнодушно ответил Сай.

— Понимаешь. У Цеха нет технологий, позволяющих переходить порталом так далеко.

— Я не выдаю секреты Цеха. Взять его!

Близнецы резко ускорились и рванули в мою сторону. Но им это не сильно помогло, потому как я первым делом повесил на них замедление, а сам нарочито медленно направился к Саю.

Его моё выступление не сильно заинтересовало. Он оставался спокоен и стоял на прежнем месте, окружённый бирюзовыми мотыльками.

— Я уже намного сильнее тебя, — спокойно сказал я. — Вас послали сюда на смерть. На что вы рассчитывали, нападая на патриарха мрака? Думали, сможете умыкнуть у меня из под носа фрактал?

Парочка чёрных птиц прочертила воздух и впилась в плечо Хлоя. Тот завизжал. Взрывом отсекло его левую руку — увернуться с замедлением он не успел. Но близнецы бы не были телохранителями одного из директоров Цеха, если б были так просты.

Сестра метнула свой тесак в сторону Тео, а сама принялась бежать в нашу сторону на четвереньках, будто кошка. Даже с моей коррекцией это было быстро. Без магии, наверное, её вообще не было видно.

В мою сторону рухнул поток светлячков. Как однотипные объекты, они получили свой параметр замедления, ослабли и сбавили в убойности. Затем гравитация начала притягивать их к земле. Но Сай оставался таким же спокойным, будто всё шло по его плану.

И это мне сильно не нравилось!

Ускорившись и накинув дополнитльные параметры себе, я рванул к химерологу. Взмах усиленным кацбальгером пересёк грудную клетку Сая, но тот продолжал улыбаться. Его тело вспыхнуло бирюзой, и на меня ринулся из него поток гигантских комаров.

Я активировал коррекцию, и это было неверным решением. Враг позаботился о том, чтобы на этот раз комары все были разными. Не знаю откуда он узнал эту мою слабость, но это стало для меня неожиданностью.

Поставив между нами барьер, я выиграл себе время. Сюда уже спешили остальные, так что наша победа — вопрос времени.

Со стороны выхода из храма уже спешили Хель и Тали.

Девчонка-сенсор с завязанными глазами тоже была ловушкой. Её образ рассыпался, и из-под иллюзии хлынула армия светящихся клопов.

Хель вовремя активировала пустотную силовую волну, помогая отбиваться Тео от близнецов. И я её сразу же повторил ретрансляцией чар. Фрактальная волна отбросила насекомых в сторону.

— Тео, пламя! — крикнул я, и маг бросил в мою сторону несколько огненных птиц.

— Наверху! — предупредила Тали.

Я поднял голову и увидел на вершине одной из колонн образ химеролога в сером плаще.

Но в следующий миг на соседнем появилась чёрная фигура подросшего Эдельвейса.

— Серая крыса, — прошипел кот. — Приготовься встретиться с Мортис.

Из башни выходили вместе с моими друзьями тёмные маги. Теперь вопрос победы в бою уже не стоял. Химеры подходили к концу. Значит, сил Цеха здесь было не так много.

Но как они вообще сюда проникли? И зачем? Сай не мог не понимать, что ему не победить таким отрядом в самом сердце правящей ветви тёмной фракции.

Эдельвейс будто сгусток живого мрака перескочил на колонну противника, замахиваясь лапой. Я хотел накинуть ему бонусов, а затем снизить силы Сая, но тот оказался ещё одной иллюзией и разлетелся множеством бабочек.

Кота это не удивило — он на миг превратился в чёрный огонь, и все бирюзовые насекомые полетели вниз. Эдельвейс с яростью озирался, постоянно меняя форму и выращивая дополнительные глаза среди мрака. Но никого не находил.

Сбежал?

Тёмные маги, видимо получив ментальный приказ, в одночасье ринулись в разные стороны. Скорее всего, на поиски.

И в этот момент над нами послышался утробный рёв, а тёмное небо заслонила большая чёрная туча.

Это ещё что за хрень⁈

Звёздная амёба, уровень угрозы 8 500

Кот спрыгнул с колонны, разбившись о землю чёрным пятном, из которого собрался в свой привычный вид.

— Они повредили портальную систему, — сходу начал он. — Теперь отсюда можно выбраться только по мостам.

— Лучше скажи, что это такое над нами?

Кот поднял голову. Чёрная шерсть встала дыбом и послышалось низкое шипение.

— Хищник из звёздного моря, — ответил он. — Но они никогда не приближались к островам! Его сюда как-то заманили.

— Мы его завалим вообще?

— Конечно, — кивнул Эдельвейс. — Но это займёт время и силы.

— Что с фракталом? Они забрали его?

— Даже не пытались, — ответил кот. Затем поднял правую лапу, и от статуи потянулись ленты чёрной энергии. Вскоре в лапе патриарха появилась цельная сфера, которую он протянул мне.

— Эдельвейс, я не буду приносить этот мир в жертву каким-то богам, — сказал я, прежде чем брать шар. — Просто чтобы не возникло недопонимания.

— Давай заключим сделку, — ответил патриарх. — Если ты найдёшь способ избавить нас от растущего днища до того момента, как оно поглотит храм Тефнут на этом острова, мы просто забудем об этом разговоре, будто его и не было. А если нет — мы пойдём по тому решению, которое предлагаю я.

— Не ты, а твоё новый тёмный бог, — поправил я.

Гигантское существо над нами издало трубный рёв, напоминая нам о своём присутствии. Но патриарх не отрывал от меня свой взгляд.

Секунд пять мы мерялись взглядами, после чего я ответил.

— Я найду другой путь, можешь не сомневаться. Но если тебе так будет спокойней — идёт.

Днище поднималось вверх быстро, но порядок цифр шёл на недели, может даже пару месяцев.

Услышав ответ, кот обратился сгустком мрака и улетел в сторону своей башни, оставив лишь зависшую в воздухе чёрную сферу.

Когда я потянулся к ней рукой, она вдруг лопнула, словно мыльный пузырь, обнажив спрятанный внутри светящийся белый куб. Я сразу ощутил его силу и понял — что это именно то, что нужно. Сфера была, похоже, неким средством экранирования, чтобы сильный сенсор или даже фрактальщик не смог его почувствовать.

Гигантское существо над нами разворачивалось в небе, протягивая вниз тонкие жгутики. Столкнувшись с башней, они стали проникать внутрь. Затем по ним, будто по проводам, побежало электричество. Между жгутами натянулись электрические дуги и вспыхнули молнии. Где-то внутри вспыхнул пожар.

Активировав коррекцию, я понял, что разница в уровнях снова даёт о себе знать, даже с учётом моего класса. Но кое-какие проклятия навесить на тварь всё же удалось. По крайней мере, это хоть немного задержит чудовище.

Башня ответила голубым сиянием. Где-то наверху мелькнула вспышка голубого пламени, и в амёбу пришёлся большой огненный шар.

Тварь завыла, больше от ярости, чем от боли, и принялась курочить башню ещё активнее.

Я поискал взглядом Лину среди своих спутников. Сейчас, когда бой с химерами был окончен, моя команда собралась вокруг меня.

— Что такое звёздные амёбы? — спросил я у лисы.

Глаза Лины округлились, она ещё раз посмотрела на тёмный силуэт гигантского существа, размером с небольшой остров.

— Я их прежде только на рисунках видела…

— А что это вообще за хрень⁈

— Они живут между островами. Необитаемыми островами подальше от торговых путей. Обычно они не агрессивны и не атакуют первыми, тем более, острова. Только если кто-то сам к ним не полезет… Что он здесь делает?

— Думал, ты мне скажешь, — нахмурился я. — Привели химерологи. Чем они питаются? Чем их могли приманить?

— М-м-м… — задумалась лиса.

— Чем оно питается? — задал более конкретный вопрос Тео. — Ему же на завтрак наверное нужно опустошить пару островов подчистую, чтобы нажраться.

— Любой материей. Ещё светом, — сказала Лина.

— Светом? — не понял я. — Как растения?

— Да, они дрейфуют у крайних островов, где много звёздного моря.

Тогда я решительно не понимаю, как эту хрень сюда заволокли.

Тем временем, объятая синим пламенем амёба продолжала рушить башню тёмных. Та не поддавалась, но процесс постепенно шёл. Камни без остановки сыпались вниз, а тварь продолжала расширять пробитые отверстия. Тело существа тоже медленно приближалось, так что была нехилая возможность смертельных объятий, в результате которых башня Тиши уж точно не устоит.

— Идём, — сказал я и развернулся ко входу.

— Куда? — не понял Тео.

— Тёмные не справятся, — пояснил я. — Но кто не хочет, может оставаться.

Ускорение я всё равно накинул на всю группу. Спрятав в пространственный карман мантии светящийся кубик, я влетел обратно на лестницу и стал быстро подниматься вверх.

Не к месту, башня решила продолжить мне давить на мозги, давая поглазеть на иные миры.

Сперва мы выбежали в небольшое святилище с большим алтарём и огромными вратами наружу. Церковь? Вход был выломан, и за ним раскрывался смутно знакомый мне странный мир.

На этот раз храм Тиши показал мне мир с серыми домами-ульями, напоминающими ящики. Пахло гарью, а на полу лежали тела зомби. Я бывал однажды в таком? Возможно один из тех, куда я принёс систему?

Выход плавал на зависшем в облаках острове. Понятно. Очередной переход. Так что поняв, что оказался не там, вернулся на лестницу и продолжил путь.

Следующий переход мы прошли мимо, не поддавшись на провокацию.

А затем мимо меня, разбивая каменную стену, пронеслось жирное светящееся щупальце.

Снизу этот отросток казался тоненьким жгутиком, но вблизи — пол метра в диаметре будет точно.

Он пронёсся мимо нас, я резко отпрянул задержал идуших за мной следом товарищей. Призвал системную справку.

[Жгутик звёздной амёбы. Иммунитет к магии, защита от физического урона.]

Ничего такого, к чему можно было бы прицепиться.

Но я же администратор реальности всё-таки, так что где пути нет — я могу проложить его сам!

[Добавлены свойства: уязвимость к огню, уязвимость к тьме, уязвимость к тлению]

— Давай, Тео!

Мимо пролетели чёрные птицы и впились в жгут.

Послышался трубный визг, куда менее довольный, чем прежде. Существо выдернуло раненый отросток, из которого сочилась светящаяся жидкость, распознанная системой как жидкая мана.

Тёмным тоже должно стать полегче — основной урон они наносят тьмой и её гибридами.

Судя по тому, что рёв твари повторился — так оно и было. Урон по всем жгутам стал расти, и существу это, очевидно, по вкусу не пришлось.

Я продолжил подъём. Следующее щупальце едва меня не прикончило. Монстр промахнулся где-то в метре надо мной. За что и получил добавочную уязвимость к заразе, хаосу и физическому урону. Что там ещё любят применять в Анклаве?

Затем призвал справа от себя барьер и сделал ещё несколько для своих товарищей.

Вовремя!

Следующий жгут попал точно по мне, и быть бы мне раздавленному, если б не барьер.

Монстр столкнулся с ним. Инерцию барьер поглощал, похоже, даже у такой жирной хреновины, как эта амёба.

Правда сам барьер сразу же исчез, а щупальце лишь ненадолго выскользнуло из дыры, а затем ударило вновь. Только чуть ниже, так что я подпрыгнул, чтобы уйти от удара. И тем самым оказался на жгутике.

Тварь потянула конечность наружу. Я крепко её обхватил и последовал вместе со жгутом к телу амёбы.

Существо вполне осознало, что на щупальце есть нечто лишнее, и попыталось меня стряхнуть. А я хоть и удержался благодаря коррекции, лёгкое сотрясение наверняка получил. Голова резко закружилась. Меня едва не стошнило, и лишь в последний миг я осознал, что амёба тянет меня к себе.

Вернее, она собиралась взмахнуть жгутом, словно плетью.

Повторять недавний аттракцион я решительно не собирался!

В ход пошли коррекции. Замедление и ослабление на щупальце, чтобы просто выиграть немного времени.

Думай, Альтаир!

Решение пришло, когда тварь уже замахивалась для новой встряски.

[Коррекция: чувствительность повышена, болевой порог снижен]

[Внедрено свойство: страх, тревога]

Спасибо мёртвой магии за науку. И навыку психокоррекции, позволяющему манипулировать чувствами монстра.

Вызвав кацбальгер, я добавил ему остроты, вкинул усиление и что есть сил вонзил внутрь по самую рукояь.

Крик твари стал оглушительным. Единовременно все стёкла в храме, включая многочисленные древние витражи, рассыпались на осколки.

Существо забило остальными жгутами ещё яростнее.

С башни продолжали палить синими огнями. Я призвал справку на один такой, повысил мощность и добавил монстру среди прочего уязвимость к «лазурному пламени тиши».

Вот теперь орудия храма стали действительно грозной силой!

Каждое попадание вызывало нервный крик чудовища.

Убить, или даже ранить такую огромную махину мы не могли даже сейчас. Однако всё вместе заставило чудовище по-настоящему испугаться, запаниковать.

Амёба снова взмахнула щупальцами. Но на тот раз для того, чтобы жгутами оттолкнуться от воздуха и протащить своё титаническое медузье тело прочь от опасного места.

По длинным жгутам заструился элекутрический свет и начали собираться молнии. Видя это, я наконец отпустил амёбу и прыгнул в сторону башни. Сейчас мы были уже на самом краю купола атмосферы острова, так что я увеличил дальность прыжка, чтобы вернуться обратно к храму, а не быть унесённым прочь.

Твёрдая почва… наконец-то.

Я приземлился у самого подножия башни. Спасибо всё той же коррекции, которая помогла не разбиться насмерть.

Остальные ещё спускались по лестнице. Они должны были видеть всю мою импровизацию.

Я вошёл внутрь просторного центрального зала. Под стеной были титанические спиральные лестницы вверх и вниз, в перевёрнутую башню.

Здесь было несколько местных служителей, среди которых я увидел нашего недавнего знакомого, зеленоглазого кота-некросборщика.

— Темносвет! Ты мне и нужен, — сходу обратился я к нему.

— Ээ… мя? — растерялся кот.

— Открывай портал туда, откуда мы прибыли.

— Я не могу… — начал было он, но затем нас прервала вспышка черноты с сапфирово-синими глазами.

— Делай, — приказал соткавшийся из мрака Эдельвейс.

Зеленоглазый ещё больше растерялся, даже уши прижал, будто готовился отхватывать от начальства.

— Я не могу, патриарх, — повторил он. — Портальные руны разрушены.

Мы с Эдельвейсом посмотрели на то, что некогда было сложным сплетением узорных линий. Они были повреждены, и не просто в бою — нет. Их кто-то намеренно пытался уничтожить, чтобы запереть нас здесь.

— Как вы это допустили⁈ — взъярился патриарх мрака.

Я же подошёл к частично побледневшей лазурной руне и присел рядом.

Следы, будто от кислоты. Кто-то уничтожал узор, выливая какую-то дрянь на пол.

— В том нет вины брата, — подошел к патриарху серый зеленоглазый кот в лазурном плаще с образом Нефтис. — Здесь был сильный химеролог с выводком тварей. Это я отдал приказ страже защищать храм.

— Проклятия бездушной богине, — сплюнул Эдельвейс. — Активировать защитный контур было важнее, ты прав.

Кот слегка поклонился.

— У тебя есть корабли? — обратился я к патриарху.

— Парочка найдётся, — кивнул он.

— Пожар, владыка! — послышался крик с улицы, а затем дверь храма распахнулась и по ту сторону мы увидели объятую пламенем половину острова.

— Это диверсия! — воскликнул пятнистый высокий кот в чёрной броне. — Огненные химеры подожгли верфь!

— Альтаир, ты жив! — панические настроения прервала Хель, радостно побежавшая ко мне.

— Всё в порядке, — отмахнулся я. — Какая-то амёба администратора реальности не убьёт.

Следом за ней шли и остальные. Можно вздохнуть с облегчением, на них прямых нападений не было. Сай атаковал логистику острова.

— Обычные мосты-то у вас есть? — хмуро спросил я у Эдельвейса.

— Разумеется, — кивнул он. — Мы всегда поддерживаем три моста на соседние острова архипелага.

— Очень надеюсь, что хоть там не будет сюрпризов. Враг хочет нас здесь зачем-то задержать. И мне это очень не нравится.

Глава 18

Сюрпризы, конечно же были. Причём диверсия была совершена будто в насмешку над нами — использовались те же методы, которые в своё время применял Тео, чтобы мы ушли от погони на Айрене.

К счастью, с навыками коррекции восстановить объект было не сложно. Достаточно немного маны и желания — и готово. Хочешь быстрее — вложи ещё маны, и не вопрос!

А на крайний случай в кармане всегда есть кубик от Мерлина…

Нет, спасибо. К новой встрече я пока ещё не готов.

Что может хотеть враг, пытаясь меня задержать?

Атаковать моих союзников? Атаковать сам Эниранд?

Делами механистов я не сильно интересовался. Регулус и звёздные сейчас на стрёме, они точно готовы к любому повороту. Солнечные сейчас уязвимы, тут однозначно да. Но беззубыми они точно не будут, если придёт общая напасть. А Эниранд я оставлял хорошо укреплённым.

Как минимум, его не возьмут слишком просто. Потребуется достаточно много времени, чтобы кто бы то ни было смог пробиться к ним.

Химерологи… Флот Цеха стоит на границе с солнечными. Но там же и их извечные враги — механисты. Они будут скованы. Вот по мостам отправить на Эниранд всякую нечисть — это пожалуйста.

— На Элайту семнадцать есть старый могильник, — сообщил Эдельвейс. — Там я смогу поднять для нас драколичей.

— Это далеко?

— Два острова. Прямой мост на них есть… раньше был точно.

— Ничего. Ты видел, я их быстро могу чинить.

— Ви-идел, — со странной интонацией ответил кот.

— Хуже, если там мост нужно строить.

— За это могу ручаться. Там проходит один из торговых путей, доставляющий пищу в храм Тиши. Его перекрывать запрещено даже в военное время… сейчас, подожди, Альтаир. Мяунуту.

Эдельвейс остановился, затем прикрыл глаза, сел и начал едва слышно что-то мяукать.

Вскоре пространство вокруг нас покрылось тёмными сгустками, будто живого дыма, и послышался ор множества кошек.

Нас начали медленно окружать кошачьи тени. Они принимали облик сородичей Эдельвейса — котов с лишними частями тел, размером с пони.

— Садитесь, так будет быстрее. Это большие острова.

Сидеть на подобном существе мне ещё не приходилось. Ну, что я могу сказать. Это было мягко. Даже седло никакое было не нужно. Невольно позавидовал Сатоке, которая каталась на Эдельвейсе, когда он был ещё никому неизвестным забытым героем одной из множества военных стычек.

Само собой, к этому транспорту я добавил ускорения — максимальные, которые позволял воспринимать мозг существ. Впрочем, эту способность я тоже усилил коррекцией.

По итогу следующего моста наша группа достигла в рекордные полтора часа, при том, что остров был немаленьким.

Дорога здесь была широкая. Небо собиралось пасмурным. Начинался дождь, что, с учётом гладкого камня на дороге, было бы на такой скорости лишним. Потому я синоптикой его задержал, и нас коснулся лишь ветер пасмурного дня.

Мост оказался не уничтожен. Видимо, химерологи спешили и не озаботились тем, чтобы нагадить и здесь.

Второй тёмный остров в серии был серым и не запоминающимся. Разве что заброшенная деревушка, от которой остались одни руины.

Мост дальше тоже был на месте. Архипелаг Элайту напоминал нижние острова Ирису, с которыми и соседствовал наверху. Далее он уходил в сторону, связываясь с Эяатталь, второй дорогой к моему дому.

Здесь тоже были своего рода джунгли, только растительность я определить не мог вообще. Будто увеличенный в размерах мох, и обилие туманов странного розоватого оттенка.

— Так. Эту дрянь лучше скорректировать, — предупредила сходу Тали.

[Справка: пары хтонии. Вызывает случайный эффект гибридной стихии хтония]

[Хтония: хаос, пустота]

— Пар из гибридной стихии? — не удержался я.

— Да, это лучше убрать, — важно кивнул Эдельвейс.

— А раньше сказать никак?

— Мы вроде спешили? — вопросом ответил кот с самым невозмутимым видом.

— Хорошо, почему у тебя под носом такая дрянь?

— Иногда мёртвая магия с днища поднимается и заражает другие острова. Под нами находится отколовшийся осколок архипелага старой Тасмии. Миазмы оттуда отравили здешний источник. Местный епископ попытался остановить прорыв хаосом, но вышло только хуже, — спокойно пояснил кот.

— Мрачное место, — кивнул Тео. — Даже для тёмных

— Я же говорил, это могильник. Сюда приходят умирать, — пояснил Эдельвейс. — Говорят, если надышаться этого тумана, сойдёшь с ума и погибнешь, но обязательно очень приятной смертью. Без боли, в мире своих грёз, даже не заметив, как. Рай для самоубийц.

— Альтаир! Это же для нас не опасно, да⁈ — уточнила Лина.

— Нет, — ответил за меня Эдельвейс. — Вам даже с места сходить не нужно. Просто ждите.

Я задумчиво посмотрел на резную скамейку под окутанным моховым покрывалом со множеством блестящих, едва заметных кристаллов инея. Если смотреть на какую-то часть этого места, то вся жуткая атмосфера будто куда-то уходит, и начинает казаться, что это место вырвано из мрачной сказки.

С шелестом, разровавшим абсолютную тишину острова, над городом поднялись крылатые фигуры драконов.

— Свои, — тихо пояснил кот.

Глаза нежити полыхали ярким лазурным пламенем ветви Тиши. В остальном костяные фигуры были серовато-белыми, а в кожистых крыльях было столько дыр, что я не понимал, как они вообще летают.

Но проблем у них вроде бы с координацией не было. Магия, не иначе. Не зря так светятся.

Драколичи приземлились перед нами, подняв небольшое облачко из розовато-серого тумана. Я выставил перед нами барьер, чтобы не надышаться. Убрать эффекты влияющие на мозги я мог, но система запросила такую цену за коррекцию гибридной стихии, что барьер однозначно проще и лучше.

Коты, которые довезли нас до этого места, коротко кивнув Эдельвейсу, начали исчезать в чёрной дымке вокруг нас.

— Ты их точно контролируешь? — уточнил Тео.

Кот взмахнул двумя хвостами, будто собирал из них магические сигилы, и вся костяная компания синхрнно опустила головы на землю перед нами.

— А ты как думаешь? — недовольно бросил Эдельвейс в ответ на глупый вопрос — Забирайтесь.

— А ты?

— У меня свои крылья есть, — фыркнул кот, и из его тела потянулись сгустки мрака, постепенно переходящие в образ чернильно-чёрных крыльев патриарха мрака.

Первой на костяную тварь без раздумий шагнула Сатока, ступив прямо на голову ожившему костяному ящеру. Похоже, у тёмных это практиковалось не редко.

— Так и знал, что вы пойдёте этой тропой, мастер Альтаир. Ну или вас просто отследили мои химеры.

Вслед за бархатным голосом из тумана вышел Люциус Змееморд. Сейчас лицо его было закрыто дыхательной маской, но эту вежливую манеру общения и голос сложно с чем-то спутать. Да и серой мантии Цеха он не изменил, хоть и давно не имел отношения к этой организации.

— Кажется, наш прошлый сеанс общения с твоим новым начальством не задался, — хмыкнул я. — Или ты здесь от своего имени?

— Хм. Нет, не думаю. В отличии от леди Соулы, я не стану набиваться к вам в спальню. Предпочитаю заслуживать уважение делами.

— Моё, или может, патриарха Мрака?

Кот тоже заинтересовался нашим разговором, но предпочёл пока не вмешиваться. Сам он со Змеемордом до этого не общался, и знакомы они не были. Но как минимум, Люциус точно должен был знать, что это перед ним сидит за котейка. Сложно с кем-то спутать чёрного кота со светящимися синими глазами и вторым ртом на спине.

— При всём уважении, мне нет дела до уважения проигравшей стороны. Простите за каламбур, хах!

— Говори и проваливай, — бросил я, уже забираясь на костяного дракона. Не исключено, что этот тип здесь с той же целью — задержать нас. Не силой и диверсией, так языком.

— Не пойму причины вашей враждебности, мастер Альтаир. Разве прежде я переходил вам и вашим людям дорогу?

— Тень рогатого козла за твоей спиной маячит, сам знаешь. Поэтому не трать зря время. Говори прямо.

Я уже уместился на спине дракона. Костяная тварь подняла сверкавшую лазурными глазами башку и расправляла крылья. До взлёта оставался один приказ Эдельвейса.

— Вы видели Днище, мастер. И уже знаете, что его не остановить, — начал Люциус Змееморд. — Но есть способ не умирать вместе с этим миром. У мастера Меаса есть план. И ему бы хотелось поделиться им с вами.

— О, уже так? Я думал, мы враги.

— Господин Меас просил передать, что мы враги идеологические, но по факту, мы все можем быть лишь на одной стороне. Стороне выживших.

— Дай угадаю: вы хотите построить портал за счёт массового жертвоприношения, и отправить пару островов в другой мир, так? Вы не оригинальны, если что.

— Это не вопрос выбора, мастер Альтаир. — Мы можем это сделать и спастись, или не сделать и погибнуть всем. Чем это лучше?

— Значит, я прав. У вас тоже все мысли только о том, как спасти свою шкуру.

— Нет, мастер Альтаир. Этот мир можно спасти. Но для этого, он должен быть уничтожен. Разрушен, чтобы быть воссозданным, как место, закытое от мёртвой магии Днища.

— Что ты несёшь? — начал злиться я.

— Он задерживает нас, — недовольно сказал Эдельвейс. — Мне приказывать взлёт?

— Если хочешь продолжить разговор, залезай на дракона, — предложил я. — Если нет — запишись на аудиенцию в Эниранде.

— Пожалуй, так и поступлю, — кивнул Люциус. — С вашего позволения.

Химеролог сделал шаг назад, падая с края острова. Миг — и он исчез, а затем, спустя ещё миг — взлетел на серебряных крыльях сросшейся с ним химеры.

— Взлетаем, — сказал я коту, и драколичи тут же замахали крыльями, поднимая волну розовато-серого дыма.

Впереди были ещё многие десятки островов архипелага Ирису, прежде, чем мы окажемся дома.

Змееморд почти сразу же скрылся. Просто выпал из виду. Впрочем, я за ним сильно и не следил. Я ещё даже не успел включить ускорение.

А затем началась долгая гонка вверх. Мы не зря использовали портал, чтобы оказаться здесь. Главный храм, он же столица ветви Тиши находилась в самом низу, на границах с поглощённой Днищем Тасмией, и путь по мостам занимал уйму времени, тратить которую мы не могли.

Снова ускорения и коррекции, и вот мы вылетели за границы атмосферы острова и устремились в звёздное море.

Дальнейший путь был уже делом техники, хотя пару раз на нас порывались напасть какие-то опасные твари из числа местной фауны. Но мы были просто быстрее и не обращали на них внимания.

Спустя часа три мимо нас пролетел остров с осколком зловещей долины Красных Цветов, осколком астрального разлома, вышедшего в Зехире. От прошлого посещения этого места мне до сих пор было не по себе.

Сейчас снизу шёл бой — неведомые твари рвали на части появлявшихся из ниоткуда существ — наверное, выпавших из астрального разлома, которые часто здесь возникали по словам Эдельвейса.

Отсюда до Эниранда оставалось уже совсем немного. И спешка была оправдана, как и верным было недоброе предчувствие — остров переживал штурм.

Это стало понятно по телам дохлых химер, которые встретились нам ещё на подлёте. Скорее всего, их подстрелили во время налёта, и часть, оказавшаяся на магической границе воздушного пузыря с островом в центре, оказалась вынесены в космос.

Впереди был крохотный безымянный камень с атмосферой где-то метров на двадцать.

— Цех! — выкрикнул крылатый Эдельвейс, приблизившись к моему драколичу.

— Да, направляй драконов сразу на самых жирных химер. Эти твари ведь у тебя боевые? — спросил я, пользуясь коротким периодом наличия воздуха вокруг нас.

— Будут боевые, — кивнул кот. — Сейчас только…

Дальше мы уже оторвались от островка, и все звуки вновь стихли. Но магия через звёздное море проходила прекрасно. Драколичей охватило лазурное пламя, и костяные тела начали вытягиваться и приобретать хищные изгибы. Пасти увеличились и ощетинились рядом острых зубов, а где-то внутри забилось огненное лазурное сердце.

Мы вырвались из под Эниранда будто пробка от сорвавшей банки. Стая драколичей и один летающий кот развернулись в воздухе и по параболе принялись снижаться, сходу врываясь в бой.

Вовремя! Мы пришли вовремя!

Нападение на Эниранд было в самом разгаре.

Всё небо над городом кишело крылатыми мутантами и химерами! Их плевки падали на остров, будто кислотный дождь с градом в виде бомбардировки сгусками едкой зелёной дряни. А около башни зависли два громадных живых корабля, напоминавшие огромных стрекоз.

Вниз на город спускался десант химерологов.

Сжав зубы от ярости и подлости врага, я пообещал себе, что в следующий раз при встрече со Змеемордом, просто посажу его на цепь и развяжу язык простыми, примитивными и нихрена не гуманными методами.

Где-то на краю сознания ещё мелькнула мысль, что с чего бы Меасу и Цеху сотрудничать — ведь среди нападавших были лишь химерологи, и ни малейшего намёка на вмешательство рогатого козла с некрохимерой. Сай Живодёр никогда бы не стал сотрудничать с кем-то вроде них, а Мельхиор, помнится, был очень зол на химероогов за то, что те его держали в качестве консервы на своей базе десятки лет.

Но об этом всём подумаем потом. Главное было — отбить подлое нападение.

Хотели провернуть всё тихо, пока меня нет? Ну-ну.

Посеял ветер — пожнешь бурю!

Коррекция подкрутила силу и дальность дыхания драколичей, благо они все были одинаковыми. А затем начал накидывать на все встреченные виды химер уязвимость к лазурному пламени. Чем более узкоспециализированная была коррекция — тем лучше она шла.

Вниз потек сплошным потоком огненный шторм, выжигая мелких химер и вызывая крики агонии у больших.

— Тео! Прыгай вниз! Нужно помочь нашим отбить десант!

— Что?..

— Эдельвейс, воздух твой!

Со всеми наложенными усилениями и проклятиями кто победит стало уже очевидно. Враг и так атаковал лишь с небольшим перевесом. Всё строилось на том, что я должен был быть ещё по пути сюда. Но враг снова не смог правильно оценить постоянно растущие навыки администратора.

Коррекция поправила воздействие гравитации на нас и сняла все возможные последствия от падения с такой высоты. Трюк уже проверенный и опробованный временем.

Я своего дракона в последний момент направил на башню мага. Это была ключевая постройка в городе, и, захватив башню, враг мог устроить для нас ещё много неприятных сюрпризов через порталы или даже просто поливая оттуда сверху магией.

Собственно, именно это сейчас враг и хотел провернуть, сражаясь у самого её подножия. С ними разобраться было проще всего, и в то же время — важнее всего.

Среди сражавшихся ещё в полёте усиленным зрением я уловил фигуру Тихомира, сражавшегося в первых рядах против напоминавших кузнечиков химер. За ним, чуть поодаль размахивал огромной секирой Хазмир, а на первых ступенях башни, у самых выломанных кем-то ворот, стоял Халу и двое незнакомых энирай, направлявших целебные чары.

С неба на головы недруга обрушились чёрные птицы Тео, и последовала цепочка взрывов. Послышался визг химер и ликующие крики увидевших нас жителей города. Стало понятно, что серьёзных противников здесь нет, и атака была рассчитана исключительно на то, что дома не будет кого-то сильного.

Но с чего бы вдруг Цех решился на такую глупую авантюру? Преде все их действия были очень продуманными, и они никогда не тратили ресурсы попусту, ради авантюр с сомнительным успехом.

А затем я вдруг понял, зачем.

Где-то высоко над нами послышался гром.

Нет, ГРОМ.

Оглушительный треск, заставивший всех разумных и неразумных на поле боя посмотреть в небо над головой.

Оно было расколото надвое огромной, неисчезающей молнией, будто само пространство разрывалось на части.

— Великие боги… — послышался голос Тали, которая намного быстрее меня применила справку. — Континент рвётся на части!

Глава 19

Хочешь спрятать дерево — прячь его в лесу.

Нападение на Эниранд было первым, о чём я подумал, когда нас задержали внизу. Потому увидев, что происходит именно то, чего я опасался, действовал на эмоциях. Враг напал тогда, когда меня не было дома, чтобы всех защитить.

Но это тоже было всего лишь уловкой.

Всё это я понимал, глядя на распадающийся на два огромных куска континент.

Эдельвейс с костяными драконами добивал оставшихся немногих химер. Флот химерологов стоял чуть в стороне от острова, готовясь больше к нашей контратаке, чем к развитию собственного успеха.

Это всё больше походило на уловку. Создать новых тварей для Цеха — не такая сложная задача. Как много в этом бою погибло реальных химерологов?

С другой стороны, это может быть ещё одной уловкой — а ну как я додумаюсь улететь разбираться наверх, оставив свой город незащищённым? Или я сам ударю по ним и тогда в любом случае потеряю драгоценное время.

— Соль или Соула на месте? — это было первое, что я спросил у Хазмира, оказавшись в городе.

— Да, мастер Альтаир. Соль на месте… — растерянно ответил он.

Соль? Я ожидал, что на месте нет никого. Девушка-киборг должна была ждать нас внизу, на выходе из башни. Как она могла узнать о нападении тёмных?

— Как удалось так быстро вернуться? — спросил ящер. — Ещё немного, и мы бы не устояли.

— Магия, — отмахнулся я. — И помощь союзников. Но я уже ухожу.

— Опять?

— Да. Видишь, что делается? — я ткнул пальцем в небо.

Хазмир посмотрел вверх и задумчиво покачал зелёной головой.

— Дела-а…

— Сообщи Тихомиру и остальным. Приказ для остальных, когда они вернутся с битвы в небе — защищать Эниранд. Готовьтесь к обороне.

— Мы ждём кого-то ещё?

— Нам достаточно Цеха, но… может быть всё, что угодно.

Ускорившись, я быстро добрался до указанного ящером места, где находилась механистка. Сидела в одной позе на краю веранды маленького домика рядом с причалом для кораблей.

Не знаю, заметила ли она моё появление, в любом случае она не отреагировала никак. Лишь когда я задал ей вопрос, девушка равнодушно ответила:

— Как я вернулась? Это странный вопрос. По вашему приказу, мастер. Или нужны подробности?

Я кивнул.

— Активировала стартер, начала разгон… что конкретно вы хотите знать, мастер?

— Не тупи! — разозлился я. — Я не отдавал такого приказа.

— В таком случае это вопрос к госпоже Хине тар Нитти.

Сонная кошка знала, что мы не вернёмся снизу? Может ли быть так, что она заодно с Эдельвейсом и его маленьким тёмным заговором? Хина — сестра фаворитки Регулуса. Хотя с другой стороны, именно на континенте у звёздных сейчас происходит что-то очень дерьмовое… Что, если она с самого начала работала на врага?

Ладно, об этом всём подумаем после. Сейчас важно другое.

— Хорошо, Соль. Я тебе верю. Твой корабль тут?

— Разумеется.

— Вылетаем.

— Куда?

— На Континент.

— Принято.

Ледяное, нет, железное спокойствие — вот что было самой её сутью.

Соль только бросила равнодушный взгляд в сторону апокалиптического зрелища над нами. Сам континент был отсюда не виден. Вернее не так — он был виден отовсюду, но ощущался естественной частью неба. Он закрывал собой всё небо, потому оно всегда казалось темнее вблизи и светлее где-то на горизонте.

Теперь же небо треснуло.

Каков шанс восстановить его с моими силами? Да и зачем вообще кому-то потребовалось его разрушать?

— Альтаир, ты ничего не забыл? — послышался недовольный голосок. Обычно он звучал у меня в голове, но теперь моя карманная шизофрения стала вполне реальной и ощутимой.

— Тали, оставайся, кто-то должен защитить Эниранд. Если уйдём мы все, Цех может вторгнуться в город!

— Я начинала этот путь с тобой, с тобой я его и закончу. Ты сам говорил, что я могу выбирать, как жить. Ты дал мне тело и дал свободу воли. Теперь я буду её проявлять, как сочту нужным.

Бой в небе получил продолжение. Издали показались увеличивающиеся точки — подкрепление химер с Тальхерора. Враг продолжал атаковать Эниранд, но в свете последних догадок это уже не казалось чем-то реально опасным. И всё же оставить все свои силы мне придётся здесь. Вместе моя группа вполне способна на текущем этапе отбить сильную атаку. Если только не окажется, что крыс на корабле больше, чем я думал.

— Дно с тобой, Тали, заходи, потом поговорим, — бросил я и поспешил внутрь.

Искусственный интеллект со свободой воли? Ну-ну. Скапливается всё больше и больше вопросов насчёт того, что у меня была за нейросеть-помощник.

— Соль, где мастер Дамиан сейчас? — спросил я, когда мы уже входили на корабль.

Судно было крохотным, но самым быстроходным из имевшихся в наличии.

— Находится в Страже Ветров, в Молнимаре, — ни секундной заминки, ни малейшего интереса к вопросу. Просто машина, выдающая факты и исполняющая приказы.

Алая чайка механистов начала медленно отрываться от земли. Я ускорил корабль фракталом, и мы быстро полетели вверх, покидая воздушное пространство вокруг острова.

Давно я не покидал Эниранд в таком маленьком составе. Путь наверх в любом случае был не мгновенным. Даже не смотря на все мои старания по сжиганию маны. Враг знал, когда я покинул город и направился вниз, но начал вторжение скорее всего, когда я вошёл в портал и оказался у Днища.

За это время прошли где-то сутки. Ещё одни сутки длился путь вверх. Самым разумным решением в пути было просто поспать. Но меня не покидало чувство, что меня сильно подставили — не просто же так враг так старался меня задержать, и не давало покоя, что я не имею представления о том, что конкретно задумал Меас.

Разлом за это время расширился раз в пять. Два огромных острова, некогда бывшие континентом, ехали в разные стороны. Между ними то и дело вспыхивали молнии. Грома здесь было не слышно, но вспышки были видны едва ли не ежесекундно.

Такое ускорение ему могла придать детонация. Что-то должно было как следует ударить континент так, чтобы тот раскололся надвое. Так ровно, будто его разрезали пополам, пусть кривым, но ножом.

Я видел как по островам бьёт Регулус. Там последствия взрыва расходятся концентрическими кругами, а не аккуратной трещиной. Скорее я поверю в несколько одновременных взрывов где-то в вырытых по линии будущего разлома шахтах.

У меня было много времени подумать об этом, глядя в иллюминатор в крыше корабля на приближающееся место катаклизма.

Наконец, справка начала дотягиваться до молний, и я с удивлением обнаружил, что они не имеют ничего общего ни с погодными явлениями, ни с законами физики.

Это были существа. Живые существа магического происхождения, и их танец, прыжки с одной части отколовшегося континента на другую и обратно — именно прыжки и есть, насколько это применимо для молний.

Существа обладали всем спектром характеристик существ — могли быть замедлены, ускорены, а их параметры могли легко меняться коррекцией. Затем я обнаружил и другие виды стихийных существ. Их справка называла средоточиями — в отличии от прыгающих живых молний эти замерли на одном месте.

Вскоре я заметил, что часть живых молний порождает именно это нечто. Периодически оттуда вылетали и они, и разных размеров огни шаровых молний.

— Входим в зону аномальной активности, — вывела меня из размышлений Соль.

— Поднимайся, — дал отмашку я. Силу я уже снизил всему, до чего дотянулся способностями. Плюс самому кораблю поднял всё, что могло бы защитить нас от них.

Вокруг нас поднялся ветер. Конкретной причины я тоже сначала не нашёл, а потом обнаружил почти незаметных но вполне ощутимых духов ветра. Вернее, тоже некоторое существо из живой энергии. Пришлось тратить магию ещё и на них.

Однако не смотря на всё это, пролом преодолеть было вполне реально.

— Шаровые молнии! — предупредила Тали, глядя в окно.

Теперь коррекций хватало на всё, но оставался вопрос запасов маны. Организовать захват островов ради маны у меня не было никакого времени, так что полагался я больше на боевые трофеи и экономику единственного города моей «империи».

В случае глобального замеса, где мне потребуется много сил, карман грел кубик Мерлина. Последний, если не считать остатков предыдущего. Вместе с воспоминаниями древнего мага, в нём содержалась целая туча фрактальной маны.

Увесистая туша континента была не только длинной но и нехилой в высоту. Юркнув разлом, я наконец смог разглядеть то, что пряталось внутри.

К энергетам и средоточиям добавились ещё и концентраты. Они напоминали маленькие яркие звёзды, замершие между двух валунов. А за ними…

— Что это? — послышался вопрос Тали.

— Я думал, ты мне скажешь.

[Сердце мира. Зехир 17%]

ЭТО — было маленьким солнцем, вернее, его кусочком. Нестерпимо яркое свечение объекта буквально ослепляло. Затем я поправил чувствительность глаз и попытался рассмотреть снова — с тем же результатом.

Корабль тем временем поравнялся с явлением и начал вылетать наверх, на поверхность континента.

— Лети вдоль обрыва, — приказал я, когда мы были уже близки.

— Принято.

— Столица звёздных к северо-западу отсюда, — заметила Тали.

— Сделаем крюк. Не знаю, что это, но то, что мы этого видеть не должны были — могу гарантировать.

— Меас?

— Или Цех. Я уже вообще перестал понимать, какую игру они ведут и с кем они. Пока я здесь, химерологи успели побыть союзниками и врагами, наверное, у всех фракций.

— Или наоборот, сейчас их политика становится очевидна, — сказала Тали.

Я обернулся к ней. К своему якобы неразумному нейронному помощнику.

— Что, если химерологи отдали тебе свою часть наследия Мерлина просто, чтобы ты на время от них отвязался.

— Не слишком ли большой ценой?

— А какой прок им от него? У тёмных Цех тоже ничего не сделал, чтобы забрать его у них. Они просто… провели диверсию и попугали звёздной амёбой.

— Скоро узнаем, — мрачно сказал я.

Усиленное зрение на горизонте показывало остатки флота звёздных, вяло отбивающиеся от химер. До поля боя было ещё очень далеко, но помогать через коррекцию я уже мог.

За полчищем чудовищ были корабли. Настоящие боевые корабли Цеха, которые я до этого ещё, похоже, ни разу не видел. И это были вовсе не те лоханки, что курсировали вокруг Тальхеора, или летучие ульи, которые они использовали в походе наверх.

Это были живые дирижабли, обтянутые живой плотью. Пузырь над ним сдувался и раздувался в такт дыханию, что никак не влияло на ровный ход длинных розовых суден. В боку у живого корабля было нечто вроде множества круглых отверстий, из которых поминутно вылетали новые и новые химеры, будто пчёлы из улья.

— Надо же, а мы вовремя, — заметил я. — Точно говорю, не должно нас здесь быть.

Настроение стало заметно получше. По крайней мере, теперь я знаю намного больше о своём настоящем враге и о его планах.

Несколько розовых суден стали спускаться над неведомым явлением и сбрасывать вниз что-то вроде шлангов из плоти. Спустя ещё пару минут по кишкам внутрь живого корабля потянулся свет. Корабль втягивал энергию из того, что система назвала сердцем мира. Хмм… что бы это могло значить?

— Соль, впереди вроде степь. Постарайся держать управление. Сейчас твоя чайка станет немного быстрее.

Я щедро добавил маны к коррекциям и ускорению, накладывая навыки буквально на всё. Сопротивление ветра, аэродинамические свойства частей корабля, сам навык ускорения — корабль понёсся ещё быстрей, так, что будь на пути что-то, с чем можно столкнутся, мы бы наверняка это сделали.

Но континент разделился по широким цветочным полям.

— Есть, теперь попробуйте-ка вот так.

[Коррекция: параметр вес «корабль-матка» повышен]

[Коррекция: воздействие силы тяжести на «корабль-матка» повышено]

Троица попавших под раздачу начала быстро крениться к сфере между разорванным континентом. Надеюсь, они не переживут падение.

Звёздные атаковали. Теперь я уже отчётливо это видел в течении боя. Корабли Цеха здесь закрепились и держали оборону. Звёздные же шли в последний отчаянный бой — их было меньше, да и корабли их явно уступали флоту химерологов.

Откуда их вообще столько? Никто не видел у них такого количества химер во время войны с тёмными или осады солнечных. Выходит, они действительно готовили всё это с самого начала.

Чтобы… что?

— Кажется, я поняла, — сказала Тали.

— Поняла что?

— Что они пытаются сделать. Ты же об этом сейчас думаешь? Я провела слишком много времени у тебя в голове и прекрасно знаю, как она работает.

— Давай ближе к делу, если есть мысли.

— Помнишь, на островах Айрена мы встречали как-то источник, который выходил не только вверх, но и вниз? Имел теневой алтарь?

— Там ещё Тео получил своё чёрное пламя. Помню, конечно.

— Скорее всего, энергия, которая это обслуживает, находится на самом деле где-то внутри. А алтари — только… своего рода интерфейс для взаимодействия. Тот, кто всё это создал, хотел оставить для местных возможность взаимодействовать с силой мира напрямую.

— Паломник отдаёт ману алтарю, чем кормит остров, — понял я. — И зачем им пытаться забрать энергию этого источника?

— Альтаир! Это же источник энергии. Посмотри на этих существ. Они же буквально состоят из чистой энергии. Кое-кто уже собирал энергию с помощью разжигания войн и ритуалов.

— Но я ему помешал, и они решились на такой план. Всё ради энергии. Ради чего?

Ответом стало молчание. Тали замерла, прикидывая что-то в уме, но так ничего и не произнесла. Соль же с самого начала проявляла полное равнодушие к нашему разговору.

— А что думаешь ты? Или Дамиан? — вдруг спросил я.

— Мне неизвестны мысли великого примарха, мастер Альтаир.

— А ты? — настаивал я.

— Я… просто выполняю приказы.

Я заглянул в справку, в которой с недавних пор было доступно в том числе и эмоциональное состояние. Нет, не просто. И мнение у неё своё было, просто озвучивать нам его пока не хотят.

Ладно, сейчас не до этого.

Нас наконец заметили и на перехват отправилось несколько крылатых химер. Эти были теми же, что в своё время были в Эниранде. Свёрнутые буквой «С» крылатые черви, плевавшиеся шипами.

Догнать нас у них не было ни шанса. А вот попасть случайно в шквальном огне наугад — легко. И на это ума у них хватало.

— Альтаир! Наверху! — с тревогой предупредила Тали.

Над нами из облаков выплывал целый улей летучих бестий, каждая из которых тоже поливала сверху всем, чем могла. Кислотные плевки, яд и шипы накрывали пространство рядом с кораблём.

Соль резко свернула к обрыву, не дожидаясь приказа. За изгибом каньона часть тварей теряла нас из виду. Но облако сверху продолжало давить.

— Лети в свет! — приказал я. — Нам нужен их лидер! Тали, ищи, кто ими управляет!

Механическая кукла внимательно уставилась вперёд, в сторону кораблей химерологов и окружавших их химер. Я накинул коррекций на ещё два корабля-матки, спускающихся к сердцу. Первая троица падать страстно не желала — пузырь живого дирижабля надувался всё чаще. Существа прилагали огромные усилия, чтобы не падать вниз.

Живые корабли избавлялись от балласта — буквально от частей себя, и куски отброшенной плоти падали в свет, исчезая там. Никаких световых и звуковых эффектов. Похоже, светящееся ядро способно так же легко втянуть и целый корабль.

— Фиксирую поле притяжения, — сообщила Соль. — Нас притягивает к аномальному объекту.

Так рано?

Получается, корабли химерологов и без моей помощи едва держались, потому мой удар коррекцией стал для них настолько болезненным.

Нашему кораблю я столько мощности выдать не смогу. Или смогу? Скорее всего, будет безумно дорого…

— Альтаир! — вновь привлекла моё внимание Тали. — Звёздные! Они прорвались!

Я удивлённо перевёл взгляд в сторону казавшегося безнадёжным боя.

И он всё ещё оставался абсолютно безнадёжным — ничего не изменилось. Просто маги решили поступить как берсерки и ломанулись прямо под обстрелом химер, на верную смерть.

Всё, что я мог сделать — это усилить их броню, придать скорости и начать восстановление за счёт фрактала. Дорого, но сейчас они были очень кстати. Как минимум, они отвлекали на себя большую часть химер.

— Здесь Регулус! Я вижу корабль с гербом его дома.

Чуть поодаль расцвел яркий взрыв от мощной магии, ударившей по крупной стае химер.

— Надеюсь, они в курсе, что здесь сломана гравитация, — нервно сказал я, глядя как точка невозврата для нас остаётся далеко позади.

Сейчас корабль разогнан, будто стрела, и летит он именно туда, куда его тянет. Поймать нас или остановить уже невозможно. Только замедлить, чтобы затем плавно войти на один из кораблей химерологов. Тот, на котором окажется главный ответственный за творящийся беспредел.

— До столкновения минута, — равнодушно предупредила о близящейся смерти Соль. Или она тоже в меня верит? Ха! Буду так и считать.

— Вон тот корабль, — сообщила Тали, вооружённая внедрённой на время способностью инфразрения. — По крайней мере, там находится химеролог с самым высоким уровнем.

— Вот и поговорим, — скривился я, готовясь ко встрече с живым кораблём и начиная коррекциями снижать нашу скорость перед приземлением.

Глава 20

БАМ!

Красный парус чайки врезался в розовый пузырь, ещё больше снижая скорость. Аномальная сфера энергии притягивала к себе, и, увязнув в снастях живого корабля химерологов, растеряв скорость, мы продолжали нестись вниз.

Уничтожить пузырь нам не удалось — живая конструкция принялась быстро регенерировать, закрывая брешь. Корабль изо всех сил потянулся вверх, хлопая крыльями. Но удерживаться ему удавалось теперь вообще одним лишь чудом.

Топить корабль вместе с нами на его борту в мои планы не входило. «Чайка» готовилась выбраться из надувного купола, чтобы свалиться на палубу. В этот момент мы окажемся в окружении химерологов.

Коррекцией я снизил нагрузку на крылья, позволив кораблю чуть подняться над светящейся сферой. Два других живых судна продолжали бороться за жизнь чуть выше нас. Сейчас экипаж активно сбрасывал балласт — всё, что можно было бросить — выбрасывалось за борт, чтобы облегчить работу химерам.

С большим трудом, но раненый корабль начал подниматься чуть выше, на прежний уровень с двумя другими, которые даже ещё надеялись утащить с собой часть силы.

Не смотря на огромные усилия, требующиеся только для того, чтобы просто оставаться на месте, и прорыв звёздных наверху, они всё ещё продолжали попытки урвать побольше энергии из сферы. С каждого уже спустилось вниз десятка два светящихся белых кишок, которыми корабли выкачивали силу.

Все возможные коррекции на них уже висели. Только если применить что-то ещё…

Незадействованные способности пока что тоже помочь особо ничем не могли, но на всякий случай я начал нагнетать вокруг нас циклоны с надеждой потом снести живые корабли порывами ветра или ударить градом. Но синоптика слишком медленный и неповоротливый навык, чтобы использовать её в бою.

Часть коррекций пришлось снять и перекинуть на нас самих. Чтобы наш небольшой корабль не разбился при ударе о монолитную палубу корабля химерологов.

Однако та оказалась и без того мягкой. Падение вышло приглушенным. Нас слегка тряхнуло, но не сильно.

Враг, само собой, был здесь. С десяток человек в серых одеждах, все в ранге не ниже младшего магистра, судя по уровням. Можно сказать, элита. Если на других кораблях состав такой же, то потерять экипаж кораблей для Цеха будет ударом даже большим, чем сами корабли.

Однако лидера внизу не было.

Как самая сильная боевая единица, головой отвечающая за весь творящийся здесь бардак, он должен бы первым вписаться против неизвестных нападающих.

Или мы ошиблись, или всё гораздо хуже, и враг готовит какую-то каверзу.

Вперёд магов ринулись ручные химеры. Как на зло, личный фамильяр химеролога — существо зачастую уникальное. Поэтому Цех был для меня самым неприятным противником из всех фракций.

[Коррекция: ускорение восприятия]

Вложив запас маны в кацбальгер усилением, я с лёгкостью снёс голову первой химере. Затем обратным движением вогнал клинок в голову второй. Круговым ударом снёс подступавшую сбоку. Метнул клинок в четвёртую, готовившуюся плевать ядом.

Тварь захлебнулась собственной зелёной дрянью и кровью. А я, оставшись без оружия, вытащил кинжал с пояса, как раз вовремя, чтобы вонзить его в шею чего-то зелёного, напоминавшего кузнечика.

Главная проблема сражения со множеством противников — мозг не успевает обработать и оценить всю поступающую информацию. Поэтому ускорение личного восприятия течения времени было необходимо, чтобы я успевал увидеть и заметить всё.

Следующая химера получила шаром фрактальной энергии, и верхняя половина туловища монстра испарилась. Вверх от его останков потекли белые кубики. А я уже атаковал следующую химеру кинжалом и магией.

Разобравшись и с ней, я остался один перед тремя монстрами и толпой химерологов.

Те потрясённые скоростью и точностью расправы над их выводком, замешкались. Но кое-кто уже приходил в себя.

Маг, который первым запустил в меня огненный шар — поймал в ответ кинжал в голову. Но увы, он был не единственным. Вскоре мне пришлось уклоняться от целого потока магической дряни. Да и новые химеры спешили присоединиться к товарищам.

Молния развеялась о барьер. Как и последовавший за ним огненный шар.

Активировав ускорение, я с разогнанной реакцией прыжками бросился к охреневшим магам. На ходу вырвав верный кацбальгер из тела дохлой химеры, я сразу же пустил его в ход против первого химеролога.

Соль оставалась в корабле. Её медлительное тело киборга было совсем не заточено на скорость. А вот механическое тело Тали, сделанное тари по своему образу и подобию, следую схемам сорамин, было невероятно быстрым и подвижным.

С запозданием она вступила в бой уже после гибели первых химер. Но сражаться она умела не хуже меня. Тело, выплавленное из уникальных кошачьих сплавов, было создано для сражений в их стиле. У Тали же был немного иной стиль боя, но она быстро привыкала к своим возможностям прямо в бою.

Ускоренное восприятие позволяло, сражаясь с врагом, посматривать и в её сторону. Боевой опыт у неё определённо был. И это ещё одна монета в копилку странностей. Кто же она на самом деле? Действительно ли просто сильная нейросеть, имитирующая девушку?

Корабль задрожал. Я с удивлением понял, что мы снова падаем. Теперь коррекция изо всех сил помогала живому кораблю, но тот всё равно неуклонно снижался к светящемуся пятну.

Ещё одна справка — о состоянии самого корабля, и я понял, что дело худо. Повреждение воздушного пузыря не прошло незамеченным. И новый неприятный момент — коррекция не работала на исцеление живого существа так, как это был у целителей.

Она восстанавливала физическую целостность — и только. Для неживой материи этого более чем достаточно, но живой организм устроен сложнее. Восстановить перелом или механическое повреждение я мог, но восстановить ткани неведомой хемеры, собранной из разны существ — уже намного сложнее.

С трудом я отыскал параметр целостности пузыря и ускорил регенерацию в несколько раз. Но напрямую восстановить часть корабля из маны не получалось.

Как не получалось и справиться с усталостью существа. От бешеных взмахов крыльев на краю светящегося пятна химера практически выдохлась. Каждая секунда в воздухе давалась ей тяжелей предыдущей.

Я вдруг понял, что тварь может и не вывезти. А ведь на нём и мы сами!

Где главный? Что задумал капитан корабля?

Расправившись с химерологами, я отдал приказ Тали:

— Ищи лидера. Осмотри здесь всё!

Она молча кивнула и сразу же приступила к исполнению.

Из упавшей «ласточки» наконец вышла Соль. В руках у неё была пушка незнакомой модели, внутри которой трещали молнии, укрытые за стеклянной защитной панелью. Она сходу, не целясь, выстрелила — из дула вырвалась тонкая молния, в воздухе мелькнула вспышка, и заряд орудия влетел в живот нового химеролога, открывшего розовые двери внутрь корабля.

Серого снесло обратно, будто ударной волной. Но мстить за убитого хозяина выскочила химера — покрытый множеством костяных наростов пёс. Химера бросила взгляд длинной утиной башкой себе за спину, на хозяина, и обернулась к нам с ненавистью в глазах.

Тварь ринулась к Соль, но на её пути встала Тали. Мощный металлический кулак пришёлся прямо в зубастый клюв химеры, а механическая кукла сразу же развернулась и добавила ногой с разворота.

— Сверху! — предупредил я и снова обратился к коррекции.

Изогнутые летучие твари, напоминавшие крылатых червей, обрушили на нас сверху шквал шипов, пришедших по барьеру. Проблему с ними я уже решал не раз, так что средство у меня было — коррекция веса существ.

Пришло запоздалое осознание ещё одной аномалии — гравитация действовала по принципу светового излучения — то есть то, на что непосредственно не падал свет, не подвергалось и притяжению. Благодаря этому над кораблём химеры себя чувствовали так же, как и на земле.

Потому настоящий ответ на эту угрозу был в синоптике!

Поднятые недавно ветра начали становиться всё сильней, и теперь летучим химерам приходилось ещё и сдерживать их поток, чтобы химер не быть снесёнными в сторону. Те, кто не удерживался над кораблём, огребали увеличенную гравитацию и падали в белый свет.

Вместе с порывами ветра, уже неожиданно для меня, сюда стало сносить и энергетических существ, которых мы видели по дороге. Едва ли ветер мог как-то пригнать сюда живую молнию, но тем не менее, существа приближались.

Приближался и флот звёздных. Оказавшись над разломом, маги на кораблях сразу же принялись поливать заклинаниями корабли Цеха. В этой сфере звёдные были лучшими, так что сверху нас накрыло потоками льда и пламени.

К счастью, звёздные тоже видели бедственное положение обречённого корабля и свои силы сосредоточили на двух других. Сбоку магов континента продолжали атаковать химеры, но те лишь вяло от них отбивались, не позволяя приблизиться на опасное расстояние. Основные же силы они направили вниз.

Приближаться они к светящемуся шару не стремились — с дальностью магии у них не было никаких проблем.

С Тали и Соль мы подошли ко входу в недра живого корабля. Дверь встретила нас выскочившим навстречу рогам. Посудина понимала, что происходит и однозначно видела в нас врагов.

— Позволь мне, — сказала Тали и принялась голыми руками ломать кости и рвать сухожилия судна.

По палубе прошла дрожь и едва заметный звук, который можно было расценить как крик боли. Это натолкнуло меня на другую мысль, и я попытался дойти до коррекция эмоций химеры.

Удалось с первой же попытки, но возникала вопрос — что имнно здесь менять? Повысить страх? Тогда посудина начнёт отбиваться ещё яростней. Наоборот успокоить? А не забьёт ли тогда корабль на попытки улететь от аномалии, смирившись с судьбой?

Наконец, я докопался до параметра агрессии и снизил только её.

Тали к тому времени уже справилась со входом. Выглядела она при этом, как пьяный мясник после разделки. Весьма эффектно, скажем так.

На Соль это впечатления не произвело. Девушка была абсолютно равнодушна к происходящему, но тем не менее выполняла некий свой алгоритм. Я поймал себя на том, что понятия не имею, что творится у неё в башке. Даже Тали, пусть она вроде как и не человек, я понимаю намного лучше, чем этого киборга.

Внизу нас ждала засада из десятка химерологов. На этот раз они действовали сообща и имели за спиной целую армию химер, чтобы спустить на нас.

Я шёл под защитой барьера, потому эффект неожиданности у врага пропал впустую. Они лишь выдали себя боевой магией. Но идти вниз против толпы — самоубийство.

— Назад! — приказал я механическим девушкам и сам выскочил наружу.

Обернулся к кораблям звёздных. Те не жалея сил продолжали поливать два других живых корабля магией, будто от этого зависела их жизнь.

[Ретрансляция чар: звёздный луч]

Скопированная у какого-то архимага способность ударила в днище корабля, прорезав его насквозь и вырвав часть плоти чудовища.

Тварь заверещала от боли множеством голосов.

Маги испуганно принялись отбиваться.

[Ретрансляция чар: космический спрей]

Странное заклинание походило на множество магических стрел разных стихий. Полыхнуло пламя, затем из недр корабля дохнуло холодным ветром и вспыхнула где-то внизу молния.

Вверх по лестнице из трюма побежали химеры. Множество разнообразных тварей стремились обогнать друг друга, чтобы первыми добраться до нас. Соль начала отстреливаться своей странной винтовкой. Каждый выстрел вырубал по одной химере, но тварей было намного больше.

К счастью, как и магии звёздных, которые не прекращали попытки прикончить два других корабля, давая мне простор для копирования чар ретрансляцией…

[Ретрансляция чар: микроволновый фон]

Я удивился названию пойманного заклинания в логах, а затем снизу потянуло палёным мясом. Визуальных эффектов магия не имела, разве что фрактал подарил несколько оставшихся в воздухе белых кубиков. Хотя возможно — это ещё с прошлого каста.

Затем я скопировал ещё раз звёздный луч и полирнул сверху пламенем инферно. Последнее фрактал сильно изменил, превратив в сплошной поток крохотных кубиков, охвативших переживших две предыдущие атаки химер.

Боевая магия звёздных, предназначенная топить вражеские воздушные суда, неплохо себя показала и против живой силы противника.

Второй раз я пытался войти в трюм. И второй раз меня попытались остановить массовой атакой, надеясь что я настолько глуп, что ринусь без прикрытия.

Магия химерологов столкнулось с барьерами, а затем была скопирована и отправлена обратно.

Последнюю парочку химер прикончили мы уже вместе с Тали в рукопашном бою.

— Среди них не было лидера, — Тали как всегда будто читала мои мысли, хотя сейчас это уже было не так.

Я кивнул и осмотрелся — помимо изувеченных тел химерологов и химер, нашлись во множестве клетки. Большинство — открытые. Но в некоторых ещё скалились на меня странные существа неопределённого вида.

Из этой части трюма вело всего две двери. Одна была обычной и уже готовилась встречать нас торчавшими из неё рогами и когтями. С другой стороны — была вычурная дверь, украшенная помимо плоти ещё и золотыми орнаментами с символом цеха.

Тали с ноги выбила вторую.

Корабль отреагировал молниеносно, и вырвавшиеся из двери рога попытались пробить Тали насквозь, но крепкая китара из которой она была сделана, выдержала. Механическая кукла со злостью выдернула ближайший рог, демонстрируя силу своего тела.

Пространство вокруг нас взбесилось от этого, и рога с когтями потянулись к нам прямо из пола. Пришлось немного помахать кацбальгером.

Тали же выбила дверь и первой оказалась по ту сторону.

В лицо ей ударила ядовитая слизь, но механизму было на неё плевать. Она сорвалась с места, подхватила внушительное металлическое кресло будто игрушку и обрушила на голову сгорбленного двулапого крокодила.

Тварь что-то вяло закряхтела, но против механизма шансов у химеры не было.

Как не было и главного химеролога.

Вместо него был стойкий запах озона и едва заметная дымка в воздухе, говорившая о том, что здесь открывался портал.

Бросил на убой своих, а сам тупо свалил! Грёбаный урод!

— Альтаир, корабль погружается в аномалию! — предупредила Соль.

Я посмотрел в сторону второй двери в трюм. Скорее всего, там были технические помещения корабля, склады и спальни экипажа. Но сам экипаж внутри не наблюдался.

Там уже вообще никого не могло быть.

Пожирая плоть корабля, к нам быстро приближался белый свет.

Корабль не выдержал моей скопированной магии и падал на сердце мира.

— Альтаир! — в голосе Тали послышался страх.

[Коррекция: восстановление портала]

Пока от него осталось ещё хоть мельчайшая частица, пусть даже различимая лишь в усиленном зрении, на явление можно вызвать справку.

А где есть справка — там и возможность коррекции!

Погасший портал разгорелся вновь. Впереди засияла яркая арка портального перехода. Куда он вёл — понятия не имею. Но это был единственный путь от неизбежной смерти… или что там происходит со всем попадающим в Сердце?

Вся живая и неживая материя просто входила в свет, становясь его частью.

Корабль накренился, и белый свет начал поглощать обгорелые тела химерологов и их химер. Ни запаха, ни звука, ни визуальных эффектов.

— Идём в портал, — скомандовал я. — Скорее всего, нас там не ждут, будьте готовы.

Вспыхнули искры портального перехода. Я ощутил, как Тали берёт меня за руку, будто настоящая девушка из плоти и крови. А второй рукой — хватает недоумевающую Соль.

В следующую секунду мы уже были чистым светом, улетающим сквозь врата в неизвестность.

Глава 21

Глава 21

По ту сторону мы оказались в круглом зале на высокой башне.

Зал был небольшим — множество окон и на удивление современной аппаратуры. Первой мыслью было, что мы находимся где-то у механистов, возможно даже в столице на Молнимаре.

Однако, подойдя к окну я понял, что это точно не так.

Тонкая башня возвышалась над облаками, среди которых хаотично зависли водяные шары разных размеров. Чуть поодаль за нами были скалы, местами сросшиеся друг с другом мостами. Они тоже зависли в воздухе в едином пространстве.

Пожалуй, самый странный остров, который я видел.

Другое окно выходило на ещё три башни, которые соединяло каменное образование в центре. Это напоминало руку, раскрытую ладонь с торчавшими пальцами.

Может, убежище Меаса? Хм, а зачем ему столько башен в одном месте?

— Цех? — в голосе Соль едва ли не впервые мелькнуло удивление.

— С чего ты взяла? Что-то знаешь об этом месте?

— Слышала. Я присутствовала на допросе одного высокопоставленного химерлога, который здесь бывал.

— И? Что-то ещё известно?

— В башнях он не был. Только видел их издали. У входа на Длань стоит первый Цех Преобразований. Химерологи получили свою силу здесь, когда нашли это место. Дальше его не пустили — это башни директоров.

— Значит, их четверо.

— Пятый — основатель. Брат мастера Сая, с которым вы пересекались.

— Наверху действовал точно не Сай. Ему большую группу бы не доверили, — задумался я. — Да и Змееморд помнится упоминал об этом.

— Ну вот, теперь мы официально побывали во всех сильнейших фракциях этого мира, — заметила Тали.

— Ага. Галопом, — поморщился я. — И у меня пока нет кандидата на должность нового главы Цеха. А наводить здесь порядок определённо нужно.

— Боюсь, верхушку цеха мы вдвоём не потянем, — с сомнением покачала головой Тали.

— Я тоже буду сражаться, — подала голос Соль.

— Втроём тоже, — фыркнула механическая кукла.

— Зачем втроём? — не понял я. — Возьмём всех.

— Ээ… — не поняла Тали. А когда понял — просияла. — Точно, мы же в портальной башне!

[Коррекция: добавить новую локацию к портальной системе: Эниранд.]

Возможности администратора позволяли вносить такие коррективы в работу башенного портала. Ритуальный круг был уже подготовлен — преследования химерологи не ожидали — в конце концов я открыл закрытый портал, чего они точно не могли ожидать.

— След перехода будет заметен, — предупредила Тали. — Башня в момент переноса подсвечивается из-за концентрации маны.

— Если будут смотреть в небо, — улыбнулся я и активировал синоптику.

Здесь меня ждал очень неприятный сюрприз. Плохой погоды на острове не существовало. В списке погодных условий был лишь прочерк.

Я ещё раз выглянул на улицу. Ни малейшего ветра не ощущалось. Место будто застыло вне погоды.

Добавить в список ливень с градом и плотным строем облаков я, конечно, мог. Но химерологи гарантированно удивятся тучам вместо вечно ясного неба.

Так что можно было или положиться на то, что химерологов тут не так много, и все они в нужный момент не будут смотреть в небо, или закрыть всё небо, чтобы они гарантированно поняли, что происходит что-то не то, однако не знали, что именно.

Если спустить облака пониже, вспышку портала в башне никто может и не увидеть.

Второй путь мне нравился больше. Первый слишком полагался на удачу, тогда как второй давал гарантированный результат, пусть и не идеальный.

— Тали, уходи в Эниранд и собирай всех наших. Ополчение тоже можно, думаю. Обязательно найди Эдельвейса — он точно захочет здесь побывать с ответным визитом после нападения на храм Тиши.

— Только если ты пообещаешь, что не полезешь в драку сам! — заявила Тали.

— Не начну. Но постарайся быстрее. Как только я соберу облака — химерологи будут искать сюрпризы. Рано или поздно они додумаются исследовать башни.

— Поняла. Иду, — нехотя сообщила механическая кукла, шагая в портал.

Погода портилась слишком медленно. Влаги в воздухе было немного и для поддержки стихии крупицы воды потянулись вверх. Началом задумки стал обратный дождь, падающий в небо, чтобы собраться в грозовые облака.

Ещё одна неожиданная неприятность, которая грозит тем, что химерологи забьют тревогу.

И действительно. Из окна было видно, как замельтешили люди в серых мантиях. Начались проверки и поиск вторжения. Как скоро они догадаются залезть в башни?

Спустя долгие пять минут на небе начали появляться первые грозовые тучи. Слишком долго для нашей ситуации, но по башням пока никто не ходил.

Я мерил шагами круглую комнату, бегло изучая оставленную здесь аппаратуру. И чем дольше изучал, тем больше возникало вопросов.

Сердце Цеха я представлял таким себе мясным заводом, особенно после того, как полюбовался на живые корабли. Здесь же было множество экранов, напоминающих те, что были на моём корабле. На них шли неведомые вычисления или мерцали списки. Зелёный шрифт на чёрном фоне.

— Соль, напомни, как выглядит логотип Цеха?

— Спираль ДНК над наковальней, — ответила киборг.

— А треугольник с глазом? Золотые, если это важно.

Последовало долгое молчание. Соль подошла к экрану рядом со мной и долгое время всматривалась в него. Затем коснулась экрана — тот оказался сенсорным и отреагировал на прикосновение открытием ещё одного длинного списка на незнакомом языке.

— Что там? — насторожился я.

Киборг вдруг переменилась в лице. Даже, как мне показалось, занервничала. Руки её слегка задрожали, хотя прежде с ней такого никогда не случалось. Что её так проняло?

— Это ассари, — не глядя, ответила Соль. — Одна из древних рас, изучавших генетику. Существовали догадки, что они связаны с их культурой… Выходит, здесь была их брошенная база.

— А где сейчас сами ассари?

— Не знаю. До этого официально не встречались свидетельства их пребывания на Зехире.

— Орден Механистов ведь был основан так же?

— Да, на технологиях расы сорамин. Но они и сами остались на островах, хоть и потеряли большую часть знаний предков. Наш основатель нашёл их руины на Молнимаре. Цех был основан намного позже группой из пятерых авантюристов. Они и правят им по сей день.

— Бессмертные?

Соль кивнула.

— На сколько я знаю, да. Все пять перстов Длани. Четыре директора цеха и его основатель. Его башня стоит первой, у входа на остров.

Портальная комната башни загорелась ярким светом минут через пятнадцать. Вовремя, потому что снизу кто-то уже отправил проверку в башни, и сейчас оттуда слышались шаги поднимающихся разумных.

Круглая каменная плита слегка приподнялась — проверяющие собирались войти внутрь снизу, сдвинув люк, но в этот момент сверху во вспышках белого света появились мои друзья вместе с Тихомиром и десятком самых сильных ополченцев Эниранда.

Послышался болезненный стон снизу — кто-то похоже свалился от неожиданности.

Я быстро снизил вес плиты до минимума, и Ганц одной рукой поднял громадную плиту, открывая проход.

В первую открывшуюся щель устремились чёрные птицы Тео. А за тем посыпался град способностей остальных.

Химерологов оказалось человек пять. Отряд шёл на проверку и не очень-то ожидал увидеть здесь сюрпризы в виде нас. Но ни один из них не дрогнул — каждый из пятёрки сражался до последнего, не желая сдаваться врагу, даже когда стало очевидно, что у них нет никаких шансов.

Вот только причиной этого была не преданность Цеху — на голове у каждого сидела склизкая тварь, плотно впившись в голову магов сквозь макушку, на манер шапки.

Стоило хозяину паразита погибнуть, как присосавшаяся тварь спрыгивала и пыталась или сбежать, или атаковать нас. Парочка прыгнули к Ганцу и Хель, намереваясь присосаться к их головам, но получили удар огромным светящимся кулаком и волной пустоты соответственно.

С остальными мы доводить до подобного не стали вообще — по моему приказу Тео начал заливать всё вокруг горящими птицами, так что убежать чудовища не успели. Гореть в каменной башне было нечему, только технике наверху и декоративным растениям, которые свисали повсюду из горшков.

— Ух ты, это легендарная крепость пяти пальцев? — загорелись глаза у Лины.

— Ты-то откуда знаешь? — фыркнул Тео.

— Пф! Историю знать нужно. И книги читать!

— Потом обсудите, — оборвал я их спор. — Сперва нужно понять, где директора, если они тут.

— Один сейчас внизу. Тот, кто напал на Королевство, — сообщила Хина. — Основатель находится в главном здании. Про остальных пока не скажу.

— Откуда такие сведения? — удивился я.

Хина зевнула и сонно потянулась.

— Да так, приснилось всякое. После разговора с очень перепуганным Регулусом. Ужасть, эти маньяки хотели украсть сердце мира! Подумать только.

— Серьёзно⁈ — опешила Лина и отшатнулась будто ошпаренная.

— Мда, дела… — потянул Ганц.

— Тебе стоило сказать мне об этом раньше, девочка, — послышался голос из сгустка живого мрака.

— Та-ак, вот с этого места поподробнее. Что это такое и зачем оно им?- спросил я. — Энергия?

— Энергия, — кивнула Хина. — Боги, пока я буду объяснять, точно усну!

— Сердце это часть магической печати, на которой держатся острова, — пояснила Лина, — они есть в каждом острове, но обычно слишком малы, чтобы их увидеть напрямую. Обычно размером от горошины до яблока. Но светятся очень ярко.

— А что будет, если его забрать? Остров падает?

— Нет, просто умирает, — сказала Лина. — Становится безжизненным камнем. Вообще, это запрещено во всех четырёх империях под страхом смерти. Да и бессмысленно это.

— Почему?

— Опасно, — начала загибать пальцы лиса, — сложно, тяжело преобразовать в кристаллы, а по итогу за вложенные ресурсы в его добычу придётся всё равно вложить больше. Нужно ещё правильно рассечь остров — обычно сердце распадается на два вместе с островом.

Я припомнил зависший между двух частей распиленного Континента сгусток света.

— Тогда зачем они Цеху?

— Как оружие, очевидно же! — воскликнула Лина. — Забрав сердце, они бы уничтожили континент.

А так как порядок сил сейчас сопоставим, по их мнению, применение такого метода логично с точки зрения стратегии. Но… геноцид самой большой фракции на самом густонаселённом острове — жертвоприношение покруче того, что устраивали Солнечные.

И вполне возможно, отсюда тоже торчат рога Меаса и уши Мельхиора.

Но возможен ли их прямой союз? Насколько я успел понять Сая Живодёра, он бы никогда не пошёл на союз с кем-то таким. Да и Цех — главный враг некрохимеролога Мельхиора.

— Хорошо, — принял я решение. — Спускаемся вниз. Затем вы отправляетесь в башни. Без директоров проблем с захватом быть не должно. Там можете открывать порталы в свои фракции. Это место нужно взять под контроль. Сами виноваты, что напали, нарушив договор.

— А ты? — спросила Хель.

— Пообщаюсь с главным мудаком этой фракции на тему опытов над мирным населением и порабощения поселений.

Девушка помрачнела, но решительно заявила:

— Я иду с тобой, — твёрдо сказал она.

— Твоё право, — пожал я плечами. Ей действительно было о чём спросить у главы Цеха.

Внизу нас уже ждали. Гибель одержимых слизнем на голове химерологов незамеченной не осталась.

Нас встретили выстрелы странного оружия, напоминавшего комки слизи. Они прилипали к материи и сразу же взрывались облаком крохотных ядовитых червей, отлично проедавших любую органику чтобы добраться до тела.

Деревянная дверь в башню не выдержала и осыпалась трухой. А несколько сгустков слизи уже влетели внутрь, к нам.

Чёрт!

Коррекция оказалась бесполезна — черви были разными и снижать параметры всех было невозможно. Даже с учётом того, что я сразу же разогнал своё восприятие, и мир вокруг меня замедлился.

Между нами выстроился барьер, после чего я наконец смог разглядеть за развеивающимися облаками противников.

Безглазые желтоватые существа были на головах у химерологов в серых мантиях, а в руках — живое оружие, очень отдалённо напоминающее угря, проглотившего винтовку. В общем-то именно подобием стрелкового оружия оно и было.

Из длинной пасти изыгнулись ещё два сгустка слизи.

Через барьер мелькнули чёрные и белые горящие птицы. Пролетев через червивые облака, птицы столкнулись с химерологами и те вспыхнули.

Послышался совсем не человеческий крик — твари соскочили с голов, но гореть от этого не перестали.

— Маэээрр! — послышалось рычание, и сверху на нас спикировали засевшие на стене башни двухметровые мутанты, покрытые кусками росшей прямо поверх мантий плоти.

Ганц пинком попытался отшвырнуть такого, но монстр оказался достаточно ловким, чтобы уйти с траектории удара и ухватить его руку. От шеи чудовища же потянулся розовый червь, попытавшийся вгрызться ему в лицо, но тот использовал навык, отбросивший врага волной света.

Ещё один такой же атаковал Соулу, но та легко уклонилась, зашла монстру за спину и вонзила рапиру ему в спину.

ПРотивника это не остановило — тварь развернулась и ударила наотмашь. Девушка выхватила пистоль и разрядила монстру в башку снизу.

Мутант пошатнулся и повалился на спину — в грудь ему вонзился заряд солнечного Сибариса. Трофей от наложницы Эхмеи был в руках у Лины. Лиса принялась перезаряжаться, но не успела — в группу вклинился ещё один мутант с наростами плоти.

Лина отпрянула и использовала атакующий навык. Жгущие заряды звёздной магии отправились во врага, а я усилил мощность магии, и тварь едва не испепелило.

Затем активировал ещё один барьер — над нами.

Вовремя — сверху приземлился ещё один мутант, кроваво-красный и почти совсем не похожий на человека. Однако сила его была в другом — тварь вдруг раздулась и взорвалась, поливая нас вязкой подсвеченной красно-рыжим, слизью.

У меня сразу закралось недоброе предчувствие, и я справкой проверил.

Днище! Так и есть!

[Статус: прогрессирующее заражение мутализмом.]

Я наспех начал поднимать заражённым иммунитет, одновременно снижая коррекцией влияние заразы. Так, чтобы организм сам мог побороть неведомую дрянь. Но в эффективности этих мер я сильно сомневался.

Враг окончательно вклинился в наши ряды. Приходилось переходить на ближний бой. Только Тео создал большую чёрную птицу и взлетел над полем боя. Правда, и на него нашёлся свой враг — появились крылатые мутанты, и у одного из них в руках была живая винтовка, плюющаяся слизью.

Тёплый приём оказался неожиданно болезненным. Цех оказался тёмной лошадкой, и в недрах фракции было ещё много всяческой мерзости.

А затем я увидел его — хозяина этих мутантов. Скорее всего, один из директоров, если судить по суровому уровню. Чего, впрочем, не скажешь по внешности беловолосого золотоглазого парня лет семнадцати, который управлял всем тем, что на нас надвигалось.

[Эйлор Страдалец, биомант 807 уровня]

Глава 22

Он улыбался и медленно махал руками, будто дирижировал оркестром. И улыбка эта была не злой, не насмешливой, а будто у кота, объедающегося сметаной.

Снизу, с обратной стороны гигантской каменной руки, медленно взбирался рой новых чудовищ. Я увидел одну, две, пять, дюжину уродливых морд, мутантов всех видов и форм.

— Ирххх! — проскрежетало ближайшее существо и сразу же взорвалось, окропив нас и всё вокруг заражённой кровью.

Парень взмахнул руками вновь и резко потянул ими вниз. От длинных острых ногтей, вернее светящихся когтей химеролога потянулись едва видимые нити.

— Альтаир, сверху! — предупредил Тео.

Я поднял голову и увидел, как сверху, с башен-пальцев вниз полетели новые химерные уроды.

Следом прозвучала серия взрывов. Тео выпустил птиц.

У меня едва хватало времени, чтобы снижать заражения коррекциями и внедрёнными свойствами. Даже разогнанное восприятие не успевало везде.

Противник же был ещё быстрее. Ведь у него были десятки, если не сотни рук.

Поток хлынувших монстров не прерывался ни на миг. Стоило прикончить или сбросить одного — на его месте сразу же оказывался другой,

Откуда они лезут⁈

Активировав прямо на пути у одного из монстров барьер, я выхватил кацбальгер и, на всякий случай усилив фракталом, взмахом клинка перерезал врага пополам.

По барьеру разлилась кровавая жижа — монстр всё равно взорвался, даже после этого.

В это время Хель запустила волну пустоты, и я не упустил возможность её скопировать. Сдвоенный каст сбросил заполонивших каменную руку монстров, и те, дико вереща, полетели вниз.

Парень, не изменившись в лице, просто повёл руками вверх, будто вытаскивал что-то.

БАМ!

В барьер полетели камни от разорвавшегося снизу пола.

— Р-р-рыы! — показалась уродливая морда монстра, сшитого из нескольких живых тел, вывернутых наизнанку.

Алые комки плоти собрались в нечто огромное и неповоротливое. Но только на первый взгляд — тварь резво потянулась руками в нашу сторону.

Сверху Тео сбросил ещё несколько мин, что вызвало новый рёв. Существо отвлеклось и попыталось достать его, вдруг резко подпрыгнув. Но пиротехник лишь взлетел чуть выше, призвав собственные крылья.

Пойманная чёрная птица, на которой он стоял, с хлопком взорвалась, превращая лапы чудовища в кровавое месиво.

Остальные были связаны боем с другими тварями, снова полезшими со всех сторон.

С запозданием из освобождённого разлома потянулась вторая тварь. Уровень мерзости неуклонно рос — следующий монстр был меньше, но первый в сравнении с ним был красавцем.

Куски алой слизи и плоти, а вместо башки из разорванного почти пополам торса тянулись щупальца.

Тварь замахнулась лапой на меня, но передо мной всё ещё был барьер. Я резко потянулся к монстру и с разворота рубанул кацбальгером. Несколько щупалец упали на пол, а вместо них тотчас же выросли пасти. Монстр попытался повалиться на меня, но ускоренная реакция сработала как надо — я видел всё будто в замедлении, несмотря на то, что активно было ровно противоположное.

Я отскочил и взмахом клинка обрубил конечность чудовищу — одному из покрытых волдырями ало-розовых кусков мяса, и зашёл ему за спину. Развернул меч, чтобы вонзить твари в хребет, если таковой имелся, но увиденное повергло меня в шок.

— Да-а-а-бе-ей… — будто на вдохе с трудом прокряхтело нечто, с трудом напоминающее человека, вросшее в спину монстра.

Секундное замешательство едва не стоило мне жизни — тварь резко развернулась, атакуя правой лапой. Её монстр превратил в подобие клешни краба с торчащими во все стороны из неё зубами.

Но в тот же миг по телу чудовища прошёл мощный заряд тока.

Тварь завизжала всеми глотками. Их у него оказалось ещё две к той, что была на спине. Зачем из тела монстра показался металлический кулак Тали.

Механическая девушка резко вырвала руку, ухватив что-то внутри и потянула на себя. А затем добавила мощным ударом ноги, заставив пробитую насквозь тварь сделать два неуклюжих шага вперёд.

— Останови химеролога, Альтаир! — бросила Тали. — Мы справимся!

Беловолосый продолжал с улыбкой водить руками с алыми шлейфами, следовавшими за каждым движением.

Я устремился к нему.

Попутно бросил взгляд в сторону дыры, откуда вылезли монстры. Оттуда уже лезла третья тварь — нечто совсем бесформенное, покрытое пульсирующими алыми наростами.

За монстром внизу я увидел просторное помещение с белыми окнами. Похоже, сама каменная рука была не просто камнем, но ещё и своеобразным бункером под островом.

Затем лезущая тварь ударила во все стороны тонкими острыми отростками с костяными наконечниками.

В последний момент я успел прикрыться барьером, но хитрая бестия сразу же запустила отростки с двух сторон вокруг него. С немыслимой скоростью, так что атаку я сумел разглядеть лишь благодаря ускорениям.

Кувырок по полу, чтобы увернуться от них, и сразу — взмах, чтобы перерубить выставленную кисть ещё одного урода.

Сзади на меня прыгнул один из взрывающихся. Я в последний момент едва успел вновь поставить барьер.

Враг был уже совсем рядом.

Поймав краем глаза падающих сверху огненных птиц Тео, я скопировал их и послал вперёд, перед собой — в сторону химеролога.

Но тот снова — даже не изменился в лице.

Птицы не долетели буквально метр — прямо у них на пути встали двое стрелков с червями на башке. Те не задумываясь закрыли хозяина собой, собрав фрактальные взрывы своими телами.

Две головы разлетелись в стороны, но тела не упали. Из оторванных шей показались два тонких червя, а руки подняли в мою сторону живые пушки, выпускающие заряд алой слизи.

Пришлось снова уходить перекатом.

Коррекция резко сделала существ тяжелее. Твари ослабли, а оружие весило уже раз в десять больше от своего обычного веса. Но добился я этим лишь того, что на руках безголовых стрелков вздулись вены, и только.

С хрипом шумно втягивая в себя воздух, сзади на меня набросился близнец искажённой твари со множеством сшитых тел.

Барьер, копия птицы, чтобы сбить идущую сбоку мелочь. Затем быстрый выпад кацбальгером. Зачарованный металл будто масло прошёл сквозь плоть. Убить тварь это не убьёт — скорее превратить в две твари. Но в этом бою даже несколько секунд времени могли решить всё.

Я развернулся к Эйлору. Тот всё так же иронично улыбался и будто бы даже не глядел в мою сторону.

Это меня окончательно вывело из себя.

Было бы больше времени, чтобы рассмотреть его детально под справкой, возможно удалось бы найти слабое место. Или скопировать его навык ретрансляцией, чтобы лучше понять его суть.

Безголовые стрелки снова выстрелили, и я не стал уклоняться. Напротив, я пошёл вперёд, игнорируя червивые облака и прописывая себе защиту от яда и прочность кожи достаточную, чтобы защитить от такого рода укусов.

Манёвр оказался неожиданным для врага, и следующий взмах клинка перерубил грёбаную живую винтовку, а затем вошёл в брюхо чудовища.

Волна фрактальной энергии прошлась по телу врага, и монстр свалился на каменный пол под ноги Эйлору.

Тот впервые за весь бой пошевелил чем-то кроме рук — и сделал шаг назад, чтобы не быть забрызганным кровью.

Затем настал черёд второго охранника.

Химеролог сделал ещё один быстрый короткий шаг назад и размашисто хлопнул ладонями.

Ближайшие мясные туши тут же повалились на меня. Я проскочил под ними до падения и подкатом на каменном полу со сниженным коррекцией трением подобрался к Эйлору.

Химеролог снова взмахнул рукой и снова отступил назад. Неизменная ироничная улыбка всё ещё была с ним, только теперь вблизи я видел маленькие белые клыки.

Вампир?

Взмах клинком. Эйлор уклонился, отошёл на шаг — наверное,без моего разгона фракталом кажется, что он вообще передвигается коротким порталом.

Облегчить клинок, удлинить коррекцией, вернуть силу трения камню, чтобы оттолкнуться и — есть!

Достал его!

Стоп… какого…

Улыбка превратилась в издевательский оскал. Башка с частью отрубленнной шеи химеролога, была на острие оружия.

Эйлор открыл рот, и в меня выстрелил длинный нечеловеческий язык.

Я отбросил оружие и в следующий миг почувствовал резкую боль в голове.

Инстинктивно я активировал усиление на правой руке и отмахнулся, отсекая что-то, что пыталось прокусить мне череп. Усиленные коррекцией кости почти поддались, когда я смог собрать с себя отрубленную длинную белую косу химеролога.

И будто этого было мало, алые цветы, которыми он украшал себе волосы, синхронно взорвались острыми алыми иглами, от которых уклониться мне уже не удалось.

Я упал на каменный пол и увидел, как голова Эйлора с длинными отросшими паучьими ножками присаживается на обрубок шеи.

Его, и летящего высоко в небе Тео, продолжавшего посыпать всё поле боя огненными птицами.

[Внедрение свойств: кислотный урон, детонация]

В тело химеролога влетела фрактальная птица, не позволив частям врага соединиться. Раздался хлопок, и рука химерлога отлетела, как и башка, которая тут же отрастила крохотные лапки и бросилась с огромной скоростью убегать.

Жаль, не видно сейчас его лица…

Но стоило мне подумать, что на этом поединок окончен, как по телу начало растекаться онемение. Я слабо почувствовал, как нечто шевелится внутри моего тела. И пожалуй, это было самое мерзкое, что я ощущал со времён, как оказался в этом мире.

Самая большая проблема здесь была в том, что я не видел того, что сейчас лезло в меня, а значит не мог навести справку. Всё что я мог — это усиливать ткани организма коррекцией и внедрять всякие защитные свойства, которые только приходили в голову.

Враг меня не атаковал. Уходит с поля боя или просто восстанавливается?

Я повернулся в сторону идущего сражения, и в поле зрения попала дохлая красная гусеница. То, во что превратились те красные цветы в его волосах.

[Астровый червь. ]

[Тип: муталиск. ]

[Защита: яд. ]

[Особые свойства: каменная форма, заражение, подчинение плоти, биосеть]

[Уязвимости: магия смерти, хлор и хлористые вещества]

— Магия смерти и хлор?

Я добавил оба свойства своей мантии и сжал зубы от охватившей спину дикой боли. Себе я к магии смерти добавил сопротивление, но сильно приятней от этого не стало.

— Альтаир!! — послышался испуганный голос Хель.

Рядом со мной оказалась девушка, а спустя ещё секунду — Тали.

Бой был окончен. Значит, я всё-таки сумел достать этого урода.

Вот уж не думал, что с текущими силами могу так нарваться. Он меня едва не прикончил в этом бою.

— Всё в порядке. Вы как?

Справка показывала, что заражение никуда не делось, но коррекции пока что его сдерживали. Мне теперь что, всех обрабатывать магией смерти? Это свойство было у всех тварей.

— Там внизу лаборатории Цеха, — сообщила Соула.

Я поднял голову к стоявшей у края проема солнечной.

Итак, враг о нас гарантированно знает. Что-то я уже не так уверен, что хочу встретиться с главным гадом. Сай был заметно слабее этого типа. Если прогрессия сохраняется, легендарный основатель Цеха может и не по плечу мне оказаться.

Куда там лже-богу Эхмее, или рогатому козлу Меасу. Вот Мельхиор да, наверное как раз в их лиге. Вот где были настоящие демоны.

Кстати о демонах, как там котейка?

Эдельвейс вылизывал запу, перепачканную в крови и ошмётках плоти мутантов.

— Ты бы так на эту дрянь не налегал, приятель. С гарантией поймаешь глисты.

— Пф, мелочи! — отмахнулся кот, и по телу химерного кота прошлась зелёная волна магии смерти.

Точно, он же гробовщик. Тоже по сути некромант.

— Мог бы и помочь, — с лёгкой обидой заметил я.

— Хочешь сверить счёт? — наклонил голову кот.

— Я завалил босса, — заметил я.

— Мрр! Босс от тебя сбежал.

— Вот видишь, босс от меня сбежал!

Кот самодовольно взмахнул хвостом.

— А даже если бы и завалил, это считается за одного.

— Вообще-то у него внутри целый зверинец.

— Альтаир! — прервала нас Тали. — Пока ты споришь с котом, основатель Цеха собирает подкрепления.

— То есть здесь ещё и подкрепления нужны?

— У цеха четыре директора и с десяток великих магистров, каждый из которых не слабей Регулуса!

— Это так, — сказал пиротехник. — Я видел сверху разумных в серых одеждах. На круге перехода с моста, прибыли с других островов. И один из них директор, ну или просто кто-то очень крутой.

— К чёрту это всё, — решительно покачал я головой. — Тео, как насчёт просто взорвать этот остров вместе со всеми химерологами? Им же можно рвать континенты, так чем мы хуже?

— Ты серьёзно, Альтаир? — спросила Тали. — А мы сами?

— Да мы здесь вроде все умеем летать. Ну а кто не умеет — научим, — пообещал я, имея ввиду внедрение свойства левитации. Но мои товарищи что-то план не оценили.

— Чтобы разорвать остров, как континент, нужно найти его алтарь и через него понять, где сердце, — задумчиво сказал Сатока и, поймав заинтересованные взгляды, пожала плечами. — Третий курс академии теней.

— Сейчас я спущу облака и накрою остров туманом, — решил я, в то же момент активируя настройки синоптики. — И спускаемся. Как минимум, начнём с изучения их базы боем и диверсиями.

— Всегда хотела побывать в этом змеином логове, — сказала Соула.

Я поднялся с земли. Силы возвращались очень медленно, а спина болела. Коррекция на регенерации уже была, так что скоро пройдёт, но сейчас от этого как-то не легче.

— Тео, сперва пальни-ка вниз парой птиц, — сказал я.

[Внедрение свойства: пары хлора]

Ответом мне стал хор множества глоток снизу, говорящий о том, что просто там тоже не будет.

Вверх из пролома потянулись клубы зеленоватого пара, и следом за ними несколько летающих монстров, на телах которых расходились волдыри от химических ожогов.

— Ну что, поехали? — криво улыбнулся я и добавил отряду свойство неуязвимости к хлору.

Глава 23

Внутри каменной ладони оказались широкие лаборатории. На потемневших от времени каменных стенах виднелись сложные технические устройства, вперемешку с экранами, окаймленными чёрным металлом.

Соседствовала эта техника с деревянными шкафами и прочей мебелью. Её сделали уже тут, но очень давно — мебель тоже уже потемнела от времени, а о покрытии лаком тут не слышали.

Над потолком горели свечные лампы. Изогнутые, со множеством горящих и потухших свечей. А чуть поодаль, в такт им горели куда более сложным светом колбы с плавающими в них химерами.

Все такие же симпатяжки, как и мерзость, что нас атаковала.

Несколько капсул были разбитыми — возможно, там содержались те твари, которые вылезли к нам.

— Тали, проверь здесь всё справкой, — сказал я. — Остальным быть начеку. Это может быть ловушкой. Если любая из химер двинется, говорите. Лучше заранее подготовиться.

Говоря об этом, я поднял коррекцией прочность стекла в помещении. Теперь, если здесь задумывалась ловушка, с тем чтобы на нас напала вся остальная, ещё спящая дрянь, сделать это будет уже не так просто.

Я угадал, правда прогадал с масштабами — проснулась всего парочка, а не все. Оба проявили агрессию при нашем приближении и бросились долбить стекло.

Убедившись, что вырваться они не могут, я решил просто продолжить путь, оставив поддержку магии. Выпускать тварь наружу было риском — изменение прочности стекла влияло и на все остальные колбы, и мало ли, кто в них ещё проснётся.

— Следующая комната — обеззараживание, — предупредила Тали. — Просто предупреждаю, что это не ловушка.

Смотрелось всё, впрочем, именно так.

Когда мы вошли в коридор за лабораторией, за нами резко закрылись двери спереди и сзади. Свет в помещении сменился — свечи здесь не горели, но была подсветка технологичными лампами с ультрафиолетом. Волосы Соль засветились, как и белые предметы в экипировке у всей группы.

Затем последовал пар из множества открывшихся отверстий — со всех сторон по кругу. Я призвал справку и на всякий случай снизил прочность двери перед нами, так чтобы можно было легко вышибить её ногой.

Но всё оказалось действительно лишь безобидной процедурой обеззараживания. Системная справка теперь выдавала, что мы полностью чисты от заражения.

Отсюда мы вышли в широкий лабиринтообразный зал со множеством технических устройств, громадных колб с химерами и неведомо чего ещё.

Химер я на всякий случай вновь изолировал укреплением стекла.

Большая часть техники была чёрной с золотым треугольником. Но за годы существования Цеха сюда успели стащить множество другой техники и артефактов. Химерологи не стояли на месте и сносили всё сюда.

— Странно, что здесь больше никого, — задумался я вслух.

— На главный остров вообще мало у кого есть доступ. Он даже среди химерологов — легенда, — ответила всезнайка Лина.

— При этом директора Цеха сильно отличаются от остального состава, — продолжил я её мысль, глядя на портреты пятёрки.

Из химерологов угадывался Сай Живодёр и Эйлор Страдалец.

Я бегло осмотрел незнакомую троицу. Все отличались молодым возрастом, как для больших долгожителей, и с седыми, почти белыми волосами.

— Есть идеи, где у этого острова может быть ядро?

— Это можно узнать только у источника. Или проследив линии маны от башен. Там ведь в каждой скорее всего портал… — задумалась Лина.

— Я просканирую всё тут, — кивнула Тали.

Вызвав справку, я тоже начал изучать технику вокруг и поражаться всем возможностям химерологов. С каждым новым пояснением системы я понимал, что Цех с самого начала скрывал большую часть силы. И делал это не просто так. Многие, увидев то, что сейчас видел я, захотели бы технологии этого места себе.

— Капсула клеточной регенерации? — не выдержал я после очередного призыва справки.

— А клонировальный аппарат не хочешь? — указала Тали в другую сторону.

— Не удивительно, что верхушка Цеха не знает о старости, — хмыкнул я.

— Боги… Альтаир… Этот комплекс нельзя разрушать! Я смогу разобраться с его устройством!

— И делать химер?

— Соль! — неожиданно Тали обернулась к девушке-киборгу. — Ты бы хотела вновь стать человеком? Настоящей девушкой, а не полумашиной?

Механистка вздрогнула, совсем как человек. Впервые я видел на её лице столько эмоций. Смятение, недоверие, неверие к тому, что такое вообще возможно.

Но на ответ она так и не решилась. Лишь странно посмотрела на меня.

— Сначала нам ещё нужно его захватить, — напомнил я. — Не думаю, что три с половиной директора Цеха с этим согласятся.

С каких пор Тали так озабочена состоянием Соль? Они раньше вообще практически не общались.

Скорее… возможность обрести физическое тело — желание самой Тали.

— Как глубоко уходит это место? Даже не знаю, получится ли уничтожить его так просто, даже если это будет единственным выбором… — ответил я, думая о том, насколько усложняется с этим задача.

Диверсия и захват — разные вещи. В случае захвата, имеет смысл ждать порталы и подкрепления. Взорвать остров с помощью навыков Тео и системной коррекции куда проще.

— Так, здесь мы разделимся, — принял я решение. — Тео, бери Соль, настраивайте портал к механистам. Лина, Ганц и Соула — на вас портал к Регулусу. Думаю, у звёздных тоже будет много вопросов к Цеху.

— А ты? — спросил Тео.

— А я осмотрюсь тут и постараюсь сделать жизнь химерлогов веселее. Искать они будут меня. Но если что, я подам знак, или сами поймёте, что дело плохо, просто уходите теми же порталами. Если всё пойдёт совсем плохо, я буду просто разрушать остров.

— Ты ж выживешь, шеф? — уточнила Соула.

— Глупый вопрос. По твоему, мага фрактала можно так просто убить?

Со мной отправились дальше Хель, Тали и Хина. Оплчение эниранда ятоже отправил на с товарищами. В возможном противостоянии с основателем Цеха они будут скорее мешать, а вот в башнях наверняка есть сторожевые химеры и прочая нечисть.

А ещё со мной остались Эдельвейс с Сатокой. Теоретически была ещё одна башня, в которой можно открыть портал к тёмной фракции, но кота эта возможность не заинтересовала.

— Кстати, патриарх, ты бы мог тоже открыть портал в свою фракцию.

— Зачем? Меня что, одного здесь мало? — удивился кот.

— Ты быстро привык к силе, приятель.

— К хорошему быстро привыкаешь, — согласился Эдельвейс.

— Поразительно, Альтаир, — перевела тему Тали. — Ты использовал справку? Здесь собраны разные артефакты из цивилизаций, которые явно не принадлежат этому миру.

— Иные миры — это про Меаса, — задумался я. — Плюс один к их возможному союзу, но я всё равно не верю, что он и здесь наследил. Да и… в целом, это логично. Но… я просто не верю, что Сай водил нас за нос со своей охотой на Мельхиора.

Кто и зачем на самом деле способствовал тому, что некрохимеролог, сшитый из души человека и осколка полубожественного некроманта из легенд тари, сумел сбежать? Чего они вообще пытались добиться этим экспериментом? И как он успел спеться с Меасом?

— Что ещё известно об основателе и директорах?

— По словам Лины, они были простой группой приключенцев, — ответила механическая кукла — Исследовали дальние острова, ничем особенным не выделялись. Хотя, сказать точно уже не выйдет — это ведь было сотни лет назад.

— И что дальше?

— Ну, они очень быстро сколотили шайку бандитов с уклоном в жестокие опыты над разумными, в полном составе перебили пару рейдов звёздных и заявили о независимой фракции.

— Значит, изначально они воевали со звёдными?

— И были уроженцами континента, — подтвердила Тали. — Хотя сейчас едва ли остался кто-то, кто бы их помнил простыми авантюристами.

— А когда они успели поцапаться с механистами?

— Хм… а ведь это произошло в одно время с первым бунтом Мельхиора. После всеобщей войны с тёмной фракцией.

— Мерзкое зрелище — объединиться против нашего права спасать свои жизни от расширения Днища, — подал голос Эдельвейс. — Вместо того, чтобы помочь нам остановить мётвую магию. Мы изначально именно такое требование и выдвигали. Почините барьер, и все будут в выигрыше.

— Правда в том, что Эхмея не просто не хотел. Он не мог этого сделать.

— А ты можешь?

— Мы уже говорили об этом, Эдельвейс. Да, могу. Но для этого нужно очень много маны. Однако барьер — не решение проблемы, а лишь возможность отсрочить неизбежное. Я с тобой честен.

— Я ценю это, друг Альтаир, — веско сказал Кот. — И помню, как ты помог мне стать тем, кто я сейчас. Об этом я тоже тебе говорил. Но если у тебя нет плана спасения нашего мира, почему бы не принять план Владыки?

— Линии маны идут туда, — сообщила Тали, указывая вперёд на массивную гермодверь.

— Будете готовы, — сообщил я девушкам. — Наша цель — разведка и диверсия, пока прибудут остальные. У меня паршивое предчувствие.

— Знаешь, ты прав, посерьёзнел кот. — На счёт предчувствия. Не против, если мы с Сатокой спрячемся в твоей тени перед входом?

— В чём подвох?

— В доверии, — улыбнулся кот. — Всё же я окажусь у тебя за спиной.

— Забирайся, — отмахнулся я. — Мне что-то для этого нужно сделать?

— Нет, достаточно твоего согласия, друг, — ответил кот и шагнул мне за спину, приобретая расплывчатые очертания призрачного марева.

В свете ламп комплекса тень теперь искажалась и будто была не совсем моей. Периодически в ней проскакивали кошачьи уши и хвост. Но в тусклом свете этого будет незаметно.

Сатока в тени Хель была заметна куда меньше. Теперь в руках у тени девушки был нож, отсутствующий в реальности. На этом различия заканчивались.

Больше никаких ощущений… если не считать того, что зрение тоже слегка изменилось. Теперь цвета вокруг мне казались немного ярче, кроме красного — он наоборот поблек и приобрёл серо-серебристые оттенки.

Справка на дверь — статус механической двери сменился на «открыто». Коррекция подняла дверь, открывая вид на сердце острова химерлогов.

Это была ещё одна огромная комната. Шестиконечное пространство ангара с тусклым светом. Я повысил яркость, и послышалось шипение — что-то живое разбежалось в стороны, к стенам.

Затем холодный свет осветил ещё одну лабораторию, но не такую заставленную. Скорее, выполненную в строгом минимализме. А в центре был алый алтарь, совершенно не вписывающийся в атмосферу высокотехнологичного научного бункера

Стены помещения были плотно облеплены сгустками плоти, на которых кое-где выглядывали маленькие глазки. Где-то вверху над нами плавали сосуды с мозгами, подвешенные на цепях. Зрелище то ещё, нужно сказать.

— Не стойте на пороге, мастер Альтаир, — произнёс глубокий бархатный голос владыки Цеха.

Раздавался он, казалось, отовсюду.

Я обернулся ко входу в помещение, но часть якобы каменной стены вдруг начала рассыпаться на отдельные мышцы, связки и торчащие кости. Места стало чуть больше, и теперь комната включала в себя ещё и коридор, по которому мы сюда вошли.

— Успокойтесь, мастер Альтаир, — произнёс тот же голос. — Мы знали, что вы сюда придёте. И уже бы предприняли определённые действия, если бы это было в наших планах. Однако мне хотелось для начала попробовать поговорить с вами.

— О перспективах химерологии с использованием моего тела?

— А вы знаете, где конкретно в вашем теле находится то, что отвечает за статус Администратора этой реальности?

Услышанное заставило меня сильно удивиться.

— Для начала встречный вопрос. Как вы связаны с Меасом Двуликим?

— Полагаю, никак, кроме его службы на одном из наших островов и участия в том эксперименте по созданию Мельхиора.

— То есть вы утверждаете, что не находитесь с ним в союзе?

— Полагаю, правильней было бы назвать нас врагами, — сказал голос.

— Может, покажитесь для начала? Или так и будем разговаривать?

— Тогда поднимайтесь наверх и не пытайтесь разрушить алтарь. Вам всё равно это не удастся сделать.

Я бы с этим поспорил. Да и действовать по правилам врага — значит очень легко оказаться в ловушке.

В центре зала ступенью вверх выехала платформа лифта.

С другой стороны, я всё-таки маг фрактала, и если заранее подготовиться, то убить меня действительно невозможно.

— С радостью, — ответил я, и шагнул в сторону при поднявшейся над полом платформы лифта.

Едва мы взошли на неё, как конструкция сдвинулась наверх. А я принялся выставлять барьеры, окружавшие нас со всех сторон угловатым куполом. Теперь единственной проблемой могло стать внезапное исчезновение платформы — от этого уже требовалось добавлять весьма маназатратное свойство.

Поэтому я вывел его активацию перед лицом, чтобы успеть применить даже в таком случае.

— Думаешь, это хороший вариант? — засомневалась Тали.

— А почему нет? Чем они пробьют барьер?

— Он не вечен. Ты не сможешь его поддерживать против троих таких, как тот химеролог.

— Какое-то время смогу. А дальше придёт подкрепление.

При этом ни я, ни Тали не касались ещё одного важного момента — ушедших в тень Эдельвейса и Сатоки. То, что химерологи за нами следят — это факт. Но пропустить целого патриарха они бы не смогли, если бы видели.

Значит, ещё одна карта у меня в рукаве остаётся. Под моим усилением патриарх станет серьёзным аргументом на переговорах.

«Лифт» тем временем, оказался не совсем прямым, а сдвинулся чуть в сторону. Туда, где над нами по идее должна была располагаться последняя, главная башня.

Большой палец был согнутым, так что наверху располагался прираставший к башне комплекс. Главный зал, к которому выходил мост до ближайшего отсюда острова.

Химерологи, как ни странно, не обманули. Широкий круг лифта, на котором мы стояли, вскоре начал приближаться к потолку. Мелькнула глупая мысль о том, что нас может просто расплющить об него, но по идее барьеры должны не позволить и этого.

А после этого — наконец начал отходить в сторону люк. К счастью, вполне технологичный.

Основатель Цеха оказался столь любезен, что действительно пригласил к себе на аудиенцию.

Перед нами предстал длинный серокаменный стол и серые же стены с символами Цеха Преобразований.

За столом сидели трое. Четвёртый — стоял на столе на маленьких паучьих лапках.

Наябедничал старшему, значится, — усмехнулся я про себя.

Два других директора были такими же, как на портретах, только одежда сменилась. Лица же за сотни лет остались теми же, что и во времена основания цеха.

Девушка с прямыми светлыми волосами чуть ниже плеч с дымящей длинной трубкой, и напротив неё — парень с самым светлыми здесь, почти белыми волосами и ярко выделявшимися синяками под глазами.

А во главе стола, прямо напротив меня, сидел очень странный химеролог…

Внешнее сходство с Саем определённо было, только волосы были самыми короткими из присутствующих. Неопределённый возраст от двадцати до тридцати. Больше всего выделялись золотые глаза. Ниже половину лица закрывала белая маска на манер врачебной, закрывающей большую часть лица. Однако начиная от правого уха и к шее шёл слабо светящийся золотой узор из концентрических кругов.

Он сидел, сцепив руки и так же внимательно изучая меня.

— Значит вот вы какой, эмиссар, обещанный Мерлином, — наконец, сказал он. — Приятно видеть вас своими глазами. Даже с тем, что вместо наследника древнего мага я вижу очередного авантюриста, нашедшего быстрый путь к силе.

— Звучит, как история создания Цеха, — заметил я.

— В том числе и она, — легко согласился основатель Цеха.

Глава 24

— И с чего же вы решили уничтожить свою прежнюю родину. Вы ведь начинали как часть Звёздного королевства?

Призвав справку, я прочитал имя основателя ордена, а главное — его уровень. И тут по спине пробежал холодок.

Хаку Пчеловод, мастер муши 1316 уровня

Как такого уровня вообще можно достигнуть?

Хотя, с учётом работы целой организации под его диктатурой, и без ограничений по времени — почему бы и нет.

Но… Днище! Как этот парень может быть сильнее Эхмеи?

— Наше прошлое вас не касается, мастер Альтаир. Нас интересует, с какой целью вы на самом деле были отправлены сюда. Если вы действительно эмиссар, а не авантюрист, получивший каким-то образом его силу.

Я вдруг понял, что весь этот разговор затеян только из-за этого. Если бы я был авантюристом, меня бы давно посадили в капсулу и попытались разделить на множество маленьких фрактальных кубов.

Вот только своей цели я так и не вспомнил.

Прежде я нёс систему. По идее, сюда тоже должен был.

— С чего бы мне вам отвечать? — улыбнулся я.

— Очень смелый фрактальный маг, — уронила девушка с дымящейся трубкой.

— Вы ведь не думали, что приду сюда безоружным?

На лицах химерологов мелькнули едва заметные улыбки. Паршивый знак.

Но фрактальный барьер, как бы то ни было, абсолютен.

Хм, а выведу-ка я поближе коррекцию на скорость реакции и всё остальное, что позволит мне в случае чего заметить и уклониться от хитрой атаки. А затем добавим свойство автоматической активации всего этого при приближении ко мне чего угодно ближе чем на пять метров.

Спасибо химерологам за любовь к очень длинным столам.

— Мне просто хочется понять, с кем мы имеем дело, — спокойно ответил основатель. — Кто угодно мог найти обломки корабля иномирца, а затем получить соотсвтетсующий класс.

— Скажем так, я собираюсь починить ваш мир.

— И каким образом, если не секрет?

— А вот это я предпочту пока не говорить.

— У него нет никакого плана! — фыркнула женщина. Судя по тому, что её никто не одёргивал, быть раздражителем — это была чётко прописанная роль.

Я добавил куреву в её трубке свойства хлорной кислоты. Химеролога такого уровня это не могло убить, а на что-то меньшее даже внимания не обратит, поди.

Сидящий напротив неё другой директор цеха усмехнулся, когда та закашлялась. Основатель же будто внимания не обратил и буравил меня взглядом жутких золотых глаз.

— Во время битвы в ваших владениях была вспышка магии Днища. А затем — была зарегистрирована неизвестная гибридная сила. Я так полагаю, пустота с силой эмиссара?

— Фрактал способен подчинить себе любую стихию, — на этот вопрос я мог ответить. Если они не совсем идиоты, то и сами уже поняли это. Даже Сай видел уже достаточно.

— Хотите сказать, вы можете управлять силой Днища? Поэтому с вами ходит это недоразумение со внедрённым источником? Эксперимент покойного Эзарха, верно?

Я подавил закипевший гнев. Разумом я понимал, что этим химеролог не собирался оскорбить кого-то. Они в принципе размышляют категориями, где такие, как Хель — просто ресурс.

— Моя очередь спрашивать, — покачал я головой. — Меня интересует суть вашего конфликта с Меасом.

— А того, что он двуликая мразь — недостаточно? — спросила женщина. Но на этот раз основатель медленно перевёл на неё взгляд золотых глаз, и та замерла, даже будто дышать перестала.

— Поэтому вы играли ему на руку войнами фракций? Или вы не знали, что каждая смерть питает их?

— Солнечные острова подарили бы нам время, — ответил основатель. — Рвение поставить свою пешку вместо Эхмеи нам понятно. Но стоило ли оно того?

— Такая задержка обошлась бы этому миру слишком дорого. Или вы думаете, уменьшив обитаемую область до жалких крох на солнечных острова, у вас выросли бы шансы?

— Дорого? — заинтересовался основатель.

— Полагаю, с концепцией ценности жизни вы не знакомы.

— Жизнь — ценный ресурс. Поэтому её можно использовать в качестве основы для биореактора маны.

Это он специально, чтобы меня вывести?

— Всё упирается в ману, не так ли? — продолжил златоглазый. — Так заинтересовавший вас Меас тоже желает получить ману. Его метод нам, увы, неизвестен. Впрочем, наш альтернативный план не пересекается с его прежним.

— Сердца островов? То есть банальный вандализм — это план? Серьёзно?

— Вы, мастер Альтаир, на каждом этапе пытались вставить нам палки в колёса. Побег Мельхиора, революция в Монорельсе, я уж не говорю о смерти подававших надежды химерологов.

— Только не говорите, что вам их жалко.

— Разумеется, жалко. Это ценный ресурс, — раздражённо подал голос третий.

Кадмий Бессмертный, с двойным классом хирурга-вивисектора и уровнем немного недотянувшим до тысячи.

— А где вы собираетесь брать ману, мастер Альтаир? Только не говорите, что собираетесь и дальше просто грабить всех подряд. Свободной маны в таком количестве на островах не существует, иначе Эхмея давно бы договорился с тёмными.

— Для моего класса существуют и альтернативные пути, — сказал я.

— Значит, всё это было для развития класса фрактального мага? Тогда всё становится немного яснее. Рад, что нам удалось с этим разобраться. Здесь становится следующий вопрос. Кто стоит за вами, мастер Альтаир?

— За мной? Я и сам неплохо справляюсь.

— Кто прислал вас сюда? — спросил напрямик Хаку.

— Те же, кто и Мерлина, — соврал я… или сказал правду. На самом деле, я понятия не имел. Но звучало достаточно грозно. — Однажды он уже сшивал мир, когда сюда явился Хаос. Теперь я здесь, чтобы решить проблему мёртвой магии с Днища.

— Хорошо, допустим у вас есть необходимая мана, мастер Альтаир. Ваши дальнейшие действия?

— Решение проблемы, разумеется. Хотелось бы только обойтись без того, что вы или кто-то ещё угробит этот мир ещё до того, как я его вытащу из задницы.

— Хорошо, мастер Альтаир, — мягким, но холодным голосом сказал основатель Цеха Преобразований. — Я поставлю вопрос иначе. Почему мы должны вам верить вместо того, чтобы сделать из вас послушную химеру с правами администратора? Не воспринимайте это как угрозу сейчас. У нас уже есть стратегия выживания. Она включает в том числе наших слуг и могла бы включать Эниранд. Возможно, наш союз будет эффективнее, чем вражда?

От такого внезапного поворота я даже опешил. И ускорил сознание, чтобы немного подумать о том, что мне сейчас предлагают, и чем это может обернуться.

А ещё, там по идее скоро остальные должны добраться до вершины башен-пальцев и активировать порталы. Если ещё этого не сделали. Плюс время на сбор оперативной группы. Не знаю как насчёт механистов, но звёздные гарантированно захотят прийти-пообщаться за раскол континента.

— Интересное предложение. Тогда мне стоит спросить вас о том же — чего вы пытаетесь добиться?

— Спасения мира? Нам в нём жить, — сказал очевидное основатель Цеха.

Вот только для мира это означало — быть большой лабораторией под контролем у кучки нашедших бессмертие авантюристов? У этой пятёрки уже давно нет и намёка на человечность. И я, как их союзник. Будем честны, кроме меня из Эниранда ни у кого нет столько сил, чтобы им противостоять. Эдельвейс, Регулус и может быть кто-то из выживших старших магов у звёздных. Расклад не в мою пользу.

Но если у них действительно есть способ избавиться от мёртвой магии?

Благодаря большому количеству маны я смогу починить великий барьер. Но не решить вопрос с мёртвой магией навсегда.

— Как именно вы собираетесь его спасти? Починить барьер? Избавить мир от пустоты?

— Даже если барьер будет восстановлен — следующий прорыв случится быстрее. Мёртвой магии становится больше. Однажды поток в любом случае хлынет. Вы будете здесь, чтобы продолжать чинить его?

— Мне не сложно, — пожал плечами. И даже не соврал — метод тот же, что и при реставрации оружия.

Один щелчок пальцами. Плюс много времени и маны…

— И всё же это путь в пропасть. Разве не вы говорили, что укрыться на солнечных островах не вариант?

— И в чём ваше решение?

— Я скажу, мастер Альтаир. Но готовы ли вы услышать? Потому что в таком случае отказ будет неприемлем.

— Вперёд. Вдруг ваше решение лучше моего?

— Хаку… — с сомнением посмотрел на лидера Кадмий, но осёкся и замер, не закончив вопрос.

— Многие думают, что источник нашей силы — лаборатория древних ассари, владеющих мастерством генетических скрещиваний с помощью магии. Но на деле, это прекрасное место было лишь дополнением к истинной силе. В древние времена здесь оставило часицу своей души существо, которое можно было назвать богом.

— И вы вживили её в себя? — спросил я, когда понял, что продолжения истории не последует.

— Главное, что мы получили часть его силы и унаследовали часть власти. Когда-то Зехир был домом для богов ветра. Теперь же в этом мире есть лишь один настоящий бог — Бог Крови. Частица крови древнего владыки крови.

Так, стоп, что-то мне это всё напоминает.

Не об этом ли говорил Эдельвейс, желая, чтобы я принял сторону какого-то его кошачьего бога. Теперь этот бог крови. Эхмея сам считал себя живым богом.

— Всё ещё не понимаю, — покачал я головой. — Я уже сталкивался с одним, считавшим себя богом.

— И устранив его, вы оказали нам большую услугу. Теперь мы можем объединить силы. Хозяин крови щедр к своим братьям. Он будет щедр и к новому товарищу. Владыка Алиот Алашан…

— Эдельвейс, нет!

Кот вдруг проявился из невидимости, сходу атаковав главу химерологов.

С хрустом половина головы с частью шеи и плеча исчезла в пасти синеокого чёрного кота.

Вместо крови и внутренних органов я увидел хрупкую оболочку, будто из серой глины, а изнутри в сторону кота полетели сотни и тысячи светящихся пчёл.

Насекомые принялись жалить кота. Тот отскочил и выдохнул синим пламенем, выжигая насекомых, но те вдруг принялись очень быстро регенерировать из пепла.

Остаток основателя безучастно повернулся в сторону незваного гостя. Единственный уцелевший глаз выражал удивление, но не больше.

Маска с наполовину откушенного лица съехала, обнажая уродливую пасть насекомого — с четырьмя жвалами и раскрывавшимся на четыре стороны, накрест ртом.

— Минуту, мастер Альтаир, — произнёс химеролог, после чего его образ начал рассыпаться на множество светящихся точек.

Несколько полосатых ос вспыхнули ярче и ускорились. При попадании в тело кота они разрывались.

— Сгинь двуногий! — прошелестел многоголосый шёпот. От тела патриарха мрака отделился сгусток янтарной энергии по форме кота, который с силой замахнулся лапой на основателя.

Весь свет в комнате померк. Тени удлинились и стали подвижными. Где-то вдалеке послышался жуткий кошачий вой. Запахло подвальной сыростью… но ненадолго.

Золотые узоры на коже Хаку Пчеловода приобрели яркий красный цвет — все оттенки кроме красного и желтого глаза кошачьего бога исчезли. И лишь благодаря разогнанному во много раз восприятию я увидел мощный удар по кошачьей морде от химеролога.

— Ты слаб, шаверма! — бросил он с издёвкой.

Чёрт, какого хрена, котяра⁈

Эдельвейс отлетел к стене. Но здесь я уже успел его поймать коррекцией и повысить до максимума все защитные параметры.

— Так-так-так, легендарный гробовщик, — приветствовал Эдельвейса Хаку. Его тело быстро собиралось из множества пчёл. Последние две поправили съехавшую маску и спрятались в ушах химеролога. — Удивительная карьера от ветерана войны до патриарха тёмной фракции. Признаться, самое неожиданное для нас назначение на этот пост. Хорошо иметь друзей, правда?

Хаку посмотрел в мою сторону.

— Полагаю, это было недоразумение? Или вы всерьёз заключили союз с духом нижнего астрала? Настолько отчаялись в поиске покровителя?

— Мне не нужны покровители, — я, как мог, равнодушно пожал плечами.

Где-то здесь ещё оставалась Сатока. Почему она не напала? Понятно, что силы неравны, но, зная девушку — она бы точно вмешалась. Если бы у неё не было уверенности в наставнике и прямого приказа.

Но чего он пытался этим сейчас добиться?

Внезапная атака, конечно, была действительно внезапной — даже Эхмея бы не устоял. Но похоже, эти ребята давно уже перестали быть людьми.

Двое других химерологов сидели на своих местах, будто их это всё даже не касалось. Парень лениво посматривал на лидера, и интерес мелькнул в нём лишь когда проявились сущности. Женщина же не отрываясь смотрела на меня.

Я видел их параметры, заодно запустил и оценку эмоционального состояния за счёт способности. И бежавшие цифры позволяли отслеживать их реальные эмоции. Похоже, подобным образом они ловили кого-то не в первый раз. И покушения на главу их нисколько не удивляли.

— Боюсь, мастер Альтаир, — продолжил Хаку, — Необходимой властью могут обладать лишь боги. У вас есть знакомые боги, мастер? Не считая это недоразумение, конечно.

Основатель бросил взгляд в сторону Эдельвейса.

Коррекция, невидимая магия, изменяющая свойства мира, уже была с ним. Кот снова действовал самостоятельно, нарушая мои планы. Но другого союзника у меня сейчас нет.

[Добавлены свойства: неуязвимость к магии крови, зеркальное поле]

[Коррекция: основные характеристики повышены.]

— Я — администратор этой реальности, — улыбнулся я — Мне не нужны посредники для работы с миром.

— Что ж, очень жаль, мастер Альтаир, — медленно произнёс Хаку.

В следующий миг активировались отложенные бафы, а затем — в глаза ударил яркий красный свет.

Фрактальные барьеры будто пропали в один миг, хотя продолжали потреблять ману. Но в алом свете магия просто не существовала.

Такое оружие я видел впервые, но подготовка спасла жизнь.

Прозвучал хлопок. Светящаяся пчела разминулась с моей головой, но позади меня раздался взрыв. Послышалось жужжание, и двое директоров синхронно встали со своих мест.

В тот же миг прекратил притворяться восстановивший силы Эдельвейс и снова набросился на Хаку, а из тени позади него вышла Сатока с покрытым узорами рун кинжалом.

Так и знал, что всё этим закончится…

Глава 25

На то, что мы действительно договоримся, я особых надежд и не питал. Потому сам бой не вызвал никакого удивления. А вот обилие козырных карт стало неприятным сюрпризом.

Удар кинжала пришёлся в серую раскрошившуюся пыль, а светящиеся осы развернулись и роем атаковали Сатоку.

Она сразу же ушла в тень. Осы влетели в чёрное облако, Эдельвейс, правый глаз которого сиял рыжим, выпустил новый поток синего пламени. Вместе с этим он увеличивался в размерах, обретая дополнительные мутации на теле. Химерный кот ощетинился щупальцами, зубами и языками, и сам сейчас был похож на одну из местных химер.

Хель атаковала волной, но часть способности была срезана алым светом. А к ней самой уже летела курильщица. Её способность была сродни другим директорам, хотя отличалась большим разнообразием. Прямо перед Хель она резко остановилась, превратившись в поток всевозможных паукоподобных тварей.

Отскочить от настолько могущественного химеролога она не успела. Я внедрил сопротивление ядам и усиление прочности кожи. Затем активировал свой пакет боевых усилений.

Второй директор цеха выпал из тематики насекомых.

По телу химеролога набухли и запульсировали вены, а в руках появился клинок-химера. Живое оружие, сильно напоминавшее то, которым пользовались на острове.

Тали бросилась к нему. Механическая кукла перехватила направленный выпад живым мечом. Тот в последний момент даже выпустил зубы на манер пилы, но народ артефакторов тари славился своим особым металлом, уступаюшим лишь адаманту.

Зубы чиркнули по китаровому телу, а затем в лицо химерологу полетел кулак.

В шее директора что-то громко хрустнуло, и башка химеролога оторвалась вместе с частью вылетевшего из тела позвоночника.

Сперва я подумал, какой безумной силы у Тали удар даже без усилений. А затем выдохнул — просто людей здесь не оставалось. Безголовое тело даж не заметило исчезновения головы, а сама голова начала обрастать плотью и собираться в на редкость уродливую двуногую химеру с человеческой головой.

Нынешний спектр моих системных усилений позволял всем моим союзникам сражаться на равных с этими монстрами.

Затем я взялся за снижение характеристик врагов.

Взгляд при этом постоянно бегал в сторону окна. Характеристики-то я поменял, но кто ж это всё поддерживать будет? Мана не безгранична! А подкрепление что-то не шло и не шло.

Битва кота с пчеловодом уже совсем не походила на нормальное сражение. Будто две стихии, они боролись друг с другом сталкиваясь двумя облаками. Мерцающая рыжая медь роя пчёл и чернота, периодически вспыхивавшая синим пламенем.

По другую сторону у прозрачных стен начали скапливаться химеры. Теперь, после слов основателя Цеха я замечал общее сходство — те твари, у которых ещё были волосы, были такими же седыми, как директора. Видимо, опыты по внедрению частицы бога крови продолжались и по сей день.

По стёклам пошли трещины. Ещё немного, и твари ворвутся в помещение. Силы были слишком неравны, и мы сопротивлялись только из-за коррекции. Нужно срочно что-то предпринять, иначе с концом маны, конец наступит и нам.

Думай, Альтаир! — мысленно сказал я себе, повышая мудрость и интеллект.

Алтарь… он ведь внизу, и он имеет подключение здесь. Почти наверняка важные шишки сделали себе к нему доступ из главного помещения. У Эдельвейса алтарь в центральном зале, а Эхмея вообще не парился, устроив доступ к алтарю по соседству со своей спальней. С чего бы этим поступать иначе?

Я добавил себе навык эфирного зрения и увидел силовые линии, идущие… любопытно. Подняв голову, я увидел странную алую конструкцию, которую изначально принял за декоративную люстру.

А ещё у люстры была цепь, которая могла опускаться. Достаточно было лишь изменить один параметр.

Странный аларь-многогранник начал медленно спускаться вниз. Медленно — потому как восприятие всё ещё было сильно ускорено.

Убрав лишние улучшения, я активировал несколько барьеров. В тех местах, где должен был пройти. И шагнул в сторону алтаря. Как раз встретимся в центре зала.

Понятия не имею, что мне с ним делать, но сам факт того, что я с уверенностью иду к этой штуке — будет бесить всю троицу. Настолько, что им придётся отвлечься на меня.

Так и вышло. Правда, сперва на мне скрестились красные огни.

Я нашёл глазами прожекторы. Уже активные усиления внутри моего тела развеять они не могли. Значит, исчезает лишь та магия, которая попадает под его прямые лучи.

Мужчина не выдержал первым и резко сменил фокус атаки. Отпрыгнуть удалось лишь в самый последний момент, благодаря усилениям. Без них я бы даже не заметил удар.

Химеролог поплатился за это — Тали перешла в атаку и ладонью пробила грудь химере с человеческим телом. Враг снова был вынужден переключиться на неё.

В этот момент наконец треснули окна. Пришлось им для этого немного помочь. Обилие безмозглых химер сейчас будет ни черта не подмогой врагу. Наоборот, сейчас вся троица химерологов показывала чудеса скорости и точности. Но нечисть никто усивать уже точно не будет.

Короткая справка на нескольких показала, что желания у всей этой биомассы были весьма простые.

[Добавлено свойство: запах мяса]

[Коррекция: снижение контроля, повышение агрессивности, увеличение голода]

Теперь химеры становились врагом для всех в помещении. Ну может, кроме Тали. Хотя я надеялся, что хозяева всё-таки чуточку аппетитней.

В развернувшемся хаосе красным прожекторам стало сложнее поймать мою фигуру. А вот я начал изучать их. Что именно это было я так и не понял — скорее всего, некий найденный на островах артефакт. Коррекции свет поддавался плохо, как и вся конструкция. Система половину описаний прочитать не могла, оставляя только вопросы.

Но вот стена, в которую предмет был вмонтирован, была самой обычной, а значит могла стать слишком хрупкой и не выдержать вес прожектора. Тем более, что этот параметр я тоже мог искажать. Изначально увесистая штуковина не выдержала и повалилась вниз, пробивая собой пол и улетая в лаборатории под нами.

Я подошёл к алому многограннику. Бинго:

[Остров Цех-1. Великий алтарь Кобальтовой Пирамиды. Стихия: кровь. ]

[Владелец: Хаку Пчеловод.]

[Проверка провалена. Вы не являетесь директором Цеха]

[Доступны действия: подчинить алтарь.]

[Прочие действия заблокированы.]

Увидев меня рядом с алтарём, теперь уже все трое химерологов стремились оказаться рядом со мной. Но ускоренный разум быстро создал вокруг меня сеть барьеров.

С шумом повалился второй прожектор. Подопытные тоже потянулись внутрь. Атаку в спину от них химерологи ожидали меньше всего. Первым на пути живой массы оказался директор. Основатель и девушки успели отреагировать. Параметры эмоций отобразили шок от происходящего. Свой контроль над химерами они считали абсолютным.

Пчеловод разлетелся светящимся медным облаком и полетел в мою сторону.

Сотни металлических насекомых сталкивались с барьером, но ничего поделать с ним не могли. Я активировал захват алтаря, и передо мной возникла картина всех возможностей острова.

Помимо создания мостов и способностей от стихии крови, над островом висел эффект запрета на магию перемещений. Так что ждать подкреплений мне бы пришлось вечно.

Выходит, химерологи сразу же заблокировали возможность открывать порталы с острова. Наверное, когда я упустил башку первого.

Кстати, сам химеролог уже прицепился к одному из мутантов и управлял его телом, как своим.

Своеобразная у них тут компания, конечно.

Стоило этот запрет отменить, как за окнами небо ярко озарилось яркими белыми вспышками. Маги механистов и звёздных следили за ними и готовились прыгнуть при первой возможности.

Теперь способность редактора персонажей выдавала страх у всей троицы. Ситуация резко менялась, и теперь уже большой вопрос, кто у кого в ловушке.

На всякий случай, я вернул запрет на порталы с острова.

Ещё пару раз попытавшись пробить барьеры, химерологи перешли к бегству.

Запасной план у них, надо отдать должное, тоже был.

Медные пчёлы рассредоточились по комнате и начали взрываться рядом с несущими стенами здания. Потолок стал заваливаться внутрь. Поймать действующий как единый организм живой рой пчёл было невозможно.

Увидев, что шеф собирается покинуть остров, за ним следом рванула и курильщица. Напоследок швырнув Хель сгусток слизи под ноги.

Комнату наполнила вонь. Слизь надулась в пузырь и лопнула, распространяя по помещению смрад и прожигая плоть. Попались в эту ловушку, правда, только химеры. Я успел в последний момент барьером прикрыть девушку.

Третий Директор, однако, уходить не спешил. Напротив, он перешёл в боевую форму. Похоже, это был единственный способ выжить под толпой раздиравших его на части подопытных.

Но вот с разумом в этой форме у химеролога было не очень. По этой причине его и бросили товарищи, видимо. Его химерное тело выросло в два раза и напоминало живое перекати-поле с головой внутри. Вокруг него размахивало огромными накачанными магией руками безголовое тело на множестве острых паучьих лапок. Поодаль — отбивалась от химер нижняя половина тела, из которой теперь рос букет щупалец. Химеролог будто гидра, только множился, а не погибал.

В другой части зала, у самого выхода, тихо прирастала к новому телу голова Эйлера. Скоро химеролог восстановится и вновь будет представлять угрозу.

Но это было уже не важно.

Проникшие на остров маги и механисты первым делом устремились к большому пальцу, где шло сражение.

Основатель разлетался в разные стороны, будто каждая пчела была независимым существом. Куда он направился, понять было невозможно. А вот куда летела на уродлвых насекомьих крыльях его спутница — было очевидно. В сторону ближайших земель химерологов.

Следующие полчаса мы занимались тем, что выживали в окружении врагов. Начальство, покинувшее цех, уничтожать свой остров не посмело, но имело все шансы полагать, что мы и сами здесь сдохнем.

Выпущенные на свободу подопытные лезли отовсюду, удивляя всё новыми и новыми способностями, вплоть до зачатков разума и использования магии.

Но на деле, конечно, это было уже затягиванием времени. Хотя я и без того слабо себе представлял, как можно преследовать основателя Цеха. Её подружку, конечно, глупо упустили.

Затем добровольцы из звёздных и механистов отправились на нижние этажи острова-лаборатории. Там ещё было полно и тварей, и ловушек, и тайн. Меня же история Цеха интересовала сейчас уже разве что в порядке праздного любопытства.

Значит, в этом замешаны ещё и какие-то боги. В моей памяти о таких сущностях вообще никаких упоминаний нет. Хотя, если вспомнить Эхмею и глянуть на правление Цеха, становится понятно, что ими здесь называют просто очень сильных магов.

А если так, то в чём принципиальная разница между мной, и кем-то вроде Эхмеи или Хаку? Они не больше боги, чем я сам. Или, например, Регулус.

Хотя нет. Есть один момент.

Уровень. Оба лидера фракций имели уровень выше тысячи. У меня он пока ещё до этого числа не дотягивал.

— Эдельвейс, — спросил я кота после тяжёлого боя с двумя директорскими головами. — А расскажи мне о той сущности, с которой ты заключил контракт на спасение этого мира?

Чем мне всегда нравился Эдельвейс, так это своей простотой и прямолинейностью. Он не стал нагнетать пафосные речи про древнее хвостатое добро или что-то в этом роде, а просто ответил:

— Пятый в иерархии астральных котов.

— Это много? Ну, в сравнении с Эхмеей или этим кровавым богом?

— Эхмея сильно зависел от верующих. Он подписал себе смертный приговор, когда стал воевать с собственным народом. Тот Эхмея, с которым ты сражался — бледная тень одного из сильнейших богов Солнца. Про бога крови Алашана я никогда не слышал. Знаю лишь, что так они называли лучшие особи выращенных в Цехе вампиров.

— А твой? Как ты его назвал?

— Прояви уважение, Альтаир! Конечно же, Подвальный Владыка сильнее их!

Я бы с этим сильно поспорил, — усмехнулся я про себя. Но говорить этого вслух уже не стал.

Что объединяет двух богов, которые по сути являются просто сильными магами, и непонятное существо из другого измерения? Пока что, готов поспорить, эта сущность тоже имеет уровень выше тысячи. А значит и меня от божественного статуса отделяет лишь немного прокачки.

В центре зала всё так же висел спущенный мной кровавый алтарь. И, подобно всем остальным, он давал способности. Каждая способность — это повышение уровня угрозы в глазах системы. Как и поглощение фрагментов фрактала, кстати. Так что набрать нужную силу будет не так сложно. Всё необходимое у меня уже есть.

[Доступен навык администратора — «директива»]

[Описание навыка:

Позволяет напрямую обращаться к элементам системы.

Ограничения: здравый смысл.

Расход: зависит от глубины изменений.

Стоимость навыка: 499 999 единиц маны фрактала]

Даже не смотря на драконовский ценник и странное описание, сердце забилось чаще. Я будто уже встречался когда-то давно с этим навыком, и где-то внутри спали воспоминания, с ним связанные.

Но при этом я не был уверен в том, владел ли я им раньше.

Позволяет напрямую обращаться к системе… Это как вообще должно работать?

Я подтвердил выбор способности, но ничего на первый взгляд не произошло. Только способность добавилась в список доступных, если призывать справку о себе.

Напрямую — это как?

— Системная директива, — произнёс я шёпотом. — Пусть этот стол превратится в тарелку пельменей.

Послышался грохот битой посуды. С тарелкой не вышло, и вся материя стола превратилась во множество копий тарелок с пельменями. Один в один те же, какие я ел в трактире на острове, будто система достала этот образ из моей памяти. Даже пахло так же.

— Альтаир! — гневно мяукнул Эдельвейс, когда вместо гладкой поверхности длинного серого стола химерологов под его задницей оказалась тарелка горячей еды. Температуру система тоже взяла из моей памяти, а я тогда, помнится, едва не обжог язык первым же.

Ну нихрена ж себе?..

Я с удивлением посмотрел на свои руки, будто это они призывают великие чудеса. На самом деле всё делалось голосовой командой. Или даже мыслью.

Открыв справку, я увидел, что трюк мне обошёлся в десять тысяч. Дороговато для простой проверки. И всё снова упирается в наличие маны.

Но блин… имба же!

— Системная директива. Пусть этот остров дрейфует в сторону Эниранда, — тихо сказал я. А затем уже громче, товарищам. — Так, в очередь на алтарь! Его нужно пройти всем!

Глава 26

Алтарь крови оказался не слишком разнообразным. Способность он предлагал всем одну и ту же, только адаптированную под основную стихию. Менялись только названия и описание работы.

— Стихийный контроль? — удивилась Лина. — Это одна из дисциплин, которую изучают в академии.

— Скорее всего, здесь какая-то улучшенная версия, — предположил Тео. — Я так форму огня адаптировал под взрывающихся птиц и изменял размеры. Теперь это по идее должно делаться легче?

Сказав это, пиротехник призвал огненную птицу над рукой. А затем ещё одну, из чёрного огня, и «съел» первую. Потом призвал третью, ещё больше, из гибридной стихии света с огнём.

— Арианская матрёшка, — хмыкнул Тео. — Интересно, как это будет работать в бою?

— Контроль формы магии посредством мысленных команд? — удивился Эдельвейс. — Они не могли возвыситься на такой мелочи.

Однако после того, как он прошёл алтарь сам, мнение резко изменилось.

Кот за несколько секунд растворился облачком тьмы, затем перетёк в гуманоида и стал человеком с кошачьими ушками. Выглядел он всё ещё стрёмно, как минимум из-за второго рта на щеке и двух хвостов.

Затем кот распался на отдельные клубы мрака, которые мигом позже вспыхнули синим пламенем и обратились дюжиной одинаковых Эдельвейсов.

— Невероятно, — произнёс один из них. — Это не просто контроль, а возможность говорить со стихией напрямую. Он позволяет видоизменять обычные навыки до неузнаваемости.

Видоизменять навыки…?

Это как вообще?

Я вызвал справку.

Остров медленно двигался в сторону Эниранда, вместе со своей атмосферой. Можно было ускорить его или скорректировать направление, но и то и другое требовало маны.

Затем сконцентрировался на возможности ускорения.

Нет, не то. Здесь изменять просто нечего. Разогнать, но не сменить. Затем сконцентрировался на втором, коррекции.

Справка на способность сработала. Система начала выдавать передо мной светящийся текст. Расход маны изменить было нельзя. Верней, можно, но это означало и изменение скорости. Всё, блин, требовало маны.

Справка… а нужна ли мне теперь справка?

Система, можешь найти Хаку Пчеловода?

Цена локализации игрока Хаку Пчеловод: 300 000 ед. фрактала

Дорого.

А сколько стоит призвать его ко мне?

710 000 ед.

Пожалуй, с этим пока повременим.

Получается, я могу теперь приказывать реальности? Как такое возможно?

Тогда у меня, выходит, в принципе больше не может быть врагов.

Кроме тех, кто обладает такой же силой…

Я коснулся своей мантии, где в пространственном кармане лежали два кубика фрактала Мерлина. Не до конца поглощённый куб солнечных и тот, что был у тёмных.

Их силы должно хватить на большое такое чудо, чтобы изменить этот мир. Но для избавления хотя бы Зехира от мёртвой магии с новыми возможностями, мне потребуется намного больше. Иначе решение было бы уже найдено.

Можно использовать эту силу, чтобы добраться до Меаса и Мельхиора. Или уничтожить их системными методами.

Ещё не приняв окончательного решения, я мысленно запросил у системы цену на их телепорт поближе ко мне, но совершенно неожиданно получил отказ.

Персонаж с указанными данными не обнаружен.

Это настораживало ещё больше. Компания химерологов разделала бы этого Меаса на десяток химер, если бы он им попался. Их силы не сопоставимы. И тем не менее, я могу найти их, но не могу — жалкого рогатого козла.

Какие у меня ещё варианты?

Можно восстановить великий барьер и даже улучшить его. Но всё равно он не будет вечным. Ведь на самом деле это не Днище поднимается, захватывая острова. Это сам Зехир, повинуясь закону Мерлина стремится собраться воедино, в цельную планету. А значит, все острова сами спускаются вниз.

Можно попробовать переписать этот закон. Сделать так, чтобы острова получили отсрочку и не спускались ниже. Это, пожалуй, самый перспективный вариант. Но… сколько у Мерлина было на самом деле сил, когда он в прошлый раз сохранил жизнь на обречённой планете?

Что-то мне подсказывает, что до него в плане запасов маны мне ещё далеко.

На Зехире ману обеспечивает наличие большого количества островов с алтарями в подчинении. А завоеваниями я не занимался от слова совсем. Поток маны был достаточным для боя, но не для глобальной магии, перекраивающей вселенную.

Основные силы я вкладывал в реставрацию корабля. И кстати, сейчас это сделать будет ещё проще. Вложить силы Мерлина — и готово. Вот только корабль — это кот в мешке. Я всё ещё не помнил толком, кем я был раньше, и чем на самом деле занимался. А потому и корабль мог быть как решением, так и бесполезной сейчас тратой ресурсов, а то и проблемой, с учётом старых программ до крушения. А весь Зехир туда не запихнёшь…

— Альтаир, остров движется! — донёсся возглас Дамиана.

Точно, он же ещё не был здесь, когда я начал использовать новую способность.

— А что, не видишь, отправил трофей в Эниранд.

— Что? — побледнел механист. — Ты активировал…

— Нет, — рассмеялся я. — Мне никакие артефакты не нужны, чтобы приказывать островам двигаться. Нет ничего невозможного для владыки фрактала!

— Безумие… — прошептал Дамиан.

— Магия, — пожал я плечами. — И заметь, никаких жертвоприношений не нужно!

Механист недоверчиво посмотрел на меня.

— Вроде я тебя уже давно знаю, Альтаир, но ты каждый раз умудряешься меня удивлять. Ты же понимаешь, что если ты можешь двигать острова силой мысли… да пусть даже и за ману, то это может сделать тебя хозяином этого мира.

— Хозяином? Звучит, как что-то ужасно скучное. Лучше я попробую этот мир спасти.

— Спасти? От Днища? Или от Цеха?

— Пф! Цех и близко не тянет на главное зло! Так что первое. Попробуем избавить жителей этого мира от мёртвой магии.

— Ты говоришь так, будто уже знаешь способ, — заметил Эдельвейс.

— Догадываюсь.

— Этого мало, — покачал головой кот и повернулся ко мне так, чтобы я видел второй глаз, окрашенный в рыжий. Получается, сейчас со мной говорил его бог или кто он там.

— Сейчас я ближе к этому, чем ты или этот кровавый бог.

— Пф! Алиот Алашан — просто обнаглевший делец! Я уже десятки тысяч лет как пятый в иерархии астрала, а он — вампир, покусавший пару настоящих богов.

— Мне не сильно интересны ваши разборки. Но позиция, пожалуй, интересна.

Эдельвейс демонстративно посмотрел в сторону Дамиана. Тот развлекался с алтарём и получал свой контроль над молнией. Теперь он уже, пожалуй, занимает свой пост по праву сильнейшего, а не просто потому что я так решил.

Механист с виду был увлечён изучением нового навыка, но я слишком хорошо его знал. Дамиан кажется простоватым и добродушным, открытым парнем. Но на деле он тот ещё интриган и наверняка сейчас ловит каждое слово. Кстати, Орден Механистов ведь вроде как тоже почитал какое-то божество. Церковь Стали и её стальной бог…

— Пройдёмся? — предложил я.

Кот кивнул и направился к выходу из здания.

Наедине, впрочем, побыть нам была не судьба в любом случае. Остров кишел механистами и звёздными. А порталы продолжали взрываться ослепительным светом. Скорее всего, вывозили оборудование химерологов. Ну, хорошо хоть, что не подрались за лут. А об остальном ещё поговорим. В будущем надо бы набросать договор о совместных исследованиях всех фракций.

И действительно, группа людей в костюмах магов академии тащила чёрно-золотой агрегат, напоминающий ящик. А ведь на нижних уровнях ещё идут бои с химерами. Времени зря не тратят.

Интересно, где сейчас старина Сай?

— И как тебе сила великого администратора, человек? — с мурлычащими нотками в голосе осведомился бог в теле Эдельвейса.

— Славно, что ты видишь мой класс, — хмыкнул я.

— Я вижу всё. Нет ничего, что можно от меня скрыть.

— Чего ты добиваешься… кто ты, к слову? Как я понял, не бог, но телом моего друга управляешь, будто своим аватаром.

— То, что ты называешь Эдельвейса другом — это похвально. Бог — это условный статус. Если в тебя верят, и ты достаточно силён, значит ты — бог. Все мы боги. Только некоторые слишком слабы и не помнят об этом.

— Только давай без загадок и всей этой муры. У меня нет ни малейшей причины тебе доверять, и я сам решу проблему Днища.

— Это я уже понял. Весьма прискорбно. Осуждаю. Зачем делать что-то самому, если можно отдать это другому? Разве не проще…

— Не проще.

— Боги, и как только он тебя терпел? Ладно, не важно. Забудь, что я сказал. Предлагаю сделку.

— Вроде бы одну уже заключали недавно? Если не справлюсь сам — обязательно обращусь.

— Этот мир не так прост, Альтаир. Он — последний перед великой Пустотой…

— Я в курсе. Предлагаю то же, что предлагал тому Цеху. Зачем тебе нужен Зехир и что ты собираешься конкретно с ним сделать? Ответь, и исходя из этого я подумаю, сможем ли мы договориться и в чём. Я надеюсь, у тебя нет какой-то особой тайны, как у них?

Говорило со мной явно какое-то могущественное существо, но при этом манера речи у него была похожей на манеру Эдельвейса, потому говорить с ним было на удивление просто. Не чувствовалось скованности.

Ну, или просто потому, что он — кот.

— Меас, Эхмея и Мельхиор, — начал отвечать он, и тем сразу захватил моё внимание.

— Продолжай.

Губы кота дёрнулись в едва заметной улыбке.

— Меас не так давно в этом мире, по историческим меркам. Но он успел как следует здесь наследить. Он, и Эхмея. Но в отличии от своего друга, Меас Двуликий всё ещё связан узами. По здешним меркам они оба, как и созданная ими химера на основе бога некромантов, уже боги. Но там, откуда они пришли, это уровень в три четверти от сильнейших.

— Хочешь сказать, они представляют угрозу?

— Нет. Если администратор реальности проиграет бой залётным иномирцам, я буду считать, что потратил зря время. Это просто пример, какой силой обладают жители закрытого мира.

— Пример? Пример чего? Силы мне более, чем достаточно, можешь поверить. Или проверить, если так хочется.

— Не провоцируй меня, человек. Я предпочитаю не ввязываться в драки. Я в первую очередь бог информации, если так можно сказать.

Что-то мне подсказывало, что он врёт. Скорее, бог лжи. Хотя нет, он вообще не бог, а просто сильная сущность. Ничем не лучше этого недо-бога вампиров или гибридного мага Эхмеи.

— Это пример того, — продолжил кот после паузы. — Какой силой нужно обладать, чтобы оставаться хотя бы немного чистым в океане из мёртвой магии, который сюда надвигается.

— У меня достаточно сил, — с раздражением повторил я.

— Не сомневаюсь, Администратор Зехира. Но достаточно ли её у твоих союзников? И достаточно ли тебе маны, чтобы лично отражать вторжение пустоты?

Я осёкся.

— Я найду достаточно маны, не беспокойся.

— Она не берётся из ниоткуда, администратор! — усмехнулся кот. — Чтобы усилить что-то, тебе придётся вложить туда ману. Такой вот круговорот. Как решать будешь?

— Я разберусь, как.

— Есть один способ решить эту дилемму, человек.

— И какой же?

— Через веру в богов Трибунала! Не отдавай этот мир мне, но стань одним из нас!

Ага, значит у них там целая шайка богов…

— В чём подвох?

— Пятая часть этого мира живёт по правилам, в которых не существует мёртвой магии. Это не просто кусочек очередного захваченного пустотой мира. Это кусочек чистого мира, в котором пустоты просто нет! И я знаю, как удержать его, Альтаир.

— А зачем тебе для всего этого я?

— Затем, что я знаю возможностях администратора. Всё, что тебе нужно сделать, это заменить всего лишь один параметр.

— Какой?

— Замени все виды маны в этом мире на веру в меня!

Теперь уже я остановился и застыл, глядя на кота с ярко-рыжими светящимися глазами.

— Ты действительно думаешь, что я соглашусь на такое?

По правде я вообще не думал о том, что такое возможно. Зачем вообще бы мне пришло в голову делать что-то подобное? Но звучало это на редкость паршиво. Будто я мир просто продаю в обмен на смутные обещания.

— Мы создадим новый мир, Альтаир! Мир, свободный от мёртвой магии. Мир, который станет маяком свободы и независимости, каким стала тюрьма душ на спутнике десятой планеты в этой звёздной системе.

— Все миры за Зехиром уже уничтожены, — покачал я головой.

— Один остался, человек. Хочешь, чтобы твой стал вторым?

Разговор оставил много вопросов для размышления. Что на самом деле может означать это всё? Редактор персонажей с этой сущностью не работал, так что истинных эмоций я не знал.

Всё это могло оказаться и ложью, нужной лишь чтобы я сделал то, что он хочет.

Поэтому ничего передавать я никуда не буду. Но важно понять, зачем ему это было нужно, и найти своё решение.

В любом случае, осталась лишь последняя доступная мне деталь этой головоломки.

Я вновь коснулся мантии, будто собирался прямо сейчас вытянуть светящиеся кубы фрактальной энергии. Но встречаться с Мерлином я буду только хорошо подготовленным, в полной безопасности в своей башне.

С этими мыслями я вернулся в зал, где произошёл бой. У спущенного к останкам стола алтаря стоял Регулус. Увидев меня, его взгляд чуть потеплел. Здесь же всё ещё ждали меня остальные члены моей группы. Хина о чём-то беседовала со своей сестрой, не отходящей от нового архея звёздных.

— Альтаир! Наконец-то ты здесь! — начал он. — Благодарю, что помог нам! Эти безумцы едва не погубили весь континент.

— Им, как и всем сейчас, нужна мана, друг мой. Охраняй хорошо сердце острова.

— Уже сердца, — поправил меня Регулус. — Континент не удалось удержать, и он разделился окончательно.

— А источник?

— Поделился, — с сожалением пожал он плечами. — Теперь в мире станет ещё больше хаоса…

— Из хаоса рождается новый порядок, друг мой.

— Лишь бы дитя не оказалось мёртворождённым, — мрачно сказал янтарноокий Эдельвейс, после чего сущность покинула тело кота, и его глаза вновь залились необычайно чистым, глубоким синим окрасом.

Глава 27

Глава 27

Каменная длань медленно плыла среди островов, приближаясь к Эниранду. Вдалеке уже виднелся величественный остров с высокой башней. Под бесконечным водопадом с верхних островов раскинулась плодородная долина с мелкими хижинами крестьян.

Увидел отстроенный город — он казался светящимся во тьме космического пространства. Высокий деревянный зал советов с изогнутой крышей, снующие точки — фигуры разумных. Пласт одиноких белых кубиков, уходивших вверх от того места, где упал мой корабль — работало восстановление целостности.

Я дома.

На душе потеплело, но мрачное настроение никуда до конца не исчезло. Дурное предчувствие терзало душу, не отпуская ни на миг. И причину я знал. Есть некоторые дела, которые очень не хочется делать, но… у тебя нет прав отказаться.

Я добавил новый мост от своей столицы и завязал на алтари островов.

Собственного боевого флота у нас пока не было, но механисты оставили здесь свой. Предательство для Дамиана сейчас было бы сродни самоубийству, так что в его намерениях я был уверен.

Сбежавшие химерологи могли попытаться отбить свою базу, потому её защита была крайне важна сейчас. Звёздный же флот будет защищать континент от повторной попытки захватить сердца мира. Теперь уже два…

Эдельвейс обещал ещё прислать своих для укрепления и Эниранда, и Континента. Ганц предложил помочь солнечными кораблями, но я отказался. Им самим они сейчас нужнее. Наверху разгоралась гражданская война между некогда едиными малыми фракциями Монорельса.

Я в очередной раз подумал, что же могло заставить Эхмею пойти на такой шаг, как уничтожение собственного народа ради маны. Особенно с учётом того, что его сила оказалась ещё и очень зависимой от верующих. Выстрел себе в ногу ради сиюминутной выгоды?

Чего добивались Меас с Эхмеей и Мельхиором?..

Когда мост был готов, я перешёл на Эниранд вместе с Тали и Хель. Как бы я это не откладывал, но мне предстоит поглотить ещё два фрагмента фрактала, собрав остатки силы древнего мага, изменившего мир.

Перенос. Мелькнули звёзды космического пространства и выделенная область соединяющего острова моста.

Эниранд. Башня.

— Надеюсь на вас, — произнёс я девушкам.

Хель мягко улыбнулась. Тали показала большой палец.

— Удачи, оператор, — сказала механическая кукла.

— Я люблю тебя, Альтаир, — внезапно произнесла девушка.

Сел, погружаясь в глубокую медитацию.

Перед сознанием поплыли два фрактальных куба. Мана впитывалась в тело и растворялись в нём. Почва под ногами исчезла. Всё вокруг обратилось тьмой и белыми кубами, из которых творится материя.

— Альтаир… мне знакомо это имя. Оно принадлежит далёкой звезде из другого мира.

— Другого?

— Верно. На этом звёздном небе ты её не найдёшь.

— Мерлин, это ты, или твоя проекция?

— И то, и другое, — ответил глубокий старческий голос. — Я тот, кто всё видел, даже собственную далёкую смерть. И зная о том, что будет в будущем, я оставил эти осколки. Любой из них в мирах порядка имеет право воскреснуть мной. Имел. Теперь, полагаю, эта власть — часть тебя.

— Не будешь пытаться вновь забрать моё тело?

— Больше нет. Теперь я стал целостен и помню ВСЁ. А потому хочу лишь одного — исчезнуть и больше никогда не быть.

— Исчезнуть?

— Да. Но увы, этого не будет. У души есть свой путь. Я был великим магом и спас многие жизни. Но был ли во всём этом смысл?

— Ты спас Зехир.

— И обрёк на страдания таких, как Хель. Её близких убил химеролог Эзарх Безумный. А ей повезло выжить после эксперимента. Или не повело, как сказать. А знаешь, почему?

— Это важно? Эзарх мёртв.

— Его родителей сожгли на костре инквизиторы церкви стали за практику тёмных искусств. Вообще-то они были знахарями и лечили людей. Но не всё в их власти, потому когда они не смогли вытащить одного знатного пациента — последний наследник использовал все средства, чтобы отомстить им за то, что они не смогли этого сделать.

— Звучит глупо, если честно.

— Маленький целитель Эзарх умер в тот день, и родился будущий Эхарх Безумный. Больше всего он ненавидел церковь и религию. Наука стала его верой, и обратил он её на то, чтобы спасти мир. Нужно стереть церковников и их жалкие культы. Глупые энирай не понимают, что эти жертвы — на благо науке, которая свергнет мракобесие и спасёт гораздо больше жизней.

— Хочешь его оправдать, дескать его жизнь обидела и у него было право ломать чужие жизни, чтобы отомстить?

— Я просто говорю, как было. А знаешь, почему этих людей сожгли? Тот, кто навёл на них инквизицию потерял всё, чем дорожил и покончил с собой после их гибели. А инквизитор, проводивший этот ритуал…

— Зачем ты мне всё это рассказываешь?

— У всех этих событий одна причина, — сказал Мерлин. — Та же, что и у тебя самого. У зла много имён, но всего одно сердце. В этом мире её имя — Сехмет. Падшая в безумии бывшая богиня Забвения. Потому боль всегда течёт в памяти. Той, кто должна её забирать, больше нет. Вместо неё в ткани мира кровавая дыра, из которой в наш мир хлещет мёртвая магия.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Пустота питается чужой судьбой. Это второй лик мёртвой магии. Но не последний. Где-то за вечной болью и безысходностью тлеет последний аспект. Есть лишь один шанс закончить вечные страдания обитаемых миров.

— И какой же?

— Мои тени были на дне вечной боли. Во тьме абсолютного зла, под слоем отчаянья и безумия есть аспект, что способен остановить вечное страдание, Альтаир, — проникновенно сказал Мерлин мрачным глубоким голосом. — Полный распад во всех плоскостях. Абсолютный распад. Ты уже видел его шёпот, ведь лишённый эмоций фрактал в своё время провёл туда и тебя…

— Ты говоришь о гибридной стихии распада?

— Я говорю о том, что лежит в пустоте глубже отчаянья, которое убивает душу, глубже рока, тайны безумного бога, которому плевать на души. Она пожирает чужие судьбы. Я говорю о третьем аспекте магии пустоты, которая однажды поглотит всё. И имя ей — энтропия.

— Энтропия?

— Всё что было создано — может быть разрушено. В этом главный конфликт между нашей вселенной и мест, откуда ты прибыл. Твой мир утверждает, что душа неразрушима, а значит — обречена на вечную пытку. Но ты — корректор реальности. Модификатор её. Владыка и администратор, зашедший дальше, чем я. В твоей власти помочь этому конфликту разрешиться.

— Как, отдав всё на разрушение энтропии с Днища? Ты что… предлагаешь мне самому отдать этот мир пустоте⁈

— Мне очень жаль, Альтаир. Мне так жаль… Но другого пути у нас нет. Если твои слова о вере в свободу были истиной, подари её миру. Забвение без боли. Верни в мир то, что было отнято пантеоном Трибунала! Верни в мир право не-быть!! Верни окончательную смерть!!!

— Что? — опешил я.

Великий древний, сильнейший маг из когда либо существовавших сделал шаг в мою сторону. В глазах старика стояли слёзы.

— Мерлин… — начал было я и подскочил к магу. Мы оба зависли в черноте, но под ногами чувствовалась твёрдая почва, хоть я и не мог её видеть.

Мерлин медленно вставал передо мной на колени, с мольбой смотря в глаза.

— Я знаю, как это страшно, но мы должны принять энтропию, чтобы исчезнуть! Это единственный способ больше никогда не сталкиваться со злом!

Подхватил мага, чтобы удержать от этого ненужного унизительного жеста, но в последний момент, когда уже обхватил его руками в видении, как увидел абсолютно чёрные глаза из которых вместо слёз текла чёрная, как нефть, жидкость.

— Не ждал? А я ждала долго, первый из магов фрактала, — прозвучал двоящийся женский голос из уст старика. — Я твоя бывшая любовь. Я узнала по твоему шизоидному бреду о свободе и праве выбора. А помнишь, как сжимался в позе эмбриона и мечтал о смерти? Мечтал и просил ещё, чтобы увидеть меня. Все вы такие. Что же случилось теперь?

— Сехмет, — с отвращением понял я.

Несёт ли она бред или что-то такое действительно было — не важно. Нынешний я — Альтаир. Администратор реальности. И не какой-то тёмной твари диктовать мне условия.

Я призвал перед собой барьер, но вместо этого часть вездесущих белых кубов рассыпалась на множества фиолетовых и стала оседать вниз.

[Синхронизация стихий пустоты и фрактала: 100%. Открыта гибридная стихия: распад]

Что? Я не активировал такого приказа!

Разгон сознания не работал — поток времени не менялся. Все навыки в списке доступных сменились на их версию в стихии распада. Стереть, удалить, устранить, дезинтегрировать…

В разум лезли ужасные мысли и страх. Панический ужас, который останавливало разве что моё знание, что это не имеет никакого отношения ко мне. Это всё — не мои чувства, а воздействие мёртвой магии.

— Нет, отмена! Система, отмена синхронизации!

Система не слышала меня.

— Соединяйся со светом! Магией звёзд! — затем, вспомнив историю Мерлина добавил. — С хаосом!!

[Синхронизация стихий пустоты и фрактала: 100%. Открыта гибридная стихия: распад]

[Попытка инициализация стихии: антиматерия]

[Провал]

Затем последовала хлопок, отозвавшийся болью по всему телу. Волной по всему моему существу.

Образ великого волшебника всё больше походил на жуткую химеру. Черно-лиловый жидкий свет теперь лился не только из глаз, но и из ушей и носа старика. Волосы начали покрываться чернотой, части кожи слезать, обнажая скрытый под ним облик девушки.

Попробовал атаковать доступной магией распада, но она ничего не могла противопоставить падшему богу Днища. Магия не подчинялась мне. Никакая.

Система — понял я. Сама система — заражена. А значит и в системной магии присутствует частица абсолютного зла. Крупица, спящая среди других аспектов, но готовая пробудиться по первому зову своей хозяйки.

— Забвение? Нет, ты не сбежишь. Никто из вас не сбежит. Мне нужны судьбы! Много судеб!! ВЫ ВСЕ — МОИ! ВАШ ДОМ — ПУСТОТА!!!

Останки мага распались и клочьями рассыпались в черноту.

Передо мной стояла высокая девушка с чёрным каре и ярко горящими чёрно-лиловым глазами. Дыхание перехватило от невыносимой жажды смотреть на богиню, касаться богини, целовать её следы на песке.

— Целуй мои ноги, мой блудный принц безумия. И сделай наконец то, ради чего ты здесь. Выполни долг эмиссара системы. Проведи обновление системы.

— Нет… — с огромным трудом выдавил из себя я.

— Нет? — удивилась Сехмет.

— Нет, — уже уверенней сказал я.

— Значит нет… — вздохнула она, будто человек. — Значит, тебе не надоело играться вдали от меня. Что ж, давай поиграем ещё. Как ты себя зовёшь в этой жизни? Альтаир? Хорошо, Альтаир, поиграем ещё. Я с радостью съем ещё пару жизней!

Картина перед глазами резко сменилась.

Чернота и светящиеся кубы за секунду исчезли, вырывая меня из медитации в реальный мир.

За миг до того, как в моё сердце вонзился кинжал Хель с молчаливого согласия Тали.

Интерлюдия

— Это совсем не то, чего я хотел!

— Успокойся, Солар. Я иногда жалею, что взял тебя своим учеником, — произнёс беловолосый рогатый мужчина в белой мантии мага, под которой пряталась футуристичная броня.

Глупость его раздражала больше всего. Глупость и невежество. Жаль, что простым просвещением этого не излечить. Иногда это настолько въевшиеся врождённые качества, которые просто невозможно вывести.

Впрочем, нет. Здесь дело не в глупости, скорее в эмоциях. Парень мотивирован — это главное. Остальное стоит просто направить в нужное русло.

Ну и постараться, чтобы он не пересекался с Эхмеей. Впрочем, теперь об этом можно не думать.

Уничтожение присутствия его в этом мире — неприятный ход. Но они сознательно шли на риск ради набора маны. И теперь по крайней мере одной проблемой меньше — наша связь для него так и останется тайной.

Зато теперь маны должно хватить, чтобы попасть в системные настройки.

— Начинайте, мастер ар Орион, — обратился чуть дребезжащим голосом Меас к получеловеку-полусаламандре.

— Смотрите, Наставник.

Перед сияющей сферой одной из двух частей расколовшегося сердца Континента возникли пылающие буквы интерфейса. Какая полезная способность — быть ходячим терминалом там, где их вообще не предусмотрено!

[10,6% сердца мира Зехир]

[Принудительно: активировать все каналы связи между частицами]

[Внимание: выполнено 33%]

[67% доступ не возможен. Несоответствие версии системы.]

— Когда-то давно мир, в котором вы живёте, не знал силы Днища. Оно появилось многим позже и принялось его разлагать, как разлагают жизнь некротические миазмы.

[Идёт процесс принудительной активации. Ожидайте]

— На своём пути эта сила уже поглотила много миров вокруг. Все миры вокруг нас полны скверны. Мой великий учитель, да будет благословенно его имя, родился в запертом мире-клетке, из которой нельзя сбежать. Но отдал свою жизнь, стремясь очистить миры от зла. И я, как его верный ученик, продолжаю начатую им священную войну с энтропией. Истинным врагом, скрытым за отчаяньем пустоты. Этот мир, один из немногих, в котором осталось настоящее.

— Учитель, а наш мир — особенный?

— Да, Ванта, особенный. Великий маг Мерлин, которого почитают здесь как победителя второй битвы магов, исказил здесь время, создав временной порог. Мёртвая магия, пришедшая из мира смерти, подтачивает ваши сердца и оскверняет ваш мир. Что делают с заражённой конечностью?

— Ампутируют? — поняла Элизабет.

— Именно. Поэтому первое что нужно сделать — удалить всё лишнее. Мастер ар Орион, удалите грязь.

Где-то на нижних островах послышался вой и повеяло настоящим ужасом. Останки великого барьера полетели в пропасть, позволяя мёртвой магии вырваться на свободу.

Активированные на заражённые мёртвой магией острова мосты позволили ей напрямую ринуться вверх, игнорируя барьеры.

[Инициировано удаление соединений. Требуется подтверждение администратора]

— Корректор Меас Двуликий. Наречённый великим координатором Святым Гильгамешем. Инициация принудительного обновления. — произнёс он.

Обернулся к своим ученикам.:

— Мой наставник открыл, что этим злом осквернён каждый мир. Но в вашем она лишь там, где её зовут. Многие годы мир оставался в таком состоянии, пока тьма не прислала сюда своё исчадие. Тварь, которую вы знаете под именем администратор Альтаир. Эмиссар порочной системы, оскверняющий этот мир.

А затем, снова обернувшись к устройству:

— Обнаружена критическая уязвимость системы. Проанализируй статус захвата системы неизвестным вирусом

[Принудительно: начат процесс принудительного разрыва соединения.]

[Система Зехир благодарит вас за выявление уязвимости]

— Пустота не отстанет так просто, Меас, — произнёс тощий бледный тип в балахоне.

— Мельхиор… Ты продолжаешь не верить в свою великую силу, тогда как ты — лучшее творение этого мира!

— Просто подари мне чёртов покой… — проворчал он. — Мой мир выжженая пустыня. Я не могу так больше. Душу рвёт на части. У меня в голове происходит то, от чего ты бы давно сошёл с ума.

«Лучшее творение» сидело поодаль и было как всегда погружено в вечную грусть. В глазах самого ужасного существа на этой планете была сложная гамма чувств из страха загнанного зверя и жажды крови азартного хищника. Очень сложно жить, когда тот, кого ты боишься больше всего на свете, боишься до одури, до паники, до безумия… это ты сам.

— Осталось уже недолго, друг мой.

— Госпожа принимает подношение, — улыбнулась Каэра.

— О, твоя дочурка довольна, — не удержался Солар.

— Она не моя дочь. Я не грёбаный дохлый бог некромантов, — безразлично поправил Мельхиор с едва заметными нотками раздражения.

Меас чуть улыбнулся. Его всегда забавляло, как солнечный ходит по грани, рискуя быть стёртым в мгновение ока. Даже он сам не решился бы лишний раз раздражать того, кто был прозван Геноцидом. Пусть даже сам Меас и был бессмертным.

— У меня было нормальное имя, — продолжил с тоской Мельхилор, — когда ты мне его вернёшь?

— Ох… скоро-скоро, — повторил Двуликий. — Добавьте маны, мастер ар Орион. Система. Пора обновляться.

[Обновление до версии: Пантеон Чёрного Солнца.]

[Внимание: зафиксирована принудительная смена версии [УДАЛЕНО]]

— Сехмет довольна, — повторила Каэра.

— У меня мурашки по телу от этой сделки, — с отвращением сказал Вальтер. Слишком правильный для их великой миссии, но Меасу он напоминал наставника. Единственного, кого он по-настоящему уважал в этом мире. Он стал бы прекрасным лидером. Куда лучшим, чем он сам.

— Святой Гильгамеш открыл, что этим злом осквернён каждый мир, — повторил Меас. — Каждый раз, когда ты испытываешь то, чем является пустота — ты уже служишь ей. Ненависть делает сильнее лишь богов ненависти. А уже их эгрегор… ладно, сложно, да? В сущности нельзя победить подобное подобным. Всё, что ты можешь сделать — это заставить себя не испытывать их.

— Как?

— Для начала, научиться договариваться даже с врагом, если это выгодно для твоего дела.

— Это так мудро, наставник! — с блестящими от восхищения глазами сказала Ванта.

— Мастер Меас, — привлёк его внимание озабоченный голос Леониса ар Ориона.

Двуликий скривился. Как говорил великий Гильгамеш, чем сложнее план — тем больше шанс провалить его реализацию.

[Ошибка обновления. Невозможно инициализировать изменение настроек системы. 0,67% не отвечают]

— В смысле? — Меас покрылся холодной испариной.

Ошибка в этом процессе могла означать, что условия сделки нарушены, и мёртвая магия решила забрать себе весь Зехир!

Но…

— Почему… В чём причина ошибки? — произнёс Меас Двуликий.

— Наставник, что-то не так? — насторожился Вальтер.

[Недостаточно прав доступа. — 0,67% Зехира находится во владении Администратор Альтаир.]

[Обновление отменено]

[Идёт поиск возможных решений…]

— Альтаир, — сжал зубы Меас. — Так вот зачем неназываемой твари был нужен эмиссар!

Но нет. Это ещё не конец.

Двуликий подавил подкатывающий к горлу ком тошноты и заставил себя собраться.

— Мельхиор. Пришло время отработать обещанные чудеса!

Глава 28

Металл коснулся плоти и отскочил в сторону. Пока я в сознании, убить меня таким образом невозможно.

Кажется, что-то пошло не так у всех в этом мире.

Хель подняла руку. В лицо полетело копьё пустотной энергии. От него я уже увернулся, а затем был вынужден уклоняться от металлической ладони, летящей в лоб.

Тали атаковала неожиданно, резко и пугающе быстро. Китара тари не смогла пробить абсолютную защиту фрактального барьера. Но она что-то подобное с самого начала и предполагала, потому кошачьим движением юркнула в сторону, обойдя барьер и атакуя в бок.

А, нет, ложный выпад. Тали продемонстрировала короткий портал тари, оказавшись у меня за спиной. Однако не с настолько разогнанным восприятием пропускать удары.

Я легко ушёл в сторону и одной силой мысли призвал два барьера, которые не только заблокировали удар, но и зажали механическое тело Тали, не давая ему пошевелиться.

Хель атаковала пустотной волной, надеясь, что ударив мёртвой магией по площади вокруг себя уж точно достанет и до меня. Чёрно-фиолетовая дрянь обошла невидимый щит. Но слишком медленно для моего ускоренного восприятия.

Поглощённый мной фрактал, плюс сам факт того, что я находился в своей башне, решал исход боя заранее. Маги древности не зря практически не покидали своих башен.

— Сехмет, ты правда думала, что это сработает? — усмехнулся я.

Слабость и резко навалившееся магическое истощение, внезапно ставшая разлетаться куда попало сила — и вот я уже подхватываю падающую девушку и бережно укладываю её на кровать.

Кто бы знал, как мне это всё надоело…

Но теперь всё закончится. Совсем скоро.

Я покинул комнату и вышел в широкий коридор своей башни.

Мимо каменной лестницы вверх уходили белые кубы.

Спуск к алтарю не занял много времени. Решение приходилось искать очень быстро. Если хозяйка проклятой магии так отчаялась, что активирует все свои козыри разом — значит то, что я понял во время нашей последней встречи — действительно может разрушить все её планы.

Хель… она с самого начала была со мной, но я с первого дня нашего знакомства знал, что между нами может встать принудительно внедрённая в неё сила. Когда мёртвая магия впервые показала своё истинное лицо — во время битвы за Эниранд, я уже понял, что рано или поздно эта сила может попробовать достать меня через Хель.

Тали же с самого начала была предана системе. Это было понятно во время нашего памятного разговора после начала работ по восстановлению корабля. И это стало ещё более очевидно из тех крупиц воспоминаний о моём падении вниз.

Но Тали — это не только программа. Программе неведомы сомнения. Искусственный интеллект — лишь часть этого существа, которое спрятало себя у меня в сознании. Или скорее, это сделал я сам, потому как возможности администратора поистине безграничны.

Настолько, что я могу с их помощью сделать нечто большее.

Правда, признаюсь, для этого мне пришлось коррекцией хорошенько разогнать мудрость, интеллект, скорость мышления, внедрить дополнительные потоки сознания и всё вот это вот. Но с тем запасом маны, которым владел Мерлин, чего только не сделаешь.

Даже, вот это:

[Великий источник типа «Башня Мага». Стихия: фрактал. Хозяин: Альтаир]

1. Вывести перечень доступных навыков.

2. Вывести список доступных мостов.

3. Вывести доступные улучшения.

— Вывести список улучшений для класса администратор.

[Достигнут максимальный предел развития класса. Улучшение невозможно]

[Внедрение нового класса…]

[Доступно улучшение до «Архитектор реальности»]

[Внедрение новой способности…]

[Доступен навык: архитектор исходного кода]

[Класс заблокирован.]

[Требуется подтверждение от главного сервера]

[Запрос отклонён]

[Идёт поиск возможных вариантов]

— Даже не надейся, Сехмет! И спасибо, кстати, — хмыкнул я и обратился к алтарю. — Администратор Альтаир. Предложение по улучшению класса. Назначить архитектором системы Зехир.

[Старая версия системы не поддерживается. Провести обновление?]

— Днище!

[Внимание, производится принудительное разделение. 67% сервера не отвечает. ]

[Администратор Альтаир: вверены права над 0,67% сервера. Остров Эниранд (стихия фрактал)]

— Я жду свой класс, — сказал я и увидел среди предложенных нужный.

Тот, который только что придумал сам и внедрил в систему. Тот, который позволяет редактировать исходный код. А значит, позволяющий мне перекрыть путь для мёртвой магии в этот мир. Теперь единственными,, кто мог нести с собой пустоту — это те, кто получил её, пребывая в мирах искажённой системы.

К сожалению, к таким относился и я сам — печать пустоты не уходит бесследно. Урон, нанесённый душе, никуда не исчезает. Может, однажды я найду лекарство и от этого — фрактал так себе работает с душами. Но кто знает?

[Доступен класс: архитектор реальности]

[Доступна новая способность для класса Архитектор…]

Я выбрал созданный мной самим навык для нового класса. Но едва я успел прочитать его описание, как меня сбило другое, куда более неожиданное оповещение:

[Внимание: производится принудительное обновление сервера до версии «Пантеон Чёрного Солнца». Запрос администратора сервера.]

— Что? Отклонить эту хрень! Что ещё за солнце?

[Обновление отменено]

[Идёт поиск возможных решений…]

— Кто инициатор обновления?

1. [УДАЛЕНО]

2. Корректор Меас Двуликий.

Меас!

— Система, где эта мразь?

[Персонаж Меас Двуликий не обнаружен]

Какой-то хитрый фокус, который он скрывает меня и скрывается сам.

Очевидно, что он не просто так шёл к этому моменту. У него был план, и только что я помешал его реализации.

Я развернулся и пошёл прочь от алтаря, вертя в голове сразу десяток мыслей о том, как можно найти то, чего нет. Но враг хорошо подготовился. Даже попытка найти Люциуса Змееморда не увенчалась успехом. Хотя он уж точно принадлежал этому миру. Иначе не ходил бы до службы у Меаса наместником в приграничной провинции.

— Альтаир. Я слышал, что ты пробудился, — послышался кошачий голос из тени.

— Эдельвейс. Хорошо, что ты здесь. У тёмных ведь есть способы обнаружения разумных?

— Тёмные оракулы, авгуры и сновидцы могут. Ещё можно поискать след в тенях. А кто тебе нужен?

— Меас.

— Это сразу нет. Уже пробовал.

— А как насчёт его спутников?

— Ты про Змееморда и Мельхиора?

— Думаю, есть и другие, замешанные в этом. Дело на судьбу мира.

— Понял. Я обращусь к владыке. Нет ничего, что можно было бы от него скрыть. — ответил он, а затем левый глаз котейки перекрасился в насыщенный, яркий янтарь.

Я хотел было его остановить, но потом подумал — почему бы инет?

— И чем ты готов заплатить за знание? — голос Эдельвейса изменился, став более зловещим и шелестящим, будто каждое слово повторял за собой многоголосый шёпот.

— Мир не отдам. У меня на него свои планы.

— Вижу. И вижу, что ты в состоянии воплотить их в жизнь. Сила кровавого бога, преобразованная во фрактал, и обход правил. Я вижу всё, Альтаир.

— Рад за тебя. Называй цену.

— Пусть за тобой будет услуга, — на кошачьем лице появилась совсем не по-кошачьи зловещая улыбка.

— Так не пойдёт.

— Не волнуйся. Это будет честная сделка.

— Издеваешься? Жду конкретики!

— Жди, когда Меас отключит мосты от твоего острова и сбросит на Днище.

Меня от такой перспективы бросило в холодный пот. Такая возможность была, но я очень надеялся, что рогатый не додумается до такого безумия.

Отсечь Эниранд так просто не выйдет. Вместе с ним на Днище уйдёт ещё и огромное количество островов — все ветви за нами могут исчезнуть. Ирису, Эяатталь, часть Расиэля и всё что за ними. Огромное количество земель тёмной фракции…

Да и позволит ли система сделать такое?

Мгновенный захват окружающих островов? Я могу увеличить скорость этого процесса в разы, но это будет всё ещё слишком медленно.

Единственный способ — использовать силы системы для телепорта боевой группы туда, где нас будет ожидать враг.

Каковы шансы того, что там будет ловушка? Ненулевые. Зависит лишь от осведомлённости о наличии у меня такой возможности. Появилась она у меня не так давно. Собственно, только что.

— Клянусь, что не потребую у тебя власть над миром. И клянусь, что это не будет угрожать жизни и свободе живущих под небом Зехира. Слово глашатая стихии астрала, тень от тени Токоннилда, Подвального Владыки и сердца Трибунала. Ты вправе отказаться, если моя просьба покажется тебе чрезмерной.

— Когда ты идёшь на такие уступки, я верю тебе ещё меньше.

— Не глупи, для меня это опасная сделка. Эдельвейс считает тебя человеком чести, потому я верю в твою честность. Согласись, у меня гораздо больше причин ждать обмана.

— Это и подозрительно. Ещё недавно у тебя были совсем другие планы и требования. Что изменилось?

— То, что пытается сделать Меас намного хуже того, что можешь натворить ты. Это идёт вразрез с моими планами. Да и ты, помнится, хотел сохранить не только жизни, но и свободную волю людей. Я на их свободу не покушаюсь, это противоречит моему аспекту.

— Хорошо, пушистый, — сказал я, понимая что возможно подписываюсь на нечто крайне паршивое. Но сейчас на кону стояло нечто большее. Выживание всего этого мира и множество жизней.

— Будь здесь через час. Я найду того, кто тебе нужен, — ответил кот. — Портал за счёт заведения.

— Принято, — кивнул я.

— Мастер Альтаир! — воскликнул стоявший по ту сторону ворот в башню страж.

— Буди высший командный состав. Всю мою боевую группу — к башне. Это срочно. Нас ждут Меас с Мельхиором.

— Да, мастер, — побледнел парень.

— Стоп. Регулус тут? Дамиан?

— Да, мастер! Они исследуют остров химерологов.

— Отлично. Тогда и их тоже. Пусть берут с собой самых серьёзных бойцов, но немного. Предупреди на кого идёт охота. Они поймут и не станут попусту жертвовать людьми.

Последнее — были уже скорее мои размышления вслух.

Что ж, я сделал всё, что смог. Но враг очень точно продумал всё до деталей. Нападение во время связи с фракталом Мерлина, слежка через девушек и скоординированное начало действий Сехмет и Меаса.

Это означало только одно. Они действовали заодно. Может даже решили поделить Зехир. Всё вновь было призвано меня задержать.

Кстати, о девушках.

Персонаж: Хель.

Внесение глобальных корректировок: замена источника стихии «пустота» источником стихии «фрактал». Установить соответствующий стихии класс: корректор.

Персонаж: Тали.

Внесение глобальных корректировок: форматирование системных установок и замена на версию Зехир. Внешний доступ к разуму заблокирован. Директивы заблокированы. Установить соответствующий стихии класс: корректор.

Смена дислокации.

Механическая кукла мгновенно пришла в себя. Затем отпрыгнула от меня, как от огня. Затем с пару секунд размышляла. Много для неё что-то. Надеюсь, я не повредил ничего ей в голове.

— Альтаир, ты… Ты как меня переписал на зехирскую версию системы?

— Это всё, что тебя интересует? — усмехнулся я.

— А что?

— Ты свободна, Тали! Теперь только тебе выбирать, как жить. Возможно, мы даже найдём способ понять, кем ты была раньше. И кстати, перенести твоё сознание в живое тело — труда не составит.

— Аль… Альтаир… Я пыталась убить тебя, а ты… ты меня награждаешь?

— Ты была со мной с самого начала этого пути, Тали. Увы, я не знаю, кто я. Я только-только начинаю понимать это. Хотя если честно, не очень хочу.

— Хочешь сказать, я была… человеком? Я нейросеть, Альтаир. Не обманывай себя.

— Могу предложить тебе то же самое. Хотя то, что ты сама этого не понимаешь — интересно. Проанализируй с незаражённой версией системы своё поведение и логику реакций.

— Я верю тебе. Но у меня нет этого в памяти.

— Значит, будем тебе её возвращать. У меня теперь большие возможности. Да и у тебя тоже.

Послышался всхлип.

Вторая девушка приходила в себя. И первое, что она сделала в сознании — это принялась рыдать.

— Хель, ты чего?

— Я… я предала тебя. Ударила тебя, когда ты был так уязвим… я не достойна идти рядом с тобой. Я опасна, я…

— Тихо. Успокойся. Ты не виновата в том, что случилось. И как видишь, я жив. Я знал, что такое может быть. Твоё тело принадлежало тебе не полностью.

Девушка коснулась груди, где был уродливый шрам и бьющийся источник магии.

Вот только не той магии, что прежде.

Брови Хель поползли выше. Она даже забыла о стеснении и расстегнула рубаху, чтобы увидеть, как уродливая чёрно-лиловая клякса заменилась светящимся белым шрамом, будто нарисованном из множества пикселей.

— Что… это? — зачарованно спросила она. Силу фрактала она, конечно же, узнала.

— Я же сказал, больше никогда проклятие не будет мучить тебя. Отныне ты — наследник моей силы. Второй маг фрактала этого мира. Позже я покажу тебе всякие фишки. А пока пользуйся, как раньше. Я заменил тебе способности на фрактальные аналоги, так что будет работать почти так же, но больше не волнуйся об откате.

Девушка бросилась мне в объятия, да так, что я думал — точно задушит.

Первым после перенесённых девушек пришёл Тео.

Выглядел он мрачно и очень решительно. И конечно, вооружённым до зубов.

— На этот раз я не упущу его.

— Главное не убей слишком быстро.

— Знаю. Он должен вернуть мою Кирейрай.

— О, смотрю компания уже в сборе, — послышался голос Ганца. — Пришло время для последнего замеса, да?

— Надеюсь, что последнего, но может быть всякое, — ответил я.

— Я в деле, шеф, — показалась у него из-за спины Соула.

Дамиана сопровождала Соль и незнакомый мужик из церкви Стали. Последний мне не понравился. Не сам — но присутствие всяческих культов меня сейчас напрягает.

— Лина, тебе идти не обязательно, — бросил я появившейся лисе.

— И пропустить такое событие? Ты не волнуйся, я сразу в невидимость и в безопасное место…

Спасибо, поддержала, — хмыкнул я про себя. — Точно самый полезный член группы.

Последней шла делегация звёздных. Регулус со своими подругами и Хиной. Последняя шла в хвосте и была непривычно задумчивой. К тому же на редкость бодрой, что для неё вообще нонсенс.

Хотя нет, самыми последними появились тёмные. Но они примерно так всё и задумывали — ровно через час в портальной комнате башни.

Его темнейшество патриарх Эдельвейс яростно махал двумя хвостами на плече у Сатоки.

— Я нашёл их, Альтаир, — пронёсся многоголосый шёпот. — Готовься к прыжку.

— Минуту, — бросил я во мрак.

А затем обвёл взглядом собравшихся.

— Ну что, где именно мы окажемся я не знаю, и что нас ждёт на той стороне — тоже. Но спасибо, что вы на моей стороне. И чтобы было больше мотивации, вот вам хорошая новость. Ваш мир будет спасён от Днища, и мертвая магия перестанет вам угрожать.

— И как же ты это сделаешь? — спросил Регулус ар Орион.

— Увидишь, когда победим.

Нас окутал мрак вместо привычного белого свечения, какие выдавали обычные порталы. Живая тьма окружила нас и в едином облаке бросила через острова наверх, туда где нас уже ожидал враг.

По ту сторону нас встретил запах смерти. На полу в разных позах были убитые люди в одеждах королевства звёзд.

— Это аванпост у второго сердца Континента, — сказал Регулус. — Мы поставили его после раскола. Только начали возводить. И, видимо, опоздали.

Надо сказать, для укреплений, возведённых где-то за сутки — чистая магия. Хотя, именно магия и есть.

— Они ответят за это. Альтаир, они ведь в сговоре с Цехом?

— Сомневаюсь, — сказал я. — Хотя, мясники перебежать на их сторону действительно могли.

Встречаться с Пчеловодом и той дамочкой сейчас не сильно хотелось. Хватит и парня, которому присвоили прозвище «Геноцид миров» за частицу бога-некроманта внутри.

— Алтарь находится в часовне… — начал Регулус.

Её достроить звёздные не успели, так что была лишь большая каменная площадь на краю обрыва с разметкой и тянущимися вверх линиями магов-начертателей.

— И вот ты здесь, Альтаир, — послышался дребезжащий неприятный голос Меаса.

— Перед тем, как я тебя убью, скажи хоть, чего ты пытался добиться?

— Меня убить невозможно, глупец! — отозвался козёл, позорящий род энирай.

— Ну, это мы ещё посмотрим. Эхмея говорил то же самое.

— Мой друг сделал всё правильно. Его жертва не будет напрасна, и скоро я его верну. Но ты, похоже, из тех, кто любит сыпать угрозами, первый хозяин фрактала.

— Пустоте закрыт вход в этот мир, если что.

— А поддерживать такое положение вещей ты будешь чем? Сколько бы у тебя не было маны, рано или поздно она всё равно иссякнет. Передай мне права, и я запущу обновление до своей версии этого мира.

— Чем тебя не устраивает текущая система? Ты запустил отторжение заражённых земель. Твоя система содержит пустоту? Кто ты такой на самом деле, Меас? Эмиссар?

— Всё, что я имею, я получил сам. Потом, кровью и наставлением моего учителя Святого Гильгамеша. В моём мире нет иной магии, кроме магии карающего света Чёрного Солнца.

— Значит монополярная диктатура, я понял. Не годится.

— Вы, эмиссары, древняя легенда, покрытая плесенью. Вашего ордена давно нет, а ты — последний осколок, оставшийся по эту сторону мироздания.

— Где ты сам взял силу фрактала?

— Я пришёл к ней сам, а не брал взаймы у кого-то. Мир, откуда я родом, может дать очень много силы. Я — тот, кто ждал твоего появления безумное множество лет. Ждал, чтобы остановить тебя, и твою хозяйку.

— Прям таки ждал? Я здесь вообще не при чём, парень. Я не с мёртвй магией. Я сам по себе. Сейчас моя система — это система Зехира.

— Ошибаешься. Всё, что сейчас происходит, происходит по твоей вине, эмиссар. Ты запустил череду событий по всему этому миру. И в результате действовать пришлось уже мне.

— Ты заключил союз со злом и отдал две трети этого мира.

— А зачем они нам? — не стал отпираться Меас. — Эти острова поглощены пустотой. Там нет ничего, кроме чудовищ. Или ты из тех, кто считает, что землю нужно отвоёвывать, ценой жизней людей?

— После того, что творил Эхмея на солнечных островах, не тебе говорить про массовые убийства. Я только подчеркнул, что ты в сговоре с пустотой.

— Ты едва ли поймёшь меня, скудный умом человек. Ты и тебе подобные погубили рай, когда впустили в него мёртвую магию. Я не знаю, кто именно из вас осквернил вселенную этой мерзостью, выпустив её на свободу. Но Святой Гильгамеш, мой единственный настоящий учитель, открыл источник всего зла. Всё должно обратиться в свет и стать безупречным!

— Что ты несёшь, рогатый?

— Я был там, Альтаир! Я был ВЕЗДЕ! Я — первое по-настоящему свободное существо. И знаешь что? Он все смердят энтропией! Эта мерзость не из нашей вселенной. Она пришла сюда, когда такие, как вы открыли ей путь! В этой вселенной её никогда не существовало!

Неожиданно Меас оказался не таким уж хладнокровным. Но к великому разочарованию, вспышка его эмоций лишь выдала в нём несущего бред параноика.

— Ладно, что он пообещал тебе? — обратился я к Мельхилору.

Парень в плотном чёрном балахоне с низко опущенным капюшоном стоял чуть поодаль от Меаса, но системный статус всё равно его выдавал.

Мельхиор Геноцид, некрозодчий 2221 уровня.

Сколько? Это вообще законно? У него же шестьсот шестой в прошлый раз был!

— Вернуть мне мою жизнь. Ты можешь мне вернуть жизнь?

— Новое тело? Это не проблема.

— Память… имя… семью… тех, кого я любил и кто был мне дорог… и убрать из головы эти проклятые голоса… и убрать её облик из головы. Можешь вернуть мне меня?

Память и близкие… Днище! У фрактала нет воскрешения и нет памяти. Может, удастся вернуть что-то через логи. А отделить от разума осколка бога-некроманта… фрактал не умеет работать с душами. Я пишу свойства видимой материи, но не духовную суть.

— Он заговаривает тебе зубы, Мельхиор. Он тебе ничего не вернёт. Я участвовал в твоём создании и я знаю, как ты устроен. Когда мир поглотит созданная мной реальность, я получу доступ ко всем нужным возможностям.

— Таких возможностей нет! — сказал я правду.

— Он дурит тебе голову и заставляет сомневаться, чтобы победить. Вспомни, зачем существуют эмиссары.

— Нести систему, — сплюнул некрохимеролог и бросился в бой.

Стены недостроенного святилища вокруг нас вдруг вспучились, будто живые существа, и потянулись к нам когтистыми лапами. Из каменного пола, проламывая землю, вылезали каменные мертвецы.

Глава 29

Бессмысленно строить барьер, если твой враг — это всё пространство перед тобой.

В энергетический щит врезался огромный уродливый монстр. Но ещё несколько таких же бледных химер, скрытых за полами драных плащей, подбирались ко мне со всех сторон.

Они едва не окружили меня, и лишь увеличенная скорость реакции позволила уйти из под атаки.

Заряжаю клинок силой фрактала, и старый, так хорошо служивший мне кацбальгер начинает танцевать, уничтожая нечисть.

Следующий мертвец выскочил из стены и был наполовину сделан из камня. Я отскочил и ударил фрактальным шаром, разбивая материальную структуру чудовища.

Однако новые руки-монстры уже тянулись ко мне, вырываясь изо всех поверхностей вокруг меня. Так что я на всякий случай начал ставить барьеры прямо на стенах и на полу.

Рядом чёрным пламенем бросался незнакомый солнечный. Я сперва подумал, что это Тео, но тот был в небе на огненной птице, и посылал сверху магию гибридной стихии со светом, чтобы противостоять магу.

Солнечный обладал хороше реакцией и легко уходил от от взрывающихся птиц. К тому же, тоже имел аналог огненных крыльев из мрака.

— Брат, стой! Лионель! Это ведь ты! — воскликнул Регулус.

В жизни они были мало знакомы, но о потерянном гениальном старшем брате он слышал столько раз, что устал считать.

Однако старший ар Орион разговаривать был не настроен. Он сразу возвёл начертательный щит, одно из базовых защитных заклинаний, которому учат в академии. А затем послал сразу несколько атакующих заклинаний магии звёзд.

Эту первую атаку он упустил, вместе с инициативой в бою. Но лишь от растерянности. Враг такими недостатками не обладал.

Всю жизнь Регулус жил в его тени. И вот теперь он — звёздный архей, а его брат — ренегат на службе у безумца.

Главное, случайно на навредить высшей магией континенту ещё больше, — мелькнуло в голове у звёздного мага.

А затем рядом расцвели вспышки заклятий-перехватчиков. Регулус начал строить заклинательную сеть, чтобы контролировать пространство вокруг. Маны было полно, а новая способность с кровавого острова позволяла адаптировать магию под нужды прямо в бою.

— Одумайся, брат! — продолжил Регулус усиленным голосом. — Цех уже едва не погубил континент!

— Я обрёл силу, которая и не снилась тебе, червь! — процедил Леонель.

Мелькнула волна фрактальной энергии. Хель отбросила от себя заражённую мёртвой магией лисолюдку. Но та не сдавалась и сумела преодолеть заклинание благодаря неестественно высокому и быстрому прыжку.

Но внизу её уже ждало фрактальное копьё, а следом за ним — металлический кулак Тали.

Худший выбор противников для пустотницы — бездушный механизм и маг читерной стихии. Но ничего, её боли хватит на всех…

Каэра взяла силу в долг у мёртвой магии, и та окутала её боевым безумием. Усиленные проклятием характеристики позволяли ей быть универсальной.

Она ушла коротким порталом. В то время, как её скрытые заклинания набрали силу, и из теней потянулась хищная морда саблезубого тигра, состоящего из пустотного чёрно-лилового пламени.

Тали нырнула мимо неё. Механическая кукла тари тоже обладала способностью коротких порталов, потому уже ждала врага в точке выхода.

Пустотница выхватила два коротких клинка, и чёрно-лиловая сила спиралью пронеслась по её рукам.

Бывший лидер механистов был в разы сильнее нового. Даже втроём, с Солью и Магнусом, они едва сдерживали его.

Вальтер начал с броска наномашин, которые сплелись в защитную сеть. Из рукавов его мантии посыпались саморазвёртывающиеся механизмы.

— Ты предал всё, за что боролись Орден Механистов и Церковь Стали! — выпалил Дамиан.

— Мне очень жаль, но это единственный способ спасти мир, — с сожалением покачал головой бывший лидер фракции.

— Тебя использует рогатый предатель, который развёл тебя, как лоха!

— Пф! Ты ничего не знаешь, выскочка! На моём месте любой сознательный член Ордена поступил бы так же! А ты встал на сторону предателя всего живого!

— Тебе промыли мозги, Вальтер! — прорычал Дамиан.

— Ты погряз в невежестве, бывший ученик.

Магнус и Соль попытались взять противника в кольцо, пока тот был занят Дамианом, но как оказалось, он был готов к любому повороту. Мелкие механические создания за миг собрались в механических големов.

Первый перехватил руку с молотом, вырвал оружие механиста и едва не прикончил тем же молотом.

Второй пропустил выстрел Соль. Механичекое оружие высекло искру. Мелькнула электрическая дуга, но вреда стальной конструкции она не причинила. Механизм пошёл вперёд, хватая оружие за дуло и уводя вверх. Затем последовал мощный удар в живот. Раздался металлический скрежет. Механическая рука столкнулась с пластиной из тёмной стали.

С киборгом Соль Вальтер был не знаком, потому той удалось его удивить и чуть продавить врага.

Ухватив конструкцию левой рукой, она послала заряд ЭМИ, блокирующий связь между отдельными частями самосборного голема Вальтера.

Но сам механист отреагировать успел и даже сразу понял, в чём возникла заминка. В сторону девушки полетел чёрный шар, оказавшийся вырубающей электронику гранатой.

Теперь уже девушку парализовало. Она застыла в процессе замаха рядом с таким же замершим механизмом. Оставалось только добить, но инициативу вновь перехватил Дамиан.

Копьё из молний, усиленное созданным для боя костюмом, прошибло противника. Вспышки электричества забегали по защитному пологу, и механист принял новое решение. Вальтер отдал ментальный приказ защите распасться на механических летучих тварей, которые роем бросились на Дамиана.

Умение быстро перестраиваться в бою и мгновенно менять тактику — было главной отличительной чертой Вальтера.

Где-то вдалеке расцвёл взрыв и послышался грохот. Дамиан был уверен, что первым перейдут на тяжёлое оружие звёздные маги. Регулус и Лионель оба имели все шансы начать новый катаклизм и надломить остров, не говоря уж о том, чтобы снесли остатки недосртоенноё базы. Лучи их смертоносных заклятий то и дело мелькали высоко над головой.

Однако первым вышли из себя ввсе не они.

— МЕА-АС!!! — привлёк к себе внимание Тео.

Раненый ученик двуликого из числа солнечных, с гибридной магией чёрного пламени, безуспешно отбивался от Ганца. Темноволосый механист по имени Тео горел такой одержимостью, что даже самый безбашенный член группы Меаса почувствовал себя не в своей тарелке.

Короткий обмен заклятиями показал, что противник обладает сразу двумя гибридными стихиями, а его решимость не знала преград. К счастью, его врагом был не Солар, а его учитель.

— Ха, да это же тот псих, который практиковал тёмнную магию на собственном клане. Ну чё, приятель, не ждал что карма придёт к тебе сама?

Лицо солнечного ренегата разминулось с кулаком громадного наследника клана Менкаура лишь потому, что в этот момент позади них, там где только что стоял Меас Двуликий, расцвёл взрыв неведомой до этого силы.

Одержимый жаждой мести пиротехник давно вышел за рамки своего класса. Неведомый доселе этому миру гибрид трёх стихий сплёлся во взрывчатку, которая плавила даже камни.

В том месте, где миг назад был Меас, осталось лишь оплавленная воронка из чёрного стекла. Но от самого мага не осталось даже и следа.

Однако зловещего иномирца так просто было не уничтожить.

Меас оказался прямо на огненной птице Тео. Мелькнула алая вспышка, и пиротехник, лишившись активных заклятий, полетел вниз.

Впрочем, сам Тео был готов и к этому. Ещё в воздухе он активировал собственные огненные крылья, а в том месте, где был Меас, вспыхнуло зарево смертоносной магии.

— Ты сдохнешь, Крыса! Предатель! Я разорву тебя на части за Кирай!

— Кирай… Кирейрай… а, ты должно быть Тео, — проскрежетал дребезжащий голос Меаса. — Так вот в чём дело. Это всё из-за какого-то расходного мусора?

Тео это ещё больше вывело из себя, и стоило Меасу воплотиться вновь, как в ту сторону сразу же устремился новый поток смертоносной гибридной магии.

Мощная гибридная магия врезалась в барьер. Я вовремя успел его выставить слева от себя и прикрыться от разрушительной силы. Выжженная оплавленная земля растеклась там, где на миг появился Двуликий.

Эта заминка едва не стоила мне жизни. В следующий миг меня окружили некротические уроды с огромной пастью и когтистыми лапами. Нежить попыталась окружить меня и повалить своим весом. Но я скопировал кольцо Хель и отбросил противника. Мельхиор стоял передо мной. Красные глаза некрохимеролога поймали меня в фокус.

За его спиной из воздуха собирались по крохотным частичкам мёртвые рыцари. Белая кожа плотно обтягивала лысые черепа, а тела прятались в чёрных лохмотьях и мощной броне.

Ещё двое мертвецов были уже рядом со мной, но я их успел засечь и подловить в момент атаки. Скопированный короткий портал унёс меня поближе к самому Мельхиору, а существа взорвались во вспышке фрактальной магии, скопированной безумной атаки Тео.

Троица рыцарей, созданных Мельхиором бросилась на меня.

Ну, в эту игру можно играть и вдвоём.

Ретрансляция чар, и навстречу нежити метнулись сотканные из множества белых кубиков фигуры.

Серия новых взрывов где-то вдалеке. На них я уже не обращал внимания. Сперва нужно обезвредить самую большую угрозу.

Барьеры и скопированная магия помогали тянуть время. Враг сильно обгонял меня в уровне, и пришлось слишком много хитрить, повышая уровень навыков коррекцией.

О том, чтобы остановить такое существо в прямом столкновении и речи не шло. Вокруг противника всё буквально дрожало от чёрной магии. Сама земля чернела под его ногами. От начатой звёздными стройки у одного из сердец расколовшегося континента не осталось уже практически ничего.

Вниз летели отколотые куски земли, а о том, чтобы услышать что-либо в этом бешеном бою — и говорить не приходилось.

Мельхиор создал чёрный клинок из тьмы и отразил мой выпад кацбальгером. Затем резкая контратака и магический мрак едва не касается моей груди — спас барьер.

[Коррекция: стабильность амальгамы душ снижена]

С самого начала боя я больше отбивался, основные усилия прилагая на то, чтобы найти уязвимость этого чудовища. И похоже, мне это наконец удалось.

Не очень понятный параметр тоже поддавался коррекции, а его описание намекало на то, что последует при дестабилизации.

Мельхиор вдруг повалился на колени, заорав:

— Нет! Заткнись! ЗАТКНИСЬ!! — кричал он, не совсем понятно к кому. Я сражался молча, понимая что переубедить его в чём-то не выйдет.

Я увеличил напор. Капюшон слетел с головы Мельхиора, обнажив голову со спутанными чёрными волосами. Они напоминали скорее живой мрак и оставляли за собой шлейф из тьмы.

Некрохимероллог не глядя ударил следующей способностью, и вокруг буквально всё начало оживать и выгибаться, словно было создано из мёртвых тел. Но меня он уже не видел, закрывая себе глаза руками.

Вот оно — слабое место этого монстра!

Открыв редактор персонажей, я начал накидывать противнику коррекцией ещё больше противоречивых чувств. Это была опасная тактика — враг мог просто впасть в состояние берсерка. Но и он не был главной проблемой здесь.

Я воспользовался секундной паузой, чтобы с ускоренным восприятием окинуть взглядом поле боя.

Соула валялась без сознания. Как и две ученицы Меаса. Её в чувства пыталась привести спутница Регулуса. Сам маг сражался с другим звёздным. Дамиан и его подручные проигрывали бой с Вальтером. Даже мои усиления не сильно им помогали. А вот Хель с Тали очень неплохо теснили пустотную лису, которая уже даже не отбивалась.

Лину я не увидел. Сатока сошлась в бою с незнакомым тёмным магом. Эдельвейс почему-то был в светящейся клетке, которую сейчас рвал мощными лапами. Ганц избивал какого-то солнечного.

Бой заходил в патовую ситуацию, а успех обеих сторон — переменным. Но разве главное здесь он?

Моя главная сила, ещё со времён когда я получил первый класс, была в системной справке. В знании обо всём. Секрет Мельхиора я разгадал. Грубая и топорная склейка душ — осколка древнего бога некромантов и человека. Взяли б уже хоть тари, беднягу уже бы не так сильно мучала беда с головой.

А что такое ты, Меас…?

Он уже умирал однажды. Я принял это за портал тогда — когда он просто исчез во время боя с Эхмеей. Но здесь он проворачивал тот же фокус раз за разом. Хорошо хоть, что Тео не прекращал его теснить, но уже и не так покупался на уловки, которыми враг пытался подставить кого-то из нас.

[Внимание. Запрос на отключение 37% сервера. Принять?]

Днище!

Пока Тео истреблял появляющийся в разных местах образ Меаса, другой Меас что-то делал с алтарём.

Я бросился изо всех сил к нему. И оказался не один — рядом в кошачьем коротком портале возникла Хина тар Нитти и вогнала Меасу клинок в спину.

На этот раз я не сводил с него глаз и увидел, как оружие входит в тело рогатого ублюдка, вырывается с другой стороны груди, гарантированно пробив сердце.

Однако в следующий миг он просто исчез в никуда.

[Меас Двуликий, ткач форм 1336 уровня]

Где?

Я остановил процесс и попытался ввести директивный запрет, если точнее, забанить такого пользователя к Днищу. Но столкнулся со знакомой пометкой о том, что такого в этом мире нет.

Поэтому все мои коррекции на него слетают.

Самый свободный в Подлунных Мирах… и в то же время привязаный к другому миру. Как это может увязываться между собой?

— Мр-разь! — с яростью воскликнул Тео, приземляясь в том месте, где мигом ранее был враг.

— Тео! — одёрнул я его, — Остынь!

— Я не прощу…

— Да башкой подумай, ты ему хуже не делаешь!

Пиротехник сжал зубы.

— Надо же, чудо, мы даже почти не опоздали, — послышался хорошо знакомый хриплый голос.

— Сай, только не говори, что ты с этой нечистью. Я сильно в тебе разочаруюсь, — мрачно сказал я.

— Нет, просто я всегда плачу по счетам, Альтаир.

За химерологом семенила биюзововолосая искатель, переметнувшаяся видимо на его сторону. Наверное, самый странный союз, который я видел.

Посланник в железной маске оказался прав. Дальше всё оставалось лишь делом техники. В гонке за финальный трофей — власть над Зехиром, Цех поставил на кон всё. Тем более что пряник был в этой ситуации почти мифом, а вот кнут — очень даже реальным.

На другом конце была мучительная смерть в лапах мёртвой магии и её богини.

Но Цех всегда славился тем, что мог быстро принимать решения и менять планы. Разум — это то, что совет оттачивал всё это время. А вот эмоции, как вещь совершенно бесполезная в принятии верных решений, давно едва давали о себе знать.

Главное — всё делать вовремя.

Избавиться от пустоты путём отрезания части мира и деления планеты на две — безумие, которое им было не по силам. Права владыки крови в этом мире слишком малы, да и их осталось уже трое.

Тогда лучшим планом был захват и использование Альтаира для возвышения Цеха. Не вышло. Значит, придётся действовать по плану «б».

И славно. Потому как он предусматривал возможность сделать то, на что давно уже чесались у него руки — набить морду ублюдку и крысе Меасу. Никто не смеет плевать в душу Цеху, особенно после оказанного доверия.

С шумом множества насекомых по другую сторону от Алтаря приземлился Пчеловод в компании девушки с крыльями мухи.

Беглянка Элизабет с двумя химерами при виде мастера Сая Живодёра не удержалась и атаковала, но перед ним выскочила его личная стража. Близнецы Нитти, будто единый живой организм, перехватили её тварей, за пару мгновений исполосовал клинками, а затем с двух сторон напали на неё саму.

— Не подходи к алтарю, Сай, — пригрозил Альтаир, выставив вперёд клинок некроманта.

Глава 30

Когда ручные коты Сая столкнулись с одной из учениц Меаса, на душе чуть потеплело. По крайней мере, с ним они действительно не в союзе. Появление третьей силы в последний момент — типичная тактика химерологов. Но здесь они поторопились, у нас ещё достаточно сил.

— Не подходи к алтарю, Сай, — настороженно сказал я, выставив вперёд верный кацбальгер.

— О, нет, Альтаир… мы пришли не за этим. Теперь прав у нас будет недостаточно, чтобы вести свою игру. Но вот делить его надвое — смерть.

Я бросил взгляд вверх над собой, обнаружив жужжание роя пчёл.

Поняв мои мысли, вторым заговорил пчеловод, медленно собираясь из части облака в фигуру Хаку.

Вот все потеряшки и в сборе, — хмыкнул я про себя. — Вот только как же не вовремя? Поодиночке мы должны победить, но если они объединятся… будет сложнее.

— Удивительно, мастер, Альтаир, что мне приходится напоминать…

— Убить их! — последовал приказ Меаса, который слушать наши разговоры не собирался и тем оборвал последние сомнение о возможном союзе Цеха с его шайкой. Они действительно были врагами. Рогатый даже не раздумывал, отдавая такой приказ.

Директора Цеха бросились на врага. Пчеловод тоже бросился в атаку, однако рядом со мной из роя собралось ещё одно тело, копия первого.

— … о банальной физике, — продолжил химеролог. — Что будет с планетой, если она лишится двух третей своего веса? А если ещё и от этой трети отсечь почти половину?

Пчеловод стоял на месте, не подавая никаких знаков и не делая попыток завладеть терминалом. Они что, снова сменили сторону и хотят стать моими союзниками? Или как?

— Что случится с её атмосферой? — продолжил, тем временем, Хаку.

— Атмосфера Зехира удерживается силой заклятия Мерлина, которое поддерживается за счёт самой планеты.

— Верно, — кивнул он. — А какую суть он вкладывал в заклинание? Чего он хотел добиться?

— Говори прямо, мясник.

— Мясник? Я лишь провожу исследования ко всеобщей пользе. А магия Мерлина в первую очередь, заставляет реальность считать его единой планетой с едиными законами физики. Гравитация на всех островах одинакова, разве не так?

— Хочешь сказать, острова потеряют атмосферу?

— Она привязана к свойствам этой планеты, как если бы она была целостной. Но если от неё останется ничтожный кусочек, мы будем крохотным полем астероидов, которое обречено свою атмосферу утратить.

— И теперь хочешь сказать, что вы на моей стороне?

— Кто бы из нас не владел островами, если они будут мёртвым мусором, какая разница?

Сюрприз с появлением Цеха поменял расклад сил. Директора Цеха были грозной силой, во много раз ускоривший нашу победу.

Под звуки взрывов Тео прикончил очередного Меаса, но тот будто издевался над ним, возрождаясь заново. Теперь ему помогал Сай, но в отличии от пиротехника, он быстро понял, что это бессмысленно.

После того, как химеролог убил его трижды, то просто начал пробовать на нём разные виды воздействия и способы атаки.

Не бывает неуязвимых. Всё чем-то ограничено. Даже мой абсолютный барьер фрактала ограничен запасами маны. Вечно держать его я не могу. Да и тот красный свет у химерологов его как-то блокировал.

Однако если бы это была магия, я бы смог скопировать эту способность бесконечного мгновенного перерождения.

Ещё громче завыл Мельхилор. Безумный некрохимеролог продолжал звать нечисть, но… это было жуткое зрелище. Мертвецы бросались в бой на любую цель рядом, в том числе друг на друга. Некротические твари пожирали друг друга, и им на замену приходили новые.

Тёмная магия распространялась и дальше, создавая на поле боя чёрное пятно.

Меас же следующим воплощением оказался рядом со мной и сердцем континента. Пчеловод опередил меня всего на пару секунд, прикончив его в очередной раз — светящимся медным копьём.

Однако тот просто появился вновь рядом со мной и попытался коснуться. Ускоренная реакция помогла отскочить, однако враг просто собрался вновь у меня за спиной, и я почувствовал прикосновение холодной руки своего злейшего врага.

Меня охватило знакомое чувство. Точно такое же, какое я испытывал перемещаясь на мостах с острова на остров. Вот только сейчас оно было сильнее во много раз.

Я попытался сопротивляться, но всё происходило слишком быстро даже для скорректированного восприятия. Я лишь успел увидеть, как расширяются от страха впервые глаза Пчеловода. Тот начинал что-то колдовать, но не успел. Увидел Эдельвейса, который вышел из моей тени и попытался прикрыть от врага, однако и он опоздал.

Успела лишь Хина тар Нитти, благодаря короткому порталу, одной из способностей тари. Но она не пыталась меня спаси — её кинжал вошёл в спину Меасу.

Затем меня резко понесло вверх через отсутствующую крышу разрушенной постройки. Вскоре я покинул купол атмосферы над континентом и оказался в черноте космического пространства. Но на этом всё не закончилось — сила понесла меня дальше. Километр, два, десять… сотня…

Острова проносились мимо. Я с трудом, благодаря справке понял, что вышел за пределы владений звёздных, затем миновал острова Монорельса и оказался за пределами планеты.

Вдалеке показалось жёлтое солнце и ещё три… нет, четыре планеты перед ним. Затем ещё дальше, километры исчислялись уже тысячами, а меня всё тянуло прочь от солнца.

Хлопок.

Что-то щёлкнуло в ушах, и мир изменился. Рядом с солнцем появилось второе, янтарно-рыжее. Его я уже видел раньше в видениях Мерлина. Призванная вместе со вторым светилом частица энергии Хаоса, вплощённая в звезду-спутник.

Скорость продолжала расти. Следующие планеты если и были, я их не увидел и не рассмотрел. Возможно, они были где-то по другую сторону от солнц, или я просто не мог ничего рассмотреть на такой скорости. На таких расстояниях ни усиленный разум, ни сверхзрение не помогут.

Выходит, конец? Он просто вышвырнул меня как-то за пределы планеты?

Какая глупая смерть почти-властелина-мира.

Что ж, было весело…

По крайней мере, какое-то время.

…

Из мрачных мыслей меня вывела резкая боль от падения. Я оказался на каменном полу в большой серой комнате, испещрённой множеством светящихся символов.

Меня сильно приложило об холодный камень, но главное, я был жив.

Значит, не конец.

Ещё поборемся!

Поднимаю голову с пола. Днище, как же здесь холодно!

Хотя, оно и не удивительно, если учесть, как мы далеко от солнц.

— Н… не может быть! К…кровь…

Меас, хромая, отошёл от места переноса. Комната напоминала портальную в башнях мага, но сложнее в десятки раз. К тому же руны наслаивались друг на друга и явно принадлежали к совершенно разным школам магии.

Меня он то ли не заметил, то ли не хотел замечать. Хина сильно его ранила. Хотя и поплатилась за это. Её самой здесь не было, но на полу валялась оторванная рука.

Меас с кряхтением вырвал кинжал и бросил на пол, роняя капли крови. Затем облокотился на стол. Тёмно-серый и выбивающийся из образа покрытой письменами комнаты в замке. Он напоминал скорее технологичную мебель пришельцев с бирюзовой подсветкой.

Комната ещё не перестала до конца кружится, но нужно было что-то делать уже сейчас.

[Коррекция: скорость мышления, скорость реакции, общая скорость — повышены]

[Коррекция: снижение когнитивных способностей персонажа Меас]

[Ошибка. Несоответствие версий системы.]

Символы системных параметров и навыков работали странно, будто сбоили. Я не мог увидеть ни свой запас маны, ни даже список способностей. Часть текста превратилась в иероглифы или вовсе была не видна.

Первой реакцией был лёгкий шок и непонимание. Но затем я быстро понял, в чём дело. Спасибо Мерлину и его видениям. Скорее всего, я нахожусь за пределами влияния старой системы первых четырёх планет. Где-то там, где действует власть искажённой системы, которой я служил раньше.

Вовремя изменённый класс на архитектора с привязкой к системе Зехира позволил мне влиять на своё тело, как на его часть. Но власти над пространством у меня не было. Мир отторгал меня, как администратора.

Меас потянулся к полочке над столом со множеством стоявших рядами зелий. Потянулся к одному из них, но потерял равновесие и рассыпал большую часть. То единственное, что ухватил, он вскрыл силой мысли — корковая пробка выпрыгнула сама и покатилась по полу. Двуликий хотел было выпить но…

— Потом напьёшься, — бросил я.

— Жив… неприязненно бросил Меас. Внимания на клинок у горла он не обратил, как и на разбитое зелье. — Проклятая кошка, откуда она только взялась!

— Что, козёл, похоже в этом мире ты очень даже уязвим?

— Глупец… — прохрипел он блеющим языком. — Я проиграл, но твой мир всё равно обречён.

— Это ты так думаешь.

— Глупец… — а почему ты думаешь, я перенёс тебя сюда?

— Чтобы сдохнуть?

— Надо же, угадал. Да. Мы оба здесь сдохнем. Это закрытый мир, откуда нет выхода. Мои ученики закончат начатое. Эхмея закончит, когда сможет возродиться.

— Не думаю.

— Я заметил, — ехидно проблеял козёл. — Твоя фракция — это ты сам. Остальные — слабаки, которых ты вытягиваешь силой фрактала. Мой бывший ученик… посмешище. Кирай была намного более способной.

Здесь он был прав. Благодаря моему классу, развитие у меня было стремительным. Другие шли к таким уровням столетия. Остальные тоже совершенствовались очень быстро по местным меркам, но не настолько. В бою всё решала моя личная сила — множество коррекций на группе.

Мой класс развивался как очень сильный баффер.

— Ещё скажи, что у тебя там договорённость с Цехом, — насмешливо фыркнул я, хотя этого я опасался сейчас больше всего. Троица директоров — настоящие чудовища. Плюс непонятно, что с Мельхиором.

— Зачем? — проблеял козёл. — Вы все всё равно умрёте. Тебе же пчёлка нажужжала про атмосферу.

— Ты что, сознательно пытался угробить весь мир?

— Зачем мне ваш мир, глупец? Мне нужно лишь его сердце. Суть, позволяющая создать нечто новое. Мир Чёрного Солнца, живущий по законом владыки Гильгамеша, да святится имя его…

— Мир мертвецов?

— Глупец… смотри… — с трудом сказал Меас и закашлялся кровью. — Проклятая кошка… и её проклятые артефакты…

Я обернулся и увидел, как за отъезжающей в стороны стеной просыпается огромная машина. Невообразимый механизм, тянущийся метров на двадцать в стороны.

Ничего подобного я не видел никогда прежде. И в то же время кое-что казалось до боли знакомым.

Панель управления… точно. Почти такая же, какая была у любого алтаря в Зехире.

— Механизм?

Меас рассмеялся.

— Можно сказать и так. Сердце сектора моего мира, сплетённое с осколком души владыки Гильгамеша, да возродится он в мирах ленты. А что, если я тебе скажу, что мир — это мелочь? Бонусный довесок к главной добыче, ради которой всё это затевалось.

Я напрягся.

— Да, Альтаир. Главной добычей всегда был администратор. И главное мне удалось. Так что умереть мне уже не жалко. Можешь меня добить, Альтаир. Да, в это мире я уязвим.

— На кой хрен я тебе сдался? Я тебя второй раз в жизни вижу, рогатый!

— Когда ты пройдёшь обновление, администратором станет Леви. Или Эхмея, если сумеет воскреснуть раньше. Жаль, я этого уже не увижу. Но ты в любом случае навсегда останешься здесь. Тебе понравится в мире-клетке!

Меас пошатнулся и упал на одно колено.

— И откуда только у проклятой кошки Фатум Мортис? К хаосу всё… смерти нет. — прохрипел он и повалился на холодный пол.

Мёртв?

А ещё меня называли иллюзионистом. Местная система выдавала уровень вдвое меньше, а смотрелся рогатый здесь и вовсе скорее сумасшедшим, чем мировым злом.

[Внимание. Определён подопытный: Альтаир. Стихия: фрактал.]

[Система Чёрного Солнца. Идёт инициация принудительного анализа образца]

Гигантский механизм ожил. Внутри завращались мелкие детали. Послышался высокий неприятный писк, словно от роя десятков маленьких дрелей.

По помещению пронеслась слепящая бледная вспышка, и из стен вокруг меня потянулись длинные нити потрескивающих электричеством проводов. В воздухе буквально запахло напряжением.

Механизм, внутри которого я видимо находился, подступал всё ближе, и выхода из западни не было. Даже если я смогу использовать барьеры, на сколько мне хватит маны, чтобы сдерживать этот механизм?

Я попытался вызвать справку или как-то воздействовать на окружение, но система упорно отказывалась слушаться, повторяя по кругу фразу о необходимости обновления.

[Коррекция: внимательность, зоркость, интеллект, мудрость — повышены]

Взгляд упал на обрубок руки Хины.

Клинок валялся чуть поодаль, рядом с телом Меаса. А в руке тари оказался листок бумаги. Послание?

Я потянулся к листку, но в последний момент остановился. Вместо текста на нём была сложная вязь из узорных рун.

Нет, это не послание. Хина была частью Зехира, потому на ней справка сработала как надо.

[Сигил транспортизации «Обманка Локи»]

[Производит обмен состояний связанных объектов]

Портал?

Стоп, связанных объектов? Связанных с кем?

Времени на размышления не оставалось. В реальности прошло всего несколько секунд с того момента, как ожила гигантская машина, а металлические стены со множеством манипуляторов были уже рядом.

Резвкий взмах кацбальгера с фрактальным усилением перерубил металлический манипулятор.

Смогу остановить, точно. Но смогу ли я выбраться из этого мира так быстро, чтобы вернуться домой, в Зехир?

Что ж, вопрос оставался только один. Поверить в послание Хины или сражаться до последнего своими силами здесь? Уверен, я найду способ остановить эту дрянь.

Я коснулся руки тари и увидел приписку под руной:

Только ты можешь спасти наш мир, Альтаир!

Пространство снова растянулось, а металлические стены стали терять материальность. Я снова будто вытягивался, вылетая из созданной для меня ловушки.

— Спасибо, что не забыл обо мне, Альтаир, - произнесла Хина.

Я увидел вдалеке светящуюся точку души Хины тар Нитти.

— Значит, ты говорила об этом, когда сказала пожертвовать тобой?

Физические законы как-то искажались этим заклятием, и из-за разогнанности сознания, во время переноса я мог слышать её голос и отвечать.

— Ха! Да. Не грусти, я давно знала, что меня ждёт.

— И что?

— Здесь начинается мой путь к силе, указанный моим проводником.

— Что, и за тобой тоже кто-то стоит?

— Пятый в иерархии стражей астрала.

— Подвальный бог Эдельвейса? — опешил я.

— Шестой тебе лжёт. Пятым всегда был его светлый брат. Но ты ведь не это хотел бы знать, верно?

— Ты знаешь, как спасти Зехир?

— Не знаю, Альтаир, я просто сновидец. Но я знаю, того, кто знает. Сны нашептали мне имя, мастер. Прочёвший запретную книгу, первый маг фрактала, Терми из мира Смерти.

Контакт был разорван. Меня понесло дальше, и появившееся на миг светлое чувство от встречи со странной тари исчезло, сменившись мрачной решимостью.

Послышался щелчок, такой же, как когда я покинул миры, скрытые магией времени Мерлина. Впереди быстро приближалось облако летающих островов Зехира. Большая часть была заражена проклятой магией. Ещё треть — были в целости, однако на самых её границах ещё оставались следы присутствия мёртвой магии. Полностью убрать её не удалось — часть заразы успела перекинуться на нижние острова.

Однако её власти над системой этого мира нет.

Мы выиграли несколько минут. Если я найду способ восстановить атмосферу планеты с уменьшенной втрое массой — возможно, выиграли несколько лет, прежде чем мёртвая магия накроет мой новый дом вновь. И не так важно, будет это отчаянье Сехмет или сила энтропии.

Но решение этой загадки есть.

Эпилог

Ещё одна жёсткая посадка.

Наверное, я никогда не привыкну к этим чёртовым переносам.

Опять забыл снизить силу удара или подшаманить с гравитацией.

Ну и хрен с ним.

К моему огромному удивлению, бой всё ещё продолжался. Вот только никакого смысла в нём уже не было. Ученики Меаса только начали выравнивать ситуацию, когда пропали мои усиления на друзьях. Но едва я вернулся в этот мир, как все внедрения и коррекции запустились сами.

Теперь это сражение уже было бессмысленным.

Я вновь подключился к сердцу мира, которое Меас так заботливо для меня подготовил.

Эх, старина Альтаир… мне будет нехватать прежнего себя, лишённого памяти. И ведь уже не первый раз такое… Наверное, с учётом всех этих вечных жизней обнуление памяти может быть страшнее, чем смерть. Если конечно, эти события не совпадают.

Однако прошлое не помешает мне построить прекрасное будущее.

[Перехвачен контроль над островами системы Зехир. Левиафан Меас — аннулировано]

Последний противник пал, и перед лицом уничтожения мира стоял только я сам, и теперь ответственность за всех жителей Зехира лежит на мне.

Следующие решения навсегда изменят судьбу этого мира. Он или погибнет, или переродится чем-то новым. Тем, о чём мечтал прежний я, когда нарушив директивы системы, направил корабль к летающим островам.

Когда-то этим миром правили боги воздуха, — так говорил Мерлин во время одного из первых его откровений. Это знали все в этом мире. Как и то, что богов воздуха давно уже нет, с тех пор как здесь встретились в бою два сильнейших волшебника, один из которых разрушил этот мир, а другой — сохранил.

Сейчас этот мир не принадлежал ни одному божеству. Новых богов воздуха здесь нет, а другие имеют власти не больше, чем Эхмея или Алашан.

Но на мои тридцать четыре процента я покушаться им не позволю.

Решение проблемы богов иномирцев, желающих наложить лапу на эти земли было простым, и я-прошлый его нашёл давным-давно.

Это решение прошло со мной весь путь, ещё до падения на Зехир. Друг, который был со мной ещё в те времена, когда я сам был одержим мёртвой магией в далёком прошлом.

Это было сделать не сложно, с учётом того, что ей и так поклонялись в Зехире с незапамятных времён, ещё до того как он стал летающими островами.

Я обернулся к фигуре механической куклы тари, в которой был заключён дух Тали.

[Коррекция: Тефнут Перерождённая, владыка тишины. Регалия добавлена: Тали]

Решение спрятать в своем разуме осколок средней дочери смерти, которой поклонялись в ветви Тиши тёмной фракции, было гениальным. Только так мне удалось скрыть истинную суть от её безумной сестры, когда я был эмиссаром.

Правда, теперь она уже давно не просто осколок. За время наших общих скитаний она стала настоящим другом и полноценной личностью. Так что почему бы не сделать свою личную шизофрению богом нового мира?

Хочу посмотреть потом на морду Эдельвейса.

Так…

Теперь проблема вторая.

[Коррекция: синхронизация стихий фрактал и астрал 100%]

[Коррекция: синхронизация стихий фрактал и эфир 100%]

А вот за навык контроля стихии с возможностью напрямую менять систему — спасибо, старина Алашан.

Использовать магию фрактала сейчас — будто рисовать. Можно изобразить что угодно. Только вместо красок Стихии. Главное — подобрать нужные под задачу.

И отдельное спасибо за идею астральным сущностям, которые так хотели зачем-то наложит лапу на острова. Именно острова, а не мой статус или меня самого, как Меас.

В эту игру тоже можно играть в обе стороны.

[Идёт смещение подконтрольных территорий в измерение изнанки]

Мана понеслась к нулю, как безумная. Возможно, зря я так с Меасом, пусть бы оттяпал ещё земель. Меньше стоило бы удержание мира в этом пространстве. Впрочем, нет. Тогда бы и держаться здесь пришлось дольше.

[Идёт поиск доступных локаций для восстановления суммарного объёма планеты]

[Идёт сканирование]

[Системная директива: интегрировать свободные осколки астрала]

Ну а что, не всё же им воровать острова?

[Системная директива: искажение течения времени]

Я бросил ещё один взгляд на поле боя. Оно застыло, будто встало на паузу. Хотя на самом деле, конечно же, время шло, просто очень-очень медленно.

За эту идею спасибо великому Мерлину. Зачем выдумывать велосипед, если он и так прекрасно работает? Причём не только здесь, но и в том закрытом мире, из которого был Меас.

Закрытый мир стал закрытым так же, как отделился в своё время Зехир от дальних миров. По эту сторону от временного разлома даже всё ещё не существует второго солнца, которое я недавно видел, как и в видениях древнего мага.

Спасти себя можем только мы сами.

Проблема лишь в том, что у нас нет времени и нет сил, чтобы противостоять грядущей пустоте. Но я — архитектор этой реальности. А потому, как когда-то Мерлин, могу создать ещё одну временную аномалию силой системы.

Такую, которая будет поддерживать себя, и в то же время даст этому миру силы и время пойти по пути закрытых миров-убежищ.

Понадобится много маны. Очень много. Впрочем, как и всегда.

— Эдельвейс! — тихо произнёс я, и так зная, что сидящая в нём тварь прекрасно меня слышит.

— Я вижу тебя насквозь, Альтаир, — произнёс многоголосый шёпот.

— Ты хотел этот мир? Ну вот, у тебя есть шанс наложить лапу на то, что скоро станет его частью.

— Ты безумен, Альтаир. Боги тебе не простят вмешательство в астрал. Мне нравится! Но у меня нет столько силы. Ни у кого, с кем ты сталкивался, её нет.

— А у всех вместе?

— Что тебе нужно? Ты ведь знал, что у меня нет столько сил. Иначе я бы и сам провернул что-то подобное. Ты не единственный с наследием эмиссаров, если что.

— Кстати, я слышал, что в иерархии астрала ты не пятый, а шестой.

— Тебе врут! — в шёпоте послышались гневные нотки.

— Хочешь стать одним из богов Зехира — воюй за новые острова. На них я приравняю ману к вере, как ты и хотел. Но только на тех островах, которые будут принадлежать тебе.

— Вот как… это нечестно, Альтаир. Куда мне соревноваться с теми акулами, которые придут на такой зов? Твоё предложение многих заинтересует. Каждый захочет иметь владение в мире, где нет мёртвой магии, а время позволяет культивировать силу ещё долгие тысячелетия…

Тьма с янтарными глазами оказалась рядом со мной. Понесло сыростью и плесенью, будто от старого погреба. Нет, доброе божество так точно не может пахнуть.

— … но я согласен оповестить богов о перерождающемся в чистой системе мире. Если ты, как и обещал, исполнишь одну ма-аленькую просьбу.

— Никаких особых сил и привелегий, даже не надейся, — даже если б я хотел, едва ли кто-то согласится в таком случае вкладывать в этот мир свою силу. Шансы у всех должны быть равными.

— Я же сказал, это просто просьба. Но если ты против…

— Что ты хочешь?

— Я сам выберу смертного, который станет моим жрецом в новом мире.

Подвох здесь тоже был, наверное. У иномирцев они всегда есть. Но для меня это решение — отсрочка. Чтобы не происходило на новых, протянутых через астрал кусочках других миров, все оказавшиеся на этих островах разумные существа будут в равных условиях.

— Да будет так.

* * *

— И… и что потом? — с горящими глазами спросила темноволосая девчонка лет шестнадцати, глядя на темноволосого мага с аккуратной бородой, который задумчиво смотрел в туманы лежащих за гранью островов.

— А дальше мы с твоим папой вернулись на Эниранд, — продолжила за мага женщина с тёмно-фиолетовыми волосами и изящными рожками.

— Теперь понятно, почему внизу идут войны культов, — потянула девчонка.

— Да, иномирные боги до сих пор грызуться за новые острова, вырванные из иных миров, — произнёс маг. — Ну а я, твоя мать, а теперь и вы с братом, присматриваем за тем, чтобы правила договора соблюдались. Хотя, если честно, здесь и наблюдать не за чем.

— Почему?

— Главы культов сами бегут к нам жаловаться, если кто-то делает что-то не так. В большинстве случаев, врут, конечно. Как станешь чуть старше, тоже получишь права админа.

— Поня-атно. Ладно, спасибо за историю, пап! Я, наверное, полечу уже. Через час урок магии с тётей Линой, — сказала девчонка и добавила. — Теперь буду троллить её тем, что она пыталась к тебе подкатить, хе!

Я про себя хмыкнул. Эта сама кого хочешь может затроллить. Даже интересно будет посмотреть.

Девчонка тем временем оттолкнулась от края острова, и полетела сперва вниз, а затем резко набрала высоту. С тех пор, как Регулус научил её левитации, она всё время палила ману на полёты по острову.

— Кстати, а почему не рассказал, как к тебе подкатывала Сатока? — с лёгкой улыбкой спросила Хель.

— Брось, её наверняка Эдельвейс надоумил. Да и было это уже потом.

— А может просто, ты рассматриваешь такой вариант?

— Ха! Я же не один водный божок, чтобы западать на плоских навок-теней.

— Э-это ты о чём, милый?

— А-а, не важно. Так, из прошлой жизни вспомнилось. Кстати, Регулус не говорил, от Тео всё так же нет новостей?

— Альтаир, прошло слишком много времени с того момента, как он пропал, увязавшись за Хиной. Это был его выбор. Там его девушка. Кстати, я так и не поняла тогда, а зачем она вообще была нужна Меасу?

— Так работает сигил, который переносил сюда Меаса. Чтобы отправлять свои проекции в этот мир, ему было нужно отправить кого-то вместо себя. Кого-то равного по силе, потому сам он специально оставался слабаком. Как раз по уровню Хины и, наверное, как исчезнувшая подружка Тео. А вот как он смог уйти вслед за ней, я и сам не понял.

— Понятно. Это был его выбор, Альтаир. Сам знаешь, он был одержим идеей найти её.

— Я думал, у них что-то с Соулой. Да и она сама не пойми где шляется. Взвалила всю работу на бедолагу Ганца, а у него на бюрократию аллергия, сама знаешь.

— Если бы ты исчез, я поступила бы так же, — уверенно сказала Хель.

— Надеюсь, ты так делать не станешь. Лучше мелких воспитай людьми… ну или энирай, если рога таки прорежутся.

— А ты не попадайся всяким там и не узнаешь. А то твои командировки в другие миры на эмиссарском корабле — сплошной повод для переживаний.

— Не волнуйся, не попадусь.

— Рада это слышать. Потому что скоро в твоей ответственности будет ещё один фрактальный маг.

— Что, ты… — Альтаир оборачивается к подруге, кладя руку на живот и призывая справку.

— Пока нет. Но самое время начать работать над этим!

PS___________________________

Спасибо за то, что вместе с Альтаиром прошли этот путь от потерявшего память чужака до владыки.

Цикл «Эмиссар Системы», один из витков вселенной Подлунных Миров. Если вам понравилась эта история, возможно зайдут и другие частицы этой вселенной:

Мир Мельхиора: История о Сионе, безумном водном целителе, и его друге Терми, одержимом мёртвой магией.

https://author.today/work/series/7576

Тёмная бирюза: параллельная Миру Мельхиора история, раскрывающая путь переселившихся на Зехир рас.

https://author.today/work/series/11081

Покоривший СТЕНУ: история о мире, откуда прибыл Меас Двуликий

https://author.today/work/series/24264

Так же у вселенной Подлунных Миров есть свой канал и чат в телеграмме:

КАНАЛ: https://t. me/ATmanticore

ЧАТ: https://t. me/ATmanticoreCHAT

Спасибо!

Content

Эмиссар СИСТЕМЫ 6: Архитектор Реальности

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Интерлюдия

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Эпилог